Арина Шапкина

Тело жгло и ломило, во рту было кисло, отчего волнами накатывала тошнота. Мысли вяло ворочались в голове, никак не оформляясь в связную мысль. Ненавижу тренировки так называемой разморозки, или выхода из криосна, а моё самочувствие напоминало именно это «чудесное» состояние. С трудом разлепила веки, пошевелила пальцами, преодолевая сопротивление тела и колкие мурашки.

– Вот так, Арина. Очень хорошо. Не спешите. Давайте, потихонечку фокусируйте взгляд, а я вам сейчас немножечко помогу, – почти нежно уговаривал меня кто-то, а потом на язык попала жидкость с приятным ментоловым вкусом.

От желудка по телу начало растекаться приятное тепло, снимая противные спазмы и тошноту. Я позволила себе расслабиться и глубоко вздохнуть, наслаждаясь ощущением того, как боль утихает.

Странно. Не помню, чтобы нас раньше поили чем-то похожим. Новая разработка?

– Открывайте глазки, дорогая. Ну же, не пугайте меня, – продолжал ворковать надо мной какой-то мужчина.

Стоп! А где Петрович? Старый и циничный, как большинство военных медиков, подполковник не стал бы со мной сюсюкаться.

Открыла глаза, с удивлением взирая на обалденно красивого брюнета в белых одеждах медицинского персонала. Немолодой, но и не старый мужчина с идеальными, я бы даже сказала породистыми чертами, с нескрываемым восторгом рассматривал моё бледное тельце.

Что он там такого занимательного увидел, что сияет, как начищенный чайник? По опыту знаю, что после таких тренировок выгляжу чудовищно: бледная, опухшая и с синяками под глазами, а этот едва не плачет от умиления. Чудной.

– Прекрасно! Вы меня понимаете, Арина? Можете говорить? Сколько пальцев я показываю? – спросил доктор, показывая два пальца.

– Два, – прохрипела я, немного морщась от собственного карканья.

– Великолепно! – обрадовался этот восторженный дядечка, вливая мне в рот новую микстуру со вкусом дыни.

– Где я? – спросила я голосом, который уже больше походил на человеческую речь.

– Тише, Арина. Не спешите. Вы в безопасности. Среди друзей. Мы позже всё вам расскажем, а пока просто отдыхайте, набирайтесь сил. Нельзя сразу перегружать вас информацией, – как маленького ребёнка, уговаривал меня этот странный врач.

– Док, я разморозилась, а не сошла с ума. Прекращайте сюсюкаться и скажите нормально, что со мной? Разморозка пошла не по плану? – спросила я, пытаясь приподняться.

При попытке вспомнить обстоятельства перед криосном, голова резко разболелась, заставляя меня поморщиться.

– Вот же упрямица. Говорю же, не спешите. Сейчас сделаю вам инъекцию, поспите, немного адаптируетесь, а потом всё обсудим, – завил врач, касаясь меня каким-то странным небольшим прибором.

Аппарат тихо пискнул, а место, которого он касался, обожгло короткой болью, после чего на меня навалилась усталость и я провалилась в сон.

Второе пробуждение было гораздо более приятным. Чувствовала я себя если не хорошо, то вполне сносно. Опустила ноги с кровати и оперлась руками о новенькую тумбу, пытаясь справиться с головокружением.

Начнём сначала. Что я о себе помню? Глупый вопрос – почти всё помню. Я Арина Шапкина, выпускница шестнадцатого детского дома города Энска. Прошла конкурс в государственную космическую программу «Новый Марс». Два года проходила подготовку к полёту и последующей колонизации красной планеты. А дальше…

Очень отчётливо вспомнились многочисленные тестирования и тренинги, обучение. Ленка Панина, её дружок Игорь, наша команда. Перед глазами как будто мелькали картинки моей жизни. Весьма неплохой, кстати, жизни. У меня всё вполне удачно сложилось: интересный государственный контракт, хорошая заработная плата и куча плюшек в случае успеха нашей миссии, верные товарищи и дружный коллектив. Конечно, риск тоже высокий, но я не готова расстаться с мечтой стать одной из первых поселенок на Марсе.

Головная боль снова напомнила о себе, но не острой вспышкой, а как будто фантомом грядущего спазма – давлением сжало виски, в глазах потемнело, но я упрямо продолжала вспоминать.

Последний день должен был быть самым ярким воспоминанием, но картинки как будто прыгали. Речь полковника о том, как важно дело, что нам доверили. Наставники, напоминающие нам об осторожности и основных правилах автоматического выхода из криосна. Кривляющаяся Светка в тонком комбинезоне из полиматериала, разработанного специально для нас. Мы стояли не возле тренажёров, а у настоящих капсул. Нас должны были заморозить и погрузить на шаттл, который доставил бы будущих колонизаторов на космический корабль. Но почему я тут?

– Вы всё-таки встали. Ну, до чего же беспокойный вы пациент, Арина! – пожурил меня всё тот же доктор, влетая в мою палату.

– Со мной уже всё хорошо. Только где я? Что это за место? Что случилось? Меня сняли с программы? – засыпала я мужчину вопросами, пока он проверял реакцию моих зрачков на свет и прикладывал какой-то прибор к моей шее.

– Нет. Не сняли. Не думаю, что именно я должен вам обо всём поведать, но вы ведь просто так не успокоитесь, правда? – как-то обречённо спросил врач, запуская руку в тёмные волосы.

Я только утвердительно кивнула, ожидая объяснений, потому что у самой версий никаких не было. Наоборот, я уже ничего не понимала.

– Хорошо. Но только при условии, что вы сначала поедите, – строго добавил он, нажимая какие-то кнопки на своём браслете.

Буквально через несколько минут дверь открылась, впуская роботизированную тележку. Круто! У нас, оказывается, и такие имеются!

Столик двигался мягко и бесшумно, подкатываясь так, чтобы мне было удобно. В меню сюрпризов не было – тёплый бульон и какая-то желеобразная масса лимонного цвета с запахом цитрусовых.

Док уходить не спешил, а терпеливо ждал, когда я поем, а потом принялся рассказывать.

– Вы находитесь в центре лечения репродуктивных и наследственных проблем под названием «Реновация». Ваша капсула была повреждена при аварийной посадке. Её нашли совсем недавно при строительстве новой шахты. Вы лишь чудом уцелели, а нам удалось восстановить повреждённые ткани и вывести вас из криосна. Ваши данные все были записаны на носителе капсулы, поэтому процесс оказался весьма успешным. К счастью, технологии значительно продвинулись, поэтому мы избежали почти всех негативных последствий для вашего организма, – сказал врач, заставляя меня похолодеть от страха за остальных ребят.

– Шаттл разбился? А другие? Есть ещё уцелевшие? – всё же решилась спросить я.

– Разбился не шаттл, а посадочный модуль. К сожалению, пока нашли только вас, Арина, но раскопки ещё ведутся, – попытался успокоить меня мужчина, но только сильнее разволновал.

– Посадочный? Вы хотите сказать, мы на Марсе? Раскопки? Сколько прошло времени со дня старта миссии? – спросила я.

– Да, это Марс. Сколько времени? Наши календари немного разнятся с Землёй, но, учитывая записи на корпусе капсулы, минуло примерно пятьсот сорок три года, – задумчиво ответил врач, заставляя мир вокруг завертеться и снова померкнуть в омуте забвения.

Арина Шапкина

Очнулась, сталкиваясь взглядом с испуганными зелёными глазами врача.

– Простите меня, Арина. Я же говорил, что не мастер вести беседы. Нужно было пригласить того, кто мягко подготовит вас к правде, – сказал доктор, подавая мне стакан с мутноватой жидкостью.

Приятная на вкус с привкусом ментола жидкость меня немного взбодрила.

– Ничего, док. Наверное, так даже лучше. Как вас зовут? Неудобно, что я так и не выяснила, как к вам обращаться, – спросила я.

– Шад. Шад Пирс. Но вы можете называть так, как вам удобно, мили Арина, – ответил мужчина, принимая от меня стакан с недопитым раствором. Врач задумчиво посмотрел на жидкость и допил её, удивляя меня. – Успокоительное, но не вызывает сонливости, – пояснил док, кивнув на опустевшую тару.

– И что дальше со мной будет, мистер Шад? Вы хм… разморозили меня, вернули к жизни, но как я дальше буду жить? Чем заниматься? За столько лет наверняка всё поменялось, – высказала я свои сомнения. Наверное, в тот момент я ещё не до конца осознала, что оказалась фактически в новом мире, о котором я не имела ни малейшего понятия.

– Просто Шад, Арина. Вам не нужно переживать ни о чём. Я понимаю вашу растерянность, но могу заверить, что ничего плохого вам не грозит. Я не очень силён в истории того времени, когда отправляли вашу экспедицию, но у нас каждая женщина – это великая ценность, а вы просто сокровище Нового Марса. Отдыхайте. Постарайтесь не нервничать. Я пришлю к вам помощника. Он поможет вам адаптироваться, – пояснил врач и поспешил скрыться, пока я пыталась собраться с мыслями.

Погружённая в свои невесёлые размышления, я и не заметила, как док ушёл, оставляя меня одну, а через несколько минут в двери постучали и вошёл…

– Док? В смысле, Шад? – переспросила я непонимающе.

Вошедший мужчина был как две капли воды похож на моего врача, только значительно моложе и цвет глаз другой – насыщенно синий.

– Шад? Нет, что вы, мили Арина. Моё имя Сейм. И, предвосхищая ваш вопрос, скажу, что я не сын и вообще не родственник заведующего отделением. Похоже, доктор ещё не рассказал вам про генетические линии? – полуутвердительно спросил парень, приближаясь к моей кровати. – Мне будет проще объяснить, если я покажу. Можно присесть к вам, мили? – спросил парень, очаровательно улыбаясь.

– Конечно, – как-то даже растерялась я, подвигаясь, чтобы этому образчику мужской привлекательности было удобней.

– Во времена первой волны колонизации, немного позже того времени, когда вас отправили в экспедицию, ряд учёных научились воздействовать на человеческий геном. В тяжёлых условиях новой планеты нужны были выносливые, сильные люди, причём в основном мужчины, по понятным причинам. Ну, естественно, эти же деятели поработали над экстерьером, так сказать. У женщин, согласившихся протестировать технологию, родились прекрасные, как им тогда казалось, сыновья. Но проблема в том, что и дальше эти женщины рожали точно таких же сыновей с незначительными отличиями во внешности. У этих мальчиков, когда они достигли зрелости, тоже появились абсолютно такие же дети. В том, что вмешательство в гены стала серьёзной проблемой, задумались только через двести лет, когда весь Марс и почти всю Землю заселили копии модифицированных людей. Как выяснилось позже, устойчивость или зафиксированность наших наследственных признаков сыграла с нами злую шутку. Мы перестали развиваться и меняться. На данный момент осталось пятьдесят три зарегистрированные генные линии, не считая вашей. Вы со своим пластичным ДНК – можно сказать, благословение для нашего мира, – шокировал меня своим рассказом парень, показывая фотографии сотен «близнецов».

Красивые высокие мужчины, идеальные в своей неземной хрупкости девушки. Среди фотографий были и изображения Шада, ну или его копий.

– То есть, все стали одинаково красивыми? Что в этом плохого? – с улыбкой спросила я, не понимая их причины для расстройства. Это же можно сказать мечта – мир, населённый идеалами, пусть и ограниченным количеством их вариаций.

– Из-за этого мы вырождаемся. Девочек появляется с каждым годом всё меньше, соответственно рождаемость падает в геометрической прогрессии. Наш мир стареет, и, если ничего не изменится, то скоро умрёт. На Земле немного лучше, но также напряжённая ситуация с девушками, – поведал мне парень, заставляя немного напрячься.

– Я надеюсь, что надо мной не будут проводить никаких опытов для получения одних только девочек? – спросила я, инстинктивно прикрывая руками живот.

– Что вы?! Ни в коем случае! Вмешательство в процесс размножения, как и в генетику человека, на данный момент строго запрещены. Это преступление, и никто с вами так не поступит, – горячо заверил меня парень, отыскивая на планшете какие-то документы с гербами и печатями.

Я надолго замолчала, рассматривая фотографии первых поселенцев на Марсе, систем, похожих на те, которые нас учили устанавливать, планируя миссию, скафандры. Следом шли изображения всё более современных установок, куполов, пока не появилась футуристичная, в моём понимании, картинка удивительного мегаполиса под биополимерным куполом. Искусственные озёра с кристальной водой, летающие автомобили, леса и парки. И это на Марсе! Всё, что должно было стать для меня будущим, в нынешних реалиях смотрелось каким-то замшелым средневековьем.

Удивительно и странно. И совершенно непонятно, как мне найти себя в этом новом мире. Заинтересованность во мне, как в инкубаторе, тоже не радовала от слова совсем.

– Я всё-таки не поняла. Хорошо, у меня гены, не тронутые модификацией, но если ваши признаки доминантные, кажется, так это называлось в биологии, то и мои дети их унаследуют, – озвучила я свои умозаключения.

– Скорее всего, нет. Гарантий никто дать не может, но не должны. Была и вторая волна вмешательства. Когда учёные заметили проблему и попытались сделать наш геном более гибким. Только после этого начался массовый эффект так называемого близкородственного кровосмешения. Вот после этого и запретили генетические эксперименты, а в центрах, подобных нашему, женщинам подбирают кандидатов для создания оптимальных семейных единиц, – «порадовал» меня Сейм.

– Эм… я надеюсь, что мне никого подбирать не будут? В мои планы не входила семья и дети. Мне нужно пока как-то адаптироваться, – отодвигаясь от парня, сказала я.

– Этого я знать не могу. Новой информации для сегодня достаточно. Пойдёмте, я вас искупаю. Потом по плану массаж и прогулка, – сказал парень, расстёгивая магнитные застёжки своей рубашки.

– Сейм, а зачем ты раздеваешься? – удивлённо спросила я, подтягивая тонкое одеяло к подбородку.

– А как я должен вас купать? В одежде? – в свою очередь недоумевал парень.

– Я сама. В смысле, не надо меня купать. Просто покажи, как пользоваться бытовыми приборами, – попросила я, заставляя парня нахмуриться.

– Это исключено. Каждой женщине полагается личный помощник. Доктор предположил, что наша генетическая линия вызвала у вас симпатию, поэтому к вам направили меня, но если это не так, вы можете выбрать другого. Я сейчас открою каталог, – расстроенно сказал парень, но снова потянулся к планшету и действительно открыл меню с какими-то фотографиями.

– Не надо другого. Просто я не ребёнок, чтобы меня купать. Я всё могу сама. Ты же не будешь со мной возиться, как с маленькой? – возмутилась я.

– Я не понимаю смысла, который вы вкладываете в эти слова. Я вас искупаю, как и положено личному помощнику. Нас специально обучают, чтобы мы находились постоянно рядом с женщиной. У меня самая высокая квалификация. Если вам интересно, то… – парень опять потянулся к планшету.

– Нет-нет! Не нужно, – торопливо ответила я.

– Так что: я приступаю к обязанностям или вы будете выбирать другого? – спросил молодой мужчина.

– Сейм, а ты не мог бы позвать доктора Шада? Пожалуйста, – попросила я, не зная, как вообще реагировать на происходящее.

– Конечно, – парень нажал на какую-то кнопку на браслете и через пару минут к нам влетел растрёпанный и запыхавшийся доктор.

– Что случилось? – нервно спросил он, заставляя меня немного устыдиться.

Арина

Интересно, как у модифицированных людей с нервами? Судя по взъерошенному виду Шада – не очень.

– Признаков шока или истерики нет. С вами всё хорошо, Арина. К чему был этот срочный вызов? – строго спросил врач, заставляя меня устыдиться.

– Простите, док. Я, кроме вас, тут больше никого не знаю, а у нас с Сеймом возникла небольшая проблема во взаимопонимании, – краснея, призналась я.

– Сейм? Мне стоит усомниться в твоей квалификации? – сердито спросил доктор, заставляя парня побледнеть.

Учитывая то, что мужчины похожи, как близнецы, выглядело это внушение несколько… странно.

– Я не учёл разницу в менталитетах, но всё равно не могу пойти на уступки. Арина не желает принять мою помощь в омовении. Ванная комната – это место с повышенным уровнем травмоопасности, – упрямо выдвинув подбородок, произнёс парень.

– Арина, в чём проблема? Почему вы возражаете против услуг Сейма? – как-то устало спросил врач, потирая длинными пальцами собственные виски.

– Эм… ну, начнём с того, что я не привыкла, чтобы со мной возились, как с ребёнком. В том времени, откуда я родом, купают только детей. Взрослые люди вместе принимают ванну, когда они любовники. Как вы понимаете – это не наш случай, – нахохлившись, я отстаивала свою точку зрения.

– Кажется, я понял. Арина, Сейм – квалифицированный индивидуальный помощник. Он не будет вам навязывать свои сексуальные желания, только позаботится о ваших потребностях. На парне надет специальный контролер – это микроприбор, который нивелирует физические реакции его тела. Касательно ухода за женщинами имеется чёткая инструкция. Естественно, каждый случай индивидуален, но есть такие пункты, которые помощник не может игнорировать, и омовение – это один из них. Если вы совсем не доверяете Сейму, то я могу искупать вас сам. Правда, на мне не установлен контролер, – сделал «заманчивое» предложение Шад.

– Нет! Не надо! – торопливо ответила я.

– Тогда не создавайте проблем на ровном месте, Арина. Наверное, я всё же неверно подобрал вам помощника. Стоило предложить вам Рама. Он менее уступчив и более… целеустремлён. Хотя, у вас особый случай. Думаю, вам не повредит иметь двоих индивидуальных партнёров. Я пришлю к вам его чуть позже. Раз этот вопрос мы выяснили, то я пойду. Дела, – сказал Шад, направляясь к выходу.

– Док, может не надо второго? Я буду слушаться Сейма, – торжественно пообещала я, ужасаясь перспективе того, что вместо одного за мной будут хвостом ходить двое… здоровенных, мускулистых, чертовски привлекательных… Стоп! Что-то не туда меня понесло.

– Надо, – ответил Шад, окидывая меня задумчивым взглядом. – Жаль, что я сразу об этом не подумал, – добавил он, исчезая за дверью.

– Ну что? Купаться? – уточнил Сейм, опасливо поглядывая на меня.

Я только тяжело вздохнула, смиряясь с необходимостью. В корпусе у нас были общие душевые с мужчинами. Это делали специально, чтобы девушки привыкали к тому, что в новых реалиях нас не собирались как-то выделять, предоставляя особые условия. Чужая нагота меня не особенно смущала, но и настолько привлекательных мужиков я не видела. Да, были и спортивные, и весьма симпатичные, но чтобы настолько… Эх, ладно. Как говорится – где наша не пропадала? Будем считать эту неловкую ситуацию первыми сложностями при освоении Нового Марса.

Не обращая внимания на мой любопытный взгляд, Сейм быстро снял с себя рубашку, брюки и даже бельё, что, на мой взгляд, было уже перебором. Красивый. Даже совершенный мужчина – сильное тело расчерчено чёткими линиями мышц, бугрящихся под гладкой смуглой кожей, породистое лицо с волевым подбородком, прямым носом, капризными губами, пушистые ресницы, обрамлявшие яркие синие глаза. Мой взгляд невольно скользнул ниже, замечая красивый ровный член. Мужчина не был возбуждён, а сверху на его достоинстве сверкало тонкое серебряное колечко. Наверное, это и есть тот самый контролер.

– Я помогу тебе раздеться, – спокойно произнёс мой нянь, приближаясь ко мне.

Учитывая то, что на мне была какая-то просторная хламида, процесс не затянулся. Сейм действовал аккуратно и уверенно, стараясь лишний раз не прикасаться ко мне, чтобы не смутить. Не могу сказать, что неприятно, но странно.

– Я не так идеальна, как девушки на фото, – зачем-то оправдывалась я, прикрывая ладонями грудь и пах. Просто было как-то неловко.

– Вы гораздо лучше, Арина. Никому не позволяйте в этом усомниться, – немного высокопарно произнёс парень, но, наверное, это лучше, чем, если бы он согласился, что я не такое уж совершенство.

Сейм открыл передо мной двери, пропуская в неожиданно просторное помещение с небольшим бассейном, наполненным тёплой водой.

– Не спешите. Я помогу, – сказал он, легко подхватывая меня на руки, чтобы занести в воду.

Прикосновение обнажённых тел сложно воспринимать, как нечто обыденное. Не так часто я оказывалась в объятиях мужчины голой. Интимно и приятно.

– Сейм, думаю, нам можно уже друг другу не выкать. Это как-то неправильно, учитывая, что мы с тобой уже ближе некуда, – немного ворчливо от смущения сказала я.

– Хорошо, Арина. Садись сюда и расслабься. Я сначала промою волосы, а потом остальное, – скорее просто уведомил меня парень, усаживая на удобный выступ или кресло, утопленное в воде.

Ловкие сильные пальцы перебирали мои отросшие спутанные пряди, аккуратно разбирая их. Собственно, то, что волосы отросли, я заметила только сейчас, когда Сейм начал над ними работать. Надо спросить про зеркало.

Всегда любила, когда кто-то касался моей головы, а сейчас я просто таяла, наслаждаясь тем, как обалденно красивый мужчина нежно ухаживает за мной.

Я так разомлела, что не сразу заметила, что нежные ладони сместились, возмутительно приятно массируя мне грудь.

– Дальше я сама, – севшим голосом сказала я, удерживая парня за запястья.

– Исключено. Но если хочешь, можешь дождаться Рама, – ответил Сейм и поджал губы. Обиделся что ли?

– Ладно, мой ты. Не могу передать, как мне неловко, – немного слукавила я. Смущение действительно присутствовало, но сейчас оно померкло на фоне растущего возбуждения.

Мужские руки вроде бы и не задерживались в определённых эрогенных зонах, но Сейм так тщательно, так любовно гладил, массировал, разминал меня, что мне уже пришлось прикусить губу, чтобы сдержать стон.

А ведь этот… помощник не испытывает того же. Где бы себе найти контролер? В конце концов, я здоровая молодая женщина, которая соответствующе реагирует на то, что её нежно ласкает красивый мужчина.

Когда ладони Сейма добрались до моей интимной зоны, я всё же не сдержалась и вскрикнула, выгибаясь навстречу лёгким касаниям.

– Прости. Я не привыкла, чтобы… В общем, не нужно меня так мыть, – задыхаясь от возбуждения, сказала я, опасаясь поднять взгляд выше груди парня.

– Тебе не за что извиняться. Ты такая нежная, чувствительная, невероятно отзывчивая, – проникновенно сказал Сейм, заставляя меня удивлённо посмотреть на него. – Что? Контролер не позволяет появиться физиологического проявление желания, но это не мешает мне наслаждаться твоей искренней реакцией. Я помощник, а не робот. Если тебе неприятно, я больше не буду высказывать своего личного отношения, – добавил парень, заставляя меня ещё сильнее покраснеть.

– Давай заканчивать с этим, – хрипло ответила я, спеша покончить со смущающим опытом.

Арина

Красная, причём не столько от горячей воды, сколько от смущения и ещё не утихшего возбуждения, я сидела на кровати и листала картинки на тонком планшете, выбирая наряды.

Для моего удобства они появлялись уже на моём изображении. Что-то такое наколдовал Сейм. Парень надел чистую одежду, которую ему доставил очередной робот, и сейчас полулежал рядом, заглядывая в выбираемый мной гардероб. Вообще он вёл себя так естественно, как будто мы уже много лет как минимум дружим. Мне же было странновато.

– Мне обязательно нужно столько одежды? Мы уже много выбрали. И вообще, кто за всё это будет платить? – задала я насущные вопросы.

– Обязательно. И ты ещё практически ничего не выбрала. Пара спортивных костюмов, два повседневных брючных наряда и одно платье, которое я еле отстоял. А насчёт денег не беспокойся: каждой женщине от рождения выделяется капитал в размере пяти миллионов кредов – это огромная сумма, – отозвался парень, вместо меня листая каталог, потому что я снова немного зависла. – Вот, это сейчас очень модно. И вообще удобная модель, – заявил он, настойчиво предлагая мне очередное платье с нескромным декольте. Хотя, практичности в местной женской одежде было мало. Все наряды были несколько вызывающими на мой вкус, но ходить вечно в больничном халате – это тоже не дело.

– Так это для тех, кто родился, а я исключение из правил, – напомнила я помощнику.

– Тебя приравняли в правах к марсианкам. И вообще выдали особый статус. Мелочи надо будет уточнить в муниципалитете, но насчёт выплаты я абсолютно уверен. Я выяснил всё, что мог, когда меня определили тебе в помощники, – сообщил Сейм и, пользуясь тем, что я пребывала в глубокой задумчивости, выбрал уже с десяток различных вариантов вечерних и парадно-выходных нарядов.

– Не наглей! – возмутилась я, забирая планшет из его рук, но всё выбранное уже светилось в статусе «оплачено».

Кто-то постучал и, дождавшись моего приглашения, в комнату вошёл ещё один красавец-мужчина. К счастью, он не был похож на доктора Шада. Высокий – даже выше Сейма, широкоплечий платиновый блондин с умными карими глазами и флегматичной невозмутимостью, большими буквами прописанной на привлекательном лице. Он взирал на меня с интересом и без лишней восторженности.

– Рам Девлин, ваш второй помощник, – сухо представился парень.

– Арина Шапкина, – настороженно ответила я, не особенно представляя, как действовать в подобной ситуации.

– Проходи, Рам. Мы с Ариной искупались, выбрали гардероб на первое время, а сейчас по плану массаж, – не слишком радостно отчитался Сейм.

– Его сделаю я. Пересядь, – распорядился блондин, вынимая из небольшой сумки баночку с кремом.

– Я справлюсь сам. Моя квалификация в этом виде услуг выше, – недовольно произнёс Сейм.

– Я не собираюсь с тобой квалификациями меряться. Не мешай работать, – заявил пришелец, наглым образом вытесняя брюнета с кровати.

– А у меня вы спросить не хотите? – уточнила я, наблюдая, как эти двое играют в гляделки.

– Зачем? – искренне удивился блондин, поднимая точёную бровь.

Я даже задохнулась от возмущения. То же мне фрукт! Такое ощущение, будто я тут для мебели – можно переставлять, пылесосить и делить с коллегой.

– Сейм, ты говорил, что помощника можно поменять? – специально спросила я брюнета, игнорируя тяжёлый взгляд Рама.

– Можно, но тогда опять придётся звать доктора Пирса. Он лично назначил Рама, поэтому потребуется его согласие, – расстроил меня Сейм. Я очень ярко представила, как дёргается глаз медика, когда он в очередной раз будет разбираться с тем, что считает капризами.

– И всё же я рискну, – глубоко вздохнув, сказала я, готовясь к новой встрече с медиком.

Док не заставил себя долго ждать. Он зашёл, зло чеканя шаг и бросая многообещающие взгляды на парней.

Ничего не спрашивая, мужчина подошёл ко мне и провёл уже привычную процедуру осмотра.

– Что на этот раз случилось, Арина? – спросил врач обманчиво мягким голосом.

– Шад, я понимаю, что раздражаю вас бесконечными вызовами, но на этот раз нельзя было обойтись без вас. Док, умоляю вас, отмените своё решение относительно Рама. Мне и одной няньки много. Мало того, что меня смущает настолько тесное… взаимодействие с незнакомым мужчиной, теперь они вдобавок будут собачиться между собой, решая, кому что делать и чья квалификация круче. Хотите, я вам даже торжественно поклянусь, что буду примерной девочкой? – попыталась немного подлизаться я.

С Петровичем эта уловка всегда срабатывала, но у модифицированных чудо-мужиков, похоже, мозг устроен иначе, как и чувство юмора. У Шада нервно дёрнулось веко, но он по-прежнему изображал спокойствие и невозмутимость.

– Можно и наоборот – убрать Сейма и оставить Рама? – в свою очередь предложил врач, заставляя молодого брюнета напрячься и опустить голову.

– Нет! Только не это! У блондинистого айсберга эмоциональный диапазон, как у робота-каталки. Вы же сами говорили, что мне нужно адаптироваться. А как я это сделаю, если он общается односложными предложениями, да ещё и считает меня мебелью? – возмутилась я.

Не то, чтобы я сильно прониклась симпатией к темноволосому няню, но если нужно выбрать одного из этих двоих, то мой выбор очевиден.

– Сейм более мягкий и общительный, но склонен потакать вашим прихотям. Рам более сдержан и будет оберегать вас от опрометчивых действий, по крайней мере, до тех пор, пока вы не изучите наши законы и традиции. Именно поэтому я решил приставить к вам их обоих. Я считал, что они, как два высококлассных профессионала, подготовят вас к самостоятельной жизни за периметром «Реновации», – терпеливо пояснил Шад.

– И всё же, вы ограничиваете мою свободу, док. Я понимаю необходимость помощника, хотя по-прежнему уверена, что с бытовыми мелочами типа купания могу справиться сама. Только давайте обойдёмся одним Сеймом. Он мне как-то ближе, – попыталась я отстоять хоть немного собственной свободы.

– А я считаю, что ваше сближение — это заслуга Рама, – с улыбкой произнёс доктор.

– В любом случае я не хочу, чтобы за мной хвостом ходили двое мужиков, – насупилась я, чувствуя, что упрямый Шад хочет оставить всё, как есть.

– А у меня есть другое предложение. Раз вы все трое ведёте себя, как малые дети, постоянно отрывая меня своими хотелками от работы, то я обрисую вам альтернативу. Если ещё раз вы вызовете меня без веских причин, то я обоих – и Рама, и Сейма переведу в корпус по уходу за одинокими пожилыми людьми и уровняю их квалификацию. Оба будут лишены всех разрядов и станут младшими помощниками-стажёрами. А вас, Арина, я передам в центр распределения, где без знаний и опыта вас в считанные минуты выдадут замуж за незнакомцев. Как вам такой вариант? – со змеиной улыбочкой спросил док. Не знаю, насколько его угрозы в отношении меня реальны, но проверять резко расхотелось. Судя по лицам парней, им тоже альтернатива не пришлась по вкусу. – Так что вы выбираете? – после затянувшейся паузы спросил коварный врач.

– Извините, что побеспокоили, док. Больше это не повториться, – ответила я, заставляя парней облегчённо вздохнуть. Видимо, Шад угроз на ветер не бросал.

– Я не сомневался в вашем благоразумии. Кстати, вы можете переехать в палату для семейных единиц. Там вам будет комфортней, – довольный своей маленькой победой произнёс док, прежде чем удалился.

– Ну что, кто будет делать массаж? – недовольно спросила я, досадуя своему поражению.

Арина

– Поверить не могу. Во что превратили само понятие семьи! – возмущённо воскликнула я, читая планшет и разглядывая фото «счастливых семейных ячеек».

Картина пока вырисовывалась не особенно радостная. Согласно приведённой статистике, женщин уже было в разы меньше, чем мужчин, и ситуация усугублялась. При этом сильные, целеустремлённые и активные ввиду своей генетики не побоюсь этого слова самцы, стремились всеми силами вступить в ячейку, чтобы иметь хотя бы призрачную возможность на продолжение рода и иллюзию семьи.

Первое время, когда обострилась проблема с прекрасным полом, на Новом Марсе начались волнения и участились случаи противоправных действий. Проще говоря, женщин крали, принуждали и даже торговали девочками, появившимися в семье, поэтому Муниципалитет вопрос создания семей взял в свои руки. К претендентам на вступление в эту извращённую форму брака предъявляется ряд строгих требований. Генетики подбирают варианты с наименее схожими признаками, а дальше проводятся отборы.

Фактически у марсианок почти нет выбора. Если к тридцати годам они не родят минимум двоих детей, то вся семейная единица попадает под санкции в виде огромных налогов и целой кучи штрафов. Исключением являются только серьёзные медицинские противопоказания, коих мало ввиду развитости медицины. Им остаётся лишь иллюзия свободы в виде так называемого «свободного выбора», когда женщине предоставляется по несколько кандидатов одной генной линии.

– Всё не так плохо. Семья – это недостижимая мечта для многих парней. Тебе, наверное, дико, но наши девушки воспитываются в других реалиях, и большинство из них наслаждается своей властью над мужчинами, – неожиданно ответил на мой крик души Рам.

Вообще это была самая длинная фраза, которую я за два дня услышала от блондина.

– А по-моему, это ужасно! Вы полностью лишили женщин свободы. Вместо полноценных личностей вы растите избалованных кукол, которых проще уговорить на этот бред. Я не согласна на всё это. Вы таскаетесь всюду за мной, моете, одеваете, а если бы позволила, то кормили бы с ложечки. Я скоро на стену полезу от такой заботы. Зачем?! Я вполне способна не только сама себя обслужить, но и работать – приносить пользу обществу, – возмутилась я.

За это недолгое время меня ещё два раза купали, водили на прогулку в парк, посаженный во дворе центра, кафе, смотровую площадку. Делали массажи и помогали освоить планшет и простейшие бытовые приборы. Звучит неплохо, а на деле я уже реально готова была кого-нибудь убить, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь и самостоятельность. Мне не хватало друзей, свободы выбора, да даже одиночества.

А эти купания?! Они просто сводили меня с ума. Не могу я спокойно реагировать, когда красивые обнажённые мужчины гладят меня. Каждый раз я сгорала от смущения и всё нарастающего возбуждения, а самое плохое, что я не могла после этих… процедур воспринимать Рама и Сейма, как просто помощников. Для меня они стремительно превращались в желанных мужчин, что плохо ввиду моего неопределённого положения и планов.

– Работников и так хватает, а женщин мало. Для таких, как я и Рам, стать помощником – это единственная возможность увидеть и коснуться настоящей женщины. В любом случае, правила писали не мы. Не нужно пытаться устроить революцию, Арина. Все правила были написаны по необходимости. Тебе нужно немного остыть? – пытался успокоить меня Сейм, но я лишь сильнее разозлилась.

– Остыть, говоришь?! Лучше меня снова заморозить! Не хочу так жить и во всём этом участвовать! На такое я не подписывалась! – кричала я.

Последний раз у меня случилась подобная истерика, когда полицейский сообщил, что мои родители разбились в автокатастрофе. Сейчас в принципе ситуация была чем-то похожа: я теряла последнее, что у меня было – саму себя.

Браслет на моей руке тревожно запищал, но я не обратила на этот звук внимания, пытаясь сдержаться и не зареветь перед этими двоими.

– Арина, не надо так волноваться. Выпей, пожалуйста, – удивительно вежливо попросил меня Рам, протягивая стакан с мутной жидкостью, но я выбила его из рук парня.

– Убирайтесь! Дайте мне хоть час побыть одной! Не хочу никого видеть! – кричала я, чувствуя, что уже больше не могу сдерживаться.

К моему ужасу, дверь открылась, и в комнату влетел встревоженный Шад.

– Арина, что с вами? Поговорите со мной, – уговаривал меня док, которого я едва видела за пеленой слёз.

– Поговорить?! Вы хотите поговорить, док?! Заморозьте меня обратно, – приходя в состояние холодной ярости, прошипела я.

– Что вас так расстроило? Объясните, – не обращая внимания на моё настроение, спокойно попросил врач.

– Пусть они уйдут. Ограничьте время нашего общения до восьми часов. Я не могу так больше! Не хочу жить куклой! – дрожа от нервного напряжения, попросила я.

– Сейм, Рам, выйдите, – сказал док. – Рассказывайте, чем они вас так разозлили, – обратился он ко мне, когда дверь за помощниками закрылась.

– Разозлили? О нет, док. Они всё делали по инструкции. Только можно свихнуться от ваших глупых правил. Почему я не могу купаться сама? Почему помощнику нужно спать рядом? Я не дотянусь до стакана воды?! – снова повышая тон от возмущения, спросила я.

– Далось вам это купание? Что в этом такого плохого? – попытался отшутиться врач.

– Вы женаты, Шад? То есть, состоите в этой убогой ячейке? – со злой улыбкой спросила я.

– Нет. У меня нет времени на такие обязательства, – удивлённо ответил он.

– Прекрасно! Тогда я вам сейчас объясню, что меня смущает, – скалясь, сказала я и потянула за собой мужчину в ванную комнату.

– Что вы делаете, Арина? – спросил док, прибывая в растерянности от того, что я припёрла его к стенке и начала снимать с мужчины рубашку.

– Объясняю. Я живу с этим уже два дня. Потерпите и вы, – прошипела я, ударяя его по рукам, когда док решил остановить меня.

– Раз вы так хотите. Но я сам могу раздеться, – смущённо сказал Шад.

– Ну что вы, док. Не положено, – с улыбкой маньячки сказала я, расстёгивая брюки мужчины.

Врач краснел и дёргался от каждого моего прикосновения, но я не собиралась облегчать ему жизнь, томно раздеваясь перед голым мужчиной, который руками прикрыл своё явно возбуждённое достоинство.

Смущалась ли я? Безусловно! Но два последних дня меня немного подготовили к тому, что я задумала, и я была полна решимости завершить начатое.

– Я вас не подниму, поэтому по инструкции можете занести меня в воду, – сказала я, прижимаясь к Шаду.

– Хорошо, – хрипло сказал доктор, легко поднимая меня.

В так называемых семейных покоях была не ванна, а приличного размера бассейн, наполненный тёплой, постоянно фильтрующейся водой.

– Присаживайтесь сюда, Шад, – сказала я, направляя мужчину к креслу в воде.

– К чему всё это, Арина? – попытался пойти на попятную врач, но всё же выполнил моё требование.

– Ну как же? Вы ведь хотели понять моё возмущение. Сейчас вы его буквально прочувствуете. Считайте это моим условием, – непреклонно заявила я, не без удовольствия зарываясь пальцами в короткие тёмные пряди.

– Ладно, – не стал возражать мужчина и немного расслабился. Наивный. Я только приступила к своей мести.

Закончив с головой, а взялась за это роскошное тело, неспешно скользя ладонями по сильной шее, груди, специально задевая ногтями твёрдые горошины сосков, кубики напряжённого пресса.

– Это не купание. Вы ласкаете меня, – задыхаясь от возбуждения, произнёс Шад, перехватывая мои руки в нескольких сантиметрах от члена.

– Не понимаю, о чём вы? Я вас просто мою. Если вам интересно, потом могу показать, как надо ласкать, а пока не мешайте мне. Условие. Вы помните? – нагло заявила я, освобождаясь их нетвёрдой хватки мужских пальцев.

Я специально не стала пока касаться самого интересного, а перешла на мускулистые ноги, поставив их на специальную подставку. Когда я разминала стопы, мужчина, уже не сдерживаясь, громко стонал, и я решила вернуться к самой чувствительной зоне.

– Это хорошо, что я не нравлюсь вам, Шад. Так вы лучше поймёте, что я вынуждена испытывать каждый раз, – мстительно произнесла я, скользя ладонью по каменно-твёрдому члену, взвешивая в руках тяжёлые яички. Моё собственное возбуждение кружило голову и стягивало низ живота сладостной болью, но я продолжала. Видеть этого холодного мужчину таким отрытым и распалённым оказалось губительно для моего самоконтроля.

– Арина! – вскрикнул Шад и задрожал в конвульсиях оргазма.

Немного перестаралась, но я придумала себе оправдание – на мне нет контролера.

– Продолжим? Дальше идёт вытирание и одевание, – хрипло произнесла я, но мой мстительный запал сдулся, оставив после себя возбуждение и неловкость.

– Я понял. Не надо. Только не всё в моей власти. Я и так пытаюсь защитить тебя, девочка. Прости, – тихо произнёс он, нежно коснувшись дрожащей рукой моей щеки, и поспешил выбраться из воды.

Арина

Надев халат, я вышла в спальню.

Шад сидел на кровати, ожидая моего появления. Мужчина выглядел смущённым и задумчивым.

Наверное, я должна была извиниться, но не стала этого делать.

Я молча присела рядом с Шадом. На пару минут повисло неловкое молчание.

– И что дальше, док? – устало спросила я.

Так всегда происходило – после выброса эмоций наступал жёсткий откат в виде апатии.

– Не знаю. Я не задумывался о том, насколько вы отличаетесь от современных девушек, Арина, – с грустной улыбкой сказал мужчина.

– Мне казалось, что мы уже можем не выкать друг другу, Шад, – ответила я. Глупо, наверное, но мне теперь сложно было воспринимать этого строгого привлекательного мужчину просто штатным медиком.

– Хорошо. Пожалуй, тебе на самом деле очень тяжело принять такой образ жизни, только… ты не всё знаешь, – произнёс врач, запустив руку в свои влажные волосы.

– Так объясни. Я не глупая, док, – попросила я, толкнув Шада плечом.

– Я никогда о тебе так и не думал. Ты чудесная. Сейм докладывал, как много ты успела выучить за столь короткое время. Только… прости, но я не уберу помощников. Предполагая твой следующий вопрос, скажу, что Рам и Сейм не станут игнорировать инструкции. Ты слишком важна. Очень многие заинтересованы в том, чтобы ты поскорее прошла реабилитацию, а я не могу вечно тянуть время. Скоро тебя признают дееспособной марсианкой и начнётся отбор. Рам и Сейм хорошие парни – умные, смелые, сильные и преданные. Тебе нужно закрепить их за собой после реабилитации. Помощники – это твоя защита от будущих мужей, – серьёзно сказал Шад, заставляя меня хмыкнуть.

– Не ты ли мне говорил, что я среди друзей и мне ничего не грозит? – насмешливо спросила я, чтобы немного сбыть напряжение.

– Я тебе не соврал. О физическом насилии не может быть и речи, но каждый муж в семейной единице стремится получить больше остальных, поэтому они манипулируют женой, давят. Обычно девушкам в день совершеннолетия родители сами подбирают помощника. Как правило, он становиться первым сексуальным партнёром, в какой-то мере учителем, напарником – тем, кто предан именно женщине, а не лоббирует свои интересы, – озадачил меня Шад.

– На них же контролеры? – уточнила я, не совсем понимая мужчину.

– Контролер – это прибор, который блокирует нежелательное для женщины влечение партнёра. Если ты хочешь, можешь просто коснуться его, и контролер отключится на несколько часов, – просветил меня док, заставляя смутиться.

– Ясно. Хотя я не уверена, что это честно по отношению к парню. Он ведь может просто не хотеть, – высказала я своё сомнение, на что доктор только с неверием посмотрел на меня и тихо хохотнул.

– Они тебя хотят. Оба. Можешь поверить мне, – сказал Шад и сам мило зарделся.

– Ладно. Вашу точку зрения я поняла. Но что будет, если я просто откажусь жить по вашим правилам? Не стану выбирать никаких мужей, помощников и устроюсь на работу, например? – спросила я.

– Не получится. Даже чисто теоретически тебе не позволят покинуть это заведение одной. А если просто представить, что будет, окажись ты в рабочем квартале без охраны… В общем, не делай, глупостей, Арина. Я прошу тебя об этом, а не приказываю, – как-то зябко передёрнул широкими плечами врач, переводя на меня пытливый взгляд.

Снова повисло тяжёлое молчание. Я не собиралась ничего отвечать Шаду. Не могу гарантировать, что выдержу это издевательство над моими нервами. Но и устраивать ещё одну истерику уже просто не хотелось. Своё эмоциональное напряжение я уже выплеснула.

– Сколько у меня есть времени до отбора? – уточнила я.

– Через неделю состоится первый медицинский совет, где твои показания изучат ведущие врачи клиники. После этого ты перестанешь быть моим пациентом, и я уже никак не смогу повлиять на ситуацию, – ответил док.

– Хорошо. Благодарю за откровенность, Шад. И прости. Я не должна была нарушать твоё личное пространство. Просто вспылила, – всё же извинилась я.

– Ты была права – это самый простой способ объяснить, что именно тебя смущало. И спасибо, наверное, – отозвался док, жутко смущаясь.

Шад торопливо ушёл, оставляя меня в растрёпанных чувствах. Больше всего сейчас хотелось по-детски зарыться под одеяло и спрятаться от всего мира. Я всегда так делала в интернате, когда чувствовала себя несчастной и одинокой.

Собственно, а почему бы и нет? Раскидав объёмные подушки, я откинула покрывало и «спряталась» в этой ненадёжной баррикаде.

– Арина, с тобой всё хорошо? – осторожно спросил вернувшийся Сейм.

– Всё прекрасно, – не скрывая иронии, хмыкнула я.

– Тогда почему ты сидишь под одеялом? – вкрадчиво поинтересовался Рам.

– Хорошо здесь, уютно. Хочешь ко мне? – с улыбкой спросила я, представляя недоумевающее лицо флегматичного блондина.

– Хочу, – удивил меня парень. Я молча откинула край покрывала, приглашая помощника. Высокий и плечистый Рам с трудом помещался в моём «домике», но всё же забрался и даже аккуратно поправил плотную ткань. – И что дальше? – спросил блондин, пытаясь разглядеть моё лицо в полумраке закрытого пространства.

– Ничего. Ложись. Будешь моим плюшевым мишкой. Всегда хотела такого огромного, мягкого, которого можно тискать, когда паршиво на душе, – почти не соврала я.

Если честно, то я ожидала, что Рам поймёт мою иронию, но блондин послушно придвинулся поближе и лёг, едва касаясь меня. Я поёрзала, перекладывая голову Рама к себе на колени, а потом с удовольствием зарылась в мягкие волосы парня. Не котик, конечно, но всё равно такой прикольный антистресс.

Наверное, выглядело всё это в крайней степени глупо и странно, но меня всё устраивало. Рам тихонько сопел, прикрыв глаза, а я накручивала блондинистые локоны мужчины себе на пальцы, массировала голову и легонько царапала кожу, чувствуя, как вздрагивает парень.

– Можно и мне к вам? – несмело спросил Сейм.

– Залезай. Только место на коленях занято. Устраивайся с другой стороны, – предложила я, продолжая перебирать волосы Рама.

Ещё один крупный сосед под одеялом поместился не без труда. К тому же деятельный Сейм стал обустраивать удобства, подтянув большую подушку под мой бок. Суетно, но заботу я оценила, располагаясь на ней полулёжа. Сейм прилёг рядом и стал мягко массировать мне шею и плечи, погружая меня в какое-то почти медитативное состояние. Впервые в жизни я лежала вот так – в «домике», зажатая между двумя красавчиками.

«Пожалуй, что-то привлекательное в новом мире всё же есть», – вяло подумала я, уплывая в сон.

Арина

Проснулась я только утром, удивляясь тишине, царящей в спальне. За последние пару дней я привыкла к тому, что парни обычно в это время спорят, распределяя между собой обязанности, но сегодня меня никто не будил.

На небольшом перекатном столике, стоявшем неподалёку от кровати, лежали свежие булочки и большущая кружка кофе.

Оглядевшись, я никого в комнате не увидела. Неужели док всё же уговорил парней дать мне немного личного пространства? Странно, но особенной радости от одиночества, за которое я с таким рвением боролась, сейчас я почему-то не испытывала. То есть, неплохо, конечно, можно немного расслабиться, но не более того. Осознание этого факта несколько смутило, но я отбросила самокопание, решив уделить внимание завтраку.

Взяла пышную сдобу и с наслаждением откусила кусочек, запивая горячим чёрным кофе. Блаженство! Всё, как я люблю. Интересно, мне и искупаться дадут самой? Додумать эту мысль я не успела. Где-то за изножьем большой кровати запищал чей-то браслет-коммуникатор.

– Рам? Ты чего там прячешься? – удивлённо спросила я, обнаружив блондина сидящим на полу.

– Ты расстроилась из-за того, что мы постоянно рядом. По инструкции мы не можем оба выйти, наши передвижения отслеживаются, – сказал парень, показывая на свой браслет. – Я решил, что так ты почувствуешь себя немного свободней, – как будто извиняясь, произнёс помощник.

– Я надеюсь, Сейм не под кроватью? – спросила я, пытаясь удержаться от улыбки, но это было сложно. Во-первых, ситуация немного дурацкая, а во-вторых, парни старались пойти мне на уступки, что безумно приятно.

– Нет. Сейм отправился на тестирование уровня квалификации. Я пойду вечером. Это стандартная процедура при определении к женщине, – сообщил Рам, вставая с пола.

– Ясно. Иди завтракать. Обещаю, что больше не буду закатывать истерик, – сказала я, похлопывая по покрывалу рядом с собой.

– А это была истерика? Нам демонстрировали видеофайлы с примерами поведения женщин. Там были гораздо более… громкие случаи, – осторожно поглядывая на меня, сказал Рам и улыбнулся. Мда… Этому блондину противопоказанно улыбаться, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках. Он даже может использовать свою улыбку в качестве оружия, заставляя меня строго следовать инструкции, потому что вот такому Раму я не смогу отказать в чём-то. – Что-то не так? – спросил помощник, заметив, что я немного зависла, разглядывая его лицо.

– Тебе очень идёт улыбка. Скажи, Рам, почему ты решил стать помощником? – уточнила я.

– Ну… меня не выбрали ни на одном из пяти отборов. Я рос в семье: у меня трое младших братьев и сестрёнка. Мне хотелось хотя бы так быть рядом с настоящей женщиной, растить детей, чувствовать себя нужным, – немного грустно ответил он.

– Ясно. Просто ты был не слишком общительным всё это время, – высказала я своё сомнение.

– Здесь уже был Сейм. Я расстроился. И так мало шансов, что ты оставишь меня себе. Каждый, кто проходит обучение, мечтает быть выбранным, а мне вроде и выпала возможность, но мы тебя явно не интересуем, как мужчины. Досадно. Как выиграть в лотерею и узнать, что нет шансов получить приз, – привёл, пожалуй, даже слишком красочное сравнение парень. – Ладно, извини за эти слова. Пошли купаться? – видя, что я доела булочку, сказал Рам, возвращая на лицо отстранённо-вежливое выражение.

– Вы уже неоднократно говорите про настоящую женщину, а что, есть какие-то ещё? – поинтересовалась я.

– Куклы. Биополимерные роботы. В каждом рабочем квартале, торговом центре, на крупных предприятиях есть комнаты для отдыха и релаксации, где можно бесплатно снять напряжение. Выглядят реалистично, но это только машины. Некоторые покупают себе личную модель, но это дорого, – скупо пояснил парень, отводя глаза.

– А ты был когда-нибудь с настоящей женщиной? – не удержалась я от вопроса, когда мы зашли в ванную.

– Нет, конечно. Я же не женат, – удивился моему вопросу Рам.

Так получается, что я и дока тут почти что девственности лишила? Эта мысль одновременно смутила и почему-то обрадовала меня.

– Можно полюбопытствовать, Арина? – отвлёк меня от размышлений Рам.

– Конечно, – рассеяно отозвалась я, наблюдая, как блондин раздевается. Нет, к этому я определённо никогда не привыкну. Смотреть, как красивый мужчина оголяется передо мной, было волнительно.

– Доктор Пирс вышел вчера из палаты какой-то растрёпанный и с мокрой головой. Что между вами произошло? – спросил парень.

– Ничего интересного. Просто беседа, – соврала я, но судя по скептическому выражению лица Рама, парень мне не поверил. – Кстати, а почему ты решил, что вы с Сеймом мне не понравились? – ловко перевела я тему.

– Ну, ты всегда хмуришься, когда мы должны тебя касаться, вздрагиваешь и ни разу не попросила доставить тебе удовольствие, – высказал мне свои умозаключения парень.

– А об этом надо просить? В смысле, это тоже входит в ваши обязанности? – образно уронив челюсть, уточнила я.

– Конечно. Мы не имеем права сами проявлять инициативу, но да – дарить женщине удовольствие – это забота и, можно сказать, привилегия помощников. Ты не знала об этом? – озадачил меня ответом блондин.

– Нет. Мне не выдавали инструкций по поводу вас. В моём понимании помощник – это как секретарь, только круглосуточный, поэтому ваши прикосновения смущали. Я не знала, как реагировать, собственно, и сейчас не знаю. Это как-то дико. Ты едва меня знаешь. Разве тебе хочется меня ласкать? – растерянно спросила я.

– Ты красивая, умная, чувственная и нежная. Почему ты сомневаешься в том, что желанна? – с соблазнительной улыбкой спросил Рам, поднимая меня на руки, чтобы занести в бассейн.

Тёплая вода приятно окутала тело, расслабляя и лаская.

– Ну, а как я должна была это определить? Да и что это меняет? Я никогда не оказывалась в подобной ситуации и понятия не имею, что дальше делать, – честно призналась я.

– А чего бы тебе хотелось? – томно спросил Рам, скользя большими ладонями по моей груди.

Арина

От нежных ласк блондина по телу гуляли шальные мурашки, а сексуальное напряжение последних дней настойчиво толкало к безумствам.

– А ты? Чего ты хочешь, Рам? – таким же томным тоном спросила я, разворачиваясь лицом к парню. Помощник немного растерялся. Видимо, не готов оказался к тому, чтобы кто-то интересовался его желаниями.

– С тобой – всего, – быстро нашёлся с ответом блондин.

– Проверим? – подмигнув, спросила я, скользя ладонью по рельефному прессу до крупного члена, перетянутого кольцом контролера.

Рам вздрогнул, но не остановил меня, только прикусил аккуратную губу.

Я провела ладонью по ещё расслабленному органу, касаясь пальцами металлического кольца. Док говорил, что надо только дотронуться. Надеюсь, что он ничего не упустил. Вообще касаться члена в таком состоянии мне не приходилось. Если мы с моими немногочисленными партнёрами доходили до той стадии, где мы оба голые и ласкаем друг друга, то, как правило, были уже сильно возбуждены. То, что подлый прибор отключён, я почувствовала сразу – член в моей руке стал быстро твердеть и наливаться силой. Рам задышал громче, резче.

– Позволишь доставить тебе удовольствие? – спросил помощник, крепче прижимаясь ко мне бёдрами.

– Позволю. Попрошу. Если понадобиться, даже потребую, – ответила я, прокладывая дорожку поцелуев от одного соска цвета карамели до другого.

– Арина, что ты делаешь? – удивлённо поинтересовался Рам, кусая свои покрасневшие губы.

– А на что это похоже? – с не меньшим изумлением спросила я.

– Ты ласкаешь меня. Но я ведь не женщина. Мне не нужна стимуляция, я и так хочу, – ответил Рам.

– То есть? Ты хочешь сказать, что мужчин нельзя трогать? – растерянно переспросила я.

– Ну, в куклах есть программы стимуляции, но ими редко кто пользуется, а женщины такого не делают. Я не слышал об этом, – отозвался блондин, покрывая поцелуями мои руки.

Даже градус желания резко снизился, несмотря на неудовлетворённость. Бедные парни! Им же вообще ничего не достаётся!

– А тебе было неприятно, когда я это делала? – на всякий случай уточнила я.

– Очень приятно, только… так ведь неправильно, – смутился Рам.

– А что, и на эту тему есть инструкции? Расслабься, Рам. В сексе хорошо и допустимо всё, что приносит удовольствие партнёрам, а мне очень нравится тебя касаться. Ты сильный, привлекательный и очень сексуальный, – искренне сказала я, скользя ладонями по мускулистой груди.

Рам прикрыл глаза и выгнулся, открываясь моим ласкам. Бездна космическая! Первый раз соблазняю фактически девственника! Хотя, если считать дока, то второй, но тогда я этого не знала.

Отзывчивый, страстный, очень красивый в своём неприкрытом желании. Я не делала ничего особенного – только целовала чувствительную шею, гладила крепкую грудь, спину, сжимала в руках мускулистые ягодицы, а парень сходил с ума. Я даже начала задумываться – смогу ли я кончить, наблюдая за ярким удовольствием Рама?

– Хватит. Моя очередь, – тяжело дыша, сказал блондин, подхватывая меня на руки.

Не обращая внимания на лужи, что натекли с нас обоих, Рам понёс меня на кровать, укладывая на свежие простыни. Прохладный воздух резко контрастировал с горячими губами Рама, уверенно скользившими по моему телу. Девственник?! Не знаю, на ком или на чём блондин практиковался, но беру свои слова обратно.

– Какая ты сладкая, чувственная. Ты с ума меня сводишь, Арина, – хрипло шептал Рам, поедая меня глазами.

Последний год перед полётом, из-за постоянных тренировок у меня не было времени на личную жизнь. Возможно поэтому, а может и от осознания того, что док меня буквально вытащил с того света, я просто отпустила себя. Никакой морали или мыслей о том, что будет завтра. Ведь это неплохо – подарить Раму немного тепла и самой погреться в его объятиях? Я всегда откладывала свою жизнь на какое-то призрачное «потом», а в тот момент особенно ярко осознала, что нет никакого «позже», есть только «сейчас». Рядом со мной был невероятно горячий, сексуальный красавчик, и я таяла от его умелых, нежных рук и губ.

– Не могу больше. Иди ко мне. Хочу тебя, – задыхаясь, просила я, извиваясь и постанывая от оральных ласк, что щедро дарил мне парень. Дважды просить не пришлось. Рам уже сам дрожал от возбуждения, медленно проникая в меня.

Как мне не хватало этого чувства наполненности, чувственной жажды, ощущения солоноватой кожи и пряного мужского запаха.

Рам не спешил, осторожничая со мной, но сейчас мне хотелось другого. Толкнув парня на спину, я оседлала его бёдра, направляя в себя роскошный член. Резко, почти грубо, до упора, до звёзд из глаз. Я скакала на мужчине, не сводя взгляда с мутных от желания карих глаз, с закушенной губы, чувствуя горячие ладони, которые почти до боли сжимались на моих бёдрах.

– Давай, Арина. Сейчас. Не могу больше, – стонал Рам, но я и сама балансировала на грани.

– Помоги мне. Пожалуйста! – вскрикнула я, желая не отстать от своего партнёра.

Ловкие пальцы скользнули к жемчужине клитора, давая мне ту малость, которой не хватало, чтобы разлететься на кусочки в самом крышесносном оргазме на моей памяти.

Приходила в себя медленно. Рам меня нежил, целовал, убаюкивал в объятиях. Так приятно, так… тепло. Не физически, а как будто грели мою душу, бесконечно замёрзшую. Нет. Не из-за сотен лет в капсуле, а за те годы одиночества, когда я осознала, что осталась совсем одна, никому не нужным подростком пятнадцати лет.

Глаза защипало от непролитых слёз, но постаралась поскорее их прогнать. Не хватало ещё, чтобы Рам счёл меня слезливой истеричкой.

– Спасибо, – сдавленно произнесла я, намереваясь поцеловать своего любовника. Я благодарила его не за прекрасный секс, а за эти мгновения заботы и нежности, но открыв глаза, увидела то, чего сразу не поняла, пребывая в эйфории – меня обнимал не один, а двое мужчин!

– Сейм?! – удивлённо дёрнулась я.

Арина

– Сейм?! – удивлённо дёрнулась я. – Бездна! Ты когда вернулся? – спросила я, отчаянно краснея.

– Недавно. Почему ты смутилась? Неприятно моё присутствие? Ты просила помочь, я думал, что ты заметила меня. Прости, – расстроился брюнет, отодвигаясь от меня.

В пылу страсти я действительно что-то такое кричала, но ведь я не подозревала, что мы не одни, как и не заметила, что касался меня не Рам, а другой помощник. И как на всё это реагировать? Рам невозмутимо обнимал меня за талию, никак не реагируя на присутствие второго мужчины, а Сейм встал и включил робота-уборщика, который мерно загудел, убирая с пола воду.

– Рам, Арина замёрзнет. Заверши купание, а я пока перестелю кровать, – стараясь не смотреть на нас, произнёс Сейм.

– Ты прав, – на удивление не стал спорить блондин, вставая с постели и подавая мне руку.

Не соблюдая церемониал, я с разбегу прыгнула в бассейн, поднимая тучу брызг.

– Блин! Как неудобно. Понятия не имею, как теперь вести себя с Сеймом, – призналась я, со стоном погружаясь под воду, но Рам меня быстро вынул и посадил в то самое подводное кресло.

– В каком смысле? – не понял меня блондин, зарываясь пальцами в мои волосы, чтобы распределить шампунь.

– Я не заметила его. Мы занимались сексом прямо перед Сеймом, – досадливо простонала я, закрывая лицо руками.

– Ну и что? Он твой личный помощник, как и я. Предполагается, что мы всегда, ну или почти всегда будем рядом. Или ты решила от него отказаться? – нахмурившись, спросил Рам, а мне захотелось побиться головой о стену.

– Да не знаю я! Я не понимаю, для чего двум взрослым мужикам ходить за мной тенью, как реагировать на весь этот бред? Да, вы объяснили, но одно дело знать, а другое – полностью принять это. Прости, Рам, но для меня обнажённый мужчина рядом – это любовник, тот, кому я готова довериться, а не просто прислуга. Самое ужасное – это то, что Сейм меня тоже привлекает, как и док. Может, я становлюсь просто распущенной? Девицей, которая не знает меры? – высказала я то, что меня тревожило. А что? Вдруг я и правда превратилась в нимфоманку в мире, наполненном красавцами? Жуть!

– Мне тоже непросто тебя понять. У нас нет такого определения, как мера в личных отношениях. Женщина выбирает столько мужчин, со сколькими ей будет комфортно жить, и чем больше парней она в состоянии одарить своим вниманием, тем выше её положение в обществе. Одиночество губительно, Арина. Личные помощники – это не прислуга, а тень, защитник, друг и да – любовник чаще всего. Я не должен тебе этого говорить, но если тебе интересно моё мнение, прошу не отказываться от Сейма. Я давно с ним знаком и видел, как он на тебя смотрит. Разве тебе так плохо рядом с нами? – разворачивая меня к себе лицом, спросил Рам, чем озадачил меня.

– Я запуталась, – призналась я, утыкаясь лбом в грудь блондина.

– Ты слишком много думаешь. Тебе почему-то важно, чтобы тебя не осудили, но никто не собирается тебя упекать, Арина. Ты – надежда для каждого из нас. Только тебе решать, кто будет греться твоим теплом, – нежно поглаживая мои плечи, успокоил меня парень.

– Рам? – позвала я парня, поднимая голову, чтобы посмотреть в его умные карие глаза.

– Что? – с мягкой полуубылкой отозвался он, осторожно касаясь моей скулы костяшками пальцев.

– А ты хочешь быть со мной навсегда? Мужем, а не помощником? – спросила я, затаив дыхание.

– Я уже и так твой. А в остальном… не нужно менять мой статус. Мне не выстоять против кандидатов муниципалитета. Там всё сложно. Не хочу тебя сейчас пугать или забивать голову законами и условностями. Оставь нас обоих с Сеймом за собой помощниками. Вместе мы сможем тебя защитить, – попросил блондин, но его улыбка стала светлее, ярче.

– Хорошо. Пусть пока будет так, но когда всё уляжется, я снова задам тебе этот вопрос и не позволю увильнуть от ответа, – согласилась я и потянулась за поцелуем.

Нет, это была ещё не любовь. Просто мне так приятно было знать, что есть тот, кто найдёт нужные слова, чтобы меня успокоить, утешить. Раз мне суждено выбрать несколько мужчин, то почему это не может быть Рам? Нежный, заботливый, умный и потрясающе красивый мужчина – о таком муже я раньше могла только мечтать. Пусть я не планировала такого поворота, но и категорически отказываться от него больше не собиралась.

– Надо выбираться из воды, – хрипло сказал Рам, нехотя отстраняясь от меня.

– Хорошо. Когда тебе нужно иди на тестирование? – спросила я.

– Раз Сейм уже тут, то пойду сейчас, как только соберусь, – ответил блондин, вынимая меня из воды.

Рам оделся и перекусил вместе со мной, а потом ушёл по делам, оставляя меня наедине с Сеймом.

Помощник не спешил заводить какие-либо разговоры, за что я ему была благодарна. И всё же между нами повисло какое-то напряжение. До сегодняшнего утра даже молчать рядом с Сеймом было уютней, а сейчас недосказанность давила.

Я уже почти решилась начать новый тяжёлый разговор, когда дверь открылась, впуская доктора.

– Сейм, оставь нас, – отрывисто сказал док, но в этот раз помощник не спешил выполнять команды начальника.

– Не положено, – упрямо отозвался парень.

– Сейм, пожалуйста, – попросила я.

Помощник недовольно поджал губы, но кивнул, оставляя меня с Шадом наедине.

– Что случилось, док? – спросила я, глядя на то, как обычно спокойный мужчина нервно мерит шагами комнату и ерошит рукой тёмные волосы.

– Что ты со мной сделала, Арина? – как-то растерянно спросил Шад, украдкой поглядывая на меня.

Арина

– Не понимаю, о чём ты? – удивлённо спросила я, глядя на взвинченного мужчину.

– Я не могу сосредоточиться, не могу работать, едва не запорол образцы. У меня даже руки дрожат от какого-то странного нервного напряжения. Я, как озабоченный гормонами юнец, только и думаю о том, что между нами произошло в ванной. Пытался найти своему состоянию логическое объяснение, но компьютер выдаёт только какие-то эмоциональные бредни про влюблённость, – с отчаянием признался Шад, даже не осознавая, что по-своему только что признался мне в зарождающихся чувствах.

– Да ты романтик, док, – усмехнулась я, наслаждаясь растерянностью мужчины.

– Романтик? Не говори глупостей, Арина. Я просто не понимаю, что со мной происходит, и мне не у кого уточнить. Мужчины, которые состоят в семейных ячейках, неохотно делятся своим опытом, да и неприлично подобное спрашивать. Я реаниматолог, поэтому ничего не знаю о биохимии взаимодействия с женщиной. Может, это какая-то зависимость? В твоём времени межличностные отношения были нормой. Ты слышала о подобном? – продолжая метаться по комнате, спросил Шад, заставляя меня улыбнуться.

– Это называется влечением, док. Это состояние никак не лечится. Ты можешь принять то, что происходит, и попробовать строить со мной отношения, или отказаться. Это трудно и мучительно, но это только твои эмоции, – честно сказала я, вызывая почти панику у обычно невозмутимого мужчины.

– Что же мне делать? Я не могу в таком состоянии нормально работать, а успокоительное совершенно не помогает, – признался он, устало опускаясь на небольшую софу.

– Сбросить сексуальное напряжение? – как вариант предложила я, специально смущая мужчину.

– Не получается. Я не хочу кукол. Мне теперь противно их касаться, – нехотя произнёс док, отчаянно краснея.

– Ты мне тоже нравишься, Шад, но что, по-твоему, я должна сделать? Снова помочь тебе кончить? – ехидно спросила я.

– Издеваешься, да? Я не должен был приходить. Забудь, – обиделся Шад, собираясь уйти, но я преградила ему дорогу, вынуждая опуститься обратно на диван.

– Слушай, ну не кипятись. Мне тоже всё это диковато. Думаешь, я привыкла к тридцатилетним девственникам? Я не знала, вернее не думала, что задену твои чувства. Хотела только, чтобы ты ощутил то, как смущают меня прикосновения взрослых красивых парней, – призналась я, присаживаясь к Шаду на колени.

– Мне тридцать семь, Арина. Я уже не могу участвовать в отборе, хотя к кандидатам в твои супруги такие требования, что я бы и в лучшие годы не прошёл бы кастинг. Как видишь, пытаться строить с тобой отношения не получится. Прости. Мне, правда, не стоило приходить. Просто… я не ожидал, что со мной может случиться что-то подобное, – как-то грустно улыбнулся док.

– Прекрасный возраст. Мне нет дела до их кастингов, Шад. Раз уж необходимо несколько мужчин, чтобы жить по правилам Нового Марса, то выберу я их сама. Важно знать – желаешь ли ты быть со мной? Не на тех условиях, которые прописаны в ваших дурацких правилах, а как мой муж – один из тех, с кем я буду делить все радости и горести, растить детей и стариться вместе. Ты этого хочешь? – серьёзно спросила я, пытливо всматриваясь в зелёные глаза.

– Арина… – выдохнул моё имя Шад, сжимая меня в кольце своих рук.

– Это да? – спросила я, зарываясь пальцами в короткие тёмные пряди.

– Ты мечта, Арина, – моя тайная фантазия. Не заставляй меня надеяться, разочаровываться будет больно, – дрожа от напряжения, сказал Шад.

Что я могла на это ответить? Никто не знает, что будет завтра, я сама могла только верить, что всё будет хорошо.

Я сама потянулась к его губам, нежно касаясь, как будто приглашая. Шад целовался не так умело, как Рам, хотя это и понятно – откуда взяться опыту? Но та страсть, почти отчаяние, с которым отвечал мне док, заводила не меньше.

– Доктор Пирс, вас разыскивал секретарь. Он не может вам дозвониться, – раздался за спиной спокойный голос Сейма.

– Да. Сейчас, – хрипло ответил моему помощнику Шад. – Мне нужно уйти, Арина. Я и так нарушил все инструкции, которые только можно было нарушить, – нежно погладив меня по щеке, признался док.

– Иди, – нехотя отпустила я мужчину, покидая его колени.

Блин! До чего же перед Сеймом неудобно! Сегодня он дважды заставал меня в пикантной ситуации, причём с двумя разными мужчинами.

– Тебе нельзя быть с доктором Пирсом, Арина, – предупредил меня парень.

– Я взрослая самостоятельная женщина и не собираюсь спрашивать у кого-то разрешения, – огрызнулась я, недовольная услышанным.

– Ты права: никто не может ограничить тебя в чём-то. Вот только связь с пациенткой – это грубейшее нарушение врачебной этики. Если узнают, то у доктора Пирса будут серьёзные проблемы вплоть до лишения лицензии. Он один из ведущих специалистов клиники и любит свою работу, – ответил Сейм, заставляя меня похолодеть от страха.

– Ты собираешься доложить о том, что видел? – спросила я. Как-то я зациклилась на своих переживаниях и совершенно не подумала о том, что подвергаю карьеру Шада угрозе.

– Нет, хотя должен, – сердито отозвался Сейм.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я помощника.

– Почему он, Арина? Ладно Рам – мы разные, но почему доктор Пирс? Мы из одной линии, я моложе, обучен дарить наслаждение, и я видел, что ты отзывалась на мои прикосновения – так почему не я? – решился на свою версию истерики Сейм.

– Что ты хочешь услышать? Мне нужно перед тобой оправдываться? – разозлилась я.

– Нет. Простите. Я больше не побеспокою вас подобными глупостями, Арина, – перешёл на официальное обращение парень, дистанцируясь от меня.

– Сейм, ну прости. Я не хотела на тебя кричать. Бездна космическая! Я не знаю, как себя вести в подобной ситуации – к такому нас не готовили в учебном центре, а моя личная жизнь никогда не была настолько… богата событиями. Ты, Рам, док – вы все мне нравитесь, и это неправильно. Я не могу сравнить тебя и Шада. Вы абсолютно разные несмотря на то, что похожи, как братья. Вы твердите, что я могу и должна понять реалии Нового Марса, только принять всё это не так просто. Для всего мира прошло несколько сотен лет, а я только несколько дней как проснулась, родившись в дремучем средневековье по вашим понятиям, где не было всего этого. Мне трудно и стыдно. Кажется, как будто я веду себя распутно и недопустимо. Может… дай мне немного времени, что ли. Я понимаю, как эгоистично просить тебя о подобном, но потерпи, пожалуйста, – устало опустившись на софу, произнесла я, глядя на застывшего неподвижной статуей темноволосого помощника.

– Ты не откажешься от меня? – немного оттаяв, спросил Сейм.

– Если ты сам не хочешь освободиться от меня, то нет, – отозвалась я.

– Прости меня, Арина. Ты права, я не имел права на эти высказывания. Не хотел расстраивать, просто боюсь тебя потерять, – признался парень, опускаясь передо мной на корточки.

– Почему всё так сложно, Сейм? – спросила я, обнимая парня за шею.

– Я читал, что чувства не бывают простыми, – ответил Сейм, крепче прижимаясь ко мне.

– Хорошо, что вы поговорили. Я сдал тест. Можем теперь погулять, – радостно сообщил Рам, незаметно появившийся в гостиной.

– Надо вам колокольчики на шею надеть, – проворчала я, отстраняясь из объятий брюнета.

– Зачем? – удивился Сейм.

– Чтобы вы больше не подкрадывались. Я скоро заикаться начну, – хмуро отозвалась я, вызывая дружный смех помощников.

Арина

Впервые с того момента, как я очнулась на Новом Марсе, мне позволили немного уединения. Самостоятельность моя была относительной, и всё же. В паре метров под дверью наверняка чутко прислушивались к каждому шороху Рам с Сеймом, но в спальне я была одна.

Первое, что я сделала – это подошла к высокому зеркалу, внимательно рассматривая новую Арину. Конечно, я уже видела себя, но пристально разглядывать собственную персону при парнях было как-то неудобно. От того, какой я себя помнила, отличия были незначительными, но приятными: та же спортивная фигура с тонкой талией и стройными ногами. Грудь хотелось бы немного увеличить, но моя полновесная троечка тоже смотрелась вполне достойно. Лицо от всех притирок и кремов, которыми меня тщательно обрабатывали утром и вечером, посветлело, да и регулярный восьмичасовой сон с массажами сыграли не последнюю роль. Волосы, не были, как обычно собраны в короткий небрежный хвостик, а струились по плечам длинными блестящими блондинистыми завитушками. Если честно, то, что я счастливая обладательница натуральных кудряшек, стало для меня откровением. Я всегда считала, что волосы у меня просто непослушные, поэтому безжалостно выпрямляла их утюжком, или феном, а на самом деле – вот!

Оттянув упругий локон, улыбнулась своему отражению и вынула из шкафа красивое платье-футляр небесно-голубого цвета.

Нужно поскорее собраться. Собственно, поблажку с уединением мои помощники сделали не просто так – через час состоится консилиум докторов и чиновников, на котором меня должны признать здоровой, совершеннолетней марсианкой и назначить дату отбора. Обычно его начинают сразу же, но это несколько не входило в мои планы.

– Арина, у тебя всё хорошо? – послышался из-за двери неуверенный голос Рама, заставив меня закатить глаза.

– Да. Входите уже, – позвала я парней, и те не замедлили появиться.

– Отличный выбор! Очень идёт к твоим голубым глазам. Сейчас я нанесу немного косметики, чтобы выделить скулы и губам добавим блеска. Я же говорил, что в этом ты будешь ещё красивей, – суетился вокруг меня Сейм, пытаясь скрыть собственное волнение.

Причин для переживаний было достаточно: во-первых, я пока не получила ответа на своё прошение закрепить за мной обоих помощников, во-вторых, за всю неделю я больше ни разу не видела Шада, а в-третьих, я даже покидая детский дом так не нервничала, как сейчас.

Переживали и парни. За эти дни я привыкла к ним обоим, научилась чутко отслеживать эмоции на красивых мужественных лицах, но… ничего более пикантного, нежели пресловутое купание, в наших отношениях больше не позволяла.

Мы всё время были втроём, что не располагало к интиму. Рам с Сеймом кидали на меня тоскливые взгляды, но я была непреклонна, считая, что надо сначала решить все юридические вопросы, придумать, как включить Шада в мой отбор, а потом уже разбираться с тем, как мы будем существовать «обычной» новомарсианской семьёй.

Для этого я усиленно изучала многочисленные законы, положения и прочее, но пока ситуация выходила нерадостной – док считался вышедшим из брачного возраста, поэтому претендовать на меня не имел права. Единственным отдалённо похожим случаем из практики было заключение союза женщины с неподходящим мужчиной на основании личного решения наместника Нового Марса. Осталось придумать, как убедить этого самого чиновника со всей серьёзностью отнестись к моему желанию.

– Готова? – спросил Рам, ободряюще обнимая меня за плечи.

– Конечно! – с энтузиазмом, которого на самом деле не испытывала, ответила я, следуя за Сеймом к выходу из нашей палаты.

Здание клиники чем-то напоминало торговый центр с лифтами, стеклянными перегородками и мониторами, транслировавшими картинки со счастливыми хм… ячейками, только вместо магазинов были кабинеты. В коридорах суетился медицинский персонал, и неспешно ходили мужчины-клиенты. Женщину я видела лишь однажды, и то практически не рассмотрела её за спинами мужей или помощников. Впрочем, меня Рам с Сеймом тоже на обозрение сильно не выставляли. Мы с ними изредка прогуливались до внутреннего дворика центра, где была небольшая оранжерея и кафе, но в остальном я ещё фактически не видела Нового Марса.

Сегодня в просторных коридорах было значительно более многолюдно, поэтому кроме моих парней меня сопровождали ещё двое мужчин из технического персонала центра репродукции.

– А вот и главная пациентка нашего учреждения! – неоправданно радостно провозгласил какой-то импозантный пожилой мужчина в бело-голубом костюме медика, как только мы вошли в просторный зал, заполненный незнакомцами в строгих костюмах.

Белые, серые, синие – наряды отличались в основном цветом, а крой был почти одинаковым – куртки с воротником стойкой и классические брюки из незнакомой мне ткани. А вот мужчины… столько совершенных самцов в одном месте я никогда не видела. Моё чувство прекрасного тихо млело где-то внутри, но я не спешила показываться из-за широкой спины Рама.

– Ну что же вы, Арина. Не робейте. Дайте нам полюбоваться на ожившую надежду Нового Марса, – как ребёнка уговаривал меня пожилой доктор.

Собравшись с духом, я гордо задрала курносый нос и вышла из-за спины помощника.

В зале навскидку было более двух сотен одних мужчин и все дружно загудели, обсуждая меня между собой. По мне скользили сальные взгляды сотен глаз, вызывая глупое желание прикрыть руками причинные места, потому что возникло ощущение, что я стою перед ними голой.

– Представьтесь, пожалуйста. Назовите своё имя и возраст, – произнёс высокий, крупный брюнет, из тех генетических линий, которые пока мне не встречались.

– Шапкина Арина Сергеевна, двадцать пять лет, то есть было когда-то столько, – немного растерялась я.

Получается, что сейчас мне где-то пятьсот шестьдесят восемь лет. Жуть!

– Доктор Пирс, что скажете о физическом здоровье и эмоциональном состоянии пациентки? – спросил тот же мужчина.

Из толпы вышел Шад. Он избегал смотреть на меня, а обращался непосредственно к задавшему вопрос.

– Повреждение тканей, вызванные разгерметизацией криокапсулы устранены без последствий для здоровья пациентки. Восстановительный процесс успешно завершён. Повреждений центральной нервной системы диагностировано не было. Психологические тесты отклонений от нормы не выявили. Резко негативная реакция была зарегистрирована исключительно на информацию, связанную с культурными изменениями произошедшими за период криосна Арины. Я считаю, что пациентке необходимо продлить срок адаптации… – холодным безэмоциональным голосом вещал док, но чиновник его грубо прервал.

– Достаточно, доктор Пирс. Из вашего доклада очевидно, что Арина Шапкина находится в здравом уме, дееспособна и не имеет проблем репродуктивной функции. Мы вас верно поняли? – уточнил строгий дядечка в сером костюме.

– Всё так, – подтвердил Шад.

– Отлично! Принимая во внимание ваше заключение, как глава муниципалитета и верховный наместник государственной власти, я объявляю Арину Шапкину совершеннолетней, дееспособной гражданкой Нового Марса! – торжественно произнёс мужчина, приближаясь ко мне. Чиновник надел на меня браслет-коммуникатор и приобнял меня за плечи, заученно улыбаясь летающим камерам, которые кружили вокруг нас.

– Официальная часть слушания объявляется закрытой. Посторонним просьба покинуть зал, – звучно сказал кто-то, выпроваживая большую часть мужчин из помещения. К счастью, Шад остался. Я очень хотела с ним поговорить, но не решалась подойти, чтобы не привлечь ненужного внимания присутствующих.

– Ну что же. Теперь обсудим частные вопросы, Арина, – произнёс наместник, поворачиваясь ко мне.

Арина

– Я не вижу причин затягивать с вашей реабилитацией, Арина. Предлагаю прямо сейчас объявить отбор. Вы же не будете спорить с тем, что лучше всего привыкать к чему-то новому в кругу семьи, окружённой заботой и любовью мужей? – лихо загнул этот политикан.

– Я не чувствую себя готовой к такому решительному шагу. А кроме того, не решён ряд вопросов, без которых отбор не может быть назначен. В частности, не утверждён статус моих помощников и не согласован список кандидатов, – блеснула я новыми знаниями, осаждая пыл мужчины.

– Но у вас нет родственников, Арина, а ваши права были утверждены всего несколько минут назад. Хотя я рад, что за столь короткий срок вы успели поинтересоваться нашими законами, – с лживой улыбкой произнёс наместник. Тому, что у меня больше одной извилины, этот дядечка «рад» точно не был.

– Раз уж права у меня появились, то я требую их соблюдения, – с такой же «милой» улыбкой отозвалась я.

– Проблема в том, Арина, что вы пока никого тут не знаете. Какой смысл показывать вам списки, если имена ни о чём вам не скажут? – попытался настоять на своём чиновник.

– Вы отказываетесь соблюдать букву закона? – притворно ужаснулась я.

– Ну что вы?! Конечно же, мы предоставим вам списки, – нахмурившись, ответил наместник, кивая своему секретарю.

Тот что-то набрал на планшете, после чего мне на новенький коммуникатор прибыло сообщение со списками кандидатов.

– Я удовлетворил вашу просьбу. Мы можем начинать отбор? – поинтересовался наместник.

– Не совсем. Я так и не получила документ, утверждающий за мной права на помощников, – ответила я, перелистывая файлы на активированной виртуальной панели. Благо, Рам меня научил пользоваться этим мудрёным, но очень полезным девайсом.

– Это продиктовано исключительно заботой о вас. Вы же не видели ещё ничего и никого, кроме ограниченного круга персонала клиники. Было бы нечестно позволить вам принять столь ответственное решение о пожизненных обязательствах, не ознакомив вас со всеми вариантами. Озвученная заявка… интересна, но есть более подходящие варианты. В том числе из тех же генетических линий, – самодовольно изрёк политик.

– Меня признали дееспособной, а это значит, что за свои действия и решения я несу индивидуальную ответственность, как и то, что я имею права принимать самостоятельные решения, независящие от воли посторонних людей. Я не имею привычки менять свой выбор. Своими помощниками я желаю утвердить Рама и Сейма, – не уступила я.

– До чего же вы упрямая девушка, Арина! – без намёка на восторг, воскликнул чиновник. – А если из их линий? Какая вам разница? Выглядеть парни будут так же, – похоже, из чистого упрямства поинтересовался дядечка.

– Скажите, наместник… – я замялась, не зная имени политика.

– Дейл Карвер, – услужливо подсказал мне секретарь.

– Так вот, скажите мне, мистер Карвер, сколько мужчин вашей линии в данный момент проживает на Новом Марсе? – поинтересовалась я.

– Более двух тысяч, насколько я помню. К чему эти глупые вопросы, Арина? – терял терпение наместник.

– Какая разница, кто из ваших однолинейников будет наместником? Может, выбрать более подходящего кандидата? – ехидненько спросила я.

Сначала суровый дядечка покраснел от напряжения, потом пошёл белыми пятнами, а в конце неожиданно рассмеялся.

– Пусть будет по-вашему, госпожа Шапкина, – отсмеявшись, произнёс он, и услужливый секретарь буквально за несколько минут скинул мне утверждённые формы.

Я дотошно прочитала документы, после чего мило улыбнулась наместнику.

– С вами приятно иметь дело, мистер Карвер, – сказала я.

– Раз все ваши просьбы удовлетворены, я предлагаю начать отбор, – торопил он.

– Я немного устала, честно признаться, – решила я немного оттянуть момент истины.

– Вам только и нужно, что выбрать себе пару парней. Всё будет естественно. Никто не будет давить на вас или вмешиваться, – радостно вещал пожилой врач, заставляя мой глаз нервно дёрнуться.

Как-то не разделяла я его оптимизма относительно подобного… приобретения. Похоже, затянувшееся мероприятие сильно нервировало руководителя клиники. Шад же с болью и виной смотрел на меня, стараясь передать, что не может что-то изменить.

– Не менее пяти мужчин. Ну, для вариации генома, – поправил доктора незнакомый слащавый блондинчик, выглядывая из-за спины своего начальника.

– Пять мужиков для одной меня?! Это вы называете «естественно»?! – возмутилась я, не выдерживая такого издевательства над моими подмороженными нервными клетками.

– Сегодня вам нужно выбрать только одного. Поверьте, в списке только лучшие представители каждой линии, и все они здесь, – обведя рукой огромную толпу молодых парней, сказал чиновник.

– А вдруг я кандидатам не понравилась? Ведь они только что увидели меня, – аккуратно подводила я наместника к нужной мне фразе.

Толпа возбуждённо загудела, очевидно, пытаясь уверить меня в обратном.

– Поверьте мне, Арина, абсолютно любой неженатый мужчина в этой комнате сочтёт честью назвать вас женой и предоставить свой дом, – попался-таки на мой крючок дядечка политик.

– То есть я прямо сейчас могу начать отбор, показать пальцем на любого неженатого мужчину в этой комнате, и он сразу станет моим супругом? – коварно спросила я.

– Конечно! – радостно отозвался глупый наместник, захлопывая капкан.

– Хорошо. Тогда я начинаю отбор, и выбираю его, – не менее воодушевлённо ответила я, указывая на растерянного Шада.

Арина

– Я не совсем это имел в виду. Неожиданный выбор, – растерянно произнёс наместник.

– Что-то не так? Вы же сами сказали, что я могу выбрать любого неженатого мужчину. Я уточняла – доктор Пирс не состоит в семейной ячейке, – старательно хлопала ресницами я, изображая недоумение.

Толпа соискателей на вакантные места моих супругов загудела, выражая своё недовольство. Вот странные люди – оно им надо? Парни меня впервые в глаза видят и уже успели ознакомиться с моим непростым характером, и всё равно не растеряли желания связать себя священными узами брака.

Кстати, на Новом Марсе запрещены разводы, что меня удивило. Так что если мужья меня не устроят, то будут просто отлучены от тела, а свободы никогда не получат. Женщина же может выбрать себе новых мужей, не заботясь мнением остальных. Странное понятие о семье, и всё же.

– Но такой выбор некорректен! Доктора Пирса нет в списках, – неожиданно возмутился секретарь.

– Вы сами виноваты, что не дали мне времени ознакомиться с документами! И вообще, не понимаю вашего возражения – отбор по всем правилам начат, мужа я выбрала. Если вам так принципиально – допишите моего избранника в список, – продолжала я прикидываться дурочкой.

– Это невозможно. Доктор Пирс вышел из брачного возраста, – не сдавался помощник наместника.

– Какие глупости! Я вижу перед собой молодого и привлекательного мужчину. Какое мне дело до каких-то цифр? – отозвалась я, шокируя часть собравшихся.

– Чисто теоретически, это неоптимальный возраст для зачатия, – вмешался пожилой доктор, возмущая меня.

– Я готова рискнуть. Кроме того, у меня ведь будут и другие мужья, которые наверняка подарят мне счастье материнства, – решила выдать я немного авансов, чтобы продавить согласие наместника.

– Почему именно доктор Пирс? Он не уникален, у вас уже есть помощник из этой генетической линии, да и мужчина старше вас значительно. Поймите правильно, Арина, дав согласие на этот брак, я, скорее всего, лишу одного из подходящих вам кандидатов шанса обрести своё семейное счастье, – справившись с удивлением, вернулся в беседу чиновник.

Толпа смертников одобрительно загудела.

– Вы забываете о чувствах. Вот он говорил, что на мой выбор не будет оказываться давления. Док был первым, кого я увидела, открыв глаза после многолетнего сна, и… я пропала. А у вас бы не дрогнуло сердце, если бы вас спасла прекрасная женщина? Мои гены не содержат изменений, поэтому в теории мне подойдёт любой мужчина Нового Марса. Так почему я не могу выбрать того, в кого влюбилась? – говорила я, запинаясь и краснея от настоящего смущения. Конечно, я сильно преувеличила свою впечатлительность и влюбчивость, да и не могу с полной уверенностью определить свои чувства к Шаду, но люди во все времена любили романтические сказки.

– Арина, доктор Пирс очень много времени проводит на работе. Он просто не сможет выполнять все обязательства брачного контракта, – зашёл с другой стороны пожилой главврач клиники, едва не разрушив всё, чего я добилась своим спектаклем.

Наместник подобрался и даже поджал губы, намереваясь продолжить жаркий спор, поэтому я решила продолжать давить суровым марсианам на эмоции.

– Вы хотите, чтобы я создала семью, а не новое предприятие, где мужчины трудятся на моё благо, а в семьях принято заботиться друг о друге и идти на уступки, решая спорные вопросы. Я могу отказаться от части своих прав, как и док может немного меньше работать, – пытаясь выдавить скупую слезу, тихим срывающимся голосом отозвалась я.

Не могу сказать, что сработало именно это, но помощь подоспела оттуда, откуда я не ждала.

– Извините! Прошу прощения! Дайте пройти! – активно проталкивался через толпу кандидатов высокий, но худенький мужчина. Он сильно отличался от собравшихся в зале парней своей гламурностью, я бы так выразилась. В блондинистых волосах парня сверкали стразы, а на обычной серой куртке красовались цепочки и металлические шипы. Выглядел он какой-то нелепой пародией на байкера-заморыша, чем вызвал у меня улыбку. В руках парень держал пульт, очевидно управлявший летающими камерами, которые на время остановились и перестали весело моргать красными огоньками. – Наместник Карвер, вы ведь знаете, что в последнее время нарастает недовольство мужчин условиями брачных контрактов. Госпожа Шапкина и так сенсация, но мы можем превратить её в сказку. Покажем не только мужчинам, но и женщинам, как сильно мы отклонились от понятий любви и семьи. Мы можем растиражировать историю о несчастном влюблённом докторе и смелой девушке, готовой отстаивать свои чувства. Только подумайте, как это поднимет рейтинги государственного канала и ваши лично. Из отбора мы можем устроить шоу. Пусть девушка знакомится с кандидатами, общается, а мы вместе со зрителями будем наблюдать за развитием новых любовных линий! – едва не подпрыгивая на месте от восторга, заявил этот блестящий гадёныш.

Толпа кандидатов снова загудела, но они мало интересовали меня.

Вокруг наместника сгруппировались представители муниципалитета, главврач и секретарь. Пока они шушукались о своём, я украдкой бросила взгляд на Шада. Я не собиралась превращать его и свою жизнь в шоу, и мне было неловко от того, что я ему фактически не оставила выбора. К счастью, Шад расстроенным не выглядел – немного дезориентированным и взволнованным, но при этом смотрел на меня с неприкрытой нежностью, заставляя покраснеть, как школьницу.

– Прежде, чем снова включат камеры, я хотел бы обсудить с Ариной некоторые нюансы, – подошёл ближе политик, одаривая меня многообещающим взглядом.

Шкафообразные охранники оттеснили всех на несколько метров от нас.

– Вы коварная девушка, госпожа Шапкина. Будем считать, что я купился на эту уловку, но вы ведь понимаете, что я выдвину свои условия? Никогда не имел дела с такими продуманными представительницами прекрасного пола, но это даже к лучшему. Заключим сделку, как два деловых человека. Раз вы так желаете заполучить в мужья доктора Пирса, то я тоже потребую от вас выполнения своей части уговора: во-первых, никакого шоу из отбора мы устраивать не будем, несмотря на всю заманчивость идеи, но всесторонне растиражируем вашу с доктором свадьбу, как и последующие церемонии. Я не позволю, пользуясь публичностью отбора, отказаться от основной выгоды – получения вашего потомства от представителей минимум пяти генных линий. Нам важнее возрождение здоровых генов. Во-вторых, вы не будете затягивать с выполнением обязательств. На каждого нового мужчину вам будет дана неделя. Через неделю вы назовёте мне второе имя. Предвосхищая очередную хитрость, оговорюсь сразу – выбирать своих помощников я вам запрещаю, – жёстко оговорил рамки наместник.

Всё-таки не настолько хорошо меня подготовили в центре, чтобы обмануть тёртых политиканов.

– А что будет, если я вовсе откажусь выбирать? Пусть не позволите вы брак с доком, но и других кандидатов я не выберу. Вы не имеете права меня принуждать, – огрызнулась я, понимая, что уже проиграла эту битву.

– Жаль. Вы казались мне умнее. Но раз так хотите, я озвучу перспективу: первыми я отниму у вас помощников. Вижу, что вы привязались к мальчикам. Доктор Пирс лишится работы, лицензии и возможности работать по специальности за нарушение врачебной этики. У нас есть записи с камер наблюдения, установленных в ваших больничных покоях. Но если даже этого вам покажется недостаточно, то всегда есть закрытые учреждения, куда мы можем поселить вас и медикаментозно стимулировать желание хм… размножаться, – угрожающим шёпотом прошипел наместник.

– Не нужно. Я согласна на сделку, – ответила я, но не смирилась с теми рамками, в которые меня хотят загнать.

– Вот и чудесно! Сейчас я озвучу своё решение, а вы радостно доиграете влюблённую Джульетту. И не забывайте: пять недель – пять супругов, а дальше живите и размножайтесь в своё удовольствие, – с акульей улыбкой произнёс наместник, подавая остальным знак, что мы возвращаемся к спектаклю.

Арина

Наместник подал знак, и камеры окружили нас, повинуясь пульту гламурного оператора.

– Ситуацию с госпожой Шапкиной никак нельзя считать стандартной. Эта девушка неординарна по определению – только такая личность могла рискнуть своим будущим и самой жизнью, чтобы отправиться осваивать фактически новый мир, полный опасностей. Поэтому нет ничего удивительного в том, что её избранник не вписывается в рамки каких-либо критериев. Шад Пирс – не побоюсь этого слова – гениальный учёный, врач с большой буквы. Только благодаря его таланту Арина благополучно вышла из криосна. Но не заслуги делают нас людьми, а чувства – порывы души, которые не может контролировать разум. Я с радостью дам согласие на этот необычный союз. Как и все жители нашей колонии, я буду надеяться на то, что доктор Пирс станет прекрасным мужем для Арины, ведь любому бриллианту нужна крепкая оправа. Отбор мужей в новую семейную ячейку объявлен открытым. У девушки будет время познакомиться с достойными представителями славных семей, чтобы выбрать тех, с кем она дальше пойдёт по жизни, – высокопарно произнёс политик, а я стояла, нервно кусая губы и пытаясь удержать на них улыбку. К счастью, со стороны вполне могло показаться, что я едва удерживаю слёзы радости. – Ну что же вы застеснялись, Арина. Обнимите своего первого супруга, – подтолкнул меня к действиям наместник, и я быстро скользнула к Шаду, прячась в его уютных объятиях.

– Надеюсь, ты это имел в виду, когда говорил, что хочешь быть со мной? – дрожа от волнения, прошептала я на ухо доку, вдыхая приятный аромат парфюма.

– Моя отважная девочка, – нежно произнёс Шад, крепко прижимая меня к себе.

– Ну-ну! У вас ещё будет время для уединения, а пока скажите, доктор Пирс, что вы чувствуете сейчас? – тщательно маскируя ехидство, спросил наместник.

Нда. Своевременный вопрос, учитывая то, что состоявшейся семейной ячейкой нас уже объявили.

– Я не умею говорить о чувствах, но я счастлив. Я не мечтал вступить в брачный союз. Никогда, до тех пор, пока не увидел Арину. Спасибо, – немного скованно ответил Шад. Но мой док и правда не мастер вести душевные беседы, особенно о том, что касалось эмоций.

– Я тоже хотела поблагодарить всех, особенно наместника Карвера за всё. Обещаю, что непременно отплачу ему за… помощь, – со скрытой угрозой сказала я.

Был велик соблазн устроить скандал, разоблачив перед камерами интригана, рассказать об угрозах, но что это даст? Спровоцирует его претворить свои обещания в жизнь? Не готова я была рискнуть своими мужчинами. Да и нет гарантии, что запись выйдет в эфир. Большинство тех, кто собрались в этом зале, слишком настроены на достижение каждый своих целей, чтобы рискнуть своим комфортом ради меня.

Наместник намёк понял, судя по тому, как мужчина многообещающе сощурил тёмные глаза.

– Не стоит благодарностей, госпожа Шапкина. На моём месте так поступил бы любой здравомыслящий политик. Буду ждать новостей о пополнении вашей необычной семьи. В конце концов, речь идёт о процветании всей колонии, – не остался в долгу наместник, заканчивая свою часть видеоконференции, а для нас с Шадом всё только начиналось.

Через пять часов от натянутой на лицо улыбки болели скулы, а один вид гламурного оператора рождал мысли об особо жестоком убийстве с использованием пульта от камер.

– Мне нет дела до ваших съёмок. Арина должна поесть и отдохнуть. Она и так уже несколько часов позирует голодной, – грозной тучей навис над блестящим заморышем Рам, доказывая телевизионщику, что съёмки окончены.

– Но я ещё планировал интервью. Нашим зрителям будет очень интересно узнать, как зарождались чувства между госпожой Шапкиной и доктором Пирсом, – опасливо поглядывая на Рама, сопротивлялся оператор.

– Съёмки окончены. Моя жена устала, – громко рявкнул Шад, отбивая у гламурного желание дальше спорить.

– Я не хочу возвращаться в ту палату, – шёпотом сказала я доку.

– Уверена? – спросил Шад.

– Более чем, – отозвалась я, с омерзением вспоминая о том, что за моей частной жизнью пристально следили.

– Рам, собери вещи Арины. Я отвезу её к себе домой. Адрес и допуск пришлю тебе на коммуникатор, – на ходу распорядился Шад, направляясь к одному из лифтов. Рам послушно отделился от нас, направляясь дальше по коридору, а Сейм последовал за нами.

Нас провожали любопытными взглядами какие-то мужчины, но, к счастью, близко не подходили. Как только стеклянная перегородка закрылась, кабинка тронулась. К моему удивлению, лифт поехал вверх, а не вниз.

– Парковка для флайтов на крыше центра, – пояснил Сейм, верно расценив выражение моего лица.

Шад придерживал меня за талию. Нервничая, я вцепилась пальцами в его ладонь.

– Боишься? – спросил док.

– Нет. Волнуюсь. Я ещё не покидала этого здания. Одно дело видеть картинки на планшете, а другое – встретиться лицом к лицу с изменившимся миром, – призналась я.

– Мне трудно представить, как непросто тебе сейчас, – отозвался Шад, нежно коснувшись горячими сухими губами моего виска.

Мне хотелось много спросить у своего первого мужа, но этот разговор лучше оставить до того момента, как мы останемся наедине, а пока…

Лифт остановился, выпуская нас на просторной площадке крыши. Наверное, я ждала чего-то более футуристичного, поэтому была разочарована, увидев под ногами обычный бетон, расчерченный крупными прямоугольниками. Почти каждую клетку этой матрицы занимали флайты, формой немного похожие на привычные легковые автомобили.

Я подняла голову, пытаясь рассмотреть купол, накрывавший колонию, но увидела лишь голубое небо. О том, что это лишь иллюзия и высоко над нами прочный биополимерный каркас, я знала, но всё равно моё восприятие норовило меня обмануть привычностью картинки.

Машина дока стояла недалеко от лифта, и вскоре Шад нажал что-то на коммуникаторе, открывая передо мной двери аппарата. Внутри флайт гораздо меньше напоминал машину: два ряда роскошных пассажирских сидений были расположены друг напротив друга, а места для водителя не было вовсе. Мы с удобством разместились, и Шад отдал голосовую команду, направляя флайт домой.

Всю дорогу я не отлипала от смотрового стекла, разглядывая красивый, ухоженный город: гладкие стеклянные колонны многоэтажек, ровные линии пешеходных дорог, подвесные мосты, по которым катались какие-то стеклянные капсулы, лоскутные одеяла парков, голубые пруды с искрящейся чистой водой. В моей голове не укладывалось, что всё это великолепие расположено на Марсе. Только яркие лики Фобоса и Деймоса, спроецированные на небесный купол, давали понять, что я всё же не на Земле.

Дом Шада располагался недалеко от «Реновации» на склоне живописного холма, усаженного ровными рядами модифицированных деревьев с голубыми листьями.

– Я не рассчитывал когда-нибудь вступить в союз. Мой дом больше подходит одиночке, но тут есть несколько гостевых спален. Надо будет вызвать архитекторов и переделать пространство, а пока так, – немного смущённо пробормотал Шад, пропуская Сейма первым в просторный двухэтажный особняк с большими панорамными окнами. – Добро пожаловать домой, жена, – сказал док, подхватывая меня на руки, чтобы занести внутрь.

Арина

Интерьер дома можно было назвать минималистичным, но каждая вещь гармонично вписывалась в пространство комнат и стояла на своём месте. Светло, просторно, даже стильно, но неуютно. В моём понимании чего-то не хватало – например, разбросанных рубашек. Пожалуй, моё представление об уюте неверное, но пока дом выглядел каким-то необжитым, что ли. Тут не было каких-то памятных мелочей, рамок для фотографий, ракушек, привезённых из отпуска, только почти стерильная чистота. Хотя, какое на Марсе море?

Мозг отчаянно цеплялся за картинки прошлого и привычные понятия, но реалии нового мира были несколько иными.

– Я здесь нечасто бываю. Обычно только сплю. Рам сообщил, что уже летит и прихватил нам еды из кафе, – извиняющимся тоном произнёс Шад.

Пожалуй, нам всем было немного неловко, но атмосферу разрядил вовремя появившийся Рам.

Вскоре с помощью Сейма и под чутким руководством мужа, мой практически новый гардероб перекочевал в шкаф, а я накрыла на стол, разобрав пакеты с провизией.

– Арина, ты была… восхитительна! Никогда ещё мне не было так сложно удерживать улыбку. Как ты сделала этих чиновников! Ты такая умница. Мы тобой очень гордимся, – отсалютовал своим бокалом мне Рам, когда мы утолили голод.

– Да, это было сногсшибательно! – поддержал блондина второй помощник, а Шад молча притянул меня к себе на колени и зарылся лицом в мои волосы.

Мужчины неспешно потягивали местный спиртной напиток бледно-голубого цвета, а мне достался стакан с соком. Мой личный доктор запретил в ближайшую неделю даже думать об алкоголе. Хотя мне и не хотелось.

Парни вспоминали самые яркие моменты моего эпического спора с наместником и радовались «победе», поэтому я так и не решилась рассказать им всю правду. Зачем портить парням веселье, если я пока ничего не могу изменить? О том, что уже через неделю нужно будет выбрать второго мужа, думать пока не хотелось. Может, я зря паникую и всё сложиться лучшим образом, но чутьё подсказывало, что всё будет не так просто.

За окном уже стемнело и включилось мягкое вечернее освещение, придавая нашим посиделкам некоторую романтичность.

– Я немного утомилась. Шад, покажешь, где мы будем отдыхать? – спросила я дока, вставая с его коленей.

– Ты хочешь спать со мной? – немного удивился мужчина.

– Конечно. Ты же мой муж, – не сильно уверенно произнесла я. Во-первых в голове пока не до конца укладывалось то, что я вышла замуж, а во-вторых, у меня не было возможности выяснить, как на самом деле Шад отнёсся к тому, что я фактически не оставила ему выбора.

– Для меня это будет честью, – с широкой улыбкой отозвался док, вызывая у меня некоторое недоумение. А как они тогда живут? Этот момент я не успела выяснить. Да и некогда пока было. Изучить законы мне было нужнее, чем интересоваться всякими глупостями.

– Я помогу Арине искупаться, – предложил Сейм, пока Рам убирал посуду.

– Не нужно. Мы сами. В смысле, Шад мне поможет, – торопливо ответила я, расстраивая парня.

– Вы нам сегодня больше не понадобитесь. Можете располагаться на ночь, или заняться личными делами, – выдал парням более понятную команду док.

– Мы останемся здесь. Спасибо, доктор, – с грустной улыбкой отозвался Рам.

Да уж. Мне было неловко, но, наверное, для помощников в этой ситуации не должно быть чего-то необычного.

Скинув удобные туфельки, я направилась в ванную комнату. Шад последовал за мной.

– Мне нужно было обсудить с тобой всё заранее, но ты избегал моего общества. Сердишься, что я всё решила за нас обоих? – осторожно начала я, расстёгивая магнитные клепки на рубашке Шада.

– Глупенькая. Моя сладкая малышка. Я знал, что мне никто и никогда не разрешит быть с тобой, поэтому не хотел давить на тебя своими чувствами. Не желал, чтобы ты привязалась ко мне, а потом страдала. Я недооценил твою целеустремлённость, Арина, не верил, что действительно тебе нужен. Сержусь? Я никогда не был так счастлив. Прости, я не умею красиво говорить и привык сдерживать выражение своих эмоций, но ты даже не представляешь… Ты ведь никогда не была для меня просто пациенткой. Ещё там, в шахте, когда я увидел едва заметную улыбку на твоих губах, то понял, что скорее умру, чем позволю тебе погибнуть. Твоя капсула была повреждена. Мне пришлось изобрести новую технологию, чтобы увидеть, как ты открываешь свои небесно-голубые глаза, – неожиданно признался Шад, нежно касаясь моей щеки.

– Ты так мило ворковал надо мной, когда я проснулась. Я ещё решила, что у нас на базе появился излишне восторженный медик, – припомнила я и взяла в рот большой палец Шада, которым он гладил мои губы.

Мужчина вздрогнул и задышал тяжело, возбуждённо. Какой он всё-таки отзывчивый. То, что взрослый сдержанный мужчина так остро реагирует на малейшую ласку, заводило, вызывая желание проверить, что будет от более откровенной прелюдии.

– Арина, я не учился доставлять удовольствие женщинам. Я не думал… – занервничал Шад, когда я стянула с него рубашку, покрывая поцелуями идеальный мужской торс.

– Не нервничай. Мы вместе со всем разберёмся. Просто позволь мне тебя ласкать. Ты такой красивый, – честно сказала я, добираясь ладонями до застёжки на брюках.

Мужчина громко застонал, позволяя мне перехватить инициативу.

– Опять в бассейн? Я и так в последнее время не могу спокойно принимать ванну, – попытался пошутить Шад.

– Ты прав. Пошли в постель, – легко согласилась я, уже представляя, как буду ласкать своего мужа.

– Научишь правильно касаться тебя? – спросил возбуждённый Шад, подхватывая меня на руки, чтобы отнести в кровать.

– Покажу на примере, – коварно улыбнулась я, предвкушая реакцию своего противоречивого мужчины.

В спальне Шад помог мне раздеться и забрался вслед за мной на кровать.

– Что мне делать? – спросил док, нежно поглаживая мои плечи.

– Ляг на спину и расслабься. Если тебе что-то будет неприятно, обязательно скажи. Я покажу тебе те ласки, которые заводят меня, – пообещала я, глядя, как высокий сильный мужчина, растягивается на кровати, наблюдая за мной со смесью желания и сомнения.

– Разве так правильно? Ты можешь просто сказать, я соображу, – предложил Шад. Помня заморочки Рама, я не хотела напугать своего мужа, поэтому решила не спешить

Арина

Новый день начался томно: мою спину нежными поцелуями покрывал муж.

– Доброе утро, – лениво потягиваясь, пробормотала я, выгибаясь, как кошка выпрашивающая ласку.

– Уже полдень, – хрипло отозвался мужчина.

– Зачем ты оделся? У нас ведь медовый месяц, – спросила я, ныряя ладонью под мягкую ткань домашних штанов, но неожиданно для себя наткнулась на гладкое металлическое кольцо контроллера, надетое на мужской член. – Сейм? Почему ты здесь? Где Шад? – отдёрнув руку, поинтересовалась я, прежде чем встала с кровати.

Неловко, что я спутала мужа с помощником, но это и немудрено: мало того, что они сильно похожи, но я просто не ожидала увидеть Сейма в нашей постели.

– Доктор улетел на работу. Обычно всем мужчинам при заключении союза положен недельный отпуск, но доктор Пирс не подготовился к браку. Ему нужны пара дней, чтобы решить текущие проблемы, – пояснил парень, внимательно наблюдая, как я накидываю халат.

– Понятно. Я сейчас помоюсь и спущусь на кухню, – сказала я, направляясь в ванную комнату.

– Арина, в доме доктора Пирса порядок не поменялся – ты не можешь купаться сама. Я помогу тебе, – «порадовал» меня Сейм.

– Жалко. Я надеялась, что хотя бы дома вы с Рамом будете вести себя более естественно, – досадовала я, смирившись с неизбежным.

После жаркой ночи с другим мужчиной обнажаться перед помощником было… неудобно. Ещё одним смущающим фактором стало очевидное возбуждение Сейма. Похоже, я отключила его контролер, когда приняла парня за Шада.

Умом я понимала, что близость с Сеймом вопрос времени, что я никому не изменяю, что так принято в местных семьях, но пересилить себя так и не смогла. Стараясь не касаться помощника, я по возможности сама быстро обмылась и поспешила покинуть купальню. Оделась тоже сама, выбрав спортивный костюм.

Встречаться глазами с Сеймом было неловко, поэтому я поспешила на кухню, откуда доносился умопомрачительный аромат запечённого мяса.

– Я думал, вы дольше будете собираться. Обед ещё не готов, – сообщил блондин, привычным жестом целуя мои руки.

– Я не голоден. Рам, Арина, если вы не возражаете, я отлучусь в город. Развеюсь, – сказал Сейм. Он оделся в белый пиджак с воротником стойкой и чёрные брюки и выглядел чертовски привлекательным. На лице парня отчётливо читалась досада, но я только малодушно кивнула, разрешая ему прогулку.

– Конечно, – растерянно отозвался Рам, глядя в спину удаляющемуся Сейму.

Бездна! Какие ещё пять мужей, если я с этими тремя не могу разобраться?!

– Арина, что между вами произошло? – спросил внимательный блондин, едва за Сеймом закрылась дверь.

– Я спросонья приняла его за Шада и, похоже, отключила контролер, – краснея, ответила я.

– А дальше? – не понял моего затруднения Рам.

– А что может быть дальше? Мне было неловко. Помылась и спустилась вниз, – поведала я о своих немногочисленных «подвигах».

– Почему ты испытывала неловкость? – уточнил Рам.

– А ты сам не понимаешь? Я не могу просто заниматься сексом. У меня никогда не было несколько любовников. Если я встречалась с парнем и делила с ним постель – это означало, что я испытываю к нему какие-то эмоции. Всё и так происходит слишком быстро. Ночь я провела в объятиях Шада. Подумала, что проснулась рядом с мужем. Сейм хоть и похож на дока, но совсем другой мужчина. Я не могу относиться к нему так же. Бездна! Как всё запуталось! – с досадливым стоном произнесла я, закрывая лицо ладонями.

Рам молчал довольно долго, обдумывая что-то своё.

– Ты не должна переживать из-за нас, Арина. Сейм не прав. И я, и он – личные помощники. Мы здесь для твоего удовольствия, комфорта и защиты. Ты не обязана удовлетворять наши потребности. Другой вопрос, что контроллеры хозяйки просто так не трогают, только когда хотят чувственной игры. Сейм влюбился и переживает из-за того, что ты его ещё не приняла. Я поговорю с ним, – задумчиво сказал блондин, вынимая из печи запечённое мясо с овощами.

– Вы не вещи, Рам, вы – мужчины. Каждому свойственно иметь свои эмоции, только мне не хватает опыта, чтобы не ранить ваши чувства. Не представляю, как мы будем все сосуществовать, когда добавятся ещё мужья, – призналась я.

– Вообще-то обычно женщины не особенно заморачиваются на чужие чувства. Ты слишком добра к нам всем. И всё же, я считаю, что тебе не стоит так переживать. Всё образуется, – немного приободрил меня Рам.

– Ладно. Какие у нас планы на сегодня? Может, тоже прогуляемся по городу? – спросила я.

– Ты не просматривала свой коммуникатор? Из муниципалитета пришло сообщение о том, что к пяти вечера в «Реновации» нас будут ждать кандидаты для знакомства. Как раз ко времени окончания встречи доктор Пирс должен освободиться и можно будет сходить в ресторан или на концерт, – поведал мне Рам.

– Точно! Коммуникатор, – хлопнула я себя по лбу.

На появившейся голопанели красными флажками светились три непрочитанных сообщения: первое от Шада, полное нежности и досады от того, что ему пришлось утром меня оставить. Второе о встрече с кандидатами. Его продублировали моим помощникам. А третье из банка, в нём меня уведомляли о регистрации в качестве клиента и поступления на мой счёт той самой выплаты, о которой когда-то мне рассказывал Сейм.

– У нас впереди достаточно времени, чтобы спокойно поесть и собраться, – сказал Рам, накрывая стол на нас двоих.

– Я успел вовремя? – спросил неожиданно вернувшийся Сейм.

– Да, мы как раз садимся. Быстро ты… нагулялся, – подколол Рам брюнета.

– Просто быстро нашёл то, зачем уходил. Арина, ты позволишь мне сделать тебе небольшой подарок? – немного смутившись, спросил Сейм, только тогда я обратила внимание, что парень прячет одну руку за спиной.

– Можно… А мне тоже вам нужно было какие-то подарки сделать? – уточнила я, вызывая смех помощников.

– Нет, Арина. Ты сама для нас самый лучший подарок, – ответил Рам, устанавливая тарелку для Сейма.

– Вот. Я подумал, что тебе будет приятно, – немного дёргаясь от смущения, сказал Сейм, подавая мне крупную стеклянную колбу, внутри которой была запечатана потрясающей красоты орхидея. По-моему, на Земле такие назывались Золотое яблоко, но я не была уверена, ведь видела что-то похожее только в интернете.

– Она потрясающая. Спасибо, – ответила я, нежно целуя Сейма.

Если честно, то не помню, когда последний раз мне кто-то дарил цветы. Неожиданно и приятно.

Утренняя неловкость была забыта. Мы втроём наслаждались вкусным обедом, приготовленным Рамом, весело шутили и дурачились. Даже будущая встреча с кандидатами не так сильно портила настроение, но всё хорошее быстро заканчивается и вскоре нам пришлось собраться и лететь в центр «Реновация».

Арина

– Какой кошмар, – устало сказала я Раму, наблюдая, как очередной претендент на мою руку и крошечный кусочек сердца взялся насиловать языком заварное пирожное.

Не знаю, какой умник организовывал мне так называемые отборы, но больше всего это напоминало чаепитие в восьмом классе, когда толпа мальчишек глупо выпендриваются перед одной маленькой и несчастной мною.

– Он просто хочет тебе продемонстрировать, что прошёл курсы орального секса и может доставлять удовольствие, – попытался оправдать рыжеволосого извращенца Рам.

– Я надеюсь остальные не кинуться показывать все свои умения на пирожных. Если честно, то у меня уже и так аппетит пропал, – пожаловалась я, отворачиваясь в другую сторону, чтобы не видеть этого.

Для смотрин нам выделили просторную комнату, включили тихую умиротворяющую мелодию, расставили по столам цветочки и выпечку, но уютней от всех этих приготовлений не стало.

Кандидаты в мои будущие супруги были красивыми, сильными, скорее всего, умными молодыми мужчинами. Проблема заключалась в том, что мы друг другу взаимно не нравились. Не в том плане, что кто-то из парней отказался бы стать моим мужем, предложи я им такой вариант, а в том, что собравшиеся рассматривали меня, как лот аукциона – я им вроде бы и нужна, но каждый стоял и приценивался, размышляя, стою ли я этих усилий.

– Может, хочешь пообщаться с кем-то поближе? – спросил Сейм, подавая мне кружку с чаем.

– С кем? Я даже имён не запомнила. Чувствую себя крайне глупо, – призналась я.

– Я почитал некоторые анкеты. Вон того блондина зовут Ален Рид. Ему уже почти тридцать, но он единолично владеет крупной фирмой, производящей бытовых и специализированных роботов, – сообщил мне Рам, указывая на статного пепельноволосого мужчину.

Заметив мой интерес, указанный кандидат нехотя оторвал глаза от планшета и смерил меня высокомерным взглядом.

– Нет. Завоёвывать и растапливать айсберги у меня нет ни малейшего желания, – ответила я.

– Вон тот парень, что не сводит с тебя восторженного взгляда, единственный наследник очень уважаемой семьи, – указал Сейм на слащавого шатена.

– Скажите, а у вас доступны различные запрещённые вещества? По-моему, этот наследничек абсолютно на всех смотрит томным взглядом, и явно пребывает в собственном мире сахарных единорогов, – выдала я свою оценку, заставляя Рама подавиться чаем.

– Ну, может, тебе кто-нибудь приглянулся внешними данными? Я бы поглядел его характеристику, – предложил другой вариант Сейм.

– Они все красивые, но у меня только одно желание – поскорее отсюда уйти. Сколько ещё мы должны тут торчать? – спросила я у помощников.

– Через пятнадцать минут можно окончить встречу, – обрадовал меня Рам.

– Хорошо. Потому что я скоро лопну от выпитого чая, – пожаловалась я. Стоять на каблуках было тоже неудобно, но я не стала это озвучивать.

Для меня в зале установили мягкое на вид кресло, но я не стала в него садиться, поскольку оно было единственным. Получалось, что я буду сидеть, а мужчины давить на меня горами тестостерона – неприятно.

Дверь открылась, впуская в помещение главврача клиники, сопровождавшего наместника Дейла Карвера.

Сегодня политик прибыл без своей многочисленной свиты и оператора, что уже немного радовало. Хотя и непонятно, зачем он вообще пожаловал.

– Добрый вечер, Арина. Как проходит ваше знакомство с кандидатами? Появились ли фавориты? – с вежливой улыбкой поинтересовался политик.

– Мы познакомились, – сдержанно ответила я. После вчерашнего фиаско, мне не хотелось без подготовки бодаться с этим мужчиной.

– Могу я украсть вас на несколько минут? Хотелось бы поговорить наедине, – спросил наместник.

– Конечно, – нехотя ответила я. Оставаться тет-а-тет с Дейлом Карвером мне не очень-то хотелось, но и отказать не видела возможности. Нужно выяснить, что вдруг ему от меня понадобилось.

– Господа, на сегодня встреча окончена, – отдал команду наместник.

Кандидаты послушно покинули зал, оставляя нас с политиком, Сеймом, Рамом и главврачом.

– Доктор Хард, я бы хотел переговорить с Ариной без свидетелей, – вежливо произнёс Дейл, заставляя пожилого доктора удалиться. Рам и Сейм вышли по моей просьбе.

– О чём вы хотели поговорить, господин наместник? – спросила я, направляясь к широкому подоконнику, на который уже давно поглядывала, но так и не решилась присесть.

– Я хотел извиниться. Если честно, то я не ожидал встретить такое упорное сопротивление буквально по каждому вопросу, касающемуся вашей судьбы, поэтому немного разозлился и вспылил, – удивил меня ответом мужчина.

– По-вашему, я не должна была отстаивать собственные интересы. Нужно было позволить навязать мне совсем незнакомых мужчин? Вы хоть понимаете, как трудно оказаться фактически в новом непривычном мире? Вы хотели у меня отнять тех, с кем я сблизилась, – обвиняющим тоном, отозвалась я.

– Я не подумал об этом. С точки зрения обычных женщин Марса ваш выбор супруга, мягко говоря, странный, а помощники… Они неплохи, но для вас, как для сокровища Нового Марса, я лично отбирал самых лучших, – ответил Дейл Карвер, присаживаясь с другой стороны на тот же подоконник.

– Мне не интересны чужие предрассудки. Я просто не хотела терять тех, кто стал мне близок. Собственно, вы успешно воспользовались этой привязанностью, чтобы шантажировать меня, – мстительно напомнила я мужчине.

– Простите. Я решил, что вы задумали какую-нибудь опасную глупость. Полагал, что просто хотите использовать уступчивость доктора Пирса, – признался наместник, удивляя меня ещё сильней.

– Во-первых, я бы не назвала Шада уступчивым. Он умеет быть достаточно жёстким в решениях. Во-вторых, непонятно, о каких глупостях вы говорите. Бежать? Мне негде скрыться: у меня нет ни знаний, ни друзей, ни средств. И в-третьих, что заставило вас поменять своё мнение? – спросила я.

– Я виделся с вашим мужем. Он просто неприлично счастлив, да и анализы крови доктора Пирса подтвердили, что ваш брак уже не просто формальность. Я рад, что вы всерьёз приняли свои обязательства и осознали положение, – заявил наместник, смущая меня.

– И что дальше? Вы перестанете на меня давить? Отмените этот идиотский отбор? – осторожно поинтересовалась я.

– Мне стыдно, что пришлось прибегнуть к такой низкой мере, как шантаж, но я не могу отменить основное условие – у вас должно быть пять мужей разных генетических линий. Это не моя прихоть, а вопрос выживания нашей колонии. Каждый год убывает около тысячи людей, а рождается от силы сотня. Из них только десять девочек, остальные мальчики. Мы вымираем. Если ничего не изменится, то скоро процесс ускорится в геометрической прогрессии, тогда Марс снова превратится в безжизненную пустыню, – привёл весомые аргументы политик.

– Посмотрите на это с другой стороны – вы бы пожелали, чтобы вашу жену заставили принять ещё десяток мужей, чтобы спасти Новый Марс? – спросила я, злясь больше на саму ситуацию.

– Я не женат. У меня нет времени на подобные обязательства. И я вас понимаю, Арина, но вы были ещё в одном моменте правы – меня легко заменить. Если я не решу этот вопрос, то на моё место назначат того, кто не ограничится глупыми угрозами. Надеюсь только на ваше благоразумие. На следующей неделе вам придётся мне назвать новое имя, – встал с подоконника чиновник, завершая наш странный разговор.

– Это практически невыполнимо. Мне нужно больше времени, – я попыталась хоть немного отсрочить неизбежное.

– Время не терпит. Сроки остаются прежними, – поджав губы, ответил мужчина, спеша покинуть комнату.

Как только наместник вышел, ко мне поспешили помощники и встревоженный Шад.

– Всё хорошо? – спросил муж, внимательно осматривая меня.

– Да, не беспокойтесь, – постаралась я изобразить беззаботную улыбку, не желая заставлять их чувствовать себя виноватыми, но настроение было окончательно испорченно.

Арина

– Для чего вы записались на мой отбор? – спросила я претендента, выбранного мной сегодня в качестве жертвы, точнее, объекта моего повышенного внимания.

На мужественном лице с парня отчётливо отразилась растерянность.

– Ну, я вступил в брачный возраст. Это уже второй мой отбор. Я достиг определённых высот в профессиональной сфере и могу обеспечить потребности супруги, – мямлил высокий и массивный молодой мужчина, напоминавший мне доброго мишку.

– Я рада вашим достижениям, но для чего вам я? Чего вы хотите, вступив в семью? Я вообще вам нравлюсь? – задала я самые простые, на мой взгляд, вопросы, но судя по панике, отразившейся в миндалевидных карих глазах, у кандидата не было ответов на них.

Расстегнув верхнюю магнитную клёпку, парень потёр сильную шею и стал оглядываться по сторонам, как будто надеялся, что кто-то ему подскажет.

– Вы милая и… необычная. Папа говорит, что о будущих поколениях Дорлов нужно побеспокоиться уже сейчас… – выдало это простодушное чудо, вызывая у меня неуместное желание прикрыть лицо рукой и отправить его обратно к папе.

– Я вас поняла. Спасибо, – вежливо ответила я, отходя от бедолаги.

– Ты не должна расстраиваться, Арина. Он просто не знает, какая ты красивая, когда спросонья забавно морщишь носик, как заразительно ты смеёшься, какая ты у нас умница. Хотя это всё же должен знать – он ведь видел твой спор с наместником, – ворковал мне на ухо Сейм, успокаивая после очередного разочарования.

К концу подходил четвёртый день отбора, а у меня так и не было имени того, кого я хотела бы видеть рядом с собой. Не могу сказать, что кандидаты были плохими, просто мы слишком чужие друг другу. Нужно больше времени, чтобы узнать и принять кого-то.

Кстати о сближении – мои помощники всё чаще бросали на меня томные взгляды, а наши купания давно перестали быть чем-то приличным, но ночи я проводила в объятиях Шада, а утро начиналось со сборов. Умники из муниципалитета решили, что если я буду торчать целый день в комнате с кандидатами, то это как-то ускорит процесс выбора, а возвращались мы уже вместе с доком. Прямо замкнутый круг.

Я решила со всей ответственностью отнестись к вопросу поиска следующего мужа, но пока стало только хуже. Никакой искры, как с Шадом или лестного мужского интереса со стороны потенциальных женихов я не чувствовала. Не было и тех, с кем просто приятно общаться, а красота, как выяснилось, она тоже приедается.

Встреча уже подходила к концу, и я планировала перед отправлением домой поговорить наедине с Шадом о том, как выкроить время, чтобы уделить внимание Сейму. То, что парень сильно переживает из-за того, что я его «не приняла» знали все в нашей небольшой и необычной семье. Мне хоть и было неловко, но я решила пересилить себя, заодно узнать без утайки, как на самом деле мой муж отнесётся к близости с кем-то, кроме него.

– Встреча окончена, все свободны, – распорядился вошедший в зал главврач, выпроваживая женихов. Вместе с ним прибыл и Дейл Карвер. Прямо дежавю какое-то.

– Вы уделите мне пару минут, Арина? – спросил наместник, без предисловий обращаясь ко мне.

– Конечно, – немного растерянно отозвалась я, не понимая причины визита чиновника.

Мужчина выглядел каким-то расстроенным и взъерошенным, что ли. Мы подождали, когда все покинут помещение, а после опять расположились на подоконнике.

– Что-то случилось, наместник? – первой спросила я, чтобы прервать затянувшееся молчание.

– Всегда что-нибудь случается, – невесело усмехнулся мужчина, глядя в окно. – Доктор Хард поведал мне о вашем ответственном подходе к выбору супругов. Я хотел узнать появились ли фавориты? Насколько успешно продвигается ваше знакомство?

– Вас настолько интересует этот глупый отбор, что вы оставили дела? – поинтересовалась я, не понимая политика.

– Мне стало любопытно. Любая из знакомых мне женщин просто выбрала бы того кандидата, который соответствует её эстетическому вкусу и материальным запросам, а вы? Закладками о материальном положении претендентов интересовались исключительно ваши помощники. Вы же изучали только личностные характеристики мужчин. Почему? Что конкретно вы ищете? Быть может, мы неверно отобрали претендентов? – проигнорировал иронию в моём голосе Карвер.

– Что вам даст мой ответ, наместник? Вы просто смените одних незнакомцев другими? – уточнила я.

– Дейл. Я давно позволил себе обращаться к вам по имени. Вы можете ответить мне любезностью? – удивил меня наместник.

– Как скажете, Дейл. И всё же – вы мне не ответили, – настояла я.

– Я пытаюсь вас понять, но у меня не получается. Почему вы рискнули своим будущим и полетели в опаснейшее путешествие? Первые поселенцы умирали сотнями, пытаясь наладить быт на планете. По каким причинам выбрали доктора Пирса? Зачем согласились жертвовать своими убеждениями, ради сохранения его карьеры? И вы тоже не ответили – чего вы ищете в будущих мужьях? – озадачил меня какими-то странными и не связанными между собой вопросами мужчина.

– Не знаю, для чего вам понадобилось меня понимать, но раз вам так важно, то отвечу. Марс – был для меня мечтой. Возможностью начать всё сначала. Моя семья погибла, а автокатастрофе и несколько лет я жила и училась в интернате. После выпуска, я была растеряна, не знала, куда мне идти и чем дальше заниматься. Возле остановки увидела рекламный щит с приглашением в космическую программу. В слогане они обещали построить новый мир, который будет одной большой семьёй. Наверное, это и стало решающим. Что касается моего мужа: я видела, как он на меня смотрит, знала, что небезразлична Шаду. Скорее всего, это и ищу в кандидатах – хочу, чтобы на меня смотрели, как личность, на привлекательную женщину, хочу надеяться, что в будущем мы сможем построить нормальные отношения, – честно ответила я.

– Вы так отчаянно сражались за доктора Пирса и помощников, потому что посчитали их своими – частью семьи? Они тронули ваши чувства? – по-своему понял меня наместник.

– Примерно так, – согласилась я.

– Вы не видите этого в кандидатах? Вы очень привлекательная девушка. Думаю, многие вами увлечены, – поинтересовался Дейл.

– Не уверенна. Если честно, то я не понимаю этого маниакального стремления навязать мне мужей на этом отборе. Для того чтобы забеременеть достаточно одного мужчины, а со временем я могла бы встретить кого-то ещё, того, кто будет мне по душе. К тому же нет гарантии, что мои гены могут исправить ваши модификации, ну, или как там правильно это называется. В общем, вы можете не получить того, что так ждёте. И почему я не могу выбрать того же Рама или Сейма в качестве супругов? – высказала я свои сомнения.

– Я вас понимаю, Арина, но всё не так просто. Моя власть небезгранична. Есть Совет, с решением которого я обязан считаться. Учёные озвучили свои предположения, что ваши потомки от пяти генных линий могут исправить наше отчаянное положение. Грубо говоря, у нас есть рецепт, как избежать апокалипсиса, а вы и пятеро мужей – это главные части этого спасения. Чем быстрее будут выполнены условия, тем скорее мы получим результат – такое мнение членов Совета, поэтому мы вас и торопим, – доступно пояснил мне Дейл.

– Странная логика и очень спорная, – скептически отозвалась я.

– А насчёт ваших помощников – выбор их в качестве мужей подрывает основы нашего общества. За сотни лет сложились определённые правила взаимодействия мужчин в ячейке. Ваше желание изменить статус парней подрывает эти устои. Я могу надеяться, что вы не подведёте и через три дня назовёте мне следующее имя? – устало спросил наместник.

– Я не предсказываю будущего. Вы же видите, что я стараюсь, Дейл, – не спешила я раздавать обещания.

– Хорошо. Если вдруг возникнут осложнения, я прошу сообщить мне об этом хотя бы за день, чтобы я подготовился к последствиям, – попросил чиновник.

– Ладно. Но как я это сделаю? У меня нет вашего контакта, – ответила я.

– Я сброшу вам адрес и допуск. При любом вопросе, обращайтесь сразу. Я найду способ уделить вам внимание. И спасибо за откровенность, Арина, – ответил мне наместник, покидая меня.

И что это было? К чему этот странный разговор?

Арина

К моменту моего прихода Шад сидел за рабочим столом, изучая какие-то непонятные схемы.

– Ты сильно занят? – поинтересовалась я у мужа, останавливаясь на пороге.

– Нет. Ничего срочного. К тому же я уже заканчивал. Проходи. Почему ты без Сейма и Рама? – спросил мой док, взмахом руки, сворачивая объёмные виртуальные панели.

– Я попросила их подождать снаружи. Хотела с тобой поговорить наедине, – призналась я

– Иди ко мне, – позвал меня Шад, раскрывая объятия. – О чём ты хотела поговорить? – спросил Шад, усаживая меня к себе на колени.

– О Сейме и Раме, – ответила я, нервно кусая губы.

– Вот как? А что с ними не так? Опять появились разногласия? – уточнил муж, внимательно наблюдая за мной.

– Нет. Не в этом дело. Блин! До чего же неловко! – досадовала я, не зная, как начать разговор.

– Ты меня интригуешь. Они что-то сделали, что тебя опять смутило? – стал задавать наводящие вопросы Шад.

– Нет. Просто они ждут моего внимания. Ну... ты понимаешь, – ответила я, невольно краснея.

– А ты не хочешь? Если так, то тебе не стоит об этом беспокоиться. Ты не обязана удовлетворять чьи-либо потребности, – нахмурился док.

– Ты неправильно понял – мне приятен их интерес, но в моём мире это называлось изменой. Парни мне дороги, но мой муж ты, Шад. Я понимаю, что вы так живёте, но всё равно мне важно знать, что я не предам тебя этим… сближением, – призналась я, замерев в ожидании его реакции.

– Сладкая моя, я же сам тебе посоветовал этих парней. Не могу сказать, что прямо жажду поделиться твоим вниманием, но и не ревную – это было бы просто лицемерно и глупо. Я даже никогда не надеялся обрести жену, тем более такую нежную, добрую и чудесную, как ты, но даже не в этом дело – я рос, зная, что в нашем мире ни один мужчина не может быть у жены единственным. Тебе не нужно волноваться о том, что своим новым выбором или отношениями с помощниками ты меня обидишь, – серьёзно произнёс Шад, крепче прижимая меня к себе. – Кстати, у меня для тебя есть небольшой подарок. Я хотел вручить его ночью, но раз у тебя другие планы, то… – сказал Шад, вынимая из кармана бархатную коробочку.

Внутри на атласной подушечке лежала золотая цепочка с подвеской в виде розы ветров, в центре которой был крупный топаз под цвет моих глаз.

– Какая красота! Это мне? – спросила я, несмело касаясь прохладного камушка.

– Конечно. Это вещь старинная. Её на Марс привезли одни из первых поселенцев с Земли. Тебе нравится? – спросил муж, внимательно глядя на меня.

– Ещё спрашиваешь! Мне никто никогда не дарил такой роскоши. Спасибо, – от души поблагодарила я Шада.

– Мне будет приятно, если ты будешь его носить, – сказал муж, застёгивая цепочку на моей шее.

– Значит, я не буду её снимать, – ответила я, нежно целуя своего мужчину.

В дверь осторожно постучали, а потом заглянул Рам.

– Мы уже идём, – Ответил Шад на немой вопрос помощника.

– Чего хотел от тебя наместник Карвер? – спросил Сейм, когда мы все разместились в флайте.

– Его беспокоит отбор, – уклончиво ответила я, не желая рассказывать о нашей договорённости с Дейлом.

– Странно, что к тебе такое повышенное внимание муниципалитета, – прокомментировал мои слова Рам.

– Ничего странного. На Арину возлагают большие надежды наши учёные-генетики, – вместо меня ответил Шад. – Мне нужно в город по делам. Рам, составишь мне компанию? Мы могли бы завезти Сейма и Арину домой и уехать на пару часиков, – решил помочь мне мой чуткий муж.

– Зачем? – не сразу понял дока блондин, но увидев выразительный взгляд Шада быстро сориентировался. – Разумеется, доктор, – поспешно добавил он.

Нас с Сеймом высадили у порога дома, после чего флайт унёс мужа и второго помощника.

– Ты голодна? – спросил парень, едва мы вошли внутрь.

– Нет. Я наелась пирожными, но хочу принять ванну – смыть с себя все эти сальные взгляды, – передёрнула я плечами.

– Хорошо. Тебе так не нравятся кандидаты? Может написать заявку на замену части претендентов? – поинтересовался помощник, пропуская меня в ванную комнату.

– Не знаю. Можно. Хотя и не понимаю, чем мне это поможет: просто одни незнакомцы сменятся другими, – безразлично пожала я плечами, позволяя Сейму снять с меня платье.

– И всё же я думаю, что есть смысл попытаться. Предложенные мужчины слишком расчётливые и холодные для тебя. Я подумаю, как сформулировать новую заявку, если ты позволишь, – предложил мой заботливый помощник.

– Хорошо. Но сейчас я не хочу думать о них, – сказала я, скользя ладонями по обнажённому торсу парня.

– Ты уверена? – спросил Сейм при этом, противореча себе, прикусил губу от нетерпения.

Никогда раньше не думала, что мужчина может желать глазами, но парень, не имея возможности возбудиться физически, просто поедал меня взглядом, умоляя не отступать. Я уже достаточно хорошо изучила своих мужчин, чтобы понимать, что Сейм отчаянно боится того, что я всё же передумаю.

– Ты хочешь, чтобы я прекратила? – спросила я, поддразнивая помощника.

– Нет! Прошу, не останавливайся, – торопливо воскликнул Сейм, заставляя меня улыбнуться.

– Прости. Не удержалась. Расслабься немного. Тебе не нужно так нервничать, – сказала я, скользнув рукой к дурацкому колечку контроллера, чтобы отключить его.

Если честно, я предпочла бы видеть Сейма и Рама без этих жутковатых приборов. Учиться уступать им, подстраиваться под желания мужчин, знать, что и когда их возбуждает. Мне не хватало естественности их реакций и это несколько смущало, как и необходимость касаться неэрегированных членов.

– Как бы я хотела, чтобы этого на вас с Рамом не было, – призналась я, поглаживая стремительно наливающий ствол, стараясь не задеть контроллер.

– Для нас это необходимость. Было бы мучительно трогать тебя, желать, но при этом не иметь возможности соблазнять тебя. Мы бы навязывали тебе свои потребности, – ответил Сейм, поднимая меня на руки, чтобы занести в воду.

– Так было честно и правильно. Отношения близких людей предусматривают взаимность: раз вы мне дарите своё внимание, то должны получать взамен моё. Это странно чувствовать на себе ваши нежные прикосновения, видеть обнажённые тела, но знать, что вы меня не хотите, пока я не отключу эту штуку. Я даже задумывалась о том, сами ли вы меня желаете, или контроллер вызывает насильственное возбуждение, при касании, – поведала я Сейму о своих страхах.

– Мы всегда тебя хотим, даже когда не имеем возможности возбудиться. Прибор только сдерживает, но не стимулирует. Ты поэтому не хочешь играть с нами чаще? Сомневаешься в наших чувствах? – спросил мужчина, удерживая мой взгляд.

– Отчасти. Мне хотелось бы, чтобы вы сами проявляли инициативу. Вы не игрушки, чтобы пользоваться вами тогда, когда у меня есть настроение. Понимаешь меня? – спросила я, пряча лицо на груди помощника, не зная, как передать, что этот разговор был для меня интимнее секса.

– Кажется, да. К сожалению, мы не можем снимать прибор, но могу тебя заверить, что без него я не выпускал бы тебя из постели сутками. Нежил бы тебя, ласкал, чтобы видеть, как ты прикусываешь в нетерпении губу, как на щеках загорается румянец, чтобы слышать, как сладко ты стонешь подо мной. Я так многого хочу с тобой, Арина, – с каким-то отчаянием признался Сейм, накрывая мои губы поцелуем.

Больше мы не тратили времени на разговоры. Насколько сдержанным и предупредительным Сейм был в быту, настолько же страстным, необузданным и щедрым любовником он оказался в постели. Как пара животных, мы набрасывались друг на друга, стремясь получить сразу всё, беря и отдаваясь без каких-либо ограничений – дико, жадно, но при этом почти болезненно сладко. Не в силах остановиться, мы двигались даже тогда, когда достигали слепящих наслаждением разрядок, перемежая моменты обжигающей страсти, щемящей нежностью.

– Мы привезли ужин! – громко крикнул Рам, едва войдя в дом, заставляя нас слаженно застонать от досады.

– Ещё один раз? – в унисон произнесли мы, и вместе рассмеялись, прижимаясь друг к другу.

Арина

– О чём ты задумалась? – спросил меня Шад, удобнее размещая на своих коленях.

– До конца первой недели отбора осталось два дня, а у меня так и нет желания связаться хоть с одним из тех кандидатов, что предоставил Муниципалитет, – честно ответила я, глядя в смотровое окно флайта.

Там внизу мелькали виды идеального города, но я пока не нашла возможности даже просто прогуляться по нему. Уже стемнело и на небесном куполе ярко светились проекции Фобоса и Деймоса.

– Ну и что? Тебе просто нужно больше времени, чтобы с ними познакомиться. Нет никакого ограничения по срокам отбора. Может, стоит встречаться с ними тет-а-тет? – уточнил муж, зарываясь носом в мои волосы.

– Больше времени… – эхом повторила я, думая о своём.

Если честно, то я сомневалась, что дополнительная неделя что-то решит, потому что просто не хотела сближения с другими мужчинами. Если первое время кандидаты проявляли лишь вежливый интерес, то теперь некоторые из них перешли к более активным действиям, желая добиться моего внимания. Часть из них, как тот пепельноволосый предприниматель, попытались задобрить меня дорогими подарками, которые я, естественно, не приняла. Другие стали кидать сальные взгляды и предлагать уединиться, чтобы так сказать протестировать их способности. Фу! Мерзость! Поэтому оставаться с этими маньяками наедине я не спешила.

Вообще-то я не ханжа, но подобный цинизм от мужчин, которые по идее хотят связать со мной жизнь – это за гранью добра и зла в моём понимании.

– Сейм с Рамом написали, что задержатся. Чем бы ты хотела заняться? Может, сходим в ресторан? Или на смотровую площадку? – предложил Шад.

Моего мужа, наконец, отпустили в заслуженный отпуск, поэтому сегодня меня сопровождал он. А помощники взяли выходной, чтобы навестить свои семьи.

– Наверное, в другой раз. Мне нужно поговорить с Дейлом Карвером. Как задать флайту новый маршрут? – спросила я, отыскивая на своём коммуникаторе файлы, полученные от наместника.

– Откуда у тебя адрес его личной резиденции? – удивлённо спросил Шад, посмотрев на высветившиеся данные.

– Сам дал вместе с пропуском, – пожала я плечами.

– По-хорошему надо бы сделать запрос на посещение, но номер его коммуникатора у тебя не определился. У меня нет настолько высоких связей, но раз наместник сам предоставил тебе допуск, то это не будет нарушением, – задумчиво произнёс Шад, вбивая данные в модуль управления машиной.

Дом наместника располагался несколько обособленно. Естественно, мы всё ещё были под куполом, но вылетели за пределы города. Под флайтом мелькали ровные разноцветные клетки сельскохозяйственных ячеек, следом за ними шли фруктовые сады и пруды с технической водой для полива растений, а за ними, на холме стоял особняк. В тусклом свете вечернего освещения дом Карвера выделялся особенно ярко на фоне идеального зеленовато-голубого газона. Строение было в несколько раз больше нашего дома, но дизайном очень напоминало его – тоже много света и пространства.

На входе приветливым зелёным огоньком мелькнул индикатор, и мы вместе с Шадом вошли в жилище наместника. Сама идти я не рискнула – и так не понятно насколько прилично было так просто заявиться. Если честно, я полагала, что Дейл дал мне адрес офиса, но поговорить всё же было нужно, поэтому я не стала отступать.

Судя по громкому голосу, доносившемуся откуда-то со стороны, где у нас располагалась гостиная, мужчина был дома и с кем-то беседовал, что уже хорошо. Было бы неловко застать его отдыхающим.

Мы с Шадом пошли на звук голосов, и уже собирались постучать в дверь гостиной, когда я остановила руку мужа, услышав от собеседника Дейла своё имя.

– Что планируешь делать со своей зазнобой Ариной? Слышал, что девчонка подала заявку на смену кандидатов в связи с несоответствием её психотипу. Очень сомневаюсь, что она выполнит условия вашего соглашения, – произнёс визави наместника.

– А что я могу ей сделать? Буду уговаривать, наверное, – устало отозвался Карвер.

– Вдруг эта непредсказуемая девица возьмёт и назовёт твоё имя, Дейл? А что? Ты того же возраста, что и её доктор. Может, она просто любит мужиков постарше, – с иронией в голосе, предположил незнакомец.

– Даже не смешно, Вил. После того, как я угрожал отнять помощников и лишить практики её драгоценного Пирса, я буду последним мужчиной Нового Марса, на которого она обратит внимание, – признался наместник, заставляя Шада бросить на меня сердито-вопросительный взгляд.

Я только пожала плечами и приложила палец к губам, призывая мужа молчать.

– А ты бы хотел? Я видел, какими глазами ты смотришь на девчонку. Похоже, что мой жестокосердный друг ты всё же дал слабину. А что? Ты другой линии, нежели Пирс и даже её помощники. Пообещаешь своей Арине разрешить брак с блондинистым Рамом Девлином, сам станешь мужем, а потом уже спокойно подберёте ещё парочку сосупругов. У прессы ещё два скандальных выбора – помощник и наместник, ты счастлив, у девчонки отсрочка и все при деле, – не понятно то ли издевался, то ли действительно предлагал как вариант событий неизвестный Вил.

– Ты так мстишь за мои прежние подколы над твоей женитьбой? Я уже готов предложить ей что угодно, чтобы она только кого-нибудь выбрала. На прошлом Совете Минорд вообще вынес предложение признать Арину недееспособной и отменить все её права. Якобы её издевательства над кандидатами говорят о том, что девушка неспособна принимать самостоятельные решения, и вообще психически неуравновешенна. Он же впихнул в этот список троих своих родственников, а она забраковала их одними из первых. И самое неприятное, что у этой идеи быстро нашлись сторонники. Какой-то докторишко-психолог даже подогнал теорию о том, что её адаптация к современным условиям невозможна, типа, как приучить динозавра пользоваться коммуникатором. Это было бы даже смешно, если бы не давало некоторым личностям слишком большую власть над Ариной. Они сделают из неё просто живой инкубатор! – возмутился Дейл.

– Я слышал об этом, но ведь это пока только один Минорд. Его мало кто воспринимает всерьёз, – ответил собеседник Дейла, заставляя ледяной ком в моей груди немного оттаять.

– Дарс и Говард его наверняка поддержат. Ведь в этом случае она фактически станет живой собственностью колонии и попадёт к ним в руки. Естественно, они прикроются принципами гуманности и ещё каким-нибудь бредом, но это не изменит сути – они уничтожат Арину. Она не такая, как наши женщины. Подобное решение её убьёт, – ответил Карвер, заставляя Шада побелеть до синевы.

– Пойдём отсюда, – едва слышно произнёс мой муж, буквально утаскивая меня из особняка.

До флайта мы почти бежали, вернее, бежал Шад, а я пыталась поспевать за ним.

– Куда мы сейчас? Может, стоило остаться и поговорить? – спросила я, когда машина уже тронулась.

– Туда, где тебя не найдут. Я и так позволил им слишком долго издеваться над тобой, – решительно произнёс муж, разгоняя флайт до предельной скорости.

Арина

– О чём говорил Карвер? Он угрожал тебе нашими судьбами? Почему ты мне ничего не рассказала? – кипя от гнева, спросил Шад.

– Зачем? Чтобы ты чувствовал себя виноватым или сотворил какую-нибудь глупость? – нахохлившись, спросила я.

– Неужели ты решила, что карьера для меня важнее тебя, Арина? А Сейм и Рам? Они могли бы быть просто рядом с тобой, даже без утверждения. Тогда бы им платил я, а не Муниципалитет. Ты не должна была жертвовать собой ради нас! Что ты пообещала наместнику? – строго спросил муж, не желая успокаиваться.

– Не саботировать отбор и выбрать ещё четверых мужей – по одному каждую неделю, – призналась я.

– Ладно. Это всё уже не важно. Тебя никто больше будет заставлять. Мы улетим за пределы купола. Там не так комфортно, как в городе, но зато никто не сможет на тебя давить. Или ты хочешь остаться? – спросил Шад.

– Не говори глупостей. Отсутствием удобств меня не напугаешь, но как же Рам и Сейм? – уточнила я.

Когда-то меня раздражало их присутствие, но сейчас я боялась потерять своих парней.

– Спросим у них. Захотят – поедут с нами. Только контролеры придётся снять, они отслеживаются. Ты готова принять их мужьями? – спросил док, внимательно глядя на меня.

– Они и так мои. Для меня нет разницы мужья или помощники – мы делим быт, постель, я испытываю к ним чувства, – призналась я, с опаской ожидая, как мужчина отреагирует.

– Значит, решено, – ответил муж, привычным жестом притягивая меня к себе на колени.

– А как же ты, Шад? Ты ведь потеряешь всё, чего добился, – не могла не спросить я.

– Главное, что я не потеряю тебя, – отозвался он, крепче сжимая меня в объятиях.

Мне было страшно. Не успела я привыкнуть к одним обстоятельствам, как они уже менялись, и немного боязно, что Рам с Сеймом не захотят бежать вместе с нами, но всё равно я вздохнула немного свободнее, осознавая, что Шад ради меня готов на всё.

Не знаю, что мы будем делать за пределами купола. Кому, как не мне известно, насколько суров Марс. Надеюсь, Шад знает, что делает.

К моменту нашего прибытия помощники уже были дома.

– Доктор Пирс, что-то случилось? – спросил Рам, заметив настроение Шада.

– Случилось. Своим согласием на отбор Арина выкупала наше благополучие. Если она не будет послушно выбирать по одному мужу пять недель подряд, то её, скорее всего, признают недееспособной. Мы улетаем за пределы Нового Марса. Если вы с нами, то я сниму с вас контроллеры и все чипы. Вы тоже станете мужьями, но шансов вернуться уже не будет. Решайте, что вам важнее. Времени двадцать минут. Всё звонки и сообщения на ближайшее время будут блокированы, – отрывисто и предельно ясно объяснил Шад.

– Я с вами, – не задумываясь, ответил Рам.

– Это даже не обсуждается. Я помогу собраться, – уверенно произнёс Сейм и бросился бегом в спальню, скидывая наиболее практичные вещи в объёмные пакеты.

– Шад, ты же в курсе, что одних вещей за пределами купола недостаточно? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Не переживай, любимая. Марс гораздо более обитаем, чем озвучено официальными властями, – усмехнулся муж и поцеловал меня в кончик носа.

– Ты думаешь, нам там будут рады? – спросила я.

Дело не в том, что я не хотела уходить, просто опасалась за наши жизни.

– У меня там есть друзья. Не беспокойся. Нас не прогонят, – заверил меня муж.

Всё-таки Шад удивителен – решителен, силён, умён и, как выяснилось, полон тайн и сюрпризов.

За панелью, которую я считала просто зеркалом, обнаружился целый склад медикаментов и непонятных приборов. Шад взял один из них и подозвал сначала Рама, потом Сейма, проводя какие-то манипуляции с их хм… контроллерами. Поморщившись, парни оделись, а мой муж невозмутимо начал складывать содержимое схрона в сумку.

– В ближайшие пару дней секс им противопоказан. У нас мало времени. Все готовы? – спросил Шад, обводя нас строгим взглядом.

– Да, – дружным хором ответили мы.

– Коммуникаторы всем снять. Никаких передатчиков и средств связи, – отдал следующую команду наш командир, а потом просканировал нас другим аппаратом, после чего вынул у каждого из нас из-под кожи в районе шеи крошечные чипы. – Поехали, – сказал Шад, легко подхватывая сразу несколько тяжёлых на вид сумок. Остальное забрали парни, а я просто пошла за ними.

На флайте мы долетели до окраины города, где пересели в непрезентабельный внешне летательный аппарат с ободранной краской и небольшими вмятинами на корпусе, но внутри эта машина оказалась вполне чистой и даже более просторной, чем предыдущая.

Через пару часов мы миновали поля, фермы и водохранилище, оказавшись у края купола.

То, что издали виделось лишь радужной плёнкой, укрывавшей небо, вблизи оказалось массивным щитом, состоявшим из крупных шестиугольных сегментов, соединённых хитрыми конструкциями из металла и магнитов.

Практически из ниоткуда появился человек в военной форме Нового Марса и со странной маской на лице.

– Док. Опять на прогулку? Надолго улетаешь? – хриплым голосом спросил мужчина.

– Навсегда. В этот раз меня будут искать. Будь осторожен, друг, – ответил Шад.

– Как всегда. Удачи, док. Жаль, что больше не увидимся, – отозвался незнакомец, нажимая на панель. Секция сдвинулась в сторону, открывая проезд в узкий коридор, в который едва проходил наш неуклюжий флайт.

Пару минут мы летели в кромешной тьме, а потом оказались под небом, неприкрытым куполом. Датчики нашей машины блеснули красным, выдавая информацию, что за пределами салона условия, неоптимальные для жизни пассажиров, но в смотровом окне был виден Марс – настоящий, непричёсанный и отполированный, а такой, как нам показывали в учебных фильмах.

– Добро пожаловать на Марс, – сама себе сказала я, и улыбнулась, почувствовав, как меня обнимают сильные руки Шада.

Арина

Неказистый с виду флайт развил приличную скорость, но всё равно мы летели довольно долго, пока машина не нырнула в глубокое ущелье, приземлившись в просторном гроте.

– Я извещу о нашем прибытии, – сказал Шад, набирая что-то на панели флайта. Буквально через несколько минут платформа под нами шумно завибрировала, опускаясь вместе с летательным аппаратом в какую-то шахту.

Датчики на виртпанели, активированной Шадом, блеснули зелёным, после чего муж открыл дверь, выпуская нас в каком-то подземном бункере. Рядом с машиной, на которой мы прибыли, стояло ещё два потрёпанных жизнью аппарата. Шад вышел первым и галантно подал мне руку.

– Надо немного подождать. Нас должны проводить, – сказал муж, разминая мне затёкшие плечи.

Воздух пах пылью. Из помещения были выходы в три округлых тёмных тоннеля. Из одного из них вскоре появился высокий плечистый мужчина. Его хмурое лицо заросло бородой, и вообще незнакомец выглядел угрожающе.

– Ты привёл компанию, док? Забавная кукла. Не смог расстаться, – с усмешкой спросил этот медведь, с любопытством рассматривая меня, а парней едва удостоил взглядом.

– Сам ты кукла, – огрызнулась я.

Незнакомец удивлённо распахнул миндалевидные карие глаза и стал бесцеремонно разглядывать меня.

– Будь вежливей, дружище. Знакомься – это моя жена Арина и сосупруги Сейм и Рам. Этот лохматый тип – один из моих друзей отшельников Айк, – представил нас Шад.

Я по привычке протянула руку, рассчитывая на рукопожатие, но этот медведеподобный мужик приложил свою огромную ладонь, как бы сравнивая наши габариты, а потом осторожно пощупал мои пальцы, после чего нахмурился.

– Ты в своём уме? Зачем ты притащил сюда женщину, да ещё и такую мелкую? – недовольно пробасил Айк, не выпуская мою ладонь из своей лапищи.

– Это долгая история и я не хочу повторять её дважды. Может, пригласишь нас в дом? Мы устали и прибыли надолго. Скорее всего, навсегда. И отпусти руку Арины. Ты смущаешь мою супругу, – отозвался Шад.

– Пошли, – буркнул этот медведь, нехотя отпуская мою конечность.

Мужчины подхватили сумки, после чего Айк повёл нас вглубь того тоннеля, откуда появился.

По полу каменного коридора проходило что-то напоминающее монорельсу. На потолке располагались редкие небольшие лампы. Они светили неярко, но всё же разгоняли темноту. Тоннель извивался змеёй, то плавно уходя вниз, то поворачивая, то поднимаясь снова вверх.

Айк шёл быстро. Со своими ста семьюдесятью пятью сантиметров я значительно уступала в росте своим мужьям, а хозяин этих мест был выше меня более чем на голову. Естественно мне было трудно за ними поспевать, но я не жаловалась. Тем более, учитывая то, что он иногда оглядывался и сбавлял темп своих размашистых шагов.

– В той норе, где ты останавливался раньше, мало места для вас четверых, а на то, чтобы подготовить комнату новую уйдёт время. Вам придётся пока потесниться, – предупредил Шада Айк, когда мы вышли к просторной светлой пещере.

– Хорошо. Дашь пару спальников. Есть что-нибудь перекусить для Арины? Мы собирались в спешке, – попросил муж.

– Что-нибудь придумаем, но сам понимаешь, изысков не держим, – оглянувшись на меня, произнёс

– Не переживай. Арина не капризная, – ответил Шад, вызывая у бородатого скептическую усмешку. – А где Лин? – уточнил Шад, оглядываясь по сторонам.

– Чистит линзу. День обещает быть солнечным. Как раз вовремя. Батареи требуют подзарядки, – ответил Айк, но я мало поняла из его слов.

– Хорошо. Как думаешь, скоро он спустится? – поинтересовался Шад.

– Я уже тут и жажду объяснений, чего ради ты привёл с собой компанию? У нас здесь не курорт для зажравшихся мажоров, – грубо отозвался неизвестно откуда появившийся мужчина потрясающей красоты.

Я не шучу – просто потрясающей. Мои мужья очень привлекательные парни, да и за дни отбора я привыкла к выдающейся стати марсиан, но этот… в нём цепляло буквально всё – колкий взгляд серых глаз, ленивая грация хищника, волевое лицо, идеальная светлая кожа, собранные в низкий хвост блестящие русые волосы. Даже старенькую пропылённую одежду он носил так, будто одет во фрак.

– Не хами, Лин. Это моя семья, и мы будем здесь жить, – недовольно ответил Шад, крепче прижимая меня к себе.

– Тебе больше негде поселиться? Неужто, успел растратить своё многомиллионное наследство? Что жена обошлась слишком дорого? – продолжал жалить словами красавчик, угодив в точку, ведь это из-за меня Шад лишился всего.

– Хватит, Лин! Ты что не видишь, с ним ожившая Белоснежка? Я её тоже не сразу узнал. Док слишком умный, чтобы просто просадить деньги. У него что-то случилось и если заткнёшься, то узнаем что именно, – резко оборвал хама бородатый великан.

– Белоснежка?! Ты всё-таки сумел её разморозить! – резко сменил тон красавчик, разглядывая меня с новым интересом. В серых глазах незнакомца светился исследовательский восторг. Как будто он увидел… ну, ожившего динозавра, наверное. – И вправду она. Какая миленькая! – сюсюкался он, потянувшись к моей щеке.

Я отбила мужскую ладонь, сердито глядя парня.

– Моё имя Арина, и я не люблю, когда обо мне говорят так, будто меня здесь нет. Что значит – не узнал? Вы видели меня в криокапсуле? – сердито спросила я хама, но тот только сильнее умилился, расплываясь в глуповатой улыбке. Прямо, как док, когда я разморозилась.

– Нам всем нужно спокойно поговорить. Лин, прекрати нервировать мою жену. Пошлите на кухню. Айк обещал Арине бутерброд, – прервал наши гляделки Шад, увлекая меня вслед за бородатым здоровяком в один из проходов.

Арина

Здешняя кухня оказалась просторной пещерой, оборудованной вполне привычными холодильниками, варочной панелью, столами, мойкой и какими-то приборами, назначения которых я не знала. Судя по размеру стола и длинным лавочкам, помещение было рассчитано на то, чтобы обслуживать потребности минимум двух десятков человек.

В отличие от идеальной я бы даже сказала скрипящей чистоты особняка Шада, здесь царил творческий бардак. Откровенной антисанитарии не было, но мойка была завалена грязной посудой. На столешнице стояли какие-то ополовиненные банки и пачки с непортящимся хлебом.

Мы с мужьями присели на одну из лавочек. Я выбрала место между Сеймом и Рамом, чтобы не мешать Шаду общаться с друзьями.

Лохматый великан молча открыл холодильник, извлекая из него контейнер и бутылку с соусом, а потом направился к разделочной доске. Помыв руки, мужчина вынул из пластиковой ёмкости большой кусок запечённого мяса и принялся нарезать его крупными чисто мужскими «кусочками», укладывая на такие же «скромные» ломти хлеба и щедро сдабривая их содержимым соусника. Сложив сэндвичи на блюдо, Айк поставил его прямо передо мной.

Гигантские бутерброды выглядели не слишком эстетично, но пахли вкусно, поэтому я, не тратя времени на сомнения, взяла один и впилась зубами, наслаждаясь пряным вкусом мяса, кисло-сладким соусом и мягким хлебом. Возможно, я просто проголодалась, но уже давно я так не наслаждалась пищей.

Парни не спешили присоединяться ко мне, поэтому я красноречиво подвинула блюдо сначала Сейму, потом Раму и передала дальше Шаду, но он уже начал свой рассказ, поэтому еду пока игнорировал.

Док, в ставшей уже привычной для меня сдержанной манере, рассказывал хозяевам шахты о том, что происходило с момента моего пробуждения. Русоволосый красавчик слушал молча, бросая на меня то удивлённые, то задумчивые взгляды. Бородатый великан иногда уточнял непонятные ему моменты, уделив особое внимание личному интересу Дейла Карвера в отношении меня.

– Думаешь, угроза лишить Белоснежку прав и сделать собственностью колонии была реальной? Ведь наместник, судя по всему, не поддерживал и активно противился подобному варианту развития событий, – высказал своё сомнение Айк, присаживаясь напротив меня.

– Не знаю, но не собираюсь ждать, когда в мой дом придёт стража, чтобы отнять жену. Они всё равно попытались бы навязать кого-нибудь Арине в мужья. Девушка слишком важна для них, поэтому нас никогда не оставили бы в покое, а малышке и так трудно принять реалии нашей жизни, – хмуро ответил Шад.

– Я всё понимаю, но теперь у Муниципалитета развязаны руки. Если они вас найдут, то наверняка отнимут у тебя Белоснежку, да и для неё последствия не ясны. Ты сам сказал, что девушка слишком важна, поэтому они не перестанут искать. Я только рад, что вы будете жить по соседству, но согласись – здесь в заброшенных шахтах не так удобно и уютно, как под куполом. Как скоро Арина устанет от пребывания в нашем унылом доме? Ни ты, ни бывшие помощники тоже не сможете больше покинуть шахты, не рискуя быть обнаруженными, – поддержал Айка Лин.

– Я знал, на что иду. Они тоже, – упрямо выставив подбородок, ответил Шад.

– Ты знал, а она? Может, ещё не поздно вам вернуться? – предложил великан.

– Нет! Я думаю, что уже поздно, но даже если это не так, то не хочу возвращаться. Это ужасно смотреть на чужих мужчин и мысленно каждый день примерять на них роль одного из мужей. Я не могла выбрать за неделю, и вторая неделя отсрочки тоже бы ничего не решила. Я так просто не смогу. А насчёт удобств не беспокойтесь – я улетала на Марс, не рассчитывая встретиться здесь с чем-то лучшим, чем песок и голые скалы, поэтому шахта – это уже практически курорт, – возразила я, встревая в разговор мужчин.

– Возможно. Но как долго тебя будут устраивать подобные условия? Год? Два? А что будет, если ты забеременеешь, и когда родятся дети? – допытывался Айк.

– Они будут меня устраивать всегда. Наши дети… они будут свободнее здесь, где они будут просто девочками и мальчиками, а не подопытными образцами новых генных линий. Они будут расти, взрослеть рядом с нами и вами. Только от того, как мы их воспитаем, и какие ценности привьём, будет зависеть то, какими людьми они станут. Потом они сами решат вернуться ли под купол или остаться здесь, – честно ответила я.

Все пятеро мужчин смотрели на меня в полном молчании. Если честно, то всерьёз о возможных детях я пока не думала, хотя, скорее всего, напрасно ведь я жила активной половой жизнью с тремя партнёрами и не предохранялась. Не знаю, считаются ли контроллеры.

– Ладно. Уже поздно, а вы наверняка измотаны после долгой дороги. Сейчас как-нибудь устроим вас, а завтра займёмся ремонтом большой спальни, – первым нарушил молчание Лин, направляясь к выходу из кухни.

– А что это за история с Белоснежкой? Почему вы так меня называете? – поспешила я спросить у Айка, пока и он не смылся.

– Хм. Ну, мы обнаружили твою капсулу уже давно. Она наполовину вмёрзла в ледяную жилу. Мы боялись, что если извлечём твой саркофаг, то ты наверняка погибнешь. Приходили иногда посмотреть, как ты спишь, пока док не придумал способ оживить тебя. Потом мы извлекли капсулу и отвезли её в другую действующую шахту, а Шад нанял и шахтёров разыграл целый спектакль с твоей «находкой». Теперь там активно работают археологи. Ищут экипаж твоего модуля, – немного смутившись, признался здоровяк.

– Ясно, – задумчиво ответила я.

Вопросов у меня было много, но день выдался слишком насыщенным событиями, поэтому я решила задать их позже, а пока взяв за руку своего старшего супруга, я пошла вслед за мужчинами.

Пещера, куда привёл нас Айк, оказалась совсем небольшой. Из обстановки там была только узкая кровать, тумбочка и письменный стол. Посовещавшись, мы решили кровать пока вообще убрать и легли на пол, застелив его матрасами и спальными мешками.

Помня, что парням два дня противопоказано возбуждаться, я прижалась к Шаду и впервые за долгое время спокойно уснула, не опасаясь грядущего дня, а предвкушая его. И в первую очередь у меня был запланирован допрос одного гениального, но скрытного доктора, о котором, как выяснилось, я вообще ничего не знаю.

Арина

Не люблю спать в одежде – постоянно что-нибудь перекручивается и мешает, но обстановка не сильно располагала к раздеванию. В итоге я просыпалась и бесконечно долго ворочалась, пока меня не прижал к своему тёплому боку Шад, даря чувство защиты и уверенности. Естественно, утро нового дня я встретила, обнаружив себя практически забравшейся на мужа.

Шад не спал. Он думал о чём-то своём и рассеянно поглаживал мою хм… попу, сминая её сильной ладонью через мягкую ткань спортивных брюк.

– О чём задумался? – хрипло ото сна спросила я.

– О нас, – ответил муж, подтягивая меня повыше, чтобы я оседлала его бёдра.

– О том, как я умудрилась за пару недель разрушить жизнь преуспевающего и загадочного доктора Пирса? – пытаясь прикрыть улыбкой свою неуверенность, спросила я.

– Нет. О том, что ты сказала там, на кухне. О наших возможных детях. Я до этого не задумывался о такой вероятности. Не исключал, конечно, но и не понимал, что я реально могу стать отцом маленького мальчика или девочки. И знаешь, что я для себя выяснил? – спросил Шад, нежно поглаживая мою щёку.

– Что? – послушно переспросила я.

– Я их очень хочу. Кудрявых золотоволосых малышек и мальчиков, похожих на нас с Сеймом, Рама или других мужчин, которых ты примешь, – ответил мой доктор.

– Каких ещё мужчин? Мы же планируем жить здесь, не выходя на поверхность. И наши дети, скорее всего, унаследуют отдельные наши черты, но будут совершенно другими, – ответила я, с удивлением рассматривая загадочную улыбочку Шада.

– Ты искушаешь меня приступить к их зачатию прямо сейчас, – промурлыкал муж, ловко меняясь со мной местами.

– Ну, уж нет. Сначала душ, а потом ты задолжал нам обстоятельный рассказ о том, что ещё скрывает доктор Шад Пирс, – запротестовала я, упираясь руками в грудь мужа. Романтика – это хорошо, но с утра нужно привести себя в порядок. – Кстати, куда делись Рам с Сеймом? – уточнила я, заметив, что мы одни.

– Они давно встали и пошли помогать Айку расчищать большую пещеру. Там была общая спальня для рабочих, – невозмутимо ответил Шад.

– И ты молчал? Все уже работают, а мы валяемся, – с упрёком произнесла я, выбираясь из объятий мужа.

– Айк запретил тебя будить. Из меня так себе помощник, поэтому оставили беречь тебя, – нехотя признался док, вставая с нашего настила.

– Ладно. Значит, уберём на кухне и приготовим завтрак. Для этого особых навыков не требуется. И всё-таки что насчёт душа? Мне нужно освежиться, – напомнила я.

– Здесь есть нечто получше душа. Пошли, – позвал меня Шад.

К счастью далеко идти не пришлось. Мы свернули в один из коридоров и вскоре вышли к небольшой пещере с горячим источником. Определённо это был не природный резервуар, поскольку вода поступала через систему трубопровода и очищалась системами фильтрации, которые я уже видела в доме Шада.

Возле бассейна стояли удобные лавочки и вешалки для одежды и полотенец, а неподалёку обнаружилась и заветная дверь к прочим удобствам.

– Я часто вспоминаю, как ты затащила меня в ванную. Жаль, не было возможности повторить наше совместное купание, – через некоторое время проворковал Шад, прижимая меня к округлому тёплому бортику бассейна, а его боевой настрой упирался мне в низ живота, красноречиво демонстрируя желание мужа.

– Я тоже. Мне любопытно: если бы я не приласкала тебя тогда, ты так бы и продолжал вести себя, как обычный врач? И это после того, как столько времени и сил потратил на то, чтобы вернуть меня к жизни? Почему? – спросила я.

– Ты действительно сейчас хочешь об этом поговорить? – с какой-то почти детской обидой спросил Шад, намекая на своё возбуждённое состояние.

– Да. Сейчас. А если ты честно и без своих фирменных утаек ответишь на все мои вопросы, то получишь награду – томно сказала я, обхватывая губами указательный палец мужа, чтобы наглядно продемонстрировать каким именно будет поощрение.

К сожалению, на большее у нас просто не было времени, но эту ласку я дарила Шаду только в наш первый раз и, насколько помню, он её оценил.

– Я даже готов признаться в том, что стащил отцовский флайт и разбил его о рекламный щит, только быстро, – с хриплым стоном сказал муж, поедая меня голодными глазами.

Глядя на нетерпение Шада, я и сама возбудилась, желая поскорее приступить к задуманному.

– Ладно. Выдам тебе вознаграждение авансом, но позже увильнуть от ответов у тебя не получится, муж мой, – игриво пригрозила я, повернувшись к краю бассейна. – Сядь сюда, – попросила я, похлопав по полированному камню бортика.

Шад поспешил выполнить мою просьбу. Мужчина откинулся на руки, пустив меня между своих бёдер. Получилось вполне удобно.

– Ты сегодня такой нетерпеливый, – дразнила я Шада, лаская крепкие мужские бёдра, обрисовывая чёткие кубики пресса, но, нарочно не касаясь подрагивающего налитого члена.

– Пытки запрещены конвенцией Нового Марса, – тяжело дыша, сказал Шад, когда я стала целовать низ его живота, бархатистую кожу мошонки, как будто случайно едва задевая губами напряжённую мужскую плоть.

– Мы в заброшенной шахте. Тебе здесь некому пожаловаться, – продолжала дурачиться я, наслаждаясь тихими мужскими стонами.

– Жестокая, – изгибаясь, простонал Шад.

Решив, что уже достаточно играться, я обхватила губами покрасневшую от напряжения головку и насадилась ртом на член мужа, насколько позволяли мои, скромные в этом вопросе, умения.

Шад приглушённо вскрикнул, инстинктивно подаваясь бёдрами мне навстречу. Больше не мешкая, я уверенно двигалась, даря мужу удовольствие. Шад осторожно сжимал мои мокрые волосы, вздрагивал и стонал, открыто транслируя своё наслаждение.

– Арина! Я сейчас, – вскрикнул муж, напрягаясь в преддверии разрядки. Я не остановилась, разделяя с его кульминацию, но моё внимание привлёк резкий вздох, донёсшийся со стороны входа купальню.

Выпустив изо рта всё ещё напряжённый член Шада, я повернула голову и встретилась взглядом с Айком.

Непонятно, как долго он наблюдал за нами, но явно не только вошёл. Великан тяжело дышал, на резких скулах горел румянец, его карие глаза потемнели до черноты, а свободные штаны натягивал внушительный бугор.

– Ой! – тихо пискнула я, инстинктивно прикрывая ладонями грудь.

Мужчина покраснел ещё сильнее и поспешил скрыться.

– Неудобно вышло, – пробормотала я, всё ещё ошеломлённому ярким оргазмом Шаду.

Как-то не подумала я, что это общая купальня и кто-нибудь может войти.

Арина

– Я готова сквозь землю провалиться. Как теперь смотреть ему в глаза? – досадовала я, когда мы чистые и одетые шли на кухню.

– Брось. Ничего ужасного не произошло. Айк – взрослый мальчик. Ты не сломаешь ему психику видом своей красивой груди, – не проникся моим смущением Шад, нагло улыбаясь мне.

– Я не шучу, хватит дурачиться! – возмутилась я.

– Я сама серьёзность. Если бы он не хотел на нас смотреть, мог вежливо удалиться. Значит, Айку нравилось то, что он видел, – ещё сильнее озадачил меня своим ответом муж.

– Иногда ты просто невыносим! – возмутилась я, разглядывая донельзя довольное лицо Шада.

Так целуясь и припираясь, мы добрались до кухни. К моему огромному облегчению, ни хозяев шахты, ни Сейма с Рамом там не было, зато гора тарелок в раковине изрядно выросла. Распределив обязанности, мы с Шадом взялись за дело: ему досталась уборка и мытьё посуды, а я взялась готовить.

Не могу сказать, что я великий повар, но сделать жаркое и отварить макароны вполне в состоянии, чем и занялась. Почистив овощи и подготовив всё необходимое, я увидела, что кое-кто основательно схитрил: вся работа Шада свелась к тому, что он загрузил посудомоечную машину и включил робот-очиститель, который планомерно удалял загрязнения сначала со столов, а потом и с пола, пока мой муж углубился в чтение на каком-то потёртом планшете.

– Ты не забыл, что задолжал мне ответы? – спросила я, вынимая из рук мужа игрушку.

– Ты ничего не спрашивала, – лукаво улыбнулся Шад. Было непривычно, но приятно видеть своего серьёзного и строгого доктора таким бесшабашным и игривым.

– Хорошо, значит, я спрошу. Как ты познакомился с Айком и Лином? Откуда вообще узнал об этом месте? Расскажи о себе всё. Стыдно признаться, но я практически ничего о тебе не знаю. Самое время познакомиться, не находишь? – усмехнулась я.

– Ну, на самом деле, история моей первой встречи с парнями немного грустная. Я был обычным избалованным наследником богатого семейства. Мама была очень состоятельной, но обладала хрупким здоровьем, поэтому у неё было всего двое мужей и степенный немолодой помощник. Собственно, из-за любви к маме я и выучился на врача. Мы жили на удивление дружно, но, к моему сожалению, ни братьев, ни сестёр у меня нет. Когда мне исполнилось двадцать пять лет, родители возвращались с концерта, но из-за технической неисправности их флайт разбился и я неожиданно остался совсем один. Я сильно горевал и не мог справиться с одиночеством. Начал искать опасные развлечения, заигрывал со смертью. Имея значительные финансовые возможности, я их легко находил. Завёл разные сомнительные контакты, когда увлёкся нелегальными гонками за пределами купола, – нехотя вспоминал Шад.

– Айк и Лин были одними из них – этих знакомств? – задала я наводящий вопрос, когда муж надолго замолчал, вспоминая прошлое.

– Нет. Однажды я напился и направил машину, куда глаза глядят. Жалея себя в алкогольном угаре, я не обратил внимания на предупреждения компьютера и угодил в песчаную бурю. К счастью, мой флайт был оснащён новейшей системой стабилизации, поэтому пыльный шторм я пережил, но оказался посреди скал без топлива и возможности подать сигнал кому-либо под куполом. Включив сигнальный маячок, я без особой надежды ждал смерти. Тогда и выяснил, что совершенно не хочу погибать, а потом, когда я потерял сознание от голода и обезвоживания, сидя в запертом пространстве кабины, меня нашёл Айк. Он засёк сигнал моего маяка и привёз сюда. Они с Лином уже несколько месяцев жили в этих шахтах. Они выходили меня, а я начал заботиться о парнях – привозил продукты, оборудование. А потом показали мне тебя, и я нашёл новый смысл жизни: они стали семьёй, а ты мечтой, – мягко улыбнулся Шад.

Я внимательно слушала, отвлекаясь только на помешивание нашего будущего обеда, но вопросов меньше не становилось.

– Тогда почему потратив столько времени и сил на то, чтобы вернуть меня к жизни, ты не хотел даже попробовать поухаживать за мной, ну или дать понять, что я для тебя не просто пациент? – повторила я свой недавний вопрос.

– Ну, это сложно. Я читал твоё досье, видел тебя много раз, изучил всё, что касалось здоровья твоего тела, но когда ты открыла глаза, то внезапно выяснил, что совершенно не знаю настоящую тебя, – признался Шад.

– Был разочарован? – уточнила я, помня, что док не очень-то радовался моим бесконечным вызовам.

– Нет, не разочарован. Просто мечта вроде бы и сбылась, но при этом я не имел возможности быть рядом. Понимал, что мне не позволят претендовать на место в твоём сердце. Был растерян, понимая, что, в какой-то мере потерял тебя. Потом смущён своими нежданно проснувшимися эмоциями, после того, как ты коснулась меня. Запутанно, да? – спросил Шад.

– Ну, нашу историю с самого начала можно считать невероятной и даже сказочной. Спасибо, что разбудил, мой принц, – поцеловала я мужа.

– Моей Белоснежке было мало простого поцелуя. Можно сказать, что это ты воспитала из меня учёного, Арина, – сказал Шад, отвечая на мою нежную ласку.

– Обед, – напомнила я, когда мы немного увлеклись.

Нехотя отпустив меня, муж откинулся на спинку лавочки.

– У тебя остались ещё вопросы, жена моя? – уточнил Шад.

– А как Айк с Лином здесь оказались? – спросила я.

– Пусть сами тебе рассказывают. Это не моя история, Арина. Спроси лучше у Лина, – посоветовал мне муж.

– Хорошо. Я всё равно не смогу спокойно смотреть на Айка, после сегодняшнего купания, – призналась я.

– Чем тут так аппетитно пахнет? – спросил вошедший на кухню Рам, нарушая наше уединение, а вслед за ним вошли Сейм и высокомерный красавчик Лин, но бородатого великана с ними не было.

– Арина готовит жаркое. А где Айк? – уточнил Шад, озвучивая мои мысли.

– Он сказал, что неголоден. И вообще выглядел неважно, нервный какой-то. Может, осмотришь его, док? – ответил Лин, присаживаясь напротив Шада.

– Конечно. Пойду, загляну к нему, – отозвался мой старший муж, покидая нас.

Арина

Я не собиралась подслушивать. Вот, честно-честно. Похоже, это уже входит у меня в привычку – стоять под дверью и с жадностью внимать тому, что говорят обо мне другие, но учитывая то, что я услышала, от приобретённого навыка отказываться не стоит.

Как только Шад удалился, я попросила Рама присмотреть за почти готовым мясом и направилась вслед за мужем. К счастью, Сейм за мной не пошёл, но выйдя в коридор-тоннель, я поняла, что понятия не имею, где находится комната Айка, поэтому шла, прислушиваясь к мужским голосам.

Зачем вообще последовала за ним? Хотела вместе с Шадом извиниться перед великаном и забыть эту неловкую ситуацию. Странновато конечно, что Айк так остро отреагировал на увиденное, но и мы изрядно перегнули палку. Всё-таки это мы приехали в дом двух одиноких молодых мужчин и устроили безобразие в общей купальне.

– Я специально не пошёл на обед. Надеялся, что ты придёшь один. Ты не представляешь, Шад, как я сейчас близок к тому, чтобы врезать тебе по наглой хитросделанной… – громко возмущался хозяин комнаты.

Только док его перебил, не давая уточнить чему:

– Брось, брат. Чего ты кипятишься?

– Ты... Не надо мне тут делать невинное лицо! Ты специально всё это подстроил! Ладно, сцену в ванной – хоть и непонятно для чего ты решил мне показать этот кусочек твоей частной жизни с Ариной, но зачем ты вообще притащил девушку сюда? Не надо нести чушь про угрозу лишения её гражданских прав. Я не учёный и не академик, но даже я понимаю, что наместник не допустил бы наихудшего исхода. В случае реальной угрозы он мог просто подключить к решению вопроса медиаканалы и легко избавил бы девушку от притязаний Совета. Ты воспользовался её растерянностью и доверием. Зачем?! – последнее слово великан рявкнул так громко, что я заметно дёрнулась.

– Я ошибся, показав Арину этим стервятникам. Надо было купить оборудование и вывести её из криосна здесь, но я не рискнул. А ещё, был слишком тщеславен – хотел похвастаться своим открытием, но в итоге сам едва не лишился нашей Белоснежки. Она была нашей общей мечтой. И не ври мне, что не фантазировал о прекрасной девушке, спящей во льдах. Я видел, какими глазами вы с Лином разглядывали её за тонкой перегородкой заиндевевшего стекла, – шокировал меня своим ответом Шад. Это что получается – он привёз меня сюда специально?

Из-за двери послышался какой-то грохот и приглушённые звуки ударов.

– Как ты мог, тупой ты засранец?! Ты решил всё за Арину! Это не был её выбор, а ты запугал девчонку и ещё и этих двоих притащил. Для чего? Чтобы мы увидели ожившую Белоснежку? – орал на Шада Айк.

– Нет! Ей там было плохо! Ты не видел, какая она приходила после каждого дня отбора: уставшая, задумчивая, как будто у неё снова по крупице отнимали саму жизнь. Думаешь, малышке стало бы лучше, когда она вынужденно назвала мужем какого-нибудь расчётливого мажора, который бы манипулировал ею. Это Арина ещё не сталкивалась с богатыми семействами и всеми их правилами и требованиями. Я не сумел бы защитить её от них всех, ведь стал бы просто одним из мужей. Нет ни единого шанса, что нас оставили бы в покое и не навязали ей ещё кого-то, – привёл вполне разумные доводы Шад, немного снижая градус моей собственной обиды и злости на этого манипулятора.

– Даже если и так, ты должен был открыто с ней поговорить, предложить девушке самой сделать выбор, а не решать всё единолично. Жить за пределами купола непросто. А если она устанет от изоляции или захочет развлечений? Что ты ей сможешь дать? А как она будет рожать? Ты предохраняешься? – спросил Айк.

Если честно, не ожидала от этого большого и неуклюжего на вид мужчины такой чуткости и цепкого ума, но он определённо завоевал моё уважение.

– Выбор? Ты уверен, что нужно было взваливать это на её плечи? В любом случае, я принял это решение, и я понесу за него ответственность. Если Арине здесь будет плохо, я верну её назад. И нет, не предохранялся. Я врач и могу принять роды, – заверил Айка Шад, а через секунду послышался звонкий шлепок подзатыльника. Надеюсь, великан не отобьёт моему хитропопому мужу мозги.

– Не будь слишком самоуверен, Шад. И для чего ты устроил представление в купальне? – спросил Айк, но судя по голосу, мужчина уже немного остыл. Этот вопрос меня уже тоже очень интересовал.

– Хотел, чтобы она увидела в тебе мужчину, а не просто соседа. И побрейся, в конце концов. Зарос, как дикарь какой-то, – сказал Шад, заставляя Айка зарычать от досады и злости, а меня задохнуться от возмущения.

– Ты вообще в своём уме? Что толку от того, что девушка увидела мой каменный стояк? Раньше у меня был шанс стать ей другом. Так я мог бы с ней проводить вместе время, говорить, а теперь Арина будет меня стесняться, – возразил великан.

– Ты и Лин мне как братья. Хочу, чтобы вы тоже имели возможность обрести счастье. Арина добрая, нежная и умеет любить. Просто дай ей увидеть себя настоящего. Вы хорошие парни, – ответил Шад, смущая меня.

– Это очередная плохая идея, Шад. По крайней мере, относительно меня. Даже если она и захочет, я слишком большой для девочки, – пробормотал Айк.

– Не знаю. Вы могли бы попробовать, – отозвался док. На пару минут воцарилось неловкое молчание. – Ладно, пошли обедать. Арина сама приготовила жаркое и мне не терпится попробовать, – произнёс Шад, заставляя меня заметаться.

Если бы я побежала назад, то мужчины поняли бы, чем я занималась. Не могу сказать, что меня это слишком сильно страшило, но и не хотелось прямо сейчас что-то решать. Нужно было остыть и всё обдумать. Вот только если меня застанут, то выбора уже не будет.

Помощь подоспела оттуда, откуда я не ждала, открылась соседняя дверь, и меня в комнату затянул Лин, жестом показывая не шуметь.

Комнатка была тесной. Скорее это была даже не комната, а какой-то чулан, поэтому мне невольно пришлось прижаться спиной к русоволосому красавчику.

Какое-то время мы молча слушали, как стихают голоса и шаги мужчин.

– Любишь подслушивать, Принцесса? – хриплым шёпотом спросил мужчина.

– Кто бы говорил. Сам-то как здесь оказался? – не поворачиваясь, уточнила я.

– Пошёл провожать тебя, чтобы не заблудилась, – ответил он.

– Сдашь меня? – поинтересовалась я.

– Нет. Ты имела право знать. Что будешь делать? – отозвался Лин.

– Смотреть и думать, – не стала лукавить я.

– Белоснежка, если ты решишь, что для тебя это слишком, если захочешь вернуться, то не делай глупостей. Постесняешься или не пожелаешь сказать Шаду, тогда сообщи о своём решении мне, и я отвезу тебя под купол, – тихо предложил красавчик, заставляя меня удивлённо оглянуться.

– Спасибо, – поблагодарила я мужчину, не зная, что ещё можно ответить. Возвращаться на Новый Марс я определённо не собиралась, но то, что меня не станут удерживать здесь силой, тоже радовало.

– Пошли. Скажем, что ты посещала уборную, а я, как верный пёс, сторожил тебя под дверью, – немного ехидно произнёс Лин, открывая металлическую дверь.

Стараясь хоть немного привести мысли в порядок, я вышла в коридор, направляясь в сторону кухни.

Арина

Когда мы вернулись в столовую, мужчины уже расставили тарелки, а в центре стола стояли приготовленные мной нехитрые блюда. К моей удаче, Шад помогал Айку с нарезкой закусок, а я в это время поспешила занять место между Рамом и Сеймом, поцеловав украдкой своих парней.

– Всё в порядке? – уточнил мой чуткий блондин.

– Да, нормально. Чем вы занимались? Я тоже хочу помогать, – поскорее перевела я тему.

– Мы занимались переоборудованием комнат для нас. А ты и так помогла. У меня слюнки бегут от витающих тут ароматов, – польстил мне Сейм.

Вскоре все расселись за столом и принялись обедать. Мужчины нахваливали мои скромные кулинарные таланты, а я, честно признаться, не чувствовала вкуса еды. Как я не гнала обиду, какие бы доводы сама себе не приводила, а всё равно чувствовала себя обманутой и растерянной.

Я ведь действительно доверяла Шаду безоговорочно, а он действовал за моей спиной, воспользовался случаем, чтобы запугать меня и увезти туда, куда он хотел. Зачем? Док мог просто поговорить со мной. Мы полетели бы к Лину и Айку просто познакомиться, не сжигая при этом мосты. Пусть я ничего особенного под куполом не оставила, но сейчас испытывала иррациональное чувство вины перед Дейлом Карвером. Этот мужчина меня защищал всеми доступными ему способами, а я сбежала, наверняка подставив при этом наместника.

Да и Сейм с Рамом – им-то наверняка было чего лишаться, а Шад поставил их перед нелёгким выбором, не дав времени даже подумать.

– Арина, ты сейчас явно далеко от нас, – отвлёк меня от размышлений Рам.

– Вспоминала свою жизнь на Земле, – соврала я.

– О! Я обожаю Землю. Я столько про неё читал и смотрел. Даже не представляю, как это – дышать воздухом без купола, фильтров, генерирующего кислород оборудования. А океаны – это же настоящее чудо! Всё это многообразие флоры и фауны в заповедных лесах. Не думаю, что я хотел бы жить там, подчиняясь строгим правилам Конфедерации, всё-таки Марс мне ближе, но посмотреть очень бы хотелось, – с каким-то почти детским восторгом признался Лин, окончательно отвлекая меня от самокопания.

– Боюсь, что мы с тобой говорим о разных мирах. Там, конечно, было всё то, что ты перечислил, но я даже не представляю, как моя родная планета выглядит сейчас. Со слов Шада, я проспала более пятисот сорока лет. Наверняка там всё поменялось, – честно ответила я, не желая разочаровывать мужчину.

– Точно. Хочешь, я покажу тебе свою коллекцию фильмов о Земле? Там не так много исторических хроник, но всё же. А когда полетим закупаться, я приобрету новую подборку и посмотрим вместе. Айк не разделяет моего увлечения, а одному смотреть не так весело, – с неожиданным энтузиазмом предложил Лин.

Мужчина и так был невероятно красивым, а с горящими от предвкушения глазами, такой приветливый и открытый… от него невозможно было отвести взгляд.

– Я с удовольствием, но ты разве не занят? Что вы вообще тут делаете? – спросила я, стараясь не смотреть на губы Лина.

– Это шахта водяной жилы. Её оставили. Сейчас кислородный концентрат добывают в основном в космосе из астероидов, а воду в других, более чистых месторождениях. Это дешевле и экологичнее. Мы отремонтировали часть законсервированного оборудования, что-то более современное нам привёз Шад, и мы запустили её на малую мощность. Побочные продукты производства – это горячая вода и воздух. Кроме того, здесь есть залы, где мы выращиваем некоторые овощи, есть фруктовые сады, но это по мелочи, для себя. А в основном мы производим кислородный концентрат – топливо для предприятий. Продаём на чёрном рынке. Там же и скупаем всё необходимое, – пояснил Айк.

Поборов своё смущение, я посмотрела в лицо великана. Мужчина встретил мой взгляд открыто и доброжелательно, давая понять, что неловкий момент, случившийся недавно в купальне, забыт.

– Это здорово! Чем я буду тут заниматься? Я могу помогать в уходе за грядками. Готовлю я посредственно. У меня не было необходимости, да и времени учиться, но кое-что умею. Может, будет какое-то посильное дело для меня на производстве? – уточнила я, заставляя Лина поперхнуться соком.

– У ледника опасно и холодно. Там тебе нечего делать. За грядками следят механизмы. Готовить мы и сами умеем. Ты можешь заниматься любым делом, какое придумаешь: хочешь, специально оборудуем тебе зал для выращивания цветов? У нас ещё есть резервы. Или заведём кроликов – установим специальные раздаточные машины, посадим траву, и пусть бегают. У меня есть хорошая электронная библиотека, а у Лина коллекция фильмов и установлена новая медиасистема. И вам такую же установим, – уговаривал Айк, внимательно наблюдая за моей реакцией. Интересно, чего он ждёт? Истерики?

– Я подумаю. Хочу пока осмотреться. Освоиться, – сказала я, не спеша принимать какие-либо решения.

– Хорошо. И составь список того, что может тебе понадобиться на ближайшую пару недель. Все вы подумайте. Почти все ёмкости уже полные. Мы с Лином скоро поедем к куполу, – сказал великан.

– Так что? Ты пойдёшь со мной смотреть фильмы? Парни как раз скоро закончат работу над вашей комнатой. Посмотришь потом хозяйским взглядом и напишешь, что нужно будет купить, а пока не будешь их отвлекать, – предложил Лин.

– С удовольствием, – согласилась я, не желая находиться сейчас рядом с Шадом. К тому же Лин единственный, кто в курсе моей осведомлённости в коварстве дока.

– А мне что, опять убирать кухню?! – обиженно спросил мой старший супруг.

– А ты хочешь таскать мебель? – уточнил Айк.

– Посуда, так посуда, – быстро передумал док, заставляя меня улыбнуться. Всё-таки домашние дела – это явно не его.

Арина

– Злишься на Шада? – полуутвердительно спросил Лин, едва дверь его комнаты за нами закрылась.

– Конечно, злюсь, – не стала отрицать очевидное.

– Я начинаю жалеть, что скрыл тебя. Наверное, не нужно было вмешиваться, но я побоялся, что в запале вы наговорите друг другу много лишнего. Шад невероятно упрямый и немного вспыльчивый. Он очень умный, Арина, но иногда перегибает палку со своей заботой о нас. Выясни с ним отношения, когда немного успокоишься, – заметно нервничая, попросил Лин.

– Ты обещал мне фильм, – отвернулась я, не желая дальше обсуждать эту тему.

С преувеличенным интересом я разглядывала не очень большую, но вполне уютную комнату. Помещение было поделено на две зоны: спальную с широкой кроватью и гостиную, где стоял удобный на вид диван, небольшой столик и пара кресел-мешков. Выбрав одно из кресел, я совсем неграциозно плюхнулась в него. А что? Всегда хотела такую штуку, но не было причин обзаводиться ею.

– Такс. С чего бы начать? Хочешь посмотреть на теперешнюю Землю? – спросил Лин, листая файлы на своём коммуникаторе непривычной конфигурации.

– Я готова внимать всему, что ты мне покажешь, – пошутила я.

– Значит, это и посмотрим, – резюмировал мужчина, откидывая за спину свои соболиные волосы.

Бросив взгляд на диван, потом на такое же кресло, Лин уселся прямо на пушистый ковёр, вытягивая длинные ноги.

На полукруглом экране, занимавшем всю стену комнаты, оживали очень реалистичные картинки. Диктор красивым голосом вещал про то, что Земля колыбель современного человечества.

– Кстати, забыл спросить: что такого интересного увидел Айк в купальне, что даже мой сдержанный братец так сильно возбудился? Вы безобразничали с Шадом в бассейне? – лукаво стреляя серыми глазищами из-под веера пушистых ресниц, спросил Лин.

Мои щёки предательски заалели, но, судя по коварной улыбке красавчика, он этого и добивался. Засранец! Ладно, в эту игру можно играть и вдвоём.

– Не уверена, что непуганым девственникам Нового Марса стоит знать о таких пошлостях, – ответила я, как бы невзначай скользнув кончиком языка по своим губам.

Улыбка медленно сползла с лица Лина.

– Я не девственник, и не думаю, что ты смогла бы меня удивить извращениями, – уже совсем не игриво, а скорее сердито отозвался парень, делая звук трансляции громче.

Лин полностью отвернулся к экрану, с преувеличенным вниманием смотря на него, и только слишком ровная спина выдавала напряжение парня. Странно. Чем я его задела?

Теряясь в догадках, я так и не сумела сильно вникнуть в происходящее на экране. Мелькали города, страны, леса и реки. Незнакомые названия, непривычная архитектура, странные традиции – ничего на той Земле не напоминало мне прошлого. Разве что природа. К моей огромной радости, человечество справилось с экологическими проблемами и научилось рационально использовать ресурсы, но обзавелось новыми законами и правилами, ограничивавшими свободу граждан ещё сильнее.

Это могло бы быть даже интересно, только меня больше занимал вопрос, что так расстроило Лина? Если он был с настоящей женщиной, значит, должен быть женат. Тогда почему он здесь? Что вообще вынудило двух здравомыслящих работящих парней покинуть купол и поселиться в заброшенной шахте?

Интуиция мне подсказывала, что задавать эти вопросы Лину сейчас будет очень плохой идеей. Даже более чем за час видеоролика мужчина нисколько не расслабился.

– Как думаешь, парни закончили с ремонтом? – спросила я.

– Нет. Айк бы уже позвонил или пришёл. Устала от фильма? Не понравилось? – поинтересовался Лин.

– Интересно, но сейчас не лучшее время для его просмотра. Я всё ещё не могу осознать до конца тот факт, что Шад так со мной поступил, да и увиденное только смутило меня, – честно призналась я.

– Слишком многое изменилось, да? – с толикой сочувствия спросил парень.

– Да, почти всё. Я не готова принять так много перемен сразу. Глупо, да? Умом я и так понимала, что прежнего мира больше нет, но одно дело понимать, а другое – увидеть. Я хочу… домой. Хочется спрятаться ото всех и просто подумать, но где сейчас мой дом? Я думала, что он рядом с Шадом и парнями, но теперь не могу ему больше верить. Это даже хуже обиды, – призналась я, чувствуя неловкость, от того, что обнажила свои эмоции перед малознакомым мужчиной.

В Лине тоже было что-то надломленное, неправильное. Наверное, это сближало меня с ним сейчас.

– Пойдём. Я поделюсь с тобой своим любимым местом. Может, оно не станет твоим домом, но там можно отдохнуть ото всех. Я даже Айку его не показывал, – позвал меня с собой мужчина, подавая руку.

Арина

Лин уверенно повёл меня по петляющим тоннелям. Я не умела ориентироваться в этих лабиринтах. Мне даже сложно сказать поднимались ли мы, или опускались на уровень ниже, но в коридоре стало значительно теплее, а воздух наполнился влагой, как в купальне.

– Сюда, – сказал Лин, увлекая меня в узкий почти незаметный в полумраке коридора проход.

За лазом была просторная пещера. Она была похожа на естественный грот – неровные стены, бугристая поверхность камня под ногами, а сбоку бурлил и шумел стремительный поток горячей воды.

Одним берегом эта подземная река упиралась в скалу, а с другой стороны был выступ метра на три. По нему мы прошли до следующего зала.

После полумрака коридоров по глазам ударил непривычно яркий свет, играющий бликами на парующей поверхности небольшого горячего озера. Вода в него падала с двух метровой высоты, разбрасывая искрящиеся капли и отражаясь радужными бликами на стенах. Красиво. Шум небольшого водопада умиротворял и убаюкивал. Внизу располагалась широкая и ровная площадка, засаженная засажена ровным зелёно-голубым газоном, к ней вела удобная лестница. Из небольших бочонков росли деревца, похожие на пальмы, а под ними был натянут гамак.

– Я построил систему зеркал, чтобы направить и рассеять здесь свет, проникающий через линзу. Вода пригодна для купания, но тут глубоко. Ты умеешь плавать? Мне не хватало солнца, когда мы поселились здесь. В сельскохозяйственных галереях тоже достаточно светло, но там скучно, поэтому я оборудовал для себя небольшой курорт. Айк не одобряет бесполезную трату ресурсов, поэтому я умолчал о нём, – признался Лин.

– Здесь очень красиво. Я никогда не видела ничего подобного. Спасибо, что поделился, – честно сказала я, скидывая обувь. Плавать мне не хотелось, а вот ощутить ногами прохладу травы – очень даже.

Отбросив условности, я легла прямо на мягкий газон, наблюдая за радужными солнечными зайчиками, скользящими по неровному потолку пещеры. Трава холодила стопы, а тёплая влага воздуха смаривала в полусонное состояние, как и мерный шум воды. Лин присел поодаль от меня, не нарушая моего личного пространства. Мы долго молчали.

– Мы приехали сюда из-за меня. Айк был успешным фермером, но бросил всё, чтобы спасти меня. Ты уже видела мне подобных? Мужчин моей генной линии? – спросил Лин, удивляя меня своей откровенностью.

– Нет. Ты очень красивый, – признала я. Это не было похвалой или попыткой заигрывать – просто факт.

– Да, мне часто об этом говорили. Мужчин нашей линии мало, и этому есть причина. Подобных мне мальчиков почти всегда готовят в личные помощники, а рожают в основном от мужей. Мы же эдакие удобные, красивые игрушки для женщин. Мать тоже решилась родить меня от своего помощника. Она надеялась на четвёртую девочку, этой линии они особенно хороши собой, но не расстроилась моему появлению, ведь меня можно было выгодно продать. Сыновей в нашей семье всего двое и три дочери. Это редкая удача, когда столько девочек в одной ячейке. Мы с Айком никогда не были важны для родителей – только сёстры, поэтому мы были близки. Меня отдали на обучение с двенадцати лет, а когда едва исполнилось восемнадцать, отправили в богатый и уважаемый клан помощником юной и избалованной госпожи, – с горечью сказал Лин и снова надолго замолчал.

– Она обижала тебя? Ты ведь мог уйти. Контракт же добровольный, – напомнила я.

– Не совсем так. У Элины был специфический вкус к интимным играм. Я оказался не готов к этому, но боялся отказать. Чувствовал себя испачканным, использованным. Эта грязь поглощала меня всё глубже. Потом в ход пошли алкоголь и запрещённые препараты, и всё стало ещё хуже. Тогда я сбежал домой. Молил родителей выплатить неустойку и разорвать контракт, но услышал только упрёки. К счастью в тот день с очередной данью семье прилетел Айк. Он старший и всегда был решительным, но у него не было тогда нужной суммы, поэтому он просто увёз меня сюда. Айк покупал концентрат на чёрном рынке. Там и добыл сведения о пригодных для жизни шахтах, – нехотя признался мужчина, отведя взгляд в сторону.

Бездна! А я ему про извращения намекала. Везёт же мне попадать в подобные ситуации.

– Эм… Лин, я просто целовала Шада. Ну, оральные ласки. Минет. Понимаешь? – сказала я, испытывая неловкость, но пояснить было нужно. Не хочу, чтобы он сравнивал меня с какой-то садисткой.

– Не совсем, но я, кажется, догадываюсь. Это не те… игры. Спасибо, что сказала, – невесело улыбнулся Лин. И снова повисла несколько неловкая пауза, которую прервал звонок коммуникатора парня. – Ремонт закончили и твои мужья волнуются. Нам нужно возвращаться, – сообщил он, вставая и подавая мне руку.

– Спасибо за этот день. Ты мне очень помог, – сказала я, слегка сжимая аристократически узкую ладонь с длинными пальцами.

– Мне было приятно поделиться с тобой этим уголком и тайной. Наверное, я тоже устал чувствовать себя виноватым перед братом, – признался Лин.

– Ты не виноват. Айк прекрасный человек и решительный мужчина. На его месте любой сделал бы это для своей семьи – отозвалась я, следуя за парнем.

Буря эмоций на самом деле немного улеглась в моей душе, и я планировала спокойно поговорить с Шадом.

Арина

Парни изрядно потрудились, превратив пещеру с кроватями-нарами в уютное и удобное помещение. Громоздкие металлические конструкции разобрали и вынесли, а наша постель стояла в дальнем углу комнаты, отгороженная от посторонних взглядов полупрозрачной стеной из полимера, похожего на очень прочное стекло.

Само ложе сделали из нескольких составных секций, и оно приобрело прямо-таки королевский размер. Однотипные шкафы стояли у противоположной стены, не привлекая особого внимания.

Айк пожертвовал нам свою медиасистему и широкий, удобный диван. Матрас сделали из какой-то плотной упругой губки. Как объяснил великан она абсолютно экологична и используется обычно как термозащита для растений, высаживаемых в неоптимальных условиях, поэтому у них на складе имелся целый рулон такого «матраса». Как бы то ни было, но штука была мягкой и удобной.

Не хватало ещё разных мелочей для уюта – покрывал, подушек, постельного белья, пледов, что мы сразу коллективно внесли в список будущих покупок. Нахваливая своих героев, я искренне радовалась тому, как быстро и находчиво они практически из ничего оборудовали прекрасную спальню-гостиную.

– Вы такие молодцы! Спасибо, – радовалась я, целуя своих парней.

Лин стоял рядом с братом, внимательно наблюдая за нами.

– Приятно, но мы были только подсобниками. Айк больше нас заслужил твою признательность. Его тоже поцелуешь? – с хитрой улыбкой спросил Рам.

– Не стоит… – засмущался великан, но я не видела ничего плохого в том, чтобы поблагодарить этого мужчину.

– Обязательно, – перебила я Айка и, взяв его за большую ладонь, подвела к дивану. Скинув туфли, я забралась ногами на сиденье, чтобы иметь возможность дотянуться до щеки великана, а потом обняла за могучую шею и поцеловала его в скулу, борода меня немного смущала. От мужчины приятно пахло парфюмом и вообще, находиться в кольце его сильных рук было неожиданно уютно. Мощь его тела не смущала, а наоборот – дарила чувство защищённости. – Спасибо, Айк. Вы очень много для нас сделали. И извините за… мою неосмотрительность, – всё же попросила я прощения за недавний инцидент.

– Забудьте, – ответил великан, не спеша выпускать меня из своих объятий.

– А меня? Я тоже молодец, – с улыбкой сказал вошедший Шад, чем испортил мне настроение.

– Тебе я отдельную благодарность выпишу, – прошипела я, отстраняясь от Айка.

– Подслушала? – Шад быстро понял, откуда дует ветер, но виноватым не выглядел, только упрямо выдвинул подбородок и поджал губы.

– Поговорим позже, – сказала я, намекая на то, что у нашего разговора есть лишние слушатели.

– Отчего же? Лин, я так понимаю, тоже в курсе нашей с Айком беседы, а Рам и Сейм – не посторонние. Да, я несколько преувеличил опасность, грозившую тебе, чтобы привезти вас сюда. Можешь, злиться на меня, кричать или даже выгнать, но я не буду извиняться. Единственное, о чём я тебя попрошу – это присмотреться к парням, прежде, чем примешь решение вернуться назад, – наигранно спокойно произнёс мой старший муж и только то, как быстро билась жилка на его шее, выдавало волнение Шада.

– Я не собираюсь сейчас совершать какие-либо поспешные действия, но ты не имел права решать за нас всех. Ты даже не пытался поговорить со мной, воспользовался моим доверием в своих интересах! – возмутилась я, спускаясь с дивана.

– Ты права, схитрил и был не прав. А ты? Ты обратилась ко мне за помощью, когда Дейл Карвер поставил тебе это неприемлемое условие с отбором? Или нас с Сеймом и Рамом твой выбор не касался? Что бы ты делала завтра, если бы наместник не перенёс сроки? Выбрала одного из тех мужиков, от которых тебя воротило? А ты читала брачный договор? По нему ты немало должна своим мужьям и это не только секс и дети, а ещё и совместное проживание на территории супруга, соблюдение интересов его клана и прочее. Думаешь, они бы постеснялись предъявить тебе претензию? Здесь тебя никто ни к чему не принудит, – как всегда жёстко высказал свою позицию Шад.

– Ладно я, но Раму с Сеймом было что терять. А так ты не оставил им выбора, – напомнила я.

– Не надо говорить то, чего не было! Я спросил, что им важнее, и парни выбрали самостоятельно. Думаешь, Сейм и Рам потеряли больше, чем приобрели? Здесь они не помощники, а мужья. Они, как и я, могут быть отцами твоих детей, а не прислугой, – не согласился Шад.

– Я не жалею. Айк с Лином не будут на тебя давить, а против наследников благородных семей и муниципалитета мы не сможем тебя защитить, – подтвердил слова дока Рам.

– Согласен с доктором и Рамом, – Сейм был солидарен с мужчинами.

– Ты мог мне честно всё сказать. И Лину с Айком тоже может не нравиться наше соседство. Пока от нас только проблемы, – исчерпав все остальные доводы, я упиралась уже из чистого упрямства.

– Да, именно поэтому Айк не хотел выпускать тебя из своих рук, а Лин целый день бегает вокруг, боясь прикоснуться. Открой глаза, Арина. Они мечтали о тебе, даже не зная. Ты можешь спасти их от одиночества и приобрести преданных и честных мужей, а можешь вернуться под купол и отказаться от меня, потому что я рискнул всем ради своей семьи, – как-то устало произнёс док, собираясь выйти.

Я молча сделала те пару шагов, что разделяли нас, и обняла своего упрямого мужчину за талию, упираясь лицом ему в спину.

– Я не хотела никаких жертв. Почему всё так сложно? – глубоко вздохнула я.

– Ничего хорошего не даётся просто, – изрёк философскую мудрость Шад, накрывая дрожащими пальцами мои ладони. Эта перепалка зацепила моего дока сильнее, чем он хотел показать.

– Арина, я хочу, чтобы ты знала, что тебе нет необходимости принимать меня или Лина. Мы рады уже тому, что не одни в этих пещерах. Можем просто дружить, – предложил Айк, явно испытывая неловкость.

– Спасибо, – едва слышно ответила я, просто не знаю, что ещё можно сказать в подобной ситуации.

Лин и Айк удалились бесшумно, оставляя меня наедине с мужьями.

– Не знаю, как вы, а я планирую протестировать эту систему. Тут хорошая кинотека, – сказал Сейм, устало плюхаясь на диван.

– Принесу всем бутербродов, – предложил Рам, уходя из комнаты.

– Прости меня, Арина, – всё же извинился муж.

– Это я тебе ещё минет в купальне не припомнила, – прошептала я этому интригану и стукнула его, почувствовав, что плечи мужчины вздрагивают от смеха.

– Я за него и извинился, – отозвался этот невозможный упрямец, поворачиваясь ко мне лицом. – Я люблю тебя, Арина. Спасибо, что не бросила меня, – уже серьёзно сказал док, накрывая мои губы нежным поцелуем.

Так нечестно! Почему я не могу на них долго злиться?

Арина

Вечером я даже не дождалась Рама с бутербродами, а просто вырубилась на новой кровати, не снимая одежды. Переживания и злость на Шада меня эмоционально истощили. Неудивительно, что все дневные волнения, догнали меня в царстве грёз.

Мой сон не был полноценным кошмаром, скорее чередой несвязанных выматывающих картин. Сначала я подглядывала за принимающим ванну Айком, с жадностью взирая, как великан моет своё мощное обнажённое тело, потом приснился связанный в стиле БДСМ Лин, а вишенкой на торте стал улетающий в закат Шад. Сами по себе сцены не были тревожными, но во сне они вызывали мучительно острые эмоции, особенно чувство утраты, когда мой невыносимый доктор удалялся от меня.

Проснулась я резко, рывком садясь на кровати и пытаясь унять бешеное сердцебиение. В комнате горел приглушённый свет, а рядом мерно сопел Шад. Сейм и Рам спали поодаль от нас, видимо помня предостережение дока о двухдневном воздержании.

В комнате горел приглушённый свет, поэтому я силилась понять какое сейчас время суток? Как вообще определять время в пещерах без коммуникатора. Надо будет спросить у Айка, может у них есть часы.

– Ты уже проснулась? Чего испугалась? – хрипло ото сна спросил Шад, притягивая меня в свои объятия.

– Приснилось, что мы расстались, – честно ответила я, пряча лицо на груди мужа. С удовольствием вдохнув ставший родным запах его тела, я немного расслабилась, на всякий случай крепко обняв Шада за талию.

– Почему тебя это испугало? Почему ты вообще выбрала меня? – спросил муж, зарываясь пальцами в мои волосы.

– Это сложно объяснить. Не уверена, что ты правильно меня поймёшь, – отозвалась я.

– И всё же? Я хочу это услышать, – настоял Шад.

– Ты красивый мужчина и сначала нравился силой своего характера, уверенностью, я бы даже сказала непоколебимостью – за эти качества я тебя уважаю. Но когда ты пришёл такой растерянный и даже немного испуганный зарождающимися эмоциями, я увидела в тебе своё отражение. Я никогда не позволяла себе глубоких чувств, ведь знала, что скоро улечу с экспедицией, а сейчас… я тоже растеряна, Шад. Мне страшно, оттого, что всё происходит слишком быстро, и нет никакой возможности притормозить. Боюсь того, что не смогу стать для вас той единственной, тем более, когда сожжены мосты и назад дороги нет. Я испытываю к вам, так много, но не умею показывать свои эмоции. Ну, это я опять о себе. А ты… ты просто мой, понимаешь? Я тебя чувствую, скучаю по тебе, когда не вижу. Хочу знать, о чём ты думаешь, чем занимаешься. И вообще разве любят за что-то? Вот ты почему согласился стать моим мужем? – стесняясь собственной внезапной откровенности, спросила я.

– Моя девочка. Моя мечта, – хрипло прошептал Шад, покрывая жадными поцелуями моё лицо.

Рядом громко вздохнул Рам, спеша удалиться, а вслед за ним и Сейм. Шад сочувственно улыбнулся им и отстранился от меня, целуя в кончик носа.

– Парням ещё долго воздерживаться? – спросила я у мужа.

– Вечером посмотрю. Если всё хорошо, то ночью они полностью твои. Ты встаёшь? Уже утро, но можешь ещё поспать. Спешить некуда, – отозвался док, вставая с постели.

– Нет, я выспалась. Шад, ты, на самом деле хочешь, чтобы я приняла ещё Айка с Лином в мужья? – как бы между прочим поинтересовалась я.

– Неважно о чём думаю я, Арина, главное, чтобы этого хотела ты. Мне дороги эти парни и я буду рад, если они станут частью нашей семьи, но только если тебе это будет дарить счастье. Их есть за что любить, – ответил Шад, вынимая из шкафа чистую одежду. – Ладно. Хватит откровений. Нужно привести себя в порядок. Завтра Лин и Айк полетят под купол. Надо помочь им подготовиться, а ты пока ещё хорошо подумай, что из личных вещей тебе нужно купить, – сказал муж.

В этот раз с водными процедурами мы справились по отдельности. Кстати, это был первый раз с момента моего пробуждения, когда мне позволили уединиться в ванной, чему я была несказанно рада. На кухонном столе нас ждало большое блюдо с румяными оладьями и кофе, но братьев и Сейма уже не было.

– Меня оставили готовить обед. Вас, док, просили после завтрака помочь с погрузкой, – сказал Рам, потягивая напиток из большой пузатой кружки.

– Тогда мне стоит поспешить, – не стал спорить Шад, быстро и с удовольствием съедая ароматный кружок теста, щедро сдобрив его джемом.

Док позавтракал и поспешил уйти, оставляя меня с Рамом. Мой серьёзный блондин ловко колдовал у плиты. На предложение помочь, он попросил просто побыть рядом, чтобы он не беспокоился обо мне, поэтому я открыла планшет и стала рассматривать последние файлы.

Скорее всего, планшет был в руках у Лина, потому что был открыт очередной файл с фильмом про фауну Земли. Пока Рам готовил, я с удовольствием наблюдала за поведением хищников, узнавала и как работают современные заповедники.

Первым на кухню вернулся донельзя довольный Шад. Он перехватил какую-то закуску с большого блюда, и присел рядом со мной, заглядывая в планшет. Следом за ним пришёл Сейм, присаживаясь с другой стороны от меня, а потом вошли братья, от вида которых я выронила гаджет.

– Обалдеть… – только и смогла вымолвить я, разглядывая мужчин.

– Тебе не нравится? – смущённо спросил Айк, которого я узнала только благодаря богатырскому телосложению мужчины и по миндалевидным глазам.

– Нравится, – растерянно сказала я, разглядывая его чисто выбритое лицо и короткую стрижку. – Я уже видела парня твоей генной линии, но выглядел несколько иначе, – зачем-то вспомнила я одного из кандидатов в свои супруги – того самого, который упоминал отца и его наставления о будущих поколениях какой-то там семьи. Странно, но тот парень не показался мне настолько… впечатляющим.

– Под куполом нельзя показываться неухоженными, иначе нас примут за разбойников. Поэтому мы привели себя в порядок, – стал оправдываться Лин.

Оба мужчины сейчас были одеты в ставшие привычными костюмы с воротником стойкой, но выглядели при этом сногсшибательно. Возможно, сыграло роль то, что до этого я видела их только в стареньких линялых комбинезонах и немного заросшими, но контраст был разительным.

– Конечно. Исключительно поэтому, – с ехидной улыбочкой произнёс Шад, смущая Айка.

– Вы прекрасно выглядите, – искренне похвалила я братьев, толкая мужа локтем в бок, чтобы угомонился.

– Айк, пригласи Арину прогуляться. Наверняка ей скучно целый день сидеть на кухне, – выдал новое предложение Шад, нагло отнимая у меня планшет.

– Конечно. То есть, если ты хочешь, то я могу… вернее хочу. Я не это хотел сказать, – окончательно стушевался великан.

– Я с удовольствием прогуляюсь с вами, Айк. Покажете мне свои сады и сельскохозяйственные галереи? Лин говорил, что там красиво, – произнесла я, вставая с лавочки.

Взяв Айка под локоток, я отправилась вместе с ним на прогулку.

Арина

Айк шёл медленно, стараясь подстроиться под мой шаг, но иногда забывался, ускоряясь и буквально буксируя меня за собой.

– Извини, я не привык ходить медленно. Ничего, что я перешёл на ты? – уточнил великан, снова сбавляя темп.

– Я только за, – ответила я, озираясь по сторонам.

Не знаю, как Айк с Лином тут ориентируются? Для меня все тоннели были одинаковыми, но вскоре мы вышли в огромный грот.

Как и говорил Лин, в этом зале было очень светло. Я ожидала увидеть привычные грядки, но всё было не так: на многоуровневых галереях росли разные растения, а над ними по тонким трубкам скользили какие-то механизмы.

– Система автономная и контроля не требует. Я прихожу сюда, когда хочу подумать, – отвлёк меня от созерцания Айк, поправляя узкий воротник пиджака. Эта одежда определённо доставляла великану дискомфорт.

– Расстегни, не мучайся. Ты не смутишь меня полоской голой кожи, – посоветовала я, заставляя мужчину покраснеть.

– Тебе нравится меня дразнить, ведь так? – проницательно заметил великан.

– Прости. Ты очень мило смущаешься. Мне непривычно видеть, что взрослые мужчины так остро реагируют на практически безобидные заигрывания, – не стала лукавить я.

– Ты, наверное, считаешь меня глупым. Эдаким неуклюжим медведем, – с грустной улыбкой сказал Айк.

– Нет, не считаю. Я думаю, что ты очень решительный и благородный мужчина, который отказался от собственного будущего, карьеры и возможной семьи ради брата, – честно ответила я.

– Откуда ты знаешь? Шад рассказал? – сердито поинтересовался Айк.

– Нет. Этим поделился со мной Лин, а док наоборот – не сказал про вас ни слова. Только поведал, как вы ему дороги, – призналась я, наблюдая за растерянным выражением на лице Айка.

– Я не думал, что брат когда-нибудь решится поднять эту тему. Тем более с тобой, – озадаченно произнёс Айк, привычным жестом хотел пригладить бороду, но наткнулся большой рукой на бритый подбородок, и немного поморщился.

– Возможно, ему просто хотелось выговориться, – предположила я.

– Лин был слишком молод, когда родители заключили контракт на него, как на помощника. Брату просто не повезло с той девицей, а справиться самому с ситуацией не получилось. Любой на моём месте поступил так же, – пожал широченными плечами Айк.

– Нет. Не любой, и Лин об этом знает. Если честно, я удивилась, когда узнала, что вы братья. Настолько непохожих людей трудно отыскать. И вообще с вашими генными линиями всё очень запутанно: Шад и Сейм на вид почти близнецы, но они не родственники, а вы с Лином – наоборот, – перевела я тему, поскольку не желала лезть в отношения братьев. Пусть поговорят сами.

– Для меня это нормально. А твоя семья? Какими они были? Почему ты решила их оставить и улететь на Марс? – спросил Айк, невольно наступая на мою больную мозоль.

– Мои родители погибли, когда мне едва исполнилось пятнадцать лет, поэтому я не от них улетала. А были они чудесными. Отец очень любил маму. Он так на неё смотрел, как будто не мог налюбоваться, а она всегда нежно улыбалась папе. И это после двадцати лет брака. Я и не мечтала найти мужчину, который полюбит меня так же. Вернее, как и все девчонки, я этого хотела, но мои отношения с парнями не складывались, поэтому после выпуска из детского дома, я решила рискнуть и начать новую жизнь в новом мире. В какой-то мере так и вышло, – преодолевая себя, ответила я откровенностью на откровенность.

– Ты удивительная. Любой мужчина будет любоваться тобой, – сказал Айк, осторожно коснувшись моего плеча.

– Поверь, далеко не любой. На отборе, который для меня устроили, из трёх десятков кандидатов я не нашла ни одного мужчины, который бы смотрел на меня, как на личность, а не на инкубатор, – усмехнулась я, почему-то снова вспоминая цепкие тёмные глаза наместника. Он был единственным, кто видел во мне человека, несмотря на то, что наше знакомство не задалось.

– Они просто тебя не успели узнать. Уверен, что ты растопила бы любое сердце. Чего стоит только наш Шад. Более упрямого, вспыльчивого и неуживчивого человека трудно отыскать, но едва увидев тебя, он изменил полностью свою жизнь, – успокаивал меня Айк.

От этой похвалы у меня невольно зарделись щёки, к счастью, от необходимости что-то отвечать великану меня спасла красивая минорная мелодия, заполнившая звуками всю пещеру.

– Это для растений. Научно доказано, что умиротворяющие звуки и музыка ускоряют рост саженцев и улучшают качество продуктов. Она включается автоматически пару раз в сутки, – торопливо пояснил Айк, видимо опасаясь, что я приму это за ухаживания.

– Хорошо. Пятьсот лет не танцевала. Позволишь тебя пригласить? – с улыбкой сказала я, протягивая Айку ладонь.

– Конечно, только я не умею, – ответил Айк, принимая моё приглашение.

– В этом нет ничего сложного. Просто обними меня, и я покажу, как двигаться, – сказала я, пристраивая вторую руку на груди великана, ведь до плеча мне было сложно дотянуться. Фраза прозвучала несколько двусмысленно, и Айк снова покраснел и напрягся.

– Арина, ты ведь слышала наш разговор с Шадом. Ты мне очень нравишься, но зачем дразнишь? Я не буду навязываться в супруги, лишь хотел больше проводить времени вместе. Я слишком большой. У нас ничего не получится в физическом плане. Я понимаю, что для тебя это флирт, просто развлечение, но мне сложно не надеяться, понимаешь? – отступив от меня на шаг, сказал великан.

– Айк, я не играю. Просто хотела потанцевать. И да, я слышала твоё мнение насчёт несоответствия наших размеров, но не думаю, что ты прав. Ты, конечно, крупный мужчина, но нет ничего невозможного. Ты мне тоже симпатичен, но это не значит, что я готова принять тебя мужем. Если хочешь, мы можем просто общаться, – предложила я, чувствуя себя неловко. – Проводишь меня назад? – спросила я, поворачиваясь к выходу.

В какой-то мере я чувствовала себя разочарованной. Что мне нужно было предпринять в ответ на его заявление? Полезть в трусы с проверкой этого самого размера? Странно это всё и непонятно. Не то, чтобы раньше я не сталкивалась с отказами, но услышать подобное от Айка оказалось неприятно, ведь он мне искренне нравился. Если это было свиданием, то оно с треском провалилось, поэтому хотелось поскорее оказаться подальше отсюда в объятиях своих мужчин.

– Конечно, – так же расстроенно отозвался великан и повел меня обратно длинными коридорами.

Арина

– Чего это у вас такие кислые лица? – полюбопытствовал Шад, едва мы только вошли на кухню.

Стол уже был накрыт, но есть не хотелось совершенно.

– У меня голова разболелась. Пойду к себе, – сказала я, направляясь в спальню.

К счастью, за мной никто не последовал. Всё же в проживании в этой шахте были свои неоспоримые плюсы, и одним из них было то, что парни давали мне немного личной свободы.

Плюхнувшись на диван, я снова и снова прокручивала в голове нашу беседу с Айком. Сейчас я уже не могла с уверенностью сказать, что именно меня расстроило. Мужчина просто был честен, признавая то, что боится надеяться на отношения, а вот я сглупила, забывая, что он, скорее всего, никакого опыта общения с женщинами не имеет. Откуда Айку знать о том, что такие вещи не говорят на первом свидании? Подозреваю, что он о свиданиях и не слышал с современной системой отборов.

Потом опять же любопытно, насколько он большой там? Может мысль потрогать была не такой уж и несостоятельной? Бездна космическая! Я с ума сойду с этими мужчинами!

– Я надеялся, что ты снова спрячешься «в домик», – с улыбкой сказал Рам, присаживаясь рядом со мной. Я только удивлённо посмотрела на своего блондина. – Мне понравилось быть твоим мишкой в полный рост, – пояснил он своё высказывание.

– Ты и так можешь обнимать меня в любое время. Только пусть сначала Шад тебя осмотрит. Не хочу навредить, – отозвалась я, присаживаясь ближе, чтобы спрятаться в надёжных объятиях Рама.

– Док уже нас проверил и снял все запреты, – с улыбкой сообщил мне парень, пересаживая меня на свои колени.

– Хорошо, – сказала я, перекидывая ногу, чтобы оседлать бёдра Рама. Нежные губы моего блондина манили своей сладостью и мягкостью, и я не стала отказывать нам в удовольствии.

– Арина, я так скучал, – прерывисто дыша, произнёс Рам, судорожно лаская меня.

За всем своими волнениями я, действительно, почти не находила времени для самого терпеливого из своих мужчин. Мы так увлеклись, что я не заметила, как осталась в одном белье, сидя на почти обнажённом блондине.

– Я так и знал, что посылать за Ариной Рама было опрометчивым решением, – коварно целуя меня в обнажённое плечо, сказал Шад, а Сейм поддержал его, захватывая в плен ласковых губ моё ухо.

Я нервно дёрнулась, но Рам лишь крепче меня обнял, не давая возможности сбежать.

– Чего ты испугалась? Это же мы. Мы твои мужья и никогда тебя не обидим, – уговаривал меня блондин, покрывая моё лицо нежными поцелуями, в то время, как Шад и Сейм умело распаляли меня более смелыми ласками.

– Что вы делаете? – удивлённо спросила я, не представляя, как себя вести в такой ситуации.

– Ласкаем нашу супругу. Мы же будем жить в одной комнате, спать в одной постели. Нам нужно учиться действовать сообща, – касаясь губами чувствительного местечка под ушком, сказал Шад.

– Эм… вы уверены, что стоит? – спросила я, покрываясь мурашками от обилия приятных ощущений.

– Доверься нам, – искушающе прошептал Сейм, скользя влажным языком от ключицы к груди.

Умелые губы сомкнулись вокруг твёрдой горошины соска, заставляя меня выгнуться навстречу, а вторую вершинку атаковал страстными ласками Рам.

– Ах! – только и смогла произнести я, теряясь в удовольствии.

– Вот так. Не сдерживайся. Стони для нас, девочка, – уговаривал меня Шад, нежно покусывая ставшую невероятно чувствительной шею, пока его ладонь скользнула по моему животу, ныряя под невесомое кружево белья. Ловкие длинные пальцы безошибочно нашли то местечко, от прикосновения к которому меня прострелило острое удовольствие, едва не отправляя за грань. – Не так быстро, любимая. Мы тоже хотим наслаждаться тобой. Приласкай Рама. Видишь, как он тебя желает, – продолжал шептать мой личный змей-искуситель.

Во всём происходящем было что-то такое запретно-порочное: хриплый от возбуждения голос Шада, страстные взгляды Сейма, тихо постанывающий Рам, ловкие пальцы старшего мужа, кружащие вокруг средоточия моей женственности.

Дрожащей рукой, я потянулась к поясу брюк блондина, выпуская из тесного плена ткани напряжённый крупный член. Рам приподнялся, помогая мне столкнуть вниз по ногам ставшую лишней ткань.

– Пойдёмте в кровать. Там будет удобней, – предложил Шад, подхватывая меня на руки.

Док бережно опустил меня на прохладные простыни, медленно стягивая трусики. Рядом расположились обнажённые и возбуждённые Сейм и Рам. Темноволосая голова бывшего помощника опустилась к моему животу, пока блондин взял в плен мои губы, терзая меня жадными, страстными поцелуями.

Это было так сладко, запредельно остро, немного стыдно, но от этого ещё ярче. Я потерялась в ощущениях, с трудом различая, чьи губы горячей влажностью жалят мой пульсирующий клитор, кто нежно мнёт грудь, покручивая возбуждённые соски, чьи пальцы нырнули в истекающую влагой глубину, заставляя меня вскрикнуть прямо в губы Рама.

– Прими меня. Больше не могу терпеть, – тяжело дыша, попросил меня мой блондин, возвращая из той бездны вожделения, в которой я тонула.

– Хочу тебя. Иди ко мне, – неузнаваемо сиплым голосом позвала я.

– Не так. Сядь на меня, – попросил Рам, увлекая за собой.

Блондин вытянулся на кровати во весь свой немалый рост, а его покрасневший от возбуждения член гордо торчал, искушая меня лизнуть блестящую от влаги головку.

– Не надо дразнить Рама. Если хочешь, у тебя есть ещё мы, – остановил меня Шад, как будто читая мои мысли. Впрочем, старший муж всегда безошибочно угадывал мои желания.

Не став больше медлить, я опустилась на бёдра Рама, с трудом принимая в себя такой большой и твёрдый ствол. Наш общий стон только подогрел градус возбуждения. Сейм смотрел, как я медленно двигаюсь, привыкая к размеру блондина, и поглаживал свой член.

– Иди к нам, – позвала я, порочно облизывая губы.

Дважды уговаривать мужа не пришлось, он встал на колени рядом со мной, предоставляя мне возможность ласкать ртом его плоть.

– Арина! Это так… Бездна! Как же хорошо! – сквозь зубы прошипел Сейм, когда я обхватила губами нежную головку.

Весь мир сузился до нестерпимо сладких ощущений: наслаждение от единения тел, тихие стоны, медленное скольжение, солоновато-пряный вкус Сейма, терпкий запах страсти, густо разлитый в воздухе.

Первым сдался Сейм, он отстранился в последний момент, заливая горячим семенем мою грудь, что стало для меня последней каплей, отправляя в слепящую негу оргазма. Рам зафиксировал ладонями мои бёдра, продолжая вбиваться: резко, глубоко, невыносимо прекрасно, пока не излился в меня с громким стоном.

Я вздрагивала от сладостных спазмов снова и снова, с трудом приходя в себя.

– Ну что? Купаться? – спросил Шад, заворачивая меня в простыню, прежде, чем унести во влажную пещеру, пахшую мылом и свежестью.

Арина

– Так что у вас там произошло с Айком? – спросил Шад, усаживая меня на лавочку, чтобы развернуть кокон из простыни.

– Сложности взаимопонимания, – пробормотала я, растеряв благодушное настроение.

– Та-ак… А подробнее? – настоял док, занося меня в горячую воду.

– Я пригласила Айка на танец. Ну, там, в галерее, для растений играет музыка, – не спеша начала я, не зная как объяснить свой промах.

– И что? Он оттоптал тебе ноги? – с улыбкой поинтересовался Шад.

– Нет. Просто сразу стал объяснять мне, что мы не пара. Как будто я пыталась напрашиваться. В общем, странно получилось. Да и я тоже молодец – могла бы сообразить, что опыта в свиданиях у Айка никакого, а я близко к сердцу приняла эту его болезненную честность и попросила вернуться. Вот что мне было делать на его заявление о том, что мы несовместимы? Залезть ему в трусы и проверить? – с досадой спросила я, заставляя Шада тихо рассмеяться.

– Не самый плохой вариант, – улыбнувшись, сказал Шад, медленно распределяя по мне очищающий гель.

– Не смешно. Ты так говоришь, как будто я уже решила взять его в мужья, – из чистого упрямства ворчала я.

– А разве нет? Если тебе безразличен Айк, то почему ты так расстроилась? – уточнил Шад, продолжая невозмутимо лыбиться.

– Как ты иногда меня бесишь, – призналась я, заставляя Шада расплыться в запредельной улыбке.

– Ну вот. А не так давно признавалась мне в любви, – разыграл огорчение муж.

– Одно другому не мешает. А если честно, я думала, что мы с парнями присмотримся друг к другу, походим на свидания и тогда определимся, как быть дальше, – пояснила я свою точку зрения.

– У меня только один вопрос: что такое свидание? – вполне серьёзно спросил Шад.

– Это такая традиция, когда понравившиеся друг другу парень и девушка договариваются о встрече, потом общаются, танцуют или смотрят кино, чтобы понять насколько они друг другу нравятся, и стоит ли дальше строить отношения или расстаться, – как могла, пояснила я.

– Какие глупости. Как хорошо, что у нас эта традиция себя изжила. Зачем это нужно? Я и так в состоянии понять хочу ли я девушку и готов ли ради неё вступить в брак или нет, – хмыкнул Шад, вызывая у меня недоумение.

Я даже хотела было возмутиться, но вовремя вспомнила, что всего за век до моего рождения были приняты долгие ухаживания при дуэньях и компаньонах, а я проспала без малого пять с половиной столетий.

– Ну, исходя из твоей логики, следует, что Айк решил со мной не связываться. Значит, не настолько я ему нужна, – отозвалась я, неожиданно для себя испытывая боль и разочарование.

– Думай, что говоришь. Это же Айк. Он скорее себе руку отрежет, чем причинит тебе боль, а в данный момент здоровяк уверен, что навредит тебе при близости. Он тебя не хочет? А зачем он тогда наблюдал за нами, едва не порвав штаны своей эрекцией? Полагаешь, что он не мог уйти? – возразил док, вызывая у меня иррациональную радость.

– И что дальше? Какой-то замкнутый круг, – посетовала я.

– Быть может, в вашем случае и правда стоит организовать эти свидания. Посмотришь с Айком какой-нибудь романтический фильм, пообщаешься. Заодно проверишь насколько он крупнее нас. Как врач, я полагаю, что ничего невозможного нет, но решать только тебе, – предложил Шад, а его ладони всё чаще скользили по эрогенным зонам, распаляя утихшее желание.

– Решил устроить очередное представление в купальне? – спросила я, придерживая руки мужа.

– Обижаешь. Лин установил датчики движения. Теперь у входа горит красная лампочка, предупреждая, что тут занято, – сказал муж, пересаживая меня на бортик.

– Что ты делаешь? – уточнила я, едва не мурлыча от наслаждения, когда док поставил мою стопу себе на грудь и начал возмутительно приятно разминать сильными пальцами мои ноги.

– Расслабляю супругу – ответил Шад.

Вслед за нажимами и поглаживаниями, по нежным пальчикам скользнули губы и юркий язык, заставляя меня почти корчиться от наслаждения. Я изо всех сил старалась сдерживаться, но всё равно неприлично громко стонала, извиваясь на тёплом полированном камне.

– Пожалуйста, Шад! – вскрикнула я, когда удовольствие стало мучительным, почти невыносимым.

Дважды просить мужа не пришлось. Он ворвался в меня резко, уверенно, заставляя вскрикивать и цепляться за сильные плечи, пока мои ощущения не взорвались ослепительной вспышкой оргазма. Кажется, я кричала, а следом за мной вскрикнул Шад, изливаясь глубоко во мне.

– Если ты расслабишь меня ещё сильнее, то тебе придётся отскребать меня ложкой от бортика, – сорванным от стона голосом прохрипела я, всё ещё вздрагивая от наслаждения.

– Нет. По плану у нас одевание и обед, – сообщил мне Шад, помогая снова спуститься в воду, чтобы смыть с себя следы нашей страсти.

– Хороший план. Мне нравится. Проблема в том, как я дойду на дрожащих ногах до кухни? – ворчливо уточнила я, разрываясь между желанием уснуть прямо тут и утолить проснувшийся голод.

– Я готов носить тебя на руках сколько угодно. Ты лёгкая, – сказал Шад, выполняя своё обещание.

Арина

– Арина, ты в порядке? – обеспокоенно спросил Лин, едва мы вышли из купальни. Мужчина выглядел обеспокоенным и сердитым. На его красивом бледном лице играли желваки, а глаза обещали всевозможные кары Шаду. – Отдай! – потребовал парень, вынимая озадаченную меня из рук супруга.

– Эм… Лин, что случилось? Со мной всё хорошо. Можешь меня опустить, – осторожно предложила я, не понимая, почему мужчина злится.

– Ты кричала. Громко. Если Шад перешёл в своих играх границу, только скажи, – сдержанно произнёс Лин, ещё крепче прижимая меня к себе.

Несмотря на то, что мой «спаситель» внешне держался спокойно, его сердце стучало слишком быстро, а тёмный зрачок сузился до крошечной точки.

Мои щёки залило мучительным румянцем.

«Ну, Шад! Прибью гада!» – мстительно подумала я, не зная, как теперь объясняться с Лином.

– Что здесь происходит? Лин, ты чего схватил Арину? – с тревогой спросил Айк, вышедший откуда-то из тоннеля.

«Бли-ин! Неловко-то как! Вот и что теперь ответить?!» – размышляла я, сгорая от стыда.

Я уже открыла рот, собираясь пояснить произошедшее, но тут Шад громко захохотал и, хлопнув Айка по плечу ушёл на кухню, оставляя меня с братьями в коридоре.

– Лин, успокойся, пожалуйста. Прости, что вела себя… шумно. Это не от боли, просто мне было очень хорошо. Правда, – под внимательным взглядом двух пар глаз почти шёпотом произнесла я.

Мне казалось, что об мои щёки можно обжечься.

– Хорошо, – шумно выдохнув, ответил Лин и понёс меня на кухню.

Несмотря на мои заверения, мужчина отнёс меня подальше от Шада, усадив рядом с довольным Рамом.

– А попросить прощения у меня за несправедливое обвинение? – нагло улыбаясь, уточнил док у Лина, но вместо извинения в Шада полетела круглая булочка. – Принимается, – не обиделся на этот выпад мой старший муж, ловя на лету угощение.

– Шад, прекращай уже свои игры. Мы со всем сами разберёмся, – строго сказал доку Айк, устанавливая на стол супницу.

Док на это заявление только скептически хмыкнул, продолжая лыбиться. Иногда прямо бесит своими интригами и снисходительной улыбкой, но всерьёз злиться на этого манипулятора не получалось. Сейчас, когда Шад перестал быть непоколебимой глыбой, а открылся с разных, пусть и не всегда удобных сторон, он стал мне только ближе.

Отдав должное вкусному и сытному обеду, остаток дня мы посвятили детализации списков всего необходимого, а следующим утром, не тратя времени на прощальные церемонии, братья уехали на двое суток.

Без них время в этих пещерах как будто застыло. Иногда мы гуляли все вчетвером с мужьями, смотрели фильмы, общались, занимались любовью и даже играли в карты. Мне было хорошо и уютно с Шадом, Рамом и Сеймом, но всё равно не хватало Лина и Айка. Я остро ощущала, что их нет дома, и это чувство тревожило меня, заставляло нервничать и тосковать.

Наверное, я всегда была распущенной, а здесь, на Новом Марсе, мои низменные наклонности проснулись и окрепли, иначе как объяснить тот факт, что мне оказалось мало троих мужчин. Шад был раздражающе прав – я уже считала братьев своими, а сейчас, скучая по ним, окончательно осознала этот факт.

Только как действовать дальше? Не могу же я просто заявить двум самостоятельным взрослым мужчинам, что они мои. Да и никаких предложений с их стороны не поступало, наоборот.

– Почему они задерживаются? Может, ты попробуешь связаться с парнями? – спросила я у хмурого Шада, когда вместо оговоренных двух дней, минул третий, а братья так и не вернулись.

– Нет. Подождём ещё, – возразил муж, но тоже выглядел обеспокоенным.

Лин и Айк вернулись поздно ночью, но никто не спал.

– Зачем ты и Арину разбудил? – спросил Айк, потирая шею.

Великан выглядел уставшим: под миндалевидными глазами залегли глубокие тени, а волевой подбородок покрывала тёмная щетина.

– Она вторые сутки не спит. Мы переживали. Что вас задержало? – серьёзно поинтересовался Шад, пока Рам, Сейм и Лин управляли роботами, разгружавшими большой грузовой флайт. Лин бросал на меня украдкой взгляды, но пока не подходил.

– Под куполом неспокойно. На чёрном рынке затишье. Все попрятались и не высовываются, чтобы не попасть под ставшие постоянными рейды. Об исчезновении Арины пока не было объявлений. Наоборот – в галосети постоянно транслируются ваши с ней изображения и делаются ставки на то, кого из кандидатов выберет девушка и сколько будет супругов. Чтобы сбыть товар пришлось потрудиться, а потом мы побоялись скупить всё оптом, особенно проблематично было с товарами для женщины. Приобретали небольшими партиями в разных магазинах, с помощью знакомых, но взяли всего побольше. Лучше повременить с новыми закупками, – отчитался Айк.

– Странно, что наместник скрыл наше исчезновение, – отозвалась я на эти новости.

– Ничего удивительного. Судя по тому, что я слышал от вас, Дейл Карвер заинтересован в тебе лично, поэтому сильно рискует шкурой, чтобы избежать скандала и спасти тебя, Арина. Может, вернётесь? Уверен, он прикроет вашу самодеятельность, – как-то грустно предложил великан.

– Нет. Он не убережёт меня от отбора, к тому же, мне и здесь хорошо, – ответила я и ойкнула от неожиданности, когда меня внезапно сгрёб в объятия Лин, который незаметно подошёл сзади. – Я тоже скучала по вам, – призналась я, поворачиваясь, чтобы поцеловать красавчика в щёку, но он не понял моей задумки, поэтому мы соприкоснулись губами и оба замерли, не решаясь пересечь эту черту.

– Ладно. Целуй Айка, а остальные нежности перенесём на потом. Все устали, нужно отдохнуть, – прервал наши гляделки Шад, утаскивая с собой Лина и парней, оставив меня наедине с великаном.

– Я хочу с тобой поговорить, – одновременно произнесли мы и улыбнулись.

Арина

– Давай сначала ты, – позволила я Айку первому начать разговор.

– Арина, я не умею говорить красиво. Ты не выходишь у меня из головы. Понимаю, насколько это эгоистично, но я рад, что вы останетесь здесь, потому что так смогу хотя бы видеть тебя. Я обидел тебя там, в саду, и это меня гнетёт. Наверное, мои слова звучали, как отказ от тебя, от возможных отношений между нами, но это не так. Я хочу… Бездна, я хочу так многого, что мне становится страшно. Если ты не передумала, то есть, если я тебе ещё нужен, то я могу сделать операцию. Ну, уменьшить свой… – испытывая явное смущение, сказал Айк, бесконечно удивляя меня.

– Не вздумай! – торопливо вскрикнула я, заставляя великана понуриться. – Ты нужен мне, даже очень нужен. Только не надо себя переделывать. Я уверена, что всё у нас и без операций будет хорошо, – добавила я, обнимая мужчину за талию.

– Арина, я боюсь причинить тебе боль, – признался великан, с бесконечной нежностью, касаясь моей щеки. – Не хочу, чтобы ты передумала, – мужчина смотрел на меня с такой надеждой во взгляде, что сердце в груди защемило от чувств.

– Пойдём, – позвала я Айка, боясь струсить и позволить ему и дальше мучиться сомнениями.

– Ты уверена? – уточнил мужчина, когда я предложила пойти к нему в спальню.

– Вполне. Почему ты сомневаешься? – спросила я.

– Я не сомневаюсь. Просто… я не проходил обучение этому. Родители посчитали, что незачем, – настороженно признался Айк, как будто всерьёз опасался, что такая мелочь может стать причиной для моего отказа от него.

– Всё будет хорошо. Доверься мне, – заверила я мужчину, осторожно касаясь его руки.

– Я тебе верю, но мне сложно признавать свои слабости, – ответил Айк, пропуская меня в комнату.

В этом я его понимала. Айк был таким мужчиной, который привык управлять ситуацией и нести за это ответственность, а сейчас ему нужно было отпустить часть контроля.

В комнате великана было пусто. Похоже, что он отдал нам всё, кроме большой кровати и комода.

– Мы ограбили твою спальню? – спросила я, сокращая расстояние между нами.

– Я всё равно не пользовался теми вещами. Фильмы смотрели в основном у Лина. Здесь я только спал, – смущённо ответил Айк, накрывая большой ладонью мои пальцы, которыми я рисовала узоры на широкой груди мужчины.

Не знаю, что это значило для Айка, но он и раньше так делал, как будто сравнивал нас.

– Нервничаешь? – уточнила я, заметив, как часто и сильно бьётся сердце мужчины, собственно я и сама была далеко не спокойна.

– Ты такая маленькая, – произнёс парень, с трепетом касаясь середины ладони нежными губами.

– Айк… – прошептала я имя, как будто пробуя его на вкус. Хотелось сказать так много и вместе с тем промолчать, боясь спугнуть этот хрупкий момент. Воспользовавшись тем, что мужчина наклонился, к моей руке, я потянулась к нему с поцелуем, обвивая свободной рукой могучую мужскую шею.

Мои губы сначала коснулись покрытого жёсткой щетиной подбородка, заставляя Айка вздрогнуть.

Мужчина замер и, кажется, даже перестал дышать, чувствуя, как я целую уголок его губ, как мой язык скользнул по нежной, немного обветренной коже, заставляя его резко втянуть воздух.

Тихий стон, и пушистые ресницы спрятали от меня огненный голодный взгляд карих глаз. Айк отвечал мне неумело, но от этого поцелуй стал только слаще. Мой. В этом мужчине всё было правильно и желанно.

Прервавшись, я потянула Айка к кровати, предлагая великану присесть, чтобы нам было удобней целоваться. Даже в этом положении мужчина оставался немного выше стоящей меня. Его мощь не пугала меня, наоборот – вызывала чувство защищённости и трепета.

Мы ласкали друг друга, как два несдержанных подростка: не снимая одежды, немного хаотично, но от того не менее страстно. Не в силах противиться собственному любопытству, я опустила ладонь, накрывая внушительный бугор эрекции Айка.

Мужчина застонал и напряжённо замер, предоставляя мне возможность изучить себя. Большой мальчик, даже очень большой, но если не спешить, то всё возможно.

Расстегнув застёжку пояса, я освободила его член от мешавшей ткани, с восхищением рассматривая очень крупный ствол с багровой от возбуждения головкой. Мои пальцы едва смыкались вокруг него, ощущая биение пульса в напряжённой плоти.

– Арина… – выдохнул моё имя великан. Сильные руки, обнимавшие мои плечи, ощутимо дрожали. Айк прикусил губу и шумно дышал, наблюдая, как моя ладонь двигает шелковистую кожу по напряжённому до предела члену, как пальцы скользят по гладкой головке, размазывая блестящую каплю предсемени.

Я чувствовала, что мужчина на пределе и не стала его дальше мучать.

– У нас всё получится, Айк. Кончи для меня, не сдерживайся, – хрипло от собственного возбуждения просила я, продолжая двигать ладонью. Айк резко выдохнул и протяжно застонал, дрожа всем телом. Белёсое вязкое семя пролилось на мои руки, наполняя воздух терпким ароматом мужчины. – Ты мой, я смогу тебя принять, – заверила я Айка, обнимая его, пока он приходил в себя после разрядки.

В дверь постучали, а потом заглянул Шад, с улыбкой наблюдая, как мы обнимаемся с Айком.

– Вот вы где! Нечего здесь прятаться. Пойдёмте спать. Я Лина тоже к нам позвал. Завтра всё обсудим, – сказал муж и исчез за дверью раньше, чем мы успели что-то ответить.

– Шад всегда спешит с выводами. Я могу остаться тут, если хочешь, – предложил Айк, бережно вытирая меня влажными салфетками.

– Нет, он прав. Я не хочу больше тянуть. Нам всем надо отдохнуть, – сказала, целуя своего великана, и потянула его за собой.

Я устала сомневаться, смущаться и пытаться подстроить сомнительную мораль прошлой жизни под всё, что случилось со мной здесь, на Новом Марсе. Раз для парней такая семья нормальна, значит, я приму ситуацию такой, какая она есть – не стану отказываться от прекрасных мужчин, подаренных мне судьбой.

Арина

«До чего же хорошо!» – сонно подумала я, потягиваясь, как кошка, под чьими-то ласковыми ладонями.

Кто-то нежно, почти невесомо гладил мои плечи, шею, зарывался пальцами в волосы, рассылая колкие мурашки удовольствия по телу.

Засыпала я между Рамом и Сеймом, которые быстрее всех сориентировались и окружили меня своими сильными горячими телами, но что-то мне подсказывало, что сейчас меня ласкал кто-то из братьев. Приоткрыв один глаз, я украдкой подглядела, как Лин с мечтательной улыбкой рисует узоры на моей коже.

Я и сама спрятала донельзя довольное лицо в подушку, чтобы не показать, что я уже проснулась.

Настроение просто зашкаливало оптимизмом и мне захотелось пошалить – не заняться сексом, хотя и этого не исключала, а просто подурачиться, посмеяться. Извернувшись, я воспользовалась растерянностью мужчины и повалила его на спину. Уселась к Лину на бёдра, а плечи парня придавила к кровати ладонями.

– Сдаёшься?! Моя очередь тебя трогать, – прикусив нижнюю губу, чтобы не рассмеяться сказала я, но моя улыбка быстро померкла.

Лину было ни капли не смешно: парень побелел почти до синевы, а в глазах отразился настоящий ужас.

– Не надо, – прошептал он, ужом выползая из-под меня.

Если честно, я настолько растерялась, что просто скатилась с испуганного мужчины, безмолвно наблюдая, как схватив вещи, он сбежал, даже не став одеваться.

– И что это было? – недоумевая, вслух произнесла я.

Хорошее настроение испарилось без следа. Утренние процедуры я совершала почти автоматически, пытаясь понять, что я сделала не так, а потом…

– Дура! Идиотка! – наконец дошло до меня. От досады стукнула ладонями по шлифованному камню, из которого была вырезана раковина для умывания.

У него же нет положительного опыта в сексе. Я не уточняла, как именно извращалась та девица с юным Лином, но судя по всему, я своей глупой выходкой напомнила ему неприятные моменты. И что теперь делать? Поговорить нужно обязательно, только как его найти?

Остальные мужчины на кухне что-то весело обсуждали, когда я влетела туда.

– Арина, что случилось? Где Лин? – обеспокоенно спросил Шад, сразу оценив выражение моего лица.

– Убежал. Я забыла, вернее не подумала, что он может так отреагировать. Просто проснулась в хорошем настроении и хотела пошутить, – призналась я.

– И что ты сделала? – удивлённо поинтересовался Сейм.

– Ничего такого – просто повалила его на спину и пригрозила, что начну трогать, а Лин, он испугался. Чёрт! Я просто идиотка! Где его теперь искать? Точнее я знаю это место, но не смогу найти туда дорогу, – заполошно поясняла я, нервно мечась по кухне.

– Я знаю, где это. Ты уверена, что тебе нужно сейчас к нему? Может, пусть успокоится? В любом случае это проблема Лина и он должен сам с ней справиться, – сказал Айк, не скрывая своей печали.

– Я ничего не понял. Ну и что такого, что Арина повалила Лина на спину? Девушка просто дурачилась. Мы любим так играть, – удивился Рам, не понимая нашей озабоченности.

– Неважно. Я должна была понять, что так делать не стоит. Айк, отведи меня к нему, – попросила я великана, не став рассказывать о личных проблемах его брата.

Айк шёл быстро, но сейчас я это только приветствовала, поэтому просто бежала рядом.

Когда мы оказались в нужном месте, великан с трудом протиснулся в узкий лаз, а потом подал мне руку, помогая пройти.

– Дальше я сама. Если можешь, подожди минут пять, пока я не удостоверюсь, что Лин тут, иначе я не найду дорогу назад, – попросила я, неподалёку от спуска к небольшому озеру.

В ответ великан только кивнул и присел на большой каменный выступ.

Учитывая то, что ложились спать мы поздно ночью, я понятия не имела, который был час, но гроте царил полумрак. Хотя возможно, что Лин мог сам регулировать освещение. Я не сразу заметила его. Поджав длинные ноги, мужчина сидел на траве между двумя бочками с пальмами.

– Как ты меня нашла? Запомнила дорогу? – как-то грустно и совсем не в тему уточнил Лин.

– Нет. Айк проводил. Он знает о твоём убежище, – честно ответила я, присаживаясь неподалёку, но, стараясь не касаться мужчины.

– Прости. У нас ничего не получится. Как только ты появилась, то свела меня с ума. Никогда такого не испытывал. Не представлял, что вообще могу так отчаянно хотеть кого-то. Так сильно, что забыл о своей ущербности. Подумал, что я справился, что смог оставить прошлое позади, но… ты ведь сама всё видела, – с горечью произнёс Лин.

– Это я должна извиняться. Ты говорил мне, что тебе не повезло в молодости, предупреждал, а я набросилась на тебя со своими неуместными шутками. И я не принимаю твой отказ. Мы попробуем снова, по-другому. Заменим дурные воспоминания хорошими, и ты никогда больше не вспомнишь о той гадине, я обещаю, – заверила я.

– Ты не понимаешь. Этот страх… он сильнее меня, как наваждение. Тебе нет нужды со мной возиться. У тебя есть Шад, Рам, Сейм и с Айком я надеюсь, у вас всё сложится. Зачем тебе мои проблемы? – с тихим отчаянием спросил Лин, но в глазах светилась такая мольба, что если бы я не боялась усугубить его проблему, то обняла бы его.

– Ты думаешь, что у меня нет тараканов, живущих в голове? Полно! А Шад? Ты же знаешь, какой он невозможный манипулятор. Мы все разные, но мы живые, поэтому у каждого свои заморочки. Главное – это хотеть с этим справиться. А ты хочешь? Сможешь с случае отказа смотреть на нас с Айком и парнями и не завидовать, не жалеть о том, что мог быть частью нашей семьи, а не просто другом? – я подло воспользовалась методом старшего мужа, заставляя красавчика вздрогнуть.

– Я хочу этого больше, чем дышать, но как мы это сделаем? – спросил Лин, подвигаясь ко мне ближе.

– Твой страх основан на её доминировании. Свяжи меня – привяжи к кровати. Так ты не будешь чувствовать угрозы? – предложила я, наблюдая, как опаска сменяется надеждой и предвкушением в серых глазах Лина.

Арина

– Можно мне тебя обнять? Сзади, как вчера? – неуверенно спросил Лин, поднимаясь на ноги.

Мужчина подал мне руку, помогая встать и замер, ожидая ответа.

– Конечно. Ты мог и не спрашивать, – улыбнувшись, сказала я, позволяя мужчине ступить мне за спину.

Лин бережно заключил меня в кольцо своих рук и зарылся носом в волосы на макушке, шумно выдохнув от облегчения.

– Спасибо, – тихо произнёс он, крепче прижимая меня к себе.

– Я рад, что вы разобрались, но нам лучше вернуться. Парни наверняка волнуются, да и Арина голодна, – сидя на верхней ступеньке каменной лестницы, произнёс Айк.

– Ты давно здесь? – уточнила я.

– Айк пришёл вместе с тобой. Он не отпустил бы тебя в одну в таком небезопасном месте, – хмыкнул Лин, отступая от меня.

Из пещеры мы выбирались молча: Лин мечтательно улыбался, а его брат бросал на меня задумчивые взгляды.

– Что тебя смущает, Айк? – спросила я, когда мы оказались в тоннеле, а великан так и не прекратил сканировать меня нечитаемым взглядом. Он даже шёл медленнее меня, чтобы не выпускать меня из виду.

– Ты на самом деле позволишь Лину себя связать? Почему? – задал Айк терзавшие его вопросы.

– А что в этом такого? Ему так будет спокойнее, а когда научится доверять, осознает, что больше не будет ни боли, ни унижения, тогда и попробуем обойтись без пут, – пожав плечами, ответила я.

Никогда не считала себя психологом, как и не практиковала подобные игры, но мне было важно переступить через непонимание и наладить наши отношения.

– Я понимаю, что это, скорее всего, решит проблему Лина, но почему ты готова пойти на это? Ты ведь будешь совершенно беспомощна. Неужели не страшно? – допытывался мужчина.

– Почему я должна бояться? Это же Лин и я ему верю. Если на то пошло, то любой из вас значительно сильнее меня. Я в принципе беспомощна перед вами, но никто меня не обижает, – привела я не самый удачный пример, потому что обычно добродушное лицо Айка исказилось гневом.

– Пусть только попробуют, – сквозь зубы прошипел великан.

– Я не это имела в виду. Мне не страшно довериться любому из вас потому, что вы мои, понимаешь? Вот ты боялся бы меня, если бы я привязала тебя, чтобы ласкать и заняться любовью? – спросила я, заставив Айка споткнуться и посмотреть на меня таким голодным взглядом, что сомнений не осталось – согласился бы и ещё помог бы привязать себя.

– Какие занятные темы вы обсуждаете, – с улыбкой произнёс Шад, вышедший нам навстречу. – Парни волнуются. Я решил вас поискать, – пояснил он своё внезапное появление прежде, чем заключил меня в объятия.

– Арина собирается позволить Лину привязать себя к кровати, – без предисловий сообщил Айк, заставляя моего старшего мужа удивлённо поднять брови.

– Неожиданно, но логично. Только сначала вы все подпишете брачный договор. Я уже вписал вас после Рама и Сейма, – озадачил меня Шад. – Что? Не думаешь же ты, что я забыл основной договор нашей ячейки дома? Контракт заключается с первым мужем или мужьями, остальные вносятся по мере их появления, – удивил меня док.

Я пока не вникала в эти тонкости, но прекрасно помню, как в день нашей свадьбы с Шадом мы подписали какой-то очень объёмный документ, но предполагала, что с каждым супругом придётся снова прибегать к этой нудной процедуре, а тут вон как интересно всё придумано.

На кухне умопомрачительно пахло выпечкой и жареным мясом, а на столе чего только не было: стейки, салаты, фрукты и большой торт, украшенный взбитыми сливками и голубоватой местной малиной.

– У вас всё хорошо? – обеспокоенно заглядывая мне в глаза, уточнил Сейм.

– Да, мы разобрались. А по какому поводу пир? – поинтересовалась я.

– Доктор сказал, что ты подпишешь наши страницы контракта, и мы сможем отметить. Или ты передумала брать нас мужьями? – пытаясь за улыбкой спрятать напряжение, спросил Рам.

– Не говорите глупостей. Вам от меня не отвертеться, – с улыбкой «пригрозила» я, целуя по очереди своих бывших помощников.

Современные договоры не печатались на бумаге, а представляли собой тонкие листы пластика, реагирующие на голос. Для меня это было почти волшебство – Шад диктовал условия, а они грамотно формулировались и складывались в пункты соглашения. Подписывался он тоже не чернилами (к счастью и не кровью), а простым прикосновением пальца стороны контракта.

Через полчаса мы закончили с официальной частью, и я поцеловала каждого из своих мужей.

Как ни раздражал меня на нашей с Шадом церемонии гламурный оператор, но я немного жалела, что это момент было некому зафиксировать. Парни выглядели такими счастливыми, собственно, как и я.

Потом мы праздновали. Айк достал из холодильника бутылку вина. В этот раз мой строгий доктор сделал послабление и мне тоже налили бокал голубого напитка с тонким ароматом винограда и малины.

Мы ели, шутили и даже танцевали. Лин включил музыку, и я кружилась в объятиях Шада, Рама, своего великана, потом Сейма.

Потом меня с ложечки кормили вкуснейшим тортом, а когда к десерту добавились поцелуи, он стал ещё более сладким.

– Ладно. Айк, забирай нашу жену. Сегодня твоя брачная ночь, а мы уберём со стола и пойдём к себе, – распорядился док.

Я думала, что Айк опять начнёт смущаться, но великан легко подхватил меня на руки и понёс в свою спальню.

Арина

– Не бойся меня, – попросил Айк, опуская меня на свою постель.

– Почему я должна была испугаться? – с улыбкой уточнила я, притягивая великана к себе.

– Ты такая хрупкая. Уверена, что нам можно попробовать? – спросил Айк, нежно лаская меня большими ладонями.

– Конечно. Только давай пока я буду сверху, – ответила я, медленно расстёгивая магнитные кнопки на его рубашке. Великан, как заворожённый, наблюдал за моими пальчиками на своей груди, даже дышал через раз.

– Всё, что пожелаешь, – с энтузиазмом отозвался Айк, буквально срывая с себя одежду.

Я улыбнулась, наблюдая за тем, с каким нетерпением мужчина спешил раздеться, но как только Айк оказался передо мной обнажённым, мне стало не до смеха. Никогда не видела такой мощи, заключённой в человеческом теле. Мне кажется, даже Давид созданный талантом Микеланджело, стыдливо бы прикрылся, оказавшись рядом с Айком. Такое богатство уж точно не прикроешь фиговым листочком.

– Что-то не так? – уточнил Айк. Видимо, уж очень красноречиво я поедала его глазами.

– Ты… прекрасен, – ответила я, не в силах подобрать достаточно полное определение, чтобы передать моё восхищение. Все мои мужья очень красивые мужчины, но великан поражал именно правильностью, скульптурностью телосложения.

– Я тоже хочу тебя увидеть, – хрипло сказал Айк, присаживаясь на край кровати.

Он потянулся к низу тонкого свитера, который я не глядя одела утром, аккуратно стягивая его с меня. Под кофтой был простой спортивный лифчик. Если бы я знала, что сегодня будет моя первая брачная ночь с Айком, то выбрала бы что-то кружевное и соблазнительное, но, судя по горящему взгляду, у мужчины не было претензий к тому, что он видел.

Я остро ощущала легчайшие прикосновения больших мужских рук и невольно вздрагивала и выгибалась, как кошка в руках ласкового хозяина.

– Такая нежная, такая красивая… – шептал Айк, цепляя пальцами мягкий пояс домашних брюк, чтобы спустить их вниз по ногам. Бельё испарилось с моего тела незаметно, оставляя меня полностью обнажённой перед мужем.

Горячие прикосновения губ, полный обожания взгляд карих глаз, тихий шёпот – Айк сводил с ума своей искренностью, любовью. Даже удивительно, как кто-то настолько сильный может быть трепетно нежным и осторожным.

– Моя очередь тебя ласкать, – сказала я, когда ноги уже дрожали от возбуждения, а в животе тугими спазмами скручивалось желание.

Я толкнула Айка на спину, усаживаясь на бёдра. Его возбуждённый член гордо возвышался над идеальным прессом, доставая мне до пупка. Стало даже немного страшно, от мысли, как это великолепие во мне поместится? Только отступать было поздно.

Я прошлась ладонями по вздымающейся груди, легонько царапнув тёмные горошины сосков, отчего Айк тихо застонал, комкая руками простыни. Потом с огромным удовольствием обвела рельефные мышцы пресса, переходя к нетерпеливо подрагивавшему достоинству. Погладила его, размазывая по стволу блестящую капельку предсемени, а другой рукой коснулась мошонки, осторожно лаская тяжёлую бархатистую плоть.

– Арина, не дразни, пожалуйста. Я на пределе, – тяжело дыша, прохрипел Айк, кусая красные от возбуждения губы.

Решившись, я приподнялась, плавно опускаясь на его большой твёрдый орган.

Это оказалось не так просто: парень был действительно крупным, внушительнее всех, с кем мне доводилось иметь дело. Член вошёл лишь наполовину, но я и не пыталась принять его сразу, а принялась немного двигаться, принимая с каждым толчком всё больше.

– Потерпи чуть-чуть. Мне нужно привыкнуть, – попросила я, на что Айк только кивнул, впившись зубами в свою нижнюю губу.

Он чувствовался мной так остро и так правильно, что на глаза наворачивались слёзы от непереносимого удовольствия. Плавные движения сменились сильными рывками, а наше хриплое дыхание перешло в стоны, пока на нас не поглотила, слепящая в своей яркости, вспышка наслаждения. Я слышала гортанный рык Айка, свой громкий стон, ощущала дрожь мужского тела и сама натянулась звенящей струной, а после упала на грудь Айка, пытаясь вспомнить, как дышать.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – исступлённо пошептал мой великан, покрывая лёгкими поцелуями моё лицо, пока я ещё переживала отголоски оргазма. Вместо ответа я потянулась к искусанным губам, пытаясь поцелуем выразить, как много я сейчас испытывала. – Как ты? Я тебе не навредил? – всё же поинтересовался моим самочувствием Айк.

– Не навредил, но сил продолжать, пока нет. Сейчас я немного приду в себя, и мы попробуем по-другому. Хочешь? – с улыбкой уточнила я, рисуя пальцами узоры на мускулистой груди.

– С тобой я всего хочу: хочу любить тебя всю ночь, целовать каждый твой пальчик, каждый сантиметр твоей нежной кожи, но сейчас я отнесу тебя в ванну, – признался Айк, осторожно перекладывая меня, чтобы уже через мгновенье легко подхватить смеющуюся меня на руки.

В купальне горел приглушённый свет, а на небольшом столике возле лавочки стояли фрукты, вино и закуски. Не хватало только свечей, но, полагаю, что здесь и не слышали о таком пережитке прошлого. Интересно, кто из мужчин побеспокоился о нас? Скорее всего, это был Лин, хотя и Сейм с Рамом с большой симпатией относятся к Айку.

Вообще, меня очень радовало то, что мои мужчины легко нашли общий язык и ладят друг с другом. Не хочу даже представлять, во что превратилась бы моя жизнь, если бы я осталась под куполом и выбрала из предложенных кандидатов.

– О чём ты задумалась с такой загадочной улыбкой на лице? – спросил Айк, погружаясь со мной в воду.

– Вспомнила, как ты подглядывал за мной и Шадом, – соврала я, чтобы не портить романтичный вечер своими размышлениями.

– Не напоминай. Мне до сих пор стыдно, что я не ушёл, но это было так сексуально. Я не мог оторваться, наблюдая за вами, представляя себя на месте Шада, – признался великан, нежно поглаживая меня ладонями, а в живот уже упирался возбуждённый член.

– Впереди ещё вся ночь. Мы попробуем с тобой всё, – пообещала я, толкая мужчину к бортику.

Не знаю, сколько времени мы сходили с ума: ванна сменилась постелью, а потом мы проголодались и пошли на кухню, где сначала утолили голод, а потом занялись любовью на столе. Я не помню, как уснула. Думаю, что вырубилась прямо на руках у Айка, когда он нёс меня разомлевшую и уставшую обратно в спальню, а вот утро следующего дня началось… неожиданно.

Арина

Сладко потянувшись, я замерла, услышав встревоженные голоса мужчин.

– Ты уверен, что ледяной купол выдержит, если мы извлечём корабль? Та жила давно нестабильна. Своды могут рухнуть в любой момент, несмотря на укрепление, – возразил кому-то Айк.

– Не уверен, но этой находкой мы можем купить себе билет обратно на Новый Марс, причём на наших условиях. Только представь – четыре десятка человек экипажа с неизменёнными генами и только Шад владеет технологией их оживления, – возбуждённо произнёс Лин, убеждая брата.

– Это опасно. Я не буду рисковать твоей жизнью ради призрачной возможности спасти экипаж старинного космического корабля. Не спеши обнадёживать остальных. Сначала хочу посмотреть на шахту, – отозвался мой великан.

Они нашли наш посадочный модуль? От волнения сердце пустилось вскачь. Но если Айк прав? Готова ли я рискнуть жизнью кого-то из своих мужчин ради шанса вернуть к жизни друзей? А что если… Вариантов того, что может пойти не так, было слишком много, чтобы я могла не волноваться.

– Как скажешь, брат. Как Арина? Судя по тому, что я слышал, у вас всё сложилось, – перевёл тему Лин.

– Да. Она удивительная: такая нежная, страстная и самоотверженная. Ты же знаешь, что если ты обидишь её, то я лично оторву тебе всё лишнее, несмотря на то, что ты мой брат? – строго предупредил Айк, нежно касаясь моих волос.

– Ты мог об том и не говорить. Я не уверен, что у нас вообще получится, но причинять вреда нашей Белоснежке, я точно не стану. Я вообще удивлён желанию Арины принять меня, несмотря на то, что она узнала о моём прошлом, – спокойно отозвался Лин, присаживаясь на край кровати.

– Наша жена не такая, как другие. Ты слышал от неё хоть одну жалобу? А мы ведь ей даже ничего не подарили и поселили в шахтах, а не особняке возле водохранилища, – произнёс Айк, вызывая у меня смущение. Хотелось возразить, что мне не нужно ничего другого, но я не рискнула признаться в своём притворстве, поэтом продолжила изображать хм… спящую Белоснежку.

– Шад уже осмотрел малышку? Ты не… переусердствовал? – поинтересовался Лин, прижимаясь ко мне со спины.

– Да, док заглядывал час назад. Сканирование показало, что всё отлично, – ответил брату Айк. – Ладно. Я пойду, а ты… в общем, ты сам всё понимаешь, не маленький, – смущённо буркнул великан, судя по шагам, удаляясь из собственной спальни.

Я подождала ещё несколько минут. Изображать спящую, когда мужчина нежно покрывал поцелуями тыльную сторону шеи, ласково гладил грудь, покручивая длинными пальцами соски, чувствительные после бурной ночи, оказалось очень непросто.

– Доброе утро, – потягиваясь, произнесла я, прижимаясь попой к красноречивому бугру, натягивавшему мягкие штаны Лина.

– Доброе. Это я. Не возражаешь? – спросил красавчик, зарываясь носом в мои волосы на затылке.

– Почему я должна быть против? Ты принёс верёвку? – спросила я, борясь с собственной нерешительностью.

– Нет. Я не буду тебя связывать. Просто хотел пожелать доброго утра. Айк немного занят. Они вместе с Шадом, Сеймом и Рамом решили разбить новую галерею с цветами и площадкой для отдыха, а меня оставили ухаживать за нашей женой. Так непривычно считать себя мужем, – признался Лин.

– Для меня тоже это всё ново. Чем займёмся? – спросила я, не спеша покидать объятия красавчика.

– Ну, для начала я тебя искупаю, – всегда любил эту часть моих обязанностей. Потом захватим с собой закуски и устроим пикник в моей рассекреченной пещере, – предложил Лин.

– Отличный план, – с улыбкой согласилась я.

Меня всё ещё будоражила информация о найденном посадочном модуле, но я не могла показать своей осведомлённости, поэтому задумчиво молчала.

Мысли крутились в голове роем рассерженных пчёл, жаля меня не радужными предположениями.

А что если Айк сочтёт спасение моей команды слишком рисковым? Представляя себя на месте друзей, я зябко поёжилась. Умереть вот так, не приходя в сознание, было бы ужасно, хотя какую вообще гибель можно считать приемлемой? Идея подвергнуть опасности кого-то из своих мужей мне тоже категорически не нравилась, как и глупая ревнивая мысль о том, что среди нашей команды есть более привлекательные девушки, которые могли бы приглянуться кому-нибудь, например Лину.

– О чём ты задумалась? – поинтересовался парень, помогая мне спуститься в бассейн.

– О глупостях, – почти не соврала я.

– Любопытно, что ты подразумеваешь под этим словом? Вид у тебя был нерадостным, – сказал красавчик, умело массируя мне плечи.

– А тебе вообще, какие девушки нравятся? В смысле – блондинки, брюнетки, высокие, пышногрудые? – перечислила я варианты. На виденных мной фотографиях современные женщины были красавицами под стать мужчинам.

– И правда, какие-то глупости. Мне нравишься ты, со своими светлыми кудряшками, голубыми, как рассвет на Марсе, глазами. Почему ты вообще об этом подумала? Потому что я не спешу наброситься на тебя? Я просто подумал, что после ночи с Айком ты утомилась. Хочу, чтобы у нас всё было красиво, чтобы ты хотела меня так же сильно, как я тебя, – ответил Лин, прижимаясь к моей пояснице красноречивым свидетельством того, как сильно я ему нравлюсь.

– Хорошо. Только давай захватим с собой верёвку на пикник. А то я чувствую себя всё более… отдохнувшей, – призналась я, борясь с желанием повернуться к Лину и… Но, к сожалению, этого мужчину нельзя трогать руками.

– Ты, правда, хочешь, чтобы я использовал путы? – поинтересовался муж, видимо, до сих пор не до конца доверяя мне.

– Это будет интересный опыт, но дело не в том, чего хочу я. Как будет лучше для тебя, Лин? Я попробую всё, что ты предложишь, – честно ответила я.

– Спасибо, – выдохнул парень, крепко сжимая меня в своих объятиях.

Выбросив из головы все посторонние мысли, дальше я просто наслаждалась обществом Лина. Мы закончили с банными процедурами, зашли на кухню, где парень прихватил большую корзину с продуктами и напитками и отправились в грот.

Арина

Сегодня потайная пещера Лина была наполнена светом – он был настолько ярким, что создавалось стойкое ощущение, что я нахожусь на настоящем пляже, а спину мне припекает летнее солнце.

Сейчас я особенно хорошо понимала, что имел в виду красавчик, когда говорил, что скучал по дневному свету. Проведя несколько дней в тоннелях, действительно, хотелось выбраться наверх, почувствовать дуновение ветра, запах зелени, услышать шум улиц.

Конечно, под куполом тоже была лишь система вентиляции, а не природные силы, но имитация была настолько правдоподобной, что я не чувствовала различий. В шахтах тоже работали фильтры, ионизаторы и прочие умные штуки, но это было другое.

Как я ни старалась выбросить из головы подслушанную информацию, но мысленно возвращалась к тому, что где-то совсем близко спят во льдах те, кто несколько лет были моей единственной семьёй и близкими друзьями – мой экипаж.

Интересно, как бы девчонки отреагировали на реалии Нового Марса? А парни? Полагаю, им было бы сложнее принять всё это.

Мои размышления прервал Лин. Он поднял разомлевшую меня с шезлонга и понёс к воде.

– Тебе пора освежиться, – не слушая моих возражений, сказал парень, ныряя вместе со мной в глубокий бассейн.

Вынырнув, я шумно вдохнула, бросая укоризненный взгляд на русоволосого красавчика. Вода оказалась гораздо холоднее, чем я предполагала, а витающий над поверхностью пар – мелкими брызгами от водопада. Свежесть озерца меня взбодрила, настраивая на игривый лад. Хотелось подурачиться с Лином, увидеть его солнечную улыбку, но я быстро вспомнила, чем закончился наш предыдущий опыт подобных шуток. Надеюсь, когда-нибудь он научится доверять мне достаточно, чтобы фантазии стали явью, но не собиралась расстраиваться – судьба и так подарила мне гораздо больше, чем я когда-либо могла представить, просто что-то можно заслужить только со временем.

Погрузившись под воду, я в пару широких гребков доплыла до каменного берега, выбираясь на сушу. Пусть касаться Лина пока нельзя, но это не значит, что я не могу поиграть с ним. Хитро взглянув на довольно плещущегося парня, я медленно расстегнула лиф купальника, снимая эластичную ткань, чтобы потом её небрежно бросить на шезлонг. Бикини я снимала так же неторопливо, повернувшись спиной к водоёму. К сожалению, так мне было невидно лицо Лина, но это не мешало мне развлекаться, медленно покачивать бёдрами, стягивая чёрные трусики вниз по ногам.

Не могу сказать, что прикосновение мужских ладоней моим ягодицам стало неожиданностью, но всё равно заставило вздрогнуть.

– Можно? – хрипло спросил Лин, осторожно сжимая пальцами нежные половинки.

– Ты не должен спрашивать. Я твоя жена и принадлежу тебе. Вам, – поправилась я, выпрямляясь, чтобы теснее прижаться к своему мужчине.

– Почему ты такая? Когда мне уже кажется, что сильнее влюбиться нельзя, ты говоришь и делаешь что-то такое, что переворачивает всё во мне. Ты не должна позволять нам так много, ничего не требуя для себя, – с каким-то отчаянием произнёс Лин, крепко сжимая меня в объятиях.

Даже стоя к нему спиной, я чувствовала, как взволнованно-быстро стучит сердце моего самого непостижимого мужчины.

– Я просто не успеваю что-то попросить, вы и так даёте мне всё, о чём может мечтать женщина. Я наслаждаюсь вашим вниманием, прикосновениями, поцелуями, и не считаю правильным, чтобы вы просили разрешения для таких естественных вещей, как ласки или объятия, – честно ответила я, чувствуя, что сейчас откровенность важнее, чем любовная игра.

– Ты позволила мне себя связать. Разве можно хотеть такое? Ты уступаешь нам, подстраиваешься, – привёл странные доводы мужчина.

– Лин, нет ничего плохого в том, чтобы находить компромиссы с теми, кого любишь. И я совру, если скажу, что не хочу быть связанной тобой или Сеймом, Айком, да любым из вас. Да, я не пробовала ничего подобного раньше, но я и не относилась так к кому-то из своей прошлой жизни. Эта мысль меня интригует и возбуждает. Мне не страшно оказаться полностью в твоей власти, открыться, не решать ничего, отдаваясь тебе, – призналась я, осторожно поглаживая тыльную сторону мужских ладоней, лежавших на моём животе.

– Хочу тебя. Не могу больше ждать, – сдался Лин, подхватывая меня на руки, чтобы уложить на удобный шезлонг.

От волнения у парня заметно дрожали руки, пока он вынимал из корзины провизию и полотенца, мешавшие добраться до припрятанной на дне верёвки. Как бы ни сопротивлялся своим желаниям Лин, а всё равно мысль об игре со связыванием его крепко зацепила, собственно, как и меня и Шада с Айком, при которой она была озвучена. Не удивлюсь, если в ближайшем будущем мы попробуем это с кем-нибудь ещё, но сейчас я тоже трепетала, глядя за тем, как Лин, обмотав мои запястья мягким полотенцем, обвязывает их верёвкой, а потом закрепляет за верхнюю часть шезлонга.

– Арина, скажи, что ты этого хочешь? – поедая глазами моё обездвиженное тело попросил красавчик.

– Я хочу тебя, Лин, – честно призналась я.

Было что-то странно возбуждающее в том, что я была полностью открыта, беспомощна перед мужчиной, но основное удовольствие заключалось не в моих порочных наклонностях, а в том, какой ненасытной жаждой и одновременно нежностью горели серые глаза парня.

Первое прикосновение было настолько трепетно-нежным, что невольно вызвало улыбку, но чем дальше умелые пальцы и губы скользили по моему телу, тем сильнее я заводилась, выгибаясь навстречу, как кошка. Лин, гладил меня, целовал, нежил. Для него это было не столько прелюдией, сколько каким-то священнодействием. Казалось, мужчина погрузился в транс, пытаясь запечатлеть в памяти мой образ, почувствовать губами каждый сантиметр моей кожи, услышать стоны, вторя мне тяжёлым возбуждённым дыханием.

– Пожалуйста, Лин. Прошу тебя… иди ко мне, – бессвязно молила я, вздрагивая в такт движения ловких пальцев на моём истекающем влагой естестве, задыхаясь от невозможности прервать эту чувственную пытку.

Так сладко, что невозможно молчать, но слишком медленно, чтобы позволить мне получить разрядку – Лин легко нашёл ту грань, где чувства обострились настолько, что желание почти причиняло боль, взрываясь звёздами от каждого касания, но не давая кончить.

– Я схожу с ума от того, как сильно хочу ворваться в тебя, но тогда всё кончится, а я хочу дальше видеть, как ты дрожишь от моих прикосновений, – исступлённо шептал мужчина, продолжая терзать меня нестерпимым удовольствием.

От возбуждения его губы покраснели, на скулах горел румянец, что делало его ещё более прекрасным и недосягаемым, как мечта.

– Дай нам это, Лин. Я не могу больше, – призналась я, сходя с ума от чувственной агонии.

С хриплым стоном Лин накрыл мои губы, до предела заполняя меня собой. Это было так остро, так сладко и желанно, что грудь сдавило от неуместного желания расплакаться.

Я кусала губы, вскрикивала, выгибалась дугой, принимая каждое его движения, впитывая гортанные мужские стоны, ловя отголоски собственного наслаждения в серых глазах Лина, пока этого не стало слишком много, переполняя меня, разрывая сознание ошеломляющим по силе оргазмом.

Не знаю кричала ли я, но пришла в себя осознавая, что пытаюсь вспомнить снова, как дышать, а во мне содрогался в своём оргазме Лин.

– Арина. Моя. Любимая, – лихорадочно шептал муж, покрывая поцелуями моё лицо, пока я могла только улыбаться, чувствуя, что непрошенные слёзы счастья щекотно скользили по щекам.

Лин развязал мои руки, разминая затёкшие запястья.

– Можно тебя обнять? – немного сипло спросила я, садясь в шезлонге, но вместо ответа Лин сам притянул меня в объятия, устраивая на своих коленях лицом к себе и это было даже лучше, чем пережитый только что оргазм.

Какое-то время мы просто молчали, греясь в объятиях друг друга. Слова просто были лишними. Я могла бы наслаждаться этим моментом вечно, но реальность постучалась в лице встревоженного лица Айка, подглядывавшего за нами у входа в грот.

– У нас всё хорошо, брат, – громко крикнул Лин, заметив слежку. – В следующий раз попробуем без верёвок, – уже только для меня прошептал красавчик, одаривая меня открытой счастливой улыбкой.

Арина

Наверное, когда всё слишком хорошо – это тоже плохо. Никогда раньше не понимала данного выражения, считая, что люди от безделья сами стремятся создавать себе проблемы, но в последние пару дней меня стало преследовать какое-то навязчивое ощущение грядущей беды.

– Почему ты хмуришься? Устала? – спросил Сейм, заметив мою излишнюю задумчивость.

– Нет. Всё хорошо, – натянуто улыбнулась я, складывая в специальные коробочки отборные ягоды местной голубой клубники.

В принципе, эту работу могли выполнить аппараты, но они оставляют на нежном лакомстве характерные вмятины, а мне всё равно нечем было заняться, поэтому я вызвалась поработать, пока мужчины уходили по своим делам. В сельскохозяйственной галерее было довольно красиво, играла приятная мелодия, а в воздухе пахло фруктами, но сегодня это не помогло мне прогнать беспокойство.

Про посадочный модуль Айк мне пока ничего не сказал, но это не значит, что он мог забыть о таком важном деле, поэтому я тоже молчала о собственной осведомлённости, ожидая его вердикта.

– И всё-таки ты чем-то расстроена. Уверена, что не хочешь поговорить? – настаивал Сейм, забирая из моих рук наполненную ёмкость, чтобы положить её в герметизирующий аппарат.

– Дело не во мне. Не могу объяснить. Меня что-то тревожит. Давай включим роботов и вернёмся? – предложила я, не желая дальше бороться с собой.

– Ладно, – не стал сопротивляться Сейм, выполняя мою просьбу.

О том, что предчувствие меня не подвело, я услышала, не доходя до нашей спальни.

– Вот так. Давай туже перетягивай. А чёрт! – громко выругался Шад.

– Стой, Арина. Тебе туда нельзя, – перехватил меня Лин, не позволяя зайти в спальню. Рабочий комбинезон младшего из братьев был выпачкан в крови, поэтому я не на шутку перепугалась, пытаясь вырваться из крепких объятий, но парень меня не отпустил. – Успокойся. Мы только будем мешать, – потребовал красавчик, ощутимо встряхивая меня.

– Кто? – дрожащими губами спросила я, не пытаясь пока выяснить что именно произошло.

– Шад. На него упал острый осколок и пробил плечо, – признался Лин.

– Насколько всё страшно? – спросила я, пытаясь справиться с паникой.

– Выглядит плохо. Там Айк и Рам делают всё по инструкции дока. Хорошо, что он в сознании, – не стал обнадёживать меня муж.

– Бездна! Рам, коли выше, – сквозь зубы прошипел Шад, отчего я сильнее забилась в руках Лина.

– Отпусти! Я не буду мешать, – попросила я, не позволяя себе банально расплакаться.

– Хорошо. Сейм, я пойду заправлю флайт на всякий случай, ты с Ариной, – распорядился парень, бегом направляясь вглубь тоннеля.

Не знаю, сколько мы ждали, вместе меряя шагами коридор и слушая болезненные стоны дока, но, когда в коридор вышел хмурый Айк, я бегом бросилась к нему, клещом цепляясь за плотную ткань куртки.

– Как он? – спросила я.

– Не знаю. Я не врач, но думаю, что нужна операция. Мы зашили по инструкции Шада, но рана слишком глубокая и кровотечение не остановилось, лишь замедлилось, – ответил великан, стараясь не прикасаться ко мне испачканными руками.

– Надо лететь под купол, – озвучила я единственное очевидное решение.

– Шад запретил. Мы нашли твой экипаж… – начал Айк, но я нетерпеливо его перебила:

– Я знаю. Слышала, как Лин тебе говорил об этом два дня назад.

– Весь модуль извлечь не получается, а отрыть его мы не смогли. До пробоины, из которой выбросило твою капсулу, нам не добраться, но мы протопили ход к стыковочному шлюзу и подключили питание. Система хоть и древняя, но заработала, но тут возникли проблемы с кодами доступа. В исторических хрониках нет описаний подобного механизма и способов его взлома. Ты помнишь что-нибудь про это? – уточнил великан.

– Айк, я, конечно, знаю коды доступа и прекрасно помню, как работает система блокировки, но прости, мне сейчас не до того. Нам нужно спасти Шада, – сердито отозвалась я, не понимая к чему сейчас эти откровения.

– Арина, если мы приедем под купол без… аргументов, то Шад скорее окажется в тюремной больнице, как и все остальные, кроме тебя. Нужно извлечь хотя бы одну капсулу, чтобы было чем торговаться, – терпеливо ответил мой великан.

– Тогда чего мы стоим? Есть какая-нибудь одежда для меня? – торопила я мужа.

– Ты не пойдёшь. Просто объясни всё максимально подробно, – попросил Айк.

– У нас нет времени, чтобы тратить их на препирательства. Если с Шадом что-то случится, пока мы будем спорить, то… Айк, пожалуйста, просто пошли, ладно? Поверь, я не комнатная фиалка и нас готовили к работе в условиях необжитого Марса. Я справлюсь, – сказала я, буксируя великана за руку, испачканную в крови дока.

– Арина… – попытался снова возразить мужчина, но я повернулась, закрывая ему губы ладошкой.

– Айк, я тебя умоляю, давай мы поспорим позже. Хоть раз просто доверься мне. На кону жизнь Шада и у нас нет времени на глупости, – просила я, вкладывая в эти слова всю силу переживания за старшего мужа.

– До самого модуля ты стоишь строго за моей спиной и подчиняешься беспрекословно: если я говорю стоять – ты стоишь, бежать – бежишь и не споришь, – потребовал великан.

– Держусь за спиной и слушаюсь, – покорно согласилась я и даже кивнула, пытаясь доказать свою покладистость.

– Шад убьёт меня, – покачав головой, хмуро буркнул Айк, утягивая меня вглубь одного из тоннелей.

– Пусть сначала сам выживет, – не менее мрачно отозвалась я, следуя за мужем.

Арина

До шахты, в которой обнаружили наш посадочный модуль, было довольно далеко и весь этот путь был окроплён мелкими капельками крови моего старшего мужа. Наверное, если бы я не искала их целенаправленно, то не заметила бы мелкие бурые капли на красноватых камнях тоннелей, но я с упорством маньяка высматривала их под ногами, спеша вслед за своим великаном.

– Я всё ещё считаю, что пойти туда вместе – это плохая идея. Тебе лучше записать мне коды доступа и подождать снаружи, – снова попытался отговорить меня Айк.

– Там всё не так просто. Я пойду с тобой, а поспорим мы позже, когда жизнь Шада будет вне опасности, – упрямо ответила я, всеми силами стараясь прогнать липкий страх за старшего мужа. Ещё не время плакать. Пока есть возможность его спасти – надо действовать.

– Ты помнишь на каких условиях я тебя взял? – спросил Айк, когда мы добрались до какого-то подсобного помещения, напоминавшее раздевалку в спортивном комплексе: лавки, узкие металлические шкафчики и дверь, ведущая к лифту.

– Стою строго за твоей спиной и слушаюсь, – покорно повторила я, пока муж вынимал из одного из ящиков комбинезон из тонкой серебристой ткани.

Одежда оказалась ожидаемо огромной, но Айк нажал на клапаны, которые я даже не заметила и вещь как-то стянулась, вполне плотно облегая меня. Великан провёл рукой по моей груди и ткань стала заметно теплее. Наверное, современная система электрообогрева сработала.

– Арина, я до сих пор не верю, что согласился на это безумие, но прошу тебя – будь предельно осторожна. Шахта почти отработана, осталась лишь оболочка, так называемый купол. Любой громкий звук или неосторожное движение – и мы окажемся погребёнными под ледяными осколками, – серьёзно предупредил меня Айк, нехотя поднося руку к датчику, чтобы открыть лифт.

– Я поняла, – кивнула я, соглашаясь с мужчиной. Рисковать нашими жизнями понапрасну в мои планы не входило, что такое техника безопасности тоже знаю.

– Пошли, – покачав головой, Айк закинул себе на плечо объёмную сумку.

Судя по звуку, в заплечном мешке было что-то металлическое, но великан нёс его, не прилагая особых усилий.

Лифт, как ни странно, двинулся вверх. Я ожидала, что мы будем опускаться в глубокое подземелье, но выходило наоборот – мы добрались почти до поверхности, если верить датчикам, установленным в полупрозрачной кабинке.

Вверху было, мягко говоря, свежо: комбинезон надёжно спасал от холода, как и перчатки со специальной обувью, но лицо опалило морозом, неприятно стягивая кожу. Воздух казался более разреженным, отчего у меня на несколько минут заложило уши, но эти ощущения шли ненавязчивым фоном, а всё моё внимание поглотил величественный ледник.

Изнутри лёд казался почти синим. В неровном освещении фонарей, поверхность гигантского грота искрилась и мерцала. Застывшая вода не была прозрачной, скорее неоднородной, покрытой белыми пятнами и трещинами, но больше всего впечатляло не это, а гулкие стоны и треск, что издавали толстые ненадёжные своды. По коже побежали зябкие мурашки, причём явно не от холода, а от страха.

– Пошли, – почти шёпотом позвал меня Айк, уверенно ступая на прозрачную поверхность. Я последовала его примеру, ожидая, что ноги будут скользить, но подошва ботинок как будто прилипала ко льду, позволяя держаться без особых проблем. – Туда, – кивнул Айк, указывая на большую дыру, проплавленную неизвестным мне аппаратом в одной из стен.

Мужчина шёл, постоянно оглядываясь по сторонам и даже посматривая на свод купола. Вскоре мы добрались до странного аппарата, напоминавшего смесь трактора и лунохода, а за ним обнаружился входной шлюз нашей капсулы.

– Давай, Арина. Только я тебя умоляю… – обратился ко мне Айк, но я вполне понимала его тревогу и не собиралась глупить.

– Я буду осторожной, – перебила я мужа, несмело касаясь панели.

Первые движения были нервными и немного заторможенными, но потом включилась память, тренированная сотнями часов подготовительных курсов.

Я выполняла всё строго по инструкции, но повреждённые временем и морозом механизмы срабатывали не сразу, а только с помощью вспомогательных рычагов, оставленных на случай аварийной эвакуации.

Занятая делом я потеряла счёт времени, но за ним следил Айк.

– Арина, я всё понимаю, но надо поспешить, – поторопил он меня как раз в тот момент, когда удалось справиться со всеми запорами.

Вместо тихого шипения, с которым должна была открыться переборка, дверь подалась с противным металлическим скрежетом. Подвинув меня в сторону, великан легко открыл её, впуская меня внутрь.

– Нам туда, – указала я направление, потому что муж отказался пропускать меня вперёд.

Заиндевевшие металлические стены были местами покорёжены и покрыты гарью. Не представляю с каким препятствием столкнулся модуль, но то, что я до сих пор жива – это просто чудо. Надеюсь, что на мне чудеса не закончатся и удастся найти ещё кого-нибудь, кого Шад сможет оживить.

Мысль о муже отозвалась очередной волной страха и заставила поспешить.

До отсека, в котором мы с экипажем засыпали, мы добрались за минуты. Небольшое помещение было почти таким, как я его помнила, только в том месте, где стояли моя капсула и ячейка техника Димы зияла большая рванная пробоина.

Пока я пересчитывала спящих во льдах друзей, Айк быстрыми профессиональными движениями разместил на каждой капсуле какие-то намагниченные диски размером с небольшую тарелку. Повинуясь команде великана, приборы засияли неоновым светом, а индивидуальные ячейки со скрежетом оторвались от палубы, левитируя в воздухе. Мужчина, ловко орудуя лазерным резаком отсёк мешавшие провода и с помощью пульта направил летающие капсул к выходу.

– Это не опасно? То, что ты обрезал электрооборудование? – спросила я.

– Нет. Аккумуляторы вашей капсулы давно вышли из строя. Хуже уже не будет, – тихо ответил Айк, следуя за последней из ячеек к выходу.

Муж оглянулся, чтобы убедиться, что я иду за ним и снова увлекся управлением летающими капсулами. Айк погрузил их в тот самый трактор, который с шипением обработал капсулы газом, покрывшим ячейки плотной ледяной глазурью.

Обратный путь был более трудным: мы прислушивались к каждому шороху, ускоряясь от гулких стонов ледяного свода. Аппарат двигался быстро, но мне казалось, что недостаточно. Можно было бы порадоваться тому, что почти весь экипаж мы извлекли изо льда, но мне было невесело.

Там внизу ждал раненный Шад и время играло против нас.

Арина

Позаботившись о членах экипажа, мы спустились вниз. Прямо у входа в лифт нас встретил сердитый Лин.

– Айк, ты в своём уме? Ты зачем потащил Арину в шахту? Тем более сейчас, когда Шаду нужна её поддержка, – толкая брата в грудь, потребовал объяснений красавчик.

– Мы все понимаем, что ему нужна операция и реабилитация в клинике, а не поддержка, – грубо отозвался великан, сбрасывая с себя руки Лина.

– Давайте вы позже подерётесь. Как самочувствие Шада? – спросила я парня, отвлекая мужей от ссоры.

– Плохо. Поднялась температура, – потупившись, признался красавчик.

– Лин, погрузи во флайт извлечённую капсулу с девушкой. Она в грузовом лифте, а я пока перенесу туда Шада. Я повезу его под купол, – распорядился Айк.

– Серьёзно?! У вас получилось? Сколько их? – забыв о проблемах, возбуждённо спросил Лин, обращаясь к брату.

– Почти все. Нет только моего соседа, техника Дмитрия. И всё же эти вопросы лучше обсудить позже. Мне нужно к Шаду, – вместо великана ответила я, сбрасывая защитный костюм.

– Ты права, Арина, – сказал Лин, поднимая с лавочки серебристый комбинезон, который я только что сняла, воспользовавшись помощью Айка. – Я буду ждать тебя у флайта, – обращаясь к брату, сказал парень, ловко справляясь с застёжками и клапанами.

Расставшись с Лином, мы почти бежали, возвращаясь обратно. Лишь у самой двери в нашу спальню я застыла, не решаясь войти. Шад для меня всегда был сильным – скалой, за которой я пряталась от невзгод. Увидеть его другим было страшно, потому что я просто боялась показать ему свои чувства, опасалась обидеть жалостью, которой он не заслужил.

Глубоко вздохнув, я толкнула дверь, направляясь к постели.

– Ты пришла, – выдавив из себя кривую улыбку, тихо сказал Шад. – Где вы были? – спросил он у Айка, стоявшего за моей спиной.

Я присела рядом, нежно касаясь любимого лица. Наверное, нужно было что-то сказать, но я не смогла, боясь, что голос меня предаст. Да и что было бы уместно произнести? Спросить, как его самочувствие? Судя по бледной коже, лихорадочному румянцу на скулах и мелким капелькам пота на висках, моему доку было больно, и пока мы здесь, некому ему помочь.

– Наверху. Арина открыла модуль. Почти весь экипаж в складском отделе. Лин грузит одну капсулу в транспортник. Я отвезу тебя под купол, – как всегда кратко и по делу высказался великан.

– Ты… ты таскал нашу жену в шахту?! – сердито прошипел Шад и, поморщившись от боли, упал назад на подушки.

– Я посмотрел бы на того, кто её остановит. В любом случае Арина: сейчас не время для дискуссий. Я быстро сбегаю за гравитационной платформой и выдвигаемся. Пусть Сейм и Рам подготовят лекарства, которые тебе понадобятся, – невозмутимо отозвался Айк, поворачиваясь к кровати спиной.

– Мы никуда не полетим, – упрямо произнёс Шад, порываясь встать, от его резкого движения из-под повязки тонкой струйкой потекла кровь.

– Ты что творишь?! Лежи спокойно. Ты ведь сам врач и понимаешь, что без квалифицированной медицинской помощи тебе не обойтись, – уговаривала я упрямого мужчину, осторожно вытирая плечо полотенцем.

– Арина, едва мы окажемся под куполом, меня и Айка арестуют. Даже если меня подлатают, то мы уже никогда не вернёмся, а вот за вами вскоре прилетят. Дознаватели умеют выбивать информацию. Я справлюсь со своим ранением сам, а если нет, то у тебя есть парни. Назовёшь сына Сейма моим именем и… – я закрыла ему рот ладошкой, не позволяя произносить вслух эти ужасные слова.

– Именно поэтому мы полетим все вместе. Машину с остальными членами экипажа прятала я лично. Даже Айк не знает, где она. Полетим сразу к Дейлу Карверу. С ним я сумею договориться. А ты… только попробуй выкинуть какую-нибудь героическую фигню или сказать глупость, подобную той, что ты пытался озвучить, – угрожающе прошипела я на этого… мученика.

– Ты сумасшедшая, – устало улыбнувшись, произнёс Шад.

– Я однажды потеряла свою семью. Второй раз мне этого не вынести. Сумасшедшая или нет, но я не собираюсь дальше прятаться, подвергая риску жизни тех, кого люблю. Ты нам нужен, Шад. Нужен мне. Если парни не захотят, то могут подождать тут, пока всё не решится, – сказала я, нежно целуя своего упрямого дока.

– Мы поедем с вами, – выразил своё мнение Сейм.

– Это даже не обсуждается, – поддержал Рам.

– Раз всё решили, помогите мне переложить Шада и соберите вещи, – отдал указание Айк, подвигая небольшую летающую платформу.

Я застелила её пледом и подготовила подушки, чтобы было на что опереться. Рам вместе с великаном легко переместили Шада, пока Сейм скидывал в объёмную сумку вещи, документы, полотенца и какие-то медикаменты.

– Это безумие. Айк, почему ты на это согласился? – вяло сопротивляясь, спросил Шад.

– Наша жена права: мы не сможем прятаться вечно. Что будет с девочкой без тебя? Никто из нас не сможет принять роды или вылечить болезнь. Если есть хоть один шанс, что у нас получится вернуться под купол, то мы должны им воспользоваться ради Арины и наших будущих детей, – отозвался великан, осторожно придерживая дока за спину.

– А если не выйдет? – упрямо спросил док, заставляя меня сомневаться в своём плане, только выбора всё равно не было. Я не могу потерять Шада.

 Арина

Когда мы убегали с Нового Марса, дорога показалась мне долгой, сейчас же время как будто ускорилось. Громадина купола уже виднелась в смотровом иллюминаторе, вызывая липкий страх.

Шад, получив очередную дозу обезболивающего и антибиотиков, забылся тревожным сном. Только его тяжёлое хриплое дыхание нарушало напряжённую тишину, царившую в салоне авто.

– Скажи, что я не сошёл с ума, позволив тебе и парням лететь с нами, – попросил Айк, притягивая меня в свои объятия.

– Ты же знаешь, что это наш единственный шанс. Никто не может дать гарантий, что всё выйдет так, как мы задумали, но я сделаю всё, что в моих силах, – пообещала я, пряча лицо на груди великана.

Мне было страшно, и я не хотела, чтобы мои мужчины увидели даже тень моей неуверенности.

– Всё к лучшему, Айк. Очень опасно жить отшельниками. Трагедия могла случиться в любой момент. Нельзя быть постоянно ко всему готовыми, – задумчиво сказал Рам.

– Шахты по-настоящему стали домом только тогда, когда к нам приехали Арина и парни. До этого мы просто жили в добровольной тюрьме. Тринадцать лет назад ты спас меня от участи, что хуже смерти, но пришло время выбраться из панциря, – поддержал тему Лин.

– Мы сбежали от обстоятельств, но законов не нарушали. Я почти уверен, что у нас получится всё уладить, – убеждённо произнёс Сейм.

И снова напряжённое молчание, наполненное сомнениями и шумным дыханием Шада. Мой док горел в лихорадке. Сейм, как опытный медбрат, ловко ввёл очередную порцию лекарств, но они действовали всё слабее. Док устал от боли и потерял много крови.

Под купол мы проникли по отлаженной схеме, а потом добрались до тайника, где стоял дорогой модный флайт Шада.

Эта машина была значительно меньше, поэтому было решено оставить парней в гостинице. Со мной полетел Айк. Шада уложили на одно сиденье, надёжно зафиксировав ремнями. Второй диван заняла заиндевевшая капсула, в которой спала моя коллега по экспедиции – микробиолог Ирина. Мы с Айком расположились прямо на полу, бросив на него пару подушек и плед.

За окном стемнело. На улицах города ярко горели вечерние огни, а на куполе светились проекции Деймоса и Фобоса – спутников Марса.

– Айк, в памяти флайта должен был остаться адрес наместника Карвера. Полетим к нему, – попросила я, присаживаясь рядом с великаном.

– Может, лучше в больницу? – засомневался Айк.

– Нет. Уже поздно. Карвер наверняка дома. Как бы то ни было, но надо сначала поговорить с наместником. Состояние Шада стабильное. Дейл может пригласить бригаду врачей к себе. А вот в медицинском центре в первую очередь вызовут хранителей правопорядка. Не стоит ставить в известность лишних людей, – привела я разумные аргументы.

– Думаю, ты права, – согласился Айк, набирая адрес предпоследней поездки.

В прошлый раз мы довольно долго добирались до особняка наместника, но от того места, где мы проникли под купол, лететь оказалось совсем недалеко, поэтому уже через полчаса наш флайт остановился у порога сановника.

В отличие от прошлого визита, нас уже встречали: непривычно растрёпанный Карвер и незнакомый блондин, выглядевший более взрослой копией моего Рама.

– Удивлён вашей наглости, госпожа Шапкина. Впрочем, я надеялся, что вы именно так и поступите: прилетите в первую очередь ко мне, когда «наедитесь» жизнью первых поселенцев, – холодно сказал советник после довольно продолжительного молчания, в течение которого наместник буравил меня и Айка тяжёлым взглядом карих глаз.

– Вы вправе на меня злиться, Дейл, но я прошу у вас помощи, – переступив через собственное упрямство, сказала я.

Мне тоже хотелось многое высказать наместнику, но сначала нужно спасти Шада, а потом уже разбираться.

– Почему я должен вам помогать, Арина? – упрямо поджав губы, спросил сановник.

– Хотя бы потому, что вы скрыли ото всех факт моего побега, – ответила я, показывая свою осведомлённость.

По дороге к Карверу мы посмотрели сводки новостей, в которых сообщалось, что пару дней назад я заболела на почве волнений, поэтому с мужем и помощниками нахожусь на отдыхе в закрытом санатории для чиновников.

– Вы подставили меня, госпожа Шапкина. Из-за ваших капризов я нахожусь в щекотливом положении, а вы так просто показались на моём пороге и ещё чего-то хотите от меня, – накручивал себя Карвер, немного повысив голос.

Айку не понравилось его обращение, поэтому великан притянул меня к себе, готовый в любой момент броситься меня защищать.

– Я виновата, но только лично перед вами, Дейл. Мне есть, что предложить вам, но давайте обсудим это позже. Шад ранен. Ему нужна медицинская помощь. Срочно, – устало сказала я, не желая сейчас выяснять отношения. В первую очередь надо спасти дока, а потом бодаться с чиновником.

– Как удачно я зашёл в гости. Где доктор Пирс? – с ухмылкой спросил молчавший до этого блондин.

– Первую помощь мы ему и так оказали. Шаду нужен квалифицированный медик, – сердито отозвалась я, не желая подпускать незнакомца к своему мужу.

– Это моя вина. Следовало сразу представиться – Вилиам Тенс – министр здравоохранения и, без ложной скромности, самый титулованный хирург Нового Марса. Я посмотрю, если нет заражения или критических нарушений, то регенерационная капсула вполне справится. Дейл, дружище, ты не возражаешь, если мы ею воспользуемся? – знакомым голосом спросил блондин, отвлекая наместника от пристального разглядывания моей персоны.

Судя по всему, это был тот самый Вил, разговор с которым я когда-то подслушала.

– Шад в машине, – сказал Айк, пропуская министра в тесный салон флайта.

– Это то, что я думаю? – через пару секунд, фанатично блестя глазами, спросил Вилиам, выглядывая из кабины.

– Сначала Шад, – напомнила я.

– Конечно, – по-доброму усмехнувшись, согласился доктор, возвращая своё внимание моему мужу.

– Ничего критичного нет. Небольшое воспаление, но это ожидаемо при таких ранениях. Капсула справится. Чем это его? – уточнил врач.

– Ледяной осколок, – ответил вместо меня великан.

– Понятно. Помогите мне. Нужно осторожно отнести доктора Пирса, – обратился к Айку блондин. – Дейл, прояви радушие к своей… гостье. Когда закончу латать пациента, нас будет ждать увлекательная беседа с госпожой Шапкиной, – отдал указания хмурому Карверу странный министр.

– Пойдёмте, Арина, – сказал наместник, зачем-то обнимая меня за талию. Наверное, опасался моего очередного побега, пока Айк и Вилиам осторожно выносили из флайта бессознательного Шада.

Арина

– Вы можете меня отпустить. Не убегу, – заверила я Карвера. Тёплые ладони наместника почему-то слишком остро чувствовались через мой тонкий свитер. Возможно, я просто замёрзла, ведь от капсулы с Ириной ощутимо веяло холодом.

– Почему я должен вам доверять? – нагло поинтересовался чиновник, крепче прижимая меня к себе.

– Прекратите, Дейл! Я не совершила никакого преступления, сбежав от вашего идиотского отбора и всех тех стервятников, которые решили за мой счёт заняться спасением вашей колонии. По-вашему, мне стоило подождать, когда меня лишат прав и на законных основаниях превратят в общественный инкубатор? – начала злиться я.

– Я делал всё, чтобы этого не допустить. И чем вы мне отплатили? – не сдавался наместник. Готова поклясться, что почувствовала горячее дыхание мужчины у своего уха. Иначе отчего по спине пробежала волна колких мурашек?

– Я не буду оправдываться! До сегодняшнего дня я ни о чём вас не просила. И не пытайтесь выставить меня преступницей. Никакого закона я не нарушила, покинув вашу «гостеприимную» колонию. Более того, я выполнила своё обещание – нашла пять супругов, – заявила я, сбрасывая с себя руки Карвера.

– Вот как? Полагаю, что вы всё же ослушались моей настоятельной просьбы и сделали своих помощников мужьями. Наверняка тот ваш спутник тоже один из счастливчиков, конечно же Шад Пирс. Кто же оставшиеся двое кандидатов? – желчно поинтересовался наместник.

– Почему двое? Вы назвали четверых мужчин, – даже растерялась я от такой арифметики.

– Доктор и какой-то из помощников принадлежат одной генной линии, а в условиях было пятеро представителей с различными наследственными признаками, – напомнил мне мужчина.

– Ну, тогда почти выполнила. И почему я вообще обязана прогибаться под вашу систему? Отберёте деньги? Так пожалуйста! Я всё равно не потратила оттуда ни копейки. Уволите Шада? Он для вас сейчас важнее, чем эта работа для него. Не оплатите услуги Рама и Сейма? Вот это даже смешно, – продолжала злиться я.

Наверное, мы бы ещё много чего успели с Дейлом Карвером наговорить друг другу, но у меня громко и жалобно заурчало в животе. А что? Я только утром выпила кофе с булочкой и поклевала немного голубой клубники, а потом было не до еды.

– Почему с вами так сложно, Арина? Пойдёмте, я вас накормлю. Потом продолжим нашу… беседу, – устало взъерошив волосы, произнёс наместник, поймав мою ладонь, чтобы проводить на кухню.

Это со мной сложно? Да я ни с кем, кроме Дейла Карвера, так не собачилась! Собственно, я только сейчас это осознала, задаваясь вопросом: почему вообще так остро реагирую на этого мужчину?

Кухня в особняке наместника была большой, но всё же меньше, чем в нашей шахте. Интерьер своим холодным совершенством напоминал обстановку в доме Шада – чисто, модно, но не чувствовалось уюта, не было каких-то хозяйских мелочей или даже небольшого беспорядка, который всегда присутствует в обжитых помещениях.

Отодвинув передо мной стул, мужчина дождался, пока я присяду, а потом вынул из холодильника несколько боксов с ресторанными закусками: причудливо украшенные тарталетки, канапе, маленькие бутерброды.

Поставив передо мной блюдо, наместник подогрел содержимое другой коробочки и подвинул ко мне тарелку, наполненную горячей молочной кашей.

Пока я наслаждалась вкусным и лёгким ужином, наместник молча пил кофе, не сводя с меня странного нечитаемого взгляда.

– Я не могу больше тянуть, Арина. Максимум через два дня я должен представить выбранных тобой мужей. Два помощника и какой-то бродяга станут плохим дополнением к скандальному браку с доктором Пирсом, – немного успокоившись, Дейл опять перешёл на «ты», как до моего побега. Мужчина начал беседу, когда я расправилась с кашей и перешла к горячему чаю.

– Значит, не буду разочаровывать зрителей и останусь верной своему выбору, – упрямо отозвалась я.

– Я бы на твоём месте прямо сказал, что хочешь стать её мужем, а то так и будете дальше собачиться, ходя вокруг да около, – заявил вошедший в кухню блондинистый врач, по-хозяйски вынимая из холодильника бутылку пива.

– Вил! – строго одёрнул министра Дейл Карвер.

– Вроде бы большой мальчик, а ведёшь себя, как… – начал блондин, но наместник сердито ударил ладонью по столу, заставляя приборы жалобно дзынькнуть, а его приятеля замолчать.

Наверное, у всех врачей своеобразное чувство юмора и такта. Уж очень бесцеремонность Вилиама напоминала поведение моего старшего мужа. Кстати, о нём.

– Как Шад? – спросила я.

– Рана хоть и достаточно глубокая, и всё же несмертельная. Зашили грубо, но правильно, поэтому моего вмешательства не потребовалось. Почистил рану, сделал Пирсу пару волшебных инъекций и поместил в регенерационный гель. К утру будет как новенький, – с улыбкой сказал блондин.

– А где Айк? – уточнила я у министра.

– Остался с Пирсом. Правда, мне пришлось заверить второго вашего супруга в том, что Дейл вас не съест и даже не укусит, – глотнув янтарный напиток прямо из бутылки, заявил врач.

– Вил, тебе не пора домой? – сердито поинтересовался наместник у своего друга.

– С какой стати? Я собираюсь увидеть твоё лицо, когда госпожа Шапкина, наконец, расскажет тебе о четвёртом пассажире флайта. Я ведь не ошибся? Вы ещё не поведали Дейлу о своей находке? – ехидно отозвался блондин, предвкушая реакцию Карвера, а я тяжело вздохнула, предчувствуя второй раунд перепалки с наместником.

Арина

– Арина? – строго обратился ко мне Дейл Карвер, пытаясь выяснить, что имел в виду его друг.

– Мы нашли мой экипаж. В салоне одна из капсул. В ней наш микробиолог Ирина – молодая, красивая, умная и свободная от отношений девушка. Шад наверняка сможет сделать с ней то же, что и со мной – оживить. И тогда у вас будет уже не одна такая, как я, – честно ответила я, не видя смысла юлить.

– Одна из капсул? Сколько их ещё уцелело? – сразу уловил суть наместник.

– Много. Почти все. Одного мужчину выбросило при взрыве, как и меня. Его мы пока не нашли, – отозвалась я, делая очередной глоток горячего чая.

– Но это невозможно! Раскопки ведутся круглосуточно. Археологи работают в три смены, но пока так и не обнаружили даже следов вашего модуля. Если только… Где вы их отыскали? – сразу зацепился за мысль Карвер.

– Вы правильно поняли, Дейл, – на место раскопок меня когда-то перевезли, – не стала отрицать очевидного я. Наместник нахмурился и начал мерить шагами комнату. – Хотите посмотреть на неё? – спросила я, отвлекая чиновника от явно недобрых размышлений.

– Нет. Не вижу в этом необходимости. Она не пострадает за то время, пока мы решаем, как быть дальше? – спросил мужчина уже скорее у своего друга, нежели у меня.

– О ней позаботились. Капсула покрыта терморегулирующим составом, – развеял сомнения Вилиам.

– Почему вы не привезли остальных? Собираетесь торговаться со мной, Арина? – правильно понял мои намерения мужчина.

Выражение лица Дейла стало ещё более хмурым, а в умных тёмно-карих глазах отразилось… разочарование.

– Вы очень проницательны, наместник, – ответила я, подавив в себе неуместное желание оправдаться.

– И чего же вы хотите, госпожа Шапкина? – холодно поинтересовался политик.

– Ничего невозможного – принять мой выбор. Я люблю своих мужчин и не хочу снова прятаться и подвергать риску их или наших будущих детей, – отозвалась я.

– Как быстро вы полюбили, – горько усмехнулся Карвер.

– А вы полагаете, что для этого требуется много времени? Вы вдруг стали экспертом нежных чувств? – с ехидством поинтересовалась я. Почему-то меня цепляла реакция мужчины. Хотелось защититься, сделать ему больно в ответ. Глупо? Безусловно, только меня несло, и я не хотела останавливаться.

– Вы правы. Не эксперт. Я провожу вас в гостевую комнату. Надеюсь, вы с пониманием отнесётесь к запертым дверям. Не вижу смысла и дальше рисковать своей карьерой ради ваших капризов, госпожа Шапкина, – поворачиваясь ко мне спиной, как-то глухо произнёс Дейл, заставляя меня устыдиться.

– Заприте меня вместе с Шадом и Айком, – попросила я.

– Нет. Я ещё не решил, что делать с вами, – ответил Дейл.

– Давайте, мы все успокоимся, – миролюбиво предложил блондинистый министр.

– Я спокоен, – прорычал Карвер.

– Дейл! – не менее грозно рявкнул Вилиам, заставляя наместника шумно вздохнуть и уйти, громко хлопнув дверью. – Похоже, я погорячился с заверениями в вашей безопасности. Арина, вы настолько упрямы и несообразительны, что уже не только Карвер желает вас покусать, – обращаясь ко мне, устало добавил блондин.

– Что вы имеете в виду? – уточнила я, чувствуя опустошение после очередной ссоры.

– Я вам прямым текстом сказал, что Дейл влюбился, а вы дразните его. Мой друг на самом деле рисковал очень многим, прикрывая ваше исчезновение. Боюсь, что если бы вы сегодня не привезли свой… аргумент, то он лишился бы должности за свою самодеятельность. Как вы думаете, он из-за каждого гражданина так подставляется? Я, собственно, поэтому и приехал к нему, чтобы решить, как быть дальше. А тут вы. Он ведь после того случая, когда вы подслушали нашу беседу, установил оповещение на случай, если вы вернётесь. Дейл чувствовал себя виноватым, боялся, что с вами случится беда. Он поднял все свои связи пытаясь отыскать ваше убежище. Не скажете, где вас носило? – как бы между прочим поинтересовался хитрый врач.

– Нет, не скажу. И чем это я его дразнила? – задала я встречный вопрос, испытывая глупое волнение от услышанного.

– Мой друг хотел просить вас принять его супругом. Он планировал привести в качестве доводов защиту ваших интересов и семьи, ведь даже лишившись должности, он останется влиятельным человеком, а вы вернулись со своими условиями. Это даже неплохо, что вы сами нашли выход из ситуации, только в вашем видении будущего нет места для Дейла, – пояснил свою непостижимую логику министр Тенс.

– А почему нельзя просто признаться в чувствах и ухаживать за мной? – недоумевая, спросила я.

– Он не умеет. Карвер привык решать деловые вопросы, но что делать со своими эмоциями, он не имеет понятия, – признался блондин.

Министр глотнул ещё пива из бутылки, но, скривившись, вылил содержимое в раковину и убрал тару в мусорное ведро.

– И что дальше? – задала я риторический вопрос.

Мысль о Дейле Карвере как о моём мужчине отторжения у меня не вызывала. Да что там – наместник мне нравился, но у меня и так пятеро мужей и прежде, чем что-то решать, мне нужно было с ними поговорить.

– Откуда мне знать? Только вам решать, хотите ли вы видеть Дейла членом своей семьи или нет, – пожал плечами блондин, даже жестами напоминая Рама.

– Мне нужно поговорить с мужьями, – сказала я.

– Вам нужно выспаться. Вы выглядите утомлённой, а день завтра обещает быть сложным и нервным. Я провожу вас до гостевых покоев, – тактично отказал мне министр.

– А Шад? Я хотела бы его увидеть, – попросила я, следуя за блондином.

– С доктором Пирсом всё хорошо. Уже утром сможете наговориться с ним, – умело настоял на своём Вилиам, открывая передо мной двери. – Спокойной ночи, Арина, –произнёс мужчина, пропуская меня в просторную спальню.

Арина

Несмотря на усталость, уснула я далеко не сразу. Покончив с банными процедурами, я легла в неуютную огромную кровать, но долго ворочалась, пытаясь справиться с нервным возбуждением и беспокойством за своих мужей.

Дейл Карвер… Этот вредный, неуступчивый мужчина тоже не шёл из головы. Правда ли, что он меня любит?

Ох уж эти далёкие от ухаживаний марсианские мужчины! Они вели себя иначе, чем мои современники. У местных аполлонов не было сомнений, желания потянуть время, не было страха перед браком, хотя я бы на их месте боялась, ведь условия союзов для них куда как хуже, чем в моём прошлом. При всей своей решительности, они были неопытными, поэтому меня терзали сомнения относительно того, насколько серьёзна такая влюблённость.

Я уже сблизилась и прикипела сердцем к своим мужьям, но при этом иногда проскальзывала малодушная мысль, что будет, когда они увидят других девчонок? Это раньше я была для них уникальной, а вскоре Шад оживит ещё двадцать одну Белоснежку. Может, друг Дейла поспешил сообщать мне о привязанности наместника? Ведь сам Карвер мне ничего не сказал, только нарычал и всё.

Сильнее всего я переживала о здоровье Шада. Сегодня из-за трагической случайности я едва не лишилась его. Мне хотелось убедиться, что мы точно успели, что с мужем всё хорошо, но выбраться из комнаты возможности не было – я проверила. Устав от тяжёлых дум, я всё же забылась тревожным сном.

Не помню, что именно терзало меня в царстве грёз, но проснулась я резко – как будто вынырнула из проруби, рывком садясь на кровати, и замерла, встретившись взглядом с Дейлом Карвером.

– Не кричи. Я сейчас уйду, – тихо сказал наместник, подняв руки в примирительном жесте.

За окном было ещё темно. Что он делал в моей комнате глубокой ночью? Заподозрить мужчину в чём-то непристойном не получалось: он сидел на другом конце кровати полностью одетый и… наблюдал за тем, как я сплю? Наместник встал, собираясь уйти.

– Не убегайте. Давайте поговорим спокойно, Дейл, – предложила я, поправляя на груди плотное покрывало, останавливая мужчину.

Да, ситуация была в некотором роде неловкой, но в одном Вилиам Тенс был прав: завтра будет непростой день, а выяснить некоторые моменты с Карвером нам просто необходимо.

– Я за этим и пришёл. Я стучал, а когда ты не ответила, побоялся, что снова упустил тебя, поэтому и позволил себе войти. Обращайся ко мне без официоза, хотя бы сейчас, – немного смущённо произнёс наместник.

– Хорошо. О чём ты хотел поговорить? – спросила я, подвигаясь к изголовью, чтобы сесть удобней.

– Хочу извиниться. Я потерял терпение и был резок с тобой. Постоянно срываюсь. Почему-то моё хвалённое хладнокровие отказывает в твоём присутствии, Арина, – сказал мужчина, зарываясь пятернёй в волосы.

– Я понимаю, вы… ты многим рисковал из-за меня, а вместо благодарности я стала торговаться. Только, ты ведь понимаешь, что я не отступлю? Моя семья – это всё, что у меня есть. Я правда люблю каждого из своих мужей и просто не смогу отказаться ни от одного из них, – честно ответила я.

– Знаю. Помню о том, как ты дорожишь близкими людьми, просто я глупо верил, что смогу стать для тебя одним из них. Для меня это мучительно – надеяться на семью. Думал, что если стану гарантом вашей безопасности, то ты примешь меня, найдёшь место в своём сердце, но ты во мне не нуждаешься, – тихо и как-то обречённо признался мужчина.

– Извини, Дейл, но ты совсем не разбираешься в отношениях. Разве люди живут вместе ради выгоды? Хотя, чему я удивляюсь – вы так и делаете. Только так не должно быть, – ответила я.

– А как надо? Знаешь, мне часто предлагали вступить в союз, особенно после того, как я занял должность наместника, но раньше я никогда не хотел этого. Женщины казались мне скучными и слишком предсказуемыми. Ирония в том, что единственная девушка, чьего внимания я мечтаю добиться, меня даже не рассматривает в качестве мужа. Я не знаю, как тебя завоевать, не понимаю, о чём ты думаешь. Каждый раз, когда мне кажется, что я нашёл ниточку, что могла бы нас связать, ты ускользаешь, делаешь всё, чтобы отдалиться от меня, – с каким-то надломом произнёс Карвер.

– Я думала о тебе. Была удивлена, что ты покрываешь моё отсутствие. Ещё неделю назад мне сообщил об этом Айк. Он ездил под купол, – ответила я откровенностью на откровенность.

– Почему не вернулась раньше? Полагаю, что ты не сделала бы этого, если бы не несчастный случай с доктором Пирсом, – устало опустившись на противоположный край кровати, проницательно предположил наместник.

– Нет, но это не значит, что я не ценю того, что ты для меня старался. Просто речь была ведь не только обо мне. Я помню, как вы давили на меня с этим дурацким отбором, какие требования предъявляли к кандидатам в мои мужья, а мои мужчины – они не подходят под эти стандарты. Почему ты не хочешь понять, что в семье важны не заслуги, а отношения? – попыталась объясниться я.

– Быть может потому, что я в этом ничего не понимаю? – с грустной улыбкой вернул мне мой упрёк наместник.

– Придётся учиться. Если всё пройдёт хорошо, то скоро у вас будет ещё два десятка таких же странных женщин и столько же мужчин. В любом случае, миссию по возрождению Нового Марса можно будет скинуть с моих хрупких плеч, разделив её на сорок три человека с пластичными генами, – улыбнувшись, сказала я.

– Мне неинтересны другие женщины, какими бы они ни были. Что нужно сделать мне, чтобы добиться твоего внимания, Арина? Мне есть на что надеяться? – не дал мне увильнуть от щекотливой темы мужчина, с надеждой глядя на меня внимательными карими глазами.

Арина

Что ответить мужчине на подобный вопрос? Сколько бы я не размышляла на тему Дейла Карвера, а к такому повороту оказалась не готова.

– Ты мне нравишься, но всё сложно, Дейл, – не стала лукавить я.

– Объясни, – попросил мужчина, придвигаясь ближе.

Я не возражала сократить расстояние между нами, но сама осталась на месте. Карвер присел рядом, при желании я могла коснуться его рукой, но мужчина не вторгся в моё личное пространство, как будто давая мне возможность решить самой – сделать последний шаг или нет.

Мне было сложно подобрать слова, чтобы правильно выразить свои сомнения, поэтому пауза затягивалась.

– Это из-за моего возраста? Но ведь доктор Пирс мой ровесник, – с определённой долей горечи сказал наместник, сжимая длинными сильными пальцами складку на покрывале.

– Дурацкие у вас комплексы относительно возраста. И вообще, получается, я старше тебя на пятьсот тридцать три года, – с улыбкой сказала я, осторожно касаясь напряжённых пальцев.

– Тогда что? Я не в твоём вкусе? – предположил Карвер, вздрагивая от моей нехитрой ласки.

– Не говори глупостей. Ты очень привлекательный мужчина. Мне нравится в тебе всё, и даже твой не самый мягкий характер. Не поверишь, я даже от наших пикировок получала удовольствие и скучала по беседам. Ты единственный на том отборе увидел во мне личность, а не инкубатор. Дело не в том, как я к тебе отношусь, а в том, на что ты сам готов пойти, чтобы быть рядом со мной и нужно ли тебе это, – честно ответила я.

– Если бы ты мне была не нужна, стал бы я рисковать всем, чего с таким трудом добился? Какие ты хочешь поставить условия? Тебе нравятся жёсткие игры? Признаюсь, я не любитель подобного, но ради тебя я могу иногда… – хмуро сказал Карвер, но я положила ему пальцы на губы, не позволяя продолжать этот бред.

– Нет, Дейл, дело не в этом, хотя я удивлена твоей осведомлённости относительно подобного. Просто моя семья – она другая: мы живём в одном доме, спим в одной постели, решаем споры, договариваясь друг с другом, не выясняя, кто самый главный самец в стае. Я не хочу и не буду путешествовать между домами согласно какому-то дурацкому графику, не отдам своих детей на воспитание отцу, занимаясь только выполнением условий брачного контракта. Поэтому я и не спешу дать тебе однозначный ответ: мне нужно сначала узнать, как мои мужчины отнесутся к возможности нашего союза. А ты сам? Ты хочешь быть с нами? – спросила я, затаив дыхание в ожидании ответа.

– Я не знаю. Мне сложно всё это представить, да и не хочу сейчас размышлять о других мужчинах, но я точно уверен в другом – я не могу без тебя. С того самого дня, как увидел твою язвительную улыбку, как услышал звонкий голос, полный негодования, я не мог ни о ком другом думать. Мне хотелось одновременно сжать твою нежную шейку и поцеловать. Я тоже тосковал по нашим встречам, переживал за тебя. Не могу сохранять спокойствие рядом с тобой. Бездна, ты сидишь в метре от меня, укрытая тонким покрывалом, а я стараюсь не представлять о том, что под ним, – резко вздохнув, признался Карвер.

– Быть может, это просто страсть? Что будет, когда ты получишь то, чего так хочешь? Не пропадёт ли твой интерес? Ты ведь можешь подождать, когда Шад разбудит остальной экипаж. Познакомишься с другими девушками. Они все привлекательные и образованные, если тебя привлекла во мне новизна и необычность, – предложила я, стараясь отогнать горечь собственных слов.

– Я похож на глупого мальчика, который не знает, чего он хочет? Или ты хочешь просто отделаться от меня? – рассердился Дейл.

– Прости, если обидела, но я не могла не спросить. Вы всё решаете так быстро, не оставляя себе времени на сомнения, что мне страшно, – честно ответила я.

– Чего ты боишься? – спросил Дейл, притягивая меня в свои тёплые объятия.

– Того, что однажды кто-то из вас уйдёт, осознав, что поторопился. Мне будет больно, – решила я быть откровенной до конца, пряча лицо на груди у мужчины.

– Глупая. Какая же ты ещё наивная. Как от тебя можно отказаться? К тому же, ты собрала не самых завидных женихов. Если у тебя не осталось других аргументов, чтобы отказать мне, то… ты станешь моей женой, Арина? – спросил Дейл, вынуждая посмотреть в его красивые карие глаза.

– Да, – выдохнула я, сдаваясь этому щемящему чувству.

Надеюсь, мои мужчины не обидятся на то, что я всё же приняла это решение самостоятельно, только я не могла и не хотела снова отказывать Дейлу.

Карвер поцеловал меня – сначала нежно, несмело, как будто давая возможность отступить, а когда я ответила, то мужчина отозвался со всей страстью и пылом долго сдерживаемого желания. Я на некоторое время полностью растворилась в плавном скольжении наших губ, танце языков. Одно могу сказать – этот мужчина определённо умел целоваться так, что в его объятиях я забыла обо всех проблемах и сомнениях. Сильный, уверенный, при этом очень чуткий и умелый – он определённо был опытным мужчиной, который привык к ведущей роли во всём, включая секс. Интересно, как этот, не побоюсь этого слова, доминантный самец соглашался на «жёсткие игры»? Откуда он набрался опыта – тоже было интересно, но сейчас я не собиралась выяснять эти моменты. Мне просто было хорошо и уютно сидеть в его объятиях, наслаждаясь приятным ароматом мужского парфюма и самого Дейла.

– И что дальше? Как мы будем решать вопрос с Советом? Мне нужно поговорить с парнями, – сказала я, нехотя отстраняясь от мужчины.

– Дальше мы немного поспим, а утром я всё подготовлю и сам поговорю с Пирсом и вторым сосупругом. Ещё глубокая ночь, а тебе нужен отдых. Позволишь мне остаться рядом? Я не буду раздеваться. Просто не хочу сейчас уходить, – попросил Дейл.

– Оставайся. Только утром поговорим вместе, ладно? – согласилась я, зевая. Как ни странно, но, как только Карвер заговорил об отдыхе, мне захотелось спать.

Дейл лёг поверх покрывала, удобно устраивая меня на своей груди. Так я и уснула, слушая мерный стук сердца своего будущего супруга.

Арина

Утром я проснулась в одиночестве. Честно признаться, я не сразу поверила, что наш ночной разговор с Дейлом имел место быть, а не пригрезился мне, но от подушки приятно пахло дорогим мужским парфюмом, и на прикроватной тумбе лежал небольшой значок, который я видела на модном тёмном пиджаке наместника.

Уронив лицо в ладони, я пыталась осознать, что наша семья пополнилась на ещё одного мужчину. Шестого!

Не удержавшись, тихо рассмеялась, представляя, как отреагируют на эту новость и собственные перспективы подруги, когда Шад оживит их, но до этого ещё нужно дожить.

Стянув простынь, я обмоталась ею и направилась в ванную комнату. Покончив с утренними процедурами, я вынула свои вещи из очистителя и оделась.

Я спешила, но судя по тому, что время близилось к полудню, Карвер всё же сделал всё по-своему и уже поговорил с моими мужьями. От переживаний на тему того, как они отреагировали на моё решение, у меня сводило живот и неприятно холодели ладони. Я боялась неодобрения своих парней, но не жалела, что согласилась принять Дейла. Война с Советом ещё не выиграна, поэтому такой защитник, как наместник, нам не помешает. Хотя кому я вру? Мне просто нравился этот мужчина, поэтому я эгоистично хотела получить ещё и его. Наверное, Новый Марс заразил меня своими порядками. Ну, или я сама в тайне мечтала о множестве красивых и сильных мужчин. Это ведь естественно, правда?

Сегодня дверь была не заперта. Выйдя в коридор, я прислушалась и поспешила туда, откуда доносились звуки беседы – на кухню, и первым, кого я увидела, был…

– Шад! – не сдержала я радостного возгласа и бросилась обнимать немного бледного мужа.

Вспомнив о недавнем ранении, я немного поумерила свой пыл и несмело поцеловала дока.

– Не нужно осторожничать. Я уже в норме, – заявил мужчина, усаживая меня к себе на колени.

– Мальчики? Вы как здесь оказались? – удивилась я, заметив за столом не только Дейла, Айка и министра Тенса, но и Сейма, Рама и Лина.

– Я всё же не стал дожидаться твоего пробуждения и сам поговорил с будущими сосупругами. Они и сказали адрес, откуда забрать всех членов нашей семьи, – вместо парней ответил Карвер.

– И что вы решили? – спросила я, малодушно пряча глаза от своих мужей.

От страха сердце часто застучало, а руки начали мелко дрожать.

– Арина, ты чего испугалась? Не переживай. Мы и так знали, что наместник рано или поздно добьётся твоего согласия, раз уж так сильно обеспокоился твоей судьбой, – с доброй усмешкой сказал Шад, поднимая тёплой ладонью моё лицо, чтобы осыпать его невесомыми поцелуями.

– Ладно. Давайте, вы отложите нежности, а то кому-то завидно. Нам нужно определиться с насущными вопросами, – напомнил Вилиам, немного смущая меня. Дейл и правда не сводил с нас внимательного взгляда, но белобрысый министр прав – сначала надо разобраться с проблемами, а потом уже налаживать отношения в кругу семьи.

– Арина, где капсулы с экипажем? Айк сказал, что только ты знаешь, в какой из сотен ячеек складского сектора стоит транспортёр с находкой, – спросил Карвер.

– Конечно. Можно мне планшет? Я нарисую, – согласилась я.

Следующие пятнадцать минут я рисовала карту. Потом объясняла, где и на какой высоте я оставила для себя пометки на тот случай, если заблужусь, и о ловушках, призванных обрушить проход, если бы силовики попытались обойти наше согласие и попытались найти их самостоятельно.

– А вы коварны, Арина. Дейл, я начинаю за тебя бояться, хотя вы оба чокнутые, – с каким-то неуместным восхищением произнёс доктор Тенс.

– Арина! Это же твой экипаж. Как ты могла?! Если бы проход завалило, то они так и остались бы во льдах, – возмутился Шад.

– Им ничего не угрожало. Поспали бы ещё пару сотен лет. Может, к тому моменту переселенцы научились бы ценить личную свободу и чужое мнение. И вообще – мне нужно было спасти тебя и свою семью. Я надеялась, что до крайних мер не дойдёт, – немного смутившись под перекрёстным огнём семи пар глаз, ответила я.

Шад крепко прижал меня к себе, а потом поцеловал так отчаянно и страстно, что я почти забыла о том, что мы тут не одни.

– Давайте, всё же не будем отвлекаться, – напомнил Вилиам, прерывая нас с доком.

– Я думаю, что нам не стоит привлекать внимания к тому, что поиски велись не в том месте. Это вызовет слишком много вопросов. Лучше перенести находку и посадочный модуль к месту ведущихся раскопок. Поиски ведёт мой старший брат. Он всё организует без лишнего шума, – предложил Дейл.

– Там опасно. Не знаю, стоит ли рисковать, пытаясь извлечь покорёженный металл летательного аппарата, – высказал свои сомнения Айк.

– У Тима новейшее оборудование и обученные профессионалы. Они посмотрят, если не смогут справиться с этой задачей, то можно создать копию на месте раскопок. Это займёт некоторое время, но думаю, что общественность будут интересовать в первую очередь найденные люди с нетронутыми генами, а не кусок металла, оставшийся во льдах. Потом можно будет организовать обрушение купола, под которым и останется якобы найденный посадочный модуль, – отозвался Карвер, вызывая у меня чувство гордости за находчивость моего мужчины.

– Шад, надеюсь, что вы сможете реанимировать найденных путешественников? – спросил о более насущном Вилиам Тенс.

– Я утром уже осмотрел ту девушку, что мы привезли с собой. Её капсула цела и ткани в гораздо более сохранном состоянии, чем когда-то у Арины. Я почти наверняка смогу пробудить её и даже быстрее, нежели собственную супругу, но гарантий нет. Глубокий криосон – это не такое простое состояние, чтобы давать поспешные прогнозы, – ответил мой док, заставляя блондинистого министра согласно кивнуть.

– Сегодня вам самому ещё нужно отдохнуть. Я сделаю пару укрепляющих процедур и инъекций, а завтра ваша супруга «выздоровеет» и нужно будет что-то решать с отбором, – выдал своё заключение Вилиам.

– Я понятия не имею, как нам убедить Совет, не прибегая к шантажу с использованием моего экипажа, – с тяжёлым вздохом призналась я.

– У меня есть пара идей. Правда, придётся задействовать почти все свои связи, – сказал Карвер.

«Пожалуй, мне несказанно повезло, что Дейл на нашей стороне, иначе я никогда не смогла бы переиграть этого интригана», – подумала я, с уважением глядя на своего жениха.

Арина

У Дейла слова не расходились с делом. Едва я успела позавтракать, как в особняк прибыл Тим Карвер.

Высокий сильный мужчина с пепельными волосами и цепким взглядом – брат наместника внешне не имел ничего общего с Дейлом, что меня уже не смущало, а вот в характере чувствовалось определённое сходство. Всего за пятнадцать минут будущий родственник выпытал у меня все подробности местонахождения капсул, ловушек и особенности устройства охранной системы посадочного модуля на тот случай, если его получится извлечь. Рассказала я и о пропавшем технике Дмитрии.

Если меня Тим расспрашивал достаточно вежливо, то мужьям досталось основательно. Мужчина явно был не в духе от того, что ему несколько месяцев пришлось плавить никому не нужные льды в поисках того, что находилось в другом месте.

– Ты ведь понимаешь, насколько важно всё сделать без лишнего шума, Тим? – спросил Дейл, когда старший Карвер засобирался уходить, прихватив с собой Айка и Лина.

– Не переживай, братец. Со мной пойдут лишь те, кто умеет держать язык за зубами, но с тебя причитается, – усмехнулся мужчина, панибратски хлопнув Дейла по плечу.

Следующие несколько часов были довольно суетливыми: Карвер постоянно переписывался или беседовал с кем-то, подготавливая всё к завтрашнему представлению перед Советом. Шада увёл на процедуры Вилиам, а Сейм с Рамом улетели к своим родным, чтобы успокоить их после нашего внезапного исчезновения. Чтобы не мешать Дейлу, я присела на диван и разглядывала ухоженный сад через арку окна.

– Ты сердишься на то, что я всё же сделал по-своему? – осторожно спросил Карвер, присаживаясь рядом со мной.

– Нет. Я бы удивилась, если бы ты не попытался решить всё сам, – ехидно улыбнулась я.

– Я просто не привык перекладывать ответственность на хрупкие женские плечи, – самоуверенно изрёк наместник. Хотя, полагаю, что подобная жизненная позиция на самом деле часть самого Карвера.

– Понимаю, но в будущем давай всё же считаться с мнением друг друга. Это важно, Дейл. Если каждый из нашей семьи будет поступать так, как считает нужным, то ничего хорошего из этого не получится. Если не согласен, то лучше поспорь, – сказала я, позволяя мужчине обнять себя.

– Хорошо. Наверное, никогда не привыкну к твоей логике. Ты ведь знаешь, насколько ты необычная и чудесная? – спросил Карвер.

– Мне известно, что вам практически не с чем сравнивать, – усмехнулась я.

– Я бы так не сказал. У меня была любовница. Мы встречались, когда я уже поднялся в Совете и претендовал на нынешнее место. Линда хотела заключить со мной политический союз, но я отказался. Не желал связывать себя неразрывными узами с этой женщиной. Чтобы переубедить меня, она предложила более близкое общение. Это было… любопытно, но не более того, – признался Карвер.

– Как думаешь, Дейл, у нас всё получится? – спросила я, не зная, как реагировать на внезапную откровенность мужчины.

– Ты о завтрашнем выступлении или колеблешься относительно того, стоит ли нам заключать брак? – уточнил мой проницательный политик.

– О проблеме с Советом, – улыбнувшись ответила я, с удовольствием отмечая, как расслабился Карвер.

– Всё будет хорошо. Спасибо, что не сомневаешься во мне, – тихо произнёс Дейл, нежно целуя меня.

Губы Дейла пахли кофе, который мы недавно пили и свежестью, мягкие и податливые – они уверенно вели меня в извечном танце зарождающейся страсти. Наверное, глупо замечать такие нюансы, но мне почему-то хотелось сохранить в памяти этот момент, когда мы только познаём друг друга, подстраиваемся, движемся как два магнита – чем меньше расстояние, тем больше сила, притягивающая нас друг к другу.

Потом всё будет иначе, в чём-то даже лучше: больше уверенности, смелости, меньше страха и колебаний, но именно этот момент, когда ты открываешься максимально, оголяешься не только в прямом, но и в эмоциональном плане, никогда не повторится. Я как жадный паук прятала в паутину памяти ещё одно такое мгновение, первый раз с моим непростым мужчиной.

Резкий вздох – и в полуприкрытых глазах желание. Дейл словно боялся показать тот голод, что жил в его душе, пряча его за веером пушистых ресниц. Красивый. Я как будто только сейчас заметила, насколько этот мужчина хорош собой: по-восточному удлинённые уголки тёмно-карих глаз, немного резкие скулы, прямой нос, пухлые покрасневшие от возбуждения губы – Дейл был прекрасен в своём желании. Он тоже не спешил утолить свою страсть: нежно касался моим губ, обрисовывая длинными аристократичными пальцами их контур, погладил щёку, пробуя бархатистость кожи, скользнул ладонью в мои волосы, притягивая ближе к себе.

– Как я мечтал о тебе, Арина, – хрипло признался мужчина, целуя уже по-другому: голодно, жадно и так сладко, что мысли растворились, уступая место страсти.

Одежда стала мешать. Наши руки срывали ненужные сейчас вещи, спеша устранить препятствие между нами. Мягкая обивка дивана под спиной, обжигающее своей остротой касание кожа к коже, взгляд глаза в глаза и громкий стон.

Мне не нужна уже была прелюдия, но Дейл не спешил, изводя меня чувственными ласками. Он как будто знал о моих желаниях больше меня самой, превращая тело в оголённый провод: каждое прикосновение как разряд тока, сводящее с ума скольжение горячих губ, уверенные движения пальцев в истекающем влагой лоне и мой вскрик, полный мольбы.

– Не могу больше ждать. Скажи, что хочешь, – попросил Дейл.

– Иди ко мне. Хочу тебя, Дейл, – позвала я, выгибаясь навстречу мужчине.

Наш слитный стон, первое проникновение – глубоко, остро, он наполнил всю меня до предела. Движения сильные, правильные, доводящие до исступления. Я отдавалась этому мужчине в прямом смысле этого слова – раскрывалась, таяла, принимая его силу, теряя себя в нашей страсти.

– Дейл! – вскрикнула я, цепляясь за сильные плечи, когда удовольствие взорвалось первой ослепительной вспышкой, заставляя напряжённое до предела тело мелко дрожать. Его глухой стон и резкие движения, а потом лишь гулкий стук сердец и нега.

– Не хочу шевелиться, – с улыбкой призналась я, зарываясь пальцами в чёрные немного влажные волосы Дейла. Определённо у его генетической линии были азиатские корни.

– Я тоже, но надо встать и одеться, – с некоторой досадой произнёс мужчина.

– Зачем? – удивлённо спросила я, наслаждаясь поцелуями, которыми Дейл осыпал моё лицо.

– Пойдём будить Пирса и подпишем брачный договор. Теперь я не дам тебе ни одного шанса отказаться от меня, – удивил меня своими словами Дейл.

– Почему именно сейчас? – со смехом спросила я. Глупый. Разве смогла бы я отказаться от него?

– Никаких свободных отношений. Я не хочу быть только любовником. Хочу, чтобы ты смотрела на меня так, как на них, хочу иметь право целовать тебя каждое утро, видеть, как ты сонно морщишь носик или как расслабленно улыбаешься после секса. Я хочу с тобой всего, Арина, – признался Дейл, вызывая острое щемящее чувство, которому я пока не хотела давать громких определений.

– Пошли. Сам виноват. Теперь ты от меня не избавишься, Дейл Карвер, – с хитрой улыбкой ответила я, наблюдая, как мужчина встаёт с дивана, открыто демонстрируя мне своё сильное гибкое тело, и тянется за моей рубашкой, которую мы умудрились закинуть на высокий стеллаж.

– Как и ты от меня, – отозвался мой вредный политик, подавая мне блузку.

Арина

Шад не спал. Он лежал в постели, внимательно читая сводку новостей на портативном экране. Мой старший муж открыто улыбался. Он явно был рад вернуть свою прежнюю жизнь. Оно и понятно – здесь он светило науки, гений, совершивший прорыв в реаниматологии, а в подземельях он был всего лишь узником, пусть и добровольным. Прав был Лин: мы сами себя изолировали, но вряд ли у нас получилось бы нормально жить в шахтах. Рано или поздно пришли бы сожаления.

– Хорошо, что вы не спите, доктор Пирс. Вижу, вы подготовили договор, – удовлетворённо произнёс Дейл, спеша взять в руки документ.

– Я даже его уже заполнил, зная, как вам, наместник, не терпится присоединиться к нашей семье, – с беззлобной усмешкой произнёс док.

– Шад, Дейл, пожалуйста, давайте обойдёмся без подколок. Я понимаю, что вам обоим будет непросто привыкнуть, но мы собираемся жить в одном доме, воспитывать общих детей. Вы мне оба дороги, поэтому очень неприятно знать, что вы не ладите. Я слишком многого прошу, да? – спросила я, нахмурившись.

Соперничество этих двоих властных мужчин грозило нам проблемами в будущем, если они не научатся терпимости.

– Прости, малышка, мы это не серьёзно, – немного смутившись, сказал Шад, жестом приглашая меня присесть рядом.

Только сейчас я заметила, что к его второй руке подключена современная капельница, знакомая мне со времён пребывания в реабилитационном центре. Я поспешила к своему доку, осторожно обнимая, чтобы не задеть травмированное плечо и аппарат.

– Я должен извиниться. От привычки командовать не так просто отказаться, но я это сделаю, – как всегда бескомпромиссно заявил Карвер, растерянно запуская ладонь в свои тёмные волосы, взлохмачивая их.

– Обойдёмся без крайностей. Достаточно будет того, что дома мы все равны. Зови меня по имени, – с усмешкой предложил мой док, выпуская меня из объятий, чтобы протянуть конечность для рукопожатия.

– Взаимно, – буркнул Дейл, осторожно отвечая на дружеский жест.

Да, в этом плане в пещерах было проще, но я верю в то, что у нас всё сложится… со временем, когда-нибудь сильно позже, а пока достаточно и перемирия между моими «доминантными самцами».

– Давайте, ещё раз пройдёмся по плану. Что к завтрашнему выступлению уже готово? – спросила я, отвлекая мужчин от игры в гляделки.

– С утра у нас конференция, где мы с тобой появимся вместе, объявив, что ты выбрала шестого мужчину из пятой генной линии. Будем бросать друг на друга многозначительные взгляды, но окончательное признание будет только в прайм-тайм – примерно часов в одиннадцать мы появимся всей семьёй. К этому времени телевизионщики успеют накрутить максимальный интерес к происходящему, – сказал Дейл, прикладывая палец, чтобы подписать брачный договор, который до этого внимательно читал, не особенно отвлекаясь на нашу беседу.

– Я пока не очень понял, как ты хочешь легализовать брак с Лином и Айком, – уточнил мой док, внимательно наблюдая за тем, как Дейл передаёт мне договор, и я подписываю его, не глядя в текст.

– Ты почему не прочитала? – растерянно спросил Карвер, видя, что я спокойно положила документ в портфель Шада.

– Не вижу смысла. Если я не могу положиться на вас, то кому я вообще могу довериться? – пожав плечами, ответила я.

– С ума с тобой сойти можно: то споришь о каждой букве, то вслепую подписываешь брачный контракт, – посетовал Дейл, не преминув стащить меня с кровати Шада и усадить к себе на колени.

– И всё же: как мы сообщим о парнях? – напомнила я, поворачиваясь лицом к мужчине.

Арина

– Как ваше самочувствие, Арина? Наши зрители так долго ждали, когда снова смогут увидеть удивительную девушку, пришедшую к нам из прошлого. Едва вы успели оправиться от долгой болезни, как объявили об окончании отбора. Кто же они – те счастливчики, что вошли в вашу с доктором Пирсом семью? – спросил тот самый ультрамодный оператор, пока я изо всех сил изображала восторженную дурочку, стараясь не щуриться от яркого света софитов.

– Так много вопросов… Признаться честно, я немного растеряна и не знаю, на какой ответить в первую очередь, – скромно опустив глазки, сказала я, играя смущение.

– Все мужчины Нового Марса очень переживали о вашем здоровье. Скажите, что за недуг лишил нас вашего общества на столь длительный срок? И как ваш супруг – доктор медицинских наук Шад Пирс – допустил подобное? – уточнил шоумен.

– Можно мне признаться честно? – спросила я, теребя краешек короткой юбки. Этот жест я дольше всего репетировала, стоя перед большим зеркалом в поместье Дейла. Красивое бирюзовое платье с открытыми плечами сверху обтягивало меня подобно второй коже, а от талии переходило в летящую юбку длиной до середины бедра. Когда я «невинно» сминала яркую ткань, бедро оголялось всего на несколько сантиметров, но при этом жест выглядел вполне эротично, успешно отвлекая мужчин от умных мыслей. Проверено на моих мужьях.

– Конечно! Мы именно этого и ждём! Поведайте нам, что же случилось с надеждой нашей колонии? – поинтересовался ведущий, не поднимая глаз выше моей талии.

– Я сбежала. Не могла больше выносить эту пытку! – всхлипнула я, поднимая глаза к самому яркому фонарику, специально летавшему неподалёку по указанию Карвера.

От излишне яркого света мои чувствительные глаза быстро наполнились влагой, из-за чего картинка перед глазами немного поплыла, но полагаю, что нужного эффекта я добилась, услышав сдавленный возглас оператора и тревожный ропот массовки.

– Что же случилось? Кто посмел вас обидеть?! – спросил оператор, пока я часто моргала, роняя слёзы.

– О нет! Что вы?! Наоборот – все были ко мне так добры… Столько заботы… Все мужчины, подобранные в качестве кандидатов, такие совершенные, а я… я просто не могу так! Как отказаться от кого-то, когда они одинаково хороши? Но основная проблема даже не в этом. Понимаете, они всегда рядом, нежат меня, балуют, утешают… Разве не в этом заключается любовь? – всхлипывала я, размазывая влагу по лицу. Благо, макияж был рассчитан на такие издевательства.

– Успокойтесь, Арина. Наши сердца не выдержат ваших слёз. Объясните, о ком вы? – уточнил ведущий, пытаясь разобраться в моём словесном потоке.

– Мои мужчины. Вы называете их помощниками, но ведь Сейм и Рам не просто облегчают мне быт, а дарят себя без остатка. Ведь в этом и есть суть брака – отдавать себя мужьям и получать взамен их сердца. А мне говорят, что нельзя принять их. Почему? Я запуталась… Вы ждёте, чтобы я выбрала супругов, но тут же запрещаете мне любить, – мой голос понизился до хриплого «трагического» шёпота.

– Ну, разве можно себя так изводить, Арина?! Уверен, наместник и Совет войдут в ваше положение. Мы все понимаем, насколько непросто вам привыкнуть к реалиям нового мира, изменить свою мораль и воспитание. Что вы скажете, мистер Карвер? – оператор обратился к Дейлу.

– Я, как и все мужчины Нового Марса, просто не могу спокойно видеть мучения этой чудесной девушки. В конце концов, закон не ограничивает женщин в выборе, за исключением случаев, когда возможно кровосмешение из-за наших особенностей. Арина может связать свою судьбу с любым, к кому лежит её сердце, – проникновенно произнёс мой политик, бросая на меня жаркий взгляд.

– Правда?! Значит, я могу принять тех, в кого влюбилась за время своего побега? – восторженно спросила я.

– Разумеется, – ответил Дейл, нежно вытирая слёзы с моих щёк.

– Кстати, наместник, как так вышло, что нам объявили о болезни Арины, а на самом деле она сбежала? Вы скрывали исчезновение девушки? – поинтересовался оператор, пока я бросилась обнимать и целовать Сейма и Рама.

– Что вы такое говорите? Неужели вы полагаете, что кто-нибудь допустил бы реальный побег нашей надежды? Ко мне обратился доктор Пирс. Он очень переживал за свою эмоциональную супругу, ведь Арина реально была на грани нервного срыва. Я проконсультировался с министром Тенсом, ведь всем известно, что депрессия – это опасная болезнь, особенно для женщин. Вилиам порекомендовал девушке отдых, поэтому было решено подыграть ей в стремлении «сбежать» от проблем, – невозмутимо врал Дейл.

– Удивительная история! Я, как и все наши зрители, просто сгораю от любопытства! Где же была Арина? Почему она объявила об окончании отбора? Кто, кроме доктора Пирса и тех двоих счастливчиков станет мужьями девушки? Ведь были заявлены пять мужей разных линий, а один из бывших помощников принадлежит к генной серии старшего супруга. Столько вопросов! – просто сиял от получившегося репортажа ведущий.

– И вы получите на них ответы, но позже. Как вы понимаете, Арине нельзя переутомляться. Пусть наша надежда немного успокоится, придёт в себя, и в обед мы снова встретимся, чтобы прояснить все спорные моменты, – сказал Карвер, давая понять, что конференция подошла к концу.

Погасли софиты и улетели камеры, а я облегчённо вздохнула, расслабляясь в объятиях Рама.

– Ты умница! Безупречно сыграла! – похвалил меня блондин, целуя в губы.

– Думаю, что после твоего выступления многие наши коллеги обретут новый статус, –произнёс донельзя довольный Сейм.

– Ты была восхитительна, малышка. Первый тайм нами выигран, но впереди решающая битва, – поцеловал меня Дейл, не обращая внимания на зум десятка сообщений своего коммуникатора. – Мне нужно всё подготовить. Отдохни немного, – сказал муж, прежде чем уйти.

– Пойдём. Через час прилетят Айк и Лин. Карвер обещал, что это будет весело, – шепнул мне Сейм, утягивая в сторону кафетерия, а я улыбалась, пытаясь сдержать дрожь нервного возбуждения. Скоро моя семья будет в сборе и больше не придётся прятаться от мира!

Арина

– Ты готова? – спросил меня Шад, нежно целуя в кончик носа.

– Да, – тяжело вздохнув, ответила я.

Никогда раньше не замечала за собой актёрского таланта, но ради своей семьи я согласна была на любые подвиги.

Парням тоже пришлось непросто. Пока я пила кофе со своим доком, над Рамом и Сеймом трудилась целая бригада стилистов, превращая их из «забитых помощников» в счастливых супругов, но в том, что политика это большей частью шоу, меня убедило появление Лина и Айка. Признаюсь честно, я не выдержала и смеялась до слёз, видя, в кого превратили братьев, но это всё лирика. А пока под прицелом объективов камер отдувались Вилиам Тенс и Дейл, рьяно доказывая то, что моя «легко ранимая натура» всего лишь результат другого менталитета и воспитания, а не признак более серьёзных проблем со здоровьем.

Помощник Дейла подал нам знак, и мы с Шадом вошли в конференцзал, улыбаясь десяткам камер.

– А вот и героиня нашего выпуска! Как ваше самочувствие, Арина? – участливо поинтересовался шоумен.

– Я так взволнована! Не могу выразить, как я всем благодарна, ведь вы подарили мне столько счастья! – восторженно отозвалась я.

– Нашу студию буквально завалили отзывами и вопросами неравнодушных мужчин. Всем не терпится узнать продолжение вашей удивительной истории. Даже не знаю, с чего начать. Для начала расскажите нам, куда вы сбежали от нас со своим супругом и помощниками? Кстати, вы уже оформили с ними брачные обязательства? Многим не верится в то, что вы готовы принять простых парней из народа, – произнёс ведущий, пока я снова «нервно» мяла край короткой юбки.

– Конечно! Первое, что я сделала, покинув эту студию, это связала себя священными узами со всеми своими избранниками. И я имею в виду не только Сейма и Рама, но и с теми другими, о которых не смела и мечтать, пока наместник не позволил мне выбирать сердцем. С ними я познакомилась во время путешествия, – ответила я, обворожительно улыбнувшись удивлённому этой новостью мужчине.

– С другими? Вы запутали нас, Арина! Так сколько же у вас сейчас мужей? – растерянно переспросил ведущий, который уже мало понимал, что происходит.

– Пятеро, как и было обещано! – радостно поведала я.

– Позвольте, я всё объясню, – взял слово Шад.

– Конечно. Нам всем очень хочется понять, о чём говорит милая Арина, – согласился шоумен.

– Дело в том, что моя жена не просто девушка, которая очнулась после многолетнего криосна, а, как это уже отмечали ранее, она наша надежда на восстановление пластичных генов. Совет во главе с наместником объяснили Арине, насколько важно, чтобы она приняла не менее пяти супругов, для чего организовали для неё отбор. В список кандидатов вошли достойнейшие из молодых мужчин Нового Марса, но моя жена живёт эмоциями и не может выбирать по тем критериям, к которым привыкли современные девушки. Ей было очень трудно, поэтому, с позволения Дейла Карвера, я повёз любимую в особое место – туда, где мы нашли её. Девушке было важно осознать взаимосвязь прошлого и настоящего. Там Арина познакомилась с бригадой археологов и прониклась идеей отыскать свой экипаж. Моя супруга сблизилась с двумя парнями из шахтёров-поисковиков. Поэтому, когда получила ваше одобрение, то поспешила завершить круг, и наша семья пополнилась не только известными вам бывшими помощниками, но ещё двумя мужчинами, – спокойно заявил Шад, вызывая недоумённый ропот массовки.

– С ума сойти! Вот это история! И всё же кое-что не сходится: Арина объявила об окончании отбора до того, как получила разрешение наместника на этот брак, – отметил ведущий.

– Всё верно. Понимая ответственность перед всей колонией, я собиралась выбрать наугад четыре имени из списка, но одна мысль о подобном глубоко ранила меня, – сказала я, изображая вселенскую печаль.

– Поэтому вы были так расстроены в начале репортажа? А как же ваши нынешние избранники? Как они отнеслись к вашему решению связать жизнь с практически незнакомыми мужчинами? – уточнил шоумен.

– Знаете, у меня не было надежды соединиться с теми, о ком мечтала, поэтому я держала свои чувства в тайне. Когда мы общались с Айком и Лином, они неизменно желали мне счастья, смотрели так, как смотрят влюблённые мужчины, но никогда не навязывали мне своей страсти, а утром я позвонила и сама призналась им в любви, – заученно повторяла я, не забывая дёргать многострадальную юбку. Эта часть нашего плана меня всегда немного смущала, потому что есмотря на то, что я чувствовала по отношению к своим мужчинам, главных слов я им так и не сказала, а сейчас разбрасывалась ими перед камерами.

– Не могу даже представить, как обрадовались эти счастливчики. Любой мечтал бы оказаться на их месте. Но где же они? Вы покажете нам тех, кто сумел обойти в гонке за ваше сердце аристократов, бизнесменов, спортсменов и меценатов? – спросил ведущий.

– Разумеется. Они ждут меня неподалёку с Рамом и Сеймом, вот только… – замялась я.

– Что не так, Арина? – участливо поинтересовался гламурный предводитель камер, видя наигранное мною сомнение.

– Мой звонок застал парней врасплох. Они так торопились, что не успели переодеться. Я люблю их любыми, но не оскорбит ли внешний вид простых шахтёров многоуважаемую публику? – спросила я, до боли кусая губы.

Не ржать! Только бы сдержаться и не рассмеяться. Где там мой особо яркий фонарик?

– Ну, что вы, Арина! Уверен, что никого не смутит неподобающий костюм. Пригласите к нам своих супругов, – едва не подпрыгивая от нетерпения, попросил ведущий.

На фоне сияющих после усердий стилистов Рама и Сейма, Лин с Айком выглядели особенно карикатурно: одинаковые серебристые костюмы термозащиты, странные объёмные шапки, местами испачканные лица, а Лину ещё и бороду приклеили, отчего он стал мало похож на себя. Айку подрисовали брови, от этого вид у него стал внушительно-суровым, но жиденькая и неухоженная борода на моём блестящем красавце смотрелась настолько нелепо, что все мои усилия уходили на то, чтобы выглядеть серьёзной женщиной, представляющей публике своих супругов.

– Какой неожиданный выбор! Пожалуй, никто из предложенных нашей героине кандидатов не выглядел настолько атмосферно. Уверен, у зрителей тысячи вопросов относительно ваших мужей… – начал шоумен, однако был грубо прерван Дейлом, «терявшим терпение» от затянувшейся конференции:

– И у вас ещё будет время, чтобы их задать, но у нас с министрами напряжённый график.

– Не стоит так торопиться, Дейл. Лично я бы послушал о тех, кто подарит Новому Марсу дочерей и сыновей с гибкими генами, но сейчас меня больше интересует, где же ещё один муж госпожи Шапкиной? – ехидно поинтересовался незнакомый мужчина с неприятным лицом. Вернее, черты политика были вполне гармоничными, как и у всех представителей изменённых людей, но их портило высокомерное и злое выражение. Этот министр явно был раздражён разыгранным спектаклем. Странно, что Карвер пригласил именно того, с кем постоянно конфликтовал в Совете, но ему виднее.

– О чём вы, советник Минорд? Ведь заявлено было пятеро мужей? – с живым любопытством поинтересовался ведущий.

– Пять мужчин из разных генных линий, а бывший помощник Сейм и доктор Пирс имеют практически идентичный набор наследственных признаков. У вас есть ещё один неожиданный избранник, госпожа Шапкина, или вы выберете недостающего мужа из списка, как заявляли ранее? – ехидно спросил крысёныш, белозубо скалясь мне.

– Но… я совсем не подумала об этом. Для меня Сейм и Шад совершенно разные, я даже не замечаю их внешнего сходства, – мямлила я, изображая растерянность.

– И всё же это так. И что? Продолжите отбор или осчастливите ещё кого-нибудь неожиданным решением? – поинтересовался советник, некогда желавший сделать меня недееспособным инкубатором.

– Ну, раз вы так ставите вопрос, то есть ещё один мужчина. Он всегда был рядом, помогал, поддерживал, заботился обо мне не меньше моего любимого Шада. Только я не уверена, что он захочет стать моим мужем. Я доставила ему столько хлопот, – сдавленно от вполне настоящего волнения произнесла я. Наша игра была на тонкой грани между правдой и ложью, поэтому я уже сама почти верила, что Дейл может мне отказать.

– Арина, брак с вами – это не просто создание новой семьи, а практически вопрос спасения нашей колонии, поэтому я не знаю ни одного мужчины, кто посмел бы вам отказать. Не томите нас. Назовите уже имя, – потребовал Вилиам Тенс, незаметно подмигивая мне.

– Дейл Карвер, вы окажете мне честь стать моим мужем? – хрипло спросила я под дружный удивлённый возглас массовки.

– Арина… – выдохнул моё имя наместник, стремительно приближаясь, чтобы заключить меня в объятия.

Наш «первый» поцелуй засняли десятки камер, а в студии намечался нешуточный спор с советником Минордом, но уже через минуту поступило экстренное сообщение от поисковой бригады, и эта новость затмила скандальный выбор чудаковатой девушки из прошлого. Обо мне и парнях просто забыли, ведь нашли мой экипаж.

– Увидимся ночью, – шепнул мне Дейл, который вместе с операторами, Шадом и взволнованными министрами собирался отбыть к месту раскопок.

– Слава звёздам! Эта борода дико чешется, – пожаловался Лин, отдирая с кожи липкую основу, едва мы погрузились во флайт.

– Всё получилось! Мы победили! – радостно крикнул Айк, усаживая меня к себе на колени.

Мне ещё не верилось, что всё закончилось хорошо, но я не могла не поддаться атмосфере всеобщего веселья, крича и смеясь вместе со своими «легализованными» мужьями.

Арина

– До сих пор не верю, что всё получилось, – радостно сказала я, пряча лицо на груди своего гиганта.

– Дейла не за красивые глаза выбрали самым молодым наместником за всю историю нашей колонии. Он просто гений, но и ты была чудо как хороша. Я сам почти поверил в разыгранный спектакль, – с улыбкой признался Айк, зарываясь пальцами в мои волосы.

– Согласен. Карвер всё тонко рассчитал. Определённо, Совету, как и средствам массовой информации, в ближайшее время до нас не будет никакого дела, несмотря на всю скандальность истории, – подтвердил слова великана Рам.

– Сегодня точно можно будет расслабиться. Тебе это нужно. С момента ранения Шада ты мало спала и постоянно нервничала. Предлагаю устроить пикник. У Дейла огромный бассейн под открытым куполом. Можно потанцевать и искупаться, – предложил Сейм, пересаживаясь ближе к нам.

Остаток пути мужчины много шутили, вспоминая особенно яркие моменты нашего фееричного выступления, а я просто расслабилась, отпустив напряжение прошлых дней.

Наверное, очнувшись на Новом Марсе, я ещё никогда не была настолько спокойна: больше не нужно было сражаться с Советом, мучиться из-за совершенно несуразного отбора, прятаться в подземных бункерах или спешить, чтобы спасти жизнь дорогого мне мужчины. А если хорошо подумать, то я вообще не помню того, чтобы была настолько счастлива, ведь у меня появилась большая, пусть и не совсем стандартная семья – мои парни. Пожалуй, Сейм прав – сейчас самое время для вечеринки у бассейна.

– Я плохо танцую. Не хватает пластики, – с улыбкой призналась я, хотя смущения по этому поводу я не испытывала.

– Айк великолепный танцор. Хотя, полагаю, мы все это умеем. Помощников этому учат, чтобы порадовать свою госпожу, – удивил меня скромно молчавший Лин.

Я подняла удивлённый взгляд, рассматривая смущённое лицо своего великана.

– Ты же говорил, что не умеешь? – спросила я, вспоминая наше неудачное первое свидание в сельскохозяйственной галерее.

– Я говорил про парные танцы. У меня никогда не было партнёрши, – скромно ответил Айк, вызывая у меня жгучее любопытство.

– Я хотела бы на это посмотреть, – честно призналась я, представляя своего гиганта, двигающегося под ритмичную музыку.

«Вы прибыли в пункт назначения» – механическим голосом известил нас флайт, останавливаясь на лужайке возле особняка наместника.

Время уже близилось к вечеру, но на куполе ещё яркой проекцией светилось солнце, искушая как можно скорее окунуться в голубую гладь бассейна.

Вспомнила свой первый визит в этот особняк, когда я вместе с Шадом подслушивала под дверью кабинета Дейла. Если честно, тогда я и не задумывалась о том, что когда-нибудь это место будет моим домом, точнее одним из домов. Позже надо будет решить, где мы будем жить все вместе, хотя для меня место не было столь уж важно, главное, что мои парни рядом.

– Арина, у меня не было возможности спросить раньше: ты согласилась стать женой Карвера из-за нас? Я имею в виду, пошла на союз с наместником только для блага и безопасности семьи? – неожиданно спросил Лин, останавливая меня возле дверей, ведущих в спальню, где я собиралась переодеться в купальник. Я даже немного растерялась, замешкавшись с ответом, но мой красавчик едва не понял это затянувшееся молчание превратно. – Если это так, то мы с парнями постараемся оградить тебя от его внимания… – начал говорить Лин, но я его перебила, положив пальцы на чётко очерченные губы:

– Не нужно. Дейл мне нравится. Я должна была обсудить всё с вами, но всё получилось немного спонтанно.

– Главное, чтобы ты была счастлива. Я не хочу, чтобы ты жертвовала собой ради нас, – признался муж, вызывая у меня острое желание обнять его. Я даже сделала шаг, сокращая расстояние между нами, но вовремя вспомнила о страхах парня. Вот только Лин сам подался навстречу, заключая меня в надёжное кольцо своих рук.

– Вы все дороги мне, Лин. Я на самом деле счастлива, – призналась я, стараясь не показывать того, как удивлена поведением мужчины.

Нежный, невесомый поцелуй быстро перешёл в страстный, полный огня и жажды. Не знаю, чем бы он закончился, но нас прервал голос Рама:

– Сначала отдых, а потом сладкое. Сейм уже настроил аудиосистему. Ждём только вас.

– Уже идём, – ответила я, нехотя отрываясь от сладких губ Лина.

Парни нас уже ждали в бассейне, вяло перебрасываясь небольшим лёгким мячиком.

– Присоединяйтесь, – позвал Сейм, отправляя пас великану.

Время растворилось, наполненное шумными выкриками, хлопками по мячу и азарту. Не помню, когда я так веселилась, просто дурачась, наслаждаясь тёплой водой, мягкими солнечными лучами и смехом.

Моим напарником по игре стал Айк, а остальные выступили в противоположной стороне, подзадоривая нас. По договорённости с проигравшей команды причитался танец, поэтому я старалась изо всех сил.

Посмотреть, как пляшет мой гигант, было очень интересно, но вот неуклюже двигаться самой никак не хотелось, поэтому у нас развернулась нешуточная баталия, в которой, к сожалению, мы всё равно проиграли.

– А может, я как-нибудь по-другому отработаю свой проигрыш? – нервно переминаясь с ноги на ногу, спросила я.

– Давай, Арина, не дрейфь. Ты же у нас такая смелая и чудесная! – подбадривал меня Сейм, пока Рам выбирал композицию.

– Не переживай. Здесь только мы, да и Айк тебе поможет, – «успокоил» меня Лин, с удобством располагаясь на садовом диване.

Пока мы возились в воде, начало темнеть. Закат на Марсе за пределами купола окрашивал красноватые пески и камни серо-голубым светом, но под умным электронным небом он ничем не отличался от земного – багряного с золотом. Над нами кружили небольшие фонарики, придавая вечеру определённый шарм, но я всё равно не могла расслабиться.

– Не переживай. Просто стань за моей спиной. Там тебя будет почти не видно, – обнадёжил меня Айк, одевая домашние брюки.

Заиграла ритмичная музыка. Я хотела было сжаться, испытывая привычное чувство стеснения, но просто забыла о своём смущении, увидев, как танцует мой гигант: два с небольшим метра мощи и грации, воплощённые в человеческом теле, при этом каждое движение – это драйв и кураж в чистом виде. Он двигался так же легко и естественно, как дышал, при этом заражая всех вокруг магией танца. Вскоре мы уже плясали все вместе, смеясь и дурачась, не вспоминая о проблемах и комплексах.

– Вы начали праздновать без меня? – с усталой улыбкой спросил Дейл, незаметно появившийся на заднем дворе. В руках у него были пакеты с логотипом ресторана.

– Ты как раз вовремя. А где Шад? – уточнила я, обнимая своего политика.

– Он переночует в больнице. Просил поцеловать тебя за него. Сейчас у доктора будет много работы, – ответил мне Карвер, передавая закуски в руки Айку, чтобы крепче прижать меня к себе.

– Как всё прошло? – поинтересовался Сейм.

– Идеально! Давайте включим визор и посмотрим вместе, – предложил Дейл, увлекая меня за собой в гостиную.

Остаток вечера мы смотрели, как из грузового лифта незнакомой мне шахты одну за другой выносят капсулы с моим экипажем. Слушали речи, полные надежды и радости, видели, как горят от предвкушения и азарта глаза учёных, комментировавших происходящее в прямом эфире. Потом серьёзный Тим Карвер невозмутимо отвечал на вопросы оператора. Просмотрели запись краткого выступления Дейла.

Меня переполняло столько эмоций, что в какой-то момент их стало слишком много, поэтому мой организм решил, что пора отдохнуть. Несмотря на все планы, я просто уснула в надёжных объятиях Дейла.

Арина

– Арина, ты скоро? У тебя всё хорошо? – крикнул из гостиной Лин, пока меня выворачивало над современными удобствами.

– Да. Всё в порядке, – хрипло ответила я, быстро прополоскав рот.

Утренняя тошнота мучила меня уже неделю. Была у меня догадка, чем вызвано недомогание, собственно, других признаков того, что это «Ж-ж-ж» – неспроста!», было тоже предостаточно, но я не спешила развеять свои сомнения. Почему? На Новом Марсе нет такой полезной вещи, как тест на беременность, а сообщать о возможном интересном положении мужьям я не спешила.

Меня страшила перспектива того, что вокруг нас снова поднимется шумиха. Только несколько недель назад отгремело грандиозное торжество в честь нашей с Дейлом свадьбы, поэтому к новой порции повышенного внимания средств массовой информации я пока была не готова.

– Ариша, ты уверена, что стоит ехать? Ты такая бледная. Может, свяжемся с Шадом и всё отменим? – взволнованно спросил Лин, подавая мне лёгкий плащ.

– Не говори глупостей. Всё со мной в порядке. Это просто вы перестраховщики. Дай вам волю, так вы не выпустите меня из постели, потому что так безопасней, – с улыбкой отозвалась я, позволяя своему красавцу поцеловать меня в щёку.

Кислый леденец со вкусом цитрусов немного освежил меня. В любом случае, я не собиралась отказываться от встречи с Иркой из-за такой мелочи.

Её первую буквально вчера оживил Шад. Над остальной командой ещё трудится целый штат сотрудников реабилитационного центра, но прогнозы у всех оптимистичные. Больше всех досталось моему соседу – том самому технику Дмитрию, чью капсулу выбросило вместе с моей, но и он, скорее всего, вскоре проснётся.

Кстати, команде Тима Карвера удалось не только отыскать его во льдах, но и аккуратно извлечь наш посадочный модуль вместе с семенами и прочим материалом, который очень заинтересовал современных учёных, но сейчас речь не об этом.

Я сгорала от любопытства: как несколько флегматичная женщина-биолог отнесётся к перспективам обзавестись своим новомарсианским аналогом семьи? Насколько я помню, Ирина была ярой противницей домостроевских традиций, мечтая посвятить жизнь науке.

– А по-моему, очень возбуждающая перспектива: ты в кровати круглые сутки и полностью в нашей власти, – промурлыкал Лин, подхватывая меня на руки возле лестницы. Мы по-прежнему жили в особняке наместника, но лишь до тех пор, пока в новом доме, купленном на наши общие средства, идёт ремонт.

– Маньяк, – в шутку упрекнула я своего мужа, усаживаясь на сиденье флайта.

Лин уже полностью избавился от своих страхов и теперь отрывался за все годы вынужденного воздержания. Оказывается, он даже к куклам не приближался. Хотя, остальные мужья тоже уделяли мне всё своё свободное время. Естественно, мы проводили его не только в постели, но ещё много гуляли, общались, объездили с познавательными экскурсиями почти всё поселение Нового Марса и даже один раз вернулись в заброшенную нами шахту. Бережливый Айк уже вывез оттуда большую часть оборудования и запасов, но всё равно это место вызывало тёплое чувство ностальгии.

Сейчас мой великан занимался запуском своего сельскохозяйственного комплекса. За годы, проведённые в изоляции, они с Лином накопили достаточный капитал, чтобы откупиться от своих алчных родственников и открыть своё дело. Последние попытались задрать сумму долга, якобы выплаченного ими бывшей госпоже Лина, но тут вмешался Дейл, пригрозив нечистым на руку дельцам такими санкциями, что те быстро исчезли из нашей жизни.

– Волнуешься? – спросил красавчик, заметив мою задумчивость.

– Немного, – не стала отрицать я.

– Уверен, твоей подруге будет приятно увидеть кого-то знакомого в новом для неё времени. Вспомни себя. Неужели тебе не хотелось иметь поддержку друзей? – поинтересовался муж.

– Конечно, хотелось. Я вообще была растерянна тем, во что превратился привычный мне мир, – усмехнулась я, вспоминая первые дни после пробуждения.

– Правда? А что больше всего тебя поразило? – уточнил Лин, целуя мою ладонь.

– Хм… Дай подумать. Знаешь, в моём времени люди стремились стать красивыми, подражать кумирам, а вы вроде бы как добились этого: все одинаково прекрасны, но теперь страдаете от этого. Поменялось слишком многое, чтобы можно было описать это парой фраз. Есть что-то плохое, но много и хорошего. А вообще, для меня просто чудо – эта вторая жизнь, – честно ответила я, улыбаясь своим мыслям.

– Это ты наше чудо, – сказал Лин, крепко прижимая меня к себе, как будто опасаясь, что кто-то может меня у него отнять.

Флайт остановился у порога медицинского центра, мелодичной трелью известив нас о прибытии.

На входе в учреждение нас уже встречал Сейм, одетый в форму медицинского работника. Он решил продолжить обучение и получить образование врача, а мы поддержали его в этом благородном стремлении.

– Вы как раз вовремя. У твоей подруги тоже случилась истерика. Сейчас помощники пытаются успокоить девушку, но это не так просто. Даже в домик Ирина не хочет играть. Вейс и Нил ей предлагали, – с улыбкой сообщил мне Сейм, внимательно рассматривая меня со всех сторон. – И всё же ты бледненькая. Может, я быстренько возьму кровь на анализ? – поинтересовался мой начинающий медик.

– Сейм, не тяни время. Я хочу увидеть подругу, – ответила я, переводя тему.

По дороге до палаты Лин выспрашивал у меня, что это за интересная игра в «домик» и почему он о ней впервые слышит, а я охотно делилась воспоминаниями, поскольку эта тема была гораздо более безопасной, нежели моё самочувствие и анализы.

– Заморозьте меня обратно! Не желаю жить в этом дурдоме! Только попробуй вколоть мне успокоительное, гад смазливый! Я тебе знаешь куда твой новомодный инъектор засуну? – сыпала угрозами девушка, размахивая перед собой подушкой.

Её крики были слышны по всему коридору через распахнутую настежь дверь. Два приятных мужских голоса мягко уговаривали её успокоиться, но когда это женскую истерику можно было прекратить подобной глупой просьбой?

– Ира, прекрати буянить. Помощники тебя никогда не обидят. Не надо пугать их, – сказала я, заходя в палату.

– Аришка! Это правда ты?! – радостно воскликнула девушка, выпуская из рук своё мягкое оружие, после чего бросилась со мной обниматься. – Я так рада увидеть хоть одного нормального человека! – призналась она.

– И я тебе рада. Мальчики, принесите нам чай с чем-нибудь сладеньким, – попросила я растрёпанного пепельного блондина, чьи длинные волосы были собраны в низкий хвост.

Следующие два часа пролетели незаметно. Я рассказывала свою историю, стараясь держаться в рамках официальной легенды, сглаживать острые углы и добавить в неё юмора, но общая мысль сводилась к тому, что если не в силах изменить ситуацию, то поменяй к ней отношение.

– Ты можешь объяснить этим… услужливым ребятам хотя бы то, что меня не нужно мыть, и по лестнице я сама ходить умею? – ворчливо обратилась ко мне Ира, бросая сердитые взгляды на крупного парня с восточными чертами лица.

– Не могу. Они всё равно будут выполнять свои обязанности, – ответила я, допивая остывший чай. – Но знаю, как ты можешь отомстить им за собственное смущение: просто отключи контроллер и окажи ответную услугу. И вообще, я тебе поражаюсь, подруга: неужели ты испугалась голых красавчиков? Это они не могут тебя трогать без разрешения, а тебе можно почти всё, что не запрещено контрактом. Очень советую почитать этот занятный документ. Там столько интересного, – сдала я помощников, увидев недовольство на лице девушки.

– Правда? Как… любопытно, – Ирка расплылась в улыбке, которой позавидовал бы аллигатор. Наверняка кого-то из двух молодых мужчин в ближайшем будущем ожидает новый эротический опыт.

– К сожалению, мне пора идти, но ты можешь связаться со мной в любое время. Парни обменяются контактами с твоими помощниками, и не расстраивайся. Скоро разбудят всех остальных, – заверила я девушку, направляясь к Сейму и Лину.

– Шад и остальные ждут нас в кафе, – уведомил меня синеглазый муж, направляя к лифту.

В небольшом ресторанчике при реабилитационном центре было почему-то безлюдно. Накрыт был только один стол, за которым сидели все мои мужья, кроме тех, кто меня сопровождал. Шад и Дейл что-то увлечённо обсуждали между собой, а Рам чертил на планшете схему, подробно объясняя её Айку, но едва мы вошли, мужчины встали, приветствуя нас.

– В честь чего банкет? Решили отпраздновать пробуждение Иры? – спросила я, отметив то, что стол сервирован изысканными блюдами, в бокалы налито вино (ну почти во все) и загадочно мерцают разноцветные фонарики, заменявшие на Новом Марсе традиционные свечи.

– Нет. Мы устали ждать, когда же ты примешь факт своей беременности и сами сообщаем тебе, что ты готовишься стать матерью, – с некоторым вызовом сообщил мне Шад, поднимая бокал.

– И давно вы знаете? – удивлённо спросила я, рассматривая настороженные лица своих мужчин.

– Уже две недели. Не забывай: у тебя в мужьях три обученных помощника и один доктор. Нас учили наблюдать за циклом и признаками, – признался Лин, внимательно отслеживая мою реакцию.

– Понятно, – растерянно отозвалась я. Получается, что они поняли даже раньше, чем я. Да, забавно получилось…

– Ариша, ты не рада? Не хотела так быстро беременеть? – как всегда прямо спросил Дейл.

– Я счастлива и хочу малыша, просто мне страшно, – почти шёпотом ответила я, к своему стыду позорно всхлипывая. Это ещё что такое?! Не собиралась я плакать!

Дальше меня облепили мои мужчины: поцелуи, объятия, тихий шёпот о том, какая я любимая, дорогая, хоть и глупая, заверения, что всё будет хорошо, что они у меня сильные и со всем справятся, защитят меня и малыша от всех бед. А что я? Я снова плакала, но уже от счастья, потому что просто не могла сдержать всех раздиравших меня чувств.

Арина

– Мама, папа Дейл, я хочу поговорить с вами. Вечером сообщу о своём решении другим отцам, – пробасил мой старший сын Михаил, отрывая меня от чтения.

– Мишутка! – радостно запищала семилетняя дочь Ева, маленькой молнией бросаясь в объятия брата.

– Привет, обезьянка, – поздоровался наш первенец, легко подхватывая блондинистую егозу на руки.

– Привет! Миша, я уже выросла. Ты возьмёшь меня с собой в космос? Я тоже хочу полететь к кольцам Сатурна, – призналась малышка, удерживая парня ладонями за лицо.

– Да. Ты уже совсем большая девочка, поэтому должна знать, что сначала надо получить образование, потом… – начал увещевать сын вертлявую красотку, но та обиженно надулась и перебила парня, сердито дёргая его за светлую кудряшку.

– Опять уроки?! Так нечестно! – возмутилась она.

– Не верь им, Евка. Сначала будет учёба, а потом ещё и отбор объявят, – ворчливо произнесла старшая из моих дочек, Кара, спустившаяся в гостиную на голос любимого брата.

Каре через пару месяцев исполняется двадцать один год, поэтому вся наша большая и дружная семья нервничала в преддверии этого знаменательного и волнительного события.

Голубоглазая жгучая брюнетка Карина унаследовала от меня светлые очи, а от своего отца Дейла высокие скулы, роскошные чёрные волосы и красивое лицо с намёком на азиатские корни. Я не уставала любоваться своей красавицей, впрочем, как и всеми своими детьми. Для любой матери её ребёнок самый лучший и замечательный, но даже если судить объективно, каждый из наших детей уникален и прекрасен.

Например, Миша взял лучшее от меня и Айка: светлые глаза, кучерявые блондинистые волосы, миловидные, но мужественные черты лица – стали отражением моих генов, а богатырское телосложение, спокойствие и целеустремлённость ему достались от моего любимого великана. И да – первому повезло старшему из братьев.

Увидев своего маленького ангелочка, я познала новое чувство: всепоглощающую, слепую и беззаветную любовь матери к своему ребёнку. Неудивительно, что разница в возрасте у старших моих детей в среднем по два года, ведь я стремилась подарить каждому из своих мужчин радость отцовства.

В принципе, никто из парней не делил малышей на своих и чужих. Всех любили и баловали одинаково и у каждого из наших наследников было шесть самых лучших отцов на свете, но я понимала, как завораживающе прекрасно находить в появившемся крошечном человеке свои черты, чувствовать эту незримую, но прочную связь родства.

Второго по старшинству сына я подарила своему несносному доктору Пирсу. Правда, внешне на Шада Дарэл совсем не похож, больше напоминая моего давно погибшего папу, зато по характеру и непостижимому упрямству сын идеально скопировал дока. А вот восемнадцатилетняя Елена – дочь от Сейма – невероятно похожа на представительниц этой генной линии, но всё же это лишь внешнее сходство. У неё, как и у всех наших детей, «гибкие» гены.

Лину и Раму повезло стать отцами дважды. Егоза Ева, сидевшая на руках Миши, – дочка Лина, а ещё у нас с ним есть десятилетний сын Рик. Своему кареглазому блондину я подарила двенадцатилетних мальчишек-близнецов Жана и Шона.

А вообще о своих детях, которых у меня пока что восемь, я могу говорить бесконечно, как и любая мать, но сейчас не об этом.

– Михаил, о чём ты хотел поговорить? – спросил Дейл, сидевший рядом со мной.

– Я решил участвовать в отборе Светланы. Я уже подал заявку и побеседовал с её отцами и тётей Ирой, – упрямо выдвинув подбородок, сообщил нам сын.

– Прекрасный выбор. Уверен, ты сумеешь завоевать эту девушку, – одобрил муж.

– О! А говорил, что она несносная задавака. Я так и знала, что Светка тебя зацепила! – радостно произнесла Кара, сверкая глазами.

– Мы давно не виделись. За это время Светлана повзрослела. И я никогда не обозвал бы девушку, – спокойно отозвался сын.

– Не занудствуй. Я помню, как ты покраснел и сбежал с семейных посиделок, когда Светка тебя на спор поцеловала в саду четыре года назад. И как потом ты прятался от моей подруги, – сдала Михаила Карина.

– Кара! Я надеюсь, что ты подобных глупостей не вытворяла? – нахмурившись, спросил Дейл.

– Конечно нет! – явно переигрывая, отозвалась дочь.

– Мы рады за тебя, Миша. Вы со Светланой будете отличной парой, – вернула я тему в безопасное русло, пока наш ревнивый папочка не устроил расследование того факта, кто посмел попасть под чары нашей молодой вертихвостки.

Дочка моей подруги Ирины от одного из бывших помощников была очень красивой и умной девочкой, несмотря на небольшие шалости, которые они позволяли себе в кругу девчонок.

– Если она выберет меня, – смутился сын.

– У девушки просто нет шансов устоять перед твоим обаянием и тактом, – ответила я, вставая, чтобы обнять своего первенца.

Правда, «малышу» я едва доставала до плеча, но это мелочи. Для меня он всегда будет ребёнком. Кстати, возможности современной медицины вкупе с особенностями Марса позволяли сохранять молодость и здоровье довольно долго, поэтому за прошедшие двадцать пять лет я, как и мои любимые мужчины, мало изменилась: быть может добавилась пара крошечных морщинок в уголках глаз, но в остальном, по земным меркам, я больше походила на старшую подругу, чем на маму этого рослого парня.

– Спасибо, мам. И ещё мой друг Фил подал заявку на отбор Кары. Он просит разрешение посетить нас, – произнёс Миша.

– Конечно. Я уверена, что твой друг достоен Карины, раз ты позволил ему участие, – отозвалась я, возвращаясь в объятия к напряжённому Дейлу.

Хоть сами отборы сильно изменились благодаря эмоциональным и нелогичным землянам из прошлого, которых оживил Шад, но всё же они оставались прочным институтом создания семей. Даже у многочисленных детей с гибкими генами были ограничения, поскольку нужно было исключить родственные отцам линии. А кроме того, девочек всё ещё значительно меньше, чем мужчин, поэтому их с детства оберегали и ограничивали в знакомствах.

Первым, что было изменено в отборах, стал возраст девочек – он был увеличен с восемнадцати до двадцати одного года. Второе – это список кандидатов: теперь его утверждает семья девушки. Поменялась и сама процедура, в которую вошли индивидуальные свидания, спортивные состязания кандидатов, конкурсы на знание интересов и привычек будущей супруги. Конечно, сама суть отбора всё ещё далека от совершенства, но всё же.

Кстати, о моём экипаже: все проснувшиеся мужчины вернулись на Землю, где их встретили с распростёртыми объятиями. На нашей родной планете тоже перевес мужского населения над женским, но для носителей неизменённого генотипа сделали исключение и позволили стать единственными супругами юных девушек, для которых ещё не проводилось отборов. Новый Марс не остался в накладе: за выдачу парней колония выторговала себе немало льгот и уникальных ресурсов.

Представительницам прекрасного пола возможности эмигрировать обратно правительство Нового Марса не предоставило, но никого это особенно и не расстроило. Немного жаль, что даже просто полететь туда с экскурсией не выйдет, но это мелочи.

После отбора Ирины, где я помогала подруге отстаивать свои права и менять систему для более человеческих отношений, остальным было гораздо проще определиться с выбором. Хотя были и повторяющиеся из раза в раз скандалы. Например, все женщины приняли своих помощников в мужья, что непостижимо для новомарсиан, но закономерно для любой нормальной девушки.

Вообще, годы сгладили острые углы, и то, что раньше воспринималось моим экипажем или современным обществом как дикость, со временем стало если не нормой, то вполне приемлемыми отношениями. Например, большинство новых семей живут в одном доме, а помощники зачастую становятся супругами, отчего конкурс на эту должность вырос в разы. Всех изменений не упомнить, но жить стало определённо лучше. Каждый из моих мужей нашёл себя в профессии, но при этом не забывал об отдыхе и доме. А мне просто нравилось быть мамой нашим детям, выслушивать каждого из мужчин после работы, поддерживать и помогать в трудные минуты. Может, это и недостаточно амбициозно, но это моя жизнь.

– Это тот блондинистый? Из линии папы Рама? – заинтересованно переспросила Кара у Миши, выводя меня из задумчивости.

– Да. Ты ему понравилась. Только не издевайся над парнем. Он закрывается, когда на него давят, – предупредил сын.

– Вот ещё! – фыркнула Карина, но, судя по блестящим интересом глазкам, кандидат ей приглянулся.

«Семья снова растёт, теперь и за счёт супругов наших детей» – улыбнувшись, подумала я, испытывая радостное предвкушение.

А вообще, дети и есть наша жизнь, ведь с ними ты повторяешь весь свой путь снова, но в другой роли: видишь, как они взрослеют, учишься вместе с ними, наблюдаешь, как они влюбляются и строят семьи, а что потом? Внуки? Эта мысль тоже только радовала, хотя и немного пугала. А ещё была у меня одна неожиданная, как я думала, новость для всех, но я, как всегда, не спешила о ней сообщить.

– Привет всем! Миша, с приездом, – громко сказал Шад, врываясь в гостиную вместе с остальными моими мужчинами. – Ну что, Арина, ты будешь нас сегодня радовать или опять подождёшь до последнего? – бесцеремонно поинтересовался док, усаживаясь рядом и притягивая меня к себе на колени.

– Кто-то из вас скоро снова станет папой, – послушно сдалась я под сдавленные смешки моих мужей. Судя по лицам детей, они тоже были в курсе грядущего пополнения. – Давно заметили? – спросила я, досадуя на наблюдательность некоторых.

– Как всегда – раньше, чем ты сама об этом догадалась, – с нежной улыбкой произнёс Шад, целуя меня в губы.

Надо узнать, от кого в этот раз я жду малыша, но это уже другая история.

Конец