— Ты будешь участвовать в отборе, — строго и властно приказал низкий голос. Голос, который привык к тому, что ему никогда не возражали.

— Да, отец, — прозвучал четкий… и совершенно безучастный ответ. — Но что, если…

— Никаких «что если» не будет, Вайлет, — не менее холодно отрезал мужчина. — Ты избрана богами и получишь приглашение, когда время придет.

— Почему вы так в этом уверены? — позволила спросить я… и тут же вздрогнула, услышав удар кулаком по столешнице. Резкий, словно выстрел.

— Это уже тебя не касается, — отчеканил он с глухими нотками металла. — У тебя шесть лет на подготовку, начиная с этого дня. И если ты меня разочаруешь, я тебе этого не прощу. Ты все поняла?

— Поняла, отец, — ответила я. И хоть мой голос при этом не дрогнул, внутри все тряслось и сжималось от волны страха.

Потому что хоть я и не помнила ничего об этом человеке, кроме последних двух с половиной лет… но и этого времени мне хватило, чтобы не сомневаться в том, что же он оставил между строк. Что именно имелось в виду под «не прощу».

Я не знала о причинах. Не могла даже быть полностью уверена в том, кто я сама такая.

Но одно было ясно наверняка: неважно, кем я хочу считать себя. Я должна стать той, кем ОН желает меня видеть. Иначе…

Иначе подозреваю, меня снова сотрут. Возможно, в следующий раз навсегда.

— В таком случае приступай к подготовке с завтрашнего дня и не вздумай меня подвести.

— Будет исполнено, — ответила я и, лишь выйдя из кабинета, позволила себе, сцепив зубы, потереть запястья. Пылавшие болью после того, как отец несколько минут назад исполосовал их ударами тонкой деревянной линейки.

Обстановочка… мягко говоря, впечатляла. Огромный бальный зал, зеркала на стенах с лепниной, пол из розового мрамора… к слову, твердый, зараза. От удара об него моя голова все еще трещала. Роскошное платье из бордового шелка. И сотни взглядов, устремленных прямо на меня.

Мужчины в парадных камзолах, дамы в шикарных нарядах. Негромко играющая классическая музыка, гул голосов, смешки. Последние, правда, сдавленные — очевидно, хохотать в открытую присутствующие как будто… побаивались, хотя им и очень этого хотелось.

А ведь всего какую-то долю секунды назад я переходила дорогу. По «зебре», между прочим, переходила и на зеленый свет. К тому же оживленного движения никогда на том перекрестке не было! И откуда только вылетел тот урод на джипе? Сто процентов, права купил! Ну да, знаю-знаю, сама виновата, нечего читать на ходу, но очень интересная книга попалась. Женское фэнтези про отбор невест для красавчика-короля. И особенно обидно от того, что не успела узнать, чем все в этой книге закончится, потому что погибла прежде, чем дочитала ее!

Вот так, в расстроенных чувствах, я встретила надвигающуюся на меня черноту…

А секунду спустя поняла, что лежу на полу, об который больно стукнулась лбом! Да-да, на том самом, из розового мрамора. Окруженная толпой, очевидно не сильно расстроенной моим текущим положением.

Какого лешего…

Перед глазами все еще немного расплывалось. Да и голова, чего уж греха таить, шла кругом, словно я только что слезла с какого-нибудь тошно-крутибельного аттракциона в луна-парке.

Тем не менее я моментально увидела ЭТОТ взгляд. Удовлетворенный, надменный, полный ненависти и злорадства.

Что самое обидное, его обладатель был тем еще красавчиком! Широкие скулы, ровный нос, идеальные черты лица, пленительные карие глаза, черные волосы. Еще и высокий рост, крепкое телосложение с широкими плечами… Не мужчина — картинка! Просто, чтоб его три раза, настоящий идеал! Вот что за напасть: в жизни таких шикарных мужчин не встречала, а когда, наконец, встретила, то смотрел он на меня, как на кровного врага, который при нем сел в лужу к всеобщему удовольствию!

Сумев в итоге встать на ноги, я осмотрелась, но понятнее происходящее вокруг от этого не стало. Где я вообще? Как здесь оказалась?

Музыка продолжала играть.

— Простите, мне нездоровится, я отлучусь ненадолго, — пробормотала я, попытавшись улыбнуться. И тут же, придерживая платье, чтоб снова не упасть, запутавшись в его подоле, выбежала в первую попавшуюся на глаза дверь!

Черт-черт-черт! В какую такую передрягу я влипла, и как мне из нее выпутываться?

Повезло — почти сразу мне на глаза попалась дверь со значком, сообщающим, что за ней уборная. Видимо, они специально были расположены невдалеке от выходов из бального зала, чтоб гостям не приходилось при необходимости долго бродить.

Но… гостям ЧЕГО?

Чувствуя нарастающую панику, я прошла к раковине и пустила воду. Лицо умывать не стала — не хватало еще проблем с испорченным макияжем… который, судя по увиденному в зеркале, был мастерский. Вечерний, изящный, идеально подчеркивающий врожденную красоту аристократичного лица, которое сейчас смотрело на меня из отражения. Лица молоденькой красотки среднего роста, с ярко-голубыми глазами и уложенными в сложную прическу темными волосами, слегка отливающими благородным фиолетовым оттенком.

Что за…

Да-да, пускай я хорошенько стукнулась головой. Но даже так прекрасно осознавала, что это — не я! Не то отражение, которое я наблюдала в зеркале всю свою жизнь.

Надеясь прийти в себя, я подставила кисти под лившуюся из крана ледяную воду. И этот холод все же немного привел меня в чувства… правда, ненадолго. Ровно до того момента, как я опустила взгляд и увидела свои руки.

Тонкие, изящные руки. Где на правом безымянном пальце было золотое кольцо с высеченной из рубина маленькой розой. А на тыльной стороне ладони той же руки — темно-синий знак в виде сложной звезды, многочисленные лучи которой украшали кисть утонченными узорами.

Зажав рот ладонью, я отступила на шаг назад и сползла на пол, вжимаясь спиной в стену.

Невозможно. Это кольцо, этот знак…

В той книге, которую я читала за минуту до аварии, именно такие знаки появились на руках всех девушек, которые были отмечены богами как потенциальные участницы Сумеречного отбора. И двенадцать из них — те, что прошли собеседование и вступительное испытание, — получили от короля по золотому обручальному кольцу с рубиновой розой. Как знак того, что зачислены в участницы соревнования невест за право стать женой Роберта Амстора, недавно взошедшего на престол короля Карверота.

Но ведь этого просто не может быть! Конечно-конечно, я частенько зачитывалась женским фэнтези, в том числе и про разных попаданок. Но чтоб самой-то оказаться на месте такой попаданки? Очутиться в настоящем фэнтезийном мире? Еще и на отборе невест? Да чтоб еще этот мир был миром той самой книги, которую я только что читала?

Подумай я о таком на полном серьезе еще час назад — сама бы себя в сумасшедший дом сдала. С припиской в истории болезни: «Перечитала ромфанта».

Вот только как теперь-то все это воспринимать, скажите на милость?!

…Как вдруг меня кольнуло нечто, что, наверное, можно было бы назвать плохим предчувствием. И, повинуясь ему, я снова посмотрела в зеркало. Чтобы, повторно разглядев в нем свое отражение, смачно выругаться.

Потому что… потому что если ЭТО — мир книги «Сумеречный отбор», то может быть лишь один вариант того, какой именно персонаж этой книги сейчас смотрел на меня из зеркала!

Вайлет Кримсон. Главная злодейка! Вредная, высокомерная, стервозная, капризная и просто невыносимая дрянь, у которой в сюжете было лишь одно предназначение: бесить самим фактом своего существования. Главную героиню, короля, всех второстепенных персонажей и, конечно же, читателя, в том числе и меня. Причем в особо глобальных масштабах.

Вайлет была дочерью рода Кримсон, который уже не первое столетие враждовал с родом правящей династии Амстор. И главной причиной вражды стало то, что некогда две знатные семьи претендовали на корону Карверота. Но в итоге именно род Амстор сел на трон, оставив соперников с носом. Те, правда, так просто забывать свое поражение не спешили. И хоть де-юре присягнули новой династии, но де-факто то и дело, поколение за поколением, искали все возможные возможности подгадить королевской семье. За что, конечно же, им прилетали от оной ответочки.

И вот теперь, когда пришло время отбора невест для новоиспеченного короля из рода Амсторов, на руке Вайлет Кримсон появилась метка, означавшая, что она стала одной из избранных богами, и может претендовать на участие в соревновании за трон королевы Карверота.

Так почему же девушка из семейства, у которого с королевским родом была извечная вражда-ненависть, отправилась на отбор вместо того, чтоб его проигнорировать?

Причина и была ответом на вопрос: «Почему же Вайлет — главная злодейка?». И заключалась она в коварном плане семейства Кримсон. Согласно которому девушку не только принудили участвовать не шибко любящие ее родственники, но еще и собирались обеспечить ей победу на отборе. Имея определенные связи, полезные знакомства при дворце, нужных людей, которые были «в долгу у герцога Карла Кримсона», и свояков среди организаторов соревнования невест, и т.д., отец Вайлет был серьезно настроен вывести свою дочурку в победительницы. Чтобы именно она вышла замуж за короля — ведь как бы тот ни ненавидел род Кримсон, жениться на победительнице отбора он будет обязан. А затем…

Затем Вайлет предстояло принести своего молодого мужа в жертву, призвать при помощи его крови древнего злого духа. Чтобы, естественно, ввергнуть Карверот во тьму, посеять хаос, и все такое.

Ну и конечно же, именно Вайлет была той, кто начала активную травлю главной героини — Энилии Эмильтон. Милой, доброй и благородной душой девушки из обедневшего дворянского рода. Которая, по всем законам жанра, и не хотела вовсе становиться королевой. А в отборе решила участвовать только ради призовых денег, так необходимых ее семье и больному отцу, нуждавшемуся в дорогих лекарствах. Именно поэтому Энилия (а для друзей просто Лия) стремилась попасть в первую тройку победительниц, которым полагалось солидное денежное вознаграждение. Потом же собиралась проиграть, оставив двух других девушек «самим разбираться, кому там из них корона нужнее».

Вот только, согласно все тем же законам жанра, между Лией и его величеством вспыхивали истинные чувства, и все шло к тому, что в конце она обязательно получит свой хэппи-энд, в котором будет свадьба с любимым, а может, даже эпилог, где она родит от него ребеночка.

До самого хэппи-энда я, правда, не дочитала из-за того урода на джипе, который сбил меня (когда я, хочу напомнить, переходила дорогу по «зебре» и на зеленый свет!). Но в том, что этот ХЭ будет, не сомневалась.

А до чего уж я успела дочитать — так это до бесславной смерти Вайлет Кримсон, которую убьет не кто-то там, а сам его треклятое величество Роберт Амстор! Причем сделает это, защищая трепетную лапочку Лию, которую Вайлет в приступе ярости, потеряв над собой контроль, попытается убить-искалечить.

И если все это в самом деле так.. если я не ошиблась, придумав лишнего, а взаправду попала в мир «Сумеречного отбора», то получается…

Бал. Во время которого Вайлет стукнулась лбом о мраморный пол.

Точно, я помню это место! Кажется, одиннадцатая глава — к тому времени на Отборе осталось то ли восемь, то ли девять участниц. Тогда ее главнозлодейшество собиралась опозорить Лию. Заклинанием подцепить один край юбки ее платья за запонку проходившего мимо официанта, а подол запутать в ее собственных ногах. Согласно расчетам Вайлет, Лия должна была упасть на пол, а ее юбка — задраться, продемонстрировав всем нижнее белье бедняжки.

Вот только «эта мерзкая стерва» (шкура которой мне, напоминаю, досталась!) не знала о защитном артефакте от мелких заговоров, который героине накануне подарила Кассандра Райтерберг — ее подружка из участниц Отбора, выбывшей на прошлом испытании. В результате артефакт отразил заклинание от Лии и вернул его Вайлет, еще и в усиленном виде. Что и послужило причиной эффектного падения злодейки перед всеми собравшимися на балу… после которого на ее месте очнулась уже я!

Итак, а теперь скажите: как можно, осознав все это, не впасть в панику? Ну почему, почему именно Вайлет? Из всех персонажей книги — не главная героиня, не ее подруга, не даже какой-нибудь второстепенный персонаж. А именно главная, чтоб ее, злодейка! Которая еще и умрет ближе к концу книги. Ну да, ну да, а я ведь как раз мысленно возмущалась, что этот персонаж была моей почти полной тезкой. Не потому ли, что меня саму звали Виолеттой, именно в нее меня и угораздило попасть? Если так, то остается только отчаянно выть, проклиная авторку, которая раздавая имена героям, не назвала Вайлет главную героиню, которой полагается счастливый конец! Может, тогда бы я именно в нее попала, а не в ЭТО ВОТ.

Заламывая локти, я поймала себя на том, что хожу по туалету кругами… и тут замерла. Замерла, пялясь на стену. Из-за паники, бушевавшей во мне, я не сразу поняла, что же в ней так сильно меня смущает. И лишь потом осознала, что смотрю-то на стену… увешанную писсуарами!

Мамочки, я это что… настолько разволновалась, что забежала в мужской туалет и только сейчас это заметила? Ох, как же повезло, что за все время, пока я здесь истерю, никто сюда не зашел — то-то бы позору было! Вдобавок к прилюдному падению на балу.

Так, нужно быстренько отсюда уматывать, пока…

— …Говорю тебе, не нравится мне эта идея, — внезапно прозвучал мужской голос. Вместе со звуком открывшейся и закрывшейся двери! А еще — приближающихся шагов.

— Как будто мне она нравится, — раздраженно ответил второй мужчина.

Черт!

Не думая, просто не представляя, что еще могу сделать в такой ситуации, я просто молнией заскочила в ближайшую кабинку и заперлась там как раз перед тем, как оба внезапных «гостя» прошли в комнату с писсуарами.

Блин горелый, ну ЗА ЧТО МНЕ ВСЕ ЭТО?! Будто одного попадания в злодейку из женского фэнтези мне было мало!

— Тогда почему ты не возражал против того, что он приказал своей зверушке начинать действовать? — тем временем скрипнул зубами первый мужчина.

— Потому что лучше уж он спустит на них ее, чем кого-нибудь из других его игрушек, — прошипел второй. — Думаю, как раз у этой чертовки выйдет сработать довольно чисто — обстановка как раз располагает к ее профилю. Да и мне казалось, результаты ее действий говорят сами за себя? А то, что без кого-нибудь из них мы не сможем контролировать ситуацию, было понятно почти с самого начала. Так что нам не оставалось ничего, кроме как призвать их.

— Тем не менее связываться с ними — не совсем разумное решение.

— С этим спорить не стану, Бартимус тот еще псих. Но риск был оправдан. Если все будет и дальше идти строго по намеченному плану, то к концу этого Отбора мы наконец…

Послышался стук закрывающейся двери — похоже, сделав свое «грязное дело» у писсуаров, эти достопочтенные господа удалились к чертовой матери. И мне бы сейчас воспользоваться ситуацией да побыстрее сваливать из мужского туалета, выждав максимум чтоб они отошли от его двери, пока сюда кто-нибудь еще не завалился…

Вот только подслушанный разговор буквально взорвал мой и без того бедненький мозг, который не хотел уже ничего, кроме как мягонький пледик, чашечку какао и на ручки.

О чем они вообще болтали, черт побери?! Конечно-конечно, я не успела дочитать книгу до конца. Но в этот вот текущий момент сюжета, куда меня занесло, не описывалось ничего, напоминавшего этот разговор или какие-то коварные планы, на которые он бы намекал.

Хотя если так подумать, то это даже логично. Повествование-то в книге велось от лица Лии, поэтому читатель знал ровно то же самое, что знала она. И поскольку сама Лия не сидела тайком в кабинках мужских туалетов (причем ни разу за всю книгу), то об этом разговоре тоже знать не могла. Как и о многом другом, что происходило во дворце там, где она физически не находилась. В том числе Лия не могла знать, чем занималась Вайлет в те моменты, когда лично с ней не виделась. Точно так же, как не имела понятия о том, что же творилось в голове у главной злодейки, где и как она действовала «за кадром» и вместе с кем какие козни плела. Нет-нет, конечно, где-то там, в развязке книги, все это наверняка раскрывалось… вот только я до момента финального раскрытия карт так и не дочитала!

Получается, я сейчас столкнулась с какой-то пока неизвестной мне веткой сюжета, которая развивалась в тени, тайно от читателя, и должна была выстрелить в финале? Занятно-занятно. И, боюсь, отсидеться в сторонке у меня вряд ли выйдет. Особенно если вспомнить, в кого же меня угораздило попасть.

Эти загадочные туалетные заговорщики рассуждали о некоем Бартимусе…

Бартимус… Бартимус… Вроде как знакомая фамилия, но вот припомнить такого персонажа не могу. Похоже, какой-то герой третьего плана, который за всю книжку появлялся пару раз мельком, а потом в конце бы вылез с каким-нибудь сюжетным поворотом. И, естественно, что до этого поворота он «за кадром» тоже без дела не сидел, занимаясь своими интригами.

Но если он в самом деле появлялся в книге ранее, пусть даже мельком, то это значит, что у меня есть шанс что-нибудь о нем разнюхать. Для начала выяснить, кто он такой, какую должность занимает, как с кем связан, и все такое. А уже отталкиваясь от этого мозговать, как быть дальше.

Еще эти парни упоминали о ком-то, кого этот Бартимус, вместе со своими сообщниками… призвал? Судя по характеру разговора, речь шла, вероятно, о женщине, но точно не совсем человеческой природы.

И снова ничего такого в сюжете не припоминаю! Еще какой-то поворот, который должен был бы вызвать у читателя безумное удивление в конце? Вместе с реакцией: «Вот черт! Ну как я раньше-то не догадалась?».

Получается, где-то вокруг Отбора (если не на самом Отборе) задействована некая особа, деятельность которой для заговорщиков очень важна, и на ней многое держится. Интересно, кто это? Участница? Некто из организаторов? Или какая-то придворная дама? Что она из себя представляет? Какова ее роль и чем она может быть опасна?

Причем нет, вероятно, речь шла не о самой Вайлет, а о… ком-то другом.

Вопросов — тьма-тьмущая, и почему-то мне кажется, что ответы меня не обрадуют.

Вот так и живем! Забежала случайно в мужской туалет — и уже о каком-то тайном заговоре узнала! Ни минуты покоя…

Кстати да! Треснув себя ладонью по голове, я вспомнила, что вообще-то все еще прячусь в кабинке мужского туалета. Вот балда! Нужно срочно отсюда проваливать, а то еще попадусь, и будет тогда позор на мою голову…

Увы и ах! Распахнув дверь кабинки и выскочив из нее в направлении выхода, я внезапно осознала, что позор на мою голову уже наступил. Потому что почти сразу я встретилась взглядом с пленительными карими глазами его величества Роберта Амстора, который как раз стоял возле писсуара, занимаясь своим крайне важным делом. Стоит ли говорить, что при виде меня, выбегающей из кабинки в двух метрах от него, глаза короля Карверота выкатились, словно у глубинного краба?

Так и замерев в своей динамичной позе, я только и смогла, что нервно икнуть, уронив челюсть до пола.

Твою мать… Нет, серьезно, неужели загадочные силы, которые забросили меня сюда, уже просто не знали, как сделать мое положение ЕЩЕ хуже, раз организовали мне такое внезапное совпадение? И как я вообще не обратила внимания на то, что кто-то снова зашел в туалет?

— Леди Кримсон? — наконец выговорил король со смесью шока и возмущения, при этом торопливо застегивая штаны. — Какого демона вы здесь делаете?!

— Простите, дверью ошиблась! — в панике выкрикнула я, осознавая, что мое лицо сейчас красное, как флаг Китая. И, видимо, получив ускорение от волшебного заклинания «испанский стыд», пулей вылетела из уборной в первом попавшемся направлении!

Прошло несколько минут не совсем эстетичного галопа по коридорам дворца, прежде чем я, наконец, позволила себе остановиться и отдышаться. А заодно переварить произошедшее… и еще сильнее покраснеть, отчаянно впечатавшись лбом в обитую ситцем стену коридора.

Нет, ну это ж надо так влететь — застукать за столь деликатным занятием не кого-то там, а самого короля. Мало того — короля, в Отборе невест для которого ты теперь принимаешь участие! И пусть даже не в роли главной героини, которая по канону должна с ним остаться в итоге… но все равно не легче. Вот же напасть!

Захотелось взвыть на всю глотку, как молодая волчица на луну, прижаться спиной к стенке и сесть прямо на пол. Но я вовремя себя остановила — этого еще не хватало. Того и гляди, решат, что меня какой-то оборотень покусал, или что я просто рехнулась. И тогда в лучшем случае запихнут в психушку. Что, конечно же, будет не бесславной смертью, которая ждала Вайлет через пару сотен страниц, но все равно как-то не вдохновляет.

Так что, медленно дыша, я посчитала до десяти, поправила прическу, глядя в свое отражение в окне, и потопала назад — искать бальный зал, из которого так торопливо сбежала после того падения.

Кстати, а как на этом месте действовала Вайлет в книге? Нужно припомнить… Кажется, гордо встала, вздернула нос и, сверкая разъяренным взглядом, пошла за шампанским. Всеми силами стараясь сохранить достоинство, хоть за ее спиной все и хихикали.

Ну да, ну да, не очень-то похоже на то, как поступила я. О том, что мне хватило ума заскочить после этого в мужской туалет, где сначала подслушать заговор, а затем столкнуться с моим потенциальным женихом, лучше даже лишний раз не вспоминать. Ибо каждый раз в голове включается та серия «Игры престолов», с шеймингом голой Серсеи, идущей по улицам Королевской гавани.

Так, допустим, гадость произошла. Ок, принять к сведению и действовать дальше, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания. Если чему меня женское фэнтези и научило, так это тому, что попаданке в чужое тело в большинстве случаев крайне нежелательно раскрытие. Конечно, бывают исключения. Но является ли таким исключением мой случай — это еще нужно выяснить, внимательно прощупывая обстановку. А пока не прощупала — личико кирпичом, и делаю вид, что я — все еще та самая Вайлет Кримсон, к которой все местные привыкли.

Кстати, об этом…

— Надо же, ты все же вернулась. А мы уж думали, что больше не увидим тебя до конца приема, — с издевкой хмыкнула красивая шатенка в темно-синем платье. На руке у нее был точно такой же знак, а на безымянном пальце — кольцо с розой.

Рядом с ней, легко держа в руке бокал вина, стояла невысокая, но очень миловидная брюнетка в малиновом платье. И тоже участница Отбора.

— Да нужно было отойти… поправить макияж, — немного неуклюже проговорила я. И, похоже, неуверенные нотки моего голоса обеих девиц изрядно позабавили, о чем свидетельствовали их красиво накрашенные губки, растянувшиеся в злобных полуулыбках.

— В таком случае, почему же у тебя все еще тушь вокруг глаз потекшая, да и помада немного размазана — ровно как в тот момент, когда ты поднималась с пола? — саркастично пролепетала брюнетка, и от ее интонаций у меня засосало под ложечкой.

Да чего ж они на меня взъелись-то?!

Хотя…

Эта мелкая, судя по всему, Зара Гаспинт, дочь немного обедневшего, но все еще не нищего столичного лорда. И если припомнить сюжет, то как раз две главы назад Вайлет публично унизила ее. Заявив при всех участницах, что платье, в котором девушка тогда была, вероятно, принадлежало еще ее бабушке и покупалось, когда их семья могла позволить себе наряды, соответствующие титулу. А потом добавила, что королевский Отбор невест — не фонд помощи бедным и убогим. После чего, подойдя к Лие, бросила: «И тебя, кстати, это тоже касается».

Вторая же девушка, в таком случае, очевидно Кетрин Винтерфрост — сдружившаяся с Зарой дочь советника какого-то министра, отца которой взяли под стражу то ли в четвертой, то ли в пятой главе, по подозрениям в «торговле посадами». И да, именно, сфабрикованные доказательства, на основе которых эти подозрения были выдвинуты лорду Винтерфросту, организовала Вайлет при поддержке кого-то из ее семейки! А все из-за того, что вначале поцапалась с Кетрин, когда та заступилась за Лию во время первой атаки на нее «главной стервы всей книжки», то бишь меня!

Вот же блин горелый, теперь, когда я это припомнила, даже как-то не получается злиться на этих девушек за их шпильки в мой адрес. Ведь все их «искренние эмоции» Вайлет в полном объеме заслужила. Причем в духе: «скажи спасибо, что только словами, а не по морде лица врезали».

— Ой, спасибо, что-то упустила я этот момент… пойду, салфеточку возьму, а вы тут… веселитесь… — пробормотала я, снова ощутив, как на лбу выступили капли пота. И позорно ретировалась, хватая со стола салфетку. Сама не знаю зачем. Заодно посмотрела на свое отражение в серебряном блюде, и…

Вот черт, развели как лохушку на базаре! Ничего не потекла тушь, и помада в порядке! Небось хихикают там с меня сейчас. И попробуй их в этом винить, если сама только недавно, читая книжку, мечтала прибить пожестче «эту дрянь Вайлет»!

Вероятно, из-за нервов, я схватила со стола канапешку и забросила ее в свой рот. А секунду спустя, как раз жуя ее, развернулась… И встретилась глазами с его величеством Робертом Амстором! От взгляда которого буквально подавилась и закашлялась.

— А теперь настало время танца! — внезапно раздался голос глашатая, одетого в ритуальные одежды. — Так пусть же король исполнит волю богов и станцует с участницей Отбора, которая находится к нему ближе всего!

Заиграла плавная, красивая музыка.

Помню это место — тогда король танцевал с Лией, впервые был с ней так близко, прижимал ее к себе и шептался с ней, изящно вальсируя. Читая эту сцену, я буквально таяла от бабочек в животе…

Поэтому не сразу поняла, что Лия стояла в паре метров от меня. И на эти же пару метров дальше меня от Роберта Амстора! Который сейчас, побледнев, и с дергающимся глазом, подошел ко мне, протягивая руку в знак приглашения на танец.

Пушной зверек…

Даже если забыть о том, что на моем месте по канону должна была быть другая, и именно в этой сцене у этой ДРУГОЙ вспыхивала первая настоящая искра с мужчиной ее мечты… Сама перспектива вальса с королем после такого свежего в нашей памяти конфуза как минимум вгоняла в панику.

Только вот делать было нечего — давние традиции, ритуалы, и все такое. А я, встав именно здесь именно в этот момент, теперь вместо Лии случайно стала той, кто находилась ближе всего к королю и должна была с ним станцевать. Поэтому единственное, что оставалось, это принять протянутую руку. И, встав в стойку, начать кружиться в танце с мужчиной, которого при взгляде на меня перекручивало, словно он селедку молоком запил!

— А я погляжу у богов, с их волей, довольно странное чувство юмора, — протянул его величество, похоже, решив, что просто промолчать и станцевать в полном взаимном игноре он почему-то не хочет. При этом должна отдать ему должное, в самом деле красиво кружил меня в танце. Правда вот, сама я никогда мастером спорта по бальным танцам не была! Но, видимо, сработала остаточная память тела, которое с детства муштровали «быть леди», потому что танцевала я все же не совсем позорно.

— Да не то слово, — ответила я, просто сходя с ума от того, что (как я помнила из книги) во время танца, согласно этикету этого мира, нужно было смотреть партнеру прямо в глаза. А это, между прочим, смущало бы меня даже без всего, полагающегося в довесок в результате сегодняшнего вечера!

— Так может, хотя бы теперь, леди Кримсон, вы расскажете мне, что же делали в кабинке мужского туалета? — протянул Роберт, снова вгоняя меня в краску от воспоминаний о том великом позорище.

Итак, идея просто отмолчаться и тактично сделать вид, что того конфуза не было, его все же не устраивает?

— Я ведь уже сказала тогда, сразу, — пробормотала я, при этом еще больше краснея (что, вероятно, наблюдавшие за нашим танцем воспринимали как смущенный кокетливый румянец, чтоб их). — Я просто ошиблась дверью и забежала не туда!

— Это как же нужно «ошибиться дверью», если женский туалет вообще в другом коридоре? — подозрительно прищурился мужчина.

— Хочу напомнить, что я перед тем сильно ударилась головой! — возмущенно заявила я, внезапно придумав замечательную отмазу. — Этот мраморный пол, между прочим, очень твердый.

— В самом деле, вы ведь тогда как раз упали. Что правда, то правда: карма такая стерва…

— Даже больше, чем вы думаете. — Я скрипнула зубами, с вызовом посмотрев ему в глаза. Правда вот, попытки изобразить сердитую дерзость хватило ненадолго — смущение снова взяло свое, и я, продолжая изображать вареного рака, отвела взгляд.

— И все же ума не приложу, что вы в принципе здесь делаете? — поинтересовался король, продолжая пристально на меня смотреть.

— Участвую в Отборе невест, получив на него приглашение от богов. А что в этом странного? — бросила я, хоть и понимала, что попытка изобразить дурочку не сработает.

— То, что — будем честны, Вайлет, — вы последняя, кого я ожидал видеть в рядах желающих стать моей женой. Но почему-то вы здесь, на этом Отборе, более того — сейчас танцуете со мной. И это заставляет меня задавать вопросы. Которых становится только больше, когда я встречаюсь с вами… во всяких необычных местах, где точно не ожидаю увидеть юную леди.

— Предупреждаю, ваше величество! — вскипела я, сердито скрипнув зубами. — Если вы вдруг решите распространяться о том, в каких необычных и неожиданных местах видели юную леди, эта юная леди в ответ будет всем говорить, что видела своими глазами: у короля с чрезвычайно длинным языком кое-что другое… намного короче.

Сама не знаю, как мне вообще хватило мозгов ляпнуть нечто подобное королю. Но эффект был поразительный! Вытаращив глаза, Роберт едва сам со своим мраморным полом не поцеловался. Но повезло — в последний момент удержал равновесие и закружил меня так, словно «все это было просто хитрое па, так и надо».

— Я смотрю, у юной леди проблемы со зрением? — наконец протянул он немного охрипшим от нервов голосом. Ты смотри, неужели угроза так задела?

— Как знать, как знать, — не сдержавшись, с издевкой прищурилась я. — Только не нужно мне… ДОКАЗЫВАТЬ, что я ошиблась и что-то не разглядела. Особенно прямо здесь доказывать не надо… да и где-нибудь еще.

Да, знаю, перегиб. Очевидный перегиб. Сильный перегиб. Тем более с поправкой на то, кто был моим собеседником. Только вот меня слишком сильно несло, и я ничего не могла с этим поделать! К тому же он сам виноват — нечего было снова поднимать эту тему.

Несколько секунд Роберт так и продолжал на автомате вальсировать, глядя на меня выпученными от шока глазами… а потом я услышала нечто странное.

Смех.

Сдавленный, как будто сдерживаемый. Который, несмотря на все попытки придушить его, все равно вырывался из груди. И, похоже, его величеству стоило немалых усилий, чтобы «перехихикать» тихонько, а не заржать на всю глотку прямо посреди бального зала, полного гостей.

— Признаю, Вайлет, этот раунд за вами, — наконец выдохнул он. — И, естественно, как джентельмен, я не стану распространяться о том... маленьком конфузе.

— Буду вам премного благодарна, — буркнула я в ответ, почему-то надувшись, как индюк. И, видимо, мое лицо в этот момент Роберта порядком позабавило, потому что он снова сдавленно рассмеялся.

— А мне казалось, вы из тех людей, с которыми… невозможно найти общий язык. Занимательно. Даже странно, что я в чем-то договорился с представительницей рода Кримсон.

— Считайте, что сегодня ваш счастливый день, — фыркнула я, вздернув остренький носик.

— Буду иметь в виду, — подмигнул король с видом коварного заговорщика, задумавшего пакость.

Как раз в этот момент музыка стихла. Встав передо мной на колено, Роберт поцеловал кольцо с рубиновой розой на моей руке. А затем, поднявшись, удалился.

И лишь после этого я поймала на себе… не совсем доброжелательные взгляды остальных участниц Отбора.

Блин, ну чего они на меня все поголовно волком смотрят?..

Ах, ну да, точно!

Дана Рошлер, высокая стройная красотка с длинными пепельными волосами, дочь верховного судьи. Всего пару глав назад Вайлет угрожала ей на ушко в личных разборках, что ее отца «могут ведь поймать на том, как он якобы берет взятку».

Лили Каспен, милашка с волосами цвета «клубничный блонд». Приехавшая на Отбор из далекой провинции и ставшая любимицей многих благодаря доброму и слегка простодушному нраву. Во второй главе поцапалась с Вайлет, потом весь день не могла найти ручного воробья, которого привезла из дома. А вечером увидела птичку под своей дверью, со свернутой шеей. И почти сразу услышала за своей спиной издевательский голос Вайлет, наигранно охавший о том, какой кошмар и как бедную птичку жалко.

Агата Брейст, жгучая смуглая брюнетка, дочь зажиточного аристократа с Юга Карверота. Заступилась за Лили, а на следующий день нашла у себя в комнате бархатную подарочную коробку… в которой лежала коровья лепеха.

Анжела Грейслин, задорная рыжая дочь какого-то министра, о которой Вайлет распустила грязные слухи, давно вышедшие за пределы дворца и вовсю гулявшие по всему городу. Дошло даже до того, что сам отец Анжелы приходил к ней, чтобы поговорить на тему того, «как смеет его дочь вести себя столь неподобающим образом». И бедняжке никак не удавалось убедить его, что все это — наглая ложь.

Виктория Шарпстер, дочь дворян средней руки с Запада. Немного полноватая, но все равно очень красивая шатенка, которой Вайлет Кримсон открыто угрожала расправой в темном переулке. При этом называя ее «мерзкой жирной свиньей, которой нечего делать на Отборе невест для самого короля», и заявляя, что «такие, как она, порочат честь Отбора и унижают остальных участниц самим фактом своего существования».

Ну а о том, сколько всего от Вайлет натерпелась главная героиня, белокурая бедняжка Энилия Эмильтон, я вообще молчу!

Поэтому… да, вспомнив все это, прочитанное накануне в книге, я осознала весьма неприятный факт: меня здесь все, абсолютно все, вполне заслуженно ненавидели.

И тут до меня дошло осознание еще одного скверного факта. Который был очевиден с самого начала, но я как-то о нем не думала: память Вайлет. А точнее, ее полное отсутствие! Только сейчас я обратила внимание на то, что у меня нет вообще никаких воспоминаний оригинальной Вайлет Кримсон, тело которой сейчас заняла. Все, что я знала, ограничивалось прочитанным о ней в книге. Что в случае с этим персонажем было отнюдь не самым полным набором информации.

Так как мне теперь прикажете быть? Каким образом ориентироваться в ситуации? Как понять, кто те или иные люди, с которыми Вайлет была знакома? Черт… да я даже не знаю, как использовать магию, и понятия не имею, получится ли это у меня! Молчу уж о тонкостях этикета этого мира, о котором я знала только то, что в книге описывалось прямо, хотя ведь наверняка были и другие нюансы.

Если так, то единственное, что я могу сделать в текущий момент, это попытаться максимально вспомнить сюжет книги. Каждую деталь, которая всплывет в памяти. И все, что вспомню, неплохо было бы записать в какой-нибудь блокнот, который спрятать так, чтоб точно никто не нашел. Потому что память — штука ненадежная, и за время Отбора детали, которые я вспомню сейчас, по свежей памяти, скорее всего забудутся. А ведь именно от каких-то таких мелких деталей будут зависеть вещи, от которых может измениться все!

Тем временем этот бал наконец закончился, и девушек, после короткой консультации кураторов Отбора, отпустили отдыхать. К счастью, дойти до комнат, где проживали участницы, я смогла, следуя за другими девушками. Естественно, немного от них отставая, — я однозначно была не самой желанной компанией, причем вообще для всех.

Чтобы понять, какая из комнат моя, пришлось постараться побольше и внимательно проследить, куда какая девушка заходит. Плюс были еще и опустевшие комнаты уже выбывших участниц! Так что когда все вернулись к себе, а я убедилась, что в коридоре никого — просто вот так, с ключом, начала ходить от двери до двери всех комнат, в которые никто не заходил, пока, наконец, к одной из них не подошел мой ключ.

Итак, свою комнату я нашла — уже хоть что-то хорошее!

Решив, что в такой-то ситуации расслабляющая ванна не помешает, я поставила ее набираться (порадовавшись тому, что авторка прописала мир с канализацией, горячей водой в кране и прочими удобствами). И, раздевшись, с наслаждением в нее погрузилась.

Что ж, нужно подумать, как теперь быть. Потому что текущее положение дел и то, что меня в итоге ждет, однозначно меня не устраивает. Если припомнить в общих чертах завязку сюжета и произошедшее до этой главы…

По сюжету молодой король Роберт Амстор взошел на престол после того, как его родители погибли в кораблекрушении, направляясь в какое-то заморское королевство с дипломатической миссией. И отбор невест для него проводился уже не как для наследника престола, а как для нового правителя. Все, как и положено, традиционно началась волей богов в день его двадцатипятилетия. Тогда ровно в полночь у ста благородных девушек по всему Карвероту на руках появились Сумеречные знаки, означающие, что боги приглашают их поучаствовать в отборе невест для следующего (а в нашем случае уже нового) правителя. Все из избранных, пожелавшие участвовать, прибыли ко двору, где прошли собеседование и вступительное испытание, по итогам которого было отобрано двенадцать претенденток на корону. Ну а затем начался отбор, за время которого к моему появлению три участницы уже успели выбыть.

А еще за это время Вайлет успела не только сделать всех участниц своими личными лютыми врагами. Но еще и (как выясняется впоследствии) как раз в этот период начала плести серьезные интриги. Вдобавок провела ритуал, благодаря которому открылась Дверь Хаоса. И теперь через нее в мир просачивалась темная энергия, дававшая ей силу... и делающая еще что-то. То, раскрытие чего я так и не успела прочитать. Так что теперь, похоже, придется выяснять самой.

Но одно, по крайней мере, уже было ясно как божий день: в том моменте сюжета, куда я попала, «просто не быть плохой» уже не поможет. Маховик запущен, и либо я придумаю, как его остановить, либо крышка мне от тазика. И единственное, что мне остается, — это действовать. Искать пути и способы изменить финал книги, чтобы в конце не погибнуть.

Значит, решено: закончив принимать ванну, первым делом найду толстенький блокнот и займусь максимально подробным пересказом «Сумеречного отбора». Сначала запишу все то, что уже произошло, а потом — все то, что должно происходить дальше. Поможет ориентироваться и планировать дальнейшие действия. А еще с другого конца блокнота нужно будет записывать все то, что я узнаю о происходившем «за кадром» — как вон тот разговор, подслушанный в уборной. Заодно и то, что произошло не так, как по сюжету — мои действия и последствия, которые их повлекли. Тут вариантов два.

Первый — «эффект мотылька»: малейшие изменения, сделанные мной, повлекут серьезные последствия для изначального сюжета и в корне его изменят.

Второй — менее для меня оптимистичный, «Машина времени» Герберта Уэллса: что бы я ни делала, как бы ни меняла сюжет, он все равно будет сам по себе возвращаться и выруливать к тому, что было прописано автором в каноне. И в таком случае изменить что-нибудь глобально, в том числе и мою грядущую смерть, будет невозможно.

И думаю, одним из ключевых моментов, определяющих, какой из вариантов будет иметь место, заключается в ответе на вопрос: я попала именно В КНИГУ, которую читала? Или все же в мир, который аналогичен миру книги? Как та теория — будто писатели не просто придумывают истории, а получают сигналы-видения из других миров. И, садясь писать, именно пересказывают то, что в этих мирах происходило. В этом случае, к слову, возможно еще и то, что миров, похожих на мир «Сумеречного отбора», больше, чем один. И если авторка описала события, произошедшие в одном таком мире, то в другом — том, куда попала я, — все пока еще не случилось, а только происходит. Следовательно, расхождения с миром, в котором все это уже произошло и стало сюжетом книги, все же возможны. А если так, я могу надеяться на «эффект мотылька» и выжить.

Хм… а ведь если так подумать, то есть простой и довольно очевидный способ спастись: проиграть Отбор. Просто вылететь на следующем испытании. Тогда, если я в первом варианте, это точно изменит весь сюжет, что самое главное — для меня. Конечно, родня Вайлет, ждущая от доченьки великих темных свершений, уж точно не обрадуется такому повороту событий. Но даже если меня в наказание сошлют жить в какую-то глушь, это будет лучше смерти. Тем более проиграть будет не так сложно — без памяти-то Вайлет и знаний о том, как использовать магию.

Что ж, на деле все оказалось куда проще, чем я думала!

Немного воспрянув духом, я вышла из ванной и направилась в спальню, чтоб переодеться в мягонькую ночную сорочку…

И нервно икнула, увидев на своей постели конверт с письмом, которого точно не было, когда я сюда пришла!

В моих покоях кто-то был, пока я в ванной нежилась?

Дрожа, я осторожно вскрыла конверт и прочитала:

«Все по плану. Прилагаю к письму инструкцию по прохождению следующего испытания Отбора. И просто напоминаю, что от мусора, который не способен сделать свою работу, избавляются. Так что хорошенько старайся, чтобы не вылететь и на этот раз».

Уронив листы на пол, я обессиленно села на ковер рядом с ними и, задыхаясь, ощущала, как кружится голова.

Как я помнила по сюжету, после главы с балом до следующего испытания Сумеречного Отбора оставалось три дня.

Итак, похоже, Вайлет была главной злодейкой… но не главгадом! А этот самый главгад, по указке которого она работала, притаился где-то за кадром и, вероятно, раскрывался-побеждался в самом конце книги, так мною и не дочитанной. Получается, наша злодейка, хоть и была той еще занозой в заднице, но являлась чьим-то инструментом. Возможно, ее заставили во всем этом участвовать, а может, она и сама рада была — этого я знать не могу, не имея ее личных воспоминаний. Но факт заключается в том, что либо сразу, либо уже в процессе Вайлет дали понять, что, мягко говоря, очень на нее рассчитывают, и если она не оправдает ожиданий, то даже белые тапочки выбрать не успеет.

Таким образом, передо мной теперь маячила не только угроза смерти ближе к концу книги «за все совершенные злодеяния», но еще и вероятность получить секир-башка, если вылечу с Отбора. А может, еще и если буду недостаточно качественно на нем злодействовать.

Да уж, хуже не придумаешь. Потому что… ну черт, честно, какая из меня-то злодейка? За те пять лет, что я работала воспитательницей в детском садике, даже ни разу никакого ребенка по заднице не шлепнула. В том числе и самых избалованных-непослушных, которые дразнили меня, убегая по всей спальне в тихий час вместо того, чтоб тихо-мирно спать, давая мне спокойно почитать какую-нибудь интересную книжку.

От воспоминаний о работе, оставленной в прошлой жизни, стало грустно. Наверное, моя группа расстроилась, когда им сообщили, что любимая воспитательница больше к ним не придет. Ну, хоть родителей, которые убивались бы из-за моей смерти, у меня никогда не было — в детдоме выросла, куда, насколько мне рассказывали, биологическая мать-алкоголичка сдала меня еще до того, как я научилась ходить на горшок. Парня (а тем более мужа) у меня тоже не было. Так что… похоже, кроме детишек из моей группы, да пары коллег, по мне в старой жизни и некому тосковать. Да и дети в таком возрасте, что почти все скоро с концами меня забудут. Вроде бы мысль о том, что моя смерть не сделает никому слишком больно, должна утешать. Но с другой стороны, как-то обидно, что за всю недолгую жизнь так и не сумела стать хоть для кого-нибудь кем-то важным.

И вот теперь, если я не соображу, как изменить заковыристый сюжет, то и в новой жизни недолго проживу! А если ничего не придумаю до следующего испытания Отбора, то это «недолго» станет еще не дольше.

Поэтому нужно активно шевелить извилинами и искать пути, вспоминая, как в таких случаях действовали героини женского фэнтези… вернее, те из героинь женского фэнтези, которым приходилось выкручиваться самим. Без помощи влюбившегося в них с первого взгляда супер-мега-мужика, внезапно прибегающего на помощь и спасающего на ручках из всех на свете задниц. Ибо на такого моему-то персонажу рассчитывать точно не стоит!

Так, подумаем, какие у меня варианты?

Однозначно в плюс на следующем испытании Отбора для меня идут три обстоятельства:

Первое — я читала в книге, как это испытание проходила героиня, и помнила, как с ним справилась она.

Второе — у меня была подробная инструкция по прохождению, присланная мне моим «анонимным угрожателем-доброжелателем».

Третье — для этого испытания не было острой необходимости в особо активном использовании магии. Постаравшись, его можно было пройти и с минимальным ее применением . Особенно имея на руках первые два пункта. Хотя, конечно, с полностью подконтрольной магией было бы лучше.

И заключалось это испытание в том, что каждую из участниц, засекая время, по очереди помещали в сложную магическую головоломку с пятым измерением. Покинуть ее можно было, лишь решив. Та из девушек, кто будет копаться дольше всех, соответственно займет последнее место и вылетит с Отбора.

Если я все правильно помню, то по книге в этом испытании проигрывала Дана Рошлер, которая возилась почти час. Следовательно, я знаю точные временные рамки, в которые должна кровь из носу влезть. В плюс также шло то, что участницам не просто не запрещали брать с собой часы, но и выдавали их прямо перед началом, сверив время. Вместе с секундомером. Так что я буду точно знать, насколько плохи или не очень плохи мои дела.

А значит, главное для меня — буквально вызубрить подробное прохождение головоломки, надеясь всем сердцем, что у моего информатора оно тютелька в тютельку соответствует тому, что будет на испытании. Плюс, вылезти из шкуры вон, но понять, как использовать те элементарные магические навыки, которые все же были необходимы для этого задания.

Первым делом я, будучи все же не дурой, села с инструкцией и, даже не думая о сне, не вставала с кресла, пока не зазубрила ее так, что она отскакивала у меня от зубов. Затем час позанималась всякой ерундой, прежде чем снова сесть с листами и повторить. А убедившись, что в самом деле все хорошо запомнила, — выполнила указание уничтожить все эти бумаги. Потому что попади они кому-то в руки, и мне крышка! Особенно с учетом того, что буквально все здесь будут только рады любому компромату на мою персону.

После этого до рассвета оставалось всего ничего, и я решила поспать, сколько получится. Все же в дни, когда не было испытаний или важных событий, участницам не устраивали принудительную побудку. Так что отдохну немного, а потом займусь магическим вопросом.

Сняв и повесив шелковый халатик, я случайно поймала взглядом свое отражение в большом зеркале, стоявшем возле шкафа, и против воли замерла, глядя на него. Затем сделала пару шагов и снова посмотрела на себя. Внимательно, вглядываясь в детали. Ну что ж, одно утешает — злодеек авторы обычно описывали теми еще красотками! Что было немного, а приятно, особенно после моей довольно посредственной оригинальной внешности. Вайлет же мало того, что личиком — просто куколка-картинка, так еще и фигура прекрасная. На такую что ни надень — будет выглядеть великолепно, и не нужно морочить голову подбором одежды, которая подчеркивая достоинства, скрывала бы недостатки. Потому что хоть в этом плане Вайлет было скрывать нечего!

Залюбовавшись, я подошла ближе к зеркалу… и, споткнувшись о подол ночной сорочки (господи, ну зачем же ночнушку-то да такой длинной шить?!), полетела мордашкой прямо в зеркало!

Ну что за напасть! Только-только порадовалась тому, что попала в тело красавицы — и теперь сейчас этим симпатичным личиком в зеркало врежусь? Еще вдруг разобью его и получу шрамы от осколков? Нет-нет-нет, этого только не хватало!

Размахивая руками, я в последний момент выставила их перед собой, пытаясь принять удар на ладони…

Но удара не последовало. Потому что мои руки провалились в зеркало!

Странная прохлада — как будто все, чего касались пальцы, было заполнено какой-то густой желейной массой. Непонятное чувство… и пугающее. Оно затягивало, словно трясина. Будто хватало за руку и увлекало идти следом за собой. Просунуть голову, осмотреться, пройти сквозь отражение целиком. В место, которое звало меня…

Тихонько вскрикнув, я отступила на несколько шагов назад, вытаскивая свои руки из зеркала. Фух, на месте, и вроде даже такие же, какими были ранее — ни тебе щупалец с присосками, ни зеленой кожи.

И все равно жутко.

Что это еще было? Какая-то… особенная способность Вайлет? Интересно, а сама она о ней знала, или та на данный момент сюжета еще не пробуждалась? В книге ни одного случая того, чтоб кто-нибудь владел такими силами, не описывалось. Следовательно, я не имела понятия о том, что же оно из себя представляет. Плюс, не стоило отметать и того, что это просто конкретное зеркало заколдовано, а не какая-нибудь «особая сила».

Нахмурившись, я осторожно приблизилась к зеркалу и снова коснулась стекла… которое было твердым и даже не подумало пропустить меня сквозь себя.

Итак, чем бы это ни было, просто так его не активировать. Нужно либо какое-то эмоциональное состояние, либо особый магический всплеск, либо еще черт его знает что.

Но как бы там ни было, об этом мне лучше подумать после того, как посплю. Особенно с учетом того, какой сложный у меня был день.

Так что выдохнув, я вернулась к кровати и укрылась одеялком, напрасно надеясь, что оно поможет мне избавиться от всех тревог хотя бы ненадолго.

К факторам, которые немножечко, совсем капельку уменьшали безысходность моей ситуации, можно было отнести тренировочные залы для участниц, где каждая могла позаниматься своей физической подготовкой, а также поупражняться с магией. И кроме большого общего зала, в котором обычно участницы упражнялись все вместе, либо почти все вместе, имелось еще несколько парных и одиночных. Что для меня было спасением по двум причинам.

Первая — заниматься вместе со мной никто, по понятным причинам, банально не захочет.

Вторая — у всех бы, безусловно, вызвало ну очень много вопросов то, что я не умею использовать даже базовые магические умения. Не знаю самых простых заклинаний. Да и вообще ни сном ни духом, как в этом мире все работает. Увы и ах, но авторки женского фэнтези как правило концентрировались на любовной линии, интригах и приключениях. Опуская «типичный Сильмариллион» и подробное изложение учебников практической магии, которые помогли бы сотворить заклинания любому чайнику, попавшему в этот мир. Разве что подобное иногда встречалось в академках, но это, как ни крути, был не мой случай!

А ведь еще нужно с этим зеркалом как-нибудь разобраться…

Так что приходилось полагаться на старый добрый народный метод научного тыка! Вооружившись им, я переоделась в костюм для тренировок, закрылась в третьем одиночном зале и начала пытаться… сделать ЧТО-ТО. Хоть что-нибудь.

М-да уж, я себе в этот момент напомнила Питера Паркера из первого «Человека-Паука» Сэма Рэйми. В том месте, где он, стоя на крыше, пытался понять, какую «волшебную фразу» выкрикнуть, чтоб паутина из ладони выстрелила. И после часа безуспешных попыток мое настроение окончательно скатилось в депресняшки.

Черт, что же делать?

Будь у Вайлет какая-нибудь подруга или хотя бы подпевала — можно было бы как-то хитростью выведать у нее магические основы. Вот только главная злодейка была одинокой злюкой до конца и вообще ни с кем здесь не дружила, даже не общалась по-человечески.

Но как я поняла, интуитивно ничего наколдовать не выйдет, так что нужно искать источники знаний.

Хм… вроде как в общем зале сейчас тренируются несколько девушек. Что, если попробовать подсмотреть за ними? Понаблюдать, что они делают, и потом попробовать повторить? Авось сработает? Главное только, чтоб меня при этом не заметили, а то еще решат, что я шпионю, чтоб напакостить, и того не хватало — темную устроят.

Выдохнув, я вышла из одиночного зала и тихонько пошла к общему. Откуда доносились голоса (иногда переходящие в крики), разнообразные стуки-грюки и даже грохоты-взрывы.

Так, а теперь нужно быть еще осторожнее. Потому что внутри тренировочных залов стоит антимагическая защита, чтоб во время тренировок никто случайно ничего не разгромил. Но когда я приоткрою дверь, образуется зазор, через который что-то может полететь в меня. И не успею вовремя эту дверь захлопнуть — получу магией по лбу.

Выдохнув и приготовившись быстро сваливать, я осторожно потянула за дверную ручку и заглянула внутрь зала, где полным ходом шла тренировка. Одни девушки пробегали полосу препятствий, в том числе используя заклинания. Другие оттачивали боевую магию, практиковали магию призыва, созидания, манипуляции и трансформации.

Наблюдая за ними через приоткрытую дверь, я простояла около часа, и кое-что мне в самом деле стало понятно. В том числе и благодаря тому, что я увидела, как в жизни работает магия, которая в книге описывалась лишь поверхностно.

Вот только я все равно не представляла, как все это использовать самой, потому что не знала механизмов и базовых принципов работы.

И тут я (предварительно закрыв дверь, конечно) тихонько выругалась, стукнув себя ладонью по лбу.

Ну конечно! Как я вообще сразу об этом не подумала? Мне нужно в королевскую библиотеку! Да, там в основном содержалась более серьезная литература, но книги, в которых можно было узнать основы, тоже наверняка должны найтись. А значит, нужно засесть там как минимум на остаток сегодняшнего дня, найти нужную литературу и приступить к зубрежке. А уже потом — в тренировочный зал, пробовать все это на практике.

Порадовавшись тому, что нашла что-то, напоминавшее путь к решению одной из моих насущных проблем, я переоделась из тренировочного костюма в иссиня-черное платье… и еще пару часов потратила на то, чтоб найти библиотеку, при этом не выдав всему двору, что не знаю ее месторасположения! Ведь Вайлет-то там уже несколько раз бывала, и такая неинформированность вызвала бы вопросы.

Наконец найдя то, что искала, я спустила следующие два часа своей жизни на поиск нужных книг — спасибо хоть карточный каталог тут был превосходный. Правда вот, я бы все равно отдала предпочтение гуглу, но выбирать не приходилось!

В итоге набрав и сложив на рабочий стол стопку книг, я побежала за последней из списка, стеллаж с которой пришлось порядком поискать, потому что он был в самой глубине библиотеки. И наконец найдя ее, уже собралась идти обратно…

Когда услышала голоса. Приглушенные, холодные и пугающие:

— Ну не знаю, это может стать проблемой, — прошипел первый сквозь стиснутые зубы.

И я узнала этот голос. Потому что уже слышала его ранее.

Один раз.

Случайно забежав в мужской туалет во время бала.

— Вот когда станет, тогда и поговорим, — грубо прорычал второй — властный, низкий. — Девчонку нужно убрать, пока ее дар не пробудился. Если она научится использовать Божественный свет, все наши планы полетят к чертям, и придется ждать как минимум следующего отбора. А я хочу увидеть падение дома Амсторов еще на своем веку. Да и не я один, если ты помнишь. Они слишком долго путались под ногами у слишком многих людей.

— Но я все еще считаю, что пускать в ход Зависть, как и кого угодно из Семерки — это самоубийство для нас! Ты выпустил на волю очень опасных зверушек, Грегор.

— Они не на воле, пока у меня кольцо, Тадеус. Не забывай об этом, — повысил голос мужчина. — И я уверен, что одной Зависти будет достаточно. Ситуация под контролем. Так что поставь гримуар обратно на полку, с которой его взял.

— Нет уж, лучше я попридержу его у себя, — раздраженно фыркнул этот Тадеус.

А потом я услышала шаги, с которыми оба удалились, оставив меня в этой секции одну. И я, прижимаясь к разделявшему нас стеллажу, еще долго боялась даже шевельнуться, издать малейший звук.

Черт-черт-черт, ну это уже ни в какие ворота! Почему именно на мою голову столько проблем? Мне ведь их еще на старте хватило с головой! А теперь что?

Очевидно, что тот «туалетный заговорщик» вел беседу с кем-то, кто главнее его. И, возможно, что тем Грегором, с которым он так мило болтал, был тот самый Бартимус, упомянутый им в разговоре со своим приятелем возле писсуаров.

Грегор Бартимус… Вот хоть убей — звучит знакомо, но вспомнить персонажа не могу! И как назло, именно сейчас у меня вообще нет времени что-нибудь о нем вынюхивать. Потому что если я срочно не решу свои проблемы, связанные с базовым владением магией, и вылечу с Отбора в следующем испытании, меня просто прикончат, и дальше заниматься этим заговором будет некому!

Конечно-конечно, ТЕОРЕТИЧЕСКИ в конце книги, вскоре после смерти Вайлет, герои должны были бы и сами с любыми заговорами разобраться, идя к написанному авторкой хэппи-энду. Вот только два нюанса.

Первый — неизвестно, что станет с сюжетом, если Вайлет выбудет и умрет не ближе к концу, а уже через два с лишним дня.

Второй — если это все же не именно книга «Сумеречный отбор», а просто мир, аналогичный книге, то не стоит исключать одного НО: в нем на самом деле счастливого конца могло и не быть. А тот хэппик, который написала авторка, был просто придуман ею ради соблюдения законов жанра, потому что плохой конец, где все умерли и герои несчастны, ей бы не простили читатели, а издательство вместо публикации послало б с такими финалами в долгое пешее.

Таким образом, даже в этом плане нельзя расслабляться. И если сейчас выпутаюсь из первоочередной передряги — обязательно нужно заняться вынюхиванием всего, что можно, об этом Грегоре Бартимусе. А заодно, может, и того Тадеуса идентифицирую. Уже будет лучше, чем сидеть слепым котенком.

Но вот то, о чем они говорили… Это пугало и волновало не меньше, чем угроза, нависшая лично надо мной.

Во-первых, они хотят навредить какой-то девушке, судя по всему, владеющей неким даром Божественного света. Этот дар у нее еще не пробудился, и она, соответственно, пока не может его использовать. Но если пробудится, это разрушит их планы, которые они намерены реализовать до конца отбора.

Но что это за девушка, и о каком даре идет речь?

Так, нужно хорошенько вспомнить книгу. На такое наверняка должны были быть разбросаны намеки по ходу сюжета…

Ну да, ну да! А слона-то я и не заметила! Конечно же, Лия, главная героиня! Несколько раз у нее проклевывались проблески какого-то странного дара, который она сама не понимала и о природе которого не имела малейшего представления. Да и кому, в конце-то концов, если не главной героине, быть носительницей какой-то особой спящей силы, которая нежелательна для антагонистов?

Божественный свет… нужно добавить в список обязательных дел «поискать о нем информацию в книгах». Того и гляди — найду. Возможно, это даст какие-нибудь ниточки для дальнейших поисков.

А во-вторых…

Во-вторых, они говорили, что задействовали какую-то Зависть, и вели речь о некой Семерке. Неужели… Семь смертных грехов? Занятно-занятно, потому что я не помню в «Сумеречном отборе» сюжетной ветки со смертными грехами! То есть вообще! Следовательно, это, вероятно, было тем скрытым сюжетным ходом, который и должен был выстрелить в конце масштабным поворотом сюжета. Возможно, даже стать почвой для «финальной битвы».

Получается, как минимум с недавнего времени в сюжете книги действовал грех Зависти, подконтрольный этому Грегору Бартимусу, судя по его словам, благодаря действию какого-то кольца. И точно так же у него в рукаве еще шесть таких же «припрятаны»?

Но если так, то… А в каком, собственно, виде Зависть действует на Отборе? В человеческом обличье? Каким-то бестелесным духом? Жуткой бабайкой, рыскающей под кроватями в дворцовых спальнях? Или как вообще ЭТО должно выглядеть?

И о каком тогда шла речь гримуаре, который Тадеус решил «подержать у себя» и забрал из библиотеки?

Столько жизненно важных вопросов… а у меня при этом — полная ОПА, просто физически не позволяющая ими заниматься, пока не выдохну хотя бы с ближайшим испытанием отбора.

Поэтому решив, что подумаю обо всем этом через три дня, я открыла нарытые книги и начала в них копаться, вспоминая студенческие годы, когда в сессию за неделю до экзамена нужно было выучить весь курс за семестр. При этом еще и понять, что же мне нужно искать…

Из прочитанного в «Сумеречном отборе» я знала, что магические действия делятся на пять видов: атака и защита (вместе составляющие боевую магию), призыв, созидание, манипуляции и трансформации.

С сутью атаки и защиты все было и так понятно: умей шарахнуть и умей защититься от того, чем кто-то решил шарахнуть тебя. Для первого использовались атакующие заклинания разной мощности и степени поражения, для второго — целый набор самых разнообразных щитов и барьеров.

Призыв позволял вызвать разного рода существ и управлять ними. От астральных до вполне себе материальных. Причем настоящей жизни и сознания в них это не вдыхало — они были либо магическими куклами, которые отживали свое и исчезали, либо призванными из других измерений существами и сущностями, которые по истечении действия заклинания возвращались обратно. Естественно, уровень, размеры, мощь и возможности призываемого существа несли соответствующие магические затраты и требовали от мага определенного уровня владения силой. Также магические резервы и уровень мага определяли максимальное время, на которое осуществлялся призыв.

Созидание позволяло создавать неживые предметы. Максимальный размер и сложность предмета так же, как и с призывом, зависели от резервов и навыков мага. Кроме того, создать полностью стабильные предметы даже небольшого размера было чрезвычайно сложно и энергетически затратно. А для соблюдения баланса в таком случае нужно было «отдать той стороне» предмет аналогичных габаритов из этого мира. Поэтому, как правило, предметы создавались на время, после завершения которого сами дематериализовались.

Манипуляции давали возможность воздействовать на материю, ментальные и энергетические поля, влияя на их свойства. По сути, этот вид магических действий был самым сложным, требовал наиболее отточенных навыков и умений, но при этом открывал самое широкое поле для деятельности, таил в себе практически безграничные возможности.

И последний вид, трансформации, позволял изменять в своих целях уже существующие объекты и энергию.

Ну а моей задачей теперь было понять, КАК ИМЕННО все это хотя бы частично могу использовать лично я?

Просидев над книгами вплоть до того, как библиотекарь погнала меня со словами: «Уже поздно, приходи завтра», я все еще не была уверена, что нахваталась достаточно теории. А значит, понимала, что завтра в самом деле еще приду. Пока же и правда не помешает отдохнуть после сегодняшнего крайне насыщенного дня.

О том, как вымоталась, я начала задумываться, когда сама же зевнула, идя по коридорам. На секунду прищурившись, повернула за поворот…

И тут же в кого-то врезалась!

— Надо же, какая встреча, — услышала я раздраженный голос. И распахнув прищуренные было глаза, моментально их вытаращила, увидев перед собой его величество собственной персоной!

Да уж, даже не поспоришь. Только недавно размышляла о подслушанном заговоре против этого парня, и вот он уже буквально выскочил передо мной!

— И я тоже очень рада вас видеть, — проворчала я. И, вздернув нос, уже собралась обойти его, чтобы ускользнуть… но неожиданно ощутила руку Роберта, схватившую мое запястье!

— А я как раз думал о том, что неплохо бы нам с вами побеседовать, — медленно проговорил мужчина. И от его выражения лица мне стало совсем уж не по себе.

— О чем же? — прищурившись, протянула я.

— Думаю, вы сами прекрасно знаете, о чем, — проговорил король, еще пристальнее глядя мне в глаза.

— Вот как? В таком случае смею предположить, что вас интересует… Погода? Нет? Тогда, может, миграция бабочек? Неурожай яблок? Чрезмерно жаркое лето? Или, возможно, вы хотите обсудить со мной грядущий ремонт в мужском туалете?

— Хватит ломать комедию, леди Вайлет, — отчеканил Роберт, рывком притянув меня ближе и жестко глядя прямо в глаза, чтобы над самым моим ухом прошептать: — Это ведь вы взяли гримуар Пяти Теней?

Что он сказал?!

В первую секунду я, шокированно таращась, оцепенела… а во вторую — закашлялась, поперхнувшись слюной.

— О, похоже, вы все же решили не делать вид, будто не знаете, о чем идет речь?

— Нет, я все же попрошу объяснить, о чем речь! — выдохнула я, пытаясь восстановить дыхание.

— То есть мы будем играть в игры? — вздернул бровь король, хмуря лоб. — И вы начнете утверждать, что ничего не знаете о пропаже гримуара Пяти Теней из королевской библиотеки?

— Что…

— Даже не пытайтесь отрицать, — прошептал он, сильнее сжав пальцы на моем запястье. — Библиотекарь донесла, что вы сегодня там работали. И одна из книг, которую вы брали, О ЧУДО, находилась буквально на соседнем стеллаже с пропавшим гримуаром. А еще его исчезновение обнаружили вскоре после того, как вы вернулись из той секции. Какое удивительное совпадение, вы не находите?

Так, дела плохи, без вариантов. Нужно срочно решить, как действовать.

Рассказать правду о том, что я на самом деле вообще другой человек, угодивший в тело Вайлет Кримсон? Да черта с два мне поверят, только больше подозревать начнут! А то и вовсе в психушке закроют, сняв с Отбора (где меня НЕКТО и прикончит, скорее всего). Мир-то этот хоть и магический, но попаданки косяками не бегают.

Продолжать отнекиваться и изображать фикус — на данном этапе бессмысленно.

Тогда остается одно: рассказать часть правды, но очень осторожно, чтоб не ляпнуть ничего, способного навести на меня еще большие подозрения (ибо уж чего-чего, а подозрений на мою персону и так хватит с лихвой). А еще — не сделать мое положение еще опаснее со стороны тех, кто мне угрожает.

Поэтому собравшись, я выдохнула и тихо проговорила:

— Я не брала этот гримуар и не знаю, для чего он мог кому-то понадобиться. Но… я кое-что слышала. Только, ваше величество, будьте добры предоставить для нашего разговора более надежное место, нежели коридор!

— Хорошо, — скрипнул зубами мужчина после короткой паузы. А затем щелкнул пальцами… И мы моментально перенеслись в строгий, но при этом первоклассно обставленный кабинет. Его рабочий?

То, что король владеет манипуляциями достаточно, чтобы искривлять пространство и мгновенно перемещаться в нем, я знала еще из сюжета книги, и это меня не особо удивило. Однако того, что он применит это очень затратное для резерва умение просто чтобы перенестись со мной в его кабинет, еще и поздним вечером, в самом деле обескураживало.

— Итак, что же вы такого хотели мне рассказать, что потребовали для этого «более надежное место»? — медленно проговорил он, жестом приглашая меня сесть на кресло для визитера. Сам же тем временем со спокойствием тигра сел за массивный рабочий стол.

— Тогда, в библиотеке… — начала я, стараясь максимально собраться с мыслями. —Когда я искала нужную мне книгу, то услышала разговор двух мужчин, от которых меня отделял стеллаж. И судя по их разговору, один из них, по имени Тадеус, взял с собой какой-то гримуар. При этом второй — очевидно, он был главнее его — не хотел, чтобы этот Тадеус забирал ту книгу. И этого второго звали Грегором. Фамилия, если я не ошибаюсь, Бартимус.

— Довольно странная история, — протянул король, не спуская с меня глаз. А миг спустя резко добавил: — Особенно с учетом того, что при дворе нет никого по имени Грегор Бартимус. Да и вообще кого-либо с фамилией Бартимус. На счет Грегоров и Тадеусов нужно наводить справки, чтобы узнать, как много мужчин с такими именами несут службу при дворе… Однако менее подозрительными ваши свидетельства от этого все равно не становятся, леди Вайлет, — выпалил он, немного подавшись вперед — словно хищник, прижимающийся к земле перед тем, как наброситься на жертву, вонзая ей клыки в глотку.

Ничего не понимаю. Тогда почему они называли себя этими именами? Почему упоминали фамилию Бартимус? Получается, либо те люди — не придворные, а просто пробирались во дворец ради своих целей, либо между собой называют друг друга фальшивыми именами? Зачем? Для пущей конспирации на случай, если кто-то случайно подслушает их разговоры — чтоб никто не понял, о ком идет речь?

— В таком случае ничем не могу помочь. Я не знаю о тех мужчинах ничего, кроме их имен, которые они сами же называли,— фыркнула я, скрестив руки на груди.

— Как удобно: «Я не брала книгу, ее взяли какие-то другие люди, их зовут так-то, но раз таких людей при дворе нет, то ничего я не знаю, отстаньте». Скажите, вы в самом деле надеялись обвести меня вокруг пальца такими отговорками? Когда же я ввел вас в заблуждение, заставив думать, что НАСТОЛЬКО туп?

— Я не брала эту книгу! — не выдержав, сорвалась я и сжала кулаки. — Более того, как раз только сейчас и шла из библиотеки, где работала допоздна. И как видите, никакой книги с собой оттуда не вынесла.

— Если так, то вы не будете возражать против обыска?

— Обыска? Так хотите раздеть меня прямо здесь и сейчас?! — вскочила я, стукнув кулаками по столешнице.

— Не обольщайтесь, леди Вайлет, — фыркнул Роберт, щелчком пальца окружая меня кольцом света, которое несколько раз прошлось вверх-вниз, словно сканировало меня от макушки до пяток. — Надо же, похоже, гримуар вы в самом деле нигде не припрятали.

— В таком случае на меня больше не вешают глупых подозрений?

— И еще раз не обольщайтесь, — скрипнул зубами мужчина. — Результат проверки значит лишь то, что книги с вами нет сейчас. Но вы могли, скажем, передать или спрятать ее, выйдя из библиотеки. К слову, та литература, которую вы брали, также настораживает. Думаете, я поверю в то, что чародейка вашего уровня ходила в королевскую библиотеку, чтобы взять с соседнего с гримуаром Пяти Теней стеллажа просто… какую-то нелепую книжонку про магические основы?

Вот черт, и тут нашел, к чему придраться!

— Захотелось расслабиться, повторяя элементарщину, — огрызнулась я, осознавая, насколько нелепой кажется эта отмазка. — Как видите сами, книги у меня нет. И можете дальше обвинять меня… А можете попытаться найти того, кто в самом деле ее украл. Дело за вами! Я же… если больше вопросов ко мне у вас нет, то позвольте удалиться. У меня был тяжелый день, и я очень хочу отдохнуть, — заявила я.

И когда потянула за ручку кабинета, дверь оказалась открыта. Так что я, не оборачиваясь, выбежала в коридоры. Четко осознавая, что этим бегством только прибавила себе новый букетик проблем!

Следующие два дня я металась между библиотекой и тренировочным залом. Где то занималась сама в одиночном, то подглядывала за тем, как тренируются другие участницы. И в конце концов, что-то у меня начало худо-бедно получаться. По крайней мере, я надеялась, что с этим, имея на руках прохождение головоломки, сумею не вылететь с отбора хотя бы сейчас.

Но вот что делать дальше? Как быть? Следующие испытания, о которых я читала в книге, требовали уже гораздо более развитых магических умений. А многие из них и вовсе были заточены на то, чтобы отсеять самых магически слабых участниц. Как-никак, к отбору допускались только аристократки, а не девочки из хлева. И даже среди них… всех, кто не владел на должном уровне этикетом, не был достаточно образован и банально не умел вести беседы на должном уровне, отсеяли еще на этапе собеседования. Так что не приходилось рассчитывать на «испытания отбора королевских невест», где претенденток на корону будут проверять на умение держать вилку и ложку за столом, писать официальные письма или делать реверансы. Целью соревнования было выбрать достойнейшую — Королеву с большой буквы, которая способна и на равных с мужем в дипломатию, и в случае войны армию в бой повести, храбро сражаясь в пример всем воинам.

Таким образом, чтобы продержаться и не стать жертвой недовольных «союзников» Вайлет, я должна уметь и в меч, и в магию.

Только вот вопросец: КАК?! Я ни разу в жизни не ездила верхом, уж тем более не держала в руках меч и не стреляла из лука. На физкультуре, конечно, всегда была молодцом, но это и все. О магии вообще молчу. За те два с половиной дня, что просидела над книгами и упражнялась в тренировочном зале, я в полной мере оценила всю сложность этого дела. И хоть с базой худо-бедно разобралась, но уже четко понимала: освоить всю программу магической академии за недельку зубрежки не получится.

А значит, нужно искать другие пути.

И самый очевидный для меня был один: сама Вайлет Кримсон. Что, если ее память (а вместе с ней магические навыки и боевые умения) все еще находятся где-то там, в глубинах теперь уже моей головы? Если так, то найди я способ это пробудить — вероятно, смогу быстро все это «обкатать» и использовать сама, а в случае успеха еще и не хуже самой Вайлет. Как-никак она была отличной магичкой, метко стреляла, недурственно фехтовала и свободно чувствовала себя в седле. Даже на драконах летать умела.

К тому же, имея ее память, я наверняка смогу побыстрее разобраться со всеми этими заговорами и хотя бы понять, кто там что да как воротит.

Только вот каким образом я могу получить доступ к ее памяти, даже если она все еще находится внутри этой черепушки? Да и… А что, собственно, случилось с самой Вайлет после того, как я заскочила в ее тело? Куда она подевалась? Улетела «куда-то дальше»? Поселилась в моем теле, которое джип переехал, и либо умерла вместе с ним, либо ВНЕЗАПНО выжила и теперь ходит в моем родном мире, где отныне злодействует? Или что с ней вообще еще могло произойти?

Как бы там ни было, но похоже, что мне еще и на эти вопросы нужно постараться найти ответы.

Но сначала — пройти это чертово испытание, справившись меньше, чем за час, чтобы не уступить Дане Рошлер и дать ей вполне канонично покинуть отбор.

В случае испытаний вроде этого порядок, в котором участницы проходили его, определялся жеребьевкой. Мне выпало идти четвертой, Лия прошла головоломку второй за двадцать восемь минут, а Дана пойдет шестой. И вот сейчас массивный трехметровый механический куб, стоявший посреди зала, в котором проходило испытание, раскрылся с громким стуком шестеренок. Анжела Грейслин, справившаяся с ним за тридцать пять минут, победоносно ухмыльнулась, выйдя из ранее запечатанной зоны, подошла к главному распорядителю и сдала часы, выданные на старте. Тем временем куб за ее спиной снова собрался в свой изначальный вид.

— Вайлет Кримсон, вы следующая, — произнес тот, обратив свой взор на меня. И да-да, верно! Все остальные участницы, присутствовавшие здесь, тоже посмотрели на меня. Причем весьма не двузначно давая своими взглядами понять, что искренне надеются на мой провал.

Ну уж нет, мои хорошие, не дождетесь. По канону это испытание я обязана пройти!

— Я готова, — прозвучал мой уверенный голос… правда вот, по факту уверенности во мне было, примерно как зубов у восьмидесятилетней бабульки. Но что поделать — доктор сказал в морг, значит…

Хотя нет, в моем случае не самая удачная поговорочка!

Подойдя к распорядителю, я приняла из его рук часы и секундомер, которые тут же закрепила на своем запястье. А затем, медленно выдохнув, прошла в направлении куба. И когда приблизилась к нему — услышала множественные щелчки, с которыми детали, составлявшие его стену, начали раздвигаться передо мной, словно кирпичи при входе в Косой переулок. Шестеренка за шестеренкой, куб раскрывал передо мной свои объятия, приглашая войти. И однозначно давая понять, что я не покину его зачарованного нутра, пока не решу все загадки, которые он в себе таил.

Ну а я? А я шла вперед. Шаг за шагом. Понимая, что пересекая границу куба, уже прошла внутри расстояние, превосходящее его размеры извне. И вот услышала, как детали сложнейшего магического механизма сомкнулись за моей спиной, с концами ограждая меня от внешнего мира. Оставляя в полной тишине и темноте…

Которая уже пару секунд спустя разрушилась, когда мои глаза ослепил свет, показавшийся слишком ярким после этой короткой, но такой всеобъемлющей тьмы.

Что ж, начнем!

Привыкнув к свету, я огляделась и поняла, что передо мной просторная комната, весь вид которой напоминал старое нутро заброшенного корабля. Давно затонувшего, увешанного водорослями, словно гирляндами, и с разными морскими рачками-ракушками, ползающими то тут, то там. Но главным, что привлекало внимание и что описывалось в инструкции, присланной в письме, был обширный участок пола, выложенный крупной темно-синей плиткой. На каждой из плиток было четко видно простые орнаменты. Одни изображали подсолнухи, другие — мелкие цветы незабудок, третьи — переплетенные ветви роз, угрожающие изящными шипами. Четвертые — дубовые листья с желудями, пятые — малину с крупными ягодами, шестые — вишневый цвет.

Однако мне нужны были не они. А лишь те плитки, на которых был орнамент седьмого типа: ракушки и водоросли.

Единственный из семи орнаментов, который был не растительным, а морским.

Внимательно рыская взглядом по плитам, я наконец нашла первую, в паре шагов от меня. И подойдя, приложила к ней ладонь, сосредоточилась. Если сейчас я не справлюсь, все пропало.

Простейшее заклинание манипуляции. Цель которого — активировать спрятанную под плитой магическую нить. Элементарщина, доступная любому, кто хоть немного, хотя бы самую малость обучался магии…

И настоящая проблема для меня!

Ну же, я ведь учила это, практиковала, пыталась! Должно, просто обязано получиться!

Не глядя на часы, отмерявшие мое время, даже не думая о них, я сосредоточилась, выпуская импульс и стараясь нащупать им магическую нить — как на тренировках…

Есть! Плитка, которой я касалась, легонько засветилась светло-голубым. А значит, раз с первой вышло, то и с другими справлюсь. Рано вешать нос, мы еще поборемся!

Выискивая плиты одну за другой, я активировала каждую из них, прекрасно помня из инструкции, что таких должно быть ровно семь. И едва седьмая наконец засияла, — быстренько ушла с выложенного плитками участка пола, направляя взгляд в его центр. Туда, где плитка начала перемещаться, открывая скрытую под собой дыру в полу… из которой медленно поднимался бронзовый памятник, изображавший четверых музыкантов-моряков, двое из которых были со скрипками, один с виолончелью и один — с контрабасом.

Вот только это был не памятник.

А механические куклы. Которые, двигаясь со скрипом и щелчками шестеренок, начали плавно играть мелодию. Короткую, длившуюся считанные секунды и состоящую из нескольких нот. И когда медный оркестр, закончив, замер, на стене напротив меня появилась панель, в которой, приглядевшись, можно было узнать нечто, напоминающее семь крупных клавиш пианино, декорированных ракушками и кораллами.

Не теряя времени, я подошла к ним и начала нажимать в порядке, который был указан в письме. С нотной грамотой у меня всегда было средненько — все же не на учительницу музыки ведь училась. Так что порядок нот, которые нужно нажимать, был весьма кстати. И касаясь каждой из массивных клавиш, я сыграла ту самую мелодию, которую до этого озвучил механический струнный квартет.

Когда последняя нота прозвучала, я услышала пение дивной красоты. Секунду спустя стена, возле которой я стояла, раздвинулась передо мной, словно скрипучая двустворчатая дверь, и я прошла в следующую комнату.

В отличие от прошлой, здесь все было изящным, ажурным, изысканным. Доминирующим цветом был зеленый, в основном — ярких оттенков. По центру располагался рисунок, напоминающий закупоренный пробкой пузырек, наполненный чем-то наполовину. А в каждом из четырех углов — по столику. Подойдя к первому, я увидела четыре ячейки. Верхняя правая была зеленой, остальные — красными. В левой нижней находился… череп. Три остальные были пусты. Рядом же, на самом столике, лежали цветок аконита, медный паук и отлитая из бронзы гремучая змея. Внизу же всей этой композиции на столе была высечена надпись:

«Череп и аконит на одной высоте. Череп и змея в ячейках одного цвета».

Выдохнула с облегчением — все снова так же, как в инструкции, которая более подробно расписывала прочитанное в книге. Логическая головоломка, где все решала внимательность. Мне же, чтоб не теряла времени и не ошиблась случайно, еще и объяснили принцип решения каждой из задач (если они будут такими же).

Так что взяв по очереди каждый из трех лежащих предметов, я положила их на свои места: паука в верхний левый угол, змею в верхний правый, а цветок аконита — в нижний правый. Затем подошла ко второму столику и снова выдохнула, увидев аналогичную задачу, прописанную в письме. Там нижняя левая и правая верхняя ячейки были зелеными, две другие — красными, а в левой нижней лежал аконит. Надпись гласила:

«Аконит и змея в одном столбце. Аконит и паук в ячейках одного цвета».

Следуя прохождению, я расположила змею в верхнем левом углу, паука в верхнем правом, а череп — в нижнем правом. После чего перешла к третьему столику, там цветов ячеек было уже три. Верхняя левая была желтой, нижняя левая красной, остальные синими. Цветок располагался в нижней правой.

«Череп и змея на одной высоте. Аконит и змея в ячейках одного цвета».

Положив в желтую ячейку череп, свободную синюю — змею, а в красную паука, я спокойно прошла к последнему столику…

И в этот момент моя пятая точка ощутила что-то недоброе.

Потому что задание отличалось от того, которое было в письме!

Там говорилось, что я увижу ячейки четырех цветов: верхняя левая синяя, верхняя правая желтая, нижняя левая красная, нижняя правая зеленая. В синей ячейке — паук. А надпись должна была сообщать следующее: «Аконит и змея на одной высоте. Змея и череп в разных столбцах».

Тогда мне нужно было бы положить череп в верхнюю правую ячейку, змею в нижнюю левую, а аконит — в нижнюю правую.

Вот только…

Здесь цветов ячеек тоже было четыре. Но верхняя левая была зеленой, верхняя правая желтой, нижняя левая красной, а нижняя правая синей. В желтой лежал паук, а в надписи говорилось:

«Аконит и череп на одной высоте. Змея и череп в разных столбцах».

Вот блин горелый! Как? Почему? Неужели после того, как мне слили прохождение, кто-то внес изменения в задачу? Но если так, то почему только во второй комнате и только на четвертом столе с головоломкой? Возможно, хотел подать мне знак — с издевкой сообщить, что в курсе о сливе информации?

И не будет ли таких изменений далее? В более глобальных масштабах.

А может, я себе лишнего надумала, и информатор, приславший мне письмо вместе с угрозами, просто ошибся и сам запутался, пока все это писал?

Еще одна нехорошая проблема на мою голову.

Но главное, сейчас я должна решить эту головоломку сама. И если ошибусь, то не смогу пройти дальше, потеряв драгоценное время. Так что нужно быстренько включить голову и разобраться. По сути, здесь же ничего особо сложного, просто логика и внимательность!

Так, аконит и череп на одной высоте. При этом змея и череп в разных столбцах. Если паук лежит в верхней правой ячейке, то чтобы змея и череп были в разных столбцах, череп нужно расположить под пауком. И тогда на одной высоте с ним, в ячейке слева от него — аконит. В таком случае змея пойдет в верхнюю левую ячейку, будучи в разных столбцах с черепом.

Кажется, разобралась!

Разложив все предметы по своим ячейкам, я прошла в центр комнаты, встав прямо на нарисованный пузырек, и нащупала под ним чарами магическую нить, которая активировала механизм заклинания. Суть заклинания была почти та же, что и в прошлой комнате — с плитками, так что я быстро с этим справилась. Тогда послышался стук шестеренок, с которым передо мной открылась дверь, ведущая в третью комнату.

И… Да, я знала. Совершенно точно знала из письма, что увижу там. Но все равно не смогла остаться равнодушной, увидев комнату, при виде которой даже Вилли Вонка бы удавился от зависти!

Здесь все было из сладостей, абсолютно все. Даже предметы сделаны из пряников (по крайней мере, на вид они казались вполне съедобными). Тут и там стояли целые скульптуры из шоколада и разноцветной глазури, карамельные статуи, фонтаны с горячим шоколадом, какао, сладкими сиропами и фруктовыми соками. Куда ни глянь — затейливые композиции из пончиков, тортиков, капкейков и эклеров. И конфеты, самое бесчисленное множество каких угодно конфеток, печенек, лакрицы и всевозможных сладостей на любой вкус!

Стоит ли говорить, что я-то, извечная сладкоежка, которая зарплаты оставляла то в кондитерских, то у стоматолога, при виде этого едва не завизжала от восторга, бросаясь все это грызть, надкусывать и набивать брюшко, вплоть пока меня из этого куба силком не погонят?

Но нет-нет-нет, нельзя! Нужно срочно взять себя в руки и заниматься испытанием. Тем более если вспомнить то, что таилось за образами каждой из комнат в общей загадке куба… то кушать что-нибудь из находящегося здесь — однозначно не самая хорошая идея.

Так что скрепя сердце, я сосредоточилась на своей цели: сладостях, которые в самом центре комнаты свисали с потолка на тонких нитях достаточно низко, чтобы до них легко можно было дотянуться. И как я знала, каждая из этих вкусняшек была подцеплена на крупный рыболовный крючок. Но что самое для меня главное — внутри некоторых из них были спрятаны маленькие таблички с цифрами. Четыре таблички с разными номерами нужно отыскать и поставить в механизм, находящийся на двери прямо напротив меня. Рядом с дверью была нарисована красная стрелка вверх, намекающая, что цифры нужно расположить в порядке возрастания.

Вот только была одна важная условность: таблички находились не во всех сладостях, а некоторые из них могли даже повторяться. Но повторы не столь страшны, как потянуть за сладость, в которой таблички не было. Потому что если ты сделаешь это и ошибешься, крючок, на котором висит сладость, подцепит тебя. И хоть не причинит физических травм, но будет мешать продолжать испытание, запутывая и оттягивая тебя назад. Ну и да, еще больно тоже будет — пусть даже не сильно. Чем больше ты ошибешься, тем больше крючков за тебя зацепятся.

Так что ошибаться нежелательно.

И к счастью для себя, я знала из письма то, о чем другие участницы должны были догадаться сами: какие именно сладости искать.

На крючках было подвешено множество пирожных, печенья, кусочков пирогов, кексиков и прочей разнообразной вкуснятины, которая вся классифицировалась как выпечка. И лишь в немногочисленных фруктах в карамели можно было найти заветные таблички.

Следовательно, я присмотрелась и потянула за большое красное яблоко в карамели, срывая его с крючка. После этого оно поразительно легко разломилось в моих руках, и я в самом деле увидела заветную табличку с номером 5.

Быстренько «нарвав» сладких фруктов, я подошла к двери, где выложила таблички в порядке возрастания номеров, а затем активировала заклинание. Послышались звуки пришедшего в движение механизма, и дверь открылась, пропуская меня в следующую комнату. Последнюю перед финальной головоломкой, которой предстояло собрать в себе весь пройденный мною путь.

Здесь было мрачно, даже жутко. Темно, грязно, ржаво. Со стен на меня смотрели двери тюремных камер, тут и там свисали ржавые цепи.

Подходя к столу с заданием, я посмотрела на часы — отлично, успеваю. Прохождение трех заданий заняло у меня двадцать девять минут. Неплохо с учетом того, что больше всего времени я тратила на активацию самого простейшего заклинания, которое отнимало у других максимум половину секунды.

И вот сейчас мне предстояло решить три головоломки со счетом, еще и без калькулятора — что для меня, пожизненного гуманитария головного мозга — всегда было сущим адом. Но, к счастью, у меня была зазубрена шпаргалка!

Выдохнув, я подошла к первому столу, где увидела перо с пергаментом…

А всмотревшись в него, выругалась хоть и шепотом, но так добротно, что будь где-нибудь здесь рыбки — точно бы пузом кверху в аквариуме вспыли!

Опять! Опять задание отличалось от того, что было в письме! Получается... Черт-черт-черт! Мне придется думать самой, пытаясь решить этот ребус! Еще и того типа, в котором я однозначно никогда не была сильна.

Конечно, читая инструкцию и заучивая решения трех головоломок из этой комнаты, я худо-бедно поняла принцип, по которому эту ерундовину нужно развязывать. Но все равно хотелось за голову хвататься! Еще и без калькулятора. И даже на листочке не посчитаешь — здесь только пергамент, в который нужно четко вписать решение.

Ох, помогите мне, дорогие боги этого мира, раз уж вы меня с какого-то бодуна решили сюда затащить…

Выдохнув, я внимательно посмотрела на пергамент и увидела пять строчек с символами, каждый из которых значил одно неизвестное.

В первой строчке было нарисовано: клетка = оковы × решетка

Во второй: замок = оковы + решетка

В третьей: решетка = оковы — решетка

В четвертой: замок = 51 — 4 × 9

В пятой: клетка — замок + двое оков = ?

Итак, очевидно, что ключ к разгадке кроется в пятой строчке. Сначала умножаем, затем отнимаем результат умножения от 51, и получаем 15. Следовательно, знак решетки — это неизвестное, под которым скрывается число 15. Таким образом, чтобы решить уравнение в пятой строчке, я должна найти все неизвестные.

Так, думаем дальше... Вторая строчка дает понять, что оковы и решетка в сумме дают 15. И в то же время в третьей строчке сообщается, что если от оков отнять решетку, получится число, равное тому, которое отнимали от «оков». Таким образом...

Да, верно: оковы — это 10, а решетка — 5. И если так, то первая строчка — замок — это результат умножения 10 на 5, то есть 50.

И тогда я могу сложить финальное уравнение в пятой строчке: 50 — 15 + дважды 10. Итоговый ответ — 55!

Фух, надеюсь, не ошиблась.

Записав ответ на листе пергамента, я направилась ко второму столику, ощущая, как все тело дрожит. Потому что на эту хреновину я потратила почти десять минут! И если на две другие у меня уйдет столько же времени, точно провалюсь, и разве что модель гробика себе тогда выбрать успею!

Пытаясь справиться с волнением, я подошла ко второму столику… и выдохнула: головоломка с четырьмя символами, обозначавшими четыре неизвестных. И она полностью соответствовала тому, что было в инструкции. Не теряя времени, я вписала число-ответ и тут же побежала к последнему столику. Где, к счастью, тоже все было «по плану».

Закончив, я встала в центре комнаты, активируя магическую нить заклинанием. И когда последняя дверь открылась, пропуская меня в центральную комнату куба, я вздохнула с облегчением. Значит, я все же верно развязала первую головоломку!

Однако эти «изменения в сценарии» мне как минимум не нравились. Что хуже всего, я понятия не имею, кому вообще из своих «союзничков» сообщить, что некто из готовящих испытания знает о сливщике информации.

Тем не менее одно радовало: в финальной головоломке уж точно все должно быть без изменений. Потому что она была собрана из всего, пройденного мною ранее в этом кубе. И увиденное за это время не оставляло сомнений, что стержень, вокруг которого вились остальные задания, неизменен. А именно — кодовое слово.

Подойдя к столику в центре комнаты, я увидела металлическую доску, на которую был нанесен алфавит. Каждая буква — в отдельном квадрате. И к слову, старая добрая кириллица (очевидно, авторка книги не стала заморачиваться, придумывая для мира индивидуальное письмо… за что ей вот от меня огромное спасибо!).

Рядом, на том же столе, находилось семь небольших черных кубиков — каждый как раз по размеру квадратов с буквами. И я должна была расположить их на доске, тем самым назвав главное кодовое слово. И в испытаниях предыдущих четырех комнат были подсказки.

Подсказкой первой комнаты — море, музыка и песня — было слово «сирена». Второй — «яд», третьей — «приманка», а четвертой — «заточение».

Все эти слова-подсказки указывали на одно, главное: «ЛОВУШКА».

Именно на эти буквы я поставила семь черных кубиков. Мне не нужно было угадывать, я знала ответ из письма. И сама понимала, что оно осталось неизменным.

Как подтверждение, куб открылся, выпуская меня из этой запутанной головоломки! А главный распорядитель отбора сообщил, что я справилась за сорок пять минут.

Отлично! Первое испытание, которое я лично прошла на фэнтезийном отборе невест, позади! Порадуюсь этому несколько следующих секунд, думая о том, какая я молодец.

Ну а после — отчаянно выть, хватаясь за голову, в поисках ответов на вопросы, от которых зависит без малого моя жизнь…

Как раз в этот момент я встретилась взглядами с королем, который сидел напротив выхода из куба, наблюдая за участницами испытания. И от этого взгляда по спине у меня пробежали мурашки.

И все же интересно: почему после того, как гримуар Пяти Теней забрали из библиотеки, его величество собственной персоной, еще и совсем один, побежал ловить меня в коридорах дворца?

— Ох, простите! — выдохнула я, оборачиваясь к низенькой темноволосой горничной, с которой только что случайно столкнулась, идя по коридору…

И сама, увидев ее взгляд, чуть ли не отскочила назад! Неужели ее так разозлило то, что я, витая в облаках, на нее налетела? Казалось, эти ярко-зеленые глаза больше всего на свете сейчас сожалеют о том, что одним своим взглядом не способны растворить меня, словно кислотой. Столько горького яда…

— Все в порядке? — осторожно спросила я, даже не зная, спрашиваю ли касательно конкретно того, что столкнулась с ней… или вообще?

Но девушка не ответила. Заскрипев зубами так громко, что, наверное, весь дворец услышал, она резко развернулась и быстро зашагала в том направлении, в котором и шла, пока я на нее не налетела.

Странная какая-то она. Ее, что ли, кто-то обидел или довел? А тут еще я сверху случайно толкнула? Если так, то совсем уж неудобно. Захотелось даже догнать ее и попробовать поговорить… Но в последний момент я одернула себя и пошла дальше. И даже не потому, что было бы как-то подозрительно, бегай благородная девица, еще и участница отбора королевских невест, за простой горничной, чтоб выведать о ее проблемах. А еще и потому, что у этой «благородной девицы» проблем было примерно как у средневекового фермера, подхватившего бубонную чуму на базаре!

Да-да, пускай с первым для себя испытанием отбора я худо-бедно справилась, а до второго было больше двух недель. Только вот если кардинально ничего не предпринять, то через эти две недели мне и кирдык! Потому что следующее испытание просто невозможно пройти, не владея в совершенстве магией. Я хорошо помнила это по книге. То, что пятым испытанием был заплыв. Под водой. На пару часов. В затонувший город, где нужно было, используя магию манипуляций, отыскать в покинутом дворце сапфировое ожерелье (предварительно размещенное там распорядителями отбора) и с ним вернуться на корабль, с которого и будут стартовать все участницы. При этом при помощи магии проникая в закрытые и скрытые помещения, а так же устраняя небольших, но все равно не шибко дружелюбных морских монстров, которые теоретически могут появиться (и наверняка появятся) на пути. И да, это испытание тоже будет проходиться претендентками поочередно, на время.

Ну и конечно же, благодаря книге я не питала лишних иллюзий и знала, насколько это испытание будет сложным даже для опытных магичек, коими были все участницы отбора. Поэтому от осознания того, с чем придется иметь дело, мне хотелось орать и плакать. Ибо если не придумаю никакого мегачуда — прямо на старте все для меня и закончится. Когда всплыву на поверхность через минуту-другую, не сумев сплести заклинание для длительного пребывания под водой. О том, что для быстрейшего там перемещения мне нужно будет сразу же заметить, поймать и оседлать какого-нибудь кракена, ската, акулу, гигантского морского конька, либо кого-то еще в этом роде, я даже заикаться не буду.

Итак, вот она, вся глубина той опы, в которой я находилась только лишь относительно одного-единственного чертового следующего испытания.

А теперь самое время вспомнить о «туалетных заговорщиках», Бартимусе, их желании убить, вероятно, главную героиню, забранном из библиотеки гримуаре Пяти Теней, в пропаже которого его величество Роберт Амстор винит меня. Еще — моих сомнительных «союзников», пронюхавшего о сливе прохождения загадочного распорядителя, одном из Семи грехов, непонятно в каком виде рыскающем где-то в замке, и странном происшествии с зеркалом, в которое я частично провалилась.

Ничего не забыла?

Ах да, еще я ничегошеньки не знаю из воспоминаний Вайлет, и любой ее хороший знакомый, которого я при встрече не узнаю, как минимум заподозрит неладное.

Эй… вы... боги этого мира! Может, того… хватит уже для одной-то меня, а?! Я и так понятия не имею, как из всего этого выпутываться!

Дойдя до библиотеки, я нагребла стопку книг и начала в них усердно копаться в надежде найти что-нибудь, способное хоть как-то мне объяснить, что такое эти Божественный свет и гримуар Пяти Теней? Не похоже, чтоб это было нечто, информация о чем особо засекречена. Хотя бы потому, что этот гримуар лежал в общем доступе в королевской библиотеке — пусть даже в читальном зале, а не на абонементе. Но не в каком-нибудь мрачном хранилище, куда доступ можно было получить, лишь подписав обходной лист в самых высоких кабинетах всех инстанций. И пускай даже читальный зал королевской библиотеки — не проходной двор, но уже это давало понять, что конкретная книга не является чем-то чрезвычайно ценным, уникальным и таящим запретные знания. Следовательно, есть вероятность найти о ней информацию.

Вопрос в другом: если книга не так ценна, то почему ее решили забрать именно из королевской библиотеки, а не, допустим, отыскать где-нибудь в лавке магической литературы или вроде того? Думаю, я пойму это или хотя бы нащупаю ключ к ответу, если узнаю, что же это вообще за гримуар.

Только вот вряд ли даже тогда мне станет ясна причина такого странного поведения короля. Сначала я была напугана и просто шокирована, а на носу висело испытание отбора, так что мне некогда было об этом задумываться. Но теперь, когда я получила передышку, эта мысль не давала мне покоя: почему Роберт Амстор действовал именно так? Каким-то образом он сразу узнал, что гримуар кто-то забрал из библиотеки. Неужели поставил на книге заклинание, которое сообщало ему, что книгу то ли взяли с места, то ли (что вероятнее) вынесли за пределы библиотеки? Если так, то, возможно, книга была приманкой. Но для кого и с какой целью?

Далее, если рассуждать логично, то, узнав о выносе книги, он сначала навел справки. Потому что к моменту нашей встречи уже знал, что я брала книгу с соседней полки, и даже был в курсе, какую именно. То есть перед тем, как побежать мне навстречу, он получил информацию, вероятно, от библиотекаря. Скорее всего, отправил в библиотеку какого-нибудь своего ассистента, который задал ему несколько обыденных вопросов в духе: «Кто в такое-то время работал в библиотеке? Какие книги брал и где эти книги находились?». Ну и когда его величество увидел мое имя в этом списке, еще и с такими-то подробностями, то девица из рода Кримсон, само собой, стала первой подозреваемой.

Если мои предположения верны, то Роберт, вероятно, ждал, когда я наконец выйду из библиотеки. И едва ему донесли о том, что я покинула ее пределы, направившись по таким-то коридорам — пошел мне навстречу.

Но вот все еще остается ключевой вопрос: почему он побежал за мной лично? Ведь речь идет, секундочку, о короле — главе государства, у которого забот чуть меньше, чем выше крыши. Более того, пошел за мной один, без каких-либо свидетелей. И сразу же, по первому моему намеку, переместил нас в свой кабинет.

Блин-блин-блин! Хоть убейте — не понимаю, что здесь происходит!

Взглянув на стопку уже просмотренных книг, в которых ничегошеньки не нашла, я поняла одно: мне нужен маленький перерыв и большая чашечка кофе, вместе с еще большей пироженкой. Иначе мой мозг просто взорвется, заляпав все вокруг слезами бессильного отчаяния. Так что разложив по местам литературу, с которой закончила, я поставила на рабочий библиотечный стол табличку «Временно отлучилась» и пошла в сторону ближайшего дворцового кафетерия, чтобы получить свою дозу релакса.

Выбрав себе воздушное пирожное с вишнями и розовым кремом, я заказала к нему чашечку кофе со сливками. А потом несколько следующих минут, пока мне несли мой заказ, буквально разбрызгивала слюни во все стороны, представляя, как же буду есть всю эту вкуснятинку. И когда мне ее в итоге принесли, мои глазки заблестели. Пускай во время испытания в кубе меня только дразнили сладостями, зато сейчас немножечко отыграюсь!

Вдохнув тонкий запах пироженки, смешанный с ароматом свежезаваренного кофе, я отломила вилочкой первый маленький кусочек, положила его в рот…

И едва не подавилась!

— Простите, что заставил ждать, — проговорил какой-то мужчина в нескольких метрах за моей спиной.

— Я уж думал, кое-кто начинает забывать старых друзей, — грубо ответил голос… который принадлежал Бартимусу!

Совершенно точно, это он, никаких сомнений. Ни с чем этот голос не спутаю!

— Что вы, ничего подобного! — продолжал первый мужчина, в то время как я, оцепенев, боялась даже пошевелиться.

Интересно, эти парни «в одной команде» с теми, кто использует меня и присылал письмо с угрозами? Может, наоборот — соперничают с ними? Или вообще одни о других не в курсе? А ведь от ответа на этот вопрос напрямую зависело, насколько и «с какой стороны» мне этих типчиков вообще опасаться!

Ну почему тот джип не мог меня чуть попозже сбить, раз уж так? Чтоб я хоть какую-то ключевую информацию узнать успела! Впервые вот так жалею, что никогда не была среди людей, которые, начиная читать книжку, первым делом смотрят, какая там концовка.

Сами же заговорщики тем временем, обменявшись за моей спиной еще парочкой фраз, так и вышли из кафетерия. Видимо, либо не заметив меня, либо просто не обратив на мою персону должного внимания. И мне бы радоваться, что пронесло! Пересидеть вот на этом месте, пока они наверняка не уйдут (причем за это время проглотить пироженку и всосать кофе). А потом быстренько сваливать и бежать обратно в библиотеку, делом заниматься…

Но нет! Вместо этого я, сделав напоследок глоточек, вскочила с места и понеслась следом за теми загадочными незнакомцами. Благо вариантов того, куда они могли с той точки пойти, было ровным счетом одна штука — единственный коридор, ведущий из того конца кафетерия. И если я сейчас смогу догнать их и приблизиться достаточно, при этом оставаясь незамеченной, то смогу узнать, как же этот загадочный Бартимус выглядит, причем вместе с одним из своих союзников.

Главное, только б самой теперь не попасться!

Рыская по сторонам цепким взглядом, я добежала до ближайшего поворота коридора. И осторожно выглянув из-за него, увидела двух мужчин, бодрым шагом идущих вперед. Так, поблизости вроде больше никого… получается, это они и есть — мои клиенты? Теперь бы рассмотреть их лица. Только вот они далековато и ко мне оба стоят затылками. Да и того, о чем они говорят, отсюда не расслышать — чай не орут на весь дворец. Ну, по крайней мере, уже отсюда я вижу, что один очень высокий, метр девяносто минимум. Если не под два. Второй пониже его — сантиметров на десять-пятнадцать. Тот, что выше, светловолосый, даже вроде как с проблесками седины, а вот его сообщник — шатен. О, еще у первого, как я погляжу, походка странная. Как будто немного прихрамывает.

Еще один поворот коридора…

Едва мужчины повернули, я помчала вперед, ступая как можно тише. Что оказалось непросто с теми-то каблучками, на которых была моя обувь — приходилось буквально бежать на цыпочках, всеми силами стараясь не касаться этими каблуками пола. А на нем, паразитине, между прочим, был положен паркет, который мало того, что скрипнуть мог, так еще и громко под каждым ударом этих каблучков стучал!

Тем не менее каким-то чудом у меня это получалось, и, приближаясь к повороту, я уже начала даже слышать голоса преследуемых заговорщиков. Того и гляди, если смогу незаметно выглянуть — все же рассмотрю их лица. Шажок, еще один…

И тут чертов вестибулярный аппарат подвел меня! Пошатнувшись, я на миг потеряла равновесие. Не сильно, но этого оказалось достаточно, чтобы каблучок моей туфельки громогласно стукнул по полу!

Ну бли-и-и-ин!

— Вы это слышали? — незамедлительно прозвучало из коридора, к которому я уже почти что приблизилась.

— Один стук, очевидно женские каблуки. Рядом с поворотом. Других шагов не было слышно, и не слышно сейчас. За нами следят, — тут же отчеканил голос, принадлежавший Бартимусу. В то время как я уже готова была визжать от паники, потому что нигде поблизости не было ни одной двери, которая бы куда-то вела. Хоть в какое-нибудь помещение, где можно спрятаться. Лишь красивенький коридор с канделябрами, увешанный картинами и прочими элементами интерьера.

Тем временем быстрые приближающиеся шаги из-за поворота однозначно давали понять, что они идут ко мне! Причем очень быстро.

Черт, ну что же делать?!

Чувствуя себя загнанным кроликом, я в панике сделала несколько шагов назад, уперлась спиной во что-то гладкое (явно не стена)…

А уже миг спустя это что-то буквально втянуло меня в себя, и я ощутила, как моя спина проваливается в вязкое, прохладное и пугающее своей непривычностью пространство!

Это… что?..

Глубоко дыша, я осмотрелась и поняла, что стою в полушаге от вычурной серебряной рамы. За которой был все тот же коридор, только теперь уже без меня и как будто… отзеркаленный. Цвета же вокруг меня были немного странными, как будто приглушенными.

Секундочку, неужели… я провалилась в зеркало? Как в тот раз, в моих покоях, только теперь уже полностью?

Тогда получается, это был не единичный случай и не конкретное заколдованное зеркало рядом с моим шкафом. А именно какая-то непонятная способность?

— …Эта чертовка не успела бы уйти, я помню коридор! Сейчас мы ее… — донеслось до моих ушей.

Моей второй мыслью было то, что, находясь в этом пространстве, я прекрасно могла слышать происходящее за пределами зеркала.

Ну а первой — то, что если меня вдруг видно по ту сторону отражения, то нужно срочно прятаться!

Ощущая, как безумно колотится сердце, я сделала резкий шаг в сторону, прижимаясь к стене рядом с рамой. Хоть бы они не заметили меня под каким-нибудь особым углом!

— Что за?.. Ничего не понимаю, — пробормотал голос, судя по звуку, после того, как оба заговорщика повернули в мой коридор и теперь, вероятно, удивленно оглядывались.

И, прячась за рамой, я снова не видела их лиц!

— Я уверен, здесь кто-то был, причем, скорее всего, именно женщина, — скрипнул зубами Бартимус. — Интересно только, куда же она подевалась?

— Может, разулась и быстро убежала? — предположил его сообщник.

— Все равно странно. В таком случае ей бы пришлось пускай и босиком, но бежать, и тогда мы бы слышали шаги.

— Думаете, она — сильный манипулятор, которая сумела за считанные секунды сплести заклинание и перенестись в другое место?

— Вероятнее всего. Причем она маг в самом деле высокого класса, потому что иначе бы не замела след заклинания так хорошо, и я бы как минимум ощутил недавнее энергетическое возмущение.

— Если так, то список подозреваемых будет коротким, — ухмыльнулся Бартимус. — При дворе не так много магов, которые могут провернуть такой фокус. А женщин среди них еще меньше. Хотя на кого она работала, я и так не сомневаюсь.

— Вы о короле?

— О ком же еще? — хмыкнул мужчина. — Правда вот, меня терзают сомнения на счет того, что он отправил бы к нам шпиона. Скорее после недавнего сам бы следил, раз уж припекло.

— Вы имеете в виду, что?..

— Да-да, первого советника, — вздохнул Бартимус. — После того, как даже он оказался подкуплен лордом Кримсоном, тот молокосос уже вообще никому не доверяет. Так что, насколько я владею информацией, все важные дела, в результате которых искренне заинтересован, он теперь делает сам.

— Бедный мальчишка! Надо же, оказалось, вокруг одни враги, — иронично хохотнул второй. — И все равно должен отдать ему должное. В том-то дерьме, что ему оставил папаша, он даже держится молодцом.

— Только недолго продержится, — хмыкнул Бартимус. — Уже совсем скоро мы его прихлопнем, словно таракана. И тогда быстро уладим все дела.

— Очень на это надеюсь. К слову…

Но дальше я не расслышала. Отдаляясь, голоса уходивших мужчин становились все тише, а разобрать смысл слов становилось практически невозможно.

Тем не менее я вздохнула с облегчением. Пережду еще пару минут, а потом на выход. Если выпустят, конечно.

Восстановив дыхание и успокоившись, я уже потянулась к отражению коридора…

Как вдруг услышала где-то вдалеке пение. Красивое, тонкое, мелодичное. Без слов — голос просто тянул вокализом несколько нехитрых нот, которые звучали, словно звон горного ручья. И этот звон…

Манил меня. Словно шептал, чтобы я шла за ним.

Только вот черта с два!

Быстренько выйдя из транса, я сделала шаг вперед… и вышла теперь еще и из зеркала!

Фух, получилось! А теперь — быстро отсюда сваливать, пока те двое не надумали вернуться!

Пробежав кафетерий (и по дороге таки забросив себе в рот свое оставленное на столике вишневое пирожное), я быстренько добралась до библиотеки, где продолжила работу.

Что ж, теперь мне стало понятнее, почему Роберт лично тогда вечером меня искал… да и остальное, связанное с той встречей, немного становится на свои места. Он не доверяет никому, вообще никому.

Но тогда получается… что вся эта возня с книгой настолько для него важна, что он занимается ею лично? Более того, узнав, что в той секции библиотеки работала я, особенно всполошился. Я же невольно стала отличным отвлекающим маневром для других заговорщиков, которые, благодаря такому яркому персонажу на фоне, остались незамеченными и улизнули с той книгой. Причем готова поспорить, теперь я у Роберта Амстора — главная подозреваемая, за которой наверняка будет особый личный контроль его величества. Вот же что значит — мужчина боится вероятности того, что именно на тебе жениться придется!

Однако все равно странного слишком много. Например — множество вопросов к самой книге, благодаря которой столько шумихи. Интересно, что же это за гримуар такой?

И тут я поняла, что у меня сегодня, по-видимому, счастливый день. Потому что в кои-то веки, открыв очередную страницу очередной книги, я нашла там то, что искала! Краткую информацию о треклятом гримуаре Пяти Теней.

Итак, во-первых, тот экземпляр, который лежал в королевской библиотеке и который утащил тот Тадеус — не оригинал, а копия. Сам гримуар был выпущен в пяти экземплярах четыреста лет назад (ну да, ну да, а современные авторы фэнтези еще жалуются на малые тиражи). Однако до сегодняшнего дня сохранился всего один из них — тот, что спрятан в подземном хранилище королевской библиотеки, вместе с другими особо ценными книгами. И именно с него была снята копия, забранная Тадеусом.

Кроме того, этот гримуар, хоть и не был засекречен и запрещен, но его изучение было разрешено лишь в читальном зале королевской библиотеки, куда имели доступ лишь король, придворные, первые особы государства и в данный период — участницы отбора невест. И где, приходя, ты должен был отмечать у библиотекаря, какие книги берешь для работы.

А во-вторых, в несколько абзацев здесь описывалось, что же такого особенного было в этом гримуаре.

Напряженно выдохнув, я слегка прищурилась.

В нем описывались техники защиты от древних духов, призыв которых из Потусторонья был строго запрещен. И карался если не смертной казнью, то уж точно — пожизненным в тюрьме строгого режима, естественно, с полной блокировкой магии.

Ну и как тут не вспомнить о злополучных Семи грехах, которых этот загадочный Бартимус-которого-при-дворе-нет очевидно решил использовать в пределах отбора? Похоже, они точно в списке этих самых запрещенных для призыва духов, и, вероятно, способы защиты от них в том гримуаре, среди прочего, описаны. Получается, Тадеус также боится этих существ, поэтому решил себя обезопасить? А заодно помешать защищаться от них другим. Потому что хоть оригинал по-прежнему хранится, но пройдет немало времени, прежде чем с него снимут новую копию для читального зала…

Если только они не собираются уничтожить и оригинал!

Черт.

Скорее всего, это мне очень сильно вылезет боком и только навлечет на меня еще больше подозрений. Только вот обостренное чувство справедливости и любовь к хорошим концовкам, которые у меня выработали тонны прочитанного женского фэнтези, не дали мне смолчать, если мое молчание могло помочь плохим парням получить свое! Так что, сорвавшись с места, я побежала в главное административное крыло. Искать по памяти кабинет его величества, из которого возвращалась несколько дней назад.

Стоит ли говорить, что когда я влетела в кабинет Роберта, тот, мягко говоря, офонарел? И это я еще не видела его реакцию, когда секретарь сообщил ему, кто же сейчас к нему ломится, срочно требуя невероятно важной встречи!

— Какой неожиданный визит, — протянул король, едва я переступила порог его кабинета.

— Я сама, если честно, его не ожидала, — вздохнула я, закрывая за собой дверь. И поскольку приглашения присесть так и не дождалась — просто встала напротив его величества, внимательно глядя на него. — Но так уж вышло, что дело срочное.

— И какое срочное дело заставило вас вламываться ко мне без предварительной записи? — высокомерно отчеканил Роберт Амстор, строго сверкнув глазами. — Надеюсь, оно не займет много моего времени? Потому что через восемь минут у меня запланировала важная встреча, в которой я по-настоящему заинтересован.

— Неужели есть дама, которая интересует вас больше меня, что вы так стремитесь поскорее меня спровадить? — все же не сдержалась я. Уж слишком его тон меня выбесил! Хотя знаю-знаю, не затем я сюда пришла, и вообще с королями так не разговаривают.

— Смею вас заверить, любая, вообще любая дама в этом королевстве интересует меня больше вас. Включая тех дам, что моют посуду на королевской кухне, — нагло фыркнул его величество, лишь подливая масла в огонь моего не совсем благоразумного поведения. — Только в этот раз смею вас разочаровать, в данный момент я жду не даму, а мужчину.

— Ох, простите за мою некорректность! — язвительно хмыкнула я. — У меня даже мысли не было, что вас интересуют мужчины! Если бы я только знала… Но теперь я в самом деле понимаю, почему вы настолько не заинтересованы во мне как в потенциальной невесте.

Бинго! Похоже, от этого моего заявления его величество бомбануло просто в космических масштабах. Ибо в миг побагровев, он вскочил со своего кресла (где, напоминаю, все еще сидел, так и не предлагая присесть мне) и, молниеносно обойдя стол, встал рядом со мной, прожигая меня взглядом сверху вниз.

— Надо же, какие только удивительные предположения не строят дамы, которые не хотят просто принимать того факта, что меня не интересуют лично они, — прошипел Роберт, явно надеясь, что я сейчас стушуюсь и сделаю пару шагов назад. Но не на ту нарвался!

Хотя я, если честно, сама не понимала, откуда у меня вот прям столько дерзости? Вроде же никогда не была любительницей книжек про сьюшек, открывающих двери высоких кабинетов с ноги, чтоб без каких-либо последствий дать подзатыльник сидящему там ректору, министру или даже императору.

— В таком случае могу только посочувствовать, если в итоге вам придется жениться именно на этой даме, — с издевкой хмыкнула я. И Роберт, еще больше побагровев, резко сделал еще один шаг ко мне. Вот только я снова не отступила, и он теперь стоял в сантиметре от меня! Так что я буквально физически ощущала, как его трясет от раздражения.

— Леди Вайлет, может, вы все же скажете, зачем пришли? — выпалил он, обдавая мое лицо своим горячим от гнева дыханием. — Или единственной целью вашего визита было лишний раз вывести меня из себя?

— Гримуар Пяти Теней, — прошептала я, подавшись к его уху. И таки да, теперь то, что он подошел ко мне так близко, оказалось весьма кстати — все же хоть его кабинет и был, судя по всему, надежно защищен от прослушиваний заклинаниями, мне (в моем-то положении) не хотелось говорить это громче, чем едва уловимым шепотом. — Оригинал. У меня есть основания полагать, что кто-то попытается его если не уничтожить, то как минимум повредить некоторые страницы.

— Надо же, какие занимательные заявления, — протянул мужчина, даже не шелохнувшись. — И на основании чего такие выводы?

— На основании того, что я услышала разговоры, очевидно не предназначенные для моих ушей… а потом нашла кое-какую информацию о том, чем именно этот гримуар может быть как полезен, так и опасен людям, которых я подслушала.

— Прошу поподробнее, — все так же напряженно выпалил король… но при этом я отметила, что он тоже перешел на шепот. — Какая информация о гримуаре и какие именно страницы из него, по вашему мнению, могут захотеть повредить?

— Те, в которых идет речь о защите от Семи грехов… они ведь есть в том гримуаре, я права?

— То есть хотите сказать, что сами вы не в курсе, что в гримуаре Пяти Теней есть, а чего нет? — недоверчиво переспросил король, прислонившись ко мне…

И тут меня словно ударило электрическим током! Вот только вместо того, чтобы отскочить на несколько шагов, я замерла и вздрогнула… что он, похоже, заметил.

— Понятия не имею, ваше величество, — выдохнула я.

Черт, сердце, ты что, охренело?! Какого лешего так сильно колотишься? Еще он решит из-за этого, что я ему лгу, и по этой причине нервничаю!

— Тем не менее о Семерке вы все же осведомлены, — продолжал он, шепча мне на ухо… которое, кажется, уже успело покраснеть! — Могу я поинтересоваться, откуда?

— Все из того же случайно подслушанного разговора, — шепнула я. — Тогда, в библиотеке, когда те двое забирали гримуар, они упомянули Семерку и то, что где-то здесь, на связанных с Отбором событиях, действует Зависть.

— Но при этом сразу вы мне об этом не сообщили. А это, знаете ли, наталкивает на подозрения. Особенно когда подобные заявления исходят от особы из рода Кримсон.

— Ничем не могу вам помочь с моей родословной, — прошипела я, сжав кулаки. — Просто защитите оригинал гримуара Пяти Теней… если, конечно, все еще есть, что защищать. Возможно, это…

Как вдруг нас прервал резкий и громкий стук в дверь! Буквально подскочив, я отступила от короля на пару шагов, и как раз в этот момент Роберт, прокашлявшись, громко сказал:

— Входите.

Дверь открылась, и я увидела блондина среднего роста, который, к слову, изрядно удивился самим фактом моего здесь присутствия.

— Ваше величество, я не помешаю? — переспросил он, настороженно глядя то на меня, то на Роберта.

— Нет, леди Кримсон была осведомлена о том, что у меня важная встреча в это время, так что как раз собиралась уходить.

— До встречи, ваше величество, — проговорила я, стараясь как можно меньше скрипеть зубами. И, сделав на прощанье реверанс по чистой мышечной памяти, выскользнула из кабинета.

— Отчет готов, — послышалось прежде, чем я захлопнула за собой дверь. — И мы уже допросили распорядителя, который внес изменения в задания на испытании…

Моментально вытаращив глаза, я из последних сил сдержалась, чтоб снова не открыть дверь, залетев назад в кабинет. Но взгляд на секретаря, сидевшего за своим столом прямо напротив меня, быстро остудил мой пыл. И я, выйдя из приемной в коридоры, понеслась вперед.

Да-да, знаю, это явно очень плохая идея, но… Там, в кабинете Роберта, я видела на стене небольшое овальное зеркало. А этот разговор, судя по всему, мне бы не помешало подслушать исключительно в своих личных интересах. Так что придется рискнуть!

Дойдя до ближайшего большого зеркала, висевшего в коридоре, я встала напротив него и выдохнула. Только бы получилось…

Оба раза, когда мне удавалось преодолеть зеркальную поверхность, я не ставила себе такой цели. В голове вообще в этом плане было пусто. Так что я решила попробовать очистить свой разум. Закрыла глаза, медленно сделала вдох, потом еще один. И, выставив руку, потянулась ею вперед…

Не ощутив пальцами поверхности зеркала. Лишь то, как фаланги погрузились во что-то прохладное, плотное, немного вязкое.

Открыв глаза, я увидела, что кончики пальцев и правда погрузились в отражение.

Что ж, была ни была!

Сделав шаг вперед, я прошла сквозь зеркало и в самом деле снова оказалась здесь, в этом странном, непонятном пространстве… которое было точной отзеркаленной копией того, что находилось по ту сторону, лишь с немного приглушенными цветами… и, похоже, без людей.

Так, получается, королевский кабинет в той стороне. И мне лучше поторопиться, если я хочу услышать тот разговор.

Не сдерживаясь, я побежала со всех ног обратно. По дороге отмечая, что людей в этом месте действительно нет — за столом секретаря в приемной было пусто.

…Снова он. Этот звук — тихое, отдаленное, мелодичное пение, словно зовущее меня куда-то вдаль, за собой.

Вот только у меня сейчас были другие планы, и гоняться за подозрительными звуками по зазеркалью в эти планы не входило! Так что я, встряхнув головой, открыла дверь королевского кабинета — тоже ни души. И осторожно подойдя к зеркалу так, чтоб самой не отразиться в нем... услышала голоса. Те самые — Роберта и мужчины, который к нему пришел.

— …при этом не назвал ни имени сливщика, ни имени заказчика, которому он информацию поставлял? — настороженно уточнил король. В то время как я, приблизившись к раме зеркала, притаилась рядом с ней, прижимаясь спиной к стене.

— Нет. Утверждает, что ничего из этого пока не узнал, — ответил визитер. — Но он уверен, что кто-то из распорядителей поставляет информацию об испытаниях для одной из участниц. И я не хочу делать поспешных выводов, не имея даже тени доказательств. Кроме, разве что, того, что в четвертой комнате куба у одной из участниц уж слишком большая разница по времени нанесения надписей с ответами на пергаменты. С тем, что был изменен, она возилась почти десять минут, а вот остальные вписала за считанные секунды. Только вот хоть этого и недостаточно для обвинений в мухлеже… Но думаю, вы и сами прекрасно догадываетесь, кем, вероятно, может быть участница, играющая… не совсем честно.

— Вайлет Кримсон, — протянул король сквозь стиснутые зубы. — И вы хотите попробовать устроить для шулера ловушку? Внести на этот раз изменение, на которое может попасться только тот, кто читал ранее слитую информацию?

— Причем перед самым испытанием, — подтвердил мужчина. — Так, чтобы никто никого не успел предупредить. И действовать, раз уж на то пошло, через того же распорядителя, который самостоятельно внес изменения в головоломки куба. Естественно, держа его действия под полным личным контролем.

— Что ж, попробуем. Но имейте в виду, что в случае… каких-либо подозрительных обстоятельств я в первую очередь спрошу именно с вас. Тем не менее это не отвечает на главный вопрос: каким образом…

Снова этот зов — красивый, мелодичный. И на этот раз громче. Кажется, доносится со стороны коридоров, из которых я пришла. Что еще за…

Замерев, я ощутила, как сердце буквально разорвалось от внезапного ужаса. Когда я увидела, как в окно кабинета, буквально просачиваясь сквозь стекло, пробирается… ЧТО-ТО! Скрюченное, деформированное, с длинными цепкими пальцами, напоминающими лапы паука. Цепляясь за подоконник, эти пальцы пробирались внутрь, подтягивая за собой всю пугающую черную массу, в которой призрачно угадывались человеческие очертания!

Просто чудом сдержав крик ужаса, я что есть духу помчала назад. Вылетела из кабинета, пулей пронеслась через приемную и пролетела по коридору — к тому месту, где находилось зеркало, через которое я сюда вошла. И не оглядываясь, но ощущая своей спиной, что эта тварь преследует меня — буквально на ходу вскочила в раму, перепрыгивая на другую сторону! А затем около минуты просто лежала на полу, крупно дрожа и ощущая холод, лизавший спину своим липким языком.

Что… что это, черт возьми, только что было?!

Это была не просто подстава от стервозы-судьбы, а самое настоящее бессовестное издевательство! Нет, ну просто как еще это назвать? Когда надо мной и так нависает вот это вот все — подбрасывать сверху еще и какую-то зазеркальную бабайку, которая вылезла не пойми откуда и попыталась меня поймать?

После этого великолепного и захватывающего приключения я, естественно, провела остаток дня, пытаясь найти в королевской библиотеке хоть что-нибудь, любую информацию, способную объяснить мне, что же я видела. Но вот засада, то и дело упиралась в тупик! Что наталкивало на неутешительный вывод: возможно, то, с чем я столкнулась, и не было чем-то невероятно новым и необъяснимым для этого мира. Только вот даже если так, информация об этом существе, вероятно, была засекречена, и найти ее в открытом доступе даже здесь, в королевской библиотеке, было нельзя. Так же, как сведения о моей способности проникать в то ужаленное зазеркалье.

Но что тогда делать?

Покинув вечером библиотеку, я проспала всю ночь, боясь даже смотреть в сторону зеркал. А наутро я пришла к выводу: нужно немного отложить вопрос, в котором на данный момент зашла в тупик. И попробовать поискать в другом направлении — авось там и зацепки найду. А именно — что же такое тот Божественный свет, пробуждения которого у одной из участниц отбора те загадочные заговорщики так боятся. И держу пари, речь шла именно о Лие — не зря же ее несколько раз за книгу кто-то убить пытался.

И снова мне в кои-то веки повезло! После нескольких часов перекапывания сначала каталогов, а затем книжных полок, я нашла книгу, удовлетворившую мое любопытство. Согласно тому, что было написано в одном из ее параграфов, Божественным светом называли невероятно редкий врожденный дар распространять вокруг себя заклинание, которое шло к магу напрямую от светлых богов этого мира. И, попадая в зону действия заклинания, любые темные существа, запрещенная черная магия, враждебные сущности и все такое в этом роде просто рассеивались, исчезали.

Способность, как известно, хоть и давалась человеку с магическим потенциалом при рождении, но при этом могла не пробуждаться долгие годы, вплоть до старости. Что там, бывали даже случаи, когда дар так и не проявлялся при жизни, и лишь после смерти носителя маг-коронер выявлял его нереализованные зачатки в ауре усопшего.

Что ж, теперь кое-что мне стало понятно. Как минимум, если этот дар проснется у участницы отбора, то она легко сможет избавиться от Семи грехов. И еще пес его знает от чего кроме них, чем эти заговорщики так дорожат.

А теперь, когда еще один кусочек мозаики встал на свое место, пора переходить к следующему пункту в списке: кто такой этот Грегор Бартимус, а заодно его вчерашний собеседник, Тадеус, и тот парень, с которым Тадеус в ночь бала болтал в мужском туалете. Являются ли они придворными, которые называли друг друга между собой другими именами, или же как минимум Бартимус просто пробирался во дворец? Все это я должна выяснить.

Вот только каким образом? Вряд ли ответ на этот вопрос я найду в королевской библиотеке. Получается, мне нужно найти для начала его самого, а желательно и мужчину, с которым он встречался вчера. Уж второй-то, судя по всему, наверняка придворный. А дальше — наводить справки об этих личностях.

Но как бы мне теперь их отыскать? Дворец — это тебе не двухкомнатная квартира, и народу здесь постоянно бегает немало. Одни прямо здесь и проживают-ночуют, другие хоть и живут в городе за пределами дворца, но приходят на работу в свои корпуса, нести государственную службу.

Хотя, с другой стороны, как-то же я уже трижды за считанные дни с ними пересекалась! Что, если некая сила (возможно, ответственная за мое попадание в этот мир) умышленно сталкивает меня с ними? Так что можно для начала попробовать просто походить по дворцу, авось опять притянутся.

Да-да, возможно, я просто сейчас прокрастинирую из-за того, что не вижу вообще никакого варианта решения моей проблемы с грядущим испытанием отбора. Но денек на этот метод «вдруг сработает?» потратить все же решила. Просто потому, что хотя бы здесь я еще не уперлась в тупик. А там глядишь — вдруг пойму, почему его имя кажется мне знакомым, и это поможет хотя бы найти способ избежать того, что меня убьют из-за вылета, раз уж пройти следующее испытание в принципе невозможно.

Поэтому, напустив на себя максимально невозмутимый вид, я принялась прохаживаться по дворцовым коридорам, внимательно присматриваясь ко всем, кого видела на своем пути. И, конечно же, вслушиваясь в их голоса, как могла.

Вот так я провела битый час, пока не получила результат! Правда вот, не тот, на который рассчитывала: вместо Бартимуса мне попалась… одна из участниц отбора, Анжела Грейслин. Да не одна, а в компании молодой и очень красивой женщины, чья голова была замотана в расшитый золотом платок. И та, возмущенно воскликнув, схватила девушку за руку:

— Одумайся, дитя мое!

— Я не ваше дитя, София, — раздраженно рявкнула Анжела, выдернув у женщины свою руку. — К счастью, моя мать не порола такую чушь. И я не собираюсь делать то, о чем вы мне говорите.

— Побойся богов, милая! — охнула женщина, хватаясь за сердце. — То, что ты задумала — пойти против воли своего отца, — это страшный грех!..

— Намного страшнее быть тупой клушей, не способной ни на что, кроме как молча идти против себя и делать все, что тебе прикажут, только потому, что ты родилась девушкой. С меня хватит, тема закрыта: в следующем испытании я займу последнее место и покину отбор. Это не обсуждается. Так же, как и то, чем я буду заниматься после потери статуса претендентки в королевские невесты.

В ответ женщина, еще сильнее заохав и затараторив нравоучения восьмидесятого уровня, начала картинно изображать, что вот-вот упадет в обморок. Я же, задумавшись, прищурилась.

И правда, припоминаю — по сюжету перед пятым испытанием Анжела рассказывала Лие, что как раз осознала свои чувства к одному другу семьи, которого знала с детства, и который служил при дворе. Поэтому, поскандалив с отцом и мачехой, поддалась, проиграла, выбыла с отбора и тут же пошла с тем мужчиной под венец.

Хм… а ведь занятная деталь! Получается, на пятом испытании, несмотря на всю его сложность, среди участниц Отбора имеется та, которая специально будет выдавать худший результат, чтобы вылететь здесь и сейчас. Более того, если меня не подводит память и сделанные на днях приметки о том, что мне удалось припомнить из книги, то вроде как она даже пойдет проходить испытание уже после Вайлет. Следовательно, какой бы ужасный результат я ни показала — умышленно его переплюнет.

Но вот вопрос в другом: а как мне вообще выполнить задание этого испытания, хоть с самым паршивым временем прохождения, которое можно себе вообразить? Без серьезных магических навыков у меня в любом случае шансов ноль.

Тем временем Анжела, скрипнув напоследок зубами, быстро удалилась. Я же, незаметно стоя у окошка и якобы любуясь на сад, проследила взглядом за Софией, которая поправила намотанный на голову платок и, причитая себе под нос, побрела в сторону выхода из дворца. Вероятно, собираясь пойти домой, чтоб, дождавшись вечером мужа, с откровенным переигрыванием рассказать ему о «заблудшей дочери».

Надо же, в книге этот персонаж третьего плана меня немало раздражал, и все равно я не думала, что пересекусь с ней лично. А ведь мачеха Анжелы Грейслин была той еще… кхм… колоритной особой.

Когда-то давно, в далеком прошлом, она была популярной танцовщицей кабаре, которая, танцуя и напевая в ну очень откровенных нарядиках, не стеснялась и позировать обнаженной для именитых художников. При этом любовников меняла как перчатки, и о ее развязном нраве ходили легенды.

Кардинально жизнь веселой девицы изменилась, когда на нее всерьез запал вдовствующий лорд Дитрих Грейслин, который в итоге купил ей дворянский титул, чтобы жениться на очаровавшей его фривольной красотке. Тогда-то знаменитая кокетка, любящая и хорошенько выпить, и гульнуть, и станцевать полуголой на столе… внезапно стала набожной мудроженщиной, гордо позирующей художникам в завязанных на голову платках и с храмовыми свечами в руке. Часто — рядом со своим мужем, воплощая рядом с ним саму суть скромности и смирения. Пару лет назад, конечно же, светская хроника немного НАПОМНИЛА о ее бурной молодости. И тогда новоиспеченная леди Грейслин… опубликовала под своим именем длинную статью (скорее всего, написанную секретарем ее мужа) под названием: «Из танцовщицы в консерваторы». В которой долго и пафосно рассказывала, как была на самом деле несчастна и на грани пропасти-смерти-погибели до знакомства с мужем. Как встреча с ним изменила ее жизнь и ее взгляды. И как она теперь искренне счастлива быть его послушной супругой, пропагандируя традиционные семейные ценности.

Конечно-конечно, очень многим уж слишком показалось, что главной причиной ПРОЗРЕНИЯ раскаявшейся блудницы была искренняя любовь оной к деньгам… Но кто они такие, чтобы спорить с благочестивой ледюшкой и ее благородным супругом?

Так что после нескольких скандальных статей да обсуждений в обществе, на мудро-смиренную изменившуюся девицу положили болт.

Вот только сама она, похоже, имела свои интересы, связанные с перспективой падчерицы стать королевой. И, вероятно, не очень хотела эти интересы закапывать.

Что интересно, покинув отбор, полностью из сюжета Анжела не пропадала. Периодически она вместе с мужем всплывала то тут, то там. И, возможно, также играла свою роль в развязке, до которой я не дочитала. Интересно, а что на счет ее мачехи в этом плане? Возможно, София — с ее амбициями и любовью к деньгам, тоже в чем-то здесь замешана?

Раздумывая, я шагала дальше по коридорам и, повернув, продолжала идти себе дальше. Возможно, даже не обратила бы внимания на высокого светловолосого мужчину, который строго отчитывал низенькую горничную… Если бы в один момент он не схватил ее за руку, потащив к двери ближайшей комнаты, и я не приметила две вещи:

Первая — я уже видела эту горничную. Ту самую, темноволосую, забитую, с полными яда зелеными глазами.

А вторая — этот мужчина… прихрамывал на одну ногу.

Точно так же, как прихрамывал высокий светловолосый незнакомец, лица которого я так и не увидела в том коридоре вчера.

Это он. На девяносто процентов я была уверена, что передо мной именно тот, кого называли Грегором Бартимусом. И теперь я знала его в лицо.

Но… зачем ему понадобилась та девушка? Почему он сначала отчитывал ее, а затем утянул за собой, в комнату, где у их разговора наверняка не будет нежелательных свидетелей? Очень сомневаюсь, что дело просто в его недовольстве качеством уборки в личных покоях.

Только вот узнать, о чем же они говорят, можно лишь войдя в ту комнату и встав рядом с ними. Еще и с табличкой: «Я тут постою, а вы себе продолжайте-продолжайте!». Потому что даже подкравшись на цыпочках и приникнув ухом к заветной двери, я ничегошеньки не услышала. Видимо, разговаривали шепотом… либо этот Бартимус поставил барьер, не пропускающий звуки за пределы комнаты.

Несколько секунд я ходила по коридору туда-сюда, заламывая пальцы. И понимая, что после случившегося ТОГДА в зазеркалье это очень и очень плохая идея… Но если я хочу узнать, о чем же говорят эти двое, выбора нет, придется рискнуть. При этом искренне надеясь, что риск оправдан, и я в самом деле услышу нечто важное.

Зеркала. Их во дворце было немало — случайно ли, или по какой-то конкретной причине, но их можно было заметить во многих комнатах. Пускай не везде большие, в полный рост, но маленьких и правда полно. А еще они периодически встречались в коридорах. В последних, правда, было больше шансов, что меня заметят, пока я скачу туда-сюда. Поэтому я, раз уж рядом находилась дверь, заглянула в нее. И, приметив в пустующей комнате большое зеркало, решила воспользоваться им. Выдохнув, подошла и протянула руку, касаясь стекла… сквозь которое моя ладонь легко прошла, проникая в уже знакомое по необычным ощущениям пространство.

Я буду осторожной и внимательной. При малейших признаках приближения той дряни дам деру. И не стану далеко отходить от зеркала, через которое смогу быстро выйти. Кроме того, буду держать в памяти ближайший «запасной выход» на случай, если та тварь преградит мне путь к этому.

Была ни была.

Один шаг — и я оказалась там, за зеркальным отражением. И сразу, не теряя ни единой минуты, помчала в комнату, куда Бартимус зашел вместе с горничной. Открыв дверь, моментально нашла взглядом зеркало в вычурной круглой раме и подобралась к нему так, чтобы на всякий случай не попадать в его отражение. Пока я не узнаю наверняка, можно ли меня заметить в зеркале с той стороны, нужно быть с этим осторожной.

Ушей снова коснулся этот уже знакомый звук волшебного пения, который так манил. Вот только я даже не успела обратить на него должного внимания, потому что долетевшее с той стороны отражения напугало до дрожи:

— …звучит замечательно. Вот только я не обслуживаю крыло, где находятся покои распорядителей, — мрачно проворчал негромкий голос горничной.

— Тоже мне, проблема, — хмыкнул в ответ мужчина. И в этот момент я потеряла последние сомнения в том, что это был Бартимус: голос однозначно принадлежал ему. —Сделай так, чтоб одна из служанок, работающих в том крыле, почувствовала себя дурно, и великодушно предложи ее подменить. Уж кто-то, а бедные девушки, обреченные всю жизнь обслуживать родовитых богачей и смотреть на роскошь, в которой те купаются, особенно уязвимы перед тобой. Мне ли тебя учить? Ну а дальше просто задержишься в покоях и дашь своей маленькой подружке незаметно его укусить, чтобы черный яд начал действовать. И не скупись, определяя дозу. Всем нам будет лучше, если он разъест себя изнутри не позже, чем через три дня. Иначе кто знает, как он может спутать нам карты на следующем испытании. Полагаюсь на тебя, моя малышка!

— Ты говоришь так, будто у меня есть выбор, — скрипнула зубами горничная. Я же, решившись в этот момент немного выглянуть из-за зеркальной рамы, увидела, как девушка поглаживает голову темно-зеленой змеи, обвивающей кольцами ее вторую руку.

— Вот и отлично, что ты осознаешь отсутствие этого выбора и просто сделаешь то, что я тебе велю, — бросил Бартимус, поднеся к лицу горничной перстень-печатку, похоже, с каким-то символом. —Зависть, первая из Семерки, избавься от того, кто предал нас. Такова моя воля!

— Будет исполнено, — неохотно проговорила горничная, целуя перстень.

Через несколько секунд шаги обоих стихли, следом за стуком закрывшейся двери. Я же замерла на месте, прижимаясь к стене, и нервно кусала фаланги собственного указательного пальца.

Вот же блин горелый-недожареный! Получается… эта горничная — и есть Зависть?

Но…

Как же тогда она проникла во дворец? Как устроилась сюда на работу, если ее призвали относительно недавно. Ведь у нее вряд ли были все необходимые подтверждающие личность документы, чтобы устроиться на работу во дворец. Причем документы эти должны были быть не поддельные — фальшивые бумажки служба безопасности моментально выуживала, какими бы мастерскими ни были подделки. Еще и проверяли личность и все, что о ней было известно, прежде чем допустить к работе в месте, где несли службу первые лица государства. Откуда фактически осуществлялось управление всей огромной страной.

Однозначно, подставная личность, только-только появившаяся в этом мире, не пролезла бы сюда. Даже если в этом был заинтересован какой-нибудь высокопоставленный придворный.

Или, может, она убила настоящую горничную и заняла ее место?

Жуткая теория, но кажется вполне вероятной.

Что еще хуже: очевидно, хозяин — маг, призвавший ее — отдал вполне неоднозначный приказ: убить кого-то. И этот кто-то — один из распорядителей отбора. Более того, когда-то «предавший» Бартимуса.

Интересно, а не идет ли речь о том самом парне, который понял, что кто-то сливает информацию об испытании одной из участниц, и решивший поставить этой участнице палки в колеса? И судя по словам Бартимуса, выходит… что этот распорядитель тоже изначально был замешан в заговоре? Возможно, даже в поставках информации об испытаниях для Вайлет. Но в какой-то момент по своим личным причинам передумал (то ли совесть проснулась, то ли недоплатили, то ли изначально был двойным агентом). И решил втайне мешать тем, на кого работает. Следовательно, оттуда же и знал о сливе информации для тех, кто мне угрожал.

Если так, то получается, что человек, получивший от короля добро на подготовку для меня ловушки, вот-вот будет убит Завистью…

Эта фраза: «Всем нам будет лучше, если он разъест себя изнутри не позже, чем через три дня».

Вздрогнув, я обхватила собственные плечи и задрожала. Потому что поняла, что имелось в виду. Вспомнила из книги одну довольно жуткую сюжетную линию, которая, очевидно, должна была раскрыться в финальных главах. А именно — несколько тел, найденных на территории дворца. Хотя «тел» — это еще будет громко сказано! Потому что по факту нашли лишь… кожу. Внешнюю человеческую оболочку, внутри которой все было пустым, черным, склизким — как будто нечто растворило человека изнутри, выело его, словно рой муравьев.

Так вот как умерли те люди. Они были каким-то образом убиты Завистью, вернее, той ее зеленой змеей. Вероятно, получили смертельный магический яд как раз когда возвращались в свои покои, застав там горничную за уборкой или сменой постельного белья.

Черт, даже не хочу представлять, насколько это ужасная смерть! Наверняка же не мгновенная, а с долгими страшными мучениями…

Я не могу этого допустить. По крайней мере, не попытаться как-то помешать им осуществить задуманное. И плевать, что смерть этого человека в чертовых шкурных интересах Вайлет-оригинальной! Потому что мне самой не нужна ни победа на отборе, ни осуществление плана Вайлет «призвать злого духа и стать темной королевой, ввергая все вокруг во тьму», ни какие-то амбиции, интриги и прочие подковерные игры тех, кто за Вайлет стоит. Единственное, чего я хочу — выпутаться из всей этой передряги живой-здоровой. Причем так, чтоб злодеи не осуществили свои страшные планы, а король с главной героиней получили себе каноничный счастливый конец, причем, в отличие от канона, так и не прикончив меня за все хорошее.

Получается, сейчас я должна…

Этот звук — мелодичное, зовущее пение дивной красоты. Плавное, волшебное, но в то же время мрачное и темное.

Опять. И на этот раз — громко, совсем близко.

Что-то у меня плохое предчувствие. Нет-нет, не факт, что оно как-то связано с появлением той штуки, которая выбежала ко мне в прошлый раз! Но проверять, опять встречаясь с той тварью, я не хочу. Так что сразу же, схватив ноги в руки, побежала обратно. Тем более что подслушивать-то уже все равно некого, а значит, пора сваливать — и так я здесь слишком подзадержалась, рассуждая о коварных заговорах.

Открыв дверь, я выскочила из комнаты…

Снова это чертово пение. Справа по коридору. Совершенно случайно, инстинктивно я бросила взгляд в ту сторону и остолбенела: вдалеке, на стоящей у окна тумбе, я увидела большую черную резную шкатулку, закрытую на замок. И одного взгляда на этот предмет, даже издалека, мне было достаточно, чтобы понять: выйдя из зеркала, по ту сторону отражения я не найду точно такой же на этом месте. Она была чем-то… неестественным, аномальным, мрачным и пугающим. Но в то же время манящим. Зовущим…

Зовущим дивным, звонким голосом, который пел странный потусторонний вокализ. И этот мрачный звук, словно с того света, непонятным образом резонировал с моей собственной душой, притягивая ее и требуя, чтобы я, не теряя времени, шла на него. Словно воздушный шарик, привязанный за тонкую ниточку, которая медленно наматывалась на старую катушку.

Интересно, а что будет, если я в самом деле приближусь к этой шкатулке? Прикоснусь к ней… открою? Случится что-нибудь ужасное… или, может, наоборот? Возможно, мне нужно ее открыть? Нужно узнать, что в ней? Хотя вдруг наоборот, и эти мысли лишь навеяны пением, чтобы заманить меня в ловушку? Но что самое главное, как мне узнать ответ на этот вопрос, кроме как сделав эти несколько шагов и открыв ее?

Повернувшись, я медленно пошла к шкатулке…

А секунду спустя, завизжав, развернулась и понеслась обратно, потому что из-за поворота одного из коридоров на меня снова выскочила эта тварь! Я же, не тратя времени на то, чтоб ее разглядывать, всеми силами постаралась от нее убежать! Зеркало, нужно добраться до ближайшего большого зеркала.

Вот она, та дверь комнаты, где я совершила переход. Ловко потянув за ее ручку, я заскочила внутрь, по дороге ее закрывая. И уже слыша, как она снова открылась за моей спиной, выскочила из зеркала уже с другой стороны!

Фух, кажется, пронесло. И поблизости никого.

Черт, эти забеги на каблуках — точно не для меня! Ну почему нельзя надеть под платье обувь поудобнее? Чертов дворцовый этикет… Тот, кто его придумал, точно смерти моей желает!

Тем не менее нужно быстро убираться отсюда. Более того, если вспомнить, что у меня имеется еще одно важное дело.

Я уже хорошо выучила, как пройти к кабинету короля. И, к счастью для меня, он сейчас был на месте… хотя, судя по словам секретаря, как раз собирался уходить на важную встречу.

— Моя встреча с ним тоже важна! — настаивала я. — И это срочно!

— Хорошо, я ему передам, — сдавшись, вздохнул секретарь и вошел в королевский кабинет, чтобы сообщить о визитере. А несколько секунд спустя, выйдя, сообщил: — Его величество Роберт Амстор согласен вас принять. У вас есть пять минут и ни секундой более.

— Спасибо, — кивнула я, сразу же входя и закрывая за собой его дверь.

— Леди Вайлет, должен сказать, что вы как-то зачастили в мой кабинет, — строго проговорил стоявший у окна король, медленно оборачиваясь ко мне.

— Это вы сейчас что, специально встали в позу покартиннее, чтобы выглядеть максимально эффектно, когда я войду? — скрипнула зубами я, с каким-то извращенным удовольствием подмечая, что от моей фразы у его величества глаз все же хоть немного, да дернулся!

— Я просто наблюдал за королевским садом, — напряженно прошипел король.

— О, так значит, я полностью угадала? — хмыкнула я, подходя ближе.

— Спешу вам напомнить, что у вас осталось четыре минуты и двадцать две секунды. И если целью вашего визита было не довести меня до белого каления, то прошу эту цель сейчас же изложить.

— Как пожелаете, ваше величество, — фыркнула я, подойдя поближе. И шепотом проговорила: — Одного из распорядителей отбора собирается убить Зависть по приказу того, кого зовет Бартимусом. Вероятно, это произойдет сегодня-завтра, хотя умрет он не сразу, а через несколько дней. Лица обоих я видела, но боюсь, процедуру опознания даже на расстоянии я не переживу, так что могу максимум — описать вам их как можно подробнее.

— Понятно. В таком случае… подождите одну минуту, леди Вайлет. Я должен попросить секретаря о переносе пары запланированных на сегодня встреч, — напряженно выдохнул король, глядя на меня.

Через час я покинула королевский кабинет, искренне надеясь, что его величество сдержит обещание не разглашать имени своего источника столь безумной и откровенно сомнительной информации, которую все же собрался проверять. Хотя и отнесся ко всем моим словам без особого доверия — как-никак, я все еще была давним врагом его рода, и от меня, хочешь не хочешь, не ждали ничего, кроме подвоха. Особенно после того, как я стала главной подозреваемой в вопросе «для кого же сливается информация об испытаниях?». Когда такая девица заваливается к тебе и сообщает о том, что кто-то планирует убийство раскусившего ее распорядителя, в ее словах по-любому будут искать подвох.

Тем не менее поздним вечером, когда я уже собиралась ложиться спать, в мою дверь постучали, и лакей передал мне запечатанное письмо. Причем с магической печатью его величества, которая не позволяла вскрыть конверт никому, кроме адресата.

Открыв конверт, я выдохнула и прочитала послание. В нем без лишних слов сообщалось, чтобы я сейчас же явилась в королевский кабинет. Что я, конечно же, и сделала. Естественно, оглядываясь по сторонам, чтобы не попасться никому лишний раз на глаза. С учетом всех обстоятельств, мне не хотелось, чтобы меня кто-нибудь заметил. Увидь меня поздней ночью в коридорах участницы отбора или кто угодно из «команды хороших парней», не посвященных в нашу с королем тайную встречу, — решат, что Вайлет опять какую-нибудь гадость задумала, и заподозрят, а то и обвинят, в какой-нибудь очередной дряни, которая случится в сюжете. При этом попадись я наоборот кому-то из «команды плохих парней» — могут заподозрить, что «Вайлет спелась с врагами и нехорошая предательница, а значит, нужно ее поскорее прикончить».

И как ни погляди — пришибить может что молотом, что наковальней!

— Рад, что вы пришли, несмотря на поздний час, — проговорил Роберт, когда я, войдя, закрыла за собой дверь.

— Разве я могла вам отказать? — немного нервно бросила я, подойдя ближе.

На столе горела единственная масляная лампа, шторы были опущены. Вероятно, защита от прослушиваний стояла на максимуме… Интересно, а можно ли сделать защиту, которая не даст прослушивать через зеркала? Ох, как же я надеюсь, что, кроме меня, никто во дворце не обладает этой способностью…

Но надежды надеждами, однако терять бдительность я не собиралась. Поэтому так же, как все предыдущие разы, говорила лишь шепотом, подойдя к Роберту вплотную. Так, чтобы даже подслушивай нас кто через зеркало — хрен бы он что-нибудь расслышал.

— Итак, какие новости? — тихо проговорила я над самим ухом короля.

— Горничную не отыскали, она как будто сквозь землю провалилась, — тоже прошептал он, щекоча своим дыханием волоски возле моего уха. Черт, да подсматривай за нами кто-нибудь со стороны — наверняка решит, что это любовнички воркуют! И от этой мысли мои щеки налились румянцем.

— А Бартимус? — поинтересовалась я, всеми силами стараясь скрыть так некстати набежавшее волнение.

— Того, кого вы называете Грегором Бартимусом, зовут Гюстав Зенкланд, он министр внутренней безопасности. И, к слову, нам было непросто понять, что речь идет именно о нем, потому что ранее он никогда не прихрамывал. Возможно, повредил ногу несколько дней назад.

— Вы взяли его под стражу?

— Нет, естественно, — фыркнул Роберт. — Чтобы арестовать такую персону, нужны веские доказательства, дабы выдвинуть ему обоснованные обвинения. И боюсь, даже решись вы дать показания на суде, чтобы получить ордер на его арест — этого оказалось бы недостаточно.

— То есть он сейчас продолжает вот так ходить по дворцу?! — Я удивленно вытаращила глаза.

— Да, но при этом лорд Зенкланд находится под постоянным наблюдением, причем к нему приставлены мои личные люди, которые ему не подконтрольны. Возможно, так нам удастся получить сведения, которые подтвердят его вину… или наоборот — докажут невиновность и то, что его просто оклеветали.

Так значит, у короля все же есть люди, которым он «доверяет» достаточно, чтобы поручить им этого Зенкланда. Но при этом моя персона и угроза от нее имеет в его глазах настолько высокий приоритет, что даже этих людей он тогда за мной не послал, а лично пошел мне навстречу, когда я покинула библиотеку?

— Как я погляжу, вы все еще более склонны к тому, что я лгу? — Я раздраженно вздернула бровь.

— Что поделать, у меня немало для этого причин, — не стал скрывать Роберт, и я из последних сил сдержалась от очередной не самой уместной колкости.

— Надеюсь, вам не придется менять свое мнение из-за того, что меня убьет неизвестный, который мне угрожает, — тихо выдохнула я сквозь стиснутые зубы. — Но раз уж так… то вы хотя бы можете сказать мне, что с оригиналом гримуара Пяти Теней? Вы защитили его? С книгой все в порядке?

— Боюсь, у меня для вас не самые приятные новости, — пробурчал король. — Я в самом деле организовал для книги более надежную охрану. Вот только к тому моменту, как добрался до нее, в ней уже отсутствовало несколько страниц.

— Тех самых, в которых рассказывалось, как противостоять Семи грехам?

— Естественно, — хмыкнул Роберт. — И думаю, мне не нужно объяснять вам то, что на вашей персоне все еще висят подозрения по той причине, что вы сообщили мне об угрозе для книги как раз после того, как ее повредили.

— То есть вы серьезно думаете, что я сначала вырвала и уничтожила страницы с защитной техникой от Семерки, а затем, чтобы втереться в доверие, побежала к вам, чтоб срочно рассказать об угрозе для ценной книги? — напряженно протянула я.

— Не исключаю и такого варианта, — заявил мужчина. И, не дав мне опомниться, вышел, оставляя меня одну.

Нырнув с головой в безудержное веселье моих скромных будней, полных интриг, тайн и заговоров, я почти забыла о том, что мне скоро кирдык! Причем по плану, вот строго-строго по расписанию. А конкретно — через три дня. Ведь именно столько оставалось до следующего испытания Сумеречного отбора. Да-да, того самого испытания, где для начала нужно пару-тройку часов провести под водой, и этот пункт был еще не самым сложным во всем, что ждало в тот день участниц соревнования невест. И что самое пакостное, нащупывая все местные загадки то тут, то там, я все равно не нашла ответа на вопрос: что же мне, черт возьми, делать с этим треклятым отбором? Ни способов, как бы я могла пройти испытание, не нашла. Не придумала, как выжить, провалив оное вместо Анжелы.

Перелистывание блокнота, в котором я до мельчайших подробностей записала все, что удалось вспомнить из книги, тоже в этом деле не помогло. То, что случилось на пятом испытании с Лией, я, конечно, в памяти освежила. Но это все равно не помогало мне в ситуации, когда у меня отсутствовали минимальные магические знания и умения для выполнения этого задания.

Что же касается всего этого периода между четвертым и пятым испытаниями, то о нем в книге писалось совсем мало. И основные описанные события касались личной драмы Анжелы, которой Лия помогала бороться за свою любовь вопреки давлению отца и сверхнабожной мачехи. То есть опять ничего, способного помочь лично мне. Ну да, ну да, зачем же описывать что-нибудь, способное хоть капельку помочь плохой-нехорошей злодейке?

Итак, вариантов на эту минуту — никаких. Разве что…

В памяти снова всплыла шкатулка, которую я видела в этом странном зазеркалье. Вполне вероятно, что, открыв ее, я не получу вообще ничего хорошего. Но, с другой стороны, если через три дня меня убьют, не пройди я испытание, то куда уж хуже? А так появлялась надежда на хоть какой-то проблеск света в конце туннеля (который, конечно же, мог взаправду оказаться поездом, и все же…). К тому же, не зря ведь та бабайка выскочила на меня, как раз когда я приближалась к шкатулке! Может, она охраняет ее то ли от меня, то ли вообще ото всех, кто теоретически мог бы там оказаться? Не зря все это, однозначно не зря.

Поэтому, подумав, что пан или пропал, я решила снова сделать это: вернуться в зазеркалье и попытаться найти там шкатулку, при этом не попавшись той чуде-юде.

Однако было теперь нечто, в самом деле меня немного порадовавшее: я планировала пройти сквозь зеркало в своих покоях, и если повезет — через него же вернуться. Следовательно, не расхаживать в коридорах замка по эту сторону отражения. А значит, дворцовый этикет не так критичен, и можно надеть обувь поудобнее. Заодно и брючный костюм вместо длинного платьица. Так мне будет куда проще удирать от злополучной бабайки, даже выскочи она опять передо мной. Благо умением бегать на сверхчеловеческих скоростях оно не обладало, хоть и двигалось далеко не как черепаха предпенсионного возраста. Так что в нормальной одежде и нормальной обуви точно от него ноги унесу! По край ней мере, если догонялки не затянутся, и я банально не выдохнусь, сдав существу, которое, скорее всего, усталости не подвержено.

Собравшись и морально приготовившись, я прошла сквозь зеркало и прислушалась.

Тихо. Пока что тихо.

Интересно, найду ли я шкатулку на том самом месте, если опять пойду туда? Или же она не привязана к нему и может находиться где угодно?

Думаю, лучше пока не спешить и не бежать никуда сломя голову, особенно на большие дистанции, а дождаться первого зова, после чего идти уже на него. И посмотреть, куда же он меня выведет. При этом отмечая по пути все зеркала, через которые, в случае чего, смогу экстренно выскочить.

Выйдя за порог своей комнаты, я прислушалась и простояла на месте около минуты, прежде чем расслышала слабое, отдаленное пение, манящее меня мрачными нотами. И определив его направление, двинулась в ту сторону. Через пару минут оно повторилось, и то, что звук стал громче, давало понять, что я движусь в верном направлении. Но самое интересное, уже сейчас я начинала понимать, что второй вариант верен: шкатулка находилась не на том самом месте, где я видела ее впервые. Так значит, она могла сама по себе перемещаться в этом пространстве?

Снова пение — уже совсем близко. Вероятно, его источник находился в одной из комнат, расположенных дальше по этому коридору. Внимательно оглядываясь по сторонам, я прижималась ухом к каждой из дверей, пока не нашла ту самую, из-за которой доносился звук. Осторожно взявшись за руку, повернула ее и открыла, проходя в комнату…

И тут же вскрикнула, зажимая себе рот ладонью! Потому что в зеркале, висевшем на стене в считанных шагах от меня, увидела стоящего посреди комнаты Роберта Амстора… с ног до головы забрызганного алой кровью!

Что за… Какого хрена вообще?! Эй-эй, секундочку, это ведь меня вроде как в команду злодеев забросило! Или… это же не тот самый тип сюжета, где один из мужиков, вьющихся изначально вокруг героини, оказывается скрытым злодеем? Нет-нет, не может такого быть! Ведь никаких любовных треугольников, квадратов и тупоугольников в отношении Лии мною замечено не было — все ее отношения изначально строились с одним только королем. А по этой логике делать в конце злодеем «единственного мужика для героини» как-то противоречит законам жанра.

Но если по этой логике Роберт все же не злодей, то…

То почему он весь в крови, етить вашу налево?! И что самое главное (в том числе и для ответа на сей вопрос), это одно маленькое НО: чья вообще это кровь?

Пока же я стояла в ступоре, пялясь в отражение (и понимая, что так он меня, того гляди, еще и заметит), Роберт раздраженно скрипнул зубами, щелкнул пальцами и исчез, очевидно, телепортируясь в свой рабочий кабинет. И оставляя меня здесь в полном одиночестве в обоих измерениях сразу, отчаянно кричать и рвать на себе волосы в безнадежных попытках понять, что же мне теперь вообще делать и как все это понимать?

Тут же я на эмоциях подбежала к зеркалу и выглянула из него, буквально высунув голову из зазеркалья. Вот только тела того, кому могла принадлежать забрызгавшая короля кровь, я не увидела! Вообще ни одного трупа, даже каких-то его частей. Лишь лужа крови на полу и еще ее брызги на всех стенах. Причем по пробелу в них даже можно понять, где именно стоял король в тот момент, когда все произошло.

Что еще за… ну не мог же тот, кому эта кровь принадлежала, просто взорваться?

…Или мог?

Прошло не меньше минуты, прежде чем я, засунув голову обратно в зазеркалье, сумела как-то собрать свои ошалевшие мысли в кучу и, наконец, вспомнила, зачем сюда пришла. А именно — чертова шкатулка. Которая спокойно стояла на тумбе в противоположном от меня конце комнаты.

Хм, занятно, ведь получается, она лежала именно здесь, и то странное пение привело меня именно сюда. В комнату, где как раз в этот момент находился король, причем в довольно… специфическом положении. Совпадение? Или наоборот — закономерность? Возможно, шкатулка притягивается в места, аналогичные тем в мире по ту сторону зеркала, где произошло что-то необычное?

Теория интересная, но сейчас мне нужно сделать то, ради чего я вообще сюда пришла. Перестать стоять столбом на входе, пройти внутрь комнаты, взять шкатулку… и посмотреть, что будет дальше. Искренне надеясь, что вообще выживу, прикоснувшись к ней.

Так, соберись, тряпка! Все равно чему быть, того не миновать, а Кирдык Кирдыкович и без того уже ко мне в дверь стучится. Шансов немного, и пока вся надежда на эту шкатулку. Тем более что комната проходная — похожа на одну из комнатушек для посиделок, кажется, все крыло под такие отведено. И даже если бабайка выскочит ни с того ни с сего, смогу выбежать через дверь в соседнюю и уже оттуда либо в коридор, либо в следующую комнату, либо если там есть большое зеркало — сразу через него и выскочу. Поэтому нечего ртом мух ловить, пошла и сделала...

Да блин! Как, ну вот как мне удалось так накаркать? Едва я собралась идти к шкатулке, как услышала топот, доносящийся из коридора. И обернувшись на него, увидела бегущую в мою сторону чуду-юду, чьи мотивы касательно моей персоны стабильно не вызывали ни одной позитивной теории, зато целую кучу негативных!

Ну все, кто не успел, тот опоздал! В следующий раз за шкатулкой приду, а сейчас нужно быстро отсюда сваливать.

Не теряя времени на лишнюю рефлексию, я рванула было по коридору в противоположную от бабайки сторону… Только вот уже секунду спустя затормозила. Потому что и с того конца на меня выбежала эта дрянь! Точнее, не прямо вот ЭТА — та, первая дрянь, все еще оставалась на прежнем месте. Зато вот другая, крайне на нее похожая, уже перекрыла мне путь к отступлению и сама стремилась поймать меня быстрее своей «подружки».

Етить-колотить, так этих тварей еще и больше, чем одна? Как минимум две… и пес его знает, сколько еще таких может рыскать по зазеркалью. Вот попадосище!

Выход был один. И развернувшись, я заскочила обратно в комнату, закрывая за собой дверь. Чтобы тут же помчать ко второму выходу, ведущему в соседнюю — небольшой зал в пастельных тонах с обитым ситцем стенами.

Зал, в котором на стене висело большое прямоугольное зеркало! К которому я сразу же помчала.

Да неужели? Не может быть, чтоб мне вот так сразу и повезло!

…И как оказалось, супервезения в самом деле не было. Потому что почти сразу я увидела в отражении треклятого Грегора Бартимуса (или все же стоит называть его Гюставом Зенкландом?). Который, как раз подойдя к зеркалу, выпучил глаза, очевидно, пялясь прямо на меня.

ДА Е-МОЕ, ЗА ЧТО Ж МНЕ ВСЕ ЭТО?!

Но, как оказалось, даже здесь меня ждало понимание того, что всегда, вот абсолютно всегда все равно может стать хуже. Потому что, нахмурив брови и ухмыльнувшись… Он схватил стоявший на ближайшей тумбе подсвечник и разбил им зеркало прямо у меня перед носом! В тот же миг оно разлетелось на куски и с моей стороны. Я же, развернувшись, как раз увидела прямо за своей спиной тварь, бросившуюся в мою сторону!

Надо же, похоже, тот паршивец увидел ее и как минимум понимал, от чего я старалась убежать. Следовательно… специально и совершенно осознанно лишил меня пути к отступлению, пусть даже этот путь вел прямиком к нему в лапы.

Ох, плохи дела, как плохи!

И это еще если не задумываться о том, что он находился в комнате, соседней с той, где короля кто-то кровищей забрызгал!

Радуясь тому, что обула удобную обувь и надела штаны вместо платьица, я что есть духу рванула к следующей двери. А выскочив из нее, — завернула и помчала обратно в коридоры, где теперь нужно было найти другое зеркало, через которое смогу выбраться. Как назло, из-за того, что пришлось убегать через проходные комнаты, я вынырнула в другом коридоре, вообще в другой части корпуса. В той самой, где предварительно не изучила месторасположение подходящих мне зеркал. Следовательно, если вдруг меня снова не возьмут в тиски, в сами комнаты лучше не забегать. Неизвестно, будут ли они тоже проходными. А в коридорах хоть немного понятнее. И ориентируясь в них, я смогу быстрее добраться до той части, где смогу выбраться. Благо я все еще бегала быстрее бабаек, и у меня получалось увеличивать дистанцию между нами. Вот только уже совсем скоро я начну уставать, темп моего бега замедлится, и тогда они меня все же сцапают. Поэтому выбраться как можно скорее — мой основной приоритет.

Одно хорошо: здесь, в зазеркалье, ни одна дверь, похоже, не была закрыта на замок. Так что я могла спокойно забежать куда угодно. А уже потом, как спасусь от этих тварей, подумаю, как выбраться, окажись я в закрытой комнате.

А вот и знакомый коридор! Повернув, я поняла, что выбежала прямиком к той части дворца, в которой находились покои, где жили участницы отбора. Как раз вовремя — силы уже начали меня стремительно покидать. Потому я, не став рисковать лишней пробежкой на «успею или не успею добежать до своей двери», просто забежала в ближайшую. Все же сейчас было то самое время, когда все участницы тренировались перед испытанием в тренировочных залах, и вряд ли кто-нибудь будет сидеть у себя, попивая чай, когда на носу очередной раунд. Да и не факт, что эти комнаты не принадлежали кому-то из выбывших, следовательно, теперь пустуют. При этом во всех покоях претенденток стояло как минимум одно большое зеркало во весь рост, чтоб участницы могли вдоволь рассматривать в нем свои наряды перед важными общественными мероприятиями.

Так что буквально влетев в ближайшую дверь, я помчала к зеркалу, которое сразу же заприметила. И уже слыша, как ко мне приближаются шаги моего преследователя, пробежала сквозь раму, переходя в привычный мир!

Ох… не может быть! Неужели пронесло?

Похоже на то.

Выдохшись и перенервничав, я буквально пластом свалилась на пол и около трех минут потратила просто на то, чтоб отдышаться, успокоить сердцебиение и прийти в себя. А уже потом пошла проверить дверь.

Заперта.

Возможно, сама оригинальная Вайлет и сумела бы взломать замок магией, вот только я такими чарами не владела. Так что вариантов у меня было немного, и самым реальным из них показалось: «Посидеть немного здесь, потом осторожно заглянуть в зазеркалье и проверить, ушли ли бабайки. Если да — снова пройти сквозь зеркало, добежать до своих покоев и уже там выйти. Если нет — ждать дальше, пока бабайки не уйдут. Искренне надеясь, что не застукают.

Так я просидела несколько минут. И уже встала на ноги, чтобы подойти к зеркалу и проверить…

Как вдруг дверь комнаты, тихонько скрипнув, открылась, и внутрь, прямо мне навстречу, вошла…

Лия!

Чье лицо, к слову, порядком вытянулось, когда она увидела меня посреди своей гостиной и поняла, что это не какие-нибудь глюки!

Вот черт! Повезло же мало того, что заскочить в жилые покои… так еще и случайно угодить именно в те, где сама главная героиня обитает!

— Вайлет? — наконец проговорила она, враждебно нахмурив брови. — Что ты здесь делаешь?

Проклятье, и что мне вообще на ЭТО ответить?

— Ой, прости, ошиблась комнатой, — ляпнула я первое, что пришло мне в голову. И, судя по выражению лица, мне, конечно же, не поверили!

— Ошиблась?! — возмущенно выдохнула девушка, видимо, и сама обалдев от настолько ленивой отмазы.

— Ну да, подумала, что это моя. Забегалась немножко, головой ударилась во время тренировки, вот и завернула не туда, — продолжала я. И хоть моя текущая одежда в самом деле подходила для легенды «Я только что тренировалась», да и сама я все еще выглядела, как загнанная лошадь… но более правдоподобными мои слова от этого, увы, становились мало.

— Какое еще перепутала?! — повысила голос Лия, глядя на меня, как на врага народа (коим я для нее, вообще-то, и правда была). — Моя комната была закрыта на ключ!

— Нет, не была, — заявила я, хоть и понимала умом, что дальше гнуть эту версию как минимум глупо. — Дверь оказалась открыта, а я сразу не смекнула, что не в ту комнату зашла. Только вот собралась уходить и бежать к себе, так ты вернулась…

— Да что ты говоришь?! — выпалила девушка, уже не находя себе места от возмущения. — Уходя, я запирала свою комнату на ключ, и это видела Анжела, которая была со мной. А когда я только что вернулась, то сама же открывала ее!

— Так я на автомате ее заперла изнутри…

— Прекрати это! — немного прикрикнула она, твердо глядя на меня. — Мы обе знаем, что ты врешь. Отвечай, почему ты пробралась в мою комнату, Вайлет? Что ты опять задумала?

— В самом деле ничего! Говорю же, это случайность! Лия, я понимаю, как это выглядит, но в действительности я правда…

— Эй, постой, — перебила девушка, подступив ко мне на шаг. — А когда это мы с тобой стали так близки, что я разрешила тебе называть меня «Лией»?

Вот черт, точно! Привыкла же, что в книге ее король, подружки, да и вообще почти все окружение именно так называли. И совсем вылетело из головы, что Вайлет как раз к этим людям однозначно не относилась! Для нее наша главная героиня все так же была Энилией.

— Ой, прости, просто не подумала, что тебе это может быть неприятно… Хотя, конечно да, глупо с моей стороны об этом не подумать. Признаю, мой косяк! Я… надеюсь, ты не сильно…

— Какая-то ты сегодня странная, — протянула она, продолжая наступать на меня. А я в панике немного попятилась назад и едва не грохнулась на пол, споткнувшись о какую-то лежавшую на полу ерундовину. Вот же позора бы было так упасть при главной-то героине! Которая еще и была из того типажа героинь «Хочу-быть-как-она», которые во время прочтения восхищают своей храбростью, доблестью, благородством и добротой, вызывая то самое пресловутое желание оказаться на ее месте…

Но при этом я, конечно же, оказалась на месте чертовой злодейки, да-да, помню!

— В самом деле? — нервно захихикала я. — Возможно… А то знаешь, что-то странное мне сегодня на завтрак подали, какой-то овощ, и он как-то подозрительно пахнул. Вот и думаю теперь, может, это из-за него я теперь…

— Ты, что ли, издеваешься? — окончательно оторопела Лия.

— Нет-нет, никоим образом, правда! Прости… Я, наверное, лучше пойду, — нелепо пробормотала я и, обойдя остолбеневшую девушку дугой, прошмыгнула к двери, из которой тут же выскочила…

И на нервах пошла не в ту сторону — вместо того, чтоб направиться к двери своих покоев, понеслась по коридору в противоположном от нее направлении! Но останавливаться, мешкать, а тем более возвращаться обратно сейчас нельзя. Потому что тогда наша главная героиня, которая выйдет из ступора, наверняка снова меня нагонит и прижмет, продолжая свой допрос. А я просто не знала, что вменяемого ей ответить, потому что скажи я правду — она прозвучала бы более безумно, чем все то, что я Лие уже наплела, а она — нафантазировала!

Так что, поддав газу, я решила походить немного туда-сюда. А попозже, как будет меньше шансов на то, что она продолжает меня караулить — проскользнуть мимо ее двери и вернуться к себе, где закрыться на замок и побиться спокойно головой об стену.

Вот так, набирая ход, я продолжала шастать по коридорам. И не сразу осознала тот простой факт, что иду прямо навстречу… Грегору Бартимусу!

Или все же мне называть его Гюставом Зенкландом?

Но как его ни называй, он шел на меня, уверенным шагом, который выглядел величественно и устрашающе, несмотря на его хромоту. Все ближе, ближе и еще ближе. А я, шокированная, не знала, что делать, и просто продолжала идти вперед. Понимая, что он видит меня… Хотя при этом никак не реагирует?

Да, так и есть! Пройдя мимо меня, этот мужчина даже глазом не моргнул и пошел себе дальше.

Странно. Он ведь точно видел меня тогда в зеркале, и все это происходило лишь несколько минут назад. Неужели он в самом деле не рассмотрел меня, не узнал? Потому что, например, мой образ из зазеркалья не был для него достаточно четким? Если так, то мне просто чертовски повезло! И все же…

Бросив беглый взгляд из-за плеча, я заметила, что мужчина прошел в одну из комнат. В ту самую, куда (как я приметила, проходя только что мимо нее), пару минут назад вошел другой мужчина.

Занятно-занятно. Обычный разговор придворных? Или?..

После того, что случилось буквально только что, я бы ни за какие коврижки не решилась снова проходить в зазеркалье прямо сейчас. Да и подходящих зеркал поблизости не было. Но вот в самом коридоре сейчас ни души. Так что… Может попробовать старый добрый метод?

Подкравшись к двери на цыпочках, я прижалась к ней ухом, а секунду спустя довольно ухмыльнулась: пусть совсем тихо, но я слышала разговор! Получается, с этим парнем мой клиент решил болтать без барьера? Выходит, он был не таким важно-секретным, как Зависть?

— …все понял, так что теперь буду настороже, — заверил голос, который, кажется, принадлежал тому самому Тадеусу!

— Недостаточно просто быть настороже, — скрипнул зубами Бартимус. — Сообщите это остальным: теперь, если увидите в комнате зеркало, накрывайте его черным занавесом, если это возможно. А лучше и вовсе избавиться от зеркал у себя и не распускать язык там, где их увидите. Та стерва может быть возле какого угодно из них. Подумать только… и как тот молокосос вообще разжился шпионом, который вхож в зеркальное измерение? Причем у той девки кишка не тонка, раз она рыскает там, очевидно не зная, как защититься от зеркальных демонов. Что, к слову, наталкивает на мысль, что она не полностью овладела своим даром. Хотя в этом нет ничего странного. В конце концов, этот дар не просыпался ни у кого уже сотни лет, даже в мои времена он считался полулегендарным. Так что вряд ли она так просто найдет источник информации, который даст ей полные ответы на все вопросы. Очевидно, дар у нее проснулся совсем недавно, и она еще недостаточно хорошо ним овладела.

— Вы не опознали ее? — уточнил Тадеус.

— Конечно нет, — раздраженно фыркнул Грегор Бартимус. — Все, кто не обладают этим даром, увидят в зеркале, в лучшем случае, тень с человеческими очертаниями. Но в том, что это были очертания женского тела, я не сомневаюсь. И это прекрасно объясняет, как она, стукнув тогда каблучком в коридоре, сумела от нас скрыться. Чертовка просто заскочила в ближайшее большое зеркало и переждала, пока мы уйдем. Так что будьте предельно осторожны со всеми женщинами, которых только встретите. Какая угодно из них может оказаться этой шпионкой, даже если вы знаете ее много лет.

— Понял, — заявил мужчина…

Я же по тону разговора поняла, что они уже закончили. А значит, сейчас выйдут, и если вообще увидят меня (после того, как сами же мимо меня уже давно прошли), то как минимум начнут подозревать. Следовательно, нужно уматывать!

Недолго думая, я заскочила в ближайшую незапертую дверь, где просидела несколько минут, прислушиваясь к звукам в коридоре, пока шаги не стихли, и я не убедилась, что оба отошли достаточно далеко.

Лишь после этого я покинула свое убежище и направилась к себе.

…Интересно, а что значат эти его слова: «Даже в мои времена этот дар считался полулегендарным»? Какие еще, к чертовой матери, «его времена»? Да-да, пускай этому парню не шестнадцать, но он явно не был настолько стариком, чтобы заявлять такое, еще перед тем упоминая столетия, на протяжении которых о таком даре, как у меня, никто не слышал.

Что-то у этого министра внутренней безопасности слишком много странного припрятано под мантией.

Размышляя, я добралась до своей гостиной… и выругалась.

На диване лежал конверт, вид которого был чертовски знаком. Потому что он выглядел точь-в-точь как тот, в котором мне пришло «письмо счастья» перед четвертым испытанием.

И предчувствия меня не обманули. Потому что, вскрыв его, я в самом деле нашла, кроме новых угроз, подробную инструкцию для прохождения подводного испытания. И прочитав ее, даже поняла, где именно для меня подготовили ловушку! Потому что одно место, подробно описанное в письме, всерьез отличалось от того, что в той части испытания делала Лия, за прохождением которой читатели и наблюдали благодаря книге.

Итак, очевидно две вещи.

Первая: эти абзацы в слитой информации были добавлены специально для той, кому поставляют информацию, стремясь поймать шулера на горячем.

Вторая: раз Вайлет в книге на этом месте не попалась, то, вероятно, изначально злодеи воплотили свой план. Зависть убила распорядителя, который готовил эту ловушку, прежде чем он сделал свое дело. Однако теперь хоть немного, но сюжет изменился. И если бы я поступила во время испытания так, как мне описывали в письме, то сразу же попалась бы. К счастью, помня события из книги, я нашла уже подготовленную ловушку, так что теперь смогу в нее не попасться.

Правда вот, для этого мне нужно будет просто суметь начать проходить то испытание! Ибо с мертвой точки касательно магии я так и не сдвинулась по сей день.

Но нет, что вы, это оказалось не все, изложенное в письме! Кроме инструкции и угроз, там было написано еще кое-что:

«Напоминаю тебе: с носительницей светлого дара нужно расправиться как можно скорее. Дверь Хаоса нуждается в ее крови, чтобы снять ограничитель и впустить его. Но если ее дар пробудится, сделать это будет труднее. После испытания воспользуйся своей связью с Дверью, чтобы ослабить девчонку темной энергией и сделать ее уязвимой перед атакой Зависти. А остальное устроим мы».

Итак, как минимум одно теперь было очевидно: тот, кто слал мне эти письма (а вероятно, и с самого начала курировал действия Вайлет на отборе) однозначно работал в одной команде с Бартимусом и его дружками… если Бартимус вообще и не был автором писем. Что ж, в таком случае, команда плохишей все же одна, и то, что я в ней играть больше не хочу, пока еще не раскрыли. Уже неплохо.

Вот только все остальное еще как плохо! Судя по письму, на главную героиню готовят покушение, убить ее должна лично Зависть, а мне нужно что-то сделать с той Дверью Хаоса, чтобы ослабить Лию и превратить ее в легкую добычу для Зависти. Могу даже предположить, что именно их волнует: Божественный свет, который наверняка опасен для Зависти… если, конечно, он пробудится, еще и в самый неподходящий для них момент.

Так-так, что-то такое я припоминаю…

Достав спрятанный под кроватью блокнот с памятками по сюжету и полистав его, я победоносно постучала пальцем по исписанным страницам.

Да, точно! Как раз через пару дней после пятого испытания на Лию было совершено покушение. Она же в тот день, как раз вскоре после встречи с Вайлет, почувствовала себя дурно, и целых двое суток после ощущала сильную слабость вместе с упадком магических сил. А еще ее мучали кошмары, в которых бедняжку преследовала сама тьма, выползавшая из черной двери.

Вот оно что! Выходит, Вайлет тогда в самом деле что-то с ней сделала? Из-за чего Лия наверняка не пережила бы покушение, если б не одно НО: ее тогда спас король. Убийце, конечно, удалось сбежать, но сама Лия не пострадала, оказавшись в объятиях своего идеального мужчины… И в этот момент я всеми силами постаралась забыть образ этого «идеального мужчины», с ног до головы забрызганного кровью! Как-то он немного подмачивал всю романтику. Хотя еще рано делать выводы, неизвестно, как авторка объясняла бы все это в конце!

Тем не менее в этом плане за Лию можно не волноваться. Особенно с поправкой на то, что я ослаблять ее при помощи темной энергии не буду — король ее спасет, плюс сама она не будет беспомощной. Да и просто не имею понятия, как сделать то, что мне приказали! Из того, что я успела прочитать в книге, можно было лишь понять, что Вайлет открыла Дверь Хаоса примерно… в период незадолго до четвертого испытания. Сама Дверь к тому моменту, где я закончила чтение под колесами джипа, упоминалась лишь мельком. Как страшная загадка, на которую герои вот-вот найдут ответ, невероятно важный в общей сюжетной канве. Но без памяти самой злодейки я об этой двери ничегошеньки не знала.

Увы, сие незнание не отменяло того, что именно за моей персоной все еще числилось открытие этой Двери Хаоса! И если король, Лия или еще кто-нибудь из «команды хороших парней» вообще узнают об этом, то мне попа, причем не розовая и не пушистая.

Делать нечего, нужно думать, как выпутываться. А это значило, что у меня лишь один выбор: снова вернуться в то место, которое Бартимус назвал зеркальным измерением. Найти там черную шкатулку, при этом не попадаясь существам, судя по его словам, являющимися какими-то зеркальными демонами. Ну а дальше — будь что будет! Я либо пойму, как действовать дальше, чтобы спастись, либо просто погибну на несколько часов раньше.

К слову, что интересно… исходя из слов Бартимуса, я способна как-то защищаться от тех существ. Вот только опять же информации слишком мало, и я банально не знаю, каким образом! Так что как минимум в этот раз еще придется полагаться только на собственные ноги и их умение быстро бегать.

Что ж, оттягивать больше нельзя, пан или пропал!

Собравшись, я спрятала блокнот с сюжетными заметками, уничтожила письмо от моего «анонимного недоброжелателя» и, подойдя к зеркалу, сделала шаг, проходя внутрь отражения.

Вроде тихо, поблизости никого.

Осторожно осмотревшись, я прошла к выходу из покоев, открыла дверь и выглянула в коридор.

Тонкое, зовущее пение снова долетело до моих ушей. Похоже, его источник где-то неподалеку. Итак, нить поймана! Сорвавшись с места, я без колебаний со всех ног побежала туда, откуда доносилось пение. Вероятно, зеркальные демоны начинают чувствовать мое присутствие, когда я оказываюсь здесь, и приближаются ко мне. Скорее всего, то, как быстро они меня почуют и доберутся до меня — исключительно вопрос времени. Следовательно, чем быстрее я найду шкатулку, тем больше у меня шансов покинуть зеркальное измерение прежде, чем они прибегут.

Пение снова раздалось по коридорам менее, чем через минуту. А в следующий раз еще раньше. Занятно… получается, когда я целенаправленно бегу к шкатулке, то оно звучит чаще и направляет меня? Если так, то еще больше надеюсь, что это именно помощь, а не заманивание в ловушку.

Я увидела ее, забежав за поворот коридора. Просто на тумбе, рядом с подсвечником. И на этот раз уже не тратила время на колебания.

Едва оказавшись возле шкатулки, я сразу же — чтобы не растерять свою решительность и снова все не профукать — схватилась за нее и коснулась замка… который почти моментально открылся, а затем рассыпался просто под моими пальцами!

Все это было еще более странно. Но не сейчас, я подумаю об этом после. А в этот момент, не мешкая ни секунды, открыла черную крышку…

И меня ослепила яркая вспышка холодного пурпурного света, вырвавшегося из шкатулки!

Это ощущение… странно, очень странно. Голова немного кружилась, звуки доносились, словно сквозь слой ваты. И еще чувство, будто в уши набили поролона.

Но что самое главное, шкатулки больше не было. И зовущего пения я тоже не слышала.

Шокированная и обескураженная, я простояла возле этой тумбы около минуты, прежде чем развернулась и побежала обратно. К ближайшему замеченному зеркалу, достаточно большому, чтобы пройти в него. Думать о том, что случилось, буду позже, сейчас главное — убраться из зеркального измерения, пока ко мне не пожаловали гости.

Оказавшись рядом с заветным зеркалом, я всмотрелась в него, проверяя, нет ли кого поблизости. А затем выскочила из зазеркалья и помчала уже напрямую к своим покоям.

Повезло, по дороге я так ни с кем и не встретилась — меньше лишних вопросов. И уже забежав внутрь, позволила себе устало рухнуть на ближайший диван. Это странное ощущение никуда не делось, голова так же кружилась, а усталость усиливалась с каждой минутой. По этому поводу меня, конечно же, одолевали самые нехорошие предчувствия, но что вообще я могла сделать, кроме того, чтоб принять душ? И, переодевшись в пижаму, доползти до кровати. Возможно, сон — в самом деле самое разумное, что я могу сделать после всего этого насыщенного дня.

Во всяком случае, надеюсь…

Но спала я, судя по ощущениям, недолго. Просто поняла, что проснулась, и сна больше ни в одном глазу. Села в постели, осмотрелась. Непонятное чувство тревоги как будто звонило в маленький звоночек, ходя вокруг меня.

Встав, я подошла к окну — обыкновенная ночь. Уже привычный вид на королевский сад, залитый слабым лунным светом.

Почему же так неспокойно?

Завесив штору, я начала мерить шагами свои покои. Покинула спальню, прошла в гостиную… и замерла, глядя в большое зеркало в овальной раме, висевшее на стене. Не в полный рост, нет — я отражалась в нем лишь по пояс, и чтобы пройти через него в зеркальное измерение, мне бы пришлось проявить чудеса акробатики.

Самое обычное отражение комнаты, ничего особенного. Но отчего мне тревожно смотреть на собственное лицо?..

— Надо же, как интересно, — проговорило мое отражение, коварно вздернув бровь.

Тихонько вскрикнув, я зажала рот ладонью и отступила на пару шагов…

Но она уже стояла здесь, рядом со мной. Моя точная копия, только в изящном черном платье, с идеально уложенными волосами и безупречным макияжем. А еще с пугающим холодом в безупречных голубых глазах. Жесткие, колющие, словно остро заточенный лед, в который давно обратилось все ее существо. Лед, готовый убить, смертельно ранить… и постоянно ранящий ее саму.

— Судя по всему, на этот раз все иначе, — продолжала мой двойник, наступая на меня.

— Кто ты?! — выдохнула я, осознав, что уперлась спиной в стену.

— А разве не понятно? — с насмешкой бросила она. — Я — это ты, Вайлет Кримсон.

— Нет-нет, постой, ты все не так поняла! — забормотала я, замахав руками. — Я — не Вайлет Кримсон… не настоящая Вайлет Кримсон, — сразу же выдала я, сама не знаю почему. — На самом деле я другой человек, попаданка из иного мира, не магического. Меня просто сбила машина, и я оказалась здесь, в этом теле… И получается, ты — и есть та самая душа настоящей хозяйки этого тела, да?

— Неверно, — усмехнулась моя копия, подступив ко мне почти вплотную. — Я не твоя душа, всего лишь копия твоих воспоминаний. Ты, естественно, уже не помнишь этого, раз магический механизм шкатулки сработал, но… Когда тебе было одиннадцать, вся твоя память оказалась загадочным образом стерта. Неизвестно, как это произошло, был ли в случившемся виноват какой-нибудь человек, или же дело в некоем стечении обстоятельств. Этого ты выяснить так и не смогла, а твоя семья ничего тебе не объяснила. Как тебе сказали, они и сами ничего не знали… но это — только если верить их словам. О тебе, конечно же, позаботились, начали усиленно заниматься твоим образованием и воспитанием, чтобы «нагнать упущенное» к твоему совершеннолетию, после которого планировался выход в свет. И, конечно, ты подозревала, что все это могло быть их рук делом: превратить тебя в чистый лист, который можно будет заполнить тем, что нужно, и сделать из тебя идеальный инструмент. Но все это было не более чем твоими подозрениями и теориями без единого доказательства. Ты не знала, что было раньше, и не могла предположить, имелись ли в твоей стертой памяти воспоминания, которые были неудобны твоей семье. Но было то, что стирание памяти не смогло у тебя отнять. Единственное, что ты помнила — это о своем даре проникать в зеркальное измерение и использовать магию зазеркалья. Но будучи хоть и без памяти, но не дурой, ты не стала никому рассказывать о своем даре. И раз в неделю тайно проходила в зеркальное измерение с обязательной целью: скопировать все накопившиеся за это время воспоминания в шкатулку, которая создавала резервную копию твоей личности. На всякий случай — мало ли, вдруг бы все повторилось?

— Ага, понятно. И это все, конечно, очень интересно… Но повторяю: я не Вайлет Кримсон! — напомнила я, дрожа от памяти. — Просто моя душа как-то оказалась в ее теле, и…

— Ошибаешься, — зловеще хохотнула она, коснувшись моего лица пальцами. Холодными. Как стекло. — Будь ты просто чужой душой в теле Вайлет Кримсон — ты бы никогда не услышала зов шкатулки, а что самое главное — никогда бы не смогла ее открыть. Такова была природа этих заклинаний: шкатулка позвала бы только душу своей хозяйки, чьи воспоминания хранит. А замок опознал и пропустил бы только душу той, кто его создала и повесила на шкатулку, задав установку. Он ни за что бы не поддался телу, в котором находится другая душа. Следовательно, из этого можно сделать лишь один вывод.

— Нет… нет-нет-нет! — задыхаясь, забормотала я, в панике вжимаясь в стену.

— Похоже, что да, Вайлет, — хмыкнула моя копия. — Твоя душа никуда не девалась. И ее место в твоем теле тоже никакая «попаданка из другого мира» не занимала. Просто случилось нечто, спровоцировавшее пробуждение твоих воспоминаний из прошлой жизни. И таким образом старая личность сместила текущую. Заодно заменила воспоминания из текущей жизни теми воспоминаниями, что были у тебя до момента смерти в прошлой жизни. Да, верно, это полностью объясняет, почему ты начала считать себя какой-то попаданкой, которая только что умерла и тут же оказалась в чужом теле и в другом мире, — захихикала она. — Забавная, конечно, ситуация… Вот только пора заканчивать этот фарс.

— О чем ты? — У меня внутри все похолодело.

— Эта твоя прошлая личность… Она здесь лишняя, — отчеканила копия, глядя мне прямо в глаза. — Ты нашла шкатулку и открыла ее, тем самым запустив все скопированные воспоминания в свою голову. Поэтому когда ты проснешься, то глаза снова откроет старая добрая Вайлет Кримсон. Со всеми своими воспоминаниями, знаниями, магическими навыками и умениями. А главное — со своими собственными стремлениями и желаниями, которые были сформированы у ее личности уже в этой жизни тем опытом, который она прожила. Начиная с одиннадцати лет и заканчивая днем, когда она в последний раз пополняла резервную копию своей памяти в шкатулке. Конечно, сожалею, все это вытеснит прошлую личность, то есть тебя… Хотя нет, вру, мне не жаль, — зловеще засмеялась она. — Но не волнуйся, больно не будет! Сейчас ты спишь, и магическая программа загрузки резервной копии воспоминаний делает свое дело. А когда все закончится, и ты проснешься, глаза откроет снова та самая Вайлет Кримсон, которая из-за всего этого… ненадолго отлучилась.

— Ни за что! — закричала я, оттолкнув ее. — Этого не будет!

— Чего не будет? — хохотнула она. — Я — резервная копия твоих воспоминаний, и я уже в твоей голове, Вайлет. Загрузка давно завершена, идет установка магической системы, и когда она завершится, все воспоминания и жизненный опыт просто снова сделают тебя такой, какая ты есть… то есть мной.

— Не дождешься! Я никогда не стану тобой!

— Ты уже была мной, — спокойно пожала плечами копия, потянувшись ладонью к моему затылку. — И снова станешь!

— НЕТ! — что есть мочи закричала я, отталкивая ее руку!..

— Вайлет Кримсон, время пошло! — скомандовал распорядитель отбора, запуская сразу два таймера: один в своих руках, другой — пристегнутый к моему запястью на кожаный ремешок.

Едва стрелки побежали вперед, я спрыгнула с борта корабля в лазурные волны океана и нырнула вглубь, на ходу активируя заклинание для длительного пребывания под водой.

Секунда, другая… и я решилась сделать вдох, понимая, что если ничего не вышло, если после всех тренировок я все же облажалась, то сейчас просто захлебнусь.

А потом победоносно сделала сальто в воде, когда поняла, что свободно дышу, несмотря на то, что вместо воздуха втягиваю воду! Пальцы, коснувшись боков, нащупали жабры, которые ритмично фильтровали ее.

Вот ни хрена себе! Был бы у меня сейчас смартфон, еще и с гидрозащитой — точно бы провалила все испытание, делая селфи для инстаграма пару часов подряд! Но телефона у меня нет, значит, и поводов филонить тоже. Так что займусь-ка я делом!

Сосредоточившись, я поплыла вперед, используя заклинания, которые ускоряли мое передвижение. Вот только не настолько, чтобы этого мне хватило. Поэтому всматривалась в толщу воды, пока не заметила блеск серебристой чешуи на солнце.

Есть!

Используя заклинание манипуляции, я захватила потоками воды огромного морского конька, плывшего себе по своим делам. Когда он приблизился — магией удержала его, не позволяя уплыть, и оседлала. Минута, еще одна… и заклинания для контроля разума сделали свое дело: конек, на котором я сидела словно на настоящем сухопутном жеребце, начал полностью повиноваться моей воле.

Ну а теперь самое главное: определиться с направлением.

Сосредоточившись, я начала считывать магическое поле местности вокруг меня, пытаясь отыскать нужные мне путеводные линии. Если ошибусь — поплыву в неверном направлении, и тогда Анжеле придется ну очень постараться, чтоб в самом деле потратить на испытание больше времени, чем я.

Так, кажется, есть! Поймав нужные магические потоки, я приказала морскому коньку плыть в нужном направлении. И со всех сил ухватилась за него, чтоб не слететь! Не самая удобная поездка, еще и без седла с уздечкой, но делать нечего. К счастью, мышечная память работала как часы, и я ловко правила подводным существом даже в таком положении. Да и, если честно, после того, как полетаешь на диком драконе без седла и уздечки, гигантский морской конек — это сущие мелочи!

Именно, верно. Вайлет… а если говорить по правде, то на самом деле как раз мне, доводилось летать и на диком драконе без седла. Подчинив магией его волю (которая опять же была покрепче, чем у этого конька) и направляя в нужную сторону.

Да и на самом деле за все те годы, что я помнила, начиная с момента, когда очнулась со стертой памятью, мне и не такое приходилось делать.

Хотя, если честно, то все еще было непривычно говорить не «Вайлет Кримсон», а «Я». Потому что хоть магическая программа и установила в мой мозг резервную копию воспоминаний, я так и не слилась с ними в одно целое.

Как у меня это получилось? Сама не знаю. Но каким-то образом я смогла удержать в руках то свое «Я», которое было у меня с того момента, как мой лоб ударился о мраморную плитку бального зала. Просто потому, что я поняла одно: ни за что, ни при каких обстоятельствах я не стану злодейкой, которую ненавидела на протяжении чтения книги «Сумеречный отбор»! Изо всех сил ухватилась за ту себя, которой хотела быть.

В результате, когда я проснулась утром, то многие воспоминания Вайлет Кримсон были в моей голове. Не только знания и магические умения. Не только понимание того, кто есть кто…

Но и другие воспоминания. Болезненные, горькие, страшные. Воспоминания о том, что мне приходилось переживать всю свою жизнь, начиная ото дня, когда я очнулась, не помня ничего, кроме своего зеркального дара. И, если честно, то я была на грани. Наверное, восприми я сразу ВСЕ свои воспоминания, осознай я каждое из них — то в самом деле бы потеряла свою личность из прошлой жизни. Она бы просто не вынесла всей этой боли и сдалась, отступив перед ней. Тем самым позволив мне снова утонуть в черной ненависти, злости и отчаянии.

К счастью, этого не произошло. Каким-то образом мне удалось… сдержать немалую часть воспоминаний. Я осознавала, что они все еще где-то там, внутри моей головы, только вот эта память оставалась неактивна. И да, еще раз да, среди этой памяти было немало важного, что имело прямое отношение к происходящему на Сумеречном отборе! Но именно благодаря тому, что эти воспоминания все еще оставались запечатанными, мне удалось сохранить свое прежнее «Я» и избежать обратного превращения в стерву-злодейку. Что же касается того, как быть дальше… то думаю, позже, со временем, можно будет попытаться разблокировать и эти воспоминания. Но не сейчас, а только тогда, когда я на подсознательном уровне переварю должным образом все то, что УЖЕ свалилось на мое сознание. И буду уверена, что после открытия оставшейся памяти смогу все равно сохранить себя.

Ну а пока что у меня было главное на текущий момент: магические умения Вайлет Кримсон…

Нет, МОИ магические умения.

Используя которые, еще и помня события из книги, еще и имея подсказку в виде шпаргалки от Бартимуса — я точно с легкостью пройду это испытание!

…Вот черт, типун бы мне на язык! Ни с того ни с сего из впадины, над которой я проплывала, на меня выскочил огромный спрут, собравшийся то ли задушить, то ли отхентаить меня своими щупальцами!

Ну уж нет, голубчик, ты немного жанром ошибся! Я тут в женском фэнтези с отбором невест для симпатичного короля, а не в каком-то хентайном аниме про тентакле-монстров!

Так, хоть бы не облажаться, хоть бы не облажаться! Иначе будет мне финита ля комедия. Ведь пускай, проснувшись после частичного восстановления памяти, я и занималась в тренировочном зале, но еще ни разу с тех пор не применяла боевые заклинания в полевых условиях. Против настоящих монстров. Еще и под водой. А значит, второго шанса у меня наверняка не будет.

Сосредоточившись, я сплела в своей руке заклинание, выстрелившее в спрута большой и острой, как лезвие ножа, ледяной глыбой, которую создала из воды вокруг меня. Полетев стрелой навстречу чудовищу, она пронзила его насквозь! И там, где вышла наружу, вместе с ней вырвалось и облако темной крови. Еще пару секунд монстр по инерции плыл вверх, ко мне… а потом, замедлившись, начал медленно опускаться на дно.

Фух, кажется, получилось. Но если на первый раз пронесло, это еще не повод расслабляться!

Вскоре перед моими глазами показались холодные руины когда-то процветавшего города, нынче полностью погребенного под толщей воды. Крепостная стена с въездными вратами, витиеватые улочки, затейливые дома, нынче понемногу крошащиеся под действием морских волн. И все равно до сих пор крепкие и красивые. Настолько, что можно было бы подумать, здесь взаправду живет какой-нибудь народец морских людей, спокойно гуляющих по этим улочкам, но сейчас просто спрятавшийся из-за приближения чужака.

Свою главную цель — покинутый дворец — мне тоже долго искать не пришлось. Он возвышался в самом центре города, и с той высоты, на которой я плыла, мне быстро удалось его рассмотреть, несмотря на полумрак, царивший в морских глубинах. Подплыв поближе, я оставила своего морского конька на дворцовой площади, дав ему ментальную команду дожидаться меня здесь. И, сплетя заклинание для подсветки, ступила в наполненные соленой водой дивные коридоры, украшенные резьбой, мозаиками, лепниной и фресками, все еще красивыми и яркими.

Сверяя то, что помнила об испытании из книги, с инструкцией, которую мне прислал Бартимус, я пришла к выводу, что ловушка ждала меня на третьем повороте коридора, пойди я влево — как было сказано в письме. Тогда бы я, скорее всего, угодила в какую-нибудь клетку, сделанную из материала, неуязвимого для магии, или что-то вроде того. То есть, скорее всего, меня запихнули бы в нечто, откуда я не смогла бы выбраться. И в конце концов, когда истекло бы максимальное время действия заклинания, позволяющего мне находиться под водой, за мной послали бы спасательный отряд. Главной целью которого по факту было бы ткнуть в меня пальцем и заявить, что я — мошенница, которой сливали информацию о прохождении испытаний.

Но благодаря прочитанному в книге я была в курсе, куда идти точно не следует. Поэтому вообще обошла тот коридор десятой дорогой.

— Да твою ж мать! — вскрикнула в панике я, когда войдя в одну из проходных комнат, увидела пусть небольшую, зато чрезмерно зубастую акулу, которая бросилась на меня из темноты! К счастью, заклинание ледяного копья, которым я прикончила спрута, с ней тоже прекрасно сработало. И уже через пару минут, уняв сердцебиение после такого-то скримера, я продолжила путь, то и дело убивая разных чудо-юд и открывая скрытые проходы, о которых хоть и говорилось в инструкции, но проверять сама я их не ленилась. А то мало ли где еще мне могли припрятать сюрпризы.

— А вот и ты, моя прелесть! — удовлетворенно захихикала я, когда открыв очередную тайную комнату, увидела в самом ее центре, на мраморной колонне, сапфировое ожерелье. Не спеша радоваться раньше времени, я проверила пространство вокруг него. И, обезвредив парочку охранных заклинаний, которые доставили бы мне проблем, не заметь я их — наконец взяла заветный предмет.

Теперь дело за малым: поскорее вернуться.

Благо обратный путь был проще. Во-первых, я уже точно знала, куда идти… ну, либо плыть. Во-вторых, все недружелюбные морские жители на этом пути уже были благополучно устранены. Да-да, парочка новых все же приплыла за то время, что я ходила туда-сюда, но я уже немного наловчилась и легко расправилась с ними при помощи ледяного копья.

Того и гляди, такими темпами в самом деле одержу победу на отборе и выйду замуж за короля!

Хотя… сдался мне этот король вообще? Нет-нет-нет, я этого баклана точно не выдержу, в гробу видала супружескую жизнь с таким невыносимым гадом! Еще и непонятно почему бегающим по дворцу, забрызганным кровью! Пусть его главная героиня себе забирает. А мне бы просто выжить во всей этой катавасии, чтоб не прикончили ни враги, ни «союзники». И если дадут — то хотя бы в ссылку свалить в какое-нибудь место с хорошим климатом. Ну или хотя бы не в шахты где-нибудь на севере королевства — уже спасибо. Тем более с учетом всего того списка своих заслуг, которые я теперь вспомнила!

Выбравшись из дворца, я с облегчением вздохнула, обнаружив своего морского конька на прежнем месте. Продолжая держать ожерелье в руке, оседлала «одноногого водного скакуна» и погнала его вперед. В направлении, которое вычисляла, ориентируясь на магические поля. И в конце концов увидела над своей головой дно корабля, где очевидно меня и ждали на финише.

— Спасибо, дружище, — улыбнулась я, отпуская конька и снимая с него чары. Освободившись от действия заклинания, тот моментально дал деру, оставляя меня одну, с зажатым в руке ожерельем.

Тяжко вздохнув, я посмотрела на таймер, все еще остававшийся пристегнутым на ремешок к моему запястью. Что ж, не идеальное время, но уж точно не худший результат, который будет за сегодня, даже с учетом намеренного проигрыша Анжелы!

Расплетая на ходу заклинание для пребывания под водой, я наконец вынырнула, вдыхая полной грудью самый обычный и оттого такой сладкий воздух. А моя рука, поднявшись над водой, продемонстрировала распорядителям отбора сапфировое ожерелье.

Как и в книге, Анжела вылетела из отбора после пятого испытания. И, не теряя времени, огласила о своей помолвке — чтобы, покинув королевский замок, не возвращаться в отчий дом, где ее ждали бы скандалы и прочая нервотрепка. А вместо того поехать жить уже к своему новообретенному супругу.

По этой же причине молодые не стали медлить и со свадьбой, назначив ее через два дня после испытания. Конечно же, меня, по понятным причинам, в списке приглашенных не было. И я очень сильно совру, если скажу, что меня это ни капельки не расстроило! Когда я читала книгу, Анжела как персонаж мне очень нравилась. Так что я хотела бы вживую побывать на ее свадебной церемонии, которая описывалась как скромная, но очень красивая и трогательная. Тем более что до свадьбы Лии с королем я не дочитала, поэтому в конце истории (если до него, конечно, доживу) не смогу ощутить это чувство — когда в жизни видишь то, о чем читала в книге. Это ведь было даже круче хорошей экранизации! Полное погружение в счастливую свадьбу любимых персонажей…

И почему именно я здесь — злодейка, которую все ненавидят? Ну блин, так же нечестно!

Поэтому все, что мне оставалось, это тихонько пробраться к месту проведения праздника в королевском саду. А там притаиться за яблонькой и наблюдать издалека за невероятно трогательной церемонией. Жаль того, что все остальные смотрели на нее с близкого расстояния, а у меня отсюда даже платье невесты как следует рассмотреть не получалось! При этом то, что я видела, не оставляло сомнений в том, что платье просто нереально красивое! Пышное, воздушное, с кружевами и огромной фатой!

Нет, не могу!

В конце концов сорвавшись, я решила-таки рискнуть и подобраться поближе. Прячась то за одним кустом, то за другим, сменила дислокацию, чтобы получше видеть невесту вместе с ее подружками. Тем более что церемония уже закончилась, немногочисленные гости веселились, увлекшись своими делами. Авось меня никто и не заметит!

— Ничего, зато у тебя все получилось, и ты теперь счастлива, — вздохнула Зара, скрестив руки на груди. — А твой отец с той праведной профурсеткой пусть подавятся своим наследством.

— Конечно, ты права, — пожала плечами Анжела, немного нервно покручивая в руках бокал с игристым вином. — Но меня все равно бесит то, что она не просто имеет ВОТ НАСТОЛЬКО большое влияние на отца. А еще и то, что теперь, когда он лишил меня наследства, все достанется этой вертихвостке! То есть она добилась своего.

— Ну, не совсем, — подмигнув, подметила Лия. — Своего она бы добилась, если бы ты стала королевой, и они бы смогли, вертя тобой, как своей куклой, получать от королевского двора то, что нужно им… а точнее — то, что нужно Софии. Представь себе только, что бы она там наворотила, имея при дворе такой рычаг влияния. Но вместо того ты вырвалась из их сетей.

— И я, если честно, тебе даже завидую. Без шуток, — печально вздохнула Лили, топя взгляд в бокале красного вина. — Я вообще не хочу не то что становиться королевой… даже на этот отбор ехать не хотела.

— Ты о… — нахмурила брови Лия.

— Да, о том парне из соседнего поместья, Адриане, — поникла милашка. — Я уверена, что тоже нравилась ему. Но когда у меня появился этот знак на руке… родители просто голову потеряли, уже представляя, что их дочь станет королевой и поможет вернуть роду былое величие. И я все еще боюсь, что они живьем меня сожрут, если проиграю. Только в отличие от тебя, Анжела… Я не то что не уверена, захотел бы Адриан на мне жениться. Но еще и без понятия, захочет ли он видеть меня теперь — после того, как я побывала участницей королевского отбора, даже если я его проиграю. Скорее всего, теперь заявит мне что-то вроде: «А-а-а-а, вот и наша Лили? Что, с королем не вышло — решила снова посмотреть на запасной вариант в виде меня?». И я пытаюсь утешать себя тем, что смогу ему все объяснить. И тем, что если я ему в самом деле нравлюсь, то он должен понять мое положение. Только вот к моменту моего отъезда в столицу наши с ним отношения были еще далеко не на том уровне, чтобы быть хоть в чем-нибудь уверенной и на что-то особо рассчитывать. Может, у нас бы ничего не сложилось и без моего отъезда на отбор… но он мне в самом деле нравится, — не выдержав, всхлипнула девушка.

— Ох, дорогая, — покачала головой Виктория, приобняв ее за плечи. — Понимаю, самой не легче. Я сейчас вообще замуж не хочу, да и наш король, при всех его достоинствах, этого желания во мне не пробудил. Но разве позволят мои родители, чтоб из дочь из знатного рода да открыла ресторан? Нет-нет-нет, в их понимании девушка обязательно ДОЛЖНА именно выйти замуж, причем составить хорошую партию, чтоб потом исключительно вышивать, читать «правильные книги» и играть на рояле! А меня уже тошнит от того рояля, и я на нем играю просто ужасно! Зато когда готовлю… недавно пробиралась на дворцовую кухню, так мою стряпню похвалил даже королевский шеф-повар, представляете? Сказал, что у меня редкий талант, а мои авторские блюда — это вообще нечто. Только вот родители хотят, чтобы я похоронила этот талант под тем чертовым роялем!

— Та же напасть, подруга, — печально вздохнула Агата. — Я ведь уже говорила, что мечтаю открыть в столице собственное ателье и создавать самые шикарные наряды в королевстве? Но родители скорее удавятся, чем мне это позволят. Разве что попаду в первую тройку и получу призовые деньги. Тогда пусть и удавятся на здоровье, не вернусь домой! Призовых хватит на помещение, базовое оборудование и материалы для первых нарядов, с продажи которых смогу отбить все с лихвой и начать понемногу расширяться, набирать штат…

Ах да, точно, я ведь читала об этом! Агата с Викторией также, как и Лия, участвовали в отборе только ради призовых денег, при этом все три не хотели становиться королевами. Но в итоге шло к тому, что после гибели Вайлет останутся как раз они трое. Лия же полюбит короля, и подруги с радостью ей уступят, взяв желанные призовые деньги за второе и третье место. В то время как Лия, вместе с деньгами за победу, которые нужны на лечение ее больного отца, получит и обручальное кольцо.

К слову да, до той самой смерти Вайлет согласно сюжету оставалось-то всего три испытания отбора! В первом из них проигрывала Кетрин, во втором Лили, а в третьем Зара. После чего оставались Лия, Виктория и Агата.

Ну вот, прекрасно! Теперь я лишний раз вспомнила, как на самом деле немного страниц мне оставалось до своей канонической смерти.

— Надеюсь, у тебя все получится, — тем временем вздохнула Кетрин, похлопав Агату по плечу. — А вот что должно получиться у меня — я даже не представляю.

— Ты о том, что?.. — протянула Лия.

— Да, — горько выдохнула девушка. — О том, что если проиграю на отборе, то разочарую отца. Ему всегда, всю мою жизнь, было важно видеть меня везде первой. И когда на моей руке появился этот знак… Самое худшее, что в отличие от вас, девочки, я… Я просто не хочу его разочаровывать. Боюсь разочаровать. Боюсь упасть в его глазах. Боюсь того, каким после этого будет его, именно его мнение обо мне. Всю жизнь он был для меня примером для подражания. Задавал ту планку, которую хотелось перепрыгнуть, превзойти… но ни в коем случае не разочаровать. И вот теперь… Поначалу я надеялась, что влюблюсь в короля и буду рада победить, стать его королевой. Но чем дальше, тем больше понимаю, что он вообще не интересует меня как мужчина. И если я не разочарую отца, если одержу победу на отборе… то мне придется жить с этим человеком как с мужем всю оставшуюся жизнь. Конечно-конечно, аристократке грех жаловаться на брак по расчету, а не по любви — это ведь в порядке вещей для таких, как мы! Но все равно… Вот такая я дура, — печально всхлипнула девушка.

— Ты не дура, Кет, — охнула Анжела, крепко ее обняв. — Это нормально — иметь собственные чувства.

— Да уж, я себя на вашем фоне просто сволочью чувствую, — тяжко вздохнула Зара. — Меня никто не заставлял участвовать, и замуж за короля я не хочу. Просто мне интересен сам отбор, сами испытания. Проходить их одно за другим, состязаться, проверять пределы своих возможностей… Мне не было так весело со времен академических турниров, когда я была студенткой! А для меня-то эти два года после выпуска показались целой вечностью! Но не волнуйтесь, девчата! Призовые деньги мне не нужны, так что выше четвертого места в любом случае не полезу и отбирать их у тех, кому они действительно нужны, не стану.

— А знаете, что самое смешное? — внезапно захихикала Анжела. — Кажется, единственная, кто из нас всех в самом деле из штанов выпрыгивает, как хочет стать королевой, это… ВАЙЛЕТ?! — взвизгнула невеста, увидев меня в тот самый момент, когда я, немного не рассчитав, слишком сильно наклонилась вперед, пытаясь получше рассмотреть вышивку на ее платье. И, как результат, вывалилась из-за куста в считанных метрах от них!

Да уж, наверное, я перестаралась, когда хотела подойти к ним чуточку поближе.

— Что ты здесь делаешь? — строго выпалила Лия, заступая собой остальных девушек. — Насколько я помню, тебя на эту свадьбу не приглашали.

— Ой, простите, я случайно! — пробормотала я, немного по-дурацки поднимаясь на ноги и отряхивая платье.

— Случайно? — закашлялась главная героиня. — Случайно оказалась на свадьбе, куда тебя не звали?

— Случайно вот здесь свалилась, — продолжала я, чувствуя себя еще более нелепо. — А пришла сюда… да, не случайно. Просто хотела на свадьбу посмотреть.

— И с какой же стати тебе смотреть на мою свадьбу? — насторожилась Анжела. — Что ты хотела здесь выкинуть?

Ну да, ну да, чего еще от меня-то могут ожидать другие участницы отбора?

— Наверное, если я скажу, что в самом деле просто хотела бы с вами подружиться… вы мне не поверите?

Судя по обалдевшим лицам девушек, то да, они мне не поверили! Хотя, конечно, на их месте я бы тоже не поверила Вайлет Кримсон, которая внезапно начала высказываться как Твайлайт из «Май литл пони».

— Извините, я понимаю, как это выглядит. Наверное, мне в самом деле лучше было сюда не приходить. Еще раз простите. Анжела, поздравляю со свадьбой, я очень рада за тебя, — невнятно пробормотала я, пялясь в пол. И пока ошарашенные участницы королевского Отбора подбирали челюсти с садового газона — быстренько дала деру.

Отбежав достаточно далеко, я присела на скамейку и откинулась на ее спинку, стараясь привести мысли в порядок. Да уж, было бы неплохо в самом деле поладить с остальными девочками. Того и гляди, это бы повлияло на итоговую судьбу вчерашней злодейки, в голове которой внезапно проснулась ее «добрая личность из прошлой жизни».

Кстати… Интересно все же, почему это случилось? То есть почему в этой версии реальности я стала нынешней собой, я не осталась прошлой Вайлет? Ведь дело тут было явно не в простом ударе головой о мраморный пол. Как-никак, в книге «Сумеречный Отбор», прочитанной в прошлой жизни, я в тот момент тоже падала и целовалась с половым покрытием. Но во вселенной, которая описывалась в той истории, я осталась прежней и продолжала выполнять роль злодейки без малейших корректив сюжета.

Тогда что же пошло не так? Что заставило мою личность из жизни, где я читала книгу об этом отборе, пробудиться именно здесь и сейчас?

Вопрос в самом деле не последний. Возможно, именно от ответа на него зависит, смогу ли я выжить в конце. И на фоне всего того, что я вспомнила, найдя шкатулку, эта информация точно будет не лишней. Черт, да сейчас любая информация будет не лишней! Хотя бы потому, что для начала я теперь четко знала, какую дрянь успела наворотить до того бала, открыв пресловутую Дверь Хаоса. Ведь теперь мне об этой двери было известно не просто абстрактное «это что-то плохое и темное-злодейское, у-у-у-у!».

Нет. Благодаря возвращенным воспоминаниям у меня была четкая информация о том, что Дверью Хаоса называли самый что ни на есть настоящий портал в Мир Теней. А конкретнее — на тот темный и жуткий уровень Потусторонья, где обитали самые опасные и ужасающие сущности, когда-либо существовавшие во всех измерениях. Среди которых и загадочный Король Теней: могущественное существо, порожденное Бездной и черпающее силы из всего, что имело в своем корне темную энергию. Словно феодал, собиравший дань со своих подданных…

Хотя нет, скорее нынешняя я сравнила бы это с компьютерным игроком в классическую стратегию с видом сверху, вроде пресловутых «Героев меча и магии», в которой игрок автоматически регулярно получает в свою казну ресурсы со всех захваченных шахт.

К счастью, Король Теней не мог проникнуть в наш мир через Дверь Хаоса, которую я ранее открыла — так же, как Дуэйн «Скала» Джонсон не сумел бы пролезть в соседнюю комнату через мышиную нору.

Пока что не мог.

Потому что главной задачей тех, кто стоял надо мной, было использовать Дверь Хаоса в сложной и запутанной многоходовочке, конечной целью которой стояло как раз расширить мышиную норку до огромных врат. Через них Король Теней уже смог бы спокойно пройти из Мира Теней в наш мир, чтобы подчинить его себе.

Не последнюю роль во всем этом плане должны были сыграть Семь Грехов, которых Бартимус призвал после открытия Двери Хаоса и подчинил себе. А еще для этого нужна была кровь носителя дара Божественного света. Взятая из разрезанного горла, естественно.

Вот только загвоздочка, деталей плана и особенностей взаимодействия Бартимуса с Грехами я не знала. Так же, как и того, кто вообще Бартимус такой на самом деле. Более того, до начала всей этой истории с подслушиваниями мне не было известно о том, что я вообще имею дело с Грегором Бартимусом. Все приказы и распоряжения мне отдавал напрямую мой отец, сообщивший мне, что я буду получать во дворце письма от своего союзника, который поможет мне, используя свои каналы, победить на Отборе невест. А еще будет говорить, что делать и как, ради воплощения великого семейного плана. Только вот того, кто этот союзник, он мне не сообщил.

Возможно, об этом хоть немного говорилось в запечатанных воспоминаниях, но сейчас я бы все еще не рискнула доставать их из того ящика в моей голове, где они пока что лежали.

И точно так же я пока не знала наверняка, почему же именно мне было поручено такое важное дело, как открытие Двери Хаоса. Но не исключаю, что ответ кроется в причине того, почему в детстве моя память была полностью стерта. А если так, то скорее всего, этого ответа нет даже в тех заблокированных воспоминаниях, и мне придется полностью искать его самой, если я в самом деле собираюсь изменить сюжет и выжить.

Однако кое-что занятное в вернувшихся ко мне воспоминаниях было. А именно — сведения о еще одной, секретной копии гримуара Пяти Теней, которая хранилась в фамильной библиотеке столичного поместья рода Кримсон. До которой я теперь собиралась при первом удобном случае добраться.

Хотя что интересно… Если у «моей команды» есть своя личная копия гримуара, почему же тогда Тадеус решил забрать себе ту, которая лежала в королевской библиотеке, а не, допустим, просто испортить книгу? Неужели у них нет доступа к той, что хранится в особняке моей семьи?

И почему Бартимус тогда предлагал ему поставить гримуар на место, если позже повредил заветные страницы в оригинале? Возможно, не хотел пока что привлекать внимания к этой книге? Но ведь король и так очевидно догадывается, что в ней заинтересованы, раз поставил на эту книгу сигнальное заклинание. А что, если Тадеус, будучи явно не согласен с методами Бартимуса, решил немного насвоевольничать, и в итоге это скорректировало планы того хмыря?

Странная история.

А еще страннее от того, что даже сейчас у меня так мало сведений об этой сюжетной линии.

Тяжко вздохнув, я встала со скамейки и осмотрелась. За то время, что я здесь сидела и рефлексировала, уже успело стемнеть. И судя по звукам, доносившимся из той части, где праздновали свадьбу Анжелы, собственно праздник уже закончился, молодых проводили, и теперь прислуга прибиралась, в то время как остальные начали расходиться кто куда — по домам либо по своим дворцовым покоям.

И тут я, выдохнув, отыскала взглядом то самое место… где сегодня, согласно сюжету книги и письму от Бартимуса, на Лию должна была напасть Зависть. Я прекрасно помнила, что волноваться не о чем. Во-первых, к ней на помощь придет король. Во-вторых, хоть я и вспомнила, как могу наслать на Лию темную энергию из Двери Хаоса, но, естественно, не стану этого делать.

Тем не менее я все равно решила притаиться где-нибудь в кустиках и убедиться, что с главной героиней все будет в порядке. А заодно вживую романтичной сценой полюбуюсь!

…И все же интересно, а где все это время скрывалась Зависть с того дня, как по приказу короля начались поиски той горничной?

Мои размышления прервала Лия, показавшаяся в поле зрения. И, конечно же, шедшая к тому самому месту, где, согласно описанному в книге, на нее и напали. Я же, сосредоточившись, затаилась в своем убежище в кустах, наблюдая за каждым ее движением.

Да, верно, все было как и в книге. Ни о чем не подозревая, девушка просто шла по садовым дорожкам. Перед этим она немного задержалась — другие участницы уже разошлись по своим покоям, но она вызвалась помочь Анжеле и собрала все подарки, которые гости преподнесли молодоженам, чтобы отправить их с посыльным в дом новоиспеченного мужа подруги, тем самым освободив обоих от этого занятия и позволив поскорее уединиться.

Сейчас, в этой части сада, через которую лежал путь к ближайшему входу в корпус, никого не было. А Лия, вдохновленная красивым праздником, неспешно шла и, насколько я помню, должна была сейчас мечтательно думать о том, что, возможно, когда-нибудь и у нее тоже будет такая чудесная свадьба. Причем в книге она в этот момент случайно представила на месте жениха Роберта Амстора и, покраснев, ускорила шаг…

Интересно, когда же будет тот самый момент? Хотелось бы увидеть то ее смущенное личико, которое так забавно описала авторка в книге! Но его все не было и не было.

Как вдруг из темноты, со стороны корпуса, на нее выпрыгнула ловкая тень, в которой угадывались очертания стройной девушки!

Хо, уже? А как же милое смущенное лицо Лии?!

Однако я не успела должным образом посожалеть о том, что так его и не увидела. Потому что тень тут же атаковала девушку темно-зелеными плетями… в которых я узнала змей! Длинных, гибких, словно вырывающихся из плоти нападавшей.

Зависть. Без сомнения, это она!

Моментально среагировав, Лия начала выставлять щиты и уклоняться от змей, вот только и нападавшая не уступала! Пускай девушка и не была ослаблена (на что та очевидно рассчитывала), но Зависть тоже оказалась не робкого десятка. И, встретив достойное сопротивление, увеличила количество змей, нападавших на Лию, до трех.

Я же… я начала понемногу паниковать. Потому что по сюжету, почти сразу после начала нападения, на защиту Лии должен был выскочить король, который спугнул бы нападавшего и тот, оставив свое задание, скрылся бы в ночи, пока сам Роберт оказывал бы помощь бедняжке, не способной даже устоять на ногах. И которую бы он понес на руках в лазарет, где просидел бы с ней всю ночь до утра, держа за руку.

Так вот… да, именно! Как и смущенного лица Лии, этого момента все не наступало и не наступало! Лия лишь продолжала отбиваться от очевидно очень сильного противника, а помощь все не подоспевала. Но не понимаю, почему?..

Черт.

Черт-черт-черт! Как же, НЕ ПОНИМАЮ!

Сначала — танец на балу, который Роберт случайно станцевал со мной, а не с Лией.

Потом они должны были пересечься в тот день, когда я впервые завалилась в кабинет короля со своими заговорами, и, похоже, в результате он как-то изменил свои планы, так что не столкнулся с Лией в следующем сюжетно важном для их отношений моменте.

Еще одна такая встреча должна была состояться…

Вот блин, точно! Как раз в тот вечер, когда Роберт вызвал меня в свой кабинет, чтобы доложить о результатах после моего рискованного донесения о заговоре. А заодно и сообщить мне о том, что оригинал гримуара Пяти Теней поврежден.

Получается… Я что же, случайно сорвала три самых важных момента в формировании отношений героев? И теперь, когда по изначальному сюжету Роберт должен был незаметно пойти следом за Лией после свадьбы, чтобы поговорить с ней в саду наедине, а вместо этого стал свидетелем нападения и спас ей жизнь…

Теперь он просто не искал с ней встречи этим вечером, следовательно, и за ней сейчас не шел, чтобы сейчас спасти?

А-а-а-а! Дырявая моя голова! Как я вообще могла наворотить таких глупостей? Неужели из-за всего этого… Лия и Роберт все еще не начали влюбляться? Черт, и что мне теперь делать? Как толкнуть их в нежные объятия друг друга?

Но что самое главное, как сделать так, чтобы Лия до следующих возможных нежных объятий вообще дожила? Потому что сейчас вот Зависть неслабо так на нее наседала, добавив еще пару змей в атаку… И одна из них чуть не зацепила девушку, едва не укусив ее запястье!

Нет, хрен с ним, все равно вариантов негусто!

Скрипнув зубами, я выскочила из кустов и побежала прямо к месту столкновения. Где, раскрыв щиты, начала вместе с главной героиней отбивать атаки змей, которые извивались, все стремясь прикончить теперь уже нас обоих.

— Какого черта?! — закричала Зависть, таращась на меня.

— Вайлет? Что ты делаешь?! — растерялась Лия, вытаращив глаза.

— Не спрашивайте. Обе! — огрызнулась я, со злости начав так интенсивно бомбить Зависть атаками, что та даже немного отступила. Только вот ее замешательство было недолгим, и горничная снова усилила напор. Вот же проклятье! Какая шустрая. И это она меня одними своими змейками так прессует? Что тут скажешь, не зря грехи из Семерки считались одними из опаснейших духов!

— Почему девчонка все еще не ослаблена? — злобно прошипела Зависть, выбрасывая на меня новую змею, которую я едва успела блокировать.

— Потому что мне так захотелось, — прорычала я в ответ, направляя на горничную сгусток пламени… от которого она уклонилась, подставив под заклинание одну из своих змей. Но та, взорвавшись, тут же заново выросла прямо из ее ладони!

— А почему ты сейчас мешаешь мне ее прикончить хоть так?! — выпалила она, атакуя по новой.

— Потому что мне тоже так захотелось, — рявкнула я…

И, похоже, мой ответ Зависти не понравился. Потому что меня укусили! И тут же я услышала голоса. Тысячи голосов.

Родителей. Друзей семьи. Союзников. Соратников. Подчиненных. Всех тех людей, которые приходили в дом отца, закрывались в его кабинете и подолгу вели беседы, как они говорили сами, не предназначенные для моих ушей. И которые я подслушивала через зеркала:

— Я не сомневаюсь, что он сможет взять под контроль даже Короля Теней.

— А если у него снова не получится?

— ТОГДА у него почти получилось, но ему помешали.

— Мы должны попытаться снова, второй такой шанс выпадет не раньше, чем через тысячу лет.

— С таким оружием, как сила Короля Теней, мы станем неуязвимы. Не только Карверот, но и весь мир будет наш.

— Род Амсторов заплатит за наше унижение.

— Пора вернуть его, чтобы он овладел силой Короля Теней и завершил начатое.

— Главное, чтоб девчонка снова не догадалась ни о чем раньше времени…

Как вдруг этот хор голосов прервала вспышка белоснежного света, которая пробилась к моему сознанию сквозь пелену мрака! Распахнув глаза, я увидела Лию, из сердца которой разлеталось хрустальное сияние. Чья волна, достигнув Зависти, моментально вырубила ее. Но что самое главное, я ощутила, что боль из руки, укушенной змеей, ушла. И на том месте, где яд уже начал отравлять меня, позеленевшая было кожа снова стала самой что ни на есть нормальной.

— Лия, что с тобой?! — закричала я, подбежав к девушке, которая, резко перестав светиться, без чувств полетела на землю.

— Я… не знаю, — пробормотала она, касаясь рукой головы, которая шла кругом. — Ничего не понимаю, что… Та девушка!

— Кажется, она без сознания, — медленно проговорила я, бросив взгляд на горничную.

Убедившись, что Лия способна усидеть самостоятельно, я подошла к Зависти, которая валялась на травке, раскинув руки в стороны, и приподняла ее.

Дышит.

Не теряя времени даром, я выломала магией несколько веток из ближайших кустов и трансформировала их в веревки, которыми связала девицу по рукам и ногам. А затем скомандовала Лие:

— Так, ты бери ее за ноги, а я за руки.

— Зачем? — закашлялась главная героиня.

— Догадайся. — Я закатила глаза. — Отнесем ее в кабинет к королю. Думаю, он захочет лично осмотреть эту барышню. Более того, сам решит, кому из своих людей доверяет достаточно, чтобы препоручить такого ценного пленника.

— Хорошо, — растеряно кивнула Лия и все же взяла горничную за ноги, чтобы вместе со мной потянуть ее к кабинету его величества, который, надеюсь, сейчас в самом деле будет на месте, и нам не придется еще битый час дожидаться, пока он придет.

И все же занятно получается. Изначально по сюжету книги Зависть убегала, так и не показав своего лица ни Лие, ни королю. Более того, выходит, все еще продолжала незаметно действовать в роли дворцовой горничной, ведь я-то ее не должна была сдавать с потрохами. Следовательно, и в розыск ее не объявляли.

Тут же она, осуществляя нападение на Лию, долгое время пряталась непонятно где и как, вероятно, оставаясь на территории дворца, но никому не попадаясь (какие-то тайные комнаты-коридоры, что ли?). А сейчас, в отличие от книги, не сбежала. Вместо того Лия, насколько я поняла, огрела ее своим Божественным светом, который сработал автоматически. Скорее всего, главная героиня даже сама не осознала, что именно произошло. При этом в результате свет не только отрубил Зависть, но еще и… исцелил меня от укуса ее змеи? Если так, то мне чертовски повезло!

Но вопросов все равно слишком много.

— Ну вот, так и знала! — выругалась я, когда на пару с Лией «поцеловала» закрытую дверь королевской приемной. — Что-то он рано сегодня с поста ушел.

— Наверное, это из-за свадьбы Анжелы, — предположила главная героиня. — Он ведь там присутствовал.

— Ах да, точно, — припомнила я.

Только вот интересно, куда же он пошел, если не следом за Лией, чтоб встретить ее одну в саду и с ней поворковать?

— Тогда… Ты подождешь здесь вместе с этой девушкой, а я сбегаю поищу кого-нибудь, кто может позвать его величество? — протянула главная героиня, явно раздумывая над тем, не слиняю ли я куда-нибудь с пленницей? Но, видимо, пришла к выводу, что раз я сама помогла ее поймать и пришла на помощь в непростом бою, то, наверное, не стану этого делать.

— Да, давай, только быстрее. А то я понятия не имею, что сделает эта мадам, если проснется, — кивнула я. И Лия, обменявшись со мной взглядами, убежала.

Что ж, остается ждать. Тем не менее один плюс был: я поймала Зависть до того, как она сбежала и, следовательно, растрепала Бартимусу, что я — УПС — немножечко их тут предаю.

Правда вот, отсюда выплывает и огромный минус, о котором я подумала только сейчас: она ведь, черт возьми, вот сейчас, попав на допрос к королю, может точно так же выдать ему то, что я состою в сговоре с теми, кто мутит всю эту воду! И тогда мне вполне закономерно может настать кирдык.

В таком случае… Вероятно, единственное, что я могу сейчас сделать, это попытаться перетянуть Роберта на свою сторону. Рассказать ему все, что мне известно на этот момент об этом заговоре после того, как в мою голову подгрузилась часть старых воспоминаний. Минусов у этой идеи, конечно же, было крайне много. Особенно, когда он мне, мягко говоря, совершенно не доверял. И точно так же может не поверить сейчас, только в темницу запихнет. Где, того и гляди, бывшие союзнички до меня оперативненько доберутся.

Но разве у меня есть другой выход, когда?..

— Что… происходит? — услышала я слабый шепот под своими ногами.

Примерно из того места, где находилась голова лежащей на полу горничной.

Черт! Она что, уже очнулась?

— К тебе тот же вопрос, детка, — протянула я, осторожно присев рядом с ней. —Хочу тебе сообщить, что ты задержана, и в любом случае я не собираюсь тебя отпускать к твоему хозяину.

— Какому еще хозяину? — растерянно охнула горничная, начав осматривать все вокруг обескураженным, потерянным взглядом. — Где я? Что вы хотите со мной сделать? Пожалуйста… Мне страшно!

— Погоди-ка, — насторожилась я. — А ты… вообще кто такая?

— Кто? — всхлипнула девушка. — Я Элиза, Элиза Мирдрет. Я просто горничная, пожалуйста, не делайте ничего… со мной…

— Успокойся, если ты сейчас говоришь правду, то никто ничего с тобой и не сделает, — перебила я. — Просто помолчи минутку.

В ответ на мои слова горничная еще больше запаниковала. Я же задумалась.

Неужели… неужели Божественный свет, который частично пробудился у Лии, не просто отрубил Зависть, а… Изгнал ее?

И тут я села на пол, схватившись за голову.

Проклятье, так вот в чем дело! Вот как Зависть оказалась во дворце! Бартимус не создавал для нее подставную личность и не внедрял сюда как своего агента. Он воспользовался одной из девушек, работавших здесь! Просто подселил в ее тело Зависть, призванную из Мира Теней, и та полностью взяла служанку под контроль. При этом, используя ее тело, могла и пользоваться своими силами со змеями с их особым ядом.

Но если так, то получается, что…

Во-первых, эта девушка освобождена и, похоже, теперь ничего не помнит как минимум о том, что делала, пока была одержима.

Во-вторых…

Сюжет.

По сюжету Зависть, насколько я понимаю, действовала из тени на протяжении всей книги. И раскрыть ее, обезвредить должны были только в конце — в какой-то из тех глав, которые я не дочитала.

Но вот теперь все кардинально переменилось, потому что Зависть выведена из строя. Этот член Семерки больше не работает на того, кто зовет себя Бартимусом. Следовательно, он теперь, скорее всего, призовет и подселит следующего из Семи грехов в кого-то либо работающего во дворце, либо человека, вхожего в эти стены, который регулярно здесь бывает. Но вот какой это грех, какими силами тот будет обладать, и в кого он его подселит? Об этом я совершенно не догадывалась. И потому было совсем уж не по себе. От Зависти я, по крайней мере, хоть знала, чего ожидать. Здесь же меня, очевидно, ждал совершенно новый враг с неизвестными возможностями, под новой личиной. Которому, в отличие от раскрытой горничной, не придется скрываться от стражи.

Кстати то, что Зависть именно скрывалась, говорило еще кое о чем: вселившись в тело носителя, грех не может после его сменить. По крайней мере, так просто. И даже Бартимус, всем этим заведующий, не способен на такое по одному щелчку пальцев.

Тем не менее одно я поняла наверняка: сдаваться королю с потрохами пока что рано. Прямая необходимость так рисковать отпала. Элиза уже меня не сдаст — просто ничего не помнит. Я же, думаю, смогу сделать намного больше, если меня не посадят под стражу по приказу короля после всех этих моих признаний.

— Все хорошо, его величество сейчас придет! — внезапно услышала я и, обернувшись, увидела Лию, приближающуюся ко мне по коридору.

— Вот и отлично, — с облегчением вздохнула я. — Наша пленница как раз очнулась. Только вот похоже, она была одержима и теперь, когда из нее изгнали ту дрянь, ничего не помнит. Так что ценность ее как свидетеля немножко поубавилась.

Заметно приуныв от этой новости, Лия села на пол рядом со мной, точно так же обхватив голову руками.

— Знаешь, а ты стала какой-то… немного не такой, — проговорила она, глядя в пол. — Ведешь себя странно, да и что-то давненько от тебя никаких гадостей не было. Приболела, что ли?

— Может, и так, — хмыкнула я, запрокинув голову. — Но… Пока что могу сказать только одно: ты в большой опасности. Так что, пожалуйста, будь осторожна и не ходи никуда одна.

Похоже, мои слова немало обескуражили Лию, и девушка удивленно на меня уставилась, вероятно, намереваясь о чем-то спросить. Но тут из коридора послышались ритмичные шаги, и, обернувшись на них, мы увидели приближающегося Роберта Амстора в компании его секретаря. Как раз в этот момент обе мы, судя по всему, припомнили, что вообще-то сидим на полу! И поспешили вскочить на ноги, чтобы официально сделать реверанс.

Элизу все это, к слову, еще больше перепугало. Тем не менее мы пока не спешили ее развязывать — мало ли.

Пройдя вместе с королем в кабинет, мы первым делом усадили Элизу в кресло, и я дала первое слово ей. Как и ожидалось, ничего полезного бедняжка не сказала, лишь растерянно что-то бормотала о том, что ничегошеньки не помнит после того, как в день после третьего испытания меняла постельное белье в покоях Гюстава Зенкланда.

Склонившись над девушкой, Роберт Амстор несколько минут сканировал ее голову и тело заклинаниями, прежде чем проговорить:

— Что ж, похоже, она не врет. Я ощущаю в ее ауре следы, оставленные чужеродной сущностью, но самой сущности не вижу. Тайлер! — повысил голос король, и в ту же секунду в кабинет вошел секретарь.

— Да, ваше величество?

— Лорд Ричардсон уже здесь?

— Ожидает в приемной, ваше величество.

— Тогда передай ему, чтоб сегодня ночью лично не спускал с этой девушки глаз, — строго приказал Роберт.

— Будет исполнено, — кивнул секретарь.

Развязав Элизе ноги, но при этом оставив связанными руки, мужчина вывел ее из кабинета, оставляя нас втроем.

Далее говорила Лия. Ее рассказ был тютелька в тютельку по сюжету книги до того места, когда вместо Роберта спасать главную героиню прибежала я, главная злодейка! Ну а потом… Потом Лия сказала, что у нее закружилась голова, и она сама не поняла, что случилось, и почему через минуту уже я приводила ее в чувство.

Итак, наша девица в итоге все же не поняла, какой именно дар у нее прорезался?

После того, как она закончила свой рассказ, я заговорила сама:

— В общем, мне и добавить-то особо нечего. Я просто гуляла вечером в саду и увидела, что леди Эмильтон отбивается от напавшей на нее девушки с этими странными змеями. Вот и прибежала на подмогу. Ну а потом, когда Лия уложила ее магической атакой, от которой сама чуть не лишилась чувств — помогла связать пленницу, пока та была без сознания.

— Понятно, — протянул король, и, похоже, по моему взгляду он понял как раз то, что я хотела ему сказать сейчас на самом деле. Потому что после проговорил: — Леди Эмильтон, вы можете идти, спасибо. Завтра с вами еще побеседует следователь, которого я лично назначу.

Сделав на прощание реверанс, девушка покинула кабинет. И тогда мы остались одни.

— Итак, леди Вайлет, что же вы хотели сказать мне лично? — поинтересовался Роберт, подойдя ближе ко мне.

— Во-первых, эта девушка, как вы, вероятно, поняли, и есть та горничная — сообщница Гюстава Зенкланда, которая была одержима Завистью.

— Да, именно такие выводы я сделал, — кивнул король, внимательно глядя на меня и подойдя так близко ко мне, чтобы, склонившись над моим ухом, прошептать: — А во-вторых?

— А во-вторых, у леди Эмильтон проявился Божественный свет, — шепнула я, тоже ему на ухо. Теперь я знала, что Бартимус не может проникать в зеркала, и людей с моим даром у него в команде нет. Но все равно не решалась рисковать. — Она сама этого, похоже, не поняла. Но именно поэтому на нее было совершено покушение.

— И вы догадывались об этом покушении, поэтому следили за ней?

— Верно. Вот только если я сообщу вам источник своих подозрений, не будучи полностью уверенной, что вы мне доверяете, моя жизнь, скорее всего, быстро закончится.

— Но вы ведь понимаете, что сейчас я был бы последним дураком, начни вам доверять? — протянул король, внимательно посмотрев мне в глаза.

— Понимаю, — кивнула я, ощутив, как сердце снова предательски заколотилось. — Тем не менее для начала возьмите под стражу Гюстава Зенкланда. Как видите, именно в его покоях убиралась горничная, которая была одержима, прежде чем ее воспоминания оборвались. Вы сами выслушали ее показания.

— С этим спорить не стану, — согласился мужчина. — И завтра лорд Зенкланд будет взят под стражу, а также допрошен. После чего мы с вами, леди Вайлет, обязательно встретимся.

— Буду ждать с нетерпением, — хмыкнула я и, сама того не осознавая, на чистом автомате, закусила краешек нижней губы. — Спокойной ночи, — встрепенулась я и, резко развернувшись, торопливо выбежала из кабинета.

Возможно, мне просто показалось.

Да-да, наверняка та искорка, на миг промелькнувшая в глазах Роберта, мне всего лишь почудилась!

Всю свою жизнь, которую я помнила, начиная с того дня, как очнулась со стертой памятью, я… ненавидела просыпаться. Потому что каждое утро начиналось одинаково: отец заставлял меня топить котят, которых ему регулярно приносили слуги из ближайших деревень. Где, как известно, всегда было достаточно кошек.

И теперь, будучи нынешней собой, я никак не могла просто приять все это. То, что меня в детстве заставляли делать такое, а я, под давлением отца, в самом деле это делала.

Им не нужна была дочь-инструмент, в сердце которой может оставаться сострадание. Поэтому меня растили жестокой, безжалостной и покорно исполняющей приказы, исходящие непосредственно от отца. А «в комплекте», конечно же, шли телесные наказания за непослушание, недостаточно высокие оценки и недостаточно высокие успехи у преподавателей магических искусств.

Тогда, до пробуждения памяти из прошлой жизни, это сработало — я привыкла.

Но теперь от этих воспоминаний по коже каждый раз пробегал мороз, а иногда начинали дрожать руки. Те самые руки, которые раз за разом, каждое утро, топили маленьких слепых котят, беспомощно мяукающих и бесполезно цепляющихся за свою крошечную жизнь.

Все это хотелось снова забыть. Полностью и навсегда. Вот только я понимала, что, во-первых, не смогу при всем желании избавиться от этих жутких воспоминаний, оставив столь необходимые мне для выживания магические умения. А во-вторых…

Во вторых, это было бы нечестно, в первую очередь — перед самой собой. Все это в самом деле было совершено моими руками. Все это в самом деле переживала я и именно я. Отличие лишь в том, что теперь, кроме беспросветного мрака этих воспоминаний и того чудовища, в которое они меня превратили, у меня было кое-что еще. Воспоминания из другой жизни, в которой я пусть и была обычным маленьким человеком, но считала себя счастливой. И эти воспоминания четко доказывали мне: я могу быть кем-то другим, а не только лишь озлобленным зверем. Поэтому должна сделать все, чтобы, используя в том числе и свои воспоминания, остановить мою поехавшую семейку.

Вот только распечатать ту часть памяти, которая все еще оставалась заблокированной, я до сих пор не решалась. Понимая, что еще не до конца приняла себя с уже имеющимися воспоминаниями, и осознавая, что имею слишком высокие шансы не выстоять и потерять себя. А этого допускать нельзя, ни в коем случае. Особенно сейчас, когда в сюжете уже так много изменений, и теперь неизвестно что случится, выбудь нынешняя Я из этой игры.

Так что как минимум для перестраховки я решила делать то, что делала и раньше: отправилась в зеркальное измерение, где заклинаниями сотворила Шкатулку Памяти. Куда скопировала все свои воспоминания на текущий момент и которую собиралась регулярно обновлять.

Оставив шкатулку на столике, я развернулась и вышла в коридор… откуда на меня сразу же выпрыгнул зеркальный демон! Но на этот раз я не стала убегать.

Нет.

Я выставила перед ним руку, активируя защитное заклинание, которое можно было использовать только здесь и которое было предназначено как раз для защиты от местных сущностей. И зеркальный демон, зашипев, убежал, поняв, что легкой добычи здесь не будет. А еще, вероятно, осознавая, что не справится со мной, даже приведи он сюда десяток сородичей.

Вот только я все еще не имела понятия о том, откуда знаю это заклинание. Так же, как и все возможности своего зеркального дара. Вероятно, ответ крылся в тех воспоминаниях, что были стерты из моей памяти в детстве. Увы, Шкатулки Памяти я тогда не делала и не знала, возможно ли получить доступ к тем воспоминаниям.

Тяжко вздохнув, я зашагала по дворцовым коридорам. Кроме создания новой Шкатулки с резервными воспоминаниями, было еще кое-что, на что я хотела бы взглянуть.

Грегор Бартимус. Или, как его знали при дворе, Гюстав Зенкланд. После того, что произошло в ночь свадьбы Анжелы, король все же отдал распоряжение взять его под стражу. Вот только когда за ним в итоге пришли, мужчину обнаружили в одной из дворцовых комнат, без сознания. Министра внутренней безопасности тут же доставили в лазарет, выставив возле него серьезную охрану — чтобы он, придя в сознание, вдруг не сбежал. Вот только в сознание он так и не пришел! Не прошло и двух дней, как врач констатировал смерть, причина которой оставалась загадкой. Экспертиза и вскрытие не обнаружили вообще ничего, в том числе следов магического вмешательства, ядов, травм. Как будто человек просто взял и ни с того ни с сего умер.

Мне же теперь было интересно: а не отменялся ли весь план из-за смерти Бартимуса? Только вот инструкций от семейки мне не поступало, и я просто не знала, как действовать теперь. Хотя этого представления у меня и ранее было немного.

И вот теперь, пользуясь возможностью, я решила пробраться через зеркальное измерение в ту самую опечатанную охраной комнату, где его нашли без сознания. Возможно, осмотр этого места даст мне то, что просто не заметили королевские следователи? Нельзя упускать такую возможность из виду.

Вот она, наконец-то. Самая обычная дворцовая дверь, за которой случилось нечто необъяснимое. И, возможно, ключ к объяснениям тоже сейчас кроется за ней. Где-то там, в одной-единственной комнатушке, куда не попасть иначе, кроме как этими путями. Набрав воздуха в легкие, я повернула дверную ручку…

И поняла, что дверь заперта.

Но… это невозможно! Ведь ранее все до единой двери в зеркальном измерении были открыты! Даже если их отражения в мире по ту сторону зеркала в самом деле оказывались заперты на ключ.

Тогда что же здесь происходит? Почему из всех дверей закрыта именно эта?

А главное, могу ли я надеяться ее открыть?

И тут на меня призрачным эхом накатили обрывки воспоминания, вызвавшие ощущение дежавю. Потому что я поняла: со мной это не впервые. Когда-то давно, много лет назад, я тоже натыкалась в зазеркалье на закрытую дверь. Вот только тогда так и не узнала ответов.

Еще раз попробовав открыть дверь силой, я скрипнула зубами и, развернувшись, быстро пошла обратно в свои покои. Других входов в эту комнату нет, она была даже без окон. А значит, я могу только оставить затею ее осмотреть. Потому что, перерыв всю свою память, не могла вспомнить вообще ничего, что помогло бы мне туда проникнуть.

По крайней мере, пока. Возможно, позже я сумею что-нибудь разнюхать, но сейчас здесь однозначный тупик. Так что лучше мне, раз уж я скопировала свои воспоминания в новую Шкатулку, возвращаться обратно в свои покои.

Да уж, что-то мне в последнее время капитально не везет на закрытые двери… во всех смыслах. Потому что буквально на днях меня ждало еще одно разочарование. И касалось оно той самой копии гримуара Пяти Теней, который тайно хранился в столичном особняке рода Кримсон. Того самого, до которого я собиралась добраться в ближайшие дни… и снова «поцеловала закрытую дверь»!

Гримуара там не было. По крайней мере, в том месте, где я надеялась его найти, согласно своим воспоминаниям. Воспользовавшись официальным выходным, когда участницам отбора разрешалось покинуть территорию дворца, я сходила «домой». И даже сумела пробраться незамеченной в отцовский кабинет (благо сейчас никто из семьи там не жил). Но когда я оказалась там, мне даже не пришлось ломать голову над тем, как обойти охранное заклинание, наложенное на застекленный шкаф, потому что книги там не было! Не только на полках, но и спрятанной где-нибудь за ними — что я проверила при помощи заклинаний.

Поэтому все, что мне оставалось, это поскорее убраться из кабинета, чтобы не нарваться на лишние неприятности со стороны дражайших родителей. И чтоб не вызвать подозрений, я пробыла в особняке еще пару часов, прежде чем уйти и вернуться обратно во дворец.

Но куда эта книга могла подеваться? И главное, почему ее не было на прежнем месте? Неужели Бартимус перед смертью постарался? Или тот Тадеус, который на самом деле знаком с отцом и вхож в дом… либо просто пробрался сюда посреди ночи и украл гримуар? Или, может, отец сам его перепрятал по какой-то одному ему ведомой причине?

Одно я знала наверняка. Даже не сомневалась в этом, вернув себе основную часть воспоминаний: спроси я его о книге напрямую — и меня не ждет ничего хорошего. То, как ко мне относилась моя семья, что делала со мной все то время, что я помнила, не оставляла в этом сомнений. Им не нужно было, чтобы я думала сама, ставила ненужные вопросы или совершала ненужные действия. Все, чего лорд Кримсон желал от своего инструмента — послушания и четкой работы строго по его команде.

Вот только этот старый хрен обломается. Потому что больше я не буду его куклой! И пускай мне все еще приходится ею притворяться, я обязательно разорву эти цепи и ни за что не дам ему осуществить задуманное.

Выйдя из зеркала в своих покоях, я (по дороге отогнав еще парочку зеркальных демонов) чувствовала себя усталой и морально разбитой. Поэтому, приняв душ и присев на диван в гостиной, не сразу заметила на журнальном столике злополучный конверт. Который… кто-то оставил здесь, пока меня не было? Или же просто телепортировал мне под нос?

И да-да, с одной стороны, это было вполне логично. Ведь до следующего испытания отбора оставалось каких-то три дня.

Но вот вопросец: КТО мог отправить мне это письмо, если Бартимус уже мертв? Что самое главное, открыв его, я узнала почерк. Тот самый, которым были написаны и предыдущие письма с инструкциями. Следовательно, либо остальные письма Бартимус не писал лично, либо подготовил это письмо заранее, и конверт сейчас доставили его союзники. По крайней мере, такое объяснение первым пришло мне в голову.

Однако главное, что значил этот конверт — так это то, что все еще в силе. Несмотря на то, что главный кукловод загадочным образом умер (интересно, кто же ему в этом помог?), сам злобно-коварный план не отменен. И если претерпел изменения, то не по части задания, порученного непосредственно мне.

Осознавая все это в полной мере, я не ожидала ничего хорошего, открывая письмо. И, собственно, эти ожидания полностью оправдались!

Кроме инструкции по максимально результативному прохождению испытания, я также получила дополнительное послание. Суть которого состояла в следующем: автор письма, вместе со всеми его дорогими друзьями, были крайне недовольны тем, что попытка убийства Лии провалилась. В чем они, конечно же, винили, в первую очередь, меня. Но кое в чем мне повезло. Если я не строю лишних иллюзий, то они не знали, что я ослушалась их и не ослабила девушку перед покушением Зависти. Так же, как и того, что случилось в ту ночь в саду. А еще — почему покушение сорвалось, а сама Зависть была не просто изгнана из тела носителя, а вообще уничтожена. Более того, они, насколько я поняла, хорошенько копали, стараясь все это выяснить. Но результатов не получили. Следовательно, ни Роберт, ни сама Лия не стали никому говорить правду о произошедшем. Не стали рассказывать, что это именно я выступила против Зависти, придя Лие на помощь в саду. И именно благодаря мне их планы сорвались.

Что ж, уже неплохо. Значит, пока я, по большей части, вне подозрений и повода убивать меня в данный момент нет. Если только я вдруг «еще больше их не разочарую». Вся проблема состояла в том, что я как раз собиралась еще как их разочаровать! И пока плохо представляла, сумею ли выйти сухой из воды в следующий раз.

А следующий раз будет уже скоро. Совсем скоро.

Прочитав письмо до конца, я напряженно сжала кулаки. Ситуация становилась все напряженнее, и, похоже, придется пойти на рискованный шаг.

Выдохнув, я отыскала лист бумаги и торопливо его исписала. А затем, за неимением конверта, просто сложила в три раза и сунула в карман шелкового халата, надетого поверх ночной сорочки. Конечно, неплохо было бы переодеться в удобный брючный костюм… но сейчас у меня уже не было на это сил. Да и смысла я особого в этом не видела — с зеркальными демонами я теперь справлялась элементарно, а кроме них, никого более там не встречала. Так что решив не морочить себе лишний раз голову, я снова вошла в отражение. И, ускорив шаг, направилась в сторону покоев его величества Роберта Амстора.

По ту сторону зеркал в этих коридорах было полно охраны, стерегшей сон короля. Но здесь я находилась полностью одна. И, с легкостью минуя все открытые двери, наконец прошла в те, за которыми начинались королевские апартаменты. Еще несколько шагов, и вот я оказалась в приватном рабочем кабинете. Отлично, это место подойдет лучше всего!

Правда вот, в кабинете не оказалось достаточно большого зеркала, чтобы я могла через него пройти, поэтому пришлось вернуться в гостиную, где я уже видела одно такое.

Пан или пропал!

Выдохнув, я прошла сквозь него, покидая зеркальное измерение. И тут же на цыпочках поспешила в кабинет. Где, оставаясь настороже, положила письмо на рабочий стол.

Дело сделано. Теперь главное — поскорее убраться отсюда, прыгнуть обратно в зеркало в гостиной и добежать до своих покоев.

…Вот только рано разогналась! Потому что не успела я и шагу ступить в сторону двери, как в дверном проеме появился не кто иной, как хозяин этих апартаментов! И стоит ли говорить, каким было его лицо, когда он увидел здесь меня? Еще и посреди ночи!

Ну а мое лицо, к слову, залилось краской по той простой причине, что его величество, судя по всему, имел привычку спать в одних кальсонах, оставляя свой тренированный торс даже без накинутой на него рубахи!

— Это просто сон, не обращайте внимания! — тут же выдохнула я, испуганно отступив на шаг. И налетев бедрами на стол — зашаталась, едва не упала, еще и в какой-нибудь нелепой позе.

— Леди Вайлет, что это значит?! — прорычал Роберт, сделав рукой пасс, и в его руке появился огненный шар боевого заклинания, готового полететь в мою сторону в случае неправильного ответа.

— А на что это похоже? — нервно икнула я.

— На незаконное проникновение в покои короля посреди ночи, — выпалил он.

— О, так если бы я проникла сюда ЗАКОННО, например, вместе с вами, дабы согреть вам постель, то претензий ко мне не было бы? — хмыкнула я, сама удивляясь, откуда во мне столько суицидальной наглости. — Или вы решили, что я проникла сюда убивать вас в ночной сорочке, халатике и мягких тапочках?

— То есть в ход пошла стратегия заговаривания мне зубов? — вздернул бровь король. — Не выйдет. Отвечайте: что вы здесь делаете?

— Пришла просить о помощи, — сдавшись, выдохнула я. Увы, но не похоже, чтоб теперь, когда он меня поймал, у меня оставались какие-нибудь варианты.

— О какой еще помощи может просить меня представительница рода Кримсон? — насторожился он.

— О помощи в защите от моего треклятого рода, — отчеканила я, сжав кулаки. — А то, чем вы бы могли помочь, указано в письме, лежащем на вашем рабочем столе. И что я надеялась донести до вас, все же не раскрывая свою персону. Увы, не получилось.

Прищурившись, Роберт обошел меня дугой, продолжая удерживать готовое к бою заклинание. И приблизившись к столу, второй рукой взял с него мое письмо, которое тут же развернув, прочитал. Причем в процессе чтения его лицо несколько раз переменилось.

— Если все это правда, то автор письма, уже только как соучастник, должен был бы задуматься о перспективе своей смертной казни, — медленно проговорил он.

— О, вы даже не представляете, сколько раз я уже об этом думала! — съязвила я. — И все же была бы не против хотя бы изгнания.

— С такими заслугами, леди Кримсон, изгнание нужно еще заслужить, — протянул король, нахмурив брови и погасив заклинание, подошел ближе ко мне.

— Поэтому я и написала письмо, которое вы держите в руках. Если я не сделаю того, что они от меня сегодня потребовали, то я в любом случае не жилец. Но делать ЭТО я не собираюсь. Поэтому и решила предложить сотрудничество. Правда вот, сделать это в виде анонимного доброжелателя, увы, не получилось.

— Но раз уж мы с вами начали играть в открытую, то я бы хотел знать больше, чем все эти туманные намеки, изложенные в письме, — строго проговорил Роберт, подойдя ко мне почти вплотную.

— Хорошо. Но прежде чем устраивать мне полноценный допрос, разберитесь с тем, о чем я вас предупредила, — выдохнула я, внезапно осознав, что не способна в полной мере адекватно мыслить и действовать, когда этот мужчина, чтоб его, стоит настолько близко ко мне, в небольшой темной комнатке, еще и в одних кальсонах! — И да, пока… пока мы не покончим со всем этим… Я хочу, чтобы все оставалось между нами, — проговорила я шепотом и поймала себя на том, что язык предательски заплетается. —Вы, так же, как и я, не можете знать наверняка, кто из ваших людей заслуживает доверия настолько, чтобы раскрыть ему все карты и быть уверенными, что меня не найдут мертвой к следующему утру, а все наши планы не сорвутся. Поэтому я настаиваю на вашем молчании… по крайней мере, до того, как со всем будет покончено, и вы решите отдать меня под суд.

— Хорошо, леди Вайлет, — прошептал Роберт мне на ухо, приблизившись практически вплотную. — Я гарантирую, что все останется между нами. Как минимум до того момента, когда дело нужно будет предать огласке. А пока, чтобы не спугнуть их, мы будем делать вид, будто все идет согласно их сценарию. В том числе вы продолжите участие в отборе. Мы же устроим один маленький спектакль. Только имейте в виду, леди Вайлет, — проговорил он, посмотрев мне прямо в глаза. — В тот день… да и не только в тот день, я буду лично следить за каждым вашим шагом и лично все организую.

— Именно на это я и рассчитывала, ваше величество, — выдохнула я. А потом, сама не знаю зачем, с издевкой ляпнула: — Только не следите за КАЖДЫМ моим шагом хотя бы в моей спальне. Девушкам, знаете ли, нужно немного личного пространства.

— И это заявляет мне девушка, пробравшаяся в мою спальню? — ухмыльнулся Роберт, и от этой ухмылки у меня немного подкосились колени — благо прямо за моей спиной все еще стоял рабочий стол, на который можно было опереться.

— Вообще-то, непосредственно до спальни я так и не дошла!

— То есть все же собирались туда дойти?

— Вот куда-куда, а на вашу спальню я точно курс не держу.

— Разве не туда попадет победительница отбора невест, которой вы так стремитесь стать?

— Но у вас ведь другие планы на счет того, кто должна в итоге туда попасть? — с издевкой хмыкнула я.

— Кто знает, — выдохнул Роберт… и, словно сорвавшись с цепи, впился в мои губы! Жадно, настойчиво, властно и до безумия горячо. Так, что я попросту потеряла связь с реальностью и далеко не сразу поняла, что отвечаю на его поцелуй, сжимая пальцы на сильной мужской спине! Причем осознание пришло как раз в тот момент, когда король, развязав мой халатик, приспустил с плеч ночную сорочку и провел рукой по нежной коже — вниз, запуская пальцы под ткань и слегка задевая грудь.

Черт, а ведь от кабинета в самом деле не так далеко до его спальни! Хотя не похоже, что он собирается утруждать себя тем, чтобы туда перемещаться. И то, что мужчина легким движением усадил меня на свой рабочий стол, только подтверждало эту теорию!

— А вот к ЭТОМУ разговору я предлагаю вернуться только в том случае, если я вдруг выиграю отбор вместо того, чтоб умереть до его окончания! — выдохнула я, когда Роберт, выпустив губы, приник к моей шее.

— Если леди так пожелает, — напряженно выдохнул мужчина, щекоча своим горячим дыханием мою шею. И судя по тому, как из кальсон кое-что выпирало, это заявление его явно разочаровывало! — Но если вдруг леди решит передумать, то я никому не скажу, — подмигнул король… легонько прикусив кожу на моей шее!

— Разве это не противоречит идеалам королевской чести — соблазнять свою потенциальную невесту до свадьбы? — охнула я, все же не сдержав очередной протяжный стон. — Вдруг ведь потом в самом деле жениться придется, а невеста уже и не невинна?

— Меня это не беспокоит. Особенно если соблазнившим мою потенциальную невесту в итоге все равно буду я, — выдохнул король, похоже, все же не теряя надежду!

СТОП! Да какого хрена вообще происходит?! С какого перепугу Роберт сейчас в принципе страстно целуется со мной, продолжая раздевать меня на рабочем столе в своем кабинете? Он же должен меня ненавидеть и без тени сожаления убить через несколько глав! Тогда почему сейчас, когда я должна не вызывать у него ничего, кроме отвращения… он так не скрывая хочет… кхм… пронзить меня немного не тем мечом?

— И долго вы еще собираетесь пытаться заставить леди передумать? — выдохнула я, запрокинув голову, когда губы короля нежно коснулись моих ключиц, и я ощутила, как кончик языка Роберта скользнул от них вниз.

— Пока леди не перестанет активно выражать свое желание передумать. Особенно если эта леди такая милая, когда смущается, — добавил мужчина, посмотрев на меня, прежде чем снова овладеть моими губами. А затем, выпустив их на миг, прошептал: — Я хочу тебя, Вайлет.

И от этого шепота я просто едва не упала в обморок на месте. Черт возьми, даже по меркам текущей ситуации, это прозвучало СЛИШКОМ сексуально!

— Разве это вообще красиво — говорить подобное кровному врагу, да еще и будучи влюбленным в другую участницу отбора? — пробормотала я на грани потери чувств, запуская пальцы в его жесткие волосы.

— О чем ты? В какую еще другую участницу отбора? — непонимающе бросил король… окончательно вынося мне мозг.

— В… Энилию Эмильтон, например, — растерянно проговорила я, всеми силами стараясь найти треклятую педаль тормоза. Вот только это у меня все никак не получалось.

— С какой стати я должен быть в нее влюблен? — хмыкнул Роберт… и уже совсем не по-джентльменски оставил на моем обнаженном плече маленький засос!

И в этот момент я бы, наверное, в панике закричала: «Потому что это она — главная героиня!». Вот только сделать мне это помешали губы короля, снова накрывшие меня диким поцелуем!

Вот же засранец! А еще король, называется! И ведь все те страницы, что я прочитала в «Сумеречном отборе», с Лией он был вот тем самым идеальным принцем на белом коне! Неужели это я, нехорошая злодейка, так на него влияю? Хотя если так судить, то с Лией он за все те главы ни разу не оказывался в столь неоднозначной ситуации…

— И все же я уйду, — резко заявила я, и Роберт замер, почувствовав мою твердую ладонь на своей груди.

— Вайлет? — непонимающе проговорил он, очевидно шокированный тем внезапным холодом, который неожиданно ощутил на месте огня, полыхавшего лишь секунду назад.

— Когда все это закончится, можешь казнить меня, если сочтешь нужным. Даже это будет для меня не так горько, как быть девушкой, с которой спят потому, что только желают ее, но при этом не любят, — отрешенно прошептала я. И не дожидаясь, пока Роберт придет в себя — спрыгнула со стола. Чтобы, выскользнув из его объятий, со всех ног выбежать из кабинета.

К тому моменту, как он забежал в гостиную, я уже стояла по ту сторону отражения. И несколько секунд наблюдала за тем, как он мечется по своим апартаментам, пытаясь понять, куда же я могла подеваться, не владея навыком телепортации.

А затем, развернувшись, побежала в сторону своих покоев, желая поскорее уткнуться лицом в подушку и обнять одеяло.

Лия должна погибнуть во время испытания. Якобы из-за несчастного случая. Как и что случится — для всех останется секретом, во всем просто обвинят дракона, который взбесится по непонятной причине. Но результатом должно стать то, что в итоге найдут лишь ее обезглавленное обугленное тело.

В действительности же мне поручали поучаствовать в ее убийстве совместно с грехом Гнева, который повлияет на дракона. Теперь не просто стоять рядом, но еще и прямо содействовать. А главное, лично перерезать Лие горло, набрав из него такой необходимой моей семейке крови. После чего отрезать ей голову, чтобы скрыть разрез и создать видимость того, что обезглавливание участницы стало несчастным случаем во время поединка с драконом. И лишь после этого сам дракон, под действием Гнева, обдаст останки главной героини «Сумеречного отбора» пламенем из своей пасти. Закончив, мне было приказано удалиться, оставив тело где-нибудь на лужайке, и быстренько допроходить испытание, чтобы не вылететь с отбора. Когда же в итоге то, что останется от Лии, обнаружат — убедительно охать и ахать, изображая шок и горе.

Естественно, я не собиралась не только делать что-либо из перечисленного, но и допускать, чтобы все это вообще случилось.

Вот только беда: в книге ничего подобного не было от слова совсем! Следовательно, все происходящее — результат тех изменений, которые произошли в изначальном сюжете. Поэтому у меня не было инструкций касательно того, как всего этого избежать (в отличие от инструкций к прохождению самого испытания). Так же, как и уверенности в том, что Лию кто-нибудь как-нибудь сам по себе спасет, и все в итоге будет хорошо. При всем при этом откажись я прямым текстом — недолго буду ждать, прежде чем присоединюсь к Лие на кладбище.

В итоге единственное, что я смогла придумать — слить королю информацию о готовящемся покушении (без упоминания себя как планируемой соучастницы оного, естественно) и высказать свои пожелания касательно того, как его лучше избежать, чтобы не подводить анонимного информатора под монастырь. При этом мотивируя его тем, что этот информатор еще может быть ему полезен.

Вот только при подбрасывании письма его величество меня, увы, застукал! Так что пришлось раскрывать перед Робертом карты… А в итоге еще и кое-что другое чуть не «раскрыла», на что до сих пор, в наступивший наконец день испытания, была на себя чертовски зла!

Тем не менее, несмотря на все эти «сопутствующие проблемы», основная цель была достигнута: король лично разработал и подготовил к воплощению план контрдействий, который был призван спасти жизнь Лие и при возможности взять в плен Гнев. При этом провернуть все так, чтобы все выглядело как «удачное стечение обстоятельств», к которому я якобы была «совершенно непричастна».

Главное теперь, чтобы все прошло, как было задумано.

Выдохнув, я вышла из своего шатра на месте старта и прошла к кураторам, которые поглядывали на часы, чтобы не пропустить момент начала.

В этом испытании прохождение было не поочередным, а одновременным. Участницам предстояло стартовать из разных точек и, оседлав каждая своего дракона, взлететь в небеса и добраться до первой точки, на которую девушке указывали при старте. А вот куда дальше — уже куда более интересный вопрос!

Чтобы добраться до места, равноудаленного от всех точек старта, нужно было решить цепочку задач. И, развязывая каждую из них, ты понимала, куда лететь дальше, пока не оказывалась в том самом месте общего сбора. В которой нужно было прихватить одно из колец — подготовленное именно для тебя. И вместе с ним полететь напрямую до финиша. Таким образом, проиграет та, кто придет последней. Если в результате сегодняшней операции ни я, ни Лия не налажаем по полной из-за попытки предупредить ее убийство (при этом себя не выдав), то этой самой последней финишировавшей станет Кетрин.

Согласно письму, присланному мне заговорщиками, Лию будут пытаться убить в той самой точке пересечения, где все маршруты сливаются в одну линию. Мне следовало прибыть туда пораньше и дожидаться жертву. Когда же та явится, и Гнев ее атакует — помочь с атакой, быстро покончить с Лией, пока другие участницы не подоспели, и потом гнать своего дракона до финиша, чтоб не вылететь самой.

И именно в этом месте было решено организовать срыв всех вражеских планов. Фактически все будет выглядеть как две другие участницы очень невовремя прилетят на место практически одновременно с Лией, а потом вместе с ней улетят. Следовательно, таким образом помешают реализовать нападение.

По сути, именно на это была вся наша надежда. Потому что как библиотечные маги не перечитывали гримуар Пяти Теней, спрятанный в хранилище королевской библиотеки, им не удалось найти на оставшихся страницах действенного способа защиты от Семи Грехов. Ну а где та копия, которая принадлежит моей семье, я в данный момент понятия не имела. Наши попытки натренировать Лию пробуждать и использовать свой дар Божественного света, держа его под своим контролем, тоже были обречены на неудачу.

Следовательно, оставалось лишь скрестить пальцы. И, садясь в этот момент на своего дракона, я в полной мере понимала, как сильно буду рисковать жизнью. А вместе со мной и участницы, согласившиеся подыграть в нашем плане. Но этот риск был оправдан, и я надеялась, что все будет не напрасно.

Повинуясь моей команде, крупный дракон с рубиновой чешуей взмыл в небеса. И полетел туда, куда я его направила: к небольшому заброшенному замку примерно в получасе лету, где находилась первая точка с заданием.

Теперь я помнила, что летала на драконе уже далеко не в первый раз. Вот только лишь сейчас, после пробуждения прошлой памяти, по-настоящему… наслаждалась полетом. Тем, что столь мощное существо, повинуясь моей воле, несет меня на своих крыльях над облаками, сквозь воздушные потоки. Ранее все это было для меня обязанностью, слившейся в единое целое с боевыми тренировками, магической муштрой, телесными наказаниями и котятами, которых я должна была топить каждое утро.

Но теперь что-то изменилось. Возможно — лишь до той поры, пока я не разблокирую все свои воспоминания за прошедшие годы. А может, это останется со мной насовсем… если, конечно, после восстановления той памяти я все равно сохраню себя.

И все же сейчас я ощущала безумный трепет, рассекая на драконе синие небеса!

Вскоре далеко внизу, на краю старого леса, показался заветный замок, и я дала дракону команду снижаться. Существо бросилось вниз почти что камнем, но в паре десятков метров над землей развернуло крылья, мягко планируя к месту посадки: у самого входа. Я, приказав ему ждать моего возвращения, спешилась и направилась к уже давно открытым нараспашку вратам.

Согласно условиям испытания, я должна была сама понять, куда мне идти и что делать дальше. И поскольку у Лии был другой маршрут, а вместе с тем немного отличалось и первое задание, то на этапе нахождения точки с загадкой когда-то прочитанная книга точно не была мне помощником. Но вот письмо с инструкциями расписывало все в деталях. При этом я согласовала с Робертом и то, что пока играю роль двойного агента, мне позволено немного жульничать на испытаниях, прибегая к этим инструкциям — исключительно чтобы не вызвать подозрения у информатора, конечно! По крайней мере, пока мы не поймаем заговорщиков… либо пока меня не раскроют, после чего, скорее всего, убьют.

Так что, миновав врата, я активировала поисковое заклинание и, нащупав нить источника, направилась в обеденный зал на втором этаже. Там рядом с магическим манком на каменном столе стояла сложная конструкция, которая, как я знала, была запутанной головоломкой, требующей разгадки.

В отличие от места расположения, сами головоломки у участниц были одинаковыми. А значит, я знала, что здесь подставы нет, и мне не соврали ни информатор, ни король. Ведь передо мной было точно то же самое, с чем имела дело Лия.

Сконцентрировавшись, я присмотрелась к конструкции. По сути, это была очень большая головоломка, сильно напоминающая сложную меледу, где, кроме проволочных деталей, также были задействованы магические нити. И лишь распутав оные, можно было найти управу на проволочные детали.

К счастью, похоже, мой добросердечный папаша знал, что на отборе мне придется столкнуться с головоломкой такого типа, поэтому среди прочего, за прошедшие годы порядком меня на них натаскивал. И воспоминания об этих тренировках были из тех, которые я сейчас имела «в свободном доступе». Плюс в инструкции «союзники» разъясняли мне, как именно разгадывать конкретно эту головоломку, поэтому я справилась с ней довольно быстро. И когда последний магический узел был развязан, а последняя металлическая деталь покинула былую конструкцию, в столешнице открылся тайник, из которого я достала свиток и, развернув его, увидела карту с отметиной на месте, куда мне теперь следовало направляться.

Хрустальное озеро, от двадцати до сорока минут лета — в зависимости от мастерства всадника. Которое у меня, конечно же, было на высшем уровне!

Покинув замок, я немедля оседлала дракона и направила его на юго-запад.

Как-никак, сейчас я точно должна быть быстрее всех, чтобы прийти к месту пересечения маршрутов первой. Конечно, благодаря все той же инструкции я знала не только местонахождение всех точек с заданиями, но и само место пересечения маршрутов. Вот только если я сразу направлюсь туда, не проходя все головоломки, то это, конечно же, заметят кураторы. И в таком случае мне не поможет даже договоренность с королем — вылечу с отбора с позором, получив крепкий пинок под зад.

Увидев наконец внизу блеск кристально чистой воды, где отражались голубые небеса, я направила дракона к берегу живописного озера, которое было излюбленным местом отдыха для всей округи… но сегодня, конечно же, в честь проведения испытания местных предупредили, чтоб никаких отдыхающих в этот день не было. Так что сейчас я находилась здесь полностью одна. И, не церемонясь, следовала инструкциям: выпустив поисковый импульс, нащупала на дне озера предмет с маячком и, быстро раздевшись, нырнула!

Вода была в самом деле полностью прозрачной, поэтому я легко видела в ней, просто активировав заклинание для перемещения под водой. Погружаясь все глубже и глубже, всматривалась в темноту… пока не углядела на дне маленький прямоугольный ящик, схватив который, всплыла обратно наверх. И, торопливо одевшись, принялась за дело.

Для начала открыла водонепроницаемый ящик, в котором — как и ожидала — обнаружила очередную головоломку: шкатулку с секретом. Сложную — в инструкции говорилось, что открыть ее можно, лишь подобрав комбинацию из пятидесяти нажатий на нужные точки, каждую из которых нужно было прощупывать магией и слушать щелчки. Если ошибешься — услышишь сразу три щелчка подряд, с которыми шкатулка уколет тебя спрятанной в своем корпусе иглой. И это будет значить, что все нужно начинать с самого начала, при этом еще и под действием магического токсина, который замедлит реакцию и вызовет головокружение на десять минут.

А вот здесь уже было сложнее. Потому что хоть к инструкции и прилагалась схема шкатулки, я все равно не могла быть до конца уверена, что за столь короткое время, которое у меня было, мне удалось полностью запомнить всю комбинацию. Что ж, посмотрим!

Благодаря отцовской муштре, это была уже не первая моя шкатулка с секретом. Причем во время тренировок мне выдавали и шкатулки с комбинацией из более ста нажатий. Так что должна справиться.

Сосредоточившись, я начала выискивать магические петли, которые указывали бы на нужные точки, и, нащупывая каждую, принялась нажимать их, одну за другой. Так, еще немного, и…

Вот черт! То ли я слишком поторопилась, то ли что, но на одном из последних шагов магические линии оказались запутаны обманкой, которую я не заметила и на которую повелась! В результате прежде чем я успела отдернуть руку, прозвучал тройной щелчок, и в мою ладонь вонзилась тонкая игла!

Место укола не болело сильнее, чем если бы я укололась, скажем, во время какого-нибудь вышивания. Но вот уже несколько секунд спустя я почувствовала, как голова начала кружиться, а мир вокруг меня словно ускорился, и реагировать на происходящее в нем стало сложнее.

Медленно выдохнув, я посмотрела на часы, засекая время, и села на землю, немного отодвинувшись от шкатулки. Мне была известна длительность действия токсина, а значит, лучше его просто переждать. Если я сумела так облажаться, будучи в трезвом уме, то под его действием тем более могу ошибиться и получить лишний укол этой дряни. Что только сильнее замедлит меня в испытании. Поэтому хоть время на вес золота, но сейчас у меня намного больше шансов его сохранить, если просто обожду, пока действие токсина не закончится, чем продолжу пытаться заново пройти шкатулку, будучи не совсем в здравом уме. Тем более что вроде как в книге «Сумеречный отбор» на шкатулке большинство участниц получили хотя бы по одному уколу. Значит, я не одна такая и могу позволить себе посидеть на месте чертовы десять минут, любуясь живописными пейзажами, пока меня не попустит.

Постаравшись максимально расслабиться (что также могло ускорить окончание действия токсина), я начала медленно и глубоко дышать, наблюдая за красотой местной природы. И, переведя взгляд на озеро, позволила глазам утонуть в его хрустальной воде, отдающей синевой неба, отраженного в неподвижной глади…

Которая в один миг почернела, словно затягивая мое сознание в свои глубины! Возможно, это было просто действие токсина на мозг, из-за которого мое сознание немного помутилось. Но я четко и ясно услышала тихий, глухой голос, как будто доносящийся до моих барабанных перепонок издалека, сквозь толщу воды:

— Ты была рождена вновь с моим знаком, и тебе не скрыться от меня! Куда бы ты ни старалась сбежать, как бы ты ни пыталась спрятаться, Я НАЙДУ ТЕБЯ! Надену на твою голову темный венец, и ты, обагренная кровью, сядешь по левую руку от меня на престол теней!..

Это оборвалось. Словно натянутая нить, по которой ударили острым лезвием ножа. Я более не ощущала действия токсина, голова больше не кружилась и казалась ясной. Вот только сама я не была уверена, что вообще способна ясно мыслить.

Что… что это вообще было такое? Просто галлюцинация под действием токсина? Или…

Нечто большее?

Но как?

Неужели я сейчас… слышала голос того, кого отец с его союзниками называли Королем Теней? Того самого, которым они собирались воспользоваться, привести в мир, но обмануть и заполучить его силу.

И если так, то, кажется, я начинаю понимать, почему на эту роль назначили именно меня. Почему именно я должна была открыть Дверь Хаоса. И почему сейчас от меня требуют то, что требуют. Похоже, как раз я оказалась какой-то… избранной Королем Теней, что ли? И как я понимаю, либо при рождении, либо…

Либо тогда, когда в двенадцать лет я потеряла все воспоминания, подчистую. Кроме понимания того, что владею даром вхождения в зеркальное измерение. Но если так, то… интересно, связан ли этот дар с происходящим? И как? Неужели я получила его как раз благодаря тому «его знаку», под которым, судя по его словам, «была рождена»?

Вот же напасть! Ну почему, раз уж у нас здесь чертова ИЗБРАННОСТЬ, то избрать меня не могли какие-нибудь светлые могучие силы, как любую нормальную попаданку? Нет же, оказывается, я на особом счету у чертова Короля Теней! И теперь еще думать, как с этого «особого счета» соскочить, оставшись живой.

Кстати об этом… Интересно, а не значит ли вся эта моя треклятая ИЗБРАННОСТЬ темными силами того, что, скорее всего, именно убивать меня пока «союзнички» не станут, даже если раскроют мое предательство? По крайней мере, пока не овладеют силой Короля Теней. Возможно, до того просто обездвижат там? Свяжут в каком-нибудь подземелье? Или воспользуются силами какого-нибудь из Грехов, о которых я не знаю, из-за чего я еще пожалею, что меня сразу не убили?

А главное, почему эта чертова ИЗБРАННОСТЬ досталась именно мне? И не связано ли это с моей прошлой жизнью? Так же, как и с тем, почему в отличие от книги «Сумеречный отбор», сейчас моя память из прошлой жизни пробудилась?

Вот же напасть, ни дня без какой-нибудь новой чертовщины.

Только вот прямо сейчас времени, чтоб сидеть и размышлять на эту тему, у меня нет. Потому что так я имею все шансы благополучно профукать испытание, и тогда меня точно не ждет ничего хорошего, с какой стороны ни посмотри!

Собравшись, я вернулась к шкатулке, которую уже, по свежей памяти, начала распутывать быстрее. И в конце, будучи в разы внимательнее на том месте, где ошиблась, таки прошла его! А затем завершила комбинацию в несколько оставшихся нажатий, после чего заветная шкатулка открылась, и я увидела сложенный в ней лист бумаги. На нем, конечно же, была изображена карта, ведущая к следующей точке: скалистой равнине, до которой отсюда было не меньше часу лета на драконе.

Времени оставалось немного, и терять его было нельзя. Поэтому я тут же оседлала дракона и, подняв его высоко в небеса, что есть духу погнала на юг.

Скалистая равнина была одним из наименее заселенных районов Карверота. Согласно легендам, сотни лет назад здесь был повержен какой-то древний демон, и его тело, упав на землю, навсегда отравило ее, сделав непригодной для любых растений и животных. Даже жители ближайших деревень не рисковали лишний раз наведываться сюда.

И именно здесь, конечно же, была одна из точек в маршрутах участниц отбора королевских невест, а именно — моя!

Завидев серые скалы, обрамлявшие, словно корона, каменную равнину, я спикировала дракона в ее центр, на то самое место, где, если верить преданиям, пал демон. И где теперь меня ждал набор из двух десятков дощечек в форме разных геометрических фигур различных цветов. А рядом с ними — конверт, открыв который, я достала лист бумаги, на котором был изображен черный силуэт. Именно его я должна была из тех фигур собрать. Причем вариант верного расположения дощечек был всего один, и если я допущу малейшую ошибку, положив последнюю из них не на то место, то все, что я собрала, разлетится в разные стороны по всей равнине. И мне нужно будет сначала собрать все до одной разлетевшиеся фигуры, прежде чем заново попытаться их сложить.

Ну и в довершение, листок с заданием, на котором был изображен силуэт собираемой фигуры… вспыхнул и сгорел прямо в моих руках ровно через тридцать секунд после того, как я распаковала конверт. И так же, как остальным участницам, мне предстояло собрать эту головоломку исключительно по памяти. При этом не обращая внимания на зловещий шепот, доносившийся здесь буквально отовсюду!

Что ж, благо в письме с инструкциями мне присылали и подсказку к этой головоломке — тот самый силуэт собираемой фигуры, но при этом с обозначенными дощечками: где какая и какого цвета должна лежать. Прежде чем уничтожать письмо, я запомнила ее максимально хорошо, поэтому сейчас приступила к работе. И, вскоре положив последнюю деталь на место, услышала тихий гул, с которым центральная дощечка раскололась надвое, высвобождая скрытый в себе лист бумаги с картой. На ней была отметина той самой, последней, точки в испытании — место пересечения маршрутов: плато на вершине Алой горы.

Не медля, я оседлала дракона и погнала его туда, где у меня, а вместе со мной у еще троих девушек, были вполне реальные шансы погибнуть, если наш безнадежный план не сработает (чего была очень высокая вероятность). И я сейчас могла просто надеяться, что все пойдет так, как надо.

Прибыв на место, я отыскала ту самую точку для засады, о которой говорилось в письме. И, разместившись на ней, отдала дракону приказ спуститься вниз и ждать моей команды у подножья горы.

Так, а теперь… согласно инструкциям, именно здесь я должна была встретиться с Гневом, который подошел бы ко мне, чтобы провести совместную атаку. Именно в тот момент я должна была узнать его личность, и тогда, даже если сейчас мы не скрутим его, то позже сможем взять под стражу и допросить.

Поэтому, стараясь не нервничать, я ждала. Вот только Гнев все не появлялся и не появлялся!

Странно. Что это он… опаздывает, что ли? Да не может же такого быть…

Сердце подскочило в груди, когда я увидела дракона Лии, на котором она подлетала к плато. Но что самое главное — согласно плану, вместе с ней сюда, с разных сторон света, приближались, совсем немного отставая, и драконы двух других участниц — Зары и Лили. А еще, как я знала от Роберта, на плато спряталось несколько агентов королевской службы безопасности, которые не были в полной мере посвящены в детали плана, но могли в нужный момент оказать огневую поддержку, если Гнев все же решит атаковать, несмотря на то, что Лия прибыла на плато не одна.

И вот все три девушки спустились с небольшой разницей во времени. И почти одновременно побежали к алтарю, на котором лежали заветные кольца. Чтобы взять каждое из них, участница должна была подтвердить свою личность, капнув на алтарь рядом с кольцом единственную каплю своей крови. Что и сделала Лия, а следом за ней Зара и Лили.

Продолжая следовать плану, девушки одновременно оседлали своих драконов и наперегонки полетели к финишу. Я же попросту зависла в недоумении, абсолютно ничего не понимая.

Почему?

Почему Гнев не подошел ко мне, как было указано в письме? Ведь агенты, затаившиеся здесь, сидели в засадах давно и прятались хорошо, так что узнать о них точно не могли. Тем более что операция была на высочайшем уровне секретности. Более того, я была на месте задолго до прибытия Лии со «свитой», и о том, что покушение «сорвется» из-за такого «стечения обстоятельств», на момент моего прибытия Гнев тоже знать не мог.

Получается, либо среди самых доверенных агентов Роберта все же нашелся крысеныш, либо…

Либо заговорщики начали подозревать меня, а все это было проверкой! И теперь, когда они увидели такое «подозрительное стечение обстоятельств» (а возможно, и узнали о засаде), их подозрения укрепились.

Надеюсь, что имеет место первый вариант, иначе мне просто конец!

Впрочем, сидеть и рефлексировать я смогу потом. Потому что мое испытание все еще не закончено, и я все еще имею шансы вылететь, потому что на горизонте показался дракон Виктории!

Дав себе мысленно подзатыльник, я призвала своего дракона. И, поднявшись на нем на самую вершину плато, быстренько схватила свое кольцо, вскочила обратно в седло и взмыла в небеса, вовсю погнав к финишу.

И просто не представляя, где мне теперь искать ответы на все добавившиеся за сегодня вопросы.

Что ж, одно, по крайней мере, все еще шло по канону: испытания и порядок, в котором участницы из них выбывали. И по сюжету книги той девушкой, которая покинула соревнование после гонки на драконах, в самом деле стала Кетрин. А до момента, когда по книге должна была произойти моя каноническая смерть, оставалось два испытания.

Конечно, сюжет поменялся уже достаточно, чтобы уменьшить количество предпосылок к оной именно в том виде, в котором она была описана в «Сумеречном отборе». Вот только я все еще могла погибнуть в тот период, просто иначе!

Например — благодаря «союзничкам», которые уже, возможно, меня раскусили, или, по крайней мере, близки к тому. И если сделают то самое критичное, для чего моя жизнь им была нужна — вероятно, сразу после этого уберут, и жалости от папеньки мне ждать наверняка не стоит.

Хотя даже без них я все еще имела шансы почти канонично умереть от руки короля, только при иных обстоятельствах. Скажем, за то, что являюсь участницей всего этого заговора, открыла Дверь Хаоса, как-то-почему-то-зачем-то-типа-избранная Королем Теней, и все такое. Увы и ах, я не питала лишних иллюзий и, прочитав тонну любовного фэнтези всех мастей, прекрасно понимала одну простую истину: если мужчина хотел с тобой переспать и был бы не против уложить в свою постель, это еще не значит, будто он не станет тебя убивать.

Так что моя задача номер один — не быть убитой к концу отбора — все еще оставалась ой какой актуальной.

Однако всю глубину этой актуальности я поняла, когда сегодня вечером вернулась в свои покои после занятий в тренировочном зале… и обнаружила на столике письмо. Что, безусловно, вызвало у меня крайне нехорошее ощущение дежавю, и, как оказалось, не зря! Потому что, вскрыв его, я сразу, даже не вчитываясь, узнала этот почерк.

Почерк, которым были написаны и все остальные письма от заговорщиков.

Но… как такое может быть? Неужели все те письма действительно писал не Бартимус? Ведь иначе… одно письмо, гипотетически написанное заранее, еще можно было бы так объяснить. Однако второе, присланное значительно позже, уже труднее.

И когда я вчиталась в это письмо, последние сомнения отпали: нет, оно точно не было написано заранее. До того дня, как Грегор Бартимус, он же Гюстав Зенкланд, был найден без сознания и вскоре скончался, так в него и не приходя.

Потому что на шуршащей бумаге оказались написаны даже не инструкции касательно следующего испытания (для которых, к слову, было еще рановато — обычно письма приходили не раньше, чем за два-три дня до соревнования).

Здесь был план покушения на Лию прямо в стенах дворца. План, в котором я должна была принять самое непосредственное участие. Завтра после обеда, когда она будет в одиночном тренировочном зале, мне приказывали зайти к ней следом за носителем Греха. Помочь атаковать ее, если девушка сумеет не только держать оборону, но еще и снова интуитивно активирует Божественный свет, и набрать заветной крови из ее разрезанного горла. А потом, пока тело не обнаружат — быстро покинуть дворец, добраться до заброшенной часовни на краю города, в подвале которой я когда-то открыла Дверь Хаоса, и не медля воспользоваться кровью Лии, чтобы расширить ее.

Но это… вообще никак не вязалось с изначальным сюжетом!

Интересно, это мне семейка соврала, давая цель с победой на отборе, и всем тем прочим, что обо мне и «моем плане» в книге узнавала Лия?

А ведь правда, как я раньше об этом не подумала! Ведь… Ведь если бы для реализации того плана обязательным условием была моя победа на отборе и первая брачная ночь с Робертом, во время которой я должна была принести его в жертву, то, собственно, с моей смертью в книге можно было смело ставить точку… ну разве что еще дописать эпилог со свадебкой главных героев.

Вот только после гибели «злобной стервозы Вайлет» книга не просто не заканчивалась. Я четко помню, что когда в прошлой жизни меня сбил тот чертов джип, моя правая рука сжимала еще где-то так шестьдесят-семьдесят недочитанных страниц. Следовательно, даже после смерти моей книжной версии интриги, заговоры и ритуалы продолжились, а скрытые злодеи (в лице моей семейки, Бартимуса, Грехов и прочих товарищей) все еще не оставляли надежду реализовать свой темный план. А значит, либо вся та скормленная мне история про победу на отборе и жертвоприношение в первую брачную ночь являлась в чистом виде лапшой быстрого приготовления, либо во всех тех темных ритуалах это было как минимум не единственным вариантом для осуществления злобных планов.

Но в любом случае… не знаю, почему именно моим «союзничкам» так важно было начать всю эту историю именно под отбор. Однако после срыва/отмены покушения на Лию во время прошлого испытания они приняли решение бросить меня на амбразуры и добыть заветную ритуальную кровь. Вероятно, имели план того, как в дальнейшем завершить свою затею без моего участия… потому что личность совершившего такое дерзкое убийство участницы средь бела дня установят в мгновение ока. Следовательно, либо меня отсюда заберут и спрячут «союзнички», либо, что более вероятно, отдадут в руки королевской службы безопасности и не будут им мешать меня казнить. А то и вовсе сами же прикончат, чтоб не ляпнула лишнего и не выдала каких-нибудь ненужных секретов раньше времени.

Итак, дела плохи. И главный вопрос, наверное, очевиден: что мне теперь делать?

«У нас все еще есть шанс на то, что тебя пока не раскусили, так что попробуем изобразить, будто ты не виновата в срыве планов», — в конце концов вздохнул Роберт, закончив выслушивать мой внезапный доклад поздней ночью. И хоть по выражению его лица я явственно читала: «Черт возьми, как ты вообще пробираешься в мою спальню незамеченной, а потом исчезаешь отсюда?», но вслух он этот вопрос пока не задавал, что было мне только на руку.

В итоге мы решили для начала поломать саму концепцию плана заговорщиков: Лия просто не пошла сегодня в одиночный тренировочный зал, хотя обычно каждый будний день занималась там в одно и то же время. А поводом стало предложение всех оставшихся участниц (кроме меня, естественно) прогуляться по саду и обсудить кое-что важное.

Таким образом, Лии не только не будет в запланированном для атаки месте. Она еще и не останется одна. Да и королевский сад, хоть не проходной двор, но уж точно не какая-нибудь закрытая комната, куда никто не заглянет. Так что, скорее всего, как минимум сегодня покушение не состоится, и мы выиграем немного времени, чтобы разработать более существенный план.

Ну а чтобы изобразить для заговорщиков хоть немного правдоподобия, я ошивалась неподалеку от Лии с компанией. Мол, «Ой, все идет не по плану! Но я все равно буду рядом на случай, если вы, изменив план, таки решите попробовать атаковать ее». Как-никак, но попытка изобразить энтузиазм могла мне жизнь если не спасти, то хоть немного продлить.

— Ох, простите, леди! — налетев на меня, добродушно улыбнулся бодренький пухляшок, судя по богатой одежде, из придворных. В котором я, немного напрягши память, таки узнала министра сельского хозяйства, хотя по имени его так и не вспомнила. Да и внешне запомнился мне он только потому, что благодаря своей запредельной полноте уж очень выделялся из толпы.

Нетрудно догадаться, что для меня столкновение с этим достопочтенным господином было сродни тому, чтоб попасть под еще один джип!

— Ничего, все в порядке, — учтиво соврала я, хотя в действительности хотелось очень даже грубо огрызнуться! Это как вообще нужно идти и по сторонам не смотреть?

Мужчина же тем временем, улыбаясь, буквально куда-то испарился. Я хотела было проследить за ним… но тут замерла как вкопанная. Потому что не могла отвести взгляд от мужчины, проходившего мимо.

Высокий шатен, средних лет. Раньше я совершенно точно не встречалась с ним лично.

Вот только то, как он хромал, было мне слишком хорошо знакомо.

Потому что именно такую хромоту, движение в движение, я видела у Гюстава Зенкланда, или как его называли сообщники — Грегора Бартимуса.

И если верить тому, что мне говорил король, то…

То ранее Гюстав Зенкланд никогда не хромал!

Но это же какое-то безумие. Только из-за того, что этот мужчина тоже хромает…

Нет, ТОЧНО ТАК ЖЕ хромает!

К тому же загадочная смерть Гюстава Зенкланда, оставляет слишком много вопросов. Как и то, что я в зеркальном измерении не смогла войти в комнату, где его нашли без сознания. При том, что Бартимус уже знал о наличии шпиона, вхожего в зеркальное измерение! И хоть сам он не владел зеркальной магией, но, возможно, ему были известны способы перекрыть доступ к определенным местам по ту сторону отражения.

А если так, то, во-первых, что-то в той комнате я в самом деле могла найти.

Во-вторых, если это все его рук дело, то получается, раньше, давным-давно, когда я тоже не могла попасть в закрытые комнаты в зеркальном измерении… неужели это тоже было его рук дело? Возможно, он не был уверен, но подозревал, что где-то неподалеку маг, вхожий в зеркальное измерение, и страховался, скрывая что-то от этого мага? Например…

Например то, что Грегор Бартимус — это НЕЧТО, способное менять оболочки. Переселяться из одного тела в другое, убивая при этом предыдущего носителя и оставляя определенного рода следы в зазеркалье, которые он же запечатывал, чтобы его вдруг не обнаружили и не вывели на чистую воду. А ведь звучит вполне вероятно, если вспомнить, что точно так же носители одержимы духами Семи Грехов. Так, выходит, Бартимус — тоже какой-нибудь мощный дух из Потусторонья?

Если да, то его фраза, которую он тогда обронил, кажется довольно логичной. О том, что носителей дара зеркальной магии не рождалось уже несколько столетий, и «даже в его времена» этот дар считался полулегендарным.

Знаю-знаю, слишком глобальные безумные теории, основываясь на одной лишь хромоте. Вот только эта хромота была СЛИШКОМ характерной. И если тот, в кого Бартимус вселяется, начинает вот так хромать, то это значит, что имеет место отнюдь не физическая травма, а неизгладимое повреждение ауры. Возможно, полученное недавно — раз ранее я натыкалась несколько раз на закрытые двери, но ни разу до этого не встречала человека, который бы именно так хромал.

Интересно, что же тогда вызвало эту хромоту? Что стало причиной таких повреждений? Неужели тот загадочный ритуал, который он, вместе с моей семейкой, начал с этим отбором?

Если все в самом деле так, если я ничего себе не придумала, то становится понятным и то, как же я получала от него письма уже после смерти Гюстава Зенкланда. Главный кукловод просто сменил оболочку и продолжил игру. Вероятно, понял, что за ним следят, и эта личность раскрыта, а значит, пора выбирать новую.

Но в таком случае… какие связи у моей семьи с этим… человеком? Темным духом? Или вообще кем? Почему он работает вместе с нами?.. А может, даже мы сами работаем под его началом?

Черт, это выглядит настолько мрачно, что мне даже захотелось, чтобы все осталось лишь моими безумными фантазиями, не более. Ведь если я правильно поняла, то проблем, чтоб его, даже еще больше, чем казалось минуту назад!

Как вдруг мои мысли оборвала шумиха, доносящаяся из огражденной кустами и деревьями уютной секции, где Лия с компанией присели отдохнуть. И подкравшись, я сразу поняла, в чем было дело: к ним завалилась София Грейслин собственной персоной! Да-да, та самая «набожная» мать Анжелы.

Но что она здесь забыла сейчас? Почему прицепилась к девушкам, среди которых даже не было ее падчерицы (непослушание которой сделало ее единственной наследницей состояния супруга)?

— …просто оставьте нас в покое! — гаркнула Агата, скрестив с женщиной взгляды.

— А кто даст покой моему дражайшему супругу?! — не унималась София, нисколько не смущенная тем, что в одиночку отгавкивается от пятерых девушек. Причем люди, гулявшие в этой части сада, при виде всего этого скандала брезгливо морщились и спешили убраться подальше от не самого приятного зрелища.— После того, как низко пала его драгоценная единственная дочь, он сам на себя не похож, почти не ест и не пьет, плохо спит, извелся…

— Вот и перестали бы промывать ему мозги — того и гляди, помирился бы с Анжелой, понял, что зря слушал свою дуреху-жену, и благословил бы брак дочери с тем, кого она любит и с кем счастлива,— прорычала Зара, скрипнув зубами.

— Побойся богов, дитя! — театрально заохала София.

— А зачем? Просто потом заявлю, что покаялась. Если с вами-то сработало, то обо мне и говорить подавно, — с насмешкой хохотнула Зара.

И, естественно, после этих слов «набожная благородная женщина» моментально побагровела, начав так истерично орать, что, кажется, еще немного, и ее визги просто посбивают листья со всех деревьев и кустарников вокруг. Захваченные этим буйством, девушки разъяренно выдыхали, из последних сил сдерживаясь, чтоб не начать затыкать уши, и явно готовились хором закричать на эту ненормальную в ответ…

Я заметила его не сразу. Наверное, в том гвалте, который подняла София, в самом деле можно было не заметить, несмотря на все габариты, уже ранее виденного мною придворного толстячка, который с совершенно невозмутимым видом проскользнул в то место, где девушки спорили с леди Грейслин. И с самым обыденным выражением лица, подойдя к Агате…

Выпустил из своей груди огромную призрачную волчью голову, которая сомкнула свою прозрачную пасть на глотке Агаты!

Она начала падать на землю без чувств. И прежде, чем кто-либо успел просто осознать произошедшее, переключиться на него со скандала с Софией… Даже прежде, чем безжизненная Агата упала на землю…

Волчья пасть клацнула зубами по шее Зары!

Закричав, я побежала вперед, на ходу атакуя толстяка боевыми заклинаниями. Вот только он, успешно отбив их, направил все еще тянущуюся из его груди волчью голову прямо на меня…

Но за миг до того, как та сомкнулась на мне, передо мной выскочил Роберт, импульсом отбивший толстяка вместе с его призрачным зверем в сторону, и…

А то, что происходило дальше, просто вывело меня из себя и довело до истерики. Потому что король всадил в толстяка какое-то заклинание, и того… буквально разорвало! Он просто взорвался, разбрызгивая во все стороны вокруг себя сплошное кровавое месиво!

Шок. Чистейший, безраздельный шок… в котором я не сразу поняла, что София набросила Лили на шею энергетическую петлю, и та моментально ее удавила! А потом сразу же, с точно такой же петлей наготове, направилась прямиком на Лию.

Вот только Роберт оказался сильнее, направляя на нее волну все того же заклинания…

София взорвалась — точно так же, как секунду назад толстячок!

И примерно в этот момент я, не выдержав всего происходящего, просто упала в обморок.

Едва придя в себя, я сразу же спохватилась и в панике вскочила с кровати. Но почти сразу почувствовала, как меня схватили за плечи и успокаивающе что-то заговорили. Лишь минуту спустя я поняла, что нахожусь в лазарете, и со мной разговаривает медсестра.

— Да, спасибо, мне, кажется, уже лучше, — наконец пробормотала я, опускаясь обратно на кровать, где меня тут же уложили головой на подушку и укрыли одеялом. После чего я осознала, что меня знобит.

— Вот, выпейте, это успокоительное, — проговорила женщина, давая мне в руки стакан с каким-то отваром, крепко пахнущим травами. — У вас был сильный стресс, но никаких травм вы не получили. Его величество вовремя вмешался.

Через несколько минут ко мне подошел доктор, который, осмотрев и магически просканировав меня, подтвердил, что я в полном порядке. Поймав себя на том, что лежу здесь в больничной сорочке, я прихватила свои лежавшие на стуле вещи и ушла за ширму, чтобы переодеться. Когда же вернулась…

То увидела Роберта, сидящего на моей койке.

— Мне доложили, что ты пришла в себя, — вздохнул он и, встав, подошел ко мне.

— Что с остальными? — сглотнула я, прекрасно понимая, что врачи бы не стали давать мне ответа на этот вопрос, так что спрашивать имело смысл лишь у короля лично.

— Лия и Виктория в порядке, — медленно проговорил Роберт… а потом, прежде чем продолжить, взял меня за руку. — Лили погибла. А Зара и Агата… физически живы, но уже никогда не придут в себя.

— Как… — только и сумела пробормотать я, кажется, только благодаря отвару сдерживаясь, чтобы снова не впасть в истерику и не потерять сознание. Голова немного закружилась.

— Пойдем, этот разговор не для сторонних ушей, так что предлагаю продолжить его в моем кабинете, — тихо сказал король. И, крепче сжав мою руку, вывел меня из лазарета.

Вскоре мы, пройдясь по дворцовым коридорам, оказались в уже хорошо знакомом мне кабинете. Мужчина, усадив меня в удобное мягкое кресло, запер дверь и наложил дополнительные заклинания против прослушки. И лишь затем подошел поближе ко мне, сел в кресло напротив и заговорил:

— Вероятно, ты догадалась, что там, в саду, вас атаковали Грехи.

В ответ я кивнула, нервно сглотнув слюну.

— Судя по характеру их атак, София Грейслин была носителем духа Алчности, сила которого — удавка жадности. Накидывая такую на шею своей жертвы, Алчность может регулировать натяжение и даже сделать ее невидимой. Чтобы в течение нескольких дней понемногу затягивать ее энергетически, таким образом, доводя человека до того, что тот удавится, сгорая от неконтролируемой и постепенно нарастающей жадности, а в процессе будет действовать относительно окружающих соответствующим образом. Но также Алчность может затянуть петлю мгновенно, и человек сразу умрет — как это и случилось с Лили.

— А… Зара с Агатой? — прошептала я, не сумев сдержать всхлип.

— Даже не знаю, чья участь страшнее: Лили, которая умерла мгновенно, или их? — покачал головой Роберт. —Они стали жертвами силы греха Обжорства. Который просто… сожрал их души.

— То есть сожрал души? — содрогнулась я.

— Такова сила этого духа, — вздохнул мужчина. — Выпуская из груди своего призрачного голодного волка, он натравливает его на выбранную жертву, и тот сжирает ее душу, оставляя от человека лишь пустую, бездушную телесную оболочку, которая пролежит остаток своей физической жизни в вечной коме, пока тело, наконец, не умрет. Пробудить таких невозможно, потому что пробуждать нечего: все, чем когда-либо была жертва — ее сознание, ее мысли, воспоминания… всего этого больше нет, оно безвозвратно уничтожено. Просто тело, внутри которого пустота. И с этим уже ничего нельзя сделать.

— Получается, Агата и Зара теперь…

— Да, — печально прошептал Роберт. — Я уже отправил посыльных к их семьям. У них, конечно, будет возможность просто… покончить со всем. Позволить телам умереть и почить с миром, дав разрешение на введение внутривенно одного зелья. Но я почти уверен, что они не сделают этого. А просто заберут девушек домой, где те продолжат беспробудно спать, пока тела не состарятся и не умрут. При этом безнадежно надеясь до самой смерти, что чудо все же случится, и однажды они придут в себя.

Не выдержав, я заплакала и, когда Роберт обнял меня, — просто молча, ничего не говоря, спрятала лицо в его рубахе, со всей силы вцепившись в нее пальцами.

— Получается, ты знал, как найти управу на Грехи, — проговорила я через несколько минут. Когда перестала плакать и успокоилась… но все еще прижималась щекой к его груди. — И к тому моменту, как я сообщила тебе о том, что Бартимус хочет повредить гримуар, уже сам прекрасно знал это и обеспечил себе копию.

— Верно, — кивнул мужчина, не выпуская меня из объятий. — Более того, также знал о копии гримуара, которая хранится в столичном особняке рода Кримсон, и незадолго до тех событий лично проник туда, чтобы выкрасть книгу.

— Так вот почему я ее там не нашла, — с горечью ухмыльнулась я. — А та копия в библиотеке…

— Была приманкой с фальшивым текстом, на которую я надеялся поймать приспешников Бартимуса после того, как их собственная копия загадочным образом исчезла.

— Вот почему я видела тебя посреди ночи, с ног до головы забрызганного кровью. Обжорство стал не первым грехом, которого ты убил.

— И даже не вторым, — признался Роберт. — Тогда мне в самом деле пришлось сражаться с одержимой духом Похоти придворной дамой, которая пыталась соблазнить меня, чтобы использовать на мне свою силу. Переспи я с ней — начал бы гнить заживо, начиная с половых органов, и умер бы в период от суток до недели — в зависимости от того, какой у нее был приказ. Но она не смогла повлиять на мое сознание, а я к тому времени уже знал о Грехах и заклинаниях из гримуара Пяти Теней, с помощью которого от них можно защититься. Увы, в отличие от Божественного света леди Эмильтон, который она все еще не может взять под контроль, заклинания из Гримуара не оставляют жизнь носителю, изгоняя из него духа, а убивают его. При этом сам Грех не исчезает, а возвращается в Потусторонье. Но, к счастью, хотя бы не может быть призван повторно. Как нам известно, выполнив ритуал призыва, Бартимус взял в свое распоряжение всю Семерку и не может возвращать их под свой контроль, притягивая из Потусторонья по одному.

— И ты также на самом деле знаешь, кто этот Бартимус такой, верно?

— Верно, — признался Роберт. — Грегор Бартимус — темный маг невиданной силы, живший несколько столетий тому назад. И ты — его прямой потомок.

— Что… Я? Как?! — поперхнулась я.

— В те времена лорд Бартимус, могущественный и влиятельный, заключил союз с родом Кримсон, относительно недавно проигравшим борьбу за престол Карверота, но все еще не терявшим надежду переиграть карты по свежим следам, пока власть рода Амстор не укрепилась. Заключая этот союз, Бартимусы и Кримсоны, в лучших традициях, подкрепили его стратегическим браком: дочь Грегора, Рианна, вышла замуж на наследника рода Кримсон… а свою первую дочь пообещала отдать в жены Королю Теней, тем самым сделав из нее Отмеченную, которая, на правах невесты, имела силы для открытия Двери Хаоса. Девушка получала пригласительную метку и должна была выступить на отборе невест для короля Карверота, в ходе которого начать ритуал, призванный впустить Короля Теней в этот мир, где он бы убил короля из рода Амсторов и, заняв его место, отобрал у него и свою невесту.

— Вот только тогда они не осуществили этого.

— Именно. План по призыву Короля Теней (после которого Бартимус планировал обмануть и забрать себе его силу) провалился: Грегор погиб, а его дух был изгнан в Потусторонье. Ну а метка невесты, обещанной родом Кримсон Королю Теней, переходила из поколения в поколение. Пока не оказалась у девочки, родившейся в то время, когда Грегор Бартимус, окрепнув духовно, нашел способ вырваться из Потусторонья в мир живых, где вселился в своего первого носителя, коих потом несколько раз менял, прежде чем оказаться в теле Гюстава Зенкланда. Тогда-то ритуал освобождения Короля Теней был заново запущен, и когда объявили следующий отбор невест, метка на девушке из рода Кримсон проявилась.

Хм… похоже, в этот момент я поняла, почему же имя Бартимуса казалось мне с самого начала таким знакомым. Если я правильно все припомнила, то… Кажется, где-то в первых главах книги Лия подслушала обрывок разговора как раз короля с уже не помню кем. И именно с его губ сорвалось имя Грегора Бартимуса. Вот только тогда это было совсем мимолетно и совершенно не задержалось в памяти, затерявшись на фоне ярких событий сюжета.

Однако теперь мне стало многое понятно касательно собственных воспоминаний, которые сейчас не были заблокированы. Однозначно, мой папочка был в курсе всей этой истории и старательно ее от меня скрывал.

Вот только это все еще не дает четкого ответа на вопрос: что было со мной до того дня, как в двенадцать лет вся моя память была стерта, и почему это со мной случилось?

— Так как Бартимус использует этих духов, Семь Грехов? — тихо спросила я, продолжая неподвижно сидеть в объятиях Роберта. Сейчас, в этот момент, меня продолжал бить озноб, а в этих объятиях было так тепло и уютно…

— Призвав их из Мира Теней после открытия Двери Хаоса, он поместил духов в Греховный Перстень — древний артефакт, который был утерян со времен его жизни. Вероятно, сам же Бартимус его спрятал, почуяв свой скорый конец. Семь Грехов — не просто темные духи, а подручные Короля Теней: те самые существа, которые своей энергетикой, переходя в наш мир через Дверь Хаоса, должны были проложить энергетический след для Короля. По этому следу он прошел бы в наш мир, сумей Бартимус осуществить задуманное, в том числе и расширить дверь кровью носителя Божественного света. Перстень служил не только сосудом для духов, еще не подсаженных в носителей, но и инструментом контроля над ними. Выйди перстень из строя — духи напали бы на него самого, причем злопамятно не дали бы ему покоя и в Потусторонье. Используя перстень, Грегор подсаживал Грехи в потенциальных носителей, которые были наиболее склонны к этим грехам: идеальные сосуды, являющиеся живыми воплощениями этих грехов. После внедрения духа в тело люди почти полностью теряли свою волю, и фактически их сознание отключалось, уступая место сознанию духа. Но при этом сохраняли все черты прошлой личности, что усложняло их выявление, потому что резкого изменения поведения человека, по которому можно было бы заподозрить неладное, просто не происходило. Обретя телесную оболочку, Грехи могли использовать древнюю темную магию, становились сильнейшими бойцами и, главное, обретали свои особые силы, свидетелем которых ты сама уже не раз становилась. Найдя идеальные сосуды, Бартимус может подселять в них духов как по одному, так и во всех сразу. Причем, судя по сегодняшнему происшествию, он решил больше не слать их поодиночке. Так что, думаю, оставшихся двоих спустит в атаку всех разом. А главное, одержимые становятся практически неуязвимы. Их можно сдерживать магией, но реальных способов противостоять им два: заклинания из гримуара Пяти Теней и сила Божественного света. Пока что горничная, очищенная силой леди Эмильтон, — единственная из выявленных одержимых, оставшаяся в живых.

— Понятно. Скажи, ты говорил, Обжорство — даже не второй Грех, носителя которого ты убил, изгоняя его. Получается, Похоть была первой… кто же тогда стал вторым?

— Гнев, — ответил Роберт. — Тогда, на плато, я сказал тебе, что посажу в засаду своих людей. Но на самом деле в засаде сидел один я. Гнев не подошел к тебе не потому, что Бартимус изменил свои планы. А потому, что еще до твоего прибытия я заметил его возле места, где он должен был встретиться с тобой, сразился и убил, чтобы обезопасить участниц от нападения. После чего прибрался как раз перед тем, как ты сама туда подлетела. Для меня это был уже второй бой с Грехом, поэтому я точно знал, как с ними бороться и каким образом лучше применять заклинания для противодействия этим существам. Так что справился быстрее, чем с Похотью… и в результате уже имел достаточно боевого опыта, чтобы, столкнувшись сразу с двумя, одержать верх и не дать им забрать хотя бы вас троих. К сожалению, этого боевого опыта мне не хватило, чтобы сегодня спасти всех.

— Ясно. То есть… все это время, с самого начала, ты был в курсе. Знал абсолютно все. Просто держал это от меня в тайне и разыгрывал спектакль, потому что я была той самой злодейкой, которой вполне логично не доверять.

— Да, — кивнул Роберт. — И поэтому сейчас к тебе все еще остается немало вопросов. Но я увидел достаточно, чтобы в одном не сомневаться: не знаю, что случилось, и почему ты решила переметнуться, но ты не притворяешься в желании остановить Бартимуса и свою семью. Ну а теперь, думаю, настала твоя очередь быть откровенной, — неожиданно прошептал он мне на ухо. — В том числе мне интересно, как ты могла видеть меня, забрызганного кровью после сражения с Похотью.

Мы были наготове каждый день. Я ожидала в любой момент получить письмо от Бартимуса (который снова сменил носителя, убив предыдущего, и его новую оболочку пока выявить не удалось). А Роберт — взял оставшихся участниц отбора под свою личную охрану (после происшествия в саду это его решение не вызвало бы никаких вопросов даже у самого придирчивого параноика). Отныне и до изменения ситуации все мы теперь спали в одной комнате без окон — находившейся в королевских покоях по соседству с его спальней. Специально для нас ее оборудовали должным образом. Выставив, кроме прочего, у двери стражу, дежурившую всю ночь и сменявшуюся каждый час. Днем мы также не ходили одни — перемещаться нам позволялось только всем вместе, в сопровождении охраны. И на всех нас, включая охрану, повесили магические датчики, которые дали бы королю сигнал, случись с кем-нибудь что-то, дабы тот сразу же телепортировался прямиком к нам на помощь.

Возможно, именно благодаря такому жесткому контролю не было ни новых покушений на Лию, ни даже попыток что-нибудь сделать со мной. И, готовясь ко сну в ночь перед испытанием, я уже была уверена в том, что никаких инструкций не будет. Следовательно, либо в моем предательстве уже полностью уверены и даже не хотят сделать вид, будто старый план еще в силе, либо просто не имели возможности оставить мне письмо.

Вот только вскоре я поняла, что ошибалась.

Поняла, заглянув в свою сумочку, где лежал пресловутый конверт!

Задрожав, я осмотрелась (Лия с Викторией уже легли) и, схватив письмо, прошмыгнула в ванную, где быстро распаковала конверт.

Но вместо инструкции увидела лист бумаги, на котором было написано:

«Ты разочаровала нас. Сильно разочаровала. И завтра у тебя будет последний шанс, чтобы доказать, что ты не совсем бесполезна.

Испытание пройдет в Арфоре, заброшенном городе недалеко от столицы. Каждая из вас, прибыв на место, должна будет пройти внутрь одного из зданий, где в три этапа решить задачу и отыскать спрятанный предмет. Но вместо того, чтобы заниматься этим, ты должна будешь проникнуть в дом, куда отправится носительница Божественного света — на обратной стороне начерчена карта, как незаметно добраться переулками до его черного хода, запомни ее. Там тебе предстоит встретиться с Гордыней и с его помощью наконец реализовать то, что уже давно должна была: получить ритуальную кровь носительницы светлого дара. После чего пройти до дома, где испытание проходит третья участница, и устранить ее, карта также прилагается. Таким образом, ты останешься последней участницей отбора — чего у нас не получилось сделать в прошлый раз из-за твоей нерасторопности. Как только с этим будет покончено, Гордыня поможет тебе добраться до Двери Хаоса, чтобы ты завершила начатое.

Ну а что будет с тобой дальше — зависит исключительно от результата».

Выдохнуть и успокоиться. К счастью, на этот раз я уже совсем не сомневалась, что должна сделать.

Специально ради меня в этой ванной комнате было установлено зеркало, достаточно большое для того, чтобы я могла в него пролезть. И еще одно большое зеркало Роберт, узнав о моем даре входа в зеркальное измерение, установил в своей спальне перед нашим сюда переездом. На случай, чтобы я могла, минуя охрану, моментально к нему наведаться, оставляя визит в тайне.

Поэтому сейчас, не медля, я прошла сквозь зеркало и в несколько шагов добежала до королевской спальни, где тут же, выйдя из отражения, начала трясти за плечо уже было заснувшего короля.

— Сейчас угадаю: ты по делу, а не просто потому, что тебе не терпелось оказаться со мной наедине в моей спальне, — бросил Роберт, сонно разлепив глаза, и сев в постели.

— Надо же, и как ты догадался? — проворчала я и без лишних слов протянула ему письмо от Бартимуса.

Прочитав его, мужчина задумался, наморщив лоб.

— Хм, занятно. Касательно одного только Греха Гордыни, то он однозначно врет. Ждать стоит как минимум и Лени тоже. Причем не удивлюсь, если вместе с ними придет и он сам, вместе со своими людьми. Но то, что я здесь прочитал, кое-что проясняет. А именно — все, что произошло тогда в саду… и, по-видимому, должно было изначально произойти в тренировочном зале.

— Ты о покушении на других участниц отбора?

— Именно, — кивнул Роберт. — Вероятно, потеряв последние сомнения в том, что ты их предала, и медлить нельзя, они решили ускориться и просто прикончить всех других участниц. Таким образом, ТЕХНИЧЕСКИ сделать тебя последней участницей соревнования и, следовательно, победительницей отбора. А затем прямо сейчас призвать Короля Теней.

— А что, так можно было? — ехидно фыркнула я.

— Видимо, только на определенном этапе… который, судя по всему, уже наступил. Они сами понимают, что план рисковый, но других вариантов хоть как-то его осуществить уже не видят благодаря тому, что их карты слишком спутались. Не факт, конечно, что для самого призыва ты все еще нужна, но, вероятно, как лишняя приманка для Короля Теней сгодишься. Так что не могу пока сказать наверняка, убьют ли они тебя или все же нет. Однако завтра действовать нужно будет с расчетом на то, что убить они тебя таки собираются — просто потому, что рассчитывать следует на худший сценарий, дабы в случае чего иметь больше шансов его избежать. Я и так подозревал, что они сделают ход именно на испытании, а теперь даже в этом не сомневаюсь. Думаю, для тебя готовят ловушку, но и мы будем наготове. И зная о том, что наверняка ждать стоит какой-нибудь дряни, внесем соответствующие коррективы в план.

— С этим соглашусь.

— В таком случае… Раз завтра у нас такой рискованный день, и все мы можем погибнуть… Не хочешь перед грядущим остаться здесь до утра? — подмигнул Роберт, и этим внезапным заявлением моментально вогнал меня в краску!

— Нет уж! С победительницей отбора после свадьбы будешь на ночь оставаться. — Я скрипнула зубами. И, моментально развернувшись, прыгнула обратно в зеркало.

Город, давно покинутый людьми, одновременно пугал и завораживал. Когда-то процветающий и наполненный жизнью, он теперь стоял в руинах и медленно гнил, разрушаясь год за годом. Немногочисленные особняки местной знати, административные здания, некогда по-провинциальному вычурный центр и жилые кварталы, где располагались квартирные дома от одного до четырех этажей.

Именно в один из последних, насколько я знала, была отправлена проходить свое задание Виктория. Здание, в которое прибыла я, было заброшенной ратушей. А за Лией мне нужно было бежать в поместье лорда, некогда заправлявшего этим местом. Оно находилось на краю города, неподалеку от каменного моста, отделявшего окруженный горами и рекой Арфор от всего остального мира. Рядом с парком, нынче обратившимся в дикие заросли.

И именно туда я побежала, едва настало время, оговоренное с Робертом. Покинув ратушу через черный ход, я по переулкам добралась до края города, прошмыгнула в парк и побежала в тени беспорядочных деревьев с кустарниками, из которых время от времени выныривали полуразрушенные, поросшие мхом статуи.

Арфор, небольшой шахтерский городок, был покинут жителями более ста лет назад, когда в шахтах, где добывались редкие и дорогие минералы, случился выброс ядовитого газа, унесший сотни жизней. Тела многих шахтеров так и остались там, глубоко под землей с противоположного от моста края города. Даже лучшее защитное оборудование и заклинания первых магов этих мест не могло гарантировать безопасности группам, которые отправлялись вынести погибших. Что самое главное, газ не прекращал наполнять подземные туннели, хоть и не поднимался выше определенного уровня. Поэтому шахты решено было закрыть и опечатать, поставив у входа памятник погибшим. А город, полностью зависевший от этих шахт, в итоге опустел, потеряв свой главный источник дохода. Да и всегда оставалась вероятность того, что однажды газ все же выйдет на поверхность, перетравив жителей. Так что сегодня здесь не было никого, кроме иногда пробегавших лесных зверей… и разве что жутких одиноких теней, которых, поговаривали, видели любители побродить по старым развалинам, что то и дело сюда наведывались.

И вот, наконец, перед моими глазами показалось старое трехэтажное поместье. Грязного светло-красного цвета, поросшее мхами и плесенью, с облупленной краской и прогнившими окнами с развалившимися ставнями, оно напоминало огромный кусок гнилого мяса.

Вздрогнув от вида столь жуткого зрелища, я набрала полные легкие воздуха и пробралась к черному ходу. Искренне надеясь, что перекрытие между этажами просто не обрушится мне на голову, едва я туда войду.

То, что я увидела внутри, угнетало еще больше, чем внешний вид здания. Ободранные стены, поцарапанный пол, на котором то тут, то там валялись камни и мусор. И что самое пугающее — торчащие из потолка поломанные доски в тех местах, где на втором этаже провалился пол.

Вот только здесь было нечто намного опаснее самого здания в аварийном состоянии: засада, очевидно предназначенная не только для Лии, но и для меня. Поэтому я, якобы случайно громко стукнув ногой, тем самым дала контркоманде знать, что уже здесь, и направилась к месту, где мы с ней должны были встретиться. А именно — бальному залу на первом этаже. Где, как я знала благодаря Роберту, находилось большое зеркало, задекорированное так, будто стояло здесь уже давно. И еще парочка таких зеркал располагались в ближайших коридорах.

Накануне мы с королем проверили одну теорию и выяснили, что я могу не только проникать в зеркальное измерение с тем, что на мне, и потом в той же одежде выскакивать оттуда. Но еще и способна проносить туда разнообразные предметы, в том числе — оружие и боевые артефакты разной силы. И именно склад таковых обустроила возле всех тех зеркал сегодня рано утром, за несколько часов до начала испытания. Так что кто бы нас сегодня здесь ни поджидал, мы собирались устроить им сегодня горячий прием!

Ступая осторожно и не спеша (чтобы и самой не провалиться в подвал, и наверняка дать Лие добраться до условленного места), я прошлась по заброшенным коридорам, пока передо мной, наконец, не показался вход в бальный зал. Когда-то изящный, в небесно-голубых тонах… а теперь напоминающий мертвое морское животное, выброшенное на берег.

И как раз когда я вошла, с противоположного входа показалась Лия.

— Вайлет? Что ты здесь делаешь? Ведь ты же… должна сейчас проходить свою часть испытания в другом здании, — обескураженно воскликнула девушка, отыгрывая свою часть сценария. Сейчас нас наверняка слушали притаившиеся в засаде заговорщики, так что нужно было создавать для них соответствующую картинку под кодовым названием: «Мы притворяемся, что не знаем, что вы знаете, что я предала вас и это ловушка».

— Да были тут кое-какие дела, — проговорила я, идя Лие навстречу. В то время как она прошла немного ближе к центру зала.

— Какие еще дела могут быть у тебя здесь? — нахмурилась девушка, старательно изображая напряжение… вот только, к несчастью, актриса из нее оказалась, мягко говоря, не очень. Так что шансов на то, что на этот спектакль Бартимус поведется, казалось немного.

— Нужно было… перетереть с тобой кое о чем, — ухмыльнулась я, подойдя к ней вплотную…

И как раз в этот момент увидела периферийным зрением мужчину, выходящего из дверного проема. Высокий, статный, в военном мундире. Судя по погонам, генерал королевской армии.

— А ЭТО мне как понимать?! — охнула Лия, тоже заметив генерала.

— Леди не ждала внезапных гостей? — поинтересовался он стальным, низким голосом, молниеносно оказавшись рядом.

Он словно заслонял собой все вокруг. Поэтому я, наверное, так и не заметила бы вовремя подкравшегося ко мне со спины мужчину с ножом… если бы выскочивший из укрытия Роберт не отбросил его от меня волной заклинания с громогласным грохотом!

— Я так и знал, что ты предательница, — сплюнув, выпалил Бартимус, лично появившийся посреди бального зала. А следом за ним, почти одновременно, из двух коридоров высыпалась целая толпа вооруженных до зубов достопочтенных господ… Причем среди них был мой папаша, чтоб ему неладно!

И тут же, проломив потолок, рядом с нами приземлились десяток бойцов из королевского спецотряда, до того сидевших в засаде на втором этаже! Впрочем, такого поворота событий Бартимус тоже вполне ожидал, поэтому его приспешники начали действовать по очевидно заранее отрепетированной стратегии: большинство людей взяло на себя Роберта, магическими и оружейными атаками перетягивая на себя его внимание. В то время как Гордыня, а вместе с ним и Лень — вялый, полноватый невысокий блондин со скучающим взглядом — напали на нашу группу поддержки, против которой те, увы, не владели должными магическими навыками.

Вот только чего Бартимус уж точно не ожидал, так это того, что я в два шага окажусь рядом с большим, казалось бы, неприметным пыльным зеркалом и прыгну в его отражение! Только вот долго осмысливать эту информацию он, опознав личность зеркального шпиона, не стал, и быстро разбил зеркало, от которого в зазеркалье за моей спиной осталась лишь пустая рама.

Но ничего, этого мы тоже вполне ожидали!

Прихватив с собой огромную тяжелую сумку, лежавшую возле зеркала, я пробежалась до ближайшего, спрятанного в коридоре. Возле которого лежали не просто сумки, а целый склад установок, едва пролезающих в большую раму! И вместе с ними двумя, пропихивая одну впереди себя, а вторую волоча позади, я выбежала из зеркала навстречу бойцу, уже ждавшему меня здесь как раз ради этого. Вручив ему сумки, я запрыгнула обратно за еще парочкой таких. А к тому времени, как выбралась с ними — уже узрела яркую картину массового офигения команды Бартимуса. Что сам древний маг, что его приспешники уж явно не ожидали, что в доме, который они только недавно исследовали на предмет отсутствия серьезных закладок… будет тяжелое магическое вооружение! Из которого по ним теперь смолили так, что стены старого домика буквально ходили ходуном… и я в этот момент всерьез боялась уже не агрессивного отряда злобных заговорщиков, а как раз того, что особняк просто сейчас развалится, разом похоронив под своими обломками всех нас без разбору!

И, собственно, не успела я об этом подумать, как особняк в самом деле начал рушиться! Благо все собравшиеся сразу смекнули, что свались нам на головы весь этот хлам — и уже, собственно, будет совсем неважно, кто здесь прав, а кто виноват. Поэтому синхронно подняли большой магический купол, по которому обломки здания расползлись в разные стороны вокруг нас.

Ну а потом… а потом, секунды через три после падения последнего кирпича, все вспомнили, ради чего здесь собрались, и возобновили вечеринку! Причем положение дел с магическим оружием команде заговорщиков явно не нравилось, но что с этим делать, они пока не придумали.

Мы с Лией, к слову, тоже не пасли задних, на равных сражаясь вместе с королевскими спецбойцами. И в запале битвы я, отбивая атаки одного из заговорщиков, не сразу осознала один момент. А именно — то, что в мою сторону летит маленькое, полупрозрачное синее перо. Точно такое же, какие Лень ранее разбрасывал вокруг себя, стараясь вывести из строя королевских бойцов. И которые пока что не отправлял на такие большие расстояния.

— ВАЙЛЕТ! — эхом услышала я надрывистый голос Роберта в тот миг, когда маленькое перо коснулось моей кожи.

И в то же мгновение, когда оно проникло в меня, я услышала неистовый крик Лии, с которым все вокруг залила ослепительная вспышка белого света!

Ну а дальше?

А дальше весь мир вокруг меня провалился в бездну…

Светлые волосы, карие глаза, большие губы, вздернутый девчачий носик и немного заостренный подбородок. Именно это я увидела за миг до того, как отвела взгляд от зеркальной глади окруженного холмами и скалами озера.

А затем посмотрела назад. На симпатичного юношу, в котором легко угадывались хорошо знакомые черты Роберта Амстора. Юношу, который весело и открыто мне улыбнулся…

За миг до того, как его нога сорвалась, и он полетел с обрыва вниз, на берег, усыпанный острыми скалами!

— НЕТ! — закричала я, выбрасывая руки вперед…

И прямо перед ним появилась зеркальная поверхность, отливающая хромированным пурпуром! Упав в которую…

Юноша оказался рядом со мной — вывалившись из второй такой же поверхности, развернувшейся перед тем местом, где сидела я.

— Ты… что с тобой?! — выдохнула я, осматривая юношу и сканируя его магией, насколько хватало моих сил. Жив. Кажется, просто немного ударился головой во время падения, но никаких серьезных травм.

Вот только меня все равно трясло. И я, расплакавшись, прижалась к нему.

— Пожалуйста, будь в порядке, — глотая слезы, прошептала я… И сама не поняла, как вообще это случилось, но прижалась дрожащими губами к его губам.

А отстранившись от этих губ, заплакала еще сильнее…

Как вдруг кто-то схватил меня за руку! И, резко дернув, заставил встать на ноги. Прошла лишь секунда, прежде чем я осознала, что нахожусь уже в совсем другом месте. Внутри небольшой, хорошо обставленной комнаты охотничьего домика.

— И что же я только что видел, Вайлет?! — неистово закричал отец, отвесив мне такую сильную пощечину, что я упала на пол, просто сметенная этим ударом, как хрупкий листик ураганным ветром. — Насколько помню, я подсылал тебя под видом прислуги в поместье, где кронпринц инкогнито проводит лето, чтобы ты втерлась к нему в доверие и помогла «случиться несчастному случаю», после которого первым претендентом на трон станет куда более удобный для нас его младший брат. Вот только вроде как в формулировке моего приказа не было «спасать ему жизнь и томно целовать, пока тот валяется без сознания»! Так, может, ты объяснишь мне, почему мой приказ не был исполнен?!

— Потому что я больше не собираюсь исполнять твои приказы! — изо всех сил закричала я, вскочив на ноги. И посмотрела на отца таким взглядом… от которого он моментально осатанел! Тот гнев, которым он пылал секунду назад, не шел ни в какое сравнение с безумным, остервенелым, искаженным гримасами ненависти звериным оскалом, с которым он смотрел на меня сейчас.

— Как ты смеешь?! Ты… МУСОР! — завизжал отец, вмиг подскочив ко мне, и со всей силы ударил кулаком в солнечное сплетение!

Согнувшись пополам, я выкатила глаза и от боли не могла даже сделать вдох. Лишь ощутила, как выступили слезы.

Вот только я все равно не собиралась подчиняться ему!

— Больше… больше никогда… я не буду слушаться тебя… — прохрипела я, еле вбирая легкими воздух, казавшийся болезненно острым и горячим.

— Будешь, дрянь ты такая, будешь! — прошипел отец, схватив меня пальцами за скулы. И…

Намотав на кулак мои волосы, прочитал какое-то заклинание, от которого я ощутила жгучие искры. Сначала они пробежались по моим волосам, после — по скулам, подбородку и носу, а напоследок стрельнули в глазах.

— Вот, этого будет достаточно, чтоб лет так через восемь он тебя не узнал. Что ж, попробуем немного другую стратегию, — безумно хохотнул он, позволяя мне упасть на пол.

Упершись ладонями в деревянный пол, я успела лишь мельком заметить висящее на стене зеркало, отражение в котором даже не сразу узнала. Девушка, смотревшая на меня, все еще была очень похожа на ту, что я видела в зеркале раньше. Но теперь у нее были черные волосы с легким фиолетовым оттенком, синие глаза и черты, немного отличные от моих привычных.

Ну а затем…

А затем я услышала, как отец читает странное, непонятное заклинание, в строчках которого взывает к какому-то Королю Теней, называясь прямым потомком того, кто сотни лет назад заключил с ним договор. И в этот момент ощутила на своей груди темную печать, через которую некая сущность, не принадлежащая этому миру, отвечала ему!

Как вдруг отец с размаху впечатал свою ладонь в мое лицо, с силой обхватывая его пальцами, и перед глазами потемнело. Единственное, что я ощущала в настигшей меня темноте — так это то, как все, чем я была ранее — все мои воспоминания, моя личность, мое сердце…

Полностью и бесповоротно ускользали от меня. Освобождая место чему-то иному…

И снова — будто вспышка.

Вместе с которой я ощутила холод, и он, кажется, был единственным, что я могла почувствовать в этот жаркий летний день.

Безграничный холод, исходящий изнутри.

— Их… всех? — переспросила я дрожащим голосом, глядя на десяток связанных людей, которые лежали перед моими глазами, на полу заброшенной лесной хижины.

— Всех, по одному, и немедленно, — отчеканил отец, вкладывая в мою руку холодный, остро заточенный нож. — А затем сбросить тела в яму, вырытую во дворе, магией превратить останки в пепел и закопать. Каждого из этих ни в чем не повинных жителей соседней деревни, которых если и станут искать, то ничего не найдут и не докажут. Ведь на них же могли просто напасть волки! — добавил он с жестокой, безумной и до боли циничной ухмылкой. — Или ты думала, что дело ограничится одними котятами, и я так просто пущу тебя на отбор, чтобы ты опять меня ослушалась?

— О чем вы, отец? — дрожащим голосом пробормотала я.

— Не важно, о чем. Сделай это. Здесь и сейчас, Вайлет. Таков мой приказ, — прорычал он, четко давая понять, что его идеальное, тщательно подготовленное орудие не имеет не то что выбора, но и просто своей собственной воли.

— Как прикажете, отец, — механически сорвалось с моих сухих губ…

— ВАЙЛЕТ! — внезапно прорвалось до моего воспаленного сознания.

И словно сквозь вспышку я ощутила призрачное прикосновение. Ощутила руки, крепко обнимающие меня. Ощутила, как дыхание из теплых губ щекочет волосинки над моим ухом.

А вместе с этим осознала то, что меня трясет. Что я, не в силах сдержать истеричных рыданий, дрожу крупной дрожью, всеми силами стараясь удержать остатки своего растворяющегося в сплошном безумии призрачного «Я».

— Все хорошо, слышишь?! — продолжал этот голос, в то время как сильные мужские руки крепче меня обнимали. — Что бы там ни было, все хорошо! Важно только то, что сейчас ты здесь, со мной, понимаешь? — услышала я…

И вздрогнула, почувствовав на своих губах нежный поцелуй, соленый от моих собственных слез.

Я не могу быть полностью уверена, что он мне не померещился. Потому что к тому моменту, как осознание реальности начало постепенно пробиваться ко мне, лицо Роберта было просто рядом с моим.

— Кажется… я здесь, — срывающимся голосом пробормотала я.

Бой.

Да, бой. Он все еще продолжался. Хоть король сейчас и стоял рядом со мной, обнимая меня, а некогда одержимые Грехами люди валялись на полу без сознания, остатки заговорщиков все еще пытались противостоять.

Правда вот, теперь, еще и без Грехов, выступать против лучших бойцов короля, вооруженных тяжелым снаряжением, было однозначно безнадежным делом. Безусловно, поражение этих людей — Бартимуса, отца, их приспешников — становилось решенным вопросом, всего лишь делом незначительного времени.

Но теперь я знала: все еще остается нечто, что могу сделать только я.

— Вайлет? — растерянно окликнул Роберт, увидев, что я, медленно выдохнув, на секунду закрыла глаза. А потом, открыв их, обернулась прямо на Бартимуса. И, не отводя от него твердого взгляда, потянулась рукой вперед!

Я ощущала это. Мощную пурпурную ауру, поднявшуюся вокруг меня. И невидимую ранее печать на моей груди, которой Король Теней отметил меня: свою невесту. Ту, которую собирался вот-вот заполучить…

И которую никогда, ни за что не получит!

Выплеснув волну энергии, я направила ее по кончикам своих пальцев прямо на Бартимуса. А точнее — на перстень-печатку на его пальце, который, расколовшись, разлетелся на осколки! После чего открыла за его спиной зеркальную дверь, переливающуюся фиолетовым хромом. Из которой к нему потянулись семь пар жадных, невероятно длинных рук! Моментально ухватившись за него, они вытащили из тела призрачный образ лысого, узловатого старика и затащили его к себе. После этого я, махнув рукой, закрыла портал, а освобожденный от духа Бартимуса носитель рухнул на пол без чувств.

— Что… как… — только и мог что закашляться Роберт.

Вот только все еще не было кончено.

— Пойдем, я не могу телепортироваться, так что мне потребуется твоя помощь, чтоб вернуться обратно, — твердо сказала ему я. И, открыв перед нами еще один портал, сделала шаг вперед…

— Где мы?.. — начал было Роберт, пройдя следом за мной. Вот только осекся и замер, просто проглотив язык при виде открытой в стене двери, которая вела в бесконечную черноту!

— У Двери Хаоса, под заброшенной часовней на окраине столицы, — ответила я, не отводя взгляда от этой всепоглощающей черноты, голоса которой наперебой звучали в моей голове…

И с которой я теперь четко намеревалась покончить.

Как и с тем, что связывало меня с существом, притаившимся за ней.

Я начала вырывать ее из себя — так, словно она была куском мяса, который намертво ко мне прирос. Резко, остервенело, через силу. Не обращая внимания на дикую боль, разрывавшую мою грудь с каждым новым сантиметром печати Короля Теней, который я отрывала от себя…

Пока наконец не ощутила, что ЭТО уже не является частью меня. Более того, ни один из моих потомков не переймет ее от меня.

Стиснув зубы, я злобно швырнула зависшую в воздухе пурпурную печать в самое сердце тьмы Двери Хаоса! И, параллельно читая заклинание, запечатывала ее. Раз и навсегда. Чтобы напоследок громко захлопнуть и увидеть, как черная закрытая дверь исчезает из этой реальности, прекращая свое проклятое существование.

Секунда… И я, ощутив слабость в ногах, упала, но Роберт вовремя подхватил меня и прижал к сердцу.

— Теперь… все закончилось, — прошептала я, глубоко дыша. — Я больше не смогу входить в зеркальное измерение. Так же, как не смогу открывать Абсолютные порталы, способные вести куда угодно… хотя последние восемь с половиной лет я и так не помнила об этой способности, потому что отец случайно вытер и ее из моей памяти, а потом не сумел восстановить моего владения этой силой, — добавила я, немного нервно засмеявшись. — Но что самое главное… можешь поздравить меня с успешным и окончательным разрывом помолвки с его Теневым Величеством! — сорвавшись, слегка безумно расхохоталась я. — Ну а теперь… если тебе не в тягость, можешь телепортировать меня отсюда, скажем, во дворец?

— Во дворец не могу, — тяжко вздохнул Роберт. А затем, шаловливо ухмыльнувшись, добавила: — Потому что ты все еще должна закончить прохождение своего испытания!

И тут я в один миг снова оказалась в заброшенном шахтерском городе. Причем прямо внутри здания, где должна была пройти свое задание. Но что самое главное — на крыше, рядом с ведущей вниз лестницей… где увидела кольцо с зеленым камнем, которое должна была доставить кураторам как знак того, что выполнила задание.

— Буду ждать тебя на финише, — подмигнул Роберт и исчез, телепортировавшись, судя по всему, для начала обратно в разрушенный особняк, чтобы закончить все дела там и убедиться, что его люди успешно скрутили всех заговорщиков.

Впрочем, закрытие Двери Хаоса заняло у меня немало времени, так что я не сомневалась, что Лия, пусть и в руинах, уже все равно нашла свой перстень после завершения битвы, и если не финишировала, то как минимум на подходе к финишу. Что уж говорить о Виктории, которая и вовсе не была втянута во всю эту битву, а просто прошла себе спокойно испытание!

Тем не менее я все равно выбралась из старой ратуши и побежала по городским улицам к площади, где должна была отдать перстень кураторам.

— Поздравляю, вы первая, — сообщил один из них, и тут я остолбенела.

— То есть первая? — закашлялась я. — Разве до меня… еще никто не финишировал?

— Нет, чего-то на этот раз все слишком долго возятся, — недовольно проворчал мужчина, похоже, недовольный тем, что никак не может пойти домой отдыхать.

Удивленно заморгав, я уже направилась было в направлении моста, выводящего из города, когда заметила Лию, приближающуюся как раз с его стороны, прямо мне навстречу!

— Ох, наверное, я последняя? — вздохнула она, передавая кураторам свой перстень.

— Да нет, вторая. Как раз проходите в финал, — сообщил ей мужчина, и тут ее глаза вытаращились от удивления.

— Быть не может, — аж закашлялась девушка. — Разве до меня уже не…

— Ой-ой-ой, это я что, получается, последняя пришла?! — неожиданно услышали мы голос Виктории, которая, выбежав из-за угла, передала перстень кураторам. — Надо же, какая неудача! Как я расстроена, не стать мне королевой, придется довольствоваться денежным призом за третье место… Кстати, девочки, я тут присмотрела здание, в котором буду открывать свой ресторанчик примерно через месяц. Заглядывайте, будет вкусненько, — подмигнула она. Причем с тем самым выражением лица, которое не оставляло даже капли сомнений в том, что все то время, пока мы с Лией копались, она просто стояла за углом, ожидая нас, чтоб сразу выбыть из соревнования за вообще ненужного ей жениха и, поскорее забрав деньги, свалить к чертям собачьим!

При этом до меня смутно начало доходить две вещи.

Первая — меня, вопреки уже давно поруганному канону, все еще никто не убил.

Вторая — мы с Лией стали последними участницами Сумеречного отбора королевских невест!

Шумиха, поднявшаяся с задержанием целой группы высокопоставленных заговорщиков, и все за ней последовавшее, буквально сожрала время между двумя последними испытаниями. Так что мы с Лией даже опомниться не успели, как наступило время нашей с ней финальной схватки: магической дуэли, победительница которой и станет женой короля.

Я же… я не питала никаких иллюзий касательно того, кто победит на отборе.

Да-да, пускай после всех следственных действий и личного вмешательства Роберта как свидетеля, суд меня оправдал, признав жертвой заговорщиков, а не их соучастницей. И благодаря показаниям короля мне более не грозили ни смертная казнь, ни заключение, ни даже изгнание.

Вот только я все равно была в этой истории всего лишь злодейкой. Причем, как впоследствии оказалось, даже не главной, а просто марионеткой, которую использовали, зомбируя магией и жесткими издевательствами в собственной семье.

В то время как счастливый финал с большой любовью всей жизни полагался главным героиням. А таковой в этой истории, как ни крути, была именно Лия, но уж точно не я.

Поэтому, надевая защитный доспех, призванный не дать нам с Лией нанести друг другу смертельные повреждения, и беря в руки волшебный меч-артефакт, предназначенный для магических атак, я под громкие аплодисменты и гул толпы вышла на арену, заполненную зрителями, чтобы сразиться на пределе своих возможностей и проиграть в честном бою. А с противоположного входа на меня шла Лия, которой был неимоверно к лицу образ прекрасной воительницы.

Нам предстояло сразиться один на один. Используя все свои боевые навыки и магические умения, чтобы поскорее выбить из строя соперницу, пока та либо не сдастся сама, либо будет не в том состоянии, чтобы продолжать бой.

На трибуну, к главному куратору отбора, вышел глашатай, прочитавший торжественную речь. А затем прозвучал рев труб, и мы, встав в боевые стойки, побежали друг на друга под гомон толпы, концентрируя на лезвиях мечей заклинания для атаки. РАЗ — и наши клинки скрестились, высвобождая мощнейшие чары…

— А-А-А-А-А!!! ПРОКЛЯТЬЕ! — завизжала Лия во всю глотку и, отскочив от меня, отбросила в сторону меч, уставившись на свою руку. Я же, оторопев, и сама отступила на шаг, глядя на нее выпученными глазами. — Да что ж за напасть?! Как такое вообще могло случиться? Ну как? КАК Я МОГЛА СЛОМАТЬ НОГОТЬ?!!!

Я просто уронила челюсть, при этом чудом удержав в руках собственный меч. И, впав в ступор вместе со всей многотысячной толпой, смотрела на Лию вылезшими из глазниц глазами всего с одной мыслью: «ЧЕ-Е-Е-Е-Е-Е?!».

— Нет, ну вы вообще это видели?! — продолжала отчаянно кричать Лия, оплакивая злополучный ноготь, словно молодая вдова бесславно почившего супруга. — Вчера весь вечер сидела у маникюрщицы, цвет выбирала, камушки, и чтоб как раз на этом ногтике руну нарисовать, со СМЫСЛОМ, между прочим! А он взял… и сразу вот при первом же ударе мечами сломался?! Да это просто капец! Издевательство сплошное… Короче, не могу я, такой стресс, сдаюсь, и срочно, СРОЧНО кофейочек! Да, денежку вы мне за второе место перекинете на тот номер счетика, что я вам написала? — бросила она в сторону куратора, обалдело стоявшего все на той же трибуне рядом с глашатаем и не сумевшего в ответ на это больше ничего, кроме как отрешенно кивнуть. — Ну вот и отличненько! А мне уже пора. Сегодня столько дел, столько дел… К мастеру записаться, ноготочки подправить, а потом еще вещи собирать, завтра же ведь уезжать из дворца и домой ехать… В общем, убежала я, больше не задерживаю! Покеда!

Задорненько помахав ручкой, Лия забежала обратно в тот вход, из которого вышла, и скрылась с глаз.

Прошло несколько минут, на протяжении которых у всех собравшихся в голове зависал единственный вопрос: «Что это, пилять, только что вообще вот было?».

По истечении которых глашатай, похоже, первым найдя и поставив на место свой язык, громко проговорил:

— Победительницей Сумеречного отбора становится леди Вайлет Кримсон!

…И вот тут в ступор впала уже одна я, причем конкретно и надолго!

Когда начиналась вся эта безумная история, я мечтала лишь об одном: изменить канон, чтобы в результате не умереть ближе к концу.

Что ж, кажется, в своих стремлениях я ка-а-а-апельку перестаралась. И теперь не просто была все еще жива-здорова в конце истории… но и стала победительницей отбора королевских невест! Следовательно… я все еще сама не осознала до конца этого факта, но, кажется, мне теперь на днях предстояла свадьба с королем. Да-да, тем самым Робертом Амстором! И как на все это реагировать, я пока что не знала, потому что все еще даже не переварила как следует этот факт. В самом деле, попробуй тут хоть что-нибудь перевари, когда вокруг — сплошная суета, церемонии с торжественными речами каждые пятнадцать минут, между которыми только и успеваешь, что платье сменить. Что там, за весь день я даже не перекинулась словом со своим теперь-уже-кажется-официальным женихом! Лишь несколько раз постояла рядом с ним на всех тех церемониях, пока в конце нас не развели кого куда.

Таким образом, поздней ночью я, уже ложась в кровать, внезапно осознала происходящее. И это осознание так сильно шарахнуло меня по голове кирпичом, что я, чувствуя острую потребность выпить, достала припрятанную под кроватью бутылочку винца и вместе с ней, отпив немного по дороге, улизнула на крышу. Где нашла уютное местечко с видом на сад…

И поняла, что пришла сюда не одна!

— О, привет! Вижу, ты с гостинцем? — хохотнула Лия, похоже, уже слегка поддатая. — Давай, садись, твое винишко будет как раз кстати, а то у меня совсем на донышке оставалось, а тут такой повод отпраздновать!

— Да, конечно, — вздохнула я, наливая немного в протянутый мне бокал.

— Ой спасибочки! — весело хихикнула Лия, с легким звоном соприкоснувшись своим бокалом с моим. — Вот надо же! Ни за что бы не подумала, что после пролета на отборе буду радостно выпивать на крыше дворца вместе с главной злодейкой оного!

— Не такая я уж и главная злодейка, — хмыкнула я, и сама делая глоток. — Как оказалось, всего лишь второстепенная.

— Зато уложившая самого главного злодея, — подмигнула девушка, потянувшись, словно ленивая кошка на подоконнике. — Хотя я вот все ума не приложу: а чего это вдруг в тебе произошли такие перемены? Ты ведь раньше была… кхм… совсем иного мировоззрения.

— Это была не я, — ляпнула я, прежде чем успела прикусить немного развязавшийся из-за вина язык.

— То есть не ты? — икнула Лия, с подозрением прищурившись.

— Ну как сказать… Вернее, я, но… — забормотала я, а потом, махнув рукой из-за оказавшегося слишком крепким вина, вывалила: — Если вкратце, то во мне проснулись воспоминания из моей прошлой жизни, и та моя личность взяла верх над Вайлет, которую все вы знали. И вот, кстати, та прошлая личность при жизни читала книгу, события которой почти в точности описывали все, что происходило на этом отборе… по крайней мере, до того момента, как во мне пробудилось мое «Я» из прошлой жизни. После этого все покатилось черт его пойми как. Да-да, сама знаю, звучит как бред сумасшедшего, который выпил немного больше, чем один бокальчик.

— И правда, именно так оно и звучит. Но… ты в последнее время настолько стала на себя не похожа, что я даже как-то в это все верю.

— В самом деле? — удивленно закашлялась я, подавившись винишком. — Не подумай, что я только критикую… но как-то ты слишком легко мне поверила.

— Потому что это я написала ту книгу, которую ты читала в прошлой жизни, — вздохнула Лия… заговорщически мне подмигнув.

— Стоп… ЧТО?!

— Да-да, знаю, в это трудно поверить, — хохотнула она, прикрыв рот ладошкой. — Но прожив жизнь в мире, который был почти таким же, как этот — где я выиграла отбор невест и вышла замуж за ту версию Роберта Амстора, — я переродилась в другом мире. Технологичном. Где начала понемногу вспоминать события прошлой жизни, в результате чего написала женское фэнтези по мотивам своих воспоминаний. Та книжка стала популярной в интернете, и ее даже издали. Но после своей смерти там я… снова переродилась здесь! И когда на моей руке появилась метка, приглашающая меня на отбор, воспоминания из тех двух предыдущих жизней прорезались. Кстати, тогда же я быстро выяснила, что это — не тот самый мир, в котором я уже жила, а просто очень на него похожий, практически идентичный. Поняв все это, я решила попробовать немного все переиграть. Чтобы, в первую очередь, не победить на отборе, при этом все равно не дав семье Кримсон осуществить их план.

— Эй-эй, постой! А почему это ты решила не побеждать на отборе? А потом еще так нагло слила последнее испытание, — закашлялась я.

— Потому что… скажем так, в книге я, ради соблюдения законов жанра… немного приукрасила нашу с Робертом «любовь», — немного смутившись, призналась Лия. — Это, скорее, была просто небольшая влюбленность, которую эмоционально усилили кое-какие события, связанные с тем, что я несколько раз была на волосок от смерти. Но вскоре после свадьбы пришло понимание того, что хоть он и хороший человек, шикарный мужчина и все такое, но… вообще «герой не моего романа». Вот только изменить уже ничего было нельзя: победительница отбора, которая вышла за короля и стала королевой, не могла вот так взять и подать на развод, сказав: «Давай останемся друзьями». Пришлось доживать жизнь с супругом, к которому я ничего не испытывала, развеивая свою тоску любовными романами и время от времени заводя интрижки, против которых он, к его чести, не возражал, видя мое состояние. Поэтому я решила, что в этой жизни побеждать на отборе и наступать на те же грабли не хочу. Дойду до первой тройки, чтоб получить деньги на лечение отца, а там уже без меня разбирайтесь. Думала проиграть в прошлом испытании и оставить Викторию самой «не давать злодейке Вайлет победить». Только вот ОЙ, не вышло. Ну и подумала — раз уж с Вайлет что-то пошло не так, и она давненько перестала вести себя так, как вела в моей позапрошлой жизни, то сольюсь лучше сама, а остальное уже ее проблемы.

— И как я понимаю… Не тебе ли я должна сказать спасибо за пробуждение моей собственной памяти из прошлой жизни? — прищурилась я, стараясь мысленно проигнорировать ее последнюю фразу.

— Да, наверное, это моя заслуга, — немного смутившись, призналась Лия. — Помня, как все было в прошлый раз, я решила попробовать вывести тебя из игры накануне испытания, чтобы ты еще до середины отбора проиграла и покинула двор. К сожалению, я немного оплошала и не успела сделать это до того, как ты открыла Дверь Хаоса. Но, в общем, я подмешала тебе в вино одно зелье, которое должно было повлиять на твою голову и лишить тебя возможности использовать магию. Вот только оно, похоже, почему-то сработало иначе, вероятно, из-за твоей связи с Королем Теней. И в результате, вероятно, дало толчок к пробуждению твоей личности из прошлой жизни. Ну а еще, кроме этого, я пошла напрямую к Роберту и рассказала ему все, что мне было известно о заговоре рода Кримсон. Мы решили действовать из тени, разыгрывая, в том числе и перед тобой, спектакль, чтобы обвести всех вас вокруг пальца и таким образом сорвать план, который они готовили. И, как я впоследствии выяснила, не я одна спутывала им карты, — подмигнув, добавила она.

— Но если ты уже переживала все это, то… почему сразу не могла использовать тот чертов Божественный свет?

— Понятия не имею, — вздохнула Лия. — Вроде с самого начала старалась делать все то же самое для контроля над ним, что в позапрошлой жизни, но… Почему-то не получалось. Эта сила просто отказывалась подчиняться мне. Так что даже тогда, в самом конце, все случилось исключительно интуитивно, и считай, всем нам просто повезло. Даже сейчас я не могу в полной мере его контролировать.

— Да уж, подфартило так подфартило, — вздрогнула я, припомнив все то, что ментально вывалилось на меня после активации Божественного света во время битвы в заброшенном поместье.

— Но я в самом деле рада, что все получилось именно так, как получилось, — улыбнулась Лия, допивая свое вино. — Жаль только, что Лили, Агату и Зару спасти не удалось, но тут уж ничего не поделать, мой косяк, — печально добавила она. — Ладно, пойду я спать. Анжела как раз на днях помирилась с отцом, который избавился от влияния своей теперь уже бывшей женушки. И она просила заскочить к ней в гости утром, перед тем, как отправлюсь домой. Сказала, у нее для меня какой-то сюрприз, и я даже в самом деле не знаю какой, потому что в прошлой жизни ничего такого не было. Да и, подозреваю, теперь у меня впереди в самом деле НОВАЯ жизнь, полная сплошных сюрпризов! За что, к слову, спасибо как раз тебе, — добродушно подмигнула она, похлопав меня по плечу. И, встав, ушла, оставив меня одну.

Растерянная и запутанная, я просидела на крыше еще несколько минут. Прежде чем, используя магию, спуститься вниз, просто в королевский сад, где мне очень сильно захотелось погулять этой светлой лунной ночью, вдыхая аромат дивных цветов и трав.

— Надо же, когда я пробрался в твою спальню, то даже поначалу удивился, не обнаружив тебя там. Но не думал, что в самом деле так просто теперь найду, — услышала я, и обернувшись, увидела Роберта, прислонившегося к стволу дерева в нескольких метрах от меня.

— И с какой же стати его величество решил пробираться в спальню своей невесты до свадьбы? — нервно бросила я, вздернув бровь.

— Так ведь помнится, эта самая невеста несколько дней назад заявила мне, что в моей спальне будет оставаться на ночь победительница отбора, — ухмыльнулся он, подойдя ко мне. И, ощутив его прикосновение к своему плечу, я вздрогнула от легкого, сладостного трепета, прокатившегося волной по моему телу.

— Кажется, кто-то торопит события, — заявила я, попытавшись сердито фыркнуть… только вот не получилось. Голос сам сорвался на обескураженный шепот.

— Возможно, — подмигнул Роберт, переплетая со мной пальцы. — Тем не менее все еще есть кое-что, что я должен тебе сказать.

— И что же? — выдохнула я, всеми силами стараясь справиться с пьянящим головокружением…

А затем замерла, когда Роберт, встав передо мной на колено, проговорил:

— Вайлет, я люблю тебя. Ты выйдешь за меня замуж?

Ну и что я еще могла ответить, кроме «Да»?!

КОНЕЦ