— Отпустите меня! Немедленно отпустите! Вы не имеете права! — истошно орала растрёпанная девица, висевшая на плече у здоровенного мужика.

— Не верещи, зараза! — прокуренным басом рявкнул бритоголовый громила и шлёпнул отчаянно извивавшуюся ношу чуть пониже спины.

— Да как ты смеешь? Грязный мужлан! Я — знаменитость! Тебе это так с рук не сойдёт! — захлебнулась от негодования девица.

— Пиху, да уйми уже её ради всех святых! Эта свиристелка своим визгом мне в барабанных перепонках дырок наделала! — просипел второй бугай.

— Ты ж в курсе, Руфу — калечить не велено, а слов эта фря не понимает, — досадливо прохрипел Пиху.

— Невоспитанное хамло! Да чтоб ты знал: моё сопрано — лучшее во всей Дракогории! — экспрессивно возмутилась девица, подкрепляя свой протест яростными ударами кулачков по спине похитителя.

Напрасно — только руки отбила.

— Самое пронзительное — это точно! — обидно заржал Пиху, встряхивая свою ношу.

— Пусти, гад! — крик взвился до высоких нот, подтверждая справедливость характеристики.

Пиху, на которого пришёлся основной акустический удар, болезненно поморщился и потёр оглохшее ухо.

— Ну, всё! Достала, овца голосистая! — вызверился второй бугай и нажал какую-то точку за ухом девицы, отчего та обмякла и затихла.

— Ты что натворил, Руфу? Если попортил товар, я тебя покрывать не буду, так и знай! — побледнел Пиху.

— Ничего с ней не станется! Я её нежно вырубил. Зато какая тишина наступила — просто праздник какой-то! — отмахнулся Руфу. — Тащи уже в машину эту свиристелку.

— Короче, братан, я тебя предупредил! В случае чего у шефа на ковре тебе стоять, — недовольно пробурчал Пиху.

— Да понял, не дурак! Одного не пойму: нахрена она ему сдалась? — пожал плечами Руфу, открывая заднюю дверь навороченного дракровера.

— А вот это не нашего ума дело! У богатых свои причуды, и лучше не лезь, куда не просят, живее будешь! — оборвал его Пиху.

Через минуту из арки выкорячился габаритный чёрный внедорожник с глухо затонированными стёклами и, газанув, помчался в сторону выезда из городка. Невольные свидетели происшествия могли бы сказать, что машина направилась в сторону Кольеры — столицы Дракогории. Впрочем, единственная дорога из очаровательного провинциального городка Чешуешту вела только туда. С трёх других сторон его окружали горы.

Однако свидетелей — как и всегда — не случилось. Пиху и Руфу тщательно следили за этим аспектом своей работы, ведь публичность — совершенно лишняя опция в их деятельности. По сути они были очень скромные ребята.

Главный (и единственный) дизайнер славного города Чешуешту, расположенного у подножия Черешневых гор, Тата Ру, обладала решительным характером, креативным мышлением, роскошной гривой красно-рыжих волос и потомственным фамильяром.

Не слышали о них? Правильно! Потому что далеко не каждый род может похвастаться наличием такого существа. Семейство Ру — могло. И похвастаться, и — частенько — посетовать, поскольку их родовой зверь — белка Марикара была особью вреднючей и своевольной.

Конечно, подобную характеристику можно дать каждому второму потомственному фамильяру, но Кара (Тата обычно добавляла к сокращённому беличьему имени слово «небесная») могла дать фору большинству из них. Ну, посудите сами: потомственный фамильяр — это почти родовой тотемный зверь. Как тут не зазвездиться?

Кара небесная жила в семействе Ру несколько веков, переходя от матери к дочери, и считала себя практически главой семьи. В раннем детстве Тата принимала любое слово Марикары за чистую монету, в подростковом возрасте поведение фамильяра забавляло и находило живой отклик в душе хулиганистой девчонки. Но теперь, когда Тата стала взрослой самодостаточной девушкой двадцати двух лет от роду, навязчивые поучения древней белки периодически вызывали приступы раздражения.

— Рошу! [1] Рошу, смотри, что я подготовила для тебя!

Истошный вопль Кары заставил Тату вздрогнуть и недовольно поморщиться.

— У тебя склероз, Марикара? Сколько раз я просила не называть меня этим дурацким прозвищем! — возмутилась девушка.

— Не смей напоминать мне о возрасте! Я вечно молода и прекрасна! — негодующе фыркнула белка.

— И вечно беспардонна, — пробурчала Тата. — Позже обсудим, какая ты особенная, а сейчас не мешай — я работаю.

— Пфф! Работает она! — всплеснула лапками белка, снисходительно глядя на ватман, лежащий на столе. — Я, между прочим, тоже не просто так, а по делу. Вот!

Поверх скрупулёзно вычерченного макета шлёпнулся замусоленный и надорванный по краям лист.

— Это что? — Тата брезгливо сдвинула в сторону подозрительную бумажку и требовательно посмотрела на фамильяра.

— Это чертёж офигенного ледяного городка! — горделиво вздёрнула носик Кара.

— Спасибо, у меня уже есть, — дипломатично отказалась девушка, вновь склоняясь над рисунком.

В кои-то веки Тата была довольна и испытывала гордость за своё творение. Макет получился просто загляденье, ей удалось создать нечто новое и оригинальное. Остались последние штрихи, и можно нести в городской совет для утверждения.

— Ты про эту писульку? — белка бесцеремонно ткнула когтём, оставив некрасивую дыру аккурат в районе украшения на верхушке ели.

— Марикара!!! — сердито взвыла Тата.

Почуяв, что перегнула палку и дело запахло жареным, белка проворно отскочила в сторону. И уже с безопасного расстояния принялась обиженно предъявлять претензии.

— Нечего орать на меня из-за какого-то микроскопического прокола! Тем более, твой скучный проект никуда не годится! Не то, что мой! Хватай уже его и дуй в управу. Ещё спасибо скажешь, когда они там все попа́дают в обморок от нереальной красоты, которую я изобразила.

— Нести вот это ? Серьёзно? Они действительно попадают, только от брезгливости! — Тата двумя пальцами подняла убогий листок и демонстративно помахала им перед беличьим носом.

— Зато видно, что с ним активно работали! — огрызнулась белка.

— Угу, мяли, жевали, кажется, ещё и топтали, — цыкнула Тата.

— Ты даже не рассмотрела мой рисунок! — топнула лапой Кара.

— И не собираюсь! — отрезала Тата, демонстративно отпихнув листок в сторону.

Под оскорблённое пыхтение белки она заделала дефект на макете, налепив сверху красиво переливавшуюся звезду из бумаги с блестками. Аккуратно упаковала в тубу свёрнутый лист ватмана и поднялась, чтобы идти одеваться. Именно в этот момент на столе истошно заверещал мобильный кристаллофон.

Тата глянула на дисплей и чертыхнулась — звонила Липа Лупеску, секретарша начальника департамента по организации культурных мероприятий. И вот ведь какое дело — единственный дизайнер славного города Чешуешту имела честь служить именно в этом департаменте.

Досадливо цыкнув, Тата ответила на вызов.

— Уже выхожу! — сходу сообщила она, пресекая лишние вопросы. — Шеф очень сердится?

— Ой, Татка, он про тебя и не вспоминал, не до тебя ему сейчас! — выпалила секретарь.

По тону было ясно — её прямо-таки распирало от новостей.

— Уехал что ли куда? — пробубнила Тата, плечом прижимая трубку и параллельно застёгивая сумочку.

— Наоборот! У него посетитель! — с придыханием произнесла Липа.

Тата прямо как наяву представила, что та зажмурилась и растянула губы в мечтательной улыбке.

Я-асно! Значит, посетитель — интересный мужчина, и Липа уже сделала на него стойку. Впрочем, домнина [1] Лупеску реагировала аналогичным образом практически на всех молодых и неженатых.

Пожалуй, только слепо-глухонемой житель города не был в курсе, что Липа находилась в активном поиске. Причём, в прямом смысле. Она не сидела в ожидании знаков внимания, скромно потупив глазки, а предпочитала брать судьбу в свои руки, а подвернувшегося мужчину — в оборот.

— И кто же пожаловал к домнулу Брынзану в канун Новогодия? Дай-ка угадаю! Очередной фокусник? Или непризнанный певец? И наш бедный деликатный шеф пытается вежливо вытурить доморощенное дарование, поскольку концертная программа полностью сформирована ещё два месяца назад? — хмыкнула Тата.

— А вот и нет! — торжествующе пропела Липа. — К нам приехал сыщик! Самый настоящий!

— И что он ищет в нашем забытом богами захолустье? Накладную бороду деда Крэчуна, [2] пропавшую в прошлое Новогодие? Ту, что сожрал ручной крот главного бухгалтера, — хихикнула Тата, натягивая сапожки.

— Бери выше! У нас звезда пропала! — выдохнула Липа.

Тата вздрогнула и невольно покосилась на тубус с макетом. Вот чуяла же — не к добру Кара ткнула когтем именно туда! Не раз уже она убеждалась — стоит обращать внимание на знаки, исходящие от фамильяра.

Звезда городской ёлки была чуть ли не главной реликвией Чешуешту. Ну, разумеется, после ратуши, реликтового дуба, росшего высоко в Черешневых горах, медали за лучший горнолыжный курорт и бороды городского главы, домнула Данута Кодряну.

Начнём с того, что эта звезда была значительно древнее всех других реликвий, одним словом — антиквариат. Выполненная из сплава серебра и митринита, несмотря на внушительные размеры, она была прочной, но лёгкой. А уж сияла почище самоцветов, коими была обильно усыпана.

— Звезда? — сдавленно пискнула Тата. — Считай, что я уже на месте!

Не дослушав Липу, она сбросила вызов и стремглав вылетела из дома. Прыгнула в свой двудверный красный драксваген и от души надавила на газ.

— Рошу, ты шапку забыла! — укоризненно цокнула белка, материализуясь на заднем сидении автомобиля.

Тата глянула в зеркало заднего вида и закатила глаза. Между беличьих ушей задорно топорщилась синяя кружевная панамка. В цветочек.

— Это твоя шапка, — подсказала девушка. — А мне не нужно, сегодня тепло. Лучше скажи — откуда узнала про звезду?

— Пфф! Об этом все фамильяры шумят. Наконец-то и в нашем захолустье такое событие! Есть о чём потрындеть, — восторженно блеснула глазёнками Кара.

— Нет, вы полюбуйтесь на них! В городе чрезвычайное происшествие, а они развлекаются! Новогодие под угрозой! — воскликнула Тата, ловко объехала сугроб и припарковалась у входа в городскую управу.

Аккурат рядом с чёрной громадиной дракдиллака модели «шторм».

Тата позволила себе немного помешкать, любуясь автомобильной новинкой, недавно сошедшей с заводского конвейера. Ну, какой же красавец! Чей он? Наверняка того сыщика. Видно, он и правда птица высокого полёта! Неужели из столицы?

Она не подозревала, что в этот момент кое-кто так же пристально разглядывал её через тонированное стекло автомобиля.

«Всё, Тата, кончай глазеть на эту громадину, тебе работать пора!» — одёрнула она себя и дробно застучала каблучками по лестнице управы.

Белка следовала за ней в режиме невидимости.

Первым делом Тата отправилась вовсе не в департамент по организации культурных мероприятий. Она спустилась на минус первый этаж, где располагался городской склад. Прошла к сектору своего департамента и приложила руку к панели замка.

Палец ощутимо кольнуло магическим импульсом, и тяжёлая бронированная дверь медленно отъехала в сторону. Тата шагнула внутрь, щёлкнула выключателем и пошла по лабиринту стеллажей к дальней части сектора, где за ещё одной дверью находилось хранилище для особо ценных вещей.

Повторила манипуляцию с магическим замком и, войдя, поспешила к сейфу в тайной надежде на ошибку. Вот сейчас она откроет хранилище и убедится, что звезда на месте.

Щёлкнул замок, Тата рванула на себя дверцу и горестно застонала.

Сейф был девственно пуст.

— Проклятье! — в сердцах воскликнула она, ударяя рукой по обиженно загудевшему железному ящику.

— Нет, всего лишь ограбление, проклятия не чувствую, — педантично поправила её Кара.

— Лучше бы ты почувствовала след вора, — вздохнула Тата.

— Я всего лишь мелкий грызун, — привычно запричитала белка.

— Да ну? А куда подевался великий фамильяр? — язвительно осведомилась Тата.

— Прикинь, как совпало: у него сегодня выходной, — на голубом глазу заявило несносное животное.

— Он был позавчера, — возмутилась Тата. — Не слишком ли часто?

— То был отгул за переработку, — махом переобулась белка.

— Ой, всё! — отмахнулась девушка, запирая сейф.

Вот теперь её путь лежал в родной департамент.

— Липа, я уже здесь! Кто сообщил о пропаже звезды? — выпалила Тата, вваливаясь в приёмную.

— Служанка, — с готовностью доложила секретарь.

— А, служащая склада, — рассеянно кивнула Тата, не расслышав ответ, поскольку гремела вешалкой в шкафу. — Постой, а она как узнала? И где этот столичный хлыщ? У шефа?

— Точно столичный? Откуда такие сведения? — сделала стойку Липа.

— Ну, в нашем округе ни у кого нет такого зверя, — пожала плечами Тата, сверля глазами дверь шефского кабинета.

— Оу! Ну и проныра ты, Татка! Уже и про зверя выяснила? И какой он у него? — возбуждённо клацнула зубами глубоко незамужняя Липа.

— Чёрный, — машинально ответила Тата, раздумывая, насколько уместно будет зайти к шефу.

Всё-таки, там сейчас обсуждают звезду, а она некоторым образом лицо заинтересованное. Ну, как главный дизайнер, отвечающий за украшение городской ели. И как представитель семьи Ру.

— Вау! Чёрный дракон! Мой любимый цвет! — практически закапала слюной секретарь.

Справедливости ради надо отметить, когда дело заходило о мужчинах, у неё не было нелюбимых цветов.

— Чёрный дракдиллак, — так же машинально поправила Тата, мигом позабыв про Липу.

Ибо дверь в кабинет приглашающе открылась, а следом раздался голос домнула Брынзана:

— Домнина Ру, заходите, не стесняйтесь!

— Пфф! Когда это я стеснялась? — пробурчала Тата, решительно входя в логово шефа.

Домнул Мирча Брынзан встал навстречу и поспешил представить посетителя:

— Домнина Ру, по долгу службы нас посетил домнул Дра…

— Джо Дрейк к вашим услугам, — перебил его черноволосый статный мужчина.

Вопреки ожиданиям, он был одет не в мундир, а в цивильное. Тёмно-шоколадные брюки, скроенные по последней моде, синий жилет, застёгнутый на все пуговицы, из-под которого виднелся воротник рубашки в тон штанам и синий шейный платок. На ногах — высокие треккинговые ботинки. И да, Тата была вынуждена признать — мужчина чертовски привлекателен. Не зря, ох, не зря сделала стойку Липа!

Правильные черты лица, в меру волевой, но не тяжёлый, подбородок, прямой нос и карие глаза, смотревшие этак проницательно-доброжелательно.

— Вы прибыли для расследования пропажи звезды? — с места в карьер ринулась Тата.

Ну а зачем зря время терять на взаимные расшаркивания и прочие политесы? Дело прежде всего!

— Откуда у вас эта информация? — домнул Дрейк мигом подобрался, как ищейка, учуявшая след.

— Увидела, — растерянно ответила Тата, — и секретарь подтвердила.

— Подслушивала, — сделал закономерный вывод Дрейк.

— Кого? — не поняла Тата.

И, главное, зачем? Зачем Липе кого-то подслушивать о том, что произошло в их ведомстве? Наверняка охранник пришёл к шефу с докладом и рассказал секретарю.

— Что конкретно вы видели? — напористо спросил сыщик, игнорируя вопрос.

— Пустой сейф, — неохотно буркнула Тата.

— У вас есть допуск к её сейфу? — подавился вдохом Дрейк.

«Странный он, — раздражённо подумала девушка, — у кого ему быть, как не у меня?»

— Ладно, об это позже, — решил сыщик и задал следующий вопрос: — Где вы видели её в последний раз?

— На складе, — чётко ответила Тата.

Буквально вчера она проверяла состояние звезды и делала контрольные замеры лучей, чтобы указать в чертеже.

— Где?! — закашлялся Дрейк. — И что она делала на вашем складе?

Мысленно посетовав на то, что им прислали какого-то болезненного, давящегося и кашляющего сыщика, Тата терпеливо пояснила:

— Лежала. В сейфе.

— Что-о-о? — выпучил глаза Дрейк.

Ну, точно, больной! Ещё и нервный какой-то! Вот у них с шефом гораздо больше поводов для переживаний, и то они как-то держатся.

— А что вас, собственно удивляет? — язвительно поинтересовалась Тата.

— А не должно? — изумился сыщик и подался вперёд, заставив девушку отшатнуться.

Если бы не её отменная реакция, они бы точно столкнулись лбами!

— По-вашему, домнина Ру, меня не должен удивлять тот факт, что Моника Флореску лежала в сейфе у вас на складе? — медленно произнёс Дрейк.Упс! Недопонимание однако!))

— Кто, простите, лежал? Что ещё за Моника Флореску? — опешила Тата и сразу же округлила глаза: — Та самая Моника Флореску?! Да ну, бред же! Вы хотите сказать, что звезда Дракогории какого-то лешего лежала в сейфе у нас на складе?

— Это вы сказали, — криво усмехнулся Дрейк.

— Я не говорила подобную чушь! — ахнула Тата.

— Милая барышня, буквально минуту назад вы сказали именно это, — с нажимом повторил сыщик.

— Я говорила про звезду! — стояла на своём Тата.

— Ну, так и я про неё, — развёл руками Дрейк.

— Ничего не понимаю! — потрясла головой Тата. — Кто-то из нас определённо не в себе.

— Я в себе, — молниеносно открестился сыщик.

— Вообще-то я тоже! — сложила руки на груди девушка.

И они молча уставились друг на друга. Судя по всему, диалог зашёл в тупик.

Первым, оперативно проанализировав факты, отмер Дрейк.

Пока Тата всеми силами пыталась сообразить, откуда в сейфе взялась знаменитая певица, и как она связана с пропажей местного новогоднего антиквариата, он что-то покумекал и спросил:

— Милая барышня, позвольте уточнить: о какой звезде вы говорили?

— О нашей, которая обычно висит на ели, — поджала губы Тата.

— Кхм, на ели, значит? — Дрейк задумчиво побарабанил по столу. — Хмм… повесить звезду! Оригинально! Игрушка, что ли? Ростовая кукла звезды?

Домнул Брынзан страдальчески поморщился. Во-первых, он с трудом выносил резкие звуки, а во-вторых, с особым пиететом относился к своим вещам. В частности, к чудесному полированном столу из массива вишни. Мало того, что заезжий сыскарь по-хозяйски расположился в его кабинете, оккупировав его на добрых полдня, так еще и по-плебейски умостился на столе, колотя по идеально гладкой поверхности своими твёрдыми ког… ногтями!

— Какая кукла? — снова опешила Тата. — Театр абсурда какой-то! Обычная звезда! Такая — знаете? — остроконечная и блестящая.

— Остроконечная. — Дрейк задрал голову и уставился в потолок, словно ожидал увидеть на нём ту самую звезду.

Оттуда перевёл взгляд на взъерошенную Тату:

— То есть, звезда — это именно звезда?

— Бинго! — девушка демонстративно хлопнула в ладони.

— Ну, вот и разобрались, — довольно потёр ладони домнул Брынзан.

В большей степени он радовался тому, что сыскарь наконец убрал со стола свои нижние чакры.

— Что ж, не смею вас больше задерживать, — кивнул Дрейк и направился к двери.

— Стойте! — отчаянно выкрикнула Тата.

— М-м-м, домнина Ру? Желаете что-то сообщить по существу дела? — развернулся сыщик.

— Нет! Я хотела сказать, то есть, спросить… — Тата сморщила нос, на все лады костеря себя за косноязычность, и поспешно выпалила: — Куда вы собрались? Вы что, не собираетесь искать нашу звезду? Между прочим, она — антиквариат и достояние города!

— Простите, но — нет. Я здесь по другому вопросу, — качнул головой Дрейк.

— Вот как? А что же делать нам? — поникла Тата.

— Полагаю, вызвать местную полицию, — пожал плечами Дрейк.

Дверь за ним давно закрылась, а девушка так и стояла посреди кабинета, нервно кусая губы.

— Домнина Ру, откуда вы узнали о пропаже звезды? — вкрадчиво спросил шеф.

— От домнины Лупеску, — ответила Тата и подозрительно шмыгнула носом. — Я, как узнала — сразу в хранилище. Пусто там, как в холодильнике во время диеты.

— Между прочим, я ничего такого не говорила! — предвосхищая вопрос шефа, возмутилась Липа.

— Но как же, Липа? Ты же сама позвонила мне по кристаллофону и сказала, что звезда пропала! — ахнула Тата.

— Я-а? — взвизгнула секретарь. — Да я, между прочим, имела в виду Монику Флореску! Об этом тебе и талдычила, но ты ведь всегда слушаешь совсем не ушами.

— Кара! — слабо вскрикнула Тата.

— Вы считаете, что пропажа звезды — это наша кара? — озадаченно наморщил лоб шеф.

— Простите, домнул Брынзан, это к делу не относится, — смутилась Тата, как раз в этот момент вспомнив про дырку в ватмане.

Но откуда белка-то могла знать?

— Та-ак! — вернулся к рассуждениям домнул Брынзан. — Значит, кража звезды обнаружилась благодаря путанице с фигурантами. Но кому и зачем потребовалось воровать ёлочное украшение?

— Древнее, дорогое и эксклюзивное, — подсказала Липа. — И правда — кому?

— Меня больше волнует — как? На сейфе магический замок, изготовленный гномами Черешневых гор, а уж они знают толк в подобных механизмах, — мрачно сказала Тата.

Версии не складывались. Липа упорхнула в приёмную, а Тата — показав шефу макет — в свой кабинет, дорабатывать детали и ожидать начальника полиции, спешно вызванного в городскую управу.

Домнул Исай Волтир явился ближе к обеду. С важным видом осмотрел хранилище и сейф, произвёл замер магического фона и сделал неутешительные выводы. По всему выходило, что в секторе департамента по организации культурных мероприятий орудовал серьёзный маг с уровнем силы не ниже девятки из девяти возможных, а посему…

— Посему, дорогие мои, — сказал он — здесь нужен кто-то помощнее моих шести с половиной единиц.

— Например? — подался вперёд шеф.

— Например, тот столичный хлыщ, Мирча, — сочувственно похлопал друга по плечу Исай Волтир.

— Он отказал нам, — просветил его домнул Брынзан.

— Вам — да, но не вышестоящему начальству, — подмигнул главный полицейский Чешуешту.

Тата спешно вносила правки в макет и так увлеклась, что не сразу услышала, как в кабинет вошёл посетитель. Не отрываясь от работы, тихо пробубнила:

— Одну минуточку, домнул Брынзан, я уже заканчиваю.

На ватман упала тень, и совсем не шефский голос насмешливо произнёс:

— А ёлка-то у вас кривая, немудрено, что звезда сбежала.

— Ничего и не кривая! — машинально ответила Тата и резко вскинула голову: — А, это вы? Что вы делаете в моём кабинете?

— Стою, — нагло ухмыльнулся Дрейк.

Положа руку на сердце, его улыбка вовсе не казалась наглой, но уязвлённая Тата была так же далека от объективности, как пингвины от балета. И вообще, этот тип отчего-то безмерно раздражал её. Наверное, своей столичной самоуверенностью? Так и хотелось поддеть его и вывести на эмоции.

— А вы сейчас какую звезду имели в виду? Свою или нашу? — язвительно осведомилась Тата.

— Так они обе ваши. — развёл руками сыщик и прищурился: — Или вы не знали, что знаменитая певица Моника Флореску согласилась участвовать в праздничном шоу вашего провинциального городка только потому, что здесь её родина?

— Ай, да знаю я! — вздёрнула нос Тата. — Хорошо, переформулирую: вы о той звезде, которую ищете?

— По вашей милости я теперь ищу обеих, — недовольно сообщил Дрейк.

— Я-то здесь причём? — изумилась Тата.

— Не вы конкретно, а ваш департамент, — исправился он. — Ведите уже, показывайте место преступления.

Ну, Тата и повела, как просили, да пока не передумали. А то ведь как бывает? Сегодня начальство так решило, а назавтра уже по-другому. Отзовут чудо-сыщика, и останутся они без старинной звезды, зато со вполне себе современным скандалом, испорченным праздником и несмываемым пятном на доселе безупречной репутации.

Кары нигде не было видно, но Тата не обольщалась: прохиндейка явно ошивалась где-то поблизости, поскольку считала своим святым долгом совать нос во все дела хозяйки. Белка называла это заботой и дружеской поддержкой.

На подходах к пустующему сейфу столичная звезда сыска натурально сделала стойку, а Тата невольно прыснула, подумав, что в их маленьком городке на метр квадратный стало слишком много звёзд самого различного толка.

— Вам смешно? — не отрывая взгляда от чего-то невидимого Тате, поинтересовался Дрейк.

— Это нервное, — смутилась Тата.

Ну вот правда, чего она? Сейчас этот Джо Дрейк решит, что домнина Ру — недалёкая легкомысленная девица. Ой, да не всё ли равно, что он подумает? Тата прислушалась к внутренним ощущениям и поняла — не всё равно! И это было так странно что ли? Осознание этого факта раздражало и волновало. Ни к чему всё это!

— Нервное… — задумчиво протянул сыщик. — И давно это у вас?

— Нервы? Как у всех, с рождения, — съязвила Тата.

— А? Нет, я не про нервы, а про магическое воздействие высшего порядка, — Дрейк кивнул на пустой сейф.

— Вы сейчас серьёзно? Откуда же мне знать? Я не сотрудник полиции, чтобы со мной делились подобной информацией, — поджала губы девушка.

— И то верно, — кивнул Дрейк. — Что ж, я закончил, можем идти.

— Удалось взять след? — елейным голоском уточнила Тата.

— Кхм! — поперхнулся сыщик. — Я вам не соба… Кстати, спасибо, что напомнили.

Он вытащил из-под рубахи переговорный кристалл и негромко произнёс:

— Проводите сюда Грина. Да, он в машине.

Через несколько минут на склад зашёл здоровенный зелёный дракон! Нет, как для настоящего дракона — так он был мелочью пузатой, но по сравнению с людьми — да! Ростом больше двух метров и комплекцией как полтора сыщика. Или всё-таки, два? Навскидку прикинуть не удалось.

— С животными нельзя! У нас тут культурные ценности и документы! — моментально отреагировала Тата.

Зелёный дракон медленно повернул голову и выразительно выгнул надбровную дугу:

— Детка-а! Мне можно, я — особенный! Дай только срок, и я тебе докажу! Только избавлюсь от…

— Грин! За языком следи! — строго прикрикнул Дрейк.

— За этим? — фыркнул дымом Грин, с готовностью вывалив длинный раздвоенный язык.

— А у тебя есть другой? — насмешливо спросил Дрейк и серьёзным тоном добавил: — Заканчивай балаган, и займись уже делом. Мне нужен твой драконий нюх.

— Нашёл собачку! — тихо проворчал Грин, но сделал, что велено.

— Ну?! — нетерпеливо поинтересовался сыщик.

— Ахрр! — шумно выдохнул дракон, искренне забавляясь реакции Таты. — Знаешь, Джо, а это будет веселое приключение.

— Рад, что хоть кому-то тут весело, — недовольно дёрнул плечом сыщик.

А Тата позавидовала железной выдержке домнула Дрейка. Будь она на его месте, давно бы окоротила нахальную зверюгу, а он ничего — держится вполне хладнокровно.

— Брось, брателло, сейчас ты тоже развеселишься, — заверил окончательно распоясавшийся дракон: — потому что здесь орудовал Ворон.

— Не может быть! — категорично возразил сыщик.

— А вот сейчас было обидно! Я его ауру узнаю из тысячи, — запальчиво проинформировал Грин.

— Не его уровень! — отрезал Дрейк.

— Магии? — забывшись, пискнула Тата.

— Преступления, детка! Джонни хотел сказать, что промышлять кражей бижутерии в провинциальном городке — ниже достоинства Ворона, — снисходительно пояснил Грин.

— Я не детка!

— Я не Джонни!

Два возмущённых возгласа прозвучали в унисон, заставляя дракона довольно зажмуриться, а невидимую белку — завистливо крякнуть. Всё-таки, уесть одной фразой двоих — это высший пилотаж!

— Кто здесь? — насторожился Грин.

Принюхался, прислушался, склонив набок шипастую башку, и неожиданно выдохнул белый дым с кристалликами инея. Необычный дым осел на Марикаре, обрисовав её неподвижный силуэт, застывший в прыжке.

— Что ты сделал с моей белкой? — испуганно вскрикнула Тата.

— Не делай себе нервы, детка! Сыскарь бельчонка не обидит! — хохотнул дракон, ловко уворачиваясь от острых кулачков главного дизайнера Чешуешту. — Это всего лишь родовая магия! Чуть-чуть обездвижил и проявил. Удобно для поимки преступников, не находишь?

— Марикара не преступница! — сердито парировала Тата.

— Как способ знакомства тоже прокатывает, — продолжил разглагольствовать дракон.

В доказательство своих слов аккуратно подцепил застывшую белку и посадил к себе на лапу. Легонько стукнул когтем по её макушке, возвращая подвижность.

Слегка окосевшая Кара вяло встряхнулась и, встав на задние лапки, злобно прошипела:

— Я тебя запомнила, беспардонная зеленая ящерица!

— Ух, ты, какая боевая! Я тоже рад знакомству, детка! — ничуть не смутившись и не устрашившись, широко ухмыльнулся Грин.

— Я тебе не детка! Я древний фамильяр, — возмущённо затопала лапами Кара.

— Договорились, будешь древняя детка, — прыснул Грин.

«Для полного комплекта происшествий нам только драки белки с драконом не хватало!» — всполошилась Тата и ринулась отвлекать и блистать знаниями:

— Это же зимняя магия, да?

— Ну да, мы… я зимний дракон, — подтвердил Грин.

— Значит, не замёрзнешь, рыская в наших горах в поисках вора, — язвительно заметила белка, спрыгивая с зелёной лапищи.

При этом постаралась как следует оттолкнуться острыми когтями, но для драконяки это было сродни щекотке, и он лишь басовито хихикнул.

— А что это за ворон такой? Наша звезда крупная, вряд ли птица сможет унести, — засомневалась Тата.

— Не ворон, а Ворон, детка! Был такой мощный маг, талантливый артефактор и любитель древностей, — поправил её Грин.

При упоминании древностей Кара тихо зашипела и нервно огляделась вокруг.

Грин заметил и это, и не преминул прокомментировать:

— Спокойно, детка, его интересовали древние вещи, а не…

— Лучше молчи! — в прямом и переносном смысле взвилась белка, положив лапку на зубастую пасть.

Дракон сцапал её в лапу и басовито рассмеялся.

Тата поморщилась на «детку», но мысленно махнула рукой. Похоже, дракон неисправимый и непробиваемый, а информация уж больно интересная. Посему она пропустила панибратское обращение и навострила уши, приготовившись слушать увлекательную историю.

— Был? Значит, теперь нет? И как, в таком случае, он мог умыкнуть звезду? — спросила, обращаясь к Дрейку.

— Был, да сплыл, вернее, спалил, — совсем непонятно ответил тот, но, увидев её вытянувшееся лицо, снизошёл-таки до объяснений: — в результате рискованного эксперимента спалил и лабораторию, и себя.

— Ужасная трагедия! — пискнула впечатлённая Тата. — Но как же погибший мог совершить преступление?

— Талантливый маг талантлив во всём, даже в посмертии! — Грин задрал когтистый палец и помахал им в воздухе. — В последний момент перед гибелью он сумел вселиться в свою ручную виверну. Сразу никто не понял, поскольку он умело шифровался. Опасался, что его окончательно прихлопнут, ведь оставалось неясным, кто на него покушался.

— Погодите, я не поняла: это было покушение, или неудачный эксперимент? — решилась уточнить Тата.

— Как позднее установило следствие — покушение, замаскированное под неудачный эксперимент, — сухо ответил Дрейк. — И хватит уже об этом.

— Ещё один вопрос! Ну, пожалуйста!

— Точно один, детка? — хохотнул Грин, а Дрейк, помедлив, молча кивнул.

— Как вы думаете, зачем он начал промышлять воровством? — выпалила Тата.

Дрейк не спешил отвечать, более того, весь его вид говорил о том, что ответа она не дождётся.

Зато Грин, похоже, вообще не заморачивался, поскольку тут же охотно пояснил:

— У нас в управлении некоторое время назад пронёсся слух, что Ворон собирает детали для создания великого артефакта возвращения.

— Что он хочет вернуть? — ахнула Тата.

— Своё тело, конечно, — хмыкнул Грин.

Прежде чем Тата повторно ахнула, Дрейк шагнул к ней и строго сказал:

— Домнина Ру, волею случая и болтливости моего… кхм… помощника, вы стали обладательницей секретной информации и должны принести магическую клятву о неразглашении.

— Моя хозяйка не сплетница! — возмутилась белка, уязвлённая за весь род Ру.

— Нисколько не сомневаюсь, однако никто не исключает шантажа, угроз, магического дознания и случайной оговорки, — нахмурился Дрейк.

— Я готова. Что нужно делать? — дрожащим от волнения голосом спросила Тата.

— Дайте руку, я поставлю печать, подтверждающую принесение магической клятвы. Не бойтесь, это не больно, — ответил сыщик.

Тата впервые приносила магическую клятву, и очень волновалась, но, как ни странно, спокойный голос Дрейка действовал на неё умиротворяюще. Она протянула руку, сыщик обхватил её предплечье и повернул тыльной стороной вверх.

Прикоснулся к запястью пальцами правой руки и велел:

— Повторите за мной: «я, Тата Ру, обязуюсь никому и ни при каких обстоятельствах не разглашать секретные сведения, которые узнала в процессе расследования».

Тата начала повторять, но запнулась перед именем.

— В чём дело? Забыли слова? — краем рта усмехнулся Дрейк.

«Так вот какого он мнения о моих умственных способностях! Считает глупышкой, неспособной запомнить элементарную фразу?» — вспыхнула Тата.

— Не забыла, — сухо ответила она и начала заново: — Я, Кантата дель Ру…

Говорила ритуальную фразу и со мстительным удовольствием любовалась вытянувшейся физиономией Дрейка. А вот так! Знай наших! И кто сказал, что представительница древнего магического рода не может работать под творческим псевдонимом?

Сзади удивлённо засвистел Грин.

Зелёный ящер, лишённый предрассудков в плане следования (а вернее, не следования) этикету, не постеснялся высказаться прямолинейно:

— Ого-го! А наша детка-то непростая!

— Она не ваша! — возмущённо застрекотала белка.

— Как знать, — тихо пробормотал Грин, хитро поглядывая на ошеломлённого Дрейка.

— Надо было сразу догадаться, фамильяр же неспроста, — тихо пробурчал Дрейк и остро глянул на Грина: — ты знал, что дель Ру живут в Чешуешту?

— Не знал, бро, честно! — поднял вверх лапы дракон.

Впрочем, сыщик быстро переварил сенсационную информацию.

Сделал непроницаемое лицо и кивнул своим мыслям:

— Дель Ру, значит! Наше почтение, домнина Кантата дель Ру.

— Ой, не надо официоза! Все зовут меня Тата Ру, вот и вы не выделяйтесь, — отмахнулась Тата.

— Спасибушки за предложение! Джо, ты слышал? А детка-то не высокомерная! Не то, что столичные мымры, — отмер Грин.

Но лучше бы уж молчал, нахал чешуйчатый!

Тата осуждающе цыкнула и закатила глаза:

— Домнул Дрейк, ваш служебный дракон всегда такой беспардонный? Воспитывать уже совсем бесполезно?

Сказала — и мимоходом отметила, что при упоминании служебного дракона лицо сыщика чуть дрогнуло, потеряв бесстрастное выражение. Впрочем, ей могло показаться. Волнение дня и не то чтобы яркое освещение на складе вполне могли сыграть злую шутку со зрением.

— Не беспардонный, а непосредственный, и не всегда, а только с теми, кто входит в ближний круг, — вместо Дрейка ответил Грин.

— Ближний круг — это не те, кто стоят рядом, — язвительно заметила Тата.

— Я в курсе, — не смутился дракон, — и утверждаю…

— Достаточно, Грин! — повысил голос Дрейк. — Ты и правда несколько перешёл границы. Пора заняться делами. — Повернулся к Тате: — Домнина Ру, мы вас больше не задерживаем, можете возвращаться к своей работе.

— Не думаю, что вы справитесь без моей помощи, — возразила Тата.

— До сих пор как-то справлялись, — скептично парировал сыщик.

— И тем не менее! — запротестовала Тата. — Во-первых, я досконально знаю город и окрестности, включая Черешневые горы, а во-вторых…

— А во-вторых, у меня есть Грин и его феноменальный нюх, в том числе — магический, и мы уже к вечеру будем знать ваш городишко не хуже местных жителей, — бескомпромиссно припечатал Дрейк.

«Грубиян!» — мысленно фыркнула уязвлённая Тата.

— Ой, да и ладно! Оставь их, Тата, пусть сами мучаются! — сварливо буркнула Кара, украдкой показав язык дракону.

Тата хотела возразить и привести железные аргументы, но обида на сыщика пересилила чувство долга и желание помочь. Поэтому она молча кивнула, проводила Дрейка и Грина к выходу, тщательно заперла хранилище и отправилась доделывать многострадальный макет.

Остаток дня пролетел незаметно. Тата согласовала доделанный проект с магами-созидателями, и даже некоторое время наблюдала, как они воплощали в жизнь её ледовый городок с причудливым лабиринтом, горками и светящимися в темноте фигурами деда Крэчуна, снежной девы, волшебных зверей, птиц и диковинных цветов.

Следующим на очереди был большой каток в центральном парке у громадной наряженной ели, но там Тата не задержалась. Уж очень сиротливо смотрелось праздничное дерево без привычной звезды.

Пока велись поиски, верхушка ели была прикрыта иллюзией, дабы зеваки из числа горожан и гостей Чешуешту не впадали в преждевременное расстройство, чреватое потерей праздничного настроения.

Мелькнула мысль, что она не права, нужно отбросить обиду, отыскать Дрейка и всё-таки предложить свою помощь. Всё потому, что существовало это пресловутое «во-вторых», и заключалось оно в тесной связи Кантаты дель Ру и антикварной звезды.

Вернее, не самой Таты, а семьи дель Ру. Когда-то в стародавние времена именно представитель этого семейства, один из талантливых артефакторов, Тор дель Ру, создал эту звезду в дар городу.

Тата знала, что можно попробовать позвать артефакт с помощью заклятия на крови. Не факт, что отзовётся, ведь в деле замешан другой и — по словам Дрейка — весьма сильный артефактор, но попытаться стоило.

Тата тяжело вздохнула и побрела в сторону полицейского управления — наверняка там были в курсе, где искать столичного сыщика.

— Всё-таки, решила помочь? — понимающе спросила Кара, материализуясь на плече у хозяйки.

— Ты ведь и сама знаешь, что это нужно было сделать с самого начала, — вздохнула Тата.

— Они сами отказались! — фыркнула белка.

— А я не настояла, — расстроенно констатировала девушка. — Повела себя как капризная фифа.

— Ой, вот только не надо заниматься самобичеванием! Ты не обязана! А они? Они даже слушать не стали! — вспылила Кара.

— Вот именно, что — обязана! — возразила Тата.

— И вообще, один из них — дракон с магическим нюхом и знанием ауры этого Ворона! Возможно, они уже нашли звезду? — попыталась успокоить её Кара.

Но они не нашли.

Джо болезненно поморщился и укоризненно глянул на дракона:

— Зато ты так говоришь, словно это досадное недоразумение, вроде пятна от чая.

— А как я должен реагировать? В отчаянии заламывать хвост и биться башкой об стену? — огрызнулся Грин. — Жизнь продолжается, и я не собираюсь откладывать её на потом. А вдруг проклятие останется с нами навсегда? Что теперь — и вовсе не жить?

— Жить, конечно. Однако я не планирую заводить отношений, пока не найду способ избавиться от него, — упрямо сжал челюсти Джо.

— Мы! Пока мы не найдём! Или ты уже сбросил меня со счетов? — обиженно вскинулся Грин.

— Не говори глупостей, Лонгрин! Я по-прежнему люблю и ценю тебя, — одёрнул его Джо.

— Спасибо и на том, братец, — фыркнул Грин и легонько толкнул его в плечо: — ну что, в полицейское управление? Или сразу в городскую управу, искать девчонку?

— Поздно уже, — неуверенно протянул Джо, глядя на синеющее небо, быстро наливающееся тьмой. — Впрочем, наша машина припаркована рядом с управой, туда и пойдём.

Вечером, обсуждая с отцом историю с пропажей звезды, Тата как бы невзначай, аккурат между приветами от дяди Исая и байками из управы, задала интересующий её вопрос.

— Пап, тебе ничего не говорит имя Джоблейк?

— Хм, а фамилия у этого Джоблейка есть? — вскинул брови Теодорус дель Ру.

— Вроде Дрейк, — пожала плечами Тата, старательно изображая равнодушие.

— Джоблейк Дрейк? — повторил отец. — Крутится что-то в голове, но нет, такую фамилию не знаю.

— У него ещё дракон Грин в помощниках, — подсказала Тата.

— Ты что ли о том столичном сыщике, что занимается этим делом? — уточнил отец.

— Ну да, — кивнула Тата. — Джо и Грин.

— Точно! Вспомнил! — после непродолжительного молчания воскликнул отец и с новым интересом посмотрел на дочь. — Знаешь, милая, кто с тобой работает? Сын министра юстиции. Вернее — два.

— Чего? — икнула Тата.

— Два сына, говорю. Да, громкое было дело, но его быстро замяли, и все упоминания в прессе изъяли, — задумчиво сказал Теодорус. — Случилось это пару лет назад. Или три года уже прошло? Неважно. После серьёзной чистки в верхах обиженные родственники высокопоставленных преступников в отместку организовали покушение на жену министра. Подробностей не знаю, известно лишь, что сыновья прикрыли мать, и поймали проклятие. А фамилия у них…

— Драконти! — выдохнула Тата, прекрасно знавшая фамилию министра юстиции.

Впрочем, как и все жители Дракогории, исключая совсем дремучих.

— Да, Джоблейк и Лонгрин Драконти. Кстати, весьма перспективные сыскари, — кивнул отец.

— Боже, как стыдно! — закрыла руками лицо Тата.

— Что случилось, дорогая? — встревожился Теодорус.

— Я сегодня Грина служебным драконом окрестила, практически обозвала зверем, — покаялась она.

— Он оскорбился? — испытующе посмотрел на неё отец.

— Вроде нет, — неуверенно пожала плечами дочь.

— Вот и я думаю, что нет. Младший Драконти всегда отличался лёгким нравом и склонностью к шуткам, розыгрышам и мистификациям. В других обстоятельствах он ради хохмы мог бы специально прикинуться натуральным драконом, — утешил отец.

— А в чём суть проклятия, случайно не знаешь? — спросила Тата.

— Неслучайно знаю. Меня тогда привлекали как консультанта по редким древним проклятиям и связанным с ними артефактам, — ответил отец.

— Расскажешь, или это государственная тайна? — навострила уши Тата.

— Не то чтобы тайна — мы клятву на крови не давали, но информация не для общего пользования, — задумчиво потёр подбородок Теодорус.

— Я сегодня давала такую клятву, — призналась Тата.

— Не спрашиваю — по какому поводу, всё равно не сможешь сказать, но поскольку ты увязла в этом деле, так уж и быть — скажу. Проклятие сработало таким образом, что Джо потерял связь со своим драконом, а Грин — со своей человеческой половиной.

— Вот как? — закусила губу Тата. — Какие выводы сделала комиссия? Как снять проклятие?

— К сожалению, их проклятие относится к категории неснимаемых, — удручённо пояснил отец.

— Совсем-совсем ничего нельзя сделать? — Тате стало ужасно жаль братьев и захотелось помочь до зуда в кончиках пальцев.

Почуяв всплеск чародейской магии, на столе материализовалась белка.

— Я чую вкус родовой силы! Колданём, Рошу? — радостно запрыгала она.

— Ты что задумала, Тата? — насторожился Теодорус, тоже почуявший магию дочери.

— Я всего-то подумала, что хочу помочь парням, а дар тут же среагировал, — смутилась Тата, — ты же знаешь, что он сам решает, когда активироваться.

Теодорус конечно же знал, а как иначе? Собственно, эта особенность магии его дочери служила поводом для беспокойства. Перелопатив гору литературы, Теодорус выяснил, что подобное поведение дара может быть связано с его силой, или, наоборот, с дефектностью.

Из-за нестабильности своей магии Тата не могла служить в магическом департаменте, и была вынуждена заниматься дизайнерской деятельностью, переросшей из хобби в специальность.

Не то чтобы её это расстраивало, Тате нравилось создавать крутые магические проекты, но да — расстраивало, чего уж скрывать?

Семья искала выходы из положения и способы раскрыть дар полностью, но до сих пор безрезультатно. Впрочем, те же литературные источники намекали, что дар может проснуться после сильного потрясения или при соединении потоков с подходящим магом-партнёром.

До сегодняшнего дня Тата и слышать не хотела о подобном решении проблемы. Ещё чего не хватало — искать потенциального мужа и вступать в брак не по любви, а по совпадению магии!

Однако после встречи с Джо Драконти она нет-нет, да и задумывалась — а что, если его магия подойдёт? Между прочим, Тата вовсе не против!

На этом месте Тата покрылась стыдливым румянцем и отогнала прочь назойливые мысли.

— Не расстраивайся, дочка! Рано или поздно мы найдём решение твоей проблемы с даром! — по-своему понял её смущение отец.

— Скорее бы, — вздохнула Тата. Кстати, мы завтра будем искать артефакт по заклинанию крови.

— Ух, тогда и колданём на драконов! — азартно взвизгнула белка.

Тата строго шикнула на свою Кару небесную и жалобно спросила:

— Пап, как мне теперь общаться с Грином?

— Как обычно, — посоветовал Теодорус, — ты ведь якобы не знаешь их тайну.

— Боюсь, как обычно уже не получится, — вздохнула Тата.

Моника Флореску проснулась в незнакомом месте.

Открыла глаза и рассеянно уставилась в расписной потолок с фривольными пастухами и пастушками.

— Какая пошлость и безвкусица! — пробормотала она, лениво потянулась и окончательно пришла в себя.

И моментально вспомнила о похищении.

Соскочила с кровати, мельком отметив, что одета в пеньюар нежного персикового цвета. Накинула лежавший в ногах атласный халат в тон пеньюару и настороженным зверьком на цыпочках покралась по комнате.

Для начала заглянула в щель между портьерами. За окном красовались величественные ели, запорошенные снегом. Собственно, кроме них снаружи ничего и не было.

В голове Моники шевельнулись слабые догадки о её местонахождении. Подобным убранством номеров славился загородный отель «Сладкая парочка», специализировавшийся на сервисе для молодожёнов. Кстати, он как раз располагался в еловом бору, вдали от основных трасс, чтобы оградить влюблённых от шума и суеты бренного мира.

— Я в «Сладкой парочке»? — нервно хохотнула Моника. — И какой идиот притащил меня сюда?

За дверью послышались шаги и звяканье металла. Моника метнулась в кровать и притворилась спящей.

Сквозь ресницы увидела, как в комнату вошла служащая, толкая перед собой тележку с едой. Покосилась на «спящую» и остановилась в нерешительности. На её лице прямо-таки читалось: «будить-не будить?»

Моника тоже задумалась: «просыпаться» или нет? Впрочем, изображая бесчувственное бревно, нужную информацию не получишь. Не лучше ли попробовать разговорить горничную?

Певица изящно потянулась и распахнула глаза.

На лице горничной моментально расцвела безупречная услужливая улыбка:

— Доброе утро, домна…

— Домнина, — кокетливо возразила Моника, — домнина Моника.

Она, конечно, лукавила. На самом деле знаменитая певица была замужем, но сценический имидж диктовал свои условия.

— Ах, простите, домнина Моника! Приветствуем вас в бутик-отеле «Сладкая парочка». Извольте отзавтракать, — смущённо исправилась горничная.

Конечно, её совершенно не касалось, что домнина приехала сюда с мужчиной. В конце концов, сейчас не средние века. Но она по-старомодному считала, что подобные поездки возможны в браке, потому и промахнулась с обращением к девушке.

— Спасибо, милочка, — снисходительно кивнула певица.

Что ж, она не ошиблась в определении своего местоположения. Странные похитители увезли её совсем недалеко — отель находился в пригороде Чешуешту на нижнем горном уровне.

Если рассуждать логически, в подобное место не приезжают в одиночестве, значит, кто-то её сопровождал. Моника встревоженно закусила губу. Похоже, у неё не так много времени, ведь этот кто-то может появиться в любую минуту. К этому моменту ей нужно быть во всеоружии. В идеале — далеко отсюда.

Девушка принялась споро сервировать столик, а Моника размышляла — как бы половчее узнать, как она здесь очутилась.

— Как вас зовут, милочка? — приветливо поинтересовалась певица.

— Асия, домнина Моника, — ответила горничная.

— Хм, скажи мне Асия, мы вчера не слишком шумели? Всё-таки, приехали поздно, — как бы между прочим, спросила Моника.

— Не могу знать, я заступила на дежурство сегодня утром, но уверена, что такая утончённая домнина не способна дебоширить, — учтиво рассыпалась в комплиментах горничная.

М-да, персонал здесь отменно вышколенный, но для расследования это не имело никакой пользы. Ладно. Моника решила зайти с другой стороны.

— А мой… — певица запнулась, затрудняясь, как обозначить своего спутника.

Или спутницу? Боже, она ведь даже не представляет, с кем она якобы «приехала»? С «сестрой»? С «женихом»? Или — страшно сказать — с любовником? Как ни крути, но при её известности нужно быть настороже и не забывать о репутации.

Чёрт бы побрал этих похитителей! Подставили её по полной программе! Моника мысленно застонала. Ну, конечно — программа! У неё концерт на носу! Что подумают устроители? Особенно обидно, что это случилось на родине. Жители решат, что Моника Флореску настолько зазналась, что сорвала собственное выступление, без объяснений покинув город!

Моника терзалась сомнениями и переживаниями, а горничная безропотно ждала, когда важная гостья изволит продолжить фразу.

— Асия, а где мой спутник? — наконец сформулировала певица.

Корявенько, конечно, но уж как получилось. Дабы скрыть волнение в ожидании ответа, Моника со скучающим видом взяла круассан и принялась тщательно намазывать маслом.

— Ваш спутник отправился на утреннюю пробежку, — доложила горничная и неуверенно уточнила: — нынче в столице модно класть кашу на круассан?

Моника непонимающе посмотрела на девушку, потом на сдобу и, мысленно чертыхнулась. Пористый разрез украшала щедрая горка рисовой каши с изюмом. Ну надо же, какой прокол! На нервах она перепутала тарелки! Но Моника с честью выходила и из худших ситуаций. Или она не актриса?

— Да, с некоторых пор, — не моргнув глазом ответила она и демонстративно откусила кусок необычного бутерброда.

— Оригинально и удобно, — пробормотала горничная.

При этом лицо её выражало смешанные чувства — от сомнения до заинтересованности. Моника готова была биться об заклад, что вскоре в Чешуешту появится новая гастрономическая мода. Она весело хмыкнула, подумав, что в сущности многие вещи рождаются именно так — из случайностей и ляпов.

— Подать что-нибудь ещё? — уточнила Асия.

— Нет, спасибо, — отказалась Моника.

— Тогда, с вашего позволения, я пойду?

Моника кивнула. Горничная поклонилась и поспешила на выход.

В дверях она замешкалась, пропуская мужчину и воскликнула, обращаясь к Монике:

— А вот и ваш спутник!

Моника обернулась и сначала увидела огромный букет.

Мужчина, не оборачиваясь, плотно закрыл дверь и опустил цветы.

— ТЫ? — изумлённо вскрикнула Моника.

Утро началось несколько суматошно, что в целом неудивительно, когда твой фамильяр — древняя, но непоседливая белка с бешеным темпераментом и богатой фантазией. Тата проснулась в семь утра от дикого рёва магического будильника. Кто-то (однозначно, Кара) установил на рингтон рык доисторического диноящера.

— Кара! — заорала Тата, безуспешно пытаясь нащупать будильный артефакт, которого почему-то не оказалось на привычном месте.

— Я здесь, — с верхней книжной полки отозвалась проходимка. — Не это ищешь? — помахала она будильником.

— Выключи немедленно! — прорычала Тата почище диноящера из артефакта.

— Упс! — сказала белка, впечатлённая выражением лица хозяйки.

Наступила блаженная тишина.

— Зачем ты это сделала? — хмуро спросила Тата.

— Ну, весело же было? — скорчила невинную мордаху Кара.

— Мне — нет! — отрезала Тата.

— Зато проснулась быстро, — пискнула Кара, ловко уворачиваясь от подушки.

— Мы куда-то спешим? — досадливо цыкнула Тата.

Ей почти никогда не удавалось попадать в вёрткого фамильяра.

— А как же! Забыла про мероприятие? Нужно как следует подготовиться, — белка упёрла лапки в упитанные бока.

— Ой, что там готовить? Обычный ритуал, сто раз делала, — отмахнулась Тата.

— Пфф! Причём тут ритуал? Тугодумка ты у меня, Рошу! Я про другую подготовку — причесаться, принарядиться. Когда ты в последний раз красилась? Косметичка уже покрылась пылью веков, — скорбно запричитала белка.

— Не преувеличивай! — фыркнула Тата. — И вообще — перед кем в горах красоваться? Перед медведями? И одеться нужно тепло и удобно.

— В горах? Почему в горах? — насторожилась белка.

— Не знаю, само вырвалось, — опешила Тата.

— Это дар! Точно, это он! — радостно пискнула Кара.

Тата прислушалась к источнику магии внутри себя и мысленно ахнула. Если раньше он пульсировал неровно, а иногда и вовсе прятался от неё в кокон, то сегодня горел малюсеньким, но ровным синим пламенем.

— Кара, он стабилен… кажется, — прошептала она, словно боясь спугнуть источник.

Белка застыла с остекленевшими глазами, а потом отмерла и довольно потёрла лапки:

— Ты права, Рошу! — окинула хозяйку оценивающим взглядом и распорядилась: — Ладно, одевайся удобно, но красиво! И макияж не забудь!

— Макияж-то зачем? — заупрямилась Тата.

— Затем! — белка помахала когтистым пальцем: — Думаешь, я не видела, как ты смотрела на домнула Драконти?

— Ты про Грина? Да, с ним весело, — ухмыльнулась Тата.

— Я про Джо, и не надо мне тут притворяться! — цокнула белка.

— Никак я на него не смотрела! — возразила Тата.

Кара скептично фыркнула и постучала когтём по рыжей лапке:

— Всё! Время, Рошу, время!

— Рано ещё! — запротестовала Тата.

— Прогуляемся через парк, заодно проверишь готовность ледового городка, — белка бесцеремонно подтолкнула её к выходу.

Утренний парк, тихий и пустынный, укрывали густые сизые тени, но на аллеях и центральной площади было почти светло — от фонарей и искристого белого снега. Тата с удовольствием вдыхала вкусный чуть морозный воздух, пропитанный терпким запахом хвои и колкого холода.

Она прошла мимо ледяного городка. Маги почти завершили его возведение.

Здесь были гроты со скамьями, мосты, обширный лабиринт, горки разной высоты для взрослых и малышей, и даже настоящая — тоже ледяная — железная дорога с паровозом и тремя вагончиками. Дорога тянулась через весь городок, кое-где ныряя в гроты, петляя между скульптурами. Тата улыбнулась, предвкушая, как обрадуются дети — дорога обещала стать хитом сезона, поскольку впервые появилась в ледовом городке.

На площади Тата остановилась возле ели и посмотрела на иллюзорную звезду. Сердце кольнуло чувство вины, словно именно она была виновна в пропаже артефакта, и Тата невольно сжала кулаки.

Они обязательно найдут звезду, чего бы это ни стоило!

На этой пафосной ноте на неё сверху обрушился пушистый снег.

— Кара! — негодующе заорала она, но белка уже перепрыгнула на соседнее дерево.

— Я просто хотела взбодрить тебя! — морда фамильяра выражала раскаяние, но хитрые глазёнки блестели подозрительно довольно.

— Ах, ты так? — недобро прищурилась Тата. — Ну, держись!

Она наклонилась, зачерпнула по горсти снега в каждую руку и метнула снежки в белку.

— Бамс! Бамс! — снежные снаряды ударились о невидимый щит, выставленный Карой, и…

— Вот это я понимаю — доброе утро! — расхохотался Грин, прикрывая морду лапой. — Или это месть за вчерашнее?

Тата, зажав рот руками, круглыми глазами смотрела на Джо Драконти, ставшего жертвой её нападения. Его лицо и грудь были в снегу. Ни один снаряд не пролетел мимо цели.

Она ведь даже не заметила, когда Джо и Грин успели появиться на тропинке под деревом, на котором расположилась белка. Нахалка и сейчас весело скалилась с ветки над ними.

— Простите, я не хотела! Я в белку! Честно! — смущённо пролепетала Тата.

— В белку? — с тихой угрозой спросил Джо.

И прежде, чем Тата что-либо ответила, в неё полетели снежные снаряды. Увернуться удалось не ото всех. Зимнему магу не нужно было наклоняться. Легкими движениями пальцев он призывал снег, который послушно скатывался в снежки. Ему оставалось лишь придать направление.

Но что удивительно — источник Таты охотно откликнулся на магию Джоблейка! Никогда ещё колдовство не давалось ей так легко.

В утреннем парке развернулась самая настоящая битва!

Кара и Грин не вмешивались, оставаясь сторонними наблюдателями. Дракон тихо посмеивался, а поймав взгляд белки, лукаво подмигнул.

В какой-то момент Тата поскользнулась и полетела в сугроб. Испуганно заверещала Кара, а вот девушка не успела ничего понять. Взметнулся снег, складываясь в гладкий трамплин, и Тата, только что летевшая вниз, скользнула вверх и приземлилась прямо в объятия опешившего сыщика.

— Не благодари! — лукаво шепнул Грин, подкорректировавший магию брата.

— Зелёный сводник! — одними губами произнёс Джо, неловко прижимая к себе испуганную Тату.

— Простите, — смущённо пропищала она и шагнула назад.

Джо расцепил руки, но поддержал её под локоть.

— Здесь скользко, мы утоптали снег, — пояснил он.

— Полагаю, тебе нужно подстраховать нашу подель… то есть, конечно, ценную помощницу, — с серьёзной миной посоветовал Грин, украдкой показав брату большой палец.

Джо кивнул и учтиво предложил Тате руку, а она и не стала отказываться. Оба сделали вид, что это исключительно в целях безопасности, но в глубине души радовались сложившейся ситуации.

— Я буду контролировать обстановку! — заявила Кара, спрыгивая с дерева на голову дракону.

— Эй, детка, могу понести тебя на руках, — хохотнул Грин.

— Отсюда обзор лучше, — фыркнула белка.

Потопталась и улеглась на драконьей макушке, нагло свесив хвост перед его глазами. Грин предпринял несколько попыток убрать пушистую рыжую метёлку за уши, но хвост неизменно возвращался обратно.

— Заморожу! — тихо пригрозил он.

— Укушу! — проинформировала белка.

— Ха-ха! — не поверил дракон, и зря!

Древний фамильяр — это вам не домашний зверёк, у него имеются свои козыри в подшёрстке.

— Арр! — взрыкнул Грин, когда белка вонзила внезапно отросшие клыки в кожу между чешуйками.

— Это тебе за древнюю детку, малыш! — ехидно прошипела Кара. — Знаешь ли, в древности многие были саблезубыми.

— Злопамятная и находчивая детка! Сработаемся! — почти восхищённо проурчал дракон.

— Эй, что там у вас? — обернулся на шум Джо.

— Ничего! — хором ответили Грин и Кара.

Сыщик кивнул, удовлетворившись ответом, но Тата глянула на белку с подозрением. Та ответила ей взглядом невинного младенца, чем только сильнее убедила хозяйку в том, что дело нечисто. Однако продолжать разборки Тата не стала — раз у Грина нет претензий, пусть и дальше разбираются сами. Они и так подзадержались с этой нелепой снежковой битвой.

Тата невольно улыбнулась, вспомнив запорошенного снегом Джоблейка. Он, конечно же, заметил её внимание к себе, но не подал вида.

Компания вышла из парка, и Джо открыл дверь дракровера, припаркованного у входа.

— Прошу, домнина Ру.

— Вау! Мы поедем на этом чёрном звере! — завопила Кара и первая сиганула в салон с головы дракона.

В кои то веки Тата позавидовала непосредственности фамильяра, ведь воспитанные девушки из древних родов не орут «вау!» и не прыгают в машину, как дикие козочки. А хотелось! У неё аж сердце замерло от предвкушения поездки. Мощный автомобиль покорил её ещё там, на стоянке возле управы, но тогда Тата и не предполагала, что ей представится возможность прокатится на нём.

Накануне в управе она-таки проинформировала Джоблейка о своём «во-вторых». Посовещавшись, они решили, что будут проводить ритуал на крови в том месте, где обрывался след Ворона. И вот теперь сыскной отряд направлялся за город.

Грин вальяжно развалился на заднем сидении, и Тата подумала, что здоровенная машина — не столько дань мужским комплексам и желанию иметь транспорт побольше, сколько необходимость комфорта для Грина. Дракон попросту не поместился бы в более мелкий автомобиль.

Мотор низко урчал, как довольный ягуар, в салоне пахло кожей и сандалом, и невыспавшаяся Тата незаметно уплыла в дрёму. Сквозь сон ей почудилось, что чьи-то мелкие лапки подсунули под голову нечто мягкое, и вроде бы кто-то шикнул, чтобы на заднем сидении заткнулись, или вели свои пикировки тихим шепотом. А потом этот кто-то невесомо погладил её по волосам.

Тата улыбнулась — какой чудесный сон! — и удобнее уложила голову на чьё-то плечо.

Автомобиль остановился, и Тата тут же проснулась. И обнаружила свою голову на плече у сыщика, а под головой вместо подушки — белкину панамку. Она испытала целую гамму чувств — от неясного томления до неловкости. Спать на плече у Джо оказалось приятно (даже несмотря на то, что шея всё-таки немного затекла), но крайне неприлично для воспитанной девушки из приличной семьи.

— Мы никому не скажем! — заверил Грин, по выражению лица Таты без труда угадавший, какие мысли бродят у неё в голове.

Кара усиленно закивала и изобразила, что закрывает рот на замок. Причём, не свой, а драконий.

— Рад, что вы сумели отдохнуть, — тоном более мягким, чем обычно, произнёс Джо. — Мы уже прибыли.

Тата огляделась. Она знала это место, где от ведущей в столицу дороги ответвлялась более узкая, ведущая к горнолыжным курортам и к горным отелям и пансионатам.

— Здесь мы потеряли след Ворона, — выпрыгнувший из автомобиля Грин указал на изрядно вытоптанный пятачок под раскидистой елью.

Кара с умным видом попрыгала следом, как бы невзначай наступая дракону на лапы. Тата насмешливо фыркала, пока не заметила, что здоровенный Грин каждый раз болезненно морщился.

Это показалось ей странным — не может же ему всерьёз навредить мелкая белка? Словно в ответ на её мысли источник внутри затрепетал, и Тата внутренним взором увидела, что он значительно увеличился.

И тут её осенило: по мере того, как креп её источник, росла сила у фамильяра, а заодно к Марикаре возвращались былые возможности. Несмотря на безобидный внешний вид, фамильяр-защитник рода дель Ру обладал поистине железными когтями и клыками, способными при необходимости увеличиваться в размерах.

Кажется, кто-то воодушевился вновь обретёнными качествами и вовсю тестировал их на бедном драконе!

— Кара! А ну, прекрати! — прикрикнула Тата.

— Ты?! — гневно воскликнула Моника, едва шаги горничной затихли вдалеке.

В мужчину полетела думка с ближайшего кресла, которую он без труда поймал на подлёте. Небрежно отшвырнул в сторону и шагнул навстречу разъярённой женщине, протягивая букет.

— Любимая, мы как-то нехорошо расстались, а впереди Новогодие, и я решил…

— Нехорошо расстались? Ты так это называешь? — Моника оттолкнула цветы и зашипела рассерженной змеёй: — Ты выдвинул мне ультиматум! «Или я, или твоё выступление в затрапезном городке!» — так ты сказал? Серджиу, ты real ticălós! [1]

— Моника, любовь моя, я сказал, что у меня никак не получится поехать в эту глушь, а без меня тебе здесь делать нечего, — мужчина отбросил цветы и заключил упиравшуюся певицу в объятия. — Согласись, это звучит несколько иначе?

— Суть одна! Ты знал, что мне нужно поехать на этот концерт в моём родном городе, и всё равно запретил! — взвилась Моника, активно орудуя локтями.

Мужчина тихо охнул, но добычу не выпустил:

— Кошечка моя, я не догадывался, что это так важно для тебя, пока ты тайком не сбежала из дома. Пришёл со службы, а тебя нет.

— Ты круглыми сутками на своей службе, Серджиу! Она тебе важнее жены! — сухо всхлипнула Моника, пиная мужа голой пяткой по лодыжке.

Тапки она давно потеряла, трепыхаясь в руках мужа.

— Любовь моя, я генерал армии, мне нельзя иначе, — он примирительно погладил её по голове.

— А я — знаменитая певица, и у меня тоже есть обязательства, — она наградила его последним ударом кулачка в грудь и обмякла.

— Да-да, я понял, что был неправ, и прилетел к тебе, как только смог. И попросил доставить тебя сюда, в комфортное гнёздышко, — он сел в кресло, умостив жену к себе на колени.

— Попросил?! Теперь это так называется? — снова взвилась она.

— А что не так? Да, я попросил Андреаса, чтоб его люди сопроводили тебя в отель. Ты ведь знаешь, что у него, в отличие от меня, везде есть свои люди? — выгнул бровь Серджиу.

— Никак не ожидала, что в подчинении генерала разведки служит всякий сброд! — сердито выпалила Моника.

— Они тебя обидели? — напряжённо спросил генерал.

— Вели себя по-хамски, тащили на плече, а потом и вовсе вырубили! — мстительно проинформировала Моника, с удовлетворением замечая, как каменеет лицо мужа.

— Не может быть! — он взглянул на жену. — Или может? Чертовщина какая-то! Я это так не оставлю! Погоди-ка, малыш.

Он пересадил жену в кресло, схватил навороченный мобильный кристаллофон и принялся ожесточённо тыкать в клавиши, срывая на гаджете бурлящую злость.

— Это генерал армии Серджиу Арма́та, [2] соедините меня с генералом разведки Андреасом гранд Шпионеску! Да, немедленно! — отчеканил он.

— Привет, Серджиу! Чего тебе не отдыхается в райском уголке? — басовито хохотнул мобильник.

— Потому что хреново отдых начался, — в голосе генерала зазвучала сталь, — с моей женой так нельзя, Андреас! Твои солдафоны совсем мозги растеряли в спецоперациях? Я надеялся на тебя, как на друга, а ты подослал к ней неадекватных молодчиков.

— Упс! Не успел предупредить, ты был вне зоны доступа, — повинился разведчик. — Вскрылись некоторые обстоятельства. По своим каналам я получил информацию, что на твою жену поступил реальный заказ на похищение. Я связался с нужным человечком и перехватил его, но сам понимаешь — криминал есть криминал, и манеры у них далеки от куртуазных. Мне пообещали, что Моника не пострадает. Кстати, с ней всё в порядке? — обеспокоенно спросил Андреас.

Слышавшая разговор Моника испуганно кивнула.

— Физически — да, но моральную травму она всё-таки получила, — досадливо цыкнул Серджиу.

— Передай ей мои искренние сожаления. И поверьте — иного выхода не существовало, нужно было действовать на опережение, — извинился Андреас.

— Кому и зачем понадобилась моя жена? — озадачился Серджиу.

— Не она, — ты, — ошарашил его Андреас. — Я только что получил свежие разведданные и собирался звонить тебе для проведения инструктажа. Спецслужбами соседнего Гиенолэнда в армии готовится диверсия. Они собрались внедрить агента в твоё ближайшее окружение, для этого и запланировали подмену твоей жены. И ваши небольшие разногласия сыграли им на руку.

Услышав про «небольшие разногласия» Моника скривилась, но благоразумно промолчала, тем более — остальная информация поразила её до глубины души.

Между тем Андреас продолжил:

— Кстати, когда позвонит твоя жена, набери меня по второй линии.

— В смысле — когда позвонит? Она сидит здесь, рядом, — изумился Серджиу.

— Ох, я же не сказал, что они собрались внедрять…

На этот раз разведчика перебил параллельный входящий звонок на кристаллофон генерала армии.

— Серж, врубай видео и попроси Монику выйти из кадра! — скомандовал Андреас, прежде чем Серджиу успел нажать кнопку.

Моника отошла в другой угол комнаты, и генерал принял вызов.

— Милый, ты где? — защебетал кристаллофон голосом Моники, а на экране отобразилась его смущённо улыбавшаяся жена.

Чёрт! Если бы Андреас не предупредил, он бы однозначно повёлся! Полное совпадение!

Генерал прокашлялся и просипел:

— Приехал к тебе в Чешуешту.

— Оу! — кокетливо улыбнулась «Моника». — А я, наоборот, решила бросить всё и вернуться к своему пупсику!

— А как же твой концерт? — поднял брови генерал.

— Да, как же мой концерт? Я бы никогда не позволила себе сорвать его! — одними губами прошептала Моника.

— Ты мне дороже, пупсик! — проворковала лжежена и состроила грустное лицо: — Возвращайся домой!

— Хорошо, милая, — согласился генерал, спеша закончить разговор.

Едва он положил трубку, как раздались два возгласа.

Возмущённый от Моники:

— Вот курва! Я никогда не называла тебя пупсиком! И никогда не срывала концерты!

И довольный от Андреаса:

— Молодец! Отлично отыграл свою партию!

— И что, мне возвращаться? — спросил Серджиу, растерянно поглядывая на сердитую Монику.

— Ни в коем случае! Оставайся там и охраняй свою жену, я уже подготовил агента тебе на замену, — азартно сверкнул глазами разведчик. — Операция началась!

— Надеюсь, вы знаете, как проводить ритуал призыва на крови? — не удержалась от шпильки Тата.

— Надеюсь, ты не упадёшь в обморок от вида крови, детка? — вместо Джоблейка ехидно парировал Грин.

— Укушу! — сверкнула зубьями белка.

— Все высказались? — сухо поинтересовался Джо, успевший подготовить всё необходимое, пока его гоп-команда тренировалась в остроумии.

Оказалось, что да — все высказались, а некоторые даже устыдились. Например, Тата.

Джоблейк протянул руку, и Тата уже привычным жестом вложила в неё свою кисть ладонью кверху. Сыщик достал миниатюрный ритуальный нож и кольнул подушечку пальца, а Тата зашептала слова призыва.

Магия внутри довольно заворочалась, и Тата почуяла далёкий зов — в голове словно колокольчики хрустальные зазвенели. Рядом с хозяйкой со стеклянным взором застыла Марикара.

— Есть! — воскликнула Тата в унисон с белкой. — Я вижу след!

— Где артефакт? Далеко? — вскинулся Джо.

— Далеко, — расстроенно кивнула Тата, — но есть и хорошие новости: часть пути мы сможем проделать на машине.

Она соорудила магическую указку и прямо на снегу нарисовала примерную схему. Сигнал шёл из комплекса пещер, находившихся на вершине одной из Черешневых гор, чуть в стороне от лыжной трассы.

До горнолыжного комплекса вела та самая дорога, уходившая в горы. Она находилась в отличном состоянии, ведь ежедневно туда ездили туристы и местные жители — кто на работу, кто развлечься в выходной. А дальше придётся идти охотничьей тропой. В принципе тропа проходима, но пешком получится не быстро.

— Дай нам координаты и оставайся в машине, — предложил Джо, когда они припарковались на стоянке комплекса.

— Ну уж нет! — запротестовала Тата. — Без меня будете плутать по пещерам до следующего Новогодия.

— Это точно! — важно покивала белка. — Пещер много, ходы запутанные, гномы злые.

— Волнуешься за нас, детка? Зря! С гномами как-нибудь договоримся, — подмигнул ей Грин.

— А как вам такой вариант? С нами пойдёт Кара. Она ведь тоже видит след зова? — предложил Джо.

— Не понимаю, почему вы с маниакальным упорством отказываетесь брать меня? — вспыхнула Тата.

— Элементарно, детка! Он жалеет тебя, не хочет таскать по козьим тропам и промозглым пещерам, — бесхитростно сдал брата Грин.

— Я нормально экипирована, и живу здесь с рождения, и в горы хожу с детства! Так что неизвестно, кто из нас более подготовлен, — Тата с намёком посмотрела на лёгкое пальто сыщика.

— О, детка тоже волнуется за нас! — обрадовался дракон. — Поверь, мы не замёрзнем, мы же дра…

— Грин! — резко одёрнул его Джо.

У Таты аж язык засвербел от желания продолжить фразу, но она ведь якобы не в курсе! Стало немного обидно, что Джо ей не доверяет. Однако она уговорила себя, что это его тайна, и он имеет право хранить её и не рассказывать всем подряд. Только она — не все! Не все ведь?

Опять же, взять хотя бы Грина — это ведь и его тайна, а он уже не раз чуть не проболтался. Выходит, это вовсе и не страшный секрет?

Тата тяжело вздохнула и отвернулась.

— Ты что, обиделась, детка? — Грин положил лапы ей на плечи и развернул к себе.

— Лапы убери! — прошипел Джо и вклинился между ними: — Ладно, идём все вместе.

— Сразу бы так! Только время на бесполезные споры потратили, — проворчала Тата.

— Надеюсь, я не пожалею о своём решении, — пробормотал Джо.

— Я слышу! — мстительно сообщила Тата.

— Я тоже! — поддакнула белка.

Джо только молча закатил глаза, залез в багажник и раздал всем снегоступы, рации и специальные альпинистские посохи. Взял верёвку, мешок с водой и сухим пайком и отдал дракону. Тот для порядка поворчал, что его то в ищейки определяют, то во вьючные животные.

— Ну не белке же нести всё это, — хмыкнул Джо под одобрительное цвирканье Кары.

— Себя ты в качестве носильщика не рассматриваешь? — выгнул надбровную дугу Грин.

— У меня должны быть руки свободны, на случай экстренного применения магии, — пояснил Джо.

Первый час было даже увлекательно идти по тропе, любуясь зимним лесом и заснеженными вершинами. Тата оценила прелесть путешествия с зимними магами, которые сделали дорогу максимально удобной. В одном месте уплотнили снежный покров, в другом — сдули лишний пухляк, а в третьем — присыпали наледь влажным нескользким снегом.

Однако, даже самая комфортная дорога рано или поздно утомляет, особенно если идти вверх. Тата старалась не показывать вида, но её усталость не укрылась от намётанного глаза сыщика. Или ему Грин нашептал? Тата видела, как тот нагнал Джо и что-то ему втолковывал. А потом.

— Детка, хочешь прокатиться на драконе? — игриво спросил Грин под отчётливый зубовный скрежет Джоблейка и легко подхватил на руки, ой, то есть, в лапы, опешившую Тату.

— Ты не мог без комментариев? — одними губами прошептал сыщик.

— Никак нет, домнул начальник! — гаркнул тот и ехидно заржал.

Если бы Тата умела читать мысли, она бы очень удивилась, узнав, что Джо жутко, до спазма лицевой мускулатуры, ревнует её к брату. А так она списала его перекошенное лицо на недовольство её слабостью.

— Я могла бы идти сама, честно, я не устала, — предприняла она слабую попытку сопротивления.

— Верю, детка! Просто так будет быстрее, — аргументировал Грин.

— Вот именно! — вякнула белка, давно уже ехавшая, привычно устроившись на голове у дракона.

Правда, в походе не наглела, и не мельтешила хвостом перед глазами у ящера. Тата мысленно махнула рукой и смирилась.

К полудню они добрались до входа в первые пещеры. Тата спустилась с драконьих лап на землю и прислушалась к внутреннему источнику.

— Идём в левый вход, не отстаём, ничего руками не трогаем, — проинструктировала она и строго глянула на Грина: — тебя особенно касается. Мы будем проходить через самоцветные залы, там без разрешения гномов даже маленький камешек взять нельзя.

— А что сразу я? — возмутился Грин.

— Ну, ты же дракон, вы любите всякие сокровища, — с видом знатока пояснила Тата.

— Я разумный дракон, а не безголовый ящер, — обиделся Грин.

— Извини, не хотела тебя обидеть, просто предупредила на всякий случай, — смутилась Тата.

— А! Купилась! Купилась, детка! Саечка тебе за испуг! — хохотнул дракон.

— Детский сад! — цыкнула Тата.

— Бери выше, детка, я выпускник академии, — выпятил грудь дракон.

— Болтун и хвастун, — проворчал Джо.

На этом дискуссия увяла, и они вошли в пещеры. Джо зажёг магический светильник, и Тата восхищённо присвистнула. Не вслух, конечно, ведь воспитанные девушки не свистят, как уличное хулиганьё.

А восхищаться было чему. Честно говоря, раньше Тата не видела магические огни зимних магов. Оказывается, они напоминали покрытый причудливыми морозными узорами ажурный снежок, светящийся голубоватым светом.

Его вполне хватало для сносного освещения дороги, а когда они вошли в каскад самоцветных залов, стало и вовсе светло и разноцветно. Они постарались пройти их как можно быстрее, чтобы не раздражать гномов Черешневых гор. Если они их не видят, это совсем не значит, что гномов здесь нет.

— Осталось совсем немного, ещё несколько пещер — и мы на месте — обнадёжила Тата.

Однако на выходе из очередного зала их ждало большое разочарование: проход был намертво завален здоровенными камнями. Грин попытался было расчистить проход, но камни оказались чересчур тяжёлыми даже для дракона. А потом его и вовсе остановил Джо. Просканировав тоннель, он сообщил, что завал тянется на десятки метров.

— Есть обходной путь? — устало спросил Джо.

— Есть, но он вам не понравится, — понурилась Тата.

— Почему? — заинтересовался Джо.

— Потому что он полуразрушен и кое-где затоплен водой, — подсказала Кара.

— И длиннее, — добавила Тата.

— Логично, что Ворон подстраховался и завалил короткий ход, иначе это было бы слишком легко. Так что без вариантов — идём другим путём, — подбадривающе улыбнулся Джо.

И так стало хорошо Тате, даже несмотря на усталость, и вроде бы новые силы появились. Кара повздыхала для порядка, но кто бы поверил в усталость белки, всю дорогу проехавшей на драконе?

Они вернулись на два зала назад и свернули в боковое ответвление. По мере продвижения проход всё больше сужался, и Тата забеспокоилась — пролезет ли Грин? Но пока вроде дракон протискивался — хоть с трудом, но без последствий для чешуи.

Миновав самое узкое место, они вышли в небольшой зальчик и на выходе уткнулись в груду камней.

— Опять? — рассерженно заверещала белка.

— Он небольшой, — после сканирования утешил Джо.

Они вместе с Грином принялись оттаскивать булыжники, и действительно, справились довольно быстро. После непродолжительного пути им встретилась новая преграда. На этот раз — затопленный участок. Воды было всего по колено, но зато ледяной и мутной от глины.

Тата остановилась и нерешительно огляделась. Другого пути не было, но идти в воду? Она не готова! Тем более, в таких подтопленных шахтах водились горные водяные змеи — шустрые и ядовитые.

— На раз-два! — скомандовал Джо, и они с Грином пустили сдвоенный снежный смерч.

Вода послойно застывала, и тонкие ледяные пластинки разлетались в стороны, прилипая к стенам зала. Вскоре от подземного ручья осталась небольшая лужа. Из неё с недовольным шипением взметнулась змейка, нацелившись вцепиться в Тату.

— Укушу! — низко цвиркнула белка, показав ей зубы, явно более длинные, чем у пресмыкающейся.

Змея впечатлилась и, выпучив глаза, сквозанула в проход, с перепугу вмазавшись в стену тоннеля.

— То-то же! — с чувством выполненного долга потёрла лапы Кара.

Путь был свободен, и — что приятно удивило — оставался таковым до самого конца.

— Следующая пещера наша, и, кажется, там кто-то есть, — шепотом сообщила Тата.

Грин без слов задвинул её за спину и встал рядом с Джоблейком. Белка спрыгнула сама и умостилась на плече у Таты.

Таким построением они и вошли в огромную пещеру, заваленную всяким хламом. В центре на расчищенном участке лежала массивная плита, заменяющая лабораторный стол, на которой возвышалось странное сооружение. Оно отдалённо походило на водяную мельницу, только вместо колеса располагалась гигантская рама с креплениями в виде кожаных петель и цепей.

— Это что за пыточное устройство? — ошеломлённо прошептала Тата.

— Невежда! Это душетелофазотрон, — проскрипел здоровенный виверн, выползая из-за двухметрового куска скальной породы, торчавшего в дальней части зала.

— Ворон, стой где стоишь! — приказал Джо.

— Чего припёрлись, Драконти? — без всякого пиетета проскрипел виверн.

Джо чуть вздрогнул и покосился на Тату и неожиданно шепнул:

— Я всё объясню, позже.

Тата неопределённо пожала плечами и снова уставилась на виверна.

— Не догадываешься, Ворон? Арестовать тебя, — сказал Джо.

— Ну так арестовывайте, — глумливо отозвался тот и уселся, подперев себя хвостом.

— Стой, Джо, я чую какой-то подвох, — протянул Грин, придерживая брата за рукав.

— Угу, — кивнул тот, цепко оглядывая помещение.

— Моя звезда! — вскрикнула Тата и метнулась к плите.

— Стой! — отчаянно заорал Джо, бросаясь наперерез, но не успел.

Тату затянуло в ту самую раму, а перед сыщиком возникла прозрачная преграда, отрезав эту часть зала от остального помещения.

Не смей ей вредить, Ворон! Лучшее, что ты можешь сделать — отпусти немедленно девушку! — Джо бесновался за преградой, безуспешно атакуя её зимней магией.

— Если с её головы хоть волос упадёт, р-р-разорву самолично! — басовито рыкнул Грин.

Преграда мелко завибрировала, но устояла.

— Девушка сама пришла. Кто я такой, чтобы отказывать ей в желаниях? — насмешливо осклабился Ворон.

— Кто ты такой? А я скажу! Ты — будущий труп! — экспрессивно потряс кулаками сыщик.

— Не шути с нами, в гневе мы страшны! — без ужимок, с несвойственной ему серьёзностью добавил Грин.

— Я тоже не красавчик, когда злюсь. Впрочем, я теперь всегда не красавчик, — в голосе Ворона явственно прозвучала горечь.

Кажется, её заметила только Тата.

Мужчины с жаром переругивались, а Тата, пользуясь тем, что о ней временно забыли, скрупулёзно осматривала конструкцию, в которую попала волей случая и своей недальновидности.

Ремни прочно удерживали её внутри рамы, собранной из последовательно соединённых между собой мелких артефактов различной формы и неизвестного назначения. Вблизи обнаружилось то, что Тата не заметила издалека — рама была сдвоенная. Оба квадрата соединялись между собой частыми чуть заметными золотистыми нитями.

Таким образом, Тата оказалась внутри эфемерного куба, сотканного из этих нитей. В его углах располагались крупные самоцветы — изумруд, рубин, аметист, сапфир, агат, жемчуг, александрит и янтарь. Сверху конструкцию венчала многострадальная звезда Чешуешту.

Тата попробовала дотянуться до неё, но та находилась слишком высоко, к тому же, мешали ремни.

— Эй, девчонка! Ты что там возишься? Не вздумай ничего трогать! Сломаешь — и я не посмотрю на твоих защитников, получишь по заслугам! — рявкнул Ворон, моментально оказываясь рядом.

— Отпусти её, и никто не пострадает! — моментально отреагировал Джо.

— У меня есть более интересный вариант, — Ворон медленно обошёл вокруг своего творения, остановился напротив Таты и взглянул ей в лицо: — собирался тестировать на себе, но раз уж ты здесь — будешь подопытным кроликом.

— Ворон, я готов поменяться с девчулей! — предложил Грин.

— Или я! — выдвинулся вперёд Джо.

— Хм, — Ворон с исследовательским интересом оглядел застывших в ожидании братьев и отрицательно мотнул головой: — оставлю, как есть, не будем спорить с провидением.

— Ворон, если ты отпустишь девушку, я готов гарантировать тебе смягчение наказания, — привёл очередной аргумент Джоблейк.

— Во-первых, сначала поймай меня, а во-вторых, тебе не кажется, Драконти, что я и так уже достаточно наказан? — Ворон картинно расправил перепончатые крылья и покрутился перед братьями.

— Поймаю, не сомневайся! — скрипнул зубами сыщик и тише добавил: — Кое-кому нужно было соблюдать технику безопасности.

Ворон услышал и оскалил вивернову морду:

— Тебе ли не знать, что дело не в технике безопасности! Кстати, ты нашёл того, кто меня убил?

— Нашёл, — мрачно кивнул Джо, — как обычно, всё дело в деньгах. Твой племянник добавил лишний компонент в стабилизирующий раствор. Гриф решил, что ты задержался на этом свете, а ему ну очень хотелось поскорее вступить в наследство и стать великим артефактором.

Последние слова сыщик произнёс с нескрываемым скепсисом — все заинтересованные лица знали, что племянник и в подмётки не годился знаменитому родственнику.

— Мелкий гадёныш! Вот ведь ирония судьбы — имя полностью соответствует внутренней сути, — брезгливо скривился Ворон. [1]

— Строго говоря, убился ты не до конца, — не удержался от шпильки Грин.

— Прощу твои издевательские высказывания только потому, что ты со своим проклятием ушёл недалеко от меня, — недовольно сверкнул глазами Ворон.

— Воот! Точно ведь говоришь: мы с тобой почти в одинаковой ситуации. Так давай я девушку подменю! Глядишь, чистота эксперимента будет выше и для тебя полезнее, — поиграл бровями Грин.

— Уговорил, ты будешь следующим, — ухмыльнулся Ворон.

Парни тянули время и как могли, пытались спасти её. Однако — странное дело — Тата не чуяла прямой угрозы своей жизни. Зато отчётливо ощущала, как сильнее и яростнее разгорался внутренний источник магии. От потрясения, наверное. Или от огромного желания оказаться рядом с Джоблейком. Не исключено, что и от воздействия адской машинки Ворона. Хотя, она вроде ещё не работала.

Тата не заметила, в какой момент рядом оказалась Кара, но обрадовалась ей так же, как в детстве, когда родовой фамильяр впервые почтил её своим вниманием.

— Милая моя, ты как умудрилась пробраться? — едва слышно шепнула белке, спрятавшейся у неё в волосах.

— Легко! Из тебя магия шарашит, как кровь из артерии! Удивляюсь, как эти дуболомы до сих пор не заметили, — желчно прошипела Кара.

— Им не до того, они мускулами играют, — тихо фыркнула Тата, — а может, мою магию чуешь только ты?

Кара задумчиво посопела ей в ухо и согласилась, что да — такое возможно, и предложила колдануть как следует.

Но они не успели.

Ворон молниеносным движением вскинул крыло, на конце которого блеснул кристалл красного опала. Луч цвета тёмной крови ударил в центр звезды. Она засияла нестерпимым светом, направляя его в куб. По-звериному, выворачивая душу, завыл Джо, ему вторил Грин.

А Тата даже испугаться не успела. Свет обрушился внезапно, ослепляя и дезориентируя, но в то же время не обжигая, а даря родное тепло. Словно пра-пращур, изготовивший артефакт, невесомо провёл бестелесной рукой по волосам. Тата стояла с закрытыми глазами, впитывая родовую благодать. Одуревший от привалившего счастья источник жадно заглатывал бьющую из звезды энергию.

Сдвоенный вой братьев Драконти вырвал её из эйфории, но было поздно.

И когда Ворон повторно ударил в древний артефакт, на этот раз лучом из синего опала, вся энергия Таты тремя мощными потоками ударила в братьев и в виверна.

— Стоять! Остановись! Нет-нет, не надо! — взмолилась она.

Тате казалось, что она кричала во всё горло, до саднения, но на самом деле получился писк, как у придушенного котёнка.

Внутренний источник, как никогда до сих пор, послушный хозяйке старался закрыться и отрезать себя от внешнего мира. Но адская машинка Ворона не оставила ему ни малейшего шанса.

Противоестественный огонь двигался совершенно бесшумно, но Тате казалось, что пламя ревело разъярённым зверем. На самом деле это была не более, чем игра подсознания и — немного — шум в ушах от перенапряжения.

Тата не смотрела на Ворона, ей было всё равно, даже если бы его испепелило на месте. Её взгляд был прикован к братьям Драконти. В тот миг, когда синий огонь охватил их тела, она малодушно закрыла глаза руками и беззвучно зарыдала.

И вот что удивительно: с закрытыми глазами она слышала лишь мертвенную тишину и своё шумное дыхание. От этот становилось ещё страшнее. Воображение рисовало картины одну ужаснее другой — от оплавленных останков до кучек пепла, сиротливо лежавших на полу.

— Открой глаза! Открой глаза! Открой глаза! — исступлённо шептала она как заклинание, не в силах заставить себя сделать такое простое действие.

Неожиданно среди жуткого безмолвия громом прозвучало:

— Ну, ты и зажгла, детка-а-а!

— Я не хотела! — горько прошептала Тата.

А потом до её измученного сознания дошёл смысл услышанного, и кто именно говорил.

Она распахнула глаза и чуть не заорала от неожиданности.

За прозрачной преградой стоял смутно знакомый парень с пепельными волосами, в голубых потёртых джинсах и свободном сером свитере. Спустя долгих две минуты до Таты дошло — парень казался знакомым, потому что в чертах его лица угадывалось отчётливое сходство с Джоблейком.

— Грин? — неуверенно спросила Тата.

Он в ответ подмигнул и расплылся в хитрющей улыбке.

— А где… — она хотела спросить, где Джо, но подавилась фразой, увидев мрачного чёрного дракона.

— Гляди-ка, Джонни, она тебя узнала, — хохотнул Грин, толкая брата локтем.

— Вы смогли снять заклятие? — придушенно пискнула Тата.

— Ты смогла. Точнее, не сняла его, а каким-то образом поменяла его полярность, — под недовольное пыхтение Джоблейка, ответил Грин.

— Я правильно поняла? Теперь Джо дракон, а ты — человек? — жалобно спросила Тата.

— Вот именно, — развёл руками Грин, — но я не жалуюсь.

— А ты? — Тата посмотрела на сыщика.

Его ответ заглушил глухой стук. Ворон, про которого Тата совершенно забыла, окаменелой скульптурой завалился на бок. При ударе об пол с его крыла соскользнул тот самый артефакт из мультиопалов. В тот же миг исчезла преграда, а с рук и ног Таты соскользнули ремни.

Джо и Грин моментально оказались рядом.

— Он умер? Совсем? — голос Таты предательски дрогнул, как и она сама.

Оказывается, долгое стояние в одной позе ослабило её мышцы.

Грин ловко подхватил её под руку и усмехнулся краем рта, услышав глухой рык брата.

— Ничего личного, Джо, просто мне сподручнее, — поднял свободную руку Грин.

Сыщик недовольно мотнул мордой и склонился над Вороном.

— Живой, — констатировал он под облегчённый вздох Таты.

— Пожалела его? — шепнул Грин и тут же получил по уху когтистой лапой.

— Соблюдай приличия, зелёный! — сварливо проскрипела Кара, вылезая из волос хозяйки.

— Жестокая детка! — кхекнул Грин, показательно потрясая расцарапанной рукой.

— Правильно, нечего лезть к чужим…

— А ты не забывай, что согласия отцу так и не дал, — ехидно оборвал брата Грин.

Тата навострила уши, но братья свернули тему, ограничившись выразительными переглядками. Но она почему-то заподозрила, что сказанное было каким-то образом связано с ней.

— Пакуем его и выдвигаемся в город, — скомандовал Джо.

— Без звезды никуда не пойду! — заартачилась Тата.

Сыщик оценивающе посмотрел на артефакт и обречённо вздохнул:

— Я один не унесу и артефакт, и Ворона.

— Грин? — вопросительно посмотрела Тата.

— Только для тебя, детка! — проникновенно проговорил он. — Совершенно случайно у меня завалялась пространственная сумка для улик.

— И ты молчал? — хором воскликнули Джо и Тата.

— Ой-ой, поберегите мои уши! — притворно сморщился этот лицедей. — И когда только успели спеться?

«Клоун», — со смесью осуждения и восхищения подумала Тата.

— Клоун! — эхом её мыслей цыкнул на брата Джо.

— Зато со мной весело, потому что в отличие от некоторых, я не бука, — задрал нос Грин.

Тата весело рассмеялась. После всего пережитого её наконец-то опустило. Надо отдать должное, Грин умел приободрить и разрядить обстановку, и делал это мастерски.

— Давай сюда сумку, — оказалось, сыщик уже снял звезду и осторожно держал в когтистых лапах.

В то время как братья упаковывали её, Тата, руководствуясь внезапным импульсом, подобрала опаловый артефакт и сунула в карман. И этот поступок не имел ничего общего с клептоманией или неодолимой тягой к драгоценностям. Её вела голая интуиция.

Недвижимого Ворона заковали в специальные наручники, удерживавшие не только телесную оболочку, но и душу (от незапланированного переселения), и упаковали в ту же сумку. Тата не особо удивилась её вместительности, всё-таки, дочь потомственного артефактора видала и не такое и знала, на что способны подобные пространственные артефакты.

Единственно она не подозревала, что в них можно складывать и живых существ, о чём и не постеснялась спросить.

— Ворон сейчас в стазисе, так что ему не повредит, — легко приобняв её за плечи, пояснил Грин.

При виде этакой фамильярности чёрный дракон снова глухо зарычал, вызвав недоумение Таты и непонятное веселье Грина.

— Сейчас-то что ему не нравится? Сумка получилась тяжёлая? — пробурчала всё ещё обнятая Тата.

— Несообразительная ты у меня, Рошу, — цыкнула запрыгнувшая на плечо Кара и покровительственно похлопала её по макушке: — я тебе дома объясню.

Тата дёрнула за хвост потерявшую берега белку и тоже пообещала кое-что объяснить. Дома. Доходчиво и без свидетелей.

Обратный путь прошёл на удивление беспроблемно. Видно, на сегодня лимит происшествий был исчерпан. Ну и главный возмутитель спокойствия закованным ехал в пространственной сумке.

Из лабиринта пещер они выбрались ближе к вечеру. Сизо-синие сумерки уже ползли по склонам гор, верхушки которых ещё отражали последние лучи солнца, в то время как предгорья уже погрузились во тьму. Лишь Чешуешту выделялся на тёмном покрывале долины россыпью огней, особенно ярких и многочисленных в центре города.

Припорошённый снегом автомобиль ждал их на стоянке. Грин походя очистил его лёгким взмахом руки и сел за руль. Тата с некоторой завистью подумала, что хорошо иметь в хозяйстве зимнего мага, которого слушается каждая снежинка. Ей-то приходилось ручками работать. Конечно, щётка-артефакт облегчала ситуацию, но не исключала необходимость изрядно попрыгать вокруг машины.

Тата собралась было, как и по дороге сюда, расположиться впереди, однако чёрная когтистая лапа аккуратно, но настойчиво утащила её на заднее сидение.

Что характерно, Тате это показалось совершенно правильным, только непонятно — над чем, спрашивается, так задорно ржал Грин? И ведь белка, зараза, активно ему подхрюкивала, неубедительно маскируя смех под внезапно напавший кашель. Зато чёрный дракон умиротворённо урчал, правда, так внушительно, что вибрировал весь немаленький дракдровер.

Единогласно решили сначала заехать в полицейское управление и выгрузить Ворона в специальную камеру для особо магических преступников. А потом… Тата буквально вырвала из братьев обещание, что они установят звезду на ёлку.

Ну, как вырвала? Грин не особо сопротивлялся. А Джо так и вообще готов был и звезду на ёлку повесить, и луну с неба снять, или наоборот — как пойдёт. И вообще исполнять любые поручения.

На что Тата категорично заявила, что луна ей без надобности, в отличие от звезды. И на всякий случай уточнила — не с неба, а той, что для ёлки.

Забегая вперёд, отметим, что сыщик не только установил звезду, но и укрепил её зимней магией, пообещав, что «фиг её теперь кто оторвёт».

— А как же мы будем её снимать после праздников? — запоздало озадачилась Тата.

Грин тут же предложил для такого случая вызвать Джоблейка из Кольеры. Тата засомневалась: найдётся ли у востребованного столичного сыщика время для столь мелкого дела, как демонтаж ёлочных украшений?

На что Джо, незаметно пнув брата, заверил, что ради городской достопримечательности и антиквариата он, пожалуй, выкроит денёк в плотном графике. Ну и заодно проследит, чтобы не умыкнули столь ценный экспонат.

В ответ Грин сказал что-то типа «надо бы разобраться, кто для Джо представляет наибольшую ценность», но Тата не могла бы поручиться за точность услышанного. Дело в том, что Грин давил из себя слова сквозь смех, ещё и Джо частично заглушил их рыком. Складывалось впечатление, что он всячески хотел заткнуть фонтан братского словоблудия.

Но вернёмся немного назад.

Несмотря на позднее время, в полицейском управлении их ждали — весь личный состав во главе с домнулом Исаем Волтиром. Всё-таки, не каждый день (и слава богам) в Чешуешту ловили выдающихся преступников.

Брови Исая взметнулись, когда он увидел очеловеченного Грина и одраконенного Джоблейка, но главный полицейский Чешуешту благоразумно воздержался от комментариев. Немного подвигав бровями, он сделал вид, что так и надо, и ничего сверхъестественного не произошло.

Джо Драконти самолично проверил надёжность камеры и укрепил защиту зимней магией. По его предположениям стазис должен был продержаться сутки, но бережёного, как известно, магия бережёт.

Впечатлённая Тата робко призналась, что ей в чём-то жаль Ворона. Ведь не от хорошей жизни он стал на преступный путь, а исключительно ради возвращения к нормальной жизни.

Ну, какой он злодей? Всего лишь талантливый и немного чокнутый, как все гении. В конце концов, он никого не убил и даже не поранил, он только брал артефакты! Не исключено, что во временное пользование.

Джо тяжело вздохнул, выпустив облачко морозного воздуха, и пообещал, что комиссия по особым делам тщательно разберётся с прецедентом. Он заверил Тату, что в планах не стояло уничтожение несчастного артефактора, как и его изобретения. Сомнительно, конечно, что существует способ вернуть его тело, но… Тут Джо замялся и свернул тему, сославшись на секретные разработки учёных.

После того, как Ворон был надёжно упрятан, а звезда заняла положенное место и горделиво сияла на верхушке городской ели, Грин направил дракровер к дому Таты.

— Завтра вплотную займёмся поисками другой звезды, — Джо озабоченно постучал когтями по двери автомобиля.

— А кто-то ругал меня, когда я распускал когти и царапал обшивку, — сварливо попенял Грин.

— Это нервное, — отмахнулся Джо, — всё думаю, что мы не с того начали. По-хорошему, человека нужно было искать в первую очередь, но получилось так, как получилось.

Сыщик ни на что не намекал и не упрекал, но Тата невольно почувствовала вину за то, что вклинилась со своей звездой в расследование исчезновения человека. И тут её осенило: а что, если помочь им в поисках? Теперь, когда её источник раскрылся и зарядился энергией, Тата могла отдать магический долг.

— Возьмите меня с собой! — зажмурившись, выпалила Тата. — Я могу быть полезной.

— Разве что как талисман на удачу, детка, — хохотнул Грин, разряжая обстановку.

Да уж, зелёный — что в драконьей, что в человеческой ипостаси — оставался верен себе.

— Вовсе нет! Между прочим, у меня интуитивно-поисковая магия, и я собиралась работать в службе магического поиска, — вздёрнула подбородок Тата.

— Собиралась — да не пошла? — пытливо прищурился Грин.

— За дорогой следи! — прикрикнул Джо.

— Да, не пошла, — замялась Тата, — были… обстоятельства.

— Постой-ка, детка! Если твоя магия интуитивно-поисковая, ты могла и сама справиться с поисками вашего артефакта? — Грин крутанул руль и припарковался на обочине.

— И одна полезла бы в логово к Ворону? Соображай, что говоришь! — рыкнул на брата Джо.

— Тут ты прав. Но чисто теоретически, могла же? — не унимался Грин.

— Не могла, — с досадой сказала Тата.

— Не томи, детка, начала — так договаривай, — нетерпеливо поёрзал Грин, протиснувшись между передними сидениями.

— У меня были некоторые проблемы с магией, — неохотно призналась Тата.

— Ну и к чему эти откровения? Нет чтобы достижениями хвалиться! — осуждающим свистящим шепотом попеняла Кара.

— Хех! Добро пожаловать в наш клуб, детка! — неожиданно развеселился Грин.

— В какой-такой клуб? Вы куда это мою девочку вовлечь хотите? — белка воинственно выпятила грудёнку.

— В обычный, меховушка! — легонько щёлкнул её по носу Грин. — В клуб тех, у кого проблемы с магией.

— Ещё раз так сделаешь — проблемы будут не только с магией, но и с количеством пальцев! — возмущённо цыкнула белка. — А Тата в ваш клуб не пойдёт, у неё с магией всё в порядке!

Ох, с каким удовольствием Тата возразила бы, что с ними, а вернее, с Джо, она пойдёт куда угодно, а не только в клуб. Но воспитанные девушки никогда первыми не признаются в подобном. Страшно сказать, но сейчас Тата впервые искренне пожалела обо всех этих предрассудках и правилах поведения. Как же иногда неудобно быть воспитанной девушкой!

— И когда с магией стало всё в порядке? — заинтересовался Грин.

— Сегодня, — коротко ответила Тата, не желая вдаваться в подробности.

— Вот, значит, как на тебя повлиял аппарат Ворона, — сделал вывод Грин.

Надо заметить, почти верный. Почти. Ведь раскрытие источника началось после контакта с Джоблейком, а творение артефактора лишь ускорило процесс.

Тата благоразумно не стала его поправлять, порадовавшись, что Грин сам придумал ответ. А ей нужно хорошенько подумать, что делать со всем этим.

— Ну, так что? Берёте меня в поисковую команду? — спросила Тата.

— Расследование может быть опасным, — с сомнением покачал головой чёрный дракон.

— Брось, Джонни! Мы же будем рядом. В случае чего сможем защитить нашу детку, — хлопнул его по плечу Грин.

— Я не Джонни! — вяло огрызнулся Джо.

— Она не ваша! — топнула лапой белка.

Правда, без огонька, скорее, провокационно. И лукаво покосилась на слегка покрасневшую Тату.

— Посмотрим, — загадочно ухмыльнулся Грин, заводя мотор.

Доехали в молчании, и лишь у двери в особняк семейства дель Ру Джо коротко проинформировал:

— Завтра в восемь утра заедем за тобой.

— Какая любопытная вещица! — воскликнул отец, и его глаза загорелись хищным исследовательским огоньком. — Откуда?

— В некотором роде боевой трофей, — ответила Тата.

Ну, и рассказала, конечно. Как под воздействием неодолимой потребности тайком умыкнула артефакт, которым Ворон активировал свой магический аппарат. Не забыла упомянуть и о подозрениях, что этот артефакт каким-то образом способен снять проклятие с драконов.

Поведала и то, как магический механизм Ворона в тандеме со звездой-артефактом поменял братьев ипостасями, и что она со своим источником поневоле приняла в этом самое непосредственное участие.

Отец долго молчал, а потом проникновенно заглянул дочери в глаза:

— А теперь давай начистоту. Твой источник полностью восстановился и совершенно стабилен. Полагаю, это произошло из-за кого-то из братьев?

— Мама в курсе? — вместо ответа испуганно пискнула Тата.

— Я пока скрыл твою магию, — понимающе кивнул Теодорус, — иначе ты не сидела бы здесь со мной, а вместе с матерью выбирала свадебное платье и согласовывала цвет скатертей и салфеток.

— О нет! — спрятала лицо в ладонях Тата.

— О да! — возразил отец и озабоченно спросил: — Тебе не нравится ни один из братьев? Если не хочешь, я не буду неволить, и нейтрализую Нариту. Рано или поздно Драконти вернутся в столицу, а мы понаблюдаем, как поведёт себя источник вдали от них.

— Пап, дело не в том, что не нравятся, наоборот. Просто я и сама ещё не разобралась, что именно чувствую, — промямлила покрасневшая Тата.

— Вот как? Значит, кто-то из парней всё-таки тронул девичье сердечко? Скажешь — кто? — тепло улыбнулся Теодорус.

— Ну, па-ап! — окончательно смутилась Тата.

— Спрашиваю не из праздного любопытства, — поднял руки отец, — сейчас поясню. Как-то раньше к слову не пришлось, но, когда мы с Наритой осенью ездили в столицу по делам, у нас состоялась некая неформальная встреча. Она касалась тебя. Как ты понимаешь, речь шла о договорном браке.

— Папа! Ты же обещал! — возмущённо вскрикнула Тата.

Подумать только! За её спиной решали её судьбу, в то время как она… А что она? И вот в этот критический момент Тата призналась себе, что да — она влюбилась в Джо Драконти.

Поняла и панически испугалась, что из-за родительских договорённостей лишится призрачной пока вероятности быть с любимым. Ведь большой вопрос — нравится ли она Джоблейку? И за кого её сватали родители?

— Доченька, успокойся! Конечно же, я дал обещание, и ни за что не нарушу его! — Теодорус обогнул стол и положил руки на плечи дочери. — Просто дослушай. Встреча состоялась, но я сразу обозначил нашу позицию — брак только по любви. Ты спросишь — почему я заговорил об этом именно сейчас? Всё просто: та встреча была с Редстоком Драконти. Потому я и решил выяснить — нравится ли тебе Джоблейк или Лонгрин?

— Обалдеть! — не выдержала Кара, тем самым выдавая своё присутствие.

Однако ни отец, ни дочь, не отреагировали, уж больно животрепещущая тема обсуждалась в кабинете.

— Невероятно! — икнула Тата. — И за кого же меня пытались посватать?

— За Джоблейка, — не стал напускать тумана отец.

Тате потребовалось всё самообладание, чтобы удержать себя в руках, а лицо — бесстрастным.

Видимо, с лицом вышло не очень, потому как отец выгнул бровь и с чувством произнёс:

— Да ладно! Это Джо? Не бывает таких совпадений!

— Ну, вот так, — развела руками Тата.

— Как порой причудливо провидение тасует судьбы, — философски заметил Теодорус.

— Пап, а что вам ответил домнул Драконти? — с замиранием сердца спросила Тата.

— Хм, он разделил нашу точку зрения, и пообещал поговорить с сыном. А тот отказался обсуждать тему брака, — Теодорус сочувственно посмотрел на дочь.

— Его не устроила моя кандидатура? — заледенела Тата.

— Укушу наглеца! — прошипела Кара, до глубины когтей оскорблённая за свою хозяйку.

— Что ты, дочка? Дело не в тебе! — поспешил успокоить отец. — Он заявил, что не станет ломать ничью судьбу, пока не снимет проклятие. Впрочем, на тот момент это звучало как «никогда», ведь комиссия установила, что их проклятие неснимаемое.

Тата выдохнула, почувствовав, как с плеч свалился тяжёлый камень.

— Папа, может быть такое, что комиссия ошиблась?

— Это желание твоего сердца, или магическая интуиция? — прищурился отец.

— Интуиция! — твёрдо ответила Тата и, чтобы окончательно развеять сомнения отца, добавила: — Честно! Я так чувствую.

— И это чувство появилось, когда ты увидела этот артефакт? — прозорливо спросил Теодорус, с новым интересом рассматривая мультиопал.

А он, как нарочно, засиял всеми цветными гранями.

Тата кивнула и умоляюще сложила руки:

— Если кто-то и сможет понять, в чём тут дело, то только ты.

— Или Ворон, сотворивший его, — задумчиво потёр подбородок отец.

— Навряд ли нам позволят с ним пообщаться, — нахмурилась Тата.

— Ладно, Татусик, я понял задачу. Эх, что только не сделаешь для счастья любимой дочери, — лукаво улыбнулся Теодорус.

— Пап! — укоризненно воскликнула Тата. — Ну ты чего? Я просто… просто хочу помочь братьям Драконти! И всё! Точка!

— Да-да, просто помочь, я так и понял, — спрятал улыбку отец.

— И завтра я еду с ними на поиски Моники Флореску! — официальным тоном заявила Тата.

— Помогать собралась? — понятливо уточнил Теодорус.

— Именно! В ответ на их помощь в поисках звезды, — ответила Тата.

— Ну, разумеется, — покивал отец. — А я как раз займусь артефактом. Кажется, я догадываюсь, как его можно усовершенствовать.

— Папуля, ты — гений! — просияла Тата и, чмокнув отца в небритую щёку, унеслась к себе.

Отель-бутик «Сладкая парочка»

— Мы уже второй день безвылазно торчим здесь, а между тем приближается день концерта! Что будем делать, если твоих шпионов не поймают? Ты понимаешь, что я не могу сорвать выступление? — бушевала Моника, сверкая глазами на мужа.

— Понимаю, дорогая, — послушно отзывался Серджиу, ненавязчиво подсовывая жене тарелку с креветками в сливочно-чесночном соусе.

Распалённая дискуссией Моника машинально сжевала пару креветок, но даже любимое лакомство не отвлекло её от волнующей темы.

— Ничего ты не понимаешь! Это всё равно, что тебе… — Моника задумалась, постукивая по подбородку, — всё равно, что тебе не явиться на войну! Вот!

— Милая, мы сейчас ни с кем не воюем, но я понял твою аналогию, — ответил Серджиу.

— Есть вести от Андреаса? Прижучили они шпиона? — сменила тему Моника.

— Это так быстро не делается, их цель — не поймать, а вызнать планы противника, — обтекаемо пояснил Серджиу.

— Вот! Значит, противник всё-таки есть! — победно помахала пальцем Моника. — И эти ваши игрища могут длиться не один месяц. И всё это время мы будем сидеть здесь, как заключённые!

— Ты, как всегда, права, любовь моя. Войны нет, а противник есть. Тот, кто строит козни, засылает шпионов, хочет подорвать нашу экономику и внедриться в армию. Надеюсь, Андреас оперативно разрулит нашу ситуацию, — ответил муж.

— Мне-то можешь сказать, что именно хотят от тебя? Или это великая тайна? — не надеясь на ответ, всё-таки спросила Моника.

— Хм, если не вдаваясь в подробности, — кивнул Серджиу, — у меня находится на рассмотрении важный документ по реорганизации армии. Возможно, шпионы захотели выкрасть его.

Моника ахнула и кинулась на шею мужу:

— Они могли убить тебя! Или отравить!

— Поэтому на моём месте опытный агент Андреаса, который проведёт операцию в лучшем виде, — утешил её Серджиу.

Утешения плавно перетекли в поцелуй и закончились в спальне к вящему удовольствию обеих сторон. Правда, за этим приятным времяпрепровождением они проворонили звонок Андреаса.

Отель-бутик «Сладкая парочка»

— Твою ж мать! Девять пропущенных от Андреаса, в том числе два из них — на секретный номер! — сокрушался Серджиу.

Впрочем, особо расстроенным он не выглядел.

Тревожно мигавший магический кристаллофон обнаружился после того, как они с Моникой наконец-то выползли из спальни, чтобы заказать обед. Нет, он ни о чём не жалел! Давненько у них с женой не было столь прекрасных выходных. Да в принципе выходных не было! Он вечно на службе, она — на гастролях.

Кажется, Серджиу ещё остался должен этой шпионской братии. Не случись заварушки с документами, неизвестно, смогли бы они с Моникой побыть вместе.

— Надеюсь, Андреас с хорошими новостями, — пробурчал он, набирая номер друга.

— Алоу, слушаю вас, — нейтрально прозвучало в динамике.

— Андреас, какого чёрта? — рявкнул озадаченный Серджиу.

— Ночь нежна, — вместо ответа произнёс Шпионеску.

— Жизнь одна, — машинально отреагировал генерал.

— Фухх! Это действительно ты! — шумно выдохнул разведчик и эмоционально добавил пару непечатных слов.

— А кого ты ожидал услышать? — опешил Серджиу.

— Уж и не знаю! После того, как ты не отвечал на звонки — кого угодно! Подумывал уже отправить к вам отряд быстрого реагирования, заодно проверить — не подменили ли вас, — ответил Андреас.

— Кхм, мы были несколько заняты, — понизив голос, сообщил Серджиу.

— Завидую белой завистью, передавай привет Монике, — понятливо усмехнулся Андреас.

— Ладно, чего звонил-то? Не для обмена любезностями же? — вернул разговор в рабочее русло генерал.

— Не для этого, конечно. У меня отличные новости: операция прошла успешно, фальшивая Моника поймана за руку при вскрытии твоего сейфа. Кстати, тебя планировали накачать зельем правды, а потом усыпить экспериментальной сывороткой «летаргия». Учитывая её экспериментальность, возможно, без последующего пробуждения, — сообщил Андреас.

Серджиу отреагировал на новости забористой тирадой, в которой приличными были только предлоги, да и то не все.

— Понимаю тебя, — невесело усмехнулся Андреас, — но теперь можете отдыхать на полную катушку.

— Спасибо, друг! С меня причитается, — с чувством ответил Серджиу.

— Ну, бывай! А меня допросы ждут, — попрощался Андреас.

Рядом нетерпеливо притопывала Моника, слышавшая лишь половину разговора.

— Ну?! — воскликнула она, едва муж отключил кристаллофон.

— Мы свободны, — улыбнулся Серджиу, сгребая радостно завизжавшую жену в охапку. — Продолжим? — спросил, фривольно поигрывая бровями.

— У меня выступление! — неубедительно пискнула Моника.

— Остаток дня проведём здесь, а завтра вернёмся в город, — распорядился Серджиу и глянул на часы: — перекусим и пойдём кататься на лыжах. А то — когда ещё выберемся в Черешневые горы?

Генеральский план был с блеском выполнен, и даже перевыполнен, поскольку в промежутке между обедом и горами случился ещё один романтический раунд. Впрочем, такое вполне естественно между супругами.

Но до гор они всё-таки добрались, и на лыжах покатались душевно.

И вот там, на горе…

Девушки кубарем полетели по склону. Он был некрутой, но справа тянулся довольно глубокий овраг, и траектория их полёта вела именно туда. Джо в невероятном прыжке встал у них на пути, хвостом самортизировав удар.

Почти одновременно возле них, подняв тучу снежной крошки, резко затормозил бугай на лыжах.

— Я нашла её! — гордо пропыхтела Тата.

— Это кто ещё кого нашёл! — проворчал Джо, подавая ей лапу.

Собрался поднять и вторую девушку, но его опередил бугай.

— Моника! — с волнением в голосе взвыл он, вздёргивая лыжницу и прижимая к широкой груди. — Цела?

— Моника Флореску? — переспросил Джо.

— Я же сказала, что нашла её! Ты чем слушал? Хвостом? — фыркнула Тата.

Получилось совсем неподобающе для девушки из приличной семьи, но в минуты сильного волнения Тату заносило.

— Да, это Моника Флореску, — сурово подтвердил бугай, задвигая певицу себе за спину. — А вы кто такие и что вам нужно от моей жены?

— Генерал Армата, разрешите представиться: старший сыщик Кольерского сыскного департамента Джоблейк Драконти, — отчеканил Джо.

— И его брат Лонгрин Драконти, — отрекомендовался подошедший Грин. — Присланы на поиски вашей похищенной жены.

— Кхм… быстро нашли, — отчего-то смутился генерал. — Благодарю за службу.

— В этом неоценимую помощь нам оказала домнина Кантата дель Ру, — Джо легонько подтолкнул Тату вперёд, не забыв отряхнуть от снега и поправить шапку.

— Дель Ру? — генерал вскинул бровь и спросил: — Из тех самых дель Ру?

Тата кивнула:

— Из тех.

— Папенька ваш знатный артефактор, а маменька… Эх, талантливая чародейка, и магия у неё такая редкостная! Жаль, что ушла со службы. — Генерал прищурился: — Выходит, у вас маменькина магия? Вы поисковик?

— Да, — коротко подтвердила Тата.

— Какая удача! Пойдёте работать в моё ведомство? Нам сыскари не лишние, — оживился Армата.

Не успела Тата и рта раскрыть, как Джо хмуро заявил:

— Домнина Ру уже работает у нас. И нечего переманивать кадры.

— Правда? — удивилась Тата.

— Правда! — отрезал Джо, ненавязчиво прикрывая её от генерала.

— Жаль-жаль, — огорчился тот.

— Вернёмся к похищению, — вклинился Грин, — нам нужно взять показания у домны Моники и у вас.

— Завтра утром мы планировали вернуться в город, там и поговорим, — пообещал генерал.

— Всё-таки, позвольте один вопрос: похищение было? — спросил Джо.

— Было, но с ним не всё просто. Остальное завтра, — ответил Армата.

Джо не стал настаивать на большем, на том и расстались.

По дороге в Чешуешту Тата с невинным видом поинтересовалась:

— Что это было там, на склоне? Ты сказал про работу в отделе, чтобы отвадить генерала, или правда берёшь меня в штат?

— Лучше бы в жёны взял, — пробурчал Грин, но его услышала только белка.

И хорошо, ведь в противном случае его не миновал бы гнев чёрного дракона, который сейчас сидел и пытался подобрать правильные слова.

— Кхм… Тата… по-хорошему, девушке не стоит работать в столь опасном месте. Ни в армии, ни в сыске, — выдавил он.

— Ой ли? А не ты ли совсем недавно сокрушался, что в стране не осталось свободных магов с интуитивно-поисковой магией? Мечтал, что взял бы такого в отдел на любых условиях? — бессовестно сдал брата Грин.

— Вот как? Так вот она я — берите меня на работу, — оживилась Тата.

— Без проблем, если бы ты была парнем, — вывернулся Джо.

— Что за гендерная дискриминация? — рассердилась Тата.

— Помнится, раньше ты не ставил такого условия, готов был и девушку принять, — продолжил топить брата Грин. — Или это ограничение касается конкретной девушки?

— Потом поговорим, — оборвал его Джо.

Тата обиженно отвернулась к окну и незаметно смахнула слезинку. Ну как же так? Она с детства мечтала работать по магической специальности! И вот когда всё так удачно сложилось — и магия проснулась, и сыщикам помогла — ей отказывают в исполнении мечты! А может быть, Джо не хочет брать её в отдел из-за личной неприязни? Возможно, ей только показалось, что он испытывает к ней нечто большее, чем симпатия?

Выходя из дракровера возле дома, она сухо сказала:

— Поскольку для генерала я ваша сотрудница, требую присутствия на опросе свидетелей.

— Конечно, мы заедем за тобой, детка! — вместо брата ответил Грин.

Тата кивнула и побрела к дому. На плече материализовалась непривычно серьёзная белка.

— Проклятие, Рошу! — тихо шепнула она. — Это говорит не он, а его проклятие! Он не хочет портить жизнь полюбившейся девушке. Тем более сейчас, когда он застрял в драконьей ипостаси.

— Уверена? — встрепенулась Тата.

— Стопудово! — мелко закивала Кара.

— Ладно! Если ты права…

— Я всегда права! — высокомерно перебила древняя белка.

— …и если папа сможет сделать артефакт, то мы ещё повоюем, — закончила Тата.

В это же время в дракровере происходила не менее горячая дискуссия.

— Ты какого чёрта творишь? Зачем даёшь Тате напрасную надежду? — рычал Джо. — Особенно сейчас, когда я — дракон?

— Что-нибудь придумаем, и снова обменяемся ипостасями, — беспечно отмахнулся Грин.

— Тебе тоже несладко бегать в драконьей шкуре, — пробурчал Джо. — И я дал обет, что не женюсь, если не снимем проклятье.

— Ну, хотя бы на работу её возьми! Нам же нужен такой маг, — цыкнул Грин.

— И видеть её каждый день, не имея возможности признаться? Жестоко! — с горечью ответил Джо.

— Отказывать ей в работе — не менее жестоко, брат! — упрекнул Грин.

Несмотря на раннее утро, у полицейского управления было многолюдно. Ну, по крайней мере, в масштабах Чешуешту. А всё потому, что подходы к управлению оккупировал целый штат журналистов, местных и столичных.

— Слетелись, виверны медийные, — беззлобно прокомментировал Грин. — Чуют новости, как гончие — дичь.

Тата всегда считала безграничную осведомлённость работников пера чем-то сверхъестественным, возможно, особым видом магии, неизвестным науке. Иначе не объяснить, каким образом они умудрялись узнавать новости раньше появления этих самых новостей.

— Кстати, раз уж речь зашла о вивернах. Что решили с Вороном? — спросила она.

— Да ничего особенного. Скорее всего, просто заплатит штраф за сворованное, — ответил Грин. — Всё-таки, он пострадавшая сторона.

— А дальше? Он так и останется в теле животного? — расстроилась Тата.

— Пока да, а вообще уже собрали команду артефакторов, которая по наработкам Ворона и под его же руководством будет биться над решением проблемы. Его тело уже не вернуть, но есть идея переместить его в организм с умершим мозгом, — Грин умудрялся говорить и управлять машиной.

Дракровер басовито лязгнул клаксоном, и неутомимые труженики магического пера и диктофона послушно расступились, давая дорогу автомобилю, и вновь сомкнули ряды за его задним бампером.

Когда распахнулись дверцы, толпа прихлынула, как волна на берег. Однако их ждало разочарование — вместо ожидаемых знаменитостей из внушительного внедорожника вышли сыщики и Тата с неизменной белкой на плече.

Журналисты было кинулись интервьюировать столичных сыскарей, но быстро сникли под тяжёлым взглядом Джоблейка. Тата тихо хихикнула, представив всю горечь разочарования работников масс-медиа, когда они узнают, что известная певица Моника Флореску и её не менее известный муж-генерал уже полчаса как прибыли в управление и распивают чаи с домнулом Исаем Волтиром.

Команда сыщиков вошла в кабинет начальника управления как раз, когда высокие гости заканчивали чаепитие. Все расселись за столом переговоров, а Тата расположилась чуть в стороне, периодически поглядывая на экран кристаллофона. Это не мешало ей внимательно слушать невероятный рассказ Моники и её мужа.

А послушать было что. Тата просто диву давалась, как причудливо сплелись в этой истории два полярных события. Правду говорят, что реальность порой бывает гораздо затейливее, чем самый закрученный придуманный сюжет книги или фильма. Впрочем, кто сказал, что эти сюжеты не рождаются из жизненных историй?

Судя по рассказанному выходило, что похищение было, но в конечном результате его не было. А итогом запутанной истории стало успешное проведение секретной операции. Жаль, что о ней генерал упомянул вскользь, но Тата прекрасно понимала, что такое государственная тайна.

В любом случае, все вздохнули с облегчением, ведь звезда эстрады не пострадала, да и обычная звезда занимала своё законное место на городской ёлке. К вящей радости городского руководства, столичных сыщиков и фигурантов оба дела закрыты, причём, с блеском и без потерь.

Тата радовалась вместе со всеми, но её радость была несколько омрачена двумя моментами. Джо так и не изменил решения и не позвал в свой отдел, а она так и не дождалась сообщения от отца. А ведь утром воодушевлённый Теодорус поймал дочь на пороге дома и сообщил, что кажется нашёл, как доработать артефакт.

Молчание отца красноречивее всяких слов говорило о том, что он потерпел неудачу. Тата гипнотизировала тёмный экран кристаллофона, с каждой минутой всё больше теряя надежду. Подумать только — одно короткое сообщение могло разом решить две её проблемы!

В кабинете был ещё один участник беседы примерно с таким же настроением. Джоблейк сидел задумчивый и погружённый в собственные мысли. Домнулу Волтиру даже пришлось окликнуть его для прощания с Моникой и Серджиу. После обмена любезностями супруги ушли. Разумеется, под артефактом отвода глаз и через чёрный ход.

Чуть позже рассосались и разочарованные репортёры, всё тем же неведомым способ узнавшие, что «добыча» улизнула. Собралась уходить и Тата, сославшись на дела по дизайну праздника.

На самом деле, все проекты были сданы и воплощены в жизнь, но ведь нужен был какой-то повод, чтобы уйти. Тем более, ей здесь было нечего делать.

— Встретимся вечером на концерте Моники Флореску, детка! — на прощание приобнял её Грин.

Видят боги, ей хотелось совсем других объятий, но Джо не сделал и шага по направлению к ней, лишь недовольно одёрнул брата:

— Это вряд ли, нам нужно возвращаться в Кольеру.

Вот, значит, как? Что ж, она девушка гордая, ни за кем бегать не будет!

— Джо, — вскинулся было Грин, но был остановлен братом.

— Не начинай! — отрезал он, вскочил и быстрым шагом вышел из кабинета.

— Не бери в голову, детка, порой он бывает таким упёртым, — криво улыбнулся Грин.

— Да нет, он прав — у вас дела, а здесь задерживаться ни к чему, — вежливо ответила Тата, изо всех сил сохраняя безразличное выражение лица.

Как и подобает воспитанным девушкам.

— Не того дракона ты выбрала, Рошу, — досадливо прошипела белка.

И вот вроде тихо сказала, практически на ухо хозяйке, но Грин, кажется, услышал. Иначе почему он загадочно улыбнулся?

— Тебя подвезти? — спросил он.

— Нет, я прогуляюсь, — отказалась Тата, направляясь к двери, которая резко распахнулась, точь-в-точь как несколько дней назад.

Прямо дежавю какое-то!

На пороге кабинета стоял Теодорус дель Ру и победно потрясал кристаллофоном:

— Я сделал это!

— Пап! А чего ты просто не позвонил? — растерянно спросила Тата, указывая на его руку.

— А? — отец посмотрел на кристаллофон и стукнул себя по лбу: — Вот же ж! А я-то думал: почему он не работает?

— Ты пытался позвонить по артефакту? — нервно рассмеялась Тата.

— Выходит, что так, милая, — развёл руками Теодорус и вспомнил наконец о приличиях: — привет, Исай.

Хозяин кабинета поздоровался, улыбаясь в усы. Уж он-то знал, каким рассеянным бывает друг, когда погружён в дела.

— Ой, погоди! Что ты сказал? Ты сделал артефакт? — наконец сообразила Тата.

Отец победно улыбнулся и спросил:

— Где твои драконы?

— Они не мои, — возразила Тата, покосившись на довольно ухмылявшегося Грина.

— Кхм, хорошо, где твои коллеги драконы? — особо не смущаясь, переформулировал Теодорус.

— Один из них здесь, домнул дель Ру, — учтиво склонил голову Грин.

— Эм, домнул Лонгрин Драконти, верно? — протянул руку Теодорус.

— Он самый, можно просто Грин, — пожал протянутую ладонь тот.

— Пап, артефакт-то где? — вклинилась Тата и озабоченно добавила: — Нужно разыскать Джоблейка.

— Пожиратель проклятий — так я назвал артефакт — дома, — ответил Теодорус, — но не волнуйся, сейчас не время.

— Не время для чего? — нахмурилась Тата.

— Для ритуала. Его нужно провести в полночь, — Теодорус повернулся к начальнику полиции: — Исай, выручай, без тебя никак.

— М-м-м? — удивлённо выгнул бровь тот.

— Распорядись оцепить центральную площадь с ёлкой. В ритуале будет задействована звезда, а зеваки нам не нужны, — пояснил Теодорус.

— В полночь, говорите? — переспросил Грин и выскользнул за дверь.

Брата он нашёл у дракровера, злобно пинающего глыбу льда, в которую он превратил сугроб.

— Наконец соизволил явиться? Никак не мог проститься с домниной Ру? — желчно поинтересовался Джо.

Грин положил руку на чешуйчатое плечо и пристально взглянул в злобно перекошенную морду брата:

— Брателло, сейчас я задам тебе один вопрос, и прошу — ответь честно и без рычания. Ты любишь Тату?

— Да пошёл ты! — Джо оттолкнул брата и попытался сесть в автомобиль.

Но кто бы ему позволил? Грин, хоть и в человеческой ипостаси, но был сильнее обычного мужчины.

— Стой, упрямец! И не рычи — не страшно! И ответь уже! Я спросил не ради праздного любопытства и не для того, чтобы поковыряться в твоей душевной ране! — всерьёз рассердился Грин.

Джо развернулся к брату, минуту сверлил его глазами, а потом с отчаянием выкрикнул:

— Да! Да! Доволен?

— Более чем, — без привычной ухмылочки сказал Грин, — в полночь нас ждут у городской ёлки.

— Ты опять за своё, зелёный сводник? Никуда я не пойду! — огрызнулся Джо.

— Ты такой умный, но такой дурак! Причём — нетерпеливый, — цыкнул Грин. — Сперва дослушай до конца, а потом рычи. Если захочешь.

— Ну? — угрюмо буркнул Джо.

— Отец Таты доработал артефакт, и в полночь собирается провести ритуал по снятию проклятия. У ёлки — потому что нужна ещё и небезызвестная тебе звезда, — сообщил Грин.

— И ты веришь в это? За прошедшие годы никто не смог снять проклятие, а у него получится? — скептично процедил Джо.

Но Грин мог поклясться, что увидел тень надежды в его глазах.

— Не попробуем — не узнаем, — пожал плечами Грин, — хуже точно не будет. При плохом раскладе всё останется как есть.

В полночь на оцепленной главной площади Чешуешту собрались все действующие лица, включая белку. Куда без неё?

— Доброй ночи, детка! — поприветствовал её Грин, легонько дёрнув за ухо.

Та в ответ возмущённо зацокала и перепрыгнула с его головы на ветку ели.

— Сдвинься левее, Кара, иначе попадёшь под луч, — предупредил Теодорус.

Он как раз был занят очередной проверкой угла наклона звезды и расстояния до братьев Драконти. Заряд Пожирателя проклятий тоже проверил. К счастью, Теодорус сумел преодолеть собственную рассеянность и на этот раз не спутал артефакт ни с кристаллофоном, ни с другим предметом интерьера. Возможно потому, что за сборами тщательно следила Тата.

— Готовы? — в который раз спросил Теодорус у Джо и Грина.

Не из вредности, а по рассеянности, конечно.

— Да, — покорно ответили они, махнув кто рукой, кто — лапой на характерологические особенности знаменитого артефактора.

— Тата, встань сюда! — скомандовал Теодорус и вручил дочери артефакт. — Поскольку в прошлый раз и ты, и звезда были участницами процесса, я решил не убирать вас из схемы.

Доработанный артефакт обзавёлся ещё одной опаловой секцией — на этот раз — чёрной. Таким образом, теперь в нём были собраны белый, красный, зелёный, сиреневый, желтый и чёрный камни.

— Давай, дочь, как я учил! Жми сюда, и направляй луч в центр звезды, — напомнил отец и отбежал в сторону.

Дрожащими руками Тата подняла мультиопал и направила на звезду.

— Смелее, детка! — подбодрил её Грин и лукаво подмигнул.

— Верю в тебя, — шепнул Джо.

Ей не послышалось? Вот сейчас — она точно слышала эти слова? Тата уставилась на чёрного дракона, и он чуть заметно кивнул. Несмотря на морозец, Тату бросило в жар, а в груди словно солнце зажглось.

Да она теперь всё сможет! Горы свернёт, если потребуется!

— Черешневые горы-то в чём виноваты? — шепнула белка.

— Опять мысли подслушивала? — нахмурилась Тата.

— Тренирую нашу ментальную связь, — ничуть не смутилась Кара небесная.

— Тата? — поторопил отец. — Пора! Полночь!

В подтверждение на ратуше тягуче забили куранты.

Тата сжала артефакт в руке, и в центр звезды ударил разноцветный сноп света, пять цветных лучей разошлись по концам звезды, а чёрный продолжал бить в центр. А потом они собрались воедино, снова разделились и ударили в братьев Драконти.

Тате хотелось зажмурить глаза от страха, и в то же время было крайне сложно оторваться от фееричного зрелища. Каждый раз, когда один из цветов спектра проходил через них, Джо и Грин попеременно меняли ипостаси.

Последним в них ударил чёрный луч, и Тата успела заметить, что они сначала оба стали драконами, потом приняли человеческую ипостась, а потом луч потянул из них вязкую, как смола, чёрную субстанцию. Лица парней исказились болезненной гримасой, но они стойко молчали, стиснув зубы.

Когда последний клочок мерзкой «смолы» втянулся в луч, у братьев из носа пошла кровь, и они, как подкошенные, рухнули на землю. Тата вскрикнула, но не решилась опустить руку без команды отца — мало ли, как это скажется на ритуале.

— Всё, дочь, можешь выключать артефакт. Мы сделали это! — дрожащим от волнения голосом сказал Теодорус.

Тата опустила онемевшую от напряжения руку, сунула артефакт отцу и бросилась к братьям. Вокруг них уже суетливо нарезала круги причитавшая белка.

Тата села прямо в снег между ними и первым делом схватила за руки, нащупывая пульс. У обоих он был звучным и ровным. Уже после она сообразила, что можно было не проверять — дыхание присутствовало.

Тата склонилась ниже и услышала вкрадчивый шёпот Грина:

— А поцеловать?

— Обойдёшься! — буркнул Джо, открывая глаза.

Тата фыркнула и вскочила на ноги, отряхиваясь от налипшего снега. Братья Драконти тоже встали, медленно и пошатываясь, синхронно, не сговариваясь, зачерпнули снег и смыли кровь с лиц.

Джо встряхнулся, пятернёй зачесал волосы назад и шагнул к Тате.

— Тата, я люблю тебя! Выйдешь за меня замуж? — брякнул он, опускаясь на колено.

Ошеломлённая Тата молча таращилась на Джо, открывая и закрывая рот.

— Я — протестую? — обескураженно почесала за ушами белка и заключила: — Вообще ни разу!

— Тата, не отвлекайся! — Грин перетянул на себя внимание и указал на напряжённого брата: — бедняга Джонни скоро коленку отморозит.

Джо закатил глаза, но не стал ввязываться в дурацкую перепалку. Вместо этого поднялся и взял за руки растерянную Тату:

— Ты выйдешь за меня, Кантата дель Ру?

— Да! — дрожащим голосом ответила она.

Вышло немного поспешно, но Тата боялась, что их снова что-нибудь прервёт. Звезда свалится с ёлки, или Ворон сбежит из тюрьмы.

Ну и ещё потому, что кое-кто мелкий несильно, но чувствительно куснул её за плечо, а кое-кто крупный пытался суфлировать, беззвучно и ужасно потешно изображая губами это короткое слово. Нет, это не было принуждением, просто манипуляции двоих проходимцев в кои-то веки совпали с желаниями самой Таты.

— Кхе-кхе, — деликатно обозначил своё присутствие Теодорус дель Ру.

— Упс! — тихо прокомментировал Грин.

— Кхм… домнул дель Ру, я тут… вот… прошу руки вашей дочери, — совершенно несвойственно для него, промычал Джо.

— Коли моя дочь согласна — кто я такой, чтобы стоять на пути её счастья? — Теодорус изогнул губы в лукавой полуулыбке.

Знакомство с родителями и подготовка к свадьбе прошли для Таты как в тумане. В любовном розовом тумане, разукрашенном звёздами, нежными словами и сладкими поцелуями.

Счастливый жених не желал тянуть с бракосочетанием, как истинный дракон мечтая скорее утащить возлюбленную в семейное гнездо. Потому свадьбу решили играть в последний день года.

Обе матери, и домна Нарита, и домна Леонора, с жаром доказывали, что им не хватит времени для организации достойного торжества, и даже довольно неубедительно попытались изобразить обморок. На что Джо скептично цыкнул, что с их неуёмной энергией и богатым жизненным опытом реально устроить празднество за сутки, а у них для этого есть целых пять дней.

Натиск влюблённого дракона и льстивые комплименты сделали своё дело. Домны мамы сдались. Тем более, и сами были безумно рады предстоящему союзу.