Медицинская карта в ногах его кровати издевалась надо мной. Луи был занозой в моей заднице больше лет, чем я могла упомнить. Мы выросли вместе и были лучшими друзьями. Затем он влюбился в мою сестру, и… всё изменилось. Но он видел меня — и мою семью — в наши лучшие и худшие моменты, и я думала, что видела его в его собственные, но это, его тело, столь неподвижное… безжизненное… это разрывало сердце. Это было гораздо хуже, чем я когда-либо могла себе вообразить.

Я провела больше половины своей жизни, скучая по нему и ненавидя его в равной мере, и мне всё ещё было не по себе видеть его таким. Очень не по себе.

Подойдя ближе к его боку, я протянула руку и убрала прядь его светлых волос назад.

— Луи, ну же, мне нужно, чтобы ты очнулся, чтобы я могла убраться отсюда. Мне нужно заползти обратно в мою маленькую нору. Здесь, снаружи, слишком много мира для меня.

Я бы согласилась даже на мгновение, когда мне пришлось бы вглядываться в эти приковывающие внимание фиолетовые глаза, которые видели слишком много, лишь бы увидеть, что он в порядке.

— Лиззи.

Женский голос произнес моё имя с ноткой приказа. Я никогда не была сильна в исполнении распоряжений, даже если они были негласными, поэтому я не торопилась оборачиваться. В дверном проеме стояла очень молодая, очень красивая волчица-оборотень.

Джесса Леброн, избранная, отмеченная драконом, которая помогла победить Живокость. Укол вины пронзил меня тогда — я избегала её всеми силами. Луи звал меня во время их битвы против короля-дракона, и я проигнорировала его. Я подвела их всех. Я должна была быть здесь ради той битвы. Но я просто… не могла. Я не могла участвовать ещё в одной войне. Я уже потеряла всё, каждое существо, которое мне было дорого. С меня хватит.

И если быть по-настоящему честной, повторная встреча с Луи могла бы на самом деле сломать меня.

Я вскинула бровь, пока она пристально смотрела на меня.

— Да? — наконец сказала я.

Она покачала головой.

— О, прости, я засмотрелась. Просто ты типа очень важная персона. — Она подмигнула, и я не смогла сдержать смех. Джесса была очаровательна, этого нельзя было отрицать. Её голубые глаза искрились, когда она сделала несколько шагов ближе. — Настоящая причина, по которой я здесь, заключается в том, что у нас есть новости о Луи. Мы вернулись вчера из Волшебной страны, и Грейс — принцесса, и столько всякого дерьма произошло. Но самое важное — мы узнали, что Луи застрял в землях демонов. Его брат смог связаться с ним… ну, в каком-то смысле. Его душа была захвачена и утащена туда в последней битве с Кристофом. Нам нужно отправиться и спасти его.

— Черт… — Лампочка над нашими головами разлетелась вдребезги. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать: это моя потеря контроля вызвала взрыв. Святые угодники, я не теряла власти над своей энергией годами. Десятилетиями даже. Джесса даже не вздрогнула. Очевидно, нестабильная магия её не беспокоила.

— Ты ругаешься? — сказала она с ухмылкой. — Я никогда не ожидала этого от тебя, полагаю, потому что ты такая… миленькая.

Несмотря на моё текущее неверие, я не смогла сдержать улыбки.

— Во-первых, ты тоже миленькая, и я предполагаю, что ты не прочь вставить крепкое словечко или два. — Она пожала плечами и кивнула, даже не пытаясь отрицать это. — А во-вторых, я была плохой девочкой своего времени. «Леди не ругаются» было самой часто используемой фразой в моем окружении.

Прежде чем она смогла прокомментировать это — а она определенно была заинтригована — я вернула разговор к важным фактам.

— Земля демонов? Его душа была там всё это время?

Неудивительно, что я ничего не могла сделать, чтобы вернуть его. Он был в ловушке у существ гораздо более страшных, чем всё, что знала Земля. Луи был последним из моей семьи, хотя мы и не относились друг к другу как к родным уже много лет. Не с тех пор, как мы потеряли Регину.

Потеряли. Такое незначительное слово для её убийства. Украдена. Вырвана. Уничтожена. Гораздо ближе, но всё равно недостаточно.

— Мы собираемся вернуть его, — продолжила Джесса, вырывая меня из боли старых воспоминаний. — Компассы сейчас утрясают дерьмовые детали с советом, собирают припасы, а затем мы отправляемся обратно в Волшебную страну. Практически немедленно.

Я кивнула.

— Волшебная страна — самый простой путь туда. Там есть прямой путь к землям между мирами. Но можно также открыть магический дверной проем отсюда, если вы не против того, чтобы связаться с темной магией.

Слова вылетели прежде, чем я смогла их остановить. Только ради Луи я бы рассмотрела использование темной магии. Джесса, казалось, задумалась над этим предложением.

— Должно быть, именно так работала та сеть по контрабанде сверхъестественного, — наконец сказала она. — Темная магия была задействована в создании тех сказочных домиков, которые заманивали ничего не подозревающих.

Я знала и об этом тоже. То, что я выбрала уединение, не означало, что я была не в курсе событий.

— Да, это определенно была темная магия, — подтвердила я.

Джесса в конце концов покачала головой.

— Луи не захотел бы, чтобы мы связывались с такого рода энергией, даже ради его спасения, так что лучше сделаем это старым добрым способом.

Она знала его очень хорошо. Прежде чем я успела слишком много об этом подумать, я сказала:

— Я помогу вам спасти его.

Глупая Ти. Я вздрогнула, осознав, что впала в привычку использовать свое старое прозвище. Я велела всем называть меня Лиззи теперь, потому что Ти — сокращение от моего среднего имени, Тереза — умерла давным-давно. Нахождение рядом с Луи… это путало мне мысли.

Улыбка Джессы стала ещё ярче.

— Спасибо, мы будем очень признательны за твою помощь. Луи особенно. — Её взгляд опустился на фигуру в постели, скользнул по его длинным конечностям, из-за которых матрас двойного размера казался маленьким. Даже в забытьи он выглядел смертоносным. Опасным.

Я знала, что Джесса — истинная пара Брекстона Компасса, оборотня-дракона, лидера совета оборотней в Америке, но между ней и Луи определенно была какая-то связь. Я находила это любопытным и хотела знать, как это произошло, потому что Луи шел тем же путем, что и я, последние десятилетия, избегая близких уз.

— Откуда ты знаешь Луи так хорошо? — спросила я.

Она внимательно изучила меня, пытаясь, без сомнения, разглядеть глубокий смысл. Но его не было. Я просто пыталась собрать воедино осколки жизни Луи сейчас. Тот факт, что он вообще был способен жить жизнью, в то время как я продолжала существовать в изгнании, немного действовал мне на нервы. Когда он перестал прятаться? Почему мне не сказали?

Джесса улыбнулась, её взгляд снова остановился на Луи.

— Он спас меня, когда я была ребенком, заговорил мою метку дракона, чтобы меня не забрали охотники. Затем, когда начался ад с Живчиком, он вмешался и помогал во всём. Он также спас моих детей от того, чтобы их забрал и использовал демон. Я обязана ему всем. — Её голос сорвался. — Мы все были бы мертвы без его силы и знаний. Он один из моих самых близких друзей — семья — и меня убивает знание того, что он был в ловушке там всё это время, пока мы валяли дурака, засунув головы в задницы.

Я почувствовала мгновенное родство с Джессой. Она напоминала мне саму себя в молодости. Я была той упрямицей, которая ругалась, тайком убегала из дома и иногда читала книги о темной магии. Регина была идеальной, никогда не причиняла родителям ни минуты огорчения. Я стала плохой заменой, когда она умерла.

Луи будет в надежных руках, когда вернется. У него будет семья, которую он заслуживает. Теперь пришло время покончить с этим делом, чтобы я могла вернуться к своему… существованию.

— Вам стоит оставить кого-нибудь охранять его, — предупредила я её, двигаясь к выходу. — Луи стар и могуществен. У него полно врагов, которые были бы рады воспользоваться его нынешним состоянием.

На этот раз, когда её взгляд упал на кровать, гнев прорезал морщинку у неё на лбу.

— Никто в Стратфорде не посмеет! Он спас нас всех от демонов. Мы обязаны ему всем. — Она глубоко вдохнула, что казалось попыткой успокоиться. — Но не помешает быть предельно бдительными на случай, если чужак прорвется сквозь наши барьеры или сумеет пробраться внутрь хитростью. Я попрошу отца остаться поблизости, поручу это дело кому-то из оборотней.

Я кивнула, удовлетворенная этим. Я хорошо знала Джонатана Леброна и доверяла ему в том, что он чертовски хорошо справится с охраной Луи. Мы обе покинули больницу, бросив на Луи еще один взгляд через плечо. Как только я оказалась снаружи, то глубоко вдохнула. В Стратфорде было тепло, климат гораздо более гостеприимный, чем там, где я жила на Аляске. Хотя снег был довольно мирным.

— Ты не особо разговорчива, верно? — спросила Джесса, отвлекая меня от внутреннего монолога.

— Я была одна… слишком много лет, чтобы сосчитать, — призналась я тихо. — К тишине просто привыкаешь.

Это было не совсем правдой. У меня там, наверху, было трое лучших друзей, группа супов, которые владели охотничьим домиком рядом с моей хижиной. Парни все были медведями-оборотнями, они были шумными, веселыми и ворчливыми. Они также поощряли моё использование ругательств, так что я вернулась к своим старым привычкам. Однако они бывали в своей хижине только одну неделю в месяц, так что я всё равно много времени проводила в одиночестве.

Кстати говоря, мне лучше попытаться позвонить им, пока они не запаниковали. Скоро должен был наступить их следующий приезд, и когда они найдут мою хижину пустой, они определенно забеспокоятся. Я всегда была там.

— Почему ты живешь одна? — спросила Джесса в той прямолинейной манере, свойственной юности. Да, она заставляла меня чувствовать каждый из моих ста с лишним лет.

— Потому что… — Я прочистила горло. — Иногда так проще. Иногда быть одной болит меньше, чем терять людей, которых любишь.

Даже мои медведи… Было страшно осознавать, как сильно я забочусь о них теперь. Как сильно я жду их визита каждый месяц. Они пробрались в мое сердце, и у меня снова было что терять. Об этом было почти слишком страшно размышлять.

Теплая рука обхватила мою, крепко сжала, прежде чем снова отпустить. Я моргнула, глядя на оборотня.

— Мне так жаль, — промурлыкала она. — Луи был таким же, когда мы только привели его в наш мир — закрытым от всех — но теперь он семья. Часть нашей стаи. И он был намного счастливее. В какой-то момент тебе приходится сделать выбор — неужели я правда живу вот так?

— Это безумие, — сказала я, не понимая, почему делюсь с ней столь многим, — но я почти чувствую себя так, будто умерла тогда же, когда и моя сестра. Регина.

Джесса вздрогнула, её глаза широко распахнулись.

— Пара Луи?

Я кивнула в ответ на вопрос в её тоне.

— Да, они были вместе пять лет, прежде чем её убили.

— Ни черта себе, — сказала она, моргая. — Как вышло, что никто из нас не знал, что твоя сестра была парой Луи?

Я совершенно ошарашила её этим. Самым забавным было то, что Луи был моим лучшим другом в течение многих лет, прежде чем он начал иметь хоть какое-то отношение к Регине. Я была той идиоткой, которая боялась разрушить дружбу, поэтому никогда не настаивала на чем-то большем. У Регины не было таких опасений, когда она наконец заметила, насколько потрясающим был Луи. Я не удивилась, когда они влюбились друг в друга. Но это было больно. Больнее, чем, я думала, что-либо может болеть. С тех пор я просто делала всё возможное, чтобы скрыть влечение, которое всегда испытывала к Луи. Я никогда не ставила под сомнение их любовь или то, что она была его избранной парой.

Даже когда это убивало меня.

— Он винит себя, — сказала Джесса, когда мы снова начали идти, на этот раз быстрее.

Я кивнула. Это определенно не было секретом.

К счастью, мы, похоже, достигли их дома: очень впечатляющего бревенчатого дома, который граничил с огромными лесами Стратфорда. Разговор о Луи иссяк, и я была благодарна за то, что мне не приходится продолжать ковыряться в старых ранах.

Джесса провела меня внутрь, в огромное пространство, которое они обустроили как жилую зону. Двери и окна были открыты, впуская прохладный бриз из лесов за окном. Я чувствовала запах полевых цветов и аромат нашей матери. Природа была всем для пользователей магии. Мы общались с ней постоянно, и я скучала по такой зелени.

Внутри ждала большая группа супов, и я заставила выражение своего лица стать пустым. К общению придется привыкать.

— Эй, все, соберитесь вокруг, — сказала Джесса, помахав руками перед лицом. — Мы готовы выходить сейчас, чтобы спасти Луи, и мне нужно убедиться, что мы все на одной волне.

К ней подошел убийственно красивый оборотень. У него были взъерошенные темные волосы, голубые глаза и ямочки на обеих щеках. У него также был тот взгляд, который бывает у пугающе могущественных супов — тот, что говорит: «не связывайся со мной или моими».

В данный момент, однако, он казался по большей части заинтригованным, пожирая Джессу взглядом.

— Ты знаешь, что мне нравится, когда ты командуешь, — пророкотал он, его руки обхватили её, когда он притянул её ближе.

Глаза Джессы закрылись, когда она прильнула к нему, и я отвернулась, потому что там было слишком много эмоций. Было почти больно наблюдать за такого рода истинной любовью.

— Рад видеть тебя снова, — сказал Тайсон Компасс, отвлекая меня, когда подошел ближе. Рядом с ним была высокая, стройная рыжеволосая девушка. Она была красива, её глаза — приковывающего внимание ледяного синего цвета, кожа усыпана мерцающим пигментом.

— Алмазная принцесса, — выдохнула я, не уверенная, вижу ли я правду на самом деле.

Она издала тонкий смех.

— Я предпочитаю «Грейс», — сказала она низким и хриплым голосом. — Ко всей этой теме с «алмазной принцессой» придется привыкать.

— Я думала, вы — миф, — призналась я. — Рада, что ошибалась на этот счет, потому что не пускать тени в Волшебную страну — очень важная работа.

Выражение лица Грейс стало озадаченным, она наклонила голову набок.

— Ты на самом деле знаешь о нас?

— Да, как, черт возьми, ты узнала о нас? — Я обернулась и обнаружила другую красивую женщину, выходящую оттуда, где она примостилась в ближайшем дверном проеме. — Мы были секретом, скрытым более двадцати лет.

— Рубиновая принцесса, я полагаю, — сказала я, оглядывая её длинные ноги и темную кожу глубокого ювелирного оттенка, столь поразительную на фоне её светлых волос.

— Джастис, — призналась она, скрестив руки на груди. — И да, судя по всему, я рубиновая принцесса. Как и Грейс, мне всё еще трудно это осознать.

— Джастис, Гретли и Кэм — все они были скрыты как люди, — объяснил мне Тайсон, и я улыбнулась ему, осознав, что проигнорировала его приветствие ранее. — Так что они только начинают узнавать историю супов и свою новую сторону фейри.

Гретли и Кэм, изумрудная и сапфировая принцессы соответственно, были противоположностями во многих отношениях. Одна блондинка, другая брюнетка, одна высокая, а другая низкая, но они держались за руки и смотрели друг на друга так, что это говорило мне: их ничуть не заботят эти различия. Еще одна истинная любовь.

На самом деле… Я оглядела комнату, и кроме Джейкоба и Джастис, все остальные явно были в парах. И судя по тому, как Джейкоб и Джастис обменивались гневными взглядами, между этими двумя определенно что-то происходило.

Между любовью и ненавистью была очень тонкая грань.

Снова я была одна, наблюдая, как другие живут своей жизнью, в то время как я просто существую. Возможно, Джесса была права; возможно, пришло время для меня перестать оплакивать то, чего никогда не было, и начать жить ради того, что могло бы быть. Мне просто нужно сначала спасти Луи, и тогда, впервые, возможно, я наконец буду готова отпустить его.

— Итак, я думаю, нам нужно пройтись по плану еще раз, — сказала Миша, выходя вперед. Я поняла, что никого из детей там не было, и мне стало интересно, как им удалось заставить троих детей вздремнуть в одно и то же время.

Это же было невозможно, верно? Даже магия не могла совершить такое чудо.

Джесса кивнула.

— Да, верно. План… Итак, мы направляемся обратно в драгоценные земли в Волшебной стране, и тогда принцессы должны быть в состоянии использовать свою энергию, чтобы открыть кратковременный портал к землям между мирами. Нам также нужно помнить о том, чтобы взять с собой некоторые камни, на всякий случай.

— Что вы собираетесь использовать, чтобы избежать обнаружения демонами? — спросила я, считая, что план слишком скуден на мой вкус.

Тайсон рассмеялся.

— Джесса из тех супов, что сначала врываются, а о деталях беспокоятся потом.

Я усмехнулась.

— Да, я вижу, но у меня был небольшой опыт общения с демонами раньше. Много лет назад была война, когда многие пользователи магии решили объединиться с темной стороной. Мы потеряли много хороших супов, включая моих родителей, и я не хочу, чтобы вы все недооценивали опасности, с которыми мы столкнемся.

Все взгляды обратились на меня, и я сделала всё возможное, чтобы не ерзать. Я не привыкла к такому вниманию; это сбивало с толку. Я поспешила заполнить тишину.

— Я, конечно же, помогу вам всем ориентироваться. Моя сила соперничает с силой Луи, и я сделаю всё возможное, чтобы вернуть его в его сосуд в целости и сохранности.

Тайсон прочистил горло.

— Твоя сила на самом деле соперничает с силой Луи?

Мои губы дрогнули, так как улыбка грозила нарушить мое серьезное выражение лица.

— Тебе не обязательно звучать так шокировано. Женщины могут творить такую же магию, как и мужчины. Это доказанный факт.

Прежде чем я смогла отчитать его за высокомерие дальше, Грейс подала голос, чтобы защитить свою пару.

— Дело не в том, что ты женщина, — сказала она мне, качая головой Тайсону. — А в том, что Луи — это эта пугающая легенда, кто-то, о ком говорят приглушенным шепотом, в то время как большинство супов гадают, могут ли истории быть хоть в малейшей степени правдой.

Обо мне никто так не говорил, потому что я никогда не показывала им, на что способна, но каким-то образом они всё равно знали, что я достаточно сильна, чтобы вытащить меня и попытаться разбудить Луи. Репутация умеет распространяться сама по себе, без посторонней помощи.

Джесса подошла ко мне ближе.

— Выпусти контроль, который ты держишь над своей силой, — сказала она, улыбаясь мне. — Я думаю, некоторым супам в этой комнате нужен урок о недооценке тебя только потому, что ты крошечная, абсолютно великолепная и женщина.

Она явно считала, что именно по этой причине Тайсон меня недооценивал.

— Я не уверена, что вы готовы к этому, — призналась я. Я сдерживала свою силу большую часть жизни — мои родители не доверяли мне владение такого рода энергией.

Джесса выглядела разочарованной моим отказом отпустить всё, но иногда старые привычки труднее всего сломать.

— Нам пора двигаться, — предложила Миша, прочистив горло. — Луи нуждается в нас, и Жозефина сказала, что она может удерживать время в Волшебной стране только следующие несколько часов. Таким образом, мы не оставим наших детей на несколько недель.

Я была облегчена, узнав, что дети не едут с нами. И не потому, что я не любила детей — как раз наоборот — но я бы не хотела, чтобы они отправлялись в мир демонов.

— Я никогда не слышала о том, чтобы кто-то удерживал время в Волшебной стране, — вмешалась я, надеясь, что они не полагаются на что-то, что может быть невозможным.

Джесса устремила на меня свои голубые глаза.

— Жозефина — королева драконов. Она управляет первозданной магией и может делать многое из того, что не под силу никому другому. Я доверяю её слову. Мы оставим наших малышей с их бабушками и дедушками. Они в хороших руках. — Однако её прекрасное лицо было обеспокоенным.

— Королева драконов, — сказала я с интересом. — Ваша стая любит коллекционировать могущественных союзников. Я вижу, почему Луи тянуло к вам.

Близнецы моргнули, глядя на меня, и я знала, что они гадают, сделала ли я им комплимент или оскорбление. По правде говоря, я тоже чувствовала влечение к их стае способами, которые не могла объяснить. Сила призывает силу, полагаю.

— Ладно, ну что ж, давайте выдвигаться, — вмешался Максимус, его голос был глубоким рокотом. — Как сказала Миш, Луи нуждается в нас. Для него осталось не так много времени.

Это было правдой. Чем дольше его душа удерживалась вдали от тела, тем меньше шансов у него было вернуться в него. У сосуда внутри было лишь ограниченное количество энергии, прежде чем он окончательно угаснет.

— Я бы хотела открыть дверной проем, — сказала Кэм, подав голос оттуда, где она стояла рядом с другими принцессами. — Я чувствую, что готова сейчас принять в себе часть сапфировой принцессы.

Гретли кивнула, её светлый хвостик качнулся сзади.

— Я чувствую то же самое. Когда мы покидали драгоценные земли, я не могла справиться ещё с чем-то одним, но хороший ночной сон творит чудеса с человеком. Я готова исследовать эту свою сторону, которая была скрыта в течение… лет.

Насмешливый звук неподалеку привлек наше внимание. Джастис скрестила руки, её лицо было лишено эмоций, хотя глаза вспыхнули. Мы ждали, что она дополнит эту насмешку, но она ничего не сказала. Она просто смотрела в пространство между нами всеми. Там была темная история, но, похоже, она не была готова делиться ею прямо сейчас.

Грейс отвлекла наше внимание от Джастис.

— Ладно, ну что ж, я за то, чтобы дать Кэм шанс открыть дверной проем в Фейри. И я готова спасти Луи. Мы все обязаны ему, так или иначе. Теперь настала его очередь быть спасенным.

Я слышала миф о том, что Луи спрятал принцесс, и по моему опыту, многие «мифы» — это просто истории, истинность которых еще не была доказана. Мне действительно следовало ожидать, что принцессы реальны.

Брекстон вывел нас из комнаты — ему пришлось пригнуть голову, чтобы пройти под дверной рамой. Оказавшись снаружи, он направился к лесу.

— Я не был уверен, нужна ли вам природа для этого дверного проема, — крикнул он через плечо. — Но это, по крайней мере, обеспечит вам уединение.

Кэм и Гретли были по мою правую руку.

— Понятия не имею, помогает ли природа, — сказала маленькая брюнетка-принцесса. — Но это не повредит.

Мы остановились на небольшой поляне, и теснота, которую я всегда носила в груди, немного ослабла. Природа была успокаивающим бальзамом для моей раненой души. Я не сомневалась, что будь я человеком, я бы уже довела себя до сердечного приступа от такого стресса и беспокойства, зажатых в груди. К счастью, я была супом и могла жить так нездорово, как хотела, а мое сердце продолжало бы биться еще много десятилетий.

Кэм отпустила руку Гретли и закрыла глаза. Она сделала несколько вдохов, и синее мерцание её кожи усилилось. На головах у всех принцесс были короны — камни, вставленные в них, увеличивали их силу — и сапфировые камни Кэм теперь светились.

Но дверного проема не было.

Через несколько минут она издала долгий вздох.

— Я чувствую энергию там, но я понятия не имею, как соединить этот мир с тем миром.

— Может быть, нам стоит попробовать это вместе, — предложила Грейс. — Моя сила сильнее, потому что я никогда не была полностью отрезана от своей стороны супа. Я могу помочь вам всем изучить этот путь. — Грейс и Джастис подошли ближе, пока четверо не образовали плотный круг в центре нас.

Никто из них не спорил, протягивая руки, чтобы сцепиться. На этот раз сияние было интенсивным, настолько, что мне почти пришлось отвернуться. Я не отвернулась, потому что была совершенно очарована этими принцессами. Их сродство с четырьмя камнями их домов было такой уникальной концепцией. За все свои годы я никогда не встречала фейри, подобных им. Возможности для них были безграничны, и все они были так молоды… только начинали свой путь.

Яркий свет вспыхнул в середине их группы, четыре цвета их камней смешались, образуя переливчатую радугу. Радуга кружилась и вилась в танцующих арках, ловя лучи солнца, которым удавалось проникнуть сквозь густой полог леса над нами.

— Это не похоже на портал, — услышала я шепот Джессы.

Брекстон ответил:

— Это определенно не портал. Думаю, это их собственный уникальный вид энергии.

— Вы четверо совершите великие дела, — предсказала я. Я была достаточно стара, чтобы узнавать истинную силу. — Особенно если продолжите практиковаться и укреплять ту естественную связь, что существует между вами.

— Я чувствую их в своей груди, — промурлыкала Грейс. — Почти так же, как я чувствую Тайсона. Словно между нами есть осязаемая связь.

— Сестры, — выдохнула Джастис, и на этот раз в её голосе не было гнева. Она звучала как потерянная маленькая девочка… грустная… сломленная.

— Стая, — вставила Джесса. — Грейс — это наша стая, а вы — её сестры. Мы — семья.

Я видела, что эти слова много значат для четырех принцесс, даже для разочарованной Джастис. Каждая из них устремила сияющие глаза на неофициального лидера этой стаи. Джесса была на десятилетия моложе меня, но я была почти уверена, что могла бы поучиться паре вещей у этой волчицы.

Радужные вихри принцесс изменились, цвет стал более насыщенным, по мере того как их энергия росла в лесу.

— Вы чувствуете наши земли? — промурлыкала Грейс, её лицо было слегка приподнято, пока глаза следили за танцем цвета. — Драгоценные камни зовут нас.

— Я чувствую это, — выдавила Кэм. — Это… всё.

Она, должно быть, поняла тогда, как соединиться, потому что портал ожил, и он во многом отличался от портала-перехода. В нем не было завихрений энергии. Это было просто мерцание радуги, а на другой стороне была Волшебная страна. Ясно как день. Словно перешагиваешь через отражение.

— Это, пожалуй, самая красивая вещь, которую я когда-либо видела, — пробормотала я. Я могла бы открыть портал-переход в Волшебную страну в мгновение ока, но тогда бы я пропустила эту новую магию, а нет ничего, что я любила больше, чем открытие чего-то нового.

Один за другим члены стаи перешли сквозь барьер на другую сторону. Я была последней, и когда протянула руку, чтобы провести ладонью по мерцающим нитям энергии, то почувствовала, как мое тело расслабилось. Драгоценные принцессы были хранительницами чего-то по-настоящему удивительного. Первозданной магии.