— Леська, погнали в клубешник! — довольно завизжала подруга, подпрыгивая с кровати и танцуя под новую композицию какого-то голливудского артиста.

Я закатила глаза и игнорируя ее, продолжила лежать на кровати, не желая выносить свои косточки на улицу. Минус пятнадцать, то еще удовольствие.

— Лееесь, ну хватит быть занудой! — простонала Катюха, дергая за покрывало.

— Я не зануда, Кать! Я просто хочу отдыхать все каникулы! — перевернулась на бок, локтем утыкаясь в кровать, а головой упираясь в ладонь.

Я улыбалась. Сама не понимаю почему, но настроение было отличным. Даже несмотря на погоду за окном.

— Ты скучная. Сегодня второе января, тусить надо, а ты что? На кровати валяться удумала? Нет, ну я понимаю, если бы не одна! С горячим мужиком не жалко поваляться в кровати все каникулы. Но ты же сама!

— Значит, надо исправить это, — я резко села в кровати одарив подругу загоревшимся взглядом.

— Надо. Пойдем искать тебе мужика?

— Ой, ну ты и липучка, Кать! Я пошутила. Какой мужик? Мне нужен раз и навсегда, ты же знаешь мою натуру.

Катя резко согнулась над кроватью, упираясь руками в матрас.

— Вот и пойдем искать тебе «раз и навсегда».

Я прыснула со смеху, щелкнув подругу по носу.

— Клуб и большая искренняя? Ты серьезно?

— Никогда не знаешь, где встретишь, где потеряешь. Напяливай свою кожаную юбку, черную шифоновую блузку и погнали в клубешник. Я тебе такого охрененного мужика организую, к утру ноги не сведешь.

Я цокнула и поднявшись с кровати, прошла к шкафу.

— Мне не нужен секс этой ночью. Тебя не смущает, что я девственница?

— Очень смущает, потому тебе и нужен мужик. Леська, тебе девятнадцать, а ты все еще не знаешь, что такое получать удовольствие.

— Мне так не везло, как тебе. У тебя есть Ванька, и радуйся, что он один такой замечательный и весь твой.

— А я и радуюсь. Доставай уже.

Достала черную юбку и шифоновую блузку. Все как просила Катя.

— Может мне без лифчика ее надеть?

Пришла очередь Катюхи закатывать глаза.

— Нет, такое точно ненужно. А то боюсь живыми мы не выйдем из клуба.

Я прикусила губу и открыла ящик с бельем.

— Топ черный бери. Самое то будет.

Ага, самое то. И выбрала я такой топ, чтобы был элегантный и весь в камнях.

Собрались мы минут за сорок. Вечерний макияж, прическа из локонов и наряд. Я придирчивым взглядом осмотрела себя в зеркало и поняла, что выгляжу достаточно неплохо. Мужчинам такое точно нравится.

— Ты красотка! Пошли уже!

Она дернула меня за руку, а я едва успела схватить свою сумочку.

На ноги ботфорты на толстом каблуке, на плечи эко-шубку. Вуаля, и образ готов.

До клуба мы добрались за двадцать минут. Пробок в это время уже нет, да и праздники, все по домам сидят, дороги расчищены от снега, что позволяло ехать по чистой трассе не боясь вылететь на тротуар.

Клуб встретил нас привычной оживленной музыкой и громкими басами. Я здесь не частый гость, но приходилось бывать на Дне рождении подруг или однокурсников. Клуб этот один из дорогих. Здесь собираются либо мажоры, либо дяденьки с большими кошельками.

Катин парень Иван уехал в другую часть страны к своим родителям. Новый год встретил здесь с девушкой, а потом погостить к родным отправился. Потому Катька сегодня отрывалась так, словно свободная девчонка. Ну ладно, ничего лишнего она себе не позволяла. Но знатно выплясывала на танцполе.

— Ты так и будешь здесь сидеть? Пошли уже!

Она резко вытянула меня с барного стула, и я чуть не навернулась.

Дуреха.

И мы ушли в отрыв. Я плавно двигала бедрами, вспоминая, как в школьные годы ходила на танцы. А учитывая, что на мне была облегающая юбка, моя попка должна была сейчас выглядеть просто отпад. Но я пришла сюда не для того, чтобы кого-то соблазнять, несмотря на наши разговоры. Я просто хотела отдохнуть, ни о чем не думая, ни с кем, не знакомясь и ни на кого не засматриваясь.

За время учебы в университете я очень устала, спала мало, работала много. Я ответственно относилась к учебе и никогда не пропускала пары. А потому за четыре месяца буквально была выжата. На каникулах планировала выспаться, отдохнуть. Но зная мою подругу, это вряд ли получится.

Повернувшись в такт музыке, я закинула руки над головой и повела бедрами, чувствуя ритм и полностью отдаваясь танцу. Но самое удивительное было то, что я начинала возбуждаться. Непривычное для меня явление. И дело не во фригидности. Я никогда не возбуждалась в танце.

Медленно подняв веки, я получила удар под дых. С балкона вип уперевшись локтями в перила, на меня смотрел мужчина в белоснежной рубашке с закатанными рукавами. Его взгляд оставлял ожоги на моей коже. Я даже сбилась с ритма, настолько была шокирована его вниманием. Но показывать свой интерес я не хотела. Развернулась, и продолжила свой танец. По всей видимости зря. Мало того, что попу жгло от взгляда, так еще и какой-то мужчина ко мне подошел.

— Вам нужно пройти со мной, — произнес он громко, стараясь перекричать музыку.

— Вы кто?

Мужик прищурил взгляд и едва заметно повернул голову к балкону, давая понять, что его прислал тот мужчина. Тело обдало ознобом.

— Нет, — выдохнула я, и отвернулась, продолжая танцевать.

Совсем охренел что ли? Думает, я девочка по вызову?

— Иначе меня уволят, — произнес этот хищник, а усмехнулась.

— Желаю вам найти достойного начальника.

Завершив свой танец, я прошла к бару и попросила для себя безалкогольный коктейль. Подруга отрывалась с какой-то девчонкой на танцполе. Я решила ее не дергать. Сделала несколько больших глотков утоляя жажду после бурного танца. Обвела взглядом толпу и вздохнула. Нужен передых.

Соскочив со стула, я пошла в сторону туалетов. Сейчас бы еще холодненькой водичкой в лицо плеснуть, да боюсь макияж испортить.

Сделав свои дела, я поправила одежду и забрав волосы за ухо, вышла в коридор. Осмотрелась. Здесь всегда было очень атмосферно. Темные огоньки мало освещали длинный коридор, который вел в неизвестном направлении. Редкие двери, одна неоновая надпись, а остальное все в полумраке. И кажется, в конце коридора имелось окно. Дошла до него я не сразу. Все же понадобилось немного времени. Но оно того стоило. Потому что из окна открывался отличный вид на вечерний заснеженный город.

Я хоть и росла в богатой семье и много, где бывала, но никогда не переставала ценить окружающую красоту. Разве можно пройти мимо такого вида и не залипнуть?

— Я не привык, что девушки мне отказывают, — от неожиданности я вздрогнула, но обернуться не успела, потому как мужчина оказался вплотную ко мне, прижимая своим телом к подоконнику.

Тело пронзило миллиардами мурашек. Сердце учащенно забилось за грудной клеткой от волнения и предвкушения.

Что это со мной? Откуда такая реакция? Почему внизу живота так сводит от его близости?

— Но сейчас… — его хриплый голос заставляет налиться мои груди, — ты сама пришла в мои руки.

Я сглотнула, а мужчина, перехватив меня за подбородок, повернул лицом к себе.

— Подари мне эту ночь… ты не пожалеешь.

— Я… — его хриплое дыхание и щетинистая щека, которая колола кожу лица не давали мне произнести ни слова.

А затем мужчина, распластав руку на моем животе, резко прижал меня попой к своему… каменному паху. И скользнул рукой мне под юбку, надавливая на промежность и вырывая стон из моего рта.

— Одна ночь. И больше мы никогда не встретимся.

От воспоминаний мурашки по телу побежали, как тогда, в нашу единственную ночь. Ночь, которую я не смогу забыть никогда. В его пентхаусе, с огромной кроватью, вид с которой открывался на ночной город. Белоснежные простыни, протяжные стоны, горячий секс и мокрые тела. А еще его удивление, когда позже он обнаружил красное небольшое пятно на простыне. В порыве страсти он не понял, что я была девственница, а вот потом…

От воспоминаний о нашей ночи, между ног стало жарко. Я свела бедра и прикусила губу, делая глубокий вдох. Добавила в воду чуть больше пены и чувствуя, что сойду с ума от желания, опустила руку к промежности. Раздвинула лепестки и принялась ласкать себя, постоянно представляя перед собой ту ночь. Наш секс, шлепки от соприкосновения тел, и стоны. Возбуждение накрывало с новой силой. Я ускорила движения, и продолжая потирать свою девочку, задрожала от накатившего удовольствия. Бедра содрогались, внутри все сжималось и я, вытащив руку, довольная откинула голову на бортик ванной.

Мерзавец. Что же ты со мной сделал?

Мой первый мужчина, моя единственная ночь и я не могу все это забыть, не могу стереть из памяти. Постоянно вспоминая, как хорошо мне было с ним, я прибегала к такому вот действию. Иначе могла сгореть от неудовлетворенности.

В дверь ванной комнаты раздался стук. Я вздрогнула и тут же облизнула губы, чувствуя себя неловко. Словно была поймана на горячем.

— Дочка, скоро ко мне друг приедет. Ты спустишься к нам?

— Конечно, пап. А кто?

— Ты его не помнишь. Он много лет назад уехал, и вот совсем недавно вернулся.

— Хорошо, конечно, я составлю вам компанию.

Папа ушел, а я выдохнула и снова прикрыла глаза.

Мне срочно нужно отвлечься и, пожалуй, даже хорошо, что к папе друг приезжает. Иначе бы я стала думать, чем сегодня заняться, чтобы не свихнуться.

Выбравшись из ванной и обернувшись в халат, я замотала полотенце на голове и подошла к зеркалу. Взгляд блестит, между ног припухло. Хороша! Кто бы знал, чем я тут занималась, пристыдил бы.

Взяв с полки лосьон для тела, я распахнула халат и принялась наносить ароматную смесь. Интересно, а ОН оценил бы запах? Я улыбнулась и сбросив халат уже с практически сухого тела, принялась одаривать его различными бьюти процедурами. Дальше были волосы. Я аккуратно уложила их феном, решив ничего не чудить. Пара брызг духов и шлейф от меня несется за километр.

Следующим этапом было подобрать белье. Если честно, не жди мы гостей, я бы надела пижаму и завалилась в кроватку почитать книгу. Возможно, хоть так я бы отвлеклась от мыслей о НЕМ. Но, если папа предложил поужинать в их компании, почему я должна отказываться?

Открыв ящик комода, я достала оттуда черное кружевное белье. Будет очень кстати, под мой черный костюм с юбкой-тениской. На ноги тонкие колготы, обойдусь без чулок. Соблазнять папиного друга последнее, что я стала бы делать в этой жизни. Подумала, посмотрела и убрала волосы в низкий хвост. По-моему, очень даже хорошо.

К ужину я спустилась с опозданием. Но не считала это проблемой. Девочкам позволено опаздывать. А с учетом того, что нам нужно долго собираться, вообще не должно возникать никаких вопросов.

— Уже успел покутить, да? — услышала папин вопрос, подходя к столовой и смутилась.

Бывают такие темы, о которых мне знать необязательно. Вряд ли бы они стали подобное обсуждать при мне.

— Успел. Да так, что до сих пор не могу забыть ее.

Сердце пропустила удар. Знакомый хриплый голос мурашками отдается по моей коже. Я сделала еще один шаг и буквально столкнулась взглядом с небесного цвета глазами.

Именно эти глаза в тот вечерь жгли мою кожу в клубе.

Этого не может быть.

— Дочка, познакомься, мой друг Игнат.

Твою мать. Нет.

Нет-нет-нет-нет-нет, не может быть! Не может ОН быть папиным другом. Не может. Я не могла так лохануться. Не могла. Или могла? Разум подсказывал, что я это сделала. Я переспала с папиным другом. Мысленно закинула голову назад и зажмурилась. Как так можно было? Как? Зачем я тогда согласилась на ту ночь? И кому сделала лучше? Каждый день ласкаю себя, вспоминая, КАК мне было хорошо с ним.

Ррррррррррррр… хотела зарычать, но сдержалась. Если папа узнает о нас, я не знаю, что будет с НИМ, но со своей дочкой он точно любезничать не станет. И это несмотря на то, что у нас с отцом хорошие отношения. Но кому понравится узнать, что твоя дочь кувыркалась с твоим же другом? Никому. Мне бы не понравилось. Будь я на его месте. А на своем…. На своем было очень жарко.

— Добрый вечер, — выдавила из себя, продолжая смотреть мужчине в глаза и всем своим видом показывать папе, что мы не знакомы.

— Добрый вечер, Олеся.

Я прикусила губу с внутренней стороны и постаралась улыбнуться.

Игнат, значит. Вот и познакомились.

— Лев много рассказывал о тебе. Ты очень выросла, я помню тебя еще совсем маленькой.

Как же я этому рада.

— А я вот вас совсем не помню. Ощущение, будто впервые вижу.

Он чуть не подавился. Хорошо папа успел вовремя разрядить обстановку, и вмешаться разговор.

— Дочь, ты прекрасно выглядишь. Присаживайся.

Ага, как же. Он сам значит сядет по главе стола, а я напротив Игната. Отлично, то, что надо!

А может… Нет, нельзя дергать тигра за усы.

— Лев, как твоя дочь еще замуж не вышла? Красавица выросла. Мне кажется, от женихов отбоя нет, — хмыкнул Игнат, бросив на меня наглый взгляд.

Папа улыбнулся, и взяв бутылку, разлил по стаканам напиток.

— Леся очень серьезно относится к отношениям с парнями. У нее сейчас на первом месте учеба. И даже не знаю, повезло мне или нет, но пока что с женихами она меня не знакомила.

Игнат посмотрел на меня многозначительным взглядом, как бы намекая, как серьезно я отношусь к парням. Гад такой. Забыл, что до него я была девственницей?

— Сначала учеба, пап, а потом все остальное. Ты же знаешь.

— Это она обо мне заботится. Скрытый подтекст, что становиться дедом мне еще рано.

Я улыбнулась. Наконец-то впервые искренне с того момента, как спустилась в столовую.

— Тебе еще очень рано становиться дедом.

Его серьезный тон удивил меня настолько, что если бы я была стервой, то подшутила бы над ним недели так через три на счет беременности. Но совесть моя не позволит.

— А где же вы были все это время? Я имею в виду, вас столько лет не было у нас в гостях. Я так понимаю и в городе тоже.

Зачем я лезу к нему с разговорами. Мне бы заткнуться и вообще не смотреть на него, а я не могу. Смотрю на губы и плавлюсь. Останься мы наедине, точно бы набросилась. Но если узнает папа…

— Я был в другой стране. Сначала по работе, а потом обосновался там.

— А чего вернулись? — в этом вопросе он не мог не услышать сарказма.

— Обстоятельства так сложились.

— Ммм, приятненького аппетита, — язва включилась.

Рот закрой, дура. Просто заткнись.

— Так, я забыл на кухне салат. Пообщайтесь пока, я сейчас.

Прекрасно.

Я сглотнула. Зачем это папа уходит?

— На кого учишься? — поинтересовался Игнат, когда папа направлялся на кухню.

Я же дождалась, когда он скроется, и подалась вперед, поближе к мужчине.

— Только попробуй ему сказать, что мы с тобой спали.

Он расплылся в довольной улыбке, и опустил похотливый взгляд на мои губы.

— Твой ротик мне нравится…

— Замолчи. Если отец узнает, он убьет нас двоих. А я не хочу умереть с тобой в один день. Понял?

— Тон смени! — грубо произнес он, тоже подаваясь вперед, локтями упираясь в стол. — Знал бы, что ты его дочь, на пушечный выстрел не подошел.

— Да только пушечку свою зарядил так, что не удержал в трусах.

— Ты…

— Игнат, предлагаю вечером в клуб поехать. Давно не отдыхали по-взрослому. Дел навалилось, не до этого было, — выдохнул отец, возвращаясь к нам с тарелкой салата из морепродуктов.

— О, папуль, мне почему-то кажется, что дядя Игнат, — я нарочно так сказала, — очень даже любит клубы. Правда? — выгнула бровь, смотря на него с иронией.

— Пожалуйста, называй меня просто Игнат. И ты права, я люблю зависнуть в клубе, — и повернувшись к другу, он добавил: — там порой бывают классные девочки.

Я тут же сцепила зубы, чтобы не высказать все, что думаю о НЕМ.

И тут меня посетила мысль отомстить Игнату за его фразочку.

Взяв стакан с соком и как бы абсолютно ни о чем не думая, и не вызывая подозрения у отца, я подняла ногу под столом, и пальчиками медленно прикоснулась к мужскому бедру. Игнат бросил на меня резкий взгляд. А я сок пью. И плавно поднимаюсь пальцами вверх, доходя до… пушки.

Не знаю, может быть мне показалось, но, думаю Игнату понравилась моя маленькая игра. По крайней мере, об этом говорила твердость в его штанах. А я думала, мальчик уже остыл. Ошибалась. Я весь вечер ловила на себе его недовольные взгляды. Еще бы, так перевозбудился, что желал стукнуть меня чем-то тяжелом. А не мог. Не мог, потому что рядом был мой отец. Конечно, я не наглела и ногу убрала часа через пол, не меньше, но и этого оказалось достаточно. Ладно, не убрала, он сам сбросил ее минуты через две. Но я чувствовала все, и видела, как он злился. Зато зарядился и может с готовностью соблазнять очередную девочку из клуба. Как раз он с папой собрался идти тусить.

Кстати, я не говорила, моему отцу тридцать пять лет. И да, такое возможно, когда ты по малолетке погулял с девушкой и она забеременела. Папа стал отцом в шестнадцать, мама старше его на три года. Мы даже жили все вместе, пока родители не решили развестись. Жаль, конечно, но, если любовь прошла, зачем друг друга мучать? Мама вышла замуж второй раз и уже успела родить мне брата и сестру. Я часто приезжаю к ним в гости, но вот жить осталась с отцом. Во-первых, не хотела его одного оставлять, я в десять лет думала, что он вообще одинокий старик. А во-вторых, решила, что маме и так хватит забот с двумя детьми. Меня она любила не меньше. Вообще, я считаю, мне повезло с родителями, а то, что они развелись, так это со многими бывает. Можно быть счастливыми и в разводе.

— Та на Старый новый год что планируешь делать? — вырвал из мыслей папа, разливая по чашкам свежесваренный кофе.

— Еще не думал. Да и что мне делать, я пока привыкну здесь, обзаведусь новыми знакомыми, — ага, и такой многозначительный взгляд в мою сторону.

— Приезжай к нам. Мы с дочкой будем дома. Всегда вместе на праздник. Втроем веселее будет.

Ага, веселее. Как же.

— Пап, я может в этом году к Катюхе поеду, а вы сможете тут по-мужски отдохнуть. Шашлыков нажарите, девочек позовете.

— Когда это я домой девочек звал? Не придумывай.

— А мог бы, — хмыкнула я, отпивая из своей чашки.

— Так что давай, Игнат, планов никаких не строй, буду ждать тебя.

— Договорились.

Договорились так, что я свалю куда-то. Проводить еще один вечер в обществе мужчины у меня не было никакого желания. Несмотря на мою браваду, мне было страшно, что папа узнает о нас. Я не представляю его реакцию, но боюсь увидеть в глазах родного человека осуждение.

— Я пойду уже к себе. Возможно, книгу почитаю, или посмотрю какую-то комедию. А вы поговорите нормально, столько лет не виделись.

Я забрала свою чашку с кофе и подняла взгляд на Игната. Он смотрел на меня с прищуром, пытаясь отловить на лице какие-то эмоции. Хрен тебе, красавчик. Если бы ты не был другом отца, я бы с удовольствием провела с тобой не одну ночь, а так увы, не могу.

— Игнат, рада была с вами познакомиться.

Уверена, в его голове мысли что-то вроде «а как я был рад!» но не сегодня, а в ту ночь. Да, та ночь была прекрасная. Не зря же я до сих пор ласкаю себя при воспоминании, как он входил в мое тело.

— Взаимно, Леся. Хотя мы с тобой уже и так знакомы.

У меня внутри все оборвалось. Я метнула взгляд к папе, чем сама себя чуть и не спалила. Что он несет?

— Просто ты меня не помнишь. А я помню, как ты бегала по этому дому с двумя забавными хвостиками.

Господи, как же он меня напугал.

Я мило улыбнулась и кивнув, попрощалась, удаляясь в свою комнату. Если он еще раз провернет подобный финт, меня придется откачивать.

Поднимаясь по лестницы на дрожащих ногах, я услышала их разговор. Хорошо лестница не прямая, я успела скрыться за стену и подслушать их разговор. Я знаю, что это некрасиво, но папин вопрос заставил меня напрячься.

— Как твои дела с Ксенией?

Ухо выросло на полметра.

— Подали на развод. Наши отношения зашли в тупик, — я ошарашенно округлила глаза.

Игнат женат?

— Ты и так полгода пытался спасти брак.

— Ты прав. Ничего не получилось, потому не вижу больше смысла жить вместе. К тому же у Ксении появился мужик. Третьего лишнего в моей семье не будет.

Я закатила глаза и развернувшись, ушла в свою комнату. Лучше кофе допью, пока не остыл, чем буду слушать сказки этого мерзавца. То же мне, третьего лишнего не будет. А сам чем лучше? Изменщик.

Присев за кофейный столик, я сделала глоток и схватила телефон. Быстро напечатала подруге сообщение и выдохнула, отметив, что мои руки дрожат.

«Завтра наберу тебе, нужно кое-что рассказать. Спокойной ночи.»

Отправила и сделала еще один глоток. Кто-то спать сегодня не будет после таких напитков перед сном.

«Интриганка. Завела и в кусты. Спи! Я приеду к тебе завтра.»

Я улыбнулась и отправив подруге смайлик с поцелуем, отложила телефон. Перевела взгляд в окно за моей спиной и отметила, что на улице снова идет снег. Вечерний снегопад кажется особенно прекрасным.

Сбросив с себя одежду, я быстро набросила тонкую пижаму из шорт и топа шелковой ткани и нырнула под одеяло. Никакого фильма не надо, никаких книг. Прикрыв глаза, я снова представила ЕГО в своих объятиях, между ног. Почувствовала, как начала плыть от воспоминаний и вздрогнула от неожиданного тихого стука в дверь.

Папа бы уже позвал меня, если бы решил зайти. Я повернула голову и подняла взгляд наверх, так как дверь находилась слева от меня. Я прекрасно знала, кто за ней стоит и от того еще больше напряглась. Опустила взгляд, когда ручка опустилась, а через несколько секунд в спальню вошел Игнат.

— Ты с ума сошел?

Конечно, я была возмущена. Папа мог подняться в любую минуту. А этот притащился ко мне в спальню, где я полуголая лежу в постели.

— Не мог не пожелать тебе жаркой ночи. Ты же уже без трусиков?

Он точно сошел с ума! Завалиться ко мне в спальню поздно вечером, да еще и зная, что нас может застукать отец! Я потянула одеяло на себя и ошарашенным взглядом смотрела на мужчину, который недавно лишил меня невинности. И так сладко лишил, хочу сказать. О таком партнере мечтают если не все, то точно большинство девочек.

— Уходи отсюда.

Но Игнат не собирался слушать меня. Пройдя в комнату, остановился около кровати и резко дернул за одеяло, отбрасывая его в сторону и пялясь на меня диким взглядом.

— Ты ненормальный? — зашипела я, подпрыгивая и пытаясь прикрытья.

Я боялась, что на шум прибежит отец.

— Ненормальный, конечно. Я же не знал кого трахаю. Знал бы, не подошел.

Наклонившись, он схватил меня за щиколотку и потянул на край кровати. Я перехватила его за плечи, упираясь, и не позволяя лечь на меня.

— Льву позвонили японцы и он с ними застрянет часа на пол, не меньше.

— Ты такой скорострел? — ляпаю сама не знаю что. — А в ту ночь…

— В ту ночь, я наслаждался тобой, девочка. И повторил бы это сейчас с удовольствием. Но сегодня у нас нет столько времени. Поэтому, — он опустил колено на матрас и подцепив пальцами шортики, потянул их вниз.

Я сглотнула, от желания, предвкушения и страха быть пойманной на горячем. Понимала, что мне нужно остановить его, но сил на это не находила. Наблюдала как завороженная, и позволяла делать с собой все эти неприличные вещи. Но тут будто щелкнуло что-то, и я резко схватилась за его руку.

— Стой. Дверь…

— Дверь закрыта, — он врал, я точно знаю, что на замок он ее не закрыл.

Я попыталась потянуть шорты обратно, но Игнат не позволил. Уложил меня на спину, руки зафиксировал над головой и правой рукой коснулся промежности. Провел по ней ребром ладони, слегка надавливая и вынуждая меня закатить от удовольствия глаза. Я прикусила губу, сжимая пальцами простыни и чувствуя, как он ладонью накрыл лепестки.

— Игнааат, — выдохнула я, шире разводя ноги, — он услышит и…

— Чшшш, — прошептал он, склонившись и обдав губы горячим дыханием, — ты главное не громко стони. И тогда он точно не услышит.

— Он пойдет искать тебя…

— Не пойдет, — и на этих словах он вошел в меня двумя пальцами.

Я застонала, крепче сжимая простыни и чувствуя, как внизу живота пульсирует от возбуждения. Между ног было влажно и горячо, я чувствовала, как складочки набухли, а пальцы Игната дарили им наслаждение. Они порхали внутри и снаружи, запускали по мне фейерверк удовольствия, подводили к грани, к обрыву, с которого мне хотелось сорваться. Чтобы получить незабываемые эмоции, которые может дарить этот мужчина. Я помнила, сколько раз, и как именно он доводил меня до безумия. Ему ненужно особо стараться, чтобы я завелась. Один взгляд, и весь мой мир сужается до одного человека. Остальные перестают существовать.

Так случилось и сейчас. Я только могла чувствовать, что уже нахожусь на грани, волосы спутались из-за моих метаний по простыням, тело покрылось испариной, внизу живота скручивалось в тугой узел. Игнат ускорялся, активно двигая пальцами и надавливая на мою заветную точку. И уже через мгновение звездочки яркими желтыми вспышками разлетаются у меня перед глазами. Я содрогаюсь, пытаясь ухватиться за все куда только могу достать. Мышцами сжимаю красивые длинные пальцы, которые замедлили движение и нежно ласкали снаружи.

Пришло удовлетворение, истома и полное ощущение счастья. Нежные касания дарили мурашки по телу, пульсация внизу живота замедлялась, но все еще присутствовала, и улыбка на моих губах говорила лишь о том, что я поддалась и сдалась во власть страстному мужчине.

Слабачка.

— Вот куда нужно направлять твой характер, твою дурость. Ты так красиво кончаешь, а главное остро, на грани, что я готов постоянно доставлять тебе удовольствие, только бы наблюдать эту картину.

Я облизнула пересохшие губы и нашла в себе силы поднять тяжелые веки.

— Мне, кажется, тебе пора.

— Правда? Думаешь ты полчаса не могла кончить?

— Нет, но в любой момент…

— В любой момент, — прорычал он и неожиданно переместив руку на мою грудь, сжал ее с жадностью, причиняя легкий дискомфорт, — а когда под столом играла со мной, ты думала про то, что в любой момент Лев мог понять, что ты творишь?

— Но тебе же понравилось? — я облизнула губы, находясь в сантиметрах от его лица.

— Мне было стыдно.

— Охо-хо-хо, стыдно ему было, — произнесла с сарказмом, закатив глаза.

— Стыдно да, перед Львом. А ты мелкая зараза, больше не смей при нем такое вытворят.

Он резко отстранился и поднялся на ноги. Набросил на меня одеяло и одарив взглядом, наполненным злости, вышел из спальни.

А я с победной улыбкой завалилась спать, довольная, что перед сном получила свой оргазм.

Не все же самой пальчиками шевелить. Мужчине тоже спортом надо заниматься.

— Дочь, доброе утро, — на кухню вошел папа, как всегда бодрый, свежий, красивый.

— Доброе утро, — менее весело.

Что-то я не выспалась. А все из-за его друга! Который снился мне полночи. Гад такой.

— Красивое платье. Куда-то собралась? — он кивнул на моя наряд, а я пожала плечами.

— Да нет, просто надела. Кофе? — предложила ему, поднимаясь и проходя к кофемашине.

— С удовольствием.

На столе уже стоял завтрак. я приготовила яичницу с колбасками и помидорами. Папа особенно любил этот завтрак после ночных посиделок с друзьями.

— Вы долго вчера сидели?

— Проще будет сказать, сегодня. под утро разошлись. Предлагал Игнату остаться, места полно в доме, не согласился.

Еще бы, боялся, что готовенький приползет ко мне в комнату и будет умолять дать ему. Наверное, уже спать не может без меня.

Чуть не прыснула со смеху от своих мыслей, и подальше от греха, включила кофемашину. Если что скажу папе, что это она глючит, а не я ржу.

Приготовив кофе, поставила чашки на стол и присела напротив папы. Сегодня суббота и папа остался дома, и это одна из причин любить выходные.

— Скоро Катюха приедет, ты же не против?

— Нет, конечно. Почему я должен быть против?

Я пожала плечами, отправляя в рот кусок яичницы.

— Мне почему-то, кажется, ты не очень любишь Катюку. Хотя она классная девчонка.

— Тебе всего лишь, кажется, — нахмурившись, произнес отец, и взяв чашку, сделал глоток кофе.

— Это хорошо. Тогда может приготовишь для нас обед на костре?

— Шурпы?

— Угу, — довольно кивнула, радуясь, что он сразу согласился.

— Приготовлю. Куда вас красавиц денешь? — хмыкнул он и подняв чашку протянул ко мне.

— Чинь-чинь, — стукнула своей и сделала глоток ароматного капучино.

После завтрака я решила сделать влажную уборку в своей комнате и как раз, когда заканчивала протирать пыль, услышала звонок по дому. Отложив тряпку в ведро, поправила волосы и побежала вниз. Мне уже и самой не терпелось поделиться с подругой всеми новостями. Уверена, она будет в шоке.

— Как у тебя дела с твоим парнем, Катя?

— Почему вас это волнует, Лев Андреевич?

Услышала их разговор и выпорхнула с лестницы, бросаясь к подруге в объятия. Мне кажется, или она выглядит взволновано?

— Привет, подруга.

— Привет, — выдохнула она, сразу же обращая свое внимание на меня.

Катя точно выглядит так, словно чего-то испугалась.

Да, мой отец свободный мужчина и я давно замечаю его взгляды, обращенные к подруге. В них не похоть, там что-то более глубокое. Но папа знает, что у Кати есть ее Ванька, и даже не пытается влезть в их отношения. Интересно, может папа влюблен в нее? И именно этим обосновано его отношение к ней? Он часто злится, когда она приходит ко мне в гости.

Но то, что папа засматривался на мою подругу говорит лишь о его хорошем вкусе. А Катя, кстати, старше меня на два года.

— Отдыхайте, девочки. К обеду позову, — папа улыбнулся и подмигнув мне, ушел в сторону кухни.

— У тебя крутой отец, — отметила подруга, смущенно кусая губу, словно поняла, что спалилась.

— Он тебе нравится, да? Я имею в виду, как мужчина.

— Нет, ты что! У меня Ванька.

Я улыбнулась. Понятно все. Смущение, волнение, страх.

Так, ладно, это их дело, я в это лезть не собираюсь. Ванька, так Ванька.

— Пошли в комнату. Я тебе сейчас такого Ваньку расскажу, ты охренеешь.

— Мне уже страшно. А кофе можно?

Я резко развернулась и потянула подругу на кухню.

— Можно! Кофе, а потом рассказ. Чтобы челюсть не так сильно падала.

— Лесь, ты меня пугаешь, — хмыкнула подруга, на ходу поправляя свое платье.

Знает же зараза, что папа на кухне. Ох и проказница.

— Чшшш, — приложила палец к губам, округляя глаза, — запретная тема, Катюх. Пааап, мы за кофе.

— Итак, рассказывай, — довольно потерла ладони подруга, присаживаясь за кофейный столик в моей спальне.

— Ты такая довольная, словно это у тебя случилось что-то классное и тебе не терпится со мной поделиться, — присев напротив подруги, я сделала глоток капучино глядя на ее довольный вид.

— Нууу… нет. А вот ты рассказывай. Я со вчерашнего вечера места себе не нахожу.

— Почему? — сделала вид, будто не понимаю.

— Ты, конечно, та еще подруга, — в воздухе пальцами сделала кавычки, выгибая бровь и показывая, насколько она обижается.

— Ну, прости, я просто не хотела говорить об этом по телефону.

Я и сейчас говорила негромко, чтобы не дай Бог папа не услышал.

— Хорошо. Теперь делись. Я же умираю от любопытства! — Катюха притопнула ногой вызывая на моем лице улыбку.

— Вчера вечером, вот здесь, на этой кровати, — я ткнула пальцем на свое ложе, будто и так непонятно, где именно, — я кончила.

У подруги резко летела улыбка с лица. Плечи поникли, лицо стало серьезным. Катя, схватив чашку, сделала два глотка и недовольно вздохнула.

— Ты сейчас серьезно? Такая интрига ради твоего оргазма? Подруга, — она склонила голову и произнесла с абсолютно серьезным видом: — открою тебе секрет, я тоже ласкаю свой буточник и кончаю каждый вечер.

— Девочки, извините…

— Етит твою налево! — выругалась подруга, а я ошарашено обернулась к отцу.

— Папа! — уверена, он все слышал.

— Я постучал. Вы были слишком увлечены разговорами. Если что, я ничего не слышал, — и смотрит на Катюху.

Я ошалела. А если бы я в этот момент говорила о Игнате? Да он бы меня пришлепнул, как муху!

— Больше так не делай, пап.

— Да, Лев Андреевич, у нас тут, между прочим, женские разговоры.

Папа сжал челюсти и как-то зло усмехнулся. Еще бы, такое услышать!

— Больше не буду, а вот меньше…

— Папа!

— Ладно-ладно, девчонки, — в примирительном жесте выставил руки, улыбаясь теперь более приветливо, — хотел предложить вам смузи. Будете?

— Будем, — ответили хором и рассмеялись.

— Сейчас приготовлю.

Папа оставил нас одних, а я ошарашенным взглядом посмотрела на Катю.

— Он все слышал, — прошипела она, намекая на ее оргазмы.

— Зато теперь он знает, что тебя не удовлетворяет твой парень. Что у вас происходит, Кать?

— Ванька хороший и я люблю его вроде, но огня у нас нет. Не совпадаем мы, понимаешь?

— Мы же только недавно обсуждали, как тебе с ним хорошо.

Катя прикусила губу и пожала плечами.

— Я не могу сказать, что секс у нас плохой. Но мне чего-то не хватает.

— Или кого-то? — кивнула на дверь, зная, что она поймет намеки.

— Давай не будем? Лучше расскажи, что ты тут вчера творила. Не поверю, что это весь рассказ.

— Не весь, — взяла чашку и бросив неуверенный взгляд в окно, я выдохнула очень тихо, чтобы папа не услышал: — я не сама себя ласкала.

— А кто? — о, снова загорелся взгляд.

— Тот незнакомец из клуба. С которым я лишилась девственницы.

— Чтооо? — протянула Катюха, выпучив глаза так, словно они сейчас из орбит вылетят. — Как он здесь появился? Как он тебя нашел?

— А он и не искал. Сдалась я ему. И вообще, он женат.

Подруга переела, устраиваясь удобнее и настраивая свое ухо на лучшее прослушивание. Еще бы волну словила. Артистка.

— Говори, хватит томить.

— Игнат, друг моего отца, — выпалила эмоционально, но шепотом.

Катя сглотнула, как гуска двигая шеей.

— Охренеть, — выдохнула она и моргнула несколько раз, — он приезжал в гости к Льву Андреевичу, а тут ты?

— Тихо ты. Папа услышит, голову мне оторвет.

— Прости. Я поняла. Но как вышло, что он оказался в твоей спальне?

— У отца был звонок по работе, а Игнат воспользовался моментом.

— У вас был секс? Прямо здесь?

— С ума сошла? С Игнатом визжать надо от страсти. Конечно, нет. Он просто доставил мне удовольствие.

— Ну, мужик! — прошептала она и довольно хлопнула в ладони. — Слушай, а ты как его не узнала, если он друг Льва Андреевича?

— Мы сто лет не виделись. Он помнит меня еще ребенком. А я его вообще не помню.

— Ну, судя по тому, что у вас тут вчера было, — прошептала подруга, играя бровями, — его не останавливает дружба с отцом.

— Зато меня останавливает. Я не хочу видеть в глазах отца осуждение.

— Не думаю, что это случится. Он тебя любит, — Катя говорила серьезно, прекрасно зная отношение отца ко мне.

Папа всегда меня оберегал, заботился и любил так, как редко умеют. Многие бы девочки позавидовали. А они и завидовали, а некоторые истекали слюнями. Извращенки долбанные.

— Ага, и одобрит отношения с мужиком, который старше меня на пятнадцать лет. Как же! — выдала я, прекрасно понимая, что подобного не быть.

— Не кипятись, подумай обо всем. Пораскинь мозгами.

— Я сейчас твоими мозгами пораскину. Мы просто переспали, все. Продолжения не будет. К тому же…

— Что? — тут же загорелась она, ожидая услышать еще что-то интересно.

— Мне не нравится, что он женат. Получается, он изменил своей жене со мной.

— И что? Ты то тут при чем?

— Я хоть и слышала, что он разводится, но… чувствую себя мерзко, — выдохнула, поглядывая на дверь.

— Разводится? Окольцуй. Если он в постели монстр!

— Кать… — протянула я, уже не удивляясь ее поведению.

Катя всегда была прямолинейной и мне в ней это нравилось. Правда иногда, ее язык мог взболтнуть лишнего. Например, как сегодня, про бутон.

— Ну, а серьезно! Потуси с ним, развлекись. Потом пошлешь.

— Потом может быть поздно. А я этого не хочу.

— Кстати, подруга, ты в курсе что на праздник я приеду к тебе. Закажем суши, посмотрим новогоднюю комедию и завалимся спать.

— На счет ночевки не уверена, Лесь. Ванька приезжает, как раз вечером. Сама понимаешь, мы не виделись почти две недели.

— Вот так ты со мной? — сделала вид, что обиделась, на самом деле я прекрасно понимала подругу. — Хочешь, чтобы я пересеклась с этим наглецом еще раз?

— Ты о чем?

Я метнула взгляд в сторону входа, и убедившись, что отец еще не возвращается, наклонилась через стол, чтобы произнести как можно тише:

— Игнат приедет на праздник сюда. Папа пригласил его.

Подруга хитро улыбнулся и тут же выпрямила спину, потому что в столовую вошел отец.

Ну вы посмотрите, какая хитрюга! Сразу кошечку включает. И это перед моим отцом!

— Лев Андреевич, Леся сказала мне, что вы ужин устраиваете у себя дома на Старый новый год.

Я удивленно уставилась на нее, не понимая, что она задумала.

— Да, хочу немного отдохнуть. К тому же друг вернулся из-за границы, не успели наговориться с ним.

— Понимаете, Леся хотела ко мне приехать на праздник, а мои родители тоже устраивают вечеринку старых друзей. Я бы не хотела с ними тусить.

Папа прошел к столу и поставил керамическую супницу по центру.

Я же округлила глаза, готовая придушить эту заразу. Я понимаю, что она хочет закадрить моего отца и я возможно даже не против, но! Там будет Игнат!

— Я не думаю, что это хорошая идея, — выдал отец, открывая супницу и разливая шурпу по тарелкам.

Согласна! Хотела произнести я, но что я за подруга, чтобы так обламывать ее.

— Почему?

— Я буду с другом, Катерина. Не думаю, что тебе будет весело в нашей компании.

А вот и первые нотки ревности. Что происходит между этими двумя?

— Я буду с Лесей. Мы недолго посидим и уйдем к ней в спальню.

А может она права? И мне так будет легче. Зато я буду знать, что Игнат не приползет в мою постель.

— Пап, правда. Пусть Катя приедет к нам?

Только я не поняла, куда она Ваньку отправит.

— Мы вам не помешаем, Лев Андреевич. И не будем подслушивать мужские разговоры. Нам девочкам тоже есть о чем пошептаться.

Отец бросил на меня недовольный взгляд и присев за стол, хмыкнул.

— Вьете из мужиков веревки. И как вам это удается?

— Всего лишь женское обаяние, пап, — улыбнулась ему, а папа, протянув руку, погладил меня по щеке.

— Не более, Лев Андреевич.

Он тут же стал серьезным, даже немного нахмурил брови, переводя взгляд на Катюху.

Нет, я понимаю, когда одаривает подобным взглядом мужиков, но Катя! Она же маленькая, хрупкая девочка. А в сравнении с ним, с матерым волков, вообще выглядит нежным цветочком. Нет, папа, что-то с тобой точно не то творится рядом с ней.

После обеда, отец ушел работать в кабинет, мы же с Катюхой перебрались в гостиную на диван, где я сразу же задала ей вопрос в лоб:

— Как? Как ты его не боишься? Я бы на твоем месте в обморок рухнула от таких вопросов.

— Шутишь? Мне повезло, что я в этот момент сидела на стуле! Иначе бы упала. У меня так ноги тряслись. Да я вся дрожала!

— А как тогда решилась?

Катя пожала плечами, и я обратила внимание, что в ее глазах промелькнула грусть.

— Что-то не так? Ты Ваньку куда собираешься девать? Сама же сказала, что он приедет.

— Сказала. Я просто хотела, чтобы ты еще раз пересеклась с Игнатом. Вдруг у вас что-то получится. А Ванька… на самом деле он уже четвертый день мне не пишет.

Я напряглась.

— Как так?

— Не знаю. Читает мои сообщения и не отвечает. Мне кажется, он кого-то встретил там.

— Кать, ты меня, конечно, извини, но мне, кажется, у вас это взаимно.

— О чем ты? — встрепенулась она, поправляя свои длинные шоколадного оттенка волосы.

— О том, что ты запала на моего отца.

— Так заметно, да? Знаешь, мне иногда стыдно перед тобой.

— Успокойся, тебе нечего стыдиться. Да и сердце не прикажешь. А вообще, давай прекращай грустить. Мужики того не стоят.

— Как думаешь, у меня есть шанс?

Я подсела к ней поближе и взяв в руки ее ладонь, выдохнула с улыбкой:

— Чтобы стать моей мачехой?

Катя удивленно подняла на меня взгляд и сведя брови на переносице, отмахнулась.

— Да ну тебя, подруга называется!

Я расхохоталась и тут же увлекла ее в свои объятия. Родная она у меня, хорошая и иногда бывает такой глупой.

Нет, ну разве я могла подумать, что стану обсуждать отца с подругой? Не просто обсуждать, как папу, а как потенциального жениха. Ага, жениха. Он такой ловелас, что только на любовниках ходить может.

Боже, о чем я только думаю?

Щелкнув подругу по носу, уткнулась в ее лоб. Видела, как она нервничает и ее нервозность передавалась мне.

— Ты тоже так-то подставила меня, — хмыкнула я, растягивая губы в улыбке, — придется праздновать в обществе Игната.

— И чего ты боишься?

Чего я боюсь?

— Того, что эта встреча закончится тем же, чем и тогда, в клубе.

Катя неожиданно протяжно застонала и откинувшись на диван, прикрыла глаза.

— Тоже хочу.

— Папуль, ты же не сердишься, что Катя будет с нами сегодня?

Утром за общим решением мы решили с отцом приготовить лишь половину блюд, остальное же просто заказать в ресторане. К тому же мужчины собирались жарить мясо на мангале. Что существенно облегчало мне весь день. Я могла тщательно приготовиться к вечеру. И раз уж я все-таки остаюсь дома, то должна выглядеть на соточку по пятибалльной школе, чтобы Игнат захлебнулся слюной глядя на меня.

— Я не сержусь, дочь. И тебе веселом и нам спокойно.

Ну, на счет спокойно, я конечно бы поспорила. Вряд ли я буду спокойна весь вечер, а что касается Игната, тут нужно будет понаблюдать за ним.

— Пап, а тебе нравится Катя, как девушка?

Отец замер с листом бумаги в руке, который хотел переложить в папку.

Мое лицо озарила улыбка.

Интересная у него реакция.

Он медленно повернулся ко мне и все же положив документ, сомкнул руки в замок.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что вижу твою реакцию на нее. Ты ведь не просто так не хотел, чтобы она отмечала с нами сегодня?

— Не просто. Но она молодая еще совсем.

— Пап, она старше меня.

— На два года? — хмыкнул он, и поднявшись, прошел к шкафу с книгами, прошелся по ним руками и достал нужную.

— Даже если и на два. Почему бы и да? Ты молодой, красивый и свободный мужчина. Мама же давно уже счастлива. А ты?

— И я счастлив. Никогда не думал, что у меня будет так много женщин. Женился я рано, погулять не успел.

— А ты не изменял маме?

— Нет. Мы поженились, конечно, по залету. Уж прости, дочь, — я улыбнулась, ведь и так прекрасно знала этот факт, — но если бы я не хотел, то меня бы и беременностью никто не удержал. Значит, мой выбор был сделан осознанно. Мы, конечно, женились, когда ты уже родилась. Но еще до твоего рождения я решил, что буду с твоей мамой.

— Ты был влюблен?

— Не сразу. Позже понял, что полюбил ее. К тому же, я всегда был благодарен ей за тебя, моя крошка.

— Значит, ты верен своему выбору?

Отец кивнул, а я прикусила губу, вспоминая Игната. Интересно, почему он изменяет жене? Получается, он не уважает свой выбор?

— А те, кто изменяет женам, они не уважают этих женщин?

— Именно. Но ситуации тоже разные бывают. Вот, например, у Игната жена та еще стерва. Любительница таскаться по клубам и прыгать по… ладно, неважно.

Вот значит даже как. Интересно. Спасибо, папа, что поделился со мной столь важной информацией, сам не догадываясь что мне это очень пригодится.

— Понятно, — сделала вид, будто меня совсем не интересует Игнат, — а ты начал встречаться с другими девушками уже после развода?

— Да, после развода. Мы с твоей мамой поняли, что наши отношения изжили себя и каждый начал жить своей жизнью.

— А тебе бы хотелось влюбиться? Чтобы как тогда, страсть, эмоции, адреналин в крови?

— Как в молодости? — расплылся в довольной улыбке папа.

— Ну, папа! Говори уже, — возмущенно протянула я, не желая принимать его слова всерьез.

Он и сейчас молодой! А тогда юный был.

— Не знаю, дочь! Страсть — это хорошо, а любовь… — он задумался на мгновение и добавил с легкой улыбкой на губах, — иногда это проблемно.

— Значит, тебе нравится Катюха.

Улыбка слетела с губ.

— Иди уже в платье наряжайся.

— Пааап, — протянула я, и выгнув бровь, прошла к нему за спину.

Руками принялась массировать плечи и услышала облегченный выдох.

— Говори уже, — хмыкнул он, расслабляясь.

— А если бы я влюбилась в мужчину по старше. Ты бы переживал на этот счет?

— Я бы в любом случае переживал. Дочь, у тебя будет молодой хороший парень. Что за вопросы?

Я порадовалась, что в этот момент он не видит мое лицо. Лишь пожала плечами и на миг прикусила губу.

— Да просто представил Катю и тебя. А потом…

— Так, давай завязывай со своими фантазиями. У Катюхи твоей Иван есть. Вот пусть и любятся…

Ага, пусть. Как и я с Игнатом.

Грустью вздохнув, я поцеловала папу в щеку и ушла к себе в спальню готовиться к вечеру.

Я так и не поняла, как папа отнесется узнай, что у меня появился взрослый мужчина. Но что-то мне подсказывало, радости испытает он мало.

Но черт возьми, я не могу запретить себе этот долбанный флирт!

Схватив свой телефон, оставленный на кровати в спальне, я тут же напечатала сообщение Игнату. Перечитала несколько рази и прежде, чем отправить ему, бросила взгляд в окно.

Снежинки кружат. Романтика.

И мне хочется романтики…

Нажала кнопку «отправить» и с волнением отложила телефон.

Вряд ли мужчине будет по нраву мое сообщение. Но пусть уж простит, не смогла я удержаться.

«Я буду без трусиков. Или надеть, и ты снимешь их с меня зубами?»

Вот стерва!

Отложил телефон и размял шею, устало откидывая голову на спинку кресла. Достал из пачки сигарету и прикурил. День выдался сложным. Завтра выходной и я решил сегодня выжать из себя по максимуму. И уже как раз заканчивал изучать последние бумаги, как на телефон упало сообщение. От мелкой заразы, которая с той ночи не выходила у меня из головы. И все бы ничего, если бы ее отец не был моим другом. Бл*дь, узнает Лев, яйца мне оторвет. Я трахал его дочь. Его маленькую, невинную до той ночи девочки. Но от одной мысли, что она до меня ни с кем не была, в паху тяжелеет.

Затянулся сигаретой и выпустил густой дым, вспоминая, как сладко было вонзаться ее тело. Несмотря на то, что это был ее первый раз, Леся оказалась очень отзывчивой. Хотелось снова почувствовать ее попку в своих руках, сжать ягодицы и впиться губами в ее сладкие губы. Можно нырнуть между ног и снова почувствовать ее вкус. Обожал таких девочек, как она. Но их очень мало. Вроде и стесняется, но в то же время ярко отвечает на твои ласки, стонет так мягко и нежно, ну прямо песня для ушей. И я бы хотел снова повторить и не раз, но что делать с тем, что она дочка Льва, я ума не приложу.

Теперь вот мелкая зараза шлет мне пошлые сообщения. Интересно, она хоть понимает, какое действие на меня производит своим поведением? Или думала будет играть в одни ворота, как в тот вечер за столом? Отжала мне все яйца. Я думал в штаны спущу прямо там. Но и я в долгу не остался. Правда, тут можно поспорить, кому в итоге перепало удовольствие. Леся кончила от моих пальцев, а я так и ушел со стояком. А ведь мне предстояло еще один вечер провести с ней рядом. И я понятия не имел, как держаться. Если заметит Лев…

Потушив окурок, я закрыл папку и убрал документы в сейф. На сегодня хватит. Нудно еще заехать в магазин за подарками для девушек. Некрасиво являться в гости, да еще и в праздник, с пустыми руками.

— Игнат Валерьевич, вы уже уходите? — я закрыл кабинет и развернулся, встречаясь с взволнованной секретаршей.

— Да, Людмила. И вам советую сделать то же самое. Хватит на сегодня работы.

Людочка смущенно кивнула и поправив волосы, опустила взгляд.

У меня всегда здесь оставался офис. Работал мой заместитель, друг и владелец того клуба, где я встретил Лесю. Серега был надежным человеком и у меня никогда не возникало к нему никаких вопросов.

— Тогда до понедельника.

— Да, до свидания.

Людочка эта очень симпатичная женщина слегка за сорок. Но выглядела она, кстати, моложе. И каждый раз тушевалась, когда я появлялся в поле ее зрения. Возраст ее меня не смущал. Когда женщина ухоженная, член встанет и на пятидесятилетнюю. Но был один нюанс. Я не спал со своими сотрудниками. Работа и секс не совместимые вещи.

Да приятель, зато дочь друга и секс с ней совместимые. Хмыкнул про себя и прошел к лифту. Дождался пока он поднимется, и войдя внутрь, устало облокотился о поручень. Посмотрел на себя в зеркало. Переодеться что ли? Чего таскаться в костюме весь вечер?

Принял решение заехать домой, принять душ и переодеться. Но сначала подарки. Другу дорогую бутылку коньяка. Девушкам, а что девушкам? Конфеты, это, конечно, хорошо. Но как-то мелко, что ли. Пришлось заезжать в бутик с аксессуарами. Подруге приобрел шарфик, который она сможет надевать под любой образ. А вот Лесе… Пришлось повозиться. Была у меня, конечно, идея купить наручники, но вряд ли Лев оценит. Потому я решил купить ремень. Да, обычный ремень для штанов с красивой бляшкой. Бутик был фирменный, подарки не дешевые. Потому вполне себе достойный. Ну и что, что для Леси с подтекстом, это чтобы не расслаблялась девочка. И конечно, я не мог не подстегнуть ее еще раз. Попросил продавщицу упаковать в закрытый пакет кружевные трусики.

Бл*дь, я надеюсь увижу, как эта полосочка прячется между ее ягодиц.

Так стоп, хватит, Игнат. У тебя и так уже в штанах дымится.

— Приятного вечера, — пожелала консультант бутика с приветливой улыбкой.

— Взаимно!

Ну что, подарки готовы. И только попробуй, Лесечка, не заценить. Отшлепаю тем самым ремнем в тех самых трусиках. Стонать будешь, и просить добавки.

Заехав домой, принял душ и переоделся в джинсы и свитер. Позвонил маме, поздравил с праздником и справился о ее самочувствии. В последнее время сердце шалит, предлагал ей обследование пройти у хороших врачей. Да все отмахивается, думает, что в копеечку это обойдется. Можно подумать, я когда-то для нее жалел денег. Ничего, после праздников уговорю и сам лично с ней похожу по кабинетам.

Уже подъезжая к дому Льва, вспомнил, что так и не ответил Лесе на сообщение. Зато не забыла она. Как раз экран на телефоне загорелся, оповещая о новом сообщении.

«Решила все же без трусиков. Так удобнее.»

Я хмыкнул, притормаживая около высоких ворот.

Вот я на тебя их как раз и надену, малышка. Зря что ли покупал?

Игнат.

Друг встретил меня на пороге. Стоял курил, когда я остановил машину под свободным навесом во дворе. Забрав подарки, подошел ко Льву и пожал руку. Друг протянул пачку сигарет, предлагая закурить и мне. Выудил одну и прикурил. Затянулся горьким дымом, чувствуя, как он обволакивает мои легкие.

— Ты чего такой смурной? — удивленно посмотрел на друга, который хмуря брови молча курил.

— Да так, — отмахнулся, снова затягиваясь, — ты как? Порешал дела? Можно сегодня набухаться?

Я хмыкнул, тоже затягиваясь сигаретой.

— Набухаться не знаю, а вот выпить можно. Что-то после возвращения столько дел накопилось, устал я.

— А сегодня и завтра праздник, так что друг, будем отдыхать. Пойдем, девочки уже заждались. Ужин стынет.

Девочки заждались.

— Лев, если бы не знал, кто ждет, подумал бы, что ты мне решил подарок сделать, — я улыбался, как придурок.

Это Лев не знал, что одна девочка все же меня интересует. И она его дочь.

Друг улыбнулся и потушив окурки, мы зашли в дом. Переговариваясь со Львов, сбросили обувь, повесили в шкаф куртки и вошли в гостиную. Там уже был накрыт стол и потрескивали поленья в разожженном камине. Но меня привлекли девушки, а точнее одна из них.

Леся чертовка. Стоит у полки с цветами и перебирает пальцами лепестки. Подруга ее сидит в кресле. Красивая девочка, нежная. Но меня интересует только Леся. В красном блестящем платье на запах она выглядит охренительно. Ткань облепляет ее фигуру, как вторая кожа. У меня не остается места для фантазии. Кажется, эта гадина не только трусики не надела, но и лифчик, потому что я вижу, как твердые соски протыкают ткань.

— Добрый вечер, девушки.

— Здравствуйте, — произнесла подруга, осматривая меня с ног до головы.

Ее внимание меня не волновало, а вот Леся. Она обернулась и стрельнула в меня глазками. В паху тут же стало тесно и я мысленно чертыхнулся.

Бл*ть, как мне оставаться здесь надолго, когда все мои мысли о том, что я хочу эту девчонку?

Вручив Льву бутылку алкоголя, Катерине подарил шарф в дорогой упаковке. А когда дело дошло до Леськи, протянул ей пакет. Наши пальцы соприкоснулись, и я заметил, как она вздрогнула. Пакет не выронила, заглянула внутрь и улыбнулась.

— Спасибо.

— Спасибо вам, Игнат, шарфик просто обалденный. Это же из новой коллекции.

— Я рад, что угадил с подарками.

— Ну, что, давайте за стол.

— Игнат, а почему ты один приехал? У тебя вроде бы жена есть?

Когда мы сидели за столом и общались на разные темы, Леся неожиданно задала вопрос про жену. Я был ошарашен если честно. Не думал, что ее может это волновать.

— Я развожусь с женой. Она со мной не прилетела.

Леся кивнула, и взяв свой бокал с вином, нарочно облизнула губы.

Больше нелепых вопросов она не задавала, и сегодня не дразнила меня своими ласками. Иначе бы я на этот раз не сдержался и спустил в штаны.

Когда мы усаживались за стол, я специально выбрал такое место, чтобы она не смогла протянуть ко мне свои шаловливые ножки. Как бы сильно мне ее не хотелось, палиться перед Львов было не лучшим вариантом.

— Игнат, оставайся у нас сегодня. Мы выпили, за руль ты не сядешь. Места в доме полно.

— Уверен? Не помешаю?

Мы сидели с другом у камина, девочки давно поднялись к себе и о чем-то весело хохотали. Мы же пили виски и разговаривали по душам, когда друг сделал заманчивое предложение.

— Да кому ты тут помешаешь? Девчонки заперлись у себя, шепчутся наверняка о парнях. Выросли уже, раньше о куклах, да о платьях говорили. Теперь о парнях треплются.

— Ну хорошо, что не о девчонках, — хмыкнул я, допивая свой алкоголь и отставляя стакан.

На сегодня хватит. Не хочу, чтобы утром башка трещала

— Это да. У Леськи вон, кажется, кто-то появился. Узнать бы как-то.

Я напрягся. Это он обо мне, или еще кто-то есть?

— Сватать будешь?

— Еще чего. Сами пусть разбираются. Просто хочу дать понять, что, если обидит, морду набью. Это в лучшем случае.

Я кашлянул, представив, что эта морда может быть моя. Правда и Леську обижать я не планировал.

— Дети растут быстро, да Лев? А учитывая, какие мы молодые, наличие взрослой дочери у тебя, некоторых вводит в ступор.

— Да, эти придурки часто думают, что она моя любовница.

— Хотело бы я посмотреть на тебя, узнай ты о том, что у Леси мужик старше ее.

— Смотря какая разница в возрасте. Если ему лет пятьдесят, то я его закопаю где-то в лесу, и она получит по заднице.

— Нет, ну не настолько, — хмыкнул я, представляя, как сам наказываю Лесю тем самым ремнем.

— Если в пределах разумного, то ничего страшного в этом нет. Сам не понимаю, что со мной в последнее время происходит.

Я свел брови на переносице и посмотрела на друга, который был чем-то озадачен.

— Девочка одна нравится. Чуть старше моей дочери. И это меня очень беспокоит.

— Почему беспокоит? Нравится, действуй.

— Да нет, Игнат, она не одноразка.

Я улыбнулся. Если друг думает об этом, значит нравится она ему не только как девочка на одну ночь. Иначе он бы не парился на этот счет.

— Я тоже на одну залип, — признался я, глядя на его реакцию.

— А у тебя что?

— Да, — отмахнулся, понимая, что говорить ему, что речь о его дочери я точно не стану, — тоже есть нюансы. Давай лучше еще выпьем. И спать. Умаялся я что-то за последние дни.

— Да. А думать о девочках перед сном, гиблое дело, — хмыкнул Лев, хватая бутылку, — и так со стояка каждое утро начинается. И никакая шлюха не поможет.

Я широко улыбнулся и только сейчас понял, что у самого на других уже не встает.

Бл*ть, какого хера?

Со Львом мы все-таки засиделись. Много разговаривали, подкидывали полена в камин, вспоминали молодость. Хотя, нас и сейчас старыми не назовешь. Тридцать пять лет для мужика самый сок. Все девчонки твои, особенно если у тебя есть деньги.

Алкоголь мы практически не пили. Когда есть о чем поговорить с другом, выпивка не нужна. А вот кофе оказался, кстати. Пропустили пару чашек за душевной беседой. Со Львом мы много лет дружим, нам было о чем поговорить. Но то, что порой у меня в голове появлялись мысли о Лесе, меня пугало. Потому что я мог потерять эту самую дружбу. Но проблема не только в этом. Проблема еще в том, что я не могу перестать думать о его дочери. Кажется, я повернут на ней. И это очень плохо. Меня давно не вело от женщины с такой силой. Даже от своей жены. А теперь к Ксении у меня ничего не осталось. Она давно переключилась на другого мужика пока я активно развивал бизнес пропадая на работе. Я не винил ее. Меня действительно часто не было дома, а она в это время нуждалась в мужском внимании.

— О чем задумался? — поинтересовался я у друга, который неотрывно смотрел на огонь в камине.

— Да так, думаю о том, когда мы успели так повзрослеть. А дочь моя? Она же невеста уже! Восемнадцать девчонке. Давно ли мы были такими?

— Не так давно, но ты уже стал папашей в этом возрасте, — я рассмеялся, подкалывая друга.

Лев хмыкнул и почесал подбородок, наверное, вспоминая те дни.

— Знаешь, я даже был бы не против второго ребенка.

Я выгнул бровь.

— Тогда тебе нужна женщина, которая родит.

— Нужна, но такая, которую я буду любить. Вон, как с Лизой было.

— Лиза твоя уникальная женщина! Надеюсь, что с Ксенией мы разойдемся так же дружно. Да нам, по сути, и делить нечего.

— Не скажи! У вас финансы, а это порой доводит до войн. Пока разведетесь, морально истощены будете.

— Пока все шло ровно. Мы обговаривали процент, который отойдет жене. Надеюсь, она останется в своем решении стабильна. Не хотелось бы скандалов.

— Не могу сказать, что хорошо знаю твою жену, но не припомню, чтобы она была истеричкой.

Я кивнул. Ксения действительно была адекватной. Но в жизни случается всякое, и в голову может прийти такое, что потом не знаешь, как избавиться от прошлого.

— Ладно, Игнат, пойду я… А ты располагайся в любой гостевой. Только не напротив Леськи, там ее подруга ночует.

— Хорошо, к подруге не пойду, — хмыкнул я, а про себя добавил, что не против присоединиться к Лесе.

Кстати, девочка даже не к курсу, что я остался в доме. Может заглянуть к ней? Стены толстые, шумоизоляция хорошая, нас не услышат.

Черт, думаю об этом и так противно на душе. Неприятно обманывать друга. И тем более трахать его дочь в его же доме. Нет, трахать Лесю приятно, но знать, что за стенкой спит Лев, такое себе ощущение.

Посидев еще немного у камина, я потушил верхний свет и пошел на кухню выпить воды. Никого из помощников уже не было на рабочих местах, что меня радовало. Сейчас бы начали предлагать перекусить или выпить чаю. Не хочу. Если понадобится, я и сам смогу приготовить. Дома никогда помощников не было, не переутомился.

Достав из шкафа стакан, налил из кулера воды и полностью осушил его. На кухне было темно, только свет уличных ламп лишь немного освещал поверхности. Я присел на высокий стул около барной стойки и сцепил перед собой руки в замок. Спать не хотелось, как и подниматься наверх. Боюсь, окажись я рядом со спальней Леси, не смогу пройти мимо. Знаю, что девочка не откажет, сама течет от меня. Но это дом Льва, и я не могу дать слабину. В прошлый мой визит сюда, я уже воспользовался занятостью друга, за что себя и виню. Сейчас я не стану поддаваться своим слабостям.

Глядя в окно, обратил внимание, как по периметру ходит охрана. Все проверяет, всегда на чеку, что не удивительно с таким человеком, как Лев. Он всегда имел хороший бизнес, отличный статус в обществе, и много врагов. Расслабляться нельзя. Удивительно, как он еще не установил жесткий контроль над Лесей. Не боится, что к ней могут подобраться близко? Тем более такая красивая девочка, что уже говорить про то, что она единственная дочь Даурова.

Со стороны гостиной послышались тихие шаги. Я даже подумал, что рабочие проснулись, но нет. В тусклом свете я увидел знакомую мне фигурку.

— Пап, ты чего здесь сидишь в темноте?

Она потянулась к выключателю, но я быстро оказался рядом с ней. Перехватил за руку и повернув, прижал бедрами к столешнице.

— Игнат? Что ты здесь делаешь? — зашипела она, руками хватаясь за кофту на моей груди. —Напугал.

— Жду тебя. Думал, уже не придешь, — соврал я, приблизившись и опаляя дыханием ее губы.

— С ума сошел? Папа может увидеть нас. Какого черта ты вообще здесь делаешь так поздно?

Я оскалился и подцепив пальцами подбородок, отвел в сторону, чтобы губами коснуться бешено бьющейся жилки на ее шее.

— Не поверишь, — выдохнул я и лизнул то самое местечко, пробуя девочку на вкус, — твой отец сам и предложил мне остаться здесь.

— Правда? А еще сказал, что ты можешь трахнуть его дочь?

Я отстранился и в темноте отыскал ее глаза. Свет от окон позволил разглядеть бурю в ее взгляде.

— А ты бы хотела?

Я бедрами прижался к ее животу, давая ощутить степень моего желания.

— Я…

Резко подхватил Лесю под попку, и усадив на стол, расположился между бедер. Перетянул на край, снова вжимаясь в нее своим пахом.

— Скажи, и я окажусь в тебе.

Тем более долго раздевать не придется. Она уже была переодета в кружевную пижамку, которую не составит труда сорвать с ее тела.

— Ты сумасшедший, — выдохнула она, и надавив пятками мне на задницу, прижалась плотнее, показывая, чего хочет на самом деле.

Меня долго упрашивать не нужно.

Подцепив тонкие шорты, заставил Лесю приподняться на столешнице и стянул ткань по ее ножкам. Она сама набросилась на меня с поцелуями, языком пробираясь в рот и вовлекая в поцелуй мой язык. Ее руки блуждали по моему телу, пальцами Леся вытягивала футболку из-под пояса джинс, при этом задевая и царапая кожу. Мне это нравилось, ее прикосновения возбуждали. Отбросив шортики, я притянул ее за попку ближе, давая прочувствовать степень моего возбуждения. Она охнула от напора, но ногами обвила мои бедра, прижимая к себе теснее.

— Если папа зайдет сюда?

— Не зайдет. Он спать ушел, — прохрипел я между поцелуями.

Пальцы Леси расстегнули пуговицу, а затем и замок на моих штанах.

— Почему ты остался? Ты собирался заглянуть ко мне?

Я резко рванул ее майку наверх, и наклонив девочку, губами прижался к груди. Языком провел по упругому полушарию и поддев сосок, с жадностью втянул его в рот. Руки Леси обхватили мой затылок, прижимая к себе и не давая возможности оторваться. А я не собирался. Готов был вылизывать ее всю. Это манящее пряное тело сводило с ума, не вызывая желания отстраняться от него. Хотелось гореть вместе с ней в нашей страсти, ласкать друг друга и оказаться глубоко внутри девочки, чтобы трахать долго и жадно.

Проворные пальчики скользнули вниз по спине, оцарапали кожу и остановились на пояснице. Я переключился на вторую грудь, тут же затягивая горошину в рот. Ощущая, как в штанах наливается от желания к девушке.

— Ляг на спину, — попросил я, желая получить еще больший доступ к ее телу.

— Разденься. Сними штаны, ты мне нужен голый, — прошептала она между короткими, влажными поцелуями.

Я — идиот. Вместо того, чтобы увести девочку в комнату, я держу ее в кухне на столе, и хочу трахнуть прямо здесь. Наплевав на то, что нас может увидеть Лев. И нет, я не был уверен, что он не спустится. Откуда мне знать, что в его голове, и о чем он думает. Но я хотел надеяться, что друг ушел спать.

Спустив штаны, Леся сразу же нырнула мне в трусы. Обхватила рукой член и несильно сжала, вырывая сдавленный стон из моего рта.

— Я хочу его попробовать, — стягивая трусы вниз, произнесла она.

— Не сейчас, не здесь, Леся.

Я опрокинул ее на стол, руками обхватывая бедра и подтянул к себе. Членом коснулся горячего входа, но погружаться не спешил. Снова завладел тугими сосками, покусывая и посасывая их. Переместил руки, одной сжал грудь, второй шею. Бедрами терся между ног, распаляя ее сильнее, надавливая на сладкое местечко и вырывая приглушенные стоны из Леси. Она снова положила ноги мне на бедра, прижимая к себе ближе.

Черт, когда я успел так чокнуться от ее близости?

Губами прижался к шее, провел языком по коже, по бешено бьющейся жилке, и медленно надавливая на вход, погрузил головку внутрь.

— Не больно?

Я помнил, что стал ее первым мужчиной, и потому с непривычки ей может быть все еще дискомфортно. Не хотелось бы стать причиной ее боль. И тем более не хотелось бы, чтобы она вспоминала наш секс, как нечто неприятное.

— Нет, все уже прошло.

Я кивнул.

Подхватил под одно бедро и медленно погрузился внутрь, чувствуя, как стенки влагалища плотно обволакивают член.

— Ох, Игнат, — простонала Леся, завладевая моими губами.

А я только сейчас понял, что забыл про презерватив.

— Я проконтролирую, — самому бы не забыться.

Принялся медленно двигаться, погружаясь в ее глубины и ощущая, как жар обволакивает меня. Она была горячая и влажная. Нам не нужна была дополнительная смазка. Я нырял в нее, как в омут с головой. Чувствовал, как она сжимается, мышцами обхватывает ствол. Леся была раскрепощена и двигалась мне на встречу. Если бы я не знал, что она была девственницей до меня, подумал бы, что у нее имеется хороший опыт. Но тут дело в ее реакции на мое тело. И это охренеть, как приятно.

С каждым движением, я усиливал толчки, чувствуя, что приближаюсь к оргазму. Хотел, чтобы она кончила вместе со мной. Поднялся, возвышаясь над ней и вколачиваясь в ее тело, удерживая за бедра, чтобы она не ускользала от меня.

— Игнат, это так хорошо, — шептала она между толчками, запрокинув руки назад и хватаясь за край столешницы.

— Очень хорошо, — выдохнул я, и резко вошел до упора, громко зашипев.

Вышел, склонился и припал губами к мокрым набухшим складочкам. Языком погрузился в дырочку и некоторое время ласкал ее так. Хотел ощущать ее вкус на своих губах. И слушал, как она стонет от удовольствия. Девочки любят куни, и я готов ей дарить его сколько она захочет. Но позже, не сейчас. Потому, отстранившись, я потянул ее со стола, развернул и нагнул, укладывая грудью на столешницу.

— Какая же ты вкусная, — прохрипел ей на ухо, и мазнув пальцами по губкам, снова вошел членом.

— Глубже, Игнат, прошу…

Уговаривать меня не нужно.

Крепко схватившись за бедра, я вколачивался в нее, чувствуя, как по спине стекает пот. Вдалбливался в горячее податливое тело и шипел сквозь зубы, чтобы не зарычать, как обезумевший и тем самым не привлечь внимание друга. Он точно рад не будет, застань на кухне картину, как я трахаю его дочь. Сука, самому от этой мысли неприятно. Но отлипнуть от этой девочки не могу. Повело на ней. Скрутило так, словно никогда баб не трахал.

— Игнат, — задрожала Леся, и в следующую секунду ее повело, она забилась в конвульсиях, тело сковали спазмы, а мышцы лона крепко сжали мой член.

Я удерживал малышку, чтобы она не рухнула на пол. Сделал еще несколько сильных глубоких толчков и едва не забыл, что я без резинки. Вовремя достав член и кончив ей на поясницу, изобильно изливаясь и орошая разгоряченную кожу.

Дыхание долго не приходило в норму. Я склонился и уперся лбом в спину Леси. Членом размазывал сперму по ягодицам и чувствовал, как он до сих пор пульсирует от перенапряжения. Девочка моя тоже все еще дрожит. И я на миг даже пожалел, что не надел презерватив, желая чувствовать, как стенки ее влагалища сдавливают меня глубоко в ней.

— Леська, ты охраненная.

— Игнат? — выдохнула она, поднимаясь на локтях и поворачивая голову. — Ты разведешься с женой?

— Лев, вы с ума сошли? Что вы здесь делаете?

Я осталась ночевать у подруги на праздник. Она выделила для меня отдельную комнату, а я дура вместо того, чтобы запереться на ключ, зная, что по дому ходит желанный мужчина, принялась стягивать с себя вечернее платье. И кто после этого назовет меня умной? Да никто! Но я и предположить не могла, что этот самый мужчина придет ко мне в комнату.

Сглотнув, я дрожащими руками пыталась удержать платье, которое болталось уже на честном слове. Потому что я успела расстегнуть молнию и уже начала спускать бретельки по плечам, когда Лев Андреевич появился в комнате.

Его взгляд был, как у голодного дикого зверя. Я даже сглотнула от страха и сжала тонкую ткань дрожащими пальцами.

Мужчина медленно двинулся ко мне. А я осталась стоять как вкопанная, зная, что он не причинит мне вреда. Откуда была уверенность я не понимала, то ли потому что в доме находилась его дочь, то ли сама так сильно желала этого мужчину. Но страха не было. Колени дрожали от желания и неудовлетворенности, а не потому, что Лев надвигался на меня грозной скалой.

— З-зачем вы пришли? — произнесла сиплым голосом, переминаясь с ноги на ногу.

Лев остановился в нескольких сантиметрах от меня. Смотрел проникновенным взглядом, пронзая тело острием и доставая до… Я чувствовала, как его взгляд будоражил все мое тело, и между ног становилось так влажно и чувственно, что впору принять холодный душ. А еще лучше выбежать на улицу и броситься в снег. Как по мне — самый идеальный вариант.

Подняв правую руку, он пальцами коснулся моего подбородка. Думала подцепит его, заставляя посмотреть в глаза, но нет. Костяшками пальцев, он нежно прошелся вниз по скулам и съехал ниже, по шее к ключицам. Я сглотнула и задышала шумно, чувствуя напряжение за грудной клеткой. Лев мягко скользнул, касаясь впадинки, уделяя ей не меньше внимания, но на этом не останавливаясь. Он опустил руку еще ниже, надавливая тем самым на мою ладонь, все еще удерживающую платье. Еще немного и он сдвинет его, чтобы оголить грудь.

— Скажи, что ты не хочешь меня, и я уйду.

Его голос оголенным проводом по раскаленным нервам прошелся. Я громко выдохнула, а глаза поднять так и не решилась, как и что-либо ответить.

— Вижу, что хочешь. Твое дыхание, — он наклонился и принялся шептать мне на ухо, распаляя сильнее и разгоняя по телу сотни мурашек, — дрожание твоего тела. Между ножек ты тоже уже влажная?

От его слов в промежности словно током пронзило. Я инстинктивно сжала бедра, а потом словно кто-то шепнул мне на ухо, я резко опустила руки, будто потеряв над ними контроль. Платье выпало из сжатых пальцев и плюхнулось к моим ногам.

Я осталась передо Львом в одних трусиках.

— Так лучше, девочка, — выдохнул он, опустив руку на мою грудь.

Я через приоткрытые губы постаралась сделать вдох, ощущая, как от желания потяжелела моя грудь. Его большой палец мазнул по соску, надавливая и превращая своими касаниями в тугую горошину. Он вложил грудь в свою ладонь и немного грубо сжал ее, проверяя на ощупь. У меня была чистая троечка и она идеально подходила для его рук. А мне от прикосновений хотелось прижаться к его телу, потереться как кошка и получить свое удовольствие. Но Лев не торопился, медленно наслаждаясь видом моего тела.

Правой рукой он обхватил затылок, и за волосы, потянул голову назад. Навис надо мной практически касаясь губ. Его горячее дыхание обжигало мои губы, опаляло жаром кожу лица. Я чувствовала легкий запах алкоголя, но это не удивительно. Мы все выпивали за столом, а Лев с другом еще пару часов сидели в гостиной за беседами. Но мужчина не был пьян. Разве только страстью.

Я не поняла, как это произошло. В какую секунду он перестал себя контролировать и склонившись, набросился на мои губы пожирая их словно это сладкий мед. Я вздох не успела сделать, как он ворвался в рот и найдя язык, принялся кружить с ним, ведя словно в каком-то диком безумном танце. Его губы напористые, страстные, безумные. Они поглощали меня, ласкали и терзали. Я сама не помню, как это произошло, но мои пальцы уже зарылись в его волосы на голове и царапали кожу. Я отвечала на его поцелуй с таким же безумием. Чувствовала, как рука продолжала мять грудь и дразнить соски. А внизу живота настолько изнывало, что хотелось завыть, только бы он опустил руку и приласкал меня там.

Это наваждение. Этого не может быть. Не может меня целовать Лев Андреевич, по которому я в последнее время сходила с ума. А он берет меня так, словно я принадлежу ему. По-свойски, жадно, сладко и властно. И мне хочется принадлежать ему, быть его, быть с ним. Хотя бы эту ночь.

И он словно услышав мои мысли, подхватил меня на руки и не разрывая поцелуй, уложил на кровать.

— Сегодня ты спишь в моем доме, — говорил между поцелуями нависая надо мной, — и будешь в моей постели.

Я понимала, что про его постель он говорил образно. Это означало, что я буду с ним сегодня спать. Или не так. Я буду с ним этой ночью заниматься сексом.

— Да, — выдохнула ему в ответ, словно сама отвечая на свои мысли.

Мои пальчики потянулись к вороту его рубашки. Я принялась медленно расстегивать пуговицы, желая прикоснуться к его горячей коже на груди.

— И забываешь на эту ночь про своего парня.

И даже эта фраза не подействовала на меня отрезвляюще. Сегодня Ване не было до меня дела, как и мне до него тоже.

Лев поднялся на коленях и сверля меня взглядом наполненным огнем, руками прошелся к груди, пощекотал ребра и спустился вниз, к трусикам.

Я охнула, когда он, подцепив тонкие полосочки пальцами, потянул их вниз по бедрам. Отбросил в стороны и глядя мне в глаза, стянул с себя футболку. Я сглотнула от вида его прокачанных мышц груди и опустила взгляд ниже. Красивый, сексуальный, сильный. Не у каждого моего ровесника такое тело, как у Льва. Ухоженное, часами тренированное в зале. Это мощь, которую я хочу ощутить на себе, а еще…

Поднявшись, я подползла на коленях по матрасу и остановилась около мужчины. Под его пристальным внимание положила ладони на гладкую грудь и провела выше, очерчивая красивые мышцы. Пальчиками скользнула по соскам и прикусив губу, направила руки вниз, по кубикам пресса, задевая косые мышцы. Я заметила, как его дыхание изменилось и для меня это послужило хорошим знаком. Он реагировал на меня. Он чувствовал меня. Он хотел меня!

Пальцами подцепила пуговицу на штанах, и глядя в его глаза, расстегнула молнию. Лев обхватил мой затылок и принялся массировать его, а я, приблизившись, поцеловала его упругий живот. Каждый кубик пресса обвела языком, изучала его тело. А тем времени продолжала снимать с него штаны.

— Катя, ты чертовски ах… охрененная девочка.

Он помог мне избавиться от его штанов и остановился рядом в одних белых трусах. Я облизнулась и присев на пятки, глядя Льву в глаза положила ладонь на его член. Он твердый, готовый войти в мою плоть. А еще — он большой. И это не может мне не нравиться.

Я осторожно сжала его и даже через тонкую ткань ощущала каждую венку на каменном члене.

Лев помог мне высвободить его член, который тут же оказался перед моим лицом. Я сначала облизнула губы, а потом обхватив его рукой, приблизилась и мазнула язычком по головке.

Черт, это возбуждающе. Она гладкая, нежная, и приятная на вкус. Он что, только из душа?

Некогда об этом думать. Я снова облизнула головку, не сдержалась и обхватила ее губами. Услышала над головой глухой протяжный стон, и, если бы не член во рту, я бы точно улыбнулась от удовольствия. Но вместо этого, я выпустила его и высунув язык, медленно прошлась по стволу от начала и до конца.

Крепкие руки с силой сжали волосы на моем затылке, а когда я намеревалась повторить и взять член глубже, Лев вдруг подхватил меня под руки и толкнул на кровать. Я завалилась поверх покрывала, тяжело дыша и глядя на то, как он двигается. Словно хищник, готовый напасть на свою жертву. Но я не была жертва. Я добровольно хотела отдаться в его власть.

Один вечер, одна ночь.

Я проснулась от того, что в комнате было слишком светло и тихо. Сначала даже не поняла, где нахожусь. Простыни — не мои. Запах — мужской. А потом… тело все вспомнило само.

Я резко вдохнула, а сердце забилось, как у пойманного зверька. Меня окружал ЕГО запах. На коже, в комнате, на постели. И ОН сам лежал рядом. Лев Андреевич, отец моей подруги. Накрытый одеялом, с расслабленным, но по-прежнему опасным лицом. Глядя на него, я снова почувствовала, как меня пронзает желание — глупое, необъяснимое, постыдное. Желание — все повторить.

Я медленно, стараясь не разбудить, соскользнула с кровати и потянулась за его рубашкой. Только я надела ее, как услышала его голос:

— Уже убегаешь?

Я обернулась. Он смотрел на меня, положив руки за голову. Казалось, совсем не волновался о том, что произошло. И да, он действительно не волновался. Ему-то какая разница кого трахать? Шлюха это, которой нужно заплатить или доступная девка, с которой и спрос то невелик.

— Я не убегаю, — ответила тихо, поджимая пальчики на ногах. — Просто… это было неправильно.

— Что именно? — он сел на кровати, и тень улыбки коснулась его губ. — Ты выглядела вполне согласной. Отвечала громко и страстно.

— Не говорите так. Это звучит... — я отвернулась, стыдясь собственных воспоминаний. — Я подруга вашей дочери. Мы не должны были…

— Катя, — его голос стал серьезнее, — ты взрослая, я взрослый. Мы оба хотели этого. И все произошло по обоюдному согласию. Если тебе нужно, чтобы я притворился, что ничего не было — я это сделаю. Но только если ты этого действительно хочешь.

Я посмотрела на него. Он не оправдывался. Просто смотрел — честно и прямо. словно в душу заглядывал.

— Я не знаю, чего я хочу, — прошептала я, оседая на край кресла. — Я знаю только, что когда ты прикоснулся ко мне вчера, у меня все внутри перевернулось.

Это больно. Больно осознавать, но я так давно мечтала о его руках на своей коже, о его губах на моей груди, и о том, чтобы он оказался глубоко внутри меня.

Лев встал с кровати, и подошел так близко, что я почувствовала жар его тела. Как же хотелось вернуться в постель и снова ощутить его вес на себе.

— У меня тоже все перевернулось, — признался он, и взяв меня за руку распластал ладонь на своем каменном прессе: — но мы можем сделать вид, что это была только ночь. Всего одна. Если тебе так будет легче.

Я долго молчала, не в силах посмотреть ему в глаза, а потом прошептала:

— Обещай, что никто не узнает.

— Обещаю, — кивнул он, — но, Катя… я не уверен, что больше не захочу тебя.

И то, как он это сказал, не как угроза, не как обещание… как правда, заставило меня по-настоящему испугаться. Не его. Себя.

Я вошла на кухню босиком, все еще чувствуя, как кожа пульсирует в тех местах, где его пальцы касались меня ночью. Леся уже сидела у окна, с ногами на табурете и чашкой кофе в руках. Она выглядела непривычно серьезной — обычно с утра она либо ворчит, либо шутит. Но сейчас просто молчала и смотрела в окно.

Мне не нравилось ее настроение. А еще мне казалось, что у меня все на лице написано, или на коже остались следы страсти Льва. Я, конечно, утром приняла душ после того, как он ушел из гостевой комнаты, но это не значит, что на мне не может быть его запаха.

— Доброе утро, — поздоровалась я, натягивая на себя кардиган.

— Угу, — кивнула подруга, даже не посмотрев в мою сторону..

Я прошла к кофемашине, но почувствовала ее взгляд на спине. Он не был враждебным, но странно внимательным, как будто она искала во мне что-то новое. Невольно проскочила мысль, что Леся все знает, но я тут же прогнала ее прочь. Не думаю, что Лев мог быть неосторожен, когда заходил в мою комнату.

— Как спалось? — спросила она после паузы.

— Нормально. Твоя гостевая — уютная. И шумоизоляция хорошая. Даже странно.

— Да, у нас всегда тихо ночью. Особенно когда никто не шарится по коридорам, — с этими словами она сделала глоток кофе.

Я застыла. Повернулась к ней и встретилась с ее взглядом. Он был слишком прямым.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего. Просто проснулась ночью и слышала, как кто-то ходил. Тихо, но… странно.

Мое сердце ухнуло куда-то в живот. Я не знаю, что она слышала, но паника уже поднималась по горлу. Это мог ходить Лев до того, как зашел ко мне, или же… наши стоны? Нет, нет и еще раз нет. Это нереально. Я же сама сказала — хорошая шумоизоляция.

— Наверное, это был твой отец, — сказала я, пожимая плечами. — Я слышала, как они с Игнатом поднимались по лестнице.

— Возможно, — кивнула она, но по ее тону я поняла: подруга мне не верит.

Она замолчала и снова уставилась в окно. А потом неожиданно бросила:

— Катя, скажи честно, тебе нравится мой отец?

Я чуть не выронила чашку, вовремя поставив ее на стол. Слишком прямой вопрос. Слишком не вовремя. А такие вопросы бывают вовремя?

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что ты не смотришь на него, как обычно смотрят на чужого отца. А он… — она замолчала и пожала плечами. — Лев Андреевич бывает… странно внимателен к тебе. Просто скажи: ты что-то чувствуешь?

Я медлила. Ответ, который слетит с языка, может разрушить все. Я могу потерять подругу с которой дружу не один год, и которая всегда и во всем меня поддерживала. Но и врать ей было больно.

— Я не могу тебе это сказать, Лесь.

— Значит, есть что говорить, — тихо произнесла она.

Леся поднялась и пошла к выходу. Перед дверью остановилась и обернувшись, добавила:

— Я тебя люблю, Катя. Ты мне как сестра. Только, если ты действительно что-то чувствуешь — скажи мне это, а не делай за спиной. Ладно?

И ушла, оставив после себя гулкую тишину и ком в горле.

Я уехала домой. Оставаться в доме отца подруги у меня больше не было сил. Да и совесть мучала за то, что я оказалась так слаба прошлой ночью. Стыдно не перед собой, стыдно перед подругой, которую я обманывала. Я боялась, что она не поймет моих чувств, несмотря на наш утренний разговор. Она просила не скрывать, а я… я дурочка, промолчала. Боялась признаться. И возможно, не случись у меня ночью близость со Львом Андреевичем, я бы даже сказала Леське, что ее папа дико сексуальный мужик. А теперь, после горячего секса с ним, мне было стыдно даже в глаза ее смотреть.

И какая после этого из меня подруга?

Рухнув на кровать, я зажмурилась, прогоняя непрошенные мысли. Кто бы мог подумать, что со мной будет все это происходить? Вместо того, чтобы думать о своем парне, у меня из головы не выходит Лев. Его крепкие руки обвитые венами, горящий взгляд наполненный страстью и горячее прерывистое дыхание, которое я все еще ощущала на своей коже.

С Лесей мы не виделись уже несколько дней. Она была занята подготовкой к учебе, каникулы заканчивались и, у нее, как ответственной студентки много сил уходило на занятия. И еще она пыталась уделять время Игнату. Да, они продолжили свои отношения. И это нормально. Я была за нее рада. У самой же кошки скребли на душе.

Ваня вернулся через неделю. Мы договорились с ним встретиться в центре и прогуляться по городу. В последние дни погода была хорошей. Солнце, снег, безветренно. Идеальная зима.

К свиданию, если нашу встречу с парнем можно было так называть, я не готовилась, как влюбленная барышня. Надела костюм классику — брюки-клеш и жакет, под ним теплый гольф, а сверху пальто. Волосы завила в привычные локоны и оставила распущенными. Кто-то мог бы подумать, что я намарафетилась, но это был мой повседневный образ.

Вызвав такси, я поехала в центр. Ваня ожидал меня около торгового центра в котором мы собирались для начала посетить кинотеатр, а уже потом пойти прогуляться.

Поначалу все было хорошо. Конечно, я обрадовалась Ваньке. Мы с ним знакомы давно, встречаться начали через пару лет дружбы, и вот уже больше года длились наши отношения. Мы с уважением относились друг к другу, но теперь я чувствовала себя дрянью. Я изменила парню, а еще я предала друга. И от этого мне вдвойне паршиво. И да, на прогулке я собиралась признаться ему в том, что изменила. Обманывать парня дальше я не могла.

И вроде бы все было хорошо, но весь просмотр фильма, я ощущала себя как-то странно. Не по себе мне было. Да я даже не помнила о чем был фильм, вроде какая-то комедия, только вот мне было не до веселья.

— Нравится? — спросил Ваня, сжимая мою ладонь и заметно нервничая.

Неужели он догадался о том, что я собираюсь ему сказать?

— Уга, — постаралась как можно увереннее произнести я, сразу же возвращая свой взгляд на экран.

Что там, о чем, я вообще не понимала.

Я уже молча ненавидела себя, презерая за то, что мне придется сделать больно Ване.

К концу фильма я уже вся извелась. А еще у меня очень горело тело, словно температура поднялась. Но приложив руку ко лбу, ничего подобного не обнаружила.

— Может в кафе? Ты как, проголодалась?

Я пожала плечами, следуя за парнем к выходу из зала.

— Можно и кафе.

Если окончательно не двинусь. Говорить все же хотелось без свидетелей.

Оказавшись в холле я выдохнула. Нужно немного успокоиться, иначе мои нервные клетки помашут мне ручкой.

— Катя! — услышала знакомый голос и улыбнувшись, обернулась к подруге.

— Леся, привет, — подруга обняла меня, и я поняла, что мне хотя бы на минутку стало легче.

— Привет, Вань. А я смотрю, вы это или нет. В зале темно, не очень-то разглядишь.

— О, так ты тоже фильм смотрела?

— Да, мы с папой решили устроить семейный вечер. Заглянули в кинотеатр.

Я чуть не подавилась, а моя улыбка едва не сорвалась с лица, когда я услышала такой приятный бархатный голос:

— Добрый вечер, молодежь.

Кто бы знал, каких усилий мне стоило приложить, чтобы не выдать истинные чувства.

Лев Андреевич бросил короткий взгляд на наши руки с Иваном, и тут же посмотрел парню в глаза.

Господи, ну почему? Почему именно здесь, с Ваней, и именно он?

Разве этот нервный тяжелый вечер мог стать еще хуже?

Оказывается мог. Стоило встретиться взглядом со Львом и понять, какая я идиотка.

— Ладно, мы в кафе идем перекусить. Не хотите с нами?

Леся щебетала как ни в чем не бывало, а я глотала свою боль, и кусала щеку изнутри, чтобы не расплакаться.

— А мы как раз…

— Нет, — перебила своего парня, мило улыбаясь, — мы хотим по вечернему городу прогуляться.

— Ну ладно. Хорошего вечера.

— Взаимно.

Я развернулась и потянула Ваню в гардеробную под пристальный взгляд мужчины.

— Кать…

— Я передумала, Вань. Лучше прогуляемся.

И сбежим отсюда, иначе я сойду с ума.

Мы пошли с Ваней в сквер. По расчищенным дорожкам, освещенным уличными фонарями. Надо же, на улице уже стемнело. Как удивительна природа. Еще два часа назад я шла в кинотеатр под ярким солнцем, теперь же на город опустилась ночь. Правда на часах было совсем еще не поздно.

Взяв меня за руку, Ваня остановился под фонарем. С неба начал срываться снег, мягко падая на нашу одежду, ресницы, щеки. Он опускался повсюду, где только мог, и я бы хотела наблюдать за этим волшебством, но внутреннее волнение никуда не делось.

— Кать, нам нужно поговорить.

Его слова разогнали по моим венам кровь, и меня резко обдало жаром. Неужели он заметил мою реакцию на Льва Андреевича? Или быть может ему кто-то сказал, что я… Нет, стоп, этого быть не может. Даже Леся не знает, что я была с ее отцом. Откуда мог узнать Ваня?

— Конечно, я тебя слушаю.

— Кать, прости меня, — он зажмурился и тут же посмотрел мне в глаза грустным взглядом, — я виноват перед тобой.

Я нахмурилась, а он взял меня за руку.

— Ты о чем?

Его взгляд был грустным, виноватым. Он смотрел мне в глаза и я чувствовала, что хочу его обнять. Не как своего парня, а просто, как друга.

— Я… я поступил, как мудак. Пока был дома, встретил девушку. Кать, я влюбился в другую.

Я от удивления даже рот приоткрыла, и застыла не мигая на несколько долгих секунд. Смотрела на Ваню, видела его поразившее болью лицо и хотела что-то сказать, но не могла. Сама не понимала свою реакцию. Скорее всего, я просто была шокирована тем, что мы с ним оказались в одинаковой ситуации.

Когда я слишком долго молчала, Ваня схвати меня за плечи и встряхнул, от чего я клацнула зубами и неожиданно улыбнулась. Счастливо, по-детски, и очень наивно.

— Прости, Катюш.

Я медленно покачала головой и выдохнула, тут же подавшись вперед, чтобы обнять парня.

— Вань, ты не виноват, — прошептала я, шмыгнув носом. — Я такая же…

Он отстранился и заглянул в мои глаза.

По щекам покатились слезы.

— Что ты имеешь в виду?

— Я тоже влюбилась. В мужчину старше меня.

Всхлипнула и шмыгнула носом.

Ваня большими пальцами стер с моего лица слезы и улыбнулся.

— Значит, я не предатель?

Я снова покачала головой улыбаясь сквозь слезы.

— Это я предатель. Я была с ним, Вань. Прости меня.

Он тут же порывисто обнял меня, а я расплакалась громче, не в силах сдержать свои эмоции. Я так волновалась все то время, что мы провели сегодня вместе боясь причинить боль, а на деле оказалось, что мы оба чувствовали одно и то же. Это что-то невероятное.

— Ты не предатель, Катя. Просто мы встретили других людей. Ты своего человека, а я возможно, своего.

Кто бы только знал, какое облегчение я испытывала после нашего разговора с Ваней. Он чудесный парень и замечательный человек, и он точно один из последних, кому бы я хотела сделать больно. Потому и маялась, думая, что своим предательством разобью ему сердце. Но кто-то выше решил, что мы должны друг друга отпустить. У каждого из нас своя дорога, свой путь, свой человек. И я очень надеюсь, что у Ваньки сложатся отношения с девушкой, которую он встретил. А я… У меня все гораздо сложнее. У меня отец подруги, и этим все сказано.

Выпив свой чай с лимоном и медом, я ушла принимать душ. Кажется, я немного продрогла на прогулке и теперь меня морозило. А может дело вовсе не в этом. Еще так отразиться могли мои переживания. Потому встав под теплую воду, я минут пятнадцать не шевелилась, наслаждаясь приятным теплом. Затем взяла мочалку, нанесла побольше геля для душа и вспенив, мягко натирала кожу.

Кажется в душе я провела минут сорок. Да так распарилась, разомлела, что меня сразу же потянуло в сон. Надев пижаму из шорт и майки, я быстро высушила волосы феном, считая, что укладываться с мокрой головой, да еще и в моем состоянии не самая лучшая идея. Сбросила покрывало с кровати, отогнула край одеяла и нахмурилась, услышав звонок в дверь.

Бросила взгляд на часы. Нет, время далеко не позднее, но мне жутко хотелось завалиться спать. Я даже пыталась проигнорировать звонок. Сначала одни, потом второй. И вздохнув, пришлось идти открывать. Кто ко мне пожаловал я понятия не имела. Родители, или подруга точно бы предупредили.

— Привет, — прозвучал чуть хрипловатый голос, стоило мне щелкнуть замок и приоткрыть дверь.

На пороге оказался Лев.

Я сглотнула.

Он прошел в квартиру, заполняя собой все пространство.

— Лев Андреевич? Вы… Что вы здесь делаете?

Он прищурился, нахмурил брови и подался ко мне. Я хотела сделать шаг назад, но Лев удержал меня, разместив одну руку на пояснице, вторую же приложил к моему лбу.

— Катя, ты вся горишь. Ты заболела.

Я нахмурилась и тут же повторила его жест.

И вправду горячая.

— Приму лекарства и лягу спать. А вы зачем пришли?

Но Лев отвечать не спешил. Он прикрыл за собой дверь, сбросил ботинки и неожиданно подхватил меня на руки. Мне пришлось обхватить его шею, чтобы не упасть.

— Где у тебя спальня?

— В моей квартире на заблудишься, — хмыкнула я, а уже через несколько секунд Лев положил меня на кровать.

Я чувствовала, как мое тело покидают силы.

Он прикрыл меня одеялом и заглянул в глаза.

— Где аптечка, градусник?

Я прикусила губу. Не было у меня такого. Я не так уж давно переехала от родителей и еще не успела обзавестись всем необходимым.

— Понятно. Лежи, я скоро вернусь.

Через минуту хлопнула входная дверь. Я свернулась калачиком, чувствуя, как тело начинает сильнее пробирать дрожь, и прикрыв глаза провалилась в сон.

Проснулась я с мокрым платком на лбу. Не могу сказать, что это помогло мне избавиться от температуры. Я все еще ощущала жар и одновременно озноб. То еще состояние. В одно секунду тебя колотит, в следующую хочется сбросить одеяло и почувствовать долгожданную прохладу. Как же неприятно болеть. Лучше чем-то заниматься, нежели лежать с температурой.

Медленно открыв глаза, языком смочила губы и сглотнула. Этот жест не был призывом к поцелую. Сухость губ требовала внимания и смачивание прохладной водой. Пить хотелось неймоверно, но я лежала и смотрела больным взглядом на Льва. А он в свою очередь буравил меня строгим взглядом.

— Как ты себя чувствуешь?

— Не очень, — вздохнула я, поворачиваясь набок и подкладывая под щеку ладонь.

Прикрыла глаза, ощущая в теле слабость. Хотелось снова спать.

— Ты давно ела? — услышала, как Лев поднялся и обошел кровать, останавливаясь с моей стороны.

— Наверное, еще утром.

— Твой жених не подумал о том, что ты голодна?

Я резко распахнула глаза и одарила его жгучим взглядом.

— Мой парень не должен тебя волновать.

— Он меня и не волнует. Лежи, я сейчас принесу бульон с сухариками. А потом выпьешь лекарства.

Я не стала ничего говорить. К тому же, меня не собирались слушать. Лев Андреевич развернулся и вышел из комнаты. Я прикрыла глаза и закуталась сильнее. Мне хотелось тепла. А еще — чувствовать себя хорошо. Но это не так быстро.

Кажется, я начала засыпать, когда услышала, как Лев вернулся в комнату.

— Давай, поешь, тебе нужны силы.

Он отставил чашку с бульоном, поправил подушку и помог мне присесть, уперевшись в нее спиной.

— Держи, — подал чашку и бросил в нее немного сухариков.

— Спасибо.

— Ты почему не позвонила Лесе, не сказала, что плохо себя чувствуешь? В кинотеатре ты уже с температурой была?

— Нет, не думаю. Мне дома резко стало плохо.

Лев Андреевич поджал губы и выдохнул выказывая свое недовольство.

Бульон я съела лишь половину, и то из-за пристального внимания мужчины. Аппетита не было вовсе. Отставив чашку на тумбочку, я прикрыла глаза, когда Лев подал мне лекарства и стакан воды. Я выпила все необходимое и уснула.

Следующее пробуждение было сложным. Я крутилась, вертелась, стонала от жара. Мне было очень плохо. Хотелось плакать, но даже на это не находилось сил. Я только почувствовала, как Лев отодвинул одеяло, опустил край моих шорт и сделал укол. И сейчас мне было все равно на его такую вольность. Я просто снова уснула.

— Катюша, просыпайся, пора пить лекарства, — услышала знакомый хриплый голос и почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

Открыв глаза, я мысленно поблагодарила, что мужчина закрыл шторы и яркое зимнее солнце не слепило глаза.

— Сколько время?

— Двенадцать уже. Ты долго спала. Как самочувствие?

— Намного легче, но голова болит.

— Пойдем в душ, а потом пообедаешь. Голова может болеть из-за того, что ты за сутки нормально не ела.

— Какой душ? У меня же еще температура.

— Ну и что? После душа, тебе станет легче. Ты смоешь с кожи всю гадость, что выходила через тело пока ты спала.

Я сглотнула и медленно кивнула. Лев Андреевич мужчина взрослый, знает, как лучше.

Отбросив одеяло, я стала поправлять майку, которая во время моих ночных маневров задралась по самую грудь. Лев прищурившись, наклонился и неожиданно подхватил меня на руки.

— Ты еще слаба. Я помогу.

А я была не против. У меня такое состояние, что спорить не было никакого желания. Я только руками обвила его шею, и положив голову на плечо, устало вздохнула.

В ванной он тоже меня не оставил одну. Поставил на пол, раздел и занес в кабину. И да, я не сопротивлялась. Будь я здорова, вообще не пустила бы его на порог. Или я вру сама себе?

— Сейчас померяем температуру, поешь и выпьешь лекарства.

— Снова будешь делать укол?

— Нет. Ты уже гораздо бодрее выглядишь, чем вчера. Но признаюсь, глазеть на твою попку мне очень понравилось.

Я прикрыла глаза и задрав голову позволила теплым струям воды хлестать по моим щекам.

— Катя, — неожиданно близко к моему уху прошептал Лев и я вздрогнула, ощутив между ягодиц его член, — скажи мне, ты любишь своего парня?

Зачем он это делает?

— Лев, не нужно…

Он опустил руки вдоль моих бедер и медленно погладил их. Я приоткрыла рот от нежности, которую дарили его прикосновения.

— Ответь, Катя.

— Я не хочу, Лев. Не хочу все это ворошить. Не нужно.

— Почему? Я потонул в тебе, Катя, и хочу быть рядом.

Его пальцы сильнее сжались на бедрах и двинулись выше.

Я сделала вдох через зубы и закатила глаза.

— Я не смогу признаться Лесе, что мы с тобой спим. Не хочу, как она…

Я замолчала и напряглась, понимая, что чуть не сдала подругу.

— Что, как она?

Я сглотнула, а Лев развернул меня за плечи и впился в глаза строгим взглядом.

— Говори.

— Ничего. Уходи!

— Говори, — он встряхнул меня за плечи, отчего в голове словно землетрясение случилось.

— Пусти, мне нехорошо.

Он медленно разжал пальцы и сделал полшага назад. Его взгляд продолжал буравить меня, и я прикусила губу.

— Что от меня скрывает моя дочь.

— Твоя дочь, ты и спроси у нее, а меня оставь в покое. Спать мы больше не будем. И да, я люблю своего парня. А ты проваливай!

И распахнув дверцу, я вышла из кабины, не желая продолжать разговор.

Он мне никто, чтобы говорить со мной подобным тоном. А хочет что-то узнать у дочери, пусть спросит ее.

— Мы не договорили.

— Выход знаешь где. Спасибо за заботу. И до свидания.

Не успела я выйти из ванной, как Лев перехватил меня за руку, дернул на себя, отчего я буквально влипла в его голое тело. Подхватив на руки, он усадил меня на машинку, развел ноги в стороны и разместился между ними. Пальцами поднял подбородок заставляя посмотреть в его глаза.

— Тебе придется бросить своего парня. Ты моя, Катя, и я ни с кем не стану тебя делить.

— А моего мнения спросить не хочешь?

— Нет. Я все решил за нас двоих.

— Это эгоистично с твоей стороны. Пусти меня.

— Это не эгоистично. Ты думаешь я не замечаю твоей реакции? Если бы ты была ко мне холодная, я бы не подошел к тебе.

— Забыл? У меня температура.

Высвободив подбородок из его захвата, я взяла халат и накинула на мокрое тело. В моем состоянии не лучший вариант ходить мокрой после душа.

— Катя, я скажу дочери о нас. Она девочка взрослая, ей ничего не нужно объяснять.

Я затянула пояс потуже и обернувшись, выдохнула.

— Как скоро я тебе надоем?

— Ты плохо меня знаешь. Я бы не стал к тебе лезть, не будь уверен в своих чувствах. Как думаешь, если бы я играл с тобой, как бы отреагировала Леся? Кем бы я после этого для нее стал?

Я сглотнула. Лев прав, он бы не полез ко мне, если бы не испытывал ничего кроме страсти. Леся бы не поняла и осудила. Ведь мы с ней давние подруги, а ее папа для нее — идеал мужчины.

— Я боюсь, — негромко произнесла я, и вздрогнула от неожиданного звонка в дверь.

— Иди посмотри кто там, а потом пойдем обедать. Тебе нужно набираться сил.

Щелкнув замок, я обомлела. На пороге стояла Леся. Она улыбалась, но увидев мой страх, напряглась.

— Привет, подруга. Ты чего? Лер, ты плохо себя чувствуешь? Я тебе звонила, а ты трубку не берешь.

Черт, я даже не знаю, где мой телефон.

— Привет. Я немного приболела…

— Леся? Привет.

Я резко обернулась, округлившимися от шока глазами посмотрев на Льва. Что он делает?

— Папа? Вот так новость.

Я сглотнула и нервно сжала пальцами края халата.

— Я приехал к Кате.

Я прикусила губу, боясь поднять на подругу взгляд.

— Зачем?

Да, зачем он приехал? Чтобы сделать меня своей?

— Катя плохо себя чувствует, я не мог оставить ее одну.

— Пап, вы что вместе?

Я подняла все же взгляд, продолжая нервно сжимать плотную ткань.

— Да. Я люблю Катю, и теперь мы вместе.

Резко подняв голову, я удивленно посмотрела на мужчину. Как мои глаза из орбит не вылетели я не знаю. Но это было максимально удивительно.

— Любишь?

— Вот это новость. Кажется, не одна я удивлена, — хмыкнула подруга, проходя в квартиру.

Лев Андреевич, подошел ко мне, взял за руки и заглянул в глаза. Мне пришлось задрать голову, ведь он гораздо выше меня. Я рядом с ним маленькая девочка.

— Вот как раз моя дочь здесь и я могу это сказать. Уже полгода я думаю от тебя. Смотрю, а прикоснуться не могу, боюсь, что пошлешь меня. Я хоть и не намного старше, но отец твоей подруги и тебя это смущает, я знаю. Поэтому вот, стоя перед ней признаюсь тебе в чувствах. Я люблю тебя, Катя, и собираюсь сделать своей женой.

Мое сердце подпрыгнуло и пустилось в пляс. Я бросила короткий взгляд на подругу, а она! Она предательница такая, вместо того, чтобы ругаться, выяснять отношения и обижаться, стоит и улыбается. Мне вмиг стало как-то легче. Я облизнула губы и зажмурилась. Как же неожиданно все получилось. Вроде скрываем отношения Леськи, а на деле сама влюбилась в ее отца.

— Я… Это очень неожиданно, Лев.

— Дай ему шанс, подруга, — прошептала Леся, вызывая на моих губах улыбку.

Я кивнула. Все равно не смогла бы отказать, ведь меня тянет к этому мужчине и я хочу быть с ним. И если раньше я могла сомневаться в серьезности его намерений, то теперь все сомнения рассеялись. Лев признался мне в своих чувствах при дочери! А это уже не шутки.

Я молча прильнула ко Льву, прижавшись щекой к его груди. Он обнял меня и я прикрыла глаза, чувствуя, как долгожданное тепло разливается в моей груди.

— На счет жены я пока не согласна, а в остальном…

— Ура! — завизжала подруга. — И женой ее сделаешь, пап. А я ведь знала, замечала, что между вами что-то произошло. Просила Катю не скрывать, и все равно скрыла.

Я отстранилась ото Льва и смущенно улыбнулась.

— Я боялась, что ты нас не поймешь.

— Эх, подруга, — выдохнула Леся, останавливаясь возле нас, — любовь не спрашивает, а кто я такая, чтобы запрещать вам любить друг друга. К тому же, я впервые слышу, чтобы папа влюбился после развода.

— Потому что и не влюблялся.

— Кать, но как же Ваня?

Я почувствовала, как Лев рядом напрягся, а я с легкостью улыбнулась, пожав плечами.

— Мы вчера расстались. Оказывается, Ванька во время поездке к родителям тоже встретил другого человека, девушку. И мы вчера, как два дурака боялись друг другу признаться.

— Значит, мне и отбивать тебя не придется?

Я подняла довольный взгляд на мужчину, и хмыкнула.

— Но не думай, что мне не нужны цветы и ухаживания. Я хочу на свидание.

— И не думал. Будет все, как ты захочешь.

Он поцеловал меня в макушку, и тут же развернул в сторону спальни.

— Теперь в кровать, у тебя все еще держится температура.

— Снова будешь делать укол?

— Думаю, что сегодня обойдемся лекарствами.

— А как же обед?

— Принесу в постель. Начинаю выполнять функцию мужика.

Я бросила смущенный взгляд на подругу и развернувшись, ушла в свою спальню.

Как же все неожиданно вышло. Неужели это и вправду все происходит со мной?

Забравшись под одеяло, я спрятала нос и ожидала, когда в комнату войдет Лев Андреевич. Слышала, как он о чем-то говорил с дочерью. Возможно предлагал пообедать с нами. Но через минуту она заглянула ко мне, попрощалась и убежала по своим делам. Возможно к Игнату? Надеюсь, что им удастся построить отношения. А я сделаю все, чтобы смягчить эту новость для Льва.

— Если вечером не будет температуры, прогуляемся по парку.

— А если будет?

Лев зашел в спальню с подносом в руках. Оставил его на тумбочке и поправил для меня подушку.

— Значит, придется снова уколоть твою мягкую булочку.

— Лев, это правда?

Я посмотрела на него серьезным взглядом, а он улыбнулся добродушно и кивнул:

— Правда, Катя. Я люблю тебя.

Та новость об отношениях папы и Кати и радовала меня и одновременно огорчала. И дело было вовсе не в них. Конечно, я радовалась за своих близких людей. Они были счастливы, они сияли, они любили. Между ними была разница в возрасте, но подруга старше меня, и о этого мне казалось, что они очень подходят друг другу. У меня же с Игнатом… чуть больше разница, и я боялась. Боялась, что папа меня не поймет. А еще не поймет своего друга, а они не разлей вода много лет.

Игнат уехал полтора месяца назад. Мы практически не общались с ним. А на мой вопрос о разводе он ответил нехотя, лениво и скупо — развод запланирован давно. А как хотелось услышать, что теперь он постарается развестись как можно скорее. И что он мечтает быть со мной, и чтобы прийти с этой новостью к другу, он должен быть разведен.

Наивная я, и глупая. А, может, потому что все еще слишком юная для отношений?

На носу весна, а настроение осенней хандры. Любви хочется, и желательно взаимной.

Телефон издал звук входящего сообщения. Мое сердце пропустило удар. Я только подумала, что мне мог написать Игнат, как я тут же скривилась, увидев входящее от оператора сотовой связи. Поздравление с Масленицей. Скрыв уведомление, я обернулась к двери ведущей в холл. Оттуда послышался шум.

— Дочь, привет, — в гостиную вошел довольный отец.

— Привет. Лимончику дать? — поддела его, кивая на его счастливую улыбку.

А у самой сердце сжималось от боли.

— А ну ка, не дерзи отцу.

Я улыбнулась, а он подойдя ко мне, чмокнул в висок.

— У меня для тебя новость. Моя ненаглядная наконец-то согласилась переехать к нам в дом. Ты же не будешь против?

Я расплылась в довольной улыбке и медленно покачала головой.

— Пап, я рада за вас. И мы с тобой давно обсудили этот вопрос. Не знаю, почему Катя так долго думала.

— Она стеснялась.

— Кого?

— Тебя, — я в удивлении выгнула бровь, а папа продолжил: — она и сейчас стесняется. Но я сказал ей, что для этого никогда не будет подходящего момента.

— Я удивлена, что моя подруга умеет стесняться.

— Ты даже не представляешь насколько сильно! — хмыкнул отец, наконец-то убрав куртку в гардеробную и присев напротив меня в кресло.

— Без подробностей, ладно? — я понимала к чему он клонит.

— Ладно. Но скажи ты ей, что ходить в халате в нашем доме это нормально.

— Обязательно скажу. А еще поеду в квартиру, чтобы ее не смущать.

— Дочь, ты нам не мешаешь. Ты же знаешь, я люблю, когда ты здесь живешь.

Я улыбнулась и потупила грустный взгляд.

Я знала об этом. И мне самой нравилось жить за городом с папой. Но не знаю, выдержит ли мое сердечко эту счастливую пару.

— А ты поделишься со мной?

— Ты о чем, пап?

— О том, что у тебя последний месяц грустные глаза.

— Пфф, — выдохнула я, — па-па!

— Давай, говори. Что у тебя произошло?

Я посмотрела ему в глаза и прикусила губу. Страшно мне? Очень. Но страшнее всю жизнь любить и не иметь возможности прикоснуться в любимому мужчине.

— Я влюбилась.

— Так, и что? Он не отвечает тебе взаимностью?

— Он старше меня.

Отец выдохнул и откинулся на спинку кресла. Да, папа, ты еще не подозреваешь о ком речь.

— Лесь, ну я тоже старше Кати, но мне это не мешает любить ее.

— Ты без ума от нее, да?

Папа улыбнулся.

— А твой мужик?

— Не знаю, пап. Я его давно не видела.

Он прищурился, и посмотрел на меня из-подо лба.

— Он в курсе о твоих чувствах?

— И этого я тоже не знаю. Мы об этом не говорили.

— Что-то еще хочешь сказать?

Не хочу. Но нужно.

— А еще он женат. По крайней мере пока. И нет, я не разлучница.

— А этот “женат”, как раз вчера развелся.

У меня сердце к горлу подпрыгнуло. Я ошарашенно округлила глаза и почувствовала, как кровь прильнула к лицу. Я сглотнула. Пальцы вмиг заледенели, и я попыталась их сжать в кулак, но получилось откровенно плохо.

— Папа, — выдохнула я, следя за его реакцией.

Мне бы со своей справиться, а я его эмоции отслеживаю. Но для меня это важно. Важно потому что… я не хочу ссориться.

— Ты не знала?

— А ты? — прошептала севшим голосом. — Ты знал, что я… мы…

— Догадывался. Все ждал, когда же ты мне признаешься.

— Папа, я не могла, — виновато потупила взгляд, сцепляя руки вместе. — Между нами ничего не понятно. Мы практически не общаемся.

— Игнату некогда было писать. Развод не легкий был, как предполагалось. Ксения захотела денег. Потребовалось много сил, чтобы все было честно.

— Надеюсь, все сложилось так, как хотел Игнат.

— Не совсем, но в целом нормально. Послезавтра он прилетает.

Я подняла взгляд ожидая дальнейших слов отца.

— Я бы с радостью набил ему морду.

— Пап, не нужно.

— Но ради тебя этого делать не буду.

Он поднялся и прошел к бару. Достал бутылку с виски, плеснул в один стакан.

— Но не обещаю. Послушаю его, а уж потом решу.

Я кивнула.

Я бы тоже послушала. Самой интересно, что будет между нами дальше.

— Но запомни, если он любит тебя, то жить вместе позволю только после свадьбы.

— А если нет? — а от этой мысли и самой страшно стало.

— Пошлю к чертям. И больше никогда его не приглашу в гости.

А вот этого я боялась больше всего.

Ну давай, Игнат, дерзай. Теперь все зависит только от тебя.

— Пап, а ты почему Катю замуж не зовешь?

— Кто сказал, что не зову? Я звал, но твоя подруга слишком упрямая.

— Есть такое. Но все равно не понимаю, почему она не соглашается. Ведь ее родители знают о вас.

Папа хохотнул, и залпом осушил стакан.

— Я с ее отцом всю ночь пил. Интересный мужик.

— Значит, тебе понравился будущий тесть.

— Угу. И я ему тоже.

— Чего ты улыбаешься, пап?

— Ну а чего мне грустить? Я разве мог подумать, что у меня появится тесть чуть старше моего.

— Это все потому что ты выбрал девушку младше себя.

— Зато ты себе нашла хахаля пенсионера.

Мои брови взметнулись к верху. Я не сдержалась и прыснула, прикрывая рот ладонью.

— Тогда ты тоже пенсионер?

— Я? Нет, — абсолютно серьезным тоном.

— Так не честно, — возмутилась я, подыгрывая ему.

— А кто сказал, что будет иначе?

— Эх, папка, какой ты у меня замечательный.

— Маме давно звонила?

— Утром болтали. Ты знал, что они укатили на Бали?

— Ага, — кивнул он, и налил себе еще немного алкоголя. — Ты с ними хотела?

— Не отказалась бы. Но меня не пригласили.

— Не обижайся. Может им захотелось втроем полететь. Мы с тобой тоже часто вдвоем срывались.

Я сморщила нос, кривляясь на его слова.

— А теперь вы все меня бросили. Мама со своей семьей, а ты теперь со своей.

Отец нахмурился и отставив стакан, подошел ко мне. Присел рядом и посмотрел в глаза строгим взглядом.

— Больше я этого слышать не хочу, поняла меня? Ты всегда есть и будешь номер один в моей жизни. Ты моя дочь. Катя — моя женщина. Вы обе дороги, но абсолютно по-своему. Поняла?

Я кивнула.

— Я знаю, пап. Я же шучу.

— Мне не нравятся такие шутки.

— Прости, — обняла его, носом уткнувшись в шею.

Его объятия — мой дом.

Катю привез водители около восьми вечера. Она попросила папе дать время на сборы и не торопить ее. Мы к этому времени успели приготовить ужин, когда во двор заехала машина. Папа довольный сполоснул руки и отбросив полотенце, пошел встречать свою любовь. Я улыбалась глядя на него, испытывала счастье и легкую грусть. Мне тоже хотелось, чтобы ко мне приехал любимый человек, подошел, обнял меня. Я не знаю, как будет с Игнатом и приедет ли он ко мне. Возможно он просто вернется сюда, чтобы работать, жить, встречаться с друзьями. А я… Я не столь важна для него? Хотелось бы, чтобы я ошибалась.

— С переездом, подруга, — обняла ее, как только Катя вошла в просторный холл.

— Спасибо. Надеюсь, ты меня не прогонишь?

Я закатила глаза и забрала из ее рук сумку. Отец вместе с водителем Николаем занесли несколько сумок, пока Катя снимала пальто и ботинки. А когда мы остались в доме втроем, я чтобы не завизжать от радости, прикусила губу.

— Ладно, — махнула рукой, — милуйтесь, голубки.

— Леська!

— Дочь!

Произнесли они одновременно, а я отмахнувшись от влюбленной парочки ушла на кухню подавать горячее.

Ужин прошел в приятной семейной атмосфере. Хотя, по другому быть и не могло, что бы там себе не надумала Катя. После новости о том, что у них с моим отцом роман, она не стала для меня менее дорогой. Она все та же подруга с которой я делюсь обо всем на свете. И знаю, несмотря ни на что, она не раскроет мои секреты своему мужчине. Подруги на то и подруги, чтобы сокровенное и доверенное друг другу оставалось всегда между нами. Я знала, что о моих чувствах к Игнату папа сам догадался. Катя бы не посмела ему рассказать об этом.

Обижалась ли я, что моя подруга скрыла отношения с моим отцом? Разве что немного и то в самом начале. Ведь я тоже скрывала свои чувства, и это только мое дело.

Выпив перед сном чай, я пожелала папе и Кате добрых снов и поднялась к себе. Приняла душ и немного уставшая отправилась в свою кроватку. Мокрое полотенце отбросила на пол и улеглась в постель, с удовольствием кутаясь в одеяло. Уже хотела выключить светильник, как вдруг на телефон упало сообщение. Сомнений не было от кого оно. Катя здесь, ей незачем писать мне в мессенджере, одногруппники так поздно вряд ли бы вспомнили обо мне. Я тот еще любитель тусовок и меня редко куда приглашают. Значит, сообщение от Игната. А вдруг все же кто-то из одногруппников? Мало ли по какому вопросу они могут написать? Вдруг в понедельник одна из пара отменяется?

Ха, наивно с моей стороны.

Забрав с тумбочки телефон, я прикусила губу.

Игнат.

“Привет. Думаю о тебе все это время. Прости, что редко пишу.”

Естественно, я не собиралась давить на Игната замужеством. Я вообще туда не собиралась ближайшие годы. Женить на себе мужчину только потому что так сказал отец — не в моих принципах. Да и мы с Игнатом совсем немного были вместе, к тому же это всего лишь секс. Как будет дальше пока непонятно, и я не знаю, что он испытывает ко мне помимо похоти. Секс, конечно, безусловно важен в отношениях, но так же не менее важна любовь и уважение. Все же, я немного обижена на мужчину за то, что он практически не писал мне. И вроде бы понимала причину, но внутренняя девочка во мне требует устроить небольшой бунт. И я его устрою.

Выдохнув, я повернулась вокруг себя, разглядывая в зеркале свой наряд. Кофейного оттенка шелковое платье идеально облегало мою стройную фигуру.

Вчера утром я вернулась к себе в квартиру. Понимала, что останься у отца дома я места себе не найду. Буду постоянно суетиться в ожидании возвращения Игната. А здесь, здесь не то, чтобы спокойнее было, но по крайней мере я не выдавала своего состояния папе.

Сегодня утром ездила на учебу и кое-как сидела на парах, снова нервничая и не находя себе места. В четыре часа сломя голову полетела домой. Утром специально поехала в универ на метро, иначе бы могла наделать глупостей за рулем. Потому стоило прозвенеть звонку, я помчалась к станции метро. Через пятнадцать минут залетела в квартиру и бросилась искать наряд на вечер. Я не знала во сколько прилетает Игнат, но точно знала, что он остановится в доме у отца. Любят они побухать вместе после долгого отсутствия друга. Да и насколько я поняла, дело не только в этом. Пойдет речь о нас. И я просто обязана как бы случайно заглянуть в гости к папе.

Загород я поеду уже на своей машинке. Так быстрее. А мне уже не терпелось увидеть Игната. Но несмотря на мое желание, я всеми силами себя торможу.

Долго и тщательно наносила макияж — неброский, даже легкий. Но ресницы выводила тушью долго. Затем завила локоны и собрала их на затылке заколкой. Успела даже выпить кофе, когда часы показывали семь вечера. Сунула ноги в полусапожки и забрав сумку, вышла из квартиры.

По крайней мере, я надеялась, что Игнат уже приехал.

По дороге в поселок в котором располагался дом моего отца, на телефон упало сообщение.

Катя.

“Объект прибыл.”

Я улыбнулся, и телефон издал повторный звук.

“Объект с твоим отцом направились в кабинет. Взяли с собой горячительное и заперлись. Помощь нужна?”

Игнат.

Как же я был рад вернуться к Лесе. И не менее рад развестись с женой. Ксения мне, конечно, знатно потрепала нервы. И даже в какой-то момент я был согласен отписать ей половину, только бы она от меня отлипла. Благо, я повременил с озвучиванием своего решения и Ксюша подписала документы об отказе половины акции. А точнее, о том, что она согласна на четвертую часть от общей суммы. Да любая бы порадовалась такой удаче. Двадцать пять процентов — это огромные деньги. А ведь в начале бракоразводного процесса мне показалось, что она не станет опускаться к уровню меркантильной суки, но я ошибся. И такое тоже случается.

Сразу после аэропорта я заявился к другу домой. Все эти полтора месяца я хоть и редко писал Лесе, но постоянно думал о ней. Но мне было важно развестись, а уже потом идти ко Льву с серьезным разговор. В ином случае он бы меня послал. Правда, я думал он и так пошлет меня. Но зайдя в дом, был удивлен, что друг уже осведомлен о нас с Леськой. Да и меня тоже ждали новости. Его отношения с той самой, которая младше его. Вот это да, вот это судьба подкинула подарочек другу. А мне так даже проще. Лев побывал в моей шкуре, и вряд ли ему удастся долго сопротивляться. Собственно, и не пришлось. Разговор был не долгий, но серьезный, в котором мы поняли друг друга. Когда разговаривают двое взрослых людей и умеют договариваться, нет ничего проще выйти в этом разговоре победителем. Но думается мне, что у Льва просто не было шанса. Хотя бы ради дочери.

— Игнат, — выдохнула Леся, когда завалившись в ее квартиру я накинулся на ее губы, — можешь не стараться. У меня месячные.

Я тут же сдулся, отпустив ее губы и заглянув в глаза.

— Умеешь ты обломать.

Леська выгнула бровь, ладонями упираясь в мою грудь.

— Еще скажи, что если бы знал заранее, поехал бы к себе.

— Ху… Не дождешься. Теперь ты моя, и я ни секунды не желаю жить отдельно. И согласился поехать к тебе, а не ко мне только потому что тебе нужно собрать вещи.

— Ох, какой ты хитрый. Ослушаешься моего папу?

Я улыбнулся и притянул ее за талию к себе.

— С твоим папой мы все обсудили. Свадьба будет не под его давлением, а когда мы с тобой будем готовы к этому.

Она сглотнула и медленно облизнула губы.

— Правда?

— Да. Лесь, я постоянно думал о тебе. До отъезда мне казалось, что это лишь помутнение, страсть, не более. Думал, что потрахаемся и разойдемся, хотя мне не нравилась подобная мысль. Ты дочь моего друга, но если бы я изначально знал с кем кувыркаюсь…

— Эй, — шлепнула меня по руке.

— Ладно-ладно. Занимаюсь сексом, пойдет так? — она кивнула, а я продолжил: — Тогда бы я скорее всего не полез к тебе. Хотя, как знать.

Мы оставили верхнюю одежду в коридоре. Леся предложила мне тапочки, которые я проигнорировал. Схватил девушку за рук уи потянул в гостиную. Там мы уселись в кресло, где я сразу же утянул ее к себе на бедра.

— Ты мне нравишься, Лесь. Я влюблен в тебя и хочу быть с тобой.

— Знаешь, чего я боялась?

— Признавайся.

— Что ты послушаешься папу.

— Ты о свадьбе?

Леся кивнула и принялась елозить по мне своим сладким местом.

— Цыц, — сжал руками ее бедра, чтобы не скользила по члену.

Я не железный. А без секса с того дня, как был в ней.

— Я не хочу, чтобы на мне женились по указке родителя.

— Этого не будет, — прошептал ей в губы, нежно целуя, — сначала свидания, а потом уже посмотрим к чему это приведет. Вдруг я тебе надоем.

— Нет, не надоешь. Но мне было обидно, что ты писал редко.

— Я бы разводил тебя на секс по телефону. Ты бы разделась для меня?

Леся прищурилась, поднялась на ноги и остановилась в нескольких сантиметрах от меня. Ее руки скользнули за спину, затем она резко опустила их и повернулась ко мне спиной.

— Поможешь?

— Ле-ся, — произнес по слогам, борясь с желанием сорвать с нее платье, загнуть над креслом и оттрахать.

— Пожалуйста, — прошептала она умоляющим голосом.

Я с шумом втянул воздух, и медленно подался вперед, пальцами касаясь ее нежной кожи на спине.

— Я сегодня точно твой рот поимею, иначе двинусь.

Услышал что-то наподобие сдавленного смешка, и осторожно потянул замок вниз. Через несколько секунд Леся сбросила с плеч тонкие бретели, и шелковая ткань рухнула к ее ногам.

Кружевное белье в тон платью, чулки и атласная кожа. Это все имело чертовски секусальный вид.

Леся развернулась ко мне лицом, отчего ее грудь оказалась практически напротив моих глаз. Склонилась, подцепив трусики и спустила их вниз по ногам. Мой взгляд упал на мокрое от возбуждения белье, и я едва не зарычал.

— Обманщица.

— Я была немного обижена, — честно призналась она.

— Значит, нет никаких месячных?

Она закусила губу и пожала плечами.

— Закончились. Пару дней назад.

— Вот и отлично, — я поднялся, развернул Леську к себе спиной и поставил коленями на кресло, — а теперь нагнись и громко стани, чтобы я слышал, как сильно ты скучала.

— Нагнусь, конечно, — хмыкнула она, и тут же добавила, — для твоего языка.

Ее звонкий смех вызвал на моем лице улыбку. Шлепнул по сочной заднице и прижал к себе, носом вдыхая аромат ее кожи на шее.

— Леська, накажу.

— Хочу быть тобою наказана.

Она опустила руку на бугор в моих штанах, и я понял, что сделал правильный выбор. С этой девочкой скучно не будет.