— У-у-у-и-и-и! — разнёсся громкий восторженный крик над лесом, а затем по небу, петляя и раскачиваясь из стороны в сторону, пролетело нечто…

Эрида возвращалась домой после шабаша ближе к рассвету, так как после собрания ковена она и ещё несколько молоденьких ведьмочек решили отметить столь значимое событие как подобает. Её строптивая Гризельда — верная метла, по-началу не хотела лететь, но под строгим взглядом своей хозяйки, а точнее угрозы, что её отдадут городскому дворнику, всё же поднялась в воздух.

Хоть стояла ранняя весна, но погода была довольно теплая. Растрепанные волосы развевались от встречного ветра, путаясь при этом ещё больше. Эрида улыбнулась: «Видела бы её сейчас Верховная жрица…» Представив лицо Медеи, ведьмочка не смогла сдержать смеха, чем явно вызвала новую волну недовольства своей метлы.

Они пролетали над одной из центральной улиц города, когда Гризельда, устав от чудачества хозяйки, резко взмыла вверх. Эрида лишь успела услышать испуганное карканье ворон, когда одна из них врезалась прямо в девушку.

— Ой… — всё, что успела вымолвить ведьма и, не удержавшись, разжала руки.

С визгом Эрида устремилась вниз. Перепуганная метла попыталась настигнуть хозяйку и поймать, но та довольно метко попала в один из дымоходов дома. Но это оказалось не самым ужасным…

Практически долетев до низа, ведьмочка вдруг остановилась.

— Кажись, застряла… — пробормотала девушка и хихикнула.

Бедная Гризельда, испугавшись за свою непутевую хозяйку, заметалась вокруг дымохода. Влетев в него, попыталась протолкнуть Эриду, но ничего не вышло — легкое пальто девушки, создав ненужный объем, казалось, основательно заточило бедняжку. Метла начинала паниковать, а ведьмочке, было абсолютно всё равно — она начала распевать песни, горланя на весь дом.

На втором этаже в одном из окон загорелся свет. Его Гризельда заметила сразу, как только вылетела из трубы. Быстро приблизившись к окну, она забилась в стекло. Штора отодвинулась и на неё уставилась заспанная девушка с растрепанными огненно-рыжими волосами.

Отворив створку, владелица жилища удивленно уставилась на метёлку.

— Ты откуда такая взялась? — спросила Эмма и тут же замолчала, прислушиваясь. Пение эхом разносилось по округе. — И что это ещё за концерт по заявкам?! — Гризельда влетела в комнату, сделав несколько кругов, словно ожидая девушку. — Да иду я, иду… — проворчала недовольно Эмма и открыла двери спальни. — Метла сразу же устремилась к лестнице, при этом следя, что девушка идет за ней.

— Что за шум?! — из-за одной из дверей выглянул старик-гном в смешном колпаке. Теребя свою небольшую бородку, он непонимающе уставился на метлу. — Вижу, у нас гости, — хмыкнул он.

— Похоже, что так, — пожала плечами Броудс и пошла за Гризельдой.

Пение Эриды по мере приближения усиливалось. Подойдя к камину, Эмма и Саруг заглянули внутрь — из трубы головой вниз торчало грязное нечто…

— Только чертей нам здесь не хватало! — проворчал гном.

— Да какой же это чёрт?! Так, ведьмочка, — хмыкнула владелица дома.

— Ик… — донеслось из дымохода. — Ик…

— Н-да… — протянул старичок. — Она ещё и пьяная.

— Ладно тебе ворчать, давай лучше вытаскивать это чудо, — ответила ему Эмма и вновь заглянула в камин. — Хорошо, что камин давно погас и успел остыть.

Нехотя, гном последовал за хозяйкой. Взяв ведьмочку за руки, они потащили её на себя.

— Ой-ёй-ёй! — завопила Эрида.

— Терпи! — вновь проворчал Саруг и плюхнулся на пятую точку, когда девушка выскользнула из дымохода.

Облако пыли и пепла взвилось к потолку.

— Апчхи-чхи-чхи! — зачихала Эмма.

— Здрасти… — расплылась в улыбке ведьма.

— Ну вот! — упер руки в бока гном. — Я только вчера уборку сделал. Теперь опять отмывать придется.

Гризельда, чувствуя вину за свою хозяйку, заметалась по комнате, пытаясь исправить причиненный беспорядок.

— Да брось ты! — остановила её Броудс, утирая рукой нос, отчего он стал черным, а затем перевела взгляд на сидящую на полу гостью. — Ну а ты кто такая и как попала в дымоход?

— Летала… — виновато пожала плечами Эрида.

— Летала она! — возмутился Саруг. — А тебя в ковене не учили, что пьяной летать нельзя?!

Ведьма насупилась и обиженно засопела.

— Так! Хватит разговоров. Идем, — позвала Броудс Эриду, — я отведу тебя в ванную. Отмыться для начала тебе не помешает. Меня, кстати, Эмма зовут, а этого ворчуна — Саруг, — представилась хозяйка дома.

— А я Эрида, — смущенно ответила девушка.

— Можешь остаться здесь до утра, — Броудс открыла одну из дверей второго этажа, впуская внутрь нежданную гостью.

— Право слово, не стоит, — попыталась отказаться девушка, но хозяйка дома строго на нее посмотрела, уперев руки в бока.

— Если ты не заметила, то это был не вопрос, — назидательным тоном проговорила Эмма. — Будь уверена, что в таком состоянии из моего агентства ты не выйдешь.

— Агентства?! — удивилась Эрида.

— Ай да, — спохватилась хозяйка дома. — Если бы ты вошла, как и все, то непременно заметила над дверью вывеска: «Агентство «Купидон».

— Ух ты! А чем вы тут занимаетесь? — поинтересовалась ведьмочка.

— Утром об этом поговорим, а сейчас отправляйся отмываться, а то в таком виде ты больше похожа на трубочиста, — рассмеялась Эмма.

От её слов лицо гостьи залила краска стыда. Она чувствовала себя виноватой в том, что так бесцеремонно вторглась в чужое жилье.

— Прости… — извинилась девушка перед Броудс.

— Да не смущайся ты так! С кем не бывает, — доброжелательно улыбнулась хозяйка агентства. — В любом случае, самое главное, что, падая, ты себе ничего не сломала, а с остальным мы разберемся утром. Доброй ночи, Эрида.

Оставив гостью в комнате, Эмма спустилась вниз. Небольшого роста старичок суетился у камина, оттирая черные пятна с пола.

— Ходят тут всякие, топчут… — ворчал недовольно гном себе под нос.

— Саруг, да оставь ты это до утра, — проговорила Броудс.

— Чтобы эта, — махнул старик в сторону лестницы, имея в виду гостью, — ещё что-нибудь извазюкала!

— И чего ты сегодня такой вредный? — спросила девушка.

— Я не вредный, — фыркнул гном. — Это просто ведьмы нынче пошли безалаберные и… — Старик сделал паузу, а потом добавил: — Вот во времена моей молодости нечисть была куда сдержаннее и воспитаннее. И куда в их этом ковене только смотрят?! Как её ещё инквизиторы не сцапали? — удивился старик.

— У нас охоту на ведьм давно запретили, — усмехнувшись, проговорила Эмма.

— А зря! Нет, я ничего не говорю, сжигать их было пережитком прошлого, а вот хорошая порка в целях профилактики не помешала бы, чтобы знали, как стоит себя вести приличным ведьмам, — негодовал Саруг.

Слушая ворчания старика, Броус всё же не сдержала смеха.

— Идем уже спать.

Погасив свет, они разошлись по комнатам, в то время как Эрида, отмывшись от сажи и копоти, стояла под дверью, дожидаясь, когда хозяева уснут. Девушка была готова провалиться сквозь землю от стыда. Узнай Верховная жрица ковена, как опозорилась её подопечная, сама бы голову ей открутила за такую выходку. А гнева Медеи ведьмочка боялась больше всего, так как именно от этой женщины зависела её дальнейшая судьба.

С раннего детства Эрида Виллард видела себя владелицей небольшой лавки, где смогла бы торговать зельями собственного приготовления, травами и разными магическими мелочами. Вот только её мечтам пока было не суждено воплотиться в жизнь. Для этого требовалось очень многое: сначала получить квалификацию в ковене, затем разрешение у верховных магов королевства и, как вишенка на торте, заплатить неподъемный для молодой ведьмочки налог в казну.

Хоть Эрида и начала копить на свою мечту, но пока она была от девушки слишком далека. Поэтому сейчас Виллард никак не могла допустить, чтобы о её проделке узнала Верховная жрица.

Ведьмочка вновь прислушалась. Из-за двери не доносилось ни звука. Аккуратно выйдя в коридор, она старалась не шуметь. На цыпочках пробралась на первый этаж, держа в руках свое измазанное сажей пальто, с трудом ориентируясь в ночной темноте, всё же дошла до выхода. Бесшумно повернула щеколду, дверь тихо скрипнула. Уличная прохлада тут же окутала с головы до ног. Девушка торопливо надела грязную верхнюю одежду и побежала по улице, опасливо оглядываясь по сторонам.

Небольшой домишка, доставшийся ей от покойной бабушки, встретил Эриду теплом и уютом. Стоило ведьмочке войти, как к ногам подбежал Асмус — её пушистый черный кот. Настенные часы пробили пять раз.

— Утро уже близко… — задумчиво проговорила Виллард, почесывая животное за ухом. — А я и не ложилась… — вздохнула она и, неряшливо бросив грязную одежду прямо на пол, побрела в постель.

Забывшись крепким сном, ведьмочка совершенно забыла о самом важном. Лишь когда солнце было довольно высоко, заспанная Эрида подскочила в своей кровати. Голова гудела, словно кто-то ударил по ней.

Со стонами, девушка всё же поднялась и направилась на кухню. Выпитая вода не помогла. Проверив все шкафчики, Виллард не нашла ничего подходящего из зелий, чтобы справиться с недугом.

— Чтобы я ещё хоть раз в жизни напилась… Да ни за что! — обещала она самой себе.

С трудом пересиливая головную боль, ведьмочка взяла небольшой котелок, развела огонь и поставила греться воду для приготовления лечебного зелья. Поэтапно закидывая травы, она старалась ни о чем не думать, пока вдруг одна назойливая мысль сама не пробралась к ней в голову.

— Гризельда! — завопила она на весь дом.

Несчастный Асмус, не ожидая от хозяйки такой выходки, резко дернулся и, не успев зацепиться, полетел прямо на пол с дивана, на котором прежде мирно спал, при этом громко макнув.

Девушка засуетилась, забегала по комнате. Она была готова бежать прямо сейчас, совершенно позабыв обо всем на свете, а главное о том, что совсем недавно сгорала со стыда. Сейчас самым важным было вернуть метлу.

Тем временем в агентстве «Купидон» творилась что-то невообразимое: метла очнулась рано утром. Облетев дом, она поднялась на второй этаж в поисках своей хозяйки, но найти её не смогла. Ничего не предвещало беды, и Гризельда вернулась на прежнее место в полной уверенности, что её любимая ведьмочка совсем скоро спустится к ней, чтобы наконец-то полететь домой.

Прошел час, другой… Проснулись хозяева дома, а Эриды всё не было. Метла начала волноваться. Видя её беспокойство, Саруг обратился к Эмме:

— Что-то нашей гостьи долго нет. Неужто так сильно вчера набралась, что сегодня не в силах подняться?

— Не начинай, — отмахнулась Броудс. — Пойду, проверю, как она там. Вдруг смущается после ночного происшествия.

— Ага! Как же! — хмыкнул гном. — В ней ни грамма стыда, как, впрочем, и совести.

— Не наговаривай на девушку. Ты ведь её совершенно не знаешь, — не согласилась Эмма. — Может это было случайностью.

— А ты сама в случайности веришь? — Может она и вовсе аферистка какая? Или того хуже — воровка.

— Ну это уже слишком. У тебя воображение, кажется, совсем разыгралось.

— Вот когда мы серебряных ложек не досчитаемся, тогда и попомнишь мои слова, — сложив руки на груди, обиженно проворчал гном.

— Сейчас к позову Эриду, и ты убедишься, что она совсем не такая, какой ты пытаешься её представить, — ответила Броудс.

— Это ты пытаешься всем найти оправдание, а я слишком долго живу на этом свете и, поверь, насмотрелся на таких… — выразительно проговорил Саруг, вызвав у Эммы улыбку.

Не став более пререкаться со стариком, хозяйка дома отправилась за ведьмой, но очень быстро вернулась обратно.

— Её там нет… — растерянно проговорила девушка, глядя на слугу.

— Вот! — оживился старичок. — А я говорил тебе, что она мошенница. Не стоит доверять кому попало, — назидательно погрозил он пальцем.

— Да погоди ты! Вдруг что-то случилось пока мы спали?

— Конечно, случилось. Ты столовые приборы пересчитай.

— Саруг! — одернула гнома Броудс. — Не до шуток сейчас.

— Я и не шучу.

— Да не могла она сбежать. Метла, вон, здесь осталась, — махнула хозяйка дома на Гризельду, которая, поняв, что Эриды нет, вновь начала суетиться.

— Не мельтеши! — шикнул на нее старик и попытался схватить, но та быстро ускользнула. — А ну иди сюда! — гном помчался вслед за метлой, но не тут-то было. Гризельда поднялась к потолку, нарезая круги по комнате. — Стоять!

Гонка продолжалась довольно долго, пока Саругу не удалось поймать нарушительницу спокойствия. Крепко сжимая метлу в руках, он довольно продемонстрировал её Эмме.

— Поймал… — протянул старик, расплывшись в улыбке. Но так просто сдаваться Гризельда не желала: резко дёрнувшись, она вновь взмыла вверх, вот только на этот раз вместе с гномом. — Ой-ёй-ёй-ёй! — закричал слуга, мотыляя ногами. — Эмма! Эммочка! Спаси!

Броудс пыталась схватить старика, но ничего не выходило. Лишь брякнувший над дверью колокольчик заставил Гризельду остановиться. Зависнув ненадолго в воздухе, она притаилась, искренне надеясь, что нерадивая хозяйка вспомнила о ней. Но, увы, это была не Виллард.

На пороге агентства «Купидон» стояла статная ухоженная дама. Весь её вид говорил о высоком положении визитерши. Эмма поправила растрёпанные от бега волосы и, улыбнувшись поприветствовала женщину.

За спиной что-то громко брякнуло — это Саруг, не удержавшись, разжал затекшие руки и упал на пол, громко застонав. Дама презрительно поморщилась, но прошла вперед…

— Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство, — семенил за графом Максимилианом Аддерли верный слуга Томмис, — матушка спрашивала о вас уже четыре раза! Велела, как только вернётесь домой, заглянуть к ней.

— Ты в своём уме? — хмуро отмахнулся молодой хозяин, — графиня в этот час не проснётся даже для вручения ордена из рук Его Величества.

— Какого ордена? — не понял юмора старик.

— Самой заботливой матери во Вселенной, — усмехнулся Максимилиан, — платиновый, с мечами и бантами.

— Не слышал, — упорствовал Томмис, — а если и есть такой, Её Сиятельство Луина заслуживает эту награду без всяких сомнений! Она не ложилась, ожидая вас всю ночь!

— Без всяких сомнений заслуживает, — граф не пожелал возражать, но и просьбу матери выполнять не собирался. Зайдя в свои покои, он захлопнул перед навязчивым преследователем дверь и сказал, обращаясь к мозаичному стеклу в её центре: — раз уж матушка устроила всенощные бдения, передай ей, пожалуйста, поклон и мои заверения в том, что в опеке я уже лет пять не нуждаюсь!

Аддерли провёл чудесную ночь в «ТэКаХэ» — тайном клубе холостяков, домой заглянул лишь для того, чтобы освежиться, сменить костюм и отправиться в Департамент Имущественных Прав, где он занимал видную должность. Да-да, полученную по протекции видных родственников, не без участия матушки. С этой помощью ещё можно примириться — каждый аристократ должен ишачить на благо короны, и чем ближе окажешься к этой короне, тем больше принесёшь пользы. А вот в отношении женитьбы — навязчивой заботы графини — Максимилиан имел прямо противоположное матушкиному мнение.

Двадцать пять! Разве это возраст для добровольного принятия семейного креста? Старший граф Аддерли впервые женился, отпраздновав сорокалетие, именно он с друзьями основал тайное общество холостяков и до смерти оставался его почётным членом. Чем, интересно, Максимилиан хуже? Только ради памяти знаменитого отца стоит держаться за свободу как можно дольше!

Вот когда ему будет не по силам сидеть всю ночь за картами, или махать кулаками в шуточном поединке, или горланить неприличные куплеты в обнимку с таким же благородным повесой, или на худой конец гонять шары по бильярдному столу, тогда придёт пора остепениться и распрощаться с привычками юности. Думать об этой унылой поре совершенно не хотелось! Ещё лет двадцать, как минимум.

Надежда на спокойное утро — обычно Максимилиан успевал принять душ, одеться, позавтракать в одиночестве и отправиться на службу, где можно вздремнуть часок-другой, закрывшись в кабинете — растаяли как снежинка на тёплой ладони. Её Сиятельство, получив довольно дерзкое сообщение, пришла в покои сына сама. Вид она имела хмурый, хотя и пыталась навесить на измученное лицо одну из своих «добреньких» улыбок:

— Макс! Умоляю! — прижав ладони к мелким пуговкам, украшающим домашнее платье, графиня пересекла комнату и остановилась в двух шагах от сына.

Тот успел надеть свежую рубашку и теперь возился с запонками. Графиня взялась помочь, продолжая увещевать:

— Посвяти хотя бы один вечер матери!

— С превеликим удовольствием, — не моргнув, слукавил Максимилиан, — вам, матушка, но не вашим благоухающим гостьям! Вы ведь опять устраиваете вечер знакомств?

— Что в этом плохого? Нет, — Её Сиятельство поймала пытавшегося ускользнуть сына за рукав, — что плохого в том, что юные девушки пользуются духами? Я тоже люблю яркие ароматы…

— Не то! — Максимилиан довольно резко дёрнулся, вырывая руку из пальцев графини. — Пусть они хоть купаются в экстракте ландыша или жасмина! Меня это совершенно не касается! Я не собираюсь жениться и считаю безнравственным обнадёживать ваших протеже!

— Макс! — повысила голос Её Сиятельство, нагоняя шагавшего в столовую сына, — как единственный наследник рода Аддерли, ты обязан позаботиться о преемнике! Иначе… Я не знаю… Макс!

Молодой граф остановился в дверях и обернулся с ехидной улыбкой:

— Обязательно позабочусь, матушка. Чуть позже, — отвернувшись и ускорив шаг, добавил себе под нос: — после дождичка в четверг.

Утренний разговор с матерью испортил рабочий день. Повезло, что посетители особо не досаждали, Аддерли успешно выпроводил двоих, пообещав рассмотреть их дела в ближайшие дни, а ещё двоих переправил в соседний департамент. В результате ему удалось даже вздремнуть, удобно расположившись в кресле с пологой спинкой, положив ноги на соседний стул.

После обеда графа вызвали к высокому начальству. К барону Стопорту, старинному приятелю отца, Максимилиан относился с уважением, шёл в его кабинет без малейшего страха, хотя недоумевал, с чего бы вдруг Стопорт вспомнил о молодом сотруднике и вызвал к себе, нарушив привычную иерархию.

— Проходи-проходи! — безнадёжно лысеющий человек небольшого роста поднялся из-за стола, как только Аддерли открыл дверь и спросил разрешения войти.

— Достопочтенный лорд, — склонил голову Максимилиан, — чем могу служить?

— Давай без церемоний! — воскликнул барон, подошёл ближе и даже похлопал молодого человека по плечу, — пригласил тебя исключительно по личному вопросу.

— По личному? — удивился граф.

С тех пор, как похоронили старшего Аддерли, товарищ отца по клубу холостяков не проявлял интереса к Максу. Объяснять, что к чему, шеф не торопился, начал разговор с пространных рассуждений:

— Как, однако, ты похож на своего родителя! Такие же выразительные глаза, острые скулы, густые тёмно-русые волосы, которым я, признаться, всегда завидовал. А плечи! А стать! Девушки, поди, караулят под дверью кабинета, чтобы случайно столкнуться с тобой.

— Не замечал, — сухо ответил граф, недоумевая, с чего вдруг барон, стойко державшийся в рядах клуба холостяков чуть не до полтинника, ведёт такие двусмысленные речи. — О чём вы хотели поговорить, достопочтенный лорд.

Барон хитро подмигнул, покачиваясь с пятки на носок, и выдержал паузу, так и не предлагая визитёру кресло.

— Я вот что подумал, давай поедем вместе. Пусть Её Сиятельство Луина отправляется в графской карете прямиком в поместье. Зачем ей ждать тебя?

Ильмира Стопорт была девушкой привлекательной, никогда не страдала от отсутствия мужского внимания, вот только по сердцу ей пришёлся лишь один человек — граф Максимилиан Аддерли. Она уже ни раз видела его, заглядывая на работу к своему любимому дядюшке, но объект тайных воздыханий даже и не думал смотреть в сторону прелестницы, будучи полностью погруженным в свои дела.

Юная дева не привыкла сдаваться. Имея огромное влияние на барона Сторорта, Ильмира все уши ему прожужжала, то и дело твердя, какой завидной партией будет его подчинённый.

— Дядюшка! Право слово, моё сердце замирает в его присутствии. Вы ведь сами ни раз говорили, что молодой граф весьма перспективен в службе. К тому же его положение в обществе весомо. Род Аддерли уважаем на Дарионе.

— Что ты от меня хочешь? — устало спросил племянницу барон.

— Сущую малость, — оживилась Ильмира. — Молю вас, устройте нашу с ним встречу. Вы ведь можете, я знаю! Наш союз будет выгоден всем, — увещевала девушка.

— Вот же плутовка, — усмехнулся барон. — Хочешь сводника из меня сделать?

— Почему сразу сводника?! — залибизила красотка. — Просто прошу посодействовать.

— Ладно, будь по-твоему, — устав выслушивать стенания племянницы, барон сдался, пообещав побеседовать с матушкой Максимилиана. — Но ничего обещать не буду. Если ты не придёшься по душе графу Аддерли, то я его неволить не стану и пользоваться своим начальствующим над ним положением не буду, так и знай.

— Я и не прошу об этом. Да и уверена, что не смогу оставить его равнодушным, — расплылась в довольной улыбке Ильмира и, чмокнув дядюшку в щеку, убежала.

Только уверенности в душе юной баронессы не было ни грамма. Вернувшись домой, Ильмира заметалась по своей комнату, дожидаясь появления служанки. Дородная женщина лет пятидесяти приковыляла в комнату.

— Чего изволите, Ваша Милость? — поинтересовалась она у хозяйки.

— Чего ты в дверях встала? — злясь, возмутилась девушка. — Иди сюда живее! Немедленно достань лучшие мои наряды и помоги мне. Буду все их примерять.

— Все?! — опешила женщина, совершенно не горя желанием возиться со взбалмошной баронессой. — Так зачем же?

— Не твоего ума дело! — прикрикнула Ильмира. — Делай, что сказано.

— А я чего? Я ничего, иду уже, иду, — отозвалась служанка и поплелась в сторону огромного шкафа.

— Поторапливайся! — подгоняла девушка.

Платье за платьем сменяли друг друга, но с каждым очередным нарядом лицо Ильмиры становилось более печальным.

— Ну только посмотрите, какая вы красавица, — застегнув дюжину крючков на наряде, восторженно проговорила служанка.

— Не ври мне! Это всё не то! Они ужасны. Как я могу показаться на глаза графа в этом?! — она обвела руками свой идеальный наряд. — Это безвкусица!

— Ваша Милость, да что ж вы такое говорите? Это платье сшито по последней моде, деньжищ бешеных стоит, — всплеснула руками женщина, совершенно не понимая возмущений юной хозяйки.

— Его цена не гарантирует вкуса, — парировала Ильмира, но её отвлек послышавшийся голос матушки. Та отчитывала супруга на весь дом. Подобрав подол пышного платья, девушка вышла из комнаты. — Матушка! — позвала она женщину.

— Да милая, — отозвалась она, отвлекшись от своего «увлекательного» занятия.

— Матушка, мне немедля нужна помощь.

Стоило родительнице подняться к дочери, как любимое дитя обрушила на неё весь шквал своего негодования.

— И что ты так опечалилась? Тоже проблему нашла! — махнула рукой женщина. — Я немедленно пошлю за лучшей модисткой, — успокоила она дочь.

Появление модистки ничуть не снизило волнения юной баронессы.

— Уверяю вас, наряд будет просто великолепен. Ещё ни у кого и никогда на Дарионе такого не было, — заверила клиентку рукодельница.

— Я должна быть идеальна! — задрав вверх подбородок, заявила Ильмира.

— Ах, как же отрадно смотреть на то, как ради первого свидания девушка расцветает… — мечтательно вздохнула модистка. Ильмира промолчала. — Любовь прекрасна. Вам несказанно повезло, что вы встретили человека, который заставляет бешено стучать ваше сердце, — без умолку щебетала женщина. — А то ведь как в жизни бывает: порой на придумают себе невесть что, потом сами и страдают.

— Это как? — не выдержав, всё же поинтересовалась баронесса.

— Да знамо как, — вздохнула модистка. — Есть у меня одна постоянная клиентка, — разоткровенничалась она. — Так та вбила себе в голову, что непременно должна заполучить одного небезразличного ей мужчину. Сам он на нее и внимания не обращал. Так девушка решила приворожить его. Даже к ведьме пошла… — полушепотом закончила, словно её мог услышать кто-то ещё.

— И помогло? — уточнила Ильмира.

— Кто ж его знает?! Я не видела её уже больше месяца. Может и вышло что, — пожала плечами женщина, продолжила снимать мерки.

— Неужели у нас в городе и ведьмы имеются? — словно между делом спросила красавица.

— Имеются… Их тут пруд пруди! Даже со мной по соседству одна такая живет. Вроде Эридой зовут, но точно не скажу. То и дело её с метлой вижу. Ходит с ней, как с питомцем каким-то. Тьфу! — скривилась модистка. — Терпеть таких не могу.

— А это где?

— Так вам-то, Ваша Милость зачем? — прищурилась женщина.

— Просто интересно стало. Ни разу настоящую ведьму не видела. Говорят, все они старые, страшны, — выкрутилась Ильмира.

— Нет, эта вовсе не страшная. Я бы даже сказала красивая, — поведала модистка.

Ильмира крепко задумалась. На ум девушке пришла одна очень интересная идея, но для её воплощения требовались решительные действия. Юная баронесса по своей природе была весьма пуглива, а тут требовалась немалая смелость.

Всё то время, что модистка выполняла свою работу, девушка думала над новым планом. В голову совершенно ничего не шло. Спасением для Ильмиры стала приехавшая к особняку карета. Вскоре из гостиной послышался знакомый голос Айдана Дебуара. Его визиту баронесса обрадовалась, как никогда прежде. Тут же в голове мелькнула здравая мысль…

— Ну вот и все, Ваша Светлость, — проговорила женщина, убирая в саквояж булавки. — Я сегодня же попытаюсь что-то сделать и уже завтра мы проведем первую примерку.

— Непременно буду ждать. Благодарю за столько скорую работу, — довольно улыбнулась баронесса. — И в знак моей признательности, я попрошу виконта Дебуара довезти вас.

— Не стоит тревожиться, — замахала испуганно модистка. Такое внимание со стороны господ вызывало опасения. — Я и сама доберусь.

— Это не обсуждается, — остановила ее Ильмира. — Виконту не составит труда выполнить мою маленькую просьбу.

Пока модистка собирала остатки своего снаряжения, баронесса спустилась в гостиную. Там вел светскую беседу с ее матушкой давний друг — Айдан Дебуар. Заметив появившуюся на ступенях широкой лестницы Ильмиру, молодой человек расплылся в счастливой улыбке. Казалось, Айдан и вовсе был готов рухнуть к ногам красавицы, добиваясь ее внимания. Но баронессе его ухаживания были не интересны. Порой складывалось впечатление, что она их и не замечает, а подчас и того более — они ей льстят.

По уши влюбленный Дебуар был рад и дружбе, которой его благосклонно одаривала Ильмира. Он стал ее «лучшей подругой», которых девушка отвадила от себя, считая их своими «конкурентками» на поприще выбора женихов. Сколько виконт не пытался убедить красавицу, что никто и в подметки ей не годится, баронесса осталась при своем мнении.

— Ильмира, душа моя! — радостно провозгласил Айдан. — Я так ждал нашей встречи… — он было направился к девушке, но та остановила парня движением руки.

— Айдан, ты-то мне и нужен, — проговорила Ильмира, еще больше обрадовав виконта.

— Вы беседуйте, — отозвалась матушка девушки. — А я пока пойду.

— Я всегда к твоим услугам и готов на все, что попросишь, — оживился Дебуар.

— Прекрасно! — спускаясь к другу, хлопнула в ладоши Стопорт. — Нужно отвезти модистку домой.

— Что?! — опешил молодой человек. — Ты предлагаешь сделать это мне?

— Именно, — дождавшись, когда родительница покинет гостиную, Ильмира подошла практически вплотную к виконту. — Но не просто отвести, — продолжила куда тише, осмотревшись по сторонам. — Я хочу, чтобы ты доставил ее прямо до дома, а там, между делом, спросил у нее, где находится жилище ведьмы.

— Зачем тебе это? — удивилась Айдан.

— Не важно, — ответила девушка и, заметив, как показалась модистка, уже громче проговорила: — Вот и прекрасно! Я рассчитываю на тебя.

Дебуар явно был недоволен открывающейся перед ним перспективе. Он хотел провести время вместе с объектом своих воздыханий, а не тащиться невесть куда в компании какой-то безродной… Он считал это ниже своего достоинства, но и отказать Ильмире не мог.

Всю дорогу Айдан не знал как начать разговор. До названного модисткой адреса оставалось всего несколько кварталов. Было видно, что неудобства испытывает не только юноша, но и сама женщина. Наконец взяв себя в руки, виконт вымолвил, словно невзначай:

— Я слышал, где-то в этом районе обитает ведьма. Интересно, как же выглядит ее дом? Наверное, увешан костями и черепами, — усмехнулся Дебуар.

— Это все предрассудки. Ее дом хоть и отличается от большинства тех, что здесь есть, но только в лучшую сторону. Он довольно милый и ухоженный.

— Так может вы мне его покажете? Боюсь, что иначе мое любопытство не успокоить, — коварно проговорил виконт.

Женщина замялась.

— Если вам будет так угодно… — она указала кучеру дорогу. Проезжая мимо домиков, модистка ткнула в один из них. — Вот он.

Жилище и правда выглядело совершенно обычно: небольшой дом, много зелени и цветов. «Интересно, зачем это Ильмире?» — подумал Айдан. Довезя модистку, он поспешил вернуться в поместье Стопортов.

Поведав обо всем подруге, он получил и вовсе шокирующий ответ:

— Отвези меня туда немедленно! — скомандовала Ильмира.

— Пока ты не расскажешь, что задумала, а и с места не сдвинусь, — попытался настоять молодой человек, но спорить с юной баронессой было бесполезно.

— Если это не сделаешь ты, я отправлюсь сама. Хватит уже задавать лишние вопросы.

Виконту пришлось сдаться. У жилища ведьмы Ильмира вылезла из кареты и, распорядившись ждать ее снаружи, направилась к домику.

Поправив свою соломенную шляпку, украшенную цветами, девушка постучала. Дожидаться хозяйку долго не пришлось. Вскоре дверь отворилась и на пороге показалась миловидная рыжеволосая бестия.

Ильмира оценивающе посмотрела на ведьму — ничего особенного, что указывало бы на ее способности баронесса не заметила: ни скрюченного носа, ни бородавок, ни когтей, вместо ногтей, как описывали некоторые. Он и впрямь была довольно симпатичной: ладная фигура, средней длины волосы, милое личико.

Пауза между ними слегка затянулась. Первой заговорила Эрида:

— Вы ко мне? — спросила она незнакомку, оценивая ее и отметив про себя, что гостья не из бедняков.

— Если вы ведьма, то к вам, — вымолвила аристократка.

Виллард шире распахнула двери и пригласила визитершу войти. Ильмира несмело проследовала внутрь дома, по пути осматриваясь вокруг. В нос сразу же ударил приятный аромат сушеных трав, а затем она заметила их, висящими под самым потолком.

— Располагайтесь, — указав на небольшую тахту, проговорила Эрида. — Я внимательно вас слушаю.

— Понимаете, — присев, начала взволнованно баронесса, — я бы хотела… — она замялась, но заметив выжидательный взгляд ведьмы, взяла себя в руки и продолжила: — У меня в скором времени предстоит судьбоносная встреча. Я хоть и уверена в своих шансах, но… В общем, я хочу, чтобы вы приготовили мне приворотное зелье, — скороговоркой закончила Ильмира, с надеждой глядя на хозяйку дома.

— Но вы понимаете, что любовное зелье не сможет привязать к вам мужчину навечно? Одного его мало, чтобы вызвать настоящие чувства, — уведомила ее молодая ведьма.

— Я это прекрасно понимаю и готова ко всему. Мне оно нужно лишь на первых порах, а уж дальше я и сама сумею очаровать мужчину. Главное, привлечь его внимание при первой встрече, — ответила Стопорт.

— Это, конечно, ваше дело, но все же лучше подумайте, стоит оно того или нет.

— Так вы поможете мне? Я хорошо заплачу вам за зелье.

Деньги Эриде были нужны, да и смысла отказываться от этого она не видела.

— Помогу, но мне нужно знать, кого именно вы хотите опоить.

— А это обязательно? — опешила Ильмира, испугавшись, что ведьма может воспользоваться информацией и попытаться выудить еще денег и с графа, сдав баронессу. Она до последнего надеялась остаться инкогнито, не называя ни имен, ни титулов. — Понимаете…

— Я все понимаю, — перебила ее Виллард, — но без этого никак. Мне как минимум нужен портрет мужчины, какие-нибудь его и ваша личные вещи, а также настоящие имена. Без этого я не смогу сделать стоящее заклинание. Оно просто на просто не будет действовать так, как вам бы того хотелось.

— Хорошо, — вздохнула баронесса. — Но сейчас у меня нет никакой его вещи, но я обязательно принесу ее, как только раздобуду. А вот портрет есть — протянула небольшую карточку Эриде.

Девушка посмотрела на портрет — красивый, мужественный. «Жаль, что такие мужчины ей не по статусу» — отметила она про себя, а вслух произнесла другое:

— Остальное постарайтесь принести в ближайшее время. Сейчас самый подходящий период для приготовления любовного зелья.

Распрощавшись с ведьмой, Ильмира оставила ей мешочек с золотом и торопливо покинула ее дом, вернувшись в карету, где девушку дожидался виконт. Тот хотел было расспросить подругу о визите к ведьме, но Стопорт одарила его таким убийственным взглядом, что молодой человек не решился лезть к ней с вопросами.

Максимилиану стоило больших усилий выбросить из головы визит в поместье барона, особенно, финал. Отправляясь на следующий день в клуб, надеялся отвлечься и забыть неприятные события окончательно. Жизнь в «ТэКаХэ» всегда захватывала, увлекала. Стоило окунуться в привычную атмосферу, как отступала и блёкла любая серьёзная проблема. Собственно, граф Аддерли не назвал бы Ильмиру проблемой, не будь она племянницей босса. Наивная самовлюблённая девчонка, настолько уверенная в собственном обаянии, что утратила ощущение реальности, только и всего.

Макс нахмурился и потёр лоб. Стоп! Достаточно одного испорченного вечера. Забыть навсегда! Решительно толкнув тяжёлую дверь, он перешагнул порог и кивнул в ответ на бодрое приветствие швейцара. Графа, кажется, узнавали ещё за квартал до здания, никогда не требовали клубную карту.

В общем зале было шумно и дымно, компании, расположившиеся в разных уголках, гомонили не хуже чаек, слетевшихся на выброшенную рыбаками мелочь. Максимилиан стремительно пересёк свободное пространство и взгромоздился на высокий табурет у барной стойки:

— Сделай-ка глинтвейн, дружище! Что-то я промёрз.

— Одну минуту, Ваше Сиятельство, — с улыбкой ответил молодой бармен.

Удивительно, но эти простые слова прозвучали в полной тишине.

Что происходит?

Максимилиан обернулся и увидел, что все присутствующие глазеют на него. Даже захотелось проверить, а не разошлись ли брюки по шву на самом интересном месте. Ну ладно, почти на самом интересном. Он не успел ни убедиться в целости штанов, ни задать вопрос в пространство, заметил, как с бокового дивана поднимается субтильный молодой человек. Теперь все взгляды, словно лучи магического фонаря, направились на… Как его? Кажется, виконт Дебуар. Вспомнить имя не получалось. Нарочито тяжело ступая, молодой человек направился к барной стойке, однако не дошёл, остановившись в двух шагах:

— Граф! — звонко воскликнул он, — вы нарушили одну из заповедей клуба!

— Что вы говорите, юноша! — Максимилиан спустился с табурета и встал напротив обвинителя: — Уточните, какую же?

— Запрещено флиртовать с благородной девицей, не имея намерения жениться на ней.

— Вы хотите сказать, виконт… — начал Аддерли, лихорадочно соображая, откуда просочилась информация.

— Вы оскорбили её! Не смейте отрицать!

— Да кого же? — поднял брови граф, всё ещё надеясь, что наскоки мальчишки полнейшее недоразумение.

Тот, однако, сделал страшное лицо и зашептал, почти не размыкая губ:

— Ильмиру! Во всяком случае, я знаю только о ней.

— Виконт, не представляю, откуда дует ветер, скажу только, что вас ввели в заблуждение.

— Замолчите! — прошипел Дебуар. — Не усугубляйте свою вину. Разумеется, я не могу пересказывать подробности случившегося, не задев честь дамы, да этого и не требуется, достаточно… — он выхватил из кармана загодя приготовленную белоснежную перчатку и швырнул в грудь Максу.

Пустые пальцы заскользили по сюртуку, цепляясь за блестящие пуговицы. Граф почти рефлекторно схватил перчатку, не дав ей упасть на пол. Не хотелось наклоняться, чтобы поднять. Разумеется, пришлось бы это сделать, отказаться от столь дерзкого вызова значило бы покрыть позором своё имя. Законодательный запрет на дуэли в нарушался раз пять за всю историю клуба, а вот случаев непринятия вызова до сих пор не было. И не будет.

— Я к вашим услугам, виконт. Завтра мой секундант будет у вас, — объявил Аддерли, засовывая злополучную перчатку в карман.

Дебуар щёлкнул каблуками, нервно дёрнул головой в знак согласия, развернулся и чуть не строевым шагом отправился к своему дивану.

Максимилиан снова сел и взял в руки хрустальную кружку с глинтвейном. Богатый аромат имбиря, тимьяна, гвоздики бодрил и внушал уверенность, что так или иначе дело уладится. Делая маленькие глотки, а в перерывах любуясь плотно уложенными в кружке дольками апельсина, торчащими палочками корицы, опустившимися на дно ягодами клюквы, граф перебирал в уме приятелей. Кого позвать в секунданты? Поскольку ни один из присутствующих не приблизился и не предложил свои услуги, придётся искать вне клуба.

Вербер! Больше никому он не сможет довериться.

Допив свой глинтвейн и расплатившись, Аддерли пошёл прочь. Веселиться расхотелось, кроме того, нашлись дела поважнее. Необходимо переговорить с другом Райланом, убедиться, что он согласен представлять интересы дуэлянта, но для начала нужно разобраться, каким образом произошла утечка. Свидетелей у вчерашнего инцидента было немного. Большим везением можно считать то, что начальник Макса исчез почти в самом начале вечера, сославшись на стариковскую усталость. Истерики убегавшей в слезах племянницы барону Стопорту наблюдать не довелось.

Глупо получилось, чего уж кривить душой! Аддерли, устав от унылой музыки, вышел на веранду подышать. Ильмира выскочила следом. Она хохотала как заведённая, крутилась вокруг Макса, не давая ни вернуться в дом, ни спуститься в сад. Он делал попытки перевести вынужденное общение в разряд светской беседы, однако девушка вообразила, что это свидание. Лепетала какие-то глупости о цвете глаз и волос, делая совершенно нелогичные выводы о том, как они с графом подходят друг другу.

Надоела до оскомины! Возможно, он сказал что-то резкое. Совершенно случайно, разумеется. Просто сорвалось. Насыщенный рабочий день, упущенный вечер в клубе, опасения опростоволоситься перед начальником… Куча оправданий!

Ильмира на его неосторожное замечание отреагировала чрезмерно, тут и спорить нечего! Издала стон, взмахнула рукой и повалилась в обморок, неуловимым образом обняв Макса за шею. Понятно, что он подхватил девушку. Рефлекторно, как сегодня перчатку.

Всё бы ничего…

Граф остановился, совсем немного не дойдя до своего дома. Вздохнул и покачал головой. Вот, не зря не хотел вспоминать! Картинка перед глазами возникла чересчур откровенная. Будто не вчера, а минуту назад всё случилось.

Едва Ильмира оказалась в объятьях Макса, брошь, удерживающая довольно смелое декольте расстегнулась, и взору молодого человека предстала аппетитная девичья грудь.

Эрида долго прогуливалась по парку, расположившемуся недалеко от агентства «Купидон», чтобы дождаться, когда клиентка покинет его пределы. Спустя около часа ведьмочка решилась войти.

Стоило колокольчику звякнуть, оповещая о её визите, как из неоткуда взялся гном — он ещё вчера не понравился девушке.

— Кто к нам пожаловал?! — всплеснул руками слуга. — Чего изволите? — ёрничал старик.

— Саруг, прекрати издеваться над девушкой, — пресекла его поведение хозяйка агентства. — А ты что застыла в дверях? Проходи. Я уже давно тебя дожидаюсь.

— Меня? — удивилась ведьмочка, но все-таки прошла вглубь комнаты.

— Разумеется. Сбежала среди ночи, не простилась, да ещё и метлу свою оставила, — ответила Эмма.

— Она нам, между прочим, чуть весь дом не разгромила, — проворчал гном.

— Простите, я не думала, что всё так обернётся, — извинилась девушка.

— Что уж теперь, — махнула рукой Броудс. — Только запереть её пришлось в чулане.

— Я могу забрать Гризельду? — несмело поинтересовалась Эрида.

— Сейчас Саруг принесет её, — улыбнулась хозяйка заведения.

— Я чего сразу я-то?! — недовольно проговорил старик. — Эту бешеную швабру я и трогать не стану больше!

— Саруг! — настоятельно проговорила Эмма ещё раз.

— Нет и нет! — отрезал упертый гном. — Мне одного раза хватило: таскала тут по всему дому. Ей надо, — ткнул он пальцем в сторону Эриды, — сама путь и берет! И вообще, это её инвентарь.

— Саруг! — уже прикрикнула Броудс, но тут вмешалась сама хозяйка Гризельды.

— Не стоит, право слово. Я сама её заберу, мне не трудно. Вы только покажите где.

Гном махнул рукой на неприметную дверь, что притаилась под лестницей.

— Там, — буркнул он.

Стоило девушке отворить кладовку, как оттуда, не разбирая дороги, вылетела Гризельда. Навернув пару кругов по гостиной, она едва не разбила стоящий на столе графин, свалила канделябр и, ударившись о закрытую входную дверь, наконец затормозила.

— Гризельда! — позвала её ведьмочка.

Услышав знакомый голос, словно верный пес, метла бросилась к хозяйке.

— Соскучилась, — глядя на это, улыбнулась Броудс, но заметила, что Гризельда не особо и хотела идти в руки Эриды. Стоило девушке потянуться к ней, она тут же немного отдалялась, при этом не улетая совсем. — Обиделась, — заметила Эмма.

— Гризельда, ну прости ты меня. Я ведь не специально тебя тут оставила. Да, я виновата перед тобой, — повинилась девушка.

Сжалившись, метла приблизилась и прижалась к Виллард.

— Я б на её месте не простил, — пробурчал в очередной раз гном.

— Полетели домой, — поглаживая рукоять, проговорила ведьма. — Спасибо вам за все, — улыбнулась она. — И ещё раз извините за неудобства, которые я вам доставила.

Простившись, Эрида вышла из агентства и хотела было сесть на метлу, летящую рядом с ней, но та мгновенно поднялась выше, не позволив этого сделать.

— Да что с тобой такое?! — возмутилась девушка. — Давай перестанем ссориться и полетим домой! Уже и погода портится, дождь вот-вот пойдет. В отличии от тебя, я мокнуть совсем не желаю.

Но метле было всё равно: она опустилась ниже и начала кружиться по улице, маневрируя среди прохожих.

— Ах! — раздался голос одной из дам.

— Безобразие! — ругался мужчина, в которого она едва не врезалась.

— Куда смотрит хозяйка?! — послышалось дальше.

Когда Гризельда в очередной раз пролетала мимо Эриды, девушка успела схватить её, но проказница взлетела выше, отчего ведьма так и повисла на ней, двумя руками держась за рукоять, а ногами болтая в воздухе.

Наконец-таки устав, метла опустилась и, стряхнув с себя хозяйку, куда-то повернула. Виллард рванула следом, но Гризельда летела слишком быстро. Девушка следила за её маневрами взглядом, совершенно позабыв глядеть себе под ноги. Это привело к тому, что за одним из поворотов она в кого-то врезалась.

— Ой! — потирая ушибленный лоб, вскрикнула ведьма.

— Смотрите, куда мчитесь, леди! — донеслось сверху.

На нее сверху вниз смотрел молодой человек слегка старше её самой, аккуратно уложенные в прическу волосы, прямой нос, ярко очерченные скулы, а самое главное — пронзительные глаза, в которых хотелось утонуть.

Отчитав её, мужчина поспешил своей дорогой, а Эрида вновь посмотрела вверх — метлы уже и след простыл. «И где мне теперь её искать?» — подумала Виллард и, решив, что Гризельда полетела домой, пошла туда.

Вот только упрямая и обидчивая метла совершенно не собиралась возвращаться. Вместо этого она поднялась над крышей агентства «Купидон» и, как совсем недавно её хозяйка, влетела в трубу.

Даже если бы Томмис не объяснил, как искать агентство, Максимилиан попал туда без проблем. Ноги сами несли его, хотя мысли блуждали далеко. Всё-таки дуэль — не пустяк. Понятно, что поединок останется в тайне, такие новости за пределы клуба не распространяются, и в друге своём граф был абсолютно уверен. Только бы Райлан согласился! И всё же сердце неприятно щемило: знала бы матушка, в какую передрягу угодил граф Аддерли благодаря её усилиям! Ещё больше чем упрямую родительницу Максимилиан винил в своих бедах хозяйку «Купидона». Вот ведь стерва! Расспрашивает клиентов об их жизни, а потом разносит сплетни, как сорока на хвосте!

Граф Аддерли не станет опускаться до мести с использованием служебного положения, он в доступной для такого рода свах устной форме выскажет всё, что думает об их делишках. Основательно себя накрутив, молодой человек не обратил внимания на необычный фасад дома, на замечательно оформленный офис и даже на гнома, задававшего какие-то глупые вопросы, остановился лишь, наткнувшись на бросившуюся наперерез метлу.

— Так вы встречаете посетителей? — Максимилиан схватил метлу и, потрясая ею, направился к невысокой рыжеволосой девушке, удивлённо распахнувшей глаза:

— П-простите… вы по какому поводу?

— Это я у вас хочу спросить, милейшая, по какому поводу вы разносите доверенную вам информацию о клиентах?

Промокнув до нитки, Эрида дошла до центра города. Хоть Эмма и сказала, что до нужного адреса совсем недалеко, но проливной дождь замедлял путь. Даже зонт, что взяла с собой ведьма, не помогал. Сильный ветер захлёстывал под купол холодные капли и то и дело норовил вырвать трость из рук девушки. В конце концов, устав бороться со стихией, бедняжка сложила зонт.

Когда она практически дошла до нужной ей улицы, то случилась беда: встречный экипаж едва не сбил девушку. Отскочив в сторону, Эрида попала прямо в лужу, дно которой оказалось настолько скользким, что одна нога поехала в сторону. Ведьмочка едва не свалилась. Грязная жижа мгновенно наляпалась на одежду, оставляя непрезентабельные следы.

В таком презентабельном облике и подошла Эрида к дому «похитителя» своей метлы. Тяжело вздохнув, она остановилась у ворот осматриваясь по сторонам. Престижный район города разнился с тем, к чему привыкла Виллард. Здесь каждый дом казался произведением искусства, явно владельцы не стеснены в средствах.

В другое время она бы с удовольствием полюбовалась представшей перед ней архитектурой, но взглянув на свою одежду ведьма поникла. Весь подол был серый от грязи, ткань промокла, а волосы… Словно сосульки они свисали вниз, сбившись в колтуны. И как в таком виде предстать перед хозяевами особняка? Они уж точно не привыкли к таким гостям.

Делать было нечего. Подойдя к воротам, она громко постучала по ним. Тут же послышался сердитый мужской голос:

— Кто там? Чего надобно? — кутаясь в плащ, из сторожки неподалеку от ворот выглянул один из слуг. — Господа милостыню попрошайкам не подают, — отрезал он, вызвав у Эриды бурю негодования.

— Я не попрошайка! Мне бы хозяина увидеть. У него одна моя вещица, — отозвалась Виллард.

— Ишь чего придумала! Что твоего у Его Сиятельства быть может?! Иди отсюда по добру, по здорову, пока псов сторожевых на тебя не спустил.

— Никуда я не уйду, верните мою метлу! — повысила голос девушка.

— Полоумная какая-то, — проворчал себе под нос слуга.

— Я всё слышу. А ну живо доложи господам, что я поговорить хочу. Иначе… — ведьма сделала паузу. — Иначе я обращусь к служителям порядка и обвиню твоих господ в краже! — пригрозила Виллард.

— Ну точно не в себе. Ладно, сейчас доложу, а ты тут стой, — слуга вышел из сторожки и быстро побежал к особняку. Его не было достаточно долго. Наконец он вернулся и отворил ворота. — Иди за мной, — распорядился он, стремительно шагая к дому.

Направился слуга не к крыльцу, а завернув за угол, вёл девушку к черному ходу, что предназначался для прислуги.

— А почему сюда? — не удержалась от вопроса Эрида.

— А ты хотела, чтобы такую оборванку как дорогого гостя принимали? — хмыкнул мужчина. — Ты на себя посмотри. Как такую замарашку на порог приличного дома пускать можно?! После тебя не отмоешь ничего.

— Прекратите мне хамить! Я не бродяжка и не попрошайка, — возмущалась девушка.

— Да мне-то какое дело? Будь ты хоть принцессой, мое дело маленькое: сказали привести, я и веду. А дальше не мое дело, — отозвался слуга и открыл дверь.

У входа Эриду ожидала статная женщина в роскошном богатом наряде, с элегантной прической и явно привитыми с молоком матери манерами. Свысока посмотрев на незваную гостью, она не спешила первой начинать разговор.

— Это она рвалась к вам, Ваше Сиятельство, — осведомил слуга, толкнув девушку под бок.

— Простите, что ворвалась без приглашения. Но я бы хотела забрать свою метлу, — сообщила Виллард.

— Какую метлу? Что вы несёте? — проговорила дама, скривившись.

— Ту, что забрал мужчина!

— Девушка, вы явно что-то путаете! Хотя… — словно озарило женщину, — вы, наверное, решили таким образом заработать на нашей семье? Ну так это не выйдет! Аферисткам тут нет места, а нищенкам и подавно. Томмис!

— Да, Ваше Сиятельство, — подал голос слуга.

— Выпроводи эту оборванку из нашего дома. И впредь не отвлекай меня по такой ерунде. У меня есть более важные дела, нежели общаться со всякими отребьями!

— Да как вы смеете?! А ещё благородная дама…

— А вы, девушка, решили поучить меня?

— Никого я не учу, а лишь хочу вернуть свою метлу, которую, между прочим, — Эрида осмотрела женщину с голову до ног, оценивая её возраст, — ваш, полагаю, сын украл!

— Вот оно что… — расплылась в пренебрежительной улыбку дама. — Вы из тех охотниц за богатым женихом, — заключила она. — Зря стараетесь. Мой сын не опустится до отбросов общества. Не тратьте свое время. Я никогда не позволю таким как вы приблизиться к моей семье!

— Что вы о себе возомнили. Пусть вы из высшего круга, это не дает вам права оскорблять тех, кто беден. А ваш сын… Я и не знаю его вовсе.

— Тем лучше для вас, — высокомерно произнесла дама. — Теперь же прошу покинуть мой дом. Томмис, уведи эту нахалку, — приказала женщина слуге.

Тот, взяв Эриду под локоть, потянул её прочь.

— Пустите меня! Пустите! Я никуда не уйду без своей метлы! — кричала Виллард, но противостоять мужчине сил не хватило.

Вскоре девушка оказалась за закрытыми воротами. Она долго стучала в них, пока окончательно не замерзнув, не отправилась домой ни с чем.

Граф шагал по улице в сопровождении Гризельды, ловил изумлённые взгляды прохожих и старательно делал вид, что ничего особенного не происходит. Пожалуй, слишком старательно сохранял выдержку, не услышал с первого раза, как его окликнули:

— Макс! Макс, что с тобой? Друзей не узнаёшь?

Аддерли остановился и только теперь увидел высокого шатена с волевым подбородком, насмешливо посматривающего на Гризельду и протягивающего графу ладонь для рукопожатия. Максимилиан расплылся в улыбке:

— Прости, Райлан, что-то я задумался. Кстати, ты-то мне и нужен!

Вербер бросил взгляд на сгущавшиеся тучи, покачал головой и, обняв друга за плечи, потянул его в сторону.

— Пойдём ко мне, дождь вот-вот хлынет, а разговор, чувствую, долгий. Мне тоже кое-чем хотелось поделиться.

Мужчины в сопровождении метлы свернули на боковую улицу и, когда первые капли начали разбиваться о мостовую, достигли особняка. Сухощавый мужчина в потёртом сюртуке, встретивший их у ворот, не удержался от удивлённого возгласа и даже присвистнул:

— О-па… Что это вы, господа, с дворницким инвентарём гуляете?

— Придержи её, Моринтор, — осадил слугу Вербер, гостеприимным жестом приглашая друга пройти в дом.

Аддерли обернулся к метле:

— Останься на улице, Гризельда.

Метла послушно заняла место сбоку от дверей, а Моринтор снова присвистнул:

— Живая что ли?

Господа только усмехнулись в ответ. Максимилиан успел вкратце рассказать другу историю знакомства с Гризельдой, и теперь ему самому приключение казалось весёлым.

Расположились в креслах у камина. Морнитор принёс господам чай и, не удержавшись, сообщил:

— Я проверил. Ждёт. Прямо как собака.

— Кто? — удивился Вербер.

— Так эта… Грязнуля Его Сиятельства.

— Гризельда, — поправил его Аддерли, поднося чашку ко рту и с удовольствием вдыхая аромат бергамота.

— Иди, Морнитор, — приказал хозяин, тоже беря в руки чай, — у нас важный разговор. Проследи, чтобы никто не путался у дверей. — Как только слуга вышел из гостиной, Райлан обернулся к другу: — Ну, о себе я рассказал. Ещё раз благодарю за помощь. Теперь твоя очередь. Что стряслось, Максимилиан? Никогда не видел тебя таким встревоженным. Неужели из-за метлы?

Граф отрицательно покачал головой, с сожалением отставляя недопитый чай:

— Это ерунда! Хоть и связанная с основной проблемой. Меня вызвали на дуэль, я вынужден обратиться к тебе за помощью. Согласишься быть секундантом, Райлан?

— М-м-м… Неожиданно. Слышал, что в холостяцком клубе случаются нарушения закона, но чтобы дуэли!

— У нас всё-таки есть возможность избежать смертоубийства, и это как раз в руках свидетелей. Они могут обговорить ограничения.

— Выбор оружия?

— И это тоже. Насколько я помню историю, дуэлянты предпочитали шпаги, хотя бывали случаи, когда стрелялись, а ещё сражались с помощью заклинаний. Самое безобидное: кулачный бой.

— Даже так? Надеюсь, у тебя нет желания прикончить соперника?

Максимилиан кивнул, снова берясь за чашку:

— Я бы вообще разошёлся миром, чего не скажешь о виконте. Боюсь, он потребует, чтобы я женился.

— Странное требование для клуба холостяков. С чего бы?

— Моя матушка, как ты, вероятно, догадываешься, мечтает о невестке. После того, как с последней её протеже произошёл конфуз, послуживший поводом для дуэли, вообще обратилась в брачное агентство! Можешь себе представить?

Вербер засмеялся и, вытирая пальцем набежавшую слезу, уточнил:

— Это там подобрали тебе в невесты метлу? Извини. Что за агентство?

— Ничего смешного! После посещения матушкой «Купидона», слух о неприятности, произошедшей накануне, дошёл до виконта, и тот вызвал меня. Понимаешь?

— Постой, друг! — Райлан стал серьёзным. — О «Купидоне» я слышал только хорошее. Эмма Броудс действует деликатно, смею тебя уверить. От неё никто бы ничего не узнал.

— Я не говорю, что виновна хозяйка заведения. Там есть гном. Тот ещё пройдоха!

— Скажи ещё, что грязные слухи распространяет твоя Гризельда!

— Она не моя! — рассердившись, Максимилиан стукнул донышком чашки о поднос и резко встал. — Броудс попросила отнести метлу хозяйке, только и всего.

Вербер тоже поднялся:

— Предлагаю не ссориться по пустякам. Что касается дуэли, разумеется, я согласен и сегодня же навещу твоего обидчика. А по поводу агентства… Подумай, прежде чем обвинять хозяйку в нечистоплотности. Возможно, слухи поползли с другой стороны.

— Благодарю за поддержку. Ты как всегда прав, — примирительно улыбнулся Аддерли, протягивая другу ладонь. — Удивляюсь твоему аналитическому складу ума и готов прислушаться к совету.

— Прислушайся. Не ходить же тебе в сопровождении метлы до конца дней!

— Прямо сейчас и отнесу её хозяйке.

— Возьми мой экипаж. Там льёт как из ведра.

Гостю пришлось ждать, пока конюх запряжёт пару лошадей, друзья довольно миролюбиво побеседовали о пустяках и расстались вполне довольные товарищеским вечером.

Эрида была в ярости. Она шагала напрямик по лужам, уже совершенно не видя смысла их обходить. Вымокшая до нитки девушка никуда не торопилась. Весь путь домой она думала лишь об одном: все богатеи пресквернейшие люди, держаться от которых стоит как можно дальше. Даже не будучи знакомой с человеком, который прибрал к рукам её Гризельду, Виллард уже ненавидела его, а после разговора в особняке, так и вовсе была готова разорвать на кусочки.

Как назло, дождь начал стихать, когда ведьмочка практически дошла до дома. Быстро войдя в спасительно тепло, она скинула с себя мокрую одежду, облачившись в сухую, заварила себе отвар согревающих трав и разожгла камин, усевшись около него. Озноб постепенно отступал. Асмус, словно почувствовав потребность хозяйки в тепле, развалился на коленях девушки и громко замурлыкал, наслаждаясь легким поглаживанием.

Постепенно начало клонить в сон. Эрида собралась было прилечь, но вспомнила, что ей нужно приготовить зелье, которое на днях у неё заказали. Достав свой котелок, ведьма налила в него воды и поставила на огонь. Выполнять сомнительный заказ совершенно не хотелось, так как заказчица показалась излишне высокомерной и напыщенной, да и приготовление любовных эликсиров Виллард всегда считала низким для порядочной ведьмы. Она по обыкновению старалась отстраниться от подобных просьб, не вмешиваться в судьбы людей, не идти вразрез их воли. Но нужда заставила нарушить свои принципы.

Эрида постаралась припомнить рецепт. Когда-то она, будучи ещё совсем юной и не пройдя инициацию, пыталась приготовить любовное зелье, чтобы обратить на себя внимание понравившегося мальчика. Вместо симпатии к Эриде и пылкой любви, юнец получил расстройство желудка и прыщи по всему лицу. С тех пор Виллард и зареклась оставить привороты другим.

Достав свою книгу, пролистала несколько страниц, отыскав нужный рецепт. Все ингредиенты были в наличие, не хватало только личной вещи потенциального испытуемого, но её в скором времени должна была принести леди Стопорт. Поставив карточку с магическим портретом того, для кого предназначалось зелье, ведьма принялась за дело.

Помешивая варево, Эрида добавляла один за другим ингредиенты, проговаривая вслух, чтобы ничего не забыть:

«…Чих котенка, крылья моли,

Две щепотки крупной соли,

Пепел древнего вулкана,

Лапка зайца из капкана,

Слюни мыши-альбиноса,

Ложка конского навоза.

Хорошенько всё смешать,

Дать денёчек постоять…»

Сняв котелок с огня, отставила его в сторону. В комнате витал довольно специфический аромат, казалось, наполнивший каждый уголок. Только ведьма подошла к окну, намереваясь открыть его и немного проветрить, как из соседней комнаты, где располагался вход и выходили окна на улицу, послышался стук.

Эрида направилась посмотреть, кто же к ней пожаловал — гостей девушка не ждала, единственная клиентка на сегодня должна была пожаловать лишь через час. Торопясь, она едва не споткнулась о крутящегося под ногами черного пушистого кота. Асмус недовольно мявкнул и, запрыгнув в кресло у камина, улёгся в нем. У самой двери Виллард заметила открытую книгу с рецептами зелий. Стоило немедленно её убрать, прежде чем впускать в дом посторонних — этому с мальства учила девушку бабушка: «Эта книга — для ведьмы самое ценное. Никогда не позволяй чужакам смотреть ее. Никто, кроме тебя, не смеет касаться страниц, тем более читать.»

Убрав свою ценность на висящую рядом с камином полку, она направилась к двери. Распахнув её, Эрида застыла на мгновение, с удивлением уставившись на визитёра…

Дождь, к счастью, перестал. Выйдя из кареты, граф с удовольствием вдохнул всё ещё наполненный влагой воздух и улыбнулся выглянувшему в просвет между туч солнцу. Придержав дверь, ждал метлу. Преследовательница на сей раз не спешила выбираться за Максимилианом.

— Гризельда! — с абсолютно серьёзным видом обратился к ней Аддерли. — Приехали! Хозяйка заждалась, наверное. Давай-ка пошевеливайся, мне ещё с матушкой отношения выяснять до ночи!

Метла притворялась глухой. Молодой человек готов был усомниться, не подменили ему случаем Гризельду на заурядный веник?

Не должно бы, назойливая спутница сама залетела в карету, когда граф готовился уезжать от друга. В прекрасном расположении духа была. Что изменилось?

Догадался:

— Не хочешь к своей ведьме? — сердито сдвинул брови, встал на ступеньку и потянулся за метлой. — Хватит капризничать! Пойдём.

Придётся самому нести, а ведь надеялся сразу же повернуть домой. Да что ж такое-то! Если бы не чай в компании с Вербером, Максимилиан мог бы назвать сегодняшний вечер худшим в жизни!

Попросив кучера подождать, граф схватил Гризельду и, стараясь держать её достаточно высоко, чтобы не испачкать, понёс. Домик ведьмы выглядел очень симпатично. В отличие от тех, к которым привык Аддерли, он казался игрушечным: чистенький, нарядный даже. В другое время можно было остановиться и полюбоваться. Не сейчас.

Постучал. Тихо. Нет что ли никого? А… вот… кажется, шаги.

Не спрашивая, кто пришёл, симпатичная хозяйка распахнула дверь и уставилась на Максимилиана так, будто за ним числится карточный долг.

— Вы? — девушка удивлённо приподняла красивую бровь.

— Э-э-э… — не зная, как реагировать, Максимилиан спросил, протягивая метлу: — если не ошибаюсь, Эрида Виллард? Это ваше?

— Да, — ведьмочка приосанилась и сказала, гордо вскинув подбородок: — напрасно трудились. Гризельда сама прекрасно находит дорогу!

Это вместо «спасибо»?

Граф пожал плечами, собираясь развернуться и уйти. Не успел. В доме раздался ужасный грохот. Потолок обвалился что ли? Эриду как вихрем подхватило. Унеслась, крича на бегу:

— Асмус! Негодник! Что ты опять уронил?

Уходить Максимилиану расхотелось. Раз уж связался с этой треклятой метлой, нужно довести дело до конца. Пройдя за хозяйкой в комнату, граф пристроил Гризельду в угол и осмотрелся.

Чёрный кот спасался от разъярённой хозяйки, повиснув на шторах под самым потолком. Тот не рухнул, кстати. Шуму наделала обрушившаяся полка, видимо не выдержала веса. Теперь на полу валялись книги, черепки, засушенные пучки трав. Сильно пахло тысячелистником и крапивой.

Первым, к чему кинулась ведьма, услышав шаги Максимилиана и тут же забыв о коте, был магический рисунок — изображение мужчины. Рассмотреть граф не успел, Эрида схватила карточку и прижала её к груди, удерживая двумя ладонями. «Наверное, это её жених — подумал Максимилиан — или кто-то очень дорогой». От этой мысли стало грустно. Чтобы отогнать странное чувство, предложил:

— Давайте, я повешу полку. Где у вас молоток и гвозди?

— Не надо! Ещё чего! Уходите! Вы и так уже помогли. Даже чересчур!

— Это не я, — указал на устроенный беспорядок Аддерли.

— Уходите! Спасибо, что принесли Гризельду и… хватит! — ведьма почему-то злилась.

Максимилиан скрестил руки на груди, привалился к дверному косяку с таким видом, будто никуда не торопится:

— Потрудитесь объяснить. Я не понимаю…

— Выметайтесь, граф! Что тут непонятного? — негодовала Виллард, до конца не остыв после общения с матушкой своего визитёра.

Ещё никогда! Никто и никогда не смел вот так выпроваживать графа Аддерли. Что позволяет себе эта дикарка? Словно услышав его мысли, стоящая у входа Гризельда мгновенно оказалась подле хозяйки и хорошенько поддала Эриде по мягкому месту. Это не могло не порадовать мужчину, он ехидно хмыкнул, однако то, каким тоном с ним говорили, не лезло ни в какие рамки.

Одно слово — ведьма. Максимилиан осуждающе покачал головой и, не опускаясь до перепалки, направился к выходу. Только на крыльце до него в полной мере дошёл смысл последних слов Эриды Виллард.

— Она сказала «граф»?

Макс не представлялся, это точно. Откуда, в таком случае, девушке известен его титул? Ладно бы она была из высшего общества, или хотя бы жила по-соседству с Аддерли. Отнюдь не аристократка! Обитает не в самом презентабельном районе города. Наверняка не имеет связей. Ясновидящая или мошенница?

Помедлив, Максимилиан размышлял, вернуться и спросить, или не напрашиваться на новую порцию грубостей. Пожалуй, неприятностей ему достаточно. Пора ехать домой и постараться донести до матери важную мысль: не следует вмешиваться в жизнь взрослого сына.

Мужчина настолько задумался, что даже не заметил, как в спину его толкнула Гризельда.

— Снова ты?! — возмутился он, легонько оттолкнув от себя метлу, но та даже не сдвинулась с места. — Иди домой!

— Гризельда! — послышалось изнутри и тут же появилась ведьма. — Опять вы её стащить хотите?!

— Даже не думал. Видимо, она и сама не желает оставаться с такой хозяйкой.

— Это какой такой?! — возмутилась Эрида, за что опять получила по многострадальному месту.

— Вот видите, поделом вам! — довольный поведением Гризельды, заметил Максимилиан, но метла решила не останавливаться, и следующая порция тумаков досталась уже графу. — Мне-то за что?!

— За напыщенность, — парировала Виллард и обратилась уже к своей метле: — А теперь живо домой! Хватит устраивать цирк на потеху людям.

Будучи уверенной, что Гризельда не решится ослушаться, ведьма зашагала в дом. Метла и правда полетела следом, но вот слушаться ведьму точно не собиралась.

Подходя к ожидавшей его карете, граф заметил чуть в стороне силуэт, показавшийся знакомым.

Ильмира? Рассмотреть не получилось, девушка поспешно свернула в переулок. Нет, не может быть! Что племянница барона забыла в таком месте? Погода явно не для прогулок. Отмахнувшись от глупого предположения, Аддерли приказал кучеру ехать к дому и сел в экипаж. Лишь когда до дома оставалось лишь преодолеть пару улиц, граф заметил летящую рядом с каретой Гризельду. Хмыкнул: можно себе представить, как негодует сейчас брошенная метлой хозяйка.

Ильмира сидела на открытой террасе вмести с графиней Аддерли.

— Милая, чтобы завоевать сердце моего сына, вам стоит проявить не дюжую находчивость. Максимилиан имеет весьма привередливый вкус, а главное не желает жениться. Чтобы переубедить его в этом, нужна не только красота, которой вы, несомненно обладаете, на и неординарность.

— Ваша Светлость, я и так стараюсь изо всех сил, но граф сторонится меня. Сколько я не бывала в Департаменте, он и не смотрит в мою сторону, — опечаленно вздохнула баронесса, поставив опустевшую чашку на небольшой столик.

— Детонька, ну не мне же вас учить, — загадочно улыбнулась графиня. — Любая женщина должна уметь прибегать к безобидной хитрости, когда этого требуют обстоятельства. Главное заинтересовать Максимилиана, а дальше и я подсоблю.

— Спасибо вам. Вы и так слишком добры ко мне, — скромно улыбнулась девушка, стараясь как можно лучше расположить к себе потенциальную свекровь.

— Поверьте, это и в моих интересах. Увы, с каждым прожитым годом я не становлюсь моложе. А так хочется понянчить внуков. Род Аддерли нуждается в продолжении. Надеюсь, вы сумеете подарить наследников.

Девушка искренне надеялась, что хотя бы ведьмино зелье сможет помочь. Она никак не могла понять, что же в ней не так, почему Максимилиан так холоден по отношении к ней…

Простившись с графиней Аддерли, девушка села в карету и направилась домой. По пути долго думала, как бы ей умудриться подлить снадобье объекту своего обожания, но ничего стоящего придумать не могла. Просить друга детства не вариант — зная, насколько негативно виконт Дебуар относится к графу, эта затея была обречена на провал с самого начала.

Выглянув в окно кареты, осмотрела площадь, по которой они проезжали. В этот час так, как обычно, было весьма оживленно. Внезапно в толпе мелькнула знакомая фигура. «Вот он мой шанс!» — обрадованно подумала Ильмира и торопливо приказала кучеру остановиться.

По центральной площади вальяжной походкой прогуливался Оливер Граст, явно что-то вынюхивая по своему обыкновению. Вообще парень был довольно скользок. Стопорт не могла сказать, что знакомство с этим человеком было из приятных. Напротив, Граст имел обыкновение втираться в доверие. Вот и с дядюшкой Ильмиры случилось подобное. Барон и сам не заметил, как Оливер втесался в его круг, а потом уже и сам барон дал рекомендации юноше, после чего последнего приняли в ТэКаХэ.

Сейчас же это было довольно кстати. К тому же, мелкие пакости — это именно то, что было в духе Граста.

— Оливер! — позвала его девушка, привлекая внимание.

Парень тут же расплылся в довольной улыбке и поспешил к красавице.

— Ильмира, душа моя, вы как всегда обворожительны, — рассыпал он комплимента. — Рад встречи с вами.

— Не хотите составить мне компанию? — предложила девушка, точно зная, что собеседник не откажется.

— С превеликим удовольствием. Ваше общество всегда награда для меня.

Разместившись в карете, он не сводил с девушки сального взгляда. Ильмира старалась не замечать этого.

— Оливер, я надеюсь протекция моего дядюшки поспособствовала вам? — поинтересовалась она. — Удалось влиться в компанию клуба холостяков?

— Несомненно, помощь барона дала свои плоды, — ответил парень.

— Ну и как? Вам там нравится?

— Признаться честно, скучать не приходится. Там что ни день, то новые забавы, — ухмыльнулся хлыщ, вновь одаривая девушку липким взглядом.

— Интересно, чем же веселят себя столичные холостяки?

— Нынче главное событие — дуэль виконта Дебуара и графа Аддерли.

— Дуэль?! — всполошено переспросила баронесса. От волнения сердце девушки едва не ушло в пятки. — Но из-за чего?!

— Увы, подробностей я не знаю. В тот вечер меня в клубе не было, но уж точно не пропущу такое интереснейшее событие.

— Оливер, молю вас, разузнайте для меня подробности, — в порыве схватив парня за руку, произнесла Ильмира.

— Ради вас я сделаю что угодно, — ухмыльнулся Граст. — Сегодня же все разузнаю и пребуду к вам с докладом.

— Благодарю. С нетерпением буду ждать вашего визита.

Как только карета остановилась, парень покинул общество баронессы. Между тем сердце Стопорт было не на месте. Волнение накрыло девушку с головой. Что могли не поделить ее друг и возлюбленный?

Разузнать подробности не составило труда, все члены ТэКаХе только и гудели о предстоящей дуэли. Самих «виновников торжества» в клубе не было, да оно и понятно — видимо готовились с столь знаменательному событию. Оливер Граст маневрировал мимо холостяков, прислушиваясь к разговорам. Подходя то к одной группе людей, то к другой, он почерпывал информацию.

— Так может и не было ничего?! — возмутился аляповатого вида мужчина с длинной редкой бородкой.

— Не думаю, что виконт Дебуар стал бы шутить подобными вещами, — не согласился с оппонентом осанистый молодой человек, поправляя аккуратно уложенные назад волосы. — Ни в его интересах состязаться с графом Аддерли.

— Тут ты прав, — согласился собеседник. — Дуэль, полагаю, будет знатная, — усмехнулся он, почесывая свою бороду.

— Так неужели виконт сам поведал всем членам клуба о случившимся? — вмешался в разговор Граст, желая услышать подробности.

— А вы сами неужто не слышали?! — удивился бородач.

— Меня, к сожалению, в этот день здесь не было, — разочарованно проговорил Оливер.

— О, вы многое упустили. Видели бы как защищал честь девушки Дебуар. Я даже глазам своим не поверил, когда увидел его, предъявляющего претензию графу. Занятная была сцена, — рассмеялся мужчина.

— Выходит, виконт лично был свидетелем случившегося? — не унимался Граст.

— Кто теперь знает?! Уверен, что сама виновница инцидента никогда не подтвердит, не опровергнет его слов. Тем более, что Дебуар, сам того не осознавая, скомпрометировал барышню.

— Ага! — поддакнул ему молодой человек, стоящий рядом. — Теперь он, как настоящий джентльмен, просто обязан жениться на баронессе, — неприлично громко загоготал от своей же шутки.

На календаре выходной. Такие дни аристократы предпочитали проводить на яхтах или в седле, совершая прогулки. Многие посещали ипподром или устраивали пикник с друзьями. Не в этот раз. Слух о поединке между графом и виконтом разлетелся, обрастая нереальными подробностями, в клуб к назначенному времени явились даже те, кто давно забыл туда дорогу. Швейцар в дверях сдерживал натиск толпы, с невозмутимым видом требуя предъявлять клубные карты. Чего только не говорили в ответ мучимые любопытством посетители: один потерял, другой оставил карту дома, а кто-то предлагал давать дорогу без условий, мол, нужно знать посетителей «ТэКаХэ» в лицо, не унижая их недоверием.

Максимилиан шагал по улице в сопровождении друга, чувствуя необычное возбуждение. Райлан подробно рассказывал, о чём договорился с представителем противника, сожалея, что не удалось отменить дуэль:

— Какая всё-таки глупость, так подставляться! Очень надеюсь, что информация о нарушении запрета не просочится за узкий круг… О-о-о! Что это за толкучка у входа? Похоже, я напрасно рассчитывал на секретность.

— Не переживай, — усмехнулся Аддерли. — Обычно всё обставляется как состязание. Никого не осудят.

— Хорошо, что я настоял на борьбе. Виконту не терпелось проткнуть тебя шпагой. Не представляю, чем ты умудрился разозлить юнца, он готов порвать графа Аддерли ни сотню маленьких Максимилианчиков!

— Кишка тонка! Скорее, я насадил бы мальчишку на вертел! Но ты прав, правильнее будет превратить его в отбивную. — Проговорив это, Макс повысил голос: — Дорогу! Дайте пройти, господа! — добавил, обращаясь к швейцару: — Его Сиятельство со мной.

Расступившиеся мужчины с завистью проследили за счастливчиком, удостоившимся чести присутствовать на поединке, и едва собирались ринуться следом, как в образовавшийся коридор со свистом и шорохом шмыгнула Гризельда. Даже швейцар не успел отреагировать, проводив метлу ошарашенным взглядом, однако быстро пришёл в себя и с энтузиазмом возобновил перепалку с желающими полюбоваться, как благородные господа бьют друг другу морду.

— Ты так и не отнёс помело хозяйке? — с укором в голосе поинтересовался Вербер, заметив, прошмыгнувшую за ними Гризельду.

Аддерли скривился:

— Похоже, ты прав, летучая палка с прутьями, действительно влюбилась. Вчера отшлёпала ведьму прямо у меня на глазах и летела следом за экипажем до самого моего дома. Думал, что проводила и вернулась к Эриде. Ошибся, как видно. Ночью где-то пряталась, и вот, пожалуйте радоваться, почтила своим присутствием клуб холостяков.

— Никому не рассказывай, — понизил голос Райлан, с трудом, пряча несколько неуместную для ситуации улыбку, — если эта история попадёт на кончик пера какому-нибудь фельетонисту…

Макс только плечами пожал, сейчас его куда больше тревожил предстоящий бой, чем какие-то острословы.

Друзья, отвечая на нестройные приветствия, пересекли общий зал и свернули в коридор, тот привёл их в помещение «цирка». На круглой арене раз или два в неделю устраивались соревнования, господа любили размять мышцы, а заодно пропитаться ощущением азарта и чувством превосходства над поверженными противниками. Для зрителей были предусмотрены концентрические ступени, где редко кто садился, предпочитая «болеть» стоя и даже подпрыгивая в особенно критические моменты противоборства. Именно так в клубе представлялись запрещённые дуэли: под видом соревнования, мол, захотелось господам кровь разогнать, вот и фехтуют… или на кулаках бьются как в случае виконта и графа Аддерли.

Вербер остался на арене уточнить детали предстоящего поединка у секунданта Дебуара, Максимилиан прошёл за ширму, чтобы скинуть сюртук и надеть специальные кожаные перчатки с уплотнителями, на которых настоял приятель. За ширмой Макс обнаружил свою неизменную спутницу, к которой успел привыкнуть за последние сутки. Гризельда скромно притулилась в уголке, умело прикидываясь банальной метёлкой.

— А-а-а… вот ты где, — усмехнулся граф, — надеюсь, хозяйке не взбредёт в голову явиться сюда за тобой? Мало того, что ведьма едва не довела до инфаркта мою матушку, так ещё и тут половину холостяков города сведёт с ума своей красотой и темпераментом.

Гризельда никак не отреагировала, а Максимилиан предпочёл забыть о дерзком лазутчике, поскольку пришла пора настраиваться на бой.

Уже через минуту общий шум стих, вероятно, зрители, заняв места, замерли в предвкушении. Раздался зычный мужской голос:

— На ри-и-инг вызываются-а-а… граф Аддерли и вико-о-онт Дебуа-а-ар! — через секунду добавил скороговоркой: — Для выяснения первенства в интересующей обоих ситуации.

«Что за чушь? — удивился Максимилиан. — Кто этот странный глашатай, и почему голос кажется знакомым?» Выйдя из-за ширмы, он увидел лучившегося важным довольством мужчину и вспомнил, где встречался с ним. История была неприятной и, похоже, получила продолжение — впечатление это крепло с каждым ударом сердца — таких ненавидящих и вместе с тем торжествующих взглядов графу ещё ловить не доводилось. Можно подумать, что драться нужно именно с этим хлыщём! Но нет, сделав объявление, мужчина ретировался, а из-за соседней ширмы вышел одетый в полосатые трико, перетянутые широким поясом щуплый виконт. Ох… такого юнца и стукнуть-то как следует жалко!

Максимилиан тряхнул головой, гоня малодушные мысли, пробормотал себе под нос:

— Сам напросился, Дебуарка!

Оба дуэлянта заняли стартовые стойки.

Кто-то рассчитывал на третьего участника драки?

Осыпавшие друг друга ударами поединщики не сразу заметили смех, прошелестевший по рядам, и даже услышав раскаты хохота, не могли понять его причину.

Гризельда, пританцовывая, выплыла на арену и пошла по кругу, поднимая в воздух скопившуюся у бортиков пыль. Ближайшие зрители начали чихать.

Секундант Дебуара не стерпел присутствия на арене лишнего персонажа и рванулся ловить метлу. Та ловко ускользала, попутно отвешивая тумаки дуэлянтам, преимущественно полосатому. Доставалось и ловцу, причём ощутимо, он каждый раз вскрикивал от боли, вызывая новые взрывы смеха на трибунах. Вскоре на ринг высыпало два десятка желающих изловить-таки метёлку, но та оказалась на редкость ловкой, выписывала такие пируэты, что в центре образовалась куча-мала.

Максимилиан выбрался на свободный участок арены и даже умудрился схватить пролетающую мимо хулиганку, но Гризельда резко взмыла вверх и, пожалуй, унесла бы дуэлянта с поля битвы, не отцепись тот вовремя.

Нарушительница скрылась, а весёлое настроение осталось. Холостяки дружно потешались, припоминая как, кому и по какому месту прилетело.

Продолжать дуэль не имело никакого смысла. К счастью, противник это понимал не хуже графа. Секунданты уже обсуждали условия примирения. Райлан призывно взмахнул рукой, Максимилиан направился к нему, на ходу стаскивая перчатки. С другой стороны, с озадаченным видом потирая ушибленные места, шёл виконт.

— Полагаю, все недоразумения устранены! — бодро воскликнул Вербер.

— В связи с обстоятельствами непреодолимой силы, — поддержал его секундант Дебуара, — предлагаю считать результат поединка ничейным.

«Слышала бы Гризельда, — усмехнулся Аддерли, — как её тут называют».

В слух же, протягивая руку противнику, сказал другое:

— Благодарю за бой, виконт! Вы весьма достойный соперник.

— Взаимно, граф, — неожиданно улыбнулся Дебуар, — надеюсь, баронесса не узнает о том, как именно всё прошло?

— Не от меня, — заверил его Максимилиан, — и не от моего друга.

— Да-да… — рассеяно ответил юноша и бросил озадаченный взгляд на приближающегося «глашатая».

Неприятный давний знакомый тащил поднос, на котором стояли четыре наполненных рубиновой жидкостью бокала.

— Предлагаю выпить мировую! — бодро воскликнул он, приближаясь.

Вербер, хмуро взглянув на поднос, покачал головой:

— Без меня. Важная встреча сегодня, нужно быть абсолютно трезвым.

Он сжал другу локоть, давая знак. Макс рад был отказаться от выпивки, однако разрушать оптимистичное настроение Дебуара не решился. Всё, что он мог сделать, выбрать «чужой» напиток. Потянулся за тем, что стоял со стороны виконта. Заметив это, подавальщик отвёл поднос, чуть не толкнув им юношу. Тот послушно взял вино, подозрения, зародившиеся в голове Макса, окрепли. Ну, уж нет, отравиться только не хватало!

Он обхватил пальцами свой бокал, намереваясь выплеснуть содержимое, в этот момент Вербер громко провозгласил:

— Разрешите откланяться, господа! Как я уже сказал, у меня есть и другие заботы.

Человек, державший поднос, на миг отвлёкся, провожая Райлана взглядом, этой секундой воспользовался Аддерли, быстро поменяв местами бокалы.

— Что ж! — весело провозгласил негодяй, забирая единственный оставшийся на подносе напиток. — В таком случае, я поддержу компанию!

Он отсалютовал:

— За лучший из возможных исход поединка!

Лучший из возможных исход… Фраза застряла у Максимилиана в голове и ужасно раздражала. Сразу же после поединка Аддерли покинул клуб, не желая принимать участие в бурном обсуждении случившегося, и направился к дому пешком. Нужно было собраться с мыслями, выработать линию поведения на будущее. Хотелось бы знать, когда приятели забудут потешную дуэль? Ладно, не забудут — это совершенно нереально — хотя бы перестанут муссировать подробности. По всему выходило, что ближайшие пару недель появляться в клубе не стоило. Да и вообще желание проводить там время пропало. Вот матушка обрадуется! В том, чтобы коротать вечера дома не было ничего ужасного. Не было бы — поправил себя граф — не удесятери графиня Аддерли усилия по кольцеванию сыночка. Мамуля наверняка воспрянет духом, когда Макс прекратит ночные вылазки в «ТэКаХэ», пожалуй, помчится в «Купидон» за новой партией невест.

Вот что нужно сделать прежде всего! Посетить брачное агентство и строго наказать хозяйке, чтобы не подсовывала ему никаких девиц! Никаких! Разве что самых никчёмных, которые не устроят липовую Аделию Идергер. Пусть мать сама убедится, что найти достойную графа Аддерли партию в этом городе невозможно!

Кстати! Можно заодно Гризельду отнести в «Купидон» пусть сами возвращают ведьме её помело! Макс обернулся проверить, летит ли за ним навязчивая спутница. Разочарованно поджал губы. Нет. Прячется проказница, понимает, что натворила дел.

Как всё хорошо складывалось! Граф не лукавил, когда говорил комплименты сопернику, Дебуар удивил своей стойкостью. Мальчишка неплохо держал удар и даже пытался наносить ответные, от которых Макс без проблем уходил. Виконт довольно ловок, он юркий, даже стремительный. Пожалуй, на шпагах было бы сложно с ним сражаться. Хорошо, что Райлан настоял на кулачном бое. Для этого субтильному юнцу элементарно не хватало массы тела.

— А нечего было лезть к взрослому дяденьке! — хмуро сказал Максимилиан, обращаясь к невидимому оппоненту, — Пусть скажет спасибо Гризельде, а то я бы живого места не оставил на этом выскочке.

Подумав о метле, ожидаемо вспомнил её хозяйку. Как-то грустно стало от того, что никогда больше не увидит Эриду. Эрида… Имя какое красивое! Эрида Аддерли — замечательное сочетание. Вздрогнул всем телом, поймав себя на неожиданной идее. Что за чушь! Придёт же в голову.

Томмис, встретивший графа у ворот, загадочно улыбаясь, сообщил:

— Известная вам леди ожидает в гостиной, Ваше Сиятельство.

Почему Макс решил, что речь о ведьмочке? Помчался по лестнице как окрылённый. Обрадовался, что не придётся нести Гризельду в «Купилдон». Разумеется, не только поэтому. От одной мысли, что сейчас увидит златовласку и услышит её задиристый голосок, им завладело праздничное настроение. Так и вошёл в гостиную с глупейшей улыбкой на лице. Растерялся, увидев другую гостью.

Мог бы и догадаться, помня, какое впечатление на Томмиса произвёл предыдущий визит Эриды. Старик принял её за попрошайку и уж никак не стал бы называть леди.

А вот Ильмира…

Улыбка мигом слетела с лица Максимилиана, он здорово рассердился на слугу: предупреждать надо! К чему эти таинственные ужимки?

Видеть липучую баронессу после дурацкой истории с дуэлью совершенно не хотелось. Удивительно, как она этого не понимала. Напротив, заметив вошедшего в комнату графа, Ильмира подскочила с кресла и сделала несколько стремительных шагов навстречу, ещё и руками потянулась к Максу с таким видом, будто они уже месяц как помолвлены:

— Люби-и-имый!

— П-простите, баронесса, — с запинкой сказал Максимилиан, — чему обязан? Я, право, не ожидал вас увидеть после того недоразумения.

— Как? — пропела девушка. — Разве вы не хотите признаться мне в чувствах?

— В чувствах? Каких чувствах, не понимаю…

Графа обескуражила уверенность девушки, в прошлую их встречу он высказался вполне определённо и уж никак не собирался внушать ложные надежды.

Девушка, не обращая внимания на озадаченный вид графа, сладко напевала и безостановочно строила глазки:

— Как прошёл бой? Вы отпраздновали победу, Максимилиан?

— Должен разочаровать вас, леди, — Аддерли попятился, высматривая пути для отступления. Ему не без оснований казалось, что девица вот-вот бросится к нему с поцелуями. Второй раз любоваться на её распахнувшееся платье он не желал.

— Разочаровать? — приближалась Ильмира. — Я не понимаю…

— У вас замечательный защитник, баронесса! Виконт сражался за вашу честь как лев. Я не сумел нанести ни одного существенного удара.

Девушка остановился, изумлённо тараща глаза:

— Мы об одном человеке говорим?

— Я бился с Дебуаром. А о ком вы подумали?

— Хотите сказать, что не расквасили Айдану физиономию?

— Приходилось защищать свою.

Граф намеренно преувеличивал боевую искусность виконта, надеясь переключить внимание девушки со своей персоны на него.

Ильмира постояла, задумчиво ломая пальцы, потом прищурилась:

— Вы не разыгрываете меня? Не верится, что Айдан смог выстоять против вас хотя бы один раунд.

— Я и сам рассчитывал на лёгкую победу. Всё-таки Дебуар значительно уступает в весе. Однако любовь творит чудеса, можно сказать, удесятеряет силы.

— Любовь?

— Только слепой не заметит, как этот юноша влюблён в вас, баронесса.

— При этом состоит в клубе холостяков?

— Это объясняется очень просто. Ваш друг однолюб, не надеясь на взаимность, он предпочёл не жениться вовсе, чем предать свой идеал.

— Идеал… — девушка печально вздохнула: — …но он так молод! Всего на полтора года старше меня.

— Поверьте, Ильмира, — граф не смог сдержать лукавой улыбки, — с некоторыми вещами молодые справляются куда лучше зрелых мужей.

Баронесса пропустила эту сальность, озабоченно наморщила лобик:

— Я так понимаю, вино вы не пили?

— Откуда вам известно про вино?

— Я отправила в клуб пару бутылок из подвалов дядюшки. Это лучшее, что можно найти в городе. Поручила Оливеру Грасту угостить победителя.

— Не сомневайтесь, ваш приказ выполнен. Правда, я не знал, что это от вас, подумал, что меня хотят отравить и взял чужой бокал. Видите ли, в недавнем прошлом у меня с этим человеком вышла некоторая… хм… Проще говоря, я выставил назойливого посетителя из кабинета. Вот и подумал, что тот затаил злобу и, пользуясь моментом, решил подсунуть мне какую-нибудь гадость.

— А… — Илмира печально вздохнула, — …теперь мне всё ясно. Прошу извинить за назойливость. Я волновалась за вас.

Максимилиан бросил взгляд в окно:

— Что-то я не заметил вашего экипажа.

— Я воспользовалась портальным камнем.

— Какая расточительность! Прикажу запрячь для вас карету.

— Нет-нет! — отчаянно замотала головой баронесса. — Я хочу навестить Айдана. Думаю, он отвезёт меня домой.

Ильмира смущённо потупила взгляд, ещё раз извинилась и упорхнула. С минуту Максимилиан стоял, не веря, что так легко отделался от визитёрши. Какая, однако, настырная! Жаль, не придётся узнать, что именно баронесса приказала подлить в бокал. Быть может, афродизиак? Не зря же так напирала, не сомневалась, что граф не устоит перед её очарованием. Усмехнулся, вспомнив глашатая, выпившего предназначавшееся графу вино. Бедняга! Каково ему сейчас?

Сожалея об испорченном настроении, Аддерли отправился к себе. Успел умыться и сменить помятый костюм, собираясь посетить-таки брачное агентство, но этому помешала матушка.

Графиня ожидаемо начала с упрёков:

— Где Ильмира? Томисс говорит, она пробыла совсем недолго. Почему ты не предложил девушке остаться на ужин? Я так обрадовалась, услышав о её визите, подумала, что ты взялся за ум… Макс! Не игнорируй мои вопросы.

— Я бы тоже попросил не игнорировать мои просьбы, матушка, — хмуро ответил граф.

— А именно?

— Пожалуйста! Прекратите подсовывать мне знакомства!

— Как же тогда…

— Я сам, если возникнет такое желание, в состоянии найти невесту.

— Да? — удивлённо приподняла бровь графиня. — В клубе холостяков?

— И это, уверяю вас, будет девушка не вашего круга.

— То есть? Хочешь сказать, не аристократка?

— Вы правильно уловили мою мысль. Я уверен, что не смогу полюбить девушку, готовую унижать других ради своей цели, превозносящуюся над всем и вся, убеждённую в своей исключительности, самодовольную и…

— Не все же такие!

— И притворщицу к тому же, — всё-таки завершил перечисление Макс.

Обойдя по дуге заслонявшую дверь графиню, Максимилиан выскользнул из комнаты и стремительно спустился на первый этаж. Не терпелось как следует проветриться! И не важно, куда идти: в «Купидон», как собирался, или к другу — поблагодарить за поддержку, или просто побродить по улицам… Лишь бы поскорее выкинуть из головы неприятные события. Даже впечатление от пародийной дуэли меркло на фоне претензий Ильмиры и нравоучений матушки. Съехать бы куда-нибудь! Жалко оставлять графиню Аддерли без поддержки, в своё время Макс обещал отцу заботиться о ней, но с каждым днём всё сложнее терпеть её вмешательство в жизнь взрослого сына. Прямо хоть женись! Чтобы Её Сиятельство Луина Аддерли переключилась на невестку и внуков.

О чём это он? Какие внуки? Откуда у безнадёжного холостяка возьмутся дети?

Максимилиан энергично вышагивал по улице, безотчётно выбрав направление, и не замечал осторожного шороха позади. Гризельда выбралась из своего укрытия и преследовала мужчину, стараясь не попадаться ему на глаза.

— Граф! Постойте!

Сердце Аддерли пропустило удар и тут же заколотилось, как будто его погоняли. Тот самый голосок! Только звучал он на сей раз без раздражения, скорее нежно.

— Э-э-э… Эрида?

Они остановились посреди тротуара, мешая прохожим, и смотрели друг на друга.

После довольно продолжительной паузы, виновато опустив глаза, девушка заговорила:

— Я должна предупредить вас.

— Предупредить? — удивился Максимилиан. — Если вы о своём помеле…

Девушка замотала головой и зачастила, словно кидаясь в холодные волны: нужно успеть высказаться, пока те не сомкнулись над головой:

— Я виновата! Поверьте, это не специально, просто разозлилась и сделала то, чего не должна была! Простите, пожалуйста, и давайте исправим всё пока не поздно.

— Поздно, — уверенно заявил граф. — Гризельда сделала своё грязное дело и теперь прячется.

Не успел мужчина завершить фразу, как из-за его спины показалась метла и плавно облетела стоявших друг напротив друга ведьму и графа. Гризельда сделала круг, второй, третий… На неё не обращали внимания. Эрида и Максимилиан не отводили взглядов друг от друга. Метла осторожно ткнула хозяйку в бок. Девушка, очнувшись, схватила свою подругу и улыбнулась графу:

— Вы всё-таки решили вернуть мне Гризельду.

— Ужасно жаль с ней расставаться, — грустно улыбнулся Макс, — но что поделать, это ваше имущество, Эрида.

Он опасался, что ведьма поблагодарит и уйдёт, и не знал, как её задержать. Как ни странно, девушка не стала прощаться, а сказала совсем другое:

— Здесь не очень удобно, быть может, прогуляемся в парке?

— С удовольствием! — граф элегантно поклонился и предложил девушке руку.

Ведьма отшатнулась, покачала головой и пошла, держась поодаль. Так втроём они направились к распахнутым воротам городского парка. Погода стояла прохладная, гуляющих было немного, и всё же Эрида предложила свернуть на боковую пустующую аллею.

— Лучше, конечно, дома, — ведьма подарила графу извиняющийся взгляд, — однако после прошлого моего визита, ваш слуга и на порог меня не пустит.

С этим спорить не стоило, однако Максимилиан решил уточнить:

— Вы сказали «лучше». Что лучше?

— Снять приворот, — Эрида сама испугалась своих слов, остановилась, кусая губу, выдержав паузу, продолжила: — Я должна объяснить.

— Присядем? — граф указал на ближайшую скамью: — Что вас так взволновало?

Они сели. Гризельда устроилась в кустах боярышника. Эрида, сжав пальцы в кулаки, постучала себя по коленям и только после этого заговорила.

Хорошо, что Максимилиан сидел! Ещё не дослушав, стал смеяться. Облокотился на спинку скамьи, другой рукой вытирая набежавшие от смеха слёзы. И не вспомнил бы, когда так хохотал в последний раз. Сегодня во время дуэли было не до смеха, зато теперь… С трудом успокоился и, наконец, смог говорить.

Отправляясь на встречу с графом Аддерли, Эрида Виллард заботилась только об одном: получится ли подкараулить мужчину на улице. В том, что её не пустят в особняк, она не сомневалась. После скандала, устроенного графиней, и её приказа вышвырнуть попрошайку за ворота, не стоило рассчитывать на тёплый приём. Где служит молодой граф, и где проводит свободное время, девушка не знала, решила поджидать его неподалёку от ворот. Волновалась ужасно. Раз за разом повторяла признание, буквально вызубрив его наизусть. Готовилась выслушать ругань, даже получить выволочку и, только увидев шагающего по улице Максимилиана, осознала, что ей это не грозит.

Конечно! Разозлившись на заносчивую клиентку, она бросила в приворотное зелье свою серёжку. Граф влюблён и не будет сердиться, напротив, он настроен весьма благодушно. Улыбается, посматривает лукаво, чуть ни подмигивает случайной встречной.

У Эриды возникло чувство, что она обманула очень хорошего человека. Хорошего и… и очень красивого мужчину. Как же неловко получилось! Тщательно продуманная речь выскочила из головы. Они с графом стояли и болтали о всяких пустяках как добрые знакомые. Он шутил о Гризельде, признался, что будет скучать по взбалмошной метёлке. Разумеется, имел в виду он совершенно другое! Эрида окончательно смутилась. Ей пришлось постараться, чтобы взять себя в руки и предложить серьёзный разговор.

Усевшись на скамейке в парке, выложила всё. Не оправдывалась, нет! Признала, что поступила непрофессионально. Нельзя обманывать клиентов, как бы мерзко они себя не вели. Она должна была отказать и всё! То есть, она пыталась отказать, просто баронесса начала угрожать, обещала ославить неумелую ведьму на всю округу. Вот и пришлось выпутываться.

Не ожидала, что её признание так развеселит графа! Отсмеявшись, он сказал:

— Не переживайте, милая девушка! Я не пил ваше варево!

— Как? Зачем же Ильмира заказала его? — растерялась ведьма.

— За тем самым, — улыбнулся Максимилиан, — только я почувствовал неладное и подменил бокалы.

— А-а-а… А я собиралась вернуть ей деньги. Неудобно получилось. Плату взяла, а заказ не выполнила.

— Забудьте! Мне вот что интересно: как вы собирались исправить ситуацию?

Эрида раскрыла сумочку и продемонстрировала графу флакон:

— Я принесла антидот.

Граф опять улыбнулся:

— Могу выпить для вашего спокойствия, только в этом нет необходимости. Кстати! А что будет с тем человеком?

— Каким человеком? — растерянно спросила Эрида.

— Кто употребил ваше зелье.

— М-м-м… Ничего особенного. Разве что сыпью покроется.

— Да? — удивлённо поднял бровь Максимилиан. — Это так работает?

— Видите ли, — мялась ведьмочка, теребя золотую прядь, — приворот направлен конкретно на Максимилиана Аддерли, а тот — человек случайный.

— Жаль! Мне бы хотелось, чтобы он влюбился в вас и как следует помучился! Ну да ладно, пусть будет сыпь. Тоже неплохо.

Эрида окончательно смутилась и чуть слышно спросила:

— Вы считаете, что полюбивший меня человек обречён на жестокие мучения? — не дожидаясь ответа, она встала и скомандовала, повернувшись к кустам боярышника: — Гризельда, полетели домой!

Аддерли тоже поднялся и взглянул на ведьму — или на её помело — с сожалением:

— Быть может, вас проводить?

— Нет, благодарю! Я всего лишь думала, что вам требуется антидот, раз всё обошлось… — она уселась на метлу и заложила вираж, — … прощайте!

Эриде почудилось, или граф действительно послал ей вслед воздушный поцелуй?

После разговора с сыном Её Сиятельство пришла в необычайно взвинченное состояние. Какой провал! Они с Ильмирой так отлично поладили, что нужно этому упрямцу? Девушка привлекательная, юная, из состоятельной семьи! Не говоря уже о том, что непосредственный начальник графа Аддерли обожает племянницу и непременно позаботится о его продвижении по службе в случае их союза. Почему всегда такой разумный Максимилиан не признаёт очевидных перспектив?

Здесь вмешалась какая-то третья сила!

Подозрения крепли с каждым ударом сердца, а когда графиня узнала, что Макс отправился на прогулку, не смогла усидеть на месте. Разумеется, сама она следить за сыном опасалась, попросила Томмиса. Целый час несчастная женщина металась по дому, то хваталась за рукоделье, то отчитывала кухарку, то брала в руки книгу, но ни одно из привычных занятий не могло отвлечь от главной заботы. Кто она? Кто эта разлучница, что помешала её любимому Максимилиану составить счастье баронессе. А заодно и собственной матери.

Наконец, Томмис вернулся и сбивчиво рассказал о свидании, свидетелем которого стал.

Луина, издав протяжный стон, схватилась за сердце и уже собиралась упасть в обморок, но передумала. Не до обмороков сейчас! Нужно действовать.

— Ты уверен, что это та самая замарашка, что врывалась к нам? — строго спросила она.

Томмис замялся, подвигал бровями, почесал за ухом и энергично кивнул:

— Та! Точно она! Метла опять же. Помните, она про метлу всё твердила? Так вот. На ней и улетела!

— Только этого не хватало! — закатила глаза графиня. — Ведьма! Ведьма околдовала моего мальчика!

Заметавшись по комнате, Её Сиятельство стала собираться. Не сомневалась, что ребёнка нужно спасать, и готова была хоть голыми руками задушить злодейку.

В голове графини сложилась прочная цепочка: помело — ведьма — Эрида. Имя сумел подслушать Томмис, подобравшись к воркующим голубкам довольно близко. Даже удивительно, что Максимилиан не заметил старика за ближайшим кустарником! Наверно, глаз не мог отвезти от очаровавшей его вертихвостки.

Для того чтобы выяснить где живёт рыжая бестия, пришлось поднять некоторые связи. Луина Аддерли умудрилась выйти на верховную жрицу. Понятно, что к Медее графиню не допустили, да она и сама опасалась связываться с мощной колдуньей, но через третьи руки получить нужный адресок удалось. Немедля больше ни минуты, озабоченная мать отправилась скандалить.

Последние дни Эриду преследовала неудача за неудачей: то любимый котел прохудился, то упала полка с заготовленными впрок зельями, кот куда-то запропастился и второй день от него ни слуху, ни духу. Ко всему прочему еще и Гризельда словно с цепи сорвалась — когда ведьмочка направилась на собрание ковена, та едва не скинула свою хозяйка прямо в воздухе. После подобного инцидента девушка побаивалась садиться на свою метлу. От греха подальше девушка заперла ее в чулане.

Но «вишенкой на торте» стало другое событие…

Вечерняя мгла уже опускалась на дремлющий город, когда к дому Виллард подъехал ничем неприметный экипаж. Она заметила его из-за не зашторенного окна, которое как раз забиралась закрывать. Из повозки вышла статная дама. В полумраке Эрида не сумела рассмотреть ее лица, но даже издали и при плохом освещении от женщины веяло снобизмом и самолюбием.

«И что такая, как она, могла забыть в этом обеднелом районе города?» — промелькнула в голове девушки мысль.

Дама осмотрелась по сторонам и почему-то направилась именно к дому Виллард. Ведьмочка тут же оставила в покое шторы и поспешила к двери. Когда Эрида ее распахнула, гостья уже стояла на пороге с занесенной для стука рукой. Увидев девушку, гостья заметно скривилась.

Эрида ее узнала — эту даму она уже видела, когда пыталась забрать у графа Аддерли свою метлу. Как и сейчас, женщина смотрела на нее свысока, словно Виллард для нее пустое место. «Но что ей от меня надо?!» — подумала девушка, не спеша начинать разговор первой.

— Может отойдете и впустите меня внутрь? — холодным тоном поинтересовалась дама.

— Я вас к себе не приглашала, поэтому говорите, что хотели и уходите, — ответила так же сухо Эрида и, сложив руки на груди, выжидательно уставилась на визитершу.

— Плебейка! Ничего удивительного… У таких, как вы нет ни воспитания, ни уважения, — фыркнула графиня.

— Вы приехали в такую даль, чтобы сообщить мне об этом? — наигранно удивилась девушка.

— Нет. До меня дошли новости о том, что вы видитесь с моим сыном, — начала дама, но Виллард ее перебила.

— Называйте вещи своими именами: не новости, а сплетни.

От злости в комнате послышался скрежет зубов. Кулаки дамы сжались.

— Вам не место рядом с Максимилианом! Я никогда не допущу, чтобы среди его круга общения была такая оборванка, как вы. Предупреждаю вас первый и последний раз: если узнаю, что вы втираетесь к нему в доверие, то устрою вам райскую жизнь где-нибудь на каторге в приграничных землях! — повысив том, вещала графиня.

— Вы пытаетесь мне угрожать? — приподняв одну бровь, уточнила Эрида.

— Понимайте, как знаете! Но я и близко вас не подпущу к своему сыну.

— Мне казалось, что граф достаточно взрослый для того, чтобы принимать решения самостоятельно, — усмехнулась ведьма, хотя самой было не до смеха. От этого разговора внутри все кипело от негодования. — Он явно не нуждается в ваших одобрениях и советах.

— Да как ты смеешь?! — возмутилась женщина, но выплеснуть все эмоции ей не позволила Виллард.

— Уходите отсюда немедленно! — напустив в голос строгости, проговорила девушка. — И больше не приходите сюда.

После своих слов она тут же захлопнула дверь прямо перед носом графини Аддерли. Сердце колотилось как бешеное. Еще никогда прежде Эрида не испытывала таких смешанных чувств.

Внимание девушки привлек громкий стук Гризельды в чулане. Отворив дверь, ведьма укорила свою метлу:

— Ты что тут устроила?! Не видишь что ли, что я занята?

Но метла ее уже не слушала. Сорвавшись с места, она рванула в дымоход и устремилась на улицу. Догнав даму, что не успела дойти до экипажа, она пару раз успела ударить ту по мягкому место. Вот только выходка обернулась провалом — графиня быстро схватила метлу за держало и хорошенько ударила ею о землю. От такого обращения Гризельда застыла в ступоре.

Со всей своей злости Аддерли переломила рукоять на две части, выдернула все прутья и бросила их на дорогу. Обтерев руки носовым платком, женщина брезгливо просила его туда же, где валялись обломки Гризельды. Сев в экипаж, она приказала кучеру:

— Трогай!

Взволнованная Эрида выскочила лишь в тот момент, когда повозка проехала колесами по прутьям, разламывая их.

С тех пор, как Оливер Граст вышел из ТэКаХэ, он не находил себе места. Сердце бешено колотилось в груди, голова шла кругом, а в теле копилась какая-то истома, объяснение которой мужчина никак не мог найти. Дома не сиделось. Все время тянуло куда-то, словно где-то его ждали.

Решив немного привести чувства в порядок, мужчина вышел на улицу. Кругом сновали люди, но до них Оливеру не было никакого дела. Он все шел и шел вперед, не разбирая дороги. Куда? Никакой цели не было. Граст полностью положился на внутреннее чувство, которое само собой вело его в путь.

Очнулся мужчина лишь тогда, когда едва не оказался под колесами повозки, которая буквально не проехалась по его ногам. В последний момент успел отскочить в сторону.

Район был совершенно незнакомым. Убогие дома с покосившейся крышей, обшарпанными стенами, местами побитыми окнами. Все здесь было настолько чуждым привычному для Оливера окружению, что захотелось немедленно уйти. Он было уже развернулся, сделал несколько шагов, но что-то заставило его остановиться.

Развернувшись, бросил беглый взгляд по непривычной взгляду серости. Неожиданно заметил среди всей этой убогости одно яркое пятно — девушку с огненно-рыжими волосами. Они, будто пламя, мелькали с надвигающейся вечерней мгле. Сердце предательски зашлось, колотя внутри, словно сошедшее с ума.

Тем временем девушка что-то увидела на земле. Присмотревшись, Граст и сам увидел сломанные прутья. Подбежав к растрепанной метле, девушка рухнула перед ней на колени. С трудом сдерживая рвущиеся наружу слезы, она подбирала сломанные прутья, собирая их в охапку. Это было невыносимо для Оливера.

Неожиданные чувства пугали его, но и уйти теперь не было ни малейшей возможности. Ноги сами понесли мужчину к незнакомке. Приблизившись, он опустился рядом с ней, помогая собрать ей прутья.

Девушка подняла на него свои бездонные, наполненные непролитыми слезами глаза.

— Спасибо… — дрожащим голосом проговорила рыжеволосая, принимая из рук мужчина остатки метлы.

— Давайте я помогу вам ее починить, — предложил Граст, хоть никогда ранее ничем подобным не занимался и не имел ни малейшего понятия, как это делается.

— Увы… — вздохнула тяжко девушка. — Вряд ли ее можно спасти, — произнесла она, и слезы покатились по ее щекам.

— Не стоит так расстраиваться, — попытался утешить ее Оливер, но все попытки были тщетны. — Хотите, я подарю вам новую?

— Вы не понимаете! — всхлипывая, ответила незнакомка. — Гризельда не простая метла. Она особенная! Таких больше нет!

Граст и правда не понимал, почему девушка настолько сильно убивается из-за какого-то помела. Наклонившись, он поднял с земли рукоять. В голове мелькнула мысль, что что-то подобное он видел совсем недавно. Постарался напрячь память. Та услужливо подкинула картинки недавнего события в клубе холостяков, а именно сцену дуэли Дэбуара и Аддерли.

— Неужели это та самая метла? — проговорил он вслух, вызвав недоумение девушки.

— О чем вы? — неприлично утирая нос, осведомилась незнакомка.

— Скажите, а ваша метла случайно не была у графа Максимилиана Аддерли?

— Почему вы спрашиваете? — насторожилась девушка.

— Мне кажется, что видел ее совсем недавно рядом с графом.

— Возможно. Только теперь это не имеет никакого значения. Спасибо вам за помощь, я пойду, — забрав из рук Оливера переломленную рукоять, она зашагала к ближайшему дому.

— Постойте! — окликнул ее Граст, останавливая. — Как вас зовут? — он и сам не знал, зачем это спросил.

— Эрида, — ответила незнакомка и быстро удалилась.

Мужчина так и остался стоять посреди улицы, глядя затуманенным взглядом ей вслед. Что-то внутри рвалось за ней, не желало отпускать. Оливер постарался взять себя в руки. С огромным трудом заставил ноги оторваться и пошел прочь, чтобы поскорее забыть об этой встрече. Но ничего не выходило… Несколько раз Граст порывался развернуть, но понимал, что это бред.

Вернувшись домой, наполнил ванну горячей водой, погрузившись в нее. Снова и снова мужчина вспоминал рыжеволосую красавицу. Эрида… Ее имя, словно на повторе, крутилось в голове. Громко простонав, Оливер погрузился в воду с головой…

Эрида… Эрида… Эрида… стучало пульсом во лбу и висках. Какое чудесное имя! Какая восхитительная девушка! Как он мог жить, не испытывая этого томления, этой неги при одной только мысли о рыжей чаровнице. Завтра же он купит огромный букет и явится по известному адресу с предложением стать его женой. А что? Оливер Граст выгодный жених! Совсем скоро барон пристроит его в свой департамент и положит достойное жалование. Можно будет снять квартирку попросторней и даже нанять прислугу, чтобы молодой жёнушке не марать ручки чёрной работой, а беречь их для интимных ласк.

Уф-ф-ф… от ярких картин, возникших в разгорячённом мечтаниями мозгу Граста, по всему телу прокатилась волна дрожи. Или это вода остыла?

Выбравшись из ванной, мужчина стал вытираться и с ужасом увидел, что кожа на груди, животе и ногах покрыта мелкими прыщиками.

Что за напасть?

Морскую соль, мыло и шампунь Оливер использовал и раньше, никогда не случалось такого эффекта. Быть может это болезнь? Или проклятье?

Пожалуй, с предложением стоит повременить, сначала нужно выяснить у рыжей девчонки, ни она ли наколдовала ему такое непотребство!

М-м-м… Губы Граста растянулись в блаженной улыбке. Он вообразил, как хватает Эриду за плечи, сильно сжимает их, требуя признаний, как девушка пугливо лопочет, признавая вину, и расплачивается за неё своей нежностью. Собственно, а зачем жениться? Не слишком ли щедро для ведьмочки? Многие достойные господа имеют содержанок, чем Оливер Граст хуже их? Если Эрида будет хороша в постели, если она без стеснения будет дарить ему свои ласки, то он щедро заплатит ей. Не слишком расточительно, но и не прижимисто. Всё нужно делать в меру.

Приняв такое разумное решение, мужчина облачился в пижаму и, почёсываясь, отправился в постель. Проклятая сыпь мешала, заснул Оливер с трудом, а проснувшись утром, обнаружил, что простынь в крови, ночью он бессознательно раздирал себя.

Хуже всего в этой ситуации было то, что болезнь появилась после того, как он побеседовал с ведьмой и помог ей собрать обломки метлы. Неужели, Эрида виновна в его недомогании?

С каждой минутой мужчина злился все больше и больше. Правильно говорят, что от ведьмы ничего хорошего ждать не стоит. Теперь-то она никуда не денется! За все заплатит сполна!

Сорвавшись, он опрометью направился к дому девушки. О цветах больше не шло и речи. Граст и сам не заметил, как быстро дошел до окраины — так поспешно он еще никогда не ходил. С каждым новым шагом злость лишь усиливалась, способствовала этому и погода: мелкий промозглый дождь вымочил насквозь сюртук, с волос стекали тонкие холодные струйки. Оливеру было все равно на эти капли. У мужчины была цель, и он к ней следовал, не взирая ни на что. Лишь нарастающий зад то и дело отвлекал его, заводя еще сильнее.

У дома Эриды Граст замедлился, осматриваясь по сторонам. В такую непогоду вокруг не было ни души, все предпочитали сидеть по домам, распивая ароматный чай у камина. Это и к лучшему.

Мужчина стремительно подошел к двери, приложил ухо и прислушался. Внутри было тихо, значит скорее всего ведьмочка одна. Без каких-либо церемоний, Граст толкнул деревянную дверь, даже и не думаю стучать. Не заперто. С громким стуком она ударилась о стену, отразившись дрожью по подвесным полками, на которых звонко задребезжали склянки.

Из соседней комнаты показалась перепуганная Эрида. Девушка держала в руках сломанную рукоять метлы, которую как раз пыталась починить с помощью клея и куска ленты. Увы, ее попытка не увенчалась успехом. Заметив на пороге нежданного гостя, Виллард уставилась на него во все глаза.

— Вы?! — удивленно спросила она, растерянно озираясь по сторонам.

Сердце тревожно забилось. Что-то животное читалось во взгляде мужчины, заставляя ведьмочку сжаться. Визитер пугал ее одним своим видом.

— Не ждала? — оскалился он.

Такая фамильярность и презрительный тон не сулили Виллард ничего хорошего.

— Простите, но мне сейчас не до визитов… — Эрида попыталась вежливо намекнуть случайному знакомому на то, что ему стоит удалиться, но уходить Граст не собирался.

— Хочешь прогнать меня, — нагло спросил мужчина, проходя вглубь комнаты, тем самым оттесняя хозяйку дома к стене. — Не выйдет, ведьма! Теперь ты так просто от меня не отделаешься. Думала, что я спущу тебе с рук то, что ты натворила?

— О чем вы говорите? — не понимала Виллард. — Да я вас раз в жизни видела и ничего не делала.

— Ложь! — прорычал мужчина и одним рывком распахнул одежду на своей груди, демонстрируя расчесанные в кровь прыщи. — Будешь отрицать, что это сделала ты?

— Но я и правда ни при чем! — взволнованно произнесла Эрида, а сама тем временем пыталась вспомнить всех своих клиентов, которые что-либо у нее заказывали. На ум ничего не приходило. Ни одно ее зелье не могло вызвать такой эффект, кроме… Ее словно обдало ледяной водой от осознания. — Нет… — растерянно проговорила девушка. — Не может быть…

— А-а-а… — протянул Граст, оскалившись. — Вижу, твоя память прояснилась. Признавайся, что ты со мной сделала!

— Я не хотела… — испуганно залепетала Эрида. — Это вообще предназначалось не вам. То, что вы выпили зелье вместо Аддерли…

— Аддерли?! Причем здесь этот противный граф?

— Просто зелье предназначалось ему, а вы как-то его выпили.

— Бред! Ты специально со мной что-то сделала! — не желала слушать Оливер.

— Да нет же! Я правду говорю.

— Немедленно убирай это!

— Я уберу, уберу. Только не надо так на меня напирать, — она попыталась протиснуться между мужчиной и стеной, но Оливер ловко схватил ее за шкирку.

— Куда собралась? Я тебя не отпускал.

— Я только хотела взять мазь… — пропищала Эрида и вновь попыталась отойти, но Граст ее по-прежнему не пускал.

— Ты никуда без меня и шагу не сделаешь! — прорычал он.

От страха у Виллард подкашивались ноги. Словно в тумане она дошла до одной из полок со снадобьями и взяла небольшую стеклянную банку. Протянула ее мужчине.

— Вот, это должно помочь, — произнесла дрожащим голосом, руки тряслись.

Оливер откупорил склянку и поднес к лицу. Противный запах тут же ударил в нос.

— Фу… — скривился Граст. — Решила совсем меня отравить.

— Это не отрава!

— Ну смотри! — прорычал мужчина. — Сделаешь хуже — пожалеешь. А теперь мажь, — сунул ей банку обратно.

— Но… — еще сильнее испугалась ведьмочка.

— Мажь, я сказал!

Эриде ничего не оставалось, как подчиниться. Спорить со взбешенным мужчиной было опасно. Захватив немного мази кончиками пальцев, она растерла ее в ладонях, немного согревая. Нерешительно дотронувшись до груди мужчины, начала распределять средство по коже. Граст блаженно прикрыл глаза.

— М-м-м… Продолжал, — его голос стал низким, заставляя Виллард сжаться еще сильнее.

Девушка попыталась убрать руку и отойти. Все внутри вопило: «Беги!» Но Эрида и шагу сделать не успела. Оливер тут же схватил ее за руку и стремительно распахнул потемневшие от желания глаза. Резко дернув ведьмочку на себя, отчего Виллард впечаталась в липкую от слоя мази грудь.

— Сбежать хотела? — обдало шею девушки горячим дыханием. — Не уйдешь. Теперь ты моя должница. Я так просто не спущу тебе с рук содеянного. Ты сполна мне за это заплатишь.

— Пустите! Я буду кричать! — завозилась Эрида в руках мужчины.

— Кричи! Тебе все равно никто не поможет, — рассмеялся Оливер и подхватил девушку, унося в спальню.

— Помогите! На помощь! — кричала Виллар, что есть мочи.

Максимилиан старательно избегал объяснения с матерью. Ссориться с единственным родным человеком ему не хотелось, а сил на то, чтобы говорить с графиней спокойно, не было совершенно. В клуб холостяков его тоже не тянуло. Дошло до того, что засиживаясь в департаменте допоздна, Аддерли оставался ночевать на жёстком неудобном диване.

Можно было прятаться и от чересчур энергичной мамаши, и от навязчивой баронессы, и от приятелей по клубу… Куда деваться от собственных мыслей? А мысли эти упорно вращались вокруг солнечной ведьмочки.

Жизнь Макса круто изменилась после встречи с этой девушкой! Дни стали яркими, запоминающимися, радостными — просто карусель событий, эмоций и впечатлений. Графа точно выдернули из скучной череды одинаковых серых как вереница тюремных узников дней и бросили в карнавальный хоровод. Что особенно подкупало графа в Эриде — её непосредственность и честность. Он давно привык к тому, что незамужние девицы при первом же знакомстве начинают кокетничать и всячески добиваться его внимания. Ведьмочка же, напротив, старалась оттолкнуть. Даже грубила! А уж метла её — вообще отдельный разговор.

Аддерли улыбнулся, вспомнив Гризельду, и понял, что нестерпимо хочет её увидеть! Нет, не помело, девушку, конечно. Хотя и метёлку тоже. Может, они, наконец, подружатся? Смешная выйдет троица!

Почему так получается: стоит подумать об Ильмире, о матери или о товарищах по клубу, настроение портится, а как только воображение нарисует образ Эриды Виллард — словно ясный день разгорается в душе!

Всё-таки неправильно они в прошлый раз завершили беседу. Нужно съездить к ведьмочке и… Что и? Да так, пообщаться. Повод можно придумать и по дороге!

Понятно, что перед этим следует зайти домой и привести себя в порядок. Ночёвки в рабочем кабинете — даже при наличии всех удобств и смены белья в комоде — не позволяют сохранять свежесть и бодрость.

Отпросился у начальства пораньше, надеялся прошмыгнуть домой незаметно для матери. Графиня в это время обычно сиживала у какой-нибудь особенно осведомлённой подруги, выслушивая самые свежие новости из жизни высшего света.

Просчитался. Оказалось, что графиня пребывает в меланхолии, из дома не выходит и приказала Томмису, как только явится сын, поставить её в известность.

Томмис — что б ему всю ночь икалось — выполнил приказ графини, не предупредив Максимилиана. И вот, когда сын в приподнятом расположении духа, свежевыбритый, пахнущий приятным парфюмом и одетый с иголочки, спускался по лестнице, размышляя что бы купить в подарок Эриде, путь ему преградила бледная мать, она театрально развела руки, демонстрируя готовность лечь костьми, но не выпустить Макса за порог.

— Что такое, графиня, — хмуро поинтересовался он, — я арестован?

— Ты очень вовремя оказался дома, сынок, — Луина старалась придать тону ласковую окраску, но получалось у неё фальшиво: — я удачно пригласила в гости баронессу. Мне бы очень хотелось, чтобы вы объяснились.

— Моё желание вас не интересует, матушка?

— Ни в этом случае. Прошу пройти в гостиную. Ждать придётся недолго.

Максимилиан предпочёл уступить. В самам деле, если Ильмира до сих пор не успокоилась, следует охладить её пыл при свидетелях. Заодно и матери показать, что других вариантов, как оставить его в покое, у неё нет.

Они расположились в креслах. Граф просматривал свежую прессу, не особенно вникая в смысл прочитанного. Графиня тыкала иголкой вышивку, изображая занятие рукоделием. Поскольку, внимание её было направлено вовсе не на работу, то и дело промахивалась, колола палец и вздыхала с видом несчастной жертвы.

К счастью, ожидание, как и было обещано, не затянулось. Томмис вошёл с торжественным видом и объявил:

— Баронесса Ильмира Стопорт и виконт Айдан Дебуар с визитом!

Хозяева синхронно поднялись навстречу гостям, графиня успела подарить растерянный взгляд сыну:

— Виконт? Что он тут забыл? Я приглашала только Ильмирочку.

Все вопросы отпали сами собой, когда в комнату под руку вплыли лучащиеся неподдельным счастьем юноша и девушка. Дебуар, который ещё неделю назад казался графу Аддерли безнадёжным юнцом, приобрёл особый лоск уверенного в себе мужчины. Как меняет человека успех в любовных делах! То же самое можно было сказать о баронессе. Она и прежде казалась хорошенькой, но сейчас выглядела обворожительной и притягательной. Заметив эти перемены в своей протеже, графиня едва не застонала, с трудом сдержавшись и закусив губу. Она небрежно бросила на низкий столик свою вышивку и одарила гостей формальной улыбкой:

— Баронесса… виконт… — она не нашла слов для продолжения, повела рукой, приглашая садиться.

Ильмира отрицательно покачала головой, теснее прижимаясь к своему спутнику:

— Прошу извинить нас, Ваше Сиятельство! Забежали на одну минутку. Получив приглашение безмерно уважаемой мной особы, я не посмела его проигнорировать и ответить сухим отказом. Кроме того, — девушка выразительно посмотрела на графа, — считаю необходимым поблагодарить Максимилиана за его подсказку.

— Какую ещё подсказку? — нервно дёрнулась графиня.

— Он знает, — лукаво подмигнула Максу Ильмира, посте чего изобразила важное лицо, что давалось ей не без труда, и сказала: — в моей жизни случились приятные перемены.

Легонько толкнув плечом виконта, девушка передала право сделать объявление ему. Дебуар приосанился и провозгласил:

— Графиня! Граф! Имею честь сообщить вам, что мы с баронессой Стопорт обручены! — молодой человек с чувством вздохнул и посмотрел на Ильмиру с обожанием: — Достопочтенная леди приняла предложение, сделав меня счастливейшим человеком в этом мире!

Улыбнувшись ему, девушка посмотрела на хозяйку, слегка пожав плечами:

— А сейчас, просим прощения, вынуждены удалиться. Много забот. Мы занимаемся подготовкой к свадьбе. — Уже направившись к выходу, Ильмира обернулась и добавила: — Кстати! Ваше Сиятельство, благодарю, что надоумили обратиться в «Купидон». Я, признаться, несколько сомневалась в правильности своего решения и посоветовалась с хозяйкой брачного агентства. Эмма убедила меня, что виконт Айдан Дебуар единственный мужчина, кто может составить моё счастье.

Луина Аддерли была так ошарашена случившимся, что застыла с раскрытым ртом, провожая взглядом несостоявшуюся невестку, и даже не отреагировала на слова сына:

— Как славно всё сложилось! Я очень рад за Ильмиру и Айдана! Они отличная пара.

С абсолютно довольным видом Макс объявил, что намерен посетить «Эльфийскую сокровищницу», и поспешно покинул гостиную.

Зачем вдруг Максимилиану понадобился известный ювелирный магазин? Мысль эта мелькнула, задев лишь край сознания. Основное, что сейчас по-настоящему волновало графиню: брачное агентство! Хозяйка «Купидона» обещала помочь Луине женить Макса, а вместо этого единственную достойную его невесту сосватала за другого! С этой шарлатанкой Броудс нужно срочно разобраться!

Её Сиятельство крикнула слуг, приказав заложить экипаж и подать ей пальто. Больше она не будет прятаться под чужими именами. Раз баронесса не постеснялась обратиться в агентство, так и графине не зазорно. Тем более, что Луина собиралась не клянчить там женихов, а устроить форменный разнос!

По мере приближения к известному дому раздражение графини росло. Ей уже казалось мало просто высказать претензии рыжей своднице. Её Сиятельство начала придумывать, как разрушить бизнес этой несносной Броудс. Удивительное дело! Каким образом этой нахалке удалось заслужить столь лестную репутацию! Вот и баронесса выглядит вполне довольной, хотя ещё пару дней назад страдала по Максимилиану и готова была на что угодно ради него. Пф-ф-ф… Разве может этот невзрачный Дебуар конкурировать с графом Аддерли! Похоже, Ильмиру Стопорт элементарно заколдовали, лишив последнего разума.

В этом всё дело! В «Купидоне» только вид делают, что подбирают пары, а на самом деле с одних трясут деньги, а других опаивают какой-нибудь гадостью, чтобы навязать нужное решение. Эта дурочка баронесса выглядит счастливой только потому, что стала жертвой мошенников и даже не поняла этого.

Раззадорив себя этими предположениями, графиня ворвалась в агентство так, будто собиралась пронестись по всем комнатам насквозь, вылететь в окно и побежать дальше. Натолкнулась на противного гнома и отскочила в сторону, приходя в себя.

— Чего это вы дерётесь, — сердито пробормотал Саруг, потирая ушибленное место, — а приличная с виду женщина!

— Да как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне! — завопила Аддерли.

На крик вышла Эмма и, стараясь говорить учтиво, спросила:

— Что вам угодно, госпожа Идергер?

— Не делайте вид, милочка, что не знаете, кто я такая!

— Вы сами назвали мне это имя, когда делали заказ, — продолжала улыбаться Броудс, — не вижу причин обращаться к вам иначе.

— Так вот! — рассерженная клиентка стала с грозным видом приближаться к Эмме, заставляя её пятиться. — Перед тобой, негодница, графиня Луина Аддерли!

— А я-то думаю, — ядовито заметил гном, на всякий случай отходя за стойку, — как обращаться к этой важной даме. А она просто Негодница. Запомню.

— Что?! — заорала графиня, возмущённо тыча пальцем в сторону Саруга, — слуга достоин хозяйки! Да я… Да вы знаете, что я вам устрою!

— Пожалуйста, — не теряя самообладания, попыталась успокоить клиентку Эмма, — скажите, в чём заключается ваша претензия, мы постараемся…

— А то ты не знаешь! — зашипела графиня, — Я обратилась в агентство, чтобы мне помогли женить сына, а вместо того, чтобы свести его с баронессой Стопорт, вы нашли ей другого жениха!

— Я сразу предупредила Ваше Сиятельство, что агентство не занимается сводничеством, а подбирает максимально подходящих друг другу людей. «Купидон» гарантирует, что чувства мужчины и женщины будут взаимными и в результате получится счастливая семья!

— Гарантирует она! — фыркнула графиня. — Всем известно, что крепче всего те браки, что заключены по расчёту! Любовь слишком эфемерное понятие. Потом, Ильмирочка любила моего сына, этого вполне достаточно.

— Достаточно вам, но не господину Аддерли! Не стоит решать за сына, с кем ему провести жизнь! Вы не вечны…

— А! Бесстыдница! Ты мне угрожаешь?

— Прекратите сыпать оскорблениями, — Эмма немного растерялась, не ожидая такого напора от клиентки, оглянулась на гнома.

Саруг выбрался из-за стойки, начал с опаской подходить, пробормотав себе под нос:

— Жаль, Гризельды нет здесь. Эта тётка вполне заслужила парочку ударов помелом.

Хорошо, что графиня не обратила внимания на старческое ворчание, продолжая напирать на хозяйку «Купидона»:

— Немедленно сообщите баронессе, что ошиблись, рекомендуя ей в женихи виконта! Пусть отменяет свадьбу.

Броудс покачала головой и заговорила с клиенткой, как с неразумным ребёнком:

— Ваше Сиятельство, можете мне поверить. Ильмира и Айдан — истинная пара. Их любовь будет расти год от года. Это большая удача, что девушка сумела отринуть ложные чувства…

— Ложные? — завизжала Аддерли. — Как только язык повернулся сказать такое! Мой сын достоин самых искренних чувств.

— Ничуть в этом не сомневаюсь, — улыбнулась ей Эмма, с благодарностью положив руку на плечо подошедшему гному, который приготовился защищать хозяйку от неуёмной мегеры. — Граф обязательно встретит свою судьбу. Не будем ему мешать.

— Уж не ведьму ли ты имеешьт в виду? Эта оборванка, что преследует Макса который день, не «Купидоном» ли послана? Так ты устраиваешь судьбы?

— Если вы говорите об Эриде, — спокойно ответила Броудс, — эта очень хорошая и достойная…

— Что?! — завопила графиня, — Так я и знала, вы сговорились за моей спиной!

— Это не так, просто я чувствую, что граф и эта девушка подходят друг другу.

— Откуда такая уверенность? — ядовито усмехнулась Аддерли.

— Интуиция, если хотите.

— Ха-ха-ха! — деланно засмеялась графиня. — Так, значит ты формируешь «истинные» пары, полагаешься на собственные ощущения. Не думаю, что стоит им доверять.

— Почему же? — удивилась Эмма.

Солнце светило высоко в небе, когда Максимилиан покинул поместье. Он шагал по улице, бодро насвистывая себе под нос что-то веселое. Он уже рисовал в своем воображении встречу с Эридой и то и дело ускорялся, чтобы скорее добраться до домика ведьмочки. Но это позже… Первым делом следует попасть в «Эльфийскую сокровищницу». Его колючка достойна самого лучшего подарка.

С таким настроем Аддерли добрался до ювелирной лавки. Колокольчик на двери приветливо звякнул, впуская внутрь посетителя. Граф сразу же направился к стоящей у прилавка девушке. Та то и дело пыталась заправить за ухо непокорную каштановую прядку кудрявых волос, которая никак не желала там оставаться. Заметив посетителя, девушка тут же приосанилась и приветливо улыбнулась.

— Добрый день. Могу ли вам чем-нибудь помочь? — поинтересовалась приятным голосом у Аддерли.

Макс осмотрелся.

— Я ищу кольцо… — задумчиво проговорил он, стараясь подобрать описание того, что желает.

На помощь пришла продавщица:

— Вы хотели бы приобрести кольцо в подарок или же сделать предложение даме сердца? — вопрос девушки поставил графа в тупик, заставив погрузиться в свои мысли.

«Предложение…» — словно на повторе крутилось в его голове. А хочет ли он этого? Что-то внутри громко кричало «да», при этом где-то далеко все же были сомнения.

— Так вы решили, что хотите? — вернула его в реальность девушка за прилавком.

— Да… — растерянно проговорил Макс и постарался взять себя в руки. Сейчас стоит ограничиться подарком. Нужно для начала наладить их шаткие взаимоотношения, прежде чем просить ее руки. — Простое. Но оно должно быть изящное и нежное.

Девушка понимающе улыбнулась.

— Посмотрите из вот этих, — указала она на несколько экземпляров. — Правда… — замялась она, — цена у них тоже не малая.

— Это не имеет никакого значения! — решительно заявил Аддерли.

Присмотрев одно из украшений, указал на него. Утонченное золотое колечко с небольшим камешком в цвет глаз Эриды сразу же привлекло его внимание, напомнив о ведьмочке.

Продавщица быстро рассчитала графа и завернула изделие в подарочную упаковку.

— Соберетесь жениться, обязательно приходите. У нас есть колечко, которое идеально будет сочетаться с этим, — улыбнулась девушка, протягивая графу покупку.

Ничего не ответив, Аддерли вышел из «Эльфийской сокровищницы». Хоть мужчина и пробыл там совсем недолго, за это время погода успела кардинально измениться: солнце скрылось за тяжелыми серыми тучами, нависшими над городом. Ветер начал усиливаться, запахло дождем. Максимилиан и зонта с собою не взял, совершенно не рассчитывая на такие изменения. Как на зло на улицах не было ни одного извозчика, да и камень перехода Макс оставил дома, желая пройтись пешком.

Пришлось добираться своим ходом. Граф не успел дойти и до конца улицы, когда упали первые капли. С каждым шагом дождь усиливался. Макс торопился как мог, стараясь добраться до дома Эриды как можно скорее, но все же остаться сухим не удалось. Одежда пропиталась насквозь холодной водой.

Наконец в конце улицы показался домик Виллард. Аддерли был готов бежать к нему со всех ног. Приложив ладонь к груди, убедился, что подарок на месте. Но что-то заставило сердце мужчины пропустить удар. Тревожное состояние подкатило к самому горлу. Макс не мог понять, с чего вдруг такие странные ощущения, но при этом все же ускорил шаг.

Дождь барабанил по крыше. Его стук слышался по всей улицы, сливаясь в единый монотонный гул. Подойдя к двери, мужчина постучал, но так и не дождался, что кто-нибудь ему откроет. Стоило ударить по двери еще раз, как она сама собой распахнулась. Первое, что донеслось до слуха Аддерли — истошный крик Эриды, зовущей на помощь…

Не раздумывая, Максимилиан рванул на голос ведьмочки. Он был готов убить любого, кто попытался навредить ей. Глаза застилала пелена ярости. Никто! Никто не смеет обидеть эту хрупкую девушку!

Представшая пред графом картина сорвала последние тормоза. Он не владел собой. Одно лишь желание защитить Виллард и наказать ее обидчика двигало мужчиной. Все было словно в тумане, а перед мысленным взором несмываемой картинкой впечаталось полное ужаса лицо Эриды.

— Аддерли… Аддерли… — сипел придушенный человек, — снова это вы… Все мои несчастья от вас…

— Как ты посмел сунуться к Эриде, подонок! Кто ты такой?! — продолжал волтузить негодяя Максимилиан, — Как ты посмел угрожать честной девушке!

— Она ведьма… ведьма… — скулил мужчина, — ведьма не достойна любви, а я… я полюби-и-ил… — раздались громкие рыдания, немного охладившие пыл графа.

Эрида тем временем привела одежду в порядок и почти успокоилась. Правда, голос ещё не восстановился, девушка сорвала его, когда кричала.

— Благодарю вас, Максимилиан, я уже прощалась с жизнью. Если бы не вы… — глухо выговорила она.

— Зачем ты впустила его в дом? — Аддерли тряхнул Граста, вгляделся, наконец, ему в лицо и удивлённо воскликнул: — Так вот это кто! Тогда я понимаю…

Он разжал руки. Получив свободу, противник выпрямился и нервно дёрнул подбородком:

— Не думал, что граф Аддерли работает в одной связке с ведьмой! Стыдно, Ваше Сиятельство!

— Ты дала ему антидот? — спросил Максимилиан. — Это же тот самый человек, что пытался напоить меня приворотной дрянью по просьбе баронессы.

— Сейчас! — спохватилась ведьмочка. — Спасибо, что напомнили, я так испугалась, что…

Она проворно достала из сумочки пузырёк и протянула его Грасту. Оливер недоверчиво покосился на предлагаемое средство:

— Спелись, да? На тот свет хотите меня отправить?

— Ты сейчас в тюрьму отправишься, стервец! — Угрожающе прорычал граф. — Пей, пока не отволок я тебя в участок!

Граст в задумчивости подвигал бровями, потом решительно опрокинул содержимое пузырька к себе в рот. Поморщился, громко сопя, и сдавленно сказал:

— Я, конечно, уйду сейчас, но… — он сверкнул глазами на Эриду, обходя по дуге удивлённо взиравшего на него графа. — За тобой должок, ведьма. Когда-нибудь ты останешься одна!

Графиня Луина Аддерли была вне себя от ярости, не в силах взять эмоции под контроль. Дама была готова на все, лишь бы оградить свое семейство от наглой девицы.

— Томмис! — прокричала она на весь дом. — Где тебя вечно черти носят, когда ты так нужен?! — вымещала свое зло на слуге.

— Я тут, Ваша Милость, — растерянно отозвался мужчина, появившись перед хозяйкой. — Вы чего-то изволите?

— Разумеется! — продолжила возмущаться графиня. — Немедленно подготовь карету.

— Вы куда-то хотите ехать? — удивился слуга.

— Не твоего ума дело! Сказала готовь, значит готовь!

— Но, Ваша Милость… — растерянно проговорил Томмис. — На улице разыгралась непогода. Дождь льет как из ведра.

— Ты еще пререкаться со мной надумал?! — совсем взбеленилась Луина и, схватив с камина фарфоровую статуэтку, запустила ее в слугу. Несчастный едва успел увернуться. — Живо делай, что велено!

Решив не испытывать терпения графини, Томмис едва ли не бегом удалился на конюшню.

— Вот же угораздило меня под горячую руку попасть, — ворчал он себе под нос. — И чего ругается-то?! Я-то в чем виноват?! — не понимал он.

Пока шел до конюшни, вымок до нитки. А еще ведь и госпожу надо будет сопроводить до кареты. Вздохнув, зашел в стойла, где трудился конюх. Передав ему поручение графини, так же бегом помчался обратно.

Уже через несколько минут запряженной парой гнедых карета стояла у парадного крыльца. Лошади недовольно фыркали и трясли мордами, словно пытались стряхнуть льющую потоком воду. Извозчик, закутанный в плотный балахон, сидел на облучке, молча ожидая взбалмошную хозяйку.

Луина показалась на пороге. Осмотревшись по сторонам, лишь недовольно фыркнула на испортившуюся погоду, дождалась, пока Томмис накинет ей на плечи плащ и раскроет зонт. Лишь после этого шагнула на крыльцо.

Холодные капли, падая на ступени, тут же отскакивали крупными брызгами, забрызгивая подол роскошного платья Аддерли. Открыв перед хозяйкой дверцу кареты, помог подняться и разместиться.

— Трогай! — приказала она кучеру.

— Куда едим, Ваше Сиятельство?

— В поместье Верберов.

Кучер нехотя щелкнул кнутом, вынуждая лошадей пуститься в путь по мокрой мостовой. Графиня же сидела в карете, вынашивая план мести, но ничего стоящего в голову не шло. Нанять человека, чтобы физически расправиться с шарлатанкой, было слишком даже для Аддерли. Она человек уважаемый и марать свои руки кровью ей ни к чему. А вот сломать девице судьбу — это она завсегда готова.

Лошади затормозили у кованых ворот особняка. Расторопный слуга Верберов распахнул створки, пропуская повозку к дому. Когда карета остановилась, он распахнул дверцу и, с почтением поклонившись, подал руку графине, предварительно раскрыв зонт.

— Ваше Сиятельство, графиня Вербер ожидает вас, — произнес он, сопроводив Луину в особняк.

Аддерли лишь одарила бедолагу убийственным взглядом, в котором так и читалось презрение. Игнар не обратил на это и малейшего внимания, словно его это не касалось. Забрав у дамы мокрый от дождя плащ, указал в направлении гостиной.

— Луина, душа моя! Здравствуй! — заметив Аддерли, оживилась хозяйка дома. — Какими судьбами?! В такую непогоду я и не чаяла кого-либо увидеть.

— Здравствуй, Амалия! Прости за столь поздний визит, но события минувшего дня не дали мне сидеть спокойно дома. Я сойду с ума в одиночестве, — пожаловалась гостья.

— Так что ж мы стоим? Присаживайся, — пригласила подругу графиня Вербер. — Игнар! Чая, — распорядилась она, но Лиуна остановила.

— Если ты не возражаешь, то я бы отказалась от чая. Думаю, в моем состоянии он совершенно не уместен.

Амалия усмехнулась и вновь обратилась к слуге.

— Игнар, принеси нам фрукты. — Слуга расторопно удалился, а графиня засуетилась. Достав из секретера витиеватую стеклянную емкость, продемонстрировала ее Луине. — Думаю, это будет сейчас куда лучше любого чая. — Разлив розовое содержимое по хрустальным фужерам, Вербер улыбнулась, делая глоток. — А теперь рассказывай, что тебя привело.

Аддерли лишь устало вздохнула. Возможно, подруга сумеет помочь в ее деликатной ситуации. Рассказав ей все, как на духу, Луина выжидательно смотрела на сидящую напротив даму.

— И это все, что тебя так мучает?! — изумленно спросила Вербер.

— По-твоему этого мало? Ты видимо просто не поняла: эта девица нацелилась на наше состояние, она опоила Максимилиана!

— Так надо просто избавиться от нее, — спокойно ответила Амалия.

— Нет, это исключено, — покачала головой Луина. — Я не стану причиной чьей-либо смерти, пусть даже этой никчемной ведьмы.

— Так и я не об этом, — заверила хозяйка дома. — Для некоторых есть расправы и пострашнее смерти.

— О чем ты?

— Подумай сама, дорогая. Ты сказала, что эта девица ведьма. А что самое страшное для них?

Догадка озарила улыбкой лицо Луины, но она тут же поникла.

— Мне нужен выход на Верховную жрицу, но… Даже не знаю, как это сделать, — посетовала она.

— Вот это как раз не проблема. Есть у меня один человек, который на короткой ноге с этой жрицей. Он обязан мне, пусть и поможет.

— Милая, буду весьма признательна тебе, если ты похлопочешь за меня.

— Я всегда рада помочь, тем более тебе. А теперь расслабься и выкинь из головы эту девку, — произнесла Амалия, доливая содержимое сосуда.

Захмелевшая графиня вернулась домой совершенно в ином расположении духа. Она сияла, словно утренняя звезда, готовая одарить своим благодушием любого. Предусмотрительный слуга все же решил не рисковать и держаться от хозяйки как можно дальше.

С талантливым артефактором Себастьяном Кулиби граф Аддерли познакомился в клубе холостяков. Они были хорошими приятелями, любили пофилософствовать, поспорить. Кулиби в отличие от большинства членов ТэКаХэ вышел из простой среды, своё довольно приличное состояние он сколотил благодаря способностям и трудолюбию. Мастер совмещал магический дар и удивительные умения работать с обычными материалами, поэтому артефакты, созданные Себастьяном, были не только удобны и безотказны, но и красивы. Понятно, что важные клиенты заваливали артефактора заказами, в оплате не скупились, проще говоря, от безделья Кулиби не страдал.

— Черт бы побрал этого Аддерли! — Оливер шел по улице, не обращая внимания на проливной дождь. Разбитая губа саднила, а под глазом багровел приличных размеров фингал. — Ты еще мне заплатишь за все! И эта девица вместе с тобой! Граст не простит подобного унижения!

Решительным шагом мужчина брел по улице, пока не заметил свободный экипаж. Остановив возничего, скомандовал ему держать путь за город. Погода портилась с каждой минутой, но Оливеру было все равно — у него была цель, отступать от которой он не желал.

Ничем неприметный дом находился у подножья горы на самой окраине. Его обитатели не любили привлекать к себе излишнее внимание, стараясь придерживаться скромного образа жизни. Гостей здесь не любили, принимая только по предварительной договоренности, но это ничуть не останавливало Граста — он во что бы то ни стало вознамерился добиться аудиенции.

Выйдя из экипажа, размашистым шагом поднялся на крыльцо, колотя кулаком по деревянной двери. На пороге появилась женщина средних лет с длинными черными волосами и пронзительно зелеными глазами. Казалось, она видела мужчину насквозь.

— Чего надо? Мы никого не ждем! — отрезала она с порога без какого-либо приветствия, на что Оливер лишь скривился.

— Мне нужна Верховная, — коротко ответил он.

— А ничего больше тебе не надо?! — скрипуче рассмеялась женщина и протянув руку куда-то за дверь, достала метлу, замахиваясь на визитера. — А ну проваливай отсюда!

— Никуда я не уйду, — Граст подставил ногу в проем, не позволив ведьме захлопнуть перед ним дверь. — Позовите мне свою главную.

— Ты, видимо, чего-то не допонял… Лучше иди отсюда по добру, по здорову. Это тебе не светское учреждение. Верховная никого просто так не принимает.

— Меня примет! Иначе я до самого короля дойду! — пригрозил Оливер.

— Откуда ты такой крикливый тут взялся? — проворчала ведьма и тут же прикусила язык, так как изнутри послышался грозный голос Медеи.

— Аманда! Кого там нелегкая принесла?

Черноволосая растерялась, явно ожидая гнева Верховной.

— Уходи, пока не поздно, — зашипела она на Оливера и вновь попыталась закрыть дверь, но попытка не удалась.

— Не уйду! — прорычал Оливер и толкнул дверь, едва не сбив с ног держащую ее ведьму.

— Это еще что за выходка?! — заметив этот маневр, взревела спускающаяся с лестницы Медея. — Кто посмел вести себя подобным образом на территории ковена?

— Прошу простить мне мою наглость, — залебезил Граст, почтенно склонив голову перед Верховной жрицей. — Но я пришел сюда за вашей защитой.

— Защитой?! — Медея приподняла одну бровь, удивленная таким заявлением. — И что же случилось у почтенного джентльмена, если он самолично пришел в ковен?

— Я бы никогда не решился тревожить вас по пустякам, но дело довольно щепетильное и деликатное, — он одарил все еще стоящую у двери черноволосую испепеляющим взглядом.

— Так говорите, что вас привело. Все равно уже ворвались, — фыркнула верховная и, до конца спустившись, присела на небольшой диванчик, указав гостю на стоящий недалеко от входа стул.

Такое пренебрежение задевало самолюбие Граста, но пришлось проглотить свое недовольство ради достижения конечной цели. Уж подстраиваться под обстоятельства Оливер умел как никто другой.

— Дело в том, что одна из ваших подопечных, явно в тайне от вас, промышляет незаконным видом заработка, — намеренно сгущал краски мужчина.

— О ком вы говорите? Что еще за заработок.

— Я имею в виду Эриду Виллард. Эта юная особа является никем иным, как самой настоящей аферисткой!

— Попрошу вас не кидаться необоснованными обвинениями! — возмутилась Верховная.

— Они не являются необоснованными!

— Значит у вас должны быть неопровержимые доказательства! — возмущенно произнесла Медея. — Я никому не позволю голословно обвинять членов ковена!

— Доказательства есть! Виллард опоила меня приворотным зельем, чтобы заполучить в свое владения мое имущество! Уверен, это не единичный случай в ее практике.

— Это серьезно обвинение и, если вы говорите правду, Эрида подвергнется строжайшему наказанию. Но я повторюсь, для этого должны быть железные доказательства.

— Вы сами можете в этом убедиться. Уверен, что у вас есть все возможности, чтобы определить, было ли на меня какое-либо воздействие.

Медея недовольно посмотрела на свою помощницу. Черноволосая лишь пожала плечами.

— Способы есть, — вздохнула Верховная и неторопливо подошла к Грасту.

Ведьма долго водила руками над головой мужчины, что-то шептала на непонятном ему языке. Когда же она отошла, Оливер поспешил уточнить:

— Ну что, убедились?!

— Ступайте домой. Уверяю вас, что я приму все надлежащие меры, чтобы наказать виновницу злодеяния, — сообщила Медея.

— Ну уж нет! — коварно усмехнулся Граст. — Я лично хочу убедиться, что она получит по заслугам.

— Не испытывайте моего терпения, молодой человек. Я вам не обычная женщина. Я — Верховная жрица ковена! Только в моей власти наказывать своих подопечных.

Оливер недовольно скрипнул зубами.

— Хорошо, — проговорил он и, поднявшись, пошел к выходу. — Но, если вы не накажите Виллард, я сам займусь этим вопросом. Уверен, что инквизиция не откажет мне в помощь.

— Не стоит угрожать мне! Мы соблюдаем закон, и любой проступок будет наказан подобающе, — строго ответила Медея и, не дожидаясь новой порции возмущения гостя, удалилась к себе.

— Неужели то, что говорил этот хлыщ, правда? — обеспокоенно спросила черноволосая у Медеи. — Ведь такого просто не может быть! Наша Эрида ни такая!

— К сожалению, это правда. Он действительно подвергла воздействию любовного зелья, но уже принял противоядие.

— Так может это и не Вилард вовсе опоила его? — с надеждой спросила ведьма.

— Как бы я не хотела защитить Эриду, но тут явно не обошлось без нее.

— Все равно я в это не верю!

— Увы, но мне придется ее наказать. Завтра созовем ковен, пусть все жрицы принимают решение.

— Черт бы побрал этого Аддерли! — Оливер шел по улице, не обращая внимания на проливной дождь. Разбитая губа саднила, а под глазом багровел приличных размеров фингал. — Ты еще мне заплатишь за все! И эта девица вместе с тобой! Граст не простит подобного унижения!

Решительным шагом мужчина брел по улице, пока не заметил свободный экипаж. Остановив возничего, скомандовал ему держать путь за город. Погода портилась с каждой минутой, но Оливеру было все равно — у него была цель, отступать от которой он не желал.

Ничем неприметный дом находился у подножья горы на самой окраине. Его обитатели не любили привлекать к себе излишнее внимание, стараясь придерживаться скромного образа жизни. Гостей здесь не любили, принимая только по предварительной договоренности, но это ничуть не останавливало Граста — он во что бы то ни стало вознамерился добиться аудиенции.

Выйдя из экипажа, размашистым шагом поднялся на крыльцо, колотя кулаком по деревянной двери. На пороге появилась женщина средних лет с длинными черными волосами и пронзительно зелеными глазами. Казалось, она видела мужчину насквозь.

— Чего надо? Мы никого не ждем! — отрезала она с порога без какого-либо приветствия, на что Оливер лишь скривился.

— Мне нужна Верховная, — коротко ответил он.

— А ничего больше тебе не надо?! — скрипуче рассмеялась женщина и протянув руку куда-то за дверь, достала метлу, замахиваясь на визитера. — А ну проваливай отсюда!

— Никуда я не уйду, — Граст подставил ногу в проем, не позволив ведьме захлопнуть перед ним дверь. — Позовите мне свою главную.

— Ты, видимо, чего-то не допонял… Лучше иди отсюда по добру, по здорову. Это тебе не светское учреждение. Верховная никого просто так не принимает.

— Меня примет! Иначе я до самого короля дойду! — пригрозил Оливер.

— Откуда ты такой крикливый тут взялся? — проворчала ведьма и тут же прикусила язык, так как изнутри послышался грозный голос Медеи.

— Аманда! Кого там нелегкая принесла?

Черноволосая растерялась, явно ожидая гнева Верховной.

— Уходи, пока не поздно, — зашипела она на Оливера и вновь попыталась закрыть дверь, но попытка не удалась.

— Не уйду! — прорычал Оливер и толкнул дверь, едва не сбив с ног держащую ее ведьму.

— Это еще что за выходка?! — заметив этот маневр, взревела спускающаяся с лестницы Медея. — Кто посмел вести себя подобным образом на территории ковена?

— Прошу простить мне мою наглость, — залебезил Граст, почтенно склонив голову перед Верховной жрицей. — Но я пришел сюда за вашей защитой.

— Защитой?! — Медея приподняла одну бровь, удивленная таким заявлением. — И что же случилось у почтенного джентльмена, если он самолично пришел в ковен?

— Я бы никогда не решился тревожить вас по пустякам, но дело довольно щепетильное и деликатное, — он одарил все еще стоящую у двери черноволосую испепеляющим взглядом.

— Так говорите, что вас привело. Все равно уже ворвались, — фыркнула верховная и, до конца спустившись, присела на небольшой диванчик, указав гостю на стоящий недалеко от входа стул.

Такое пренебрежение задевало самолюбие Граста, но пришлось проглотить свое недовольство ради достижения конечной цели. Уж подстраиваться под обстоятельства Оливер умел как никто другой.

— Дело в том, что одна из ваших подопечных, явно в тайне от вас, промышляет незаконным видом заработка, — намеренно сгущал краски мужчина.

— О ком вы говорите? Что еще за заработок.

— Я имею в виду Эриду Виллард. Эта юная особа является никем иным, как самой настоящей аферисткой!

— Попрошу вас не кидаться необоснованными обвинениями! — возмутилась Верховная.

— Они не являются необоснованными!

— Значит у вас должны быть неопровержимые доказательства! — возмущенно произнесла Медея. — Я никому не позволю голословно обвинять членов ковена!

— Доказательства есть! Виллард опоила меня приворотным зельем, чтобы заполучить в свое владения мое имущество! Уверен, это не единичный случай в ее практике.

— Это серьезно обвинение и, если вы говорите правду, Эрида подвергнется строжайшему наказанию. Но я повторюсь, для этого должны быть железные доказательства.

— Вы сами можете в этом убедиться. Уверен, что у вас есть все возможности, чтобы определить, было ли на меня какое-либо воздействие.

Медея недовольно посмотрела на свою помощницу. Черноволосая лишь пожала плечами.

— Способы есть, — вздохнула Верховная и неторопливо подошла к Грасту.

Ведьма долго водила руками над головой мужчины, что-то шептала на непонятном ему языке. Когда же она отошла, Оливер поспешил уточнить:

— Ну что, убедились?!

— Ступайте домой. Уверяю вас, что я приму все надлежащие меры, чтобы наказать виновницу злодеяния, — сообщила Медея.

— Ну уж нет! — коварно усмехнулся Граст. — Я лично хочу убедиться, что она получит по заслугам.

— Не испытывайте моего терпения, молодой человек. Я вам не обычная женщина. Я — Верховная жрица ковена! Только в моей власти наказывать своих подопечных.

Оливер недовольно скрипнул зубами.

— Хорошо, — проговорил он и, поднявшись, пошел к выходу. — Но, если вы не накажите Виллард, я сам займусь этим вопросом. Уверен, что инквизиция не откажет мне в помощь.

— Не стоит угрожать мне! Мы соблюдаем закон, и любой проступок будет наказан подобающе, — строго ответила Медея и, не дожидаясь новой порции возмущения гостя, удалилась к себе.

— Неужели то, что говорил этот хлыщ, правда? — обеспокоенно спросила черноволосая у Медеи. — Ведь такого просто не может быть! Наша Эрида ни такая!

— К сожалению, это правда. Он действительно подвергла воздействию любовного зелья, но уже принял противоядие.

— Так может это и не Вилард вовсе опоила его? — с надеждой спросила ведьма.

— Как бы я не хотела защитить Эриду, но тут явно не обошлось без нее.

— Все равно я в это не верю!

— Увы, но мне придется ее наказать. Завтра созовем ковен, пусть все жрицы принимают решение.

Едва первые рассветные лучи солнца озарили небосклон, на пороге дома Виллард появилась Верховная жрица ковена, вызвав тем самым крайнее удивление девушки. Вместе с ней прибыл и один из ведьмаков — Каен Рибэрк. Будучи человеком весьма неприятным, он все же каким-то чудом сумел заслужить доверие Медеи. Многие поговаривали, что их связывают дальние родственные отношения, но достоверно подтвердить это либо опровергнуть никто не мог.

Войдя в дом, Верховная вместе со своим спутником расположилась на диване и сразу же перешла прямо к делу.

— Эрида, ты знаешь, что я всегда относилась к тебе хорошо. Но то, что произошло, переходит всякие границы. Мало того, что ты нарушила закон, так еще и весь ковен подставила!

— Но я не виновата! — попыталась оправдаться девушка, но Медея даже слушать ее не стала.

— Довольно! Есть два свидетеля, которые утверждают, что ты использовала свою силу во вред другим, в своих корыстных целях прибегла к помощи магии. Неужели я этому тебя учила?!

Слезы обиды выступили на глазах Эриды, но она всячески постаралась их сдержать. Как бы ей не было сейчас обидно и страшно — она никому не покажет своих истинных чувств.

— Дайте мне время, и я обязательно докажу, что не виновата ни в чем, — попросила она Верховную, но Медея одарила ее холодным взглядом.

— У тебя нет времени! Ковен принял решение, — женщина протянула лист бумаге Эриде. — У тебя ровно неделя, что оплатить штраф. А еще… — Медея сделала паузу. — Ты не имеешь права пользоваться своей силой до следующего дня зимнего солнцестояния.

— Что?! Но как же так?! У меня нет таких денег! И как я заработаю их без магии?

— У вас, юная леди, есть дом. Он хоть и стар, но вы вполне можете продать его. Вырученных средств вполне хватит на закрытие долга перед ковеном.

— Как же я его продам? А где я буду жить?

Медея поднялась. Ее лицо было словно каменное.

— Это уже твоя забота, Эрида, — холодно проговорила она и направилась к двери. — Идем, Каен, — позвала она ведьмака.

Тот слегка замешкался, обвел дом заинтересованным взглядом, затем нехотя зашагал к выходу. Уже покинув дом, он быстро догнал Верховную.

— Тетушка, ты возвращайся одна, а у меня еще есть дела в городе, — проговорил он и, проводив Медею хитрым взглядом, вновь направился к дому Эриды. — Хозяюшка! — позвал он девушку, отворив не запертую дверь.

— Вы что-то забыли? — удивилась Виллард, мысленно обругав себя, что не успела сразу же запереться.

— Хотел, — довольно проговорил Рибэрк. — У меня есть к тебе деловое предложение. Сама подумай: у тебя всего лишь неделя, чтобы найти деньги на погашение штрафа, а я могу уже сегодня купить у тебя дом.

— И за сколько вы хотите его приобрести? — расстроенно спросила Эрида.

Мужчина назвал ровно ту сумму, которая была соизмерима назначенному ковеном штрафу.

— Да он стоит минимум в два раза дороже!

— И что?! — фыркнул Каен. — Да где ты так быстро найдешь покупателя? Соглашайся, пока я не передумал!

— Нет, я не стану продавать его за бесценок!

— Ну и дура! — выдал ведьмак. — Смотри, я долго уговаривать не буду, не согласишься до завтра, цена будет только падать, а других покупателей ты не найдешь, уж поверь мне.

— Уходите! — строго проговорила Виллард.

— Не глупи! — и не думал уходить мужчина. — Я ведь дело предлагаю, — продолжил уговаривать девушку.

Эрида была в отчаянии. Она уже не знала, что делать, напор мужчины сбивал с толку. Заметив ее слабость, Рибэрк с новой силой стал наседать на ведьмочку, пытаясь убедить ее в своей правоте. Уж слишком привлекателен был ее дом по столь смехотворной цене. Каен был несказанно рад, что решил спозаранку навестить тетушку — такого подарка судьбы он точно сегодня не ожидал, поэтому уж точно не упустит его из рук.

Граф Аддерли шагал по улицам города в самом прекрасном расположении духа. Он мог бы взять экипаж, но уж очень хотелось продлить предвкушение радости. Сомнений в том что Виллард придёт в восторг от подарка не было. Макс очень надеялся заставить девушку забыть, кто причинил ей неприятности, ведь он всё исправил!

Починка Гризельды обошлась в кругленькую сумму. Кулиби по-дружески назначил цену только за клей — экспериментальный, а потому очень дорогостоящий, коего потребовалось немало. За работу брать отказывался, но Аддерли настоял, понимая, что такая услуга бесценна.

Метёлка летела рядом с мужчиной, выписывая замысловатые кренделя. Это привлекало внимание прохожих, вызывая на их лицах удивление и улыбки. Максимилиан подмигивал встречным, гордясь совершённым благодеянием — выглядела Гризельда едва ли не лучше прежнего. Места склеек на отполированном древке рассмотреть было невозможно, прутья, дополнительно покрытые лаком, были очень гибкими, а сияли на солнце так, словно побывали в дорогом парикмахерском салоне. Себастьян с уверенностью утверждал, что после его починки метлу не переломит даже наступивший на неё слон.

— Мы теперь друзья? — весело спрашивал подлетающую ближе Гризельду граф. — Обещаешь больше меня не колотить?

Метёлка наклонилась, будто кивая, и пристроилась к боку молодого человека, приглашая сесть на неё.

— Хочешь меня покатать? — засмеялся Макс. — Спасибо! Как-нибудь в другой раз, с позволения твоей хозяйки.

Гризельда снова кивнула и полетела вперёд.

— Эй! — крикнул вдогонку граф. — Так не честно! Я должен сам вручить тебя Эриде!

Метёлка послушно дождалась Максимилиана на углу и далась ему в руки. Граф свернул в нужный переулок и направился к симпатичному и казавшегося ему самым уютным и милым дому. С удивлением заметил, что дверь распахнута, при том что на крыльце никого нет. Вряд ли Виллард так неосторожна и забыла запереться, он сам настоятельно рекомендовал девушке пока не принимать клиентов. Мало ей нападения одурманенного Граста? Аддерли побежал, не выпуская Гризельду из рук. Ещё во дворе услышал крики.

Как и обещал Максимилиан, утром на пороге Виллард стоял его поверенный: худощавый, с куцыми усиками и редкой бородкой, хитринка в глазах, всклокоченные ветром волосы, отутюженные костюм в крупную клетку и идеально начищенные туфли. Представившись, мужчина дождался приглашения войти и, лишь когда Эрида закрыла за ним плотно двери, протянул ей свой зонт-трость. Девушка быстро повесила его на вешалку.

— Прошу вас, проходите, располагайтесь.

— Покорнейше благодарю, — улыбнулся Дэрек, продвигаясь вглубь дома, попутно рассматривая каждую его деталь. — Скажите, и сколько же вы хотите получить за него? — явно нервничая, мужчина дернул верхней губой, отчего его коротенькие усишки зашевелились. Выглядело это довольно комично и никак не вязалось с его весьма серьезным видом. Этот диссонанс вызвал у Эриды кратковременный ступор. — Мисс Виллард, так что с ценой? — терпеливо повторил вопрос Ледри.

— Простите, задумалась немного, — виновато выдала девушка и назвала сумму. Это почему-то озадачило поверенного. Он еще раз осмотрелся, повертев головой по сторонам. — Много?!

— Напротив… — задумчиво проговорил Дэрек. — Думаю, за ваш дом мы сможем выручить гораздо больше. А как обстоят дела с документами? Надеюсь, проблем с ними не возникнет? — уточнил мужчина.

— Они в порядке, — торопливо заверила Эрида.

— Я могу взглянуть?

— Разумеется. Минуточку, — Виллард быстро достала из комода приготовленные с вечера бумаги. После уходя Аддерли, она первым делом занялась их проверкой, чему сейчас была несказанно рада. — Вот, — протянула их Ледри.

Поверенный внимательно изучил каждый лист, вдумчиво вчитываясь, затем изрек:

— Все и правда в порядке. Хорошо, что не придется тратить на это время. Господин Аддерли сказал мне, что у нас всего неделя на то, чтобы найти покупателя.

— Да, срок довольно короткий, — виновато произнесла Эрида.

— Отнюдь, — улыбнулся Дэрек. — Уверен, что нам и пары дней хватит, — глаза поверенного блеснули предвкушением, заставив Виллард опомниться.

— Я у вас даже не спросила, сколько мне будут стоит ваши услуги.

— Не извольте беспокоиться, мила леди. Вы мне ничего не должны. Я в долгу перед господином Аддерли, и для меня большая честь быть ему хоть в чем-то полезным, — лилейным голосом проговорил лис. — А сейчас, если вы не против, я бы хотел осмотреть и остальные комнаты.

Довольный увиденным, Ледри быстро простился. Уже у самого выхода, забирая свой зонт, он едва ли не нос к носу столкнулся к Гризельдой. Та, выскользнув из кладовки, как сторожевой пес, караулила у двери. Стоило мужчине приблизиться, как метла встрепенулась, подлетела к нему вплотную и, словно изучая его, описала вокруг несколько кругов.

— Интересная у вас метелка, — улыбнулся поверенный и потянул к ней руку, пытаясь взять, но Гризельда быстро отпрянула. — Только дикая немного.

— Она совсем не дикая, просто посторонним в руки не дается, — пояснила Эрида.

— А вы не желаете и ее продать? — вновь блеснули глаза лиса.

— Гризельда не продается! — торопливо ответила Виллард и заметила, как метелка спряталась ей за спину.

— Жаль… Весьма жаль… За нее можно получить гораздо больше чем за этот дом, — цокнул языком Дэрек. — Ну нет, так нет, — постарался произнести как можно безразличнее, но досада так и слышалась в каждом сказанном им слове. — До скорой встречи, мисс Виллард, — Лерди подхвати ладошку ведьмочки и хотел поцеловать, но не успел.

Гризельда мигом вылетела из-за спины своей хозяйки и хорошенько поддала под мягкое место незадачливому обольстителю.

— Гризельда! — возмутилась Эрида такому поведению.

— Ой! Ой-ей-ей! — восклицал лис, пытаясь увернуться от метлы. — Остановите ее! Уберите!

Подбежав, Виллард с силой притянула к себе подопечную, но та всячески пыталась вырваться.

— Да что с тобой? Как с цепи сорвалась… Простите, господин Ледри.

— Бешеная она у вас, — воскликнул мужчина, покидая дом. — Прошу вас, — добавил он с крыльца, — закройте ее в следующий раз, когда я приду. Счастливо оставаться! — он быстро зашагал прочь, а Эрида, держа одной рукой все еще трепыхающуюся Гризельда, заперла дверь на засов и только тогда выпустила строптивицу.

— И как это понимать?! — ругалась она на метлу. — Я не узнаю тебя в последнее время. Мне стыдно за твое поведение! — Гризельда демонстративно отлетела подальше, махнув пренебрежительно прутьями. — Она еще и обиделась! Ну это уже наглость! А ну живо в чулан! — возмущенно произнесла Эрида, но вместо того, чтобы выполнить ее требование, метла устремилась к камину и юркнула в дымоход. — Еще лучше… — развела руками Виллард. — Даже метла от меня сбежала, — печально вздохнула она, глядя в окно, как Гризельда улетает вдаль.

Ведьмочку раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, удачная сделка не могла не радовать, если Дэрек Ледри выполнит обещания, Эрида погасит долг перед ковеном и сверх того получит внушительную сумму, после чего сможет снять хотя бы какое-то жильё на то время, пока будет доказывать необоснованность выдвинутых ей обвинений. С другой, девушку удручала неясность перспектив. Как искать работу опальной ведьме, лишённой права пользоваться силой?

Неприятное воспоминание о вчерашнем разговоре с Каеном Рибэрком заставило Виллард содрогнуться. С какой страстью ведьмак рассуждал о безвыходности её положения! Как ярко рисовал неизбежное падение бессильной ведьмы на самое дно общества. А ведь он не лишён влияния на Верховную и вполне способен подстроить Эриде любую пакость. Пожалуй, ещё припомнит позор, с каким накануне его выставили из дома. Понятно, что мстить графу Аддерли Рибэрк не решится, а вот бесправную ведьму вполне может унизить.

От этих печальных мыслей девушке стало страшно. Тут ещё Гризельда опять сбежала! Некому заступиться… А заперта ли дверь, как наказывал Максимилиан?

Пора бы отказаться от глупой привычки ждать клиентов и не пользоваться замками, в расчёте на охранные заклинания — до следующего дня солнцестояния она обыкновенная девушка без добрых родственников и влиятельных благодетелей и должна быть осторожной.

В то время, как ее хозяйка решала свои финансовые проблемы, Гризельда решила воплотить в жизнь свой план мести…

В отличие от минувшего дня, солнце беспощадно пекло с самого утра, но тепло его лучей ласкало Гризельду, наполняя ее энергией и радостью. Воздух был пропитан запахом летних цветов, а пение птиц наполняло пространство нежными звуками. На небе плыли легкие облачка, и время от времени они закрывали солнце, подарив мгновения прохлады. Пролетая над небольшим прудом в самом сердце города, метла наблюдала как вода игриво плещется, приглашая ее окунуться в свои объятия. Не сумев отказать себе в удовольствии, Гризельда спустилась ниже, скользнув самыми кончиками своих прутиков по водной глади.

Вдали замелькали яркие цвета торговых лавок на городской площади, послышались голоса уличных зазывал. Но метла не обращала на них внимания. Набрав высоту, она скользила в воздушных потоках, маневрируя среди парящих вокруг птиц. Те, с громкими криками шарахались в стороны, уступая непоседе дорогу.

Гризельда летела над городскими улицами, больше ни на что не отвлекаясь и не сворачивая с намеченной цели. Гонимая жаждой мести, метла держала свой курс в родовое поместье Аддерли. На ее счастье, на втором этаже особняка было распахнуто настежь окно, им-то строптивица и воспользовалась. Влетев в комнату, немного покружила, а затем подлетела к двери, аккуратно толкнув ее древком. Дверь медленно начала открываться. В коридоре не было никого, царила едва ли не гробовая тишина. Быстро выскользнув из комнаты, Гризельда полетела в поисках комнаты своей обидчицы.

Со стороны лестницы послышались чьи-то шаги. Метелка всполошилась, заметалась в поисках укрытия и лишь в последнюю секунду успела юркнуть за кадку с пушистым зеленым деревом в самом углу. Прижавшись к стволу, она зависла вверх тормашками, маскируя свои прутья меж раскидистых ветвей.

В коридоре показалась дородная женщина. Ковыляя и переваливаясь с боку на бок, словно тяжелая утка, служанка несла в руках стопку аккуратно сложенных и отутюженных вещей, при этом что-то ворча себе под нос. Толкнув одну из дверей, женщина скрылась из виду.

Неторопливо покинув свое укрытие, Гризельда проследовала за служанкой. Проскользнув в комнату, она быстро шмыгнула под кровать, пока служанка копошилась в шкафу, укладывая одежду на полки.

— Чего ты так долго копаешься?! — возмущалась Луина Аддерли. — Живее!

— Простите, Ваше Сиятельство, я уже закончила, — торопливо извинилась служанка и заковыляла прочь.

— Ничего нормально сделать не могут! — продолжала ругаться графиня, запирая дверь, когда женщина ушла. — Бестолковые простолюдины! Даже элементарного не могут!

Луина направилась в ванную комнату. Послышался звук льющейся воды, а затем и невыносимое пение графини, позволив Гризельде спокойно покинуть свое укрытие. Тут уж метла дала себе волю: она кружила по комнате, снося все на своем пути. Такого погрома этот дом явно никогда не видел. За громкими звуками, доносящимися из ванной, прекрасно маскировался тот грохот, что устроила мстительная Гризельда. Уже через пару минут не осталось ничего, что занимало бы свое место. Разорванные портьеры, осколки флаконов от дорогих духов, потрепанные наряды — все это толстым слоем валялось на полу.

С чувством выполненного долга, метла скользнула обратно под кровать и прижалась к самому дну, чтобы любой, кто попытается заглянуть под ложе, не сумел ее обнаружить. Так она и стала дожиться «радостной» реакции Аддерли.

Вскоре Луина прекратила свое пение, включила воду и, закутавшись в пушистый белоснежный халат, который делал ее похожей на большого мохнатого медведя, вальяжной походкой вышла навстречу приготовленному незваной гостьей сюрпризу.

— А-а-а-а-а! — проорала женщина на весь дом. — Воры! Грабители! А-а-а-а-а!

На ее вопли тут же сбежались слуги. Они дергали двери с обратной стороны, но надежные запоры крепко держали ее, не желая никого впускать.

— Ваша Светлость, что с вами? — допытывались служанки.

Дрожащими руками Луина с трудом справилась с запором на двери. Ворвавшиеся слуги осмотрелись по сторонам, проверили окна, которые также оказались запертыми, заглянули в каждый уголок, но так никого не обнаружили.

Аддерли трясло от ужаса. Еще долго она сидела на кухне, боясь вернуться в свою комнату, и пила успокоительные отвары.

— Немедленно отправьте за Максимилианом! Найдите его, где бы он не был! — приказала она.

Между тем служанки приводили ее комнату в порядок.

— Как думаешь, кто мог такое сотворить? — шепотом спрашивала одна работница другую.

— А сама-то как думаешь?! Все заперто было, никого в комнате не было.

— Считаешь, она сама?

— Да кто еще?! Конечно, сама!

— Совсем умом тронулась!

— Видимо так…

Закончив с уборкой, служанки ушли, а Гризельда незаметно вылетела из-под кровати и тем же путем, что и проникла в дом, покинула жилище Аддерли.

В расстроенных чувствах Эрида вернулась домой. Метелка встретила хозяйку на пороге, в нетерпении нарезая круги вокруг девушки.

— Ну что, гулена, вернулась? И где ты пропадала? — Метелка, словно прося прощения за свое поведение, легонько потерлась о бок хозяйки. — Ладно, пойдем в дом. Еще так много дел, столько вещей упаковать надо.

Весь день Виллард занималась сборами. Лишь к вечеру она рухнула на кресло без сил, совершенно забыв о том, что кроме чая в агентстве «Купидон» у нее во рту ничего и не было. Словно услышав ее мысли, Гризельда подхватила одну единственную кастрюлю, которую Эрида оставила на столе, и, подхватив ее, принесла девушке.

— Эх… — вздохнула Эрида, глядя на часы. — Поздно уже что-то готовить, да и сил на это у меня нет.

Ведьмочка уже хотела отправиться в комнату, чтобы лечь пораньше спать, но не успела. Громкий стук отвлек ее от манящих планов.

— Кто там? — подойдя к двери, спросила Эрида, не спеша открывать запор.

— Куда мы едем? — наконец очнулась Эрида, заметив, как они въехали на центральную площадь.

— Ко мне домой, — сухо ответил Аддерли, словно это само собой разумеется.

— А-а-а-а-а… зачем? — настороженно спросила она. — Граф лишь ухмыльнулся, ничего ей не ответив. — О, нет! Нет! Нет! Нет! — затараторила Вилард, засуетившись. — Я не поеду к вам! Нет!

— Успокойся! — совершенно серьезно произнес Максимилиан. — Этот вопрос даже не обсуждается.

— Я сказала, что не поеду! Кучер, стой! — застучала она своими маленькими кулачками по передней стенке экипажа. — Остановите мне здесь!

— Чего ты так всполошилась?

— Вы не понимаете, — продолжила настаивать девушка. — Это совершенно недопустимо! Уже и так наше с вами общение довело до беды. А что будет дальше? Моя репутация пострадала, еще и ваша будет запятнана нелицеприятными домыслами, — пыталась вразумить графа Эрида.

— Тебе не все ли равно, о чем судачат городские сплетники? Лично мне нет до них никакого дела, — спокойно произнес Макс.

— Как же так? А ваша матушка? Она и на порог меня не пустит. Нет, все же отвезите меня в ближайшую недорогую гостиницу или вовсе здесь высадите, я дойду пешком, — паниковала девушка.

— Видимо, ты еще не поняла, — вздохнул Аддерли. — С этого дня я буду всегда рядом с тобой и всячески буду заботиться о тебе, — взяв в свои руки ледяные от волнения ладошки Виллард, мужчина поднес их к своим губам, касаясь легким поцелуем. Сверху донесся легкий стук, заставивший Макса улыбнуться. — Да-да, Гризельда, о тебе я тоже буду заботиться, — рассмеялся граф.

— Все равно это неправильно… — подняв на Максимилиана нерешительный взгляд, уже не так рьяно возразила ведьмочка. — Я не хочу, чтобы вы…

— Ты, — перебил ее Макс. — Перестань уже обращаться ко мне на «вы».

— Ты… — покорно поправилась Эрида. — Я не хочу, чтобы ты ссорился из-за меня с графиней.

— Можешь об этом не беспокоиться. Я сам решу вопрос со своей матушкой. Ей придется считаться с моим мнением и принять тебя. Тем более, что я уже не отпущу тебя никуда.

Слова Аддерли заставили Эриду смутиться. Легкий румянец окрасил ее щеки, глаза опустились. Она готова была отвернуться, но Макс не позволил, легонько поддев пальцами ее подбородок и слегка подняв так. чтобы их взгляды встретились.

— Ты не безразлична мне, — признался граф, стараясь избегать высокопарных слов, дабы не спугнуть и так взволнованную возлюбленную. — Я не прошу от тебя взаимности, но позволь мне хотя бы попытать свое счастье и завоевать твое сердце.

Ответить Виллард не успела. Экипаж остановился, и кучер, подойдя к двери, распахнул ее, приглашая пассажиров выйти.

На крыльце своего хозяина встречал верный слуга.

— Томмис, графиня дома? — уточнил у него Максимилиан, вытаскивая чемоданы.

— Да, Ваше Сиятельство. Графиня изволила отдохнуть после пережитого утром происшествия и сейчас находится в оранжерее. Да… — замялся слуга и бросил взгляд на девушку.

— Рассказывай! — поторопил его Аддерли.

Томмис вкратце поведал о минувшем инциденте.

— И все это в запертой комнате, — закончил он свое повествование.

Граф нахмурил брови, о чем-то крепко задумавшись. Тем временем все еще лежащая на крыше экипажа Гризельда затаилась. А вот Эрида сразу все поняла. Теперь она догадалась, куда именно летала ее любимица и где пропадала все утро.

— Я разберусь с этим позже, а сейчас проводи нашу гостью в свободную комнату рядом с моей, отнеси ее чемоданы и помоги с обустройством, — нахмурился Максимилиан.

— А как же Ее Сиятельство?

— С графиней я поговорю.

Подав руку Виллард, он повел ее в особняк. Девушка заметно волновалась.

— А Гризельда? — замешкав у двери, спросила она.

— Гризельда! — крикнул Аддерли.

Та нерешительно слетела с крыши экипажа и, стараясь держаться подальше от хозяйки, подлетела к Максу. Эрида нахмурилась. Ох и достанется же Гризельде, когда они останутся наедине. Такой несказанной наглости Виллард уж точно не спустит с рук. За свою выходку метелке придется отвечать.

Внутри было тихо. Графини нигде не было видно. Макс проводил возлюбленную до лестницы и передал в заботливые руки слуги, а сам собрался проследовать в оранжерею для беседы с матушкой, но не успел. На всю гостиную разнесся радостный голос Луины Аддерли. Услышав его, Эрида так и застыла на ступенях, не успев подняться.

— Максимилиан! — мчалась женщина в объятия любимого сына. — Наконец-то ты вернулся. Я уже и слуг на твои поиски отправляла, а тебя все нет и нет. В твое отсутствие столько всего случилось, — тараторила дама до тех пор, пока случайно не подняла свой взгляд. — Что?! А эта девка что здесь делает?! — взревела графиня, отстраняясь от Макса.

Выглядела женщина необычно. Нарядное домашнее платье, не лишённое элегантности, прекрасно подогнанное по фигуре, и вполне соответствующие ему симпатичные туфельки совершенно не сочетались с растрёпанной тряпкой на лбу. Луина забыла о компрессе, бросившись навстречу дорогому сыну. Она много чего передумала, приводя растерзанные чувства в порядок, пока лежала на диване в оранжерее, и теперь намеревалась поделиться неожиданными горестями с Максом.

Причиной свалившихся на неё бед графиня упорно считала рыжую ведьму, приняв устроенный в запертой комнате погром за какое-то особо изощрённое колдовство, и, увидев Виллард на ступенях лестницы, ведущей в покои графа, только утвердилась в этой мысли.

— Матушка, — сухо ответил ей Максимилиан, — извинитесь, и больше никогда не оскорбляйте Эриду! Ни при мне, ни в моё отсутствие.

— В отсутствие? — лицо графини покрылось бордовыми пятнами, — Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что эта девушка останется здесь столько, сколько посчитает нужным.

— Это неслыханно! — Луина, наконец, сорвала с головы тряпку, заметно нарушив причёску, принялась вытирать вспотевшие лоб и шею. — Почему эту негодницу не посадили под замок? Медея обещала наказать злодейку, а вместо этого, бросила её в объятья моего сына! Ведьмы покрывают друг друга! Да я до короля дойду, пусть разгонит этот ковен как рассадник порока!

— Куда мы едем? — наконец очнулась Эрида, заметив, как они въехали на центральную площадь.

— Ко мне домой, — сухо ответил Аддерли, словно это само собой разумеется.

— А-а-а-а-а… зачем? — настороженно спросила она. — Граф лишь ухмыльнулся, ничего ей не ответив. — О, нет! Нет! Нет! Нет! — затараторила Вилард, засуетившись. — Я не поеду к вам! Нет!

— Успокойся! — совершенно серьезно произнес Максимилиан. — Этот вопрос даже не обсуждается.

— Я сказала, что не поеду! Кучер, стой! — застучала она своими маленькими кулачками по передней стенке экипажа. — Остановите мне здесь!

— Чего ты так всполошилась?

— Вы не понимаете, — продолжила настаивать девушка. — Это совершенно недопустимо! Уже и так наше с вами общение довело до беды. А что будет дальше? Моя репутация пострадала, еще и ваша будет запятнана нелицеприятными домыслами, — пыталась вразумить графа Эрида.

— Тебе не все ли равно, о чем судачат городские сплетники? Лично мне нет до них никакого дела, — спокойно произнес Макс.

— Как же так? А ваша матушка? Она и на порог меня не пустит. Нет, все же отвезите меня в ближайшую недорогую гостиницу или вовсе здесь высадите, я дойду пешком, — паниковала девушка.

— Видимо, ты еще не поняла, — вздохнул Аддерли. — С этого дня я буду всегда рядом с тобой и всячески буду заботиться о тебе, — взяв в свои руки ледяные от волнения ладошки Виллард, мужчина поднес их к своим губам, касаясь легким поцелуем. Сверху донесся легкий стук, заставивший Макса улыбнуться. — Да-да, Гризельда, о тебе я тоже буду заботиться, — рассмеялся граф.

— Все равно это неправильно… — подняв на Максимилиана нерешительный взгляд, уже не так рьяно возразила ведьмочка. — Я не хочу, чтобы вы…

— Ты, — перебил ее Макс. — Перестань уже обращаться ко мне на «вы».

— Ты… — покорно поправилась Эрида. — Я не хочу, чтобы ты ссорился из-за меня с графиней.

— Можешь об этом не беспокоиться. Я сам решу вопрос со своей матушкой. Ей придется считаться с моим мнением и принять тебя. Тем более, что я уже не отпущу тебя никуда.

Слова Аддерли заставили Эриду смутиться. Легкий румянец окрасил ее щеки, глаза опустились. Она готова была отвернуться, но Макс не позволил, легонько поддев пальцами ее подбородок и слегка подняв так. чтобы их взгляды встретились.

— Ты не безразлична мне, — признался граф, стараясь избегать высокопарных слов, дабы не спугнуть и так взволнованную возлюбленную. — Я не прошу от тебя взаимности, но позволь мне хотя бы попытать свое счастье и завоевать твое сердце.

Ответить Виллард не успела. Экипаж остановился, и кучер, подойдя к двери, распахнул ее, приглашая пассажиров выйти.

На крыльце своего хозяина встречал верный слуга.

— Томмис, графиня дома? — уточнил у него Максимилиан, вытаскивая чемоданы.

— Да, Ваше Сиятельство. Графиня изволила отдохнуть после пережитого утром происшествия и сейчас находится в оранжерее. Да… — замялся слуга и бросил взгляд на девушку.

— Рассказывай! — поторопил его Аддерли.

Томмис вкратце поведал о минувшем инциденте.

— И все это в запертой комнате, — закончил он свое повествование.

Граф нахмурил брови, о чем-то крепко задумавшись. Тем временем все еще лежащая на крыше экипажа Гризельда затаилась. А вот Эрида сразу все поняла. Теперь она догадалась, куда именно летала ее любимица и где пропадала все утро.

— Я разберусь с этим позже, а сейчас проводи нашу гостью в свободную комнату рядом с моей, отнеси ее чемоданы и помоги с обустройством, — нахмурился Максимилиан.

— А как же Ее Сиятельство?

— С графиней я поговорю.

Подав руку Виллард, он повел ее в особняк. Девушка заметно волновалась.

— А Гризельда? — замешкав у двери, спросила она.

— Гризельда! — крикнул Аддерли.

Та нерешительно слетела с крыши экипажа и, стараясь держаться подальше от хозяйки, подлетела к Максу. Эрида нахмурилась. Ох и достанется же Гризельде, когда они останутся наедине. Такой несказанной наглости Виллард уж точно не спустит с рук. За свою выходку метелке придется отвечать.

Внутри было тихо. Графини нигде не было видно. Макс проводил возлюбленную до лестницы и передал в заботливые руки слуги, а сам собрался проследовать в оранжерею для беседы с матушкой, но не успел. На всю гостиную разнесся радостный голос Луины Аддерли. Услышав его, Эрида так и застыла на ступенях, не успев подняться.

— Максимилиан! — мчалась женщина в объятия любимого сына. — Наконец-то ты вернулся. Я уже и слуг на твои поиски отправляла, а тебя все нет и нет. В твое отсутствие столько всего случилось, — тараторила дама до тех пор, пока случайно не подняла свой взгляд. — Что?! А эта девка что здесь делает?! — взревела графиня, отстраняясь от Макса.

Выглядела женщина необычно. Нарядное домашнее платье, не лишённое элегантности, прекрасно подогнанное по фигуре, и вполне соответствующие ему симпатичные туфельки совершенно не сочетались с растрёпанной тряпкой на лбу. Луина забыла о компрессе, бросившись навстречу дорогому сыну. Она много чего передумала, приводя растерзанные чувства в порядок, пока лежала на диване в оранжерее, и теперь намеревалась поделиться неожиданными горестями с Максом.

Причиной свалившихся на неё бед графиня упорно считала рыжую ведьму, приняв устроенный в запертой комнате погром за какое-то особо изощрённое колдовство, и, увидев Виллард на ступенях лестницы, ведущей в покои графа, только утвердилась в этой мысли.

— Матушка, — сухо ответил ей Максимилиан, — извинитесь, и больше никогда не оскорбляйте Эриду! Ни при мне, ни в моё отсутствие.

— В отсутствие? — лицо графини покрылось бордовыми пятнами, — Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что эта девушка останется здесь столько, сколько посчитает нужным.

— Это неслыханно! — Луина, наконец, сорвала с головы тряпку, заметно нарушив причёску, принялась вытирать вспотевшие лоб и шею. — Почему эту негодницу не посадили под замок? Медея обещала наказать злодейку, а вместо этого, бросила её в объятья моего сына! Ведьмы покрывают друг друга! Да я до короля дойду, пусть разгонит этот ковен как рассадник порока!

Ранним утром Максимилиан Аддерли пребывал в прекрасном расположении духа. Все складывалась самым наилучшим для него образом. Оставалось лишь решить вопрос с обвинениями против возлюбленной, а там можно будет и озаботиться следующим вопросом: наконец-таки сделать Виллард предложение, как она того, несомненно, заслуживает.

Погода стояла прекрасная. Утренняя прохлада добавляла бодрости, ветерок подгонял вперед, а трели неугомонных пернатых так и манили насвистывать им в такт, чем Макс и занялся.

Он шагал по улице в сторону Департамента, отказавшись от экипажа в пользу пешей прогулки. Мужчина спешил. У него было намечено очень много дел, которые он, увы, из-за своей занятости и проблем Эриды, успел запустить. Но первое, что он планировал сделать — заглянуть в кабинет барона Стопорта и расспросить начальника о его любимой племяннице.

Поразмыслив накануне о том, как же ему помочь Виллард, Аддерли пришел к выводу, что лучше всего это получится сделать при помощи Ильмиры. Ведь это именно для нее Эрида готовила то злополучное зелье. Почему-то Макс был уверен, что его несостоявшаяся невеста, а ныне миссис Дебуар, непременно согласиться о такой услуге и с удовольствием даст пояснения в ковене.

В Департаменте еще никого не было — оно и понятно, обычно сотрудники приходят на работу гораздо позже. Но дверь в кабинет начальника была приоткрыта. Туда Макс и направился.

— Можно? — постучав, спросил он.

— Максимилиан?! — удивился Стопорт. — Ты сегодня рано.

— Я хотел поговорить с вами, — перешел Аддерли ближе к делу.

— Так проходи, присаживайся. Давненько мы с тобой не беседовали просто так. Все работа, да работа, — посетовал начальник, усмехнувшись. — О чем ты хотел поговорить?

— О вашей племяннице.

— Вот как?! — удивился Стопорт. — Так ты опоздал. Ильмирочка теперь замужем.

— Я прекрасно об этом осведомлен и безумно рад за нее и виконта. Но мне нужно увидеться с ней.

— Эка что захотел! — строго произнес мужчина. — Не пристало порядочным замужним дамам с посторонними мужчинами встречаться.

— Вы не так меня поняли. Мне помощь ее нужна, — поспешил исправиться Макс. — Видите ли, один очень хороший человек попал в беду, и лишь Ильмира может оказать ему помощь.

— Человек-то красивый? — спросил Стопорт, хохотнув.

— Очень, — расплылся в улыбке Аддерли и только сейчас понял, что выдал себя с потрохами.

— Ну ты, Максимилиан, и скрытный, — пожурил его начальник. — Я-то думал, что это ты перестал в клубе холостяков появляться, оказывается даму сердца нашел, — продолжил по-доброму потешаться над подчиненным Стопорт.

— Так что на счет Ильмиры? — все же вернул его Макс в нужное русло.

— Нет ее, — успокоившись, ответил начальник. — Они с Дебуаром сразу же после свадьбы в путешествие отправились.

— А вернутся когда? — уточнил граф.

— Да кто ж их знает?! Я и не интересовался больно-то.

— Жаль… — вздохнул Максимилиан.

— Так может я тебе помочь смогу? Ты говори, — предложил Стопорт. — Ты ведь знаешь, что я всегда рад.

— Знаю, и благодарен за это. Но, увы, в данной ситуации вы мне ничем не поможете.

Покинув кабинет начальника, Макс принялся за работу. Дела захватили его с головой. Лишь в конце дня мужчина вспомнил, что собирался наведаться в сыскное агентство, чтобы подключить к делу Франста. Граф искренне надеялся, что Бастиану удастся найти хоть какие-то доказательства невиновности его избранницы. Убрав бумаги в сторону, Аддерли покинул Департамент.

Был уже вечер. Макс торопился, стараясь успеть до закрытия агентства «Франст и Ко». Франста он застал буквально на пороге. Сыщик уже вышел из здания и запирал входную дверь.

— Бастиан! — окликнул его Аддерли, едва ли не набегу.

— Аддерли?! — оглянувшись, удивился сыщик. — Чем обязан?

— Дело есть, — переведя дыхание, сообщил Макс.

Франст осмотрелся по сторонам, бросил печальный взгляд на букет в своих руках, а затем вновь повернул ключ в замочной скважине.

— Входи, — пригласил графа внутрь. — Рассказывай, что тебя привело.

Аддерли вкратце поведал о своей проблеме.

— Так я знаю уже о случившемся. Эрида недавно была у Эммы, а та в свою очередь попросила меня помочь, — проговорил Бастиан.

— И?! — в нетерпении поторопил его граф.

— Пока ничего конкретного сказать не могу, лишь и без того известные тебе моменты. Зацепки, конечно, есть, но они требуют проверки, а соответственно и времени.

— Сколько? — коротко уточнил Макс.

— Не знаю, но надеюсь, что результат будет уже скоро, особенно если посвятишь меня в известные тебе подробности.

— За этим я и пришёл! — воскликнул Аддерли. — Открылись такие нюансы, что просто голова пошла кругом!

Сыщик внимательно выслушал графа и сочувственно вздохнул, когда тот замолчал:

— Не хотел бы я оказаться на твоём месте, Ваше Сиятельство. Воистину правы те, кто критикует нравы, царящие в аристократических кругах.

— Везде есть мудрецы и глупцы, — возразил граф, — святые и подонки, наивные и чересчур подозрительные…

— Это так, прости. Я задумался, скорее, о себе. Моё положение не лучше, хотя родители были бы счастливы назвать мою избранницу дочерью. Не обращай внимания на нытьё безнадёжного холостяка.

— Что ты скажешь теперь?

— Скажу, что положение Виллард лучше, чем я предполагал. До сих пор считалось, что от её незаконной деятельности пострадали двое. Первый заявитель известен. Факт приворота подтверждён, однако есть смягчающие обстоятельства: Эрида дала незадачливому воздыхателю антидот, он признался, что выпил зелье по ошибке, более того, сам и подливал его неизвестному лицу.

— Другими словами, ты сможешь доказать, что злого умысла у Виллард не было.

— Совершенно точно подмечено! Итак…

— Итак?

— Теперь о втором пострадавшем. Его имя тщательно скрывают. Мне так и не удалось выяснить, кто собственно жаловался на Эриду. Теперь понятно почему.

— Ее Сиятельство изволила пригласить вас на чашечку чая, — сообщил Эриде Томмис.

Виллард немного удивилась — слишком уж резко переменилась графиня. Но, возможно, она все-таки осознала свою неправоту? Решив постараться наладить с Ее Сиятельством если не теплые, то хотя бы мирные отношения, ведьмочка поспешила в гостиную.

На небольшом стеклянном столике с позолоченными ножками уже стояла пара фарфоровых чашек с разлитым по ним ароматным цветочным чаем. Рядом расположилась хрустальная ваза со сладостями.

Графиня приветливо улыбнулась, увидев девушку, и пригласила присесть в соседнее с ней кресло. Вот только ее улыбка скорее походила на оскал, нежели на искреннюю радость от общения. Заняв место подле Аддерли, Эрида никак не могла расслабиться, ощущая себя словно на раскаленных углях.

Луина старалась держаться максимально дружественно: расспросила ведьмочку о ее семье, образовании, при этом то и дело напоминала о том, что чай остывает и его следует допивать. Эрида и не отказывала. Выпив одну чашку, она тут же получила вторую. Хотелось скорее уйти к себе в комнату. Спасением для нее стало появление Максимилиана. Не успел он вернуться домой, как ему навстречу поднялась сердобольная матушка. Пока Луина занялась сыном, девушка мышкой проскользнула к лестнице, скрываясь наверху.

— Сынок, как же хорошо, что ты смог вернуться со службы пораньше, — пропела графиня. — Я сегодня условилась наведаться к своей модистке. Надеюсь, ты не откажишь в любезности сопроводить меня.

— Разумеется нет, — улыбнулся Макс. — Думаю, и Эриде будет полезно обновить свой гардероб. Кстати, где она? — мужчина уже хотел отправиться на поиски любимой, но графиня его остановила.

— Подожди! Я думаю, стоит сделать иначе: ты сам выберешь ей наряды, а я помогу тебе с размером. Ей явно будет неудобно, и она постарается отказаться от таких трат, а так ты сделаешь ей подарок, — хитрила Луина.

— Ты как всегда права, — согласился Аддерли. — Тогда идем скорее. Я сейчас распоряжусь приготовить нам карету и буду ждать тебя у входа.

— Хорошо, — улыбнулась матушка. — Я только приведу себя в порядок.

Как только сын ушел, графиня направилась к крылу прислуги. Отыскав так садовника, отдала ему заранее приготовленный мешочек с золотом.

— Надеюсь, ты все понял? — спросила строго. — Если ты подведешь меня, то пеняй на себя! Все должно пройти в лучшем виде.

— Я все сделаю так, как мы договорились. Только…

— Ну что еще?! — возмутилась дама.

— Мы договаривались с вами на другую сумму.

— Ишь чего?! Думаешь, я обмануть тебя хочу?

— Нет-нет, что вы… — залепетал молодой садовник.

— Остальное получишь, когда дело будет сделано. Сейчас мы с сыном уходим, а ты через полчаса принимайся за работу. Да смотри у меня!

Аддерли уехали, а садовник еще долго в растерянности стоял посреди своей комнаты, не решаясь покинуть ее. Мужчине было мерзко от самого себя, но обстоятельства вынуждали его пойти на омерзительный шаг. Младший брат совсем недавно попался в руки служителей порядка, его обвинили в краже, и теперь пареньку грозила длительная каторга. Избежать ее можно было лишь выплатив пострадавшим крупную сумму, которой у семьи не было. Графиня пообещала не только щедро заплатить за «услугу», но и решить все дальнейшие вопросы с братом.

Тяжело вздохнув, мужчина вышел в коридор, пересек крыло прислуги и отправился в комнату хозяйской гостьи.

После чаепития с графиней, Эрида скрылась в комнате, заперев за собой двери. Стало как-то дурно, голова слегка закружилась. Отворив окно настежь, девушка жадно начала хватать вмиг пересохшими губами прохладный уличный воздух. Это немного отрезвило затуманенный разум.

«Наверное, за минувшие дни я слишком много нервничала…» — списала Виллард свое состояние. Головокружение усилилось. Чтобы ненароком не упасть в обморок прямо посреди комнаты, она подошла к кровати и присела на самый ее краешек. Потянулась за графином, чтобы налить себе воды, но ослабшие руки начали дрожать, отчего ведьмочка не решилась поднять сосуд, дабы не уронить.

С каждой минутой состояние бедняжки становилось все хуже. Перед взором все поплыло, к горлу подкатил тугой вязкий ком. Эрида перепугалась. «Неужели графиня настолько коварна и бесчеловечна, что решила отравить ее?! Нет! Ее Сиятельство на такое не способна!» — убеждала себя ведьма.

— Гризельда… — еле слышно позвала она свою верную метлу, но обиженная Гризельда где-то скрывалась, не слыша свою хозяйку. — Гризельда… — сделала последнюю попытку, но ответом была тишина.

С трудом поднявшись с кровати, девушка в полу бредовом состоянии добрела до двери, отворила засов и распахнула ее настежь.

— Помогите… — тихо прошептала она пересохшими губами и без чувств рухнула на пол.

К счастью для садовника в коридоре никого не было, и он первым оказался у комнаты Виллард. Подняв девушку, он занес ее внутрь, уложил в кровать и прикрыл двери.

Мужчина долго переминался с ноги на ногу, не зная с чего и начать. Старательно отводя взгляд, он едва ли не на ощупь раздел девушку, раскидав хаотично вещи по полу, накрыл ее одеялом, сам снял с себя одежду и расположился рядом, ожидая кульминации всей этой бредовой затеи.

Ждать пришлось долго. Мужчина едва сам не заснул, когда в коридоре послышались шаги и голоса хозяев. Он внутренне напрягся, ожидая начала скандала. Дверь распахнулась, и на пороге появились Луина и Максимилиан Аддерли. Но, на удивление садовника, граф словно застыл, не в силах совладать с первым шоком. А вот графиня в выражениях не сдерживалась. Быстро подхватив свою одежду, мужчина выскочил прочь, заметив напоследок, что бедняжка, что он так грязно подставил, начала просыпаться.

Проснувшись, Эрида не могла никак взять в толк, что происходит. Крики Луины оглушали, мешая сосредоточиться. Голова гудела, словно была наковальней, на которую то и дело опускался многотонный молот.

Графиня Аддерли ликовала. Кажется, никогда в жизни она не была так счастлива! Даже в юном возрасте заполучив лучшего из женихов — она не сомневалась, что достойна такой партии как никто другой и восприняла как должное предложение руки от известнейшего холостяка королевства, благо он был родовит, богат и влиятелен. Даже родив единственного ребёнка — у Её Сиятельства довольно долгое время не пробуждались материнские чувства, она слишком ревностно относилась к своей великолепной фигуре и опасалась, что беременность украдёт свежесть и красоту. Даже потом, когда она в полной мере ощутила себя наследницей огромного состояния и матерью лучшего мужчины на свете.

Только теперь, избавившись от соперницы — коей несомненно была ведьма, претендующая на сердце Максимилиана — графиня получила полнейшее удовлетворение и теперь наслаждалась бесконечным блаженством.

Пусть он останется холостяком — мечтала довольная мать. Теперь я уверена, что нет на свете девушки, достойной его привязанности. Любая, пусть аристократка и хорошо воспитанная особа, ногтя его не стоит! Луина фыркнула, припомнив как подло поступила баронесса, предпочтя какого-то душного виконта красивейшему и благороднейшему графу Аддерли.

Немного портило настроение то как отреагировал Максимилиан, получив подтверждение неверности рыжей ведьмы. Мальчик выглядел ужасно расстроенным! Ну, ничего, это скоро забудется. Граф Аддерли вернётся к привычным занятиям — в клуб холостяков — и станет как и прежде наслаждаться жизнью и уделять всё свободное время любящей его матери.

Решив, что прошло достаточно времени после полученного Максом потрясения, графиня направилась к нему «поддержать сына в печальную минуту». Однако увиденное заставило женщину замереть на пороге комнаты.

— Зачем ты собрал чемоданы, дорогой? — спросила она дрогнувшим голосом. — Собираешься путешествовать?

— Я обещал, что съеду, матушка, — ответил Максимилиан, не оборачиваясь. — Вот, время пришло.

Луина не поверила собственным ушам: ее единственный мальчик, ее сын решил бросить ее! Родную мать! И все это из-за какой-то паршивки.

— Ты не уйдешь! Я не пущу тебя! Ты смерти моей хочешь!? — схватилась за сердце графиня, наигранно закатывая глаза.

— Хватит уже разыгрывать спектакль! — рявкнул на нее мужчина. — Я больше не верю в это. Вы долго пытались играть сыновьими чувствами, но всему в этом мире есть предел. Я устал потакать вашим извечным капризам, угождать каждой прихоти. Я давно не ребенок, чтобы держаться за подол материнской юбки. Слегка отстранив даму, Макс, подхватив чемодан, вышел в коридор. — Остальное я заберу позже, — бросил он на ходу, даже не повернувшись.

Луина хотела догнать его, остановить, пригрозить. Она уже было рванула следом, но резкая боль сковала все тело, сдавив не только сердце, но и каждую клеточку организма. Она даже закричать не смогла, лишь в последний момент ухватившись за косяк, чтобы не упасть. Сын удалялся, не видя того, как его мать едва ли не умирает от одолевшей ее боли. Хватая ртом воздух, графиня с ужасом смотрела вслед отпрыску. Он скрылся, а Луина рухнула без чувств.

Ее обнаружили не сразу. Одна из служанок, идущая убирать комнаты, нашла хозяйка на полу. Тут же позвали лекаря, но тот сумел лишь привести Ее Сиятельство в чувства, а вот поднять на ноги ему, увы, не удалось. Не в силах пошевелить ни руками, ни ногами, графиня Аддерли лежала одна в своей комнате, проклиная за все свои несчастья никчемную Виллард.

Несчастную больную раздражало всё. Суетливая сиделка без которой Луина не могла справиться ни с ночным горшком, ни с поильником. Зудящая от постоянного лежания кожа, складки на простынях, жесткие или наоборот слишком мягкие подушки, шум за окнами или грохот, доносившийся с лестницы.

— Чем они там занимаются? — негодовала графиня. — Пока я тут лежу беспомощной и всеми брошенной, полдома растащат!

Она неоднократно отправляла к сыну Томмиса, старый слуга возвращался, с покаянным видом докладывая:

— Их Сиятельство не верит в вашу болезнь, хозяйка.

Как это возможно! Родная мать бревном лежит в постели, а отпрыск даже на глаза не изволит показаться! Наконец, она догадалась отправить просьбу через Верберов. Всё-таки мальчики дружны с юности, Максимилиан должен прислушаться к совету Райлана.

Первой примчалась подруга.

— Какая духота! — воскликнула она, перешагнув порог спальни. — Воняет больницей и кошками… прости…

Оставив дверь распахнутой, Амалия устремилась к окнам, раздвинула шторы и открыла форточки.

— Ты меня простудишь, — слабо возразила больная.

— В этой обстановке невозможно находиться! Удивляюсь, как ты до сих пор жива. — Гостья брезгливо поморщилась, но тут же спохватилась и сделала участливое лицо: — Как ты себя чувствуешь, дорогая? Я безумно расстроилась, узнав о твоей болезни! Надо же, только мы всё так славно устроили, избавили дом от нахальной приживалки, а тут такое случилось!

— Ведьма прокляла меня, Амалия! Эта бестия сообразила, что мужика наняла я, и отомстила!

— Да как же она могла так быстро разобраться? Ты поила девку моим чаем?

— Она выпила две чашки.

— Могу тебя заверить, что в таком состоянии никто не способен рассуждать здраво. Ничего она не поняла!

— И всё равно прокляла! — упрямилась в своём убеждении Луина. — И сына моего прокляла! Иначе Макс никогда бы не оставил меня…

Возникший в дверном проёме сын так сильно удивил графиню, что она поперхнулась и с большим трудом выровняла дыхание.

Граф прошёл в комнату и остановился переводя взгляд с одной женщины на другую. После долгой паузы он обратился к Вербер:

— Объясните мне, графиня, что вы имели в виду, говоря о чае для моей невесты?

— Тебе никто не объяснял, что подслушивать нехорошо? — сделала попытку ретироваться графиня, Макс преградил ей дорогу:

— Что вы так ловко провернули? Поясните, пожалуйста.

— Нет-нет! — визгливо заверещала Амалия, обходя графа и устремляясь прочь. — Сами разбирайтесь! Я тут ни при чём!

Владелец сыскного агентства «Франст и Ко» приводил в порядок дела. Он собирался уехать из города — немного развеяться, привести чувства и мысли в порядок. А ещё в тайне даже от самого себя, Бастиан надеялся, что долгая разлука заставит любимую девушку скучать и разбудит её дремлющее сердце.

Завязав ленточки на папке с очередным успешно завершённым расследованием, Франст спрятал её в сейф и вернулся к столу, где одиноко лежала последняя стопка бумаг.

«Оговор Эриды Виллард» — красивым почерком вывел сыщик на корешке новой папки. Раскрыл и начал прятать в неё, внимательно перечитывая и анализируя, собранные материалы.

Особую гордость мог бы вызывать протокол допроса Оливера Граста, если бы не один существенный недостаток. Мужчина признался, что его наняли подлить зелье графу Аддерли, с уверенностью утверждая, что не был знаком в то время с Эридой и не от неё получал задание и пузырёк. Однако назвать имя нанимательницы Оливер отказывался наотрез.

К сожалению, эти показания не могли полностью оправдать ведьму — что если она действовала через подставное лицо!

Максимилиан настойчиво утверждал, что приворотное зелье заказывала у Виллард баронесса Ильмира Стопорт. Возможно это и так, но ссылаться на информацию полученную им от обвиняемой, не стоило. Нужны более надёжные свидетели.

Видимо придётся отложить отъезд — то ли огорчался, то ли радовался Бастиан, видя нестыковки в незавершённом расследовании. Словно в ответ на его мысли раздался перезвон колокольчика на входной двери, в комнату вместе с благоухающим сиренью облаком вплыла сияющая счастьем юная дама. За ней уверенно шагал симпатичный мужчина с немного озабоченным лицом.

— Ильмира, — улыбнулась девушка, протягивая ладошку в кружевной перчатке вскочившему со стула Франсту. — Полагаю, граф Аддерли рассказывал обо мне.

— Да-да! — обрадовался сыщик. — Молодожёны вернулись из свадебного путешествия? Примите мои самые искренние поздравления! — он широко улыбнулся девушке, потом посмотрел на её спутника и добавил: — Завидую вашему счастью.

— Вы очень любезны, — кивнула посетительница, усаживаясь в предложенное ей кресло. — У вас есть ко мне вопросы? — не дав сыщику высказаться, продолжила: — Айдан отговаривал меня соглашаться на эту встречу, но я настояла. Поверьте, когда ты счастлив, хочется всех вокруг сделать счастливыми. Я с уважением отношусь к Максимилиану и хочу, чтобы он тоже нашёл свою любовь.

— Это великодушный поступок, — поклонился Ильмире Бастиан, бросив короткий взгляд на расположившегося рядом с ней супруга. Тот не удержался и потребовал:

— Обещайте, что имя моей жены не будут трепать по всем великосветским салонам!

— Я гарантирую полную конфиденциальность!

— Любимый! — улыбнулась мужу Ильмира. — Граф давно догадался о моей неудачной шутке, однако слухов как не было, так и нет! Макс даже дядюшке не сказал, зачем ищет меня. Полагаю, мы вполне можем доверять этим благородным господам.

Дебуар махнул рукой, как бы говоря: разве я могу спорить с обожаемой супругой. Бастиан искренне поблагодарил их обоих и взялся за перо, чтобы записывать показания.

Ильмира немного лукавила, представив дело так, что хотела подшутить над известным холостяком, мол, собиралась приворожить, а потом оттолкнуть. Графа Аддерли она выбрала для своей шалости случайно, не имея намерений выходить за него замуж. Франст не сомневался, что девушка имела другие мотивы, но это сути дела не меняло, баронесса призналась, что лично заказала у Эриды Виллард приворотное зелье, оплатила услуги ведьмы и попросила некоего Оливера Граста подлить зелье в бокал Максимилиану.

Сыщик тщательно запротоколировал её слова и протянул бумагу на подпись. Ильмира оставила автограф не взглянув, Дебуар недовольно покачал головой, прежде чем Бастиан забрал листы, перехватил их и стал внимательно читать.

— Чего только не придёт в голову незамужней девушке! — щебетала баронесса, пока супруг изучал её показания. — Скучно просто сидеть и ждать, когда суженный соизволит обратить на тебя внимание! Приходится в меру возможностей развлекаться.

— Да-да, я понимаю, — формально поддерживал беседу Франст, прикидывая как лучше использовать полученные факты.

Наконец счастливая пара оставила заверенные протоколы и удалилась. Теперь пришла пора сыщику отправляться в ковен, имея на руках все необходимые доказательства невиновности Эриды Виллард.

Граф Аддерли с готовностью согласился сопровождать Франста. Пока ехали в карете, Его Сиятельство двадцать раз повторил слова благодарности. Пришлось даже попросить его заткнуться.

Попасть на приём к Верховной жрице ковена оказалось ничуть не проще, чем к Его Величеству. Пожалуй, имеющему связи в королевском дворце Бастиану не составило бы особого труда добиться там аудиенции, другое дело в ковене. Повезло, что помощница Медеи отнеслась к сыщику с вниманием и участием. Визитёрам пришлось довольно долго ожидать, но в конце концов их пригласили в кабинет Верховной, сообщив-таки, что сделано это в виде исключения.

Выслушав хорошо отрепетированную речь защитника, Медея милостиво кивнула и заговорила низким чарующим голосом:

— Благодарю вас, господин следователь за проделанную работу. Мы, признаться, успели понять, что нашу сестру подло оклеветали. Однако для отмены приговора требовались более существенные причины, чем предположения и догадки. Теперь, имея на руках факты, мы сумеем доказать невиновность молодой ведьмы и вернуть ей право пользоваться силой.

— А ещё штраф! — привстал со своего места Бастиан.

— Хм… Пожалуй можно вернуть и штраф, тем более, что бедной девочке приходится снимать жильё.

— Умоляю! — подался вперёд Максимилиан. — Откройте секрет, где сейчас живёт Эрида?

— Увы, — развела руками Медея, — мы не владеем этой информацией. Поскольку Виллард была временно выведена из ковена…

— Несправедливо наказана! — не удержался от замечания граф. — Удивляюсь, как при вашей природной проницательности…

Рыжеволосая ведьмочка кружилась в подвенечном платье перед зеркалом. Ее зеленые глаза сверкали от возбуждения, а руки легко скользили по ткани, расставляя каждую складку. Она знала, что сегодня будет особенный день — день их с Максимилианом свадьбы.

Хотя Эриде и вернули ее магические способности, но сегодня она решила не использовать их. Вместо этого посчитала, что счастье и любовь могут быть достигнуты и без волшебства.

Она рассматривала себя в зеркале и улыбалась отражению. Огненные локоны касались плеч девушки, бледная кожа выглядела свежей и сияющей. Виллард никогда не считала себя красивой, но в этот момент чувствует себя великолепно.

Подвенечное платье аккуратно облегало тонкую талию и опускалось до самых ног. Его пошили в лучшем ателье столицы о из мягкого белого шифона, украшенного нежными цветами.

До церемонии оставалось несколько часов. Чтобы не видеть невесту перед свадьбой, Макс специально уехал в дом своего друга Вербера, за что девушка была несказанно ему благодарна.

В дверь тихо постучали. На пороге появилась служанка, с виноватым видом сообщив, что Ее Сиятельство просит (это слова девушка выделила особенным образом) Эриду прийти к ней в комнату.

Графиня по-прежнему была прикованная к постели. После того, что она натворила, Максимилиан категорически отказался приглашать матушку на свадьбу. Узнав это, она даже не стала противиться, смиренно приняв его решение. Это было совершенно не в характере Луины Аддерли. Ведьмочка пыталась переубедить своего жениха, но тот был непреклонен в своем решении.

Подобрав подол пышного платья, Эрида направилась в комнату будущей свекрови. Та выглядела усталой. Собравшись с духом, она несмело улыбнулась. В этот раз ее улыбка была искренней.

— Ты прекрасно выглядишь, — нерешительно начала она. — Жаль, я не смогу увидеть вас с Максом у алтаря, — посетовала она. — Но я не жалуюсь! Нет! Понимаю, что сама виновата в том, что родной сын отвернулся от меня. Это все мой эгоизм. Я ведь просто хотела остаться для него самой важной женщиной в жизни, а по итогу… — голос графини предательски дрогнул от душевной боли. — Столько бед наделала… Да и ты меня никогда не простишь. И правильно! Таким как я нет прощения. Жизнь и так уже меня наказала за все злодеяния. Но я искренне хочу все исправить. Я не смею просить у тебя прощения, просто позволь мне хотя бы попытаться…

— Я давно вас простила и не держу зла, — подойдя ближе к постели больной, произнесла Эрида, взяв графиню за руку и сжав ее в своей ладони. — Более того, я могу и хочу помочь вам. Теперь, когда мне вернули мою силу, я сумею это сделать, если, конечно, вы мне доверитесь.

— Ты очень добра, несмотря на все случившееся. Я не заслуживаю этого, — покачала головой Луина.

— Каждый человек может оступиться, но не каждый готов исправлять свои поступки. Все имеют право на прощение…

Закрыв глаза, Эрида постаралась почувствовать внутреннюю магию. Проведя ладонями над телом графини, Виллард зашептала заклинания. Ее руки напряглись, раскалились. От них через все тело Аддерли проходили словно электрические импульсы. Глаза девушки совсем почернели, будто и не она смотрела сейчас на графиню. Эрида и сама не знала, сколько это продлилось. Лишь когда она ощутила, что недуг отступил, смогла выдохнуть и, проморгавшись, стряхнула с рук былое напряжение.

— Вам стоит поторопиться, — улыбнувшись, произнесла она, обращаясь к Луине, — если не хотите пропустить свадьбу единственного сына.

— Но…

— Я жду вас внизу, — добавила Виллард и, шурша невесомой длинной юбкой, убежала заканчивать свои сборы.

Макс ожидал свою невесту в храме, где собрались и все гости. Под звуки музыки к алтарю плыла прекрасная рыжеволосая нимфа, сводя с ума своей красотой всех присутствующий. Увидев ее, граф едва ли не задохнулся от восхищения.

У самого входа, не решаясь войти, переминалась с ноги на ногу графиня. Вдруг ей в спину почувствовался легкий тычок — это Гризельда решила придать Луине решимости, подталкивая внутрь храма. Графиня несмело улыбнулась и, легонько взяв метлу в руки, прошла к ближайшей скамейке.

Молодые же произнесли брачные клятвы, обменялись кольцами и наконец-таки скрепили свой союз долгожданным поцелуем.

— Прекрасная пара! — восхитилась сидящая в первом ряду Эмма. — В такие моменты я искренне радуюсь, что мне достался такой чудесный дар и я смогла помочь двум совершенно незнакомым прежде людям обрести свое счастье.

— Да, — поддержал ее Бастиан. — Без тебя их пути вряд ли бы пересеклись.

— Ну а ты чего грустишь? — спросила она у друга. — Ты, кстати, не забыл, что завтра у тебя свидание с подобранной мной для тебя девушкой?

— Забудешь тут! — недовольно фыркнул Франст. — Может, ну его, это свидание?

— Это что еще за настрой! Ну-ка брось эти разговоры! Обещаю тебе: через год, если не раньше, мы на твоей свадьбе погуляем, — улыбнулась Эмма.

— Вряд ли… — сыщик с грустью взглянул на Броудс.

— Куда мы едем? — в нетерпении спросила Эрида у мужа.

— Потерпи немного, — Макс поправил повязку на глазах девушки.

Сразу же из храма, мужчина утянул свою супругу в карету, завязал ей глаза и куда-то повез, пообещав, что в скором времени ее ожидает приятный сюрприз. Бдительная метелка не желала оставлять молодоженов одних, и направилась следом.

Когда карета остановилась, Аддерли помог спуститься супруге и повел ее куда-то.

— Может, уже можно снять эту повязку?

— Пока рано, — остановил ее мужчина, убрав протянутую к лицу руку.

Еще несколько шагов, и Макс самолично развязал платок. Яркий свет резанул глаза, ненадолго ослепляя. Моргнув несколько раз, Эрида смогла привыкнуть к ярким лучам солнца, но тут же застыла, глядя на свой бывший дом.

— Зачем ты меня сюда привез? — ее лицо вмиг погрустнело. — Мне больно тут находиться. С этим домом столькое связано, что я не могу спокойно смотреть, как какой-то проходимец присвоил его, да еще и мое имя использовал!