— Тром-ка, ТигАр! — произнёс я, как только зашёл в лавку нашего ключника.

— И я рад тебя видеть. — ТигАр копошился в старом станке, пытаясь соединить проводки: — Рассказывай, что случилось?

— В общем… Вот. — я выложил шкатулку с кольцами на стол: — Стоит надеть кольцо, как оно тут же греется. Прям сильно! И на коже потом остается тёмный след. Очень похоже на химический ожог.

— Химический ожог? — удивился мастер и тут же опустил на глаз монокуляр: — Покажи!

— Вот.

— Хм-м-м… — ТигАр всё внимательно осмотрел: — Когда это началось?

— Сегодня утром. Причём — ни с того ни с сего. Просто внезапно начало жечь.

— Странно. У твоей подруги так же?

— Ага. Причём, у обеих.

— Интересно… Очень интересно. — тихо произнёс мастер и откинул монокуляр обратно: — Целостность кольца не нарушена. Да и видимых повреждений я не вижу… Всё, как обычно.

— Мне вот тоже очень интересно. Но что это может быть? Есть предположения?

— Пу-пу-пу… — ТигАр взял одно из колец и покрутил его перед глазами: — Вот, честно — я, конечно, предполагал, что подобное возможно. Но чтобы так быстро?

— Ты мне тут загадками не говори! Что именно возможно?

— В общем, ты, как и все остальные волшебники — используешь заряженные частицы.

— Которые выходят из Ядра. Я в курсе. Дальше-то, что?

— А дальше то, мой дорогой друг, что эти частицы концентрируются в волшебнике. По сути, ты сейчас выступаешь в роли аккумулятора.

— Твою ж мать… Хочешь сказать, что во мне сейчас слишком много энергии?

— Типа того. Это… удивительно. Я искренне верил, что маги-накопители существуют только в теории…

— Накопители? Погоди, давай по порядку!

— Смотри. — ТигАр подошёл к старой обшарпанной доске и принялся рисовать схему: — Обычный волшебник всегда находится внутри условного силового поля. И организм принимает ровно столько энергии, сколько необходимо этому самому волшебнику. То есть, нет эффекта аккумулирования. Но я слышал, что существуют люди с… мутацией.

— Господи…

— Там ничего такого.

— Да, говори уже.

— В общем, данная мутация позволяет накапливать энергию внутри тела. Кстати, я про это узнал, когда искал инфу по твоей «Короне».

— А это опасно?

— Может негативно сказываться на здоровье, если вовремя не сливать.

— Так я сливал! Буквально на днях вырубил одного грабителя…

— Этого слишком мало. Попробуй пробежаться на быстрой скорости. Попрыгать. Помахать кулаками. В общем, выплесни часть энергии. И если кольцо перестанет нагреваться, то я постараюсь подобрать другие материалы.

— Я, вообще, не понимаю — с какого перепугу оно греется?

— Это как с током и проводником. Здесь суть аналогичная.

— Ладно… Значит, напялить кольцо и побегать в безлюдных местах? Я тебя понял. Осталось только понять, как перетерпеть первоначальную боль?

— А ты надень и беги. Вот прям сразу.

— Ага… Выбора-то у меня всё равно нет. И я не совсем понимаю, почему кольца начали греться у нас троих одновременно?

— Так вы же вместе начали их носить.

— Одна из моих подруг получила кольцо позже.

— Повторюсь — мы используем прототипы. И без экспериментов, ничего не выйдет.

— Хорошо. — я спрятал шкатулку обратно в сумку: — Кстати, что насчёт колец, которые будут подавлять поле вокруг тела?

— Ты губу-то закатай! Я уж не настолько гениален. Если что-то получится — я сразу позвоню. А пока — думаю.

— Ладно. Понял. Не отвлекаю.

Попрощавшись с ТигАром, я решил, что самое время разобраться с данной проблемой прямо сейчас. К тому же до подготовки к отборочному туру с Эдиком у меня было ещё четыре часа.

Заехав в самые тёмные дебри Москвы, я припарковал мотоцикл Биг Би возле старого грузового контейнера, а сам зашёл глубже в подворотню. Здесь, во мраке большого города меня точно никто не увидит.

Надев кольцо, я быстро пустил Пламя на усиление тела, а затем побежал со всех ног.

Сперва было невыносимо. Обжигающая боль оказалась настолько сильной, что мысли о потери указательного пальца уже не казались, какой-то дурацкой шуткой.

Благо, что спустя мгновение жар начал сходить на нет. ТигАр оказался прав.

Надо позвонить мастеру и сообщить, что я… Едва не врезался в молодого человека, который материализовался возле помойки.

— ТВОЮ МАТЬ!!! ОТХОДИ!!!

— Что за… — парнишка с ужасом отскочил в сторону и едва не угодил в мусорный бак.

— Живой? — кое-как затормозив, спросил я.

— Угу… — незнакомец с недоверием посмотрел на меня: — А ты чего такой быстрый?

— Торопился.

— Куда?

— Уже не важно… — я подошёл ближе и заметил свежие синяки на лице парнишки: — Ты, как я посмотрю, владеешь боевыми искусствами?

— Смешно. — кисло улыбнулся он: — Тебя это не касается… Беги, куда бежал.

— Почему же? У каждого жителя Империи есть своя гражданская позиция. Вот, к примеру, моя — самая активная!

— Поздравляю. — хмыкнул парнишка: — Но тебя это правда не касается.

— Как скажешь. — я поднял ладони на уровень плеч: — Просто, как мне кажется, вон те ребята хотят взять у тебя ещё несколько уроков по боевым искусствам.

— Чего? — незнакомец резко обернулся и увидел толпу антропоморфных зайцев в спортивных костюмах: — Бляха… Да, что за день сегодня такой?

— Эй, Синицын! Ты что, думаешь мы тебя не найдём? — поинтересовался вожак банды ушастых гопников — довольно крупный представитель мелкого криминального сообщества. Вооружен он был бейсбольной битой и самодельным кастетом.

— Я же говорил… Нет у меня денег! Вы выгребли у меня всё под чистую.

— Нет-нет. Так бизнес не делается. — строго ответил Вожак, а затем взглянул на меня: — Дядь… Шёл бы ты отсюда. У нас дела.

— Правда? А у меня тоже.

— Нет, ты не понял. — Вожак погладил биту: — У нас прям серьёзные дела. Смекаешь?

— Заюш, а ты в курсе, что это общественное место? — поинтересовался я.

Гопники заржали, и Вожак тут же смирил их злобным взглядом.

— Дядь, ты нарываешься? Тебе нужны проблемы?

— Нет. Просто, уж очень не люблю, когда такой толпой прессуют одного хиленького парнишку.

— А ты не в свои дела не лезь. И будет тебе счастья! Дядь… Не искушай меня! Ибо не обуздан я в желаниях своих. Оскорблений по расовому признаку терпеть не буду.

— А где я тебя оскорбил? Ты разве не Заюша?

— Ох, парень. Зря ты так. — заяц-здоровяк оттолкнул бедного Синицина с такой силой, что тот запнулся и рухнул на мокрый потрескавшийся асфальт: — Уж не знаю, зачем тебе всё это надо… Но развею твою уверенность в безопасности этого города.

— Боюсь, что это будет взаимно.

Едва боевой заяц попытался ударить меня битой, как я тут же вырвал её, а затем сломал об колено.

— Это что за хрень⁈ — возмутился ушастый: — Ты что⁈ Инопланетянин⁈

— Нет. Просто владею секретными техниками ушу! КИ-Я-У!!! — с этими словами, я вмазал зайцу-вожаку по шее правой ногой. Бедолага был в таком шоке, что даже не успел воспользоваться кастетом. Сделав «тройной тулуп», ушастый шлёпнулся на асфальт.

— Ну, что? Кто следующий? — поинтересовался я.

— Что-то мне подсказывает, джентльмены, что нам сейчас дадут пи***ды. — задумчиво произнёс один из гоп-зайцев.

— Ага. У меня такое же предчувствие. — согласился второй.

— Может, заберём Жёванного и поедем на базу? Я бы сейчас пивка вжарил.

— И я тоже!

— Точно… К чёрту эти разборки. Пойдёмте лучше бухнем!

— ДА!!! — зайцы подхватили своего отключенного Вожака и утащили в переулок.

— И что ты наделал? — нахмурился Синицин, крайне недовольно зыркнув на меня.

— О, это вот так нынче звучит «спасибо» за то, что тебя не отделали?

— Пойми! В следующий раз они придут ещё большей компанией! И мне достанется ещё и за тебя…

— Отличная мотивация для того, чтобы выучить пару приёмов карате. — я изобразил фирменный удар ногой от Брюса Ли.

— Смешно тебе? А у меня в жизни полная жопа! — парнишка уселся на деревянный палет и закрыл лицо руками.

— Ой, да ладно тебе? Ну, подумаешь — дикие зайцы преследуют… В какой-то степени, они даже милые.

— Милые? — Синицын посмотрел на меня покрасневшими глазами: — Я не знаю, кто ты такой… Но скажу тебе одну простую вещь. Я из нищеты! Так уж вышло, что семью не выбирают. И именно мне «повезло» родиться в семье слесаря и нянечки из детского сада. Здорово, правда? Я кое-как закончил техникум… А на «Вышку» денег нет. Но вертеться-то, как-то надо! Я уже пробовал работать «на дядю». Нет там денег. Ну, вот ни копейки. Пробовал идти служить… Так меня не берут в армию. Болячек много. Поэтому я решил, что самым верным решением будет открыть свой бизнес.

— О как… Ничего себе! А братцы кролики-то тут причём?

— Они зайцы. — поправил меня Синицын: — Банда Решетова могла одолжить денег.

— О-о-о… То есть, вместо банка ты решил взять кредит у гопников?

— У меня не было другого варианта! Сумма нужна была крупная… А банки мне её не давали.

— Чудесно. Итак, сколько ты взял у зайцев?

— Пятьдесят тысяч.

— Не дурно. А какой бизнес открыл?

— Ларёк с хот-догами…

— Серьёзно? — я был крайне удивлён: — И на какой срок зайцы тебе дали деньги?

— Они давали на полгода. Плюс — десятка сверху, как проценты.

— В целом, если всё грамотно рассчитать, то ты мог спокойно всё отбить за четыре месяца. В чём проблема? Руки из жопы и готовить не умеешь?

— Умею! И руки из нормального места! Первые два месяца всё шло хорошо… А затем, рядом со мной открыли «Мясопотамию».

— Ого…

«Мясопотамия» — одна из крупнейших московских сетей кафе, где готовят бургеры, хот-доги, шашлыки, кебабы и их фирменные рёбрышки в тандыре. Довольно грозный противник для шаурмячных и прочих забегаловок.

— У меня горе, а ты тут клоунаду разыгрываешь!

— Вообще-то, если бы я не разыграл клоунаду — ты бы ничего не рассказал. А так — тебе очень повезло. — я показал свой студенческий билет: — Я сейчас прохожу обучение в Харитоновке. Да и в целом, у меня богатый опыт работы в общепите.

— Х… Х… Харитоновка⁇!!? — ужаснулся Синицын: — Ты реально оттуда⁈

— Можешь в сети забить: дуэль Цареградцева со Звонарёвой.

— Боже правый… Для меня это большая честь!

— Ой, да брось. Лучше покажи мне свою хот-дожную. У меня, как раз есть время до практики. Авось, смогу помочь.

— Правда⁈

— Ну, конечно! Погнали.

Честно говоря, я был в приятном шоке, когда увидел ларёк Синицына, которого, кстати, звали Костян.

Оборудована хот-дожная практически по последнему слову техники. Есть всё необходимое. Одним словом — парень знал своё дело!

— Погоди… — я с удивлением взглянул на шприц для мяса: — То есть, ты настолько заморочился, что даже сосиски делаешь сам?

— А как иначе? Не то, чтобы я не доверял магазину… Но лучше всё проработать самому. У меня и договора с поставщиками заключены нормальные. Считай, булочки я заказываю в пекарне через дорогу. А всё остальное мне привозят из «Восточного гастронома». Я договорился. Они дают хорошую скидку за опт.

— Так… С булочками и сосисками понятно. А что с другими ингредиентами? — я заглянул в холодильник: — Обалдеть! Откуда ты столько знаешь про хот-доги?

— Читал много литературы. К тому же, сейчас в сети есть абсолютно любые знания и инструкции! Ты можешь получить образование, не выходя из дома. Правда… вместо этого, все ищут порнушку и пиратские источники контента.

— Каждому своё. — пожав плечами, ответил я: — Что ж, ты меня очень заинтриговал! Приготовь для меня свой фирменный хот-дог.

— С удовольствием! — Костян запустил гриль и аппарат для подогрева булочек, а затем принялся вытаскивать все необходимые ингредиенты.

— Из чего готовишь соус?

— Никаких откровений! Всё очень и очень просто. Беру простой кетчуп, замешиваю его с майонезом и добавляю немного дижонской горчицы для сладости.

— А что входит в хот-дог кроме сосиски и соуса?

— Как правило, я обязательно ложу корейскую морковь, маринованный лук и ломтик плавленого сыра Чеддер.

— Звучит очень неплохо.

— А-то! Этот рецепт мы разрабатывали всей семьей. — гордо ответил Костян.

— Здорово!

Дождавшись, когда парнишка соберёт хот-дог, я без лишних слов сделал первый укус.

Очень сочная сосиска тут же взорвалась в моём рту мясной бомбой. А соус из простейших компонентов активно взаимодействовал с луком и морковью. Небольшая остринка придавала хот-догу весьма утончённый вкус. А ломтик плавленого чеддера добавлял вкусу лёгкую нотку сливок.

— Слушай, а неплохо. — честно сказал я, быстро доев всё, что осталось: — Но если ты хочешь противостоять «Мясопотамии» — придётся поработать над концепцией блюда. Расскажи, в чём суть твоей хот-дожной?

— Я хочу, чтобы у горожан была возможность быстрого перекуса.

— Вот! Тебе нужен фаст-фуд, который можно быстро приготовить и удобно съесть. Кстати, на сколько ты уже просрочил выплату?

— Так… Ещё не просрочил.

— В смысле⁈

— Мне надо всё выплатить до первого ноября.

— А чего они приходили на разборки?

— Говорят, что планы изменились и деньги нужны раньше…

— Тю-ю-ю-ю… А я уж начал думать, что за зря зайцев обидел! — усмехнувшись, ответил я и вытащил коннектор: — Не переживай! Сейчас со всем разберёмся.

— Решил начать испытания до отборочного тура? — с усмешкой поинтересовался Эдик, когда мы всей мужицкой командой вернулись в ларёк Костяна.

— Почему бы и нет?

— Слушай… Не то, чтобы я сомневался в твоих решениях и способностях. — Венчик внимательно осмотрел убранство миниатюрной хот-дожной: — Но ты уверен, что у нас получится? Всё же, «Мясопотамия» — крайне серьёзная контора, в которой работает целая команда технологов-профессионалов.

— А мне плевать, кто у них там работает. — я уселся в небольшое кресло, которое стояло в углу: — Костян — золотой человек! Он решил выбраться из нищеты и открыл свой бизнес. Причём, получается у него очень даже неплохо. Но «Мясопотамия» с гопо-зайцами мешают человеку вести бизнес.

— Гопо-зайцы? — удивился Колян: — Это, вообще, что?

— Ну, вот есть у нас банда Биг Би. Да? Это зооморфы. А есть у нас Бибр. Это антропоморф. Или сокращённо — антроп. Так вот, гопо-зайцы — это те же антропы, как и Бибр.

— Погоди… — Венчик нахмурил свои густые блондинистые брови: — Так ты ещё и с мафией связался?

— Я? Ни в коем случае! А вот наш Костян — да.

— Ой, дурак… — обречённо вздохнул здоровяк и провёл ладонью по лицу: — Дружище, ты же понимаешь, что связываться с бандитами — себе дороже?

— У меня выбора не было. Я не родился с платиновой ложкой в заднице!

— Тише-тише! Я не хотел тебя задеть. Просто… Ну, неужели иначе было никак?

— Совсем никак.

— Ладно… Дерек, у тебя же есть своя банда? Ну, это я чисто на всякий случай спрашиваю.

— Это не моя банда. К тому же, они давно завязали с криминалом. Мы с Коляном и Дядей Рубеном их… переубедили. Теперь наши волчата белые и пушистые. Но если надо будет припугнуть обнаглевших зайцев, то думаю, что они справятся.

— Отлично! Это меня обнадёживает. Потому что, если я нажму тревожную кнопку… — Венчик вытащил из кармана миниатюрный пульт: — Моя охрана их просто расстреляет!

— Ох уж эта монополия на насилие…

— Что есть — то есть.

— Так! Джентльмены! — хлопнув ладонями, произнес Эдик: — Мы тут собрались великолепной пятёркой, чтобы языками трепать или сотворить чудо для данного субъекта? Я всё же искренне верю, что второй вариант. Поэтому, давайте приступим!

— Костян. Приготовь им хот-доги. Пускай оценят. А я пока обдумаю, что можно сделать.

— Чего тут думать? — удивился Венчик: — Сперва попробуем местный хот-дог. Затем сходим в «Мясопотамию» и посмотрим, что предлагают наши конкуренты. А затем разработаем план и начнём пробовать. Много пробовать!

— Отличная идея. — согласился Колян: — Что же касается разработки — я уже обратил внимание на то, что тут проходное место. Необходимо привлечь внимание.

— Чтобы привлечь внимание, нужно сперва создать качественный и конкурентоспособный продукт! — возразил Эдик: — Поэтому пробуем тут. А затем сразу идём в «Мясопотамию» на дегустацию. Я угощаю!

— Это, конечно, хорошо. Но мне всё ещё не даёт покоя сам факт того, что мы в ноунеймовой хот-дожной. — вздохнул Венчик: — Слушай, Дерек. Как ты, вообще, познакомился с этим парнишкой?

— Одна девчонка сказала, что устала от моего ветренного характера и разбила мне сердце. Выбрала богатенького безобидного мальчика… Тц! — фыркнул я: — Меня это так взбесило, что я решил выпустить пар. Заехал в подворотню и просто побежал. Без задней мысли. И тут наш новый друг. Выходит… весь такой красивый! С фингалами. Ну, а потом подошли зайцы. Пришлось вломить одному из них, чтобы отстали. И всё. Мы с Костяном разговорились. Я узнал, что у него проблемы с хот-догами и просто не смог пройти мимо!

— Как благородно. — восхитился Эдик.

— Ты, прямо, как типичный добрый король из сказки… Всепонимающий и максимально эмпатичный к своему народу. — удивлённо произнёс Венчик.

— Добрый король из сказки? Хех… Да, ладно вам. — отмахнулся я.

В голове тут же всплыл образ Думгая с оторванной головой демона в руке. И музычка от Мика Гордона. Да уж… Весёлые были времена.

— Нет, мне правда интересна твоя мотивация. Ладно бы, если дело касалось давней дружбы или родственных связей. Но помогать незнакомцу… Зачем тебе всё это?

— Любой повар должен быть максимально любопытным. Да, конечно же, я хочу помочь Костяну. Потому что, он крутой парень, который знает, чего хочет. Но в первую очередь — это будет проверка для нас, как для специалистов. Этакая небольшая практика в реальных боевых условиях.

— Хм… А в этом, что-то есть. — согласился здоровяк.

— Так… Ребята! Всё готово. — Костян раздал Эдику, Венчику и Коляну по хот-догу: — Приятного аппетита.

— Обалдеть… — выдохнул мой проводник: — Самодельные сосиски⁈ Реально⁈

— Слушай, я тоже был в шоке! — усмехнулся я: — Он ещё и грамотно со всеми договорился!

— Ну, уж простите… — Костян немножко засмущался: — Без подобных навыков лучше не лезть в общепит.

— Хм-м… — Венчик с недоверием посмотрел на хот-дог: — Это прям… достойно!

— Согласен. — кивнул Эдик: — Очень добротно для ноунеймовской хот-дожной. Долго тренировался, прежде чем вывел свой рецепт?

— Около месяца.

— Месяца⁈ — парни с удивлением переглянулись.

— Простите, а это много или мало? — неуверенно поинтересовался Костян.

— Для человека без кулинарного образования — это очень быстро! — пояснил здоровяк: — Считай, тебе нужно было не просто собрать хот-дог. А ещё и распробовать все ингредиенты по отдельности. И свести всё воедино. Это дорогого стоит.

— Захвалили…

— Ну ты сильно-то не обольщайся! Сейчас мы попробуем «Мясопотамию» и разнесём тебя. — сразу же предупредил Эдик.

— А я уже готов!

— Вот и славно. Тогда, самое время для вылазки на вражескую территорию!

Кафе «Мясопотамия» состояло из двух этажей. Стилистика под классическую американскую забегаловку. Фотографии старых автомобилей на стенах. И нереальный аромат жаренных колбасок… Всё это могло с лёгкостью вскружить голову любому посетителю.

И, что самое интересное — здесь была полная посадка. Свободные места только за барной стойкой.

— Вы бронировали? — с дружелюбной улыбкой поинтересовалась девушка-администратор, но её тут же оттеснил худощавый высокий мужчина средних лет.

Весь такой прилизанный. Надменный… Ещё хуже, чем Валерон.

— Какие люди. — с ехидством произнёс он, глядя на Костяна: — Господин Синицын… Вы всё-таки отреагировали на мои послания и решили не мозолить нам глаза? Что ж, я очень рад.

— Простите! Но, вообще-то, мы гости. — строго произнес я: — И хотели бы у вас покушать, а не выслушивать ваши претензии к данному человеку. Если вы со всеми так общаетесь, то у меня большие вопросики к вашему заведению…

— О, простите! Сегодня у нас полная посадка. Впрочем, как и вчера. И позавчера. И, вообще, всё последнее время. Но вы можете сесть у барной стойки! Я распоряжусь, чтобы бармен подал вам напитки за счёт заведения.

— Спасибо, но мы обойдёмся. — я даже не стал смотреть на этого гремлина, а просто отправился к барной стойке.

Что за тупорылая мелочность? Да, к тебе пришёл конкурент. Но это не «Мак», не «КФС» или «Бургер Кинг». Это просто парень, которому в колёса вставляют палки. Кстати, среди посетителей я увидел две пары знакомых заячьих ушей. Сдаётся мне, что под «посланием» местный менеджер имел в виду гоповатых любителей морковки…

— Чего желаете? — поинтересовался тучный бармен, косящий под байкера.

— Подскажите, какие хот-доги у вас тут самые ходовые?

— «Пряная горчица» и «Убойная Пятница».

— Нам по штуке каждого. Силуянов! Оплати.

— Угу… — Эдик поспешил ко мне, вытаскивая из кармана бумажник.

В целом, атмосфера очень приятная. Контингент — в основном, молодёжь. Взрослые мужчины и женщины, как правило, сидели небольшими стайками по углам и пили пиво.

Кстати, выбор напитков здесь был очень даже достойный! На кранах от малоизвестного крафта до самых популярных пивных и сидровых брендов. К тому же, есть три холодильника с железными банками и стеклом. Цены, конечно, немного кусачие. Но как я уже не раз говорил — большая часть подобных заведений зарабатывает именно на алкоголе.

— Приятного аппетита! — бармен поставил перед нами по две тарелки с дымящимися хот-догами. Выглядели они, конечно, очень аппетитно. И местные тоже заморачивались с самодельными колбасками.

А какой аромат… Ребята явно не поскупились и использовали только качественный сыр, а не ломтик плавленного, как у Костяна. Пускай цена и отличалась почти в два раза. Но местные хот-доги выигрывали уже от одного вида.

Что же касается вкуса…

Идеальная упругая текстура самодельной колбаски. Мощный чесночный привкус. Много-много чеддера с петрушкой. Ребята прям постарались и сделали почти идеальный баланс вкуса.

Ещё мне очень понравилась булочка! Не слишком мягкая, не слишком жёсткая, но при этом — крайне хрустящая.

А вот соус тут был простеньким. Обычный томатный кетчуп и горчица. Прям, совсем без излишеств. Хотя, больше тут и не надо. Необходимый контраст с мясной сосиской создавали тонко порезанные маринованные огурчики. Вот это было: «уф»!

— Ну, что я могу сказать… — Венчик быстро схомячил оба хот-дога: — Константин… Ваше дело труба.

— Отставить пессимистические настроения! — я ударил кулаком по столешнице барной стойки: — Лично я заметил два серьёзных изъяна у данного хот-дога.

— Кстати, я тоже… — с грустью произнёс Эдик.

— А кроме цены? — с усмешкой поинтересовался я.

— Тогда один серьёзный изъян…

— Вот! Уже лучше. В целом, мне всё максимально понятно. — я вытащил коннектор и набрал Зиночку: — Приветствую!

— Что-то случилось? — осторожно спросила миниатюрная бухгалтерша.

— Нам очень нужны твои познания в специях. Сейчас скину координаты. Подъезжай!

— А как же наша подготовка с Силуяновым⁈

— Он уже здесь. В общем, не спрашивай. Всё увидишь сама.

— Ох, и любишь ты заинтриговать…

— Значит, война. — я смотрел на то, как Костян тщательно нарезает говядину: — Итак, давайте обмозгуем, с чего мы начнём?

— Во-первых, у «Мясопотамии» очень сочные сосиски. — ответил Эдик: — А ещё они крайне мощные в плане вкуса. Сперва я думал, что чеснок их основной секрет. Но если так подумать, то и смесь из двух перцев внутри фарша тоже добавляет вкусу очень пикантные нотки. В общем, тут дело комплексное.

— Это понятно. К тому же, они используют настоящий сыр, а не вот эту пародию. — Венчик указал на ломтики плавленого сыра.

— Во-вторых, у них есть посадочные места и алкогольные напитки. — Эдик скрестил руки на груди: — Чтобы победить — нам нужен не просто вкусный хот-дог. Нам необходимо то, что будет разжигать в потенциальных покупателях аппетит.

— Выходит, нам нужно усилить аромат. — заключила Зиночка, вытаскивая из сумки различные специи, засушенные травы, овощи и добавки: — Мы это всё уже проходили. Только вот, там были купаты. Но думаю, что самодельные сосиски не сильно отличаются. У тебя оболочка из чего?

— Натуральная баранина. — ответил Костян.

— Шикарно! В таком случае, давайте попробуем сделать упор на специи. Хорошая смесь не только улучшит вкус, но и добавит аромат. — Зиночка подхватила ступку и начала внимательно изучать пакетики, которые привезла с собой: — Значит, перемалываем чёрный перец.

— Погоди… — Венчик тут же поднял руку: — Ты только что попробовала вражеский и наш! Неужели уже готова создать основу из специй для нового варианта⁈

— Ну, да. А что такого? Мы же в сообществе исследователей трав и специй не чаи гоняем. — усмехнулась миниатюрная бухгалтерша, быстро разминая горошины чёрного перца.

— А для нас это был бы трудоёмкий процесс…

— Не для «вас», а для тебя. — строго ответила Зиночка: — Так что, тебе бы у меня поучится.

— Кхм… — здоровяк нахмурился.

Он прекрасно понимал, что именно имела в виду маленькая блондинка. Однако отвечать Венчик не стал. Лишь молча подошёл ближе.

— Итак, перемолотый перец пересыпаем к нитритной соли. Добавляем паприку. Обязательно — СУХОЙ ЛУК. Сухой чеснок. А затем, берём небольшую ложку и перемешиваем. Вот так!

— Кстати… А можно вопрос? — Колян поднял руку, словно школьник.

— Ну, конечно. — кивнула Зиночка, доведя смесь специй до идеальной консистенции: — Я тут специально для того, чтобы отвечать на ваши вопросы.

— Касательно нитритной соли… Дядя Рубен частенько добавлял её, когда делал сыровяленое мясо. Но я слышал про неё столько всяких ужасов. Мол, «химоза»! И очень вредная для организма…

— Бред. — обречённо вздохнула миниатюрная блондинка: — Нитритная соль — это, что?

— Что?

— Обычная соль, смешанная с нитритом натрия. Примерно — девяносто девять и четыре к ноль целых и шести десятых. Понимаешь? Да, вне всяких сомнений — нитрит натрия крайне опасен для любого живого организма. Даже орка проймёт! Но всё дело в дозировке. Именно в ноль целых и шести десятых процента.

— Опасно же! — возразил Колян.

— Ох, боже мой… Смотри. Начнём с того, что обычную поваренную соль — добывают. А нитритную — производят. Это серьёзный технологический процесс! Давай обратимся к простой математике. Возьмём в пример обычного человека. Для него смертельной дозой соли будет в районе двухсот грамм. А нитрита натрия достаточно всего четыре грамма. НО! Если мы пересчитаем концентрацию нитрита натрия в нитритной соли, то получится около восьмисот грамм. ВОСЕМЬСОТ ГРАММ СОЛИ, НИКОЛАЙ!!! Так что, отравится нитриткой — заведомо провальная затея.

— Убедила.

— Вот! А Симонова ещё хотела уничтожить наше сообщество. Даже такие профи, как Николай — австралопитеки в мире специй, трав и добавок. А это основа! Это знать надо! Но ничего… Рано или поздно мы дойдём до кари и прочей «куркумы». Вот тогда вы все придёте к нам. Почему? Да, потому что специи, травы и добавки — ОСНОВА хорошего вкуса. Та же нитритка раскрывает любое мясо на двести процентов больше, чем поваренная соль. Помните об этом. — заявила Зиночка и отставила смесь в сторону: — Так, какой у нас следующий этап?

— Дальше мы накрутим фарш через мясорубку. Я всегда ставлю насадку с самыми маленькими дырочками. — пояснил Костян и принялся запускать кусочки мяса с говяжьим жиром в мясорубку.

— Кстати, сколько мяса к жиру? — поинтересовался я.

— Примерно семьдесят на тридцать. Раньше делал восемьдесят на двадцать, но после дегустации в «Мясопотамии»… Всё же, хочу сделать сосиски более сочными. К тому же, специй в фарше будет много! А я очень не люблю, когда сосиска сухая… И потом на языке чувствуются частички специй или добавок. Это прям мерзко. Поэтому, чтобы все растворилось — лучше увеличить количество жира.

— Хорошая мысль. Кстати, всё хотел спросить. А как тебе пришла в голову идея продавать хот-доги?

— Очень просто. Один мой хороший друг держит уличные бочки с разливным пивом и квасом. Он как-то показал мне, сколько у него выходит чистыми в месяц. Так я аж присвистнул! Но сейчас, конечно, всё не так радужно. Созванивались с ним месяц назад. Он сказал, что неподалёку открыли разливайку. Так что… мой друг теперь не у дел.

— А чего он место продажи не сменит?

— Так это надо искать. Прорабатывать. А он, что-то совсем неактивный.

— Вот так малый бизнес и загибается. — вздохнул Эдик: — Ничего к тебе в руки само не придёт. Двигаться надо! Крутиться. Искать варианты.

— Согласен. Но если так подумать — даже у меня сперва руки опустились, когда пришла «Мясопотамия».

— Увы, почти каждому иногда нужен смачный пинок под зад. — усмехнулся я: — Чтобы «лежачий камень» сразу превратился в «катящийся». Или же — «активно летящий»! А по поводу твоего друга с пивом и квасом… Подскажи, сколько у тебя здесь площадь? Ларёк же, как я понимаю — обычный прицеп-кемпер?

— Скорее — прицеп-закусочная на колёсах.

— Ну, вот да. Это я к тому, что — сколько именно ты платишь аренды за землю, и сколько сам прицеп? Есть же свободное место?

— Конечно, есть! Я планировал поставить снаружи большой бронированный холодильник с лимонадами и морозилку с мороженым, когда раскручусь. А что ты хочешь?

— Хочу позвать твоего пивного друга сюда. Хотя бы на какое-то время.

— Это ещё зачем? — удивился Венчик: — Как я понял — Константину необходимо самому заработать денег, а не пригревать на груди нахлебника.

— Ты не понимаешь, как это работает. Да, мне вполне ясна позиция Костяна. И его цель — сделать хот-дог таким, чтобы его удобно было есть на ходу. Но зачем нам лишь часть потенциальных посетителей, если мы можем взять абсолютно всех? Сейчас конец сентября. Погода ещё позволяет! Я позвоню Дяде Рубену и попрошу одолжить нам несколько уличных столиков и стульев. Поставим зонтики! На прицеп повесим колонку. Пускай тихонько играет музыка. Костян будет готовить хот-доги. А его друг — приманивать всех пивом и квасом.

— Смысл, если «Мясопотамия» предлагает всё тоже самое, но в разы комфортнее? — уточнил Венчик.

— Смысл в том, что в «Мясопотамии» хот-дог в среднем выходит шестьдесят рублей. Плюс лимонад — ещё двадцать. А если пиво или сидр, то может дойти и до сорока за стакан. Таких денег у обычных студентов отродясь не было! Это, во-первых. А во-вторых, стоит учитывать факт того, что у «Мясопотамии» почти постоянно полная посадка. Пока мы разговаривали, я увидел трёх посетителей, которые зашли и сразу вышли оттуда, потому что мест нет.

— Почему они не придут сюда?

— Потому что, ларёк тупо не видно. Он совершенно не привлекает внимание! Нужна подсветка. Огоньки! И аромат. Мощный аромат, который долетит до каждого прохожего и заставит обратить на это место своё внимание.

— Тут, если считать проезжую часть вместе с тротуаром — метров шестьдесят. А единственное, что в хот-доге реально мощно пахнет — это колбаска. Как мы сделаем так, чтобы аромат от неё перелетел через дорогу?

— Доверьтесь мне! Я всё устрою. — уверенно ответил я, наблюдая за тем, как Костян закинул получившийся фарш в куттер и залил стаканом ледяной воды: — Друг, здесь же есть обычная газовая горелка и сковорода?

— Только не горелка, а газовая плита. — ответил наш мастер хот-догов: — Я хотел попробовать начинку с жаренным луком. Но, что-то не получилось с первого раза. Оставил на потом.

— Супер! Как приготовим сосиски — покажу действенный метод.

Самым сложным этапом оказалась забивка мясного фарша в натуральную оболочку из баранины. Ох, пришлось держать и контролировать весь этот процесс в четыре руки. Даже странно, каким образом Костян раньше справлялся в одиночку?

— Чем перевязываешь сосиски? — спросил я.

— Специальным шпагатом. Вениамин! Не будешь ли ты так любезен подать во-о-о-он тот моток верёвки?

— Прошу.

— Спасибо!

— Кстати, а почему нельзя перевязать обычной нитью? — уточнил Эдик.

— Есть риск порвать оболочку. — пояснил Костян, перевязывая сосиски примерно через каждые двадцать сантиметров. Глаз алмаз!

— Сколько времени ты учился всё это делать? — с удивлением спросила Зиночка.

— Около двух недель.

— СКОЛЬКО⁈ — мы не могли поверить своим ушам.

— Две недели. Ровно столько происходила сделка с оформлением документов на этот ларёк. И всё это время я сидел дома и готовил. Правда, аппаратуры было намного меньше, чем сейчас. Вместо мясного шприца, пришлось соорудить самодельную насадку для мясорубки. Ах да! Сама мясорубка была ручная. Ох и замаялся я крутить…

— Ну, ты герой. — восхитилась миниатюрная бухгалтерша: — Прям, талант!

— Нет. Я просто быстро учусь. Закон нищих — либо ты быстро адаптируешься и учишься, либо подыхаешь с голоду.

— И всё-таки… Я не верю, что слесарь и нянечка в детском саду ничего не зарабатывают. — с сомнением произнёс Эдик.

— Ну, как «ничего»? Просто, все деньги уходят на моих младших братьев. Они ж ещё совсем мелкие.

— А сколько их у тебя?

— Двое.

— Тем не менее! Твои мама с папой — большие молодцы! — похвалил Колян: — Знаешь, теперь я замотивирован сделать идеальный хот-дог ещё больше.

— Ой, да брось. Моих предков тоже никто не заставлял. Они сами выбрали такой путь. — пожав плечами, ответил Костян: — В общем-то, я потому и решил не сидеть на месте. Просто вся эта ситуация с «Мясопотамией» и зайцами меня… малость подкосила.

— Ничего страшного! Такое со всеми бывает. — мой проводник похлопал мастера хот-догов по плечу.

Запекание сосисок происходило в духовом шкафу и разделялось на два этапа.

Первый — подогрев сосисок до шестидесяти градусов внутри.

Второй — специальная парная баня внутри духового шкафа.

После того, как сосиски охладились в ледяной воде, пришло время жарки.

— Значит, смотрите внимательно! — я отрезал одного Сосискина от общей тусовки: — Делаем четыре надреза на поверхности с двух сторон. Наискосок! А затем бросаем на раскалённую сковородку. Колян! Займись сковородой и газом.

— Есть.

Едва сосиска зашкварчала на разогретом масле, как тут же весь ларёк заполнил восхитительный аромат.

— Вот он… Наш туз в рукаве!

— Есть в захолустной Москве свой… оттенок настроения. — задумчиво произнесла Амелия, когда они с Милой вышли из чёрного «Руссо-Балта» и направились в сторону стеклянной двухэтажки: — Всё здесь такое… невзрачное, но в тоже время — по-человечески простое.

— Кхм… — Мила поёжилась, когда увидела нескольких злобных зайцев, выходящих из двухэтажки: — А лично мне всегда больше импонировал Центр. Там, как-то, спокойнее…

— Ты что, боишься? — удивилась Симонова.

— Немного…

— Не бойся. Даже если эти ушастики только посмотрят в нашу сторону — мои ребята ими тут же займутся.

— Насилие… Оно, как раз весьма характерно для подобных мест.

— Ой, не нуди. Сейчас всё разведаем и быстро уедем обратно!

— Тем не менее, местная «фауна» крайне агрессивна. Здесь парни не будут придерживаться этикета! Они могут просто подойти и заговорить с вами.

— Правда?

— Ага… Одна из моих подруг детства жила в подобном районе. Я много чего повидала…

— Кстати, о парнях. — Амелия быстро спрятала застенчивость под маской хладнокровия: — А что, если нужный тебе парень… наоборот, не торопится подходить?

— В смысле? Вы про кого? — глазки Милы тут же заинтересованно заблестели.

— Ни про кого. Просто, давай представим ситуацию. Есть девушка и парень. Девушка весьма заинтересована этим парнем. Вернее… его определёнными способностями.

— Допустим…

— Но парень совершенно не проявляет инициативу. Есть способ, как принудить его к разговору?

— Принуждение — самый отвратительный вариант. Если вы заинтересованы в романтических отношениях…

— Я НЕ ЗАИНТЕРЕСОВАНА!!!

— Хорошо. Если условная девушка заинтересована в романтических отношениях с парнем, то можно поиграть в намёки.

— Терпеть не могу намёки.

— Ну так… Это же условной девушке надо…

— Ай, точно! Прости. Так, что там с намёками?

— Так вот, можно попробовать намекнуть парню, что девушка в нём заинтересована. Взять, какую-либо понятную для вас обоих тему… А именно — способности этого парня. Затем аккуратно и замысловато сообщить ему, что вы крайне заинтересованы в этих самых способностях.

— Аккуратно и замысловато?

— Да! Но только не переусердствуйте. Парни, как правило — крайне тугие в плане намёков. Слишком сложный или неявный — попросту не поймут.

— Слушай… Ты так хорошо разбираешься в отношениях! У тебя было много парней?

— Ни одного.

— А откуда знаешь?

— Моя старшая сестра — та ещё «Королева драмы». У неё парни меняются чаще, чем трусики.

— Ничего себе!

— Но… Она из другого мира. Поэтому, тут ничего удивительного. — улыбнулась Мила: — Это мы все подписали брачный договор с кулинарией. А она… Девушка со свободным временем.

— Свободное время… Что это такое? — кисло усмехнулась Амелия.

— ТО-О-ОЛЬКО!!! — взревел огромный орк, одиноко сидевший на остановке: — РЮМКА ВОДКИ НА СТОЛЕ-Е-Е-Е!!!

— Бр-р-р… — бедную помощницу опять всю передёрнуло: — Простите, но я всё ещё не могу понять, зачем мы сюда приехали?

— Отец подозревает, что Стрелков опять воду мутит. Ходит слух, что он курирует несколько «левых» заведений.

— Зачем ему это?

— Видимо, жадность взыграла. Мне-то откуда знать? В общем, отец попросил проверить «Мясопотамию». Мол, готовят ли они по его рецептам или нет.

— Лучше бы разобрались с сообществом исследователей алкоголя… Там более явная угроза.

— Это уже не имеет смысла.

— Почему?

— Я натравила на них козла «Эда». Он уже заручился поддержкой Смирнова. Так что, завтра сообщество исследователей алкоголя канет в лету.

— Как жестоко. — улыбнулась Мила.

— Как и всегда. — глаза Амелии на секунду вспыхнули злорадством: — Поэтому, займёмся крупной ры…

Увы, договорить Госпожа Симонова не успела, поскольку до неё долетел вкуснейший аромат жареных сосисок. Такой утонченный. С лёгкими нотками дыма, чеснока и паприки…

— Госпожа! — ужаснулась Мила: — Ваше лицо… Что вы делаете⁈

— Чёрт! — Амелия, что едва не рухнула на колени, попыталась быстро прийти в себя: — Это была слишком неожиданная и подлая атака!

— Соглашусь, что пахнет очень вкусно… Но нам сейчас не стоит расслаб… Госпожа⁈ ГОСПОЖА!!!

Словно бабочка на свет, юная Госпожа Симонова уже вовсю направлялась в сторону невзрачного ларька с хот-догами. Она и сама не поняла, как подошла в плотную и заглянула в окошко.

— О! Госпожа Симонова! Салют. — дружелюбно улыбнувшись, поздоровался Цареградцев.

Сердце бедной Амелии застали врасплох. Негодник!!! Мало того, что нагло привлёк её запахом наивкуснейшей жаренной сосиски, так ещё и атаковал улыбкой…

— И вам не хворать. — собрав все силы в кулак, максимально холодным тоном ответила Госпожа Симонова. Так! А ведь это же шанс…

— Чем обязаны визиту?

— Обычная прогулка.

— По окраинам спального района?

Нельзя тупить! Надо срочно включать мастерство аккуратного и витиеватого намёка.

— Вижу, вы тоже любитель подобных мест. — Амелия пригляделась ко всем остальным, кто находился в ларьке: — О… Корягин, Силуянов и Смирнов. Вы ещё и младшую Звонарёву в свою хулиганскую компашку затащили?

— Простите… — Зинаида виновато опустила милые глазки.

— Не за что извиняться. — лицо Искандера тут же изменилось и стало максимально серьёзным: — А с чего это мы «хулиганская» группа? Да и к тому же, Зиночка имеет полное право ходить и общаться, с кем ей вздумается. Поэтому, я не понимаю вашей претензии.

— Это была не претензия, а констатация факта. Ну, а вы… Господин Цареградцев, ходите по очень тонкому льду. — прищурив взгляд, ответила Амелия.

Во-первых, только хулиган будет так нагло атаковать девушку в лоб. А во-вторых, «лёд» действительно готов был вот-вот растрескаться, ибо аромат слегка поджаренного фарша уже взял Госпожу Симонову в плен. Ещё немного, и она точно прыгнет в окошко и силком продегустирует сосиску Дерека!

— Вы мне угрожаете? — с ехидством поинтересовался Цареградцев.

— Я вам… витиевато намекаю.

— О чём же?

— Разве до вас не дошло?

— Нет.

Чёрт! Придётся попробовать витиевато объяснить…

— Я хочу донести до вас одну важную вещь.

— Доносите! Я же не против.

— Я хочу… Это… — Амелия нахмурилась, изо всех сил пытаясь подобрать слова: — Я хочу…

— Что вы хотите?

— Я хочу вас.

— О как…

— Нет. Не так… Погодите! Не сбивайте меня с мыслей! — недовольно пробурчала Госпожа Симонова: — Я хочу вас поймать!

— Но зачем?

— В общем, ваша готовка вызывает у меня слишком много вопросов. И если вы думаете, что так просто от меня отделаетесь — спешу вас разочаровать. У вас ничего не получится! Я буду следить за каждой вашей дуэлью… С кем бы вы не сражались. И рано или поздно, я до вас доберусь.

— Мечтать не вредно. — холодно ответил Искандер, а затем высунул голову из окошка, оказавшись в опасной близости от смущённой до безобразия девушки. Ну, точно хулиган: — Я прекрасно понимаю, что вам нужно. Но поверьте мне на слово… Никто меня не остановит. Я буду готовить ещё лучше! Нравится вам это или нет. У вас не будет и шанса меня подловить.

Этот удар был прямо в сердце. Изо всех сил скрывая смущение, Амелия попыталась мило улыбнуться, но получился максимально злорадный оскал:

— Ваша наглость не знает границ.

— Впрочем, как и ваша. Не пытайтесь залезть мне в душу, Госпожа Симонова. И тогда, всё будет хорошо.

Вот негодяй!!! ОН ТОЖЕ УМЕЕТ В ВИТИЕВАТЫЕ НАМЁКИ!!!

— Я залезу везде, где захочу! Особенно, если это будет касаться вас, Господин Цареградцев.

— Серьёзное заявление. Выходит… Вы уверенно заявляете о своей предвзятости? Смело.

И только сейчас Амелия осознала. Правда ударила её мощнейшей пощёчиной!

— Значит, вот, как вы заговорили, Господин Цареградцев?

— Я за справедливость. И как бы вам сейчас не было горестно от того, что вы попробовали моё блюдо на вступительном экзамене… Я продолжу совершенствовать свои навыки. Можете даже приходить на пары и пробывать всё, что я готовлю. Но… — Дерек наклонился ещё ближе, от чего у шокированной Амелии по всему телу забегали мурашки: — … у вас всё равно не будет ни единого повода меня подловить. Это не удача, Госпожа Симонова!

То есть, мало того, что он её спалил… Так теперь ещё и самым наглым образом дразнит?

— А вот не надо бросаться словами, Господин Цареградцев.

— А я никогда не бросаюсь.

— Вот и посмотрим!

— О! Дерек… Привет! — Мила улыбнулась и приветственно помахала Цареградцеву: — А что это вы тут такое вкусненькое готовите?

— Хот-доги. Но мы ещё не закончили. Впереди вечер и часть ночи, чтобы собрать идеальный! Если хотите, то можете присоединиться. Ларёк большой! Места на всех хватит.

— Как ты смеешь мне такое предлагать⁈ Издеваешься⁈ — прорычала Амелия, внутри которой всё сгорало от жажды попробовать хот-дог Дерека, и одновременно кололо от обиды, что нужно было срочно возвращаться с отчётом о «Мясопотамии» обратно в Харитоновку.

— Просто предложил. — пожав плечами, ответил Цареградцев: — Уж, извините…

— Ты доиграешься. Поверь мне на слово! — с негодованием ответила Госпожа Симонова, и схватив Милу, словно декоративную собачку, разочарованно потопала в сторону «Мясопотамии».

Отправили к чёрту на куличики! Ещё и сосиску не дали попробовать… Никакого праздника!!!

— Дерек, что между вами происходит? — удивлённо спросил Венчик.

— А, не обращай внимания… — отмахнулся Силуянов, нарезая краснокочанную капусту: — Просто у Госпожи Симоновой в очередной раз проснулась ненависть к простолюдинам. Не нравится ей Дерек. Что уж тут поделать?

— Не нравится до такой степени, что она готова поступиться своими принципами? — здоровяк озадаченно взглянул на меня: — Нет, мне правда интересно! То она подходит после дуэли и требует резерв. То прибегает и обзывает всех нас… хулиганами. Ещё и на Дерека бочку катит! Я, конечно, знал, что иногда у Амелии шарики за ролики заходят… Но это всегда распространялось только на пищу. Симонова порой превращалась в лютого маньяка, когда модернизировала старые рецепты. А тут… Просто докопалась до человека. Ещё и с такой ненавистью отказалась присоединиться…

— Хот-доги — не еда для лучшего ресторанного критика и дегустатора Москвы. — хмыкнул Костян.

— Не знай я, кто такая Амелия… — улыбнулась Зиночка: — То предположила бы, что она просто неровно дышит к Дереку. Но… сдаётся мне, Госпожа Симонова у нас больше по пончикам, ватрушкам и прочему вагю.

— Вышла замуж за работу. Увы, у шефов часто такое случается. Тем более, она экстра. — пожав плечами, ответил Эдик: — Для неё всё ощущается совсем иначе. А Дереку я бы посоветовал стараться изо всех сил. Госпожа Симонова очень настойчивая. Если она поставила себе цель — то обязательно её добьётся.

— Честно говоря, мне плевать, какую она себе цель поставила. Правила не нарушаю. Готовлю классно. Да и в целом, я классный. Так что, пускай говорит, что хочет. А будет выеживаться — запру в комнате и накормлю нашими с Коляном изысками из «продолжений».

— ОЙ, НЕТ!!! — воскликнули Венчик, Эдик и Зиночка.

Увы и ах, уже вся наша банда успела поучаствовать в «продолжательной дегустации». Даже Лера с Леночкой не стали исключением. Придёт время, я и до Амелии доберусь.

Даже представить страшно, насколько экстре будет «кайфово» от наших экспериментов…

Спустя три часа дегустаций, мы смогли собрать идеальный хот-дог. Да, это было сложно! Я бы даже сказал — чрезмерно. Но тем не менее — мы справились.

— Итак, для идеального хот-дога… — записывая всё на видеокамеру коннектора, начал перечислять Эдик: — Нам понадобятся чудо-сосиски от Костяна. Булочки от местной пекарни. Кстати, за столь волшебные булочки им отдельное почтение! Соус из майонеза, сметаны, чёрного молотого перца, наршараба и оливкового масла. Обжаренный репчатый лук. Капуста краснокочанная. Петрушка и укроп. А… Ну и лимон. Куда уж без него?

— Действительно. — я быстро нарезал капусту, и перемешав её с зеленью, сбрызнул всё долькой лимона.

Зиночка уже успела поджарить нарезанный репчатый лук, и также сдобрить его кислым соком.

В это время Венчик во всю замешивал соус из наршараба, майонеза, сметаны, черного молотого перца и оливкового масла.

А Костян грел булочки на гриле.

— Ну, что? Все готовы к сборке? — уточнил Венчик.

— Да! — кивнул я: — Если я всё правильно подсчитал, то сборка должна занимать не более двух с половиной минут.

— Господин Цареградцев! — Эдик направил на меня камеру своего коннектора: — Расскажите в деталях, как вы будете собирать это произведение кулинарного искусства!

— Не вопрос. — я взял булочку: — Сперва смазываем нашим соусом стенки внутри булочки. Затем закладываем получившийся салат из капусты и зеленушки. После идёт наша замечательная поджаренная сосиска. А сверху мы, естественно, добавляем ещё немного соуса. Буквально одну чайную ложку. Можно размазать при желании. И украшаем веточкой укропа или листиками петрушки. Без фанатизма! А для тех, кто любит поострее — можно добавить пару колечек халапеньо. Поверьте — ваши вкусовые сосочки точно скажут вам: «спасибо»!

— Есть! — кивнул Эдик: — Теперь выгружаем в сеть… Вот так! Ну, что? Пробуем?

— Пробуем. — кивнул я и немедленно откусил от нашего нового шедевра.

Это. Просто. Охрененно!

Текстура сосиски идеально сочеталась с хрустящими овощами. А соус накрывал кисловато-сладкой и одновременно — сливочной волной! Вкусы раскрывались каскадом, постепенно накрывая друг друга…

Меня тут же унесло на лазурное побережье «Голд Кост». Волны во всю разгоняли сёрфингистов. А солнце жарило так, что кожу на плечах начинало пощипывать.

— Йо! Бро! — ко мне подошёл волосатый сёрфер, держа в руках доску в виде хот-дога: — Чё, каво? Норм погодка?

— Агась… — ответил я, подняв со стойки аналогичную доску: — Солнце зачёт!

Мощный шум волны, весёлый вскрик, и девчушка радостно шлёпнулась в идеально чистую воду.

— Ну, что? Пойдём оседлаем пару «бомбор», пока все бич банни не разбежались?

— Го!

Под мощный гул воды, я смог оседлать волну приличных размеров и… Окончательно утонуть в этом невероятном вкусе!

— Ну, всё, Костян. «Мясопотамию» можно списывать. — заключил я, вытащив коннектор.

— Правда? Мы на сегодня закончили? — обрадовался мастер хот-догов.

— Ещё нет. Мне нужно сделать пару звонков доверенным ребятам. А-то сам чёрт не знает, что у этих заек может быть на уме…

— Так-так-так… — из кабинета теории маркетинга вышел низкорослый парнишка с крайне наглой физиономией: — Две дворняжки и выскочка недоактёр… Чем обязан столь «почётному» визиту?

— Прекрасно. — хмыкнул я: — Очередной аристо, который не следит за «метлой».

— Не смей меня так называть! — нахмурился парнишка: — «Аристо» — оскорбление, которое придумали те, для кого титул априори недоступен. Впрочем, оно и не мудрено… Цареградцев — фамилия, которая звучит, как усмешка! Ты хоть в курсе, с кем говоришь?

— Понятия не имею, поскольку вместо того, чтобы проявить свою аристократическую воспитанность, ты, как последнее быдло — начал с наезда.

— О, простите, что задел вашу тонкую натуру, Господин Цареградцев! Но раз уж вы попросили старосту позвать именно меня… Было очевидно, что в представлении я не нуждаюсь. Что ж… Раз вы такие недалёкие, то всё равно представлюсь. Моё имя — Георгин Колесников! И я Глава сообщества исследователей алкоголя. Маленького, но очень гордого. — заявил наш новый визави: — Мы исследуем особую магию, которая обычным поварам недоступна.

Ага. Магия попила бюджета из казны. То ещё волшебство! Щелчок пальцев, и детский сад превращается в яхту. Мерзость…

— Недоступна, говоришь? — надменно произнес Эдик: — Что ж, в таком случае — предлагаю это проверить.

— Я не имею никаких дел с простолюдинами. — сухо ответил Георгин и отвернулся: — Не сочтите за дискриминацию… Просто, лично для меня тут всё максимально логично. У простолюдинов нет возможности питаться изысками. А значит — вы мне неровня.

— Вообще-то, я аристократ. — возразил Силуянов.

— Хех, а с шавками Симоновой — я тем более не имею никаких дел! Вы же прислуживаете экстре. Какой смысл соревноваться с лакеем сверхчеловека? Я за равные условия.

— Так, я уже не Маршал. Странно… Вроде, такая важная птица! Гордый… Расчётливый и всезнающий. А за новостями в академии не следишь.

— Я выше всего этого.

— Всяк кулик на своём болоте велик. — заключил Колян: — Но как бы ты не отбрыкивался — ты уже несколько раз оскорбил нас. А это значит — дуэль. Завтра в шесть. Пара на пару! У тебя вечер, чтобы выбирать одного из своих долбодятлов-первогодок для завтрашней дуэли.

— Оскорбил? А когда это правда стала приравниваться к оскорблениям? Да, и к тому же… С чего бы мне принимать ваш вызов, умники?

— Во-первых, правду стоит подавать, как пальто. А не швырять в лицо, словно мокрое полотенце. Во-вторых, ты — охренел, Господин Колесников! А посему… Статья тринадцатая кодекса кулинарных дуэлянтов. — я вытащил из кармана миниатюрную книжку формата А5 и открыл на том месте, где у меня лежала закладка. Да, мы отрепетировали этот разговор и подготовились: — При переходе на личности и прочих оскорблениях — всякий повар ОБЯЗАН принять вызов на дуэль, как наказание за свой чрезмерно длинный язык.

— Чёртова старая хрень для динозавров… — недовольно фыркнул Георгин: — Хорошо! И что на кону?

— Ваша территория и закрытие сообщества. — злорадно ухмыльнувшись, ответил Эдик.

— Вот свинство! Я так и думал… Что, долбанным макаронникам стало тесно⁈

— Следи за словами. Иначе, я могу поставить твоё отчисление из академии.

— Ладно! А если выиграю я? Мне-то что с того?

— Заберёте все наши рецепты.

— Маловато будет. Хочу забрать всех ваших девчонок-первогодок!

— Как скажешь.

— Годится! А ещё… — Георгин сузил глаза и сделал шаг вперёд: — Ты запишешь видеоролик во все свои социальные сети, где скажешь, что нет никого лучше, чем сообщество исследователей алкоголя.

— Палку-то не перегибай.

— А что так? Боишься, что репутация пострадает? Хотя… после проигрыша этим двум дворняжкам, какая уж там репутация? В общем, завтра ровно в шесть вечера. Основной ингредиент — говядина и алкоголь на своё усмотрение.

— Договорились! — Эдик и Георгин пожали друг другу руки.

— И учти, Силуянов… — тихо прошипел Колесников: — Будешь совать нос не в свои дела — его очень быстро укоротят!

— У тебя совсем инстинкта самосохранения нет? — возмутился Колян.

— Это не твоё дело, простолюдин. Учись уважать старших и не лезть в их разговоры. — усмехнулся Георгин и ушёл обратно в кабинет.

— Какой-то он… недалёкий. — задумчиво произнёс я: — Конечно, вы с Корягиным тоже произвели впечатление недоумков по первости. Но от вас не шло открытой агрессии. Вы, скорее, были раздражены. Но не более того. А этот прям огрызается! Опускается до банальных оскорблений и переходов на личности. Он что, умеет сохраняться по утрам?

— Нет, просто Колесниковы — из низшей иерархии в аристократии. А-ля, нищие дворяне, если их так можно назвать. — пояснил Эдик.

— Теперь понятно, почему они таскают из бюджета! — вздохнул Колян.

— Нет. «Нищие» — это очень утрированно. Да, не такие богатые, как средние и высшие аристократические семьи. Но в целом — денег хватает. Тут явно, что-то другое. Что-то такое, о чём мы пока не догадываемся.

— Ладно! Всё равно завтра размажем их. — мой проводник сжал кулак.

— Что у вас тут творится? — мило улыбнувшись, из-за угла вышла Изольда.

— Ребята бросили вызов Главе сообщества исследователей алкоголя. — пояснил я.

— А… Этим казнокрадам? — усмехнулась Госпожа Звонарёва.

— Ты откуда знаешь⁈ — удивился Эдик.

— Хех… У меня много «ушей» в разных сообществах академии. Молва давно идёт. К тому же, сама Симонова об этом тонко намекала. Только вот, одно всё понять не могу… Зачем это тебе? Ты же больше не Маршал…

— Мне нужен их кабинет. После довольно унизительного поражения Дереку и Коле — в наше сообщество понабилось приличное количество девчонок. Я и не подозревал, что на сострадании можно сделать рекламу!

— О! Ты чего? Сострадание — это одно из самых глубоких девичьих чувств! — подняв указательный палец, важно заявила Изольда: — Только вот, зачем тебе Дерек и Коля? Вы теперь все дела решаете своей «хулиганистой компашкой»?

— Погоди! Почему «хулиганистой»? — возмутился я.

— Ведёте себя, как банда. Ходите вместе… Шушукаетесь. Меряетесь пушками и всё такое. — хихикнула Госпожа Звонарёва: — А ещё о вас ходит множество самых разных слухов и легенд. Так, чем не хулиганы?

— Мне казалось, что у этого термина… несколько иное обозначение?

— Слушай, раз в академии решили, что вы — хулиганы, значит так тому и быть. — заключила Изольда: — Тут уж ничего не поделать… Но тем не менее — почему вы пришли бросать вызов втроём? Мне всегда казалось, что с артистизмом Эдуарда поддержка не нужна.

— Ребята хотят дуэль пара на пару. А у Котельникова из «однополчан» только первогодки. В итоге, Эдуард взял в подмогу Николая.

— Почему не тебя? — удивилась блондиночка: — Нет, Коль… Я ни в коем случае не хочу тебя, как-то задеть или обидеть. Ты готовишь классно. Просто… у меня свой праздный интерес.

— Вообще-то, это было нашим совместным решением. — ответил я: — Мы с Коляном хотим немножко заработать на трансляциях. У нас один совместный бой против Эдуарда. И мой бой в одиночку против тебя. Было бы крайне несправедливо, если бы я ещё и сюда влез. Поэтому — всё по-братски.

— Как благородно! Впрочем, я в вас двоих и не сомневалась. Кстати, а после нашей с тобой дуэли ко мне тоже понабежало девчонок. Только вот… Первую неделю наше сообщество больше напоминало клуб психологической поддержки. — тяжко вздохнула Изольда: — Все новенькие рассказывали про проблемы в своих семьях. А мы слушали. Кивали. Даже, что-то советовали… Странный опыт. Но я не стала возражать. Так было лучше для всех нас.

— Тоже хорошо. Кстати… У тебя же раскрученные социальные сети? — поинтересовался я.

— Весьма. Всё же, я не только кондитер, но ещё и медийная личность! — гордо заявила Госпожа Звонарёва.

— Это замечательно! Ибо я очень хочу попросить тебя об одной услуге.

— Эм-м… Ну, ладно. Для тебя мне ничего не…

— … жалко. — выдохнула Изольда, обречённо глядя на ларёк с хот-догами и небольшой потрёпанный грузовичок с разливными напитками: — Господи! Дерек, на что ты хочешь меня подписать?

— Не переживай! Тут ничего страшного нет. — заверил я и обратился к нашему мастеру хот-догов: — Костян! Замути Госпоже Звонарёвой по красоте!

— Есть «замутить по красоте»! — отозвался Костян.

Аромат стоял, что надо. Мы планировали начать массированную атаку ближе к семи вечера, когда простой народ начнёт возвращаться с работы и учёбы. Так что, немного времени у нас ещё оставалось.

— Здоров, брат! — мимо меня прошёл миниатюрный лысый пацанчик в спортивном костюме.

Это Гоша. Он и был тем самым другом, который вдохновил Костяна на открытие хот-дожной.

Гоша являлся человеком молчаливым. И очень своеобразным. Он смотрел, как будто сквозь людей. Для него не существовало гендерных, расовых и прочих различий. Все разумные живые существа для него были просто «брат».

А ещё он слушал крайне странную музыку, где вместо слов были непонятные выкрики. И очень любил дремать.

Гошу ничего в этой жизни не интересовало, кроме пива, хот-догов и «Warhammer 40000».

В общем, любопытнейший персонаж.

— Здравствуй, Гоша. — кивнул я в ответ.

— Это… Я вздремну малость.

— Не вопрос.

— Угу. — Гоша залез в кабину своего обшарпанного грузовичка и практически мигом выключился.

— Готово! — отозвался Костян и протянул мне пищу богов.

— Благодарю. Вот, держи! — я вручил хот-дог Изольде.

— И что мне с этим делать?.. — неуверенно поинтересовалась она.

— Засними на фронтальную камеру коннектора свои искренние эмоции и выложи в социальные сети.

— Тебе это дорого обойдётся…

— Ты же знаешь, что ради хорошего продукта я готов на всё!

— Прям-таки на всё? — Изольда хитро улыбнулась: — Что ж, в таком случае — с тебя ещё одно свидание! Теперь я хочу узнать жизнь с твоей стороны. Так что, на этот раз без дорогих ресторанов и отелей.

«И отелей»… — мощной волной пронеслось между Эдиком, Венчиком и Коляном, которые стояли рядом с нами и крепили к ларьку гирлянду. Ребята аж одновременно повернулись.

— Эм-м… Можно не так громко об этом? — тихо попросил я.

— Ты от кого-то скрываешь, что мы с тобой общаемся? — удивилась Изольда.

— Нет, конечно! Просто… нельзя кричать на всю улицу, что ты была с парнем в отеле.

— А что такого? — поинтересовалась та, которая попросила меня никому и ничего не рассказывать. Вот как, после такого — общаться с девушками? Вернее… КАК ИХ ПОНИМАТЬ⁈

— Кхм… Родная, ты меня, порой, сильно удивляешь…

— Ой, да что такого? Мы же просто смотрели «Властелин колец»! Неужели девушка с парнем не могут вдвоем посмотреть кино в номере отеля?

— Кхм… — Эдик, Венчик и Колян тут же покраснели, но изо всех сил старались не подавать виду.

— Могут, конечно же. — обречённо вздохнул я.

— Ну, вот видишь? Не вижу проблемы.

— Ладно, родная. Проехали. Свидание без пафосных мест. Я всё продумаю и сделаю.

— Чудно! В таком случае — ПОЕХАЛИ! — Изольда включила фронталку на коннекторе и поднесла хот-дог к лицу: — Привет, хлопусики!

Господи… «Хлопусики»… Это что, какой-то новый вид пушистых африканских гусениц⁈ Или очередная страшная, но дико популярная игрушка из Китая⁈

— Сегодня мы в центре одного из крупнейших спальных районов Москвы! — продолжила блондиночка: — Вы постоянно говорите мне, что я не ем в обычных заведениях. И сегодня, я решила это исправить! Вы просто посмотрите на этот потрясающий хот-дог… Какая мощная сосиска!

Да… В этот момент, можно, конечно, было на меня не смотреть. Но Изольда такая Изольда.

— Друзья сказали мне, что хот-догов лучше не существует. — мило улыбнулась Госпожа Звонарёва: — Что ж… Давайте проверим!

Стоило ей сделать всего один укус, как ситуация постепенно начала выходить из-под контроля. Бедолага покраснела… И таки не смогла удержаться от волны вкусового экстаза.

Протяжный стон был настолько громким, что из грузовичка даже вылез Гоша.

— Слаанешиты… — недовольно заявил он, и встрепенувшись, словно воробей в луже, залез обратно.

— Ой… Простите… — смущённо произнесла Изольда и выключила запись.

— Всё, конечно, хорошо. Но давай заново и без вот этого «оха-вздоха» в конце. — попросил я.

— Не получится… — виновато опустив взгляд, ответила Госпожа Звонарёва: — Это была мини-трансляция…

— ЧТО⁈

— Да. Это уже на всех моих каналах.

— Твою ж мать… — обречённо выдохнул я: — УДАЛЯЙ!!!

— Не выйдет… Я себе рейтинг испорчу.

— Ох, твою ж дивизию… Ну, ладно. В целом, не так уж и страшно. Главное, чтобы потом не докопались. А-то скажем, что мы тут разврат плодим…

— Но это было правда очень вкусно! Ты сказал заснять свои искренние эмоция. Что я и сделала!

— Угу… В общем, ладно. Сейчас придумаю, что-нибудь другое.

Конечно, двух медийных личностей типа Эдика, которого обожали молоденькие школьницы, и Изольды, которую обожали мужики за тридцать — могло быть маловато.

По крайней мере, мне так казалось.

Но как же я ошибался…

Мало того, что в семь часов вечера к ларьку выстроилась очередь из школьниц и студенток. Так спустя минут сорок на аромат хот-догов сбежалась целая толпа мужиков, которые оказались фанатами Изольды. Благо, что сама виновница торжества уже отдыхала в своем общежитии.

— Пошла жара! — воскликнул Колян, включая колонку: — Сейчас-то все про нас узнают…

— Гоша! Подъём! — я трижды стукнул в лобовое стекло грузовичка.

— Бегу! — пацанчик выпрыгнул на улицу и принялся расставлять стаканчики на широком раскладном столике.

Народу становилось всё больше. Я называл этот приём: «генерация интереса». Нагоняешь толпу. Создаёшь (пускай и искусственно) ажиотаж. И тем самым генерируешь настоящих покупателей с улицы, которых в учебниках по маркетингу обзывали «органикой».

Все прибежавшие школьницы, студентки и фанаты Изольды были нашим искусственным ажиотажем. А благодаря им подключилась и «органика».

Всё началось с парочки молодых ребят, которые зашли в «Мясопотамию», и спустя полторы минуты вышли обратно. Заметив активность возле нашего ларька, они, конечно же, подошли посмотреть. А затем купили себе по хот-догу и стаканчику ледяного пива.

— Дерек! — жалобно позвал Колян, вот уже двадцать минут пытавшийся настроить колонку: — У меня коммуникатор сел!

— От дерьмо… А у меня даже музыки нет. — вздохнул я: — Так! Пацаны! У кого на коммуникаторах есть музыка?

— У меня даже «королевского зуба» нет… — ответил Эдик.

— А у меня кнопочный. — пожал плечами Венчик.

— У меня тоже… — отозвался Костян.

— Чёрт! — я взглянул на Гошу: — Брат! Ты наша последняя надежда!

— Не вопрос. Музыки у меня много. — пацанчик довольно быстро подключился к колонке: — Я без неё жить не могу.

— Отлично! Ты молодец! — я показал Гоше большой палец.

Правда… Как уже говорилось ранее — музыкальные вкусы у нашего любителя «Вахи» и пива, оказались весьма специфичны. До этого момента я слышал лишь фрагменты и не особо придавал им значения. Однако сейчас…

— Я родился в коробке из-под сыра!!! ХА-А-А!!! КХА-А-А!!! — заверещал надрывный мужской голос из колонки под жёсткий гитарный мотив: — Сызрань не разглядела во мне сына!!! ХА-А-А!!! КХА-А-А!!! Я хочу нажать на красную кнопку!!! ХА-А-А!!! Но мне никто не даёт!!! КХА-А-А!!! И кнопку тоже-е-е!!! КХА-А-А!!!

Своеобразно…

Мне казалось, что народ сейчас разбежится от этой жуткой какофонии. Но все сочли столь неожиданный музыкальный перфоманс очень даже весёлым бонусом. Кто-то снимал на камеры. А кто-то даже пытался подпевать… Ужас.

— Что за жесть тут творится⁈ — ко мне подбежали недовольные зайцы-гопники: — Вырубите это дерьмо!!!

— О! Наши старые друзья! — я пустил Пламя на усиление и схватил Вожака за руку, после чего крайне вкрадчиво произнёс: — Ещё один подобный выкрик в нашу сторону… И я тебе ухи оторву. Ты меня услышал?

— А ты чего такой дерзкий?

— А ты чего такой тупой? М? — я начал медленно выкручивать кисть зайца.

— Понял-понял!!! Не надо… — взвыл он.

— Если ты хочешь узнать причину, почему я такой дерзкий, то можем всей компашкой завалиться в подворотню. Я каждому из вас доходчиво объясню!

— Не надо. — сглотнув, ответил Вожак: — Чува-а-а-к! Давай без пены? Мы простые наёмники! Не более.

— На кого работаете?

— Так… На Старшего из «Мясопотамии».

— О как. А вот это уже интересно!

— Не, ну а что? Мы же не банк… И не микрофинансовая организация. Можем и в одностороннем порядке изменить условия договора.

— Ты своей тупой башкой сообрази, что чем больше вы мешаете Костяну — тем меньше у вас шанс увидеть свои деньги. А он же честно старается! Ну, побьете вы его. Ну, сломаете оборудование. И что тогда? Он вернёт вам деньги быстрее от этого?

— Вообще-то, я думал…

— НЕТ, ИДИОТА ТЫ УШАСТОГО КУСОК! Условимся так. Если я ещё хоть раз увижу вас здесь — мало вам точно не покажется.

— Волки не смогут тусить тут бесконечно!

— Ты совсем идиот? Я ещё раз повторяю — ты разрываешь договор с «Мясопотамией» и не трогаешь Костяна. Деньги он вернёт в срок. Это уже под мою ответственность. А если я узнаю, что ваши заячьи уши опять навострились в сторону моего кента — лично зубы повышибаю. Я клянусь! Со мной лучше не шутить.

— Это же просто бизнес, чувак!

— Да. Это просто бизнес. — я резко схватил Вожака за указательный палец, а затем дёрнул на себя: — Нравится?

— А-та-та-та… Не очень…

— Надеюсь, мы друг друга поняли?

— Ладно! Сдался нам твой кент… А ты… — заяц вырвался и отошёл на два шага назад, придерживая сломанный палец: — Чёртов псих! Пойдёмте, пацаны… Нам тут больше не рады.

Что ж, видимо придётся парням из волчьей банды подежурить здесь чуть дольше запланированного.

— Выходит, чтобы отдать долг… — задумчиво произнёс Колян, когда мы уже вернулись с перезапуска хот-дожной и прошли через КПП Харитоновки: — Костяну нужно продать три тысячи хот-догов. За сегодня мы продали уже восемьсот шестьдесят два.

— Думаю, за недельку управится.

— А что ты пообещал пацанам Биг Би за услугу?

— У меня свои методы. — с усмешкой ответил я.

— Господин Цареградцев! Господин Смирнов! — нас окликнул знакомый девичий голосок.

— Госпожа Кольцова… Какой приятный сюрприз! — обрадовался я.

— Ребят… Фух! Как хорошо, что я вас нашла! — милая учительница вытащила из папки два конверта: — Дело в том, что я буду курировать весь первый курс на отборочном туре в Сочи. Вот вся ваша документация! Не потеряйте. Так же тут вся информация по комплексу, в котором мы будем проживать.

— То есть, вы едете с нами? Я всё правильно понимаю?

— Всё правильно понимаете, Господин Цареградцев. — дружелюбно улыбнулась Марика и похлопала меня по плечу: — Отборочный тур крайне сложный! Но я постараюсь, чтобы всем студентам было весело.

— Потрясающе! Лично я — очень рад.

— Я тоже! Буду поддерживать вас всеми возможными методами!

— Даже не сомневаюсь… — я изо всех сил пытался не показывать свою хищную физиономию.

— Была рада встрече! Спокойной ночи, ребята! — Марика ещё раз похлопала меня по плечу и радостно направилась в сторону общежития преподавателей.

— Дерек… Я, конечно, понимаю, что ты умный. Ответственный. А самое главное — крайне воспитанный демонюга… А ещё я очень надеюсь, что у нас не будет проблем из-за Госпожи Кольцовой?

— Никаких проблем, друг. — я алчно потёр ладони друг о друга: — Совсем никаких проблем…

— Дерек! Глаза…

— Что?

— У тебя опять демонические глаза!

— Ох, извини… Просто соринка в глаз попала.

— Ага. «Соринка» с длинными красными волосами и соблазнительной попой?

— Что-то типа того.

— В прошлом году на отборочном туре нас судили шеф-повара, чьи рестораны были удостоены трёх звёзд Мишлен. — произнёс Эдик, когда мы дружно нарезали мясо для репетиции завтрашнего победного блюда: — Угодить им было крайне сложно!

— Представляю… — ответил Колян.

— Не представляешь. Некоторые из них были выпускниками Харитоновки… Честно, раньше я искренне верил, что только у моего бати с головой нелады в плане готовки. Он же помешанный фанатик кулинарного дела! Но когда я столкнулся с арбитрами отборочного тура… Ой, ребята… У них, вообще, шарики за ролики заезжали! Могли исключить студента просто из-за выбора парфюма.

— Жесть. — поёжилась Настюша: — А парфюм-то тут причём?

— Видите ли — может повлиять на аромат блюда. И, что самое интересное, они оказались правы. Мы же поэкспериментировали, когда вернулись…

— Ни за чтобы не подумал. — задумчиво отозвался Сережа.

Кстати, всех наших соседей-первокурсников по общаге я тоже позвал на «семинар» Эдика. Конечно, мы очень хотели подтянуть заодно и Леру с Леночкой. Так сказать — чтобы картина отборочного тура для нас была ещё более объёмной.

Однако у второго курса во время нашего отборочного тура проходили экзамены. Темой была выбрана итальянская кухня. Поэтому девчата во всю готовились у себя, а мы старались им лишний раз не мешать.

— Поверьте мне на слово — парфюм, это реально базовая вещь. И такая мелочь… А вот основная жесть заключалась в том, что нам дали задание «раздобыть» в Сириусе ингредиенты для блюд французской кухни. На всё про всё было выделено около двухсот рублей.

— Погоди! То есть, вам надо было бегать по всему Сириусу и искать в магазинах необходимые продукты? — уточнил я.

— Хуже. Сперва разрабатываешь рецепт. Составляешь список всего необходимого. А затем бегаешь по курортной зоне в поисках продуктов, которых там нет. Перерабатываешь рецепт под то, что есть. Добавляешь к этим двумстам рублям ещё пятьсот из своих. И только потом бежишь обратно, в надежде, что у тебя всё получится. А самое смешное — далеко не все продукты тебе дадут попробовать в магазине… Некоторые тупо запечатаны!

— Кошмар! — Наташа отрицательно покачала головой: — И как ты справился?

— Приготовил мясо по-французски с запечённой картошкой. Вообще, французская кухня — это основа основ для большинства ресторанов. Так что, если шарить маленько, то можно выйти сухим из воды. Моя главная ошибка заключалась в том, что я очень боялся.

— Чего именно?

— Что ничего не получится. А ещё я столкнулся с тем, что за всю гимназию так и не научился держать себя в руках. Паника… Она словно вирус, который полностью захватывает твоё тело. Стоит немного расслабиться, как всё, что ты придумал — рассыпается в прах. Поэтому мой главный совет — НИКОГДА и НИЧЕГО НЕ БОЙТЕСЬ! Будьте всегда уверены в себе. Проявляйте смекалку.

— Разве это не база для любого шеф-повара? — поинтересовался Валентин.

— Конечно же, база. Но в Сириусе я про это забыл. Особенно, когда узнал, что на задание нам дали всего шесть часов. Я управился за пять с половиной. Хотя мог бы всё сделать за три, если не меньше. Держите себя в руках! Как только дали задание — не паникуйте. Не надо пытаться осуществить первое, что придёт в голову. Не надо пытаться придумать, что-то сверхъестественное! Внимательно слушайте задание на брифинге. А лучше — записывайте на видео или диктофон. Важно каждое слово! К примеру, многие вылетели просто из-за того, что неверно истолковали суть про двести рублей. В задании чётко говорилось, что не более двухсот рублей ИЗ АКАДЕМИЧЕСКОГО БЮДЖЕТА! Про свои деньги там ничего не упоминалось. Конечно же, я был первым в своей группе, кто обратил на это внимание и задал уточняющий вопрос арбитру.

— Умно.

— Нет. Я просто всегда был крайне внимательным. Что же касается самого блюда… Как я уже говорил — не надо выёживаться! Взвесьте всё, как следует! Вспомните свои сильные и слабые стороны. Внимательно выслушайте задание арбитра. Оценивайте возможности местного рынка. И только после того, как все нюансы учтены — приступайте к разработке рецепта. К примеру, Госпожа Воскресенская приготовила отменный рыбный жульен! Каким образом? А она просто вспомнила, что на берегах в туристических зонах часто можно встретить небольшие базары со свежей рыбой. Пока мы пылесосили сетевые магазины — Глава студсовета уже во всю готовила. И, конечно же, сдала всё на отлично!

— В ней никто не сомневался. — улыбнулся Сережа: — Она прекрасна всем!

— Кроме своего хулиганского характера… — обречённо вздохнула Зиночка.

Опять эти «хулиганские» мотивы. Мне начало казаться, что местные так обозначали учеников и студентов, которые просто выделялись из общей толпы. Ибо другого объяснения я просто не находил. Ну, какие мы с пацанами — хулиганы?

— В общем, не суетитесь. — продолжил Эдик: — В любом случае, вы отличные повара! И готовите прекрасно. А отборочный тур просто ставит вас в самые сложные и экстремальные ситуации. Вторым этапом было приготовление ужина для шведского стола в одном из элитных отелей Клана Симоновых. За два часа надо было приготовить просто нереальное количество блюд для разных столов.

— Разных столов? Это как? — поинтересовался Колян.

— Столы — не в плане мебели или диет. Шведский стол включает в себя несколько видов меню. К примеру, есть вегетарианский стол. Есть для диабетиков. Есть для тех, кто занимается спортом. Да там даже кошерный стол был… В общем, надо учитывать все нюансы своего стола и готовить исключительно подходящие блюда. Конечно, за процессом следят арбитры, и что попало подать не выйдет… Но когда понимаешь, что в твоих руках буквально, чья-то жизнь — это начинает безмерно давить.

— Ужасно, но уже лучше, чем с пробежкой по магазинам. — я включил конфорку и поставил кастрюлю.

— Не скажи. У всех заданий были свои нюансы. Завтраки тоже превратились в сущий ад… Особенно, когда нас попросили отталкиваться от одного ингредиента. Благо, что за гимназию я успел изучить большую часть рецептов сообщества итальянской кухни! В противном случае, я бы точно голову сломал.

— Хорошо. Какое из заданий было самым тяжелым?

— Работа в элитных заведениях Сириуса. Господи-боже! Вот это был настоящий кошмар. Местные шеф-повара относились к нам, как к шавкам… И мы не смели ничего им противопоставить. Задание от Харитоновки. Либо проглатываешь и проходишь дальше. Либо — всего хорошего! Очень много отсеялось на этом этапе.

— То есть, вы просто работали в заведениях помощниками? — уточнил Колян.

— Ага…

— И для тебя это было тяжело?

— Так, конечно! Там постоянно орут! Давление такое, что вечером хотелось завернуться в одеяло и плакать. Это вам не злобные зырки от арбитров. Это настоящие шеф-повара, которым плевать, кто ты, и какой у тебя титул! Я такого давления ещё никогда не испытывал.

— Ну, для нас это будет проще пареной репы. — отмахнулся я.

— Дай то Бог, Дерек. Дай то Бог…

— Мы пришли из общепита. Попробовал бы ты отстоять у плиты хотя бы один рабочий день в «Шашлычке»! Для тебя тогда все эти шеф-повара были бы на один зубок.

— Не знаю… Но надеюсь, что у вас там всё будет хорошо.

— Это всё, что нам необходимо знать?

— В общих чертах — да. По крайней мере, теперь вы знаете, чего ожидать и не повторите моих ошибок!

— Чудно. Что ж, значит пора заняться рецептом.

— Именно. — Эдик налил в кастрюлю подсолнечного масла и бросил кусочек сливочного: — Значит, готовим мясо «По-бургундски»! Это у меня один из самых простейших рецептов. Но если добавить один секретный ингредиент… Всё тут же начнёт сиять.

— Ну, рассказывай. — мы с Коляном с интересом наблюдали за тем, как Силуянов вытаскивает из своей походной дорогущей сумки бутылку красного вина.

— Ничего себе!!! — Наташа тут же выскочила из-за стола и пулей подлетела к Эдику: — Это же… Нет! Ты же просто шутишь, да⁈

— Что не так?

— Это же «Шамболь-Мюзиньи» от Мэйсона Леруа две тысячи восьмого года!!!

— Всё верно. Хорошее красное вино. Сорт винограда «Пино Нуар».

— Не в этом дело! Ты собираешься его залить в говядину⁈

— Во-первых, не в говядину, а в телятину. Всё же, разница есть! А во-вторых, что в этом такого?

— Во-первых, это сухое вино для истинных ценителей! Его нельзя заливать в блюдо, каким бы крутым оно ни было! Во-вторых — оно стоит тридцать четыре тысячи рублей за бутылку!!! Ты в своём уме⁈

— СКОЛЬКО⁈ — мы с Коляном едва не рухнули в обморок. Тридцать четыре тысячи рублей… Это же половина «Рено Логан»!!!

— Не понимаю твоего возмущения. — в бой вступил Серёжа. Ну, да… Ещё одна буржуйская морда: — Если Эдуард желает сделать идеальное мясо по-бургундски… То добавлять туда бургундское вино — вполне логично. Разве нет?

— Вы оба с ума сошли!!! Ладно ещё Сережа… Ему деньги некуда девать. Но ты, Эдик⁈

— Семья Силуяновых владеет не только сетью крутых ресторанов и заведений нишевого общепита. У нас много бизнесов… В общем, не переживай. У меня дома таких ещё штук сто. И штук двести в нашем сообществе.

— Не позволю! Грудью встану!!! — Наташа перегородила собой плиту.

— Сергей… Не будете ли вы так любезны? — Эдик взглядом указал на нерадивую защитницу дорогущего вина.

— Да, конечно. — Серёжа спокойно поднялся, и подняв Наташу, уволок обратно за стол.

— Я протестую!!! Я буду сопротивляться!!! «Леруа» не должен так бездарно расходоваться!!! По всему миру осталось меньше трёх тысяч бутылок…

— Наташ… Эдик — хозяин своих вещей. И сам распоряжается, как их использовать. — вздохнул Серёжа: — Поэтому, давай не будем саботировать его работу. Ладно? Иначе мне придётся тебя связать.

— СВЯЖИ!!! Только попробуй!!! Я тебе так вдарю!!!

Однако Сергей оказался на удивление шустрым. Не успели мы и глазом моргнуть, как наш очкарик связал Наташу шпагатом для вяленных колбасок.

— Это что? «Шибари»? — удивился я.

— Откуда ты знаешь⁈ — Сережа тут же занервничал и попытался отвести взгляд.

— «Шибари»? — Валентин с недоверием посмотрел на нас: — А что это?

— Древний морской узел. — пояснил я: — Хорошо подходит для связывания дичи…

— Я НЕ ДИЧЬ!!! — запротестовала Наташа: — Выпустите меня!!! Я не позволю вот так обходиться с легендой винного мира!!!

— Позволишь. У тебя выбора нет. — заверил её Эдик: — Итак, продолжаем! Для мяса по-бургундски я использую телячьи голяшки. Многие скажут, что у этого мяса слишком много жилок. Но поверьте мне! Во время приготовления все эти жилки превратятся в чистейший коллаген. В итоге, это мясо можно будет есть губами.

— Звучит интригующе. — одобрила Зиночка: — У меня всегда была слабость к томлёному мясу. Есть в его вкусе, нечто особенное! Только возник вопрос… А почему именно телятина? У говядины же более выраженный мясной вкус?

— Ну, начнём с того, что телятина в разы нежнее. — ответил Силуянов, аккуратно положив кусочки мяса в разогретую кастрюлю: — А закончим тем, что телятина намного полезнее в плане различных макроэлементов. В мясе по-бургундски я всегда отдаю предпочтение добротной телятинке! Поверьте мне на слово. Будет очень вкусно!

— Да если с таким вином это ещё и будет не вкусно — я тебя сама затушу! — фыркнула Наташа, хлестнув Сережу своей мощной брюнетистой косой.

— Я это учту. Так вот, поехали дальше! — Эдик вытащил три очищенные луковицы: — Нарезаем красный лук небольшими четвертиночками. Одинаковыми! Это важно. И вываливаем к жарящемуся в кастрюле мясу.

Аромат стоял такой, что мой живот тут же запел китовую серенаду.

— Затем берём итальянскую панчетту… И режем её на ровные квадратики.

Честно говоря, я за всю свою жизнь ещё ни разу не видел настоящую итальянскую панчетту. По сути, она больше напоминала английский бекон или наше русское сальцо, которое твой дед припрятал в холодильнике для особого случая.

В общем, панчетта — это мясо с обширными жировыми прожилками.

Однако в мире высокой кухни считается, что паста «Карбонара» должна готовиться исключительно с панчеттой, а не с беконом, как делают многие «забегаловки».

Но лично я всегда был сторонником идеи о том, что любая кухня имеет право на адаптацию.

Едва кусочки панчетты коснулись раскалённой кастрюли, где уже во всю жарилось мясо и лук, аромат стал ещё более насыщенным. Вроде, сегодня я хорошо поужинал. Да и днём успел наесться хот-догов… Но волшебство жаренного мяса, лука и панчетты, которая добавляла в аромат легкую нотку дымка — просто сводило с ума!

Даже Наташа затихла и с надеждой смотрела на дымящуюся кастрюлю.

— Так! После того, как мы всё это перемешали — в бой идут грибы. — Эдик вытащил небольшую миску с миниатюрными шампиньонами: — Лично я выбираю шампики, портобелло или вешенки. Но никогда! Прям запомните — никогда не добавляйте белые грибы. Он у вас перебьёт весь вкус к едрени матери!

— Ага… — словно оголодавшие зомби, мы смотрели на то, как грибы опускаются в кастрюлю и вожделели поскорее насладиться чемпионским блюдом.

— Дальше добавляем несколько веточек тимьяна. Без него совсем никак. Советую перевязать их тонким шпагатом, чтобы не выискивать его с пинцетом по всей кастрюле.

— Уф-ф-ф-фь…

— Теперь две столовые ложки муки… Так! Ребята, вы чего? — Эдик удивлённо посмотрел на нас.

— Ты продолжай! Мы внимательно слушаем. — облизнувшись, ответила Зиночка.

— Чувствую себя кроликом, который попал в логово голодных лисиц…

— Ой, да брось! Просто ты слишком вкусно готовишь и рассказываешь. — отмахнулся я: — Прошу, продолжай.

— Ладно… А теперь стоит завязать Госпоже Воронцовой глаза, ибо пришло время добавлять вино. — вытащив цыганский штопор, произнёс Эдик.

— А-а-а-а-а!!! Я этого не вынесу!!! — воскликнула Наташа и снова попыталась вырваться, но Серёжа её удержал.

Цыганский штопор представлял собой приспособление с рукоятью и двумя тонкими металлическими усиками. Я неоднократно видел подобное в Изнанке. Ну, а что? «Продегустировать» веселящие напитки — демонюги никогда не отказывались. И вина в наших погребах всегда было в достатке. Так что, насмотренности в различных типах специфического оборудования у меня было много.

Тем временем Эдик ловко пропихнул усики цыганского штопора между стеклом и пробкой, а затем аккуратно выкрутил.

— Декантацию мы делать не будем. Я просмотрел бутылку на свет. Осадка там точно нет.

— Конечно! Ведь мы же его не пить будем… — недовольно фыркнула Наташа.

Декантацией называли процесс фильтрации зрелого вина путём перелива в декантер — специальный стеклянный сосуд. Иногда для подачи вино переливали из декантера обратно в бутылку. Видимо, чтоб угодить таким ценителям, как Наташа.

— Наливаем вино в кастрюлю…

— А-А-А-А-А!!! ИРОД!!! ЧТОЖ ТЫ ДЕЛАЕШЬ⁇!!

— Наташ! Давай спокойнее? — нахмурился Серёжа: — Если ты не прекратишь, то я выпью остатки вина и сяду рядом с тобой. Причём, предварительно развязывать не буду.

— Всё. Я тише воды. Ниже травы. — наша специалистка по ферментации тут же превратилась в пай девочку.

Честно говоря, от такой угрозы даже я, будучи не связанным — хорошенько бы подумал над своим поведением… А-то Чёрный Сергей — он такой. Спуску никому не даст…

— Заливаем почти вровень с мясом! Вот так. — заключил Эдик и отставил бутылку в сторону: — Теперь необходимо ещё раз всё перемешать и добавить половину столовой ложки сахара. Это нужно для того, чтобы отрегулировать кислотность вина в нашем блюде.

— Отрегулировать кислотность вина… — обречённо выдохнула Наташа.

— Всё! Ты мне надоела! Я иду за стаканом. — холодно произнёс Серёжа.

— Прости-и-и-и-и… Я больше не буду!

— Честно?

— Честно-честно! Обещаю! К тому же, он всё равно уже вылил больше половины… Я найду в своём девичьем сердце мужество, чтобы пережить эту трагедию.

— Ладно. Поберегу печень. — в голосе Серёжи слышалось облегчение.

— После того, как опять всё перемешали — добавляем соль! Потому что, если добавите позже — мясо не успеет, как следует просолиться. — заключил Эдик, после чего ещё раз всё перемешал: — Теперь ставим на маленький огонь. Закрываем крышкой и ждём пятьдесят минут. Затем ставим на средний огонь и открываем крышку, чтобы выпарить всю лишнюю влагу. И всё! Можно подавать. Ох… И самое главное! Это блюдо — самодостаточное. Его можно подавать без гарнира. Но если уж сильно хочется — то просто запеките картошку дольками. И всё! Это будет «пушка-бомба».

— Записали… — Зиночка тоже подошла к нам, поскольку аромат стоял такой, что не хватало никакого терпения! Слишком вкусно.

В итоге мы наворачивали круги по кухне, словно голодные волки, которые окружили раненого оленя.

Эдик же всё поглядывал на часы и продолжал рассказывать каверзные истории с прошлогоднего отборочного тура. А Наташу успели развязать за относительно хорошее поведение.

— Пришло время. — Силуянов по-хозяйски вытащил для нас тарелки и принялся раскладывать: — Всем приятного аппети…

Увы, договорить он не успел, поскольку все тут же накинулись на еду и без лишних разговоров начали жадно дегустировать.

Вот она — нежная растомлённая телятинка с грибами и яркой ноткой танинов, которые характерны для сухого вина. Великолепно! Вкус буквально согревал меня изнутри…

— Один за всех! — я поднял шпагу.

— И все за одного! — хором ответили мушкетёры, скрестив клинки.

И нет, это была не мрачная книга Дюмы, а скорее лёгкое приключение с Боярским, которое я застал ещё в Изнанке. С запоминающейся музыкой и веселыми постановочными сражениями на шпагах. Где образ самих мушкетёров светлый и благородный! Совсем не такой, как в книге, где с возрастом больше начинаешь переживать за Кардинала Ришелье, которому делают мозг две проститутки, четыре бандита и ополоумевший старик в короне.

— ГРАБЯТ!!! — воскликнула молодая леди, указывая на выбежавшего из подвала мужичка с бочонком на плече.

— Я этим займусь! — поправив шляпу, я ринулся в погоню.

Конечно же, у воришки не было ни единого шанса. Он получил удар по ноге, рухнул на землю и выпустил из рук бочонок, который тут же разлетелся на деревяшки, заливая меня терпким вином.

— Это прекрасно. — честно признался я, отложив тарелку в сторону: — Неужели всё дело в вине?

— Не только. Свежая телятина, идеально подобранные шампики… В общем-то, нюансов много. Ещё одна база для каждого повара — из дешёвых продуктов шедевр не приготовить. Хочешь изыск? Ищи качественные ингредиенты.

— А ты уже знаешь, что Колесников будет готовить? — поинтересовался Колян.

— Конечно, знаю. — с усмешкой ответил Эдик: — Увы, у нашего оппонента всего одно качественное блюдо.

— И какое оно?

— Могу сказать только одно — легко не будет.

— Эм-м-м… — я внимательно посмотрел на Венчика, который держал в руках свернутый транспарант: — До выхода на арену осталось несколько минут. Ребята… вы точно уверены в этом?

— Ну, а что? — Колян оценил набор своих ножей, а затем принялся проверять продукты для блюда-чемпиона: — Во-первых, в тебе есть потрясающие лидерские качества! Пацанам нравится твой подход. Блюда, которые греют душу и рассказывают историю. Пища, помогающая понять и осознать. Это ли не чудо?

— Вообще-то, это наш с тобой подход. И скажу больше, ты его используешь в разы чаще и эффективнее, чем я.

— Без разницы, друг. Кто и как использует — это уже неважно. Я ни в коем случае не обижаюсь и не хочу выставить всё в негативе. Но ты светишь ярче! Ты выделяешься. В хорошем смысле этого слова, конечно же. Так что, вполне сойдёшь за лидера.

— Честно говоря, не очень-то и хотелось…

— А уже всё. Мы с пацанами приняли коллективное решение. — пожав плечами, ответил Эдик.

— Прекрасно. — обречённо вздохнул я.

Как-то раз меня уже избрали лидером без моего ведома. Спасибо старшему братишке за столь роскошный «подарок». Чёртов сын курицы!

— Во-вторых… — Колян осмотрел бутылку вина: — … про нас уже все так говорят. А если говорят, значит на то есть веская причина. Зачем сопротивляться, если можно просто сделать из этого фишку?

— Я не против маркетинга. И уж точно не против того, что мы все резко объединились. По одиночке тут выживать тяжело. Я это прекрасно понимаю. Но можно же было придумать чуть менее… специфическое название?

— Понимаешь. — Эдик приобнял меня за плечо: — Маркетинг — он на то и маркетинг. Иногда самая дурацкая глупость становится крайне заметной фишкой. Вот смотри! Изольда из каждого своего появления на арене делает шоу. Её все обожают даже за границей. А выходишь ты, и что с того? Ну, первый раз ты всех поразишь своей готовкой. Ну, второй раз поразишь. И дальше-то что? Зрителям нужно, нечто большее! Готовка — это лишь часть процесса. Через полгода все забудут про Царя, если он не будет иметь отличительных знаков. А так… Своя группировка. Свои знаки. Своя музыка. Мы станем не просто мощной угрозой для всех зазнаек академии. Мы станем символом того, что готовка — это не просто продукты и газовая плита. Мы покажем, что это символ объединения самых разных людей! Мы станем панками от мира кулинарии.

— Не много ли ты на всё это ставишь? — тяжко вздохнув, поинтересовался я.

— Нет. Я знаю, куда мы идём. Я знаю, чем мы завоёвываем победу. Я знаю, что наш лидер — человек, на которого можно положиться!

— Запахло лишней ответственностью.

— Ой, да ну брось. — отмахнулся Колян: — Нас тут полтора землекопа!

— И что с того?

— Зрителям такое нравится! Мы же хотим заработать больше с трансляций?

— Да-да-да… Но смотрите, парни. Не дай бог вся эта ситуация превратится в неконтролируемый поток из заявок в наш неофициальный клуб… Я не хочу отвлекаться на организаторскую деятельность! Мы сегодня спали два часа из-за дегустации блюда-чемпиона. Так что, никаких клубов! Вы меня поняли?

— Так точно, Царь! — отрапортовали пацаны.

— Прекрасно. В таком случае, я согласен.

— Я знал, что на тебя можно положиться! — обрадовался Венчик: — О… Музыка! Пора на выход! Девчата! Вы всё помните? — Корягин обратился к небольшой группе чирлидерш, которых Эдик нанял через свои старые каналы. Причём, всё было по правилам! Стройные длинные ноги. Короткие юбочки. Топики с названием нашей команды, от которой лично я ловил приступ испанского стыда. И даже цветастые помпоны в руках. В общем — красота, да и только!

— В синем углу ринга… — торжественно взвыл Энтони: — Невероятный дуэт из Главы сообщества итальянской кухни Эдуарда Силуянова и… Первогодки, который уже успел засветиться на нашей арене… НИКОЛАЙ СМИ-И-И-ИРНОВ!!!

Зрители взревели. Послышались знакомые нотки группы «Inner Circle». У меня эта песня всегда ассоциировалась с развесёлой экшн-комедией Майкла Бэя — «Плохие парни».

Наши девчата из группы поддержки тут же побежали вперёд. Венчик раскрыл транспарант, на котором максимально нелепым шрифтом из граффити красовалось название нашей новоиспечённой банды… Впрочем, ничего сверхъестественного или уникального. Просто: «Bad BoyZ»…

Как только зрители увидели название, то заверещали ещё больше. Удивительно, но среди присутствующих практически не было тех, кто хотел бы выразить нам с Коляном своё презрительное «фи». Либо не пришли, либо слишком уважали бывших Маршалов Госпожи Симоновой, которой, кстати, сегодня не было в «хрустальном» кабинете.

— В красном углу ринга… — Энтони слегка перестарался с пафосом и едва не задохнулся: — Фантастический дуэт из Главы сообщества исследователей алкоголя Георгина Колесникова. И талантливого первокурсника Ричарда-а-а-а-а ПАУЛЮСА!!!

Впервые за всё то время, что я провёл на арене, зрители практически никак не отреагировали на дуэлянтов. Не было даже презрительного «фи»! Просто тишина… Игнорирование высшего уровня.

Но парни особо не переживали. Спокойно вышли под «Stayin` alive». Наш низкорослый задира и его почти двухметровый худощавый подаван. Кстати, выглядела их парочка крайне иронично.

— Да… С группой поддержки тебе явно не повезло. — усмехнулся Эдик.

— Мне ни к чему лишний шум и любовь фанатов. — сухо ответил Георгин: — Я пришёл сюда готовить, а не корчить из себя клоуна.

— Это мы ещё посмотрим. — заключил Колян и быстро расставил все необходимые ингредиенты так, чтобы в любой момент начать готовить.

— Давайте поприветствуем наших замечательных арбитров! — Энтони указал на ложу судей: — Наш любимый и непревзойдённый — Всеволод Раневский!

Публика вновь ожила, ибо Майского жука реально обожали все.

— Мудрый и неповторимый— Дмитрий Коновалов!

И вновь зал не поскупился на аплодисменты, ибо Коновалов был ветераном Харитоновки и выпустил многих легендарных шефов.

— И восхитительная Госпожа Бенуа! Один из главных спонсоров академии имени Харитонова! — Энтони представил молодую девушку, одетую в светлые меха и дорогое вечернее платье. Она очень надменно посмотрела на меня и Коляна… Как на букашек. Прям истинная аристократка, которая вернулась домой и сейчас ради веселья начнёт тиранить свою прислугу. Терпеть таких не мог… Но зрителям, судя по реакции, она очень нравилась.

А ещё я был крайне возмущён тем фактом, что Марика решила нагло прогулять дуэль. Моя красноволосая муза! И самая приоритетная цель.

Но, ничего! Уверен, что мы с ней ещё успеем весело провести время в Сочи.

— У-у-у-у… Дело дрянь. — вздохнул Венчик.

— Что такое? — поинтересовался я.

— Да я про Госпожу Бенуа…

— Кстати, впервые её вижу. Кто она?

— Госпожа Бенуа владеет сетью элитных ресторанов в Москве и Питере. Она одна из лучших подруг супруги Господина Симонова. Но вся проблема в том, что Бенуа ненавидит простолюдинов на кухне! Так что, есть подозрение, что судить она будет максимально предвзято.

— Пускай только попробует. — Эдик сжал кулаки: — Мы ей покажем всю суть нашей хулиганской группировки!

— ДА! — Колян был крайне воодушевлён.

— Попрошу группу поддержки покинуть арену! — произнёс Энтони: — С минуту на минуту мы начнём дуэль. Темой была объявлена телятина с добавлением алкоголя. Что ж, посмотрим, как Господин Силуянов и Господин Смирнов будут сражаться на «домашней кухне» сообщества Господина Колесникова!

Быстро поднявшись на трибуну, мы с Венчиком заняли специальные места. Там нас уже поджидали Сережа и Валентин.

— Где девчата? — спросил я.

— Изольда забрала Наташу, Настюшу и Зиночку в свою «ВИПку». Там вкусный чай и пирожные… Те самые корзиночки! — мечтательно ответил очкарик.

— А Леночка с Лерой?

— Они сейчас на собрании Совета Элит. Лера обмолвилась, что в программу отборочного тура для первогодок были внесены серьёзные изменения. Вот сейчас они это обсуждают вместе с Марикой, Господином Симоновым и остальными представителями организационного комитета и «верхушкой» Харитоновки.

— Теперь понятно. Даже не знаю… радоваться или же наоборот?

— Не переживай! — Венчик похлопал меня по плечу: — Они могут изменить, что угодно. Но сама концепция тура в любом случае останется прежней.

— Ага… То есть, нам в любом случае будет жопа. — слегка обречённо усмехнулся Валентин.

— Не то слово, друг мой. Не то слово. — кивнул Корягин.

— Мы справимся! — уверенно заявил Сергей: — Главное — быстро соображать и помнить про свои плюсы и минусы. По крайней мере… это всё, что я запомнил из слов Эда…

— Ребят. Вот вы ещё даже в самолёт не сели, а уже дрожите. — я отрицательно покачал головой: — Зачем переживать о будущем, которое ещё даже не наступило? Чем больше вы нервничаете, тем больше шанс того, что в итоге вы допустите ошибку. Суть системы образования Харитоновки — выявить среди нас лучших. А вы — ЛУЧШИЕ из ЛУЧШИХ!

— Вот! Дерек дело говорит. — согласился Венчик: — Эд едва не обделался во время первого испытания. Он же рассказал вам, что сперва потратил двести рублей, которые выделила академия, а затем ещё пятьсот из своих просто потому, что сперва придумал блюдо, и только потом пошёл искать продукты?

— Ты вот сейчас легче не делаешь. — опасливо сглотнув, ответил Серёжа.

— Я не к тому, чтобы вас запугать. А к тому, что задание-то на самом деле — плевое! Но из-за страха… Ладно. — Корягин сперва взглянул на потолок, а затем на очкарика: — Я тоже чуть не вылетел на этом этапе. И вся проблема была исключительно в страхе и суете! Мы не поняли, что надо сперва исследовать магазины и рынки поселения, и только потом уже идти готовить. Мы поступили стандартно! А это далеко не всегда эффективно. Шеф должен ориентироваться даже в самой форс-мажорной ситуации.

— Для чего? — поинтересовался Валентин.

— Вот вызовут тебя на кейтеринг в горы, где нет света, воды и газа. Случится форс-мажор. А у тебя — двести голодных туристов из аристократических семей, которые просто пришли полюбоваться прекрасными видами. Так сказать, скрасить свой досуг пешим туризмом. Что ты будешь делать? — усмехнулся Венчик.

— В зависимости от места и имеющихся продуктов — организую мангальную зону. Затем переделаю меню под шашлык. И начну готовить.

— Хотя бы так. Вот и отборочный тур заставит вас соображать быстро! И выкручиваться из различных ситуаций. Иногда придётся много готовить. Иногда искать изыски там, где это, на первый взгляд — нереально. В общем, нюансов много. Но если так подумать — ничего невозможного вам явно не дадут. Харитоновка — кузня гениев, а не пыточный лагерь.

— Иногда в это верится с трудом… — вздохнул Серёжа, наблюдая за тем, как Георгин с Ричардом начинают обжаривать телячьи ребрышки.

— Слушай… Серёж. — я придвинулся поближе к нашему «двуликому» товарищу: — Мне вот всегда было интересно, а как ты попал в Харитоновку?

— Чего это ты вдруг решил об этом спросить? — удивился он, поправив очки.

— Ну, во-первых, я уже узнал историю девчонок. Не всех, конечно. Лера с Леночкой пока вне моего поля зрения. Но и до них доберусь. А вот пацаны, не считая Эда и Венчика — как-то прошли мимо меня. Да и в целом — мы все в одной лодке! Вы нашу с Коляном историю знаете. А мы вашу — нет.

— Ой, да у меня ничего такого… — Серёжа застеснялся и отвернулся от меня: — Просто поступил в Харитоновку. Просто начал готовить… И всё тут.

— Не-не-не! — в разговор включился Валентин: — У Сереги история очень интересная! Я бы даже сказал — достойная книги!

— Да, какое там…

— Ну, а чего ты стесняешься? Рассказывай, давай!

— Ох… Если вы настаиваете… — обречённо вздохнул Серёжа: — На самом деле я из рода Седнёвых.

— Погоди… Родственники имперского повара Михаила Седнёва? — удивился я.

— Ага. Это мой прадед.

— Обалдеть! Выходит, это твой отец написал целую кипу кулинарных справочников⁈

— Именно так.

— Блин, я хочу пожать ему руку. — честно признался я: — До сих пор выручают! Он же, своего рода «Принц-полукровка» из мира высокой кухни!

— Дурацкая кличка из сети… Он очень не любит, когда его так называют.

— Правда? Прости, я не знал.

— Да, ничего страшного. Зато теперь знаешь.

— Слушай, сейчас мне всё стало понятно. Ты наследник целой поварской династии! Вы же мало того, что владеете кучей различных заводов и заведений общепита, так ещё и по сей день обслуживаете семью Императора. Верно говорю?

— Да… Отец всё ещё служит при императорском дворе.

— Круто! Выходит, ты пошёл по его стопам?

— Если бы…

— О, нет-нет! — загадочно улыбнулся Валентин: — Там такая история! Такая драма… Ты слушай-слушай!

— Заинтриговал.

— На самом деле, никакой интриги, которую пытается сделать Валя, в моей истории нет. Всё дело в том, что моя семья всегда была помешана на готовке. — вздохнул Серёжа и виновато опустил взгляд: — Папа, мама, старшая сестра… Бабушка. Дедушка. Даже дяди и тёти! Все. Абсолютно все видели в готовке страсть.

— Это же хорошо! Разве, нет? — удивился я.

— Хорошо. Но… вся проблема в том, что я ненавижу готовку.

Слова Серёжи прозвучали так холодно, внезапно и совершенно обескураживающе, что я сперва подумал, что это, какая-то шутка.

— Прости… Мне показалось, что я не расслышал. Что ты сказал?

— Ты всё правильно расслышал. Я ненавижу готовку. Вернее… ненавидел на тот момент. Я всегда питал страсть к астрофизике. У меня даже был телескоп, который я купил на скопленные деньги. Я хотел изучать звёзды. Новые миры… Я хотел найти на других планетах жизнь. Но все… Абсолютно все окружающие люди твердили мне, что я рождён для другого!

— Тебя ругали?

— Нет. Никогда… В нашей семье не принято опускаться до откровенных перепалок. Если, что-то не нравится — просто выскажи.

— И ты высказывал?

— Постоянно!

— И… что в итоге?

— Послабление есть только у наследников женского пола. Потому что, в семье аристократов — дочь, это разменная монета. Софью можно было выгодно пристроить, поэтому ей дозволено заниматься всем, чего душа пожелает! Мол, какая разница? Она же всё равно не переймёт дело отца. Но самое забавное, что Софья у нас дикий фанат кулинарии! Она готовит каждый день. Отец построил для неё три ресторана. ТРИ!!! Это уму непостижимо… А я, как будущий наследник дела отца — ОБЯЗАН был бросить всё, что люблю и начать готовить.

— Неужели ты не сопротивлялся?

— Дерек… — Серёжа кисло улыбнулся: — Ты не понимаешь! И я тебя в этом не виню. Вы — обычные люди, живёте по другим законам. А у аристократов всегда всё сложно… И одновременно — очень просто. Есть свод правил, которым мы все должны подчинятся. И это логично… Ибо правила направлены на то, чтобы сохранить достаток нашего рода на долгие поколения. Но десятилетнему мне было это невдомёк. О, сколько слёз было пролито. Сколько моих истерик было «проглочено» моими родителями и старшей сестрой. Хотя… Чего уж скрывать? Софье доставалось больше всех. Я срывал на ней свой гнев.

— Ты? Срывал гнев? — удивился я: — Честно говоря, слабо представляю подобную картину.

— Все мы злимся. Все гневаемся. Это нормально для людей. В общем, меня убедили, что астрофизика пока подождёт. Вернее, родителям пришлось пойти на хитрость. Они сказали, что я смогу заниматься, чем угодно, если закончу Харитоновку.

— Погоди… Если ты ненавидел готовку, то как прошёл вступительные?

— Ненавидел — не значит, что неумел. Моя прабабка была экстрой. И мне по генам магическим образом достался талант к готовке. Я без вашей страсти и души мог приготовить идеальное блюдо.

— Нет. Ты не понял. Ты можешь приготовить идеальное блюдо с талантом и определённым навыком. Но без страсти у тебя всё равно не выйдет достучаться до души того, кто пробует. То есть, оно будет бездушным… Неинтересным. Тусклым. Ибо ты должен любить то, что делаешь. Понимаешь?

— Мы до этого ещё не дошли.

— О как… Извини. Продолжай.

— В общем, я без проблем сдал вступительные и начал обучение в гимназии. Сперва меня поселили в «Бурого медведя». Мол, элитное общежитие для избранных. Мама с папой очень старались, чтобы мне тут понравилось. Однако… Меня почти сразу признали изгоем. Мальчик, который фанатеет от звёзд… И терпеть не может готовку. Я долгое время был объектом для шуток. Меня шпыняли все, кому не лень.

— Аристократы же не такие?

— Хех… Кто тебе сказал? Дети бывают жестокими вне зависимости от статуса и своего положения. Но что уж тут говорить? Во всём виноват я сам. Можно сказать, я лично всех оттолкнул, когда заявлял, что готовка — это занятие для недалёких людей.

— И это в двенадцать лет?

— Ага… В итоге, я просто не смог дальше терпеть этот ужас и сбежал.

— Из общаги?

— Ага… Через КПП гимназистам проходить запрещено. Это привилегия сугубо для студентов. Поэтому я отправился в сторону пруда у «Полярной совы». Ходили слухи, что там есть небольшая брешь в заборе. Увы, ничего я не нашёл. Уселся под ивой и начал ругать судьбу-злодейку за все несправедливости. А потом увидел, как две девочки из моего класса, о чём-то очень активно разговаривают.

— Так…

— Они ссорились. Я, почему-то решил, что спрятаться — это самая офигенная идея. И затаился в корнях ивы. Одна девчонка сорвала кулон со второй, а затем швырнула его в озеро. Естественно, бедолага кинулась за ним. Я всегда был фанатом супергеройских комиксов… Чёрт меня дёрнул пойти спасать ту девчонку.

— И как? Спас?

— Нет. Когда я нырнул с пирса, то вспомнил, что не умею плавать. А та девчонка спокойно проплыла мимо меня с кулончиком в руках.

— Ничего себе…

— Я тоже удивился. Удивился настолько, что практически моментально начал захлёбываться… В итоге, та девчонка позвала Горка, который занимался йогой неподалёку. И тот вытащил меня.

— Выходит, спасать пришлось тебя… Как забавно.

— И не говори. Я думал, что умру… Уже мысленно со всеми попрощался. Но как только открыл глаза… увидел её. Большие ярко-голубые глаза. Мягкие коленочки… И изумрудный кулончик цветом, как её длинные вьющиеся волосы. Она взволнованно разглядывала меня. А моё сердце… В общем, я…

— Втрескался?

— Вкрашился. По полной программе! Света Соболева. Милая зеленоволосая отличница и красавица! И я ещё никогда не видел её настолько близко. Мы… всегда обитали в разных плоскостях. Она такая вся популярная. С кучей друзей. И я такой весь… титан одиночества. Но тут… Света вся такая мокрая после озера. Такая спокойная… Но в тоже время — сосредоточенная. Это первый человек, который посмотрел на меня не с усмешкой, а с… волнением и заботой! В общем, моя крыша слетела тогда окончательно. Когда Петрович отпоил меня горячим чаем и предложил за «магарыч» переселиться к нему в «Полярную сову» — я без раздумий согласился. Обитать в «Буром медведе» мне уже было совсем не в кайф. А в «Сове» я познакомился с новыми ребятами. Кто-то из них уже выпустился. Кого-то исключили… А с кем-то мы до сих пор живём вместе.

— Погоди, а что со Светой?

— Я места себе не находил… Это был мой первый опыт влюблённости. До этого я обожал только Полярную звезду, Ригеля и Юпитер. А тут… Настоящая живая девочка! В свои двенадцать — гений в готовке. И честно говоря… Я превратился в самого настоящего сталкера!

— Как Изольда?

— Хуже. В общем, я не знал, как начать общение… Ходил вокруг да около. Начать разговор с девчонкой… Для двенадцатилетнего меня… Да проще в горящий дом зайти. Или научиться летать без двигателей! В общем, я был растерян и напуган. А потом Петрович, заметив мои душевные терзания, и выслушав мою историю… предложил просто поблагодарить её. Всё же, это она позвала Горка, а значит — спасла мою жизнь.

— Сработало?

— Я вспотел. Заикался… Двух слов связать не мог. Всё внутри меня тряслось, когда я подошёл к ней. Кое-как выдавил из себя: «Спасибо тебе за то, что я всё ещё дышу». Мне тогда показалось это дико странным… Но все девочки в классе посчитали мой перфоманс очень милым.

— Да ладно? Неужели ты захватил сердце Светланы?

— Увы… Однако мы хорошие друзья. До сих пор общаемся. И даже в одно сообщество ходим. Света… уникальный человек. Так уж вышло, что именно ради неё я вступил в сообщество исследователей пищевой классики. Именно ради неё я переборол себя и влюбился в готовку. Именно благодаря ей я… помирился со своей семьей.

— У неё есть парень? — спросил Венчик.

— Нет. Она очень занятой человек. Впрочем, как и я.

— Так, в чём проблема? — уточнил я: — Надо брать быка за рога! Если есть любовь, то… может быть, это взаимно?

— Видишь ли, в чём дело… Я постоянно совершенствуюсь и хочу стать лучшей версией себя. И как только я пойму, что достиг своей вершины — сразу же ей во всём признаюсь.

— Ты просто боишься признаться?

— Да. Боюсь.

— Я так и думал. Ну, что могу сказать? — я сразу же вспомнил Летти: — Девочки-друзья — это очень интересный опыт. Но только вот, скорее всего — ей рано или поздно надоест, что ты тупишь. Или же, она просто не знает правду… Да, такое бывает, когда девочки сами не выкупают намеки. Мол, смеете использовать мои же заклинания против меня, Поттер? И всё такое. Знаешь… Я тоже был влюблён в свою подругу детства. И тоже хотел предложить ей сделать наши отношения ещё ближе…

— И что? Ты предложил?

— Нет. Испугался так же, как и ты. — вздохнул я.

— И что было дальше?

— Война. Я сорвал её свадьбу. А она разрушила мой дом.

— Эм-м-м… Ты же шутишь?

— Хах… Ну, конечно, шучу. Я никогда и никого не любил. Просто хотел тебя подбодрить. — улыбнулся я: — В общем, хоть это и не моё дело… Но девушку, которая влюбила тебя в готовку — надо цеплять. Это не просто страсть. Не просто мимолётное желание! Сколько вы уже дружите?

— Почти шесть лет.

— Ну, вот видишь? Это приличный срок! У неё раньше были отношения?

— Нет. Она… Как бы это правильно сказать? Тоже помешана на совершенствовании своих кулинарных навыков.

— В общем… — я приобнял Сережу за плечо: — На отборочном туре я предлагаю тебе сделать первый шаг к ней.

— Я боюсь… А если она посмеётся надо мной? Если скажет, что я спятил… И эта выходка разрушит нашу дружбу? Дерек, я этого не переживу!

— Послушай меня! Ты должен показать мне эту Свету. Я по одному лишь взгляду определю все её слабые стороны. Всё будет круто! Поверь мне на слово.

— Что-то я переживаю, Дерек.

— Да, что ты переживаешь⁈ Я сто раз так делал!

— То, что у тебя получилось стать бабником — ещё не значит, что это получится у всех остальных.

— А причём тут это? Нет, Серёга! Речь идёт не про интрижку на одну ночь. Мы говорим про любовь. Если вы дружите шесть лет, и у неё не было отношений… Вот, прям сердцем чую, что у неё к тебе ответные чувства.

— Ты думаешь?

— Я в этом уверен.

— Мне всё равно страшно…

— Слушай. Знаешь, что делают, когда возникает неудобная ситуация?

— Что?

— Сводят всё в шутку.

— Это ещё хуже… У меня чувство юмора ужасное!

— Ну, если вдруг она скажет, что ты совсем не в её вкусе, то просто ответь, что ты проверял крепость вашей дружбы. Вот и всё.

— Не уверен, что она оценит…

— Оценит! Поверь мне на слово!

— Кстати… — Венчик опасливо огляделся по сторонам: — Я бы прислушался к советам Дерека. Ибо видел, как в кофейне старшеклассница готова была на него прыгнуть прямо при всех!

— ЧТО⁈ — Валентин с Сережей с ужасом и завистью уставились на меня.

— Так. Погоди! Во-первых — Кнопа не старшеклассница. Она лакей моей подруги.

— Да? Но как по мне — выглядела лет на семнадцать.

— Маленькая собака и до старости щенок…

— Хм-м-м… — задумался Корягин: — Приемлемо!

— Погоди. — Сережа с подозрением сузил глаза: — А зачем ты проводишь время с лакеем своей подруги?

— Мы с ней давние друзья.

— Но друзья не домогаются друг друга в кофейне.

— С этим я бы поспорил… — ответил я, ибо сразу же вспомнил Генералов Абсолютной Тьмы, которые иногда в шутливой форме липнут друг к другу в любом удобном и неудобном месте.

— Тем не менее. Но смысл я понял. За советом лучше обращаться к Дереку. Но только вот… Дерек — подкаченный красавчик. А я очкастый дрЫщ.

— ДрЫщ, у которого целое состояние на счету. ДрЫщ, чей отец обслуживает Императора. ДрЫщ, который готовит так, что у любого гурмана крышу снесёт. ДрЫщ, который прыгнет за тобой в озеро, даже если сам не умеет плавать. Мне продолжать?

— Ой… Захвалил… — Серёжа смущённо отвернулся.

— А ты мне тут глаза не отводи! Играем или нет?

— Играем.

— Ништяк! Ох, в Сочи будет весело! — радостно проурчал я.

— Мальчики! — на наш ряд выбежала запыхавшаяся Марика с кипой документов в руках: — Искандер… Не мог бы ты мне помочь?

— Не вопрос. — я пулей метнулся к любимой учительнице.

— В общем… Вот документы на тебя, Николая, Серёжу и Валю. — Марика протянула мне четыре жёлтых конверта: — Полетим на двух самолётах! За вас будет отвечать Госпожа Симонова. НО, на всякий случай сообщаю: наша штаб-квартира будет находится в отеле «Альпина»! Там мы все будем спать, завтракать и ужинать.

— «Альпина»? — я прокрутил название всех отелей в Сириусе: — Но, что-то я не припомню такого отеля в Сириусе… Это, какой-то новый?

— Сириус? — удивилась Марика: — А он-то тут причём? Мы поедем на Красную поляну. Там, как раз сейчас не сезон. Народу практически нет! Самое то для отборочного тура.

Несущественные изменения — говорили они? Прекрасно… Просто, прекрасно.

— Принял. — я взял конверты: — Спасибо, что уведомили.

— Это моя обязанность! Я вас всех обязательно перехвачу уже в Сочи. Так что, там вы точно не потеряетесь.

— Вверяю всего себя вам. И даже душу.

— Господин Цареградцев… — захихикала Марика: — А вы хулиган!

— Это уж точно.

Тик-так, Госпожа Соблазнительная Попа… Тик-так.

— Красная поляна? — удивился Венчик.

— Что-то не так? — спросил я.

— Нет… Просто, сама по себе Красная поляна — это может быть, что угодно. Начиная от посёлка и заканчивая курортом. Там такая белиберда… Инфраструктура сделана так, что сам чёрт сломит. Вот, к примеру — есть «Роза Хутор» курортный комплекс. А есть «Роза Хутор» вокзал. И они нихрена не рядом!

— Ну, на вокзале, конечно, вряд ли будет отборочный тур. Нам сказали, что мы будем жить в отеле под названием «Альпина».

— М-м-м… Бывший отель «Вселенная» у «ИмперГАЗа». Помню-помню. Он вечно боролся с «Розой-Хутор» за право первенства среди горнолыжек Красной поляны. Но проблема в том, что сам посёлок — достаточно далеко от «Альпины». Ближе — Эстосадок.

— Это что такое?

— Тоже курортный посёлок. На название не смотри. Там раньше находилось эстонское этническое поселение, которое занималось садоводством. Конечно же, словосочетание исказилось и получился «Эстосадок». И вот он находится максимально близко к курортным зонам. Там, как правило, селятся лыжники и сноубордисты. Но я это всё к тому, что… Красная поляна и Эстосадок, мягко говоря — крупнее Сириуса. Бегать по этому посёлку, чтобы найти ингредиенты… Это крайне тяжелая задача.

— А я скачаю карту на коннектор. — Серёжа тут же начал копаться в своём аппарате: — Возможно, мне удастся найти хотя бы десять элитных магазинов с продуктами…

— Элитных магазинов с продуктами? — рассмеялся Венчик: — В Красной поляне и Эстосадке? Ну, ты жжешь, Сергей! Нет там такого. Красная поляна — обычное поселение. Да, там есть школы и прочая инфраструктура. Но для тебя это будет, что-то типа условной деревни. Понимаешь? Не в плане самого формата поселения. А, потому что там, ничего уникального нет. Ну, разве что, местные овощи и фрукты. Вот их там явно будет в достатке. Однако есть нюанс — вы не знаете тему первого задания. Зададут вам, скажем… японскую кухню. И что? Абрикосы с черешней тебе вряд ли сильно помогут.

— Так! — я поднял руку: — Господа! Я в очередной раз вам говорю — давайте не будем паниковать? Да, нас везут в другое место. Но, может быть, там и задания будут совсем другими?

— Это же ещё хуже!!!

— Нет, Сереж. Мы возьмём себя в руки и будем действовать по обстоятельствам.

— Импровизировать⁈ Я тебе, кто? Юкихира Сома⁈

— Ещё раз говорю — не надо сейчас паниковать! Вон, у нас пацаны на арене сражаются. Давайте лучше поболеем за них! Кстати… — я попытался разглядеть, что происходило на столе у наших соперников: — А что готовит наша Ромашка со своим двухметровым Кактусом? Вчера… Вернее, уже сегодня ночью Эд так многозначительно ответил на этот счёт. Я ничего не понял.

— Так… — Сережа вытащил из кармана миниатюрный бинокль и взглянул через него на сцену: — Они обжарили ребрышки. Причём в несколько подходов. Прям до золотистой корочки! Сейчас они начали обжаривать в жире из-под ребер морковь и лук… Добавили муку. А сейчас…

Ребята вытащили на стол несколько баночек тёмного «Гиннесса». Это же легендарный ирландский стаут! Помню, Вовчик угощал нас с Коляном таким пару месяцев назад. Хоть я и не любитель тёмного пива, но «Гиннесс» меня приятно поразил. Очень плотный, но при этом из-за кофейных, шоколадных и карамельных ноток пьётся крайне легко.

— Я думал, что наш Эд сбрендил, тратить хороший алкоголь на готовку. — усмехнулся Валек: — Но нет. Георгин тоже решил продемонстрировать уровень.

— Ну, уж извини. Банка «Гиннесса» стоит двадцать рублей в магазине. А бутылка вина у Эда — минимум три тысячи. Так что, до «уровня» Георгину пока очень далеко. — заявил Серёжа и продолжил наблюдать: — Они начали заливать пиво в сковородки!

Мощный аромат свежего ржаного хлеба тут же разлетелся по всему залу. Вот негодяи… Даже арбитры заёрзали на своих местах.

Но на этом парни не остановились. Дальше они добавили насыщенный куриный бульон, томатную пасту, тимьян и соус «Вустер». Аромат стал в разы насыщеннее, и вынужден признать, что мой живот опять начал тонко намекать, что не мешало бы перекусить.

Затем ребята закинули в получившийся соус рёбра и накрыли сковородки крышками.

Наши тоже закончили все приготовления и оставили мясо томиться.

Теперь нам оставалось только ждать, когда всё будет готово.

— Прошу прощения за опоздание! — к нам пришла Лера, и ловким движением согнав Венчика на соседнее кресло, села возле меня: — Какой аромат! М-м-м… Что я пропустила?

— Походу дела… — Серёжа спрятал бинокль обратно: — Наши соперники готовят классический ирландский пирог. Но… только вот, времени осталось всего три с половиной часа. Успеет ли телятина протомиться настолько, чтобы сойти с костей?

— Успеет. — вздохнула Глава студсовета: — Я видела, как Колесников вчера покупал мраморное мясо. И там, как раз были нежнейшие ребрышки. К тому же, я уверена, что он успел их немного промариновать.

— Думаешь, это не повлияет на вкус блюда? — удивился я.

— Повлияет. Если я всё правильно понимаю, то они только усилили умами при помощи томатной пасты. В общем, пока рано судить… Но, если Колесников сделает всё правильно — у наших ребят будут серьёзные проблемы.

— Хреново…

— Неужели Эдуард не рассказывал, что ирландский пирог — это блюдо-чемпион Колесникова?

— Он вчера об этом многозначительно промолчал.

— Ладно. Тогда смотрим дальше. Кстати, Марика уже вручила тебе документы? — голос Леры вдруг стал слегка напряженным. И, конечно же, это было вовсе не потому, что при упоминании красноволосой музы я начал хитро улыбаться.

— Конечно. Я уже передал Сереге и Вальку. Коляну передам после дуэли.

— Цареградцев… — Глава студсовета схватила меня за галстук: — То, что вы летите в дорогущий отель — не значит, что у вас там будет время на отдых. Нынешний отборочный тур будет в разы сложнее, чем в прошлом году. А Корягин и Силуянов уже поведали вам, как они все там едва не облажались, из-за собственной дурости?

— Поведали… — с грустью ответил Венчик.

— Поэтому, никаких грязных поползновений к моей любимой учительницы. Ты меня понял, Цареградцев?

— Спокойно! Ты думаешь, что я настолько помешанный?

— Я не думаю. Я знаю. А ещё… — Лера огляделась по сторонам, а затем тихо добавила: — Предупреждай своих подружек, чтобы следили за тем, что говорят… Харитоновка — очень социальное место. Здесь слухи распространяются со скоростью света!

— Ты это о чём?

— Хех… С кем из своих подружек ты развлекался на выходных? — усмехнулась Глава студсовета: — Поверь. Если Зиночка узнает… Будет крайне неловкая ситуация.

— Ну, мы все взрослые люди.

— Изольда? Взрослый человек? Хах… Да Зиночка в разы мудрее своей старшей сестры. А твоя влюблённая дурочка слишком сильно палится. А ещё… вечно за тобой наблюдает.

— ЧТО⁈ Стоп… погоди! Это уже какая-то дичь!

— Я не спорю. Конечно, я сама виновата, что предложила тебе Изольду… Но тем не менее.

— Нет, я не об этом. Изольда сказала, что это была «сказка на одну ночь». И что между нами ничего не может быть.

— Хо-хо-хо! И ты поверил⁈ Знаешь… Дерек. С твоим «опытом», можно и чуть глубже изучить девичью натуру. Это для вас заняться всякими непотребствами, как в магазин за колбасой сходить. А для юной девушки это воспоминание на всю жизнь!

— Хочешь, чтобы я с ней поговорил?

— Хочу, чтобы ты не трогал мою любимую учительницу. А что касается Изольды… Я просто переживаю за Зиночку. Несмотря на всё, что было — она тоже очень любит свою сестру. И может… в общем, я даже не представляю, как она может отреагировать. Но лучше бы Изольде поменьше следить за тобой и расспрашивать про тебя у всех вокруг.

— Погоди… то есть, она прям расспрашивает?

— Узнаёт информацию. И частенько упоминает тебя в обычной светской беседе. Это не есть хорошо.

— Вот дерьмо… Я ведь ей поверил!

— Дерек. Модели, которые меняют партнёров, как пластыри на ногах во время прогулки летом на высоком каблуке — это одно дело. А Изольда — совершенно другое.

— Вообще-то, она тоже модель.

— Но из другого теста! Короче… Дерек. Ты меня понял!

— Не лезть к твоей любимой учительнице?

— И быть аккуратнее с девочками из академии.

— Спасибо за беспокойство.

— Это моя обязанность! Я за тебя отвечаю. — строго ответила Лера и погладила меня по голове. Ну точно Госпожа Всеобщая Старшая Сестрица…

— Слушай. А можно будет попробовать ирландский пирог у Ромашки и его Кактуса?

— Почему бы и нет? Думаю, вам всем это будет полезно.

— Отлично!

— Эдуард Силуянов и Николай Смирнов закончили приготовление! — торжественно сообщил Энтони: — И уже готовы представить своё блюдо арбитрам!

Кстати, на этот раз парни подошли с креативом и переложили мясо в красивые горшочки.

— Эд в своём репертуаре. — усмехнулся Венчик: — Подать мясо в горшочке… Умно.

— Я знаю про плюсы готовки в горшочке. Но какие плюсы именно у подачи? — поинтересовался я.

— Во-первых, это эстетически красиво. У каждого своя индивидуальная порция, как отдельное блюдо. А во-вторых, горшочки долгое время будут поддерживать температуру блюда. Учитывая то, что оба соперника приготовили телятину — у судей могут возникнуть вопросы для оценки. А при понижении температуры, жир в блюде начинает постепенно застывать, вызывая крайне неприятный эффект в плане консистенции. И даже такая мелочь может повлиять на решение судей.

— Надо запомнить.

В «Шашлычке» есть несколько блюд в горшочках. И мы с Коляном их неоднократно готовили. Скажу больше, я довольно часто экспериментировал с горшочками, потому что в них можно обойтись без масла. Блюдо готовится в собственном соку. Да и тушение с запеканием сохраняют приличное количество полезных свойств того же мяса, в отличии от жарки или варки на плите.

Но именно подача в горшочке для меня была в новинку.

— Я видела, вы использовали бургундское вино из домена Леруа? — поинтересовалась Госпожа Бенуа, глядя на дымящийся горшочек.

— Всё верно. — ответил Эдик: — Мы решили, что мясо по-бургундски нужно готовить именно с бургундским вином.

— Какая страсть… Мне нравится. Но что касается грибов. Расскажите, почему вы выбрали именно портобелло вместо обычных шампиньонов?

— Госпожа… Мы с Николаем готовили ИЗЫСКАННОЕ блюдо, которое должно не просто удовлетворить вас, но ещё оставить неизгладимое впечатление!

— Чтобы оставить неизгладимое впечатление, Господин Силуянов, необходимо иметь хорошую насмотренность и вкус. За плечами, вне зависимости от того студент вы, или начинающий профессионал — должен быть определённый багаж. А вы переложили половину работы на Николая. У меня вопрос, с чего вы взяли, что простолюдин сможет подать изыск? У него нет тех же возможностей, что есть у вас. У него нет соответствующего окружения, которое привьёт ему хороший вкус. А мясо по-бургундски — вне всяких сомнений, блюдо из классической и изысканной французской кухни.

Вот стерва! Колян с Эдиком, конечно, держались. Но лично я бы точно ответил, что-нибудь колкое.

— Простите, что вмешиваюсь! — Раневский крайне недовольно зыркнул на Бенуа: — Но причём здесь происхождение? Господин Смирнов работал в заведении у уважаемого человека, который тоже обучался в нашей академии! И я уверен, что этот уважаемый человек привил Господину Смирнову хороший вкус.

— Это, во-первых. — согласился Коновалов: — А во-вторых — давайте не будем судить о блюде только из-за того, что у одного из поваров нет титула?

— Я не положу, что попало в свой рот. — возмутилась Госпожа Бенуа.

— Мы за вас очень рады! Но арбитры академии подчиняются определённым правилам. Поэтому, прошу продегустировать. — строго произнёс Майский жук.

— Ладно. — тяжко вздохнув, стерва взяла ложку и попробовала первый кусочек.

Зажмурив глаза, она отвернулась, изо всех сил пытаясь спрятать выступивший на её щеках румянец.

— То-то и оно. — заключил Раневский и тоже попробовал блюдо наших ребят: — Скажу так… Я искренне верил, что бургундское вино не изменит вкус. Однако танины сделали своё дело! Восхитительная кислотность и вязкость… Гармония вкуса!

— А какие грибы… — Коновалов, судя по всему, очень хотел есть, поэтому уплетал блюдо за обе щёки. А раньше подобным занимался только пузатый заместитель ректора: — Очень приятная текстура и размер. Потрясающе! Эдуард и Николай смогли сделать по-настоящему изысканное блюдо. Это высший балл!

— Похоже, судьям понравилось блюдо из синего угла. — обрадовался Энтони: — Что ж, в таком случае — ожидаем блюдо от красного угла!

Ромашка и Кактус тем временем уже сняли растомленное мясо с костей, разорвали на небольшие куски, а затем вновь перемешали с ароматным соусом. Проклятый предок… Если честно, мне уже самому хотелось попробовать вражеское блюдо.

А ещё я начинал переживать, ибо ароматика мяса по-бургундски была намного ниже.

Конечно, у меня произошло нечто подобное во время дуэли с Изольдой. Медовик серьёзно проигрывал в плане аромата воздушным корзиночкам.

Но это далеко не десерт. В мире томленой телятины совсем другие правила…

Кактус разлил содержимое сковородок по формам для запекания, а Георгин быстро накрыл их тонкими слоями раскатанного теста, после чего смазывал яичным желтком.

— Они готовят бомбу… — вздохнула Лера: — У наших очень мало шансов.

— Почему⁈ — испуганно спросил Серёжа.

— Потому что, пиво раскрыло все специи и нежный вкус телятины ещё сильнее. Мясо на рёбрах имеет совершенно другую структуру. Там очень много жил, которые превратятся в нежный коллаген. К тому же, кости сделали соус ещё более наваристым, отдав жиры и минералы. То есть, кроме вкуса, Колесников учёл аспект полезности блюда. У наших ребят мясо более постное. И весь вкус там сформировался за счёт овощей и реакции Майяра, когда мясо поджаривалось. Боюсь, что этого будет недостаточно, чтобы перебить мощный вкус ирландского пирога.

— Я не верю, что Эдик всё это не просчитал.

— Конечно, пока рано делать ставки. Но блюдо соперника будет очень вкусным.

Через двадцать минут Ромашка и Кактус, наконец-то, вытащили свои ирландские пироги из духовки.

— Кажется, красный угол тоже готов презентовать своё блюдо! — с облегчением выдохнул Энтони, взглянув на часы. До конца дуэли оставалось всего четыре минуты.

— Прошу! — Георгин выставил формы с пирогами перед судьями: — Наш уникальный ирландский пирог из ребрышек с подливой на основе знаменитого ирландского стаута.

— Вот это уже интересно! — улыбнулась Госпожа Бенуа: — Вроде, простое блюдо. Но зато с какой богатой историей. И изыском в виде соуса из стаута! Давайте попробуем.

Стоило стерве слегка надавить вилкой на тесто, как мощная ароматная бомба тут же взорвалась, заполонив всю арену и зрительские трибуны. Томлёное мясо с жареным луком и морковью, а в конце легкий оттенок свежего ржаного хлеба и специй… Я слышал, что животы заурчали, как минимум у десятерых, не считая меня самого.

— Да… — Госпожа Бенуа даже зажмурилась от удовольствия: — Горячо. Мощно. И очень изысканно! Вот такие блюда я хотела бы видеть у себя в заведениях.

— Премного благодарен, Госпожа Бенуа. — Георгин явно злорадствовал над нашими пацанами. Его глаза блестели! Он уже верил в свою победу.

— Действительно… Текстура мяса такая приятная! Тает на языке. А стаут придаёт легкую… Едва заметную нотку шоколада и кофе. — согласился Коновалов: — Изысканное блюдо, которое было приготовлено из простейших ингредиентов. Это вне всяких сомнений — высший балл!

— Да. Вполне достойно. — Раневский так же попробовал блюдо, а теперь помешивал вилкой то, что осталось: — Ярко-выраженный вкус. Он взрывается мощной бомбой во рту! А пиво отдало мясу все свои нотки, усилив вкус говядины. Волокно получились нежными, как у телятины. Но в тоже время яркими на вкус, как у говядины. И вот эта глубокая солоноватость… Расскажите, как вы этого добились?

— Эти рёбра мы отправили на ночь на сухой посол. В этом весь секрет.

— Невероятно! Очень достойно. Очень! — похвалил Майский жук и снова задумался.

— Господа! — на арену, в окружении летающих камер, вновь выскочил Энтони: — Пришло время сделать выбор! Чьё блюдо, по-вашему мнению, более изысканное и достойное?

— Конечно же, ирландский пирог. — заключила Госпожа Бенуа: — Такая бомба вкуса! Такой изыск из простых продуктов! Абсолютный победитель.

— Но мясо по-бургундски тоже имело уникальный вкус! — возразил Коновалов: — Давайте признаем, что часть вкуса телятины в ирландском пироге сожрал перец!

— И что с того⁈ Главное, что было вкусно! Ирландский пирог. Я выбираю его! — проголосовала стерва.

— А я выбираю мясо по-бургундски! Ребята отлично подобрали вино! — Профессор Коновалов нажал на синюю кнопку.

— Господин Раневский… — сглотнув, напряженно произнес Энтони: — Выбор за вами!

— Буду откровенен. Выбор это — очень сложный. — вздохнул Майский жук, продолжая что-то намешивать вилкой в ирландском пироге: — Я увидел все плюсы обоих блюд. Но… всё же, сложнейший выбор может сделать лишь сильнейший. Я, как компетентный арбитр и заслуженный педагог, должен учитывать абсолютно все нюансы в оцениваемом блюде. — рука Раневского зависла над красной и синей кнопками: — Поэтому, простите, ребята. Ваше блюдо мне тоже очень понравилось. Но как я уже сказал — мне приходится учитывать все нюансы оцениваемого блюда.

— Вот это да! — ужаснулся Энтони: — Печально, конечно. Но это Харитновока! И здесь сильнейший всегда сожрёт слабейшего. Не обессудьте, ребята.

— Ребя-я-я-ята… — продолжал уклоняться от чёткого ответа Энтони, играя на летающие камеры: — Это невероятно! Я правда в шоке!

— Чертов клиффхенгераст… — обречённо выдохнула Лера: — Он же знает, что мы не видим кнопок Раневского!!!

— Задолбал! — возмутился я: — Говори уже нормально!

— Это тебе не кулинарное шоу на канале «Суббота»! — вторил мне Венчик: — Реально, достал!

— И победителями становятся… Ребята, чьи умения всё равно остаются на высоте.

— А-А-А-А!!! — Серёжа едва не вырвал волосы на голове.

— Те, кто прорываются к вершине несмотря ни на что!

— Ты что за скотина-то такая⁈ — нахмурился Корягин.

— Те, кто всегда идут до конца!

— Венчик… Это ж твоя «правая рука»? Убей его! — прорычала Лера, сжав кулаки.

— Победителями становятся… — в Энтони прилетела смятая банка от колы: — Со счётом два один… Эдуард Силуянов и Ни-и-иколай Сми-и-ирнов!

Публика подарила победителям взрыв оваций. Сережа упал в обморок от перенапряжения. Валёк тут же начал его откачивать. Венчик подпрыгнул вверх от радости. А Лера схватила меня за руку, а затем прижала к себе:

— Они сделали это!!! СДЕЛАЛИ!!!

— Угу… — выдохнул я, ибо меня чуть не задушили грудью.

— Погодите! — Колесников посмотрел на Раневского очень недовольным взглядом: — Объясните. Почему моё блюдо оказалось для вас менее вкусным? Или вы не доверяете компетентности Госпожи Бенуа?

— Доверяю. Но к великому сожалению, даже у арбитров могут быть внутренние разногласия. Собственно, потому их всегда больше двух. Это сложная работа.

— Но почему вы выбрали именно мясо по-бургундски? Оно же явно тусклее моего пирога!

— А ты попробуй. — предложил Майский жук: — Чтобы всё встало на свои места. Уж лучше понять свою собственную ошибку самому.

— Вот ещё! Мне хватит и того, что Госпожа Бенуа по достоинству оценила мой пирог. Ну, а вы… Что ж, я крайне разочарован, Профессор. Крайне разочарован. — хмыкнул Ромашка, и резко развернувшись, быстро ушёл в сторону выхода.

— Перевоспитания не будет⁈ — возмутился Валёк, кое-как подняв Сережу из обморока.

— Увы… — с грустью ответила Лера: — Есть люди, которым недостаточно тёплого блюда, чтобы понять свои ошибки. К тому же, в мире должны быть откровенные говнюки! Куда же мы без них? Правильно?

— Мне, кстати, стало интересно. — я ещё раз взглянул на то, как несколько слуг собирают всё, что оставили два гордых «птицА»: — Во время нашей дуэли с Эдом среди арбитров сидел куратор сообщества итальянской кухни. Как я понял — кураторы есть у всех сообществ. Так, если эти исследователи алкоголя мошенничают и воруют деньги из казны, то почему бы не спросить с их куратора? Он же явно в теме!

— Во-первых, кураторы есть только у крупных сообществ. — пояснила Глава студсовета: — Мои вареники, скорее, исключение из правил, ибо наш куратор — Василина Аркадьевна, не просто преподаватель, а ещё и дикий любитель всего, что хоть немного похоже на пельмени. Для неё наше сообщество — дикая страсть! Но в остальных случаях — вся «мелочь» всегда остаётся без чуткого присмотра со стороны преподавателей. К примеру, у травников и специалистов, где занимается Зиночка — тоже нет куратора. Но они слишком умные, поэтому могут справляться самостоятельно. Да и у нас попросту не хватит преподавателей, чтобы выделять их на каждое сообщество.

— Выходит, этот маленький кружок был идеальным местом для мошеннической деятельности…

— Ага. Но Эд — красавчик! Всё грамотно сделал. И себе территорию отвоевал. И бюджет Харитоновки защитил. Я бы на месте Симоновой его обратно взяла. — Лера поднялась с кресла и устало потянулась: — Так! Чтобы всё это не выглядело, как подтасовка — предлагаю сходить и попробовать резервные блюда ребят.

— Отличная идея! А-то мой живот уже начал сходить с ума… — проворчал Сережа, хромая в сторону лестницы.

Когда мы спустились на арену, я заметил, что судьи о чём-то спорят. Причём, было видно, что Госпожа Бенуа в открытую атакует Раневского и Коновалова.

— … непотребства. Если вы не в состоянии принять тот факт, что у меня другой вкус — это еще не значит, что я некомпетентна в данном вопросе!

— Я понимаю, Госпожа Бенуа. — вздохнул Майский жук: — Но вы должны чуть более осознанно подходить к выбору блюда. Там же была грубая ошибка!

— Это не ошибка. Это такой стиль готовки! — возмутилась стерва.

— Нет. Решение уже принято! Два против одного. Победа Силуянова и Смирнова для меня очевидна.

— Ну, и ладно! В таком случае, больше не зовите меня в свой судейский состав. — огрызнулась Госпожа Бенуа, и подарив мне на прощание очень недовольный зырк, быстро удалилась в сторону выхода.

— Так, что тут у нас? — поинтересовалась Лера, подойдя к судьям.

— Госпожа Бенуа больше не хочет с нами работать. — пригладив пышные усы, ответил Раневский: — Она утверждает, что мы с Профессором Коноваловым — не имеем чувства прекрасного. И что слишком придираемся. А я не придираюсь! Я просто нашёл в блюде Господина Колесникова грубую ошибку.

— Правда? — удивилась Глава студсовета: — Что ж, в таком случае… я вынуждена попробовать оба блюда. Ассистировать мне будет Цареградцев.

— Что мне нужно сделать? — уточнил я.

— Попробовать оба блюда. Сказать, какое тебе понравилось больше. И найти ошибку в блюде Господина Колесникова.

— Не вопрос. — я взял форму с пирогом, а затем аккуратно продавил вилкой хрустящее тесто. И вновь этот взрывной аромат! Просто божественно.

Стоило мне попробовать, как всё вокруг улетело далеко на туманные зеленые луга Ирландии. По ушам ударила волынка. А я, переминаясь с ноги на ногу, стоял в строю воинов.

— Сегодня! — горланила антропоморфная банка пива в человеческий рост: — Мы примем свой последний бой! Южане не пройдут!

— ДА-А!!! — заорали воины, подняв в воздух обнажённые клинки.

— Мы сдохнем, но не пропустим этих ублюдков на наши территории!!! ЗА СВОБОДУ СЕВЕРА!!!

— ДА-А!!! — вновь заорали воины, сотрясая широкими мечами.

— В АТАКУ, БОЙЦЫ!!! — банка с пивом открыла себя, заливая всё вокруг густой тёмно-коричневой пеной: — В БОЙ!!!

— А ЛОСОСНИТЕ ТУНЦА, УБЛЮДКИ!!! — из тумана на нас выбежал антропоморфный бык в килте и забавной зеленой шапочке, а в руках он держал бочку с динамитом.

Мощный взрыв обдал меня теплом и ярким вкусом томлёного мяса!

Всё вокруг захватило яркое пивное послевкусие. Нет… Я был вынужден признать. Этот пирог в разы вкуснее того, что вчера нам презентовал Эдик.

Идеальная текстура. Хрустящее тесто. А соус из жаренного лука, моркови, бульона, Вустера и томатной пасты вобрал в себя весь вкус от ребрышек и играл всеми оттенками идеального томлёного мяса. Мне хотелось есть ещё и ещё…

— Дружок… — выдохнула покорёженная банка пива и протянула ко мне руку: — Дружок… Подойди!

— Генерал Гиннесс… — я сел на одно колено перед ним.

— Дружок… — прокряхтела банка: — Я ухожу…

— Не уходите, Генерал!

— Увы… Враг застал меня врасплох… Поэтому, пообещай мне, что надерёшь, как можно больше английских задниц!

— Обещаю, Генерал!

— Что ж… Теперь я могу спокойно уйти в мир иной… — банка медленно скукожилась прямо на моих руках.

— ГЕНЕРАЛ!!!

— Его время ушло, сопля! — рядом со мной возник воин во вражеской форме, но вместо человеческой головы у него была огромная горошина чёрного перца. Он замахнулся и всадил мне по лицу мощную пощёчину.

— Перец… — я ещё раз посмотрел на пирог Колесникова: — Перец в конце… Это же не фишка блюда, верно?

— Верно. — кивнул Профессор Раневский: — Это и была главная ошибка ребят. Они настолько поверили в идеальную телятину и пиво, что в итоге просто проигнорировали грамотный расчёт специй. Ну, и в этом явная вина помощника Господина Колесникова. Самоуверенность их погубила.

— Но я бы не сказал, что перец прям сильно испортил картину. Вкус у ирландского пирога намного ярче, чем у мяса по-бургундски, которое мы вчера пробовали.

— Это было вчера. — усмехнулся подошедший к нам Эдик: — А ты попробуй, что мы с Николаем приготовили сейчас!

— Вы изменили рецепт? — уточнил я.

— Немножко. — Колян протянул мне горшочек.

Венчик оказался прав. Несмотря на то, что со времени подачи прошло около сорока минут — мясо всё равно оставалось горячим. Потрясающе!

— Приступим! — я попробовал телятину из горшочка и… тут же погрузился в огромный необъятный океан, где вместо воды было потрясающее вино.

Солнце медленно клонилось к горизонту, разукрасив небо в ярко-оранжевый цвет. На песчаном берегу девчонки в мини-бикини играли в пляжный волейбол и весело смеялись. Чуть дальше шустро проехал багги, поднимая песочные облака в воздух.

И если раньше я чувствовал себя развесёлым мушкетёром из старого фильма, то сейчас мне казалось, будто всё переместилось в дорогой курорт.

Вдали виднелись горы. А под ними — аккуратный парк! Всё было пропитано атмосферой отдыха. Полный релакс…

Стоило мне выплыть на пляж, как тут же прибежал официант и протянул мне бокал красного сухого.

Прыгнув на шезлонг, я накинул на нос солнцезащитные очки и любовался потрясающим закатом под шум волн, крик чаек и задорный смех девчонок.

Первое блюдо было мощным взрывом, где все ингредиенты сочетались вместе не благодаря, а скорее — вопреки. Внутри этого ирландского пирога сосредоточилась дикая агрессия. Мощный импульс, который кричал о том, что он тут самый вкусный и крутой.

А вот мясо по-бургундски было совершенно не таким. Утончённым, как дорогущий курорт. Изысканным, как вино из самого знаменитого домена. Спокойным, но в тоже время очень будоражащим, словно прекрасные модели на отдыхе.

Это не просто блюдо… Это портал в элитную жизнь!

Теперь мне стало понятно, почему Госпожа Бенуа со скандалом покинула арену.

Конечно же, она прекрасно знала, что ошиблась. И Профессора прекрасно знали, что она ошиблась. Но признать подобное для специалиста… Нет, уж! Увольте.

Стерва просто спасала свою задницу. Она слишком рассчитывала, что Коновалов и Раневский не смогут заметить перебор черного перца за мощным вкусом пива и жаренных овощей с нотками телятины.

Однако Раневский и Коновалов всё прекрасно заметили.

Скандал — последний вариант для того, кто совершил грубую ошибку.

— Что вы с ним сделали⁈ — удивился я, вернувшись в реальность: — Из простого игривого мясца с грибочками и дорогим вином, блюдо превратилось в… шикарную картину!

— Мы просто немножко переиграли специи. Заменили грибы. И добавили капельку пасты из кедровых орешков. Ну, и пришлось поискать другое сливочное масло.

— Портабелло не может настолько сильно изменить вкус! По сути, это те же шампики! Что вы туда добавили⁈ Говори! — нахмурился я.

— Немножко куркумы и трюфельного масла.

— Так вот, что это за странная нотка в послевкусии? Но как вы так филигранно рассчитали количество добавок? Мы же всю ночь оттачивали блюдо с тем, что есть!

— Пришлось мне немного порыться в своих старых рецептах. — пожав плечами, ответил Эдик.

— Молодцы! Я прям поражён. — я пожал ребятам руки.

— Что ж, раз мой ассистент удовлетворён, то оспаривание данной кулинарной дуэли не принимается. — заключила Лера: — Все, кто хочет — можете попробовать резервные блюда парней! Думаю, для вас это точно не будет лишним.

Признаюсь честно, меня мало что пугает в этой жизни. Разве что, демонюги и Летти в абсолютном гневе.

Но самолёт…

Проклятый предок, это просто кошмар! Здоровенная железная птица, которая держится на эфемерных воздушных потоках. Вечно трясётся! Пиликает. И меняет давление внутри корпуса так, что уши закладывает.

В общем, если бы у меня был выбор, на чём отправиться в путешествие, то я бы без всяких сомнений предпочёл поезд или автомобиль. К чёрту этих ужасных металлических птиц! Вот просто — к чёрту.

— Жесть… — выдохнул я, когда мы всей толпой вышли из транспортного коридора-кишки в аэропорт Сочи: — Просто, жесть!

— Ой, да ладно тебе. — отмахнулась Зиночка: — Можно подумать, ты на самолётах никогда не летал?

— Представь себе. Вообще, не летал.

— Ничего себе. Простолюдины умеют удивлять.

— Знаешь… Лучше бы и не летал дальше!

— Но это же удобно! Намного лучше, чем на каком-нибудь драконе или виверне! — возразил Серёжа.

— Ты летал на драконе и виверне? — удивился я.

— Приходилось пару раз. Отвратительное мероприятие…

— Поверю на слово. — однако моё настроение мгновенно улучшилось, ибо я заметил свою красноволосую музу. О-о-о… Госпожа Соблазнительная Попа! Как же я рад. Как же рад…

— Детишки! — позвала она и тут же замахала нам рукой: — Хорошо долетели?

— Да! — хором ответили мы.

— Чудесно! Значит, так! Сейчас мы с вами спустимся вниз. Выйдем из терминала и сядем в несколько автобусов, которые довезут нас прямиком до курортного комплекса «Альпина». Сразу хочу сказать, что делать мы всё будем очень быстро! Поэтому сразу после заселения начнётся брифинг. В комнатах долго не задерживаемся! Ох… опять я бегу вперёд паровоза… В общем, все за мной! Не теряемся!

Марика сейчас напоминала вожатую из лагеря. Конечно, сам я в таких местах никогда не был, но посмотрел про это много фильмов и сериалов в своё время.

Негатив от самолёта довольно быстро сошёл на нет, ибо терминал в Сочи мне очень понравился. Особенно — зона парковки, которая больше напоминала парк.

Да и в целом снаружи всё было другим. Совсем не таким, как в Москве.

Отличался воздух. Он был в разы жарче и суше. Отличалась растительность. Повсюду красовалось просто запредельное количество пальм и туй.

А ещё мне нравилась обстановка.

После суетной Москвы попасть в место, где все передвигались плавно и без лишних напрягов — особый кайф! Всё вокруг было пропитано атмосферой курорта.

Единственное, что вносило ложку дёгтя в эту бочку мёда — пристальный взгляд Амелии. Она внимательно следила за мной… Как будто, пытаясь подловить на нарушении.

Однако Госпожа Симонова не понимала один ма-а-а-а-аленький нюанс. Я впервые на море. И впервые в городе-курорте. Для меня всё здесь в новинку и вызывает буквально щенячий восторг! А ещё мне дико нравилась местная атмосфера. Так что, я не переживал из-за всяких там пристальных взглядов. Скажу больше — мне на это стало совершенно наплевать.

Но если Амелия продолжит так пырить, придётся применить «секретное оружие». Как правило, подобные леди очень смущались, если начать с ними заигрывать. А от лёгкого флирта ещё никто не умирал.

Усевшись в кресло в одном из автобусов, я вновь почувствовал на себе пристальный взгляд. Кстати, сразу видно дилетанта в слежке… Летти и Изольду я практически не чувствовал. Эти две сталкерши развились до недосягаемого уровня. Прям-так — ветераны эротического наблюдения…

А вот Амелия палилась сразу.

Развернувшись, я встретился с ней взглядом, и хитро улыбнувшись, подмигнул.

Первая боеголовка пошла!

Госпожа Симонова тут же покраснела и начала пытаться найти новую цель, однако у неё ничего не получалось. Теперь главное, чтобы меня не обвинили в харассменте.

А если Амелия продолжит в том же духе, я же могу начать играть по-плохому. Например, поставлю её второй целью. А что? Она вполне в моём вкусе. Всё при себе имеется.

Была лишь одна проблема — её отец. Вот такой скандал уже мог стоить мне карьеры.

Так что, буду верить, что Амелия избавит нас обоих от подобных рисков…

— Ты хоть раз бывал на море? — поинтересовался я у Коляна, который внимательно смотрел в окно.

— Бывал. Но всего разок. Увы… отпуска у моих родителей никогда не совпадали. А по отдельности они ездить не любили. Тосковали друг по другу.

— Как мило.

— Ну, а ты? В твоей… кхм… Далёкой стране было море?

— Да. Море раскалённой плазмы. — с усмешкой ответил я.

— Ты шутишь!

— Нисколько. — я огляделся по сторонам и тихо продолжил: — В Изнанке не было естественных источников воды. Вся жидкость поступала к нам из порталов. Или добывалась из комет, которые нам приносил Бастион.

— Бастион? Что это?

— Помнишь ты показывал мне комикс, где старый инженер умер и попал в другой мир в тело четырнадцатилетнего подростка-изгоя?

— «Оползень»? Конечно, помню! Это моя любимая серия про попаданцев!

— Так вот, Бастион — это организация, которая искала попаданцев и уничтожала их.

— Но зачем⁈ — удивился Колян.

— У них была особая машина, которая высчитывала, какие из попаданцев потенциально опасные для человечества. И всё. Так называемые Стиратели вылетали на космических кораблях по указанным координатам и уничтожали того попаданца.

— Невероятно! Выходит… Они защищали людей?

— Что-то вроде того. — ответил я, понимая, что меня может занести в совершенно ненужные дебри рассказов про Миротворцев, Ультиматов, Сенат и прочие непотребства из далёкого космоса.

— Знаешь, я всегда любил истории, где нечто высшее приглядывает за человечеством. Сразу на душе становилось, как-то спокойнее. А потом в моей жизни появился ты.

— Звучит не очень. — усмехнулся я.

— Но ты же нечто высшее?

— Допустим.

— Приглядываешь за мной?

— Ну, кто ещё за кем приглядывает… Это у тебя свадьба на носу.

— Вообще-то, ты спас мне жизнь. Забыл? — Колян посмотрел на меня очень серьёзным взглядом.

— А ты показал мне этот мир. Мы квиты!

— А ты научил меня готовить. Кстати, ты спас Алису. Спас всю банду Биг Би. А ещё на днях спас Бибра! Ты прям супергерой.

— Да брось. Кстати, я тут пообещал нашему Сереге помочь с барышней. — хитро улыбнулся я.

— С барышней? — удивился Колян: — С какой это?

— Видишь, вон ту? С зелеными волосами!

— Света, что ли?

— Ага.

— Пхе… — проводник отрицательно покачал головой: — Там и помогать не надо.

— В смысле?

— Все знают, что Света сохнет по Серёже. Ну, ты чего, Дерек?

— В смысле, все знают⁈ К примеру — мы с Венчиком и Вальком точно не знали.

— Венчик вечно работает в сообществе. Валёк постоянно тренируется с грилем и смокером. А ты вечно в своих книжках. Иногда поглядывать надо по сторонам!

— Вот честно — мне некогда. Я лучше кулинарную литературу почитаю. А по поводу того, что Света сама тянется — это же ещё лучше! Время отборочного тура — время любить девчонок!

— Мне страшно, когда ты так говоришь… Ты же не собираешься подкатить к Марике?

— Подкатить? Что за слово? Нет, конечно. — усмехнулся я: — А вот насчёт Светы и Серёжи… Вот эта история будет очень даже интересной! В общем, мы им поможем.

— Ты уверен, что это хорошая идея?

— Знаешь, иногда судьбу надо немножко поторопить. Парень шесть лет страдает!

— ШЕСТЬ ЛЕТ⁈

— Не ори! — шикнул я: — В общем, как приедем — я расскажу тебе свой план. А ты мне немножко подсобишь!

— Ты же про Серёжу и Свету говоришь? — слегка напряжённо улыбнулся Колян: — Про Серёжу и Свету же?

— В том числе.

— Это всё? — уточнила Летти, разглядывая папку с рапортом от Тумбулыжника.

— Так точно, Госпожа! — Генерал Тьмы тут же вытянулся по струнке: — Как вы и просили — раздобыл всё по Суслычу и Мохнатому!

— Погоди… А это что? — Повелительнице Тьмы захотелось надеть поверх уже имеющегося мотоциклетного шлема ещё и каску. А лучше — защитный полимерный экран, как у сталелитейщиков.

— Их любимые позы для соития!

— Зачем мне это?

— Вы же велели раздобыть всю информацию. Я так и сделал! Даже их любимые сетевые узлы указал!

— Это же сплошное порево…

— Никак нет, Госпожа! Там ещё японская эротическая анимация. Хентай, Госпожа! А ещё додзинси… Это эротические комиксы.

— Вообще-то, я просила только их передвижения и нюансы в плане вооружения.

— И это тоже есть! Но с Мохнатым проблема.

— Что такое?

— Он в душе истинный хомяк. Очень суетлив и расторопен. Зачастую пользуется несколькими путями. Я так и не смог вывести точную систему… Спрогнозировать будет сложно.

— С этим я разберусь сама. Тьма, что-нибудь заподозрила?

— Никак нет, Госпожа!

— Хорошо. Но на всякий случай повторю. — строго произнесла Летти: — Ты — секретный агент! Долбанный Джеймс Бонд! Ты должен быть максимально обычным. И ни при каких обстоятельствах не выдавать свою конспирацию. Ты точно такой же, каким и был всегда. Запомни это!

— Да, Госпожа! — ответил Тумбулыжник и приставил правую ладонь к голове.

— Если почувствуешь, что тебя спалили — сразу стреляй в воздух ярко-красными искрами и дуй сюда. — Повелительница Тьмы указала на мусорный бак. В целом, типичный элемент интерьера в столичных подворотнях: — Я тебе помогу. Понял?

— Да, Госпожа! Но я ни за что вас не подведу! Ради Короля и своих пацанов — я готов на всё!

— Молодец. А теперь — возвращайся! Увидимся здесь ровно через неделю.

— Будет исполнено, Госпожа! — Тумбулыжник огляделся по сторонам, а затем, напялив несуразные солнцезащитные очки, быстро вышел на улицу.

Летти завела мотоцикл, арендованный в фирме у одной из подруг, а затем плавно укатила глубже в подворотню. Пока Дерек в отъезде, стоит проверить лично шпионскую деятельность Тумбулыжника.

И нет, проблема была вовсе не в возможной хитрости или коварстве Генерала Тьмы. Скорее, он, наоборот, мог понять слова по-своему, и тогда вся операция мгновенно могла оказаться на грани провала.

Перекусив в кафешке «Эдельвейс», Летти отправилась на заброшенный завод, где демонюги обустроили для себя базу.

Проверив всё вокруг на магические ловушки, Повелительница Тьмы залезла по старой металлической балке на второй этаж, а затем аккуратно подошла к краю, откуда открывался прекрасный вид на весь заброшенный цех.

Кстати, тут стало в разы лучше! Ощущение, словно демонюги сделали ремонт, убрали всё лишнее и теперь спокойно обустраивали свой быт.

На данный момент большая часть Генералов вновь сконцентрировались возле огромного монитора.

— Твою ж дивизию, Кома! — возмутился Тарзан: — Ты же сказал, что мы играем до первой смерти! А тебя уже раз восемь грохнули…

Это что ещё за новости дня? Неужели демонюги решили попрактиковаться в симуляторе для дальнейшего агрессивного нападения? Или они просто решили поиграть в компьютерные игры? Нет… Такого точно не может быть.

— Это не считалось! Я случайно! — отозвался Кома.

— За случайно — бьют отчаянно. — нахмурился Никот: — Может, и тебе вдарить?

— Что началось-то⁈ Сейчас меня нормально убьют, и я уступлю место…

— Мне кажется, что сейчас мы сами тебя нормально убьём. — Ликвор хрустнул костяшками кулаков.

— А ну тихо! — шикнул Мохнатый и быстро побежал в сторону входа.

«Опять спалилась⁈» — пролетело в голове у Летти. Но, как? Она же сбросила лишний запас Пламени и смогла воспользоваться блокиратором!

— Добрый день! — голос Мохнатого сильно изменился. Обычно он говорил таким с Повелительницей Тьмы… Таким высоким и слегка заискивающим тоном. Ну, всё… Приехали. Точно спалилась.

— Здравствуйте! — хором ответили милые девичьи голоса. А это что такое⁈

Спустя мгновение в цех зашли кошко-девочки в костюмах горничных. Они были вооружены швабрами, пылесосами и прочими орудиями для уничтожения грязи.

Демонюг, как подменили… Они тут же выстроились в ряд, как будто компьютера никогда и не было. Все такие нарядные… И даже не в своих любимых БДСМ-костюмчиках. Реально, что-то очень странное.

— Ну, и откуда начинать? — поинтересовалась девочка-леопард, вооружённая здоровенным пылесосом.

— Давайте с верхнего зала и дальше вниз… — слегка покраснев, ответил Мохнатый.

— Хорошо! — кивнула горничная, и навострив кошачьи ушки, повернулась к своим коллегам: — А ну-ка девоньки! Приведём в порядок эту жуткую дыру!

— ДА!!!

Толпа кошко-девочек ринулась в атаку на грязь, которой здесь реально стало в разы меньше. Неужели это тот самый тематический клининг? Нет, Летти, конечно, слышала про подобное… Но зачем такая услуга Генералам Тьмы? Какой в этом прок?

Представление для Летти? Да в этом явно никакого смысла. Может быть, чисто прибраться? Тоже без толку. Генералы, как и типичные солдаты, сами умеют обустраивать быт.

Что-то за всем этим шоу наверняка есть. И за прибирающимися кошко-девочками, которые светили своими трусиками, когда наклонялись. И за Генералами, которые делали вид, что увлеченно наблюдают за всем происходящим.

Однако последней каплей в этом театре абсурда стал Тумбулыжник, который вышел в цех, ряженный в костюмчик, как у Джеймса Бонда… ИДИОТ!!! Он же явно сейчас привлечёт дофига лишнего внимания… Всё. Операции — конец! Дерек будет хохотать, что дурёха Летти нихренашеньки без него не может. Чудесно…

— Это что такое⁈ — Суслыч с подозрением зыркнул на Тумбулыжника.

— Вот… Приоделся.

— Приоделся, значит? — бывший представитель демонических антропоморфных грызунов подошёл ближе: — А лично я вижу в твоём облике только одно…

— И что же это?

— Предательство. — Суслыч подошёл вплотную к Тумбулыжнику и принялся обнюхивать: — Подставил ты нас, друг… Сильно подставил.

— Да с чего ты взял⁈

Всё. Сердце Летти ушло в пятки. Бедного Тумбулыжника нужно было срочно оттуда доставать.

— Ну, а что? — хмыкнул Мохнатый: — Ты весь такой из себя… В пиджачке. Прямо, как… Джеймс Бонд.

ОНИ ЕЩЁ И ПРОСЛУШКУ НА НЕГО УСТАНОВИЛИ⁈ Летти была в диком шоке… Зря она всё это затеяла. Надо было сидеть в квартире и спокойно ждать возвращения Дерека. Это он их Король. Он настоящий лидер и стратег. А она… Она лишь обычная дурочка из модельного бизнеса, которая ничегошеньки не смыслит в шпионских делах.

— Да, ладно вам, парни! Вы чего? — опасливо сглотнув, произнёс Тумбулыжник и начал медленно пятиться.

— Ты думал, мы не заметим? — недовольно фыркнул Тарзан.

— А что… Прям сильно видно?

— Издеваешься? Нельзя обманывать братву! — воскликнул Чебо: — Живо снимай этот ужасный прикид!

— Во-во! — вторил ему Технотарантино: — Внимание всех девчонок решил на себя переключить, а?

— Я не понимаю, о чём вы…

— А мы понимаем. — заключил подоспевший Гамма: — Иными словами — РАЗДЕТЬ ЕГО!!!

— Ребята… Не надо!!! Что вы творите⁈ Нет!!!

В итоге, Тумбулыжника раздели. Но благо, что только до трусов.

Девочки хихикали, но продолжали уборку.

Успевшая десять раз обделаться со страху Летти уже осознала, что Абсолютная Тьма слишком далека для её понимания…

— Ну, ка-а-а-а-йф! — с блаженством выдохнул я, когда мы зашли на территорию огромного курортного комплекса «Альпина». Расположился он у подножья кавказских гор. Сверху уже виднелись снежные шапки. А снизу всё ещё цвели деревья и кустарники. Одним словом — красота!

Сам курортный комплекс состоял из нескольких отелей, здоровенного спортивно-оздоровительного манежа, термальной акватории и целой станции, откуда можно было подняться в горы при помощи канатной дороги.

— Ребята! — Марика подняла руку, и вся наша студенческая толпа резко остановилась: — Сейчас мы с вами заселимся, а затем отправимся на первый брифинг! Там вы познакомитесь с приёмной комиссией, которая будет выступать в качестве ваших арбитров. Не теряемся! Не отстаем! И внимательно слушаем меня. ВНИМАТЕЛЬНО! Ибо вас много, а я одна.

Сразу видно, что Госпожа Кольцова привыкла работать с детьми. Объясняла всё вкрадчиво и очень доступно. Иными словами — общалась с нами, как детсадовцами.

Однако, её тоже можно понять. Мероприятие довольно серьёзное. Тут уж лучше «пере», чем «недо».

— Помню, я бывал здесь, когда этот комплекс принадлежал «ИмперГАЗу». — с легкой ноткой ностальгии произнёс Валёк: — Весело было. Так… знаешь, прям простенько. Сейчас-то Клан Симоновых вон, что отгрохал! Меряются письками с «Розой Хутор».

— Кстати, почему именно «Роза Хутор»? — поинтересовался Колян.

— Потому что назван в честь одного из эстонских переселенцев, которого звали Рооза Адул. Так вот, он отказался жить в основном эстонском селении и поставил себе избушку на отшибе. Её прозвали «Хутор Рооза». А ближе к середине двадцатого века Адул умер. Избушка его почти развалилась. Но память осталась. Поэтому место переименовали в «Розу Хутор». А затем это имя взял себе один из курортных комплексов, а также местный вокзал. — пояснил Валёк.

— Ничего себе! Тебе бы гидом работать. — усмехнулся Серёжа.

— Не… Я не люблю выступать на людях. К тому же, Глава сообщества гриля постоянно косо смотрит на меня, мол — не люблю дуэли и редки поддерживаю их в подобном.

— И как ты собрался работать в ресторане? — удивился я: — В обычном заведении тебе в любом случае придётся работать в коллективе. Это ладно ещё, если какая-нибудь забегаловка, где на кухне полтора землекопа. А если полноценный ресторан, где работает бригада на несколько цехов? Ты же там рехнёшься! К тому же, тебе может попасться «оупен». То есть, готовка прямо в зале на глазах у посетителей. Что ты будешь делать тогда?

— Я всё это прекрасно знаю. Практиковался у матери в ресторане. Но… не вижу смысла мучать себя во время обучения.

— Зря ты так, Валёк. Поверь мне на слово — лучше сразу привыкать к работе в коллективе. Потом тебе будет очень сложно адаптироваться. Заведения все разные! И то, что у твоей матери комфортные условия для тебя — ещё не значит, что во всех остальных заведениях будет аналогично. В общем, мой тебе совет — не отказывайся от дуэлей и выступлений с ребятами. Иначе дальше будет только хуже.

— Я обязательно над этим подумаю.

— Не-не, дело то твоё. Я просто обрисовал, как оно может быть в будущем. Ты же постоянно в своей коморке торчишь. Коптишь… Работаешь с различными видами щепы и прочими приколами. Но ресторанный бизнес — это далеко не только готовка.

— Хм… Глава нашего сообщество говорит тоже самое. — вздохнул Валёк.

— И думаю, что это далеко не просто так.

Спустя десять минут мы все начали регистрацию. Благо, что я был одним из первых у стойки администрации, поэтому получил ключ-карту быстро.

— Всех расселили по парам! — сообщила Госпожа Кольцова: — Номера хорошие. Господин Симонов явно не поскупился!

— Простите! — Колян подошёл с ключ-картой к Марике: — Но у нас с Дереком разные номера… Это, какая-то ошибка?

— Извини, дорогой. — учительница погладила моего проводника по щеке: — Вас разбивала система. Но не переживай! У вас в потоке все парни очень воспитанные и дружелюбные!

— Ага… Особенно, если учесть, как нас тут все ненавидят. — вздохнул я.

— Не надо так говорить, Господин Цареградцев! — возмутилась Марика: — Вы — часть потока! Часть первого курса! Часть нашей семьи. Поэтому не стоит отзываться плохо об остальных ребятах. К тому же… вы всегда можете обменяться ключами. Это не запрещено правилами!

— Отлично! Тогда поищу, кто твой сосед, Дерек.

— Было бы славно. — согласился я.

Поднявшись на седьмой этаж, я раскрыл дверь, и вставив карточку в энергосберегающий выключатель, внимательно осмотрел номер.

Вот это шик!

Две огромные кровати. Холодильник. Рабочий стол. Здоровенная ванная комната. И самое главное — окна выходили прямо на горы. Не знаю, какой ад нам всем предстоит пройти дальше, но лично я уже максимально доволен.

Отличная погода. Отличные условия для проживания. Отличная возможность поймать Марику! Хе-хе-хе…

Откатив чемодан в сторону, я плюхнулся на кровать. Красота! Вот просто — красота!

И вновь я был искренне благодарен судьбе за то, что она отправила меня именно в этот прекрасный мир.

Но от мыслей меня отвлёк щелчок замка. Дверь в номер медленно распахнулась.

О! Видимо, это мой сосед… Надо бы хоть поздороваться ради приличия.

Поднявшись с кровати, я протянул руку и тут же замер.

Передо мной стояла Амелия. Её холодное лицо, как и всегда, ничего не выражало. А вот в глазах кипел настоящий коктейль из эмоций. Удивление, негодование, смущение, шок и возмущение.

— Что ты здесь делаешь? — нахмурившись, недовольно спросила Госпожа Симонова.

— У меня к тебе тот же вопрос.

— Это мой номер. — Амелия показала карточку.

— Загляни в картоприёмник. У меня тоже.

— Но… Этого просто не может быть! Я должна была жить с Милой! К тому же… система не могла заселить разнополых студентов в один номер. Это против правил академии!

— Слушай… Я тут не причём. Мне дали карту. Я пришёл. Кайфую. Если что-то не нравится — сними себе другой номер. Уверен, у вашего Клана достаточно денег для подобной мелочи.

— Вот ещё! — Амелия нахмурилась ещё сильнее: — Я не собираюсь снимать другой номер! У меня есть чёткая инструкция…

— Правда? Вот и славненько. — я плюхнулся обратно на кровать: — Располагайся! Здесь классно. Не ожидал, что в этом мире есть настолько охренительные места.

— Ты всегда такой непосредственный? — Госпожа Симонова начала нервно теребить ручку чемодана.

— А чего мне скрывать? Хочешь жить со мной — дерзай! Я не против.

— То есть, ты не против жить с девушкой в одном номере несколько дней? — Амелия резко вцепилась в ручку чемодана так, что едва не оторвала её.

— Всё верно. Что не так? Мы уже взрослые! Или ты тоже из тех, кто верит в эти дурацкие слухи обо мне?

— Какие ещё слухи?

— Отлично! Значит, никаких проблем.

— А твоя девушка не будет против?

— У меня её нет.

— В смысле? А как же Госпожа Звонарёва? — Королева Харитоновки вновь принялась сверлить меня пристальным взглядом.

— Она сказала, что мы с ней из разных миров. Разбила мне сердце и свалила в закат.

— Я всегда знала, что Изольда та ещё сердцеедка и стерва. — на мгновение мне показалось, будто я услышал в голосе Амелии нотки облегчения и торжества: — Но мне тебя искренне жаль. Действительно… Кто она? А кто ты…

— О! Мы дошли до оскорблений с переходом на личности? Интересно.

— Разве же это оскорбление? Я просто сказала очевидный факт.

Видимо, Амелия была настолько на своей волне, что совсем не имела чувства такта. Для неё сравнение двух людей с разным социальным статусом — это вполне нормально.

— Знаешь, я передумал. Наверное, я сам сниму номер.

— ЧТО⁈ — Госпожа Симонова уже не скрывала возмущения: — Это ещё почему⁈

— Потому что, я не люблю, когда людей вот так открыто оскорбляют.

— Защищаешь её после всего, что было? Хм-м… И чем же Госпожа Звонарёва тебя так зацепила?

— Защищаю её? Ты про что?

— А ты про что⁈ — Амелия подошла ко мне и злобно посмотрела в глаза: — Я совершенно не понимаю, что в головах у людей, которые защищают таких стерв… Почему так? Это же несправедливо! Она задела тебя. А ты всё равно ведёшь себя, как бравый рыцарь…

— А я не понимаю людей, которые так активно лезут не в своё дело.

— Ах вот значит, ты как…

— Слушай… Я понимаю, за что ты на меня взъелась. Но ничего с этим поделать не могу. Я не выбирал, в какой семье родиться. Однако несмотря на всё это… Харитоновка — трамплин, который позволит мне добраться до моей мечты. Мое мнение не изменилось. Я повторю то, что сказал тебе тогда в хот-дожной. Чтобы ты не задумала, просто помни — я буду совершенствоваться дальше, и ни за что не дам тебе ни малейшего повода поймать меня на ошибке.

— Во-первых, я не взъелась…

— Ой, называй это, как хочешь!

— Во-вторых, о каких ошибках идёт речь?

— Можешь не разыгрывать из себя дурочку. Я тебя вижу насквозь!

— Да, о чём ты говоришь⁈ — на щеках Амелии выступил румянец: — Я здесь вовсе не за этим…

— Дорогуша… — я взял Госпожу Симонову за руку: — Рано или поздно, я дам тебе попробовать блюдо, от которого твоё сердце затрепещет! Я покорю главного дегустатора Харитоновки. И это — не обсуждается!

— Дерек, ты не поверишь! Ой… — в комнату забежал растрёпанный Колян: — Госпожа Симонова? Простите, там…

— Я… Я ещё не готова! — пискнула Амелия, и вырвавшись, схватила свой чемодан, а затем быстро вылетела из номера.

— Не готова к чему? — удивлённо произнёс я.

— Дерек… Ты что, разводил Амелию на «шпили-вилли»⁈ — ужаснулся Колян.

— С ума сошёл? Она опять мне угрожала. Я не выдержал и решил сказать Амелии в лоб, что хрен ей, а не моё исключение из Харитоновки! Слегка психологически надавил… А она убежала.

— Со стороны всё выглядело совсем иначе. Честно говоря, она ведёт себя очень странно рядом с тобой. Может, влюбилась?

— Симонова? — я лишь усмехнулся: — Сильно сомневаюсь. Это карьеристка до мозга костей. Плюс — очень гордая барышня. Но я так и не понял, чего она так на меня взъелась?

— Лера говорила, что это из-за того, что ты простолюдин.

— Ты тоже. И что? Она даже не пришла посмотреть ваш бой против Колесникова. Нет, друг. Тут явно, что-то ещё… Но предлагаю пока сойтись на том, что я ей просто не нравлюсь.

— Просто не нравишься?

— Ага. Такое тоже бывает. Это называется: «личная неприязнь». Штука до безобразия глупая… Но мы же можем простить Амелии подобное в силу возраста.

— Тебя самого-то это не раздражает?

— Знаешь, да как-то плевать на данный момент. Я приехал сюда не ради разборок с Симоновой.

— Ну и хорошо! В общем, я оказался в одном номере с Милой. Думаю, что если мы поменяемся — от этого только все выиграют.

— Кстати, да. Госпожа Секретарь сильно удивилась, когда увидела тебя?

— Мы оба были в шоке…

— Ты с ней уже поговорил?

— Естественно! В общем, я за вещами. Одна нога тут — другая там.

— Идеальное название для саперского салата.

— Кхе…

Брифинг проходил в огромном актовом зале на полторы тысячи человек. Для студентов был организован небольшой фуршет. И пока все пытались приготовить для себя, что-то изысканное, мы с Коляном, Наташей, Вальком, Сережей и Зиночкой просто делали бутерброды с колбасой и сыром.

В этом фишка работы в общепите! Твоя личная еда должна быть простой, быстрой и питательной.

А выдумывать для себя всякие канапе — это уже дурость и бесполезная трата времени.

— Уважаемые студенты! — на сцену вышел Господин Симонов.

— Ого! Он тоже прилетел⁈ — удивилась Наташа.

— Лера не зря упоминала, что этот отборочный тур будет в разы сложнее. — доедая бутерброд из кусочка свежего нарезного батона, боярского сервелата и выдержанного сыра чеддер, ответил я.

Вот, всё-таки, порой совершенство — в самой банальной простоте. Что такое для шефа стандартный бутерброд? Это и блюдом-то сложно назвать.

Но как же это вкусно! Свежий нарезной батон с уточненными сливочно-хлебными нотками. Копчёность сервелата… И терпкость выдержанного сыра. Идеально! А главное — очень питательно.

К тому же, из напитков тут был компот, два вида чая, минеральная вода, кофе и свежевыжатый апельсиновый сок. Так что, это не просто полдник, а практически полноценный приём пищи.

— Я очень надеюсь, что вам понравится в нашем курортном комплексе. — продолжил Симонов: — Однако спешу напомнить, что отборочный тур — это серьёзное мероприятие, где вам придётся доказать арбитрам, что вы достойны продолжить обучение в академии. Смекалка. Подготовка. Умение быстро ориентироваться и применять свои знания на практике. Не терять самообладание в кризисных ситуациях. И, конечно же, удовлетворять вкусам своих посетителей. Шеф — это не просто тот, кто умеет готовить. Шеф — это настоящий генерал, который должен вести целую команду к победе! А кухня — это не только ваш дом, но ещё и вечное поле боя, где успех будет зависеть ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО от вас.

— Как много пафоса… — тихо прошептал Колян.

— А что ты хотел? Это ректор. — пожав плечами, ответил я.

— В этом году… — Симонов внимательно осмотрел всех нас: — Мы решили пригласить не просто шеф-поваров, а выпускников нашей академии из восьми разных поколений. Гении, что прошли тернистый путь к вершине и смогли с отличием выпуститься из Харитоновки! За плечами некоторых из них десятки самых разных ресторанов. Выпускники будут к вам строги, но при этом — очень справедливы. С ними вы познакомитесь позже. Так же хочу сообщить, что на территории курортного комплекса есть спортивный манеж и термальная акватория, которые все студенты могут посещать в любое свободное от занятий время. Я счастлив видеть всех вас здесь и сейчас! Но учтите — до конца пройдут далеко не все. Такова суть нашей образовательной системы. Выживает лишь сильнейший! И я очень надеюсь, что вы успели перекусить, ибо через десять минут вас разобьют на группы и отправят на первые задания. Всем удачи! И помните — на отборочном туре ВСЁ зависит ТОЛЬКО от ВАС.

— Молодец, Дерек! — прошептал Серёжа: — А я ведь реально хотел идти делать канапешки…

— Опыт не пропьёшь. — усмехнулся я: — Главное, чтобы он нам всем помог пройти этот отборочный тур.

— Пожелай мне удачи в бою… — тихо напевал Колян: — Пожелай мне-е-е-е у-да-чи…

— Возмутительно! — Мила бегала вокруг шокированной Амелии и размахивала папкой из-под меню рум-сервиса: — Это просто возмутительно! Да, как они посмели⁈ Негодники! Поселить вас с этим… Этим…

— Хватит, Мила. — Госпожу Симонову всю перетряхнуло от переизбытка чувств: — Ошибки случаются даже в самых точных системах. Увы и ах. Это неизбежно. Но меня больше интересует другое…

— Я вас внимательно слушаю! — Мила быстро поднесла Хозяйке стакан холодной воды.

— Если бы так случилось, что ты… встретилась с парнем. У вас было бы потрясающее свидание в дорогом ресторане с возможным продолжением в… кхм… отеле. И этот парень бы после всего сказал, что вы с ним из разных миров и совсем не подходите друг другу.

— Госпо-о-о-о-ожа… — помощница побледнела от ужаса: — Когда и с кем вы успели…

— Нет. Я сейчас не про себя.

— Вы уверены? Если кто-то посмел вас обидеть — только скажите! Я мигом нашлю на ублюдка понос!

— Нет-нет… Говорю же, я просто прочитала в своей книжке фрагмент, который очень зацепил меня за живое.

— Так. И что же вы хотели узнать?

— После всего этого, ты бы стала защищать подобного парня?

— Нет, конечно! Да пошёл он нахрен! Уничтожить и забыть! — Мила сейчас больше напоминала разозлившуюся кошку, которая выгнулась и нападала бочком.

— Вот и я того же мнения. Однако эта дурочка его… защищает. Хотя другой… Кхм… Чуть более перспективный персонаж, который вне всяких сомнений ЛУЧШИЙ в этом романе, попытался её утешить. И похвалить, что мол… Тот подлец совсем её не достоин.

— А… Вот оно как? — помощница с облегчением выдохнула: — Что ж, в таком случае, тут могло возникнуть недопонимание. Возможно, девушка просто не поняла того ЛУЧШЕГО персонажа в этом романе.

— Правда? Хм-м… А мне казалось, что он чётко обозначил свою позицию.

— Понимаете, в чём фишка… Люди — существа сложные. Даже не смотря на один и тот же язык, мы можем совершенно не понимать, что именно до нас хочет донести собеседник. Такое, увы, случается. И крайне часто. Примерно семьдесят процентов людей совершенно не умеют разговаривать. Хотя… Нормально слушать тоже умеют далеко не все.

— А как же вот эти все витиеватости?

— Ну… С точки зрения мужчины — они не нужны. В большинстве своём, такими штучками пользуются исключительно девочки. Поэтому, на месте вашего персонажа я… наверное, попробовала бы преподнести информацию чуть более прямо.

— То есть, если он хочет её похвалить, то сказать это… прямым текстом?

— Всё верно. И без витиеватостей. Потому что, иногда вот эти самые витиеватости приводят к ещё большему недопониманию.

— Хм-м… Интересно. Надо будет попробовать.

— Простите, что вы сказали?

— А… Нет. Я имею в виду — очень надеюсь, что персонаж попробует донести до неё всё это… Без витиеватостей.

— Чудно! Кстати, что вы сейчас читаете?

— «Ночь страстной Императрицы».

— Эм-м… — Мила задумчиво взглянула на потолок. Дело в том, что она буквально только что прочитала эту книгу, и никаких проблем с прямым текстом там не было. Главную героиню без всяких намёков «любили» в самой жесткой и грубой форме. Но, конечно же, они с Госпожой Симоновой читали «Ночь» исключительно ради сюжета. Впрочем, как и все остальные девочки.

— Видимо, ты запамятовала про этот момент. Кстати, как там вторая часть?

— Я её почти дочитала. Думаю, за сегодня добью. Положу в ваш саквояж, как закончу.

— Ох, спасибо… — щеки Амелии слегка покраснели: — Нет, я правда тебе благодарна! Если бы не ты… То я бы никогда в жизни не позволила себе открыть подобную литературу.

— Ой, да бросьте. Мы живём в современном обществе! Тут нет совершенно ничего страшного в том, что вы увлекаетесь подобным. Честно говоря, меня подсадила старшая сестра. А её в своё время… мама.

— Даже так? — удивилась Госпожа Симонова: — У вас в семье такие доверительные отношения…

— Нет. Просто благодаря няням, нам получилось стать с мамой и сестрой настоящими подружками. Поэтому, мы всегда делимся всяким сокровенным.

— Я бы сразу упала в обморок, если бы мать или отец увидели меня за чтением подобного произведения… Честно говоря, я бы упала в обморок, если бы любая живая душа застала меня за чтением подобного произведения.

— А мы никому не расскажем!

— Да… Было бы славно. Но когда люди при мне начинают обсуждать книги — становится не по себе. Знаешь, как будто за мной наблюдают. Я становлюсь открытой, как на ладони. А в голове все те сцены… Ужас!

— А вы сразу мысленно переключайтесь на другую художественную литературу. Вы же не только порнушку читаете? Не только же… Да?..

— Как бы…

— Боже, Госпожа! Вы бы хоть «Сумерки» для прикрытия почитали!

— Мне не интересно. Вампиров и в реальной жизни хватает. И за частую — они крайне противные.

— Гарри Поттера?

— Про мальчика, который пользуется запрещёнкой? Нет, спасибо. Ты знаешь про моё отношение к магии.

— «Три метра над уровнем неба»…

— Розовые сопли. Нет.

— Тогда… Может быть, хоть «Одиннадцать минут»?

— Мне, конечно, нравится читать истории про «парам-пам-пам»… Но в наших книгах всё по любви! Хоть и жестко… В общем, я осуждаю проституцию и эскорт.

— Что ж… В таком случае вам очень повезло, что в двадцать первом веке никто не обсуждает книги.

— Почему многие разумные существа боятся высоты? — словно истинный философ произнёс Колян, глядя через окошко кабины фуникулёра на восхитительные горные пейзажи: — Говорят, что для людей и большинства визитёров свойственно переживать из-за вещей, над которыми у них нет власти в моменте. То есть, ты понимаешь, что не можешь контролировать тот или иной процесс. Но тут уже вопрос доверия к тому, кто сидит за пультом управления.

— Действительно… — вздохнул я, точно так же любуясь прекрасными пейзажами.

Казалось бы — фуникулёр среди гор. Прекрасный воздух. Солнечная погода. Что может пойти не так? Но нет… Марика, как будто специально посадила нас с Коляном в одну кабинку с Амелией и Милой. Секретарочка меня совершенно не волновала. Наоборот — её компания мне казалась крайне привлекательной. Ведь Мила всегда была очень дружелюбной к нам. Всегда здоровалась и очень мило улыбалась.

А вот её хозяйка… Тут уже другой разговор.

Сидела, мрачнее тучи. Вся такая серьёзная и холодная… Как айсберг в океане.

В общем, я решил, что просто не буду обращать на неё никакого внимания. А Коляну стало невыносимо от возникшего напряжения, поэтому он изо всех сил пытался разрядить обстановку разговорчиками.

— Однако мы можем не переживать! — продолжил вещать мой проводник: — Вероятность погибнуть на канатной дороге намного ниже, чем разбиться на автомобиле или даже упасть на самолёте. За всю историю существования подобного вида транспортировки погибло всего пятьсот человек. И сто пятьдесят пять из них — это жертвы пожара на курорте Капрун в Австрии.

— Это всё, конечно, прекрасно, Николай. — Амелия не выдержала данный экскурс и строго посмотрела на Коляна: — Но если тебе так хочется поговорить, то предлагаю выбрать другую тему.

— О! — радости самоназванного гида не было предела: — Это потрясающая мысль! Госпожа Симонова, вот расскажите, что вы любите больше всего на свете?

— Читать.

— Правда? А что вы любите читать?

— Книги.

— Эм-м-м-м… А какие книги вы любите читать?

— Разные.

Это провал…

Есть девушки двух категорий. Первая — «качёвые». Это те, кто быстро подхватывают любую тему. Тебе с ними весело. Они могут рассказать и могут выслушать. С ними настроение почти мгновенно уходит в верх.

Вторая — «тормозные колодки». Или как их иногда обзывал Хуан: «сосульки».

Так вот, Амелия была абсолютом второй категории. Идеальная тормозная колодка от болида «Формулы-1». И самая настоящая Снежная Королева.

— Разные… — задумчиво повторил Колян. Но парень был не из тех, кто просто так сдаётся: — Книги имеют жанры. К примеру, какие жанры вы предпочитаете?

— Разные. — и опять, как об стену горох.

— Хорошо… А, может быть, вы расскажете про свою любимую книгу?

— Ну, она… норм.

Честно говоря, стальным нервам Коляна можно было только позавидовать.

— А как называется?..

— Я не помню.

Прекрасно. Амелии можно уже выпускать свою книгу под названием: «Госпожа Симонова и двести попыток запороть разговор». Ох, если бы не её авторитет среди поваров и прочих представителей пищевой индустрии — бедной девочке было бы очень тяжело заводить друзей.

За непробиваемой маской Амелию лишь изредка выдавали глаза. Но и то, если застать её врасплох. Сейчас же Госпожа Симонова демонстрировала полное безразличие.

Колян ещё потерпел некоторое время и решил переключиться на Милу.

— Ну, а ты? Чем любишь заниматься в свободное время?

— О… Я обожаю романтическую японскую мангу и нашу литературную классику. Правда… Буду честна — иногда ещё попадается иностранная художественная литература. Её я тоже обожаю! — с Госпожой Секретарочкой проблем не было. Вот она — реально качёвая.

— Как здорово! Чтение в современном мире — это настоящая редкость. Признаюсь, мне тяжело читать. Я слишком неусидчивый для этого. А вот Дерек — другой разговор! Щелкает книги, как семечки.

Ну, а как ещё мне познавать новый мир? К тому же, ксеноферы хоть и отдалённо напоминают людей, но всё же имеют совершенно другие устои. И чтобы лишний раз не попадать в передряги — лучше, как следует изучить культуру местных.

Да и если честно — мне самому очень нравилось читать. Люди и визитёры — потрясающие рассказчики историй!

— Правда? — кажется, Мила была искренне удивлена. А Госпожа Симонова даже одарила меня холодным взглядом.

— Угу… — ответил я: — Но я читаю, в основном, кулинарные книги. До художки редко руки доходят.

— И тем не менее, что из последнего ты прочитал? — глаза секретарочки вспыхнули от любопытства.

— Из художественного? Дай подумать… Кажется, это был «Дом в котором». Немножко жуткая, но в целом глубокая история.

— О-о-о, я тоже прочитала прошлым летом и была просто в диком восторге!

— Кхм… — Амелия с явной претензией взглянула на секретарочку.

— Простите… Что мы всё о книгах, да о книгах? Давайте поговорим про еду! — Мила тут же достала свой огроменный ежедневник: — Знаете… Все уже пользуются подобным в коннекторах. А лично я обожаю тактильность! Перелистывать страницы… Ощущать аромат бумаги и скрип перьевой ручки. Восхитительно! Итак… Вчера мы пробовали делать новые сэндвичи. Чисто на дорожку. А потом…

— Мила. — Амелия строго взглянула на помощницу: — Не думаю, что рассказывать про наши эксперименты — хорошая идея.

— Ну, конечно. — усмехнулся я: — Великие рецепты, которые не достойны простолюдинов.

— Вообще-то, я имела в виду, что вам сейчас лучше сосредоточиться на предстоящем задании. Нас везут в горы. И если всё пойдёт по прошлогоднему сценарию — нам предстоит серьёзное испытание. Лучше сейчас не занимать мозг лишней информацией.

— Прошлогоднему сценарию? Неужели тебя не уведомили заранее?

— Я такой же студент первого курса, как и вы. Во-первых, я не имею никаких привилегий на отборочном туре и могу вылететь, если ошибусь. А во-вторых, я не того уровня, чтобы мухлевать и пользоваться приоритетом. Харитоновка лишь проверяет наши способности. У ректора и всей управляющей верхушки нет цели поиздеваться над студентами. Поэтому, ничего запредельного там быть не должно. И буду откровенна… мне было бы очень стыдно выступать не на ровне с остальными студентами. Это прям позор.

— Уважаемо. — одобрил я: — Раз уж мы всё равно общаемся, то не могу не воспользоваться возможностью. Расскажи, насколько ты, как экстра, иначе ощущаешь вкус?

— Это сложный вопрос.

— Давай, хотя бы, попробуем?

— Ладно… Представь себе вкус икры морского ежа.

— Представил.

— Опиши его.

— Морской вкус с ярко выраженными нотками йода. Немножко солоноватый, но в тоже время сладкий.

— И всего-то… — вздохнула Амелия.

— Давай, бомби!

— Эх… Икра морского ежа, это целый вкусовой каскад. Его нереально описать двумя предложениями. Представь себе, что первый вкус — это как волна, накрывающая тебя свежестью океана. Затем раскрывается деликатная сладость, напоминающая вкус сладкого морского гребешка, но с более ярким и насыщенным характером. В сердце вкуса — тонкие нотки орехов и сливочного масла, которые придают икре особую глубину и изысканность. — Госпожа Симонова закрыла глаза и продолжила: — Но я бы хотела отметить послевкусие. Это самое интересное! Оно долгое, обволакивающее, с легкой горчинкой, которая добавляет пикантности и подчеркивает богатство вкуса. Эта горчинка не резкая, а скорее благородная… Как у хорошего коньяка. И, конечно, никуда не девается ощущение свежести моря, которое остается на языке, напоминая о своей первозданной чистоте. Икра морского ежа — это как симфония вкусов, где каждый оттенок играет свою роль, создавая неповторимую гармонию! Настолько сложный ингредиент, что обычному человеку не понять всю его прелесть.

— Браво! — Колян тут же начал аплодировать: — Кажется… я начал понимать.

— Как я уже говорила — это сложно. — вздохнула Амелия: — Меня многие спрашивают, мол — а как это? А что это? Есть ли отличия? Но… вся проблема заключается в том, что мне самой не понятно. Я лишь примерно представляю, что испытываете вы. Очень примерно. И когда Корягин впервые пришёл ко мне… Я сперва увидела в нём родственную душу. Он был таким же слепым котёнком, как и я. Правда… Потом всё скатилось в банальное использование меня, как поводыря. Честно, я рада, что он отправился в свободное плаванье. Ведь ему же… — Госпожа Симонова резко остановилась и посмотрела на удивлённую Милу: — Простите. Что-то я слишком много разговариваю…

— Нет-нет! Что вы? — тут же вмешался Колян: — При нас вы можете рассказывать всё, что хотите! Мы с удовольствием послушаем.

— К тому же, я ещё никогда не видел экстр так близко. Вы же, как я понимаю, наполовину волшебники? — решил уточнить я.

— Мой прапрадед был тёмным колдуном. По крайней мере — так говорят. Но если честно — я не вникала в этот вопрос.

— Кстати, вам хоть раз доводилось видеть настоящих волшебников?

— Нет. — уклончиво ответила Амелия и быстро отвернулась к окну.

— А я видела! — в голосе Милы звучал явный восторг: — Это было лет десять назад. Мы с мамой шли в театр, как вдруг — представители оппозиции начали буянить на площади. И вышел он… Статный! Очень красивый мужчина с золотистыми волосами. Почти, как у тебя. Кстати, он и в целом был очень похож на тебя…

— Мила, держи себя в руках. Где твои манеры? — нахмурилась Амелия.

— Простите… В общем, он вышел и одним щелчком пальцев угомонил негодяев на площади. На мгновение в его руке появилась диадема из тёмно-фиолетовых молний… Я на всю жизнь это запомнила!

— Диадема? — удивился я.

— Ну, или корона. Сам факт-то я запомнила. А вот детали… — виновато улыбнулась секретарочка.

— И как быстро его поймали полицейские? — спросил Колян.

— А он был в форме! Я такой раньше никогда не видела. Светло-синий мундир. Целая куча, каких-то непонятных мне значков. Я только двуглавого орла признала. Но как же это было красиво! И сам мужчина тоже красивый. Прям истинный аристократ.

— Мила… Ты иногда такая болтушка.

— Прошу прощения, Госпожа. Просто вспомнилось.

Корона и волшебник, отдалённо похожий на меня? Хм-м… А не отца ли настоящего Искандера видела Мила?

— Буквально последний вопрос по этому происшествию. Где это случилось?

— На площади. Возле «Большого».

— М-м-м… — я быстро вытащил коммуникатор и отправил сообщение ТигАру.

— Не слишком ли рьяно ты интересуешься запретными темами? — Амелия бросила на меня жуткий взгляд.

— А… Я не для себя. Мой друг коллекционирует появление светлых магов. Увлечение у него такое. — пожав плечами, ответил я.

— И тем не менее… Мой тебе совет, Искандер. Держись от магии подальше.

— Благодарю, Госпожа Симонова. Но если честно, я и так стараюсь держаться от неё подальше. Мне готовка милее.

— Вот и славно.

Советы по безопасности? Серьёзно? Так! Какая мразь похитила настоящую Амелию? Заберите это странное чудовище и верните нам привычную стервеллу!

Спустя пятнадцать минут мы, наконец-то, добрались до первой смотровой площадки, которая оказалась огромным базаром с кучей цветастых палаток. Местные торговцы галдели так, словно пытались друг друга переорать.

— Все сюда! — к нам вышел дедок в белоснежном поварском кителе: — Не тупим! Не тормозим! Быстро-быстро, группа «А»! Времени у нас не так много, как хотелось бы… Ага. Вся группа собралась?

— Да. — ответила Амелия, внимательно нас оглядев: — Здесь все.

— Хорошо. — дедок пригладил усы, а затем хрустнул пальцами: — Значится… Меня зовут Гришин Арсений Викторович. Выпускник Харитоновки семьдесят шестого года. Бренд-шеф сети ресторанов «Мацури».

— Один из первых русских шефов, кто получил звезду Мишлен. — прошептала Мила.

— Я буду арбитром на первом задании вашей группы. — дедок внимательно нас оглядел: — Как известно, Харитоновка выпускает не просто людей, которые умеют вкусно и изысканно готовить. Наша академия КУЕТ будущее пищевой промышленности! А истинный шеф должен знать АБСОЛЮТНО ВСЁ, что касается кухни его ресторана. От сих до сих! Отбор качественных ингредиентов. Поиск добросовестных поставщиков. Разработка меню. Подбор персонала. В общем, всё, что касается кухни. Оценочным блюдом на сегодня станет гункан-спаси с лососем.

— ЧТО⁈ — наши одногруппники были, мягко так скажем, удивлены выбором арбитра.

С одной стороны — простейшее блюдо из японской кухни. Один из видов суши, на которых мы с Коляном успели собаку съесть. И не одну…

С другой — где искать ингредиенты⁈ И что самое занятное — где готовить⁈

— Ректор проанализировал прошлогодний отборочный тур и решил, что придумывать блюдо на данном этапе — бесполезная трата времени. Поэтому блюдо у вас уже есть. Бегать по магазинам — тоже сомнительная затея, ибо арбитры просто не смогут контролировать качество ингредиентов. А делать из непойми чего конфетку — метод столовских поваров. Поэтому мы приняли решение, что сделаем для вас базар! Ваша задача не просто найти все необходимые ингредиенты, но и доказать нам, что вы разбираетесь в теме. То есть, в разных палатках будет рыба разного качества. В одних — свежий улов только с самолёта. В других же — откровенный «лежак». Но будут и промежуточные варианты. Запомните это! То же касается и остальных ингредиентов для гункана. На входе в базар стоят корзинки. Берите строго по одной! На всё у вас будет три часа.

— ТРИ⁈ — наши одногруппники уже были в отчаянии. И как они с такой слабой нервной системой, вообще, смогли перейти из гимназии в академию?

— Три часа. — улыбнувшись, ответил Арсений Викторович: — Ах да… Забыл сказать одно важное условие. Брать можно только ОДИН ингредиент! То есть, одно филе. Один набор нори. Один соус. Один набор для приготовления риса. Не больше! Все, кто попытается пронести в карманах или прибегнет к другим фокусам — будут НЕМЕДЛЕННО ИСКЛЮЧЕНЫ! Вам понятно?

— Да, шеф!

— Отлично. Как пройдёте базар насквозь — увидите кабинки для готовки. Распоряжайтесь временем грамотно! Не забывайте про мелочи. Это важно! Ибо Дьявол кроется в деталях. Усекли?

— Да, шеф!

— Пускай победит сильнейший! ВРЕМЯ ПОШЛО! — гаркнул дед.

Наши одногруппники в ту же секунду превратились в лютых злобных волков. Они толкались, кричали и вели себя так, словно никогда не были аристократами.

А наша компашка из меня, Коляна, Амелии и Милы неспеша направилась к рядам.

Зачем торопиться, если наши ребята своими паникой и агрессией сбили всю концентрацию, и теперь вряд ли смогут выбрать качественные продукты?

Всё спокойно. Без лишней спешки. Грамотно и чётко. Как истинные профессионалы.

— Да уж… — Колян с осуждением наблюдал за тем, как парочка парней едва не подралась из-за куска лосося: — Иногда мне кажется, что весь этот аристократический этикет — не более, чем показушничество. На самом деле — они точно такие же люди, как и мы.

— Неужели. — Амелия даже позволила себе усмехнуться: — А я скажу тебе, что причина такого поведения в их неуверенности. Вот скажи, чем ты занимался последние несколько дней?

— Дерек заставлял меня исследовать свежего лосося. А ещё мы серьёзно упарывались, когда готовили несколько видов суши. Коновалов вдохновил нас, когда рассказывал про свою практику в Японии.

— Вот и ответ. Пока вы совершенствовали свои навыки, кто-то гонял балду.

— Госпожа… — тихо произнесла Мила: — Сейчас так никто не выражается!

— О… Правда? Тогда мне нужна аналогичная современная фраза.

— Ну я бы вам предложила: «Страдать фигней». Но это слишком грубо. Поэтому, лучше сказать прямо: «Они — бездельничали».

— Хорошо. Я это запомню. В общем, кулинария — серьёзная штука. К ней нельзя относится спустя рукава. Ой… Я опять ляпнула старую фразу?

— Эта пока ещё используется в обиходе.

— Фух… А-то я уж испугалась…

— Извини, а что происходит? — поинтересовался я.

— Дело в том, что Госпожу Симонову обучал один наш общий…

— МИЛА! — рыкнула Амелия: — Хватит выдавать информацию про мою личную жизнь.

— Простите…

— Ну, а ты, Искандер, сам себе противоречишь.

— Чего это вдруг?

— Не ты ли мне сегодня заявил, что я сую нос не в свои дела?

— Я и не совал. Мне просто стало интересно, почему ты используешь старые фразочки?

— Давай, я просто скажу, что меня обучал человек, который часто их использовал. Такой ответ тебя устроит?

— Более, чем.

И всё-таки, местная Королева была крайне загадочной личностью. Да, она всё ещё выглядела надменной и закрытой. Но тем не менее, обычные человеческие черты иногда выглядывали из-под маски.

А ещё я верю, что рано или поздно мне представится шанс показать ей, что мы с Коляном вполне можем приготовить достойное блюдо, несмотря на наш текущий статус.

— Ты погляди… — раздался незнакомый голос, и к нам вышел один из наших одногруппников. Черные волосы с элегантной растрёпанностью. Взгляд истинного хищника! А главное — надменная улыбочка… Отвратительная и бесячая! Даже хуже, чем у Эдика: — Что парочка дворняжек забыла возле Госпожи Симоновой? Сильно сомневаюсь, что она вам рада. А не гонит вас только из-за своей исключительной вежливости!

— Твою ж мать… — я обречённо закатил глаза: — У нас всего три часа, чтобы приготовить блюдо. Так, почему же ты не побежал за остальной сворой?

— Ого… Видимо, не зря говорят, что у Царя слишком длинный язык и отвратительный характер. — хмыкнул одногруппник: — Оно и не мудрено! Куда тебе — простолюдину, до воспитанных людей. Или что? Как взлетел в рейтинге, так всё? Сразу же зазнался?

— Мне плевать на рейтинг. Я был таким всегда. А вот про воспитание из твоих уст звучит крайне лицемерно!

— С чего бы? — возмутился незнакомец.

— С того, что любое знакомство начинается с ПРЕДСТАВЛЕНИЯ! Как же меня достали местные аристократы… Вот, серьёзно! Невоспитанность наивысшего уровня. Хотя… глядя на толкучку из группы «А», мне совсем не кажется это удивительным.

— А с чего ты взял, что я хочу представляться?

— С того, что ты подошёл и начал разговор. Я понятия не имею, кто ты такой. А посему — могу смело послать тебя и все твои замечания в пешее эротическое.

— Слишком много слов для дворняги. А зовут меня — Марк Пинский.

— Вот так бы сразу! Приятно познакомиться.

— Взаимно! — на мгновение Марк радостно просиял, но затем снова превратился в концентрацию агрессии и надменности. Да, что с ними такое⁈ Почему они все так странно знакомятся⁈

— Итак, Марк. Что именно тебе нужно? — поинтересовался я.

— Да, впрочем-то… Ничего такого. Просто, слегка возмущён, что Госпожа Симонова тусуется с вами.

— А что? — Амелия грозно посмотрела на Пинского: — Я чья-то собственность? Или, может быть, я раб, который не имеет права общаться с другими студентами? Что именно вас не устроило, Господин Пинский?

— Да… Как-то… Я просто думал, что они силком вас… Это… — с Марка быстро сбили спесь. Сейчас он выглядел не так грозно, как раньше. Бедолага растерялся и стыдливо отвел взгляд.

— Силком? Меня? — Госпожа Симонова вновь включила Королеву: — Вы совсем меня недооцениваете, Господин Пинский. Хотя мы с вами учились в одном классе. А теперь и в одной студенческой группе. И если уж на то пошло, я искренне верила, что вам известно о моей команде помощников. А она на девяносто процентов состоят из парней. Неужели вы считаете, что меня можно просто взять и увести силком? Я умею общаться с противоположным полом. И уж точно могу постоять за себя.

— Нет. Просто… Ну, это же простолюдины!

— И что с того? Они преступники? Маргиналы? Или, может быть, маньяки?

— Я бы так не сказал.

— Ну, вот видите? Я думаю, что конфликт исчерпан. А ещё… я не наблюдаю в ваше корзинке всех необходимых ингредиентов. Было бы очень грустно, если бы вы покинули Харитоновку только из-за подобных разговоров.

— Я вас услышал! Прошу простить моё недопонимание… — напоследок Марк крайне недовольно посмотрел на меня, а затем удалился восвояси.

— Поделом ему! — усмехнулся Колян: — Правда… Если так подумать, то он же пришёл с благими намерениями?

— Благими намерениями выложена дорога в ад. — заключила Амелия и продолжила выбирать филе лосося.

Да уж… У Королевы много фанатов. Правда, у меня сложилось впечатление, словно она вполне нормально относится к простолюдинам. Выходит, её неприязнь ко мне вовсе не из-за титула. И если бы меня это волновало чуть больше — то я бы даже поговорил с Милой. Госпожа Секретарочка явно в курсе, что в голове у её эксцентричной хозяйки.

— Кстати, а этот Пинский… Он, вообще, кто?

— Наследник нескольких крупных ресторанных сеток. — пояснила Мила, внимательно разглядывая рис: — Слышал, когда-нибудь, про сеть ресторанов «Камчатка»?

— Да. Что-то на очень дорогом. — ответил я, читая состав спайси-соуса.

— Вот. Клан Пинских владеет данной сеткой.

— Да ты шутишь?

— Нет. Говорю, как есть. А ещё на парах Марк сидит прямо за Госпожой.

— Правда? — удивилась Амелия: — Никогда не замечала.

— Хех… Я не удивлена. — улыбнулась помощница: — В общем, Марк у нас из очень состоятельного аристократического рода. С таким лучше дружить.

— Я думаю, что Искандер сам знает, с кем и когда ему дружить. — сухо произнесла Госпожа Симонова и положила к себе в корзину баночку с соусом.

Кстати, проблема была в том, что в одной лавке нельзя было добыть сразу несколько баночек хорошего соуса, качественного филе лосося и прочих ингредиентов. Помощники арбитра хорошенько постарались, чтобы всё перепутать.

К тому же, большая часть торговцев не знала русский язык. Я, вообще, не представлял, что это за народ, и из каких краёв он приехал… Загорелые, сухие и очень крикливые. А ещё всегда улыбались. Особенно, когда видели Амелию и Милу.

С выбором рыбы мы с Коляном, кое-как управились только через сорок минут. И ещё двадцать пять нам потребовалось, чтобы найти оставшиеся ингредиенты надлежащего качества.

Увы, торговцы нам не помогли. Наоборот, пытались заговорить и втюхать всякую дрянь. Мы с Коляном редко участвовали в закупах. Разве что, брали чистящие вещества у мимика Арсена, который притворялся старым закрытым киоском на базе грузовика и пугал пьяных забулдыг по ночам. Поэтому для нас подобное было в новинку. Благо, что мои демонюги научили меня не доверять, кому попало. Да и не кому попало, в принципе, тоже…

В общем, с горем пополам мы справились с поиском ингредиентов и направились готовить.

— Очень хорошо! — Арсений Викторович беглым взглядом окинул наши продукты: — Теперь, дело лишь за малым — сделать хороший гункан.

— За малым? Извините, что вот так интересуюсь… Но в самом начале пути, вы не запинались об рис? — спросил я.

— Искандер… — холодно прошипела Амелия и схватила меня за руку: — Ты что творишь⁈

— Ничего страшного, Госпожа Симонова! Истинный повар должен быть любопытным. — улыбнулся дедок, а затем похлопал меня по плечу: — Рис умудрялся выбешивать меня на протяжении двух лет моей практики. Поэтому, прекрасно понимаю твою боль, мой мальчик! Но не переживай. Если ты захочешь связать свою жизнь с японской кухней, то через некоторое время будешь с улыбкой вспоминать о такой мелочи, как рис…

— Охотно верю.

— Удачи, ребята! Я в вас верю! — Арсений Викторович поднял вверх кулак.

— Да, шеф!

Кстати, почему на кухне в заведениях зачастую отвечают: «Да, шеф!» или «Нет, шеф!»? В Изнанке подобного не было. Да и ресторанами те заведения крайне сложно назвать… Скорее — закусочные. И не более того.

В этом мире всё было устроено иначе. Традиция отвечать на любой вопрос старшего повара: «Да, шеф!» или «Нет, шеф!» пришла из бригадной системы французского шеф-повара Огюста Эскофье.

То есть, там как в армии — строгая иерархия на кухне. Каждый специалист строго на своём цеху и со своим списком обязанностей. Нет текучки между секторами. Всё отлажено и работает, как часовой механизм. Ну, это в идеале.

И именно французская кухня со своей бригадной системой стала основой для большинства ресторанов этого мира. Поэтому, никаких: «Спасибо», «Пожалуйста» и прочих лишних слов. На любые вопросы и директивы отвечать только: «Да, шеф!» или «Нет, шеф!». Таковы правила.

— Смотри не обделайся. — с надменной усмешкой произнесла Амелия, когда мы подошли к кухонным кабинкам с плитами, столами и всей необходимой посудой с кухонной утварью.

— А что? Переживаешь?

— Ни в коем случае. Просто, не люблю брехунов.

— В плане?

— Ты обещал, что подашь блюдо, которое меня не разочарует.

— Ах, вот оно, что? — улыбнулся я: — Кажется, у кого-то есть чувство юмора…

— Представь себе. — Амелия ушла в кабинку и тут же поставила кастрюлю на газовую плиту.

— Чудная она… — тихо произнес Колян: — Но мне кажется, что между вами тает лёд.

— А оно часто так бывает. Когда не знаешь человека — он тебя прям бесит и раздражает. Но стоит познакомиться поближе — так сразу приходит понимание, что на самом-то деле этот парень не так уж и плох. Только вот, я всё равно предпочту держать с Амелией ухо востро.

— Твоё право. — пожав плечами, ответил проводник и так же направился в свою кабинку.

Всё это, конечно, безумно интересно. Но сейчас я с головой ушёл в готовку проклятого риса. Буду счастлив, если Арсений Викторович окажется прав, и через некоторое время этот геморрой превратится для меня в сущий пустяк… Но, а пока — придётся немножечко пострадать.

Тем более, если всё пойдёт по плану, то вечером меня ждёт «десерт». Хе-хе-хе…

— Получается? — Колян выглянул из своей кабинки.

— А как иначе? Не зря же мы с тобой столько времени угрохали на практику.

— Вот и славно! Рис, что надо. Да и рыба тоже.

— У меня были сомнения в нори. Но сейчас я проверил. Всё отлично!

— Это… — глаза Коляна хитро заблестели: — Может, смахнёмся?

— Не вопрос! Только вот, кто будет арбитром?

— Спросим у Арсения Викторовича!

— Не. Он скажет, что это не в его компетенции. Нужен, кто-то сторонний.

— Мила?

— Отличная мысль!

— Тогда… В бой?

— В бой!

Итак, для того, чтобы сделать гункан-спайси мне понадобится полоска нори, комочек риса, филе лосося, нарезанное небольшими кубиками и соус спайси. Кстати, для меня загадка, почему нам не задали сделать его самостоятельно. Ведь по сути — это просто майонез с красной острой добавкой. Но хозяин — барин! Кто я такой, чтобы спорить с арбитром?

Так вот, комочек риса я завернул в полоску нори. Чтобы она внезапно не раскрылась, нам необходимо взять одно зернышко риса и использовать его, как склеивающий элемент.

Затем слегка подравняем то, что получилось. И дело оставалось лишь за малым.

Нарезав свежий лосось на кубики, я смешал его с соусом спайси в отдельной миске, а затем положил в получившуюся корзинку из риса и нори.

Теперь можно попробовать!

Главным отличием гункана от остальных видов суши являлось то, что его, по сути, можно было есть без васаби и соевого соуса. Блюдо вполне самодостаточно! И чтобы его распробовать — не нужны дополнительные усилители вкуса.

А ещё мне очень нравилось то, что гункан можно было целиком отправить в рот. Что я и сделал.

О-о-о-о да! Мы с Коляном не зря угробили столько нервов на разработку идеального риса для суши. Он теплый, слегка клейкий, с идеальным балансом сладости и уксусной кислинки! Рис, это основа. Та самая нежная подушка, которая не перебивает, а лишь подчеркивает главные вкусы.

Листок нори добавляет солоноватый привкус моря и едва уловимую хрусткость, которая приятно контрастирует с мягкостью риса и рыбы.

Что же касается лосося… Вот где начинается истинная магия! Грамотно выбранное филе не просто добавит очков к вкусу блюда. Оно унесёт вас к вершинам вкусового Олимпа! Каждый кусочек свежайшего лосося тает во рту, отдавая свою богатую, маслянистую текстуру и чистый, нежный вкус. Вот она — океаническая свежесть в своём первозданном виде.

А теперь перейдём к главной фишке гункана-спайси. Соус обволакивает каждый ингредиент своей нежной сливочностью. Он не обжигает, а лишь щекочет вкусовые рецепторы приятной остротой, добавляя легкую сладость и сливочную мягкость. Спайси идеально балансирует жирность лосося, делая вкус более многогранным и интригующим!

Да, чёрт возьми! Японец на старом «Скайлайне» в очередной раз продул заезд.

— Ты готов? — поинтересовался я, выглянув из своей кабинки.

Судя по состоянию Коляна — он только что попробовал своё творение и сейчас находился на верхушке вкусового экстаза.

— Понял. Тогда схожу до Милы… Ой.

Увы, соседние кабинки пустовали. Видимо, я настолько увлёкся приготовлением идеального риса для гункана, что даже не заметил, как девчата ушли сдавать блюдо. Шустрые они!

— Так, ладно. Давай просто попробуем друг у друга.

— Я тебя точно уделаю. — усмехнулся Колян: — У меня тут алхимия, дружище! Ещё немного и будет вкусовая магия!

— Ой, не сыпь мне соль на рану…

— Не переживай! Ещё будет время. — проводник показал мне большой палец.

— Ах, если бы… Но с другой стороны — зато я всё делаю честно! Чисто за счёт знаний и практики.

— Хах… А, может быть, так оно и надо?

— Ты это, к чему?

— Ну, мол — ты же хочешь стать шефом. Так? Может быть, суть кулинарии в том, что даже без дара управлять заряженными частицами ты… способен на волшебство?

— Звучит крайне философски. Но я ещё не задумывался об этом с такой стороны.

— Задумайся. У тебя же отлично получается!

— И тем не менее… Повар должен быть любопытным. Забыл?

— Да-да-да… Только, давай не в Харитоновке, ладно? Я готов поддержать тебя во всём. Но даже Амелия говорит, что ей было бы очень стыдно мухлевать.

— Вообще-то, она говорила про свои связи. А магией она и так пользуется, как экстра. Но я тебя услышал.

— Спасибо! Я знал, что ты красавчик!

— Это ты красавчик. — я протянул Коляну деревянную тарелку: — Пробуй!

— И ты. — проводник всучил мне свою.

Дегустация и… Абсолютно тоже самое, что сделал я. Прям точь в точь!

Колян с ужасом посмотрел на меня:

— Как так вышло⁈

— Ну, я думаю, что здесь несколько факторов. Одинаковые ингредиенты. Плюс — мы практиковались вместе.

— Тем не менее, я сделал пять штук. ПЯТЬ ШТУК, пока не довёл всё до идеала. А сколько сделал ты⁈

— Этот — второй…

— Чёрт! Я так и знал! — надулся Колян: — Надо было больше практиковаться… А не ждать, пока ты меня позовёшь. Всё! Будет мне хорошим уроком.

— Не переживай. Мне тоже было сложно.

— Ага… И поэтому ты сделал со второго раза?

— Вообще-то, с первого.

— Аг-р-р-рх!!! — недовольно фыркнул Колян: — Но, ничего страшного. Я стану лучше!

— Обязательно.

Сделав по две штучки для Арсения Викторовича, мы направились сдавать свою работу.

Для понимания — в группе «А» было тридцать пять человек. Сейчас в кабинках трудилось всего восемь, среди которых я заметил Марка, который вновь крайне неодобрительно посмотрел на меня. Видимо остальные всё ещё блуждали по огромному базару в поисках качественных продуктов. А времени до конца испытания оставалось всего шестьдесят минут.

Что ж, буду держать за них «кулачки».

— Уже закончили? — удивился дед и пригладил усы: — Нет, вы, конечно, не самые первые… Но Госпожа Симонова и Госпожа Жданова были всего на двадцать минут быстрее.

— Знаете, для заведения это критическое время. — вздохнул я.

— Не расстраивайся, Искандер! Это не соревнование на скорость. Да, здесь важно уложиться в три часа. Но самое главное — это найти продукты и приготовить блюдо. Так! Попробуем. — Арсений Викторович продегустировал порцию Николая, а затем сразу же мою: — Это высший балл! Просто восхитительно! Однако… Если бы я не наблюдал за вами со своего поста, то подумал бы… Что это приготовил один человек. Откуда вы, ребята? Давно дружите?

— О, мы поступили только в сентябре. Сразу на первый курс академии.

— ЧТО⁈ — дед явно не поверил своим ушам: — Искандер… мальчик мой… Я не ослышался? Вы правда поступили… с улицы?

— Ага.

— Мне страшно представить, что у вас за Кланы… Как вы смогли пройти вступительный экзамен? Неужели ваши родители, как-то повлияли на Господина Симонова?

— Вообще-то, мы сироты.

— Эм-м-м…

— Но мы пришли по направлению от Дяди Рубена.

— А-а-а-а-а! Рубен. — улыбнулся Арсений Викторович: — Да-да-да… Тот ещё непоседа! Помню, когда он только-только поступил в гимназию. Я тогда учился на втором курсе академии. Талантливый парень! Удивлял и своих одноклассников, и учителей. Слышал, он открыл свой небольшой ресторанчик в Москве?

— Да. Мы стажировались там два года прежде, чем поступить.

— Теперь понятно. Кто принимал экзамен? Опять Дима Коновалов? Очень приятный юноша!

— Да. Юноша… — я сразу вспомнил седую голову Профессора: — Однако, экзамен принимала Госпожа Симонова.

Улыбка тут же пропала с лица деда.

— Амелия?

— Ага. Мы с Николаем единственные, кто прошли.

— Я… понял. Спасибо. — Арсений Викторович сперва глубоко задумался, а затем снова улыбнулся: — Интересный у вас курс, ребята. Будет очень занятно наблюдать за вашими дальнейшими успехами!

— Да, шеф!

— А теперь — возвращайтесь к фуникулёру. Найдите там Госпожу Симонову и отправляйтесь с ней обратно в «Альпину». Она у нас тоже, что-то вроде ответственного лица за студентов.

— Да, шеф! — мы попрощались с дедом и направились к посадочной площадке.

— Как думаешь, чего он так подвис, когда услышал про экзамен? — тихо спросил Колян.

— Самому интересно.

В этот момент мой коммуникатор завибрировал в кармане.

О! Сообщение от Серёжи, который всё это время следил за моей красноволосой музой, поскольку она отправилась на испытание вместе с его группой.

От кого: Серега Дент

Сообщение: Индивидуальная купальня «С» в акватории. В 20:00! Не упусти шанс!

Отлично. А вот и «десерт»!

— Почему люди испытывают стеснение и чувство максимального дискомфорта, когда другие видят их без одежды? — Колян вновь превратился в философа, когда мы всё той же компанией спускались на фуникулёре обратно к курортному комплексу: — Если так подумать, то это же глупо! Природа задумала нас, как существ без одежды. Так, откуда это стеснение и дискомфорт?

— Темы у тебя, конечно… — обречённо вздохнула Амелия. Увы, мы все в этой «подводной лодке». Поэтому придётся потерпеть.

— Ну, а что? Лично меня всегда волнует всякое разное. Повар должен быть любопытным.

— Хм-м… — а вот Мила серьёзно задумалась: — Я считаю, что это поведенческий паттерн, который был сформирован обществом. Иначе говоря — наше воспитание. То есть, наши предки ходили в одежде. И мы сами точно также всегда ходим в одежде. Исключение — это баня, душ, ванна и сон.

— Погоди… — Колян выпучил глаза: — То есть, ты спишь голой⁈

— Почему? Я имела в виду других людей… — возмутилась Госпожа Секретарочка: — Я слышала, что такие существуют. Им не нравится спать в одежде. Правда… Как мне кажется — это не совсем гигиенично.

— Так! Мы отклонились от темы! Вот, к примеру, Дерек. Что ты почувствуешь, если тебя увидят без одежды? — поинтересовался проводник.

— Ничего. Мне, как-то по барабану.

— Вот! Ответ истинного мужика! Но я… наверное, буду слегка смущён. Хотя, кому я вру? Я буду очень сильно смущён. И даже не смогу объяснить себе, почему…

— Одежда — наша броня. — сухо произнесла Амелия: — Наша защита… Ширма, которая может прикрыть наши несовершенства. Одежда скрывает от глаз нечто интимное… То, что кому попало не покажешь. У аристократов есть свои нюансы. К примеру, у нашего рода принято обнажаться только перед тем, с кем готов связать свою судьбу. Это очень важный момент. И если парень увидит меня без одежды, значит мы автоматически обручимся.

— Погодите, Госпожа Симонова! А если это произойдёт случайно? — уточнил Колян.

— Никаких «случайно» быть не может. Обнажённое тело девушки — это нечто сокровенное. Очень личное! Предстать перед человеком без одежды — символично означает раскрыться полностью. Открыть свою душу. Открыть всю себя перед тем, с кем ты разделишь свой путь.

— Но, что если вас всё-таки увидят обнажённой? Всякое в жизни бывает.

— Не бывает.

— Проявите чуточку фантазии!

— Не хочу.

— Самую малость…

— Ох… То есть, иначе ты не отстанешь? Хорошо. Я скажу тебе. Если хоть один парень посмеет увидеть меня без одежды — я тут же его прикончу. Вот этими самыми руками. Такой ответ тебя устроит, Николай?

— В целом, да…

— Как-то слишком серьёзно. Не находишь? — я вытащил из кармана коннектор. О! Все из «Полярной совы» — прошли. Отлично!

— В этом и есть основное отличие между мной и тобой. — ледяным тоном ответила Амелия и отвернулась к окну: — Для тебя тело — не более, чем твоя оболочка. А для меня — нечто сокровенное и личное. Посвящать в такой интим, кого попало для меня — не приемлемо. Это предательство самой себя.

— Да-да… Целомудрие из тебя так и прёт.

Почему-то, после моих слов Госпожа Секретарочка, как-то странно хихикнула, за что сразу получила крайне презрительный зырк от Королевы.

— Не хочу быть ханжой, но меня раздражает современное общество в плане своей невоспитанности. — Амелия медленно перевела взгляд на меня: — И несдержанности. Социальные сети кишат откровенными фотографиями. Современные девушки считают это нормой. Они уже давно превратили своё тело в рабочий инструмент. Но… продавать себя… это отвратительно! Они калечат свою душу. И лишают себя шанса на здоровое и светлое будущее.

— Каждому своё. — пожав плечами, ответил я: — Если они не умеют работать иначе, то почему бы и нет? К тому же, они это делают, чтобы радовать людей. Между прочим, мы, как повара — тоже радуем людей. Только, несколько иначе…

— Ты обучаешься благородной профессии. Ты будешь спасать человеческие души при помощи еды. Будешь творить историю пищевой промышленности! Так что — даже не вздумай сравнивать себя с ними. — кажется, Госпожа Симонова начала злиться. Интересно, что именно её так выбесило? Неужели она настолько не любит девочек-моделей из сети?

— Просто говорю, что мы стараемся ради одной цели. Вот и всё.

— Скажи-ка мне, Искандер… — Амелия вновь внимательно посмотрела на меня: — К чему ты стремишься?

— Стать крутым шефом, как и все мы.

— Нет… Я не про твой выпуск из Харитоновки. Я про твою жизнь. К чему ты стремишься?

— Хочу продолжать готовить и радовать людей. Это простое, но лично для меня — крайне интимное желание.

— Тебя ограничивали?

— Конечно! Всю мою жизнь. — с легкой иронией ответил я: — Но сейчас я счастлив. Дядя Рубен подарил нам с Коляном уникальную возможность. И я хочу выжать из неё всё!

— К чему ты идёшь?

— К ресторану.

— Что будешь готовить?

— Мясо. Очень хочу мраморную говядину!

— И всего-то? — Амелия позволила себе разочарованную усмешку: — Знаешь, из Харитоновки выходят люди, которые кормят Государей всей планеты.

— И что с того?

— А ты хочешь открыть, по сути — стейк-хаус…

— И что с того?

— Жарить мясо… Это не тот уровень искусства, ради которого люди идут в Харитоновку, поставив на кон всё.

— И что с того?

— И что с того… И что с того… Ты так и будешь продолжать?

— Да. Потому что, я не понимаю твоего разочарования. Не то, чтобы для меня это было важно… Просто, не понимаю. И всё тут.

— Ох… — Амелия обречённо вздохнула: — Я знаю десятки примеров талантливых шефов, которые променяли свою жизнь на забегаловку. Меня подобное ранит.

— Послушай. У каждого человека или визитёра — свой собственный путь. И говорить, что тебя ранит выбор другого повара — это тоже самое, что переживать об извержении вулкана или очередном землетрясении. То есть, это процесс, на который ты никак не сможешь повлиять. К тому же, давай разберёмся. Что именно тебя ранит?

— Что талантливый повар разменивает свои навыки, возможности… Свой БЕЗГРАНИЧНЫЙ талант на нишевую кухню. Это несправедливо! Это, как если бы ты использовал арабского жеребца, чтобы пахать на нём в поле.

— Почему ты ставишь задачу выше самого жеребца?

— Не поняла.

— Жизнь — очень хрупкая и уникальная вещь. Она у тебя всего одна. Кто-то находит себя в вере. Кто-то углубляется в поиски жизненного смысла или науку. А лично я считаю, что жизнь дана тебе, чтобы прожить её с кайфом. То есть — быть счастливым. Разве же это не достойная цель?

— Я всё равно не понимаю, к чему ты клонишь?

— К тому, что в первую очередь надо всегда спрашивать у жеребца — чего именно он хочет? Хочет ли он пахать поле или же выступать на подиумах? Может быть, именно поле сделает его по-настоящему счастливым… Кто знает?

— То есть, ты хочешь сказать… Что все потраченные ресурсы в Харитоновке — совсем ничего не значат?

— Значат. Но повторюсь — все эти старания, ничего не стоят, если не делают тебя счастливой. Вот, к примеру, я счастлив! По-настоящему. Без каких-либо приукрашиваний и нюансов. Счастлив, потому что, в большинстве своём — меня окружают хорошие ребята. Потому что, занимаюсь тем, что люблю всем сердцем и душой. Счастлив, потому что светит солнце! И потому что, в этой кабинке есть кондей. Я радуюсь любой мелочи и стараюсь быть счастливым просто потому, что раньше у меня не было ни-че-го. И мне плевать, сколько ресурсов будет положено в Харитоновке. Если это не сделает меня счастливым — всё без толку.

— Очередная пропасть между нами. — хмыкнула Амелия и отвернулась: — А как же долг перед обществом?

— Не припомню, чтобы брал у общества что-либо… Тем более, в долг.

— Ты смотришь на жизнь, как эгоист.

— Как человек. У меня было много лишений. Я «воевал» по обе стороны баррикад. И теперь знаю, чего хочу. Харитоновка даёт невероятный опыт. Возможность, которую тебе точно не получить ни в одной другой кулинарной академии. Но как распоряжаться этими знаниями — решать исключительно мне.

— Ты говоришь один в один, как… — Госпожа Симонова тут же осеклась: — Впрочем, это неважно. Ты прав, Искандер. Каждому своё.

Поведение Амелии становилось всё больше непонятным. У меня создавалось впечатление, словно её кто-то очень сильно задел. Кто-то из Харитоновки. Кто-то очень талантливый, но променявший все звёзды Мишлен на обычную… шашлычку?

Что⁈

Да нет… Просто совпадение. Рубен тут явно не причём.

Она, конечно, его упоминала, когда мы с Коляном проходили вступительный экзамен. Но, как-то уж больно вскользь. Да ещё и в негативном контексте.

Это я уже просто пытаюсь притянуть за уши любую информацию, чтобы глобус влез в сову.

Уху!

Мила и Колян с беспокойством поглядывали на нас с Амелией. А мы же просто отвернулись друг от друга. Я не психолог, чтобы лечить или переубеждать кого-либо. Если для Амелии готовка — не более, чем «долг перед обществом», то мне её искренне жаль. Ведь лично для нас с Коляном — это не просто творчество, а ещё и хороший способ, как следует повеселиться!

Кстати, надо будет, как-нибудь поймать Амелию и заставить попробовать «продолжение». Причём для такого стоит серьёзно заморочиться, чтобы получилась адская мерзость.

Жаренные гребешки под брусничным соусом? Хм-м… Надо попробовать.

— Ребят… — Колян снова не смог выдержать всепоглощающую тишину: — Я понял, про что мы должны поговорить!

— Ох… Опять⁈ — Амелия очень недовольно посмотрела на проводника: — Николай, а ты в курсе, что молчание — золото?

— Только не в данной ситуации! Дядя Рубен всегда говорил, что молчать в обществе красивых девчонок — моветон.

— Это не про нас…

— Про вас! У меня язык не повернётся назвать вас некрасивыми. Вы — потрясающие! Поэтому…

— Я готова побыть уродиной. Николай… Правда. Я не обижусь.

— Нет уж! Вы с Искандером обязательно должны подружиться! Госпожа Симонова, вы так рьяно прячете свою улыбку… Скажите, чем мой друг вас не устроил?

— Устроил абсолютно всем. Честно…

— А вот не верю! Молчание — враг хорошего настроения!

— Вот, вообще, не враг…

— Поэтому, давайте обсудим, что-нибудь интересное. Например, токарно-производственный станок право-левого типа ЗКТ четыреста пятьдесят девять версии три!

— Господи…

В итоге, Амелия вылетела из кабины фуникулёра, как пробка из бутылки шампанского. Мне было очень уморительно наблюдать за тем, как нервы местной Королевы начинают накалятся.

Но Колян, конечно, красавчик. Он умел поднимать настроение в самый сложный момент.

Особенно, когда мы узнали, что кроме нас из группы «А» прошли лишь Пинский и ещё два человека.

— Охренеть… — ужаснулся Колян, когда мы обходили гигантский лабиринт из двухэтажных автобусов Харитоновки: — Выходит, из группы «А» исключили двадцать восемь человек⁈ Же-е-е-е-есть…

— Японская кухня. Что ты хотел? Мне теперь очень любопытно, что было у остальных групп? И самое интересное — сколько человек прошло дальше?

— Но если у всех остальных такое же соотношение прошедших и исключенных — это уже «Голодные игры», какие-то. Просто… Поднимать в воздух два «Можайских», чтобы исключить восемьдесят процентов нашего потока — сомнительная затея.

— Кузня талантов, мать её!

«Можайский А550» или как его называли иностранные специалисты: «Объект 891011 „Тигровая Акула“» — чёртова здоровенная стальная птица, вмещающая в себе чуть больше пятисот человек. Обычно такие самолёты использовали для межконтинентальных перелётов, но это же Харитоновка! Они могут позволить себе оплатить частный перелёт на подобной махине из Москвы до Сочи.

Хороший понт — дороже денег!

А ещё пятнадцать двухэтажных автобусов. Страшно представить, сколько по деньгам вышел трансфер студентов. И мне очень интересно, как все исключенные поедут обратно? Доживут оставшиеся дни отборочного тура вместе с нами, или их всех выставят с чемоданами уже сегодня?

Это я к тому, что поддержки спонсоров и заработка с трансляции в сети явно недостаточно для того, чтобы обслуживать столько студентов и мероприятий. А спрашивать Амелию в лоб мне было, как-то не очень.

— Эй! Пацаны! — раздался звонкий приятный голосок: — Пацаны! Чего такие кислые? Хотите охладиться?

— Кто здесь⁈ — Колян начал оглядываться по сторонам.

— Да тут я! — перед нами появилась миниатюрная фея. Прямо, как в сказках! Рост со спичечный коробок. И маленькие крылышки, как у бабочки. Одета она была в синий костюм типичной мороженщицы: — Дынное мороженое! Это вам не фруктовый лёд. Это ИСТИННЫЙ пломбир со вкусом дыни!

— По чем? — поинтересовался я.

— Два рубля за стаканчик.

— Хрена себе цены! — возмутился Колян.

— Курорт. Что вы хотели? Но оно того стоит! Я вас уверяю!

— Ла-а-адно… Давай попробуем! Тем более… Это ж фея предлагает!

— Хорошо.

— Супер! — мелочь повела нас в сторону небольшого ларька, который как раз находился за лабиринтом из автобусов.

За прилавком сидел волколак — здоровенный антропоморфный волчара, который явно умирал от жары. Раскинув огромные лапы в джинсовых шортиках, он всячески пытался попасть под небольшую тень от козырька.

— Боря! Мать твою! Ты что, спишь⁈ — фея с размаху врезалась в плечо здоровяка, от чего тот резко подпрыгнул.

— Не-не-не… Сижу. Работаю. Вспоминаю, где фургон оставил.

— Да забудь ты уже про свой фургон! Нет его. И никогда не было!

— А вот и был!

— НЕ БЫЛО! И ТОЧКА! Я сейчас тебя поджарю, если немедленно не обслужишь наших гостей!

— О… — волколак лениво поднялся, но довольно ловко сделал для нас две порции мороженого: — Приятного!

— Спасибо. — я положил четыре монеты на прилавок: — Вы от отеля?

— А как же… Господин Симонов принимает на подработку всяких. — поёжилась фея и села на кассу: — Но лично я всегда была против.

— Ой, не ворчи. — отмахнулся волколак и вновь пристроился на стул: — Был бы мой фургон на месте… Я бы уже на Мальдивы свалил.

— Извините, а что за фургон? — уточнил Колян.

— Там волшебный газ… В общем, крышка мне, если этот фургон не найду. После работы опять пойду искать.

— Ой, да какой фургон⁈ — возмутилась фея: — Не слушайте вы этого алкаша! Бухал на берегу, пока жена из дома не выгнала… Вот и припёрся сюда от безысходности! Он даже спит в этом ларьке! Фу! Псина…

— Вот найду я свой фургон… Выкуплю весь этот ларёк и тебя вместе с ним. Будешь у меня в банке сидеть!

— Да-да-да… Мечтай! — хмыкнула мелочь и поднялась в воздух: — Ладно, пацаны! Приятного аппетита. Мне нужно дальше клиентов зазывать… А мороженое у нас одно из лучших на всех трёх комплексах! Вы не пожалеете.

— Спасибо.

Попрощавшись со странной парочкой, мы с Коляном всё же решили продегустировать.

И это был удар… Мощный сладкий прохладный удар от дыни!

— Чемпионат «Смертельная битва»! — прокричал пролетевший мимо меня холодильник с обнажённой катаной: — Пускай победит сильнейший!!! Морозило! Выходи!

Ко мне на ринг медленно вышел Саб-Зиро. Только вместе головы у него красовалась дыня с глазами и ртом. Хоть бы каноничную маску напялил ради приличия!

— Мой клан страдал слишком долго… — тихо прохрипел он: — Я больше не могу ждать!

— МОРОЗИЛО!!! ОТФИНИШИРУЙ ЕГО!!! — заорал холодильник с катаной.

Ох, какой же это был потрясающий удар… Как будто, я реально попробовал дыню. Только очень холодную, ароматную и сладкую. Максимально насыщенный вкус, от которого можно было легко впасть в зависимость.

Зайдя в отель под кондиционер, мы с Коляном развалились на диванчике.

— Ка-а-а-а-а-айф… — выдохнул он: — Это не мороженое, а настоящая дынная бомба!

— Я бы сказал — дынный удар… Такая мощная и резкая свежесть! Как думаешь, они используют сироп?

— Возможно, там просто дынный концентрат. Но секрет они нам вряд ли расскажут.

— Завтра надо будет взять ещё.

— Я только «за»! Кстати… — Колян осторожно оглянулся и тихо спросил: — Ты веришь в эту историю с фургоном?

— Честно говоря — даже не размышлял над этим…

— Ребята!!! — к нам подбежали Зиночка, Наташа и Настюша: — У нас получилось!!!

— Так… — я с ужасом взглянул на нашу рыжую специалистку по дичи, которая вся была заляпана кровью и теперь напоминала типичную героиню из старого японского хоррора: — Что с вами случилось⁈

— Полная жопа… — насупилась миниатюрная бухгалтерша и недовольно скрестила руки на груди: — Нас заставили носиться по горам в поисках домашней птицы и кроликов! Мы с девчатами напоролись на ферму с гусями и утками… Не то, чтобы мне было противно… Но лично я крайне негативно отношусь к убийству любых животных. Да, такая вот я лицемерка! Есть люблю. Убивать ненавижу…

— И что же вы сделали?

— Настя включила режим «Хищника», когда мы зашли в вольер к гусям. Увы… Двум птицам пришлось лишиться головы. — скорбно вздохнула Наташа.

— Да что вы такие кислые? — возмутился наш кровавый рыжик: — Я же всё сделала быстро! Даже подержать вас не просила. Чик! И всё. Никаких проблем.

Сразу же вспомнились все эти истории из «весёлого детства» у некоторых пользователей всемирной сети. Мол, сейчас все взрослые бегают за детьми и вытирают им попу, да стараются оградить от ужасов медиа. А предыдущее поколение, которое ездило к бабушкам и дедушкам в загородные дома — зачастую становились свидетелями жутких картин по уничтожению домашней птицы и скота.

— Это было кошмарно… Но с другой стороны — надо привыкать. — пожав плечами, ответила Зиночка: — Причём, рыбу я разделываю без напряга. А курица и утка доходили до меня уже без органов, головы и перьев. В общем, у нас открылась очередная сторона медали. Но, что мы всё о нас? Расскажите, что было с вами?

— Делали гунканы. — спокойно ответил Колян.

— ЧТО⁇!!?! — возмущению Наташи не было предела: — Какие, к чёрту, гунканы⁈

— Вообще-то, для них надо было найти продукты на базаре, где тебя постоянно отвлекали. Так что, у нас тоже был небольшой геморрой. К тому же, вы все помните, что японская кухня — это жесть.

— О, да! Одна ошибка и ты ошибся. — согласилась наша специалистка по «виноградному соку».

— Если бы не Амелия с Милой, то мы с Дереком были бы первыми, кто справился с заданием! — похвастался Колян.

— А вы что хотели? Она не просто экстра и главный дегустатор академии. Госпожа Симонова ещё и первоклассный повар, который вот-вот покорит Совет Элит!

— Поберегись! — к нам протолкнулся Валёк, придерживающий Серёжу за плечо. Очкарик выглядел совсем бледным… Будто пережил все ужасы кулинарной войны. Но больше всего меня смущало то, что одежда на нём буквально была насквозь промокшей.

— Что случилось? — удивилась Зиночка, глядя на то, как Серёжа медленно обмяк на лавке.

— Нашу группу заставили сделать марш-бросок на два с половиной километра… Потом мы рыбачили. Я совершенно случайно увидел лодку… — Валёк виновато опустил взгляд: — В общем, мы выплыли на середину реки. А на соседнем берегу охотился, кто-то из местных. Серёжа услышал выстрелы…

— По мне стреляли! Я клянусь!!! — выдохнул он, содрогаясь на лавке.

— То есть… Как ты понял, что именно по тебе? — уточнил я: — Ты видел пули или дробь?

— Не видел, но у меня было такое ощущение… Говорю же! И по мне стреляли! И я упал в реку… Ужасно! Просто, ужасно…

— Но главное то, что мы поймали две жирные форели и справились с заданием. — заключил Валёк: — Однако, это было… немножко страшно.

— Немножко⁈ — Серёжа хотел подняться, чтобы поспорить, но силы быстро покинули его: — Нам обещали, что в отборочном туре придётся проявлять смекалку, а не заниматься выживанием и рыбалкой!!! Я аристократ, а не чёртов Беар Грилс!!!

— Не переживай, друг. Всё уже закончилось! — Валёк похлопал «выжившего» по плечу: — Сейчас нам объявят результаты и отправят на заслуженный отдых. Выспишься, как следует! Отдохнёшь.

— Знаешь, Валентин… Я, конечно, мог представить, что Дерек будет свистеть. Ну, или Коля на худой конец. Но ты… Я и не думал, что ты настолько лживый говнюк! — нахмурился Серёжа.

— Значит… Ты уже всё знаешь. — Валёк хитро улыбнулся: — Что ж, в таком случае — мне же легче. А главное — не придётся тебя уговаривать.

— ЧТО⁈ Нет. Я не позволю! Я не даю никакого разрешения на очередную тусу в моем номере!!!

— Погоди. О чём это он? — уточнил Колян.

— Как это? Вам ещё не сказали? — удивился Валёк: — «Бронзовая ночь» отборочного тура. Чествование тех, кто прошёл в первый день. А также, мы должны отдадать дань памяти тем, кого «отсеяли»! Это священная традиция!

— Погоди… А в чём суть этой традиции? — что-то в мою голову начали закрадываться нехорошие подозрения.

— А что делают восемнадцатилетние мальчики и девочки, когда остаются на ночь в дорогущем отеле? — Валёк хитро заиграл бровками.

— Мне страшно представить… Говори напрямую!

— Пиво. Вино. Игристое. Коктейли… М-м-м!

— Вы хотите бухенвалить⁈

— Не то слово! — торжественно ответил Валёк.

— Я отказываюсь принимать в этом участие. — строго заявила Зиночка.

— И я тоже! — кивнула Настюша: — Наташ, а ты… Наташа⁈

— Ну… — наша специалистка по лучшему суслу тут же смущённо покраснела: — Не то, чтобы я прям дико хочу. Но надо контролировать Серёжу, чтобы ему опять не подсунули спиртное… Не хотелось бы выпускать Чёрного Сергея вне «Полярной совы»…

— Ты с ума сошла⁈ — возмутилась Зиночка: — Эти прохвосты тебя обманут! Они поставят тебе лучший «виноградный сок»! Это опасно… Очень опасно! Я против!

— Девчат… Вы идите… — прокряхтел Серёжа, едва не рухнув на пол: — Я, как-нибудь, справлюсь. К тому же, со мной будут Дерек и Коля… На них можно положиться!

— Дерек и Коля сами тебе ещё и нальют. Нет уж! Я буду за тобой следить. — Наташа изо всех сил пыталась оправдать своё желание «влиться» в вечерний коллектив.

— Зин… — Настя вытерла со лба кровь платочком: — Может, ну его? Наташку жалко!

— Знаете, что я вам скажу? — нахмурилась миниатюрная бухгалтерша: — Если, хоть кто-нибудь из вас проболтается Изольде, что я согласилась во всем этом участвовать…

— Мы — могила! — обрадовалась Наташа.

— Замётано! Ох… Когда там уже эти арбитры выйдут? Я жуть, как хочу в душ после всех этих хлевов и вольеров…

— Студенты! Минуточку внимания! — к нам в холл вышла строго вида девушка. Одета она была в деловой костюм. Иссиня-чёрные волосы заделаны в длинный конский хвост. А темно-красные глазки крайне недобро сканировали всех, кто выжил: — Меня зовут Хелена Новикова! И на данный момент я являюсь директором курортного комплекса «Альпина». Спешу сообщить, что вас осталось восемьсот двадцать четыре человека! То есть, более ста пятидесяти студентов уже собирают чемоданы и отправляются домой.

О, так не страшно. Я ожидал, что вылетевших будет больше. Видимо, японская кухня реально один из самых опасных противников.

— Это не хорошо и не плохо. Просто констатация факта! Ваша задача продержаться здесь три отборочных дня. Ваше первое задание подошло к концу! И у вас будет шестьдесят минут, чтобы приготовиться к следующему.

— Что⁈ — из толпы студентов тут же начали доноситься возмущённые возгласы: — Как так⁈ Мы бегали по горам половину дня!

— Шеф — это не просто человек, который умеет вкусно готовить. Шеф — это тот, кто умеет грамотно распределять свои силы. Через шестьдесят минут мы будем ждать вас в нашем лобби-баре! Вам необходимо приготовить ужин для всего обслуживающего персонала и их родственников. Это не просьба. И не одолжение! Это ваше второе задание. Все, кто завалит его — так же отправятся домой! Всем понятно?

— Да, шеф!!! — хором ответили студенты.

— Время вашего перерыва пошло.

И опять суета… Все начали бегать. Орать. Истерить. В общем, ребятишки вновь позабыли, что они аристократы.

Подняв рядового Серёжу за плечи, мы медленно направились в сторону лестницы. Ждать, пока шестьсот человек благополучно свалит наверх через четыре небольших лифта — сомнительное удовольствие.

А мне главное не упустить свой «десерт» после приготовления ужина…

— Вы готовы, дети? — Колян выглядел слегка уставшим, когда мы спустились в лобби перед ужином.

— Что ты рассчитываешь услышать в ответ? — поинтересовалась Амелия.

— Как, что? Так точно, капитан! Что же ещё?

— Мы не на корабле. Да и на капитана ты не сильно похож.

— Порой вы такая бука… — обречённо вздохнул Колян.

— Я такая, какая есть. И точка. — сухо ответила Госпожа Симонова и подошла к красивому деревцу, на котором висели разноцветные ленточки: — Это что такое? Раньше я его здесь не видела…

— Это декоративный лимон Василий. — пояснила Мила: — Говорят, его посадила ваша мама. Кто-то пустил слух, что одной из её уникальных способностей является передача волшебных свойств растениям. Мол, теперь Василий исполняет желания, подобно джину из сказок. Стоит только прошептать, что хочешь и обвязать ленточку вокруг одной из его веточек. Сперва местный персонал всё это делал по приколу… А затем туристы подключились. Вот, теперь Василий выглядит не хуже, чем новогодняя елка!

— Какая чушь. — вздохнула Амелия: — Экстры не могут наделять волшебными свойствами растения. По крайней мере, учеными подобные случаи точно не зарегистрированы.

— Так ведь, дело же не в ученых. — улыбнулся я: — Всем хочется верить в чудо! Неважно, насколько история правдива. Но говорят, что когда загадываешь то, что искренне желаешь всем сердцем — вся Вселенная концентрируется, чтобы помочь тебе.

— И всё равно — это даже звучит странно. Мы чувствуем вкусы глубже людей. Слышим запахи чётче людей. Видим больше оттенков красок, чем люди. А вот лимоны экстры не зачаровывают.

— Ты просто не понимаешь. Люди любят сказки. А ещё людям всегда нужна надежда. — ответил я, и сорвав со специальной катушки ленточку, перевязал её вокруг веточки: — Хочу разобраться со всеми проблемами и продолжать наслаждаться жизнью…

— Глупости. — фыркнула Амелия и отвернулась.

Относительно небольшое лобби постепенно заполнилось студентами. Нас всех опять разделили на прежние группы. Правда, я бы назвал наше миниатюрное объединение: «отрядом выживших».

— Группа «А»! — властным тоном произнесла Госпожа Новикова: — Ко мне! ЖИВО!!!

Мы с Коляном, Амелией, Милой, Пинским и ещё парочкой девчат быстро подбежали к директору «Альпины».

— Значит так. — наша новая начальница с хлёстким ударом положила на столик меню: — Ваша группа… А вернее — то, что от неё осталось, будет готовить ужин для стола номер шесть. В вашем меню сегодня альтернативный стейк. Зелёная спаржа. И запечённый картофель. Вам необходимо подать тридцать пять порций на шведский стол. КАЖДОМУ! Время на приготовление — час и тридцать пять минут. ПОЕХАЛИ!

Отлично. Если сейчас половина седьмого, значит в моём распоряжении примерно пятьдесят минут, чтобы со всем управиться. Затем нужно добежать до номера, взять все необходимые принадлежности, и на всей скорости лететь в акваторию. У меня, как раз есть шанс успеть к своему «десерту»!

А что же касается «бронзовой ночи» — ребята вполне могут начать и без меня.

— «Пиканья»⁈ Они серьёзно⁈ — разочарованно произнесла одна из девчонок: — Как подобным отрубом можно кормить людей?

— Легко и просто. — прорычала Хелена: — Я лично проверю ваше мастерство. И учтите! Если накосячите — будете переделывать. Всем понятно⁈

— Да, шеф!

— А теперь — ЗА РАБОТУ!!!

Итак, пиканья — это срез с верхней части бедра у бычка. Впростонародии — кострец. Этот стейк является одним из самых популярных блюд Латинской Америки.

Правда, они делают из него рулет на шампуре, а затем срезают тонкими кусочками, как курицу с гриля для шаурмы.

Нам же предстоит приготовить по тридцать пять стейков каждому. Кто-то скажет, что работа плевая. Мол, ничего сложного в приготовлении! Но на самом деле, и здесь притаился дьявол, который обожает мелкие детали.

Пиканью «Блэк Ангус» можно найти в любом сетевом магазине. И это будет вполне неплохой альтернативный стейк со здоровенной прослойкой жира. Однако, чтобы его грамотно пожарить — придётся игнорировать то, что пишут на упаковках. И самое главное — игнорировать сетевых узловиков, которые обожают вешать лапшу на уши ради просмотров.

Стейк, а особенно, если речь идёт про альтернативный отруб, дело крайне специфическое и требует к себе отдельного внимания.

Стоит забыть про время. Про измерение «мягкости» или «готовности» стейка по подушечкам пальцев или ладони. Это всё, в большинстве своём — бред. Почему? Да, потому что структура мышц в теле у всех разная.

Кто-то жилистый и твёрдый. Кто-то дряхлый и мягкий. В общем, смысла в этом нет.

Тогда, что же делать? Как не превратить бедный стейк в «подошву»?

Конечно же, разрезать с краю. И получить таких звездюлей от шефа, что мало не покажется.

НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ. НЕЛЬЗЯ. РЕЗАТЬ. СТЕЙК!!!

Пускай этим занимается гость.

А чтобы пиканья получилась вкусной, сперва необходимо её посолить и выдержать пару часов при комнатной температуре. Благо, что местные повара уже позаботились о мясе.

Всё дело в том, что соль вытягивает мясной сок. И если подержать кусочек при комнатной температуре около часа — можно будет заметить красные лужицы рассола на поверхности пиканьи. Такое трогать нельзя! Сок должен впитаться обратно в кусок. В противном случае — придётся жевать отвратительную подошву.

Поэтому подготовка мяса — такой же важный момент, как и сама прожарка!

— Смирнов! — внезапно рявкнула Госпожа Новикова.

— Да, шеф!

— Расскажи про подготовительную работу с пиканьей!

— Да, шеф! — отозвался Колян, быстро выставляя сковородки на газовую плиту: — Прежде, чем начать готовить — я промокну все куски бумажным полотенцем. Затем посолю. Добавлю черного перца среднего помола. Оставлю на пару часов при комнатной температуре.

— Почему именно среднего, а не большого⁈

— Во-первых, потому что большой помол испортит текстуру блюда. Куски горелого перца будут попадаться на языке. Это неприятно! Во-вторых, потому что большие куски перца создадут искусственную воздушную прослойку, и мясо не будет контактировать с поверхностью сковороды. А основной вкус в корочке!

— Слышала, Семенихина? — Хелен злобно зыркнула на одну из девчонок нашей группы: — Уволена!

— Простите… Я переделаю… — тут же затараторила бедолага, едва не уронив сковороду себе на ноги.

— Ты плохо слышишь?

— Но… Вы же упоминали в самом начале, что можно будет переделать…

— ТЫ ПОРТИШЬ МОЁ МЯСО!!! Если бы ты допустила любую другую ошибку — то я бы ещё закрыла глаза. Но ты возмутилась тому, что будет пиканья. Следовательно — ты не знаешь, как её готовить. А это, между прочим, проходят в ГИМНАЗИИ!

— Но… Я же…

— Повар должен уметь адаптироваться. К тому же, ты могла спросить у меня на крайний случай! Но вместо этого, ты просто начала крошить огромные куски перца на мясо. Ты некомпетентный сотрудник. Харитоновке такие не нужны! Вон.

— П… Простите… — окончательно сникнув, девчонка быстро выбежала из нашего кухонного отсека.

С одной стороны — жестоко. Мне захотелось немного приспустить Новикову с небес на землю. Однако, с другой стороны, пиканья — далеко не самый сложный стейк. И если уж Семенихина смогла пройти испытание с гунканами, то не должна была завалить этот ужин.

— Не надо хмуриться, Цареградцев. — холодно произнесла Хелена и подошла вплотную ко мне: — Ты пришёл из общепита, где за подобные ошибки точно так же выкидывают.

— Да, шеф.

— Повар должен быть собран и уметь адаптироваться к любой ситуации. Если возник вопрос — всегда можно спросить у старшего. Или ты считаешь иначе, Цареградцев?

— Нет, шеф.

— А ты чего уставился, Пинский? — Новикова жутко зыркнула на моего соседа по плите: — Тебя тоже, чего-то не устраивает? Шевелись!

— Есть!

— Запомните раз и навсегда! Шеф на кухне — ваш царь и Бог! Вы строго подчиняетесь его приказам. Выше него может быть только бренд-шеф. Но он редко опускается до обычных работяг вроде вас. Поэтому внимательно слушайте своего шефа! И если он, кого-то выгоняет — значит так тому и быть. Запомните, что у нас нет цели выгнать всех студентов! Харитоновка — это кузня талантов. И здесь ВСЕГДА выживает СИЛЬНЕЙШИЙ! Всем понятно?

— Да, шеф!

— Продолжайте работу. Шевелитесь!

Мы с Коляном тут же переглянусь. Это ж чёртов Сержант Хартман из «Цельнометаллической оболочки», только в юбке. И симпатичная. Я бы даже сказал, очень даже вызывающая. Некоторые строгие девчата были крайне прекрасны в гневе.

Но лично эту особу хотелось поймать и заставить попробовать все «продолжения». Желательно — с самого начала нашей деятельности.

Чисто так — для профилактики! Даже невзирая на то, что мы привыкли к ору со стороны старших поваров ещё в «Шашлычке».

— Жданова! — гаркнула Новикова, отчего секретарочка едва не подскочила.

— Да, шеф!

— С чего начинаем обжарку пиканьи?

— С жирной части, шеф!

— Молодец, Жданова!

— Да, шеф!

Это, видимо, очередное испытание для тех, у кого не было опыта работы в общепите.

— Симонова!

— Да, шеф.

— Идеальная температура сковороды для жарки стейка⁈

— Сто девяносто градусов Цельсия, шеф.

— Что будет, если жарить на перегретой сковороде?

— Слишком резкий температурный градиент приведёт к образованию толстого серого кольца внутри мяса, шеф!

— На чём лучше всего жарить стейк?

— На говяжьем жиру, шеф.

— Прекрасно. — кивнула Новикова и продолжила ходить рядом с нами, как надзиратель: — Шевелитесь! В ресторане у вас не будет больше пятнадцати минут на блюдо. А ещё лучше — десяти. Ваша задача делать всё слаженно, чётко и быстро! У вас больше нет права на ошибку! Семенихина лишила вас последней возможности! Поэтому — работаем! РАБОТАЕМ БЫСТРЕЕ!!!

Да-да, наш Хартман в юбке всё верно говорит. Ещё бы не орала над ухом — так, вообще, красота! Но я относился к этому с пониманием. Всё же, мы с Коляном уже успели вдоволь напрактиковаться на настоящей кухне. Видели запары. Проходили через отключение электричества и воды. Обслуживали полную посадку и в зале, и на улице — одновременно! Да, в общем-то, мы прошли через всё, что только можно.

А вот для остальных подобное было в новинку. Ребята должны привыкать, ибо никто с ними потом сюсюкаться не станет.

Тем временем, я уже начал обжаривать четыре пиканьи. Чтобы ничего не надрезать и не портить стейк, необходимо просто вставить щуп термометра.

Прожарка идеальный «медиум» достигается, когда температура внутри стейка поднимается до пятидесяти пяти градусов Цельсия. Но не забываем про остаточное тепло! Поэтому, я снял стейки, когда температура дошла до пятидесяти градусов.

Чтобы мясо равномерно прогрелось и стало идеально розовым внутри, необходимо дать отдохнуть стейкам на решетке или тарелке, примерно шесть-семь минут. И только потом подавать на стол.

За это время я успел сделать ещё четыре штуки.

Когда тридцать пять стейков было готово и укомплектовано, пришло время картошки и спаржи.

Внимательно изучив рецепт, я осознал, что готовил аналогичным способом ещё в «Шашлычке».

Несмотря на то, что сейчас началась эпоха «понятной кухни» — то есть, когда гость видит, что именно у него лежит на тарелке, большинство ресторанов продолжают искать необычные способы приготовления и подачи обычных блюд. Например — гарниров.

И если со спаржей всё было максимально понятно, то вот стандартная картошка по-деревенски здесь превратилась картофельные лепёшки.

Делалось это очень просто.

Взяв несколько небольших картофелин, я как следует отмыл их от грязи и поставил вариться до полной готовности.

А вот со спаржей придётся немного повозиться. Срезав кончики, я очистил овощечисткой стебелёк. Именно среднюю и нижнюю часть, поскольку верхняя содержит в себе всё самое полезное и вкусное.

— Цареградцев! — возле меня внезапно материализовалась Госпожа Новикова.

— Да, шеф!

— Как называется способ, которым ты собираешься готовить спаржу⁈

— Бланширование, шеф!

— Что необходимо сделать, прежде чем опускать спаржу в кипящую воду⁈

— Приготовить миску с ледяной водой, шеф!

— Отлично, Цареградцев! Продолжай в том же духе.

Засыпав в миску с холодной водой несколько крупных кусков льда, я отправил спаржу в кастрюлю и накрыл крышкой. И это только начало!

Дождавшись, когда вода в кастрюле вновь закипит, я засёк тридцать секунд, а затем быстро переложил спаржу в ледяную воду. Любое промедление могло стоить мне целого гарнира! О, сколько раз я превращал бедную спаржу в отвратительную кашу… О, сколько раз я опаздывал… Сейчас даже не могу посчитать, сколько раз я ошпаривал руки паром из-под крышки.

Но тем не менее — до японской кухни всё равно далеко.

Далее, пока спаржа прохлаждалась в ледяной ванне, я поставил сковороду на плиту и принялся делать чесночное масло.

Для этого мне понадобилось три крупных зубчика чеснока и немного тимьяна с розмарином. Чисто для аромата!

— Пинский! Для чего вы отваривали спаржу, а затем перекладывали её в ледяную воду? — гаркнула Новикова, подойдя вплотную к моему соседу.

— Чтобы сохранить цвет и хрусткость!

— Почему нельзя передерживать чеснок в масле⁈

— Потому что, пригоревший чеснок даёт горчинку и портит вкус.

— Ты кретин⁈

— Нет…

— Ты идиот⁈

— Нет же…

— Видимо, ты плохо учишься в Харитоновке и тебя надо исключить за невежество⁈

— Ой… В смысле… Нет, шеф!

— Идиот. — заключила Хелена и отрицательно покачала головой: — Дисциплина — ваша вторая мать на кухне!!! Все процессы должны быть отлажены, как швейцарские часы! Именно поэтому большая часть ресторанов работает по французской системе бригад. И отвечать: «да, шеф» и «нет, шеф» — ЭТО ОСНОВА ОСНОВ! Что для тебя в этом не понятно, Пинский⁈

— Да… шеф?

— Как хорошо, что ты хотя бы готовить умеешь. Выпнула бы тебя к чертовой матери вместе с Семенихиной! ПРОДОЛЖАТЬ РАБОТАТЬ!!! ЖИВО!!!

Ребята, наверное, в шоке. Нет, ну а что? Как я уже говорил: пускай привыкают.

— Тридцать пять порций, шеф. — холодно произнесла Амелия.

— Свободна.

— Да, шеф.

Вот это скорость… Нет, мне, конечно, тоже осталось только с картошкой разобраться. Но тем не менее — Амелия прям крута.

— Да, что ты творишь⁈ — мне казалось, что Новикова сейчас даст девчонке из нашей группы леща: — Варькова! Ты в своём уме⁈

— Простите… Я забылась… — виновато ответила бедолага.

— Вспомнись, как будешь дома. Уволена!

— Но я же просто не убрала из масла чеснок с розмарином и тимьяном…

— И запорола мне весь гарнир! ПОШЛА ВОН!

— Простите…

Ещё одна «жертва» за ужин. Страшно представить, что происходило в финале первого задания с гунканами…

Вытащив картошку, я полил её маслом и сразу посыпал крупной солью.

— Цареградцев!

— Да, шеф!

— Зачем ты отставил кастрюлю с картошкой⁈

— Хочу дать крахмалу стабилизироваться, шеф! Мне нужно пять минут.

— Красавчик, мать твою! Смирнов тоже. Жданова! Работай быстрее!

— Да, шеф!

После того, как крахмал стабилизировался, я со скоростью пули вытащил противень и разложил на нем лист бумаги для запекания. Теперь дело лишь за малым — раздавить картошку донышком мерного стакана до состояния лепешки, приправить специями по вкусу и отправить в духовку.

Кстати, из специй в рецепте был указан лишь сушеный лук и чеснок. Но, в целом — сойдёт для пиканьи.

Затем я отправил противень с картошкой в духовку.

Есть! У нас финишная прямая!

Очень добрая и светлая в обычной жизни — Госпожа Новикова превращалась в зверя, когда речь заходила про работу на кухне. Ибо за всё время службы в различных заведениях, она уже успела собаку съесть на некомпетентных сотрудниках.

С лёгким сочувствием взглянув на оставшихся ребят, Амелия спустилась вниз и вновь увидела лимонное дерево.

Блин… А ведь Искандер сейчас готовит ужин для сотрудников курортного комплекса. Да, по рецепту. Но тем не менее — попробовать очень хотелось. Амелия едва скрыла расчувствовавшийся желудок, который захотел спеть арию дикому желанию.

Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что все студенты в полной запаре готовят свои тридцать пять порций в разных секторах, Госпожа Симонова сорвала красную ленту и обвязала её вокруг веточки.

— Хочу, чтобы мы с Искандером… стали ближе.

Какая глупость! Какой испанский стыд… Люто покраснев от смущения, Амелия пулей вылетела из лобби. Она ещё обязательно попробует блюдо Искандера! Но только не сегодня…

— Тридцать пять порций! — я победоносно поднял лопатку.

— Свободен! — гаркнула Госпожа Новикова.

Мне казалось, что так быстро я не бежал, даже когда хотел избавиться от излишка энергии в подворотне. Время шло на минуты! Опаздывать нельзя.

Ураганом залетев к себе в номер, я схватил заранее подготовленную сумку с банными принадлежностями, а затем пулей понёсся в акваторию. Ох, уж это ощущение предвкушения! Всё внутри меня буквально бурлило…

Однако забежав в комплекс акватории, меня тут же остановила бабуля-администратор.

— У нас тут не бегают, молодой человек. — предупредила она.

— Простите! Этого больше не повторится! Подскажите, где находится индивидуальная купальня «С»?

— Кхм… На втором этаже. Красная шторка! Но она только для сопровождающих Харитоновки! Вы уверены, что вам туда?

— Я сопровождающий!

— А-а-а-а… Что ж, в таком случае — хорошо попариться! Может быть, веник?

— Нет, спасибо… — я взглянул на огромные электронные часы.

20:03. Прибыл Искандер Цареградцев!

Поднявшись на второй этаж, я забежал за красные шторки. О… Запах девичьего шампуня! Хо-хо-хо… Значит, мой «десерт» уже здесь.

Быстро переодевшись в шкафчике, я накрыл интимную зону полотенцем, чтобы не смущать сразу и быстрым шагом направился в саму купальню. У меня аж во рту пересохло от предвкушения! Как же сладок был этот прекрасный момент…

Пройдя через узенький коридор, где пахло баней и теплом, я распахнул дверь в купальню и…

— Эм-м-м… Чегось?

— Цареградцев⁈ — из небольшого дымящегося бассейна на меня смотрела Амелия. И, конечно же, она была полностью без одежды: — Какого хрена⁈

— Так. Давай-ка без лишних истерик, ладно? Произошло недоразумение. В целом… Я бы даже сказал — вопиющая несправедливость по отношению ко мне!

— Несправедливость⁈ Что ты несёшь⁈

И, возможно, шанс хоть как-то «отбазариться» у меня бы имелся… Если бы не моё соскользнувшее вниз полотенце.

«ШАШКИ НАГОЛО, ВОИНЫ!!!» — пронеслось у меня в голове.

Боже, как же это невовремя…

— Тридцать пять порций… — еле слышно выдавил из себя Серёжа, едва не рухнув возле плиты.

— Принято! — кивнул Арсений Викторович, и пригладив усы, подошёл поближе: — Ты чего такой уставший?

— В воду упал… Чуть не утонул.

— Правда? Эх, вот как чувствовал — надо было тебя ко мне отправить. Гунканы — блюдо простое. Там главное было найти качественные ингредиенты на искусственном базаре. Но я думаю, для тебя это не составило бы труда.

— Ага… Как ваш главный ресторанчик?

— Отлично! Цветёт и пахнет. Вот, хотим подаваться на третью звезду Мишлен. — ответил дед: — А как твой отец?

— Всё такой же тревожный и вечно за всё беспокоящийся. — улыбнулся Серёжа: — Почему вы отделили нас от остальных?

— Как и всех. Понимаешь, отборочный тур — это не просто экзамен. Это проверка студента на прочность. Вот, к примеру, Коновалов сообщил, что у Амелии, Милы, Искандера и Николая были серьёзные проблемы с японской кухней. У Наталии, Анастасии и Зинаиды — проблемы с соусами. А у тебя и Валентина — с моллюсками. Вот вас и распределили по специальным группам, чтобы проверить, как вы справитесь с тяжелой темой.

— А почему группа «А» в итоге отправилась готовить общий ужин?

— Потому что, у Марка, Ремии и Лейлы — серьёзные проблемы с дисциплиной. Вот, собственно, потому-то Ремия с Лейлой и вылетели.

— Госпожа Новикова никому спуску не даёт… — Серёжа взглянул на сектор группы «А», где остались только Коля и брутальный брюнет. Прям, крутой! Пафосность выливалась из него мощным потоком. Тут даже Эдуард нервно курит в сторонке: — Кстати, всегда хотел спросить — а она правда входила в «сильнейшую тройку» две тысячи десятого?

— Правда. — кивнул дедок: — Я внимательно слежу и за Советом Элит, и за Главами сильнейших сообществ, и за различными неформальными объединениями. Помню… Мне позвонил Раневский. Говорит: «Включи телевизор!» Один из центральных каналов. А там трансляция из кухни ресторана «Ритц-Карлтон» в Москве. А я тогда уехал по делам в Казань… Работы было много. Открывали очередное дорогое заведение японской кухни. Спрашиваю: «Сева, что-то срочное?» А он мне в ответ: «Там девчата втроем Джейми Оливера бьют!»… Не то, чтобы я, как-то предвзято относился к иностранным шефам. Но мне стало интересно. Всё же — студентки Харитоновки против молодого, но очень опытного шефа! Включил. Именно тогда на кулинарном шоу «Повелитель адской кухни» в прямом эфире Хелен Новикова, Марика Кольцова и Варвара Румянова разнесли в пух и прах легендарного Джейми Оливера. Момент, который не просто вошёл в историю, но ещё и в очередной раз доказал, что из Харитоновки выпускаются лишь истинные гении кулинарии!

— Погодите… Варвара Румянова — это же помощница Господина Симонова?

— Да. «Правая рука» Виктора Аркадьевича. — кивнул дед: — Кстати, они все хорошо устроились. Марика теперь прекрасная учительница в гимназии имени Харитонова. А Хелен — управляющий «Альпины». Да-а-а-а… легендарное трио выпускниц одиннадцатого года. Как вспомню, так вздрогну!

— Ага! Косточки мне перемываете? — Марика заглянула в сектор группы «С»: — Как успехи?

— А… — внутри Серёжи всё тут же заледенело: — Госпожа Кольцова… А, что вы тут делаете? Вы же… Вы же так мечтали пойти в акваторию после первого задания…

— Мечтала, да. Но меня отвлекли. — учительница мило улыбнулась, а затем потрепала бледнеющего очкарика по голове: — Работы много! Пока не до расслаблений. К тому же, я решила уступить своё место Амелии. Хеллочка такая грубая, когда дело касается готовки… Наша бедная звёздочка наверняка в шоке! Поэтому, Амелии сейчас явно не помешает расслабиться. Ну, а что тут у вас? Улитки с чесночным маслом? М-м-м… Как вкусно пахнет! Арсений Викторович, ваши рецепты даже вне японской кухни — просто блестящи!

— Вот лиса! — улыбнулся дедок: — Но ребята молодцы! Я уволил всего три человека за ужин. Вот, сейчас с Серёжей общаемся. Я давненько дружу с его семьей. Но в последнее время мы очень редко видимся.

— Правда? Серёжа, кстати, вообще, молодец! И оценки на высоте. И в сообществе занимается. Продолжай в том же духе! — радостно произнесла Марика и вновь начала трепать волосы Серёжи, который уже осознал весь ужас иронии судьбы…

Теперь даже интересно, кто будет уничтожен быстрее? Дерек, что посягнул на местную Богиню кулинарии? Или Серёжа, который вновь стал жертвой обстоятельств…

— Давай не будем усложнять ситуацию? — я поднял ладони на уровень плеч: — Это уже случилось. Плюс… мы с тобой сейчас на равных.

— На равных⁈ — мило стесняясь и прикрывая королевские прелести, злобно фыркнула Амелия: — Ты с ума сошёл⁈ Я же тебе говорила прямым текстом, что для моей семьи — это важно!

— Хорошо. — я опустил руки: — В таком случае, нам нельзя поддаваться эмоциям. Повторюсь — это уже случилось… И руганью делу не поможешь.

— Ты всем девчонкам так говоришь⁈

— Не всех я по случайности вижу без одежды на дорогущем источнике…

— Цареградцев… Начнём с того, что ты — попал!

— Выходит, мне, как приличному человеку, придётся на тебя жениться?

— Ишь, чего удумал⁈ Я тебя не знаю! А жениться на ком попало — идиотизм!

— Хорошо. В таком случае, что будем делать? Мы же взрослые люди.

— Взрослый? Это ты про себя? — Амелия пошла в атаку: — Как же ты меня бесишь! Кто в здравом уме будет залетать в ИНДИВИДУАЛЬНУЮ купель для сопровожда… Стоп. Цареградцев… Марика мне уступила своё место в самый последний момент. Ты что… Хотел попасть к ней⁈

— Ну, как тебе сказать? Не то, чтобы прям очень хотел…

— Цареградцев. — глаза Госпожи Симоновой горели демоническим огнём. Вот это ярость!

— Слушай! У меня своя жизнь. У тебя — своя. Давай договоримся, что не будем лезть друг к другу?

— Ах, значит не будем лезть? — Амелия подошла слишком близко: — Ты хоть понимаешь, что с тобой сделает ректор… когда узнает, что твоя наглая задница проскочила в купель к его дочери? Ты хоть понимаешь, что с тобой сделает вся Верхушка, когда узнает, что ты хотел проникнуть в купель к учительнице? Ты не просто вылетишь из Харитоновки… Из тебя сделают пиканью. Или вепря на вертеле!

— Звучит отвратительно. Итак, мы уже приняли тот факт, что оба оказались здесь без одежды. И повторять это — бессмысленно! Поэтому предлагаю следующий вариант. Да, я признаю, что накосячил. Но это получилось совершенно случайно!

— Ах, совершенно случайно? Ты хотел оприходовать мою любимую учительницу! Марика — светоч гимназии! А ты хотел… Хотел… — Амелия ненароком опустила глаза и вновь смущённо покраснела: — Извини, а можно… Как-то… В общем… Опустить оружие?

— Не могу.

— Почему⁈

— Ты ничего такая…

— Совсем страх потерял⁈ Ой…

— Ты посмотрела.

— Нет!

— Посмотрела…

— НЕТ ЖЕ!!!

— Я всё видел. Мои глаза выше, детка!

— Какой же ты… мерзкий! — Амелия была краснее варёного рака: — Жалкий… Развратный!

— Уж извини. Так, что там со светочем гимназии?

— Я не могу с тобой разговаривать в таком виде! — Госпожа Симонова смущенно взглянула на потолок.

— Нет уж! На кону стоит слишком многое. Я дико извиняюсь за свою наглость! Но мне правда нельзя уходить из Харитоновки. Я сожалею! Да, я слегка помешан на красивых девушках. Но киньте в меня камнем, кто здесь без греха! Тебе наверняка тоже нравятся накаченные мальчики. Или худенькие мальчики. Или… пухленькие мужики? В общем, без разницы! У тебя свои увлечения. У меня свои. Поэтому хочу с тобой договориться… — я сделал шаг вперёд.

— НЕТ!!! Стой на месте!!! Не приближайся!!!

— Ладно-ладно! Только спокойно. Окей?

— Как тут быть спокойной⁈ На меня танк пушку развернул!!!

— Сочту за комплимент. Ну так, на чем мы с тобой договоримся? Я должен загладить вину.

— Я… Я не знаю!!! Мне нужно время на подумать…

— Нет, дорогая! Так точно не получится. Я тебя отсюда не выпущу, пока мы не договоримся.

— Это удержание заложника! Интернациональная статья!!! Я буду жаловаться!!!

— Ты серьёзно?

— Нет, конечно… Идиот. Господи! И хватит меня сканировать!!! Мне кажется… что я забеременею от одного лишь твоего взгляда…

— Ты такая невинная…

— Хватит!!!

— Ой, ну серьёзно? Кончай ломать комедию! Говори уже, что тебе надо от меня, и забудем об этом инциденте.

— Легко сказать… Забудем…

— Ну, а что? Не переживай! Я всё равно никому не скажу.

— Ещё бы ты сказал… Не дай бог, я узнаю… Что ты обмолвился хотя бы одной живой душе… Танк лишится и башни, и ствола. Ты меня понял⁈

— Какая важная цыпа! Нет, ну кому мне рассказывать? Всё равно, никто не поверит…

— Даже заикаться не вздумай! Поклянись! — прорычала Амелия.

— Клянусь. Только вот, ближе к делу мы не стали. Мог бы предложить тебе помощь на дуэлях. Так ты же особо не участвуешь. Да и с учёбой помочь — такая себе затея… Ты же явно учишься лучше меня.

— Всё! Я решила!

— Правда? Ну, давай бомби.

— Будешь всю неделю после отборочного тура готовить мне ужины. В ТВОЕЙ КОМНАТЕ!

— Пф-ф-ф-ф-ф… И всего-то?

— Я могу придумать, что-нибудь похлеще!

— Ладно! Первое слово — дороже второго! — я протянул Амелии ладонь.

— Вот и славно. — удовлетворённо улыбнулась она, пожав мою руку: — Я буду называть тематику. А ты уже будешь готовить!

— Можно один вопрос?

— Задавай.

— Вас в этой элитной общаге хреново кормят?

— С чего ты взя… — Амелия дернулась вперёд, сделав мне самую неожиданную подсечку. В итоге, я полетел вниз. А руки мы так и не расцепили…

Смачный удар, и мне очень повезло, что голова попала на резиновый коврик, а не кафель. Зато Амелии повезло меньше. Она пластом обрушилась на меня.

Чёрт! Были бы мы, в каком-нибудь бурятском мультике, то мой «Кадиллак» наверняка бы случайно заехал в её «гараж». И за всем этим нас бы наверняка спалили наши одногруппники.

Но мы не в бурятском мультике.

— Госпожа! Я принесла гель-ополаскиватель… — в коридорчик между раздевалкой и купелью забежала Мила. Небольшая корзинка с банными принадлежностями рухнула на кафель: — Д… Д… Дерек⁈ Г… Госпожа⁈ Вы… Вы что тут устроили⁈

— Ох… — Амелия поднялась и смущённо посмотрела на помощницу: — Клянусь! Это моя вина! Я просто не удержала равновесие и упала на него… Искандер, ты в порядке?

— ТВОЮ МАТЬ!!! — не своим голосом пискнула Мила и закрыла лицо руками: — НИХРЕНА Ж СЕБЕ, ВОЛЫНА!!!

— Мила! — возмутилась Госпожа Симонова, помогая мне подняться: — Где твои манеры⁈

— Вы голая! А ещё тут голый Дерек! Так что, ГДЕ ВАШИ МАНЕРЫ⁈ Ох… Я такая глупая… До меня только сейчас дошло! Простите, что прервала… Честно говоря, я понимала, что между вами проскочила искра на фуникулёре… — забормотала Госпожа Секретарочка: — Но я не думала, что всё произойдёт так быстро…

— Мила…

— Но вы не волнуйтесь… Эта тайная умрёт вместе со мной… Ох, моё сердечко этого не выдержит… Госпожа встретила большую и чистую волыну… ой, в смысле… любовь… Я так за неё рада! Так счастлива…

— МИЛА!!!

— Да-да? — секретарочка вытянулась по струнке: — Вы что-то хотели?

— Во-первых, замолчи и дай Искандеру одеться. А, во-вторых, хорош уже нести всякую дичь! Произошло недопонимание. Только и всего…

— Недопонимание? — Мила продолжала косится на мою нижнюю часть тела: — А как по мне — тут всё предельно понятно!

— Ладно. Ещё раз — прошу прощения, что потревожил. Мы договорились? — я вопросительно взглянул на Амелию.

— Договорились. — утвердительно кивнула она и завернулась в полотенце.

— Чудно! Тогда… до встречи?

— До встречи…

Что за фигня⁈ Почему мы прощаемся, как два любовника, который впервые переспали и теперь чувствуют неловкость, поскольку к шпилли-вилли не было никаких предтеч? Жесть!

Но тем не менее — отделался легким испугом. А готовить вечером ужин, да ещё и в своей комнате в «Полярной сове» — плевое дело.

Теперь ещё и придётся придумывать новый план по захвату Марики. Но и это тоже в плюс. Чем сложнее «задача», тем слаще победа!

Очень повезло, что Амелия, не смотря на всю свою закрытость и (местами) эксцентричность, оказалась вполне адекватной барышней. Я даже взглянул на неё под совсем другим углом. Хе-хе… Под разными углами, если быть точнее.

Но её желание было вне моего понимания. Целую неделю готовить ужины в моей комнате?

Нет, если бы речь шла про обычную девчонку, то можно было бы смело отнести подобную просьбу к личной симпатии. Мол — «втюрилась», «вкрашилась», «влавилась» и искренне хочет проводить, как можно больше времени наедине. Это нормально! А главное — вполне понятно.

Но сейчас речь шла не о ком-то там, а именно об Амелии! Поэтому подобное могло означать… Да, что угодно.

Даже желудок возмутился от всего этого. Хотя, на самом деле, он больше возмутился из-за отсутствия еды.

— Простите! — я поднялся в лобби-бар и отыскал Госпожу Новикову, которая сидела за дальним столиком, и что-то активно высчитывала на калькуляторе коннектора.

— Что такое, Цареградцев? — устало отозвалась она.

— Кажется, я слегка оплошал, когда сбежал сразу после выполнения задания.

— Почему это? Ты всё правильно сделал. Нечего мешаться под ногами у остальных. К тому же, ты молодец и вполне заслужил отдых.

— Нет, я не об этом. Дело в том, что я совсем позабыл про ужин. Не подскажите, где его можно приготовить?

— Приготовить? — Хелена обречённо вздохнула: — Послушай, Цареградцев… Вообще-то, я упоминала, что готовить для себя можно в течении пятнадцати минут после подачи своих тридцати пяти блюд для шведского стола. Все из группы «А» уже закончили задание… Так что, в секторе сразу прибрались. Однако, ты можешь походить по другим секторам. Уверена, что у них ещё остались ингредиенты. Главное — скажи арбитрам, что я разрешила. Иначе они тебя выгонят.

— О! Спасибо вам большое!

— Не за что. И в следующий раз, очень прошу — будь внимательнее. Это крайне полезное качество для будущего шефа.

— Я это учту.

Что ж, значит нужно найти сектор, в котором ещё остались ингредиенты? Однако, куда бы я не зашёл — всюду продуктов было впритык. Может, забить на всё это и заказать рум-сервис? Ага… Рум-сервис в одном из отелей дорогущего курортного комплекса. Это пока явно не для моих финансов.

— Что-то потерял? — поинтересовалась милая девчонка в белоснежном поварском кителе и крайне обворожительной улыбкой. Но что мне сразу бросилось в глаза, так это её короткие светло-голубые волосы. Выглядело очень необычно!

— Простите, я слегка облажался с ужином. И Госпожа Новикова предложила мне поискать сектор, где ещё остались продукты. Теперь занят поиском.

— Как официально… «Госпожа Новикова»… «Простите»… «Занят поиском»… — хихикнула милая незнакомка: — Чего ты такой серьёзный?

— Привык быть вежливым с людьми. Особенно — с незнакомыми.

— С незнакомыми?.. — улыбка тут же исчезла с милого личика: — Вообще-то, мы с тобой учимся в одной группе в Харитоновке…

— Серьёзно⁈

— Да, шучу я!

О, этот звонкий смех хотелось слушать бесконечно.

— Просто… У тебя очень необычная причёска. Я бы запомнил.

— Причёска? — девчонка оттянула один из коротких светло-голубых локонов и попыталась его разглядеть: — Видимо, я уже привыкла. Меня зовут Виола! Я учусь вместе с Зиночкой из твоего общежития. Такая маленькая лучезарная девчонка.

— Кхе… При ней только так не говори.

— Ой! Я не специально… Просто, я искренне считаю её милой и всегда хочу почухать. А ты у нас… — Виола сузила глаза, словно пытаясь меня разглядеть: — Так… Сейчас… Не подсказывай!

— Даже не пытаюсь.

— Вспомнила! — девчонка щёлкнула пальцами: — Ты у нас… Злой и страшный серый волк!

— Эм-м…

— Шучу! Я помню, что ты Царь. Гроза всех Маршалов Госпожи Симоновой!

— Не такая уж и гроза… Они сами нарываются.

— Действительно. Но я не люблю обращаться к людям по кличке.

— Можно просто — Дерек.

— Дерек! — Виола улыбнулась ещё милее: — Звучит, как имя крутого парня из старого американского боевика! Знаешь, который мочит врагов одной левой. Потому что в правой — дробовик!

— Хех… Возможно. Я уже слишком к этому привык.

— Да-да-да! А меня, в таком случае, можешь звать просто Ви.

— Замётано, Просто Ви! Так, в твоём секторе ещё остались продукты?

— У меня остались готовые блюда! Как ты смотришь на кальмара на подушке из томатов и печёных болгарских перцев в прикуску с фреш-роллом из овощичек и слабосолёного лосося?

— Буду откровенен — я бы сейчас съел даже слона.

— Слона? Какой избитый штамп! — весело рассмеялась Ви и поставила передо мной две тарелки: — В любом случае — приятного аппетита!

— Спасибо!

Не в силах больше сдерживаться, я практически залпом заглотил оба фреш-ролла.

Божечки… Нежный слабосолёный лосось со свежим огурчиком, морковью, миксом из салатов айсберг и радичио, восхитительным спелым авокадо и чесночным соусом айоли… Идеальная гармония вкуса, заключённая в рисовую бумагу. Мой язык наслаждался освежающими овощными нотками с лососем и переходом в соус, который… явно был, чем-то смягчён.

— Чеснок… Он такой мягкий и плавно раскрывающийся! Что ты добавила в айоли?

— Секрет фирмы. — хитро улыбнулась Ви: — На самом деле — это чайная ложка грушевого пюре.

— Обалдеть! Я в приятном шоке.

— Мы с Профессором Коноваловым долгое время прорабатывали этот рецепт. Он же у нас специалист в азиатской кухне.

— Правда? А я думал, что он только по суши.

— О, поверь мне! Впереди тебя ждёт множество интересных открытий.

— Впереди? А ты точно с первого курса?

— Точно! — улыбнулась Ви: — Ешь давай!

— Ага…

Следующим на очереди был кальмар на подушке из овощей. Первое, что сразу выделялось по вкусу — спелые кисло-сладкие помидоры! Затем терпкие нотки печёного болгарского перца, свежего базилика и…

— Так. А вот это уже интересно! — я отодвинул кусочки кальмаров в сторону и начал внимательно разглядывать подушку из овощей: — Вроде, оливки… Прям приятная горечь, уходящая в чеснок. Но я не могу понять, откуда долгая кислинка?

— Ты всё правильно сказал. Это оливки! Но не простые. Я использую для этого блюда именно Таджасские. Прекрасный сорт.

— А как раскрывается кальмар… Ты сделала небольшие надрезы, чтобы сок проникал глубже в мышечную текстуру.

— Именно!

— Невероятно. — я быстро доел кальмара и отставил тарелку в сторону: — Ты моя спасительница. Ещё раз — спасибо тебе большое!

— Ой, да не за что. Всё равно перестаралась…

— Кстати, насчёт «перестаралась». А как так вышло? Неужели арбитр не следил?

— Можно и так сказать… — почему-то Ви замялась, а затем схватила тряпку и начала намывать своё рабочее место: — Кстати, как тебе задание с ужином? Не слишком сложно?

— Нет. Всё в рамках. — ответил я и только сейчас обратил внимания, что сектор у Ви, какой-то… слишком маленький? То есть, у нас, несмотря на то что большую часть студентов из группы «А» отсеяли ещё днем — всё равно было приличное количество свободных плит и столов. А тут, как будто, в притык для двух-трёх человек: — Прости, что интересуюсь, но в какой ты группе отборочного тура?

— Группа «Е». — девчонка с грустью вздохнула и принялась натирать стол ещё сильнее: — Наверное, ты уже слышал про нас.

— Нет. А что я должен был слышать?

— Я последняя, кто осталась после первого задания. И, в общем-то…

— О! — к нам подошла Госпожа Новикова: — Уже познакомилась с Цареградцевым? Молодец! Перспективный парень. С такими надо дружить.

— Д… Да, шеф… — Ви тут же отвернулась от Хелен и продолжила быстро натирать плиту: — Дерек, тебе пора. Спасибо, что похвалил… мне правда приятно.

— Милашка Ви-Ви! — с другой стороны появилась Марика и крепко обняла Виолу: — Попалась!

— Мар… Кхм… Госпожа Кольцова! Вообще-то, я занимаюсь уборкой рабочего места…

— Ой, да не будь ты такой злюкой! Все уже ушли! Ужин почти закончился!

— Не закончился. — насупилась Ви, и убрала от меня тарелки.

— Сестрица опять стесняется. — усмехнулась Хелена: — То, что мы родственники — это совсем не страшно! Вон, у Амелии отец, вообще, ректор Харитоновки и хозяин всего этого курортного комплекса…

— Дерек, увидимся позже. — Ви опять очень настойчиво дала понять, что я тут лишний.

— Ладно. Позже, так позже. Госпожа Новикова! Госпожа Кольцова… — я попрощался с девушками и направился в сторону лестницы.

— Ты чего себя так ведёшь? — донесся со стороны сектора Ви слегка расстроенный голос Хелены.

— А как мне себя ещё вести? Я осталась одна в группе! Мне позволили готовить собственное меню на ужин… Ещё и вы вдвоем вечно меня смущаете! Позорище! Обо мне уже все шепчутся…

— Ой, не волнуйся, Ви-Ви! Если, кто-то шепчется за твоей спиной, то значит — ты впереди! — произнесла Марика.

— Знаете, что? Я вам тут — не сестрица, а студент. Сотрудник!

— Ой-ой-ой! Деловая колбаса! Сотрудник-студент! — протянула Хелена совершенно непривычным для себя тоном.

— Во-во! — поддакнула Марика: — Давай уволим её? Но понарошку!

— Точно! Ты уволена. Но понарошку! А теперь… Затискаем мелкую!

— НЕ НАДО!!!

Выходит, Ви — младшая сестра Новиковой? Обалдеть. Она же совершенно не похожа на свою старшую сестру. А ещё — Марика дружит с Хеленой? Интересное открытие. Надо будет узнать побольше про эту странную компашку.

— Дерек, я… — Серёжа виновато опустил глаза, когда я зашёл к нему в номер: — Это было так внезапно…

— Ничего страшного! — отмахнулся я: — Мы шли на риск. Увы, такое случается.

— Так ты не злишься на меня?

— С чего бы? Говорю же — подобные задания, это всегда риск.

— Но, как ты выжил?

— Скажем так, я смог вовремя свернуть операцию.

— Повезло! А-то если бы ты её застал там…

— Давай не будем об этом, ладно? Что там с нашими?

— Все наши прошли испытание ужином. Но Арсений Викторович сказал, что было исключено ещё сто двадцать человек.

— Погоди, Арсений Викторович? Такой усатый дед-сушист?

— Ага. Он друг нашей семьи. Я давненько его знаю. Поговорили после того, как я приготовил свои тридцать пять порций.

— Кстати, что готовили?

— Улиток с чесночным маслом.

— Эскарго что ли?

— Ага… И особую пасту с соусом из белого вина. В общем, было весело. А у девчонок томлёная говядина по-французски. Но там со своими нюансами, конечно же.

— Не удивлён. Так, какие у нас планы?

— Валёк и Колян потопали за алкоголем.

— А чего меня не дождались?

— Через двадцать минут начнётся «Большая охота»… Они решили, что будет логичнее и безопаснее сходить заранее.

— Погоди. Что за «Большая охота»?

— Ну, так ужин закончился всего три минуты назад. А среди студентов далеко не все такие же быстрые, как мы. К тому же, некоторым секторам давали реально муторные блюда на приготовление. В общем, сейчас они все вернуться в номера… Немного придут в себя. А затем выйдут на «Большую охоту»! Большую охоту за алкоголем…

— Я просто цимеса у названия не выкупаю. Почему за бухлишком нужно «охотиться»?

— О-о-о… Друг мой… — Серёжа выглядел максимально загадочно: — Садись поудобнее. Сейчас я расскажу тебе легенду о том, как организаторы Харитоновки борются с правилами, которые были придуманы великими предками!

— Давай… — я только сейчас обратил внимание, что из окна Серёжиного номера был сброшен канат из постельного белья: — Погоди… Мы ждём беглого преступника?

— Не-не! Сейчас я тебе всё расскажу.

— Какая замечательная встреча… — Летти хитро улыбнулась, глядя на таинственную фигуру в спортивном костюме. Лицо девушки было скрыто капюшоном. Единственное, что её выдавало, так это выбившийся волнистый локон золотистого цвета.

— А кто это? — поинтересовалась Кнопка.

— Моя дражайшая ученица. — хмыкнула Повелительница Тьмы и села за столик: — Изольдушка! Сколько лет, сколько зим…

— Неужели? — Звонарёва сняла капюшон: — А не вы ли перемывали мне косточки в «Пушкине»?

— Так ты заметила…

— Было сложно не заметить. Но зная вас, Сенсей — вы хотели, чтобы я увидела.

— Ты преувеличиваешь.

— Нет-нет… Я знаю, что если вы захотите, то можете скрыться даже на пустыре, где нет людей. Без сарказма — я искренне восхищаюсь вашими уникальными способностями!

— Допустим. — Летти огляделась по сторонам: — Заведение твоего отца?

— Уже моё. Не желаете кофе?

— Я бы не отказалась от латте! — Кнопка тут же заёрзала на стуле.

— Пить кофе просто так — удел мужчин. Я предлагаю попробовать вам шоколадный торт. Это моя личная разработка. Местные девчата научились готовить его в совершенстве!

— Давай. — согласилась Повелительница Тьмы.

— Сора! — Изольда махнула миниатюрной официантке: — Три порции шоколадного торта. И три латте.

— Хорошо! — девчонка тут же отправилась на кухню.

— Не используешь киппер? — удивилась Летти.

— Живое общение для меня дороже.

— Я думала, что это не удобно. Но ладно. Так, к чему эта встреча?

— У меня есть просьба.

— Неужели? — Повелительница Тьмы хищно улыбнулась: — И что же нужно моей дражайшей ученице?

— Вы научили меня замечать то, что никогда не заметит простой человек. Вы буквально сотворили идеального сталкера!

— ЗА МОНОЛИТ!!! — гаркнула Кнопка, ударив по столу.

— Эм-м… Прости, что? — Изольда с непониманием взглянула на бывшую помощницу Короля Тьмы.

— Извини… Вырвалось. Это из книжки… Про вампиров. Любовный роман и все дела…

— Понятно. В общем, Сенсей… Вы ясно дали мне понять тогда, что имеете некую связь с Господином Цареградцевым.

— С чего ты взяла?

— Вы оба незаметно поздоровались друг с другом. К тому же, я заметила, как изменился взгляд Искандера. Он смотрел на вас, как на девушку, которая могла испортить нам вечер.

— Не думаю, что он смотрел именно на меня… Но это неважно. Что именно ты хочешь?

— Я хочу знать правду. Вы с ним спали?

— ЧТО⁈ — к своему стыду Летти слишком бурно отреагировала на данный вопрос, который подобно стилету, неожиданно воткнулся в самое сердце: — Упаси Господь! Дерек… ещё совсем мальчишка! А я же предпочитаю властных мужчин. Мужчин! Понимаешь?

— Например, всяких там Королей Тьмы… — усмехнулась Кнопка, за что тут же получила смачного леща.

— Искандер вполне подходит под это описание.

— Нет. Он… малолетка. Да! Определенно — малолетка. Не более.

— Хорошо. Тогда, что же вас с ним связывает?

— Он вкусно готовит.

— Как и сотни тысяч других парней. Сенсей… Я просила правду!

— Мы захаживали с подружками к нему в «Шашлычок». И… как-то, совершенно случайно, завертелось наше общение.

— И всё-таки, он вас оттарабанил?

— Нет.

— А хотели бы?

— Изольда… Этот разговор не доведёт ни до чего хорошего! Я же сказала — мы с Дереком просто друзья. И не больше! У нас ничего не может быть. Даже в перспективе!

— Вы в этом уверены?

— Абсолютно!

— Хорошо. В таком случае, как вы объясните вот это… — Изольда положила на столик диктофон и включила запись.

— … знаю, конечно! Она обмолвилась, как-то раз во время очередной тусовки у Кошелки Нью. Ну и знатно мы тогда насвинячились… — произнёс голос Лилии с записи: — В общем, да. Она говорила, что сталкерит за одним пареньком. Но он из простых. Не аристо. Не мажик. Но симпатявый! Белобырсенький такой. Она по дурости показала мне кучу его фоток, прикинь? А звали его так… Знаешь, как военный автомобиль с большой ракетой. Как же? О! Искандер! И фамилия у него, как у того картавого автогонщика… Ах, да! Цареградцев. Точно! В общем, она с него явно люто прётся…

На этом запись закончилась.

— Болтливая сучка… — выругалась Летти и решила, что этой длинноногой кобыле придётся из обычной модели переквалифицироваться в «порно». Дерек будет только рад!

— Так что, Сенсей? Я требую объяснений.

— Я могла бы послать тебя, куда подальше прямо здесь и сейчас… Но ты моя лучшая ученица. Поэтому… Я признаюсь. Он разбил сердце моей лучшей подруге. И она хотела отомстить. Я решила ей помочь. Ибо… Ну, там прям трагедия была! Понимаешь?

— Всего-то? — фыркнула Изольда: — Но если так, то всё ещё проще.

— В каком плане?

— В том плане, что мне нужны эти фотографии.

— В смысле⁈

— Фотографии Искандера. Хочу их все!

— Ты… Ты серьёзно?

— Похоже, что я шучу? — Изольда жутко прищурила взгляд.

— Яндеричка, что ли?..

— Нет. Просто… Он эстетически интересный. И идеально подходит для главного героя комикса, который я сейчас рисую.

Летти понимала, что Изольда нелепо врёт. Кнопка понимала, что Изольда нелепо врёт. Даже сама Изольда прекрасно понимала, что она нелепо врёт. Но все решили проявить типичную девичью солидарность.

— Хорошо. Я отдам тебе весь архив бесплатно.

— Бесплатно⁈ Нет, такого не может быть…

— Ты творческий человек. Чего бы и нет?

— В таком случае, я буду должна вам услугу!

— Как захочешь, Изя. Знаешь… Комикс — это очень хорошо. Но если бы ты хотела от Дерека нечто большее. То я бы, чисто из уважения к своей лучшей ученице, посоветовала бы не надеяться на хорошее развитие событий. Дерек прекрасный человек. И отличный друг. Но… отношения — не его конёк.

— Какие отношения? Нет, Сенсей! Мы с Искандером из разных вселенных! Да и к тому же… Это я его отшила.

— Пускай будет так. — вздохнула Летти.

Нет ничего хуже, чем самообман… Особенно, когда речь заходит про чувства.

Иногда Повелительнице Тьмы казалось, что Искандер сорвал её свадьбу вовсе не потому, что он вредный му***ак… Но это уже совсем другая история.

— Ваше латте и шоколадный торт! — Сора поставила перед девчонками тарелочки с вкусняшкой и высокие стаканы с кофе.

— Вай! Какой аромат! — восхитилась Кнопка: — Я, как будто попала в сладкое королевство Вилли Вонки!

— И это ты его ещё не попробовала. — хитро улыбнулась Изольда.

— Николай Альбертович Харитонов — он же внук основателя одноименных гимназии и академии, ввёл строгое правило. — Серёжа с умным видом поправил очки и продолжил рассказ: — Отборочный тур — место, где студент должен сконцентрироваться на испытаниях, но в тоже время — не забывать о себе. Так сказано в священном уставе Харитоновки.

— Эм-м… И что это значит? — поинтересовался я.

— В том-то и фишка! Никто этого точно не знает. Поэтому, каждый новый ректор интерпретирует данное правило по-своему. Виктор Аркадьевич, когда стал нынешним ректором, заявил, что «не забывать о себе» — это заниматься хобби. То есть тем, что отвлекает тебя от кулинарии. Но у студента на любой вопрос всегда есть свой ответ…

— То есть, кто-то решил, что самое время нахрюкаться?

— Фу! Как некрасиво. Не «нахрюкаться», а «культурно продегустировать»! Нахрюкивается только быдло и старшеклассницы на последнем звонке.

— Хорошо. Допустим, что студенты решили «культурно продегустировать». По закону Империи — любой гражданин, достигший восемнадцати лет, имеет право приобретать алкогольные напитки. В чём проблема?

— В административном запрете.

— Даже так…

— Господин Симонов, как очень воспитанный и строгий человек, порицает любое взаимодействие студентов с алкоголем. Особенно, если речь идёт про отборочный тур.

— Ну… Отчасти я с ним полностью солидарен. Как бы — серьёзное мероприятие, требующее от нас максимальной концентрации.

— Сказал человек, который полетел в купальню к учительнице…

— Ой, давай без этого? Вообще-то, сейчас твоя очередь. Думаешь, мы ничего не будем делать со Светой?

— Знаешь, я передумал.

— Отказано! Я помогу тебе стать счастливым.

— Чёрт…

— Не ругайся. И тем не менее — я всё ещё не могу понять прикола с алкоголем. Ну, хорошо. Студенты — они и в Харитоновке студенты. Это понятно! Всем хочется испробовать приколов молодости. Но… в чём проблема? Ну, то есть, ректор тут. И он против всего этого. На административном уровне, как я понимаю, ввели запрет на продажу в магазинах?

— Именно для студентов Харитоновки. И суть охоты заключается в том, чтобы одеться максимально неприглядно. Вести себя уверенно, чтобы продавец не запросил паспорт.

— А что будет, если запросят паспорт? Всем первогодкам уже есть восемнадцать. В паспорте же не указано, что условный Василий Пупкин — студент Харитоновки.

— Дело не в этом! Видишь ли, проблема заключается в том, что перед отборочным туром ВСЕ магазины курортной зоны получают списки. Неважно — Сириус это… Красная поляна или Новый свет. Во все магазины поступают списки студентов.

— Там же почти тысяча человек! Кто в своём уме запомнит все имена?

— Там система сканирования и поиска совпадений.

— А… То есть, замороченность до такой степени?

— Понимаешь, Дерек. Виктор Аркадьевич — ректор одного из лучших кулинарных учебных заведений! Это тебе не какое-нибудь там ПТУ или простая кулинарная академия. Харитоновка выпускает шефов, которые кормят Королей и Императоров по ВСЕМУ ЗЕМНОМУ ШАРУ! Конечно же, любой ректор Харитоновки — это очень важная персона, которой никогда не откажут в административных поправках. Даже если это серьёзный бюрократический геморрой.

— Жесть… Допустим, у тебя спросили паспорт. Ты показал. А дальше как?

— А дальше он пиликает таким же считывателем, как тот, что для штрих-кодов. Только этот предназначен для паспортных имён.

— Как всё сложно…

— Лера, конечно, рассказывала, что раньше была лазейка. Мол, у нас же учатся иностранные представители пищевой элиты. И у большинства из них нет имперского паспорта. Они с лёгкостью проходили контроль. Правда… потом всех иностранцев начали заносить в отдельный список. Как бы — их не так уж и много в большинстве своём. В общем, лавочка прикрылась. И теперь «Большая охота» — это массовое мероприятие для студентов, которые хотят обмануть систему.

— О, КУРВА!!! — прокричали с улицы.

— Я тебе что, дебилу, сказала⁈ БЫСТРЕЕ!!! — возмутился девичий голос.

— Эй! Вы что себе позволяете⁈ Это наш самокат!!!

— ВЫКУСИ!

— О… — кисло усмехнулся Серёжа: — Охота официально началась. Хорошо, что парни ушли заблаговременно.

— Хорошо. С этим мы… немножко разобрались. Только вот, я так и не понял — канат из белья вам зачем?

— Дело в том, что администраторы отеля имеют полное право обыскать студентов Харитоновки, если заподозрят у тех наличие алкоголя.

— Так. Отставить «немножко разобрались». Давай посмотрим на ситуацию сверху. Ректор против распития алкогольных напитков в свободное от испытаний время. И его власти хватает, чтобы на административном уровне обязать ВСЕ магазины проверять подозрительных студентов. А ещё он даёт власть своей администрации, чтобы те могли обыскать студентов, которые на девяносто девять процентов состоят из аристократов. Всё верно?

— Всё верно.

— Что сделают продавцы и администраторы, если поймают студента Харитоновки?

— Продавцы просто не продадут алкоголь. А администраторы проведут изъятие и отправят всё найденное пойманному студенту в Харитоновку.

— Стоп. — я ударил ладонью по лбу. Кажется, среди молодёжи это называлось «фэйс палмом»: — Выходит, это просто запрет и отправка всего купленного в Харитоновку. Просто, мать их, запрет и отправка всего купленного в ОБЩАГУ!!! Чего⁈

— Я понимаю, звучит дико…

— Нет, Серёжа. Это не дико, а глупо! Ты видел чету Симоновых? Давай, так. Сперва ко мне явилась их старшенькая. Приехала вся такая красивая на новеньком «Бумере» и вертела вокруг меня попой. Хотела завербовать!

— Ого! Ты реально общался со Стеллой? — Сережа выпучил на меня глаза.

— Ну, конечно.

— Блин… Знаешь, далеко не каждый студент Харитоновки может похвастать тем, что его хотела завербовать сама Стелла Симонова! Это очень круто!

— Неужели? А как по мне, так эта Стелла — не более, чем понторезная леди с огромным самомнением. Я не люблю людей, которые в других видят лишь инструмент. А ещё меня раздражает, что Стелла искренне верит в то, что она — хозяйка этого мира…

— Ну, насчёт этого я не знаю. А вот то, что она одна из лидеров кулинарного мира — это факт. Так что, мы говорил про человека совершенного иного уровня. О её предложении мечтают все. Надо иметь титановые яйца, чтобы отказать Стелле.

— Я и без титановых яиц отказал. Знаешь, в «Шашлычке» я познакомился с выпускниками Харитоновки, которые тоже мечтали попасть в элиту. Только вот, им потом пришлось долгое время лечить нервы и приходить в себя. Не надо мне такого! И к тому же — мы отвлеклись. Что касается остальных Симоновых? Виктор Аркадьевич — странный мужчина. Нет, я понимаю. Он из рода аристократов с весьма богатой историей. Но я чувствую, как он смотрит на нас с Коляном. Для него мы, как будто — не люди!

— Вообще-то, про тот инцидент с Раневским и Стеллой все до сих пор помнят. Поэтому, Господин Симонов старается быть… чуть более толерантным.

— Толерантным? К простолюдинам? Серж… Это звучит, как оскорбление!

— Понимаю. Но говорю, как есть.

— В общем, что же касается Амелии… Пока что — она самый адекватный представитель Симоновых. По крайней мере, лично для меня. Конечно, у неё есть свои «тараканы» в голове… Но в целом, Амелия человек неплохой. К ней просто нужно найти свой подход. В общем, отнестись с пониманием.

— Так. И к чему ты про это?

— К тому, что Симоновы — люди расчётливые и холодные в большинстве своём. Амелия, возможно, тоже станет такой же ледышкой, как и остальные члены её семьи. Но я сейчас больше про самого Симонова. Для него исключить студента — ничего не стоит! Все вокруг, как зомби повторят две идентичные фразы: «кузня талантов» и «кузня гениев». Так, если Виктору Аркадьевичу так противно, что студенты смеют наслаждаться юностью в свободное от испытаний время — почему бы не исключать за это? Спалился с бутылками? На мороз! Спалился в магазине? Шёл к чёрту! Учуяли с запахом? Не достоин Харитоновки. Разве ввести серьёзные санкции — не самое очевидное решение? Конечно же, я поддерживаю ребят и хочу веселиться вместе с ними. Но… Мне искренне хочется понять, к чему все эти «танцы с бубном» вокруг алкоголя на отборочном туре?

— И вот, мы возвращаемся к тому, с чего начали. — заключил Серёжа: — Не забывать о себе! Каждый это интерпретирует по-своему. А ещё Харитонов заявил, что недолжно исключать студента за ингредиент, если он не с «браконьерской руки».

— Типа, чем алкоголь не ингредиент?

— Именно. К тому же, исключать студента за то, что он решил немного расслабиться — кощунство! Харитоновка же отбирает по принципу готовки и дисциплины именно на КУХНЕ. Понятное дело, что бегать голым по городу или вести себя непристойно вне академии — тоже нельзя. За это реально могут исключить, ибо позорить имя Харитоновки студенты не имеют право! Но «Бронзовая ночь» проходит СУГУБО в номерах гостиниц и отелей. То есть, на личной территории студентов. А личная территория — пространство, где «в тоже время не забывать о себе». Понимаешь?

— Чёртова бюрократическая паутина.

— Факт! Но согласись — исключать студента за то, что он несёт при себе ингредиент, это реально очень глупо.

— Ох… Ладно. Допустим, с этим мы разобрались. Но теперь вернёмся к главному. Зачем тебе верёвка из белья?

— Это же очевидно. Мы решили, что не будем рисковать! Эдуард с Вениамином нас хорошенько проконсультировали. Мол, даже если ты перехитришь продавцов и купишь алкоголь в магазине — тебя могут стопнуть у стойки администрации. Нам такое не нужно! Поэтому, мы поднимем алкоголь в корзинке при помощи троса из сменного постельного белья!

— Гениально. — обречённо вздохнул я: — Ваше желание взбухнуть меня поражает.

— Во-первых, я не пью. Просто поддерживаю командный дух! А во-вторых… Мне повторить про человека и купель учительницы?

— Ты не понимаешь. Это другое.

— Хорошо! В общем, благодаря нашим новым друзьям со второго курса — мы продумали всё до мелочей. А ещё, Эдуард вручил нам свою платиновую банковскую карточку. — Серёжа вытащил из кармана кредитку: — Чтобы мы ни в чём себе не отказывали! Я передал её Вальку. Так что, он втарится по полной программе.

— Серёж. У меня плохие новости. Карточка у тебя в руке.

— А? — взгляд очкарика медленно сконцентрировался на блестящем куске пластика, а на лбу выступил пот: — ЕМАНА РОТ!!! Я ИДИОТ!!!

— Твою ж мать… — плотно выругавшись, я схватил Серёжу за плечо, и мы на дикой скорости полетели в сторону лестницы.

Хороший у пацанов план! Надежный, как швейцарские часы…

— Не отвечает… — вздохнул Серёжа, глядя на коннектор, когда мы уже выбежали за территорию «Альпины» в небольшой курортный посёлок.

— А они не сказали, в какой именно магазин пойдут? — уточнил я.

— Нет, конечно… Да и если честно, они могут быть, где угодно. В посёлке тридцать четыре магазина, где можно приобрести «алкашку».

— Ты слишком осведомлён для человека, который не собирается пить…

— Как я уже сказал — это всё только для поддержания компанейского духа!

— Да-да… Я тебе, конечно, верю. Разве могут быть сомнения?

— Как бы… Понимаешь, в чём дело? Если Чёрный Сергей вырвется на свободу при Свете — наше дело труба… А я этого не хочу.

— Погоди. Сколько вы там дружите? Шесть лет? И Света НИ РАЗУ не застала Чёрного Сергея⁈

— Угу…

— Как бы, я всё понимаю. Но ты не считаешь, что это важный момент, который стоит обговорить с девушкой, прежде чем начинать сближение?

— Считаю. Но я же не буду пить!

— Как во время приветственной вечеринки, да?

— Там всё вышло случайно…

— Серёж… А что мешает случайности произойти вновь? Да ещё и при Свете.

— Мой контроль! Моя сила воли!

— Угу… В общем, дам тебе один совет. Если хочешь серьёзных отношений — лучше на берегу выдать своей потенциальной девушке все свои «нюансы». Не хочу сейчас выглядеть пессимистом, но был у меня знакомый, который писался во хмелю… Так вот, когда его «суженая» об этом узнала — был скандал, развод и девичья фамилия.

— Верните мне прежнего Дерека! Этот, какой-то душный…

— Уж простите, Сергей. Но я хотел, как лучше! Да и, вообще — если мы не найдём ребят, то о сближении можно и не мечтать. «Бронзовая ночь» была отличным предлогом пригласить Свету к себе.

— Так… — Серёжа зажмурился и начал активно соображать: — Давай представим себя на месте Валька и Коли. Куда мы можем пойти?

— Ну, Колян у нас экономист ещё тот. Наверняка потащил бы Валька в «Бастилию» или «Светлое и Чёрное». Хотя… Опять же, зная его — он и в «Шестёрочку» может утараканить.

— А там разве есть алкоголь?

— Хах… В «Шестерочке» есть всё!

— Ладно… Тогда предлагаю начать с ближайших недорогих магазинов. — Серёжа включил навигатор в коннекторе: — О! Здесь недалеко…

Однако во всех ближайших недорогих магазинах оказалось пусто. Была здесь элитная синяя «Наискось». Вот там «охота» шла полным ходом… Студентики вновь позабыли, что они аристократы и начали звереть.

— Господи… Какие же они все белые и пушистые в Харитоновке. — подметил я: — И какие жуткие здесь.

— Распоясались. Аристократы, как и обычные люди — крайне наглые существа. Если им что-то надо, то они готовы на всё, чтобы это достать.

— Так говоришь, как будто сам не такой…

— Я слишком воспитан для подобных перфомансов.

— Это замечательно. О! — я обратил внимание на шикарную вывеску, которая гласила: «Chiaro di luna»: — Чую запах элитного алкоголя. Пойдём зайдём? Карта-то всё равно у нас.

— Погнали!

Открыв дверь из дорогущего дерева, я тут же почувствовал кислые нотки перебродившего винограда.

Спустившись в подвал, мы увидели огромное количество бочек с вином. А сколько здесь было красивых бутылок на стеллажах. М-м-м…

— Так вот. — икнув, пробасил пьяный мужской голос: — Я её хватаю и говорю: «Дорогуша! Это же вам не амстердамский бордель! Давайте просто договоримся на оздоровительные процедуры!» На что она мне ответила: «Счастливый акончания! Счастливый акончания!» Дура азиатская… Ик-ой…

В компании Коляна и Валька за небольшим круглым столиком стоял здоровенный мужик, которого издалека можно было запросто перепутать с медведем. Одет он был в дорогую рубаху и бежевые брюки. А на руках красовались золотые часы.

— Парни! Что здесь происходит? — поинтересовался я.

— О… Ваши друзья? — мужик скривился, а затем обдал нас с Серёжей мощным амбре.

— Ага. — кивнул Валёк, отхлебнув из здоровенного стакана. Только сейчас я заметил, что на столике красовалась бутылка дорогущего порто руби.

— Присоединяйтесь, парни! Жинка мне весь мозг вынесла… Честно, думал, что проще спрыгнуть с фуни… Фун… Фуни… АПЧХОЙ!!! — мужик не чихнул, а устроил испытания водородной, мать её, бомбы! Нас с Серёжей едва не сдуло обратно к лестнице.

— Будьте здоровы! — слегка захмелевший Валёк поднял здоровенный стакан и залпом осушил его.

— А, спасибо… Димон! — позвал здоровяк: — Димон! Принеси ещё два… Ик-ой… Стакана! Тут пацаны подвалили…

— Ага. — к нам вышел типичный Гарсон. Весь такой в смокинге и моноклем в левом глазу. Осанка, как у Валерона! Словно шпагу проглотил. Блистая лысиной и заигрывая маленькими подкрученными усиками, Димон поставил на стол ещё два стакана: — Не красиво ты себя ведёшь, Роб. Это ж будущие шефы. А ты их спаиваешь!

— Вообще-то, мы агрономы. — возмутился я: — Приехали сюда для исследования редких горных растений.

— Угу… — хмыкнул Димон, услужливо разлив вино по стаканам: — Знаете, за последние девять лет я уже раза четыре видел «агрономов», которые изо всех силы пытались затариться у меня «алкашкой». Думают, что раз я частник, торгующий «элиткой», то значит закрою глаза на административное постановление. Ага! Конечно.

— Ну, не надо с ними так строго! — возмутился Роб: — К коллегам надо относиться с… Ик-ой… Уважением. Тем более, ты сам был на их месте двадцать семь лет назад.

— Вообще-то, ты тоже. Но у них — отборочный тур! Готовить очередную «шальную мысль» с похмелья — отвратительное занятие.

— Наоборот! В этом есть своя прелесть… — Роб схватил Сережу и подтащил к себе: — Знаешь, я тебе так скажу. Фигня всё это! Про запреты и прочее. Вот Димон сейчас корчит из себя гуся важного! Весь такой воспитанный… В смокинге за тридцать пять тысяч рублей ходит. А двадцать семь лет назад, как выпьет… Да, как к девчонкам из сообщества садоводов шары подкатит… Потом ка-а-а-а-ак запоёт под гитару! Так всё! Ищи-свищи. И дружочек-пирожочек его… Такой же. Пили, как черти! С девчонками соловьями чирикали. А теперь — один лучший сомелье Империи со своей винной лавкой. А второй, вообще, ректор Харитоновки…

— Стоп. Что⁈ — я не поверил своим ушам: — Вы что… дружили с Виктором Аркадьевичем?

— Ага. Да и сейчас дружим. Но гуси они. Ой, важные гуси! — хохотнул Роб.

— Тебе уже хватит. — хмыкнул Димон: — Пьёшь четвёртую бутылку «Грэхемс»! Ладно, что хоть ребята тебе помогают…

— Тебе жалко, что ли?

— Жалко у пчёлки знаешь, где?

— Ты бочку на меня не кати! Я, между прочим, твой гость. А парни… У них сегодня наверняка будет весёлая ночка. Продай им вкусноты! По-братски…

— А вот и нет! Устраивать «охоту» в винной лавке выпускника Харитоновки — это надо иметь определённый склад ума. К тому же, я оберегаю этих ребят от негативных последствий!

— Ты сам одно большое негативное последствие.

— А я тебе говорю — хватит спаивать парней!

— Парни, а вы разве против? — удивился Роб.

— Никак нет! — ответил за нас всех слегка захмелевший Валёк.

— Ну, вот видишь?

— Ребята… Если вы хотите успеть хоть что-нибудь урвать — вам лучше поторопиться! — предупредил Димон.

— Так там всё не то. — с грустью вздохнул Валёк: — У вас тут — качественный порто. Превосходное вино! Виски и бренди высшего уровня. Даже иностранное пиво есть! А что там? Что там? Один прокисший дистиллят… Он мёртвый. Безвкусный! И бездушный…

— О! Роб, смотри! По твоим стопам идёт. — усмехнулся местный сомелье: — Хорошая попытка, юный шеф. Но нет. На меня такие фокусы не действуют! Здесь можете сидеть сколько угодно, ибо правило «не забывать о себе» вполне подходит для моей лавки. Однако с собой точно не продам.

— Так! — Роб резко поднялся, едва не опрокинув столик: — На дворе «Бронзовая ночь»… Теплынь. Чёрное небо. Звёзды и полная луна! В «Альпине» молодые красивые девчонки, которые пойдут только в ту в комнату, где есть вкусный и качественный алкоголь. Парни! Мы с вами обойдём правила. Я куплю любой алкоголь для вас. За свой счёт!

— Роб, ты дурак? Я же тебе не продам.

— С чего это⁈ А как же кодекс защиты потребителя⁈

— На меня не распространяется. Я зарегистрирован, как ресторан. Хо-хо-хо… — злорадно усмехнулся Димон, пригладив тонкие усики.

— Ну, всё… Разозлил ты меня, Лысая башка! — слегка пошатываясь, здоровяк подошёл к барной стойке: — Я вызываю тебя на кулинарную дуэль!

— Отказываюсь.

— Не выйдет. — усмехнулся Роб: — Я назвал тебя «Лысой башкой». Без уважения! Нагло и надменно.

— Вот паразит…

— Оп-па! Ответочка, Господин Гуслин. Я знал, что вы агрессивны… Ик-ой! Но не думал, что настолько. В общем, предлагаю смахнуться! Если побеждаю я — ты продаешь пацанам ЛЮБОЙ алкоголь, который они попросят. Я всё оплачу! А если победишь ты… Что ж, в таком случае я залезу на стол и трижды прокукарекаю.

— Хех… Ты же на ногах не стоишь? Как ты собираешься встать за плиту? Или удумал спалить мою лавку к чёртовой матери?

— А я возьму в помощь пацанов. Они будут моими руками.

— Студентов? Пф-ф-ф-ф… — в голосе Димона прозвучали явные нотки скепсиса: — Первогодки с пьяным бывшим Девятнадцатым из Совета Элит против трезвого Третьего из Совета Элит, который получил звезду Мишлена в Праге, а также завоевал титул «Мэтра» в девяносто шестом? Это будет лёгкая победа!

— Парни, вы как? Натрём гусю шею?

— Как по мне — хорошая мысль. — Колян, который тоже успел немного захмелеть, уже во всю рвался в бой.

Конечно, надо бы поторапливаться, пока в магазинах не спалили волну студентов. Однако сразиться с шефом, который был Третьим номером, да ещё и с крутыми наградами — крайне любопытно.

В общем, к чёрту! Играем на все бабки.

— Ого! — восхищённо присвистнул Колян, когда мы зашли на кухню Димона: — Так у вас тут реально целый ресторан⁈

— Знаешь ли, когда истинный ценитель культуры пития приходит ко мне, я не имею морального права отказать ему в плане угощения. К тому же, я всегда имею определённый запас различных продуктов, чтобы в любой момент можно было подать салаты, закуски и горячие блюда. — пояснил сомелье, раскрыв огромный холодильник: — Кстати, предлагаю остановиться на блюде из курицы. Роб, ты как к этому относишься?

— В целом — очень даже неплохо. — здоровяк подошёл к мясорубке: — Какая-то определённая часть или без разницы?

— Думаю, что без разницы.

— Хм-м… Тогда дай мне минутку. — Роб внимательно исследовал все полки, а также содержимое холодильника: — Отлично! Парни… Сегодня Дядюшка Роберт покажет вам, что такое настоящие фрикадельки.

— Вау… А как же изыск? — с усмешкой глядя на друга, поинтересовался Димон.

— Этой ночью у нас будет битва вкусов! Плевать на изыск. Плевать на ресторанную эстетику! Я хочу показать тебе и ребятам, что можно достичь вершины с любым блюдом. Главное — вкус!

— Печально, что ты заранее приготовился к поражению. Но — дело твоё. Сколько на готовку?

— Мне хватит и часа.

— Хех… Решил лишить меня одного из козырей?

— Козырей? — удивился я: — Это он про что?

— Дмитрий у нас всегда был одним из самых нерасторопных. Сдавал блюда последним. А тех, кто работал слишком быстро — презирал.

— Я никогда и никого не призирал! — возмутился Димон: — Просто, так уж вышло, что я наслаждаюсь процессом готовки. И считаю, что с едой нельзя спешить.

— Нельзя спешить, говоришь? Что-то я сильно сомневаюсь, что твои «ценители искусства пития» будут ждать дольше двадцати минут. К тому же, я не вижу у тебя на кухне помощников. Да и официантов с администраторами нет… Сдаётся мне, что время для тебя уже не проблема.

— Кто знает. — загадочно ответил сомелье и надел чёрный фартук: — Но шестидесяти минут мне за глаза хватит, чтобы уничтожить твои фрикадельки.

— Посмотрим. — Роб взглянул на нас совершенно трезвыми глазами: — Итак, пацаны! Мне нужно несколько кусочков филе куриной грудки. Куриный бульон. Два куска белого хлеба. Сливки. Зелёный лук. Сычуанский перец. Соль мелкого помола. Кунжутное масло. Японская яичная лапша. Имбирь. Два зубчика чеснока. Соус унаги. Соус сладкий чили. Смесь соевого соуса с крахмалом. Устричный соус. Мёд. Лимон. Ну и немного кинзы. Поехали!

Сперва начался самый настоящий «Форт-Боярд», ибо мы с ребятами впервые оказались на кухне Димона и банально не знали, что и где лежит. А учитывая размеры данного помещения — побегать пришлось изрядно.

Пока мы искали все необходимые ингредиенты, Роб поставил куриный бульон на разогрев.

А вот у нашего сомелье всё было схвачено! Проблемы с нерасторопностью остались далеко позади.

— Извините! — поинтересовался Серёжа, начищая имбирь: — Дмитрий, а где ваш персонал?

— Прямо перед тобой. — ответил он, ловко разрезая филе бедра.

— В смысле?

— Я и есть свой персонал.

— Это шутка, да?

— Никаких шуток. — улыбнулся Дмитрий и поставил сковороду на газ: — Раньше я работал в ресторане «Штангл» в Праге. Получил для них звезду Мишлен. Понял, что вырос. Ушёл в ресторан «Папилио». Защитил для них вторую звезду Мишлен. Вернулся в Москву и… Вот тут началось всё самое интересное. Меня пригласили в «Твинс Гарден». Хороший ресторан! Я бы даже сказал — один из лучших, в которых я когда-либо бывал. Однако именно там я столкнулся с бренд-шефом, который… В общем-то, оказался самой старой закалки.

— Не сошлись характерами? — уточнил я.

— Мягко сказано. Мы ссорились в пух и прах! Скандалили. Никак не могли сойтись в едином мнении. Вообще-то, меня нанял хозяин ресторана. Попросил помочь. А бренд-шеф помощь мою брать не хотел. В общем, так мы и ссорились, как собака с кошкой. Я тогда понял, что хочу своё собственное заведение. Ушёл. Связался с Витей. Он немного помог мне с раскруткой и… Я открылся за рекордные четыре месяца. Всё было просчитано идеально! Маркетинг. Интерьер. Меню. Подача. Вообще, всё! Но… спустя два месяца я закрылся.

— Почему? — удивился Валёк.

— Потому что, не смог построить коллектив. Я думал, что выпускники Харитоновки будут рады помочь мне. И начнут слаженно работать. Однако всё получилось, как в «Лебедь, рак и щука». Все тянули одеяло на себя. Устраивали жёсткие подлянки друг другу. И в итоге… Мой ресторан погиб, так и не успев нормально открыться. Это было больно. Очень больно. Я впал в такую депрессию… Думал, что уже никогда из неё не выберусь. Но спустя три года внутренних метаний и различных подработок в семейных ресторанчиках, я решил, что возьму всё на себя. Открою такое заведение, чтобы готовить там в своё удовольствие! Мне очень понравился ирландский паб «Фидиш». Его держал выпускник кулинарной академии «Голубая лента». Мало того, что парнишка работал там один. Так он ещё и умудрился собрать огромную аудиторию преданных фанатов. Выпивохи с деньгами — одни из самых лучших клиентов!

— Ага! А меня выгонял. — фыркнул Роб, докрутив на мясорубке филе.

— Ты — отдельная история. — усмехнулся Димон: — В общем, я тогда для себя решил, что найду место, куда приезжают люди с деньгами. Сперва хотел отправиться в Крым. Но немного подумав, выбрал курорт Красная поляна. И вот… Я здесь уже почти девять лет.

— Судя по всему — дело процветает? — я огляделся по сторонам.

— Не жалуюсь. Как бы, я всегда мог переосмыслить подход к коллективу. Всегда мог начать экспериментировать. Искать не огранённые алмазы среди людей и визитёров. Но решил, что это точно не сделает меня счастливым. Хочешь сделать хорошо? Сделай сам. Вот это мой девиз. А коллектив… Это всё же слишком кропотливая работа. Может быть, в будущем я займусь этими глупостями. Но, а пока — меня и так всё устраивает.

— Пф-ф-ф-ф… Всё устраивает? Ты просто не умеешь делегировать. — отмахнулся Роб: — А ещё в тебе нет достаточных лидерских качеств. Потому ты и работаешь один. К тому же, неумение распределять работу между сотрудниками выдаёт в тебе всего одного слово.

— Какое же?

— Коллектив. Какой шеф в своём уме называет КОМАНДУ — КОЛЛЕКТИВОМ? Так… Отложим истории и быстренько распределим обязанности. Значит, Искандер — на тебе имбирь и чеснок. Нарезать максимально мелко!

— Да, шеф!

— Сергей — на тебе сычуаньский перец! Самый мелкий помол и смешать с солью.

— Да, шеф!

— Валентин! Проследи, чтобы куриный бульон разогрелся до девяносто градусов на плите. Не больше!

— Да, шеф!

— Николай — ты на соусе!

— Да, шеф!

Тем временем, Димон уже во всю добавлял в сковороду к курице лук, вешенки и шампиньоны. Восхитительный аромат тут же заполонил кухню! А шкворчащие лук с грибами были подобны великолепной музыкальной симфонии, что могла достучаться даже до самого незатейливого слушателя… На секунду мне показалось, что наши шансы крайне малы.

Однако, как только я передал Коляну нарезанные имбирь с чесноком, которые тут же отправились на разогретую сковороду — мои сомнения в мгновения рассеялись. Ядрено-бодрящий аромат нагло врывался в нос и вызывал обильное слюноотделение во рту. Потрясающе!

— Николай! Три столовые ложки сладкого чили. Одну столовую ложку мёда. Четыре столовые ложки унаги. Одна столовая ложка устричного соуса. И одна столовая ложка смеси из соевого соуса!

— Да, шеф!

— Как протомишь — сбрызни лимонным соком!

— Да, шеф.

Когда Колян начал ловко замешивать всё перечисленное, аромат стал ещё сильнее. В воздухе витали нотки азиатской кухни. Пряной. Острой. Яркой!

А Роб уже успел смешать фарш с нарезанным зелёным луком, кунжутным маслом, хлебным мякишем со сливками и смесью из соли с сычуаньским перцем, и теперь стряпал фрикадельки.

— Ребят, кто мне ответит, почему мы не доводим бульон до кипения?

— Чтобы сохранить форму фрикадельки. — ответил Валёк.

— Каким образом происходит нарушение формы фрикадельки при кипении воды?

— Потому что влага, которая находится внутри мяса — закипает и нарушает текстуру. — пояснил Серёжа.

— Молодцы! Аж гордость берёт! — удовлетворённо заключил Роб.

В итоге, готовые фрикадельки были отправлены в томящийся соус, а в оставшемся бульоне я отварил японскую лапшу.

— Не забываем про растительное масло! — сообщил здоровяк, после того как вывалил макаронные изделия на тарелку: — Чтобы ничего не слиплось и выглядело красиво.

— Медлите, господа! — Димон выставил на столик готовое блюдо: — Фрикассе из курицы с двумя видами риса. Думаю, этого будет достаточно, чтобы оценить разницу между Девятнадцатым и Третьим из Совета Элит.

— Не слишком ли пафосно, дружок? — Роб взял щипцы и выложил лапшу в виде гнезда, а в центр аккуратно вывалил фрикадельки под соусом: — Французская кухня против азиатской… Я думаю, что победитель очевиден.

— Конечно, очевиден. — усмехнулся сомелье: — Пробуйте!

Мы с ребятами вооружились вилками. Казалось, что аромат от блюда проникал в самую душу! Насыщенный… Сливочно-грибной. Возможно, сюда больше подошло бы ризотто. Но как только нежнейшая и сочная курочка с грибами и рисом коснулись моего языка — я забыл обо всём на свете.

Центр европейского городка. Не очень большого. В таких, как правило, все друг друга знают и живут одной дружной семьей.

Вечер… Закат разукрасил небо в пятьдесят оттенков розового. Аромат жаренного мяса птицы разлетается по округе! Мимо меня проходили счастливые горожане. Очередной прекрасный день закончился и можно отдохнуть.

Кто-то пил пиво из большого бокала, а кто-то наслаждался восхитительными, но в тоже время очень простыми блюдами в открытых кафешках. Красота!

Вкус фрикассе заботливо убаюкивал, словно забирая все негативные мысли и тревоги. Он был таким близким и родным, но в тоже время открывал нечто новое благодаря двум видам грибов.

Вся забота, радушие и любовь к посетителям сконцентрировалась в этом прекрасном блюде!

— Дмитрий… Это потрясающе! — восхитился я: — Но у меня вопрос… Как вы добились такого плавного вкуса лаврового листа?

— Всё дело в том, что я не ломал его на две части. И даже не бросал в блюдо целиком. У меня есть свой секрет. — Димон вытащил банку с мутноватой жидкостью: — Всё дело в том, что я вымачиваю сушеные лавровые листья в воде, а затем просто добавляю получившийся сок в блюдо. Этот способ помогает равномерно распределить привкус.

— Умно! — кивнул Валёк: — Надо будет взять на вооружение.

— Я понимаю, что вы осознали всю глубину вкуса моего фрикассе. Но будет нечестно, если вы не попробуете блюдо Роба. Он же так старался… — усмехнулся сомелье.

Печально это признавать, но даже визуально фрикадельки с лапшой серьёзно уступали блюду Димона. Однако для нас главное вкус.

Равнина. Абсолютная… равнина. Самые обычные и… я бы даже сказал — посредственные куриные фрикадельки. И пока моё воображение рисовало маршрут до ближайшего магазина, равнина вдруг начала шевелиться. Из земли вырастали огромные деревья, трава и самые разнообразные цветы.

За доли секунды вокруг меня образовалась целая азиатская деревня.

Невероятная палитра вкусов различных соусов накрыла меня с головой. Какая дикая и невообразимая яркость! Словно все краски вокруг выкрутили на максимум…

— Донг Фенг! — ко мне подбежала милая молодая китаянка в традиционном платье: — Вот ты и попался!

— В смысле⁈

— Пришло время для страстного поцелуя!

— Нет, Ли Сян! Только не сейчас…

— СЕЙЧАС!!! — девчонка уверенно схватила меня, и наши губы слились в страстном жгучем поцелуе.

Вот она — сила специй! Бодрящая и мощная. Вкусная острота, которая очень хорошо балансировала с лапшой.

— Ну ты и га-а-а-ад… — протянул Димон, попробовав фрикадельку: — Модернизировал соус, чтобы он работал в режиме «бомбы замедленного действия»?

— И не только. — задумчиво произнес Колян: — Лапша… Она должна быть более постной, но благодаря бульону имеет очень яркий вкус, который дополняет и гармонирует с остротой фрикаделек.

— И сычуаньский перец смело раскрывается с каждым укусом… Восхитительная острота! — согласился Серёжа.

— Как ты этого добился? — удивился Димон.

— Видишь ли, дорогой друг, я тоже не сидел сложа руки. И пока ты обслуживал богатеньких выпивох — я не просто развивал свою сетку ресторанов, но и продолжал активно совершенствовать свои навыки. Так уж вышло, что, если хочешь стоять на месте в современном мире — нужно очень быстро бежать. Да и к тому же, если шеф или бренд-шеф не умеют готовить… Какие же из них тогда лидеры ресторанного бизнеса? Ты хоть знаешь, сколько раз меня хотели подставить? Ты даже не представляешь, кто сейчас приходит работать в рестораны! Ребятам по двадцать пять лет. А их навыки уже далеко за пределами наших. Я вынужден оставаться в тонусе и идти дальше, чтобы меня уважали мои сотрудники. Понимаешь?

— Ладно. Уел. — вздохнул Димон: — Я подумаю над тем, чтобы взять на практику парочку рукастых ребят. Чисто на подхват.

— Подумай. Лишним не будет. А что же касается нашего уговора… — Роб вытащил здоровенный бумажник: — Выбирайте, парни! Дядя Роберт никогда не пускает слов на ветер.

* * *

— Ты готов? — спросил Серёжа, схватившись за древко швабры.

— Готов. — кивнул я, удерживая канат из постельного белья.

— Запустить вращение!

Мы начали постепенно закручивать нашу имитацию каната, и спустя две минуты подняли две корзины с алкоголем.

Дядя Роберт расщедрился по полной программе и купил для нас несколько бутылок элитного портвейна, красного и белого вина, дорогущего пива в металлических бочках, джин, виски, ром и коньяк. В общем, этого бухлишка хватит, чтобы нехило так напоить приличную компанию.

— Отлично! — обрадовался Серёжа: — Думаю, хоть что-нибудь из этого для Светы подойдёт.

— Ага. Сейчас главное убрать всё, что нужно в холодильник. Особенно — вот эти пивные бочонки. Их, так-то, нужно остужать весь день. Но, думаю, что немного пены не испортит ситуацию.

Быстро распределив алкоголь, мы дождались Коляна и Валька.

— Так! Что у нас по плану? — поинтересовался проводник: — Кого вы позвали?

— Ну… Я позвал Свету. Она согласилась и сказала, что позовёт парочку своих подруг.

— Блин! Только девчонки?

— Уж извини… У Светы туго с парнями. Я единственный.

— Хах… оно и понятно. — усмехнулся Валёк: — Ну, думаю, можно позвать ещё парочку человек.

— Парочку человек? — я начал вспоминать, с кем мы ещё нормально общались. И если честно, на ум никого не пришло: — Так… Я тогда пойду до наших схожу. Спрошу, какой у них настрой. Может быть, кого по пути зацеплю.

— Давай! А мы пока приготовим посуду. — Серёжа принялся расставлять одноразовые стаканчики.

Как только я вышел в коридор, то тут же заметил Ви. Её лицо было очень грустным… Она сидела на угловом диване и пустыми глазами смотрела на стену. С одной стороны, я крайне тактичный демон. И стараюсь не лезть в чужие проблемы.

Но с другой стороны — Ви спасла меня от голодной смерти. И будет просто по-свински пройти мимо.

— Хэй! Как дела? — я подошёл к девчонке и присел рядом с ней на корточки.

— Нормально. — ответила она и попыталась улыбнуться.

— Выглядишь не очень. Ты что, плакала?

— Я? Нет… Что ты? — Ви отвернулась, чтобы скрыть лёгкое покраснение от слёз.

— Слушай. Не в моих правилах лезть в душу. Всё же, мы с тобой едва познакомились… Но я скажу тебе один мой маленький секрет. Меня дико возбуждают грустные девочки с голубыми волосами!

— Хах… Дурак! — улыбнулась Виола.

— Я серьёзно! Видишь? Мурашки побежали. Сейчас наброшусь на тебя.

— Хе-хе… Спасибо. Нет, мне правда стало немного легче.

— Тогда, пока мы не предались грехопадению прямо в этом кресле… может быть, расскажешь, что с тобой случилось? Помочь не обещаю. Но если надо своровать трусики… — я протянул Ви платок: — Знаешь, во мне, как в рыцаре — ещё не умер дух истинного авантюризма. Снимай штанишки!

— Прости. — девушка тут же вытерла слезинки: — Это очень мило. Правда! Но мои проблемы не стоят твоих переживаний.

— Я уже здесь. Если не расскажешь — я на тебя наброшусь. А сейчас вина бахну — совсем дикий буду.

— Ой-ой, боюсь-боюсь. — Ви, наконец-то, пришла в себя: — Ладно, Рыцарь-Развратник! Дело в том, что у меня небольшие проблемки со старшей сестрой. Вот и решила пока посидеть… Всё обдумать.

— Выходит, ты у нас Новикова?

— Представь себе. И это… ужасно!

— Почему?

— Хелена… Она очень хорошая. Я люблю её. И ценю её заботу… Но иногда она слишком перегибает палку. Харитоновка — кузня гениев, а не панибратство на максималках! Меня очень напрягают её подачки. К тому же… Она никогда этого не стесняется! Особенно здесь. Я одна осталась из своей группы. Но не потому, что являюсь младшей Новиковой. А потому что вовремя выключила огонь под кастрюлей. Мы не так давно проходили морских гадов… Я это хорошо запомнила. А ребята… В общем, их морепродукты получились резиновыми. Разве же в этом моя вина?

— Нет, конечно.

— Вот и я так же думаю. А они… Они накинулись. Пустили слух, что я «сестричка, которую пропихивают по связям». Со мной теперь никто не разговаривает. И… внутри такая пустота… Аж тошно! И внезапные выпады Хелен с Марикой лишь усугубили ситуацию. Ещё хорошо, что Варя осталась в Харитоновке… она тоже любит меня тискать.

— Варя… это кто?

— Правая рука Господина Симонова. Марика, Варя и моя сестра — тройка лучших выпускниц одиннадцатого года. Они же в две тысячи десятом году Джейми Оливера в «Повелителе Адской кухни» уделали. Считай — стали живыми легендами.

— Ничего себе! Это круто.

— Ага… Только вот, Хелену заносит. Я пыталась до неё донести… Но всё без толку.

— Ладно! Я думаю, что сейчас это мусолить смысла нет. Я приглашаю тебя в нашу небольшую тусовку. Так сказать, отметить «Бронзовую ночь»! У нас там очень много вкусняшек.

— Правда? — глаза Ви тут же ожили: — Я, конечно, не пью… Но чисто за компашку потусить могу.

— Вот! Чисто за компашку и потусишь.

К каждой девушке нужен индивидуальный подход. Вот, к примеру, Летти бы мне за такие приколы пробила бы башку. А для Ви — вышло отличным отвлекающим маневром.

В общем, главное научится определять тип представительницы прекрасного пола, чтобы не нарваться на воспитательный звездюль.

Подойдя к двери, где жили девчонки, я трижды постучал.

— Уже выходим! — отозвались из номера.

«Уже выходим»… Потрясающая и, я бы даже сказал — фантастическая фраза, которая существует вне контекста времени.

Уже выходим прямо сейчас. Или уже выходим через двадцать минут. Тут нет никакой разницы для девушек. Главное, что они поставили тебя в известность, мол — торопимся изо всех сил. Однако никто не знает, насколько это «уже выходим» в итоге растянется.

Пока Наташа, Настюша и Зиночка «уже выходили», мы с Ви успели обсудить легендарное трио выпускниц одиннадцатого года вдоль и поперек. Конечно, больше всех меня интересовала Марика. И да — исключительно в личных целях.

А ещё я не знал, сколько прошло времени. Может быть, двадцать минут. А может быть, и сто лет… В этом и заключался основной парадокс девичьего «уже выходим».

— Наконец-то! — недовольно пробурчал я.

— О! Виола! — обрадовалась Зиночка, сразу дав понять, что мои претензии касательно времени тут не котируются: — Ты с нами?

— Ага… — застенчиво ответила младшая Новикова: — Меня Дерек пригласил.

— Умница! — миниатюрная бухгалтерша встала на носочки и погладила меня по голове: — Вот я знала, что на тебя можно положиться! К тому же, я так поняла, что вечеринка у нас будет очень частная, да?

— Типа того. Серёжа сказал, что позвал только Свету и парочку её подруг. А я вот, Ви поймал.

— Ви? — Зиночка таинственно улыбнулась: — Когда это вы успели настолько сблизиться?

— Но-но! Вообще-то, это моя спасительница!

— Ой, да брось… Ну, покормила. Каждая уважающая девушка бы поступила на моём месте так же… — скромно ответила Ви.

Девчата тут же хитро переглянулись.

— Виола тоже умница. Времени зря не теряет…

— Как бы… Я…

— Ой, да не стесняйся! Это ж Дерек. Он классный парень! — Зиночка подхватила Ви под локоть: — Идёмте, друзья мои! Наша микро-вечеринка начинается прямо сейчас! О, как же я этого ждала…

— Ты же не хотела идти? — усмехнулся я.

— Кто такое сказал? Фигня всё!

— Как скажешь.

— Коктейльчики… Хочу вкусные коктейльчики! А ещё поиграть в карты! Обожаю микро-вечеринки! — Зиночка дернула на себя дверь Серёжиного номера и остановилась, как вкопанная.

— Твою ж мать… — выдохнул я, глядя на дикую толкучку внутри. Тут даже яблоку негде упасть! У меня сложилось впечатление, будто здесь собрались все «выжившие» первогодки Харитоновки: — Это и есть «пара Светиных подруг»?

— Эм-м… Ребята… — Серёжа виновато посмотрел на нас: — Гостей немножко больше… Чем ожидалось. Но вы не переживайте! Все со своим алкоголем… К тому же — в тесноте, да не в обиде… правда?

— Действительно… Подумаешь — четыре человека на квадратный сантиметр? Все впритирочку.

— Угу… Я видела порнофильм, который начинался точно так же… — шокировано прошептала Ви.

— Уважаемый! — я с непониманием и легкой ноткой наезда взглянул на Серёжу: — У меня вполне резонный вопрос… КАК⁈ А главное — нахрена⁈

Одно дело, когда вы изначально договорились собрать у себя большую компанию. И совсем другое, когда эта самая компания приходит без приглашения! Или, всё-таки…

— В общем, тут такое дело… — замялся «Великий Гэтсби» местного разлива.

— Простите! Это я виновата. — на защиту очкарика тут же встала милашка с длинными вьющимися зелеными волосами.

— О! Светлана! — улыбнулся я: — Рад видеть вас на этом празднике жизни! Но мне кажется, что отвечать должен «организатор» вечеринки, а не милая леди.

— И тем не менее… — Света тяжко вздохнула, а затем виновато опустила взгляд: — Серёжа сразу сказал, что планирует отметить «Бронзовую ночь» в своём номере. Я рассказала своей подруге Вике… Она у нас такая болтушка! В общем, моя вина в том, что я не проконтролировала ситуацию. В итоге, Вика разболтала ещё одной девчонке. Та ещё одной. И спустя несколько минут уже все знали, что здесь намечается вечеринка… Мне правда очень жаль.

— Тебе не стоит извиняться. А вот Сергулею пора бы научиться говорить людям «нет». Впрочем, это мы обсудим позже. Меня больше интересует, с чего студентам идти именно сюда, да ещё и со своим бухлишком? Я к тому, что совершенно не понимаю их мотивацию.

— Ну, я рассказал Свете, что мы будем тусить с тобой и Коляном. А она рассказала Вике. И Вика рассказала всем остальным.

— И что? Мы же простолюдины, которых «Харитоновчане» терпеть не могут! — Колян с недоверием посмотрел на Серёжу.

— Ну… Вообще-то, все хотят быть ближе к новым звёздам отборочного тура. — пожав плечами, ответил «Великий Гэтсби».

— Какие ещё звёзды⁈

— А ты не видел? — Серёжа вытащил коннектор: — На сетевом узле Харитоновки полчаса назад выложили результаты с баллами от арбитров. Вот!

Очкарик протянул мне свой аппарат. Да, действительно. Администрация выложила список лучших студентов.

— Погоди… Баллы⁈ — удивился я.

— Ага.

— Но каким образом происходит оценка? И почему нам про это не рассказали?

— Каждый арбитр индивидуально оценивает работу студентов на своём этапе. Как правило, это качество приготовления, дисциплина и демонстрация умений. Но проблема в том, что подробностей никто не знает.

— Ох, как же я не люблю все эти «мутные схемы»…

На данный момент список чемпионов выглядел следующим образом:

Симонова Амелия — 389 баллов

Цареградцев Искандер — 384 балла

Смирнов Николай — 382 балла

Жданова Людмила — 379 баллов

Новикова Виола — 378 баллов

Пинский Марк — 376 баллов

Воронцова Наталия — 356 баллов

Чёрный-Свистопляс Алексей — 355 баллов

Завьялова Анастасия — 354 балла

Седнёв Сергей — 353 балла

Никоноров Валентин — 349 баллов

Дальше пошли совсем незнакомые мне имена.

— Здорово, что все наши попали в первую двадцатку. Правда? — Серёжа виновато улыбнулся.

— Здорово, конечно. Но мне не совсем понятно, почему у Коляна на два балла меньше? Я искренне верил, что мы готовим плюс-минус одинаково на испытаниях.

— Мне кажется, что я сплоховал во время ужина. — вздохнул мой проводник: — Возможно, один из стейков получился не таким сочным, как должен был. Да и к тому же — я ушёл гораздо позже тебя.

— Два балла… Это несерьёзно. Особенно, если проблема реально в скорости.

— Хе-хе… Это только начало, Дерек. Поверь мне на слово — я ещё успею три раза тебя обогнать. — уверенно заявил Колян.

— Охотно верю. Ладно… Друзья! Я предлагаю найти хоть один свободный уголок, чтобы обосноваться и культурно продегустировать те чудеса, что нам подарил Дядя Роберт. Светлана, ты с нами?

— Д… Да.

— Отлично! — я незаметно подтолкнул Серёжу к зеленоволосой милашке.

Дела сердечные — это важно! Молодость на то и дана, чтобы влюбляться по уши. Страдать и надумывать себе всякую дичь. А ещё — чтобы общаться и изучать противоположный пол.

Однако отпускать нас в укромный уголок все пришедшие студенты не спешили. Я чувствовал себя знаменитостью, которую все хотели пощупать и спросить, про какую-нибудь глупость… То есть, важна не суть вопроса, а его наличие.

В ход шло абсолютно всё!

— Искандер, как вам «Альпина»?

— Николай, а вы слышали про кукурузные палочки?

— Правда, что простолюдины могут есть «дошик» хоть каждый день?..

— Извините, а что такое «шаурма»?

— Я хотела бы обсудить блюдо из отжаренной колбаски и двух яиц…

— Мне кажется, что вам пора выходить на международный уровень!

— А если простолюдин займётся любовью с аристократкой — она умрёт при родах?

— Индейка — это отврат! Давайте вместе придумаем, как избавиться от этого противного привкуса!

— Хочу потрогать тебя за попу.

— Возьмите меня в вашу компашку хулиганов!

— А я умею играть на тромбоне. Хотите послушать?

— Вы правда пробовали пиво «Балтика» и не умерли⁈

— Можно поподробнее про бургеры из «Вкусно и ладно»?

— Сколько вы зарабатывали в шашлычке?

— И всё-таки… Я готова заплатить, чтобы потрогать тебя за попу.

Голова была кругом. Серёжа и Валёк выступали в роли живого щита, расталкивая неугомонных студентов. И благо, что как только мы подошли к окну, вопросы закончились. Только наглая блондинка, неистово требующая мой филей, едва меня не ущипнула.

Ужас! Быть популярным так тяжело…

— Поберегись! — я протиснулся к окошку, рядом с которым, как раз находился наш холодильник и шкафчик с алкоголем: — Ну, и жесть! Почему меня никто об этом не предупредил?

— Разве это не очевидно? — улыбнулась Виола: — Сильные повара всегда в цене в Харитоновке.

— Ага… Только вот, нас весь сентябрь терпеть не могли.

— От ненависти до любви, как говорится — один шаг.

— Ой, Ви… Это явно из другой оперы. Но ладно. Оставим на секунду пьедестал и лучи славы. Пора бы уже и накатить! Кто готов сегодня поработать барменом?

— Я не умею. — с грустью вздохнул Серёжа.

— А у меня нет чувства меры… — Валёк виновато опустил глаза.

— Так… Понятно! Выберу сам. Пу-пу-пу… Пускай барменом будет Колян!

— Коктейли? — мой проводник хитро прищурил глаза: — А я могу! Вовчик научил меня паре фокусов в «Шашлычке».

— Вот и прекрасно! Предлагаю сперва обслужить всех трезвенников. Ви, ты у нас на соке?

— Угу…

— И Серёжа тоже. А Светлана?

— Ой, я тоже не пью. — смутилась барышня, спрятавшись за очкариком.

— Чудесно. Колян! Три сока этим амбассадорам здорового образа жизни!

— Да, шеф. — парнишка вытащил яблочный сок, а затем быстро разлил по стаканчикам.

— Прекрасные барышни? — я взглянул на Наташу, Зиночку и Настюшу, которые изо всех сил пытались состроить из себя саму невинность.

— А мы, что? Тоже, что и все… — скромно ответила миниатюрная бухгалтерша: — Не хочется отставать от коллектива…

— Чудесно! Колян! Что у нас на разогрев?

— Коктейль «ДеЛореан». — Колян тут же вытащил на стол джин, грейпфрутовый сок, брют и лаймовую газировку: — Мне рассказывать? Или делать молча?

— Не-не-не! Без сторитейлинга будет совсем не то. — ответил я: — Давай рассказывай всё, что делаешь. И самое главное — расскажи, откуда этот коктейль появился?

Сторитейлинг — один из важнейших моментов для большинства серьёзных заведений. Поэтому все будущие шефы обучались данному мастерству.

Во-первых, хорошая история подогревает аппетит. А во-вторых — серьёзно увеличивает удовольствие от посещения заведения! Одно дело, когда блюдо просто вынесли и поставили перед тобой. И совсем другое, когда официант рассказывает историю этого блюда, как бы презентуя его.

— Не вопрос! — казалось, что моя просьба крайне обрадовала нашего новоиспечённого бармена: — Значит, смотрите! Для коктейля нам понадобится бокал «Коллинз»…

О, да! Вовчик, как-то устроил для нас ликбез по посуде для коктейлей. Он с такой страстью рассказывал обо всём этом, что мы с Коляном не могли не заинтересоваться.

Так вот, с тех самых пор я тоже начал немного шарить за стаканы для модных напитков. «Коллинз» — это высокий стакан, который использовался для коктейлей «лонгдринк» или «дейли». Первое — это любые большие коктейли. А вот второе — «повседневный напиток». То есть, то, что ты можешь потихоньку употреблять на протяжении всего дня.

Понимаю, звучит странно, ибо в Российской Империи алкоголь уже давно перестал быть важной частью культуры. Скажу больше — его потребление сокращалось с каждым годом, что не могло не радовать.

А вот для европейцев, которые всю историю страдали от нехватки пресной воды — алкоголь стал неотъемлемой частью жизни. Поэтому они вполне могли пить весь день, начиная с раннего утра. Дело привычки.

— Для начала нам потребуется немного льда. — Колян раскидал по стаканам несколько пригоршней замороженных кубиков: — Так, мне говорить в унциях? Или лучше в миллилитрах?

— Жидкая унция — это сколько? — поинтересовался я.

— Где-то около тридцати миллилитров.

— К чёрту! Давай в миллилитрах.

— Хорошо. Значит, заливаем в стакан тридцать миллилитров джина. Затем шестьдесят миллилитров брюта. Потом тридцать миллилитров грейпфрутового сока. И сорок пять миллилитров лаймовой газировки. Перемешиваем ложечкой! И вставляем на краешек стакана дольку лайма. Вот так!

— Выглядит здорово. — я взял один из стаканов. Аромат крайне необычный. Легкая кислинка брюта с хвойной основой джина. А вот на вкус «ДеЛориан» оказался очень ярким!

Во-первых, горечь джина объединялась с кислой терпкостью игристого вина. Грейпфрут подчёркивал вкус алкоголя, но в тоже время очень смягчал спиртуозность.

Во-вторых, лаймовая газировка творила чудеса! Она, словно вытаскивала из всех ингредиентов самое вкусное. Реально, ощущение, будто едешь на футуристическом автомобиле по городу, где всюду горят неоновые вывески. Красотища!

— Без тоста? — Наташа крайне недовольно посмотрела на меня.

— Согласен. Мой косяк. — я поднял стакан: — Ну… За то, что мы прошли дальше?

— И за тех, кто не справился с испытаниями! — кивнул Валёк.

— Точно! ПЬЕ-Е-Е-Е-ЕМ!!! — воскликнул Колян.

Ребятам коктейль явно зашёл. Хотя, если вспомнить меня в их возрасте — я готов был выпить, вообще, всё, что горит.

— Итак. Настало время истории, Николай!

— Точно… — проводник на секунду задумался: — Давайте на минуту окунёмся в атмосферу Голливуда! Представьте себе одна тысяча девятьсот восемьдесят пятый год. Неоновые огни, синтезаторы, и где-то на задворках Лос-Анджелеса, в одном неприметном, но крайне стильном баре работал Винсент МакКенна — легенда барного ремесла. Конечно, тогда его знали, разве что местные выпивохи-завсегдатаи. Но это не мешало ему уже в те времена творить чудеса за барной стойкой. Ох, ребята-а-а… Винсент был настоящим алхимиком! Он смешивал не только напитки, но и эмоции.

— Начало уже интригует. — обрадовалась Зиночка: — Но я крайне разочаруюсь, если история закончится тем, что один из посетителей воспользовался коктейлями по прямому назначению.

— А какое у коктейлей прямое назначение? — поинтересовался Серёжа.

— Устраивать «кадриль» для девчонок. — усмехнулась миниатюрная бухгалтерша: — Смешение разных типов алкогольных напитков приводит к удручающему результату. Многие коктейли создавались не как произведение искусства, а скорее, как легкий и недорогой билет в койку к барышне.

— Не слишком ли много ты про это знаешь? — хмыкнул Колян.

— Не слишком. Повар должен быть любопытным!

— Ладно. Продолжим. В один прекрасный вечер в бар заглянул молодой и крайне амбициозный режиссёр, которому предстоял большой прорыв. А звали его Марти МакФлай…

— Да ты гонишь⁈ — удивился я.

— Шучу. На самом деле, его звали Декстер Довенпорт. И он только что закончил монтаж своего первого большого фильма. Фильма, который, как он надеялся, отправит его карьеру в будущее.

— Так.

— Декстер был взволнован и немного встревожен. Он чувствовал, что находится на пороге чего-то великого! Однако Декс боялся, что что-то может пойти не так… Знаете, как в старых фильмах, где герои часто попадали в передряги из-за своей несдержанности. Или из-за банальной случайности.

— Да. Такое и не в старых фильмах бывает.

— Так вот, Декс подошёл к Винсу и сказал: «Бро, через несколько часов решится моя судьба! Я стою на пороге величайшего прорыва… И это сводит меня с ума. В общем, мне нужен напиток, который будет отражать чувство предвкушения будущего. Лёгкую нервозность и, конечно же, стиль. Что-то, что поможет мне преодолеть волнение и поскорее перенестись в новый этап моей жизни.»

— Хах… В таком случае — ему нужно было просто бахнуть абсента. — хохотнул Валёк.

— Стиль, друг мой. Стиль — это всё! — едва не надувшись от важности, произнёс Колян: — Как говорит Петрович: «Алкоголь — это целая культура пития! Нажираясь, чем попало до поросячьего визга, мы плюем на эту культуру. Превращаем алкоголь из эстетики особенного вида отдыха в самую настоящую отраву. Пить надо умеючи! Без слишком быстрого разгона. Но и без чрезмерной плавности. Для всего важна мера.» Понимаешь?

— Ладно-ладно. И что там дальше было?

— Винс, как истинный творец, который был известен своей любовью к поп-культуре и всему, что связано с инновациями, тут же загорелся идеей. Он задумался: «Герой, будущее, стиль… Что может лучше всего это передать?» И тут его осенило! Он вспомнил о недавнем хите — фильме «Назад в будущее». И, конечно же, о главном герое этого фильма — автомобиле «ДеЛореан». Дело тут даже не в концепции машины времени. Сам «ДеЛореан» стал несбывшейся мечтой человека, который не просто строил автомобили. Он ковал эпохальный стиль! Американскую автомобильную культуру, которая объединила огромное количество людей по всему миру. Машина с дверями формата «крыло чайки»… Кузов, сделанный полностью из нержавеющей стали! «ДеЛореан» имел невообразимые контуры и формы, которые были больше свойственны космическим кораблям из старой фантастики. Вот он — истинный дух свободы и стиля восьмидесятых! Элегантное неоновое ретро, которое сейчас узнают все.

— Николай… Если бы я не была убеждённым трезвенником — то уже во всю дегустировала ваш коктейль. — улыбнулась Ви: — Вы подбиваете людей ступить на тёмную сторону силы…

— И в мыслях не было. — ответил Колян: — Моя задача — рассказать историю. И приготовить коктейль так, чтобы все желающие смогли прочувствовать всю глубину вкуса. Я не из тех, кто осуждает трезвый образ жизни. Наоборот, я всеми силами его поддерживаю! Вот, к примеру, моя невеста не выносит запах перегара и алкоголя. Но готова мириться, если мы с Дереком иногда накатим. Совсем по чуть-чуть. Поэтому прошу прощения, если смущаю.

— О, нет-нет! Продолжайте. Мне правда интересно!

— Благодарю! Итак… Винс начал колдовать. Он хотел, чтобы коктейль был ярким! С самыми неожиданными нотками, и чтобы он вызывал чувство лёгкости и предвкушения. Джин — сильнейшая основа. Брют выступал в роли увеселителя. Грейпфрут подчёркивал вкус алкогольных напитков и добавлял нотки необычности. А лаймовая газировка превращала кисло-горькую смесь в настоящий вкусовой фейерверк. Классический «джин с шампанским» заиграл новыми красками. И когда Винс подал Дексу этот коктейль, он сказал: «Ваша личная „машина времени“, босс! Он подобен „ДеЛореану“ из „Назад в будущее“. Такой же стильный, немного дерзкий, и способный перенести тебя туда, куда ты действительно хочешь попасть! Главное — не забывай про одну целую и двадцать одну сотую гигаватт!» Декс сделал глоток. Его глаза расширились. Это было именно то вкусовое наваждение! Яркое, освежающее, с лёгкой пикантной ноткой и тем самым неуловимым 'вау"-эффектом. Декс почувствовал прилив уверенности в завтрашнем дне.

— Погоди, а у Декса всё получилось? — поинтересовался Валёк.

— Спрашиваешь… Конечно же, получилось! С тех самых пор Декстер Довенпорт поучаствовал в съемках огромного количества фильмов и стал звездой спецэффектов. А что же касается Винсента… Он ещё долгое время рассказывал историю, когда кто-нибудь из гостей заказывал этот коктейль. «ДеЛореан» стал символом смелости, мечты о будущем и той самой магии, которая случается, когда ты готов отправиться в путешествие, даже если не знаешь точно, куда оно тебя приведёт. Как-то так.

— Прекрасный сторитейлинг! — похвалила Настюша: — Я очень надеюсь, что сегодня все коктейли будут с историей?

— Как захотите. Дело в том, что один из наших официантов в «Шашлычке» — латентный бармен. Он рассказал нам истории огромного количества коктейлей! Поэтому, если вам не будет скучно — я готов передать эти знания вам.

— Латентный? — удивилась Наташа: — Это как?

— Вовчик прекрасный сотрудник. Он лучший официант из всех, что я когда-либо видел. — честно признался я: — Но вся проблема заключается в том, что он очень любит делать коктейли. Ему это прям интересно! Однако Дядя Рубен не хочет открывать полноценный бар, ибо в «Шашлычок» зачастую ходят семьями. И шумные алкоголики там явно не нужны.

— Хм-м-м… Логично. — согласилась наша «Мисс Лучшее Сусло»: — Только вот, не лучше ли вашему Вовчику начать подрабатывать в сторонних заведениях именно барменом? Я к тому что, вдруг он сейчас не на своём месте?

— Хех… Думаешь, мы с ним не говорили на эту тему? — усмехнулся я: — Чужая душа — потёмки. Если парень хочет и дальше таскать тарелки, то мы с Коляном ему не указ.

— Странно. И обидно. Но согласна — чужая душа… потёмки.

— Так, не будем о грустном! Каждому своё в этой жизни. — я повернулся к Виоле, которая скромно сидела на подоконнике со стаканом сока в руках: — Кажется, в нашей тусовке есть человек, которого мы все знаем очень плохо. Госпожа Новикова, а расскажите о себе?

— Ой… Да мне особо нечего рассказывать. — скромно улыбнулась она: — Я родилась в аристократическом клане рестораторов. Мои родители помешаны на готовке. А старшая сестра… помешана ещё больше. В общем, я родилась, и как только начала ходить — сразу же встала за плиту. Вот.

— О! Виола Новикова? Ты же единственная, кто остался из вашей группы? — уточнил Валёк.

— Да… Ребята забыли, как варить морепродукты…

Было видно, что Ви рассказывает с большой осторожностью, ибо эта тема для неё сейчас была мягко скажем — тяжеловатой. Надо бы вмешаться и всё это остановить.

Однако Валёк смог вырулить сам.

— Ты молодец! — уверенно заявил он: — Как я неоднократно говорил — истинный талант всё равно ни от кого не скроешь.

— Ты правда так считаешь? — обрадовалась Ви.

— Правда. — кивнул Валёк и залпом осушил стакан: — Николай! Я созрел на следующий коктейль.

— Погодите! — я подошёл поближе к нашей новой подруге: — Но ты так и не ответила на главный вопрос. Что для тебя готовка?

— Мой воздух. — улыбнулась Ви: — Но… зачастую — этого никто не понимает. Многие думают, что я пришла просто потому, что у меня не было другого выбора. Но это бред! Я всю свою жизнь обожала готовить. И даже если бы я родилась в другой семье… Я бы всё равно ушла в готовку.

— Неужели? — из толпы к нам вышел Марк и надменно зыркнул на Виолу: — Знаешь, я видел, как ты готовила. И счастливой тебя назвать было сложно…

— О! А ты тут, какими судьбами? — возмутился я.

— Меня пригласила двоюродная сестра. — Пинский указал на Свету.

— ЧТО⁈ Вы родственники⁈ — ужаснулся Колян.

— А ты что-то имеешь против? — насупился Марк и подошёл вплотную к моему проводнику: — Вы с Цареградцевым мне сильно не нравитесь!

— И что с того? — поинтересовался я.

— Ну… Вообще-то, ты должен был ответить мне грубостью.

— Кому должен — всем прощаю. Марк, а ты вот мне скажи. Чего ты добиваешься?

— В плане?

— Вот эта вся напускная грубость. Колкие фразочки. Что ты хочешь в итоге?

— Ох… — обречённо вздохнула Света: — Марк совершенно не умеет общаться и заводить друзей. Он одинокий одиночка, который страдает от отсутствия нормальной компашки вокруг себя. Поэтому, зачастую… таким образом он просто пытается завести новые знакомства.

— Света… — Марк крайне недовольно посмотрел на свою сестру.

Колян тем временем намешал ещё коктейлей и поставил на стол.

— Господи… — я обречённо закатил глаза: — Парень! Никто в этой жизни не будет учитывать твои особенности характера, воспитания и культурного кода. Будь ты хоть трижды крутым аристократом. И уж тем более, никого не волнуют твои проблемы. Поэтому, если хочешь нормально общаться — не надо наезжать и кидаться оскорблениями, словно типичный злыдень из аниме. Любое знакомство начинается с вопроса. Совершенно любого!

— Вопроса? — Пинский явно смутился: — А если я не знаю, что хочу спросить?

— Боже… Меня тут люди спрашивали, вообще, обо всём. Начиная с погоды, и заканчивая их личным желанием потрогать меня за задницу…

— И желание это, между прочим — никуда не делось! — отозвалась та наглая блондинка из толпы.

— Тьфу! Мать твою… В общем, вопросы были самые разные. Да, некоторые отдавали глупостью. Но какая разница? Тебе же надо завести разговор, правильно?

— Ну… По факту — да. — согласился Марк.

— Вот! Давай, спроси, что у тебя сейчас на уме?

— Я не знаю, что у меня сейчас на уме… — опять застеснялся Господин Брутальность.

— Не может такого быть! Рассказывай.

— Не знаю… Говорю же!

— Не верю. Рассказывай!

— В общем… Что между тобой и Госпожой Симоновой? — зажмурившись, спросил Пинский. Все тут же замолчали и повернулись в мою сторону. Неловко получилось…

— Почему тебя это волнует?

— Потому что… Мой старший брат в неё влюблён. Вот.

— А, может, это ты в неё влюблен?

— Нет же! Я влюблён в Са… Кхм… Впрочем, это сейчас неважно. Ты не ответил на мой вопрос.

— У меня с Госпожой Симоновой очень сложные отношения. Она явно меня ненавидит, но я не могу понять, почему именно? И пытаюсь в этом разобраться.

— Зачем тебе это?

— Любопытство. Повар должен быть любопытным.

— Ладно… Ты меня успокоил. — с облегчением выдохнул Марк.

— Конечно, это не самый лучший вопрос, чтобы завязать разговор. Но ты знаешь — это уже неплохо! По крайней мере, лучше, чем ничего.

— Спасибо… Просто, мой брат — крайне влиятельный человек. А ещё… Он мне всю плешь проел с этой Госпожой Симоновой! Вот, серьёзно… Я чувствую себя крайне некомфортно, когда он начинает свои расспросы. Что я, шпион какой-то?

О, кстати, завтра надо будет связаться с Летти и узнать, как там дела у Тумбулыжника. Всё ли хорошо? И не раскрыли ли его остальные Генералы?

— Не переживай! Угостись лучше коктейлем. Кстати, что это?

— «Кубинская ночь». — загадочно ответил Колян: — Один из лучших коктейлей, что я когда-либо пробовал. Он до безумия приятный и романтичный.

— Понятно. Вот, Марк! Можешь попробовать. Николай всё равно сделал с избытком. — я взглянул на три лишних стакана: — А это для кого?

— Чисто так. На всякий случай. Вдруг к нам присоединится, кто-нибудь ещё? Господин Пинский, например. — пожав плечами, ответил мой проводник.

— Спасибо… — Марк взял вытянутый стакан, а затем осторожно отпил оранжевую жидкость: — Слушайте, а неплохо! Я чувствую яркие нотки аниса и странную, но очень приятную терпкость.

— Анис — это самбука. А терпкость — кубинский ром.

— Вкусно! Прям… Очень вкусно! — Господин Брутальность порылся по карманам и вытащил два ярко-красных пакетика: — Вот эти конфеты — просто чума! Раз вы угостили меня — значит я угощу вас.

— Рад, что ты оценил. И очень надеюсь, что ты больше не будешь обзываться.

— Не буду! В общем, это конфеты с перцем. — Марк высыпал конфеты в блестящих фантиках на тарелку: — Но будьте аккуратны! У меня-то толерантность к остроте. Но вот у всех остальных… Короче, пробуйте по одной.

— Так и сделаю! — Колян распечатал одну и бросил себе в рот. Его лицо практически мгновенно искривилось и покраснело. Мой бедный проводник за секунду выпил новый коктейль.

— Жжётся!!! Жесть какая…

— А я предупреждал, что их нужно есть очень осторожно.

— Но обертка красивая… Так и манит.

— Шоколад с перцем. Ты решил продолжить пакостить? — с усмешкой поинтересовался я.

— Нет же! Я просто хотел поделиться! Извините, что так налетел… Правда! Я лишь хотел узнать, что между тобой и Госпожой Симоновой. Уж слишком сильно меня брат напрягает с этой ситуацией.

— Кстати, а ты пробовал с ним говорить на эту тему?

— Пробовал. Вообще, не соображает. А самое-то главное… Он же ей письма пишет. А она игнорирует! Надо будет спросить, почему…

— Потому что, Ваш брат совершенно не умеет грамотно выражать свои мысли. — рядом с нами материализовалась Амелия. Выглядела она крайне недовольно и сверлила меня жутким взглядом: — Господин Цареградцев… Я стесняюсь спросить, а что здесь происходит?

— Вечеринка века. — пожав плечами, ответил я.

— «Бронзовая ночь»? И кто вам разрешил?

— В смысле, кто разрешил? Я сам себе разрешил.

— Вы подвергаете угрозе моральные устои Харитоновки. Мало того, что тут везде алкоголь и играет музыка, так я видела парочку, которая держалась за руки! Вы в курсе, что студенты в подобных условиях превращаются в спагетти?

— Идеально подходят к томатной пасте?

— Нет! Могут спутаться, если вовремя не разъединить. Господин Цареградцев, я была о Вас лучшего мнения.

— А с чего ты меня на «Вы» называешь?

— Потому что, я искренне недовольна Вашим поведением. Поэтому, я обращаюсь к Вам официально!

— Простите, Госпожа Симонова… Но тут произошло недопонимание. — вздохнула Света.

— Госпожа Соболева, если Вы пытаетесь покрыть этого юношу, то знаете — это совершенно бесполезно. И я буду настаивать на том, чтобы Вы немедленно разогнали весь этот балаган!

— Слушай… Я всё понимаю. У тебя синдром отличницы и всё такое. Но ребята уже пришли. И будет максимально некрасиво выгнать их отсюда.

— Максимально некрасиво будет шуметь после одиннадцати вечера. К вам могут нагрянуть полицейские! Посмотрим, как Вы тогда запоёте, Господин Цареградцев.

— Не будь такой скучной. Расслабься! Выпей с нами.

— Я не пью алкоголь. Мне не нужны посторонние вещества, чтобы развлекаться. — фыркнула Амелия, и её взгляд заострился на тарелке с конфетами: — А вот это я попробую.

— Не стоит, Госпожа Симонова! — Марк попытался перегородить конфеты собой: — Они не вкусные.

— Я сама решаю, что вкусно, а что нет. — бросила местная Королева и бесцеремонно съела одну конфету.

Её непроницаемая маска тут же дала трещину. Щеки покраснели. А на глазах вот-вот должны были выступить слёзы… Мне даже стало её жаль.

Амелия, с ужасом глядя на нас, схватила один из стаканов с «Кубинской ночью» и махом осушила его.

— Эм-м… Ты в порядке? — уточнил я.

— Там же был не сок, да? — тихо спросила Госпожа Симонова, попутно бледнея от всего происходящего.

— Скажем так — сок был далеко не единственным ингредиентом в этом стакане. — растерянно ответил Колян.

— Что ж… — Амелия резко подобрела, а её рот расплылся в счастливой улыбке. Честно говоря, я настолько привык к ледяной непроницаемой маске, что подобное выражение лица Госпожи Симоновой вызывало эффект «Зловещей долины». Выглядело это максимально неестественно: — Я вас покину. Ибо что-то спать захотелось…

С этими словами, она довольно резко развернулась и быстро побежала в сторону выхода.

— Дерек! Нельзя её отпускать! — воскликнула Наташа.

— Да, знаю я… Уже пошёл разбираться. — вздохнул я и направился вслед за Амелией.

Кто ж знал, что у Чёрного Сергея внезапно появится конкурент?

Ох, надеюсь, что всё будет хорошо, и я не влипну в максимально некомпетентную ситуацию из-за пьяной Королевы…

— На меня глядит игриво пиво-пиво! Пиво-пиво! Пиво-пиво! Пиво-пиво-пиво-пиво, пиво-пиво-пиво-о… — напевал я, преследуя слегка пошатывающуюся Амелию: — Детка! Может быть, ты остановишься?

— Если остановлюсь, то немедленно упаду… — тяжко вздохнув, промямлила она: — Кто оставляет алкоголь вот так на столе?

— Вообще-то, ты знала, куда пришла. И Марк предупреждал, что конфеты не вкусные.

— «Не вкусные» и «острые» — вещи разные, Господин Цареградцев… — Королева резко остановилась, а затем очень странно посмотрела на меня: — А у вас глаза красивые.

— Что⁈

— Нет, я правда считаю их красивыми. Вам никогда не казалось, что они… как будто светятся? — Амелия направилась в мою сторону: — Хотя, чего это я? Мне известен Ваш секрет, Господин Цареградцев.

— Какой же?

— Вы… волшебник! — икнув, Госпожа Симонова врезалась лбом в моё плечо и буквально повисла на мне: — Самый. Настоящий. Волшебник.

— С чего ты взяла? — внутри меня всё похолодело. Неужели спалился? Нет… Такого просто не может быть. При ком угодно, только не при ней.

— Оглянитесь вокруг. Посмотрите на других, Господин Цареградцев. — Амелия схватила меня за руку, а затем подняла пьяный взгляд: — Присмотритесь к ним… Посредственность на посредственности. Они готовят не потому, что им это нравится. Они готовят, потому что за них сделали выбор. Понимаете?

— Не понимаю.

— Вы готовите потрясающие блюда! Это настоящее искусство. И я не верю, что Рубен может сделать шефа из бестолочи. Вы с Николаем — уникумы! Феномены. Но ты…

— Опять на «ты»? Чудесно.

— Но ты… Это нечто!

— Раз мы разоткровенничались. Расскажи, почему ты меня ненавидишь?

— Я⁈ — Амелия возмущённо шлёпнула меня по плечу: — Да, с чего ты взял⁈

— Твой вечно недовольный взгляд. Желание подловить меня на ошибке…

— Подловить на ошибке⁈ Когда⁈

— А не ты ли требовала резервные блюда?

— Да, но… Ох. — Амелия улыбнулась и отрицательно покачала головой: — Дерек… Отнеси меня в номер, пожалуйста.

— Что?

— Триста двадцать восемь.

— Не понял…

— Спасибо. — с этими словами Госпожа Симонова обмякла у меня на руках.

Главная заповедь любого мужика: всегда оставайся мужиком. Если леди наклюкалась — доставь её до дома и уложи спать. Это наш моральный долг по праву сильного пола!

Подняв заснувшую Амелию на руки, я направился на поиски триста двадцать восьмого номера. Благо, что он оказался относительно недалеко.

А что же касается алкоголя — не даром все мудрые люди упоминают «культуру пития». Нужно всегда знать, зачем ты совершаешь то или иное действие. Начал строительство дачного участка? Ответь себе на вопрос: зачем тебе всё это? Решил заняться изучением птиц? Ответь себе на вопрос: зачем тебе всё это? Решил просадить половину зарплаты в стрипухе? Чё, дурак, что ли⁈ Шутка… Тоже ответь себе на вопрос: ЗАЧЕМ. ТЕБЕ. ЭТО. НАДО?

Любые сомнения. Всяческие нюансы. Подозрения… и прочая лабуда мгновенно исчезают, как только ты отвечаешь себе на самый простой, но в тоже время главный вопрос: «Зачем?».

С алкоголем, впрочем, как и с другими вредными привычками — всё обстоит точно также. Если человек не умеет пить. Если вырубается практически мгновенно от одного алкогольного коктейля. Или же начинает буянить и портить всем остальным настроение, то к чёрту пьянство! Просто выбрось всю алкашку, и никогда с ней не связывайся. Ибо, зачем?

Вот Амелия — умничка! Не стала устраивать сцен. Просто попросила отнести её в номер. Без лишних слов. Разве что, я так и не понял, почему она меня ненавидит… Но это мелочи.

А есть те, кто невзирая на все негативные моменты продолжают употреблять. Зачем? Хех… Большая часть из них даже не задаётся этим вопросом. Наверное, дело привычки.

Лично я всегда относился к этому, как к ритуалу. Конечно, не настолько заморочено, как Петрович. Но тоже, что-то около того.

У меня даже был список обязательных условий.

Первое: качественный алкоголь.

Да, я понимаю, что моё тело всё ещё молодо. Здоровье бычье. А любые болячки можно вылечить Пламенем. Но тем не менее — лучше совсем не выпить, чем заглотить пару литров откровенной «сивухи».

Второе: КАЧЕСТВЕННАЯ компания.

Так уж вышло, что я никогда не пью с незнакомцами. Потому что, это тупо небезопасно. Кто знает, что у них на уме, и с какой целью они тебя позвали? Некрасиво выходит. Слишком напряжно.

Третье: комфортное место.

Понятно, что с кентами и «рай в шалаше». Ну или «Ритц-Карлтон» на лавочке. Никто не спорит. Но главное, чтобы там не ошивались левые люди. Не бегали полицейские. И, желательно, чтобы наша группировка отважных борцов с горящей водой никому не мешала.

Никогда не понимал ребят, которые занимают всю территорию возле обычного подъезда и начинают вести себя, словно откровенные свиньи. Отдыхаешь? Не мешай другим. Золотое правило!

Четвёртое: Позаботься о кентах.

Если кто-то из бойцов схватил «отключение системы» — сопроводи его домой. Не стоит бросать борца с горящей водой на улице! Это не по-мужски. А если же в ваших рядах появилась девушка… За ней нужен глаз да глаз.

Девушки во хмелю — существа опасные. Могут избить, напугать и изнасиловать любого, даже самого могучего и глыбообразного «кабана». А иногда ещё и толпой… Сразу вспомнил валькирий Летти. Аж не по себе встало…

В общем, никогда нельзя пользоваться «положением» и уединяться с девчонкой во хмелю. Утром сильно пожалеешь. Ещё и в ЗАГС утащат. А нам это ни к чему.

Пятое: ПРОВЕРЯЙ КОШЕЛЬКИ, КОННЕКТОРЫ И КЛЮЧИ!

Желательно — у всех бойцов. Некомпетентная ситуация может случиться в самый неподходящий момент. До сих пор помню, как Валерон позвонил в шесть утра после очередной нашей попойки и сообщил, что он напрудил в штаны, поскольку потерял ключи от дома.

Честно — я не знаю нюансов той истории… И видимо, другого выбора просто не было. Но это база. Мужики — существа, которых судьба всегда заставляет совершать самый тяжелый выбор. Даже если придётся напрудить в штаны. Такова наша суровая мужская доля.

Шестое: не звонить девчонкам. ЛЮБЫМ!!!

Даже если они приедут и почухают тебя за деньги. И самое главное — не звонить бывшим. И нынешним тоже! С тебя могут взять сотню тысяч обещаний. Ну а ты, как мужик — обязан будешь всё это потом исполнить. Ибо слово мужика, в отличии от слова пацана — имеет огромный вес!

Меня так, как-то раз, развели на гитару и секс. До сих пор обидно…

Седьмое и последнее: ВСЕГДА закупайся заранее минералкой и говяжьим «дошиком» на утро. ВСЕГДА!

Вот даже не вздумай звонить мужикам и радостной «принцессой-кокеткой» бежать к ним в бар, пока не закупился на утро.

В противном случае, будет слишком поздно. Минус день. Минус настроение. А ещё могут приехать бывшие… Или нынешние. И почухать. Сквозь боль и страдания.

В общем, будет неприятно и больно.

Добравшись до нужного номера, я приставил Амелию к стене и начал шариться по карманам её пиджака, в надежде найти карту-ключ. Однако, кроме старого коннектора там ничего не оказалось.

— Эм-м… Любовь моя, а где твой ключ? — поинтересовался я.

— Как ты меня назвал? — Амелия приоткрыла один глаз: — Ну-ка повтори!

— Говорю, ключ где?

— Во внутреннем кармане пиджака… Ик-ой…

— Ага. — я аккуратно расстегнул пиджак, а затем нащупал карту-ключ во внутреннем кармане: — Оп-ля! Попался…

— Слушай… Мне сказали, что ты падок на красивых девочек…

— Что?

— Ну… Ты же ходил на свидание со Звонарёвой. Она же, типа, красивая… Да?

— Допустим.

— А я… Красивая?

— Что⁈

— Я. Красивая? — Амелия смущённо покраснела, а затем вновь приоткрыла один глаз.

— Сейчас это крайне неуместный вопрос.

— В смысле⁈ Ты видел меня без одежды… Говори!

— Тебе пора спать.

— Отвечай. — Госпожа Симонова схватила меня за руку, и карта-ключ благополучно упала на пол.

— Можно спокойнее?

— Прости… — Амелия смутилась ещё сильнее и вновь прижалась к стене: — Я не хотела тебя обижать.

— Ты и не обижаешь. — я наклонился за картой, и вот тут Королеву понесло. Она с весёлым хихиканьем прыгнула мне на спину и повалила на пол: — Что ты творишь, мать твою⁈

— Покатай меня, большая черепаха!

— Ты с ума сошла? — я поднял Госпожу Симонову и приставил обратно к стенке: — Стой и не шевелись!

— Не шевелюсь… Кстати! Мы с тобой похожи на жертву и маньяка из фильмов для взрослых! Ты так агрессивно прижимаешь меня к стенке… Я же могу и подыграть!

— Господи… Амелия! Угомонись! — я вставил карту в скважину, продолжая одной рукой придерживать раззадорившуюся Королеву.

— Точно! Красная Шапочка и Серый волк!

— Амелия…

— Ах… Господин Серый волк! Не трогайте меня там… Ах! — Госпожа Симонова нагло переместила мою ладонь к себе на шею: — Как так можно… Вы гадкий шалун! Вы должны быть наказаны…

Эта пьяная идиотина начала крайне правдоподобно имитировать типичную актрису из фильма для взрослых во время рабочего процесса.

В этот момент в коридор вышла Клара Спешилова. Она же — староста нашей студенческой группы. Она же девушка с двумя огромными бурами вместо прически. Она же — самая главная злюка.

В руках у Клары красовалась полуторалитровая бутылка виски.

А Амелия, как будто и не замечала внезапную свидетельницу.

— Ах, Господин Серый волк… Прошу вас… Ваша здоровенная штуковина пугает меня… Ах…

— Амелия… Умоляю! Просто замолчи. Не усугубляй ситуацию…

— Я ничего не видела. — тихо прошептала шокированная Клава: — И вы ничего не видели…

— По рукам. — кивнул я. Староста развернулась и стартанула, словно болид «Формулы-1».

— Мог бы и подыграть… — недовольно фыркнула Амелия, а затем снова улыбнулась и обняла меня: — Дерек, вот ты вроде такой хороший! Но при этом — такой негодяй…

— Да-да. Всё так. — я аккуратно поднял Госпожу Симонову на руки и занёс в номер.

Обалденная вечеринка! Вот только местную Королеву во хмелю я ещё и не носил.

— Мне хочется танцевать! Ты умеешь танцевать?

— Не очень. Впрочем, как и все парни. — я положил Амелию рядом с кроватью, чтобы быстро всё расправить, однако Королева вцепилась в мой ремень, а затем нагло прижалась щекой туда, куда королевским особам прижиматься явно не должно…

— Мне кажется, что ты врёшь. Дерек, а ты когда-нибудь любил?

— Отпусти меня пожалуйста. Я хочу расправить для тебя кровать.

— Нет! — Амелия вжалась ещё сильнее: — Ответь на мой вопрос.

— Ох… Возможно.

— Что значит «возможно»? Так не пойдёт! Отвечай точнее.

— Понимаешь, любовь… сложное чувство. Симпатия у меня точно была. Но вот именно любовь… Не знаю.

— Значит, не любил. — удовлетворённо ответила Госпожа Симонова, продолжая использовать мой пах, как подушку: — Значит… У тебя всё впереди.

— Госпожа? — дверь распахнулась и в номер заглянула Мила.

Её лицо тут же побледнело, а руки затряслись. Кажется, мне стало понятно, какой вид открывался для бедной Госпожи Секретарочки. Я был повернут спиной к ней, а прямо передо мной, уткнувшись мне в пах, на коленях стояла её ненаглядная Хозяйка.

— Понимаю, что эта фраза всё усугубит, но это правда совсем не то, что ты думаешь…

— Госпожа. — Мила выглядела максимально серьёзно: — Не повредите себе небо, пожалуйста. Ну а ты… Аккуратнее со своей валыной!

— Мила! Пожалуйста, не уходи! — взмолился я.

— Я всё понимаю. Но уверена, что Госпожа справится самостоятельно.

— Мила! Я же…

— Доброй ночи! И не забывайте про контрацептивы.

С этими словами секретарочка захлопнула дверь, и судя по всему — быстро удалилась.

Дерьмо… Но ладно. С ней я разберусь потом.

— Ты довольна?

— Весьма. — улыбнулась Амелия и слегка смущённо посмотрела на меня: — Прости пожалуйста. Мне правда очень стыдно за всё это… Но с другой стороны — я чувствую себя так легко… Как будто, вся эта тяжесть и ответственность с меня, наконец-то, сбросили. И… на душе так приятно… Наверное, утром я умру от стыда.

— Не умрёшь. Я всё прекрасно понимаю. Видел огромное количество пьяных людей.

— Ты такой замечательный придурок… Я восхищаюсь тобой!

— Последнее было лишнее.

— Про восхищение?

— И про придурка тоже. — я кое-как отцепил Амелию от себя и расправил кровать: — Всё! Сейчас я тебя положу. Оставлю воду и аспирин. Проснёшься утром — сразу выпей. Поняла меня?

— Понимаю, что наглею… Но ты можешь посидеть со мной, пока я не усну?

— Это ещё зачем?

— Я боюсь темноты…

— Ох, ладно. — я быстро снял с Госпожи Симоновой пиджак и туфельки, а затем уложил в кровать.

— Какие у тебя нежные руки! — восхищенно прошептала Амелия и накрылась одеялом. Спустя две секунды мне в лицо прилетели блузка, кружевной бюстгалтер и юбка: — Кстати, я впервые засыпаю с парнем… Очень необычные ощущения.

— Угу… — обречённо вздохнув, я аккуратно свернул одежду и сложил на стуле: — Может быть, почитать тебе? Знаешь, как детям перед сном.

— Мне никогда не читали.

— Правда? Хотя… Что уж говорить? Мне тоже. — я подошёл к столу и нашёл несколько книжек: — Ну, давай глянем, что у тебя тут есть.

Честно говоря, мне казалось, что в этот вечер удивить меня, чем-либо ещё — будет сложно. Но нет! Госпожа Симонова продолжала раскрываться с самых невероятных сторон.

Первая книга называлась: «Молочко для Госпожи». И судя по аннотации, главные герои активно «дружили» телами. Вторая: «Засунь его поглубже!»… Третья: «Сладкий язычок Руслана». Боже! Я хочу вырвать себе глаза. Или хотя бы стереть память.

— Амелия… Прости, а чьи это книги?

— Мои. — широко улыбаясь, ответила она.

— Тебе нравится восемнадцать плюс?

— Да! Это так весело и интригующе! Но мы с Милой храним это в секрете. Поэтому, если ляпнешь кому-нибудь — я тебе «штакен-блокен» оторву.

— Какая ты милая…

— Стараюсь.

— В общем, я сильно сомневаюсь, что подобная литература поможет тебе уснуть. — я отложил книжки обратно на стол и сел рядом с кроватью: — У тебя всегда такая реакция на алкоголь?

— Угу… Ну, как «всегда»? В первый и последний раз я попробовала алкоголь, когда готовила мясо по-французски. Случайно хлебнула капельку и всё… Моя ассистентка довела меня до комнаты… А потом я сразу отключилась.

— Почему сейчас не отключаешься?

— Мне с тобой интересно. Хочу, чтобы время остановилось…

— Я сильно в этом сомневаюсь.

— Почему?

— Потому что, когда человек выпивает определенную дозу алкоголя — его сознание меняется. И люди, которых ты терпеть не можешь, будучи трезвым — вдруг становятся для тебя самыми милыми и любимыми. Я через это проходил и неоднократно.

— Но я не ненавижу тебя, когда трезвая.

— Мне так не кажется. Давай ты будешь спать?

— Не могу. — Амелия перевернулась и посмотрела на потолок: — Знаешь… Отец всегда учил меня скрывать свои эмоции. Мол, я же наследница аристократического рода. И я всегда буду под прицелом врагов и конкурентов… До пяти лет я была обычной счастливой девчонкой. Можно сказать, ребёнком с идеальным детством. А потом… Потом началась муштра. Отец хотел сделать из меня идеальную экстру! Но в итоге… В итоге я и сама не заметила, как перестала улыбаться. Просто, как по щелчку пальцев. И это… проблематично. Люди меня не понимают. Я чувствую себя неполноценной… Мне страшно сближаться, с кем-либо.

— А как же Мила?

— Мила… У нас с ней больше сотрудничество, чем дружба. По крайней мере — мне так кажется. Она моя верная помощница. Она всегда рядом. Всегда мне помогает. Но… Её ко мне приставили. Понимаешь?

— И что с того? Поверь мне на слово, если бы Мила не являлась твоим другом — то общалась бы совершенно иначе.

— Ты думаешь?

— Ага. Некоторые вещи видны исключительно со стороны.

— Приятно слышать. — Амелия снова улыбнулась: — Но… меня напрягает, что ты говоришь про ненависть. Я не ищу ошибки. И не пытаюсь тебя подловить. Просто, твоя еда вызывает внутри меня дикое… — Госпожа Симонова осеклась.

— Дикое… что?

— Хр-р-р… — Королева, наконец-то, отключилась. Причём — в самый ответственный момент.

Приготовив минералку и аспирин, я ещё раз взглянул на спящую Амелию. Такая милая и беззащитная… Совсем не похожа на ту, что расхаживает в стенах Харитоновки и держит многих студентов в страхе.

Всё-таки, даже самые необычные персонажи на самом деле — просто люди или визитёры. С такой же душой. Таким же сердцем. И такими же чувствами.

Как бы всё это не выглядело со стороны, но здесь тоже нужен определенный подход.

Амелия простая девчонка, на которую свалилось очень много всего. Это надо понимать.

Но одно мне не давало покоя…

«Сладкий язычок Руслана»? Серьёзно⁈

Как только я зашёл обратно в номер «Великого Гэтсби», то тут же заметил Милу и ту блондинку, которая хотела купить мой филей.

— Чёрт… — секретарочка тут же отвернулась от меня, как будто и не видела вовсе.

— Эй! Мил… Ты реально всё не так поняла. — я подошёл к ней: — Неужели твоя замечательная подруга не рассказала, что произошло?

— Что Госпожа вылетела отсюда красная, как рак? Да, Дерек. Рассказала. — недовольно фыркнула Мила: — Но ты знаешь… меня это совсем не касается. Я рада, что у Госпожи появился… мальчик. Просто… меня слегка смущает, что всё развивается, как-то слишком быстро. А ещё я знаю… кто ты, Дерек Цареградцев.

— Давай, бомби.

— Жуткий бабник!

— Вау-у-у-у! — блондиночка очаровано хлопнула в ладони: — Вот это поворот! Серьёзно?

— Мне не очень нравится, когда подобные вещи обсуждаются при посторонних.

— А мне не очень нравится потенциальная опасность для моей Госпожи! — Мила схватила меня за руку и тихо произнесла: — Дерек, это не шутки! Амелия — не из тех, кто разбирается в отношениях и чувствах. Она… экстра! Сверхчеловек. Понимаешь? Она может рассказать про жаренную куриную ножку такое, что ты сойдёшь с ума. Но она совершенно не шарит в парнях!

— Ну… Я видел, какие книжки лежат у вас в номере… Так что, про «не шарит» я бы поспорил.

— У каждого есть свои увлечения! Ты просто не понимаешь. Для тебя это эротика. А для неё — развлекательная литература, чтобы посмеяться и расслабить мозг. Она видит вещи совсем иначе! А ты… Орудовал своей волыной у неё во рту…

— Во-первых, прекрати называть моего младшОго «волыной».

— Пф-ф-ф-ф-ф… То есть, «младшОй» — это лучше, чем «волына»? К тому же… Ну, что я могу поделать если там реально «волына»⁈

— Во-вторых, я ничего не делал с Амелией.

— То есть, как это⁈

— Колян угостил Марка коктейлем. Тот в ответ подарил нам конфеты на закуску. Дорогущий шоколад с чили. Амелия пришла жаловаться, что ей не нравится моя безответственность. И что «Бронзовая ночь» — это большая ошибка. Я предложил ей выпить и расслабиться. А она захотела конфету. Марк предупреждал её… Но ничего не вышло. Естественно, Амелии стало остро, и она залпом осушила «Коллинз» с «Кубинской ночью».

— Целый стакан⁈

— Да! Конечно же, ей стало дико плохо. Воронцова отправила меня помочь Амелии добраться до номера. И всё. Она попросила меня посидеть с ней… Ну, типа пока не уснёт. Я дождался и пришёл сюда.

— Вот блин… — в голосе Милы слышалось явное разочарование.

— В смысле⁈

— Нет-нет. Не обращай внимания. Я просто… В общем, ладно. Я рада, что ты джентльмен. И что с Госпожой всё в порядке. Просто… Вы были в таком странном положении.

— Это случайность. Она на ногах не стояла!

— Да… Госпоже нельзя алкоголь. Странная аллергия. Думаю, что это из-за влияния магии на её организм.

— Уж не знаю, что там с её организмом. Но теперь она спит, как младенец.

— Чудно! В таком случае, я лучше пойду прослежу. Не дай бог, начнётся тошнота… А тебе — большое спасибо! Ты… мужик. — Мила похлопала меня по плечу и поспешно удалилась.

Да уж… Странный вечер. Интересно, может ли хоть что-нибудь усугубить ситуацию?

— Дерек-Дерек-Дерек… — ко мне подошла та развратная блондинка и хитро улыбнулась: — Кажется, ты не любишь, когда аристо не представляются? Так вот, меня зовут Мирослава Теньшина. Можно — Слава или Славик. Но чаще всего люди называют меня Принцессой!

— Вау… — кисло улыбнулся я: — Приятно познакомиться.

— Взаимно! — глаза Славика на секунду вспыхнули от радости, и она тут же пожала мою руку: — Но я к тебе не просто так.

— Правда? И что же нужно Её Высочеству?

— Обсудить ценник твоей прекрасной попы, конечно же!

— Кхе…

Похоже, вечер перестаёт быть томным. А всеобщая странность уже вылетела далеко за пределы атмосферы…

— Ну, что там? Алло… Ты меня слышишь? — Летти внимательно разглядывала карту метрополитена, попутно пытаясь дозвониться до Кнопки: — Алло! Мелочь пузатая! Приём!

— Слышу, но плохо… — отозвалась бывшая помощница Короля Тьмы: — Погоди, сейчас попробую поймать связь… Так лучше?

— Лучше. Ты мне вот что скажи — ты точно не перепутала ветки метро?

— Точно! Я уж не совсем дура…

— Смотри мне! В общем, как передашь флешку с фотками Дерека Изольде — мигом возвращайся домой. Ты меня поняла?

— Что-то случилось?

— Ну, как тебе сказать… — Летти тяжко вздохнула, глядя на толпу бегущих Генералов Абсолютной Тьмы в футболках с надписью: «Мастера на все руки и языки»: — Наши любители горничных снова устроили флешмоб. Причём, именно на той улице, где у меня сейчас встреча по работе.

— Случайно, может?

— Может и случайно… Но лучше лишний раз не рисковать. Возвращайся домой сразу, как передашь флешку.

— Поняла!

— Умница.

Летти слегка взволнованно посмотрела на свой коннектор. Кнопка уже успела адаптироваться к жизни в мегаполисе. Но только вот её врожденный идиотизм, никуда не делся. Она могла накосячить в любой момент, поэтому приходилось контролировать каждый шаг этой ходячей проблемы.

Ладно хоть, что Кнопка научилась прибираться в квартире… И теперь не надо заморачиваться с клинингом раз в неделю.

— Не хотите ли подписать нашу петицию, Госпожа? — появившийся из переулка Тумбулыжник протянул Летти буклет, на котором было написано: «Помоги независимой группе поддержки для одиноких и красивых женщин! Голосуй за снижение налогов для малого бизнеса!»

— Нет, спасибо… — поёжившись, Летти скомкала бумажонку и швырнула в урну.

— Печально… — вздохнул Генерал Тьмы и пошёл докапываться до остальных девчонок на улице.

Конечно же, он её не узнал. Во время встреч Летти всегда прятала лицо и старалась изменить голос. Но вот сама по себе идея представителей Абсолютной Тьмы выглядела максимально странной. Чего они добиваются? И главное — почему именно одинокие красивые женщины? Это, какой-то странный намёк? Надо срочно узнать у Тумбулыжника, что именно Тьма знает про Летти, и с какой целью охотится за ней… А-то никакого спокойствия!

— Чёртов цирк… — выдохнула Повелительница Тьмы и направилась в огромный небоскрёб маркетингового холдинга «Саншайн», где её уже поджидал менеджер Воробыч.

Пройдя через огромный холл, Летти взглядом начала искать указатель. Сотни различных кабинетов со специалистами по рекламе, съемкам музыкальных клипов и популярных шоу. Но ей был нужен именно отдел развития.

Поднявшись на семьдесят девятый этаж, Повелительница Тьмы кое-как нашла в этом лабиринте из коридоров кабинет Воробыча.

— Госпожа Левински! — пухляш в дорогом костюме максимально дружелюбно улыбнулся, и на полусогнутых «лебезяще-услужливых» ногах побежал встречать долгожданную гостью: — Наконец-то! Мы уж думали, что вы больше не хотите с нами сотрудничать…

— О, уж поверьте… Госпожа Ченс ни за чтобы не упустила такой контракт. — ответила Летти и села в гостевое кресло: — Но прежде, чем мы начнём… Я бы хотела обсудить один… так скажем — странный момент.

— Всё, что угодно! — менеджер жестом приказал секретарше идти за кофе: — Мы с вами работаем вот уже шесть месяцев… И скажу честно — вы самый настоящий бриллиант в мире модельного бизнеса!

— Благодарю за столь теплые слова. Но подскажите, что обозначает пункт: «сокрытие любых взаимоотношений с заинтересованными личностями»?

— Ах, вы об этом? — пухляш слегка ослабил дорогущий галстук: — Вы, когда-нибудь слышали про японских айдолов?

— Это поп-исполнители?

— Да-да-да! Такие красивые девочки и мальчики, которые поют очень популярные песенки-однодневки… Но они зарабатывают не на концертах, а на сопутствующем мерче. Понимаете? Они непорочные высшие создания, прикоснуться к которым — стоит очень и очень дорого. Духи, кружки, плакаты, книжки, фигурки… Айдолы очень выгодно продают себя.

— Эм-м… А причём здесь я?

— Непорочные высшие создания. — повторил менеджер и деловито сложил руки на стол: — Понимаете, часть образа любого айдола строится на его непорочности. Стоит фанатам узнать, что их любимый певец или певица завели отношения, как популярность тут же уходит в минуса! В некоторых ситуациях, на исполнителя могут объявить охоту… Но вы не переживайте. У нас всё не настолько запущенно, однако вы станете лицом ОГРОМНОГО игрового холдинга. Кстати, что касается вашего напарника…

— Дина?

— Да-да! Прелестница Дина… Она давно замужем за другим таким же… существом. — Воробыч положил на стол фотографию, на которой были изображены два здоровенных дракона. Грациозные волшебные ящеры изогнули свои длинные шеи, образовав фигурное сердечко. Размером с высотный дом…

— Ничего себе! — удивилась Повелительница Тьмы: — Но у Дины же образ «плохой девчонки»… Она вся такая свободолюбивая дракониха!

— Образ. Понимаете? Дина прекрасная заботливая мама. Обожает своего мужа. И в целом… Их брак вызывает только восхищение и белую зависть.

— Невероятно…

— Вот и я, о чём? Но если кто-нибудь узнает, что Дина на самом деле не крутая девчонка, а всего лишь обычная домохозяйка — её рейтинг рухнет. А вместе с тем, рухнет и популярность компании, которую она рекламирует. Вы же сами понимаете… Подобного допускать нельзя! Слишком много денег и ресурсов завязано. Однако, мы ни в коем случае не запрещаем вам… встречаться с молодым человеком. Главное, чтобы вас никто не видел вместе! Иначе разгорится жуткий скандал, который может выйти для нас боком.

— Возможно, я не очень умная… Но всё же, почему необходимо скрывать отношения? Мы же не айдолы…

— Ваша основная целевая аудитория — юные игроки. Пользователи огромного сетевого проекта! И… вы же сами понимаете, что каждый мальчишка мечтает встречаться с такой, как вы.

— Ой… Вы меня смущаете…

— Нет, я говорю так, как есть. Дина, несмотря на свой приличный возраст — тоже выглядит, как молодая и очень наглая девчушка. Вы обе должны сыграть на чувствах игроков. Понимаете? Юные мальчики всегда интересуются красивыми девочками. А юные девочки всегда интересуются красивыми мальчиками. Мы же делаем на этом деньги. Ничего криминального.

— Хех… Я вас поняла. Но если честно, я всё равно не заинтересована в отношениях.

— Карьера?

— Всё верно. К тому же, ко мне переехала родственница издалека… А у неё… — Летти покрутила пальцем у виска: — В общем, за ней нужно приглядывать.

— Вы такая замечательная! Но всё же… Вы молодая и потрясающая девушка! Все вас любят. Поэтому… Ну, мало ли? Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь. Просто будьте осторожны. Ладно?

— Не вопрос!

— Прекрасно. Так! Сейчас мне надо будет…

— Воробыч! Мать твою… — в кабинет зашёл старый хрыч в деловом костюме: — Я когда тебе сказал быть на студии? У нас там трек для рекламы нового коннектора ещё не готов! Сколько можно тебя жда… О! Госпожа Левински? — старикан тут же изменился в лице. Его ублюдский прищур сменился на доброжелательный взгляд. А хромота совершенно волшебным образом исчезла.

— Добрый вечер, Господин Кулик.

— Добрый-добрый! — старикан приковылял к Летти и пожал её руку: — А мы вас очень ждали! Воробыч уже объяснил, в чём суть?

— Объяснил. Спасибо.

— А про парней объяснил? Дина скрывает мужа и детей. Поэтому, прежде чем вы вновь начнёте с ней выступать — вам придётся отказаться от публичных появлений со своим молодым человеком.

— У меня его нет. Скажу больше, я сейчас не заинтересована в отношениях.

— А? Прям совсем не заинтересованы? Да, ну… Глупость, какая! Наверняка есть, кто-нибудь на примете?

— Нету. Поверьте мне на слово.

— Странно… Но кто я такой, чтобы спорить? — усмехнулся Кулик, а затем подковылял к Воробычу: — И самое главное! Верхушка запросила возвращения «Повелителя Адской кухни». Ну, я написал Урганту… Этот еврей послал меня, куда подальше!

— Может быть, Дибров?

— Не. Он письку всем кажет. А у нас семейное шоу.

— Нагиев?

— Заломит ценник. И, вообще, я хочу… молодых! — старик зыркнул на Летти, а затем ударил сухим кулаком по столешнице: — Кто у нас есть из молодых ведущих?

— Что-то и не припомню так сразу… Позволите, я договорю с Госпожой Левински?

— Ой… Простите! Говорите. — Кулик откланялся и похромал в сторону двери.

— Так вот… Госпожа Левински, мне очень нужны фотографии с ваших последних фотосессий. — произнёс Воробыч.

— Хотя, я никуда не тороплюсь… — старик вернулся обратно за стол: — Ты бы хоть пояснил юной леди, зачем просишь фотографии?

— Дело в том, что Дина в человеческом облике у нас типичная миниатюрная хулиганка. Поэтому, мне нужно будет подобрать для вас соответствующие образы. — пояснил Воробыч: — Чтобы вы гармонично смотрелись в кадре.

— Да, я понимаю. Все фотографии здесь. — Летти вытащила флешку и протянула менеджеру.

— Чудесно. Поставлю на печать! — Воробыч принялся колдовать над компьютером: — Так… Ещё немножко и-и-и…

Издав жуткий звук, принтер принялся с неимоверной скоростью печатать фотографии, выплёвывая их на пол.

— Что за… — напрягся Кулик: — Воробыч, это у тебя всегда такая дичь?

— Нет же! Видимо, что-то сломалось… — бедный менеджер побежал к разлетающимся листкам, но тут же замер, подняв один из них: — Простите, Госпожа Левински…

— Что такое?

— Но это… не вы. — менеджер показал фотографию полуобнажённого Дерека, что грелся на солнышке лежа в траве.

— А… Это… — Повелительница Тьмы тут же смущённо покраснела. Кнопку ждёт разрыв жопы дома… Вот было же ясно, как божий день, что эта мелкая сволочь всё перепутает!!!

— Ошибки случаются. — Воробыч с интересом разглядывал фотографии Цареградцева: — Но я на всякий случай напоминаю… Что вам ни в коем случае нельзя светить свои отношения.

— Это не мой парень!

— Всё понимаю. Это не моё дело. — улыбнулся менеджер.

— Погоди! — старикан подошёл к одной из фотографий: — Это что… Царь?

— Какой Царь? — уточнил Воробыч.

— Искандер Цареградцев из Харитоновки! Он же вроде новая звезда трансляций! — Кулик внимательно посмотрел на фотографии: — Я видел его… Видел! Вот это мордашка… Госпожа Левински, вы знаете его?

— Пересекались пару раз… — смущённо ответила Повелительница Тьмы, набирая в коннекторе сообщение для Кнопки со всеми проклятиями мира.

— Отлично! Значит, вы сообщите своему парню, что мы хотели бы пригласить его на работу. Естественно, в выходные! Ибо у меня племяшка учится в Харитоновке. И я прекрасно понимаю, насколько там туго со временем.

— Но он не мой парень…

— Хорошо! Вы же сможете передать сообщение вашему мужу?

— ОН МНЕ НЕ МУЖ!!!

— Бойфренд? Ай… Какая разница? В общем, мы можем рассчитывать на услугу, Госпожа Левински? — старикан с надеждой посмотрел на Повелительницу Тьмы.

— Хорошо. — обречённо вздохнула она: — Он сейчас на отборочном туре в Сочи. Но как вернётся — я всё передам.

— Чудно! В таком случае, от вас мы ждём подпись и актуальные фотографии. — просиял Воробыч.

— В кху-па-ль-никхе… — прокашлялся Кулик.

— Простите, что?

— Извините… Просто в горле пересохло…

Конечно, здорово, когда есть спрос у девчонок. Но Славик — это уже перебор! Я и тонко, и средне, и даже толсто намекал ей, что мой филей не продаётся.

Однако пошлая блонда продолжала меня преследовать по всему номеру Сергулея.

Причём, иногда удавалось скрыться в толпе и спокойно продегустировать, что-нибудь вкусненькое. Повезло, что те, кто пришёл на огонёк — принесли с собой далеко не только «что попало» из «Шестёрочки».

Некоторые расщедрились на элитку, которую удалось найти в синей «Наискось».

— Это у нас что? — поинтересовался я, когда Клара-Староста-Бур протянула мне стакан формата «олд фешен» с коричневой жидкостью и здоровенным куском льда.

— «Гленморанджи». Односолодовый виски. Конечно, это не самое лучшее пойло… Но на безрыбье, как говорится…

— Ой, да вот не надо! Здорово, что ты, вообще, хоть что-нибудь принесла. Кстати, я не думал, что ты «дегустируешь». — я понюхал напиток. В аромате сильно выделялись терпкие нотки дуба и едва заметные оттенки жженого тростникового сахара с целой палитрой цветочных мотивов. Обалдеть!

— Честно говоря, я и не планировала сегодня приходить. Но подружка настояла… Мол, старосте нельзя отдаляться от коллектива. — скромно улыбнулась Клара.

— Действительно. — я попробовал виски и… На мой вкус — крепковат.

Да, я прекрасно понимаю, что подобное грешно пить со льдом. Мол, он перебивает тончайшие нотки вкуса и аромата. Но опять же, будь он комнатной температуры — я бы явно обжегся. В общем, любой сорокаградусный напиток идёт на вкус и цвет.

— Не дурно, но крепковато.

— Ага. Я вот тоже больше предпочитаю, что-то типа «МакКалана» цветочного. Он легкий и с ярко выраженной сладостью.

— Напиток для девчонок. — усмехнулся я.

— Ну, знаешь. В моём обществе его пили многие парни.

— Многие парни? — я хитро посмотрел на старосту: — Да ещё и в твоём обществе? Неужто под личиной милой скромницы скрывается настоящая демоница…

— Я про родню, извращенец! — фыркнула Клара: — Вообще-то, я не самый общительный человек… Да и алкоголь пью крайне редко. Говорю же — я не хотела сюда идти! Мне чужды подобные вечеринки…

— Лариэ-э-эль! — к нам выбежала миниатюрная брюнетка: — Пора играть в твой любимый алко-пинг-понг! Погнали! Уделаем задиристых парнишек с огромным ЧСВ!

— Чужды, значит?

— Это провокация!!! — успела выкрикнуть Клара, прежде чем её утащили в толпу.

И всё-таки, хорошая вечеринка. Несмотря на все странности, я чувствовал себя тем самым студентом, который жил в моменте. Да, впереди много трудностей, которые придётся преодолеть. Но именно сейчас… Внутри лёгким морским бризом разливалась свобода. Когда море по колено, а горы по плечо. Когда нет ничего невозможного. А впереди только ярко-голубое солнечное небо и будущее, где всё будет намного лучше, чем сейчас.

Прекрасное чувство. Мечтательно вздохнув, я повернулся в сторону, где предположительно находилась моя компашка, но тут же упёрся в Славика.

— Дерек-Дерек-Дерек… — хищно молвила она, алчно потирая ладони.

— Опять ты⁈

— Если думаешь, что сможешь спрятаться в толпе, подобно ассасину, то я вынуждена тебя разочаровать.

— Слушай… Если ты хочешь просто пообщаться — давай!

— Нет. Мне нужны твои сладкие булочки.

— Выходит… Всё это время ты не шутила?

— Ха-ха-ха… Наивный чукотский юноша. Конечно же, нет. — облизнувшись, ответила Славик.

— Хорошо. В таком случае, меня очень интересует всего один вопрос. Зачем тебе мой филей?

— Во-первых — тискать и жмякать. В этом мире нет ничего, чтобы я не могла себе позволить. Но ты — живой человек… И к великому сожалению, у тебя есть права на личную неприкосновенность. Во-вторых — владеть секазной задницей первого чемпиона отборочного тура из «не экстр»… Боже! Меня это дико заводит!

— Ты всех пытаешься выкупить?

— По-разному. Вот, к примеру, Милу я развела на дружбу шантажом. Быть другом помощницы Госпожи Симоновой — это потрясающе! А тебя я хочу купить. Почему? Да потому что ты — простолюдин. Говори, какая сумма тебя интересует?

— Ох… — я обречённо вздохнул: — Ты понимаешь, что это — не нормально?

— Мне плевать. — Славик пожала плечами: — Да и какая разница, если речь идёт о деньгах? В этом мире купить можно абсолютно всё! Я уверена, что имея на счету определённую сумму… можно купить прохождение всех экзаменов Харитоновки.

— Сильно сомневаюсь. Просто, дружба — это не то, что покупается за деньги.

— Вот ещё! Я получаю всё, что хочу, Дерек. И если я захотела твою попу — я её обязательно получу. Это даже не обсуждается!

— Ты в курсе, что сейчас жёстко унижаешь меня?

— Унижаю⁈ Я⁈ О, поверь… Если бы я хотела тебя унизить — ты бы почувствовал. — надменно заключила развратная блонда.

— Хорошо. — теперь улыбнулся я: — Знаешь… А ты красивая.

— Удивил. — хмыкнула Славик: — И что с того?

— Почему бы нам не пройти в мой номер?

— Хах! Как всё просто. А корчил из себя нетакусю! Но ты сперва сумму скажи.

— Скажу позже. А ещё… Я предлагаю поменяться ролями.

— Не поняла… Ты о чём?

— Это я буду жмякать и тискать тебя.

— Мечтай, котик! Нет уж. Я выше тебя в социальной иерархии. А значит — это я буду распускать руки. Ты же будешь смиренно терпеть и давать трогать себя везде, где я захочу. И не вздумай ничего себе надумать! Никаких эротических отношений. Ты просто будешь моей игрушкой-антистрессом.

Типичная избалованная аристократка. Скорее всего — у неё нет братьев и сестёр. А родители потакали всем капризам своей любимой маленькой Принцессы. Однако, я не человек… А ещё являюсь тем, кто ненавидит невоспитанных плохих девочек. В общем, пора поставить Славика на место.

— Нет, дорогуша! Это слишком просто. А я же люблю поиграть.

— Ар-р-р… Не смей дразнить меня! — раздраженно фыркнула избалованная блонда: — Какие ещё игры⁈

— Например, я бросаю тебе вызов. И кулинарная дуэль рассудит нас. Побеждаешь ты — я твоя игрушка-антистресс. Побеждаю я — ты моя игрушка-антистресс. Всё очень просто.

— Хах! Тут нет плиты и всей необходимой посуды. К тому же, я разве похожа на дуру, которая согласится выступить против сильнейшего студента-человека? Однако… Мы с тобой можем слегка изменить правила и перейти в другую сферу.

— Например?

— Например — коктейли. — Славик показала мне свой бокал для «Мартини»: — Это будет барменский поединок. Сделаем, что-нибудь из лонгдринков или апперетивов. Можно классику. Можно свой рецепт. Арбитров возьмём из толпы. В подобных ситуациях я из принципа предпочитаю честный поединок.

— По рукам. — с усмешкой ответил я.

— Хех… Ну ты и дурак! Мог бы поиметь с меня денег. А в итоге — отдашь свою задницу за просто так, да ещё и с громким проигрышем.

— Это мы ещё посмотрим. — я залез на тумбочку: — Господа и прекрасные леди! Попрошу минуточку внимания!

Все тут же замолчали и посмотрели на меня.

— Госпожа Теньшина бросила мне вызов в коктейльном поединке! Нам необходимо пять арбитров для судейской работы. Всех желающих — просьба подойти ко мне!

Конечно же, все присутствующие ринулись на меня, едва не скинув с тумбочки.

— Пять! Не больше! Ай, ладно… Сам выберу. — я вытащил к себе два мальчика и три девочки: — Оценка сугубо по вкусу и ощущениям. Идёт?

— Да! — радостным хором ответили избранные арбитры.

Как я уже говорил, алкоголь — сугубо индивидуальная вещь. Кто-то любит вино, кто-то пьёт только пиво. А есть те, кто предпочитают исключительно водку.

Но есть один ма-а-а-а-аленький нюанс. Так сказать — тема, которая объединяет всех ценителей «культуры пития».

Вот сейчас и проверим, насколько наглая блонда реально шарит за алкоголь.

— Колян! — позвал я.

— Да-да! — проводник тут же протиснулся ко мне из толпы.

— Вот. — я показал ему список на коммуникаторе: — Сможешь раздобыть?

— Вообще, не вопрос!

— Что ж, тогда начинаем план-банан.

— Господин Симонов! К вам посетитель. — произнес прохладный голос из динамика селектора.

— М? — Виктора Аркадьевич устало взглянул на часы: — В такое время? Ну… Пускай заходит, коль пришёл.

— Принял.

Спустя мгновение в дверь прачечной, где Симонов организовал для себя временный рабочий кабинет, трижды постучали.

— Войдите!

— Витя-ня-я-я! — в кабинет зашёл здоровенный мужчина в дорогущей рубашке. От него несло алкоголем и азиатской кухней: — Ты думал, что я тебя не найду?

— Роберт, мать его, Першин. — усмехнулся Симонов: — Не успел заступить на службу, как тут же накидался? Узнаю своего старого друга.

— А как же? Хочешь увидеть талантливого студента — думай, как талантливый студент.

— Неужто эта глупость с «ловушкой Дмитрия» всё ещё работает?

— Ну, конечно! Кто попало в его «рыгаловку» точно не зайдёт.

— И? Кто на этот раз? — Виктор Аркадьевич отложил письма из ресторанов в сторону и с интересно посмотрел на своего гостя.

— Сёднев, Никоноров, Смирнов и Цареградцев. Очень занимательные ребята! Но… меня больше удивило то, что двое из них — простолюдины. Ты же нас терпеть не мог?

— Так. Сейчас всё изменилось! Вступительный экзамен для тех, кто с «улицы» проводила Амелия. А она, как ты знаешь — никогда не ошибается. У неё нет человеческого фактора в отборе. Поэтому, даже если к нам на порог придёт простолюдин, в котором есть потенциал — мы обязаны его раскрыть.

— Ты стал более… гибким. Мне это нравится.

— Скорее, вернулся к истокам Харитоновки. Человек не выбирает, в какой семье ему родиться. К тому же… Они пришли от Рубена.

— Да ну? — удивился Роберт: — Старый ещё принимает учеников? Я думал, что после того скандала он завязал…

— Видимо, что-то увидел. Но я был очень заинтригован! Они оба без особых проблем разделываются даже с второгодками.

— Круто! Но насчёт этого я не удивлён. Рубен до сих пор на «Олимпе». Так что, наверняка смог многое передать.

— Не то слово! Даже Раневский вернулся обратно, после того, как провёл с ними открытую пару.

— Переборол свою гордость, значит? В целом, его можно понять. Столько лет кризиса… Ты сам-то как? Выглядишь уставшим.

— В Сириусе было в разы проще. Сейчас мы решили слегка изменить систему. Но опять всё вылилось в эксперименты. Будем смотреть и дальше. А ещё меня очень беспокоит Амелия…

— А что с ней не так?

— За последний месяц она сильно изменилась.

— В каком плане?

— Она стала… Слишком общительной. Игнорирует Совет Элит. Увольняет своих Маршалов пачками. И пропускает важные звонки ради того, чтобы посмотреть кулинарные дуэли.

— Ну, а что ты хотел? Ей восемнадцать лет! Она же молодая девушка… Того гляди, и начнёт задумываться о мальчиках.

— Нет. — холодно ответил Симонов: — Ты же знаешь! Амелия… из другого теста. Она специалист высшего уровня. И ей всё это… просто не нужно. Мы с ней прорабатывали необходимый сценарий на протяжении тринадцати лет. Амелия никогда не обратит внимания на других, пока не достигнет пика.

— Не важно, экстра она или нет — человеческую природу не искоренить.

— Я искоренил.

— Не знаю — не знаю… — хмыкнул Роберт: — В общем, я бы тебя за твои отношения с дочкой давно бы убил и закопал. Но ты отец. И тебе решать, как с ней поступать.

— Я же не со зла… Забыл, что стало с её бабушкой и матерью?

— Не забыл. Поэтому и не лезу. В общем-то… Мне кажется, что стоит перейти к делу. У меня есть пара вопросов. Крайне важных.

— Да. Прости. — Виктор Аркадьевич устало потёр переносицу: — Рассказывай, что там с этими студентами?

— Первый — идеальный пластилин! Он быстро учится. Хватает всё на лету! Из него можно сделать повара абсолютно любого формата. Страсть. Жажда знаний. И искренне желание показать себя. Всё это гармонично сочетается в Николае. Но ему недостаёт скорости и опыта. На последнее задание я бы отправил его в ресторан «Гегемония».

— А что со вторым?

— Второй — это нечто! Ощущение, будто он на кухне лет двести, если не больше. И по нему у меня появились вопросы.

— Выкладывай.

— Сперва я подумал, может быть, мальчишка вышел из семьи кулинаров и с шести лет стоял за плитой? Таких в Харитоновке навалом. Однако… Я ничего не нашёл в сети по поводу его семьи. Мне даже пришлось позвонить своему другу из Имперской Службы Безопасности. И первое упоминание об Искандере — два года назад. Он, как будто, появился из ниоткуда. Понимаешь?

— Из «ниоткуда» — это как?

— Искандер должен был пользоваться социальными сетями. Коннектором… Да, чёрт возьми, он должен был хотя бы зарегистрироваться и получить паспорт в четырнадцать лет! Однако… там всё очень муторно. Видно, что занимались профессионалы, когда создавали «легенду». Но тем не менее.

— И что? Ты мне предлагаешь забить на рекомендацию Рубена и вышвырнуть потенциального мэтра?

— Нет, просто… Почему вы не пробили его раньше?

— Потому что Рубен — не чужой мне человек.

— Ты выставил его на мороз. Для твоих дочек это была настоящая трагедия…

— Опять лезешь в личное?

— Ладно. Извини… В общем, с Искандером явно, что-то не так. Я бы на твоем месте с ним переговорил.

— О чём? — нахмурился Виктор Аркадьевич: — О том, что он сирота? Или о том, что он чудом вышел на Рубена, который помог ему пристроиться? Слушай… У нас с тобой были родители. И я считаю — потрясающие родители. А его бросили. Причём сразу, как только он появился на свет. И я не хочу говорить об этом с тобой. И уж тем более — с ним. Парень — талант! Он горит кулинарией. И я хочу дать ему шанс.

— Вот ты, как всегда! Нет, чтобы сразу мне обо всём рассказать?

— Зачем? Я дождался, пока ты выдашь мне свою точку зрения. Только и всего.

— Прекрасно. Что ж, тогда я закрываю глаза на огромную цифровую дыру Цареградцева.

— Закрывай. Лучше скажи, куда порекомендуешь отправить его на последнее задание?

— Гришин и Новикова от него в восторге! У парня потрясающие лидерские качества. Поэтому, я думаю отправить его к Тетеньке-Котеньке.

— Ты уверен?

— На данный момент, Цареградцев лучший на потоке, не считая Амелии. Вот пускай и доказывает свой статус. А Тетеньке-Котеньке реально нужна свежая кровь.

— Хм-м… Ладно. Давай попробуем.

— Добавим немножечко джаза… — я взял бутылку ванильной водки: — Господа и прекрасные леди! Коктейль, которым я хочу вас сегодня угостить — является классикой, но в тоже время — слегка доработанным по моему усмотрению. Надеюсь, вам понравится!

— Опасно, Дерек… — тихо прошептала Наташа, подойдя ко мне.

— Чего вдруг? — поинтересовался я, запустив кофемашину.

— Теньшина — это эксперт в области коктейлей! У её отца несколько модных ночных клубов в Москве.

— И что с того? Понимаешь, дело бывает далеко не только в практике. Вовчик, который обучал меня данному ремеслу — буквально горит идеей заниматься коктейлями. Да и мне, если честно, данная тема очень даже интересна. «Культура пития» и все дела.

— Надеюсь, вы играете не на что-то серьёзное…

— Нет. Что ты? Мы просто развлекаемся.

— Ну, смотри. — обеспокоенно вздохнула Наташа и продолжила с интересном наблюдать за моими действиями.

Было немножко неудобно рассказывать своим, что я буквально поставил на кон жопу.

— Кис-кис-кис… — мимо меня прошла Славик с огромной бутылкой ржаного виски: — Не плачь, когда проиграешь, детка! Я просто раскатаю тебя в лаваш…

Чем отличались аристократы в реальности от аристократов из фильмов и сериалов? Да хотя бы тем, что большая их часть в обычной жизни просто не умела филигранно выражать свои мысли. Нет, чтобы сказать: «Твой филей станет достойным украшением моей коллекции!» или «Между нами настолько большая пропасть, что никто не услышит твоего падения!»… Но зачем? Если всегда можно «раскатать в лаваш».

Ладно, что уж тут… Надеюсь, что хоть коктейли она делает лучше, чем придумывает филигранные фразы для своего противника.

— Кстати, а что за «классику» ты собираешься сделать? — поинтересовалась подошедшая к нам Ви.

— «Эспрессо Мартини».

— Эм-м… — младшая Новикова вопросительно посмотрела на мой столик: — Но тут же нет «Мартини»…

— А, это довольно популярное заблуждение. На самом деле, этот коктейль назван в честь бокала, в котором он подаётся. — я указал на бокал для «Мартини»: — К тому же, его придумал один из популярных бартендеров из восьмидесятых — Дик Брэдсли. Он утверждал, что в те времена из-за моды практически всё, что смешивалось в шейкере имело приписку «Мартини». Однако, это я с трудом могу объяснить, так как не шарю за моду восьмидесятых. Поэтому остановимся на бокале.

— Вообще-то, ты всё правильно сказал. — отозвалась Славик: — В те времена «Мартини», который вермут с водкой или джином — был на пике популярности. Бармены делали свои интерпретации, создав целое направление «Мартини-образных» коктейлей. Так что, да. Отчасти он назван так далеко не только из-за бокала. Дик отдал дань целой эпохи коктейлей.

— Я думал, что это легенда.

— Легенда то, что Дик Брэндсли, якобы, создал этот коктейль, когда одна знаменитая модель попросила у него напиток, чтобы «торкнуло». Никто до сих пор не знает — правда это, или Дик просто приукрасил для красного словца.

— В общем, очередной сторитейлинг. — заключила Ви.

— Именно! Сторитейлинг распространяется далеко не только на пищу. Любой элитный алкоголь и коктейли так же подают под красивые истории. Правда, это не для вкуса, как у изысканных блюд… А скорее, чтобы набить ценник. — пояснила развратная блонда.

— Запомним. — я взял рюмку, ибо джиггера — мерной металлической рюмки для шейкера, у нас попросту не было: — Что ж, кофе готов, поэтому — поехали! «Эспрессо Мартини» на шесть порций. Никто не уйдёт обиженным!

— Так-так-так… — Наташа уже вытащила маленький блокнотик и готовилась записывать. А зрители тут же последовали её примеру. Одним словом — повара… Что с них взять?

— Сорок пять миллилитров ванильной водки.

— Угу.

— Тридцать миллилитров свежесваренного эспрессо.

— Так.

— Кофейный ликёр «Калуа»! Двадцать миллилитров.

Мне показалось, что у некоторых зрителей вот-вот побегут слюнки. Ребята явно держались изо всех сил, ибо кофейный аромат разлетелся по номеру и перебил остальные запахи. В этом магия утреннего свежего кофе.

— Пятнадцать миллилитров темного какао ликера… Ребята! Кто любит помягче — ищите светлый. Он слаще и чуть более сливочный.

— Да, шеф!

— Апельсиновый ликёр «Триплсек». Десять миллилитров. Можно и «Куантро»! разницу вы не почувствуете.

— Угу…

— Две капли соляного раствора!

— Погодите, шеф! — Марк, который каким-то магическим образом появился в первых рядах зрителей, поднял руку: — А какой концентрации делать соляной раствор?

— Двадцать грамм соли на восемьдесят миллилитров воды.

— Ага.

— Я очень рекомендую добавлять соляной раствор во все кофейные коктейли! Это подчеркнёт вкус и выведет ваши ощущения от напитка на совершенно новый уровень. Запомните!

— Да, шеф!

Чувствовал себя преподавателем зельваренья… Осталось только переписать учебник и передать потом юному бармену со шрамом в виде молнии на лбу.

— Теперь добавляем в шейкер лёд. И АДОВО ШЕЙКУЕМ!!! — я закрыл шейкер крышкой и принялся истерично, но при этом крайне элегантно сотрясать его в воздухе: — И теперь аккуратно выливаем в охлаждённый бокал для «Мартини». А затем выкладываем ровно три кофейных зернышка и натираем горький или молочный шоколад. Ну, у меня молочный. А так — по вкусу.

— Хех… И это всё? — в голосе Славика звучало разочарование: — Ты сделал почти один в один, как в учебнике.

— Тут ключевое слово «почти». А ты что решила приготовить?

— То, что таким дилетантам коктейльного мира, как ты — и не снилось. — хитро ответила наглая блонда, с громким характерным «чпоком» открыв бутылку ржаного виски: — Народ! Пока «Первый после Амелии» приготовил простейшую и слегка модернизированную банальщину, я спешу представить вам коктейль, который смогут оценить по достоинству лишь избранные. Яблочный «Олд Фешн»!

— Яблочный? — я с непониманием взглянул на Славика.

— Именно! Сейчас на ваших глазах произойдёт… магия. — в глазах наглой блонды читалась уверенность. Она, как ведущий в «Что? Где? Когда?» — уже была готова объявить, что моё «призовое очко» достаётся ей.

— Ну, давай бомби. — я решил взглянуть, как Славик подойдёт к приготовлению классики, и какие именно изменения внесёт.

— Ржаной виски! Или «Рай Виски». Тридцать миллитров. — наследница клубной империи начала крайне ловко орудовать рюмкой-джиггерозаменителем: — Пятнадцать миллитров яблочного сидра. Сухого! Это важно. Кленовый сироп — одна чайная ложка. Биттер «Ангостура» — два дэша!

— Секунду! — любознательный Марк вновь поднял руку: — Что такое «дэш»?

— Типа — брызг. Около трёх миллилитров. — пояснила Славик.

— А… Теперь понятно. Спасибо!

— Теперь мы засыпаем в шейкер лёд. Шейкуем около тридцати секунд!

Когда наглая блонда принялась сотрясать шейкер, в номере вновь повисла тишина. Честно говоря, даже я на долю секунды выпал из реальности. Вот, что не говори, а трясущаяся женская грудь — это чудо! Оценить способен и стар и млад. Что уж тут лукавить?

— Теперь выливаем в стакан «рокс». Добавляем немного льда. Три тонкие дольки яблока. И палочку корицы! Яблочный «Олд фешн» готов.

Кстати, на поверхности напитка образовалась характерная пенка. Будь там сидра хоть на один «дэш» больше — мы бы лицезрели ещё и конкурс «мокрых маек». Вовчик рассказывал, что некоторых начинающих барменов проверяют на «деревянность» тем, что дают шейкерить коктейли с газировкой. Типа «виски-кола», «джин-тоник», «Свободная Куба» или «Апероль Шприц». Происходит тоже самое, как если встряхнуть бутылку с газировкой. Крышка слетает с шейкера, а косорукого ученика заливает с головы до ног. Хороший урок на внимательность.

Приготовив ещё по пять порций коктейля, мы со Славиком позвали арбитров.

— Пробуем! — наглая блонда протянула мне стакан с яблочным «олд фешном».

— Пробуем. — а я поставил перед ней «Эспрессо Мартини».

Кстати, аромат от «олд фешна» был потрясающим! Легкие нотки теплого дубового аромата с ржаной горечью. А еще корица и яблоко. Такое свежее и нереально насыщенное!

Едва я сделал глоток, как тут же провалился в осенний сад после дождя. В руках у меня было карамелизированное запечённое яблоко, посыпанное корицей. Тепло от виски и биттера плавно окутывало желудок, а легкая сладость кленового сиропа демонстрировала потрясающий лес с полыхающими от осени деревьями. От тускло-желтоватых до ярко-красных… Волшебно. Мне хотелось бежать по мокрой траве. Вдыхать этот мощный и свежий аромат!

Вне всяких сомнений — Славик знает толк в коктейлях. Впрочем, все арбитры так же были очарованы волшебным напитком.

Передо мной стояла уже не наглая блонда, а самая настоящая Принцесса Яблочного Королевства! В платье с широкими полями. И диадеме с ярко-зелеными изумрудами.

— Твоя задница теперь в моей власти! — ласковым, но в тоже время крайне уверенным голоском произнесла она.

— Ну, как? Оценил? — с усмешкой поинтересовалась Славик, когда я окончательно вернулся в реальность.

— Оценил. А ты?

— Хех… Прости, но мне хотелось видеть твоё расстроенное личико в момент осознания. — хищно ответила она: — Что ж, а теперь можно спокойно попробовать твоё лузерское пойло. Чин-чин, Господа Арбитры!

— Чин-чин! — хором ответили наши судьи и тоже взялись за «Эспрессо Мартини».

— Приятного аппетита, Принцесса. — злорадно усмехнулся я, видя, как округляются её глаза.

* * *

Род Теньшиных брал своё начало ещё со времен завоеваний Ермака. Мол, купцы из семьи Тенешевых активно помогали развивать Сибирь. Правда, со временем фамилия видоизменилась. И Тенешевы стали Теньшиными.

В общем, предки были из великих людей! Поэтому отец Слави всегда говорил, что каждый носитель этой гордой фамилии должен брать всё, что захочет. Да и, вообще, по венам наследницы клубной империи течёт кровь истинных завоевателей.

Славя это хорошо запомнила. Для неё никогда не было преград. Она не просила. Она всегда требовала и добивалась.

Именно поэтому заприметив Цареградцева и то, как он мило беседует с Симоновой и Новиковой, Славя естественно решила заполучить столь «лакомый кусочек» себе! К тому же, с парнями у неё не сильно складывалось… Вернее — они сразу убегали от неё, услышав чёткие требования. А вот Дерек… Он совсем не такой. Отчего присвоить его себе захотелось ещё больше.

Что же касается коктейлей — у Слави был потрясающий вкус на алкоголь. Намного лучше, чем у Воронцовой! И, конечно, наследница клубной империи решила воспользоваться своей способностью, дабы захватить Дерека. Навсегда присвоить его себе! И главное, чтобы он больше никогда не смотрел на других. Славя видела в Цареградцеве дикого жеребца, которого только она в состоянии завоевать.

Правда… Как только «Эспрессо Мартини» коснулся её губ, всё вокруг резко изменилось.

Лица окружавших её людей, как будто, стали чётче. А глаза Дерека излучали такой приятный и теплый свет… Но всё это на мгновение отошло на второй план, ибо Славю накрыл вкус коктейля.

Первая волна — это бодрящий, насыщенный запах свежесваренного эспрессо. Того самого, что помогает просыпаться по утрам. Такой густой… С лёгкой горчинкой и теми самыми кремовыми нотками, которые обещают крепкий старт. А следом за ним нежно пробивался сливочно-сладкий аромат кофейного ликёра. Первая волна не сбивала с ног. Она нежно ласкала и успокаивала, делая вкус коктейля понастоящему теплым и уютным.

После первой волны, где-то на фоне, словно элегантный шлейф, начинал мелькать тонкий, чуть травянистый аромат водки. Он как будто оттенял кофейные ноты, не давая им стать приторными и слишком яркими.

Славя не успела прийти в себя, как очутилась в одном из своих воспоминаний. Это был маленький домик Дяди Эштона посреди горной европейской деревушки. Вокруг Слави бегали маленькие детишки… Внуки Дяди Эштона. Они весело смеялись, разбивая тишину вдребезги. Всё было таким настоящим! Неподдельным… Без намёка на фальшь.

И тогда впервые Славя испытала лютую зависть. Ведь она не могла позволить себе ничего подобного. Потому что, такое не купишь за деньги. И не возьмёшь силой.

Всё это было настоящей искренней радостью.

В первый и последний раз Славя ощущала, что её по-настоящему любят…

А затем… мрак.

Славя провалилась на следующий уровень. Это была новая волна воспоминаний.

— Бренден… — холодно произнесла маленькая наследница клубной империи: — Бренден-Бренден-Бренден… А я знаю, что ты делал на озере прошлым летом.

— Что? — здоровяк испуганно огляделся по сторонам: — Чего тебе надо, Теньшина?

— Дружи со мной. И я никому не расскажу, что ты курил.

— Чего⁈ Ты с ума сошла⁈ Нет… Не надо мне такого счастья!

— Тогда я всем расскажу.

— Рассказывай. Уж лучше получить от родителей, чем дружить с такой, как ты… — фыркнул здоровяк и поспешил скрыться во мраке коридора.

Следующее воспоминание.

Славя уже в девятом классе гимназии Харитоновки.

Она поймала Зину Звонарёву и прижала к стенке.

— Я сдам тебя сестре. Просто заверну в подарочную ленту и подарю!

— Ты этого не сделаешь! Ты совершенно не знаешь Изольду… И как она ко мне относится…

— А вот и сделаю.

— Чего тебе от меня надо⁈ — всхлипнула миниатюрная блондинка.

— Чтобы ты познакомила меня с Лерой Воскресенской. Вы же друзья, да?

— Но… Зачем тебе это?

— Просто. Я так захотела.

— А сама не можешь к ней подойти?

— Не хочу. Ты меня представишь.

— Это всё?

— Всё. — радостно ответила Славя.

— Какая же ты мерзкая… — тихо выдохнула Зина и убежала.

Очередное воспоминание… На этот раз Славя зажала в угол Милу Жданову.

— Ты же понимаешь, что если кто-нибудь узнает об этом… Начнётся скандал!

— Это шантаж?

— Ага. — улыбнулась Славя.

— И чего ты хочешь за молчание?

— Твою дружбу.

— Эм-м… Ты серьёзно? Или это пранк?

— Это не пранк. Я реально хочу с тобой общаться.

— Ты в этом уверена?

— Абсолютно!

Славя обожала ставить ногу на грудь поверженной цели. Только вот… Что было после? Теплота? Эмоции? Может быть, хоть что-нибудь? А на самом деле — ничего, кроме мимолетного ощущения совершенно холодного удовлетворения.

Её сердце зачерствело. Покрылось сухой коркой, за которой уже практически потух маленький огонек души… Тот самый полумёртвый остаток собственного «Я», что всё ещё хотел любви. Заботы. Искренности. И самое главное — взаимности.

Такой же яркой! Звенящей… Как те веселящиеся детишки в деревенском домике Дяди Эштона.

— Ну, как? — поинтересовался Искандер: — Почувствовала?

— Да. — всхлипнула Славя, а затем жадно допила коктейль: — Как ты это сделал? Я не верю, что всё дело в соли.

— О… Конечно же, дело не в соли. Я просто вкладываю в каждое своё блюдо душу. А ещё — могу улучшить рецепт, который оттачивался годами. Поэтому твой коктейль — идеальная схема. Точность, возведённая в абсолют. Твёрдая пятерка для отличницы! А мой коктейль — это в первую очередь вкус, способный достучаться до души. Я много пробую. А ещё — много экспериментирую.

— Вот как… — Славя посмотрела на арбитров: — Думаю, вы знаете, что делать.

— Искандер Цареградцев. Единогласно! — ответил один из наших судей.

— Я согласна с их решением. Он действительно… такой чувственный. Эмоциональный. Настоящий! Без фальши и прочего.

— Всё правильно. В этом и есть суть «добавления души» в блюдо. — ответил Дерек и так по-доброму улыбнулся, что из сердца Слави по всему телу начало пульсировать тепло. Может быть… это любовь?..

— Спасибо тебе… Я, наверное, пересмотрю своё отношение к людям. А ещё… Мне стоило бы извиниться за то, что я тебе наговорила. Да, что там? Мне надо извиниться перед всеми… Простите меня, ребята! Я была настоящей тварью…

— Главное, что ты это поняла. — просияла Зина Звонарёва: — Но все мы совершаем ошибки. Так что, не переживай! Из тебя выйдет толк.

— Спасибо… — впервые за много лет Славя почувствовала облегчение. Да никакая она не завоевательница! В первую очередь, Славя — девчонка, которая хочет нормальную девчачью жизнь.

Дерек подошёл ближе.

Славя мечтала быть душой компании! Хотела окружить себя настоящими друзьями… Мечтала искренне смеяться. И не прятать за улыбкой свою боль, отчаяние и кромешное одиночество…

Дерек приобнял её за плечо.

Славя всегда хотела искренности. Хотела чувствовать! По-настоящему любить и быть любимой.

Ладонь Дерека скользнула вниз и незаметно легла на попу девушки.

— Эм-м… Котик, а ты чего? — слегка испуганно поинтересовалась Славя.

— Я рад, что ты пробудилась. Но уговор — дороже денег, зайка. — тихо прошептал он.

— Уговор… — Славя опасливо сглотнула, а затем резко указала на потолок: — Нифига ж себе!!! СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ!!!

— Где⁈ — все тут же уставились на то место, куда показала облапанная блондинка. Воспользовавшись отвлекающим манёвром, Славя припустила в коридор.

Это же была сказка! А Дерек — принц… Принц, который спасает принцессу! Он не должен был всё портить… Не должен был так поступать!

Выбежав в коридор, Славя пулей полетела в сторону своего номера. Сердечко так колотилось от пробуждения, раскаяния, радости, легкой романтичности и… ужаса, ибо Дерек довольно быстро её нагнал.

— НЕТ!!! — пискнула бедолага: — Только не за попу!!! Я денег дам…

— Уговор — дороже денег, зайка. — Дерек бесцеремонно погрузил Славю на плечо, а затем понёс в неизвестном направлении: — Но ты не переживай! Я просто немножко закреплю результат твоей восхитительной метаморфозы…

— Ты же меня просто полапаешь и всё? — с надеждой спросила жертва коктейля.

— И полапаю. И всё… остальное.

— КИ-И-И-Я-Я-ЯХ-Х-Х-Х!!!!!!!!

Впервые Славя чувствовала свою абсолютную беспомощность перед сильным мужчиной. И к своему дичайшему стыду… ей это очень нравилось.

— Мне казалось, что мы договаривались только на потрогать… — смущенно выглядывая из-под одеяла, тихо произнесла Славик.

— Так я тебя и потрогал.

— Это… Мягко говоря, чуть больше, чем «потрогал»…

— Вообще-то, мы с тобой не условились, чем именно я буду тебя трогать. К тому же, неужели ты недовольна?

— Почему? Довольна! Просто… Я представляла себе это совсем иначе.

— В плане?

— Ну… Что это будет особенный день. И особенное место… — Славик застенчиво отвела взгляд и накрылась одеялом.

— Отборочный тур. Бронзовая ночь. Отель Господина Симонова! Разве же всё это — не особенное?

— Так-то ты прав… У меня даже аргументов нет.

— Вот видишь? — я засунул руку под одеяло: — Давай, вылезай! Мне нравится на тебя смотреть.

— Нет! Я без одежды… К тому же, ты наделал мне делов на лицо! И даже несмотря на салфетку, я всё равно чувствую себя… Ну, ты понимаешь…

— Даже с «делами» на лице — ты прекрасна.

— Смущаешь…

— Как бы… Немножко поздно смущаться.

— Ещё больше смущаешь!

— Ой, да ладно тебе. — я стащил со Славика одеяло: — Давай представим, что мы в…

— Слава! — электронный замок на двери зажужжал, а ручка начала неистово дёргаться. Ох, как повезло, что я в момент страсти сообразил, что надо закрыться на защёлку: — Слава! С тобой всё хорошо⁈ Слава!!!

— Чёрт… Это Тома… — испуганно пискнула Славик, вскочив на пол, и завернувшись в одеяло: — Моя соседка и помощница! Если она узнает… Мне кранты!!!

— Почему? — удивился я.

— Она охраняет меня, потому что я запугала её сливом компромата… Тома ни за что не остановится, чтобы в отместку испортить мне жизнь!

— Так… Я тебя понял. Сейчас, что-нибудь придумаем! — я быстро огляделся по сторонам и заметил дверку на балкон: — Идея!

— СЛАВА!!! ТЫ ЖИВАЯ⁇!!?! СЛАВА!!! Я СЕЙЧАС ВЫБЬЮ ДВЕРЬ!!! СЛАВОЧКА!!!

— Твою ж… — я быстро схватил одежду и тапочки, а затем шмыгнул на балкон.

— Да иду я… — Славик сделала максимально сонный голос и пошла открывать.

— СЛАВА!!! — в комнату ураганом залетела девчонка с ярко-синими волосами: — Слава, что с тобой⁈ Он тебя изнасиловал, да⁈

— Кто?

— Царь! Кто же ещё? Вы оба внезапно пропали с вечеринки… А Клара сказала, что когда бежала в туалет, Царь трогал тебя за попу!

— Да… Он немного некрасиво себя повёл. Я дала ему… пощечину. И он отвалил. А я так устала… Эта беготня в горах меня вымотала.

— Ты уверена? — Тома внимательно осмотрела шею и руки Славика. Очень повезло, что я не оставляю укусов и засосов.

— Уверена в чём? Том… Ты думаешь, я бы позволила какому-то там… простолюдину… себя трогать? — на слове «простолюдин» Славик явно запнулась.

— Ну-у-у… Он бы не спросил. Знаешь, какие слухи ходят про Царя?

— Какие же?

— Жуткие! Говорят — девчонкам с ним надо держать ухо востро! А ещё, что он владеет техникой сексуального гипноза.

— Так когда перед тобой обнажается молодой юноша, это всегда приятно. Какой же это гипноз?

— Что⁈

— Что?..

— Слава… Я волнуюсь. Если он начнёт распускать свои руки — тут же зови меня! Я ему так дам!

— Я уже дала.

— Я понимаю! Но тем не менее… Нахальных парней надо учить уму разуму! Трогать можно только по любви. И только тех, кто разрешает это делать! Как представлю, что эти здоровенные жилистые лапищи Искандера хватают тебя за горло, а потом за грудь… Так кровь в жилах стынет! Он чудовище! Монстр…

— Да-а… Согласна. — Славик покраснела и начала дрожать.

— Не бойся, дорогая! — Тома обняла бедную «жертву Царя»: — Я не дам тебя в обиду! Ой… А чем от тебя пахнет?

— Это… Я так устала, что забыла принять душ… Кто ж знал, что ты начнешь долбиться в дверь?

— Вообще-то, ты закрыла её на щеколду. — защитница с подозрением сузила глаза: — Странно всё это… Подозрение, етить, чувствую…

— Фу! Не говори, как необразованная бестолочь!

— Просто… Ты вся красная. Трясёшься. Опускаешь глаза… В тебе, как будто, что-то поменялось. Только вот, я не могу понять, что… Ещё и этот странный запах. — Тома хищно прыгнула в сторону кровати: — Всё сырое! Ужасно… Просто, ужасно! Слава… Я не думала, что ты будешь врать своей лучшей подруге…

— Это не то, что ты думаешь! Просто…

— Просто взять и скрыть от меня простуду. Это… подло! Ты хоть что-нибудь выпила от жара? — Тома потрогала лоб и щёки Славика. Ох… я бы на её месте так не делал…

— Слушай… всё хорошо! Давай, я просто лягу спать?

— Нет. Погоди! — защитница встала на носочки и прикоснулась к лбу Славика губами.

ТВОЮ Ж МАТЬ!!! Я даже не знаю, как это назвать… Непрямой камшот?

— Тома… Тома, правда! Со мной всё хорошо! — блондиночка оттолкнула от себя жертву непрямого разврата и юркнула обратно под одеяло: — Ты слишком переживаешь!

— Слав… Если ты не встанешь завтра из-за болезни — арбитры не будут делать поблажек! Студент обязан прибыть к месту прохождения всех заданий отборочного тура.

— Да не болею я… Просто переутомилась.

— Сейчас же иди в душ! Только не холодный. Сделай воду комнатной температуры. Хотя… Чего я объясняю? Пойдём! Я всё сделаю сама.

— Я не инвалид!

— Ты болеешь. Слава… Отборочный тур — не шутки! Ты же так любишь готовку. Такая творческая личность! Я не прощу, если ты вылетишь и испортишь себе жизнь из-за какой-то там простуды.

— Ладно…

— Ты пока иди. Я открою балкон, чтобы хоть немножко проветрить. А-то запах пота пропитал всё вокруг…

— Не стоит! Давай потом проветрим?

— Господи, Слав! Да, что с тобой сегодня? Ты после проигрыша — сама не своя! Вот, как знала, что надо было сразу за тобой пойти. Я понимаю, что Цареградцев потоптался на твоём самомнении…

И не только самомнении, между прочим!

— … но стоит понимать, что проигрыш — это всего лишь опыт. Ты станешь лучше! Поверь мне на слово. К тому же, стоит уметь с достоинством проигрывать.

— Я проиграла с достоинством! Я полностью отдалась этому проигрышу… Просто… Я не хочу свежий воздух. Холодно мне…

— Ладно! Идём в душ. Но потом — всё равно придётся проветрить.

— Угу…

Как только девчонки ушли, я тут же поднялся и принялся быстро одеваться. Правда, как только напялил штаны и футболку, то заметил на себе пристальный взгляд. С соседнего балкона на меня смотрела Зиночка с раскрытым ртом. Казалось, будто она в трансе.

— Чего? — тихо спросил я.

— Нет… Ничего. Я просто… Я… — бедная маленькая бухгалтерша тут же посмотрела на звездное небо: — Любовалась звёздами. Они такие… Ну… Такие большие и яркие… Ой, в смысле… Я хотела сказать… В общем… Ну…

— Зин. Всё хорошо? Мы по-прежнему друзья?

— Д… Да!

— Никому не говори.

— Никому не скажу. Это будет наша длин… Кхм… маленькая тайна…

Ну, вот. Нанёс психологическую травму совершеннолетнему ребёнку. Аж на душе, как-то гадко стало…

Схватившись за ручку балконной двери, я в очередной раз понял, что беда никогда не приходит одна. Дверь открывалась исключительно из номера. Прекрасно!

— Слушай, Зин…

— Ась? — девушка подскочила и испуганно посмотрела на меня.

— Можно выйти через тебя?

— Думаю, что можно… Только, здесь высоко… Ты уверен, что не сорвёшься?

— Поверь, я сегодня уже сорвался.

— Хе…

Немного разогнавшись, я перескочил через перила и приземлился в аккурат на балкончик Зиночки.

— Фух! Спасибо тебе большое. И… спокойной ночи!

— Ага… — кивнула миниатюрная бухгалтерша: — Спокойной ночи…

Как только я открыл дверь, то тут же столкнулся лицом к лицу с Томой.

— Господин Цареградцев…

— Госпожа… Как вас именовать?

— Сычёва.

— Очень приятно познакомиться.

— А вы… какими судьбами здесь?

— Был у своей подруги.

— Подруги? В такой час? — Тома с подозрением сузила глаза, а затем подошла ближе и тихо прошептала: — На вкус и цвет, конечно, все фломастеры разные… Но младшая Звонарёва… Я бы порекомендовала вам сходить к специалисту.

— А я бы порекомендовал вам не совать свой нос не в своё дело…

— Пока что-нибудь не всунули в вас! — огрызнулась Зиночка, которая всё это время стояла рядом, а затем громко хлопнула дверью.

— Ох, как неловко получилось… — тяжко вздохнула Тома: — Кажется, мне действительно пора идти.

— А ещё пора прекратить перемывать косточки людям за их спиной. Чисто для своей же личной безопасности.

— Вы мне угрожаете, Господин Цареградцев? — защитница вплотную подошла ко мне.

— Скорее — предупреждаю. Кто знает, что с вами могут сделать друзья людей, которых вы оскорбляете. — злорадно усмехнулся я.

Тома поёжилась от страха, а затем обиженно хмыкнула и быстро потопала в сторону лифта.

Что-то сильно сомневаюсь, что эта синеволосая бестия дружит со Славиком только из-за компромата. Увы, подобное зачастую тянется к подобному. Но ничего страшного… Будет хулиганить — я и её вызову на кулинарную дуэль. С продолжением…

Уж больно часто местные задиристые аристократочки нарываются, чтобы после «разговора с пристрастием» стать белыми и пушистыми.

Утро началось… жёстко. Я вернулся в номер ближе к трём часам ночи. Колян уже во всю дрых. А в шесть утра нас разбудила тревога по внутренней системе уведомления.

— ВНИМАНИЕ!!! В здании пожар! — произнёс прохладный женский голос на фоне орущих сирен: — Всем немедленно покинуть отель и собраться во дворе!

Мы с Коляном переглянулись, захватили паспорта, коннекторы и бумажники, после чего быстро побежали к лестнице. Лифты во время пожарной тревоги всегда отключаются.

— Ты видишь задымление? — поинтересовался я во время шустрого спуска по лестнице.

— Нет. — ответил Колян, заглянув между пролётами.

— Понятно… — обречённо вздохнул я.

Никакая это не пожарная тревога. И даже не учебная.

Во дворе гостиничного комплекса нас поджидал Симонов. Довольный, как чёрт! Даже улыбался, видя наши бледные и крайне болезненные физиономии.

— Дорогие студенты Харитоновки! Я счастлив, что вы как следует выспались и отдохнули. — вот тролль: — Потому что сегодня вас ожидает крайне сложное задание, которое требует максимальной отдачи и концентрации. — радостно произнёс Симонов: — Каждый шеф — это лидер, который должен грамотно обучать персонал. Любой новичок вынужден проходить практику, чтобы доказать свою компетентность и показать умения! Но у большинства ресторанов высокой кухни — индивидуальное меню. Блюда, которые разработал местный бренд-шеф. Поэтому сегодня вы получите ученика, которого будете обучать готовить. Я учитываю то, что вы ещё на первом курсе! Поэтому сделал небольшую скидку. Никаких индивидуальных блюд от других шефов или арбитров отборочного тура! Мы просто назовём вам блюдо, а вы приготовите его по своему рецепту. Так же мы заметили, что японская кухня стала серьёзным испытанием для многих. Поэтому сегодня вы будете готовить исключительно современную национальную кухню!

Студенты очень попытались выдохнуть с облегчением, но у них не особо получилось. А Серёжа так и вовсе — едва не рухнул без сознания.

— Ваши сопровождающие будут ждать в холле отеля через пятнадцать минут. Всем удачи! — с этими словами Господин Симонов благополучно удалился в сторону парковки.

— Через пятнадцать минут⁈ — с ужасом выдохнул Валентин.

И вот тут началась паника. Опять студентишки потеряли самообладание и засуетились, пытаясь перегнать друг друга на пути к лифтам.

— Опять… — обречённо вздохнул Колян: — Всё никак не научатся…

— Ну, а ты что хотел? Они слишком умны, чтобы понять всю элегантность и комфорт лестницы. А ещё, что лифтов на всех не хватят. И я умолчу про то, что лестница лишена уникальной способности внезапно застревать.

— Будем им говорить?

— Думаю, что не стоит. Большинство людей не умеет учиться на своих ошибках.

Кстати, подъем по лестнице, сборы и спуск в холл заняли у нас всего девять минут. Естественно — мы были первыми. Следующими выбежали Серёжа, Валёк и Зиночка.

— Вы зачем дёрнули со всеми? — поинтересовался я.

— Как зачем⁈ Пятнадцать минут на сборы! — возмутился Валёк: — А если бы мы опоздали⁈

— Мы с Коляном использовали лестницу и пришли вперёд вас. И это с учётом того, что мы все живём на одном этаже.

— Ну-у…

— Я к тому, что учитесь не поддаваться панике. Симонов этого от вас и добивается. А вы ведётесь. Нельзя так. Представь, что с тобой будет во время запары в ресторане? Это же всё… Конец.

— Ладно. Я понял.

— И зарубите себе на носу, что в первую очередь проигрывает разум. — я ткнул Валька в лоб: — И только потом тело.

— Говоришь, как бизнес-коуч.

— Говорю, как человек, который приличное количество времени отдал общепиту.

— Ребята! — к нам вышла Марика. Выглядела она тоже слегка уставшей: — У нас переформирование групп, потому что многие отсеялись. Теперь Искандер, Серёжа, Валентин, Амелия, Мила и Коля — в одной группе. Зина, ты у нас остаешься с девочками, как и вчера.

— Хорошо. — кивнула миниатюрная бухгалтерша, а затем взглянула на меня и тут же смутилась. Надо потом ей конфет купить в качестве благодарности за спасение.

Спустя несколько минут холл заполонили сонные студенты с явными признаками похмелья. Бледные, недовольные, уставшие и слегка напуганные.

— Группа А! — Марика указала на нас: — За мной! Вы поедете отдельно.

Ну, конечно. Местная Королева явно ещё отходит от вчерашней «дегустации». И папулик не позволит, чтобы любимая дочка проиграла из-за такой глупой случайности.

Марика отвела нас к небольшому автобусу с очень высокими спинками кресел.

— Не переживайте! — тихо произнесла она: — Ехать до места выполнения задания около полутора часов. Так что, вы успеете немного вздремнуть.

— Потрясающая новость. — я тут же откинулся на спинку кресла и хотел было закрыть глаза, как к нам с Коляном подошла Мила.

— Здравствуйте, мальчики! — дружелюбно улыбнувшись, произнесла она: — Николай… Прости, что отвлекаю. Но не мог бы ты помочь мне с коммуникатором? Я знаю, что ты в них хорошо разбираешься.

— Не вопрос! — кивнул мой проводник и ушёл вместе с Госпожой Секретарочкой дальше по салону. Хм-м… Подозрительно всё это.

— Значит, так… — кресло Коляна тут же заняла Амелия и закрыла мне рот рукой. Её глаза горели от ярости и волнения. Она оглянулась по сторонам, и дождавшись, пока водитель запустит двигатель, придвинулась в плотную ко мне: — Слушай меня внимательно, Дерек. Я с тобой в игры играть не собираюсь. Ты и так позволил себе слишком много в мой адрес вчера. Поэтому будь добр и расскажи всё в подробностях, что вчера случилось?

— Неужели ты не помнишь? — убрав руку Амелии ото рта, спросил я.

— Нет, конечно! Помню, как пришла, чтобы сообщить, что отец планирует ранний старт. Съела конфету. Она оказалась дико острой. Потом я выпила стакан, какой-то сладкой дряни и… всё, как в тумане. Утром проснулась… Во рту полный аврал! На лице аврал. Губы, как у утки! Я опухшая… Без нижнего белья! В одних трусах и колготках…

— Ну, вот видишь? А была бы без трусов…

— Идиот! Я серьёзно спрашиваю. Мила говорит, что всё хорошо… Но мне почему-то очень стыдно. Я не понимаю, почему!

— Слушай, мы ничего такого не делали.

— Ты уверен?

— Более, чем. Я-то был в сознании. К тому же, не в моих правилах пользоваться положением барышни во хмелю.

— Хм-м… Странно.

— Что именно?

— Мила сказала мне тоже самое. — Амелия задумчиво отодвинулась от меня: — Выходит, ты у нас джентльмен?

— А ты сомневалась?

— Учитывая, как смело ты ворвался в купель…

— Там были непредвиденные обстоятельства, которые от меня не зависели. Вернее — чрезвычайное происшествие, из-за которого всё пошло не по плану.

— Ну-ну… Выходит, что если бы на моём месте вчера оказалась Марика, то ты бы воспользовался шансом?

— Нет же! Почему ты видишь во мне настолько уродливого человека? У меня тоже есть свои принципы. К тому же, я уже неоднократно говорил, что не играю в плохого парня. Мужик должен оставаться мужиком в любом случае.

— Ладно. Допустим, убедил. — недовольно ответила Амелия и скрестила руки на груди: — Зачем вы, вообще, решили пить вчера? Это же… просто глупо!

— Потому что, вокруг тебя студенты. Молодые и неопытные. Это видно по их поведению. По тому, как легко их можно напугать. И самое главное, как легко можно сбить с толку и ввести в панику. Ты же была на собрании?

— Кхм… — Госпожа Симонова отвернулась от меня: — Я наблюдала из окна.

— Говоришь, не будешь пользоваться привилегиями? — усмехнулся я.

— Так. У меня тоже случилась непредвиденная ситуация! Уж извини… Ты сам всё видел.

— Просто шучу.

— Кстати. — Амелия вновь повернулась ко мне: — Птички нашептали, что кое-кто вчера устроил очередную уличную драку, но уже с коктейлями…

— Правда? Ничего об этом не слышал.

— Я ни в коем случае не хочу обвинять тебя или ругаться. Просто — на будущее… Обрати внимание на то, что сделал мой отец. Вызвал всех на крыльцо в шесть утра. Он прекрасно понимал, в каком вы все состоянии. Поэтому будь осторожен, ладно? Обидно, когда талант вылетает из Харитоновки из-за глупости.

— Полностью с тобой согласен. А драка с коктейлями запрещена уставом?

— На самом деле, любая подобная драка может возыметь… крайне негативные последствия. Тем более, если хочешь что-то скрыть от моего отца — тебе лучше держаться меня.

— Держаться? Это как?

— Быть рядом.

— Хорошо. Но буду откровенен — мне хватило вчерашней драки. Просто Славик вела себя крайне… вызывающе.

— Теньшина — опасный человек. Ей лучше не перебегать дорогу.

— О, поверь мне на слово — она пересмотрела свои взгляды.

— Что ты с ней сделал? — Амелия вновь сузила глаза.

— Показал глубину истинных чувств. Страсти, тепла и любви. Через коктейль, конечно же.

— Серьёзно? Алкоголь может вызывать такие чувства?

— Алкоголь и не такое может. Главное — не перебарщивать и не скатываться в «синюю яму». Мера определяет — быть веществу вредным или полезным.

— Хм… Ладно. Я это учту. — Госпожа Симонова замолчала и остаток дороги выглядела крайне задумчивой. Правда под конец её разморило, и она благополучно рухнула мне на плечо. Благо, что хоть слюней не напускала…

— Конечная! — сообщила Марика: — Выходим! Не задерживаемся.

— Ой… Извини. — Амелия тут же проснулась и быстро шмыгнула к выходу из автобуса.

От всех этих разговоров и обрушившейся на меня Госпожи Симоновой я даже не заметил потрясающий пейзаж за окном. Настоящие зеленые горы! Несмотря на высоту и время года, здесь, каким-то чудом всё ещё стояла теплая погода.

«Пансионат „Времена года“» — прочитал я вывеску на входе в довольно старенькое пятиэтажное здание.

— Добро пожаловать! — на входе нас поджидал… Димон⁈ Интересно, что владелец элитной рюмочной забыл здесь?

— Дмитрий? — удивился я: — А что вы тут делаете?

— Господин Симонов пригласил меня поучаствовать в качестве помощника арбитра. Я не смог отказать. Так что, проходите, ребята! Сегодня будет весело.

Внутри пансионата пахло уютом с легкими нотками пыли и старины. Солнечный свет аккуратными лучами пробивался сквозь окна, подсвечивая валявшихся на ковриках котов. Мохначи лениво приоткрывали глаза, и убедившись, что это очередная порция безобидных пищащих от умиления малолеток, продолжали кайфырить.

— Это наши первые постояльцы. Пардонцы, негодяи, прохиндеи, лодыри, тунеядцы, но крайне милые создания. — пояснил Димон, пригладив элегантный ус: — Пардонцы настолько ленивы и неприхотливы, что вы можете их погладить. Они не укусят. Скорее всего, они даже не обратят на вас внимания.

Зиночка и Мила тут же полетели тискать кайфырей.

— Извините, а почему «пардонцы»? — поинтересовался Колян.

— «Пардон» — с французского обозначает извинение. Одиннадцать лет назад хозяин этого пансионата решил, что было бы здорово собрать тут всех беспризорных кошек с округи. Он начал подкармливать несколько штук, что жили на помойке. И те стали приходить каждый день. После еды они качали головами и жалостливо смотрели на местных хозяев и постояльцев. Как будто, извинялись, что потревожили. С тех пор их кличут «пардонцами». Со временем они привыкли и перестали извиняться. Теперь просто живут здесь. Балдеют.

— Интересная история. А как же санпины? — уточнила Амелия, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не затискать белого котика, который лениво повернул голову в её сторону.

— О! Это же Имперские юга. Здесь санпины у всех автоматом. — с усмешкой ответил Димон.

Как откровенно.

После знакомства с пардонцами, нас привели в огромный холл, в центре которого расположились здоровенные шахматы. Деревянные фигуры в половину человеческого роста! Выглядело очень красиво.

А на диванчиках сидели люди крайне уважаемого возраста.

— А вот и наши вторые постояльцы. Те, кто отказался от шумного города и решил встретить вторую часть жизни в прекрасных горах и уединении. Уважаемые люди. А также — ваши ученики на сегодня. — сообщил Димон.

— Товарищи пенсионеры мы! — со счастливой улыбкой к нам вышел старикан и тут же приобнял Коляна: — Ну, что, внучата? Погремим кастрюлями?

— Обязательно погремим! — уверенно ответил мой проводник.

Остальные дедули с бабулями тоже поднялись со скамеек и подошли к нам знакомиться. Давно не видел настолько доброжелательных людей!

— Искандер! — Димон подвел ко мне бодренькую бабушку: — Вот! Это Галина Кошкина! И она сегодня будет твоей прилежной ученицей.

— Приятно познакомиться. — пожал бабуле руку: — Можете называть меня Искандер или Дерек.

— И мне приятно. — расцвела Галина: — А меня просто — Галя. Не люблю фамильярность.

— Хорошо. Итак, что будем готовить? — я вопросительно посмотрел на Димона: — И главное — кто будет арбитром?

— Арбитры подойдут чуть позже. А готовить вы будете… — сомелье вытащил небольшой список: — Борщ! Проходите на кухню и начинайте. У вас пять часов на выполнение первого задания.

— Хорошо. Ну, что? Идём? — я пригласительно выставил локоть.

— Идём. — кивнула моя ученица, и мы вместе направились в сторону кухни.

Учить готовить борщ Галю, которая годилась моему здешнему телу в бабушки? А это интересный опыт… Такого у меня точно никогда не было.

— Итак, чтобы наше обучение прошло максимально комфортно, давайте определимся, на каком вы уровне знакомства с кухней? — начал я, пытаясь вжиться в роль учителя.

— Ой, да я так… Поскольку-постольку. — улыбнулась Галя.

— Чудно! Значит будем разбирать каждый шаг поэтапно и подробно. Наша задача за сегодня понять, как приготовить самый вкусный борщ. Поэтому начнём с основ. — мы зашли на старенькую кухню, которая очень напоминала мне родное рабочее место в «Шашлычке». Всё такое же домашнее и крайне уютное.

Остальные так же проследовали за нами. Больше всего меня интересовала Амелия. Сможет ли она со своим крайне специфическим уровнем коммуникации и социализации донести до дедушки суть блюда и обучить готовке?

Вся проблема заключалась в том, что человек — существо крайне хрупкое и имеет довольно ограниченный срок жизни. Дети обучаются очень быстро. Их свежий мозг впитывает информацию, как губка. Нейронные связи создаются очень быстро, ведь мир такой интересный и волшебный!

А вот у стариков всё было иначе. Огромные базы данных жизненного опыта буквально давили на разум. Новые нейронные связи создавались лениво и крайне неохотно. Запоминать и обучаться, чему-то новому было в разы тяжелее.

Поэтому… сдается мне, что Симонов приготовил для лидирующей группы самое сложное задание. Поблажки для любимой дочурки закончились на разрешении понаблюдать за утренним микро-брифингом из окна.

— Кухня начинается с гигиены! Моем руки и обязательно надеваем фартук, перчатки и шапочки. — я указал на раковины и корзинки со всем необходимым: — Чистота — залог лучшей кухни!

— О… Я об этом даже не подумала.

— Не страшно. Я всё покажу. — взяв небольшую корзину, мы отправились выбирать необходимые ингредиенты для борща. Продукты лежали на полках, в подвесном гарнитуре и огромном столовом холодильнике: — Как думаете, что является основой для каждого супа?

— Мясо и овощи? — Галя немного задумалась.

— Почти. Основой для всех супов является бульон.

— Эх… Как всегда — всё лежит на поверхности.

— Увы, в кулинарии подобное случается далеко не всегда. Любое вкусное ресторанное блюдо, которое способно пробудить в госте приятные эмоции, состоит из огромного количества мелочей. Я бы сказал, что сама концепция приготовления еды — это дьявол, который абсолютно всегда прячется в деталях. Стоит тебе не уследить и вовремя не убрать пенку — бульон превращается в некрасивую мутную жижу. А также приобретает крайне отвратительный привкус. Конечно, многие забивают и оставляют пенку провариваться… Но мы с вами готовим настоящий ресторанный борщ! Поэтому всё должно быть идеально.

— Здорово! Про пенку я запомню.

— О… Это лишь один из примеров. А вот теперь — основа для бульона. Как раз то, что вы и сказали. Мясо и овощи! Но и это необходимо выбирать грамотно. К примеру, многие часто допускают банальную ошибку при выборе мяса. Для бульона это всегда грудинка и голяшка.

— Правда? А моя свекровь готовила из мякоти бедра… Разве есть разница, из какого мяса готовить?

— Ну, конечно! Всегда помним про дьявола, который таится в деталях. — я внимательно осмотрел свеклу: — Так… На секунду отвлечёмся. Обратите внимания на свеклу. Вы видите разницу?

— Одна обычная, а вторая… вроде, с белыми кольцами. У нас на Югах она часто встречается.

— Именно! Организаторы специально перемешали обычную свеклу с так называемой «мишенью». Если её разрезать, то те самые белые кольца будут образовывать узор, который отдалённо напоминает мишень. Оттуда и название.

— Ничего себе! А они отличаются по вкусу?

— Дело не во вкусе. Борщ — блюдо, вокруг которого собирается огромное количество споров. Ибо в каждом регионе есть своя интерпретация. Можно сказать, что борщ по количеству способов приготовления вполне достоин потягаться с пловом.

— О, да… Я слышала, что его тоже везде готовят по-разному.

— Именно! Дело в том, что женщина, которая учила меня готовить борщ — родом из Сибири. И она рассказывала, что сибиряки искренне считали, что борщ должен быть ярко-красным! Чтоб прям насыщенный цвет. Поэтому мы с вами будем использовать именно обычную свеклу. А южную оставим для других блюд.

— Хорошо.

— И возвращаемся к мясу и мякоти бедра. Навар получается из соединительной ткани, жирка и костей. А в мякоти бедра лишь мышечные волокна! То есть, наш с вами бульон будет слишком жидким и без изюминки. Поэтому обратите внимание, что у грудинки — губчатая кость. В ней содержится огромное количество капилляров. Её ещё называют «сахарной косточкой». Благодаря ей получается очень вкусный, сладкий и наваристый бульон.

— Вот как? Поняла.

— Сама по себе структура мяса сильно отличается. Опять же, если мы возьмём мякоть бедра, то на выходе получим сухую солому, которую будет очень неприятно ощущать во рту. А мясо с грудинки и голяшки сильно отличается. После варки оно становится нежным. Разваристым! И гармонирует с гущей из борща. А ещё есть жилки! Видите?

— Их удаляем?

— Нет. Они тоже дают нам тот самый навар. Если вам они сильно не понравятся, то мы удалим их уже после приготовления бульона.

— Договорились!

— Супер. Итак, мы с вами набрали все необходимые ингредиенты. Теперь начинаем с приготовления бульона для борща. Для этого нам понадобится рабочее место. Это плита и стол. Здесь у нас индукционная конфорка! В целом, удобный и современный подход. Но лично я предпочитаю готовить на газу.

— Почему?

— Удобный контроль за температурой. К примеру, электрическая плитка о-о-очень медленно нагревается, и также медленно остывает. Это приходится учитывать при готовке. И многие попадают впросак. К тому же, для той же «индукционки» подойдёт далеко не любая посуда. А на газу — делай, на чём хочешь! В общем, одним словом — лично для меня, как для повара, газ в разы удобнее.

— Невероятно! Столько новой информации, а мы ещё даже не начали готовить…

— Мне поубавить пыл?

— Ни в коем случае! Мне это очень интересно!

— Хорошо. В таком случае, продолжим. — я поставил на плиту кастрюлю: — Заливаем холодную воду. И в неё складываем кусочки мяса!

— Так.

— Разблокировали плиту от детей и пардонцев. И сразу ставим «бустер»! Ибо сейчас нам нужен максимальный нагрев.

— Поняла.

— Теперь берём морковь. — я взял самую небольшую, ибо остальные были размером едва ли не с танковый снаряд: — Чистим её! Кстати, вы знаете, как ещё называют овощечистку?

— Как?

— Экономка! А знаете, почему её так называют? — я начал быстро очищать морковь.

— Почему же?

— Это пошло с французской кухни. Экономка реально сокращает затраты времени на очистку овощей и фруктов. А также существенно снижает уровень отходов! Тем самым экономит время и продукты.

— Обалдеть! — Галя смотрела на меня удивлённо-восхищёнными глазами: — Прости, Дерек… А можно вопрос не по теме?

— Можно.

— Сколько ты уже готовишь?

— Признаюсь честно — встал за плиту впервые в шесть. — пришлось слегка видоизменить настоящую историю. Благо, что я давно создал легенду: — Потом много дежурил на кухне в детском доме. В шестнадцать пошёл на подработку в шашлычку. И там меня поднатаскали.

— То есть… Ты научился всего за два года?

— Почему? Основы мне дали в детском доме.

— Это в каком детском доме готовят таких кулинаров? — улыбнулась бабуля.

— Честно говоря, это не самая лучшая часть моей жизни. Поэтому я постарался, как можно быстрее выкинуть эти воспоминания.

— Ой… Прости! Ляпнула, не подумав…

— Ничего страшного. Главное, что сейчас я здесь и обучаю прекрасную леди варить борщ.

— Ах ты ж дамский угодник! — рассмеялась Галя: — Девочки за тобой табунами ходят?

В этот момент, работавшая неподалёку Амелия кинула на меня очень жуткий взгляд. Да, ладно? Неужели уши греет? Непохоже на неё.

— Если честно, то мне сейчас совсем не до девочек. Как мы с вами уже успели понять… — я разрезал морковку вдоль на четыре части: — Кулинария — штука сложная и требует максимального внимания. Поэтому — первым делом, первым делом самолёты. Ну, а девушки, а девушки — потом.

— О! А это откуда слова?

— Из одной современной песни. В общем, поехали дальше! Мясо у нас уже в кастрюле. Солим сразу. Это обязательно! — я закинул в кастрюлю две столовые ложки соли.

— Почему нельзя в конце? Ну, или, скажем — в середине процесса?

— Соль вытягивает все соки из овощей и мяса. И если мы варим бульон — нам жизненно необходимо, чтобы соль вытянула из наших голяшки и грудинки весь вкус. А вот если бы мы с вами готовили именно мясо, то тогда посолили бы в конце.

— Ничего себе…

— А я вам что говорил? Детали! В них сила. — я постучал пальцем по разделочной доске: — Теперь нам необходимо подготовить овощи. Для этого нам хватит двух кусочков моркови и половинки луковицы.

— Не маловато? — уточнила Галя.

— Дело в том, что наша задача — подчеркнуть мясной вкус бульона. До заправки мы ещё не дошли.

— А заправка — это?

— Это уже будет главная часть борща!

— Поняла. Так, морковка и лук для бульона. Не заправка. И что же мы с ними делаем?

— В первую очередь, ставим сковороду с антипригарным покрытием на свободную конфорку. Включаем. Не добавляя растительного масла, просто выкладываем морковь.

— Так.

— Теперь, берём луковицу! Разрезаем её на пополам. Удаляем корневище и верхнюю часть, откуда у нас выходят перья. Моем! Обтираем бумажным полотенцем и избавляем от лишней шелухи. Но не полностью!

— Эм-м-м… Разве так делают? Я ни разу не видела в блюде лук с шелухой.

— В том и фишка. Мы всё ещё делаем бульон. То есть — основу для нашего борща.

— Поняла… Просто, это так необычно.

— Представляю. Но я на борщах собаку съел. Да и к тому же, если вам вдруг не понравится — вы всегда можете рассказать обо всём нашему арбитру или Дмитрию.

— Честно говоря… — бабуля перешла на тон потише: — Ты такой галантный, что я боюсь жаловаться…

— Нет-нет-нет. Таковы правила нашей академии. — улыбнулся я: — В общем, доверьтесь мне!

— Обязательно.

— Так вот, выкладываем лук на сковороду к кусочкам морковки и ждём. Нам не нужны угольки. Просто слегка поджаренные овощи для большего раскрытия вкуса.

— Ой… А то, что дымок пошёл… Это нормально?

— Ничего страшного. — я включил вытяжку: — Мы сейчас дождёмся, пока они немного закарамелизуются и отправим их в бульон.

— Хорошо.

— Лук приготовился первым. Видите? — я достал половинку луковицы со сковороды: — Небольшие пригарины в месте разреза. Но не угольки! Отправляем в бульон. А пока ждём морковь, добавим то, что идеально подчеркивает мясной вкус. Как думаете, что это?

— Перец?

— Нет. Это лавровый лист! У нас с вами примерно три литра воды на семьсот грамм мяса. То есть, два листочка нам хватит за глаза. С любыми приправами и добавками необходимо действовать очень точно. Тут любые полграмма могут испортить нам всё блюдо! Я рассчитываю примерно половинка листика на килограмм блюда.

— Запомнила.

— Теперь отключаем сковородку и бросаем морковку!

— Так.

— Наш бульон начинает закипать. Что мы делаем?

— Убираем пенку! Чтобы она не расщеплялась и не превращалась в муть. — Галина тут же достала небольшую ложку.

— Эм-м… — я с удивлением взглянул на бабулю: — Откуда вы знаете, что пенку нужно убирать ложкой?

— Разве это не очевидно?

— Хех… Не очевидно. — я вытащил шумовку: — Большинство, чтобы не зачерпывать бульон, используют вот такую шумовку. Видите? В ней есть отверстия.

— А… Да. Но я никогда не видела подобный прибор… Поэтому взяла первое, что пришло в голову.

— И это правильно! Шумовку ни в коем случае нельзя использовать для удаления пенки, поскольку она зацепляет исключительно верхнюю фракцию. Всё остальное продолжает кипеть и расщепляться, делая наш бульон мутным и невкусным.

— Запомнила!

— Теперь нам осталось только следить за бульоном и убирать пенку ещё двадцать пять минут.

— То есть, уйти нельзя?

— Если вы хотите вкусный и качественный бульон, то ни в коем случае его не покидайте. Да, пенка исчезнет через семь минут. Но лучше одним глазком поглядывать. К тому же, сейчас у нас будет подготовительная часть для заправки. Ведь борщ — это максимальный вкус мяса и овощей!

— Выходит у нас, вообще, нет свободного времени?

— Практически. Повторюсь — если мы хотим качественный и вкусный суп, то лучше поглядывать за ним.

— Ладно… — Галя взяла крышку и потянулась к кастрюле.

— СТОЯТЬ!!!

— Что такое⁈ — бабуля явно слегка испугалась.

— Прошу прощения, но накрывать кастрюлю крышкой ни в коем случае нельзя! Конденсат, который будет вечно испаряться, а затем снова стекать обратно — сделает бульон замыленным и некрасивым. Поэтому на данном этапе варить необходимо без крышки.

— Поняла! — кивнула Галя и отложила крышку в сторону: — Я просто привыкла, что кастрюлю всегда закрывают.

— Да, во многих случаях. Вы всё верно говорите. Но на данный момент мы будем готовить без неё. — повторил я, вытащив глубокую тарелку с овощами: — В первую очередь нам нужны картошка, морковка и свёкла. И сейчас мы с вами научимся пользоваться экономкой! Она полностью безопасная, поэтому можете не переживать.

— С таким учителем, как ты — вообще, не переживаю! — с готовностью ответила бабуля.

— Значит, берём картофелину и на себя. Аккуратно! Без лишних телодвижений. Вот так…

К моему удивлению, Галя обращалась с экономкой чрезмерно ловко для своего возраста.

— Весело! — улыбнулась она.

— Вы делаете это слишком хорошо. Уже пользовались?

— В годы своей молодости проходила практику на имперской овощебазе. Там, конечно, был не настолько красивый и удобный инструмент. Но суть та же.

— Это уже чуть больше, чем подробный уровень.

— Ой, да брось. Это единственное, что я помню. — Галя очень быстро начистила картошку, морковку и свеклу: — Вот так хорошо?

— Идеально! Теперь нам нужно всё это порезать на мелкие кубики. Я всегда рекомендую делать картошку, морковку и свеклу поровну, чтобы никто из них не перетягивал на себя одеяло.

— Хм-м… Логично. А капуста?

— Сейчас и до неё доберёмся. Сперва — учимся резать. Берите нож вот так! Следите за мной. Будьте аккуратнее! Не спешите. Увы, нож в сотни раз опаснее экономки. И поверьте мне на слово — прежде, чем научиться быстро резать, я повредил почти все пальцы.

— Ужас, какой… Но, наверное, всё дело в том, что у тебя не было такого прекрасного учителя, как ты сам?

— Это точно. В большинстве заведений, где мне удалось побывать — отвратное отношение к персоналу.

— В большинстве? Ты разве не в шашлычке работал?

— Ну, да. Однако Дядя Рубен позволял мне иногда ходить на практику к своим друзьям. Увы, когда работаешь только в одном заведении — кругозор совсем никакой. Надо всегда смотреть у других и брать вдохновение.

— Ничего себе. Ни за чтобы не подумала…

— В общем, держим вот так. И аккуратно… Аккуратно! Повторяйте за мной. Не торопитесь!

И вновь Галя меня приятно удивила. Казалось бы — это старческие деревянные ручки. Но сейчас они очень лихо нарезали овощи.

— У вас точно нет опыта работы в общепите? — с подозрением спросил я.

— Овощебаза же. — мило улыбнулась бабуля. Ну, вот и как после такого её в чём-либо подозревать?

— Хорошо! Картошку, свеклу и морковку мы разделяем на три одинаковые кучки. Теперь приступаем к капусте! Молодая. Свеженькая и очень ароматная. Её мы режем совсем мелким кубиком.

— Разве? А мне рассказывали, что нужно резать длинной полоской…

— Уж простите, что так неаппетитно говорю, но длинные полоски потом превращаются в отвратительные тянущиеся сопли, которые очень неудобно есть! Свисают с ложки… Просто ужас.

— Ого… Прагматично.

— Мы же для ресторана стараемся. Гостю должно быть не только вкусно, но ещё и комфортно, а также — эстетически приятно. Идеальное блюдо — наш с вами гарант, что гости вернутся в заведение.

— С тобой хоть иди и ресторан открывай.

— Откроем, Галя! Обязательно откроем. — улыбнулся я: — Поехали дальше! Теперь нам нужны свежие грунтовые томаты. Сочные! С приятной кислинкой. Они зададут игривый тон нашей заправке. А также добавят яркость.

— Сочные и свежие? То есть… зимой мы борща не поедим? — расстроенно спросила Галя.

— А зимой, в качестве исключения — можно использовать томатную пасту. Но только в качестве исключения!

— Слава богу…

— Теперь нам нужно порезать красный краснодарский лук.

— О! Наконец-то, что-то местное.

— Конечно. Краснодарский лук — один из лучших для заправки борща. Но опять же, если вдруг так вышло, что вы оказались вдали от дома — можно заменить его обычным репчатым. Вкус не сильно поменяется, но сегодня мы готовим для гостей. Поэтому всё должно быть идеально!

— Отлично! На этот раз — лук без кожуры?

— Без кожуры. — кивнул я.

Галя быстро нарезала луковицу на идеальные маленькие квадратики.

— Зажарка для заправки начинается с лука! — квадратики отправились на раскалённую сковороду: — И к нему морковь.

— А масло?

— Секунду. — я вытащил из холодильника стаканчик топлёного масла: — Столовую ложку прямо туда. Ничего страшного от перемены мест слагаемых не произойдёт.

— А почему именно топлёное?

— Так вкуснее. Но это опять же — каждому на своё усмотрения. Если нет топлёного, то и растительное вполне подойдёт.

— Ладно.

— И пока масло тает на сковороде — сразу же солим и перчим, чтобы овощи начали отдавать свой сок. Как бы, зажарка — это не полное обжаривание, а скорее — пассировка. Нечто вроде тушения. Это делается специально, чтобы овощи отдали свою солёность мясу, а вкус — бульону.

— Как сложно…

— Да. Я поэтому и поясняю, чтобы у вас в будущем не возникало вопросов.

— Это приятно.

Аромат от зажарки быстро распространился на всю кухню. И пока я помешивал получившуюся смесь в сковороде, к нам пришли пардонцы.

— Эм-м… Я не уверен, что животным сюда можно.

— Нет-нет-нет! Не переживай. Они воспитанные! Не прыгают по столам, не подходят к плитам. И даже не воруют еду.

— Я к тому, что это может быть очередная часть задания, которая тонко намекает на санитарные нормы. Нет?

— Нет. — улыбнулась Галина: — Но тем не менее — это очень хорошо, что ты заметил. Мне бы не понравилась приправа из кошачьей шерсти в супе.

А пардонцы разлеглись ближе к выходу и теперь лениво наблюдали за студентами и их престарелыми подаванами из-под полуприкрытых век.

— Теперь настало время для первой ступени чеснока! — я раздавил зубчик приличных размеров, очистил его, а затем начал мелко нарезать.

— Первой ступени? Это как?

— Потому что чеснок стоит добавлять три раза. Конечно, не заставляю. Но лично я делаю так.

— О как… Ладно.

— Сперва нарезаем прям совсем мелкими кусочками. До состояния эдакой полукаши. Добавляем на сковородку. И засыпаем мелкопорезанной свеклой. — я быстро перемешал всё лопаткой: — Сейчас самое главное, чтобы свекла не сгорела. Это очень ответственный момент!

— А если сгорит?

— Будет о-о-о-очень неприятный горьковатый привкус. Но самое главное — мы потеряем цвет нашего борща!

— И всё из-за одного ингредиента?

— Именно. Очередная мелочь.

— Действительно…

— Конечно, я всегда относился к уксусу предвзято. Однако он добавляет ещё больше яркости нашему борщу. Можно использовать обычный семипроцентный. Можно яблочный. В целом, это никак не отразится на вкусе, ибо мы выпарим всю кислоту.

— Кстати, а почему мы сразу не закинули свеклу?

— О! Хороший вопрос. Всё дело в том, что, когда мы вываливаем все овощи сразу — начинается обмен вкуса. А так мы выразили лук и подчеркнули морковь, оставив при этом лёгкую терпкость свеклы.

— А я думала борщ — дело простое…

— Ну… Тут же всё зависит от цели и конечного результата. Видите ли, мы с вами сегодня открываем ресторан. Нам нужно угодить гостям! Поэтому мы будем максимально внимательны к деталям.

— Замечательно!

— Теперь добавляем в нашу зажарку три кусочка лаврового листика.

— Так.

— На поверхности нашего бульона образовалась небольшая шапочка. Видите?

— Ага.

— Это жир. Снимаем его поварёшкой и отправляем в зажарку. Буквально штучки три! И оставляем тушиться на малом огне.

Овощи тут же зашипели, а в воздух устремился волшебный мясной аромат.

Пардоновцы нервно забили хвостами, но вставать и атаковать не спешили. Всё-таки, в первую очередь — они были очень воспитанными котами, а не вороватыми гопниками с подвала.

— Из бульона достаём луковицу, морковь и обновляем лавровый лист!

— Зачем его обновлять?

— Чтобы бульон приобрёл новые нотки, и вкус мяса стал более концентрированным.

— Умно!

— Теперь немножко усилим нашу заправку. Берём помидор и натираем его.

— Не режем?

— Нет. Кожура нам не нужна. Поэтому — прямо на терочке и в тарелку, а затем на сковородку.

Если честно, то отсутствие завтрака давало о себе знать. Мне самому не терпелось отведать борща. А самое главное, я заметил в холодильнике несколько буханок бородинского хлеба. Ой, что скоро будет…

— Добавили перетёртый томат. Перемешали! Кстати, перемешивать надо, как можно чаще… — к пристальным взглядам пардоновцев добавился хищный зырк Амелии. Бедолага тоже осталась без завтрака. Кстати, супец — идеальное лекарство с похмелья! Жаль, что они с дедулей готовят котлеты.

— Так! Теперь самое ответственное. Удаление костей. — я вытащил из бульона все кусочки мяса: — Видите? Волокна стали нежными! Они очень легко отделяются от костей. Режем мясо на средние кусочки и отправляем обратно в бульон.

— А кости?

— Кости нам больше не нужны. Их в помойку.

— Поняла.

— Теперь добавляем картошечку! — я вывалил всё в кастрюлю. Желудок вновь предательски заурчал.

— Дерек, может покушаешь? — с волнением предложила Галя.

— Нет. Мы с вами вместе отведаем наш замечательный борщ!

— Уверен?

— Более, чем. — кивнул я, перемешав картошку в бульоне: — Что же касается капусты. Есть люди, которые обожают похрустеть! Поэтому они добавляют капусту едва ли не в самом конце. Но лично я предпочитаю, когда всё плюс-минус одной консистенции. Впрочем, как и большинство людей. Поэтому — добавляем прямо сейчас!

— А она не переварится?

— Нет. Мы же нарезали картошку мелким кубиком. Так что, всё будет нормально.

— Хорошо!

— Дожидаемся, пока картошка и капуста сварятся. Это минут десять. Пока займёмся самым важным ингредиентом!

— Это каким же?

— Нашей волшебной добавкой! — я вытащил кусочек копченого шпика, который нашёл в холодильнике и зеленый лук с укропом: — Зелень мы режем максимально мелко! Помогайте.

— Ага… — Галя начала активно шинковать перья зеленого лука: — А почему только укроп? Я слышала, что в борщ ещё петрушку добавляют.

— Нет! Ни в коем случае. Никакой петрушки, кинзы, тархуна и прочего зеленого баловства! Укроп и точка.

— Хех… Хорошо. — бабуля, как-то странно усмехнулась. Словно я рассказал давно забытую шутку.

— Что-то не так?

— Один мой хороший друг… Его уже, конечно, нет с нами. Но я до сих пор помню, как он говорил, что укроп — всему голова. И тоже никогда не добавлял его в борщ.

— Видимо, он был отличным поваром.

Увы, Галя лишь загадочно улыбнулась и промолчала.

— В нашу добавку пойдёт вторая ступень чеснока! Ма-а-а-а-аленький зубчик. Вот, прям самый небольшой, какой найдёте. Его мы нарезаем очень мелко.

— Тоже полукаша?

— Именно! — кивнул я, быстро нашинковав зубчик чеснока: — Добавляем в него соль. Не сильно много!

— Для чего?

— Опять же исключительно для того, чтобы чеснок отдал свой вкус.

— Так.

— Перемешиваем солёную полукашу с зеленью. И теперь само волшебство! — я отрезал небольшой кусочек копчёного сала: — Срезаем толстую корочку… И мелко-мелко шинкуем его. Вот так!

Всё… Моя нервная система начала сыпаться. Живот снова неистово заурчал, и я едва сдержал себя, чтобы не наброситься на измельчённое сало. Пардонцы уже сменили позу с «ленивая жопка» на «буханочка». Это когда котаны подминают передние лапки под себя. Видимо, тоже держались из последних сил.

— Так, капуста и картошка сварились. Значит — самое время для третьей ступени чеснока. — я нарезал ещё один зубчик и добавил в зажарку, после чего, как следует перемешал: — Вытаскиваем из зажарки лавровые листы. И заливаем всё это добро в кастрюлю!

— М-м-м… Как пахнет! — блаженно протянула бабуля.

— Это ещё не всё. — я как следует перемешал получившийся суп: — Без нашего фирменного ингредиента ничего не выйдет!

— Заинтриговал, так заинтриговал.

— Сейчас мы перемешиваем сало с зеленью в единую массу. С ароматом дымка и чесночка! Восхитительно… — мне кажется, я этими описаниями выстрелил себе в ногу.

— И мы это добавим прямо в кастрюлю?

— Нет. — я ещё раз перемешал борщец и вытащил две тарелки: — Накладывать борщ тоже надо уметь. Сперва гущу. И только потом аккуратно заливаем бульоном.

— Вот это зелененькое?

— Секунду. — я поставил тарелки перед Галей, а затем сделал при помощи обычной столовой ложки зеленый шарик из нашей добавки и выложил поверх супа: — Сейчас чесночок ещё подварится и даст больше вкуса!

Невероятный аромат борща с копчёным салом и чесноком окончательно раздраконил пардонцев. Они нервно поднимались и топали в нашу сторону. Правда, бедолаг тут же отловил Димон и отнёс в сторону мисок с кошачьим кормом. Не сдержались. Опростоволосились. Предали свои принципы ради борща.

Хотя, я бы тоже предал… Но пока нельзя.

Вытащив из холодильника буханку бородинского, я нарезал его на тонкие треугольные кусочки, а затем выложил на небольшие деревянные доски с узелком из зеленого лука:

— Кушать подано!

— Ой… А сметана? — поинтересовалась Галя.

— Сало довольно жирное. Плюс — даёт мощный вкус. Поэтому можно есть без сметаны.

— Отлично! Блюдо для нашего с тобой ресторана есть. Осталось найти первых гостей. — бабуля огляделась по сторонам и увидела Амелию, которая стояла возле плиты и голодными глазами смотрела в нашу сторону: — О! Нашла! Братец! А ты чего за своей учительницей не следишь?

— Так, слежу. Как не следить-то? — усмехнулся дедок.

— А чего она у тебя голодная?

— Так, не хочет! Я ж силком кормить не буду.

— Ладно… Милая леди! Не удостоите ли вы нас с Господином Цареградцевым чести отведать борщ?

— Удостою! — бедолага пулей полетела к нам.

— А я, пожалуй, пока нам с братцем тоже накрою… — Галя быстро налила ещё две тарелки и поставила на столик перед плитой.

— Ну… Это самое… — дедок сделал ловкое движение ладонью, и из его рукава элегантно появился шкалик водки «Сябры»: — Грешно борщец-то… И без этого самого… Даванём малость?

— Гришка! — хитро усмехнулась бабуля: — Ты мне тут детей давай не спаивай!

— А нам и нельзя. — честно признался я, поставив перед Амелией деревянный поднос с борщом, узелком лука и несколькими кусочками бородинского хлеба.

— Ну, нам-то можно. — Гришка вновь сделал ловкое движение ладонью, и из его рукава элегантно появилось две рюмки.

— Ладно! Пока Дмитрий не видит… — Галя махнула рукой и присела рядом с нами.

Амелия дождалась, пока наши ученики выпьют и преступят к трапезе, а затем со скоростью звука всё съела.

Да. Честно говоря, мне уже тоже было невтерпёж. Перемешав добавку с борщом, я приступил к дегустации.

Маленькая кухня. Яркий солнечный свет. Аромат свежего горячего борща… И мама, что стоит за плитой и тихо позвякивает поварёшкой в кастрюле. В такие моменты она всегда была такой сосредоточенной, но в тоже время очень радостной и умиротворённой.

Ощущение, словно в маме сосредоточились уют и всё домашнее тепло, которое она передавала нам с братом через… борщ. Сперва кривили нос. Мол, суп… это же невкусно.

А теперь я прекрасно понимал, что вкуснее ничего и никогда не ел. И это время безвозвратно ушло. Навсегда.

Маленькая кухня. Яркий солнечный свет. Аромат свежего горячего борща… И мама, что стоит за плитой и тихо позвякивает поварёшкой в кастрюле.

— Ой, Ами… Ты что, плачешь? — удивилась Галя и тут же погладила Амелию по щеке.

— Ой… — Госпожа Симонова быстро вытерла слёзы: — Извините. Чихнуть хотела.

— Честно говоря, я тоже хочу чихнуть. — улыбнулся Гришка: — Не думал, что Витя привезёт к нам своих главных звёздочек. Но тем не менее — очень рад быть арбитром столь талантливых ребят!

— В смысле? — я с удивлением посмотрел на дедулю.

— Вы прошли в следующий этап, ребятки. Я Григорий Зырянов. Выпуск пятьдесят девятого года. Владелец сети ресторанов «Гриц». — спокойно ответил он: — Арбитр Госпожи Симоновой.

— Галина Кошкина. Выпуск шестидесятого года. Владелица сети домашних ресторанов «Кошкин Дом» и «Тётенька-Котенька». — произнесла Галя: — Арбитр Господина Цареградцева.

— Овощебаза, значит? — улыбнулся я: — Ладно шумовка… Это могло быть совпадением. Но не может обычный человек так чистить и резать овощи. Я это сразу понял.

— Уж простите. — бабуля невинно пожала плечами: — Мне семьдесят семь лет. И скажу честно — актриса из меня никудышная.

— Хорошая актриса. Но на чистке и нарезке спалились.

— Что поделать? Такая вот я. — Галя вытащила из кармана золотую карточку: — Вот твой пропуск на завершающее испытание! Завтра в десять утра ресторан «Тётенька-Котенька». Он на Красной поляне единственный, так что — не заблудишься.

— А что мы будем делать?

— Всё увидишь. Главное — не сильно увлекайся с напитками в «Серебряную ночь».

— Ой, да ладно вам…

— Я помню себя и Гришку в те времена. Так что прекрасно понимаю, о чём говорю. — Галя взлохматила мне волосы, а затем направилась обратно к плите.

— Так! Стоп… Серебряная ночь⁈ — мы с Амелией с ужасом переглянулись.

Студенты… Они никогда не меняются.

Примечание от автора: Дорогие друзья! Прекрасно понимаю, что борщ — тема большая. Но у каждого он свой. Поэтому очень прошу — давайте не устраивать борщесрач в комментариях, пожалуйста. С любовь и без негатива:3

— Давайте, что-нибудь пронизывающее… Например, самбуку. — я внимательно изучил карту бара Димона, куда меня попросили зайти за игристым вином для девчонок.

— Не вопрос. Куда?

— В стопку.

— Эм-м-м… Ну, ладно. Как скажешь.

— Слушайте… Я тут всё хотел спросить. — произнёс я, ибо упускать возможность поговорить с арбитром тет-а-тет было бы очень большим грехом: — Если вы с Дядей Робом одни из судей отборочного тура, то почему продали нам алкоголь? Вы могли бы проигнорировать дуэльный устав. Мы бы ничего не рассказали.

— Дело не в уставе, Дерек. — сомелье протёр бокал и затем осмотрел его на свет: — Все эти уставы и кодексы работают только на территории Харитоновки. Ну или отеля, где находится штаб участников отборочного тура. Мы с Робом могли бы и не сражаться вовсе. Но нам же интересно, из какого вы теста? Как чувствуете себя на кухне? Можете ли ассистировать? И главное — умеете ли контролировать себя в плане выпивки? Набор, что Роб приобрел для вас — лютая смесь, которая гарантирует тяжкий подъём.

— Да, ладно?

— Мы тоже были студентами. И тоже проходили отборочный тур в одном из поселений Сочи. И у нас абсолютно так же были все эти ночи с алкоголем, короткими интрижками и гуляниями до утра. И мы точно так же утром вставали и ползли на очередное испытание. Я пытался вас предупредить по доброте душевной… Но вы слишком зелены, чтобы понять, кто из нас с Робом ангел, а кто демон.

— Честно говоря, мы в том возрасте, когда для нас это совершенно не имеет значения. Но больше всего меня удивило то, что большая часть студентов, каким-то образом смогла раздобыть алкоголь.

— Студент обязан быть находчивым.

— Хорошо. А что же касается тех бабушек и дедушек… Я так понимаю, они все владельцы заведений в округе?

— Я бы сказал — по всему черноморскому побережью. У кого-то небольшие ресторанчики. А кто-то открыл целые сети различных заведений. Тетя Галя — легенда! И то, что ты впечатлил её своим борщом — говорит об одном.

— Что я крутой?

— Нет. Это означает, что тебе звездец. То есть, дадут самое сложное задание. Ты посмел обогнать Амелию по очкам. А Симонов такого не прощает.

— Они будут меня валить?

— Нет. Откровенно валить, никто и никого не будет. Это не в правилах Харитоновки. Но и поблажек тебе тоже никто не даст. Тетя Галя, или как её принято называть в поварских кругах — Тетенька Котенька, человек с огромным сердцем и душой. Но она проработала преподавателем в Харитоновке почти двадцать лет. Кстати, Рубен её выпускник.

— Обалдеть!

— Так вот, Котенька очень любит и уважает Харитоновку. Поэтому тянуть за уши из болота тебя точно не будет. Кстати, она сказала, куда отправляет тебя?

— Ждёт меня в местной «Тетеньке-Котеньке» в десять утра.

— Хм-м… А вот это странно.

— Почему?

— Заведение открылось всего полгода назад. Честно говоря, я туда ни разу не ходил. Да и отзывы особо не читал. Но я точно знаю, что шефом там работает один из внуков Тетеньки Котеньки.

— А что не так с этим внуком?

— Он не учился в Харитоновке. Закончил «Голубые полоски» во Франции и вернулся в Империю. Поработал в нескольких ресторанах. Потом приехал сюда. Котенька упоминала, что она сделала аналог франшизы. Но если честно, я так и не понял, что это значит.

— Ох, чую что-то неладное…

— Слушай! — Димон огляделся по сторонам, а затем придвинулся ко мне и шёпотом добавил: — Я был арбитром уже несколько раз. Сильнейшим студентам всегда выпадает самая тяжелая доля. Мне кажется, что тот ресторан Котеньки переживает не самые лучшие времена. Скорее всего, тебе придётся разрабатывать меню. Работа на скорость.

— Меню для ресторана за пару дней⁈ Я ещё понимаю, если бы речь шла про кафе! Но тут семейный ресторан…

— Это Харитоновка, парень.

— Ой… Только не упоминайте про «кузню гениев и талантов»! А не то меня уже от этой фразы тошнит.

— Всё понимаю. Но тем не менее — крайне рекомендую не налегать на спиртное и самоуверенных девиц.

— В смысле? Причём тут самоуверенные девицы?

— Хех… — глаза Димона хитро заблестели: — Ты думаешь, я не видел, как Симонова смотрит на тебя?

— Бедолага не успела позавтракать, как и все мы.

— Дурак, что ли? Причём тут завтрак? Ты хоть знаешь, что такое быть экстрой в кулинарном мире?

— Типа, ты на самой верхушке?

— Именно! Но чтобы экстра принесла плоды — ей необходимо отрубить все возможные раздражители.

— Не выспался. Туплю. Что значит — «раздражители»?

— Вещи, которые будут отвлекать экстру от работы. Чувства, эмоции, привязанности и прочие простые радости всех визитёров и людей. С экстрами работают с самого детства! Понимаешь? Чтобы вырастить из экстры качественного мэтра, необходимо вбить ей в голову, что ничего важнее еды и готовки не существует. Иначе… — Дмитрий осёкся.

— Иначе, что?

— Я и так ляпнул лишнего… В общем, скажу тебе так. Пробудить чувства в экстре — практически непосильная задача. А ты, походу, с ней справился. Но сразу хочу предупредить — будь осторожен! Если Симонов узнает, что ты подбиваешь клинья к его дочери — не видать тебе карьеры шефа, как собственных ушей.

— Вообще-то, я подбиваю клинья к Марике.

— Кольцовой⁈ — рот Димона расплылся в довольной улыбке: — Вай-вай-вай! А у тебя губа не дура, парень! Дай пять!

— Держите.

— Так… Стоп! Погоди… Она же учительница в гимназии и один из главных арбитров Харитоновки… — улыбка тут же сползла с лица сомелье: — Дерек. А ты уверен, что это хорошая «цель» для флирта? Нет, я тебя понимаю. Ты парень молодой. Горячий. Но если вас спалят… Опять же, не видать тебе карьеры шефа, как собственных ушей.

— Да я понимаю. Но я аккуратно.

— Ты уверен, что оно того стоит?

— Уверен.

— Смотри… Марика видная девушка. Но вот эти её шутки… Ты же понимаешь, что она заигрывает не всерьез?

— А я всерьёз.

— Понимаю. Но тем не менее… В общем, я не хочу встревать в это. Но давай аккуратнее! Тем более, если речь идёт про учителей, преподавателей и родственников высокопоставленных лиц. А насчёт Амелии… Слушай, мне реально кажется, что ты ей небезразличен.

— Да с чего бы? Я просто не вижу ни одной предпосылки.

— Девичье сердце не поймёшь. Иногда симпатия наступает просто так. Что-то в девушке щелкает и всё. Тем более, когда они совсем юные — могут столько всего себе напридумывать. — Димон покачал головой и поставил передо мной стопку: — В общем, будь с ней осторожен.

— Дмитрий, а можно нескромный вопрос? А с какого, извините, перепугу меня должна волновать чужая симпатия? Что я должен сделать? Забить на всё и ответить взаимностью, которой у меня нет?

— Хотя бы поговорить.

— Чтобы она меня возненавидела и нажаловалась отцу, а тот выпнул меня из Харитоновки? Отличный план, Дмитрий! — возмутился я: — В общем, спасибо за совет. Но с Амелией я сам разберусь. Идёт?

— Как знаете, молодой человек. — сомелье налил мне в стопку душистой самбуки: — И ещё один ма-а-а-а-аленький нюанс…

— Говорите.

— Самбуку так не пьют.

— Ой! — я раздраженно отмахнулся рукой и залпом осушил стопку: — Дмитрий — вы потрясающий повар. И прекрасный человек. Но говорите банальные вещи, как все взрослые. Только вот — у вас свой опыт. А у меня свой. Без негатива.

— Вне всяких сомнений, Дерек. Но… — Димон показал мне кольцо на среднем пальце: — Эта женщина показала мне не просто целый мир… Она показала мне целую вселенную взаимоотношений между мужчинами и женщинами. Неважно, орк ты… Эльф. Вампир или человек. У всех практически одни и те же проблемы.

— Ну… У меня было слишком мало опыта в общении с визитёрами. Хотя, мой лучший друг скоро женится на зооморфе. Девушке-лисе. А ещё у нас в «Шашлычке» работает стая волков-байкеров. Да, у них реально похожие проблемы с девочками. О… Ещё же Жанна… типичная кошко-девушка. Она сейчас помогает на кухне. Ну, и Арсенчик. Но он мимик.

— И это ты называешь «слишком мало»? — усмехнулся Димон, пригладив усы: — Слушай. Дело даже не в визитёрах. Дело в том, что я знаю чуть побольше твоего. А ещё не стану говорить непроверенную информацию. Абсолютно все страдают от недоговорённости и недопонимания. Вот прям, вообще, все. Поэтому нужно всегда разговаривать. Всегда!

— Я вас услышал. Нет, я не то, чтобы вас не поддерживал или не доверял. Просто у меня свои взгляды на жизнь и на взаимодействие. — ответил я, и взяв пакет с бутылками, направился в сторону выхода: — Доброй ночи!

— Доброй-доброй. — задумчиво ответил сомелье.

Конечно же, в чём-то Димон был прав. Если Амелия действительно вдруг превратилась в обычную девушку, то это… несколько проблематично. Ибо приударить за ней явно не входило в мои планы.

А по поводу «поговори с ней»… О чём? Подойти и сказать, мол: Дорогая! Мне тут птички нашептали, что я тебе нравлюсь. Так вот, прости, но я не ищу отношений. А ещё я хочу учительницу. Без негатива, зайка!

Это же просто прибьёт на месте любую. С девчонками нельзя «в лоб». С ними нужно действовать аккуратно. Да и к тому же — насчёт Амелии у меня всё равно куча вопросов. Нравлюсь… Ага! Влюбилась в своего классового врага. Просто… потому что? Ну, и бредятина.

Выйдя на улицу, я заметил, как Колян с Серёжей выносят четыре огромных пакета с закусками из соседнего супермаркета.

— Ты взял «Проссеко»? — поинтересовался очкарик.

— Конечно. Причём, достаточно дорогой. Мне кажется, что Эдик нас прикончит по приезду.

— Ой, да ладно! — отмахнулся Серёжа: — Мы ж аристократы. Нам плевать на деньги.

— Да. Действительно. Чего это я… — в голове сразу же пронесся поединок Коляна и Эдика с сообществом исследователей алкоголя.

— Не парься! К тому же, мне сегодня понадобится твоя помощь.

— Воу… Неужто ты настроился подкатить к Свете? — улыбнулся я.

— Ну, как сказать… Хочу сделать первый шаг.

— Уже что-то.

— КАВАБАНГА!!! — на нас вылетел тощий парнишка на электросамокате и нагло подрезал у меня пакет с бухлишком прямо на ходу: — СОСИТЕ ЯЙЦА, МАЖОРЫ НЕСЧАСТНЫЕ!!!

— Вот урод… — нахмурился Серёжа: — Терпеть таких не могу. Вы идите, а я дойду до Дмитрия. Дерек? Дерек, ты чего?..

— Ничего. — сухо ответил я, стоя с отрезанными ручками от пакета: — Это вы идите, а я скоро вернусь.

— Дерек… Не надо! Ну ты чего? Это же такая мелочь!

— Пять бутылок по восемьсот рублей — не мелочь, Серёжа. Прям вот совсем не мелочь.

— Дерек… Ты же не собираешься его бить?

— О… Поверь. Бить не буду. Просто переломаю все кости. — я прыгнул во мрак переулка, и пробравшись через живую изгородь, зашёл в небольшой лесок.

Конечно, мне очень хотелось поскорее попасть в отель, чтобы свести Серёжу со Светой. Но подобные выходки в свой адрес Король Тьмы никогда не прощает.

Пустив Пламя на укрепление мышечных волокон, я на приличной скорости устремился по едва заметной тропинке, петляя между деревьями.

А вот и наш свистопляс на дьявольском транспортном средстве! На Земле, над которой висел наш Сектор, подобные ублюдочные самокаты уже давно были распространены. Их использовали вражеские агенты, внедренные в глубь страны.

Эти сволочи расставляли самокаты на каждом углу под видом дешевого общественного транспорта. И, конечно же, кроме нормальных людей за руль садились истинные сыны курицы. Они были подобны самураям. То есть, у них нет цели, только… АДСКОЕ ЖЕЛАНИЕ СБИТЬ ни в чём неповинного прохожего. И чем мощнее, тем лучше! Таким образом вражеские силовые структуры стремительно сокращали количество дееспособных налогоплательщиков.

И вот тут появился такой же урод, который мало того, что обозвал меня мажором, так ещё и нагло срезал пакет. Это не просто залёт… Это уже толстый северный зверёк!

Ублюдок остановился возле старого заколоченного ларька и принялся разглядывать добычу. Аж присвистнул от удовольствия, когда оценил улов.

— Ты что, нормально попросить не мог? — я вылетел на него из кустов, и сбив с ног, повалил на землю.

— Ай!!! Что за хрень⁇!!?! Ты откуда вылез⁇!!?

— Уметь надо. — я занёс кулак над собой, но заметил, что мальчишка ну совсем юный: — Ты зачем у меня вино украл?

— Так… Продать хотел.

— Кому тут нужно вино? Это же Красная поляна! Тут любого вина — завались!

— Фонк скупает абсолютно всё… А у меня маман карманные деньги отобрала… Вот я и…

— Слушай. У тебя есть электросамокат. Такая модель стоит пять тысяч рублей. И одежда на тебе явно не из простых. И ты ещё обозвал нас мажорами…

— Да я для красного словца!

— За «красное словцо» могут прописать в таблецо. Ты в курсе?

— Простите… Я больше так не буду…

— Дерек! — к нам подбежали запыхавшиеся Серега и Колян: — Что у вас тут?

— Да, вот… Решил проучить одного воришку. Донесёте бутылки до отеля?

— Донесём… Просто, зачем тебе это? — удивился Сережа.

— Как зачем? Пацану и шестнадцати нет, а он уже грабит честных людей. Безнаказанность — удобрение для криминала!

— Знаешь, меня иногда сильно пугает твоя чрезмерно активная гражданская позиция… — поёжился Колян.

— Не переживай! Всё в порядке будет. А ты… — я поднял парнишку за ухо: — Веди меня к своим родителям. Да побыстрее!

— Дядь… Может, договоримся? Я Фонку вчера отдал прекрасный коннектор! Я уверен, что он мне его вернёт под залог самоката… А я потом выкуплю. Тебе прекрасный коннектор, а моя маман ничего не узнает. Мена?

— Ты дурак? Коннектор чей?

— Понятия не имею… Я его у фонтана нашёл.

— Ты мне ещё посвисти! — я снова схватил пацана за ухо: — Говори правду!

— Сказал же… Я не знаю! Там какой-то турист сидел. Коннектор вывалился из его кармана. А я подумал, мол — чего добру пропадать?

— Ох… Твою ж мать. — выругался я и тяжко вздохнул: — Так, ладно! Парни, вы реально возвращайтесь. Я сейчас тут со всем разберусь и вернусь. Ок?

— Может с тобой сходим? — предложил Серёжа.

— С продуктами и вином? Нет уж! Начинайте без меня. И Серёж… Не переживай! Уговор в силе.

— Да я не за уговор переживаю, а за тебя…

— За меня тоже не стоит! Всё. — я дёрнул мелкого на себя: — Бери свою колесницу сатаны и идём к Фонку.

— Угу… — парнишка виновато опустил взгляд, и мы направились вниз по улице.

Серёжа с Коляном немного постояли, вздохнули и потопали в отель.

— Итак, откуда у тебя, вообще, появилась мысль начать грабить?

— Так… В кино увидел.

— Серьёзно? Слушай… А ты когда-нибудь играл в компьютерные стрелялки?

— Конечно! А что?

— После них не хочется выйти на улицу и расстрелять этих мерзких людишек и долбанных пришельцев из других миров?

— Нет…

— А чего так?

— Убийство — это плохо!

— То есть, грабеж — это хорошо?

— Ну… В том фильме беспризорники говорили, что всё материальное — несущественно. И его всегда можно вернуть.

— Хрена ж себе беспризорники нынче пошли. — я потрепал парнишку за воротник рубашки от «Гучи»: — Конечно, я согласен с тем, что к вещам и всему материальному привязываться нельзя. И что жизнь — самая бесценная штука. Но ты пойми меня правильно. Человек, у которого ты свистнул коннектор, может быть, хотел позвонить своей жене и детям. Или своей матери, которая доживает последние дни в больничной койке. Может быть, этот человек решает важные вопросы, и коннектор нужен был ему для работы. Может быть, он врач, который печатает органы. А ты своим отвратительным поведением просто не оставил никаких надежд.

— Я об этом не подумал…

— Ага. Я уже понял, что думать тебе особо нечем. Как хоть зовут?

— Алексей.

— Лешка, значит? Пойми меня правильно, Лёшка. Я человек не злой. Да и в целом выступаю за всё хорошее, против всего плохого. Просто хочу преподать тебе один важный урок. — размахнувшись, я ударил по стене полуразрушенного дома, оставив довольно глубокий след: — На месте этой трухлявой стены могла быть твоя голова. Понимаешь?

— Вы… каратист?

— Десятый дан в кёкусинкай. Мои руки — оружие! Но ты меня очень разозлил. Правда. Я хотел сломать тебе хребет. Уж поверь, он намного мягче этой стены.

— П… Понимаю…

— Но у меня хватило сил сдержаться. Ты сам видел. Я уже занёс кулак.

— Д… Да…

— Но кто-то мог быть настолько злым, что в итоге не оставил бы от тебя и мокрого места. Ладно, ты… Малолетний дурачок. Но вот родители будут по тебе горевать. Сильно горевать! Люди и визитёры могут быть разными, Лёшка. Сегодня попался добрый. А завтра злой. Кхе… У тебя кроме той приблуды для среза пакетов ничего и нет.

— Мой самокат разгоняется до сорока семи километров в час! Я проверял.

— Кстати, с этой штукой тоже аккуратнее. Расшибёшься — только в путь.

— Хорошо… Извините, а вас как зовут?

— Дерек.

— Простите меня, Дядя Дерек. Я не думал, что всё так может обернуться…

— СТОЙ, СУКА!!! — на нас выбежал волколак Боря. Тот самый, который торговал дынным мороженным в лавке при отеле.

Здоровяк пронесся мимо, а за ним вылетела целая свора мужиков-енотов.

— Стой, тварь!!! Не уйдёшь!!! — кричали они.

Увы, Боря свернул не туда, и его тут же прижали к стенке.

— Слушай… — прорычал один из енотов и вытащил небольшой ножик: — Ты со своими фокусами уже достал!

— Эй! — воскликнул Леша: — Пятеро на одного — не честно!

Ой, дура-а-а-а-ак…

— Что⁈ — еноты тут же повернулись в нашу сторону: — Слышь, пацан… Ты утром сохранился, что ли? Не видишь, тут взрослые говорят…

— Нельзя толпой на одного!

— Мальчик… Сдристни отсюда, пока не почикали…

— А вот и нет! У меня Дядя Дерек — каратист! Он вам сейчас таких пи***лей отвесит!

А, дурак — это ещё мягко сказано… Может он из коррекционной школы?

— Это вот этот белобрысый, что ли? — хмыкнул енот с ножом и тут же направился в мою сторону: — Слышь, Карате-Пацан! Отведи своего молокососа подальше! Я же не шучу… Под нами вся Красная поляна и Новосиб! Будете вякать — на лоскуты пущу!

— Ночь, улица, фонарь… — обречённо вздохнул я, пуская Пламя по мышцам: — Ребят, этот молодой человек украл у меня вино. И я хочу просто научить его уму-разуму, чтобы он не стал таким, как вы.

— Это что сейчас… Типа, ты нас оскорбил? — нахмурился енот и подошёл ещё ближе: — А это вот у тебя глаза светящиеся… Это прикол такой, или ты из нетрадиционных?

Легкий взмах руки, и ножик оказался у меня. Свернув кисть наглого зооморфа, я воткнул лезвие ему в плечо, а затем уложил на землю.

— ВЫТАЩИ!!! ТАТУИРОВКУ ПОПОРТИШЬ!!! — заверещал он.

— Каратист, ты че-то попутал… — остальные еноты естественно решили впрячься за своего начальника и пошли в атаку.

— Погодите! — я поднял руку: — Ребят… У вас тут с Борей свои разборки. А у меня с Алексеем — свои. Давайте решим вопрос без лишнего насилия?

— ДЯДЯ ДЕРЕК!!! ЧТО ТЫ ДУМАЕШЬ⁈ ХУ***РЬ ИХ!!! — заверещал мальчишка.

— Во! — один из енотов поднял указательный палец вверх: — Пацан дело говорит! ВАЛИ БЕЛОБРЫСОГО!!!

— Ну, всё свинопасы… Сейчас Дядя Дерек вам таких люлей отвешает! — Алексей продолжал подливать масло в огонь.

В конечном итоге, все еноты отгребли. Конкретно так отгребли.

— Так. — я присел рядом с вожаком с ножом в плече.

— Дядя, всё что хочешь!!! Только не добивай!!!

— Да нужен ты мне больно. Расскажите ситуацию. Что тут, вообще, происходит?

— Волчара позорная должна была сбыть ионизированный азот… И передать нам часть выручки. Но в итоге, эта собака сутулая все деньги себе заграбастала! А нам свистит, что якобы он упал на грузовике в ущелье… Тупо же!

— Вообще-то, он сейчас работает продавцом в лавке в «Альпине». И реально ищет ваш газ. По крайней мере — это то, что я слышал.

— Так, придурки! — волколак подошёл к нам и присел на корточки: — Сбыл бы я ваш волшебный азот — уже на Бали бы тусил!

— Не ори! Придурок… Никакой он не волшебный!!! — зарычал енот: — Сейчас антимагичка ещё прилетит… И так всю сделку с Грозным обосрал… Чертов меховой у***ок! Вот говорил мне Сысольский, что с тобой не надо связываться… Все теперь встрянем, если ты реально профукал газ.

— Реально профукал.

— Идиот… Вытащите нож! Пожалуйста…

— Если вытащу — ты умрёшь от кровопотери. Тоже что ли фильмов пересмотрел?

— Почему «тоже»?

— Долгая история… Так! Значит, сделаем следующим образом. Часть енотов идёт в больницу с этим огузком.

— Вообще-то, мы камышовые коты!

— Вообще, срать. Хоть утконосы. А вторая половина идёт вместе со мной и Борисом. Сперва мы возвращаем коннектор. Потом идём и рассказываем маме Алексея, что он ведёт себя, как ушлёпок. А затем, ищем ваш газ. Если Боря свалился в ущелье, то есть вероятность, что останки грузовика и газ всё ещё там.

— Тебе какой цимес нам помогать? — проскрипел раненый камышовый кот.

— Я прохожу тут экзамены. И мне не нужна вся эта криминальная хрень под носом.

— Ладно… Пацаны! Поднимите меня! Аккуратнее… Аккуратнее! АЙ, БЛ***ТЬ!!! СКАЗАЛ ЖЕ АККУАРТНО!!! ГОВНО НА НОЖКАХ!!!

— Простите, босс…

Кого-то мне эти ребята сильно напоминали. Только не могу вспомнить, кого именно?

— Ну а мы — идём к Фонку. — я взглянул на ночное небо. Кажется, сегодня мне вновь выпадет шанс заняться сексом. Жаль, конечно, что не в прямом смысле этого слова…

«Хапёж! Принимаем всё и вся! Даже зубные импланты! САМАЯ ФЫСОКАЯ КАМИЦСИЯ!!!» — гласила кривая светящаяся надпись над входом в мрачного вида магазинчик. Судя по количеству ошибок, тут либо орки, либо… Ладно, не буду шутить на эту тему.

— Что такое хапёж? — поинтересовался я.

— «Стырить» — на местном жаргоне. — пояснил один из камышовых котов: — Дядь, а ты совсем не местный?

— Я из Москвы.

— О-о-о… Крутой. А мы из Новосибирска.

— А чего тут делаете?

— Так из-за Бори долб***ба. Он тут местный.

— Эй! Я из Карачаево! — возмутился волколак.

— Действительно… И как я сразу не догадался? — кот дернул Борю за шерсть.

— Ещё раз так сделаешь, я тебе башку откушу!

— Пи***ть — не мешки ворочать! — зашипел кот.

— Тихо! — гаркнул я: — Заходите вместе со мной! И чтобы без лишнего шума. Понятно?

— Да, босс…

Открыв дверь, меня тут же окутал мутный медицинский аромат. Как будто я зашёл в аптеку. Внутри оказался миниатюрный торговый зал, стены которого были заставлены всяким старым хламом. Реально — от тостеров до слуховых аппаратов! Не комиссионка, а свалка какая-то…

— Таки, кого я вижу! — на старом кресле-качалке сидел очень небольшой старый орк с… пейсами и маленьким пенсне на носу: — Алёшик! О… Ещё и с друзьями? Таки, что вам надобно, друзья мои?

— Господин Фонк?

— Фонкинович, если быть точнее. Я из Израиля сюда перебрался около двадцати лет назад. Пришлось немного видоизменить фамилию, потому что евреям никто не доверяет. А вот Фонк — идеально! Все думают, что я… Как это? Дебил! Вот. Поэтому искренне верят, что меня можно нае… Кхм… таки надурачить. А я подыгрываю! Теперь весь город знает, что если хочешь что-то сбыть, то просто звони Фонку.

— О как… И почему же ты нам всё это рассказываешь? — поинтересовался я.

— Таки, когда ко мне заходят здоровенный волколак, несколько камышовых котов в спортивных костюмах и парень с брызгами крови на белой рубашке — это означает только два варианта. Либо меня сейчас, таки как следует отхреначат. Либо хотят вести цивилизованный диалоги. И таки я считаю, что лучше сразу вскрыть карты, чтобы не отхреначили.

— Чудно! Мы хотели бы обменять у тебя коннектор, который «Алёшик» вчера принес.

— Таки на что?

— На самокат.

— Таки сомнительная сделка. Что с этим коннектором?

— Я хочу вернуть его хозяину.

— Ничего себе… — Фонк побледнел от ужаса: — Просто вернуть⁈

— Ну да.

— Таки не смею спорить. Судя по красным костяшкам на кулаках — я чувствую возможные звездюли. И, возможно, даже на моём лице. Сейчас же вынесу ваш аппарат. — орк вскочил с кресла-качалки и быстро шмыгнул в подсобку. Спустя мгновение оттуда раздался грохот вперемешку со звяканьем, и в миниатюрный торговый зал выкатились белые газовые баллоны, обрисованные неизвестными рунами.

— Емана рот… — волколак и комышовые коты схватились за головы.

— Что такое? — спросил я, и тут до меня дошло: — Да, ладно? Серьёзно⁈

— Фонк! — позвал Боря: — У нас вопросики…

— Таки, что случилось? — орк вышел к нам с дорогущим гаджетом в руке.

— А откуда у тебя эти баллоны?

— Азот? Да позавчера какие-то детишки притараканили. Хотели сдать на металл, но я сказал им, что за такое можно и до цугундера дойти. Отдали мне его за сто рублей. Все пять баллонов. Хе-хе-хе… А что?

— Дядь. Не хорошо детишек обманывать. — волколак хрустнул мощными кулачищами: — Сотка и ты отдаёшь его мне обратно.

— Таки, вынужден с вами не согласиться, пушистый молодой человек! Аренда помещения за три дня. Плюс моя работа, ибо я за ним следил. Плюс инфляция. Плюс неустойка за сорванную сделку, ибо эти баллоны у меня уже выкупили коммунальщики… В итоге — три тысячи рублей.

— Дядь. — теперь уже камышовые коты начали хрустеть кулаками.

— Знаете, а для друзей у меня всегда скидка! Так, сто рублей — и баллоны ваши.

— Держи. — волколак протянул орку купюру: — Ни в чём себе не отказывай.

— Таки, не буду! Спасибо, что зашли. — Фонк отдал мне коннектор, а сам укатил самокат в подсобку: — Всё, что не делается — всё к лучшему.

— Точно. — согласился я.

Выкатив баллоны на улицы, волколак и камышовые коты тут же обратно подружились.

— Борис, а ты, оказывается, не брехун! К тебе можно в бане спиной поворачиваться.

— Да и вы, если честно, ребята не промах. Жаль только, что грузовик уже не вернуть.

— Накинем тебе за грузовик. Спасибо, Дядь! Без тебя мы бы не вывезли.

— Алексею спасибо. — усмехнулся я: — Если бы не его грабительская деятельность, то мы бы и не встретились.

— Грабительская? — удивился камышовый кот: — А что он у тебя украл?

— «Проссеко».

— А? — зооморф явно был слегка шокирован, но не подал виду: — Слушай, я не осуждаю. Но ты это… Давай с проссеками аккуратнее. Спасибо, что помогли!

— Да не за что. Боссу передайте от меня извинения.

— Ой, да он сам намотался.

— Вы, главное, газ свой волшебный не теряйте больше. Кстати, это же для «увеселений»? — уточнил я.

— Не-не-не! Мы таким не занимаемся. — возмутился зооморф: — Тут, как с проссеками — мы не осуждаем, ибо выбор каждого. Но сами не связываемся. Чуждо нам всё это. Проссеки и увеселения… Тлетворное влияние Запада, как мне кажется.

— А для чего, если не секрет?

— Для лаборатории одной. — второй камышовый кот вытащил коннектор: — Только вы молчком. Мы это, типа, в знак благодарности… Лаборатория, где раньше работали знаменитые ученые… Как же? Босс упоминал… Какая-то там фамилия у них… В общем, убили их пару лет назад. А данные стёрли. Королёвы, что ли? Или Императоровы? А… Босс! Газ у нас. Да… Карате Дядька нам помог. Ага… Перечислим. И за грузовик. Хорошо! Отбой.

— Слушай… — я внимательно посмотрел на зооморфа: — А не подскажешь, где именно лаборатория этих ваших… Императоровых?

— Выходит, это твой дом? — мы с Алёшиком пришли к двухэтажному коттеджу, во дворе которого стоял серебристый универсал марки «Мерседес».

— Выходит, что так.

— И кто твои родители?

— Папа купец. Но он постоянно в разъездах. И дома почти не бывает. А мама работает официанткой, в каком-то местном ресторанчике. Не запомнил название.

— Официанткой? — удивился я: — Зачем ей это?

— Она утверждает, что дома сидеть скучно. Но я-то знаю… Она просто всегда на подстраховке. Знаете… Ну, если с папой, что-то случится… В общем, вот.

— О как… Ладно. Видимо, не даром говорят, что каждому своё. — я нажал на кнопку звонка.

Калитка с шорохом отворилась, и стоило нам зайти, как в мою сторону тут же вылетел огромный алабай… Сказать, что я малость занервничал при виде собаки-коня — ничего не сказать.

— Тише, Малыш! Свои! — Алешик поднял руку, и псовая форма киборга-убийцы тут же затормозила, а затем начала с любопытством разглядывать меня большими добрыми глазами: — Не бойтесь, Дядя Дерек! Он у нас очень добрый. А вот его жена… Но вы не переживайте. Она у бабушки.

— Страшно представить, что же там у него за жена такая… — где-то в глубине души у меня всплыла мысль погладить «Малыша», но инстинкт самосохранения оказался сильнее.

— Леша! — на крыльцо вышла маленькая и крайне уставшего вида женщина в халате. На её голове было целое гнездо из волос: — Ой… У нас гости?

— Нет-нет, Госпожа. Я не в гости.

— А что тогда? — мама Лёши устало посмотрела на меня.

— Просто хотел сказать, что у вас замечательный сын. Только вот, он едва на кривую дорожку сегодня не встал.

— Что случилось? — бедная женщина побледнела и схватилась за сердце.

— Подрезал у меня пакет с продуктами. Но я догнал его и провёл разъяснительную беседу.

— Алексей. — вот это типичный мамин тон, от которого становится не по себе даже чужим людям. И взгляд… Ой, какой взгляд. Чует сердце, что ягодицы Леши будут краснее помидора от ремня или тапка.

— Мам… Прости меня, пожалуйста! Я не соображал… Но Дядя Дерек мне наглядно показал, что бывает с ворами… Я всё осознал! Клянусь!

— Осознал, значит? — женщина перевела взгляд на меня: — Спасибо, что поговорили с ним. От рук совсем отбился! Только папа уезжает в командировку, как у Леши начинается сдвиг. Отвратно себя ведёт! Ещё и воровать начал… Лешь… Вот ты забыл уже про Дядю Вазгена, да? Конечно, забыл! Ведь он сел в тюрьму ещё пять лет назад. Так же хочешь?

— Нет…

— Простите нас, пожалуйста! Мы вам, что-то должны? Я схожу за кошельком…

— Не стоит. Мы уже со всем разобрались. Главное — поговорите с Алексеем. Ах да! Вчера он имел неосторожность подобрать чужой коннектор и сдать его в местную комиссионку.

— К Фонку, что ли?

— Именно. — я выложил гаджет и протянул Леше: — Вы уж проследите, чтобы он его в полицию отнёс. И заберите самокат у орка. Он его под залог за двести рублей сдал.

— Алексей… — тяжко вздохнула женщина: — Вот у меня и так сейчас не самый легкий период в жизни! Додик вот-вот окончательно развалит ресторан, и я останусь без работы. Теперь ещё и это… Какое плохое зло я тебе сделала, что ты стал так себя вести?

— Он это аргументировал тем, что вы его лишили карманных денег.

— Конечно, лишила! Он бомжам пиво покупал!

— Ох… — я обречённо закатил глаза: — Робин Гуд, ей богу!

— Но они слёзно просили! Сказали, что это вопрос жизни и смерти! Как вон они теперь там? — с грустью ответил Леша.

— Сегодня видела, как с работы шла! Нашли такого же дурачка и сидят пьют. Покупка алкоголя подобным личностям — это не помощь! Ты лишь усугубляешь и без того ужасное положение людей.

— Ну, ма-а-а-ам…

— Не «мамкай»! В общем, всё. Из дома месяц не выйдешь! И никакого компьютера!

— А уроки⁈

— Кроме уроков. — несмотря на свой миниатюрный рост, мама довольно смачно влепила Алексею леща: — Простите нас, Дядя Дерек! И спасибо, что привели и рассказали. Я проведу с этим балбесом ещё одну разъяснительную беседу.

— Хорошо. Доброй ночи!

— Доброй ночи, Дядя Дерек! — Леша махал мне, как будто прощался с местным супергероем. Приятно, конечно… Но с другой стороны — я просто вернул алкоголь и помог двум сторонам решить вопрос без кровопролития. Начальник камышовых котов не в счёт.

Так что, теперь осталось лишь зайти в ближайший продуктовый магазин и возвращаться в отель, чтобы приступить к плану по сближению Сережи и Светы.

После попадания в новый мир, я начал наслаждаться жизнью. Вот, как будто внутри меня что-то щелкнуло. Тумблер. Ну, или что-то типа того. И я жил. Прям по настоящему жил! Именно здесь и сейчас.

И было в сочинских горах, что-то невыносимо притягательное! Нечто такое, что распаляло внутри сердца дикое желание вкушать виды, воздух, ощущения и ароматы.

Прогуливаясь по темным аллеям с кипарисами и туями, я в очередной раз ловил себя на мысли… Хотя, какое там? Я ловил себя просто на огромном количестве мыслей.

Во-первых, какая же Изнанка отвратительная. Однообразная. Скучная. Безликая.

Людям подарили просто уникальный и волшебный мир! И он продолжал бы оставаться прекрасным даже без визитёров, магии и парящих островов.

Но… я прекрасно понимал, почему Изнанка именно такая, какая есть.

Ксеноферы — не живые существа, которых создала матушка-природа. Моих предков склепали Миротворцы — великие космические боги, чтобы мы зачищали биослой очередной планеты-инкубатора, внутри которого заряжалось Ядро. Это такие «батарейки», которыми питались Миротворцы.

Правда, проект загнулся. Большую часть ксеноферов уничтожили. А оставшихся загнали в недра Изнанки. Для нас это не родной мир, а скорее — тюрьма. Измерение вечной ссылки.

Понятное дело, что там попросту нет места красоте и эстетике. Зачем? Ведь мы же создавались, как инструмент…

Во-вторых, как же люто я кайфовал от местного народа. Люди или визитёры — для меня это было совершенно неважно! Глупые, но в тоже время милые. Опасные, но при этом очень отзывчивые и сердобольные. Казалось, что меня занесло в мир, который зиждился на противоречиях.

И меня это безумно очаровывало. Особенно здесь, на юге…

А ещё я заметил, что в Сочи ночь наступает гораздо раньше, чем в Москве. И она прям тёмная! Как говорят местные — хоть глаз выколи. Но несмотря на всё это, я шёл к отелю и кайфовал. Неистово кайфовал!

— Эй! Братишкэ-э-э!!! — позвал очень дружелюбный и слегка диковатый голос. Было в нём, что-то близкое и родное… Оглянувшись, я увидел небольшой ларёк, внутри которого стоял явный родственник Карла из «Шашлычка». Только не такой маленький.

— Что такое, брат? — уточнил я. Вдруг опять местная мафия шалит, и кому-то срочно нужна помощь…

— Шаурма вкусный. Очэнь вкусный! Я бы дажэ сказал — самый вкусный!

— А… Нет, спасибо. Меня друзья ждут.

— Хэ! А если так? — чёртов шантажист махнул лезвием огромного тесака и срезал слой подрумяненного куриного филе бедра. Мощным апперкотом вкус поджаристой курочки ударил мне в нос. Нет… Он не просто ударил! Он снёс меня к чёртовой матери!

Жар гриля… Зажаристая курочка. Капающий жир на металлическую подставку.

— Ах ты ж сукин сын… — выдохнул я, не в состоянии сопротивляться: — Сколько?

— Двадцать рублей.

— А-а-а-а-а-а!!! ДАВАЙ!!! — я порыскал по карманам и вытащил бумажник: — Вот, что ты за человек, скажи мне? Я хотел бежать помогать другу строить любовь, как в «Дом-Два», а ты? Подставил мне подножку…

— Нэ-э-э-эт! Ты чэго, брат? Голодным завоёвывать сэрдцэ дэвушка — это как пытаться выиграть гонка бэз колэс! — возмутился шарумен, выхватив из-под стола второй тесак: — Сэйчас заправишься! Довольный и счастливый пойдёшь своэго друга помогать!

После этих слов местный мастер принялся затачивать лезвия друг о друга.

— Даже не знаю, кто из вас лучший продажник? Ты сам или твоё мясо?

— Эй! Тут нэт либо-либо! Тут каждый мэлочь на вэс золотой! — шарумен очистил лезвия и принялся срезать курочку.

Проклятый Предок!!! Аромат поджаренного жирного мяса бил меня, как Агент Смит Нео в конце первой «Матрицы». И каждый взмах лезвием — новый мощный удар… Я ещё не успел сделать укус, а шаурма уже окутывала меня.

— Слушай! А я тебя здесь не видел.

— Ну, конэчно! Тэбя пепенчик подрэзал! Ты, как угарэлий за ним припустил вон туда! — шаурмен указал лезвием на живую изгородь и лесок: — Чэго напрямой нэ побэжал? Я нэ понимаю.

— Я перепутал дорогу. Думал, что она влево уйдёт.

— Ха! Да всэ путают. Я тэбэ один мудрый вэщь скажу. — усач ловко раздербанил срезанную курицу на мелкие кусочки: — Сэйчас такой врэмя прогрессивный! Нэ надо их трогать. Украл и украл! А ты в полиция на нэго заяви. Ай, как его попа драть будэт! Ай, как больно! Полиций нынчэ жёсткий! Как члэн моряка дальнэго плаванья в районэ «Красный фонаря»! Ищут, кого бы схватить за попа. А потом — ра-та-та-та!!!

— Не. Я всё понимаю. Но мелкий украл у меня вино. Не хочу отвлекать наших стражей правопорядка из-за подобной ерунды.

— Э! Ерунда нэ ерунда! Брат, если кто-то увёл твой — надо прилюдно дать люля. Жёсткий! Чтобы нэ повадный был. Понял, да?

— Вот я и дал. Только не совсем прилюдно. Он маленький совсем. Лет четырнадцать. Дурной! Но ещё не конченый.

— Всё равно! Таких надо в полиций! Чтоб потом всэ знали — руки распустил и всё. Можно прилететь на «Вечер в хата». Мой брат тожэ дэрзкий был. Рука распускал! Брал, что нэ его. Так всё! Сидит тэпэрь… Нарды стругаэт. Пишет письмо каждый нэдэля. Говорит, что всё бы отдал — повэрнись врэмя вспять. А он жэ не поворачивайся! Яркий примэр для вэсь наш сэмья. Всэ чэстный работа выбрали. Я вот поваром был.

— Был?

— Ага… Шаурма — вкусный, да. Но это нэ повар. Это джанкфуд.

— Ну… Не скажи. У тебя такой аромат от курицы. Знаешь, не каждый специалист по шаурме на такое способен.

— Ай, засмущал брат! Но это нэ то. Я в ресторан работай на побэрэжье. Пока малолэтний джунджик окончательно нэ свихнулся… Я не видэржал. Такиэ дэгэнэраты не должны стоять у руль приличный завэдэние!

— Согласен. Я вот тоже на шефа учусь сейчас.

— Правда? Какой ПТУ?

— Харитоновка.

— Ха! Шутник. — рассмеялся шарумен, расстелив лаваш и ловко полив его соусом: — Харитоновкэ — мэсто не для чэловэк. У мэня там друг учился. Выпустился… С ума сошёл. Сэйчас работает во «Вкусно и Ладно». Бутэрброды… Как там их? Бургэры лэпит.

— А чего с ума сошёл?

— Харитонвкэ учит творчэский божэнька. И выпускаэт творчэский божэнька. А рэсторан — творчэский нах! А божэнька — тэм болээ нах. Я вот закончил акадэмия имени Микоян. Вот там сразу говорить — работа это. Дэлай что хочэшь в свой рэсторан. А когда у дяди — будь добрый! Готовь, что скажэт.

— Знакомая ситуация. — я вытащил из кармана удостоверение и показал шаурмену.

— ДА НУ НАХ!!! — бедолага чуть не упал: — Отборочная тур⁈

— Ага.

— Я нэ вэрь свои глаза! Можно сэбяшку?

— Конечно.

— Ай, хорошо! — шаурмен вытащил коннектор, и мы сфотографировались на фронтальную камеру: — Студэнт из Харитоновка… Будущий божэнька кулинария!

— Возможно. Пока что, я рассчитываю на собственный стейк хаус.

— Трудно. Дорогой. Но вкусно!

— Согласен. Потому и впитываю знания, как губка.

— Маладэц! Лук маринованный нада?

— Да.

— Дэвушка нэ любит лук. Ты увэрэн?

— Я сегодня сугубо воюю за друга. Так что, будет не до поцелуев.

— Рыцарь! Воин. Джигит!

— А тебя хоть как зовут?

— Шаха.

— Дерек.

— О! Как фильма со Шварценэгра?

— Нет. Это сокращённое от Искандер.

— А почэму на Саша?

— Дерек круче звучит.

— Дэрэк… Тэбэ надо кожаный куртка и очки!

— Куплю. Но чуть позже.

— Так… — Шаха внимательно посмотрел на меня: — У мэня к тибэ прэдложения.

— Внимательно слушаю.

— Конэчно, я всё понимаю. На вкус и цвэт — любовника нэт. Кто-то прэдпочитаэт классика. Но я, как бивший шэф — могу предложить больший.

— Что ты имеешь в виду?

— Что имя, то и ввиду! Особая рэцэпт. Особая шаурма. — глаза Шахи хитро заблестели.

— Особая, говоришь? — я задумался. Дело в том, что мне сейчас хотелось именно классической шаурмы. К тому же, мы с Коляном не единственные повара, которые балуются «продолжением». Но любопытство… Проклятое поварское любопытство, чёрт бы его побрал.

— Я всэ вижу по твой глаза! Особая, так особая!

— Удиви меня.

— Удивлю, братэ-э-э-эн! — радостно ответил Шаха и принялся активно нарезать овощи.

Чтобы не спойлерить себе впечатление, я даже отвернулся. Пускай будет сюрпризом.

Как только до моего носа дошёл аромат запекающегося лаваша, я всё же не удержался.

— Дэржи, брат! Приятный аппэтита! — Шаха торжественно вручил мне аккуратный сверток с характерными полосками. Слюна хлынула в мой рот морской волной. А рецепторы едва не завибрировали от предвкушения.

Первый укус и… Невероятно свежий уверенный хруст. Огурец, желтый помидор, маринованный лук и… редис⁈ Обалдеть! Никогда раньше ничего подобного не пробовал.

Но балом правила курочка… Жирная. Вся в специях. О-о-о-о боги!!!

Горячий ветер обдувал мое лицо. А мелодия губной гармошки разлеталась по всей округе, доставая до самого солнца! Техас… Место, куда я прибыл за очередной «головой».

В горле начало першить. Слишком сухо даже для такой американской дыры, как эта…

Распахнув ставни, я зашёл в салун. Тусклый свет ламп. Смех продажных женщин. Музыкант, что тихонько поигрывал на стареньком клавесине. И несколько десятков пар напряженных глаз, что уставились на меня.

— Радмайерс Большой Кок… — недовольно проскрипел бармен: — Чего тебе здесь надо?

— М-м-м… — я сел за барную стойку, а несколько зевак боязливо отодвинулись в разные стороны: — Что может желать уставший путник, зайдя в салун?

— Путник? — хмыкнул бармен и сплюнул табаком: — Чёртов мерзавец и охотник за головами! Думаешь, тебе здесь рады?

— Мне без разницы. Лучше заткни свой рот и налей нормального пойла. — я положил на стол двадцать центов: — Или я могу по-плохому. Судя по всему — ты в курсе…

— Ублюдок. — тихо фыркнул бармен и поставил передо мной стопку: — Знаешь… тебе бы размахивать своей пушкой на Юге. Говорят, цветные опять распоясались.

— Мне это не интересно. — я вытащил из кармана листовку с изображением петуха в кожаной куртке: — А вот с ним я бы потолковал.

— Билл Здоровенный Дик⁈

— Он самый…

— Да что мы терпим его, парни⁈ — воскликнул антропоморфный редис: — Давайте выкинем его отсюда!

— Тише, детка. — я выхватил «Писмейкер» из кобуры и приставил блестящий ствол к горлу редиса: — Думаешь, я сам рад, что забрёл в столь отвратную дыру?

— Получай, противный! — антропоморфный желтый помидор ударил меня табуретом по затылку. И все долбанные овощи взбунтовались, а затем прыгнули на меня, то и дело заливая восхитительным соусом.

— Держите его парни! Я иду. — в салун залетел здоровенный чёрный петух в кожаной куртке, и выхватив «Кольт Паттерсон», выстрелил в меня.

Паприка идеально гармонировала со сливочным соусом и кислинкой маринованного лука. А овощи были настолько свежими и хрустящими, что я даже не заметил, как всё съел! Но больше всего меня поразила курочка. Нежнейшая, мягкая и невероятно сочная…

— Погоди! — я резко поднял взгляд на Шаху: — Твой соус… Я только сейчас понял! Почему он такой лёгкий?

— Грэчэский йогурт, брат.

— Обалдеть. — я вытащил двадцать рублей: — А редис… Господи-боже! Я так привык, что там всё заваливают жухлой капустой, что твой вариант мне показался глотком свежего воздуха! А твой бывший шеф — долбоящер. Упустил бриллиант!

— Ой, да ладно тэбэ. Дэнэг не надо! Я рад, что ты оцэнил.

— Уверен?

— Конэчно! Повар — повара нэ только спрашиваэт о профэссия, но и поддэрживаэт. Я был счастливая накормить студэнт Харитоновка.

— Спасибо большое! И всё-таки, что именно вы не поделили с шефом?

— Знаэшь… Есть такой старый выражэния: как аб стэна горох. Вот это тот шэф. Молодой. Агрэссивный. Слушать никого не хочэт, да? Говорит — дэлай, как я скажу! А я говорю — ты дэлать полный шлак! Таким кормить гостэй нэльзя, да? Он обижайся! Кидайся в мэня капуста и кабачок. Говорит — ты срамота моя кухня! Вот я и нэ выдэржал. Мой гордость. Мой жизнь. Если бы я попал к нэму ещё раз — вызвал бы на кулинарная мордобой. Чтобы стыдный ему было! Чтобы понимал, как надо дэлать. Кухня — это нэ твой чэсать чувства собствэнный вэличий. Кухня — радовать гостя. Орки, гоблЯны, элЪфы. Я всэх рад видэть. Всэ мой брат! А этот… На трон сэла! На трон сэла! Царь во дворца! Царь во дворца. Нэ повар. Обижэнный мальчишкин. Малэнький писюн.

— А шаурма приносит тебе деньги?

— Шарума приносит мнэ счастья, Дэрэк-брат. Дэньги — гипноз. Фальшь. Возобновимая рэсурс, бэз который нэльзя. Но который всэгда можна добыть. Счастья — несоизмэримый вэличина! Счастья не добыть. Счастья только момэнт. Понимаэшь, да? За одно я благодарный Малэнький писюн из рэсторана. Он подтолкнул мэня к личный счастья!

— Слушай, ну тоже хорошо.

— Ага. Но спэрва больна было.

— О-о-о… Поверь моему опыту. Если тебе больно, то скорее всего — ты на правильном пути.

— Либа кто-то покушайся на твой гордость! — Шаха звонко расхохотался. И я, почему-то, засмеялся вместе с ним. Такая тупая, пошлая, но в тоже время искренняя шутка. Из его уст она была просто разрывной.

— Ох, спасибо тебе, Шаха! Мне пора идти к другу. Я и так сильно задержался.

— Заходи ещё, брат! Всигда рад видэть.

Мы пожали друг другу руки.

Ещё одна интересная черта этого мира — тут ты можешь совершенно внезапно встретить очень неординарных и интересных личностей!

Зиночка всегда считала себя взрослой. А другого варианта просто не было после смерти мамы. Отец всегда пропадал на работе. А Изольда только недавно вернулась к своему прежнему состоянию из плена внутренней тьмы… В общем, приходилось жить эту жизнь самостоятельно.

Но вчера ночью всё перевернулось с ног на голову. Не то, чтобы Зина не знала анатомию человека. Она всё это даже видела. Правда… через монитор или со страниц додзинси (японской эротической манги). А тут… Во всей красе! Да ещё и не у кого-то там, а у близкого друга.

Зина никогда не рассматривала Дерека, как мужчину. Она в целом никого и никогда не рассматривала, как мужчину, потому что… А зачем? На отношения времени нет. А поняшиться в кроватке можно и с воображаемым парнем из книги, манги или сериала.

Но вчера мир бедной девушки треснул напополам.

Все её мысли были заняты одним… Как такая штука может поместиться в живом человеке? Конечно же, Зиночка изо всех сил отгоняла примерку на себя, но у неё ничего не получалось. Она краснела. Смущалась. И пыталась поскорее отвлечься.

Конечно, Зина ещё не определилась наверняка — хотела бы она в теории встречаться с Дереком… Ну, как не определилась? Она уже даже свадьбу успела представить. Но всё это было через силу. И с дикими эмоциями.

Нет… Когда Изольда говорила, что Зине можно встречаться с кем угодно, она, видимо, упустила столь важный физический момент. Бедной маленькой бухгалтерше становилось непонятно-смущающе-страшно лишь от одной мысли о физическом контакте с Дереком! Сразу вспоминались те смешные картинки про хомяка, который хотел съесть огромный банан. Хотя… Не такие они уж и смешные.

В общем, Зина чётко для себя решила, что на Серебряную ночь она точно не пойдёт. А зачем? Девочки могут веселиться без неё. Да и Серёжа под чутким контролем милашки Светланы.

Просто… если Зина ещё хоть раз пересечётся с Дереком — она просто умрёт от стыда.

— Дурак!!! — громко воскликнула она, и покраснев, ударила кулаком по подушке.

Нет, так не пойдёт! Нужно срочно отвлечься…

Взяв кулинарную книгу, Зина раскрыла её на первой попавшейся странице.

«Здоровенные кабачки в сентябре — это не проклятие!» — гласила фраза, а чуть ниже красовалась милая барышня с огромным представителем бахчевой сельскохозяйственной культуры в руках.

— Твою мать!!!

Книгу пришлось закрыть.

Может быть, поиграть в сетевую игру по коннектору? Хорошая идея! Там-то точно всё будет хорошо.

В итоге Зина зашла в свою любимую «Перестрелка суровых мужиков 2.0». Но не успела она подключиться к одному из серверов, как тут же вылезла реклама.

— Эй! Погоди! — симпатичный парень в ковбойской шляпе махнул рукой: — Я пришёл сказать тебе, что ивент «Большие стволы» — продолжается! Сбей три гриба и получи ЗДОРОВЕННЫЙ «РЕВОЛЬВЕР ШТУРМОВОЙ»!!!

— А-А-А-А!!! — Зина едва не швырнула коннектор об стену.

Нет. К чёрту игры! Да и в сеть лезть опасно… В видосиках может попасться ещё, какая-нибудь дичь. Поэтому, лучше просто посмотреть телевизор.

— … из-за шоколадки. Понимаете? — произнесла очень эффектная девушка в коротком вечернем платье с экрана телевизора: — Лично мне всё стало понятно сразу. Это в психологии у мужчин и женщин. Природные базовые настройки! Знаете… Тот же самец свиристели приносит самке еду, как бы намекая на потенциальное спаривание. Так и мужчины ведут женщин в ресторан. А мальчики дарят девочкам шоколадки. Шоколад — позитивная нота! То есть, для неё этот мальчик будет ассоциироваться с чем-то сладким и приятным.

— То есть, вы хотите сказать, что если парень принёс цветы — это уже всё? Ничего не значит? — поинтересовалась ведущая.

— Цветы цветам рознь. Да, это красиво! Но от них совершенно иной эффект. Узнайте, какой именно шоколад нравится девушке и действуйте. Я бы сказала, что плитка шоколада — это прямой призыв к сексу!

— Заколебали… — прорычала Зиночка и переключила на новостной канал.

— … производства. — произнесла телеведущая в строгом костюме: — Мясокомбинат настолько разросся, что до сих пор ищет технологов и инженеров в цех. Нужны юные таланты.

Следующим кадром показали мужичка лет пятидесяти. Он был одет в рабочую робу и каску:

— Я оператор двух лент! Честно, это очень интересно. Но тяжко! Ребят… Тут ничего страшного нет. Вот, смотрите! Дёргаете за рычаг — лента пошла. Вон там девчонки закидывают мясо. Тут у нас идёт производственный конвейер. Там добавки. А у меня… Вот тут! Видите? — дядька подошёл к огромному металлическому коробу: — Уже упакованная… Свеженькая… ЗДОРОВЕННАЯ ДОКТОРСКАЯ КОЛБАСА!!!

— Да вы издеваетесь⁈ — пискнула Зина, и выключив телевизор, спряталась под одеяло.

— Зиночка! — в дверь постучались, и в номер заглянула Наташа: — Золотце, ты как?

— Нормально… Всё хорошо…

— Ага! Хорошо… Ты сама не своя весь день. — специалистка по ферментации присела на краешек кровати: — Болеешь?

— Нет. Просто настроения нет.

— Настроения? — Наташа ловко сдернула одеяло и обнаружила раскрасневшуюся подругу: — А-а-а-а… Кажется, поняла. Влюбилась, что ли?

— Что⁈ Я⁈

— Да. Ты. — специалистка по ферментации тут же схватила бедную бухгалтершу за ноги и подтащила к тебе: — Колись, кто украл сердечко нашей прелестницы?

— Никто не украл!

— Ой, да хорош врать?

— Говорю же… Никто не крал!

— Ладно. Не хочешь говорить — не говори. Друг в беде не бросит. Лишнего не спросит. Но… я хотела позвать тебя вниз.

— Зачем?

— Мирослава готовит облаву на Дерека! И мы хотим посмотреть.

— Зачем облаву?

— Злится, что он вчера об неё ноги вытер.

— Пф-ф-ф-ф-ф… Было бы, из-за чего…

— Зиночка! Ну ты, чего?

— Говорю же — всё хорошо. У меня просто разрядилась социальная батарейка.

— Вчера так она у тебя искрилась через край…

— То было вчера!

— М-м-м… Что-то случилось, пока ты шла в номер?

— Нет. Говорю же — со мной всё хорошо. — Зиночка поднялась и быстро накинула на себя кофту: — У меня такое иногда бывает.

— Никогда такого не было! Я вот совсем не помню.

— Я это скрывала.

— Мне кажется, ты врёшь.

— Ещё раз говорю, я… — в этот момент в дверь постучали: — Настюша, что ли?

В номер заглянул… Дерек⁈

— Привет! — мило улыбнулся он, вгоняя бедную бухгалтершу в ступор и краску: — Слушай. Я тут подумал… Что не могу так просто всё это оставить. Мы же с тобой не чужие.

— Я… Как бы… Я… — Зиночку затрясло.

— В общем, я всё понимаю. И принимаю на себя ответственность. — Дерек вытащил из-за пазухи огромную плитку молочного шоколада: — Ты дорога для меня. Поэтому, я хочу и дальше с тобой… Ну, ты понимаешь.

— Ты же… Ты же не серьёзно⁈

— Очень серьёзно.

— Ты… хочешь, чтобы я лопнула⁇!!

— Почему? Я же не заставляю все сразу в себя запихивать. Так… Постепенно. Утром с чаем. Вечером, когда станет грустно и одиноко. Я слышал, девчонки очень это любят. И лечатся от всякого… Ну ты понимаешь.

— Де-е-е-е-е-е-ере-е-е-ек… — выдохнула Зиночка, чувствуя, как земля плавно уходит у неё из-под ног.

— Пришло время тусить! — к нам подошли Наташа и Настюша: — Серебряная ночь уже в самом разгаре!

Ох уж эти студенты. Народ, который проживает под лозунгом: «Безумие и отвага». Завтра же крайне тяжелый день, но кого это волнует? У меня хотя бы был опыт и «Пламя», которое пускай и немного, но всё же помогало не терять концентрацию. А вот у всех остальных из вооружения была, разве что — чашка кофе…

— Погодите! А я, что-то не понял… Где наша миниатюрная звезда? — Колян вопросительно посмотрел на девчонок: — Она же вчера так радовалась нашей вечеринке. Я искренне верил, что ей всё понравилось.

— Она решила пропустить сегодняшнюю тусовку. — с грустью вздохнула Настюша.

— Это ещё почему?

— У Дерека надо спросить… — Наташа стояла в сантиметре от меня и сверлила глазами: — Дерек, а Дерек? Ничего не хочешь нам рассказать?

— Не хочу. — честно признался я.

— Это не по-дружески! Рассказывай! Ибо Зиночка ведёт себя очень странно… А как увидела тебя с шоколадкой, так и вовсе упала в обморок!

— Так-так-так… — Настюша тоже нахмурилась и вопросительно посмотрела на меня: — Дерек, как это понимать? Неужели ты настолько отринул моральные принципы, что решил приударить за нашим ангелочком?

— Почему она ангелочек? — удивился я.

— Ну, как же? — улыбнулась Наташа: — Зиночка вся такая невинная… Для неё любовь существует только на экране телевизора. Или на странице книжек.

Да-да. Я тут же вспомнил Амелию. Для неё тоже «любовь» существует только на страницах книжек. Очень специфических книжек…

— Тем не менее — я тут не причём.

— Ага! Так мы и поверили. — фыркнула Настюша: — Дерек! Вообще-то, мы — не просто соседи по общаге. Но ещё и семья. И если в нашей семье начнётся раздор… Кто знает, чем всё это кончится?

— Да там ничего криминального.

— Ничего криминального⁈ — Наташа, словно местный гопник, уперлась в мой локоть грудью: — Ты нам тут не свисти! Не будет юная дева падать в обморок от «ничего криминального». Лучше сразу скажи, что хотел за ней приударить… И твои действия оказались слишком неожиданными и шокирующими для Зиночки!

— Не хотел я приударять. Вы сами себе напридумывали!

— Так расскажи, как всё было, чтобы между нами не выросла пропасть. В противном случае, мы додумаем всё сами! И поверь мне на слово, родной… Я победила в конкурсе эротических фанфиков в восьмом классе гимназии.

— О, боже…

— Да! За мной есть столь постыдный факт. Но тем не менее, если ты не расскажешь обо всём нам — то Лера и Леночка узнают та-а-а-а-а-акую историю… Где ты нагло игрался с их бухгалтером. О… Я таких смачных подробностей придумаю! Да я на Зиночке… живого места не оставлю!

— Извините, а в Харитоновке есть девочки не извращенки?

— Что ты имеешь в виду⁈ — Наташа злобно сузила глаза.

— Нет-нет… Ничего. В общем-то… Ситуация довольно бытовая. Я гулял по территории до ночи. Вспотел. И не хотел будить Колю, потому что прекрасно понимал, что нас утром ждёт полный звездец.

— Ну, допустим. И дальше-то что?

— В итоге, я попросился к вам в номер.

— Зачем⁈

— Хотел принять душ.

— И что? Зиночка вот так без проблем тебя впустила?

— Ну, да. А что такого?

— Ой… С этой невинной овечкой надо провести пару воспитательных бесед. Нельзя впускать красивых мальчиков, о которых ходят не самые лестные слухи. Особенно — нельзя впускать этих красивых мальчиков ночью! Господи… И на что Зиночка рассчитывала? В итоге, твоя дикая кровь бабника взыграла, и ты полез в трусики Зиночки?

— Ты совсем, что ли?

— Нет, ну а что? Пускай Зиночка и маленького роста. Но это не отменяет того факта, что она совершеннолетняя девушка. Причем, довольно милая! Была бы я парнем — сама бы за ней приударила.

— Наташ… Ты перегибаешь.

— Ой, да ладно тебе? Я же знаю, что мы все хоть и друзья, но остаёмся для тебя потенциальными целями!

— Вообще-то, вы для меня не более, чем сестры. Условные, конечно же.

— Которые застревают в стиральных машинах? — внезапно выдала Настюша.

От такого перфоманса мы все обалдели и замолчали.

— Ну… Я сама-то не смотрела… Просто… Мне братья рассказывали… — смущённо покраснев, оправдалась рыжуля.

— Так! Мы отошли от темы. — Наташа прижала меня к стене, и встав на носочки, внимательно посмотрела в глаза: — Ты был голоден! И озлоблен на Теньшину. Поэтому решил выместить свою сексуальную злость на Зиночке! Правду же говорю?

— Ты меня не слышишь. Или не хочешь слышать.

— Почему же? Очень хочу! Просто… Ну, давай на чистоту? Мне страшно представить, что случилось между вами, ибо ТАКОЙ Зиночку я никогда не видела. Это же самый настоящий первобытный ужас! И при этом смущение! Как будто, она увидела дикого слона, который пытался её убить.

Ну, про «слона» — почти правда. Только вот, никто не пытался убить Зиночку.

— Ещё раз повторюсь — Зиночка очень милая девочка. Но она мне, как сестра.

— Ладно.

— И вы все тоже! Так что, не надумывай.

— Хорошо. Мы с Настюшей притворимся дурочками и поверим тебе. Так, что в итоге произошло?

— Душевые кабинки в отеле — одинаковые! Я стоял под горячей водой и анализировал первый день отборочного тура. В общем… Забылся. Вышел без одежды. С одним полотенцем на плечах. Зиночка этого не оценила.

— Твою ж мать!!! — никогда не ругающаяся и всегда крайне сдержанная Настюша с ужасом схватилась за голову: — Ты ей попытался объяснить, что это недоразумение?

— Ну, конечно! Только вот… Видимо, до всех вас туго доходит.

— Походу дела, бедная девочка всё ещё в шоке. — Наташа скользнула недовольным взглядом по ширинке моих джинс: — Я понимаю, что ты увлеченный и страстный кулинар. Но на будущее — не забывайся! Зиночка у нас… Кхм… В отличии от своей старшей сестры — совсем не адаптирована под отношения. Её к подобного рода близости надо готовить заранее.

— Я уже извинился.

— Жесть… Я пойду её поддержу! Миниатюрные девоньки должны держаться вместе! — Настюша быстро шмыгнула в коридор.

— Миниатюрные девоньки? Звучит, как субкультура. — усмехнулась Наташа: — Ладно! С этим мы разобрались. И я рада, что ты видишь в нас сестёр. Я даже в это готова поверить!

— Это правда. И не вздумай сомневаться!

— Я попытаюсь. Кстати, а нам не пора ли идти в номер к Серёже и Вальку?

— О… Серёже вчера не хватило? Я искренне верил, что он больше не возьмётся устраивать тусовку у себя.

— Увы и ах! Он решил, что это неплохая возможность поговорить со Светой о чувствах.

— А… Так он и тебе рассказал о своём плане?

— Конечно! Мы с Серёжей дружим с момента его заселения в «Полярную сову». Он частенько с нами советуется по поводу взаимоотношений с девушками. Хотя… множественное число тут не к месту. Скорее, он часто советовался с нами по поводу Светы. Я, конечно, осознаю, что всё это в большинстве своём — «субъективщина». Но ему, вроде как, помогало.

— И что он сказал сейчас?

— Никаких подробностей. Но настроен он был уверенно!

— Отлично! Значит пришло время нести любовь и добро! — я алчно потёр руки: — Всё или ничего! Возьмём эту крепость штурмом.

— Погоди-погоди… Что значит — «возьмём штурмом»?

— Если Серёжа опять выкатить дичь вместо нормального плана, то я буду действовать сам.

— Эм-м… Слушай… — во взгляде Наташи читался скепсис: — Как бы… Я ни на что не намекаю, но у тебя, как мне кажется, слишком взрослый взгляд на девчонок. Да и подход соответствующий. Возможно, для Серёжи такое не подойдёт. Да и, вообще, это может максимально губительно сказаться на его отношениях со Светой.

— Так он же тоже ей нравится! Разве нет?

— Да. Это факт. Но девочки в восемнадцать лет — крайне пугливы и осторожны в подобных моментах. Зиночка — яркий тому пример. Конечно, она особа нежная… И совсем неопытная. Но тем не менее! Я реально очень испугалась, когда увидела её в таком состоянии. Зиночка же у нас… вся такая вечно собранная. Сконцентрированная. Уверенная в себе! А тут… Вся дрожала. И двух слов связать не могла.

— Ну, уж извините. Я не думал, что для совершеннолетней девушки лицезрение первичного полового признака мужчины станет настолько шокирующим!

— Друг… — Колян похлопал меня по плечу: — Как бы, между делом — тебе все вокруг говорят, насколько для большинства аристо важна…

— Не называй нас так!!! — злобно фыркнула Наташа.

— Прости-прости… Так вот, все говорят, насколько для большинства аристократов важна личная чистота и неприкосновенность. Девственность и непорочность — настоящая валюта.

— Знаешь, я видел и другие стороны аристократов в этом плане.

— Распущенные и развратные люди есть в любом сословии. — ответила Наташа: — Но Зиночка — совсем не такая. Впрочем, как и многие из нас. Поэтому хотя бы попытайся вести себя прилично. И относись с пониманием к другим. Например, к Серёже.

— Хех… То есть, увидев меня без одежды — ты бы тоже упала в обморок?

— С чего бы? Знаешь, я не из робких девиц. — уверенно заявила специалистка по ферментации. Только вот, выступивший на щеках румянец сдал «не робкую» девицу со всеми потрохами.

— Ладно. Я это учту.

— Буду рада! В общем, отнесись к Серёже и Свете с пониманием. Для них это первый опыт. Это же… первая любовь. Она такая светлая и нежная! Подобно цветку. С ней нельзя быть грубым. Иначе можно всё сломать.

— Убедила! Я постараюсь быть нежным.

— Кхм… — Наташа в попытках скрыть смущение решила сменить тему: — Только вот, чего мы до сих пор стоим?

— На самом деле, я хотел бы поговорить с Коляном тет-а-тет.

— Ах вот, значит, как? Девчонок обсуждать будете?

— Нет. Моих мёртвых родителей.

— А… Ой. Прости. — Наташа виновато опустила взгляд: — Тогда, я буду ждать вас в номере у Сережи. И не забудь! Теньшина готовит на тебя облаву.

— Ничему её жизнь не учит… — обречённо вздохнул я: — В общем, разберёмся.

— Я буду болеть за тебя! — Наташа показала большой палец, а затем поспешно удалилась в сторону Серёжиного номера.

— Отойдём? — предложил я.

— Отойдём. — кивнул Колян, и мы вместе ушли в небольшой закуток с растениями.

— В общем, по дороге к местному фарцовщику я напоролся на того волколака, который торговал мороженым. Помнишь, он говорил, что потерял некие баллоны?

— Да. Было дело. И что там?

— Так вот, его преследовали камышовые коты. Зооморфы. В итоге, газ нашёлся у фарцовщика. Коты и волколак помирились. А так же… зооморфы рассказали мне, что газ — волшебный. И его везут в некую лабораторию, где работали учёные, про которых стёрли информацию.

— Ученые, про которых стёрли информацию? Так, подобных наверняка много. Наши родители — явно не исключение.

— Может быть. Только вот, коты упомянули, что учёные носили фамилию, связанную с государем. Королевы или Императоровы. Понимаешь?

— Хм-м… Выходит, речь про твоих родителей?

— Бинго, Шерлок! И я узнал через котов, где именно находится лаборатория.

— М-м-м… — в глазах Коляна читалось явное непонимание: — А зачем оно тебе?

— В смысле?

— Ну… Ты говорил мне, что тебе нравится эта жизнь. И что мы с тобой навсегда перечеркнули прошлое. Бандиты нас больше не трогают, ибо мы под защитой Дяди Рубена. Поэтому… мне не совсем понятно, для чего тебе эта информация?

— Давай объясню на пальцах. Начнём с того, что нас из-за этого хотели убить. И я уверен, что вся эта тема с «короной» ещё не окончена. Рано или поздно Сиплый может про нас вспомнить.

— То есть, два года он про это не вспоминал, а тут: Вот те, нате — хрен в томате! Как бы… это странно.

— Два года мы работали в районе, который не подчинялся группировке Сиплого. А Харитоновка подразумевает выездные командировки типа этой. Здесь защита Дяди Рубена не поможет.

— Ты в любой момент можешь врубить режим Берсерка.

— А если тебя убьют? Или ещё кого? Те уроды — подлые. Если они спокойно убивают детей, то значит могут пойти на любые ухищрения, чтобы достичь своей цели.

— Думаешь, мы для них всё ещё интересны?

— Я предпочитаю перестраховаться. Всё это время мы с ТигАром искали, хоть какие-то зацепки про Цареградцевых и Смирновых. Хоть что-нибудь, чтобы понять — откуда может прилететь. Увы, мы с тобой познакомились при крайне отвратительных обстоятельствах. И я не хочу, чтобы они повторились вновь. Если есть возможность навсегда отгородиться от Сиплого — я предпочту это сделать. Никто не знает, когда эта тварь вновь объявится в нашей жизни… К тому же, Сиплый — далеко не последняя причина.

— Неужели?

— Несмотря на все приколы — Абсолютная Тьма, это не милые шизики, а военизированное подразделение, которое будет идти до конца. Они очень опасны! С ними сложно договориться. Они верят исключительно в законы, которые продиктовал мой отец. И пока Генералы не найдут Короля Тьмы — спокойного жития мне точно не будет.

— Не пробовал сделать двойника?

— Не получится. Они ориентируются на «аромат» энергии. И несмотря на то, что «Пламя» здесь другое — оно всё равно проходит через мою душу и запитывается тем самым «ароматом». Как я тебе уже говорил — ТигАр разработал для нас блокираторы. — я продемонстрировал кольцо: — Но техника новая. Ещё совсем «не обкатанная». Поэтому может произойти всё, что угодно!

— И зачем тебе лаборатория Цареградцевых?

— «Корона». Если это абсолютный источник энергии, то он мне точно не помешает.

— Ох… Дерек! Мы же не знаем наверняка! Салтыковская Корона на данный момент, не более чем миф. Даже мои родители толком про неё ничего не говорили.

— То есть, Сиплый поверил в сказку?

— Я понятия не имею, во что поверил Сиплый. Но лично мне кажется, что нам стоит забыть про это всё.

— Пока я «забываю» про это всё — у Тьмы уже появилась военная база. Наладилась добыча ресурсов. И сейчас идёт налаживание социальных связей. А что у меня? Лишь один долбанный шпион, которого могут вычислить со дня на день? Мстительная стерва с рекламных плакатов? Ах да… Ещё мелкая сумасшедшая, которая видит во мне К-поп исполнителя…

— Вообще-то, я тоже за тебя!

— Нет, Колян. Тебя я точно в это не впутаю. Конечно, Тьма не настолько ублюдки, как люди Сиплого. Но могут попросту случайно нанести увечья несовместимые с жизнью. Поэтому ты будешь моим тылом! Моей поддержкой. И тем, кто всегда расскажет мне про этот дивный новый мир.

— Он для тебя всё ещё новый?

— Относительно. В общем, ты меня понял! Вступать в бой нужно только с противником, который либо слабее тебя. Либо равен тебе по силе. Ни в коем случае нельзя идти против того, кто сильнее! Понятно, что я ни в коем случае не хочу доводить дело до открытого конфликта с Тьмой. Но лучше подстраховаться! Если есть возможность стать сильнее — я обязательно ею воспользуюсь.

— Ты смотри… Как бы всё это не вышло боком.

— В плане?

— В душе-то ты, может быть, и демон. Но телом — всё ещё человек. С особенностями. Это прям факт. Но тем не менее.

— И что с того?

— Магия — это энергия. А человеческий организм — не железный. Слишком большой объём может и не выдержать.

— Такие случаи были?

— Официально — нет. Но отец как-то упоминал в разговоре, что один из волшебников, который долгое время не сбрасывал энергию — умер от остановки сердца.

— Сбрасывал энергию⁈ — моему возмущению не было предела: — И ты говоришь мне об этом только сейчас⁈

— Ну… Как правило, аккумулирование энергии — это очень большая редкость… Я думал, что ты не из таких…

— Индюк тоже думал, да в итоге… Ай, ладно. — отмахнулся я: — Колян… Очень большая просьба! Если вдруг ты, что-то вспомнишь про магов — сразу говори мне.

— Да я стараюсь. Просто… как-то момента подходящего не было.

— Ага. Видел же, как у меня блокиратор на днях перегрелся… В общем, идём к Сереге! Настало время любви.

— Это да… Но ты не забывай, что тебя поджидает Теньшина! Уверен, за ночь она разработала гениальный план, чтобы тебя уделать.

— С ней я разберусь позже. А пока — поработаю купидоном! — я закатал рукава свежей рубашки, и мы с Коляном направились в номер «Великого Гэтсби».

Честно говоря, мне искренне показалось, будто народу, если сравнивать со вчерашним вечером — стало ещё больше! Музычка наваливала чуть громче. Причём, не какая-то вычурная попса, рок или рэп. А самый настоящий джаз! Стиль… Стиль — это всё.

А народ уже разделился на небольшие компашки. Несколько человек играли в «алкогольный пинг-понг». Кстати, Клара была на хорошем таком «веселе»! И после очередного попадания в стаканчик, она лихо залила его содержимое в себя, после чего победоносно подняла кулак вверх.

Однако большая часть студентов активно изображали светский раут.

— Сергей! — позвал я, когда заметил, как «Великий Гэтсби» наливает в бокал дорогущее вино: — Ты что? Решил обратиться в Черного⁈

— Нет-нет… Ухаживаю за Светой. — скромно ответил он.

— Кстати, как там наш план?

— Слушай… Я дам знак, когда тебе надо будет ко мне подойти.

— А… Эм-м… Подробности твоего плана мне знать не положено?

— Сейчас — нет. Тут важен эффект правдоподобности.

— Ладно. В таком случае — я полностью доверюсь тебе.

— Не переживай! — Серёжа таинственно подмигнул мне, а затем направился к Свете с бокалом в руках.

Неужели он решил споить бедную милаху? Как бы, у каждого свои методы. Но лично я всегда считал, что брать девушку надо честными способами. Например — юмором. Пока весело смеется над твоей шуткой, то даже не заметит, как будет лежать в кровати рядом с тобой уже без лифчика… Хе-хе-хе…

— Дерек-Дерек-Дерек! — возле меня материализовалась Славик, которая вновь превратилась в развратную и самоуверенную блонду. От того милого котёнка, который переживал из-за «окончания» на личико не осталось и следа.

— Какая встреча…

— Ты игнорировал меня весь день.

— Эм-м… Что? — а вот эта новость меня удивила.

— Игнорировал! Не подошёл ко мне.

— Я тебя даже не видел!

— Вот! Почему? А потому что даже не пытался найти!

— Славик… Я был на задании. А потом ходил в магазин. Что за глупые наезды?

— Глупые? Вообще-то, ты мог бы вместо магазина пойти ко мне! — надулась Славик. Всё же, нотки милого смущённого котёнка в ней остались.

— Прости, но у меня банально не было времени.

— Для меня у тебя всегда должно быть время!

— Это ещё почему?

— Как это⁈ — возмутилась блонда: — Всё! Я тебя пометила. Теперь ты принадлежишь мне.

— Боюсь, это не так работает.

— В смысле⁈ Ты… — Славик смущённо покраснела: — Ты всем своим видом сказал мне, что всё серьёзно!

— Как я мог сказать видом?

— Ах вот ты какой⁈ То есть, я для тебя, какая-то шутка, да⁈

— Ни в коем случае.

— Ты… Когда начинал все эти игрища — должен был понимать, с кем имеешь дело! А теперь — всё. Ты мой. И это не обсуждается!

— Вообще-то, о таком уговора не было.

— Ты сбежал!

— На то были веские причины. И всё это было ради тебя.

— Негодяй… Я-то думала, что вот он! Мой принц… А на самом деле… Правду про тебя говорят! Господи, я просто одна из дурочек, которая утонула в твоих глазах…

— Послушай! Давай не здесь?

— Я хочу здесь! Пускай все узнаю, что…

— Что тут происходит? — произнес строгий и холодный девичий голос.

Ох… твою ж мать. Из толпы к нам вышла Амелия. Вся такая важная и величественная! Словно имперский линкор на Чёрном море. Вот только этого мне сейчас и не хватало.

— Господин Цареградцев напрашивается на драку. — обиженно произнесла Славик.

— В каком смысле? — удивилась Госпожа Симонова.

— Он обещал мне, кое-что… А в итоге, отнекивается!

— Это правда? — Амелия нахмурилась и очень недовольно зыркнула на меня.

— Нет, конечно! Я ничего не обещал.

— Подлец! Обещал! Всем своим видом обещал! — злобно воскликнула блонда.

— Давай мы с тобой поговорим в чуть менее людном месте?

— Нет! Больше никаких «разговоров в чуть менее людных местах»! Знаю я тебя… Как пропитого!!!

— Нет, не знаешь.

— А я говорю — знаю! Всё с тобой понятно. Но ничего… Я вызываю тебя на «уличную драку»!

— Отказываюсь.

— Ты жалкий пёс! Всё. Теперь не откажешься.

— Ох… Ты серьёзно? — я обречённо закатил глаза: — Хорошо. И что ты хочешь? Опять коктейли? Это большая глупость. Я вчера уже показал тебе, что без труда раскатаю любого даже в алкогольном бою.

— На этот раз, я тебя уничтожу! И никакого алкоголя, чтобы не дразнить Госпожу Симонову. — Славик хитро улыбнулась.

— Даже так? Что ж… Ну, давай. Я тебя внимательно слушаю.

— На этот раз — разыгрываем служение друг другу! Если выиграю я — ты мой на месяц. Буду делать с тобой всё, что захочу. А если выиграешь ты — аналогично, но с моей стороны! Любые приказы.

Ох, бедный Славик… Такая наивная. Говорить подобное при Амелии — это надо обладать исключительным складом ума!

— Даже самые пошлые и грязные⁈ — испуганно пискнула подбежавшая к нам Тома — синеволосая защитница Славика.

— Даже самые пошлые и грязные. — удовлетворённо заключила блонда.

— Слав… Это не самая лучшая идея…

— Самая лучшая! Я хочу утереть этому простолюдину нос. Но… Нам нужен беспристрастный судья, которому нет никакого дела до Дерека. Госпожа Симонова! Не окажете честь?

Ой, дурочка… Амелия её сейчас пошлёт далеко и надолго.

— Окажу. — спокойно ответила Госпожа Симонова.

— Эм-м… — я был несколько обескуражен. Нет, мне не сложно в очередной раз выиграть эту самоуверенную пигалицу, которая совершенно не понимает жизненных уроков. Просто, реакция Амелии показалась подозрительной… Вот так просто согласиться на такое дерзкое нарушение правил? Видимо, местная Королева что-то задумала.

— Никаких «эм»! — уверенно заявила Славик: — А готовить будем… Окрошку.

После этого слова в номере повисла гробовая тишина. Студенты медленно повернулись в нашу сторону. Их глаза горели адским пламенем!

Походу дела, грядет буря…

Ссылка на следующий том: https://author.today/reader/581206

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.