- Ну что, Фредик, приплыли. Мы теперь флотские.

Или очень близки к этому. Если судить по той бумаге в рамочке выданной самим министром Морской Коллегии Российской Империи. Тот еще министр получается, выдает бумаги не глядя. Ни тебе экзамена на профпригодность, ни аттестата о специальном образовании. Мрак. Чиновники везде чиновники, миры разные, а люди те же. Впрочем, с критикой торопится не будем, ситуация со мной явно нестандартная, поэтому простим министру его невнимательность к деталям. Да и к тому же он тут явно не при делах, тут силы гораздо более весомые сыграли свою роль. Вот только не до конца продумали они мою роль. Мне то как маяком этим управлять, знаний-то вообще ноль. Я же «мазута сухопутная» от макушки до носка ботинка. Хотя… Видел я кой какие книги в кабинете маяка. В моем получается кабинете. Очешуеть! У меня целый маяк! И дом при нем! И мать его коляска конная! В байк запрягать буду! Попадос!

Почитать книжки из шкафа в кабинете конечно нужно, но точно не теперь, раз уж так получилось, что крышу над головой я имею, то нужно снова перебираться из лагеря у ручья в дом. Дурная голова, как верно и давно подмечено, ногам покоя не дает.

Я определил Фреда на его любимую позицию, на веранду у выхода в сад, а сам пошел пешком в лагерь. Нужно собрать палатку, спальник и прочий «шмурдяк» и снова переезжать, но теперь уже на «ПМЖ». Ну или пока не приедет ревизор какой-нибудь.

В долине у ручья в этот раз живности не наблюдалось, видимо запах костра насторожил ее постоянных обитателей. Сборы на долго не затянулись, не успел обжиться еще, чему и рад, признаться. Жить долго в палатке такое себе удовольствие, особенно если тебе уже не шестнадцать лет и ты с группой таких же отмороженных сверстников. Дерево только жалко стало, зря завалил. Впрочем, возможно позже, когда высохнет распущу на дрова. Интересно, а тут зима бывает. Скорее всего да, пальм я что-то не наблюдаю. Что с одной стороны хорошо, учитывая сколько всякой дряни в виде насекомых и прочих паразитов в тропиках живет. А с другой стороны, если тут зимы как у нас, то трех каминов мне может не хватить. В самом маяке так и вообще ничего похожего на печь или камин я не видел. Поживем увидим. Надеюсь, проживая тут, на должности смотрителя, я имею право отлучаться от маяка. У меня вообще-то есть дом на Земле и свой «свечной заводик». Их без присмотра оставлять тоже нельзя. Но то что меня ждет здесь, в этом мире, в данный момент привлекает гораздо сильнее оставленного там, на стороне Земли.

Кстати, а что меня ждет здесь? У маяка хозяева не появились после непонятного призыва. Ну или появились несколько странно, в виде меня самого. А что в других местах. Что сейчас происходит на ферме? В принципе ближайшая ко мне точка, которую мне проверить вообще можно легко. Подъеду к перекрестку на байке, заныкаюсь в лесу и дроном слетаю на разведку!

Быстро оттянув лебедкой дерево в сторону я предельно осторожно лавируя между стволов деревьев поплелся осуществлять задуманное. Притормозил у маяка возле байка, скинул сумку с дроном и карабин с разгрузкой. Подогнал багги к каретному сараю. Чёрт ворота-то изнутри заперты. Пришлось оббежать подворье с домом и открывать ворота. Загнал багги в сарай. Видимо тут он теперь и будет жить, до прояснения местных реалий. Еще бы брезентом каким накрыть, да сеном закидать. Отсоединил от кронштейна пульт управления дроном. Проверил заряд его родных аккумуляторов, должно хватить надолго – полный заряд.

Велев Фреду продолжать нести караул на веранде, сам выбежал к байку. Пришлось повозиться еще пяток минут отстегивая короб для перевозки Фреда, мешает сильно. Надел разгрузку с патронами, сумку с дроном и пультом за спину, карабин на грудь и поспешил на разведку.

Дорога до моста не заняла и трех минут, хорошо так пролетел, с ветерком. Быстро разложил и включил дрон прямо на дороге, а сам толкая байк через негустые заросли смородины вломился в лес. Нормальная позиция. Полетаем.

Поднял довольно громко жужжащий дрон сразу на сотню метров и полетел вдоль дороги в направлении фермы. До нее примерно пятнадцать километров, дальности связи с дроном может не хватить, поэтому пролечу и разведаю километров шесть дороги. В случае отсутствия помех подкачу ближе к дрону и снова укроюсь в лесу.

Через шесть километров полета я оставил дрон висеть над дорогой, на высоте в пару сотен метров и выбравшись из кустов поехал его догонять.

Снова спрятавшись за подходящими кустами на опушке леса и совсем близко к дороге, я послал дрон на тех же двухстах метрах вперед. Потихоньку, не спеша, внимательно следя камерой за происходящим вокруг, не хватало еще что бы какой-нибудь местный Дерсу Узала лишил меня такого козыря.

Подлетая к ферме увел дрон с дороги и рискованно маневрируя над самыми макушками деревьев подвел его к границе луга или пастбища окружающего ферму.

Пастбище однозначно! В отличии от прошлого моего посещения этого места изменения стали заметны сразу, ибо на лужайке присутствовали овцы. Хорошее такое стадо паслось. И коровы наблюдаются. Пять штук. Тоже торчат на пастбище, но ближе к строениям. Которые между прочим дымят дымом из трубы одной небольшой по размеру постройки. А если дым из трубы идет значит это кому-то да нужно. Но подлетать ближе будет слишком рискованно – обнаружат. Пришлось зависнуть на самой границе леса, слившись с деревьями и оперировать зумом оптической камеры.

Недолгое ожидание тут же было вознаграждено, из постройки с дымящейся трубой вышла женщина и прошла в большой дом. То, что это женщина я мог судить только по одежде, деталей на таком расстоянии не видно. Но однозначно это был человек в длинной юбке и платке. Вряд ли тут шотландцы живут, да и в моих бумагах упоминалась Российская империя, так что будем считать увиденное женщиной. Будем так считать и смотреть дальше. Правда на пульте уже одна палка заряда аккумуляторов «сгорела», так что сильно долго тут сидеть не выйдет. Да собственно и как-то стрёмно получается, вроде как подглядываю тайком за людьми.

Дома женщина пробыла недолго, вышла и вновь проследовала обратно что-то неся перед собой. Следом за ней из дверей дома выбежало двое детей. Вроде бы тоже женского рода, но ниже виденной мной женщины почти вполовину. Перед «дымным» строением женщина остановилась, подождала детей, что-то им видимо сказала и те побежали к большому сараю. Через пару минут, пока я наблюдал за детьми что-то делающими у этого сарая, из него вышло трое мужчин и они вместе с детьми пошли к «дымному дому». Обед? Глянул на часы, почти два часа дня уже. Вообще не заметил, как время с утра прошло.

Тем временем мужчины и дети зашли за строение, видимо там второй вход или навес. А дымящее трубой строение похоже кухня летняя. Миры разные, но уклад жизни примерно один. С учетом некоторых особенностей. Почему вот они на огне готовят? У них нет такой плиты как у меня в маяке? Нет цилиндров, не знают о них, или сильно дорого? Наблюдая дроном издалека много не узнаешь. Надо как-то на контакт выходить наверно. Лошадь выменять, например. У них-то лошади есть, пасутся вон вдалеке от коров и овец, в отдельном загоне. Только вот уроки по верховой езде еще взять не забыть.

Потом я посмотрел на себя, свой внешний вид и понял, на контакт идти мне еще рано. Не в этой форме одежды точно. Надо что-то придумывать. Деталей я не рассмотрел, но мои высокотехнологичные кроссовки и тактические брюки с кучей карманов могут вызвать ненужные вопросы. А что же мне одевать теперь?

От размышлений меня отвлекли действия людей на ферме, внезапно выскочивших из-за дома и смотрящих в мою сторону. Что за дела? Они что дрон с такого расстояния заметили? А потом я увидел собаку, бегущую от людей в мою сторону и судя по всему лающую. Мне-то не слышно, а местные услышали тревогу и смотрят в ту сторону куда их песель бежит. Палево! Валим!

Я аккуратно поднял дрон чуть выше крон деревьев и отправил его в полет в сторону моста на всей возможной скорости. Надо сбросить пса с хвоста! А то он так и до меня доберется. Вытолкав на дорогу байк, повесил сумку от дрона и карабин за спину, а на шею повесил пульт. Подправил полет дрона и сам тронулся потихоньку в сторону моста, периодически отвлекаясь на управление дроном. В какой-то момент он меня догнал, пришлось остановится, приземлить его и упаковать в сумку. А потом «газ» на себя и домой на максимальной скорости.

Приехав к маяку не стал заморачиваться и прятать байк в каретный сарай – бегать вокруг всей территории устанешь, загнал его сразу на первый этаж башни. Вот и байку брезент нужен, укрыть от лишних глаз, а то вдруг появятся. Теперь уже могут, этих глаз тут похоже прибавилось. Сработал этот «Призыв» мать его! Это какой-же сейчас ужас в городе творится. Интересно, а сами люди произошедшее с ними как осознали. Или для них это вообще незаметно прошло.

Спросить конечно можно будет у соседей фермеров, но с ними сперва познакомиться надо. А что бы с ними познакомится, надо себя привести в соответствие с местными веяниями моды. Ну или хотя бы одеть что-то нейтральное. Дома есть костюм один приличный, сто лет не одевал. И еще пиджак есть клетчатый с джинсами для полуофициальных встреч. Надо их срочно сюда тащить. И туфли и свои старые берцы армейские. Вообще у меня сильно много лишнего и демаскирующего приобретено. «Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу». Но когда покупал транспорт и свои высокотехнологичные шмотки я не думал о скором контакте с местными. Я вообще уже склонялся к мысли, что загадку с их исчезновением никогда не разгадаю. Разгадывать и не стал, просто решил. Теперь вот снова надо что-то решать.

Бежать прямо сейчас на сторону Земли и приобретать там срочно брезент и подходящую одежду не получится. У нас в райцентре все магазины уже в шесть часов закрыты наглухо, я просто не успею добраться до них. Так что отставить шухер! Переодеваю свои «хайтек-милитари» ползунки на простые брюки от «горки». Футболка вроде нормальная, может и тут такое быть. «Кроссы» долой похожу пока в шлепанцах пластиковых, ну или типа каучуковых. С какой-никакой резиной местные вроде как знакомы уже.

Ложи на своих «карамультуках» менять обратно на деревянные очень не хочется. А какое тут у них вообще оружие-то? Может они тут до сих пор с мушкетами бегают. Само оружие вряд ли запрещено, края-то дикие, волки вон воют. Так что какие-то стволы у населения быть должны. Осталось только мне это выяснить свои стволы не демонстрируя. Можно было бы и на Земле купить двустволку курковую и жменьку гильз латунных, но на это месяц минимум уйдет. Так, стоп. Техника у них тут все-таки относительна развита. С болтами и гайками тут знакомы, изоляцию делать умеют, нагревательные приборы тоже делают, так что с мушкетами это я погорячился. Люди — это такие существа что «приспособы» для убиения себе подобных делают лучше всего. Можно сказать, что оружие является для людей основной движущей силой прогресса. Почему тут должно быть по-другому? Так что с мушкетами это я погорячился, при таком развитии техники с унитарным патроном они должны быть знакомы. Так что пока можно просто поменять ложе на карабине. У них такого может и не быть, но мало ли откуда я его привез. Может оно из какой-то другой страны. Раз уж тут есть Российская империя, то вполне же может быть и британская. Куда же без нее, кто гадить-то будет. У «СКСа» правда есть русская буква «П» в названии ОП-СКС на ствольной коробке, но немного «холодной сварки» и черная краска быстро решат эту проблему. Так же можно и с надписью «Made in Russia» на моей МР поступить. На какое-то время хватит, сразу не слезет.

Вот, могу же думать трезво. Надо только закусить эту проблему, а то обед я как-то пролюбил в отличии от соседей фермеров.

Я сходил в подвал дома, подключил питание и воспользовался плитой и сковородкой для разогрева пасты болоньезе из пакета. Заметил, что, используя посуду все еще не воспринимаю ее своей. Непорядок. Но наверно со временем пройдет, если раньше не попаду в застенки местной «охранки». Надо привыкать уже к Своему новому дому! Например, вот ставни открыть, а то как крот в норе тут живу. Прошел по комнатам и открутил гайки с барашком на стержнях поперечен закрывающих ставни изнутри дома. Потом вышел наружу и открыл все ставни закрепив их крючками за стену, что бы не болтало ветром. В доме сразу стало светло. Поставил на плиту турку с водой для кофе. Сам уселся покурить на ступеньках передней веранды прислушиваясь через открытую дверь к процессу закипания. На улице стало уже прям сильно тепло. Яркое солнце, щебет птиц в листве большого дерева у входа и стремительно приближающийся грохот лошадиных подков по дороге.

Сердце ёкнуло, я заозирался в панике. Пакет с мусором на кухне! Пластиковый пакет! Стремительным броском рванул на кухню схватил пакет, оглянулся и быстро засунул его под мойку. Закрыть дверь и прикинуться ветошью! Не успел.

Стоя в дверях я увидел всадника, подскакавшего к коновязи. А вот и местная «охранка». Почему охранка? Да потому что в форме. В черном кителе, брюках и фуражке. Молодой правда для высоких чинов, но усики себе отрастил, морда белогвардейская. Да и с чинами непонятно, погон нет. На воротнике кителя правда есть какие-то значки металлические. Китель и фуражка имеют желтый кант, на брюках желтые тонкие лампасы. На околыше фуражки не кокарда, а какая-то бирка-транспарант натуральный с цифрами. Когда служивый спрыгнул с коня и держа его за повод подошел ко мне, я разглядел на тулье фуражки кокарду. Рожок! Почтовый рожок! Известный всему миру символ. И этому миру надеюсь тоже. Ну точно «печкин» местный! Молодой человек перекинул из-за спины наперед кожаную сумку с такой же эмблемой рожка, как и на фуражке.

- Добрый день! Горин? Вадим Дмитриевич? – спросил почтальон, вскинув руку к фуражке.

Это он что честь что ли отдает? На мне фуражки нет, просто кивну.

- Так точно. Он самый. – странно на меня его форма повлияла похоже. – И вам доброго. Чем обязан?

Я внимательно следил за мимикой моего собеседника стараясь выявить его реакцию на мои слова и действия. Пока что не заметил ничего странного, похоже я веду себя в рамках.

- Вам пакет! – почтальон достал из сумки письменный конверт и какую-то книжку. – Распишитесь в получении пожалуйста.

И протягивает мне конверт и свою книжку раскрытую.

Я взял конверт, сделал вид что прочел адреса и убрал в широкий задний карман брюк. Протянул руку за книжкой, но вовремя заметил, что он ее выпускать не собирается. На весу значит подписывать. Вот и карандаш у него к корешку привязанный между страниц лежит. Я попытался разобраться в графах какой-то таблицы с писаниной, но парень прервал меня ткнув пальцем в нужную клетку.

- Вот здесь пожалуйста.

- Да, спасибо, я понял. – промямлил я, расписываясь в книжке простым карандашом.

- Благодарю! Отправления не желаете передать?

- Что? А нет. Спасибо. Ничего нет.

- Как скажите. Разрешите откланяться. – при этом он явно моего разрешения на это самое откланяться он явно не ждал. Просто оборот речи.

- Извольте. – Я тоже так умею разговаривать. Не ну, а «чё» он. «Герой нашего времени» одна из моих любимых книг, между прочим, так что стиль держать могу.

- Не желаете чайку? – сам не понял зачем я спросил его.

- Нет спасибо. Тороплюсь. Велено срочно доложить по исполнению. Да и запасный у второго моста ждет.

- Понятно. Не смею задерживать. Счастливо доехать. – нормально я так диалог держу, хотя не все понимаю. Парень ничего во мне не подозревает вроде. Ровно смотрит.

- Спасибо. Всего вам доброго, Вадим Дмитриевич.

Парень одним движением перекинул сумку за спину и взлетел в седло.

- Но-о! Пошел! – громко скомандовал он, разворачивая коня.

И конь пошел. Даже побежал да так резво рванул. Наверно парень имел ввиду, что его запасной конь ждет у второго моста. Или смена. До города-то далековато, не сможет конь так долго бежать. Хотя, собственно почтальон может и не из города сам. Я же не все тут разведал. Мало ли тут населенных пунктов вокруг.

Я с облегчением обрушил зад на ступеньку веранды. Отходняк пошел от такого «экзамена» блин. Ладно, «война план покажет». А ну-ка, как говорил известный книжный злодей: «что у него там в его карманцах?». Приподняв над ступенью своё «полужопие», я достал из кармана конверт врученный мне почтальоном.

Раритетный такой конверт, только новый. Марок нет, но штемпель присутствует – «Главное отделение почты Российской Империи города Приморска». Фу ты, ну ты. Орел, вензеля и все дела. И главное дата! Стоит родимая! 14 мая 7400 года! Та же дата, в которую и журнал начат. Оперативно. Так, а что у нас тут с адресатами? Отправителем у нас числится «Приморское отделение Морской коллегии Российской Империи», капитан первого ранга Вьюжин Юлий Максимович. Начальник мой видимо, местный босс. А я у них значит кто? Маяк «Призывающий», мыс Надежда, смотрителю Горину Вадиму Дмитриевичу. Нормальный такой адрес. Начальник мой в курсе почему так этот маяк называется? Сомневаюсь. А нахожусь я значит на мысу Надежды. Ну не оригинально. Карту бы достать. Надо в кабинете в книжках-то полазить. А я стало быть являюсь смотрителем. Без чинов и званий. Что меня конечно радует. Не хватало еще козырять и форму носить. Мне ее кстати тут не выдали вместе со свидетельством, значит не положена. Уже легче.

Так, что там мой босс пишет. Я поддел ножом клапан конверта и аккуратно вскрыл его. Ага! Бумага гербовая, простой для меня не нашлось. Вверху по центру листа орёл, по бокам флаги: имперский и «андреевский». А он, Андрей, тут вообще был? Что-то храм в городке совсем не православный был вроде. Ладно, как говорится «война план покажет», разберемся и с опиумом местным. Далее следовал текст приказа, просьбы, желания. Как хочешь так и думай.

«Уважаемый Вадим Дмитриевич, в связи с поступившим телеграфно распоряжением от Главного управления нашего ведомства настоятельно прошу Вас задействовать на маяке семафорный сигнал «2Х2”/1Х5’» и поддерживать его до дальнейших распоряжений о коих вы будете немедленно извещены нарочным.»

Вежливо так, но убедительно настойчиво. О чем речь я как не странно понял сразу. Именно эти дробные обозначения есть на шкале возле переключателя которым я «Призыв» включал. Там же на шкале есть еще четыре похожих значения. А это в письме судя по всему обозначает, что когда я включу маяк, то он будет сверкать два раза по две секунд и один раз пять минут. А сколько же он будет не гореть? Ладно, полезем включим посмотрим. Начальство же просит, настоятельно просит. Я вошел в дом и закрыл за собой дверь на засов, пока еще кто-нибудь не приперся. В кухне парило. За всей этой суматохой с почтой я забыл про турку на плите! Слава богу не выкипело до конца, на дне еще вода оставалась. Я выключил конфорку, накрылся план с кофейком и пошел в маяк по галерее. На работу значит. Прикольно.

Пришлось сперва спустится в подвал и взять с собой один из цилиндров. На верхней площадке стоило задержаться и осмотреться – виды вокруг просто на «отрыв башки», но позже. У меня же работа есть теперь.

Я перевел переключатель в соответствующее приказу-просьбе положение, вставил в цоколи-контакты цилиндр и щелкнул большим рубильником. И оно заработало! Правда я сигналы неправильно расшифровал. Лампа, надо будет ее кстати как-нибудь рассмотреть подробно, выдала две вспышки по две секунды с таким же двухсекундным интервалом, потом потухла на пять минут и повторила цикл. Работает! Долг перед родиной смотритель маяка исполнил. Может следовать дальше. Идею задержаться на площадке и осмотреть окрестности пришлось пока оставить. К этим «блымканьям» яркого света сперва привыкнуть придется, а то после пяти минут, в течении которых я пытался осмотреться, у меня глаз начал дергаться в такт работы лампы. Писец. А ночью я спать смогу? Как сильно эта хренотень будет ночью-то светить. Не все так радужно в моей новой «любимой» работе получается.

Кофе мой накрылся, да и время уже не кофейное, потому выпью-ка я чайку. Да книжки в кабинете полистаю. Может поумнею.

Из неширокого выбора книг предоставленных мне в моей скромной библиотеке я выбрал для начала «Справочник» и «Лоцию».

Изучив предисловие и первые страницы «Справочника» отложил его на край стола. Это моя рабочая книга. Это «мануал» к моему маяку. Будет теперь книгой настольной, прикроватной и возможно даже туалетной. Хорошо бы иметь три экземпляра конечно, но справлюсь и одним.

«Лоция» оказалась совсем не тем на что я рассчитывал. Я-то думал карты прилегающих земель тут увидеть. А показали мне только воду, с кучей всяких значков, обозначений и цифр. В которых я понимал в лучшем случае процентов тридцать. Мне нужен самоучитель для чайников, а не вот этот вот научно-прикладной труд «ндцати» поколений лоцманов. Впрочем, свой мыс я отыскал. Даже кусочек суши с обозначенным маяком был нанесен на одной из множества схем в этой книге. А мне карта нужна!

Интересно, а в городе книжный обозначился нынче. А карты там есть? А если есть, то как мне их купить!? Почтарь-то зарплату мне не привез. В общем, «дуб, орех или мочало начинаем все с начала». Информация и в каменном веке самый ценный актив, а у меня очень все с этим печально. Нет тут интернета. Зато есть телеграф, что следует из письма вышестоящего начальства.

С изучением доступных книг время прошло как-то незаметно и приблизилось к семи часам. Сегодня я точно на сторону Земли не попаду, завтра скатаюсь в райцентр. Попробую купить цивильную одежду какую-нибудь, близкую по смыслу к этой эпохе. И брезент наверно весь выкуплю уже в «Тканях», мне нужнее. Ложи старые деревянные надо к карабину и ружью из дома привезти сюда и поменять. Потом еще пристреливать его по новой придется. Составил короче план на завтра. И пошел его оттачивать на веранду поедая очередной пакет с карри. Фред тоже не остался обиженным, приготовил ему макароны с тушенкой. Отпразднуем первый контакт с местной цивилизацией.

Спали мы с Фредом снова в каминной комнате. Надо бы наверно уже и в спальню перебираться, на нормальную кровать. В следующую ночь точно переберусь туда. Там часы эти чудесные не так слышно будет. А теперь еще и новая головная боль добавилась. Долбанная лампочка на маяке старалась вынести мне мозг воздействуя на глаза. Несколько спасли положение плотные портьеры на дверях. Но по бокам от них свет все равно пробивался в комнату. И ладно бы просто светил, он ведь гад такой мигал с рванными интервалами. Короче, спать надо в спальне, задернув шторы и закрыв ставни. Зато выходить на улицу можно было, не опасаясь, что на тебя кто-то внезапно кинется. Во время вспышек окрестности просматривались почти как днем. Бесило еще что вспышка идет не направлено в море, а работает на все триста шестьдесят градусов. Но, я в «Справочнике» уже нашел главу как это отрегулировать. Займусь после поездки домой на Землю. А то я так все зверье вокруг перепугаю этими вспышками в ночи.

Утром покормив Фреда и выпив кофе стал готовится к отбытию «родные палестины». Прошел и проверил все двери, позакрывал все ставни. Написал записку, мол уехал по делам, буду после полудня. Думаю, времени хватит в райцентре дела свои обстряпать. Записку, свернув вчетверо, засунул между входной дверью и косяком на передней веранде дома. К дверной ручке подвесил на шнурке от кроссовок карандаш. Вдруг кто придет в гости, а меня нет, так хоть напишет послание. «Месагу» на моей стене, так сказать. Та еще у нас тут соцсеть получится.

В подвале маяка пришлось переодеться в теплый костюм, на стороне Земли было прям уже совсем не очень. Градусов десять с черточкой впереди, но слава богу без осадков. «Дастер» завелся с полпинка и пока мотор прогревался я снял с него масксеть и забросил ее на пол задних сидений. Фред привычно занял свое место в багажнике, не рискую я его еще одного там, у маяка, надолго бросать. Меня он конечно немного стесняет в свободе действий, но потерять его из-за своей глупости мне совсем не хочется.

До дома добрались быстро и без приключений, все грунтовые дороги замерзли до состояния асфальта. Дома и во дворе все ровно, никаких происшествий не отметил. Фреда пустил в сени, нечего на улице нос морозить. Сам быстро переоделся в цивильное, глянул на двухдневную щетину в зеркало и позволил ей оставаться на месте – некогда.

Поход по магазинам начал с магазина «Ткани». Меня уже узнают. Забрал у них весь оставшийся брезент. Четырнадцать метров получилось, и тут же подкинул шабашку их швее. Попросил два пятиметровых куска сшить по одной стороне, что бы получился тент пять на четыре метра. И как раз четыре метра еще накрывать байк останется. В два слоя и подверну еще, что бы не мерз. Швея предложила сразу обметать все края, что бы ткань не лохматилась по краям. Обещала за час управиться. Договорились короче.

А потом был адски сложный поход по трем, имеющимся в нашем райцентре, магазинам со шмотками. Прикупил два пиджака однобортных, несильно стесняющих движения. Джинсы тёмно-синие. Простые серые брюки из слабо мнущейся, по уверениям продавщицы, ткани. Простых полосатых сорочек с коротким и длинным рукавом, по паре штук взял. В обувном нашлись единственные ботинки боле-менее похожие на классику. Оставался открытым вопрос головного убора. Но в наших магазинах чего-то подходящего я точно не найду. В маркетплейсе попадались шляпы, там куплю. Зато в отделе с пиджаками попался отличный подарочный набор, состоящий из шариковой и перьевой ручки. Средней паршивости, но по уверениям продавца вполне рабочие девайсы.

В магазине увидел вешалку напольную для клиентов, спросил где взять. Указали на мебельный магазин располагающийся на выезде из села. Куплю, в подвал на этой стороне поставлю, буду мясо в пакетах на него вешать. Морозилка будет. Вот кстати и мяска надо прикупить. Шашлычок пожарить.

Одним мясом конечно не обошлось. И хлеба взял и овощей докупил. Еда в пакетах конечно удобная. Но наверно не слишком полезная. Да и надоела уже даже она. Есть у всех консервов такое неприятное свойство – они надоедают. Иногда до такой степени, что овсянка на воде амброзией может показаться. Не буду себя до такого доводить.

На все эти шатания по магазинам ушло больше двух часов, как раз тенты мне доделали. Забрал и домой быстро. Чаёк перекушу, по маркетплейсам «пройдусь», ложи к СКС и «мурке», берцы старые захвачу и на море!

Быстро и просто не вышло. Пришлось грузить в машину овощи и продукты с приправами купленные ранее, но благополучно забытые в сенях.

Купленная одежда — это конечно здорово, но ее ведь еще и гладить надо. А я боюсь представить, что за утюг могу найти в своем новом хозяйстве, любезно предоставленном мне в пользование непонятно кем. Пришлось и утюг из дома прихватить.

Мне уже стало казаться, что не сегодня завтра моя крыша скажет мне прощай и уйдет в автономное плавание. Никогда не жил в таком жутком цейтноте. Два дома слишком много для меня. В данном случае не просто два дома, а два дома в разных мирах и похоже временах.

Перетаскивая всю эту кучу груза в машину, не заметил, как подошла соседка бабулька.

- Вадик, собираешься куда? Здравствуй. – тихо спросила бабулька, напугав меня до полусмерти.

- Фу-у-ух. Ну вы блин, теть Надь, даете. Чуть заикой не сделали. Здрасте.

- Что-то ты, Вадик, за яйками давно не приходил. Надо? Не?

- Хм. Да, пожалуй, что да. Надо. С мужиками с работы вот на охоту рыбалку едем надолго. Хотел вас попросить присмотреть за хатой моей.

В принципе так и надо было сделать еще в прошлый отъезд, но слишком у меня все в сумбуре и аврале в последнее время проходит. Так что наверно стоит договорится сейчас.

- Теть Надь, десятка три возьму если есть.

- А ну давай, бери свою корзинку, пойдем отсыплю.

Я сбегал домой взял корзинку, в которой обычно таскаю от нее яйца, и запасные ключи от дома прихватил. Вышел со двора, а бабулька уже у своего дома почти чешет. Бодрая такая старушенция. Догнал ее уже у самых дверей дома. Зашли.

Баба Надя достала из холодильника ящик с яйцами и стала перекладывать мне в корзинку.

- А я смотрю ты что-то последнее время все куда-то мотаешься, дома почти нет никогда. Свет не горит.

- Да вот, то дела, командировки, то охоты с рыбалками. Некогда дома сидеть перед теликом.

- Ага, ага, понятно. Молодежь. Завел бы хозяйство и сидел бы дома. Не перед теликом. – это она так подкалывает меня. Прекрасно же знает какой из меня скотовод-огородник.

- Нет уж спасибо. Мы как-нибудь так, по-городскому.

- Вот, вот. Денег тебе девать, Вадя, некуда. Не хочешь порося заводить, жену бы завел уже. Лет то тебе сколько уже.

Ну вот. Начались старые песни о главном. Почем деньги за корову называется.

- Нормально мне лет, теть Надь, еще не погулял.

Я отсчитал бабульке триста рублей. В магазине дешевле конечно, но эти домашние. Старушка сперва возмущалась, что я ей сильно переплачиваю, но я объяснил ей о пользе и цене натуральных продуктов.

- А ты надолго сейчас едешь?

- Да фиг его знает. Планировали на неделю, полторы. Я в отпуске сейчас.

- Слушай, Вадик, мне не ловко просить. Но ты не пустишь к себе квартирантов? Ненадолго. Очень надо племяшке с детьми. Я бы к себе забрала. Но, ты же знаешь какое у меня тут все. Да комната одна.

Это да, живет бабушка разве что не в сарае. Очень маленький домик, без ремонта, без санузла. Та еще хижина конечно.

- Эм-н-н-н. Фигасе у вас вопросы, теть Надь. Ну наверно можно. В принципе проблем особо не вижу. Наверно так даже лучше будет. Будет дом под присмотром.

- Мы заплатим, Вадик. Сколько надо скажи. – а у самой глаза на мокром месте.

- Ой да прекращайте вы. Она же за домом присмотрит нормально? Она вообще, как, нормальная женщина? Не бухает? Откуда?

- Да не! Ты что! Танька, что в магазине у нас работает.

Можно подумать я знаю, как ту продавщицу зовут которая меня за купленную водку, чуть не прожгла взглядом.

- Темненькая такая, с короткой стрижкой? – решил уточнить я.

- А? А! Ну да, она такая. Люська та рыжая, ну вторая которая. А Танька, да черненькая. Муж у нее запил, из дома выгнал. Она сейчас у Люськи. Но там ужас тоже. А детки малые, жалко, им в школу же. А он скотина!

И понеслось. Пришлось стойко выдержать весь этот спич о несчастной доле ее племянницы. Оно конечно жалко женщину и детей тем более. Но этот ее переезд — это мера временная, которая никак ее проблему не решит ведь. Ладно, слушать можно долго. Помогу чем могу.

- Ладно. Пусть приезжает. Только мне надо тогда сейчас свои шмотки в дальнюю комнату перетащить все. Да и ей надо показать наверно, что у меня где и как. Хотя… Сами же разберетесь. Не первый раз присматриваете.

- Да им просто сейчас надо где-то крышу надо головой найти. Ничего не сломают, я прослежу. Стирать варить и у меня сможет. Да и я могу, я ж ей помогу.

- Да ладно вам, она вроде молодая. Думаю, в технике же соображает. С машинкой стиральной и микроволновкой справится как-нибудь. Только вот утюга у меня нет, сдох. – зачем-то соврал я.

- Да справится, справится. Они нормально жили, все было у них, пока этот дурак не запил.

И понеслось. Пришлось прервать поток проклятий в адрес незнакомого мне мужика. Сослался на то, что тороплюсь. Мужики ждут. Отдал ей ключи и забрал яйца. Деньги за них она мне вернула, сунув в карман, не смотря на мои протесты.

Вернулся домой. Догрузил машину. Закрыл гараж-мастерскую на ключ и спрятал его под шифер на навесе. От детей подальше. Вот там, в гараже им точно делать нефиг. Я даже не спросил, что за дети. Хорошо если девчата. Глядишь уцелеет дом. Потом вспомнил, выкатил из гаража свой старый горный велосипед под навес, вдруг пригодится. И пошел в дом убирать кое-какие вещи в шкаф в неиспользуемой комнате.

Выехать удалось только через пару часов. Бабулька вышла из калитки, видать караулила, тормознул.

- Ну все, теть Надь, я поехал. Не балуйтесь тут. Все свои шмотки в шкаф заныкал в дальней комнате. Остальным пусть пользуются.

Пришлось еще минут пять постоять, краснея и выслушивая в свой адрес всякое приятное. Добила бабулька в конце, что вот бы мол Таньке такого как я, а не такого как тот. Ага точно, буду счастлив же, с таким-то багажом. Пришлось резко свернуть разговор с болтливой соседкой и валить, пока ветер без камней. Но отмазаться от двух банок с помидорами и огурцами не удалось. Классная бабулька, нельзя такую не выручить.

Пока перетащил все вещи и продукты в подвал маяка упрел в теплом костюме. Мясо развесил на установленную в подвале вешалку. Сюр какой-то конечно, но мыши будут не рады, будут плакать у подножия вешалки. «Дастер» укутал в масксеть, что бы не мерз бедолага, к сожалению, с собой взять не могу. И только закрыв стальную дверь подвала изнутри выдохнул. Я люблю свой маяк похоже. Надо теперь распределить все привезённое по местам, да и провести хорошую такую ревизию своего хозяйства. С описью и росписью, заглянуть в каждый ящичек и самый темный уголок. Подозреваю массу «открытий чудных» и про просвещение не буду забывать – мануал смотрителя надо выучить.

Привезённые овощи перетащил на стеллаж в подвале дома. Продукты и специи на кухню, шмотки в спальню. Рассовал боле-менее, заодно исследовав часть предоставленного в мое распоряжение имущества. Выяснил для себя что с посудой и бельем у меня проблем точно не будет пока. Накрыл багги и байк брезентом получше. Что бы ни кусочка не было видно. Слазил на чердак, новой загадки не выдали. Дали время со старой разобраться до конца?

Как я и ожидал, самое интересное ждало меня в самом маяке и это интересное я оставил на сладкое. Правда со временем беда, уже четыре часа. Из-за квартирантов пришлось задержаться на Земле сильно. Успею ли все изучить. Решил обойтись без обеда и прихватить с собой в маяк термос с бутербродами. Пока закипал чайник, вышел на внешнюю веранду открыть ставни. Когда открыл дверь, под ноги упала моя записка. Поднял, развернул. Никто сообщений не оставил на моей «странице». Ну ладно. Снял карандаш с ручки и вместе с запиской убрал его в ключницу. Мало ли, вдруг еще понадобится, только шнурок вернул в кроссовки. Залив в термос чай и прихватив пару бутербродов с бастурмой пошел изучать свое рабочее место.

Начал с первого этажа. С инструментом, располагающимся на виду все понятно – он на виду. Молотки, ключи, отвертки, стамески, зубила и прочая «слесарка» необходимая в каждом хозяйстве. Ничего любопытного. В ящиках комода оказалось интереснее. Первое что попалось это ручная дрель! Мега-девайс! Одной рукой упираешься, а второй вращаешь ручку, расположенную сбоку. Скорость регулируется, затраченными усилиями на вращение этой ручки. Хорошо, что у меня шуруповерт есть. В этом же ящике лежали сменные патроны для этой дрели, масленка и еще какие-то железки. В ящиках комода под ящиком с дрелью обнаружил, мать их ящики со сверлами. Целые наборы. И по металлу, и по дереву, перьевые. Какие-то еще коронки наборные. Круто конечно, если бы не ручной привод самой дрели. Выяснилась еще одна засада при разглядывании всех этих свёрл. Хвостовики квадратом! Нескольких размеров! Я снова залез в ящик с дрелью. Точно, сменные патроны оказались не запасными, они все под разные размеры этих хвостовиков. Ну да шут с ним. Использовать все это я пока не собираюсь, а при нужде вполне может сгодится.

Еще в ящиках комода нашлись различные плашки, метчики, надфили мелкие. Много листов наждачной бумаги и точильные оселки различной зернистости. Множество разных метизов: гвозди, шурупы, заклепки. В общем, богато. На все случаи жизни. У меня, на Земле, в мастерской сильно скромнее конечно. Но функциональнее.

В закрытых тумбах под верстаком нашлись различные рубанки и ножи к ним. Раритет. Я ручного рубанка в руках со школы не держал, как-то привык электрическим обходится. А тут целая коллекция. И металлические и фуганки из дерева. Папа Карло порадовался бы. Ну и я не стал печалится. Сгодится, тем более на халяву же. Или нет? Пока не понятно какую плату за все эти «ништяки» с меня потребуют организаторы этого банкета.

Второй этаж. Кабинет. Утомленный открытиями в слесарном деле на первом этаже, я присел за стол и налил себе чайку в крышку термоса. Хороший у меня стол. Из массива дуба. Без резьбы правда старомодной, но это даже лучше. Пыль со всяких завитушек пришлось бы убирать мне самому. А может раба купить? Или рабыню!? Как у них тут с этим интересно. Не придется ли мне тут Спартаком побыть. Или лучше капитан Блад! Только яхтой своей рулить научится сперва надо и пулемет купить. Потому как мирится с таким точно не в моих правилах. Рабство и подобное ему крепостничество вызывают у меня стойкое отторжение. Беда будет если тут такое имеет место быть.

В левый верхний ящик стола я уже лазил раньше за бумагой, но все равно проверил. Так и осталось. Пачка бумаги лежит. Интересная она тут. Она как будто разлинована мелкими, тонкими едва заметными линиями через каждые пять миллиметров. Для удобства письма ручкой видимо. Плотная такая. Хорошая бумага. Где брать, когда эта кончится? Открыл ящик ниже. Пачки конвертов разного размера. В третьем ящике обнаружились блокноты двух размеров, штук по десять каждого размера. Переплет твердый. Наверно будет правильнее такое ежедневником бы назвать. Но только там просто листы, разлинованные в полоску. В последнем, нижнем ящике снова оказалась бумага. Большая пачка, формата А-4 перетянутая бечевкой. Качеством похуже, шершавая и без вспомогательных линий. Рядом пачка небольших листов, размером в четверть от А-4. Для мелких записок наверно.

Правая тумба стола с аналогичными ящиками обогатила меня писчими принадлежностями. Разные карандаши, точилки к ним. Перья к ручкам. Люто необходимая мне вещь же! Тем не менее надо будет и эту науку попробовать освоить, а то спалюсь где-нибудь на такой мелочи. В нижнем большом ящике нашлись бутылки с чернилами. Четыре цвета: синие, черные, зеленые и красные. Красота! Стенгазету нарисую! Назову «Маяк».

А теперь самое интересное. Средний широкий ящик открывается ключом, который и присутствует в данный момент в замочной скважине. Открыл. Первым что бросилось в глаза был револьвер! Застрелиться и не встать! Натуральный такой револьвер, черный. С деревянными рифлёными щечками на рукояти. На «наган» похож. Сам «наган» я в руках не держал, видел только изображения. Теперь подержу.

- Он же мой? Правда? - Спросил я у деревянного потолка дрожащим голосом ребенка, получившего плэйстэйшн на новый год.

Потолок конечно промолчал. Молчание знак согласия же, да? Вот это вещь! Тяжелый. Хорошо выделанная сталь. Углы сглажены. Клеймо сбоку от курка есть: «г. Лиговск, императорский ружейный завод». Ни о чем. Ни города такого не знаю, ни завода. У нас Тула была, Ижевск, Ковров. Но тут вам не там. Выбит калибр на обратной от клейма стороне – «6 мм». Ну точно мы не там. На нашей старушке Земле я такого калибра у «нагана» не помню, у нас он 7,62 мм был. Ходила легенда, что на стволы «наганов» идут обрезки от винтовки «Мосина». Может тут и аналог этой винтовки есть.

Рядом с револьвером в ящике лежало две картонных упаковки с патронами по пятьдесят штук в каждой. Я заглянул в барабан револьвера спереди – разряжен. Надо бы разобраться как эта «пушка» работает и обслуживается. Впрочем, искать инструкцию и не пришлось, она лежала прямо под револьвером. Да только кто бы ее читал! Тут же вся схема работы наружу торчит. Большим пальцем откинул рычажок под этот палец и легший, откинул барабан вправо вбок. Восемь гнезд под патроны. У нашего земного вроде семь было, да и барабан там не откидывался. А тут пожалуйста, еще и экстрактор есть. Похож, но не «наган». Защелкнул барабан назад. Не нашел предохранителя. Нажал на спусковой крючок. Туго, но пошло. Значит самовзвод в наличии. Попробовал отвести курок большим пальцем, после щелчка курок замер в боевом положении. Теперь спуск оказался значительно легче. Едва коснулся, а курок уже щелкнул бойком вхолостую. Носить с взведенным курком эту штуку в кармане точно не стоит. Снова взвел и попробовал большим пальцем плавно опустить курок из боевого положения, для отмены выстрела. После небольшого отвода на себя, удалось. Так себе конструкция. Если пальцы или курок скользкий от грязи или крови, то разрядить этот ствол таким образом может быть небезопасно. Но, любое оружие в принципе небезопасно, просто надо учитывать особенности эксплуатации. Эх пострелять бы. Но уже поздновато. Завтра испытаю где-нибудь на пристани.

За «наганом», глубже в ящике, нашлась и кобура для него из тёмно-коричневой кожи с кармашком в котором лежали приспособления для чистки. Крепление на пояс.

Левую часть ящика занимала большая красная кожаная папка. Достал, открыл. Документы какие-то.

Оказалось, не какие-то. Это моя легенда! Земли у меня оказалось десять гектаров в собственности. Судя по предлагающемуся плану, весь мыс Надежда как раз и был моей собственностью. Как и маяк с домом! Он не казенный, он мой! Есть договор с Морской коллегией. Они мне оказывается платят не только как смотрителю, а как собственнику маяка за оказанные услуги! Тысячу рублей в год платят. И что? Тысяча рублей это сколько? Для меня это пустая цифра сейчас. Я даже не знаю сколько тут булка хлеба стоит. Еще у меня есть договор с банком, на хранение моих средств. Сберегательная книжка в наличии. Десять с хвостиком тысяч на балансе. Чековая книжка есть. Целая, все листки на месте. Вот удивительно, как это я не успел ничего потратить. План дома и маяка. Красивое. Хоть в рамку вешай. Договор на получение от Морского ведомства эфирной энергии в количестве одной единицы раз в год для питания семафора маяка.

Та-а-а-к. Это уже интересно. И вносит кое-какое понимание в местные реалии. Я так понимаю речь идет о черных цилиндрах. Это получается маяк на нем весь год может работать! Дорогая штуковина наверно. Я тогда наверно миллионер получаюсь. Надо бы «сало перепрятать». Не дело в подвале насыпом такое держать. Чувствую, как коварная рука жажды стяжательства сдавливает мне горло. И опять остается открытым вопрос, что с меня за это спросят, те кто это дал.

Опись имущества. На четырех листах мелким почерком перечислена вся мебель в доме и маяке зачем-то. Даже посуда записана. Папка в папке с описью инструмента и оборудования выданного мне на срок в десять лет или до прихода в негодность с невозможностью восстановления. Ну и формулировочки у них тут в обиходе. Сверла и ручная дрель вошли. Много чего вошло. Многое из того что вошло я в глаза не видел еще. Похоже мне предстоит капитальная инвентаризация. Сроком на пару недель. Сука! Тут даже какие-то болты и гайки записаны! Новая работа теряет былой «романтик» и скатывается в «бытовуху» и рутину.

Еще нашлась важная «писулька» на бланке строгой отчетности о наличии у меня эфирных осветительных элементах в количестве десяти штук. Еще и с моей подписью в получении оных элементов! Похоже имеется ввиду лампа на маяке. Надо искать их срочно. А то спать не смогу.

На таком же бланке имелась запись что я получил единицу эфирный энергии. Ну это ладно, этого добра у меня много. Если я конечно правильно идентифицировал черные цилиндры. Так стоп! Надо посмотреть в «Справочнике» же!

Полистал, чисто что бы найти. Нашел. Действительно маяк питается от этих цилиндров. Даже картинка есть. Там же нашел картинку и лампы. Которая оказалась не лампой. Тоже цилиндр. Точнее стержень длиной в пятьдесят сантиметров из секретного сплава металлов. Стержень сгорает постепенно, излучая яркий свет. Не лампа короче, а свечка это. Осталось найти их у себя, тут в маяке.

Что тут у нас еще есть. А есть у нас договор с семейным предприятием «Решетовых» на постой у них моих коняг! У меня есть кони! В рот им ноги их копытные! Нахрена бы они мне нужны были! Судя по договору эти Решетовы живут по адресу хозяйство Решетовых на речке Каскадная Приморского уезда. Очень, сука, информативно! Не ну можно конечно предположить, что речь идет о той фермы, которую я недавно дроном разведывал. Это как бы логично было бы, но это не точно же! Я им еще платить должен по двадцать копеек за день постоя. И сколько интересно времени, по их мнению, пользуюсь уже их услугами? Может они меня этим мерином уже по миру пустили. И спросить некого. Да и как спрашивать-то, я ведь должен знать такие вещи сам. Пипец попал. Прикинуться «тут помню, тут не помню»? Что-то неохота, лишат работы. Она у меня ответственная и людям с амнезией ее не поручат.

Договор купли на яхту. Надо же, сам купил. И снова «тут не помню». А яхта-то с сюрпризом для меня, помню-помню, знаем плавали. В том смысле, что, когда ее осматривал, не думая что она моя, винтов я там не видел. Вот и в договоре четко написано – парусная яхта. Класс! Конь есть, но я в нем ничего не понимаю. Яхта есть, но я в ней ничего не понимаю. Легким движением случая, движимое имущество превращаю в недвижимость. Царь Мидас наоборот блин. Больше в папке никаких бумаг с сюрпризами не нашлось. Но в глубине ящика, за папкой, нашлась шкатулка из какого-то камня. Достал, открыл. Печать и штемпельная подушка. Моя печать. Потому что на ней по кругу написано: «Смотритель маяка Горин Вадим Дмитриевич». А по центру надпись: «Маяк «Призывающий» мыс Надежда». Печать не личная, это похоже для официальных бумаг каких-то, с работой связанных. Будем знать.

Я убрал в папку все бумаги, кроме меньшей папки с описью имущества. Будет на столе пока. Надо инвентаризацию же проводить.

«Наган» в стол тоже убирать не стал. Моё! Я теперь с ним спать буду. Пока с незаряженным. Научусь завтра использовать и буду держать на тумбе у кровати. Буду «крутой Уокер».

Инвентаризацию решил отложить на завтра так как в помещениях маяка было недостаточно светло уже. А работать придется скорее всего этажом выше, похоже, что как раз там и складировано основное имущество из описи. Пока же захвачу «Справочник» почитать перед сном и в дом - ужинать и спать.

Довольно занудным чтивом оказался этот «Справочник». Вроде и по-русски написано и без всяких анахронизмов в виде «ятей», которых я признаться ожидал после увиденного здесь, но написано как-то нестройно что ли. Похоже писателям не хватало некоторых слов, используемых в моем мире, а найденные этим словам аналоги звучали странно для меня в контексте содержания этого текста. Но я стойко держался, прорываясь в смысл написанного. После завтрака попробую поиграть с настройкой зеркальных отражателей, чтобы сократить круг освещения на девяносто градусов и перестать пугать моих кабанчиков в моем лесу.

Особых сложностей в техническом обслуживании моего маяка я не видел. Все довольно просто, если опустить непонятные для меня методы питания и светоизлучения, о природе которых не было в этой инструкции ни слова. Просто рассказано как их применить и все.

Не получил я ответов и о политическом устройстве этого мира, что не удивительно учитывая содержание книги. Вот почему нельзя было положить на полки учебник истории для школы или атлас мира. При любой встрече с местными жителями я буду чувствовать себя сапером, продумывая каждый свой поступок и слово.

Кофе я пил как всегда на веранде в сад, под звуки хруста сухого собачьего корма. Надо бы сегодня озадачится и приготовить нормальный обед и себе и Фреду. Например, рыбки поймать и пожарить. Надо использовать предоставленные халявные ресурсы. Пока спиннинг целый еще, тьфу-тьфу-тьфу. Я кстати, заказал себе «пушку» побольше, для морской рыбалки и всякие «приблуды» к ней. Привезут правда нескоро, доставка из-за границы будет.

Находится на верхней площадке маяка было не очень комфортно, очень уж яркие вспышки он излучал, не смотря на солнечную погоду. Интересно, а его свет из города видно? По идее до города около сорока километров, но как мне показалось мы описывали дугу по дороге, да и серпантина было прилично, так что напрямую наверно километров тридцать будет. Ночью наверняка видно. А вот мне города не видать, слишком далеко. У меня же есть два телескопа этажом ниже! Надо будет поиграться с ними. А пока за дело.

Особых сложностей не возникло. Я хоть и взял с собой наверх книжку, но в нее даже заглядывать не пришлось. Все элементарно устроено. Вот только делать это было желательно при выключенном осветительном элементе. Ибо кроме света он излучает и тепло, правда быстро рассеиваемое в Эфире. Ага, вот так прям и написано. Если температура горения у самого стержня близка к полутора тысячам градусов, то в тридцати сантиметрах уже около ста. Фантастика какая-то. Мне правда от этого не сильно легче, вся эта стеклянная конструкция работает как теплица. Мало того, что от солнца нагрелась так еще и внутреннее тепло имеется. Там правда устроена вентиляция самотёчная, но это такое себе решение. Я сперва шагнул было в конструкцию фонаря открыв дверку и пригнувшись. Ага сейчас! Вылетел. Кажется, я нашел себе парилку без самой бани. Пришлось обойти весь фонарь и открыть несколько секций стеклянной конструкции. Подождал пока сквозняком выдует хоть немного тепла из-под фонаря и попробовал войти снова. Стало не сильно лучше, но уже можно было находится там некоторое время без боязни получить тепловой удар.

Конструкция, позволяющая разделить круговой световой поток на сегменты оказалась проста, как молоток. Я просто поднял из горизонтального положения до вертикального три из двенадцати зеркальных лепестков, окружающих излучающий свет стержень и находящихся на расстоянии около полуметра от него. Натуральные такие лепестки, как у лотоса. Если их все поднять, то получится полусфера со стержнем внутри. Только это наверно ни к чему, можно же просто выключить черный цилиндр, который местные его называют единица эфирной энергии. А еще эту конструкцию с лепестками можно было вращать, отпустив четыре крепежных болта. Дискотеку устраивать что ли, в радиусе «ндцати» километров.

Справившись с поставленной самим себе задачей, я вылез из фонаря маяка абсолютно мокрый. Но на улице уже вовсю грело солнце, так что вот прямо моментально заболеть не получится. Я прошел вокруг фонаря и позакрывал открытые ранее секции пару раз поймав глазами хорошего такого зайчика. Куда там той дуговой сварке. После моего маяка я промаргивался минуты по две. А потом еще долго «наблюдал» виртуальный стержень перекрывающий обзор.

Следующим делом, намеченным на сегодня была рыбалка с элементами стрельбы. Собирался поймать нам рыбку на обед и испытать полученный револьвер. Причал я счел для этого максимально подходящим местом. Обрыв отразит звук выстрелов в море, за мишени могут выступить камни в избытке лежащие под обрывом. Есть правда опасность рикошетов, но надо просто это учитывать и подбирать мишени с умом.

Идти на причал с револьвером и спиннингом было гораздо удобнее нежели с карабином. Это я оценил сразу. И вес небольшой и габариты совсем не те. Патронов вот только у меня маловато, сто штук всего. Поэтому на начальное освоение навыка стрельбы из этого ствола я выделил себе всего сорок штук. Катастрофически мало!

Перед спуском к причалу остановился, пошли мы с Фредом не через тоннель в подвале, а через калитку в саду. Фред пошел было вниз по лестнице, но увидев, что я не спускаюсь, развернулся, подошел и уселся возле ноги. А я смотрел. Красота! Теперь, когда туман куда-то сдуло ветром или «Призывом», виды открывались просто фантастические. Особенно для того, кто на море бывал редко и короткими наскоками. С этого места было видно место впадения ближайшей речки. Далековато, но кажется там есть небольшой водопад, глянуть бы. Хотя… Если ферма, расположенная вверх по реке, окажется хозяйством Решетовых, то река это носит название Каскадная. А значит там не один водопад, а целый каскад. Надо будет обследовать потом, когда за своим конем соберусь.

Но в основном мое внимание приковало море. Бирюзовое прозрачное море. Относительно спокойное волнение на нем позволяло разглядывать дно с его растительностью и обитателями. Минут десять простоял. Колышущиеся в прозрачной воде водоросли произвели просто гипнотический эффект, и я залип. Так бы и торчал если бы не Фред, ткнувшийся лбом мне в колено. Молодец, вывел из транса.

Я ни разу, не отбитый на голову рыбак и шепотом у воды не разговариваю поэтому и откладывать стрельбу из «нагана» на после рыбалки не стал. Вот по всяким «стрелялкам» и «пулялкам» я отбитый, это есть. Но увы законодательство страны проживания накладывает на такие пристрастия массу ограничений. А тут я пожалуй, оторвусь. Только патронов докупить надо пару мешков.

Зарядил револьвер, выбрал камень метрах в двадцати, торчащий из щебня обрыва. Рикошета быть не должно.

Первый выстрел сделал со взведенным курком поддерживая правую руку левой. Хорошо бахнуло, хлестко, но сильно тише карабина конечно. Что порадовало. Вопреки ожиданиям ствол не так уж и сильно подкинуло, да и отдача слабая. Избыточный вес пошел этой пушке на пользу. В камень я конечно с первого выстрела не попал, но убил. Пуля попала в щебень прямо под камнем, и он выпал из обрыва. Но недостатка в подобных мишенях тут не было. Фред правда недоумевал, не понимая куда ему бежать-то. Где тут павшие зайцы?

Второй выстрел получился уже лучше. И третий, и четвертый. Хороший аппарат. Отстреляв восемь патронов, перезарядился и попробовал стрельбу со самовзводом. Четыре попадания из восьми, без всякой системы промахи шли. И выцеливал и удержать пытался жестко, и не жестко. Короче, то что знал о револьверах в теории подтвердилось на практике. Самовзводом стрелять только в упор и при спешке. А что бы уверено поразить цель, надо сперва курок взвести. А еще я узнал, что сорок патронов это не то что мало, это вообще слезы. Пять полных барабанов еле растянул на полчаса. А доступных в двадцати метрах неубитых камней еще на пару ящиков осталось. Кстати, порох в патронах оказался бездымным. Не все тут плохо с цивилизацией, химию освоили.

С рыбалкой сперва вышел конфуз. Поймал какую-то рыбу, отдаленно похожую на кефаль, но пришлось выпустить. Не должна же вроде кефаль на блесну клевать. Поэтому ну его, ловим тунца. Поймал не сразу, наверно эта «недокефаль» обслюнявила невкусно блесну. Заменил на тот-же «счастливый» китайский воблер, который принес добычу в прошлый раз. На втором забросе стукнуло и пошла леска разматываться. Поборол рыбину минут за пятнадцать. Повезло, в этот раз попался уже знакомый нам тунец. Всё, рыбалка и пострелушки закончены. И часа не потратил. Это не та рыбалка, к которой я привык на Земле, это просто какой-то промысел. Ну или как поход в магазин. Пришел взял что нужно и пошел домой готовить. Никакой романтики! Но меня очень устраивает. Терпеть не могу сидеть и часами пялится на крючок. У меня поэтому и удочки нет, только спиннинг.

Готовить решил сегодня не в сковородке, а в духовке. У меня же теперь целая нормальная кухня в моем распоряжении.

С духовкой освоился быстро. Ничего сложного в ней не было. Почти привычная конструкция, только без стекла в дверце. В тумбе рядом с плитой даже нашлась посуда пригодная для приготовления именно такого блюда. Длинный овальный противень из чугуна. В одной руке хрен удержишь - тяжеленая. А крышку от этой посудины можно вместо колокола использовать - звонкая. Но крышка нам сегодня не понадобится. Нам корочки охота запечённой хрустящей. Хорошо, что теперь у меня и специи есть и лук. Правда, целиком с хвостом рыба не влезла на посудину, хоть и была уже лишена головы еще на берегу. Пришлось еще и хвоста обрезать. Набил ей в брюхо шинкованного лука, смешанного с солью и приправами, и в духовку определил. К рыбе поставил варить картофель в мундире. Буду полноценно обедать. Как дома. Хотя, о чем это я!? Я же дома!

Славный получился обед у меня. Фреду тоже перепало внепланово, в обед. Но на вечер и на завтра я ему все-таки каши наварю из костей с мясом. Надо только в холодильник на Земле за ним сходить. Сбегал, не переодеваясь в теплое, поэтому в темпе. Мясо в «холодильнике» хорошенько промерзло. А пока размораживается я займусь инвентаризацией.

Как я и предполагал, третий этаж оказался небольшим складом, в котором есть всё. Всё что может пригодится при эксплуатации маяка, или скорее при его ремонте.

От болтиков и гаек, до тех самых эфирных осветительных элементов. Хранящихся в отдельном стальном ящике с замком, в котором в данный момент торчали ключи. Открыл ящик и убрал ключи в карман. Увидев в ящике девять стержней хотел уже вознести к потолку вопрос, но умная мысль в мою голову дошла быстрее. Сейчас-то маяк работает, так что десятый стержень на месте, работает. Уф. Отлегло. Целый шкаф был заставлен стеклянными флаконами с нашатырем. В этом же шкафу хранились и мягкая ткань, аж два рулона. Понятно. Драить все эти стекла на фонаре теперь есть кому, ему и тряпки выдали. Ну ничего мы этот процесс модернизируем, есть у меня пара идей. И еще есть доступ к современным технологиям Земли.

Еще нашлась униформа. Два цивильных набора и два для выполнения черных работ. Теперь у меня есть мундир! Два черных длинных пиджака или наверно их надо называть сюртуками. Со стоячим воротником и парой якорей на нем. Хорошо хоть без погон и эполет. Значит гражданский мундир. На брюках узкие лампасы синего цвета и две ширинки по бокам! Две ширинки! На, мать их, пуговицах! Чудный подгон! Ну хорошо хоть не сапоги кирзовые дали, а нормальные вполне ботинки. Самого классического вида. Высокие правда. Но из хорошей мягкой кожи. Даже подошва из кожи. Винтаж полный! Ну и фуражку тоже выдали. Две. С золотым якорем на тулье и овальной кокардой с маяком внутри на синем околыше. Нахрен такое! Точно носить не стану! На Землю скатаюсь, там в ПВЗ должна пара шляп фетровых подъехать. Одинаковые по покрою, такие еще называют «бурскими». Одна черная – угадал к форме, а вторая темно-зеленая. Дорогие, ручной работы, на заказ, по моим меркам пошитые.

В рабочую одежду вошли пара джинсовых брюк-комбинезонов. С лямками. И двумя, мать их еще раз, ширинками по бокам длиной в километр! На пуговицах! К брюкам выдали две простые куртки, типа однобортного пиджака и две джинсовые кепки «восьмиклинки». Мечта гопника. Ботинок к этому набору не шло. Видимо предполагалось, что я обойдусь двумя парами. А я и обойдусь. У меня своей обуви выше крыши. Но эта хороша для маскировки моей истинной сущности инопланетянина. Еще в этом же шкафу обнаружились белые широкие рубашки старинного покроя из приятной ткани. Какие-то не тянущиеся носки. И кальсоны! А что, самое то, рассекать по местному теплу в шерстяных брюках и подштанниках. Тут в футболке-то на солнце уже жарковато, а ведь еще вроде, как только весна. Ну да ладно, даренному коню в зубы не смотрят. Будем что-то носить, что-то хранить. Но перенести все это надо будет в спальню, к остальной одежде.

Еще в одном шкафу нашлись стекла разных размеров для фонаря маяка. Весь фонарь не перестеклить, но какой-то элемент или два заменить можно, пока буду искать решение. Сейчас мне сложно представить каким образом тут вообще можно разбить стекло на фонаре, ибо погода стоит отменная. Надеюсь ураганов с летающими камнями тут нет.

Нашлось два масляных фонаря и масло к ним. Хотя если бы не было описи, то я бы решил, что это керосинка обычная. Ничем эти лампы от нее не отличались особо. Абсолютно такое же устройство. Еще одна винтажная вещица, вряд ли я променяю на нее свои фонари светодиодные. Если только для маскировки, легенды и отчетности.

К пяти часам вечера я уже закончил с инвентаризацией на этом этаже. Не так страшно оказалось. Все лежало на местах, аккуратно сложено или даже в упаковках. Орднунг. Оставалось заняться четвертым этажом. Там судя по описи находились различные приборы. Но этим займусь уже завтра или после ужина. Мы же тут власть. Вроде бы…

Я поужинал остатками рыбы с картофелем. Фреду же сварил нормальную гречневую кашу с мясом. Что бы не мучить его долгим ожиданием, пока каша остынет, отнес ее на сторону Земли в холодильник. Там полная кастрюля каши остыла за полчаса. Но, пожалуй, это надо прекращать. Расточительно. А то еще «наверху» санкции введут.

После ужина сразу на трудовые подвиги не тянуло, решил померить свою рабочую униформу. Не рабочую конечно, и уж точно без кальсон. Которые к тому же вместо резинки оснащены веревочкой, продетой в пояс - полное ретро. А вот рубашки понравились. Покрой конечно странноватый на мой современный взгляд, но материал классный. Решил использовать, к тому же их и гладить похоже необязательно. Рассекать по жаре в такой будет просто прекрасно.

Китель и брюки сели превосходно. Ну так у меня и портные ни разу не простые. Ожидал, что будет узковато и скованно. Но нет, вполне нормально руками можно крутить и ногами можно приседать. Правда полюбоваться собой было сложновато. Большое зеркало находилось со внутренней стороны дверки шифоньера в спальне и дверки эти открывались только на девяносто градусов. Ничего так, парадно получилось. Фуражка конечно портила картину. Ну это чисто мое субъективное мнение, я ведь такого рода головные уборы никогда не носил на себе. Пойдет для маскирования. Насколько помню в эту эпоху у нас на Земле появится без головного убора было моветоном. Так что пока не привезу шляпу, похожу в этой «фураньке».

Ботинки пришлись тоже в тему. Не смотря на их простецкий вид оказались очень удобными и обещали комфорт. «Страшного скрипа» эти башмаки не издавали, потому носить буду однозначно.

В таком виде я и поднялся на четвертый этаж маяка. Браться снова за инвентаризацию не хотелось, решил просто внимательнее изучить место действия. Больше всего меня тут интересовали те подзорные трубы больше похожие на телескопы из-за своего размера. Вещь! Блестят! Окуляры и объективы прикрыты кожаными крышками. Три оси вращения с фиксирующими винтами. Если винт закручивать не до хруста, то можно плавно смещать во всех трех направлениях. Ну и конечно все это сияет, начищено. Замучаюсь я тут порядок поддерживать. Пасту, типа ГОИ, я кстати нашел на складе этажом ниже. Килограмм пять. Охо-хоюшки.

Прикинув направление что бы рассмотреть городок принялся изучать механизм открывания амбразур. А нет механизма. На каждой секции ставень закрывающих амбразуру есть завертка форточная, а над притолокой торчит круглое кольцо. Дотянулся до него, потянул. Ставня слегка дернулась. Повернул закрутку и попробовал снова тянуть. Пошла родимая. Не особо и тяжело кстати пошла. За кольцом потянулся стальной трос, открыв полостью секцию ставни. Или правильнее это называть не ставнями, а крышкой порта. Мы же к флоту относимся. Повертев головой нашел на потолке крюк, и не один. Каждой крышке порта соответствовал свой крюк, за который надо было зацепить вытянутое кольцо с тросом. Хорошо, что потолки невысокие и я не низкий. Зацепил. Ослабив крепление ближайшей подзорной трубы, подвел ее к открывшемуся порту. Глянул. Чистое изображение. Даже идеальное. Хорошие линзы стоят. Наверно не местного производства, а прямиком из «небесной канцелярии» выписаны. Видно хорошо, только с направлением слегка ошибся. Пришлось открывать еще один порт, правее.

Результаты наблюдения не порадовали. Поздно начал. Во-первых, в той стороне садилось солнце. И оно бы мешало своим светом, да и вообще небезопасно смотреть такой оптикой в сторону солнца. Во-вторых, в той стороне, за городом на грани видимости находятся горы. За которые нынче это самое солнце благополучно зашло и предгорья погрузились в густую тень. Я долго вглядывался и мне показалось что вижу точки света в той стороне. Но не более. Придется завтра с утра попробовать, когда солнце будет светить с обратной стороны, на восходе. Зафиксировав трубу понадежнее, я прикрыл оба открытых мной порта. Хотел было подняться на верхнюю площадку и оглядеться, но вспомнив какая там иллюминация сразу раздумал. Интересно, а маяк вообще когда-нибудь выключают? Надо же как-то менять «стержень» и «цилиндр». Разберемся. Перед сном опять буду «настольную» книгу читать.

Остаток вечера провели с Фредом на веранде в саду. В ожидании темноты я сидел со стаканом виски, заедая его тонкими ломтиками бастурмы. Лепота. Периодически брал со стола револьвер и вхолостую упражнялся в взведении и прицеливании отрабатывая до автоматизма. Хорошо если не пригодится, а вдруг понадобится и заторможу.

Когда совсем стемнело, пробовал разглядеть звезды. Была надежда увидеть «Большой ковш», но не срослось. И видно было не очень из-за засветки маяком, и то что разглядел показалось мне совсем незнакомым. Надо будет заглянуть в «Астрономию», стоящую на полке в кабинете. Для прояснения ситуации.

Спать в спальне было гораздо комфортнее. И кровать больше и мягче, и белье приятное, но главное бой курантов был слышен где-то вдалеке, а не над ухом. Так что удалось проваляться до семи часов, пока Фред, ночующий возле двери спальни, не решил, что ему уже пора погулять. Но и мне разлеживаться некогда. Планы.

Выдав Фреду порцию каши, заварил себе большую кружку кофе и пошел с ней на четвертый этаж маяка. И раз уж я решил тут провести и наблюдения, и инвентаризацию то открыл все порты. Ворвавшийся в помещение яркий свет восходящего солнца ослепил. Множество бликов и «зайчиков» от надраенной до зеркального блеска латуни заставили испытать приступ чихания. Ходить с прищуренными, как у коренного сибиряка, глазами было не очень удобно, поэтому порты с солнечной восточной стороны я позакрывал. Приступим.

Город я разглядел. Оказывается, правильно вчера навелся на огоньки. Вот только слово разглядел наверно будет неправильным и слишком оптимистичным. Отдельные здания были не видны, просто общий вид. Впрочем, не знай я что там расположен именно город, то принял бы его просто за нагромождение скал. В общем не получится отсюда его рассмотреть, ножками надо, и глазками, лично.

Зато хорошо рассмотрел устье реки Каскадной. Красивое устье. Действительно каскад невысоких водопадов. Смог увидеть устье и второй от маяка реки и даже вроде как мост над ней. Хорошая оптика. По моим прикидкам до того моста километров десять.

Осмотрел юго-западную часть, наличие там суши с горами подтвердилось. Километров тридцать похоже до той суши. А вот прояснить ситуацию что имеет место тут быть, залив или пролив не удалось. Какой бы оптика крутой не была, но атмосферную дымку и муар над морем никто не отменял. Полюбовавшись на видимую, свою часть берега я допил кофе и взял папку с описью имущества. Надо заканчивать «чахнуть над златом».

В ящиках местного «пульта управления» зрительными трубами ничего особо интересного не нашлось. Пачки бумаги, карандаши, блокноты. Запасные стекла для «телескопов». Нашлось два бинокля, большой и малый. Правда дико древней конструкции. Прямые трубы без призм из латуни. Тяжеленые, неудобные, но красивые. Функцию свою выполняют, но использовать их совершенно нет никакого желания. Да и руки отнимутся. Тот что большего размера килограмма три весит.

Больший интерес представлял прибор, установленный на тумбе около центральной колонны маяка. В описи он значится как светосигнальный передатчик с набором шрифтов. Как понял из описания в инструкции предлагающейся тут же, в ящике возле самого громоздкого прибора, эта штука создана для того что бы посредством фонаря на маяке передавать какие-то сообщения. Я ожидал чего-то типа «ключа» для передачи азбукой Морзе, но видимо в этом мире самого Морзе не случилось. А нашелся тут умник, придумавший похожий код, но пристегнувший вместо ключа что-то наподобие пишущей машинки. Наверно это удобнее, азбуку Морзе учить не надо, но не дай бог эта «хренотень» из строя выйдет, кто ее чинить-то будет. Этот механизм занимает место в двух шкафах по бокам от тумбы с «клавиатурой». До раскладки «qwerty» тут тоже не додумались, поэтому сама клавиатура на рояль похожа. Гласные буквы на черных клавишах, согласные на белых и расположены просто в алфавитном порядке. Надеюсь мне не придется этим слишком часто пользоваться. Но инструкцию забрал себе, к «Справочнику». Книжка на ночь. Интересно, а печатные машинки у них тут тоже так выглядят, или уже додумались и познали статистику с эргономикой.

Уже не в первый раз просмотрел листы с описью имущества, галочки везде проставил, ничего не пропустил. И вроде бы ничего не попалось сверх описанного. В общем признаем, что дебет с кредитом сошелся, но подписывать от имени высочайшей комиссии не буду. И места для этого на листе не предусмотрено, да и членов комиссии не нашел.

Вооружившись биноклем-монстром из местного арсенала, я еще раз окинул взглядом открывающуюся картину, но не увидел ничего нового. Ни паруса, ни дыма. Для кого я маяк включил непонятно. Надо бы наверно как-то до города добраться и представится своему руководству. Но с другой стороны, оно, руководство это, мне никаких распоряжений на эту тему не давало, а лезть туда самому и не подготовившись не стоит. Раскусят сразу, Хлестаков из меня не получится. Это вам не книжка, тут глаза в глаза придется смотреть и врать. Причем врать по теме, в которой вообще ничего не соображаешь. И если с устройством работы маяка я могу еще как-то ознакомится по книге, то как мне понять общую картину этого мира вообще не представляю. По идее у меня есть средства на счету, но как их получить в банке я представления не имею. Да я даже представления не имею как мне в город попасть и в магазин сходить тут. Чем я должен питаться? Не, ну так-то понятно, что я с голода не умру, у меня сетевой «универсам» в получасе езды есть, вот только он за порталом. О котором мое руководство наверно понятия не имеет. Или я не прав? Нет, точно не имеет. Иначе бы тут не почтальон появился, а какие-нибудь советники «тайной канцелярии» или еще какой жандармерии. Никто не упустил бы из виду такой актив. Дедукция епрст! Но одной дедукцией я вряд ли осилю все местное мироустройство, даже Шерлок бы не справился. Слишком много неизвестных.

Неожиданно с улицы раздался переливчатый свист и вопль:

- Эй! На маяке! Ау-у-у!

Не понял. Гости пожаловали! Из «тайной канцелярии»?

Я сложил ладони рупором и проорал в сторону открытой амбразуры:

-Иду!

Спустившись на третий этаж, я посмотрел в окно, кого там принесло. На лугу, между домом и маяком стоял фургон, запряженный парой лошадей. Классический такой фургон, как в фильмах про «дикий запад». Впрочем, такие же использовались и во всех армиях мира у нас на Земле со времен Наполеона. Возле фургона разминались двое мужчин. В костюмах, сапогах и фуражках. Или эти головные уборы лучше картузами назвать, люди-то гражданские. Невооружённые на первый взгляд. В отличии от меня. Я-то с револьвером еще не наигрался, ношу на поясе. И даже с патронами. Впрочем, у них тоже вполне что-то может быть на поясе или в фургоне. К которому, кстати, сзади еще две копытных «запаски» привязаны на длинном поводу. Видимо издалека товарищи едут, раз запасных коней с собой тянут. Ладно, познакомимся.

Осмотрел себя на предмет соответствия моего внешнего вида окружающему пространству. Брюки и ботинки от формы, найденной тут на маяке. Рубашка местная, очень мне в ней понравилось ходить. Удобная, хорошо вентилируется и движений не стесняет. Ремень правда мой родной, офицерский. Но он наипростейший – простая черная кожа, простая пряжка. Кобура с револьвером и связка ключей на поясе. Нормальный такой вид, сойду за своего, если буду мало говорить.

Я притормозил перед дверью, выдохнул со звуком и вышел.

Нормальные мужики вроде. Один правда сильно моложе второго, который имеет еще и бороду недлинную, но густую. Похожи. Наверно отец с сыном.

- Добрый день. Чем обязан?

- Ага. И вам здравствовать. Как обустроились? – спросил старший.

Хм. Похоже они знают обо мне больше чем я о них, раз знают, что я только прибыл сюда. Знакомая ситуация. Прям как у нас в деревне - про тебя знают всё и даже больше чем ты сам.

- Да пока что в процессе обустройства нахожусь. А вы, простите, кто будете?

- Во! Видишь, Славка. «В процессе». Я тебе говорил, что учится надо было в городе остаться до восьмого класса. Бестолочь. Тоже бы слова знал умные – тут же упрекнул старший младшего. – Соседи мы ваши. Решетовы. Илья Сергеевич я. А это Славка. Младший наш. Оболтус.

- Очень приятно. Вадим Горин. Смотритель местный. – представился я, подошел и пожал им руки. Сперва старшему, а потом и «оболтусу». Чем данного «оболтуса» удивил до покраснения. Блин! Вот так на мелочах и «сыпятся» шпионы. Ладно, учту.

- А по батюшке вас как? – интересуется старший. Смотрит и обращается, кстати, ко мне он с уважением и почтением каким-то.

Дикие люди, сословное общество. Или из-за того, что считают меня более образованным, или то что я на службе вроде как состою. Разберемся. Всяко лучше, чем «тайная канцелярия».

- Дмитриевич. Для Славки. Для вас, Илья Сергеевич, можно просто Вадим. По-соседски.

- Эва как. Тогда и вы Вадим Сергеевич уж тоже зовите меня по-простому Ильёй.

- Добро, Илья. Давай на «ты» уж тогда. – предложил, а сам отслеживаю реакцию на лице мужика. Так-то он лет на двадцать меня старше. Но, в рабочих коллективах и в деревне такое панибратство со старшими по возрасту прокатывает обычно хорошо. Помогает наладить контакт быстрее.

- Добро, Вадим Д-м-трс-с… Вадим! – сразу поправился Илья и снова протянул мне руку внимательно смотря мне в глаза.

Я с улыбкой крепко пожал протянутую ладонь.

- Как доехали-то?

- Да хорошо всё. Чего тут ехать-то. Пятнадцать верст всего, это чай не в Приморск скататься. Это туда целый день ехать приходится. Прямо на ходу хлеб водицей заедая.

Шутник епрст. Это же мне наверно надо им предложить поесть и чаю или еще чего предложить. Или они с ночевкой. За сколько они эти свои пятнадцать верст проехали? Сколько скорость-то у этого их транспорта? Наверно, чуть быстрее пешехода. Тогда получается часа три они ехали. Чем мне их кормить-то? Открывать при них реторт-пакеты уж точно не стоит. Колбаса и бастурма пойдут. Хлеб еще есть. Только надо все это как-то из пакетов полиэтиленовых незаметно достать. Вот же, гадство, попал. Пока я соображал, старательно изображая покер-фэйс, старший Решетов наконец огласил мне цель визита.

- Мы тут провиант по ведомости привезли и лошадок ваших… Фу ты. Твоих лошадок с постоя привели. Изволь принять и расписаться надо будет.

Илья достал из бокового кармана пиджака сложенную бумагу и протянул ее мне.

- Вот. Прочти и подпись свою поставь. Мы потом в Приморск свезем. С сыром.

Здорово! Сразу ведь все понятно становиться. Я прямо вот все и понял сразу. Ох-хо-хой. Тяжко мне будет.

- Куда сгружать-то будем. Показывай.

- Сейчас, погоди, Илья. Дай хоть прочесть бумагу вашу.

Я волнуясь развернул бумагу и с облегчением выдохнул. Та еще накладная. Сам бланк типографский, отпечатанный на сероватой бумаге. В шапке типографским шрифтом напечатано: «Ведомость на получение от», далее заполнено карандашом печатными буквами от руки: «Хозяйство Решетовых». А ниже простая табличная форма с вполне типичными подписями в шапке таблице: «номер п/п», «наименование», «количество». Единицы измерения записаны в той же колонке что и количество. Недодумались тут еще до колонки «единицы измерения». В самом низу таблицы напечатано: «подпись», «дата» с пустым местом для обозначения мною оных. Смешно. Интересно, а какая нынче дата у них тут. И почему нет места для подписи передающего?

С момента «Призыва» прошло четыре дня вроде, если судить по дате начала журнала и штемпелю на конверте, получается, что у нас сегодня восемнадцатое мая. Уф. Тут справился.

- Вы пока коней может тут привяжите? – спросил я у Ильи указав на коновязь.

- Дык у нас там овес с пшеницей для скотины твоей. Десять мешков. Может лучше в сарай сразу подвезти. А то как потом таскаться.

Вот блин. У меня в сарае багги стоит! Накрытый конечно брезентом. Но он вызывающе большой. Будут вопросы наверно.

- Да и лошадок бы на конюшню свести, пусть отдыхают, да попривыкнут к дому.

- Да, пожалуй, ты прав. Ладно. Давайте вы к сараю гоните, а я пойду ворота открою.

И Фреда домой загоню, а то привяжется сейчас за мной в сарай, а там кони. А учитывая, что они друг с другом не знакомы это может обернуться маленькой катастрофой. Особенно учитывая, что доставшиеся мне кони ни разу, ни пони. Здоровые такие «коняшки». И что характерно, совершенно без инструкции по эксплуатации они мне достались, но «нахаляву».

В каретном сарае внимательно осмотрел багги укрытый брезентом, убедился, что никаких деталей из-под тента не торчит. Отодвинул засов и открыл ворота, Решетовы уже подъехали, припарковав свое транспортное средство бортом к воротам.

Славка уже отвязал моих коней от фургона и держал обоих в поводу.

- Вадим Дмитрич, куда их?

- Да вон их стойла, дальше. А может их в загон лучше пока выпустить.

- И то правда. Славка, давай их в загон проводи, пусть пасутся. – тут же поддержал меня Илья.

Я прошел снова в сарай и открыл ворота в загон. Тут же Илья и Славка провели коней через сарай в загон, и младший Решетов остался снимать с лошадей уздечки. Старший же подошел к заднему борту фургона и стал возится с запорами. Наконец я смог уделить внимание ведомости и узнал, что за провиант они мне привезли. Единицы измерения мягко говоря обескуражили.

Так, например, пшеница, овес и овощи измерялись мешками или «полумешками». Крупа пшеничная полмешка! Оригинально. Видимо мешок тут какой-то стандартный. Или вот, свиной окорок копченый один! Сколько весит, какого объема? Просто один окорок. Бедная местная бухгалтерия! Крынка тоже видимо стандартизированная, мне в них масло топленое и жир свиной привезли. Головка сыра из той же оперы, надо полагать это тоже стандарт такой. Прикольно. Хороший такой продуктовый набор получился. Ну и фуражный тоже. Не мне же они привезли восемь мешков овса и два пшеницы. Вот только в этом наборе напрочь отсутствуют такие продукты как чай, сахар и что самое важное соль. Но оно и понятно, похоже Решетовы привезли, то что производят они сами или что им поставлено в избытке. Сахар и соль ими вряд ли могут производится на ферме. И как быть? Ехать в город? Или ждать еще гостей, из города? Мне-то конечно это не критично, но знать было бы полезно.

Тем временем, пока я изучил список, подошел Славка и Илья спросил меня:

- Куда сгружать-то?

Не хотелось мне их в подвал пускать, мало ли что они там приметят. Но и открыто это показать было бы неудобно.

- Да давайте прям тут в сарай пока выгрузим. Я потом все растащу. Пока еще и сам не решил куда. Не ждал вас. – попытался я плавно обойти этот неудобный момент.

- Да как скажешь, Вадим. Как скажешь, нам же проще. Давай, Славка, хватай мешки. Вон к лестнице тащи. – тут же распорядился Илья.

- Погоди, Илья. Чего корячиться-то. Сейчас тачку пригоню, проще будет.

- И то правда. Ну коли есть так веди. – согласился Решетов и тут же отдал команду начавшему радоваться Славке, – Ну ка, Славка, давай всю мелочевку спереду таскай на лестницу ставь.

Строго у них в семье. Младший Решетов, тут же, с пробуксовкой рванул исполнять приказ старшего. Ну и я чуть ли не бегом за тачкой пошел. Суровый мужик этот Решетов. Тем не менее, когда я пришел с садовой тачкой к воротам Илья сказал:

- Мы тут сами управимся. Ты, Вадим «Митрич» нас чаем лучше угости на дорожку.

- Без проблем. Сейчас пойду поставлю, да соберу чего-нибудь перекусить.

- Не суетись сильно, нам сноха с собой собрала поснедать в дорогу.

После его слов я поспешил в дом и далеко не с целью побыстрее чайник согреть. Следы надо замести. Уже войдя в дом понял, что оставил их там наедине с укрытым брезентом багги. И тут у меня открылись скрытые резервы скорости.

Чайник на плиту. Сахар из пакета пересыпал в глубокую тарелку, в другую такую же соль высыпал. Чай высыпал в какую-то фарфоровую емкость с крышкой, которая скорее подошла бы для сахара. Но сейчас не до этого, главное быстрее. Колбасу и бастурму из пакета вывалил прямо на стол. С колбасы пришлось быстро отрывать этикетку. Полбулки хлеба достал из пакета и отправил в имеющуюся деревянную хлебницу. Оглянулся. Вроде все нормально и быстро вернулся в сарай.

- Быстро ты. Мы еще и с фуражом не закончили. – удивился Илья.

- Ну чайник на плиту поставить недолго.

- А у тебя небось тут эфирная плита-то?! Цивилизация? Во! – полуутвердительно спросил Решетов.

Ага, понятно. Значит представление о цилиндрах и их свойствах они имеют. Уже проще.

- А то как-же. Техника же вокруг сложная. – подыграл я ему.

- Это да. Ночами и мы твою технику видим. Сперва прям аж хорошо так светило, а сейчас что-то уже не так видно.

Ого! Это получается свет от маяка и до них доставал.

- Мы же как увидели, что мельтешит так и стали собирать провиант. Ну думаем прибыл смотритель. Кормить пора.

- Спасибо. Вовремя вы. А то я уже колбасой сыт по горло. На рыбу перешел. – поблагодарил я, - А маяк я перенастроил, а то спать невозможно было. Теперь только на море светит.

- Хороший фонарь. Крепкий. У тебя тут ночью наверно, как днем светло? – поинтересовался старший, а младший замер с груженой двумя мешками тачкой, ожидая моего ответа. Любопытный.

- Да. Светло. Но, он же гад такой мигать должен. От этого мельтешения его очень уж глаза устают. То очень светло, то темень. Так что, не очень это приятно. – сказал я, но чувствую, что младшего это совсем не удовлетворило.

Видно, что хочется ему больше узнать и увидеть, а спросить стесняется. Можно будет его наверх сводить, показать. В башне вроде ничего из своего мира у меня не валяется на виду.

- А что, Славка, хочешь на маяк залезть посмотреть?

Молодой глянул на ухмыляющегося Илью, понял, что тот в принципе не против и тут же уцепился за такую возможность:

- Конечно! А можно!? А когда? Дядь Вадим, а труба у вас зрительная есть?

Ого! Я уже в дяди попал.

- Славка! – тут же рыкнул Илья, - какой тебе дядя!? Вадим Дмитриевич!

Младший Решетов тут же испуганно покраснел:

- Простите, Вадим Дмитриевич! – старательно выговаривая отчество и повесив голову сказал Славик.

- Да, ладно вам, – вступился я за парня показавшегося мне очень неплохим человеком. – Пусть и так называет. Мы же соседи, Илья. Ничего страшного. Между собой можно.

- Прости ты его балбеса, Вадим. Дитё еще, хоть вымахало. Понял, Славка!? Что бы на людях только Вадим Дмитриевич и со всем почтением! – наставил Илья.

- Понял, батя. Простите, Вадим Дмитриевич. А на маяк можно?

Мы с Ильей переглянувшись тут же засмеялись, а Славка засиял от счастья, поняв, что гроза миновала.

- Можно, Славик, можно. Давайте заканчивать, да после перекуса сходим наверх, – окончательно успокоил я парня.

- И то правда! Давай шевелись, подавай тачку, – сказал Илья, хватая последний из мешков с зерном за горловину.

Я тоже подключился к разгрузке, правда успел только перенести две головки сыра, две крынки и свиной окорок, от умопомрачительного запаха которого чуть не захлебнулся слюной. Головки сыра, кстати, оказались не такими уж и маленькими, в каждой веса килограмм десять. Да и окорок примерно столько же весит. Хорошо меня снабдили. Но единицы измерения, конечно, те еще – кошмар снабженца.

Разгрузив фургон, мы с Ильей пошли в дом через сад, прихватив, по моей просьбе, головку сыра и окорок. Славка же взял коней под уздцы и повел их к коновязи перед домом. Открыв дверь в дом, я пригасил Илью войти:

- Входи. Прямо кухня будет.

Илья прошел через коридор в дверь на кухню, оглянулся оценивая обстановку дома.

- Добрые хоромы, Вадим. А что же хозяйки нет у тебя? – тут же полюбопытствовал Илья.

Я выключил конфорку с давно кипящим чайником. Взвесил его в руке, нормально, не выкипел.

- Не довелось пока обзавестись. Не до того было, - попытался я спрыгнуть со скользкой темы.

- Тяжело одному. И домина большой, и огород, и работа. Управишься сам-то?

- Посмотрим, Илья, посмотрим.

Решетов понял, что я не хочу развивать эту тему и тактично отступил, заметив:

- Ну и ладно. Тут с умом надо. Не каждая жинка сможет в нашей глуши жить, хоть у тебя тут и справно все обустроено. Но их, баб, шут поймешь. Схожу, нашу снедь принесу, да Славку проверю. Оболтуса.

Пока Илья вышел к коновязи проверять как Славка управляется с лошадьми, я отыскал в одной из подвесок заварочный чайник. Щедро сыпанул туда заварки и залил кипятком. Кипятку в заварник ушло много пришлось снова ставить чайник на плиту.

Выставил на стол три больших фарфоровых кружки, три тарелки, три вилки и три чайных ложки. Нашел в одной из тумб какие-то небольшие кухонные полотенца и повесил их каждому на спинку стула, руки вытирать. Думаю, с новыми знакомыми какие-то особые правила этикета применять не придется. Вроде простые люди. Когда я нарезал колбасу и бастурму на тарелку, с улицы вошел Илья с большой корзинкой в руках.

- Посмотрим, чего нам тут Светлана насобирала.

Илья подошел к мне и стал выгружать свои припасы. Большая стеклянная бутылка с молоком. Из пропитавшегося жиром куска ткани достал большой шмат копченой грудинки. Пучок зеленого лука с белыми головками. В еще одной тряпице оказался завернут большой круглый каравай запашистого хлеба. Потом последовала какая-то деревянная шкатулка приличного размера. Илья тут же ее открыл и продемонстрировал мне кусок сливочного масла, занимавший весь объем.

- Фух. Не потаило, - выдохнул Илья. Он ткнул пальцем в совсем мягкое мало, - Вот дуреха. Куда она нам его? На кой ляд?

- Ага. Понятно. – тут же ответил себе Решетов, достав из корзинки мешочек с крупой. – Она, что думала, мы кашу варить будем? Никак решила, что мы до города подались и будем каши наваривать по дороге. Держи, Вадим. Себе оставь, а то назад не довезем вытечет все по жаре.

- Вот спасибо! Пока давай на стол его. Давненько масла свежего не ел. Передавай мою благодарность снохе своей, Илья. Удружила. Куда бы его переложить?

- Да брось. Так храни. В дубе оно еще долго будет свежим. Только в погреб убери. Есть у тебя погреб-то? Ледник?

- Нет. Ледника нет. Но подвал каменный, прохладно там.

- Ну вот туда и убери. Не перекладывай только. Пусть так. В следующий раз поменяемся.

Тут в дверь вошел Славка и доложил отцу что управился. На его громкий звонкий голос из каминной комнаты среагировал лаем Фред. Видать давно прислушивался и уже не выдержал, решил напомнить о себе.

- Да у тебя никак пес есть! А чего не видели мы его?

- Есть. Я его закрыл, что бы под ногами не путался. Очень у него характер непоседливый, - пояснил я Решетовым и гаркнул в сторону Фреда, - А ну тихо! Сидеть!

Илья, наклонив голову, прислушался к реакции Фреда на мои крики.

- Хорошая собачка. Вишь, умная. Утихла сразу. Покажешь?

- Позже. Поедим. А то он покою не даст.

- Породистый какой?

- Спаниель, - ляпнул я по привычке и тут же спохватился, - вроде бы так называли.

Как-то раньше я об этом не думал, а ведь возможно, что в этом мире такой породы собак и нет вообще. Палюсь возможно.

- Не слыхал. У нас волкодавы живут. Они и по овце справляются и волка могут взять.

- Мой мелкий. По зайцу, по птице работает. Да сторожем может поработать. Гавкнет при случае.

- Охотник значит. Тут этого добра еще полно у нас. Дикий край еще. Людей мало.

А вот это уже интересно. Возможно и удастся сейчас прояснить обстановку вокруг. Главное осторожно.

- Я мало знаком с этими местами. Вы сами-то давно тут живете? – сделал я «первый заброс»

- Всегда. Я тут родился и вырос и детей тут растим. Да и внуков уже трое, - ответил Илья и задумался о чем-то, то поднимая взгляд к потолку, то смотря на загибаемые пальцы. Похоже считает что-то.

- Прапрадед основал наше хозяйство! – Наконец выдал результат мужик, - в аккурат через три года после переселения их семьи с материка в Приморск. Сто пятьдесят с хвостиком годков прошло.

- А Приморску сколько лет самому, не знаете? – «второй заброс».

- Дык считай столько же. Они сюда с первыми поселенцами прибыли. Когда после мирового потопа стали города восстанавливать. – огорошил меня такой простой, с его точки зрения, фразой Илья. – Они тогда на расчистке города поработали три года, но со снабжением с материка плохо было. Голодал народ часто. Тогда прапрадед и взялся за хозяйство. Первое было рядом с городом, но потом там тесно стало и дед пошел на новые земли. Тогда еще от государя большие подъемные давали на обзаведение и налоги мы полста лет не платили в казну.

Хорошо, что Илья не дал мне вставить чуть не слетевший с языка вопрос о мировом потопе. Видимо это было какое-то эпичное событие в их истории. Вот только интересно откуда он о нем знает, если сам тут появился на днях только! Появился ниоткуда и с кучей предков и историей! Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд.

- А ты сам, Вадим, с каких краев будешь, если не с Приморска?

Такой простой вопрос Ильи поставил меня в тупик в самом глухом углу. И что отвечать? Я лихорадочно соображал, опустив глаза в стол, типа не расслышал, ударившись в какие-то свои думы. Илья же вежливо ждал ответа.

- А отгадай, - с натянутой улыбкой взглянул я на него. Ну, а вдруг получится. – По говору, или повадкам, что думаешь.

- Да столичный же сразу видно! – даже удивился Илья.

- Это ты как понял так? – мне главное сейчас вопросы задавать, а не отвечать на них.

- Ну дык, смотри. – Илья показал свою руку с растопыренными пальцами и начал их загибать. – Слова умные больно свободно говоришь. Видать где-то в академии учился, но про Приморск мало знаешь. Значит не в нашем институте, и не в нашей школе. Так что не местный это точно.

О как! У них тут еще и институт есть. Наверно Приморск все-таки несколько больше чем я решил про себя, увидев небольшую его часть.

- Потом ходишь по маяку с револьвером. Остерегаешься незнакомых мест потому что. Только в столицах думают, что у нас тут война и стрельба бесконечная. На другом берегу, на материке-то самом, знают, как тут у нас. А вот дальше, в Империи, представляют слабо. Ты не первый такой тут. Глава городской, когда только прибыл, новый который, сейчашний, к нам в хозяйство заезжал разок, так с ним цельный эскадрон прибыл для охраны. Чуть все поля не вытоптали засранцы. – засмеялся Илья и продолжил. – В Береговом-то народ знает, как тут оно, но тем, кто из столицы прибыл и сюда плывет, такого понарассказывают, что вы и пушку с собой готовы тащить на лафете. Тебе же тоже небось наговорили?

- Да. Было дело. Рассказали. – ответил я, делая вид, что жутко смущен, тем как меня развели в каком-то Береговом.

- Вот тож. А у нас тут тишина и покой. Самый что «ненаесть» глухой угол. Дальше нас только горы. А перевалов там нет. Так что нам все равно, что на той стороне гор. А вот на дороге, ну на железке, что вглубь идет, там да, там постреливают. Но так это где!? Да и на перевале крепость стоит. Так что не боись, Вадим, никто нас тут не тревожит. Как у генерала за пазухой.

Я тут же отметил для себя интересный оборот речи. Не у «Христа за пазухой», а у генерала. Как же мне не хватает данных!

- Да это я больше волков остерегаюсь. Выли тут недавно. – как бы оправдался я.

- Ну и вот тебе еще и это до кучи. Кто же волков с револьвера стреляет-то? Только столичные и будут. Ружьем надо. Ты может стрелок и хороший, в волка из этого револьвера попадешь шагов с десяти. Но ему эта пулька только задору придасть. А несколько раз ты не успеешь стрельнуть. – продолжал поучать меня Илья. Но я отнюдь не собирался его прерывать. Во-первых, он прав конечно, в данном случае. А во-вторых, мне лучше вообще помалкивать, пока лишнего не сболтнул. Тут думать надо крепко над обстановкой.

- Вы у себя там, возле столицы все повыбили уже, волка небось живого никто уже с потопа не видал. Да там и остальной животине досталось шибко. Голод-то лютый был. – продолжал разглагольствовать старший Решетов. – У тебя ружье-то есть, Вадим?

Ага, сейчас. Скажу, что есть попросит показать. А у меня полуавтомат, совсем не местного производства. Сползаем с темы.

- Есть конечно. Но только у меня часть багажа, еще не дошла до меня. А оно как раз там оказалось. Затерялся багаж. Обещали в течении десяти дней подвезти. Хорошо хоть этот пистолет с собой был. Хоть так.

- Беда-а-а. Как же так угораздило-то. Тогда ты лучше пока не шибко тут разгуливай и пса не пускай, раз он у тебя невелик. – по-настоящему встревожился Илья. – Как так-то! А что же в Приморске в лавке оружейной не купил?

- Ну так я же тогда еще не знал, что мне не все привезут сюда.

- А-а-а. Ну да, ну да. Плохо. И у нас тебе оставить нечего, мы одно ружье с собой взяли только. Не знали же…

- Да не переживай, Илья. Я подожду свое. Не страшно. Буду осторожно. За периметр не вылезу, да и Фред предупредит если, что. Бахну в воздух, пугну.

- Ну если так только. Ох, беда.

- Да хватит тебе уже причитать, Илья. Все будет нормально у меня. Пойдем лучше наверх подымимся. – предложил я, стараясь быстрее закончить наш диалог и побыстрее избавиться от гостей.

С одной стороны, было очень интересно послушать Илью и выведать что-то о местном мире. Но после того как он заявил, что живут они тут уже сто пятьдесят лет, а я точно знаю, когда они тут начали жить и почему, мне нужно было остаться одному и крепко осмыслить новые сведения. Даже голова начала болеть. Да и если бы Илья только рассказывал, но он же как всякий сельский житель проявлял еще и любопытство. И я мог на любом его вопросе засыпаться по незнанию. Тем более мы уже выпили по две кружки чая и съели почти все со стола. Я отметил про себя, что оба Решетовых странно осмотрели кусочки сахара и бастурмы. Вопросов не задали, но употребили с осторожностью.

- А и то верно. Пойдем глянем. Славка вон, как на иголках сидит уже. – тут же «подставил» младшего Илья. Можно подумать ему не любопытно самому.

Весь путь до верхней площадки «нелюбопытный» Решетов сопровождал репликами и особо жаждал задержаться на первом этаже.

- Грамотно сделано. В непогоду из дома и выходить не надо. – прокомментировал он галерею.

- А что сильно ненастно бывает? – тут же воспользовался я случаем разузнать климат.

- Хорошая мастерская у тебя тут. Инструмент справный. – похвалил он первый этаж, как только мы вошли, - Да не то чтобы прямо плохо было. Ураганов не припомню. Снег только один раз в детстве видал. Славка вон его только на горах и видел. Потому два урожая легко убираем. Можно было бы и три, но землице тоже надо отдыхать.

Илья подошел к верстаку и стал руками ощупывать висящие ключи, трогать стамески с отсутствующим взглядом каким-то. Мужик явно ловил кайф. Но, Славка его обломал:

- Бать, ну пойдем наверх уже.

- А ну цыц, пустоголовый! Что бы ты понимал еще в таких вещах! – осадил его Илья.

– Я такое только в мастерских в депо видел. Племяш там работает у нас. Целый мастер! – старший Решетов нравоучительно воздел вверх указательный палец. – А ты, бестолочь, школу еле закончил! А тут вишь какие ключи у Вадима! Технику человек обслуживает!

Меня прямо аж гордость за себя взяла, так он меня нахвалил. Незаслуженно правда. Но все равно приятно же.

- Илья, а что же шторма-то бывают крепкие тут? – продолжал я свою «разведывательную миссию», невольно копируя манеру разговора у местных.

- Да ну! Какие тут шторма-то. Мы же тут в заливе, как в кармане.

- У генерала? – позволил я себе пошутить.

- Точно. У него! – рассмеялся Илья. – Ну веди показывай хозяйство дальше раз повел. А то время-то идет. Надо домой собираться уже.

- Ну идем. – пригласил я их за собой.

Второй и третий этаж у Решетовых не вызвал большого интереса. Разве что в кабинете Илья снова нахваливал мою грамотность и пенял Славке его «неученость». На третьем этаже закрытые шкафы и тумбы не дали Илье в полной мере осознать назначение и скрытые богатства этого помещения, иначе бы мы тут зависли. Мужик похоже еще тот «бобёр хомячный». А вот на последнем этаже оба зависли. Царство начищенной меди, бронзы и латуни их просто ослепило видимо.

- Ух ты! – только и смог выдохнуть младший.

- Богато. – прокомментировал старший ёмко.

- Приборы. – довольно провозгласил я. Обыденно так. Типа с рождения имею дело с таким.

- Вадим Дмитриевич, а можно мне в трубу посмотреть? – робко спросил Славик.

- Можно. Только осторожно. Давай покажу.

Я подошел к зрительной трубе, которая так и осталась направленной на берег за заливом, как теперь удалось выяснить, и переориентировал ее на устье реки Каскадной. Думаю, им будет интересно, эту речку и мост они точно знают. Подозвал Славку:

- Вот, Славик. Смотреть сюда, - указал я подошедшему парню на окуляр. – Это называется окуляр. Колесико на нем, вот это, можно вращать что бы добиться нужной тебе резкости. Глаза у всех людей разные, поэтому сделали такую штуку. Попробуй.

Молодой Решетов осторожно, от греха подальше убрав руки за спину, склонился к окуляру.

- Ух ты! Вижу! Наша речка это!? Да!? – в полном восторге спросил Славик.

- Да. Каскадная. Дай сюда руку. – Я взял руку парнишки и показал, как управлять резкостью, - Вот так, плавно вращай. Туда и назад, поймаешь четкое изображение, остановись.

- Точно! Здорово как видно всё! Прямо рядом. – Славка оторвался от окуляра и глянул вдаль невооружённым глазом, - Ого! Далеко как видно!

Славка снова прильнул к окуляру, заведя руки за спину.

- Погоди, Славик. Можно еще так вот взяться за трубу и водить ее куда тебе надо. Только плавно и аккуратно. – я показал ему как можно навести трубу на другую цель.

- Вадим Дмитриевич, а город отсюда видно?

- Видно. Но еле-еле различить можно. Отойди-ка, давай покажу. – подозревая что у него не получится найти город я сделал это за него. – Вот посмотри, только резкость сам поправь.

Славка, наклонился к трубе. Отвлекся на то, чтобы ухватить пальцами кольцо фокусировки. Покрутил его и воскликнул:

- Ух ты! Батя, дядь Вадим! Там корабль возле города на воде плывет! И домики видно!

- Славка, ты опять! Дурень! Сказал же тебе! Вадим Дмитриевич надо говорить! – тут же отругал его Илья. – А ну сгинь. Дай-ка гляну!

Парень, тут же выпрямился и покраснев отошел от трубы:

- Простите, Вадим Дмитриевич.

- Ничего, Славик. Бывает. – успокоил я его.

Тем временем Илья, смотрящий в трубу сопел и своими крепкими рабочими пальцами пытался ухватить колесико настройки:

- Да чтоб тебя окаянная. Не вижу ничего что-то. Муть какая-то перед глазами. Не пойму.

- Батя, давай я покручу тебе колесико. – тут же пришел на помощь младший.

- Ну попробуй. – буркнул Илья.

Славка встал сбоку и стал аккуратно вращать фокусировочное кольцо:

- Ну как лучше? Видно?

- Не. Только хуже стало.

- Погоди, бать. Ща назад покручу.

- Во-во-во! Тихо, тихо! Давай взад немного.

Как дети, право слово. На лицо невольно наползла улыбка.

- Да стой ты! Не крути боле. Лучше не будет. – Илья еще некоторое время смотрел в окуляр и оторвавшись заметил, - хрень какая-то получается. Видать глаза уже не те. Размытое все какое-то, как в тумане или как стекло грязное.

- С возрастом так бывает у всех. – успокоил я его. – Я вот, например, сам город не очень-то рассмотрел. А Славка вон видишь, даже корабль какой-то углядел. Кстати, дайте гляну, что там за корабль такой у нас.

Решетовы подвинулись, и я посмотрел в трубу, подкрутив резкость. Действительно. На фоне нечетких построек города маячат белые вертикальные короткие штрихи. Видимо и правда паруса. Но мне их четко разглядеть не удалось. Я оторвался от окуляра и провозгласил:

- Ну, Славка, глаз алмаз! Я только еле заменые пятнышки белые вижу. Если бы ты не сказал, что корабль, я бы и не догадался наверно.

Славка густо покраснел, а Илья приосанился так, будто я его самого похвалил и медаль повесил.

- Наша кровушка! – провозгласил старший и хлопнул парня по плечу так, что тот пошатнулся.

- Ну что, Решетовы, наверх-то пойдем? – предложил я.

- Дядь… Ой, Вадим Дмитриевич, а можно я тут в трубу лучше посмотрю? – попросил тут же молодой.

- Да, пойдем наверх, там вид вокруг хороший. Я вон тебе в бинокль дам смотреть, - я указал рукой Славке на лежащий тут же бинокль.

- Ух ты! Здорово! А в него лучше видно же?

- Не совсем. Приближает слабее, но все вокруг видно лучше. Взгляд шире. – как можно проще попробовал объяснить я. – и смотреть можно привычнее, двумя глазами.

- Давайте посмотрим! – тут же загорелся парнишка с глазами о пять копеек.

Я взял с тумбы бинокль и кивнул гостям в сторону лестницы.

- Идемте. Только постарайтесь на сам фонарь не смотреть. А то будете как слепые котята потом.

- В смысле? Ослепнем что ли? Совсем? – встревожился Илья.

- Да нет конечно, но некоторое время в глазах потемнеет. Поэтому старайтесь не смотреть прямо. Под ноги глядите. А наверху уже отвернетесь от фонаря, да и смотрите вокруг на здоровье. – провел краткий инструктаж я.

Самому бы еще не словить «зайчика» размером с мамонта. Я притормозил перед дверью. И еще раз предупредил идущих следом Решетовых:

- Смотрим под ноги дружно.

Все мои предупреждения сработали ровно на семьдесят пять процентов. Если старший боявшийся ослепнуть насовсем и умудрённый жизнью старался делать все как я и сказал, то младший конечно не смог удержаться и «зайчика» поймал. Одним глазом. Решил-таки посмотреть на фонарь. Любопытный. Ну и отгреб тут же от отца, хотя сперва и пытался скрыть свой промах. Но когда человек начинает постоянно моргать без причины одним глазом, то это невольно наводит на подозрения.

- Ух и красотища какая! – воскликнул Илья только успев поднять взгляд и тут же взбледнул, обратив его на парапет. Дошло видать на какой высоте стоит и что от края площадки его и метра не отделяет. – Эк. Высоковато тут. Забор-то этот надежный?

- Крепкий, не волнуйся, не сломаешь. – успокоил я Илью и подойдя к ограждению подергал его рукой, показывая надежность крепления. – Как скала. Не боись.

- И то хорошо. Ладно. – сказал бледноватый Илья, вросший ногами в камень площадки и тут же не преминул подколоть Славку. – Глянь, дурень, одним глазом-то хоть! Вот она! Наша же земля-то! Приморская!

- Да вижу, батя. Уже проходит, почти.

Славка стоял возле отца, тоже не решаясь подойти ближе к краю. Вид он имел слегка несчастный, но не бледнел, как его отец.

- Вадим Дмитриевич, а в бинокль ваш смотреть можно только двумя глазами? – спросил Славка, стараясь не щурить пострадавший глаз.

- Да можно и одним конечно. Но будет не так удобно. Потерпи немного, пройдет скоро. Глаз привыкнет. Погуляй пока вокруг, посмотри. Только спиной к фонарю! – тут же проинструктировал я его и показал пример, смещаясь боком вдоль ограждения.

Решетовы как на веревочке последовали за мной, оглядывая окрестности, но стараясь держаться подальше от парапета.

Так пройдя почти полный круг по площадке старший Решетов остановился увидев внизу, возле дома, свой фургон.

- Славка, домой надо бы трогать уже, - сказал Илья, глянув на положение солнца, - наши там уже скоро переживать начнут.

- Бать, ну сейчас, еще немного. Одним глазком хотя бы. – заканючил младший.

- Вот тож, что одним глазком, балбес. – посмеиваясь сказал Илья, - давай уже. Покажи ему, Вадим, как надо. Да и поедим мы. Пора уже. Погостили и будет. Дел дома полно.

Я подозвал к себе Славку, показал ему как правильно прикладываться и как отрегулировать резкость на бинокле.

- Держи пробуй. Как твой глаз-то? Видишь уже?

- Да хорошо все уже. Почти. Ух ты! Батя! Здорово как! Прям как глазами смотришь! И близко так все!

Старший Решетов в ответ на это только покачал головой:

- Ну ей богу, как дитё малое еще.

- Да будет тебе, Илья Сергеич. Что бы ты знал, пока вы не подъехали я как раз вот в бинокль сам и пялился с открытым ртом. Красота же вокруг! Да и новое все тут для меня же.

- Ну то верно, этого не отнять. Красиво. А что же у вас на материке не так разве?

- Так. Да не совсем. Некогда мне там было особо глядеть вот так. Дела были разные. Ну и природа там другая.

- Пожалуй. Говорят, там и снега бывают чаще. И обжито всё получше, чем у нас. Так ведь?

- Да так. Пожалуй, что так. Мест нетронутых еще много конечно. Но людей живет-то поболе. – ответил я «ступая на тонкий лед» своих догадок.

К моему облегчению Илья не счел нужным продолжать этот разговор и обратился к Славке:

- Давай, сын, заканчивай разглядывать тут. Пора нам. – произнес он с видимым сожалением.

Парень же к моему удивлению, без всяких пререканий тут же протянул мне бинокль:

- Спасибо огромное, Вадим Дмитриевич! Здорово было! Никогда такого не видал. Хорошая у вас работа.

- Каждому своё, Слава. Каждому своё. – сделав мудрое лицо ответил я. – Может не стоило школу бросать-то?

На это парень только вздохнул, глянув на отца. Илья ему тут же заметил:

- Вот-вот! Слушай образованных людей, сын. Может ума добавится. Глядишь еще и книги читать станешь.

- Да, отец. Кто же знал, что оно вот так бывает, как здесь у Вадима Сергеевича. Я же думал, что учатся чтоб в конторе сидеть или в школе учить.

- Ладно. Давай вниз, сын. Пора домой.

Мы дружно, но молча спустились на первый этаж и прошли через галерею на кухню. Не смотря на возражения старшего Решетова, собрал остатки трапезы в их корзину. Мало ли, что в пути может случится. Илья скомандовал Славке запрягать, и мы вышли на площадку перед домом.

- Ну что ж, Вадим Дмитриевич, спасибо тебе за хлеб-соль. Приятно познакомились. Хороший ты сосед. – серьезно и веско сказал Илья, протягивая мне свою руку.

- Вам спасибо! За продукты и лошадей! Приятно было познакомиться! Приезжайте чаще! Может на подольше. Поговорим. – не остался я в долгу.

- Да нам то за что!? – удивился Илья, - за провизию и фураж уплачено считай.

- Все равно. Доставили же и вовремя. Ну и за масло свежее отдельно. Да и в конце концов, просто, хорошо, что приехали. А то, скучновато тут.

- Не без того. Это точно. Хозяйку тебе надо. И детей еще.

- Началось! – шутливо возмутился я и Илья тоже засмеялся.

Тут подошел Славка и доложил отцу:

- Все, батя, можно ехать. Спасибо, Вадим Дмитриевич! Было здорово! Расскажу своим не поверят. – сказал парень, сделав движение к рукопожатию, но одумался и покраснел.

- Не за что, Славик. – я протянул ему руку как равному, и он ее несмело пожал. – Книжки бы ты, правда, почитал бы. Лишним не будет.

- И вот тебе еще, держи. Пригодится. Подарок. – я протянул ему малый бинокль, прихваченный мной с тумбы на четвертом этаже.

Парень быстро глянул на отца, который лишь слегка кивнул головой и только уловив от него молчаливое одобрение взял у меня бинокль.

- Спасибо огромное, Вадим Дмитриевич! Если вам что-то надо сделать всегда скажите, я сделаю.

- Спасибо, Славик. Но ничего не нужно. Пока. Но я учту. Научишь меня с конями хорошо управляться, как сам умеешь, вот это будет дело! – вроде как в шутку закинул я удочку. Нет, ну а вдруг.

Тут вмешался Илья:

- Дорогой это прибор, Вадим Дмитриевич. Не отдаримся мы за такое никогда. Может не стоило?

Славка конечно был категорически со своим отцом не согласен, но был готов тут же вернуть мне бинокль. Видимо он еще не поверил, что он действительно ему достанется.

- Ничего, Илья Сергеевич. От меня не убудет сильно. У меня еще два таких прибора есть. А Славке, да и вам может пригодится. – успокоил я его.

Тем более для меня этот бинокль вообще никакой ценности не представлял. Использовать его я бы точно стал только в случае крайней нужды. После моего бинокля с просветленной оптикой, призмами, оптическим дальномером подаренный Славке представлялся мне полным анахронизмом. Да еще и весит как колесная пара от вагона.

- Залезет Славка на крышу и будет за вашими тучными стадами присматривать, да булку жевать. – привел я «веский» аргумент.

- Правда, бать! Здорово же будет! – тут же подхватил мою идею парнишка.

- А ну цыц! На крыше он будет у меня сидеть! Сейчас прям. Вот скажи мне, паршивец, как же ты сидеть будешь, когда жопа вся у тебя в мыле будет? А? Соскользнёшь ведь с крыши-то.

- А чего в мыле-то? – не понял отца Славка.

- Дык ты у меня теперь знаешь, как пахать будешь, чтобы Вадим Дмитричу отдариться. Ох, попал ты у меня, малец, как кур в ощип.

Озаренный такой перспективой молодой человек закрутил головой поглядывая то на меня, то на отца.

- Да ладно вам, Решетовы. Сделано. Закончим с этим. – отрезал я.

- Благодарствую, Вадим Дмитрич. От всех нас, спасибо. Дорогой подарок. Если тебе взаправду что помочь надо будет, проси. Сделаем. – с самым серьезным выражением лица обратился ко мне старший Решетов.

- Хорошо, Илья. Учту. С конями я кстати не шутил. Помощь понадобится. Как ты сам заметил, человек я городской. С этими тварями близко не знаком. Самому ни запрягать, ни ухаживать за ними не приходилось пока.

Илья задумался, шевеля губами, будто проговаривая про себя свои мысли.

- Ага, ага. Вадим, ты с ними до послезавтра справишься? Сена в кормушки от души задай, полведра овса в день, ну и воды по ведру задай. Пока ружья нет, на выпасе их не держи лучше, от греха подальше. Справишь?

- Да. Сделаю. А послезавтра что будет?

- Пригоню тебе этого сорванца. Поможет все наладить. Пусть отрабатывает. Только не балуй его тут. Пусть вон покос устроит. Коса-то есть у тебя?

Я припомнил, что видел такую в «подсобке» с садовым инвентарем.

- Да найду. Есть такая.

- Ну и хорошо. Договорились значит. – и Илья протянул мне руку для скрепления нашего договора.

- Добро, Илья.

- Вот и ладно. Спасибо тебе, Вадим. Поедим мы.

- Счастливого пути! Жду в гости, Славик!

Решетовы быстро запрыгнули на облучок фургона. Илья взял поводья и тронул лошадей:

- Но-о-о! Пошли!

У лошадей одна судьба, хоть и миры разные. Так и живут бедолаги.

18 мая

Я еще постоял некоторое время глядя вслед удаляющемуся фургону прокручивая в голове наши разговоры. Вроде нигде не «накосячил» и даже вроде как заручился поддержкой местных. Получил кое-какую информацию, о которой надо сильно думать. А если все сложится как договорились, может от Славки удастся получить этой самой информации и побольше. Да и парню будет сложнее меня подловить, все-таки его жизненный опыт сильно мал в отличии от Ильи. Но это будет послезавтра, а за это время мне надо хорошенько привести в порядок свое имущество и попрятать все из моего мира куда-нибудь подальше. Что-то надо будет на ту сторону перетащить через портал. Еще бы портал каким-нибудь шкафом загородить и сделать себе личную Нарнию. Но пока это точно не осилю, шкаф за день не построить.

Зайдя в дом, я выпустил из каминной комнаты Фреда, который тут же кинулся на кухню и стал обнюхивать стулья на которых сидели гости. А ведь я его Илье так и не показал, может и к лучшему. Экскурсия на маяк была хорошим ходом, отвлекла от всего. Оставив Фреда в доме на хозяйстве и во избежание катастрофы, я пошел к своим новым питомцам. Их действительно следовало загнать в сарай, угроза от волков оказалась серьезней чем мне представлялась. По крайней мере Решетовы к ней относились серьезно. Что в принципе удивительно. Вот откуда они могут знать о том, что местные волки так опасны, ведь сами Решетовы тут появились позже тех самых волков и прочей дичи. Хотя сами Решетовы уверены, что живут они тут сто пятьдесят лет. Дурдом какой-то. Хорошо, что я, как и многие мои «сопланетники» знакомы с теориями параллельных миров благодаря богатой фантазии земных писателей и кинематографистов. Или возможно тут подойдет теория «матрицы». Ведь может же быть что все местные жители, до того, как появится в этом мире были «законсервированы» каким-то образом в виртуальной реальности, а потом просто переместились в эту реальность. Либо они жили в параллельном мире, копии этого мира, а потом их как-то сместили сюда. Фантастика конечно, но почему нет. Мало ли на что способны создатели портала. Спросить у них я к сожалению, не могу, хоть и очень хочется. С другой стороны, а зачем? Не проще ли принять это все как данность и просто жить? Можно и так, но вот какой в этом всем произошедшем со мной смысл. Но в данный момент у меня на все эти размышления нет времени. Надо коней загнать и продукты привезенные Решетовыми растащить по местам.

Выйдя в загон к лошадям, я сразу понял, что все будет не так просто. Заводили-то их сюда ведя за уздечку, а потом упряжь с них Славка снял и убрал в фургон. И как мне теперь тащить их в стойла. Можно ли их как коров прутиком погонять? Или они меня за это лягнут. К ним вроде как сзади подходить нельзя. Я же в этом деле полный ноль. Надо наверно подружиться. Прикормить. Помню там в грузе мешок моркови значился. Которая кстати тут появилась вместе с людьми похоже. Ведь наверняка и в городе магазины не с пустыми прилавками людей встретили. Вот бы в городе побывать теперь.

Извлеченная из мешка морковь оказалась далека от идеала в плане чистоты. Пришлось сходить к колонке в саду и помыть. Еще и почистил кончики, чтобы аромат открыть.

Выйдя из сарая в загон ознакомился с диспозицией. В десяти метрах, ближе к дальнему краю выгона стоят две большие «коняки» рыжей масти с черными сапогами, гривой и хвостом. Смотрят. Вот блин, я ведь даже не спросил, как их зовут к какого они пола. Посмотрим.

Подходил к новым питомцам я с опаской, они же на меня лишь слегка косились, пофыркивая и мотая метелками хвостов по своим бокам. Удобрений вот уже выложили, чуть не влип в «мину».

- Хорошие. Хорошие мои. Вот вы умницы. – слышал где-то что с ними надо разговаривать, типа приучать к своему голосу и все такое.

- Хотите вкусняшечку? У меня вот морковочка есть. Будешь? – держа морковку на вытянутой руке предложил ее ближайшему животному. – На вот, кусни. Как тебя зовут? А?

Коняшка мне конечно не ответила, хотя и могла бы. Почему нет? Портал-то есть, почему бы и лошадям не говорить. Но эта молчит, хотя запах моркови ее явно заинтересовал. Лошадь фыркнув подошла ко мне и вытянув морду обнюхала морковку и вопреки моим опасениям лишится пальцев аккуратно взяла ее выставив на обозрение все свои передние зубы. Дернула, но я не выпустил. Раздался хрусть, и половина морковки оказалась в пасти у лошади.

- Вот умница. Или умник? Ты кто у нас? Кушай, кушай. Пошли со мной. Я тебе еще морковок дам. – приговаривал я, отступая от них в сторону ворот в сарай. Заманиваю.

Заманить удалось до половины пути. Та лошадь, что отведала морковку послушно шла первой, вторая следовала за ней, но в какой-то момент обе замерли. Искушенная морковкой, встала, всхрапнула и замотала головой.

- Это что? Ты типа не согласен домой идти? На вот кусни еще.

Я снова подошел поближе и лошадь тут же, не разнюхивая, ухватила морковь. Пришлось отпустить, пальцы жалко стало что-то. Тем не менее смог убедить себя подойти ближе и погладить ее по голове. Горячая. Лошадь повела головой в мою сторону, понравилось видать. Продолжай типа. Ну я и продолжил. Погладил по шее, почухал макушку и за ушами. Стоит балдеет. Вторая животина, увидев такой аттракцион тут же решила присоединится. Пришлось задействовать обе руки. Класс! Вот только схватить за шкирку и потащить их за собой вряд ли получится. Разные у нас весовые категории. Пришлось изворачиваться и проявлять хитрость. Поглаживая и почесывая доступные части этих тушек, я отступал потихоньку к воротам и им приходилось по шажочку следовать за мной. Интересно было бы посмотреть, как это у Славки получится. И как бы Решетовы ржали над моими потугами сейчас. На пороге сарая кони встали. Заподозрили что-то наверно. Пришлось достать из кармана морковку. Сработало, потянулись обе. Удалось заманить их в середину сарая, но разломанную пополам морковку пришлось скормить обеим. Пока они хрустели я их обошел и закрыл ворота, ведущие в загон. Осталось уговорить их занять свои места в стойлах.

Идею толкать их в зад даже не рассматривал, а ухватить их особо и не за что. На глаза попались лежащие тут же мешки с кормом. К которым они уже стали проявлять интерес. Я быстро развязал один из мешков с овсом и достав из него горсть протянул на открытой ладони одному из коней. Хрупает. Берет аккуратно, губами и хрустит как кофемолка. Я тут же подхватил мешок, хорошо не очень тяжелый, овес — это же не цемент все-таки. Прижимая открытый мешок к груди дал понюхать его заинтересованному «лицу» и принялся отступать в стойло. Идет родимый. Открыв калитку, прошел спиной в стойло заманив коня. На боковой стенке стойла обнаружилась кормушка куда я щедро сыпанул из мешка овса. Есть! Одного поймал. Закрыв засов снаружи стойла провел ту же операцию со вторым конем. Не без затыков конечно, но в конечном итоге получилось и этого пристроить. Аж взмок весь. Теперь надо им воды выдать и сено накосить, раз уж не дал им свежей травки пожевать. Делов-то! Каждый день же сено кошу. А ведь у меня есть байк, которому это самое сено и даром не нужно. Вот когда начинаешь понимать почему люди очень быстро постарались оставить лошадей в покое и пересесть на автомобили.

Возле кормушек для овса в стойлах имеются специальные крепкие полки с ограждением на которых стоят медные ведра. Забирать и подавать можно прямо через ограждение, не входя внутрь стойла. А сбоку от калитки сделана кормушка для сена. Удобная. Потянул на себя, она переваливается наружу. Загружаешь сеном и толкаешь от себя и нате вам кушайте коники дорогие. Орднунг сплошной опять же.

Я вытащил оба ведра, сходил до колонки в сад и принес лошадям воды. Одна тут же стала пить, отвлекшись от овса. Теперь травы им надо покосить.

В «подсобке» с садовым инвентарем нашлась и коса, и деревянные грабли. А еще нашелся кусок брезента с пришитыми по углам кожаными ремнями. Самое то траву носить! Наверно для того и сделано. У себя дома я использовал для этого тент строительный, а тут вот, специальная приспособа есть, наверняка еще и с названием собственным.

Косить решил за калиткой, ведущей из сада на пристань, ну не в загоне же. Там кони траву свежей поедят потом. Не скажу, что я не умею косить, но мой навык в этом деле явно не пойдет ни в какое сравнение с любым сельским жителем. Мне ни разу не приходилось заготавливать траву для кого-то. Я обычно выкашивал ее как сорняк, используя при этом триммер или газонокосилку. Косой тоже пробовал, и именно после пробы купил триммер. Но здесь вам не там, здесь косим так – по старинке. Потея. Надо было бы переодеться, но понял я это уже в процессе. В принципе несложно, кривовато конечно. Ровными рядами, как в кино, у меня трава никак не хотела укладываться. Но слава богу зрителей нет у меня, сойдет.

За полчаса удалось накосить неплохой стожок, который в два приема, плотно утрамбовывая скошенную траву в брезентовую «переноску», отнес в сарай и разложил на свободном месте. Ну не на сеновал же нести, посмотрим на сколько этого хватит моим новым проглотам. Вот еще не было печали. Мне теперь что травы на весь сеновал надо накосить?! Или если тут снега нет, то они могут всегда свежую траву жрать? А зачем тогда сеновал на чердаке сарая?

- Ау! Народ! Наверху! Где инструкция мать вашу!? – заорал я как раз в сторону того самого сеновала.

Ответа конечно не получил. Придется постигать своим опытом, иногда используя мозг. А еще мне срочно нужна книга по содержанию этих тварей! Кстати!

Осенённый мыслью я заглянул лошадям под брюхо на предмет их половой принадлежности. Замечательно! Мальчик и девочка. Мне еще деток не хватало. Я их что, разводить должен!? Надо бы им имена дать наверно. Или дождаться Славку и спросить. Звали же они их как-то. Отличить я их теперь уже смогу друг от друга и не только по первичным половым признакам. У девочки есть светлое, почти белое пятнышко на лбу. Натурально, как в сказке, «а во лбу звезда горит». Если имени нет, то Звездочкой назову ее. А вот самец крупнее и на лбу имеет темную отметину. Космосом будет. Такая вот у нас тут мультивселенная с кротовыми норами. Звезда и Космос. Мне нравится, но подождем Славку. Пока пусть будут просто «коняки».

Со зверьем разобрался, теперь надо припасы по местам распределить.

С кормами для лошадей вышло замечательно, никуда тащить не надо тут их и оставил, а вот все остальное пришлось перетаскивать в дом задействовав тачку.

Овощи смело убрал в подвал дома. Немного подумав и сыр определил туда же, но как же его много для меня одного. Мясное и жиры пришлось перетащить в «морозилку», на ту сторону портала. Бочка с солониной очень заинтересовала. Никогда такого не встречал и потому не пробовал, стало интересно. Решил оставить пока в подвале дома и завтра вскрыть, если понравится, то потом решу, что с этим припасом делать. Пока же этот продукт вызывает определенные подозрения. Вся моя информация об этом методе консервирования мяса подчерпнута из книг о пиратах и прочих приключениях, и отзывы там не самые лучшие. Посмотрим в общем.

Растащив по местам продукты, я уселся за работу по замене лож на «стволах» на своем любимом месте, на веранде в саду. Работа не сложная, почти медитативная. Но обидная. Сколько денег было потрачено, сколько возни с пристрелкой и вот возвращаюсь на исходную позицию. С ружьем особой заморочки в плане пристрелки нет, а вот с карабином опять придется повозится. Интересно, что у них тут за «карамультуки» в оружейном магазине имеются. И какие для этого документы нужны и нужны ли вообще. Читал, что раньше, в Российской империи для покупки оружия вообще никаких документов не надо было, но это в моём родном мире, а как оно тут устроено еще предстоит выяснить.

Когда закончил с переделкой оружия время подошло к вечеру и пристрелять карабин сегодня уже не получится. Займусь завтра, а сейчас попробуем местную солонину.

Вскрывать бочонок решил на улице, а то мало ли, что там за ароматы. Вскрытие бочонка, а скорее кадушки с плотно пригнанной крышкой, представлялось нетривиальной задачей. Тут консервным ножом не обойтись. Я его и крутил и вертел, пытался поддеть гвоздодером, стамеской, ни в какую. Потом вспомнил информацию из книг, где дно бочки вроде как выбивали для доступа к содержимому. Вооружился небольшой кувалдой. Легкие удары, которые я наносил, боясь повредить емкость, не очень помогли. Но заметил, что крышка при ударе слегка уходит вниз если бить в самый край. Плюнул на бережливость и жахнул от души. Сработало относительно удовлетворительно. Крышка до конца не открылась, но ее перекосило в горловине кадушки. Осмотр показал наличие в верхней части кадушки паза по всей внутренней окружности в котором эта самая крышка плотно и сидела. В дело снова пустил гвоздодер и о чудо, после небольшого и правильного приложения сил крышка выскочила. Открыв и содержимое и его запах. Последний явно сигнализировал о наличии в бочке баранины. Очень специфичный аромат. Не то что бы совсем неприятный, но такой, на любителя. Или сильно голодного человека. Потрогал пальцем. Твердое. Ожидаемого мной рассола в кадушке почти не было. Похоже мясо было уложено с горкой, а потом эту горку крышкой и каким-то прессом или грузом хорошенько придавили, выдавив всю жидкость лишнюю. Я лизнул палец попробовав на соль. Жуть! Соли не жалели похоже. Просто так это съесть не получится, нужно долго вымачивать. Попробую. Я сходил на кухню и принес глиняный горшок с широким горлом, почти что кастрюля. Мясо в бочонке оказалось без костей, нарезанное на примерно одинаковые куски, размером по два-три сантиметра. Отложил немного мяса в горшок, заполнив его примерно на треть. Крышку у кадки решил пока на место не забивать. Отнес бочонок в «морозилку», прикрыл крышкой и положил на нее подходящего размера камень – мыши не сдвинут, пожалуй. Мясо же в горшке залил водой и накрыв крышкой поставил отмачиваться в мастерской, очень уж сильный «аромат» у него что бы держать на кухне. В общем чувствую, что данный продукт еще тем подгоном оказался. И Фреду ведь не скормишь, всю соль из этого продукта точно не вымыть никогда.

Пока возился с солониной подступили сумерки, еще не совсем темно на улице, но в доме без освещения стало темно. Надо что-то решать тут с освещением, постоянно использовать фонари очень неудобно, а от местного освещения свечами только романтика и мало пользы. Провести по дому проводку запитав все это от чёрного цилиндра не великая проблема. Проблема в том, как местные отнесутся к таким новшествам, с лампой накаливания они почему-то незнакомы еще. Или в богатых домах они жгут что-то вроде «эфирной свечи» что установлена на моем маяке. Ведь вполне может быть, что есть такие же только малого размера и соответственно меньшей мощности. В общем, есть о чем подумать на сон грядущий. А пока надо проверить что там мои новые питомцы поделывают.

Фреда в сарай я запускать не стал, хоть он и очень настаивал. Не самое лучшее время сейчас для их знакомства, на ночь-то глядя. Завтра познакомлю. Лошади поприветствовали меня всхрапом. Стоят, смотрят. Войдя в сарай, я направил луч фонаря в потолок, так видно похуже, зато никого не слеплю. Подошел к Звездочке, она протянула ко мне голову. Вот ведь! Надо было с собой морковки взять. Учту. А пока пришлось обойтись почухиванием макушки, против чего она тоже не возражала. В отличии от ее напарника в стойле, напротив. Космос вытянув морду над калиткой пытался ухватить меня зубами за куртку. Пришлось мне встать посреди прохода и чухать обе протянутые мне головы. Признали они меня похоже. Это радует. Может и не выкинут меня из седла в дальнейшем.

Я проверил у них кормушки, доложил сена. У звездочки пришлось сменить воду по поверхности которой плавал какой-то мусор от травы. Потом еще немного поговорил с ними, пообещал завтра познакомить с Фредом.

После посещения конюшни мы с Фредом еще немного посидели на веранде попивая чай и наслаждаясь треньканьем сверчков в саду. Правда Фреда что чай, что вечерние звуки мало трогали, но он всегда готов составить компанию.

19 мая.

Утром проснулся из-за еле слышного боя часов в каминной комнате. Похоже это теперь уже навсегда. Новый режим жизни, закрытые двери уже не помогают. Да и чего разлеживаться, когда вокруг все вот это! И Фред вот непрозрачно намекает что пора бы его выпустить. Выбежав в сад он первым делом побежал к сараю и стал обнюхивать щель под дверью. Понятно, ему любопытно и не терпится познакомится с новыми жителями. Надеюсь подружатся. Но позже. Сперва умываться, кофе мне и кашу Фреду. Пока грелась вода, сходил в мастерскую принес горшок на кухню, попробовал откусить от одного кусочка. Брр. Резина мягче, да и соли еще полно. Сменил воду и отнес на место. Долгая процедура похоже будет. Наверно следует подольше вымочить, а потом еще варить в большом количестве воды. Те еще консервы. Надо будет как-нибудь осторожно разузнать у Решетовых, умеют ли тут тушенку делать. Хотя для этого нужны стандартизированные стеклянные банки. Да и с крышками не все так просто. И жесть нужна непростая, а к ней еще и закрутка. Да и стеклянные крышки требуют резиновые прокладки. Но посмотрим, вдруг удастся прогресс продвинуть в малом. Но лучше бы конечно лампы накаливания тут внедрить, если не додумались.

За такими мыслями о прогрессе, который может внезапно застигнуть местное население врасплох приготовил себе кофе, вышел с чашкой и миской каши для Фреда на веранду. Красота! Надо будет зелень посадить на грядках. И газоны постричь. Траву теперь есть кому скормить. Она конечно выйдет мелко порубленной из газонокосилки, но можно наверно в овес добавить. Курам вроде так дают. Но это не отменяет покоса травы вокруг маяка и дома. Кормушки же не должны пустовать. Или их нельзя перекармливать? Вообще надо бы вылезти на сторону Земли и закачать в смартфон какую-нибудь книгу о содержании лошадей. Хоть и обещал себе не включать телефон вблизи портала для соблюдения конспирации, но один разок ради такого случая позволю себе нарушить. Главное не увлекаться.

Приблизительный план мероприятий на сегодня составлен, осталось воплотить.

Начали мы со знакомства и кормления. В этот раз в конюшню я пришел во всеоружии и с охраной. С Фредом и морковками. По началу диалог не заладился. Фред начал с лая, чего я от него давно не слышал. Лаял он правда не злобно, а как-то с недоумением что ли. Гавкнет и смотрит на реакцию. На мою и коней. Пришлось присесть успокоить. Лошадь отнеслась к новому знакомому с любопытством. Стоит разглядывает. Конь же коротко «игогокнул» и стукнул ногой по калитке.

Велев Фреду сидеть на месте, я подошел к стойлам протягивая морковки сразу обоим копытным.

- Ну и чего шумим? Что за паника?

Скормив коням по морковке, я взял Фреда на руки и подошел с ним к стойлам. Сперва к лошади. Звездочка, вытянув морду и всхрапнув обнюхала Фреда. Тот в долгу не остался и даже попытался лизнуть лошадь в губы. Та не одобрила и сделала «игого» мне прямо в ухо. Я вздрогнул, Фред гавкнул. Не густо, но хоть не кусаются. С конем диалог состоялся примерно с тем же результатом, разве что он еще и башкой мотал из стороны в сторону. В общем до любви тут еще далеко, дружбы пока не видать, но и вражды не наблюдаю. Надо время дать наверно. Может даже дверь в сарай закрывать не буду. Пусть принюхиваются.

Опустив Фреда на пол, я поменял лошадям воду, засунул оставшуюся траву в кормушки и подсыпал овса. При этом Фред вопреки своему обыкновению не бегал везде за мной, а сидел напротив прохода между стойлами и наблюдал за лошадьми. Они же в свою очередь косились на него. Ну хоть лая и «игогошек» не слышно и то хорошо.

Вооружившись косой, граблями и полотном я вышел за калитку, продолжу с того места где вчера остановился. Правда в этот раз оделся попроще, благо рабочую одежду мне выдали, так чего бы не использовать. Махал косой и граблями целый час, хорошая такая утренняя гимнастика получилась. Пожалуй, надо делать регулярно. На первых взмахах плечи и корпус слегка протестовали, но ничего, постепенно боль от вчерашней зарядки прошла и втянулся. Окинув взглядом проделанную работу понял, что накосил значительно больше чем вчера. Раза в три больше. Сгреб сено в валки и решил оставить его на месте, пусть подсохнет на солнце и ветру. Вроде так правильней делать.

После такой активной разминки похлюпался прямо у колонки в саду раздевшись по пояс. Класс! Понял, что хочу жрать. Прямо сильно и много. И мяса! Заглянул в сарай, картина та же. Сидят, стоят, смотрят друг на друга, этакая молчаливая беседа похоже идет. Выясняют что друг от друга ждать. Оставил их в покое, все-таки зверье довольно разумно себя ведет, чаще чем человек.

Придя на кухню, прикинул что такого у меня можно быстро и сытно пожрать. Яйца и бекон! Правда за беконом надо в «морозилку» сходить. То, что в ведомости значилось как сало копченное на роль бекона вполне годится. Я бы вообще этот шматок сала назвал грудинкой, а не салом, там мяса процентов пятьдесят.

Перед выходом на сторону Земли одел прямо поверх рабочей одежды теплый костюм. Решил совместить выход за мясом с походом в интернет за книжкой по лошадям. Пореже надо туда-сюда бегать, цилиндры-то не бесконечные. Хотя похоже они в новом мире известны и наверно даже тут же и производятся, но стоят судя по всему немало.

Выйдя из подвала завел автомобиль, пусть прогреется, лишним не будет. А я пока посижу внутри, поищу книгу. Нашел довольно быстро и даже не стал пытаться искать бесплатную версию у пиратов, а молча заплатив скачал на смартфон. Судя по описанию что-то вроде очередного пособия «для чайников». С картинками и написано простым языком. Самое то для меня.

Заглушив двигатель и слегка замерзнув, пока он грелся, я сбежал к теплому морю прихватив по дороге шматок сала. Нафиг, надо лучше холодильник нормальный притащить в маяк. Не люблю холод.

Славная вышла яичница! С луком и тонкими ломтиками грудинки, ну а какие еще могут быть ломтики если сало промерзло напрочь. Улетела яичница вся как в пропасть, даже несвежий хлеб не смог испортить удовольствия. Надо будет попробовать кстати вечером испечь себе свежий хлеб. Мука есть, дрожжи есть, опыт имеется. Раньше, дома, я его пёк в хлебопечке, но и без нее справлюсь, рецепт помню.

Перед тем как косить газоны заглянул к питомцам. Тут прогресс наметился уже. Фред стоял возле стойла Звездочки, и они обнюхивали друг другу морды просовывая их через доски обрешетки. Конь же молча наблюдал эту картину склонив голову набок. Я потихоньку отступил что бы не мешать процессу.

Достав из «подсобки» газонокосилку изучил ее устройство. Тот еще агрегат. Колеса соединены шестернями с барабаном, который находится между ними. На барабане пять изогнутых ножей. Сзади травосборник из мешковины, натянутой на проволочный каркас. Всё! В роли двигателя сам оператор, то есть я. Чем я быстрее бегу, тем быстрее ножи вращаются. Опробуем.

Оказалось, что бегать вовсе не обязательно. Можно просто ходить. Обычного шага вполне достаточно для быстрого вращения барабана с ножами. Он, барабан, из-за правильно подобранного шага передающих шестеренок вращался значительно быстрее колес. Никакого бензина и грохота двигателя. Классная штука. Пожалуй, она мне даже нравится больше моей домашней с бензиновым двигателем. Да и надежнее она. Тут ломаться нечему. Главное ножи сразу очистить от сока и травы налипшей. Беру!

Правда, эту траву я решил своим «коняшкам» все-таки не давать, уж очень она сырая и мелко порубленная. Проконсультируюсь сперва со Славиком, а пока выкинул ее за забор. Вообще по идее надо какую-то кучу компостную организовать, как дома. Но пока не решил где и из чего.

Приведя в порядок газоны, я сел на веранде выпить чай и посмотреть пакеты с семенами, прихваченными из дома. Фред по-прежнему находится в сарае, откуда иногда доносятся только фырканье лошадей. Драки не слышно и ладно. Но вообще конечно интересно получилось, как так у Фреда диалог быстро наладился. Он же коней в своей жизни вообще не видел.

Оставив своих питомцев, я взял карабин с тремя обоймами, бинокль и отправился на причал. Лучшего места для устроения тира я пока не нашел. Замена ложи на родную почти никак не отразилась на точности боя карабина, что неудивительно, ведь планка крепления прицела установлена на самой ствольной коробке, и с ложей соприкасается постольку поскольку. Но проверить же надо. Проверил, поправил. Хотя мог бы обойтись и щелчком колесика, но сделал все по правилам – винтами и отверткой. Потратил всего двенадцать патронов. Последние пять правда всадил чисто для удовольствия, убив пять солидных «каменюк». А чего они? С карабином разобрался. Маслины садит хорошо. Теперь займусь посадкой менее экзотичных культур.

Отобрал семена укропа, петрушки, базилика и кориандра. Эти точно посажу, с ними у меня опыт уже есть. Салат и морковку еще попробую, год назад покупал, но не садил. Есть еще старые семена томатов, огурцов и капусты. Семенам уже четыре года, и срок годности год назад вышел. Но, пожалуй, воткну всего понемногу. Вдруг взойдут. Судя по тому, что мне удалось узнать климат тут теплый и мягкий. Может и без парника получится. Интересно, а тут вообще томаты есть в этом мире? Как же мне не хватает информации. После того как научусь использовать лошадей, надо будет все-таки в город наведаться осторожно. Ну и завтра как можно больше попытаться вызнать у Славика, он ведь в городе бывал, даже учился там в школе.

Работа с грядками не доставила много трудностей. Земля была все еще рыхлой, я лишь слегка переворошил ее стальными граблями. Повтыкал семена. А вот с поливом пришлось повозится. Здесь вам не там. Вода-то из колонки бежит бодренько, еще бы знать откуда она вообще берется. А вот шланга тут никакого не предусмотрено. Может их тут еще и не придумали. Поэтому пришлось ходить с лейкой.

После того как справился с посадками я озадачился вопросом про то откуда у меня вообще вода в дом и на участок поступает. Для начала открыл колодец возле колонки в саду. Не очень глубокий каменный кессон, метра два в глубину и метра полтора в диаметре. В самом низу кессона из стены торчит труба, на ней вентиль для перекрывания воды. После вентиля установлено колено и труба вдоль стенки кессона уходит наверх к колонке. Вопрос, откуда идет труба в колодец, бронзовая кстати. Вылез по металлическим скобам, вмонтированным в стенку колодца, наверх посмотрел направление. Труба идет куда-то в сторону гор, но точно мимо дома. Проходит где-то под прачечной похоже.

Прошел в прачечную. Изучил пол прачечной. Здесь настелены доски из темного дерева с большими щелями между досок. Видимо, что бы вода уходила и доски вентилировались, а не гнили. Возле большой емкости с кранами для подачи в нее воды на одной из половиц обнаружил ранее не замеченное мною бронзовое кольцо. Осмотрел доски вокруг. Стало понятно, что и тут есть что-то под полом, люк же вот он. Я поддел кольцо и потянул его вверх. Точно люк из досок пола. Под люком обнаружился такой же колодец, как и у колонки. Сходил домой за фонариком. Не слезая вниз осмотрел трубы. Понятно. Есть труба, идущая от колонки, на ней «тройник» разводит трубу к кранам в прачечной и в стенку кессона по направлению в сторону дома. Так же из стенки, параллельно этой трубе, идет другая, подающая в прачечную горячую воду. Тут понятно. Надо осмотреться внимательнее в подвале.

Подвал преподнёс сюрприз. Все трубы с холодной сходились в дальнем от лестницы в подвал углу. Здесь из стены рядом с одним из стеллажей выходила труба потолще, с вентилем. От нее уже и шла вся разводка по дому и участку. Только вот расположено это все было как-то неудобно. Стеллаж очень затруднял доступ к вентилю. Ну если приспичит, то можно его конечно и сдвинуть. Ну я и попробовал его сдвинуть слегка, просто ради интереса, вес ощутить. Сдвинул. За задней стенкой стеллажа открылся арочный проем выложенный камнем. Еще один подземный ход? Еще загадка? То-то мне этот подвал сразу напомнил подземелье средневекового замка, а какой замок может обойтись без подземного хода. Вот и мой не обошелся. Мало было одного подземного хода к причалу, нашелся и второй. И если первый ни от кого не спрятан, то этот почему-то скрыт стеллажом. Не то что бы вот прямо сильно спрятан, но и не дверь ведь сделана. Я открыл проем пошире, полностью отодвинув стеллаж от стены. Арочный тоннель уходил в сторону фасада дома, но буквально в трех метрах луч фонаря уперся в стену.

Осмотрев тоннель в поисках скрытых ловушек, не ну а вдруг, но ничего не заметив осторожно вошел в тоннель. Вдоль стены на уровне колена шла бронзовая труба с холодной водой. Через три метра я оказался почти в таком же кессоне, как и у колонки в саду. Глянул наверх, куда уходило очередное ответвление трубы с вентилем я понял, что нахожусь под колонкой у коновязи перед домом. Только вот люка наверху не было, только каменный свод. А вот второй выход из кессона был. Примерно под углом в девяносто градусов от тоннеля, из которого я сюда попал имеется вход в другой тоннель. Такой же арочный, в который и уходит потолстевшая труба с холодной водой. Технологический тоннель для обслуживания водопровода!? Вот это заморочились местные строители! Впрочем, вряд ли строители из Приморска имели отношение к постройке моего дома и маяка учитывая наличие портала. Так что для Этих Строителей и личная железная дорога не проблема пожалуй. Посветив в тоннель фонарем, я не увидел его окончания. Придется это исследование пока приостановить. Непонятно как далеко мне предстоит идти и чем это может кончится. Надо закрыть все двери дома, проверить лошадей и увести от них Фреда. Ну и бутылку с водой взять, как и второй фонарь.

Проделав все эти манипуляции понял, что бутылку неудобно тащить с собой в руке. Пришлось взять малый рюкзак. Ну а раз он уже есть, закинул в него топорик, фонарь и пару обойм от карабина, который прихватил до кучи. Одел куртку от «горки», в тоннелях-то довольно прохладно. Прям значительно прохладнее чем в самом подвале. Видимо на это сильно влияет их закрытость и находящаяся там труба с холодной водой.

Идти по тоннелю было довольно удобно, высота свода позволяла идти посередине, не наклоняя головы. Пол выстлан плоским камнем. Метров через сто от колонки у коновязи отметил что появился небольшой уклон, и я стал подниматься в гору. Через двадцать минут я услышал какое-то чириканье птиц, решил уже что выход близко, но чириканье доносилось из вентиляционного отверстия в потолке. Выключив фонарь и дав глазам привыкнуть к темноте уловил едва светлое пятно на потолке, похоже вентиляция имеет изгиб и свет не попадает в тоннель напрямую, что разумно, дождем не зальёт. Пошел дальше. Между тем уклон пола стал расти сильнее, поднимаюсь куда-то. Надеюсь выход уже недалеко, судя по прошедшему времени километра три уже я отмахал.

Надежды оправдались. Стал слышен звук льющейся воды, а затем я вышел в какую-то рукотворную пещеру, или чем там творят те, кто создал этот мир и портал в него.

Половину вытянутой в длину пещеры занимали два бассейна поднятых от уровня пола на выходе из тоннеля примерно на метр. Вот в первый от выхода бассейн и входила труба. Заглянул в воду, действительно из стенки емкости торчит труба с накрученным на ее конец сетчатым фильтром. Сбоку от меня можно было подняться по ступеням на пандус, идущий вдоль стены пещеры. Чем я конечно и воспользовался, чтобы подойти и осмотреть второй бассейн. В перегородке между двумя бассейнами устроен какой-то шлюз с задвижкой и большим фильтром. Сетка в котором выполнена из подозрительно светлого блестящего материала. С создателей всего этого станется ведь и серебро использовать, почему бы и нет. Для водоснабжения-то одного дома только так и строят же. Поводив по периметру второго бассейна отметил наличие отводной трубы, в данный момент затопленной на половину уровня воды, и уходящей в противоположную стену пещеры. Нашлась и входящая труба. По уму все так. На века. С размахом. Этим водопроводом можно маленький поселок снабжать, а не одинокий дом с маяком.

Но больше всего меня заинтересовала дверь с кремальерой. К которой вела каменная лестница высотой метра два. Почти такая же дверь, как у выхода на верхнюю площадку маяка. Только эта еще имела и ключи, которые в данный момент находились в замке, устроенном в центре вращающегося штурвала.

Я перевесил карабин на грудь, дослал патрон. Мало ли, что там за дверью может находится. Поднялся к двери и попробовал послушать звуки за дверью. Но мешали звуки льющейся воды в пещере и конденсат обильно стекающий по металлической двери.

Попробовал провернуть штурвал. Фиг вам - закрыто. Я провернул ключ на один оборот, замок щелкнул, дальше не идет. Значит открыто. Ну я и открыл, провернув штурвал и потянув дверь на себя открыл небольшую щель. Солнечный свет в помещение не ворвался, но стало заметно светлее, даже пришлось сощуриться. Дверь выходит в какой-то каменный коридор, или скорее грот, так как камень был не обработан. В конце этого грота, длиной не больше двух метров, имеется свободный выход наружу. Я вышел из дверей осторожно выглянул. Озеро. Небольшое, почти круглое, метров двадцать в диаметре. Вода в озере прозрачная с зеленоватым оттенком, видно все камни на дне. Площадка, на которую я вышел, покинув грот, сквозь заросли какого-то лианоподобного растения находилась выше уровня воды примерно на метр. Каменный берег в этом месте резко обрывался и глянув в озеро под этот берег я увидел водозаборную трубу с решеткой, по которой вода и поступала в пещеру. Надеюсь кроме серебра в том фильтре есть и еще что-то поумнее. Получается, что воду я получаю из открытого источника, в который может кто угодно нагадить. Так себе решение, про себя попенял я строителям моего дома. А с другой стороны, я уже неделю эту воду пью и ничего так, живой и стул нормальный. Но почему было скважину не сделать вместо всех этих заморочек с тоннелями и бассейнами? Не понять. Я снова, но уже внимательней осмотрел берега озера.

Берега усеяны крупными каменными обломками, не позволяющими растительности подступить близко к воде. Типичный курумник. Растительность начинается метрах в пяти от кромки воды и на высоте метра в три. Какие-то стелющиеся хвойные кустарники, а дальше уже деревья побольше, загораживающие обзор. Озеро находится как бы в каменной чаше на склоне хребта, который начинает резко подниматься как раз за моей спиной. В нем и находится пещера с бассейнами. Откуда вода попадает в озеро и как из него вытекает абсолютно неясно. Я решил прогуляться вокруг озера, изучить. Жаль, что дрон с собой не прихватил, но кто же мог знать, что он мне в подземельях понадобится.

Ходьба по курумнику то еще удовольствие. Каждый шаг нужно делать, не перенося резко весь вес на ступающую ногу. Камень может сдвинуться со своего места и ребра с треском поприветствуют окружающие каменюки, изобилующие острыми гранями. Потому разведка шла очень медленно с частыми остановками. Примерно напротив грота удалось выяснить куда уходит из озера вода которую я не смог выпить дома. Каменный обвал сошедший с хребта и ставший ныне этим самым курумником создал на склоне своего рода запруду для подземного горного источника. И ниже по склону вода, просачиваясь сквозь это нагромождение образовывала солидный такой ручей. И кажется я понял куда этот ручей течет дальше. Похоже я сейчас нахожусь у истока ручья, текущего сквозь «чудную долину» близ маяка. Стало приятно от понимания обстановки и исчезновения небольшого белого пятна на моей карте этого мире. Дрон бы конечно дал стопроцентную гарантию, но мне хватило и ориентирования по солнцу. В принципе можно было проследовать к маяку по поверхности земли, но оценив хоть и небольшой, но спуск, как-то перехотелось. Да еще и через лес идти, а в лесу ведь могут быть и волки. Но наваленные на каменистом склоне стволы и стелющийся кустарник меня пугали гораздо больше. Ноги переломать можно на раз два, а телефоны тут не ловят, спасателей не вызвать. Так что ну его пока. Вернусь известным маршрутом, да и с дверью надо разобраться. Ключи прибрать.

Закрыв герметичную дверь в пещеру с водозабором изнутри на ключ, я оставил один из них тут же, подвесив его на штурвал посредством пластиковой стяжки. Второй ключ подвесил к карабину на поясе, третий решил положить в ключницу в доме. Связкой ключей у меня на поясе уже вполне можно в кого-то кинуть со смертельным исходом. Очень уж все эти ключи массивные.

Вернувшись в подвал дома поставил стеллаж на место скрыв открытый мной подземный ход. Строители маяка точно страдают какой-то паранойей или они знают о том, что мне предстоит пережить больше чем я? К чему мне столько скрытых путей отступления из дома? От кого мне отступать? Надеюсь мне не придется всеми этими путями воспользоваться. А с другой стороны может тут и нет ничего необычного. Труба же с водой может когда-то лопнуть? Может. Как менять, где копать? А так пожалуйста, все в свободном доступе, приходи и ремонтируй. По уму сделано. Скважина конечно была бы проще с моей точки зрения, но строил не я, а мотивы Этих строителей мне не понять.

После такой экстраординарной прогулки у меня разгорелся зверский аппетит. Побороть который было решено все той же яичницей. Которая оказалась настолько вкусной что нескоро надоест. Пока яичница поджаривалась, я развел в теплой воде дрожжи с сахаром. Замешу тесто, вечером испеку хлеб свежий. Завтра же гость приедет, его кормить надо будет.

После ужина и замешивания теста я сходил с Фредом проверить наших коней. Надо было бы до ужина. Кони-то оказывается сено, овес и воду не только в себя складывают, но еще и сдачу выдают. Пришлось прибирать. Хорошо бы им опилок на пол насыпать или соломы. Но чего нет, того нет. Придется наверно из сена подстилку делать. А это значит, что его потребуется еще больше. Мне бы не багги и байк надо было покупать, которые стоят теперь мертвым грузом, а трактор какой-то. Оно-то конечно, можно и косить с утра до вечера, дел у меня как бы не так уж и много. Обслуживание маяка от меня пока что вообще никаких затрат времени не требует. Но тут же новый мир, тут природа, море! Траву я мог бы и на Земле с тем же успехом косить. Как-то не так я себе представлял освоение нового мира. С другой стороны, наверно глупо жалеть, что без приключений живу пока, а то приключения эти разные могут быть. Но раз уж пока не получается сходить за приключениями в путешествие, то я могу ведь и слетать. Тем более до заката еще часа два есть.

Вытащив из-под кровати сумку с дроном и пультом, я удобно устроился на веранде в саду. Пульт подсоединил к удлинителю с подключенным черным цилиндром. Проверил. Все работает штатно, и дрон взвыв пропеллерами взлетел с дорожки. Поисследую внимательно прилегающую территорию, долину и озеро из которого получаю воду. Товарищи Ермак, Хабаров и Дежнев мне бы руку вряд ли пожали за такой «подвиг», но завидовали бы люто. Сижу на мягком стуле, попиваю чаёк, а землица исследуется.

Лететь напрямую и искать озеро я не рискнул, вдруг ошибся тогда с определением своего местоположения, поэтому после взлета направил дрон в «чудную долину». А уже там, по ручью полечу вверх к предгорью.

Долина снова порадовала наличием на берегах ручья тех же оленей, которых я видел в прошлый раз. На своей стороне ручья еще заметил стадо кабанов, валяющихся в грязи на берегу ручья. Три взрослых особи и больше десятка мелких рыжих поросят.

Пролетев от устья ручья два километра увидел стадо зубров, в большинстве своем лежащих на открытом лугу. Большое стадо, голов в тридцать.

Выше по течению ручей падает с небольшого, метра два высотой, обрыва. Дальше склон становится круче, появляются торчащие из земли камни и целые скалы, обнаружилось еще три обрыва с водопадами. Начинается сосновый лес на склонах. Даже не лес, а стена леса, потому что склон становится прям сильно крутым. Пришлось резко набирать высоту. А вот и озеро сразу за лесом нарисовалось. Так что правильно я сориентировался. Только если бы полетел прямо от маяка, то высоту так резко набирать не пришлось бы, со стороны маяка поверхность поднималась довольно плавно. Вполне можно будет пешком прогуляться.

Повисел немного у озера, осматривая как замаскирован вход в грот. Видом остался доволен. Лишь бы какой-нибудь медведь не обосновался, а то будет сюрприз. Дальше решил слетать к границе леса в горах над озером. Опасаясь ухудшения качества сигнала, я решил подняться на маяк. Верхняя площадка маяка с недавних пор перестала быть привлекательным местом, но если не поворачиваться лицом к фонарю и находится в секторе прикрытым лепестками, то вполне можно даже насладится окружающим видом. Лес на склонах гор в свете заходящего солнца выглядит изумительно. Я бы даже снял фото, да только выложить его тут в соцсеть невозможно из-за отсутствия таковой в принципе, а выкладывать на Земле опасно. Так что просто любуюсь, не разделяя своего восторга с социумом.

Пролетать над лесом было скучно, деревья растут очень плотно, ветви густые поверхности земли почти не видно. В паре мест заметил блеск воды и все.

Постепенно хвойный лес сошел на нет, пошли карликовые лиственные, потом хвойный стланик и начались альпийские луга. Вся поверхность которых пестрила красками разных цветов. Весна же. Дикое зрелище. Возможно имеет смысл сюда прогуляться. Склон конечно крутоват, но непреодолим. Да и вполне практичный повод для этого есть. Повод сидит компанией в восемь рыл и смотрит на дрон.

Волки. Целая стая. Четверо взрослых и столько же мелких мельтешат. Чудно. У них тут похоже логово. Среди россыпи крупных каменных обломков трава сильно вытоптана, виднеется нора. Похоже на место постоянной дислокации. Я опустил дрон пониже, волки забеспокоились. Один поднял голову и завыл. И я его услышал! Не через дрон, а реально услышал ушами вой вдали. В саду залаял Фред.

Дрон это конечно хорошо, волков вот я выследил или точнее нашел, а дальше что? Как их вынудить уйти или как их уничтожить? Мне такое соседство вообще на хрен не сдалось. Но идти отстреливать их в одиночку как-то боязно. Я конечно хорошо вооружен, аж три ствола имею теперь, но они-то в своей стихии. Тем более если с ними столкнусь в лесу, где видимость сильно ограничена, а их целая стая. Привлечь Решетовых? Они вроде как тоже заинтересованы. Но как я им объясню то, каким образом мне удалось найти это логово. Тут расстояние километров пять по прямой, даже если их логово в прямой видимости для моих телескопов находится я что-то сомневаюсь, что их видно будет. Попробую. Я приподнял дрон вверх, выкрутил максимальный зум на камере и стал искать маяк. Нашел. Себя конечно не увидел, но башню маяка и дом на берегу вполне можно разглядеть.

Я быстро спустился на этаж с телескопами, прикинув направление открыл порты с нужной стороны и взялся за трубу. Посмотрим. Для помощи в обнаружении отвлекся на пульт и включил на дроне яркие бортовые огни. Помогло. В трубу огни поймал почти сразу. Осмотрел склон под дроном. Хорошо, что солнце за спиной и светит как раз на склон с логовом. Камни, у которых логово и находится я разглядел, и вроде даже есть какое-то мельтешение возле них. Вот только света уходящего солнца не хватало. Возможно завтра, ближе к полудню удастся что-то конкретное разглядеть. Тем более я ожидаю приезда глазастого Славки, раз он смог корабль разглядеть в тридцати километрах, то может и волков увидит в пяти. Я зафиксировал подзорную трубу, закрыл порты и присев на стул с пультом в руках направил дрон в сторону маяка.

Приведя дрон к маяку подвесил его над садом, чем вызвал у Фреда лай и беготню. Сам спустился вниз, проверил тесто. Подошло уже, надо пробовать спечь хлеб. Дома уже стало темновато, придется при свете фонаря кулинарить.

Успокоив Фреда опустил дрон на дорожку и собрал все в сумку. Сходил проверить коняшек. Кожей в сарае уже не так пахнет, как раньше, появились новые запахи. Не самые приятные, но вполне терпимо. Шланг нужен, можно было бы полы промывать напором воды. В список его однозначно. Поливать весь огород лейкой мне не сильно понравилось.

Выдав Фреду кашу и спрятав дрон под кровать, я приступил к приготовлению хлеба. Пока нагревалась духовка, классическую чугунную форму для буханки густо смазал сливочным маслом и выложил в нее тесто. Надо оставить на полчасика постоять. Сходил через портал и забрал оттуда замерзший свиной окорок и отнес в подвал дома. Пусть оттаивает тут, завтра пригодится. Уходя из подвала прихватил головку сыра.

Сыр привел в восторг. Натуральный пармезан почти. Помягче конечно, но по вкусу прям один в один. Очень сырный. Не заметил, как слопал грамм двести нарезая его тонкими ломтиками. Пришлось поделится с Фредом. Оценил размеры головки. Раньше думал, куда мне его столько? Вопрос закрыт. Сыра много не бывает, тем более такого. Тут же поставил на конфорку кастрюлю с водой и достал из подвески фарфоровую супницу в которую пересыпал макароны из пластиковых пакетов. Второй ужин у меня похоже намечается. Макароны с сыром. Новый символ дружбы двух миров! Интересно, а тут макароны знают?

Столько сыра в макароны я еще не сыпал ни разу! Наверно один к одному получилось. Местная терка правда не порадовала, у нее только один размер отверстий – крупный. Но при таком запасе, повышенный расход меня не смутил. От души навернул. Пришлось отползти со стула в кресло. Зажег свечи на камине, сижу перевариваю и читаю пособие по лошадям, пока хлеб в духовке печется. Уже и запах пошел. Надо будет мне что-то решать со светом. Если уж не проводку по дому раскидывать, то хоть одну лампу какую-то привезти с Земли. Найти какую-нибудь стилизованную под старину да запитать от удлинителя. Когда дома один нахожусь вполне можно использовать, а не подражать местным в ущерб своему удобству. В Список.

Хлеб удался. Корочка хрустящая румяная получилась. Замотал буханку в чистое льняное полотенце и убрал в хлебницу. Кажется с меня на сегодня хватит. Уже когда помылся и лег в постель с намерением почитать «руководство пользователя по лошадкам» некстати вспомнил о своей обязанности записывать события в журнал выданный мне изначально. Пока все не зашло слишком далеко и память не подвела надо бы завтра обязательно этот пробел заполнить. А то еще приедет начальство, а тут непорядок.

20 мая

С утра пораньше только умывшись и выдав Фреду его пайку, я с чашкой утреннего кофе отправился сразу в кабинет маяка исправлять свое упущение по заполняемости журнала.

Еще вчера ложась спать обдумал что и как записывать, оставалось только осуществить. Никаких подробностей о рационе питания разумеется туда вносить не стал, но запуск маяка, визит Решетовых и данные о погоде внес. Писать чернильной ручкой было жутко неудобно, но попытка написать пером вообще окончилась парой клякс и была оставлена как бесперспективная в ближайшее время. Но отметку о необходимости тренировки в этом непростом для меня деле оставил в памяти. Займусь в свободное время, только надо будет чернильницу и перо принести в сад, на мое любимое место.

После заполнения журнала сменил воду в горшке с солониной. Попробовал само мясо. Жесткое и все еще сильно соленное. Но, пожалуй, рискну его сегодня использовать для приготовления каши, а то вообще протухнет.

Проверил своих лошадей. Пришлось сходить в дом и переодеться в рабочий комбинезон. Похоже лошади недовольны своим содержанием взаперти в то время как на улице стоит прекрасная погода. Нагадили изрядно на пол. Много сена из кормушек валяется на полу. Космос каким-то образом смог извлечь ведро из подставки и залил весь пол в своем стойле. Ну и все что он наделал на этот пол тщательно перемешал. Недолго почесав мозг в своей голове, я открыл ворота в загон и обе калитки в стойлах, типа идите куда хотите. Даже уговаривать не пришлось, очень умные зверюги вышли из стойл и проследовали прямиком в загон. А я принялся за уборку этих ни разу не легендарных конюшен. Правда помня о волках сходил в дом за карабином, который повесил тут же в сарае на крючок, мало ли.

Нагадили коники изрядно. Пока что все уместилось в одну тачку, но такие тачки мне ведь придется собирать тут каждый день, так что проблема компостной кучи или ямы назревает все острее. Ну и проблему со шлангом надо тоже решать срочно, ибо каменное корыто присутствующее в загоне колонкой не оснащено почему-то. Не досмотрели строители или это такое испытание мне. Так или иначе пришлось таскать воду ведрами из сада. И ведра те пришлось носить пять раз, да и то заполнил поилку едва ли до половины объема.

За этим занятием меня и застал Славик, подскакавший на своей лошади к загону.

- Здравствуйте Вадим Дмитриевич! Управляетесь?

- Приветствую, Славик! Да вот, как видишь. Приходится. Им внутри не сидится. Гадят, засранцы.

- Это да. Это они все могут. Но у вас их еще немного. Вот у нас эта живность ни дня отдохнуть никому в семье не дает. А что же волков не опасаетесь?

- Волков… Волков опасаюсь. Но я теперь вооружен, так что справлюсь. Ты давай, загоняй свою скотину к моим, да сходим в маяк покажу кой чего.

- О! Хорошо! Я сейчас!

Славка окинул взглядом периметр загона и заметив в противоположном от сарая конце ворота поскакал к ним. Где спешился, слегка приоткрыл одну створку, завел своего коня и закрыл ворота на засов. А я вот те ворота даже и не замечал до сих пор.

Парень не стал снова вскакивать на лошадь, а так и повел ее в поводу прямиком ко мне. Насиделся похоже за дорогу, идет переваливаясь.

Подойдя ко мне Славка представил меня своей лошади:

- А это моя Родинка. Славная. Легко дошли, даже не вспотела почти. Вадим Дмитриевич, а на маяк срочно нужно? А то надо Родинку обиходить бы.

Заметив, что Славке, как и многим другим людям, которым приходилось обращаться ко мне по имени отчеству, тяжеловато даются множественные звуки «д» и «м» в моем наименовании, предложил ему:

- Знаешь, Слав, мы пока тут без посторонних обращайся ко мне просто «дядь Вадим». Коротко и ясно. Хорошо?

- Хорошо, дядь Вадим. И то верно. А то честно говоря, воздуха не хватает иногда. Простите. – Тут же покраснел парень.

- Ну и отлично. Договорились значит. А у тебя как полное имя-то?

- Вячеслав я. – удивился чему-то Славка. – Да только так не зовет никто почти.

- Но знать-то надо. Оно лишним не будет, - подмигнул я Славке, - ты давай распрягай свою красавицу. Не горит у меня, но посмотреть надо будет.

- А чего там?

- Потом. Занимайся лошадью пока. Ты есть-то хочешь?

- Да не, пока не хочу. Потом. – отмахнулся Славка. – Тут вот еще мамка чего-то передала вам.

Парнишка кивнул на седельные сумки и принялся их отстегивать, а я внимательно следил за всеми его действиями. Принимая у него сумки и положив их у створки ворот заметил:

- Ты делай, я посмотрю, чего у и как. А то сам понимаешь. – развел я руками.

- А-а-а. Ну да. Хорошо. Смотрите тогда. Оно и правда.

Я и смотрел. Задавал иногда вопросы. Но в принципе все несложно и продумано до мелочей за века эксплуатации этих славных животных людьми. Впрочем, если задуматься, то это вовсе не эксплуатация, а очень даже сотрудничество. В обмен на свой труд лошади от человека тоже немало получают. А уж после того как человек пересел с конной тяги на машины, так лошади вообще перешли в разряд домашних питомцев. Весьма дорогих и избалованных. Но здесь до этого еще не дошло, так что учусь сотрудничать.

Еще я обратил внимание на пристегнутый с левой стороны седла открытый ружейный чехол с торчащим прикладом какого-то небольшого, судя по размеру чехла, ружья. Отстегнув, Славка аккуратно положил его на седельные сумки.

Сняв с коня всю сбрую и потник, парнишка обтер коня подсохшей травой из моего небольшого запаса и хлопнув по крупу ладонью направил к моим лошадям, стоящим неподалеку. Я оглядел сарай, на предмет порядка, снял с крючка карабин и закинул его за плечо.

- Ну пошли в дом, помоешься с дороги да чайку попьём.

- Спасибо. Попить точно не помешает. А это что у вас за ружье такое?

- Знакомый подарил. Экспериментальное. Должен опробовать в полевых условиях и отзыв написать. – отмазался я как мог.

Славка закинул переметные сумки себе на плечо и подхватив чехол с своим ружьем пошел следом за мной. Выйдя из сарая в сад, мы были встречены одиночным «гавком» и недоумением. Фред, побежавший нам навстречу от веранды замер и рассматривал нас.

- Фред. Ко мне. – скомандовал я.

Пес тут же подбежал. Присев на корточки, я довел до его сведения, что это Славка, и что он друг. Фред поначалу отнесшийся к моим словам с некоторым недоверием, позволил себя почесать Славке за ухом и согласился его пока терпеть на своей территории.

- Тебя отец надолго отправил ко мне? – поинтересовался я.

- Завтра у вас. А послезавтра утром домой сказал ехать.

- Это ты за день думаешь из меня кавалериста сделать что ли? – удивился я.

- Ну так и сегодня день же целый почти. Да и сложного там же нет ничего вроде.

- Это как сказать еще. Для тебя может и нет, а я их что-то побаиваюсь.

- Управимся, пожалуй. С ними же надо по-простому. Они же как дети. Только не разговаривают. А что до скачки верхом, так это надо просто часто скакать верхом, оно и само получаться станет. Наверно.

- Вот тож, что наверно. Ладно, война план покажет.

- Это как? Вы воевали?

- Нет, не воевал. Это я про то, что главное в драку влезть, а там уж видно будет.

- А-а-а. Понятно. Ну да. Я и говорю, начнем и само получится.

- Ладно. Посмотрим. Пошли учитель, хватит уже блох гонять.

- Смешной пёс у вас, дядь Вадим. Маленький только какой-то. Он щенок еще?

- Нет. Он уже взрослый. Просто порода такая. Охотник по птице и зайцу. Умный очень. Точнее хитрожопый.

Мы посмеялись и оставив Фреда в покое прошли в дом. Показал Славке сразу каминную комнату.

- Вот, здесь спать будешь. Можешь, свой ствол и вещи оставить и пошли ванную покажу.

Славка оглядел комнату. Особенно задержал внимание на дверях.

- Там стальные решетки снаружи еще есть. На ночь закрываю. – Успокоил я его. – Есть и другой выход в сад.

- Ага. Понял. Хорошо.

Парнишка аккуратно поставил ружье к стене, сбросил на пол сумки и открыв одну из них принялся что-то доставать.

- Вот, маманя пирожков передала вам. – Славик передал мне какой-то плетеный коробок. – И хлеба свежего, утреннего.

- Вот и отлично, сейчас как раз пирожков с чаем и навернем! – по-настоящему обрадовался я забывший, когда уже ел подобное.

- Дык, это же вам! – неожиданно для меня удивился Славик.

- А ты смотреть, что ли будешь просто? Глупостей не говори. Идём.

Я отвел парня в ванную, выдав ему полотенце. И показал, что у меня тут как включается. Правда Славка не сильно тормозил при этом, отметив:

- У нас в школе почти так же устроено было. А дома на дровах котел работает и солнечная водогрейка на крыше есть.

Однако у них тут прогресс. Я почему-то решил, что они в тазиках купаются и посуду моют, как у нас в прошлом веке. А с другой стороны, откуда мне знать, как оно реально у нас было устроено. В последнее время в интернете появилось много материала о том, что официальная история себя изжила. Но и интернет еще в ту помойку превратился, где найти достоверную информацию стало уже почти нереально.

Пока Славка умывался я прошел на кухню и поставил на плиту чайник. Открыл короб с пирожками. Действительно обыкновенные жаренные пирожки, приятного размера в количестве десяти штук. Откусил от одного. Надо же! Мои любимые! С зеленым луком и яйцом. Пирожок тут же закончился. Остывший конечно, но все равно изумительно вкусный продукт. В простом белом полотенце обнаружилась буханка хлеба почти аналогичная той, что испёк я. В общем бутербродами мы обеспечены. Копченый окорок, сыр и масло в наличии, так что не оголодаем уж точно.

Славка пришел на кухню как раз к тому моменту как я разливал чай по чашкам.

- Давай перекусим по-быстрому, да сходим наверх. – тут же предложил я.

Уговаривать парнишку не пришлось, пребывание в седле на свежем воздухе явно хорошо влияет на аппетит.

- Ты за сколько времени до меня добрался?

- Да чуть больше часа получается. Я на рысях шел почти всю дорогу. Оглянуться не успел. Косуль по дороге видал, но не стал стрелять. Возится потом с ней.

- Ну и правильно что не стал. Еды у меня хватает. Да и море под боком. Я туда за рыбой как в магазин хожу. Только закину удочку и уже еда в корзинке.

- Э-э-х. Мы редко на рыбалке бываем. По дороге в город иногда батя пробует ловить, но с берега не очень получается. А вы на лодке плаваете?

- Да зачем же, я с причала кидаю. Лодку свою еще даже не пробовал.

- А, ну да, точно я же видел тогда с маяка причал ваш. Удобно тогда.

Незаметно для самих себя мы выпили чай и уничтожили все пирожки. На что Славка, покраснев заметил:

- Однако…

- И не говори. – засмеялся я. Пирожки оказались очень в тему. – Передай матушке огромное спасибо от меня. Как зовут ее кстати?

- Василиса.

- А дальше? Отчество у нее как?

- А! Так Власовна она. Деда Влас зовут. Он в городе живет. Маманя у нас городская, учёная. Она в школе работала раньше.

- Понятно. А ты значит не слушал её. Она же наверно просила дальше учится?

- Да так. Но, надоело дядь Вадим. Вот честно, скука. Одно и тоже. У нас дома лучше. Она меня и сейчас заставляет все время читать. Но дома учится интереснее получается. Она лучше рассказывает. Понятнее.

- Ну это понятно. Она же только тебя одного учит. А у учителя вас сколько было?

- Да тридцать ребят было в нашем классе. Оно так. Но она не только меня учит, еще и девчат Светкиных сейчас готовит.

- Они тоже в школу пойдут?

- Да еще в том году пошла старшая, Ладушка наша. В школе она сейчас. А две мелких, Аля и Данка, осенью поедут. Она их готовит сейчас.

- Ясно. В общем не скучно у вас. Ладно, Славик, пойдем-ка глянем на кое-чего.

- Ага. Пойдемте.

Я убрал грязную посуду в мойку и повел Славика в свою «обсерваторию».

Поднявшись наверх я подошел к трубе, направленной со вчерашнего дня на предполагаемое логово и глянул в окуляр. Есть! Двоих вижу точно, и вроде как что-то еще рядом мельтешит.

- А ну-ка, Славик, глаз-алмаз, посмотри осторожненько не сбивай трубу. Только колесиком крути.

- Ага. Понял.

Славка прильнул глазом к трубе. Потом аккуратно поднял руку и подкрутил резкость.

- Волки! Вот гады! – воскликнул парнишка, оторвавшись от окуляра глянув поверх трубы. – вот вы где голубчики устроились. Рядом ведь почти. С щенками еще. Двое всего. Мы их два года назад хорошо постреляли. Тогда еще дядька с сыном приезжали с рудника помочь.

- Видите вон ту сопку перед горами, лысая такая. – Славка указал мне на большой холм, выделяющийся лысой вершиной. – под ней наш дом, вот за этой сопкой, на склоне мы тогда их логово и нашли. Не добили получается или это другие пришли из-за гор.

- Вчера я четверых взрослых и пять мелких там видел. Может и еще есть конечно. Это сильно плохо?

- Да уж нехорошо точно. Тут же до вас километров пять будет им всего идти. А ходят они быстро. Да и до нас чуть больше. А мы как раз баранов погнали на вот ту сопку. Батя с братом повели на лето. Надо отцу срочно сказать, дядь Вадим. Пока они не сбёгли отседа.

- Надо. Я участвую. Только ты, Славка, сам понимаешь. Я охотился только на зайца и птицу, с волками пока дел не имел. Так что… Но участвовать готов. Карабин приехал.

- Понятно. Надо батю бы сюда конечно. Так-то нас с вами пятеро получается. Должны справится. Только с умом надо обложить как-то.

- А кого пятеро-то?

- Ну нас. Батя, Ванька, Стас и мы с вами.

- Стас это кто? – спросил я.

- Брат мой. Станислав. Средний. Он сейчас дома, на хозяйстве остался, пока отец с Ванькой погнали стадо на пастбище.

- Ясно. Но вы же не сможете стадо бросить в горах? Так?

- Оно так. Верно. Кто-то останется. – Славка как-то сразу поник.

- Тебя оставят при стаде?

- Скорее всего. Тогда вас четверо получится. Маловато будет.

- А пятеро прямо много было бы. На них надо цепью же идти наверно? Или как?

- Да, когда как. – сказал Славка растеряно. Похоже опыта у него явно мало в этом вопросе.

- Ну тогда наверно, придется нам с тобой моё обучение отложить, а тебе надо к отцу быстрее ехать. – предположил я дальнейшие события.

- Да, пожалуй, так вернее сделать. Можно я трубой посмотрю вокруг. Места эти.

- Да конечно. Нужно. Бумагу и карандаш дать? – обыденно предложил я.

- Зачем?

- Карту схему нарисовать. Ну местность.

- Да не-е-е. Я так не умею. Нас не учили такому. Я так запомню.

- Ну смотри. Тебе виднее.

Парнишка попробовал стронуть с места «телескоп», не вышло. Пришлось прийти на помощь и ослабить винты на штативе. Младший Решетов как заправский разведчик принялся изучать местность плавно ведя трубу от логова к лысой сопке, иногда смещая ее по вертикали вниз. Потом также медленно вернулся к логову и изучил направление к маяку.

- Вот же гадский лес! – высказал Славка свое отношение к склонам покрытым лесом и тут же покраснев добавил. - Ой простите, Вадим Дмитриевич.

- Ничего бывает. Что скажешь? Есть мысли?

- Не знаю даже. Батя нужен.

- Нужен конечно. А флажки вы ставили в прошлый раз? – спросил я Славку, осенённый мыслью, внезапно возникшей из глубин памяти.

- А точно! Было дело. Натягивали бечевку с лентами.

- Вот. Просто у меня тут мысль возникла. Вон там ручей идет, за которым склон с их логовом. Можно устроить им преграду из флажков так, что, погнав их сверху и от вас по склону, мы вынудим их выйти прямо сюда или на луг у ручья. Там тоже место открытого много. Тут мы их и примем. Только вот сколько людей надо для загона это я не знаю. Давай наверно ты скачи к отцу сейчас, расскажи ему всю картину. Пусть решает. И жду от вас указаний.

- Ага. Точно. Так правильно будет. Тогда я прям сейчас поскачу.

- Давай, пошли.

Спустившись вниз я помог Славке собраться, а он помог мне загнать в стойла моих коней. Оказалось, все просто. Парнишка просто накидывал на шею Космосу, которого как оказалось не звали до этого никак, ремень от уздечки и тянул его за собой прилагая незначительные усилия. Звездочка же просто следовала за конём. Но наверно дело еще было и в уверенности Славки в своих действиях, животные ее чувствовали и подчинялись.

Отправив Решетова в дорогу, я тут же кинулся в дом, где переоделся в свою земную одежду и рванул к порталу. Времени мало, а сделать кое-что нужно. Меня терзали сомнения, что в хозяйстве у Решетовых найдется достаточное количество веревки для устройства загона, да и про шланг я не забыл. Очень без шланга грустно. Часа два у меня в запасе точно есть, вполне успею, тем более домой я заезжать не собирался. И в райцентр мне не нужно. Бечевку и шланг вполне можно купить в нашем деревенском магазине, за час должен управиться.

На стороне Земли погода снова слегка свихнулась и решила еще запустить один цикл бабьего лета. Светило солнце и датчик температуры в «Дастере» показал, что на улице плюс десять градусов. Аномально тепло для декабря, можно было теплую куртку и не одевать, поспешил, ринувшись без разведки.

Запустив двигатель, я быстро скатал масксеть и закинул ее в багажник. Машинка долго держала обороты, застоялась, пришлось подождать, закурив сигарету и оглядывая окрестности. Телефон включать не стал, моя паранойя крепко держит оборону, не желая светить мое местоположение.

До магазина доехал за двадцать минут. Продавца мои покупки поставили в тупик, если судить по его озадаченному лицу. Время что-то подвязывать явно прошло и лежал бы этот джутовый шпагат в магазине спокойно до весны и помидор с огурцами, но тут появился я и купил пять бобин по пятьсот метров и оставшиеся четыре трехсотметровых. Ну и тридцать метров черного резинового шланга тоже наверно не добавили продавцу спокойствия, полив в огородах зимой малопопулярен в наших широтах. Прихватил еще несколько стальных хомутов и пистолет поливочный с регулировкой напора. Отлично подойдет мыть полы в конюшне. Ну и чтобы продавцу не стало совсем уж скучно прихватил большой пакет стирального порошка для ручной стирки, упаковку «холодной сварки» и баллончик черной матовой краски. В общем изумительный комплект покупок у меня вышел. Будет, о чем деревенским поговорить. Заходить в продуктовый магазин не стал, опасаясь встречи со своей квартиранткой, хотя булочки там славные. Те, которые из теста.

Припарковав машину у своих развалин, перетащил покупки в подвал и поблагодарив «Дастер» за верную службу замотал его снова в масксеть. Глянул на часы, нормально. Уложился как раз за час, Славка уже наверно добрался до дома и теперь скачет к отцу на пастбище. Времени вагон еще. Сварю кашу. Война войной, а обед по расписанию.

Скинув шпагат кучей в мастерской, я отнес шланг с хомутами и пистолетом к колонке, порошок в прачечную. И первым делом занялся маскировкой своих стволов. Охотники наверняка проявят любопытство, а показывать им клейма и номера явно не стоило.

Расположившись с ружьями в мастерской, я замесил пальцами «холодную сварку» и замазал клейма на карабине и ружье. Загладил шпателем и оставил сохнуть. Потом конечно замучаюсь зачищать, когда придется нести стволы на перерегистрацию. Но это будет только через три года. А если вдруг нагрянет участковый, то он сверит только номера, которые я замазывать не стал. Да и не было у меня проверок никогда, повода я точно не давал. Ну и всегда можно договориться.

Пока в мастерской подсыхала «сварка» я занялся приготовлением каши из солонины. Тщательно ее промыв под проточной водой отправил в кастрюле с водой на плиту. Пусть варится, глядишь помягче станет. Хотел еще туда же сало, копченное добавить, но оно опять-таки соленное, а соли в этом блюде, пожалуй, и так достаточно получится от баранины. На другой конфорке поджарил лук с морковью для заправки. Отметив, что масло у меня по-прежнему в пластиковой бутылке, пришлось поискать по кухонным шкафам подходящую тару. И нашел. Поблагодарив «строителей» своего дома за найденный стеклянный графин с ручкой и носиком на горлышке как раз для масла и предназначенный, перелил. Как раз литр вместился. Закрыл графин длинной пробкой. Всё. Как тут и было. Пришлось еще пластиковую бутылку сжечь в камине.

Пока мясо варится, сходил в мастерскую, проверил как схватилась «сварка». Схватилась. Принеся из рюкзака в спальне скотч, тоже надо будет прятать потом, я аккуратно оклеил замазанные клейма и нанес краску из баллончика. Вышло так себе. Пришлось слегка ретушировать пальцем. Вроде получилось что-то удобоваримое, но надо дать подсохнуть, потом «косяки» видно будет лучше. И я снова пошел на кухню.

Потыкав мясо вилкой понял, что времени у меня еще полно. Есть можно, но лучше не надо, час еще точно варить нужно. Убавил «огонь», бросил два листа лаврушки и добавил воды. Стволы сохнут, мясо мокнет, а мне чем заняться? После такой беготни в последние два часа я было завис, но из сарая послышалось «игого» и дело сразу нашлось. Проверить коней и сено. Сено у меня теперь вообще всегда. Дурдом. На что я подписался!?

У лошадей вроде как все в порядке, но я прямо-таки чувствую их недовольство сложившейся обстановкой, им опять приходится стоять в помещении вместо того что бы щипать свежую траву. Обидно, понимаю. Но пока не решится проблема с волками им придется терпеть, а мне косить сено. Чем я и занялся. От калитки рядом с которой пристроил карабин, я далеко не удалялся, «алягер ком алягер».

Через полчаса плодотворной работы на покосе, изрядно вспотев и захотев пить я ринулся домой с пробуксовкой. Про мясо-то забыл! Успел, воды оставалось на донышке. Попробовал мясо. Оказалось, вполне съедобно. Засыпал в кастрюлю пшеничной крупы и долил воды. Пока доходит каша, быстро собрал накошенное сено и отнес в конюшню. Кони снова напакостили и смотрели на меня с любопытством, мол ну и что теперь ты сделаешь. А я ничего делать не стал, просто посмотрел и вышел, оставив с ними Фреда. У меня обед по расписанию.

Каша удалась. После того как крупа приготовилась, добавил зажарку и сливочного масла, дал постоять десять минут и поел. Получилось вполне съедобно. Мороки конечно много, со всеми этими предварительными танцами, но итог утешает – выкидывать солонину не придется.

Закончив с обедом обрати внимание на часы, уже почти три часа дня, а от моих соседей пока ничего не слышно. Но учитывая скорости передвижения тут и полное отсутствие средств связи нужно просто научится терпеть. Поэтому сев с трубкой на веранде, я принялся усиленно терпеть неспешность местного бытия. Хотел было уже взяться за роспуск простыни на ленты для флажков, они же должны нести на себе запах человека, но притормозил. Мало ли, вдруг Илья решит и вовсе никаких флажков не устраивать, а я такую вещь испорчу. Поэтому просто прошел в кабинет и сел дополнить журнал описанием проблемы с волками и шагами, предпринятыми для решения этой проблемы.

Проверил оружие. Моя маскировка выглядит вполне сносно. А вот с боеприпасом у меня явно могут быть проблемы. Пластиковые гильзы с маркировкой явно выбиваются из картины этого мира. Патронов с восьмимиллиметровой картечью у меня две коробки по двадцать пять штук и надо что-то придумать хотя бы с маркировкой. Пластик обзову целлюлозой может и пройдет. Был бы у меня растворитель, то можно было бы им свести краску, но увы, его нет. Но есть «наждачка»!

Такое извращение с патронами наверно еще никто не наблюдал. Тем не менее моя импровизация вполне сработала. Грубой шкуркой пройдясь вдоль гильзы почти удалил краску и сточил продольное «оребрение», а то тонкой довел гильзы почти до гладкого состояния. Правда патроны теперь выглядят как продукция какого-то кустарного производства. Ну так у меня и оружие по легенде экспериментальное. С патронами карабина ничего придумать не смог, но там лишь калибр и аббревиатура завода на донце гильзы. Буквы русские, цифры обычные. Сойдет.

А вот оптический прицел пришлось тоже слегка покрасить. Можно было бы его конечно и вовсе убрать подальше, но с ним попадание на триста метров в волка гарантировано. А полуоболочечной пулей не особо важно куда попасть, рана будет жесткой и большой. Нам же шкуры и мясо волков не важны, я надеюсь. Пристегнув прицел, осмотрел карабин еще раз. Открутил пластиковые крышки прикрывающие стекла. В целом сойдет, оптический прицел в этом мире вполне можно объяснить, бинокли и тут есть. А родной деревянный приклад моего СКС вообще выглядит как будто его столяр первого года обучения делал. Но конечно специалистам по оптике и оружию вообще такое показывать нельзя. Я и не буду.

20 мая. Продолжение.

Пока возился с подготовкой оружия и боеприпасов время подошло к шести вечера, и я начал переживать. А если Решетовы вообще решили обойтись без моего участия в этом мероприятии? Я поднялся в свою «обсерваторию». Волки на месте, одного четко различил. Осмотрел склоны на предмет обнаружения Решетовых. Не нашел. Понял, что в этом нет ничего удивительного, вряд ли бы они на ночь глядя пошли на такое дело. А потом я услышал стук копыт по дороге. Ну вот дождался. Перепрыгивая через ступень, я слетел в мастерскую и вышел на улицу. Как раз в этот момент к коновязи подскакал Илья, держа в поводу еще одну лошадь.

- Тпру-у-у. Стоять! Здравия тебе, Вадим Митрич! Вишь как быстро свиделись! – поприветствовал меня Илья, не слезая с лошади. – Давай мы наверно моих коняшек на постой сразу определим. Ну и меня заодно с ними. Я к тебе с ночевой приехал. Разговор есть.

- И тебе не хворать, Илья. Поговорим конечно. Ты езжай к конюшне, я ворота отворю пока.

- Ага. Только давай они пока в загоне у тебя погуляют, остынут с дороги.

- А ну хорошо, там ворота не на замке, откроешь, я подойду сейчас туда.

Я зашел в дом, осмотрел кухню. Вроде все в порядке, ничего «инопланетного» не точит на виду.

В сарае обнаружился рычащий Фред, смотрящий в щель под воротами в загон.

- Тихо, Фредик. Тихо. Свои. Нельзя. Илья нам друг. – успокоил я собаку, но от греха подальше выставил его из сарая в сад.

Илья уже стоял у ворот и снимал с коней сбрую. Я подошел поприветствовал его за руку и стал помогать со второй лошадью, навьюченной большими брезентовыми сумками. В мешках прощупывалось что-то мягкое.

- Это ты чего пастель с собой прихватил что ли? – как бы в шутку спросил я у Ильи.

- Ага точно. А то вдруг у тебя для меня и попоны не найдется. То флажки для волка в сумах. Правильно ты предложил с ними. Устроим им загон, засранцам.

- Ясно. Постель уж найду тебе. Славке то не довелось ее помять. Так что ждет.

Отстегнув обе объёмные, но не тяжёлые сумки я отнес их в сарай и принялся снимать седло и уздечку. Илья, посмотрев на мои манипуляции, заметил:

- Научился чему?

- Да какой там, я только ваших коней распрягать пока умею. – отшутился я.

- Ну что ж поделать-то. Не сложилась пока, учеба ваша. Видишь, как оно вышло. Но оно к лучшему. Мы же тогда их не добили, гадов этих. А они знаешь какой разор учинить могут овцам нашим. Да и тебе оно ни к чему такое соседство. Волк тут еще не приучен человека сильно боятся. Но мы это поправим завтра надеюсь.

Мы сняли с лошадей всю упряжь, обтерли их подсохшей травой. И Илья, сочтя их состояние приемлемым предложил:

- А пойдем, Вадим, чайку попьём, да обскажу тебе чего мы удумали на завтра.

- А чего чайку, у меня и каша есть. Будешь ужинать? И мне бы пора тоже.

- А и то верно, про чай это я так, для завязки. – улыбнулся Илья.

Я посмотрел на Илью. А он выглядит уставшим, хоть и бодрится, но явно вымотался за сегодня порядком.

- Ладно, Илья. Пойдем поедим. Замаялся ты сегодня похоже.

- Это да. Это есть. Но. Давай-ка мы сперва на твою башню слазим. Покажешь мне всё. Пока светло.

- Ну идем, посмотрим.

Я подхватил баулы с флажками, но Илья меня остановил:

- Оставь тут. С ними все в порядке, осмотрели уже. – Он подхватил свой чехол с ружьем и две небольшие кожаные седельные сумки, снятые с его лошади.

Открыв дверь в сад, мы были встречены Фредом, караулившем нас у дверей. Опять состоялось знакомство с очередным Решетовым. Впрочем, недолго длившимся, Илья просто дал собаке понюхать свою руку, и мы спокойно прошли в дом.

- А ничего что кони в загоне остались? – спросил я.

- Ничего с ними не будет, мы рядом. Да и пес твой если что лай поднимет.

Ну я не был так уж уверен в поведении Фреда, но решил доверится. В тот раз, когда волки выли, он все-таки поднял тревогу, может и сейчас не подведет.

Мы прошли в дом через каминную комнату, где я и предложил Илье оставить его вещи. Он оглядел комнату, одобрительно кивнул головой:

- Добро.

Подъём на четвертый этаж дался ему уже не так легко, как в прошлый раз. Поднявшись наверх он тут же уселся на стул со словами:

- Погодь, Вадим. Что-то я совсем раскис. Сердце бухает, спасу нет.

- Ты как? Тебе плохо что ли? – испугался я.

- Да не-е-е. Не так уж. Просто набегался сёдня. А годков мне уже многовато. Я вот и решил с тобой в засаде побыть, пока мои по горам скакать будут.

- Славку дома оставите? На хозяйстве?

- Нет. Уболтал он меня. Но оно и верно. Надо ему и эту науку постигать. Стас останется. – ответил Илья, произнося каждое слово раздельно, после каждого вдоха выдоха.

Пока Илья восстанавливал дыхание, я проверил настройки трубы. И посмотрел в сторону логова. Увидел трёх волков.

- Сидят голубчики. Три штуки наблюдаю. – сказал я, не отрываясь от окуляра.

- Дайка гляну. - Тут же поднялся Илья, хотя дышал все еще тяжеловато.

Илья посмотрел в трубу. Оторвался. Глянул поверх трубы. Снова посмотрел в трубу.

- Ты, это, Вадим, покрути-ка мне тут, чтобы лучше видеть. – покрутил он рукой в воздухе в районе трубы.

Я плавно повернул колесо настройки фокуса.

- Как? Лучше?

- Нее-е. Совсем ушло. Давай взад.

- Так лучше?

- Во! Во-во! Стой! – возбудился Илья. – Хреновато конечно. Глаза совсем старые уже. Эх. Но вижу гадов.

Илья оторвался от трубы и стал изучать общую картину на склоне, шевеля губами, как будто говоря сам с собой.

- Может тебе бинокль дать? – спросил его я.

- Да не. Не нужно. И так все видно. Славка все правильно обрисовал нам. Я так, просто убедился. Малой он еще ведь. Но молодец. Все так и есть как он обсказал. – Илья еще некоторое время посмотрел, покивал головой. – Ладно, Вадим, понятно всё. Пойдём вниз. Поснедаем да обговорим с тобой дела наши.

- Ты иди потихоньку вниз, а я пока тут ставни закрою. – предложил ему я.

- Ага. Да не боись. Не окочурюсь я тута у тебя. – засмеялся Илья. – Вниз-то оно чай не гору лезть.

Пошутить, пошутил, но тем не менее моему совету Решетов последовал и потопал неспешно вниз. Я закрыл порты и последовал за Ильей, догнал его в мастерской и проводил в ванную комнату.

Каша конечно давно остыла и пришлось разогревать ее на сковородке. Хорошо так наварил, с запасом. Еще и Фреду хватило и сейчас и на завтрашнее утро. Пока разогревал и кормил Фреда Илья закончил водные процедуры и сходив в каминную комнату вернулся со стеклянной бутылкой объемом в пол-литра с подозрительно приятной глазу жидкостью, коричневого оттенка. В другой руке обнаружился берестяной туес со свежими помидорами и огурцами.

- На-ка вот. К ужину. Свежие. – сказал он, протягивая мне овощи.

- А это лекарство, от устатку, но для сна. – потряс Илья в воздухе бутылкой. – Чистый нектар. На травах наших.

- О-о-о! Это отлично, а то я так устал, так устал. Сил нет терпеть уже этот устаток. – подхватил я. – Но нам же завтра рано вставать вроде, а сегодня план ты обещал обсказать мне.

- Мы немного. Ну и горло смочить надо. Разговор-то длинный и обстоятельный. Так что надо к нему со всей сурьезностью отнестися. – тут же с невинной физиономией оправдался Илья.

Для себя, я еще с первого знакомства отметил манеру старшего Решетова специально коверкать слова по типу простонародного звучания. Хотя в целом речь его была довольна грамотна и стройна. Я поставил на стол две глубокие тарелки, две ложки и вытащив из подвески два граненых стакана стукнул их друг об друга подмигнув Илье. На большую тарелку быстро порезал на четвертинки огурцы и помидоры, посыпал их перцем и солью – закусить. И наконец на середину стола водрузил сковороду с кашей.

- Ну-с, уважаемый Илья Сергеевич, приступим-с к трапезе! – сыронизировал я невольно антиподражая его манере шутливо говорить.

- Извольте, Вадим Дмитриевич. – не отстал и он. – Позвольте ваш стакан-с.

Со смехом я протянул ему свой стакан, в который он и налил темно-янтарной жидкости примерно до половины. Я понюхал жидкость. Запах знакомый. Напоминает какой-то бальзам. И даже на запах чувствую хороший градус.

- Однако. За что пьем? – спросил я Илью. Хоть и вертелось на языке у меня простое «будем», но я вовремя смог остановится. Мало ли какие тут традиции пития.

- Ну так… - Илья тоже задумался, но буквально за секунду – За доброе знакомство!

- Однозначно! – согласился я и протянул свой стакан понимая, что возможно творю дичь с местной точки зрения. Рефлекс.

Обошлось. Илья спокойно протянул свой стакан и чокнулся. И опрокинул стакан в себя разом! Взял с тарелки огурец, громко занюхал и крякнул. Ему сейчас очень не хватало фразы про крепость советской власти. Фактурный мужик.

Я же, резко выдохнув в сторону, не спеша выпил свою порцию в три глотка. Занюхал кулаком. Крепкая вещь, но не критично, градусов сорок. Но мягкая и ароматная. Видя, как изучающе на меня посматривает Илья, с самым невозмутимым видом кивнул ему:

- Хорошо пошла. Благодарствую. Чудный напиток, амброзия.

- Хе-хе. Силён, Вадим. Вот не сомневался в тебе. – одобрительно покивал Илья и пустился в пояснения рецептуры своей амброзии, периодически вздымая указательный палец. - Двойной перегон и два года настаивал. Травки Василиса отбирала прям по листочку. Что бы не единой точечки какой на них не было. В бочонке дубовом, которому лет сто уже настаиваем. Для особых случаев держу.

- Оценил. Благодарю.

Отставив стакан в сторону, я щедро кинул себе в тарелку каши и приступил к трапезе. Илья последовал моему примеру. Хорошо сдобренная маслом и жирной поджаркой каша отлично справилась с поступившим алкоголем. Во рту сразу перестало печь. Это отметил и старший Решетов, покосился на бутылку, потом на меня. И хитро так посмотрел. Я глянул на стакан, на Илью, и раздвинув большой и указательный палец на три сантиметра кивнул. Решетов многозначительно кивнул в ответ. Все это мы проделали абсолютно молча. Илья хекнул и наполнил наши стаканы на одну четверть. Взял свой поднял его вверх в мою сторону и молча опрокинул в себя. Я повторил все его маневры. А затем мы дружно хрустнули огурцами смотря друг на друга слегка склонив головы набок.

Медленно на лице Ильи расползлась улыбка и он снова крякнув громко хлопнув себя по ляжкам поднялся и протянул мне руку. Это видимо я сейчас какой-то экзамен сдавал ему. Я поднялся и ответил на рукопожатие. Решетов молча кивнул, и мы снова уселись за стол продолжив есть. Когда в тарелках каши осталось буквально на пару ложек и на тарелке с овощами осталось две четвертинки помидора, я по-прежнему молча указал пальцем на бутылку и вопросительно кивнул Илье. Он же в ответ молча кивнул и повторил мой жест пальцами. Я взял бутылку, разлил бальзам по стаканам и сделал своим стаканом «салют» в сторону Ильи. Дождался от него того же и опрокинул в себя свой. Закусили помидоркой. И доели кашу. И все это молча. Немного подумав я встал из-за стола и протянул руку Илье. Поручкались. И тут уже оба не выдержали и заржали. Фред, лежавший на полу рядом со мной, подорвался и стал лаять.

Просмеявшись и утерев слезу Илья наконец заговорил:

- Славно посидели. Пообщались. Душевно.

- Это точно. От души поговорили. Аж горло дерет. – сквозь смех ответил я.

- Смочить? – Илья кивнул на бутылку в которой оставалось примерно треть.

- Нет спасибо, Илья. Думаю, достаточно.

Илья, подняв вверх указательный палец ответил:

- Точно. Меру надо знать. Спасибо за трапезу, Вадим. Пойдем на крыльцо выйдем, подымим.

Вот так. Значит, табак здесь всё-таки известен тоже. Как и томаты. Хорошо, что курю я не только сигареты и есть у меня вполне аутентичная деревянная трубка. Да и табак я держу в кожаном кисете. Так что вполне соответствую обстановке. Хочется верить.

Мы расположились на стульях за столиком на задней веранде. Фред конечно последовал за нами. Закурили.

- Так что у тебя за план на завтра? – спросил я.

- План. Хех. Ну смотри в общем, Вадим. – и Илья изложил что он придумал.

Завтра, через час после рассвета мы с ним должны были выдвинуться верхом налегке к мосту через Каскадную. Туда же к этому времени от рудников к нам должны подъехать младший брат Ильи, Фёдор с двумя сыновьями. Или с одним, тут пока неясно. С ними подъедет Славка, который за ними и поехал сегодня. Со стороны фермы, или как тут принято говорить – хозяйства, к нам подъедет старший сын Ильи Иван. Итого нас соберется семеро человек. Там Илья доводит свой план до вновь прибывших. Совместно обсуждаем действия и варианты развития событий. Потом мы с Ильей загружаемся флажками и выдвигаемся в долину ручья, которую я обозвал чудной. Там вдоль ручья по опушке леса мы растягиваем флажки так, чтобы гонимые с гор волки, уткнувшись в них проследовали к устью ручья, где для них будет оставлен проход. И уже там у прохода мы с Ильей и должны будем встретить их во все стволы. А с гор их должны согнать остальные Решетовы с волкодавами, которые поднимутся вверх в районе фермы и проследуют по склону создавая шум и вытесняя волков на нас.

Ну что же, план рабочий. Но есть нюансы. На которые я сразу обратил внимание Решетова.

- Илья, я думаю, что к мосту тебе придется одному скакать, ну или нам двоим на моём экипаже. Ты не забыл, зачем сюда Славку отправлял?

- Вот гадство. Точно. И правда забыл. Думал с родней познакомлю. Хорошо, тогда я один съезжу туда.

- Потом познакомимся. После охоты. – успокоил я его. – И еще вопрос. А как они, ну загонщики, узнают, когда им начинать гнать? Ну, когда у нас с тобой все будет точно готово.

- Придется нам с тобой спешить, чтобы успеть ко времени. Я думал назначить им на полдень начинать загон.

- А если я ракету пущу, когда мы готовы будем? – подал я идею вспомнив о наличии у меня трех сигнальных патронов.

- Что за ракета? – удивился Илья.

- Ну патроны у меня такие есть. Сигнальные. Экспериментальные. Друг подарил. С ружьем. – начал я на ходу исправлять допущенную ошибку. – Это такая пуля, которая летит вверх и ярко светится красным огнем.

- Как шутиха огненная на празднике что ли?

Уф. Кажись пронесло. С фейерверками тут знакомы похоже.

- Ну да. Что-то вроде нее. Метров на сто вверх летит.

- И прям из ружья можно пальнуть такой?

- Да. Так что? Сойдет?

- Громко бухает?

- Послабее обычного выстрела раза в два, но бухает конечно. – сигнальные патроны реально несут меньший заряд пороха и у моего полуавтомата даже отдачи нет от такого патрона, но и газов на перезарядку не хватает. – да и сигнал я могу дать в стороне от засады, а потом уже выйти на стрелковую позицию. Отойду выше по ручью, чтобы волки туда точно не пошли и дам сигнал.

- Сойдет, пожалуй. Патроны точно не подведут эти как их? – засомневался Илья.

- Нет. Точно не подведут. Но можно назначить им выдвижение на час или два часа, в случае если сигнал не подадим ранее.

- Ага. Так можно. Что у тебя за ружьё кстати? Покажешь?

- Взаимообразно. – улыбнулся я. – Мне тоже любопытно.

- Ишь ты. Взаимообразно. Как сказал. А. Ну пойдем, помереемся.

Вот интересно, что он сейчас имел ввиду. У них тут тоже есть такой оборот речи или он реально о стволах сейчас говорит.

Я сходил в спальню и принес свою «мурку», предварительно проверив на наличие патронов. Разрядил. Сунул один в карман. Илья уже снова сидел за столом, на котором лежала обычная с виду двустволка горизонталка с внешними курками. На колодке присутствует какой-то орнамент, выполненный похоже из серебра. Приклад украшен резьбой. Червление на стволах лишь слегка вытерто в районе ложи. Но главное, что не с кремневым замком. Я подал Илье свое ружье со словами:

- Разряжено.

- Это правильно. Моё тож.

Взяв в руки мое ружье Илья долго на него смотрел, покрутил, осматривая со всех сторон. Его лицо, за которым я с тревогой наблюдал, выражало легкое недоумение. Он встал, вложился в стойку. Опять покрутил ружье, разглядывая ствольную коробку. Пощупал резиновый демпфер на прикладе.

- Эва. Не пойму. Однозарядка что ли? – с каким-то изумлением высказал он мне свое мнение.

- Нет. Пятизарядка. Четыре в обойме, один в стволе. Самозарядное. – сказал я внимательно отслеживая его реакцию. Хорошо, что быстро подобралось слово взамен «полуавтомата», вертевшегося на языке.

- О как. Не пойму, покажи. – Илья вернул мне ружье.

Объяснения работы полуавтомата с газовым поршнем затянулись на полчаса. Но к моему удивлению особо ажиотажа не вызвали. Нет, именно таких ружей Илья не встречал и о них не слышал. Хотя про оружие знает много. У них есть многозарядные винтовки и ружья, которые они именуют «соколовка». И у Славки как раз такое, восьмимиллиметровая «соколовка», восьмиразрядная. С рычажным затвором. С таким же затвором выпускаются и гладкоствольные ружья. Так что к созданию самозарядного оружия тут подошли уже очень близко. Возможно уже и есть образцы экспериментальные у местных левшей.

Вроде отбрехался и уже хотел взять со стола ружье Ильи, как он задал самый неприятный вопрос:

- А это что ж за калибр такой у него?

Уже заранее обдумав эту тему я не стал называть свой калибр двенадцатым, а то мало ли, вдруг у них тут и Англии никакой никогда не было с ее фунтами. Сказал просто:

- Восемнадцать миллиметров.

- Странно. Не помню такое.

- А у тебя какой? – спросил я, кивая на его ружье.

- Шестнадцатый. Следующий вроде как двадцатый идти должон. Не встречал восемнадцатого раньше.

- Кустарная сборка. Экспериментальная. Говорил же. Друг у меня оружейник любитель. Сам мастерит. Из какого-то мушкета старинного перестволено вроде. – Ох и скользкая же эта тема, путая показания и запутывая следствие отвечал я.

- А патроны как же? Тоже самодельные какие? – удивился Илья.

- И патроны. У него большая мастерская. На заказ делают ружья.

- Эва как. А где же ты тут патроны такие брать будешь потом?

- Вот и именно, что негде. Пока запас есть. Потом должна посылка прийти со станком для снаряжения. Ну и в Приморск мне все одно ехать, там куплю простое себе. У меня к этому патронов триста есть пока.

- Тогда понятно. Богато. На нашу охоту точно хватит. Лишь бы мне стрельнуть довелось. А то ты с такой пищалью всех волков в один ствол в рядок уложишь. Что за патроны-то у тебя есть к нему? Пуля? Картечь?

- И пуля есть и картечь. И дробовых разных. Всего понемногу. А коли не хватит так у меня карабин такой же самозарядный, а к нему тысяча патронов в запасе. – решил я уже открыть все карты сразу.

- Покажешь?

- Ну, а куда же я денусь. Сейчас. – я забрал у Ильи «мурку» и сходил в спальню за СКС-ом. Прицел отстегивать не стал, теряя голову смешно про шапку плакать.

- Смотри. Разряжено. – сказал я Илье протягивая карабин.

- Ох ты ж! Какой! А! – Илья с восторгом ухватил карабин и тут же приложил к плечу. – Ах ты ж мать его! Да тут труба зрительная у тебя!

Илья водил карабином целясь в какие-то только ему видимые точки на стенке сарая. То приближая, то удаляя глаз от окуляра прицела.

- Это же нос белке отстрелить можно с таким-то прицелом! Это ж, что жешь! Вот этот крест надо на цель ставить же? – Илья аж стал захлёбываться словами.

- Именно так. Пуля ложится аккурат в то место где перекрестие, но только на трёхстах метрах. Если цель ближе или дальше, надо поднимать или опускать, смотря на толстые точки на нитках креста. В общем там целая наука, но обучится можно. – как можно коротко и понятно пояснил я работу сетки мил-дот.

- Эва-а-а. И насколько же километров ты так пальнуть с него можешь в цель? – ожидаемый в принципе вопрос задал Илья.

- Ну знаешь, Илья. Это же тебе не пушка. Скажем так, на пятистах метрах в оленя я гарантировано попаду. На шестистах в одного из трех. Ну, а на километр я даже стрелять не буду.

- Жалко. – разочаровано протянул Илья. – Я уж подумал всякое. А как же ты расстояние-то так точно прознаешь сразу-то?

- Есть тут хитрость небольшая. Вот скажем, мы же знаем, что люди все ростом похожи. Ну почти. Ведь так?

- Ну так-то да. Но бывают шибздики, а бывают ого-го какие каланчи.

- Исключения есть. Но обычно, люди похожи. Где-то в среднем метр семьдесят. Так?

Илья что-то прикинул про себя и кивнул:

- Ну так, да. У нас в семье почти все такие.

- Вот! А теперь посмотри в прицел. Видишь же точки на нитке вертикальной?

- Ну. Есть такие.

- И жирные линии в начале ниток видишь?

- Ну так. Есть.

- Вот если человек помещается от жирной до жирной, то до того человека сто восемьдесят метров. Если от нижней жирной до перекрестия человек, то до него триста шестьдесят метров. А если от нижней жирной человек занимает три полных точки, то до него 600 метров. Ну конечно, не точно, разброс может метров пять-десять. Но общий смысл всего этого такой.

- Эва-а-а. Да тут цельная наука. Это же все эти точки запомнить надо.

- Ну да. Выучить приходится. Но ничего особо сложного нет.

- А те точки что на боку лежат, то по лежачему целится?

- Ну и так конечно. Но это можно применить к оленю, лосю, коню. Волку тому же. – про упреждения, скорости и ветер я решил не разъяснять.

- А и то верно не подумал что-то. Значит все-таки не только для войны эта штука. А то я уж подумал.

- Да ну что-ты. Не только. Но когда мой товарищ это все придумывал, то проще всего было для примера использовать то что под рукой. Оленя не было, вот и гонял своего подмастерья.

- Так-то да. Но для военных эта штука очень удобная. Ни одного выстрела мимо. Всё в цель летит.

- Ага. Только вот стоит дороговато. И хрупкая вещь довольно. Таким карабином уже как дубиной не помашешь. Да и грязи боится такая оптика.

- То верно говоришь. Простому солдату такое точно нельзя давать. Застрельщикам, егерям вот тем в самый раз.

- Возможно когда-то и так будет. Это все очень новое. И только что придумано. Вот я и испытаю. И другу отпишу. Нельзя же предлагать, то что реально не испытано.

- Нельзя. Но иногда так делают, что лучше бы и не брались. – сказал Илья и вернулся к изучению СКС-а.

Видевший уже как заряжается «мурка» он отдернул затвор, который тут встал на задержку, осмотрел открывшуюся картину.

- Патроны в эту коробку снаряжать? – постучал он пальцем по стальному магазину карабина.

- Точно. Туда. Десять штук.

Увидев его сомневающееся выражение лица, я достал из кармана обойму с десятью патронами и попросил:

- Дайка карабин. Смотри.

Вытащив из обоймы патрон, я утопил его в магазин и отведя затвор назад, не отпуская рукоятки, плавно повел затвор вперед, демонстрируя как патрон попадает в патронник.

- Видел.

- Понятно. Но туда точно все десять патронов поместятся?

- Не сомневайся даже. Можно вот так же как я показал, по одному пихать. А если прицел снять, - что я и продемонстрировал, отстегнув прицел, - то вот так сверху вставляю эту обойму и большим пальцем утапливаю все патроны в магазин.

Я одним движением освободил обойму от патронов. Потом извлек ее из пазов и оттянув рукоятку затвора дал ему свободно пойти вперед подхвати патрон из магазина. Раздался резкий клац от которого Илья дернулся и сморгнул.

- Всё. Заряжено. Но вот тут, у крючка рычажок предохранителя. – я показал предохранитель и клацнул им два раза продемонстрировав работу. – как-то так. Разряжаем.

Продолжая лекцию показал, как разрядить карабин посредством передергивания затвора или откинув магазин.

Отлетевший при передергивании затвора патрон Решетов подобрал и осмотрел. Особенно донце. Ну кто бы сомневался. Вон аж сощурился и отодвинул патрон от себя на вытянутую руку.

- Что за странный калибр такой у него? Почему семь целых шестьдесят две сотых, а не семь или восемь? На солдатских винтовках же восьмой калибр у всех. А тут чего так?

- Вот этого я не знаю, Илья. Это что-то уже из математики, физики и баллистики. Что-то они там посчитали. Что бы силу выстрела учесть, геометрию нарезов, трение в стволе. Мне пытался товарищ рассказать, но честно говоря это только наверно оружейники понять могут. – как мог выворачивался я. Опять эти дурацкие земные англичане со своими мерами измерений влезли, подрывая мою легенду.

- Ишь ты. Ученный у тебя товарищ видать, Вадим. – многозначительно покивал головой Илья.

- А то! Даже немного не в себе, как мне порой кажется. Весь в своей науке. – я вставил девять патронов в обойму и протянул руку за патронов у Ильи в руке.

Илья вздохнул, покивал головой и отдавая патрон спросил:

- А сколько же такая винтовка стоит у него?

- Пока ни сколько. Их всего три штуки сделано. Все похожи, но немного отличаются. Проходят испытания. Они ведь почти ручной работы получается сейчас, каждая деталь вручную сделана и подогнана. После испытаний уже подсчитают какие станки и инструменты нужны, сколько людей надо задействовать. А уже потом может какой завод и будет делать. Годы пройдут наверно.

Илья задумался о чем-то своем, а я пристегнул прицел к карабину и отнес его в спальню. Выйдя снова на крыльцо, застал Решетова в том же состоянии. Завис мужик что-то.

- О чем задумался? – спросил я его.

- Да так. О разном. А ты знаешь, я ведь когда вот как Славка был, ну чуть меньше, мне батя свое ружье отдал старое. А оно еще ведь кремневое было. А сейчас, вот Славке эту игрушку «соколовскую» купил после школы, удивлялся на нее, до чего же додумались уже. У меня-то винтовка однозарядная еще. А прошло-то лет тридцать с той «кремневки». А теперь ты вот это вот показываешь. Которое даже перезаряжается само. Прицел еще этот твой. Это же до чего только люди не додумались за те пятьдесят лет что я живу!? А ведь теми кремневками пользовались еще за сто лет до Потопа наверно. И вдруг раз! И за пятьдесят лет все меняется.

Вот опять потоп этот их. Хорошо так Илья грузанулся похоже. Темнеть уже через час-полтора будет, а у нас кони гуляют. С флажками надо решать еще наверно.

- Наука. - Многозначительно подняв вверх указательный палец отметил и взял в руки его ружье.

- Ты вот что, Илья, скажи, а сколько нам флажков надо? Хватит тех что у тебя? Нам же приличный кусок надо отгородить.

Решетов вздохнул:

- Маловато конечно. Но можно участками. Или у тебя есть чего?

- Есть. Крепкий шпагат. Километра четыре почти. Ну и простыню можно на ленты распустить. – предложил я.

- Сколько!? Четыре километра?! А ну покажи!

Я пожал плечами и сходив в мастерскую принес бобину шпагата длиной в триста метров.

- На. Смотри. – протянул я Илье шпагат. – Пойдет такой?

- Тонковата веревочка-то. – сразу заметил Илья и отмотав небольшой отрезок потянул его двумя руками на разрыв.

- Хм-м-м. – резко дернул. -Однако. Фабричная вещь.

Решетов тщательно осмотрел конец отодвинув его на вытянутую руку. Помотал головой. Покивал.

- Хорошая работа. Крепкая какая. Пойдет. Сколько говоришь ее у тебя? – спросил он, подкидывая бобину на руку.

- Всего три километра семьсот метров. Хватит?

- За глаза! У меня метров пятьсот с собой. Из твоего еще навяжем. Давай простыню. Будем делать.

Я кивнул пошел в спальню за простыней.

- Вадим! Ты только ту неси на которой спишь! – Догнал меня крик Решетова. – Надо что б духом людским пропахла.

Не стал я его информировать что читал о таком. Я вообще городской и мало что понимаю в таких делах. Что в принципе совсем недалеко от истины.

Когда вышел с простыней на веранду Ильи на ней не было. Заметил движения в сарае и прошел туда. Илья как раз загонял своих лошадей в ворота похлопывая ладонью по крупу той что шла первой.

- Темнеет скоро, надо на постой их. – пояснил он, оглядывая мой сарай.

- Давай их вот в эти отсеки. – показал я на загородки для прочей живности в моем сарае. В одном из трех отсеков я наваливал на пол свежескошенное сено, но два оставались свободными.

- Ага. Пойдет. – сказал Илья, осмотрев отсеки-загоны. – А нет ли у тебя пары ведер в хозяйстве? Под воду.

- Сейчас принесу.

Сходив в подсобку и прачечную, я принес два ведра наполнив их у колонки водой.

- Вот держи. – поставил я оба ведра перед загонами, в которых уже обосновались новые квартиранты.

Илья занес ведра в загоны и поставил их по углам. Потом подхватил охапку сена и положил в кормушки своим лошадям. Я посмотрел на кормушки своих питомцев и провел ту же операцию.

- А овса своим насыпь. – предложил я Илье кивнув на мешки с овсом.

- Не стоит. Утром задам. Не голодные.

Выйдя из сарая, мы оценили ситуацию на улице с освещением как критическую и, я предложил пойти на кухню и зажечь свечи. Я бы конечно с удовольствием подвесил под потолок свой фонарь, но надо держаться легенды.

Придя на кухню, я сразу зажег все имеющиеся подсвечники из кухни и каминной расставив их на столе. Включил плиту и поставил чайник на конфорку.

- Чай это ты хорошо придумал. Чай всегда к месту. Давай, будем твое имущество портить. – сказал Илья, помахивая скомканной простыней.

Мы растянули простыню между собой, и Илья стал делать надрезы в натянутой верхней части через каждые пять сантиметров своим ножом наипростецкого вида хозяйственно-бытого назначения. Неширокое тонкое лезвие, простая деревянная ручка, но судя по той легкости с которой под лезвием расходился материал чрезвычайно острый ножик.

После того как простыня была надрезана, Илья просто руками разорвал ее на ленты. Потом взял одну из лент и принялся ее нарезать на примерно равные отрезки сантиметров по двадцать.

- Давай, Вадим, присоединяйся. Надо все на такие лоскуты порезать. – Илья указал ножом на отрезанные им лоскуты.

Да, длинная история. Ведь потом их еще и вязать на шпагат. Я осмотрел кухню, взял малую прямоугольную разделочную доску, шириной как раз в двадцать сантиметров и принялся мотать ленту на нее. Илья посмотрел на мои манипуляции, одобрил рационализаторское предложение кивком и стал оглядывать кухню в поисках еще одной доски такого же размера. Пришлось передать ему свою с не домотанной лентой, а сам пошел в маяк. Есть там у меня ежедневники в твердой обложке, как раз в размер задуманного.

Так мы и сидели минут тридцать при свечах, наматывая ленты и потом вспарывая намотанные бухты лент ножами проходя лезвиями по кромке ежедневника и доски. Монотонная работа погрузила нас в некий транс, мы не разговаривали, лишь иногда прерывались и делали по глотку остывающего чая.

- Уф. С этим управились. – вздохнул Илья. – Надо навязать теперь эти лоскуты на веревки.

- Погоди, Илья. – тормознул его я и проведя в уме простые расчеты подсчитал что у нас имеется порядка четырехсот пятидесяти лоскутов. – А через какое расстояние флажки к веревке вязать надо.

- Через метр. Но можно и чаще. А что? Ты лоскуты считал, что ли? – удивился Илья.

- Вроде того. У нас тут их штук четыреста пятьдесят. Это на полкилометра всего хватит.

- Эва. Ну и то хорошо. С моими-то флажками уже полторы тыщщи метров почти получится.

- Есть еще пододеяльник. Из него еще две таких кучки выйдет. – предложил я.

- А не жаль? Вещь всё-таки. Новая ведь.

- Ну так простыню мы от этого пододеяльника мы уже и так… того. Распустили.

- Жалко. Если бы моя Василиса увидела, что мы тут с тобою, Вадим, натворили, она бы меня поедом бы заела. Как есть заела. А ты усугубить хошь еще. Снасть эта потом будет просто лежать у тебя пока не сгниет. Где ты столько волков еще найдешь-то, чтобы опять ее пользовать? Вот ведь.

До меня начало доходить насколько наше общество бесконтрольного потребления отличается от местного. Ведь для меня постельное белье — это просто тряпки. Ну да, есть дорогие тряпки, есть обычные. Я всегда покупал себе обычное постельное белье из бязи. Периодически его меняя на новое просто сходив в магазин и пустив старое белье на тряпки в гараж. Тут же к этому похоже относятся совсем иначе. Не удивлюсь если постельное по наследству передается. Это я не подумал. Похоже переборщил немного со шпагатом-то.

Видя мою задумчивость и сам пребывая в сомнениях Илья принял решение за нас обоих:

- Хватит и того. А то мы что-то правда увлеклись. Негоже так. Довольно этого, не уйдут.

- Ну как скажешь. Что-то мы и правда увлеклись. – улыбнулся я. – Глядишь на соломе спать буду.

- Нешто последнее извёл? – реально испугался за меня Илья.

- Да что ты! Нет конечно. У меня еще комплектов пять точно есть. – успокоил его я. Надо будет так еще и с Земли ему притащу. – Давай говори, что дальше делать.

- Навязывать надо лоскуты на веревку. Смотри как. – и Илья взялся показывать мне свою систему вязки.

Располагая натянутую веревку посреди лоскута, он вязал простой узел из ленты, потом обхватывал один из концов ленты петлей шпагата и снова вязал узел на ленте.

- Вот вишь. И всё. Лоскут сидит на веревке и никуды по ней не ползает. – пояснил он.

Я немного подумав спросил:

- А чего ему ползать-то? Натянули и висит. Хватило бы и просто узла на лоскуте.

- Ага, как же. Мы, когда это все в мешок заложим, а потом на месте раскатывать станем у нас все эти лоскуты в одну кучу соберутся.

Я всё-таки решил не сдаваться, не хотелось еще полночи сидеть в потемках и вязать такие сложные плетения.

- А если мы вот просто отмерим сейчас сколько-то метров шпагата и прихватим на него лоскуты простым узлом. А там, на месте уже, крепим конец к дереву и один из нас идет и бобину разматывает на палку насаженную, а другой толкает по натянутой веревке лоскуты и оставляет по одному болтаться каждый метр. Ну или просто там на месте и вяжет быстро на один узел.

Решетов задумался. Крепко так. Аж слышно.

- Долго ставить будем если подвязывать каждый на месте. – наконец родил свое мнение Илья. – А если толкать все привязанные скопом спутаться могут ведь.

- Могут наверно и спутаться. А если разматывать моток с заранее повязанными, то он не может спутаться разве?

- Да может конечно. Но сам посуди, сколько это метров, повязанных лоскутов, проталкивать надо по веревочке. А?

- Четыре с половиной метра. – тут же ответил я и сам засомневался в своей идее.

- Покурим? – внезапно предложил Илья.

- Однозначно. – тут же согласился я.

Снаружи было уже темно, проходя мимо часов в каминной заметил, что уже половина десятого вечера. Мы с Ильей забили трубки и уселись на стулья, обдумывая возникшую проблему.

- Эк он у тебя моргает. И правда глаз дергаться начнет так. – сказал Решетов, указывая трубкой в сторону фонаря маяка. При этом сам туда смотреть опасается, что разумно. Помнит о моем предостережении о временной слепоте после таких взглядов.

- Угу. – согласился я. – что делать-то будем. Как вязать?

- Кабы я знал. Не делал я такого как ты присоветовал. А теперь уж не знаю даже. Думаю, надо все-таки по старинке повязать. – вздохнул Илья.

Понятно. Он тоже осознает, что провозимся мы с этим сильно за полночь, а вставать-то с рассветом.

- Поздно уже. Половина десятого. – заметил ему я.

- Да видал я.

- А давай так, половину повяжем как я сказал и будем ее протягивать потом. Это метра два всего. Не должно запутаться. А остальные уже по месту будем вязать. А то можно и через раз. И продвигать, и повязывать. – предложил я еще одно решение.

Решетов снова заскрипел мозгами покуривая трубку.

- А давай. Чего это мы, правда, виляем-то. Сделаем уж как ты сказал. Сработаем как-то.

- Сработает. Куда оно денется.

Нет ну реально не хочется полночи сидеть в полутьме и вязать узелки. Завтра будет непростой денёк, надо бы выспаться. Особенно Решетову. Сегодня весь день скакал, завтра опять с утра скакать ему. Он конечно дядька крепкий, но не железный же.

Докурив свою трубку, которую я забил лишь наполовину, предложил:

- Ну что пойдем. Повяжем немного, да спать.

- И то верно. – согласился Илья, выбивая свою трубку в пепельницу на столе.

Сходив в мастерскую, я принес бобину на пятьсот метров. В кухне натянули шпагат привязав его к ручкам входной двери и двери в галерею, и принялись в четыре руки привязывать лоскуты. Вязали не сильно затягивая узлы, нам же их двигать потом. Управились за сорок минут. Попробовали двигать. Сразу весь массив поддавался тяжело и местами скомкивался. Я быстро понял проблему и разделив этот массив на две части продвигал его двумя руками по отдельности. Нормально пошло, рабочая схема. Посмотрев на совсем осоловевшего Решетова сказал ему:

- Ну всё, Илья, иди-ка ты в люлю. Я тут приберусь быстро и тоже лягу.

- И то правда. Укатали Сивку горку. – согласился Илья и взяв со стола один подсвечник пошел в каминную.

Я же, проводив его и выдав постельное пошел прибираться на кухне. Сложил на одно кресло изготовленную нами «снасть» с флажками, на другое перетащил оставшиеся лоскуты. Завтра в рюкзак всё уложу, пока Илья будет к мосту кататься. Помыл посуду и пошел спать.

21 мая. Начало.

На улице было еще темно, когда Илья разбудил меня стуком в дверь. Пошарив по прикроватной тумбочке и не найдя смартфона начал приходить в себя. Смартфон-то упрятал в дальний угол ящика от греха подальше, пришлось вставать. Часы в каминной показали четыре утра. Илья уже маячил на кухне, налил в чайник воду и изучал рукоятки управления конфорками. Справился.

- Доброе утро, Вадим. Скоро светать начнет.

- И тебе доброго. Чай, кофе?

- Чай. Не могу я этот ваш кофе пить, горький он. Никогда не понимал.

- Каждому свое. О вкусах не спорят.

Я принялся за приготовление яичницы с копченной грудинкой. Пришлось взять сковороду побольше.

- А откель у тебя яйца, Вадим? Я курей не видал что-то. – удивился Илья.

Но ответ у меня уже был продуман заранее:

- Дык морем приехали. С багажом, с ружьями. Предложили матросы. Чего не взять-то.

- И то. Надо будет в следующий раз повезти тебе. Как-то про них не подумали.

- Не критично. Есть яйца хорошо, нету яиц и хрен бы с ними. Еда для ленивых.

Быстро расправившись с яичницей и выхлебав чай Илья поспешил в конюшню к своим лошадям. Ну и я последовал за ним предварительно убрав посуду в мойку. Пока ухаживали за лошадьми, пока Илья запрягал одного коня для поездки на встречу с родней на улице уже заметно посветлело. Травы для коней в сарае почти не осталось, надо подкосить. Гулять им сегодня не придется судя по всему, опять проторчат в стойлах весь день. Спасибо за это они точно не скажут и отомстят в меру сил. Пришлось уделить полчаса добыванию травки, хорошая такая утренняя зарядка. Зато проснулся окончательно. Втягиваюсь уже.

Быстро наведя порядок на кухне, я принялся собирать провизию. Вместо рюкзака пришлось использовать брезентово-кожаный ранец из местных запасов. Продукты и аптечка в него вполне поместились, а вот места для нашей снасти не нашлось. Пришлось сходить в сарай и взять кожаные переметные сумки. В одну пошла снасть из веревки с «флажками», в другую засунул подготовленные ленты. Две моих сумки, две Решетова, мой рюкзак, оружие. Что-то многовато нам тащить придется. Наверно придется задействовать какую-то коняшку, но это мы с Ильей как-то забыли обсудить. Было бы конечно гораздо удобнее задействовать багги, но пока что это мой мертвый актив, практически недвижимость.

Долго раздумывал над оружием. Карабин или ружье. СКС позволит бить волка на дальнем расстоянии, если конечно волк не будет крутиться как юла, чего от него вполне можно ожидать. Ружье в этом плане конечно надежнее, сноп дроби «два ноля» или картечи не требует высокого мастерства стрельбы, но и дистанции боя совсем другие. А это будет именно бой, это не по зайцам стрелять, волк он если что хищник и вполне себе может вцепиться в горло от избытка нерастраченной любви к охотнику. Возьму оба ствола. Пусть буду выглядеть нелепо, зато буду готов к развитию событий по разным сценариям. Нож конечно тоже возьму, только не хотелось бы доводить наши взаимоотношения с волками до обнимашек. Ну и посмотрю конечно, что еще Илья скажет на мою гонку вооружений.

Уже совсем рассвело и солнце должно было вот-вот появиться над горизонтом, когда вернулся Илья. Я в это время находился в саду, намереваясь еще немного размяться с косой. Услышав приближающийся топот, я проследовал через сарай в загон и увидел Илью, который как раз соскочил с коня и открывал внешние ворота загона.

Заведя лошадь в стойло, он принялся ее распрягать. Кивнув в сторону свежескошенной травы Илья заметил:

- Маловато будет. Сейчас еще накосим чутка.

- Как раз собирался. Как съездил? Чего нарешали?

- Да все так же осталось. Потому сейчас травки подкосим лошадям. Да пойдем засаду строить.

- С собой никого из них брать не будем?

- Тяжелые сумы получились?

- Да в принципе не шибко, да тут и не далеко. Донесем как-то наверно.

- Я просто боюсь, как-бы лошадка не спужалась. Сбесится может любая.

- Ну и ладно. Дотащим на себе. Пойду покошу.

- Ты лучше сумы проверь, да к выходу всё. Я сам покошу, разомнуся.

- Ну смотри. – пожал я плечами. – Я у калитки инструмент оставлю.

Не буду настаивать, дядька взрослый ему виднее.

Дома я стащил переметные сумки с флажками ко входу. Поставил чайник, решил заварить в термосе чай. В принципе много вопросов сам термос вызвать не должен. Просто стальной сосуд с двойными стенками, на нем же не написано, что это нержавейка. Ну пробка из пластика, но и тут уже наверно есть что-то похожее, резину же они знают. А это просто такая резина, твердая. У какого-то инженера или профессора вопросы конечно бы возникли, но Решетовы-то явно далеки от этой стези.

Напихал в рюкзак патронов на все случаи. В «бандальеру» загрузил все три сигнальных патрона, пятнадцать картечных, шесть «два ноля». Пулевые к «мурке» решил не брать вообще, карабин же есть. Зарядил карабин и взял еще четыре запасных обоймы. Вполне хватит на пяток волков-то, не на войну же идем. Да и тащить-то все на себе придется, как выяснилось. Потому не усердствуем. Надо же и другим дать пострелять.

Когда упаковывал в рюкзак термос вошел Илья с ружьем, патронташем и сумкой через плечо, осмотрел наваленное перед дверью добро.

- Однако. Вадим, я у тебя в сарае топорик взял. – сказал Илья, доставая из-за спины небольшой топор.

- Ага. Хорошо. Я про него что-то забыл.

- Всё готово? Собрался?

Поняв, что Илья смотрит на меня как-то подозрительно, оглядел себя. Рабочий комбинезон синего цвета не та одежда, в которой я привык ходить на охоту. Впрочем, сам-то Илья одет вообще не «тактикульно». Черный картуз, брезентовая куртка, простые брюки, заправленные в сапоги.

- Момент! Сейчас переоденусь. Пять минут. – сказал я, продемонстрировав пять оттопыренных пальцев.

Быстро пройдя в спальню, я достал из шкафа свою «горку», осмотрел. Вполне сойдет, почти брезент. Панама конечно на шляпу похожа лишь отдаленно, но тоже сойдет, обыкновенная хэбэ тряпка. В общем экипировался в родное, но вполне вписывающее в местные реалии по материалам, если не считать «велкро» на карманах и пластиковых пуговиц. Рука потянулась за пачкой сигаретой, несколько штук которых лежали тут же в шкафу, но одумался. Теперь только трубка, кисет и спички. А все это благополучно я оставил в каминной комнате. Надо взять.

Выйдя к Илье, который так и стоял у порога продемонстрировал ему свой прикид, разведя руки в стороны:

- Так сойдет?

Илья покивал, задержал взгляд на панаме и кивнул.

- Ну и отлично. Тогда погоди еще чуть-чуть. Надо позакрывать всё. – сказал ему я и поспешил осуществлять. Дверей и ключей у меня изрядно припасено.

Фреда я оставил в саду, не те у него кондиции что бы волков душить. Илья уже вытащил все наши вещи на веранду и ждал меня. На наличие у меня двух стволов он если внимание и обратил, то тему развивать не решил, значит с его точки зрения я правильно все сделал.

- Чудная у тебя шляпа, Вадим. – только и заметил он.

- Есть такое. Привык к ней. От солнца хорошо закрывает.

- Хм. И верно. – Илья взглянул на поднимающееся солнце. – Ну что, пошли?

Легко сказать, у него-то ствол один. Сумка через одно плечо, на которое он этот ствол и повесил на ремне. Переметные сумки Илья повесил себе на другое, висит на нем все равномерно в отличии от меня. Я в конце концов тоже выкрутился, не с первой попытки, но обвешался. Ранец за спиной, оба ствола на одно плечо, сумки на другое. Долго так конечно не промаршируешь, но нам слава богу идти недалеко.

Илья следивший за всеми моими манипуляциями молча и увидев, что я все-таки закончил, кивнул головой в сторону леса:

- Идем?

- Давай. Поспешая. Время идет.

- И то. Наши уже наверно у дома. Часа два-три у нас с тобой есть.

До «чудной» долины мы добрались быстро. В основном по моей вине, таща на себе груз я очень спешил от него избавиться. Постоянно сползающие с плеч сумки и оружие изрядно меня выбесили и выйдя к моему бывшему лагерю я вздохнул с облегчением.

- Это чего тут? – спросил Илья, оглядывая мой очень временный лагерь.

- Да так. Чудил. Воздух свободы в голову ударил вот и выбрался на охоту. Вон видишь дичь какая бродит? – указал я Решетову на пасущихся вдалеке зубров.

- Вижу. Славные бычки. И как? Взял кого?

- Да какой там взял. Просто посмотрел. Куда мне такую тушу девать-то. Да и жалко просто стало. Что у меня еды что ли нету.

Илья внимательно посмотрел на меня и одобрительно покивал:

- Это ты верно, Вадим сделал. Не стоит дичь бить коли нужды в том нет у тебя. Земля богаче от этого не станет, а лишь оскудеет только. Да и время не лучшее сейчас, по осени надо оленя и быка стрелять, если уж дичины захотелось. Да и не одному такого быка брать. Убить-то убьешь, а переработать не получится. В ём мясо тонна! Давай осенью вместе сходим на них.

- Посмотрим. Давай, Илья, командуй. Что тут у нас куда?

Скинув лишнюю поклажу и прихватив только сумки с флажками и ружья, мы выбрались на луг, и Илья принялся излагать свою мысль указывая руками:

- Смотри, Вадим. У обрыва оставим им проход. Они вниз с такой высоты сигать не будут, а если и сигнут, то туда им дорога. Там костей не соберешь. Метров полста или сотню им оставим для проходу. Я засяду в этой твоей засеке со своим ружьем встречу в лоб и не пропущу авось. А ты вон в тех кустах со своей винтовкой сядешь. – Илья указал на небольшой куст располагающийся посреди долинки у ручья, метрах в ста пятидесяти от обрыва. – Будешь их в бок бить. А флажки сейчас навесим по той опушке. Я нашим сказал всё, будут из наискось загонять. Так что никуда они от нас не денутся. Как тебе?

- А что мне. Я в таком деле не бывал, как скажешь, так и делаем. Только вот если они сильно быстро прорвутся я их бить не смогу долго, твоя позиция как раз на линии огня получится. У меня для стрельбы метров двести всего.

- Ну так ты в меня-то не стреляй. Как они до куста того вон добегут, так и прекращай.

- Хорошо. Справлюсь. А как бы нам с тобой в одного и того волка вместе не лупить. Надо же как-то цели распределить.

- А так я и не буду стрелять в их пока они не добегут до посерёдки между ручьём и моей засидки. А там уж встречу их от всей души. Так наверно. – вопросительно посмотрел на меня Решетов.

- Да, пожалуй, так пойдет. Понял.

- Ну пойдем тады флажки ставить. – подвел итог нашему простому плану «сражения» Илья и подхватив свою сумку с флажками двинулся к противоположной опушке.

Я вздохнул, закинул на плечо свою ношу и пошел следом.

Особой сложности в вывешивании флажков не случилось. Подлеска на опушке почти не растет, зверушки постарались, общипывая молодую поросль на корню. Мы просто натягивали веревку между стволов на уровне бедра периодически охватывая петлей деревья потоньше. При этом очень плавно отводя линию флажков от опушки вглубь леса. Повязав последний узел, я скептически осмотрел нашу работу и спросил:

- Илья, а это точно сработает? Вот волк прям и не побежит под веревкой и не перепрыгнет?

- Нет, он до нее даже не побежит, заранее вбок пойдет. У него знаешь какая чуйка на дух человека. Ого-го какая. Так что не переживай. – успокоил меня Илья. – Ты только не стреляй в них, когда они вдоль флажков бежать будут. А то уйдут в лес гады. Только если в крайнего вдогонку уже.

- Ага. Понял. Хорошо, что сказал.

Илья взглянул на солнце, осмотрелся вокруг:

- Ну что ж, управились вроде. Давай по местам пойдем. Да ты со своей засидки пальни патроном тем в воздух. И ждать будем. Пока сидим можно перекусить.

- Можно. Только у меня ранец возле твоей засидки остался.

- И то правда. Ну значит, там пальнешь, да и поснедаем вместе, потом уж разойдемся.

Наша трапеза не порадовала широким ассортиментом продуктов, ибо поставщик один и тот же, зато их качество было на высшем уровне. Запивали бы чистой водой из ручья если бы не мой термос, вызвавший у Решетова одобрение. Я правда рассчитывал на большее удивление. Но после того как описал ему принцип работы двойной стенки, Илья привел в пример свой ледник в котором лёд долго сохранялся именно благодаря воздушному зазору между стенками. А еще они использовали крынку в крынке с прослойкой мха. Так что ничего нового для него в моем термосе не было. Ну кроме того, что он изготовлен из стали и очень аккуратно.

Когда закончили с трапезой Илья попросил меня подать сигнал его родственникам на горе. Что я незамедлительно и проделал. После выстрела мы оба повернули головы в сторону хребта и сосредоточились на слухе. По договоренности с загонщиками после того как они увидят в небе мою «ракету» они должны начать стрелять в воздух сгоняя волков с хребта. Но сколько мы не вслушивались, а ответных сигналов нам не поступило.

- Может еще раз пальнуть? Вдруг не увидели? – предположил я.

- Погодь немного. Может и не увидели. Давай минуток пятнадцать еще обождем.

- Разумно. Ну давай тогда еще чайку хлебнем. – сказал я, передергивая затвор и извлекая гильзу сигнального патрона.

- А и давай. – вот уж кого не надо уговаривать выпить чаю, так это Илью.

Я разлил чай, себе в крышке от термоса, а Илье в его помятую медную кружку. Посидели, выпили, убрали посуду.

- Ну что? Пальну? – спросил я.

Илья молча кивнул и я, зарядив новый патрон снова выстрелил сигналом в воздух, и мы опять обратились в слух. В этот раз наш согнал заметили и со склона раздалось сразу три выстрела, а секунду спустя еще один.

- Увидели. Все четверо. Давай, Вадим, по местам расходимся. – тут же дал команду Илья.

Впрочем, самому Илье далеко расходится не пришлось, его место тут. Я же поспешил к кустам, в которых он определил засидку мне.

Добежав до своего «номера», я быстро дозарядил «мурку» картечью и положил на траву перед собой. Проверил наличие патрона в патроннике у карабина и на приклад «мурки» выложил две запасных обоймы. Приложился к карабину и осмотрел в прицел «поле боя». Дистанция сто пятьдесят – двести метров, щелкнул два раза барабанчиком внеся поправки по вертикали. Волнуюсь. Сидим ждем. Со стороны хребта донеслось еще два выстрела, с разных сторон. Идут загонщики, палят. Интересно они в волков стреляют или просто гонят их выстрелами в воздух. Надеюсь, что в воздух или по четко видимой цели хотя бы, а то мы тут сидим как раз в направлении движения всей этой суеты.

Как бы я не старался внимательно следить за опушкой, появление первого хищника из-за деревьев произошло неожиданно. Волк возник буквально ниоткуда, замерев на границе леса в сотне метров от моей позиции. Сам виноват. Вскинув карабин, я даже не ловил волка прицелом, он сразу оказался в перекрестии, мне осталось только довести перекрестие до груди и выстрелить на выдохе. Картинка дернулась в прицеле, но я заметил вторым глазом как волка уронило. Значит попал. Шевелится что-то в траве, но встать и бежать не собирается. Не отнимая карабина от плеча, смотря поверх прицела я водил одними глазами стараясь охватить оставленный нами проход во флажках. Второй волк выскочил, но тормозить не стал. Пришлось стрелять по бегущему от меня по диагонали хищнику. Первый выстрел в молоко, вторым достал, и волк полетел кубарем. В этот же момент из леса выскочил еще один, у самого обрыва. Максимальная дистанция. Пришлось сосредоточится. Попал со второго выстрела и в этот момент услышал выстрел со стороны Ильи. Глянул в его сторону. Второго волка я просто зацепил видимо и поднявшись он побежал дальше, где его и приветил Решетов. Я снова перевел прицел на третьего подстреленного волка, опасаясь, что он тоже не был убит. Шевелится что-то. Прицелился по нечеткому контуру волка в траве, выдохнул, выстрелил. Успокоил вроде. И снова взгляд на опушку, пока никого не видно. В карабине четыре патрона. Дозарядка СКС-а при не полном расходе патронов в магазине тот еще геморрой. А у меня еще и прицел стоит. Не отнимая карабин от плеча, поддерживая его левой рукой, глазами следя за ситуацией, правой рукой я принялся выцарапывать патроны из обоймы. Вот что было сразу не подумать?! Нахрена в обоймах положил? Выцарапал девять штук и заметил движение слева за флажками, почти напротив меня. Вопреки словам Ильи, этот «тамбовский товарищ» бежал метрах в трех от флажков и как мне показалось поглядывал прямо на меня. Стрелять в эту сторону я поостерегся, где-то там за деревьями мог находится кто-то из наших коллег по охоте, а пуля карабина и за километр может убить. Поэтому я оставил мысли о немедленной дозарядке карабина и стал сопровождать волка стволом. А вот когда он выбежал в проход я сделал первый выстрел. Мимо. Резвый попался. А вот затем волк повел себя не как его предшественники. Это не стал рваться к противоположной опушке, а выбежав из прохода повернул в мою сторону и побежал прямо на меня. Следующий выстрел я делал уже через открытый прицел. Пуля попала прямо под ноги волка подняв фонтанчик из земли и травы. До волка оставалось метров пятьдесят. Я бросил карабин на землю мало заботясь о целостности оптики и подхватил «мурку». Едва успел вскинуть ружье к плечу и тут же произвел два выстрела подряд, даже не выцеливал, просто «по стволу». Куда тут промахиваться, когда этот гад меньше чем в десяти метрах. Попал обоими выстрелами, куда не понял. Волка просто не стало, в стороны полетели какие-то ошметки и на месте волка возникло розовое облачко и какая-то бесформенная кучка всего. Я оглянулся по сторонам. Едрит. Даже испугаться не успел. Вокруг тишина и не видно движения. Я положил ружье, поднял карабин, быстро осмотрел. Вроде всё на месте. Снова окинул взглядом луг. Откуда-то слева донесся собачий лай. Довольно близко, похоже наши загонщики уже совсем рядом, а волков пока только четыре. И ни одного волчонка я не увидел. Раздался выстрел где-то глубоко в лесу. Или загонщики еще не близко. Бардак какой-то. Мне резко захотелось закопаться в окопчик, а не стоять тут на лугу, на одном колене.

Я быстро перевернул карабин магазином вверх и клацнув защелкой открыл его. Подняв с земли шесть патронов быстро опустил их в шахту магазина, укладывая в шахматном порядке. Защелкнул крышку на место и прислонив карабин к плечу осмотрелся. Взгляд все время возвращался в кучке ошметков, оставшихся от напавшего на меня волка. Тошнотное зрелище. Хорошо хоть большая часть этой картины в траве спрятана.

Вдруг из леса раздались заполошные выстрелы, один за одним, четыре раза. Как будто кто-то из самозарядного палит. Затем послышался визг собаки, а может и волка. Я же не знаю, визжат ли волки, когда они ранены. Потом снова выстрел, чей-то свист и два гулких выстрела из ружья.

Однако в лесу идет какая-то война, а мы не в курсе. Хотелось идти проверить, что там происходит, но Илья строго настрого запретил уходить от засидки пока из леса не выйдут загонщики. Приходится сидеть, слушать, строить догадки и внимательно следить глазами. Раздался еще один выстрел. Сижу, смотрю.

Через минуты десять ожидания я услышал доносящийся из леса переливчатый свист, а затем увидел Илью, выбирающегося из своих кустов. Осмотрел опушку. Никого нет, так чего он вылез. Или ему видно то что от меня деревья закрывают.

Илья повернулся в мою сторону и свистнул, помахав рукой, мол иди ко мне. Я собрал в карман рассыпанные патроны и обоймы. Закинул карабин за спину и взяв в руки «мурку» двинулся в направлении опушки, туда же куда шел Решетов.

Тут я и заметил между деревьев какого-то мужика с винтовкой и с собакой идущего в нашу сторону. Собака, опередив этого дядьку подбежали к Илье и стала прыгать возле него получая почехушки, а заметив меня насторожилась, и даже гавкнула. Илья ей что-то сказал, и она присела. Здоровая псина. Что-то между алабаем и московской сторожевой. Хорошо хоть послушная.

Я подошел и рассмотрел мужика получше. Похож на Илью, но косматее и бородастее. Ростом пониже, но в плечах пошире. Натуральный гном такой, приличного роста. А и точно, ведь о рудниках что-то говорилось. Так что вот вам и гном. Альтернативный.

Они уже о чем-то оживленно говорили, когда я подошел и Илья прервался, вводя меня в курс дела:

- Вадим, эт Федор. Брательник. Грит Славку волчиха подрала слегка. Ногу. Идти не могет, остальные с ним там. – сбивчиво торопясь пояснил мне Илья.

Я протянул Федору руку, которую он осторожно пожал, слегка удивившись:

- Вадим. – представился я. – Так чего стоим, побежали. Показывай.

Федор, глянул на Илью. Потом закивал:

- Ага. Понял, понял. Идемте. Недалече тут.

Федор махнул в лес рукой и развернувшись повел нас спешным шагом в лес. Собаки тут же разбежались по бокам и пошли параллельным курсом. Фланговый дозор блин.

Через пять минут нашего полубега мы вышли к месту происшествия.

21 мая. Продолжение.

Славка сидел, прислонившись спиной к дереву, вытянув ногу, укутанную какой-то светлой тряпкой, которую прижимал к его ноге какой-то молодой парень. Рядом стоял еще какой-то мужик примерно моего возраста, раздирающий еще одну тряпку на ленты. Тут же валялась две волчьих тушки, большая и поменьше. Имелась еще и окровавленная тушка собаки. Репин – приплыли. Сушите весла. О чём я всех и известил:

- Приплыли. Сушите весла. – я сразу подошел к Славке и опустился на колени у его ноги. – Дай посмотрю. – тронул я руку Славкиного медбрата.

- Дык течет тама. Я держу.

- Сильно течет? – спросил я у него.

- Да хорошо так. Много. Вона тряпка намокла уже.

Это я уже и сам увидел. Через ткань, намотанную кое-как на икру, проступила яркая кровь. Лишь бы не артерия, а просто рана. Я конечно не доктор, но посмотреть могу. Первую помощь и в школе проходили, и в турклубе, и в автошколе. Да и читаю я отнюдь не любовные романы. Кое-какие представления имею. Правда с ранами от зубов волка до этого момента не сталкивался. Но рана она рана и есть. Рваная ли, резаная ли. Главное сейчас кровью не дать истечь.

- Терпи, Славка. Сейчас перевяжем, будешь как новый скакать. – похлопал я Славку по плечу. – как тебя угораздило-то?

Слушать мне особо сейчас было не интересно, но Славку надо было отвлечь. Пусть болтает. А я тем временем выдернув из штанов ремень, скинул с него ножны. Заведя ремень под ногу, повыше колена, продел конец в пряжку и затянул от души.

- АЙ! – тут же прервал свою болтовню Славка воплем.

- Тихо-тихо. Терпи. Так надо. – Успокоил я парня. – Надо потерпеть. Ты не смотри на рану, вон отцу рассказывай, как умудрился ногой в пасть попасть.

Я проковырял ножом две новых дырки в ремне и застегнул пряжку.

- Ой давит, дядь Вадим! Сил нет! Аж нога отнимается.

- Ничего, ничего. Так надо. Терпи пока. – я глянул на испуганного парня напротив меня. – тебя как звать?

- Ильёй.

- О как! Что-то вы Решетовы, как-то без фантазии-то детей обзываете. – попытался я пошутить. – Ну-ка Илюха, убери-ка руки.

Заметив, что парень слегка в ступоре я сам отодвинул его руки и снял в ноги пропитанную кровью тряпку.

Крови конечно дохрена натекло. И сочится еще, но толчками не бьет, что уже легче.

- Скажи, Илья, когда бинт накладывал, видел, как кровь течет? Просто течет или толчками? – попробовал я прояснить картину.

- Ровно текла. Целы жилы. – Влез в нашу беседу мужик, стоявший рядом и теперь опустившийся на колени рядом со мной и протягивающий мне ленты из светлой материи.

- Это хорошо, что целы. – Я взял протянутые бинты. – Сталкивался с таким? Понимаешь?

- Видал как-то. Сам не лечил. - Мужик кивнул на Федора. – Вона, у их на руднике, мужику топором отлетело. Там доктор был. Он все делал и говорил. Я рядом был, слушал.

- Ясно. Ладно. Вода есть у кого чистая? И водка? – спросил я у Решетовых.

- Накось вот! – Федор протянул мне оплетенную лозой стеклянную бутыль с деревянной пробкой.

- Это что? – уточнил я.

- Дык вода просто.

- Хорошо. – Кивнул я и обратился к старшему Решетову. – Илья, а где та настойка что вчера у тебя была?

- Дык в доме у тебя, в конюшне оставил в сумке.

- Ладно. Понял.

Тянуть было бессмысленно. Явно кроме меня тут никто не торопится оказывать помощь. Возможно не умеют или думают, что у меня лучше выйдет. Возможно они и правы кстати. Я глянул на бледного Славку и подмигнув ему щедро полил на рану воды смывая кровь. Надо же понимать насколько глубока рана и размеры нужно видеть.

Оказалось, не так уж страшно. Ну относительно. Нога не отгрызена, но три пальца я засунуть на одну фалангу смогу. Это от одного клыка похоже, от второго небольшой прокус и ссадина. Излечимо. Если не бешенство и, если не запустить. Но шить похоже надо. Поняв это, я понял еще и то что шить-то придется похоже мне. Доктор тут отчаянно далеко. И скорую тут хрен вызовешь.

Я оглядел собравшихся вокруг Решетовых.

- Что, Вадим Митрич, серьёзно там? – обеспокоено спросил Илья.

- Терпимо. Сейчас забинтуем. Носилки делаем и ко мне бегом. Шить надо.

- Чего шить? – вякнул Славка, смотря на меня глазами изрядно прибавившими в размере.

- Шкурку твою. Не боись, больно уже не будет.

Как и любой человек, находящийся в такой ситуации, Славка мне ни разу конечно не поверил, но замолчал. Я, еще раз плеснув водой из бутылки быстро забинтовал рану лентами ткани. Не самый лучший перевязочный материал кстати, слишком короткие отрезки.

Я оглядел собравшихся Решетовых:

- Нужно тащить ко мне. Давайте носилки быстро соорудим. – Я вспомнил что Илья прихватил на охоту мой топор и попросил его. – Илья, сруби две жердины метра по два.

Как соорудить носилки на скорую руку из подручных средств нас учили еще в школьном турклубе. Я скинул с себя куртку, оглядел Решетовых и скомандовал младшему одетому в брезентовую куртку:

- Снимай куртку и давай сюда.

Младший Илья недоуменно огляделся вокруг, но мою просьбу выполнил. Я застегнул пуговицы на снятых куртках и взяв одну из уже подготовленных жердей продел ее сквозь рукава. Федор, оценив обстановку и видимо сделав выводы, что его помощь немедленно никому не нужна, сказал:

- Я тогда пойду козулю принесу, подстрелил. Тут недалеко. Меня не ждите. Сам дойду.

Илья принес вторую жердь, и я быстро доделал импровизированные носилки. Мы уложили на них Славку, загрузились своим шмотьем и взяв носилки вчетвером попробовали нести. Но почти сразу я дал команду на остановку, поняв, что шагая в разнобой, мы или Славку скинем, или просто носилки развалим.

- Стоять! Надо идти в ногу. С левой ноги, вперед! - Скомандовал я и принялся отбивать ритм движения. – Левой, левой, раз, два, три! Левой.

Прямо вот сразу у нас конечно не получилось идти ровно в ногу, и местность далека от ровной дороги, и привычки ни у кого нет. Но получалось всяко лучше, чем в начале. К дому подошли уже без моей речёвки, приноровились и у меня уже в горле тупо пересохло. Славка весит конечно не так много для четверых человек, но рюкзак и болтающиеся ружья прыти мне вообще не добавляли. Заносить громоздкие носилки в каминную комнату пришлось через заднюю калитку. Самая светлая комната всё-таки у меня в доме. А света мне сейчас понадобится много.

Уложив Славку на диван, я метнулся за аптечкой в спальню. Потом сбегал на склад за нитками и иголками. В мастерской тормознулся и попробовал согнуть швейную иглу плоскогубцами. Игла оказалась не китайской, и сказав «бздынь» сломалась. Прокаливать надо. Пришлось прихватить в каминную и плоскогубцы, увидев которые Славка «взбледнул» еще сильнее.

Я зажег свечу и раскалив над огнем иглу посередине постарался придать ей форму дуги. Вышло так себе, но уже должно быть удобнее. Специальных ниток у меня в наличии конечно нет, но есть моток ниток шёлковых. Сойдёт. Раскрыв аптечку достал перевязочный пакет с подушечкой, содержащей наносеребро. Когда покупал надеялся, что мне это не пригодится. И почти не ошибся. Достал упаковку ватных дисков-тампонов, бутылочки со спиртом и хлоргексидином, мазь левомиколь, черные перчатки из нитрила. Плохо что нет лидокаина или еще каких-то обезболивающих инъекций. Думал, что если до этого дойдет, то помощь мне уже не нужна будет. Когда собирал аптечку как-то не думал, что придется помощь местным оказывать, изображая из себя врача. Достал блистер с кеторолом и сбегав на кухню растолок пару таблеток в порошок двумя ложками. Быстрее усвоится. Заставил Славку выпить съесть порошок и запить водой. Подумав выдал ему еще и таблетку бисептола. Илья, внимательно наблюдавший за моими действиями предложил:

- Может дать ему хлебнуть моего бальзама?

- Нет. С таблетками лучше не надо. Но бальзам свой давай. – я протянул руку в которую Илья и подал извлеченную из сумки бутыль.

Я же, выдернув пробку приложился к бутылке от души, потому как меня потряхивало ну хуже Славки. Мне еще никогда не доводилось оказывать помощь раненым людям. Небольшой опыт был у меня только с Фредом, когда у него рана на лапе загноилась и пришлось самому вскрывать и зашивать, потому как найти ветврача в нашей деревне в субботу было нереально. Но там обошлось тремя стяжками и крепким собачьим иммунитетом. Тут ситуация явно серьезнее. Зато Славка должен хорошо выполнить команду «не дергайся» и держать его может даже не придется.

Тянуть с наложением швов дальше уже некуда, надо приступать. Жгут уже около часа наложен. Я оглядел стол с разложенной «медициной», посмотрел на Решетовых. Указал на Ивана пальцем в обморок точно не упадет, крепкий:

- Будешь помогать если что. Одевай перчатки. – я достал еще одну пару и передал ему.

- Маловаты. – Иван показал мне свои ладони.

Ну реально, как две лопаты. Еще и заскорузлые как доски. Точно хана перчаткам и стерильности наведённой. Глянул на младшего Илью и его руки:

- Тогда ты. Справишься?

- Попробую. А что делать-то? – спросил тот бледнея.

- Да что попрошу, то и делать. Не задумываясь. Больше некому.

Я открыл все упаковки, снял колпачки с мази и бутылочек.

- Одевай перчатки. Приступаем. – я показал ему как одеть перчатки.

Затем капнул на перчатки из бутылочки со спиртом. Полил ему. Растерли. Я промыл спиртом иглу с ниткой и оставил ее лежать в бутылочке. Размотав наложенную повязку осмотрел рану, полил щедро хлоргексидином. Кровь почти не идет, но так и жгут пока на месте. Помолившись про себя с расстегнул пряжку и ослабил ремень. Славка тут же зашипел и в ране появилась кровь. Я тут же промокнул кровь тампоном и положил прямо в рану следующий. Вытащил из спирта иглу и скомандовал:

- Иван, прижми ногу, что б не дергался. Мелкий, края раны своди сейчас ближе и держи пока я шью.

Вынув из раны промокший насквозь тампон, я проколол иглой один край раны и скомандовал младшему Илье:

- Сейчас, своди.

Бр-р-р. До чего неприятный звук и ощущения от прокалывания и протаскивания нитки сквозь плоть. Славка перестав шипеть уже в голос орал, что ему уже хватит и очень больно. Я быстро проткнул второй край раны и стянув завязал простой двойной узел. А ножниц-то я не приготовил! Пришлось делать второй стежок не обрезая нить. Снова узелок. Третий стежок. Четвертый. Крови прям уже много набежало. Славка перестав орать просто лил слезы и всхлипывал. Я подхватил два тампона смахнул, или скорее размазал кровь. Полил обильно хлоргиксидоном. Видно стало лучше. Шов конечно безобразный получился, но края стянуты и кровь проступает еле-еле. Снова промокнув рану тампонами, я щедро нанес левомиколь вокруг раны и приложив подушку перевязочного пакета стал плотно бинтовать. Завязав узел на бинте посмотрел на Славку. Не срослось, обзор полностью загораживал его брат навалившийся всей своей немалой тушей на ногу пострадавшего. Хорошо зафиксировал, даже анестезия не нужна. Я похлопал Ивана по плечу:

- Всё уже. Отпусти ногу.

Иван с задержкой, но среагировал, встал и отошел. Младший Илья так и стоит на коленях возле дивана смотрит на свои окровавленные перчатки. Старший Илья обнаружился у головы Славки, тоже на коленях стоит, вытирает Славке пот и слезы каким-то полотенцем.

Сам же пострадавший смотрел на свою ногу глазами по пять копеек и похоже никак не верил в завершение своих страданий.

- Ну прости, Вячеслав. Иначе никак. Всё уже. Отдыхай. – успокоил я парня и взглянул на часы.

И пяти минут не прошло, как мы начали зашивать. Но Славке эти минуты точно часами показались. А время кстати три часа. Я еще могу успеть в аптеку мотнуться. Правда сделать это при полном доме Решетовых будет очень сложно. Но про угрозу бешенства я не забывал, так что придется рисковать.

Но поглядев на слегка отупевшие от пережитого лица вокруг понял, что им сейчас будет не до моего загадочного поведения. Так что вполне может все пройти гладко.

- Илья, мне в маяке надо кое-что сделать. Я на часик отлучусь. Вы тут сами как-нибудь справитесь. Чаю сладкого вон Славке дайте. Да пожрать чего. Ну и сами. А мне надо.

- Ага, Вадим Дмитриевич. Понял. Спасибо тебе! Что со Славкой-то делать теперича-то?

- Да ничего не делать. Пусть лежит тихо. Таблеток я ему надавал. Чай дайте и пожрать, говорю же. Всё нормально будет. Я недолго.

- Да конечно, Вадим Дмитриевич, конечно иди. Ты и так вона как. Чисто как доктор всё устроил. Ничего, не беспокойся про нас. Управимся сами далее.

Управятся они. Лишь бы не лезли никуда. В маяке-то я двери закрою за собой, а вот багги стоит в сарае тряпочкой накрытый. Но придется положится на добросовестность Решетовых.

Я похлопал Славика по плечу и пошел в спальню переодеться. Можно было бы и в «горке» конечно съездить, но штаны и футболка теперь нуждается в стирке. Всё слегка заляпано кровью.

В спальне я переоделся в любимые тактические брюки, свежую футболку и флиску. Проверил наличие телефона, портмоне и ключей от машины. Теплая куртка лежит в подвале маяка у портала.

На стороне Земли погодка еще та. Сильный ветер, пасмурно и холодно. Причем холодно настолько что осадки если пойдут, то только в виде снега. В общем оставаться на этой стороне портала вообще нет никакого желания. Если бы не беда на охоте, я бы еще долго сюда не совался.

Уже выбравшись на асфальт я сообразил, что первый раз в своей жизни сел за руль злоупотребив. Правда от тех пары глотков решетовского бальзама после проведенной операции у меня остались только воспоминания. Тем не менее слегка напрягся, но надеюсь, что «гайцов» в такую погоду не увижу.

В аптеке случился, легкий затык. Оказывается, что вакцину от бешенства отпускают только по рецепту врача. Но волшебный рубль выручил, пришлось заплатить две цены. Да и мои доводы о том, что доктора в четыре часа я в больнице сейчас не найду, а дома он рецепт не напишет тоже приняли. К тому же я еще знатно закупился лекарствами и прочей «медициной» исходя из нового опыта. Теперь у меня и иглы есть с нитью в комплекте и зажимы. И даже костыли самой древней, но надёжной конструкции. В общем оставил в аптеке почти десять тысяч приведя в конечном итоге аптекаршу в восторг после первого недоверия. Многое она мне сама и посоветовала, когда я рассказал про то как знакомого лиса покусала на охоте. Конечно же пообещал, что прямо сейчас поеду в больницу и найдя адрес доктора отвезу его к знакомому. В общем поладили. Уже отходя от кассы увидел батончики гематогена и купил целую упаковку. И сладко и польза. Славке точно понравится уколы заедать.

Из дверей маяка на кухню я вышел через полтора часа и застал всю компанию, кроме Славки за столом. Сидят чай пьют. Федор стоит у плиты и мешает скворчащее мясо.

- О! Вадим Дмитриевич вернулся! – тут же провозгласил старший Решетов. – со Славкой все в порядке. Уснул вроде. Намаялся. Мы там медицину твою не трогали. Всё как оставил.

- Вадим Дмитриевич, а у вас лука не будет? Хорошо бы лучку к козуле добавить. – спросил Федор.

- Вадим Дмитриевич, мы там с Илюшкой косу брали, травы накосили. – не остался в стороне Иван.

- Здрасте! – провозгласил младший Илья, видимо что бы не молчать.

Я внимательно оглядел компанию. Вроде ничего подозрительного. В том смысле что они меня не подозревают в чем-то.

- Тпру, уважаемые! Не все сразу. Сейчас подойду. Славке вот лекарства в аптечке служебной, наверху, пособирал. Распакую и подойду к вам. Сидите. – покачав в руке рюкзак и сделав жест ладонью вперед остановил я их. – Я скоро.

Проходя в спальню заглянул в каминную. Славка лежит на спине укрытый чей-то курткой, на столе лежит моя раскрытая аптечка, валяются тампоны и повязки в крови. В общем, картина ужасающая, с точки зрения моей конспирации. Если Решетовы внимательно изучили надписи на упаковках у них наверняка возникла масса вопросов.

Я быстро собрал всё что еще можно использовать в аптечку. Окровавленные перчатки, тампоны и ткань выкинул в камин. Отнес аптечку и рюкзак в спальню и прихватив оттуда плед укрыл Славку нормально убрав с него куртку.

- Надо будет постель постелить как-то, когда Славка проснется. – сразу озадачил я Решетовых войдя на кухню.

- И горшок бы ему, Вадим Дмитриевич. Мы его на двор сносили по малому. – сказал Илья.

- Будет ему горшок. – успокоил я его. "Утку" в аптеке я предусмотрительно купил. И беспардонно указав на Федора пальцем сказал. – Сейчас лук тебе принесу. Еще чего-то надо из еды?

- Да, не. Только лука. Мы тут котомки свои уже потрясли. – сказал Федор, указывая на кучу продуктов, лежащих у мойки.

Я кивнул ему и пошел в подвал, раздумывая на ходу где же мне всю эту ораву спать укладывать. Крыш-то над головой у меня полно, а вот с койко-местами испытывается явный дефицит. Могу выделить спальник и пенку конечно, но только это «палево» то еще, учитывая материалы и молнию на спальнике. Но может они что-то сами придумают. В целом положение конечно аховое сложилось. Одно на другое, и конца пока не наблюдаю в перспективе ближайшей.

Прихватив к паре луковиц еще и сыр с маслом, я поднялся в кухню. Федор тут же выхватил у меня луковицы и быстро отчистив, накромсал их просто зверским образом, тут же отправив в сковородку к мясу.

- Ща! Пару минуток и будет нам свежатинка! – потирая руки друг о друга ладонями радостно провозгласил Федор.

- А это кто? – спросил я у него указывая подбородком на плиту.

- Так козуля же. Я же говорил. Когда волков гнали, выбежала дуреха прям в меня, когда Славка пулять начал. Я и пальнул с перепугу не разобравшись. Думал волчара. Тьфу, дура такая. – размахивая лопаткой пояснил мне Федор. – Но, оно даже к месту теперича-то. Будет что ужинать нам всем.

- Тебе, Федька, лишь бы утробу свою безразмерную только набить. Ни о чём другом не думаешь. – Проворчал старший Решетов. – Куда в тебя только влезает. Вадим Дмитриевич, он же вот эту сковороду в одну харю сожрет и даже не икнет опосля этого. Как есть прорва. Но, коза и правда сгодится.

Илья покивал, и затем сразу озадачил меня:

- А что ж, Славка-то как будет? Приютишь на ночь?

От такого вопроса я даже слегка офигел. Я вообще не думал, что Славку надо теперь куда-то везти. Уже понял, что он тут у меня надолго останется, до полного выздоровления. О чем сразу Илье и сказал:

- Почему это на ночь? Я думал тут его оставить, пока поправится совсем. Или ты его в город хочешь отвезти? В больницу? – тут же сообразив, о чем он может думать спросил я.

- А думаешь надо его в больницу везти? – озаботился тут же Илья, не подтвердив мою догадку. – Ты его, Вадим Дмитриевич, лучше всякого заправского доктура залатал. Любо дорого. Еще и порошков надавал таких, что он и про боль забыл свою. Спит как дитё.

- Ну тут я тебе, Илья плохой советчик. Славку лучше сейчас не трогать, не бередить рану. А до города его точно растрясет. А доктора сюда привезти можно?

Решетовы, быстро и дружно переглянулись. И Федор озвучил итог этого молчаливого диалога:

- Не поедет. К нам на рудник можно конечно, за фельдшером послать. Но то дело такое. Он еще тот коновал. Куда ему, до тебя. Ты вот говоришь, что не доктор. А у его так и лекарств нет никогда, у его только спирт есть, да корпия с тряпками. Он подлюка такой даже рук своих не моет водой. А ты вона даже спирту на пожалел на руки лить. – И уже повернувшись к Илье высказал. – даже не думай, братуха, за этим мясником ехать. Вадим Дмитриевич, все ладно сделал и быстро. Видно, что человек учёный. А тот просто коновал, и то хреновый.

- Вы, Вадим Дмитриевич, на доктора не учились часом? Ну хоть немного? – переключился Федор опять на меня.

И я задумался. Учитывая общую отсталость этого мира от нашего, если не брать в расчет черные цилиндры, пожалуй, о медицине я знаю наверно столько же сколько и местный доктор сразу после учёбы. А если принять во внимание наличие у меня антибиотиков, прививки от бешенства и современных перевязочных материалов, то я тут за доктора вполне сойду. Да и рана у Славки, не сказать, чтобы прям сильно серьезная. Основные сосуды не задеты. Заражения постараюсь избежать. А если ситуация начнет ухудшаться, то я всегда могу отвезти пострадавшего в больницу на стороне Земли. Да, рухнет вся легенда и там будут проблемы. Но все можно решить, тем более, когда на кону стоит жизнь человека.

Решетовы замолчали и смотрели на меня пока я прокручивал у себя в голове сложившуюся ситуацию. И приняв решение, после раздумий, кивнул головой и сказал, указав пальцем Федору на плиту:

- У тебя горит. В общем. Я считаю, что не надо Славку везти в город, и коновала этого сюда тоже не нужно тащить. Не так уж у Славки там все и страшно. Он молодой, крепкий, оклемается быстро. А я ему помогу, благо есть чем помочь. Так что можете Славку тут оставить. Согласен, Илья?

Федор кинулся снимать с плиты мясо, а Илья встал и слегка поклонившись мне сказал:

- Вадим Дмитриевич, мы у тебя будем в долгу пожизненном за Славку. Даже если не оклемается, мы все…

- Прекрати, Илья. – Я довольно резко его прервал. – Во-первых оклемается. Точно тебе говорю. А во-вторых, делали мы все это вместе и для нашей общей пользы. Для меня это дело тоже было важным. И я могу сказать, что Славка и из-за меня пострадал, в той же степени, что и из-за вас. Так ведь? Поэтому вопросы, кто кому чего должен, закрываем. В раз и навсегда. За Славку вы мне ничего не должны. Ясно!?

Решетов немного задумался и покивав каким-то своим мыслям оглядев притихшую родню сказал:

- Так-то оно верно ты говоришь, Вадим Дмитриевич. Всё оно так вроде. Но лечил-то его ты, своими лекарствами…

- Ну вот ты опять! – Снова прервал его я. Ну реально уже надоело из пустого в порожнее гонять эту тему. – А если бы это возле вашего дома и со мной произошло? Ты бы разве не так же сделал? Так что всё! Разговор закончен! Никто никому ничего не должен. Ну или наоборот. Все мы друг другу должны помогать! Всё!

- Илья, ну правда, чего ты? – Влез в разговор Федор. – Вадим Дмитриевич, все верно говорит. Надо будет ему помочь, придем и поможем. И он поможет если сызнова нам помощь от него понадобится. Мы же соседи. Одни тут, в этом углу.

Мягко как стелет. Илья же вздохнул и махнув рукой сказал:

- Да верно всё. Ты, Вадим Дмитриевич, прав конечно. И смотри, если вдруг чего тебе потребно будет от нас, ты не межуйся, говори сразу. А уж мы в меру сил и поможем, чем сможем.

- Вот и ладно. – Подвел итог этому спору я. – Вот и договорились. Мир, дружба… соседство. Давайте уже поедим что ли. Федор, надо бы Славке бульон сварить из твоей козы. Ты ее куда подевал-то, кстати?

- Вот! Точно! Голова дырявая. – тут же подхватился Федор. – Сейчас принесу шматок. Она там висит. В саду на рогульке.

- Так там же собака моя! – я реально испугался за сохранность мяса. Фред хоть и мелковат, но прыгать высоко он умеет.

- Не боись, Вадим Митрич! Я высоко подвесил. Да и пес твой занят. Я ему знатный мосол подкинул.

Федор тут же пошел на выход из кухни, но я решил проверить всё-таки сам и пошел следом. Заодно проверить Славку.

21 мая. Конец дня.

Фред действительно не проявлял свою прыткость, а лежал на веранде и не отвлекаясь на нас грыз большую кость от ноги косули. Сама тушка косули лежала на перекладине для сушки белья прихваченная веревкой. Федор, подойдя к ней с ножом тут же принялся отрезать приглянувшийся ему кусок. А я зашел в дом через каминную комнату. Славка по-прежнему крепко спал. Видимо две таблетки кеторола так повлияли на непривыкший организм. Я даже наклонился к нему, чтобы послушать дыхание. Нормально. Лежит сопит. Бледноватый конечно, но это нормально для его ситуации, пожалуй. И кровь потерял и стрессу хапнул он от души.

Войдя на кухню, я обнаружил накрытый стол. Ну как накрытый. Посреди стола стоит сковорода с мясом рядом навален хлеб, сыр, мясо, варенные яйца, помидоры, огурцы и даже несколько перьев увядшего зеленого лука. По-крестьянски так, но богато. Ни приборов, ни тарелок Решетовы выставлять на стол не стали. Оно и правильно, пожалуй, мыть потом за всей толпой никому видимо неохота. И мне в том числе. Но вилки я всё-таки достал и положил. Тягать из сковородки горячие куски мяса вилкой сподручнее.

Сидят все, ждут меня и Федора. Мне придвинули от камина кресло. Федор поставил на плиту кастрюлю с бульоном и присел за стол. Илья многозначительно глянул на него и произнес:

- Фёдор…?

Тот сморгнул пару раз, подскочил и выбежал на переднюю веранду. Вернулся буквально через пару секунд держа в руке, такую же как была у Ильи, бутылку в оплетке.

- Вот! – известил он нас бухая бутылку на стол.

Пришлось вставать мне и доставать из шкафчика стаканы. Илья разлил фирменный бальзам по стаканам, и все посмотрели на меня. Понятно, ждут слова.

- Ну. За охоту! – можно было бы и развить, но мне показалось, что и так вполне уместно. Очень ёмко и вполне в духе межмирового общения.

Дружно чокнулись, выпили и набросились на мясо. После быстрого насыщения пошли разговоры. Удалось наконец выяснить что произошло у загонщиков. Волки оказались довольно умными животными. Стая состояла из четырех самцов, одной самки и трёх волчат. Когда загонщики их согнали из логова, то самцы растянулись цепью и пошли в разведку, самка с волчатами следовала за ними не спеша. В какой-то момент она поняла, что впереди их ждет опасность и что самцы мертвы, она повернула назад и пройдя вдоль цепи загонщиков вспугнула косулю, выгнав ее на Фёдора. И пока тот отвлекся попыталась прорваться. Но с Фёдором шла одна из собак, она напала и задавила одного волчонка. Волчица с двумя другими вновь побежала вдоль цепи и напоролась на Славика с другой собакой. И парень справился. Он подстрелил волчицу, убил одного из волчат, на второго накинулась собака. Тут волчица, которую Славка посчитал мертвой бросилась на собаку и сломала ей шею одним укусом. Впрочем, волчонку это уже не помогло. Славка выстрелил в волчицу еще раз, но промахнулся, и она кинулась на него. Вцепилась в ногу, но благодаря тому, что винтовка у Славки довольна короткая, он умудрился вывернуться и в упор выстрелить ей в голову. Тут и подбежал Иван с мелким Ильёй. Ильюшке пришлось добить собаку, и еще раз пальнуть в волчицу. Говорит растерялся, и Славка кричал, что бы добили. Иван принялся перевязывать Славку. Потом подбежал Фёдор, которого привела собака, и оценив обстановку он пошел уже за нами.

В общем справились мы с задачей по мнению старших Решетовых на хорошо, было бы и отлично, если бы не хитрозадая волчица, спасавшая своих детей. Но мы победили. У нас минус собака, «трехсотый» Славка, а у волков все восемь «задвухсотились».

Туши волков Фёдор оказывается собрал и выкинул с обрыва в море. По его словам, мясо у них дерьмо, а шкуры летние облезлые. Наши флажки он не снял, торопился за нами, узнать, как дела у Славки. Так что теперь кому-то предстояло пойти снимать флажки. И кому это предстоит сделать выяснилось сразу, все дружно посмотрели мелкого Илью. Тот тут же подорвался и спросив у старшего Ильи разрешения взять коня отправился выполнять поручение. Ну, а мы вчетвером вышли на переднюю веранду и закурили трубки. Возле коновязи я обнаружил двух решетовских волкодавов. Валяются, грызут мослы косульи.

- Вадим Дмитриевич, я что еще просить хотел у тебя. – обратился ко мне Илья, когда мы присели на широкие ступени веранды. – Ты нам коняшек своих не одолжишь до завтрева?

- А вы что домой сегодня собрались ехать? – удивился я.

- Конечно. Дело-то сделали. Дома ждут. – Пояснил Илья. – Я своим сказал, что вернемся сегодня, край завтра с утра. Стас там один с овцами, собаки все тут тоже. А завтра мы на фургоне приедем и лошадок твоих вернем и Славку заберем. Если можно будет.

- Так-то бери конечно. Но Славку не стоит трогать завтра точно. Пусть тут будет. Так что с лошадками, с возвратом торопится не стоит. Как вернешь так вернешь.

- Эх, Вадим Дмитриевич. – Вздохнул Илья. – Так-то оно может и вернее было бы, да только я думаю себе, что с меня завтра Вася моя с живого не слезет, пока я ей Славку целого не покажу.

- Оу! Ну это точно. Так оно и будет скорее всего. - Я поставил себя на место и Ильи и согласился с ним полностью. – Приезжайте конечно. Но ты успокой своих уж. Нормально тут все будет. Дрыхнет вон как сурок. А как проснется, я ему еще таблеток насыплю и укол сделаю. Будет в следующий раз лучше стрелять.

- Хороша наука у тебя, Вадим Митрич. Но я в твою школу не ходок. – Заржал Фёдор. – Я лучше по старинке. За книжкой посижу. Самостоятельно.

Посмеялись. Покурили. Из леса появился младший Илья. И старший хлопнув ладонью по доскам веранды скомандовал:

- Подъем Решетовы. Седлаем и до дому пора. – Илья поднялся и слегка поклонился мне – Благодарствуем, Вадим Дмитриевич! За Славку, за хлеб-соль. Поедем мы.

- И вам, Решетовы, спасибо! Славно постреляли. – Ответил я Илье с легким поклоном.

- Ты уж, Вадим Митрич, уж точно настрелялся от души сёдня. Почитай в одни руки полстаи и положил. – влез Фёдор. Который еще за столом, пытался выяснить у Ильи, а точно ли я всех тех волков положил, и не врет ли Илья.

Как мне удалось понять из разговоров у них в семье Фёдор числился лучшим стрелком и охотником. У него и винтовка была пятизарядная, чем-то похожая на английскую «ли-энфилда». Так же, как и у английской винтовки ствол укрыт ложем почти до самого среза. У всех остальных Решетовых, кроме Славки, были обыкновенные гладкоствольные «горизонталки» с внешними курками. Интересно почему так? Илья же говорил, что у него есть винтовка.

Сборы много времени не заняли. Оставшиеся на столе продукты Решетовы оставили нам со Славкой. Но осталось там н так уж и много. Тот же Фёдор как выяснилось реально ест как не в себя. В его рот всё летело как в топку. Без разбора, целое варенное яйцо следовало за куском сыра догоняя пару кусков мяса. И всё это почти без остановки загружалось. Уникальный человек.

У ворот загона я еще раз попрощался со всем семейством за руку и поплелся в дом. Реально устал, очень уж много впечатлений для одного дня. Заглянул к Славке, проверил на кухне варящийся бульон. Заварил себе кофе и уселся на задней веранде с чашкой, сигаретой и ружьями. Пострелял я сегодня действительно от души, надо теперь чистить. Занимался чисткой и думал о сегодняшней охоте. Мне было даже жалко убитых нами волков. Я понимаю, что от них могло случится много бед. Возможно даже я пострадал бы, напади они на меня стаей во время моих вылазок в лес. Тот волк что кинулся прямо на меня очень впечатлил. Хорошо хоть штаны не промокли. Наверно тогда я просто не успевал пугаться, а вот сейчас в спокойной обстановке осознал, чем мог обернуться для меня промах в конце, который не случился. Фёдор правда несколько раз меня подначивал тем трофеем. Говорил, что того волка он на совок веником собирал по всему лесу. Обидно было и за шкуры, которые просто выкинули. Но особенно я сожалел о гибели волчат. Понятно, что я просто рефлексирую, как человек двадцать первого века, где из каждого утюга слышна зеленая повестка. И я, пожалуй, во многом согласен с зоозащитниками. Но, это там! На Земле. А здесь другой мир и эти вот дикие животные представляют реальную опасность для человека. И еще их тут много пока еще.

Еще я заметил интересное отношение почти всех Решетовых к добыче Фёдора. Они не то что бы осудили его за убитую косули, но и хвалить его никто не кинулся. И как мне кажется ему в конечном итоге было даже немного стыдно за свой поступок. Он пытался скрыть всю историю с этой внезапной добычей за шутками, как недоразумение, но было видно, что человеку стыдно за минутный азарт в результате которого погибло животное, которое в принципе не должно было пострадать. Похоже, что берегут местные свою природу, без всяких «гринписов» и «зоошизы». И это радует, особенно если себя так ведут не только Решетовы, но и все жители. Я навсегда запомнил старинную фотографию, увиденную в интернете, на которой была запечатлена огромная гора черепов бизонов. Их убили просто для того что бы из шкур делать ремни приводные. Не из-за голода, не из-за редких лекарственных ингредиентов для народной медицины, а просто для машин нужны были ремни. И бизоны почти исчезли. Миллионные стада были уничтожены. Вот где ужас.

Я уже закончил с чисткой и просто сидел, предаваясь воспоминаниям о сегодняшнем дне, когда из открытой двери в каминную комнату донесся голос Славки зовущего отца. Я поднялся и прошел в комнату. Славка полулежал, поднявшись на локтях.

- Ты чего вскочил? Бати нет. Они домой поехали. Завтра приедут. Надо чего? Есть хочешь? – поинтересовался я и указал пальцем на ногу. – Болит? Не стесняйся. Говори если надо чего? Тебе вставать нельзя пока и вообще меньше шевелится надо. Заживет быстрее.

- Да болит чутка. Не сильно. Когда шевелю.

- Ну так и лежи не дергайся. Говори, чего хочешь? В туалет?

Славка покраснел и кивнул.

- Ясно. По большому или по малому?

- По малому. – проскрипел Славка.

- Лежи. Сейчас горшок принесу специальный медицинский.

Я сходил в подвал маяка за оставленными там «уткой» и костылями.

После справления малой нужды и большой кружки бульона с хлебом Славка расслабился и уже хотел снова лечь спать, но пришлось ему настроение подпортить. За все надо расплачиваться, и за вынос мной его испражнений тем более.

Сперва он, шипя от боли в ране ворочался пока мы застилали под ним простыню. Потом я выдал ему еще по таблетке кеторола и бисептола. Но самое вкусное я оставил ему напоследок. Заправив шприц у себя в спальне вакциной, я вошел к нему в каминную демонстративно держа шприц и спиртовую салфетку перед собой. Судя по его большим и круглым глазам с подобными предметами только в многоразовом исполнении он уже сталкивался.

- Подставляй жопу!

- А может не надо, дядь Вадим!? Давайте я еще пилюль съем лучше. – предсказуемо заканючил Славка

Миры разные, а страхи у людей перед уколами абсолютно одинаковы.

- Надо, Славик. Надо. Про жопу я пошутил. В плечо надо укол делать. Снимай рубаху.

Знал бы он что это вообще первый в моей жизни укол, сделанный своими руками, то думаю он бы еще не так заканючил. Пара роликов и статья в интернете такое себе пособие, но за неимением гербовой, пишем на простой.

Оказалось, не так уж и страшно. Неприятно конечно живого человека иголкой тыкать, но по сравнению с той штопкой что я уже проделал сегодня, вообще пустяк.

- Ну вот и всё, а ты боялся.

- Ага. Не больно почти. – заулыбался Славка.

- Вот и ладушки. А то надо будет еще пять раз уколоть. – тут же приземлил его я.

Лицо у парня сразу вытянулось и вид имело бледный. Вспомнив о купленном гематогене, сходил в спальню и принес ему уже распакованный батончик.

- Не бзди, герой. Следующий через три дня. Потом через неделю. Потом месяц. Потом через три месяца. – вроде как успокоил его я. – Но сделать надо обязательно. Бешенство могло через укус к тебе попасть. А это неминуемая смерть в муках через месяц. Но это если уколы не сделать. Понял?

- Понятно. А откуда вы узнали, что у волчицы бешенство, дядь Вадим? – Славка откусил от батончика и просиял. – О-у-у-у-м-н! Вкусная конфета.

Я просто кивнул и продолжил поучать:

- Да ниоткуда. Просто оно у нее может быть, как у любого дикого животного. Узнать этого мы не можем, а вот защиту на всякий случай сделать можем. Ты главное сам теперь никого не кусай, а то и его лечить придется.

- Как это? Я что на людей кидаться стану?

Вот до чего приятная современному человеку наивность. На Земле я бы наверно не упустил шанс постебаться над человеком и человек бы даже не обиделся и поржали бы дружно. Но здесь это не там, пришлось проглотить свой стёб и спокойно пояснить.

- Нет конечно. Смотри вот. Вы в школе про микробов проходили что-нибудь?

- Ну да. Говорили нам такое. Руки мыть и ранки спиртом промывать, воду кипятить.

Не все тут запущено. Представление о микроорганизмах народ тут имеет. И не только профессора, но уже и в школе про это проходят уроки.

- Вот. И бешенство это такая болезнь, которую эти мелкие твари переносят, точнее они и есть бешенство. И если у волчицы они были, то и тебе прилететь могли с укусом. Если бы мы были в столице, то можно было бы изучить твою кровь в микроскоп. – Продолжал я лекцию. – Знаешь, что такое микроскоп.

- Ага. Мы в него лук смотрели и воду грязную.

Ого! Да тут прямо школа на высоком уровне. Я думал какая-то шарашка, по типу наших церковных при царях. А тут дети из села в микроскопы смотрят.

- Ага. Так вот. В столице бы твою кровь изучили и поняли бы, болен ты или нет. И тогда уколы назначили или нет. А мы с тобой от столицы далеко, и микроскопа нет и профессора нет, поэтому мы будем думать, что ты болен и будем тебя лечить. На всякий случай. Что бы ты в следующий раз волков не кусал.

- Я и не кусал. – грустно ответил Славка. – так получилось. Я ж думал она, гадина такая сдохла, а она вскочила и хапнула.

- Ну хорошо хоть не в горло. Шею бы я тебе ремнем перетянуть не смог. Точнее смог бы конечно, но с летальным исходом.

- Это как?

- Это насмерть, Славка. Шутка типа. – Язык мой враг мой. Народ всё-таки дремучий тут, не смотря на микроскопы. Ну или мы у себя уже такими отбитыми на всю голову стали. – Поэтому в следующий раз лучше им шею свою не подставляй. Ну и другие свои куски им тоже в пасть не клади.

- Это точно. Хватило. Она меня не так больно цапнула, как вы меня тут шили иголкой. Вот то было больно.

- Ну знаешь, мне эта штопка твоей ноги тоже большого удовольствия не доставила. Я такое первый раз в жизни делал вообще-то.

Славка удивленно уставился на меня:

- А как же вы тогда знали, что делать надо?! Я уж подумал, что вы доктором раньше были. Да все так подумали.

- Вот уж никогда не хотел быть врачом. – Засмеялся я. – Нет. Доктор точно не моё. Я просто перед переездом сюда. Посетил несколько лекций у врачей, почитал книжки. И как оказывать помощь раненому только узнал, но никогда не делал до этого дня. И надеюсь больше не применять.

- Просто из книжек узнали!? А такие книжки тоже бывают, где про такое пишут? – изумился Славка.

- Конечно бывают. А как по-твоему врачей учат? Так, как и тебя в школе. По специальным учебникам. По книгам люди многому могут научится. И ты можешь наверно. Если захочешь.

Со Славкой мы проговорили, еще час, до самой темноты. Выпили чаю. Парень выглядел довольно бодро и явно не собирался долго болеть. Удалось выяснить некоторые моменты местной жизни.

Так оказалось, что дорога, идущая вбок от второго моста, идет на рудник, где живут и работают Фёдор с сыновьями. И там не только добывают медь, но и проживает довольно много народа в поселке близ рудника. И добывают там не только медь, но и еще что-то о чём Славка не знает. А Фёдор там работает каким-то мелким начальником.

В город ездят не часто. Но когда созревает урожай или накапливается сыр, который они делают сами и хранят в пещере, то бывает и каждый месяц на двух фургонах отвозят продукцию в город. Раз в год гоняют баранов на продажу. И это вообще целое приключение, растянутое на неделю.

Книжная лавка в городе есть и довольно большая, но сам Славка там был только раз, поэтому подробностей я не услышал. Зато про оружейную лавку парень мог петь еще не один час. Но тоже без особых подробностей. Сплошной восторг стреляющим железом без подробных ТТХ оного.

В сам город они заезжают не как я в свою разведку, а отворачивают на околице на север, на объездную дорогу. Там в северной части города большая ярмарка проводится и есть кабаки и гостиницы с постоем для лошадей и складами.

Еще Славка рассказал о том, как они с ребятами пробирались в порт и смотрели на корабли. Подробностей, интересующих меня, я от него не услышал, а выспрашивать счел опрометчивым. Так как по легенде прибыл я как раз кораблем и через порт.

Вообще очень странная картина вырисовывается. Он живет тут уже давно и корабли тут смотрит, а я-то знаю, что они тут появились совсем недавно. Вот откуда у него в голове эти воспоминания о его прежней жизни здесь? Причем живые такие воспоминания. Человек точно это все прожил, прочувствовал, руками трогал. Изумительная работа.

22 мая.

Ночью я просыпался два раза, проверял как дела у моего пациента. Один раз пришлось снова выносить «утку». Надо будет рану завтра осмотреть, да на костыли человека ставить. А то эта процедура с «уткой» и ему неудобна и мне неприятна. Никакой повышенной температуры у парня не наблюдалось, правда для измерения её я обходился рукой. Жара явного нет, так что и градусник светить не буду.

Утром накормил Славку разогретым бульоном и хлебом. Выдал еще один батончик гематогена, подсластить две таблетки. Вместе решили, что твердую пищу ему пока лучше не есть. Вот костыли освоит что бы до унитаза добраться и тогда пусть лопает что хочет. Бульон кстати превратился в холодец без всякого холодильника. Наваристый вышел. Накрошил в бульон хлеба и выдал еще и Фреду. Сам обошелся просто чашкой кофе. Надо к пациенту, на утренний обход.

В спальне подготовил перевязку и медикаменты, распаковал и сложил на поднос. Славка, заранее предупрежденный, уже сидел и бледнел помаленьку.

Зря бледнел. Уж не знаю, что дало такой эффект, обильно нанесенная мазь или подушечка с серебром, но повязка отошла легко. Рана выглядит конечно безобразно. Как и все раны, но без покраснений вроде, да и кровь не идет. Так что видимо всё будет хорошо, об этом я тут же и известил Славку, перед тем как бинтовать по новой. В следующий раз замотаю с простой ватной подушечкой, так как пакетов с серебряной осталось всего два. А мази еще есть пара тюбиков, докупил в аптеке. Так что просто намажу погуще.

После всех этих врачебных манипуляций я, оставив в покое больного отправился навести порядок в своей конюшне, благо постояльцы временно отсутствуют. Сгреб весь мусор, состоящий из сена и навоза и снова вытащил его в кучу за ворота. Надо что-то решать с компостной кучей или ямой, назрело прямо уже сильно. Эта неопрятная и дурно пахнущая куча портит весь орднунг доставшегося мне участка.

Подключив к колонке в саду шланг с пистолетом я мощной струей воды смыл все нечистоты за ворота, выходящие в выгон. Ворота закрывать не стал, еще и двери раскрыл и подпер граблями. Пусть проветривается помещение и полы высохнут. Температура «за бортом» уже совсем летняя, градусам к тридцати на солнце, так что и огород полил. Ну и раз уж убрался в конюшне решил и в доме порядок навести. Натоптали мы в доме изрядно. Пока со Славкой носились никто не подумал разуваться, и теперь мне предстоит большая уборка и стирка. Придется осваивать прачечную с ее агрегатом, предком современных стиральных машин.

Полив грядки и сад, заглянул к Славке. Поняв, что тот спит, уборку в доме решил пока отменить и перешел сразу к освоению прачечной.

Грязная и местами заляпанная кровью «горка», трусы, носки, футболки отправились в барабан местной машинки. Правда вместо тертого мыла я насыпал в емкость с водой порошка, привезенного с Земли. Но местному мылу тоже нашлось применение, им я предварительно натер пятна крови на «горке» и вчерашней футболке.

Вращение барабана вручную оказалось задачей не сложной в физическом плане, но тоску навевало изрядную. Вращать барабан быстрее было не сложно, сложно было поймать тот ритм, когда от его вращения брызги не летели во все стороны. Но подобрав ритм я понял, что стирка затянется. В общем редкая нудятина получается. Стоит всё-таки подумать о доставке сюда стиральной машинки с Земли. Её хотя бы можно оставить без присмотра и идти свершать дела поважнее. Двигать прогресс или захватить и поработить весь этот чудный мир. В общем мыслей много разных удалось прокрутить в своей голове пока крутил барабан стиралки. Но кажется придумал как мне сделать красивую компостную кучу, соответствующую общему стилю моего поместья. Это будет грандиозная стройка с применением фантастических технологий как по местным меркам, так и по земным. Камень и дерево на постройку мне есть чем резать с точностью до миллиметра. Осталось только дождаться выписки пациента.

Когда через полчаса закончив стирку и оценив ее результат как удовлетворительный, я принялся развешивать одежду в саду, от этого занятия меня отвлек залаявший Фред, а затем и шум на подъездной дороге. Цокот копыт и грохот колес по камням я уже научился распознавать. Гости пожаловали. Судя по перемещению звука пожаловали они к парадному входу. Оставив пустой тазик на бордюре грядки, я поспешил в дом.

Вид у меня конечно тот еще. Местный рабочий комбинезон, футболка старая и резиновые тапки на босу ногу. Но выглянув в окно кухни и опознав фургон Решетовых с наведением красоты я решил не заморачиваться. А зря.

Выйдя на веранду, я увидел, что прибыл Илья не один, а с женщиной. Судя по возрасту это его жена, Василиса. Длинное серое платье фасона начала двадцатого века у нас на Земле. Соломенная шляпа. Лицо загорелое, в возрасте, но вот не прям старая. Довольно стройная, хотя возможно это так приталенное платье со шнуровкой подчеркивает фигуру. В целом хорошо выглядит тётка для полтинника. В отличии от меня, молодого, небритого и одетого как Том Сойер красящий забор. Поздняк метаться, пишем на простой.

Я спустился с крыльца и поприветствовал гостей. Пожав руку Илье и поклонившись головой его супруге.

- Здравствуйте. Простите за внешний вид. Уборку провожу. – сразу извинился я за свой внешний вид. Пытаясь соответствовать эпохе, как это представлялось лично мне.

- Здравствуй, Вадим Дмитриевич. – Илья пожал мне руку и указав рукой на женщину добавил. - Позволь представить тебе мою супругу, Василису.

Женщина поклонилась мне головой изучающе глядя на меня, как какая-то училка или следак.

- Василиса Власовна, если я правильно помню. – уточнил я отчество.

- Да, так. Власовна. Если вам будет угодно. – тётка вновь слегка поклонилась головой. – Приехала поинтересоваться здоровьем Славика, если вы не против.

Голос мягкий приятный, но "гавкнуть" наверняка может. И вообще эта тётка, что-то мало походит на крестьянку. Ну по моим представлениям. Скорее смахивает на тех, кто этих самых крестьян дерёт в своём поместье и в хвост, и в гриву. Хотя я ведь ничего не знаю о здешнем мире еще по большому счету. Тут вот, например, эти крестьянские дети в школе-интернате учатся за счет государства. В общем тут вам не там, наблюдаем и уже потом выводы.

- Отчего же против. Только за. Проходите пожалуйста. – я поднялся на веранду и открыл двери.

- Вадим Дмитриевич, я коняшек отведу пока в загон. – Илья указал мне на моих коней, привязанных сзади к фургону.

- Да конечно. Я сейчас подойду, Илья. – сказал я Илье и обратился к его жене. – Следуйте за мной. Не разувайтесь. Еще не мыл после вчерашнего.

Провел ее в каминную, где Славка пускал слюни в подушку.

- Я вас оставлю. – сказал я Василисе Власовне шепотом и указав сквозь двери на сарай. – мы там будем.

- Да, да. Спасибо, Вадим Дмитриевич. Спасибо. – так же шепотом ответила мне женщина, не отрывая взгляда от Славкиного лица.

Похоже надо прекратить выдавать парню кеторол, что-то он от него сильно «отлетает». Перейду на анальгин простой. Я тихо вышел из комнаты и проследовал в сарай.

Илья оказывается загнал свой фургон прямо в выгон и поставил задом к воротам и распрягал своих лошадей. Мои коняшки уже свободно гуляли по выгону. Похоже Решетовы ко мне опять с подарками приехали, иначе зачем такие сложности с фургоном. Мои догадки тут же подтвердил Илья:

- Славка там как? Мы тут привезли сена и еще кой чего.

- Нормально Славка. Всё хорошо вроде. Рана не воспалилась, перевязывались сегодня. Спит много. Но то от лекарств. Завтра других дам.

- Думаешь оставить надо? Вася думала домой забрать его.

- Думаю лучше оставить. Мне ему укол послезавтра надо сделать, потом еще через недельку и еще потом. В общем надо за три месяца шесть уколов сделать. Но забрать его конечно и раньше можно. Пусть рана зарастет, и я швы сниму.

- Это что ж за укол такой, что его три месяца надо ставить? – удивился Илья.

- Ты про бешенство слышал что-нибудь?

- Эва-а-а! – Лицо Ильи приобрело удивленно испуганное выражение. – Это как же так-то? Вроде же не бешеные волки-то были.

- Может и не бешеные. Но лучше же предусмотреть. Ну, а вдруг. Лучше предупредить болезнь и не дать ей развиться, чем лечить потом. – я вовремя смог сообразить и не ляпнуть, что бешенство заканчивается смертью больного.

- Дык, бешенство же не лечут вроде бы? Или уже научились?

- Все верно, Илья. Лечить не научились. Но предупредить можно. Если сразу после укуса делать вот эти самые шесть уколов. – ему-то я объяснил и вроде как всё так просто, вот только просто не здесь. Если он где-то кому-то понимающему расскажет, что я бешенство вылечил, то ко мне будет много вопросов.

- Ишь ты. Так у тебя значит такое лекарство есть? – тут же поинтересовался он.

- Еще есть. Я с собой привез. Мало ли места тут дикие, вот и прихватил.

- Надо Васе сказать, да купить нам такое в городе.

Вот блин. Я снова на краю стою. Придется снова врать и выкручиваться.

- Это вряд ли. Вакцина эта экспериментальная. Была. Вот только-только появилась в столице.

Илья как-то странно на меня посмотрел.

- Ну потом, как появится, надо будет купить. Спрошу в аптеке. - как-то неуверенно сказал он. – Но волчица та не бешенная была. Она с волчатами была и другими волками. Бешеные себя так не ведут.

- Может быть и не бешеная. А может быть зараза уже в ней была, но еще не проснулась.

- А так бывает разве? – удивился Илья.

- Да бывает. Ты вообще сталкивался с бешенством раньше где-нибудь?

- Ну было. Один раз лис вышел к нам такой. С пеной, плешивый и кинуться хотел. Шлепнул я его и закопал.

- Ну вообще сжечь лучше было. – посоветовал я. – Ну так вот. Лис же тот если бы кого цапнул, то тот укушенный же не в один миг бешеным стал бы, и пена бы пошла у него. Так? Так. Та зараза в нем жила бы еще месяц не проявляясь, а потом бац и всё. И пена пойдет и мозги закипят.

- Вона как. Это тебе кто такое рассказал?

- Я на лекции ходил к врачам, перед отъездом. Там один профессор и рассказал. И про это лекарство тоже от него узнал я. – вдохновенно продолжал я врать.

- Понятно. – протянул Илья, покивал головой и вернулся к распрягать своих коней.

Чувствую что-то не так пошло. Он выслушал, вроде как поверил. Или сделал вид что поверил. Как-то замкнулся и погрустнел что ли. Что могло пойти не так? Что я такого мог сказать?

Илья распряг лошадей и отправил их пастись к моим. Я все это время так же молча наблюдал за ним и пытался сообразить, что вызвало такую перемену в отношении ко мне. Когда он прошел мимо меня к заднему борту фургона и принялся развязывать полог я не выдержал и спросил:

- Илья, ты чего? Что происходит?

Илья бросил завязки резко подошел ко мне и принялся вглядываться мне в лицо. Неприятно.

- И? Что случилось-то?

Наконец что-то решив про себя Илья кивнул и не отрывая взгляда спросил:

- А скажи, Вадим Дмитриевич, как на духу, честно только. Глядя в глаза! Ты шпион аглицкий?

Хренасе! Вопросики. Фиг бы со шпионом, не так уж я и удивился. Но вот про то шпион может быть еще и английский тут это реально удивило. Англичанка снова гадит? Какая неожиданность! Прям блин не англичане, а проблема всей мультивселенной с которой даже строители моего маяка никак не справятся. Я что похож на местных англичан? Или всё-таки они что-то рассмотрели? В сарае багги увидели? Или какую-то упаковку на кухне. Вроде все предусмотрительно убрал давно уже.

- Ты дурак что ли? – невольно вырвалось у меня. – С чего ты решил-то?

- А с того! У тебя на лекарствах по-аглицки всё написано! Фёдор сам видел! – тыкая в меня пальцем почти криком заявил Илья.

- А Фёдор твой, что по-английски понимает? – а ведь действительно. Все названия на перевязочном пакете и на таблетках по-английски написаны. Вот сука, этот Фёдор, досмотрел-таки. Пипец я попал. – То не английский вообще-то, а латынь.

Ну, а вдруг и тут с медициной такая же ситуация как у нас на Земле, тем более как выяснилось тут и Англия есть, может и Рим найдётся.

- Нее-е-т! – Илья помахал у меня перед лицом указательным пальцем. - Фёдор точно видел аглицкие слова! Он знает! Он служил. Их учили! У его на ружье по-аглицки написано, как у тебя на лекарствах.

Ага. Значит у него ружье английское может быть, а у меня лекарств не может быть.

- А откуда у него ружье английское? Может это он шпион! – Ну детский сад, штаны на лямках.

- У его ружье трофейное! Со службы еще! Он воевал! – Илья постепенно переходит на крик уже.

Не будем уподобляться. Главное спокойствие и уравновешенность. Выдыхаем Вадик.

- А Фёдор твой не подумал, что лекарства тоже могут трофейные? А? – я решил переходить в наступление. У меня же бумаги есть! И паспорт и от министра бумага!. – А вы не подумали вдвоем о том, как английский шпион попал на этот маяк с документами выданными самим министром морским! Голову-то включи! У меня и бумаги есть и на приеме я был. Кто бы меня сюда просто так пропустил бы!

Илья под моим напором отступил на пару шагов и стоял, открыв рот от простоты моего объяснения. И я решил развивать свой успех дальше, врать так врать, чего уж.

- А вы не подумали, что могу быть как раз нашим разведчиком, бл*дь! Которого сюда специально могли прислать следить за вашим медвежьим углом бл*дь!? А!? Или ты думаешь, что такие лекарства английские нельзя на рынке купить из-под прилавка или у моряков в порту? Лекарство они увидели, на. Сыщики доморощенные! Тьфу бл*дь.

Мат у меня вырвался непроизвольно, но ляпнув раз я уже не стал тормозить. Я даже почти не играл. Ведь я почти настоящий русский разведчик у них тут. Ну немного из другого мира и времени. Но русский же. Вот и материться умею. И похоже нормально получается. Потому как у Ильи лицо разгладилось и даже готово было расплыться в улыбке.

- Ну и чё ты лыбишься? Легче стало? – с вызовом спросил я его. Кажется, убедил я его. По крайней мере в том, что я не англичанин. Теперь бы еще выяснить что не так тут с англичанами. Внезапно возникший порыв раскрыть ему всю правду о себе я все-таки смог побороть. Хотя после такого признания мог бы попытаться выяснить местные реалии. А мог бы и на плаху отправится.

- Вот и я Федьке так же говорил! – воскликнул Илья. – И тоже про его винтовку ему сказал. Но, ты, Вадим Митрич, просто не знаешь этого остолопа! Упёрся как баран! Говорит ты Славку в заложники взял и потом на свою сторону переманишь!

- Вот придурок! Извини. Но вы и правда все хороши. А головой подумать? Спросить можно было прямо у меня, откуда эти лекарства! Нет! Вы просто сами додумали чего в голову прилетело! Еще и Славка. Мне непременно нужно выкрасть рецепт твоего бальзама! Дебилы, бл*.

- Ну вот я и спросил же!

- Нет. Это я спросил! А ты надулся как мышь на веник!

- Ну вот такие мы. - Илья развел руками. – Ты прости нас, Вадим Митрич, дураков старых. Мы же как лучше хотели.

- Точно. Шпиона поймать и в полицию сдать. Орден получить. Рабочая схема. – продолжал я напирать. – А хочешь я министру напишу. Прошение. Что бы вам грамоту благодарственную выдали за бдительности в охране рубежей родины! Может и орден дадут.

- А можно?

- Тьфу. Дурак! Вот ты Илья вроде взрослый мужик уже. Дед. Неужели ты думаешь, что министр будет читать про вашу семейку бдительную. Да такое письмо, если я его напишу, дальше Приморска не пойдет. Еще и мне от местного начальства по башке прилетит за такую глупость.

Решетов почесал голову под фуражкой и покивал:

- Это точно. Пожалуй, ты лучше не пиши. Да только Федька ведь всё равно расскажет своему участковому на руднике. Он собирался. – Илья виновато развел руками.

А вот это уже хреново. Мне тут только полиции с проверкой не хватало. Но с другой стороны пусть приезжает. Бумаги у меня в порядке вроде. Надеюсь, что строители портала это сделали качественно. В крайнем случае мне всегда есть куда бежать. Хоть и не очень хочется возвращаться на Землю. Но хорошо, что я не сжег все мосты. И дом есть и работа.

- Да и хрен с ним. Думаю, что участковый тот или сразу Федьку твоего в дураки запишет или после знакомства со мной.

Говорить я конечно могу, что угодно. Бодренько так. Но внутри всё очень неспокойно. Полиция это уже не крестьяне с восьмилеткой местного разлива. Полицейскому легенда про экспериментальные стволы вряд ли зайдет гладко. Скорее вообще не зайдёт. А если он еще и технику мою увидит. Пиши пропало. Да по большому счету грамотному человеку достаточно внимательно мою «горку» рассмотреть или те же тапки, которые у меня на ногах в данный момент. Так что ситуация сильно не хорошая вырисовывается. Опять разбирать и тащить всю технику и шмотье на ту сторону? Так тут Славка у меня. Да и стволы уже засвечены. И полиция будет заинтересована именно их рассмотреть.

Подставили меня конечно эти Решетовы знатно. С другой стороны, они повели себя вполне разумно. С их точки зрения конечно. Наверно у них есть основания для беспокойства и ловли английских шпионов. Козлы конечно. Но эти козлы мне нужны. Люди-то они неплохие. Мало меня знают просто, поэтому наверно и так. С другой стороны, тот же Илья явно не хотел меня подозревать и похоже защищал меня перед братом. Вот только доверие, возникшее между мной и Ильей в день перед охотой, ушло в ноль. И он это тоже понимает и похоже ему это не нравится. В моих интересах снова восстановить доверие с их стороны конечно, но вот со своей стороны я его уже обещать не смог бы. Очень я злопамятный.

- Не поедет он сюда. Боров этот. – Пробухтел Илья. – Он Федьку скорее в кутузку посадит. Скажет, что тот пьяный.

- Нам с тобой от этого легче теперь будет? – прямо спросил я Илью. – Ты же понимаешь, что я теперь верить вам не буду. Отличные соседи получимся мы. Твою мать!

- Вот тож. Бес попутал. Вечно Федьку слушаю. Не в первый раз уже так получается-то. То на ярмарке было в том годе. Тоже так с закупщиком посрались из-за его подозрений. Что тот у других скупает баранов дороже чем у нас. Так пришлось мне потом прощения просить и баранов дарить. Тьфу ты. Ну прости ты меня, Вадим! Что хочешь сделаю!

- Бог простит. Я даже не обижаюсь на вас, Илья, просто понять не могу где я сделал что не так. Что после этого вы решили, что я вам вру.

- Да нигде! Я Федьке вот так и сказал, что не может такой человек быть нерусским! Это же сразу видно было! И вчера! И сегодня ты вона как меня по матушке лихо обложил! Какой шпион так смог бы! Да ни в жисть! Говорил я ему! Вот и тебе я тоже все рассказал, не стал таить!

- Я тебя сам спросил вообще-то!

- А я всё одно рассказал бы, вот тотчас хотел, когда ты спросил! Потому что верю я тебе. А Федьке в рыло дам поеду специально!

Похоже и правда мужик не врет. Мучило его это явно.

- Не надо в рыло. Дураков меньше слушай, сам головой думать уже должен.

- Так простишь? Мир?

И ведь реально у взрослого сурового мужика чуть ли не слёзы в глазах стоят.

- А мы воевали? Мир конечно. – я протянул Илье руку, которую тот пожал аж двумя руками и не отпускал. – Кто из ваших еще знает, что я шпион-то?

- Дык никто боле. Мы меж собой только обсудили. – сказал Илья и тут же слегка замявшись проговорил. – Ты, Вадим Дмитриевич, только при Васе ничего такого не говори. Что тут про меж нас сейчас было в разговоре. А?

Ну реально детский садик какой-то, если бы не полиция ещё. Я осуждающе помахал головой:

- Ладно. Что было прошло. Как говорится, кто старое помянет, тому глаз вон.

- А кто забудет тому оба. – подхватил Илья. Смотри-ка работает народная мудрость и тут.

- Вот и это тоже. Вишь как ты народные присказки русские говоришь. Без запинок. – заметил Илья.

Еще бы. Я же стараюсь соответствовать. И вроде удачно. Ну кроме тех упаковок от лекарств.

- Ну что, Пинкертон, пойдем по чаю в знак примирения?

- Это можно. – Илья расплылся в неподдельной улыбке. – А кто такой этот твой Пан Картон?

- Пинкертон. Так в Англии сыщиков называют. – так себе шуточка конечно в контексте нашего разговора. Но не смог сдержаться.

Илья сразу посерьезнел и с обидой произнес:

- Ну вот, а сам говорил – мир. Давай уж забудем, как не было, Вадим Дмитриевич. Вот напрочь.

- Ну уж нет. – рассмеялся я. – Я тебе это припоминать буду часто. Когда никто не слышит, конечно.

- Ох и злючий ты человек, Вадим Дмитрич. Ну то ладно. Сам виноват. Чего уж. – Махнул Илья рукой.

- Да ладно. Забудем. Как там у вас, у русських гАворится. – произнес я, старательно парадируя какой-то акцент. И подмигнув добавил нормальным языком – Повинную голову и меч не сечет.

- Вот пропасть! Как есть злючий. Палец в рот не клади. – вроде как с упреком сказал Илья. Но было видно, что мужик успокоился окончательно и ушедшее было доверие восстановлено. – Сложно с вами учёными шибко говорить. Порой и не поймешь шутит человек, али просто обзывается.

- Эт точно, Илья Сергеич, эт точно. Сами страдаем от умности своей великой. Чай-то пойдем пить?

- Ага сейчас. Ты иди. Я сено тут выкидаю пока коняшкам твоим и подойду.

Я вздохнул и пошел за вилами и граблями. Не сатрап же какой-то в конце концов. И как заметил один умный кот - Совместный труд для моей пользы, он объединяет.

За полчаса мы вдвоем управились с разгрузкой сена из фургона в сарай. Илья выгрузил еще из фургона две большие корзины, и мы пошли в дом.

Зайдя на кухню, понял, что тут кто-то похозяйничал без меня. Похоже Славке что-то понадобилось, и Василиса, исполняя пожелания больного заодно помыла посуду, оставшуюся с утра в мойке. Вроде бы и хорошо, но меня уже слегка напрягать стало обилие гостей в моем доме. Не бзднуть не перднуть, буквально. Я ещё хотел электричество по всему дому провести и стиралку с холодильником притащить сюда. А тут не сегодня завтра менты приедут, принимать меня в кандалы из-за моей контрабанды иномирными товарами. Начинаю уже тихо сожалеть о временах до Призыва. Мог ведь объездить тут полмира на своем багги. Мотор бы на яхту прикрутил, отправился бы в кругосветку, километров на тридцать. А теперь приходится сидеть тихо, как мышь под веником и каждого чиха опасаться.

Василиса, услышав, как мы вошли, тут же появилась в кухне.

- Вадим Дмитриевич, ты прости меня. Я тут похозяйничала немного. Славка пить попросил.

- Ничего страшного. Спасибо за посуду, кстати. Надо бы ему бульона опять выдать.

- Давайте я сама займусь. Мы тут с собой гостинцев привезли вам. – Василиса показала на корзины, которые Илья поставил на стулья. – Там пирожки свежие и всякого по мелочи.

- Пирожки — это хорошо. Это здорово. Но я пока не хотел давать Славке твердую пищу. Надо ему сперва костыли освоить, чтобы сам в туалет по большому сходить смог. А то он стесняется.

- Ох, Вадим Дмитриевич, сколько же хлопот мы вам доставили. Вы простите нас. – запричитала тётка. Очень искренне, как мне показалось. – Может Славку всё-таки домой забрать уже можно. Он очень бодро выглядит. Доедем как-нибудь.

Честно говоря, мне бы тоже этого сильно хотелось уже. Но я тут же устыдился своих эгоистичных мыслей, всё-таки люди они неплохие. Не подлые. Ну или не все подлые. Фёдор их редкий засранец оказался. Илья вот честно высказал всё в конечном итоге, не смог таиться. Хотя лучше бы они это сразу спросили.

- Пока не надо. Сегодня еще отлеживается пускай. Вечером лекарства примет. Завтра еще укол один сделаю и попробуем ходить. Наверно через недельку. После третьего укола заберете. Так спокойнее будет. Мало ли что, еще воспалится рана. А тут под моим присмотром и с моими лекарствами, - я подчеркнул интонацией слова моими лекарствами глянув на покрасневшего Илью, - справимся лучше. Не волнуйтесь.

Моя интонация и вид Ильи явно не ускользнули от внимания Василисы, но я она промолчала. А вот Илью явно ждёт непростой разговор. Ну так им и надо засранцам, пусть тоже разгребают.

- Может мне с ним остаться? Что бы вас не отвлекать от работы. Я бы поухаживала. – предложила Василиса.

Вот этого я и боялся. С одной стороны, удобно конечно, а с другой стороны оно вообще не надо. Мне тут надо следы заметать как-то, а не свидетелей устранять. Да и работы-то у меня никакой особой нет. Увидят, что я тут больше балду пинаю чем работаю и потеряю толику уважения и значимости. А не хотелось бы. Приятно же.

- Спасибо. Но не нужно. Мы вполне справимся со Славкой. Уход за ним много времени не отнимает. Не так уж там и страшно всё у него с ногой. Так что не стоит, езжайте спокойно домой, не волнуйтесь. – Как можно вежливее постарался я пресечь эти поползновения. И добавил с улыбкой. - К тому же он меня еще должен научить с лошадьми дружить.

- Ох, Вадим Дмитриевич, ну как же? Судно за ним выносить надо же. Кормить его. – привела самый убойный аргумент Василиса. Удар ниже пояса прямо.

- Ничего страшного. Справляемся же как-то пока. Да и как я уже сказал, я его скоро на костыли поставлю. Сам домой прискачет. Очень уж сынок ваш уколов опасается. Думаю, придется его к кровати привязывать. Да-а-а.

- Шутите. Наверно вы и правы. Просто вы нас тоже поймите, ведь Славка же не сторонний человек и вас обременять нам тяжко.

- Ну, всё уже. Довольно воду лить. – реально уже надоели эти политесы, поэтому я решил включить «начальника». – Сказал уже не раз. Справимся. Да и Славка не при смерти же лежит. Вполне бодрый. Жара нет. Рана не воспалилась. Да и рана там не страшная. Так что давайте уже прекратим.

- Ну хорошо. Вам виднее. – согласилась Василиса, но было очевидно, что она не приняла моего решения полностью.

- Вот и ладушки. Давайте лучше чайку попьём с пирожками. Помогите мне тут в комнату отнести, вместе посидим там. – я резко переключил тему и дал людям дело. Молодец же.

Хорошо посидели. Тему о том, чтобы остаться и ухаживать за сыном Василиса более не поднимала. Славка грустно следил за исчезающими пирожками, но мне удалось поправить положение выдав ему очередной батончик гематогена. Разговор вели в основном я и Василиса. И тему нашли просто неисчерпаемую. Про сад и огород. Узнал много интересного. Да и сам поделился опытом по производству биогумуса из навоза. Здесь использовали пока что чистый навоз. Томаты, баклажаны и огурцы тут оказывается растут круглогодично без всяких теплиц. Основные урожаи снимают по два раза в год, высаживая растения в определенные периоды весны и осени. Но скорее просто для простоты сбора. Для себя выращивают постоянно небольшими партиями. Всегда свежие овощи на столе и нет необходимости их консервировать. Выращивают и бахчевые.

Собираться домой Решетовы стали в два часа. И как мне показалось очень довольные и моим приемом, и тем, в каком состоянии находится их сын. В корзинках обнаружились свежие овощи и зелень, сливочное масло, в глиняной емкости на этот раз. Интересная емкость оказалась. Один горшочек в другом и между ними прослойка из мокрого мха. Как пояснила Василиса таким способом масло можно дольше в два раза сохранить чем в дубовой «шкатулке». Их фамильную шкатулку-масленку я им вернул. Еще в корзинках нашелся свежий хлеб, яйца, свежая и копченая тушки куриц. Ну и пирожки конечно, которые почти исчезли куда-то во время разговора. Загадка. Ведь говорили в основном мы с Василисой.

Отправив Решетовых домой, я вернулся к уборке дома. Веник и швабра наше всё! Насколько же было бы удобнее с пылесосом. Но пока с внедрением в свой местный быт инноваций придется повременить. Неизвестно чем мне аукнется шпиономания Фёдора. Подожду визита местного «законника». С месяц, пожалуй, подожду. Жизнь тут нетороплива, скорости передвижения никакие. Так что придется набраться терпения и получше подготовится. Например, отогнать багги в лес на место моего несостоявшегося лагеря хотя бы. Ну не разбирать же его снова. С байком проблем меньше, его можно просто убрать за портал. С ружьями конечно сложнее, но кто сказал, что я их вообще должен показывать местному участковому. Посмотрим еще что за тип. Как говорится, война план покажет. Тот же Илья выразил свое мнение что участковый и вовсе на слова Фёдора внимания не обратит.

Закончив с уборкой и параллельно сварив кашу Фреду решил, не откладывая убрать багги из сарая. Тем более пока Славка лежачий он ничего и не увидит так как из окна его комнаты видно только сад.

Предупредив парня, что отлучусь на полчасика и дав ему команду лежать смирно, а лучше поспать, я отправился исполнять задуманное. Неприятно конечно вот так без присмотра оставлять машину в лесу. Но людей тут как выяснилось толпами не гуляет, так что вполне может постоять там. Укрою брезентом, сниму модифицированный аккумулятор. И пусть стоит. Со временем может придумаю что-то получше. Мысли о том, чтобы разобрать и убрать на сторону Земли старался загнать подальше. Повторять такие подвиги труда я пока не готов.

Отогнав багги в «чудную долину», на место своего бывшего временного лагеря вернулся домой и спустив в подвал маяка байк перегнал его на сторону Земли. Туда же отправил сумку с дроном. Проверил «дастер». Погода на стороне Земли не порадовала. Прошел небольшой снег и часть его осталась лежать в ложбинках и ямах. Похоже пора отгонять машину домой и на всю зиму оставаться на стороне маяка. Но это уже после того как отправлю Славку домой.

Вечером приготовив нам со Славкой макароны с сыром и копченной курицей пытал его об уходе за лошадьми. Большим плюсом было отсутствие здесь снежной зимы. Лошади могли круглый год находится в выгуле. Правда после подсчета площади загона мы пришли к выводу что нужно увеличить его площадь как минимум вдвое. Но в данный момент это не критично, надо будет месяца через четыре задуматься. Славка тут же вызвался помочь мне с этим строительством, когда придет время.

На ночь я выдал ему по таблетке анальгина и бисептола. Испытание костылей решили отложить на завтра, после осмотра раны и перевязки.

23 мая

С утра выпив кофе и накормив больного чаем с бутербродами, осмотрели рану. Провели исследования тыкая в ногу вокруг раны пальцами в проспиртованных перчатках. Пришли к выводу что почти не больно и можно пробовать встать на костыли. Нитки из шва я решил пока все-таки не вынимать. Снова наложил повязку потуже обильно смазав ватно-марлевую подушечку с мазью.

Костыли подогнали под размер вытянув Славку на диване. И он пошёл. Ну как пошел. Пошкандыбал еле-еле с моей подстраховкой и шипя. Но, сказав, что терпимо, просто неприятно тянет в районе раны парень поплелся в туалет. В туалете так же пришлось ему помогать усесться на унитаз. Славка краснел, шипел, но терпел. Оставил его на «толчке» с наказом орать мне, как только закончит и ни в коем случае самому не вставать.

После процесса дефекации, Славке слово кстати очень понравилось, мы снова осмотрели рану. К нашему облегчению кровь не выступила. Возможно немного лимфы выступило, но в том количестве мази, что я нанес на ногу это был не очень понятно. Порадовались и Славка тут же запросился сидеть на веранде. Стул с прямой спинкой мне показался для этого неудобным, и я притащил ему из дома кресло. Вытянутую больную ногу мы общими усилиями водрузили на низкую скамейку из сарая с положенной сверху подушкой. А чтобы больной не сильно расслаблялся я «ширнул» ему в плечо вторую дозу вакцины. Следующий укол через неделю. О чем я и сделал запись в журнале, завуалировав укол как принятие микстуры, заодно кратко расписав вчерашние события. Делал я это при Славке за столом на веранде чем вызвал у него неподдельный интерес. Точнее интерес его вызвала моя перьевая ручка, которую не надо было каждый раз макать в чернильницу. Он таких прежде не встречал. Опять я начудил. Впрочем, то что Славка не видел такую ручку у своих преподавателей в школе еще не значит, что тут до таких ручек еще не додумались. Как выяснилось Приморск вовсе не центр местной цивилизации, а скорее наоборот, самая окраина. Если тут есть микроскопы и патроны центрального боя, то технологии для изготовления перьевой авторучки точно есть, и наверняка уже кто-то их выпускает. Пачкать бумагу и изводить ближнего своего новыми средствами уничтожения любимые занятия всех веков и народов же.

Почти весь день мы провели со Славкой за разговорами. В основном конечно говорили опять о лошадях, их повадках. Иногда переключались на тему бытия самого Славки и его семьи на ферме. Как выяснилось о местной фауне парень знал мало, так как сами Решетовы охотой практически не занимались. У них было достаточно своего мяса и других продуктов. Охотником в их большой семье был только Фёдор, который иногда посещал окрестности фермы бывая в гостях у брата. Но в основном предпочитал охотится близ своего дома, где дичи тоже хватало. Впрочем, имея такой запас продуктов с их фермы, я теперь тоже не видел большого смысла в охоте. А вот порыбачить можно было. Но на тему кого и как тут ловить Славка мне много рассказать не мог. Попытки Ильи половить рыбу с берега во время поездок в город редко бывали успешными. Основной процесс ловли рыбы был поставлен по-другому. В пищу они употребляли какие-то лососевые породы, которые должны были приплыть на нерест в следующем месяце. В их реку Каскадную рыба почти не заходила, но на период нереста Решетовы почти всей семьей выезжали на вторую реку, от моего маяка, именуемую Рудничная. Топоним понятен, вверх по реке как раз и находится тот рудник где работает Фёдор и сидит участковый. И вот там на берегу реки они рыбу и ловили. Сачками. Просто черпали из реки сколько надо и солили. Но только для себя, потому как покупать ее никто бы у них не стал. В самом Приморске этот промысел был поставлен на поток и во время нереста случалась массовая обжираловка красной рыбой. Вплоть до того, что от нее отказывались уже и коты, и собаки. Но опять же промысел велся под надзором, вылавливали лишь малую часть, а большей части рыбы давали уйти в верховья реки Нерестянки до большого озера Нерестовое. В первые годы освоения этой местности такие нашествия лососевых спасали первопроходцев от голода и теперь жители, не голодая, старались сберечь этот ценный ресурс для потомков. Возможно у нас, на Земле, тоже так поначалу было, но потом торговля стала процветать нашлись рынки сбыта и у людей от прибылей посносило крыши.

В результате вновь открывшихся обстоятельств я понял, что мне нужна соль и емкости. Не упускать же такую возможность. Когда лосось с икрой приходит на порог дома и не просит денег. Этим надо будет обязательно воспользоваться. А еще у меня есть огромный морозильник с той стороны портала. От таких перспектив у меня аж глаз дергаться начал. Икра кстати вполне хорошо хранится в замороженном виде. Тут же возникла идея обогащения на этой ниве, но быстро была отброшена. С документами будут проблемы, да и спалится недолго. Не стоит оно того. Но знакомых удивить можно. Той же соседке и квартирантам моим пяток рыб с икрой подкинуть к новому году, вот у них челюсти отпадут. Да и коллегам можно подарить немного, без фанатизма. Вот так вот, еще медведя даже не увидев поделил я его шкуру. Кстати о медведях…

Оказалось, что медведя тут почти выбили, еще на заре освоения. Голодали люди. А кого не выбили тогда так потом такие фермера как Решетовы добили. И медведя, и волка, и лис. Легенды говорят, что даже леопарды и тигры были. Но тех было мало и кончились быстро. В общем с хищниками тут особо не церемонились и Гринписа нет. Видимо поэтому столь тучные стада травоядных размножились. Что вообще-то тоже не очень хорошо, так как всякие олени уничтожают подлесок и лес не обновляется. О чем я Славке поведал, и заставил его задуматься.

В целом такой день ничего неделания и питья большого количества чая дал мне много новой информации. Славку же этот день научил бодро прыгать на костылях. Продукты переработки чая надо же было сливать вовремя.

Уже лежа в кровати я обдумывал дальнейший план. Первым делом, когда уедет пациент, надо будет вернуться на Землю и перегнать машину в гараж. Возвращаться правда придется пешком к маяку. Но пойду налегке почти, надо будет забрать из ПВЗ снасти для рыбалки и шляпы. Пришло уже все. Ну и скачать на ноутбук и смартфон какие-то учебники или курсы для начинающих яхтсменов. Надо же как-то осваивать свою лодку.

Во-вторых, и уже давно требуется, надо как-то загородить портал в подвале маяка. Замаскировать его как-то. Шкаф был бы идеален. Но тащить шкаф по индивидуальным меркам из мира Земли не получится. Да и кто мне его сделает из массива? У нас таких мастеров в районе точно нет. А шкаф из ДСП у местных только больше вопросов вызовет, а не замаскирует. Надо будет значит заказывать тут, в городе. Но как он приедет ко мне вопрос интересный. В общем наверно не стоит мне себя обманывать и искать причины какие-то, мне просто интересно увидеть город. Книжную лавку, оружейную. Ну и каких-то мебельщиков отыскать надо. Так что в город я всё-таки поеду. Надо будет только у Решетовых спросить, может быть с ними можно скооперироваться.

И наконец надо поискать для багги место поукромнее. Ну или вырыть какой-то капонир укрытый.

Вот примерно под такие мысля я и ушел плавно в сон.

24 мая

После таких ночных думок я проснулся обуреваемый жаждой деятельности и скорейшего выполнения задуманного. Но действительность, в виде наличия пациента, конечно внесла коррективы. Все придуманное откладывается еще на три дня минимум, до третьего укола Славке и передачи его приехавшей родне. А пока что перенесу сухое сено на чердак сарая и накошу свежего. Коней вот еще выгнать надо на выгул. Ну и возможно сегодня Славка сможет доползти до выгула где мы попробуем провести уроки седлания коней. План не такой масштабный как был придуман вчера ночью, но и его надо выполнить. В город-то мне надо будет ехать верхом или в коляске с запряженными лошадьми.

Сегодня позавтракали яичницей с грудинкой и кусками копченной курицы. Пациент точно идет на поправку, жрёт как не в себя. Становится понятным зачем Решетовы привезли две большие корзины.

После завтрака осмотрели рану и решили попробовать извлечь из шва нитки. Славка приготовился шипеть и орать, когда я, взрезав узлы потащил за кончики нитки хирургическим зажимом. Обломился больной, даже не зашипел. Единственно отметил что ему щекотно и хочется теперь рану почесать. Видимо пациент действительно хотел жить и решил выздороветь поскорее. Сама рана выглядела по-прежнему неприятно с эстетической точки зрения, но никаких жидкостей из себя не выделяла и покраснений не наблюдалось. Скорее даже была излишне бледной. Поэтому мы решили пока что не бинтовать и дать ране подышать, ну и отправили ее на свежий воздух веранды в саду. Она и Славку с собой прихватила. А я, переодевшись в рабочий комбинезон отправился выгнать лошадей в загон и накосить немного травы в запас.

Что мне определенно понравилось в моих коняшках так это их сообразительность. Видимо все-таки когда голова большая соображает она лучше. Я только открыл стойла как они дружно, толкаясь боками в проходе пошли через открытые ворота в загон. Никакой хворостины не нужно. Назад бы еще их научить так же ходить. Осмотрев поилку в загоне понял, что воду пора менять. Хорошо, что теперь у меня шланг есть. Когда я стал разматывать шланг и протаскивать его через сарай к поилке лицо Славки приобрело удивленное выражение. Ой. Ну вот опять я за старое. Палюсь. И когда я вернул шланг на место с веранды тут же услышал вопрос:

- Дядь Вадим, а что это у вас за труба, такая, гнущаяся?

- Это не труба, а шланг. Он из… - я задумался как бы аутентично обозвать материал, из которого он изготовлен. Эрудиция не подвела. – Он из каучука. Знаешь такое?

- Неа.

- Гуттаперча? Резина?

- Вот точно! Первое! Но она вроде же светлая такая, серая. - неуверенно сказал Славка.

- В основном да. – Знал бы я еще какого она цвета. Хотя ее вроде как из млечного сока растений получают, так что может и белая должна быть. – Но тут что-то добавлено. Для твердости. Сера или еще какая химия. Точно не знаю.

- А я думал вы про все знаете. – Слегка разочаровано протянул парень. – Думал и про это читали.

- Читал наверно. Но не запомнил. Зачем всё помнить. Голова лопнет же. – Засмеялся я.

- Понятно. Хорошая штука это. Нам бы пригодилась. Мы ведрами носим. Я в основном и ношу. Вот и подумал. А дорого такая штука стоит?

Ну класс. И что я должен отвечать. Я вообще же не в курсе цен, которые тут есть. А еще теперь и должен ему цену обозначить за предмет, которого тут может и вовсе нет. Придется опять крутится.

- Да ты знаешь, я как-то и не помню. Давно покупалось-то. И я тогда много чего покупал, когда сюда собирался. Вот не помню точно. Но недешево. Это мне надо товарищу в столицу писать узнавать.

- А вы ему часто пишите?

- Не то чтобы часто. Но через месяц напишу наверно. Спрошу. – Пообещал я в надежде, что забудется или я решу этот вопрос после поездки в Приморск. Узнаю хоть уровень цен на подобные товары. Если они вообще есть.

По идее должны быть. Ведь из чего-то же резиноподобного шины на моей коляске конной сделаны. Если узнаю сколько такие стоят, то смогу примерную цену и на шланг обозначить. Ведь у них тут есть железная дорога, значит есть и локомотивы. А в такой технике без резинотехнических изделий не обойтись. Другое дело что использовать дорогие материалы на дорогой технике это одна история и совсем другая история использовать те же дорогие материалы для широкого применения. Нужен объём спроса. Ну и для начала сама идея использования. Пока есть ведра и рабочая сила для переноса этих ведер зачем что-то придумывать. А то еще время свободное у людей появится начнут думать всякое. И ладно бы если они чего дельного придумывают, а то могут ведь и революцию устроить. Что бы у каждого было по шлангу. Пусть маленькому ненужному, но у всех и поровну. А надо бы, чтобы было у всех и по большому, но только если он действительно нужен.

Примерно такие мысли болтались у меня в голове пока я, сбежав от ненужных и опасных вопросов, косил траву. И неплохо так косил, привыкаю, поймал ритм движений.

После покоса умылся возле колонки и осмотрели Славкину рану. Подсохла. Выглядит прям замечательно для раны. И больной не жалуется. Сегодня ограничусь одной таблеткой бисептола. Похоже местные организмы неизбалованные антибиотиками их принимают как чудо лекарство. Узнать бы чего они еще тут не знают. Это же сколько я тут могу идей накидать. У меня-то доступ к информации, которую тут можно использовать для прогресса, бесплатный и настолько огромный что даже оценить сложно. Сто лет лавинообразного прогресса это вам не баран чихнул. Допустим я не смогу узнать состав сплава для лопаток турбины самолета, это секрет фирмы производителя в нашем мире. Но найти и прочитать ГОСТ на ту же резину двадцатилетней давности можно свободно. Да и пенициллин у нас давно уже не секрет фармакологии. В общем богатое такое поле деятельности. Но только действовать надо с умом, не спеша. Надо сперва понять хорошенько что умеют тут и нужно им мое оттуда. Тринитротолуол вещь полезная и нужная, но вот то как его применят, это уже вопрос. В нашей истории это плохо кончилось для многих империй.

И еще нужны контакты и знакомства. Решетовы, конечно, неплохие соседи, даже почти друзья, если бы не закидон их Федора. Но с ними я космический корабль не построю. Нужны знакомства в научной среде или среди промышленников. Правда меня всегда могут спросить, а где я собственно обучался. И показывать мой диплом экономиста, выданный на Земле будет очень неразумно, а местного мне тут не дали. Интересно этот вопрос решаемый тут. Может придется поступить в местный институт заочно, да и закончить экстерном. Вот только про эфир местный подучить надо бы науку, а то на Земле с этим плохо было.

Мысли хорошие, даже интересные, но пока что надо косить сено, строить компостную яму и отбрехаться от местных «ментов», если они появятся.

Дело шло к обеду и надо было опять придумывать и готовить еду. Будь я один то обошелся бы опять яичницей с местной грудинкой, еще не надоела пока. Но у меня больной на попечении, будем разнообразить рацион питания. Прикинув имеющийся набор продуктов решил сделать пасту из томатов и копченой курицы. Вкусно получится должно. А что бы было полезно, и Фред не остался голодным я разделал свежую курицу пополам и из одной половинки поставил варить бульон. Намешаю Фреду в бульон макарон, и куриные «ошметки» которые нам людям кушать невкусно. Вторую половинку курицу отнес в «морозилку».

Когда вернулся из подвала маяка с удивлением обнаружил на кухне Славку сидящего на стуле за столом и Фреда у него под рукой.

- А вы чего тут? – слегка растерявшись спросил я.

- Скучно там. Может вам помочь чего?

Ясно. Парень молодой, активный, шило так и колет в одно место, а «тиктока» еще нет, не провели пока.

- Ты бы поменьше своей ногой шевелил бы лучше. Её забинтовать надо бы уже наверно. – Предложил я.

- Да может ну её. И так нормально же. – попытался соскочить Славка.

- Ну уж нет, больной. Доктор сказал… - я тут спохватился и поправился, а то еще не поймёт шуток про морг, – доктор сделал. Сейчас принесу мазь и забинтуем, пока зараза какая не попала.

- А-а-а. Ну тогда да, тогда лучше забинтовать. – тут же согласился Славка. Видать запомнил, как от заразы лечат в моем маяке, иглой ширяя в тушку.

Я сходил в спальню, где распаковал бинт и сразу нанес на подушечку мазь, чтобы не светить надписями на упаковках. Умнею понемногу, но не прямо вот сильно.

Замотав Славке ногу, вернулся к готовке. Вовремя. Как раз пенку на бульоне снять успел, тоже Фреду пойдет. На кухне одуряюще пахло поджаривающейся копченой курочкой с луком. К которым поспешили отправится мелко нарезанные помидоры. Дело с пастой идет к финалу, пришлось задействовать третью конфорку и большую кастрюлю для варки макарон. Жалко, что базилика нет. Решетовы привезли только укроп, петрушку и лук перьями. Но на безрыбье и раком сойдет.

Сходив в подвал и принеся кусок сыра, снова, про себя конечно, попенял Строителям что подсуетили такую убогую терку. Перерасход сыра просто дикий. Хотя терка наверно всё-таки не так и виновата, а просто кто-то сильно любит вкусно и много пожрать.

Славка при этом сидел тихо и внимательно смотрел за моими действиями, поглаживая Фреда по голове, которую он положил парню на колени. Вместе со всей передней частью тушки положил конечно, удобно наверно.

Отобедали мы со Славкой от души. Два раза по хорошей такой порции приговорили. Только Фред остался сильно разочарован трапезой. Бульону-то еще час варится надо минимум. Пришлось подкидывать ему небольшие кусочки сыра. А простодушный сельский житель даже кусок курицы из своей тарелки пожертвовал. Наивный парень. Но добрый. Фред оценил. Ну пока ел ценил, а там он еще посмотрит на поведение гостя.

Пообедав мы снова приступили к теоретическим занятиям по коневодству прямо за столом на кухне. Не оставлять же бульон без присмотра, чревато.

А потом у нас были практические занятия в загоне. Пришлось принести с веранды Славке стул, правда сидеть на нем ему удавалось с трудом, и он все время норовил вскочить и личным примером показать куда чего совать, где застегнуть и как подтянуть. Пару раз пришлось даже рявкнуть. Помогло. Впрочем, всё оказалась не столь страшно. Вся эта наука отточена за века и после пары повторений становится понятно, что иначе чем предусмотрено конструкцией эту сбрую просто не одеть. Есть конечно тонкости в подгонке, но понимание лично ко мне пришло быстро. Сложнее будет наверно с запряжкой экипажа. Ну и главная трудность в сотрудничестве с лошадьми это не одевание сбруи, а уход за лошадью и постоянное отслеживание состояния животного. Сильно сложнее ТО автомобиля.

Под вечер я уже не только седлал Звездочку без подсказок, но и довольно уверено садился в седло и даже ходил верхом по выгону. Очень неспешно ходил конечно, осваивая правильную посадку. Оказалось, что просто сидеть на лошади как на стуле не получится. Во время движения лошади и самому приходится двигаться в такт ее шагу.

В общем идя на ужин я уже не сильно подстраивался под походку Славки на костылях, а вполне себе медленно следовал позади, в раскоряку. Чувствую завтра уроки верховой езды мне не дадутся легко. Если вообще встать смогу.

25, 26, 27 мая.

Как и предполагал встал я с великим трудом. Болело всё. Буквально. Каждая мышца в теле, от икры до шеи. Одевался с трудом, а натянуть носки вообще стало подвигом. Доковыляв до кухни обнаружил там Славку, смотрящего на меня с непониманием. Оно и понятно, для него езда верхом такой же обычный процесс как ходьба на своих двоих, с детства мышцы приучены.

Заварив мне кофе, Славке чай, и прихватив по паре бутербродов с сыром и маслом мы вышли на веранду. Поднос конечно пришлось нести мне.

После перекуса я всё-таки сделал над собой усилие и вспомнив школьные годы принялся выполнять разминку. Начало было сложным, но постепенно, через боль, мышцы начали разогреваться. Боль стала уходить. И уже через полчаса активных приседаний и маханий руками, я вспотев, обмылся ледяной водой прямо у колонки в саду. Потом сходил в сарай и выгнал на пастбище коней и выпив вторую чашку кофе осмотрел рану на ноге Славки. Результатом осмотра остались довольны оба. Славка предложил снова оставить его на некоторое время без повязки.

Пока парнишка проветривал свою рану на веранде, я сходил в башню маяка, заполнил журнал. Шипя сквозь сжатые зубы прошелся по этажам разминая мышцы. Повторил два раза и снова вспотел. А потом забинтовав Славке ногу мы опять пошли к лошадям, следуя народной мудрости про упавшего с лошади и вынужденного вновь на нее забираться. Правда мне пока падать не доводилось, чему я и рад.

Два дня я только тем и занимался, что седлал и расседлывал по очереди своих лошадей. Ходил верхом по выгону. Чистил своих питомцев специальной щеткой, расчесывал хвосты, осматривал копыта. Иногда приходилось отвлекаться от коней и чесать этой же щеткой Фреда, потому как он похоже дико ревновал, и если его игнорировали начинал прихватывать за ногу расчесываемого. А когда я переключал внимание на Фреда, то уже кто-нибудь из коней начинал доставать пёселя, хватая его губами.

Ближе к вечеру двадцать шестого числа мы решили выйти за рамки. Точнее за забор выгона и дать «газу», ибо площадь выгона не давала возможности набрать скорость и ходить рысью. Для меня оказалось новостью, что у моих питомцев есть еще и три передачи кроме первой. Оказывается, рысь бывает короткой, средней и резвой. Но ни одну из этих передач я пока не мог использовать в загоне, а резво скакать с поворотами внутри выгона, мне еще было явно рано. Пока только по прямой. Славка порывался ехать на второй лошади рядом со мной для страховки, но я категорически ему отказал, помня о том, как после скачки у меня болели все мышцы. Поэтому Славка отправился на переднюю веранду дома, а я вывел из загона Звездочку, как более покладистую, и проехал на ней туда же. Учение меня езде рысью решили проводить на лугу перед маяком. Ровное, открытое пространство и под Славкиным присмотром.

Первые мои попытки скакать рысью вызывали у парня улыбку и непонимание. Почему у меня не получается, ведь это так просто. Я же просто боялся. Когда под тобой сиденье не закреплено жёстко, а вихляется из стороны в сторону и вверх и вниз, когда руками нельзя крепко за что-то ухватиться, становится сильно не по себе. На авто, байке и просто велосипеде совсем другие ощущения. Там у человека всё под контролем, всё надежно, всё закреплено. А верхом на лошади просто ужас. После нескольких моих неудачных заездов мы решили сделать перекур и обсудить мои ошибки.

Главной ошибкой был мой страх и желание полного контроля над обстановкой. Славке было сложно мне разложить все по полочкам. Преподавание явно не было его сильной стороной. Сказывалось и его низкое образование. Порой он просто не мог грамотно сформулировать и донести до меня свои мысли. В конечном итоге у Славки получалось только то, что главное это просто надо верить. Но слепо я поверить не мог, поэтому я подверг Звездочку и её седло испытаниям. Ухватив за верх седла пробовал его свернуть, упираясь коленом в бок несчастного животного. Седло держалось. Шаталось, да. Елозило. Но свернуть его вбок мне так и не удалось, аж вспотел. Зато уверился в надежности крепления своего посадочного места к транспорту. А потом плюнув на свою легенду, сходил на сторону Земли и принес из подвала свой шлем. Пришлось поведать Славке историю про технику безопасности на стройке и при работах на высоте. Учитывая, что маяк как раз и обладает этой самой высотой, это мое пояснение вполне прокатило.

Я же, обретя большую уверенность в своей безопасности вновь запрыгнул на Звездочку.

Подъехав шагом ближе к обрыву, я развернул лошадь, и уставившись между ее ушей резко выдохнул, подобрал поводья и толкнув коленями вперед послал лошадь сначала в шаг. Потом подтолкнул еще раз, не отрывая взгляда от точки между ушами лошади, и ещё, и ещё. Взгляд полностью расфокусировался, тело само привставало на стременах. В какой-то момент я перестал опускать пятую точку на седло и просто стоял в стременах на полусогнутых ногах. А Звездочка, всё бежала и бежала вперед. В моменте мне показалось что мы вообще летим, не касаясь земли, настолько ровным стал наш бег. И я действительно ощутил, что почти полностью слился с лошадью в один живой организм. Новые ощущения привели в полный восторг, и я перестал следить вокруг, полностью отдавшись этому чувству! Очнулся я лишь только на мосту. За которым я и перевел Звездочку постепенно на шаг, подобрав поводья и сжав бока ногами. Развернулся и ошалело, глядя вокруг послал лошадь шагом обратно, расслабившись и поглаживая лошадь по шее. Потом вспомнив про Славку, который наверно волнуется, и попросив у Звездочки прощения снова попросил ее повторить наш заезд. В этот раз я даже умудрился отвести взгляд от ушей лошади и позволил себе смотреть вокруг и под копыта. Как я понял для себя, мне главное было не сосредотачиваться на удерживании себя в седле. Тело как бы само улавливало движение лошади и подстраивалось под него. Буквально через пять минут мы уже вновь неслись по дороге назад, с тем же ощущением полета.

Первым меня встретил Фред, бегущий навстречу по дороге. Славка обнаружился недалеко от дома ковыляющий на костылях в мою сторону и остановившийся, как только разглядел меня на лошади верхом. Подскакав к нему, я подтянул поводья и замедлил ход Звездочки, нарезая круги вокруг своего «учителя». Когда лошадь совсем перешла на шаг, мы приблизились к Славке вплотную, и я спрыгнул из седла. Причем спрыгнул с неохотой. Хотелось продолжения. Но проведя ладонью по телу Звездочки ощутил мокроту. Кажется, кто-то вспотел.

- Я уж испугался. Куда вы далеко-то так ускакали. – С упреком сказал мне Славка.

Я же, разведя руками пожал плечами извинился с улыбкой:

- Ну извини. Увлеклись. В какой-то момент просто полетели, как на крыльях. Мне показалось что аж земли не касались. Фьють и мы у моста уже. – Виновато оправдался я.

- Да уж. Увлеклись. Я и смотрю, что Звездочка галопом бежит назад. Мне сперва показалось она одна отчего-то убегает.

Я представил себе, что почувствовал Славка, оставшись один на костылях отправив меня, сидящего на лошади как на заборе, скакать рысью. Стало слегка стыдно.

- Иначе не получилось бы наверно. Прости, Славик. В какой-то момент я просто сросся со Звездочкой и не мог остановится. Только на мосту в себя пришел и повернул. Но зато, я кажется научился бегать рысью.

- И галопом тоже. – Удивил меня парень. – Вы же галопом уже сюда вынеслись. А я вам не рассказывал про это. Вот и испугался.

- Не боись, Славка! Сделали же! Я, зато теперь не боюсь! Так что спасибо тебе за науку! Пошли домой. Звездочку надо почистить, да поужинаем потом. Как твоя нога?

- Да хорошо всё, дядь Вадим. Уже даже и не дергает, когда хожу. Только что-то наступать на нее боязно мне пока.

- И не надо пока наступать. Рано еще напрягать. Я пока сейчас со Звездочкой разберусь и ужин приготовлю, а ты повязку сними пока и посиди на веранде тихо.

Космос встретил нас ржанием. Тоже наверно переживал и теперь, пока я расседлав Звездочку протирал ее сеном и тряпкой насухо, постоянно лез своей мордой мне под руки. Контролировал наверно. Заведя коней в стойло и выдав им овса и воды, я отправился готовить нам со Славкой ужин.

Встав утром обнаружил, что вопреки моим ожиданиям, тело вчерашние скачки приняло спокойно. Мышцы почти не болели, но легкую разминку я все равно сделал. Прям встаю на рельсы здорового образа жизни. Осталось только бросить курить и перейти на какую-нибудь диету. И видимо услышав такие мои крамольные мысли желудок вдруг заявил о полном несогласии и даже намекнул на то что можно бы и хорошо позавтракать. Пришлось прислушаться и приготовить нам большую яичницу с грудинкой. Хлеб правда уже слегка устал и стал грустно-черствым. Надо будет новый напечь.

После утреннего осмотра пациента и свежей перевязки мы с ним отправились в сарай. Сегодня мне предстояло обучится запряжке лошадей в мою колесницу. Которую Славка назвал таратайкой.

Запрягать в оглобли такого экипажа следовало одну лошадь. Можно было использовать и вторую лошадь которая пристегивалась сбоку от основной и называлась такая лошадь уже пристяжная. Запряженную же в оглобли тогда следовало именовать коренной. Роль коренной отводилась наиболее сильному животному. В моем случае таковым являлся Космос. Ну и соответственно роль пристяжной отводилась Звездочке.

Поначалу количество ремней и креплений на них меня слегка напугало. Но стоило начать применять всю эту упряжь по месту, как оно все сразу вставало на свои места. Годы эволюции этой науки не прошли даром.

Занятия по запряжке мы проводили перед воротами каретного «гаража». Славку поначалу усадили на стул, но он на нем долго усидеть не смог и теперь проявлял чудеса эквилибристики скача на костылях вокруг экипажа и нервируя лошадей. После первого удачного опыта пришлось пригрозить больному что привяжу его к стулу. Лошади одобрили и поржали.

Сперва я освоил упряжку без пристяжной лошади. Звездочка была против и все время норовила поучаствовать в процессе. Запугать словами, как Славку, ее не получилось и пришлось прибегнуть к насилию и заключить под арест в стойло. Еще и ворота пришлось закрыть. Но для компании оставили ей в сарае Фреда. Сработало.

Ехать и управлять сидя в экипаже оказалось сильно проще чем верхом. Комфорт несопоставимый просто. Да и сидящий рядом Славка поддерживал. Правда в маневренности экипаж сильно проигрывает езде верхом. Автомобилю тоже проигрывает, слишком уж длинное и неповоротливое транспортное средство получается. Но при поездке в тот же Приморск я точно предпочту эту таратайку, а не езду верхом. Ходовая правда оставляет желать лучшего. Не смотря на наличие рессор и каких-то резиновых шин трясло изрядно. По крайней мере по моему мнению. Славка же отметил, что ход сильно мягче чем у их фургона. Эх, не катался он на моем багги, вот уж у кого ход мягкий. А тут придется к мягкому диванчику и еще и подушку прихватить, иначе при подъезде к Приморску я просто грудой измельченных костей выпаду. Впрочем, сильно трясло только на дороге близ маяка, где она была выложена камнем, а по простой грунтовке коляска шла довольно ровно и не гремя. Прокатившись полдороги до моста, мы повернули назад, попутно изучая методы управления поводьями и хлыстом. Как я и предполагал с маневренностью у экипажа все очень печально. На пяточке не развернуться.

Подъехав к дому решили пообедать и после перейти к занятиям с пристяжной лошадью.

Ремней и пряжек добавилось. Зато убавилось недовольство Звездочки. Очень социальные звери. Мне даже показалось, что они воспринимают всю эту нашу возню как какую-то игру, а не как тяжелую работу. Меня это даже порадовало, потому что где-то в глубине души я чувствовал неудобство от эксплуатации зверей в собственных интересах. Ну еще и Славка меня успокоил сказав, что лошадям гораздо проще тащить экипаж на колесах за собой, нежели везти человека на своей спине. Вспомнив тягание мешков с цементом во время ремонта своего дома я с ним полностью согласился. Перевозить мешки в тачке было сильно легче чем таскать пятьдесят килограмм на «пупке».

Занятия с таратайкой прошли у нас на отлично. Мы даже скатались до моста всей нашей компанией. При этом Фред успел и пробежаться, и проехаться в коляске. Аппетит все нагуляли зверский. Правда мне не сразу удалось приступить к его утолению. Просто так загнать свой транспорт в гараж не получилось. Транспорт следовало после поездки обиходить и «заправить». Ремни аккуратно развесить и послушать лекцию о том, как их надо смазывать периодически специальной мазью, которая хранилась тут же в сарае в медных банках. И именно от этой мази по сараю расходился тот самый аромат кожаной упряжи.

Поужинав пшеничной кашей и салатом из остатков огурцов и томатов на растительном масле, мы переместились с чаем на веранду. Я запоздало вспомнил об отсутствии у нас свежего хлеба, Славка же утешил меня сказав, что мамка завтра обязательно привезет и не стоит печь на ночь глядя.

А я ведь уже и забыл, что завтра за Славкой должны приехать Решетовы и забрать его домой после третьего укола. Так уж мы договаривались. За занятиями с лошадьми я совсем потерялся во времени. С одной стороны, мне стало как-то грустно, я уже привык к компании Славки. Но с другой стороны, после его отъезда мне можно снова расслабится и жить, не вспоминая о конспирации каждый свой шаг. Сильно расслабиться конечно я тоже не смогу, о возможном визите местного участкового забывать не стоило. Спасибо Феде.

Утром поднялись после боя курантов. После обследования раны и наложения свежей повязки сделали Славке третий укол выгнали коней в загон и уселись на веранде закреплять теорию по нашим конным занятиям. Выпивали чай, беседовали, я курил трубку. Славка попробовал ходить по саду с одним костылем делая несомненные успехи. Еще денька три и сможет вообще обходится одной тростью, которая по заверениям Славки принадлежала еще прадеду и теперь висит на стене. Я счел странным такое почтение к простой трости, но трость оказалась с секретом пряча в себе еще и длинный клинок. Да и ручка на той стрости была выполнена из серебра с золотой гравировкой, так что место свое на стене в главной комнате она занимала по праву. И теперь Славка вполне рассчитывал с ней близко познакомится, имея вполне уважительную причину взять ее в руки открыто, а не таясь от всех лишь посмотреть, пока никого из родных нет рядом. Чистое ребячество, но нашедшее у меня понимание.

Ближе к одиннадцати часам, когда мы как раз находились в сарае и осматривали упряжь, закрепляя уроки, мы услышали приближающийся снаружи звук фургона Решетовых.

- О! Это за мной! – Обрадовался Славка и заковылял из сарая в дом.

Решетовы снова приехали вдвоем, и мы их встретили на веранде. При этом Славка гордо шествовал с одним костылем и даже ловко спустился по ступеням, демонстрируя родителям свое состояние. Василиса тут же соскочила с фургона и приобняла осторожно сына кивнув мне приветственно:

- Добрый день, Вадим Дмитриевич! Как вы тут? Как у нашего оболтуса нога?

- Доброго и вам! –кивнул я ей и подошел к Илье и поздороваться за руку. – У нас всё хорошо. Славка вон уже скачет как коняка, думал к стулу уже привязать. Как доехали?

- Здравствуй, Вадим. – Илья пожал мне руку и указав на фургон кивком головы коротко проинформировал: - Сено.

- Сено — это хорошо! А то мы тут увлеклись обучением меня и все дела позабросили. – Я повернулся к Василисе со Славкой. - Вы проходите в дом. Располагайтесь пока. Пообедаем.

- Илья, достань гостинцы, я на кухню отнесу. – Распорядилась Василиса, и глянув на меня добавила, - если вы не против, Вадим Дмитриевич.

- Что вы, что вы. Конечно не против! Тем более по вашим пирожкам мы уже изрядно соскучились. Я подмигнул Славке и приняв у Ильи две корзинки, накрытые полотенцами, сказал ему заезжать в выгон. Куда и сам направился после того как оставил корзины и Славку с матерью на кухне.

Когда я вышел в загон Илья уже закладывал вираж, чтобы подставить зад фургона под разгрузку. Я же стоял вооружённый граблями и вилами. Как-то уже даже привычно. Живя в деревне на стороне Земли никогда за собой не замечал тяги к такому труду, и вот пожалуйста, готов к труду. При этом очень рад такому «подгону» в виде сена, о котором раньше и не думал. Теперь я очень внимательно, с интересом и пониманием сложности действия следил за тем, как Илья руководит лошадьми сдающими задним ходом. Никогда об этом ранее не задумывался, и только столкнувшись на примере своего экипажа понял сложность этого маневра. Но даже многоопытный Илья был вынужден занять позицию перед мордами лошадей и напрягать мышцы дабы придать им нужный вектор движения. Поняв, что фургон уже достаточно приблизился я дал общую команду на остановку стукнув два раза по борту и сказав заветное: «Тпру-у-у».

Илья, подойдя к облучку, отсемофорил мне рукой жест открытой ладонью полез в фургон. После чего из-за заднего борта появилось две руки, держащие по бутылке в оплетке и произносящие шёпотом:

- Вот. Держи. Я ща.

Ну, а мне что, мне же не тяжело, бутылки всего-то по литру объемом примерно. Правда вид у жидкости в них плескающейся до боли знаком, такой же аппетитно коричневый.

Илья, пятой точкой вперед выпал через закрытый задний борт фургона и оглянувшись на дверь в сарай протянул мне третью бутыль:

- Вот еще. Это просто. Прибери. Потом.

При этом сунув мне под мышку третью бутыль, он принялся открывать задний борт для разгрузки сена. Люди везде одинаковы. Независимо от мира их проживания. Я вздохнул и прибрал бутылки под лестницу:

- Понятно. Потом расскажешь.

Илья, еще раз оглянувшись заговорщицким тоном мне проговорил:

- Это за всё. Ну такое. Сам понимаешь. Короче за Славку. И это, Митрич, Фёдор приедет в воскресенье или даже в субботу. Но точно будет. Ты уж послушай его. Он же как лучше думал.

Вот так новости. Не ну насчет «магарыча» это понятно, даже наверно правильно, хотя и корзин с продуктами вполне мне хватало. Не так уж мне и тяжело было. Но если подумать, это с моей точки зрения все просто, а вот Решетовы наверно решили по-другому. Видимо лекарства и мое внимание к персоне Славки они оценили выше моего. Но вот Фёдор, с чего он то решил приехать?

- А нахрена? – прямо спросил я Илью.

- Да был я у его. Пока на пастбище был, вот и сходил по тропкам к нему. Поговорили. – кивая головой проговорил Илья.

- И я теперь у него не шпион?

- Да не только у него. Там ему еще и участковый ума дал. Он же, Федька, пошел к участковому совет держать. Да тот ему совет и дал. За малым в кутузку за пьянку не упёк. У того участкового про вас, Вадим Митрич, уже давно всё выше расписано. Так что вот так. – Илья развел руками.

Ну если кому и жаль, то только не мне. Только получается, что опять «без меня, меня женили». Но видимо мои Строители подумали заранее, раз у местного «городового» на меня дело есть. Ну может и не дело, но инструкция какая-то получается есть.

- Ну и ладно. Жаль, конечно. Федька ваш теперь без ордена будет. – сыронизировал я. – Ну оно и к лучшему.

- Вот ты язва, Вадим Митрич. Вот как есть. Уж прости. – Хлопнул Илья себя по ляжкам.

- Это точно. Злой и память хорошая. – Заржал я.

- Мы сено-то будем выгружать? Или чего? – решил прервать я эти пустые словоблудия.

Хорошо, что так разрешилось конечно, но показывать Илье как я этим доволен, будет явно лишним.

Примерно полчаса ушло у нас на разгрузку сена и мы, обмывшись возле колонки прошли на кухню.

Дорогой читатель, ты уж меня прости, но я все же напомню. Если тебе понравилась книга, поставь лайк пожалуйста. А если интересно, что будет дальше подпишись ;)

27 мая. Продолжение.

А на кухне сидели Василиса и Славка, и последний нагло пожирал мои пирожки. Когда мы вошли, Василиса тут же встала и извинившись налила чай мне и Илье. Взяв свою кружку, отметил, что чай в ней совсем не похож на тот что завариваю обычно я. Тот что был в моей чашке больше напоминал какой-то травяной сбор. Заметив, как я изучаю и принюхиваюсь к напитку Василиса меня просветила:

- Пейте, Вадим Дмитриевич, это наш чай, собственный. Немного чайного листа зеленого, но больше наших травок. И полезно, и вкусно.

- Ага. Спасибо, Василиса Власовна! Вкусный чай получился. И наверняка полезный. Сейчас наш боец как подскочит и до дома побежит враз.

Славка покраснел и чуть не подавился пирожком. Будет знать.

- А пирожки ваши, Василиса Власовна, просто изумительно как хороши! Правда, Славка? – не преминул я подколоть его в очередной раз.

И Славка таки подавился. Карма. Пришлось матери его долбить по спине. Карма же.

Выпив чаю, и к сожалению, приговорив все пирожки, Решетовы стали собираться домой. Осмотрев вместе с Василисой Славкину рану обговорили его дальнейшее лечение. Народными средствами. Впрочем, и лечить там уже особо было нечего, главное держать рану в чистоте и покое. А уж здоровое питье и питание ему дома точно обеспечат. Василиса поделилась семейным рецептом особой мази из живицы, дегтя, меда и ромашки. Я с умным видом покивал и одобрил. Насчет дегтя не в курсе, а вот остальные ингредиенты вполне действенные и применяются в нашей медицине.

Славку загрузили в фургон где мы оставили ему хороший шмат сена, укрытый сверху шерстяным одеялом. Костыли последовали за ним, но обещали вернуться. Зачем бы? Я быстро поплевал через плечо и постучал о борт фургона втихаря. Я еще долго стоял и провожал фургон взглядом пока он не скрылся за поворотом. Стало немного грустно. Но зато появилась свобода действий. А это большой плюс!

Прежде всего решил заняться ямой для отходов жизнедеятельности своих лошадей. Проблема назревает однозначно. Уже сейчас после нескольких дней эксплуатации сарая у ворот собралась кучка с пару тачек садовых. А еще и мухи стали там кружить. А что будет, когда через пару месяцев наберётся уже кубометр. Правда сейчас лошади больше времени смогут проводить в выгоне, а не в конюшне, что положительно скажется на уменьшении выгребаемого.

Только сперва надо проверить насколько глубоко я смогу выкопать яму, вдруг тут грунта всего полметра и скала. Ковырять скалу я точно не буду.

Вооружившись лопатой веревкой и четырьмя колышками, я вышел в загон размечать яму. Тут же подтянулись лошади, и я понял, что просто не будет. Сваляться же в яму. Так что сперва придется огородить место проведения работ каким-то забором. Но так как сперва я решил сделать пробный шурф, то обошелся имеющимися в сарае съемными перегородками. Получилась площадка два на два метра из перегородок, связанных веревкой.

Без проблем удалось углубиться на метр. Сперва полметра шел грунт, быстро ставший песчаным. Ну, а затем пошел уже чистый песок. А вот после метровой глубины лопата стала звякать о камни. Пришлось сходить еще и за ломом. Темп копания сразу снизился. В яме метр на метр становилось тесновато, стало сложнее выкидывать грунт. Еще и камни приходилось выковыривать. Один попался прям сильно большой, еле выпихнул его из ямы. Когда вырыл шурф себе по плечо, решил остановится, так как попался камень уж очень объемный и уходящий под стенку ямы. Получилось, что где-то на полтора метра я смогу закопаться. Вполне сойдет. Сделаю яму вытянутой в длину на два метра и шириной в полтора. Получится где-то в районе четырех кубометров. На полгода, а может больше хватит. Рядом надо будет делать вторую такую же. Но ее возведение можно оставить на попозже. Буду их потом чередовать. Червячков только надо будет со своей фермы, с Земли привезти, но это уже весной. Все порядочные черви на той стороне портала уже давно впали в анабиоз.

А сейчас остро стоял вопрос чем укреплять стены этих самых компостных ям. Действенных варианта у меня всего два. Выложить камнями на века или укрепить стены деревом. Но с деревом не все так однозначно. Даже если взять дуб, то он все равно сгниет. Не через пять лет, так через десять. Ибо среду я для гниения ему создам сам. Камень же таскать замучаюсь конечно, но он точно не сгниет. Класть придется на сухую. Цемента я сюда не навожусь. Тем более там уже зима совсем и машину я решил в гараж поставить. Камень таскать можно с берега, но там лестница, а не дорожка. То еще удовольствие. Ноги конечно прокачаю, но спину угроблю и строить буду года два. Поэтому надо будет разведать и проложить дорогу до курумника и таскать оттуда в багажнике и салоне багги. Вполне реально. Не грузовик конечно, но килограмм триста камня можно притащить за раз. Это уже легче. А вот щиты для укрытия ям можно сделать и из дуба. Ну и забор вокруг этого всего надо будет соорудить, что бы коняки не топтались и не провалили. В общем скучно не будет в ближайший месяц точно. Ну, а пока надо машину перегнать в гараж, проведать дом с квартирантами. Да и забыть на какое-то время о портале наверно. На этой стороне продуктов у меня полно, да и дел тоже. Сам себе придумал, раз Строители недосмотрели.

Перед поездкой домой я сделал вылазку на сторону Земли. Вовремя. На стороне Земли шел снег. Причем судя по всему начался недавно, но прекратиться не обещал. Пришлось экипироваться в теплый костюм. Перед этим прошел по дому и маяку, позакрывал все окна, ставни, двери и ворота. Лошади моего поступка не одобрили совершенно. Но послушались. Фреда решил с собой не брать. Оставлять его одного было конечно боязно. Но уговорил себя тем, что задержусь максимум на три часа, и на Земле со мной вряд ли что-то может произойти. Оставил его в саду, обильно снабдив кормом и тазиком с водой.

Машину прогревал долго. Застоялась. Хорошо хоть вовремя спохватился, снег лишь слегка прикрыл землю. Сразу домой я не поехал. Как только въехал в свое село включил телефон и проверил поступление товаров в ПВЗ. Пришли снасти для серьезной рыбалки, которые как выяснилось не очень теперь и нужны, учитывая приближение нереста. Еще пришли шляпы. Меня опять примут за идиота, учитывая местные погодные реалии шляпа не самый востребованный головной убор тут нынче. Впрочем, как и спиннинг для морской рыбалки.

Пришло оповещение о нескольких пропущенных вызовах от коллеги. Надо будет созвонится, когда буду в райцентре. Еще был вызов от Сергея из автосалона, где я покупал свой багги. Вспомнил, что фото эксплуатации багги и как он выглядит теперь я не сделал и не отправил. Решил пока не перезванивать. Стало неудобно.

Получил в ПВЗ свои товары. Хорошо, что снова на выдаче была девушка и вопросов она не задавала. Люблю нелюбопытных в отношении себя людей.

Созвонился с Олегом. Поговорили о скорой выплате дивидендов. Подтвердили наши договоренности. Сказал, что тут ненадолго и уже собираюсь в ночь выезжать на юг. Выслушал уверения в зависти от коллеги. Учитывая местные погодные условия неудивительно было слышать подобное в его голосе. А погода портилась прямо на глазах, веселая мне предстоит прогулочка похоже. И теперь уже у меня появилась зависть. К Фреду. Но я пойду налегке, шляпы и сложенный спиннинг со снастями весят не больше трех килограмм. Так что решил дома еще забросить в рюкзак пару пакетов с солью. Скоро же нерест!

Квартирантов дома не застал. Но следы их пребывания отметил. Живут активно люди. На диване лежат две куклы с тряпочками и какие-то детские книжки. Кресло-кровать в спальне оказалось разложенным и застеленным пастелью. Тут же на комоде стояли учебники и лежала стопка тетрадей. В общем видно, что люди тут живут. Да и едой в доме пахнет. Хорошо бы на всю зиму остались. Загрузив в рюкзак соль закрыл дом и направился к соседке.

Особой радости мое появление у соседки не вызвало, оно и понятно, но я ее тут же обрадовал, тем что заскочил на минутку. Сказал, что оставил машину в гараже, без сигнализации, так как аккумулятор отнес в подвал. Убедительно попросил сказать квартирантам не съезжать еще месяца три минимум, чем ввел бабульку в настоящий шок от радости. Она снова хотела насыпать мне припасов, но вынужден был отказаться категорически. Более того оставив ей пятнадцать тысяч на оплату «коммуналки» вверг ее вообще в коматозное состояние. Чем и воспользовался быстро, ретировавшись из ее «хижины». Бабулька наверно первый раз столкнулась с таким арендодателем, который платит квартирантам за постой. Но мне так показалось правильней. Я таким образом своих квартирантов замотивирую хорошо присматривать за домом. Ну и помощь матере одиночке мне плюсом в карму может пойдет. Там уже документы на развод поданы. Скоро суд. Еще и участковый занялся мужем. Нашлись и побои. Но честно говоря, это всё я едва слушал, и узнал только благодаря таланту старушки говорить быстро и без пауз. И вникать мне в их проблемы совершенно было неинтересно. Помог чем мог и ладно. Дальше сами. А я в метель.

Реальная такая метель начиналась уже. Резкие порывы ветра и заряды снега порой сбивали дыхание. Пришлось натянуть благоразумно прихваченную лыжную маску на лицо и пожалеть, что не прихватил очки. Теперь щурюсь как монгол какой-то. Хорошо, что дорогой этой пользовался уже ранее, не заблужусь. А опасения такие возникали не напрасно. Снег порой валил так что видимость падала до сотни метров. Тот еще экстрим получился из пешей прогулочки, растянувшейся на полтора часа. Здорово помогло, что вторую половину пути ветер дул в спину, порой давая хорошего пинка для ускорения. Ну и еще скорости способствовало осознание того, что в конце пути меня ждет теплый берег у моря, а не вот этот вот снежный апокалипсис.

У дверей подвала намело уже приличный сугроб, пришлось разгребать руками в стороны. Если так будет всю зиму продолжаться, мне придется попотеть прежде чем смогу вылезти наружу, дверь-то на эту самую «ружу» и открывается. Надо будет внести в свой ежедневный график работ осмотр и открывание этой двери.

Ввалившись в подвал маяка, я тут же принялся раздеваться. Сперва до трусов, а потом и их снял. Все мокрое насквозь, а стесняться тут мне некого. Какой же у меня тут кайф. Тепло. Солнышко. Холодный ветер не сдувает с ног. Фред рад. Скакал вокруг меня пока я развешивал одежду сушиться в саду. После этого я набрал в ванную горячей воды и улегся откисать поставив рядом стул с водруженной поверх сиденья бутылкой решетовского бальзама и тарелкой с закусками. Нафиг. Больше туда ни ногой до весны.

В ванной провалялся целый час, порой передергивая всем телом при воспоминании о недавней прогулке. Фред валялся возле двери периодически выпрашивая подачку в виде сыра или кусочка грудинки. Выпил я наверно полный стакан пятью тостами во славу богини Фортуны. Иначе чем невероятной удачей, назвать своевременность отъезда Славки и мое решение отогнать машину в гараж именно сегодня, просто нельзя. Очень все вовремя произошло. Да с некоторыми трудностями в конце, но вполне мною преодоленными. За это стоило выпить.

После принятия ванной заставить себя делать что-либо было сложно, но глянув на часы в каминной комнате пришлось переосмыслить свое нежелание шевелится. Время только четыре часа, и до темноты еще пять часов минимум. Собрался в кучу. Оделся в рабочий комбинезон, выгнал своих несчастных питомцев снова на пастбище, взял метлу и принялся мести дорожки в саду. Подергал сорняки на грядках. Полил весь сад. Пожалел об отсутствии у меня дождевателей. Очень уж жалко времени, уходящего на стояние со шлангом. Впрочем, скучной эту работу назвать сложно, ибо Фреду это действо нравится. Пёс ловил струю воды пастью и уворачивался от моих попыток его облить. Вот только домой его теперь точно не пустить после таких игрищ. Придется товарищу часика два посохнуть в саду или с конями в выгоне, куда я ему вход и открыл.

Я же перешел к уборке дома. И снова без всякой механизации, зато почти с полным погружением в реалии девятнадцатого века. Втягиваюсь. Закончил к шести часам. Почти вспотел, опять. От выпитого бальзама в организме не осталось и следа. От съеденных закусок и подавно. А голод напал внезапно и свирепо. Пришлось прибегнуть к запасам в реторт-пакетах и разогреть себе один из них с пастой Карузо. Утолив голод сегодняшний подумал о дне завтрашнем и сходив в подвал маяка принес со стороны Земли порцию солонины. Поставил отмачиваться. Завтра к обеду глядишь придет в норму, раза четыре только воду сменить придется опять. В подвале взгляд зацепился за рюкзак. Разгрузил.

Шляпы отличные. Как говорится в духе времени. Только кокарду надо будет с фуражки перенести.

Новый спиннинг внушал уважение и, наверное, стоил тех тридцати тысяч что я за него отдал. Плюс еще и катушка с леской за еще один «тридцатник». И несколько приманок на двадцать тысяч в сумме. В общем золотая рыбка получится. А если учесть, что скоро нерест лосося так и вообще в пору загрустить. Но я точно не буду жалеть если удастся поймать большого тунца. Очень уж хорошая рыбка оказалась. Ничем не хуже лососевых точно. Тем более почти любую лососевую рыбу и их икру я покупал и в нашем райцентре. Дорого конечно, и не каждый день такое будешь есть. Но вот тунца, замороженного я там видел только пару раз и покупать не решился. Цена у него не сильно от нерки отличается-то, а что приобретешь еще вопрос, неизвестно сколько раз он был заморожен, разморожен. Правда и теперь поймав его тут, я еще долго буду высчитывать окупаемость моих снастей. Но мы ведь не про деньги, а про интерес. А интерес при вытаскивании даже небольших рыбин у меня уже появился.

Половина восьмого. Стемнеет через полтора часа, или скорее даже через два часа. День-то прибавляется, весна тут. Может имеет смысл опробовать удилище, раз уж собрал. Тут и идти меньше пяти минут.

Нацепив на пояс ремень с ножом и револьвером, прихватив коробку с приманками я свистнул Фреда, и мы спустились на причал по лестнице. Первые забросы вышли у меня тренировочными. К такому «дрыну» надо еще привыкнуть. Правда за счет длины удилища и тяжелой приманки закидывать получалось дальше чем моим старым спиннингом. Примерно после десятого броска мне удалось закинуть воблер так далеко, что я потерял из вида леску. Стал сматывать катушку и буквально после пары оборотов у меня попытались забрать спиннинг. Реально чуть не выпустил из рук, так дернуло. Хорошо, что на конце ручки тут присутствует противовес в виде сильного утолщения. За него и тормознул. Перехватил двумя руками и стал удерживать удилище смотря на медленно разматывающуюся катушку. Вот, не зря к удилищу предлагалось купить еще и сбрую на тело, к которой это удилище можно было пристегнуть. Но теперь будем бороться так, в духе времени почти, без ходунков. Уперев противовес в пряжку ремня, я перехватил удилище за катушкой и стал ее наматывать. Давалось с трудом. Несколько раз приходилось отпускать, и катушка опять разматывалась на тормозе. Я уже отступил с причала на берег и встал на колени уперев удилище в них. Медленно, с трудом мне удалось втащить мою добычу в границы причала. Вспотел. И тут я впервые смог увидеть, что же такое мне попалось – рыба выпрыгнула в воздух, мои глаза выпрыгнули из орбит. Это точно был тунец. Но как мне показалось с испугу длиной он был больше меня самого. Еще минут двадцать мы с ним боролись, он несколько раз выпрыгивал из воды. Теперь я уже оценил его размеры более трезво, но не менее восхищенно. Метра полтора в нем точно есть. А сколько это может весить я даже не брался предполагать. Уж очень у него бочкообразное тело. И вот подтащив это к наклонному пандусу для спуска яхты я повернулся спиной к добыче и резко набрав скорость вбежал на лестницу, ведущую к маяку. Ничего умнее для извлечения добычи из воды я придумать не смог. Может кто-то поопытнее поступил бы иначе, но мой экспромт сработал рыбину удалось выдернуть из воды метра на три и дергаясь она звучно ударилась всем телом об ворота эллинга. Я же продолжая импровизировать достал из кобуры револьвер и подбежав к рыбе вплотную, уловив момент между ее рывками выстрелил в голову. А потом еще раз. И только тут я услышал лай Фреда идущий сверху от начала лестницы. Храбрец. Смотав леску почти полностью, я еще минут пять стоял над тунцом глядя на его конвульсии и переводя дыхание. Теперь возникла новая проблема. Как это всё переть домой, наверх? Голову и потроха я конечно выкину тут, в море. Но это хорошо если двадцать процентов от всего веса рыбины. А весит она по моим предварительным прикидкам как мешок с цементом, если не больше. Крови натекло уже изрядно из прострелянной башки этого чудовища. Жалко, что топора я не прихватил, ножом тут придется долго резать. Раздевшись до трусов, я приступил к разделке. Внезапно осмелевший от этого зрелища Фред спустился ко мне и принялся порыкивать на тушку тунца.

- А ты, братец, оказывается трусоват против морского зверя-то. – подколол я его.

Кое как отрезав голову и выкидывая ее с причала, я оценил ее вес килограммов в десять. Потрохов же было на удивление не так много. Зато мяса оставалось еще очень прилично. Весит точно, как мешок цемента, и тащить его так же неудобно. Гадский скользкий мешок цемента, метров пятнадцать вверх по лестнице. Сперва пробовал тащить его просто за хвост. Высказывает зараза. Преодолев треть пути пришлось бросить добычу и сходить домой за веревкой. С петлей, накинутой на хвост дело пошло веселее. Дотащил до колонки у коновязи. Сходил за тачкой и топором и пошла потеха дальше. А уже смеркаться стало. Лошади ржут периодически, и кажется из сарая. Разделав тушу на приличные куски погрузил в тачку и в три рейса доставил в подвал на сторону Земли, в морозильник, ввкладывая куски на брезент, снятый с байка. И тут проблема нарисовалась. На вешалку столько тупо не повесишь. Она на такой вес не рассчитана. А бросать на полу неохота, мыши же могут быть. Пришлось поднимать из подвала дома один из ящиков-сундуков. Та еще эпопея вышла. В перерыве между перемещениями сундука сходил загнать лошадей в стойла, а то уже совсем темновато стало. Оказалось, что они уже давно заняли свои места и звали меня, что бы насыпал им зерна, выдал воды и закрыл конюшню на ночь. Умные черти. Пожалуй, поумнее меня сегодняшнего. Спустив сундук в подвал и заполнив его добычей почти до верху. Я понял, что рыбу есть сегодня уже не хочу. Хотя и отрезал себе и Фреду хорошие куски. Но нет, сегодня с меня рыбы достаточно. Завтра поедим.

Отмывшись от пота и всякого рыбного, хлопнув залпом полстакана вискаря из своих запасов я еле дополз до кровати и уснул, не успев даже подумать мысль, как это обычно делаю на ночь. Насыщенный денек выдался. Сам себе и выдал.

Глава 22

28 мая.

Не смотря на вчерашнюю усталость после суматошного дня, который я сам себе и «засуматошил», проснулся вместе с боем курантов и лежать дальше не захотел. Да и как можно лежать спокойно, когда вокруг новый мир! Это же преступление! Хорошо так меня промотивировало после прогулки по снегу и удачной рыбалки.

Кстати о рыбалке. Едва одевшись в ставший уже привычным рабочий комбинезон, я быстро сбегал в подвал на стороне Земли и вытащил из сундука отобранные вчера куски рыбы. Не смотря на явный минус, рыба не замерзла еще, хотя и сильно охладилась. Сказалось ее количество и плотно закрытый деревянный ящик с толстыми стенками. Отлично просто. Будет у нас сегодня рыбка. И судя по ее количеству и на обед, и на ужин. А того что осталось в ящике, хватит на пару месяцев к сожалению. Почему к сожалению? Да потому что мне теперь незачем снова рыбачить пока это не съедим. А кому ее подарить я даже не представляю. На той стороне мог бы сбагрить, но я туда что-то идти не хочу, тем более груженным рыбой. А тут еще неизвестно как отнесутся те же Решетовы к замороженной рыбе. Вопросы явно возникнут. Так что будем мы с Фредом давиться, плакать и дальше жрать этот кактус. Как те мыши из анекдота.

Впрочем, завтракать рыбой я счел моветоном, когда есть свежие яйца и шикарная грудинка. А еще у меня солонина стоит в мастерской, отмокает от соли. Но ее уже я на завтра оставлю. Соли меньше будет, каша вкуснее получится. А может даже и плов выйдет, баранина же.

Позавтракав и выпив кофе на веранде, я выпустил коней в загон и предоставил следить за ними Фреду. Сам же взяв карабин пошел в чудную долину за багги. До визита Федора у меня еще три дня, так что займусь заготовкой стройматериалов и рытьем ямы в промежутках. Лучший отдых — это смена деятельности же. Вот и буду менять ее, с тяжелой на тяжелую, но с отличиями в телодвижениях.

Машину забрал без приключений. Разве что снова удалось полюбоваться в оптический прицел на оленей и зубров. Прекрасные животные. Стоят, пасутся. Уже как своих домашних их воспринимаю. Стрелять теперь точно не получится в них. Придется в другом месте искать.

Возле маяка пришлось повозиться с багги что бы снять задние и пассажирское сиденье, освободив место для перевозки камней. С собой взял инструмента с запасом. Мне же не только камни добыть и перевезти, мне еще к ним путь надо пробить. Если это вообще получится конечно. Поэтому пила и топор однозначно нужны. Кстати те деревья что придется свалить очень даже пригодятся для постройки забора вокруг ям и для расширения пастбища. Прихватил еще и толстый канат. Лом и лопата однозначно пригодятся, беру. Полторашку воды. Обойдусь без перекуса, тут недалеко, всегда можно вернуться домой. Карабин прихвачу с парой обойм, и револьвер на поясе. Параноики умирают последними. Фреда попросил караулить лошадей. Но, если ему надоест с ними сидеть, он всегда меня найдет по следу, забор выгона из трех плах ему никак в этом не помешает.

Вот тут и компасу наконец работа нашлась, сразу от маяка я отбил азимут на место расположения курумника. В лесу-то ориентира не будет, а вот подлесок имеется.

И особенно этот подлесок напряг меня на опушке, пришлось сразу доставать пилу и срезать кусты. А вот в самом лесу было попроще, все-таки местные олени и прочие копытные свежую поросль очень любят употреблять. Поэтому продвигаться между широко стоящими мощными деревьями было относительно просто, главное было маршрут заранее планировать. Пилой правда приходилось работать почти каждые десять минут. Попадались и кусты на маршруте, и низкие ветки, и разный валежник. В случае если дорогу перегораживало большое упавшее дерево к пиле подключалась и работа лебедкой. Но в целом могло быть и хуже. Нашлось три, хороших, не гнилых еще, валежины. Два дуба и похоже клен. Прямые стволы длиной метра четыре и в диаметре сантиметров тридцать. На забор вполне пойдут, без гнили в стволе. Видимо корни были слабые вот и рухнули. Подцепив их к фаркопу, по одному вытащил из леса. Дубовые стволы правда пришлось разделить на двухметровые отрезки, иначе багги местами просто буксовал не в силах тащить их за собой. Провозился с этими стволами часа два, но до ворот сарая дотащил. Выпил дома кофейку с бутербродом и снова двинулся в лес.

Запланированную дорогу до курумника уже было хорошо видно, пять тяжелых стволов, протащенных по земле, оставили хороший след. По моим прикидкам я уже прошел примерно половину пути. Дорога конечно не получилась идеально прямой, но и сильно извилистой ее не назовешь. Есть еще несколько мест в которых можно свалить пару деревьев и спрямить, но пока я их только отметил зарубками. Не стоит пороть горячку, надо сперва точно выяснить для себя возможность прокладки дороги до самого источника камня. А там уж и спрямлю. По мере приближения к курумнику подъем становился круче, поверхность каменистей, деревья дохлее и реже. Несколько раз приходилось убирать с пути уже не стволы, а большие камни. Те что могли пригодится на стройке примечал. Заберу на обратном пути. Некоторые из убранных останутся тут на всегда, одно дело сдвинуть их ломом и лебедкой, и совсем другое погрузить в машину. Парочка сдвинутых мной валунов, так вообще эту машину просто раздавит. Оттащил чуть в сторону и то хорошо.

К подножию курумника я смог приблизится только к обеду. И такой на меня аппетит напал внезапный, что я рванул домой, теряя тапки. Камни подождут, они тут давно ждут, некоторые и мхом все заросли. А мне что бы их грузить силы нужны, топливо нужно короче. Тунцовое.

Жареное филе тунца на обед в прикуску с серым хлебом, привезенным мне Решетовыми придало неимоверные силы для поспать. Пнул себя от души и закурив трубку отправился проверять лошадей. А у них сиеста в теньке от сарая. Звездочка разлеглась у поилки прислонившись к прохладному камню спиной, а Космос чуть дальше таким же образом взялся подпирать каменную стену сарая. Не стал мешать и на цыпочках отступил в сарай. Надо будет вечером запрячь обоих и прокатиться до моста, а то растеряю только приобретенные навыки.

Пыхтя трубкой как заправский смотритель маяка, я еще минут пятнадцать побродил по саду, рассматривая завязавшиеся плоды черешни и абрикоса. Яблони и груша уже начали обильно терять цвет. Тоже скоро будет видно, что у меня тут назреет. Жалко не успел привезти с земли саженцев винограда, здесь ему наверняка было бы комфортнее чем в наших широтах на Земле, где я его гроздья видел у себя на участке ну может пару сезонов. Обычно виноград прибивало майским заморозком, я держал и терпел его на участке из чистого упрямства.

Расходившись после обильного обеда почувствовал себя готовым к новым трудовым подвигам и прихватив карабин двинулся пешком к опушке леса, где за кустами стоял мой багги. Ну не загонять же его каждый раз в сарай, пряча от любопытных взоров. Доехав до курумника принялся с помощью лома и такой-то матери снимать верхние камни обильно поросшие мхом. Красиво, но мне их очищать что-то не хочется, а японский сад камней пока у меня в планах не стоит.

Докопавшись до чистых камней принялся загружать, стараясь подбирать продолговатые и более плоские. Их сразу грузил в подогнанный поближе багги. Укладывал аккуратно, на подстеленный брезент тента, стараясь не повредить лакокрасочное покрытие. Выходило не очень быстро, но дело двигалось. Погрузил примерно килограмм двести, багги лишь слегка присел. Можно и больше грузить, но дорога далека от идеала, поэтому торопимся медленно.

Вырулив с первой партией камне на опушку, я оглядел открытое пространство и дорогу к дому. Никого. Загнал машину в загон через ворота и выгрузил камни. Оценил и слегка загрустил. Длинная будет стройка похоже. Но делать нечего, «кавалерия не приедет на помощь, мы тут кавалерия». Сделав еще четыре рейса с камнями решил сменить сферу деятельности и заняться ограждением места стройки от проникновения туда посторонних «мордокопыт». Недалеко от курумника мне попались на глаза заросли молодой сосны. Стройные молодые деревца боролись за место под солнцем на маленьком пяточке и многие из борцов уже устали и сдались. Их ровные стволы вполне мне пригодились бы для постройки временного заграждения. Так и решил эту рощицу проредить и окультурить. Внизу стволы были либо без веток, либо с абсолютно сухими ломкими ветвями, лишь у самой макушки зеленели ветки с иголками. Просто идеальные готовые бревнышки для забора. Долго не прослужат, но год простоят точно, этого времени мне хватит устроить ямы и новый крепкий забор из дубовых и кленовых плах.

Спиленные стволы молодых сосен с целыми верхними ветвями с хвоей цеплял к фаркопу багги пачками по семь штук и волоком тащил к выгону. Дорога к курумнику обретала наезженный вид все стремительнее после такого подметания. Зацепился за деревья по обочинам только два раза, из-за длины перевозимых хлыстов. Пометил эти деревья к сносу, добавив еще по зарубке к имеющимся. Чем и занялся в следующий рейс. С дубом, у которого ствол не превышал тридцати сантиметров справился довольно быстро, его еще и уронить получилось удачно, вдоль дороги. Ровный ствол метров пяти, и небольшая крона. С кроной пришлось повозится, отпиливая ветви и укладывая их в кучу. Подсохнут будет мне хворост для каминов. Ствол распилил на два отрезка по два метра и один метровый. И вывез к загону за два рейса. А вот следующая помеха представляла из себя высокий клен со стволом больше полуметра точно. У меня шина на пиле меньше. Пришлось побегать вокруг ствола. Но упал он у меня совсем не хорошо, в сторону от дороги и повис, сцепившись ветками с соседними деревьями. Я его сдвинул лебедкой чуть в сторону и проезду он мешать перестал совсем. Оставил пока так, позже разберусь. И так распылился на несколько дел.

Сровняв пеньки от сваленных деревьев вровень с полотном дороги стал возить молодые сосны бодро и без остановок. Сделал пять рейсов. Расчистил примерно половину рощицы. Теперь оставшимся деревьях станет просторнее и питания получат больше, конкурентов-то я устранил.

После таких тяжелых трудовых подвигов вновь разыгрался аппетит. Пришлось снова есть разогретую рыбку с хлебом. Не смотря на свой простецкий вид данная трапеза мне еще не скоро надоест, пожалуй. Так что у оставшегося тунца есть большие шансы не дождаться исчерпания срока годности.

После очередного обеда я приступил к постройке временного, но достаточно крепкого забора что бы исключить травмирование коняшек на стройке из-за отсутствия у них шлёмов. Перед постройкой забора пришлось скосить траву на огораживаемой территории, хорошее сено лишним не будет.

Прикомлевые части стволов пустил на столбы, а из оставшихся более тонких частей делал поперечины. Для крепления поперечин к столбам использовал бечевку, имеющуюся у меня теперь в изобилии, в отличии от гвоздей, которые на мой склад отпускал какой-то советский прапорщик. Гвозди потом пойдут на капитальный забор. А на этом использовал только четыре длинных, гвоздя которые забил в столбы на треть и согнул по диаметру двух поперечин, соорудив таким образом себе убирающийся проход на стройплощадку. Когда закончил с забором и присел отдохнуть и оценить свое зодчество подошла приемная комиссия, до этого державшаяся в дальнем конце выгона. Оценили взглядом, попробовали на зуб. Признали постройку как, «так себе, но сойдет для первого раза». Я тоже подошел, почесал у комиссии за ушами и по шее. Подкат комиссия одобрила и акт сдачи подписала, после того как я при них пытался расшатать свой архитектурный «шыдевр».

Собрал инструменты, глянул на часы. Шесть часов только. Решил, что на сегодня покатался достаточно поэтому разгрузил из багги свой рабочий инвентарь и отогнал его за кусты в начало новой дороги. Снял блок питания и укрыл брезентом. Так себе маскировка, но уж что есть. Главное, что не в сарае.

После чашки чая на веранде, одев рабочие перчатки я прихватил лопату решив до самых сумерек копать яму. Тупо, незатейливо. В полную площадь, два на четыре метра. Удалось углубится на один штык на половине площади, когда к временному забору подошла Звездочка и тоскливо на меня посмотрела. И я тут же испытал перед коняками легкий стыд. Обещал же погулять вечером. Пришлось извинятся, идти домой переодеваться из рабочего в «горку». Подержав в руках шляпу, отложил в сторону и взял шлем. Нафиг, я еще не настолько хорош, чтобы пренебрегать техникой безопасности. Подержав карабин, тоже отложил в сторону. В отличии от местных у меня еще нет специального седельного чехла для него. А бьющие по спине четыре килограмма твердой стали и дерева плохо могут сказаться на удовольствии от прогулки. Поэтому только револьвер. В рюкзак закинул, полторашку с водой и бинокль, обойдусь без перекуса, мы недолго. А вот пару морковок помыл и замотав в полотенце положил. Пригодятся всегда. Проверил окна, двери и оседлав обоих коней вывел их из загона. Сперва влез на Звездочку, она спокойнее. А от моста поеду уже на уставшем Космосе, которого сейчас держал за длинный повод. Фред же скакал вокруг похлеще всякой лошади. Прям семья на выгуле.

Первым делом я направил Звездочку к багги. Проверил. Все в порядке, никто на мою движимость не покушался за прошедшие полчаса. Развернувшись и выехав на дорогу к мосту, мы стали ускорятся, перейдя на быструю рысь. Космос резво бежал сбоку от нас и вопреки моим опасениям никакого дискомфорта мне своим поведением не доставлял. Умница. А вот Фред после километра быстрого бега заметно сбавил скорость. Пришлось и нам притормозить и идти шагом. Не стоило его кормить так обильно, да еще и рыбой. Поэтому, когда добрались до реки пришлось сделать большую остановку, дав пёселю напиться и поваляться. Рядом оставил коней, опутав им передние ноги поводом. Всё по Славкиной науке. А сам пошел пешком вдоль реки к морю, посмотреть на каскады воды вблизи.

Вечернее солнце оранжевым светом подсвечивает стремительные перекаты кристально чистой воды. И янтарные брызги разлетаются далеко в стороны и ввысь в том месте где ниспадающий поток речки встречает набегающую морскую волну. Стоя на высоком берегу и обдуваемый легким теплым ветерком с моря я смотрел на эти игры воды и света. Порой мне казалось, что среди волн я вижу спины рыб, но было слишком много солнечных бликов, чтобы я смог это утверждать с уверенностью. Но заметку себе в памяти оставил. В местах где встречаются такие разные воды, где эта вода насыщена кислородом, может пойматься что-то интересное. А может быть это уже и лосось подошел. Какие-нибудь особенно нетерпеливые особи. Стал наблюдать не выпрыгнет ли кто-то из этих водных обитателей в струи каскада в надежде преодолеть напор реки. Видел такое по телевизору когда-то. И так я увлекся этим созерцанием что кажется впал в гипноз, из которого меня вывел мокрый нос Фреда, ткнувшийся мне в ладонь. Я потряс головой сбрасывая наваждение и потрепав Фреда по голове огляделся. Лошади так и стояли возле моста, иногда нагибаясь и пощипывая траву. Мышцы, под шкурой оранжевого цвета от света вечернего солнца, иногда дергались сокращаясь и прогоняя надоедливых насекомых. Идиллия. Рай. Как же мне повезло встретить того несчастного зайца и открыть для себя вот это всё. Как сон. Я даже никогда о таком не мечтал для себя. Потому что даже представить себе не мог настолько чудесный уголок как мой маяк и его окрестности. За всеми своими придуманными делами я ни разу не задумался даже о том какое-же чудо я обрёл. И только сейчас стоя в устье реки под вечерним солнцем я понял, что жил наверно, как раз вот для того чтобы быть теперь тут. Навсегда. Абсолютно не ощущая ног, с пустотой в голове, я сделал первый шаг к лошадям возвращая себя в реальность.

Стоя возле лошадей, угощая их морковками и поглаживая по шеям, еще минут десять приходил в себя. Кажется, я только что нашел пресловутое «место силы» этого уголка природы нового мира.

Вопреки моим планам скакать назад быстро и весело, мы шли очень тихим шагом, сбоку от дороги неслышно ступая копытами по траве. Фред устроился частью тушки у меня на бедрах, а частью лежал на холке Космоса, который такому соседству ничуть не возражал.

Три километра до дома мы шли почти целый час. Не сказать, что я устал или впал в хандру, но все мои движения по приезду домой выглядели со стороны наверно слегка заторможенными. Вот только никто не смотрел, и я не спешил исправлять ситуацию, наслаждаясь каждым мгновениям сегодняшнего вечера. Коней распряг, задал им корму и воды на ночь. Приготовил себе поднос с закусками. Сыр, последние кусочки бастурмы и сырокопчёной колбаски с Земли, местная грудинка и хлеб. Бутылка в оплетке с решетовским бальзамом и граненный стакан. Пока все это приготавливал и стаскивал на веранду, сварились пара яиц. Пир на весь мир. Солнце зашло за горы и я, запалив местный масляный фонарь, уселся за стол продолжая витать в облаках, но при этом не забывая о бренном теле снабжая его вкусными калориями и градусами. Мне даже мигающий яркий свет маяка не мешал, когда уже совсем стемнело. И ведь не сказать, что о чем-то глубоко думал. Какие-то мысли всплывали, и тут же, не прощаясь, меня покидали. Эйфория.

Дорогой друг! Если тебе понравилось написанное, будь ответственен 🎖️! Поставь лайк 👍☝️ И чиркни автору если что не так 😉

29, 30, 31 мая.

Открыв окно в спальне утром понял, что ночью прошел дождь. Но я так вчера упахался и нагулялся, что даже если бы гром гремел, я вряд ли бы проснулся. Намеченные вчера планы решил скорректировать. Думал с утра ехать к курумнику, а потом копать. Теперь же таскать сырые скользкие камни что-то не очень хотелось. И грязно и на ногу можно приземлить. Поэтому буду сначала копать. Я вчера до песка дошел, так что грязно не будет, а влажный песок даже легче копать будет.

Копал до полудня с редкими остановками на попить и почесать любопытствующих Космоса и Звездочку которые контролировали рабочий процесс.

После обеда решил, что достаточно накопался, и пора сменить сферу деятельности. Покататься на багги и повозить камни замечательный же отдых.

Прихватив с собой карабин и блок питания от багги отправился на опушку леса к месту стоянки. Машина нормально переночевала, никто не покусился на мою собственность. Правда на взрытой колесами, сырой после дождя земле, отпечатал копыта кто-то из кабанчиков. Видимо его территория, подходил проверял нарушителя. Быстро доехав до курумника понял, что такую дорогу уже не спрячешь, прям хорошо накатал и стволами, перетаскиваемыми на фаркопе разровнял. Прям карьерный самосвал. Правда до карьера той выемке в курумнике которую я сделал еще далековато, но так я ведь только начал. За час получалось сделать два рейса, нагружая по десять-пятнадцать хороших каменюк. К трем часам дня пришлось остановится и сделать перерыв на второй обед, очень уж сил много приходилось тратить на погрузку и разгрузку. Оказалось, что я в паре с багги ни разу не самосвал с экскаватором. Тем не менее кучка камней уже скопилась вполне приличная. Прикинул в уме, получилось, что только за эти три часа больше тонны приволок. Солидно. Правда, когда перекусывал заметил, что руки слегка дрожат. Поэтому пришлось после перекуса слегка отдохнуть, покуривая трубку, сидя на веранде в саду.

Следующие три часа снова без остановок работал «карьеристом», планируя после этого заняться копанием ямы. К семи часам понял, что сильно себя переоценил в плане физподготовки. Руки с трудом удерживали легкий блок питания, который я вытащил после поставки багги на стоянку. Пришлось смирится и посвятить оставшийся вечер отдыху.

Приготовил большую кастрюлю каши из дробленной пшеницы и вымоченной баранины. Щедро сдобрил ее зажаркой из лука, моркови и копченной грудинки. Мне и Фреду на завтрашний день точно хватит. Фред так и сегодня не отказался от выделенной ему порции. Испек свежую булку хлеба. Заполнил свой судовой журнал. В общем разнообразил свой отдых, как только мог лишь бы не уснуть, чего очень хотелось. Тем не менее за такими мелкими делами смог протянуть до темноты и упал на кровать уже при свете фонарика на смартфоне.

Утром проснулся все так же с боем курантов и поднявшись с кровати удивился что после вчерашних трудовых подвигов тело почти не болит. Втягиваюсь. Тем не менее легкую разминку сделал, разогнал кровь и стянутость мышц совсем ушла. Позавтракал яичницей с грудинкой. Выгнал лошадей в загон и полчасика косил траву, оставив ее лежать на лужайке для просушки. Дальше оттягивать неизбежное не получилось, и я снова отправился разрабатывать свой «карьерный рост».

Работал в прежнем темпе. Три часа сплошные перевозки камня с небольшими перекурами. Потом час отдыха с полноценным обедом «нажористой» кашей. Такая работа по разбору курумника даже начала нравится. Выемка в склоне курумнике уже получилась солидная. До карьера конечно далеко, но багги уже влезал туда полностью. Появилась мысль тут ему и оборудовать схрон, но мысль хоть и интересная, но в результате короткого раздумывания была почти сразу отвергнута. Что это за тайный схрон к которому ведет такая трасса. С тем же успехом я могу багги и в сарае оставлять. Так сарай хотя бы закрывается. В общем идея плохая, а карьер ничего так, хороший.

Работы в карьере закончил к вечеру, примерно в то же время что и вчера, но так как начал с утра, то получилось выполнить больше. Тонны две удалось перевезти. Багги по завершению работ загнал в сарай и укрыл тентом. Завтра или послезавтра должен приехать Федор и мало ли куда его понесет. Начнет еще бродить вокруг маяка выискивая очередную улику на меня шпиона. Так что в сарае багги будет надежнее спрятан, в сарай без меня ему сложно будет попасть. А я в эти дни займусь копанием самой ямы.

Времени до темноты оставалось еще часа три, и я решил снова выгулять своих питомцев, ну и себя заодно. Да и место в устье Каскадной мне очень понравилось. Только в этот раз помимо револьвера я еще вооружился и старым спиннингом. Попробую покидать, посмотреть, что там за рыба суету наводит. Правда вот на что ловить пока неясно, буду на месте разбираться. Так же в переметные сумки отправился термос с чаем, пара бутербродов и пенка-поджопник.

Порадовали кони. Увидев, как я выношу в загон седла и сбрую сами подошли и стойко переносили мои неловкие движения новичка по их запряганию. Легкие седельные сумки я повесил на Космоса, а сам сел верхом на Звездочку. Ну и Фред конечно увязался со всеми, зная, что если не справится, то ему всегда помогут. До моста доскакали довольно бодро, он даже не отставал почти, но и сил на игры после такой пробежки у него не осталось. Я снял с коней седла и спутав им ноги поводьями оставил пастись неподалеку от обрывчика, на котором сам удобно расположился, попивая чай с бутербродом, проигнорировав просьбу Фреда поделиться. Ибо потом опять скажет, что устал и придется везти его всю обратную дорогу.

В воде у устья снова наблюдал темные спины и серебристые бока неизвестных мне пока рыбин. Которыми я и занялся после чаепития. Крупные воблеры и блесна для щук обитателей моря мало заинтересовали. То есть вообще никак. Имитация червей и мушек тоже. Я снова вернулся к блеснам, в этот раз взял самую глупую мою покупку. Маленькая яркая блесна в форме рыбки. Таких ядовито ярких рыб я даже по телевизору не видел. Но раз уж попалась на глаза то прицепил к поводку. И сработала приманка! Рыбины за малым чуть в драку не кинулись, я это наблюдал своими глазами с обрыва! Я даже увидел, как одна из рыбин заглотила наживку и лишь потом ощутил «удар» от удилища в руки. Хорошо дернуло, но значительно слабее чем мои первые, пойманные тут тунцы. Тем не менее побороться пришлось, удилище работало экстремально выгибаясь, готовое вот-вот треснуть. Мне снова пришлось перехватывать леску руками у конца удилища. Благо что на руки я предусмотрительно успел одеть рабочие кожаные перчатки.

Вытянул. Это однозначно был какой-то лосось. Как в магазине, только живой. Серебряная чешуя на боках блестела и искрилась. Руку, потянувшуюся к ножнам остановил с трудом. Куда мне еще и эту рыбину-то, когда дома полный сундук. Но сбрасывать рыбу с обрыва я не стал. Отнес выше по течению реки и отпустил в пресную воду. Хотелось посмотреть, что она будет делать, уплывет к морю или пойдет вверх по течению на нерест. Рыба решила, что одной ей делать в верховьях нечего и быстро шмыгнула по направлению к водопаду. Видимо нерест еще не наступил.

После этой познавательной рыбалки я стал собираться домой, похвалив себя за милосердие. Пришлось бы потом седельную сумки отмывать от слизи, крови и чешуи. Так что хорошо, что отпустил. Пусть лучше новых «лососят» наделает мой улов.

Примерно аа полпути к дому, Фреда все-таки пришлось снова усадить себе на колени, умеют спаниели делать печальный вид.

По приезду домой обиходил коней. задал им корма в конюшне, а потом сам еще с час, до самой темноты просидел на веранде с трубкой и чаем.

Вечером ложась спать дал себе обещание не вскакивать с кровати с боем курантов, выходной же, суббота. Но, похоже уже окончательно втянулся в новый быт. Да и Фред категорически настаивал на прогулке и завтраке. Пришлось подниматься. Думал выпну его в сад, да опять завалюсь. Но когда открыл двери в сад из сарая раздалось ржание. Ясно, понятно эти товарищи тоже гулять хотят. Пришлось одеваться и идти выгонять коней в загон, ну и после этого о каком сне и неге может идти речь.

Пока закипала вода для кофе умылся, побрился и окончательно проснулся. Новый день пришел. Может еще и гости появятся. Идти с самого утра, да еще и в выходной день, копать яму было как-то не интересно, решил подняться на маяк и осмотреть окрестности. Прихватил из спальни свой нормальный бинокль и поднялся в свою «обсерваторию», где поднял люки сразу на всех портах, открыв практически круговой обзор на прилегающие территории.

Красота. Солнце поднялось уже довольно высоко, дымка рассеялась, воздух прозрачен и чист, вид на миллион и еще три рубля сверху. Даже горы на противоположном берегу залива видны как никогда раньше, и свет как раз на них удачно ложится освещая местность. Я вооружился одним из стационарных телескопов из телескопов и принялся изучать противоположную береговую линию и горы, возвышающиеся над ней. Не сказать, что были видны детали, но разглядеть рельеф и лес удалось. Отдельных деревьев было не различить конечно, но видно, что не кусты растут. Впрочем, заросли кустов или стланика ближе к вершинам разглядеть тоже удалось. Еще отметил пару небольших водопадов. В паре мест заметил отвесные скалы на отрогах хребта уходящие прямо в море. В одном месте на такой скале мне даже показалось что я увидел пещеру, но то могла быть просто игра света и тени. Но зарубку себе оставил, мало ли. Вот освою свою яхту и смогу подойти поближе, осмотреть, изучить. Вдруг там Али-Баба сидит и чахнет, так я его выручу.

Город, не смотря на чистый воздух и ясную погоду, мне разглядеть в деталях так не удалось, всё-таки расстояние великовато даже для такого телескопа.

Осмотрел дорогу от моста к маяку, гостей пока не видать. Стал разглядывать свою сторону залива, берег и дорогу, как вдруг раздался гром со стороны моря. Я сразу пригнулся и схватив со стола бинокль бросился к порту, смотрящему на море. Корабль! Заметить его раньше мне мешала скала уходящая в море на моей стороне залива, а он видимо шел вдоль берега.

По морю, мимо маяка, в паре километров от моего берега шел настоящий парусник. Как с картинки. Черный стремительный корпус с белой широкой полосой вдоль борта. Белые надстройки и белые, натянутые ветром, прямые паруса на трех мачтах и косые между ними. От носа к корме медленно плыло облако белого дыма от выстрела, второго не последовало, значит это не атака, а просто приветствие видимо такое, при входе в залив. Холостой выстрел из носового орудия похоже. Я отложил в сторону бинокль и вооружился телескопом. Корабль резко приблизился и стали видны детали.

У нас на Земле еще сохранились такие суда, выступающие там теперь в роли учебных и спортивных. Кажется, этот класс судов называется барк. И этот барк явно не из дерева. Ну или дерево на нем обшито листовым металлом. Явно видны листы, швы и клепки. А вот труб не видно, значит никакого пара, чисто парусное судно. С одной из надстроек являющейся главной рубкой, судя по высоте и размеру, с балкона на меня смотрел в подзорную трубу человек в белой форме и фуражке. Рядом с ним располагалась тумба с прожектором-семафором, который в данный момент что-то передавал в мой адрес. За тумбой я разглядел матроса, тоже в белой форме, и похоже в берете с помпоном. Второй матрос стоял рядом и махал двумя красными флагами, так же передавая в сторону маяка какое-то послание. Кто бы мне еще прочитал, что они там передают. Может это какие-то иностранцы просят прохода или еще чего спрашивают. Я быстро перевел телескоп на верхушку мачты, где должен был находится флаг. Отлегло. Синий косой крест, как на гербовой бумаге у меня в кабинете. Свои значит. Посмотрел на корму. Там развевался известный и на Земле имперский флаг. Черный, золотой и белый цвета. Точно свои. Вот только чего они от меня хотят-то? Большое упущение с моей стороны не знать этой азбуки. Впрочем, откуда бы мне ее знать? У меня такой книги в библиотеке и нету даже. Хотя наверно любой настоящий смотритель маяка этому обучен еще в колыбели. Капитан или старший офицер, опустил трубу и сказал что-то в сторону матросов, обречено махнув в мою сторону рукой. Обидно как-то стало. Матросы перестали семафорить. И принялись зачехлять прожектор. Главный же отвернулся от меня и вошел в рубку, скрывшись из вида. Обидно. Но видимо ничего экстренного не передавали, раз так спокойно оставили мысль до меня достучаться, наверно просто поприветствовали соотечественников после длинного морского перехода. Ну и матросов «кэп» подрессировал лишний раз.

Я еще долго разглядывал проходящего мимо красавца. Правда набранная кораблем скорость быстро выводила его из моего поля зрения и трубу телескопа приходилось постоянно смещать. Приличная скорость, между прочим. Глядя на разлетающиеся брызги возле разрезающего воду носа корабля, я заметил еще и дельфинов, выпрыгивающих из воды в опасной близости от этого самого носа. На носовой надстройке стояли какие-то женщины и тоже наблюдали за игрой дельфинов. Но уже скоро я совсем перестал различать такие мелкие детали на палубе. Оторвался от трубы и глянул глазами. А корабль-то стремительно отдалялся от маяка слегка кренясь под силой ветра надувающего его паруса. Редкое зрелище и красота!

Слегка пришибленный всем этим зрелищем я спустился, вниз не зная, чем себя занять. Аж все планы из головы вылетели от впечатлений. Но вспомнив о возможных гостях, которые еще и мнительные до крайности, решил сходить за рыбой в «холодильник» и просмотреть дом на предмет вызывающего подозрения.

В подвале на стороне Земли было уже совсем не прохладно, а вполне себе холодно. Стальная входная дверь покрылась плотной шапкой инея. Я быстро достал из сундука подходящий кусок тунца, изрядно промерзший кстати, и свалил назад, к морю, в тепло. Бегать в одной рубашке на Землю было опрометчиво. Что бы рыба быстрее разморозилась отправил ее в таз с водой в саду у колонки. Запеку в духовке. И картошечки отварю. Зелени правда еще нет, только начало что-то вылезать на грядках. Приметил шланг. Убрал его с любопытных глаз долой в прачечную. Прошелся по дому, осмотрел на улики. Вроде все в порядке, всё компрометирующее меня как иноземного шпиона убрано. Потом плюнул на всё, переоделся в рабочий комбинезон и пошел копать яму в загон. Тут веселее. Сразу зрители подтянулись. Фред оказывается тоже рядом с конями валялся в траве.

Незаметно для себя я так увлекся, что находясь в яме уже по пояс, пришел в себя только от оклика, со стороны забора. Вот и гости. За забором верхом на коне сидел Федор.

- Доброго здоровьица, Вадим Дмитриевич! Мне бы с вами потолковать. Разрешите?

- И тебе не хворать, Федор. Ну давай, потолкуем конечно. Если есть, о чем нам с тобой говорить.

Что-то вот не хотелось мне с ним включать радушного хозяина. Поэтому я просто выбрался из ямы и подошел к забору рассматривая визитёра. Который явно почувствовал холодный прием с моей стороны и теперь скрежетал извилинами своего мозга для выправления ситуации.

Федор спрыгнул с коня, и подойдя к забору протянул мне руку, заглядывая в лицо:

- Вы, Вадим Дмитриевич, не серчайте уж сверх меры-то. Простите коли обидел вас. Но я объяснить бы хотел, отчего так оно вышло-то всё, вот так вот, как оно сейчас всё. Нам ведь в армии так рассказывали и показывали, и даже учили некоторым словам и буквам. – волнуясь Федор изъяснялся довольно косноязычно, мял в руках уздечку, смотрел то на меня, то резко отводил взгляд краснея.

- И ты решил, что шпион взял и показал тебе свои секреты за здорово живешь, вообще не таясь посторонних? Вас учили что шпионы так глупы?

Илья покраснел еще сильнее и выдавил из себя:

- Да глупым-то я оказался. Вот сам не пойму. Вроде не дурак всегда был. Но вы вот сами посудите, Вадим Дмитрич, вот что мне думать было? Вы так лихо волков расстреляли из новых ружей своих, коих ни у кого еще и нету. Это человек-то из столицы. Образованный. И так лихо палит. И как вы со Славкой обошлись. Нашему фельшеру на руднике до вас не в жисть не дорасти по умению. Да и в армии фельшер не лучше был. Только перевязать и мог. А вы иглой вона как шили человека и лекарства все эти еще. Ну я вот и решил. Да только потом, когда уже Митрофанычу нашему всё обсказал и он те же вопросы, что и ты теперича, стал мне задавать. Тут я уже и начал кумекать, что поспешил. Он меня на весь рудник ославил теперя. – Фёдор вздохнул и махнув рукой продолжил. – И Илюха тоже потом приехал, и сразу наорал на меня. Да только я уже тогда и сам всю свою глупость понял. Да только уже вот сделал. Оно же, подумав потом и понятно стало всё. Ты уж прости дурака, Вадим Дмитрич. Вот честное слово не со зла то было. Дурак просто. Молодость вспомнилась наверно.

- Да уж. Вспомнилось. А что дурак, так это ты, пожалуй, и прав. Умный бы сперва подумал, а не выставлял себя на смех. А служил-то ты где? В разведке за шпионами гонялся? – меня почему-то это все стало неожиданно веселить, хотя думал пошлю этого «пинкертона» куда подальше, да и продолжу копать. Мне же с ним, как говориться, детей не крестить. Но его искреннее желание рассказать свою точку зрения, мимика и жесты вызвали теперь какую-то невольную симпатию у меня.

- Да какой там. В пехоте. Морской. Где тут у нас еще служить-то. Или на железке в конных. Или на море, в пехоте, али моряком. Но какой из меня конный. Не так скроен. – Фёдор развел руки в стороны демонстрируя свою мощную кряжистую фигуру.

- Ну это да. – Согласился я с ним, кивая. – Такими лапами можно и без весел грести.

Фёдор робко улыбнулся и посмотрел на свои ладони кивнул:

- Эт да. И на веслах ходил и парусом управлял. Нас учили на шлюпках ходить, и с веслом, и под парусом.

У меня тут же в голове звякнуло - умеет ходить под парусом. И корчить из себя "обиженку" расхотелось совсем.

- Под парусом говоришь?

- Точно. И на руле сидел и парусом правил. По очереди. Всех учили. Вдруг один останешься, а товарищей вывести надо.

Я протянул наконец Федору руку сказав:

- Ну проходи тогда, раз под парусом.

- А чего? Куда проходить-то?

- Ну дык сюда проходи. Только не через забор же! Фёдор! – остановил я его задравшего уже ногу на нижнюю плаху забора. - Заводи конягу свою, вон в ворота. Расседлывай.

- А. Ага. Понял, Вадим Дмитрич, понял. Сейчас я. Так вы что же, не сердитесь боле? – Федор остановился и повернулся.

- Нет пока. Я думаю. У меня же мозги есть, вот я ими и думаю.

- А? Ага, понял, ага. – Федор уже опять вставил ногу в стремя и видимо сообразив повернулся ко мне снова. – Вот ведь… Вот мне Илья так и говорил, что вы мне теперь мне это еще год будете поминать, при всяком случае.

- Чего год-то? У меня, Федя, знаешь какая память хорошая на такие дела. Я тебе еще и там это вспоминать буду. – сказал я, указывая пальцем на небо.

Фёдор проследил за моим пальцем, посмотрел на небо, сообразил что-то, широко улыбнулся и кивнув своим мыслям, ответил:

- Вот Илюха, так вот и сказал. Один в один почти. Я сейчас, Вадим Дмитрич.

Решетов вскочил в седло и погнал своего коня к воротам загона.

31 мая, продолжение.

Я подождал пока Фёдор расседлает своего коня и отправит его знакомится с моими. Фред обнюхал сапоги гостя и чихнув отправился на свое место на веранде, сторожить вход. Фёдор вынул из чехла свой карабин и повесил себе на плечо, на второе плечо водрузил седельные сумки и похлопав по одной сказал:

- Я тут, это, гостинцы привез. Мировую значит.

- Позже. Идём со мной.

Я проводил Фёдора в каминную комнату и велел ему оставить вещи в ней. Затем повел его к калитке в заборе сада и выведя из нее указал в сторону спуска к причалу:

- Иди прямо, там спуск на причал. Спустить и жди. Я эллинг открою.

- Эллинг? А что там?

- Спустись. Я покажу всё.

Можно было бы конечно и через подвал его провести, но как-то не хотелось показывать свои закрома и коммуникации. Не те еще пока между нами отношения.

Дома я подхватил связку ключей и чуть не вооружился своим фонарем по привычке, но вовремя одумался. Пришлось зажигать масляную лампу. Так себе альтернатива, тусклая она. Я спустился в подвал и по тоннелю прошел в эллинг. Отомкнул ключом ворота и повернув кремальеру потянул на себя сразу обе створки ворот, открывая выход на причал. На котором и стоял изумленный Фёдор.

- А это как это? У тебя тут проход из дома есть? Тут же скала кругом!

- Есть. Скала, да. Но вот так устроено тут. Шпионы все так живут. – тут же подколол его я.

- Ну, Вадим Дмитрич, ну чего ты опять-то? – заканючил Фёдор.

- Не опять, а снова. Я тебя предупреждал. Это надолго теперь. Проходи, глянь сюда.

Я приглашающе махнул Фёдору рукой предлагая пройти внутрь и посмотреть моё плавсредство.

Фёдор вошел в эллинг с любопытством осматриваясь вокруг.

- Ого! Вот это шахта тут у вас, Вадим Дмитриевич. Прям хоромы!

- Точно. Хорошо устроено. Помоги-ка мне кораблик мой расчехлить. – Я показал Фёдору на яхту, которую тот как будто даже и не заметил, изучая стены и свод эллинга.

- Ага, ага, сейчас. – Засуетился Фёдор вокруг лодки.

- Да не суетись ты. – Остановил я его бурную деятельность. – Давай с кормы, ты слева, я справа. Сматываем парусину в рулон. К носу.

- Ага. Понял. Давай. Сейчас. Готов.

Парусиновый чехол оказался довольно, жестким и тяжелым. Собрав его на носу мы вдвоем, с усилием, его стащили с одного борта и отволокли в сторону к верстаку, чтобы не мешался под ногами.

- Ну что скажешь, Федя? Годное пиратское судно?

- Тьфу ты! Опять вы…

- Опять я. Ага. Так что скажешь про мой кораблик-то? Знаком с такими?

- Ну не то чтобы прямо с такими. Этот побогаче будет чем наши шлюпки. А так да, похож на шлюпку. Смотреть надо. – Фёдор собрался и уже внимательно стал ходить вокруг, осматривая яхту.

- Ну так давай смотреть. Я ее первый раз расчехлил-то. Полезли посмотрим. – Предложил я подтаскивая к борту специально сделанную для этого лестницу-трап.

Мы влезли на палубу яхты и принялись рассматривать ее устройство. Федор сразу начал изучать сложенную вдоль судна мачту. А я стал изучать общее строение.

Примерно две третьих судна занимал кубрик, чуть возвышающийся в центральной части по оси корабля. По бокам этой надстройки располагались иллюминаторы, по два штуки на каждый борт и еще один иллюминатор побольше в передней части, смотрящий прямо по курсу. Вокруг надстройки идет верхняя палуба, огороженная леерами. Еще треть судна, на корме занимала средняя палуба. По ее бортам идут деревянные скамьи со спинками и штурвал без ручек, крутить который предполагалось сидя сбоку от него на одной из скамеек. С этой же палубы можно было попасть в кубрик через небольшую дверь с иллюминатором.

- Ты как там? – поинтересовался я у Фёдора.

- Все хорошо, Вадим Митрич. Соображаю. Немного не так тут конечно. Но главное понятно. Знакомо всё.

- Ладно. Я в кубрик гляну. Не теряй.

Дверь в кубрик отрывается наружу. Надо было только повернуть г-образную латунную ручку и потянуть на себя. Я и потянул. Дверь открылась не совсем свободно, плотно подогнана, с кожаными уплотнителями, да и сама по себе нелегкая. Дверь можно фиксировать в открытом положении зацепив ручку за специальную скобу, расположенную сбоку от входа. Разумно. Заглянул внутрь. Вниз на полметра примерно, ведет крутая лестница. Темновато конечно, окна маленькие, да еще и яхта в «пещере» стоит. Но особо и разглядывать тут было нечего.

Не хоромы. По сторонам от центрального прохода шириной чуть больше полуметра, располагались два кожаных диванчика, как в вагоне купе. Или тут их правильнее называть рундуками. Схожесть с купейным вагоном придавали и устроенные под сидениями диванов ящики для хранения. Сундуки им в рундуки. Под курсовым иллюминатором, в головах рундуков располагается небольшой столик. Под самым потолком, по всему его периметру идет сплошная антресоль, с сеткой вместо дверок. По высоте сделано прям под меня в цилиндре. Если бы я его только надумал носить. Но скорее всего цеплялся бы им. Короче не попрыгать никак. Компактное такое купе. Но спать вполне можно. На пару человек место есть. Или на шестерых сидячих. Ну и еще четверо могут поместится на лавках открытой палубы. Для меня одного так даже избыточно.

В полу кубрика заметил люк почти во всю его площадь. Открыл, потянув за утопленное в пол латунное кольцо. Темно, не видно ни черта. Сунул осторожно руку. Нащупал холодный метал. Прикинул. Видимо это балласт. Надеюсь не свинцовый. Надо будет с фонарем потом глянуть внимательно.

Потемнело. Я оглянулся. В дверях стоял Фёдор, всматриваясь в полутьму кубрика.

- Богато. – Только и сказал он.

- Думаешь? – с сомнением поинтересовался я.

- Не, ну бывает конечно и богаче. Но там уже и экипаж нужен. А с этим кораблем и один управится легко. Да и перевезти он немало может.

- Да тут места нет совсем, чего везти-то!?

- Ну как же нету-то! Полно тут места. Вот в рундуки гляньте. – Фёдор боком протиснулся в кубрик и открыл один из рундуков. Внутри которого лежали два белых спасательных жилета из парусины и кусков пробки. – Вон гляньте, там места до самого борта.

Я заглянул внутрь и понял, что под сиденьем рундука находится лишь часть объема хранилища. Другая половина объема уходила в стену до самого борта судна. Я прикинул в уме и закрыв рундук осмотрел спинку. Нашлись и на ней ручки с защелками. Откинул спинку на себя и увидел еще одну довольно большую нишу для хранения, находящуюся под трапом верхней палубы.

- Вот! – Радостно воскликнул Фёдор. – Видал!? А еще и под рундуками на рулевой палубе есть место. Крыша кубрика еще.

- А еще, – с еще большим восторгом продолжал вещать Фёдор, – идём на верх.

Мы вышли на среднюю палубу и Фёдор, поднявшись на верхнюю палубу показал мне на ряд рым-гаек, идущих по палубе вдоль внешней стенки кубрика.

- Глянь сюда, Вадим Митрич! Эти гайку отпускаешь. Вон за то кольцо на крыше рубки цепляешь крюк лебедки, - Фёдор указал мне на потолок эллинга, где была установлена балка с тельфером, не замеченными мной ранее, - и фьють. Снимаешь крышу кубрика! Вот тебе и трюм грузовой! Ну почти. Как, а?!

- Да. Так уже понятнее. Тогда да. Наверно хороший кораблик.

- Еще бы! Отличный кораблик, Вадим Митрич! Он почти как наши шлюпки, только сделано культурно всё. У нас простые скамьи были и румпель вместо штурвала. Паруса такие же. На шлюпках по двадцать человек десантом ходят. Со всем добром, и вооружением, и бивуаком. А тут… -Фёдор задумался.

- Десять человек или тонну груза где-то. – Помог ему я с вычислениями.

- Да? Ну наверно. – проговорил он неуверенно.

- Ну вас на шлюпке двадцать человек со всем добром, это две тонны где-то. А тут ведь еще настроено всякого, оно же тоже весит.

- А! Ну да. Так, пожалуй. Отличная посудина, Вадим Митрич!

- Сам ты посудина, Федя.

- Ой. Простите, Вадим Дмитриевич. Заговорился.

- Как обычно, Федя. Как обычно.

- Ну вот вы опять…

- Ага. Я такой, Федя. Так что, Фёдор, поможешь?

- Помогу конечно! А чего надо-то помочь?

- Посудину эту мне освоить надо, Фёдор! Я же никогда не управлял яхтой-то.

- Да-а-а? – Удивился он. – А как же она вам досталась? Тут была?

- Королева английская подарила! Контрабанду возить! Фёдор, она мне с маяком досталась, чего тут непонятного-то?

- Тьфу ты. Снова, здорова. – Сокрушился он в очередной раз. – Так это же не один день-то уйдёт-то. На науку эту. А я как-бы не могу так. Меня на руднике хватятся.

- Фёдор, ты главное не боись. Мне только начать, я уж быстро вникну, не волнуйся. Ты домой когда собирался-то вернуться?

- Дык, не знаю я. Думал сёдни, или завтра. Смотря как, оно тут пошло бы.

- Ну вот считай нормально пошло. Так что? Начнем с чего? Спустим на воду?

Фёдор впал в легкий ступор от моего напора, и я решил его промотивировать.

- Давай сходим перекусим чего-нибудь. Посидим, подумаем. План составим.

- Да. Это будет наверно правильно. – тут же согласился на отсрочку в принятии решения Фёдор.

Я вышел из ворот и пошел по лестнице вверх.

- А закрывать это всё? - Донеслось до меня.

- Да кто тут возьмет-то? – удивился я.

- Не, не. Вы закройте лучше, от греха. – яро запротестовал Фёдор. – Я пойду по лестнице, а вы уж лучше прикройте на замок тут.

- Ну хорошо. – Я несколько удивился его осторожности, но решил следовать совету. Закрыл ворота изнутри и поднялся в дом. Выглянул в двери и увидел Фёдора, стоящего в саду возле грядок. Стоит, ждёт меня, никуда сам не лезет. Воспитанный какой.

Я вышел из дома и махнул ему на дверь:

- Проходи в дом, там слева гальюн. Помойся и на камбуз проходи, матрос.

Федор заулыбался и проходя мимо меня поправил, махая указательным пальцем многозначительно:

- Сержант вообще-то.

- Отставить словоблудие, матрос! Здесь вам не там! Шагом марш в гальюн!

- Так точно, вашвышбродь! – Фёдор встал смирно, и мы оба заржали.

Я хлопнул слегка его по плечу направляя в двери, а сам пошел за рыбой в тазу у колонки. Отмерзла уже, но форму не потеряла. Я слил почти прозрачную воду на газон и прямо в тазу отнес рыбу на кухню.

Пока Фёдор приводил себя в порядок после дороги лазания по яхте, я успел нарезать рыбу кусками, подготовить муку и поставил сковороду с маслом на плиту. Когда мой гость вышел из ванной первые куски обваленной в муке рыбы уже отправились в масло, а я принялся мыть картофель. Сварю в мундире, он вроде молодой. Фёдор осмотрелся и направился в каминную комнату. Я заметил, что он без обуви, но предложить на его лапу какие-то тапки я бы не смог. Не встречал в природе я еще таких тапок. Из каминной комнаты Фёдор вернулся в шерстяных носках и уже с какими-то свертками, и конечно бутылкой в оплетке.

Из свертков на свет появился надломленный каравай хлеба и какой-то кусок мяса, сильно смахивающий на хамон.

- Во! Кабанчик! Сыровяленый! Свой! Трофей! – провозгласил Фёдор, вздымая кабанью ногу как знамя. – хлебушек вот, погрыз только в дороге. И от ножки слегка отрезал кусочек.

Последние слова он произносил уже чуть слышно.

- А это Решетовская? – спросил я, указывая вилкой на бутылку.

- Ага. Она. Наша. Илюхина!

- Отпил глоточек? Да?

Фёдор смутился еще сильнее:

- Совсем маленький. От усталости просто. Далече живешь.

- Эт точно. Зато тихо тут. Дела можно тайные вершить.

- Да тьфу ты! Ну, Вадим Дмитрич, ну хватит уже, честное слово же уже. Сил нет.

- Терпи, Федя. У меня этого добра для тебя еще много есть. – Я засмеялся, Фёдор же лишь крутил активно головой и вздыхал. – Только если мы яхтой моей займемся, так вроде как это лишнее. Потопнем еще по пьяни-то.

- Ну тут как посмотреть, Вадим Митрич. Матрос без этого — вот вообще потонуть может легко. Нам фельшер флотский наш говорил, что спирт легче воды, потому его лучше пить, чем не пить. Да и мировую вроде как…

- Ну если только от утопления. – Согласился я. – Мир еще надо установить. Договор подписать.

- Ась?

- Я говорю, надо решить, что с моим обучением на звание капитана моей посудины!

- А это! Да подумал я. Чего уж. Сегодня спустим. Опосля обеда вот. Поучимся малёха. Только я учитель-то не шибко умелый. Но показать-то могу. Чего уж. Но это вот, - Фёдор указал на бутылку, - вообще не помеха.

- Поглядим. Но все равно, много не буду. Я же на службе. Её величества, королевы Англии.

Фёдор вздохнул тяжко и достав из-за пояса нож стал озираться по полкам. Я снял с крючка разделочную доску и протянул ему, указав кивком на подвеску:

- Тарелки там, сам доставай.

Фёдор, держа кабанью ногу за кость упер ее в доску и принялся нарезать кусочки своим ножом, заточенным судя по всему, как бритва. Ибо кусочки из-под ножа отпадали аж прозрачные. Решетов аж губу прикусил от усердия. Я же, выложив первую порцию жареной рыбы, на большую тарелку загрузил в сковороду еще одну порцию и пошел открывать все окна и двери в кухне. Жарка рыбы в масле, то еще действо конечно. Но эта самая жаренная корочка выглядела уж больно хрустко и вкусно, так что с запахом придется мириться. Потыкал вилкой картофель, почти готов. Как картошка сварится, так, пожалуй, можно будет и присесть уже, остальную рыбу в процессе дожарю. В холодильник-то не уберешь.

Фёдор закончил с мясом, нарезав с полкилограмма, и перешел к хлебу. Тут он не стал церемонится и ломти выходили весьма солидные, в пару пальцев толщиной. Моих пальцев, если бы мерили его пальцами, то каравай кончился бы после второго ломтя.

Выложив на тарелку вторую порцию рыбы, я слил воду из кастрюли с картофелем и пригласил гостя присаживаться за стол. Выставил на стол каждому по тарелке, стакану, выложил вилки, к которым Фёдор отнесся весьма скептически. Присели. Фёдор разлил по стаканам настойку и взяв в руку свой стакан, уставился на меня. Я приподнял свой стакан, наполненный коричневой жидкостью примерно на треть:

- Ну! За мир! Во всём мире и в отдельно взятой компании!

Фёдор просиял и встав потянулся стаканом в мою сторону. Пришлось тоже встать. Чокнулись, выпили. Я вышел из-за стола и молча протянул руку Решетову. Фёдор же, уронив стул и проигнорировав мою руку сграбастал меня в охапку и сжал. Я никогда не попадал под поезд, и самосвал меня не переезжал, но теперь понял, что чувствуют эти несчастные попав в такую ситуацию. Он из меня чуть не выдавил только что выпитое. Я спешно ответил на его медвежьи «обнимашки» и довольно сильно похлопал его по спине, прохрипев:

- Пусти, удавишь, ёпт.

- Прости, Вадим Митрич. Прости. – тут же отстранился Решетов. – Спасибо тебе! Дурак я, правильно Илюха всё про тебя говорил. Наш ты человек. Свой.

- Ну и отлично. Садись. Давай уже закусим.

- Ага, ага. Давай. А это? – Фёдор указал на бутылку.

- Давай попозже, а. Дай пожрать хоть.

- А и то. Давай поснедаем. Ты рыбу-то где взял, Вадим Митрич? – спросил Фёдор, закидывая рукой в рот целый кусок.

- В море. Где же её, еще брать-то. С карабина застрелил. – Стал сочинять я на ходу. Не показывать же ему свои спиннинги из углепластика с катушками.

Фёдор вытаращился на меня:

- Это как так?

- Ну вот так. Спускался к причалу вчера вечером, смотрю, а там этот плавает, внутри стенок, и почти по поверхности. Заблудился наверно. Ну я и пальнул. Попал, как видишь. Поплавать правда пришлось за ним потом.

- Эва-а-а. И что прям сразу издох?

- Почти. Голову оторвало почти и полтуши в хлам разнесло. Но осталось все равно немало. Вчера ели, сегодня вот еще. Остальное выкинуть пришлось. Соли мало у меня, а то засолил бы.

- Беда-а-а. – произнес Фёдор, изучая надкушенный кусок у себя в руке. – Крупный был тунец-то. Взрослый.

- Да уж. Немаленький. Килограмм на десять бы точно вытянул. А может и больше.

- Жалко. Бывало мы тоже так били на учениях. Но редко удавалось. Они на поверхность не всплывают почти. А пуля глубоко не заходит.

- Говорю же, заблудился он там, между стенок. Наверно задыхаться начал.

- Наверно. – Согласился Фёдор. – Ну что еще по одной?

- Мне на два пальца. Моих пальца! – Я продемонстрировал ему свои пальцы. – У меня не такая конституция как у тебя-то. Срубит меня ваша "решетовка" с ног.

- Ага, ага. Тогда я себе повторю. Мне оно чисто от устатку и для аппетиту.

Фёдор разлил настойку по стаканам и встав, провозгласил:

- Спасибо, Вадим Дмитриевич, что принял. Что зла не держишь на дурака. Поспешил я судить. Всегда у меня так. Прости уж. Спасибо что выслушал и понял. За тебя, Вадим Дмитриевич! Век не забуду! Всё сделаю! И за Славку тебе от всех нас спасибо большущее!

Решетов поклонился слегка и распрямившись тут же опрокинул в себя содержимое стакана. Я встал, кивнул ему и отсалютовав стаканом молча выпил свою порцию.

После этого второго тоста мы плотно принялись за трапезу, замолчав. Вяленная нога кабана, оказалась не такая сильно соленная, как я ожидал. Не суха и не жирна. Вкус несколько необычный, но приятный. А нарезанная Фёдором до состояния прозрачности просто таяла на языке. Конечно мешать рыбу с таким деликатесом было довольно глупо, но уж так сложились у нас обстоятельства. Впрочем, наличие этой самой кабанятины, нисколько не помешало рыбе исчезать. Я так понял Фёдору было наверно в принципе все равно что в себя закидывать. Тут главное было в объеме поглощаемого. Он бы наверно и сало в сметану макая мог бы слопать, при этом похрустывая огурцами.

Заметив, что мой гость кажется наелся, я налил нам по третьей порции решетовской настойки и встав толкнул тост:

- Ну давай, Фёдор! За понимание! За мир! И за открытие навигатской школы на территории вверенного мне объекта!

Фёдор встал и чокнувшись со мной стаканом сказал:

- Ты прям сейчас как наш капитан армейский, Вадим Митрич! Вверенный объект! Ишь как завернул! Ну! За понимание! И остальное!

Мы выпили и закусив ломтями мяса довольные отвалились на спинки стульев.

- Хорошо. – Протянул расслаблено Фёдор.

- По трубочке? И за работу? – предложил я.

- Это можно. Спасибо, Вадим Митрич. Хорошо перекусили.

Мы вышли на веранду в сад и забив в трубки табак расселись, переваривая свои впечатления от примирения сторон.

31 мая, продолжение.

Выкурив по трубке, мы спустились в эллинг вместе по подземному тоннелю. Подвал дома, тоннель и сам эллинг в скале вызвали у Фёдора неподдельный восторг. Проходя он трогал камни, оглядывал своды и не переставал цокать и восхищаться.

- Это же надо такое выстроить. Не делают сейчас такое. Это же сколько труда тут. Не просто шахту вырубили, еще и крепь каменная. Это, Вадим Митрич, точно еще до потопа было построено. Мы бы такое повторить не смогли бы. Умели раньше.

Опять этот их потоп. И поговорить об этом мне охота, сил нет, но и ляпнуть что-то лишнее опасаюсь. Тем более с этим товарищем, спешащим с решениями и выводами. Это же не рассудительный Илья, или доверчивый Славка. Поэтому я просто кивал соглашаясь, но не озвучивая свою версию:

- Возможно, Фёдор, возможно. Я как-то не интересовался. Я в стройке такой мало понимаю.

- Зато я тебе точно говорю, Вадим Митрич. – Горячился Фёдор. – Я даже представить не могу как так швы ровно сделать у камней. Как так их подогнать-то можно. И тут вот. И даже сам маяк с домом у тебя не простые. Такие здания с прошлых времен только есть. Сейчас все из кирпича и дерева делают. Не умеют так с камнем работать. Уж я точно тебе говорю.

В общем впечатлений у человека теперь будет много. Еще небось и трепаться начнет у себя на руднике. Этого стоило избегать.

- Ты вот что, Фёдор. Ты бы на стороне где-то не говорил про всё вот это, увиденное тут. Ты же вроде человек военный. Понимать должен. Объект-то у меня не простой, а стратегический. Так что… Тебе я еще показать могу как отставному моряку, но другим знать этого всего не следует. – Польстил я ему, предупредив его поспешность и горячность с болтливостью. – Понимаешь ли?

- Так точно, Вадим Дмитриевич! – Фёдор аж чуть по стойке смирно не встал. – Не изволь беспокоится. Всё понял. Нем как рыба.

- Смотри. В этих подземельях твоя родня тоже не бывала. Так что и им много не рассказывай. Меньше знают крепче спят. – Добавил я ему значимости в его собственных глазах.

- Ага. Понимаю. Сделаю.

- Ну и славно. С чего начнем-то? – спросил я, распахивая ворота эллинга.

Фёдор почесал затылок, посмотрел на яхту, на потолок. Обошел яхту по кругу и вынес многообещающий вердикт:

- Ну я так понимаю, надо сперва на воду спустить. Тут мы мачту не поставим.

Гений же!

- Давай, Вадим Митрич, я толкать буду тележку, а ты лебедку отпускай помалу.

Я встал к лебедке, осмотрев механизм, поднял собачку на храповике и дал команду Фёдору:

- Готов. Толкай.

Фёдор уперся в нос яхты плечом и столкнул тележку, с установленной на нее яхтой, с места:

- Легко пошла!

Решетов распрямился и уперевшись своими лопатообразными ладонями в форштевень судна стал толкать яхту к пандусу.

- Вадим Митрич! У самой воды надо остановится будет. Крепления отстегнуть. – Предостерег Фёдор.

- Свистнешь.

Ждать свиста долго не пришлось. Я опустил собачку и застопорив лебедку поспешил наружу.

Яхта стояла на уклоне пандуса свесив корму над самой водой, касаясь лопастью руля легких волн. Фёдор развязал уже дин из двух канатов, которыми яхта была привязан к тележке и принялся за другой. Я же подхватил первый канат и оттащил его внутрь эллинга. Следом Фёдор занес второй.

- Я это, Вадим Митрич, сейчас на борт поднимусь, а ты меня потихоньку отпускай лебедкой-то. Потом брошу тебе конец подтянешь меня к пирсу. Добро?

- Да, добро конечно. Ты тут главный сейчас.

- Ну давай тогда. Спускай.

Я дождался пока Фёдор подтянувшись вскарабкается на палубу и поспешил к воротам эллинга.

- Фёдор, ты готов там? Веревку нашел?

- Конец, Вадим Митрич, конец нашел. – Поправил он меня в терминологии.

- Ну всё, держись там! За конец.

Я подошел к лебедке, чуть притянул тележку к себе, освободил собачку и медленно стал отпускать лебедку ожидая сигнала от Фёдора в любой момент. Но после оговоренного свиста, все равно выглянул из ворот и дождался от Решетова отмашки рукой. Я, быстро вращая рукоять лебедки поднял тележку из воды и выведя ее на ровную площадку, остановил. Затем побежал на причал спеша принять от Фёдора брошенный конец, не дав яхте далеко отплыть. Поймать конец удалось с первого броска, и я встал, раздумывая куда мне его крепить.

- Вадим Митрич, вона, туда тяни нас. К привальному брусу. – Фёдор мне указал примерно в середину причала. – Вишь, бревно там канатом обмотано. Вот к нему тяни. Чтоб бортом встали. А конец носовой, этот что у тебя, на ту тумбу вяжи.

Я глянул в направлении куда мне указывал Фёдор и увидел там короткое вертикально стоящее бревно, находящееся близ внутреннего угла причала.

- Ага. Понял. Принял. – крикнул я Фёдору и ослабив канат побежал на часть причала параллельную берегу. Оттуда мне будет проще развернуть яхту носом от берега, чтобы потом привязать конец к угловой тумбе.

Мне думалось ворочать на воде такую большую лодку будет сложно, но нет, яхта была вполне послушна и управляема. Пока я занимался этими маневрами, Фёдор, перейдя на корму разматывал канат уже там.

Увидев, что я уже на месте, в углу причала, и яхта развернута Фёдор прокричал:

- Просто вяжи конец на кнехт. Ну на бревно петлю эту накинь и всё, Вадим Митрич. Я сам подтяну потом, ты вот кормовой конец прими и ну ту тумбу его накинь.

Решетов указал мне на вертикальное бревно, торчащее метрах в пяти от начала пирса. Я подхватил уже переброшенный им на пирс канат с петлей на конце и пробежавшись накинул петлю на бревно.

- Всё! Хорош! Я сам дале. – Крикнул мне Фёдор и принялся подтягивать яхту боком к причальному бревну, бегая то на нос, то на корму и подтягивая соответствующие канаты. Через несколько минут таких его пробежек с манипуляциями канатами раздался слабый удар борта яхты о привальное бревно. На палубе стоял сияющий Фёдор в промокшей от пота рубахе и каплями пота, стекающими по лицу.

- Веришь, нет, Вадим Митрич, но я аж помолодел! Прям как в армии! Прям аж вспомнилось всё сразу, как вчера!

-Верю конечно. Но ты вот скажи мне, как моряк моряку. А как я это один-то буду проделывать? – задал я Фёдору, очень волнующий меня вопрос.

Сияющее лицо Решетова тут же вытянулось и окаменело. Он огляделся вокруг. Почесал затылок:

- Вот жешь… Дык… Думать… Надо… Мы так приваливались. Сами.

- На веслах?

- Ну и под парусом тож заходили. Учились же. – Фёдор развел руками.

- Ясно, понятно. Значит буду учится. Или думать. Как думаешь, Фёдь, мне думать или учится? Что у меня быстрее-то получится?

- Шуткуете всё, Вадим Митрич. Я же серьезно говорю. Учились мы долго. Нельзя за один день-то научится. Говорю же. Парус надо заранее опускать и рулем работать. Оно же чем медленнее идёт, тем хужее слушается. А для того надо с корабликом сперва прижиться вместе.

Фёдор всерьез задумался над проблемой моей самостоятельной швартовки, которая обернется для меня скорее всего кораблекрушением. Я же решил изложить ему свою идею, которая пришла мне в голову еще во время моей беготни по причалу:

- Сергеич, как тут к тебе забраться-то? Есть у меня мысля одна. Покажу.

- Да? Сейчас погодь. Тут трап есть. – Фёдор нагнулся и поднял решетчатый настил рулевой палубы, выполняющий и роль сходен при необходимости.

Я поднялся по спущенному трапику на палубу и жестом позвал Фёдора на верхнюю палубу. Оттуда было проще показать мою идею.

- Смотри, Фёдор. Там в эллинге есть буйки какие-то. Из пробки наверно. Там их пять штук зачем-то лежит. Так вот. Мы берем, отмеряем на обоих концах швартовочных примерное расстояние до середины этой славной гавани. Наискосок вот так, от тумб вот этих. – рассказывал я Федору свою идею активно жестикулируя руками. – Отходя от пристани разматываю концы, не снимая их с тумбы, и когда достигну той точки посередине, вяжу концы к буйку и отпускаю в воду.

- Дык снесет буёк волной-то. Заякорить если только… - перебил меня своим сомнением Решетов.

- Погоди ты. Не снесет. Будет еще один канат идущий от буйка к дальнему концу причала. Получится как бы растяжка такая, из трех канатов

- Да как же ты его оттуда сюда протянешь-то, когда один тут будешь? – сразу указал на минус моей затеи Фёдор.

- А вот мы этот канат с тобой вдвоем прокинем, и он тут будет всегда. Гляди. Мы сейчас делаем эту растяжку мою. Только вот этот канат, который мы от буйка прокинем к концу причала должен быть раза в два длиннее того расстояния. И вязать надо, серединой каната к буйку, который с двумя швартовыми. Растянули. Уплыли. – Фёдор уже внимательней прислушался ко мне. – Заходим назад. Убираем парус. И направляем яхту прямо на этот вот канат-оттяжку. Упираемся в него, носом или бортом по нему скользим. Багром вот можно помочь. Доходим по этому канату до буйка со швартовыми. Принимаем швартовы на борт и отвязываем середину оттяжки от буйка, поднимаем конец этой оттяжки из воды и привязываем его где-то тут на борту просто. Потом начинаем подтягивать себя за швартовы к бревну. Как тебе?

Фёдор покивал головой. Молча показал мне большой палец. А он у него реально большой.

- Хитро, Вадим Митрич. Хитро. Сработает точно. Но надо попробовать сперва вдвоем это сделать.

- Конечно испытание проведём. Вот прям сейчас и сделаем. А? Как тебе?

- Слушай, Вадим Митрич! – Вдруг воскликнул Фёдор. – Так это получается и отходить проще станет! Смотри.

Теперь уже Фёдор принялся активно жестикулировать своими лопатами, хотя я его понял еще на слове отходить.

- При отходе, мы значит слабим швартовые, а за эту самую оттяжку тянем с носа и носом же вперед начинаем выходить из причала. Потом, когда кормовой швартовый натянется мы вновь все эти концы и середину оттяжки увязываем на буек и подняв парус уходим в море! А!? Здорово же!?

- Да, пожалуй, сработает, Фёдор. Только я думал еще один канат подвязать к буйку, а в море за границей причала утопить каменюку, как якорь и по этому канату выходить. Но наверно это уже лишнее.

- Да лишнее это, хватит и этой вот оттяжки. Приподнял ее и руками перебирая немного ходу набрать можно легко. Здорово ты придумал, Вадим Митрич! Голова! А то я уже загрустил что-то. – засмеялся Фёдор.

- Ну тебе виднее. Опыта на море у тебя всяк больше моего. Пробуем?

- Да погодь, пока-то, Вадим Митрич. Надо бы мачту поднять, проверить всё.

- И то верно. Давай в трюм глянем что ли. А то вдруг и правда течь есть.

Мы с Фёдором почти синхронно поплевали через левое плечо три раза и постучали по дереву, благо последнего на деревянной яхте было в избытке. А Фёдор еще и провозгласил:

- Ну и дурак же я! А! – радостно так констатировал Решетов. – Ну какой из тебя шпион, Вадим Митрич! Не умеют они так вот!

- Нас етьому учать, руський дурак Теодоро! – с как можно более серьезным выражением лица ответил я заржавшему Фёдору.

- Ой не могу, Митрич! – по-детски вытирая слезы огромными кулаками простонал Решетов. – Не похоже у тебя получилось. Вообще не так они говорят.

- А ты их слышал, что ли?

- Да не. Нам учитель из университета показывал, как они говорят на русском.

- Ну раз из университета… А, он точно не шпион, Федя?

- Да, тьфу ты! Опять он про то.

- Ага. Опять. Так что делать-то будем дальше, Фёдор?

- Пойдем в трюм глянем?

- Э не, не надо. Я сам посмотрю, мы там вдвоем не развернемся. Посиди пока, подумай.

Я спустился в кубрик и открыв люк в полу заглянул в трюм. Меня волновала не только течь корпуса, но и материал, из которого сделан балласт. Воды я не увидел, и даже не нащупал, запустив руку в небольшую щель между блоками балласта, видимо для осмотра и оставленную. Блоки же порадовали своим красным блеском и ценой. Чистая медь! Интересно, а сколько тут этого балласта вообще по весу. Хоть бы паспорт какой выдали к судну.

Я закрыл люк и вышел из кубрика. Увидев вопросительно смотрящего на меня Фёдора, принял стойку смирно и приложив руку к виску дурашливо выкрикнул:

- Докладываю! Течи нет!

- Вольно, господин капитан-ученик! – поддержал мою шутку Фёдор. – Давай мачту подымем.

У мачты оказалась довольно любопытная, но интуитивно понятная мне конструкция. Нам предстояло выдвинуть ее специальными рычагами по направляющим вперед на нос, затем зафиксировать ее основание в стальном поворотном стакане. Потом предстоит закрепить на мачте гик вертикально в небо, протянуть через его конец канат почти от вершины мачты к лебедке, закрепленной на транце. И используя гик как рычаг поднять мачту вверх, тогда основание, заключенное в стальной стакан, уйдет в специальную шахту, которая является еще и ножкой стола в кубрике. А в интерьере кубрика появится еще и бревно, торчащее из стола и заслоняющее носовой иллюминатор. Издержки.

Под столом же оборудован еще один люк, вскрыв который можно получить доступ к месту крепления стакана основания мачты к балласту. Четыре солидных болта стягивающих нечто вроде цангового зажима вокруг стакана. Все это расположено в узенькой нише темного трюма, под столом тесного кубрика и болты крутить придется вслепую массивным трубчатым ключом. И конечно Фёдор туда просто физически не помещается. Но он всё равно размести себя на рундуке в кубрике и с наслаждением получал, посредством ушей, лишнее подтверждение моего русского происхождения.

Вылез я оттуда злой как собака и мокрый как губка, но с испытал гордость, когда Фёдор не смог расшатать мачту. Затем мачту мы укрепили шестью растяжками и освободили гик от жесткой сцепки с мачтой, так как он должен иметь свободный ход в диапазоне ста восьмидесяти градусов в задней полусфере корабля относительно мачты. Фёдор конечно не использовал многие морские и умные термины, а чаще показывал на пальцах, пальцем или просто называл что-нибудь, требующее поименования – «вот эта вот штука» или еще проще - «та хреновина». Теперь нам предстояло разобраться с парусами. И видя печальное лицо Фёдора я предложил:

- Может сходим по чайку махнем?

Мой учитель тут же оживился и радостно закивал:

- Точно, Вадим Митрич, чаёк сейчас не помешает. Только вот… я сейчас.

Фёдор спустился на рулевую палубу и открыв рундук возле штурвала вытащил пару спасательных жилетов, отложил их в сторону и извлек стальную цепь со стальным же цилиндром на конце.

- Во! Глянь, Вадим Митрич! Замок на месте! – заорал Фёдор, потрясая звякающим железом.

Я спустился к нему и увидел обыкновенную цепь и замок в виде цилиндра густо смазанного какой-то смазкой. Ключи от замка нашлись у Фёдора в другой руке. Видя мое непонимающе лицо, Решетов вздохнул и показал, как работает местная «противоугонка». Штурвал тупо приматывался цепью к стальной тумбе, на которой этот штурвал и был установлен. Застегнул цепь на замок и всё, руль не работает, лодка неуправляема. А если еще и вывернуть штурвал до упора в какую-нибудь сторону и застигнуть, тогда и прямо уплыть не получится, лодка будет кругами ходить, ее даже на буксире не утащить. Всё это Федор тут же, на натуре, пояснил и продемонстрировал. Потом вручил три ключа на связке мне и пригласил на выход с корабля.

Пока закипал и заваривался чай, мы сидели на веранде и обсуждали плюсы и минусы моего кораблика. Особенно Фёдор налегал на мои новые возможности по грузоперевозкам.

- Вот сам посуди, Вадим Митрич. Тот же Илья с удовольствием зафрахтует твой корабль для доставки себя и своих сыров с мясом в город. По жаре. Да он мясо свежее никогда в город не возит поэтому. Ну и сыры тож летом особо не повезешь. Ему на фургонах до города тащится почти двенадцать часов. Потому что без остановки идти не получится, коням отдых нужен. И людям отдых нужен. А коней каждый раз распряги, да запряги. Да напои, да накорми. А если что сломается? Колесо, али ось, тогда вообще беда. – Горячился Фёдор. – А теперь твой корабль возьми. Тут до города по прямой километров тридцать, а то и менее. Твоей яхте ходу часа на три всего, даже если ветер боковой.

- А какая у нее вообще скорость? – Прервал его я.

Фёдор слегка задумался, что-то видимо вспоминая и высчитывая.

- Ну думаю при попутном ветре она все пятнадцать километров выдаст. При боковом ветре километров двенадцать. Но это все равно около трех часов против двенадцати по пыльной дороге с постоянными остановками, по жаре. Ты вот как сюда добирался?

- Да так же, на кораблике похожем на мой закинули. – ступил я на «хрупкий лёд», но Фёдор так увлекся своими доводами, что не стал углубляться в тему моего попадания на маяк. И слава богу.

- Вот! А если бы ты на упряжке сюда со всем багажом ехал, ты бы меня сразу понял. Мы с рудника в город тоже на лодках ходим. Вниз по реке на веслах, а потом вдоль берега под парусом. И руду так же вывозим. По реке на лодках, а в устье ее на корабль принимают. Но не об этом сейчас. Я о том, что на корабле твоем, это вообще ерунда в город сходить. Раз и там. Хоть каждую неделю ходи! Тебе-то небось тоже тут одному уже опостылело сидеть. А в городе у-у-ух!

Чего в городе по мнению Фёдора «у-у-ух» я решил не выяснять, но у меня самого на посещение города было много планов. Очень меня интересовали книжные магазины их города. Да и вообще информация, с которой у меня на маяке было совсем никак. Только если Космос со Звездочкой поделятся, они наверно в том Приморске побольше моего бывали.

- Задумался, Вадим Митрич? – хитро сощурившись спросил Фёдор.

- Есть такое дело, Фёдор. Есть. Думать точно есть про что. Но пока что и говорить не о чем. Я дальше ближайшей скалы вряд ли уплыву.

- Ничего, научимся. – Фёдор тут же снова бросился в атаку. – Давай быстро чай выпьем и пойдем учится.

Уже по дороге к кухне он продолжал гудеть у меня за спиной.

- Да и если подумать, то можно так придумать, чтоб я с вами первые разы сходил. Только надо так подгадать, чтобы на шахте дня три выпросить выходных. Но то договорюсь. Есть кому подменить. Зато молодость вспомню.

Я заподозрил было Фёдора в шкурных интересах своего семейства, но кажется был не прав, потому как на кухне Фёдор продолжал заливаться соловьем.

- Я ведь часто думаю, о том почему я не остался на море. Чего я после службы опять на эту чертову шахту попёрся. Поторопился я тогда. Как всегда, у меня. Думал приду на шахту в новой форме, все обзавидуются. Все девки мои будут. Дурак был. Да только вот остался там уже навсегда. А сейчас вот с тобой на корабле твоем побыл, руки вспомнили. Прям как снова молодой. Эх… - Фёдор махнул рукой. – Давай, Вадим Митрич, по маленькой. За твой корабль и за море.

Нет похоже тут у меня трагедия не хуже Шекспира, а не шкурное дело. Человек переоценивает свой жизненный путь похоже.

Так как на столе никто и не подумал убираться, я налил в наши стаканы примерно те же порции. В тарелке еще оставалось немного нарезанного мяса, под полотенцем лежал хлеб. Так что об отсутствии закуски можно было пока не переживать. За сыром только в подвал надо будет сходить, к бутербродам.

Фёдор взял стакан, и сказал, глядя куда-то в окно:

- За твой корабль, Вадим Дмитриевич! За наше славное море! За тех, кто в море!

Я думал было чокнуться стаканом, но Решетов, даже не заметив мою неловкую попытку, выпил свою порцию одним махом и остался стоять на месте, пялясь в окно. Похоже сильно мужика морюшко по голове долбануло. Моряк — это видимо диагноз.

- Садись, Сергеич! Давай чайку выпьем. Может успокоишься. А то ты что-то совсем так скиснешь. – И я указал на бутылку. – Это точно не поможет, только сильнее разбередит. Походим мы еще на корабле. Да и на руднике у тебя не все же плохо. Люди-то уважают небось?

- Так то, да. Неплохо у меня всё на руднике. И жена, и дети молодцы. И то правда. Что-то я того. Это, Вадим Митрич, всё оно. Море. И корабли. Эх. Видел бы ты какие мы злокозни сержанту нашему делали, пока он нас учил уму-разуму. – Тут же переключился Фёдор.

В общем пока мы выпивали чай с бутербродами с сыром и кабанятиной. Фёдор мне успел поведать о своей службе в морской пехоте Российской Империи. Впрочем, его рассказы, службы касались постольку поскольку, потому как повествовали они о залётах молодых военнослужащих и стойком преодолении этими военнослужащими последствий своих залётов. Но и эта информация в отсутствии прочей мне была полезна. Она содержала в себе взаимоотношения местных жителей, условия быта и прочие полезные мелочи. Наше чаепитие затянулось почти на час и мне пришлось с неохотой прервать поток воспоминаний помолодевшего Решетова напомнив ему о его любимом море и моём корабле, который ждёт.

31 мая, продолжение.

В эллинге мы нагрузились бухтой каната толщиной сантиметра два. Прихватили пару овальных пробковых буйков бело-красной раскраски, пронизанных бронзовым стержнем с двумя кольцами на концах. Как говорится, то, что доктор прописал. Карабинов никаких к сожалению, не нашлось. И когда я попытался объяснить Фёдору, что именно я искал в эллинге, он удивился. Не встречал он такой вещи ранее, но выслушав описание, оценил. Нет карабинов, значит будем учится вязать морские узлы. И вообще, по мнению Фёдора, мне с этого и надо было начинать, типа все так учат же. Я пытался прихватить из одного сундука паруса, но Фёдор сказал, что это запасные, на яхте уже есть в наличии. Оказывается, на носу есть еще довольной обширный отсек, который принято называть якорным ящиком. Вот в нем есть тот самый якорь, в количестве аж трех штук, и там же хранятся свёрнутые паруса, канаты и прочий шмурдяк, который у приличных людей моря принято называть оснасткой.

Приладить паруса на их законные места оказалось не так сложно, как я опасался. Да. Канатов прибавилось изрядно. Но самих парусов оказалось всего два, грот и стаксель. Еще в ящике имелся штормовой кливер, тот же стаксель только маленький. Но Фёдор сказал, чтобы я вообще в его сторону не смотрел даже. А вот сами паруса его почему-то ввели в легкий ступор, точнее материал, из которого они были изготовлены. Впрочем, он и на канаты растяжек обратил свое внимание, когда мы устанавливали мачту. Сказал, что плетение хитрое какое-то. А по мне так обычные веревки. На синтетику не похожи, ворс есть, но плетение плотное и точно не косичкой. Ткань парусов же напомнила мне нейлон или еще какую-то синтетику. В общем совсем не то чем была укрыта яхта находясь в эллинге. И теперь эти паруса подвергались тщательному осмотру Фёдором. Похоже Строители слегка переборщили.

- Может это шелк какой-то? – подкинул я Фёдору идею.

- Да шут его знает. Кто же паруса из шелка шьёт-то. Ерунда какая-то. Да и шелк-то тоненький же. А тут вон какая крепкая ткань. – Фёдор вновь мне продемонстрировал крепость ткани пытаясь ее рвануть своими лапами.

- Эй, эй! Ты полегче! Ты же своими лапами сейчас ее в хлам порвешь! – заорал я. Не ну реально страшно. Федя-то от медведя слабо отличается. – Шелк же не обязательно тонкий, можно же и в несколько нитей плести. Может к шелковой нитке еще чего вплели. Чего ты распереживался-то. Работать же будет?

- Да еще как будет! С такими парусами работать одно удовольствие конечно. Легонькие, мягонькие. На них спать как в богатой гостинице можно! Дорогущие наверно. Никогда таких не видал.

- Ну так кто бы вам на шлюпки дал дорогие, ежу понятно, что в армии должно быть все просто, надежно и дешево. Потому как надо этого всего там много.

- Ну да. Это точно. Но все равно. Дивная ткань какая.

Фёдор опять попытался растянуть материал, но заметив мой взгляд, разгладил ткань у себя на колене и помотал головой:

- Так ты лодку не сам покупал?

«Лёд подо мной захрустел». Не могли же Строители так облажаться. Наверняка тут ест такие материалы. Ну или похожие. Кроме портала в подвале маяка не замечал я раньше тут технологий выбивающихся из картины этого мира. Да и Решетовы ничего не увидели такого бывая у меня в гостях. Маяк с его стержнями и цилиндрами вполне нормально приняли, как должное.

- Нет. Лодка тут и была. Как и конный экипаж и вся посуда и всё остальное. Опять шпионы?

- Да, тьфу, ты. Вадим Митрич, ну какие шпионы. Просто дивно мне, такую ткань и на паруса. Из нее бы платье невесте шить.

- Вот невесте как раз и нужен тонкий шелк, Фёдор. А парус должен быть крепкий, но лёгкий. Так ведь?

- Ну да. Только парус этот, Вадим Митрич, жалко. До чего ж дивный.

- Хорош нудеть, Фёдор. Отличный парус же. Значит давай его быстрее опробуем.

- И то верно. Но чудно. В столице небось и не такое бывает. Так ведь, Вадим Дмитриевич?

- Это да. Прогресс оттуда идёт всегда. Просто у нас тут угол медвежий, вот не сразу и узнаем. Мы паруса-то крепить будем к мачте? – поспешил я направить мысли Решетова подальше от «опасного льда» моего пребывания в этом мире. – Или тут сделано не как у вас на шлюпках?

- Да тут точно не так сделано. Тут всё очень по уму. Легче даже. Этот кораблик точно не у нас в Приморске делали. Очень умно. Удобно сделано. И надежнее. Всё на болтах и блоках устроено. Тебе так и правда узлы вязать не придется. Хитро.

Так продолжая бубнить, хлопать себя по ляжкам, цокать и мотать головой из стороны в сторону Фёдор занимался монтажом парусов к мачте. Я же следовал его указаниям и вообще не замечал ничего сверхъестественного во всей этой верёвочно-тканевой трихомудии.

Через пару часов всего этого колдовства Фёдор заявил, что корабль готов к выходу из гавани. Настал волнительный момент.

- Что вот прямо совсем все готово? – недоверчиво спросил я.

- Да, вполне готов. Чего тут еще-то мастерить. Ветерок хороший. Не сильный. Самое то. В меру дует. Как раз что бы попробовать.

- А вот это вот каждый раз надо парус снимать в ящик? А яхту в эллинг прятать?

- Да не-е-е! Что ты! Паруса просто спустить и в чехол забрать. Там чехлы в ящике, из настоящей парусины они. Да и лодку наверно надо тем чехлом что мы сняли накрывать. И пусть стоит тут.

- Слушай, так она же будет все время бортом об бревно это тереться. Краска облезет же. – Указал я на очевидный для меня факт.

- Да. Непорядок. Простой бы лодке и можно этак вот стоять. А эту красавицу жалко, да. – Фёдор задумался было, но тут же хлопнув себя по коленке провозгласил. – Вот же дурак я! Надо же. Вот же, смотри, Вадим Митрич. Та тумба, на которую мы оттяжку привязали и вона на берегу еще одна. Вишь её? Вот на них надо концы еще завести и оттянуть кораблик от пирса. Слегка. На полметра, метр. Сходней хватит.

Я оценил предложенный Фёдором вариант глазами. Действительно, похоже, что для этого те тумбы там и смонтированы. Правда моя гавань постепенно превращается в какую-то паутину. Но зато яхта точно никуда не убежит. Главное, чтобы канатов в эллинге хватило.

Потом была попытка донести до меня теорию управления парусами. В управлении кстати вообще проблем не возникло. Как их сворачивать и как перенаправлять с борта на борт, у меня вообще не вызвало трудностей. А вот когда не очень эрудированный шахтёр пытался мне объяснить ловлю потоков ветра парусами… Вот эта была проблема. Единственно, что я с изумлением усвоил, так это то, что ловить ветер прямо в парус большая ошибка. По крайней мере на этом судне. Все начало вставать в моей голове на места, когда Фёдор сказал, что тянущая сила возникает у паруса как раз не стой стороны куда бьёт ветер. Тут я вспомнил школьную физику и то как возникает подъёмная сила на крыле самолета. Скорее всего и тут работало так же. Только вот Фёдор был не в курсе работы крыла и пытался объяснить то, чего сам не понимал. И делал это доступным ему рабоче-крестьянским языком. Он был хороший практик, но теорию им явно преподавали "на отвали".

- Так! Всё, Фёдор! Ша! Я кажется понял основное. Есть такая наука физика. Я с ней немного знаком. Так что давай-ка ты мне на практике покажи, чего тут и куда. А то с твоими тудой-сюдой и прочей хренью у меня скоро голова закипит.

- Ну давай, Вадим Митрич, попробуем. – согласился Решетов, тоже порядком устав ковыряться в своей голове в поисках подходящих слов. Затем выпрямился и дурачась гаркнул. – Отдать концы!

- Рано, Федя. Нам концы, вон там, - я показал на середину гавани, - отдавать надо.

- И то. Ну поплыли тогда.

- Гавно плавает, Федя! Мы ходим.

- Вот жешь. Уел. Дык я ж шахтёр, Митрич! – нашелся Фёдор. – Тогда давай, ты оттяжку тяни на себя, а я буду швартовы отпускать понемногу.

- Не. Ты на нос иди, тот швартовый отдавай, а я на корме буду тянуть оттяжку и отпускать швартовый.

Фёдор быстро оценил мое рационализаторское предложение и поправил своим:

- Тады наоборот, ты на нос, а я тута.

Учитывая Решетовские габариты и силу, я поддержал его предложение двумя руками. Правда потом мне это все придется исполнять одному, вот где побегаю. Ну или еще чего рационализирую.

Схема с оттяжкой и буйком показал себя годной. Сложноватая в использовании, но вполне рабочая. На середине гавани Фёдор немного поднял грот и поймав в него прямой ветер начал медленно выводить судно из границ причала играя штурвалом. Выйдя из гавани, мы еще немного приподняли грот и вышли на открытый простор. Я настоял, что бы Фёдор не бегал и не дергал за канаты, а только показывал мне пальцем «тудой-сюдой». Когда паруса полностью развернулись и маневрируя рулем мы поймали ветер я кажется подхватил от Фёдора его болезнь морем.

Никогда в своей прошлой жизни не мог представить себя на корабле под парусами. Даже мысль об этом не приходила в голову. Видя в интернете и по ТВ эту паутину веревок и гигантские полотнища парусов, я думал, что для управления всем этим хозяйством нужна большая команда или учеба с зубрежкой на долгие годы. Всегда думал, что это удел отбитых на всю голову спортсменов, любящих бегать по палубе и постоянно тянуть то одну то другую веревку. То же, что я испытывал сейчас никак не укладывалось в моей голове, где охотно прижились все эти выдуманные мной самим догматы.

Во-первых, бегать и тянуть веревки постоянно было вовсе не нужно. Нужно было найти оптимальное положение парусов относительно ветра и друг друга. Во-вторых, не нужно было постоянно крутить штурвал. Его вообще можно было не трогать! А если трогать, то нежно и не нужно было после этого бежать, и перенастраивать паруса. То, что я себе навоображал в голове нужно было именно спортсменам, которые шли на скорость и маневрировали между буйками. Простому плаванию это вообще не нужно! Есть курс, он не меняется. Есть ветер, он меняется очень медленно. И никакой суеты не нужно. А нужно просто наслаждаться этим полетом. Именно полетом. Яхта просто летела по волнам, разрезая воду острым форштевнем без всяких брызг, окатывающих палубу. Кое-какие брызги конечно долетали, но это было даже приятно. В какой-то момент я понял, что выгляжу со стороны наверно, как какой-то юноша шестнадцати лет увидевший чудо. Но глянув украдкой на Фёдора удивился. Он реально стал моложе, лет на десять точно. И еще он завис. Перестал давать мне команды и советы. Сидит, уставился куда-то вдаль и лыбится так, что кажется его слегка невменяемым. И я его понимаю. Сам такой же, только еще более шибанутый. И чтобы совсем соответствовать я ухватился за ванты мачты и свесившись через леера за борт заорал:

- Иё-о-хо-хо! И бутылка рома! Живё-ё-ё-м Федя-я-я!

Фёдор встрепенулся и выйдя из состояния радостной невменяемости просиял еще больше, показав мне свой очень большой большой палец.

Обидно только что времени до темноты осталось не больше полутора часов. Пришлось разворачиваться. При этом я предостерег Фёдора от подсказок и сам перенастроил паруса. На что Фёдор только удивленно покачал головой. Перед заходом в гавань я спустил стаксель и урезал площадь грота. Яхта стала быстро замедляться и Фёдор, играя рулем ввел ее в границы причала, я тут же спустил полностью грот и кораблик медленно продрейфовал к оттяжке и приняв ее бортом стал скользить вдоль нее к буйку со швартовочными концами.

Затем, после причаливания, мы осуществили задуманную идею с отводом борта яхты от привалочного бревна. Зачехлили парус, застегнули замок на штурвале и отправились в дом. Дождя этой ночью Фёдор не обещал, поэтому накрывать палубу не стали.

Дома завели позабытых коней в сарай, выдав им на ночь пайку и воду. Впрочем, моих коней кажется не особо и задело наше невнимание и отсутствие, они вполне себе нашли, о чем поговорить с конем Фёдора. Фред конечно построил из себя немного обиженного, но быстро простил, получив порцию каши. Нам же с Фёдором пришлось довольствоваться мегаяичницей из десятка яиц с грудинкой и деликатесной ногой кабанчика. Впрочем, из той яичницы я съел не больше трех яиц. И то только потому что закусывать надо! Бутылочку-то мы приговорили. Тут конечно опять отличился Решетов, которому эта крепкая настойка навредила так же как слону дробина. Но после нее и прогулки на яхте его как будто подменили. Исчез громкий и порывистый Фёдор и появился рассудительный уравновешенный Решетов, на губах которого все время расплывалась улыбка. Хорошо море мужика приложило. Мы еще долго сидели на веранде в саду, курили трубки, пили чай. Фёдор рассказывал о правилах, судоходства, которые никто не регламентировал и которые являлись скорее традициями. Снова обсуждали преимущества морского транспорта над конным. Спохватились, что у моего корабля нет имени. Долго спорили. Я победил, предложив имя «Новик». Поговорили о том, как мне выполнить надпись имени на борту. Краску оба отмели сразу. Фёдор попросил меня потерпеть до его следующего приезда, обещал подарок. Этот следующий приезд он думал осуществить, с моего позволения, через неделю, при этом просил разрешения привезти с собой Илью, сына. Я свое позволение выдал. Руки были пожаты. А потом мы разошлись спать. Рано утром Фёдору предстояло ехать домой, на рудник, через ферму Ильи. Видимо Илья хотел услышать отчет Фёдора о нашем с ним примирении. Что касается моего обучения морскому делу, то Фёдор только руками развел. Что он сам знал то и показал. Может какие-то детали и упустил конечно, но это он обещал исправить. А так он оказался очень удивлен той скоростью, с которой я понял принцип управления яхтой. До идеала мне конечно было ой как далеко, но Фёдор оценил мои результаты очень даже положительно. И даже готов был отпустить меня в город, в самостоятельное плавание. Но посоветовал всё-таки дождаться его. А пока походить вблизи маяка, потренироваться. Объясняя ему как так у меня получилось быстро всё понять, мне даже врать не пришлось, просто сослался на то что много читал всякого полезного и не очень.

1 июня.

Накормив утром Фёдора дивным, для него, блюдом под названием «макароны с сыром и хамоном», вручив ему в дорогу полбулки, испеченного мною хлеба и шматок грудинки с полкилограмма весом, мы тепло попрощались обнявшись возле ворот выгона. Зря я на него тогда взъелся, неплохой мужик-то оказался. Просто со своими тараканами, как и все мы.

Побродив по участку, осмотрев место проведения работ по копанию ямы я понял, что серьезно заболел. И вот продолжить копать эту яму прямо сейчас никак не смогу. Поэтому выгнав лошадей в загон и закрыв все двери в доме и маяке, я устремился на причал. Просто острый приступ болезни накатил. Фреда правда пришлось с собой прихватить, а то опять надуется.

Выходить в море немедленно я не собирался. А вот облазить всю яхту был намерен категорически. Даже фонарем нормальным вооружился.

В якорном ящике нашлись инструменты для обслуживания и мелкого ремонта яхты. Два спасательных круга из пробки густо покрытых красной и белой краской. И конечно без названия корабля. В рундуках на рулевой палубе и в кубрике нашлось восемь спасательных жилетов из белой парусины с брусками пробки внутри. За спинкой сидений рундуков у штурвала, в закрытых этими самыми спинками нишах нашлись металлические плоские емкости для воды. Каждая литров по сто, если судить по размерам. Емкости похоже выполнены из меди и покрыты оловом, как внутри, так и снаружи. Ну или серебром. Что вряд ли, но учитывая от кого мне эта яхта досталась, то всё может быть.

Внимательно осмотрел транец. За его поперечной доской обнаружилась небольшая площадка во всю корму, шириной не больше тридцати сантиметров. Из воды можно легко подняться на борт. И еще можно поставить подвесные моторы. Но это уже так себе идея. Если только моторы изготовить прямо тут, в Приморске. Но учитывая развитие местного машиностроения, под моторами которое это машиностроение построит мой кораблик даже вякнуть не успеет как пойдет ко дну. А вот название судна на верхнюю доску транца само просится. Я еще долго бродил по всей яхте поглаживая поверхности и дергая канаты. Влюбился однозначно. Захотелось выйти в море. Только надо хорошенько приготовится. Вода, провизия, дрон, карабин, спиннинг. Посуды опять-таки тут никакой нет вообще. Я конечно никуда далеко идти не собираюсь, но готовым нужно быть ко всему. Коней опять же надо закрыть в сарае. Бедолаги, не повезло им со мной. Яму вот еще бросил копать. Причин не ходить в море полно.

Но. Сегодня же воскресенье! Лето началось! Меня Море зовёт!

Дорогие читатели, на этом вторая книга о приключениях Смотрителя маяка заканчивается, но приключения продолжаются. Прошу вас не забыть поставить лайк, а то и вовсе подписаться. Мне тогда становится легко и приятсвенно на душе ;)