Глава 1. Вот это я попала!

(Алания)

– Она очнулась?

– Кажется, да.

Голоса доносились, словно из-под толщи воды. Приглушённые, незнакомые. Я приоткрыла один глаз — совсем немного, но из-за яркого света, пробивавшегося через окна, увидела только размытые силуэты.

Запах ванили и перца настораживал. Прежде всего потому, что в библиотеке обычно пахнет книгами и пылью, а ещё больше настораживала мягкость под спиной — совсем не твёрдый пол, на который я недавно свалилась с лестницы, доставая книгу с самой верхней полки.

Пощупала гладкие простыни, всё ещё не открывая глаза. Боже, да они наверняка стоят дороже всего моего дома… Для больницы слишком роскошно и слишком нереалистично удобно.

– Леди Алания, леди Алания, вставайте, там ваша матушка идёт.

Меня несильно потрясли за плечо.

Я поморщилась. «Леди Алания? Какая я вам леди Алания? Что вообще происходит?»

Открыла глаза, тут же щурясь от яркого света, и прикрыла лицо рукой. Во рту было сухо, как в пустыне. Я еле разлепила пересохшие губы, чтобы с трудом произнести:

– Воды…

Честно говоря, чувствую себя паршиво. Всё тело ломит. Голова на удивление не болит, хотя точно помню, как ударилась о противоположную полку затылком. Но конечности ватные, язык немеет. А ощущение пространства искажено до такой степени, что вместо привычных библиотечных шкафов я вижу высокие потолки с лепниной.

Прямо как в замке.

При сотрясении бывают галлюцинации? По-другому я просто не могу объяснить эту красоту.

– Алания дэ Веритас!

Женский крик донёсся раньше, чем двери с грохотом распахнулись. Я тут же села, выпрямив спину и сложив руки перед собой. Забыв одновременно и про боль, и про слабость, и про немеющий язык.

Тон этой женщины не оставлял сомнений, что обращалась она именно ко мне. Ибо две девушки, что стояли перед кроватью, подозрительно быстро отошли к шторам, склонив головы. Подозреваю, они бы предпочли попросту спрятаться за ними, лишь бы не нарваться на гнев суровой мадам.

– Что за спектакль ты нам устроила? – продолжала наседать на меня незнакомка.

Ответы ей явно не были нужны, ибо поток слов не прекращался ни на секунду.

– Мы стараемся, договариваемся с Сальваторе, храни великий дракон их ману. А ты нас так подставляешь!

Я молча хлопала глазками, наблюдая за мадам, что нервно ходила из стороны в сторону, хмурясь и даже пустив слезу.

Волосы её были аккуратно уложены в пучок, который в далёкой юности я называла «пучок исторички». Только по школе тогда и ходила одна она с такой прической — в стиле «конец XIX века». Платье цвета спелой вишни, с рукавами-фонариками и высоким горлом, выгодно подчёркивало её женственную фигуру, несмотря на скромный фасон.

– Отравиться? Ростками ложной фасоли? У меня едва сердце не остановилось, когда я это услышала. Ты совсем матушку свою не жалеешь. И отца не жалеешь. И Ливию не жалеешь!

Так это она — «матушка».

Стоп, что?

В голове не укладывалось. «Матушка»? «Отец»? «Ливия»? Кто такая эта Ливия?

Я посмотрела на девушек, что всё ещё стояли, склонив головы, возле штор. В чёрно-белых платьях горничных, с идеально белыми передничками и чепчиками на голове. Кто-то из них — Ливия?

Хм, не похоже.

– Сестрёнка! Я так испугалась!

В комнату ворвался ещё один маленький ураганчик с копной смоляно-чёрных волос, разметавшихся в творческом беспорядке. Зелёные глаза её были красными, веки слегка припухшими — видимо, от слёз. За ней, тяжело дыша, с расчёской в руке бежала тучная женщина.

«Ураганчик» бросился ко мне, стискивая в крепких объятиях, отчего тело вновь дало о себе знать ноющей болью.

– Ливия, веди себя прилично! – накинулась «матушка».

«О, так эта Ливия — сестра, значит», — промелькнуло в голове, пока руки заторможенно пытались обнять девушку.

Но несмотря на строгость матери, Ливия не спешила подчиняться и отпускать меня, заливая шёлковое ночное платье горькими слезами.

«Да что тут… а, кажется, я уже задавала этот вопрос…»

– Значит так, Алания дэ Веритас, сейчас ты немедленно поднимаешься, приводишь себя в порядок и спускаешься в главный зал. Сальваторе прибудут с минуты на минуту. Всевидящий дракон, как же мне им в глаза смотреть? – Она возвела очи горестно к лепнине на потолке.

Наконец матушка взглянула на меня и на дрожащую от рыданий в моих руках Ливию. Выдохнула как-то горько и обратилась к служанкам:

– Эмма, Мира, помогите ей одеться! Чтобы через час она уже была готова и стояла в главном зале.

– Да, леди Изабелла, – хором отозвались горничные.

– Ливия, нам пора. Алании нужно привести себя в порядок.

Ливия всхлипнула, но кивнула. Шепнув мне: «Держись, сестрёнка!» — она последовала за матушкой.

«Так, спокойствие. Главное — спокойствие и трезвый ум. Что я выяснила: сейчас меня зовут Алания. Я отравилась какой-то фасолью. И мне срочно нужно на какое-то важное мероприятие, где будут какие-то Сальваторе. Я попала в фанфик по «Дневникам вампира»? Ладно, если главным мужским персонажем здесь будет Деймон, я в целом и не против».

Осталось только выяснить, кто из них Эмма, а кто Мира, и не подать вида, что на самом деле я вовсе не их леди Алания. Делов-то.

Горничные облегчённо выдохнули, едва за «матушкой» закрылась дверь.

– Мира, нагрей воды, леди необходимо умыться, – скомандовала та, что постарше. – И принеси туфли, что мы вчера приготовили.

Я мысленно хлопнула в ладоши. Вот и выяснили. Как удачно, что они проговаривают имена друг друга. Не нужно играть в дурочку и притворяться, что у меня провалы в памяти.

– Да, кхм, – я кашлянула, всё ещё чувствуя першение в горле, – и можно мне всё же воды?

Мира тут же подорвалась с места, исчезая за дверью.

Я невинно похлопала глазками, глядя на недовольную Эмму. У неё буквально на лице было написано всё, что она хотела мне высказать. Кажется, мне предстоит разгребать проблемы настоящей Алании. Вот это я попала!

Сглотнула вязкую слюну. Но к счастью Эмма проглотила всё недовольство и честно принялась за работу.

Меня причёсывали, одевали, что-то подкалывали. Наносили тонны пудры. Как будто на модный приговор собирали. Я послушно вынесла всё, что со мной делали. При этом горничные ворчали друг на друга и на меня. Иногда спрашивали, нравится ли мне то или иное украшение. А я просто кивала, потому что в жизни ничего подобного не видела.

Ожерелье из раздробленной крошки, которую горничные назвали «магической рудой». Массивные, но элегантные серьги, пара золотых колец, тоже с вкраплением той самой заветной руды.

Я всё ещё упорно не верю, что это фанфик по «Дневникам вампира».

– Леди Алания, вы сегодня необычно тихая, – проговорила Мира, заметив мой задумчивый вид.

– Переосмысливаю свою жизнь, – без иронии ответила я.

Глава 2. Хам

(Алания)

И правда, как так получилось, что я попала в другой мир?

Я работала в библиотеке, никого не трогала. Потихоньку откладывала денюжки, чтобы открыть собственный — пусть и маленький — магазинчик на маркетплейсе. Из этого вряд ли что-то бы вышло, но видеть, как растёт циферка на вкладе, приносило удовольствие.

А сейчас я в красивом лиловом платье, в дорогих побрякушках, в комнате, что своим масштабом могла легко вместить всю мою однушку. И у меня целых две личные служанки.

Я дочь аристократов, в конце концов!

Видимо, не зря по ночам читала романы и рисовала карту желаний. Моя бессонница окупилась сполна.

К моему удивлению, я действительно была готова всего за час. Платье оказалось удобным, сидело точно по фигуре. Туфли не натирали — аккуратные, с острым мыском, приятного серебристого оттенка, почти полностью прикрытые подолом. Я чувствовала себя прекрасной принцессой, за которую скоро будут сражаться рыцари на турнире.

И это чувство окрыляло!

Летящей походкой я вошла в зал, о котором говорила моя новая матушка, в сопровождении Эммы. Но под взглядами новых родителей и этой четы незнакомцев с витиеватыми рогами на голове притормозила.

Так, не поняла: где мой Деймон Сальваторе? И что это за косплееры единорогов?

– Алания, вот и ты, доченька. Проходи, проходи, – мило запела матушка.

От её излишне ласкового тона, так сильно контрастирующего с тем строгим и властным, который был ещё час назад, меня передёрнуло. А вот у нас, значит, какая игра. Ладно, подстраиваться под обстановку я тоже умею.

Натянула на лицо праздничную улыбку и подошла к длинному столу.

Высокий дядечка в чёрном костюме любезно отодвинул мне стул, приглашая сесть не со своей семьёй, а рядом с косплеерами. Точнее, рядом с парнем с серебристыми волосами и закрученными назад рогами. На руках у него были белые перчатки. От него исходило тепло, как от печки. Парень даже не взглянул на меня, а наоборот отодвинулся подальше, словно боялся прикоснуться.

Вот это номер.

Чтобы проверить свою теорию, я немного придвинулась ближе, подпрыгнув вместе с тяжёлым стулом. Парень, не теряя времени, отпрыгнул в сторону — ближе к сидящему рядом мужчине. Тоже сереброволосому.

Мой папенька резко и громко кашлянул, привлекая к себе внимание. Я вновь выпрямила спину, перестав испытывать судьбу.

– Премного благодарен вашему визиту, мастер Сальваторе. Знаю, у нас были тяжёлые переговоры, ещё и пришлось дождаться мою дочь… ей сегодня нездоровилось, – начал папенька, бросив на меня многозначительный взгляд.

Я отвернулась. Эка вы сформулировали. Не подкопаешься.

Мастер Сальваторе кивнул ему, подняв руку.

– Не стоит. Если леди Алании действительно нездоровилось, мы могли перенести встречу. – Голос у него был чистый бархат, ласкающий уши. По спине пробежали приятные мурашки. – Как мы и договаривались, помолвка состоится в любом случае. С нашей стороны нет возражений. Сальваторе держат слово.

Помолвка?

«А-а-а-а-а, – протянула я мысленно. – так вот почему настоящая Алания решила отравиться. Замуж не хотела».

Я мельком глянула на парня рядом. В профиль он даже ничего. Сильный подбородок, нос с лёгкой горбинкой. А эти длинные белые ресницы… зачем мужчинам вообще такие ресницы? Это же несправедливо по отношению к девушкам!

За такого красавчика и не хотеть замуж? Дурочка, ты, Алания. Я его себе заберу значит.

Главы семейств ещё о чём-то договаривались. Что получит каждая сторона от этого брака. Я особо не вслушивалась, кидая заинтересованные взгляды на будущего жениха. Примеривая будущую фамилию и представляя, какими будут наши будущие дети. В прошлом я ни о чём таком не задумывалась. Но здесь такие мысли почему-то казались естественными.

Парень напряжённо молчал. Он, вероятно, замечал, как я на него пялюсь. В конечном итоге не выдержал и прошипел:

– Прекрати!

– Что прекратить? – поинтересовалась я так же шёпотом, строя невинное личико.

Окончательно повернулась к нему, хлопая глазками.

– Смотреть на меня так, словно впервые видишь дракона.

Вообще-то и правда впервые вижу.

– Я тебя по-другому представляла, – призналась почти честно.

Чуть откинулась назад, выискивая взглядом чешуйки, крылья или хвост. Но кроме рогов, больше ничего не выдавало в нём нечеловеческое происхождение. Драконы тоже, в целом, мои фавориты… после вампиров. Так что я почти не разочарована, что это не Деймон.

Однако самому дракончику не понравился мой пристальный интерес к своей персоне. Он повернулся ко мне всем корпусом, и я впервые увидела его кристально-голубые глаза.

– Пре-кра-ти! – по слогам прошипел он с нажимом.

– Алания.

Я выпрямилась почти рефлекторно от голоса матушки.

– Прогуляйся с младшим принцем Маркусом. Покажи ему наш чудесный сад.

«Афигеть, он ещё и принц», – мысленно взвизгнула я от чистейшего восторга.

Сам же принц странно дёрнулся.

Но я активно закивала, лихорадочно соображая, как мне показать сад, если я не знаю, где он находится.

Дракончик поднялся первым. Я поспешила за ним. И когда мы вышли из зала, меня встретила Мира. Я шепнула ей, что нам нужно попасть в сад, и девчушка с готовностью согласилась нас проводить.

Минус один к неловким блужданиям по особняку.

Что ж, раз дракончик — мой будущий супруг, то стоит попробовать наладить с ним контакт. Правда, как это сделать, если он ушёл далеко вперёд, а один его шаг равен двум моим.

Кто-то не в настроении?

Я догнала его с трудом, подобрав подол платья, и едва ли не бежала.

– Маркус, правильно? – спросила я. Он молчал. – Прости, я просто любопытная.

– И многословная.

Я выгнула брови, но решила оставить его комментарий без внимания.

– Давай узнаем друг друга получше? – предложила я примирительно. – Раз уж помолвка неизбежна и мы в одной лодке, я бы не хотела её раскачивать.

Маркус глянул на меня серьёзно. Прищурился. Его шаг замедлился, пока он и вовсе не остановился.

Я же по инерции прошла ещё пару шагов вперёд.

– В какой-то мере я мог бы согласиться. Будь ты хоть капельку интересна мне, – снисходительно начал он. Прошёлся по мне оценивающим взглядом. – Но брак остаётся формальностью.

Он подошёл ближе, коснулся моего подбородка. У меня перехватило дыхание. Боже, это же как сцена из романа!

– И я не собираюсь вкладываться в него больше, чем того требует договор. Вы всего лишь человек, леди Алания. Помолвка важна твоей семье. И если ты хочешь заинтересовать меня, попробуй поработать над своими манерами и эмоциями. Или я разорву её в любой момент. А это означает, что больше ни один значимый драконий род не захочет иметь дело с родом Веритас.

Он усмехнулся. Его взгляд скользнул по моим серьгам и ожерелью. И Маркус брезгливо отдёрнул руку.

Что? Вот хамло! Да я его… Да я ему… больно мне нужно выслуживаться перед высокомерным дракошей.

Прости, Алания, я забираю свои слова назад. Лучше и впрямь отравиться, нежели идти под венец с высокомерным принцем. Пусть и красивым.

Я ещё покажу, кто действительно разорвёт помолвку, Маркус Сальваторе.

Вот увидишь!

Глава 3. Приветствуй меня, Академия

(Алания)

Теперь меня зовут Алания дэ Веритас. Дочь графа Лоренцо дэ Веритас и графини Изабеллы дэ Веритас. Владельцев самых крупных месторождений магической руды по всему Астору.

Как я попала в эту заварушку? Да откуда же мне знать? Работала тихо-мирно в городской библиотеке, книжки по ночам почитывала. Мечтала открыть своё дело и рисовала карты желаний, чтобы хоть что-то изменилось в моей бренной жизни. Но в тот день читатель запросил старую книгу, что находилась на самой высокой полке, куда не лазили уже несколько лет, как минимум. Я давно просила начальницу заменить ту лестницу. Мало того, что она шаталась, как ненормальная, так ещё и одна из ступенек отвалилась несколько месяцев назад.

Кто же знал, что и верхняя меня не выдержит, и я полечу вниз. И с этой треклятой лестницей, и со всеми книгами.

Да умом я не отличаюсь, ведь можно было взять другую. Но если честно, я не жалуюсь. Меня абсолютно всё устраивает.

У меня началась новая жизнь. Я не собираюсь останавливаться на достигнутом!

От мечты открыть своё маленькое дело я не отказалась. Благо теперь она обросла подробностями.

У настоящей Алании оказался исключительный дар зельеварения. И кажется, он передался и мне.

Зельеварение оказалось весьма затратным увлечением — как по времени, так и по местным деньгам. Ингредиенты стоили дорого. Достать многие из них тоже было довольно трудно. Зато, если верить всем мотивационным книжкам знаменитых зельеваров, дельце было достаточно прибыльным.

Я перечитала все её дневники и заметки. Книги, которые она оставила на своём рабочем столе. Пробовала смешивать разные ингредиенты, и что-то даже получалось, пока я строго следовала рецепту. Но стоило отклониться хоть на грамм, как сразу шла опасная реакция.

И ладно, если зелье просто меняло цвет или начинало пахнуть потными мокрыми носками вместо корицы. Иногда случалось такое шоу фейерверков, что китайцы со своим Новым годом обзавидовались бы.

Мира поддерживала моё увлечение. И казалось, с искренним интересом впитывала все знания и рецепты, которые мы с ней обсуждали. С Эммой дела обстояли немного хуже. Она ворчала, причитала о том, что зельеварение мне вряд ли пригодится, ведь я и так выхожу замуж. Я кивала, но продолжала изучать новый мир.

Помимо этого, у Алании оставался год до выпускного из магической Академии св. Файроха, которую должны были закончить все люди без исключения. И до начала учебного года оставалось каких-то четыре месяца.

Как сумасшедшая, я изучала всё, что могло пригодиться, и к концу этого срока голова у меня раскалывалась так, что ни одна исцеляющая магия не помогала.

И родители, и горничные диву давались, как их Алания яростно принялась грызть гранит науки. Мне же только и оставалось изображать из себя примерную ученицу, голодную до знаний, чтобы отвести все подозрения о том, что «Алания-то не настоящая».

С господином зазнайкой-грубияном мы больше не виделись. Однако он отсылал мне подарки: цветы, картины, украшения. Но подозреваю, всё это было с лёгкой руки его достопочтенной матушки. Ответные подарочки я отсылала с большей охотой, ведь тратились не мои личные денюжки.

Кто же знал, что встретимся мы снова в коридорах той самой Академии.

Меня сопровождала Мира. Она же должна была остаться в качестве моей личной горничной на весь период обучения.

– Вы не волнуетесь, леди Алания? – спросила она, пока мы ехали в карете на магической тяге.

– Нет, – улыбнулась я ей.

Вряд ли бы настоящая Алания сильно волновалась, возвращаясь туда, где жила годами как дома.

Мира же ехала со мной в первый раз. Представляю, на каких иголках она сейчас сидит.

Я же предпочла думать о своей будущей лавочке зелий. «Магазинчик зелий Алании» — идеальное название!

Осталось только: отработать бизнес-план, подыскать помещение, накопить на аренду, закончить академию и наварить зелий.

Делов-то! С моими ресурсами и форой — куда меньше, чем было в прошлой жизни.

Я справлюсь. Принц Маркус Сальваторе ещё будет локти кусать, когда узнает, какую предприимчивую красотку потерял.

– Леди Алания, почему вы смеётесь? – удивлённо спросила Мира.

Я кашлянула, успокаиваясь, но ещё злорадно похихикивая.

– Ничего, Мира. Не бери в голову, – отмахнулась я, и дальше мы ехали молча.

Академия встретила нас куда дружелюбнее, чем я предполагала. Оказалось, у Алании была куча знакомых и друзей, с которыми она поддерживала отношения.

Я видела письма. Всё собиралась перечитать, но забылась за книгами и новой информацией, которую пыталась впихнуть в свою голову за короткое время.

– Ния! Ниичка!

Я не сразу поняла, что зовут именно меня. Но когда перед моим носом вдруг появилась рыжая косма волос и меня стиснули в крепких объятиях, я едва не умерла повторно от умиления.

На меня налетела наитипичнейшая миниатюрная ведьмочка. Не хватало только метлы в руках и остроконечной шляпки.

– Как ты могла не отвечать на мои письма? – накинулась она с обвинениями, смешно надув щёки. – Особенно после та-а-акой новости.

– Прости, прости. Я немного увлеклась подготовкой к новому учебному году и забыла про всё.

Как бы узнать её имя? Мира точно мне не поможет. Она сконфуженно стояла в стороне с моим чемоданом. А спрашивать прямо — сверхглупо. Она ведь не знает, что я — не я.

– Ты? Подготовкой? – скептически переспросила ведьмочка.

Ну и почему все так реагируют? Неужели Алания была безнадёжна? Изучая её записи, я бы так не сказала.

– Вообще-то я не особо горю желанием выходить замуж за грубияна.

Пусть и красивого.

– Поэтому я собираюсь получить диплом, открыть магазин и уйти в закат! – решительно призналась я.

И на удивление ведьмочка меня поддержала, заразившись моим энтузиазмом.

– Отлично! Ну их, этих мужиков! – Она взяла меня за руки. – Уничтожим монополию патриархата и захватим трудовой рынок! – воодушевлённо воскликнула она.

– Да! Ай…

Продолжить строить планы нам не удалось.

Что-то мягкое прилетело мне в затылок. Я согнулась, схватившись за голову. Мира тут же подлетела ко мне с обеспокоенным видом. Ведьмочка тоже ойкнула и всхлипнула, держась за лоб.

– Теа, за что ты так? – жалобно пролепетала ведьмочка.

К нам подошла высокая девушка с прямыми длинными волосами, собранными в прилизанный высокий хвост. Элегантные круглые очки в белой оправе с вкраплениями частичек магической руды сидели на переносице. Она больше напоминала строгую учительницу, нежели студентку.

– На вас вся Академия косится.

Теа поправила очки, скрестила руки на груди, взглянула на меня — отчего по спине пробежал холодок.

– Рада снова увидеться, леди Алания, – вежливо кивнула мне. И я опешила от её официального тона. — Нам нужно поторопиться, скоро начнётся лекция по травологии. Госпожа Амальтея не любит, когда опаздывают. Твоя горничная ещё не отнесла вещи в комнату?

Мира виновато опустила голову.

– Да, она как раз собиралась это сделать… – ответила я за неё. – Но неужели занятия прям с первого дня?

«Травологию» вела наискучнейшая преподавательница. Она гнусавила, читала информацию с листа и перебивала отвечающих студентов. Но несмотря на это я заставила себя слушать, ибо травология и зельеварение тесно связаны.

На последнем занятии я оказалась в невероятно огромной лаборатории алхимии и зельеварения. И вся накопившаяся за день усталость испарилась, как не бывало.

Нам разрешили попробовать разные безопасные реакции и надавали кучу домашнего задания. Но даже это меня не огорчило. Ведь я получила доступ к жутко редким ингредиентам — пусть и под пристальным присмотром преподавателя.

После занятий мы забрели в библиотеку, чтобы разобрать список книг по всем тем предметам, что успели пройти за сегодня. А нас ждало ещё девять новых дисциплин — и это только на первый семестр.

Список разделили с Теей. Вивиен пошла искать нам пустое место.

Ох, глядя на все эти библиотечные стеллажи, чувствуя знакомый запах запылившихся фолиантов, я словно перенеслась обратно в старый, но привычный мир.

Я увлеклась. И заблудилась. Но потихоньку список худел, а тележка с книгами нагружалась. Последняя книга из списка оказалась на верхней полке.

Подняла взгляд к потолку, куда, казалось, уходил стеллаж. Нет, у нас в библиотеке потолки были куда ниже. Перед глазами тут же пронеслась сцена моего падения — словно замедленная киноплёнка. Ну не станут же в элитной академии экономить на лестницах.

На собственный страх и риск полезла наверх. И оказавшись на последней ступеньке, я почувствовала себя увереннее. Но смотреть вниз не решалась.

Нужную книгу нашла сразу. Она выделялась потрёпанной обложкой. И начала спускаться. Одна ступенька. Вторая. Стоп… а где третья?

Я не нащупала последнюю ступеньку и на панике попыталась спустить ногу ниже, но вторая оказалась неустойчивой и сорвалась.

Да как так-то? Мой второй шанс — и снова в библиотеке? Это же надо быть такой невезучей.

Я зажмурилась, прижала книгу к груди, словно она могла меня спасти. Но удара не почувствовала. Вместо холодного пола меня поймали горячие сильные руки, прижав к не менее горячей груди.

Глава 4. Старая магическая лаборатория

(Алания)

Я зажмурилась, прижимая книгу к груди, словно она могла меня спасти. Но удара не последовало. Только жар, исходящий от чужих рук, что прижали меня к не менее горячей груди.

– Леди Алания.

Бархатный, немного смущённый голос. Я приоткрыла глаза, встречаясь с его. Кристально-голубые глаза смотрели на меня со странной, необъяснимой смесью смущения и желания поскорее избавиться от вынужденной ноши.

Я улыбнулась. И даже облегчённо выдохнула. Сегодня я не умру. Второй шанс не отменяется. Магазинчику быть!

– Лорд дракончик, какое счастье, что вы появились так вовремя.

– Ло… лорд дракончик? – повторил он.

Его правый глаз задергался. И как будто между стеллажами стало жарче. Или точнее, он сам ещё больше нагрелся.

Меня поспешно поставили на пол. Внешне Маркус остался невозмутим, но что-то в его поведении всё ещё было не так. То, как он отвёл взгляд, неловко переступил с ноги на ногу. И старательно делал вид взрослого, статного дракона с сотнями лет накопленного опыта.

– Проявите хоть капельку уважения, леди Алания.

Я выгнула брови.

– Так я со всем уважением.

– Будь осторожней в следующий раз, – назидательно проговорил он.

Вот же. Похож на старого ворчуна, а не на горячего дракона. Во всех смыслах.

Его взгляд устремился мне за спину. Чуть в отдалении я заметила скромно стоящую Вивиен. Она странно косилась на Маркуса, а поняв, что её заметили, сделала вид, что разглядывает полку рядом.

– Тебя подруга ждёт, – бросил Лорд Дракончик и поспешил уйти.

Я не стала его останавливать.

Едва Маркус покинул поле зрения, Вивиен тут же подлетела ко мне, сжала руку и потянула в общий зал.

– Мы тебя везде обыскались. Это с ним тебя посватали?

Я только кивнула.

Вивиен заговорщически улыбнулась.

– Хе-хе, – захихикала она. – Не завидую. Такой правильный, аж зубы сводит.

Да, ещё и хам.

Вернувшись к Тее, я протянула ей список. Она только кивнула, и мы вместе принялись разбирать книги.

Я очень увлеклась всем этим обучением. Новые лекции, новые знания, совершенно отличные от моего прошлого мира. Магия, чёрт возьми, настоящая, а не те шарлатаны из телевизора. Я закончила колледж в своём мире около пяти лет назад и больше никуда не смогла поступить, застряв в библиотеке. Но учиться хотелось. И вот сейчас я старательно наверстывала упущенное.

Правда, разбираться с магией было сложнее, чем с рецептами для зелий.

В человеческом теле мана нестабильна. И нужно постоянно следить за её уровнем. Отсюда и магическая руда в каждом украшении. Она позволяет подавлять колебания маны.

Можно, конечно, заколдовать обычные украшения, но их эффекта хватает на пару месяцев. Когда даже пыль от магической руды стойко держит ману в стабильном состоянии долгие годы.

У этого мира оказалось много ограничений. Но в основном они касались драконов.

Я откинулась на спинку стула, устав от огромного научного текста про важность уровня маны и чем чревато превышение её лимитов. Посмотрела на новоиспечённых подруг. И Вивиен, и Теа сосредоточенно что-то конспектировали.

– Может, перейдём к практике? – предложила я.

Подруги вскинули головы почти одновременно. У Вивиен загорелись глазки, а вот Теа отнеслась к моему предложению скептически.

У нас было не так много вариантов. Большинство лабораторий были заняты более ушлыми студентами, что отрабатывали свои навыки или закрывали долги с прошлых семестров. Или же просто филонили, делая вид, что усердно учатся.

Однако Вивиен вспомнила про старую алхимическую лабораторию, что стояла отдельно от основного здания.

– Ей уже давно не пользуются для занятий, но иногда студенты варят там зелья или практикуются в алхимии либо боевых заклинаниях, – пояснила Теа. – В прошлом году какой-то третьекурсник сжёг крышу, когда практиковался в магии огня.

– Её же хотели снести, – вспомнила Вивиен.

Теа пожала плечами.

– Какие-то энтузиасты всё починили, укрепили стены и фундамент. Она теперь фактически неприступная крепость.

– И ею никто не пользуется? – скептически переспросила я.

Поверить в то, что такая золотая жила стоит бесхозной, я могла с натяжкой.

– Очень редко. Работы там на самом деле много. И носить сумки с травами да склянками тяжеловато.

– А ещё там растёт немного полезных ингредиентов для зелий. Давно кто-то посадил.

– Мы точно должны там побывать, – с горящими глазами проговорила я.

Забрав большую половину всех книг, какую можно было выносить из библиотеки, мы двинулись в путь.

В поместье Веритас своей лаборатории у Алании не было. И я не стала её обустраивать просто потому, что должна была уехать в Академию. Она бы целый год простаивала просто так. Я делала, что могла, в «полевых условиях».

Теперь же с появлением целой настоящей лаборатории (пусть и не совсем моей) глаза разбегались.

Некоторые травы росли прямо на её территории, как и сказала Вивиен. Заботливо посаженные студентами прошлого, они приросли и разрослись, словно естественный природный ковёр. Так что для чего-то простенького — вроде «сон-зелья», «зелья Сковеля» или «зелья, убирающего седину» — ингредиенты мы нашли. А этого вполне достаточно, чтобы опробовать новое место в действии.

Несколько часов мы просто мыли старые запылённые, пожалевшие склянки. К котлу, на стенках которого оказался странный чуть зеленоватый налёт, от которого пахло протухшими яйцами, без магии мы не прикоснулись. Благо Теа знала эффективные очищающие заклинания.

Когда же мы приступили к варке первого экспериментального зелья, с улицы раздались мужские голоса и басовитый смех.

Я опасливо выглянула наружу из окна. Глаза тут же расширились от удивления, когда я узнала Лорда Дракончика и двух незнакомых парней.

Один из них был высокий, с медного цвета волосами и четырьмя маленькими рожками, что росли из его лба. Белая форменная рубашка небрежно выпирала из-под брюк, а галстук расслабленно висел на шее.

Второй был чуть ниже, коренастее. С широкими плечами. Он выглядел невероятно внушительно. И рога соответствовали его образу: толстые у основания, они закруглялись вперёд, а острые кончики заканчивались точно у подбородка, напоминая шлем. Каштановые волосы его были выбриты по бокам и собраны в небольшой хвостик на затылке.

Мы с девочками переглянулись, и Вивиен с воинственным видом, засучив рукава, вышла из лаборатории. Нам с Теей пришлось последовать за ней.

– Здесь занято! – выпалила Вивиен, скрестив руки на груди и выпрямив спину, стараясь выглядеть больше, чем она есть.

Правда, её поза больше умиляла, чем бросала в дрожь. Вряд ли Вивиен добивалась такого эффекта.

Парни остановились. Недоуменно уставившись на Вивиен, а затем перевели взгляды на нас.

– Оу, мы не знали, что здесь кто-то есть, – примирительно отозвался высокий.

Маркус сильно изменился в лице, когда заметил меня. Улыбка пропала, оставив серьёзное, в некотором смысле даже строгое выражение.

Улыбка ему шла больше.

– Лаборатория большая. Мы друг другу не помешаем, – так же примирительно продолжил высокий.

– Котёл только один, – не сдавалась Вивиен.

– Заклинание «Двойник», – хмыкнул коренастый.

– У нас есть лишние ингредиенты, мы можем поделиться. Так сказать, заплатить за вход. И выкупить право поработать с милыми дамами, – он подмигнул Вивиен.

Подругу заметно передёрнуло.

– У него на всё есть ответы? – недовольно пробурчала Вивиен в нашу сторону.

Мы с Теей пожали плечами.

Причин отказывать всё же не было. Лаборатория была общей. К тому же они согласились поделиться ингредиентами для моего экспериментального авторского зелья. Точнее, автором была настоящая Алания, а я просто решила повторить её опыт. И опробовать его на Лорде Дракончике.

Глава 5. Милые дракончики мило виляют хвостиком

(Алания)

Как оказалось, высокого звали Лео Амати, а коренастого — Эйдан Данте. Они были на год младше Маркуса. Звали его «старший» и, в отличие от Лорда Дракончика, были вполне себе милыми. Любили пошутить и подколоть «старшего». Маркус же держал маску строгости из последних сил.

У Вивиен и Лео отношения были напряжёнными. Видимо, они недолюбливали друг друга ещё со младших курсов. Но подробностей я так и не выяснила. Было бы странно спрашивать в лоб — ведь Алания и так всё должна была знать о том, что происходит с её подругами. Насколько я поняла, у них была негласная гонка в магических предметах, постепенно переросшая в холодную войну.

Я отобрала самые лучшие листья смородины, корни солодки и лунного цветка. Как было написано в «Путеводителе по зельям» — чем меньше ингредиентов, тем устойчивее эффект. Видимо, настоящая Алания свято следовала этим правилам.

– Что ты делаешь? – поинтересовался Эйдан, подходя ко мне.

– Варю зелье, которое сама придумала, — коротко ответила я, помешивая листья смородины в котле.

От него шла сложная система трубок, что собирала эссенцию в колбочку. В идеале из одного большого котла должно получиться всего сто граммов зелья. Что меня всегда немного расстраивало.

– И какой эффект? – допытывался Эйдан.

– Увидишь, — загадочно ответила я.

Мелко покрошила корень солодки, а корень лунного цветка натёрла на тёрке в жидкую кашицу. Варить всё это предстояло около трёх часов, чтобы успел собраться и стечь конденсат.

Я сосредоточенно следила за каждой капелькой, что медленно стекала по трубочкам. Когда услышала глухой хлопок.

Лабораторию заволокло едким дымом. Кто-то открыл окна. Меня вдруг подняли за пояс и вынесли на улицу.

– Что произошло? – раздался над головой грозный голос Маркуса.

– Её надо спросить! – кашляя, пожаловался Лео.

Я проследила за его рукой.

– Ох, — вырвалось у меня, когда я увидела Вивиен, кашляющую, со слезящимися глазами и взъерошенными волосами.

Она пыталась вытереть слёзы кулачками и открыть покрасневшие, опухшие глаза, но, вероятно, делала только хуже.

Не выдержав, Лео убрал её руки, приказав не трогать ими лицо. Промокнул чистой питьевой водой свой платок и принялся мягко протирать ей глаза. Вивиен глухо ругалась, но не сопротивлялась.

– Она практиковала «Двойник», но взорвала ложку, — холодно отозвалась Теа.

– Предательница, — обиженно отозвалась Вивиен и показала ей язык.

Я же только сейчас заметила, что вновь находилась на руках Лорда Дракончика. Подняла голову, встречаясь с кристально-голубыми глазами. Маркус тут же покраснел и невольно разжал руки. Взвизгнув, я рухнула ему под ноги, отбив копчик.

– Прости, — виновато отозвался он, тут же присаживаясь рядом. — Могу я… я… — он замялся, как мальчишка.

Его руки излучали тепло, словно состояли из огня.

Читала я немного про физиологию драконов. От сильных эмоций или при использовании критического количества маны температура их тела повышается. Влага может испаряться, одежда — сгореть. Или же они могут обрести истинную форму.

Маркус кашлянул, прикрыв рот рукой.

– Нет, то есть, — хрипло проговорил он и поднялся. — Давай, я помогу тебе встать…

– Лорд Дракончик, да ты прям джентльмен, — хмыкнула я.

Прозвучали мои слова в полнейшей тишине. Лишь лёгкий порыв ветра всколыхнул траву. Но даже он затих.

Четыре пары глаз повернулись в нашу сторону. Вивиен приоткрыла глаза в тонкую щёлочку — лишь бы увидеть ту самую реакцию Маркуса. Лео коротко хихикнул.

Однако Лорд Дракончик повёл себя достойно. Взял мою руку и дёрнул на себя. Я ахнула от неожиданности и, поднявшись, оказалась в его объятиях. Очень. Очень горячих.

– Не смей больше так меня называть! — прошипел он угрожающе.

– Или? — прищурилась я.

Его взгляд забегал по моему лицу.

Маркус тут же отпустил меня, сдержанно поправил форму и сделал шаг назад.

– Тебе нужно условие? — поинтересовался он, взглянув на меня сверху вниз. Я вдруг почувствовала себя маленькой и беспомощной под этим взглядом. — Тебе ведь важно изучать зельеварение. В твоём табеле много связанных с ним дисциплин.

Я примирительно подняла руки.

– Хорошо-хорошо, Лорд… то есть Маркус. По имени-то тебя можно называть?

Немного поразмыслив, он всё же кивнул.

Что ж. Угрожаешь мне? Ладно.

Ла-адно.

Я терпелива. До момента, пока не сварится зелье.

Дождавшись, когда лаборатория полностью проветрилась, мы вернулись к своей работе. К тому моменту эссенция набралась на одно применение.

В удобный момент я незаметно добавила несколько капель в бокал с водой Маркуса. Он, конечно, заметил, что я подозрительно себя веду, но выпил.

Ничего не произошло. И сначала я расстроилась, что месть не удалась. Однако спустя минут десять мучительного ожидания я заметила миленький чешуйчатый хвостик, что появился у Лорда Дракончика.

Если верить записям настоящей Алании, это своего рода индикатор настроения. Видим он всем, кроме обладателя.

Я отвернулась, чтобы скрыть победоносную улыбку. А потом и вовсе заперлась в кладовке, не в силах подавить восторженный смех. В поместье Веритас не на ком было экспериментировать. Мира хоть и помогала мне, но пробовать отказывалась. Эмма была слишком страшна, чтобы проверять на ней что-то. А Ливию было просто жалко.

Мало того, что у меня получился авторский непроверенный рецепт, так ещё и хвостик выдавал настоящее настроение хозяина. Невозмутимое, серьёзное лицо, спокойный, слегка ленивый голос — на контрасте с приподнятым, виляющим хвостиком.

До конца дня Маркус так и не понял, почему, глядя на него, все еле сдерживали улыбки. На удивление, ни Лео, ни Эйдан меня не сдали.

В комнату я вернулась поздно. Уставшая, засыпающая на ходу. Едва коснулась подушки, сразу заснула, не раздеваясь. Сил больше ни на что не было. Даже не заметила, что и Миры нигде не было.

А на утро обнаружила письмо от родителей. Я в Академии всего пару дней. Неужели так быстро соскучились?

Насколько я успела узнать чету Веритас, они не очень-то жаловали своих детей. Относились, хоть и не жестоко, но достаточно холодно, чтобы сразу понять: мы с сестрой для них — просто живой актив.

Алания — для замужества с родом Сальваторе.

Ливия — для замужества с каким-нибудь другим знатным родом. Сестру спасало лишь то, что ни матушка, ни отец ещё не определились.

Думаю, они хотели родить ещё и мальчика, чтобы ему передать управление шахтами, но кроме Алании и Ливии детей у них больше не было.

В письме же ничего конкретного не было. Только адрес, дата и время. Просто приглашение с изображением переливающегося всеми цветами радуги шара из магической руды. Для меня и Миры.

Ясно было одно: я обязана пойти. Хотя бы для того, чтобы выяснить, что за сходка такая загадочная намечается.

Глава 6. Наказание молчанием

(Алания)

Через три дня, как было указано в приглашении, мы с Мирой покинули территорию Академии св. Файроха ровно в двенадцать по полуночи.

Миррель — столица Астора — как будто никогда не спала. Яркие вывески, напитанные маной, освещали улицу, словно днём.

Я натянула капюшон плаща ниже на глаза и шмыгнула за Мирой в узкий переулок, куда указывала красная вывеска в форме человеческой руки и надписью «Vip-клуб «Остров»».

Мира постучала массивным кольцом в форме головы быка. Дверь открыл высокий бугай вида «бандит необыкновенный». Лысый, с вмятиной в черепе.

Я поёжилась.

Мира молча протянула приглашение, и бугай нехотя пропустил нас внутрь.

Улыбчивая девушка азиатской внешности в красном приталенном платье проводила нас на самый верхний этаж — судя по кнопкам в специальном лифте.

Небольшой зал с круглым столом, за которым собралось человек двенадцать. Матушка и папенька уже сидели там и, когда мы зашли, кивнули нам. В основном за столом сидели мужчины. Но было и несколько дам — не считая матушки — в роскошных меховых манто.

– Да будет кристалл полон, — приветственно проговорили собравшиеся и сложили на столе металлические эмблемы своих родов.

– Да будет кристалл полон, — отозвалась Мира, поклонившись, и отошла в сторону.

Я растерянно посмотрела на неё и на автомате тоже повторила приветствие. Не нравится мне это сборище…

– Алания, присаживайся, — обратилась ко мне матушка, указывая на свободное место рядом с собой. — Теперь, когда ты уже достаточно взрослая, мы можем посвятить тебя в наши планы.

Я настороженно села. Тело напряглось, как струна. Мне только каких-то культистов не хватает для полного счастья — помимо жениха-дракона.

Очень внимательно осмотрела каждого из присутствующих. На случай, если они действительно будут обсуждать что-то из ряда вон выходящее, я просто сдам всех в местный Орден Ищеек.

Мужчина с седыми висками начал первым.

– Мы очень долго ждали, собирая руду по крупицам. Драконы слишком остро реагируют на добычу. Как будто не понимают, что тех крупиц, что мы добываем, недостаточно.

– Мы ведём переговоры не первый год. Но Совет Семерых — упрямцы, каких поискать. Они не понимают, что её добыча влияет не только на людей, но и на экономику страны. Астарта — единственная страна, в которой существуют залежи магической руды, — согласно кивнул лысоватый старичок.

– Слишком много старая аристократия влияет на людей, — в сердцах стукнул ладонью бородатый мужчина.

Женщина, что сидела рядом, успокаивающе погладила его по руке.

Папенька поднял ладонь вверх, призывая к молчанию. И начинающееся возмущение действительно прекратилось.

– «Совет Семерых» — или, как мы привыкли их называть, «старая аристократия» — драконы, пережившие века. Многие из них застали становление человечества. Но большинству едва перевалило за пятьсот лет, — начал он. — Для драконов это ничтожно мало. Но для нас, людей, чудовищно много. Именно в силу своего возраста наши взгляды с ними критически расходятся.

– Не будем забывать, что только благодаря их вмешательству люди вообще могут использовать ману, — вмешалась женщина, что курила трубку с какой-то сладкой дрянью. — Будет несправедливо только обвинять их.

– Возможно, — согласилась матушка. — Но вы должны согласиться, леди Лаура, что будь у нас преимущество, люди давно достигли бы больших высот, чем сейчас. Драконы тянут нас вниз, тормозят прогресс, ограничивают нас. Если бы мы сняли эти кандалы. Если бы наша мана больше не зависела от магической руды. Мы бы свергли старую аристократию.

– Вы говорили, у вас есть решение нашей проблемы, леди Веритас, — вспомнил мужчина с седыми висками.

Вот это меня угораздило вляпаться в заговор. Моя семейка оказалась с секретами, о которых лучше не говорить вслух. Они замыслили переворот…

– Конечно, — ответил папенька. — И это решение сейчас перед вами.

– Как вы знаете, Совет Семерых неохотно одобряет браки с людьми. Но нам удалось договориться с родом Сальваторе. Наша старшая дочь — Алания — выйдет замуж за одного из их сыновей и вытянет из него всю ману.

Я опешила. В горле вдруг пересохло. Ладошки вспотели. Как это понять? Вытянуть ману? Я на это не соглашалась!

Неужели настоящая Алания тоже это знала?

– Это возможно? — поинтересовалась женщина, что сидела рядом с бородачом.

– Мы разработали специальное заклинание, — кивнула матушка и хлопнула в ладоши.

Мира тут же поклонилась и исчезла за дверью.

– Позвольте вам продемонстрировать, — улыбнулась матушка. — Мы много разрабатывали всякого рода устройств, которые бы работали на основе заклинаний. Конечно, это только экспериментальный образец. И работает он на диких драконах.

Я с ужасом смотрела на женщину рядом с собой, которую настоящая Алания называла «матушкой».

Мира ввезла тележку с хрустальным шаром, который оплетали морозные узоры из серебра. Внутри этого шара металась самая настоящая буря.

За ней шли двое мужчин в сплошных белых масках, в которых были мелкие прямоугольные прорези для глаз. Перед собой они везли ещё одну тележку с клеткой, накрытой плотной тканью, из-под которой доносились цокот коготочков и пыхтение.

Когда ткань была убрана, собравшиеся заворожённо ахнули. А я уставилась на маленького дракончика широко распахнутыми глазами. Он жался к прутьям. Крылья у него были зверски истерзаны, а клыки вырваны. Я кожей чувствовала этот первобытный страх, что исходил от животного, когда он метал ошалелый взгляд на людей. Его кристально-голубые глаза напомнили мне Маркуса.

Я попыталась подняться, но «матушка» с силой сжала мою ногу, молча приказывая сидеть на месте и смотреть.

«Папенька» поднялся, подошёл ближе к клетке.

– Это вергальский небесный дракон. Подвид виверн. Очень редкий экземпляр, — с гордостью произнёс он.

Остальные согласно и восхищённо закивали.

– Вместо огня у него сильнодействующий яд, содержащийся в клыках. Конечно, для безопасности мы их удалили.

– Это вымирающий вид, — хрипло произнёс доселе молчавший неприметный парень в очках. Примерно моего возраста. И судя по его виду, это представление ему тоже не нравилось.

– Да, оттого и очень ценный, — кивнул «папенька». — Сейчас он не представляет угрозы, потому что ещё детёныш. Взрослые особи вырастают до двух метров в холке. Однако, чтобы продемонстрировать эффект от заклинания, его будет достаточно.

Он положил на шар ладонь и произнёс набор звуков, больше похожих на церковное песнопение.

Буря в шаре забурлила интенсивнее. Замигали молнии, потянув свои тоненькие лапы к жавшемуся комочку в клетке. Дракон издал протяжный испуганный вопль, больше похожий на плач человеческого детёныша.

Чешуя с него начала осыпаться. Оставшаяся кожа на крыльях тлеть. Он высыхал на глазах, словно из него выкачивали не ману, а кровь.

Буря в шаре разрасталась. Темнела. Яркие вспышки норовились пробить стекло.

Я отбросила руку «матушки» и подскочила к Лоренцо. Резко оттолкнула его. Мужчина пошатнулся, выпустил шар, и буря перестала расти.

– Алания! — выкрикнула Изабелла. — Немедленно вернись на место.

– Нет, — бросила я, даже не обернувшись на неё.

Дрожащими руками открыла клетку и вытащила ослабевшего малыша. Тот еле дышал, хрипел. Сердце его билось слабо. Но он был всё ещё жив.

Парень в очках даже не пошевелился. Только стыдливо отвёл взгляд, спрятавшись за оправой.

Прижав дракончика к груди, я обвела собравшихся испепеляющим взглядом.

– Как вы можете? Это бесчеловечно! Если бы с кем-то из ваших детей поступили бы так же, вы бы тоже просто сидели и смотрели?

– Леди Алания, не приравнивайте, пожалуйста, людей к диким животным. Вы как будто не знаете, скольких эти твари погубили в своё время, — назидательно проговорила женщина с трубкой.

– Плевать! Это не даёт вам права его мучить!

– Л-леди Алания, — раздался тихий, испуганный голос Миры за моей спиной.

– А с тобой отдельный разговор будет, — прошипела я.

Мира потупилась и покорно замолчала.

– Разве леди Алания не была в курсе плана?

– Что всё это значит?

– Всё отменяется?

Зашептались тут же собравшиеся. Однако, когда Лоренцо поднял ладонь, все разом замолчали.

– Ничего не отменяется, — заверил он. — Мы слишком много времени и ресурсов вложили, чтобы менять что-то из-за истерики девицы, у которой вдруг взыграла совесть. — Он посмотрел на меня. И от этого взгляда у меня чуть не подкосились ноги. Слишком тяжёлый, слишком красноречивый он был.

– Может, ваша вторая дочь будет посговорчивее? — предположил кто-то.

– Мы уже не можем отменить помолвку с родом Сальваторе, — ответили ему. — Они единственные, кто согласился и встал на нашу сторону на Совете Семерых. Если мы её отменим, благосклонность Сальваторе пошатнётся.

– Точно-точно, мы не можем так рисковать.

Вновь разразился спор. Кто-то хотел повременить с планом, кто-то настаивал на продолжении.

Я же решительно попятилась назад, к двери, пока все отвлеклись. Совсем забыв про амбалов в масках, что завезли клетку. Они-то меня и остановили.

– Немедленно отпустите! — угрожающе прошипела я и дёрнула плечом. Но эффекта это не возымело.

Немедленно. Надо бежать. Рассказать обо всём Ордену Ищеек.

Однако ничего сделать не успела.

– Куда ты собралась, Алания? Вернись на место! — грозный голос Изабеллы пронзил гомон собравшихся.

Все они уставились на меня жадными, ожидающими взглядами. Я буквально кожей чувствовала каждого из них.

Ноги сами понесли меня к свободному стулу. Я всё ещё прижимала к груди дракончика, словно так могла и согреть, и передать ему собственную ману. Молилась всем местным богам, чтобы он выжил до тех пор, пока я не найду помощь, и чтобы никто не полез отбирать его у меня.

– Мы не будем нарушать договор с Сальваторе. Алания выйдет замуж за принца Маркуса и выполнит своё предназначение, — торжественно проговорила Изабелла. — Это клятва, Алания. Ты будешь нас слушаться. Ты будешь молчать обо всём, что здесь произошло.

Она схватила меня за запястье, и я почувствовала жжение на коже. На месте её ладони появился знак в виде герба рода Веритас — две перекрещённые кирки под входом в шахту.

– Клятва полного подчинения. «Наказание молчанием». Отныне ты не сможешь ничего рассказать, пока на твоём теле есть наш родословный герб.

Глава 7. Зелье глупости

(Алания)

Тишина расползалась по залу густым белым туманом. Я тяжело дышала, сжимая в кулак ладонь, на запястье которой жгла метка молчания.

Горло засаднило, словно кто-то скрёб по нему когтистой лапой. Но я действительно молчала. Даже когда хотела проклясть их всех, послать на три известные буквы, просто открывала рот, как рыбка в аквариуме, и всё, что могла произнести, — жалобное мычание.

– И как нам поможет то, что мы отобрали ману у дракона? — подал голос один из сообщников. — Она теперь заключена в этом артефакте. Чем это отличается от магической руды?

Губы па… нет, не могу больше называть его так…

Губы Лоренцо Веритаса растянулись в победной улыбке.

– Чем это отличается от магической руды? Магическая руда нужна для стабилизации нашей маны. Она ограничивает нас. Но чистая первородная мана драконов смешивается с нашей, делая нас сильнее, выносливее. Мы сможем сравниться с этими чудовищами. И победить их, — воодушевлённо вещал он.

Тело дракончика в моих руках начало заметно остывать. Но сердце продолжало слабо биться. Я пыталась посчитать его ритм. И он удручал.

Если я прямо сейчас не покину это общество шизонутых культистов, дракончик умрёт.

– Вы уже пробовали ману драконов? — поинтересовалась женщина с трубкой.

– Мы ставили эксперименты, и большинство из них имели положительные результаты, — уклончиво ответил Лоренцо.

– Большинство? — скептически прищурилась дама.

– Только у одного из десяти добровольцев наблюдался летальный исход. Мы пока не узнали, с чем это связано. Но уверяю: остальные получали колоссальную силу, даже от диких драконов, — пояснила Изабелла.

– Я её опробую, — вдруг вызвался бородатый. — Не пропадать же добру.

Лоренцо кивнул, услужливо приглашая бородатого подойти ближе к шару. Его жена (явно жена) пыталась схватить бородатого за рукав, но тот не дался.

– Положите ладонь на шар, — подсказал Лоренцо.

Бородатый так и сделал. Лоренцо вновь пропел свои церковные горловые песнопения.

Буря вдруг успокоилась. Мягкое белое облачко метнулось вверх, прямо в раскрытую ладонь бородача и исчезло.

Несколько долгих секунд ничего не происходило. Бородач закрыл глаза, прислушиваясь к себе.

Дракончик в моих руках слабо дёрнулся. Я прижала его к себе сильнее, стараясь не повредить и без того хрупкие косточки.

И вдруг бородач жалобно взвыл. Напрягся, словно в судорогах. Вены его налились чёрным, вздулись. Я впервые пожелала, чтобы он вошёл в число тех, кому мана не подошла.

Однако, когда он повернулся к нам, его глаза горели первозданной маной. Он махнул рукой, и середина стола загорелась ярким пламенем, вызвав у присутствующих бурную восторженную реакцию. Кольцо с магической рудой, что он носил на безымянном пальце правой руки, лопнуло. Один из осколков впился в щёку сидящего перед ним мужика.

– Я чувствую, — пробасил бородач. — Эта сила… Меня переполняет невиданная мощь.

Он схватил шар, выдрав его из серебряных пут, и бросил в окно. Мы все едва успели это заметить. Стекло лопнуло с опозданием. Словно бородач замедлил время.

– Смею вас предупредить, маркиз. Что мана диких драконов быстро расходуется. Если будете ей злоупотреблять, она быстро израсходуется, и последствия будут…

– Плевать! Мне этого хватит в качестве доказательства.

Бородач рассмеялся, не в силах сдержать свой восторг. Лоренцо же просто кивнул, оставив его наедине с новой игрушкой.

– Конечно, у диких драконов мана плохо усваивается с человеческой. Но в теории мана очеловеченных драконов может слиться с человеческой навсегда, — продолжил он.

– Что значит «в теории», граф Веритас? — переспросила женщина с трубкой.

– Мы нашли старые летописи, в которых рассказывается легенда. Дракон передал часть своей маны человеку. И человек уподобился дракону. Мы строили теории на основе легенды. Но для лучшего понимания и более чистого результата дикого дракона недостаточно, — охотно пояснила Изабелла. — Нам нужно поймать разумного дракона до того, как Алания исполнит своё предназначение. В противном случае всё пройдёт впустую.

Я была опустошена. Наплевав на Миру, что пыталась меня остановить, я рванула к выходу из этого злачного места, как только объявили об окончании собрания.

Завернула дракончика в собственный плащ и бросилась искать открытую клинику для животных. В голове билась лишь одна мысль: «Лишь бы он вытерпел. Лишь бы дожил, пока я не найду помощь».

Однако все приличные клиники были закрыты, либо ветеринары разводили руками: «Дракончик ваш не жилец. Слишком истощён. Он не выдержит вмешательства».

Несправедливо.

Как же несправедливо дать этому крохе умереть такой жестокой смертью.

Я не могла позволить этому произойти.

Нашла-таки одну сердобольную женщину, которая согласилась поставить хотя бы капельницу. Но предупредила, что до утра он не доживёт. Я отвалила целое состояние просто за то, чтобы оставить его так. Строго наказала, чтобы следили за его состоянием. А сама отправилась в Академию.

Ничего. Целой ночи мне хватит, чтобы что-то придумать.

Я не ветеринар. И уж тем более ничего не знаю о физиологии драконов. Но кое-что я умею лучше всего — искать информацию, читать и готовить зелья, конечно же.

Библиотека в это время уже не работала. Однако я позаимствовала одно из небезызвестных заклинаний из «Гарри Поттера» и беспрепятственно вошла. Тьма библиотеки настораживала. Высокие стеллажи пугали.

Я наколдовала свет и принялась за работу.

Он сказал «подвид виверны». Это уже какая-то зацепка. Круг сильно сужался. Но даже так я не могла найти ничего про истощение маны. Раны, переломы, вывихи, выхаживание только что вылупившегося детёныша, даже инкубационный период. Но ничего о том, как спасти малыша после выкачивания у него буквально жизненных сил.

Я была готова разреветься над книгой, пока не нашла статью в старом журнале. Нет, она не касалась виверн, драконов или прочей живности. Но зато касалась истощения маны.

Дрожащими руками я вырвала страницу из журнала. Аккуратно сложила её, когда за спиной раздался шорох ткани.

– Что ты здесь делаешь?

Бархатный голос над самым ухом. Я резко дёрнулась назад. Позади тут же раздался сдавленный стон. Обернулась.

Отойдя на пару шагов назад и схватившись за нос, передо мной стоял Маркус.

– Зачем же так пугать людей? — возмутилась я, сдвинув брови к переносице.

Быстро спрятала вырванную страницу в задний карман шорт.

– Что ты делаешь в библиотеке так поздно? — строго спросил Маркус, всё ещё прижимая ладонь к носу. — И что ты делаешь с этим журналом?

Он резко рванул вперёд. Я успела увернуться. Отошла на пару шагов в сторону. И только потом сообразила, что он целился на стол, где лежал тот самый журнал.

Лицо его помрачнело, когда он увидел вырванную страницу.

Я примирительно выставила руки перед собой.

– Я могу всё объяснить! — выпалила и действительно пыталась рассказать про дракончика, но губы сами словно слиплись. — Или нет.

Маркус осмотрел и остальные книги.

– Ты изучала диких драконов?

Я кивнула.

– Зачем?

– Давай я тебе лучше покажу.

Я бесцеремонно схватила его за руку и повела прочь из библиотеки в город. Кто точно должен знать о дракончике всё, если не самый настоящий дракон?

Я шла быстро, стараясь сократить дорогу, как могла. На удивление, Маркус покорно следовал за мной. Почти не задавал вопросов. Мы фактически бежали, когда я, наконец, увидела знакомую вывеску.

Вбежала в клинику, тут же натыкаясь на сестру. Та без слов повела меня к маленькому пациенту.

Маркус застыл на пороге, увидев дракончика, что всё ещё находился под капельницей.

– Я его нашла, — удалось выпалить мне. — Не спрашивай, просто помоги. Он в тяжёлом состоянии.

Достала из кармана листок из журнала и сунула ему в надежде, что он прочитает и сам всё поймёт.

– Истощение маной? — переспросил он.

С трудом, но мне удалось кивнуть.

– И ты решила лечить его как человека?

Я скрестила руки на груди.

– А что ты предлагаешь? Я нашла конкретное зелье. Для дракончика в похожей ситуации ничего нет.

– Потому что драконы редко… — он подошёл ближе, провёл рукой над маленьким, едва дышащим тельцем. — Редко теряют столько маны. Скорее всего это было сделано насильно. Ты говоришь, что нашла его. Где?

– Там, — неопределённо махнула я. — Не важно. Его надо спасти. Помоги, если знаешь как. Или я буду варить это чёртово зелье.

– Вари, — не задумываясь кивнул он.

– Что? — опешила я.

– Здесь нет сложных ингредиентов. Нет того, что бы он не переносил. Оно абсолютно безопасно и примерно на сорок процентов эффективно.

– Всего сорок? — обречённо взвыла я.

– Это больше, чем у тебя вообще было.

Рецепт был сложным. Он не входил в категорию «чем меньше, тем эффективней». Ибо это была самая настоящая алхимия, с которой я имела дело только по книгам и фильмам в своём мире.

Благо большинство ингредиентов нашлись в клинике. За остальными Маркус лично бегал по всему городу.

Что мне нравилось в алхимии — результат не нужно было ждать часами, пока накапает эссенция. Это был готовый продукт. Главное — хорошо вскипятить воду и точно до грамма отмерить всё.

– Готово? — спросил Маркус спустя двадцать минут после того, как я начала.

Я осторожно кивнула. Но уверенности сильно поубавилось. Получившаяся жижа была мутной и пахла странно.

– Отлично, — заключил Маркус.

Он взял со стола скальпель, которым я крошила крупные листья можжевельника, и полоснул по собственной ладони.

Я вскрикнула от неожиданности.

– Что ты делаешь?

Однако он просто молча взял и капнул своей крови в кастрюльку с зельем. От него тут же пошло облачко пара, и мне на мгновение показалось, что пахнет оно молочным шоколадом.

– Теперь точно готово, — со знанием дела проговорил Маркус.

Дракончик на кушетке тяжело вздохнул. Я тут же подлетела к нему. Зачерпнула немного зелья мерной ложкой, подула, чтобы оно было не сильно горячим. На что Маркус только хмыкнул. И влила порцию в пасть малыша.

Глава 8. Ходячая катастрофа

(Маркус)

– Мы не будем больше это обсуждать, сын, – устало проговорил отец, сидя за столом в своём кабинете.

– Конечно, – я поклонился ему и направился к выходу.

– Маркус, – вдруг позвал он. – Я знаю, что тебе не нравится эта идея. И так же знаю, что ты думаешь: я поступил несправедливо, выбрав тебя, а не Демиана.

– Я так не думаю, – ответил я.

Рука легла на круглую ручку. Замок щёлкнул.

– Я хочу, чтобы ты понимал. Мы делаем это для того, чтобы в будущем было меньше взрывов человеческой маны. Совет это тоже понимает, но…

– У нас должен быть контроль над ситуацией. Да, я знаю.

Пока драконы окончательно не вымерли. А люди перестали быть такими жадными до маны. Мы должны точно знать, что полукровки возьмут от нас больше качеств. Именно поэтому каждый ребёнок от дракона и человека растёт под строгим присмотром. Конечно, бывают и исключения.

Я вышел из кабинета отца с неприятным осадком. Разговор вымотал. Жениться на дочери графа Веритас? Я понимал, что рано или поздно мне подберут невесту по статусу… но из человеческого рода?

Совет Семерых очень неохотно одобрял межрасовые браки. У людей была неприятная черта — обманывать ожидания. И раньше полукровок использовали при военизированных конфликтах между людьми. Маны у них больше. Она стабильнее. А потому Совет сначала полностью запретил браки. А теперь каждый полукровка на учёте у Совета. И это, если честно, грело сердце.

К тому же не каждый драконий род согласен породниться с людьми. И только Сальваторе ещё верят, что человечество можно исправить. Что есть ещё те, кто ценит справедливость превыше всего. Кто против бессмысленного насилия.

Я бы мог согласиться с отцом и матушкой. Но сам видел, на что способны люди.

В последнее время всё чаще стали появляться трупы детёнышей диких драконов. Завозили их в город контрабандой. Держать дома дикого дракона не просто опасно — это запрещено законом. Но многие люди пренебрегают правилами. И случаются трагедии.

В этот раз смерть драконов была странной. Каким-то образом из них выкачивали ману. Совет сталкивался с таким впервые.

Ужесточили законы о контрабанде. Но это мало чем помогло.

Ищейки разводили руками. Преступники слишком хорошо подчищали следы. А тех, кого удавалось поймать, молчали до последнего.

Ясно было одно: здесь замешана новая аристократия. А значит, и мотивы их были ясны. Они пытались стабилизировать собственную ману. Или же стать сильнее.

Каждая из этих причин уничтожала во мне любую лояльность. И каждая из них убивала желание познакомиться с леди Аланией Веритас.

Она разглядывала меня как диковинное животное. Почти не отходила. Хотя я согласился на этот ужин только из уважения к родителям и чтобы обследовать поместье Веритас.

Я мог бы подумать, что она специально наблюдает за мной. Но, глядя на леди Аланию, складывалось впечатление, что она впервые видит собственный сад.

Её искренний восторг от кустов роз, сирени, каменных лавочек, арок, беседок вводил в ступор.

– Её держали взаперти, – заключил я, рассказывая об этой встрече Демиану.

Старший брат усмехнулся. Взболтнул вино в бокале.

– Иначе не могу объяснить её поведение, – закончил свой рассказ.

– Ну, некоторые богатые семьи практиковали что-то подобное. В этом нет ничего особенного. Даже драконы в прошлом берегли дочерей, запирая их в башнях.

– Это было в прошлом, – настоял я.

– Только не говори, что у тебя проснулись защитные инстинкты и теперь ты хочешь спасти леди Аланию от её жестоких родителей, – вновь усмехнулся Демиан.

– Ничего подобного, – возразил я, чувствуя, как лицо начинает предательски краснеть.

Брат тактично сдержал смешок.

– Её в любом случае не держали взаперти. Леди Алания ведь учится с тобой в одной Академии. Но не важно, лучше поговорим о деле. Тебе удалось что-то выяснить?

– Нет, – обречённо ответил я. – Она и её горничная постоянно были рядом. И эта горничная не сводила с меня взгляда.

– Мы не можем без оснований обвинить один из самых могущественных родов Астора в убийстве редких животных или контрабанде, – с сожалением проговорил брат.

Хотя его взгляд говорил куда больше. В этом инциденте замешан кто-то из новой аристократии, либо же они все.

– Даже если бы я нашёл у них что-то подозрительное, мы бы всё равно не смогли их обвинить, – я развёл руками в стороны.

– Законы, – мы оба горько вздохнули.

– Ищейки дежурят возле каналов, – проговорил я. – Мы либо дождёмся их ошибки, либо свидетеля. В любом случае до этого погибнет много диких драконов.

Брат только развёл руками.

В дверь его кабинета робко постучали. И в небольшой проём скользнула миниатюрная горничная. Под бежевым чепчиком она прятала белокурые волосы. В руках держала ведро и тряпку для пыли. А на ноге у неё был кожаный браслет с красным рубином.

Демиан тут же изменился в лице. Поставил бокал с недопитым вином на стол. Поправил ворот пиджака и опустил рукава. Волосы зачесал назад, открывая рога.

Я закатил глаза.

Демиану нравилась Селена. Все в поместье это знали. А также все знали, что она его терпеть не могла. Её красноречивый взгляд словно говорил: она видела в нём не дракона, а кусок грязи. Но Демиан старался.

– Мне сказали, тут нужно убраться, – оповестила Селена и посмотрела на меня.

Брат кашлянул, стараясь привлечь её внимание, но девушка даже не дрогнула.

Я сочувственно похлопал брата по плечу.

– Конечно, приступай, – мягко сказал я девушке, и та просто кивнула.

Селена — исключение.

Та самая полукровка, на рождение которой Совет не давал своего одобрения. Её не приняли люди. Но зато помогли мы. Сальваторе.

Отец с матушкой излишне сердобольны к сиротам. Не важно — люди они или драконы.

Матушка заставила меня отправить подарок леди Алании. Она сама его выбрала. Я лишь подписал открытку под её диктовку.

Затем ещё один. И ещё один.

Четвёртый подарок я уже выбрал сам.

Леди Алания отвечала на каждый. Почерк у неё был ужасен. Словно ребёнок, который только учится навыкам каллиграфии. Однако к четвёртому письму я привык. Он больше не вызывал особого раздражения. Я решил, что такой почерк — своего рода милая черта леди. И это добавило ей шарма.

Вторая встреча тоже по инициативе матушки прошла сумбурно. Казалось, что леди Алания меня даже не заметила. Мира, её горничная, сказала, что леди углубилась в изучение зельеварения и последнее время даже забывает поесть. Теперь сомневаюсь, что все письма, которые она мне присылала, писались её рукой.

Единственный раз, когда она меня заметила, — когда я оплатил её покупки у какого-то травника. Тогда на её лице читалось искреннее изумление. Я буквально слышал её мысли: «Когда он здесь успел появиться?»

Ещё одного истощённого детёныша мы нашли в реке за несколько дней до чёрного сезона. А за месяц трупов набралось с десяток.

Преступники словно спешили. Оттого и жертв стало в разы больше.

Тот же почерк: худое тельце, полностью истощённое запаса маны.

Глядя на то, как ищейки забирали тельце дракона, я чувствовал, как тело перегревается. И мне было уже всё равно: сгорю ли я, приму ли истинную форму. В голове бурлила только одна мысль: «Найти ублюдков. Передать их Совету Семерых. А лучше разорвать самому».

Дома Селена приготовила мне ледяную ванну. И я провёл там несколько часов, прежде чем тело начало остывать.

Мне придётся жениться на возможной соучастнице этих преступлений. И ледяные ванны здесь плохо помогали. А матушка просила ждать и наблюдать.

В ту ночь, когда я увидел её в библиотеке. Когда она отчаянно вела меня в ветеринарную клинику. Дрожала и выглядела напуганной, несмотря на показную собранность. Я не могу сказать, что это было не искренне.

Даже если бы у нас ничего не получилось. Даже если бы моя кровь в итоге оказалась бесполезной. Я всё равно выразил бы ей благодарность, на которую способен только дракон.

Мы делали наугад. Не было никакой гарантии, что это алхимическое варево как-то поможет малышу.

Однако, когда дракончик зашевелился. Когда его перепончатые крылья начали постепенно срастаться, а тело наливаться силой, я понял, что плачу.

Ей удалось спасти одного. А это куда больше, чем у нас в принципе было за последние четыре с лишним месяца.

По какой-то причине леди Алания не могла сказать, где его нашла. Но согласилась показать.

Мы зашли в самый центр города. Она крутилась между заведениями, что только-только начинали открываться. И обречённо помотала головой.

– Не понимаю. Он должен быть здесь. Там была такая… — она запнулась. — Надпись. Или типа того.

Она посмотрела на меня с надеждой. Словно ожидала, что я пойму её без слов.

– А сейчас её нет, — обречённо закончила она.

– Заведение? — предположил я. Она кивнула. — Бар? Ресторан? Игорный дом? — она отрицательно мотала головой. — Клуб?

– Да! — выпалила она тут же и взмахнула руками.

– Ты видела тех людей?

Леди Алания снова кивнула.

– Можешь назвать их имена?

– Нет.

– Ты их знаешь?

– Не всех.

Я выдохнул.

– Сможешь хотя бы показать их на фотографиях или портретах?

Леди Алания пожала плечами — видно было, что она и сама расстроена не меньше.

– Но мы должны попробовать! Я хочу, чтобы их наказали. Всех до единого. Как можно скорее! — в сердцах проговорила она.

Я же почувствовал, как сердце забилось быстрее. При виде её такой воинственной.

Глава 9. Сила тунца

(Алания)

Я требовательно постучала в дверь. Как мне сказала Теа, обычно в мужское крыло общежития при Академии девочки не ходят. Это табу сохранилось со времён основания Академии.

Мне открыли не сразу. За дверью слышалась возня. Шипение. Приглушённые спорящие голоса. И всё же на пороге появился Лео. В позе малолетнего мачо он опёрся локтем о дверной косяк и подмигнул мне.

– Какие дикие ветра привели в скромную холостяцкую обитель столь прекрасное создание? – он специально сделал голос ниже.

Я выгнула бровь. А за его спиной послышалось сдавленное хихиканье. И чих. В ту же минуту из-за угла показалась мордочка дракончика. Он принюхался, издал стрекочущий звук и попытался взлететь, радостно бросился ко мне.

– Виспер! – воскликнула я.

Оттолкнула Лео и бросилась к нему навстречу. Малыш, не переставая стрекотать, попытался взобраться мне на сапог, но постоянно соскальзывал. Я подняла его на руки, поглаживая по голове, где уже начали проклёвываться цветные перышки.

На его полное восстановление потребовалась неделя. Целая неделя, чтобы восполнить хотя бы половину того количества маны, что у него была. Но малыш окреп, стал проявлять характер, а ко мне относился как к матери, что выхаживала его в клинике.

К сожалению, забрать себе малыша Маркус не позволил. Оставил у себя на время, пока не придумает, что с ним делать дальше.

– Вообще-то его зовут «Повелитель»! – обиженно проговорил Лео и быстро затворил дверь.

Держать животных в комнате общежития строго запрещено. А держать диких драконов — особенно таких редких — уголовно наказуемо, даже для Маркуса.

Я почесала довольно урчащего Виспера под мордочкой.

– Что за глупое имя? – ласково проговорила я. – Да, малыш. Тебе ведь нравится «Виспер»? Нравится, ха-ха. Конечно. Ты моя маленькая заинька. Посмотри, что мамочка тебе принесла.

Я бесцеремонно прошла в общий зал. Поставила дракончика на диван. Виспер закружился на месте. Я развернула небольшой свёрток, вываливая на пол игрушки и баночки с мелкими грызунами.

Читала, что пока виверны ещё маленькие, охотятся они преимущественно на мелкую дичь. Мышей, птичек. Потому что родители обычно после их вылупления из яиц не участвуют в воспитании своего потомства. И пусть у взрослой виверны почти нет естественных врагов, кроме человека, малыша может сожрать любой хищник побольше.

Глаза Виспера разбежались при виде игрушек. Он тут же кинулся сначала на одну, затем на вторую. А когда я открыла баночку с едой, принялся ластиться ко мне, требуя вкусняшку. Ну прям маленький котёнок.

– Э, а клычки у тебя так и не проклюнулись, – с сожалением произнесла я.

– Они больше не вырастут, – мрачно констатировал Эйдан. – Обычно у виверн только один набор зубов на всю жизнь. Есть, конечно, исключения. Но Повелитель не входит в их число.

– Виспер, – поправила я.

– Повелитель, – с нажимом встрял Лео.

– У парней всегда туго с кличками для животных, – раздосадованно заключила я, отдав Висперу очередную мышку.

Маркус появился в гостиной в одном полотенце, обёрнутом вокруг бёдер. Вторым он тщательно вытирал рога и меня не сразу заметил.

Отвести взгляд? Просто кощунство не оценить, как по этому рельефному прессу стекают капельки воды и тут же испаряются. Я такие тела только в супергеройских фильмах видела в своём мире, и то на фан-артах.

Видимо я сильно увлеклась, забыв обо всём. Виспер потыкался мордочкой в мою руку, а затем несильно цапнул за палец. Я ойкнула.

Маркус вздрогнул и убрал полотенце от лица. Мы ещё несколько долгих секунд смотрели друг другу в глаза. Прежде чем он залился краской от макушки до шеи и смущённо прикрылся.

– Ах, да, брат, тут твоя невеста пришла повидаться с Повелителем, – хмыкнул Лео, обнимая друга за плечи.

Я мило улыбнулась.

– Виспером, – поправила настойчиво. – А ещё ты сам сказал мне прийти, чтобы «дать показания».

Я окрестила последние два слова кавычками, потому что это было слишком громко сказано, учитывая, что я не могла рассказать ничего конкретного. Как оказалось, я ещё не могла рассказать и о проклятии. Приходилось импровизировать.

Даже с Мирой нормально я не могла поговорить об этой сходке. В конечном итоге мне пришлось выгнать её. Точнее отправить за несуществующим ингредиентом в другую страну. Заверив, что прощу её только когда она его достанет.

Как жаль, что с Лоренцо и Изабеллой такое не сработает.

– Я… скоро вернусь, – смущённо кашлянув, оповестил Маркус и поспешно ретировался за одной из дверей. Видимо в его комнату.

– А ты времени зря не теряешь, да? – подмигнул мне Лео.

Я не удостоила его вниманием, принимаясь дальше играть с заскучавшим Виспером.

– А вам как хорошим друзьям следовало предупредить его о визите дамы, – парировала.

– Так было бы скучно, – пожал плечами Лео.

– Вернёмся к нашим проблемам, – встрял Эйдан. – Маркус загрузил в визуальный кристалл образы глав двадцати людских родов.

Эйдан взял прозрачный кристалл с полки. Провёл по нему пальцем, и передо мной появилась голограмма бородатого мужчины, который забрал ману у Виспера.

– Август Хоенхайм. Рыбный промысел, разведение породистых лошадей. Получил титул «маркиза» пять лет назад за выдающийся вклад в развитие промышленности Астории. Он тебе знаком?

Не знаю, что увидели на моём лице Эйдан и Лео, но оба отшатнулись. Я чувствовала, как внутри закипает что-то тёмное. Желание стереть этого человека в порошок и скормить какому-нибудь дрейку.

Виспер лизнул мне руку и снова заурчал. Я сделала глубокий вдох, успокаиваясь. И просто кивнула.

– Знаком, – выдала я.

Скорее всего настоящая Алания знала его и вне того сборища. Иначе я бы тоже не смогла ответить.

– Принимал ли он участие в инциденте с Виспером? – поинтересовался Маркус, выходя из комнаты.

Удивительно, как быстро он переоделся.

– Маркус, как ты мог? Мы ведь совместно выбрали ему имя! – обиженно скрестил руки на груди Лео.

Маркус его проигнорировал. Не сводя с меня пристального взгляда.

Я задумалась. Как бы рассказать так, чтобы они все поняли…

– Он дегустировал силу тунца, – выпалила я.

Драконы переглянулись между собой. Даже Виспер шлёпнулся на задние лапки, с недоумением склонив мордочку на бок.

Я выгнула брови, барабаня пальцами по коленке. А затем указала на Виспера.

– Тунец. – раскрыла ладонь, дёрнув указательным пальцем, и прозрачный кристалл вырвался из рук Эйдана, зависнув в воздухе. – Сила. «Сила тунца»! Понятно?

– Ты уверен, что она будет нам полезна? – шепнул Лео Маркусу так, чтобы я тоже услышала.

Я указала пальцем на него, и кристалл метнулся ему в лоб. Лео не успел от него отмахнуться и издал сдавленный «ух», схватился за лоб.

Я почесала затылок, думая, как ещё могу намекнуть. В идеале, конечно, можно реконструировать момент. Но я не знала, поймут ли они.

– Секунду.

Я усадила Виспера на стол. Сама ринулась к стеллажам, взяв то, что было максимально похоже на шар. Поставила рядом с Виспером. Малыш с интересом обнюхал новую для него вещицу.

– Хм. Удочка, – я указала на кубок. – Тунец. – на Виспера. Положила одну ладонь на кубок, вторую на голову дракончика. Мои руки засветились для наглядности, имитируя забор маны. И когда я посчитала, что этого хватит, согнула руку, напрягая бицепс, показывая прирост силы.

Эйдан недовольно потёр виски.

– Мы тут серьёзное дело разбираем, а не пантомиму разгадываем, – раздражённо проговорил он.

Однако Маркус кивнул.

– Леди Алания хочет сказать, что маркиз Хоенхайм стал причиной истощения Виспера. Каким-то образом он отнял его ману, смешав со своей, и стал сильнее. Я правильно понял?

– В точку! – обрадованно щёлкнула я пальцами. – Именно так всё и было. Смотри, удочка условная. – Я сделала жест рукой, вырисовывая тот самый шар с бурей. – Примерно такого размера. Нужно спеть, чтобы призвать «силу тунца».

– Ты можешь напеть?

Я покачала головой.

– Понаблюдаем за маркизом Хоенхаймом. Если он и правда забрал ману Виспера, в нём должны пройти изменения, – скомандовал Маркус. – Лео, подключи ищеек, пусть они раздобудут подробную информацию на него. Где чаще всего бывает, с кем общается. Каждые грязные тайны, на которые можно надавить.

Я выгнула брови. Виспер снова заворчал, просясь на ручки.

– Эйдан, разузнай о похожих случаях. Если вдруг кто-то из людей резко усилил свою ману или стабилизировал её без вмешательства руды. Особенно после найденных тел.

Эйдан и Лео кивнули.

– А мне что делать? – спросила я, взяв дракончика на руки.

– Пока ничего.

– Но я хочу помочь.

– Ты поможешь, – кивнул Маркус. – У нас ещё будет возможность раскрыть твой талант пантомимы.

Я фыркнула. Вот язва!

Глава 10. Магазинчик зелий

(Алания)

Меня не покидало стойкое чувство, что Лео держит меня за идиотку. Уже полчаса он яростно пытался мне доказать, что у них с Вивиен прекрасные отношения. Хотя ещё эти же полчаса назад она бросила в него моим же зельем красноречия, на которое я убила четыре часа своей жизни, и то для того, чтобы просто найти нужные травы. А это, между прочим, был мой лабораторный проект, за который я ещё не успела получить оценку.

Вивиен сбежала, крича что-то про нелепых, глупых драконов. А мне ничего не оставалось, кроме как немного схитрить и направиться в Лавку зелий. Второе такое я в любом случае приготовить не успею. Сдавать его нужно уже завтра, а мне бы очень хотелось выспаться. Это первый и последний раз, – пообещала я себе.

Лео взяла с собой в качестве козла отпущения. Конечно, он не виноват, что Вивиен вспылила, когда он вдруг начал с ней флиртовать. И за это успела несколько раз пожалеть.

– Так вот, леди Алания. Убирая предрассудки и смотря в корень наших отношений, я делаю вывод, что леди Вивиен Ларус от меня без ума, – закончил он свой тридцатиминутный опус, подкреплённый несуществующими, притянутыми за уши фактами.

Я скептически выгнула брови. Когда же этот эффект закончится?

– Да, вполне вероятно, – согласилась я, лишь бы он заткнулся.

Но Лео начал заново.

– Вы можете мне не верить, леди Алания, но будем объективны. Если бы я не задевал её нежные чувства, стала бы она бросать в меня зелья своей драгоценной подруги?

Я шлёпнула себя по лбу. Благо карета остановилась возле нужного магазинчика, и я поспешила выбраться. Лео вылез за мной, смешно морщась от яркого света.

– Тебе придётся оплатить мне покупки. Иначе я обвиню тебя в психологическом насилии! – настойчиво бросила я ему.

Лео задумался.

– В этом есть смысл, леди Алания. Вам пришлось выслушивать мои терзания всю дорогу… Погоди, нет! Я на это не подписывался!

Наконец-то зелье выветрилось. Аллилуйя.

– И вообще, забудь всё, что я говорил!

Я злорадно хохотнула.

– Не-ет, – протянула так же злорадно. – За все мои страдания Вивиен обязана знать!

– Ладно-ладно. Я куплю тебе весь магазин, только не рассказывай ей, – взмолился Лео, едва не плача.

– Я подумаю.

В магазинчике было не так многолюдно, как я предполагала раньше. Хотя мне сказали, что это самый лучший магазин в столице.

Пожилой мужчина за прилавком улыбнулся нам приветливо.

– Добрый вечер, молодые люди. Чего изволите? В «Лавке Зальгорца» можно найти зелья на любой вкус.

Мы задержались надолго. И, придя за одним зельем, я прикупила ещё кучу, казалось бы, ненужного, но красивого хлама.

Пока ждали, когда нам всё это упакуют, колокольчик над дверью брякнул, впуская нового посетителя. Высокий мужчина в белой сплошной маске молча прошёл мимо нас и передал продавцу записку.

Мои глаза расширились от осознания. Я нетерпеливо схватила Лео за рукав, указав на мужчину.

– Что такое? – спросил Лео, не понимая моего красноречивого мычания.

Боги, ну что за наказание это проклятие?

– Он связан с рыбалкой! – выпалила я, всё ещё помня аллегорию с тунцом и Виспером.

На лице Лео прямо читалась «Ошибка 404».

Я потянула его к себе ближе и яростно зашептала.

– Охота на оленя. Повелителя должны были казнить. Он со всем этим связан. Слуга на охоте! – и кивнула в сторону мужика в маске.

Лео бросал взгляды то на меня, то на мужика.

– Вызывай Маркуса! – прошипела я.

Мужик забрал свёрток и поспешил покинуть магазин.

Лео наконец достал кристалл связи и ввёл условные цифры, что должны были дойти до адресата. А тот по этому сигналу мог понять, где мы находились. Это было не так удобно, как мобильники в моём мире, но двигались они примерно в правильном направлении.

Я бросила продавцу, чтобы он отослал покупки в Академию, и мы поспешили за мужиком в маске.

Он неспешно шёл вверх по улице.

– Эй, эй, погоди, – рванул ко мне Лео, закончив с кристаллом. – Этот тип связан с Виспером и его маной.

С усилием, но я согласно кивнула. Наконец-то до него дошло. Что за тугодум.

Я закрыла ему рот, чтобы не шумел сильно и не привлекал ненужное внимание, и потянула в ближайший переулок.

– Проследим за ним. Поймём, куда он идёт, что забрал из лавки. Если повезёт, встретим знакомых. А потом передашь всё Маркусу, – рассказала первый план, который пришёл на ум.

– Хорошо, – кивнул Лео и вдруг стал серьёзным.

Незаметно мы проследили за мужчиной в маске до какого-то заброшенного склада за городом.

На табличках обозначались предупреждения о частной собственности, опасности, что подстерегают каждого, кто осмелится заявиться к ним.

Не долго думая и не сговариваясь, мы перемахнули через забор.

Территория хоть и охранялась двумя часовыми, была огромной. Скорее всего, и они стояли для демонстрации. Другой охраны мы не заметили, что радовало.

Заглянув в парочку складских помещений, мы не обнаружили ничего подозрительного. Только в одном стояла старая, ржавая техника. А куда именно пропал мужик в маске, мы не заметили.

Лео вновь отправил ту же комбинацию цифр Маркусу и спрятал кристалл.

– Что будем делать?

Я пожала плечами.

– Разделимся?

– Я был о тебе лучшего мнения.

Да, согласна, идея — полное дерьмо. Но нужно было что-то быстро придумать.

– Здесь наверняка есть потайной ход, – предположил Лео.

– Логично. Только нужно понять, где и как его найти.

– Есть одна мысль, – решительно отозвался Лео. – Я научился этому заклинанию у ищейки.

Он отошёл на несколько шагов назад, развернулся к тропинке и закрыл глаза.

– След! – холодно произнёс он.

Земля под ним занялась инеем. И насыщённо-зелёные глаза дракона засветились.

Лео огляделся и уверенно пошёл в ту сторону, откуда мы пришли.

Мы остановились возле склада № 3. Одного из пустых. Лео легко открыл ворота и вошёл первым.

– Следы заканчиваются здесь, – сказал он, остановившись посреди склада.

Я осмотрела пол, запорошенный старым сеном и листьями. Ничего, что бы намекало на рычаг или люк. Может, тоже какое-то заклинание?

Присела на корточки, простукивая пол на пустоты. Думай, думай. Должно быть что-то очевидное. То, что знают только члены этого грёбанного культа, чтобы они могли беспрепятственно входить и выходить.

Вход-выход? А что если…

– Да будет кристалл полон, – торжественно произнесла я приветствие, что говорили они перед началом собрания.

Выпустила немного маны. Швы люка засветились, разметая мусор. Эмблема на моём запястье проявилась, отзываясь на призыв. И люк отворился.

Глава 11. Глас серены

(Алания)

– Я потом всё объясню, – проговорила я на молчаливый вопросительный взгляд Лео. – Сейчас нам нужно идти.

Я спрятала запястье под рукавом, ибо эмблема никак не хотела исчезать.

Лео напрягся, но возражать не стал. Пропустил меня вперёд. И в целом я не вправе его осуждать. Я бы тоже насторожилась, если бы передо мной открыли портал в неизвестность человек, который, казалось, должен быть максимально далеко от всей этой неприятной хтони.

Лео вновь применил «след». Мы петляли по запутанным коридорам, пока не услышали истерические крики.

– Почему никто не сказал мне о последствиях? – орал знакомый голос. – Как мне теперь жить с этим? Я тебя спрашиваю, крыса лабораторная.

– Маркиз Хоенхайм, пожалуйста, успокойтесь, – испуганный голос и правда был похож на крысиный писк. – Мы ещё не изучили все последствия. У нас мало сырья. И ещё меньше добровольцев.

Мы подошли ближе к незакрытой белой двери, откуда доносились голоса.

– Мы должны это всё записать! – прошептала я настойчиво.

– Почему ты с собой ничего не взяла? – пробурчал Лео.

– У меня нет сумочки, – невинно улыбнулась я, показывая пустые руки.

Лео тихонько цыкнул, но достал из кармана кристалл, провёл большим пальцем по ребру, активируя.

– Добровольцы? Тебе нужны добровольцы? – взвыл Хоенхайм. – Так достань их! Или Веритас жадный до финансирования?

Лео одарил меня выразительным взглядом, в котором буквально читалось: «какого чёрта»?

Я махнула рукой, слушая дальше.

– У вас есть ровно час, чтобы это исправить! Или я сам пойду в Орден Ищеек и сдам всю вашу контору к чертям!

Я удивлённо округлила глаза и чуть приоткрыла дверь, чтобы иметь хоть какой-то обзор.

Лео шикнул на меня. Но я уже заглянула.

Большая светлая комната была заставлена клетками, закрытыми плотной тканью. Иногда оттуда доносились возня и фырканье.

В нос тут же ударил плотный животный запах.

Чуть в отдалении стояли две фигуры. С этого ракурса я почти не могла разглядеть их подробнее. Но и дурак догадается, что это были Хоенхайм и какой-то учёный.

Правда, с нашей последней встречи маркиз сильно изменился. Он горбился, опираясь на трость. И мало походил на себя.

– Помилуйте, маркиз, – «лабораторная крыса» заковыляла к одной из клеток, откинув ткань.

Комнату тут же наполнил пронзительный, пробирающий до костей, испуганный визг.

Я отпрянула от двери, закрыв уши ладонями. Казалось, от него лопались барабанные перепонки. Голова как будто взорвалась мощнейшей петардой… хотелось закричать самой, но я стиснула зубы.

Даже когда крик прекратился, в ушах всё ещё звенело. Я уже не сидела, а лежала на полу, тяжело и рвано дыша. И не могла понять, отчего перед глазами вдруг покраснело. Лео сидел передо мной, напуганный, растерянный, изо рта его тонкой струйкой текла кровь. Он что-то пытался сказать мне, поднять, но до меня доходило плохо.

Только когда я увидела бегущих к нам людей в форме с другого конца коридора и запаянную толстым слоем льда дверь, которая сотрясалась от мощных ударов, поняла, что дела плохи.

– Поднимайся, Алания, – донёсся до меня сквозь звон голос Лео. Приглушённый, словно из-под толщи воды.

С трудом я всё же встала на ноги. Он взвалил меня себе на спину и понёсся по коридорам обратно к выходу.

Проблема оказалась достаточно прозаичной. Из-за одинаковых стен, освещения, без нормальных ориентиров или опознавательных знаков мы быстро заблудились.

Лео ругался себе под нос, натыкался на очередной тупик или охрану, что загораживала дорогу. Мы только чудом не попадались им в руки.

– Может, ты меня отпустишь? Я могу идти сама, – проговорила я.

– Может, ты наколдуешь выход? – язвительно спросил Лео.

Он тяжело дышал, уворачиваясь от очередного магического шара, который запустила стража.

– С удовольствием. Но я без понятия, где он.

Лео резко остановился на очередном тупике и всё же отпустил меня.

Я заметила неприметную дверь и потянула дракона к ней. Осмотрелась — коридор пока был пуст, но крики стражи слышались довольно близко. Обычным способом дверь не поддавалась. Лео посмотрел на меня как-то странно, а затем просто произнёс:

– Откройся.

Я неловко улыбнулась.

– Упс, хех. Переволновалась.

Мы затолкались в маленькое помещение с вентиляцией. Пахло затхлостью, пылью и гниющей тканью. Я закрыла нос ладонью, оставшись в полной темноте, как только дверь закрылась. Прошло всего пара минут, когда мимо пронеслась стража. Судя по топоту, их была целая толпа.

– И как мы будем выбираться? – поинтересовался Лео с неуместной, как мне показалось, улыбочкой.

Я пожала плечами, но вовремя вспомнила, что он скорее всего меня не видит. Не знаю, когда вернёмся, но я точно возьмусь за изучение физиологии драконов!

– Может, ты снова применишь «след»? Поищем наши следы и по ним вернёмся? – предложила я.

– Нет, не вариант, – тут же отрезал он. – Во-первых, мы уже много натоптали. Сами запутаемся, где следы ведут к выходу, а где к очередному тупику. Во-вторых, скорее всего часть из них затоптала охрана.

Я обречённо опустила голову. Попали так попали.

– Но ты ведь знала, как сюда попасть. Тебе и выход должен быть известен.

– Я не знала, просто предположила.

– Слишком уж метко ты предположила.

В голосе Лео чувствовалось подозрение.

Я лишь пожала плечами, снова забыв, что он меня не видит.

– Что это был за дракон? – спросила я, переводя разговор. – Его крик… такой… такой… — я не знала, как подобрать слова. — У меня голова чуть не взорвалась, и силы разом покинули. Ты почувствовал?

Глаза немного привыкли к темноте. Я смогла различить силуэт Лео. Он почесал пальцем кончик носа.

– Скорее всего морской. Их ещё «серенами» называют. Взрослые особи своим криком убивают человека. Это скорее всего был детёныш. Но у нас к такому иммунитет.

– А кровь у тебя тогда откуда? И почему те двое не вырубились?

– Маркиз из-за маны Виспера, скорее всего, – задумчиво ответил Лео. – У второго скорее всего тоже какой-то иммунитет. – Он подошёл к двери, прислушиваясь. – Когда ты упала, дверь открылась. Я растерялся, честно признаться. В общем, нас заметил тип в халате. Сказал маркизу, а тот бросился в нашу сторону. Я получил по лицу, между прочим.

Он сейчас на жалость пытается надавить?

– Ой, мне так жаль, – язвительно проговорила я.

– Тихо, – шикнул Лео, резко выбросив руку перед собой.

Из коридора вновь донеслись шаги. Несколько пар обуви остановились прямо напротив.

– Видели их? – спросил первый охранник.

– Как в лаву провалились, – ответил ему второй.

– Может, они давно ушли? – предположил третий. – Как-то же они пробрались в лабораторию.

– Ты не видел девчонку? Она дочка босса. Естественно она знает, как сюда попасть.

Я отрицательно и возмущённо покачала головой. Ну что за стереотипы?

– А второй кто?

– Без понятия. Кто-то из этих… рогатых аристократов. Зачем она его сюда привела, вот важный вопрос.

Голоса стали отдаляться, продолжая обсуждать наше вторжение. Я даже облегчённо выдохнула. Но напряжённое пыхтение позади подняло волоски на руках.

– Дочка босса, – задумчиво повторил Лео.

– Родителей не выбирают, – буркнула я. – Надо выбираться. Мы не можем сидеть здесь вечно.

Лео помолчал некоторое время.

– Можно попробовать одно заклинание. Но не уверен, что оно сработает. Его Эйдан изобрёл, но ещё ни разу не довелось им воспользоваться.

– Вот. Отличная возможность, – подбадривающе проговорила я. – Давай-давай, действуй.

Лео обречённо выдохнул и послушно вышел в коридор. Мы огляделись, чтобы точно никакой стражи не было, хоть коридор и выглядел пустым — кто знает, откуда вырулит противник.

– Околос вижн, – честно произнёс Лео.

Его глаза засветились и начали хаотично двигаться. Я нервно стояла рядом, отстукивая быстрый ритм мыском сапога, следя за периметром.

– Туда, – быстро сказал Лео, указывая в направление, откуда мы прибежали.

Снова запетляли коридоры. Бесконечные. Одинаковые. Мы двигались перебежками. Останавливались, прячась за колоннами или в непонятных пустых лабораториях. Казалось, Лео предугадывал перемещение стражи заранее. Знал, где они остановились или в какую сторону двигались.

Однако в этот раз мы быстро добрались до знакомой лестницы, по которой спустились несколько часов назад.

– Да будет кристалл полон! – на бегу крикнула я, направляя ману на очертания люка в потолке.

И в тот же момент, когда крышка полностью открылась и лестницу осветил уличный свет, позади прозвучали голоса стражи.

– Вот они!

– Не дайте им уйти!

Вспышка маны просвистела возле моего лица, когда я уже была на первой ступеньке. Обернулась, чтобы убедиться, что Лео тоже бежит за мной, но от увиденного замерла как вкопанная. Глаза мои расширились от ужаса и осознания…

– Лео! – крикнула я, но дракон меня словно не слышал.

Его тело лежало на полу в луже собственной крови.

Глава 12. Лисья свадьба

(Маркус)

Я не мог до конца понять, какого драконьего жала они полезли туда одни.

Территория пусть и выглядела пустынной, двое часовых на входе настораживали. Я чувствовал энергию по меньшей мере сотни человек. Глубоко под землёй. Следы давно развеялись. Я не мог понять, под каким из складов находится тайный ход. А то, что мне нужен был именно склад, я знал точно. Лео отправил мне сообщение из помещения. Но точных координат не передал. Что-то помешало.

Территория складов почти не патрулировалась. Часовые стояли для вида. Значит, они были уверены, что никто чужой не проникнет туда, куда проникать не следует. А эти двое…

Я ещё мог понять леди Аланию. С ней последнее время происходило что-то странное. Её мана колебалась. Конечно, для людей это не было нечто неожиданным. Однако эти колебания вызывали не истощение, а именно её эмоции. Поэтому я настроился на наиболее устойчивую ману Лео.

Какое-то время они перемещались хаотично. Я терпеливо ждал, когда хаос остановится. Прислушивался к остальным людям, или не совсем людям, что были внизу. Почувствовал отголоски силы диких драконов. Слабых и истощённых. Что ж, по крайней мере, мы нашли штаб контрабандистов. К сожалению, после такого вторжения они его прикроют.

Какое-то время спустя мана Лео начала двигаться более осознанно. Они приближались, поднимались выше. И я следовал за ней.

Склад № 3 слегка завибрировал, отзываясь на чью-то силу.

В полу засветился и открылся люк. И из него донёсся пронзительный крик леди Алании.

– Лео!

Я бросился к люку, но оттуда почти сразу мне в руки выскочила леди Алания. Она вцепилась в меня с такой силой, словно собиралась оторвать рукава от пиджака.

Её трясло, дыхание сбилось. В больших глазах читался неприкрытый страх.

– Идём. Идём скорее! – она потянула меня прочь из склада.

– Где Лео, леди Алания? – я схватил её за запястье.

Она вырвалась и сама вновь потянула к выходу.

– Там. Он там. Но прошу, давай уйдём. Пожалуйста.

Она продолжала тянуть меня, и я поддался. Снизу слышались крики стражи. Колебания их маны смешивались с её колебаниями, что вызывало у меня головокружение и тошноту. Я не мог разобрать, что происходит там внизу и почему мана Лео вдруг пропала.

Недолго думая, я всё же схватил леди Аланию под бока, расправил крылья и взлетел вверх, пробив маной потолок. Стоило улететь в сторону леса, чтобы затеряться в кронах, а затем спокойно выйти к городу.

Она всхлипнула и замолчала. Её тело напряглось, и она старалась не шевелиться. Хорошее решение. Чем меньше она будет двигаться, тем легче мне её нести.

Посмотрел вниз, заметив, как из люка выбрался человек. В отличие от остальных его мана была более стабильной. Она буквально сочилась через его тело, через золотистые прожилки на коже.

Он пронзительно закричал, от чего я едва не потерял равновесие. Леди Алания сжалась, закрыв ладонями уши. Я точно знаю этот глас.

Глас серены. Морского дикого дракона, что в древности топил корабли, по легендам.

Человек вдруг расправил чёрные перепончатые крылья и без особой сложности взлетел за мной.

Его движения были резкими, словно он впервые ими пользовался и ещё не до конца успел разобраться.

В этом было наше преимущество.

Я направился к лесу. Легко маневрируя между ветвями, даже с грузом на руках. Нечто же цеплялось за каждое препятствие. Ревело так, словно своим криком собиралось уничтожить каждого, кто встанет у него на пути. От него летели щепки. Он рвал свои крылья, но продолжал нас преследовать.

Когда же мы немного оторвались от преследования, я опустился на землю. Спину надрывало от интенсивной погони. Я не привык так использовать свои крылья.

Я прислонился к одному из деревьев, нагнувшись, и пытался отдышаться.

Леди Алания села прямо на землю. Опустив голову в ладони, она бормотала что-то неразборчивое.

– Так жаль… не нужно было… прости… Прости…

– Леди Алания, – хрипло позвал я её, переведя дыхание. – Что там произошло? Что с Лео?

Она мельком подняла на меня потрясённый взгляд и заплакала.

Послышался треск деревьев совсем рядом. И, мерцая, в нашу сторону летела шаровая молния.

Я выругался про себя и выставил руку перед собой. Молния врезалась в невидимый барьер, разметаясь искрами в разные стороны.

– Эй, Сальваторе, думал, я тебя не узнаю? – рассмеялся некто. – Подсунул своих шавок и решил, что останетесь безнаказанными?

Я не ответил. Подошёл к леди Алании и поставил её на ноги. Сейчас нам нужно было очень медленно и тихо уйти, пока он нас окончательно не заметил. А с подавленной и напуганной девушкой на руках сделать это, мягко говоря, трудно.

Как на зло заморосил мелкий дождик. Несмотря на то, что погода была ясной. Лучи пробивались сквозь листву. Ровно как и капли дождя. И если мои догадки верны и этот человек поглотил силы морского дракона — в такую погоду у него явное преимущество. Даже если сейчас он этого не понимает. Рано или поздно ему удастся разобраться.

Я остановился, поражённый догадкой.

Рано или поздно не наступит, если его остановить сейчас.

Я огляделся в поиске безопасного места для леди. Я дам ему преимущество, если она будет рядом.

– Выходи, Сальваторе. Давно мне грела душу мысль хоть с одним драконьим выродком поквитаться.

Кажется, ему хотелось вывести меня на эмоции. Но вряд ли хоть кого-то из великих драконьих домов заденут его слова.

Я усадил леди Аланию между массивными корнями дуба и поставил над ней прозрачный, но прочный щит.

– Не покидай это место, пока я не приду, – предупредил её.

Леди кивнула. И только тогда я вновь расправил крылья и взлетел над кронами.

Человек бушевал совсем в другой стороне от того места, где я оставил девушку. Я остановился над ним. Люди менее чувствительны к чужой мане, видимо даже с силами диких драконов это не изменилось, потому что маркиз меня не заметил.

Я лишь хмыкнул. Собрал в ладони сгусток чистой энергии и метко бросил в противника. Тот не сразу понял, что именно ударило его в спину. Но по всей видимости моя атака его сильно разозлила.

Он бросился на меня с голыми руками. Его ладони чернели и обретали черты звериных лап. Маркиз рывком оказался напротив и полоснул воздух совсем рядом. Я успел увернуться.

– Это ты маркиз Хоенхайм? – спросил я, уворачиваясь от его атаки.

Человек вновь взревел. Его лицо покрылось чешуёй. Глаза больше напоминали две бездны, в которых плескался золотой вертикальный зрачок. Я впервые видел нечто настолько поражающее.

– Щенок, как ты смеешь фамильярничать со мной! – ещё больше разозлился маркиз. – Уничтожу тебя. Разорву на мелкие кусочки и скормлю лабораторным крысам.

– Чем вы занимались в той лаборатории под складами? Это и есть эксперименты с маной? Как вам удалось слить ману человека и дракона? – спокойно спрашивал я.

Дождь не прекращался. Одежда и крылья намокли. Передвигаться по воздуху становилось тяжелее. При этом ещё приходилось уворачиваться от его рваных атак. Держаться и пока не атаковать в ответ.

– Думаешь, я стану отвечать на твои вопросы, щенок? Замри на месте и дай мне тебя покромсать! – взвыл маркиз.

Казалось, он совсем не выдохся за то время, что преследовал нас. Дождь придавал ему сил. Серены свободнее чувствовали себя в водной стихии.

– С леди был ещё один дракон. Что вы с ним сделали?

– То же самое, что я собираюсь сделать с тобой!

Маркиз вновь резко рванул вперёд, я же обречённо выдохнул. Видимо, пора было с этим покончить. Я перехватил его запястье, сжав с такой силой, что услышал хруст костей.

Маркиз затрепыхался, попытался вырваться, но я держал крепко. Открыл рот, чтобы оглушить своим криком, но я зажал его ладонью и полетел вниз. Впечатав маркиза в землю. Тот сразу обмяк. Крылья его исчезли. Но руки и лицо остались прежними.

Я поправил пиджак и достал кристалл, чтобы передать своё местоположение Ордену Ищеек.

Леди Аланию нашёл там же, где я её оставил. Она немного успокоилась, потому что озадаченно смотрела, как капли дождя разбиваются о невидимую преграду.

Я снял барьер. И лёгкий дождик намочил ей волосы. Она перевела взгляд на меня.

– Где-то недалеко лисы играют свадьбу, – произнесла она вдруг.

Я озадаченно выгнул бровь.

– Лисы?

– Есть такое поверье. Если дождь идёт в солнечную погоду, значит духи лис играют свадьбу, – смущённо пояснила она.

Последние капли задержались на листве и прилетели на кончик её носа. Леди Алания забавно поморщилась и стёрла их указательным пальцем.

– Никогда не слышал о таком поверье, – признался я.

Её лицо вытянулось от удивления, а затем, словно что-то вспомнив, она неловко пнула камешек.

– Да, оно… не отсюда, – выпалила леди. – Что с маркизом?

– Ничего. Ослаб и сбежал, – соврал я и тут же почувствовал, как кольнуло в груди.

Это вынужденная ложь. Ей сейчас не нужно знать больше, чем она уже успела узнать.

Леди Алания просто кивнула. Похлопала по карманам на шортах и протянула мне кристалл.

– Мы немного подслушали… там. Не знаю, сколько он успел записать. Но вдруг пригодится…

Я заметил, что кристалл всё ещё мерцал, а значит до сих пор записывал. Не стал говорить ей это. Просто незаметно провёл большим пальцем по ребру вверх и положил его в карман.

Глава 13. Под ритм суеты

(Алания)

Эмма ворвалась в мою комнату в общежитии на следующий день. Как оказалось, её подослали родители, когда узнали, что мы ворвались в одну из их лабораторий.

Конечно, я не думала, что это окажется незамеченным. Однако родители настоящей Алании не могли официально обвинить ни Лео, который пропал после нашего вторжения, ни Маркуса в проникновении на частную территорию. Но зато я стала официальным козлом отпущения.

Они считали, что меня теперь можно контролировать руками Эммы?

Ха!

Не на ту нарвались. Меня в прошлой жизни дёргали за ниточки все, кому не лень. В этой я уже не позволю собой манипулировать.

Таким образом, я решила просто прятаться от навязчивой горничной. Либо всегда быть на виду толпы, либо моих подруг. Пока что план был идеальным, проблема возникнет, когда я вернусь вечером в комнату. Мне всё равно придётся остаться с Эммой наедине. И делать вид, что раскаиваюсь.

Конечно, я не раскаиваюсь! Я злюсь на то, что Маркус и Эйдан теперь не считали меня союзницей, несмотря на то, что я спасла Виспера. Ведь мне пришлось оставить Лео.

Я правда пыталась ему помочь. Поднять, растормошить, остановить кровь, из-за которой чуть не потеряла сознание и пришлось выбросить перчатки. Я не могла нормально использовать заклинания, потому что мана колебалась так, что кольцо с магической рудой треснуло. А когда я увидела то чудовище, что на нечеловеческой скорости мчалось на меня, распихивая стражу, инстинкт самосохранения сработал на сто процентов. Я выбрала бежать, прихватив с собой кристалл, на который Лео записал разговор.

Благо на складе оказался Маркус. Как же я была благодарна всем местным богам, что он послушался меня и не полез в лабораторию геройствовать. Хоть сейчас и понимала, как ему хотелось спасти друга. Наверняка хотелось.

Что стало с тем чудовищем, мне, если честно, не интересно. Но Лео!

Я почти не спала эту ночь. Мне было чертовски страшно просто закрыть глаза. Но ещё я думала, как бы мне пробраться обратно. Освободить несчастных драконов и выяснить, что произошло с Лео.

Мне претила мысль, что он мог там погибнуть. Думаю, как и Маркусу.

Поэтому, когда на одной из перемен он прижал меня к стене в пустом коридоре, это могло бы выглядеть романтично. В другом контексте…

– Что всё это значит, леди Алания? – спросил Лорд Дракончик, отрезая мне все пути к отступлению с обеих сторон.

Я переводила непонимающий взгляд с Маркуса на Эйдана, что стоял рядом, спокойно скрестив руки на груди.

– Что именно? – переспросила я.

– Это, – спокойно ответил Эйдан и включил запись на кристалле.

– Ты не видел девчонку? Она дочка босса. Естественно, она знает, как сюда попасть.

– Дочка босса, – переспросил Лео.

– Родителей не выбирают.

– Да будет кристалл полон!

О, это уже была я. Если честно, плохо помню все эти моменты. После того, как увидела Лео и маркиза, память как отшибло.

– Веритас не просто связаны с лабораторией, – начал рассуждать Маркус. – Твоя семья главная. И ты это знала.

Ну конечно, раз Алания дочь Лоренцо и Изабеллы, значит она связана с их тёмными делишками. Я возмущённо открыла рот, но обнаружила, что вновь не могу произнести и звука. Проклятая печать!

– Ты знала, как пробраться в лабораторию. Ты специально повела туда Лео?

Да не знала я! Просто предположила.

– Нет! – выпалила я. – Мы встретили… — Я замялась, лихорадочно соображая, как лучше завуалировать, чтобы они оба поняли. Потому что запястье начало жечь.

– Кого вы встретили? – спросил Эйдан.

– Встретили… «Безликого».

Маркус нахмурился. Взгляд Эйдана на секунду расслабился. Он посмотрел на друга, но не заметив ничего странного в его поведении, никаких знаков, снова перевёл взгляд на меня.

– «Безликий», – вновь повторила я, проведя ладонью по лицу, намекая на маску. Но драконы видимо не поняли, что я имела в виду. – Он купил что-то в лавке с зельями, в которую мы пошли с Лео. И я решила за ним проследить. «Безликий» довёл нас до тех складов.

– Откуда ты знаешь, как попасть в лабораторию?

– Я — Веритас.

– И ты с ними заодно? – спросил Эйдан.

– Не могу сказать, – выпалила я, горло обожгло.

– Почему?

Я скосила взгляд на своё запястье, на котором проступила эмблема нашего рода.

Маркус проследил за моим взглядом. Взял ладонь и приподнял рукав.

Эйдан нахмурился.

– Герб рода Веритас?

Маркус задумчиво молчал, продолжая держать меня за руку. А затем, словно осознав это, отпустил и сделал шаг назад.

– Родовое проклятие обычно отмечается эмблемой с гербом, – произнёс он.

Я активно закивала.

– Ты не можешь прямо говорить о том, что связано с делами твоей семьи?

Я снова активно закивала, и застыла — пронзила неприятная боль.

– Вот же, – промычала я, схватившись за голову.

Маркус и Эйдан синхронно обречённо выдохнули.

– Леди Алания, – раздался голос Эммы с другого конца коридора.

Забыв про боль, я резко выпрямилась и повернула голову в сторону моей личной горничной, которая стремительно приблизилась к нам с воинственным видом. И можно было сперва подумать, что она мчится, чтобы защитить честь госпожи. Но скорее всего, чтобы проконтролировать, не сказала ли я ничего лишнего.

И возможно оградить от излишнего внимания Сальваторе.

– Она на стороне Веритас? – спросил Маркус, но думаю, он и сам догадался по моему напуганному виду.

– Не могу сказать, – пискнула я и спряталась за его спину.

– Леди Алания, я ищу вас по всей Академии. Вам не положено так близко общаться с… — Эмма не договорила.

– О, нет, любимый, нас пытаются разлучить, – трагично выпалила я.

Маркус растерянно замер, лицо его залила краска. Он даже попытался отстраниться, но я схватила его за руку и прижалась ближе.

Эйдан едва сдержал улыбку, пытаясь сохранить серьёзное выражение на лице. И у него это неплохо получалось.

– Миссис, позвольте им побыть наедине, – подхватил мою игру Эйдан, пока Лорд Дракончик стоял как вкопанный и чуть ли не дымился от смущения. – Обещаю проследить, чтобы целомудрие вашей госпожи оставалось в целости и сохранности. До самой свадьбы.

– Что? – опешила Эмма. – Нет, я не об этом… Точнее, и об этом тоже… — она покачала головой. — Леди Аланию ждут госпожа и господин Веритас.

Я пустила несчастную слезу.

– Ах, любимый, ничто не вечно. Нам придётся снова расстаться. Мы и так нечасто видимся, даже в стенах одной академии. Это так несправедливо.

– Миссис, у вас и правда нет сердца, – вторил мне Эйдан.

– Но… но… я просто, — растерялась Эмма.

– Неужели вы не хотите счастья для своей подопечной? Только посмотрите, как они влюблены, – вошёл во вкус Эйдан.

Я не отлипала от Маркуса, пытаясь сделать влюблённый взгляд. Маркус словно одеревенел, рвано повернул ко мне голову.

– Да, это… кхм, — неубедительно начал он.

Для эффекта не хватало лепестков роз, что разлетались бы вокруг нас. Вероятно, со стороны это выглядело больше комично. Но Эйдан справлялся со своей ролью прекрасно.

– А? — опешила Эмма. — Ко… конечно хочу.

– Дайте им ещё пару часов. Вот увидите, он встретится со своими родителями вовремя, — гнул свою линию Эйдан.

Уголки его губ подрагивали. Ещё бы немного, и мы оба сорвались бы на дичайший смех. И весь этот спектакль разрушился бы. Но Маркус вовремя оттаял. И мы все втроём медленно, шажочек за шажочком растворились за поворотом.

Я чувствовала, как сильно нагрелось его тело. Стало физически невыносимо держать его за руку. И как только мы ушли на достаточное расстояние, я отпустила его.

– Эй, Маркус, ты только не злись, — примирительно проговорил Эйдан.

– Я не злюсь, — глухо отозвался Лорд Дракончик.

– Точно? — уточнил Эйдан.

Я благоразумно молчала, стоя в стороне.

Маркус кашлянул, прочистив горло, и педантично стряхнул невидимую пыль с пиджака.

– Это нормально, что его одежда дымится? — шепнула я Эйдану.

Тот очень уверенно улыбнулся и покачал головой.

– Забудем этот инцидент, — сказал Маркус строго.

Мы с Эйданом синхронно закивали. Хотя обоих буквально разрывало от смеха.

– И обсудим наш дальнейший план.

Глава 14. Культ наносит ответный удар

(Алания)

Я продолжила старательно учиться и игнорировать Эмму.

Пропажу Лео заметили довольно быстро. Особенно Вивиен. И пусть она особо не показывала своей обеспокоенности, учиться стала заметно хуже.

Казалось, её мотивация снизилась с исчезновением главного негласного конкурента. Я всё чаще стала замечать её задумчивый взгляд в окно.

Теа пыталась подбодрить подругу и предложила стать временным соперником по учёбе, пока Лео не вернётся, но Вивиен вежливо отказалась.

Эмма продолжила требовать о встрече с «родителями». Я выдумывала самые нелепые причины, чтобы этого не делать.

Так прошло три дня.

Три дня относительного спокойствия, когда я ещё понимала, что происходит и куда мы движемся.

За это время под покровом ночи нам с Маркусом, Эйданом и двумя ищейками удалось снова побывать в той лаборатории. Но, как и предполагалось, помещения были пусты. Все документы и оборудование вывезли. Остались только никому не нужные столы, стулья, пустые шкафы. Даже клетки все вывезли. Ни одной пустой не осталось.

Но и в этой бесполезной пустоте Эйдану удалось найти нечто полезное.

Небольшая карта страны всё ещё висела на стене. На ней цветными булавками были отмечены точки. Также в паре комнат Эйдан нашёл разорванные и полусгоревшие клочки бумаг с фрагментами чертежей и формул.

И кости. Множество мелких костей в комнате с обугленными стенками. К счастью для нас, все они принадлежали диким драконам. Это давало нам надежду, что Лео ещё жив.

– Леди Алания, есть кое-что, что я хотел бы обсудить, – начал Лорд Дракончик издалека, когда мы вышли из лаборатории.

– Внимательно слушаю, – отозвалась я.

– Ты должна встретиться с родителями и записать всё, что они скажут.

– На самом деле, – осторожно проговорила я, – мне бы хотелось как раз-таки этого избежать…

– Понимаю, – кивнул Маркус. – Но пока это наш единственный способ выяснить их замысел. Так как ты не можешь прямо говорить о культе и их экспериментах, а твои метафоры не всегда понятны.

– Это мягко сказано, – встрял Эйдан, согласно кивнув.

Я пожала плечами, абсолютно не обидевшись. «Сила тунца» действительно звучит так себе.

– А что если просто проследить за моим отцом? – предложила я. – А? Как вам идея? Почитать переписку? Поговорить с людьми, с которыми он общается.

– Да, в первую очередь мы именно этим и занимались, – совершенно серьёзно ответил Эйдан. – Твой отец чист настолько, насколько может быть чистым аристократ, занимающийся добычей магической руды.

– То есть ничем подозрительным он не занимается и финансы тоже в порядке? – всё ещё настаивала я.

– Он отмывает часть средств стандартными способами, – кивнул Маркус. – Закупает новые пустые шахты. Мы проверили часть. Там пусто.

– Часть, но не все!

– Леди Алания, если мы будем проверять все маленькие пещеры, которые скупил твой отец и выдаёт за шахты, мы закончим в следующем веке.

Я поникла.

– Мне придётся говорить с ними?

– Тебе придётся говорить с ними.

Мне пришлось увидеться с Изабеллой и Лоренцо дэ Веритас.

Пришлось ехать в само поместье вместе с Эммой. Которая пыталась вбить мне в голову вину за то, что я не следую заветам и приказам «папеньки». Что иду против них. Ведь я их родная дочь, а значит должна забыть свою строптивость и беспрекословно слушаться родителей.

– Первым делом, как приедете, падите им в ноги и просите прощения, – настаивала Эмма.

Я в очередной раз закатила глаза, смотря, как за окном медленно протекает лесная полоса.

– Не нужно закатывать глаза. Слушайте, что вам говорят старшие, леди Алания. Вы ещё юны и неразумны. Все в вашем возрасте совершают ошибки. Но будьте мудры и признайте, что были не правы.

Я промолчала.

Она глубоко погрязла в той ереси, какую задумали Веритас. Конечно, ей поздно что-либо доказывать. Поэтому проще согласиться и сделать вид, что я всё осознала.

В поместье меня встречала только младшая сестра Ливия. Она кинулась обниматься прямо с порога.

Я же вела себя настороженно. Если и Ливия замешана в этом, в поместье мне нет союзников.

Но на моё счастье, Ливию попросили дождаться меня за дверью.

Как только тяжёлые двери отцовского кабинета затворились за моей спиной, отрезая от безопасной компании сестры, Изабелла тут же без слов влепила мне пощёчину.

В целом примерно такого приёма я и ждала.

– Как ты могла спеться с щенком Сальваторе? – прошипела она, схватив меня за плечи и хорошенько встряхнув.

Я незаметно полезла в карман, чтобы включить запись на кристалле.

Облизнула губы и совершенно спокойно ответила.

– Вы же сами нас с ним сосватали, так в чём проблема?

– Ты ещё дерзить мне вздумала?

– Изабелла, – прикрикнул на жену Лоренцо.

Та отпустила меня и сделала шаг к мужу, что стоял возле массивного стола.

– Что Сальваторе удалось выяснить? – холодно спросил Лоренцо.

– Ничего, – также холодно ответила я, не отводя от мужчины взгляда.

– Ты отнесла ему ослабевшего дракона? – он взмахнул рукой, и эмблема на моей руке отозвалась на его ману, обжигая кожу.

– Я его вылечила.

– Вылечила? – удивился Лоренцо. – Каким образом? Ты же понимаешь, как абсурдно это звучит? Дракон лишился маны. Фактически он лишился своих жизненных сил, а ты взяла и вылечила его? Что ты сделала?

– Приготовила зелье, – нехотя ответила я под воздействием эмблемы. Она обожгла кожу сильнее, и я начала перечислять ингредиенты, которые использовала. – И… кровь… Маркуса Сальваторе.

Наступило долгое молчание. Изабелла отступила от меня к мужу. Тот нахмурился, размышляя о чём-то про себя.

– Где сейчас дракон?

– В общежитии при Академии. В комнате Маркуса.

– Свободна, Алания, – махнул рукой Лоренцо.

Я почувствовала, как меня будто отпустили железные тиски. Запястье перестало жечь. Я вдохнула полной грудью и выпалила.

– Где сейчас Лео Амати?

– Кто? – снисходительно переспросил Лоренцо.

– Дракон, который был со мной в лаборатории.

Мужчина усмехнулся.

– Не имею ни малейшего понятия. Но и у меня есть к тебе встречный вопрос, дочь. Куда щенок Сальваторе дел маркиза Хоенхайма?

Я потупилась.

– Не знаю. Я его не видела после того, как мы сбежали.

Руку снова обожгло чужой маной. Я стиснула зубы и повторила.

– Сказала же: не знаю.

– Хм, – Лоренцо погладил подбородок большим и указательным пальцем. Но ответом удовлетворился. – Иди, Алания. Завтра ты вернёшься в Академию. И впредь я запрещаю тебе общаться с Сальваторе до свадьбы.

– Ага, – буркнула я и быстро скрылась за дверью, чтобы ненароком больше ничего не спросили.

Ливия вместе с Эммой ждали меня в коридоре. Так что подслушать парочку Веритас я при всём желании больше не могла.

– Сестрёнка, у тебя щека красная, – обеспокоенно воскликнула Ливия. – Мама опять тебя ударила?

Опять? Это не первый раз? Я снова покосилась на массивную деревянную дверь. Алания, выходит, и до меня ты была не такой уж и паинькой.

Я вновь незаметно отключила кристалл и улыбнулась сестре.

– Ничего страшного. Поругались, помирились, обычное дело. Лучше расскажи, как ты тут без меня.

Ливия кивнула. И принялась жаловаться, как преподаватели заваливают её домашкой.

У меня никогда не было младшей сестрёнки. Но я всегда представляла её примерно такой же, как Ливия. Она буквально воплощение моей мечты о младших сёстрах.

Весёлая, отзывчивая, заботливая. Мне даже стало стыдно просить её проследить за «родителями». Я разжалобила её рассказами о милых дракончиках, которых мучают злые людишки. А также пообещала познакомить её с Виспером.

Ливия поколебалась, но всё же согласилась. И я надеялась, что она сдержит слово.

Возвращалась в Академию я очень рано. Ещё даже солнце не встало. Мне хотелось поскорее выбраться из поместья. Академия казалась безопаснее гнезда, в котором я провела первые месяцы, когда попала в этот мир.

Тем более что первой парой должно было быть зельеварение.

Я почти не опоздала. Влетела в аудиторию со звонком. Не выспавшись, зато в относительной безопасности, как я думала.

И зельеварение действительно прошло хорошо. Мы разбирали состав лосьона для заживления сложных ран.

Однако конец лекции не был таким же спокойным и однозначным.

По Академии прошла волна маны, а затем здание тряхнуло от взрыва. Зашатался огромный светильник под потолком. Преподаватель едва не свалился с кафедры. А я вцепилась в парту.

В коридоре послышалась возня. Топот и крики. Преподаватель выглянул наружу.

– Общежитие горит!

Глава 15. Разлом

(Алания)

– Общежитие горит! – крикнули из коридора.

Я тут же подскочила с места. Самая первая. За мной повскакивали и остальные. Подлетела к окну. С этого ракурса плохо было видно, но чёрный столб дыма над общежитием виднелся отлично.

– Что случилось?

– Кто это сделал?

– Пострадавшие есть?

Сыпались вопросы однокурсников. И мне ведь и правда хотелось ответить. На каждый из них. И пусть все бы меня поддержали. Но думаю, тех, кто встал бы на мою сторону, оказалось бы больше.

Вместо этого я бросилась в коридор.

– Алания, куда ты? – крикнула мне в спину Теа.

Я махнула рукой, даже не обернувшись. Проигнорировала преподавателя, который пытался меня остановить, и побежала в сторону аудиторий, где должен был заниматься Маркус.

Я ведь собиралась встретиться с ним до занятий. Но не успела, потому что опаздывала. Решила отложить до перемены. Кто же знал, что мои родители будут так оперативны. Их похвалить бы за скорость.

Я столкнулась в коридоре с Эйданом, когда он выходил из своей аудитории, одевая пиджак. Чуть не сбила его с ног. Благо он успел удержать меня за талию.

– Не беги так, это опасно, – проговорил он.

Я нервно сглотнула и протянула ему кристалл.

– Это они!

– Мы догадались. Маркус направился в общежитие.

– Он там один? – я подозрительно выгнула брови.

– Я как раз иду ему на помощь.

– Я с тобой.

– Нет, – он качнул головой. – Это опасно.

– Я знаю! Но чем дольше мы спорим, тем больше теряем время. Я всё равно пойду. Я знаю, где находится общежитие.

Эйдан горько выдохнул. Почесал затылок, но согласился.

– Вот и отлично! – выдала я.

Однако, когда он подхватил меня на руки и расправил крылья, энтузиазма у меня поубавилось.

Я всё ещё помнила тот полёт с Маркусом. Я тогда вообще старалась не шевелиться и не думать, кто окажется на земле быстрее: я или мой обед.

И вот сейчас всё повторяется. Я зажмурилась, обхватив покрепче его шею, и постаралась успокоить бешено колотящееся сердце.

В целом, если представить, что я не лечу на драконе, а еду в поезде с приоткрытым окном, это можно вытерпеть. Именно поэтому я не заметила, когда мы оказались на месте.

Перед общежитием уже собралась толпа студентов-зевак. А в небе кружили странные существа, чем-то напоминающие маркиза, которого мы встретили в лаборатории.

Я с ужасом заметила между ними и Маркуса. Он отбивался от их атак, но сам атаковать не успевал.

Оставив меня среди студентов, Эйдан взмыл на помощь другу. Сразу сбив довольно резвое чудовище шаром чистой энергии.

Я, недолго думая, рванула в здание. Несмотря на то, что на входе дежурил преподаватель.

Внутри царил чистый хаос. Студентов в здании в это время было немного. Но всё же ещё не все они успели выбраться. Многие болели или просто успели надышаться дымом. Их выносили на носилках или на руках.

– Стой! Туда нельзя! Опасно! – крикнул мне вслед мужчина, лица которого я не разглядела.

И не особо слушала его. Важно было одно: в порядке ли Виспер.

Я влетела на нужный этаж даже не запыхавшись. Прикрыла ладонью нос и нижнюю половину лица.

Часть этажа горела. Часть тлела. Что-то успели залить водой. Но дым был густым, тяжёлым. Я закашляла. Услышала копошение напротив комнаты Маркуса и бросилась туда.

Она была пустой. Только на полу, кашляя чем-то чёрным и густым, сидело сгорбившись чудовище.

Оно хваталось за живот, не в силах остановить чёрную жидкость. А всё всхлипывало, как маленький ребёнок.

Я собрала в ладони немного маны, сформировав её в огненный шар, и направила на чудовище. Однако, когда оно повернулось ко мне лицом, я застыла. Из тёмных провалов, в которых виднелись только золотые вертикальные зрачки, текли слёзы.

– Госпожа… леди Алания, – просипело оно.

И в этом чужеродном хрипе я услышала проблеск знакомого голоса.

– Мира? – не поверила я.

– Госпожа, – воскликнула она и вдруг бросилась на меня, выставив вперёд когтистую лапу.

Я еле успела увернуться. Выбежала в коридор, но дверь закрыть за собой не успела.

Мира легко оторвала кусок деревянной поверхности и раздавила его в щепки.

Я бросила в неё огненный шар, лишь слегка подпалив и без того чёрную кожу на груди, и как можно быстрее бросилась в комнату Маркуса. Правда зря я это сделала. Потому что половины его комнаты просто не было.

А хотя…

Я быстро отошла в сторону. В этот же момент Мира со всей силы врезалась в дверной проём, сорвала остатки двери с петель и с этой дверью полетела вниз.

– Виспер! – крикнула я.

Но дракончика нигде не было. Зато снизу послышалось хриплое:

– Госпожа… зачем вы прогнали меня?

Чудовище с лицом Миры легко карабкалось по обломкам общежития. Перепончатые крылья безжизненно висели за её спиной.

Я выругалась про себя.

– А зачем ты меня предала? – спросила я в ответ.

– Мира не предавала госпожу. Мира защищала госпожу. Если бы Мира не делала то, что говорили родители госпожи, вы бы остались наедине с Эммой. Эмма плохая. Держитесь подальше от Эммы.

– Я услышала тебя, – отозвалась я. – Но, Мира, ты ещё на моей стороне?

Мира подтянулась к куску бетонной плиты, на которой я стояла. Из провала показалась её макушка.

– Мира всегда была на вашей стороне, – прохрипела она.

Я шмыгнула носом.

– Тогда отнеси меня туда, куда забрали дракончика, которого я спасла.

Мира замерла на месте. Её крылья слабо зашевелились. Она вдруг резко подпрыгнула вверх и расправила их.

Я успела лишь вскрикнуть от неожиданности, когда она схватила меня своими когтистыми лапами и, ловко маневрируя между монстрами и драконами, полетела прочь от Академии.

– Леди Алания! – воскликнул Маркус мне вслед.

– Всё хорошо! – крикнула ему в ответ.

Не уверена, что он услышал. Летели мы так быстро, что Академия стала дымящимся пятном на горизонте.

Я вновь зажмурилась, почувствовав тошноту.

– Не отпущу госпожу… больше не отпущу, – невнятно бормотала Мира.

У меня не было сил с ней спорить. Я лишь надеялась, что она донесёт меня, куда я просила.

Однако Мира дёрнулась. Пронзительно закричала и сильнее впилась в мои плечи когтями. Я тоже вскрикнула от боли и почувствовала, как по рукам течёт что-то горячее и липкое.

Мира сделала ещё пару взмахов крыльями и камнем рухнула вниз. В голове пронеслось много нецензурной брани. Однако мы не упали. Мира будто проснулась. Почти у самой земли выровнялась. Правда дерево заметить не успела.

Сгруппировавшись, закрыв меня крыльями, Мира спиной влетела в дерево, разбив его в щепки.

Мы кубарем покатились по земле. Она прижимала меня к себе, забирая весь урон.

Затормозили мы только на краю отвесной скалы. Я вновь выругалась и приподнялась на слабые дрожащие руки. Внизу был обрыв.

Мира не шевелилась, лежа на краю. Её левая половина почти полностью свисала со скалы.

Шатаясь и кашляя, к нам вышел Маркус. Он и сам был весь в крови. Крылья волочились по земле. Он упал на колени, тяжело дыша, и его тут же стошнило.

– Божечки. Всемогущий Дракон, – взвизгнула я, поднимаясь на ноги и бросилась к нему. – Что с тобой? Ты ранен?

Я не чувствовала больше боли. Всё внимание было обращено на сидящего передо мной дракона, скрюченного от спазмов.

Маркус закашлял, но ничего не сказал. Видимо ему было настолько больно, что он просто не мог.

– Госпожа, – прохрипели позади.

Мира пошевелилась. И повторяла, и повторяла.

– Госпожа. Госпожа. Госпожа.

Я сглотнула и мысленно возвела очи горе к небу. Ну что за напасть?

Мира повернулась к нам, и её глаза расширились, когда она заметила Маркуса. Она надрывно закричала и хотела было броситься на него. Но я закрыла собой Лорда Дракончика.

– Нет, Мира. Его нельзя трогать.

– Дракон! Этот дракон. Неприятности для госпожи. Лучше избавиться от него.

– Мира, его нельзя трогать! – строго проговорила я.

Но Мира, казалось, меня больше не слышала. Она продолжила бормотать что-то неразборчивое, рвано перемещалась из стороны в сторону, примеряясь, с какого угла лучше напасть, чтобы меня не задеть.

– Мира! – снова позвала я. – Мира!

Она больше не реагировала. И вдруг резко ударила по земле кулаком.

Утёс сотрясся. По земле пошла трещина.

– Вот чёрт! – прошептала я и повернулась к Маркусу. – Встать можешь? Давай, давай, Лорд Дракончик. Надо встать.

Я перекинула его руку через плечо, когда утёс вновь содрогнулся. Я не устояла на ногах и повалилась обратно на колени.

– Мира, прекрати! – снова попыталась я позвать её.

Маркус тоже попытался подняться, уже без моей помощи, но новый мощный удар по земле сбил и его.

Утёс задрожал. Трещины расползлись глубоко позади нас. И земля начала ехать вниз.

– Маркус!

Он обнял меня за талию и плотнее прижал к себе, закрывая нас обоих своими крыльями.

В этот же момент утёс не выдержал и осыпался крупными камнями в глубокий чёрный разлом.

Глава 16. Ну как бы тебе сказать?

(Алания)

Голова гудела так, словно внутри черепа взорвали хлопушку, а потом долго спорили, кто убирает мусор от неё. Я пошевелила рукой, ногой — вроде целы. Открыла глаза.

Надо мной навалилась тьма. Ничего сверху не было. Ни далёкого неба, ни света в конце туннеля.

Втянула носом воздух и сразу закашляла от пыли, осевшей на моём бренном теле.

Рядом кто-то замычал. Я нехотя повернула голову и заметила в шевелящейся массе из земли, пыли и камней белые волосы Маркуса.

Вскочить сразу на ноги не получилось, как бы я ни старалась. Повернулась на бок и с трудом приподнялась на четвереньки.

– Маркус, – сипло позвала я и снова закашлялась. – Маркус, ты там живой?

Ответом мне послужило самое несчастное мычание из всех, что я когда-либо слышала.

Кряхтя и охая, как старая бабка, я поползла к Лорду Дракончику, помогая ему выбраться из-под завала.

Он выглядел как-то странно. Ногтевые пластины удлинились и заострились. Волосы отросли почти до лопаток. Глаза отливали диким потусторонним светом, будто изнутри их подсветили фонариком. А клыки во рту стали длиннее и острее.

Он стряхнул с себя остатки пыли. Долго смотрел на свои руки и как-то несчастно вздохнул.

– Цел? – обеспокоенно спросила я. – Ничего себе не сломал?

Похлопала его по плечам, рукам, рёбрам. Мне не хотелось вообще-то тащить его на своём горбу. Тем более ещё неизвестно, в какую сторону и как долго его тащить.

– Я в порядке, – проговорил Маркус и смущённо убрал с себя мои руки. – Ты в порядке? Я пытался смягчить падение при помощи крыльев.

– Кстати…

Я подпрыгнула, заметив, что крыльев за его спиной не было. Попыталась заглянуть за плечо. Но за его спиной была только безжизненная тьма и ещё одна горка мусора.

Взгляд упал в сторону, где из-под завала торчало безжизненное перепончатое крыло Миры. Я отвела взгляд в сторону, чувствуя ответственность за смерть горничной. Может, мы и не были подругами. Она помогала мне адаптироваться в этом мире.

– Видимо в ней смешалась её мана и мана друка, – проговорил Маркус, проследив за моим взглядом. – Друк в дикой природе неустойчив из-за своей скорости. Детёныши часто не доживают и до пяти месяцев, врезаясь во всё подряд, прежде чем научиться пользоваться своей скоростью.

– Ты много знаешь.

– Странно, что ты этого не знаешь, – укоризненно отметил он. – «Основы драконоведения» изучаются с третьего по четвёртый курсы.

Я отвернулась.

– Так давно это было. Ничего не помню.

Маркус поднял голову, но ничего над собой не обнаружив, осмотрелся.

– Здесь светло, – заметил он.

Я активно закивала. Наконец он сменил тему. И указала на светящийся мох на камнях и поваленных старых деревьях. Он давал достаточно света. Как ранним утром.

Я помогла Маркусу встать, и мы подошли к одному из них. Я побрезговала прикасаться. Мало ли от чего он на самом деле светится. Но Лорд Дракончик без опаски окунул ладонь в пушистую зелень. Отщипнул небольшой кусочек. Понюхал. Но ничего опасного не определил.

– Похоже на органические частички, застрявшие во мхе, – заключил он.

– Бактерии? – предположила я.

– Может быть. Но на поверхности никто с таким не сталкивался.

– Мы первооткрыватели! – радостно воскликнула я. – Предлагаю дать им название.

– Сейчас не до шуток, леди Алания. Надо подумать, как выбраться отсюда.

– Какие шутки? Я совершенно серьёзно! Возьмём с собой образец, изучим, дадим название. К примеру «Бактерии Веритас-Сальваторе». Ну? Звучит?

Маркус слабо улыбнулся.

– Ты, кстати, не можешь того… крылышками хоп-хоп и улететь? – осторожно поинтересовалась я.

Лорд Дракончик обречённо покачал головой.

– Я израсходовал много маны, чтобы угнаться за вами. И явно сейчас выгляжу нелицеприятно.

– Ну как бы тебе сказать… – замялась я. – На самом деле… ты выглядишь шикарно! – выпалила, не скрывая восторга.

Маркус окинул меня удивлённым взглядом.

– И температура нормализовалась. Прикасаться к тебе сейчас одно удовольствие! – не унималась я, от чего лицо Маркуса густо залилось краской.

– Ле… леди Алания… не пристало так… – заикаясь, отпрянул от меня он.

– Да ладно тебе. Дай чуть рожки пощупать? Никто не узнает.

– Леди Алания, держите себя в руках, – ещё больше разнервничался Лорд Дракончик. Его голос стал заметно выше.

Я рассмеялась, любуясь его смущением.

– Хорошо, хорошо, – я примирительно выставила руки перед собой, показывая, что не опасна. – Я просто пошутила.

– Осмотримся здесь, – проговорил Маркус, успокоившись и поняв, что я больше не собираюсь его домогаться. – Поищем что-то съестное и воду. Как только я восстановлю ману, мы сможем улететь.

– И сколько времени тебе нужно, чтобы восстановиться?

– От двух до пяти дней, – виновато ответил он.

Мои глаза расширились от удивления. Но я тут же взяла себя в руки. Нельзя показывать разочарования. Мы тут из-за меня. Он не должен чувствовать вину за то, что истощился, пока пытался спасти меня.

– Да, да. От двух до пяти. Ничего страшного, – заверила я. – Лишь бы ты восстановился и не чувствовал себя некомфортно.

Лорд Дракончик ничего не ответил.

Мы отправились глубже в разлом. Ни на что особо не надеясь. Хотя нет, я надеялась на то, что полное восстановление не займёт больше двух дней.

– Почему ты оказалась в общежитии? – спросил Маркус спустя несколько минут молчания.

– Это же очевидно. Хотела спасти Виспера. Но его там не оказалось. Зато я встретила Миру. Она согласилась отвести меня туда, где он. А ты вмешался.

– Если бы я не вмешался, она бы скорее всего отнесла тебя в поместье. Или лабораторию твоих родителей. Виспер был у Ричарда.

– Кого?

– Моего младшего брата.

Глава 17. Кристальный водопад

(Алания)

Блуждали мы долго. Не скажу точно, сколько часов с тех пор прошло. Наверняка очень много.

Я проголодалась. Чему соответствовало урчание желудка. Но ничего съестного мы так и не нашли. Маркус предложил попробовать мох, но я отказалась. Всё-таки ещё не настолько я и голодна. У меня закрадывались нехорошие мысли о том, что мы никогда отсюда не выберемся. А я просто умру с голода.

– Встанем здесь на привал, – предложил Лорд Дракончик наконец.

Я уже думала, он из железа сделан. Хотя, глядя на него, да, вероятно сделан. По-другому я не могу объяснить эту бодрость, что буквально исходила от него. От чего я только больше устала.

– Отдохни. Я ещё похожу, разведаю, – сказал он.

Я плюхнулась на землю возле очередного поваленного дерева и махнула ему рукой. Пусть идёт куда хочет. А я хочу спать. Или по крайней мере хоть на секунду закрыть глаза, представить себя на белоснежном пляже с шашлычком в руках.

Ох, от одной только мысли слюнки текут.

Но от голода и усталости сон не шёл. Я не могла нормально устроиться. Всё мешало и раздражало. Но задремать мне всё же удалось, когда голова стала совсем ватной, а сил больше не было даже пальцем пошевелить.

Провалилась в беспокойную дрёму, где парила над облачками вместе со взрослым Виспером. Вздрагивая от каждого шороха. С трудом разлепляя свинцовые веки, я всё проверяла, не вернулся ли Маркус. Но Лорда Дракончика всё не было, и я снова провалилась в сон.

Не поняла сразу, было это во сне или наяву, но меня вдруг подняли на руки.

– Ммм, ло… Маркус? – промычала я.

Мне не ответили. Но тепло, что исходило от тела незнакомца, явно принадлежало дракону. А потому я успокоилась и вырубилась окончательно.

Разбудил меня шум воды. С трудом разлепив глаза, я вдруг увидела перед собой чужое лицо. Медовые глаза осматривали меня с любопытством пятиклассника, что нашёл в траве новый вид жука.

Чёрные с фиолетовым отливом волосы, заправленные за уши, падали ему на спину. Чёлка прикрывала лоб, на котором был изображён знак луны. А одежда…

Странная на первый взгляд. Старая, слегка потёртая местами, с геометрическим орнаментом.

Я резко приподнялась и отползла назад.

– Вы… вы кто?

– Я? – он указал на себя для верности. Я закивала. – Файрох Страти Эрдман. А ты?

– Алания дэ Веритас, – заторможенно представилась в ответ.

Фай…рох?

Разве не его именем названа академия?

Быть не может. Файрох был драконом, если верить истории. И жил больше пяти тысяч лет назад. А этот больше похож на человека. У него не было рогов. И вообще…

– Что вы тут делаете? – выпалила я.

– Живу, – как ни в чём не бывало ответил он и махнул рукой на пространство вокруг.

Я осмотрелась. Место больше напоминало тент, который натянули на четыре палки. Посреди стоял котёл, из которого доносился аппетитный рыбный запах. Рядом гора чистой посуды.

Я лежала на матрасе из соломы, прикрытая колючим шерстяным пледом.

А прямо передо мной открывался потрясающий вид на кристально-чистое озеро и водопад, шум которого меня и разбудил.

Вокруг озера росли кусты, листва которых была чуть темнее от неестественного света, но не менее сочная.

Сквозь шум водопада слышались и крики каких-то животных. Я посмотрела наверх и увидела самое настоящее небо. С облаками и солнцем.

– Это… – опешила я.

Файрох обернулся. Неловко почесал затылок.

– Я воссоздал по памяти. Давно не был на поверхности. И гостей давно не принимал. Как тебе? Похоже?

– Ты… воссоздал? – я едва могла говорить от охватившего меня восторга. – Как это? А… мне…

Файрох склонил голову, не понимая, почему я так себя веду.

– Не нравится? – спросил он несколько разочарованно. – Могу вернуть всё как было.

– Нет, – тут же выпалила я. – Нет, пусть будет. Это потрясающе. Я подумала, что мы наверху… и…

– О, – он обрадованно щёлкнул пальцами. – Значит не зря постарался. Ты голодна?

Он поднялся. Подошёл к котлу. Взял одну из деревянных тарелок.

– Вроде людям нужна еда. Или не людям. Ты же человек? – Я просто кивнула. – Ну, хорошо. Я тут вспомнил молодость и приготовил рыбный суп. Ты любишь рыбу?

– Люблю.

– Прекрасно. – Он налил в тарелку суп и протянул мне, принимаясь рыться в посуде в поисках ложки. – Надеюсь, не пересолил. Как тебе? Вкусно? Я давно не чувствую вкуса, поэтому делал всё на глаз. Люди так говорят?

Я кивнула, принимая ложку. Файрох снова улыбнулся.

– Кушай. Здесь время течёт иначе. Ты можешь не понять, что не ела несколько дней, а не часов. Особенно первое время.

– А, – протянула я, пробуя суп, и жмурясь от удовольствия.

Спасибо всем местным богам. Такого потрясающего, вкусного, наваристого супа я ещё не ела. Даже в прошлой жизни. Прости, бабуль…

Я съела его за пару минут и протянула тарелку для добавки.

– Вкусно. Нет, божественно, – оповестила я.

Файрох выглядел довольным, словно домохозяйка с непоседливым ребёнком-малоежкой, который вдруг начал уплетать её стряпню.

– А ты не видел моего друга? – спросила я между ложками.

– Друга? – удивился Файрох.

– Ага, рога, белые волосы. Мы разделились. Он пошёл искать еду и воду, а я осталась. Вы не пересекались?

– Нет, – Файрох покачал головой. – Если бы я его встретил, то привёл бы сюда. Как тебя.

Я доела очередную тарелку, довольная и сытая, выдохнула.

– Надо его найти. Он сейчас слаб. Здесь водятся опасные животные?

– Нет, только я, – заверил Файрох. – Но если ты права и он действительно слаб, то мог заблудиться. Я найду его, не переживай. Как, ты говоришь, зовут твоего друга?

– Маркус, – осторожно ответила я.

– Не переживай, Алания. Отдохни. Здесь ты под моей защитой.

Файрох поднялся и вышел из-под навеса.

– Постой, ты же сказал, что здесь нет никого опасного.

Однако он только повернулся и приставил палец к губам.

Я же почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

Глава 18. Доверие

(Маркус)

Мне не хотелось оставлять её одну в этом неизвестном месте. Но она ослабла и была голодна. Мы шли слишком долго. Я даже в таком состоянии мог продержаться без сна, еды и воды несколько дней. Но Алания — всего лишь человек. Я не мог больше подвергать её опасности.

К сожалению, магию в таком состоянии я использовать тоже не мог. Любое заклинание только усугубит моё положение. Когда я был на пороге обращения в свою истинную форму.

Пришлось оставить её без защиты, одну, в месте, от которого неизвестно, что ожидать.

Разлом на границе Астории и Ветермаера. Древнее место, возникшее при разрушении сильнейшего дракона всех времён. Его обходили стороной. А те, кому не посчастливилось упасть сюда, больше не возвращались. И я допустил… Не смог спасти ни себя, ни её.

Я впервые не знаю, что делать.

Как бы долго мы здесь ни находились, я не чувствую, чтобы моя мана хоть на каплю восстановилась. И если так продолжится…

Я сжал ладонь.

Не уверен, что мы сможем выбраться.

В какой-то момент пустое пространство с поваленными деревьями и светящимся мхом сменилось.

Начало появляться больше зелени. Под ногами выросла тёмно-зелёная трава. Низкие кустарники и молодые деревья.

Я настороженно замедлился. Прислушался.

Где-то далеко шумел водопад. А совсем рядом прокричала молодая виверна. Это место не такое уж необитаемое.

Значит, еду и воду найти удастся.

Я уже собирался возвращаться к леди Алании, когда услышал шорох совсем рядом.

Бешеное биение маленького сердца.

Я уловил и страх, и дикую жажду крови одновременно. Чужая первобытная мана была такой сильной и ошеломляющей, что я едва смог удержаться на ногах.

Никогда ещё не чувствовал ничего подобного.

Я сделал шаг назад. И в этот момент из кустов выскочил кролик.

Он поводил носом, принюхиваясь, и посмотрел на меня.

Страх, который я прежде испытал, должен был исходить от него. Но…

Кролик застыл. Смотрел на меня, не двигаясь и не мигая. А затем встал на задние лапы, и я заметил на его брюшке кровь.

– Чёрт… – выдохнул я.

Тело словно сковало невидимыми нитями. Я мог лишь наблюдать, как пушистое тельце скрутило и буквально вывернуло наизнанку. Услышал хруст костей.

Нечто росло, наливалось мышцами и шерстью.

Передо мной предстал дракон, которого я прежде видел только на страницах исторических книг.

В три метра ростом. Покрытое густой коричневой шерстью, с яркими жёлтыми полосами. С четырьмя парами глаз и вытянутой мордой. Его пасть была наполнена двумя рядами острых зубов. Его длинное тело извивалось, напоминая змею. А мощные лапы с перепонками устойчиво держали массивное тело на земле.

«Левиафан», – пронеслась предательская мысль в голове.

Выходит, последняя мысль. Потому что сил у меня его одолеть не было. По крайней мере не в человеческой форме.

Левиафан издал громкий полурык-полувой и ринулся на меня.

Мощная лапа едва не сбила меня с ног, но наткнулась на невидимый барьер. Я успел только прикрыть лицо руками в тщетной попытке защититься.

– Donasdogamatastos*, – произнёс некто за моей спиной нараспев.

Я обернулся и в этот момент на левиафана обрушилось жидкое пламя. Минуя меня, подобно живому потоку, оно охватило шерсть дракона.

Тот издал страшный вопль и вновь принялся менять форму. Однако пламя продолжало пожирать его заживо.

– Gohus audcal. Gohus rlodnr. Gohus dlasod!**

Пламя взметнулось вверх, поглощая дракона в жаркий кокон, и резко осело в землю, затухая. Левиафан рухнул на месте, тлея.

Я повернулся к своему спасителю. Длинные волосы отливали фиолетовым. Туника по щиколотку, свободного кроя, была вышита простыми геометрическими узорами. Из-под неё виднелись того же цвета брюки.

Он не был похож на дракона. Но и человеком тоже не являлся. Слишком устойчивой была его мана. И эти заклинания, которым никогда никого не обучали.

– Это ты Маркус? – как ни в чём не бывало спросил он.

– Маркус Сальваторе. Из рода Сальваторе, – кивнул я. – А вы…

– О, – удивлённо протянул он и с любопытством подошёл ближе, осматривая меня с ног до головы. – Сальваторе, значит? Не ожидал. Не ожидал. Как поживает Вирсавия Рогон?

– Она… умерла за тысячу лет до моего рождения, – поражённо ответил я.

– Вот как, – тут же поник незнакомец. – А Ликорис Эвола Арро?

– Т… тоже…

– Луна Лавант? Алэр Калас Иво? Эстер Паллар?

Я покачал головой. Если Вирсавия и Ликорис были мне прабабушками, остальных я никогда не знал.

Незнакомец обречённо вздохнул, расстроенный моими ответами.

– Да, ох, о чём это я. Конечно, столько лет прошло. – Он рвано вдохнул и потёр глаза. – Даже для дракона это долгий срок.

– А вы… кто?

– Файрох Страти Эрдман. Приятно познакомиться, потомок великих Сальваторе.

Он слегка поклонился мне, прижав правую руку к сердцу.

Нет.

Не может этого быть. Он жил больше пяти тысяч лет назад. Даже для дракона это слишком много. Это не может быть он.

– Идём. Тебя ждёт подруга, – незнакомец поманил меня за собой и, не дождавшись, пошёл вперёд.

– Постой, – позвал я, и он остановился. – Ты и правда… Файрох жил…

– А, ты мне не веришь. Ничего, это нормально. Знаю, вероятно, наверху меня давно считают мёртвым, – он повернулся и подошёл ко мне. – Так и должно быть, мальчик.

Он положил руку мне на плечо.

– Не бойся. Если хочешь, я расскажу тебе. Но сначала вернёмся к твоей подруге. Алания дэ Веритас, да? Славная девочка. Ей понравился мой рыбный супчик. Надеюсь, тебе он тоже придётся по вкусу.

– Я не совсем понимаю, – признался я.

Его рука была слишком осязаемой для призрака. Настоящая. Он сжал моё плечо, как старый друг, и добродушно улыбнулся.

– Ты слаб, мальчик. Разлом — не то место, где можно восстановить силы. Я помогу. Просто доверься мне.

*Donasdogamatastos — яростный и бесконечный огонь, заключенный для наказания тех, кто изгнан от славы.

**Gohus audcal. Gohus rlodnr. Gohus dlasod.

Gohus — я говорю.

audcal — золото.

rlodnr — очаг.

dlasod — сера.

Все эти слова я брала из книги "Полный енохианский словарь".

Енохианский язык вообще интересная штука. Его придумали мистики и окультисты — астроном Джон Ди (при дворе Елизаветы I) и медуим Эдвард Келли в XVI веке. Правда они утверждали, что этими знаниями с ними поделились ангелы. Но если посмотреть весь доступный словарь и в целом на структуру этого языка, в ней очень мало от настоящего. Скорее такой набор звуков, сложенных в слова, с околоанглийским произношением.

А еще интетерсный факт, на нем говорили ангелы в сериале "Сверхъестественное".

И я тоже подумала, почему бы не использовать этот язык, как древний язык драконов. Как вам такая фишка?

Глава 19. Польза и вред

(Алания)

Я подскочила с места, едва увидела два размытых силуэта, выходящих из леса.

– Маркус! – крикнула я и рванула к ним.

Файрох чуть отстал. Видимо решил, что я брошусь обниматься. Я, конечно, испугалась за Лорда Дракончика, но не настолько. В конечном итоге он цел и невредим. А это всё, что нужно.

– Как ты? Всё нормально? – тут же спросила я.

– Да, – кивнул он сдержанно.

Я облегчённо выдохнула.

Файрох принялся хозяйничать, предлагая Маркусу свой божественный суп. Тот собрался вежливо отказаться, но я уговорила его попробовать хоть ложечку.

– Его зовут «Файрох Страти Эрдман», – шепнула я Лорду Дракончику, пока сам Файрох набирал воду из озера.

Маркус кивнул.

– Это возможно?

– По всем правилам мироздания — нет.

– Разве драконы не долгожители?

– Не настолько. Даже в Совете Семерых не осталось никого, кто бы своими глазами видел его. Хотя людям может показаться иначе. У вас искажено пространственное время.

Я фыркнула на его слова.

– Это наша особенность.

Файрох подошёл к нам с деревянным ведром, полным воды.

– Как вы здесь устроились, дети?

– Хорошо, спасибо, – отозвалась я. – Спасибо, что помогаете.

– Это меньшее, что я могу сделать. Не часто встретишь живых в этом месте, – он добродушно рассмеялся.

Я посмеялась вместе с ним из вежливости. Маркус промолчал.

– Значит, вы здесь один все пять тысячелетий? – спросил Лорд Дракончик.

– А, вот значит сколько на самом деле лет прошло. Да, теперь я понимаю твоё удивление, потомок Сальваторе, – закивал Файрох и перелил воду в новый котелок. – Да. Довольно долго, соглашусь. Но и время здесь идёт иначе. Сила, что создала этот Разлом, искривила пространство. Запечатала само время. Здесь можно жить. Но выбраться практически невозможно.

– Но нам нужно наверх, – твёрдо сказала я.

– Понимаю. И я помогу вам. У Маркуса плачевный вид. Почему ты не примешь свою истинную форму?

– Это запрещено, – отозвался Лорд Дракончик.

– Правда? И давно?

Маркус кивнул.

– Почти три тысячи лет прошло, как этот закон приняли.

– Тогда не будем и здесь его нарушать, – кивнул Файрох. – У законов есть масса полезных свойств. Не зря же их принимают, верно? – он подмигнул нам.

Я кивнула, чтобы не показаться невежей.

– Файрох… – задумчиво позвал Маркус. – Я хотел спросить вас. Тот дракон, что напал на меня. Это был…

– Левиафан, – кивнул Файрох. – Разлом собирает в себя существ из множества временных линий. Никогда не знаешь, кто попадётся тебе на пути в следующий раз.

– Левиафан? – обеспокоенно переспросила я, переводя взгляд с одного дракона на другого. – Ты же говорил…

– Нет никого опасней меня, – подтвердил он. И по моей спине пробежал холодок. – Но здесь безопасно. Отдохните для начала. И не волнуйтесь, вы не останетесь здесь.

– Ты бледнее обычного, – заметила я.

Лицо Маркуса действительно стало белее листа бумаги. Глаза впали, а клыки как будто стали больше.

Он посмотрел на свои ладони, что покрылись маленькими белоснежными чешуйками.

– Здесь сложно поддерживать человеческую форму. Разлом словно забирает остатки маны, вынуждая стать… – он запнулся, посмотрел на меня и поднялся.

Я встала за ним. Файроха поблизости не было. А водопад словно стал тише, пока мы спали.

– У нас есть время. Он сказал, что поможет.

Я подошла к Маркусу.

– Леди Алания, ты ему веришь?

– Ну, люди, которые умеют так вкусно готовить, по определению не могут быть злодеями, – философски изрекла я.

Маркус впервые за всё это время улыбнулся.

– Это интересное наблюдение, – не стал спорить он.

– Значит мы в Разломе? И что это за место такое? – поинтересовалась я всё же.

Маркус помолчал. Я взяла его под руку и повела вдоль озера. Он не стал сопротивляться.

– Никто точно не знает. По легендам Разлом появился, когда Файрох Страти Эрдман разрубил пополам змея Уробороса.

– Мы можем же его спросить, – осенило меня. – Уверена, после стольких лет одиночества он очень хочет поговорить.

Маркус задумался.

– Возможно.

– Что ещё тебя тревожит?

– Я не уверен, что мы выберемся отсюда.

– Почему?

– Файрох — сильнейший из драконов. И он до сих пор заточён здесь.

– Может, он просто не хочет?

Маркус усмехнулся.

– Кто захочет добровольно запереть себя в полном одиночестве?

– Тот, кто ошибся, дитя, – раздался за нашими спинами голос Файроха.

Мы резко обернулись.

– Я не сильнейший, потомок Сальваторе, – улыбнулся Файрох. – Ваши легенды сделали меня таковым.

Я виновато потупила взгляд себе под ноги.

– Прости, мы не хотели тебя обсуждать.

– Вы ищете ответы. Это хорошо. Я тоже в молодости искал ответы. – Он прошёл мимо и поманил нас за собой. – Что есть дракон и человек? Почему мироздание разделило нас? Одних наделило маной, других острым умом. Мы дополняем друг друга. Вот ответ, который я так долго искал.

Мы с Маркусом переглянулись.

– Может, сейчас вы не поймёте меня. Но уверяю, драконы и люди больше связаны, чем мы себе представляли.

Он подошёл к краю озера и наступил на гладкую поверхность воды. Я с удивлением наблюдала, как он просто пошёл по ней, не проваливаясь.

– Поэтому рождённый из яйца дракон не может стать полноценным человеком. Даже если полностью отречётся от своей истинной ипостаси. Только человек может породить человека с сердцем дракона. Не наоборот.

– О чём он? – шепнула я Маркусу.

Но Лорд Дракончик только покачал головой.

– Змей Уроборос из ваших легенд… – продолжил Файрох. – Не знаю, о чём именно там говорится, но если хотите знать, я расскажу, как всё было.

Я закивала, хотя Маркус и пытался меня одёрнуть.

– Хотим. Конечно, хотим.

Файрох добродушно улыбнулся.

– Тогда идите ко мне, дети.

Глава 20. Игнорируй его! О, нет, он слишком мил

(Алания)

Файрох повернулся к нам, добродушно улыбаясь. Как родной дедушка, готовый поведать историю своей молодости.

– Тогда идите ко мне, дети.

Он заговорщицки поманил нас за собой.

Я смерила древнего дракона скептическим взглядом и указала на воду.

– Эм, если вы не заметили — под вами озеро.

– Знаю.

– Я не умею плавать.

Файрох удивлённо склонил голову на бок.

– Тебе не нужно плавать, только сделать шаг.

– Я провалюсь.

– Нет.

– Да.

Маркус устало закатил глаза из-за нашего лёгкого спора. И сам сделал шаг в озеро. Но как я и предсказывала, чуда не случилось. Он провалился в воду по пояс, едва не утянув меня за собой. Я вовремя успела отдёрнуть руку и отпрыгнуть назад.

Маркус зло рыкнул. Судя по его виду, водица была холодной. Он бросил на Файроха испепеляющий взгляд. А тот ударил себя ладонью по лбу.

– Я для кого распинался сейчас? – раздражённо поинтересовался он. – Человек, дракон. Вы должны были зайти одновременно.

После этих слов Маркус уже бросил испепеляющий взгляд на меня.

– Прости, – пискнула я.

И в качестве извинения помогла ему выбраться.

– Давайте ещё раз, – предложил Файрох.

– Я точно не провалюсь? – уточнила я, незаметно указывая на мокрого Лорда Дракончика.

– Точно, – потёр переносицу Файрох.

Ладно.

Я мысленно выдохнула. Покосилась на Маркуса, что стоял рядом, и взяла его за руку.

– На счёт «три», – проговорил он, и я согласно кивнула. – Раз. Два. Три.

Мы одновременно поставили ноги на водную гладь, и… ничего не произошло. Я почувствовала под ногами твёрдую поверхность. Словно шагала по льду. Ноги чуть скользили. Я боялась посмотреть вниз. Поэтому не сводила взгляда с древнего дракона.

– Уроборос был не страшным чудовищем или злобным монстром. Он был человеком, рождённым в драконьей скорлупе, – продолжил Файрох. – Смелый герой, каких поискать. Но рождён он был неправильно, оттого не мог контролировать ту мощь, что хранило его сердце.

Файрох медленно брёл к водопаду, шум которого стихал по мере нашего приближения.

Я сильнее вцепилась в локоть Маркуса, ибо ноги разъезжались по водной глади. Лорд Дракончик на удивление же шагал уверенно. И без упрёка помог мне держать равновесие.

– Я видел, как разрушается его тело. Постепенно, год за годом. В этом была и моя вина. Пока я искал решение, он — страдал. А решение было только в балансе. Я слишком поздно это понял. Поэтому мне пришлось убить его. Я не жалею. Но если бы мог вернуться обратно, поступил бы иначе.

– Это и называется «сожалением», – сказала я.

Файрох посмотрел на меня удивлённо, но промолчал.

Мы остановились недалеко от подножия водопада. Вода бурлила под нами, но я не чувствовала этих волн. Словно стояла на проекции. Зато от мелких брызг моя одежда моментально промокла.

Как и Маркус. Волосы его прилипли ко лбу и вискам. Мне так и хотелось их убрать. Прям руки чесались, но я держалась из последних сил.

– Эта тюрьма только для меня. Для моих ошибок… и так уж и быть, – Файрох усмехнулся, – сожалений. У вас, дети, есть свой путь.

Он взмахнул рукой, словно разрезая полотно. И водопад вдруг разделился на две равные части, открывая проход в пещеру.

– Идите прямо, пока не дойдёте до замёрзшего озера.

– А дальше? – спросил Маркус.

– Вы поймёте, – ответил ему Файрох.

Отлично. Значит загадки. Конечно, зачем говорить прямо, когда можно состроить загадочную моську.

Видимо недовольство было написано у меня на лице. Потому что Файрох вдруг рассмеялся. Подошёл ближе и разгладил на моём лбу морщинки.

– Не хмурься, дитя. Вы и правда поймёте. А если нет, возвращайтесь, и попробуем снова.

– Ну уж нет, время у нас не резиновое, – качнула я головой и потянула Маркуса в пещеру за водопадом. – Спасибо за гостеприимство и до встречи.

– Прощайте, – донеслось нам в спину.

В следующий миг водопад за нами схлопнулся, а шум воды оглушил. Мы оказались в полнейшей темноте. Маркус попытался зажечь огонь, но я его опередила.

– Держи свою ману при себе, – хмыкнула я. – Тётя Алания обо всём позаботится.

Маркус слабо улыбнулся мне и позволил зажечь небольшой огонёк в ладони. Я отпустила его в свободный полёт, и мы двинулись вперёд.

– Я правда не пугаю тебя… таким? – вдруг спросил Маркус.

– Я ведь уже говорила. Нет. Ты выглядишь более драконоподобно. Как по мне, это мило.

– У тебя странный вкус, леди Алания.

– Прекрати называть меня «леди», – поморщилась я. – Можешь просто «Алания». Или «Солнышко», «Зайка», «Любимка».

– Что? – опешил он и дёрнулся в сторону от меня. – Л… ле… Алания, это неуместно.

– Почему? Помолвку же ещё никто не отменил. Кстати. Ты не будешь против, если мы её всё же отменим?

– Это не мне решать.

– А, – протянула я. – Ладно, поговорим об этом позже. И да, я так и не поняла.

– Что именно?

– Так драконы из яиц вылупляются или как люди рождаются? – поинтересовалась я задумчиво.

Маркус вновь остановился. Обречённо выдохнул. Спрятал лицо в ладони. Уверена, он сейчас задаётся вопросом: «за что ему такое наказание»?

Вообще, видеть, как он смущается — доставляет мне неописуемое удовольствие.

– Да ладно тебе. Что я такого спросила? – театрально надулась я.

– Ничего, ле… Алания. Ничего, – обречённо проговорил он. – Всё зависит от матери. Если мать дракон — дети вылупляются из яиц. Затем идёт долгий процесс адаптации и формирования человеческой оболочки.

– Насколько долгий?

– От десяти до пятнадцати лет.

Я подозрительно прищурилась.

– Эм, стесняясь спросить, и сколько тебе годиков?

Маркус одарил меня скептическим взглядом. Словно впервые слышал слово «стесняясь» из моих уст.

– Пятьдесят четыре.

Я аж воздухом подавилась.

– Кхарик, – театрально кашлянула я, замаскировав слово «старик».

– Никакого такта, – покачал головой Лорд Дракончик.

Я пожала плечами.

– Ну извини моё любопытство.

– Прощаю, – хмыкнул он.

Я хмыкнула в его сторону. Вот же старый Лорд Дракончик.

Старый, но милый.

Глава 21. Озеро тишины

(Алания)

– Может обсудим уже нападение на академию? – предложила я.

– Зачем? Здесь и так всё понятно, – ответил мне Маркус.

– Может и понятно, но обсудить надо. Меня беспокоит Мира. В лаборатории был маркиз… – Я запнулась на полуслове, обнаружив, что могу свободно говорить.

Проверила запястье. И правда, эмблема не светилась. Не угрожала сжечь мне руку. А значит я могу выложить ему всё, что знала.

Я остановилась.

– В лаборатории, – повторила. – Маркус. Я только здесь скажу. И только один раз. Если Лео у них и ещё жив, они попытаются забрать его ману. Есть устройство. Точнее было, но не важно, наверняка есть ещё одно. Это такой шар. Внутри буря. Если спеть этой буре, она заберёт в себя силу дракона и может передать человеку.

Маркус тоже остановился. Слушал меня и не перебивал. Я попыталась напеть примерную мелодию. Что точно помнила.

– Изабелла наложила на меня «Проклятие молчания». Кроме неё и Лоренцо я ни с кем больше не могу говорить об этом.

– Но здесь можешь, – заметил Лорд Дракончик.

Сама в шоке.

Я кивнула.

– Да. Здесь место странное. Ты же и сам заметил.

Он задумчиво кивнул. Скрестил руки на груди и почесал подбородок.

– Значит, когда мы поднимемся, проклятие вернётся. У тебя с собой кристалл, который я тебе дал? Запишем твои показания и передадим в Орден Ищеек.

Я порылась в карманах и действительно обнаружила забытый кристалл. Только он никак не реагировал.

Маркус попробовал сам. Но тоже не возымел успеха.

– Ладно, сделаем так. Я расскажу тебе, а ты уже сам решай, что делать с этой информацией.

– Подожди, – перебил меня он. – Раз теперь мы знаем, какому проклятию тебя подвергли, Совет Семерых его снимет.

– Точно? – скептически уточнила я.

Маркус усмехнулся.

– После нападения на Академию этих…

– Гарпий, – подсказала я.

– Гарпий?

– Ну, нам надо их как-то назвать. Если тебе не нравится, можешь сам предложить название.

– Да, хорошо, пусть будут «гарпии», – согласился Лорд Дракончик, не раздумывая, и его взгляд странно потеплел. – После нападения на Академию гарпий Совету Семерых будет нужна любая информация. Они примут тебя и снимут проклятие.

– Хорошо, – согласилась я, и в груди поселилась надежда. – Но кое-что я всё-таки хочу рассказать только тебе.

– Я слушаю.

– Наша помолвка… Родители устроили её, чтобы заполучить тебя. Они хотели, чтобы после свадьбы я провела тот же ритуал, что провели над Виспером, и забрала твою ману.

Наступило молчание. Долгое. Оглушающее. Взгляд Маркуса бегал по моему лицу. И только местным богам было известно, о чём он думал и что пытался найти.

– Спасибо, что рассказала, – кивнул он наконец.

– Ты… злишься? – спросила я, заглядывая ему в глаза.

– Немного, – честно признался он.

Маркус пошёл дальше за огоньком. Я поравнялась с ним, не желая отпускать тему.

– Послушай, я узнала об этом, когда принесла Виспера. И как ты понимаешь, мне самой это не нравится. Не на меня надо злиться. А на Веритас.

– Я не злюсь, – повторил Маркус.

Да. Конечно. По тебе видно, Лорд Дракончик. Ты же буквально сбежать от меня поскорее хочешь.

– Слушай, когда всё закончится, давай всё же разорвём помолвку, – вновь предложила я.

Маркус резко остановился и повернулся ко мне всем корпусом.

– Что? – удивилась я. – Мы же не обязаны и правда жениться друг на друге. Тем более у меня другие планы.

– Какие? – спросил Маркус.

– Ну, – я замялась, почувствовав себя несколько глупо под его пристальным взглядом. – Получить диплом от Академии. Прокачать зелья. Открыть самую крутую лавку в стране. Расширить её до сети магазинов. Выйти на международный рынок. И нагнуть патриархальный рынок труда.

– Я могу тебе помочь, – предложил он неуверенно спустя мгновение ошарашенного молчания.

– Ты точно слышал последние слова? – уточнила я. Он кивнул. – И что в них тебе не понятно?

Он как-то обречённо выдохнул и сделал несколько шагов ближе. Я подняла на него ожидающий взгляд.

– Алания.

– Маркус.

– Помолвку в любом случае отменят, когда Совет Семерых обо всём узнает, – начал он. – А твои родители…

– О, – рассмеялась я. – Они будут в ярости.

– Ты не останешься одна.

– Что?

Он хотел ещё что-то сказать, но качнул головой, развернулся и направился дальше.

Я замерла на месте, наблюдая, как он уходит. Что это было? Останусь одна? Ну да, Изабелла и Лоренцо наверняка от меня отрекутся. Но разве это проблема? Они не мои настоящие родители. Да и есть Ливия. Моя идеальная сестрёнка, которая точно останется со мной.

Хм. Я ведь до этого момента и не задумывалась, что случится, когда всё закончится. Но, вероятно, привычной жизни, какой была у настоящей Алании, больше не будет.

– Это и есть замёрзшее озеро, о котором говорил Файрох? – спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Маркус кивнул, глядя на идеальный круг замёрзшей воды посреди пещеры. Сверху, под каменным потолком, висела копия луны.

Я поёжилась.

– Он сказал, что мы поймём, что делать дальше, – проговорил Маркус.

Я обошла озеро. Потыкала лёд пальцем. Но так ничего и не поняла.

– Может нужно его огнём растопить? – предложила я.

– Не думаю.

– Тогда делай как думаешь, – хмыкнула я, скрестила руки на груди.

Маркус вскинул голову вверх, изучая луну. Она давала достаточно света несмотря на то, что отражать ей было нечего. А потому я потушила свой огонёк.

Я присела на берегу в позу «лотос» и принялась ждать. На самом деле здесь было слегка прохладно по сравнению с остальной пещерой, по которой мы шли. Я обняла себя руками и погладила плечи, пытаясь разогнать кровь. Хорошо драконам, они же буквально ходячая печка.

В руке Маркуса скопилось немного чистой маны, обретая форму шаровой молнии. И он бросил её в сторону луны.

– Что ты делаешь? – обеспокоенно подскочила я.

Но шаровая молния уже достигла луны. Сталкиваясь с её поверхностью, она охватила луну оранжевой вуалью. Та зашевелилась и сдвинулась вниз, зависнув аккурат над серединой замёрзшего озера. Земля под нами затряслась. Озеро вмиг растаяло. Лёд откалывался кусками, тонул, вызывая бурные волны.

– Алания! – крикнул Маркус, протягивая мне руку.

Но схватиться за неё я не успела. Высокая волна обрушилась на нас, утягивая на самое дно.

Глава 22. Колебания

(Алания)

Писк вторил ритму моего сердца. Я медленно разлепила глаза и уткнулась взглядом в белый потолок. Пахло лекарствами. Чем-то привычно больничным.

Я находилась в больничной палате, подключённая к прибору жизнеобеспечения. С трудом села и огляделась. Я была здесь одна. Из коридора не доносилось ни звука, хотя, судя по виду за окном, был разгар дня. А судя по птице, что зависла в воздухе, время в этой больнице замерло.

Я уж было подумала, что пробыла в коме после падения с лестницы в библиотеке и всё это мне приснилось. Но осознание, что я до сих пор нахожусь где-то в странном пространстве, принесло облегчение.

Я выдернула из себя все иглы. Писк сразу прекратился. На ватных ногах я вышла в коридор.

Обшарпанные стены городской больницы. Несколько врачей, застывших, склонившись над пациентами, лежащими на койках прямо в коридоре. Противного вида зелёные сиденья. Стойка регистрации с тучной женщиной, что застыла, поднимая телефонную трубку.

Я моргнула. Протёрла глаза — ничего не изменилось.

А затем увидела её. Стук каблуков по полу, устеленному пузырящимся от времени линолеумом. Чёрные волосы — длинные, гладкие, словно полотно шёлка. Форма Академии св. Файроха. Она была настоящей.

Алания подошла к двери и скрылась в тёмном коридоре за ней.

– Стой! – крикнула я и бросилась следом. – Стой, Алания!

Я схватилась за ручку двери, но та расплавилась, подобно маслу под солнцем. Попыталась толкнуть — руки увязли, будто в желе.

– Да какого хрена! – выругалась я в сердцах.

– Тебе туда рано, – произнесли за моей спиной.

Я обернулась, с трудом выдернув ладони.

Алания стояла прямо передо мной.

– Что значит рано? Где я? Это сон?

– Не совсем.

– Загадками будешь говорить? – я недовольно скрестила руки на груди.

Она усмехнулась и поманила меня за собой по коридору.

– Я рада, что ты заняла моё место. Сама я бы, наверняка, сдалась матушке с папенькой и сделала всё так, как они велят, – заговорила она. – Маркус… никто из Сальваторе не заслуживает такой участи. А ты… ты лучше меня.

– Я бы так не сказала, – буркнула я. – Значит, ты не просто отравилась?

– Обмен душами, – кивнула она. – В нём ничего сложного, если подобрать правильное заклинание.

– Значит, ты сейчас вместо меня? В моём мире? Сидишь в библиотеке, книжки перебираешь?

Она покачала головой.

– Нет. Не важно. Я отведу тебя обратно. А ты выберешь, куда хочешь вернуться.

– Подожди, подожди, – я замахала руками. – Что значит «не важно»? Ты пожертвовала собой, чтобы призвать меня? У тебя всё нормально? Я тебе кто? Супергероиня?

– Нет, – честно призналась она. – Я не призывала именно тебя. Мне нужна была душа, способная откликнуться на зов. То, что это оказалась ты — чистая случайность. Но если ты не хочешь в этом участвовать…

Мы остановились возле лестницы, внизу которой были две закрытые двери. Над каждой из них находились прямоугольные окошки.

За одним виднелся лес. Солнце только поднималось из-за горизонта, заливая листву светом.

За вторым — старые стеллажи городской библиотеки. Потрёпанные корешки старых книг соседствовали с абсолютно новыми, ещё ни разу не взятыми. Это был мой участок фонда, за который я была в ответе. Я пусть и не знала каждую книгу наизусть (это было физически невозможно), но раз в неделю протирала их от пыли. Разглядывала наиболее интересные, что-то брала почитать. Фантазировала о том, чтобы попасть в какую-нибудь историю. И каждый день говорила себе — это временно.

– Ты вправе выбрать. Раз ты попала сюда, значит ещё сомневаешься. А раз сомневаешься, может, стоит вернуться в свой привычный мир?

– Я больше четырёх месяцев там провела. Тобой притворялась.

Алания кивнула.

– И последние дни были весьма насыщенные… Что будет с тобой, если я вернусь?

Она промолчала.

– Это не миссия. Ты не обязана спасать мир или меня, – проговорила она, наконец. – Но мне бы хотелось, чтобы кто-то сделал то, на что у меня не хватило смелости.

Я опустилась на ступеньку ниже. Алания осталась стоять на месте.

– Ну, мне не хватило смелости уйти из библиотеки, – усмехнулась я, продолжая спускаться. – Но я спасла Виспера. И может, смогу сделать что-то ещё.

Я посмотрела наверх — на Аланию, что помахала мне рукой, и развернувшись, ушла.

Больница вдруг ожила. Я услышала голос, зовущий доктора. Чей-то смех.

И, не желая больше ни секунды здесь задерживаться, толкнула одну из дверей.

Глава 23. Табу на ложь

(Маркус)

– Ты же не скажешь отцу? – с надеждой спросил Дамиан. – Маркус!

Брат встряхнул меня за плечи, приводя в сознание. Я перевёл взгляд с обугленного тела обратно на него.

– Ты не скажешь ему, – с нажимом повторил Дамиан. – Повтори это вслух.

– Я не скажу отцу, – повторил я.

Это было меньшее, что я мог сделать для него сейчас. Но долго это продолжаться не могло.

Может, я и был младше, но дураком точно не был. Лжи не бывает во благо. Мы оба это понимали. И понимали, что этой служанки никто не хватится. По крайней мере, в первое время.

А потом… потом брат что-нибудь придумает. Он всегда мог придумать что-то.

Наш секрет стал проклятием. Я не смог бы солгать, если бы кто-то спросил. Но никто не спрашивал. Все решили, что она уехала, испугавшись тяжёлой работы. И мы забыли.

Почему сейчас я вспомнил тот день?

– Это ведь не единственный секрет? – раздался голос за спиной.

Я обернулся.

– Лео? Ты…

– Мы привычны к тёмным делишкам. Ты готов посвятить её в них? – спросил он.

– Зачем мне это?

– Разве леди Алания не твоя невеста?

– Это временно.

– А ты точно хочешь, чтобы это было временно?

– Мои желания здесь ничего не решают, – я качнул головой.

– Но ты бы хотел, чтобы они решали, – с нажимом произнёс Лео.

– Что ты от меня хочешь? Где мы?

Я стоял посреди заброшенной лаборатории, в окружении множества закрытых пустых клеток. Они образовывали круг, заперев нас посередине.

Лео пожал плечами.

– Не важно. У нас всё равно не так много времени, как бы тебе хотелось. А я лишь хочу, чтобы ты был честен с собой и с ней. В этом моё предназначение сейчас.

Я прищурился.

– Помнишь озеро, которое вы разбудили?

– Я умер?

– Нет. Но тебе нужно уйти отсюда. Открой эти клетки.

– Зачем? В одной из них выход?

– Нет, – терпеливо улыбнулся Лео. – Выход — это они все.

Я подошёл к ближайшей клетке. Подёргал щеколду — она не поддалась. Ни одна из тех, что я попытался открыть, не поддалась.

– Что для тебя важно? – спросил Лео, когда я одарил его вопросительным взглядом. – Разоблачить Двадцать Домов? Доказать Совету Семерых, что ты достоин унаследовать титул своего отца? Спасти драконов или леди Аланию?

– Я не хочу занимать место отца. Есть Дамиан, – качнул я головой и вновь попытался открыть ближайшую ко мне клетку.

– Ты лучше его, – хмыкнул Лео.

Я замер.

– Ты не совершал непростительных ошибок. Тебя больше любят в поместье. Ты знаешь, что у Совета есть на тебя свои планы. Разве Дамиану дали расследовать это дело?

– Он занят.

– Он развлекается на острове. И сейчас всё, о чём он может думать, — Селена. Ты знаешь, Маркус, если не смотреть за ним, она станет очередной трагедией.

– То был несчастный случай.

Лео кивнул.

– Был. Тебе лучше знать, – пожал он плечами.

Я ударил кулаком по клетке, и та с грохотом отъехала назад, потревожив остальные.

– Да, несчастный случай. Он так сказал, и я поверил. Я ему подыграл. Я ничем не лучше брата. Я всю жизнь всем подыгрывал. Я держал его секрет, как свой.

– Ты хороший брат, – вновь кивнул Лео.

– Я устал быть хорошим братом.

– Тебе нужно просто открыть клетки, Маркус, – напомнил Лео.

– Я знаю, что могу быть лучше Дамиана. Я докажу это Совету. Докажу отцу.

Я услышал, как несколько щеколд на клетках щёлкнули.

– Я сделаю то, что не смог сделать мой брат. И Двадцать Домов ответят за свои деяния.

Клетки разом отворились. Я прикрыл лицо руками от неожиданности. И почувствовал лёгкое похлопывание по спине.

Лео, сунув руки в карманы брюк, направился к появившейся двери. Она отворилась прямо перед ним. Круг из клеток исчез.

– Лео! – позвал я его. Он остановился. – Я найду тебя. Чего бы мне это ни стоило.

Он махнул рукой.

– Я буду ждать, старший. Не оплошай.

Глава 24. Ищейка

(Алания)

– Ле… ди… ния… Алания, – знакомый голос Лорда Дракончика звал меня словно через толщу воды.

Я поморщилась, нехотя разлепляя глаза, и отмахнулась от Маркуса, как от назойливой мошки.

– Просила же просто «Алания», – буркнула я хрипло.

Маркус помог мне сесть. Тело неприятно отзывалось усталостью. В голове шумело, а затылок ныл, как после удара. Мы находились на берегу лесной реки. Бурный поток нёс трухлявые ветки, на которых гордо восседали мелкие дракончики и с любопытством смотрели на нас, пока проплывали мимо. Шум реки перекрывал пение птиц, что слетелись над нами.

– Мы выбрались? – спросила я с надеждой.

– Да, – улыбнулся Маркус. – Как ты себя чувствуешь?

– Пойдёт, – отозвалась я. Сейчас не тот момент, когда нужно предаваться слабости. – А ты?

Зрачки Маркуса вернулись в прежний человеческий вид. Клыки ещё выпирали, но чешуи на лице, шее и руках стало заметно меньше. А вот острые когти остались. Он стыдливо пытался их спрятать, сжимая пальцы в кулак.

– Восстанавливаюсь. Но на это уйдёт ещё несколько дней.

Я облегчённо выдохнула. Главное, что мы вернулись из Разлома. Остальное — пустяки.

– Вернёмся в Академию? – спросила я.

Маркус покачал головой. Поднялся и помог встать мне.

– Нет. Идём сразу в Совет Семерых. Мы должны снять с тебя проклятие. – Он смерил меня серьёзным взглядом. – Ты будешь главным свидетелем против собственных родителей. Тебе стоит к этому подготовиться.

Я отмахнулась. Со стороны это скорее всего выглядело как попытка держаться храбро. Но, по сути, нас же с дэ Веритас ничего не связывало. Поэтому морально я была готова давать показания. Лишь бы с меня сняли это проклятие.

– Главное, чтобы с Ливией ничего не случилось, – кивнула я. – Остальное переживу.

– Ей ничего не грозит. Я обещаю, – твёрдо сказал он.

И мне хотелось в это поверить. Думаю, настоящая Алания со мной бы согласилась.

Мы долго шли по лесу. Маркус сказал, что точно знает, где мы находимся. Но я начала сомневаться. Особенно когда солнце начало садиться за горизонт, а мы так и не вышли из леса.

– Просто признай, – запыхавшись, проговорила я, останавливаясь и опираясь ладонями о колени, – что мы заблудились.

– Мы не заблудились, – упрямо отозвался Лорд Дракончик и тоже остановился.

Я хмыкнула.

– О, Великий Следопыт, куда нам тогда дальше идти?

– Не язви.

Я пожала плечами, скрывая смешок.

– Ну извини. Это единственное, что мне остаётся в такой ситуации.

Вместо ответа Маркус вдруг напрягся, прислушиваясь. Я тоже насторожилась. Ничего необычного не было. Разнообразная зелень — высокая, низкая, трава, лишайники, деревья, кустарники. Всё буквально кричало о том, что мы никогда не выберемся из этого места.

Однако из ближайших кустов блеснуло что-то металлическое.

Я прищурилась, чтобы получше разглядеть, сделала полшага ближе. Но Маркус резко дёрнул меня за руку, закрывая собой. Из кустов вылетели металлические когти, раскрывшись налёту, они сковали Маркуса. Тот глухо вскрикнул и повалился на бок, без возможности пошевелиться.

– Маркус! – я бросилась к нему.

– Оставайтесь на месте, леди, – раздался мужской голос из кустов. – Этот дракон опасен.

Не в силах скрыть удивления, я тыкнула пальцем в сторону Маркуса. Тот вдруг странно застыл на месте и отвёл взгляд.

Из кустов, отряхнув синюю форму, вышел человек.

– А вы, собственно, кто? – спросила я, нахмурившись, но от Лорда Дракончика не отошла. Наоборот, шагнула чуть в сторону, прикрыв его собой.

– Эйлерт Боон. Младший инспектор «Ордена Ищеек», – представился он и вытащил из нагрудного кармана значок с пересекающимися четырёхконечными звёздами.

– Прекрасно! – воодушевилась я. – Вы-то как раз нам и нужны.

Однако Эйлерт поднял руку и посмотрел на неподвижного Маркуса, лежащего на земле. Затем достал свёрнутую в трубочку листовку, сверился с изображением на ней и кивнул сам себе.

– Маркус Сальваторе, вы обвиняетесь в похищении леди Алании дэ Веритас, дочери уважаемого графа дэ Веритас.

– Что? – опешила я. – Нет, погодите! Он меня не похищал.

– Это уже не мне решать, – совершенно серьёзно ответил Эйлерт. – Леди, держитесь возле меня. Я отведу вас к вашим родителям. С этим… будет разбираться суд.

– Стоять, я сказала! – приказным тоном воскликнула я. – Вас ввели в заблуждение. Маркус меня спас.

– Вас не было неделю, леди дэ Веритас.

– Неделю?

Я замолчала, потупив взгляд себе под ноги. Разве мы не провели в Разломе от силы день? Откуда взялась эта неделя?

«Время здесь идёт по-другому», — вспомнились мне слова Файроха.

Я качнула головой. Ладно. Пусть неделя, но…

– Слушайте, это какое-то недоразумение, – снова вступила я в спор. Может, если я смогу всё ему объяснить, этот младший инспектор поймёт и отпустит Маркуса?

– Алания, – мягко позвал меня Лорд Дракончик. Я обернулась к нему. – По законам никакой суд, кроме Совета Семерых, надо мной не властен. Я — Маркус Сальваторе, приказываю отвести нас с леди Аланией дэ Веритас в «Драконью Залу».

Эйлерт сглотнул. Он, как и я, заметил этот взгляд. Властный, древний. От которого невольно земля уходит из-под ног и хочется пасть ниц.

– Но я… я… – замялся тут же младший инспектор.

А я воспользовалась ситуацией. Я же тоже графиня!

– Ты его слышал, Эйлерт Боон. Веди нас к Совету Семерых. Только перед ними мы будем отвечать.

Глава 25. Совет Семерых

(Алания)

В целом именно так я себе и представляла Совет Семерых. Семь старых, грозных драконов, которые думают, что знают больше остальных. Нет, в книгах, что я успела прочитать за эти четыре месяца пребывания в этом мире, о них слагали такие легенды, что Джордж Мартин позавидовал бы фантазии некоторых летописцев. Конечно, я бы не стала спорить с ними. Но всё же, глядя на этих драконов сейчас — особенно на папеньку Маркуса, — сложно представить их лихую молодость.

У меня было время рассмотреть всех, пока Маркус в красках рассказывал обо всём, что с нами приключилось за это время.

Как оказалось, после нападения гарпий на Академию действительно прошла целая неделя. Младший инспектор не обманул.

Наше с Маркусом исчезновение не прошло незамеченным. Изабелла объявила, что Лорд Дракончик похитил меня по приказу Совета — ведь они с самого начала были против нашей помолвки. Большинство людей встали на сторону дэ Веритас: все знают, какие драконы на самом деле противники межрасовых союзов. В том числе и все Двадцать Домов новой аристократии. Даже те, кто не участвовал в выкачке маны из диких драконов.

Тем же они объяснили и само нападение: мол, именно драконы всё это спланировали, чтобы отвлечь внимание и выкрасть меня.

Хрупкий мир и доверие между драконами и людьми окончательно рухнули. Занятия в Академии отменили на неопределённый срок.

Сюда же добавился инцидент с Лео. Род Амати обвинил людей в похищении своего сына, в контрабанде и убийстве редких драконов. Вышло наружу и появление Виспера как жертвы страшных экспериментов с маной. Люди же перекинули стрелки обратно на драконов: мол, это они незаконно экспериментируют с людьми, поставив в пример напавших на Академию гарпий.

Хаос сдерживал лишь Орден Ищеек, который старался придерживаться нейтралитета. Но получалось у них из рук вон плохо — просто потому, что половина их состава состояла из людей. И не у всех них было благородное происхождение.

– Значит, собственные родители наложили на тебя родовое проклятие? – поинтересовался один из старых драконов.

Рога у него были витиеватые, как у оленя, и тонкие. Глаза — серые, почти прозрачные. Отчего у меня сложилось впечатление, что он слеп. Про себя я окрестила его «Дедушка-олень».

Я неопределённо мотнула головой — горло тут же сдавило, мешая ответить. А эмблема обожгла кожу.

– Подойди сюда, дитя, – поманил меня к себе Дедушка-олень.

Я протянула ему руку, на которой уже проступил герб рода дэ Веритас.

– Занятная вещица. Давно такого не видел.

Ладонь у него была горячей, но не обжигающей. Как приятное тепло от камина в холодный осенний вечер.

– Люди поистине ужасны, раз способны поступать так со своими детьми, – произнесла пожилая драконица.

Светловолосая леди, чьи рога напоминали рога газели из африканской саванны моего родного мира — такие же рельефные и прямые.

– Диаманта, прошу, не нужно ставить крест на всех, – осторожно попросил отец Маркуса — Сальваторе-старший. Я узнала его по белокурым волосам. Потому что совершенно не помнила, как он выглядел после нашей первой встречи в поместье дэ Веритас четыре месяца назад.

– Лучше подумаем, как его снять, – предложил Сальваторе-старший.

Дедушка-олень нахмурил густые брови.

– Родовые проклятия снимаются не так уж и просто. И зачастую теми, кто их наложил.

Я обречённо поморщилась. Значит, мне до конца жизни ходить с этим клеймом. Ибо Изабелла вряд ли согласится его снять.

– Попробуем временную меру, – предложил Сальваторе-старший.

– Временную меру? – переспросила я.

– Мы заблокируем действие клейма. Повернём время вспять — до того, как его наложили, — добродушно пояснил он.

– Это опасно, – встрял Маркус. – И не гарантирует результата. Она может остаться без руки, если что-то пойдёт не так.

Его отец согласно кивнул и серьёзно посмотрел на меня.

– Ты сможешь говорить только двадцать минут. Потом эффект спадёт, и мы не знаем, каким будет откат. Только тебе решать — делать этот шаг или нет, дорогая Алания.

– Алания, — позвал Маркус. — Ты не обязана это делать. Того, что я рассказал, должно хватить, чтобы выставить обвинения против дэ Веритас. И запись, которую вы добыли с Лео…

– Я ведь единственный свидетель?

Маркус замер и покачал головой.

– Не совсем. Есть ещё маркиз Хоенхайм.

– Чт… и ты мне не рассказал? Я тебе душу излила, а ты утаил от меня, что Хоенхайм согласился сотрудничать?

Маркус неловко почесал затылок.

– Ну… он не совсем добровольно согласился сотрудничать…

Лорд Сальваторе-старший со странной заговорщической улыбкой наблюдал за нашими препирательствами.

– И как давно он «сотрудничает»? — я скрестила руки на груди.

– С того дня, как вы с Лео пробрались в лабораторию, — признался Лорд Дракончик.

– А значит, ты мне соврал, когда сказал, что он ослаб и сбежал?

Тут же вся Семёрка с осуждением посмотрела на Маркуса.

– Ты нарушил табу, сын? — поинтересовался Сальваторе-старший.

Маркус отвёл взгляд.

– Да, — коротко бросил он.

– Мы позже решим, что с тобой делать, — вздохнул Дедушка-олень. — Алания, Маркус прав в одном: маркиз Хоенхайм действительно недавно дал показания. Их хватит. Но…

– Я согласна, — выпалила я. — Я хочу помочь. Хочу быть полезной. И хочу, чтобы Изабелла и Лоренцо дэ Веритас поплатились за то, что со мной сделали.

За то, что сделали с настоящей Аланией.

Глава 26. Основы самообороны от дракона

(Алания)

Я несколько дней провалялась с лихорадкой после наложенного заклинания. Откат действительно был ужасен. Я думала, моя рука сгорит, отвалится или что похуже.

За это время успела в подробностях рассказать о собрании, которое провели дэ Веритас, об их планах на нас с Маркусом после свадьбы и подробно описала сам ритуал забора маны.

К сожалению, о том, что гарпии напали на Академию по приказу Лоренцо, доказательств у нас не было. Ни одну из этих тварей поймать живой не удалось. А те, что попались в ловушки, не прожили и суток. Здесь уже даже Хоенхайм бы не помог. Но и без того доказательств набралось на несколько тяжёлых статей: от ловли, вывоза и продажи редких видов диких драконов до экспериментов на людях.

Мы остались в Драконьей Зале просто потому, что я свалилась без сознания почти сразу, как эффект заклинания спал. Как потом шепнул мне Сальваторе-старший: пока я валялась в лихорадке, Маркус не отходил ни на шаг от моей кровати.

Немного придя в себя и подкрепившись рыбой с рисом и фруктами, я отправилась на поиски Лорда Дракончика, чтобы выразить ему благодарность.

Служащие Драконьей Залы косились на меня неодобрительно. Все они были драконами. Людей я вообще не увидела. Разговаривали со мной неохотно, а когда я отворачивалась — шептались за спиной. На самом деле мне очень хотелось верить, что обсуждают не меня.

Честно, терпеть это было неприятно. Но и предъявить им ничего не могла. У нас сейчас и без того натянутые отношения. Слышала, в неблагополучных районах столицы после массовых обвинений между людьми и драконами затеялась драка. Правда, что там забыл благородный дракон — история умалчивала. Но даже благожелательно настроенных людей драконы опасались.

Маркуса я нашла на арене. Он тренировался.

Без рубашки.

В одних брюках.

В рукопашном бою с манекеном.

Подглядывать, конечно, нехорошо. Я помнила, какой он стеснительный. Но ничего не могла с собой поделать.

Извините, красивые мужчины — моя слабость.

Я тихонько подкралась ближе — к самому краю трибуны. Но видно было плохо: Лорд Дракончик находился слишком далеко. А мне хотелось разглядеть в подробностях, как перекатываются его мышцы после каждого движения. Поэтому я рискнула спуститься на саму арену. Прятаться там было негде. Я застыла в тени арки над входом — она была ближе всего к тому месту, где он тренировался.

И здесь действительно было лучше видно каждое его движение. Каждый удар, блок, уклонение.

Я облизала вмиг пересохшие губы и пожалела, что не могу заснять его тренировку на видео. Скажем, для образовательных целей. Да. Никаких пошлостей, я и не думала!

– Ай-яй-яй, леди, — раздался у моего уха насмешливый шёпот. — Не пристало знатным особам вести себя так неприлично.

Я резко обернулась, встречаясь взглядом с Эйданом. Он широко улыбался. И в целом выглядел весьма довольным.

– Я не подглядывала! — тут же выпалила я и выпрямилась. Словно перед матушкой отчитывалась.

– Я так и подумал, — рассмеялся Эйдан.

Его взгляд скользнул мне за спину. Я обернулась, проследив за ним.

Маркус заметил нас. Накинул на плечи красную рубашку с золотым орнаментом на вороте и направился к нам. Лицо его тоже было красным, словно напиталось от ткани. И он старательно не смотрел в мою сторону.

Упс. Я сглотнула вязкую слюну. Кажется, кому-то будет не очень хорошо. Хотя, даже если Лорд Дракончик меня и отчитает — оно того точно стоило.

Я буду хранить его образ в своей памяти до самого смертного одра.

– Ты проснулась, — проговорил он.

И в этом голосе я не услышала ни капли смущения, несмотря на румянец на щеках.

Он взял мою руку, на которой был герб дэ Веритас. Закатал рукав блузы и внимательно осмотрел.

Ох…

Я аж застыла от неожиданности, наблюдая, как он бережно осматривает и ощупывает кожу в поисках повреждений. Как румянец его постепенно сходит из-за сосредоточенности.

– Да, эм… я в полном порядке.

Теперь настала моя очередь смущаться. Я почувствовала, как щёки загорелись от этих невинных, бережных прикосновений. Впервые со мной такое было. Одно дело дразнить кого-то. Но другое… ни в прошлой жизни, ни в этой ни один мужчина не прикасался ко мне так…

Заметив моё красное лицо, Маркус словно опомнился и резко отпрянул.

– Ох, прости… я просто…

– Да, ничего… — пролепетала я в ответ.

Эйдан кашлянул, привлекая к себе внимание. И я мысленно ударила себя по лицу. Это же надо — забыть про свидетеля. Поставила себе мысленное напоминание: поискать какие-нибудь заклинания забвения, чтобы стереть ему память об этом дне. И Маркусу заодно.

– Милуйтесь, голубки, — хохотнул он и ушёл на середину арены.

– Так, кхм, — неловко почесал подбородок Маркус. — Что ты здесь делаешь?

В целом ответ «Наблюдала, как ты тренируешься» выглядит достаточно безобидным. Но после того, что произошло, как будто бы нечестно по отношению к Лорду Дракончику.

– Эм… думала попросить тебя научить меня парочке приёмов… — сказала я первое, что пришло в голову.

Его лицо вытянулось от удивления.

– Зачем тебе это?

– Ну, на всякий случай, — я неловко переступила с ноги на ногу. — Для общего развития, так сказать.

Он согласился.

Перед этим ещё раз десять спросил, всё ли со мной в порядке и точно ли я готова к физической нагрузке.

– Сгруппируйся, — комментировал он, пытаясь поправить мою стойку. — Ноги должны быть устойчивыми. Всегда наблюдай за противником. Предугадать его движения не так уж и сложно.

– Если ты мастер боевых искусств, — хмыкнула я.

Маркус улыбнулся.

– Да, знания и насмотренность важны. Но даже новички многое схватывают налету. Уличные драки зачастую хаотичны. Сбить с ног кого-то, кто никогда не дрался профессионально, легче, нежели профессионального бойца. А профессионалы никогда не затевают драк просто так.

Ну, тут я бы с ним поспорила.

– Прикрывай голову, Алания, — предупредил он.

– Вот так?

Я встала, как он показал. Руки перед собой. Ноги поставила шире, принимая более устойчивое положение.

Он поправил мои руки и кивнул одобрительно. Встал рядом.

– Правая нога вперёд. Поворачивайся в её сторону всем корпусом и за корпусом веди руку. Удар резкий. Локоть должен смотреть прямо. Не вниз, не вверх. Только прямо. Иначе заработаешь перелом, а инерция от такого удара будет слабой.

Маркус сделал резкий выпад, поражая невидимого противника. Затем несколько раз повторил медленнее, чтобы я могла повторить.

Мы некоторое время отрабатывали базовые приёмы, пока я окончательно не выдохлась и не рухнула звездочкой в рыхлый песок.

– Всё! Больше никакой самообороны! — пробурчала я, отплевываясь от волос и песка.

Маркус сел рядом.

– Да, на сегодня действительно хватит.

– Кстати, я тут вспомнила, — проговорила я, приподнимаясь на локти.

– О чём? — как-то слишком настороженно поинтересовался Лорд Дракончик.

– Хотела попросить потрогать…

– Ле… Алания, — он, кажется, уже понял, что ничего хорошего я не собиралась просить, и поспешил подняться.

Я за ним.

– Ну немного. У тебя такой пресс. Я такой только на картинках видела, — взмолилась я, преследуя его, не отставая.

– Стыдно спросить, в каких книгах печатают такие картинки, — возмущённо промямлил он.

– Хе-хе, — глуповато посмеялась я, вспоминая те самые книжки из своего мира. Здесь, в библиотеке настоящей Алании, я ничего такого и правда не нашла. — Не будь жадиной, Лорд Дракончик. Это кощунство — прятать от всех такое тело!

Я почти догнала его возле выхода. Когда Маркус вдруг резко обернулся и схватил меня за запястье, прижимая к стене.

– Если… — хрипло начал он, не зная, куда прятать глаза. Наши лица были так близко, что дыхание смешалось. — Если ты выйдешь за меня…

– Чего? — опешила я.

– Нет, забудь, — он качнул головой, отпуская меня, и прикрыл рот ладонью. — Забудь… — повторил он и, пока я не опомнилась, просто взял и сбежал.

Это он типа предложение мне сделать пытался?

– ЧЕГО?!

Глава 27. Вторая Алания

(Алания)

«Моя дочь… подверглась жестокому обращению со стороны своего жениха. О помолвке моей дорогой Алании и принца Маркуса Сальваторе давно знали в высшем свете. Мы все думаем, что драконы — благородные блюстители чести. Но мы просто не знаем, что творится за закрытыми дверьми.

Их сладкие речи всегда были созданы только для того, чтобы обезоружить нас. Ввести в заблуждение. Дать нам ложный свет маяка, чтобы мы могли идти на него, забыв о том, что по природе своей драконы жестоки и беспощадны. Сейчас они в личине людской. Но вспомните, что было ещё несколько тысячелетий назад? Мы забыли, что чудовища живут не на страницах книг — они живут среди нас.

Помните Левиафанов? Монстров, скрывающихся в болотах, заманивающих заблудших путников невинными образами. Современные драконы ничем не отличаются от них.

Все эти законы, придуманные драконами ради драконов и якобы ради нас, на самом деле — не более чем фарс. Это те же невинные образы, но обернутые в современную красивую подарочную упаковку.

Мою дочь похитили, подвергли жестоким пыткам именно драконы. Ей чудом удалось сбежать. И только благодаря младшему инспектору Ордена Ищеек Эйлерту Боону моя дорогая Алания всё ещё жива. И проходит курс лечения дома. В безопасности.

Драконы, которые обещали соблюдать законы, написанные ещё Файрохом Страти Эрдманом, прямо на наших глазах вновь стали теми чудовищами, что когда-то сжигали целые города. Мы с вами наблюдаем результат их греха и порока.

Очнитесь, люди! Разве вы не видели собственными глазами, как они потешаются над нами?

Драконам, сколько бы они ни носили «овечьей шкурки», никогда не стать настоящими людьми!»

Статья заканчивалась красноречивыми фотографиями плачущей Изабеллы дэ Веритас. И… моей фотографией.

Девушка на ней была похожа на меня. Лишь волосы немного пушились, словно она заснула с мокрой после душа головой.

Избитая, еле сидящая на кровати, она просто смотрела в кристалл, на который её фотографировали. И не знающие действительно могли поверить, что это была я. Несчастная леди, что сбежала от тирана-жениха.

Я скомкала газету и бросила её в стену, попав аккурат в зазор между двумя шкафами с документацией.

О, как я была зла. Это чувство жгло грудную клетку так, что я всерьёз решила, что начну плеваться огнём. А я ещё думала, почему лорд Сальваторе решил забрать меня в своё поместье из Драконьей Залы. И почему так официально вызвал нас с Маркусом в свой кабинет ни свет ни заря.

А тут оказывается Изабелла решила выстрелить оскорбительной, провокационной статьёй. Это, конечно, всё объясняло.

На самом деле от широкой общественности мы скрыли, что я и Маркус вернулись. Знали только драконы из Драконьей Залы, Эйлерт Боон и ещё несколько представителей из Ордена Ищеек. Вероятно, Изабелла решила воспользоваться этим фактом, чтобы посеять ещё большую вражду между драконами и людьми.

– Это всё ложь. Такая наглая ложь! — воскликнула я.

– Мы знаем, — проговорил лорд Сальваторе.

– Вы знаете, но люди-то не знают. Они уже на стороне Изабеллы. А после этой статьи… я должна дать ответное интервью. Должна сказать, что она врёт. Что нападение… нападение… Да к чёрту! — я ударила кулаком по столу.

– Мы понимаем твоё разочарование. Но пока нет хорошего плана.

– И план к чёрту! — воскликнула я. — Сама к ним пойду. По кирпичикам это поместье разберу.

Маркус шевельнул ладонью, и комок газеты с мягким шорохом оказался у него. Он развернул её, присматриваясь к фотографиям.

– Как они это сделали? — спросил он в пустоту.

Я повернулась к нему.

– Сделали что? — спросила я.

– Эта девушка — точная копия тебя…

Я потёрла переносицу, лихорадочно соображая. И правда. В этом мире ведь нет ни фотошопа, ни искусственного интеллекта. Она сидела близко к фотографирующему. Если бы это была горничная, переодетая в меня, я бы это сразу поняла. Выдали бы форма носа, разрез глаз, любое несовершенство кожи.

Но она была точной копией Алании. Моей точной копией.

Я глубоко выдохнула и мысленно шлёпнула себя ладонью по лицу.

– Зелье подмены, — сказала я. — Какой же дешёвый трюк… Оно продаётся в любой лавке. Делается просто. Правда дорогое, потому что ингредиенты редкие, но для них это ведь не проблема.

Стиснула зубы, отбирая у Маркуса газету.

– Они использовали Ливию.

– Откуда ты знаешь? — спросил лорд Сальваторе.

– Зелье подмены иногда даёт осечки. У меня волосы прямые, стекловидные. Они не пушатся. Их трудно завить. На них плохо держатся укладки. У Ливии, наоборот, волосы пористые. Посмотрите, как они пушатся. Вероятно, Изабелла подумала, что это будет отличным эффектом, который добавит жалости.

Сальваторе-старший потёр переносицу.

– Мы больше не можем ждать, когда всё само разрешится, — настойчиво проговорила я. — Оно не разрешится, пока мы сидим, сложив ручки и ничего не делаем. Дайте мне хотя бы вытащить сестру.

– Она права, — поддержал меня Маркус.

Я посмотрела на него с благодарностью. Не ожидала, что он встанет на мою сторону.

– Что вы предлагаете? — раздражённо спросил Сальваторе-старший. — Ворваться в поместье одного из Двадцати Домов? Они этого и добиваются. Нерациональных решений. Алания, ты сейчас говоришь эмоциями.

Я качнула головой.

– Мы не станем никуда врываться. Мы проберёмся тихо. Когда нас меньше всего будут ждать. Выкрадем Ливию и вернёмся, — настойчиво сказала я. — Я не жду, что вы согласитесь с моим решением, или поддержите меня, или пойдёте со мной. Но просто не мешайте мне спасти сестру.

– Ты сама понимаешь, как это звучит? — спросил лорд Сальваторе, делая последнюю попытку воззвать к моему рациональному мышлению.

Я кивнула.

– Более того, я даже представляю, как это всё пройдёт, — хихикнула в ответ.

В лучших традициях шпионских триллеров. Для начала надо раздобыть карту поместья. А лучше — карту секретных ходов под ним. В таких поместьях всегда должны быть подземные лабиринты, чтобы жители могли сбежать или вывести своё имущество.

– Маркус, я расторгаю вашу помолвку, — услышала я слова Сальваторе-старшего, когда повернулась, чтобы покинуть его кабинет.

Маркус лишь улыбнулся, похлопал отца по плечу и последовал за мной.

Глава 28. Серый сектор

(Алания)

– Всё хорошо, я держу тебя.

Маркус подхватил меня под мышки, едва я почувствовала головокружение и повалилась назад.

Слабость окутала всё тело. Ноги больше не держали. Кольцо с магической рудой сдавило палец, словно село после стирки.

Маркус взял мою ладонь, внимательно осматривая кольцо, и легко сломал его, просто нажав на ободок двумя пальцами.

– Мне что-то… — я кашлянула, прочищая горло; в глазах помутнело.

Я уже чувствовала себя неважно, когда выходила из кабинета Сальваторе-старшего. Но двигалась на чистой злости и чувстве «Надо решить это поскорее». А сейчас на меня словно скинули огромный булыжник и раздавили.

– Из-за вспышки эмоций твоя мана потихоньку высвобождается. Твоё кольцо больше не может её сдержать, — пояснил Лорд Дракончик.

– Разве руда не удерживает ману по несколько лет? — удивилась я, посмотрев на него.

Маркус согласно кивнул.

– Да, но всё имеет свойство истощаться. Даже магическая руда. Сколько ты носишь это кольцо?

Я посмотрела на палец, на котором остался след от него.

– Не знаю, — призналась честно.

Когда я появилась в этом мире — кольцо уже было на пальце. Я его никогда не снимала.

В книгах было написано, что магическая руда сдерживает ману долгие годы, но, видимо, до меня не дошла информация, что она теряет свои свойства так быстро.

– Твоё кольцо рассыпалось от одного моего прикосновения, — заметил Лорд Дракончик. — И в нём скорее всего содержалась пыль от магической руды. Такие украшения делаются временно. На три-четыре года. Тебе нужно купить новое.

Маркус помрачнел. Ему явно тяжело было принять эту новость. И я не понимала, почему. Он так переживал за меня? Или здесь что-то другое?

– Встать можешь? — спросил он.

Я неуверенно кивнула.

Маркус помог мне подняться, перекинув мою руку через своё плечо. Я чувствовала себя беспомощнее новорождённого котёнка в его руках.

– Разве это не может подождать? Мы почти придумали, как пробраться в поместье.

Я знала, что нельзя злоупотреблять маной. Её необходимо контролировать, развивать. Для этого и была построена Академия св. Файроха. А если переусердствовать…

Лицо Маркуса вытянулось от удивления.

– Мана — фактически жизненная энергия. Она самовосстанавливается через сон, еду, иногда медитацию. Но людская мана нестабильна. Потому что люди получили эту силу относительно недавно. По сравнению с драконами. Вы ещё не успели к ней как следует адаптироваться. Перерасход приводит к слабости, болезням, иногда временной потере зрения. В самых тяжёлых случаях — к коме. Поэтому да, это не может ждать. Мы должны купить тебе новое украшение с магической рудой, — проговорил Маркус тоном, не терпящим возражений. — К тому же твоя мана работает неправильно. И последствия её перерасхода могут быть катастрофичнее.

– Неправильно? Как это? — переспросила я.

– Твоя мана реагирует на твои эмоции. Вспышка гнева подействовала так же, как если бы ты использовала сотни разных заклинаний подряд за несколько минут. Ты выплеснула ману, не осознавая этого. И старое кольцо её не сдержало.

– Но я уже успокоилась. Это же была мимолётная реакция.

– Я не знаю точно. В старых источниках, которые мне довелось прочитать, говорится, что мана не должна реагировать на эмоции. Это случалось только с самыми первыми людьми, которые родились с источником маны в теле. То есть около пяти-шести тысяч лет назад. Когда ещё никто не знал, как её правильно контролировать. В любом случае ты не сможешь в таком состоянии вызволять сестру.

– Идём покупать побрякушки? — обречённо вздохнула я.

– Идём покупать побрякушки, — с улыбкой повторил Маркус.

Мы вошли в довольно большой ювелирный магазин. Я старалась сильно не отсвечивать, чтобы ненароком меня никто не узнал. Я не знала, решили ли Изабелла с Лоренцо, что я мертва, раз пошли на такой шаг и заставили Ливию играть меня. Но лишний раз привлекать к себе внимание тоже не стоило. Тем более что Маркус уже привлекал взгляды посетителей.

Даже если его не знали в лицо, белые волосы и рога определённо навевали подозрение о его принадлежности к роду Сальваторе. Только у них это передавалось по мужской линии. Поэтому на него и косились.

Покупатели здесь были исключительно люди. Конечно, первородная мана, что текла в крови драконов, не нуждалась в стабилизации. А значит, и делать им было нечего в специализированном магазине по продаже украшений с магической рудой. Но одна я идти сюда не хотела, потому что не разбиралась ни в украшениях, ни в самой руде. И уговорила Маркуса зайти со мной.

– И помни, — сказал мне Маркус перед тем, как мы сели в карету. — Старайся держать свои эмоции под контролем. Ещё одна такая вспышка — и мана в твоём теле вырвется наружу. Сейчас для тебя это критично.

Я правда старалась держаться. Однако пальцы нервно подрагивали. А улыбка, которая должна была казаться вежливой и располагающей, вышла кривой.

– Добрый день, благородная леди. Чем мы можем вам помочь? — поинтересовалась одна из консультанток. Её улыбка тоже была весьма кривой.

– Добрый-добрый, — отозвалась я, ибо на Маркуса она даже не смотрела. — У меня колечко с магической рудой сломалось. Хотелось бы обновить. Покажите что-нибудь не броское.

Девушка закивала. Повела нас к дальней витрине и достала подушечку с кольцами.

– Вот, посмотрите. Отличный вариант. Розовое золото. Вкрапление руды на десять карат. Не пыль. Самые настоящие камни. Прослужит от пяти до восьми лет при регулярной носке.

Я покосилась на Маркуса. Он как-то странно отреагировал на слова девушки. Я сочла эту реакцию тем, что ему просто не понравился дизайн. Однако он наклонился ко мне и шепнул:

– Если тебе нравится — я куплю. Или можешь посмотреть что-то ещё?

Прошу прощения, и как тут не проявлять эмоции? Да видят местные боги, этот дракон только одним «я куплю» сведёт меня в могилу раньше времени.

Я попыталась успокоиться и оценивающим взглядом прошлась по другим кольцам, что лежали на подушке. Живот скрутило от осознания — ни на одном из них не было ценников. Страшно представить, сколько они стоят.

– Может, что-то из серебра? — неуверенно спросила я.

Девушка кивнула. Убрала подушечку обратно и повела нас к отделу с серебряными украшениями — в глубине магазина.

Золото, конечно, благородный металл. Но серебро, если честно, визуально нравилось мне куда больше.

Девушка достала два колечка. Одно похожее на диадему, второе на цветочный венок.

– Эти два кольца — наш эксклюзив. Серебро с добавлением платины. Искусное исполнение мастера. В совокупности с магической рудой — невероятной силы артефакт. И прослужит не одно десятилетие. Уж поверьте.

– Мы возьмём оба, — сказал Маркус, не дожидаясь моего решения.

– По-по-подождите, — заикаясь остановила я и отошла от прилавка, чтобы пошептаться. — Ты уверен? Это же не чистое серебро.

Маркус вновь одарил меня удивлённым взглядом.

– Платина невероятно редкая и сложна в обработке. Ты не знала? — Я качнула головой. — Даже если в кольце всего один процент от общего веса — это уже большая удача. Особенно в твоём случае.

Больше не споря, он попросил девушку оформить всё как полагается. От услышанной цены я чуть в обморок не упала. В моей прошлой жизни за стоимость этих колец можно было спокойно купить трёхкомнатную квартиру в новостройке. Пусть и не в столице.

Нет, даже переродившись аристократкой, библиотекаря с зарплатой чуть выше прожиточного минимума из меня никогда не вытравить.

Я бережно забрала бумажный пакет из рук Лорда Дракончика. И мы погрузились в карету.

Пока мы ехали, я не сдержалась и достала колечко в форме диадемы, примерив его на безымянный палец левой руки.

Маркус отвёл взгляд.

– Что? — спросила я. — Ты и в магазине странно себя вёл, когда речь заходила про руду. Я вообще-то решила, что тебе просто не понравился дизайн украшений.

– Нет. Ничего такого, — отозвался он. Но, видя мой взгляд, всё же сдался. — Обычные люди вряд ли знают о магической руде всё. Им достаточно того, что она способна сдерживать их ману. Но я удивлён, что ты ничего не знаешь. Ты дочь человека, который монополизировал добычу руды в стране.

Я пожала плечами.

– До недавнего времени мне были интересны только зелья и травы. Так что давай расскажи мне, от чего я была так далека, — я откинулась на спинку сиденья.

– Магическая руда — результат обработки костей драконов.

Глава 29. Объединение

(Алания)

Я посмотрела на своё новое кольцо с фиолетовыми камушками. В карете повисла тишина.

– Ох… — выдала я, наконец. — Диких драконов?

– Разных, — Маркус усмехнулся и тоже откинулся на спинку. — Возможно, ты носишь в кольце кости моих предков.

Я смерила его серьёзным взглядом. На самом деле в этом ведь нет ничего противоестественного. Нефть в моём прошлом мире тоже образована из динозавров. Вот только неизвестно, насколько они были разумны. И если честно, от этого незнания легче не заморачиваться над моралью.

– И сколько времени нужно, чтобы сформировалась руда? — осторожно уточнила я.

– Десятки тысяч лет.

Я выдохнула.

– Но некоторые недобросовестные поставщики, особенно в странах, где такой руды нет, а закупать её, по их меркам, дорого, отлавливают или выращивают драконов. А затем искусственно обрабатывают кости и делают из них руду.

Я поморщилась и попыталась снять кольцо, но Маркус меня остановил.

– Не беспокойся. Твоё настоящее. Искусственно созданная пользуется популярностью только там, где её делают. Астерия богата на останки драконов. А пыль доступна даже беднякам. И этот магазин… Здесь закупаются только люди из знатных родов, а значит он дорожит своей репутацией. Но мне всё-таки интересно: почему ты носила кольцо с пылью, а не с камнями?

Я пожала плечами. Действительно, почему настоящая Алания носила дешёвое кольцо, когда могла позволить себе нечто дорогое.

– Просто понравилось, — буркнула я.

И на удивление Маркус удовлетворился этим ответом.

– Значит, останки драконов сдерживают нестабильную человеческую ману. Помнишь, что говорил Файрох?

Лорд Дракончик кивнул.

– Но вряд ли в ближайшем будущем мы этого достигнем. Люди жадные. Ещё несколько веков назад браки между драконами и людьми были приемлемы, и ничего хорошего из этого не вышло.

– Драконы тоже особым альтруизмом не отличаются, — напомнила я прошлые грешки.

– Мы извлекли уроки. А вот люди на своих ошибках никогда не учатся.

Я долго смотрела на него, подавляя раздражение. А затем мило улыбнулась.

– Я сейчас затискаю твои рога, пока ты не попросишь пощады! — угрожающе пообещала. — Или ты поругаться хочешь?

– Я тебя понял, — примирительно поднял руки Лорд Дракончик.

Какое-то время мы ехали в тишине. Я всё смотрела на кольцо. Интересно, знал ли Файрох, что его слова всегда были правдивы? Люди и драконы и правда тесно связаны. Только вряд ли он имел в виду такую связь.

– У нас всё ещё есть одна общая черта, — тихо произнесла я. — И люди, и драконы невероятно упрямы, чтобы заметить решение проблемы, которое лежит прямо под их носами.

Лорд Дракончик уговорил меня повременить с планом. Я согласилась отложить его реализацию ровно на три дня. Три — хорошее число. В прошлой жизни я родилась третьего числа третьего месяца. В этом мире Алания родилась двадцать третьего числа шестого по счёту месяца. Это должно значить что-то хорошее. Верю, что нам удастся освободить Ливию и все мы заживём долго и счастливо!

Когда настал «день Х», карета остановилась в нескольких кварталах от поместья дэ Веритас.

Идти через главный вход было рискованно. Этот трюк можно провернуть, только если бы дэ Веритас принимали гостей — на какое-нибудь карнавальное мероприятие. Однако ждать особого приёма у меня терпения бы не хватило.

Может, они ничего серьёзного и не сделали Ливии. Однако они перешли черту, обвинив Маркуса в похищении и истязаниях. Под раздачу попал весь драконий род.

Мы решили лезть через чёрный ход — то есть канализацию. Если верить карте, которую достал для нас Эйдан, канализационные шахты проходили через всё поместье дэ Веритас и служили не только для сточных вод, но и запутанным лабиринтом на случай непредвиденной осады. Было и несколько подземелий, которые строились с той же целью. Однако войти в них можно было только из поместья, а заканчивалось каждое из них тупиками либо выходило вновь в поместье.

Я закрыла нос платком, смоченным водой с маслом розмарина, который любезно одолжил мне Лорд Дракончик. Он прикрыл нос точно таким же платком. И достал карту, разложив её на каменном слегка влажном полу.

– Куда нам идти? — спросила я, тоже заглядывая в хлопковое полотно, на котором были изображены линии разной толщины. Никогда не умела разбираться в картах.

– Прямо. Потом повернём налево, — Маркус вёл пальцем по карте, определяя наш маршрут. — Мы должны выйти в конюшни, а там попадём в дом.

– Ну, тогда вперёд! — проговорила я. — Чем раньше мы придём к конюшням, тем быстрее выберемся из этого злачного места.

Маркус спорить не стал. Свернул карту, и мы направились прямо, чтобы потом повернуть налево, чтобы дойти, наконец, и забрать мою сестру!

Глава 30. В тылу врага

(Алания)

– Разве мы не должны были уже выйти к конюшням? — в десятый раз спросила я.

Лорд Дракончик промолчал.

Розмариновое масло закончилось. Да и мы явно привыкли к местным ароматам — потому что, даже убрав высохший за время нашего блуждания платок, я больше не чувствовала зловония.

– Карта говорит, что должны были выйти к лестнице ещё десять минут назад, — озадаченно сказал Маркус, проверяя холст.

– Может, она устарела? — предположила я. — Мог же Лоренцо перестроить катакомбы.

Лорд Дракончик обречённо вздохнул и убрал карту.

– Да, мог, — подтвердил он.

– Значит, мы заблудились, — сделала я неутешительный вывод.

Маркус нахмурился на мои слова, явно не разделяя упадка моего энтузиазма.

– Придётся положиться на удачу, — выдал он.

– Нет, подожди, есть же «Окулус вижн», — вспомнила я. — Мы с Лео как раз благодаря ему из той лаборатории сбежали.

Маркус покачал головой.

– «Окулус» работает, когда в помещении уже есть люди или драконы, которые знают правильную дорогу. Вряд ли в канализации найдётся ещё кто-то кроме нас.

Я обречённо опустила голову. Конечно, какой ещё идиот станет бродить по канализации в это время.

Оставалось и правда уповать на удачу.

Маркус резко остановился, прислушиваясь. Я врезалась лбом в его напряжённую спину.

– Что-то не так? — спросила я тихо и выглянула из-за его плеча.

– Что-то приближается, — прошептал он.

В его руке образовался шар чистой энергии, наливаясь огнём. Он подбросил его вверх, освещая пространство впереди, и я ахнула.

На нас двигалась лавина. Живая, клокочущая. Светящая чёрными глазами с золотыми вертикальными зрачками.

Заметив огонь, они замерли, зашипели. Приближались рывками: то наступали, то отскакивали назад, давя тех, кто стоял позади. Топтали друг друга, но не отступали слишком далеко. Словно ждали, что шар вот-вот погаснет — и тогда можно смело нападать.

Я дёрнула Маркуса назад.

– Бежим! Уходим, скорее! — проговорила, не сводя взгляда с существ перед нами.

Лорд Дракончик словно отмер. Запустил к потолку ещё несколько шаров, а затем подтолкнул меня вперёд.

– Что за твари? — бросила я на бегу.

– Не могу сказать точно. Подземных драконов великое множество.

– И все они боятся огня?

– Яркого света, — уточнил он, оборачиваясь, чтобы проверить, не преследует ли нас кошмарная стая.

– Вот лжец! Тот «лабораторная крыса» говорил, что у них мало добровольцев!

– Добровольцев, может, и мало, но они могли закупать людей у работорговцев, — хмыкнул Маркус.

– Только этого нам ещё не хватало.

Я тоже оглянулась. Чудишь позади нас видно не было. Но их шебуршание, плеск воды в канаве и цокот когтей раздавались совсем рядом.

Маркус дёрнул меня к себе, и я увидела, как забурлили сточные воды, образуя подобие щита перед нами. Твари зашипели. Половина из них упала в канаву. Более стойкие и умные попятились назад. Кто-то забрался по стене, подобно большим ящерицам.

– Сюда, сюда, — шипели они. — Сюда, сюда.

Я запустила в них огненный шар. Он обжёг нескольких тварей. Остальные же бросились на нас, но наткнулись на невидимый барьер.

– Donasdogamatastos*, — произнёс Маркус.

В тот же момент мои щёки обожгло жаром. Из свободной руки Лорда Дракончика, которой он держал щит, вырвался столп жидкого пламени, охватывая каждое чудовище и в миг обращая их в пепел.

Как только огонь закончился, Маркус осел на колени. Из его носа пошла кровь. На лице и шее проступили драконьи чешуйки. Я присела рядом с ним.

– Всё в порядке? — обеспокоенно спросила я.

Он неопределённо мотнул головой. Коснулся носа, стирая кровь.

– Не знал, что оно забирает так много сил, — прохрипел он, зажмурившись.

– Что за заклинание такое?

– Узнал от Файроха. Настолько древнее, что затерялось вместе с ним в Разломе. — Он посмотрел на меня. — Я тоже прежде о нём не слышал.

Я вздохнула, полностью оседая на грязный пол. К вони самой канализации добавилась вонь жжёной плоти, от которой тошнило. Я даже смотреть не хотела назад. Представляю, что там творится.

Однако совсем рядом послышалось бульканье воды. Я с опаской глянула в сточные воды, ожидая увидеть там обожжённый труп, но увидела лишь пышущие злобой чёрные глаза с вертикальным золотым зрачком.

– Вот же, — выругалась я, собирая в ладони сгусток чистой маны.

– С-совести нет, — прошипело чудище. — Нет, нет.

Нападать оно явно не собиралось. Только голову полностью из воды высунуло.

Я прищурилась, но руку пока не опустила и шар не развеяла.

– Чего это у нас совести нет? — спросила я с вызовом.

– В чу-жой дом пришли, — продолжило шипеть оно на меня злобно и тыкнуло в нас крючковатым пальцем с коротким, но широким когтем. — В чу-жой дом приш-шли, — повторило оно.

– Вообще-то это мой дом, — тем же тоном проговорила я.

– Врёшь. Врёшь. Чуж-жие прячутся. Свои ходят открыто.

– А меня не пускают. С женихом не пускают, — соврала я без зазрения совести. — Вот приходится тайком в собственный дом пробираться, чтобы с любимым время провести.

– Дело благое, — вдруг смягчился он.

– Ага, — согласилась я. — Только мы потерялись. Знаешь, как выбраться?

– Знаем. Поможем.

– Веди, — скомандовала я.

И существо действительно поплыло в ту сторону, из которой мы бежали.

Я помогла Маркусу подняться.

– Ты уверена, что он проводит нас к выходу? — шепнул Лорд Дракончик мне на ухо. И я впервые почувствовала, как по телу пробежала волна мурашек.

– Не уверена. Но ведь уповаем на удачу. Если что — я его сожгу, — твёрдо произнесла я, прогоняя странные мысли.

На самом деле мне не хотелось никого сжигать.

На удивление мы быстро добрались до лестницы, что тянулась наверх к люку.

– Спасибо, — поблагодарила я чудище, что всё ещё пряталось в сточных водах.

– Дело благое, — повторил он и скрылся с головой в воде. Только пузырьки поднялись на поверхность.

Я поёжилась от всего этого действа.

Маркус пропустил меня вперёд. Однако, как сразу выяснилось, сделал он это зря. Люк над нами или заклинило, или мне просто стоило больше кушать белка и наседать на силовые, но открыть я его самостоятельно не смогла. Поэтому Лорду Дракончику пришлось лезть ко мне.

Я почувствовала его тепло — согревающее, подобно вечеру с семьёй за настолками. Перекрывающее весь этот ужас.

С люком он расправился быстро. Чуть вылез, осмотрелся, чтобы никого не было. И помог выбраться мне. Мы оказались в конюшне. Как и ожидали, в принципе. Лошади всхрапнули при виде нас, но на удивление остались спокойными. А потому и на улицу мы вышли без происшествий.

– Наконец-то свежий воздух, — шепнула я с облегчением.

Маркус шикнул на меня.

И в этот момент щёлкнул затвор пистолета.

*Donasdogamatastos — яростный и бесконечный огонь, заключенный для наказания тех, кто изгнан от славы.

Глава 32. Первородная мана

(Алания)

Я стиснула зубы, пытаясь вспомнить хоть одно заклинание на самоисцеление. Но за то время, что я пробыла в Академии, мы ничего подобного не изучали. Может, это было раньше, и его знала настоящая Алания. Но доступа к её памяти у меня тоже не было.

Я глянула на двух идиотов, что стояли позади. Волосы рассыпались по моему лицу, но сил их убирать не было. Просто пошевелиться уже было больно.

Ранения были не смертельными, но если я ещё пробуду здесь — потеряю слишком много крови. К боли можно привыкнуть, если отвлечься. Но кровопотеря может быть смертельной. А помогать мне явно никто не собирался.

– Вы же в курсе, что стрелять в людей незаконно? — поинтересовалась я язвительно. — Как думаете, кто первый попадётся им под горячую руку?

Один из стражей усмехнулся. Он куда крепче держал пистолет в руке, нежели его напарник. Из-под его форменной фуражки выглядывала белокурая чёлка.

– Орден Ищеек? Он уже не такая проблема для нас. Когда принц лишится своей силы, лорд дэ Веритас поделится с нами его маной. Даже небольшая крупица дракона сделает нас непобедимыми.

Я усмехнулась, а затем и вовсе рассмеялась. Вот уж точно идиоты.

– И вы поверили? Серьёзно думаете, что мой «папенька» поделится маной дракона со своими пешками? Этот человек приказал стрелять в свою собственную дочь! Вы вроде стражи, а не клоуны на празднике. Кто действительно заберёт себе всю ману — это они. — Я слабо кивнула головой на собравшихся людей в балахонах. — Те, кто может дать что-то взамен. Богатенькие дяденьки и тётеньки, что правят этой страной.

– Ты думаешь заговорить нам зубы? — блондинчик усмехнулся.

Однако по взгляду второго я заметила семена сомнения, что мне удалось посеять. Он перевёл взгляд на Лоренцо, что обсуждал что-то с Маркусом.

Может, удастся повлиять на него?

– Нет, я просто хочу вас предупредить. Всё, что здесь делается… Когда выйдет наружу… Никто не будет искать правых и виноватых, выберут удобных козлов отпущения. И ими окажетесь вы.

– Только если план графа провалится, но…

– О, поверь, он провалится.

Напарник блондинчика опустил пистолет.

– Считаешь себя самой умной? — не выдержал всё-таки блондинчик, сделал шаг вперёд, присел на корточки и приставил пистолет мне к виску. — Ты же из благородной семьи, в отличие от нас. Низкородных идиотов.

– Ну, я считаю вас просто идиотами, — хмыкнула я. — Без оглядки на статус.

Блондинчик усмехнулся, но тоже убрал пистолет.

– Ты же пришла сюда за сестрой? — предположил он. — Видела ту статью, что наделала шума. Думала, что она в беде, раз её заставили вырядиться тобой? Вот только всё это была игра. Она там, — блондинчик кивнул на собравшихся. — И на самом деле, по секрету от горничной, которая помогала всё это провернуть, леди Ливия сама придумала этот план.

Раны заныли сильнее от моего резкого поворота головы, а пространство перед глазами странно закружилось.

Я поискала взглядом самую маленькую фигуру среди собравшихся. Если это правда. Если она с самого начала была на стороне родителей — значит, я зря на неё надеялась? Мечты об идеальной младшей сестрёнке рухнули подобно карточному домику.

Я не знала, какие отношения были у настоящей Алании с Ливией. Да и когда я только появилась здесь, сама погрузилась в изучение мира. Мы мало общались. Но ведь в последнюю нашу встречу она вела себя искренне. Конечно, Ливия могла играть. Но мне так хотелось верить в её доброту и заботу.

Эти двое… та горничная не могли знать наверняка. Если Ливия не сопротивлялась — это ещё не значит, что она была на стороне Лоренцо и Изабеллы. Они все просто пешки. А пешек не посвящают в планы.

Лоренцо затянул песню.

Маркус закрыл от меня шар с бурей. Я не могла понять — работает ли он. Они же экспериментировали только на диких драконах…

– Даже если… — стиснув зубы прошипела я блондинчику. — Если Лоренцо и поделится с тобой этой силой, неужели ты думаешь, что смешение маны пройдёт без последствий?

– Что ты имеешь в виду? — не понял блондинчик.

– Она говорит про тех чудовищ, что напали на Академию святого Файроха. О них тоже писали все газеты, — впервые заговорил сомневающийся напарник. — Это же были люди?

Я кивнула.

– Люди, что согласились смешать свою ману и ману драконов. Они потеряли свою человечность. Стали ужасным напоминанием, что для всего нужен баланс, — проговорила я. — Вы точно хотите для себя подобной участи?

Блондинчик стиснул зубы. А напарник вдруг наставил пистолет уже на него.

Ого, как всё удачно развернулось.

Однако насладиться развернувшимся представлением у меня не получилось.

– Усните!

Голос сестры раздался за моей спиной. Тихий шёпот, предназначенный только для нас троих. Не успели двое стражников ничего сделать, как повалились на пол без сознания.

Я с трудом приподнялась на локти, чтобы повернуться к сестре всем корпусом.

Ливия откинула капюшон с лица. Её глаза выдавали искреннее беспокойство. Она бросилась ко мне, упав на колени.

– Ливия, — прошептала я одними губами.

– Тише, тише.

Сосредоточенная маленькая девочка, чьи руки дрожали. Однако она стойко и с профессиональным взглядом лекаря осмотрела моё плечо.

Её ладонь засветилась мягким голубоватым светом, и пуля вылетела из моего тела, звонко упав на пол. И только потом она принялась лечить рану.

– У нас мало времени, — прошептала сестра.

А я готова была расплакаться от того, что она рядом. Не бросила меня, не предала.

– Тебя надо вывести. Я не смогу залечить раны полностью, — проговорила Ливия виновато.

– Лечи как можешь, — я стиснула зубы, потому что ощущения затягивающейся кожи были не из приятных. Хотелось почесать края раны. Но я сдерживала себя как могла. — Сначала нужно остановить ритуал. И почему ты здесь? В этой…

– Я услышала, что ты пропала. К тому же… — она бросила на меня укоризненный взгляд. — Ты попросила меня проследить за родителями. Я немного увлеклась, и они меня нашли. — Её щёки покраснели, вместе с кончиком носа, от усердия. — Пришлось на ходу придумывать легенду, что я на их стороне и просто хотела помочь. Потом и предложила сыграть тебя. Мама согласилась. А потом вот.

Ливия сдвинула брови. Было видно, что ей нелегко даётся магия исцеления.

– Я плохо помню последние дни. Всё было как в тумане. Я так переживала, чтобы папенька с матушкой ничего не заподозрили. Я не знала, что ты придёшь.

Она снова одарила меня укоризненным взглядом. И в нём было столько сестринской любви, сколько я за все обе жизни не чувствовала.

– Не могла же я тебя оставить, — я всё же почесала рубец на плече, когда Ливия закончила с ним и перешла на бедро. — Особенно когда увидела статью в газете. С твоей фотографией.

– Это было специально сделано.

– Знаю.

– Тогда и приходить не надо было. Человек из Ордена сказал, что ты нашлась и сейчас находишься в Совете Семерых. Матушка сразу поняла, что ты им всё расскажешь и тебя нужно как-то выманить оттуда…

Она не успела закончить. Жгучая волна мощной маны накатила неожиданно. Ливия задохнулась, схватившись за горло. Я же почувствовала прилив сил и лёгкую эйфорию. Чужая мана впитывалась в кожу, и рана на бедре затянулась сама.

– Ливия! — крикнула я, хватая сестру за плечи и притягивая к себе.

А затем посмотрела в сторону Маркуса и культа.

Его тело стремительно росло, менялось. Кожа покрывалась серебристой чешуёй, из которой золотистым потоком лилась первородная драконья мана.

Шар лопнул, обнажая бурю, что продолжала расти и устремилась в потолок.

Несколько людей лежало на полу без сознания. Остальные бросились в рассыпную.

И только Лоренцо с безумным видом наблюдал за происходящим.

Глава 33. Огонь и чешуя

(Маркус)

– Алания, побереги силы, – мягко сказал я, заметив, что она собиралась прибегнуть к тому древнему заклинанию.

Я не знал, как оно отразится на ней. К тому же поток огня в этой комнате будет не лучшим выходом. Пострадали бы не только эти люди, но и она сама. И я не хотел, чтобы она потом себя винила. Как бы Алания себя сейчас ни чувствовала, как бы ни злилась — потом всегда приходит сожаление.

Мой поступок тоже нельзя было назвать здравым. Но вступать в бой сейчас бессмысленно. Алания ранена. Я снова истощён. Лоренцо — безумец, раз жертвует своей дочерью, чтобы получить мою ману. А безумцы готовы на всё.

Вступать в бой сейчас — заранее проиграть. Драконы сильнее людей, но против четырнадцати обученных магов даже я бы вряд ли выстоял. Да и честной битвы здесь заранее не могло быть. Я не мог рисковать нашими жизнями ради мимолётного шанса.

Из двух зол я выбрал меньшее.

– Ваша Светлость, положите ладонь на этот шар, – проговорил Лоренцо.

Голос его дрожал от возбуждения.

Я подчинился.

Ладонь обдало небольшим электрическим разрядом от молнии, что ударила в стекло практически сразу, как я накрыл шар. Буря внутри стала больше, но тут же сжалась до размеров горошины. Словно испугавшись, что не сможет обуздать то, что находилось внутри меня.

Люди вокруг зашептались, будто впервые видели подобное. Однако Лоренцо не останавливался. Наоборот, поведение бури словно дало веса его аргументам в правильности поступка.

– Исторический момент, Ваша Светлость, – проговорил дэ Веритас. – Люди наконец перестанут влачить жалкое существование в тени драконов. С вашей маной настанет новая эра.

– Что же будет тогда с вашей империей? – поинтересовался я. – Если людская мана станет стабильна, никому больше не будет нужна руда, что вы добываете.

Однако Лоренцо только посмеялся.

– Я тронут, что вы переживаете о моём финансовом состоянии. Никто же не сказал, что мана драконов будет доступна всем. Только избранные коснутся этой силы. Только избранные коснутся этой силы. Благодаря вам люди вступят в новую эру без драконов. Мы — люди — вершина эволюции. Не зря же нас больше…

Я усмехнулся.

– Насекомые тоже больше, чем всего живого на планете. Но никто не считает их вершиной эволюции.

– У Его Светлости острый язык. Господа, давайте же позволим ему напоследок насладиться последними крупицами превосходства.

Из-под капюшонов послышались снисходительные смешки. Некоторые одобрительно закивали.

– На этом позвольте продолжить священный ритуал, Ваша Светлость.

Лоренцо замолчал. Сложил руки на манер молитвы и протяжно запел. Я вспомнил версию Алании. Ей и на каплю не удалось приблизиться к этому протяжному, ни на что не похожему мычанию.

Буря внутри шара тут же словно ожила. Заметалась, подобно редкой птице в стеклянной клетке. И я услышал отголосок чего-то знакомого. Древней силы, живущей внутри меня, но дремавшей всё это время.

Моя мана отзывалась на это пение. И на эту бурю. Рвалась наружу, потянув за собой и моё естество.

Не было слабости, как от переизбытка маны. Но я менялся.

Из горла вырвался полу-стон, полу-хрип. Дыхание сперло.

Шар вдруг лопнул под моей ладонью. Осколки его впились в кожу. А вырвавшаяся буря впитала в себя капли крови. Ногти на пальцах выросли, заострились. Я почувствовал, как клыки царапают нижнюю губу, а кожа рвётся, освобождая серебряную чешую.

Мана бурлила.

Не как обычно — контролируемым потоком. А как прорвавшаяся плотина. Она рвала меня изнутри, перестраивая тело слой за слоем. Кости трещали, удлинялись, меняли форму. Позвоночник выгнулся дугой — боль была такой, будто кто-то вбивал раскалённые гвозди между позвонками. Я упал на одно колено, вцепившись когтями в каменный пол. Когти оставляли глубокие борозды в мраморе.

Я уже не слышал криков людей. Видел только расплывчатые пятна, что разбегались в разные стороны. Не слышал и восторженного возгласа Лоренцо. Словно он ждал именно этого. И думал, что сможет обуздать то, что сидит в каждом драконе с рождения. В голове крутилась его песня, изменяя моё тело слишком стремительно.

Сознание отключилось. Я стоял перед гнездом, в котором находилось яйцо дракона, скорлупа которого покрылась россыпью трещин.

Это был я.

Мой внутренний дракон, требующий, чтобы его скорее выпустили наружу. Чтобы не прятаться больше. Не сожалеть и не стыдиться.

Принять его.

Громогласное рычание отразилось от стен комнаты. Слишком тесной. Слишком маленькой для меня одного.

Я встал во весь рост — и что-то надо мной треснуло, осыпалось.

Слышались крики людей, но я больше не понимал, что они говорили.

Но видел их.

Тех, кто стоял. Тех, кто считал себя победителями. Они бросились врассыпную. Бросились к выходу, но я преградил им двери своим хвостом. Тяжёлым, мускулистым, покрытым острыми пластинами. Он ударил по камню, оставив глубокую трещину.

В груди зародился смех.

И древний голос говорил слова, которые я уже где-то слышал.

«Od commemahé do pereje salabarotza kynutzire fabaonu, od zodumebi pereji od salabarotza: niisa, eca, dorebesa na-e-el od zodameranu asapeta vaunesa komesalohé».*

Грудь обожгло. Из пасти повалил дым, и я чувствовал неприятный привкус серы, что осел на языке. Хотелось как можно скорее от него избавиться. Вылить на этих людей потоки лавы из собственного желудка.

Но под подбородком кольнуло что-то маленькое и острое. Я повернул голову — на девицу в мантии с пистолетом в руках.

Её рот шевелился. Кажется, она говорила что-то. Но все её звуки смешивались в один незначительный шум. Тонули в гуле моей собственной крови в ушах.

– Gohus adana,** – вырвался из моей груди голос.

Девица затряслась, выронила из рук оружие и упала на колени, склонив передо мной голову. Я шагнул к ней, но потолок надо мной вновь осыпался неприятной крошкой.

– Маркус!

Собственное имя я услышал отчётливо. И в этом голосе не было ни страха, ни отчаяния — а скорее ничем не прикрытое восхищение.

Я повернул голову.

Она была мне знакома, но я не мог вспомнить, где уже её видел. Эти черты лица, длинные прямые чёрные волосы, словно ночное покрывало, рассыпались по её плечам. Такие ясные зелёные глаза. Кожа бледная, как у тех из нас, что никогда не видел солнечного света.

Я не понимал, что она говорит. Но имя, что когда-то дала мне мать, различал среди этих звуков.

Она поднялась, пошатываясь на своих тоненьких неустойчивых ногах. Я учуял запах крови, что исходил от неё. И в груди поселилась странная жалость. Она подняла руку, без опаски шагнула ко мне.

Я склонил голову, вдыхая аромат трав и древесной коры, что пробивался сквозь запах металла её крови. Ткнулся носом в её маленькую ладонь.

– Матушка не выпустит тебя из гнезда, пока ты не научишься принимать людскую форму, — назидательно твердил мне старший брат, когда я только вылупился из гнезда. — Если мы не будем как они, люди продолжат нас бояться. А мы хотим жить в мире и гармонии. Поэтому ты должен забыть своего дракона, Маркус.

Я считал его слова истиной. Обращение приравнивалось к нарушению закона. Дикостью, недостойной нас. Недостойной жизни в цивилизации. Жизни рядом с людьми.

Я считал, что люди презирали нас и боялись лишь потому, что думали, мы в любой момент можем вернуться к своей истинной ипостаси. Они не разбирались. Не понимали нас.

Но глядя на неё.

Глядя на Аланию…

Я думаю, есть те, кто готов принять нас даже с внутренним диким зверем.

*«Od commemahé do pereje salabarotza kynutzire fabaonu, od zodumebi pereji od salabarotza: niisa, eca, dorebesa na-e-el od zodameranu asapeta vaunesa komesalohé». — И я свяжу тебя в огне серы, смешанной с ядом, и в морях огня и серы; выходи поэтому, повинуйся моей власти и появись перед этим кругом.

**Gohus adana — я говорю: повинуйся. По крайней мере я бы так перевела этот кусок. Ибо adana — повиновение, покорность.

Глава 34. Вольны делать всё, что хотим

(Алания)

Маркус был горячим. Его белоснежная кожа отливала лунным светом. Дышала огненным жаром.

Пахло серой. Лесным пожаром. Горьким дымом. Эти запахи наполняли комнату. Оседали густой вуалью в лёгких.

Всё это душило, но я не могла оторвать взгляда от дракона, что стоял передо мной.

Сестра крикнула мне, чтобы я бежала, а сама выхватила из рук всё ещё бессознательного блондинчика пистолет и выстрелила в Маркуса. Пуля попала в его подбородок, но даже не поцарапала твёрдую кожу дракона.

Он повернулся к нам.

Потолок над ним треснул — вот-вот готовый обвалиться. Но я не собиралась бежать. Я вдруг только сейчас осознала, что рядом со мной всё это время был самый настоящий дракон.

Я ведь только читала о них. Видела в фильмах, сериалах. И никогда не думала, что однажды увижу его перед собой. Собственными глазами. Что буду знакома не с одним из них, а с целой семейкой. Что спасу дикого дракона от неминуемой гибели.

Сколько бы времени ни прошло… вероятно, я никогда к этому не привыкну…

– Маркус, — позвала я, и он повернул голову в мою сторону. — Ты меня слышишь? — Он промолчал. Хотя сестре явно сказал что-то непонятное. Похожее на то заклинание, что подсказал ему Файрох. — А понимаешь ли?

Его небесно-голубые глаза теперь мало походили на человеческие. Скорее напоминали глаза змея. Или Виспера.

Он заполнил собой всё пространство подвала. Один только мускулистый хвост с пушистой кисточкой на конце обвивал колонны и закрывал собой единственный выход. Мешал бежать нам и ещё парочке культистов, которые только очнулись.

– Не сердись, хорошо? — Я протянула ему ладонь, поднявшись на ноги. И на удивление он охотно наклонился и даже ткнулся мне в ладонь своей огромной мордой. — Она просто испугалась. Ты же не хочешь сжечь тут всё дотла, правда? Кто у нас хороший мальчик?

– Сестрёнка, — шикнула на меня Ливия, подняв голову, но с колен не встала. — Ты же не с охотничьим псом говоришь.

Маркус же гортанно фыркнул. И я не поняла, согласен он был со мной или с Ливией.

Однако я заметила, как Лорд Дракончик начал потихоньку уменьшаться.

– Что за чертовщина? — раздался незнакомый мужской голос за моей спиной.

– Почему не сработало? — вторил ему второй.

– Где Лоренцо дэ Веритас?

Я тоже осмотрелась в поисках «папеньки», но нигде его не видела. В суматохе, когда Маркус вдруг стал превращаться, я смотрела только на него. Судьбы отца или других недокультистов мне была абсолютно не интересна.

Но, вероятно, он успел сбежать наверх. А может, был на подходе к конюшне.

Его план с треском провалился. И конечно, он понимает, чем это грозит. Удрать — самое правильное решение из всех возможных, пока не явился Орден Ищеек.

А долго их ждать нам не пришлось. Едва Маркус вновь стал человеком и его хвост больше не загораживал выход, те, кто не успел бежать, ринулись в коридор, где их уже ждали.

Маркус после всех этих экспериментов с маной выглядел ослабленным. Едва держался на ногах. Мы с сестрой подхватили его под руки, чтобы он не упал. Однако он всё ещё был в сознании.

Я думаю, ищейки всё поняли сразу. Особенно тот беловолосый дракон с тёмной бородкой, что был подозрительно похож на Маркуса. Рядом с ним крутилась очень красивая девушка в костюме горничной, с насыщенно-медовыми волосами, собранными в высокий хвост на затылке.

Она почти сразу подбежала к нам, помогая вывести Маркуса из подвала. Пока остальные ищейки арестовывали культистов. Дракон с бородкой подошёл к нам, положив ладонь на плечо Маркуса.

– Хорошо поработал, братец, — он улыбнулся одними губами.

Его кристально-голубые глаза оставались серьёзными.

– Господин Сальваторе всё уладит, — пообещала нам горничная, подводя к карете. — Кучер отвезёт вас в поместье. Просто будьте там, пока это не закончится.

Я кивнула.

– Что с Лоренцо и Изабеллой? — спросила её.

– Их успели задержать, — улыбнулась она.

– Разве это было так необходимо? — спросил старший Сальваторе.

Я пожала плечами и сжала губы в тонкую линию.

Маркус молчал. Он ещё не оправился от полноценного превращения. В нём всё ещё прослеживались признаки дикого дракона: бледная кожа с участками серебряных чешуек, что блестели под мягким светом лампы. А температура тела была непривычно низкой для дракона.

Мы прибыли в поместье Сальваторе спустя час после осады дэ Веритас. Ливию окружили заботой и выделили отдельную комнату. Я же помогла Маркусу добраться до его постели и осталась рядом. Сальваторе-старший прибыл чуть позже и сразу принялся на нас ругаться.

– Мы слишком долго ждали, — проговорил Лорд Дракончик после красноречивого взгляда отца. — Пора было принять решение. Тем более Дамиан успел вовремя. И все члены этого культа были взяты под стражу.

Да, после всего произошедшего до меня долго доходило, почему тот дракон с белыми волосами и бородкой так подозрительно походил на Маркуса. Это был его старший брат.

Сальваторе-старший потёр переносицу, не удовлетворившись его ответом.

– Маркус, не в этом дело. Ты принял запрещённую форму дракона. Совет уже знает. И первым слушанием будет не дело дома дэ Веритас, а твоё.

– Я понимаю.

Так, стоп! А я не понимаю.

– Подождите! — встряла я. — Он ведь это сделал не специально. Его вынудили.

– Алания, — мягко позвал меня Маркус и попытался взять за руку, но я не далась.

Не нужно меня успокаивать!

Во мне кипело праведное возмущение. Почему драконы так несправедливо относятся к своим же?

– Если бы он этого не сделал, у него могли забрать ману! Вам было бы проще, если бы ваш сын там умер?

– Леди Алания, мы с вами хорошо это понимаем. Но Совет непреклонен. Он не даёт поблажек ни при каких обстоятельствах.

– И что они скажут? Какой вердикт вынесут? Будет ли он справедливым? Или Маркуса сразу казнят?

– Нет. Конечно, нет, — качнул головой Сальваторе-старший. — Будет проведено расследование. Мы должны выяснить, как трансформация повлияла на него. Если выяснится, что он больше не может её сдерживать… тогда казнь…

Сальваторе-старший не закончил, выдохнул тяжело. Словно ему самому не хотелось договаривать условия.

– Алания, тебе не стоит переживать об этом. Лучше присмотри за сестрой, — слабо улыбнулся Маркус.

– Да как не переживать! — всплеснула я руками и повернулась к нему всем корпусом. — Мы же помолвлены!

Сальваторе-старший кашлянул.

– В связи с новыми обстоятельствами ваша помолвка тоже будет пересмотрена.

Маркус изменился в лице, опустил голову.

Скорее всего её отменят.

Я вдруг почувствовала, как на меня разом накатило разочарование. Нет, подождите. Разве не этого я хотела? Сама же говорила, что никогда… Что сама её разорву, даже если весь мир будет против.

Почему вдруг сейчас я чувствую пустоту после этих слов?

Пообещав нам что-нибудь придумать, Сальваторе-старший покинул комнату Маркуса.

Я устало уместилась в мягкое кресло рядом с книжным шкафом. Прикрыла лицо рукой.

– Может, так будет лучше? — проговорил Маркус, прерывая молчание.

Я подняла на него сердитый взгляд, готовая испепелить.

– Ты собиралась открыть лавку с зельями. А я обещал помочь. Я пройду все тесты и сдержу обещание. Драконы не лгут.

Я усмехнулась.

– Ты солгал мне, когда утаил правду про маркиза.

Маркус неловко почесал кончик носа.

– Да. Это было тяжело. Но в основном драконы не лгут.

Я кивнула и поднялась.

– Тогда, чтобы ты не слился, скрепим договор, — с нажимом произнесла я.

Маркус согласно кивнул. Слишком серьёзный. Кажется, он собирался искать бумагу и перо. Или на крайний случай пожать мне руку.

Только у меня были другие планы.

Я схватила его за ворот рубашки, притянув ближе, и поцеловала.

Дорогой читатель!

Следующие главы будут последними. Выйдут они обе в 21:00 по МСК.

Спасибо, что читаете эту историю.

С уважением к Вам.

Стася Лис.

Глава 35. Дорогой дневник…

(Маркус)

Алания посоветовала мне начать запись со следующих строк: «Дорогой дневник, мне не передать словами всю ту боль и унижение, что я испытал…»

Не скажу, что они не описывали моего состояния последние пару месяцев, что шли расследования. Процедуры и тесты, коим меня подверг Совет Семерых, были весьма жестоки. Однако я их вытерпел. Я знал, для чего всё это терплю.

Тот поцелуй…

Неожиданный. Неумелый. Но такой настоящий.

Она обещала ещё один, когда всё это закончится.

До сих пор не могу поверить, что согласился на эту авантюру.

Я никогда прежде не думал, что привяжусь к человеку. Да так, что буду отстаивать право жениться на ней перед всем Советом.

Конечно, из-за независимых от нас обстоятельств этот вопрос пришлось отложить на неопределённый срок. Но сдаваться я не намерен.

А этими обстоятельствами как раз были родители Алании. Их незаконная деятельность, а также заговор против Совета Семерых.

Оставшихся представителей Двадцати Домов, которые не участвовали в сговоре, на первые слушания не пустили.

Мы с Аланией проходили как свидетели. Ей было сложно. Изабелла наотрез отказалась снимать «Проклятие молчанием», а потому пришлось использовать запись её показаний. Что значительно усложняло процедуру.

Несмотря на то что все члены Совета Семерых присутствовали лично и слышали её слова, некоторые из чистого упрямства не принимали запись. Из-за чего слушания несколько раз переносились.

Только спустя долгий год дело было закрыто. С фамилии дэ Веритас сняли все регалии. Шахты вернули под управление Совета Семерых, а имущество выставили на аукцион.

Алании и её сестре выплатили компенсации, присвоили новый титул «баронесса» и подарили скромное поместье на юге Астары, подальше от столицы.

Она закончила Академию св. Файроха, забрала Ливию и уехала, не сказав мне ни слова.

Виспера же по настоянию отца пришлось отдать в закрытый заповедник. В дикой природе без клыков он бы не выжил. А держать редкую виверну как домашнего питомца было запрещено. Я уже был под пристальным наблюдением Совета. Поэтому рисковать не стал.

В столице у меня оставалось несколько незаконченных дел, что затянулись ещё на два года.

Все лаборатории под началом лорда Лоренцо дэ Веритас были расформированы и засекречены. Однако Лео ни в одной из них не было. И выпытать его местонахождение мне тоже не удалось. Все его следы обрывались под бывшим поместьем дэ Веритас. Но сколько бы я ни прислушивался к пустым стенам, маны друга не обнаружил.

Эйдан посоветовал отпустить его и сосредоточиться на тех, кому я действительно мог помочь прямо сейчас. Мы не знали, жив он или нет. Расшифровка записей исследований первородной драконьей маны дала понять, что над ним тоже ставили опыты. А дальнейшая судьба была покрыта густым туманом.

Конечно, я тосковал по Алании. И не мог позволить себе ждать дольше…

Я сошёл на станции. Людей было мало. В основном лишь сотрудники.

В Каледрисе драконов не было вовсе. Глухая, забытая всеми богами провинция, в которую сослали Аланию и её сестру.

Я бы воспринял это как наказание. Однако в письмах, что Алания мне изредка писала, было столько восторга от местных живописных видов, необычной кухни и приветливых, добрых людей, которые помогли им отремонтировать старое поместье, что я сам полюбил Каледрис, ни разу там не побывав.

Но сердце кололо от сожаления.

Я был рад, что она хорошо устроилась в незнакомом и чужом месте. И в то же время раздосадован, что не был рядом, чтобы поддержать её.

Прохожие косились на меня с любопытством. Дети без стеснения тыкали пальцами. Я старался не обращать на них внимания, но от смущения прятал глаза и заливался краской.

В столице люди были привычны к драконам. Здесь же я вызывал у прохожих бурный ажиотаж просто потому, что был первым таким.

Каледрис был маленьким городом, но карта показывала изрядно запутанные маршруты. Он стоял на границе с маленьким, но в прошлом воинственным государством. А потому не удивительно, что архитекторы строили улицы так, чтобы ни один приезжий не мог выбраться из него без сопровождающего.

– Простите, — я подошёл к одному седому старичку, что сидел на лавочке и крошил хлеб голубям. — Вы не подскажете…

– Чего? — перебил он меня и слепо прищурился. — Говори громче, милок, не мямли.

Я застыл. Вокруг начали собираться любопытные зеваки.

– Не… не подскажете, в какой стороне «Лавка зелий Баронессы дэ Веритас»?

– Святой Файрох, — всплеснула руками полная женщина справа от меня, в нелепом розовом чепчике, что вышел из моды в столице ещё пять лет назад. — Неужто до столицы слух дошёл?

– Слух? — переспросил я.

– О нашей госпоже и её чудесных снадобьях, — закивала женщина.

– Точно-точно. Небось тот щегол разболтал всё, — поддакнул ей лысый мужчина, выше меня на голову.

– А вдруг он из Ордена? — испуганно шепнули позади.

– Милок, вы уж не серчайте на неё, — подошла ко мне низенькая старушка с тростью. — Она дивчина пригожая, но малость на язык остра. Тот удалец сам виноват. Полез к ней свататься. Она его метлой и погнала.

– Свататься? — пораженно повторил я. Пальцы сами разжались. Сумка глухо упала на мостовую. — А кто… кто это был?

– Да откуда же нам знать, — пожал плечами высокий мужчина и почесал подбородок. — Но тип скользкий. Я бы и сам ему хорошего пинка выписал. Да не успел. Сбежал он, только пятки сверкали.

– Так ты не из Ордена, милок? — снова спросила старушка.

– Я… мы с баронессой учились вместе в Академии святого Файроха.

– А, друг?

– Аль жених? — хихикнула молодая девица и залилась звонким смехом.

Я отвёл взгляд. Сердце забилось быстрее.

– Коли так, мы тебя проводим, — снова сказал высокий и бесцеремонно поднял мою сумку. — Городок у нас с особенностями. Заплутаешь только так. Хех.

Остальные одобрительно загудели, закивали и поддакнули.

Отделаться от них уже не получилось. Под шум разномастной толпы меня вывели к неприметному домику в два этажа. С вывеской:

«Баронесса дэ Веритас» «Лавка зелий»

Та ушлая девица, что назвала меня «женихом», выбежала вперёд, подставила ладони ко рту и выкрикнула:

– Алания! Эй, Алания, отворяй ворота, да встречай жениха!

Толпа дружно рассмеялась. А я застыл как вкопанный на месте.

Как…

Я же не подготовился. С дороги, и…

Однако несущуюся колесницу уже было не остановить.

Из дома донёсся глухой хлопок. И спустя минуты три на пороге показалась она.

Вытирая руки полотенцем. Нос в саже. Кончики чёрных волос подпалены. А ясные зелёные глаза так и лучились недовольством.

– Разголделись. Весь эксперимент мне… — её взгляд упал на меня, — испортили… — закончила она тихо. — А ты… разве… Я же тебе только вчера письмо отправила… А как ты так быстро?

Она почесала кончик носа, только больше размазав сажу. И впервые за всё это время, что я её знал, залилась краской от ушей до шеи.

Я смотрел на неё, не в силах оторвать взгляд. И все отрепетированные речи вмиг вылетели из головы.

– Да ты бы хоть обнял её, — шепнул высокий мужчина и хлопнул меня по плечу.

По инерции я шагнул вперёд. И Алания тоже.

Она строго скосилась на местных, и те как-то уж слишком быстро разбежались.

– Ты не говорил, что приедешь, — нахмурилась она и снова почесала нос.

Я достал свой платок и подошёл к ней, принимаясь бережно стирать сажу с её лица.

– Хотел сделать это тайно, — сказал я. — У тебя здесь много друзей.

– Ага. Иногда они излишне шумные, — пробурчала Алания, на удивление послушно позволяя мне себя касаться. — Так ты в гости или проездом?

– На самом деле… — я запнулся. Бумага с решением Совета Семерых жгла кожу сквозь ткань рубашки. — Мне казалось, это важно. Я знаю, что мы оба были против в начале нашего знакомства. Но всё же твои слова, поддержка и… — я выдохнул, вспомнив наш первый поцелуй, и достал из внутреннего кармана пиджака конверт, протягивая ей. — Я подумал, что всё это может что-то значить.

Она распечатала конверт и долго вчитывалась в ровные строки. А затем подняла на меня непонимающий взгляд.

– Моя прекрасная леди Алания дэ Веритас, — я взял её руку, поднося к своим губам. — Согласишься ли ты разделить со мной лучшие годы вечности?

– На колено встать, балбес! — крикнули из толпы наблюдающих.

Я тут же суетливо встал на одно колено. Раз так принято у людей…

Алания же прыснула от смеха и потянула меня обратно.

– Не надо. Брюки испачкаешь. Я согласна, но с условием.

Я кивнул.

– Всё, что угодно.

– Ты обещал мне помогать с магазинчиком. Так что отсюда мы не уедем.

Я удивлённо вскинул брови.

– Да, хорошо, — легко согласился. — А ещё…

Я обернулся в поисках сумки. Однако Алания потянула меня за ворот пиджака и коснулась моих губ в долгом… мучительно долгожданном поцелуе.

Эпилог. 5 лет спустя

(Алания)

– Эрика! – прикрикнула я на дочь.

Та остановилась возле двери в позе крадущейся мышки. Повернулась ко мне медленно и недовольно скрестила руки на груди.

– Подожди брата. Глаз с него не спускай!

– Но, маменька! – сердито заканючила она и притопнула ногой.

– Давай, давай, – помахала я. – Мы с папой скоро закончим и придём к вам. Все вместе на станцию сходим. Скоро тётя Теа и тётя Вивиен должны приехать.

Эрика ворчливо рыкнула, дёрнула подошедшего брата за руку, и они вместе потопали на улицу.

Я покачала головой. От меня этим двоим достался разве что характер. Внешностью оба пошли в отца. Такие же кристально чистые голубые глаза, белоснежные волосы. Правда, у Эрики за последний год потемнело несколько прядей. Что меня очень радовало.

Я с довольным видом вернулась в лабораторию, где с унылым видом Маркус колдовал над очередным моим авторским шедевром, непрерывно помешивая водицу в котелке второй час подряд.

Я ещё не знала, что точно выйдет из этого рецепта. Но старательно делала умный вид, не забывая контролировать каждое его движение.

Его усталый вид говорил о многом. А лиловый фартучек с рюшами, который я специально подарила ему на какой-то местный праздник, придавал милый и слегка комичный вид.

– Сварилось? – с надеждой спросил Лорд Дракончик.

– Ещё нет.

Я добавила в котёл щепотку кориандра и с не менее умным видом склонилась над колбочкой, где только-только начала собираться эссенция. А затем подошла к Маркусу и в качестве награды за тяжёлый труд поцеловала в уголок губ.

– Ещё немного, и будет готово, – оповестила я.

Он только кивнул, обречённо продолжая помешивать.

Оказалось, жизнь с драконом имела много преимуществ. Для нашей семьи было открыто много дверей, куда простым смертным путь заказан.

Я устроила сестру на хорошую должность в Орден Ищеек. Ливия вернулась в столицу. Ей было невероятно трудно вписаться в тихую, временами скучную жизнь маленького провинциального городка. Однако стабильно, несколько раз в год, она приезжала понянчить племянников.

Семья Сальваторе, несмотря на фасад грозных драконов из Совета Семерых, оказалась самыми добрыми, отзывчивыми и обаятельными существами на свете.

Особенно Сальваторе-старший, который после рождения Эрики, а затем и Закиэля, забрасывал нас дорогими подарками и каждое день рождения внуков устраивал пышные приёмы.

Дамиан – старший брат Маркуса – из-за загруженности в большей степени посылал свою горничную – Селену, с которой мы отлично поладили. Она жаловалась мне на своего дракона, я ей на своего.

Маркус же открылся с удивительно нежной и заботливой стороны. Не помню ни одного дня, когда бы он сказал, что устал от детей или работы в лавке.

Я никогда не думала, что у меня будет семья и дети. Особенно в прошлой жизни. Особенно с драконом.

Я хотела только своё маленькое дело. Любое. Магазинчик на маркетплейсе. Лавку с зельями… и мне казалось, что пожертвовать чем-то одним нормально.

Но у судьбы оказались другие планы.

Она занесла меня в другой мир. Подарила семью и любимое дело.

Иногда я вспоминала свой старый дом. Родителей, друзей. Даже библиотеку. Я потеряла ровно столько, сколько приобрела. Возможно, приобрела чуточку больше.

Зачастую было и больно, и грустно. Наверное, в такие моменты Маркус думал, что я скучаю по жизни настоящей Алании. По поместью дэ Веритас. Или Академии. Я не хотела его разубеждать. Потому что боялась сказать правду о том, что я не принадлежала этому миру.

Иногда я боялась, что проснусь на больничной койке в своём мире, а всё, что со мной приключилось, окажется просто сном. Но годы шли. А я старательно себя успокаивала, что теперь это моя настоящая жизнь. Не знаю, кто её придумал, но я безумно благодарна всем местным богам за этот второй шанс.

Спрашивая себя – хочу ли я вернуться обратно – ответ был всегда один. Нет.

Маркус помогал мне во всём, как и обещал. Он стал моей опорой. Вместе с Ливией, Теей и Вивиен. Они иногда тоже заскакивали. И сегодня как раз был такой день.

Я обещала Вивиен зелье от головной боли. Последнее время они мучили её слишком часто.

Колокольчик на входной двери в лавку звякнул, оповещая о приходе гостей.

Мы с Маркусом переглянулись. Лавка была закрыта на выходной день. А подруг мы обещали встретить на станции через несколько часов. Они всё ещё не привыкли к этим запутанным улочкам.

– Я проверю, – сказал Маркус, оставляя зелье в покое.

Я кивнула, накрывая котёл крышкой и убавляя огонь, чтобы зелье продолжало томиться, а эссенция собираться. Это долгий процесс. И мы как раз могли отдохнуть и проверить, кого к нам занесло.

Местные точно знали, в какие дни лавка не работает. И без крайней нужды не появлялись. А значит, либо дело серьёзное, либо подруги прибыли раньше и местные их проводили к нам. С этими магическими поездами никогда не угадаешь.

Однако стоило мне выйти за Маркусом, как мы оба застыли за прилавком.

Посетитель с любопытством осматривал помещение. Половина его лица была скрыта за белой маской. Он сильно изменился. Лишился рогов и исхудал. Но определённо это был…

– Лео?