Публикуется впервые

Ремиш, Наталья

Летние истории про Миру и Гошу: рассказы / Наталья Ремиш; ил. Марии Колкер. — Москва: МИФ, 2026. — (Просто о важном. Про Миру и Гошу).

ISBN 978-5-00281-063-5

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Наталья Ремиш, 2026

© Оформление. ООО «МИФ», 2026

Привет, меня зовут Наташа Ремиш. Я автор этой книги, а ещё — мама, сценарист мультфильмов про Миру и Гошу и человек, который много лет наблюдает за тем, как ведут себя дети.

Эту книгу я посвятила лету — периоду активного познания мира. В летние месяцы у детей появляется больше свободы, они все в действии и часто перестают ощущать границы между опасностью и безопасностью, собственными интересами и интересами других людей.

Лето — время физических ощущений. На речке, в лесу или на море вы воспринимаете мир ярче, чем в городе. Вас окружают земля, песок, воздух, вода, ветер, тарзанки, палочки, комары, сырость, жара. Появляется так много новых звуков, запахов, чувств. А ещё это время встреч и знакомств. Дети так поглощены происходящим с ними, что с трудом справляются с переживаниями.

И нужно учиться работать с подзабытыми или новыми эмоциями, ощущениями и ситуациями. Именно об этом рассказывает моя книга. В ней — истории про лето, про свободу, которой иногда слишком много, и про эмоции, которые не всегда получается сразу понять и прожить.

В книге девять историй про лето. Мира, Гоша и Бейби скучают дома; и мама с папой решают, что им нужно больше пространства и чистого воздуха на даче у бабушки и дедушки. Но оказывается, что привычные правила дачной жизни изменились. Дедушка плохо себя чувствует, бабушке одной не справиться с детьми, а Мира и Гоша стали старше, и дачный участок им уже мал. Всем — и детям и взрослым — приходится учиться жить в новых обстоятельствах.

После каждой истории вы найдёте вопросы, которые подскажут, что обсудить. Некоторые проблемы не сразу очевидны, и вопросы помогут обратить внимание ребёнка на то, что имеет для него значение.

Общий разговор поможет вам лучше понять друг друга. Очень важно выслушивать любой ответ ребёнка без смущения, сомнений и осуждения. Ребёнок должен без страха делиться с вами мыслями, а вы должны его в этом поддерживать.

Ваша задача — в первую очередь задавать вопросы, а не высказывать свои суждения. Именно так мы учим детей критически мыслить, рассуждать и делать собственные выводы.

Лето только началось, а вместе с ним — каникулы. В этом году родители решились на время оставить детей дома и не отправлять к бабушке с дедушкой. Всё-таки Мира и Гоша уже достаточно большие, чтобы самим себя занять и не разнести квартиру в щепки.

— Вы уже взрослые, — сказала мама, открывая ноутбук. — Погуляйте во дворе часа два. У меня много работы, и папа сегодня занят. Только без приключений.

— Без приключений — это скучно, — усмехнулся Гоша.

— Можете с приключениями, но чтобы к вечеру вы были целы, — ответил папа с улыбкой.

Миру охватило какое-то странное, противоречивое чувство. С одной стороны, вот она, свобода взрослой жизни, а с другой — вместе с ощущением взрослости пришла тревога.

Во дворе сначала было тихо и пусто, и дети просто лазили по лестницам и шведским стенкам. Потом стали появляться мамы и папы с малышами, а ещё позже пришли ребята постарше с мячом и заняли футбольную площадку. Ближе к подъезду девочка лет шести с братом играли в бадминтон. Даже издали было видно, что ракетки и воланчик абсолютно новые. Ракетки — яркие, а воланчик — белый, ещё не растрёпанный.

Гоша вышел с велосипедом, и они с Мирой начали по очереди кататься по двору. То Гоша, то Мира. Наконец решили проехаться вдвоём, с Мирой на багажнике. Она очень обрадовалась, потому что еле доставала ногами до педалей и ездить было неудобно. Гоша же крутил педали легко.

Мира уселась на багажник, обхватила брата за талию. Было очень весело, совсем по-летнему.

Они наматывали круги по двору, смеялись, придумывали, что едут в экспедицию. Никому не мешали. Почти.

Вдруг Мира почувствовала лёгкий удар по плечу.

— Ай!

— Что? — крикнул Гоша.

— Ничего, — ответила Мира, хотя уже поняла, что в неё попал воланчик.

Они поехали дальше. Через круг воланчик прилетел снова — на этот раз в спину Гоше. Неподалёку стоял мальчик лет одиннадцати-двенадцати. Он вскинул ракетку и с улыбкой целился в Миру и Гошу.

Мальчик пожал плечами и снова ударил по волану. Тот описал дугу и попал в локоть Миры. Девочка почувствовала раздражение. Ей было не больно, но неприятно. Мальчик сделал это специально.

— Он нарочно, — сказала она Гоше.

— Не обращай внимания, он просто глупый, — ответил брат.

Но в следующий раз воланчик, летящий в Миру и Гошу, оказался прямо между ними и застрял. Мира быстро приподняла руки, чтобы воланчик не упал.

— У меня! — крикнула она.

Они мчались мимо мусорных баков.

— Что делать? — спросила Мира.

Гоша секунду помедлил.

— Выброси!

И Мира, недолго думая, запульнула воланчик в мусорку. Он упал не в бак, а где-то рядом, на землю между контейнерами.

Гоша не остановился. И через секунду Мира услышала:

— Эй!

Она обернулась. Мальчик — владелец воланчика — уже гнался за ними на своём велосипеде. У Миры внутри всё сжалось.

— Он едет! — прошептала она.

— Держись, — коротко сказал Гоша.

Он принялся яростно крутить педали, не останавливаясь.

Двор вдруг показался Мире очень маленьким. Они вылетели на улицу, миновали поворот. Девочка оглядывалась каждые пять секунд.

— Он за нами! — говорила она.

Ребятам казалось, что мальчик их вот-вот догонит, схватит за футболки, обвинит в том, что они не отдают волан. И будет драка. А это уже не игра.

Гоша выдохся минут через десять, но страх был сильнее усталости. Они свернули к старому магазину, потом проехали дворами к маленькому скверу.

Погоня длилась долго. Может, двадцать минут. А может, сорок. Или всего три минуты — не поймёшь, потому что время текло как-то странно.

Затем Мира крикнула:

— Его нет!

Гоша не сразу поверил. Ещё минуту они ехали молча. Потом остановились. У него дрожали ноги.

— Это вообще что было? — выдохнула Мира.

— Сам виноват, — сказал Гоша. — Нечего было целиться.

Но его голос звучал неуверенно. Разве можно выкинуть чужую вещь?

Темнело. Нужно было возвращаться. Мира чувствовала тревогу: вдруг мальчик ждёт их во дворе?

— Может, зайдём с другой стороны? — предложила она.

Они быстро подъехали к дому, бросили велосипед у подъезда и почти бегом поднялись на свой этаж.

Мама и папа их уже ждали.

— Всё нормально? — спросила мама, услышав взволнованное дыхание.

Гоша кивнул.

А через минуту раздался звонок в дверь. Мама открыла. На площадке стояли несколько взрослых и тот самый мальчик.

— Это ваши дети? — резко спросила одна из женщин.

Мира почувствовала, как холодеют руки.

— Они забрали у ребёнка воланчик и уехали с ним! — громко сказал кто-то.

— Какой воланчик? — нахмурилась мама.

— Подарок на день рождения! Вы вообще понимаете, что они натворили?

Гоша и Мира стояли как оглушённые.

— Мы не забирали, — быстро проговорила Мира. — Он в нас нарочно бил!

— Не придумывай! — крикнул мальчик.

— Он целился, — спокойно подтвердил Гоша. — И не один раз.

Взрослые заговорили громче.

— Где воланчик? — спросил папа, повернувшись к детям.

— Я… я его выбросила, — тихо сказала Мира. — У мусорки.

— Зачем? — Папин голос был не злым, но тяжёлым.

— Потому что он нарочно… и было неприятно.

Мама глубоко вздохнула.

— Пойдёмте, — сказала она.

Все спустились во двор.

Воланчик нашёлся быстро — он лежал у баков, чуть испачканный, но целый.

И тут Мира увидела ту маленькую девочку лет шести, которая тоже играла в бадминтон. Она стояла в стороне, глаза у неё покраснели.

У Миры кольнуло внутри.

Это был не просто воланчик, а чей-то подарок. На день рождения. Чья-то радость.

— Мы не знали, — тихо сказала она.

— А зачем выкинули? — строго спросила женщина.

— Потому что он… — Мира замолчала.

Гоша закончил:

— Потому что он целился в нас. Нам было неприятно.

Взрослые повернулись к мальчику.

— Ты целился? — резко спросил один из мужчин.

Мальчик пожал плечами, но уже без улыбки.

— Ну… просто прикалывался.

— Это не «прикалывался», — сказала мама спокойно. — Это называется: провоцировал.

Ненадолго стало тихо.

Воланчик отдали девочке.

— Извините, — сказала Мира.

— И ты извини, — неожиданно добавил Гоша, глядя на мальчика. — Но так тоже нельзя.

Взрослые разошлись не сразу. Напряжение висело в воздухе.

Дома папа сел на край дивана.

— Рассказывайте с самого начала.

Они рассказали.

— Я разозлилась, — призналась Мира.

— Я тоже, — сказал Гоша.

Папа кивнул:

— Мне ваша злость понятна. Но выбрасывать чужую вещь — это не лучший способ защититься.

Мира почувствовала, как внутри всё словно скручивается. Не потому, что её ругали. А потому, что она сама поняла.

— Можно было остановиться и сказать, — тихо произнесла она.

— Или просто уехать, не кидая, — добавил Гоша.

Мама села рядом с папой.

— В жизни бывают такие ситуации, — сказала она, — когда ты и прав, и неправ одновременно. Иногда мало только защитить себя, необходимо подумать, каковы будут последствия твоих действий.

Мира кивнула. Ей было не стыдно, но… сложно от переживаемых чувств.

— А если бы вы нам не поверили? — спросила она.

— Мы бы обязательно разобрались, — сказал папа. — Главное — говорить. Не убегать от разговора.

Позже, лёжа в кровати, Мира думала о том, что произошло. Она не чувствовала себя виноватой. Но и полностью правой — тоже.

Иногда лето начинается не с мороженого, а с урока. С понимания, что взросление — это не только когда тебя оставляют дома и отпускают гулять одного. Это когда ты самостоятельно принимаешь решения в сложной ситуации, а потом отвечаешь за них, даже если решал в спешке и страхе.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Мире и Гоше стало неприятно, когда мальчик начал кидать в них воланчик?

Обратите внимание ребёнка: если человеку неприятно или больно, это уже достаточный повод, чтобы говорить о своих границах.

2. Как ты думаешь, почему Гоша сначала решил не обращать внимания на мальчика?

Обсудите с ребёнком: часто люди надеются, что неприятная ситуация закончится сама собой, если её игнорировать. Так и правда бывает, но не всегда.

3. Как ты думаешь, почему Мира выбросила воланчик в мусорку?

Объясните, что мы, не подумав, можем совершать не самые разумные поступки. Это бывает от страха или от злости.

4. Как ты думаешь, что почувствовала маленькая девочка, когда узнала, что её воланчик забрали и выбросили?

Помогите ребёнку понять, что действия и слова одного человека могут сильно огорчить тех, о ком он даже не думал.

5. Почему мама сказала, что иногда человек бывает и прав, и неправ одновременно?

Поговорите о том, что в жизни случаются ситуации, когда важно и защитить себя, и подумать о последствиях своих поступков одновременно.

Лето было не жарким, а даже иногда прохладным. Дети проводили почти всё время во дворе, а если у родителей появлялась возможность, они всей семьёй ходили в парк. Но когда шёл дождь, Мира и Гоша сидели дома.

В тот день Мира, устроившись на кухне, осторожно красила ногти ярко-оранжевым лаком с мелкими блёстками.

— Это цвет манго, — сказала она Гоше.

— Угу, — отозвался Гоша, не отрываясь от книги.

Ему было неинтересно слушать про лак. Но он знал, что Мира не перестанет говорить, пока не угукнешь в ответ.

Мира так старалась, что даже высунула язык. Аккуратно провела кисточкой с оранжевым лаком по ногтю, но всё-таки сильно заехала за край. Подумав, она решила, что получилось очень даже красиво, а на лишнее можно не обращать внимания.

Ногти скоро высохли, и дождь перестал капать. Мира поняла это только по тому, что за окном зазвенели детские голоса. Все уже вышли во двор. Кто-то гонял мяч, кто-то катался на качелях, предварительно стряхнув рукой воду. Мира тоже вышла, энергично размахивая руками, — мама всегда так делала, когда красила ногти.

Мира чувствовала себя яркой. Модной. Особенной.

Она села на качели и медленно взялась за железные прутья, чтобы девочка на соседних качелях увидела её лак. Та, конечно, увидела.

— Цвет манго, — сказала Мира девочке, перехватив её взгляд.

Девочка — её звали Викой — пожала плечами.

— Некрасиво, — сказала она и продолжила качаться.

Мира замерла, но собралась с силами и ответила с напором:

— Нет, красиво!

— Цвет ужасный, как какашка.

Слова прозвучали легко, почти равнодушно. Но у Миры внутри всё перевернулось. Она перестала раскачиваться и уставилась прямо перед собой, пиная ногой мелкие камушки. Вика вскоре встала и ушла, лишь тогда у Миры появились силы покачаться. Но это не доставило ей никакой радости. Через несколько минут, даже не сойдя с качелей, она принялась соскребать лак ногтем большого пальца. Сначала один кусочек. Потом второй.

Через полчаса ногти были чистые — ну почти. Только около пальцев осталась оранжевая полоска.

Когда Мира вернулась домой, мама спросила:

— Неужели лак так быстро стёрся?

Мира пожала плечами:

— Нет. Наоборот, он всё никак не стирался. Но я всё-таки соскребла.

— Почему? — удивилась мама. — Тебе же нравилось.

— Девочка во дворе сказала, что это некрасиво, — призналась Мира.

— А тебе самой нравилось?

Мира ответила не сразу.

— Нравилось… — тихо произнесла она. — Пока Вика не сказала.

Мама напомнила Мире о том, что вкусы у всех разные. И что «некрасиво» — мнение, а не факт. Мнение — это то, что кажется какому-то одному человеку. Факт — то, что признано большинством людей. Мира слушала, кивала, но не очень твёрдо. Она ведь почти поверила девочке на качелях. Было так неприятно от её слов, и это чувство никуда не девалось.

Но на следующий день Мира снова накрасила ногти оранжевым лаком. Решительно, почти вызывающе, как будто хотела доказать той девочке, что мнение Миры тоже имеет значение.

Вика играла во дворе, не обращая на Миру никакого внимания, но та решила показать, что снова накрасила ногти оранжевым лаком, и сама решительно подошла.

— Что вы тут делаете? — спросила Мира у Вики и её подруги.

Говоря это, она выставила руки вперёд, как будто случайно показывая ногти. Такие ногти было трудно не заметить!

Бросив взгляд на руки Миры, Вика скривилась и продолжила намешивать листья и цветочки в стаканчике из-под кофе.

Мира почувствовала, как вспыхнуло лицо от обиды. Ей очень захотелось сказать Вике что-нибудь злое за то, что она не ответила на вопрос и косо посмотрела на лак для ногтей.

Но тут совершенно неожиданно вмешалась Викина подруга.

— Как красиво! Будто закат, — сказала она и радостно улыбнулась.

Мира даже растерялась. Но кровь уже отхлынула от лица, и ей вдруг стало всё равно, что думает Вика. Ведь есть и те, кто считает, что её лак для ногтей похож на закат. А самой Мире кажется, что на спелое манго. Мама была права: разные люди могут думать по-разному. Иногда их мнение может показаться обидным. Это, конечно, неприятно, но ты ведь сам решаешь, верить им или нет.

— Спасибо. Мне кажется, у него цвет как у манго, — ответила Мира и пошла по своим делам.

Ей было радостно и легко.

Вечером она говорила с бабушкой по телефону. На следующий день семья собиралась на дачу, и бабушка хотела узнать, что приготовить к их приезду.

— Знаешь, — вспомнила Мира, — одна девочка во дворе сказала, что мой лак некрасивый.

— Что значит «некрасивый»? — возмутилась бабушка. — Это вообще не её дело! Сейчас же скажи маме! Пусть она позвонит маме этой девочки и объяснит, что нечего детям самооценку портить!

Мире стало очень приятно оттого, что она не одна и что бабушка её поддержала.

— Не надо маме… — сказала она. — Просто Вика так думает.

— Нельзя это так оставлять! Сегодня лак, завтра ещё что-нибудь! — Бабушка кипела. — Я сама поговорю с твоей мамой.

Мире вдруг стало не по себе. Радость от того, что бабушка её защищает, сменилась сомнением. Она представила, как взрослые ругаются из-за лака. Вообще-то, ничего страшного не произошло. Просто Вике не понравился цвет, и она не очень вежливо об этом сказала.

— Бабушка, — медленно проговорила Мира. — Вика не плохая. Так бывает. И не надо бояться того, что другим людям у тебя что-то может не нравиться.

— Ну не знаю, мой котик. Вы у меня такие умные, ваше новое поколение. Такие мудрые. Я бы уже звонила её маме и ругалась. А вы сами всё решаете, — ответила бабушка со вздохом.

— Спасибо, бабушка, что ты хочешь меня защитить. Но мне нужно уметь делать это самой. И вообще, лак у меня классного цвета, как манго. И как закат на вашей даче. Завтра увидимся. Приготовь мне сырники, пожалуйста.

— А мне пирог с мясом! — крикнул Гоша из комнаты.

Бабушка попрощалась и повесила трубку. А Мира подумала, что сама прекрасно умеет себя защищать и не боится никаких грубых девочек. Что бы они там ни думали про её лак для ногтей.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему слова Вики так сильно расстроили Миру?

Обратите внимание ребёнка, что слова других людей могут расстроить, но не всё, что говорят другие, нужно считать истиной.

2. Почему Мира сначала соскребла лак, хотя он ей нравился?

Поговорите, как мнение других людей может повлиять на наше отношение к тому, что нам нравилось.

3. Как ты думаешь, зачем Мира на следующий день снова накрасила ногти тем же лаком?

Обсудите, как иногда важно попробовать ещё раз сделать то, что нравится, невзирая на мнение окружающих.

4. Почему Мире стало легче, когда другая девочка сказала, что лак красивый?

Обсудите с ребёнком, что все люди могут думать по-разному и каждое мнение имеет право на существование. Вспомните поговорки: «Не по хорошу мил, а по милу хорош», «Не то хорошо, что хорошо, а то, что к чему идёт». Поговорите о том, что поддержка — это всегда приятно.

5. Почему Мира сказала бабушке, что ей важно уметь защищать себя самой?

Поговорите о том, что поддержка взрослых важна, но постепенно дети учатся сами справляться с неприятными ситуациями и отстаивать себя.

В этом году дедушка перенёс инфаркт, то есть его сердце чуть не отказалось работать. Дедушку спасли, но он больше не мог вести такую же активную жизнь, как раньше. Мама сказала, что они едут на дачу «помогать дедушке восстановиться». Дети были очень рады покинуть город, но что значит «помогать дедушке восстановиться», было не совсем понятно.

— Мы пойдём в поход, — сказал Гоша вечером, когда собирал рюкзак. — И на великах в лес. И потом ещё на речку на пикник с дедушкой.

— Дедушка уже не сможет бегать как раньше, — напомнила мама. — После инфаркта он стал двигаться медленнее. Ему надо больше отдыхать.

— Значит, мы не сможем веселиться по-прежнему? — расстроилась Мира.

— Придумаем что-нибудь, — успокоила её мама.

Гоша ничего не сказал, только с силой запихнул кроссовки в сумку, будто это они виноваты в состоянии дедушки.

На даче было тихо. Слишком тихо. Дедушка в панаме встречал их во дворе. Он улыбался, но двигался осторожно, опираясь на палку, словно заранее продумывал каждый шаг. Бабушка тоже говорила тише и выглядела немного растерянной и грустной, хотя очень старалась казаться весёлой.

— Ну что, команда спасателей, — сказал дедушка. — Приехали?

Дедушка хотел их приободрить, и это у него получилось. Мира услышала любимый голос, улыбнулась во весь рот и обняла дедушку крепко-крепко. Он не упал и не развалился на части, только чуть пошатнулся, но вовремя опёрся на палочку.

Гоша стоял чуть поодаль. Ему было странно видеть дедушку таким слабым.

В первый же день стало понятно: никаких лесов, никаких «пошли, покажу новое место», никаких «кто быстрее до пруда» не будет. Дедушка быстро уставал. Через пять минут ходьбы ему нужно было посидеть.

Мама с папой пожили на даче три дня и уехали в город — им надо было на работу. Бейби они забрали с собой. Одна бабушка не могла с ней справиться, а дедушке было сложно.

— А на речку можно? — спросил Гоша на второй день без мамы и папы.

— Без взрослых нельзя, — ответила бабушка. — Я сейчас не могу с вами сходить. У меня дела. А дедушке тяжело идти так далеко. Придётся подождать.

Мимо пробежали соседские дети с полотенцами через плечо. Гоша проводил их взглядом.

— Им можно без взрослых, — сказал он сердито.

— У них другие родители, другие правила. Так бывает, — ответила бабушка.

— Или у них дедушки без палочки, — грубо буркнул Гоша.

Во дворе стало тихо. Мира почувствовала, как в воздухе повисло что-то нехорошее. Ей стало обидно за дедушку.

— Гоша, — сказала она тихо, — дедушка не виноват.

— Я не говорил, что виноват, — буркнул брат. — Просто теперь всё по-другому.

Он ушёл в сарай и долго там гремел чем-то. Мира пошла за ним.

— Ты чего? — спросила она.

— Ничего.

— Ты злишься.

— Конечно злюсь! — резко ответил он. — Всё лето здесь торчать. Ни походов. Ни великов. Ни речки. Сидим и ждём, пока дедушка отдохнёт.

— Я понимаю, мне тоже грустно из-за этого. Но ещё грустнее из-за того, что дедушка стал такой слабый, — призналась Мира.

— Это меня ужасно злит. — Гоша посмотрел на сестру. — А ещё мне страшно, что он никогда больше не будет тем дедушкой, которого мы знали.

Мира вдруг поняла, что сама почти не злится. Ей было грустно, да. Но она видела дедушкину слабость, и злости просто не оставалось места рядом с печалью.

— И мы больше не сможем ходить с ним на речку, — сказала Мира. — Помнишь, как мы раньше веселились на пикниках?

— Да. Ещё прошлым летом, — ответил Гоша.

Небо внезапно потемнело. Тучи стали наползать друг на друга.

— Дождь будет, — сказал Гоша.

И через минуту хлынуло. Настоящий тяжёлый летний дождь.

Мира стояла под навесом сарая и смотрела, как по дорожке бегут потоки воды. Она видела, как на крылечко дома вышел дедушка и присел. Мире вдруг захотелось выбежать прямо под струи дождя. Она посмотрела на дедушку, и они встретились взглядами.

Дедушка как будто понял её без слов и кивнул с улыбкой.

Мира сняла босоножки и выбежала из-под навеса. Тёплые капли били по плечам. Мира раскинула руки и побежала по двору. Платье тут же прилипло к ногам. Мира кружилась и смеялась. И кричала: «А-а-а-а-а-а!»

Через минуту рядом появился Гоша. Просто выскочил из сарая босиком и встал под струи воды. А потом начал бегать по двору за Мирой.

Дождь шумел так громко, что не нужно было говорить. Дети бегали по лужам. Скользили по мокрой траве. Кричали в небо.

Дедушка сидел под козырьком и улыбался. Он не мог выйти, но смотрел так, будто это он сейчас носится по двору и радуется дождю вместе с внуками.

Мира поскользнулась на мокрой траве и упала. И сразу же захохотала. Гоша разбежался и так же проскользил по траве.

Дождь закончился быстро. Дети стояли мокрые, с волосами, прилипшими ко лбу.

— Мама дорогая! — Из дома вышла бабушка. — Сейчас принесу полотенца, а то вы мне весь дом затопите.

Мира и Гоша принялись отряхиваться от воды, как обычно делала их собака Соня, и капли полетели на дедушку. Он смеялся и прикрывался рукой.

Вечером они сидели у костра все вместе: бабушка, дедушка и дети. Жарили хлеб и картошку, рассказывали страшилки. Мире и Гоше было очень хорошо и тепло — от огня и от любви бабушки и дедушки.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Гоша разозлился, когда бабушка не разрешила пойти на речку без взрослых?

Поговорите о том, что злость иногда появляется, когда что-то идёт не так, как мы ожидали или планировали. И это нормально для детей и взрослых.

2. Почему Мире было обидно за дедушку, когда Гоша сказал про палочку?

Обратите внимание ребёнка на то, что обидные слова, сказанные про других людей, могут задевать и тебя лично.

3. Почему Гоше стало страшно за дедушку?

Обсудите, что за злостью может скрываться тревога или страх за тех, кого мы любим.

4. Почему Мира решила выбежать под дождь?

Поговорите о том, как иногда простые вещи — дождь, игра, смех — помогают справиться с грустью.

5. Как ты думаешь, почему дедушка улыбался, глядя на детей под дождём?

Помогите ребёнку увидеть, что радость можно разделять с другим человеком, даже если он не может участвовать во всём так же, как раньше.

Гошин день рождения отмечали летом. Когда он был маленьким, это казалось подарком судьбы: каникулы, солнце, можно гулять весь день. Но каждый, кто уже пошёл хотя бы в первый класс, знает, что летом все друзья разъезжаются и пригласить на праздник некого. И чем старше становился Гоша, тем тише отмечали день рождения.

Писать в школьный чат он не стал, потому что и сам находился на даче. Зато за неделю до праздника написал в дачный: «Я в среду отмечаю, если что». Как он будет отмечать, Гоша ещё не знал. Даже бабушку пока не спрашивал. Но он хотел узнать, есть ли кто в деревне.

Ответы пришли не сразу.

«Я на море».

«Я в лагере до августа».

«Меня мама утащила в город, вернусь через неделю».

Кто-то поставил смайлик с тортом. И всё. Гоша взглянул на экран, закрыл чат и больше к нему не возвращался.

Вечером бабушка внимательно посмотрела на Гошу и спросила про планы на день рождения.

— Кого позовём?

— Никого, — спокойно ответил он.

— Почему?

— Все заняты. Нормально. Переживу.

Гоша сказал это так, будто ему действительно всё равно. На самом деле он уже несколько лет учился говорить таким безразличным тоном. Ему не хотелось каждый раз признаваться, что он огорчён.

День рождения летом — это ужасно. Всем не до тебя. В учебное время тебя поздравляет класс. Шумно, неловко, но ты в центре событий. Вечером у тебя в гостях друзья из класса и ребята со двора. Это тоже шумно и весело. Но летом твой праздник почти всегда проходит в тишине.

В среду утром, в сам день рождения, на даче внезапно появились мама и папа.

— С днём рождения, взрослый человек, — сказала мама, заходя в комнату.

— Угу, — кивнул Гоша.

Он был очень рад. Мама с папой приехали без предупреждения, сюрпризом. И это было классно.

А вдруг и друзья так приедут? Вдруг они тоже решили сделать ему сюрприз?

Пока мама мыла руки, Гоша схватился за телефон. Но… ни одного нового сообщения. Мальчик быстро положил телефон экраном вниз.

— Ну что, именинник, — сказал папа, распахнув дверь. От него веяло дорогой и большими планами. — Пойдём во двор?

— Зачем? — пожал плечами Гоша.

— Смотреть подарок.

Гоша встал, и папа взял его за руку.

— Закрой глаза, — скомандовал он.

— Да ладно…

— Закрой, — настаивал папа.

Гоша закрыл и осторожно последовал за папой.

— Открывай!

Они были во дворе. Напротив стояло что-то накрытое пледом, а рядом — мама и сёстры. Мира хлопала в ладоши, а Бейби вытирала губы майкой, она всегда так делала, съев что-то вкусное. Как бы мама её ни ругала, ничего не помогало.

Мама стянула плед, и Гоша увидел ЕГО.

Чёрный. Строгий. С тонкими шинами. Настоящий подростковый велосипед. Не детский, не старый, а совершенно новый и очень крутой.

Гоша словно окаменел.

— Это… мне?

— Тебе, — сказал папа.

Гоша сделал шаг, второй, третий. Подошёл и провёл рукой по рулю.

— Какой классный! — Он повернулся к маме с папой: — Спасибо! Можно я сразу поеду?

Родители кивнули.

Гоша сел и поехал. Быстро. Слишком быстро. Он как будто взлетел, рванул от утренней пустоты в телефоне, от мыслей, что июль не самый лучший месяц для дня рождения.

А ещё велосипед и правда был просто невероятный.

— Гоша совсем как взрослый, — сказала Мира.

Папа кивнул. Гоша вернулся через десять минут и попросил разрешения покататься ещё.

— Только пристёгивай, если уходишь, — напомнил папа.

— Да, конечно, — чуть раздражённо ответил Гоша.

Он смотался на речку, потом к оврагу — вдруг кто-то из друзей там. Но нигде никого не было. Тогда он поехал на площадь и к магазину.

Гоша катался один на своём классном велике и думал, что вообще-то велик намного лучше, чем друзья. Это так весело!

Он поставил велосипед у стены магазина. Замок лежал в корзинке.

«Я быстро», — подумал Гоша и заскочил в магазин, чтобы взять бутылку сока.

Очередь двигалась медленно. Гоша нервничал, но мысленно успокаивал себя, что велосипед никто не возьмёт. Когда подошла его очередь, он быстро заплатил монетками и выскочил на улицу.

Место у стены было пустым.

Сначала Гоша не понял. Он моргнул и сделал шаг — наверное, оставил велик левее или правее. Гоша прошёлся в обе стороны. Велосипеда не было.

«Нет, нет, этого не может быть, — твердил он себе. — Велосипед где-то тут».

Голова вдруг сильно закружилась. Дыхание стало коротким, сбивчивым. Мысли путались, как бывает, когда тебе одновременно страшно и очень грустно. Когда не веришь, что всё происходит по-настоящему.

Гоша снова пробежался вправо. Потом влево. Вправо. Влево. Он всматривался в каждый угол, заглядывал за машины, за мусорные баки, словно велосипед мог спрятаться.

Но велосипеда не было. Гоша всё ещё не мог принять это. Не мог согласиться с мыслью, что его правда нет. И вдруг внутри что-то щёлкнуло. Украли. Точно украли.

В руке у Гоши была бутылка с соком. Он сжал горлышко и со всей силы швырнул бутылку в стену. Она ударилась, разбилась, осколки разлетелись в стороны, а жидкость растеклась по асфальту тёмным пятном.

— Эй, ты что творишь? — строго спросил мужчина, выходящий из магазина.

— Отстаньте! У меня украли велосипед! Новый! Мне его только сегодня подарили! — закричал Гоша, и голос у него сорвался.

Мужчина остановился.

— О… Пацан, сочувствую. Очень жаль.

Гоша тяжело дышал. Он хотел плакать или кричать, но не получалось. Так бывает, когда у человека сильный стресс.

— Это правда грустно, — добавил мужчина мягче. — Но помни: это не самое страшное в жизни. Велосипедов у тебя ещё будет много.

Он кивнул в знак поддержки и пошёл по дорожке, потом свернул направо. Гоша смотрел мужчине вслед и злился ещё больше. Ему легко говорить! Это же не его велосипед. Он не видел, каким тот был. Чёрный, как ворон. А как мягко крутились педали! И это был не просто велосипед, а подарок на день рождения. От родителей.

Родители… Эта мысль ударила ещё сильнее, чем кража велосипеда. Как теперь вернуться домой? Как сказать, что он не пристегнул? Как признаться? Гоше и так плохо, а сейчас ещё мама с папой расстроятся или разозлятся.

— Что с настроением? — спросила мама, едва он вошёл в дом.

— Украли, — коротко ответил он.

— Что «украли»? — уточнила мама.

— Велосипед, — глухо ответил Гоша, уставившись в пол.

— Не пристегнул? — спросил папа строго.

Гоша молчал секунду.

— Нет. — И отвернулся в сторону.

Папа без слов встал из-за стола и вышел на улицу. Он злился. Это было понятно. Мама тяжело вздохнула, а Мира затихла в углу.

— Бедный Гоша, — раздалось с лестницы, где сидела Бейби.

Гоша сполз по стене на пол и схватился за голову. Бейби встала рядом и обняла его. Мира подошла с другой стороны.

— Я знаю, как тебе сейчас плохо. Обидно, и грустно, и ещё стыдно, наверное, перед мамой с папой. Но такое бывает. И даже это проходит. Через два месяца ты уже не будешь грустить, — сказала Мира.

Гоша улыбнулся и обнял сестёр. Он подумал, что велосипед очень жалко, а папа с мамой будут ругаться. Но он это переживёт. Любые чувства можно пережить, даже самые грустные. И тут Гоша заплакал. Горько, сильно, так что плечи затряслись. Мира обняла его ещё сильнее.

— Слёзы снимают стресс, плакать — это хорошо, — сказала она.

Мира и Бейби сели по обе стороны от Гоши и ждали, пока он плакал. Оказывается, иногда достаточно молча побыть рядом с человеком, чтобы ему стало легче.

— Ну, ничего не поделать. Что случилось, то случилось, — сказал дедушка, сидевший на диване. — Давайте свечи на торте задувать.

Мама принесла торт и воткнула свечи. Папа вернулся в комнату и обнял сына.

— Я знаю, как тебе плохо. Ничего, завтра станет лучше, а послезавтра ещё лучше. И боль пройдёт, — сказал он.

Гоша вышел в другую комнату, чтобы вытереть слёзы и успокоиться. Потом достал телефон, чтобы посмотреть, который час. На телефоне было много пропущенных звонков и сообщения с поздравлениями. Гоша улыбнулся. Ему сразу стало немного легче. А послезавтра будет уже совсем легко, как сказал папа. Все огорчения когда-нибудь проходят, надо просто подождать.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Гоша делал вид, будто ему всё равно, что никто не придёт на день рождения?

Обсудите: люди могут делать вид, что им всё равно, потому что не хотят, чтобы другие видели их грусть или разочарование.

2. Почему Гоша не пристегнул велосипед, хотя папа напомнил ему об этом?

Поговорите о том, что нередко в радости или спешке мы забываем о правилах безопасности. Спросите, была ли у ребёнка похожая ситуация.

3. Почему Гоша так сильно разозлился, даже бросил бутылку, когда понял, что велосипед украли?

Объясните ребёнку, что в сильном стрессе люди могут реагировать очень резко, потому что им трудно справиться со своими чувствами.

4. Почему Гоше было так страшно рассказывать родителям о том, что произошло?

Обсудите, что бывает трудно признаться в ошибке, особенно когда кажется, что ты подвёл близких.

5. Почему Мира и Бейби просто сидели рядом с Гошей, пока он плакал?

Обратите внимание ребёнка, что иногда человека можно поддержать не советом и не разговором, а просто посидев рядом.

Кроме велосипеда Гоша получил на день рождения деньги в конвертах от тёти, крёстной и бабушки с дедушкой. Родители отдали конверты после того, как свечи на торте были задуты.

— Потом решишь, что купить, — сказала мама. — Может быть, на новый велик накопишь.

Гоша кивнул.

Позже он пересчитал деньги, сложил всё в один конверт и спрятал, но пару купюр всё-таки вытащил. Очень хотелось после происшествия с велосипедом порадовать себя.

На следующий день Мира и Гоша пошли гулять. Гошины друзья разъехались, а Мирины занимались, чтобы не забыть за лето всё, что выучили за год. Одну из подруг бабушка каждый день усаживала за упражнения. Поэтому утро Гоша и Мира проводили вдвоём. К счастью, у них были старые велосипеды, и ребята решили сгонять в магазин игрушек, который находился в соседней деревне. Там можно было купить разные игрушки, например такие, которые увеличиваются в три раза, если положить их в воду и так оставить, а ещё мороженое и жвачку.

— Далеко не уезжать, — напомнила бабушка, провожая их за калитку. — У нас тут вокруг покатайтесь.

Мира с сомнением покосилась на Гошу. До другой деревни нужно было ехать через поле, потом по трассе, а затем только по просёлочной дороге. Совсем не «у нас тут».

— Да, да, знаем, — кивнул Гоша и строго посмотрел на Миру, чтобы она не выдала секрет.

— Нам же туда нельзя, — зашептала Мира брату, когда бабушка отошла от калитки и уже не могла их услышать.

— Ты же хочешь купить игрушки? Я, вообще-то, свои деньги на тебя готов потратить, — упрекнул её Гоша.

— Хочу, но нельзя же. Обманывать нельзя и ехать нельзя, — настаивала Мира.

— Ну тогда оставайся, — бросил Гоша и вскочил на велосипед. — Только смотри, никому не говори.

Он крутанул педали и помчался по дороге. Мира опустила голову и пошла домой. Она долго играла во дворе, посматривая за забор в ожидании Гоши и прикидывая, не пора ли уже сообщить бабушке, что он пропал.

Через какое-то время Гоша появился. Он держал в руке игрушку и стаканчик с мороженым, которое почти доел.

— Ты ездил? — испуганно спросила Мира. — И как?

— Ничего страшного. Вообще не понимаю, из-за чего весь сыр-бор. Мороженое вкусное, а вот игрушка! — Гоша показал приобретение.

— Можно посмотреть? — протянула руку Мира.

Мягкий полупрозрачный цилиндр с гладкими чёрными шариками внутри, который так приятно трогать. М-м-м, Мира, конечно, хотела такой же. И почему она не поехала? Бабушка ничего не узнала бы, а у Миры была бы игрушка как у Гоши.

— Хочешь такой? — Гоша испытывал терпение Миры.

— Конечно.

Она кивнула в надежде, что Гоша отдаст ей игрушку. Но он не отдал, а только позволил доесть остатки мороженого.

— Тогда завтра поедем вместе, — решительно сказал брат.

Мира всё ещё сомневалась, но кивнула.

Завтра не наступало долго. Время тянулось и тянулось.

Во-первых, было трудно держать в секрете планы на завтра. Они снова скажут бабушке, что ничего особенного делать не будут, останутся поблизости, а сами возьмут велосипеды и поедут в другую деревню, куда точно-точно, совершенно точно ездить нельзя.

Во-вторых, Мира боялась ехать через поле. Там неровная дорога, кочки, ямы, легко свалиться. И вообще она там ещё никогда не бывала без бабушки или дедушки. Неизвестно, как она справится. А уж ехать по трассе вообще опасно. Мимо проносятся машины. Обочина узкая.

Однако Мире очень хотелось такую же классную игрушку, как у Гоши. Он-то сегодня съездил, и всё было в порядке. Ничего не случилось. И ещё хотелось мороженого. Того самого, которое не продаётся в их деревне. И приключений хотелось, настоящих, о которых потом можно вспоминать и смеяться.

Мире было сложно ждать Гошу весь день. Сложно заснуть. Сложно выйти из комнаты утром. Ведь предстояло встретиться с бабушкой на кухне. Мира понимала: она вроде бы ещё никого не обманывает, но уже что-то скрывает.

Если ты умалчиваешь — это ещё не обман? Или уже да?

После завтрака, пообещав бабушке не уезжать далеко, Мира и Гоша пустились в путь.

Сначала ехали медленно, потому что дорога через поле была непростой, но потом Мира приноровилась, и скорость увеличилась. На трассе же стало совсем страшно. Гоша, конечно, подбадривал сестру и уверял, что до поворота осталось совсем немного. Но после каждой промчавшейся мимо машины Миру кидало в пот от страха.

Но вот и поворот, незнакомые домики, ещё поворот — уже на просёлочной дороге.

«А у них тут здорово», — подумала Мира.

Она заметила тарзанку, привязанную к толстому дереву. Кто-то вовсю на ней раскачивался. Чуть дальше какие-то ребята крутились на старом колесе, подвешенном на верёвке. Рядом располагалось что-то вроде мини-площадки — перекладина, скамейка, деревянный щит. А за ней — маленькое футбольное поле с криво натянутыми воротами.

Эта деревня показалась Мире куда более интересной, чем их собственная. Столько всяких развлечений — не то что у бабушки с дедушкой.

Но разглядывать было некогда. Гоша торопился в магазин.

В магазине тоже нашлось много всего интересного. У Миры глаза разбегались: яркие упаковки, полки с игрушками, мармелад всех цветов, жвачки, наклейки, какие-то блестящие штучки в прозрачных коробочках.

Ей хотелось всё. Но Гоша сразу обозначил границы:

— Одно мороженое и одну игрушку. Или мармелад вместо мороженого, если захочешь. Всё.

С одной стороны, было ужасно трудно выбрать. Казалось, если Мира возьмёт что-то одно, то навсегда потеряет всё остальное. А с другой стороны, когда можно купить только две вещи, а не десять, сделать выбор значительно проще.

Если бы Гоша разрешил купить десять предметов, Мира точно застряла здесь на полдня. Ходила бы от полки к полке, перекладывала, сомневалась, возвращала на место, снова брала.

А тут всего два решения. В итоге купили мармелад, двух динозавров с карточками (Гоше) и одну игрушку, которая в воде становилась огромной (для Миры). По дороге решили одного динозавра подарить Бейби, когда она приедет. Мармелад Мира выбрала, потому что мороженое было и дома в холодильнике, а вот мармелада не было. А ещё мармеладки лежали в коробочке — всего восемь штук, — и у каждой был свой вкус. А мороженое в холодильнике только одно.

Фантики кинули за забор соседке, чтобы бабушка не нашла.

На следующий день они поехали снова. Уже не было страха, не было вины перед бабушкой, не было ощущения, что они врут. Привезли ещё пару игрушек и на этот раз поели мороженого. Деньги в конверте таяли как лёд, зато каждый день — приключение. К концу недели комната была завалена динозаврами, липкими упаковками и странными резиновыми существами, разбухающими в банках с водой.

Единственная сложность — после сладкого бабушкин обед никак не лез в рот. Она даже спросила:

— Вы не заболели? На обед вообще ничего не едите. А иногда и на ужин.

И правда. В «мармеладные» дни дети делили мармеладки на два приёма; половину съедали днём, а половину — вечером. Так что ужин тоже ели с трудом.

— Нет, — ответили дети слишком быстро.

В тот вечер они долго сидели в комнате среди игрушек.

— Может, хватит? — тихо сказала Мира.

— Мы же ничего плохого не делаем, — ответил Гоша. — Просто ходим в магазин.

— Нам нельзя далеко.

— Но мы же в порядке.

Мира молчала. Совесть тихо жужжала внутри. Через пару дней девочка не выдержала.

— Пойдём скажем, — сказала она.

— Ты что? — Гоша побледнел.

— Я больше не могу обманывать.

Гоша помрачнел, но согласился.

Они нашли бабушку на огороде. Мира чувствовала, как сердце бьётся в горле.

— Бабушка… — начала она.

— М-м-м? — Бабушка не поднимала головы.

— Мы… тебя обманули.

Пауза. Бабушка подняла голову и руку с морковкой.

— Слушаю…

— Мы каждый день ездили в ту деревню в магазин, — выпалила Мира.

Гоша добавил:

— Покупали игрушки и сладости. Поэтому и не были голодными.

Бабушка выпрямилась.

— А откуда деньги-то?

— Мне на день рождения подарили. Вот и тратим, — ответил Гоша.

— Ну вы даёте. Через поле?

Дети кивнули. Бабушка вроде не выглядела рассерженной.

— Через трассу? — Глаза её расширились, и ребята поняли, что всё пропало.

Они испуганно сжались и кивнули. Но бабушка продолжила копаться в морковке.

— Ты не злишься? — спросил Гоша.

— Я знала, — сказала бабушка.

— Что?

— Что вы ездите.

Ребята переглянулись.

— Соседка видела, — добавила бабушка. — И фантики за забором нашла.

Мира вспыхнула:

— Ой!

— Завтра пойдёте извиняться, — сказала бабушка и продолжила дёргать морковку. — Но вы это заканчивайте, неделю уже сладким питаетесь. Скоро у обоих запор начнётся и прыщи полезут.

Мира и Гоша кивнули и пошли в дом. По их лицам дед сразу всё понял.

— Раскрыла вас бабушка? — спросил он, сдвинув брови.

Они снова кивнули.

— Вообще-то, мы сами рассказали, — ответил Гоша.

— Это хорошо, — усмехнулся дедушка, — значит, совесть у вас есть.

Что такое совесть, они не знали, но было понятно, что дедушка одобряет их решение. Вечером Мира лежала и думала, что свобода поехать и вот так купить себе что-то — это очень здорово. Но свобода — это чуть больше. Это ещё и смелость признаться. От этого ещё приятнее, чем от динозавров.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Мире было так трудно решиться поехать в другую деревню вместе с Гошей?

Обсудите: иногда внутри нас одновременно живут два желания — сделать что-то интересное и не нарушать правила.

2. Почему Мире было тяжело скрывать от бабушки секрет?

Поговорите о том, что даже когда человек напрямую не врёт, скрывать важные вещи всё равно неприятно и тревожно. И лучше поделиться с родителем.

3. Почему со временем Мире и Гоше стало легче нарушать правило и ездить в магазин снова и снова?

Объясните ребёнку: если нехороший поступок проходит без последствий, повторить его уже не так страшно. Но опасность от этого не исчезает.

4. Как ты думаешь, почему бабушка ничего не сказала детям, хотя знала, что они ездят в другую деревню?

Обсудите, что взрослые иногда дают детям время самим понять свою ошибку и рассказать правду.

5. Что почувствовали Мира и Гоша, когда узнали, что бабушке всё было известно?

Попросите ребёнка представить их чувства: удивление, стыд, облегчение или что-то другое.

К концу июля бабушка стала всё чаще говорить:

— Я вас люблю, но я устала.

Дедушка только улыбался, но постоянно уходил полежать. Мира и Гоша чувствовали, что тоже устали от дачи, от бабушки — и что бабушка устала от них.

Слишком много шума. Слишком много «а можно?». Слишком много энергии для пожилых людей, тем более что дедушка больше не мог заниматься с детьми как раньше. Бабушка устала отнимать у них гаджеты, а ребята устали играть в одно и то же во дворе и хотели сидеть и смотреть кино.

— Поедем в домики на озере, — сказал папа. — На несколько дней.

— Там будет вайфай? — сразу спросил Гоша.

— Конечно, — ответила мама. — Это же не тайга. Но давайте вести себя разумно.

Домики стояли почти у воды — деревянные, с верандой и качающимся мостиком, который спускался к пляжу. Озеро было гладкое, словно стекло. Как на картинке! Счастье Миры и Гоши было бесконечно, отдых казался идеальным. До того момента, как папа сказал:

— Интернет не работает.

— В смысле? — вскинул голову Гоша.

— Вообще нет связи. У них тут что-то с вышкой.

Гоша взял телефон. Ни одной полоски.

— Ну-у-у-у-у, — протянул он. — Скоро ведь починят?

Через час стало понятно — не починят.

— И что тут делать? — Мира пнула гальку. — Мы даже кино не можем вечером посмотреть! Сегодня пятница. У нас всегда по пятницам кино!

Бейби попросила мультики.

— Сегодня без мультиков, — ответила мама.

Бейби закатила истерику.

— У меня три срочных имейла, — сообщила мама.

— А у меня важный звонок сегодня в четыре, — пожаловался папа.

Через два часа все были на грани. Папа смотрел в пустой экран в ожидании связи. Было три пятьдесят, до звонка оставалось десять минут.

Мама открывала телефон каждые пять минут. Мира лежала на кровати и считала трещины на потолке.

— Я умираю от скуки, — сказала она.

— У тебя хоть поделки твои есть, а у меня вообще ничего, — ответил Гоша.

Повисла пауза. Потом папа неожиданно сказал:

— Давайте сдадимся, забудем уже про этот интернет и постараемся провести эти дни без Сети.

— А звонки, имейлы? — устало спросила мама.

— Ну… — Папа задумался. — Бывают же чрезвычайные ситуации. У нас вот случилась. В понедельник всем всё объясним.

Как только было решено, что интернет никто не ждёт, стало как-то легче. В сарае нашли старый бадминтон. Ракетки были погнуты, но воланчик летал.

Потом обнаружили воздушного змея, выцветшего, но целого, и пошли запускать его в поле за домиками. Гоша бежал по траве, и змей сначала падал, потом вдруг поймал ветер и взмыл вверх.

— Он живой! — крикнула Бейби.

Мира хохотала. Мама тоже пыталась запустить змея, но он приподнимался и падал. Соня хотела его схватить, но наперерез уже бежал папа, чтобы её отогнать.

К вечеру игры начали придумывать сами. Строили штаб из простыней. Сочиняли историю про шпионов, живущих в домиках у воды. Играли в слова, но только такие, которые не заканчиваются на «А», потому что так интереснее.

Вечером читали вслух по очереди «Маленького принца» — старую, давно скачанную книгу, которую мама случайно нашла в памяти планшета. Лампа на потолке едва светила, и Гоша достал из рюкзака фонарик. Бейби заснула первой.

Одним словом, день прошёл прекрасно. Но Мира с нетерпением ждала следующего дня, потому что к ним должны были приехать друзья. Антон, Гошин друг, — конечно, с мамой и папой, — и двоюродная сестра Ева с мамой.

Они даже договорились, кто в каком домике будет жить, кто — ходить за мороженым, а кто — искать вечером лягушек.

— Антон уже тут? — спросил Гоша, едва продрав утром глаза.

За окном послышались голоса, и Гоша выглянул наружу. Да, Антон уже был тут. Гоша выбежал из домика.

— А Ева? — встревоженно спросила Мира.

Мама расстроенно, будто извиняясь, подняла брови. Родители Антона уже сообщили плохие новости.

— Они не приедут. Мне очень жаль, доченька.

— Как… не приедут? — Мира отказывалась верить.

— Не вышло. У них что-то изменилось, — тихо сказала мама.

— Это нечестно! Так нельзя! Почему? — У Миры брызнули слёзы.

Гоша уже смеялся с Антоном, показывал ему что-то в лодке. А у Миры теперь никого не было, даже Гоши. Когда появлялся Антон, Гоша с ней не играл. Мира это точно знала.

— Нечестно, — согласилась мама.

Мира упала ничком на кровать и заплакала, а потом схватила подушку и швырнула её в стену.

— Иногда так бывает, — вздохнула мама.

Но от этого стало ещё обиднее. Мира вскочила и затопала ногами.

— Нет, не бывает! Я так не хочу! Мы сейчас же собираемся и уезжаем! — говорила она резко, чеканя слова.

— Мне очень жаль, что так получилось, — ответила мама спокойно, но твёрдо. — Я ведь тоже ждала приезда Евы и её мамы. Но мы не уедем. Мы проведём выходные тут. Я готова тебя поддержать, но только после того, как ты перестанешь так себя вести. Я даже подойти к тебе боюсь и не понимаю, можно ли тебя обнять или лучше держаться подальше.

— Не надо меня обнимать! — крикнула Мира. — И раз так вышло, пусть тогда Гоша не играет с Антоном!

Мальчишки весело гоняли мяч перед домом.

— Мы сейчас все вместе пойдём кататься на лодках, потом будем делать барбекю и бургеры на гриле, на костре. Ты сможешь пожарить маршмеллоу. Поиграем в слова, покидаем летающую тарелку. Я понимаю, что ты расстроена из-за Евы, но обещаю поиграть с тобой вместо неё, — уговаривала мама.

— Нет! Нет! И ещё раз нет! — сказала Мира, скрестив руки на груди. — Я не буду это делать. Мы прямо сейчас собираемся и уезжаем домой. Или к бабушке на дачу. Прямо сейчас.

Мира начала нервно хватать вещи и заталкивать их в свой рюкзачок. Мама знала, что при столкновении с незапланированными ситуациями у дочки случаются такие всплески эмоций. Это не перепады настроения — это отчаяние от того, что всё пошло не так, как хотелось. В такие минуты она может вести себя очень грубо по отношению к самым близким.

Маме было тяжело это выдерживать. Она не хотела повышать голос, что-то запрещать или наказывать дочь, но и позволять так разговаривать с собой тоже не собиралась. Ей было ужасно неприятно то, как Мира говорила с ней и как отказывалась услышать и принять тот факт, что иногда получается не так, как мы хотели.

— Мы не поедем домой. Мы сейчас будем кататься на лодках и купаться в озере. Все об этом давно договорились, — твёрдо повторила мама.

— А мы с Евой договорились о другом! — запальчиво ответила Мира. — У нас был свой план. Мы хотели показать спектакль про классных девчонок, которые борются со злом! Я всё так здорово придумала. Три часа готовилась к этому спектаклю!

Мама села на кровать. Было понятно, что у неё почти не осталось сил убеждать. В какой-то момент ей даже захотелось выбежать из комнаты, закрыть за собой дверь, собрать всех, кто готов кататься на лодках, и уйти. Но она не могла оставить своего ребёнка одного в домике у озера.

Мама не знала, что ещё сказать. Перебирала слова, но чувствовала, что они не помогут. Мире просто требовалось время, чтобы принять, что всё пошло не по её плану.

Да, ей очень грустно. Да, она злится. Но эта злость ненадолго. Мама тяжело вздохнула и тихо сказала:

— Я вижу, как тебе плохо. Но тут я ничем не могу помочь, и тебе всё равно придётся это принять. И попробовать найти что-то хорошее в двух оставшихся днях.

Мира ничего не ответила. Она снова упала на кровать и заплакала.

Мама вышла на улицу. У соседнего домика родители Антона выгружали вещи из машины, Гоша гонял с Антоном мяч. Папа с Бейби ушли договариваться насчёт лодок. Было тепло, воздух пах водой и соснами. Озеро, наверное, уже прогрелось.

Мама перекинулась парой слов с родителями Антона и решила прогуляться вдоль озера, чтобы прийти в себя. Поведение Миры ранило и злило её. Она шла и делала вдох-выдох. Вдох. Выдох. Ещё раз. И ещё. Чтобы успокоиться.

Дойдя до воды, мама сняла сандалии и зашла по щиколотку в озеро. Умыла лицо. Вода была прохладно-тёплой. Стало немного легче. Мама постояла ещё минуту и пошла обратно к домику.

Когда она вернулась, Мира уже сидела на крыльце. Она не плакала. Просто смотрела в одну точку, как будто ей было очень-очень плохо.

— Доченька моя любимая, — сказала мама, присев рядом. — Я понимаю, что ты так устроена: когда что-то идёт не по-твоему, тебе становится грустно. Но мне очень трудно, когда ты так себя ведёшь. Пожалуйста, учитывай нас с папой тоже. Ты не можешь одна принимать решения за всех. Нас пятеро. Плюс семья из трёх человек приехала на выходные. У всех были планы. Когда ты так резко ругаешься, мне сложно. Потому что я тоже начинаю злиться. И мне тоже хочется накричать в ответ.

Мира вздохнула.

— Да, я знаю, мама. Прости меня, пожалуйста. Не понимаю, что со мной происходит. В этот момент во мне такая сильная злость… Мне надо, чтобы всё было только так, как я хочу. А когда всё идёт не так, так и тянет наговорить глупостей, обидеть всех, чтобы всем стало так же плохо, как мне. Я правда не знаю, что с этим делать. У меня нет ответа. Но мне очень жаль, что я тебя расстраиваю. И мне очень жаль, что не приехала Ева.

Мама обняла Миру и поцеловала в макушку.

— Я думаю, со временем это будет проходить. Ты станешь старше, и какие-то вещи будут даваться тебе легче. Я очень тебя люблю. И спасибо, что ты сказала про свои чувства. — Она чуть отстранилась и улыбнулась: — А теперь давай подумаем, что взять с собой на лодку.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему всем сначала стало тяжело, когда оказалось, что в домиках у озера не работает интернет?

Обсудите с ребёнком, как работает наш мозг. Он привыкает к быстрым и частым «наградам», например когда мы смотрим короткие видео, получаем сообщения или играем в игры. В такие моменты в мозге выделяется дофамин — вещество, которое создаёт ощущение интереса и удовольствия. Когда моменты удовольствия вдруг пропадают, мозг начинает скучать и требует привычного развлечения. Нам даже может стать тревожно, если удовольствия нет. Но через некоторое время мозг перестраивается, и человеку снова начинают нравиться обычные вещи — игры, разговоры, прогулки.

2. Почему настроение у всех изменилось, когда они решили больше не ждать интернета и просто отдыхать?

Поговорите о том, что иногда становится легче, когда мы перестаём бороться с ситуацией и принимаем её.

3. Почему Мире было так обидно, что Ева не приехала?

Обсудите, что разочарование особенно сильно, когда мы долго готовились, настраивались и представляли, как всё будет.

К сожалению, все лодки оказались заняты. Их нужно было заказывать за день до катания. Но никто об этом не подумал. Все были уверены, что свободные лодки найдутся.

Мама боялась сказать об этом Мире — она только-только убедила дочку, что кататься на лодке будет здорово. И вот снова пришлось менять планы.

Однако выхода не было — лодок действительно не осталось.

Папа быстро придумал другой вариант. Он знал, что недалеко есть маленький водопад, к которому можно пройти по дорожке через лес, а по пути будет ещё много всего интересного. И папа предложил детям отправиться в поход.

Мира, конечно, была недовольна. Она сказала, что идти в поход тоже не хочет. Но тут мама посмотрела на неё — и стало ясно, что ещё один скандал приведёт маму в полное бешенство. Она тоже устала от постоянной перемены планов.

Поэтому Мира поднялась и сказала:

— Хорошо. Куда идти?

Но сначала всем нужно было надеть высокие носки, длинные штаны и кроссовки, потому что идти предстояло по тропинке через лес. А там водились разные насекомые и растения, которые цепляются за ноги. В общем, нужно было одеться правильно и удобно.

Родители Антона остались готовить обед на всю компанию, разводить костёр и резать салаты, а остальные выступили в поход. Лес начинался сразу за домиками. На тропинку легла тень, воздух стал прохладнее.

Впереди шли Антон и Гоша. Они придумали, что отправились в далёкое путешествие, и палками «прокладывали» тропу, чтобы остальные могли пройти за ними. Миру это ужасно бесило. Она не хотела быть первопроходцем. Она хотела идти и болтать с Евой. Тогда было бы совсем не скучно.

Бейби ехала в переноске — это такой карман, как у кенгуру, который папа прикрепил у себя за спиной.

— Осторожно, — сказала мама, когда тропинка сузилась.

Ветки цеплялись за рукава. Где-то сбоку журчала вода.

— Речка! — крикнул Антон.

И все свернули по дорожке к мостику. Мостик был самодельный — где-то камни, где-то доска, где-то поваленное дерево. Всё скользкое.

Гоша прошёл по доске, переступил с камня на камень и перепрыгнул через дерево. Антон повторил за ним. Дальше последовал папа с Бейби. Мама протянула Мире руку, но та фыркнула:

— Не надо.

Мама осторожно пошла вперёд, каждую минуту оглядываясь на Миру. Речка была не глубокой — скорее, ручей. Но промокнуть в таком настроении, как у Миры, — опасное дело.

Девочка шагнула — раз, два, три — и прекрасно перешла по мостику.

— Вот молодец, — сказал папа.

И тут она поскользнулась на сырой земле. Упала на колено, оцарапала ладонь о кору дерева. Антон засмеялся.

— Всё нормально? — присела рядом мама.

— Нет, не нормально! Это всё из-за вас! — резко сказала Мира.

Она злилась не на маму и не на дерево, а на то, что Евы нет. На то, что Антон смеётся.

И на то, что ладонь жжёт.

— Ой, извини, — сказал Антон, — я не понял, что тебе больно.

Мама промыла ранку водой из бутылки.

Антон тут же начал искать «лечебный лист» — подорожник. Кровь почти не шла, но Мира чувствовала себя плохо. Она занервничала даже из-за капельки крови.

— Мне нужен пластырь, — потребовала девочка.

— У тебя не течёт кровь. Сейчас быстро образуется корочка, и начнётся процесс заживления, — проговорил папа.

— Нет! Мне нужен пластырь! Я не могу без него идти, — сказала Мира.

Папа порылся в кармане, достал носовой платок и прижал его к царапине. Все остальные стояли и ждали, когда Мира сможет идти дальше.

Теперь, когда ранку закрыли платком, Мире стало чуть легче. К тому же все обратили на неё внимание. Она тоже имела значение, и даже Антон за неё волновался.

— Можно идти, — сказала наконец Мира, и все двинулись дальше.

Девочка посматривала на свою царапину и вздыхала, но продолжала идти.

Тропинка вывела их к водопаду. Он был маленький, зато шумел как большой. Вода стеной падала с обрыва в неглубокую каменную чашу, и во все стороны летели тысячи брызг.

— Жаль, мы без купальников, — сказала мама.

— И что? Можно просто по воде походить, — ответил Гоша.

Антон уже стягивал кроссовки.

Мира стояла в стороне и смотрела. Она не собиралась мокнуть, но водяная пыль всё равно долетала до лица. Мелкие капельки были прохладными и неожиданно приятными. Гоша и Антон шлёпали голыми пятками, мама снимала кроссовки, а папа вообще полез в воду прямо в обуви.

— Я тоже, — вдруг сказала Мира.

Сняла кроссовки и подошла ближе. Капли покрупнее упали на лицо, потом на джинсы и футболку. Мире вдруг стало ужасно весело. Бейби звонко визжала у папы в переноске. Антон кричал, что это тайный водопад, «путь к которому мы никому не покажем».

Через несколько минут все промокли насквозь. Одежда прилипала к телу, волосы — к щекам. Стало немного свежо, но все только радовались, потому что день выдался душный и жаркий.

Мира подняла лицо к прозрачной стене воды, и капли застучали ей по лбу. Евы рядом не было. Но это вдруг перестало быть самым важным.

Обратно идти было неприятно. Мокрые штаны тянули вниз. Футболка липла к спине. Бейби ныла. Антон чихал. Гоша пытался показать, что он самый крутой, и мчался впереди, хотя папа раз тридцать просил его не убегать.

— Тебе холодно? — спросил папа Миру.

— Немного противно. Всё липнет. Но это было круто, — ответила она.

Мама посмотрела на Миру. Она помнила, какое сложное у дочки (да и у мамы) было утро. Мира как будто поняла её мысли, кивнула и улыбнулась.

Она всё ещё переживала, но уже не так сильно. Как будто водопад смыл с неё огорчение.

Бывает, всё складывается совсем не так, как ты представлял, но вдруг оказывается, что тебе от этого ничуть не хуже, а иногда даже лучше.

Вечером все сидели на террасе, завернувшись в пледы. Антон рассказывал страшилки, а Гоша — опять что-то о своих победах в футболе. Родители болтали между собой, Бейби дремала на мамином плече. Мира жарила маршмеллоу и смотрела на озеро. Оно стало совсем гладким и тёмным, и в нём, как в зеркале, красиво отражалась луна.

Ева не приехала, но день всё равно получился очень хороший. Такой необычный и весёлый — Мира даже не ожидала. И водопад оказался ничуть не хуже спектакля. Хороший был день. Мира его запомнит.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Мира сначала не хотела идти в поход к водопаду?

Обсудите: когда человек сильно расстроен, ему трудно радоваться даже хорошим предложениям.

2. Почему Мира отказалась от маминой руки, когда переходила через мостик?

Поговорите о том, что, когда мы злимся или расстроены, нам часто хочется показать, что мы справимся сами.

3. Почему Мира так сильно расстроилась из-за поцарапанной ладони?

Объясните ребёнку, что, когда человек уже сильно расстроен или обижен, даже небольшая неприятность может показаться очень серьёзной. Наши чувства становятся острее, и мы реагируем на мелкие события намного сильнее, чем обычно.

4. Почему настроение Миры изменилось, когда они оказались у водопада?

Обсудите, что новые впечатления и совместные приключения помогают пережить разочарование.

5. Почему в конце дня Мира поняла, что день получился хорошим, хотя Ева так и не приехала?

Поговорите о том, что реальность может оказаться не такой, как мы ожидали, но это не значит, что она хуже.

Жара стояла четвёртый день. От неё звенел воздух, и всё вокруг вызывало раздражение. Антон с родителями уже уехал, интернет включили, и папа с мамой опять много работали. Бейби усадили за мультики, чтобы, как сказала мама, «хоть немного заняться делами».

Мира и Гоша собрались на озеро. Папа утром проверил тарзанку, мимо которой они много раз ходили, но не решались покататься.

— Там безопасно, можно прыгать. И детей пока мало, — сказал папа. — Но намажьтесь кремом, чтобы не обгореть на солнце. Когда начнёт припекать, бегите в тень.

— Намажемся, хорошо, — хором ответили Мира и Гоша.

Бейби кивнула, хотя оставалась дома.

— Давай скорее, — поторопил Гоша Миру, которая застряла с босоножками.

На улице было ярко и пусто. Земля горячая.

— Крем взяли? — поинтересовалась мама, выглянув из окна, и кинула детям тюбик. — Намажьтесь прямо сейчас.

Мира и Гоша закивали, но, как только закрылось окно, сразу рванули к озеру.

Солнце пекло плечи, и трава пахла пылью. Хотелось скорее окунуться в воду. Поэтому, оказавшись у озера, они забыли обо всём. Вода блестела так ярко, что приходилось щуриться.

— Чур, я первый! — крикнул Гоша. — А то сейчас расплавлюсь.

С ветки старой ивы свисала верёвка. Толстая, потёртая, с палкой внизу. Та самая тарзанка, на которой сегодня рано утром катался папа. Вернее, прыгал с неё в воду. Гоша потрогал верёвку, потянул. Крепкая.

— Смотри!

Он разбежался, оттолкнулся и взмыл над водой. На секунду завис в воздухе, а потом — шлёп! — рухнул в озеро. Брызги разлетелись во все стороны. И через мгновение над водой появилась сияющая Гошина физиономия.

— Нормально! Глубоко! Вообще класс!

Мира почувствовала, как внутри что-то сжалось. Страшно! Но очень хочется.

— Течения нет? — спросила она.

— Это же озеро, какое течение? — удивился брат.

— А коряги? — уточнила Мира.

— Папа сказал, что каждый день проверяют. Всё безопасно, — успокоил Гоша.

— А вдруг там крокодилы? — опять забеспокоилась девочка.

— Мы же не в Африке. Откуда тут крокодилы? — улыбнулся Гоша.

Мира взялась за верёвку. Сердце билось быстро. Ноги чуть дрожали. Страх был очень сильным, но желание летать, как Гоша, — ещё сильнее.

Мира разбежалась и прыгнула. В полёте вдруг стало тихо. На секунду девочка замерла в воздухе вместе со своим сердцем. И… отпустила палку. Тут же окатило холодом, громко плеснула вода. Мира вынырнула, смеясь.

— Это вообще!

Она не находила слов от восторга. Это было всё равно что прыгнуть в неизвестность и обнаружить, что там не темнота, а вода.

— И крокодилов нет! — радовалась Мира.

После этого началось настоящее веселье. Дети стали соревноваться.

— Кто дальше?

— Кто громче?

— Кто с закрытыми глазами?

Они прыгали снова и снова. Пришли другие дети. Мира нашла подружку для игр, а Гоша — друга, и они веселились уже вместе. Как же было здорово!

Небо было яркое, почти белое. И казалось, веселье никогда не закончится, но тут появился папа и загнал детей домой.

— Солнце печёт вовсю, а вы наверняка мазались уже часа два назад, — заворчал он.

Мира и Гоша переглянулись. Они вообще не намазались кремом ни разу.

А к вечеру стало понятно, что спины, плечи, руки и лица сгорели.

— Ай, — вскрикнула Мира, когда Гоша хлопнул её по плечу.

— Вы кремом мазались? — спросила мама, включив свет в домике.

Пауза.

— Мы забыли, — виновато ответил Гоша.

— Ну и ну. Теперь три дня на солнце не выйти, — рассердилась мама.

Она намазала обоих успокаивающим кремом, но ночью кожа горела так, что даже от майки было больно. В комнате стояла духота. Детей слегка лихорадило.

— Я не могу лежать, — прошептала Мира.

— Я тоже, — кивнул Гоша.

Мира села.

— Пойдём спать во двор. Там прохладнее.

Они выкинули подушки и одеяла через окно и выпрыгнули сами. Нашли место, где сквозь деревья виднелось небо, расстелили одеяло Миры, положили подушки и укрылись до пояса Гошиным. Спины по-прежнему горели, но лица и плечи теперь обдувал ветерок.

Небо было тёмное, но не чёрное. Звёзды казались ближе.

— Надо было сразу так, — тихо сказал Гоша.

Тут рядом раздался шорох. Дети замерли и прислушались. Снова шорох.

— Это кто? — прошептала Мира.

В темноте обычный куст выглядел огромным.

— Ёж, наверное, — сказал Гоша, но его голос прозвучал неуверенно.

Мира засомневалась:

— А вдруг медведь?

— Тут нет медведей, — буркнул Гоша.

Но сам почувствовал, как внутри холодеет. Снова шорох. Треск ветки. У Гоши мурашки пробежали по спине.

— Пойдём домой, раз ты боишься, — сказал он сестре.

Похватав подушки и одеяла, они кинулись к дому. Спотыкаясь, чуть не выломав дверь, они ввалились в комнату. Папа выскочил навстречу, но, увидев детей, даже не стал разбираться, что к чему, и ушёл спать.

Мира и Гоша осторожно улеглись в кровати, стараясь как можно меньше прикасаться к простыням горящими спинами. На улице трещали ветки, но им уже было не страшно.

Наверное, это просто ветер шумел.

Тишина стала мягкой, и дети провалились в сон.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему Мира сначала боялась прыгать с тарзанки, хотя очень хотела попробовать?

Подчеркните, что иногда новое и неизвестное одновременно вызывает и страх, и сильное любопытство.

2. Почему Мира и Гоша забыли намазаться кремом от солнца, хотя обещали?

Обсудите: когда мы очень увлечены игрой или спешим, то можем забыть о важных правилах безопасности.

3. Почему ночью обычные звуки в кустах показались детям такими страшными?

Объясните, что в темноте наш мозг старается защитить нас и может представлять опасность даже там, где её нет.

4. Как ты думаешь, чему научил Миру и Гошу этот день?

Поговорите о том, что иногда ошибки (например, забытый крем от солнца) помогают нам лучше понять последствия своих решений и в следующий раз быть внимательнее.

Озеро было очень красивое, домики — уютные, а тарзанка — классная. Но к концу отдыха все уже немного устали — от жары, комариных укусов, тесных комнат и толпы на берегу.

В один из последних дней семья отправилась на дальний пляж, почти на другую сторону озера.

— Держимся рядом, — сказала мама. — Народу много.

Шезлонги, зонты, дети, мячики, надувные фламинго. Песок был горячий. Бейби ныла, просилась на руки. Пока собирались, потом парковали машину и искали свободное место, уже сильно устали. По крайней мере, родители. Папа посадил Бейби на край полотенца и принялся устанавливать зонт. Мира спорила с Гошей, кто первым возьмёт круг. Мама раскладывала вещи. Через минуту стало тихо. Слишком тихо.

— А где Бейби? — спросила мама.

Мира обернулась. Гоша перестал тянуть круг на себя. Сестрёнки рядом не было. Ни её голоса, ни белого платочка.

Мама выпрямилась.

— Кая! — позвала она.

Никто не ответил.

— Она только что была тут, — сказал Гоша.

Мира почувствовала, как сердце ухнуло в пятки.

— Кая! — во весь голос закричала она.

Папа побежал в одну сторону. Гоша вдоль воды — в другую. Мама просто металась из стороны в сторону. Мира осталась ждать на месте. Её ноги стали ватными. В голове вспыхивали картинки: вода, чужие люди, глубина.

Только не это!

Прошло, наверное, три минуты. Или пять. Или вечность. Наконец Мира услышала мамин голос:

— Вот она!

Бейби стояла возле продавца кукурузы и смотрела, как крутится машинка с попкорном. Она даже не догадывалась, что её ищут. Мира подбежала и резко обняла сестру. Слишком резко. Мама просто рухнула на песок.

— Ты от нас не отходишь. Никогда. Слышишь?

Голос у мамы был твёрдый и звучал почти как чужой. Она вся дрожала. Теперь и Бейби испугалась и крепко прижалась к маме.

А та смотрела в одну точку, как будто была очень уставшей, на грани.

Потом день прошёл неплохо, но мама так и не пришла в себя. Она была грустной и какой-то отрешённой до самого вечера.

Чтобы её немного порадовать, папа предложил разжечь костёр.

— Просто так, — сказал он. — Без сосисок. Без маршмеллоу. Просто посидим вместе.

Озеро казалось почти чёрным. Домики вокруг стояли тихие — многие отдыхающие уже уехали. Лето подходило к концу. Огонь разгорался медленно. Сначала всё дымил, но потом стал ярко-оранжевым. Искры стремительно поднимались и исчезали в вечернем небе.

Мира смотрела, как охваченные огнём ветки чернеют и трескаются. Бейби всё ещё липла к маме.

— Давайте расскажем друг другу, чего мы боялись этим летом, — вдруг сказал папа. Наверное, хотел, чтобы мама выговорилась и ей стало легче.

— Зачем? — хмыкнул Гоша.

— Просто так, — ответила Мира. Она поняла папин замысел.

— Я боялся, что дедушка не выздоровеет, — начал папа.

Мира посмотрела на него удивлённо. Оказывается, папа тоже может чего-то бояться?

Мама пожала плечами. Огонь тихо потрескивал ветками.

— Я боялась, что с вами что-то случится, — сказала мама.

— Но не случилось же, — попыталась ободрить её Мира.

— К счастью, да, но я всё равно боялась, — пояснила мама.

Тишина стала мягкой. Видимо, маме и вправду стало легче. И всем вместе с ней.

— Когда Ева не приехала, я боялась, что теперь всё навсегда будет плохо, — сказала Мира.

Огонь отразился в её глазах.

— И было? — спросил папа.

Мира подумала.

— Сначала да.

— А потом?

— Потом стало весело и без неё.

Гоша сидел, глядя в огонь. Он тоже хотел что-то сказать, это было видно.

Он глубоко вздохнул.

— Я… — начал Гоша и замолчал, как будто никак не мог решиться. — Я боялся… — снова начал он, но потом пожал плечами: — Ничего. — И замолчал.

Папа не стал давить. Мама тоже. Если человек не хочет говорить, зачем вытаскивать из него слова? Достаточно знать, что они есть.

Костёр становился меньше, а небо — темнее. Бейби заснула у мамы на руках.

— Хорошее было лето, — тихо проговорила мама.

— Да, и оно останется внутри нас надолго, — вдруг сказала Мира.

Папа кивнул. Все сидели молча. Каждый думал о своём. Гоша — о тех словах, которые почти сказал. Мама — о том, как испугалась на пляже и как она любит своих детей. Папа — о дедушке. Мира — о том, что иногда планируешь одно, а получается другое. И это другое может быть даже лучше того, что ты напланировала.

Огонь почти погас. Папа засыпал угли песком. Стало совсем темно.

— Пойдёмте спать, — сказал папа. — Завтра долгая дорога домой. Хорошее было лето, а осень будет ещё лучше.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Почему все так сильно испугались, когда не увидели Бейби?

Обсудите, почему рядом с водой надо быть особенно осторожными.

2. Почему мама так резко сказала Бейби, чтобы она больше никогда не отходила?

Объясните ребёнку, что сильный страх за близкого человека заставляет нас говорить слишком резко.

3. Почему после этой ситуации мама долго оставалась грустной и молчаливой?

Поговорите о том, что сильный страх не всегда проходит сразу, иногда человеку нужно время, чтобы прийти в себя.

4. Почему папа предложил вечером рассказать о своих страхах?

Обратите внимание ребёнка, что разговор о своих переживаниях часто помогает людям почувствовать себя лучше, как и случилось с мамой.

5. Почему взрослые не стали заставлять Гошу рассказывать о своём страхе?

Обсудите, что иногда человек не хочет делиться своими чувствами, и важно уважать его готовность говорить или молчать.

#mifdetstvo 

#mifdetstvo 

Руководитель редакционной группы Татьяна Медведева

Шеф-редактор Дарья Калачева

Ответственный редактор Любовь Неволайнен

Литературный редактор Мария Торчинская

Художественный редактор Татьяна Сырникова

Дизайн обложки Татьяна Сырникова

Корректоры Наталья Воробьева, Анна Погорелова, Лилия Семухина