— Кнопка! — Летти бурей ворвалась в квартиру: — Где ты⁈ Мелкая чертовка…

— Что такое? — Кнопка лежала на диване и любовалась по памяти нарисованным портретом адского ушлепана, чьи фотки Повелительница Тьмы собирала по всему офису.

— Ты совсем дура, или просто испытываешь моё терпение?

— Ну, я случайно перепутала… Кто же знал, что ты на одинаковых флешках хранишь свою нюдесы и фотки Владыки?

— Я тебе сейчас все волосы повыдергаю! — Летти подошла к столу и хлестким ударом бросила на него кипу фотографий: — Ты у меня все эти фотки жрать сейчас будешь!

— Влады-ы-ы-ка! — Кнопка отбросила портрет ушлепана и жадно набросилась на помятые фотографии.

— Видимо, жрать их будет тебе только в кайф… В общем, сделай красиво до моего прихода! Мне нужно обговорить пару рабочих моментов с Лилией.

— Есть, босс! — отрапортовала мелкая демоница, внимательно разглядывая фотографии: — Всё будет в лучшем виде!

— Смотри мне! Я так от тебя устала…

— Так высели меня. В чём проблема?

— Ты даже флешку правильную взять не можешь. Так что, тебе в любом случае придётся пожить у меня ещё, какое-то время.

— Как скажешь. Но я могу перебраться в подъезд!

— Патрики не терпят бомжей.

— Ну и ладно! Я просто предложила. — обиженно надулась Кнопка.

— Ой… Всё! Не беси меня ещё больше. Просто разберись с этими фотками. — вздохнула Летти и быстрым шагом покинула квартиру.

Повелительница Тьмы выдохнула. По сути — ничего страшного не произошло. Все из мира модельного и рекламного бизнеса её обожают. Поэтому… Ну, спалили фотографии. Ну, что в этом такого? Теперь думают, что Летти — одержима студентом из Харитоновки. Подумаешь? Каждая девушка бывает одержима знаменитостью. К тому же, Дерек не самый плохой вариант для поклонения. Ещё бы прекратил отвратительно шутить и стебать, так, вообще, цены бы ему не было!

Но Дерек — это Дерек. Он перестанет быть собой, если вдруг резко задушит в себе свою ушлепанистость.

— Наконец-то! — с облегчением выдохнула Лилия, что ждала Летти, прислонившись к своему маленькому «Смарту»: — Я уж думала, что ты про меня забыла…

— Тебя забудешь… — Повелительница Тьмы крайне недовольно посмотрела на подругу: — Вот скажи мне одну вещь. Зачем было разбалтывать Звонарёвой про то, что я за кем-то там слежу?

— Ой… — Лилия виновато улыбнулась: — Она меня сдала, да? Вот сучка!

— Я бы ещё поспорила, кто из вас большая сучка. — Летти вручила подруге небольшой конверт: — Я могу попросить тебя больше так не делать?

— Слушай… Я тогда сильно налегала на шампанское! Оно развязывает язык… Ты же знаешь, что я терпеть не могу Звонарёву!

— И тем не менее — всё ей разболтала.

— Прости… Этого больше не повторится… — Лилия раскрыла конверт и внимательно изучила контракт.

— Не забудь, что тебе ещё с ним идти на свидание.

— Ты всё ещё об этом помнишь?

— Конечно! И не забуду.

— Ладно-ладно… Схожу я с ним. Но у нас ничего не будет!

— А это мы ещё посмотрим. — усмехнулась Летти.

— Кстати… почему ты так настаиваешь на том, чтобы я подкатила к парню, который тебе нравится?

— С чего ты взяла, что он мне нравится⁈ — возмутилась Повелительница Тьмы.

— Но ты же следила за ним.

— Следить можно из-за тысячи причин. А ты сразу про симпатию! К тому же, это дела давно минувшего прошлого.

— Как скажешь… Кстати. — Лилия порылась в дорогущей сумочке и достала очки: — Мне кажется, или вот тут не хватает печати? Или хотя бы дополнения…

— Ты о чём?

— Я про обувной дом Букиных. Мне же открывать их коллекцию на показе! Я без официального разрешения даже на подиум выйти не смогу…

— А… Видимо, я забыла приложение четыре. Подождёшь меня?

— Не хочу стоять. Схожу с тобой.

— Как хочешь.

— Слушай… — Лилия огляделась по сторонам, когда они вместе зашли в подъезд: — Я почему говорила про симпатию. Мне тут звонил Воробыч…

— Твою ж мать… Когда именно?

— Если честно — то тридцать минут назад. Всё спрашивал, есть ли у тебя кто? Я сперва ненароком подумала, что толстый совсем спятил! На тебя позарился при живой жене и детях. Но потом он рассказал мне… что ты притащилась к ним в офис с фотками, какого-то студентика из Харитоновки.

— Вышло недоразумение!

— Слушай… Я всё понимаю. Уговор дороже денег. Но мне вот этот твой куколдизм очень не нравится. Или ты хочешь меня использовать?

— Я не хочу тебя использовать. И я не куколд! Хватит на меня наговаривать. Просто, ты так выёживалась, что было грех с тобой не поспорить.

— Летт… Ты помни, что я люблю тебя! И очень ценю нашу дружбу.

— Ли… Ты в своём уме?

— Вдруг ты меня проверяешь⁈

— Не проверяю. Это просто спор. А Цареградцев… Это просто… Ну, просто друг. Не больше!

— Я бы так за друзьями не следила. Но… ладно. У каждого свои увлечения. Главное, чтобы между нами всё было хорошо. Ты классная! Таких ещё поискать надо… Поэтому я очень тобой дорожу.

— Повторюсь — не переживай! У меня с Дереком никаких отношений и уж тем более — чувств.

— Ладно! Я рада. — с облегчение выдохнула Лилия.

Как только девчата зашли в квартиру, Летти хлопнула себя по лбу:

— Ты прикинь? Я положила четвертое приложение прямо здесь. В коридоре! Вот, держи.

— О! Другой разговор. — удовлетворённо кивнула Лилия: — Просто… Сама понимаешь — несоблюдение всех этих формальностей может иметь очень негативные последствия. Поэтому лучше подстраховаться!

— Конечно.

— О! Кнопа! Привет! — обрадовалась жгучая брюнетка и тут же обняла миниатюрную демоницу: — Как ты тут?

— Осваиваюсь. Но всё хорошо!

— Я рада за тебя. Слушай! По-моему, твои сиси стали больше?

— Это пуш-ап! Меня Пов… Кхм… Летти научила.

— Правильно! Умница. — Лилия погладила демоницу по голове.

— Раз уж ты всё равно зашла, то может чайку? — предложила Повелительница Тьмы.

— Да! Было бы здорово.

— Ага. Пока проходи в гостиную. Я сейчас всё организую. — Летти прошла на кухню и поставила чайник. И чего все вокруг обвиняют её в помешанности на Дереке? Это же глупость! А самое главное — никаких предтеч к этому не было… Следить же можно и для других целей. Без сексуального подтекста, верно?

— Эм-м… Летт… Я, пожалуй, пойду. — Лилия пулей вылетела из гостиной.

— В смысле? Что случилось?

— Нет-нет… Ничего! — горячая брюнетка быстро натянула сапожки: — Всё хорошо…

— Ли… Я не понима… — Летти заглянула в гостиную и побледнела от ужаса.

Все стены были заклеены мятыми фотографиями Дерека.

— Слушай. Вот меня подобные проверки прям бесят! — недовольно фыркнула Лилия: — Просто скажи, что втрескалась в него. Признай уже! И не надо юлить… Ещё и под меня пыталась положить. Зачем?

— Стой! Ли! Это всё Кнопа! Я тут не причём!

— Да… Кнопа. Конечно! Вали всё на неё. Знаешь, ты дорога для меня. Слишком дорога!

— Стой!!! Нет, Ли! С этого члена ты не соскочишь!!!

— Уж не знаю, какую развратную игру ты ведёшь… Но я в этом участвовать не буду. Нравится, как твой мальчик пёжит других — вон, позвони нашим. Они с удовольствием повторят это с ним на камеру. А я… Прости, Летт. Я слишком тебя люблю и уважаю. Я так не могу!

— Да нет же!

— Летт. Сходи к психологу. Вот ей богу! Или если не хочешь разбираться со своим куколдизмом… Найми эскортниц! Я могу дать номер телефончика. Один мой знакомый занимается.

— Господи… Ты с ума сошла⁈

— Я? Нет. А вот ты, походу дела — да! Но не переживай. — Лилия взяла Летти за руки: — Мне неважно, что ты куколд. У каждого свои увлечения. Вот, к примеру, я люблю, когда мне ноги лижут. Ничего не могу с этим поделать! Такая вот я… А ты любишь, когда твой мальчик шпилит других девочек. Такая вот ты. Не могу сказать, что это нормально… Но я всё равно люблю тебя и принимаю такой, какая ты есть.

— Ли!!! Но мы же поспорили!!!

— Я свожу вас всех в «Новикова» на красной площади. Не переживай! Всего хорошего. — Лилия чмокнула охреневающую от всего происходящего Летти в щеку и быстро выпорхнула в подъезд.

— Куколд? — Кнопка с любопытством посмотрела на Повелительницу Тьмы: — Не знала про тебя такого…

— Кнопка… — прорычала жертва обстоятельств, чувствуя, как дергается левое нижнее веко: — Скажи… Тебя давно били лицом об фотографии?

— Дай-ка вспомнить? — демоница задумчиво взглянула на потолок: — Если честно, то никогда. А что?

— Знаешь… Всё бывает в первый раз.

— Летти… Ты же это не про меня? Не про меня, да⁈ ЛЕТТИ!!! НЕТ!!! НЕ НАДО!!! ЛЕТТИ!!!

— И треснул мир напополам… Дымит разлом. — напевал я, глядя на то, как иронична порой бывает судьба. Как брат начинает спорить с братом. А некогда лучшие друзья рассорились в пух и прах… Любовники больше друг с другом не разговаривают. И крепкие союзники превращаются во врагов. Интересно, что же послужило зерном раздора?

Окрошка — предмет споров всех людей в Российской Империи на протяжении последних двухсот лет. И нет, дело тут вовсе не в основном составе, ибо первые упоминания подобного блюда датируются аж 989 годом.

А что же касается истории возникновения… О-о-о, об этом ходило множество легенд. Одни говорили, что окрошка — изобретение волжских бурлаков. Мол, им в оплату труда выдавалась вобла и квас. И чтобы хоть как-то улучшить сей незатейливый набор, они вымачивали рыбу в квасе и добавляли овощи.

Однако были и те, кто утверждал, что окрошка — следствие дограма, довольно древнего татарского блюда, где так же использовались мелко порезанные мясо и овощи.

Только вот, почему-то все забывали про тюрю — одно из старейших блюд на Руси. Его готовили из кусочков измельчённого хлеба и лука, которые в итоге так же заливались квасом.

И вот теперь мы подходим к предмету спора всех ценителей окрошки.

Так какова же истинная заправка у этого легендарного блюда?

Квас? Или всё-таки кефир? Я даже как-то слышал, что существовали извращенцы, которые заправляли окрошку минералкой…

А некоторые ещё и пивом или айраном. Про сыворотку промолчу. Там отдельный вид индивидов.

Но если заглянуть в историю, то квас на Руси появился гораздо раньше кефира. Поэтому и заправляли окрошку из покон веков именно квасом. А кефир — это уже современная интерпретация. Как, впрочем, и всё остальное.

Однако лично я никогда и никого не осуждал. Ибо верил, что каждому своё. Иными словами — на вкус и цвет товарищей нет. Я, вообще, подготовил для Славика уникальное «продолжение» после дуэли. Даже два! Ибо Колян тоже хотел поучаствовать.

Но исконно-русский летний суп отошёл на второй план, ибо меня сейчас очень интересовало, что же творилось в голове Амелии? Почему она разрешила эту совершенно бесполезную «уличную драку»? И самое главное — почему ничего не сказала Славику?

И я ни за что не поверю, что у обиженной блонды есть компромат на Госпожу Симонову. Ибо с такими «козырями» на руках, Славик бы уже давно покинула Харитоновку. Вылетела бы, как пробка из бутылки шампанского! И с характерным «чпоком»…

А тем временем, Амелия спокойно сидела рядом с нашими столиками для готовки и внимательно следила за процессом.

— Классика на квасе? — уточнил Марк Пинский — тот самый наследник большой ресторанной империи, из-за которого Госпожа Симонова употребила алкоголь и превратилась в милоту: — Ты уверен? Потому что, Теньшина явно готовит нечто особенное!

— Не переживай. Всё нормально будет. — я быстро порезал «Докторскую» колбасу на кубики и закинул в глубокую тарелку: — Понимаешь, когда я говорю «классика» по отношению к рецепту, это всегда означает, что будет добавлена некая особая деталь.

— О как… Я не знал.

— Теперь будешь.

— Фу! Царь сказал, что будет готовить на квасе! — гаркнули из толпы. Это послужило катализатором к очередному всплеску народного волнения. Студенты бесновались! От вчерашней любви к чемпиону отборочного тура не осталось и следа…

— В смысле⁈ — вступились за меня последователи окрошки на квасе: — Это вы — долбанные извращены-неофиты! Заливаете пищу богов своей отвратительной жижей для ЗОЖников! Не было на Руси кефира! Только квас!

— Консерваторы!!!

— Жалкие последователи модных тенденций!!!

— Негодяи!!!

— ЗОЖники!!!

— Лицемеры!!!

— Извращены!!!

— Прохиндеи!!!

— Лизоблюды!!!

— Качки!!!

— Эм-м… А это разве обидно?

— Я не знаю…

— Ну так, а зачем говоришь?

— Для красного словца…

— Ладно. Продолжаем! Придурки!!!

— Засранцы!!!

— Сволочи!!!

— Стерляди сосущие!

— Так… Ты опять за своё?

— Но это же обиднее, чем качки…

— Так… Кто-нибудь! Выведете его из номера! Он нам ругаться мешает!

Битва любителей окрошки будет вечной… Никто никогда не придёт к общему знаменателю. Консенсус в данной ситуации просто недостижим. Поэтому оставалось лишь молча наблюдать за происходящим и продолжать готовить.

— Эта дворняга подняла руку на святое!!! — крикнули из толпы.

Мы с Амелией одновременно зыркнули на сквернослова, отчего бедолага тут же испугался и затерялся среди толпы.

— Так! Господа и леди. — Госпожа Симонова медленно поднялась со своего стула: — Мне совершенно не импонирует ваша вражда из-за такой глупости. У каждого разумного существа есть свой вкус и свои предпочтения! Ещё одно высказывание в сторону дуэлянтов, и вы будете иметь дело со мной. Вам понятно?

— Да, шеф! — хором ответили студенты.

— Рассчитываю на ваше благоразумие. — строго произнесла Амелия и вернулась на своё место: — Господин Цареградцев! Прошу простить наших первогодок за столь отвратительные высказывания.

— Ничего страшного. Кто вякнет подобное ещё раз — будет «отдуэлен» мною лично!

После этих слов Госпожа Симонова немного задумалась. Мне на долю секунды почему-то показалось, словно она сама хотела назвать меня «дворнягой» или чем-то подобным.

— И мною тоже. — недовольно добавила Славик: — Ибо я всегда буду защищать свои вещи!

— Не рановато ли ты мнишь себя победителем? — поинтересовался я.

— Самое то. Знаешь, какое самое мощное преимущество у аристократов?

— Какое же?

— В современном обществе — информация правит балом. И аристократ силён тем, что может раздобыть любую информацию в два счёта! Конечно, мне пока далековато до твоей подружки — старшей Звонарёвой… Но я быстро учусь. В сети много отзывов про «милого мальчика» из «Шашлычка», который иногда удостаивал гостей личными блюдами. Девочки просто пищат от восторга, когда он приносит им то, чего нет в меню… Они, конечно же, считают своим долгом сфотографировать это и выложить в сеть с самыми лестными отзывами. А то, что попало в сеть — считай, что есть у всех.

— Что ж… — усмехнулся я: — Рассчитывать на успех, зная только мои старые рецепты — это сильно, Славик. Но тем не менее — удачи тебе.

— Посмотрим через двадцать минут, как ты будешь ухмыляться своему поражению.

Бедная Славик. Мне иногда было её искренне жаль…

— Дерек! — ко мне подбежал запыхавшийся Колян и протянул пакет: — Вот! Он всё помыл… Только нарезать не успел.

— Ой, спасибо большое! — я заглянул внутрь пакета. Огурцы, редис, укроп и зеленый лук. Всё свежее и душистое! Специально отправил Коляна к Шахе за помощью. Это, как раз один из плюсов внезапных знакомств. Кто знает, когда тебе пригодится помощь того или иного человека? Всегда надо со всеми дружить. Всегда необходимо устанавливать связи в самых разных сферах! Увы, одиночество — привилегия самых богатых и независимых людей.

А я пока не богат, и к великому сожалению — весьма зависим во многих моментах. Поэтому лучше окружить себя полезными знакомствами и карабкаться дальше!

— Свежие овощи? — хмыкнула Славик: — Сильно сомневаюсь, что тебя это спасёт…

— Как ты там сказала? Через двадцать минут всё увидим.

Тем временем на двух мобильных газовых конфорках доварились яйца и картошка.

Поскольку рецепт классический, но с условным «тюнингом», я быстро нарезал свежие овощи, а затем очистил картофелины. Искусству окрошки меня обучала Зоя. Она рассказывала, что иногда можно было всё натереть на тёрке. Но это исключительно, когда времени совсем нет. Если мы хотим добиться идеальной текстуры блюда — необходимо нарезать все ингредиенты на маленькие кубики. Тогда и только тогда окрошка будет не просто вкусная, но и максимально комфортная для употребления.

А ещё в каждом блюде должна быть изюминка! И в моем она тоже есть.

Нарезав отделенные от желтков яичные белки, я отложил очередную миску с ингредиентами и вытащил зеленый лук с укропом.

— Это ещё что? — нахмурилась Славик.

— Особая окрошечная магия. — улыбнулся я, размяв два желтка в свободной глубокой тарелке.

— Затирка… — в голосе Амелии слышалось едва заметное восхищение.

Да, готовить окрошку нас с Коляном научила Зоя. Но вот эту фишку с затиркой показал Дядя Рубен.

После того, как лук и укроп были нарезаны, я укомплектовал всё вместе с размятым яичным желтком, а затем принялся давить получившуюся смесь вилкой. Нужно было превратить укроп, зеленый лук и желток в однородную массу.

— А зачем делать вот эту самую затирку? — поинтересовался Марк.

— Во-первых, сейчас лук и укроп отдают свой сок. А яичный желток очень хорошо всё это балансит. Во-вторых… — я взял горчицу и перетёртый хрен: — Я считаю, что в окрошке должна присутствовать остринка и пикантность. Без этого будет совсем не то.

Услышав всё это, Славик явно напряглась. Ну, а что она хотела? Я сразу предупредил, что для меня подобные дуэли сродни избиению младшеклашек.

— Главное — с хреном нужно быть крайне осторожным! Потому что, он слишком сильно оттягивает на себя аромат. — пояснил я, продолжая перемешивать затирку: — И сейчас вы это почувствуете!

Мощный острый аромат тут же начал распространяться по номеру. Конечно, такого же эффекта, как с борщом не получилось. Но у некоторых студентов животы всё же забурлили…

— И финальный штрих — сметана!

По толпе прошёлся недовольный гул.

— Пятнадцатипроцентная. — я вытащил стаканчик и добавил пару ложек в затирку.

— Почему именно пятнадцать процентов? — Марк уже во всю записывал рецепт.

— Во-первых — она жидкая. А значит, будет проще растворяться в квасе. Во-вторых, она сама по себе лёгкая. Не будет отягощать наш летний суп.

— Принял. Записал.

— Теперь — отставляем затирку в сторону. Берём большую глубокую тарелку и ссыпаем туда все наши нарезанные ингредиенты. А затем — перемешиваем. «Докторская» колбаса! Её прям не жалейте. Это основа любой окрошки. Вареный картофель. Редис! Чем свежее, тем лучше. И, конечно же, огурец. Они дают особый свежий аромат и хрусткость. Это тоже немаловажный фактор для окрошки. Теперь тщательно всё перемешиваем. И выкладываем в небольшую тарелку для супа.

Даже приверженцы кефира заинтересованно смотрели в мою сторону.

— Вот! Настало время для нашей затирки! — я красиво и по-ресторанному выложил поверх окрошки два шарика затирки: — И добавляем стаканчик кваса.

— А квас какой нужен? — Марк продолжал записывать в блокнот каждый мой шаг.

— Магазинный. С кислинкой, но, чтобы сладость всё равно присутствовала. Нам это необходимо, дабы максимально взбудоражить вкусовые рецепторы.

— О как… Интересно…

— Прошу. — я поставил тарелку перед Амелией.

— А я тоже закончила! — Славик встала рядом со мной и тоже презентовала блюдо нашей «непредвзятой» судье.

В тарелке блонды было всё плюс-минус так же, но лишь за малым исключением. Она сделала окрошку на кефире.

— МИРОСЛАВА!!! — кричали приверженцы окрошки на кефире: — МЫ ЗА ТЕБЯ!!!

— ЦАРЬ! ЦАРЬ! ЦАРЬ-ЦАРЬ-ЦАРЬ!!! — вопили последователи окрошки на квасе: — УНИЧТОЖЬ ЕЁ!!!

— ДА!!! СДЕЛАЙ ИЗ ТЕНЬШИНОЙ КОТЛЕТУ!!!

— ОТФИНИШИРУЙ ЕЁ!!!

Простите, ребята… Но вчера я её уже «отфинишировал». И в целом — остался доволен.

— М-м-м… — Амелия внимательно оглядела оба блюда: — Что ж, начнём с той, что на кефире.

— И мне! — Славик требовательно выставила руку.

— Хорошо-хорошо… — я сделал резервную порцию: — Прошу.

— А мою не попробуешь?

— Прости. Я не люблю на кефире.

— Мерзавец… — недовольно фыркнула Славик и отошла в сторонку: — По-любому приготовил гадость.

— Конечно. Я же не мог иначе.

* * *

Внутри Слави кипели самые странные чувства. Она не могла понять, что это такое? В её животе порхали не бабочки, а огромные шелкопряды! Сердце неприятно саднило, вызывая чувство тревоги… Но больше всего Славю раздражала Амелия, которая пыталась крайне незаметно посмотреть на Дерека. Вся такая важная! Неприступная, как крепость. Но с какой-то совершенно непонятной претензией к парню, который принадлежал Славе.

— Квас… Омерзительно. — вздохнула она, глядя на то, как Амелия с максимально холодным лицом пробует её окрошку. Может быть, эта ледяная стерва тоже имеет виды на Дерека? Да нет… Бред, какой-то! Экстры не умеют любить и чувствовать человеческие эмоции. Их же всех «отключают» ещё в детстве… Хотя, эту могли и «недоотключить». Славя слышала о подобных случаях, когда недостаточно настроенный блок внезапно слетал. Настройки экстры откидывались до обычных человеческих. И из холодных профессионалов, такие уникумы превращались в крайне страстных мальчишек и девчонок.

— Ты не смотри. — с нагловатой ухмылкой произнес Дерек: — А ешь! Приятного аппетита.

— Но квас же…

— И что? Я вот отказался. А ты сама попросила.

— Ладно! И не смотри на меня так.

— Хорошо. — Дерек игриво подмигнул, а острая стрела купидона вновь попала в самое сердце бедной Слави.

Как бы сильно этот плебс не был ей симпатичен, она никогда не признает победу окрошки на квасе. НИ-КО-ГДА!

Едва первая ложка попала в рот, как Славю тут же перекинуло в самый разгар жёсткого сражения средневековых рыцарей.

Рядом стоял огромный замок с башнями в виде бутылок кефира.

— ЗА КВАС!!! — кричали рыцари, налегая на бедолаг в белых накидках.

Недолго думая, Славя обнажила клинок и тоже пошла в бой, нарезая ублюдков, оскверняющих священный летний суп своей чёрной жижей.

— ПЛЕННЫХ НЕ БРАТЬ!!! — гаркнул антропоморфный редис с огромным копьём в руках.

С диким рыком Славя налетела на него и пронзила клинком в самое сердце.

— Никакого. Кваса. В окрошке.

— Ох, милая… Ты ещё такая наивная… — захлёбываясь в собственном соку, прохрипел умирающий редис.

— Отбиваем!!! ОТБИВАЕМ!!! — заорал союзный укроп, и махнув штандартом с изображением бутылки кефира, наслал на армию кваса конницу с антропоморфными варёными яйцами верхом.

— В АТАКУ, БОЙЦЫ!!! В БОЙ!!!

Воины кваса были раздавлены. Уничтожены! Втоптаны в грязь. Они кричали, вяло размахивая штандартами. Но молить о пощаде не спешили.

Среди жуткого побоища и взмахов клинков, Славя заметила Дерека. Он стоял чуть поодаль… На небольшом валуне. В его руках красовался лук. Не зеленый или репчатый, а именно оружие.

Белобрысый взял стрелу… Затем с усмешкой натянул тетиву и выстрелил. Мощный вкус свежих овощей сбил бедную Славю с ног.

Дерек спрыгнул с валуна и медленно направлялся к ней. Казалось, что воины Милорда Кефира не замечают его… Он был подобен незримой тени.

— Ты теперь моя… — прошептал Дерек и схватил Славю за шею.

— Нет! Нет!!! НЕНАВИЖУ КВАС!!! Ребята… Ребята!!! Кто-нибудь!!! Помогите!!! — закричала бедная блондинка, чувствуя, как её накрывают волны вкусового экстаза.

Воины Милорда Кефира, наконец-то, обратили внимание на Дерека и попытались его атаковать. Однако чёртов паршивец без особого труда раскидал их мощным заклинанием.

— Признай же… — прошептал он, сдавливая шею Слави всё сильнее и сильнее: — Тебе нравится! И теперь ты моя маленькая…

— Сучка?

— Любительница кваса!

— НЕТ!!!

В этот момент с горы донёсся звук боевого горна. На вершине показался Герцог Квас на вороном коне. Выхватив меч, тёмный воевода повёл на солдат Кефира свою мощнейшую конницу.

— Я не хочу… Не хочу этого признавать, но… КАК ЖЕ ОБАЛДЕННО!!! — выдохнула Славя, падая в пучину своих чувств.

— Увы. — Амелия развела руками, отставив тарелку с окрошкой с кефиром: — Победил Цареградцев.

— УРА!!! — завопили все любители окрошки на квасе.

— Негодяй… — чувствуя невероятное возбуждения, всхлипнула Славя: — Ну, давай… Приказывай… Я готова…

— Итак! Первый приказ от Хозяина! — Дерек поставил перед бедной девчонкой тарелку: — Съешь это.

— Господи… Что это такое⁈

— Моё «продолжение». Окрошка, которую я превратил в салат, заправив… майонезом.

— НЕТ!!! Господи, что угодно!!! Только не это!!!

— Увы, приказы Хозяина не обсуждаются.

— НЕТ!!! Я НЕ БУДУ!!! ЭТО ВЫСШАЯ ФОРМА РАЗВРАТА!!!

— Будешь, детка. Будешь.

— КИ-И-И-Я-Я-Я-Я-Х-Х-Х-Х-Х-Х!!!

* * *

Пока Славик отходила от вкусового шока, Амелия заинтересованно посмотрела на пустую тарелку.

— Слушай. А можно и мне попробовать?

— Окрошку в виде салата? Я бы не рекомендовал. Если из-за меня испортится местная экстра, то я буду чувствовать себя крайне отвратительно.

— Ладно. — с грустью ответила Госпожа Симонова и отвернулась.

— Дерек-Дерек! Беда! — ко мне подбежала взволнованная Наташа.

— Что такое?

— Там Серёжа… Он залпом выпил стакан вина и утащил Свету за собой!

— Дерьмо… — я посмотрел на то место возле подоконника, где ещё несколько минут назад стояла наша сладкая парочка: — Ладно! Сейчас разберёмся. Амелия, а ты…

Увы, Госпожа Симонова исчезла. Как и моя окрошка. Как и мой майонез.

— Да чтоб тебя… — выдохнул я: — Колян! Ищи Валька! Сейчас пойдём на поиски! Не дай бог это чудовище что-нибудь сделает со Светой!

— Принял!

И почему нельзя просто спокойно отметить второй день отборочного тура…

— Полиция секса!!! — закричал Валёк, когда мы уже во всю бежали по коридору: — Всем опустить причиндалы!!!

— Да, тихо ты… — раздражённо фыркнул я: — Наша задача — проверить! Мешать влюблённой парочке — последнее дело.

— Кстати… Немножко не в тему, но зачем Амелия украла окрошку и майонез? — поинтересовался Колян, когда мы подлетели к номеру Серёжи.

— Спросил бы, что полегче… — я встал к двери и начал внимательно прислушиваться: — Её эксцентричность зачастую вне моего понимания.

— И не говори… Но меня прям распирает от любопытства!

— На счёт?

— Что она скажет по поводу окрошки с майонезом?

— Хех… Ты бы её ещё своим «продолжением» накормил. Чтобы она точно сошла с ума!

— Но-но! Лисички в клубничном джеме — это пушка!

— Да-да… Убийственная! Самого большого калибра. — усмехнулся я, продолжая вслушиваться в тишину номера: — Блин… Вот, вообще, ни звука! И как это понимать?

— Там никого. — отозвался Валёк, открыв щиток.

— С чего ты взял?

— На щитке под его номером горит зелёный огонёк. Это значит, что ключ не вставлен в картоприёмник.

— Дьявол! Значит, они у Светы! Бежим.

Вся проблема заключалась в том, что номер милашки находился в другом крыле. Конечно, туда уже со всех ног неслась Наташа. Но учитывая уникальный характер Чёрного Сергея — наша специалистка по ферментации тоже могла попасть под горячую руку. Или ещё что-нибудь горячее…

— Ребята! — прошептала она, когда мы забежали в последний коридор: — Идите сюда! Только тихо…

— Что там? — мы на цыпочках подошли к приоткрытой двери.

— Смотрите!

— … сиянье твоих волос. Не радостно и не легко мне, покинуть тебя привелось. — Чёрный Сергей стоял на тумбочке в расстёгнутой рубашке и уже без очков. Ну, прям Дон Жуан на выгуле… Ей богу: — Я помню осенние ночи! Березовый шорох теней… Пусть дни тогда были короче, луна нам светила длинней. Я помню, ты мне говорила: «Пройдут голубые года, и ты позабудешь, мой милый, с другою меня навсегда».

Света же сидела с восхищённым видом и влюблённо внимала каждому слову «загулявшего поэта». Какая милота!

— Сегодня цветущая липа напомнила чувствам опять, как нежно тогда я сыпал цветы на кудрявую прядь. И сердце, остыть не готовясь… И грустно другую любя. Как будто любимую повесть с другой вспоминает тебя. — закончил Чёрный Сергей и поклонился.

— Великолепно! — Света тут же подарила своему возлюбленному аплодисменты и воздушный поцелуй: — А теперь давай, что-нибудь из творчества Лермонтова! Желательно — раннего.

— Легко. — уверенно ответил Чёрный Сергей, и прокашлявшись, вновь начал зачитывать.

Вот это память у человека! Я за всю свою жизнь не то, что стихов… А даже ни одной песни полностью не запомнил. Генералы Абсолютной Тьмы частенько напевали «Электрослабость» и «Монгола Шуудана». А ещё этого… Забыл, как зовут, но что-то с матами. Он про «любовь» к собакам ещё пел.

В общем, Генералы так часто исполняли, что это должно было вгрызться в мою подкорку. Но нет… Я так ничего и не запомнил.

— Что делать будем? — тихо спросил Валёк.

— Сделаем так, чтобы нашим голубкам никто не помешал. — ответила Наташа и закрыла дверь.

Великая и могучая сила любви! Она способна приручить даже таких опасных существ, как Чёрный Сергей.

Главное, чтобы на утро не было провалов в памяти…

К счастью, утром я проснулся по будильнику. Видимо, на этот раз Симонов решил нас пощадить.

Тихонько, чтобы не разбудить Коляна, я умылся и привёл себя в надлежащий вид. Информации по новому заданию у меня ещё не было. Но всё говорило о том, что придётся работать в заведении.

Когда устраиваешься на работу в общепит, нужно очень опрятно выглядеть. Как правило, шеф обращает внимание на мелочи типа подстриженных ногтей и выглаженной рубашки. На кухне всегда приветствуется, если ты внимательный по отношению к себе.

Сев на маршрутку, я доехал до центральной площади Красной поляны, а затем при помощи навигатора добрался до ресторана «Тётенька-Котенька». Выглядел он свежо и очень симпатично. Крыльцо чистое… Ещё и с красивыми цветами. Вывеска в стиле элегантного ретро. И на окнах специальная тонировка, чтобы яркое Сочинское солнце не слепило гостей.

В новых заведениях я всегда старался обращать внимание на обстановку.

Внутри ресторана пахло свежестью и чистотой. Только вот… посетителей совсем не было. И это первый тревожный звоночек.

Казалось бы — так рано ещё! Мол, туристы пока не проснулись. Но всё это полная дичь! Далеко не все просыпаются в полдень даже во время отпуска. Многие отдыхающие посещают завтраки в отелях. А те, у кого не «всё включено» ходят на утренний приём пищи в заведения.

Вокруг «Котеньки» стояло несколько небольших гостиниц. И что-то я сильно сомневаюсь, что при них были свои рестораны. В общем, странно это. Очень странно…

— Дядя Дерек? — из-за барной стойки ко мне вышла вчерашняя знакомая.

— Мама Алёши? Какая встреча. — улыбнулся я: — Так вот, значит, где вы работаете официантом?

— Ага… Сегодня только поставили ещё и за администратора. Ангелина уволилась… И теперь я буду работать за двоих. Здорово, правда? — натянуто улыбнулась Мама Алёши.

— Не переживайте! Рано или поздно наймут нового.

— Хочется верить… Вы к нам какими судьбами?

— По приглашению. Но, вообще, я рассчитывал заодно перекусить. — думаю, что Эдик не обнищает, если я оплачу его карточкой свой завтрак.

— Отлично! Тогда присаживайтесь. Я сейчас же принесу меню! — Мама Алёши, которую, судя по бейджику — звали Дарьей, усадила меня за ближайший столик возле окна.

Белоснежные скатерти. Блестящие приборы. Тарелки… И идеально натёртые бокалы. Красота, да и только!

Пока что, если не считать отсутствия посетителей и того, что Дарья работала за двоих, всё очень даже замечательно и на уровне. Было видно, что ресторан открывали профессионалы.

Но что меня реально радовало, так это свежий запах. Никаких кофе, жаренного масла и прочих характерных оттенков дешевой забегаловки. Если кухня закрытая — то и пахнуть должно, чем угодно, только не едой. Таковы правила серьёзных заведений.

— Прошу! — Дарья положила передо мной несколько вытянутых картонных полосочек, которые больше напоминали рекламные буклеты.

— М-м-м… — я первым делом взглянул на количество блюд и ценники.

Наименований совсем немного, что ни могло не радовать. Пять блюд из мяса. Четыре из курицы. Три супа. Шесть позиций для завтрака и бранча. Пять гарниров. Пять десертов. И шестнадцать напитков! Можно было начать свой день по-аристократически — с бокала игристого вина.

Что же касается финансовой части…

Сто пятьдесят рублей за горячее? Не сказал бы, что для ресторана Красной поляны это дорого. Вполне вменяемая цена. Тогда, почему никого нет?

— Я могу вам чем-то помочь? — Дарья очаровательно улыбнулась. Вся эта натянутость и холод мигом пропали, задав атмосферу дружелюбности.

— Сколько вы уже работаете официантом?

— Примерно… двадцать лет.

— Заметно. А-то вы встретили меня… немножко прохладно. Зато сейчас ситуация сильно изменилась в лучшую сторону.

— О, простите! Дело в том, что наш… — Дарья тут же осеклась и отвела взгляд: — Попробуйте наш скрэмбл с сёмгой! Он очень вкусный. И фирменный банановый латте.

— Идеально. Давайте их!

— Замечательно. Принесу через семь минут. — Дарья забрала картонки и быстро удалилась к киперу.

Кстати, особый тон ресторану придавала лёгкая музыка. Что-то типа джаза, который играл настолько ненарочито, что его сперва можно было даже не заметить. Я всегда старался отмечать музыкальное сопровождение в зале. Чем громче звук, тем хуже пища.

В самых ужасных кафетериях, как правило — музыкальное сопровождение долбит по ушам. И сделано это далеко не просто так.

Человеческие органы чувств устроены таким образом, что если загрузить один из них — остальные работают в разы хуже. То есть, когда музыка долбит по ушам — человеческое восприятие вкуса серьёзно снижается. Таким образом, можно замаскировать неприятный или пресный вкус блюд.

Один из самых ярких представителей подобного «фокуса» — кафетерий в «Икее».

О, да… Я как-то попробовал их фирменные фрикадельки с клюквенным соусом дома в «Шашлычке». Это была самая большая ошибка в моей жизни!

В дорогих же заведениях вкусу блюд отводилось, куда больше внимания. В ресторан ты приходишь исключительно за эмоциями, а не чтобы набить брюхо, пока супруга выбирает очередной столик для ванной по имени «Флюгегехаймен» и прочее «Бастинадо».

— Ваш латте и скрэмбл с лососем! — Дарья поставила передо мной тарелку в виде распиленного гладкого валуна и чашку с дымящимся ароматным напитком.

— Благодарю.

— Приятного аппетита! Если что — я рядом.

Большую часть жизни я понятия не имел, что же такое скрэмбл. Для меня это было совершенно чуждое слово. Что-то на уровне мема про «смотря сколько дэйтелс и смотря какие фэбрикс». Модное, но непонятное.

Однако в «Шашлычке» я узнал, что скрэмбл — это простая яичница-болтунья. Только и всего.

Но согласитесь, что в ресторане нейминг критически важен. И для большинства искушенных гостей будет намного приятнее получить на завтрак скрэмбл с лососем, чем яичницу-болтунью с рыбой.

Внимательно осмотрев блюдо, я зачерпнул вилкой кусочки обжаренного яйца и лосося. Опасно, конечно…

Ведь если ценник нормальный, а само по себе место пустует, то значит — дело в еде.

Однако, вкус меня очень приятно удивил. Такой бодрящий! Пробуждающий тело ото сна… Плавный вальс лосося и яичницы. Причём, всё было доведено до идеала! Тот, кто готовил данный скрэмбл — явно знает своё дело.

А латте… О, как бананово-кофейный вкус прогревал меня изнутри! Такая нежность и уют… Как будто тебя заворачивают в теплый плед и потом гладят по голове.

Не понимаю. Вот, прям совсем не понимаю, в чём тогда проблема?

— Э! Слышь⁈ — из кухни вышел молодой человек. Среднего роста. Немного худощавый. Лицо, имевшее отдалённые благородные черты — было украшено лихими усами и кучерявой бородой, над которой явно постарался опытный барбер.

А вот на руках парня не осталось живого места. Всё в татуировках! Причём, это не единый большой узор, а куча мелких символов, буковок и картинок.

Судя по белоснежному кителю и фартуку — это был один из поваров данного заведения.

— Я к тебе обращаюсь! — повар подошёл ко мне и зыркнул, как быдло на того, кто очень хотел расстаться со своим мобильником. Ну, или коннектором, если говорить про этот мир.

— Ко мне? — я был слегка обескуражен, но на всякий случай доел скрэмбл и запил его кофе: — Вам не кажется, что в заведении подобного уровня надо общаться… чуть дружелюбнее?

— Ты самый умный, что ли? — нахмурился повар: — Я знаю, кто ты такой, и зачем сюда припёрся! Поэтому поднял свой харитоновский зад и унёс его подальше от моего ресторана, пока я тебе хребет не сломал!

— Клетус! Не надо!!! — к нам подбежала Дарья: — Это наш гость!

— Никакой он не гость. Чёртова крыса из Харитоновки! Пришёл, чтобы добить меня… Думаешь, я не знаю?

— Во-первых. — я отодвинул тарелку в сторону и поднялся, сверля Клетуса холодным взглядом: — Я сижу в зале и ем. Пока я за этим столом — я гость. Во-вторых, кто тебе сказал, что я пришёл добить? Мне ещё даже задание не выдали. Пока что, я просто хотел позавтракать.

— Мне-то не заливай! — злобно прорычал повар и сделал шаг в мою сторону: — Запомни вот что, сосунок… Это — мой ресторан! И я не позволю, какому-то школьнику диктовать свои правила. И уж тем более, не дам всё разрушить!

— Ты не много ли на себя берёшь? М?

— А ты не слишком ли дерзкий для гостя?

— Может, стоит поучить тебя манерам, Клетус?

— Что сказал⁈ — повар хотел кинуться на меня с кулаками, однако резко остановился.

— Клетус. — произнес очень строгий голос. На входе стояла Галя. От вчерашней дружелюбной бабули не осталось и следа. В зал зашла настоящая акула ресторанного бизнеса! От неё веяло аурой невероятной лидерской мощи.

— Ба… Я же просил! Предупреждай, когда хочешь прийти…

— Пятьдесят процентов этого ресторана, как и вся франшиза — принадлежит мне. Поэтому я имею право приходить тогда, когда мне захочется. И без предупреждений! — Галя подошла к нам и внезапно погладила меня по щеке: — Здравствуй, Дерек! Извини за это… Просто мой внук иногда ведёт себя ужасно.

— Не ужасно! Ба! Я уже говорил, что сам справлюсь!

— Сам? Ты мне это говорил ещё год назад задолго до того, как мы открыли этот ресторан. И как идут дела? Ты сдаёшь мне минусовые отчёты! Присылаешь документы, где куча списанных продуктов из-за вышедшего срока годности.

— Ба, ну не всё сразу…

— Не всё сразу? Прошло слишком много времени. У тебя был шанс… И даже не один! Ты мог доказать мне, что готов остаться один на один с рестораном. Но вместо этого ты продолжал своевольничать. Ты совершенно не слушаешь моих советов! Не применяешь мои рекомендации.

— Но я же умею готовить…

— Клетус — умение готовить не делает тебя шефом. Пойми уже это! Из-за тебя этот ресторан ушёл в минус на пятьсот тысяч. Пятьсот тысяч, Клетус! Не знаю, как для тебя — а лично для меня это большие деньги. За всю историю существования франшизы ещё никогда я не видела подобного провала!

— Ба, мне нужно ещё время!

— Каждый месяц ты говоришь мне одно и тоже. Одно и тоже! Я устала, Клетус. Поэтому сейчас всё будет, как я скажу.

— И что ты хочешь? Отдать бразды правления этому молокососу?

— Не смей так говорить об уважаемом человеке! Перед тобой — чемпион отборочного тура!

— Да хоть один из составителей Мишлен. Мне плевать! Ему нет места на моей кухне!

— Клетус. Я ещё раз повторю. Пятьдесят процентов этого ресторана, как и франшиза — принадлежат мне! Сегодня и завтра Дерек станет твоим компаньоном и помощником.

— Да с чего бы⁈ Откуда у первокурсника опыт в менеджменте⁈ Он что, воротила ресторанного бизнеса⁈ — возмутился неугомонный бородач.

— Вообще-то, он работал у моего лучшего выпускника.

— Рубен… — фыркнул Клетус: — Рубен-Рубен-Рубен… Как всегда! Чуть что — сразу Рубен… Меня уже воротит от этого имени!

— А мне плевать, от чего тебя там воротит. Рубен был лучшим. И остаётся им по сей день! У него за плечами огромное количество заведений. А у тебя? Что там было? В этой твоей Франции? Гулянки, пьянки и девочки? Я всегда знала, что отпускать тебя туда — большая ошибка!

— Зато не в ваш «кружок садистов и узурпаторов»! Ты видела, как Симонов относится к студентам? Да там даже чихнуть нельзя! Сразу исключат. Даже твой ненаглядный Дерек наверняка уже превратился в кулинарного зомби.

— Вообще-то, там очень хорошие преподаватели. Да, система образования с постоянной фильтрацией жестковатая. Я это признаю. Но если Харитоновка выпускает лучших, я готов закрыть на это глаза. — ответил я, скрестив руки на груди.

— Во! Я же говорю… Типичный гастрономический зомби! Или фанатик.

— Определись уже.

— Отвали, Дерек! Или как там тебя? Я не потерплю студентов-неумёх на своей кухне! Моя кухня! Мои правила!

— Значит, так. — Галя посмотрела на Клетуса так, что даже мне стало немного неудобно: — Либо ты два дня работаешь с Дереком. Либо мы СЕГОДНЯ ЖЕ закрываем этот ресторан.

— Не имеешь права! Пятьдесят процентов у меня!

— Нарушение договора франчайзинга. Хочешь? Я могу это устроить!

— Я тебя понял… — Клетус виновато опустил взгляд: — Ладно! Если тебе так важно, то пускай работает.

— Ты меня не понял, внучок. Дерек — это твой полноправный компаньон. И если вдруг он увидит то, что может помешать работе нашего ресторана… Если он захочет, что-либо изменить — ты не будешь пререкаться! Понятно?

— Да как он…

— Клетус. Я понимаю, что ресторанный бизнес — это не про огромные прибыли. Ибо столовые зарабатывают в разы больше. Но и «черную дыру», которая высасывает мои деньги — я тоже терпеть не намерена! Красная поляна — идеальное место для бизнеса. Я готова простить тебе многое, но не такое скотское отношение к моему детищу. Ты не просто губишь своё дело! Ты пятнаешь МОЮ репутацию.

— Ага. И этот белобрысый студентик нам поможет… Ты это хочешь сказать?

— Именно! И учти… если я узнаю, что ты встал в позу… Или же не принимаешь слова Дерека всерьёз — ресторан будет немедленно закрыт.

— Ладно-ладно. — обречённо вздохнув, ответил… М-м-м, если его бабушка «Тётенька-Котенька», то значит Клетуса можно называть Котёнок-Ребёнок. Точно!

— Даша! А ты внимательно следи за тем, чтобы Клетус вёл себя хорошо. Договорились?

— Договорились! — кивнула Мама Алёши.

— Славно. Я позвоню вечером. — Галя смирила Клетуса очень жутким взглядом, а затем неспешно покинула ресторан.

— Прекрасно, мля… — Клетус провёл ладонью по лицу: — Ну, что стоишь? Иди переодевайся, герой-спаситель! Даша, выдай ему временную форму… Там, кажется, от Шахи остался китель и штаны.

— О! Так Шаха тоже работал у тебя? — удивился я.

— Какие-то проблемы? — нахмурился местный шеф.

— Поверь… Пока что — совершенно никаких. Но это только пока.

— Госпожа Симонова! — мужчина крайне похожий на дворецкого, сверкая лысиной приветствовал Амелию возле входа в дегустационный зал «Chiaro di luna»: — Не думал, что Виктор Аркадьевич окажет мне такую честь.

— Он любит делать… сюрпризы. — вздохнула Амелия: — Кстати, я про вас слышала. Кажется, вас называли «Капитан Улитка»?

— Да… Было дело. Только, если не сложно, я бы хотел попросить вас называть меня просто — Дмитрий.

— Как скажете. — Амелия спустилась в дегустационный зал и внимательно всё осмотрела. Стеллажи с алкоголем. Колонны, сделанные под «лофт». И ещё…

— Это что? Столики из ирландского паба?

— Они самые. — утвердительно кивнул Дмитрий.

— Никогда их не понимала. Пить алкоголь, да ещё и стоя… Это же отвратительно.

— Каждому своё. И далеко не во всех ирландских пабах отсутствуют стулья. Понимаете, в первую очередь, паб — это место для сборища людей. Зачастую туда приходили пообщаться. По сей день большая часть пабов в Британском Королевстве — сугубо социальный феномен. Но лично я поставил эти столики исключительно ради стиля. Если гость устал и хочет присесть — я вынесу для него стул. Благо, что их у меня достаточно.

— Да уж… Отец — тот ещё шутник. Знает же, что я терпеть не могу алкоголь. И послал меня именно сюда.

— В этом и фишка! Шеф обязан знать все аспекты кухни. К тому же, чтобы быть сомелье — не обязательно ужираться в зюзю. Скажу больше — сомелье пьёт исключительно на работе. Да и то, слово «пьёт» тут не к месту. Скорее, это чистая дегустация.

— Допустим. — Амелия взглянула на пожелтевший от времени плакат со старым английским автомобилем: — А когда подойдут остальные сотрудники вашего заведения?

— Официанты, повара, менеджер и прочий персонал сейчас прямо перед вами.

— Выходит… Вы работаете один? — удивилась Госпожа Симонова: — Прям человек-оркестр.

— Скорее, человек-ресторан.

— Что же вас сподвигло работать в таком режиме?

— Давняя травма, о которой я… если хотите, могу вам рассказать.

— Травма? — Амелия ещё раз посмотрела на Дмитрия.

Зачастую, люди и визитёры были для неё «открытыми книгами». А тех немногих, кого Госпожа Симонова не могла прочитать — можно пересчитать по пальцам одной руки. И Дмитрий, похоже, был из их числа.

Совершенно холодные глаза. Непроницаемая физиономия, на которой явно красовалась маска типичного человека из сферы обслуживания. И смокинг… Безликий чёрный смокинг, который не говорил о своём владельце ровным счётом ничего.

— Травма. — кивнул Дмитрий: — Я ресторатор с большим стажем. Но каждый раз меня, кто-то подводил. Понимаю, что вы сейчас скажете про «плохого танцора». Только вот, в моём случае — «танцую» я слишком хорошо.

— Один из важнейших факторов для любого ресторатора или шефа — умение работать в команде. Мне любопытно, как же вы выживаете?

— Выживаю я легко. Но это совсем не то, что я хочу.

— В плане?

— Как вы верно заметили — ресторатор или шеф обязан уметь работать в коллективе. И мне здесь плохо… Я чувствую, как деградирую. Поэтому я решил устроить для себя небольшой тест-драйв. Дело в том, что ребята из вашего потока напомнили мне о том, что я уже давно утерял… А именно — страсть к обучению сотрудников. Понимаете, каждый повар рано или поздно покидает ресторан. Меняет свою команду на новую. И он обязательно приносит, что-то с собой. Небольшой осколок старой кухни.

— Вы говорите про «ресторанное наследие»?

— В точку! Каждое разумное существо пытается оставить что-то после себя. Потомство, знание, открытие, изобретение, произведение искусства… Хоть что-нибудь. И мне, как шефу и ресторатору… хотелось бы, чтобы и обо мне вспоминали не только, как о затворнике, который в одиночестве держал старый дегустационный зал всю свою жизнь. Студенты зажгли во мне огонёк надежды, что я слишком рано сдался. Что никогда не поздно научится доверять. И никогда не поздно… начать передавать своё «наследие» дальше. Я осознаю, что для меня это будет слишком сложно. Новые люди… Новые характеры. Новые привычки. Поэтому, чтобы убедиться наверняка, я попросил себе в помощь совершенного… лучшего студента из всего потока.

— Боюсь, вы призвали не того.

— Почему?

— Совершенный студент уже гостил у вас. И, возможно, стал одним из тех, кто разжёг это пламя.

— Неужели? И о ком именно идёт речь?

— Искандер Цареградцев.

— Дерек? Да… Прекрасный юноша! Но слишком своевольный. Знаете, он не из тех, кто учится на чужих ошибках. Его любопытство не знает границ. И в этом его основная слабость. Он обвиняет всех в самонадеянности… Хотя сам ничуть не лучше. Но эта его… зачастую слепая уверенность в себе меня весьма очаровала!

«Не тебя одного.» — хотелось добавить Амелии.

— Вот вы называете меня совершенным студентом. То есть, хотите сказать, что я лишена самоуверенности?

— Простите, Госпожа… Наверное, я слишком увлёкся анализом. Если вам неприятно слушать бредни незнакомого дядьки, я сейчас же прекращу!

— Это не бредни, а ваше личное наблюдение. Поэтому вы можете продолжать. Мне очень интересно.

— Прекрасно. Не хочу вас задеть или обидеть. Но… вы — действительно совершенный студент. Вы не верите в себя. А верите в систему рецептов. Вам, как экстре, не свойственны чувства людей. Поэтому в вас попросту нет человеческих изъянов. Вы зрите в корень. Видите настоящую систему! Видите истину.

Как всегда… Амелия настолько привыкла к этим разговорам, что уже совершенно ничего не чувствовала. Разве что, изредка появлялось колкое раздражение. Да, отец приложил все усилия, чтобы сделать из обычной девчонки — совершенное высшее существо. Настоящую богиню гастрономии!

Это было больно. Мучительно. Тяжело… Душу Амелии рвали на куски. Никаких эмоций. Никаких привязанностей. Никаких чувств.

Только готовка. Только вкус. Только само совершенство, доступное лишь паре процентов от всех гурманов.

Пока все дети активно познавали социум, Амелия сидела в подвале и дегустировала различные специи. Пока школьники заводили друзей, Амелия громила лучшие рестораны Москвы. Пока старшеклассники влюблялись и познавали все прелести романтики, Амелия собирала свиту из преданных Маршалов, чтобы тайно править среди студентов академии.

Нормальный ребёнок наверняка затаил бы обиду. Но только не Амелия. Она в целом не имела к родителям совершенно никаких претензий. К тому же… Отец был настолько грамотным марионеточником, что переместил весь гнев своей младшей дочери на Дядю Рубена.

А вот это было действительно больно. Амелия никогда не простит Рубену его предательство и бегство…

— Боюсь вас разочаровать. — строго произнесла она.

— Нет-нет! Не стоит бояться. Дело в том, что я видел разных экстр. Общался с ними. И поверьте — это был очень необычный опыт.

— От меня всегда ждут, чего-то сверхъестественного.

— Это нормально! Но лично я… В первую очередь, жду от вас помощь. Воспользуйтесь своим виденьем системы! Откройте мне глаза. Укажите на потенциальные уязвимости. Ведь вы же на это способны?

— Чтобы найти уязвимости в работе — мне понадобятся гости.

— О! Гости скоро будут. — загадочно улыбнулся Дмитрий и взглянул на часы: — А пока у нас есть время, чтобы ознакомиться с меню и… Нашей ШИКАРНОЙ винной картой!

— Ну, как? — спросил я, крутясь перед зеркалом в Шаховском прикиде.

— Вам очень идёт! — улыбнулась Дарья.

— О… Если не сложно, то вы можете называть меня на «ты».

— Не могу. Вы же аристократ.

— Что? Я? — увы, я не смог сдержаться и рассмеялся: — Не хочется вас разочаровывать, но нет. Мало того, что я простолюдин, так ещё и сирота.

— Серьёзно? — Дарья явно была крайне удивлена данной новостью: — Но ваше лицо… Вы испускаете аристократическое благородство. Вы хоть помните своих родителей? Может быть, вы из опальных?

— Это ещё кто такие?

— Опальные аристократы — представители рода, который по каким-либо причинам лишился титула. Вот к примеру — мой муж из опальных. Он тоже попал в приют, но уже в семнадцать лет. А затем сам прогрыз себе дорогу к успеху и стал купцом. Но он предпочитает об этом не говорить. Типа… быть опальным в высших кругах считается омерзительным.

— С чего вдруг?

— Титула не лишают просто так. То есть, аристократ явно хорошенько постарался, чтобы Думской Совет решился на такое. Выходит, что если ты опальный — значит автоматически становишься неблагонадёжным экономическим партнёром.

— Даже так? Но если честно, я понятия не имею, кем были мои родители. Директриса приюта сказала, что они занимались наукой. И больше никакой информации не было.

— А в сети?

— Тоже ничего.

— Погоди… Но если ты не аристократ…

— Хах… Как быстро вы перешли на «ты».

— Ой, да ладно? Это значит, что мы с тобой свои. Ты тоже можешь обращаться ко мне на «ты». Я не обижусь. В общем, я к чему начала говорить? К тому, что Галина упомянула, что ты чемпион отборочного тура Харитоновки. Но опять же, я наслышана про эту академию. Тут я вынуждена согласиться с Клетусом… Это очень серьёзное учебное заведение с весьма специфическими и строгими нравами. А ещё я слышала, что там не терпят простолюдинов.

— Отчасти это слухи. Там достаточное количество преподавателей из простолюдинов. К тому же, за меня и моего друга поручился Дядя Рубен. Как я понял — это один из учеников Галины.

— Да-а… Она его очень любит. Всегда ставит в пример. Кстати, какой он?

— Огромный добрый дядька. Человек-легенда. Всегда поддержит, поможет и подскажет. Я буду лжецом, если скажу, что научился готовить не исключительно благодаря ему.

— М-м-м… Почему-то, я его примерно таким и представляла. Но я так понимаю, что на одной положительной рекомендации в Харитоновке далеко не уедешь?

— Естественно. Даже если тебя порекомендует сам Император-Батюшка — есть огромный риск вылететь за малейшую ошибку. Харитоновка, вообще, никого не прощает. Ненавижу это словосочетание, но оно подходит нашей академии, как нельзя лучше.

— Какое?

— То, что Харитоновка — кузня талантов и гениев.

— Ещё бы! Шаха рассказывал, что очень хотел туда поступить в своё время. Он же из крупного армянского клана.

— Правда? А мне он про это не рассказывал…

— Шаха очень доброжелательный и дружелюбный. Но за «метёлкой» следит.

— Настолько следит, что рассказывал, как его родственника в тюрьму посадили…

— Да. Я тоже слышала эту истории. Так вот, Шаха очень хотел поступить, но ещё в гимназию. Однако отец был против и отправил его к Микояну. Тоже хорошее учебное заведение, но… До Харитоновки ему далеко. И, честно говоря, к «Ленточкам» я так же отношусь. Пускай Клетус очень талантливый повар… Но вот его менеджерская сторона трещит по швам!

— Он плохо работает с коллективом?

— Ну… Как сказать? Думаю, что лучше тебе всё увидеть самому.

— Ладно.

Кухня в «Шашлычке» и кухня в настоящем ресторане — это два совершенно разных принципа и подхода к работе.

Да, отдалённо что-то похожее было. И там, и там сотрудники пыхтят, изо всех сил стараясь приготовить вкусноту.

Но кухня ресторана всё равно была в разы сложнее.

Как-то я ходил на практику к Валерону. Вот там мне показали, что такое «вхождение без смазки». А местный шеф оказался таким ублюдком, что рабочий режим Зои, Степаниды и Карла в сравнении с ним выглядел самым настоящим сюсюканьем.

Тот шеф мог стоять над душой и морально давить тебя. Ломать. И наносить жёсткие моральные травмы.

Однако, я был искренне благодарен ему. После такой мясорубки любые запары и сложности на кухне казались сущим пустяком.

— Даша! — в коридоре нас перехватил Клетус: — Я, по моему, попросил просто показать, где форма, а не помогать ему переодеваться! Какого хрена у нас в зале пусто?

— Извини… Я сейчас же вернусь обратно!

— Бестолочи… Без пинка и работать не хотят. — пробурчал местный шеф и быстро удалился на кухню.

— Тебе не кажется, что он перегибает палку? — поинтересовался я.

— Нет. Обычное дело…

— Я к тому, что вокруг столько заведений, где сто процентов нужен хороший официант. Почему остаешься?

— Потому что, я не бросаю своё дело. Я верю, что «Котенька» ещё расцветёт… И что судьба послала тебя сюда не случайно. Поэтому я верю, что нас всех ждёт светлое будущее.

— Не совсем исчерпывающий ответ, но допустим. Мне нужен человек, который покажет кухню.

— А… Секунду! — Даша заглянула за дверь: — Азамат! Иди сюда.

Спустя мгновение к нам вышел невысокий азиат, как мне показалось — совсем юного возраста. Одет он был в синий китель, а на голове красовалась тюбетейка.

— Вот! Азик проведёт тебе экскурс по кухне. Азамат — наш кондитер! А это Искандер — новый помощник Клетуса.

— Приятно познакомиться! — мальчишка радостно улыбнулся и пожал мне руку.

— Взаимно.

— Всё, мальчики! Мне пора работать. Удачи! — Даша похлопала меня по плечу и быстро удалилась в зал.

— Что ж, Искандер… Добро пожаловать в святую святых! Кухня «Тетеньки-Котеньки»! Место, где собрались лучшие из лучших. — Азик распахнул двери, и мы попали… в сонную лощину.

Повара натурально бездельничали. Только женщина в одном из цехов нарезала овощи по контейнерам. Одно радовало — здесь было чисто.

— Здорово… — тихо произнёс я.

Это просто ужас! Да если бы в «Шашлычке» хоть на секунду произошло нечто подобное, то весь мой мир сразу бы рухнул. Где беготня? Где крики типа «Дорогу!» или «ХИНКАЛИ ЗА ЧЕТВЁРТЫЙ СТОЛ!!! ТРИНАДЦАТЬ МИНУТ ОПОЗДАНИЕ Е** ТВОЮ МАТЬ!!!»⁈ Где пар? Где жар от плит? Где вся эта типичная общепитовская суета⁈ Кошмар… Для меня было слишком дико видеть подобное бездействие.

— Всего на нашей кухне пять цехов. Горячий, холодный, кондитерский, заготовка и раздача. На горячем у нас работают Вася, Марат, Жека и Клетус. На холодном — Анфиса, Вика и Соня. Ах да… Ещё у них был бригадир Шаха, но он уволился.

— Азик. — Клетус крайне недовольно посмотрел на моего кухонного гида.

— Ага… На кондитерском работаю я. На заготовке Мага, Серый и Костик. А за раздачу отвечает Афоня. — Азамат указал на пухлого добродушного парня: — В общем, обычно работа кипит… Только вот, сегодня пока приготовили лишь скрэмбл с семгой.

— Понятно.

В целом — ничего принципиально нового. Типичная ресторанная иерархия, где были низкоквалифицированные сотрудники, которые выполняли самые простые задачи формата почистить, нарезать или помыть. Повара — работники цехов. Бригадир, который был самой первой управленческой должностью в ресторане. Су-шеф — который отвечал за бригадиров и поваров. Ну и, конечно же, шеф-повар — самый главный на кухне.

В некоторых особенно дорогих ресторанах присутствовал ещё бренд-шеф — КОРОЛЬ КУХНИ, который зачастую выступал больше, как медийная личность. Как правило, подобные ребята проводили различные мероприятия для мотивации сотрудников, продвигали заведение в социальных сетях и управляли некоторыми особо важными процессами для улучшения ресторана.

— Прости, а у вас есть су-шеф? — поинтересовался я.

— Гена? Ой, а он уволился…

— Азик! — Клетус ударил кулаком по металлическому столу: — Ещё хоть раз ляпнешь про увольнения — сам отправишься за ними! Понял?

— Да, шеф…

— Стоп! — я поднял руку: — Шеф, но разве я не должен знать всю подноготную вашего коллектива?

— Нет, шеф. — передразнил меня Клетус: — Зачем тебе это?

— В ресторане нет «неважных вещей». Понимаешь, это такой же механизм, как… скажем — часы. И если хоть одна шестерня начинает работать плохо — весь механизм часов может тут же посыпаться.

— У нас тут никто не сыпется. Понял?

— Да, шеф. Но тем не менее — Азика я беру под свою ответственность. Пока я не разберусь, что здесь происходит — никаких угроз и прочего негативного влияния. Тебе понятно?

— Какой же ты мерзкий…

— Тебе понятно? Да или нет, шеф?

— Да, шеф. — проскрипел Клетус, и закинув полотенце на плечо, направился в сторону черного выхода.

— Куда он пошёл? — спросил я.

— Ну…

— Азамат. Галина лично назначила меня помощником. Я должен знать! Он курит, да?

— Да…

— Твою мать. — выругался я: — Прекрасно! Просто прекрасно…

— А что не так-то? — ко мне вышел худощавый лысый мужичок и скорчил крайне недовольную физиономию.

— Во-первых, представься.

— Марат я.

— Приятно познакомиться. А во-вторых… Ты спрашиваешь, что не так, да? — я огляделся по сторонам. Внимательно осмотрел потолок и вентиляционные шахты с инженерными отверстиями: — Ты сейчас в «Маке»?

— Что?

— Я спрашиваю: Ты сейчас в «Маке»?

— Это, типа, оскорбление или что?

— Это, типа, простой вопрос.

— Нет. Я не в «Маке». — нахмурился лысый.

— А где ты?

— На кухне.

— Заведение. — я подошёл к Марату вплотную: — Название!

— «Тётенька-Котенька»!

— Это столовая?

— Слушай, пацан… Ты здесь и минуты не пробыл, а уже вые***ся.

— О, нет. Я пытаюсь объяснить тебе на пальцах, дорогой амбассадор «Хэд энд Шёлдерс», что мы все находимся на кухне дорогого семейного ресторана! Причём, не какого-то там… А представителя известной франшизы. Как я понимаю, блюда для ресторана придумывал Клетус?

— Мы вместе придумывали. А что с ними?

— А то, что сигареты убивают чувство вкуса и обоняние. Шефу, как и другим поварам — ни в коем случае нельзя курить! Даже одна сигарета влечёт страшные последствия. Рецепторы на языке и в носу будут восстанавливаться несколько месяцев, если не лет.

— Ха! Слышали, ребята? Господин Помощник говорит, что нам нельзя курить! — усмехнулся лысый.

Все на кухне тут же поддержали его задорным смехом. Ох, зря они так… Не хотят по-хорошему? Ладно! Будем по-плохому.

— Ты думаешь, я пришёл сюда вас развлекать? — строго спросил я.

— Понятия не имею, зачем ты здесь… Но с такими заявочками — можешь идти нахрен с кухни!

— Азик, кто у вас отвечает за заготовку?

— Мага. Он вон там! — кондитер указал на смуглого мужчину.

— Чудесно! Мага, у нас картошка почищенная есть?

— Нет, брат. Ещё не успел почистить.

— Отлично! Марат… Сегодня ты переходишь в цех заготовки.

— ЧТО⁈ Слышь, пацан! Я в «Лентах» четыре года отпахал! — возмутился лысый.

— Да хоть в Хогвартсе. За картошку! Живо.

— Ты берега-то не путай…

— Смеешь перечить помощнику шефа? — я снизил громкость голоса и приобнял Марата: — Знаешь… Одна прекрасная женщина попросила меня помочь этому заведению выйти из минусов. Так уж вышло, что меня временно вооружили всеми привилегиями и правами руководителя. Знаешь, почему большинство руководителей просят потенциальных сотрудников диплом об образовании при приёме на работу? Им неважно, что ты там изучал. Им плевать на твои знания! Им важно, чтобы ты соблюдал субординацию и поддерживал дисциплину. Потому что, если твоя важная жопа смогла на протяжении ЧЕТЫРЁХ ЛЕТ приходить в одно и тоже место, значит у тебя есть хоть какие-то задатки разума.

— Понял…

— Ещё хоть одно слово против меня, и ты вылетишь отсюда нахрен. Понял?

— Да…

— Я не слышу.

— Да, шеф!

— Молодец. — я оттолкнул Марата в сторону, а затем внимательно огляделся по сторонам: — Позовите Клетуса сюда.

— Так он же… — начал было Мага, но я тут же прервал его жестом руки.

— Мне плевать, что он докурит и вернётся. Мне он нужен ПРЯМО СЕЙЧАС!

— Хорошо… — Мага убежал к чёрному входу.

Смешков больше не было. На кухне мигом возникло крайне неприятное напряжение. Ничего… Это нормально. Сдаётся мне, что кое-кто тут совсем расслабил свои французские булки. Вытащив коннектор, я тут же запустил видеосъемку.

— Ты совсем охренел⁈ — к нам залетел побагровевший от ярости Клетус: — Дёргать меня с перекура⁈ Я тебе собака, что ли⁈

— Мне нужно подтверждение от тебя. Ещё раз! Для всех, кто на кухне. Кто я такой?

— Ты конченый! Все и так знают… Я уже сказал.

— Теперь, повтори при мне.

— Ну, помощник… И что дальше?

— Выходит, что я второй шеф.

— Губу закатай!

— Уверен, что можешь спорить? Я очень быстро отправлю это всё Галине.

— Сука… Хорошо. Ты второй шеф. Доволен?

— Со всеми привилегиями.

— Какой же ты мерзкий…

— Клетус. Я не шучу.

— Со всеми привилегиями!

— Чудно. — я выключил камеру и спрятал коннектор: — Что ж! Раз сам шеф подтвердил, то давайте познакомимся ещё раз. Меня зовут — Искандер Цареградцев! И я помощник вашего шефа, а также — второй шеф-повар вашего ресторана. Меня снабдили всем возможным инструментарием. И я очень надеюсь, что ситуация, как сейчас с Маратом — не повторится.

— Что ты сделал⁈ — прорычал Клетус, тыкнув в повара пальцем.

— Да просто поговорили… Ничего такого… — замялся Марат.

— Нарушение субординации. — строго произнес я: — Возможно, по незнанию или собственной глупости. Это сейчас неважно. Главное, что я спущу с рук подобное только в первый и последний раз! Если кто-то захочет со мной поспорить в ненадлежащем тоне — будет уволен.

— Чудесно… — выдохнула пышная блондинка и недовольно скрестила руки на груди: — Послушайте, уважаемый… и вне всяких сомнений — ВЕЛИКИЙ второй шеф. Клетус и без того устраивает аншлаги каждый день, что у нас теперь рук не хватает. Боюсь, что ваш «кровавый» режим может только усугубить ситуацию.

— Представьтесь.

— Соня. Холодный цех.

— Прекрасно. Шеф, я вынужден отклонить вашу жалобу, поскольку тезис «аншлаг» мне совершенно не понятен. Это, во-первых. Во-вторых, как вы опять же выразились «кровавый» режим — это лишь предупреждение. Не более! Меня приставили сюда, чтобы сделать ресторан лучше. А не чтобы избавиться от команды Клетуса. Несмотря на то, что ваш первый шеф, как мне кажется, слегка некорректен… Я с уважением отношусь к его команде.

— Настолько с уважением, что дёрнул меня с перекура? — рыкнул бородач.

— Кстати, о перекурах. С сегодняшнего дня на территории ресторана курить запрещено!

— С какой это стати⁈

— С такой. Хочешь быть безруким водителем грузовика?

— Что это значит?

— А то, что сигареты — захламляют вкусовые и обонятельные рецепторы. Это твои рабочие инструменты! Или что, хочешь подавать дерьмо в своём ресторане?

— Твой ненаглядный Рубен — курит. И что?

— А он работает в ресторане?

— Как будто, это что-то меняет…

— Клетус. Дядя Рубен — древний мастодонт пищевой индустрии! А кто ты, я стесняюсь спросить? Бесконечно талантливый внук?

— Что? Будем причиндалами мериться? Хорошо. У меня есть диплом шефа из Франции. И работа в ресторанах со звёздами Мишлен. А что есть у тебя? Два года в жалкой забегаловке, да пара месяцев в Харитоновке? Тоже мне — авторитет. — усмехнулся Клетус: — Я понятия не имею, что Ба в тебе нашла… Но я чувствую, что это всё пустая трата времени и наших нервов.

— Ладно. Давай пойдём иначе… — я вспомнил слова Шахи про то, что бы он сделал, если бы снова попал в ресторан: — Расскажи, в чём твоя сила шефа?

— Я готовлю лучше других.

— Ах, лучше других? Хорошо. Тогда, я предлагаю небольшое соревнование. Всё равно в вашем… ресторане нет гостей.

— И что же ты хочешь?

— Дуэль.

— Ха! Дуэль? — Клетус тут же рассмеялся, но теперь сотрудники его уже не поддержали: — А ты смешной, студент! Знаешь, мне не интересно участвовать в поединке со слабым соперником.

— Боишься, что обделаешься? — банальная, но безотказная провокация.

— Тогда нужен достойный приз. К примеру, если я размажу тебя, то ты не будешь вякать и просто посидишь в сторонке пару дней.

— А если выиграю я, то ты и вся твоя команда будете внимательно меня слушать. Понимаешь, я же хочу, как лучше!

— Хотеть — недостаточно. — недовольно ответил Клетус: — Ты уступаешь мне примерно… во всём. Но раз уж ты сам предложил, то я, как истинный джентльмен — согласен принять твои условия. Что будем готовить, шеф?

— Как насчёт лангустинов?

— Ты уверен?

— Абсолютно!

— Прекрасно. — удовлетворённо кивнул местный шеф: — Ты сам себе запихнул палку в колесо.

— С чего бы?

— Морепродукты — моя основная специализация. — Клетус указал на огромный кубок, стоявший в уголке: — Премия ресторана «Белуга» за блюдо года. Думаю, ты уже догадался, каким был главный ингредиент?

Обожаю понторезов. Они всегда такие наивные, но в тоже время очень искренние в своих заблуждениях.

— Позвони ей… — раздался мужской голос издалека: — Сейчас не время паниковать… Витя, я же говорил тебе, что рано или поздно всё этим закончится! Но ты меня не слушал…

— Погоди… — Симонов тяжко выдохнул и попытался разглядеть, хоть что-нибудь вокруг себя. Но это был всё тот же проклятый коридор из диспансера по исследованию влияния магии: — Она же… вернётся в нормальное состояние?

— Я уже тебе всё сказал. Почему ты меня не слушаешь?

— Юра! Я должен знать наверняка! Ты же учёный…

— Учёный, но не врач.

— Цареградцев… — прорычал Симонов и сжал кулак: — Ты обещал мне! Обещал!!!

— Ситуация изменилась, друг. Теперь я не могу сказать точно. Но… Если есть возможность зацепиться за…

— За что зацепиться⁈ Юра!!! Говори точнее!!!

— Что-то родное… Близкое. Я тебе потому и говорю! Позвони ей… Пускай приедет… — требовал мужской голос.

— А если дело не в ней?

— Держи трубку… Держи и не вынимай! Смотри внимательно!

Паника снова накатила на Виктора Аркадьевича мощным цунами. Ровно, как и семь лет назад. Всё тот же страх от совершенного непонимания, что же делать дальше…

— Юра! Я не вижу… Не чувствую! Трубка сейчас оторвётся…

— Ладно! Возьми коннектор…

— Я не чувствую! Не вижу!

— Просто возьми, чёртов коннектор…

— Я не…

— Виктор Аркадьевич? — позвал ласковый голос, и Симонов тут же очнулся от кошмара. Рядом со столом стояла Марика Кольцова и слегка обеспокоенно смотрела на ректора: — С вами всё хорошо?

— Да… Хорошо. Просто немного задремал. — сухо ответил Симонов, пытаясь прийти в себя.

— Неужели… Опять приступы? — Марика вытащила бумажную салфетку и стерла со лба ректора пот: — Вы дрожали… И звали, кого-то на помощь.

— Не помню. — соврал Виктор Аркадьевич: — Спасибо за заботу… Просто опять работал всю ночь. Видимо, накрыло.

— Поберегите себя хоть немного! Отборочный тур идёт строго по плану.

— По плану? — хмыкнул Симонов и положил конверт с результатами анализов: — Пока я работаю — Амелия познаёт все прелести студенческой жизни.

— Это же капля в море! — внимательно ознакомившись с документами, ответила Марика: — Вы уж её сразу в секту алкоголиков не переводите… Она не такая!

— Понимаешь, из капли появляется лужа. Из лужи — ручей. А из ручья — горная река, которая может превратиться в озеро. Я всегда с пониманием относился к своим студентам. К тому же… все мы через это проходили. Пока сам на личном опыте не увидишь, почему так делать нельзя — запретный плод будет манить. Но Амелия… Она совсем другой разговор.

— Я понимаю. Но это явно произошло случайно.

— Неважно, как это произошло. Любое влияние на нервную систему Амелии превращается в «Русскую рулетку». И если дестабилизировать её… — Симонов осёкся: — В общем, я уже поговорил с ней. И искренне надеюсь, что этого больше не повторится. Ещё одного инцидента, как с Лейлой я не переживу.

— О… Я искренне сочувствую вам. Кстати, как она себя чувствует?

— Состояние Лейлы стабилизировалось. Но как с этим жить дальше… Если честно, мне до сих пор тяжело об этом говорить.

— Простите! Я не хотела давить на ваши раны…

— А… Забудь. Я сам начал этот разговор. Ты тут не причём. Но я хотел бы, чтобы оставшиеся пару дней ты приглядывала за ней. Ненарочито. Одним глазком.

— Я всё сделаю! — отрапортовала Марика, вытянувшись по струнке, словно солдат.

— Спасибо… Ты делаешь очень много для моей семьи.

— Я стараюсь, Виктор Аркадьевич!

— Добрый день! — в кабинет заглянула Галина Кошкина: — Я могу зайти?

— Конечно! Тетеньке-Котеньке здесь всегда рады. — улыбнулся Симонов: — С чем пожаловали?

— Пришла угостить вас пирогами, дорогие мои! — бабуля поставила небольшую сумку, от которой пахло свежей выпечкой: — И хотела бы немного посоветоваться на счёт Искандера.

— А что с ним? — нахмурился Виктор Аркадьевич: — Неужто зазвездился и халтурит?

— Нет… Я бы сказала — наоборот. Он ведёт себя слишком серьёзно. Вот… — Галина вытащила планшет и запустила запись с видеокамеры внутреннего наблюдения.

Искандер всех построил. Схватил одного из поваров и подтянул к себе. Затем ещё и довольно уверенно разобрался с Клетусом.

— И что тут не так? — уточнил Симонов.

— Искандер использует тактику «тылового закрепления». То есть, пытается показать силу. А это играет только в долгосрочной перспективе! Я сильно сомневаюсь, что с таким подходом он достучится до персонала, и уж тем более до Клетуса за два дня.

— Вы рано в нем разуверились. — заверила Марика: — Искандер — очень яркий демонстратор. Сейчас ему нужно показать себя на кухне. Убедить ребят, что он не просто студент, а специалист. Вот! Видите? Он вызвал Клетуса на кулинарную дуэль.

— Батюшки… — Галина всплеснула руками: — Дерек, конечно, хорош. Очень хорош. Но у Клетуса за плечами много практики. Пускай у него проблемы с управлением, но как повар — мой внук на высоком уровне.

— Искандер тоже. Боюсь, что одного борща слишком мало, чтобы раскрыть его потенциал. — Симонов скрестил пальцы: — Понимаете, моя дочь принимала практический вступительный экзамен в этом году. И прошло всего два человека. Это Искандер. И его друг — Николай Смирнов.

— Да. Клавдия очень похвалила его холодец.

— Так вот, из сорока человек — прошли только Искандер и Николай. Да, они принесли с собой рекомендательные письма от Рубена, но… Вы же прекрасно понимаете, что этого слишком мало для поступления?

— Хорошо. Допустим, он его победит в дуэли и заработает уважение на кухне. Дальше-то что? — поинтересовалась Галина.

— А дальше я бы на его месте устроила полную посадку. Только вот… — Марика отрицательно покачала головой: — Где он возьмёт народ?

— Думаете, мне стоит ему помочь?

— Ни в коем случае! — строго ответил Симонов: — Искандер — наш абсолютный чемпион! И он должен показать свои сильные стороны.

— Тем не менее — Искандер не учился в гимназии, где преподавались азы ресторанного менеджмента. — тут же вступилась Марика: — И он может допустить серьёзные ошибки!

— Хорошо. — вздохнул Виктор Аркадьевич: — Давайте поступим следующим образом. Марика, вы с Галиной будете наблюдать за всеми действиями Искандера на кухне. В конце смены — проанализируете! И на основании анализа ты дашь Искандеру обратную связь.

— Может быть, и мне стоит вмешаться? — предложила Галина.

— Нет. Вы заинтересованное лицо. А это значит, что можете дать слишком важные подсказки касательно своего ресторана. Цель данного задания отборочного тура состоит в том, чтобы каждый студент САМОСТОЯТЕЛЬНО увидел бреши в системе и исправил их.

— Поняла.

— В общем, Марика! На тебя вся надежда. Обсудите с Галиной все возможные нюансы. Думаю, у вас получится!

— Хорошо. В таком случае, мы приступим прямо сейчас.

— Азик! — позвал я: — Будешь мне ассистировать.

— Да, шеф!

— Подготовь скороду и сливочное масло.

— Да, шеф. — Азамат поставил сковородку на плиту, а затем положил на поверхность кусок масла: — Готово, шеф!

— Спасибо, шеф! Половинка репчатого лука!

— Да, шеф! — кондитер очень ловко управлялся с ножом, а все вокруг с интересом наблюдали за нами.

Клетус не отставал. Он уже во всю замешивал тесто. Интересно, это для лапши или равиолей?

— Шеф, нужны помидоры черри! — попросил я.

— Да, шеф! — после того, как Азик отправил нарезанный лук на сковороду, он быстро положил мне упаковку с миниатюрными помидорами.

— Спасибо, шеф!

В любом случае, равиоли, лапша или паста — слишком пресное блюдо. Я решил действовать на усиление вкуса! Профессионалы знают, чтобы подчеркнуть специи и основное блюдо — необходимо всё поджарить на масле. Аромат и вкус будут просто бомбическими!

Однако… Клетус не так прост. Есть очень большая вероятность, что он сделает упор на бульон или соус, чем парирует мою задумку.

— Лангустины, шеф! — крикнул я, отложив нарезанные помидоры в сторону.

— Да, шеф! — Азамат поставил передо мной целую подложку размороженных свежих ракообразных.

Многие искренне верят, что лангустин — это та же самая креветка, только крупная. Но на самом деле, данные морские обитатели — родственники лишь отдалённо. Да, они оба относятся к подтипу ракообразных, однако имеют ряд серьёзных анатомических и вкусовых различий.

Во-первых — у лангустинов три пары клешней. Причём последняя пара достаточно крупная! Почти, как у раков. Поэтому лангустин ближе к лобстеру, чем к креветке.

Почему мы никогда не видели клешни лангустинов в магазинах? Всё дело в том, что мяса в этих природных пассатижах — кот наплакал. Поэтому их удаляют для удобства транспортировки. Прямо, как блоки питания из коробок коннекторов…

Во-вторых, жабры у лангустинов ветвящиеся, а у креветок — пластинчатые. Это очень важная информация (нет)!

И в-третьих — вкус… Креветки солоноватые. И по своей текстуре — весьма упругие.

А вот лангустины — нежные и сладковатые. Мясо же у них плотное, но при этом довольно мягкое. Чем-то отдалённо напоминает лобстера.

— Шеф! Пинцет. — очистив лангустинов от хитина, произнёс я.

— Да, шеф! — Азик протянул мне инструмент.

— Простите, шеф! — худенькая девочка в очках из холодного цеха несмело подняла руку.

— Представьтесь, шеф!

— Анфиса…

— Слушаю, шеф!

— А для чего вам пинцет?

— Как это? Чтобы удалить пищевую вену из мяса лангустина. Ты работаешь на кухне и не знаешь подобного? — удивился я.

— Просто, мы это делаем специальной металлической зубочисткой…

— Тоже неплохо. Но мне удобнее пинцетом. Всё понятно, шеф?

— Да, шеф!

— Прекрасно. — ответил я, продолжая чистить мясо.

Кишечная вена — это кишечный тракт у ракообразных, который зачастую проходит под панцирем на спине. Его лучше вычистить до приготовления, ибо потом будет неудобно и есть шанс повредить мясо.

А если же забить и оставить вену внутри — то начнётся самый настоящий кошмар…

Во-первых, большая часть ракообразных питается тем, что падает на дно. Не буду вдаваться в подробности, чтобы не портить аппетит. В общем, суть заключается в том, что в кишечнике креветок и лангустинов зачастую много песка. Он крайне неприятно скрипит на зубах.

Во-вторых, проклятая кишечная вена придаёт мясу омерзительный горьковатый привкус. Что-то типа смеси йода, тины и непонятно чего…

В общем, стоит всегда обращать внимание на то, как в ресторане готовят креветок и лангустинов. Если кишечник не удалён — можно достать его, а затем запихать в рот шефу.

Исключением является только «семечка» — это такая закуска к пиву из небольших неочищенных креветок. Только вот, в ресторанах «семечку», как правило — не подают. Это блюдо для недорогих кафе и сугубо питейных заведений.

— Шеф! Чайную ложку муки в лук! — попросил я, укомплектовав очищенных лангустинов в металлическую миску.

— Да, шеф!

— Слушай… — Марат опять с неприязнью посмотрел на меня: — А чего ты всё заладил: шеф, да шеф…

— Не понял, шеф.

— Вот! Опять… Я говорю: зачем ты ко всем обращаешься, как к шефу, если шефов тут только два? Это ты и Клей!

— Это банальная демонстрация взаимоуважения.

— В смысле?

— Не слышу.

— Прости… В смысле, шеф?

— «Шеф» — традиционное обращение на кухне, которое демонстрирует уважение к коллегам. Мне не важно, режешь ты сельдерей или готовишь фуа-гра. Мы все в одной лодке и обязаны уважать друг друга. В противном случае, наш корабль затонет.

— Понял.

— Не слышу!

— Понял, шеф!!!

— Так-то лучше.

Как я уже неоднократно говорил — французская кухня стала основой для большинства ресторанов во всём мире. Это в первую очередь бригадный подход, где у каждого сектора-цеха есть свои обязанности и действует жёсткая иерархия сотрудников кухни.

Однако мы живём в двадцать первом веке. И жизненно необходимо, чтобы каждый сотрудник чувствовал свою важность на кухне вне зависимости от должности или опыта.

Казалось бы — посудомой. Ну, что в нём такого? Это же едва ли не самая низшая должность на кухне.

Только вот, стоит посудомою перестать работать в полную силу, как начнёт копиться посуда. А накопленная грязная посуда — это тормоз на раздаче. И чем больше тормоз на раздаче, тем больше неподанных вовремя заказов. А чем больше неподанных вовремя заказов, тем больше недовольства у гостей.

Кухня — это часовой механизм, где каждая шестерёнка важна.

Поэтому лучше сразу установить доверительно-уважительные взаимоотношения.

Как жаль, что многие шефы этого просто не понимают.

— Шеф! Сто миллилитров брюта! — попросил я, нарезая несколько чесночных долек.

— Да, шеф! — Азик залил пассированный лук игристым вином.

— Отлично! — я вытащил кусок пармезана и принялся натирать его. Это придаст нашему потрясающему соусу дополнительную терпкость! В целом, практически любой твёрдый сыр украшал вкус. Особенно, если речь шла про морепродукты.

Тем временем Клетус уже измельчил мясо лангустинов и разложил тонко прокрученное тесто в специальную форму для равиоль. Как я и думал — основной акцент вкуса будет на соусе в начинке. Наверняка Клей добавит рикотту, чтобы раскрыть сладость мяса лангустинов. Но ничего… У меня и на это есть свой туз в рукаве.

— Шеф! Соль и перец в соус. А затем сливки! Сто миллилитров. Тридцать три процента!

— Да, шеф!

После того, как соус немного потомился на плите, а из игристого выпарился весь алкоголь, я убрал сковороду с огня. Теперь можно приступать к приготовлению самих лангустинов.

— Вторая сковородка, шеф!

— Да, шеф!

И вновь нескромный кусочек сливочного масла. Здесь сдерживать себя нельзя, ибо от количества будет зависеть нежность мяса лангустина. И сейчас жизненно необходимо внимательно следить за временем. Счёт шёл буквально на секунды! Ибо ракообразных очень легко переварить. Такая специфика мяса.

— Шеф, шпинат!

— Да, шеф! — Азик быстро отправился мыть листья шпината.

Как только масло расплавилось, я ссыпал натёртый пармезан, мелко порезанный чеснок и очищенных лангустинов. Теперь вкус блюда зависел исключительно от моей ювелирной работы.

Выхватив газовую горелку, я принялся опаливать лангустинов сверху.

— Это зачем, шеф? — поинтересовался высокий патлатый парнишка в голубом кителе.

— Имя, шеф?

— Жека.

— Принял, шеф! Мясо лангустинов очень быстро превращается в резину. Этого времени не хватит для того, чтобы чеснок дал аромат. А при помощи горелки… — я слегка перемешал содержимое сковороды. Моя ароматная бомба взорвалась, разлетевшись волнами по всей кухне: — Чувствуешь?

— Да, шеф! Обалденно, шеф!

— Теперь меняем сковороды. — я вновь поставил соус на плиту: — И выходим на финишную прямую. Добавляем немного воды в соус! Шеф, сделай нарезку багета и обжарь его без масла до легкой корочки. Шеф, до лёгкой!

— Да, шеф!

— Теперь сгружаем в соус помидоры, шпинат и креветки. Перемешиваем, пока шпинат не усядет. И-и-и… Готово! — я быстро довёл всё до красоты и выключил плиту.

Здесь снова нужно быть максимально внимательным со временем. В противном случае — мясо реально превратится в отвратительную резину. А ещё со временем чеснок может перегреться и дать неприятную горчинку. В общем, блюдо лёгкое, но в тоже время требует максимального внимания.

Разлив всё по небольшим горшочкам, я дождался жаренного багета и приготовился к подаче.

— И это всё? — усмехнулся Клетус: — Выглядит слишком просто. Хотя… чего ещё я мог ожидать от студента?

— Меньше слов. Больше дела! Ты готов?

— Готов. — бородач выставил несколько тарелок с равиолями, которые были украшены зеленью и… кусочками золотистого желеподобного вещества.

— Любопытно…

— Ещё бы! Приятного аппетита, студент. — хмыкнул Клетус и вручил мне вилку.

Несмотря на скромный аромат, я почувствовал едва заметные нотки пикантной приправы. Они натурально возбуждали аппетит!

Взяв одну равиолину, я внимательно её осмотрел, а затем быстро запустил в рот.

Стоило прокусить тонкое тесто, как мощнейший вкус в мгновение ока заполонил мой рот. Это было… НЕВЕРОЯТНО!!!

Жаркое солнце. Солоноватый аромат моря. И сцена огромного амфитеатра.

— СЕНАТ И НАРОД РИМА!!! — закричал антропоморфный лангустин с огромного балкона Колизея: — Сегодня мы узрим, как жалкий враг прокуратора Иудеи… Предатель Сената и народа Священного Рима будет стёрт с лица земли! Я, как Император Сеал Кревет, объявляю гладиаторские бои открытыми!!!

Антропоморфные креветки тут же заверещали со своих мест.

Железная решетка медленно поползла вверх.

— Для врага прокуратора Иудеи я приготовил уникальный подарок! Встречайте! ЛАНГУСТИНОПОТРОШИТЕЛЬ!!! — воскликнул местный Император, и на сцену, расшибая всё на своём пути, вышло огромное членистоногое.

Забрызгивая всё вокруг пикантным соусом, чудовище ринулось на меня. Вытащив гладус, я попытался нырнуть под огромного лангустина, но тот резко отскочил в бок, после чего жутко завопил.

— Ну ты и урод…

Увы, отсылку монстр не оценил, поэтому вновь пошёл в атаку.

Размахнувшись, я успел ударить клинком по мощной бронированной лапе огромного лангустина, но тот сбил меня здоровенной клешней.

Соус с едва заметной ноткой приправы «Том-Ям» возбуждал рецепторы. А остринка от сладкого чили лишь усиливала эффект! Если я атаковал по площади при помощи пассировки и жарки, то Клетос сконцентрировал в тесте всю основную мощь, которая только и ждала своего часа! Бомба замедленного действия из сладковатого измельчонного мяса лангустина, приправ, сладкого чили и лёгкой нотки пасты «Том-Ям».

Вынужден признать, что это одно из вкуснейших блюд, что я когда-либо ел. Тут даже готовка Леры отходила на второй план.

— Узри мою мощь! — Клетус, словно римский полководец, победоносно возвышался надо мной: — Я же говорил, что это бесполезная трата времени! Пропасть между нами слишком огромна…

Удары вкуса сыпались на меня волнами, швыряя об песок, стены Колизея и камни, рандомно разбросанные по сцене. Огромный лангустин пытался нашинковать моё тело до состояния каши.

— Какое унизительное поражение… — усмехнулся бородач, и подойдя к моей распластавшейся на песке тушке, сел на корточки: — Самоуверенность — один из самых губительных пороков поваров. Спи спокойно, гладиатор! Спасибо, что повеселил…

— Насчёт самоуверенности. — я резко поднял голову и схватил Клетуса за ногу: — Это ты прям в тему сказал.

— ЧТО⁈ Ты ещё жив⁈

— О, да… — я поднялся и отряхнулся от песка, возвращаясь в реальность: — Теперь моя очередь.

— Нет, ты, конечно, крут. Я даже спорить не буду. — я ещё раз попробовал равиоли Клетуса: — И кроме пасты Том-Ям… есть незаметный, но в тоже время очень проникновенный привкус. Он ещё оставляет такое смягчающее послевкусие в конце… Что это?

— Желе из куриного бульона.

— А… Вот эти штучки золотистые? Кстати, их уже не видно… Неужели растворилось?

— Я использовал особый порошковый вид желатина. Они начинают растворятся при температуре от сорока градусов. Естественно — на самих равиолях и вокруг них, температура гораздо выше. Но если честно, я даже не рассчитывал, что ты обратишь внимание на послевкусие.

— Ну, что поделать? Представь себе, но я тоже повар. И я всё ещё жду, когда ты попробуешь моё блюдо. — я указал на дымящуюся тарелку: — Кстати, ребята! Вы тоже можете присоединиться.

— И как это есть? — поинтересовался Клетус, с недоверием глядя на моих лангустинов в сливочном соусе.

— Берёте кусочек обжаренного багета. Обмакиваете в соус. И употребляете в прикуску с креветками.

— И этим ты собрался победить мои Мишленовские равиоли? — усмехнулся наглый бородач: — Знаешь… Я всё ещё сомневаюсь.

— Ох. — я подошёл и бесцеремонно вручил Клетусу корзинку с кусочками багета: — Пробуй и не раздражай меня!

На данный момент вся эта ситуация с кулинарной дуэлью больше походила на фарс. Клей, конечно, соревновался с другими поварами. Но зачастую это был не спор, а скорее — товарищеский матч. То есть, на кону стояло лишь хорошее настроение зрителей и самих поваров.

Да и стоит отметить, что в качестве визави в подобных матчах всегда выступали кулинары высшего разряда, за плечами которых было далеко не по одной Мишленовской звезде.

А тут… студент, которого выбрала бабушка. Как-то это унизительно. Прям совсем унизительно.

— Никогда не позволяй чужакам доминировать над своей кухней! — громогласно пробасил Шеф Ляузе в голове Клея: — Запомни — твоя кухня, это не просто твоё детище! Это ещё и твой способ самореализации. Ты хозяин своей кухни! Покажи своим визави, на что ты способен. А все лишние должны немедленно покинуть твою святую святых.

Маэстро и специалист высокой кухни был самым первым наставником, который заложил всю кулинарную базу в тогда ещё начинающего повара. Клей всегда отталкивался именно от знаний Шефа Ляузе. Тот за свою долгую жизнь успел открыть огромное количество ресторанов во всех уголках планеты. Да и в целом был общепринятым авторитетом кулинарного мира.

А ещё он утверждал, что до двадцати пяти лет — это не повар, а так… Новичок-любитель. Ибо всё приходит с опытом.

Каждое тату на руках Клея — не что иное, как напоминание о своих ошибках. Они были цветными шрамами жизни.

И всё шло нормально. Не быстро… Но и не совсем уныло. Так, как должно идти.

Пока не пришёл этот белобрысый выскочка с чрезмерно уверенным взглядом.

Харитоновка… Клей ненавидел эту академию больше всего на свете! Уж больно много родственников прошло через её жернова. Уж больно много легенд она породила.

Что такого в этой Харитоновке, чего не смогли бы дать «Ленточки» во Франции? Чем больше Клей на всё это смотрел, тем больше убеждал себя — выпускники Харитоновки не более, чем фанатики с промытыми мозгами! Они совершенно ничем не отличались от других поваров.

Те же знания. Та же основа. Та же практика на кухне ресторана.

Разве что, Харитоновка вся такая важная… Бессердечная! И чтобы туда попасть — надо не просто уметь готовить. Надо ещё унижаться перед Кланом Симоновых.

Никакие они там не таланты… Обычное сборище ослов, которым навешали на уши лапши о собственной важности, чтобы скрыть свою никчёмность.

Клей с недоверием подцепил тушку лангустина и внимательно её оглядел. Ничего выдающегося. Разве что — аромат… Да, вот он действительно пробуждал аппетит не хуже пасты Том-Ям. Ещё и макать кусок багета… Что за варворский метод употребления пищи?

— Ладно. — выдохнул Клей: — Приятного аппетита!

Обмакнув кусочек багета, главная звезда местного ресторана сделал первый укус, а затем отправил в рот лангустина.

Ни-че-го… Особенного…

БАМ!!!

Человекоподобный лангустин, ряженный в чёрный пиджак, нанёс Клею мощнейший удар кулаком. Шеф сделал двойное сальто в воздухе, а затем развалился на бетонном полу.

— Почему, Мистер Кошкин… Почему? Во имя чего вы… сопротивляетесь? — поинтересовался Агент Лангустин и подошёл к Клею. По щекам шефа ударили первые капли дождя: — Что вы делаете? Зачем… Зачем встаете? Зачем продолжаете драться? Неужели вы верите в какую-то миссию, или вам просто страшно признать, что студент может быть… сильнее вас? В чем же миссия, может быть, вы откроете? Это свобода, правда, может быть, мир, или вы… боретесь за любовь? Иллюзии, Мистер Кошкин, причуды восприятия. Хрупкие логические теории слабого повара, который отчаянно пытается оправдать свое существование — бесцельное и бессмысленное! Но они, Мистер Кошкин, как и Высшая Гастрономия, столь же искусственны. Только человек может выдумать скучное и безжизненное понятие — «любовь»! Вам пора это увидеть, Мистер Кошкин. Увидеть и понять! Вы не можете победить… Продолжать борьбу бессмысленно. Почему, Мистер Кошкин? Почему вы упорствуете?

— Потому что, это мой выбор… — выдохнул Клей и быстро поднялся на ноги.

— Ваше упорство вызывает лишь раздражение! — продолжал Агент Лангустин, вытащив из-за пояса кусочек поджаренного багета в виде пистолета «Пустынный Орёл»: — Глупо отрицать то, что существуют люди талантливее вас.

— Я готов смириться с тем, что не являюсь абсолютом. Готов даже смириться с тем, что всё ещё не получил медаль мэтра… Но то, что меня обойдёт студент из жалкого кружка сектантов…

— О! Я искренне верил, что вы любите свою бабушку.

— Обожаю! Она мой герой!

— Но… Она отдала двадцать лет жизни этому… Как вы выразились: «кружку сектантов». — Лангустин навёл хлебный ствол на Клея: — Признайте уже наконец… Харитоновка — кузня гениев и талантов!

— Нет.

Выстрел больно ударил по ушам. Мощнейший вкус сливочного соуса вперемешку с освежающим шпинатом и кислыми томатами черри сбил Клетуса с ног. Он вновь повалился на обломки кирпича и бетона, пытаясь изо всех сил не поддаться этому утончённому божественному послевкусию.

— Вы играете против себя. — сдув дымок с хлебного ствола, Агент Лангустин сделал шаг вперёд: — Вы можете сколько угодно делать вид, что ничего не поняли. Имитировать отличный финал у этого… фантастического фильма. Но если не скажете правду хотя бы себе — горькое чувство поражения навсегда останется занозой в вашем сердце. Давайте уже признаем… Вы развалили ресторан, Мистер Кошкин!

— Мне просто нужно время!

— Время не поможет. Вам нужен ангел-спаситель… Который сейчас стоит перед вами. — Лангустин указал на Дерека, который всё это время стоял неподалёку в сияющих доспехах небожителя, и иногда потряхивал взмокшими белоснежными крыльями, что выглядывали из-за спины.

— Мне не нужен никакой ангел! Я собрал идеальную команду…

— Которая в видит в вас друга, но не лидера. Я не говорю, что это плохо. Но вы же сами прекрасно понимаете вопрос уместности. Посмотрите на Марата… Как его корёжит от злобы! И ладно бы, Дерек сказал ему что-то плохое. На деле — он просто поставил повара на место. Соблюдение субординации! С курением — аналогичная ситуация. Ваша зависимость может загубить дело, которым вы болеете… И которое хотите довести до конца.

— Я… Я всё равно не приму его…

— Глупец! Знаете, в чём основная сила вашей бабушки? В том, что она прекрасно видит потенциал поваров. Она одобрила состав кухни, потому что они действительно хорошие специалисты. И вы тоже это знаете. Но проблема заключается в том, что потакать своим друзьям нужно исключительно в свободное от работы время. Лодка не поплывёт, если все начнут грести в разные стороны. Слаженная работа, Мистер Кошкин. Признайте уже, что напоролись на высшее кулинарное существо! И примите руку помощи.

— Я… Я должен доказать родителям, что способен хоть на что-то…

— Докажите! Никто вам не запрещал принимать помощь извне. К тому же… — Агент Лангустин перезаряди свой хлебный пистолет и вновь нацелил на Клея: — Что вам мешает вернуть всё, как было, если ваш ангел-хранитель не справится?

Очередной выстрел. Бедного Клетуса разрывало от мощного послевкусия от лука и чеснока. Но больше всего будоражили далёкие нотки игристого сухого вина!

— М-м-м…

— Рано делать «м-м-м», Мистер Кошкин. Гордость оплатит вам счета за ЖКХ? Или, может быть, гордость отобьёт все эти пятьсот тысяч рублей, которые вы просадили со счёта своей бабушки? Нет! Включите мозг. Пора работать, Мистер Кошкин! — с этими словами Агент Лангустин выстрелил прямо в голову глубоким сладковатым привкусом мяса ракообразного.

Высший балл! Манификмо-о-о-о!!!

— Клетус? — Марат с непониманием посмотрел на друга: — Ты в порядке?

— Да. — Клей вновь обратил внимание на Дерека. Тот уже не усмехался и выглядел максимально серьёзно. Не как дурачок из кулинарной шараги, а как специалист, который знал своё дело.

Невероятная сила была скрыта в этом молодом пареньке.

Харитоновка… Может быть, с ней не всё так однозначно?

* * *

Конечно же, Клетусу поначалу не поверили. Сперва девчата накинулись на моё блюдо. А затем и парни.

— Да ну⁇!! Не может быть!!!

— Невероятно… А ты точно студент?

— Неужели такая глубина с игривым послевкусием получилась от вина⁈

— Утончённая сладость лангустинов заиграла новыми красками!

— Короче, теперь ты мой муж.

— Научишь своему рецепту⁈

— Так! Шефы! Не забываем про субординацию! — я поднял руку: — Понимаю, что у вас много вопросов, но… Давайте, всё же, вспомним, для чего я здесь? Нам с вами за два дня нужно увидеть уязвимости вашей кухни, а затем исправить их. Я так понимаю, большая часть шефов имеет корочки «Ленточек»?

— Всё так. — кивнул Марат: — Мага, Азик, Афоня и Даша — пришли сами. А все остальные — либо одногруппники, либо с потока, либо со следующего курса Клетуса.

— Ясно. Значит, чтобы понять — насколько хорошо работает ваша команда, необходимо осуществить полную посадку зала! У кого-нибудь тут есть родня или друзья?

— Ну… — Клетус задумчиво почесал затылок: — Вообще-то, мы все приезжие. Всё время проводим на кухне. Девчонки пару раз ходили в местный клуб… Но подцепили там только Шаху, который взбрыкнул и уволился.

— Не взбрыкнул, а ты его не слушал.

— Это он так говорит! У нас и так бюджета — кот наплакал! А он ещё блюда дорогие хотел ввести…

— Так! Сейчас не время выяснять отношения. В общем, знакомых тут у вас нет? Я правильно понимаю?

— Правильно. — вздохнул Афоня: — Я из Крыма приехал.

— А я из Краснодара… — Мага развёл руками.

— А я из Новороссийска. — Азик ещё раз внимательно попробовал получившийся соус: — Надо спросить у Даши! Она тут живёт уже много лет.

— Ладно… Я что-нибудь придумаю. Вы пока поговорите с Дашей. А я сделаю пару звонков.

Выйдя в «курилку», я вытащил коннектор. Полная посадка… Значит, это семьдесят пять человек. Понадобится кругленькая сумма со стороны. Ибо клянчить деньги из и без того оскудевшего бюджета «Тётеньки-Котеньки» — отвратительная затея.

— Да-да! — из динамика коннектора раздался голос Силуянова.

— Эдик, привет! Не отвлекаю?

— Я только что сдал все экзамены, так что могу говорить. Что-то случилось?

— Слушай, тут такое дело… В общем, мне дали задание по улучшению работы ресторана.

— О… Там всё хорошо?

— Всё плохо.

— М-да… Не мудрено. Ты на первом месте чемпионской таблицы отборочного тура. Ну так, что ты хотел?

— Если бы не ситуация, я бы ни за что не стал просить, но… Можешь дать в долг со своей чёрной карточки?

— Могу. А сколько надо?

— Пока не знаю. Но по моим прикидкам — дохрена.

— «Дохрена» — число относительное. Сколько примерно? Миллион? Два? Три?

— Нет! С ума сошёл? Мне нужно около пятидесяти тысяч.

— Тю-ю-ю-ю… Всего-то⁈ Забирай. Без долгов. Просто — забирай! Помогу тебе, не как проигравший должник. А как друг!

— Не слишком ли?

— Ой… Дерек! Вы за две ночи вылакали на двадцать три тысячи. Я не против. А наоборот — всеми руками и ногами «за»! Так что, пятьдесят тысяч, чтобы ты прошёл сложное испытание — вообще, не вопрос.

— Аристократы удивительные…

— Нет. Просто, в этом суть быть богатым. Ты живёшь по принципу — всё идёт нах. Сломалась машина? Выкинул и купил новую. Сломался коннектор? Выкинул и купил новый. И так со всем. Ты ни в чём себе не отказываешь и живёшь на полную катушку. А так… Я бы эти деньги в сетевые игры спустил. Или ещё на что похуже. Поэтому лучше принесу пользу.

— От души спасибо!

— Не за что. Держи меня в курсе, как у вас там всё продвигается!

— Обязательно.

Первая часть плана сработала. Теперь оставалось только найти гостей.

И, конечно же, я решил позвать своих новых криминальных друзей.

— Господин Цареградцев? — в голосе волколака Бориса слышалось удивление.

— Привет, друг! Ты ещё на Красной поляне?

— Пока да. Сегодня мы с ребятами покупаем грузовик. А потом хотим зайти, куда-нибудь обмыть это дело. Думаю, что потусуюсь тут ещё пару дней. Появилась информация, что ИСБ могут упасть нам на хвост. Так что, потом свалю на Бали.

— Понятно. В общем, мне очень нужна твоя помощь. Ну, и котов твоих тоже.

— Если кого-то порешить — то это без нас. Мы курьеры. А не убийцы.

— Тебя вчера хотели пустить на ремни.

— Это была бизнесовая необходимость. Ошибок в нашем деле не прощают. Как бы, убийство — это высший зашквар. Но сам понимаешь. Если спускать всё на тормозах — гарантий исполнения не будет.

— Понятно. В любом случае — убивать никого не надо.

— О! Тогда я весь внимание.

— В общем, мне тут надо один ресторанчик проверить на слаженность работы. Нужны посетители. Хотел попросить, чтобы ты и твои коты принарядились и пришли к нам в гости. Нужно примерно семьдесят пять человек. Я закрываю ваш счёт, если что.

— А что за ресторан?

— «Тетенька-Котенька».

— Ну-у-у-у, я могу и без проверки сказать, что сервис там — дно. Я ходил туда до того, как упал в ущелье. Единственный плюс — милая официантка. И всё. А ещё бородатый му**ак… Это не шеф, а катастрофа! Ругался со мной из-за того, что его кенты картошку не дожарили. В зале народу было человек десять! И всё… Кухня просто обоссалась!

— Понял тебя. Но тем не менее — я хочу посмотреть изнутри, почему такая ситуация происходит. Могу на вас рассчитывать?

— Можете, конечно! И не надо за нас платить. Мы рискуем своими пушистыми жопами не для того, чтобы клянчить у аристо деньги на пожрать.

— Я не аристо.

— Ой… Простите! Я всё время забываю, что для вас это оскорбление.

— Я не… Ох! В общем, давайте часам к семи вечера. Успеете грузовик купить?

— Успеем.

— Супер! Тогда к семи часам вечера сегодня я вас буду ждать.

— Босс, только это… Семьдесят пять человек я гарантировать не могу. Но приведу всех, кого получится.

— Не вопрос! Буду очень рад.

— Всё. Тогда до встречи!

— Пока.

Если Борис не ошибся и в зале тогда действительно было всего десять гостей, то для полного уничтожения кухни мне хватит и половины посадки. Если сможем наскрести хотя бы тридцать пять человек — уже хорошо!

Вернувшись на кухню, я застал там Дарью в состоянии глубоких раздумий.

— Шефы! Я договорился. К нам придет пара десятков гостей.

— Отлично. — Клетус одобрительно кивнул: — Даша, что у тебя?

— Я думаю. — сухо ответила она: — Если позову всех своих подруг с округи… Дай бог — гостей десять наберётся. Но есть один нюанс.

— Какой? — уточнил я.

— Как бы… Они обычные официантки. Сомневаюсь, что они согласятся оплачивать ужин. У нас цены демократичные, но крайне относительно…

— Забей на цены. Я всё оплачу.

— Что⁈ — Клетус тут же нахмурился: — Попридержи коней, парень! Это я всё оплачу!

— Нет, друг. Ты уже оплатил. Пятьсот тысяч рублей из бабушкиного кошелька.

— Ля, ты крыса! А я только подумал, что ты нормальный пацан!

— Нормальный. Но терять выручку мы больше не будем. Я уже обо всём договорился и заплачу за всех.

— Ох, если бы не плачевное положение ресторана, я бы тебя с лестницы спустил…

— Потом обсудим, кто и кого спустит. Даша! Зови своих подруг. Пускай приходят к семи часам вечера. Мои подойдут примерно так же!

— Извини… — Даша слегка смущённо посмотрела на меня: — А что у тебя за друзья?

— Да… Простые купцы. Ничего серьёзного. А что?

— Просто… У меня друзья — совсем молоденькие девочки. Как бы чего не вышло…

— Не выйдет! У меня парни воспитанные!

— Вот именно из-за этого я и переживаю…

* * *

— КУХНЯ!!! — гаркнул я, посмотрев на часы: — ПОЛНАЯ ГОТОВНОСТЬ!!!

— ДА, ШЕФ!!!

— Каждая секунда важна! Помните об этом!

— Да, шеф!!!

Заготовки сделаны. Все цеха откалиброваны и заряжены на работу. Теперь всё зависело исключительно от нашей команды.

— Посетители!!! — крикнула Дарья, заглянув на кухню: — Зооморфы и огромная шерстяная куча чьи?

— Мои! — я пулей вылетел в зал.

Борис в деловом костюме и солнцезащитных очках смотрелся очень респектабельно. Но больше всего меня удивили камышовые коты… Ребята слишком превратно поняли фразу «приодеться» и теперь выглядели, как типичный мафиозный клан. Все такие в кастюмчиках. Зачёсанные. Серьёзные! От вчерашних гопников не осталось и следа.

— Друзья! Прошу за свободные столики! — произнёс я: — Очень рад всех видеть!

— И мы тебя. — раненый босс подошёл ко мне и крепко пожал руку: — Подскажи, а горячительное тут есть? Нам бы самого дорого виски! Эти обормоты вчера начали праздновать закрытие сделки без меня… Хочу наверстать упущенное.

— Всё есть. Но учти, что среди гостей будут юные невинные девы. Так что, ведите себя прилично. Договорились?

— Обижаешь, начальник! — возмутился босс: — Мы женатые почти все! Да и ты фильмов про бандитов пересмотрел? Мы наоборот ведём себя ниже травы и тише воды. Нам внимание от полиции, вообще, не надо!

— Услышал тебя. Но одним глазком буду приглядывать.

— Да хоть двумя! Добротная у вас тут атмосфера. Мне нравится!

— Спасибо. — я хотел похлопать босса по плечу, но вовремя вспомнил, что вчера сделал там приличную дырку.

Девочки Дарьи оказались очень милыми и скромными особами. И я теперь прекрасно понимал её переживания. Серьёзные мужчины с кошачьими ушками и в дорогих костюмах смотрелись малость опасно.

А ещё стало понятно, что мои ожидания не подтвердились… Даже и близко нет.

— Борис… — я подошёл к волколаку и легонько похлопал по плечу: — А что с твоими друзьями?

— Слишком мало? Простите, но это все, кто смог…

— Нет. — я оглядел полностью забитый ресторан: — Ты же сказал, что будет меньше семидесяти пяти.

— Ну, да. Сейчас шестьдесят пять. А! Через час ещё приедет Мумбай.

— Это ещё кто?

— Зооморф. Он из нашей тусовки! Старый медвежатник.

— Понятно. — я жестом подозвал Дашу, которая потихоньку начинала зашиваться.

— Дерек, я не уверена, что сейчас могу отвлекаться…

— Через час нам нужен будет ещё один столик из резерва. Сейчас все места заняты. У нас полная посадка.

— Столик из резерва⁈ Господи…

— Ничего не говори. Просто через час приготовь столик. И продолжай работать!

— Поняла…

Чисто физически собрать заказы у семидесяти пяти гостей — непосильная задача для одного официанта. Но помогать сейчас я не смел, ибо мне нужно было посмотреть все возможные уязвимости. То есть — на каждом этапе. Начиная от посадки гостя, заканчивая доставкой готового блюда до столика.

Как только Дарья собрала все заказы, то бегом направилась к киперу.

От кипера на кухне печатались заказы. Со стороны это было похоже на кассу с чеками. Только лента чуть шире и плотнее.

Ох, что сейчас начнётся…

Было видно, что Клетус, как профессионал — специально составил меню, в котором нереально потеряться. Но проблема заключалась в том, что большая часть блюд собирались в разных цехах. Да, сборка блюда — это тоже один из важных моментов на кухне. И далеко не всё готовится одним поваром с ассистентом.

Как только я зашёл на кухню, то понял, что начинается шторм… Клетус, конечно, чувствовал себя, как рыба в воде. А вот все остальные испытывали ужас и постепенно зарождающуюся панику.

— Афоня! — гаркнул я: — У нас нет администратора! Почему заказы забирают повара с цехов⁈

— Так… Я что? Я же на раздаче…

— Афоня! Сейчас ты не просто раздача, но и сбор заказов. Немедленно вставай за аппарат!

— Есть!

— Не понял…

— Простите! Да, шеф!!!

Кондитерский цех работал исправно. Азик уже во всю трудился над несколькими чизкейками. Заготовка и горячие цеха также не вызывали нареканий. Но вот холодный цех, где сейчас шла работа с морепродуктами… Боже мой.

— Вика! Почему так медленно⁈ — крикнул я.

— Устрицы… — чуть ли не плача ответила миниатюрная повариха: — Они заснули… Я проверяю…

— Соня! А ты чего стоишь⁈

— Жду устрицы. Я на сборке…

— Вставай к Вике! Помогай ей отсеивать устриц!

— Но я же…

— НЕ СПОРИТЬ!!!

— Да, шеф!

— Анфиса! Что у тебя случилось?

— Краб… Мне кажется, его не доварили…

— «Ленточки», значит? — я с осуждением посмотрел на Клетуса, а тот начал разъяснительную беседу с представителями горячего цеха, при этом не отвлекаясь от мяса.

— Поворот! Шеф! Дорогу! — воскликнул Азик, неся огромный поднос с десертами: — Шеф! Дорогу! Поворот! Шеф!

— ТВОЮ МАТЬ!!! — Вася случайно брызнул на открытый огонь маслом, из-за чего мощное пламя устремилось к потолку. Марат и Жека со страху отпрыгнули в разные стороны и сбили бедного Азика. Чизкейки благополучно размазались по полу.

— Шеф!!! Я палец поранила!!! — запаниковала Анфиса.

— Шеф, у нас закончился морской огурец! — воскликнул Костик из заготовочного цеха.

— Шеф! Давление в баллонах падает! Сифонит!!! — закричал Серега.

— Твою мать… Твою мать… Половина уснули!!! — всхлипывала Вика: — Их нельзя подавать!!!

— Простите, шеф… — Азик ползал на коленях и собирал чизкейки с пола: — Я все переделаю! Простите ради бога…

— СТЕЙК РИБАЙ!!! ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ШТУК!!! — пробасил Афоня: — Горячий цех!

— Да, шеф!

— Пюре с пармезаном! Пять штук!

— Да, шеф!

— Устрицы! ГДЕ УСТРИЦЫ⁇!!?! Мне пора их выносить!!!

— Афоня, я не могу… Они все уснувшие… Уснувшие!!!

— ЧИЗКЕЙКИ!!! Мне нужны чизкейки!!! — на кухню заглянула Даша: — Какого чёрта всё так медленно⁈

— БОРЩ ИЗ КАРАСЕЙ!!! ДВЕ ШТУКИ!!!

— Чего⁈ Мы же вычеркнули его из меню⁈

— Видимо, Вадик забыл завести новые…

— Твою мать!!!

— Сибас под лимонным соусом!!! Три штуки!!!

— МАГА!!! Быстро заготовку для борща!!!

— Мороженое со сливками и клубничным пудингом!!! Одна штука!!!

— Чизкейки когда будут⁈ Кто-нибудь мне ответит или нет⁈

— Я сейчас… Сейчас… — протараторил Азик.

— Рибай! Ещё четыре штуки!!!

— Да, шеф!

— Батат фри!

— У нас нет батата фри! Ай… Чертов Вадик!!!

— Креветки на гриле!!! Пять порций!!!

— Твою мать… Я опять порезалась!!!

— Огонь!!! Вася!!! У тебя сейчас соус пригорит!!!

— Сливки убежали…

— Где мороженое⁈

— СЛИВКИ УБЕЖАЛИ!!! СУКА!!!

— ГДЕ МОИ ЧИЗКЕЙКИ⁈

— Ох… — я больше не мог смотреть на этот кошмар: — КУХНЯ! СТОП!

— Что⁈ — Клетус злобно посмотрел на меня: — Ты что творишь⁈ С ума сошёл⁈ У нас ещё ни одного вынесенного блюда!

— В этом и проблема. — я обратился к Даше: — У всех гостей вынесены напитки?

— Да. Я кое-как успела…

— Супер! Шефы! На пятиминутное совещание!

— Отставить совещание! — рявкнул Клетус.

— Отставить «отставить»! — перебил его я: — Всё! Складываем приборы и все идём ко мне.

— Но…

— Это не обсуждается.

— Вообще-то…

— МОЛЧАТЬ!!! Повторяю в последний раз. Положили свою е***ую утварь и быстро подошли ко мне. Я понятно изъясняюсь?

— Да, шеф!

— Вот так бы сразу…

— Слушайте внимательно! — я отодвинул помытые шампиньоны с края стола: — Как вы, наверняка, знаете — первым делом идут холодные закуски. Салаты. Горячие закуски и супы. И только потом вторые блюда. Вы — прекрасные повара, но совершенно отвратительная команда! И косяки начинаются с…

— Холодного цеха? — тяжко вздохнув, спросила Соня.

— Нет. С Афони. — я указал на добродушного пухляша.

— ЧТО⁈ — парнишка явно не ожидал подобного: — Но… Почему я⁈

— Потому что, ты выкрикиваешь заказы в момент поступления, не распределяя их по цехам. Ты сбиваешь всю команду с толку!

— Но у меня нет опыта в распределении…

— Послушай. Тут нет ничего сложного! Сперва холодные закуски. Салаты. Горячие закуски и супы. И только потом вторые блюда. — повторил я: — Твоя задача — грамотно распределять заказы между цехами! Это сейчас в зале сидят наши знакомые и мило общаются, попивая виски. Но будь у нас реально полная загрузка — Дашу бы уже отчихвостили по чём стоит свет. Поэтому всем необходимо собраться! Особенно тебе, Афоня! Запиши, если не уверен, что запомнишь. Холодные закуски — в холодный цех. Салаты — холодный цех. Горячие закуски и супы — горячий цех. Вторые блюда — холодный и горячий цеха в зависимости от сборки. Ты же знаешь, где и что готовят?

— Знаю.

— Вот и распределяй в зависимости от сборки. И смотри! — я оторвал один из заказов, а затем отклеил задний слой: — Это можно примастырить прямо над плитами! Но будь аккуратен. Точно так же, как Азик предупреждай, что идёшь. Кухня — не стадион! Одно неловкое движение, и все чизкейки могут оказаться на полу. Да, Василий?

— Простите… — низкорослый пухляш виновато опустил глаза: — Такого больше не повторится…

— Я надеюсь. Итак, мы опаздываем уже на семь с половиной минут. Клетус!

— Да, шеф?

— Где общие часы и таймер?

— Зачем?

— Каждая. Секунда. Важна. А для вас так и вовсе на вес золота! Время — ваш друг и враг одновременно. Если вы не видите его, то можете забыть об успехе на кухне! Ваша задача — вовремя подать блюдо. Если я ещё раз увижу такой бардак, то моё сердце не выдержит.

— Ой-ой-ой… Какие мы нежные. — скривился Клетус.

— Я говорю по делу! Значит, чтобы к завтрашнему дню у нас были часы с таймером. Электронные! Чтобы сразу было видно время.

— Почему именно электронные, шеф? — поинтересовалась Анфиса, быстро перебинтовывая пальцы.

— Потому что на адаптацию круглого циферблата у мозга уходит до двух десятых секунды. Нам важно даже это время! Поняла?

— Да, шеф!

— Что ж, теперь следующий вопрос. Кто у нас отвечает за закуп?

— Вадик.

— А где он?

— Уволился.

— Да ладно? — я даже не удивился. Просто стало забавно от сложившейся ситуации: — Клетус, а ты мило общаешься только со своими друзьями из «Ленточек»?

— Чего началось-то⁈ — возмутился бородач.

— Нет, просто нам катастрофически не хватает рук. Люди, которые должны отвечать за те или иные процессы — уволены. И что за борщ из карасей?

— Южное блюдо.

— Допустим. Контакты поставщиков у вас сохранились?

— Да. Всё у меня в кабинете. — пояснил Клетус.

— Прекрасно! У кого-нибудь есть транспорт?

— У Ямала велосипед. А у меня… Мопед. — Василий неуверенно поднял руку.

— Кто такой Ямал?

— Это я. — из моечной зоны вышел смуглый дедушка явно нерусской национальности.

— Посудомой?

— Да, шеф!

— Супер. Как дела, Ямал?

— Отлично, шеф!

— Мы можем на тебя положиться?

— Да, господи! Дерек! — психанул Клетус: — Это друг моей бабушки! Он тут во всех ресторанах успел поработать за двадцать лет!

— Хех… Вадик, Шаха и остальные, кто сбежал отсюда, я так понимаю — тоже?

Ямал шутку оценил. Показал большой палец и удалился на своё рабочее место.

— Значит, так! Сейчас мы с Клетусом проводим инвентаризацию. Афоня распределяет заказы. А вы — показываете, что означает словосочетание «работать в команде». Без лишней паники. Без лишнего шума. Просто берёте и делаете! Как только мы с Клетусом выясним, что нам не хватает, Василий поедет на склады к поставщикам. План ясен?

— Да, шеф!

— Отлично. Даша! Ты продолжаешь следить за залом. Если вдруг поймёшь, что зашиваешься — немедленно зови меня!

— Да, шеф!

— Клетус. Поехали!

С горем пополам, нам удалось провести инвентаризацию и раскидаться с заказами. Боже, если бы Зоя, Степанида, Карл и Рубен работали также безответственно, то «Шашлычок» бы и месяца не просуществовал.

Иногда я выглядывал в зал, чтобы посмотреть, как идут дела у наших гостей.

К десяти вечера девчонки из холодного цеха уже валились с ног, и приходилось их стимулировать… В такие моменты мне очень не хватало хлыста.

К одиннадцати начался первый конфликт интересов в зале.

— Простите… — к нам заглянули напуганные босс камышовых котов и волколак Борис: — У нас тут проблемка…

— Что такое? — напряженно спросил я.

— Девочки… Они взбесились!

— Чего⁈ — я выбежал в зал и увидел крайне жуткую картину.

Невинные подружки Дарьи превратились в голодных волчиц. Видимо, игристое ударило в голову, и девочкам захотелось приключений. А эти самые «приключения», как раз сидели за соседними столиками… В общем, девчата нагло соблазняли бедных камышовых котов.

Представители бандитского клана терпели. Опускали глаза. Иногда пытались отшучиваться… Но разгорячённым девицам было уже не до шуток.

— Даша! — я подозвал нашу главную официантку, которая во всю пыхтела за барной стойкой, разливая по огромному количеству стаканов дорогущий виски: — Я всё понимаю… Но мужчины крайне недовольны!

— Ой… Этого я и боялась… — обречённо вздохнула Дарья и пулей направилась к очагу разврата: — Это что такое⁈ Дарина! Ника!!! Слезьте с бедных котов!

— Чего это⁈ — девочки явно были недовольны подобным раскладом.

— Того это! Вы в ресторане, а не в хост-клубе!

— Но ты посмотри, какие они миленькие! Котики в костюмчиках! Ми-ми-ми…

— Дарина. Немедленно слезь с мафиозника!

— Нет.

— ЖИВО!!!

Дарья сейчас напоминала воспитательницу в детском саду, что отчитывала баловников, которые всё никак не хотели слушаться.

— Ладно… — девочки поднялись, но одна из них нагло чмокнула бедного кота в губы. Мафиозник покраснел и опустил кошачьи ушки.

— Простите их пожалуйста! Они очень хорошие девочки! Правда! Просто… Когда выпивают — превращаются в тигриц… Такое иногда бывает. Но не часто…

— Главное, что разобрались. — с облегчением выдохнул я и взглянул на коннектор: — У нас полчаса до закрытия! Потом устроим брифинг. Даша! Ты тут за главного.

— Ну, естественно…

К концу рабочей смены все работники кухни превратились в зомби и очень напоминали Коляна в начале его поварской практики два года назад.

Бодрячком держались только Клетус, Марат и… Ямал.

Невидимка и друг Галины работал лучше всех! Ни одного тормоза из-за грязной посуды. Всё доведено до совершенства. Прям гений посудомоев!

А вот все остальные… Ладно. С ними я разберусь чуть позже.

— Спасибо большое! Было классно! — Борис пожал мне руку: — Знаешь… Как будто, что-то поменялось.

— В плане? — поинтересовался я.

— Появился некий стержень, которого я здесь не чувствовал, когда пришёл впервые.

— Может быть. Вы, кстати, завтра как?

— ИСБ так и не упали нам на хвост. Поэтому, пока тусуемся здесь. А что? Опять нужно изобразить гостей?

— Нет-нет-нет! — к нам тут же подбежал босс с распушистившимся хвостом: — Всё вкусно и замечательно! Но я больше на такое не согласен!

— Что случилось? — удивился я.

— Сперва нас пожирали глазами! Потом и вовсе стали приставать… А я, между прочим, мужчина в разводе, но с детьми своими общаюсь на постоянной основе.

— В чем проблема? Радоваться должен, что внимание женское получил.

— Нет, спасибо! Я ещё не готов.

— Да всё он готов. — усмехнулся волколак: — Боится просто лишнее внимание привлекать. Мы же не самые честные граждане Империи. Сам понимаешь.

— Так… А если не будут приставать? Ты мне поможешь?

— Если не будут, то помогу. Но завтра половины точно уже не будет. Клан разъезжается на новые точки. К тому же, Большой Стеникки… — босс указал на антропоморфного лося в пиджаке: — Послезавтра устраивает сходку у себя в гараже. Сам понимаешь… Печень не казённая.

— Услышал. В общем, завтра приходите. Так же к семи. Мне надо ещё раз проверить кухню. И я обязательно закрою ваш счёт.

— Вот ты со своим «закрою счёт» даже не лезь! Мы приходим, чтобы получить удовольствие и вкусную еду. Да, поначалу мы долго ждали. Но потом-то всё было высший класс! Единственное… лезу не в своё дело, наверное…

— Нет-нет! Говори. Обратная связь очень важна для общепита.

— Ну, смотри… В общем… Вам бы ещё пару официантов и бармена. Даша — потрясающая официантка! Очень приятная девушка. Но нас тут больше семидесяти гостей. А она — одна. В общем, ей бы не помешала подмога.

— Обязательно учтём это.

— А так, в целом — всё супер! Спасибо!

— Вам спасибо!

В итоге, со мной попрощались все представители криминального клана. А девчонки так и вовсе попытались затискать… Но это уже в порядке вещей. Я неоднократно говорил, что барышни во хмелю — существа опасные.

Проводив всех гостей, я закатал рукава и закрыл входную дверь на замок.

Почти все сотрудники кухни, кроме Ямала и Клетуса, выглядывали со стороны барной стойки. Выглядели они разбитыми и очень виноватыми.

— Ну, что? — улыбнулся я, и придвинув пустой ящик из-под креветок, уселся на него: — Поздравляю, товарищи! Это катастрофа.

— А что ты хотел? — нахмурился Клетус.

— Что я хотел? Как минимум — слаженной работы, которая появилась только под конец рабочего дня. Я искренне счастлив, что Клетус разработал максимально комфортное и небольшое меню… Но вы умудрились обосраться даже с ним. Выпускники «Ленточек» или кто вы там? Это уже неважно. Пока вы цепляетесь за прошлое и ноете — ничего хорошего из вашей команды не выйдет.

— Критиковать каждый может! — насупилась Анфиса: — А ты попробуй предложи, что-нибудь дельное?

— Во-первых, сейчас мы вместо того, чтобы сбросить всё на Ямала — вооружаемся тряпками, ведрами и губками. А затем все вместе и дружно драим кухню!

— Это ещё зачем?

— За надом. — раздражённо ответил я: — Тимбилдинг, емана рот! Во-вторых, завтра приходим к пяти тридцати.

— ЧТО⁈ — сотрудники кухни с ужасом посмотрели на меня.

— Так! Дерек! Это уже перебор! — возмутился Клетус.

— Перебор то, что вы ведёте себя, как дети. Никчёмные. Жалкие. Нытики. Вы все! И нет, я не пытаюсь вас оскорбить. Я хочу, чтобы вы задумались над своим поведением. Соня, какова наша миссия? — я внимательно посмотрел на пышную блондинку.

— А? Ну… Вкусно готовить… Как бы…

— Понятно. Василий! Какова наша миссия?

— Ну… Стать хорошим рестораном?

— Понятно. Жека! Какова наша миссия?

— Приготовить идеальное блюдо?

— Господи… Клетус! Какова наша миссия?

— Выйти в плюс.

— Аллилуйя! — я разразился аплодисментами: — Хоть кто-то в этой дыре понимает, для чего мы тут убиваемся. Но у меня вопрос… Почему Господин Кошкин не донёс эту идею до своей команды?

— Я доносил!

— Хреново доносил. Знаешь, в чём секрет успеха топовых ресторанных команд?

— В чем же?

— Дисциплина и мотивация. Дисциплина — двигатель. Мотивация — топливо. Но чтобы у вас всё это было — ЖИЗНЕННО НЕОБХОДИМО ИМЕТЬ ЦЕЛЬ!!! Стать хорошим рестораном… Господи, что это такое? Что для тебя хороший ресторан? Вон, для бандитов — да! Это хорошее заведение. Для официанток из местных гостиничных комплексов — это, вообще, топовый топ! Но лично для меня это отвратительная рыгаловка, где вместо специалистов я вижу детей. Вкусно готовить… Ну, все вы тут вкусно готовите! И это без шуток. — я указал на огромный кубок: — А Клетус превосходит каждого из вас. КАЖДОГО! И что? Это сделало ваш ресторан «хорошим заведение»? Нет. Приготовить идеальное блюдо… Что это такое? Что такое «идеальное блюдо»? Кто-нибудь из вас может дать мне ответ?

— Ну-у… Это то, что любят все… — скромно ответила Вика.

— Нет, шеф! Херню сморозила. Не существует идеального блюда, потому что каждый гость по своей натуре — индивид. Мне нравится мраморная говядина. Тебе нравится тушеная свинина с гречей, а Василий фанатеет от чечевицы. И что? Каждый из нас назовёт своё идеальное блюдо. К чему ты будешь стремиться? К какому из них? Непонятно. А вот выйти в плюс… Сколько мы за сегодня заработали?

— Сто сорок две тысячи рублей. — ответила Дарья, сверившись с информацией с кипера.

— Сто сорок две тысячи рублей. Вычитаем себестоимость продуктов. Налоги. И затраты на обслуживание. У нас остаётся двадцать одна тысяча рублей. Двадцать одна! Понятно, что полная посадка — это не ежедневное явление. Но даже если вы будете зарабатывать чистыми по двадцать одной тысяче рублей хотя бы четыре раза в месяц — это уже больше восьмидесяти тысяч рублей. Клетус, сколько стоит день работы?

— От двенадцати до пятнадцати тысяч рублей. Всё зависит от блюд.

— Понятно. Значит, вам необходимо в день зарабатывать хотя бы двадцать тысяч. Это не так уж сложно, если учитывать ваши цены на… — в кармане завибрировал коннектор. «Костян Сосиска»… Интересно, чего это он: — Костик, что-то срочное?

— Привет, Дерек! Нет. Но я хотел бы кое-что с тобой обсудить.

— У тебя всё в порядке? Тебя не бьют?

— Нет! Я про тех пацанов уже забыл.

— Ладно. Перезвоню через полчаса. Идёт? Сейчас важное совещание.

— Идёт! Буду ждать.

— Оки. — я спрятал коннектор обратно в карман: — Так вот, если мы в день будем чистыми зарабатывать хотя бы четыре тысячи рублей, то с учётом полной посадки — за месяц есть возможность выйти в сто девяносто шесть тысяч. Три месяца и всё! Никаких долгов. Ресторан приносит прибыль.

— Чтобы зарабатывать чистыми четыре тысячи, нам придётся набивать ежедневно не по двадцать, а по двадцать две тысячи рублей. — вздохнул Клетус: — Это серьёзная сумма даже для нашего ресторана.

— Охренеть! — я всплеснул руками: — Вау! Клетус — ты меня поражаешь. А на что ты тогда рассчитывал? Просто сидеть и нихрена тут не делать? Нет, дружок! Так не пойдёт. Начинаем драить ресторан! И мне нужен тот, кто отвечает за бухгалтерию.

— Это я.

— Клетус⁈ Господи… Ну прям не повар, а человек-оркестр. В общем, давай! Сейчас быстренько рассчитаем «себес» наших блюд и подумаем, как сократить затраты. И ещё… Дарья! Нам нужен, как минимум — ещё один официант. Ни в одном уважаемом ресторане нет администратора-официанта-бармена в одном лице. Везде это разные люди. Понимаете?

— Так мы хотим сэкономить или наоборот? — нахмурился Клетус.

— Ты не отвлекайся. — я взял ведро и набрал воды: — Сейчас за делом всё обсудим!

Господи, как же я устал… Это задание высосало все соки. И что самое отвратительное — закончили мы только в половине второго. А это значит, что спать мне осталось целых… нисколько. Что ж… Навивает тёплые воспоминания о подготовках к дуэлям в общаге.

Добравшись на такси до отеля, я с удивлением обнаружил, что прибыл далеко не последним.

Серёжа, Валёк и Коля устало брели к лифту. Амелия и Мила сидели на лавочке возле клумб и что-то обсуждали с серьёзными лицами. Ещё несколько студентов и вовсе задремало прямо на траве… Ни о какой второй «серебряной ночи» не могло идти и речи.

— Костян! — выдохнул я и тут же достал коннектор.

— Да-да… Я ещё не сплю. — сонно ответил сосисочный специалист.

— Прости. Задержался на мероприятии. Так, о чём ты хотел поговорить?

— Слушай… Я расплатился с долгами. И даже поднял небольшую сумму. Но… органика кончается. Девочек стало совсем мало, в основном парни тусят. Мы с Игорем уже начали переживать.

— О! Значит, пришло время поговорить о маркетинге. Какими ты видишь своих потенциальных покупателей?

— Ну… Девочкам у нас не очень. Поэтому предлагаю раскрутить мужскую аудиторию.

— Хм-м-м… Это не трудно. Главное — придумать концепт. — я увидел, как сонная Славик заползает в наш отель: — Кажется, я нашёл референс! Утром скину свои наработки.

— Ох, ты не представляешь, насколько я тебе благодарен!

— Мне не сложно.

Попрощавшись с Костяном, я быстро догнал Славика.

— О! Хозяин… — тут же улыбнулась она и начала ластиться, словно кошечка: — Скучал по мне?

— Очень! Слушай, мне нужна твоя помощь.

— Ты же знаешь, что я проиграла, а значит — всецело принадлежу тебе. Что пожелаешь, мой Владыка?

Как давно я не слышал такого обращения к себе… Ну, ладно! Кнопка не в счёт.

— Хочу использовать тебя для увеличения продаж хот-догов. Сосиски в общем.

— Поняла… Тома ещё час будет на практике, поэтому через пятнадцать минут жду тебя в номере.

— Не-не. Мне по быстренькому. Завтра… Кхм, вернее уже сегодня — к половине шестого в ресторан.

— По быстренькому? — Славик очень пошло улыбнулась: — Какой же ты ненасытный… Ладно, пойдём сразу ко мне! Но… мне надо принять душ. Я весь день работала с рыбой.

— Договорились.

Всю дорогу до номера развратная блонда, о чём-то мне рассказывала. Но я настолько устал и был погружён в концепт рекламы сосисок, что практически её не слушал.

— Всё! Жди здесь. — Славик зачем-то потрепала меня за щеку, а я вытащил коннектор: — Ой, а это тебе зачем?

— Снимать буду.

— Эм-м… Я, конечно, всё понимаю. Но не слишком ли это?

— Не слишком. Давай скорее! Я хочу хоть ненадолго заглянуть к Морфею.

— Эх… Была б моя воля, то ты бы никуда сегодня не заглянул.

— Угу.

Пока Славик принимала душ, я проверил память своего аппарата и скачал специальное приложение для обработки фотографий. Сейчас у меня не было совершенно никакого настроения готовить хот-доги, поэтому пририсую их так.

Вообще, женская красота — один из мощнейших двигателей маркетинга! Это как с рекламой инструмента на дороге.

Если на плакате будет просто дрель, то её, скорее всего, даже не заметят. А если сочная барышня в каске и рабочем комбинезоне на голое тело — все дальнобойщики твои. Правда, я слышал, что такая агрессивная реклама иногда создаёт аварийные ситуации… Но это уже мелочи.

— Я готова! — Славик вышла из ванной комнаты, затем игриво сбросила с себя халатик, и опустившись на четвереньки, медленно направилась ко мне…

— Что происходит⁈

— Гав! — развратная блонда перевязала пояс от халатика вокруг своей шеи, сделав что-то типа ошейника с поводком: — Происходит служение Хозяину!

Ну точно Кнопка на максималках. Только та, когда была жуткой куклой — по крайней мере, не приставала.

— Но я просил тебя побыть моделью!

— Я буду, кем захочешь, котик… — с этими словами Славик зубами начала расстегивать ширинку на моих джинсах.

— СТОЯТЬ!!!

— В смысле?

— Никакого чпоканья сексом!!!

— В смысле⁈ — развратная блонда выглядела одновременно ошарашенной и разочарованной: — Как это⁈ Секс будет! И чпоканья будут!

— Мне. Нужны. Фотки. И точка!

— Ах ты негодник… Значит у нас девиз один — возбудим и не дадим?

— Я сразу сказал, что мне нужна реклама для хот-догов. То есть, сосисок!

— А мне нужна только твоя сосиска… Знаешь, Дерек… В смысле — Повелитель. Так не честно! Ты сам вчера подсадил… и насадил… хе-хе… меня на это всё мероприятие. А теперь от ворот поворот устраиваешь. Динамо!

— Я с тобой обязательно разберусь. Но не сегодня.

— Да-да-да… Всем девчонкам так говоришь?

— Абсолютно! Одевайся.

— Во что ты хочешь, чтобы я нарядилась? Давай! — Славик снова превратилась в собачку и встала на колени, взяв меня за руки.

— Платье коктейльное есть?

— Синие и изумрудное. Какое хочешь?

— Какое покороче.

— Уи-и-и-и-и-и!!! ЧПОКАНЬЯ СЕКСОМ!!!

— И ещё. У тебя туфли на высоком каблуке есть?

— Естественно! Обижаешь такими вопросами.

— Одевайся.

— Да… Я слышала про парней, которых заводят женские ноги…

— Одевайся, Славик! Мне ещё надо успеть поспать!

— Да, шеф! — развратная блонда юркнула в шкаф и спустя мгновение предстала передо мной в шикарном образе. Синее шёлковое платье и серебристые туфельки на здоровенной шпильке прекрасно подчёркивали её фигуру.

— Отлично! А теперь — вставай на стол. — скомандовал я, приготовив фотоаппарат на коннекторе.

— Эм-м… Прости, что?

— Давай на стол! Не бойся. Он выдержит.

— Я не понимаю… Но, ладно… Мне очень нравится, что ты сопровождаешь меня в мир большого разврата. — радостно улыбнулась Славик, а я лишь обречённо закатил глаза.

— Вот. Теперь сделай вид, что у тебя в руке хот-дог.

— Какого размера «хот-дог»? Большой? Или… может быть, поменьше?

— Стандартный.

— Блин… Я только у тебя трогала. Какие они, вообще, бывают?

— Славик. Христа ради! Успокойся и позируй.

— Ты потом будешь мастурб… Кхм… Душить гуся на эти фотографии?

— Нет. Мне они нужны для рекламы.

— Да-да… Конечно. Сделаю вид, что я такая дурочка и забайтилась на это. — хихикнула Славик, очень пошло высунув язык.

— Вообще-то, я реально про сосиски.

— Да-да. Сосиски. Именно.

— Теперь посмотри на меня. Вот так.

— Блин… Как же меня подобное смущает. Как представлю, что ты будешь делать с этими фотографиями, так вся краснею…

— Славик. Просто стой.

— Кстати, может задрать платье? Ну, приподнять чуток… Для пикантности.

— Не стоит.

— Ладно… Хозяин-барин. Кстати, а почему именно на столе?

— Идеально ровная поверхность и ракурс. — сухо ответил я и сделал ещё несколько кадров: — Знаешь, что в мире мужчин принято считать самым сексуальным в девушке?

— Грудь и попу?

— Ноги. Девичьи ноги — это маркетинговая пушка-бомба! Ни одна девушка так внимательно не смотрит рекламу колготок, как мужики.

— Грязные разговорчики… Смущает! Но я привыкну. Обязательно привыкну, Владыка! А ещё я безмерно хочу показать тебе свои трусишки! Вот… — Славик всё-таки задрала подол и без того короткого платья: — Нравится?

— Славя, я хотела… — в номер зашла Зиночка и тут же остолбенела.

— Ой… — Славик смущённо прикрыла всё руками: — Зинаида, а стучаться не учили⁈

— Простите… Я не хотела! Не смею вам мешать. — покраснев, ответила миниатюрная блондиночка и хотела сбежать, но я успел схватить её за руку.

— А кто сказал, что ты мешаешь?

— Дерек… Что ты имеешь в виду?

— Две девчонки лучше, чем одна. Особенно, когда речь идёт о горячих сосисках. Иди сюда! — я затянул Зиночку в номер и захлопнул дверь.

— Дерек… Ты в своём уме⁈ — испуганно пискнула миниатюрная бухгалтерша.

— В своём. — я оглядел содрогающуюся от волнения Зиночку с головы до ног: — Идеально! Иди на стол. Прямо к Славику!

— Дерек… Я буду кричать…

— Не надо. Славик! Помоги ей залезть. Давай!

— Дерек… Я не соглашалась на твои игрища!

— Ой, да там делов-то на двадцать минут. Ну, может на сорок. — я поднял Зиночку, словно котёнка и поставил на стол: — Во! А теперь сделай вид, что держишь хот-дог.

— Ч… Что⁈

— Представь себе здоровенную сосиску промеж булочек. — промурлыкала Славик и начала массировать плечи маленькой блондинке: — Не бойся! Мы будем нежными…

— Зиночка, реально! Расслабься. Чем дольше ты сопротивляешься, тем больше времени это всё займёт. — произнёс я, выбирая ракурс: — Славик! Покажи ей, как держать хот-дог. У тебя отлично получается.

— Вы… Вы… — Зиночка едва не расплакалась: — Вы оба… ПРОСТО КОНЧЕНЫЕ!!!

— Как же. Ты. Меня. Задолбала!!! — прорычала Летти, а затем схватила Кнопку за шиворот и потащила в ванну: — Всё! Буду учить тебя уму-разуму… Как ты, вообще, смогла служить помощницей Короля Тьмы⁈

— Там всё было проще! Не топи меня!

— О… Топить я тебя точно не буду. — злорадно усмехнулась Повелительница Тьмы и усадила мелкую на стул перед зеркалом: — Знаешь, иногда мне кажется, что ты меня специально изводишь. И мне очень хочется тебя придушить!

— Нет! Я не извожу тебя!!!

— Я это уже поняла. Но некий осадочек всё равно остаётся… В детстве я смотрела один мультик, который притащили с Земли. Так вот, там была очень глупая девочка с розовыми волосами. И все говорили, что снисхождение за тупость она получила только из-за цвета волос…

— Что⁈ Что ты собираешься сделать⁈

— Мои контрактеры давно искали эпатажную полторашку… Мир моды уникален! Сейчас не обязательно быть высокой вешалкой, чтобы показать ту или иную коллекцию. А ты вполне сойдёшь за подростка! Глупого. Совершенно идиотского подростка с милой моськой. — Летти взяла краску для волос: — Где-то год назад по мне жахнул кризис среднего возраста…

— Что⁈ Какой средний возраст⁈ Ты старше США!!!

— Охренела⁈ Я не настолько старуха…

— Карга! Древность! Пыль! Плесень! Отпусти меня!!!

— Ты понимаешь своё положение на корабле⁈

— На каком корабле⁈ Отпусти!!!

— Ты целыми днями только и делаешь, что мух считаешь, обжираешься всякой дрянью с моего аккаунта доставки еды, смотришь сериалы и теребонькаешь на белобрысого ушлёпка, который, между прочим, когда-то был твоим начальником!

— Но он няша-милаша!

— Он ушлепан, которого силком усадили на трон… И точка! Но сейчас не об этом. Кнопка, мне кажется, что ты не понимаешь одну простую вещь. Твоя жизнь — в моих руках. Твоего ненаглядного ушлепана сейчас нет в городе. А телепортироваться он не умеет. В общем, ты можешь совершенно случайно упасть и свернуть себе шею… Или совершенно случайно попасть под колёса мотоцикла. Ты этого хочешь?

— Нет…

— Тогда не вякай! И сиди тихо.

— Хорошо…

— Так вот. — продолжила Летти, вооружившись кисточкой для покраски волос: — Где-то год назад по мне жахнул кризис среднего возраста. Я подумала, что надо пойти в качалку и получить титул «Мисс Олимпия»! Накаченная мужеподобная женщина… Что может быть лучше? Но затем мне пришла в голову мысль покруче! Я захотела стать крутой альтушкой-байкершей.

— В этом мире ещё нет такого термина…

— Вообще, плевать! Так вот, я подумала, что перекраситься в неестественный цвет — это шикарная мысль. Но вот ведь незадача… Мой стилист сказала, что мои волосы очень нежные и чувствительные. Поэтому, никаких перекрасок. Я стала просто таинственной мотоциклисткой, которая кошмарила представителей золотой молодёжи на дорогах. Однако, чуть позже выяснилось, что Пламя… вполне подходит для регенерации любой части тела. Только вот, было уже слишком поздно… — Летти начала намазывать мерзкую жижу на волосы Кнопки: — Кризис прошёл. Я снова вернулась к роли послушной девочки из богатой семьи. Работала. Общалась с подругами. Следила за ушлепаном… В общем, вела нормальную девичью жизнь.

— Проклятый Предок! Убери эту шнягу с моей головы…

— Время летело. А розовая краска стояла без дела в полке. Хоть я и не страдаю синдромом Плюшкина, но выбрасывать её у меня не поднималась рука! Это был не просто тюбик… Это целое напоминание о том, что даже у таких, как я — иногда выключаются мозги.

— Я не хочу… — заныла Кнопка.

— Все мы, чего-то не хотим. Это нормально! Но ты, как существо, у которого мозгов меньше, чем у нематоды — достойна для использования этой краски на все сто процентов. А ещё, ты будешь ассоциироваться у меня с той тупорылой героиней… И я, естественно, начну относиться к тебе со снисхождением.

— Прошу, не надо меня красить!!! Я стану умнее!!! Клянусь!!!

— То что мёртво — ожить не может. Вернее, то, что априори тупо — стать умнее не сможет. Слишком мало нейронных связей я чувствую в твоём мозгу. Знаешь, Кнопка… Ты типичный представитель девочек из социальных сетей, которые ищут мужа с зарплатой в сто тысяч рублей. Только они хотя бы преследуют наживу. А ты… ничего не преследуешь. Ты даже не представляешь, что такое «преследовать цель».

— Вообще-то, я хочу собрать гарем для Владыки!

— Честно, лучше бы ты молчала… Вот не даром говорят, что молчание — золото.

Спустя полчаса унижений и пыток, Кнопка была закинута в ванную, затем отмыта и высушена.

— За что⁈ — глядя на себя в зеркало, ныла бывшая помощница Короля Тьмы: — Я теперь, как анимешная девочка!!!

— О! Точно… — Летти вновь схватила свою миниатюрную сожительницу и утащила её в гардеробную. Спустя ещё десять минут унижений, Кнопка была наряжена в клетчатую юбку, чёрную майку и кеды, как у типичного представителя эмо-культуры.

— Ужасно… — взвыла бывшая помощница Короля Тьмы: — Это просто ужасно!!! Теперь ты довольна⁈ Садистка… Убийца «Модного приговора»!!!

— Нет-нет-нет… — хищно улыбнулась Летти, вытащив коннектор: — Сейчас будет фотосессия! Воробыч явно обрадуется подобному материалу…

— НЕТ!!! Меня нельзя отправлять твоим толстым скуфам-начальникам!!!

— Нельзя меня подставлять перед толстыми скуфами-начальниками!!! Так… Где там плюшевый медведь?

— Я отказываюсь в этом участвовать!!!

— А я отказываюсь принимать сотню тысяч последствий от твоей бесконечной тупости! Теперь все будут думать, что я втрескалась в этого белобрысого ушлепана!!!

— Но ты же обожаешь его!

— Идиотка… Я его терпеть не могу!

— Но вы были друзьями!

— Ага… Пока он не превратился в ушлепана. Так! Не переводи тему. Говоря про последствия — я имела в виду то, что мне в любом случае придется с ними столкнуться. А тебе придётся столкнуться с фотосессией!

— Перекрась меня обратно!!!

— Нет. Теперь ты — мелкая альтушка! О! А вот и медведь. — Летти всучила Кнопке плюшевого пылесборника: — Идеально!

— Не хочу… Мне больно себя видеть… Я хочу помыться…

— Слушай! Ты же так хочешь понравится ушлепану. Может быть, он любит альтушек? Считай, он же старый скуф.

— Мне кажется, что ты не совсем правильно разбираешься в терминологии…

— Плевать! Так. Теперь изобрази ещё более смущённый вид! Давай! — злобно хохоча, Повелительница Тьмы делала десятки кадров в секунду: — Идеальная мордашка! А теперь… Теперь подними руку вверх.

— Вот так?

— Ага! И подпрыгни!

— Вот так?

— Да! А теперь во время прыжка крикни: «Мы — Ранетки!!!».

— Мы — Ране… ЧТО⁇!!?!

— Хе-хе-хе… Всё это будет в сети!

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!!!!!

* * *

— Хот-доги, которые рекламировала моя сестрёнка? — удивилась Зиночка.

— Ну, да. А ты что подумала? — нахмурился я, попутно разглядывая получившиеся фотографии.

— Конечно же, обо всяких пошлостях. — до Славика, наконец-то, дошло, что никакого романтического «шпилли-вилли» сегодня не будет. Бедолага очень расстроилась.

— Я — не ты, чтобы думать обо всяких пошлостях! — смутилась миниатюрная бухгалтерша: — Просто… Ты застала меня врасплох своим внешним видом!

— А что? Вечернее платье и высокий каблук нынче атрибутика куртизанок?

— Типа того…

— Ой! Можно сказать, у тебя подобного нет? Хотя, о чём это я? Ты же у нас ничего не знаешь о мире физической любви. — злобно усмехнулась развратная блонда.

— А вот и знаю! — обиделась Зиночка и пулей вылетела из номера.

— Ты что творишь? — злобно проворчал я: — Знаешь же, что её подобное задевает!

— Она первая начала! И, вообще, она так говорит, словно у меня одна пошлость на уме… — ответила Славик, нагло положив ладонь на моё колено.

— Действительно. И с чего она об этом подумала? Тем не менее, я бы посоветовал извиниться. Одно дело, когда ты обзываешь человека пошляком, и совсем другое, когда делаешь акцент на физических особенностях. Я, вообще, стараюсь никогда не оскорблять людей по их физическим особенностям. Типа… Это не они выбирали, какого роста родиться. Понимаешь?

— Ла-а-а-а-адно! Если Владыка этого желает, то я обязательно извинюсь.

— Этого желает не Владыка. Я бы хотел, чтобы до тебя дошло, что к своим одногруппникам нужно относиться с уважением! Тем более, если они проявили снисходительность к тебе. Сама же понимаешь, что была конченой стервой?

— Да-да-да… Понимаю. Но тем не менее, я не позволю обзывать себя пошлячкой! — Славик схватилась за мой ремень: — Ну, где я пошлячка? Ни одной грязной мысли.

— Угу. Чистая пошлость. И звенящая заодно.

— Вот! — к нам в номер залетело чудо в розоватом коротком платьишке и таких же розовых туфельках на высоком каблуке: — Я же говорила, что всё прекрасно понимаю!

— Слу-у-у-ушай. — Славик оценивающе посмотрела на Зиночку: — А ты идеально сгодишься на роль «степсистер», которая снова застряла в стиральной машине.

— Нет! Фу! Вообще-то, я просто хотела показать, что тоже умею носить соблазняющие вещи! Дерек, скажи же? Ну?

— Да. Вне всяких сомнений — очень соблазняющие вещи. Так! Вы обе — живо на стол. Мне нужны крутые референсы.

— Я не давала разрешение на съемку! — возмутилась миниатюрная бухгалтерша, но была всё равно схвачена и поставлена на стол: — Ладно… Но это потому, что мы друзья!

— Рад это слышать. — я принялся щёлкать сперва Зиночку, а потом их вдвоём со Славиком. Фоточки получились огонь: — А… Ты зачем заходила-то?

— Господи! — маленькая модница с ужасом схватилась за голову: — Вы меня со своими сосисками так шокировали, что я забыла о деле! Я же сейчас работаю в азиатском ресторанчике. И меня, как студента Харитоновки, попросили сделать блюдо. Рецепт я придумала! И даже договорилась с местной кухней. Но… У меня совсем нет ингредиентов. А борзеть и просить тут — мне совесть не позволяет. Я вот тут подумала… Славя, ты же вчера готовилась уничтожить Дерека на реванше? Может быть, у тебя ещё остались продукты?

— Конечно! Дофига и больше. — Славик горделиво открыла холодильник, под завязку забитый самыми различными ингредиентами: — Что надо? Отдам всё, что захочешь по старой дружбе!

— Куриные окорочка и спагетти. Остальное я… вроде нашла.

— Вообще, без проблем! Забирай.

— Спасибо большое! Ты супер! — обрадовалась Зиночка. Вражда двух блондинок быстро сошла на нет. Что ни могло не радовать.

— Времени, конечно, осталось мало… Но, может быть, тебе помочь? — предложил я.

— Правда? Спасибо, Дерек! Ты реально настоящий друг! — восхищённо ответила миниатюрная бухгалтерша: — Но со временем у нас реально всё плохо… Ты же не успеешь поспать?

— И так не успею. В общем, идём! Славик! Ты с нами?

— Немножко ревную, что на кухне вы станете ближе… Поэтому — да! Я иду. — строго ответила ревнивая блонда.

— Отлично! У нас всё равно не бывает лишних рук. Кстати, а какое именно блюдо ты хочешь сделать?

— Курица в духовке с особым паста-соусом и спагетти.

— Хм-м… Есть у меня одна идейка.

* * *

Сражение с Клетусом разблокировало одно из важнейших воспоминаний. А именно — паста Том-Ям. О, сколько потрясающих блюд можно приготовить при помощи этого уникального ингредиента!

Ведь если так подумать — паста Том-Ям, это идеальный активатор и стимулятор вкусовых сосочков. Особенно, если речь идёт про морепродукты, курицу или индейку.

Да… Как-то пробовал добавлять эту пасту в блюда из свинины или говядины, и честно говоря — получилось очень так себе.

— Значит, показываю! — я отделил куриные ножки от бёдрышек: — Разрезаем строго вот по этой жировой полоске. Она обозначает приближение к суставу! И ваши ножки с бедрышками будут в идеальных пропорциях.

— Это база. — кивнула Зиночка: — А что дальше?

— Дальше берём имбирь. Конечно, в Азии для приготовления любого блюда с пастой Том-Ям зачастую используется корень галангала. Это тоже представитель семейства имбирных. Но имеет чуть более пикантный вкус.

— Галангал? В половине третьего? — усмехнулась Славик: — Ну ты шутник.

— Потому и используем обычный имбирь. Он есть почти во всех ресторанах. — я нарезал имбирь тонкими слайсами: — Слишком мелко резать не стоит, потому что потом мы будем стряхивать его с курицы.

— О как… А вот это уже интересно. — Зиночка сделала пару пометок в коннекторе.

— Чеснок, друзья мои! Курица без чеснока, как и водка без пива — деньги на ветер.

— Фу… Как люди пьют ёрш? — поёжилась Славик.

— Один мой друг… зооморф, который вырос в Московском гетто, рассказывал, что некоторые индивиды пили адеколон и «незамерзайку». Так что, ёрш — это ещё не самое страшное, что может быть. А южнокорейцы, так и, вообще, пьют соджу с лагером — считай, что практически тот же самый ёрш, но чуть слабее по градусу.

— Всё равно — гадость!

— Так! Чеснок нарезаем мелко. Но не до состояния кашицы! И ссыпаем всё в кастрюлю к курице и имбирю.

— Вопрос… — Славик подняла руку и застенчиво отвела взгляд.

— Да, шеф! — на автомате ответил я: — Тьфу, ты! В общем, задавай.

— Почему ты стряхиваешь всё с доски обухом ножа?

— Эм-м… А ты стряхиваешь лезвием? — удивился я.

— Нет. Специальной лопаточкой для муки. Это удобно!

— Возможно. Но я привык стряхивать именно обухом. Во-первых, тем самым я не порчу нож. Острие очень легко затупить. А во-вторых — в блюдо не попадают элементы доски.

— Поняла… Подарю тебе лопатку для муки.

— Спасибо, шеф! Теперь выдавливаем немного пасты Том-Ям. Буквально грамм пятнадцать-двадцать. Прямо на курицу.

— Не слишком ли мощный вкус будет? — поинтересовалась Зиночка.

— Нет. Сейчас мы готовим именно маринад для курицы. Кстати, Славик! Поставь духовку нагреваться. Нам необходимо двести пятьдесят градусов.

— Ладно.

— Теперь выдавливаем половинку лимона. — я взял специальную давилку и залил курицу лимонным соком: — Шкурку не выбрасываем! Нарезаем и отправляем туда же. Поскольку это маринад, и всё лишнее мы потом уберём.

— То есть, шкурка даст легкую горечь цедры? — уточнила миниатюрная бухгалтерша.

— Всё так! Заливаем курицу подсолнечным маслом, чтобы объединить все ингредиенты для нашего маринада. И теперь — самое главное! Это рыбный соус. — я вытащил бутылку с чёрной жидкостью: — На самом деле — вещь вполне доступная для ресторана. Хотя… и не только для ресторана. Неоднократно видел в специализированных магазинах.

— Слушай, ты же в курсе про то, что рыбный соус даёт мощное умами?

— Зиночка… Представь себе, я знаю про данные ингредиенты всё. Удивительно, правда?

— Я не шучу! У тебя в маринаде слишком большое переплетение мощных умамных вкусов. Ты уверен, что они не перебьют друг друга?

— Зиночка… — я заправил курицу рыбным соусом, а затем внимательно посмотрел на миниатюрную бухгалтершу в розовом платьишке: — Ещё одно сомнение, и я тут же пойду спать.

— Прости…

— Я тебе помогаю чисто по-дружески. А мог бы поспать! Знаешь, уж лучше вздремнуть хотя бы пару часов, чем не вздремнуть совсем. Это золотое правило человеческого организма!

— Понимаю. Больше не лезу.

— Умница! Продолжаем. Поскольку рыбный соус — довольно солёная штука, я добавляю его совсем немного в концентрированном виде. И ещё немного обычной поваренной соли среднего помола.

— Зина! Я буду твоим голосом возмущения. Дерек, не слишком ли солёно всё это будет? — уточнила Славик.

— Ты же знаешь, что я и разозлиться могу. И тебе точно это не понравится.

— Накажешь меня? — в глазах развратной блонды читалась надежда.

— Наоборот. Буду игнорировать.

— Больно. Очень больно. Очень-очень больно, Дерек.

— Сама же напрашиваешься! Вы с такими вопросами всё меньше и меньше мотивируете меня помогать в будущем. Знаешь, что делает любого мужчину безинициативным? Когда его пожелания, идеи и предложения подвергаются критике и отмене. Сомнение неуместно, если мужчина доказал свою состоятельность в том или ином деле. Понимаешь?

— Ла-а-а-а-адно! Я тебя услышала. Жду, когда твоя курица будет готова!

— Славя! — на кухню забежала озлобленная Тома: — Какого чёрта⁈ В номере пусто! На кровати лежат одинокие боевые стринги. Коннектор выключен! Записки нет. Платья и туфлей нет. Я думала, что тебя уже похитили в секс-рабство и заставили тусить в тайном борделе!!!

— Что за суета? Я просто помогаю Звонарёвой подготовить блюдо к завтраш… Кхм… Сегодняшнему дню.

— У Звонарёвой уже есть мощный помощник! А мы идём в номер спать. — синеволосая защитница сейчас очень напоминала гиперзаботливую мамочку.

— Ну, нет! Я останусь до конца! Тем более, посмотри на Звонарёву! Цареградцев её оприходует прямо на кухонном столе… А я не могу этого допустить.

— А это уже не твоё дело. — нахмурилась Тома и схватила Славика за руку: — Цареградцев и Звонарёва — взрослые люди! И имеют право заниматься любовью, где захотят. И… Госпожа Звонарёва… Простите за мои вчерашние слова! Вы реально очень красивая и взрослая барышня. Даже когда наряжены, как дорогая эскортница.

— Спасибо… — Зиночка не знала, как реагировать на столь мощный гусарский комплимент, поэтому на всякий случай засмущалась.

— Нет!!! Я не позволю домогаться до бухгалтера студенческого совета!!!

— Позволишь! Тебе спать осталось четыре часа! А ты устроила тут непонятные игрища вокруг Цареградцева… Шоу «Кто большая эскортница» уже закончилось! Девочки, вы обе победили. И куда вам такие наряды? Ужас! — Тома, несмотря на довольно стандартные девичьи размеры, с легкостью закинула Славика к себе на плечо и направилась к выходу.

— Зинаида! Если я узнаю, что ты устроила насадилью на моего… друга — тебе нездобровать! Я всё расскажу Воскресенской! Всё!!! Пускай проведёт с тобой разъяснительную беседу! И, вообще, найди себе бойфренда по размеру!!! — угрожала развратная блонда, размахивая кулаками.

— Да замолчи ты уже! И не надо ничего Лере говорить… Ты что, втрескалась в Цареградцева? — нахохлилась Тома.

— Нет! Я не влюбляюсь в простолюдинов!

— Вот. Поэтому — оставь ребят в покое! — защитница повернулась и виновато кивнула нам: — Спокойной ночи! Закрывайте двери. И, пожалуйста, не забывайте про презервативы. Ну… И смазочкой тоже пользуйтесь. Девичий организм в таком возрасте слишком нежный.

— Ты не много ли всего про это знаешь⁈ — возмутилась Славик.

— Не много. Всего доброго! — с этими словами странная парочка покинула нас.

— Во дела. — усмехнулся я: — Мне иногда кажется, что некоторые девочки в разы развратнее мальчиков. Да? Ой… Зиночка? С тобой всё хорошо?

Видимо, нежная психика миниатюрной бухгалтерши опять подверглась слишком серьёзной эрористической атаке…

— Ага. — выдохнула она: — Ты готовь… А я присяду. Что-то выдохлась немного. Тяжелый день…

— Понимаю. Но… может быть, тебя отнести в кровать?

— НЕТ! — пискнула Зиночка и подняла руки на уровень плеч: — Нет. В смысле… Я не настолько устала. К тому же, мы должны доделать моё блюдо.

— Ладно. — я придвинул небольшой табурет и продолжил готовить: — Что ж, теперь мы всё это перемешиваем и оставляем буквально на двадцать минут, чтобы поверхность успела пропитаться маринадом.

— Угу…

— Пока мясо маринуется — займёмся соусом для наших спагетти! Для этого нам понадобиться сок лайма и мандарина, грибы… Кстати! Пока сезон, я одолжил у местных ребят немного белого гриба. Но зимой можно заменить его на простые шампики и вешенки.

— Записала!

— Помидоры. Я использую крупные, потому что в черри слишком толстая кожура. А нам понадобится именно внутрянка.

— Почему не используешь протёртые?

— В них чуть меньше кислинки.

— О как… Хорошо.

— Я всегда вспоминаю про помидоры Настюши. Вот там — реально яркий вкус! До сих пор ничего подобного не видел. Даже в дорогих ресторанах.

— Настюша — богиня плодородия Харитоновки!

— Это факт. — я надавил сок из лайма и мандарина, а затем мелко покрошил помидор: — Теперь выставляем сковороду. На неё немного подсолнечного масла, и тонко нарезанный имбирь.

— Как⁈ Ещё имбирь⁈

— Я скажу больше. У нас туда ещё и паста Том-Ям пойдёт.

— Уф-ф-ф… Ладно! Я не лезу. Ты у нас тут главный.

— Пока сковорода разогревается — выкладываем курочку на решетку и запускаем её в духовку на двадцать минут.

— Этого хватит?

— Ага. Двести пятьдесят градусов!

— Супер. Что дальше?

— Секунду… — я быстро сложил ножки и бёдрышки на решётку, а затем запустил в духовку. Жар, что надо! У меня едва брови не подпалились: — Теперь закидываем к нашему имбирю на сковороду немного пасты Том-Ям! И тщательно перемешиваем.

— Так.

— Грибы! — я быстро нашинковал белые грибы и скинул всё в сковороду: — Помидор. И немного всё это обжариваем.

Вот за что я любил белый гриб, так за его исключительный и насыщенный вкус. Стоило нарезанным шапочкам и ножкам коснуться горячей поверхности сковороды, как вся кухня тут же была захвачена глубоким грибным ароматом. Восхитительно!

— А скоро оно там?.. — после продолжительной трели из живота, поинтересовалась Зиночка.

— Осталось совсем чуть-чуть! Так… — я взял банку с кокосовым молоком, а затем, как следует встряхнул: — Заливаем всё это мероприятие кокосовым молоком. Добавляем цедру лайма! И немножко сока из лайма и мандарина. Буквально ложку тростникового сахара для усиления умами…

— У тебя там ещё немного порезанного помидора осталось.

— Это чуть позже! Пока наш соус закипает — поставим спагетти. Думаю, что четверка будет в самый раз. — я поставил кастрюлю на плиту и залил водой.

Конечно, меня дико подмывало бросить туда пару бульонных кубиков, которые призывно блестели на полке со специями. Ибо куриный бульон всему голова! Но я сдержался. Нельзя ресторанное блюдо портить всякими сублиматами! Кстати, это, вообще, залёт. В любом уважающем себя заведении должен быть замороженный куриный бульон. И никаких кубиков!

Спустя восемь минут спагетти доварились до состояния «альденте». Или, как говорят на Руси-матушке — «впросырь».

— Теперь закидываем спагетти в соусец! И тщательно перемешиваем. — у меня у самого началось адское слюновыделение. Вот что не говори, а паста Том-Ям умеет будоражить рецепторы: — Так… Теперь закидываем нарезанные томаты и снова перемешиваем!

— Боже… Дерек! Это даже на расстоянии выглядит слишком вкусно…

— Понимаю. Но ещё немного терпения, моя дорогая! — я вытащил зажарившуюся курочку, и пряный аромат тут же ударил мощной волной. Зиночка не выдержала, и словно пардонец из пансионата, начала медленно приближаться ко мне.

— Скоро?

— Да-да… Секунду! — я красиво выложил две порции курочки и спагетти в соусе.

Вроде, такое простое, но в тоже время — крайне соблазнительное блюдо.

Стоило отведать спагетти и закусить их курочкой, как сознание тут же вырисовывало восточный базар. Много людей. Много таинственных, но очень приятных ароматов.

Где-то издали кричали торговцы… А мимо меня прошла загадочная незнакомка, которая подарила мне мимолётную, но очень цепляющую улыбку.

О, как же хотелось поскорее разгадать эту тайну… Увидеть, что же прячется за столь невероятным и быстрым жестом.

И я начал преследовать незнакомку. Пробивался сквозь толпы людей, пока не попал в пряное облако, возводящее вкус запечённой курицы в абсолют! А затем ещё и чесночок с имбирём и нотками пасты Том-Ям… Нет, это запрещённый удар. Такое подавать нельзя! Слишком вкусно…

— Божественно! — уминая курицу и спагетти, выдохнула Зиночка: — Ты меня спас! Я представлю им это блюдо. Обязательно представлю!

— Хорошо. Но часть я заберу на завтрак. А то мне осталось поспать всего час.

— Конечно! Я только «за»!

Мы быстро прибрались и разошлись по своим номерам. Ох, целый час на сон! Как же это здорово… Ибо бродить весь день в состоянии сонного зомби мне очень не хотелось.

Ничто не собьёт меня с пути к моим мягоньким подушке и одеялу! Ничто!!!

— Дерек? — во мраке коридора меня окликнул знакомый сладенький голосок, от которого сердце тут же затрепетало подобно бабочке.

— Госпожа Кольцова⁈ — я присмотрелся и с удивлением увидел Марику, одетую в короткий шелковый халатик.

— Угу… Пошла за холодной водой. — сонно зевнув, ответила она и показала мне кружку: — Слушай! Не хочу тебя отвлекать… Но мне бы очень хотелось с тобой поговорить. Ты не против?

— Сейчас?

— Ага.

— Говорите! Я не против.

— Нет-нет… — мило улыбнулась Марика: — Это очень… интимный разговор. Пойдём ко мне в номер?

Маршрут перестроен.

— И о чём же вы хотели поговорить? — сон, как рукой смело. Сексуальное напряжение достигло своего предела. Но организм, скотина такая, разделился на две части.

Первая прекрасно осознавала всю суть слова «шанс». Когда ты говоришь самому себе: «Да у меня ещё сто раз такое будет!», то стоит учитывать, что НЕТ! Не будет.

Шанс на то и шанс. Его нельзя упускать! И неважно — будь то девушка или возможность законно поднять приличную сумму денег. Да или в целом — урвать что-нибудь полезное. Шансом надо пользоваться! Всегда! В этом заключается одна из прелестей и одновременно — сложностей человеческой жизни.

Но вот вторая половина… Она тяжко вздыхала и толсто намекала, что нам предстоит тяжелый день. И что мы ещё успеем вернуться к нашему заданию по соблазнению Марики. И самое главное — впереди «Золотая ночь»! Этакий красивый финал отборочного тура. И лучше хоть немного выспаться, чтобы не рухнуть через пятнадцать минут после начала вечеринки.

Как бы сильно не выла первая часть, колясь синдромом упущенной выгоды в самое сердце — я прекрасно понимал, что вторая прагматичная часть сейчас глаголит истину.

Но ох уж этот «синдром упущенной выгоды»…

— На самом деле, я уже думала, что не встречу тебя. Искала по всему отелю, но так и не нашла. — застенчиво улыбнувшись, ответила Марика. Ай! Какая же она соблазнительная в этом шелковом халатике. В целом, «Золотая ночь» мне не так уж и важна, да? Изначальные цели и задачи, в куда большем приоритете!

— Простите! Не знал, что вы меня искали. Я помогал Зиночке создавать блюдо для презентации в ресторанчике, где она выполняет завершающее задание.

— Какой молодец! — восхитилась горячая учительница: — Кстати, я очень рада, что ты влился в коллектив…

— Правда? — я придвинулся чуть ближе к своей цели. Тут главное — не спугнуть! Действовать очень аккуратно, ибо соблазнение девушек — сродни ходьбе по минному полю. Одна ошибка и ты ошибся. Все старания будут за зря: — Я немного удивлён… Неужели у вас были сомнения на этот счёт?

Сейчас нужно немножко заговорить и отвлечь. Типичная тактика сближения. Пока её мозг переваривает, что мне ответить — я буду словно крокодил на охоте… Который, прикинувшись бревном, незаметно и плавно приближается к своей жертве.

— Дело не в сомнениях. Просто… Я тебя прекрасно понимаю.

— В плане?

— Меня тоже поначалу ненавидели из-за отсутствия титула. Считай — из нашей легендарной троицы только Новикова была из Клана аристо. А мы с Варей прорывались с самого низа… Сталкивались с критикой. Боролись с несправедливостью и предвзятостью. Знаешь, для поваров нет большей причины для негодования, чем твой успех. В общем, в мои годы было намного хуже. Да и я… не сказать, что была сильно общительной девочкой. Меня часто гнобили. Оскорбляли… Обзывали. Сперва — «Пеппи Длинный Чулок» из-за цвета волос. Потом — «Ржавый». Ну… Тут объяснять не нужно. Самое обидное, что не «Ржавая», а именно «Ржавый»! О, сколько слёз я из-за этого пролила. А последней кличкой стала «Рыжая бестия». Это потому, что я психанула и двинула одному из одногруппников поварёшкой. Прямо по лбу! Ты бы знал, как он негодовал. Злился! Угрожал мне, что раздавит… Уничтожит мою карьеру повара. Но Раневский быстро поставил его на место.

— Хороший мужик.

— Это точно! Он всегда был за нас горой. Ну… в смысле, за простолюдинов в Харитоновке.

— А когда вы стали звездой? — я придвинулся ещё ближе.

— О! Это было в начале второго курса. На меня свалилась подготовка к первому отборочному экзамену. Лера с Леночкой, как раз его и проходят сейчас. Я так боялась его завалить, что постоянно пыталась подготовить для себя шпаргалки.

— Шпоры на кулинарном экзамене? — улыбнулся я: — Это сильно!

— Согласна. Эффективности было ноль. Но зато этот миниатюрный блокнотик придавал мне уверенности. И всё было хорошо, пока один лодырь не решил его украсть.

— Это была катастрофа?

— Трагедия, Дерек. Настоящая трагедия! Я так никогда в жизни не плакала. А потом мне рассказали, кто это сделал. Я сперва зажалась в угол… Мол, кто я такая, чтобы идти и разбираться с зажравшимся аристо? Но Новикова тогда сказала, что если я не дам отпор, то об меня продолжат вытирать ноги.

— Хелена такая крутая…

— Факт!

— Так… И что же вы сделали?

— Вызвала ублюдка на дуэль и разнесла в щепки при огромном количестве зрителей. Сперва мне показалось, что вот она — слава! Мною гордились и восхищались. Меня возносили, как легендарного студента… Но у этой славы была и обратная сторона медали. Аристо не любят, когда им перечат простые смертные. Меня вызывали на дуэли почти каждый божий день. А в субботу и воскресенье — по два раза. Все хотели оторвать от меня кусочек… Угомонить. Показать мне моё простолюдинское место.

— Но вы не сдались?

— Нет. Не сдалась. Варя и Хелена начали активно мне помогать. Полтора месяца жёсткой борьбы, чтобы доказать всей Харитоновке, чего я стою. И в конце второго года обучения я уже состояла в Совете Элит. Из моей клички исчезла «Рыжая». Осталась только Бестия. Но это был уже не тот насмешливый прикол, чтобы поиздеваться надо мной… Студенты меня боялись. Они знали, что я способна выбить дерьмо из каждого, кто осмелится сделать мне вызов. Прошли годы… А некоторые повара до сих пор при встрече со мной с уважением склоняют голову. Забавно, правда? — Марика улыбнулась настолько искренней и милой улыбкой, что я на мгновение забылся.

— Годы? Так говорите, словно вы уже бабка старая. Вы ещё молодая и очень красивая девушка! Уж поверьте мне… Я знаю, что говорю.

— Комплименты? — улыбнулась моя зазноба и взъерошила мне волосы: — Всё время забываю, что ты у нас тот ещё дамский угодник…

— Ещё бы! Смотрю на вас и взгляд отвести не могу.

— Ха-ха! Дурачок… В общем, я хотела тебе рассказать про работу в «Тетеньке-Котеньке», а не вываливать воспоминания о моём обучении. Ты, наверное, заскучал…

— Ни в коем случае! Меня греет сам факт того, что вы обо мне беспокоитесь. Да и послушать истории из прошлого, пускай и не такого далекого — тоже интересно.

— Лесть мне никогда не надоест… — на щеках Марики выступил миленький румянец.

— Это вовсе не лесть! Я говорю искренне.

— Ладно-ладно! Ох, была бы я лет на пять моложе… Мы бы с тобой… Стали хорошими друзьями… Или не друзьями.

— Что⁈ Возраст такому не помеха!

— Дурак! — захихикала Марика: — В общем, давай ближе к делу. Мы с Галиной сегодня внимательно следили за ходом твоей работы. Очень здорово, что ты смог найти людей и выявил все нюансы в команде. Симонов очень переживал за тебя, поэтому попросил помочь.

— Переживал? — усмехнулся я: — А чего ж он тогда послал меня в эту дыру? Нет, я ни в коем случае не хочу сказать ничего плохого про Галину. Она супер! Но вот Клетус… Ему бы ремня. Реально — самый недисциплинированный повар из всех, что я когда-либо видел! И команда у него аналогичная. Загубить такой прекрасный ресторан… Вот я всегда говорил, что не место делает людей, а люди место.

— Понимаю твоё недовольство! Но ты же почти справился?

— Почти? Нет, Госпожа Кольцова… Мне «почти» не надо. Это уже дело принципа!

— Но ты и так за один день сделал столько, сколько самый лучший ресторанный аналитик сделал бы за две недели. Ты молодец!

— Меня радует ваша похвала, но факт остаётся фактом — если Клетус не поймёт, что я хочу до него донести… Всё. Заведение Галины рухнет! Даже несмотря на то, что на кухне собрались реальные таланты.

— Я уверена, что он прислушается. Ты продемонстрировал силу. Показал, что команда реально способна работать сообща! Теперь осталось только доработать мелочи. Я хочу узнать твои последующие шаги на сегодняшний день.

— Во-первых, мы с Клетусом в обязательном порядке проведём оптимизацию всех рабочих процессов. Людей мало. И нанимать кого-то, кроме официантов и бармена им пока невыгодно. Сперва необходимо выплатить долг Галине. Во-вторых — «Тетёньке-Котеньке» жизненно необходим контроль фудкоста!

— Себестоимость подачи блюд?

— Ага. Пока Клетус пытается усидеть на двух стульях — ресторан утопает в минусах. Нужно всё высчитать и установить настоящий процент себеса. Необходимо максимально понизить его! Даже три процента сыграли бы нам на руку.

— Эм-м… Дерек. — Марика взяла меня за руку и проникновенно посмотрела в глаза: — Откуда ты всё это знаешь?

— Так… — от одного лишь прикосновения вся кровь тут же покинула мою голову и направилась в совершенно другое место: — Дядя Рубен научил.

— Я не верю, что Рубен на такое способен. Ты практиковался у него всего два года.

— Ну да… И что с того?

— Ты действуешь, как человек с огромным опытом.

— Ну… Я просто много читаю.

— Дерек… Может быть, нам стоит познакомиться заново? — Марика с подозрением сузила глаза: — Мне кажется, что ты недоговариваешь касательно своего прошлого. Роберт заглядывал к нам с Галиной. Сказал, что Симонов его слушать не хочет… Но о тебе ничего нет. Как будто ты появился из ниоткуда. Понимаешь? Может быть… есть ещё, что-то, о чём я не знаю? Какое-то второе имя, например, по которому информацию о тебе можно найти в сети? В общем, меня зовут Марика Кольцова! Позывной «Бестия».

— Очень приятно, Царь!

— Нет… Я не об этом. — учительница начала наглаживать меня по щеке, от чего все мои мысли перемешались, словно овощи в блендере: — Я к тому, что… может быть ты… из семьи опальных аристо?

— Я сирота, Госпожа Кольцова. Обычный сирота, в котором Дядя Рубен разглядел потенциал.

— Услышала тебя. — вздохнула Марика и потеребила меня за ухо, словно щенка: — Я не хочу давить. Просто… если захочешь рассказать, что-нибудь — я всегда готова выслушать!

— Между прочим, я тоже хочу познакомиться с вами поближе. — я приобнял учительницу за талию и придвинул к себе: — Расскажите, почему такая красота всё ещё не посвятила своё сердце парню?

— Дерек! — Марика начала хихикать, словно девочка-подросток: — Ты не слишком ли распускаешь руки? Я могу принять это за домогательство.

— Если что-то выглядит, как утка. Крякает, как утка. Плавает, как утка. Как вы думаете, что это может быть?

Улыбка тут же исчезла с лица Марики.

— Ты… не издеваешься надо мной? Не дразнишь?

— Нет. Мои чувства максимально искренни!

— Дерек… — Марика ласково провела по моей шее кончиками пальцев: — Но нам же нельзя! Что скажут люди…

— Никто не узнает…

— А если нас увидят?

— Не увидят. Ты же закрыла дверь на замок?

— Кто разрешил тебе называть меня на «ты», негодник… — тихо прошептала Марика: — От тебя исходит такая теплая энергетика… Что я… Я словно под чарами… Не могу сопротивляться…

Пошла жара!!! Наконец-то!!! Дорвался… Мы начали медленно приближаться друг к другу… Казалось, что моё сердце вот-вот выпрыгнет из грудной клетки…

— Госпожа Кольцова! — в номер буквально ввалилась Клара — староста нашей группы с причёской в виде двух огромных буров.

О как нам повезло, что местная любительница алкогольного пинг-понга на этот раз была без очков…

— Клара! — возмутилась Марика, спихнув меня с кровати: — Что случилось⁈ Да ещё и в такой час…

— О… — Клара подошла ближе и пощупала моё лицо: — А я как раз искала Цареградцева! Эм-м… Только вот, я не совсем поняла. Почему ты лежишь на полу?

— Переутомился малость. Вот ноги и не сдюжили.

— Понятно. В общем, очень хорошо, что я тебя нашла!

— А с чего ты, вообще, взяла, что я у Госпожи Кольцовой?

— Так… Господин Симонов сказал, что видел вас в коридоре.

— ВИДЕЛ⁈ — бедная учительница едва не рухнула в обморок от ужаса.

— Ну да… Он сказал, что сам лично попросил вас помочь Дереку по поводу его ресторана. Там, какая-то сложная ситуация, говорят. В общем, что я хотела сказать? — Клара на ощупь поднялась обратно на ноги: — Я и Валентин — закончили со своими заданиями! И завтра… В смысле — уже сегодня готовы помочь Дереку. Я так понимаю, основную часть по баллам он уже выполнил?

— Ты реально без очков совсем не видишь? — удивился я.

— Ага… Но я их уже убрала. Умею ориентироваться на ощупь и свет. В общем, сейчас не об этом. Через полтора часа мы выезжаем на машине от отеля в твой ресторан, Дерек! Поэтому… очень прошу — будь готов и не проспи. Хорошо?

— Да, шеф! Ой… В смысле — да, я всё понял.

— Чудно. Госпожа Кольцова, я надеюсь, что вы закончили консультацию? Думаю, что Дереку необходимо вздремнуть.

— Да. Закончила. — слегка смущённо улыбнулась Марика.

— Прекрасно! В таком случае, я провожу Дерека до номера. Лично проконтролирую, чтобы его ноги сдюжили и донесли до двери.

— Какая ты заботливая… — вздохнул я, с негодованием глядя на «птицу-обломинго».

— Я староста! Такова моя работа. — «птица-обломинго» показала ночнику большой палец.

Сильно сомневаюсь, что из нас двоих именно я больше всего нуждался в провожающем…

Попрощавшись с Марикой (правда, слепошарая староста помахала рукой кофейному столику), мы покинули номер и направились в сторону нашей с Коляном берлоги. Клара рассказывала что-то про свой ресторан, и как ловко она со всем разобралась. Но я её не слушал. Все мои мысли сейчас были о Марике… И нет, отнюдь не о её коротеньком халатике из тонкой серебристой ткани, сквозь которую можно было разглядеть всё и даже больше.

Меня волновало то, что Дядя Роб начал копать. Конечно, я сильно сомневаюсь, что со стороны ребят Дяди Рубена были косяки или «ненужные зацепки» касательно моей истории… Но сам факт того, что подобные вопросы начали всплывать — меня немного напрягал.

Как закончится отборочный тур, надо будет встретиться с Дядей Рубеном и обговорить данный момент. Если такой легенды недостаточно — значит пришло время немного расширить мои лор и сеттинг.

Утро началось не с кофе, а с курицы и спагетти с соусом Том-Ям. А вот потом уже я влил в себя три чашки эспрессо, в надежде, что ощущение последствий криосна из фильма «Чужой» поскорее меня отпустит…

Валентин и Клара выглядели не лучше. Оба больше походили на выжатых зомби, чем на людей.

Но зато во дворе отеля нас поджидал настоящий «Руссо-Балт» — автомобиль для самой элитной элиты! Водитель даже услужливо раскрыл перед нами двери. Вот это сервис!

— Вот так посмотришь на работу поваром со стороны… — сонно зевнув, произнёс Валентин, разглядывая из окна машины величественные парящие острова возле гор: — И понимаешь, насколько её романтизируют. Это же жесть!

— А что такого? — удивился я: — Мы с Коляном иногда могли и двое суток без передышки работать. То есть — мы не уходили спать. Пахали, как бурлаки на Волге! И ничего. Выжили. Такое редко бывает. Если шеф или бренд-шеф грамотно настроил работу с самого начала — переработки точно обойдут заведение стороной.

— Это всё, конечно, прекрасно. — Клара повернулась к нам с переднего пассажирского кресла, которое больше напоминало царский трон: — Но лучше расскажи нам подробнее про «Тётеньку-Котеньку».

— Представь себе команду обалденных поваров. Они готовят восхитительные блюда! Они прекрасно умеют обращаться с утварью и кулинарной техникой. В курсе различных моментов и нюансов, связанных с готовкой. Но при всём этом — НИХРЕНА не умеют работать в команде!

— Как это?

— Типичные лебедь, рак и щука, которые тянули повозку в разные стороны. Вот также и здесь.

— Не понимаю. Но там же есть шеф и су-шеф?

— В том-то и дело! Су-шеф — сбежал из ресторана и открыл свой ларёк с обалденной шаурмой. А шеф… Ох, вам ещё только предстоит с ним познакомиться. Представьте себе человека, который не признаёт ничьего мнения, кроме своего! Для него не существует актуальных авторитетов. И он уверен в своей абсолютной непогрешимости. Мне пришлось одолеть его в кулинарной дуэли, чтобы он хоть немного начал прислушиваться.

— Кулинарной дуэли? В ресторане? Без официальных арбитров⁈ Дерек… Ты меня пугаешь. — вздохнула Клара: — Как бы, ладно во время ночных гуляний на территории отеля, который принадлежит Симонову. Но выставлять подобное на показ… Я надеюсь, что этого никто из наших не видел?

— Видели Марика и Галина. Галина — хозяйка ресторана.

— И они не всыпали тебе за такие финты?

— Это была необходимость. Без дуэли весь мой план пошёл бы коту под хвост. Сейчас за четыре с половиной часа нам с вами нужно будет всё проверить. Туалет. Кухню. Зал. Все заготовки. Маркировки и прочее. А затем пройтись по меню, чтобы уменьшить фудкост по максимуму. Провести анализ работы и всех процессов, которые происходят в ресторане. Оптимизировать всё, что можно!

— Сделаем. — с готовностью ответила Клара.

— Выходит, это уже не задание? — уточнил Валёк.

— Выходит, что не задание. — кивнул я: — Марика отметила, что я за один день сделал больше, чем типичный ресторанный аналитик. Так что, у ребят появилась надежда. Мы сегодня доделаем то, что я вчера не успел. И проверим, как всё работает.

— Кстати… Мне тут сказали, что ты приглашал гостей? — Клара удивлённо посмотрела на меня: — Это правда?

— Ага. Вчера была полная посадка.

— Но… Откуда⁈ Неужели заставил персонал позвать своих родственников и друзей?

— Они не местные, так что с родственниками и друзьями полная лажа. Зато получилось позвать ребят, с которыми я познакомился буквально позапрошлой ночью.

— Что за ребята?

— Там долгая история. В общем, вы сегодня с ними познакомитесь! Очень хорошие ребята.

— Обычно так говорят про хулиганов и маргиналов.

— Ты веришь, что у меня есть такие друзья?

— Верю! — Клара нахмурилась: — Я читала отчёт Воскресенской! Ваши доставщики из «Шашлычка» — бывшая банда байкеров, которых ты переманил на свою сторону.

— А причём тут хулиганы и маргиналы? Команда Биг Би — очень хорошие ребята!

— Ты хоть в курсе, что у них были приводы в полицию? И причём — довольно много. Некто Рубен неоднократно числится плательщиком залогов. Занятное совпадение — Дядя Рубен, как начальник и некто Рубен, как плательщик залогов за ваших доставщиков.

— Они изменились. Перешли на сторону добра.

— Да, конечно! С чего ты взял?

— Когда последний залог был?

— Полтора года назад.

— Ещё вопросы?

Клара обиженно насупилась, но продолжать спор не стала. К тому же, она всё равно была права. Мои новые друзья — бандиты, что незаконно поставляли различные зачарованные вещества по всем секретным предприятиям Империи. Как бы, ничего такого, но нихрена ж себе!

— Слушай, но это реально уровень. — похвалил меня Валёк: — Считай, что ты провёл полноценный анализ. Привлёк людей. Сделал работу над ошибками. Вот лично я — просто помог шефу создать новое блюдо. А Клара так и вовсе помогла найти воров и слабое звено в доставке. Это, конечно, круто! Но совсем не то.

— Не, я сразу понял, что будет жопа. Мне сперва казалось, что Симонов очень разозлился, когда я сбил Амелию с пьедестала. Но оказалось, что это вовсе не его мерзкий характер, а проверка на крепость… Потому что, Харитоновка — это? Давайте все вместе!

— Кузня талантов и гениев! — обречённо ответили Валёк с Кларой.

— Вот! Поэтому я сделал всё, что мог. Теперь осталось только докрутить оставшееся и закрепить результат… — в моём кармане завибрировал коннектор. О! Сообщение от Летти. Неожиданно… Особенно, если учесть столь ранний час.

От кого: Эскортницы Рязани

Ты посмотри, какая красота! Её взяли на работу в модельное агентство!: 3

Видимо, сентябрь у Кнопки уже сгорел. Кукла «Братз», ей богу!

Но, может быть, это её стезя? Будет очень забавно наблюдать моську моей бывшей помощницы на обложках журналов для тинейджеров…

— Это что такое⁈ — я крайне недовольным взглядом посмотрел всех присутствующих. Мятые. Сонные. Совершенно размазанные! И это при том, что большая часть из них ночевала в ресторане.

— А что ты хотел? — возмутился Клетус, который на пару с Ямалом были единственными, кто выглядел бодро: — Ребята вчера пахали не покладая рук! Полная посадка!

— Да это были цветочки! Вы что, думаете один денек отработали и всё? Нет, так не годится. Значит, смотрите все! Это Валентин и Клара — наши помощники на сегодня. Они тоже студенты Харитоновки. И спуску давать никому не будут. Клетус, я понимаю, что для тебя это будет тяжело…

— Ой, завали, а⁈

— Но тебе придётся прислушиваться к их комментариям.

— Да понял я! Если для дела надо, то прислушаюсь… — выдохнул талантливый бородатый внук и почесал шею. Только сейчас я обратил внимание на никотиновый пластырь. Молодец! Парень растёт на моих глазах.

— Сейчас Клетус и Клара идут высчитывать фудкост на все блюда и, ВНИМАНИЕ — на все напитки. Это важно!

— Зачем нам бухло? — поинтересовался талантливый бородатый внук.

— Потому что, как правило, маржа на напитки всегда выше, чем на блюда. Вы же закупаетесь алкоголем у официальных ресторанных поставщиков, так?

— Ну-у-у-у…

— Ох, твою мать. — я обреченно закатил глаза: — То есть ты хочешь сказать, что вы втариваетесь в сетевых магазинах?

— Ну… Да… А что ты хотел? Это Красная поляна, детка!

— Понятно. Клара, родная! После того, как высчитаете фудкост — сразу же ищите НОРМАЛЬНЫХ ресторанных поставщиков алкашки. С ума сошли⁈ В том-то и дело, что это — КРАСНАЯ, МАТЬ ЕЕ, ПОЛЯНА! Здесь ресторанов — жопой жуй! И наверняка нормальные поставщики есть, которые того же «Джемесона» вам не за сто пятьдесят рублей продадут, а за сто. В общем, сеть вам в помощь! — вздохнул я и переключился на Валька: — Ну, а ты, мой дорогой рыцарь, берешь в подмогу Марата, а затем вы вместе идёте проверять все маркировки и все заготовки для блюд. О! Ямал…

— Я тут! — отозвался добродушный посудомой.

— Тебе будет не сложно съездить до местной типографии? Я заказал вчера две версии нового меню по макетам Вадика.

— Не сложно! А во сколько она открывается?

— Через полтора часа.

— Не вопрос, шеф!

— Отлично. Ну, а все остальные… — я злорадно улыбнулся и потёр ладони: — Вы пойдёте со мной!

— Но зачем? — испуганно спросила Соня.

— За надом. Без лишних вопросов! Все взяли одежду для уборки?

— Да, шеф!

— Отлично! Переодевайтесь.

— Но кухня идеально чистая, шеф! — возмутилась Анфиса.

— А кто сказал, что мы будем убираться на кухне?

Отец всегда говорил мне… А, нет. Стоп. Он говорил мне при любом удобном случае! Вот. Это будет звучать в разы правдивее.

Так вот, отец говорил мне при любом удобном случае, что армия — стержень любого государства. Ты можешь быть бесконечно крутым тираном с могущественными артефактами, но какой в этом толк, если у тебя нет толпы преданных и страшных психопатов с пушками и ножами?

Лидер — лицо армии. А бешеные долбоящеры, которые бегут на танк с лопатами — эффект линейного психологического воздействия и основная сила!

Да, возможно, потери будут катастрофическими. Но зато ни одна разумная живая душа не полезет к тебе. Зачем, если можно отхватить самых страшных звездюлей?

Собственно, именно под таким девизом мой отец и создавал армию Абсолютной Тьмы. Психи, конченные маньяки и просто ребята с уникальными особенностями мышления… Там было очень много талантов.

Однако любому таланту в армии всегда необходима муштра. Жесткая. Доводящая до ещё большего безумия! Сладкая болезненная любовь, что жутким сиропом будет растекаться по венам каждого бравого долбо… Кхм… воина.

И, конечно же, для любой армии важен командный дух! А где, как не на поле боя он рождается быстрее всего? Найди против кого, или чего все будут дружить — и никаких проблем. Всю боль, пытки, испытания и прочую жесть всегда проще свалить на недруга. Он может быть эфемерным, совершенно невидимым или максимально парадоксальным. Но главное: ОН. ВСЕГДА. ДОЛЖЕН. БЫТЬ.

Некий лидер. Некий воин. Некая идея. Некое происшествие. Да, впрочем — что угодно! Главное, чтобы от этого исходил максимально негативный эффект.

Чтобы на это можно было разозлиться.

Ну, или в крайнем случае — испугаться…

Ведь порой врага придумывают не только, чтобы озлобленно бежать в бой. Иногда этот самый враг необходим для того, чтобы понять насколько некоторые товарищи зажрались… Особенно, если речь идёт про дорогущий ресторан с идеальными условиями, которые никто не ценит.

— Помните, девочки! — горланил я, когда мы всей толпой бежали марш-бросок по горной тропе: — То, что у вас не было нормального сна — это лишь одна сотая от нашего испытания! Ибо вы, никчёмные черти, даже не представляете, что вас ждёт в ближайшие четыре часа!

— Пощадите нас, шеф… — заныл Василий.

— Отставить «пощадите», пуфик! Ты настолько зарос жиром, что уже не в состоянии прогуляться по тропе со своей девушкой! А знаешь, почему?

— Почему, шеф?

— Буба, потому что у тебя её нет!

Муштра по заветам отца всегда приносила плоды. Сперва коллектив злится. У них появляется первый вариант, против кого дружить. Это их инструктор. Тот, кто орёт. Гоняет. И всячески изводит. Особенно — морально!

— Жека! Ты чего плетешься в самом конце⁈

— Дыхание сбил… Шеф… — отозвался долговязый патлатый паренёк.

— Хочешь, я собью тебе хребет?

— Нет, шеф!

— Вот и подбери свои сопли! Никто не отстает кроме тебя! Ускориться!!! БЫСТРО!!!

— Шеф, мне кажется, что это перебор… — всхлипнула миниатюрная Вика.

— От тебя я такого не ожидал…

— Почему, шеф?

— На тебя у меня возлагаются большие надежды! Ты — наша БОЕВАЯ ПОЛТОРАШКА!!! Давай, крикни это на все горы!!! Ты — БОЕВАЯ ПОЛТОРАШКА!!!

— Я боевая полторашка… — запыхаясь, выдохнула Вика.

— Громче!

— Я боевая полторашка…

— ГРОМЧЕ!!!

— Я БОЕВАЯ ПОЛТОРАШКА!!!

— Шка… Шка… Шка… — эхом ответили горы.

— Отлично! Ты — оружие холодного цеха! Ты создана, чтобы открывать раковины устриц и потрошить кальмаров!

— Да!

— Ты — мощная маленькая медведица!!! Ты сегодня сделаешь всё по красоте!!!

— Да, шеф!!!

— Ты убийца! Ты чёртов ресторанный Джон Уик!!!

— ДА, ШЕФ!!!

— Запомните, девочки!!! Пока мы с вами в горах — где-то там… На одном из курортных комплексов спят наши потенциальные гости! Помните об этом! Вы должны быть выше, быстрее, сильнее, чтобы удовлетворить их желание насладиться восхитительной пищей!!!

— Да, шеф… — обречённо выдохнула моя команда.

— Вперёд! Нам осталось всего пятнадцать километров!!!

— СКОЛЬКО⁇!!

— Пятнадцать!

Как только команда возненавидела инструктора, можно постепенно вводить настоящего противника. Как я уже сказал — им может быть, что угодно! И на данный момент, мне пришла очень хорошая идея.

— Убейте меня… — взвыла Сонечка: — Я больше не выдержу!!!

— Выдержишь! Ты — главные сиськи нашей кухни!!! Не девушка, а боевой катер с двумя торпедами!!!

— Я БОЕВОЙ КАТЕР!!!

— ВОТ!!! Красава!!! Соня — ты молодец!

— Да, шеф!!!

— Извините, а вы уверены, что это не сексизм? — поинтересовался Азик, который всё это время бежал рядом со мной.

— Сейчас нет места сексизмам, онанизмам и прочим сизмам! Сейчас только муштра!

— Честно говоря… Я так и не понял, зачем мы всем этим занимаемся? — вздохнул Серый: — Не лучше бы было ещё раз всё проверить и подготовиться к новому рабочему дню? А ещё лучше — нормально выспаться! У нас до открытия ещё несколько часов…

— Не лучше. — сухо ответил я: — Поверьте мне на слово, девочки! Это утро вы запомните на очень долго! Ведь я хочу показать вам то, от чего вы вновь влюбитесь в свой ресторан. А пока — ПРИВАЛ!!!

— Вы лучший, шеф!!! — со слезами на глазах, выдохнули мои бойцы.

— Анфиса! Ты сделала то, что я просил?

— Да, шеф! — девушка подошла к Афоне, который всё это время бежал с огромным рюкзаком. Оттуда Анфиса вытащила несколько бумажных свертков и два термоса.

— Ничего так не бодрит по утру, как крепкий кофе и морской гамбургер. — я взял один из свертков и развернул его.

Внутри оказалось нечто очень отдалённо напоминающее «звезду американского фастфуда».

Только вместо булочек тут были зажаренные во фритюре лепёшки из риса. А внутри огурцы, авокадо, волокна снежного краба с соусом спайси и порубленное филе свежего лосося в сливочном сыре. С хрустом откусив первый кусочек, я ещё раз убедился, что повара в «Котеньке» — уникальные! Идеальный баланс соусов, огурца и лосося делал морской гамбургер идеальным. А добавки в виде авокадо и снежного краба возводили вкус в абсолют! Это не просто блюдо для перекуса… Это целая концепция у тебя в руке.

К тому же, я пробовал нечто подобное раньше. И увы — оно всегда было максимально сухим.

— Анфиса! Ты чудо! — восхищались бойцы.

— Ой… Да это всё шефа надо благодарить… Он подсказал мне рецепт. — смутилась девчонка.

— Меньше слов! Больше дела! Работаем жвалами активнее! У нас слишком мало времени! — гаркнул я, и бойцы тут же зашевелились.

Со слезами, стонами и мольбами о пощаде, мы с горем пополам прошли оставшийся участок маршрута. Конечно же, я прекрасно понимал, что среди поваров волшебников нет, а значит и организм они подлатать в критическом случае не смогут. Поэтому большую часть пути мы просто прошли пешком. Всё же, восемнадцать километров, это не такая уж и маленькая дистанция для неподготовленного человека.

Но спешу отметить, что выносливости у них достаточно! Это меня очень порадовало.

— Конечная! — гордо произнёс я, указывая на столовую «Рокет Бэнг», которая работала двадцать четыре часа.

— Эм-м… — Костик с недоверием посмотрел на меня: — Что это?

— Круглосуточная забегаловка!

— Я вижу… Но что мы здесь делаем?

— Сейчас всё поймёте! — ответил я, высматривая нашего сопровождающего: — К великому сожалению — всё познается в сравнении. И я очень хочу, чтобы сейчас вы отнеслись к делу серьёзно.

— А восемнадцать километров — это так? Чисто по приколу⁈ — возмутился Костик.

— Отставить «по приколу»! Как часто вы бегаете в горах?

— Ну, довольно часто… Например: никогда.

— Вот! Вы заколебались. Устали! Выслушали от меня тонну дерьма в свой адрес. А значит — навсегда запомните этот день! Ведь он серьёзно отличается от других.

— М-да… Действительно.

— Э-э-эй! Братаны! — из старого «Опеля» к нам вышел Шаха: — Давно нэ видэлись, да?

— ШАХА!!! — первым на шаурмена налетели девчонки. А затем и парни подтянулись.

Коллектив был явно рад встретить своего старого су-шефа.

— Ну, как там бородатый джунджик? Всё так жэ строит пэсочный замки?

— Вообще-то, благодаря вот этому тирану — мы стали немножко лучше работать! — сообщила Анфиса и ткнула в меня пальцем: — А вчера так и вовсе была полная посадка!

— Полный посадкэ? Ай, хороша! Но на самый дэла, Дэрэк попросил мэня об один одолжэния. Навэрноэ, после марш-бросок всэм хочэтся нэмного кофэ, да? Я угощаю!

— Неужто шавуха и впрямь столько приносит? — удивился Вася.

— Сэбэс там явно нэ как у устриц. — усмехнулся Шаха: — Идём!

В зале «Рокет Бэнга» было очень оживлённо. Здесь собрался самый разный контингент. Начиная со студентов, и заканчивая людьми без определённого места жительства.

— Присаживайся! Я сэйчас! — Шаха сделал интересный жест рукой и направился в сторону кассы.

Самообслуживание! Всё чин по чину.

— Интересное местечко… — глядя на потрескавшееся окно и пожелтевшие от времени жалюзи, произнесла Вика: — Шеф, а вы уверены, что нам стоит останавливаться здесь?

— Стоит. — кивнул я, наблюдая за тем, как уборщица протирает столы хлорной тряпкой с каплей посудомоечного средства: — Смотрите внимательно! И впитывайте. Впитывайте!

— Что именно впитывать? — Жека устало посмотрел на меня.

— Общепит низшего уровня! Столовая, где повара батрачат двадцать четыре на семь.

— Рэбята! Угощайтэсь! — Шаха поставил на стол поднос с двенадцатью дымящимися пластиковыми стаканчиками.

— Эм-м… Это что? Три в одном⁈ — удивился Мага: — Брат… Ты ничего не перепутал?

— Что мнэ путать, брат? Кофэ — он и в столовой кофэ. Бэрите с собой! Нас на кухня ждут.

— Зачем? — уточнила Соня.

— За надом. — ответил за Шаху я: — Жопы подняли и идём смотреть на кухню!

— Там же ужас… Что мы, кухонь в столовых не видали⁈ — возмутился Костик.

— Ты пререкаться со мной удумал? — строго спросил я.

— Нет, шеф.

— Ну, а что тогда?

— Простите, шеф.

В общем, мой намёк был предельно ясным для коллектива. Пришлось вставать и идти.

— Добрый день! — возле дверей на кухню нас встретила обворожительная смуглая девушка в тёмно-синей поварской форме. От её улыбки на сердце становилось тепло. А милые кудряшки очень забавно колыхались от каждого движения этого няшного поварёнка: — Рада приветствовать вас на кухне «Рокет Бэнг»! Меня зовут Милана. И я су-шеф данного заведения.

— У вас тут есть су-шеф⁈ — поразилась Соня.

— Ну, конечно! Мы тоже полноценное заведение, только… работаем несколько иначе. Идём! — милота жестом пригласила нас за собой.

Конечно же, вся моя команда подумала, что за дверями будет ждать ужас. Грязь на полу и стенах. Засхоший жир на плитах и грилях. Всюду бегающие Толясики… Это у нас Колян так ласково называл тараканов. И самое главное — все повара будут уставшими и грязными зомби.

Однако, когда мы зашли на кухню, то увидели невероятную суету. Все носились с кастрюлями и огромными противнями. Только вот, ни одного пятнышка или капельки жира на полу или стенах. Да, аппаратура немножко устала. Это было видно. Но в целом — вся кухня блестела, как будто её только что отдраили.

— Наша кухня состоит из пяти цехов. Горячий, холодный, кондитерский, заготовительный и раздача. В каждом цеху работает по восемь человек. Кроме заготовки… Там двенадцать. — Милана указала на ребят, которые словно роботы шинковали огромное количество моркови и капусты. Хотя, какие уж тут роботы? Несмотря на чистую форму — они всё равно выглядели, как зомби.

— Условия у нас самые лояльные! Смена всего двенадцать часов. Всё ровно! Никаких переработок. Мы даже разрешили устраивать перекуры раз в два часа. И походы в туалет у нас раз в час, но не более пяти минут. Если же сотрудник хочет ещё раз — он должен сообщить об этом су-шефу или шефу. Мы можем вычесть дополнительный поход в туалет из оклада. — с милой улыбкой сообщила Милана.

— Жесть какая… — выдохнула Вика.

— Мы используем самые качественные продукты с рынка! Мясо, овощи, крупы… Всё это нам привозят каждый день ровно в пять часов утра. Увы, всё уже разгрузили. Вы опоздали на два часа.

— А обед у вас есть? — с надеждой спросил Афоня.

— Обед у нас индивидуальный. У каждого сотрудника в своё время! Строго пятнадцать минут. Но «Рокет Бэнг» — очень щедрое заведение. На обед у нас можно выбрать суп, второе и салат. Главное — успеть съесть за пятнадцать минут. Если не успеешь — штраф пятьдесят рублей.

— Ужас…

— Ничего ужасного! Дисциплина — вот залог успешной кухни. — Милана очень няшно улыбнулась, а затем увидела, как один из поваров рассыпал немного гречневой крупы. Её лицо тут же изменилось и стало демоническим. А милый голосок сменился яростным воплем: — СТЕПАН, МАТЬ ТВОЮ!!! ТЫ СОВСЕМ КОСОРУКИЙ ИЛИ ДА⁈ ЯЗЫКОМ СЕЙЧАС БУДЕШЬ СОБИРАТЬ ЭТО ДЕРЬМО!!!

— Простите, шеф… — виновато замямли Степан.

— У, сука! — Милана дала мощный поджопник бедному повару, а затем снова стала максимально няшной: — На самом деле — у нас очень дружный коллектив! Мы даже устраиваем выезды на футбол. Правда… Все почему-то поддаются мне и шефу. Но это их выбор. Я их не виню.

— Боже…

— Ну и самое главное — заработная плата! Смены у нас два через два. И за месяц вы заработаете целых три тысячи рублей! Это просто космические деньги, если учесть, что вам не надо тратиться на еду и транспорт. Автобус «Рокет Бэнг» заберёт вас в любом случае!

Хотелось добавить: вне зависимости от того, хотите вы этого или нет.

— А ещё у нас есть возможность брать дополнительные смены! Ксюша, к примеру, работает с тремя выходными в месяц. Ксюша справляется на ура! Правда, Ксюша? — Милана подошла к худой бледной девочке, которая, как мне показалось, уже давно отошла в мир иной, и теперь её труп работал на автомате. К тому же, Ксюша была в такой прострации, что даже не заметила нас.

— Ксюша? КСЮША!!! — Милана треснула кулаком по костлявой спине девушки.

— А? Я работаю, шеф!

— Отвечать надо, когда к тебе обращаются!!! — рявкнула Госпожа Су-Шеф: — Спрашиваю — нравится тебе тут? Да⁈ ОТВЕЧАЙ, СКОТИНА!!!

— Да! Я счастлива работать в этом замечательном заведении! — на автомате протараторила Ксюша.

— Молодец. Коза, б***ь! Смотри мне! — Милана показала бедной трудоголичке кулак и снова стала няшной: — Отпуск у нас оплачиваемый. Но не две недели раз в полугодие, а одну. Потому что, мы с пониманием относимся к нашим сотрудникам. Ведь они так тоскуют по кухне… О! А это наш самый старый сотрудник! — Госпожа Су-Шеф подошла к дряхлому деду, который несмотря на столь преклонный возраст очень уверенно орудовал ножом: — Гена! Как дела?

— Всё хорошо, шеф… — испуганно ответил дед.

— Точно⁈ — Милана нахмурилась и сжала кулаки.

— Да, шеф!

— Не устал?

— Никак нет, шеф!

— Смотри мне… Если устал — так и скажи! Я же не садистка какая-то!

— Спасибо, шеф…

— Работай, Гена. Ты молодец! — удовлетворённо заключила Госпожа Су-Шеф: — А теперь мы пойдём знакомиться с нашим шеф-поваром! Кстати, вот и он…

Заприметив смуглую генеральшу и нашу тусовку, пухлый мужичок сорока лет резко остановился, огляделся по сторонам, а затем дал дёру в сторону курилки.

— СТОЯТЬ!!! — пронзительно гаркнула Милана, но шеф уже скрылся за дверью с большим восклицательным знаком над ручкой: — Простите… Он у нас немного глухой. Но как шеф — просто блеск! Ещё и послушный. Всегда ко мне прислушивается! И очень меня уважает.

— Прекрасно…

— Ну, что вам ещё показать? — Милана обратилась к сотрясающемуся от ужаса гиганту Афоне.

— В целом… Я уже удовлетворён экскурсией…

— А я ещё нет! — было видно, как Госпожа Су-Шеф сдерживается из последних сил, чтобы не начать над ним доминировать. Ей бы ещё хлыст… Да сапожки на высокой шпильке…

Осознав, что ребята уже вкусили местную атмосферу на все сто процентов, Милана решила немного потерроризировать их жуткими историями о том, как её здесь все обожают, уважают и слушаются. Было много таких слов, как: «дисциплина», «мотивация» и «поджопник, сука!». В целом, мои ребята узнали очень много всего интересного! Мы с Шахой были довольны результатом.

— Как настроение, шефы? — поинтересовался я, когда мы покинули этот кулинарный Освенцим.

— Знаете, что? — Мага тяжко вздохнул и присел на лавочку, вытирая пот со лба: — Мы — свиньи неблагодарные. Клетус у нас такой приятный парень, как оказалось…

— Вот-вот! — кивнул Афоня: — Вы видели, как эта садистка на меня смотрела⁈ У меня чуть сердце в пятки не ушло…

— Она хотела приготовить из тебя шашлык… — согласилась Соня: — Или отправить в один из цехов. Лет на двести без выходных…

— Коллеги! А теперь послушайте главную мораль. Я понимаю, что сравнивать с тем, что ниже по уровню — никогда нельзя! Нужно всегда стремиться вверх. Но порой… мы забываем, в каких шоколадных условиях сейчас находимся. Иногда нужно напоминать себе, что всё не так уж и плохо. Чтобы постараться и сделать всё ещё лучше. Понимаете?

— Да, шеф!

— Что ж, я очень надеюсь, что отныне, когда вам захочется в очередной раз потянуть на себя одеяло. Не послушаться вашего руководителя. Или разныться вместо того, чтобы взять себя в руки — сразу же вспоминайте про «Рокет Бэнг»! Судьба дала вам ИДЕАЛЬНЫЙ шанс сделать крутое заведение с комфортной для вас командой. Не игнорируйте его! Давайте вместе поможем друг другу?

— Да, шеф!

— Вот! Такой настрой я просто обожаю. А теперь, в качестве награды, я вызову нам несколько таксишек.

— УРА!!!

Как я и говорил — командный дух зарождается исключительно на поле боя. А ещё люди очень любят дружить против кого-либо или чего-либо! Причём неважно — это конкретный человек, или же сама по себе идея тотальной диктатуры и несправедливости на кухне.

Главное, чтобы она очень пугала и вызывала негативные эмоции.

Конечно же, ребята были в шоке. Особенно — Афоня! Но зато теперь они всё поняли. Думаю, что сегодня работа пойдёт в разы лучше.

— Шефу, прошу обратить внимание! У нас новые меню! Огромное спасибо Ямалу и местной типографии. — я вручил каждому из сотрудников кухни по два варианта меню.

Первый был в сугубо классическом стиле. Очень повезло, что Степанида в своё время научила меня всем премудростям «Фотошопа». Поэтому я немного поразвлекся с проектами Вадика на местном компьютере.

Фон — голубоватый оттенок, медленно переходящий в черноморское побережье. Всё же, основные блюда в данной «Тетеньке-Котеньке» из рыбы и морепродуктов. Поэтому морская тема мне показалась очень даже актуальной.

Второй — уже в чуть более современном стиле. Плотный толстый картон. Приятный песочный цвет. А ещё очень красивый шрифт и оттиски в виде морских звёзд по уголкам страниц. Модный минимализм во всей красе!

— Ну, как? — поинтересовался я.

— Первый вариант, конечно, хорош. Но второй подходит нашему заведению больше. — заключил Клетус.

— Точно! Сугубый минимализм нам к лицу. — кивнул Марат: — Я тоже за второй. К тому же, сейчас такое в моде. Без лишнего пафоса и перегруза картинками на один квадратный сантиметр.

— Ага.

— Я тоже согласна.

— Песочный тёплый… Хочется на такое смотреть.

— Идеально!

В итоге, общим решением мы выбрали именно второй вариант. А первый оставили про запас, ибо лишним точно не будет. Пойдёт на какой-нибудь праздник или тематический день. В ресторанах иногда такое проводят.

Кстати, о тематических днях! Надо будет обязательно проговорить с Клетусом маркетинговую стратегию. А-то, чтобы вернуть сюда гостей — нам поможет только чудо…

— Клара! Мне нужны отчёты по блюдам.

— Прошу. — староста вручила мне довольно увесистый талмуд из листов формата А4.

— Эм-м-м… — я хотел было уточнить, откуда столько информации по небольшому меню, но решил сперва всё проверить: — Что ж, я этим сейчас займусь… Валёк! Что там по продуктам?

— Я написал список, чего не хватает. — Валентин вручил мне небольшой листочек, вырванный из обычной тетради в клетку: — По поводу маркировок и чистоты — всё идеально!

— Я в этом даже не сомневался. Так… Василий!

— Да, шеф!

— Тебе поручение. — я передал пухляшу список: — Проедься по всем нашим поставщикам. Если возникнут трудности — сгоняй на базар в Садке. Понял?

— Да, шеф! — отрапортовал Василий и быстро удалился из ресторана.

— Шефы! Всем двадцать пять минут на перекус, и начинаем готовиться к открытию ресторана. И ни в коем случае не спать!

— Да, шеф! — хором ответил коллектив. Все дружно начали суетиться по кухне. Без споров. Без закатывания глаз. Без лишних охов и вздохов.

Вот, что Милана-БДСМщица животворящая делает! Сразу все начинают любить свой ресторан, а самое главное — с нежностью и уважением относиться к своим коллегам. Вот, как бы я не говорил, что с персоналом надо по нормальному… Но иногда всё равно приходится доставать «кнут». Человек — существо глубоко социальное! И иногда без волшебного звездюля необходимая мысль просто не доходит.

— Клара! Ты сегодня за баром! Подойди к Дарье. Она у нас старший офик и хостес. Всё тебе покажет.

— Да, шеф!

— Валентин! Ты сегодня ассистируешь Афоне на распределении заказов и в цеху раздачи.

— Да, шеф!

— Афоня! Проконсультируй Валентина. Расскажи, что и как работает.

— Да, шеф!

Фух… Вроде, основные моменты раскидал. Теперь оставалось только разобраться с фудкостом блюд и оценить масштаб ужаса себеса и маржи местной «Тетеньки-Котеньки».

В ресторанном деле абсолютно всегда сталкиваются два фронта. Желание заработать и желание проявить себя с творческой стороны, чтобы подать гостю уникальное и максимально качественное блюдо. Увы, зачастую одновременно выполнить обе задачи не представлялось возможным.

Либо ты доводишь вкус блюда до абсолюта и радуешь гостя, но при этом фудкост улетает за облака. Либо ты пытаешься изо всех сил, хоть на чём-то сэкономить… Хотя, «экономия» и «ресторан» — это тотальный оксюморон.

Зайдя в рабочий кабинет Клетуса, я расположился в его кресле и принялся изучать всё, что мне понаписала Клара. Спешу отметить, что девчонка оказалась очень талантливой в этом плане! На каждое блюдо по несколько позиций с заменами. Причём, к каждой из них стоит пометка, каким образом изменения отразятся на вкусе. Вот это я понимаю — специалист! Не зря отправил её сразу к Клетусу.

Во-первых, из самого простого — мне на глаза сразу попался добин муси. Это такой традиционный японский суп из морепродуктов, который подают в специальном кувшинчике.

Вместо сыро-мороженных креветок Клара предлагала использовать обычные варёно-мороженные. Отличить их в магазине очень просто. Если сыро-мороженные, то тельце креветки будет серым. А если сыро-вареные — то обязательно красновато-розовым.

По сути — большая часть ракообразных при термальной обработке становится красного оттенка.

Однако, чтобы использовать именно варёно-мороженных, нам придётся немного изменить рецепт. А именно — закидывать креветок не сразу, а за пару минут до подачи, чтобы они не превратились в резину. И очень повезло, что Клетус закупался у очень качественных поставщиков. Так что на вкусе это никак не отразится. А себес сократится почти на десять процентов.

Во-вторых — замена мяса камчатского краба на мясо стригуна.

С одной стороны — это два совершенно разных продукта! Камчатский (он же королевский) краб имеет более насыщенный вкус с маслянистыми и ореховыми оттенками. А ещё я всегда говорил, что если захотелось попробовать настоящий вкус краба и прочувствовать всю глубину крабьей души — то необходимо вкусить именно камчатского краба. Он реально — краб всех крабов! Высшая ступень гастрономического искушения среди всех чувачков с клешнями. К тому же — его мясо очень сочное! А волокна крупные. Есть — одно удовольствие.

А стригун же более нейтральный. Единственное, что могу отметить, так это его чёткое морское послевкусие! Реально, после первого укуса во рту словно разливается море. Приятными медленными волнами… Словно вечерний прилив на побережье курортного городка. Тёплый воздух. Солёный бриз. И закат… Красивый. Яркий! Размашистый.

В общем — послевкусие у стригуна, что надо! Это очень приятно, и одновременно крайне своеобразно.

И, казалось бы, ни в коем случае нельзя менять камчатского на стригуна, НО! Сейчас речь идёт о супе. За счёт водорослей и специй можно замаскировать вкус стригуна так, что только опытный дегустатор заметит разницу. А в эту «Тётеньку-Котеньку» даже местные ресторанные критики не заходили… Так что, в целом — можно и пожертвовать.

А значит ещё минус пятнадцать процентов от себестоимости. В общей сложности, Клара сократила фудкост только одного блюда уже на двадцать пять процентов. Это ли не чудо?

Потратив ещё час на исследование записей, я сделал отдельный документ и выписал все возможные изменения. Если вывести средний показатель, то Клара элегантным движением руки и извилин сняла почти тридцать процентов с фудкоста. Хотя, чего я удивляюсь? Она тоже из Харитоновки… А Харитоновка, как известно… Тьфу! Всё. Реально стал превращаться в зомби-фанатика.

— Господа и прекрасные леди! — я продемонстрировал несколько листов формата А4: — Благодаря Кларе и Клетусу — у нас есть уникальная возможность снизить фудкост ещё на тридцать процентов. Но всё это, конечно же, с согласования Клетуса!

— Ох… — талантливый внук тяжко вздохнул и внимательно ознакомился с моими предложениями: — Как серпом по яйцам…

— Клетус! Помни одну важную вещь. Это не твоя игровая комната, а в первую очередь — бизнес, который должен приносить прибыль.

— Я в курсе. Просто… Ну, та же замена королевского краба — это боль. Любой критик выкупит сразу.

— А у вас до этого были критики?

— Нет.

— Выходит… И сравнивать будет не с чем?

— Выходит, что так.

— Ну, и славно. Клетус, я не хочу сказать, что у тебя плохое меню. Лично мне оно — очень нравится! Но сейчас у нас другие цели и задачи. К тому же, если ты обратишь внимание — я попытался сохранить вкус.

— При помощи фокусов. А я такое терпеть не могу… Достойное блюдо можно сотворить только из достойных ингредиентов!

— Да-да-да… Я в курсе. Но у нас есть цель.

— Хорошо. Просто… Я привык давать гостям всё самое лучшее! Мы же не в забегаловке.

— Понимаю! Но это поможет тебе дорасти до такого состояния, что в итоге — никаких фокусов не надо будет. Ты сможешь покупать того же королевского краба, но только после того, как вы встанете на ноги. Это же простая математика.

— Ладно! В целом, тут ничего критически страшного. По крайней мере, для гостей… А я… Ну, что я? Перетерплю. — вздохнул бородач.

— Чудно! В меню всё равно нет состава, поэтому — можем согласовать и отправить Василия за закупом. А после закрытия — попробовать.

— Зачем после закрытия⁈ — возмутился Костик: — Днём у нас всё равно гостей нет! Давайте пробовать прямо сейчас, чтобы не терять время? Закуп для прежнего меню у нас уже есть. Да и заготовки мы порезали. Просто… Мы сегодня с пяти часов утра на ногах. И хотелось бы вернуться в нормальную кровать, как можно раньше!

— М-м-м… Что ж, это явно лучше, чем просто бить баклуши. — согласился я и направился в зал за Дарьей и Кларой. Официант обязан знать все изменения в меню, а также вкус новых блюд. Ибо есть гости, которым необходима помощь при выборе. Это довольно частая практика.

— Даш! У нас планируется замена в блюдах. — я вышел в зал и увидел двух молоденьких девчонок-зооморфов в костюмах официанток: — О! А это кто?

— Два новых официанта. Вера и Люба. — представила их Дарья.

— Вера и Любовь, значит? А где Надежда? — с улыбкой поинтересовался я.

— Она работает в другом ресторане. — как ни в чём небывало, ответила Любовь.

— Чудеса, да и только! Что ж, в таком случае — вам всем необходимо будет попробовать обновлённые блюда. Клара, как там дела за баром?

— Всё более, чем понятно. — староста уже успела переплести свои мощные буры в косы, и вооружиться блестящим шейкером для коктейлей.

— Супер! Пробовать пойдёшь?

— В этом нет необходимости. Мы тут всё равно только на один день. Я лучше пока приноровлюсь к подаче напитков!

— Принял. Ну а мы, дорогие девчата, идём на кухню! Как раз познакомитесь с коллективом.

Дождавшись Василия после второго закупа, мы первым делом решили испробовать новые холодные закуски.

Соленья — жемчужина любого стола! Поэтому в «Тетеньке-Котеньке» всегда можно было отведать небольшую порцию маринованных маслин, оливок, свеклы, капусты ким-чи и жемчужного лука. Это такие маленькие белые плоды, отдалённо напоминающие виноград. Они частенько попадаются в забугорных салатах и закусках.

— Определённо… Стало намного пикантнее! — заметил Марат: — И это просто вы убрали оттуда битый огурец и заменили две специи в заливке?

— Всё верно. — кивнул я: — Это серьёзно удешевляет блюдо, но не сильно бьёт по вкусу. Уверен, гости будут довольны.

— Хех… Нам бы ещё этих гостей сюда, как-то подманить. — вздохнул Клетус: — Нам очень повезло, что твои ребята расплатились. Но мы не можем звать знакомых каждый день.

— Да, я уже об этом думал. Маркетинговую программу распишу чуть позже. На счёт этого не переживай. — я повернулся к новым официанткам: — К чему подойдёт данная закуска?

— К водке!

— Верно. Но также её можно предлагать в качестве небольшого перекуса перед тяжелыми мясными блюдами, типа того же стейка. Жека, что у нас там дальше?

— Морская форель драй эйдж. — повар поставил передо мной тарелку с аккуратно нарезанной рыбой и кнелей из пробитой петрушки с маслом и чесноком.

Драй эйдж — это не что иное, как сухое вызревание. То есть, особый метод контролируемой выдержки для придания мясу рыбы, птицы или скота более насыщенного вкуса.

В случае с морской форелью — умами после сухого вызревания улетает за пределы атмосферы! И самое главное, что выветривается весь неприятный рыбный аромат.

На вкус филе форели с кнелей из пробитой петрушки с маслом и чесноком — совершенно беспроигрышный вариант. Берём кусочек рыбы, в него добавляем немного кнели, заворачиваем, словно в конвертик и отправляем в рот.

Волшебно! Конечно, рыба вызревала не в этом заведении. Как оказалось, на Красной поляне есть центр, где можно приобрести различные виды готовых морепродуктов. Начиная от замаринованных рапанов, и заканчивая вяленым мясом катрана.

И Клетус смог договориться на поставку нескольких позиций. Причём, за очень демократичную цену.

— Чука-салат! — Соня поставила в центр стола две глубокие тарелки. В одном лежали водоросли чука с кунжутом, а во второй особый ореховый соус.

Иногда у меня спонтанно возникало желание отведать, какой-нибудь морской растительности. Причём — это было совершенно неожиданно! Просто: «Оп!» и всё. Бежишь искать морскую капусту или чуку.

Поешь раз в два-три месяца, и душа спокойна.

— Татаки из лосося! — следующую закуску представил Клетус.

Очень классная штука. И тоже беспроигрышное сочетание: опалённый лосось, трюфель и черная икра под соусом пондзу. Нежнейшее филе свежей рыбы, слегка опаленное газовой горелкой — таяло во рту. А стружка из трюфеля и черной икры под кисловатым соусом доводили морские нотки до абсолюта! Дорого. Но оно того стоило! Пускай скажут спасибо, что мы убрали из этого блюда сусальное золото.

— «Дьявольские яйца» с кантабрийским анчоусом! — Марат выставил на стол тарелку с двумя половинками отварного яйца, присыпанного паприкой с соусом, а поверх желтка лежал небольшой блинчик из рыбного тар-тара.

На самом деле, настоящий анчоус казался мне… скажем так — крайне сомнительным. Вот этот специфический слегка пряный привкус убивал всю гармонию. Особенно, когда речь заходила про фирменную американскую пиццу с анчоусом. Гадость редкостная!

Зато килька — совсем другой разговор. Зачастую именно её добавляли для замены понторезного анчоуса.

Но в «Дьявольских яйцах» фишка была именно в его пряном привкусе и сильной солёности. Мощные рыбные оттенки гармонировали с отварным яйцом, балансируя, словно эквилибрист на канате над пропастью. Добавь ещё немножко соли и всё — блюдо будет испорчено.

— Потрясающе! — похвалил я: — И с куриным яйцом вполне отлично.

— Но гусиные были крупнее и насыщеннее… — вздохнул Марат.

— Уж извини! Вряд ли среднестатистический турист поймёт всю прелесть гусиного яйца.

— Ребята! — к нам на кухню забежала слегка взволнованная Клара: — Там перед дверьми люди стоят… У нас открытие три минуты назад было? Я правильно понимаю?

— Боже!!! — Дарья схватилась за голову и пулей выбежала из кухни. Кошечки-официантки поспешили за ней.

— Хм-м… Посетители? — удивился Клетус и взглянул на часы: — Да ещё и в такую рань?

— Да это наверняка наши. Может, на завтрак зашли? — предположил я и тоже вышел в зал.

Дарья с девчонками активно рассаживали приличную толпу совершенно незнакомых нам людей, эльфов и зооморфов, которые тут же принялись внимательно изучать меню.

— Да ну⁈ — я не поверил своим глазам. Так! Необходимо срочно узнать, что тут происходит: — Даша, кто-нибудь заказал кофе?

— Да… Вон тот эльф в деловом костюме. — наша главная официантка указала на высокого мужчину с длинными светлыми волосами. Одет он был в дорогущий тёмно-зеленый деловой костюм. А на носу красовались миниатюрные очки с едва заметной серебряной оправой.

Клара уже запустила кофе-машину.

— Я сам отнесу ему заказ. — тихо произнёс я, завязывая фартук за спиной.

— Ты же сказал, что у вас тут всё плохо? — прошептала Клара, наливая кофе в миниатюрную белую чашку.

— Я пока сам не могу понять, что именно происходит…

— А ты хоть умеешь кофе подавать?

— Издеваешься? — я аккуратно поставил чашку с блюдцем и стакан питьевой воды на поднос, а затем направился к эльфу.

Тот был весь погружен в свой коннектор. Даже немного интересно, на что он там так залип?

— Доброе утро! Ваш американо! — я поставил кофе с водой перед ушастым гостем.

— Благодарю. — улыбнулся он, и отпил из чашечки: — О! Откуда зёрна?

— Гватемала.

— Мой любимый! Приятно-приятно. — довольно ответил эльф и залпом осушил чашечку.

— Очень рад, что мы смогли вам угодить. Только вот, можно поинтересоваться?

— Интересуйтесь.

— А откуда вы узнали про наш ресторан?

— Как же… — усмехнулся эльф: — После ночных видосиков, где кота из клана Сопрано домогается молоденькая хохотушка, и где всё те же коты пьют на брудершафт — сюда очень хочется прийти! А ещё в сети ходит информация, что здесь работает внук Галины Котовой. Говорят, он настоящий талант!

— О как… А не подскажете, где эти видеоролики можно увидеть?

— Да в любой социальной сети. Но если зайти на «ТокТук», то можно увидеть их в разделе «популярное».

— Спасибо… А мы даже и не знали…

— Поверьте на слово! Сейчас всё так и рекламируется. Просто попасть в место из мема — уже чудо! А если там ещё и вкусно готовят… Так, вообще, сказка! Кстати, я заказал себе скрембл с лососем. Он такой же вкусный, как и кофе?

— Лучше. — уверенно ответил я: — Что ж, не смею больше отвлекать! И спасибо за информацию.

— Всегда пожалуйста. — доброжелательно кивнул эльф.

Видео в сети⁈ Да ещё и в самой отвратительной социальной сети «ТокТук»⁈ Там же только и делают, что задницами трясут под доставучую музыку… Но с другой стороны — чем не пиар?

— Шефы! — я быстро зашёл обратно на кухню: — Мне тут сообщили одну очень интересную новость.

— К нам едет Елена Летучая? — хмыкнул Клетус, во всю обжаривая яйца.

— Ах, если бы! Боюсь, что, учитывая вашу чистоплотность из «Ле Кордон Блю» — Летучей бы тут было просто не интересно. — я вытащил коннектор и зашёл на «ТыТруба» — сетевой узел с огромным количеством видеоконтента. Введя «кот из клана Сопрано», мне тут же выдало несколько роликов… Да. Вне всяких сомнений — это была наша «Тётенька-Котенька» и коты, которые реально пили на брудершафт.

— И что это такое? — поинтересовался Марат, глядя на экран моего коннектора.

— Будущее! — гордо ответил я: — Маркетинг без единой копейки. Клетус! Иди сюда.

— Ты уверен, что я должен это видеть?

— Уверен.

— Ладно…

— Так они же просто выпили на брудершафт… — задумчиво произнес Марат: — Какой в этом смысл?

А «смысл» не заставил себя ждать. Пока коты радостно отходили от очередного приёма алкоголя, позади них появилась одна из подружек Дарьи. Она приближалась медленно… Словно хищник, заметивший свою жертву.

Тот, кто залил видео — умудрился подставить аудиодорожку из фильма «Челюсти». В общем, выглядело всё очень эпично. Особенно, когда хищница без задней мысли запрыгнула к одному из котов на колени.

— Здравствуйте, мальчики! А меня вот ноги не слушаются. Совсем! Кстати, а меня Вероника зовут.

— Семён… — опустив кошачьи ушки, представился бандит, который явно не знал, что делать в подобной ситуации. Видимо, ему очень везло на скромных барышень.

— Сёма, значит? Будем знакомы! Кстати, а я вас тут никогда не видела. Вы туристы?

— Да… — растерянно ответил кот: — Приехали ненадолго… Но скоро уезжаем…

— Скоро? Отлично! Значит у нас есть ещё немного времени… Для знакомства.

— Девушка, а можно вы вернётесь обратно за свой стол?

— Мой стол — твой стол, дружок! Я скромная. Кстати… Дарина! Ты где? Тащи свою жопку сюда!

— А я уже здесь. — Дарина материализовалась возле второго кота, который со страху едва не сиганул под стол, но тут же был задержан: — СТОЯТЬ!!! Куда собрался, сладкий? Я хотела поговорить…

— О чём? — с ужасом спросил бандит.

— Обо всём. — с этими словами Дарина вцепилась в бедного кота-мафиозника нечеловеческой хваткой.

Но апогеем этого видео стала совсем другая сцена.

Босс камышовых котов зашёл в туалет. И за ним опять же под музыку из «Челюстей» двинула третья подружка Дарьи, которую вчера было не слышно и не видно.

Причём судя по комментариям — съёмкой занимался волколак Борис.

— Молодой человек! — девушка постучалась в мощную дверь туалета: — Молодой человек!

— Что⁈ — из уборной выглянул максимально недовольный босс.

— А я вас сейчас съем! — радостно заключила девушка и накинулась на бедного раненого предводителя камышовых котов.

— Боже… — выдохнул Клетус и отрицательно покачал головой: — Это максимально хреновая реклама для нашего ресторана! Может, стоит пожаловаться? Ну, чтобы удалили?

— Зачем? Пользователи увидели заведение! Они постепенно пойдут сюда. Не все сразу, но пойдут. А затем слава о вашем ресторане распространится. Главное — не лажайте! И всё будет хорошо.

— Не лажайте? Дерек… Там на видео девушки нападают на зооморфов. Ты уверен, что это хороший маркетинговый ход? Просто… Ну, будь я потенциальным гостем, то наоборот бы не пошёл. — с недоверием произнёс талантливый бородатый внук.

— Главное, что в комментариях уже пишут про твоё заведение. И люди хотят прийти. Разве не этого обычно добиваются маркетологи?

— Конечно, я всё понимаю. Но ты сам подумай! Какой контингент может привести подобная реклама?

— Нормальный. Ты выгляни в зал! Там сидят исключительно приличные гости. А у не приличных — тупо денег не хватит.

— Ну… Не знаю. Сомнительно всё это. Очень сомнительно.

— Не надо сомневаться! Куй железо, пока горячо. — строго ответил я.

— Ребята! Ой… То есть, шефы! — на кухню забежала Дарья: — У нас на сегодня полный аврал! Столы забронированы вплоть до закрытия! И звонки продолжаются… В общем, булки не расслабляем!

— Видишь? — улыбнулся я.

— Был бы от этого толк… Но я тебя услышал. — Клетус вышел на середину кухни: — Шефы! Минуточку внимания! Сегодня у нас ожидается жёсткая запара. Если вчера была лишь одна волна со специально приглашенными ребятами, то сейчас играем по-крупному с настоящими гостями! Очень рассчитываю на вас.

— Спасибо, шеф! — отозвались ребята.

Что ж… Рыбка начала клевать. А это значит, что теперь у нас реально на кону не что-то эфемерное, а будущее данного ресторана. Важна каждая мелочь! Любая ошибка может заруинить, вообще, всё.

Тут, как говорят мои Генералы Абсолютной Тьмы: «Пердеть надо было раньше. А теперь… Время ходить побольшому!»

— Четвертый стол!!! Аллергия на орехи!!!

— Да, шеф!!!

— Холодный цех! Восемь устриц «Сакура»!

— Да, шеф!

— Горячий цех! Три стейка «Филе Миньон»!

— Да, шеф!

— Восьмой стол!!! Аллергия на морскую капусту!!!

— Да, шеф!!!

На кухне вновь начался кромешный ад. Но на этот раз слаженный. Командный. И самое главное — уверенный. Конечно, ребята ещё не привыкли к подобному темпу работы. Зато я чувствовал себя, как рыба в воде!

Сразу же вспомнилась вечно кипящая атмосфера «Шашлычка», где не то, что перекусить, а даже задницу посадить отдохнуть некогда. Гости идут волнами. А иногда — целыми цунами!

И только все начали адаптироваться к бешеному ритму популярного заведения, как беда пришла, откуда не ждали…

— Дерек! — ко мне подбежала Дарья и тихо прошептала: — К нам едет Алисия Жагно!

— Эм-м… Кто?

— Ну, Алисия! Которая канал «Живаго-Стайл»!

— Не в курсе. Поясни.

— В общем, она довольно популярная сетевая узловичка. А ещё ведущая кулинарного ток-шоу!

— Так.

— Но это всё фигня… Самое ужасное, что она влиятельный ресторанный критик в нашей губернии! Если мы ей не понравимся — то всё! Нам кранты…

— Что у вас тут происходит? — к нам подошёл хмурый Клетус.

— Дарья принесла пренеприятнейшее известие! К нам едет Алисия Жагно.

— Дерьмо… — выдохнул Клетус и схватился за голову: — Твою ж мать! А я-то думаю, чего ж всё так хорошо идёт? Слишком хорошо, несмотря на огромное количество гостей… Вот только этой мегеры нам тут и не хватало!

— Слушай… У нас вкусная кухня. Хорошая обстановка. И санитарные нормы по высшему уровню благодаря вашему «Ле Кордон Блю»-задротству. Какие могут быть проблемы? — уточнил я.

— Ты не понимаешь, Дерек… Докопаться можно и до пальца. А Жагно — как раз из таких.

— КЛЕТУС!!! — позвал Василий из горячего цеха.

— Что ж, в таком случае — я займусь ей сам.

— Дерек, ты уверен?

— КЛЕТУС!!!

— Уверен. У меня есть опыт общения с… ресторанными критиками. — с усмешкой ответил я, и пошёл переодевать фартук.

— КЛЕТУС!!!

— Да что, мать твою⁈

— У нас не хватает рук!

— Бегу.

Ресторанные критики — существа очень специфические. Некоторые из них действительно фанаты своей работы. Им очень нравится разбираться в сервисе и вкусах блюд. Такие ребята, как правило, очень начитанные и… как бы это правильно сказать? Напробованные? В общем, они знали, с чем сравнивать.

Однако были и те, кто просто любил придираться. Ветерок подул не так, как надо. Хост, упаси господь, ляпнул что-то вроде: «Пошли!» после того, как повесил твою верхнюю одежду. Или же этот критик просто встал не с той ноги и решил загубить, кому-либо карьеру.

Благо, что таких среди настоящих профи было немного.

Выйдя в зал, я вновь вспомнил атмосферу «Шашлычка»! Вечно занятые столики. Суета. И ощущение, словно мне надо накормить половину Империи.

Найдя в коннекторе информацию по Жагно, я внимательно изучил несколько статей. Хм-м… Довольно симпатичная девушка с очень необычным цветом волос. Это был не пепел, как у Леры. И не седина, как у Геральта из Ривии. А что-то типа серебра! Блестящего и переливающегося на солнце. А ещё у Алисии не было ни одной фотографии без шляпки, платка или бейсболки. Но, видимо это такой стиль. А стиль, как известно — это всё!

И несмотря на весьма молодой для критика возраст (25 лет), Алисия уже успела зарекомендовать себя, как специалиста-инфлюэнсера. Много статей про рестораны Сочинских курортных зон. И самое главное — просто невероятное количество низких оценок. Истинный Майор Докопалес в сфере ресторанного бизнеса!

Притаившись возле барной стойки, я внимательно следил за входом. Естественно, первой Госпожу Жагно должна встретить Дарья. И только потом передать в мои цепкие руки.

Однако, вместо Жагно в стеклянную дверь врезался огромный филин.

— Боже… — выдохнул я и побежал спасать бедную птицу.

Вот только этого нам сейчас и не хватало!

Аккуратно перевернув здоровенную сову, я попытался взять её на руки.

— Не трогай! — злобно гаркнула она и тут же вспорхнула на перила перед парковкой: — Что за идиотская привычка трогать диких животных⁈

— Похоже… нужно завязывать с алкоголем… — тихо произнёс я.

— Что? Злоупотребляешь? — надменно хмыкнула сова и раскрыла здоровенные крылья: — Нельзя много пить! Иначе… Будешь, как я.

С этими словами птица икнула и брякнулась обратно на асфальт.

— Простите… Госпожа Птица… Вы пьяны?

— Нет. Но у меня жуткое похмелье! Голова трещит…

— Возможно, прозвучит не очень корректно… Но что вы за существо? Неужели ликантроп?

— Нет! Я алконост.

— Алко… что?

— Райская птица, чудик!

— А я думал, что сова…

— Да, я выгляжу, как сова! Но разве совы умеют разговаривать по-человечьи?

— Согласен. Что ж… Если вы врезались в наш ресторан, то предлагаю заглянуть на опохмел. Я угощаю! — я протянул загадочной алко-птице руку.

— Сильно… Но ладно. Так уж и быть! Я принимаю твоё приглашение, парень. — здоровенная сова взлетела и села мне на плечо: — А ничего, что я в таком виде?

— В смысле?

— Ресторан же… Дресскод. Все дела.

— Знаете, если человеку… или алконосту… Или другому любому существу плохо — наш коллектив не смеет отворачиваться. Я усажу вас за свободный столик.

— От души, парень. — сова благодарно клюнула меня в мочку уха.

— Дерек… Ой… — Дарья резко замерла и побледнела.

— У меня всё под контролем! Она разбилась. И она разумная!

— Ещё какая! — усмехнулась сова.

— Угу… — Даша побледнела ещё сильнее.

— Ой, да не переживай ты так! А если эта ваша мегера придёт… Ну, скажем, что наш ресторан так-то для всех. В общем, не надо бледнеть, Даш.

— Угу…

— А что за мегера к вам должна прийти? — поинтересовалась сова.

— Да, какая-то местная специалистка. Ресторанный критик. Некая Алисия Жагно. Может быть, вам про неё известно?

— Никогда не слышала. — задумчиво ответила чудо-птица.

— Вот! Прошу вас. — я придвинул стул: — Могу принести коробку, чтобы вам было удобно сидеть.

— Мне хватит и спинки стула.

— Вот так хорошо? — я развернул стул спинкой к столу.

— Идеально.

— Чудно! Так… Давайте, сперва одно волшебное зелье для вас, а потом перейдём к нашим блюдам. Идёт?

— Идёт!

— Простите, а как могу к вам обращаться?

— Аля.

— А меня Дерек зовут. Очень приятно познакомиться!

— Взаимно. — дружелюбно кивнула сова.

Похмелье — очень страшное состояние человеческого организма. Тот момент, когда тело и разум находятся на пограничье между жизнью и смертью.

Конечно, похмеляться — дело последнее. Лучше, как следует поспать, сделать легкую зарядку, хорошо поесть и затем отправится на небольшую двухчасовую прогулку, чтобы разогнать по венам тот кисель, в который превращается человеческая кровь из-за алкогольных увеселений.

Но иногда приходится идти на кардинальные меры!

Лично я за свою жизнь опохмелялся от силы раза четыре. И мне всегда было от этого очень противно… Это же, как отравление пытаться вылечить очередной порцией яда.

Поэтому лучше денёк перетерпеть. Так сказать — вкусить все плоды вчерашнего безудержного веселья.

Быстро сбегав на кухню, я раздобыл там куриное яйцо, соусы табаско и вустерширский, немного черного перца, обычной соли и уксуса, а затем подошёл к Кларе.

— Мне нужен стакан олд-фешн и джин. Желательно — охлаждённый.

— Не вопрос. — староста быстро охладила металлический шейкер льдом, сбросила остатки и налила около пятидесяти миллилитров голубого джина.

— Супер! — отделив яичный желток, я слил его в стакан, а затем добавил по три капли каждого соуса, щепотку перца и соли: — Заливай.

— Ага. — ловко открыв шейкер, Клара быстро залила желток охлаждённым джином: — Неужто птица заказала?

— Скорее, попросила немного помочь. О! — я вытащил металлическую трубочку: — Вот теперь готово.

Честно говоря, понятия не имею, как на алконостов действует алкоголь. Да и, вообще, не представляю, что бедной птице будет с такой дозы… Вдруг она окажется для Али ударной? Но я искренне верил, что сова уже взрослая и точно знает, сколько ей можно.

— Да ладно? — удивилась Аля: — Неужели «Пустынная устрица»?

— Всё так. — я поставил стакан с трубочкой перед совой: — Вот! Приятного аппетита! Вам помочь?

— Я сама. — огромная птица ловко схватила клювом трубочку и быстро употребила содержимое стакана.

Ничего себе… Не думал, что совы на такое способны.

Распушив перья, Аля выпучила глаза, а затем громко угукнула и раскрыла крылья:

— Етить в два моста и даже в нижние уста!!! ВОТ ЭТО Я ПОНИМАЮ!!!

— Лучше?

— Лучше!

— Ты не ты, когда с «похма».

— Это точно! — сова несколько раз встрепенулась и превратилась в довольный пушистый шар. А я тем временем продолжал поглядывать на вход.

— Итак, ваше совейшиство, чем изволите отобедать?

— Том-Ям есть?

— Конечно!

— Тогда его. А на второе… Можно, что-нибудь мясное?

— Наш шеф отменно готовит филе утки.

— Отлично! Мне бы сейчас, как раз жирненькое не помешало. Так, и… давайте «Цезарь» с курицей.

Цезарь⁈ Она сейчас серьёзно? Вот это уже вызвало внутри меня, какое-то странное подозрение. Как «паучье чутьё» у Питера Паркера. Только вот, я всё никак не мог понять, о чём же именно оно пытается меня предупредить?

— Хорошо. Из напитков?

— Рислинг. Сухой! И… Простите, что наглею… Но можно его сделать прохладным?

— Не вопрос, Госпожа! Всё будет в лучшем виде. — улыбнулся я и направился к киперу передавать заказ.

— Дерек! — из кухни выглянула Анфиса и поманила меня перебинтованной рукой.

— Что такое? — быстро вбив заказ, я подошёл к девушке.

— У нас проблемка нарисовалась…

— Ох… Ну, пойдём порешаем.

На кухне продолжал свою нелегкую работу филиал Ада на Земле! Температура в воздухе накалилась до предела. Марат с Клетусом, что-то не поделили и орали друг на друга благим матом.

— … свои знания глубоко в задницу! — гаркнул лысый.

— А, может, это ты запихнешь свои никчёмные советы в задницу⁈ — прорычал талантливый бородатый внук: — Всё это время ты палец о палец не ударил, чтобы хоть немного улучшить работу ресторана! Сидел и хренью страдал! А ведь я старался для тебя… Для нас обоих! И для всей нашей команды. Куда бы ты пошёл без меня? Кем бы ты стал⁈ А⁈

— Завали хлебало, борода! Я всегда был лучше тебя! Просто не подавал виду… Не хотел смещать тебя с кулинарного Олимпа! Потому что, ты мой друг, мать твою!

— И ты мой друг! И что в итоге⁈ Посрались из-за проклятого масла⁈

— Стоп машина! — я поднял руку и вмешался в спор: — Шефы! Во-первых, такое поведение неприемлемо. Там полная посадка! Места расписаны на неделю вперёд. Коннектор обрывается! А это значит, что у вас — долбанных увальней, появился шанс вылезти из дыры. Во-вторых, что тут происходит?

— Седьмой столик заказал овощи с креветками «стир-фрай». — вздохнул Клетус.

Стир-фрай — это способ обжарки мяса, морепродуктов и овощей при очень высокой температуре. Ворвалось с ноги в общемировую кухню из Азии. В целом, очень даже неплохой метод. А главное — крайне быстрый, что идеально подходило для общепита.

— И что с того? — уточнил я.

— У гостя аллергия на подсолнечное и оливковое масла. — нахохлился Марат: — Я предложил заменить их на кунжутное. Но этот умник опять спорит…

— И правильно делает! Кунжутное масло само по себе очень ароматное. А при мощном нагреве даст ярко-выраженный привкус и испортит блюдо.

— Ну и что ты тогда предлагаешь? — возмутился лысый: — Сливочное? Так нет! Сливочное масло очень капризное! Оно плохо переносит высокие температуры и совершенно не подходит для стир-фрая.

— Согласен. Клетус, а какую альтернативу ты предложил? — поинтересовался я.

— Пока склоняюсь к маслу из виноградной косточки.

— Хм… Вариант неплохой. Но есть один ма-а-а-а-а-аленький нюанс. Цена. И если мы хотим снижать фудкост, то стоит думать обо всех ингредиентах вне всяких исключений! Поэтому… — я подошёл к полке, где стояли различные масла и вытащил тёмно-зеленую бутылку: — Используем масло авокадо.

— Чего это вдруг? — удивился Марат.

— Во-первых — оно имеет очень нежный нейтральный привкус. Это поможет раскрыть креветки и овощи. Во-вторых — точка дымления у него двести семьдесят градусов Цельсия. Вы сохраните больше полезных белков и нутриентов блюда. И это я ещё молчу о том, что масло авокадо в принципе очень полезно. А ещё стоит относительно недорого.

— Хм-м… В твоих словах есть истина. — задумчиво ответил Клетус.

— Ну, ещё бы! Учитесь, пока есть такая возможность, выпускники «Голубых Ленточек». — усмехнулся я, и взяв тарелку с Том-Ямом, направился обратно в зал.

Как же мало времени мне дали… Всего два дня! И несмотря на мои обширные познания в ресторанном менеджменте, я всё равно не успею полностью наладить работу. А они ещё и ссориться умудряются. Причём, из-за такой фигни! Просто прелестно…

— Ваш Том-Ям! — я поставил тарелку перед совой, а затем вновь посмотрел на выход.

— Спасибо… А кого ты там всё высматриваешь?

— Да свою мегеру… Не хочу пропустить.

— Чего ж ты так о ней переживаешь?

— Понимаете… Этот ресторан принадлежит прекрасной женщине. Только вот, управляет им её немного взбалмошный внук. Он очень талантливый повар! Я сражался с ним вчера в кулинарной дуэли. Но его вспыльчивый характер и самодурство… В общем, я вложил много сил, чтобы это заведение получило второй шанс. И мне бы очень не хотелось, чтобы очередная придиристая выскочка пустила мои старания коту под хвост. Пришлось гонять коллектив! Я был очень зол… Но они, наконец-то, начали хоть немного понимать и чувствовать друг друга. Ресторан — это ж, как часовой механизм.

— Одна шестерёнка сломается — и всему механизму конец.

— Верно! Вы весьма осведомлены для птицы.

— Райской птицы, я попрошу заметить! — сова понюхала тарелку: — Ах… Какой аромат! Самое то с похмелья… Простите, вы не поможете?

— Конечно. — я сел на стул, а затем усадил птицу к себе на колени, после чего начал кормить с ложечки: — Вы уж простите, что откровенничаю… Знаю, что большинству гостей совсем не интересно, какие драмы происходят на кухне.

— Почему же? Лично мне — очень интересно! Я считаю, что от работы коллектива напрямую зависят эмоции, которые гость получит, придя в ресторан.

— Здорово, что вы это понимаете. Теперь главное, чтобы мегера тоже это поняла.

— Что же вы так неказисто о критиках?

— А я их уже видел… Знаете, они бывают очень противными!

— Представлю. Но такая работа. Знаете, если быть слишком предвзятым и поверхностным — то твоя критика попросту станет неактуальной. Поэтому, некоторые критики кажутся злыми и чрезмерно дотошными. Тут же как? Задача любого рецензента рассказать о плюсах и минусах. Чтобы потенциальный гость не тратил своё время, а коллектив заведения провёл работу над ошибками. Но… никто не любит критику. Вернее — многие воспринимают её сугубо на личный счёт. А ресторан — это не только шеф, вкус блюд и чистота в туалете. Ресторан, как я уже сказала — чёткий механизм, где успех зависит от каждой мелочи. Дьявол кроется в деталях.

— Согласен! Но это только ваше виденье. Если захочется, то можно докопаться и до столба.

— Какое-то у тебя странное представление о критиках. Если целенаправленно валить заведение — твоя критика тоже станет неактуальной. Понимаешь, задача критика быть объективным.

— Это вы так говорите! А у мегеры может быть иное мнение на этот счёт. Поэтому буду её очаровывать. Подключу всю свою харизму! — улыбнулся я, продолжая кормить сову с ложечки.

— Харизма у тебя, что надо, парень. — довольно подметила Аля, заглотив очередную креветку: — А что же касается твоей мегеры… Не мог бы ты уступить мне стул?

— Но вы же ещё недоели?

— Мне очень приятны твоих ухаживания. Но я привыкла есть сама.

Спустя мгновение сова превратилась в симпатичную молодую девушку в строгом деловом костюме тёмно-фиолетового цвета. Её внешность показалась мне крайне знакомой… Быстро вытащив коннектор, я сравнил Алю с Алисией Жагно. Твою ж мать…

Теперь понятно, почему моё «паучье чутье» сходило с ума. Цезарь заказывают всего три категории гостей. Либо человек полностью лишенный вкуса. Либо истинный ценитель. Либо ресторанный критик.

Цезарь — лицо любого заведения! И если уж такой банальный салат смогли сделать интересно, то значит на кухне работают истинные спецы.

— А я подозревал.

— Неужели? — улыбнулась девушка-критик: — Но я рада, что теперь тебе не придётся постоянно смотреть на вход. На этом обеде всё твоё внимание принадлежит мне! Ибо вот она я! Мегера собственной персоной!

— Простите, я не хотел вас задеть.

— О… Поверь, чтобы меня задеть — одних обзывательств будет недостаточно! Я смотрю на мир… под несколько другим углом.

— Вы экстра?

— Райская птица не может быть экстрой. — моргнув третьим веком, ответила Аля: — Но я очень эмпатична. Хорошо чувствую искреннее тепло и желание помочь. Ты прибежал, чтобы спасти бедную страдающую от похмелья птицу. И это несмотря на то, что ждал критика. Плюс. Но то, что ты занёс дикое животное в зал с гостями… Это минус.

— Погодите! Вообще-то, я специально уточнил у вас по поводу принадлежности. Да и если бы вы были ликантропом, то… не думаю, что это хоть как-то останавливало бы вас от посещения ресторана.

— С чего ты взял? — Аля очень строго посмотрела на меня.

— Ликантропия — считается серьёзным ограничением для обычной жизни. Любое государство признаёт ликантропов инвалидами третьей степени. А кто сказал, что людям с ограничениями нельзя в ресторан?

— Хитрюга… Ладно. Уел! Но если честно, то это была… скорее — шутка. Я бы не поставила минус за подобное.

— Вы слышали, что значит для меня этот ресторан. Не то, чтобы я рассчитывал на послабления… Но я отношусь к вам и вашей деятельности очень серьёзно.

— Хороший мальчик. — удовлетворённо улыбнулась Аля: — Но пока что я не вижу ни одного минуса, кроме твоей напряженной моськи. Расслабься! Порадуй уставшую тётю.

— Вы меня старше всего на семь лет… Какая тётя?

— Вообще-то, на семьсот лет.

— Но в анкете сказано, что вам двадцать пять!

— Моей карьере ресторанного критика двадцать пять. — усмехнулась Аля и перекинула ногу на ногу: — Послушай, Дерек… Я уже поняла, что ваша команда очень серьёзно относится к этому ресторану. Да и «Устрица» вышла, что надо! Мне правда полегчало. Но давай мы с тобой продолжим наши отношения, как официант и гость? Если ты не против, конечно.

— Как вам будет угодно, Госпожа. Только вот… мне не даёт покоя один вопрос.

— Почему старая алкашиха типа меня пошла в ресторанные критики?

— Не сочтите за дискриминацию, но почему вы не зашли в ресторан в своём человеческом обличии?

— Во-первых, я вчера пила с подругами ром. Много рома! В общем-то, я до сих пор немного в роуминге. Я была очень злая и… если честно — хотела в пух и прах разнести ваш ресторан. Но тут пришёл ты. Рыцарь в сияющих доспехах! От тебя исходит невероятное тепло. Светлая энергетика! Я сразу же прониклась. А ещё ты пообещал угостить меня опохмелом. Это был грязный трюк по отношению ко мне! Ты нагло меня подкупил… Одним жестом расположил к себе. Во-вторых, я предпочитаю сперва делать облёт над заведением. Ну и немного понаблюдать с ближайших деревьев. Мне очень важно, как в заведении встречают гостей. Я потому и не скрываюсь, когда бронирую столик. Вся необходимая информация всё равно всплывёт. Для моей профессии очень удобно быть алконостом.

— Кстати, я так и не понял — что вы такое?

— Я что-то типа оборотня, который может контролировать свою трансформацию. Такой ответ тебя устроит?

— Вполне!

— Отлично. В общем, давай неси оставшиеся блюда и рислинг. И очень прошу! Дерек… Рислинг должен быть прохладным. У тебя получится?

— Конечно!

— Супер. Тогда жду. — Аля вытащила блокнотик и принялась что-то записывать.

Вот это я, конечно, дурак. Вообще-то, можно было сразу догадаться, что это тот самый критик. Заказала Цезарь. Говорила про всякие ресторанные штучки. Ещё и зовут — Аля.

Хотя, насчёт последнего сомнительно. Алей раньше звали Повелительницу Тьмы. Это сокращённо от имени Алина.

Да и сам факт того, что передо мной изначально была сова — сильно сбивал с толку.

— Клара! Мне нужно сто пятьдесят рислинга охлаждённого! Получится?

— Не вопрос. — староста вновь зарядила в шейкер лёд: — Что это за импозантная девушка, которая радостно улыбается тебе?

— Местный ресторанный критик. Я планировал срубить её своей харизмой.

— Судя по её довольной улыбке — у тебя получилось.

— Пока не уверен. Надо дожимать до конца!

Конечно же, охлажденный рислинг, Том-Ям, салат Цезарь и нежнейшее филе утки смогли удовлетворить аппетит Алисии. Её кожа постепенно опять приняла здоровый оттенок. А в глазах заискрились игривые огоньки.

— Как же им с тобой повезло. — вздохнула Аля и вложила в коробку для чаевых сто рублей: — Никогда раньше не оставляла… Считала это глупостью. Но ты меня поразил.

— О… Не стоит! Мне неловко.

— Таково моё желание, Дерек. А желание гостя — закон. — девушка-сова вытащила из кармана визитку и протянула мне: — Если будут проблемы с работой, в чём я сомневаюсь — обращайся!

— Благодарю. — я внимательно посмотрел на миниатюрную карточку.

«Ресторан „Совиная почта“. Менеджер Алиса. 8–800–555−35–35» — гласила надпись каллиграфическим почерком.

— А почему тут Алиса? — поинтересовался я.

— Потому что, так меня зовут на самом деле. Алисия — это мой рабочий псевдоним. В «Совиной почте» работают только райские птицы. Но для тебя девочки точно сделают исключение! К тому же, мы давно разыскиваем хостов и офиков мужского пола. Только вот, все, кто приходят на собеседование… какие-то фальшивые. Аж трясет…

— Простите, но я был офиком только для вас. На самом деле я повар.

— ЧТО⁈ — Аля тут же схватилась за голову: — Нет… Нет-нет-нет! Такая милая моська и на кухне⁈ Нет, Дерек! Ты так элегантно передвигаешься по залу. Так внимательно смотришь… Из тебя буквально струится забота о гостях! Такое нельзя прятать на кухне! Значит так. Ты говоришь мне свой адрес! Я завтра приду, и мы будем разговаривать. Я сейчас пока не в состоянии сделать толковое коммерческое предложение…

— Простите, но завтра я уезжаю.

— Куда⁈

— Обратно в Харитоновку. — пожав плечами, ответил я.

— В… Харитоновку? — бедная девушка-сова опять побледнела.

— Я студент. Понимаете? А этот ресторан — моё финальное задание в отборочном туре.

— Так ты… один из тех гениев, что займут кулинарный Олимп? — обречённо вздохнула Аля: — Это катастрофа. Ты разбил мне сердце!

— Но почему?

— Потому что, дал мне ложную надежду… — Аля отрицательно покачала головой: — А знаешь, что, парень? Принеси-ка мне виски!

— Я готов выполнить любой ваш каприз. Какой именно виски вы желаете? Купажированный или односолодовый? С долгой дубовой выдержкой? Высокогорный, равнинный или торфяной?

— Негодяй… Вот ты реально злодей! Погоди секунду… — Аля вытащила модный коммуникатор со стразами и приложила к уху: — Привет. Чем занимаешься? А… Супер! Прикатывай в «Тётеньку-Котеньку». Да, зай! Я хочу тебе, кое-кого показать. Но учти — тебе будет больно. Но… Впрочем, приезжай! Тут здорово! — с этими словами девушка-сова деловито спрятала аппарат обратно в карман фиолетового пиджака: — Скажи, до скольки я могу тут сидеть?

— До самого закрытия, Госпожа! Но хочу предупредить, что ваш столик рассчитан максимум на пять персон.

— Отлично! Я определилась с виски. «МакКалан». Двенадцать лет. Сорок… А, знаешь… Давай сразу соточку!

— Сейчас всё сделаю, Госпожа.

Пока я ходил за виски, Аля успела сделать ещё несколько звонков. И моё «паучье чутье» опять подсказывало, что вечер перестаёт быть томным…

— Ваш виски, Госпожа! — элегантным движением руки, я поставил стакан перед Алей.

— Благодарю. — девушка-сова внимательно осмотрела меня, а затем, как будто хотела что-то сказать, но резко передумала.

— Может быть, я могу ещё чем-то помочь?

— Конечно, можешь! Ведь на сегодня ты мой официант. — заключила Аля и задумчиво взглянула в окно: — Знаешь… Наше поварское ремесло очень сильно романтизируют последние несколько лет. Появилось слишком много фильмов и сериалов, где юные дарования обретают смысл жизни в готовке. Но лично я считаю это фарсом. Вот! Посмотри. — девушка-сова засучила рукав фиолетового пиджака. На предплечье красовался вытянутый поперечный шрам.

Не будь я поваром со стажем, то незамедлительно бы подумал о том, что Аля пыталась свести счёты с жизнью. Однако, это не порез. Типичный ожог для большинства кулинаров. Так сказать: профессиональная деформация… тела.

— Похмелье. Шрамы от ожогов… Легкая контузия от удара о стекло. Сдаётся мне, что райские птицы не обладают волшебными силами. — улыбнулся я.

— Но-но! Мне больше семисот лет, четыреста из которых я отдала готовке! И магия тут не причём… Я просто знаю мир кулинарии от и до. А шрамы — доказательство того, через что я прошла.

— Ничего себе. Четыреста лет? Да вы настоящий ветеран. Так, к чему вы про романтизацию нашей профессии?

— Я всё ещё чувствую горечь своего поражения. Идеал! Настоящий Аполлон среди официантов… А в итоге, оказался студентом Харитоновки. Я буду откровенной…

— Даже так? Ну… Что ж, я не против.

— Так вот, я хочу тебя завербовать. И я брошу все свои силы, чтобы после выпуска ты работал у меня. — Аля сказала, как отрезала, а затем с очень большим подозрением перевела взгляд на меня: — Однако… один вопрос касательно тебя, серьёзно мучает меня. Прям-таки терзает мою душу! Проклятое поварское любопытство… Иногда я очень его ненавижу.

— Поверьте — я вас прекрасно понимаю. И готов удовлетворить ваше любопытство.

— М-м-м… Ты не похож на типичного аристо. Ох… Простите! Аристократа. Постоянно забываю, что для вас это слово является оскорблением. Так вот, ты… выглядишь очень благородно. Черты лица. Светлые волосы. Глаза, в которых хочется утонуть… Ой, последнее было лишнее. Прости, девичье лезет наружу после виски.

— Но вы не сделали ни единого глотка.

— Негодяй. Всё-то ты видишь!

— Это моя работа.

— Нет-нет… Я о том, что ты очень наблюдательный и внимательно следишь за гостем. От этого мне ещё больнее! — Аля сжала кулак и слегка ударила по столу: — Так вот, при всём своём благородии, ты… очень теплый и простой. Видно, что ты получаешь удовольствие от работы. И мне искренне интересно, что тобою движет?

— В плане?

— В плане готовки. Ты из какого-то крутого ресторанного клана? Или, может быть, детская мечта? А… Может быть, девочка, в которую ты влюбился — обожала готовить? Какова твоя мотивация пойти в Харитоновку и связать свою судьбу с этим… оголтелым садизмом?

— Начнём с того, что я — не аристо.

— Да ну⁈ Не может быть. Ты себя в зеркало видел, парень?

— Это совпадение.

— Опальный, значит. Парень, послушай меня! Я не из тех, кто предвзято относится к детям, чьи родители совершили ошибку. Ты здесь не причём! Поэтому я в любом случае тебя захвачу. Мне неважно, что из себя представляла твоя семья. Неважно, какое у тебя наследство. Неважно твоё имя и прошлое. Нам, райским птицам, нужен талант! Муза, которая будет вдохновлять нас на подвиги.

— Это как?

— Я же говорила, что алконосты — очень эмпатичные существа. Мы чувствуем эмоции. И… бытует мнение, что мы можем на физическом уровне чувствовать вдохновение и талант.

— Бытует мнение? — улыбнулся я: — Выходит, на самом деле — вы его не чувствуете?

— Чувствуем. Просто… Понимаешь, магия запрещена на законодательном уровне. Поэтому мы… стараемся лишний раз не привлекать к себе внимание научного сообщества. Короче… — Аля огляделась, чтобы убедиться в отсутствии наличия любопытных ушей: — Мы заряжаемся от таланта и вдохновения! Для нас это настоящий источник энергии. Мы долгое время поддерживали друг друга… Но нам необходима свежая кровь! Настоящая сердце, которое горит кулинарией.

— Вы хотите меня съесть?

— Нет! Это было бы слишком расточительно с моей стороны. Речь идёт сугубо о вербовке.

— Кхм… Простите, но я не продаюсь. Да и муза из меня, честно говоря — не ахти.

— О, нет-нет! Я не из клана Симоновых, чтобы покупать себе сотрудников. В мою золотую клетку птичка должна залететь сама! В противном случае, ты будешь страдать. А мы это будем чувствовать и впадём в депрессию.

— Звучит жутко…

— И не говори! В общем, план такой. Твой выпуск состоится чуть меньше, чем через три года, так? За это время я подготовлю для тебя идеальное место! Это будет не просто кухня… Это будет мечта! Но чтобы понять, в какую сторону мне думать — я обязана понять, что тобою движет?

— Слушайте. Я не хочу, чтобы между нами возникло недопонимание. Я сирота. Родителей своих не помню. С самого раннего детства я рос в приюте. А в шестнадцать лет мы с другом сбежали и нарвались на бандитов. Дядя Рубен спас нас и пристроил к себе в шашлычную. И спустя два года мы с другом по рекомендации поступили в Харитоновку. Только и всего.

— Ты потрясающий лжец! — восхитилась Аля: — Только вот… Это бессмысленно, парень. Алконосты отлично чувствуют ложь, как бы ты её не прятал. Но… Я уже сказала, что мне плевать на твоё прошлое. Я просто хочу понять, почему ты заболел готовкой?

— Потому что, я искренне считаю, что это чистое творчество, от которого кайфуют все. И те, кто готовит пищу, и те, кто эту пищу вкушает. Готовка — это самое страстное искусство, через которое истинный повар может передать свои чувства и эмоции. Рассказать целую историю… Достучаться до самого черствого сердца. У меня ещё куча эпитетов в словарном запасе. Но я просто скажу, что кулинария — это моя жизнь. Я дышу ей. Живу ей. И не могу представить себе ни дня без неё. Я помешанный фанатик, который хочет улучшить свои навыки и продолжать радовать гостей.

— Ай, Дерек! Негодяйский ты негодяй! Ну, что за мёд для моих ушей? Однако… Я чувствую боль и невероятное количество ограничений в твоём прошлом. Ты подобен птице, вырвавшейся из клетки… Неужели, кто-то запрещал тебе готовить?

— Было дело. Но об этом я рассказать не могу.

— Понимаю. И сейчас… — Аля крепко пожала мне руку: — Ты по-настоящему счастлив?

— Буду, если вам всё понравится в нашем ресторанчике.

— Ну… Я не могу закрыть глаза на такую заботу и отношение к гостю. — улыбнулась девушка-сова: — Так что, ты сделал практически всё, чтобы я влюбилась в это заведение. Однако, есть небольшой нюанс, который портит нам всю малину.

— Какой же?

— Ты студент Харитоновки. Будущий Бог кулинарного Олимпа. А вот они… — Аля взглядом указала на кошко-девочек и Дарью: — Обычные официанты. Хорошие! Заботливые. Очень внимательные к гостям. Но обычные… Понимаешь?

— Если честно, то не совсем. Что вас не устраивает?

— Ты без лишних колебаний пошёл спасать сову-алкашиху и предложил опохмел. А они просто продолжали работать.

— Простите, но девочки выполняли свою работу. Что здесь криминального?

— Вот! Если бы тебя здесь не было — я бы продолжала лежать на песке, страдая, и размышляя о том, где мне найти парня-музу для своего заведения. Никто бы ко мне не подошёл. Никогда не подходит. Разве что, туристы… Или дети.

— Выходит, такой финт со стеклом у вас уже не в первый раз?

— И не во второй. И не в третий. И даже не в десятый… Критик обязан быть объективным. А ты вышел за рамки, парень. Оказал мне услугу просто потому, что сам по себе такой. Это не заслуга ресторана, что ты — хороший чело… — Аля ещё раз внимательно посмотрела на меня: — … век.

— Заслуга ресторана в том, что руководство наняло именно меня. А так — дело в банальном везении. Где-то шеф встал не с той ноги и сделал ужасный стейк, который подал начальнику в крупной конторе. У того испортилось настроение, и он уволил целую толпу подчинённых. Те накидались с горя и погромили небольшое кафе. И… я могу продолжать эту цепочку бесконечно. Всё вокруг — череда случайностей, которые для нас оборачиваются положительным последствием или отрицательным. Пока я ношу форму данного ресторана — я являюсь частью его коллектива! И я буду всеми силами заботиться о своих гостях вне зависимости от того — филин они, или же прекрасная девушка в стильном костюме.

— Наглец! — рассмеялась Аля: — Давно я не была под таким впечатлением. А ещё мне очень нравится, что ты не лебезишь, а очень ласково ставишь меня на место. Какая досада… Боже, я точно не успокоюсь, пока не выпью целую бутылку. — с этими словами девушка-сова опрокинула в себя всё содержимое стакана: — Фу-у-у-у-ух! Парень… Повтори, пожалуйста! Сделай тёте приятно.

— Сию минуту.

Пока я относил стакан в окошко Ямала, а затем вбивал заказ на ещё один вискарик, то невольно задумался.

Конечно, Аля права. Всё, что с ней случилось — это череда интересных случайностей. По сути, она вчера накидалась. Летела с похмелья громить ресторан. Но не справилась с порывом горного ветра и врезалась в стекло. Если бы я не ждал Алисию, то не вышел бы в роли официанта в зал и продолжал бы батрачить на кухне. Вот и всё. «Тетенька-Котенька» закончилась бы на следующий день…

Знаки судьбы? Нет. Банально — удачное стечение обстоятельств.

Алисия настолько популярна в местных ресторанах, что даже не шифруется при бронировании столика. По сути, тут серьёзно повлияла только моя инициативность.

В «Шашлычке» попадались очень разные гости. От обычных людей, что тихонько наслаждались восхитительными блюдами, до высокомерных аристо или богатых купцов, которые могли себе позволить устроить скандал.

Выгонять или встревать в ругань катастрофически запрещено! Это отразится на репутации заведения не самым лучшим образом. Можно сказать, будет, как плевок в душу Дяди Рубена.

Поэтому разруливать приходилось тихо, мирно, грамотно и без лишних телодвижений… Хех, телодвижений кулаком.

Так что, можно сказать, что именно я — та самая успешная переменная в этом уравнении. А Даша бы точно с этим не справилась. Почему? Да у неё попросту нет инструмента.

Надо будет вечером провести с ней и новенькими инструктаж. Иногда, чтобы привлечь ещё больше гостей — надо уметь находить компромиссы и подстраиваться под «хотелки» гостей.

— Я всё думаю, когда ты уже к ней подсядешь? — усмехнулась староста, наливая очередную порцию виски.

— Субординация! Я стараюсь не выходить за рамки.

— Ну-ну. — хмыкнула Клара и придвинула стакан ко мне.

— Благодарю.

Лицо девушки-совы снова изменилось. Теперь она выглядела светлой и радостной.

— Знаешь, я придумала, как исправить этот маленький нюанс.

— Я думал, что мы уже всё уладили?

— Нет-нет-нет, парень. Ты от меня так просто не уйдёшь. Я всё ещё критик. А ты всё ещё мой личный официант. И не надо возмущаться! Ты ждал свою мегеру, не сводя с двери глаз. И вот она я! Ты дождался. И я с радостью приняла твои условия.

— Честно — я даже не думал возмущаться. Для такой притягательно особы — что угодно.

— Подлец! Негодник… Такой идеальный парень-муза, и будущий повар из Харитоновки… Ох, не выдержит моё сердце! Остановится до конца этого прекрасного дня.

— Не говорите так. Или… мне стоит быть чуть сдержаннее в плане комплиментов?

— Ни в коем случае! Я из тех женщин, которые любят и ушами, и глазами, и желудком. Поэтому… ты приготовишь мне своё самое душевное блюдо. Хочу, чтобы моё сердце растаяло! Хочу почувствовать тепло и заботу. Любви хочу! — заключила Аля, с вызовом глядя на меня: — Если сделаешь — я поставлю вашему заведению высший балл.

— Выходит, вы меня шантажируете? — усмехнулся я.

— Ой, я такая плохая… — девушка-сова хитро сузила глаза: — Даже не знаю, что с собой делать?

— Хорошо. Я принимаю ваши условия, Госпожа.

— Мне нравится! Мне очень-очень нравится! — обрадовалась Аля: — Но не говори мне ничего. Я хочу, чтобы это был приятный сюрприз! И кстати…

В этот момент в стекло врезалась огромная неясыть и рухнула на землю, подняв в воздух облако пыли.

— Простите! Я сейчас…

Выбежав на улицу, я аккуратно поднял бедное пернатое.

— Лапают!!! — воскликнула неясыть и очень вяло попыталась клюнуть меня: — Насильничают!!! Негодяи!!! Разбойники… Ой… Что-то так спать захотелось. Мальчик, ты бы мне постелил…

— Вы к Алисе? — уточнил я.

— Да. — кивнула ушибленная птица: — Думала, что там открытое окно… Намоют свои стекла! А мы потом лбы расшибаем! Уху!

— Может быть, вам стоит принять человеческий облик?

— Не-не! Я пока не опохмелюсь — ничего делать не буду.

— Ладно. Вы не против, если я отнесу вас к Алисе?

— А… Даже так? Знаете… Было бы весьма недурно!

— В таком случае — не будем терять ни минуты.

* * *

— Меня зовут Сюзанна! Но для своих я — Сью. — заключила роскошная блондинка в красном деловом костюме. Из-под её волос тоже торчали пёрышки, но не такие большие, как у Али: — И я шеф-повар ресторана «Совиная почта».

— Дерек. На данный момент — личный официант Госпожи Жагно.

— Личный официант⁈ — Сью опрокинула вторую стопку джина, выдохнула и ошалело посмотрела на меня: — Это как понимать?

— Я ждал её всю свою жизнь.

— Оп-па… — девушка-неясыть деловито скрестила пальцы: — Я поняла… Ты парень-муза!

— Не совсем. На самом деле — я студент Харитоновки.

— О, нет… — Сью побледнела, словно узнала страшную новость: — Аля! Держи меня! Я сейчас упаду…

— Да. Обидно. Скажи же? — с грустью вздохнула Аля.

— Обидно — не то слово! А ты на каком курсе?

— На первом. У нас сейчас отборочный тур.

— Хм-м-м… А чем планируешь заниматься после выпуска?

— Открою собственный ресторан.

— Паре-е-е-е-ень… — Сью не выдержала и рассмеялась: — Ну ты выдал! Ресторан сразу после выпуска? Ага-ага… Знаешь, сколько выпускников Харитоновки сразу открыли свои рестораны?

— Сколько.

— Ноль!

— С чего вы взяли?

— А ты почитай статистику. Всё есть в сети. К тому же… Ну, ты сам подумай! Ресторан — это ж не просто маркетинг, менеджмент и вкусная еда. Это целый часовой механизм! И чтобы его понять — надо поработать в нескольких заведениях. Посмотреть на всё это с разных ракурсов. Понимаешь?

— Понимаю. Но у меня уже есть опыт.

— Хах… Где?

— В «Шашлычке» и ещё нескольких заведениях.

— Ты про московский у Дяди Рубена, что ли? — удивилась Сью: — Ладно. Забегаловка хороша. Спору нет! Но это… немного не то. Практика после выпуска — это золотое время, когда ты не просто узнаешь, как именно работает крутой ресторан, но ещё и сможешь воплотить все свои кулинарные мысли и идеи в жизнь. Это ли не замечательно?

— Мне очень лестно, что такая прекрасная леди переживает о моём будущем. Но я предпочту разобраться с этим самостоятельно. Отдыхайте и ни о чем не думайте.

— Ты смотри, какой? — обиженно насупилась Сью: — Дразнит ещё!

— Во-во! — кивнула Аля: — Идеальный кандидат на музу. Надо его заманить! Поймать. Завербовать!

— Он слишком умный и хитрый для плана-перехвата. И судя по милой мордочке — с девочками у него проблем нет. А значит — охмурить тоже не выйдет. Что делать будем?

— Милые леди… Вообще-то, я всё ещё здесь.

— И что? — одновременно ответили девчата.

— Нет. Ничего. Продолжайте.

— Ты звонила, кому-нибудь ещё? — поинтересовалась Сью.

— Всем нашим. Но у нас аврал.

— Что? Вообще, никто больше не придёт⁈

— Вообще, никто.

— Так! Погоди… Если он слишком умный и не ведётся на сиськи… Тогда, нам надо призвать тяжелую артиллерию!

— Слониху⁈ Думаешь, она выжила после вчерашнего?..

— Выжила! С ней и не такое было… Короче, звони ей! Пускай летит сюда.

— Учитывая её уникальную способность предчувствовать события — я думаю, что она уже, где-то рядом. Тем более, раз речь идёт про музу…

— Сильно сомневаюсь, что после всего выпитого вчера — у неё хоть что-нибудь работает. В общем, на всякий случай — позвони!

— Госпожа Сью… — тут же вмешался я: — Прежде, чем вы начнёте вызванивать свою подругу, я всё же предлагаю вам сделать заказ. Чтобы потом не ждать.

— А ты у нас прагматичный? Люблю таких. Бутылку «Макалана». Двадцать пять лет. И три стакана.

— Три?

И словно ответом на мой вопрос послужил очередной стук в стекло. Мощный! Раскатистый. Словно в дверь ресторана выстрелили из крупнокалиберной винтовки. Увы, я не успел заметить, что за пернатое чудо на этот раз решило нас посетить. Но судя по звуку — там минимум пеликан.

— Прошу меня простить… — обречённо вздохнув, я направился спасать очередную чудо-птицу.

И что они всё летят в это треклятое окно? Наверное, стоит повесить предупреждение. А-то мало ли алконосты захотят ещё раз посетить «Тётеньку-Котеньку»?

Выйдя во двор, я внимательно всё оглядел. Однако, никакого пеликана здесь не было. Может быть, мне показалось?

— Ох… твою ж мать… — раздался тонкий голосок из клумбы с цветами.

— Вы в порядке? — я аккуратно раздвинул растительность и увидел… воробья?

— Физически — нет. Это было… больно. Зато духовно я… ещё хуже. Вчера выпила примерно цистерну рома. И потом ещё полирнула всё это пивом. «Корона»… Та ещё ослиная моча. Но мне было так лень идти к Димочке… К тому же, говорят, у него там сейчас новая управляющая? Холодная стерва, которая всех строит… Не люблю таких. В общем, нашла в холодосе несколько бутылок пива. Нарезала лайма. Включила Меладзе и… Моя Магдалена прости! Я тебя не бросал. Я тебя отпусти-и-и-и-ил!

— Димочка? Такой лысый и с элегантными усиками?

— Лысый — это твой кумир из «Браззерс»! А Димочка — маняще блестящ. Он как боулинговый шар! Как волшебный палантир…

— О как… А вы умеете делать мужчинам комплименты.

— Мне почти восемьсот лет, дорогуша. Я мужчин знаю вдоль и поперёк!

— Кстати, а вы случаем не из ресторана «Совиная почта»?

— Ага. Зулейха! Но друзья зовут меня просто Лёха. Я там работаю администратором и помощником менеджера.

— Вы будете не против, если я отнесу вас к Але и Сью?

— С тобой, дорогуша — хоть на край света!

— Простите?

— Нет-нет… Шутка-юмора! Не обессудь. — пояснила воробьиха.

— Принял…

Девчонки очень обрадовались новой гостье, а у меня возникло много вопросов. Почему я никогда не слышал про алконостов раньше? Какими типами магии они обладают? И главное — как они свободно пользуются управляемой трансформацией? Неужели индикаторы их не видят? Или алконостов относят к виду ликантропов? Но нет… Глупости. Ликантроп — это заражённый человек. И он не может контролировать свою трансформацию.

В общем, вопросов опять намного больше, чем ответов.

Принеся для Лёхи «Пустынную устрицу», я решил вновь обратиться к Сью:

— Может, всё-таки, что-нибудь из еды?

— М-м-м… Даже не знаю. — девушка-неясыть с очень большим сомнением посмотрела на меню: — Чего-то хочется, но я совсем не понимаю, чего именно…

— Слушай! Мы тут с Дереком решили посоревноваться. Если он приготовит блюдо, которое покорить меня своим уютом и теплотой — я закрою глаза на то, что он откровенно льстит и корчит угодника только потому, что я критик.

— Ты не критик! Ты чёртова убийца малого бизнеса! — фыркнула Лёха и залпом всосала в себя «Пустынную устрицу»: — Ох! Твою ж налево!!! КАК ХОРОШО!!!

— И тем не менее — мы с Дереком заключили пари. Чтобы не быть предвзятой, я предлагаю нам троим отведать его фирменное блюдо. Вы согласны, барышни?

— Так, а чего нет, когда да? — Лёха тут же обратилась в миленькую миниатюрную брюнетку, одетую в серебристое вечернее платье.

— Вот это да! — усмехнулась Сью: — Кажется, кто-то забыл переодеться с вечеринки?

— Не напоминай… — отмахнулась девушка-воробей: — Ну, забыла и забыла… Чего теперь? Всё равно, сегодня выходной.

— Позвольте поухаживать? — я разлил дорогущий виски по стаканам: — Пока меня не будет — за вами приглядит наша старшая официантка Дарья. Но не переживайте! Я постараюсь вернуться к вам, как можно скорее.

— Ты учти. Мы прям очень сильно ждём тебя. — Аля показала на свои дорогущие наручные часы.

Мне чётко дали понять, что времени на приготовление блюда практически нет. Значит, придётся сделать, что-нибудь максимально быстрое, но в тоже время — не слишком тяжелое, потому что девчонки с похмелья. Нечто тёплое и уютное… Чтобы напоминало о доме. Чтобы согревало сердце.

Сложная задачка, но вполне решаемая! Я сразу вспомнил слова Дяди Рубена, что в любой непонятной ситуации — готовь суп. А что? Очень даже хорошая идея.

Зайдя на кухню, я быстрым шагом встал за свободную станцию.

— Дерек! Ты чего там в зале возишься? — спросил Клетус.

— Развлекаю вашего критика.

— Получается?

— Думаю, что скоро узнаем.

— Ох, не этот ответ я хотел услышать, Дерек. Ох, не этот…

— Не переживай. Просто занимайся своей работой, а критика оставь мне. Идёт?

— Как будто у меня есть выбор.

Какой суп больше всего подходит, чтобы растопить ледяное сердце и погрузить в атмосферу домашнего уюта? Конечно же, сырный! Он максимально простой, вкусный и самое главное — готовится очень быстро.

Раздобыв на кухне полторы луковицы, одну морковку, два зубчика чеснока, картофелину, листик лаврушки и несколько стеблей сельдерея, я приступил к готовке.

Конечно, в идеале для этого рецепта нужен именно корень сельдерея, но у меня совершенно нет времени ехать на базар. Каждая секунда на счету!

Поставив на конфорку кастрюлю, я принялся неистово нарезать овощи. Тут совершенно неважно, какая форма, потому что потом всё равно придётся пропускать суп через куттер.

Пока овощи варились в курином бульоне, я приступил к приготовлению одного из самых главных ингредиентов — гренок!

Увы и ах, обычный хлеб тут не подойдёт. Исключительно — два кусочка классической чиабатты. Ибо я собирался подавать именно ресторанное блюдо, а не какой-нибудь «Три корочки» со вкусом чеснока.

— Шеф! Ты что делаешь? — поинтересовался Марат: — Какое-то новое блюдо дня?

— «Блюдодня» — это в ночных клубах центрального Сочи. А у меня — сырный суп.

— Дерек, ты что… Собрался накормить критика сырным супом⁈ — возмутился Клетус. Талантливый внук был настолько в шоке, что его борода распушилась.

— Клетус… А я понять не могу. У нас в зале полная посадка. Неужели все заказывают себе устриц лишь с холодными закусками и десертами?

— Да понял я! Чего сразу грубить-то? Просто… ты уверен?

— За всё время, что мы работаем вместе — я тебя хоть раз разочаровал?

— Разве что — своим появлением.

— Ну вот и продолжай заниматься своими делами. У меня нет времени на пустые разговоры! Ты меня услышал?

— Ага…

— Не понял.

— Да, шеф!!!

— Умница. — строго ответил я, нарезав чиабатту на небольшие кубики.

Секрет идеальных гренок заключался в сливочном масле. Дело в том, что масло проникает в кусочки чиабатты и удерживает влагу внутри, отчего текстура сухарика становится в разы приятнее для употребления. Особенно, если речь идёт про бульоны и супы.

Поджарив гренки, я вытащил из супа лавровый лист, а затем перелил всё в чашу куттера. Почему не в блендер? Всё дело в том, что сырный суп должен иметь фракцию из маленьких кусочков с небольшим количеством пюре. Именно — небольшим! Но блендер перемешает всё в единую жижу, и вместо нормального сырного супа — получится крем-суп. А это уже совсем другое блюдо. И подаётся совершенно по-другому. Да и собирается, если честно — тоже. Опять множество нюансов и мелочей.

Прокрутив суп в куттере, я слил получившуюся смесь обратно в кастрюлю. С миниатюрными кусочками! Всё прям так, как надо.

Затем в ход пошли сливки. Кастрюлька у меня маленькая — всего полтора литра. Поэтому сливок я добавил около ста грамм. Много не нужно, поскольку у нас там ещё будет сыр.

Кстати, насчёт этого ингредиента…

Лично для меня плавленный сыр стал самым настоящим открытием! Как правило, для подобных супов я брал либо «Янтарь», либо «ИмпКосмос». Идеальный баланс жирности и вкуса.

На мою миниатюрную кастрюльку вполне хватит трёх столовых ложек. Но с горкой! Это важно.

И… в целом — всё. Готовка завершена. Осталось только размешать растворившийся сыр и можно подавать на стол.

— Ох, Дерек… — Клетус всё ходил и бормотал себе под нос. Мне очень хотелось швырнуть в него скалкой, но я сдержался. Сейчас не время демонстрировать негативные эмоции, ибо команда работала на грани своих возможностей. Практически «протокол осьминог». Только в сравнении с Зоей, Степанидой и Карлом — ме-е-е-е-едленный такой осьминог. Еле ползущий.

Разлив суп по красивым горшочкам, я украсил все три блюда зеленушкой.

Что ж, теперь всё зависит от моей проницательности. То есть — смог ли я грамотно прочувствовать пожелание гостя.

Как говорится: пан или пропал.

— Ну? Что скажете? — поинтересовалась Аля, глядя на стакан с виски: — Как мне кажется — идеальный вариант.

— Идеальный? Едва ли. — хмыкнула Сью: — Этот Дерек — явно… Ну, вы меня поняли. Человеческого в нём не больше, чем в нас с вами. А укрывательство сами знаете кого — уголовно преследуется. Лично я шестьсот лет не была в тюрьме. И хочу продолжить свою вольную жизнь. К тому же, подставить под угрозу наше дело? Алэмэй… Я тебя не узнаю.

— Не называй меня так! Я Алиса. И точка!

— Погодите! — возразила Лёха-Слониха: — Парень — ходячий реактор. Если мы сделаем его счастливым, то заправки нам хватит лет на двести, если не больше. Причём — на весь коллектив. Может быть, стоит рискнуть? Где мы ещё найдём такого? Тем более… Узнать бы, чем он является на самом деле?

— Вы преувеличиваете. Он просто сверхсильный волшебник. — прошептала Аля: — Что же ещё? Наверняка сбежал из очередной «чёрной лаборатории», откуда-нибудь в Европе…

— Или с нейтральных вод. — добавила Лёха.

— Ага… А до берега добрался вплавь на двух черепахах, которых связал канатом из волос со спины? Красивая сказка. Но я могу сказать наверняка — власти точно не знают про Дерека. В противном случае — его бы уже давно повязали и закинули в армию к Его Императорскому Величеству. — пояснила Аля: — Поэтому мы вполне можем забрать его к себе. С гарантией, что его никто не найдёт до конца жизни.

— До конца жизни? — возмутилась Сью: — Вообще-то, про сверхсильного волшебника — это твои домыслы! Мы не знаем, что он такое. Если бы знали, что он такое… Но мы не знаем, что он такое. А значит — не знаем, сколько это существо будет жить. Что, если Дерек нас всех переживёт? Нет… Надо так продумать контракт, чтобы это не касалось длительности его жизни. Например, мы гарантируем его неприкосновенность до увольнения. Или закрытия нашего ресторана. Это вполне резонно!

— Дамы! Это всё, конечно, прекрасно… — вздохнула Слониха: — Но тогда нам придётся контролировать его отношения. Если Дерек влюбится, женится… А затем, какая-нибудь стерва разобьёт ему сердце — плакала наша энергия!

— Так, это не проблема. Он вполне хорош собой. Имеет аристократические черты лица. Ещё и энергия из него — так и прёт! Мы-то с вами, понятно — сбитые лётчики. Нам скоро уже под тысячу лет будет. — с болью вздохнула Аля: — Но у нас в «Совиной почте» очень много молоденьких девчонок. Считай — та же Эйрата! Ей всего сто пятьдесят лет! Совсем малышка. И очень красивая. Покладистая. Не целованная! Идеальный вариант.

— Тут ещё проблема в самом Дереке. — заключила Сью: — Он явно не обделён женским вниманием. Эйрата хоть и покладистая, но измены терпеть не будет. Сожжёт бедного мальчика в приступе ревности. И всё! Плакал наш реактор.

— М-м-м… Если бы не сложности при поступлении в Харитоновку — можно было бы отправить туда агента. — задумчиво произнесла Слониха: — Но алконостов они точно не примут.

— Это ещё почему?

— У тебя есть хоть один знакомый восемнадцатилетний ребёнок-алконост?

— Нет…

— Вот и я про что. Найти красивую девушку, которая хорошо готовит? Так она станет первокурсницей. И не факт, что долго продержится. В общем, вариант только один. Нам нужно найти девицу, которая уже в Харитоновке.

— Наложим на неё запечатление? — усмехнулась Сью: — Хорошо. Классная идея, Аля! Только вот, люди под запечатлением могут творить дичь. И если наша агентка спалится — её отправят в специальный реабилитационный диспансер, где держат «перегретых» экстр, жертв проклятий от несанкционированных магов и прочую жуть. Там проведут пару тестов. Магическую экспертизу… И выйдут на нас. И мы все дружно отправимся в тюрьму, а «Совиная почта» останется в истории, как прикрытие для волшебных преступников. Межвидовой контроль будет очень рад пополнить свою тюрьму для визитёров такими редкими созданиями, как мы.

— И что ты предлагаешь? Одинокие парни заходят к нам всё реже. И от них энергии — кот наплакал! Официанты от нас сбегают. Один единственный парнишка, который выдержал наш коллектив — Энок! И тот скоропостижно скончался…

— Аля, он доработал до семидесяти девяти лет и умер в восемьдесят три от инсульта!

— Ужас… Он был ещё совсем ребёнком!

— Аля… Восемьдесят три — это очень почтенный возраст для человека.

— Правда? Блин…

— В общем, что я предлагаю? Мы с вами ищем агентку среди окружения Дерека. Находим, какую-нибудь его фанатку. Вербуем её без запечатления! И всё. Она сама приведёт к нам Дерека после выпуска.

— Думаешь, сработает?

— Ну давайте ещё сами будем ему написывать. Фотки в лифчике слать. Чтобы он знал, что его тут любят и ждут.

— Мы бабки старые! Какие нам фотки в лифчике⁈ — возмутилась Аля.

— Относительно людей, мы выглядим, как молодые девушки. Они же всё равно не чувствуют аромат нашей духовной энергии. Потому — мы для них самый сок! И для Дерека тоже.

— Ой, вряд ли. Мы не можем знать наверняка. Он, конечно, милый парень. Но при этом — грамотный лжец. Мне пришлось поднапрячься, чтобы почувствовать враньё, когда он рассказывал про своё прошлое.

— В общем, давайте попробуем на практике. — предложила Слониха.

— Как это?

— Я схвачу его за член!

— ЛЁХА!!!

— Чего сразу «Лёха»⁈ Серьёзные проблемы требуют серьёзных решений! Надо к нему подкатить, чтобы почувствовать наверняка. Если реакция организма будет стандартной — вопросов нет. Мы будем спамить ему нашими фотками в лифчике! А если нет, то это уже реальная проблема… И весь наш план с агенткой под угрозой.

— Ладно. Тогда проверим. Сделаем вид, что мы пьяные! Чтобы потом не было претензий, будто мы развратные птицы. И дело с концом. — заключила Аля.

— На том и порешили. — согласилась Слониха.

— Только, я предлагаю вам немного подыграть. — хитро улыбнулась Сью: — Чтобы Дерек сейчас не вынес — давайте скажем, что он мог лучше, и что в «Совиной почте» его точно подтянут до необходимого уровня?

— Нет. Это так не работает! Мужчины покупаются на лесть. Им надо наоборот говорить, какие они потрясающие и хорошие! Почувствует себя победителем и подцепится на дофаминовый крючок.

— Дерек любит играть. А ещё он — максималист. К тому же, он знает, что мы алконосты. А значит — у нас может быть совсем иной вкус.

— Сью, ты дура? Какой иной вкус? Я ресторанный критик! Алло!

— Я про уникальность, как у экстр или гоблинов.

— Ну, не знаю… Думаешь, его это реально подденет?

— Я тебе говорю! Дерек — тот ещё дуэлянт. Я уверена, что он обожает вызовы. К тому же, вряд ли он пошёл сейчас готовить только из-за хорошего отношения к хозяйке этого заведения. Или из-за наших красивых глаз. — Сью моргнула третьим веком: — Он принял этот вызов. И теперь изо всех сил хочет победить! Да и по сути… Ты дала ему чёткий намёк, что времени у него нет. Я не верю, что при всех своих плюсах Дерек НАСТОЛЬКО крутой повар, что сможет быстро сымпровизировать нечто реально крутое.

— Студенты Харитоновки — будущие Боги пищевого Олимпа. Я бы не стала зарекаться. — с сомнением ответила Аля.

— Ну, притворимся. Что ты? Сыграть не сможешь? Ты же разнесла столько ресторанов!

— Ты уверена, что мы его не отпугнём?

— Уверена на сто процентов. Он захочет отыграться! Он придёт к нам.

— Ладно, Сью. Слониха, ты согласна?

— Я пока изучаю его, поэтому останусь при своём мнении. Но есть очень большая вероятность, что Сью права.

— Прекрасно. Хорошо! Но это останется на твоей совести, Сью.

— Естественно.

— И ещё… Девочки! Я очень рассчитываю, что мы с вами не нажрёмся, а реально притворимся пьяными, чтобы проверить реакцию Дерека. А-то я знаю, во что превращается Слониха, когда перебухает… Её хлебом не корми — дай до мужиков докопаться! Особенно — до зооморфов.

— Ой, да что ты начинаешь⁈ — возмутилась Лёха: — Я понимаю важность мероприятия! Мужики в безопасности. А вот Дерек… — девушка-воробей уверенно поправила бюст, словно перезаряжая пушку.

— Это меня тоже пугает. Пожалуйста, не надо давить! Мужчины не любят, когда на них давят. Они сами вольны выбирать!

— Я просто пошутила! Тем более, он без ушек. И даже не лысый. А значит — не в моём вкусе.

— Так. Он идёт! Всем приготовиться. — прошептала Сью.

— Прекрасные леди! Времени на то, чтобы хорошенько подумать над блюдом, чтобы вас приятно удивить — у меня было очень мало, но… Зарядившись вашей красотой, я придумал то, что потрясёт вас до глубины души и окутает уютом. — Дерек поставил перед девчонками три закрытых красивых горшочка.

— Жаркое? — предположила Слониха.

— Нет. Слишком быстро для подобного… Наверное, это лапша? — Сью вопросительно посмотрела на Дерека.

— Вы хотите, чтобы я открыл?

— Ну, конечно! — Аля сгорала от любопытства. Чем же он решил удивить? Наверняка это что-то невероятное! Необычное… Совсем непохожее на ресторанную пищу.

Однако, это оказался…

— Сырный суп? — в голосе Слонихи звучало явное разочарование: — Парень, ты серьёзно? Ты ЭТИМ хотел удивить Алю? Как бы… Ничего тот факт, что она ресторанный критик? Думаешь, к ней можно подкатить на хромой кобыле?

— Погоди… — Сью подняла руку и принюхалась.

Действительно, из горшочков шёл воистину волшебный аромат. Такой нежный и тёплый… Мгновенно пробуждающий аппетит!

— Сомнительно… — Аля придвинула горшочек к себе: — Но давайте пробуем.

— Приятно аппетита. — Дерек очень мило улыбнулся. Но Аля прекрасно понимала, что за этой улыбкой прячется демон. Только вот… разве может сырный суп удивить?

Зачерпнув ложкой довольно густой бульон с маленькими кусочками овощей, Аля начала дегустацию.

— ПОПАЛАСЬ!!! — закричал накаченный моряк на огромной лодке, заливая девушку-филина нежным сливочно-сырным вкусом. Нет… Это была не волна, а настоящее цунами, которое обволакивало душу уютом и домашним теплом. Овощные нотки с ярко-выраженным куриным ароматом только добавляли приятные оттенки к уже сформированному вкусу.

Это был не просто суп. Это настоящий сливочно-сырный круиз!!!

Только вот, он быстро заканчивался, возвращая Алю в далекое прошлое, и пробуждая нечто древнее… Чувства, что томились под печатью забвения очень много лет.

Это было настолько давно, что казалось выдумкой. Ну или очень смутным сном.

На мгновение её окутал холод… Она вновь вспомнила момент, который разделил жизнь на «до» и «после».

Мир, в котором Аля родилась, был уничтожен Великим Таном — одним из самых могущественных космических богов. Таких ещё называли Миротворцами.

Однако Великий Тан славился своей маниакальной страстью к коллекционированию различных живых существ. Ещё совсем ребёнком Аля попала в ледяное хранилище Миротворца, куда тот складировал диковинки со всей Вселенной.

Правда, девочка-филин не осталась без дела. Её тут же сделали слугой.

Среди обязанностей Али была помощь дронам-уборщикам ледяного хранилища и кормёжка тех немногих живых существ, которые томились в ледяных камерах.

Как правило — это были животные, которых Тан забирал с уничтоженных планет. Сам он часто говорил, что это акт милосердия… Мол, их генетический материал поможет создать нечто большее. Что именно «большее» — Аля тогда не понимала. Да и не хотела понимать.

По сути, она была в аналогичном положении. Просто её «клетка» оказалась чуть больше.

Да и во всём остальном… Она была такой «зверушкой». Последней в своём роде.

Тан лишил девочку-филина всего. Родителей. Друзей. Близких. И целого мира, в котором правили алконосты. Просто одним щелчком пальцев стёр всё то, что Аля любила больше всего на свете.

Из принцессы она превратилась в бесправную слугу. То есть, по сути — рабыню.

Поэтому Аля всегда с сочувствием относилась ко всем пленникам ледяного хранилища.

Но она была не единственной слугой в этом очаге отчаяния.

Практически все «спасённые» представители разумных видов служили Тану в качестве рабов. Про побег никто не думал. Куда сбежишь от существа, которое способно уничтожить планету одним щелчком пальцев? Да и бежать-то по сути… некуда. Все рабы были последними из своего вида. А про галактические карты никто не знал.

В общем, все смирились. Все, кроме Али.

Она практически каждый день прорабатывала своим детским мозгом все возможные варианты. Вплоть до угона космического корабля. Правда, управлять им Аля не умела. Да и, вообще, про их существование узнала буквально только что…

Но это не мешало ей продолжать размышлять над побегом и не терять надежду.

А ещё Але никак не давала покоя пленница в огромном ледяном кубе. По сути — она была единственным разумным «экземпляром» в коллекции Великого Тана из тех, кто содержался в хранилище. Прекрасная девушка с волосами цвета спелой пшеницы. Глаза нежно-голубые! Словно озера в погибшем мире Али. А лицо… Ничего красивее девочка-филин никогда в жизни не видела.

Когда Аля очищала стенки огромного куба от пыли, то всегда задерживала взгляд на этом прекрасном лице. Сперва девочке казалось, что пленница уже давно умерла. Но в один прекрасный день, она внезапно повернула глаза в сторону Али, чем сильно напугала её. Но это скорее от неожиданности.

Осознав, что пленница всё ещё жива, Аля пела ей песни и рассказывала истории, потому что понимала — быть запечатанной в огромной ледяной глыбе, это же скука смертная! Иногда девочке-филину казалось, что пленница улыбается. Хотя… в таком состоянии было явно не до улыбок.

Так Аля и продолжала кормить пленников и чистить хранилище в местах, где дроны не могут достать. Кстати, красивая девушка не была исключением. К ней в куб шёл прозрачный провод, по которому девочка-филин транспортировала питательную смесь.

И всё шло своим чередом. Дни были похожи друг на друга. Аля пела таинственной красотке во льду. Чистила хранилище. Старалась не попадаться на глаза Тану. И размышляла о побеге, чувствуя, как надежда постепенно начала угасать…

Возможно, так бы всё и продолжалось. Но, как-то раз Аля увидела очень странную сцену.

Один из дронов-уборщиков завис и заблокировал собой люк для прислуги, который вёл прямиком в хранилище. А девочка-филин, как раз проходила рядом, когда закончила очередную уборку.

— … произведение искусства! Само совершенство. — произнёс тихий, но при этом очень мелодичный и уверенный мужской голос. Аля тут же подошла к люку и заглянула в хранилище.

Великий Тан разморозил таинственную красотку так, чтобы у неё оттаяли кисти рук, облачённые в белоснежные бронированные перчатки и голова.

— Ты псих! Кто дал тебе право лишать живых существ свободы⁈ — злобно прорычала пленница.

— О, моё самое прекрасное созвездие… С чего ты решила, что они до этого были свободны? Возможно, я подарил всем им нечто большее! Я подарил им шанс служить великому мне. — из-за колонны вышел мужчина в чёрном облачении. Его бледная кожа контрастировала с чёрными, словно ночь волосами. А из глаз исходил ярко-красный свет. Аля ещё никогда не встречала настолько прекрасных мужчин.

— Они не видят дневного света. Вечно находятся в этом омерзительном холоде! А всё почему? Потому что, ты уничтожил их дом! Из-за чего? Тебе просто так захотелось…

— Нет-нет. — улыбнулся Тан и подошёл ближе: — Увы, я всего лишь выполняю поручения Сената. Не более того.

— Ложь. Ты не подчиняешься им!

— Тебе станет легче, если скажу, что уничтожал их… из-за несовершенства? Тот, кто создал всех этих… гуминитов — не более, чем жалкий дилетант. Я сделал Мультивселенной великое одолжение! Стёр уродство, которое кто-то посмел назвать «великим творением». А теперь — давай закончим с этими ненужными разговорами? Я хочу узнать, когда ты станешь моей?

— Ты болен, Тан. Украсть меня из Звёздной Крепости… Удерживать в этой проклятой ледышке столько времени… И у тебя ещё хватает наглости спрашивать о таком?

— В мире нет ничего невозможного, душа моя. Рано или поздно твоё сердце всё равно ответит мне взаимностью. Ведь у нас впереди целая вечность!

— Зачем я тебе?

— Ты — само совершенство! Идеал, к которому я стремлюсь. Ты олицетворение гармонии… Красота, которую я считаю настоящим произведением искусства. Знаешь, душа моя, мне пришлось серьёзно заморочиться, чтобы выкрасть тебя из Звёздной Крепости. Представляю лицо Высшего Целлия, когда его любимая подручная резко пропала в неизвестном направлении.

— Он вытащил тебя из глубин тьмы…

— Старик использовал меня! — Тан впервые повысил голос: — Впрочем, как и тебя… Как и всех остальных, кого он ласково называл «своими детьми». Скажи мне, душа моя, сколько он предложил тебе за следующий подставной переворот в системе Аида?

— Нисколько. Он против грязных игр.

— О… Так ты ещё не в курсе? — тяжко вздохнул Бог и с грустью опустил взгляд: — Они предложат тебе престол. Станешь Императрицей! Временной… Потому что, потом тебя предадут и попытаются убить. Я же спасаю тебя.

— Заточив в лёд?

— Иначе ты не поймёшь. Я же вижу, что ты мне всё ещё не доверяешь.

— Вау! Действительно… Почему же? Наверное, ты выглядишь слишком подозрительно! И поверь — это точно не из-за того, что ты нашёптывал моему брату. И, конечно же, вовсе не из-за того, что заточил меня в своей темнице для редких зверушек. Я безмерно польщена, Тан. Мне лестно быть «редкой зверушкой». Но поверь мне на слово… Как только я выберусь отсюда — я расщеплю твою энергетическую составляющую на атомы!

— Ты прекрасна даже, когда злишься. — Тан щёлкнул пальцами, и из льда тут же выросло нечто отдалённо напоминающее трон: — Я буду наслаждаться тобой и дальше. Мне это никогда не надоест.

— О… Только не говори, что опять будешь несколько часов смотреть на меня?

— Всё так.

— Мратство…

Конечно же, Аля ничего не поняла из их разговора. Какие-то политические грызни и, видимо — давняя вражда. Но одно стало ясно точно — «Душа моя» явно настроена против Великого Тана и, возможно, знает, как отсюда сбежать.

Очень повезло, что замораживать полностью «Душу мою» не стали. Она продолжала дремать, лишь изредка приходя в себя.

В следующую приборку, Аля аккуратно подошла к ледяному кубу, и опять, как бы невзначай начала рассказывать свои истории.

— Да-да-да… Я всё это уже слышала, звёздочка. — ответила Душа моя и дружелюбно улыбнулась: — Тебя как зовут?

— Алэмэй! А вас?

— А меня — Шани. Слушай… Ты рассказывала, что он уничтожил твою планету? — Шани взглядом указала на некое подобие ледяного трона, что стоял рядом.

— Угу.

— Знаешь… Я считаю, что это не самое лучшее место для юной особы. Тем более, для алконоста.

— Правда? — внутри Али вновь вспыхнула надежда: — И что вы предлагаете?

— Вот тут снизу… Куда ты вставляла трубку для подачи питательной жижи, есть небольшой блок питания. Если его вытащить, то мой энергетический блокиратор тут же отключится! И тогда я смогу воспользоваться своими силами, чтобы вытащить нас.

— Мы угоним космический корабль?

— Нет! Мы воспользуемся Трещиной. Это, как врата в другой мир.

— Ого! Правда… Мне совершенно некуда идти…

— Не страшно. Я доставлю тебя в удивительный мир, где есть такие же, как ты!

— Другие алконосты⁈

— Именно!

Конечно, всё это звучало, как очень сладкая ложь. Но у Али всё равно нет выбора. На тот момент она готова была поверить во что угодно.

— Так… Сейчас я попробую отсоединить блок питания! Подождите немного… — девочка-филин встала на колени и принялась искать хоть что-нибудь рядом с пазом для подачи питательной жижи: — О! Это такая светящаяся зеленая штуковина?

— Именно! Вытащи её.

Только Аля прикоснулась к светящейся зеленой штуке, как её снесло мощным потоком ветра. Больно ударившись о ледяную стену, девочка-филин шлёпнулась на пол.

Возле неё тут же материализовался Тан, а затем схватил Алю за горло и поднял в воздух.

— Её красоте так легко поддаться, правда?

Бедолага начала задыхаться, а в глазах практически мгновенно потемнело.

— Оставь её! — холодно произнесла Шани.

— Как скажешь, душа моя. — Тан тут же отпустил Алю, и она вновь шлёпнулась на пол: — Но мне не нужны уборщики-самодуры! Поэтому… она составит тебе компанию здесь. Говорят, алконостов почти не осталось. Будет очень расточительно убивать столь редкий… экземпляр. — Бог жутко ухмыльнулся и одним взмахом руки поставил Алю на ноги.

Спустя две минуты её забросили в ледяную клетку. Тан не соврал. Теперь Аля круглосуточно составляла Шани компанию. Без возможности передвигаться и общаться с остальными слугами.

С тех пор Шани молчала. Она боялась даже повернуть голову в сторону Али.

— Послушайте! Если мы так и продолжим молчать… — начала было девочка-филин.

— Нет! Замолчи. — тихо прошептала Шани: — Это чудо, что он не убил тебя… Я больше не намерена рисковать твоей жизнью. Поэтому… просто замолчи.

— Ладно…

Але было горько осознавать, что какой-то ублюдочный Бог превратил её в… реальный экспонат. Ещё и время в клетке тянулось, словно кисель.

Казалось, что это никогда не закончится. Алю начало пожирать отчаяние.

И когда бедная девочка-филин совсем потеряла веру — случилось настоящее чудо.

В потолке образовалась огромная брешь, и спустя мгновение в зал начали залетать воины в серебряных доспехах.

Они быстро освободили Шани, а затем дружно направились в глубины хранилища.

— Идём! — девушка с легкостью разломала ледяные прутья клетки: — У нас мало времени!

— А как же все остальные?

— Мои ребята позаботятся о них. — Шани взяла Алю на руки, а затем взмыла в воздух.

Всё происходило настолько быстро, что девочка-филин даже не успела заметить, как оказалась посреди лесной опушки, рядом с которой стоял небольшой деревянный домик.

— Кали! — Шани постучалась в дверь: — Это я! Разговор есть.

— Госпожа? — на крыльцо вышла женщина с вытянутыми совиными ушками на голове: — Вы так неожиданно… Что-то случилось?

— Помнишь, ты жаловалась Небесной матери, что никак не выходит завести дочь?

— Да… Было дело… А что?

— Вот. — Шани подтолкнула Алю вперёд: — Небесная мать услышала тебя. Это Алэмэй! Увы… Её мир погиб. Но она — живее всех живых! И… её бы не мешало покормить. Бедолагу чуть не заморили до смерти.

Кали смотрела на Алю не верящими глазами, а затем безмолвно присела на одно колено и распростёрла руки. Так же безмолвно девочка-филин побежала в объятия совершенно незнакомой женщины, которая в итоге стала для неё новой мамой.

Не мачехой. Не матерью. А именно — мамой.

Аля уже позабыла, какого это — после ледяных стен хранилища Великого Тана вновь обнять живое и тёплое существо. Вновь почувствовать, что ты не одна. И что теперь есть надежда на будущее.

Это было так давно… И с того времени столько воды утекло, что казалось, словно всё это просто плохой сон. Аля не заметила, как по её щекам медленно скатились две слезинки и плавно упали на белоснежную скатерть.

План провалился… Банальный сырный суп оказался настолько вкусным, тёплым и уютным, что высвободил давно позабытые чувства.

Причём, не у одной Али.

Слониха активно работала ложкой, с наслаждением приговаривая:

— Ну… Не сказать, что прям вкусно. Не по вкусу вкусно. В целом вкусно. В общем, поработать надо. Надо поработать, Дерек… Думаю… Ох, как не вкусно… Боже… Думаю… Что тебе надо к нам в «Совиную почту» после того, как закончишь обучение… М-м-м… Тебя там подтянут до нужного уровня.

— Лёха. — строго произнесла Сью.

— М-м-м… Нет. Не дотягивает… Божечки… Совсем-совсем недотягивает.

— Лёха! Кончай!

— А? Так я уже… Ты сама попробуй! Это был мой самый мощный оргазм за последние пятьсот лет!

— Я не об этом, идиотка!!! Заканчивай этот фарс! Всё. Мы проиграли… — недовольно фыркнула девушка-неясыть, чей горшочек тоже был пуст: — Ещё и Аля… Нюни распустила! Ну, с вами точно каши не сваришь! Я хотя бы немножко попыталась неспалиться… Одна разревелась! Вторая обкончалась. Прекрасно работаем, дамы.

— Простите, а о чём речь? — поинтересовался Дерек, услужливо протянув Але носовой платок.

— Да так… О своём. О девичьем. Кстати, Дерек! Я могу попросить твой номер для коннекта? — поинтересовалась Сью.

— Не вопрос. Я сейчас запишу и принесу.

— О! Проще продиктовать. Девчата тоже запишут. Аля! Ну, хорош реветь! Ты чего⁈

— Воспоминания. — Аля изо всех сил попыталась улыбнуться: — Спасибо, Дерек! Высший пилотаж. Правда! А теперь, можно нам батат-фри? Что-то меня на сладко-солёное потянуло…

— Мать, а ты случаем не залетела? — с усмешкой спросила Слониха, вылизав горшочек дочиста.

— От супа?

— От взгляда нашего личного официанта! Ауф! — Слониха хотела шлёпнуть Дерека по попе, но Аля вовремя её остановила.

— Всё-таки, я напишу свой номер на листке бумаги. — улыбнулся парень: — А заодно передам на кухню ваш заказ.

— Спасибо! Мы будем очень признательны.

Такой реакции, конечно, я не ожидал. Это были не истеричные рыдания, а тихий и счастливый плачь. Слезы от ностальгии… Некоего прекрасного воспоминания!

Было очень удивительно видеть Алю в столь нежном и откровенном амплуа.

Но отставить сантименты! Совы и Воробейшество, кончившее от сырного супа, явно что-то задумали… И отпускать меня так просто не будут.

Возможно, чтобы скрасить их ощущения от пребывания в нашем ресторане, мне придётся применить небольшую манипуляцию. Пообещаю, что обязательно зайду к ним, как закончу обучение в Харитоновке. И это вовсе не значит, что я останусь у них работать.

Только вот, совы были очень чуткими. Они придирались к мелочам не хуже блогера-историка, который посмотрел очередной блокбастер про Древнюю Грецию. В общем, нужно быть осторожным и дождаться, когда они ещё немного выпьют.

Вбив заказ, и передав девчонкам листочек со своим номером, я увидел возле стеклянной двери Босса камышовых котов и волколака Бориса. Они опять при параде! Истинные мафиозники.

Только вот, что-то ребята немного меньжевались и нарешались зайти внутрь, хотя столик мы для них всё равно подготовили. Наверное, стеснялись из-за популярности в сети. Что ж… придётся встретить их самому, раз Дашу разрывали милые детишки, которые пришли с несколькими семейными парами.

— Друзья! — я открыл дверь и жестом пригласил всех внутрь: — Чего стесняемся? Неужели популярность стала давить?

— Какая ещё популярность? — Босс пожал мне руку.

— А… Это я так. Шутку вспомнил. Так… В чем дело?

— Ну… Мы это… Поинтересоваться — нет ли там этих диких девушек? — главный камышовый кот прижал ушки.

— Нет. Сегодня всё спокойно и до вас точно никто не будет домогаться.

— Хвала богам… Не люблю лишнее внимание… Типа — профессиональная деформация у нас такая.

— Ой, не переживай! До вас тут никому нет дела. — я поспешил успокоить Босса.

— Прекрасно. Вот за это и люблю непопулярные заведения. Тишь да благодать!

Только камышовые коты с Борисом зашли в зал, как все присутствующие тут же разразились аплодисментами. Твою ж мать… Не думал, что всё настолько круто.

— Это было блестяще! — дедушка, что сидел рядом с выходом поднялся и крепко пожал Боссу руку: — Вы мой герой!

— Да-да! Можно с вами себяшку сделать? — к ребятам подошла девочка-подросток: — Вы просто легенды!

Босс прижал кошачьи ушки ещё сильнее к голове. Борис запереживал и на всякий случай спрятался за меня. Только вот… волколак был крупнее раза в два и получилось так себе.

— Друзья! Честно скажу, такого я ещё не видел! — к нам подошёл мужичок… судя по виду — с явным криминальным прошлым: — Такое исполнение! Нет… Ну я просто бом-бом! Ну, ты итальянец!

— Что происходит? — тихо поинтересовался у меня Босс.

— Видимо, они узнали про ваше дело с газом. — соврал я.

— ОТКУДА ОНИ УЗНАЛИ⁈

— Это же Красная поляна. Большая деревня. — обречённо вздохнул волколак.

— Чёртов орк-еврей! Найду — пейсы выдеру!!! — шипел Босс, но продолжал мило улыбаться всем желающим сфотографироваться.

Нет, ну а как я им скажу, что из-за перепивших молоденьких девчат — они теперь чуть ли не лица нашего ресторана? Это будет удар по самолюбию бедных бандитов.

После достаточно продолжительной фотосессии, я всё же смог усадить наших дорогих гостей за стол и под очень недовольный взгляд Али вернулся к столику с совами и воробейшиством.

— Прошу меня простить! Это наши пиар-менеджеры. — улыбнулся я: — Теперь их знает вся округа.

— Я знаю. Ролик с «А я вас съем» набрал двенадцать миллионов просмотров. — с легкой ноткой ревности ответила Аля: — Но ты — наш личный официант. Не смей больше уходить так надолго! Иначе я расстроюсь. И напишу всякие гадости.

Взрослая и тяжелая девушка-критик после трёх стаканов виски успела превратиться в девочку-подростка. Так мило дуется, что мне хотелось потискать её за щечку.

— Эй! Парень! Парень! — воробейшество помахала мне рукой: — Загляни в коннектор… Ну же!

— Вы мне, что-то написали?

— Типа того. — хитро усмехнулась Лёха.

Открыв входящие сообщения в мессенджере, я увидел письмо от Воробейшиства. А именно две фотографии. Одна, где она явно в не самом трезвом состоянии фотографирует себя на коннектор в раздевалке местного бутика.

А вторая уже в туалете нашего ресторана и… Из одежды на ней остались только серебристые туфельки.

— Ну, как? Ну, как? Парень! Заценил⁈ Заценил же⁈ Ну, па-а-а-а-арень!!!

Честно говоря, я всегда знал, как реагировать на подобные фотографии. Но именно сейчас Слониха застала меня врасплох.

Судя по заинтересованному взгляду Сью, и крайне напряженному выражению лица Али — это часть их загадочного плана.

Только вот, как ответить правильно? Чёртова игра «Кто хочет не обосраться с тремя пьяными райскими птицами, одна из которых ресторанный критик» — началась!

Вариант А: Очень мило! Особенно — вторая. Прям вау!

Вариант Б: Ой… Вы, наверное, вторую по ошибке отправили. Но не переживайте! Я её уже удалил, ибо не хочу смущать вас.

Вариант С: Вот это я понимаю! Будет «на что вспомнить» одинокими томными вечерами!

Вариант Г: Девчата! Я тут до 23:30. Потом предлагаю взять три бутылочки шампанского и отправиться в ближайший отель. Ну, чисто так… Кинцо посмотреть.

Меньше тридцати секунд на ответ…

— Что ж… — в столь напряженные моменты, я всегда выбирал самый неочевидный ответ. А именно — просто сказать правду: — Это, конечно, хорошо. Смею отметить, что вы очень прекрасны! Но сегодня я — ваш официант. И моя задача сделать так, чтобы вам было комфортно в нашем заведении.

— Тьфу ты!

Слониха была возмущена до глубины души. Сью лишь ехидно хмыкнула. А Аля удивлённо улыбнулась. Холодные факты, как всегда — били лучше любого красноречия.

— Выкрутился, негодник.

— Не первый день живу.

Было понятно, что алконосты очень хотят меня завербовать. Только вот, я не догонял, зачем все эти «танцы с бубнами»? Фотографии… Подмигивания. Милые улыбки. Явный набор для соблазнения.

Но нет! Сегодня я планировал нормально закрыть ресторан. Без эксцессов. Без проблем с посетителями. И уж точно — с нормальной статьей от крутого критика. В целом, Алю я уже почти продавил. Но было видно, что она всё ещё не удовлетворена до конца. А значит — битва ещё не окончена.

— Могу я быть ещё, чем-то полезен? — поинтересовался я, искренне желая узнать хотя бы направления для завершающего боя.

— Можешь. — слегка пьяно улыбнулась Слониха и приобняла меня за талию: — Просто стой здесь! А ещё лучше — сядь с нами за столик.

— Простите, но правила ресторана не позволяют. Это прямое нарушение этики.

— Хе-хе-хе… — девочка-воробей показала подругам большой палец, на что те таинственно улыбнулись и кивнули. Опять незаметный символ…

— И тем не менее, я бы не хотел мешать вашей трапезе. Может быть, приготовить для вас ещё, что-нибудь? — предложил я.

— М-м-м… Ладно! Я решила. — заключила Аля, алчно потерев ладони друг о друга. Наконец-то, мы определились со следующим сражением: — Я поставлю высший балл этому заведению. Обслуживание на уровне, хоть меня и бессовестно отвергли… Можно сказать — разбили сердце! Но с другой стороны — я же прихожу в рестораны не за персоналом, правильно?

— Рад, что вы это осознаёте. — я аккуратным движением отодвинул руки Слонихи, которые нагло залезли ко мне под фартук.

— Неа! — насупилась Слониха: — Вообще, не осознаем! Ты должен был пасть ниц от моей красоты, парень… А вместо этого, я услышала лишь сдержанное «вы очень прекрасны»… Кто тебя учил манерам?

— Повторюсь — сейчас я ваш официант, а не «бойфренд».

— Редиска! Хороший официант должен утопить свою гостью в комплиментах!

— Боюсь, что хороший официант должен сдержано промолчать. И будем честны — показывать подобное официантам… Несколько, неправильно.

— Мне решать, что правильно, а что нет! — начала спорить Лёха.

— Увы. У каждого заведения есть свои правила. Я с уважением отношусь к вам. Вы с уважением относитесь ко мне. Я не кусок мяса, а в первую очередь — человек.

— Знаешь, парень… Ты такой чрезмерно правильный, что меня это одновременно дико бесит и очень заводит. Пойдём-ка в туалет, тётя научит тебя манерам!

— Лёха! Ты перегибаешь палку. — строго произнесла Аля: — Мы узнали, что хотели. Теперь, действуем согласно второй части нашего плана.

— Я бы её не перегибала, если бы мне её бросили…

— Лёха…

— Что «Лёха-то»? Сидите тут… Две курицы, скучаете! Вздыхаете! Надо брать быка за рога!

— Лёха… Я так-то на работе. — вздохнула девушка-филин.

— Ой… На работе она… Ты уже всё решила по этому заведению! Сама же сказала. А теперь, расслабься и не мешай мне снимать этого милого мальчика на вечер!

— Это студент!!!

— Совершеннолетний. Так… — Лёха вопросительно взглянула на меня: — Совершеннолетний же? Да? Умоляю… не говори, что тебе семнадцать… Я этого просто не переживу.

— Да. В академию имени Харитонова можно поступить только с восемнадцати лет. — честно признался я.

— Прекрасно! Ты ж мой хороший! — девушка-воробей снова приобняла меня за талию.

— Лёха, веди себя прилично! — недовольно произнесла Аля.

— Вот ещё! Мы сюда, для чего пришли? Чтобы снять этого красавчика!

— Мы не для этого сюда пришли… Боже! Дерек! Не слушай её.

— Дерек! Слушай меня! Я же тебе сразу обозначаю… Чтобы никаких недомолвок между нами не было. Сейчас допиваем этот прекрасный напиток и едем в отель!

— Лёха! Возьми себя в руки!

— А его можно взять?

— Нет! Мы это уже обсудили! Нельзя давить на мужчин!

— Ла-а-а-а-а-адно… Тебе повезло, парень. Она тебя так защищает… Так защищает. — фыркнула Слониха, но отпускать меня не спешила.

— Прекрасные леди, а я напомню. Батат-фри, вне всяких сомнений — потрясающий! Но у нас есть ещё огромное количество вкусных блюд.

— Я уже достаточно попробовала. — вздохнув, ответила Аля: — И я сдержу своё обещание. А ещё мне очень стыдно за свою подругу… Прости её, пожалуйста.

— Ничего страшного. Какому мужчине будет неприятно женское внимание? — улыбнулся я.

— Он такой классный! — Воробейшиство хотела прижаться ко мне, но строгий взгляд девушки-филина таки смог её смирить.

— Что ж, в таком случае… — Сью посмотрела на меня, словно хитрая лиса: — Теперь моя очередь заказывать вкусняшки!

— Я вас внимательно слушаю.

— Дерек, твой суп… Был потрясающим. Но ты же знаешь, что этого недостаточно. — девушка-неясыть сузила глаза: — Харитоновка — кузня гениев. А это значит, что там учатся универсалы. Я права?

— Относительно. А чтобы вы хотели?

— Хочу десерт! Что-нибудь традиционное… Кавказское! Сладенькое и ягодное. Получится порадовать нас своим креативом ещё разок? Или мне лучше выбрать из того, что есть?

Алконосты отменно изучили мои слабые места. Снова бросить вызов… Как это банально и низко. Но в тоже время — крайне эффективно. И всё-таки мне было приятно, что вектор боя, наконец-то, определился.

И пускай у нас в меню чёрным по белому написано МЕДОВИК ИЗ КАШТАНОВОГО МЁДА СО СМЕТАННЫМ МОРОЖЕНЫМ, ТИРАМИСУ С КОФЕЙНЫМ ЖЕЛЕ, ФИСТАШКОВОЕ МОРОЖЕНОЕ С СОУСОМ ИЗ ЮДЗУ и МАЛИНОВАЯ ПАВЛОВА — я хотел утереть Сью нос. Хотел ещё раз увидеть её удивлённое, но в тоже время слегка искривлённое от горечи поражения лицо. Девочки сами напросились!

Прямо вся такая: «Империя наносит ответный удар» за сырный суп. Что ж, вызов принят. Готовьте свои вкусовые сосочки!

— В таком случае, я буду вынужден вновь покинуть вас ненадолго.

— Только если ненадолго. — хитро улыбнувшись, ответила Сью.

Улыбайся пока можешь, милая… Ибо в десертах я тоже преуспел. Мы со Степанидой время за зря не теряли.

Осталось только посмотреть, что у нас есть на кухне.

— Дерек! — окликнул меня Клетус: — Обрадуй меня.

— Вашему заведению поставят высший балл.

— Есть! — талантливый внук победоносно поднял кулак вверх: — Неужели сырный суп настолько её впечатлил?

— И её. И ещё двух её подруг. — с усмешкой ответил я.

— Гигант! Просто зверь, Белобрысый! — восхитился Марат.

— Не понял.

— Ой… Простите. В смысле — большая вам похвала, шеф.

— Угу. — я начал быстро смотреть, что у нас есть в холодильнике и морозильной камере.

Очень хорошо, что южане варят борщ с вишней. И в морозильной камере для меня нашлось около семисот грамм ягод. Этого должно хватить.

Теперь осталось определиться с тестом.

Есть такой потрясающий осетинский пирог, который ещё именуют «Балджином». Тонкое тесто и сладкая начинка из вишни. Вроде, не так уж и сложно, но и тут дьявол крылся в деталях. Повезло, что мне удалось найти тростниковый сахар, мелкодисперсную пудру и жидкую опару.

Насчёт последнего — термин встречается довольно редко. И как мне кажется, знают про него только те, кто связан с хлебопекарным производством или кондитеркой. Опара — это жидкий полуфабрикат, который готовят из молока, дрожжей и сахара. Иногда в неё добавляли воду, но это уже зависело от блюда, на которое нацелился повар.

— Что на этот раз, шеф? — поинтересовался Клетус.

— Осетинский вишневый пирог.

— Опять ты за своё… — пробубнил талантливый внук: — Здорово, конечно, что твой сырный суп сработал. Для меня это до сих пор кажется невероятным.

— Но ты попробовал?

— Да! Конечно же, я сразу попробовал! Я должен был знать наверняка, что ты понёс нашему первому критику.

— И в чём тогда проблема?

— Ты не можешь вечно подавать простые блюда! Мы ресторан, а не «Пирожковая».

— Я это понимаю, но они заказали традиционный кавказский десерт с ягодами. По тематике всё идеально подходит!

— Ну, смотри… Главное — не испорть впечатление.

— Ни в коем случае.

Клетус даже представить себе не мог, сколько труда и нервов я потратил, чтобы понравится Але! И сдавать назад или спускать всё коту под хвост мне точно не хотелось.

Вывалив замороженную вишню в дуршлаг, я начал замешивать тесто.

Несмотря на колоссальную загруженность, ребята всё равно умудрялись одним глазком поглядывать за моей готовкой. Ох и мало два дня для такого проекта… Мне бы сюда на месяцок! Вот тогда я бы их всех выдрессировал по заветам Зои, Степаниды и Карла. По струнке бы у меня ходили. И самое главное — слепо любили бы свой ресторан.

Не станции для готовки, а мечта. Не коллектив, а сказка! Не замшелая забегаловка, а топовое место на курорте. И главное — все при деле.

— Слушай, шеф! А может… лучше тестомесом? — предложил Азик.

— Нет. Мне липкость нужна. Да и желательно без пузырей. Времени у меня мало, чтобы выдерживать тесто. Так что, лучше ручками.

— О как… Интересно. Я об этом не думал.

— А ты кроме коржей что-то выпекаешь?

— Вся булочная продукция на мне. У нас даже хлеб свой! Всё, кроме багетов. Их мы закупаем в лавке.

— А чего сам не выпекаешь?

— Там технология нужна… Учиться надо. А экспериментировать тут и тратить драгоценные продукты… Сами понимаете. В общем, я не рискую.

— Ладно. Напишу тебе рецепт вкусного и адекватного по фудкосту багета.

— Я был бы очень рад, шеф! Главное, чтобы Клетус согласовал…

— Ну, вот если норм будет, то согласую. — буркнул талантливый внук, переворачивая стейк, и вставляя в него термощуп. Увы и ах — блюда, которые готовили не по рецепту из меню, как правило, забраковывались. На кухне лишь шеф имеет права давать разрешение на использование не регламентируемых ингредиентов.

— Видишь, шеф, как всё просто? — улыбнулся я.

Здорово, когда у людей появляются общие цели. Они сразу становятся такими до милоты сплочёнными! С одной стороны — да, времени всего два дня. А с другой — иногда хорошей команде хватает и хорошего поджопника. Вот прям, чтобы с оттягом!

Главное — закрепить результат. А-то вся эта «мотивационная эйфория», как правило — проходит за три дня.

Вообще, у каждого разумного существа есть свои установки на жизнь. И сломать их — задача очень непростая. Особенно — для самого разумного существа. Особенно — для человека…

Поэтому придётся иногда звонить. Так сказать — напоминать о себе и давать мотивирующие поджопники. Чтоб не расслаблялись и привыкали к полной посадке!

— Слушай, шеф. — я обратился к Клетусу: — А сколько у вас идёт сезон?

— Ну… Как правило — летний с начала мая и до конца сентября. А где-то в середине октября в горах выпадает снег. Тут народу… Не то, что яблоку… А даже булавке негде упасть! Как бы это абсурдно не звучало, но для нас самый ходовой — это именно зимний сезон. Когда все горнолыжки активно принимают гостей.

— Выходит, мы с вами готовимся перед сезоном?

— Как я понял, у Ба именно такой план и был.

— Прекрасно. Главное — не профукайте результат!

— О… С этим уж мы постараемся. Даже не переживай, шеф. — усмехнулся Клетус. И было в его словах столько уверенности, что я даже поверил. Но проверять всё равно буду.

Замесив тесто, я аккуратно выложил его на разделочную доску, предварительно посыпав её мукой. Конечно же, настоящие осетинские пироги делались на специальной круглой подставке. Но тут уж работаем, с чем имеем.

Размяв тесто до состояния толстого блина, я сделал небольшую ямку, а затем высыпал в центр вишню и тростниковый сахар. Получилось этакое подобие ягодной пиццы.

Толстые края я начал оттягивать, постепенно закрывая начинку.

Секрет идеального осетинского пирога (любого кстати, ибо их больше десяти разновидностей) — тонкое тесто, которое не должно выпускать сок. Конечно, сверху возле залепок нужно будет оставить пару отверстий, чтобы не допустить подскочившего давления от закипающей начинки. А такое вполне возможно, ибо запекать я буду на самой высокой температуре в духовке.

Жаль, конечно, что нет дровяной печи… Все пиццы и пироги там получаются с невероятно приятной зажаринкой. И главное — такие хрустящие, пока горячие! М-м-м… Пальчики оближешь!

Но опять же — сейчас работаем с тем, что имеем.

Прогрев духовку до максимума, я запустил Балджин внутрь. Восемь минут — и шикарнейший кавказский десерт готов.

— Слушай, шеф! А осетинские пироги — это же совсем не наш профиль. — нахмурился Клетус: — С какой целью они заказали именно его?

— Испытывают. Они хотят меня завербовать. Правда, не совсем понимаю, зачем им это нужно? Неужели здесь нет свободных хороших поваров?

— Есть. Но «Совиная почта» — ресторан алконостов. — задумчиво ответил Клетус.

— И что с того?

— Зачастую, если ты человек, то им плевать на твой поварской талант.

— Тогда, зачем это всё?

— Слушай… Я не уверен, что это законная тема, шеф.

— Что⁈ В смысле⁈ — удивился я.

— Речь про магию… — тихо добавил Азик и огляделся по сторонам: — Клей имеет в виду, что алконосты — магические существа. Но, что-то с ними случилось… и для индикаторов они полностью невидимые.

— Как это?

— Драконы изменяют физику тела и ДНК. Ликантропы — по сути, просто неконтролируемо запускают трансформацию клеток. А вот алконосты… Они превращаются за счёт магии! Но никто этого не может доказать. Райских птиц очень мало. И они не дают себя изучать.

— А Император на это закрывает глаза?

— Ну… За всё то время, что в нашем мире существуют визитёры — алконосты никогда не выступали против людей.

— Кхе… А все остальные — выступали? — усмехнулся я.

— Шеф… Думаешь, люди бы создали Межвидовой Контроль за просто так? — таинственно ответил Азик: — Инциденты были почти со всеми визитёрами. Просто… это не сильно афишируется. Да и времена сейчас не те… Все живут в мире и согласии. Потому что, это всем выгодно.

— АЗИК! — гаркнул Клетус: — Прекратить смутные разговоры!

— Да, шеф! Простите, шеф…

— Дерек… Давай, если вам так интересно — вы это обсудите, где угодно, но только не в моём ресторане?

— Понял. Но ты бы закончил мысль про алконостов. Всё равно уже начал.

— Так, а чего там продолжать? Просто… Я не знаю, насколько это правда. Но говорят, что райские птицы питаются энергией от эмоций.

— Хм-м… И что? Все их человеческие сотрудники умирают?

— В том-то и дело, что всё хорошо. Но… многие оттуда увольняются. Причём со скандалом.

— Уволиться со скандалом можно и без питания энергией от эмоций. Правда, Клетус?

— Да пошёл ты! Я ж тебе просто пояснить хочу, что, возможно, они увидели в тебе потенциальную «батарейку»… А что там и как на самом деле — я не знаю.

— «Батарейку»?

— Ага… В общем, дело пахнет магией. И не просто, а скрытной! Я бы на твоём месте не соглашался. Мало ли… Да и у них там есть свой шеф. Алконосты живут тысячелетиями, так что вряд ли ты дождёшься своей очереди.

— Услышал тебя. Спасибо, шефы! Это была… интересная информация.

— Дерек, мы ничего про них не знаем. Поэтому лучше никому не рассказывай, что ты здесь услышал.

— Да мне и некому рассказывать. Просто было интересно послушать теории, на кой-чёрт я сдался трём алконостам. Только и всего. Но… если ваша теория верна, то мне… даже немного обидно.

— Представь себе, мы не всем нужны, как повара. — усмехнулся Клей и аккуратно выложил стейк на тарелку.

Скрытная магия, которую не чувствуют индикаторы? А вот это уже интересно! Свободно пользоваться Пламенем без изобретений ТигАра. Раскрыть свой магический потенциал на полную катушку. И главное — не переживать, что Тьма меня найдёт. Это ли не чудо?

Выходит, с птичками всё-таки надо подружиться по ближе.

Звонок ознаменовал, что пирог приготовился.

Классический Балджин никогда не смазывали маслом, а просто посыпали сахарной пудрой. Но многие современные заведения игнорировали этот момент. И я прекрасно понимал их.

Дело в том, что пирог, смазанный топлёным маслом — имеет идеально мягкую структуру. Да его банально — приятнее есть!

Но Сью живёт уже давно. И есть вероятность, что она привыкла именно к классической подаче. В общем, рисковать не буду.

Смахнув салфеткой лишнюю муку, я щедро посыпал пирог сахарной пудрой, а затем разрезал на восемь идеально ровных кусочков.

Перед подачей стоит попробовать. Если в сырном супе я был абсолютно уверен, то вот с Балджином у меня были небольшие сомнения. Просто из-за того, что он появлялся в моём меню гораздо реже.

Переложив себе кусочек, я оценил аромат. О-о-о… Насыщенная сладкая вишня! Ещё ярче пахло, разве что вишневое варенье. В общем, мой нос поставил десять из десяти.

А что же у нас со вкусом?

О-о-о… Одним из мощнейших подсластителей, который содержал в себе тростниковый сахар была — меласса. Это такой густой темный сироп, который оставался после обработки сока сахарного тростника. И чем больше мелассы в сахаре, тем он насыщеннее по вкусу и темнее по цвету.

Мне повезло, ибо на кухне оказался прям концентрат! Он дополнял яркий вкус вишни карамельной сладостью. Словно я наслаждался качественным вишневым вареньем, обрамлённым тонким слоем идеально пропечённого теста.

— Шикарно!

— Ты далеко не убирай. — строго произнёс Клетус: — Я сейчас приду и оценю.

— А мне можно? — в глазах Азика вспыхнула надежда.

— Можно всем. — я заметил, как на пирог устремилось несколько голодных взглядов: — Главное — не подеритесь и поделите ровно.

— Мы дураки, что ли? Из-за пирога ещё драться… — хмыкнул Марат.

— Да кто вас знает… — я выложил три кусочка, украсив их листиками мяты: — Ну, всё. Вторая атака на ресторанного критика объявляется открытой!

А тем временем — роли диаметрально поменялись. Если на кухне царила рабочая суета и идеальный порядок, то в зале происходил самый настоящий балаган… Официантки бегали, разнося блюда и забирая просто тонны грязной посуды. Бедная Клара из последних сил сотрясала шейкером в воздухе.

А Слониха нагло напала на шокированного Босса камышовых котов, который всем своим видом кричал: «ПАМАГИТИ!!!»

— Ваш десерт! — я поставил тарелочки перед уже знатно захмелевшими девчонками, которые приняли птичий вид, и сидели на столе, обперевшись друг об друга.

— О! Спасибо! — филин едва стояла на ногах.

— Простите, а вы зачем перевоплотились?

— Потому что, сюда едет банда папарацци… Если они сфотографируют меня в пьяном виде… Моей карьере конец.

— Погоди! Внутри него, что-то поменялось… — встрепенулась Сью и сделала два шага в сторону, с шоком глядя на свою пьяную пернатую подругу: — Он всё понял! Он спалил нас-с-с-с…

— Уху-ху! Я вижу. Ик… ой… — икнув, ответила Аля, выпучив на меня огромные совиные глаза: — Молодой человек, вы же понимаете, что это симбиоза ради? Вашего счастья для… Ик! Ой…

— Не понимаю, о чём вы. — улыбнувшись, солгал я: — Прекрасные леди! Я думаю, что в человеческом облике вам будет удобнее наслаждаться этим прекрасным осетинским пирогом. А всех папарацци я возьму на себя.

— БАЛДЖИН!!! — воскликнула неясыть и с громким «ухуком» налетела на свой кусок, проглотив всё за долю секунды: — О-о-о-о!!! Аля!!! Ты должна это попробовать… Господи!!! Священная мать!!! Вишни… Они окружают меня!!! Вишни… Вишни повсюду!!!

— Я так объелась, что сейчас лопну. — вздохнула филин, а затем снова начала забавно таращиться на меня: — Дерек… Мы просто хотели пригласить тебя к нам. Во-первых, твоя энергетика… Она нереальная! Ты бы вдохновлял всех наших сотрудниц. А во-вторых… Мы хотим сделать тебя счастливым!

— Это ещё зачем? — удивился я.

— А без этого механизм энергопередачи не будет работать. В общем, чего тебе не хватает для счастья?

— У меня всё есть. Я не привык, чтобы за меня, что-то делали. Давайте, я просто приеду к вам на каникулы и посмотрю, сдюжу ли?

— Правда? — обрадовалась Аля.

— Ну, конечно!

— УРА!!! — филин с громким ухуком вспорхнула со стола, прямо в полёте приняв человеческий облик, а затем с грохотом обрушилась на меня.

Мимо нас в этот момент пробежал бедный Босс камышовых котов, а за ним пролетел маленький воробей:

— Стой, курва!!! Стой!!! Я ещё недоговорила!!!

— Спасите мой мозг… УМОЛЯЮ!!! — выл мафиозник.

— Это я тебе ещё не все истории рассказала! Мы даже до позавчерашнего похода в магазин не дошли!

— А-А-А-А-А!!! НЕТ!!!

— Прости, Дерек… Мы с девочками пообещали сегодня не пить… Хотели проверить, нравятся ли тебе девушки…

— И как оно?

— Нравятся! И причём сильно. — радостно улыбнулась пьяненькая Аля, после чего прижалась ко мне: — Мы успокоились и… что-то налегли. Хорошо так налегли…

— Давайте, я упакую вам пирог и виски с собой. А затем закажу такси.

— О-о-о… Дерек! Ты такая мулипусечка! — с этими словами Аля… игриво укусила меня за щеку.

— Госпожа Жагно? — в зал забежала целая толпа журналистов: — Госпожа Жагно, а вы… Ой…

Мне по глазам тут же начали бить яркие вспышки.

— Обалденно!

— Снимай-снимай!!!

— Критик охомутала офика!

— Хе-хе-хе… Госпожа Жагно любит помоложе?

— На первую полосу!!!

— Любительница студентов снова в деле!!!

— Весна расцвела в сентябре…

— О… Это же парень из кулинарного шоу с дуэлями!

— Ты про Харитоновку?

— Обалдеть! У Госпожи Жагно губа не дура!

Интересно, а этот день уже чисто физически не может закончиться спокойно?

— А ведь если так подумать, то во всём виноват я сам. — произнёс бледноликий красавчик в стильном чёрном костюме: — И что самое мерзкое — я продолжаю врать самому себе. Ибо мне так гораздо удобнее… Зачем решать вопросы напрямую, когда можно просто жить в иллюзии, что всё хорошо? Меня это больше не касается. А что же насчёт остальных… Я дал им надежду. Дал им то, в чём они нуждались больше всего! Но я устал носить эту проклятую маску лицемерия. Я устал думать, что могу быть лучше. НЕТ! Не могу. Хватит с меня! Я хочу остаться самим собой. И я ни за что не буду корчить из себя пример для подражания… Просто прими это, как данность.

Такой мягкий, но очень уверенный голос. Взгляд. Мимика лица. Жестикуляция. И, конечно же, харизма актёра, который идеально подходил под роль драматичного злодея. Такой весь пафосный! Но в тоже время — вызывающий сочувствие… Почему? Ведь он врал всем вокруг и самому себе в том числе. И даже не хотел это признавать, предпочитая остаться в мире иллюзий… Однако Летти ему очень сопереживала, сама не зная почему.

Да, Повелительница Тьмы видела множество антагонистов, поскольку просмотр человеческих фильмов был для них с Дереком раньше особой дружеской традицией. Каждую пятницу они собирались в замке её старшего кузена Лейзара и смотрели всё, что «Прыгуны» успели выцепить из информационного поля Земли. Кино, сериалы, мультипликация и музыка из далёкого будущего.

Вообще, волновые хроноловы — очень полезная технология «Прыгунов». В детстве Летти думала, что сейчас всё посмотрит, а затем спустится на Землю и заснимет это раньше, чтобы заработать много денег и стать известной.

В те времена она ещё не знала, что фильмы, сериалы, книги, музыка и прочие произведения искусства — продукт сугубого стечения обстоятельств. Сколько не траться на рекламу — а если, что-то вышло не в ТОТ САМЫЙ МОМЕНТ, то всё. Никакой популярности, славы и успеха не случится.

Но сейчас Летти думала совсем про другое.

Сидя на диване за просмотром очередной мыльной оперы, и вынужденно наблюдая, как Кнопка опять поглощала тонны всякой дряни типа пиццы, картошки фри и гамбургеров из доставки, Повелительница Тьмы вспоминала те ламповые и очень уютные пятничные вечера. И это было… здорово?

— Дерьмо… — недовольно выдохнула Летти.

— Что-то случилось? — Кнопка тут же поставила монолог томного красавчика в стильном костюме на паузу.

— Нет-нет… Просто вспомнила.

— Что вспомнила?

— Тебе всё равно не интересно.

— А-а-а-а… Все твои мысли только о Владыке? — хитро улыбнулась наглая мелочь. Вот как она всё это сразу понимает? Каким, мать его, шестым чувством? И ведь не соврёшь, потому что Кнопка может сразу «просветить» на ложь…

— В детстве мы собирались смотреть кино у моего кузена.

— Ты про Лейзара⁈ О-о-о… Он такой лапочка! Кстати, ты слышала, что он украл одну из установок Гиперсвета у Эроса, чтобы сгонять в прошлое и спасти Пушкина?

— Да… Все знают эту историю. Только вот, у него всё равно ничего не получилось. А мой отец ему за это по шапке надавал.

— Правда? Про «по шапке» я не знала… Так, и что там про детство?

— А… В общем, мы с Дереком собирались и… смотрели фильмы людей. Из будущего. Они были такими проникновенными и эмоциональными. Мы с Дереком потом могли всю ночь дискутировать на тему, какой герой был лучше, и чем именно он запомнился…

— Ностальгия?

— Можно и так сказать. Знаешь, раньше всё казалось мне лучше. Светлее. Теплее. Приятнее. И даже этот ушлёпок… Я видела в нём героя из боевика. Он вечно сыпал пафосными фразочками. Любил изображать особо понравившихся персонажей. Забавно пародировал их. Иногда так повспоминаешь и невольно задумаешься — как он превратился в такого ушлёпка? — тяжко вздохнула Летти.

— Мне кажется, что вы просто перестали друг друга понимать. Иначе говоря — выросли и вовремя не поговорили.

— Ага. Конечно. Ты-то у нас специалист по отношениям между бывшими друзьями… — недовольно фыркнула Повелительница Тьмы. Уж очень больно укололи слова Кнопки. Ибо правда всегда глаза режет.

— Иногда со стороны реально виднее. — пожав плечами, ответила мелкая демоница: — Владыка никогда не был реально ублюдочным. Да, он мог вспылить. Мог обозвать. Или быть очень раздражённым… Но при всём при этом — он всегда был… достаточно справедливым и моментами даже правильным. Я не знаю, что между вами случилось в прошлом, и почему на самом деле вы поссорились. Но иногда мне кажется, что вам не хватает нормального очного разговора.

— Ты реально так думаешь? — удивилась Летти.

— Ну, конечно! Понимаешь, в любой ссоре есть начало. Некая крупица недопонимания. Возможно, для него это была, какая-то банальная мелочь. А ты восприняла слишком близко к сердцу. Или, наоборот. В общем, у вас сейчас временное перемирие. Оно очень хрупкое. И я переживаю, что когда мы поймаем всех Генералов… вы снова поссоритесь. Владыка всегда говорил, что у любой команды новобранцев должна быть мотивация, которая появляется, когда есть против кого или чего дружить. Понимаешь? А вы… Вы не новобранцы. Вы старые друзья, которые сто пудово поссорились из-за херни.

— Продолжай.

— Смотри. Вот у ксеноферов, как и у большинства гуминитов… Гуманоидов? Короче — большинства человекоподобных существ есть гормональная зависимость. А гормоны — это всё! Радость, грусть, любовь, ненависть, счастье, печаль и всё-всё-всё. Мне кажется, что между вами начали зарождаться чувства. Дружба перерастала в любовь. Но из-за типичной неопытности — вы это начинание сломали. Он сломал.

— Так… — Летти буквально трясло от ярости. Она хотела схватить Кнопку и вышвырнуть из окна, а затем прицепить к мотоциклу и возить по всем Патрикам, чтобы её потроха разлетались по кафешкам с местными понторезами. Но… чтобы там ни было, Повелительница Тьмы должна была дослушать. Должна была признать очевидные вещи, которые сидели мерзкой занозой в её сердце вот уже больше полутора веков.

— Ты начала намекать, что пора бы уже перейти на новый уровень. А он игнорировал. Не понимал. — заключила Кнопка, сканируя Летти светящимися фиолетовыми глазами: — Недовольство от недопонимания накапливалось, словно снежный ком.

— Выключи дальний!

— Ты страдала. Тебе было плохо, но ты сама не понимала, что происходит… А потом… В один прекрасный момент — этот нарыв из накопившегося недовольства лопнул. И… — мелкая демоница с ужасом прикрыла рот рукой: — О… Нет! Даже взорвался, словно пробудившийся вулкан!

— Кнопка… Хватит! Я передумала!

— Тебя захватили такие чувства… И в итоге…

— Прекрати!

— Ты… О… Ничего себе!

— Я тебя сейчас выкину из окна! Хватит меня сканировать! Я… Я не готова раскрыться сейчас. — злобно прорычала Летти.

— Мой тебе совет, дорогая. — Кнопка выключила сканирование и принялась уплетать кусок здоровенной сырно-мясной пиццы: — Нужно уметь принимать себя и прощать себя. Будь себе другом, а не врагом. Да… Ты серьёзно ошиблась и всё сломала. Хех… Хотя нет. Раздолбала в пух и прах! Но это было давно. Все ошибаются. Просто извинись и расскажи правду. Владыка… поймёт. Он всегда и всех понимает. Это его суперсила.

— Ты в курсе, что нельзя без разрешения лезть в личное?

— Мне показалось, что ты не могла мне это рассказать, но очень хотела. Поэтому… я посмотрела всё сама. Ух… Не завидую, конечно. Если бы я упустила Владыку таким образом, то…

Смачный удар и вся оставшаяся пицца оказалась на Кнопке.

— Ещё одно слово об этом… Одно слово, мелочь! И ты вылетишь отсюда!

— Прошу прощения. — Кнопка, как ни в чём не бывало, сняла кусок пиццы с головы, и отряхнув его, продолжила есть: — Вот я — обжора, транжира и нимфоманка. И я в открытую об этом говорю. Не скрываю, как что-то ужасное.

— Ты видела мужское достоинство только на картинке! Ты не можешь быть нимфоманкой.

— А я фантазёрская нимфоманка. Ибо в моих фантазиях я от Владыки и живого места не оставила.

— Прекрасно. Спасибо за информацию.

— Боже! Дорогая, я просто хочу помочь тебе.

— Честно — я это ценю. Но пока не готова… Да и, вообще, с чего тебе хотеть мне помогать?

— Чем быстрее ты примешь свои чувства, тем быстрее окажешься в гареме у Владыки. Вдвоём играть на дудочке Владыки в два раза веселее!

Очередной смачный удар. Теперь на Кнопку дождём обрушилась картошка фри.

— Ты не исправима. — обречённо вздохнула Летти.

— Я просто выбрала быть счастливой! — уверенно ответила Кнопка и открыла себе колу: — Будешь?

— Предпочитаю индивидуальную бутылку.

— Но иногда можно и поделиться. — мелкая демоница игриво подмигнула.

— Кнопка… Скажи, ты когда-нибудь летала из окна?

— Да. В последний раз, когда ты разрушила наш с Владыкой дом. Но я уже почти не помню этот день… Мы же с тобой теперь лучшие подруги! И ты вот-вот станешь главной женой в гареме Владыки!

— Чудно! Значит пришло время обновить твои воспоминания…

— Господа! — времени на подумать у меня совсем не было, поэтому пришлось действовать моментально. Спрятав за себя Алю, я тут же поднялся на ноги, и взглядом нашёл зажавшегося возле туалета Босса, а затем Бориса с остальными камышовыми котами. Ребята поняли меня без слов, и тут же заблокировали выход из заведения: — А здесь съёмка без разрешения запрещена! Статья сто пятьдесят вторая. Съёмка человека или визитёра без его личного согласия.

К моему великому удивлению, большая часть гостей встала рядом с камышовыми котами и волколаком. А оставшиеся — с интересом наблюдали.

У меня, почему-то сложилось впечатление, словно они решили, будто это перфоманс… Этакая постановочная сценка, чтобы укрепить тот видеоролик из сети.

— Не умничай, дружок! Статья двадцать девятая! Мы свободны получать и фиксировать любую информацию, объекты и граждан Российской Империи! Это наше гражданское право! — тут же ответил папарацци.

— Вы продадите фотографии в свои агентства. А значит — фотография с целью наживы.

— Нет! Это не продажа материала! У нас заключен договор с фиксированной оплатой, куда уже входит добыча и предоставление информации! — пискнула невысокая, но явно наглая журналистка с огромным фотоаппаратом.

— К тому же! — добавил пухляш в джинсовой куртке: — Мы предупредили, что придём на фотосессию!

— Но вы не получили согласия. — нахмурилась Сью, которая уже успела принять человеческий облик.

— Мы имеем право фиксировать информацию без согласия!

— Это не информация, а гражданин Российской Империи!

— Хорошо! Тогда мы сфотографировали событие исключительно для образовательных целей!

— Не хотите по-хорошему? — усмехнулся я: — Значит, будет по-плохому.

— Угрожаете, молодой человек? — нахмурился пухлый журналист: — Очень зря! Мы же всё это зафиксируем и опубликуем! Ваш ресторан уничтожат! Чешутся кулаки? Идите в спортзал! Или в имперские гвардейцы. Нашим колониям в Африке очень нужны такие темпераментные юноши, как вы!

— Чешутся кулаки? О, вы меня неправильно поняли. Силе я всегда предпочитаю цивилизованный разговор. Прошу! Присаживайтесь за свободный столик.

— С чего бы⁈

— С того бы… — я пустил Пламя на усиление и двумя пальцами согнул нож для масла.

Папарацци боязливо переглянулись, а затем быстро сели за единственный свободный столик.

— Чудесно. — я отложил помятый прибор в сторону: — Значит, так! У меня к вам деловое предложение. Либо вы удаляете всё, что здесь сфотографировали, мы забываем о данном инциденте, и вы спокойно покидаете наше заведение. Либо… я приготовлю для вас два курса моих «особых» блюд. И вам выпадет шанс попробовать то, что вы не смогли бы себе представить даже в своих самых смелых фантазиях!

— Это… какая-то шутка?

— Стойте! — выдохнул безобидный старичок, который больше напоминал не папарацци, а обычного туриста-фотографа, что забрёл не туда: — Вы что, реально не знаете, кто этот парень⁈

— Ну, ты сказал, что он из Харитоновки. И что теперь? — нахмурился пухляш.

— О… Дело совсем не в этом. — сглотнув, напугано произнёс самый взрослый из команды папарацци: — Это Искандер Цареградцев! Он два года проработал в «Шашлычке» Дяди Рубена…

— Классный ресторан.

— Да! Я была там пару месяцев назад.

— Хинкали просто объедение!

— Глупцы! Вы не понимаете! Я был там, как-то раз… — продолжил старичок: — Поскольку Дядя Рубен знает меня лично, то пригласил на кухню… Там была кулинарная дуэль между Искандером и ещё одним юношей. Помню, словно это было вчера… Салат из кальмаров… И суп из акульих плавников. Это было потрясающе! Но как только огласили результаты… ребята вынесли «продолжение». Это… Это был настоящий кошмар! Мандарины с аджикой… И гребешок с ванильным мороженным! Я думал, что умру…

— Сан Николаевич? — удивился я: — Вы?

— Я…

— Вас без бороды и не узнать. Уж простите, но поскольку вы тоже фотографировали… вам придётся отведать оба курса, если не выполните моё условие. — злорадно усмехнулся я: — А вы помните, на что способна моя фантазия.

— Удаляю! Удаляю!!!

Сан Николаевич — некогда модный московский фотограф. Сбежал из столицы сразу после того, как мы с Коляном угостили его «продолжением». Нет, ну а что? Тогда он сам был не против.

Вытащив фотоаппарат, дедуля быстро удалил фотографии.

— Александр… Вы в своём уме? — возмутился высокий папарацци с уставшими глазами: — Госпожа Жагно обнимается со студентом у всех на глазах! Это же сенсация! Мы взорвём всю сеть!

— Знаете… К чёрту такие «взрывы»! Я слишком стар для этого дерьма! — с этими словами Сан Николаевич дал проверить фотоаппарат Борису, после чего скоропостижно покинул ресторан.

— Я, наверное, тоже пойду. — маленькая папарацци решила последовать примеру некогда модного московского фотографа.

— И я!

— Я тоже…

— Зря нарвались… Простите нас!

— Я тоже пойду.

— Ладно… Реально некрасиво поступили. Извините.

— Да, извините…

В итоге, от наглой компании остались только пухляш и папарацци с уставшими глазами.

— Что ж. Безумие и отвага — слоган истинных журналистов. — заключил я и направился на кухню.

Клетус был в бешенстве.

— Ты что творишь⁈ — прорычал он, перегородив мне дорогу: — С ума сошёл⁈ Решил испортить всё перед закрытием⁈

— Так. Во-первых, успокойся! Во-вторых, они не посмеют написать ничего плохого.

— Да с какого хрена⁈ В смысле… С чего ты взял⁈ Использовать бандитов, чтобы запугивать СМИ… Дерек, ты, конечно, голова! А я ещё тебе доверился…

— Хорош истерить! Слышал, когда-нибудь про тень будущего?

— О чём ты⁈

— Взаимовыгодное сотрудничество или просто взаимодействие всегда опирается на такой условный параметр, как «тень будущего». Иными словами — то, что ты делаешь сейчас, может повлиять на будущее. Как мне кажется — один из моментов в теории игр, который идеально подходит для Сочи.

— Не понял…

— Представь себе обычное заведение на побережье. Бар! Ты там бармен. К тебе пришёл турист. И ты его по любому обсчитаешь! Почему? Потому что шанс того, что этот турист вернётся вновь — крайне мал. Он уедет к себе в Новосиб, а на следующее лето и твоего бара, возможно, не будет. Теперь другая ситуация. В твоё заведение ходят исключительно свои. И ты никогда их не обманешь. А всё знаешь, почему? Потому что, со своими ты будешь выстраивать долгосрочные отношения. Обманешь один раз — к тебе больше не придут. Понимаешь?

— Логично… Но как это относится к папарацци, которые пришли за совой?

— Начнём с того, что на нашем «поезде звездеца» осталось всего два пассажира. И я сейчас наглядно покажу им, что может произойти, если меня разозлить. Сейчас от их действий буквально зависит будущее.

— Боже! Ты чёртов псих! Забил бы уже на это…

— Не-не-не! Уже слишком поздно забивать. Столько сил потрачено! И я не позволю, чтобы какие-то папарацци испортили наше дело. Короче — не переживай, и дай мне буквально пять минут! Всё будет хорошо. Даже не переживай.

— М-м-м… Дерек, только не переборщи! Молю тебя!

— Повторюсь — всё будет хорошо.

— Ладно…

Взяв отварные очищенные креветки, я нашёл немного соевого соуса и кофейного ликёра. Идеальное сочетание, чтобы на пару месяцев отказаться от морепродуктов.

— Вот! — я вернулся в зал и выставил блюдо перед самыми живучими любителями сенсаций: — Приятного аппетита, Господа!

— К чёрту… — выдохнул фотограф с уставшими глазами: — Я всё удалю! И тебе советую… Не будем связываться!

— С чего это вдруг⁈ — возмутился пухляш.

— С того это. — я строго посмотрел на него: — Что я перекрою тебе все гайки! Ты больше ни в одном ресторане нормально не поешь. И это не угроза. Скорее — дружеское предупреждение!

— Да с чего ты взял, что у тебя есть такая возможность⁈

— С того, что он из Харитоновки! А значит — аристо! Ой… — папарацци с уставшими глазами виновато на меня посмотрел: — Простите, пожалуйста! Я хотел сказать — аристократ… И явно со связями в ресторанном бизнесе.

— Аристократ или нет — он не имеет права ограничивать мою рабочую деятельность!

— Поверь мне… Ему будет всё равно. Может, не будешь лезть на рожон?

— Да-да, приятель. — кивнул я: — Может, послушаешь своего коллегу?

— Да что вы себе позволяете⁇!!

— Мы просто защищаем гостей от непрошенных фотокамер.

Все присутствующие тут же меня поддержали одобрительными возгласами.

— Вот! Видите⁈ — трясущимися руками, папарацци с уставшими глазами показал мне очищенную карту памяти.

— Я в вас не сомневался! Обязательно приходите к нам ещё. — дружелюбно улыбнувшись, произнёс я.

— Ага… Конечно… — любитель внезапных сенсаций быстро шмыгнул на улицу.

— Ну, что? — я внимательно посмотрел на побледневшего от ужаса пухляша: — Самое время приступить к нашей дегустации!

— Нет… Я не буду…

— Будешь. — Слониха, успевшая принять человеческий облик, заломила руки бедолаги, а остальные алконосты схватили его за плечи.

— Скажите: «А»! — злобно усмехнулся я, нацепив тушку креветки в «ароматном» соусе на вилку: — Что же вы сопротивляетесь? Давайте! Обещаю — это будет незабываемо!

— ЕШЬ! — с азартом начали выкрикивать наши гости: — ЕШЬ!!! ЕШЬ!!! ЕШЬ!!!

— НЕТ!!! ПСИХИ!!! ВЫ ВСЕ ПСИХИ!!! А-А-А-А-А!!!

— ЕШЬ ДАВАЙ!!!

— ЖИВО!!!

— НЕГОДЯЙ С КАМЕРОЙ!!!

— Я ВСЁ УДАЛЮ!!! — взвыл пухляш, и кое-как вырвавшись, вытащил фотоаппарат: — Дурдом, какой-то…

— Давай-давай! — Слониха залепила последнему выжившему папарацци мощную оплеуху.

— Хорошо… Ладно!!! — пухляш принялся удалять при нас все кадры из ресторана: — Чтоб вас!!! Я же просто выполняю свою работу!!!

— Ты фотографируешь без разрешения, а потом всё это выходит в сеть с вырванными из контекста заголовками. — заключила Аля.

— На этот раз, вам повезло, Госпожа Жагно… Но учтите! Я всё равно вас подловлю!

— Иди уже! — жутко прорычала Сью.

Пулей выбежав на улицу, пухляш с ужасом обнаружил, что все перилла возле парковки заняты птицами.

— О… Девчата подоспели! — обрадовалась Слониха.

Птицы, недолго думая, погнали папарацци, как можно дальше от ресторана под аплодисменты и весёлый свист наших гостей. Казалось бы — да как такое возможно? Гости должны были возмутиться и встать на защиту бедных журналистов.

Но нет.

Это называется: «попадание рекламой в целевую аудиторию». Сюда пришли те, кого заинтересовала необычная движуха. И они получили, что хотели.

Случайно, конечно… Но это уже мелочи.

Что ж, видимо, придётся сейчас разработать для «Тётеньки-Котеньки» шоу. Хотя бы раз в неделю. Чисто для поддержания интереса.

— Я надеюсь, что они его не убьют? — с опаской поинтересовался я, заметив, как здоровенная полярная сова попыталась поднять пухляша в воздух возле горной дороги.

— Нет. Только напугают. — улыбнулась Аля: — Всё-таки, Межвидовой Контроль бдит даже на Красной поляне.

— Тогда всё хорошо. — ещё раз оглядевшись по сторонам, я убедился, что гостям всё понравилось. Думаю, не стоит говорить, что это не постановка… Пускай верят в волшебство.

Такие радостные. Довольные. Счастливые. Весело обсуждающие всё произошедшее.

Единственной, кто прекрасно осознавал весь кошмар ситуации — была Клара. Бедная девочка до сих пор стояла с раскрытым ртом и не могла поверить своим глазам.

Очень хорошо, что эта длиннющая смена, наконец-то, подошла к концу.

— Ну, что я хочу сказать? Двести пятнадцать тысяч рублей, уважаемые шефы! — торжественно сообщил я, когда ресторан, наконец-то, закрылся

Вся кухня тут же взорвалась от аплодисментов. Несмотря на усталость, ребята выглядели счастливыми. Ну, ещё бы! Ведь нет счастливее человека, чем тот, у кого труд приносит ощутимые плоды.

— Это абсолютный рекорд. Все гости остались довольны. Ещё и Жагно напишет положительную рецензию, чем закрепит наш сегодняшний результат. Что же касается всего остального — предлагаю обновлённое меню с сокращённым фудкостом оставить, как запасной вариант. Понятно, что аншлаг может закончиться в любой момент, но пока народ прёт — стоит радовать их на максимум!

— Поддерживаю. — кивнул Клетус.

— Что же касается маркетинга… Тут всё, несколько сложнее. Вам необходимо найти человека… Или визитёра? В общем, специалиста, который хорошо разбирается в социальных сетях и шарит за тренды. Различные забавные видео и прочее, что сможет привлечь дополнительных гостей. Ну и, конечно же, не забывайте про перфоманс! Раз в неделю. Начните, с чего-нибудь максимально лёгкого. Без излишеств, чтобы не спугнуть особенно ранимых гостей. Понимаете, тут надо уметь чувствовать тонкую грань между шоу и трешем.

— Это факт. — согласилась Дарья: — Если честно, я была в шоке от того, что ты сделал с папарацци.

— Они бронировали столик? Нет. Они дождались согласия Госпожи Жагно? Нет. Они без спроса фотографировали наше заведение! К тому же, они могли без особых проблем выпустить провокационную статью. А статья, как правило, всегда подкрепляется фотографиями. Так устроен наш мозг. Статья с провокационной картинкой выглядит намного правдоподобнее, нежели без неё. Ребята бросили мне вызов и благополучно проиграли. К тому же, у меня всё было под контролем! Если бы гости нас не поддержали, то я бы придумал, что-нибудь другое. Но так, я с тобой согласен. Вечно полагаться на стечение обстоятельств — глупая затея. Именно поэтому, вы начнёте сами делать постановки. Чтобы все было сугубо под вашим контролем.

— И что? На этом всё? — с грустью спросила Анфиса.

— На этом всё. — улыбнулся я: — Шефы! Самое главное — помните о том, что вы команда. И что есть невероятно огромное количество мест, в которых условия в разы хуже, чем у вас. И коллектив в разы хуже! На кухне мы не воспринимаем всерьёз, что про вас сказал Клетус. Он вас всех ценит! И самое главное — доверяет. Иначе, он бы просто не взял вас в это воистину прекрасное заведение. Я был рад со всеми познакомиться, но теперь мне пора.

— Спасибо. — Клетус подошёл ко мне и крепко пожал руку: — Пускай у нас всё началось не сильно гладко… Но я рад, что ты пришёл сюда. Правду говорят, что иногда со стороны бывает виднее.

— Я тоже рад. Но теперь на тебя ложится огромная ответственность. Но я вижу, что ты это понимаешь и принимаешь! Ребята! Порвите все топы местных ресторанов! Будьте лучшими. И не забывайте — вы очень талантливые специалисты! Каждый из вас. Главное, не понижайте планку качества и не забывайте про рекламу. Это важно!

— СПАСИБО, ШЕФ!!!

Чёрт… Когда меня все радостно обнимали и пожимали руки, я почувствовал нечто очень странное внутри себя. Не гордость, а какое-то ощущение торжества за всех этих ребят. И я слукавлю, если скажу, что мне это не понравилось.

Это восхитительное чувство! Его возвышенность практически нереально описать словами. Я буквально ощущал, что стал частью небольшой команды, и что за жалкие два дня мы совершили просто колоссальнейший рывок.

Конечно, есть у меня подозрения, что Галина напишет огромное жалобное письмо за этот перфоманс с папарацци. А Симонов, возможно, начнёт размышлять на тему моего исключения… Но я предпочитаю думать о хорошем.

— Всем доброго вечера… шефы. — о, а вот и Галина. Ох… Сейчас всё и вскроется.

— Ба! А ты чего тут? — удивился Клетус.

— Да, вот… — бабуля выглядела очень строгой. Да и её взгляд не предвещал ничего хорошего: — Пришла забрать у вас студентов. А ещё поздравить вас с самой большой выручкой за всё существование этой «Тётеньки-Котеньки». — Галя улыбнулась, и подойдя ко мне, потрепала за щеку: — Дерек! А ты, однако, хулиган. И очень везучий парень! Честно, я была… немножко напугана ситуацией с папарацци. И нет, я больше переживала не за ресторан и гостей, а за тебя. Но ты грамотно воспользовался своими связями и смог без проблем разрулить ситуацию.

— Спасибо за похвалу. Но я бы ни за что на это не решился, если бы не знал, из-за чего к нам пришло столько гостей. Мы с Клетусом уже обговорили, что будет не плохо устраивать небольшие розыгрыши для гостей. Или сценки. В целом, сейчас самая лучшая реклама — это социальные сети. Поэтому, стоит развивать это направление! Люди всегда хотят быть ближе, к чему-то великому или популярному. Так, почему не заявить о себе, если есть такая возможность?

— Смело. Очень смело! Ещё вчера я бы про такое и подумать не смогла. Но я искренне рада, что всё хорошо. И я надеюсь… — Галина посмотрела на всю команду и Клетуса в том числе: — … что уроки Дерека не пройдут для вас даром.

— Ни в коем случае, шеф! — хором ответили повара, Клетус, официантки, Ямал и Дарья.

— Вы… изменились. Молодцы! Я горжусь вами. И тобой, Клетус!

— Ба… — было видно, что талантливый внук очень засмущался. Бедолага наверняка так мечтал услышать эти заветные слова… А ведь я раньше никогда об этом не задумывался.

Нет, Маман всегда говорила, что гордится мной. И что я её любимый сын.

Но вот отец… Он так и не сказал мне ни единого слова поддержки. И до сего дня я не обращал на это внимание. Наверное, просто не понимал, насколько это важно…

Ну, да и фиг с ним. Батя всё равно был одержим идеей, что его Тёмные Принцы станут Владыками Изнанки. А ещё он никогда нас не слушал. И был максимально холоден ко всем нашим пожеланиям.

Наверное… Пора прекратить винить брата за побег. Всё же, он не виноват, что наш отец был… немного с закидонами.

— Так! Детишки. Мне поручено отвезти вас на закрытие отборочного тура! Вы все прошли. Поздравляю! — улыбнулась Галина.

И вновь вся команда разразилась аплодисментами. Сперва мне хотелось сказать, что я и без того это знал… Но так не хотелось портить столь торжественный и по-хорошему драматичный момент. Здорово это, когда за тебя кто-то искренне радуется.

Ещё раз попрощавшись с командой, мы с Галиной, Вальком и Кларой вышли на парковку, где нас поджидало два роскошных «Руссо-Балта» чёрного цвета.

А на перилах я заметил филина, неясыть и маленького воробушка.

— Галина, я буквально на одну секунду! Ладно?

— Конечно-конечно. Мы подождем. — с добродушной улыбкой ответила бабуля.

Честно говоря, я не думал, что легендарная троица дождётся завершения моей смены. Мы и без того нормально, как мне показалось, попрощались.

— Прекрасные леди! — улыбнулся я: — Могу я быть полезен, чем-то ещё?

— Смена закончилась, дорогой. — Аля в полёте приняла человеческий облик и тут же страстно обняла меня: — Знаешь… Буду откровенна — я очень не люблю прощаться.

— Почему же?

— Потому что, это почти всегда грустно.

— Не переживайте. Я же обещал, что обязательно приеду к вам после учёбы. Да и к тому же, я могу навестить вас во время летних каникул! Ненадолго. Буквально на пару недель.

— Дай мне слово! — Аля строго посмотрела мне в глаза.

— Даю. Мне не сложно. Только вот… я хотел бы выдвинуть встречные условия.

— Я слушаю.

— Мне бы очень хотелось, чтобы вы… рассматривали меня не как батарейку, а как достойного ученика. Годится?

— Годится! — обрадовалась Аля, а потом застенчиво отвела взгляд: — Знаешь… Я всё хотела сказать, что… в этой жизни за меня так редко, кто-то заступается. Если так подумать, то для пересчёта всех случае хватит одной руки. И самое смешное — тех, кто это делал, ты знаешь. Они сидят на периллах…

— Я не сомневался. На них можно положиться! Кстати, а как вы вызвали других алконостов?

— У меня есть особая кнопка. — девушка-филин вытащила из кармана брелок с красной кнопкой.

— И кухня резко останавливается?

— Нет, конечно. Это свободные девчата. Мы… редкие существа. Вымирающий вид. И должны заботиться друг о друге. Прости, но я не думала, что ты так быстро среагируешь и защитишь меня.

— Эх… Плохо вы обо мне думали. Я же сказал, что сделаю всё, чтобы вам понравилось в нашем ресторане. Я буквально ждал вас!

— Я помню… В общем-то… — Аля смущённо покраснела: — Я хотела поблагодарить тебя! Ты… очень удивительный.

— Да засоси уже его!!! — не сдержалась Слониха.

— Правда? Я рад, что вам всё понравилось.

— И… Ты знаешь, Дерек…

— СОСИ!!! СОСИ ЕГО!!!

— Слушаю?

— Наверное… Ты первый человек, кто вызвал у меня такие… необычные эмоции…

— С ЯЗЫКОМ!!! ДАВАЙ!!!

— Очень рад, Госпожа. Я бы себе никогда не простил, если бы вам хоть что-нибудь не понравилось.

— Ты такой милый…

— ДА ХВАТИТ ЕГО МАРИНОВАТЬ!!! ОН НЕ ШАШЛЫК!!!

— Спасибо за комплимент. — улыбнулся я.

— В общем… Ещё раз, спасибо! И я… — Аля прижалась ко мне, а затем несмело чмокнула меня в губы.

— И ЭТО ВСЁ⁇!!?! — возмущению Слонихи не было предела.

— Более не смею тебя отвлекать. И… Самое главное — я буду писать тебе… если ты не против.

— Не против, Госпожа.

— Ах… Я никогда не устану от твоего идеального тембра и желания мне услужить… Ты чудо! — хихикнула Аля и смущённо убежала к подружками.

— До встречи, Дерек! — махнула крылом неясыть.

— Всего доброго, сладкий! Мы обязательно отжухаем тебя летом! — радостно прокричала воробьиха.

— Всего доброго, прекрасные леди! — улыбнувшись, я слегка поклонился, а затем махнул на прощанье рукой и направился к огромной чёрной машине.

Райские птицы безмолвно проводили меня взглядом.

И всё-таки — чудные они. Вроде древние, но при этом — такие миленькие и застенчивые.

Хотя, опять же, зачастую это зависело не от возраста. Помню, как Летти возмущалась на тему того, что Геральт из Ривии превращался в подростка, когда речь заходила о Йенифер. А ведь он на тот момент был уже совсем не молод.

Да и помню, как Генералы иногда смущались, когда мы устраивали совместные боевые учения с чертовками. А ведь многим из них было гораздо больше лет, чем мне.

В общем, алконосты, несмотря на все их «приколы» — показались мне очень милыми. Особенно, когда немного подвыпили…

А ещё они вызвали это печально-приятное чувство в груди, когда что-то заканчивалось. Что-то очень интересное и важное. Что-то такое, о чём я буду помнить всю свою жизнь.

— Ты у нас, значит, сердцеед? — улыбнулась Галя, когда я сел в машину.

— Не совсем. Просто леди была благодарна за то, что я спас её от папарацци.

— А ты это сделал ради рецензии или от чистого сердца?

— На автомате.

— Значит, от чистого сердца. Хороший ты парень, Дерек! Ещё и готовить вкусно умеешь. Повезёт твоей жене! — радостно заключила Галина.

Повезёт моей жене? Оу… Думаю, что это очень вряд ли.

* * *

Под весёлые истории из прошлого Галины мы доехали до «Альпины».

— Вы так интересно рассказываете! Но… я не совсем понял, а что будет на закрытии? — поинтересовался я, когда мы вышли из машины в прекрасную тёплую ночь.

— Не буду портить сюрприз. Мероприятие начнётся в час ночи в центральном холле гостиницы. Ты пока можешь принять душ и переодеться в парадную одежду. А-то бегал весь день… Устал поди.

А Галина умела грамотно намекать. Я сразу понял, что именно она хотела мне «подсказать». Это типичные последствия долгой дневной беготни. Усталость струилась по моим венам, словно холодный кисель. Благо, что можно всегда запустить Пламя на усиление, и никаких проблем! И тогда — хоть на торжественное закрытие, хоть на королевский бал.

— Хорошо. Спасибо вам за совет! — я кивнул Галине, а затем догнал Валька и Клару: — Ребята! А вы что-нибудь знаете про торжественное закрытие?

— Если честно, то нет. — задумчиво ответила Клара: — Но… наверное, это просто небольшой банкет с чествованием всех, кто каким-то чудом прошёл этот ад.

— Банкет? — ужаснулся Валёк: — Они с ума сошли⁈ Я едва на ногах стою! Афоня меня загонял…

— И ты туда же? — разочарованно вздохнул я: — Валь… Ну, я серьёзно! Пора бы уже привыкать к тому, что работа в ресторане — это не про «посидеть и чай попить».

— Но сегодня мы стояли на ногах с пяти часов утра! С пяти, КАРЛ!!!

— Я не Карл. И, вообще, когда тебе надо будет — ты и по два дня начнёшь работать. Например, закажут у тебя званый завтрак в заведении на пятьдесят персон. И что? Ты скинешь всё на своих поваров? Нет, конечно! Ты закроешь смену и будешь всю ночь готовить вместе со своими ребятами. Быть поваром — это очень тяжелый труд. И надо уже сейчас привыкать к тотальному звездецу.

— Хочешь сказать, что мне всегда будет так тяжело?

— Слушай! А ты спроси у Коляна! Когда мы начинали работать в «Шашлычке» — он сходил с ума. Коляну было очень тяжело. Но спустя буквально пару месяцев адской кухни — он привык. Для него запара стала сродни легкой разминке.

— Ох… Я очень на это надеюсь, ибо сейчас мои ноги просто гудят.

— После торжественного закрытия — ляг на кровать спиной и поставь ноги на стенку. Буквально пятнадцать минут и «пампа» уйдёт.

— Что уйдёт?

— Мышечная пампа. Это когда от нагрузки кровь приливает к мышцам, и они временно увеличиваются.

— Никогда не слышал.

— Потому что, это качалочный жаргонизм… Но он очень актуален и для поваров. Дядя Рубен мне всегда говорил, что, если на кухне появилась возможность посидеть — посиди! Не надо геройствовать. Но я что-то… пока геройствую.

— Мудрый ваш Дядя Рубен. Надо будет запомнить его совет.

— Обязательно!

Поднявшись к себе в номер, я заприметил очень занятную картину. Колян в положении избитой мокрыми вёслами мумии дремал в кресле. Бедолага аж рот раскрыл… Видать, совсем замучили на испытании. Надо бы разбудить его очень аккуратно. Я же крайне милосердный демон. Поэтому…

— РОТА ПОДЪЁМ!!!

— Я доделал!!! Доделал!!! — открыв глаза, Колян суетливо подбежал к подоконнику и принялся изображать активную готовку на импровизированной плите.

— Это шутка. Ты чего такой «очарованный»?

— А… Дерек? — Колян, наконец-то, пришёл в себя: — Что-то я… самую малость переработал.

— Да ну? Неужели после всех тех запар и протоколов «Осьминог» тебя можно сбить с ног?

— Как оказалось — очень легко… Мой шеф — просто помешанный! Я служил в ресторанчике около вокзала. И туда всей толпой забегали пассажиры, чтобы пообедать. Мощными волнами! Готовить надо было быстро, ибо поезд никого ждать не будет… В общем, я долго думал, чем же помочь? И по итогу — сократил меню. Слишком много позиций. Повара тупо не успевали.

— Хм-м… Логично.

— Но тем не менее — меня так затрахали! Единственное, что я сейчас хочу — так это прыгнуть в объятия Кати.

— Оу… А я сегодня, как раз большую часть дня тусил с очень приятной барышней. И она тоже визитёр.

— Правда? Красивая?

— Очень. Только вот… Она для меня совсем бабуля.

— Сильно сомневаюсь, что в этом мире прям много визитёров старше тебя. Эльфийка, что ли? Или дракониха?

— Не то и не другое. Алконост.

— А-а-а-а… Жар-птица.

— Вообще-то, райская птица.

— Жар-птица, райская птица — у этих существ очень много имён. А ещё они редкие! Считай, что тебе крайне повезло.

— Ох… Повезло — не то слово! Но об этом позже. Ты идёшь на торжественное закрытие?

— Как будто у меня есть выбор… — обречённо вздохнул Колян: — А вот с «Золотой ночи» я попытаюсь слиться. Всё! Держаться нету больше сил…

— Что-то меня терзают смутные сомнения, что «Золотой ночи» в этом году не будет. Ну, или на крайняк — перенесут в Харитоновку.

— Сомневаюсь. Никто не будет заниматься организационными моментами.

— Это ещё почему?

— Хех… А ты попробуй организуй такую толпу? Хотя… Ты знаешь, организовать — это ещё не самое сложное. Как мне кажется, сложнее будет найти место для такого количества гостей.

— Тоже верно. — я почувствовал, как в кармане завибрировал коммуникатор.

О! И снова сообщение от Слонихи.

Правда, на этот раз всего одна фотка. Где она уже сразу без одежды. И у себя в ванной комнате…

Интересно, Лёхе будет стыдно, когда она протрезвеет?

Хотя, что-то мне подсказывает, что нет.

* * *

Приведя себя в порядок, мы с Коляном спустились в холл.

Честно говоря, студентов осталось сильно меньше. И мне было очень интересно, а где все остальные проходили испытания?

Последний раз, когда я проверял информацию на узле академии — «выживших» оставалось 682 человека. И это было вчера днём. Неужели на Красной поляне есть столько заведений? Ну, даже если их отправляли по три человека, как нас с Кларой и Вальком… это свыше двухсот двадцати мест! Сильно сомневаюсь, что тут есть столько кафешек и ресторанов.

— Ребята! — к нам подбежали Наташа, Зиночка и Настюша. Честно говоря, я сперва их даже не узнал. Все в красивых коротких платьях для коктейльной вечеринки. На макияже, с причёсками и на каблуках. Хотя, ладно… Зиночка вчера мне заспойлерила свой наряд. Но тем не менее — девочки выглядели очень необычно. И самое главное — прям по-праздничному красиво.

— Вас прям не узнать. — улыбнулся Колян, словно озвучивая мои мысли: — Вы ещё живы?

— Очень сомнительно… — вздохнула Наташа: — Мы с Настюшей ездили в центральный Сочи. Очень долго и муторно… Всего час в дороге, но потом весь день стоять на ногах. Мы прошли все круги ада, чтобы починить этот конченый ресторан!

— О… Я была всё это время неподалёку, но меня тоже эксплуатировали по полной программе. — устало ответила Зиночка: — Не хочу вспоминать! Давайте лучше обсудим, что-нибудь другое?

— Честно говоря, я настолько устал, что даже и обсуждать ничего не хочу. — Колян сонно потянулся: — И, вообще, я не понимаю, на кой-чёрт нужна «Золотая ночь»?

— Как это⁈ — одновременно возмутились Зиночка и Наташа.

— На самом деле, я тоже не совсем понимаю. — ответил я: — Мы совершенно не представляем, что там будет на закрытии. А все наши второгодки уже спят. Вдруг, очередное испытание?

— А зачем тогда просили наряжаться? — поинтересовалась Настюша.

— Кто ж их знает? Приготовить, что-нибудь максимально жирное и не заляпаться. Симонов — он такой.

Пока мы обсуждали все возможные варианты, вплоть до сценария фильма «Пила», весь холл постепенно заполнился «выжившими». Бедолаги выглядели максимально вялыми и уставшими.

— Доброй ночи, уважаемые студенты! — на лестницу вышел Симонов. Кстати, он тоже выглядел самую малость болезненно. Но думаю, что это от усталости: — Хочу поздравить всех дошедших до финала! Очень жаль, что вас осталось всего четыреста восемьдесят два человека. Но спешу отметить, что в этом году отборочный тур был… в разы сложнее, чем в прошлом. Вы смогли доказать своё мастерство и талант! А главное — с достоинством прошли все трудности и испытания, которые выпали на вашем пути. Гордитесь! Все наши арбитры в восторге от вас! И в честь окончания отборочного тура — легендарные выпускники Харитоновки из самых разных эпох приготовят вам свои фирменные блюда. Ешьте и пейте, сколько влезет. Но учтите, что в четырнадцать тридцать у нас самолёт в Москву. Все, кто опоздают — будут добираться в Харитоновку своим ходом! А теперь… Прошу всех в ресторан «Альпины»! И самое главное… Приятного аппетита.

Огромный зал мог смело разместить до полутора тысяч посетителей. Боже… Я ещё никогда не был в таких огромных заведениях. И самое главное — какой же тут лоск и стиль. Всё в золотых декоративных элементах! А хрустальная люстра, размером с легковой автомобиль — лишь усиливала вау-эффект.

Взбудораженные студенты тут же побежали за столы, снеся нас мощным потоком в разные стороны.

Ну… Что поделать? Видимо, придётся объединиться потом.

Присев за свободный столик, я принялся выглядывать своих. В итоге, девчонок приютила у себя за боковым столом Виола Новикова — та голубоволосая прелестница и по совместительству — младшая сестра Хелены Новиковой. А Николая с Вальком поймал Марк Пинский.

Серёжа со Светой, вообще, были в отдельной реальности. Казалось, что для них не существует никого другого. Эх… Молодость!

А больше никого знакомого я не…

АХТУНГ!!!

Мои нейроны тут же активизировались, как только я увидел эту восхитительную летящую походку и волнистые длинные волосы ярко-красного цвета. Марика! Свет очей моих!

О, как это белое платье из тонюсенькой ткани, что издали напоминала шёлк — подчёркивала её восхитительную фигуру. О, как я наслаждался этой улыбкой и лёгкими движениями…

Цель найдена! Главное — не потерять её из виду, а затем настигнуть аккурат после банкета.

Отличный план! А главное — надёжный, как…

— Дерек-Дерек-Дерек! — ко мне подсели Славик и её защитница Томара: — Какая чудесная встреча!

— У вас хватило сил прийти на закрытие? — удивился я.

— А это уже никого не волнует — хватит у нас сил или нет. — обречённо вздохнула Тома.

— Привет… — скромно произнёс ледяной голосок. Повернувшись, я увидел, что с другой стороны ко мне подсели Амелия и Мила. Батюшки святы! Королева явно решила пойти в атаку, ибо принарядилась в ярко-красное платье с внушающим декольте, от которого даже такому целеустремлённому фанату Марики, как я — было тяжело отвести взгляд. Мила тоже выглядела очень необычно. Честно говоря, серебристое короткое платьишко ей шло гораздо больше, чем форма японской школьницы и полосатые гетры нефромалки.

— Доброй ночи. — кивнул я: — Как ты?

— Лучше всех. — скромно ответила Амелия, и заметив направления моего взгляда, едва заметно смутилась.

— Дерек! Нам уже рассказали, что ты сделал с «Котенькой»! — обрадованно произнесла Мила: — Это… так дерзко и круто! Ты молодец.

— Ага… Спасибо. Но будем считать, что на этот раз — мне повезло.

— Кхм-кхм… — Славик очень ревностно взглянула на Королеву: — Госпожа Симонова! А я думала, что для вас выделили Вип-ложу.

— Нет, Госпожа Теньшина. Я предпочитаю сидеть вместе со всеми. А вы против? — смущённый румянец тут же исчез с щёк Амелии. Она крайне сурово посмотрела на развратную блонду.

— Никак нет. Просто… Это так необычно — видеть вас вместе с простыми смертными!

— Привыкайте. Теперь я буду появляться на людях чаще.

— Неужели? А я бы на вашем месте пользовалась всеми привилегиями Клана Симоновых.

— А я бы на вашем месте не говорила про то, о чём вы не знаете.

В воздухе повисло напряжение. И оно было нифига не сексуального характера…

А что же касательно моего плана? Да, он был надёжным. Прямо, как швейцарские часы…

— Девчат! — я осознал, что необходимо срочно прекращать этот балаган, иначе весь мой план-банан пойдёт коту под хвост. Или ещё, какому-нибудь интересному животному: — Предлагаю не накалять обстановку и насладиться этим прекрасным ужином. Вы посмотрите, какие прекрасные салаты? К тому же, когда мы ещё сможем попробовать блюда от выпускников Харитоновки из разных эпох?

— Я и не думала ничего накалять. — спокойно ответила Амелия: — Просто Госпожа Теньшина ведёт себя… несколько вызывающе.

— Это я-то⁈ — возмутилась Славик: — Ни в коем случае! Мне просто было важно узнать, всё ли хорошо у Госпожи Симоновой… Я очень заботливый и чуткий человек.

— Спасибо, но за меня не стоит переживать. — строго произнесла Королева.

— Но я переживаю не только за вас. Мне очень интересно, почему вы сели именно рядом с Господином Цареградцевым? Я надеюсь, что вы не затаили обиду за то, что он обошёл вас с разгромным счётом?

— Правда? — создалось впечатление, будто Амелия была не в курсе о данном факте. Да, что там говорить? Даже я с позавчера не заходил на узел академии. Было, мягко скажем — не до этого.

— То есть, вы даже не в курсе? — удивилась развратная блонда, но затем её глаза хитро сузились: — Кажется, до меня дошло. Держи друга близко, а врага ещё ближе!

— Почему вы искренне пытаетесь убедить нас в том, что я негативно отношусь к Цареградцеву? — взгляд Амелии стал тяжелым, словно связка здоровенных металлических балок на стройке.

— Просто не вижу иной причины, почему вы подсели именно к нему.

— А то, что мне приятна компания Господина Цареградцева — вы не учитываете?

— Приятна… компания? — Славик явно была обескуражена подобным заявлением: — Не хочу сказать ничего плохого, но разве у экстры может возникнуть… симпатия?

— А почему нет? Я тоже человек.

— Нет-нет-нет! Вы… больше, чем человек. Или… может быть, вы и Дерек… — развратная блонда осеклась, а затем испытывающе посмотрела на меня.

— Что?

— Нет, ничего. — вытащив коннектор, Славик тут же написала мне сообщение.

От кого: Дубайский Шабаш

«Что с ней происходит? Вы в отношениях?»

— Нет. — обречённо вздохнул я.

От кого: Дубайский Шабаш

«Я подозреваю, что ты ей нравишься! (((»

— Я не знаю наверняка.

От кого: Дубайский Шабаш

«Нравишься!!! Изменяешь мне⁇!!?!»

— Что сказала? — я смирил развратную блонду холодным взглядом.

От кого: Дубайский Шабаш

«Простите, Владыка! Лишнего сказанула… Вы, конечно же, можете проводить время, с кем угодно… И вовсе я не ревнивая…»

После этого сообщения Славик посмотрела на меня таким взглядом, словно я внезапно пронзил её спину клинком. А что она хотела? Мы разыгрывали на дуэли прислуживание, а не крепкий брак.

— Попрошу чуточку внимания! — на сцене опять появился Симонов: — Сегодня на торжественном закрытии отборочного тура я хотел бы отметить трёх наших финалистов. Это студенты, которые получили бронзу, серебро и золото. Возможно, некоторые из вас уже в курсе, но для всех остальных я расскажу. За каждые знаковые мероприятия типа экзаменов или отборочных туров — три лучших студента будут получать особые медали. Всего за три года обучения их будет двенадцать! И чем больше их будет в вашем портфолио — тем больше ресторанов захотят заполучить вас на практику. И самое главное — тот, кто завоюет все двенадцать медалей… получит орден «Мэтра кулинарии» без экзамена!

По залу тут же пробежался гул заинтересованных шепотков.

— Думаю, мне не надо объяснять, что такое орден «Мэтра кулинарии», и что именно он даёт. — продолжил Виктор Аркадьевич: — Впитывайте знания! Практикуйтесь. Стремитесь! Раскрывайте свой талант на сто процентов. И быть может тогда — вы сможете забраться на пищевой Олимп! А теперь, для награждения на сцену приглашается управляющий курортного комплекса «Альпина» и по совместительству — легендарная выпускница высшей кулинарной академии имени Харитонова, Хелена Новикова!

Студенты дружно зааплодировали, а на сцену вышла одна из знаменитой троицы. Кстати, от той Хелены, что контролировала нашу группу — не осталось и следа. Это была молодая девушка с прекрасной завитой причёской и в тёмно-синем платье с огромным количеством блестяшек.

Так! Отвлёкся… Мне же нужно отыскать свою цель. Наверняка Хелена сидит рядом с Марикой! А это значит, что надо будет проконтролировать, куда она пойдёт после награждения.

— Всем доброй ночи, друзья мои! — радостно улыбнувшись, произнесла некогда строгая управляющая курортного комплекса: — Каждый год мы собираемся в Краснодарском крае или полуострове Крым, чтобы проверить, чему вы успели научиться в гимназии. Но это не просто испытание! Это своего рода ворота, через которые студенты Харитоновки окончательно переходят из гимназии в академию. В этом году отборочный тур был в разы тяжелее, чем в прошлом. Но я испытываю гордость, что смогу лично вручить медали трём самым лучшим студентам! Итак… Третье место и бронзовая медаль за прохождение первого отборочного тура академии достаётся… — один из местных администраторов вручил Хелене конверт коричневого цвета: — Виола Новикова!

В зале настала гробовая тишина. Я, Колян, Валёк, Серёжа, Света, Зиночка, Наташа, Настюша, Амелия, Мила и ещё несколько студентов практически одновременно вскочили со своих мест и принялись аплодировать. Пришлось пнуть Славика, чтобы тоже не расслаблялась. Пока Виола шла на сцену, зал с большой неохотой, но всё же расщедрился на овации.

Да, я помню неприятную ситуацию с нашей прелестницей. Всё дело в том, что Хелена — её старшая сестра. И что из группы Виолы всех удалили ещё во время первого испытания… Но сама девчонка тут не виновата. Она талантливый повар, красивая девушка, да и в целом — замечательный человек.

Просто многие представители аристократии — долбанные лицемеры, которые обожают «дружить» против кого-то.

Только вот… Хелена, как будто не замечала проблему и прыгала вокруг бедной младшей сестры так, словно та получила звезду Мишлена.

После долгих прилюдных потискиваний голубовласой прелестницы, старшая Новикова вернулась к микрофону.

— Почётное второе место… — Хелене протянули блестящий серебристый конверт: — Амелия Симонова!

Вот тут зал порвало, словно на типичной дуэли. Конечно, не так мощно, но тоже пойдёт. Все обожают Королеву!

С Госпожой Симоновой Хелена вела себя совершенно иначе. Всё так же улыбалась, но вместо радостных прыжков и потискиваний, лишь скромно пожала Амелии руку, после чего повесила на неё медаль.

— И, наконец, первое место… — Хелена раскрыла золотой конверт: — Искандер Цареградцев!

Честно, я ожидал, что меня будут поддерживать только мои друзья и не самая большая группа ребят, что тусовались в номере у Серёжи. Но нет… Зал буквально закипел. Кто-то из студентов даже свистел… Но в большинстве своём хлопали и орали не своими голосами. И вновь я почувствовал себя рок-звездой. Кстати, некоторые даже поднимались ко мне, жали руку и поздравительно обнимали.

Неужели наше с Коляном изгойство реально закончилось⁈ Неужели настали идеальные студенческие дни?

Хотя, чего я жалуюсь? Они и раньше были потрясающими. Но если на нас перестанут смотреть, как на отбросов — будет намного лучше!

— Поздравляю. — сперва ко мне подошёл Симонов и крепко пожал руку, а затем тихо произнёс: — Отец бы гордился тобой.

— Спасибо! Стоп… — я ошарашенно посмотрел на ректора: — Простите, что вы сейчас сказали?

— Говорю — поздравляю! Ты молодец. Не думал, что кто-то способен превзойти Амелию. Но ты — красавчик! Истинный профессионал.

— Нет-нет… Я про отца.

— Про отца? — Симонов слегка замешкался, но затем улыбнулся: — Ох! Прости… Кажется, я переработал. Ты просто напомнил мне одного моего друга.

— Понимаю вас. — кивнул я: — Это был тяжелый и очень долгий день.

— Это уж точно. — усмехнулся ректор, и похлопав меня по спине, пропустил в сторону радостной Хелены.

Бедный Виктор Аркадьевич… Только сейчас я осознал, что он всё это время руководил просто неимоверным количеством процессов. Тут — хочешь не хочешь, а начнёшь путать студентов со своими друзьями.

Конечно, на долю секунды мне показалось, что странно всё это… И даже чутка подозрительно на фоне вчерашнего разговора с Марикой. Однако я сильно сомневаюсь, что Симонов хоть как-то связан с Цареградцевыми. Они из слишком разных миров.

Поэтому — нет. Ректор просто переутомился. Как и я, когда был Королём Тьмы.

Там иногда голова закипала так, что под вечер можно было налить себе чай, тут же вылить его в раковину, а затем поставить кружку в зону для грязной посуды. Ну или добавить в кофе соль вместо сахара. Тоже частая практика от переработок.

— Красавчик! Очень большой молодец! — Хелена не сдержалась и крепко меня обняла, после чего повесила на шею золотую медаль. Кстати, красивая! Этакая клякса из золота в стиле постмодернизма.

— Благодарю. — ответил я.

— Что ж… — Симонов подошёл к микрофону: — Мы могли бы устроить большой пир с аниматорами и ведущим. Но… я был на вашем месте. Поэтому приятного аппетита, а затем — на отдых! Вы это заслужили.

Пока я спускался со сцены и шёл к своему месту, то ненароком поглядывал, куда направилась Хелена.

ЦЕЛЬ ОБНАРУЖЕНА!!!

Девчата сидели за маленьким столом неподалёку от сцены. О! А рядом с Марикой активно накладывала себе салат незнакомая симпатичная девушка с могучей русой косой. Видимо, это и есть Варя — вторая простолюдинка из легендарного трио и помощница Симонова.

Отлично! Местоположение цели определено. Теперь главная задача — поесть и благополучно свалить от внезапных девчонок. Уж больно они активные сегодня… Большинство с ног валится, а им — хоть бы хны.

— Вай! Покажи-покажи! — как только я вернулся за стол, Славик тут же с интересом начала осматривать медаль: — Сколько я про них слышала… Но никогда не видела лично! Красотень…

— Теперь у тебя есть стимул лучше стараться на будущих мероприятиях. — улыбнулся я.

— Что-то я сомневаюсь, что достигну твоего уровня. Я пробовала твою еду… Ты даже из окрошки можешь сделать кулинарный шедевр. — с грустью вздохнула развратная блонда.

— Слушай, в шедеврах нет ничего сложного. Знаешь, какая основная особенность кулинарии?

— Использовать качественные ингредиенты?

— Нет. Дьявол кроется в деталях! Понимаешь, если ты будешь знать мелочи и нюансы — дело в шляпе. Начинай с базовых, типа — как сделать, чтобы вода не убегала из кастрюли?

— Как?

— Нужно просто смазать края кастрюли сливочным маслом.

— Ого!

— А что нужно сделать, чтобы после чесночного блюда не воняло изо рта?

— О! Кстати, что? — Славик придвинулась поближе ко мне: — Я обожаю чеснок! Но ем его из-за вот этой противной особенности… Ты бы не стал целовать девушку, от которой пасёт чесноком…

— Вообще-то, если она моя любимая — то мне плевать на чеснок.

— Уф-ф-ф-ф…

— А чтобы не воняло — нужно просто убрать сердцевину из дольки. Ту самую, из которой в итоге вырастет перо.

— Да ладно⁈ Ты же сейчас прикалываешься⁈

— Я абсолютно серьёзен. Но если так уж вышло, что ты не удалила сердцевину и всё же съела чеснок — знаешь, как нейтрализовать запах изо рта?

— Почистить зубы?

— А зубы-то тут причём? Запах идёт из желудка! Сернистые соединения, которые содержаться в чесноке — вступают в химическую реакцию и отдают неприятный аромат. И чтобы от него избавиться — необходимо повлиять на желудок. Фенолы максимально быстро нейтрализуют химическую реакцию с выделением запаха. Эти вещества находятся в яблоках, грибах, базилике, сельдерее, петрушке и мяте. Кстати, последняя — самый эффективный борец с неприятным запахом изо рта. Съешь пару листочков, и всё! Никаких последствий чеснока.

— Откуда ты столько знаешь⁈ Ты же даже в гимназии не учился!

— Главное — работать с опытными специалистами. А уж они тебя всему научат. — пожав плечами, ответил я: — Теперь, ещё одна мелочь. Как увеличить визуальную и вкусовую яркость блюда из морепродуктов?

— Добавить соус?..

— Какой? — я вопросительно посмотрел на Славика.

— Томатный?

— Биск. — обречённо вздохнув, ответила Амелия: — Он добавит приятный оранжевый цвет блюду, а также — усилит вкус морепродуктов, дополнив его нежными сливочно-пикантными нотками и довольно яркими оттенками моря.

— Молодец! — я похвалил Королеву, но та отреагировала на это максимально холодной миной формата: «А что ты от меня ожидал?».

— Шампанское. — официант поднёс к нашему столу приличных размеров поднос с неимоверным количеством бокалов.

— Простите, а есть, что-нибудь безалкогольное? — тут же поинтересовалась Мила. Какая заботливая секретарочка! Аж приятно стало на душе.

— Сию секунду, Госпожа. — парнишка, визуально очень напоминающий Валерона, вальяжно щёлкнул пальцами, и к нам тут же подошла девушка с огромным подносом, на котором расположились графины с морсом, сладкая газировка, охлаждённая вода, минералка и различные соки.

С грацией олимпийских чемпионов по фигурному катанию расставив перед нами бокалы и стаканы, истинные профессионалы своего дела плавно удалились. Да… До такого уровня Глаше и Вовчику ещё расти и расти.

— Ну, что… — поскольку я был единственным мужчиной за столом, то решил взять инициативу на себя: — Поднимем бокалы за тех, у кого не получилось присоединиться к трапезе! Надеюсь, что всё у них ещё сложится…

— Аминь. — одновременно произнесли девчонки.

— Действительно…

Охлаждённое шампанское приятной прохладой заструилось в мой желудок. Не слишком кислое. Но и не сладкое. Очень приятный баланс вкуса! Идеально подходит для того, чтобы лежать летом на берегу моря в шезлонге и наслаждаться прекрасными видами.

— Молодое. — заключила Славик: — Да уж… Видимо, ректор совсем нас за детей держит.

— Скажи спасибо, что здесь, вообще, есть алкоголь. — строго произнесла Амелия.

— Точно… Чего это я?

— Так! Давайте попробуем эти прекрасные салаты? — я придвинул к себе три миниатюрные порции. Сразу понятно, что это самый настоящий дегустационный сет. То есть, порции не более ста грамм, чтобы не забивать желудок.

— Кстати, выглядит аппетитно! — согласилась Тома: — И видно, что шефы позаботились о нашем здоровье. Похоже есть сегодня мы будем много… Очень много.

— Перед сном? — ужаснулась Славик: — Разве так можно?

— Хех… Нам уже поздно волноваться. — усмехнулась защитница и приобняла свою подопечную.

Всё дело в том, что практически у каждого повара есть проблемы с желудочно-кишечным трактом. Мы постоянно пробуем. А мозг искренне верит, что каждый раз — это полноценный приём пищи. Бедолага не подозревает о столь ужасном коварстве и отправляет желудку сигнал, что пора активно переваривать.

И всё. Привет огромная куча болячек.

Именно поэтому большинство поваров сидит на таблетках. Увы, иначе никак.

Повезло, что Пламя можно в любой момент направить на регенерацию.

— С чего начнём? — поинтересовалась Мила.

— Предлагаю с зеленого салата. — я внимательно оглядел тарелку, на которой расположилось просто нереальное количество самых различных листовых овощей. Начиная со шпината и заканчивая руколой.

Честно говоря, на вкус было неплохо, но… Вау-эффекта не случилось. Да, шеф явно подобрал очень классную комбинацию из листовых растений. Они гармонировали между собой. Однако создавалось впечатление, что чего-то не хватает.

— А что? Кина не будет? — слегка разочарованно спросил я.

— В смысле? — в голосе Амелии прозвучали нотки возмущения: — А заправка тебе на что?

— Вот эта белая? — я указал на фарфоровую соусницу: — Так… Я думал, что он к грибам.

— То есть, ты раскрыл павлиний хвост перед Теньшиной, что она не знает нюансов… А сам не в курсе, что зеленый салат едят с заправкой из юдзу? — Королева посмотрела на меня с осуждением.

— Простите, Ваше Высочество… Я обязательно исправлюсь.

Один из жирных минусов незнакомых блюд — иногда путаешься, что и с чем есть.

Полив заправкой листья, я довольно тщательно всё перемешал, а затем вновь попробовал.

— ФРЭ-Э-ЭШ!!! — воскликнул антропоморфный юдзу в набедренной повязке Тарзана, и схватившись за лиану, с криком сиганул на меня со скалы.

Мощная кислинка тут же активировала все эти листовые джунгли! Салат не просто заиграл новыми красками… Нет. Он превратился в совершенно другое блюдо! Словно обрёл характер.

Шпинат, романо… Айсберг! Все эти салаты закрутили меня в кислое торнадо небывалого свежего вкуса. Да если бы я знал, что юдзу, который по сути — полу-мандарин и полу-лимон — настолько сильно раскрывает зеленушку, то всегда ел бы салаты ТОЛЬКО ТАК!

Ещё и цветочное послевкусие, которое почти мгновенно переносило из джунглей в огромное поле… Шик!

— Слушайте, а это круто. — задумчиво произнесла Тома: — Ни за чтобы не подумала, что кислый и терпкий юдзу с ярко-выраженной горчинкой и цветочным послевкусием — настолько взбодрит зелень!

— Абсолютно поддерживаю. — мы с защитницей стукнулись кулачками.

— Это же база. — вздохнула Амелия: — Хочешь усилить вкус овощей — добавь к ним лимон. Ну, или любой другой цитрус в зависимости от того, что готовишь.

— А я ещё на первом курсе. К тому же — знать всё на свете невозможно. — хитро ответил я.

— Как удобно…

Оставшись в полном восторге от зелени с заправкой из юдзу, мы перешли к дегустации теплого салата с рыжиками.

Отварной молодой картофель, шапочки грибов рыжиков, тонко порезанные маринованные огурчики, перья красного лука и немного укропа. Судя по цвету — заправка была на основе сливочного масла.

Ну-у-у… Я называл подобные блюда исключительным читтерством.

Почему?

Да, потому что повара нагло использовали ИДЕАЛЬНОЕ сочетание продуктов. В целом, грибочки с картошкой — беспроигрышный дуэт.

А что же касалось вкуса…

Стоило попробовать одновременно все ингредиенты теплого салата, как меня унесло далеко в осенний лес. Середина сентября… Ещё тепло. Но первые грибы уже показали свои шапочки.

О… А какой незабываемый в лесу аромат… Невероятное сочетание запахов прелой листвы, влажной почвы и древесины, который плавно раскрывался грибными нотками.

Солнечные лучи едва пробивались сквозь кроны высоких деревьев, в которых иногда можно было увидеть пернатых местных жителей. По ближайшему дереву суетливо пробежала белка.

Истинное единение человека с природой. Именно здесь, вдали от шумного и пыльного города мне было так хорошо…

— Ну и здоровяк! — восторженно воскликнула Славик, одетая в старые растянутые лосины, спортивную курточку и грязные резиновые сапоги. Присев на корточки, она срезала приличных размеров рыжика.

— Вот это глубина вкуса… — удовлетворенно произнёс я, заметив, что на тарелке уже пусто: — Что скажите?

— Шеф использовал банальный набор сочетаний. Хотелось бы назвать это мухлежом… — задумчиво ответила Амелия: — Но такое тоже имеет место быть. Тем более, если гостям точно понравится, то почему бы и нет?

— Поддерживаю. — теперь мы с Королевой стукнулись кулачками.

А впереди оставался завершающий салат и несколько курсов еды. Да ещё и под аккомпанемент шампанского. Чует сердце — студенты просто расползутся отсюда по своим номерам. А Симонов тот ещё стратег…

— Погодите! — Тома указала на плетёную корзинку с нарезанным караваем: — А почему мы не пробуем хлеб?

— Я его не ем. — тут же ответила Амелия.

— Честно признаться… я тоже. Блюжу фигуру. А всё мучное — о-о-о-очень хорошо откладывается. — вздохнула Славик, но в её глазах тут же загорелись огоньки любопытства.

— И как вы будете печь, если не едите хлеб? — усмехнулся я, и взяв кусочек, принялся намазывать на него взбитое сливочное масло. Очередной читерский рецепт. И ежу понятно, что свежий каравай с маслом — это идеальное сочетание.

Хрустящая текстура хлебной корочки. Нежно-сливочный вкус с нотками свежей выпечки… Нет, это определённо запрещённый приём. Слишком вкусно и при этом… как-то по-домашнему уютно.

Глядя на то, с каким удовольствием я уплетаю столь незатейливое блюдо, Амелия со Славиком аж сглотнули слюну.

— Да пробуйте уже! Ничего страшного в этом нет. Один кусочек точно не отложится на боках!

Девчонки тяжко вздохнули, но все же потянулись за свежим караваем.

В «Ле Кордон Блю» — учебном заведении, откуда вышли Клетус со своей командой и ещё огромная толпа легендарных поваров, пекарный цех был одной из главных достопримечательностей среди студенческих аудиторий.

Французы, как и большая часть европейцев — просто обожали выпечку! И я неоднократно слышал от Карла, который, кстати, тоже был выпускником «Ле Кордон Блю», что если не шаришь за качественный хлеб, то знаменитой медальки с синими ленточками тебе не видать.

А чтобы хорошо приготовить блюдо — не обязательно его любить. Главное — знать, каково оно на вкус! Плюс — условная насмотренность. Моя ошибка, что я встал в позу и не попробовал окрошку Славика. Надо было леща себе дать. Пробовать нужно ПОСТОЯННО!!! Вне зависимости от того — любишь ты это или нет.

Потом никто не будет спрашивать, а чего это в вашем ресторане шеф не готовит сезонную окрошку? Ах, он её не любит? Каков ценитель, вы посмотрите!

Поэтому — пробовать надо абсолютно всегда! От насмотренности зависит качество твоей готовки в будущем. Каждая вилка или ложка нового блюда — это вклад в себя, как в специалиста.

Но, чёрт меня дери… Как же это здорово, когда попадается то, что тебе искренне нравится, да ещё и приготовлено профессионалом высшего уровня.

— Ну как? — поинтересовался я. Если со Славиком, растёкшимся по стулу пюрешкой — всё было максимально понятно, то вот лицо Амелии вновь выражало абсолютное ничего.

— Пойдёт. — скромно ответила Королева.

— Достойный ответ. — усмехнулся я, пододвигая к себе последнего представителя из дегустационного сета.

Дачный салат — одно из самых стандартных блюд традиционной русской кухни. Его готовят практически во всей Европейской части Империи. Буйство красок и весенне-летней свежести! Базовое сочетание вкуса и витаминов. Самое то в конце сентября.

И мне было очень интересно, каким же образом шефы раскрыли такое банальное блюдо?

Но стоило немного присмотреться, как всё сразу становилось понятно.

Тонко нарезанный свежий огурчик… Слайсы едва ли не просвечивали! В глаза сразу бросался редис. Если он будет такой же, как у Шахи, то это всё… Мои вкусовые сосочки точно сойдут с ума!

Перепелиное яйцо было с жидким центром. Вот это я понимаю — высший пилотаж! Многие повара и куриное-то так сварить не смогут. А тут — перепелиное! В общем, я пребывал в дичайшем восторге.

Маленькие шарики из отварного картофеля, как мне сперва показалось — ничем особо не отличались от тех, что были в предыдущем салате. Но… Если присмотреться — это был совершенно другой сорт. Конечно, из-за заправки цвет мог слегка измениться. Но лично мне кажется, что это «Гала» — один из лучших сортов картофеля для варки. Он хорошо разваривался, но при этом — не превращался в кашу. Идеальный выбор для салатов.

Ну и завершал картину горох «Сахарная лопатка». Свежий! По-летнему зеленый. Он не просто украшал блюдо, а был одним из главных действующих лиц этого овощного представления.

Теперь оставалось лишь понять, чем же салат заправили?

Белая заправка с кисловато-молочным ароматом. Неужели сметана? Но если так, то она точно перебьёт большую часть вкусов. В общем, надо пробовать.

— Друг! — стоило мне начать дегустацию, как огромный зал исчез… Вместо этого появился небольшой дачный кооператив. А рядышком со мной стоял крайне фактурный антропоморфный редис в майке алкоголичке, трениках и старых галошах: — Друг! Я извинтиляюсь…

— Что такое?

— Вас приветствует представитель сообщества независимых дегустаторов алкогольных напитков и поэтов Брянской губернии! Знаете… в этих краях так мало людей, которые поистине знакомы с независимой поэзией. Поэтому я хотел бы пригласить вас к нам на участок для последующей дегустации хлебного-игристого и ВОСХИТИТЕЛЬНОГО прозрачного виски на виноградной основе. Конечно же, мои друзья будут рассказывать стихи. И, возможно, даже собственного сочинения!

— Знаете… А это прекрасное предложение! Я «за»!

Овощи и яйцо в соусе из майонеза и сметаны… Видимо, выпускники решили отработать на нас самые идеальные сочетания ингредиентов.

Но даже не смотря на всю банальность блюда — вкус был настолько потрясающим, что почти мгновенно уносил меня в загородный дачный кооператив. То родное место, куда все приезжали исключительно летом. Ты знал их, а они знали тебя.

То самое место, где можно было совершенно случайно пересечься с соседом и уйти к нему в гараж разбирать мотоцикл и глушить горькую на весь день. А под вечер намутить баньку с шашлычками…

Место, куда все приезжали садить картошку под видом отдыха. А потом окучивать и собирать. Таки тоже под видом отдыха…

И самое главное — клубника с малиной! И щавель…

Честно говоря, у меня никогда не было дачи. Да и в кооперативах я был исключительно по делам, когда мы с Дядей Рубеном искали овощи. А про все эти моменты слышал только по рассказам других людей. Но благодаря дачному салату у меня получилось всё это пережить.

Чёрт побери, благодаря простому дачному салату! Вот она — сила выпускников Харитоновки.

Они владели исключительным волшебство, которое позволяет превратить банальные продукты не просто в историю или фильм, а в целое путешествие. Кусочек воспоминаний из жизни, который шеф старательно приготовил только для тебя.

— Вы это видели? — восхищённо спросил я.

— Скорее — не видели, а почувствовали. — Амелия внимательно осмотрела тарелку.

— В плане?

— Многие шефы по ошибке принимают ассоциативный ряд за «кино», «фильм» или «видеоролик». За свою относительно долгую карьеру ресторанного критика, я наслушалась много всякого от разных поваров. Но это всего лишь усиленный ассоциативный ряд. Еда от истинных богов кулинарного Олимпа способна отправлять твоё сознание на самый глубокий уровень восприятия.

— Всегда хотела спросить, за счёт чего происходят эти… видения? — поинтересовалась Славик.

— Наш мозг — огромная библиотека. Книжки — воспоминания. А ассоциации — закладки. То есть, когда ты пробуешь, нечто особенно вкусное — мозг создаёт великое множество ассоциаций. Подключается абсолютно всё. Вкусовые ощущения, типа сладкого, солёного, кислого, горького или умами — запускает определённые нейронные пути. А запах так и вовсе — один из мощнейших триггеров. Наверняка замечали, что некоторые ароматы могут вызвать воспоминания о целых событиях. — пояснила Амелия: — Так же не стоит забывать и о визуальной составляющей. То, как выглядит блюдо — записывается в нашу условную «папку для визуальных образов», которые так же вызывают самые разные ассоциации. Ну и контекст блюда… Где ты ел. С кем именно ты ел. При каких обстоятельствах. Всё это также становится частью «паззла воспоминаний».

— То есть, это как есть бабушкины пирожки на даче летом. — предположила Мила: — Вкус, запах, вид золотистой корочки, солнечный день, смех родных — всё это сливается в одно яркое воспоминание. В следующий раз, когда я почувствую похожий запах или увижу похожий пирожок, мозг «вытащит» из памяти все эти картинки и ощущения.

— Именно так. — кивнула Госпожа Симонова: — Так же немаловажным фактором является то, что во время употребления вкусной еды — в нашем организме вырабатывается дофамин. Это нейромедиатор, который отвечает за систему вознаграждения. Он не только дает нам чувство удовольствия, но и помогает «закрепить» воспоминания. Чем больше дофамина, тем сильнее и ярче будет связь между едой и теми картинками, которые возникли в этот момент.

— Выходит, дофамин, что-то типа топлива для наших видений? — уточнил я.

— Можно и так сказать. А ещё существует теория о том, что на наше восприятие того или иного продукта повлиял эволюционный фактор. — Амелия взяла один из пустых бокалов для шампанского, а затем налила себе дюшес: — С точки зрения эволюции, умение запоминать, где и что было вкусно и безопасно — являлось крайне важным для человеческого выживания. Наш мозг учился ассоциировать определенные визуальные образы и запахи с питательными и нетоксичными продуктами. Так что, в каком-то смысле, «привычка» запоминать вкусную еду через условные «видения» — наследство от наших предков.

— Сторитейлинг! — обрадовалась Тома: — Госпожа Симонова — вы просто чудо!

— Ничего подобного. У меня спросили. А я — ответила. Да и к тому же… — Амелия отвела взгляд в сторону: — В детстве мне всё это казалось естественным. Но стоило немного повзрослеть, как пришлось идти к специалисту. Я два года считала, что немножко… тронулась.

— Поверь, когда я впервые попробовал вареники Воскресенской, то тоже посчитал себя немного психически нездоровым. — с пониманием произнес я.

— Хм-м-м… Я умею их готовить. Как вернёмся — попробуешь и мои вареники тоже. — строго ответила Амелия.

Ну, всё… Одна из загадок благополучно разгадана. Королева явно проявляла ко мне признаки внимания, даже будучи трезвой. Аллилуйя! Открываем шампанское! До меня, наконец-то, дошло…

Правда, легче от этого не становилось. Если Славика можно было спокойно слить при помощи алкоголя, то вот Амелию так просто не возьмёшь. Хотя… На что именно она рассчитывает? Тут надо подумать логически. Ибо этих экстр — хрен разберёшь.

А тем временем нам принесли второй курс. Выглядел он… максимально странно.

Некая помесь японской и европейской кухонь.

Первым мы решили попробовать так называемые «яйца по-русски» — немецкое деликатесное блюдо, которое подавалось к столу, как праздничная закуска.

Состояло оно из отварного куриного яйца, разрезанного вдоль, домашнего майонеза, черной икры осетровых пород и миниатюрной веточки укропа для украшения.

— Серьёзно? — разочарованно хмыкнула Славик: — Нет, я понимаю салаты… Там можно удивить соусом или заправкой. Но яйца по-русски? Здесь же просто нечего модернизировать!

— Сейчас попробуем. — я взял половинку яйца и тут же отправил её в рот.

Уж не знаю, какой гений это сделал… Но он знал толк.

Несмотря на то, что блюдо пришло из Германии, в нём сочетались лоск и роскошь русского дворянства. Яйцо с перетёртым желтком… Провансаль с идеальной кислинкой и ярко-выраженными нотками оливкового масла. И всё это щедро сдабривалось вкусом черной икры!

Честно говоря, я всегда считал, что красная более насыщенная. Но в чёрной тоже был свой цимес. Особенно, если речь шла про закуски. Она была подобна бриллиантовому украшению на тонкой шее русской примы, вышедшей в свет.

Яйца по-русски четко передавали атмосферу дворянского бала в Зимнем дворце.

Всюду барышни в пышных платьях и кавалеры в строгих мундирах. Ещё немного и… заиграет оркестр.

Одним словом — не закуска, а истинная утонченность. Красота. Роскошь в одном укусе!

— Беру свои слова назад… — тихо произнесла Славик: — Сколько раз я слышала про это блюдо! Но всегда думала, что оно… слишком простое. И откровенно — невкусное.

— Единственный минус всего этого мероприятия заключается в том, что к блюдам нет записок, кто именно из выпускников их готовил. — с грустью вздохнула Тома: — Не знаю, как вам… Но лично мне — очень интересно!

— Надо спросить у Госпожи Кольцовой. — предложил я: — Она наверняка знает.

— Марика? — удивилась Амелия, а затем крайне недовольным взглядом посмотрела на мою цель: — Кстати, да… Она же лучшая подруга Варвары. А Варвара — секретарь моего… Кхм… Ректора нашей академии. Так что, шанс действительно есть.

— Кстати, а у всех выпускников есть свои книги? — поинтересовался я.

— Хотя бы одна, да точно присутствует. — сухо ответила Королева: — Написание книги рецептов — это одна из ОБЯЗАТЕЛЬНЫХ выпускных работ. Правда, далеко не все их публикуют.

— А вот это очень жаль. Тогда тем более надо спросить у Марики список всех наших арбитров!

— Думаешь, она тебе расскажет? — Амелия очень медленно перевела тяжелый взгляд на меня.

— Смотря, как попросить.

Следующим блюдом для дегустации мы выбрали небольшую глубокую тарелку, внутри которой с горкой лежали слайсы трюфеля. Дорого-богато…

— Какая тяжесть. — вздохнула Мила: — Я удивлена, что они решили представить подобное блюдо.

— А что это?

— Так называемый «Вагю-рис». — пояснила секретарочка: — Заместитель Главы студенческого совета, как-то готовила нам это блюдо. Очень на любителя. Особенно, если ребята не заморочились с трюфелем.

Мила имела в виду то, что многие повара искренне считали трюфель одним из самых переоценённых продуктов. Проблема заключалась в его редкости и транспортировке, ибо в Российской Империи данный гриб попросту не рос.

Но ещё одна беда состояла в том, что трюфель большую часть года был… безвкусным. И лишь с февраля по март этот дорогущий гриб имел действительно насыщенный вкус, яркий аромат и… даже стоил своих денег.

Четыре с половиной тысячи рублей за килограмм! На такое могли пойти только очень состоятельные люди.

Придвинув к себе небольшую тарелку, я вооружился специальной ложкой, а затем зачерпнул слайсы трюфеля, слегка обжаренный Вагю и ароматный жаренный рис.

О. Мой. Бог.

Это не удар кулаком. Не волна. И даже не ураган. Это чёртов взрыв умами-бомбы!!!

Уж не знаю, где ребята нашли качественный чёрный трюфель осенью… Но это восхитительно.

В целом, дороговизна и редкость породили множество легенд про этот гриб. На самом деле — этот мускусно-алкогольно-ореховый вкус может понравиться далеко не каждому. Впервые, когда я попробовал чёрный трюфель, то очень сильно разочаровался. Так и хотелось заявить: «А разговоров то было!».

Но здесь шеф явно угадал с партией. Яркий и очень глубокий вкус с лёгкими оттенками коньяка, древесины, почвы, сырости и ореха уносил меня по длинному тоннелю умами… А затем ещё и нежная говядина Вагю с яичным привкусом, после которой в атаку вступал жаренный рис с чесноком. Нет… От такого яркого вкуса невозможно спрятаться.

Он буквально атаковал тебя, словно борец.

— Поиграем, малыш? — произнёс здоровенный антропоморфный бык-сумоист и тут же встал в боевую позу.

— Не-не! Давай не сегодня? — предложил я.

— Поздно спешить, малыш! — с мощным рёвом здоровенный бычок тут же поднял меня, а затем резко бросил на землю. Вкус свежего трюфеля с чесночным рисом тут же накрыл огромной волной и буквально придавил, словно металлическая плита.

Очень вкусно! Но очень тяжело… Такой порцией мог спокойно наесться даже крупный мужик.

— Восхитительно… — я отодвинул от себя тарелку: — Третье блюдо… Я попробую чуть позже.

— Никаких позже! Это наисвежайшая рыба! — возмутилась Славик и придвинула мне третью тарелку, на которой расположилось несколько видов сашими. Вот дьявол! Всё-таки придётся себя пересилить… Такую рыбу точно упускать нельзя.

— Такое грех откладывать. Да ещё и с шампанским! — Мила радостно улыбнулась и взяла себе сразу два бокала, а Амелии долила дюшес. Какая внимательная и заботливая секретарша. Аж по белому завидовал Королеве.

Однако, только я приготовился к дегустации, как увидел быстро удаляющихся из зала Марику и Варвару.

Да твою ж…

— Девчат! Я сейчас вернусь.

— Куда ты? — в голосе Амелии слышалось легкое волнение.

— Боюсь, тебе не понравится. Так сказать — типичные человеческие позывы.

— А… Поняла.

— Не теряйте. — я поднялся и быстро удалился в сторону выхода.

Как всё просто оказалось! А ведь я практически не соврал. Мой фанатизм по Марике — это тоже, своего рода — «человеческий позыв».

Пройдя чуть дальше по коридору, я заметил, как любовь всей моей жизни… придерживается за стенку⁈ Да ну нет… Не может такого быть!

— Что случилось? — поинтересовался я.

— О! Дерек… — Марика расплылась в пьяной улыбке, а затем довольно быстро обняла меня: — Очень рада тебя… Ик… Видеть… О! И медалька у тебя красивая… Почти, как у меня… Ик…

— Дерек… Дорогой, тебе лучше вернуться в зал. — виновато произнесла Хелена: — Мара у нас… Слегка не умеет пить. Особенно — игристые вина.

— Правда? Просто… Вы так уверенно вышли из зала. Я подумал, что смогу попросить у вас список всех шефов, которые нам сегодня готовят. Очень хотел бы прочитать их книги.

— Понимаю. Мара умеет притворяться трезвой. Но… На самом деле — она в зюзю. Я отведу её в номер. Не переживай.

— Госпожа Новикова! — из лифта выбежала девушка-администратор: — Там у коннектора Князь Слуцкий! Требует вас немедленно… Это насчёт банкета по случаю его юбилея.

— Твою ж мать… — Хелена обреченно закатила глаза, а затем с надеждой посмотрела на меня: — Дерек… Дорогой! Ты сможешь отвести Мару в номер? Просто… Если я не разберусь со Слуцким — мне крышка!

— Не вопрос.

— Номер помнишь?

— Ага.

— Рассчитываю на тебя! — Госпожа Новикова похлопала меня по плечу: — Ты большой молодец!

— Спасибо…

Хелена и девушка-администратор быстро убежали в лифт, а мы с Марикой поплелись к следующему крылу.

— Дерек… Я так тобой… Ик… Восхищена… — промямлила моя любимая учительница. Её язык начал заплетаться ещё сильнее: — Ты так круто разобрался с этими доставучими фотографами! Прям… Молодец! Ик… Сова — та ещё стерва… Уничтожила не один ресторан. Но тем не менее… Какой бы… Сукой… Ик… Её не считали — она компетентный критик. Один из лучших! Поэтому… Ик… Она просто выполняет свою работу…

— Я понимаю. — мы зашли в лифт нашего крыла: — Но как я уже говорил — для меня это было делом чести!

— Мужчина… Ик…

Придерживая Марику за талию, я ощущал тепло её тела сквозь тонкий слой ткани. Сердце бешено колотилось… А мои принципы были под очень страшной угрозой.

— Мы такая красивая… Ик… Пара… — учительница влюбленно посмотрела на меня через зеркало лифта: — Был бы ты… Ик… Постарше хотя бы на пару годиков…

— Вас смущает разница в возрасте?

— Смущает… Ик… Ты же ещё совсем ребёнок…

— Ребёнок не сможет вытащить ресторан из задницы за два дня.

— Умный ребёнок… Ик… Вундеркинд! — улыбнулась Марика и уткнулась лицо мне в плечо: — Какой же ты миленький… Хочу тебя затискать.

Возле моей головы тут же появились ангел и демон.

«Засунь в жопу свои принципы!!! Бери, пока горяченькая…» — прошелестел чертёнок.

«Не вздумай! Воспользуешься ей сейчас — навсегда испортишь отношения! И больше ничего не будет! Играй на перспективу…» — тут же возразил ангел.

«Никакой перспективы не будет! Когда ещё представится возможность ей вдуть⁈ Мечты — это цели! А целей нужно достигать! КУЙ ЖЕЛЕЗО, ПОКА ГОРЯЧО!!! КУЙ!!!»

«Ага! Делай, как он говорит! И профукаешь сладенькое!»

Так и хотелось спросить: «А ты точно ангел?».

«Никакого сладенького больше не будет! Сейчас или никогда!»

«Грамотная стратегия приведёт нас к победе! Главное — не спугнуть. То, что ты от неё в восторге — уже было показано. И не раз! А значит, она уже тоже хочет поскорее тебе отдаться. Но в трезвом виде! Чтобы всё было красиво! По стопроцентному обоюдному согласию.»

«ЖУХАЙ ЕЁ!!! ЖУХАЙ!!! Пришло время НАСАДИЛЬИ!!!»

В итоге, я решил поскорее избавиться от двух навязчивых советчиков и довести Марику до номера. Плевать! Я всю жизнь жил по своим правилам. И меня это столько раз выручало, что просто диву даюсь.

Мужик всегда должен оставаться мужиком. Как бы ему не хотелось поскорее затащить барышню в постель!

И все эти баллады на тему «куй железо, пока горячо» — туфта полная. Ага… Ну поведусь я сейчас на свои гормоны, и дальше-то что? Возможно, нам даже будет хорошо.

Только вот, на утро Марика будет смущена, расстроена и обескуражена. После пьянки всегда накрывает необъяснимое чувство вины. Оно просто есть и всё. А если ещё и за дело… О-о-о! Начинаются лютые самокопания.

Мне же хотелось, чтобы Марика видела во мне не подростка-спермотоксикозника, а именно взрослого мужчину.

Да и к тому же, когда мы дошли до номера, моя любимая учительница практически полностью отключилась и повисла у меня на плече. Пришлось поднимать её на руки.

Кое-как отыскав карту-ключ, я занёс Марику в номер, а затем уложил на кровать.

— Спокойной ночи, дорогая.

— А поцеловать?.. — сонно произнесла учительница.

— Ладно… — в итоге, я чмокнул её в щёку.

— Вай… Я счастлива! — произнесла Марика и… тут же сладко засопела.

Иногда всего одна фраза способна пробудить в сердце самые нежные и тёплые чувства. Видимо, местная энергия влияет на меня, ибо я стал слишком сантиментальным. Или… может быть, мне повезло открыть для себя нечто новое?

Хороший вопрос.

Но тем не менее — я уже вовсю размышлял, как буду прорабатывать свою цель в Харитоновке. Придумаю самый хитроумный и действенный план! И всё обязательно получится.

Ну, а пока буду наслаждаться деликатесами, которые приготовили выпускники из разных эпох. Всё… хватит с меня пьяных девчонок.

Вернувшись обратно в зал, я заметил, что мои коллеги по столу перегруппировались, и что-то активно обсуждали.

— У вас совещание?

— Ни в коем случае! — Мила хитро улыбнулась и освободила моё место.

— Смотрю… Рыбку вы уже успели заценить?

— О, да! — Славик тоже выглядела максимально подозрительно.

— Кстати, очень неплохо. — Амелия была моим единственным оазисом стабильности. Всё такая же холодная и совершенно безэмоциональная: — Только вот… Я переборщила с васаби. Ощущение, словно мой язык окунули в перечный концентрат на пару миллионов Сковилей.

— Не чувствуешь вкус?

— Практически… Но думаю, это скоро пройдёт. Просто… я очень люблю васаби.

— Ваши вкусы весьма специфичны.

— Я этого и не скрываю.

— Так! Минуточку внимания! — Славик встала и подняла бокал: — Я предлагаю тост!

— Неужели? Ну, тогда давай, бомби!

— За предстоящую… Золотую ночь. — улыбнулась развратная блонда.

— А… То есть, спать мы не будем?

— Дерек-Дерек-Дерек! Это же отборочный тур! И мы — победили! А значит — мы должны это отпраздновать. К тому же — очень плохо нарушать традиции. А выспаться и в Харитоновке успеем!

— Действительно… Ляпнул, не подумав.

— Ой… — Мила с ужасом взглянула на свой бокал, а затем на то, как Амелия почти залпом выпила свой дюшес.

— Что такое? — тут же напрягся я.

— Лимонад… — выдохнула секретарочка, тут же начав бледнеть: — Он в моём стакане!

— А твоё шампанское где⁈

— Видимо… Было в моём. — расслабленно улыбнулась Амелия и положила ладонь на моё колено: — Васаби… Что же ты со мною делаешь…

ТВОЮ МАТЬ!!! ТОЛЬКО НЕ ЭТО!!!

— Как ты могла перепутать⁈ — я крайне недовольно посмотрел на мило улыбающуюся Амелию. Нет, это, конечно, всё очень красиво! Спорить не буду.

Но для человека, который 24/7 ходит с «Похер фейсом» — подобное просто неприемлемо! И самое жуткое — вызывает эффект «Зловещей долины».

— Васаби. — довольно заключила Госпожа Симонова: — Если перебрать, то у меня перекрываются рецепторы во рту и в носу. А ещё мне не надо было наливать дюшес в бокал…

— Что такое? — хитро улыбнулась Славик, которая тоже уже выглядела прилично захмелевшей: — Нашей прелестной Госпоже стало плохо с одного стаканчика шампанского?

— Ты себя в зеркало видела? — рыкнул я: — Сиди тихо и не смотри. Тома! Будь другом. Отвлеки её!

— Не вопрос. — синеволосая тут же развернула развратную блонду к себе и начала кормить сашими. Вот дьявол! Вкуснейшая свежая рыба с другого конца света… Но как я уже говорил — мужик всегда должен оставаться мужиком. Таков наш внутренний девиз!

— Что же делать⁈ — испуганно пискнула Мила, когда Амелия плавно опустила свою голову на моё плечо.

— Ничего страшного. Так! Амелия, ты идти можешь?

— Не очень.

— Меня не устраивает такой ответ! Или «да» или «нет».

— Могу…

— Ты сможешь притворяться трезвой и идти ровно хотя бы до выхода из зала?

— Смогу.

— Отлично! Мила — ты на подстраховке. Сейчас вы обе незаметно выходите из зала и ждете меня возле двери. Я мигом выйду, возьму Амелию на руки и донесу до номера.

— Ты такой хороший… — очарованно вздохнула Госпожа Симонова и вновь положила руку мне на колено.

— Госпожа Симонова… — Славик вновь повернулась к нам: — Это что за выкрутасы⁈ Немедленно прекратите домогаться до моего… Моего…

— Твоего кого? — поинтересовалась Амелия.

— Моего… Хоз… Друга! Вот. До моего хоздруга!

— Славя… — Тома рывком повернула свою подопечную к себе: — Не позорьтесь! И не лезьте к Госпоже Симоновой! Хочет трогать Цареградцева? Пускай трогает! Это не наше дело.

— Да с чего ты взяла⁈ — возмутилась развратная блонда.

— С того. Цареградцев просто победил вас на дуэли.

— Два раза!

— И всё. Он просто вас победил на дуэли два раза. Не поимел же!

— Четыре раза!

— Что?..

— Что⁈

Девочки молча смотрели друг на друга. А затем Тома медленно перевела взгляд на меня:

— Искандер… О чём она говорит?

— Понятия не имею.

— Искандер. Ты же хороший парень? Ты же не стал пользоваться слабоволием Слави для своих грязных утех?

— Нет, конечно.

— Вот и отлично! — заключила Амелия: — Значит, воспользуется моим слабоволием. Пошли!

— Ну и идите! — насупилась Славик: — Мне больше достанется.

— Я бы поспорила. — хихикнула Госпожа Симонова.

— Госпожа! — возмутилась Тома: — Я всё понимаю… Но очень вас прошу — не раззадоривайте Славю. Она может очень агрессивно реагировать. А в сложившейся ситуации нам всем лучше вести себя максимально тихо и аккуратно. Верно говорю, Искандер?

— Всё верно. — согласился я.

— Как дела, молодёжь? — возле нас возник Симонов… Буквально материализовался из неоткуда! Словно трансгрессировал… Или телепортировался.

Моё сердце на мгновение остановилось. Мила побледнела от ужаса. Тома и Славик тут же сделали вид, что их тут никогда не сидело.

А Амелия вновь превратилась в самую холодную и неприступную барышню.

— Отлично! — скрыв нервную усмешку, ответил я и показал большой палец.

— Рад слышать. Дорогая! — Виктор Аркадьевич ласково позвал свою дочь: — Тебе нравится сегодняшний ужин?

— Всё прекрасно, отец. — спокойно ответила Амелия, внимательно изучая кусочки идеального свежего лосося.

— У тебя странный голос… С тобой всё хорошо?

— Просто устала.

— Дмитрий был строг с тобой?

— Хех… Тут ещё можно поспорить, кто с кем был строг. — усмехнулась Амелия. Симонов резко перестал улыбаться, а затем перевёл жуткий взгляд на Милу, которая едва не превратилась в маленькую напуганную мышь.

— Дорогуша… Пожалуйста, проследи, чтобы Ами добралась до своего номера… — затем внимательно посмотрел на меня: — … ещё раз поздравляю с победой, Господин Цареградцев. Уверен, вы… достойны этого.

— Благодарю. — кивнул я.

— Всем доброй ночи, друзья мои. — Симонов максимально фальшиво улыбнулся.

— Это была случайность. — сухо произнёс я.

— Доброй ночи, Искандер. — Виктор Аркадьевич внимательно осмотрел моё лицо. Как будто сканировал. Ректор на долю секунды задумался, а затем быстро удалился в неизвестном направлении.

Когда человек обращается к группе малознакомых людей: «друзья», то тут всего три варианта.

Первый — перед вами чрезмерно открытый и дружелюбный осел. Второй — человек хочет сломать даже намёки на коммуникативный лёд и сразу расположить к себе. Третий — к вам обращается высокопоставленное лицо. И делает это с МАКСИМАЛЬНЫМ сарказмом.

И что-то мне подсказывает, будто Симонов не осёл. Да и расположить к себе нас он вряд ли хотел.

В общем, одним словом — спалились.

— Ох… — обречённо вздохнула Амелия: — На кой-чёрт я начала шутить…

— Девчат. Я думаю, что нам пора, пока другие не заметили. — произнёс я, напряженно оглядываясь по сторонам.

— Согласна! — с готовностью кивнула Мила.

Проводив девчонок взглядом, я подождал буквально сорок секунд и отправился вслед за ними. Благо, что все студенты слишком заняты угощениями от выпускников Харитоновки из разных эпох, поэтому им сейчас было не до нас.

Единственное — я поймал на себе вопросительный взгляд Коляна, но жестом поспешил успокоить друга.

Что ж… Мне даже страшно подумать, какими могут быть последствия для всех нас. Но очень хотелось верить, что где-то в глубине души Симонов понимающий человек.

— Какая глупость… — мило улыбнулась Амелия, как только я вышел из зала к девчонкам: — Вся такая гордая и безупречная Амелия Симонова… А в итоге — совершает такие глупости! Скажи мне это, Дерек. Скажи прямо в лицо.

— Не скажу. — спокойно ответил я, подняв Королеву на руки: — Ты как? Не тошнит?

— Почему ты не хочешь признавать очевидное? Я ошиблась!

— Да. Ты ошиблась. Но… Что в этом трагичного? Каждый человек ошибается. Буквально вся наша жизнь состоит из ошибок. Маленьких и больших. Это нормально.

— Ты не понимаешь. — влюблённо вздохнула Амелия и прижалась ко мне щекой.

— Что не понимаю? Что ты человек и имеешь право на ошибки?

— Не имею. В том-то и проблема. Но… мне так нравится, как легко ты к этому относишься.

— Хм-м-м… А должен не легко? Неужели отец жёстко ругает тебя за проколы?

— Ну… Во-первых, проколы случаются крайне редко. И, во-вторых… знаешь — лучше бы он ругался. Кричал бы на меня. Это намного лучше, чем-то, что он делает.

— А что он делает? Хлещет ремнем по попе? Или ставит на горох?

— Нет. Он… молчит.

— И что в этом страшного?

— Вот поэтому я и говорю. Ты не понимаешь. У него… особое молчание. Страшное. Я чувствую, как он разочарован. Я грызу сама себя изнутри. А ещё… Я так не люблю подводить его. Он столько всего сделал для семьи. Столько всего сделал для меня. Я безмерно ему благодарна! Правда… Но когда происходит инцидент — мне хочется закопаться под землю. Хочется исчезнуть из этого мира… Ибо я чувствую, как разочаровала его. Возможно, причинила боль.

— Употребление алкоголя — априори плохо. Я это понимаю. К тому же, если бы он так сильно переживал, то мог бы и сам тебя проводить.

— Нет. Отец знает… Мила меня не бросит. И ты тоже.

— О… То есть, он в курсе, что мы друзья?

— А мы друзья? — Амелия тут же вопросительно посмотрела на меня. В её чистом, как у ребёнка взгляде было столько надежды, что даже если бы мы с ней не общались, я всё равно ответил бы исключительно в положительном ключе.

— Ну, конечно!

— Правда? Мне так приятно от этой новости! — Госпожа Симонова радостно улыбнулась и снова прижалась ко мне: — Мила…

— Да, Госпожа?

— А ты… Ты мне друг?

— Естественно, Госпожа! Я удивлена, что вы спрашиваете. — с легкой ноткой возмущения ответила Секретарочка.

— Для меня это важно. — с облегчением выдохнула Амелия: — А что же касается двух инцидентов с алкогольным опьянением… Отец всегда считал, что экстра — это не проклятие.

— Эм-м-м… А разве, хоть кто-нибудь считает это проклятием? — удивился я.

— Человек, рождённый с меткой колдунов. К нему всегда будет особое отношение. Но проблема далеко не в этом. Моя сверхчувствительность имеет отвратительные последствия. Не существует ничего, что могло бы появиться за просто так. У всего есть цена. Как и у моих способностей. Как и у маминых способностей. Я… всегда была оторвана от реальности. Отец говорил, что моё будущее не в людях, а в готовке. В высшей кухне, которая покорит этот мир. Я никогда не понимала, как можно готовить в отрыве от людей… Ведь ты же готовишь исключительно для них. А потом я узнала историю своей мамы, которую мне очень долго не рассказывали.

— Там что-то страшное?

— Не страшнее разбитой человеческой судьбы… — вздохнула Амелия.

— Госпожа, может быть, вам сейчас не стоит об этом вспоминать? — осторожно предложила Мила.

— Я хочу, чтобы Дерек знал… Хочу, чтобы он понял. Пускай не сразу… Но хотя бы потом.

— Ладно. Я вас услышала. Продолжайте!

— Так вот… Экстр учат сдерживать эмоции. Поначалу это очень тяжело. Человеческий эмоциональный фон такой нестабильный… Тебе то хорошо, то плохо. Я срывалась. Часами плакала, закрывшись у себя в комнате. А потом… Потом мне всё стало серо. Абсолютно всё! Из вдохновлённого ребёнка я стала превращаться в механизм. Я всюду видела не блюда, а технику приготовления. Кто и как это приготовил. Какие ингредиенты использовал. Пища начала превращаться для меня в рутину. Но потом в нашу семью пришёл Дядя Рубен.

— О как…

— Изначально он учил мою старшую сестру. Но потом начал помогать и мне. С ним мой мир кулинарии снова стал окрашиваться в яркие цвета… Я снова начала чувствовать вкус. А главное — удовольствие от еды. Это было настоящее чудо для маленькой девочки. Дядя Рубен буквально стал моим наставником. Главным мужчиной в жизни после отца! И всё было хорошо… Пока мама не заболела. Лучший повар Российской Империи две тысячи шестого года. Один из легендарных критиков. А ещё она стала самым молодым инспектором «Мишлена».

— Ничего себе!

— Да… Но Дядя Рубен знал, что моей маме нужна помощь. Он предупреждал… Говорил, что рано или поздно у неё начнётся «перегрев». Но отец не слушал. Он всегда обожал маму. Считал своей богиней! Своей музой. Своей вселенной… Лично для меня любовь папы и мамы была показательной. Идеальный пример! Но… для мамы — готовка была смыслом жизни. Она самая достойная богиня кулинарного Олимпа из всех. И отец, конечно же, не смел запрещать ей продолжать готовить.

— Хм-м… И что было дальше?

— Мама начала выгорать. В буквальном смысле этого слова. Способности экстры обернулись против неё. Дядя Рубен изо всех сил настаивал на том, что моей маме нужен отпуск… Хотя бы на пару лет отказаться от шеф-ножа. Но мама и отец были непреклонны. Дядя Рубен со скандалом покинул наше имение… Я тогда ещё была слишком глупой, чтобы всё осознать. Дядя Рубен разбил мне сердце. Я до сих пор не смогла ему простить это.

— Но он же не виноват!

— Я знаю. Он хотел для нашей семьи только лучшего… Но… Я тогда этого не понимала. А когда поняла — хотела, чтобы Дядя Рубен пришёл. Навестил меня хотя бы раз на нейтральной территории. Но он благополучно забыл про меня. И мне до сих пор от этого больно.

— Пришла бы к нему сама.

— Я не люблю навязываться.

— Думаешь, Дядя Рубен любит?

— Ты ломаешь мою логику! — обиженно насупилась Амелия.

— Потому что, её нет. Дорогая, нужно уметь делать первый шаг. А бояться отказа — в лес не ходить.

— Думаешь, он меня помнит?

— Конечно, помнит. Если хочешь, я поговорю с ним в выходные.

— Нет! Я…

— Амелия. Будь уже взрослой!

— Хорошо. Я была бы рада с ним повидаться. Но только, если он сам не против!

— Уверен, он будет только рад. А… что по итогу случилось дальше?

— Как Дядя Рубен и говорил — мама начала сгорать. С ней случилось практически тоже самое, что и со мной в самом начале. Вкус пропал. А блюда превратились для неё в бесконечный шум… Она перестала понимать, что происходит. В итоге, началась болезнь, когда энергетические частицы выжигают тебя изнутри. Остановка сердца. Реанимация. Кома на две недели. Полное отторжение от кухни. То, что приносило маме радость — в итоге, чуть не убило её. Большую часть времени она проводит в специальном диспансере. Но иногда нам разрешают вывезти её, куда-нибудь отдохнуть вместе со всей семьей. Только вот… Она теперь почти не разговаривает. Занимается растениями. Читает литературу. Ходит в спортивный зал. Огонёк в глазах пропал. Но… иногда мама снова превращается в того весёлого человека, которым она была раньше. И в эти редкие моменты я… счастлива.

— Всё равно не могу понять — почему Виктор Аркадьевич не послушал Дядю Рубена? Неужели не доверял?

— Доверял… Просто не думал, что всё произойдёт так быстро. Эмоции напрямую влияют на энергетический заряд экстр. Поэтому отец потратил почти десять лет на то, чтобы сделать из меня того, кем я являюсь сейчас. Эмоции уничтожили великого повара. Богиню кулинарного Олимпа! Отец не хочет, чтобы это повторилось. Поэтому… мне нельзя пить. Мне нельзя дружить. Мне нельзя любить. Мне нельзя… ни-че-го.

— Но у тебя же есть мы с Милой!

— Это нарушение правил. Жёсткое… Как и то, что я иногда случайно пью алкоголь.

— Иногда — в твоем случаем слишком большое преувеличение.

— Тем не менее — это происходит. И вы оба тому свидетели. Я… не хочу делать отцу больно. Даже по случайности.

— Понимаю. Но повторюсь — все совершают ошибки. И… Возможно, я не прав. Но мне кажется, что иногда лучше выпускать эмоции.

— Ты судишь, как человек, Дерек. Потому что… Ты и есть человек. Прекрасный и замечательный, но самый обычный человек. Поэтому ты не сможешь меня понять. По крайней мере — не сейчас. Но я ценю твою поддержку. Я всегда обожала заботливых парней, у которых здоровенный… — с этими словами Амелия благополучно отключилась.

— Здоровенный… что? — уточнил я, а затем вопросительно посмотрел на Милу.

— Да, кто ж её знает? Со мной она так не откровенничает… Вернее — откровенничает, но очень редко. Я знаю историю её жизни только потому, что наши семьи плотно связаны. Ну и… потому что, мы с Госпожой — друзья. — пожав плечами, ответила Секретарочка.

— Я видел, какие книги она читает. Это наталкивает на определённые мысли.

— Так! Стоп… — Мила тут же покраснела: — Во-первых, мы это читаем не из-за того, что пошлячки! А, во-вторых… Ты тоже расслабляешь мозг. Все мы расслабляем мозг! Кто-то смотрит идиотские шоу про рэперов в сети. Кто-то изучает лор «Вархаммер сорок тысяч». Кто-то играет в компьютерные игры. А мы с Госпожой… Просто читаем любовные романы.

— Любовные романы? То есть, это так сейчас называется?

— Это для мальчиков любовь-морковь может быть искренней и без соития! А большая часть девочек считает, что любовь без…

— Жесткого отжухивания?

— Господи, Дерек! Не надо говорить такие смущающие вещи… Для нас истинная любовь должна сопровождаться красивым сексом. Понимаешь? В реально жизни же всё не так… Между мальчиком и девочкой куча несовпадений в плане интима. А в книге — он выглядит именно так, как она этого хочет. Он берёт её именно так, как она этого хочет. Он занимается с ней любовью именно так, как она этого хочет.

— Короче, не книга, а девичьи хотелки.

— Не совсем… Но суть ты уловил. И, вообще, мы с Госпожой читаем их чисто по приколу!

— Ага. Так я и поверил. Ну и бредятина.

— А зачем нам ещё их читать?

— М-м-м-м… Чтобы получать быстрый дофамин?

— Не такой уж он и быстрый!!!

— Это должна была быть моя реплика… Но ты молодец. Горжусь тобой! — усмехнулся я, смущая бедную Секретарочку ещё сильнее: — И, вообще, откуда ты так много знаешь про секс? Неужели был опыт?

— Не было, конечно! Я из воспитанной семьи.

— О как… Ладно. Тогда откуда столько информации?

— Из сети, конечно! Плюс… у меня есть старшие подруги из простолюдинов.

— То есть, простолюдинки занимаются этим чаще?

— Раньше. Для них это… естественный процесс. Влюбилась — отдалась. А у нас… Можно и по шляпе схлопотать.

— По той самой?

— ДЕРЕК!!! Тебе что, шестнадцать?

— Мне всегда шестнадцать.

— И как давно тебе шестнадцать?

— Довольно давно… Знаешь, я предпочитаю никогда не взрослеть. Это моя мечта! Главное при этом — не превратиться в идиота…

— Согласна. Это самое сложное. Кстати… А вот эти все истории, что про тебя рассказывают… Это правда? — осторожно поинтересовалась Мила.

— Какие ещё истории?

— Ну… Про твои легендарные сексуальные похождения.

— Отчасти. Люди любят придумывать. Знаешь, сперва это всё весело. Ну, говорят, что-то… Приукрашивают. Потом ещё приукрашивают. Потом ещё и ещё… Пока всё это не превращается в совершенно нелепый миф.

— Почему не найдёшь серьёзные отношения?

— Зачем? Девушка — это время. Много времени! А я хочу стать великим шефом.

— Но твой друг — почти женат. Ему это не мешает.

— У КатЭрины с Коляном всё… несколько иначе. Понимаешь? Это была любовь с первого взгляда. Она хитрая лиса. Он очарованный мальчик-долбоящер. Всё сошлось. Закрутилось и завертелось.

— Почему у тебя не крутится и не вертится?

— Может быть, я просто говно, а не человек.

— Не-е-ет! Это слишком просто! Явно же есть, что-то… Или кто-то… Может быть, тебе разбили сердце когда-то давно, и теперь ты обижаешься?

— На обиженных воду возят.

— Нет-нет! Ты меня не понял. Я имею в виду, что когда-то давно была девочка, которая тебе очень нравилась. Но, что-то пошло не так… И в итоге, вы не стали парой. Ошибка… Или недопонимание. Это разбило тебе сердце, и теперь ты на подсознательном уровне отрицаешь серьёзные отношения с девушками.

— Чёрт его знает… Мне кажется, я слишком сильно зациклен на работе. Только и всего.

— М-м-м… Сомнительно, конечно. Но я сделаю вид, что поверила тебе. — вздохнула Мила, и открыла дверь в номер: — Мы пришли! Спасибо тебе большое, что проводил. Я… останусь с Госпожой. Нужно привести её тело в порядок перед сном.

— Ты прекрасная подруга. — улыбнулся я, положив Амелию на кровать: — Надеюсь, что вы и дальше будете вместе.

— Если Господин Симонов разрешит. — Мила с грустью посмотрела на меня: — Но… будем верить в лучшее.

— Это точно. Спокойной ночи!

— Сладких снов. — Секретарочка радостно послала мне воздушный поцелуй.

Эх, вот как бы я не сетовал на всю красоту одиночества, а друзья и близкие всё равно нужны. Раньше кроме Летти у меня не было друзей. А с Генералами была долгая притирка, прежде чем мы все пошли на сближение.

В общем-то, мне всегда казалось, что можно обойтись в одиночку… Но в мире людей всё иначе.

Сообщества. Группировки. Семьи. Кланы. Кружки по интересам. Люди постоянно объединяются. Потому что, это один из важнейших факторов выживания.

И, чёрт возьми, я был рад, что в моей жизни появились Колян, Дядя Рубен, Зоя, Степанида, Карл, Глаша, Вовчик, Валерон, КатЭрина, Биг Би со своей бандой… И те немногие, с кем нас связала работа в общепите. А затем ещё и ребята из Харитоновки.

Восхитительно!

Это придавало моей жизни в новом мире совершенно новые яркие краски.

Но да ладно. Отставим в сторону лирику на тему важности взаимоотношений и вернёмся в атмосферу абсолютной кулинарии.

Конечно, мне очень хотелось забить на всё и идти в номер спать. Но готовку великих шефов, которые выпустились из Харитоновки — я пропустить не мог. Это не по-поварски!

Вернувшись в зал, я заметил, что за моим столом уже никого нет. Видимо, Славик и Тома отчалили спать. Впрочем, как и многие другие студенты.

Зато на столе появился стейк… И судя по форме — это явно не Рибай. И даже не Филе-Миньон.

А чуть в сторонке на тарелке красовались идеально зажаренные котлетки и немного картофельного пюре. Видимо, кто-то из шефов решил ультануть! Ибо пюрешка с котлеткой — не просто, какая-то там еда или деликатес. Это пища богов!

Очень жаль, что девчонки пропускают сей кулинарный перфоманс.

Присмотревшись к стейку, я аккуратно развернул его. Так! Судя по характерной жировой прослойке чуть ниже середины — это Флэт-Айрон. По сути — альтернативный стейк, который… стрёмно подавать в ресторане. Лично для меня — прям моветон. Этот шеф что, решил шутки-шутить?

Не знаю… Может быть, мне всё-таки показалось?

Разрезав стейк на две части, я осмотрел нежно розовое мясо с характерной прослойкой. Нет. Ошибки быть не может! Это самый настоящий Флэт-Айрон.

— Эх… — тяжко вздохнув, я намолол себе в тарелку немного черного перца из механической мельницы, которую официанты заботливо поставили на стол. А затем добавил обычной поваренной соли. По идее — для мраморной говядины, это был самый лучший «соус». Для хорошей мраморной говядины, попрошу заметить.

Отрезав маленький кусочек, я обвалял его в получившейся смеси и запустил в рот.

БАМ-БАМ-БАМ!!! — раздался характерный звук гонга, обозначающий начало боксёрского раунда. Вокруг огромное количество зрителей. Рефери, что сидят снизу. И здоровенный человекоподобный бычара в боксёрских перчатках, что уже во всю шёл на меня в атаку.

— Что ты там вякнул про Флэт-Айрон, сосунок? — прорычал он.

Мощный удар едва не повалил меня на спину.

— Нет… — злобно ответил я: — Не позволю альтернативным стейкам прорываться в высокую кулинарию!

— Ах так, значит? Чёртов любитель Рибая!!! Получай, скотина!!! — ещё один удар.

Нежнейшее мясо буквально таяло во рту. Выдержанный несколько часов в су-виде в вакуумной упаковке, этот кусочек был вкуснее всей мраморки, что я когда-либо ел.

— Нет… Я не сдамся!

— Сдашься. — рыкнул бычара и одним прямым ударом отправил меня на пол.

— Десять! — закричал судья, подлетев ко мне: — Девять… Восемь…

Идеальная волокнистая структура. Мясной сок… Соль и перец. Боже! Шеф обжаривал этот стейк в сливочном масле с добавлением тимьяна, розмарина и чеснока. Это… Это просто невероятно! Почему⁈ Почему долбанная альтернатива была доведена до величия, которое перебивает Рибай и Филе-Миньон⁈ Нет… Я отказываюсь в это верить. Но чёрт возьми… Как же это вкусно!

— Пять… Четыре… Три… Два… НЕЖНЫЙ БЫЧОК ПОБЕДИЛ!!! — закричал рефери.

Победил… Я вернулся в реальность и не заметил, как кусочек стейка просто испарился. Конечно, всё дело было в мясе. Шеф использовал породу «Герифорд» вместо уже приевшегося «Блэк Ангуса».

По сути — это тоже мраморные коровки, но отличающиеся более насыщенным мясным вкусом, нежностью и меньшей жирностью. В ресторанах Российской Империи, увы — не распространены в отличии от того же «Блэк Ангуса» или японской «Вагю».

В общем, шеф — молодец! Моё ему уважение. Не боится экспериментировать и радовать гостей, чем-то новым и непривычным.

Что ж… Затем очередь дошла до пюрешки с котлеткой.

Судя по аромату, фарш из птицы, но это явно не курица. Чувствуются нотки дичи… Очень интересно!

Котлета была настолько мягкой и нежной, что спокойно разрезалась вилкой. Очень тонкий сладковатый аромат. Не утка. И точно не гусь или индейка.

Стоило взять первую пробу, как я тут же провалился на сказочный остров.

Ну, конечно! Как я сразу не догадался?

— Ты счастлив? — ко мне из сказочного леса медленно вышел павлин: — Чувствуешь эти восхитительные нежные нотки?

— О, да!

— Ну, вот и замечательно. — с этими словами волшебный птиц раскрыл передо мной огромный цветастый хвост. Конечно, это было лишнее… Но в целом — внешний вид павлина идеально передавал его вкус. Такой же необычный, хотя где-то далеко маячили вполне знакомые оттенки.

Он отдаленно напоминал индейку, но с лёгкими нотками дичи. А ещё я чувствовал легкую сливочность с воздушной ореховостью… В фарш явно добавляли жир. Но его так грамотно спрятали, что я даже не смог разобраться, из какого животного он был.

Пюре тоже оказалось на высоте! Ещё и с моим любимым пармезаном. Казалось, словно меня покачивает на волнах заботы, уюта и любви.

То есть, блюдо получилось экзотическим, но при всём при этом — содержало в себе оттенки той кухни, к которой я привык. С одной стороны — необычный взрыв вкуса. С другой — всё тихо, спокойно. Уютно и тепло.

Просто идеальный баланс!

Наевшись до отвала, я понял, что больше в меня просто не влезет. Да и было видно, что все курсы подошли к концу. Жаль только, что десертов не было.

Быстро допив шампанское, я направился к себе в номер. Всё… Мерзкая тягучая усталость накрыла меня.

Сейчас бы, конечно, с Марикой придаться любви, потом вместе сходить в душ и уснуть в объятиях друг друга… Слишком ванильно? Ну, а что? В сердце каждого сурового мужика живёт немножко ванильных облачков, которые мы прячем от общественности. Дабы не шокировать, конечно же.

А так… Ну, лично я люблю, когда меня гладят. И ласково называют. А лучше, когда всё это одновременно. И я не боюсь этого признавать!

Просто есть вещи, о которых не принято говорить. Пока что… Может, захватить этот мир и сделать его чуть более правдивым? Хм-м-м… А что? Идея!

Которую я тут же затоптал. Ибо менеджерская деятельность меня достала ещё в Изнанке! Всё… Хватит с меня. Шеф намного лучше Владыки мира.

Зайдя в номер, я аккуратно вытащил коннектор и включил фонарик. Ох… Колян перепутал кровати. Отлично!

— Братан! Слушай… Я понимаю, что ты устал. Но ты прекрасно помнишь, как я отношусь к своему койко-месту…

— ПОПАВСИ!!! — из-под одеяла на меня выпрыгнула Славик. Увы, из одежды на ней был только золотой браслет. На ноге.

— Твою ж мать! Как ты сюда попала⁈ И что важнее — где Колян⁈

— Всё с твоим другом в порядке, сладкий! Я сняла для него отдельный номер. А ключ выкупила. Сказала, что хочу устроить тебе любовный сюрприз…

— Ах он курва!!!

— Нет. Очень славный малый!

— Опять нападение пьяных женщин…

— Я просто хочу скрасить твой вечер. Разве это плохо?

— Ох… То есть, ты от меня так просто не отстанешь?

— Естественно. — радостно кивнула Славик.

— Ладно… Дай только душ принять.

— В душ и без меня⁇!!⁇!!?!

— Понял. Как раз натрёшь мне спинку.

— Натру всё, что захочешь, Владыка!

* * *

Слова от автора: Дорогие друзья! Спасибо большое, что не забываете и оставляете комментарии! Ибо это мотивирует меня писать дальше и больше. От души! Мне это всегда очень приятно)

— Господи-боже… — ужаснулся я, глядя на представителей отряда «Ходячие Мертвецы»: — Что с вами случилось?

— «Золотая ночь» случилась… Можно мне к окошку? — выдохнул Валёк, пытаясь протиснуться на наш ряд кресел.

— Можно, конечно. — Колян отрицательно покачал головой: — В самолёте не хватит воздуха! Мы точно умрём от удушья из-за вашего перегара!

— Уж простите… Но мы решили не пропускать главное событие отборочного тура. — фыркнул Валёк и уселся рядом с иллюминатором: — Гуляли на все бабки! Плюс… Не оставим же мы столько выпивки? А с собой тащить нельзя.

— Так спалились бы нарошно. — усмехнувшись, ответил я: — Перед администрацией отеля. Они бы заботливо отправили всё бухлишко в Харитоновку.

— А⁈ — возмутился наш няшный гопник: — Ты где раньше был⁈

— Я думал, что у вас своя голова на плечах.

— Индюк думал, да в суп попал… Боже, как болит голова… Надеюсь, тут дают минералку?

«Выжившие» студенты худо-бедно загрузились в огромный самолёт. Видимо, одна треть всё же решила отдаться во власть синего змия и таки с головой окунулась в жёсткую вечеринку. Жалел ли я, что всё пропустил? Вот, вообще, нет! Честно — мне и первых двух «ночей» хватило за глаза.

Что же касается моей «цели»? Ну… Тут придётся пораскинуть мозгами, чтобы поймать её в Харитоновке. Да и к тому же, я был уверен, что это далеко не последняя наша поездка.

— Барышня! — Валёк махнул рукой в сторону стюардессы: — Можно мне, пожалуйста, минеральной воды?

— Конечно. — девушка быстро удалилась в носовую часть, а спустя мгновение вернулась и протянула нашему бедолаге стакан ледяных «Ессентуков». Ого! Простолюдинская вода для студентов Харитоновки? Это что-то новенькое.

— Благодарю… — Валёк аж закатил глаза, когда осушал содержимое стакана: — Ва-а-а-а-а! Спасибо большое!

— Обращайтесь. — стюардесса дружелюбно улыбнулась и поспешила унести стакан обратно.

— Господи… Вот иногда я совершенно не понимаю своих поступков. — вздохнул наш няшный гопник.

— Ты про что?

— Да про «Золотую ночь». Прекрасно же понимал, что выдохся в «Тетёньке-Котеньке». Ещё и не выспался нихрена… А даже дураку понятно, что пить после плотного рабочего дня и очень короткого сна — губительное мероприятие!

— Согласен. Я вот — подумал наперёд. Правда, в номере меня ждал сюрприз. — я с осуждением зыркнул на Коляна, но тот лишь виновато улыбнулся.

— Что за сюрприз? — поинтересовался Валёк.

— Неважно. В целом — ничего такого. Мне больше интересно, что было на «Золотой ночи»? И самое главное — в чьём номере вы тусили?

— О! Нас пригласил Марк Пинский. Обалденный парень! Мы смогли найти с ним общий язык. Странно, правда?

— Действительно… — я тут же вспомнил, как Валёк в нашу первую встречу изо всех сил пытался корчить из себя настоящего гопника. Но получилось слишком нелепо и смешно.

Так же и Марк. Выёживался передо мной. Пытался, как-то странно задеть. И даже принизить, за что быстро получил нагоняй. Конечно же, Серёжина пассия Светлана, которая являлась родственником Пинского — рассказала, что Марк просто не умеет заводить друзей, хотя сам очень нуждается в оных.

— В общем… Было весело. Пока я не нафуськался.

— И что же случилось дальше?

— Наташа была в ужасе! Да и Зиночка с Настюшей тоже… Мне показалось, что внутри меня пробудился Чёрный Сергей! Я просто подошёл к Эннет Чеховой… Знаешь её?

— Такая смугленькая брюнетка?

— Она в первой десятке красавиц Харитоновки! Ну и плюс к этому — из очень влиятельного ресторанного клана. В общем, для трезвого меня такой подкат был бы просто невозможен! Я и без всяких там подкатов разговариваю с трудом…

— Ну не скажи! С момента нашей первой встречи — ты серьёзно продвинулся в плане коммуникативных способностей.

— Всё благодаря вам, ребята! Но тем не менее — на подкат к девушкам меня всё ещё не хватает. В итоге… я выпил. Ощутил, что мне море по колено! И подкатил к Эннет. Бедная девушка была в шоке с такого расклада! Меня от неё буквально оттаскивали.

— Жёстко…

— И не говори! Потом я сидел с Виолой Новиковой. Плакался ей. Затем попытался напасть на Тому… Которая хвостом ходит за Теньшиной. Ох, как мне прилетело по зубам… Думал, что всё! Придётся вставлять всю челюсть. Но нет. Она знала, куда бить.

— Валёк… Ты в следующий раз думай головой, прежде чем идти на попойки после жесткого трудового дня. Идёт?

— Ага. Я же в итоге выпил огромную бутылку дорогущего портвейна! И кое-как дополз до номера.

— Кстати! Серёжа ночевал с тобой? — я с подозрением посмотрел на Валька.

— Да. Он же не пил.

— Видимо, ты действительно решил примерить на себя его супергеройский костюм. — усмехнулся Колян.

— Ребят… Ну, я расслабился немного. С кем не бывает? — вздохнул Валёк.

— А лично я — не осуждаю. Молодость дана тебе для ошибок. Чтобы потом их не повторять. — подбодрил нашего мученика я: — Кстати, мы столько времени проводим вместе, а я к своему стыду… даже не узнал твою историю.

— Какую историю? — удивился Валёк.

— Как ты стал кулинаром. Почему решил пойти по этому сложному пути?

— О… Боюсь, что моя история далеко не самая интересная или вдохновляющая.

— Но тем не менее — я бы хотел узнать. Сам понимаешь, что хороший повар — любопытный повар. Да и к тому же — ты слышал нашу с Коляном историю. Поэтому мы тоже хотим узнать тебя получше.

— Не самые приятные воспоминания… Но раз уж мы друзья, то почему бы и нет? — Валёк стал очень серьёзным. Он вдумчиво смотрел на пролетающие мимо самолёта облака. Словно хотел оттянуть момент начала истории: — Моя семья… Хотя, какая уж там семья? Наш род Никоноровых уходит глубоко в истории России. Мои предки занимались всем. Начиная с производства пушнины в Сибири. И заканчивая несколькими пороховыми заводами. Девизом нашего рода всегда было: «Добейся успеха или умри».

— Как тоталитарно…

— Угу. В общем, в середине девятнадцатого века мой прапрадед отправился на учёбу во Францию. В армию его не взяли из-за проблем с лёгкими. Мой предок очень расстроился и решил связать свою жизнь с политикой. Молодой. Горячий. С амбициями. Увы, во Франции на политическом поприще он успеха не снискал. Так уж вышло, что и там для работы среди «сильных мира сего» необходим был военный билет. Хотя бы русского образца.

— О как!

— И не говори. В итоге, мой прапрадед впал в депрессию. Гулял. Пил. Исследовал местных женщин. В общем — вёл довольно праздный образ жизни. Но его отец вспылил и написал гневное письмо, мол — сын, какого чёрта происходит? Никакого тебе больше довольствия!

— Недолго музыка играла.

— Ну, как недолго? Он пьянствовал шесть лет.

— Охренеть!

— Угу. Естественно, без отцовских денег мой прапрадед долго не смог. С грошами в кармане он вернулся в Питер и купил себе небольшую кофейню.

— Стоп. Что⁈ — Колян диким взглядом посмотрел на Валька.

— Что не так?

— С грошами в кармане и купил себе небольшую кофейню в Питере⁈ Это как понимать⁈

— Всё относительно, Николай. Гроши для всех разные. — усмехнулся я.

— Да, капец! Прости… Я иногда слишком эмоционален.

— Ничего страшного. Так вот, купив кофейню — мой прапрадед раскрыл свой талант к готовке. Пришёл в подмастерья к одному из легендарных русских шефов. Начал учиться. И спустя десять лет открыл свой первый ресторан.

— Шикарно.

— Так наш род впервые связался с ресторанным бизнесом. Время шло. На свет появился мой прадед. Конечно же, он решил продолжить дело своего отца. Мало того, что получил по наследству первый ресторан Никоноровых, так ещё и открыл два своих. Один в Москве. А второй — в Нижнем Новгороде. А затем уже появился мой дед, который оказался таким упоротым ресторатором, что замахнулся на звезду Мишлен. А в итоге — получил целых три. Правда… Ресторан тот был открыт в Париже. Но это уже мелочи. Дед у меня был очень строгим. После того, как мой отец принял нашу ресторанную империю, дед открыл свою кулинарную школу. Но к великому сожалению — не выдержал конкуренции. До самой смерти он обучал талантливых поваров у себя в имении.

— Это здорово!

— А вот и нет… — горько вздохнул Валёк: — Как я уже говорил — Дед у меня был очень строгим во всех отношениях. А если дело касалось кухни — то всё. Дисциплина ещё хуже, чем в армии! Шаг влево, шаг вправо — расстрел. Мой отец воспитывался именно в таких условиях. И, естественно, по шапке прилетело заодно и мне… Ранние подъемы с шести лет. Жёсткая муштра. И ни одного… Ни одного доброго слова!

— А как же мама? — ужаснулся Колян.

— Мама у меня биолог. Пока отец терроризировал меня — она шаталась по всей Империи в поисках новых видов животных. Ей совершенно не было до меня никакого дела. А вот отец… О-о-о, да! Отец вымещал на мне всю накопившуюся злобу. Орал! Заставлял переделывать одно и тоже блюдо несколько десятков раз за день. У меня не было выходных. Не было друзей. Не было даже шанса подружиться, хоть с кем-нибудь. Готовка. Готовка. Готовка. Муштра. Муштра. Муштра. Я неба не видел… Работал до такой степени, что валился в обморок прямо на кухне. А он стоял надо мной и приговаривал, что я ничтожество. Что я яйца выеденного не стою. Слабак. Сопля. И, вообще, не достоин жизни. И так было ровно до того момента, пока меня не отдали в Харитоновку. Марика плакала, когда я словно заведенный игрушечный солдатик принялся прибирать всю кухню, когда случайно уронил поварёшку на первом уроке в гимназии.

— Боже… — ужаснулся Колян: — Но зачем твой отец всё это делал?

— Знаешь, у меня был тот же самый вопрос. Я превратился в инструмент. Понимаешь? Я не ощущал себя человеком. Отголоски того давления вылились в панические атаки. Бессонницу. И вечное переживание на тему того, что я не справлюсь. Подведу. Симонов общался со мной. Психолог общался со мной. Друзья кое-как вытащили меня из всего этого… Но последствия всё равно остались. Вы видели это в день нашего знакомства. И… до сих пор помню, как в сообществе у меня спросили, а как я отношусь к своему отцу? На что я ответил… что ненавижу его всем сердцем. Представляете?

— Увы, мой дорогой друг. — я похлопал Валька по плечу: — Порой случается так, что родная кровь — просто охреневает. Конечно, нельзя отворачиваться от семьи. Но что, если эта самая семья пытается тебя уничтожить? Разорвать на тысячи кусочков? Я это к тому, что сама концепция семьи существует потому, что так проще выживать. Семья — это помощь! Взаимная помощь. Понимаешь? И когда сама концепция семьи противоречит своей сути — какая же это тогда семья?

— Согласен. Но мне всё равно было стрёмно говорить подобное. Несмотря ни на что… отец вырастил меня.

— И тем не менее! Я повторю свой вопрос. — недовольно отозвался Колян: — Зачем твой отец всё это делал?

— В начале августа один из министров устраивал званый ужин. Мы с отцом были приглашены в качестве шефов. Мы молча готовили весь день. Даже словом не обмолвились. А в итоге… Я не выдержал. Когда мы стояли с ним на улице, на меня накатило… Я спросил у него, почему? Почему он украл моё детство и вёл себя, как чёртов тиран?

— И что же он ответил?

— Сказал, что если бы не он… то из меня не получилось бы шефа. Я ему сказал, что из-за него не могу нормально общаться с людьми. У меня дикие панические атаки. И я ощущаю себя неполноценным. На что отец ответил, мол в этом и была суть моей метаморфозы. Он отсёк всё лишнее от меня. Сделал совершенного повара. Понимаешь? И… Я просто не знал, что сказать. Представляете? Я стоял, как воды в рот набрал. По моей щеке текла слеза. Мне было так хреново… Эта правда разрывала меня! А он в итоге сказал: «Расслабь уже свои яйца. Будь мужиком! А я пойду поссу.». Пойду, сука, поссу. Классные напутственные слова отца, да?

— Тут на лицо одержимость. — вздохнул Колян: — Не хочу врать, что понимаю, насколько тебе хреново, друг. Но я тут же вспомнил историю родителей, которые хотели сделать из девочки олимпийскую чемпионку по фигурному катанию. Взращивали её с самого детства, как истинного победителя. Лишили её всего! И в семнадцать лет, когда пришло время ехать на Олимпиаду, бедолага получила серьёзную травму во время тренировки. И всё. До свидания! Путь в большой спорт закрыт. Жизнь сломана. И у тебя нет ни-че-го. Не прошлого. Не настоящего. Не будущего. Конечно же, она попыталась залезть в петлю. Но благо, что вовремя вытащили. Она долго лечилась в психиатрической лечебнице. Проходила курсы адаптации. И в итоге — стала заслуженным тренером олимпийской сборной. Конечно, её жизнь наладилась. Но… детство-то никто уже не вернёт.

— Такова цена за золотой кружочек у тебя на груди. — пожав плечами, ответил я: — Знаешь, Валь… твоего отца тоже можно понять. Но будь у меня ребёнок — я бы дал ему право выбора. И… ни за что не стал бы навязывать свои личные хотелки и несбывшиеся амбиции.

— Родителей не выбирают. — с грустью ответил Валёк: — Но с другой стороны — я благодарен отцу за то, что научил меня строить мощную броню от людей. И того, что они говорят.

— Ты это пережил?

— К сожалению, не до конца. Но думаю… что со временем всё наладится.

— Согласен. Сейчас-то ты на каникулы ездишь к отцу?

— Нет. Слава богу — мама вернулась из своих путешествий. Живу у неё на квартире в центре Москвы. А с отцом мы пересекаемся редко. У нас с ним обоюдное нежелание встречаться.

— Слушай, а ты в итоге готовить-то любишь?

— Конечно! Невзирая на гнёт отца… Моя страсть к готовке никуда не делась. Я это любил. Люблю. И буду любить!

— Это славно.

Интересно, вопрос отцов и детей, когда-нибудь исчерпает свою актуальность? Куда не копни — всюду травмы и ошибки воспитания. Или же пагубное влияние амбиций.

Если подумать, то ксеноферы — не так уж и далеко ушли от людей. Чем выше место в иерархии, тем больше геморроя.

И, конечно же, обязанности. Долг. И предначертанное судьбой.

Но с другой стороны — появляется вполне логичный вопрос. А стал бы я собой, родись в другой семье?

В итоге, вся наша жизнь — это череда ошибок и падений, которые делают нас такими, какие мы есть. И родись мы при других обстоятельствах, то никогда бы об этом не узнали. Парадокс, который ломал мне мозг вот уже долгих сто двадцать лет…

Из жаркого Сочи мы вернулись обратно в столицу, которая встречала нас легким дождиком и ощутимым понижением температуры. Москва накинула на себя серое пальто октября.

— Наконец-то! — на крыльце нас встречал радостный Петрович: — Я уж думал, что не вернётесь…

— Неужто не верил в нас? — возмутился я.

— Верил, конечно! Но зная, как работает система обучения в Харитоновке… В общем, ай да на кухню! Приготовил для вас немного вкусняшек. — дед жестом пригласил нас в общагу.

Петрович был в своём репертуаре. «Немного» — это в его понимании, чтобы стол ломился! Но главным блюдом являлась фирменная картошка с мясом.

Маринованная и вытомленная лопатка. Дольки картофеля, обжаренные до золотистой корочки. И сливочно-грибной соус. Самая обычная, но при этом невероятно вкусная пища! Без всех этих «финтов ушами» от великих выпускников.

— Ребята!!! — к нам выбежала Лера и тут же запрыгнула на меня: — ВЫ ВЕРНУЛИСЬ!!!

— Тише-тише… Сломаешь… — прокряхтел я.

— Я не видела вас больше трёх дней! Мне надо зарядиться… — Глава студсовета жадно вдохнула запах моей шеи: — Ох… Всё! Теперь я удовлетворена. Рассказывайте! Рассказывайте немедленно, что у вас там случилось? И что важнее… Коля! Я поражена до глубины души.

— Что такое? — удивился он.

— Я всё понимаю. — Лера спрыгнула обратно на пол: — Виола очень сильный кулинар. Но один балл… Один балл!!! Уму непостижимо! Ещё бы чуть-чуть, и у тебя бы была медаль.

— Увы. Я допустил несколько серьёзных ошибок на последнем задании. Можно сказать — едва его не завалил. Было тяжело.

— Понимаю. Но ничего! Я уверена, что на следующих экзаменах ты обязательно заработаешь одну из медалей. Главное — не опускай руки и будь уверен в себе!

— Обязательно!

— Ну, а вы… Господин Золотой Кулинар? — Лера хитро улыбнулась мне: — Каким образом у вас получилось сместить Амелию? И… не хотела ли она тебя убить за это?

— Вообще-то, мы сдружились.

— СДРУЖИЛИСЬ⁈ — Глава студсовета аж побледнела от ужаса: — Но… как⁈ Я о том, что… экстры же очень плохо идут на контакт.

— С Дереком сложно не подружиться. — улыбнулся Серёжа: — Он у нас душа компании.

— Но не настолько же? Так! Ладно. Я поняла, что нужно срочно вас всех выслушать! Я очень горда, что представитель нашей общаги получил золотую медаль на первых отборочных. Это увеличит престиж «Полярной совы»! Ну и в целом — я рада, что все наши прошли в первую десятку, вытеснив остальных. Обидно, конечно, что Коля не дотянул один балл. Но это всё фигня! Я уверена, что мы ещё покажем лучший результат.

— Обязательно. — только я сел за стол, как почувствовал вибрацию коннектора в кармане: — Ох… Кого там принесло? А! Секунду…

Пришлось выйти в коридор, ибо не хотелось, чтобы меня потом расспрашивали о разговорах с контактом «Эскортницы Рязани».

— Слушаю!

— Дерек! Ты прилетел? — строго спросила Летти.

— Да. Уже в общаге. А что такое?

— Вечером надо встретиться.

— Что? Есть новая инфа по Генералам?

— Нет. Есть для тебя работенка на выходные. Платят нехило. Да ещё и связанная с твоей любимой кулинарией. В общем, тебе понравится.

— Но на выходных я подрабатываю у Рубена.

— Ох! Дерек… не муди! Дядя Рубен не обидится, если узнает, что его подопечного зовут работать на телевиденье.

— ЧЕГО⁈ — я не мог поверить своим ушам: — Так! Стоп… Это опять, какой-то подкол?

— Подкол? Ты с ума сошёл? Я тебя хоть раз обманывала?

— Ну… Было пару раз.

— Я про этот мир, дурень!

— Ладно. Но ты учти — сниматься в дешевом сериальчике про кулинаров я не хочу.

— Это лучше, чем сериал. В общем, подъезжай к шести часам вечера в «Москоу-Сити». Там и обговорим.

— Принял. К шести буду.

Съёмки? Да ещё и в кулинарном проекте? Хм-м… Это будет интересный опыт.

Вернувшись обратно на кухню, я сразу подошёл к Петровичу:

— Слушай… Тут такое дело. Я одной девушке проспорил семь ужинов.

— О как… Прям таки ужинов? — дед хитро прищурил глаза.

— Прям таки ужинов. Не подумай ничего…

— А что я должен подумать?

— Петрович! Ну я же серьёзно!

— Ладно-ладно… Так чего там?

— Общем, мне к шести надо смотаться в город по работе. Ко мне придёт барышня. Ты её знаешь… Не удивляйся. Просто пропусти её в мою комнату. Ладно?

— Понял. — Петрович тут же заиграл бровками: — Кажется, кто-то решил остепениться?

— Ни в коем случае. Это просто карточный долг!

— Ну, раз карточный — то святое дело. Ключ я ей выдам.

— Спасибо, Петрович! Золотой ты человек!

— Ну, так это же естественно. Моя задача — сделать жизнь студентов лучше.

— С меня «магарыч»!

— Ой, да что ты?

— Неужели не надо?

— Ну ты сильно-то не борзей. — хмыкнул Петрович: — Магарыч — штука полезная. Тем более, ты сам предложил. А кто я такой, чтобы отказываться?

— Ладно. Всё будет!

— Да не спеши. Главное — поешь! Старался тут всё утро, как прокаженный… Вас же поди в ресторане в Сочи даже завтраком не накормили. Только бутербродом с соком и яблоком в самолёте.

— Между прочим — очень недурственным бутербродом! — подметил Колян.

— В общем, Дерек! Дуй за стол. Пока картошка с мясом горячие.

— Слушаюсь. — я быстро вернулся на своё место.

О-о-о-о, да! Я никогда не устану от настоящей домашней кухни.

* * *

— Какие люди, и даже без охраны! — усмехнулся я, заприметив Летти в уже привычном чёрном комбинезоне: — Сколько лет? Сколько зим?

— Ещё столько же бы и не видела. — фыркнула Повелительница Тьмы: — В общем, ты понравился студийным боссам.

— Я⁈ Вот так заявление! А с чего ты взяла?

— Они сказали мне это напрямую.

— Погоди… Но как они про меня узнали? Неужто смотрят трансляции дуэлей?

— Это неважно, как они про тебя узнали. — нахмурилась Летти, и что-то мне подсказывало, что за этим «неважно» спрятана просто жесть, какая интересная история!

— Ладно. Допустим. И что они от меня хотят?

— Когда-то давно была такая кулинарная передача… Называлась она «Повелитель Адской кухни».

— Эх… А я думал «Смак». Ну, ладно. И что там с этой передачей?

— Студийные боссы очень хотят вернуть её в эфир. Но есть проблема. Современной аудитории нужен современный ведущий. И чем моложе, тем лучше! Они посмотрели на тебя и очень хотят провести пилотный выпуск. Отснимут и покажут фокус-группе. Ну, или в сеть выложат. Я пока не знаю всех тонкостей. И тебя сейчас рассматривают в качестве потенциального ведущего.

— Воу-воу-воу! Какой из меня ведущий? Ты чего? Летти — готовить, это одно дело. А выступать и готовить одновременно — совсем другое. Человек должен быть артистичен. И обладать навыками ведущего. Ну, или хотя бы типичного конферансье. Это же придётся перед людьми выступать!

— А ты, как будто не умеешь? — ехидно спросила Повелительница Тьмы.

— Не умею.

— Хех… А кто выступал перед Армией Абсолютной Тьмы? Кто всегда мотивировал воинов идти в бой? И самое главное… Кто соблазнял МОИХ ЛИЧНЫХ ВОИТЕЛЬНИЦ⁇!!?!

— Вот последнее ещё надо доказать…

— Дерек, ты дурак совсем? Тумбулыжник сдал тебя со всеми потрохами!

— Чёртов камень… Ладно. Было. Но соблазнять твоих тупых боевых птичек, которые ведутся на сериалы, бухлишко и вкусную еду и выступать по зомби-ящику — две разные вещи. Ты не находишь?

— Не нахожу. Короче, всё! В субботу в час дня приедешь в Останкино. Ох… Нет. Я тебя сама привезу. Заеду за тобой и привезу, чтобы ты не срулил!

— Для тебя это настолько важно?

— Очень важно! — Летти смущённо покраснела: — В общем, тебе же нужны деньги? Или тебе в кайф ездить на чужом мопеде?

— Нужны, конечно! Но я — не ведущий.

— Да плевать мне на то, кто ты! В субботу будешь сниматься. И веди себя прилично. Понял? Там вся студия — это мои хорошие друзья.

— Значит, можно рассказать им парочку интимных подробностей про тебя?

— Я тебе расскажу! Я тебе так расскажу, что ты своей рассказывалкой больше не будешь тыкать, в кого попало!

— А не в кого попало?

— Заткнись! Бесишь-бесишь-бесишь… — раздраженно выдохнула Повелительница Тьмы.

— У меня только один вопрос.

— Какой?

— Ты всё это не могла сообщить по коннектору? Ну или написать в социальной сети?

— Не могла.

— А мне кажется, что могла. Соскучилась? Да я тоже… — я встал с мотоцикла, и поставив его на подножку, направился к Летти: — Ты же мой первый лучший друг! И я так рад, что мы забыли старые обиды…

С этими словами, я крепко стиснул Повелительницу Тьмы. Та настолько офанарела от такого перфоманса, что даже ничего не сказала. Лишь спустя десять секунд до неё дошло, что случилось.

— Убери. От меня. Свои пакли.

— Нет. Ты такая тёплая! И от тебя вкусно пахнет!

— Убери. От меня. Свои пакли. ЖИВО!!!

— Не будь букой! Неужели тебе не нравится, когда лучший друг обнимает тебя?

— Уничтожу… Низведу до атомов сразу, как только мы победим Генералов Абсолютной Тьмы!!!

— Мечтать не вредно. — я чмокнул Летти в лоб: — До субботы, кисуня!

— Я тебе жопу откушу!!! Только попробуй меня ещё хоть раз обнять…

— Ты такая красная… Сильно сомневаюсь, что это от ярости. — злорадно усмехнулся я.

— Ушлепан!!! — чуть ли не плача от смущения, воскликнула Повелительница Тьмы, и натянув шлем, быстро уехала в сторону Патриков.

Эх! Хороша чертовка!

Мне никогда не надоест её дразнить.

* * *

— Я не представляю… — тяжко выдохнула Амелия, нарезая круги по своей комнате в общежитии: — Просто не представляю, как мне быть?

— Госпожа… — Мила с переживанием смотрела на лучшую подругу: — Что случилось?

— Помнишь же про инцидент в купели? — Госпожа Симонова резко остановилась и медведицей взглянула на помощницу.

— Такое забудешь… Вы меня тогда так напугали! Я искренне поверила в то, что ваша целомудрие в опасности…

— Нет. Дерек не такой. В нём… вне всяких сомнений уже есть семя греха. Но со мной он ведёт себя очень галантно. Я бы даже сказала по-джентльменски.

— И в чём проблема?

— В долге. Я пообещала, что никому не расскажу о наглом поползновении Дерека в сторону Марики… Не простой учительнице, а воистину великой богине кулинарного Олимпа! На что Дерек обещал кормить меня всю неделю ужинами.

— Так… Это я помню. Но не понимаю, из-за чего вы переживаете?

— Мой отец. Он ясно дал понять вчера, что обо всём догадывается. И, конечно же, Дерек не интересует меня, как романтический объект. Совсем-совсем не интересует! Но долг платежом красен…

— Ну, то что не интересует — я сразу поняла. — обречённо вздохнув, ответила Мила.

— Вот! Потому что, ты моя подруга! Ты знаешь, что я ни за что не буду вожделеть сильные… Крепкие… Нежные и тёплые руки Господина Цареградцева! Он меня совсем не интересует в этом плане. И я совсем не думаю о Дереке, когда наступает ночь.

— Я вам, конечно, верю.

— Вот! Потому что, ты моя подруга! А вот отец… Отец может понять всё неправильно. Он может подумать, что я сплоховала! И что у меня, как и у матери — включилась симпатия и… не дай бог — влюблённость с вожделением! Но как я уже говорила — мне совсем не интересен Цареградцев, как мужчина. Красивый. Здоровый. Горячий мужчина.

— Да-да…

— Он просто прекрасный повар. Я восхищаюсь его готовкой, как специалист. Как дегустатор. Не более того!

— Конечно-конечно…

— Но отец… Отец может подозревать. Может думать, что я втрескалась. Втюрилась. Влюбилась, как дурочка. Но я же не дурочка, чтобы влюбляться? Правильно?

— Естественно…

— Вот! Потому что, ты моя подруга! Ты меня понимаешь. И хорошо меня знаешь. Но долг платежом красен.

— Так идите к нему. Господин Симонов уже уехал из Харитоновки.

— Камеры. Преподаватели. Другие студенты… Это странно, что такая, как я — пойдёт в «Полярную сову».

— С инспекцией.

— Мила… — всё вокруг Амелии тут же стало ярко-насыщенным в плане цвета: — Ты гений!!! Я же просто могу заявиться к Дереку с инспекцией его станции для готовки в комнате. И всё! Он будет готовить только для меня. Идеально!

— Мне вас проводить?

— Ни в коем случае.

Амелия совершенно случайно накрасила ресницы. Совершенно случайно надела самый красивый деловой костюм. И, конечно же, совершенно случайно вылила на себя почти десять миллилитров дорогущих духов.

Простояв перед зеркалом около пятнадцати минут, Госпожа Симонова отправилась на «инспекцию». Сама мысль о том, что Дерек будет готовить только для неё — сводила с ума! Вызывала дрожь в коленях и мурашки по всему телу.

А ещё… Они же останутся в комнате вдвоём. Без лишних глаз. Без лишних ушей.

Интересно, можно будет с целью ревизии потрогать Дерека? Его руки… Лицо. Волосы.

Просто, с целью проверки, что там всё хорошо?

Амелия смутилась от собственных мыслей, и легкой походкой забежала в «Полярную сову».

— О! Госпожа Симонова! Несказанно счастлив вас видеть! — радостно произнес местный комендант Петрович: — Чем обязаны визиту?

— Я к Господину Цареградцеву. Для проверки кулинарной станции. Он должен был вас уведомить.

— И вы тоже⁈ — удивился добрый дедок.

— Эм-м… Что значит «тоже»?

— Ну… Дерек говорил, что к нему придут. И велел выделить ключи. Просто… Он не сказал мне имя. И… В общем-то… Вас немного опередили.

Амелия тут же яростно прикусила нижнюю губу, но не подала виду.

— Простите, у вас есть ещё один ключ?

— Есть, конечно… Вот. Держите! Просто, она могла закрыться на щеколду.

— Я разберусь. Спасибо! — взяв ключи, Амелия пулей влетела на второй этаж, а затем резко распахнула дверь в комнату Дерека.

То, что она увидела — ввергло её в шок.

На кровати в очень эротичной позе лежала Изольда Звонарёва, наряженная в чёрное короткое платье. А в это же время через окно перелезла Мирослава Теньшина, одетая в спортивный костюм.

— Госпожа Звонарёва. Госпожа Теньшина. У меня к вам… серьёзный вопрос. Что вы делаете в комнате Цареградцева?

— У меня к тебе аналогичный вопрос. — холодно произнесла Изольда.

В воздухе повисла напряженная, но очень горячая тишина.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.