Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)

Литературно-художественное издание

Для среднего и старшего школьного возраста

Иллюстрации: XINSHI麻雀

Главный редактор: Ольга Архипова

Руководитель проекта: Татьяна Леонтьева

Литературный редактор: Анастасия Маркелова

Арт-директор: Таня Галябович

Корректор: Зоя Скобелкина

Компьютерная верстка: Анна Тарасова

© Мая Сара, текст, 2026

© ООО «Альпина», оформление, 2026

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Когда мы думаем о способностях человека, мы чаще всего думаем о себе.

Что же такого особенного я могу делать?

Оказывается, самое важное – не то, что мы можем сделать для себя. Куда важнее то, что мы с нашими способностями можем сделать для других.

Не так давно я поняла, что пишу истории не только для себя. Мои слова могут помочь моим читателям.

Если, читая мои книги, вы улыбнулись, задумались о чем-то важном, почувствовали что-то настоящее, человеческое… Если эта история помогла вам найти свой голос, обрести уверенность в себе или вам захотелось прожить еще один день и дать себе еще один шанс…

…Для меня это уже победа.

Я не выросла супергероем или волшебницей, как мечтала в детстве.

Но, оказалось, моя способность в другом.

Пусть «Терра и турнир Тринадцати» будет именно об этом. О том, как вы находите радость и силу в истории Терры, а я использую свой голос, чтобы быть рядом с вами.

Приятного полета по миру Созвездий!

В начале своего пути Терра сбежала из родной деревни и во время путешествия познакомилась с Греем, Тео, Феликсом и Ривом – теми, кто впоследствии стал ее новой семьей.

Лучшие друзья, с которыми Терра выросла, предали ее: по приказу лидера группы Cильнейших они пытались выследить Терру и избавиться от нее.

В самые отчаянные моменты на помощь ребятам приходила Астрис. Именно она благодаря своему дару перенесла их в последнюю точку всего путешествия – в пустыню Альтаир.

Главным врагом героев в первой книге была Далила. Она способна управлять монстрами любого уровня – от мелких и неопасных до самых смертоносных. Цель Далилы – уничтожить круг Зодиака и лишить всех людей их способностей. Далила – мать Феликса.

В финале героям удалось добраться до пустыни Альтаир. Терра и Грей встретились с Созвездием Льва, и Лев передал им миссию: собрать группу Сильнейших и через два лета, весной, повести их за собой на решающую битву с Далилой и другими врагами.

После событий первой книги прошло полтора года.

У нашего неба нет конца, как нет и начала. Небо бесконечно и едино. И когда-то существовало только оно.

У каждой истории есть своя завязка, и у каждого создания свой создатель. Было время, когда великие Созвездия знали своего родителя. Того, кто даровал им могущество. Кто создал законы нашего мира.

Звали ее Аврора.

Аврора щедро делилась всем, что у нее было. Прощала зависть и не запоминала обиды. Ее поступь была тише ветра и легче лепестка, а источник ее мудрости – бесконечен, как само небо.

По ночам Аврора танцевала со звездами. И мечтала лишь об одном: чтобы эти звезды светили и днем, даруя людям не только защиту, но и понимание ценности жизни.

Аврора родилась с особой силой в сердце. И эта сила даровала кругу Зодиака жизнь, а людям – их способности.

Когда-то в нашем мире не существовало тринадцати великих Созвездий. А теперь, когда у мира есть все, никто уже не помнит об Авроре. О девушке, отдавшей свою жизнь ради того, чтобы преподнести людям этот дар.

Возможность исцелять друг друга от болезней и продлевать жизнь. Возможность любить и быть вечно счастливыми. И главное: равными друг другу.

Это была мечта Авроры. За это она отдала небу всю себя.

Однако…

Ее жертва обернулась несчастьем.

А его любовь – местью.

О создательнице великих Созвездий не слагают легенды и не рассказывают в сказках перед сном. Только изредка Аврора Бореалис появляется в небе, светит ярко, пытаясь напомнить о себе и остановить то, чему предназначено случиться.

Близится конец мира Созвездий.

За стеной раздавались шаги. Этот настойчивый стук по деревянному полу становился громче с каждой секундой, однако три факта оставались неизменными.

Факт первый: мой запас времени исчерпан.

Факт второй: мое решение должно остаться в силе. Всю прошлую ночь я просил совета у звезд, но они хранили молчание.

Факт третий: через несколько часов я возненавижу себя.

Наконец бамбуковые двери раздвинулись, и в следующее мгновение я уже был не один в комнате.

– Ты знаешь, что я тут, не так ли?

Дыхание девушки за моей спиной было глубоким и почти бесшумным. Таким контролем над собственным телом обладали лишь немногие воины, которых у нас в народе называли теневыми. С самого детства их учили не только сливаться с тенью, но и быть быстрее ветра и сильнее самой свирепой бури.

– Мой слух – единственное преимущество перед тобой, – ответил я, не оборачиваясь.

Если бы не мое умение улавливать самые тихие звуки, то при первой же встрече с этой девушкой от меня бы ничего не осталось.

– Мне повезло, – сказала она. – Тебе не достались секреты теневого клана.

В этот клан детей принимали чуть ли не с младенчества, а выпускали в мир, как только им исполнялось шестнадцать. Но не ребенка Змееносца. У меня не было и шанса стать теневым воином, а девушка за моей спиной годами оттачивала свое мастерство.

– Ты готов? – спросила она раньше, чем я ожидал. Ее голос был мягким, но в нем звучали стальные нотки.

– Дай мне пару минут.

А еще лучше – все десять. Правда, сегодня и целый час показался бы мне короче минуты.

Сделав короткий вдох, я обратил взгляд на сад, что расположился за раздвинутыми дверями передо мной.

Постепенно он возвращался к жизни. Дорожки из камня покрывались плотным зеленым мхом. Мостик над прудиком мы покрасили в темно-красный цвет на прошлой неделе. Кленовые и персиковые деревья были только-только политы, а мертвые ветки с должным вниманием острижены. Вчера в самых укромных и темных уголках сада появились каменные торо. Кое-кто явно торопился сделать это место настоящим домом.

Ступни в гладких носках прошли по татами, и девушка встала рядом со мной.

– Мы проделали отличную работу. Помнишь, когда мы прибыли, мостик совсем разваливался?

Я кивнул.

– Ты сегодня снова неразговорчивый?

В ответ я протяжно хмыкнул.

– Правильно, придерживайся этого образа. Это тебе очень поможет, когда…

Только не сейчас. Я могу еще пару минут не думать об этом.

– Где ты взяла этих карпов? – поспешно спросил я.

Наши взгляды упали на пруд. Там, под персиковыми лучами закатного солнца, кружили два карпа кои. Один с оранжевыми пятнышками, другой целиком золотистый. Они были полностью разные или дополняли друг друга?

Хотел бы я знать ответ на этот вопрос.

– На рынке за городом.

– На запрещенном рынке. – Я скрестил руки на груди. – А могла бы слетать за ними на восток.

Плечи девушки даже не дернулись, когда она фыркнула. Тело полностью подчинялось ее воле.

– Даже с моим даром далековато будет, я бы пропустила весь отборочный этап, – мгновенно отмахнулась она. – Но одна мысль не дает мне покоя. Как думаешь, ему бы понравилось?

– Бывшему хозяину этого дома?

Она еле заметно кивнула.

– Мы пришли и присвоили его дом. Да, мы оживили сад, вымыли полы и стены, сняли всю паутину, но и мебель тоже поменяли.

Пару матрасов и тумбочек в двух комнатах на разных концах этого дома сложно было назвать мебелью.

– Это место пустовало восемнадцать лет.

– Но оно принадлежало одному из Сильнейших.

– Восемнадцать лет назад, – повторил я, а затем добавил без всякого стыда: – Сами Сильнейшие выделили нам с тобой этот дом. Отказываться от него было бы глупо.

Последние три года у меня не было постоянного дома. Я путешествовал из города в город и из народа в народ. Забыл, каково это – спать в одной постели дольше ночи. А девушка рядом со мной и вовсе не знала, что такое домашний очаг. Так что теперь этот дом наш и останется таковым, пока мы не выполним свою задачу в городе.

А после… Нет смысла думать о том, что будет после, когда будущее нам не обещано. Оно не обещано никому в мире Созвездий.

– Знаю-знаю. – Помолчав пару секунд и собравшись с мыслями, девушка спросила: – Как думаешь, где он сейчас?

– Хозяин дома? Он пришел с востока. Выходец из нашего с тобой народа. Он завоевал доверие Сильнейших искусным владением клинком, затем стал сердцем этого города и его защитником – и был им до тех пор, пока не исчез со своей возлюбленной. Поэтому, где бы он ни был сегодня, я уверен, что он в полном в порядке. И гораздо счастливее нас с тобой.

Девушка согласно хмыкнула, затем сказала:

– Сегодня будет тяжелый день, не так ли?

Я ничего не ответил.

– Знаешь, карпы с запрещенного рынка – это так… удача. На самом деле я ходила на рынок за одним своим заказом.

Тут мои уши дрогнули от любопытства, и вовсе не по моей воле.

– Я разузнала про кузнеца, который скрывается от группы Сильнейших. Не хочет попадать под их влияние. Но мне удалось его найти и уговорить выковать кое-что.

– Даже не буду спрашивать, как ты это сделала.

– Я пообещала, что ты исцелишь его крылатого питомца. Кстати, позже, после отборочного этапа, тебе нужно будет сходить и выполнить обещание.

Я бросил на девушку косой взгляд, молча спрашивая, стоило ли оно того.

Она сдержанно улыбнулась:

– Только в его руках оружие и доспехи становятся продолжением твоего дара.

Неужели…

– Ты нашла кузнеца с даром Овна?

Подобные кузнецы были на вес золота. Дар редчайший: если находили рожденного Овном, то сразу его вербовали, даже если он был еще младенцем. Он на всю жизнь становился слугой какого-нибудь влиятельного человека. Ни у кого из Сильнейших такого кузнеца еще не было. Им порой приходилось отправляться аж на другой континент, чтобы найти того, кто способен выковать нужный доспех.

Неудивительно, что этот кузнец прятался на запрещенном рынке. Я бы на его месте поступил так же.

Через мгновение в мои раскрытые ладони упало оружие. Ножны были сделаны из натуральной магнолии и покрыты лаком. В середине был выгравирован рогатый баран, пылающий в огне. Рукоять обвивали лиловые и зеленые ленты, не скользкие, чтобы захват оставался крепким.

– Пока не вытаскивай, – остановила меня девушка. – Пусть катана удивит тебя на турнире. Тебе понадобится поддержка, когда… ну, ты знаешь когда.

Мои плечи на мгновение поникли. На них давил груз сегодняшнего дня.

– Это выполнимо, Грей. – Положив руку мне на плечо, она повернула меня лицом к себе и кулаком подняла мой подбородок вверх. На год младше меня, она была почти одного со мной роста. – Жертва, к которой ты готовился все эти месяцы.

– Я знаю, Сора.

Она напоминала мне летучую мышь. Ее лиловые глаза – темнее моих, но такие же восточные и настороженные – были способны уловить каждую деталь. Ее клыки были заточены теневым кланом на случай, если под рукой не окажется другого оружия.

– Солнце уже садится, Грей.

– Знаю, пора.

– Я дам тебе минуту, чтобы ты стал тем человеком, которого возненавидишь до конца своей жизни. – Сора сделала шаг назад, отвернулась и посмотрела на меня через плечо. – За каждое слово. Решение. Удар. Ты станешь своим худшим врагом, Грей. Но я помогу тебе остаться этим человеком, чтобы дойти до самого конца.

Я закрыл глаза всего на мгновение, но ощутил, как меняется мое лицо. Ожесточаются черты и холодеет взгляд. И эта маска не покинет меня, несмотря ни на что. Несмотря ни на кого.

– Готов?

Когда я открыл глаза и взглянул на сад, солнце уже светило не так ярко, скрытое за вечерними облаками.

– Вижу, что готов.

– Ты хотела рассказать мне что-то еще, Сора. – Не вопрос и не любопытство. Требование, почти приказ.

Не дожидаясь ответа, я оставил теневого воина позади и направился к выходу, по пути закрепляя поверх темных доспехов черный плащ из тончайшей кожи. Прежде он был мне чужд, теперь же обвивал мою фигуру и утяжелял шаг.

– Рожденная Тельцом прибыла в город, – сказала Сора едва слышно.

Огонь, который проснулся внутри меня, был сравним с огнем Скорпиона. Его не потушить.

– Участвует? – И мой голос был тверже металла.

– Смею предположить, однако у нее нет ни союзников, ни наставников. Она прибыла одна.

Что делало ее легкой целью.

– Хорошая работа, Сора.

– Мы помешаем ей пройти отборочный этап.

Сора следовала за мной по пятам, шаг в шаг, почти сливаясь с тенью. Вне этого дома мы с ней никогда не ходили бок о бок. Она всегда держалась позади, как истинный последователь первого и единственного рожденного Змееносцем.

– Пришло время закончить борьбу, и если для этого нам придется уничтожить каждого, кто встанет на моем пути, то так тому и быть.

– Твое слово – мой закон. Напомни мне и себе, для чего мы это делаем.

Я вышел из дома и поднял подбородок, подставляя лицо прохладному ветерку.

– Потому что я – рожденный Змееносцем. Я прибыл в центр нашего мира, чтобы победить на турнире и занять свое законное место в кругу Сильнейших.

– И? – Тень Соры слилась с моей.

– И… чтобы уничтожить своего единственного врага.

По всему миру ходят легенды об Острове Небес. О куске суши, что парит над облаками ближе к звездам и великим Созвездиям. В сказаниях говорится, что взобраться на этот остров невозможно. А в песнях поется, что племена, обитающие на острове, отличаются от живущих внизу, на земле.

Если бы меня спросили, что самое волшебное в народе Небес, то я бы сказала про их кожу, покрытую блеском звезд. Днем их тела становятся почти прозрачными, а ночью светятся ярко, как Созвездия.

И все это, конечно, чудесно, но в данную секунду я была готова столкнуть с Острова Небес одного блестящего парня.

– Слушай, Терра, я тут подумал, – послышался за моей спиной низкий голос. – Почему бы нам не дать тебе новое прозвище?

Сделай вдох, Терра. Ну же! Либо ты сейчас же сделаешь этот жалкий вдох, либо задохнешься по собственной глупости.

– Я, конечно, понимаю, что тебя называли бездарной всю твою жизнь, но сейчас это уже не соответствует действительности, тебе не кажется?

Уперев руки в колени, я наконец смогла сделать хриплый вдох и со свистом выдохнуть.

– Как тебе… хм, дай-ка подумать. Может, Слабачка?

Скрипнув зубами, я выпрямилась и повернулась к сопернику, но тот уже сместился.

– Да, ты права, Слабачкой тебя называть тоже несправедливо. И не правдоподобно вовсе, но с дыхалкой у тебя, очевидно, проблемы.

– Н-неправда, – выдохнула я, поворачиваясь из стороны в сторону и стараясь определить его местоположение.

– Вот скажи мне, сколько мы занимаемся? Всего три часа. – Парень усмехнулся, внезапно оказавшись достаточно близко, чтобы толкнуть меня в плечо.

– Три часа без перерыва! – Я попыталась толкнуть его в ответ, но он будто растворился в воздухе.

– Придумал! – Парень щелкнул пальцами. Он переместился на приличное расстояние от меня, и бежать к нему смысла не было, все равно окажется на шаг впереди. – Бесхарактерная. – Он цокнул языком. – Нет, не то… Бесхребетная?

Я едва не топнула ногой, но, к счастью, сдержалась.

– Выдох, Терра, – подсказал он со смешком. – Ты опять забываешь дышать.

Перед глазами расползалась тьма. В горле застрял ком воздуха, так и не добравшийся до легких. Тихие шаги удалялись, и, прислушиваясь к ним, я крутанулась на пятках.

Шорох травы. Скрип веток. Мои уши улавливали многое, но не перемещение босых ног.

– Сконцентрируйся, – напомнил голос сбоку.

Я зажмурилась крепче, сжимая кулаки, и усмехнулась, когда противник выдал себя треснувшей веткой. Резко развернувшись, я выбросила вперед кулак, но задела лишь взметнувшиеся листья.

– Может, тебе все-таки снять повязку с глаз? – раздался смех среди деревьев. – Ну давай, рожденная Тельцом, не зря же я тебя тренировал.

Я открыла рот, но тут же захлопнула его, прикусив язык.

Послышались одобрительные хлопки в ладоши. Игривый ветер хохотал в моих волосах.

– Вот и правильно, не ведись на мои провокации и следи за дыханием.

Через мгновение звуки оборвались.

– Я придумал, – прошептал он у самого моего лица. – Единственную рожденную Тельцом весь мир будет знать как Теленка.

– Ну уж нет! – зарычала я, поддавшись животному порыву.

Я сделала выпад, пытаясь нанести удар раскрытой ладонью, а за ним тут же последовал другой. Затем еще и еще. Я двигалась вперед, но противник отступал, и мои ладони не достигали цели.

– Отлично, напирай, не давай мне передохнуть.

За его советом последовал толчок в плечо, и я потеряла равновесие. Удержавшись от падения, сделала шаг назад, выдыхая.

Проворный засранец.

Когда мы сталкивались в бою, то двигались быстрее падающей звезды. Поначалу он поддавался, но после подлавливал меня на самых обычных ошибках и одолевал за считаные секунды.

– Ты кое-что забываешь, Терра.

Что?

Хруст листьев. И ветер задул по-другому.

Атака.

Я только и успела, что отпрыгнуть назад и выбросить кулак, надеясь опередить его. Но почти сразу мою руку оттолкнули, а затем перехватили, заставив меня наклониться вперед и потерять равновесие.

– Что ты будешь делать в такой ситуации, Терра?

Я не видела его лица, но предполагала, что он усмехается. Я хорошо знала прием, благодаря которому он сейчас держал мое тело под контролем. Ведь всего в сантиметре от моего горла находился его локоть.

Что я буду делать?

Выход был всего один. И он был слишком очевиден, чтобы им не воспользоваться.

В центре лба расцвело тепло.

Телец напомнил о себе жаркой волной силы.

И противник неодобрительно цокнул языком, но земля под ногами уже завибрировала, заставляя его потерять равновесие.

Я вывернула кисть, перехватила его руку и дернула на себя. По весу поняла, что мне удалось повалить противника вперед, и теперь его шея должна быть открыта для ответного удара.

Я замахнулась и ударила дважды, но каждый удар был заблокирован его ладонью. На третий раз он схватил меня за локоть, выворачивая руку и высвобождаясь из моей хватки. Я мгновенно подалась вперед и толкнула его плечом, чтобы создать дистанцию.

– Как видишь, я буду в полном… – Я сделала вдох, но выдохнуть не успела.

Что-то в воздухе щелкнуло, и мои вытянутые ладони обожгло ледяным пламенем. Куда бы я ни повернулась, оно было со всех сторон.

– А теперь, Терра? – Его голос звучал совсем рядом, будто перемещался вместе с волнами огня.

Противник сократил дистанцию, пнул меня в колено, и я упала.

– Что будешь делать теперь, рожденная Тельцом? Или мне все-таки называть тебя Теленком?

Я попробовала встать, но ледяное пламя не позволило.

Вдох.

Выдох.

Мыслей нет.

Чувства спутаны.

Вдох.

Выдох.

– Я… я не знаю.

Пламя растворилось, и влажный теплый воздух вновь коснулся моего лица.

– Сними повязку с глаз, Терра. И встань, если сможешь.

Ленточка скользнула по шее вниз, и я заморгала. На Острове Небес уже наступила ночь, и природа вновь ожила.

Я стояла на подушке дикой травы в гуще нетронутого леса. Высокие деревья не пропускали лунный свет, однако было не темно. Вовсе нет. С приходом ночи по деревьям заструилась жизнь. Темно-синяя у корней, чудесно-фиолетовая в середине крепких стволов и мягко-лиловая у самой листвы. Панцири насекомых, что бегали по диким сорнякам и кустам, отражали краски леса. Трава ласкала босые ноги синеватым блеском.

Если днем природа здесь ничем не отличалась от природы на земле, то ночью остров светился. Будто сама почва вобрала в себя свечение звезд, как и растения, животные, птицы и насекомые. И даже люди, живущие здесь.

– Что ты чувствуешь, Терра?

С этим вопросом ко мне вернулась слабость, и я невольно упала на поблескивающую траву. Я постаралась скрыть боль в коленях, притворившись, что заинтересовалась светлячком, что брюшком улегся на мой палец.

– Я очень голодна.

– Я не об этом тебя спросил.

– Как думаешь, племя уже проснулось? – Вторая попытка сменить тему должна увенчаться успехом, верно?

– Что ты чувствуешь, Терра?

Я скрипнула зубами, однако должна признать, что парень, в чьи глаза я смотреть отказывалась, не уступал мне в упертости.

– Дышать было трудно большую часть боя, но после того, как я использовала дар Тельца, не знаю… стало действительно нелегко.

Но что тут нового?

– Неестественная тяжесть? – допытывался парень.

– Даже если бы по мне пробежался медведь, было бы не так тяжело.

Короткое молчание.

– Что еще ты чувствуешь?

– Больше ничего.

– Что насчет боли?

Вот и оно. Главный вопрос, ненавидеть который я научилась почти сразу.

Я снова с шумом выдохнула. Светлячок и три его друга, что успели задремать на моей ладони, взмахнули крылышками, посветили розоватыми брюшками и, мягко подмигнув на прощание, улетели глубже в лес.

– В этот раз нет боли, но не обещаю, что в ближайшие минуты смогу подняться с колен по своей воле.

Парень усмехнулся. Похожий звук издал бы волк, наблюдающий за волчатами во время их первой охоты.

– Потому что ты использовала свой дар.

– Всего лишь пару секунд, но со мной ничего страшного не произошло, не так ли?

Он сделал несколько шагов в мою сторону, видимо, желая, чтобы я подняла на него взгляд. Но обманщица из меня никудышная, поэтому я предпочла смотреть себе под ноги, продолжая поглаживать шелковистую траву.

– И что ты будешь делать, если однажды встретишься с тем, кто вынудит тебя использовать дар дольше? Как сильно ты пострадаешь, Терра?

В ответ на эти слова я фыркнула:

– Мы оба знаем, как сильно я пострадаю.

Я могу не только проиграть тому, кто сильнее. Я могу лишиться будущего.

Что случится, если мои силы иссякнут, а враг продолжит наступление?

Или… что случится, когда мое тело достигнет предела?

Я потупила взгляд и вдруг заметила под густой травой свежую трещину, которая появилась в земле во время нашего боя. Именно тут находилась моя стопа, когда мне пришлось использовать дар, чтобы дать противнику отпор.

Мои щеки потеплели, и, не думая дважды, я положила ладонь на место разлома. Если закрыть глаза, то можно было представить нити, связывающие мое сердце с землей подо мной. Эта связь была совсем новая. Хрупкая и восприимчивая. И почти каждый день я неосознанно совершала подобные ошибки: вредила земле. Такие трещины хуже любого унижения.

Парень, прервав свой допрос, наблюдал за тем, как земля срастается обратно.

– Я снова облажалась, – прошептала я, когда закончила, и спрятала руки под коленями.

– Стыдно? – последовал вопрос. – Лицо-то красное, и не от тренировки вовсе. Минуту назад ты была бледная, как луна.

Мой правый глаз дернулся от раздражения, но я лишь широко улыбнулась, зная, что скажу в ответ.

– Солэй, – произнесла я имя, ставшее мне родным за последние полтора года. – Вам лишь бы следить за мной и за каждым моим шагом. Разве у вождя других дел нет, кроме как следить за чужачкой?

– Сколько раз я просил тебя, Терра, брось ты это «вы», – хмыкнул парень, и трава под его босыми ногами глухо зашуршала. – Я не настолько старше тебя.

– Вам почти тридцать, Солэй.

– Мне двадцать три, Терра.

Я тихо рассмеялась, расправляя затекшие плечи, и опустила голову, чтобы потянуть шею. Именно в этот момент парень встал прямо передо мной. И его босые ноги, с золотыми нитями и жемчужинами на щиколотках, закрыли обзор на бегающих между травинками перламутровых жучков.

– Что-то мне подсказывает, что твои «вы» и «вам» – это лишь очередной способ продемонстрировать упертый характер.

– Ваши слова, не мои… – я подняла глаза на парня передо мной, – единый вождь народа Небес.

Вождь отличался от меня так же, как и место его рождения – от моего.

Кожа Солэя сияла. Россыпь синеватых и серебристых веснушек покрывала его смуглое тело, сверкая, как блестки под луной. Однако люди с Острова Небес светились только ночью. С появлением солнца их тела становились почти невидимыми, как настоящие звезды.

– Знаешь, Терра, если бы ты хоть иногда была чуть вежливее, желание скинуть тебя с моего острова было бы гораздо меньше. – Солэй улыбнулся, блеснув острыми зубами, и несколько светлячков подлетели и приземлились на его темно-синюю макушку. – В прямом смысле. Иногда я готов тебя вышвырнуть.

Волосы Солэя, коротко остриженные, торчали вверх. Две передние пряди были искусно заплетены в тонкие короткие косички, с которых свисали перья существ, обитающих только на небесах. Мне частенько приходилось сдерживаться, чтобы не дернуть Солэя за эти самые косички. Чисто из вредности.

Я молчала, наблюдая за тем, как пара ночных бабочек кружит над вождем, желая привлечь его внимание. При каждом взмахе полупрозрачные крылышки переливались всеми цветами радуги.

День за днем, изучая внешность Солэя, я пыталась понять, кого же он мне так напоминает. Особенно его ярко-желтые глаза. И одежда: я словно когда-то уже встречала человека в похожих племенных одеяниях. Парень неизменно ходил с голой грудью, в тонких шароварах и с плотным высоким ремнем на талии. Люди с Острова Небес не стыдились излишней открытости в одежде, а, напротив, охотно демонстрировали звезды, усыпавшие их тела.

– Теперь за мной следите вы, юная Терра.

Я отвела взгляд от многочисленных шрамов, что скрывались под слоем серебристых татуировок, характерных для его племени.

– Вовсе нет. – Я поднялась с земли и задрала подбородок.

Солэй изогнул бровь, желтые глаза с шуточным осуждением прошлись по моим тонким, но уже заляпанным травой штанам и по шелковистому верху без рукавов, что плотно прилегал к торсу. Буду честна, не такую одежду я привыкла носить дома.

В моем народе не принято открывать так много… кожи. И даже в самые теплые летние дни носить верх, который с легкостью мог бы стать поясом для Солэя, можно было только с плотной туникой, чтобы защитить тело от прохладного ветра. Первые пару недель на этом острове я держалась в тени, пытаясь прикрыть руками оголенные части тела. К сожалению, мою порванную одежду было не вернуть к жизни, и единственное, что мне позволили оставить, – это кинжал, подарок родителей, и зеленую накидку, чьи лучшие дни давно остались позади. В любом случае уже за первый месяц я поняла, что моему телу комфортнее, когда ничто не сковывает движения: в одежде без рукавов и полупрозрачных штанах легче бежать, следуя за звездами.

На лице молодого вождя появилась хищная усмешка.

– Ты свалилась мне на голову больше года назад, поэтому прекрати считать себя чужачкой, – сверкнул глазами Солэй. – И к тому же я не слежу за тобой, а наблюдаю за прогрессом.

Я поморщилась и едва не схватилась за пятую точку от болезненных воспоминаний. Полтора года назад я в прямом смысле упала – ему и его народу на голову.

– Ты лично меня тренируешь, так что переживать за качество прогресса смысла не вижу. Или сомневаешься в собственных силах, вождь?

Солэй усмехнулся, однако моя улыбка уже погасла.

– Пришло мое время использовать то, чему ты меня научил, Солэй.

Его взгляд стал острым.

– Сегодня ночь ежегодной охоты.

– Сегодня ночь, когда ты отпустишь меня обратно, вниз.

За месяцы, проведенные в компании вождя, я научилась не доверять его улыбкам. Особенно когда они были такими резкими и мрачными, как сейчас. Несмотря на свойственный ему сарказм, Солэй был щедр и внимателен к людям.

И это то, о чем я должна себе напоминать, чтобы не струхнуть, когда он смотрит на меня именно так. С синим пламенем в желтых глазах.

– И с чего ты взяла, что я должен отпустить тебя сегодня?

– Год назад ты пообещал, что я буду готова к следующей ежегодной охоте. – Я поднялась на ноги, ощущая нарастающее внутри нетерпение. – Ты сказал, что поможешь мне спуститься с Острова Небес, когда время придет. Ты хотел научить меня всему, что мне поможет на моем пути, и ты это уже сделал.

– Я не научил тебя самому главному, Терра.

– Ну и что же это? Драться ты меня научил. Обороняться тоже! И бой длиной в три часа моя дыхалка переживет. Чему еще такому великому ты должен меня научить, Солэй?

Уголки его губ приподнялись, и острые зубы блеснули в ночи.

– Для чего ты хочешь спуститься обратно?

Я закатила глаза.

– Чтобы отправиться в путь и…

– Я уже слышал это. – Солэй сделал шаг вперед, и я отступила. – Но куда ты пойдешь? В какую сторону света?

Я помедлила с ответом, и Солэй выжидающе скрестил руки на груди.

– Я ведь куда-то шла до этого, разве не так? – У меня вырвался вздох, полный негодования. – Куда-то я направлялась до того, как оказалась тут. И для чего-то я ушла из родной деревни, оставила родителей, друзей и отправилась в путь. И для чего бы это ни было сделано, мне нужно вернуться и продолжить! Меня… меня… о звезды! – Я всплеснула руками и принялась расхаживать из стороны в сторону.

Подобные мысли посещали мою голову каждое утро. На рассвете, когда народ Небес засыпал – так здесь было принято, – я отправлялась к самому краю острова и смотрела в светлеющее небо. И каждое утро я надеялась, что ко мне вернутся воспоминания.

Но нет. До сих пор этого не произошло.

– Продолжи свою мысль, Терра.

Солэй все так же стоял, внимательно наблюдая за мной.

Я резко остановилась, повернулась к парню и ткнула себе в грудь. Прямо в сердце.

– Меня ждут. Кто-то и где-то ждет, когда я верну свои воспоминания. Когда снова отправлюсь в путь и прибуду туда…

– Куда?

– Куда меня зовет сердце, Солэй, – выдохнула я еле слышно. – Я знаю, что все это звучит глупо. Знаю, что ты считаешь меня слабачкой, которая даже не может дать тебе отпор, не используя дар Тельца.

– Так считаешь ты, не я, Терра.

– Но…

Вождь жестом попросил меня замолчать, и я послушалась. На этот раз. По большей части потому, что устала оправдываться.

– Слабость завладевает разумом, если ты сама в нее веришь. Скажи мне, прожив на Острове Небес полтора года, ты до сих пор ощущаешь себя слабой?

Опустив взгляд в землю, я прислушалась к силе внутри себя. К дару Тельца, который горел в моем теле жарким пламенем. Получив ответ, я подняла подбородок, посмотрела прямо на Солэя и покачала головой.

– И я тебя таковой не считаю. – Он едва заметно улыбнулся. – И не подумай, что я не хочу тебя отпускать, потому что успел привыкнуть делить с тобой завтрак у костра.

Я громко фыркнула и улыбнулась ему в ответ.

– Но твой путь, к которому ты так сильно хочешь вернуться, не из простых. Если бы это было так, ты бы не упала на мой остров.

– И все-таки почему ты из раза в раз откладываешь мое возвращение на землю? Только не говори, что не знаешь, как спуститься. Ты сам пропадаешь с острова по несколько раз в месяц.

– Я готов тебя спустить, Терра.

Я невольно задержала дыхание.

– Только если ты будешь готова вспомнить, для чего хочешь вернуться.

Мои плечи поникли.

– И для кого, – добавил Солэй. – Ты рвешься вернуться ради себя или же ради хозяина той зеленой накидки, к которой ты не прикасаешься, но на которую продолжаешь пялиться, когда засыпаешь.

Эти слова больно укололи мое сердце, и щеки тут же потеплели.

– Я не пялюсь.

– Мы живем под одной кроной, и к тому же я слышу твой храп каждое утро.

Тут я по-настоящему вспыхнула:

– Храп?! Просто скажи уже, что сам пялишься на меня, потому что переживаешь, что в один день я решу просто спрыгнуть – и будь что будет.

Солэй пожал плечами.

– Следить за твоей безопасностью – прямая обязанность вождя.

– Ты – вождь народа Небес, но не мой, – буркнула я себе под нос и отвернулась.

Рука Солэя упала на мое плечо, и он притянул меня к себе.

– Вот скажи, Терра, у тебя же никогда не было старшего брата?

Он зашагал к выходу из леса, не позволяя мне остаться позади и спрятаться среди деревьев.

– Ты и так знаешь, что я единственный ребенок в семье.

– Поэтому ты не понимаешь, как здорово, когда кто-то готов порвать за тебя весь мир!

– Это точно здорово? А я слышала, что старшие братья могут не только весь мир порвать, но и подорвать терпение.

Лили и Леон были не разлей вода с самого детства, но я не раз своими ушами слышала, как он читал ей лекции только за то, что мы поздно приходили домой с прогулки. Мои друзья… как странно, но сейчас язык не поворачивался называть их таковыми. Каждое утро я просила у звезд вернуть мне память, но…

Возможно, я боялась того, о чем могла вспомнить.

– Я так понимаю, упражнение, которое я тебе дал неделю назад, совсем не помогает? – угадав мои мысли, произнес Солэй.

– Нет. – Кулаки сжались сами собой, и я прикусила губу в тихом отчаянии. – В голове такая пустошь, будто прошлого года никогда не существовало.

В памяти витали картинки, звуки и запахи, однако собрать пазл воедино не получалось.

Солэй скосил на меня взгляд и немного помолчал, задумавшись. Его длинные утонченные пальцы сжали мое плечо.

– Ничего, – сказал он просто. – Воспоминания вернутся, как только захочешь ты сама.

И в этот момент мой живот решил заурчать.

– А может, ты всего лишь голодная и поэтому такая угрюмая, прямо как настоящий теле…

– Если еще раз назовешь меня теленком, я за себя не ручаюсь.

Солэй захохотал, как обычный мальчишка. В подобные беззаботные моменты, которые случались редко, он казался не вождем целого народа, а таким же простым парнем, как его ровесники.

Но вождь становился серьезным, когда дело касалось моей безопасности.

Вот только защищать меня нужно было не от внешнего мира.

– Солэй, – робко обратилась я к нему, оборвав его смех.

Он замедлил шаг, и я посмотрела на него со всей искренностью в глазах:

– Как думаешь, я умру?

Его взгляд изменился, но он молчал, ожидая продолжения.

– Дар Тельца, о котором я мечтала всю свою жизнь, способен только уничтожать. – Я посмотрела на свою раскрытую ладонь. Мои пальцы дрожали, в них до сих пор ощущалась слабость, а ведь я использовала дар всего пару секунд. – Я уничтожаю все, к чему прикасаюсь. И…

– И уничтожаешь саму себя.

Сердце больно ударилось о ребра.

– Сейчас ты не делаешь больно никому, кроме себя самой, Терра.

– Но я… – Я махнула другой рукой в ту сторону, где еще не так давно была трещина в земле. Из-за меня!

– Ты все восстановила, не так ли? А по-настоящему навредила лишь самой себе.

Я ничего не ответила, только возмущенно выдохнула. Что за ирония судьбы такая? Памяти нет. А силы!..

– Мои силы…

– Разрушают тебя изнутри. Я знаю, Терра. Ты этого не показываешь, но я знаю, что происходит с твоим телом.

Выдохнув, я прошептала:

– Анья тебе все рассказала, да?

– Не сердись на нее. Она это сделала только потому, что переживает за тебя, как за родную.

Анья, младшая сестра Солэя, – единственная, кто видел мое тело после того, как я использовала дар Тельца чуть дольше, чем обычно. Это произошло месяц назад. Мы с вождем решили проверить предел моих возможностей. Мы выяснили только то, что предела… почти нет. И усвоили два важных факта.

Первый: дар Тельца – самое опасное оружие из всех.

Отсюда вытекал второй факт: с таким даром я способна на многое, однако мое тело не способно долго его выдерживать.

В итоге я потеряла сознание от боли, и Солэй принес меня домой.

Мои силы долго восстанавливались, а руки дрожали даже после десяти часов в отключке. Анья предложила помочь мне переодеться, однако ее пальцы замерли над моей кожей.

Я не стала обсуждать с ней это – и от Солэя держала в секрете.

– Ты не знаешь наверняка, случится ли с тобой что-то плохое, если ты продолжишь использовать дар Тельца.

– Но я чувствую это, Солэй. – Я покачала головой в бессилии. – Каждый раз, когда я необдуманно использую свой дар, я причиняю вред своему телу. Усталость, слабость и… все это тоже. – Я неопределенно обвела себя рукой. – Что случится, когда я дойду до пика своих возможностей? Кого я уничтожу первой? Себя или все вокруг?

– Чего ты боишься больше? – Его желтые глаза блеснули в ночи. – Ты боишься навредить другим или себе? Вот в чем вопрос.

Солэй поманил меня за собой. Его движения были легкими, а на губах уже мелькала улыбка. Этот парень стряхивал проблемы со своих плеч быстрее пыли.

– Пойдем, пора вернуться к племени.

– Мне точно нужно возвращаться? Сегодня же все готовятся к охоте.

Он поманил меня рукой еще раз:

– Анья, наверное, уже ждет нас с завтраком. Идем-идем.

Перечить приказам молодого вождя вошло у меня в привычку с первых дней на острове. Вот только Солэй сейчас поступил бессовестно: заговорил о еде, о которой я не вспоминала с тех пор, как проснулась до заката и прибежала в лес практиковаться. Поэтому после этих слов я последовала за вождем без лишних споров.

Я жила на Острове Небес уже полтора года, но к краскам окружающего нас леса привыкнуть до сих пор не могла. Земля под ногами, растения, животные… все продолжало удивлять меня.

Я научилась просыпаться до заката, чтобы своими глазами лицезреть это природное явление и напитываться силой Созвездий. С исчезновением солнца и появлением луны Остров Небес перевоплощался. Все краски, привычные человеческому глазу, растворялись, и остров начинал светиться.

Лес вокруг шагающего впереди Солэя казался живым. Теплый ветер задувал сильнее, приветствуя его, а ветви деревьев сами собой отодвигались, пропуская вождя. Солэю не приходилось наклоняться или смотреть себе под ноги, его спина оставалась прямой, а острый взгляд, как наконечник стрелы, был устремлен вперед.

Хотела бы я так же уверенно смотреть в будущее, как он. Но если даже мое настоящее под большим вопросом, то как я могла заглядывать в завтрашний день?

– Есть особые доспехи, Терра, – вдруг произнес вождь, не сбавляя шага. – Некоторые воины носят их только на определенных частях тела, другие облачаются в них целиком. Такие доспехи помогают тем, чей дар силен, но тело еще слабо. Не слышала о них в своем путешествии?

– Слышала, конечно.

Солэй обернулся и бросил на меня подозрительный взгляд.

– Только что, от тебя. – Я широко улыбнулась.

– Вижу, я наконец научил тебя самому важному. Сарказму.

Моя улыбка погасла.

– Не бывает такого, чтобы у кого-то дар был сильнее тела.

– С чего ты взяла?

– Великие Созвездия дают каждому человеку по дару. У большинства в нашем мире дар слабый, обычный, и только у немногих дар особый, редкий и могу…

– И могущественный, ага, и именно такие особы и становятся Сильнейшими.

Я нахмурилась:

– И где я не права?

– Пять минут назад ты корчилась от боли. Почему?

– Потому что я… – начала я уверенно, но мой голос затих. – Потому что мой дар сильнее моего тела. Но, Солэй, у меня особенно неудачный случай. У других такого не бывает. Все в нашем мире живут по правилам.

– Это самое большое вранье, которое вам впихивают внизу. Вы даже верите в то, что дар не может усилиться со временем… – Он едко усмехнулся. – Тебе не кажется, что это звучит ужасно глупо? Тот, кто стоит за этим обманом, хочет ограничить ваши мысли и способности. Ограничить твою силу, Терра. И…

– И сделать так, чтобы мы винили великие Созвездия в этом неравенстве, – догадалась я, а Солэй мне подмигнул.

Кажется, я знала человека, который считал несправедливым, что круг Зодиака дает кому-то дар сильнее, а кому-то слабее и тем самым предрешает судьбу человека. Но если Солэй прав, то круг Зодиака тут ни при чем. Кто-то другой желает заставить нас верить в подобное.

– А как же группа Сильнейших? – засомневалась я, вспоминая разницу между мной и Лили с Леоном. Пока я бегала за своим даром, Лили и Леон уже давно были награждены титулами Сильнейших в мире.

– Сильнейшие – это те, кто однажды наплевал на правила и стал сильнее.

Солэй не сбавлял шага, но его последняя фраза заставила мои ноги прирасти к земле.

Сильнейшие – те, кто стал сильнее, несмотря на слабость. И, кажется, я знала кого-то, кто это сделал. Я не помнила его лица. Голоса. Ни одного произнесенного им слова. Однако я помнила его тепло.

Он был теплый, как солнце.

И уязвимый, когда наступает ночь.

Кто же это? Чей образ пытался пробиться на поверхность моих воспоминаний?

Изо дня в день моя память молчала, и такие проблески были скорее похожи на отголоски чувств, нежели на полноценные воспоминания… но именно ради них я, кажется, и жила в последнее время.

Выдохнув и решив, что все проблемы мира за один вечер не разрешатся, я тряхнула головой и побежала за молодым вождем.

– Давай уже, говори, – толкнула я его плечом, на что он притворно ойкнул и потер свою руку. – Я же вижу, что тебя разрывает от нетерпения.

– Не знаю, о чем ты, рожденная Тельцом.

– Что я сделала сегодня не так в нашем последнем бою?

– А я уж решил, что ты не спросишь! – Он хлопнул в ладоши, а затем потер их друг о друга. – Начнем с того, что ты совершаешь одну и ту же ошибку. Вместо того, чтобы танцевать с соперником и играть с ним, ты слишком много думаешь о следующем шаге.

– Но ум обычно побеждает силу?

– Не в твоем случае.

Мои щеки надулись, как у бурундука.

– Я к тому, что любой человек с опытом раскусит тебя за секунду и собьет с ног.

– Но я физически сильнее любого другого человека.

– Говорит девушка, у которой лицо перекашивает от боли. Ты должна научиться драться, не рассчитывая на свой дар.

– Я прожила всю жизнь без дара, не нужно мне говорить, каково это.

– Но тебе не оставили выбора. – По смуглому лицу Солэя медленно расползалась улыбка. – Ты выросла среди людей, для которых дар – часть жизни. А мы на Острове Небес выбираем не пользоваться даром.

Они не считают жизнь без дара уделом слабых.

Я не нашлась что ответить.

Я не помнила, что было после того, как я сбежала из родной деревни. Но мне отчетливо запомнился один из последних наших ужинов в маленькой таверне на окраине. Мои родители хохотали с другими взрослыми, а мы с Лили слушали рассказы Леона про людей с Острова Небес. В них они были великими и воинственными. Ловкими и одинокими. Они парили в небесах. Но на мои вопросы о том, почему люди Острова Небес не используют дары круга Зодиака, чтобы спуститься к нам, Лили с отвращением подмечала, что им эти дары чужды.

И, как оказалось, она была недалека от истины.

Веселые голоса и треск костров вернули меня в реальность. Спохватившись, я стянула с шеи тонкую повязку и повязала ее вокруг головы, пряча символ Тельца.

– Они и так знают, кто ты, Терра.

– Зачем напоминать им об этом лишний раз?

Мы вышли из леса, и перед нами открылся вид на местное селение и проснувшийся народ Небес. Этих людей и впрямь можно назвать парящими в небесах. Их движения свободны и изящны, словно сами облака наделили их легкостью. И дело не только в движениях. Местные жители решительны, почти никогда не жалуются на жизненные обстоятельства и ко всем конфликтам и проблемам относятся непривычно… легко.

Их сердца наполняет бесконечная благодарность. Они благодарны друг другу, благодарны своей безмятежной жизни и Авроре. Ведь именно ее древняя сила и помогает острову парить над облаками. Удерживает этот массивный кусок суши в воздухе вопреки всем законам гравитации.

Три племени Небес черпают силу из веры в первую и единственную создательницу.

Загадочным образом очутившись на этом острове, я впервые услышала легенду о юной девушке по имени Аврора. Породившей тринадцать могущественных Знаков.

При других обстоятельствах я бы ни за что не поверила в подобную сказку. Создательница великих Созвездий? Какая глупость. Девушка, которая умерла, пожертвовав жизнью во имя их сотворения? Чепуха.

Но, как выяснилось, именно в знак уважения к Авроре Бореалис племена Небес отказались пользоваться дарами Созвездий. Их лица чисты – на них нет горящих символов.

Взамен они были награждены другими силами.

Однажды взяв меня с собой в путешествие, Солэй показал, что жители этого острова прекрасно справляются и без даров Зодиака.

Остров Небес невелик. Его делят между собой всего три племени, каждое из которых находится под защитой Солэя.

Племя Солнца и Затмения.

Племя Грома и Молнии.

И племя Авроры.

Мы с Солэем подошли ближе к селению, и взгляды жителей обратились к вождю. Он всегда был центром внимания.

– Солэй! – окликнул его кто-то.

– Вождь! – послышалось с другой стороны.

За долю секунды нас окружили юные жители племени Авроры, и я сделала шаг назад, скрываясь в тени Солэя. Мои ровесники – начинающие охотники – подбежали к вождю с предвкушением в глазах. В руках они держали копья и луки, их густые волосы были заплетены в тугие косы, а гибкие тела покрыты свежими узорами, нарисованными серебристой краской, как было принято в их племени.

– Мы готовы к охоте, вождь. – Из круга бодрых подростков выступил высокий широкоплечий парень с боевым раскрасом на щеках и скулах. Волосы были убраны со лба с помощью серебристого шнурка. – Я готов представлять наше племя.

– Вот оно как, Наво. – Солэй улыбнулся парню и с одобрением в глазах изучил его остро заточенные стрелы, блестевшие в колчане за плечом. – Готов заполучить цветок света?

– Я буду первым, вождь, – горделиво кивнул Наво, не обращая внимания на меня.

Не только Наво, но и другие ребята каждый день делали вид, что меня просто-напросто нет. Если уж на то пошло, то никто из племени Авроры не одобрял мое пребывание на их территории. Им не нравилась сила Тельца, и они не разделяли мое желание пользоваться даром Созвездий.

Порой мне казалось, что жители Небес боятся меня.

– Что насчет тебя, Айомми? – спросил вождь, и тогда я заметила девочку, спрятавшуюся за спинами других. – Кто угодно может участвовать в ежегодной охоте, хочешь попробовать?

Подростки расступились, и щеки юной Айомми побледнели. Она была худенькая и сутулая. С кинжалом на бедре и неумело раскрашенным лицом, она вовсе не казалась опасной и ловкой, как другие молодые охотники.

– Я попробую, вождь. – Айомми робко посмотрела на него, почесав одну босую лодыжку о другую. – Вы будете гордиться мной.

– Я всегда буду гордиться тобой, Айомми. – Солэй улыбнулся ей и повернулся ко мне. – А что насчет тебя, Терра? Такая охота проходит раз в год.

И только теперь взгляды других устремились на меня. Враждебные и настороженные.

– Она не принадлежит нашему острову, вождь, – возмутился кто-то.

– Она приглашена участвовать, если захочет, – мягко ответил Солэй и незаметно толкнул меня в плечо. – Что скажешь?

– Не думаю, что это хорошая идея. – Я покачала головой и послала другим ребятам улыбку, но те на нее не ответили. – Пойду, пожалуй, помогу Анье с завтраком.

Солэй пристально следил за мной, пока я обходила охотников стороной.

Не успела я отойти от толпы, как передо мной возник Наво.

– Ты не участвовала в прошлом году, и не думай, что сможешь в этом. Твоему дару тут не место, проклятая Тельцом.

Ах да, вот и оно. Мое новое прозвище, о котором шептались у меня за спиной.

– Я и не настаиваю, Наво.

Почувствовав тепло в центре лба, я усмехнулась. Земля под босыми ногами Наво дрогнула, и он пошатнулся. Его ноздри раздулись, а тело дернулось в попытке вернуть утраченное равновесие.

– Теперь дай мне пройти, если не хочешь свалиться с острова до своей великой охоты.

Наво не сказал ни слова, и я обошла охотника.

В обычные дни племя Авроры только-только просыпалось в это время. Однако сегодня все уже суетились в предвкушении ежегодной охоты. На Острове Небес это великий праздник, к которому все три племени относятся с глубоким уважением и который никогда не пропускают. И в этом году ежегодную охоту проводило племя Авроры. Уже через пару часов должны были прибыть представители двух других племен, чтобы поучаствовать сначала в охоте, а затем и в танцах у огромного костра.

Дети помладше бегали вокруг с кипой шелковых ленточек и бумажными фонариками, которые вешали на деревья. Я приостановилась, чтобы понаблюдать за тем, как маленький мальчик, забравшись на крепкие плечи старшей сестры, повесил на ветку бумажный фонарик, а потом аккуратно приоткрыл дверцу и пригласил внутрь трех ярких светлячков.

Взрослые расчищали землю от упавшей листвы, рубили дрова для великого костра и в знак гостеприимства расставляли корзинки с фруктами и сладостями и кувшины с напитками.

Мои ровесницы бегали за молодыми парнями с колбочками красок и тоненькими кисточками.

Этот великий праздник они разделяли друг с другом, но не со мной.

– Терра! – послышался женский голос откуда-то со стороны. – Иди сюда и поешь!

Это была сестра Солэя, с ее темно-синими волосами и яркими желтыми глазами, которые лучились щедростью и добротой. Когда я подошла к костру возле ее дерева, она обняла меня и почти с материнской заботой протянула мне полную тарелку еды.

Если бы мой отец узнал, в каких «зданиях» на самом деле живут люди Острова Небес, то у него бы лопнули глаза.

Жители племени Авроры не строили дома или шалаши, все слухи об их архитектуре оказались неправдой. Сказки, которые мы пересказывали друг другу на земле, не отражали настоящей жизни племен Небес. Сама природа уступала им место в цепочке жизни в знак благодарности за гармонию и мир. Когда жители племени достигали определенного возраста, стволы долговечных деревьев раскрывались, становясь для них настоящим домом. Пространства внутри одного дерева хватало на целую семью.

– Ты выглядишь… – Анья оглядела меня с ног до головы и улыбнулась, – сильной.

– Имеешь в виду, грязной? – Я поблагодарила ее за завтрак и уселась напротив костра.

– Сильной, – повторила она и протянула мне переплетенные между собой широкие листья, принявшие форму глубокого кувшина, с горячим напитком внутри.

– Чем тебе сегодня помочь, Анья?

– Можно воспользоваться твоей силой, Терра? – Анья заплела свои длинные волосы в незамысловатую косу, потом на пару мгновений исчезла в стволе дерева и вернулась с четырьмя пустыми кувшинами.

Мои дни на Острове Небес походили друг на друга. Как и моя жизнь на земле – до того, как я потеряла память. Когда жила с мамой и папой и беззаботно проводила время с Лили и Леоном.

Родители.

Что же случилось с ними?

Лили. Леон.

В сердце закралась боль, но отчего-то ее тут же сменил гнев.

Что же приключилось с нашей дружбой?

Послав Анье быструю улыбку, я встала и подхватила кувшины. Мое тело стало сильнее, и донести несколько литров воды в кувшинах теперь не составляло для меня труда.

Если полтора года назад я задавалась вопросом о смысле своего существования в мире Созвездий, то теперь мой дар проснулся и символ Тельца всегда горел в центре лба. Ярко, смело и гордо.

По словам Солэя, когда я пролетела сквозь облака и почти в прямом смысле свалилась ему на голову, символ Тельца уже был на моем лбу. И не исчезал с тех самых пор.

Его народ чуть не столкнул меня с острова, решив, что я представляю для них опасность. И я бы атаковала их в ответ, если бы Солэй не остановил меня.

В итоге меня приняли в местное поселение только из-за желания Солэя сохранить мне жизнь и оказать гостеприимство.

Племя Авроры суетилось, готовясь к великому празднику, пока я выполняла привычную рутину. Первым делом я принесла Анье воды. Затем помогла нарезать пару килограммов пурпурных огурцов и отделила стебли цветков от колючих шипов. Еще год назад я ни за что не сочла бы эти шипы съедобными. Позже я собралась с духом и сходила за свежими яйцами в курятник, который Анья делила с соседними семьями. Честно говоря, этих существ, выталкивающих из себя громадные яйца, сложно было назвать… курами. Их огненные перья и мелкие клыки, торчащие из-под клювов, до сих пор наводили на меня жуть.

– Раньше они считались хищниками, – как-то объяснила мне Анья. – Теперь они наши домашние животные.

Хищники куры?

Нет, спасибо, таких бы я у себя дома не завела.

– Ты хмуришься больше обычного, Терра, – услышала я голос Аньи, когда принесла к ее дереву корзинку яиц. – В чем дело?

– Мне неспокойно, – честно сказала я, хватаясь за уже пустые кувшины, чтобы еще разок сходить за свежей речной водой. – Сегодня ежегодная охота, и я…

– Ты хотела бы участвовать? – бросила через плечо Анья, продолжая помешивать в глубоком чане суп, которого должно было хватить почти на целое поселение.

– Возможно, – призналась я. – Но мне не стоит портить вам праздник.

Закинув в бурлящую воду целый мешочек острых специй, Анья обернулась и выдернула из косы пару ярких перьев, распуская волосы. Затем подошла ко мне. На ее обнаженной талии зазвенели драгоценные камушки, стукаясь о нежные цепи.

– Мне кажется, ты упускаешь смысл ежегодной охоты, Терра, – сказала она и подтолкнула меня к извилистой скамье у дерева.

– Думаешь? – Я устроилась поудобнее, закинув босые ноги на скамью. – Вот что мне известно. В охоте за цветком света, который расцветает только раз в три года, может участвовать любой юный охотник Острова Небес. Всем разрешено использовать силу племени и оружие, но запрещено причинять вред другим участникам. Победителем охоты становится тот, кто приносит вождю всего один осторожно сорванный лепесток. Этот человек получает безмерное уважение вождя. После охоты три племени танцуют у большого костра и сжигают лепесток в знак благодарности Авроре.

– Ключевое слово здесь «благодарность». – Мягко улыбнувшись, Анья уселась позади меня и принялась осторожно расчесывать пальцами мои волосы. – Эта традиция существует только для того, чтобы сказать спасибо. За мир на острове. За съедобные плоды в наших лесах. И за парящий остров. Когда-то цветок света был любимым цветком Авроры. Но Аврора уважала природу, поэтому никогда его не срывала. И теперь раз в год мы отправляем к ней на небо лишь один лепесток.

– Тебе никогда не было интересно узнать, каков твой дар? – спросила я, ощущая, как Анья заплетает мои волосы в тонкие косички. – Ты с рождения не пользуешься дарами Созвездий.

– Мне хватает голубого пламени. Я обуздала его. Мне не нужна сила, подаренная кругом Зодиака, ради которого когда-то умерла Аврора. Внизу, в вашем мире и вашей реальности, дар определяет судьбу человека. Сильный дар обещает богатое будущее. Слабый дар – нищету.

– Наверное, я никогда не стану частью вашего народа, – сказала я тише, глядя перед собой.

– Может, не сейчас, но скоро станешь, – сказала Анья, и по ее тону я поняла, что она улыбается. – Думаешь, нас с братом приняли так сразу?

– А разве нет? Он ведь вождь.

– В твоем возрасте мой брат был таким же чужаком на этом острове. Ему еще предстояло себя проявить.

– Подожди, что значит чужаком? Солэй же родился на Острове Небес. – Я дернулась, чтобы посмотреть на Анью, но та только нежно потянула меня за пряди волос, заставляя сидеть смирно. – Расскажешь больше?

– Когда мне было семь, Солэю уже исполнилось десять. В детстве такая разница в возрасте была сильно ощутима, и Солэй предпочитал проводить время со своей ровесницей, своей близкой и единственной подругой. Я помню, какими неразлучными они тогда были. Они сбегали глубоко в лес, где Солэй практиковался с огнем Авроры, а девочка – с солнцем Авроры. В то время отношения между тремя племенами были нестабильными, даже враждебными. Мы не делились ресурсами, не обменивались знаниями и находками. До кровопролития конкурировали на ежегодной охоте. Все было… по-другому. Но Солэй уже тогда смотрел в будущее. Он мечтал о мире между тремя племенами. И хотел найти способ связаться с народами на земле. У каждого племени был свой вождь, но Солэй желал стать единственным вождем.

– Что-то мне подсказывает, что в этой истории есть одно большое «но»?

Анья ненадолго замолчала, словно собираясь с мыслями.

– Однажды Солэй и его лучшая подруга исчезли. Ушли играть в лес и просто… не вернулись.

– Не вернулись? – нахмурилась я. – Куда они ушли?

– Они исчезли с острова, Терра, – почти шепотом ответила Анья. – На семь лет.

Мои глаза распахнулись от изумления.

– Я не знаю, что с ним произошло за те семь лет, но ты видела шрамы на его теле, верно? Солэй изменился. Пережил то, чего ни одному ребенку не пожелаешь. Однако в семнадцать лет он вернулся на остров и стал вождем, вызвав на поединок каждого, кто был против. И объединил три племени в один народ.

– Что насчет его подруги? Что случилось с ней?

– Она так и не вернулась. Солэй не говорит о ней и, кажется, даже ее не помнит. – Прежде чем я успела раскрыть рот и повторить свой вопрос, Анья похлопала меня по плечу. – Готово! Оцени.

Я рукой ощупала легкие косички на висках, стянутые тугим узлом на макушке при помощи серебряной ленты с двумя перламутровыми перьями на концах.

– Лучше не бывает, Анья, спас…

– Охота начинается через час. – Она сжала мои плечи. – Быть может, ты передумала?

– Я не принадлежу этому месту, Анья, я не думаю, что…

– Ты боишься, Терра. – Ее желтые глаза заглянули глубоко в мои. – Ты боишься признать дар Тельца. Боишься вспомнить, что с тобой случилось. Страх – твой самый голодный монстр. Подумай об этом, Терра.

Сорок минут спустя мне удалось спуститься к краю острова. Внизу царила непроглядная темень с ночными тучами. Земля была бесконечно далеко. Передо мной было одно только небо. Свобода. Россыпь звезд и сотни оттенков синего и фиолетового. И строй одиннадцати Созвездий.

О чем они думали?

Что замышляли?

Кто они… эти одиннадцать Созвездий?

И почему мне больше не хотелось их восхвалять?

Символ Тельца на лбу стал теплее, словно призывая обратить на него внимание.

– Откуда же ты у меня появился? – прошептала я, прикасаясь ко лбу двумя пальцами. – И почему не уходишь?

Дар Тельца был мне теперь доступен. Но порой я не могла его контролировать. Однажды Солэй так сильно меня рассердил, что дерево рядом с ним треснуло и раскололось надвое. В другой раз меня настолько расстроили взгляды и шепотки местных подростков, что песок взметнулся со дна ближайшей реки и полетел им в лица.

«Страх – твой самый голодный монстр».

– Легко сказать, когда все твои воспоминания на месте, Анья, – произнесла я вслух.

Но она, конечно же, была права.

Я боялась, что в воспоминаниях таится боль.

Я боялась, что потеряла кого-то.

Боялась, что кто-то… все это время ждет меня.

Боялась, что упускаю нечто важное.

Трачу время тут, хотя должна быть в другом месте.

Лучше оставаться в неведении, чем столкнуться лицом к лицу с правдой из моих страхов. Разве не так?

Но если я не верну свои воспоминания, то… что тогда? Останусь на этом острове? Каждый вечер буду приносить Анье воду. Каждую ночь буду наблюдать за тем, как Солэй заботится о трех племенах. И каждое утро буду засыпать, думая о родителях и друзьях.

Я стояла на самом краю острова, глядя в пропасть под ногами.

Что, если есть способ избавиться от всех этих чувств?

Что случится, если я просто прыгну…

И исчезну?

«Ты мне не безразлична, Терра».

– Я не могу исчезнуть, пока не вспомню тебя, – прошептала я, садясь на землю. – Пока не вспомню, кто ты, незнакомец.

Я свесила босые ноги в пустоту и кончиками пальцев коснулась облаков.

– Итак, Терра, у тебя есть только два пути, – напомнила я себе. – Первый: не обращать внимания на пропасть в памяти, остаться на этом острове и ждать удобной возможности спуститься обратно на землю. Вероятно, однажды Солэй поможет тебе вернуться домой, к родителям.

Звучит радужно, не так ли? Жить там, где мне нет места, и надеяться, что я когда-нибудь отыщу путь в родную деревню.

– Второй путь не менее удручающий… – прошептала я, и мурашки забегали по моим ногам: ночной ветер усилился. – Встретиться лицом к лицу со своими страхами и вспомнить…

Что-то теплое и влажное коснулось моей ладони, привлекая к себе внимание.

Я вздрогнула и глянула на пушистое существо, присевшее у моего бедра.

– Локи?

Существо, похожее… да ни на что оно не было похоже, если честно. Уши большие, как у летучей мыши. Глаза цвета черники, круглые, блестящие, как звезды. Нос черный, с крошечными ноздрями. Широкий рот с рядом острых зубов. Четыре короткие лапки с толстыми когтями. Длинный тонкий хвост с перьями на кончике. Прямоугольное юркое тело, покрытое короткими перьями, густыми, словно шерсть, но гладкими, позволяющими быстро скользить по небу. И два мощных крыла.

Астерии – так называют этих существ – обитают только на Острове Небес. Они водились еще во времена Авроры. Благодаря своим крыльям они способны унести в небо самого тяжелого человека. Однако астерии не хищники и ничем, кроме облаков, не питаются. Чем темнее и тяжелее облако, тем оно сытнее.

– Как дела, Локи? – Такое имя я дала астерии, следовавшей за мной по пятам со дня моего появления на этом острове.

Астерии свободно живут среди племен. Почти у каждого человека есть свое крылатое существо, с которым он делит дом и тепло костра. А в обмен на заботу астерия дает человеку возможность парить над облаками. Лететь туда, куда тянет душа. Солэй как-то показывал мне, как летает со своей астерией. Как это небольшое существо хватает его за спину и уносит в небо, становясь его крыльями.

Но мне до сих пор было страшно представить, каково это – доверить астерии свою жизнь, позволить ей схватить меня за спину и унести в небо, где под ногами нет опоры. Нет уж, спасибо.

– Хочешь посидеть со мной и поболтать, Локи?

Иногда мне казалось, что мы чем-то похожи. Локи почти не проводил время со своими сородичами, зато частенько наблюдал за мной со стороны, а по ночам, когда я сбегала от суеты племени и приходила сюда, на край острова, астерия присоединялась ко мне, тихонечко прижималась к моему бедру и смотрела куда-то вдаль. А когда Локи не было рядом со мной, то я замечала его в небе: он носился за плотными облаками, подгоняемый порывами ветра. Иной раз Локи приглашал меня с собой в полет. Раскрывал свои темно-лиловые крылья и щедрыми взмахами звал последовать за ним. Но каждый раз я только качала головой и поджимала губы. В моей жизни было слишком много странностей, и отказываться от почвы под ногами я пока не собиралась.

– Какие мысли тревожат тебя? – прошептала я, провела рукой по гладкой голове астерии, почесала за огромным ухом.

Локи поднял на меня глаза, и его темно-лиловое тельце звучно завибрировало.

– Думаешь, будет странно, если я все-таки решусь поучаствовать в охоте?

Он навострил уши и зашевелил крыльями.

– А ты бы хотел сбежать отсюда? Посмотреть на другой мир? Тот, что внизу.

Локи подскочил и взлетел. Порыв ветра ударил меня в лицо.

– Наверное, это глупо – хотеть большего, – сказала я, наблюдая за тем, как Локи неуклюже кружит вокруг моей головы. – У меня теперь есть дар Тельца. Солэй и Анья поселили меня у себя. Есть еда, некое подобие дома и теплая постель. Даже мои волосы теперь чуть ниже плеч, – хмыкнула я и провела ладонью по косичкам. – Так почему же мне этого мало? Почему я хочу большего?

Локи остановился у моего лица, размахивая крыльями, чтобы удержаться в воздухе. Его блестящие глаза смотрели на меня хмуро, будто осуждая.

– Думаешь…

«Страх – самый голодный монстр».

– Думаешь, нам стоит попробовать? Если я рискну принять участие в охоте, а затем найду способ спуститься на землю, то… ты бы хотел отправиться со мной? В путешествие за моими воспоминаниями?

Глаза Локи блеснули, а затем звереныш взмахнул крыльями и влетел мне прямиком в лицо, всеми четырьмя лапками хватаясь за мою голову в крепком объятии. Я упала на спину, и Локи вместе со мной.

– Ты пахнешь как ночь, – буркнула я в тельце астерии и погладила крылья у самого основания, на спине, где темно-фиолетовые перышки были нежнее всего. – Кажется, я знала кого-то еще, кто пах так же.

Я зажмурилась, и перед моим мысленным взором возникли чьи-то глаза. Аметистовые.

У меня есть здоровое тело. Здоровый дух. Упертый характер.

Так почему я до сих пор лежала тут и жалела себя?

У меня было больше года, чтобы горевать по утерянным воспоминаниям. Сегодня я рискну на охоте, а дальше посмотрим, что случится.

– Если начнешь вылизывать меня, Локи, тогда я точно не возьму тебя с собой, – пригрозила я по-доброму и схватила астерию под мышки, поднимая ее со своего лица.

Астерии тяжелые, обычному человеку непросто их поднять, но дар Тельца позволял мне с легкостью держать Локи на вытянутых руках.

– Если рискну я, то и ты рискнешь вместе со мной, – сказала я зверенышу. – Говорят, участие в охоте без астерии невозможно: чтобы добраться до цветка, последние несколько метров нужно будет пролететь. Моргни дважды, если ты согласен мне помочь.

Локи моргнул. Трижды.

Спустя пару секунд мы с ним уже мчались обратно в поселение, где вот-вот должна была начаться охота на цветок. Ноги несли меня быстрее обычного. Количество людей в поселении утроилось. Шум и гам доносились со всех сторон.

Ближе к эпицентру суеты, у самого леса, меня заприметила Анья.

– Куда спешишь? – крикнула она, когда я пробежала мимо.

Я распихивала людей, сдерживая свою силу, чтобы никого случайно не столкнуть с острова.

– Я передумала!

– Солэй тебя ждет! – ответила она, кажется, с улыбкой.

Наконец я оказалась в самом центре большого круга.

Юные охотники, собравшиеся, чтобы принять участие в охоте, устремили на меня укоризненные взгляды. Наво возглавлял охотников из племени Авроры, среди них затерялась Айомми. По другую сторону от вождя столпились ребята из двух других племен.

Выходцы из племени Грома и Молнии сливались бы с ночью, если бы не россыпь серебра и синие молнии на их коже. Одеты они были, как и ожидалось, в цвета своего племени. Серебристый и кобальтовый.

Люди из племени Солнца и Затмения казались полной их противоположностью. Их светящиеся тела пестрели золотыми и бордовыми рисунками, а волосы были красно-рыжими. На руках и талиях сверкали золотые цепи и драгоценные камни. Даже на когтистых лапках астерий, что горделиво парили над ними, поблескивали украшения.

И почти все эти люди отступили назад, стоило им распознать единственного чужака на острове.

Однако Солэй шагнул в сторону, приглашая меня занять место рядом с собой.

– Вождь! – Наво махнул луком в мою сторону. – Разве Аврора, создательница и хранительница нашего мира, не будет оскорблена, если мы позволим ей принять участие в охоте?

Солэя не смутило всеобщее недовольство. Его вообще редко что-то смущало. Напротив, в глазах вождя всегда загоралось торжествующее пламя, когда кто-то пытался оспорить его решения.

Солэй мог бы заставить Наво умолкнуть и подчиниться, но не сделал этого. Он выступил вперед, чтобы все стоявшие в кругу могли его видеть, и сказал:

– Терра имеет полное право на участие, даже если и не была рождена на Острове Небес и не разделяет нашей веры в Создательницу Аврору.

Я поморщилась, увидев оскорбленные лица собравшихся. Но Солэй только подмигнул мне.

– Терра – единственный человек, которому была дана возможность пользоваться даром Тельца. Думаете, это бы случилось, если бы этого не хотела Аврора? Сама Аврора видит Терру так же, как видит каждого из нас. Она верит в нее. Терра была избрана звездами, как и я. Как и все вы. Будем же благодарны представительнице Тельца за желание участвовать в нашем празднике.

Локи, все это время порхавший в небе, сделал кувырок и приземлился мне на плечо. Кто-то в толпе ахнул, но Солэй только улыбнулся. В его глазах горел победный огонь.

– Если астерии, создания Авроры, приняли Терру, то почему это не можем сделать мы? – Задав этот вопрос, Солэй снова отошел к охотникам. Ведь он не тот вождь, который ведет за собой слепой народ. Он вождь, который направляет готовых следовать за ним.

Мнение народа Небес не изменится после одной такой речи. Но ничего. Это не проблема сегодняшнего дня.

Я проверила крепко заплетенные на висках косы, чтобы убедиться, что отросшие волосы мне не помешают.

Никто мне не помешает.

– Передумала? – шепнул Солэй.

– Решилась.

Вождь подмигнул мне, затем взмахнул руками и провозгласил:

– Да начнется великая охота!

Впервые в своей жизни я бежала не для того, чтобы угнаться за остальным миром. Раньше я пыталась кому-то доказать, что я тоже сильная, и смелая, и быстрая. И ничем не хуже Леона и Лили. Но теперь я бежала… потому что могла это делать. И хотела.

Но выиграю ли я, если буду слепо мчаться за другими охотниками?

– Локи, постой. – Я махнула рукой в небо, зная, что астерия не сводит с меня глаз.

Как только я остановилась, Локи спикировал ко мне и нетерпеливо закружил вокруг.

«В чем дело? Почему стоишь на месте? Мы же сейчас продуем!» – говорили взмахи его крыльев.

– Дай мне минуту.

Локи не понравился этот ответ. Он уперся головой в мою спину и замахал крыльями, подталкивая меня вперед.

– Всего минуту, Локи.

То, к чему мне совсем не пришлось привыкать на Острове Небес, – это отсутствие обуви. Оказалось, чем чаще голые ступни касаются почвы, тем крепче связь со стихией земли.

– Тс-с, – шикнула я на астерию. – Тише.

Вновь закрыла глаза – довольно смело, учитывая, что я стояла в чужом лесу посреди ночи. Пальцами заткнула уши. Этому меня научил Солэй. Показал, что даром Тельца можно пользоваться по своему усмотрению. Не дар должен руководить мной, а я должна вести его туда, куда пожелаю.

Особенно в таком лесу, полном эмоций земли и шепота ветра, – здесь я могла ориентироваться только на свое обострившееся чутье.

Босыми ногами я чувствовала влагу и прохладу почвы. Оголенной кожей – легкие касания ветра.

Я стояла так, прислушиваясь к ощущениям. Пока… в голове не возникли образы.

– Вот и они.

Охотники. Племя Грома и Молнии мчалось за племенем Солнца и Затмения. Солнечные лучи одних слепили других. Раскаты грома били по ушам, не позволяя прорваться к цели. Стрелы и копья летали между деревьев с целью не убить, а задержать. Наво и его племя вышли вперед, не поддаваясь на уловки охотников позади, но против воли показывая им верный путь. Земля слегка завибрировала, когда Наво спрыгнул с высокого дерева и запустил стрелу под ноги соперникам. Вспыхнуло голубое пламя, заставив их отпрыгнуть в сторону.

Но сама земля не пострадала. Охотники способны создать холодное пламя и потушить его по своей воле.

Поэтому, как только Наво и его племя убежали дальше в лес, оторвавшись от соперников, голубое пламя исчезло, не оставив после себя и следа.

Интересно, но тихони Айомми среди них не было. Однако кто-то легко перепрыгивал с одного дерева на другое, следуя за остальными.

– Локи. – Я открыла глаза. – Встреть меня в самом конце, там, где потребуется твоя помощь.

Локи закрутил хвостиком, взмахнул крыльями и растворился высоко в облаках.

Я согнула колени и приготовилась.

Несколько месяцев назад я по воле случая узнала, что с силой Тельца ко мне пришла и скорость. В тот день Наво меня разозлил. Сейчас я даже не вспомню, что конкретно тогда было сказано, но в один момент он нависал надо мной, прогоняя, а в следующий момент я уже заносила руку для удара. Я не смогла его ударить. Солэй возник из ниоткуда и схватил меня за кулак. Тогда пришлось поставить крест на какой-либо дружбе между мной и этим племенем: Наво запомнил меня как монстра.

Однако именно тогда я поняла, какие возможности мне открылись.

Следя за дыханием, я наблюдала, как тепло, которое я ощущала во лбу, спускается ниже, к ногам, а затем и к ступням. Если воспользуюсь даром чуть-чуть, то ничего страшного не случится, только устану.

Три… два… один.

Земля под босыми ступнями задрожала и толкнула меня вперед. И тогда я разогналась, влюбляясь в свою скорость снова и снова. Уже через мгновение я бежала настолько быстро, что ветер свистел в ушах и резал глаза, заставляя их слезиться. Не прошло и тридцати секунд, а я уже нагнала других охотников – как раз тогда, когда три племени вновь столкнулись между собой. Ветви деревьев расступились под моим натиском, открывая вид на поединок.

Молния ударила в считаных сантиметрах от моих босых ног. Волоски на теле встали дыбом, и сердце заколотилось.

– Откуда ты взялась? – спросила меня какая-то девушка, запыхавшаяся и красная. За ее плечами три племени продолжали обмениваться ударами, не пропуская друг друга дальше. А в ее руках танцевали серебристые молнии.

Даже Наво и его друзья теперь не могли убежать. Другие охотники, запомнив их уловку с кольцом голубого пламени, не позволяли им провернуть такое снова.

Внезапно яркий луч солнца прорезал темноту, заставив всех отвернуться. Отвлечься.

Была бы у меня еще одна секунда… всего одна, и я бы сорвалась с места, оставляя охотников позади. Но я… я не смогла сдвинуться.

Я уже видела подобную силу солнца. Те лучи, похожие на молнии, зарождались в правой руке, скрытой под бронзой благородного доспеха, и всегда защищали меня.

Очередной удар молнии заставил меня отпрянуть назад, и я вернулась в реальность.

– Хочешь участвовать в охоте, так будь добра встретиться с нами лицом к лицу.

Юная охотница, стоявшая передо мной, была всего на пару лет старше меня. В ее высоком теле, покрытом тонкими серебристыми молниями и завитками грозовых туч, угадывалась сила.

– Я бы сразилась, вот только сейчас не смогу, – ответила я, даже не поднимая кулаков, а продолжая вглядываться в лес за спиной охотницы.

Куда бежать дальше? В какой стороне цветок?

– Я слышала про тебя. – В ладонях охотницы заискрились молнии. – Свалилась на голову вождя и пользуешься даром Зодиака.

– Я лишь пользуюсь тем, что было мне дано.

– Ты не уважаешь жертву Авроры, – мгновенно ответила она, делая шаг ко мне. – Вот что делаешь ты и подобные тебе! Думаешь, почему Созвездия мигают и пропадают?

Я знала, о чем говорят на острове. Круг Зодиака нарушает баланс нашего мира. С каждым годом дисгармония дает о себе знать все больше и больше. И, пользуясь дарами Созвездий, мы предаем сущность человека.

– Я не хочу с тобой бороться! – повторила я, когда мелкая молния вновь ударила возле моих ног, заставив отскочить назад.

Разговоры ни к чему не приведут. Придется продемонстрировать один из моих трюков, хотя Солэй и запрещал мне это делать. Он считает, что лучше скрывать свои умения, чтобы в нужный момент застать противника врасплох.

Но, кажется, этот момент пришел.

– Открою тебе секрет, – сказала я. – Пользоваться даром Зодиака, конечно, весело, но ваша сила мне тоже нравится.

Охотница нахмурилась, в глазах ее читалось недоумение.

Сегодня я не собиралась раскрывать все, чему научилась у Солэя и этого острова. Но чуть-чуть показать свои новые умения я могла, верно?

На земле нам внушали, что стать сильнее невозможно.

Но Солэй был прав. Все это обман.

Подняв руку и раскрыв кулак, я позволила электрическому разряду зародиться в самом центре моей ладони. Точь-в-точь как у охотницы передо мной.

У нее была всего секунда, чтобы успеть что-то предпринять.

Целая секунда, чтобы отразить удар.

Или ударить в ответ.

Но охотница успела только изумиться.

Когда я подняла руку и резко опустила ее, в моих ушах раздался гром, а за ним последовал удар молнии.

Молния вонзилась в землю рядом с охотницей и снесла ее с ног.

Она отлетела назад, но еще один охотник преградил мне путь. Золотые украшения зазвенели, когда он взмахнул руками и направил мне в глаза ярчайший луч солнца.

Однако луч не успел обжечь меня. Я крутанулась на босых пятках и послала в охотника похожий луч солнца из раскрытой ладони.

Его глаза распахнулись в изумлении и так же быстро зажмурились. Я воспользовалась этой секундой, чтобы обойти его и побежать за цветком, пока остальные были заняты боем. Но тут дорогу мне снова преградили.

– Откуда ты взялась?

В кулаках Наво уже зарождалось холодное пламя. Не успела я и глазом моргнуть, как вокруг меня сомкнулось кольцо огня.

Вдох. Выдох, Терра.

Покажу еще один трюк.

Я подняла одну руку, и голубой огонь вокруг меня потух.

На лице Наво отразилось искреннее удивление, и он сделал шаг вперед:

– Ты?..

– Я лишь пользуюсь тем, чему вы меня научили.

С этими словами я сжала кулаки, вторя движениям Солэя. И в глазах охотника вспыхнуло мое голубое пламя.

– Спасибо, Аврора, за одолженную силу, – прошептала я и направила огонь на Наво.

Тот отшатнулся, не веря своим глазам.

Когда я только попала сюда, история Авроры была для меня всего лишь сказкой. Но потом я увидела, что она наделила племена такой силой, что они даже не помышляли о дарах Созвездий. Я попросила Солэя показать, как он создает голубое пламя, а затем он представил меня мастерам двух других племен, и они обучили меня азам искусства солнца и искусства грома.

И, признаюсь, есть что-то особенное в том, чтобы полагаться только на саму себя.

Оставив Наво в кольце огня и напоследок ослепив его солнцем, я углубилась в лес – туда, куда до всей этой потасовки направлялись охотники.

Прикрыв глаза, я прислушалась к вибрациям. И уловила шорох в густой листве деревьев.

Айомми.

Вместо того, чтобы бежать по земле, она перебиралась по крепким веткам. Отлично, это даст мне возможность незаметно последовать за ней, а затем и обогнать ее.

Я с силой оттолкнулась, мгновенно разогналась и умчалась вперед, оставив охотников далеко позади. Бежала, стараясь не разбивать землю под ногами и не тратить слишком много сил. Время от времени пригибалась, уворачиваясь от брюхастых жучков. Опавшие листья сминались под моими ступнями, легкие заполнял аромат живого леса.

Вскоре перед глазами, в трехстах метрах от меня, появился маленький парящий островок, окруженный темными облаками. Но между ним и Островом Небес зияла бездонная пропасть.

Я знала, что́ меня ожидает. Знала, что дальше не справлюсь сама. В какой-то момент мне придется прыгнуть. Однако все равно споткнулась у края и чуть не полетела вниз, следуя за гравитацией.

– Звезды…

Я сделала шаг назад, размахивая руками, чтобы обрести равновесие.

– Локи! Твое время пришло!

Словно выпав из облаков, Локи прижал крылья к спине и спикировал ко мне. Только перед самым моим лицом он раскрыл их опять.

«Готова?» – говорили его глаза, глубокие и яркие, как небо.

– Ни капельки. – Я сделала еще один шаг назад.

Я не думала, что боюсь высоты, пока не оказалась на Острове Небес. Вот тогда настоящий Телец, знак стихии земли, проснулся во мне, умоляя никогда не прыгать на волю судьбы.

«Ну же! Давай!» – торопил меня Локи взмахами крыльев.

– Ты меня поймаешь? Точно? А если не удержишь?

Локи едва не закатил свои большие глаза.

Итак… мне оставалось всего лишь прыгнуть. И стоило это сделать до того, как меня нагонят остальные охотники. Прыгнуть сейчас или развернуться и уйти.

Сейчас или никогда.

Все эти полтора года на острове во мне бушевала борьба. Я смотрела на небо, землю и быстротечные реки. И, конечно, на Созвездия, не понимая, почему символ Тельца есть на моем лбу, но само Созвездие отсутствует на небе. Я была в поисках потерянных воспоминаний, но отказывалась заглянуть внутрь самой себя.

Я боялась саму себя. И боялась того, что потеряла. Но как я могла продолжать жить, даже не попробовав дать этим воспоминаниям шанс?

И, приняв решение… я прыгнула.

За одной ногой в пропасть последовала вторая.

И я рухнула вниз.

Я летела не дольше секунды, но мой желудок успел перевернуться.

Глупышка!

Зачем я это сделала?!

Локи еще не вцепился мне в спину, а я уже прыгнула!

Вот же!..

Но…

Странное дежавю.

Я уже падала так однажды, да?

Да, мне было знакомо это безжалостное сопротивление ветра и ледяной свист в ушах. Это удушье в легких и потеря контроля.

Эта боязнь одинокого полета… была мне знакома.

Вот только в тот раз я падала не одна, не так ли?

Есть нечто особенное в том, чтобы отпустить все страхи. Те самые страхи, что удерживали на земле целую вечность.

И в тот самый момент, когда мои ступни оторвались от края острова и когти Локи вцепились мне в спину, а в ушах раздались взмахи крыльев, я поняла, что наконец обрела потерянное.

Сначала это была только свобода. Возможность дышать полной грудью. Я закричала, выпустив вовне испуг, следом засмеялась, замахала руками и ногами, желая взлететь еще выше. Поняв меня, Локи рванул дальше в небо, крыльями прорезая облака, удерживая меня за спину и вибрируя в унисон с моими криками.

Касания холодного ветра напомнили о том дне больше года назад, когда я упала с неба.

И… я вспомнила все.

Взгляды. Лица. Голоса. Дни в пути и ночи у костра, которые мы проводили плечом к плечу.

Мой друг с глазами цвета самого теплого тягучего меда возник перед моим мысленным взором и улыбнулся.

– Теодор, – представился он. – Можешь звать меня просто Тео.

Мгновенно его улыбка сменилась гримасой сожаления.

– Это моя вина. Я должен был защитить вас, но не справился.

Тео развернулся, уходя во тьму моих воспоминаний, и оглянулся, только чтобы посмотреть на меня в последний раз:

– Мы скоро увидимся. Обещаю.

Между нами хлопнула каменная дверь. По моей щеке скатилась слеза, но вместо Тео возник кто-то другой.

– Феликс. – Парнишка протянул худенькую руку. – Но раз ты подслушивала, то уже в курсе, как меня зовут. Кстати, почему ты подслушивала?

Я открыла рот, чтобы ответить, но он уже поджал тонкие губы. Его лицо исказило горе.

– Я не могу, Терра. Если я попробую ее задержать, тогда у вас появится шанс найти книгу и убраться отсюда. Идите дальше без меня.

Дверь передо мной вновь захлопнулась. Чьи-то руки утянули меня прочь, и когда я отвернулась от одного воспоминания, то оказалась лицом к другому.

Мое дыхание на мгновение оборвалось.

– Грей, – нехотя представился парень, отвернувшись. Отказываясь показать мне свое лицо. – Теперь можешь развернуться и уйти, не стесняйся.

Но я не хочу уходить. Повернись ко мне. Как ты выглядишь?

– Все хорошо… – прошептал мне на ухо Грей в следующее мгновение, обнимая меня сзади. – Все в порядке. Мы в порядке.

Но ничего не в порядке, Грей. Как все может быть в порядке, когда тебя нет рядом со мной?

– Терра, смотри мне в глаза, – мягко попросил он, и я мгновенно повиновалась, торопясь вспомнить очертания его лица. – Смотри мне в глаза и слушай.

И меня встретили самые красивые темно-лиловые глаза.

Грей слегка улыбнулся, его рука потянулась стереть слезы с моих щек. Слезы остались нетронутыми, но щеки потеплели, словно он и впрямь к ним прикоснулся.

– Если мы потеряем память, то она к нам вернется. И мы не прощаемся, хорошо? Запомни, Терра, мы встретимся в центре нашего мира. Как только очнешься, направляйся туда. В город Сильнейших.

Я издала всхлип, прежде чем успела себя остановить. Вторая слеза скатилась за первой, и моя рука взлетела ко рту, по привычке закрывая его, чтобы удержать рев, который больше года назад зародился глубоко в груди и теперь рвался наружу. С силой опустив руку, прижав кулак к бедру, я… взревела. Закричала так же яростно, как самая потерянная звезда в пучине ночного неба. Звезда, которая никак не может найти путь домой.

За эти полтора года внутри меня натянулись нити глубокой веры в мое одиночество и потерянность, но с каждым взмахом крыльев Локи эти самые нити внутри обрывались.

Обрывалась вера в то, что я одинока.

Обрывалась вера в то, что мой дом – это деревня, жизнь с родителями, Лили и Леоном.

Обрывалась вера в то, что я так и не смогла найти свое место в этом мире.

За несколько мгновений я прожила все. С каждой звездой, мимо которой мы пролетали, и с каждым облаком, касавшимся моих волос, я отпускала горе и позволяла жалости поглотить меня целиком. Я жалела себя. Время, потраченное на догадки. Я жалела потерянных друзей. Тео. Феликса. И… моего Грея. Я жалела Грея и ту связь, что мы обрели и так быстро потеряли.

На смену жалости пришла злость. На Созвездие Льва. На Далилу, нашего врага. И на… саму себя. Но как только я гневно стерла с лица слезы, ощущая, как яростно горит символ Тельца на лбу, я погасила злость, позволяя новой нити натянуться внутри меня. И моя вера обратилась в нечто иное.

Где же они? Мои друзья, рядом с которыми можно дышать полной грудью.

Слезы высохли. Я стерла остатки рукавом рубашки и посмотрела в небо перед собой.

Не плачь, Терра. Самое время взять себя в руки, ведь тебя ждут.

– Локи! – позвала я, и холодный ветер унес мой крик к ушам астерии. – Пора спускаться!

Локи завибрировал, взмахнул крыльями еще раз и помчался вниз. Теперь, когда он спускался быстрее, чем летел до этого, ветер бил в глаза резкими порывами. И вскоре я увидела стремительно приближающуюся землю.

Я почувствовала, как Локи напрягся.

За секунду до того, как мои ступни коснулись земли, Локи отпустил меня, отправив в свободное падение. Приземляясь, я кувыркнулась, быстро вскочила на ноги и приготовилась бежать дальше.

Вот только отправляться на поиски цветка не пришлось.

Он оказался прямо передо мной.

На этом куске парящей земли, отделенной от остального острова, больше не было ничего. Ни других деревьев, ни кустов или других цветов.

Только один цветок, стебель которого был старше меня и любого другого человека на нашей планете. И, по легендам этого острова, старше даже самого Зодиака.

Слои лепестков, что колыхались на ветру, хранили в себе обещание нескончаемой звездной ночи и переливались всеми красками неба. И темно-фиолетовым закатом, и огненным рассветом. И северным сиянием, и перламутровым блеском. Если бы звезда упала с неба и стала цветком… вот как она бы выглядела.

Анья рассказывала, что когда-то целые поля были покрыты этими цветами, пока не исчезли вместе с самой Авророй. Пока не остался только один, защищенный Островом Небес и его людьми.

Локи закружил вокруг меня, подталкивая взмахами крыльев и предвкушая победу.

Я сделала шаг вперед, протянув руку к цветку, вот только так и замерла.

Заслуживала ли я этого?

Я пожелала участвовать в этой охоте, потому что хотела доказать себе, что способна вернуть свои воспоминания. Что мне не страшно. Но другие охотники… они…

Позади меня кто-то приземлился на островок, и я обернулась.

– Я… опоздала, – произнесла Айомми, глубоко дыша и уперев руки в колени. Ее лицо, покрытое серебристыми рисунками, раскраснелось. Ее астерия упорхнула обратно в облака.

Взгляд Айомми упал на цветок за моей спиной, и девушка опустила голову:

– Мне не стоило даже пробовать.

Это не моя охота.

И с этим осознанием я отошла в сторону. Локи устремил на меня полный возмущения взгляд, но я лишь качнула головой.

– Он твой, – произнесла я и сделала еще один шаг в сторону.

Айомми вскинула голову.

– Что? – спросила еле слышно.

– Лепесток. Он твой.

– Но ты же пришла первая, – выдохнула она, неуклюже выпрямляясь.

– Представь, что меня здесь никогда не было.

Айомми смотрела на меня, не решаясь подойти к цветку. Но я поманила Локи за собой и рванула к краю островка. Умчалась в небо, оставив изумленную Айомми внизу.

Вот что я вспомнила. Почти два года назад во мне впервые проснулся дар Тельца, после чего я была благополучно изгнана из деревни. Мне пришлось оставить место, в котором я выросла и которое никогда не должна была покинуть. Мои родители испугались моего дара, а Лили и Леон предали меня, но дать им отпор в ту ночь, когда они на меня напали, я так и не смогла. Я не просто бездействовала, а позволила единственным друзьям детства решить мою судьбу за меня. Если уж на то пошло, то все кому не лень решали за меня.

И все эти полтора года на острове я жила по велению Льва. Зачем он отправил меня на этот остров и стер память? Для чего это было нужно? Он же велел нам собрать группу Сильнейших и остановить Далилу. Спасти мир Зодиака! Но как я должна была готовиться ко встрече с врагом, если ничего не помнила?

Тогда, после изгнания из родной деревни, вместо старого дома я обрела новый. Я нашла его в людях, с которыми делила ночи вокруг костра, с которыми умывалась в холодном ручье по утрам. Это я знала наверняка.

Но я не знала… живы ли они. Феликс был сильно ранен.

В порядке ли они?

Тео мог очутиться во мраке. Там, где совсем не светит солнце.

Где они?

Я хотела увидеть Грея. Посмотреть ему в глаза, услышать его голос, узнать, все ли у него хорошо.

Помнят ли они меня? Наш путь?

Если вспомнила я, значит, вспомнили и они. Верно? В любом случае я со всем разберусь.

Шаг за шагом.

Ежегодная охота подошла к концу, так же как и мое время на этом острове. Как только Айомми приземлилась на главный остров с лепестком в сжатых ладошках и ее объявили победительницей, все пустились петь и танцевать. Даже другие охотники, похоже, смирились с поражением и присоединились к празднику.

А я скрылась в тени и незаметно прошла к дереву, в котором меня приютили Солэй и Анья.

Все, о чем я могла думать, – это ребята, которых я оставила в прошлом. Которых почти вычеркнула из своей жизни. Остались только туманные видения… Но теперь я поняла, что они реальные люди, и стремилась вернуться к ним как можно скорее.

Я уже заканчивала впихивать в сумку все, что успела нажить на этом острове, и темно-зеленую накидку Грея, как вдруг низкий голос оторвал меня от моего занятия:

– Значит, ты все вспомнила.

Солэй нашел меня быстрее, чем мне хотелось. Я рассчитывала, что во время праздника он будет занят, но, видимо, не стоило забывать, что он внимателен, как хищник туманного леса.

Я обернулась и увидела, что он стоит у входа. Его тело казалось расслабленным, однако желтые глаза, блестевшие в тени, говорили об обратном.

– Вспомнила, – ответила я и медленно выпрямилась, закидывая лямку сумки на плечо.

Солэй склонил голову набок, как делал каждый раз, когда я бросала ему молчаливый вызов. Он изучал меня взглядом, не моргая, пытаясь прочитать мои мысли.

Я шумно сглотнула.

Обычно подобное столкновение заканчивалось шуточкой от вождя и моим желанием спихнуть его с края острова.

Но в этот раз все было по-другому. В этот раз я знала, куда бежать, но не имела возможности сделать это самостоятельно. И Солэй это понимал.

Я прокручивала в голове варианты развития событий. Солэй мог отпустить меня с миром, а мог потребовать рассказать все, что я вспомнила о своем путешествии с ребятами. И, узнав об опасности, грозящей великим Созвездиям, вождь вполне был способен оставить меня тут, чтобы помешать спасению круга Зодиака.

Но я буду биться с ним, если придется. При этой мысли мое тело само приняло боевую стойку.

Первым делом я закинула сумку за спину и едва заметно согнула ноги в коленях. Затем расправила плечи и сжала кулаки. Если Солэй хочет боя, он его получит. И об этом говорил горящий символ Тельца в центре моего лба.

Мне нужно спуститься вниз и найти центр нашего мира. Потому что миру грозила опасность в лице Далилы и потому что… я даже не знала, что произошло с Греем, Тео и Феликсом. Я должна вернуться. Они нуждаются во мне.

Солэй вышел из тени, но не для того, чтобы преградить мне путь: когда рой летающих светлячков осветил его лицо, я увидела на нем улыбку.

– Другого я от тебя и не ожидал, – сказал он и прошагал мимо меня, взмахом руки призывая последовать за ним. – Добро пожаловать обратно, рожденная Тельцом.

– Что?..

Я могла убежать. Прямо сейчас. Путь был свободен. Но куда я побегу? Поможет ли мне Локи спуститься на землю? Астерии сильные и выносливые существа, но даже у них есть предел. А Локи вообще не практиковал полеты с весом человека. Все может закончиться моим падением с высоты.

Поэтому, выдохнув и тряхнув плечами, чтобы снять напряжение, я последовала за вождем. Я доверяла ему… Нет, точнее будет сказать, что за эти месяцы мы заслужили доверие друг друга. Он не избавился от меня при первой же возможности, а я не разрушила его остров силой Тельца. Можно считать нас друзьями.

– Куда ты меня ведешь?

Спустя тридцать секунд мы стояли в туалете. Хотя туалет – это громко сказано. Учитывая, что остров парит в небе, про канализационную систему можно было забыть. Но к проблеме отходов местные жители подошли креативно. В отверстии, куда все, собственно говоря, падало и стекало, под водой были корни, которые перерабатывали человеческие отходы и насыщали дерево энергией. Благодаря этому люди жили внутри деревьев в комфорте и безопасности.

– Мы стоим тут вместе, а значит, я готов раскрыть тебе свой самый грязный секрет.

Вождь поднял голову и подмигнул мне. В ответ я состроила ему гримасу.

И тут мое сознание захлестнула волна воспоминаний. В голове вспыхнули картинки, где нас было четверо. Мы окружили пустой колодец и смотрели друг на друга в полнейшем недоумении. Пока один из нас не прыгнул, а остальные не последовали за ним.

Мое сердце защемило, и к глазам невольно подступили слезы.

– Значит, Грей, да? – внезапно спросил Солэй.

Я сморгнула слезы и посмотрела в желтые глаза вождя, и они сверкнули.

– Откуда ты знаешь это имя? – Я окаменела. – Что еще ты знаешь?

– Я знаю, что Далила ищет тебя и… о нет, Терра, что это? Злость в твоих глазах? Позволь мне хотя бы закончить. – Вождь усмехнулся и скрестил руки на крепкой груди. – Я знаю, что последние полтора года Далила ищет тебя и твоего дружка Феликса.

– Но не Тео или Грея?

Это могло означать две совершенно разные вещи. Либо Далила преуспела и уже забрала их силы, тем самым… отняв их жизни. Либо память так и не вернулась к ним, и, возможно, они блуждали по этому миру в поисках своих воспоминаний. Как бы то ни было, мне необходимо срочно спуститься с острова и найти своих друзей.

– Я знаю, что тебе нужно остановить Далилу. Ах! – Солэй махнул рукой, приказывая мне помолчать. – И про скорое нападение на мир Зодиака я тоже в курсе. И еще я знаю, для чего мне нужно, чтобы ты остановила эту страшно красивую женщину, но не уверен, почему Созвездия выбрали именно тебя для этой миссии.

Злость и обида до сих пор росли во мне, как волны перед цунами.

– Откуда ты все это знаешь, Солэй?

– Я многое знаю, но далеко не все. Я надеюсь, что теперь, когда к тебе вернулись воспоминания, ты готова рассказать мне остальное. Я умираю от любопытства, Терра.

– Я не скажу тебе и слова.

Он приподнял бровь:

– Вот как?

– Ты знал правду все это время и хранил молчание? – повторила я свой главный вопрос, толкнув его в грудь, из-за чего вождь спиной врезался в деревянную стенку туалета. – Я считала тебя другом! Наставником! Как ты мог?

Его взгляд остановился на моих кулаках, готовых проделать дыры в деревянной стене одним ударом.

– Тише, рожденная Тельцом, ты не забыла про контроль?

– Я забуду про контроль сейчас же, если ты не начнешь говорить правду.

Он оскалился:

– Силы в тебе много, но не терпения.

– Есть как минимум три человека, которые ждут моего возвращения. Терпение тут не к месту.

– А кто сказал, что они нуждаются в тебе? Что, если они тебя даже не помнят? Что будешь делать тогда, Терра?

Мое сердце сделало кувырок, но вовсе не от радости, а от тревоги.

– Я…

Я не успела произнести свой следующий вопрос, когда вода в отверстии забурлила. Солэй разумно отступил назад, но моя реакция оказалась не такой стремительной.

Вслед за пузырями на поверхности появились рыжие волосы настолько темного оттенка, что они казались почти алыми. Прежде чем я успела разглядеть что-либо еще, меня окатило водой из туалета.

В комнатке зазвучал знакомый голос, такой же легкий и мелодичный, как пение утренних птиц:

– Ай-ай-ай, Терра, а я думала, ты предугадаешь мое появление и вовремя отпрыгнешь в сторону, чтобы не промокнуть.

Я открыла глаза, быстро смахнув с ресниц капли воды, а с лица – промокшие прядки, и увидела ее перед собой.

Длинные волосы желтоглазой девушки уже почти высохли. Искусные рисунки на ее теле приковывали внимание. Они были сделаны золотыми и бордовыми красками, однако едва ли скрывали бледные полосы шрамов под ними.

Золотые браслеты зазвенели на ее кистях, когда она уперла ладони в пол по обеим сторонам от отверстия и бросила гневный взгляд на молодого вождя:

– Я же тебя просила поменять место встречи, Сол! Почему снова туалет?

Солэй развел руками:

– По-твоему, было бы не подозрительно, если бы я пошел пощебетать с ближайшим ручьем? Вода есть вода, моя дорогая Астрис.

Дружелюбный тон. Фамильярность. Астрис не нужно было осматриваться – она уже знала, где оказалась… Единственный, кто пребывал в недоумении, это я.

Они были знакомы!

И даже больше того… Когда-то Астрис принадлежала Острову Небес. Об этом говорили не только рисунки на ее коже, похожие на узоры племени Солнца и Затмения, и знакомые желтые глаза, но и исходящее от нее слабое свечение. Однако веснушки на ее теле были бледными. Она не жила тут уже много лет и не питала их светом звезд.

И что мне делать после такого открытия?

В этот момент они оба замолкли и повернулись ко мне. Нижняя половина тела Астрис до сих пор находилась в воде и состояла из прозрачных пузырьков.

– Ты не врал, когда говорил, что она теперь подобна самому Тельцу.

– Не подобна, – ответил Солэй, посылая мне улыбку. – Она и есть Телец.

Эта фраза будто бы наконец разбудила его: он стряхнул наваждение и, повернувшись к Астрис, протянул ей руку галантным жестом, в котором сквозило нечто среднее между нежностью и тоской.

Время будто застыло.

Кто-то другой мог бы упустить это из виду, но я провела с Солэем слишком много времени, чтобы не обратить внимание на его открытую ладонь и на то, как дрогнули его пальцы. На языке крутилось слово настороженность, но оно даже близко не отражало тех чувств, которые только что пробежали между ними. Эти двое были знакомы целую вечность, но, похоже, видели друг друга не чаще, чем происходит смена сезонов.

И тогда в моей голове вспыхнула мысль. Меня навели на нее шрамы Астрис, спрятанные под золотыми татуировками. Точно такие же шрамы покрывали тело Солэя.

Астрис и Солэй не просто знакомы целую вечность. Она и есть та самая потерянная подруга, которая так и не вернулась на остров вместе с ним.

В следующее мгновение Астрис приняла его помощь и встала на пол двумя вполне реальными ногами.

Пара капель воды упала на пол и мгновенно впиталась в дерево, а я наконец очнулась от наваждения.

– Далила все знает, да? – Я подняла голову и обратилась к представительнице Рака. – Она знает, что Лев велел Сильнейшим объединиться и дать ей бой уже этой весной?

Астрис ничего не ответила, только посмотрела на меня невинным, но глубоким взглядом. И тогда я повернулась к Солэю и, не скрывая гнева, произнесла:

– Вот откуда ты знаешь обо мне и моих друзьях, Солэй? Потому что Астрис работает не на Далилу, а на тебя!

– Не на меня, а со мной, – аккуратно поправил он и ослепительно улыбнулся.

– Если вы оба все знаете, то где сейчас мои друзья? Они меня помнят? – Я крутилась между ними как юла, осыпая вопросами. – Помнят, что мы договорились встретиться в центре мира?

– Тебе не понравится мой ответ, Терра, – произнесла Астрис.

– И почему это?

Они оба смотрели на меня, сохраняя молчание, побуждая задать следующий вопрос.

– Я вам для чего-то нужна? – Их многозначительные взгляды подтвердили, что мои мысли движутся в верном направлении. – Ты собственноручно тренировал меня! – Я снова толкнула Солэя в грудь, и он ударился об стену, а за его спиной образовалась трещина.

Мысленно я поморщилась, но на моем лице не отразилось и капли сожаления. Только злость. Да как он мог предать меня?!

Он тренировал меня не по доброй воле, а по необходимости.

Солэй бесстрашно протянул руку и коснулся моего плеча. Я не спешила ее стряхивать. Теперь я ясно помнила, что однажды уже была в такой ситуации: двое моих друзей скрыли от меня целый план. И тот конфликт чуть не закончился трагедией. Поэтому сейчас я старалась быть терпеливее.

– Все не так, Терра. Я стал твоим другом и помогал тебе, потому что искренне хотел для тебя лучшего.

– Да что ты? – Символ Тельца на лбу потеплел, но я прикусила губу, пытаясь сдержать гнев.

– Я дал тебе кров и тренировал из желания обеспечить твою безопасность.

– И свою безопасность, видимо, тоже.

– И безопасность своего острова, – согласился он.

– Тогда почему ты ничего не сказал мне раньше? Ты же все время подходил ко мне и спрашивал, вспомнила ли я что-нибудь!

«Ты бы избавил меня от стольких мук, Солэй!» – хотела добавить я, но промолчала. Он и представления не имел, что́ я испытывала каждый день, иначе не стал бы так меня обманывать.

Солэй убрал руку с моего плеча и выпрямился.

– Я не знал всех деталей случившегося с тобой, Терра. Только некоторые факты, которые Астрис смогла выведать у Далилы.

– Но ты знал достаточно. – Я покачала головой. – Ты знал имена моих друзей. Знал, какой путь мы прошли и как я осталась одна. – Я ткнула пальцем в сторону Астрис. – Потому что она рассказала тебе обо всем! Потому что она помогала не только Далиле и тебе, но и… но и тому…

Астрис наклонила голову, и длинные пряди ее волос упали набок.

– Кому?

– Неважно! Астрис, ты следила за мной. Почему? – Мой голос дрогнул, злость уступила место обиде.

После всех предательств, которые я пережила за время своего путешествия, последнее, чего я желала, – это вновь оказаться в положении слепой, слабой и наивной божьей коровки. Все только и делали, что водили меня за нос, будто знали, как мне будет лучше. Пожалуй, я до сих пор стояла тут только потому, что надеялась: у Солэя была веская причина хранить молчание так долго.

– Причина была, – проговорил вождь, угадав мои мысли. И как он только это делал? – Причина, которую ты так усердно ищешь, Терра.

– Скажи, что моя вера в тебя – не свидетельство моей глупости. – Я повернулась к Астрис. – И в тебя тоже. Однажды я доверила тебе жизнь своих друзей и свою собственную. Тогда ты нас не подвела, но поступишь ли так же в следующий раз?

Астрис обвела меня взглядом, прикоснулась к кончикам моих волос, одобрительно кивнула, внимательно рассмотрев мою одежду, и только потом улыбнулась мне.

– Дорогая Терра, самое главное, что ты вспомнила саму себя. И, кстати, очень вовремя. Мы ждали, когда это произойдет. Наконец-то свершилось. Если бы ты не вспомнила все сегодня, то я даже не знаю, как бы мы выкручивались.

– Что ты имеешь в виду? Нет, постой. – Я подняла ладонь, останавливая Астрис. – Лучше скажи… они там? Они уже пришли на место встречи?

Перед расставанием мы с Греем договорились о месте встречи. И если я правильно поняла слова Льва, то поставленную задачу мы должны были выполнить все вместе. Вчетвером. Значит, и Тео, и Феликс знали, куда держать путь. Если к ним вернулась память… они уже там. В центре нашего мира. В городе Сильнейших.

Солэй разглядел в моем вопросе и в моих глазах надежду. Поэтому ответил он:

– Мы знаем, что Грей там.

Услышав это, я испытала такое облегчение, что едва не рухнула на пол.

Вождь тем временем продолжал:

– Мы знаем, что Теодор также прибыл домой, то есть в тот же город. Он вернулся к своим обязанностям Сильнейшего Льва.

– Тео и Грей уже виделись? Они ведь не ссорились, пока меня не было рядом? И… если они все вспомнили, то почему не искали меня?

Я понимала, что вопрос немного эгоистичный, я ведь сама тут пряталась от целого мира и избегала своих воспоминаний, но… но я так сильно хотела их увидеть! Звезды, подарите мне терпение.

– Я не знаю, Терра, – вдруг сказала Астрис, и мое сердце остановилось. – Я, честно, не знаю, помнят ли твои друзья о вашем пути.

– Но если они в городе, то, значит, должны были все вспомнить. Зачем еще им там быть? Разве я не права?

Астрис и Солэй смотрели на меня и молчали, как двое взрослых, которые не хотят расстраивать ребенка.

– Есть причина, по которой Тео и Грей находятся там, Терра. И по этой же причине мы испытываем большое облегчение оттого, что ты все вспомнила вовремя.

– Они ведь должны были встретиться, правильно? Грей и Тео. Не может такого быть, чтобы они столько времени провели в одном месте и даже не знали друг о друге.

Я говорила торопливо, вопросы вылетали из моего рта со скоростью астерий. Именно поэтому от Солэя последовал заземляющий ответ:

– Не знаю, Терра. Все возможно, и, скорее всего, эти двое поддерживают контакт, если память к ним вернулась.

Если?

– Что значит «если»?

– Послушай, Терра. – Тут в разговор снова включилась Астрис. – Честно, мы не уверены, поддерживают ли связь Грей и Теодор. Я лично с ними не говорила. Наблюдала со стороны. Знаю только, что Далила охотится за ними. Ждет идеального момента, чтобы напасть. И скоро этот момент наступит.

– Скоро?

– Если ты немного подождешь, то мы всё тебе объясним.

Но как я могу ждать? Почему они так медленно мне все разжевывают? Боятся, что я взорвусь от эмоций, если объяснить мне все разом? В таком случае правильно делают, особенно если новости плохие.

– Что насчет Феликса? Он тоже там? Что с его рукой? Он был сильно ранен.

Астрис только покачала головой, и мое сердце ухнуло в пятки.

– Про Феликса Далила ничего не говорит. Его будто не существует для нее.

Мое дыхание ускорилось от нарастающего беспокойства. Я не знаю, о чем я думала полчаса назад. Видимо, я так и не переросла свою наивность. На что я надеялась? Что могу пропасть на полтора года, а ребята будут сидеть и дружно ждать меня все вместе? Конечно же, не будут.

Какая же я дуреха.

Им нужна была моя помощь, а я столько времени скиталась по острову и тщетно пыталась что-либо вспомнить.

– Терра, нам нужно, чтобы ты была там к завтрашнему дню. В городе Сильнейших.

Я прогнала лишние мысли и постаралась сфокусироваться на том, что мне говорили.

– Ребятам нужна моя помощь?

– Нет. – Солэй усмехнулся. – Боюсь, не в этом дело.

– Тогда в чем?

– Лучше скажи мне, Терра: в чем состоит твоя главная задача?

Теперь я помнила это ясно. Голос Льва в голове звучал так же громко, как и в тот самый день на небе среди звезд.

– Собрать Сильнейших и вместе противостоять Далиле и тому полупрозрачному мужчине.

– Он скорее белый, – поправила меня Астрис.

– Неважно. – Я отмахнулась.

– Что конкретно тебе сказал Лев? Повтори слово в слово, – потребовал Солэй.

Я закрыла глаза и мысленно вернулась в ту самую ночь, когда мы были готовы сдаться. Но так же, как и сегодня, Астрис вышла из воды и изменила ход истории. Она привела нас в пустыню Альтаир. Оттуда мы прыгнули в колодец, и наше путешествие закончилось.

Уже глубоко под землей мы разделились, а потом сам Лев гордо предстал перед нами в своей дымчатой форме.

Почти забыв о присутствии Астрис и Солэя, я невольно задержала дыхание, когда туман, в котором таились воспоминания, рассеялся и мне открылось лицо Грея. Моего Грея. Вот он парит в небе со мной. Близко, но его совсем не коснуться. Вот его глаза смотрят на меня так искренне в момент нашего прощания. Его голос. Такой родной. Теплый, как костер посреди глубокой ночи, дарящий уверенность в новом дне. И его зеленая накидка, обнимающая меня вместо его рук.

Грей.

Я сдержала свое обещание, я позаботилась о себе, была аккуратна и даже ни одну пещеру за это время не разрушила. Пусть и с тобой все будет хорошо, ладно? Я скоро буду рядом, и мы разберемся со всем остальным.

Открыв глаза, я ощутила слезы, дрожащие на ресницах, и повторила слова Льва точь-в-точь:

– Через два лета, с началом весны, будьте здесь, стойте в пустыне Альтаир бок о бок с Сильнейшими вашего мира. Остановите беду, надвигающуюся на мир Зодиака.

«Постарайтесь не стать врагами за это время, рожденные Змееносцем и Тельцом. Не позволяйте Созвездиям овладеть вашими чувствами… Время на исходе». Но эти слова я решила оставить при себе, что бы они ни значили.

– Выходит, то, что я выведала у Далилы, правда, – почти сразу заговорила Астрис. Она протянула руку к плечу Солэя, но так и не решилась его коснуться. – Всё так, как мы и думали.

Сложно было не заметить, как желтые глаза Солэя задержались на ее изящных пальцах.

– И что же вы думали?

Наконец Солэй, прислонившись спиной к треснувшей стенке, перевел взгляд на меня:

– Созвездия ждут нападения Далилы с началом весны, как только на землю упадут последние снежинки. Но… – Тут он оскалился. – Она хитрая женщина. И нападет сразу после окончания турнира.

– Как мы и предполагали, Далила намерена забрать дары всех Сильнейших, и не только. – В глазах Астрис блеснул испуг, когда она посмотрела на меня. – Их даров хватит, чтобы сделать это.

– Сделать что? О чем вы говорите? Какой еще турнир?

Солэй покачал головой. Его поза была расслабленной, лицо – спокойным. А улыбался он скорее насмешливо. Словно, что бы там ни задумала Далила, он просто давал ей фору.

– Лучше скажи мне, Терра, как ты собиралась повести группу Сильнейших за собой?

Я нахмурилась.

– Для начала хотела найти их, а затем рассказать им все как есть. Сказать, что у нас есть два врага, которые способны уничтожить мир Зодиака, если мы что-нибудь не предпримем.

Солэй цокнул языком:

– Не сработает такой план.

– И почему же? Потому что он не твой?

– Они не будут тебя слушать, Терра. – И, когда я бросила на него грозный взгляд, вождь только пожал плечами. – Не надо на меня так смотреть. Для Сильнейших твое мнение ничего не значит. Ты будешь для них всего лишь девчонкой, которая еще не проявила себя. И, ко всему прочему, ты рожденная Тельцом.

– И что в этом плохого? Люди уважают Тельца.

Естественно, я была против всей этой вражды между Тельцом и Змееносцем, но я знала, что Тельцу доверяют, а Змееносца обвиняют. Разве этого недостаточно, чтобы прислушаться ко мне?

Астрис посмотрела на меня… как-то странно. Солэй же усмехнулся:

– За последние полтора года мир внизу изменился. Мнение людей тоже изменилось. В Змееносце больше не видят врага.

– Правда? – Я задержала дыхание. – Ты сейчас говоришь правду?

Облегчение распустилось внутри весенним цветком. Грей мог быть свободен. И если он принял дар Змееносца, так же как и я – дар Тельца, то, значит… он по-настоящему свободен.

– Но теперь все наоборот, Терра, – прервал мои размышления Солэй. – Люди больше не видят в Змееносце врага, однако и в Тельце не видят героя.

– Что?

– Кто-то узнал, на что способны люди с даром Тельца, и… – Он пожал плечами, как бы говоря: ну а что тут поделать? – И пошло-поехало. А ты знаешь людей, им только дай повод.

– Подожди-подожди. – Я выставила перед собой ладони, останавливая Солэя. Пыталась переварить услышанное. – Они знают, на что я способна? Они в курсе, что я могу… могу навредить им, если не сдержусь?

Мое сердце упало, когда Солэй и Астрис одновременно кивнули.

– И они знают, что дар Змееносца способен спасти жизнь.

– Откуда они могли все это узнать?

Во время нашего путешествия и в те самые редкие моменты, когда у меня и у Грея проявлялись силы, никого, кроме наших друзей и Далилы, рядом не было.

Далила не стала бы рассказывать о наших способностях целому миру. Но… Лили, Леон и Сильнейшие знали об опасности дара Тельца. Но, опять же, всю мою жизнь они держали это в секрете даже от меня самой.

Только если… нет. Зачем Тео, Феликсу или Грею об этом рассказывать?

– Не строй лишних догадок, все равно к верному ответу не придешь, – привлек мое внимание Солэй. – Ты должна увидеть все своими глазами, тогда и узнаешь, как так получилось. Если мы расскажем тебе обо всем, что произошло за это время и через что прошли твои друзья, ты можешь сдаться. Ни нам, ни тебе самой это не нужно.

– Нам необходимо, чтобы ты вернулась вниз с ясной головой, – добавила Астрис. – Твою уверенность в себе ничто не должно пошатнуть, иначе…

– Иначе я не справлюсь? И с чем я могу не справиться? Хорошо, допустим, люди боятся Тельца и, соответственно, меня, не велика проблема. – Тем более к этому я успела привыкнуть на острове. – Расскажите лучше про то, что я должна тогда делать с Сильнейшими? Почему я не могу с ними просто поговорить? Среди них есть мой друг Тео.

Солэй посмотрел на Астрис, и оба кивнули. Видимо, наконец решились мне все рассказать.

– Сейчас группу Сильнейших сложно назвать сплоченной, – начал Солэй.

– Тот факт, что Теодор принял решение дать отпор Лили и Леону в ночь их нападения, уже о многом говорит, – добавила Астрис. – Но одного Теодора тебе будет мало. Нужно, чтобы на твоей стороне было гораздо больше людей.

– И к тому же… – протянул Солэй, поглядывая на меня.

Тут я вновь напряглась:

– Что? Что-то случилось с Тео?

– Послушай, Терра, чем быстрее ты поймешь, что многое изменилось за это время, тем легче тебе будет. – Астрис нежно коснулась моей руки. – Изменилось не только отношение людей к Тельцу и Змееносцу, твои друзья тоже не те, кем были раньше. Я заметила разницу.

– Ты их видела? – На языке вертелась сотня вопросов.

Как они? Не ранены ли? Как именно они изменились? Я их… узнаю?

– Моя точка зрения отличается от твоей, Терра. Ты их встретишь и сама для себя все поймешь.

Спасибо Астрис за ответ без ответа. Но в чем-то она права.

– Что мне нужно сделать, чтобы найти союзников среди Сильнейших? Как заставить их выслушать меня? Времени у нас в обрез.

Месяц до последнего снега, если быть точнее.

Ответ последовал не сразу. Солэй и Астрис не просто переглянулись, а посмотрели друг на друга так, будто обменивались целыми репликами. Только после этого они повернулись ко мне с решимостью в своих одинаковых желтых глазах.

– Тебе необходимо принять участие в турнире Одиннадцати.

Нет.

Шутка какая-то.

– Что? – Я не пыталась скрыть недоумение. – В чем принять участие?

– Тебе нужно заявить о себе. – Солэй оторвался от стены, выпрямляясь в плечах, становясь выше и шире. Словно побуждал меня сделать то же самое. – Не сразу, но как только появится возможность, ты скажешь: «Меня зовут Терра, и я единственная рожденная Тельцом». Громко. Бесстыдно.

Я открыла рот, но и слова выговорить не смогла.

Он сейчас серьезно?

– Ты покажешь, что ты жива. Что ты активна. Не только продемонстрируешь народу, что тебя не надо бояться, но и докажешь Сильнейшим, что ты сильнее. Возможно, сильнее всех них вместе взятых. Они этого не знают, но думают, что ты опасна. Без турнира они и слушать тебя не станут. Убьют на месте, и даже твой Теодор их не сможет остановить.

На этих словах я опомнилась.

– Вы двое со звезд рухнули или что? Какой еще турнир? – Я рассмеялась им в лицо, отмахиваясь руками от этого плана. – Я и турнир Одиннадцати? Солэй, ты меня видел разве что в лесу! Я даже дар Тельца не могу нормально использовать. Как, по-твоему, я сделаю это на турнире?

– Ты сделаешь это так же, как сделал Грей. – Тут заговорила Астрис, выйдя вперед и загородив собой вождя. Я видела только ее лицо. – Ты пойдешь по его стопам и заслужишь доверие Сильнейших и всех народов. Так ты спасешь мир Зодиака.

– Они меня даже не допустят до турнира, Астрис, – прошептала я, стараясь не паниковать. – Как сказал Солэй, они прикончат меня на месте, лишь только увидят символ Тельца, который теперь никогда не пропадает с моего лба. – С этими словами я ткнула себе в лоб. – Даже во сне!

– Все верно, Терра, но есть способ туда попасть. – Астрис протянула руку и убрала мой палец со лба. – Солэй тебя тренировал не просто так. И силы Авроры тебе тоже доступны. Если ты попадешь на турнир и покажешь свой дар правильно, у тебя все получится.

Я перевела взгляд на Солэя, стоявшего за ее спиной.

– Мы все продумали, Теленок. План уже давно построен, осталось только приступить к его исполнению.

Я покачала головой, отступила назад:

– И зачем вам это надо? По-моему, Далила делает этому острову большое одолжение. Если у нее все получится, то она уничтожит великие Созвездия. Аврора будет ликовать.

– Созвездия и есть продолжения Авроры. Если уничтожить их, то уйдет и Аврора. И тогда Остров Небес падет. И все, кто на нем живет, тоже исчезнут навсегда.

Астрис опустила свою руку к моим плечам, потянула за отросшие концы волос:

– Меня уже давно не называют небесным человеком, Терра. Ты сама видела, что я пользуюсь своим даром Рака. И погляди, звезды на моем теле не такие яркие, как у Солэя и других. Но делаю я это ради моего острова. Все, что я делала, было ради моего дома.

– Весь этот план ради нашего острова, Терра.

– И ты помогал мне ради своего острова? – Я посмотрела на вождя, стараясь сдерживать эмоции, бурлящие внутри.

– Я знаю, что тебе это может показаться предательством, но в жизни все не так просто. Наш остров нуждается в спасении, и так получилось, что сделать это можешь только ты. Ты должна повести за собой не только своих друзей, но и Сильнейших. И нас, парящих в небесах.

– Зачем ты это говоришь? Пару часов назад моей главной задачей было вспомнить про Грея, Тео и Феликса.

А теперь двое взрослых навешивали на подростка ответственность за их остров.

– Потому что есть вещи вне моего контроля, Терра! Будь моя воля, я бы оставил тебя тут и отправился бы решать все сам! – Тут Солэй не сдержался, обогнул Астрис и встал прямо передо мной, заставив меня вскинуть подбородок. – Я хорошо узнал тебя за эти полтора года: в тебе столько доброты и смелости, сколько нет ни у кого из Сильнейших этого мира. А я хорошо знаком с каждым из них. Но… ты думаешь, люди на моем острове боятся тебя просто так? Нет, это потому, что ты еще незрелая. И сейчас наш диалог доказывает это.

Я громко выдохнула, поджимая губы, и взгляд Солэя смягчился.

– Но ты к этому придешь, Терра. И когда это случится, ты увидишь весь свой потенциал и поймешь, почему я так говорю. И почему считаю тебя своим другом.

– Как мне принять участие в турнире? Лили говорила, что нужно на него записываться, называя свое имя и знак. Если Сильнейшие так сильно хотят меня убить, то они не позволят мне даже войти в город.

– Никто толком не знает, как ты выглядишь, зато всем известно, как выглядит символ Тельца. Поэтому поначалу ты будешь скрывать свой знак Зодиака. Со второго этапа уже будут сотни, если не тысячи зрителей. – Астрис хлопнула в ладоши с предвкушением в глазах. – Я слышала, что арена стала еще больше. Все внимание будет приковано к тебе, и избавиться от тебя Сильнейшие не смогут. И тогда ты покажешь им, что тебя бояться не надо.

– И что потом?

– Потом ты начнешь выстраивать отношения. – Солэй согнул один палец. – Соберешь союзников и, если потребуется, заведешь новых друзей. – Согнул второй палец. – Когда у тебя будет команда побольше, тогда тебя согласятся выслушать.

– Но что насчет моего дара? Я не могу пользоваться им свободно, не показывая слабости.

– Именно для этого я тебя и тренировал. Сегодня ты доказала, что овладела голубым пламенем, солнцем и громом Авроры. А самое главное: ты училась боевым искусствам у лучшего воина.

И у самого хитрого, судя по всему.

– Звезды, Солэй! На что я подписываюсь?

Астрис с очаровательной улыбкой обратилась ко мне:

– Я вижу, что ты готова. Вон как глаза горят, а сердце выпрыгивает из груди, не так ли? Ты более чем готова, Терра, ты изголодалась по новому вызову. Этот вызов совсем не простой. Но справиться с ним сможешь только ты.

– Ты подмазываешься получше хитрейших астерий.

– Может быть, и так, но мы не врем. И вспомнила ты о своем пути именно тогда, когда пришло время.

Астрис положила руку на мое плечо, а Солэй мне подмигнул. Все было решено.

Я совершаю ошибку или иду по своему пути? Вот в чем вопрос.

Когда в звездном небе появились первые лучи солнца и народ Небес отправился спать, я поняла, что еще одна глава моей жизни подошла к концу, а следующая вот-вот начнется.

Самая опасная глава в моей жизни.

Сразу после нашего разговора Солэй отправил меня набираться сил и прощаться с островом, потому что никто из нас не знал, когда я вернусь сюда… Возможно, уже никогда. Я прошлась по светящейся траве, притронулась к стволам исполинских деревьев, обладающих незримой силой. Я пощебетала с пузатыми светлячками, а потом, свесив ноги с края острова, смотрела на одиннадцать Созвездий, пока множество астерий парили высоко над моей головой, поглощая одно облачко за другим. Поспать, несмотря на все старания, мне удалось всего пару часов, из-за того что мой организм за это время уже привык к ночному бодрствованию.

Две мысли терзали меня всю ночь.

Как сильно мои друзья изменились?

И помнят ли они меня?

Астрис не ответила ни на один из этих вопросов.

– Я не знаю, Терра, – сказала она перед тем, как исчезнуть в воде. – Я не разговаривала ни с Греем, ни с Теодором, а Феликса даже не видела. Моя главная задача – это помочь тебе, твои друзья для меня второстепенны. Об этом мы договорились с Солэем.

Чуть погодя, увидев, с каким негодованием я на нее смотрю, Астрис добавила:

– По этой причине на Остров Небес упала именно ты, а не кто-то другой из вашей группы. Я знаю, что твои друзья тоже столкнулись с трудностями, из-за которых они… изменились. Выросли. Повзрослели. Сейчас это звучит страшно, но и ты тоже стала другой. Все сложится так, как должно быть.

После этих слов она оставила меня с обещанием вернуться на рассвете.

И вот рассвет наступил.

Я сидела у потухшего костра, спиной к дереву, на время ставшему моим домом. Анья была рядом, ее кожа казалась почти прозрачной, а глаза – сонными. Она прибиралась после праздника и прощалась с гостями всю ночь, а потом, вместо того чтобы отправиться спать, решила составить мне компанию.

– Так и знала, что придет время с тобой попрощаться, Терра. – Это были первые слова, которые произнесла Анья с тех пор, как обнаружила меня сидящей на траве и молча присоединилась ко мне. Подозреваю, что Солэй ей все рассказал. – И мне это не нравится.

– Ты всегда можешь пойти со мной, если захочешь. – Я улыбнулась ей, чувствуя, как веки тяжелеют от усталости. – Звезды знают, как сильно я буду нуждаться в дружеском плече на этом турнире. Если верить твоему брату, то меня сейчас ненавидит весь мир.

– Не могу, Терра, пока не могу. Если Солэй отправляется звезды знают куда, то людям нужен лидер на время его отсутствия. А кому, как не его сестре, занять это место? Придется тебе немного походить лохматой, пока я не освобожусь.

– Надежда умирает последней, но моя… уже.

Мы посмотрели друг на друга и прыснули.

– Расскажи мне про этого твоего Грея, – почти шепотом попросила она и заговорщически поиграла бровями.

К моим щекам прилила кровь.

– Не о чем говорить.

Я отвернулась от Аньи и уставилась на свои ногти. Поймала себя на мысли, что надо вычистить всю грязь до встречи с ребятами. Засмеют же!

– Грей – мой близкий друг, который, возможно, меня даже не помнит. И если Тео вернулся в город и они оба без памяти, то даже страшно представить их встречу.

Они не особо ладили без буфера в лице меня или Рива.

– Просто друг, значит? И поэтому ты сейчас сидишь с красными ушами и щеками? Слушай, а что за Тео? Солэй сказал, что он постарше. Значит, с ним тебе интереснее будет.

– Звезды, Анья! Все не так! – Кажется, мое лицо стало спелым томатом. – Тео – мой хороший и незаменимый друг, по которому я очень скучаю.

– Больше, чем будешь скучать по мне?

Я бросила на Анью многозначительный взгляд, и в ответ она только мило улыбнулась.

– Но у нас с Тео все не так, – продолжила я пояснять. – Я люблю Тео по-другому. Наверное, как ты любишь своего старшего брата.

– Значит, Грея ты все-таки любишь? Так и знала!

– Анья! – Мои уши горели, а она только мелодично расхохоталась.

– Что я могу сказать? Я сестра своего брата, а он хитрый, как жулик, и упрямый, как подросток.

Тут ее смех совсем утих.

– И я надеюсь, что ты у нас чему-то научилась за это время. Ты должна быть хитрее, Терра. Не открывай сердце так просто. Доброта и наивность – твои лучшие качества, но это и слабости тоже. Поэтому держи свое сердце закрытым на этом турнире, а особенно с Сильнейшими. Проверяй людей, а иногда провоцируй, чтобы они показали свои коготки. Никого к себе не подпускай, пока не будешь точно знать, что они готовы отдать за тебя жизнь, а ты – за них. И это, к сожалению, относится и к твоим трем друзьям тоже.

Я выдохнула, вновь ощущая, как от напряжения все внутри закручивается в клубок.

– Еще какой-нибудь совет от старшей сестры?

– Ох, Терра, если бы я могла хоть частично забрать этот груз с твоих плеч и переложить на свои, я бы это сделала, – сказала она, вглядевшись в мои глаза.

– Но это мой путь. И звезды думают, что я справлюсь.

– Аврора знает, что ты справишься. Она видит тебя. Она на твоей стороне.

– Я не понимаю, почему все так считают.

– Потому что у тебя есть не только сильнейший дар Тельца – тебе удалось освоить способности всех трех племен. Это большая редкость на нашем острове. Мы не владеем всеми способностями, только своими, родными. Ты идешь по верному пути, и Аврора наделяет тебя силой, чтобы помочь.

– Солэй сказал, что я должна держать свой дар Тельца в секрете.

Анья кивнула:

– И он прав… О! Чуть не забыла! – Она вытянула широкую ленту из своей густой косы и обвязала ее вокруг моей головы, скрыв горящий символ Тельца.

Я втянула воздух, и к глазам подступили слезы.

– Но, Анья, эту ленточку тебе подарил Солэй перед тем, как исчез…

– Эта лента дала мне много силы и поддержки, как будто все самые близкие были рядом. Я хочу, чтобы ты была непоколебимой и смелой. И пусть эта лента поможет тебе на твоем пути. Смотри на нее и знай, что мы будем с тобой, когда придет время.

– Мы?

– Не забывайте про меня, мои любимые девушки.

Наружу вышел Солэй, зевая. Его тело уже было полупрозрачным. Судя по расслабленной походке, вождь спал без задних ног. На плечах он нес две полные сумки. Одна была моя, вторая – его.

– И как ты будешь передвигаться днем? – скептически спросила я, засмотревшись на то, как постепенно исчезает его тело под лучами рассветного солнца.

Парень пожал плечами:

– Чем больше времени мы проводим вдалеке от звезд, тем меньше их сила влияет на нашу кожу. Ты готова, Терра? Она скоро придет за нами. Сначала доставит меня в нужное место, потом отправит тебя в центр мира.

Солэй не упомянул имя Астрис: он скрывал ее существование даже от своей сестры. Вчера он сказал, что чем меньше людей о ней знает, тем выше наши шансы победить Далилу. Но я думаю, что таким образом он оберегал Астрис даже от самых близких. Даже от самого себя.

– Подожди-ка, ты что, не идешь со мной?

Парень покачал головой:

– Я приду к тебе, но позже. Для начала мне необходимо кое-что сделать.

– Что может быть важнее, чем турнир, в котором вы сами заставляете меня участвовать?

– Терра, тебе придется использовать все свои умения и силы, особенно дар Тельца. Поэтому я намерен раздобыть то, что защитит твое тело.

– Ты говоришь о редких доспехах? – сразу догадалась я. – Как у Тео?

– Так уж получилось, что я знаю единственного мастера на этой планете, который сможет выковать доспех именно для тебя, чтобы дар не угрожал твоей жизни. А этот мастер, к сожалению, обитает там, куда добраться будет… скажем так, трудновато. Вы оставите меня на полпути, а дальше я пойду пешком.

– Подожди, вчера ты говорил о том, что у меня должны быть союзники! Как я буду убеждать Сильнейших, если прибуду совсем одна в город, где все ненавидят Тельца?

– Один из Сильнейших у тебя в кармане.

– Возможно, Тео меня даже не помнит.

– Не о Тео идет речь.

Солэй улыбался, а я только непонимающе смотрела на него.

– Как насчет сделки, Терра?

Я глянула на Анью, и та мне кивнула, призывая соглашаться со всем.

– Какой еще сделки?

– Пройди второй этап турнира так, чтобы у всех Сильнейших затряслись коленки.

Я фыркнула:

– Мне бы первый пройти и не выдать себя.

– Да ладно тебе, Терра, ты же любишь сложности.

– С каких пор?

– С тех пор, как ты родилась Тельцом.

Я закатила глаза к светлеющему небу, и Анья тихо рассмеялась.

– Вот в чем заключается сделка, – пояснил Солэй. – Ты дойдешь до третьего этапа турнира, пока я добываю тебе доспех.

Тут я не выдержала. Плечи мои поникли, дыхание сбилось в панике.

– Солэй, мне страшно. Я думала, что хотя бы ты будешь рядом.

Парень открыл рот, чтобы ответить, но я еще не закончила выворачивать душу наизнанку.

– Если друзья не вспомнят меня, Солэй, то как я это переживу?

Они – все, что у меня было. Но я их потеряла. А теперь еще и Солэй отделялся от меня, пусть и временно.

Меня лишили дома, родители считали меня монстром, сам Лев стер мне память, а дар Тельца приносит боль! Если еще и друзья меня забыли, то тогда зачем мне все это нужно? Зачем мне спасать мир, который настроен против меня?

Увидев нарастающий страх в моих глазах, Солэй сделал то, что делал каждый раз, когда я была слаба телом и духом. Такие дни случались чаще, чем я готова была признать. Дни, когда отсутствие воспоминаний и дар Тельца съедали меня изнутри, оставляя только слезы и нескончаемую усталость. И Солэй был единственным, кто мог снова поставить меня на ноги. Он притягивал меня к себе и заключал в крепчайшие объятия. Так обнимают самых близких, когда те готовы рассыпаться на части.

Вот и сейчас он держал меня в своих руках, чтобы я оставалась целостной. Крепкой и сильной.

– Терра, я многое о тебе узнал за это время, – прошептал Солэй, опустив подбородок на мою макушку. – Ты добрая, щедрая, вредная и упертая.

Паника постепенно отступала. Я слабо фыркнула.

– И раздражаешь ты меня иногда ужасно, – продолжил он.

Я ударила его в бок, не сильно. И почувствовала, как он беззвучно смеется.

– Но самое главное, что ты верная, Терра. Ты верная своему сердцу. Поэтому я знаю, что в любой ситуации ты примешь правильное решение. Потому что прислушаешься к себе. Ты даже не заметишь, как перестанешь нуждаться во мне.

– Я и так не нуждаюсь в тебе.

– Знаю-знаю. – Солэй выпустил меня из своих объятий и решительно кивнул. – Время пришло. Она уже ждет.

– В туалете?

Солэй расхохотался.

– Представляешь, если бы я заставил ее появиться там дважды? Она бы точно прикончила меня на месте. В этот раз мы отправляемся через ручей в лесу.

Мы оба посмотрели на Анью.

– Скоро вернусь, сестра. – Он прижал ее к себе и похлопал по спине. – Приглядывай за островом. Особенно за охотниками: они думают, что уже знают все на свете.

– Остров сгорит к твоему возвращению, ты же знаешь. Все как всегда.

– Конечно, знаю. – Он поцеловал ее в макушку, кивнул и двинулся в направлении леса. – Сильно не скучай! Мы идем спасать мир! – Он махнул на прощание.

Анья посмотрела на меня:

– Держи кулаки крепко, Терра, и пари выше всех.

Я поблагодарила ее и шагнула в сторону леса, но остановилась. Резко развернувшись, я подбежала к Анье и прыгнула в ее объятия. Она успела только пискнуть от изумления.

– Скоро увидимся, малышка, – прошептала она, и слеза упала мне на макушку. – Не позволяй никому разбить тебе сердце.

Они стали мне семьей. Заполнили ту пустоту, которая образовалась после того, как мои родители испугались меня, а Лили и Леон предали.

Настанет время, и я снова увижу маму и папу. Примут они меня обратно или нет, я не знаю. Знаю лишь, что когда я к ним приду, то покажу настоящую себя. Однако перед этой встречей мне нужно набраться сил.

Мы с Солэем почти дошли до густого леса, освещенного поднимающимся солнцем и теряющего волшебные краски, когда впереди показались высокие фигуры.

– Вот тут даже я удивлен, – присвистнул Солэй.

– Что они здесь делают? – Я насторожилась, но вождь знающе улыбнулся.

На полпути нас встретил Наво. Айомми пряталась за его плечом, а другие охотники из всех трех племен стояли рядом. Остальные гости еще до рассвета отправились по домам, но эти ребята, видимо, решили задержаться, чтобы свести со мной счеты.

Солэй махнул ребятам, но двинулся дальше к лесу, оставляя меня один на один с охотниками.

– Мы знаем, что ты сделала, – заявил Наво, выпячивая грудь.

– Я? – Я сделала много чего за эти два года с начала своего путешествия, например, разрушила пещеру и устроила бой с малыми Созвездиями.

– Айомми нам все рассказала.

Я посмотрела на девочку, и та кивнула. Неужели моя интуиция меня подвела и не стоило помогать ей? Вдруг она подставила меня?

– Ты помогла ей, – сказал Наво уже не так враждебно.

Я покачала головой:

– Айомми сама добралась до цветка. Она заслужила победу.

– Мы знаем. – Наво прищурился. – Ты чужачка. Айомми стала победительницей по праву.

– Но ты помогла мне, Терра, – вдруг смело заговорила Айомми, выступив вперед. – Благодаря тебе я не побоялась выиграть.

– Мы знаем, что ты приняла правильное решение и уходишь с острова, – сказала девушка из племени Солнца и Затмения. Ее волосы были рыжими, а татуировки походили на рисунки Астрис. – Ты идешь спасать не только свой мир, но и наш.

– Я не стану рисковать своей жизнью только ради вас.

Наво усмехнулся, поднимая подбородок выше:

– Какая же ты вредная.

– Уж какая есть.

– Мы не поладили, но… – Тут он опустил подбородок. – Но мы тебе благодарны. Ты заслужила наше уважение своей помощью Айомми и нашему острову.

– И к тому же, – парень из племени Грома и Молнии тоже сделал шаг вперед, и его серебристые волосы блеснули под солнцем, – ты обуздала все три силы Авроры, а это может сделать только тот, кто по-настоящему чтит ее.

Наво продолжил:

– Ты поняла нас, и мы готовы понять твое желание называться рожденной Тельцом и носить его символ на своем лбу. Поэтому мы придем к тебе, когда ты будешь в нас нуждаться.

– Что? – Я непонимающе посмотрела в глаза каждому из охотников, но не увидела в них и тени лукавства.

– Когда ты будешь нуждаться в людях с Острова Небес, мы встанем за тобой, Терра, рожденная Тельцом и выбранная Авророй.

– Мы встанем не только за тобой, но и перед тобой, если будет нужно. – Айомми послала мне робкую улыбку, и я улыбнулась ей в ответ.

Наво кивнул и махнул ребятам, чтобы те расступились и дали мне пройти.

Я догнала Солэя у ручья. Найти его получилось не сразу, таким прозрачным стало его тело, почти растворившееся в воздухе, – его присутствие выдавала лишь слабая вибрация.

Астрис ждала нас. Нижняя половина ее тела оставалась прозрачной, длинные рыжие волосы волной лежали на спине.

Они еще меня не заметили и еле слышно переговаривались.

Солэй стоял на одном колене перед девушкой. И держал ее за руку с такой нежностью, что у меня защемило сердце. Однако в глазах самой Астрис читалась только грусть или что-то похожее на… сожаление.

Если бы я знала, почему она так на него смотрит и чем я могу помочь, то сделала бы что-то сразу же.

Тут на мою голову приземлилось что-то увесистое. Я подняла руку и погладила перья Локи. Тот сонно замурлыкал.

– Готов к своему первому путешествию?

Я стянула астерию с головы и опустила к своему лицу. Локи медленно моргнул, внимательно глядя на меня огромными круглыми глазами.

– Ты должен пообещать, что будешь слушаться меня, хорошо?

Локи ничего не ответил.

– Мой путь опасен, и мне важно, чтобы ты слушался меня. Знай, что я справлюсь с любым препятствием, и себя не подставляй. Понял?

Локи протестующе задергался, размахивая короткими лапками.

– Это мое единственное условие, Локи. Либо ты соглашаешься, либо остаешься на Острове Небес.

Нехотя Локи сдался, и его тельце снова расслабилось. Но что-то мне подсказывало, что свою роль в этом сыграла усталость. Обычно в такое время астерии готовятся ко сну, так же как и люди Острова Небес.

Поэтому я обвила руки вокруг Локи, прижала его к своей груди, и вместе мы спустились к реке.

Астрис и Солэй услышали мои шаги и сразу отпустили друг друга.

– Ну что, пора? – Астрис протянула ко мне мокрую руку. Половина ее тела оставалась в воде.

Вдох.

Выдох.

Я покрепче затянула ленту вокруг лба, посмотрела на Локи и кивнула:

– Пора.

Я сидел на стуле и постукивал пальцами по бедру. Раз. Два. Три. Четыре. Пять.

– Как ты можешь позволять такое отношение к себе, Теодор?

Раз. Два. Три. Четыре. Пять.

– Тебя готовы заменить при первой же возможности. И ты ничего с этим не делаешь!

Раз. Два. Три. Четыре. Пять.

– Ты понимаешь или нет, Теодор, к чему это может привести? Ты меня слушаешь? – Ее взгляд упал на мое колено, и я сразу спрятал руку за ногу.

Пальцы бегали по бедру еле слышно, но каждое постукивание дарило мне каплю спокойствия, за которое я цеплялся.

– Я не могу в это поверить! Столько лет ты служил им, и теперь они грозят тебя заменить!

– Ничего они не грозят, – сказал я в который раз.

– Тогда что это было? Почему они познакомили тебя с ним?

– Потому что он совершил хороший поступок.

– А ты сколько их совершил? Ноль? Неужели они всё забыли? Бессовестные!

– Мама. – Мой голос был таким же отрывистым, как и стук пальцев по бедру, но достаточно твердым, чтобы заставить ее замолчать и посмотреть на меня.

Моя мама была не похожа на свою старшую сестру – мою тетю Налу. Тетя плакала, когда ее смешили, и пускала слезу при виде уличных котят. В нашей семье ее называли гигантской плаксой. В прямом смысле гигантской. Тетя Нала долго мечтала стать женой и матерью, но из-за ее необычайно высокого роста и выраженной силы Льва никто не осмеливался в нее влюбиться. И когда этот день пришел и она встретила свою любовь, тетя Нала заявила, что больше не станет подтверждать свой титул Сильнейшей рожденной Львом, и ушла из семьи.

Моя мама также была совсем не похожа на своего старшего брата, моего дядю Тоби, которому уже с четырнадцати лет приходилось нагибаться, чтобы проходить в двери. Дядя Тоби всегда придерживался правил. Он знал, что нужно заслужить титул, поэтому после ухода тети Налы пошел на турнир и доказал, что теперь именно он – Сильнейший. И когда ему сказали, что необходимо завести жену и родить следующего Сильнейшего Льва, чтобы продолжить род, то так он и сделал. Пожалуй, на моей памяти дядя Тоби ослушался только единожды. И произошло это из-за несчастного случая. Он потерял свою любимую и нерожденного первенца. И когда ему велели завести другую семью, чтобы сохранить свое место в нашем доме, он отказался.

Моя мама училась на ошибках старшей сестры и внимала каждому слову старшего брата. Сама она стать Сильнейшей не смогла, проиграв в турнире на самом последнем этапе, поэтому дядя Тоби удерживал титул дольше, чем было принято. Но, будучи самой маленькой и прозорливой, моя мама научилась добиваться поставленных целей. Именно поэтому она родила меня.

– Скажи мне еще раз, Тео, что произошло? Почему они вызвали тебя в Купол?

Куполом Сильнейшие называли башню, в которой собирались и тренировались – вместе или по отдельности. Там же проводились официальные обеды и ужины. Раньше эта башня была нашей штаб-квартирой, и предыдущие Сильнейшие считали ее домом. Сейчас… все уже не так просто. Я там появлялся только тогда, когда поступал приказ от Хранителя.

– Чтобы отблагодарить парнишку, который спас пятнадцать потерявшихся странников от монстров туманного леса, – повторил я уже в который раз, чтобы остудить панику мамы.

На самом деле эти пятнадцать человек не потерялись и даже не зашли в туманный лес. Они шли по одной из тринадцати знаменитых и совершенно безопасных троп, которые вели в центр нашего мира. В город Сильнейших. В Астропию.

Несколько монстров туманного леса неким образом оказались перед ними. Как это произошло? Никто пока не знает, но у меня есть свои догадки. Монстры туманного леса потому и называются такими. Они никогда не пересекают границу леса. Никогда.

Но о случившемся я маме говорить не стал, ведь по приказу Хранителя, лидера Сильнейших, эту информацию следовало держать в тайне.

Поэтому, как группа Сильнейших, мы не просто хотели отблагодарить парня, который спас странников, но и убедиться в том, что он больше никому не расскажет об этой атаке.

– Он не просто их спас, мама, но и накормил и привел в Астропию, – сказал я, поднимаясь с широкого стула в нашем обеденном зале.

В детстве этот обеденный зал, с длинным дубовым столом и золотой головой льва с густой сверкающей гривой на стене, казался мне слишком большим. Я играл тут в прятки с тетей Налой и побаивался каждого темного угла. Других детей в нашем доме не было. Комнаты, даже моя спальня, всегда казались мне слишком большими, а теперь, спустя годы, они были еще и пустыми.

– Но этот парень сказал, что пришел в город не только затем, чтобы привести странников. Он пришел сюда, чтобы отобрать у тебя титул, Теодор.

– Мама…

– Нет-нет, Теодор, прекращай. – Моя мама подняла руку. – Отключи свое благородство хотя бы на секунду и включи голову.

Я громко выдохнул, вставая со стула.

– О чем они тебя спросили?

– Это была шутка, мама. Ты же знаешь Шу, в его манере так шутить.

– Повтори, Теодор, слово в слово, – не унималась она, высоко подняв подбородок, чтобы продолжать смотреть мне в лицо.

Почти два года назад, когда я прощался с мамой, чтобы отправиться в долгий путь по приказу Хранителя, она не казалась мне настолько маленькой. Или это я так вырос?

– За обеденным столом Шу, Сильнейший Стрелец, сказал, что пришло мое время оглядываться, потому что после этого турнира мое место может занять новый кандидат.

– И кого он имел в виду, Теодор? – допытывалась мама.

– Он указал на Зайона, того парня, которого мы благодарили за обеденным столом в Куполе.

Мама хлопнула в ладоши:

– Что и требовалось доказать! Неужели было так сложно это признать? Теперь нужно сделать все возможное, чтобы ты сохранил наш титул.

Если бы только переживания моей мамы были напрасны! Однако наше влияние висело на волоске с тех самых пор, как тетя Нала и дядя Тоби ушли и оставили нас одних. Я не мог их за это винить, но груз на моих плечах становился все тяжелее с каждым новым днем.

Чтобы остаться в этом доме, мне нужно было защитить титул Сильнейшего представителя Льва, долгие годы передававшийся из рук в руки в нашей семье. И больше некому было отстоять наше положение.

– Турнир начинается через несколько часов, моли все Созвездия, чтобы этот Зайон не прошел дальше первого этапа.

– Мама… – Я вновь попробовал отмахнуться, но не успел сказать больше одного слова, как она подошла ко мне вплотную и ткнула указательным пальцем в центр моего лба.

– Твоя тетя Нала была слишком эмоциональной, а дядя Тоби устал, потому что удерживал титул лишних пятнадцать лет, чтобы передать его тебе. Наша семья жила в этом доме десятилетиями, и нас знают как Сильнейших Львов. Если ты оступишься, все старания нашей семьи окажутся напрасными. Ответственность на тебе.

Ответственность на мне.

– Четыре года назад я выиграл в турнире по праву, мама. Я победил дядю Тоби. Я не проиграю и в этот раз, – сказал я спокойно. Одна рука стучала по бедру, второй я убрал мамин палец со своего символа.

– Ты победил, – прошептала моя мама, хотя в нашем доме не было никого, кроме нас: в прислуге уже не было смысла. – Потому что мой брат счел, что ты готов его заменить.

Я не нашелся с ответом. Внутри что-то сжалось, и дышать стало тяжелее.

– Поэтому не опозорь меня, сын. Не опозорь семью и своего дядю. Не отдавай титул безродному сироте, которому просто повезло оказаться в нужном месте в нужное время. Ты меня услышал?

Я упер взгляд в стену над маминой головой и постарался выровнять дыхание.

– Я тебя услышал.

– Ты выиграешь в этом турнире, несмотря ни на что, Теодор.

– Да, мама.

Несмотря ни на что.

Ради блага моей матери.

Ради моей семьи.

И ради меня.

Ведь если я выиграю в этом турнире, то, может, наш дом снова наполнится смехом близких. Может, мы снова будем проводить долгие вечера за семейным столом.

И важнее для меня ничего не было.

Час назад Астрис оставила меня у центра нашего мира.

Точнее, не совсем у центра, а за пару километров от него, там, куда не забредали случайные путники.

Чтобы выбраться из пруда, в котором Астрис меня оставила, мне пришлось воспользоваться даром Тельца и ударить по толстому слою льда достаточно сильно, чтобы разбить его. Затем я всплыла наружу и жадно вдохнула воздух.

Пятьдесят минут назад я вспомнила, что такое настоящая зима и какой беспощадной она бывает. Колкие снежинки летели в лицо, а порывистый ветер замедлял движение. Я сразу затосковала по хорошей погоде. На Острове Небес не меняются сезоны, круглый год там теплое и влажное лето.

Я гадала, какую часть тела отморожу первой. Пальцы ног или кончик носа? Идти в мокрой одежде в разгар зимнего бурана – не лучший план, но если мое прибытие в этот город должно остаться незамеченным, значит, придется придерживаться самой непопулярной тропы.

Локи, хлопая крыльями над головой и борясь с непривычными потоками ветра, все пытался уговорить меня полететь над облаками, чтобы обойти снегопад. Но я не могла позволить себе такую роскошь. Вдруг нас кто-то увидит? Астерии обитают только на Острове Небес, для людей на земле это экзотические существа, – я не хотела привлекать к нам лишнее внимание и тем самым подвергать опасности.

В какой-то момент крылья Локи дрогнули под натиском усилившегося снегопада и он полетел головой вниз. Мне удалось его поймать и положить греться в сумку. Там он будет в безопасности, когда мы придем в город.

И только пять минут назад я наконец достигла своей цели. И теперь стояла тут. Лицом к лицу с великим и безграничным городом.

Центром нашего мира.

Именно в этом городе раз в четыре года проводится турнир Одиннадцати, на котором отбирают Сильнейших представителей каждого знака Зодиака.

Именно здесь живут Сильнейшие в своих огромных дворцах из лунного камня.

Здесь мечтают побывать все торговцы, странники и дети, которым родители рассказывают сказки об этом великом городе, где можно стать кем угодно. Героем своей истории. Мастером боевых искусств. Безмерно богатым и вечно сытым. И даже Сильнейшим.

Астропия.

Мои обмерзшие волосы висели сосульками, коленки подгибались, а зубы стучали от холода.

– Ого… Локи, мы… на-на месте, – прошептала я, дрожа, и похлопала по сумке. Он, судя по всему, пригревшись, задремал, потому ответил мне только слабой вибрацией.

Я думала, что после Острова Небес меня уже ничто не удивит, но вот я стояла и восхищалась красотой Астропии.

Этот город называется центром нашего мира не просто так. Астропия расположена на пересечении четырех сторон света и разделена на четыре части, отличающиеся друг от друга климатом.

В северной части морозные зимы и поздняя весна. На юге нескончаемая летняя жара и теплая осень. На востоке частые дожди и влажность, а западная сторона знаменита своими засухами и ветрами.

Астрис и Солэй либо решили устроить мне еще одно испытание, чтобы получше подготовить к турниру, либо действительно сочли, что идти в город по самой северной из троп, тринадцатой, будет безопаснее всего. И в этом они оказались правы: на своем коротком пути я не встретила ни одного странника или торговца, и, слава звездам, Сильнейшие не выскочили передо мной, чтобы завершить начатое Лили и Леоном.

Но сегодня… сегодня я встречу своих друзей.

– Если они тоже все вспомнили, – прошептала я и вновь похлопала по сумке, пытаясь подбодрить не столько Локи, сколько себя. – Пора их найти.

И с этими словами я шагнула вперед.

Город Сильнейших не похож ни на один из тех малых городков, в каких мы успели побывать с ребятами за время путешествия. Это больше чем город – целый мегаполис. Всех рассказов моих родителей и историй Тео оказалось недостаточно, чтобы подготовить меня к тому, что я увидела: прохожих в роскошных одеяниях и шестиэтажные дома с широкими окнами и настолько высокими дверями, что через них могло бы пройти даже самое крупное из лесных чудовищ.

Как только я очутилась в городе, снегопад сбавил обороты: снег теперь мягкими хлопьями падал на волосы и шутливо щипал за щеки. Почти сразу я вышла на главную улицу, на которой меня чуть не сбила взлетающая в небо карета. За тонкими шторками я успела разглядеть молодую пару и хихикающих детей. Кучер сидел впереди и управлял каретой с помощью свиста… и никаких тебе лошадей или ослов. Свист – его дар, поняла я сразу. Я слышала об этом нередком даре и о людях, которые намеренно переезжают в Астропию, чтобы зарабатывать на жизнь, управляя городскими каретами, – просто никогда не думала, что увижу это своими глазами.

– Невероятно… – прошептала я себе под нос. Вот бы рядом со мной сейчас был кто-то, с кем я могла бы разделить свое удивление!

– С дороги, девочка! – вдруг раздалось предупреждение, и я едва успела отпрыгнуть в сторону, как мимо пронёсся трёхколёсный велосипед с одним громадным колесом спереди и двумя маленькими сзади.

– Осторожнее! – подтолкнули меня сзади, когда я, отойдя, нечаянно наступила в сугроб.

Я обернулась, чтобы извиниться, но мужчина уже прошел дальше. Его пальцы плавно танцевали над головой, управляя летающими над тротуаром метелками, которые расчищали снег.

Вне себя от изумления, я улыбнулась. Какой же удивительный город!

Чтобы ненароком не столкнуться с очередным прохожим, я пошла по правой стороне улицы, направляясь к центру Астропии.

Справа от меня тянулись стеклянные витрины. Такие яркие и светящиеся, что я не могла оторвать от них взгляд. Чего там только не было! Дымящиеся пончики со сладкой разноцветной пудрой, леденцы в форме всех Созвездий от Малой Медведицы и до великого Овна, шоколадки, готовые спеть в твоем желудке сладчайшую песню, и даже сахарная вата, которая сама залетала в рот, чтобы ты не пачкал руки.

Я заглядывалась на одежду из редчайшего шелка, на шляпы из перьев и на накидки из прочной кожи. Один из магазинов даже выставил на продажу приспособления, созданные с помощью разных даров. Часы, которые предугадывали следующий звездопад. Шапка, защищающая от тех, кто обладал даром чтения мыслей. Сапоги, в которых можно было скользить на льду, настолько дорогие, что у меня чуть глаза не выскочили из орбит.

В отражении стеклянной витрины вдруг пролетел снежок, и я очнулась. Сзади пробежала стайка детей. Девчонки, слепив крупные и тяжелые снежки, гнались за мальчишками. Кто-то смеялся, кто-то пытался защититься слабым огоньком на пальцах. Как только они скрылись за углом, я проморгалась и пошла дальше. Будет время, и я обязательно зайду хотя бы в один из магазинов. Возможно, даже с одним из своих друзей или со всеми сразу. Но до начала турнира оставалось всего несколько часов, поэтому грезить о беззаботных прогулках по городу сейчас было некстати.

Чем дальше я шла, тем меньше переживала о том, что буду выделяться в тонкой одежде с Острова Небес и в ободранной зеленой накидке Грея. Мимо проходящие люди были одеты совершенно по-разному. Одежда некоторых блестела ярко, как звезды. Изысканные доспехи других заставляли меня оглядываться. Неужели они все тут ради турнира? Если так, то участвующих не просто десятки. Их сотни. Нужно поторопиться, а не то опоздаю и не успею записаться на турнир. Поэтому, крепко схватившись за лямки сумки, я быстрее зашагала вперед.

Я четко помнила слова Солэя: здание, где принимали заявки на участие в турнире, располагалось в самом центре города, на пересечении севера и юга. И когда снежинки стали реже, а ветер потеплел, я поняла, что иду в правильном направлении.

Найти нужное здание мне помогли не только внезапно растаявший снег на тротуарах и безоблачное небо, но и длиннющая очередь, в которой стояли совершенно разношерстные люди. Друг за другом выстроились подростки младше меня и совсем взрослые участники, некоторые старше моих родителей. Одеты все были в различные доспехи, а оружие в ножнах говорило о том, что каждый в этой очереди пришел в Астропию, чтобы попытать удачу и стать Сильнейшим. Участники прибыли со всех сторон света, насколько я могла судить по их прическам, оттенку кожи и форме глаз.

Услышав, что сзади приближается толпа смеющихся подростков в доспехах, я поторопилась встать за последним парнем в очереди. Потуже затянула ленту вокруг головы и положила ладонь на сумку: вдруг Локи проснется и решит взлететь прямо тут.

И после этого я стала ждать. Прошло пять минут. Десять. Тридцать, а затем и целый час. Посмотрев через плечо впереди стоявшего парня, я застонала от безысходности: очередь еле-еле двигалась!

Надо было украсть какую-нибудь книжку у Солэя, подумала я и, опустив взгляд на свои ноги, обратилась к ним:

– Не нойте, стоять придется долго.

Парень впереди услышал меня и усмехнулся, но ничего не сказал.

Прошло еще полчаса. Очередь двигалась еле-еле. В какой-то момент я оглянулась и оторопела при виде длиннющей вереницы людей, выстроившихся позади.

Теперь я стояла достаточно близко к зданию, чтобы разглядеть, что происходит внутри. За окном сидел один низенький мужчина с пышным синим париком на голове и кипой бумаг на столе.

– Вы серьезно?! – прошипела я. – Это турнир Сильнейших, и у вас работает всего один человек!

Впереди стоявший парень рассмеялся, на этот раз громко.

– Казалось бы, это так просто – взять и поставить десять столов и посадить за них десять таких же париков, – обернувшись, сказал он, явно разделяя мое возмущение. – И проблема была бы решена.

Я подняла взгляд на парня и мысленно восхитилась его красотой. Темная, как ночь, кожа и россыпь золотистых веснушек на носу и скулах. Плотные кудри были коротко острижены и аккуратно причесаны, а медовые глаза напомнили мне глаза Тео. Только у этого незнакомца они были ярче и холоднее, чем у моего друга.

Даже спрашивать о его Созвездии не имело смысла. Он стоял высоко держа голову и широко расправив плечи. Все в нем говорило о том, что он представитель Льва.

– Все самое простое всегда усложняют. – Я неоднозначно махнула рукой на мужчину за окном и на всех стоявших в очереди.

Незнакомец улыбнулся моему замечанию, затем оглядел меня с головы до ног, и, видимо, что-то в моей внешности ответило на его незаданный вопрос, потому что в следующее мгновение он кивнул и протянул руку.

– Зайон. – В его голосе чувствовалась уверенность. Судя по всему, он был моего возраста или чуть младше.

Я пожала его руку:

– Терра.

– Ради чего участвуешь?

– Ох… – Я осеклась, чуть не сказав правду. – Я представляю знак Скорп…

Но Зайон покачал головой, останавливая меня:

– Нет, я имел в виду не твое Созвездие. Я спросил, ради чего ты участвуешь.

Я нахмурилась:

– Что, прости?

Парень заглянул мне в глаза, будто мой ответ сейчас откроет ему все, что он должен обо мне знать.

– Скажи мне, Терра, что может принести тебе победа на турнире Одиннадцати?

Я поморщилась. Это название резало мне ухо. Стоявший передо мной парень был в этом не виноват, но почему последние несколько лет турнир называли так, будто Тельца и Змееносца вовсе не существовало?

– Мне необходимо выполнить одно обещание, – ответила я, поднимая подбородок. – Два. Мне необходимо выполнить два обещания, поэтому я тут.

– Не расскажешь, что за обещания?

Я фыркнула, как лошадь:

– Я даже тебя не знаю.

– Я – Зайон.

– А я – Терра. Этого достаточно, чтобы ты рассказал мне всю историю своей жизни? – Я уперла руку в бок.

Внимательные медовые глаза Зайона потеплели, напомнив мне о Тео, и мое сердце заволновалось. Я очень надеялась, что скоро смогу найти своих друзей. Пусть и не знала, с чего начать поиски.

– Я проделал далекий путь до Астропии, – поделился парень. – Я пришел с северо-востока.

В моей голове вспыхнул костер, а за ним широкая улыбка Феликса.

– И весь твой город состоит из бело-песочных домов и серебряных куполов?

– Откуда ты знаешь? – Лицо парня озарило истинное удивление.

Манера речи Зайона напомнила мне о Феликсе. Мой друг тоже имел привычку говорить быстро и в лоб. И одет этот Зайон был почти так же, как и Феликс. Песчаного цвета рубаха, настолько невесомая, что даже на слабом солнце казалась полупрозрачной. Вдоль высокого ворота тянулась тонкая вышивка золотой нитью. На ногах у Зайона были широкие штаны и сандалии с кожаными лентами, завязанными на икрах.

– Мой друг оттуда же.

– Зариман, так называется наш город. – Зайон искренне улыбнулся, блеснув ровными белыми зубами. – Тебе стоит там побывать. В какой дом ни зайдешь, тебя будут готовы угостить свежими лепешками и финиками.

– Звучит волшебно, – честно сказала я, надеясь, что когда-нибудь у меня будет возможность побывать в Заримане.

– А ты, Терра, откуда родом?

– Я с севера. Родилась в маленькой деревушке близ великого северного города Нордо. – Я обвела взглядом местные статные здания. – У нас нет серебряных крыш или домов из лунного камня, но мы славимся длинными зимами.

– Северянка? – Его глаза упали на мои чуть отросшие волосы, но произносить свой вопрос вслух он не стал.

Женщины с севера знамениты тем, что почти с рождения не отстригают волосы. Их длина – это проявление внутренней силы и внешней красоты. Но я все свое детство провела с кинжалом в руке и каждый раз, когда волосы отрастали ниже подбородка, тут же их отрезала. Впервые в жизни я позволила им коснуться плеч. Сначала, попав на Остров Небес, я думала, что это как-то связано с пробуждением дара Тельца. Однако, вернув воспоминания, я поняла: я отращивала волосы просто потому, что мне этого хотелось. И потому, что, пройдя тот путь с Греем, Тео, Феликсом и Ривом, я знала, что сильная. Без дара или с даром.

Как божья коровка. «Возможно, их сила не такая явная, но она есть. Внутри. И раскрывается, когда божья коровка взлетает», – так однажды сказал мне Грей.

– Но путь ты держишь не оттуда, – вдруг заметил Зайон, переведя взгляд на мои одеяния.

– С чего ты взял? – Я насторожилась, волоски на моих руках приподнялись.

– Не мне тебе говорить, что в подобную зиму люди из Норда носят меха и плотные туники, а на тебе нет даже доспехов. Вместо этого на тебе… – Он задумался, присмотревшись к тонким шароварам, которые для меня сшила Анья. – Даже в моем городе не найти настолько легкую ткань. – Его взгляд прыгнул к ленте на моем лбу. – Ты состоишь из полуправд, представительница Скорпиона.

– Как я и сказала минутой ранее, я тебя даже не знаю. Мы с тобой все еще скорее незнакомцы, чем друзья.

Зайон улыбнулся:

– В таком случае поделимся друг с другом целыми правдами, когда станем союзниками.

Я изогнула бровь:

– А мы станем?

– Я вижу, что ты не нуждаешься в оружии, чтобы быть сильнее большинства в этой очереди. И я это уважаю.

– Вот оно как. – Я ответила на его самоуверенную улыбку своей. – Тогда с чего ты решил, что я буду нуждаться в тебе?

– На турнире Одиннадцати тебе понадобится не клинок и даже не дар, а дружеское плечо. Так же, как и мне.

Я лишь задумчиво промычала.

– И к тому же в тебе есть чувство обостренной справедливости. Это за километр видно, а таких людей мало, даже среди Сильнейших.

Тут мои уши дернулись от любопытства.

– Ты знаком с Сильнейшими?

– Я обедал с ними в Куполе пару часов назад.

Мои брови подпрыгнули чуть ли не до середины лба.

– Ты не шутишь? Что же ты такого сделал, чтобы получить их приглашение?

Если я правильно помнила рассказы Лили, то группа Сильнейших и их лидер, которого все называли Хранителем, лишь изредка приглашали обычных людей к себе в башню, в остальное время закрытую для простолюдинов. Правда, Лили не рассказывала мне о том, что же в их башне такого особенного. И знала я, что они свою штаб-квартиру называли Куполом, только потому, что они с Леоном один раз проговорились.

– Я оказался в нужном месте в нужное время. – Парень пожал плечами.

Облизнув внезапно пересохшие губы, я сжала кулаки и спросила:

– И как они тебе? Эти Сильнейшие? Ты познакомился… со всеми?

«Ты видел рыжего парня по имени Теодор? А брата и сестру, Лили и Леона?» – хотела спросить я, но сдержалась.

– Сильнейшая Ури – настоящий Овен. Чистый огонь, такая же самоуверенная и опасная. Шу, Стрелец, тоже неплохой парень, пожалуй, единственный, кто за столом смеялся над шутками Ури и над теми, кто их не понял. Но парень по имени Дельта, Водолей… готов признать, я рад, что не с ним буду бороться. Ничего, кстати, не могу сказать насчет твоего соперника, Сильнейшего Скорпиона, его там не было. Но…

Я хотела было задать вопрос, но тут же осеклась, что не укрылось от моего собеседника.

– Но что-то мне говорит о том, что ты хотела услышать другие имена? – Зайон прищурился. – Друзей или врагов?

– Долгая история…

Он собирался спросить что-то еще, как вдруг по оконному стеклу постучали. Увлекшись разговором, я даже не заметила, как подошла наша очередь. Коротенький мужчина в парике еще раз постучал по стеклу, пальцем поманил Зайона внутрь, а потом, подпрыгнув, снова уселся на высокий стул.

Зайон обернулся ко мне и протянул руку:

– Увидимся на турнире, Терра, представительница Скорпиона.

Я крепко пожала ему руку и кивнула:

– Удачи тебе, Зайон.

Он ослепительно улыбнулся:

– Она мне не пригодится. Я собираюсь занять место Сильнейшего представителя Льва, и никто меня не остановит.

Мое дыхание на миг оборвалось. Я ничего не сказала в ответ. Парень кивнул мне на прощание, развернулся и прошел внутрь, закрывая за собой дверь.

Этот Зайон был совсем не похож на Тео.

Солэй научил меня многому, включая способность здраво оценивать силу других. И теперь я понимала, что, будь я представителем Льва, этот парень был бы первым, кого я бы остерегалась на турнире.

Когда спустя десять минут я зашла внутрь, Зайона там уже не было. Видимо, участники, записавшись на турнир, покидали здание через задний выход.

Заняв стульчик напротив мужчины в парике, я спрятала руки под столом и попыталась непринужденно улыбнуться. Мужчина лениво моргнул, и на его лбу слабо засветился символ Водолея. Затем новый листок бумаги слетел с высокой стопки и плавно приземлился прямо перед мужчиной. Он взял в левую руку перо, окунул его в чернильницу и со скукой в голосе спросил:

– Знак Зодиака?

– Те…

Я резко осеклась. Настал решающий момент – нужно было придерживаться плана Астрис и Солэя. Я нарочно прикоснулась к своему лбу, прокашлялась и попробовала снова:

– Скорпион.

– Скорпион?

– Мой дар – это пламя и все такое. Хотите, костер разведу прямо здесь? Любой пожар на ваш вкус – по моей части.

Звезды! Что я несу?!

– Ты пытаешься убедить в этом себя или меня, девочка? – Мужчина причмокнул губами, поправляя скатившиеся по орлиному носу круглые очки.

– Я… честно говоря, вот только что шла и решила: а почему бы не стать Сильнейшей? Это же так круто! – Я попробовала рассмеяться, чтобы сгладить свой нелепый обман, но вышло еще глупее. – А у вас такое бывает? Вот идете-идете, видите длинную очередь – и бац! Пришла мысль перевернуть свою жизнь с ног на голову?

Мужчина вновь медленно моргнул:

– Прямо сейчас об этом думаю.

– Правда?

– Глядя на твое лицо и на очередь после тебя, да, девочка, истинная правда.

Я поджала губы и пробормотала слова извинения.

– Готова пройтись по списку вопросов для анкеты, девочка?

Я кивнула и выдохнула. Это будут самые долгие десять минут моей жизни.

Я никогда не умела врать. Никогда! Если я пыталась кого-то обмануть, у меня либо краснели уши, либо сводило челюсть и, конечно же, рот растягивался в такой улыбке, что аж самой страшно становилось.

Я была почти уверена, что меня поймали на лжи.

Однако обошлось.

Записавшись на турнир, я буквально сразу выкатилась через задний выход и, быстро захлопнув за собой дверь, прислонилась к ней спиной.

Нет, Терра, так не пойдет.

Я твердо решила, что с этого момента буду избегать разговоров, особенно с другими участниками турнира. Справлюсь без союзников. Не могу я, невинно хлопая глазами, убеждать всех в том, что родилась под знаком Скорпиона. В отличие от меня, Солэй обожает манипуляции и провокации. Я же сторонница честности, простоты и осторожности.

Я могла притвориться, что голубое пламя Авроры – это мой дар Скорпиона, но вести себя как Солэй? Я не такая дерзкая. Из этого ничего не выйдет. Меня раскроют за считаные секунды.

Я сделала еще один медленный выдох. Тут мой желудок скрутило, и я поняла, что ничего не ела с прошлой ночи. Турнир должен был начаться на закате, а зимой солнце садилось рано, поэтому у меня в запасе осталась всего пара часов. В моей сумке был только спящий Локи и ничего съедобного, зато целый мешочек монет, который мне щедро вручил Солэй как раз на такой случай. Решено, сейчас отправлюсь на рынок, а затем разберусь, как искать ребят в этом огромном городе.

И пусть помогут мне звезды.

Найти ближайший рынок оказалось проще, чем я думала. Всего лишь надо было идти на звуки детского смеха, крики торговцев и звон колокольчиков над прилавками. А когда мой нос учуял аромат восточных пряностей, сладость свежих фруктов с юга и дым костров, я вспомнила, как мы с ребятами во время нашего путешествия точно так же искали рынок, когда проходили через очередной незнакомый город голодные и изнуренные.

Но те маленькие городки и деревушки, что мы встречали на своем пути, не могли сравниться с этим.

Я вышла к одному из многочисленных рынков Астропии. Сначала замерла, а потом сердце забилось быстрее от предвкушения. Рынок был шумный, живой и, казалось, такой же, как и этот город, бесконечный. Многочисленные узкие ряды с прилавками прятались под натянутыми шатрами, пестрыми, как самые яркие астерии. На деревянных столбах висели танцующие на ветру бумажные ленточки и фонарики, готовые загореться, как только солнце поменяется с луной местами. Толпа двигалась быстрым потоком, как вода в реке. Одни покупатели шли по левую сторону, другие по правую. Мой живот урчал все громче, поэтому я поспешила встроиться в поток и с широко раскрытыми глазами принялась рассматривать прилавки.

Один был завален сочными персиками и апельсинами. На другом были выставлены красные и оранжевые чаши со специями. Смельчаки подходили, пробовали специи, и их щеки мгновенно краснели, а к глазам подступали слезы. Торговец только смеялся и протягивал им деревянную чашу с молоком.

В конце ряда раздавались удары молота, и я, приподнявшись на носочках, чтобы выглянуть над головами прохожих, увидела, как потный кузнец демонстрирует остроту своих клинков, подкидывая над собой яблоки и рассекая их в воздухе. Где-то позади слышался стук барабанов и звон струн. Мелодия играла задорная, такая, под которую хотелось сорвать накидку, бросить сумку на землю и закружиться в танце.

Замечтавшись, я наступила на растоптанные абрикосы и пожалела, что первым делом не купила обувь. Я больше года ее не надевала. Только на щиколотках носила подаренные Солэем тонкие цепочки с драгоценными камнями. И Телец внутри меня радовался возможности ощущать землю под босыми ступнями. Люди Острова Небес считали это не роскошью или странностью, а частью обыденной жизни, и я к этому привыкла быстрее, чем к своему дару.

Остановившись у прилавка со свежим жареным мясом, я слишком долго размышляла, хватит ли мне денег на одну тарелочку или лучше вернуться за персиками.

Именно тогда меня вдруг кто-то толкнул в плечо, и торговец за соседним прилавком громко закричал:

– Воришка! Мелкий воришка!

Случайные прохожие прокричали что-то бессвязное, когда тот самый воришка в капюшоне растолкал их и нырнул в толпу.

– Остановите вора! – кричал торговец, пытаясь перелезть через свои пирамиды из сыров.

Крепко схватившись за лямки сумки, я бросилась в погоню.

Расталкивая толпу, вместо извинений я кричала:

– Вор!

И…

– С дороги!

И…

– Хватайте его!

Кто-то подхватывал мои крики, кто-то отпрыгивал в сторону, дабы не мешать. В какой-то момент рядом со мной оказался парень, я не успела его толком разглядеть, но он рванул вперед за воришкой, и у меня мелькнуло в голове: «Ну хоть кто-то помогает».

Воришка свернул, перескочил через несколько прилавков, сбивая гранаты и арбузы, стопки с тканями и полочки с туфельками. Все разлеталось в стороны, и, наверное, было бы безопаснее дать ему убежать. Но я не привыкла сдаваться.

Наконец нам удалось загнать воришку в тупик между двумя зданиями, уже далеко от самого рынка. Шум стих, запахи сюда не долетали.

За ровное дыхание после такой погони мне нужно было благодарить Солэя.

Я подняла перед собой руки. Приготовилась. Незнакомый парень остановился рядом со мной.

Лицо воришки пряталось в тени, но, судя по росту, он был совсем юным. Не стану же я его колотить или…

Все произошло слишком быстро. В один момент мальчик стоял перед нами, а в следующий он метнулся к моему помощнику. Вмиг тот упал от удара и скорчился на земле.

Я замахнулась на воришку, но не успела его коснуться, как он перепрыгнул через меня, сделав высокое сальто прямо в небе.

Я подняла голову и увидела его глаза: темно-серые и чистые, как небо перед дождем. Лицо мальчика было совсем юное и… лишенное эмоций.

Когда я снова моргнула, воришка уже исчез.

Что это было? И кто это был? Стоило ли побежать за ним?

Рядом со мной кто-то прокряхтел, и я вспомнила про незнакомца.

– Эй, парень, ты в порядке? – Я опустилась рядом с ним на корточки и протянула ему руку. Он мог бы с легкостью протянуть мне левую, но, приподнявшись на локте, повернулся другим боком и протянул правую. Я помогла ему сесть, глядя на его живот. – Он тебя по ребрам ударил? Ничего не сломал?

– Вместо того, чтобы накормить свой живот, я почему-то решил, что будет лучше, чтобы по нему ударили, – отшутился парень. – А почему бы и нет, собственно говоря?

Голос показался мне знакомым.

Я нахмурилась и впервые подняла взгляд на его лицо.

И он сделал то же самое.

– Терра? – Зеленые, как изумруды, глаза расширились.

Я открыла рот, но не смогла произнести ни звука.

– Терра, это правда ты? – Его глаза мгновенно наполнились слезами. – Скажи, что это ты, прошу тебя.

– Феликс? – прошептала я с комом в горле.

Я не верила своим глазам. И не верила своим ушам.

Но это был он. Именно он сидел передо мной.

Мой Феликс.

Феликс подскочил на ноги и потянул меня за собой, помогая подняться. Мне тут же пришлось вскинуть подбородок, ведь он так сильно вырос.

Секунды шли, а мой взгляд все блуждал по его лицу и фигуре. Феликс, возмужавший и повзрослевший. Теперь выше меня на целую голову и гораздо шире в плечах. Такой же худенький, но жилистый, с крепкими руками и сильными ногами. На нем такие же сандалии с лентами на голенях и легкая хлопковая рубашка, которые он носил в нашу самую первую встречу. Длинные рукава скрывали его смуглые руки, а на левой кисти была перчатка из коричневой кожи.

– Терра, это правда ты! – Слезы потекли по его щекам. Он нагнулся и уткнулся лбом в мое плечо.

Я крепко обняла его, перед глазами все поплыло, слезы задрожали на ресницах.

– Я так долго искал тебя, Терра!

– Ты искал? – выдавила я.

– Я искал тебя все это время, – прохрипел он сквозь слезы, и ткань накидки на моем плече намокла. – Скитался из города в город. Я не сдавался, я знал, что обязательно найду тебя.

Вина выжигала дыру в моей груди. Как я могла все забыть, когда Феликс странствовал по миру и искал меня?

Я запустила дрожащую руку в его отросшие густые волосы и погладила по голове.

– Все хорошо, Феликс. – Сглотнув комок в горле, я закрыла глаза и позволила слезам скатиться по моему лицу. – Все хорошо… – Облегчение звучало в каждом моем слове. – С тобой все в порядке. И с нами все будет в порядке.

Я никогда еще не бывала в заведении, где круглые столики из отполированного дерева настолько блестящие, что если нагнуться под правильным углом, то можно разглядеть свое отражение. И где тебе дают два листа белоснежной бумаги, как только ты садишься у окна – настолько широкого и чистого, что через него можно увидеть каждую деталь на улице.

– Как ты это назвал? – спросила я Феликса, поднимая перед собой один из листков бумаги.

– Меню.

– Меню?

Он закивал:

– Да, выбирай напиток и блюдо, а потом сделаем заказ.

Через пару минут к нам подошел один из работников этого места, настолько вежливый и галантный, что мне пришлось посмотреть на свое отражение на поверхности стола. Но я выглядела так, как и ожидала. Растрепанные волосы и широко распахнутые глаза. Я потерла босые ступни друг о друга под столом, в очередной раз поругав себя за отсутствие обуви.

Феликс сделал заказ, и я, не успев толком изучить меню, просто повторила за ним.

– Почему его фартук чище моей одежды? – перегнувшись через стол и прикрыв рот рукой, прошептала я.

Феликс склонил голову, в его глазах отразилось искреннее недоумение.

– А что в этом такого?

– Сейчас уже вечер, – выдала я таким тоном, как будто это было очевидно. – На их фартуках уже должны быть масляные пятна или даже целые кусочки пищи. Куда ты меня привел, Феликс? Почему тут тише, чем на улице? Нам вообще хватит монет на это заведение?

После нашей встречи Феликс схватил меня за руку и под предлогом, что нам нужно сесть и поговорить друг с другом в тишине, повел меня в это место.

Феликс просто пожал плечами:

– Это большой город, Терра, и мы с тобой почти в его центре.

Про центр Феликс, конечно, прав. На пути в это заведение я увидела, как дети лепят снеговика, а на следующем повороте гуляющие уже натягивали на головы соломенные шляпы, чтобы защитить глаза от восточного закатного солнца.

– Большой город – это странно, – только и ответила я, покачав головой.

Если уж на то пошло, то все это было странно. Я не знала, что сказать Феликсу. И как вести себя рядом с ним – для меня оставалось загадкой. Я думала, что встретиться с ребятами после столь длительной разлуки будет легко, но… что, если за это время мы стали незнакомцами? Вдруг Феликс изменился настолько, что не поймет меня? Что, если изменилась я сама?

Я посмотрела на Феликса, а он на меня. Парень улыбнулся, но промолчал, будто тоже был без понятия, с чего начать. У его ног лежала тканевая сумка с овощами, фруктами и свежим батоном хлеба, который наверняка успел остыть. Одежда на Феликсе была чистая, не ободранная. Волосы казались густыми и здоровыми. Лицо без единой царапины. Он выглядел так, словно жил обычной спокойной жизнью, а я взяла и вторглась в его безопасный мир.

– Все это странно, не так ли? – Феликс почесал затылок правой рукой, и мой взгляд ненароком упал на его левую, спрятанную под столом.

Мое горло было суше пустыни.

– Я…

Феликс смотрел на меня своими повзрослевшими и умными глазами, и я… потерялась.

К нашему столу подошел работник таверны в идеально чистом кремовом фартуке и выглаженной рубашке. Он поставил между нами кувшин с водой, два стеклянных стакана, которые выглядели новыми, совсем без царапин. Затем появился поднос с двумя керамическими чашами, а в них был горячий кремовый суп. И еще нам подали дощечку с чесночным хлебом.

И тогда наши животы одновременно заурчали на всю таверну. Люди за другими столиками обернулись на нас. Феликс надул щеки, а я прикусила губу. Как только работник забрал поднос и отошел, мы оба расхохотались.

Слезы вновь выступили у нас на глазах – на этот раз от смеха, и я почувствовала, что мои плечи наконец расслабились.

– Как ты оказался в Астропии, Феликс? – спросила я, пододвигая свой суп к себе.

– Когда я проснулся после Альтаира и встречи с… Далилой, я просто знал, куда мне нужно идти. И не останавливался, пока не оказался тут.

Я заметила, что Феликс назвал свою маму по имени. Но спрашивать его об этом пока не стала. Еще будет время. И вопросы, на которые мне необходимо было получить ответы, только назревали.

– Где ты очнулся, Феликс? Где ты все это время был?

Парень тарабанил по столу пальцами правой руки, его зеленые глаза казались задумчивыми, как будто он глубоко погрузился в воспоминания и заново проживал случившееся.

– Я проснулся в бурной реке. Я тонул. Что-то утягивало меня на дно, и, как я ни барахтался, я не мог всплыть. Кажется, именно тогда звезды поставили меня перед выбором. Сдаться течению или побороться за себя.

Феликс посмотрел мне в глаза, и тогда я поняла, что именно изменилось в моем друге. Почему он больше не называл Далилу мамой и не казался таким… беспомощным, каким был в нашу первую встречу.

– Я принял решение бороться за себя.

– Когда ты вспомнил про наше путешествие?

Феликс озадаченно моргнул:

– О чем ты?

Я прокашлялась, но мой голос все равно дрожал.

– В какой момент к тебе вернулись воспоминания?

– Я ничего не забывал, Терра.

Услышав эти слова, я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног.

– А ты, Терра? Ты что, нас забыла?

Стыд и отчаяние поглотили меня целиком.

– Я забыла все, Феликс, – призналась я. – Я забыла ваши голоса, лица и имена. Я забыла о нашем путешествии, обо всем, что мы разделили друг с другом. Забыла о своей цели.

Я ожидала увидеть в глазах Феликса боль или обиду, но парнишка только протянул руку и положил свою ладонь на мою.

– Поешь, пока суп не остыл, ладно? – Он пододвинул ко мне тарелку и вложил мне в руку ложку.

По моим щекам потекли новые слезы, нижняя губа дрогнула, но я сжала ложку и принялась за суп. И тогда в моей голове появилась картинка. Точно так же мы с ребятами сидели в таверне, когда только встретили Феликса. Именно Рив позаботился о том, чтобы он поел и чтобы мы его приняли. Возможно, когда все проблемы останутся позади, мы сможем найти Рива и все ему объяснить. Извиниться за обман, показать, что в Грее нет ничего злобного или опасного. И тогда наша маленькая семья снова станет целой.

Вскоре чаши были опустошены, а от чесночного хлеба остались только крошки. Я ощутила прилив сил, и даже настроение поднялось.

Феликс улыбался, как сытый кот, когда я протерла бумажной салфеткой губы и кивнула.

Я была готова к разговору.

– Значит, ты забыла все? – спросил он меня еще раз.

– Созвездия не оставили мне ничего. Когда я очнулась, я ощущала лишь панику и готова была напасть на первого встречного. Во всем я видела угрозу. И к тому же… – Я понизила голос до шепота и оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что за нами никто не наблюдает. Но столики вокруг уже давно опустели. Пальцем я поманила Феликса ближе к себе. – Мой символ вообще не сходит со лба. Он горит там, как Созвездия на небе, и днем и ночью.

– Не может быть! – шепотом воскликнул Феликс.

– Может! – Я одним пальцем приподняла ленту, быстро показала ему символ Тельца и тут же спрятала его снова.

Феликс изумленно поглядел на мой знак, затем на мою одежду, отросшие волосы и поджал губы.

– Тебе, наверное, было нелегко, Терра.

– Обошлось не без трудностей, но… Феликс, я тебя почти не узнаю. Ты… ты какой-то другой.

– Я красавчик, не правда ли? – Он поиграл бровями, и я почти хрюкнула от смеха.

– Тот еще. – Моя улыбка пропала так же быстро, как и появилась. – Феликс, когда… когда мы с Греем встретились с Созвездием Льва…

– Вы встретились с самим Львом?! – Глаза Феликса чуть не выскочили из орбит. – И какой он? Он высокий? Он выглядит как человек или как лев?

– Он скрыл свой облик за черной дымкой, однако очертания были львиные.

Но что-то мне подсказывало, что Созвездия достаточно могущественны, чтобы принять любую удобную им форму, будь то человеческая или животная.

– Как круто… – Феликс хлопнул себя по щекам и оперся локтями на стол, вдруг напомнив мне прежнего себя. Уверена, если бы я заглянула под стол, я бы увидела пританцовывающие на месте ноги. – И что он вам сказал?

– Помимо того, что он поручил двум подросткам спасти весь мир от Далилы? – Мой взгляд метнулся к его руке, спрятанной под рукавом и короткой перчаткой. – Он показал нам, что ты ранен, Феликс.

– Ах, так ты сидишь тут и об этом переживаешь?

– Я не могу не переживать, Феликс!

Он только широко улыбнулся.

– Забудь пока об этом, – отмахнулся он от меня правой рукой. – Это мое секретное оружие, которое я припрячу до турнира.

Мне не понравился этот его ответ. И я сделала свое недовольство очевидным, надув губы. Но Феликс опустил взгляд на свою левую руку, и на лице его проскользнула грусть. Я решила отложить этот вопрос на потом.

Подождите-ка…

– Ты сказал «турнир»? Ты тоже записался на турнир?

– Я не мог найти ни тебя, ни Тео или Грея. Я уже почти отчаялся, но потом вспомнил, что в этом году проходит турнир Сильнейших. И я пораскинул мозгами и понял, что если не могу найти никого из вас, то хотя бы попробую сделать так, чтобы вы могли найти меня.

Должна признать, план был неплохой. Если мы с Феликсом не встретим Грея и Тео раньше, то сможем сделать это на турнире. Только при условии, что пройдем дальше первого этапа. Потом весь мир будет знать наши имена и гадать, кто же заберет титул Сильнейшего.

– Где ты была все это время, Терра? – вдруг спросил Феликс с робостью, теребя край салфетки загорелыми пальцами.

Я облизнула сухие губы.

– На Острове Небес.

– Он правда существует?

Я кивнула:

– Это самое прекрасное место на земле, Феликс.

– И, значит, твои воспоминания вернулись только недавно?

– Да. – Признаться в этом во второй раз было не легче, чем в первый. – Вождь народа Небес, Солэй, позаботился обо мне, научил своей мудрости, впустил в свой дом и маленькую семью. Но, оказывается, все это время он знал, кто я такая, представляешь? Они знакомы с Астрис!

– Ты имеешь в виду ту самую Астрис, которая тогда перетащила нас в пустыню Альтаир через воду в колодце? Это же было лучшее путешествие в моей жизни! Так, значит, она до сих пор на нашей стороне?

– Как знать… – Чтобы поведать Феликсу все в подробностях, нужно время. А оно стремительно истекало.

– Послушай, Терра… – Вдруг Феликс понизил голос до шепота и придвинулся ближе ко мне. – Мне нужно тебе кое-что рассказать.

Я насторожилась.

– Мы с Тео нашли Атласа. Сразу после того, как меня ранили и Далила погналась за тобой и Греем. Мы с Тео попытались последовать за ней, но оказались в другом месте… и там увидели Атласа. А после нас разделили…

– Атласа? – В голове не укладывалось услышанное. – Ты имеешь в виду последнего Сильнейшего представителя Тельца? Того самого Атласа, лучшего друга Рива, которого убил Змееносец?

Феликс рьяно закивал.

– Значит, он жив? Что он вам сказал?

– Нет, Терра, он предстал перед нами каменной статуей. – Феликс обхватил себя за плечи, и кожа на его шее покрылась мурашками. – Было такое ощущение, что Атлас вот-вот возьмет да и треснет, и заговорит с нами. Попросит нас расколоть камень и освободить его.

Я откинулась на спинку стула совершенно обескураженная:

– Нам нужно сказать об этом Риву или пойти и освободить Атласа.

– Я не думаю, что Далила или Созвездия позволят нам сейчас туда вернуться.

Феликс был прав. Нам не дадут и шагу ступить в ту сторону.

– Значит, я правильно понял это послание… Чей-то голос произнес его прямо у меня в голове… Только если мы преуспеем, великие Созвездия разрешат Тельцу и Змееносцу прекратить вечную борьбу и занять место на небе.

– Да. Тогда ты понимаешь, для чего я буду участвовать в турнире.

– Отборочный этап уже скоро. – Феликс посмотрел куда-то за мое плечо – подозреваю, что нашел настенные часы. – Так какой же у нас план?

Солэй строго-настрого приказал мне держать язык за зубами и играть свою роль случайного Скорпиона на турнире. Даже если я пройду отборочный этап, мне придется дождаться его возвращения. Однако ни Солэй, ни Астрис ничего не говорили про то, как себя вести, если я вдруг встречу своих друзей раньше.

Поэтому я приняла решение за нас троих.

– Нам нужно сделать так, чтобы группа Сильнейших к нам прислушалась. И, по словам одного моего нового друга, это можно сделать только приняв участие в турнире. У нас в запасе всего месяц, чтобы проявить себя, добиться уважения Сильнейших и вместе с ними встретить нашего врага в пустыне Альтаир.

– То есть выигрывать сам турнир нам не нужно?

– Не-а. – Я покачала головой и улыбнулась, когда Феликс выдохнул с облегчением. – Будь моя воля, я бы не стала проходить дальше отборочного этапа, но что-то мне подсказывает, что придется это сделать.

– Принято.

– Если нам повезет, то, может быть, и Грей с Тео нас скоро найдут.

Если они о нас помнят.

Феликс поднялся со стула, бросил на стол мешочек с монетками, закинул на плечо сумку с продуктами и протянул мне руку:

– Ну что, пошли?

Впервые я почувствовала уверенность в том, что все будет хорошо. Что мы сможем со всем разобраться.

– Пошли.

Если бы только я знала, что к концу отборочного этапа буду молить Созвездия снова стереть мою память!

И забрать всю боль вместе с ней.

– Феликс, подожди-ка!

Мы неслись по городу, который, несмотря на поздний час, был таким же оживленным и шумным, как и днем. До начала отборочного этапа оставались считаные минуты.

– Что такое?

Я резко остановилась, и запыхавшийся Феликс чуть не врезался мне в спину, а затем, пытаясь отдышаться, последовал за мной, когда я свернула с многолюдной улицы в темный переулок, куда не проникал свет уличных фонарей.

Проснувшийся Локи нетерпеливо толкался головой о клапан сумки, пытаясь выбраться наружу. Его толстые коготки щекотали мой бок. И он вибрировал с тех самых пор, как мы с Феликсом перешли на бег, чтобы не опоздать на турнир.

– Тише-тише, – пробормотала я и открыла сумку.

Сначала в полутьме блеснули огромные круглые глаза, яркие, словно вобравшие в себя свет звезд, затем показались темно-лиловые крылья, и астерия стрелой вылетела на свободу.

Феликс, взвизгнув, отскочил назад, и я тут же бросилась к нему и ладонями закрыла ему рот.

– Я же сказала, тише! – шикнула я на друга.

Феликс убрал мои ладони со своего рта и пальцем показал на Локи, который уже успел спикировать вниз и теперь разминал крылья за моей спиной.

– Это Локи.

– Что такое Локи?

– Локи – это астерия.

– Что такое астерия?

– Долго рассказывать, но на земле такие существа не обитают, поэтому я прятала его весь день.

Если Локи продолжит придерживаться привычного ему режима – спать днем, а ночью бодрствовать, – никто о нем не узнает.

– Где ты его взяла, Терра? – Феликс продолжал таращиться на Локи, а тот, плюхнувшись мне на макушку, заинтересованно глядел на парня.

– Я позже все обязательно расскажу. – Уже пора было составить список того, что нам с Феликсом предстояло обсудить.

Я закатила глаза, пытаясь посмотреть на астерию.

– Локи, мы с Феликсом должны кое-что сделать. Полетаешь пока высоко в небе? Заодно позавтракаешь облаками. Ближе к северу они плотнее.

Локи промурлыкал что-то в ответ, не шевелясь.

– Это мой друг, – терпеливо объяснила я ему, поняв, что он не доверяет Феликсу.

Астерия по-прежнему не двигалась.

– Феликс – один из нас, и вы обязательно познакомитесь поближе, но только потом, договорились?

Локи еще что-то фыркнул, то ли грозно, то ли недоверчиво, а потом уперся всеми четырьмя лапками мне в голову и приготовился взлететь. Едва он раскрыл свои широкие крылья, как я поймала его прямоугольное тельце и погладила по гладким перьям.

– Будь осторожен, ладно, Локи? Никому на глаза не попадайся. Найди меня по запаху через несколько часов.

Локи слетел с моей головы и на мгновение задержался перед моим лицом. Вытянув розовый язычок, лизнул мой нос, а затем устремился высоко в небо.

– Как-как ты назвала это существо? – спросил Феликс, так сильно запрокинув голову назад, что, будь его волосы длиннее, они бы уже коснулись плеч.

– Астерия… – прошептала я. Локи будет гораздо безопаснее в небе, чем в моей сумке, но я все равно за него волновалась.

– Он похож на Грея.

– Шутишь? – Я вылупилась на друга.

Феликс опустил голову и расплылся в хитрой улыбке:

– Ну, знаешь, у нашего Грея таинственные фиолетовые глаза и все такое, а у этого птенчика перья такого же цвета. Это ты настолько скучала по Грею?

– Чушь! – вспыхнула я, толкнула его в плечо, а затем схватила за руку. – Побежали! Иначе опоздаем!

Отборочный этап должен был проходить на одной из многочисленных площадей этого бесконечного города. Найти ее не составило труда, ведь Феликс вел меня так уверенно, будто сам прожил в этом городе всю свою жизнь. Но сейчас было не время расспрашивать его, почему он так хорошо тут ориентировался.

– К-кажется, мы на м-месте! – объявил паренек и сложился вдвое, пытаясь отдышаться.

– Кажется, ты прав. – Я огляделась вокруг, пораженная количеством участников. Здесь явно было недостаточно места, чтобы проводить сражения. – И со сколькими людьми нам сегодня придется драться?

Феликс поднял голову:

– Д-двести? Вру, все триста. – Он стер пот с висков краем темной рубахи и выпрямился. – Что-то я начинаю сомневаться в наших шансах.

– Даже одного процента будет достаточно для удачи.

Условия отборочного этапа еще не раскрыли: не только для того, чтобы сохранить интригу и ажиотаж, но и для того, чтобы никто не успел подготовиться. Сама группа Сильнейших никогда не знала, откуда придет следующая опасность, и если мы хотим посостязаться за титул, то должны быть готовы к любым сюрпризам.

Несмотря на волнение, я искала в толпе одну темную макушку и одну рыжую. Пробежка до площади не была изнуряющей, но мое сердце отчаянно билось о ребра.

Где же ты?

Если я моргну, вдруг они окажутся прямо передо мной?

Где же вы?

Участников было слишком много, и, если честно, я тоже начинала сомневаться в том, что у нас есть шанс пройти дальше.

Но был ли у нас выбор?

Нет.

Либо мы преуспеем, либо придется придумывать новый план.

– Не очень-то мы подготовлены к отборочному этапу, да? – Феликс почесал голову, покусывая нижнюю губу.

По моим вискам стекали капли пота. На какого бы участника ни падал взгляд, я видела тяжелые отполированные доспехи, клинки, кинжалы и даже метательные топоры.

Феликс громко сглотнул, когда миниатюрная девушка с громадной острой косой за спиной прошла мимо нас и поздоровалась с крупным парнем, чьи бицепсы с виду были больше моей головы.

– У них нет того, что есть у нас. – Я толкнула Феликса в плечо, пытаясь подбодрить нас обоих.

Парнишка нервно улыбнулся, поглаживая себя по плечу:

– И чего же?

– Дай-ка подумать… – Я указательным пальцем постучала по подбородку. – Невероятного опыта после всех стычек с Далилой и малыми Созвездиями. – Я загнула один палец и сразу второй. – Единственный Телец и невероятно талантливый представитель Близнецов вместе? В одной команде? Да пусть нас все страшатся!

– Ага, как же! Тогда мы точно в беде. – Феликс фыркнул. – Разве ты не скрываешься? А из меня, скажем так, получился средненький представитель Близнецов.

Я пожала плечами:

– Уж что-нибудь придумаем. Самое главное – это то, с какой целью мы участвуем в турнире.

В глазах Феликса блеснула надежда.

– Ты права. Сначала найдем друзей, а потом спасем целый мир.

– Вот именно.

И вдруг толпа начала постепенно стихать. А в моих ушах раздался громкий голос:

– Добро пожаловать, участники!

Судя по тому, как распахнулись глаза Феликса, он тоже это слышал.

Все принялись оглядываться по сторонам, но не могли понять, кто это говорит.

Голос был женский и задорный, как красное пламя на закатном солнце:

– Вы меня знаете как Ури, Сильнейшую представительницу Овна. И именно мне выпала благородная честь провести отборочный этап мирового турнира Одиннадцати!

– Она не здесь, – вдруг догадался Феликс. – Кажется, ее голос передает нам Ноа, Сильнейший представитель Весов.

Точно. Я помнила, как про него рассказывал Тео. Ноа умел создавать воздушную цепочку и передавать слова и мысли между людьми.

Если оба Сильнейших были не рядом с нами, то, скорее всего, там, где могли беспрепятственно за нами наблюдать.

И где же находилась такая точка обзора?

– Сама Ури проводит первый этап! – обрадованно воскликнул кто-то позади нас.

– О звезды, будет нелегко!

– Но это же Ури! Лучше она, чем Леон или Дельта! Те двое бы нас просто уничтожили!

– Да! С Ури у нас хотя бы есть шанс выжить!

И тогда я нашла точку обзора в самом очевидном месте. Вдалеке, на холме, возвышались Дома Сильнейших – тринадцать дворцов, расположенные в строгом соответствии с кругом Зодиака. Дома у подножия холма выглядели скромнее, но чем выше располагалось строение, тем величественнее блестели стены из лунного камня. На самой вершине холма сияла башня Сильнейших. Купол. Шпиль башни достигал облаков и, казалось, пронзал небо, объединяя мир людей с небом Созвездий. Именно оттуда, со смотровой площадки, они за нами и наблюдали. Вряд ли вся группа Сильнейших в полном составе следила за происходящим. Они слишком высокомерные, чтобы смотреть отборочный этап. Но позже, когда мы пройдем дальше, избежать знакомства с нами у них не получится. Я впервые посмотрю в глаза тем, кто так хотел от меня избавиться.

– Слушайте внимательно, участники! – раздался бодрый голос Ури. – Я оглашу правила отборочного этапа только один раз. Если вы готовы стать кандидатом, а не участником, то ваш шанс сегодня. Здесь и сейчас. Ровно через минуту мой добрый друг Ноа погрузит вас в другую реальность. Ровно через минуту вы вступите на территорию, где нет законов. Там вы сможете разрушать, сражаться и, самое главное… – Ури сделала паузу, и, даже не видя ее лица, я поняла, что она ухмыляется. – Вы будете охотиться за звездами.

Прямо перед моими глазами вспыхнула крошечная звезда. Она зависла в воздухе и тут же исчезла.

Вот за такими звездами у нас и будет охота.

Холодный ветер скользнул по коже. Улицы Астропии удлинились и потемнели. Город стал… опасным.

Люди пропали. Исчезли случайные прохожие, остановившиеся, чтобы понаблюдать за началом турнира. Затих гул. Остались только мы, сотни участников, готовые сделать все, чтобы пройти дальше.

– Иллюзия, – догадалась я и, хлопнув по плечу завороженного Феликса, указала на башню вдалеке. – Ноа же управляет воздухом, верно? Нам кажется, что город настоящий, но на самом деле он погрузил нас в иллюзию. Мы никому не навредим в реальном мире, но зато можем делать что угодно в этом пространстве.

Я была уверена, что мы могли разрушать здания, прыгать по крышам, устраивать хаос. Ничто не заденет реальный город и его жителей. Но и нас друг от друга никто не защитит.

– Я не понял, но притворюсь, что понял, – кивнул Феликс, закидывая сумку повыше на плечо. – Как думаешь, Тео сейчас там? Тоже за нами наблюдает?

Я прикусила губу. Если я сфокусируюсь на Тео или Грее, то не смогу пройти дальше. А отборочный этап требует полной моей концентрации.

– Задача такова, участники! – Голос Ури звучал громко и бодро, как будто она была прямо перед нами. – По всему городу спрятаны двадцать две звезды. Ваша цель – получить одну. Одна звезда – один проходной билет во второй этап.

Всего двадцать две звезды на триста с чем-то человек?!

– Ах да! И вот маленький бонус, потому что мы не настолько жестокие! Если вам посчастливится заполучить звезду, то в оставшееся время вы сможете поохотиться на звездный ключ! Это ваш маленький золотой билет, который даст вам право пропустить любой из этапов турнира по вашему выбору.

Мое сердце едва не выпрыгнуло из груди, а в горле пересохло от волнения. Это было бы идеально! Если я получу звездный ключ, то смогу пропустить дуэли. Не придется раскрывать, что я Телец, пока не вернется Солэй! А значит, еще какое-то время я буду в безопасности.

– Феликс, мне нужно получить ключ, – прошептала я другу на ухо, дернув его за руку. – Любым способом.

Феликс взглянул на меня и коротко кивнул:

– Что-нибудь придумаем.

– Удачи, участники! – звонко воскликнула Ури. – До скорой встречи с лучшими из вас. И помните, что для того, чтобы получить звезду, можно использовать любые средства. Даже самые жестокие…

Голос Ури стих – я сомневалась, что мы услышим ее вновь до окончания этого этапа.

Воздух над нами внезапно завибрировал, и на глади ночного неба вспыхнули цифры. Таймер!

Запустился обратный отсчет. Отборочный этап должен был начаться ровно через минуту.

Пятьдесят девять…

Пятьдесят восемь…

Волоски на руках встали дыбом. Сердцебиение ускорилось втрое.

– Терра, какой у нас план? – торопливо спросил Феликс, пока его взгляд метался от одного соперника к другому, оценивая возможности. – Действуем сообща или разделяемся?

С одной стороны, если мы разделимся, шанс достать две звезды будет выше. С другой…

– Сообща. Другие участники работают командами, а значит, и мы будем делать так же. Сначала найдем звезду тебе, а потом мне.

Феликс оглянулся на группки людей, что уже сплотились и подстегивали друг друга боевыми выкриками. В его взгляде мелькнула неуверенность.

– И это наш план?

Я пожала плечами:

– Единственный.

Видимо, заметив решительность в моих глазах, Феликс поджал губы и расправил плечи:

– Тогда вперед.

Мы оба подняли голову к таймеру.

Десять секунд.

Затем пять.

Четыре.

Три.

Два.

…

Минута закончилась, и на таймере загорелось новое время.

– Всего тридцать минут! – прошипел кто-то из участников.

Тридцать минут на то, чтобы достать две звезды и, если удача будет на нашей стороне, найти звездный ключ. Это выполнимо.

Вдох и выдох.

Мы справимся.

Уже через мгновение на площади воцарился хаос. Сотни участников бросились в разные стороны, углубляясь в пустой город. Кто-то наступил мне на ноги. Мои волосы зацепились за чьи-то доспехи. Больше не теряя ни секунды, я схватила Феликса за руку и рванула в ту сторону, куда, казалось, направилось меньше всего людей.

Мы побежали следом за толпой. Впереди неслось человек семьдесят. Главная улица была широкой, но они умудрялись толкаться плечами, пытаясь обойти друг друга.

Нет, так не пойдет. Даже если мы найдем звезду, то за нее придется бороться с этой толпой. Без дара Тельца и без знаний о том, какой силой располагают оппоненты, шанс одержать победу нулевой.

– Ты знаешь этот город лучше меня! – крикнула я, обернувшись. – Где может быть спрятана звезда, за которой никто не пойдет?

Лицо Феликса раскраснелось, по лбу стекали капли пота.

– Е-если нам нужна звезда, которая дальше всего, т-то… – он перевел дыхание, – километрах в двадцати отсюда есть огромный парк.

Двадцать километров? Сердце ухнуло вниз. В запасе меньше двадцати пяти минут.

Дар Тельца мог дать мне преимущество в скорости, но Феликс за мной не угонится.

– Проклятье! – вырвалось у меня, и я остановилась. – Феликс, прыгай мне на спину!

– Но я тяжелый!

– А я сильная! – сказала я и добавила тише: – И ты знаешь почему.

– Если кто-то узнает…

– Никому сейчас нет до нас дела! – перебила я. Другие участники уходили все дальше. – Или ты готов раскрыть свое тайное оружие?

Мой взгляд метнулся к его левой руке.

Феликс стиснул зубы:

– Пока рано.

– Тогда прыгай скорее!

Я повернулась к нему спиной и опустилась на корточки. Парень замялся, потоптался на месте, но все же послушался. Как только Феликс прыгнул мне на спину, я схватила его за худые ноги, чтобы он не свалился, и уверенно встала.

Дар Тельца откликнулся мгновенно, и символ под лентой зачесался. Если использовать свою силу совсем немного… то все должно быть в порядке.

– Держись! – предупредила я.

И рванула вперед.

– О звезды! – ругнулся Феликс, вцепляясь в меня крепче.

Ветер засвистел в ушах и ударил в лицо, а волосы отлетели назад. Я мчалась по улицам со скоростью падающей звезды, чувствуя, как земля содрогается под каждым шагом. Через пару мгновений мы могли уже обогнать толпу, но, сделав это, мы привлекли бы к себе лишнее внимание.

– Если мы пойдем на обгон, они нас увидят! – догадался Феликс. – Сверни тут!

Я свернула так резко, что Феликс чуть не слетел у меня со спины. Мы пробежали еще несколько кварталов, освещенных только уличными лампами. Во всех окнах царила тьма. Где-то в стороне послышались звуки драки.

– Терра, смотри! – зашептал Феликс и пальцами впился мне в плечи.

Впереди нас в ту же сторону бежали двое. Это же они! Девушка с косой и здоровяк!

– Как им удается бежать так быстро?

– Должно быть, часть их дара. – Я щелкнула языком. – Есть обходной путь?

Я почувствовала, как парень покачал головой.

– Отсюда до парка только вперед.

Сбавив скорость, я скользнула взглядом по улице.

– В таком случае держись крепче.

Да простит меня Солэй, но другого выхода нет.

Я закрыла глаза, заблокировала лишний шум и взволнованное щебетание Феликса. И будто бы приоткрыла внутри себя дверь, за которой прятала дар Тельца, впуская ровно столько, сколько нужно. Символ на лбу потеплел, дыхание стало легче, ноги налились силой.

Я сделала несколько шагов назад и, запрокинув голову, посмотрела вверх.

– Терра, что ты задумала?

– Держись.

– Терра, мне не нравится твой пла…

– Прикрой рот заранее, если планируешь кричать, – перебила я его и улыбнулась. – Нам нужно добраться туда, не привлекая к себе лишнего внимания.

Феликс приглушенно взвизгнул, когда я сорвалась с места и запрыгнула на крышу двухэтажного дома.

Следующая крыша.

Рывок.

Разогналась и сделала прыжок.

Еще один и еще.

Но, пытаясь запрыгнуть на здание повыше с Феликсом на спине, я переоценила свои способности. Мои локти влетели в стену, однако я ухватилась за крышу обеими руками. Под ногами хрустнула штукатурка, в стене появились выбитые пальцами ног ямки.

– Терра! – пискнул Феликс, соскальзывая с моей спины.

Звезды!

Глаза боятся, но руки делают – так ведь говорят? Пришлось впустить в себя еще немного дара Тельца, чтобы подтянуться и взобраться наверх.

Помедлив секунду, чтобы восстановить дыхание и дать Феликсу возможность покрепче схватиться за мои плечи, я рванула вперед, скользя по крышам, и вскоре мы достигли конца квартала.

Перед нами раскинулся широчайший парк с аккуратно скошенным газоном, высокими деревьями и густыми кустами со свежими цветами, поблескивающими под светом Созвездий и луны.

Феликс спрыгнул с моей спины, и я подавила приступ тошноты. Колени загудели от слабости, а руки повисли как желе.

– Терра! – Феликс приобнял меня. – Как ты это сделала? Неважно! Надо повторить еще раз!

Я только вяло улыбнулась, отмахиваясь от комплиментов.

– Эй, ты в порядке? – Феликс поморщился. – Какая-то ты бледная.

Я бы хотела поделиться с ним правдой. Показать, что со мной происходит. И как сильно дар Тельца на самом деле вредит мне. Сказать, как мне страшно… Но сейчас не место и не время.

– Я буду в порядке. – Я восстановила дыхание, именно так, как учил меня Солэй. – Где, думаешь, спрятана звезда?

Феликс задумчиво пожевал губу, но потом повернулся к парку:

– Пойдем туда, уверен, мы ее найдем.

Надо почаще прислушиваться к интуиции моего друга, потому что он оказался прав. Видимо, так Феликс находил свою маму все те годы, что путешествовал по ее следам, пытаясь вернуть домой. У него была чуйка настоящего хищника, а глаза олененка.

– Вот и она! – воскликнул Феликс, и я ахнула, не веря, что у нас получилось.

Под высоким полукруглым мостиком, прямо над гладью пруда, мерцала одна из звезд. Маленькая, пятиконечная, светло-желтая, точь-в-точь как в детских сказках – словно нарисованная кисточкой. Ее свечение отражалось в темной воде.

– Иди возьми ее скорее, а потом найдем вторую.

Феликс успел сделать только один шаг, как в него кто-то врезался со спины. Они вместе пролетели вперед, затем рухнули в воду, взметнув фонтан брызг.

– Феликс!

Вода булькнула, поглощая его целиком. Я было бросилась за ним, но замерла. В отражении воды мелькнул блеск лезвия.

Крутанувшись на пятках, я встретилась взглядом с той самой миниатюрной девушкой. Она стояла всего в паре шагов от меня, сжимая в руках длинную косу с широким острым лезвием.

– Это наша звезда! – заявила она и стала напирать на меня.

Я выставила перед собой кулаки и… тут же разжала пальцы. Нельзя полагаться на дар Тельца.

Включи внутреннего Солэя, Терра. Ты – Скорпион. Действуй как Скорпион.

– Мы пришли сюда первыми, – выплюнула я и попыталась улыбнуться только одной стороной лица, как делал Солэй.

Девушка пожала худыми плечами и оскалилась.

– Не вижу тут свидетелей, а ты? – Она посмотрела на мои босые ноги, и ее губы скривились в усмешке. – Что ты за чудила такая?

Я скрипнула зубами. Она хочет драки? Значит, получит драку.

Моя рука метнулась в сторону, а затем резко вверх, и холодное голубое пламя кольцом окружило девушку. Оно заискрилось серебром, и над кожей девушки поднялся пар. Я сделала шаг вперед и открытыми ладонями ударила по воздуху, сужая кольцо пламени.

– Твои трюки тебе не помогут! – воскликнула она и с боевым ревом ринулась сквозь пламя.

Бесстрашная или глупая?

Но я тут же осознала, что это я – глупая. Доспехи защитили тело девушки, и пламя лизнуло только ее лицо.

Она замахнулась на меня косой, и я с трудом успела отпрыгнуть в сторону.

– Огонь тебе не поможет! Разве ты это еще не поняла?

– Кто сказал, что будет только огонь?

Я подняла руку к небу, как делала много раз на Острове Небес, пока обучалась искусству Авроры. И заликовала, когда на соперницу полетел сноп серебристых молний. Те ударили в землю у ее ног, и девушка рухнула на спину, выронив оружие.

Ее глаза ошарашенно округлились, но было рано праздновать. Как только соперница вскочила на ноги, я бросилась на нее. Мы упали на влажную землю. Я замахнулась на нее кулаком, но руки мои еще дрожали. Она резко скинула меня и оказалась сверху. А в ее руке блеснул кинжал.

– Пришла на турнир без оружия? – издевательски протянула она. – Или без нормального дара?

Я не отрывала глаз от лезвия, устремленного мне в лицо.

– Твой дружок уже пожалел, что пошел на турнир с тобой.

Что-то в воде булькнуло.

– Это ты лично у него спросила?

– Лорэн прямо сейчас топит его, – подсказала она с ликованием в глазах. – У моего парня дар Рака, и он может дышать под водой. А у твоего нет и шанса.

Мои глаза упали на темный пруд, поглотивший Феликса целиком.

Феликс, держись! Я иду!

– Твоему парню не сложно живется с жабрами? – парировала я. – Над ним часто издеваются прохожие?

Щеки девушки побагровели, и вовсе не от ожогов.

– Нет у него никаких жабр! – рявкнула она и замахнулась.

Я схватила ее за руку, пытаясь сдержать удар.

Прости, Солэй, но без Тельца тут никак…

Именно в этот миг кто-то вылетел из воды и с глухим шлепком упал на землю. По тяжести шлепка я поняла, что это не Феликс.

Девушка замерла, глядя мне за спину. Я обернулась. Из темного пруда, разделяя воду надвое, выбралось крупное, мощное существо. Волк.

Его темно-коричневая шерсть была насквозь мокрой, и капельки воды на ней блестели, отражая свет уличных фонарей. Под шерстью перекатывались тугие мышцы, когти царапали землю, в огромной пасти виднелись острые клыки. И в них мелькнула перчатка Феликса.

Мое сердце сжалось.

Единственное, что я сообразила сделать, – это ребром ладони ударить соперницу по шее. Ее глаза закатились, и она рухнула прямо на меня.

Я столкнула ее с себя, попыталась встать, но ноги не слушались.

Волк подошел ближе, возвышаясь надо мной. Его дыхание было тяжелым, горячим и влажным. Зверь чем-то походил на Люпуса, только немного уступал ему в размерах.

А глаза были… такие зеленые и знакомые.

Добрые.

– Феликс? – неуверенно проговорила я.

Волк сел, разжал пасть, и слюнявая перчатка упала мне на колени. В его глазах заплясала смешинка. Когда тело затряслось, сотни капель слетели с мокрой шерсти, блестя в воздухе, как звезды.

Я моргнула, и передо мной уже сидел Феликс. Настоящий. Человек Феликс.

– Секретное оружие? – выдавила я полушепотом.

– Да, – заулыбался он как ни в чем не бывало и поднял левую руку.

И тогда внутри у меня все сжалось.

У Феликса больше не было левой руки. Вместо нее – механическая, переливающаяся золотисто-медным светом. Металлические пластины плотно облегали предплечье. Суставы двигались так плавно, что казались живыми, и от пальцев до плеча меж пластин тянулись тонкие мерцающие зеленые линии.

– Феликс… что произошло? – прошептала я и потянулась к нему, но мои пальцы не посмели его коснуться.

– Нам нужно найти вторую звезду. – Феликс улыбнулся как ни в чем не бывало и раскрыл левую ладонь. В ней лежала звезда. – Если коротко, то исчезла не только моя рука, но и страх быть самым слабым. А эта особая перчатка помогает держать мой дар под контролем. Если ее снять, я могу превратиться почти в любое животное, а не только создать своего близнеца, как раньше.

– И больше чем на пару минут? – Я слабо улыбнулась, не зная, радоваться или горевать.

Феликс расплылся в широкой улыбке:

– Гораздо больше.

Он первый вскочил на ноги и потянул меня за собой, на ходу надевая перчатку. Его левый рукав был весь разодран, поэтому я с трудом смогла отвести взгляд от нового механизма.

Феликс спрятал звезду в сумку. А я стряхнула с себя оцепенение и сорвала остатки ткани с его левого рукава. Потом заставила себя сфокусироваться на настоящем моменте.

– Есть догадки, куда нам дальше?

Феликс облизнул указательный палец правой руки, будто ветер и правда мог подсказать верный путь.

– Ну? – поторопила я его.

И спустя секунду он сказал:

– Я без понятия.

– Феликс! – Я возмущенно толкнула его в плечо, и он наигранно ойкнул.

Что-то пискнуло в небе, и мы вскинули головы вверх. Таймер теперь показывал ровно пятнадцать минут.

– Время на исходе, но куда идти?

Где-то в глубине парка раздавались звуки драки и скрежет металла. Кто-то сражался. И я была готова поставить все свои монеты, одолженные Солэем, что сражались они за звезду. За нашу звезду.

Мы с Феликсом переглянулись и бросились в ту сторону.

Когда друг сказал, что этот городской парк огромный, я даже не представляла, что придется взбираться на холм, идя на звуки борьбы.

– Вон они! – шепнул Феликс, и мы тут же упали на живот, глядя вниз с края холма.

Я различила две группы участников, борющихся друг с другом. Но не могло же такое бурное сражение быть напрасным!

– Звезда переходит из рук в руки, – прошептала я Феликсу. – Видишь тех, кто постарше? Они незаметно передают звезду друг другу, поэтому соперники без понятия, у кого ее отбирать.

– Они не используют никаких явных даров Зодиака, – заметил Феликс. – Либо у них непримечательные способности, либо…

– Либо они их скрывают, – заключила я. – Именно по этой причине мы схитрим и нападем на всех разом. Застанем их врасплох. В каких существ ты можешь превратиться?

– А какой эффект мы хотим получить?

Я широко улыбнулась:

– Испугать и прогнать.

Феликс повторил мою улыбку:

– В таком случае сегодня день моего волка.

Он поднялся, разбежался и оттолкнулся обеими ногами от края холма. В воздухе его тело начало меняться. Кожа покрылась густой шерстью, кости хрустнули, перестраиваясь. Земли коснулись уже четыре широкие лапы. И гортанный рык вырвался из его пасти.

Феликс бросился прямо в гущу боя.

Я на секунду застыла, как завороженная. Феликс раскрыл свой дар. Солэй был прав. Дар можно было усилить. Если по-настоящему поверить в себя.

Внизу раздались крики и визги. Кто-то шлепнулся на пятую точку, а кто-то от испуга бросился прочь. Смельчаки остались и крепче схватились за свои мечи, кинжалы и топоры, пытаясь окружить Феликса. Но волк не поддавался, пушистым хвостом выбивая оружие у них из рук и отпугивая острыми когтями.

Я заприметила одного участника, который пытался остаться в стороне, пока его товарищи сражались. Взрослый мужчина в солидных доспехах, которые были так хорошо отполированы, что даже оттуда слепили мне глаза. И он сжимал в руках маленькую звезду.

Бинго.

Я скатилась с холма и побежала к нему. Однако мужчина услышал мое приближение. Он поднес пальцы ко рту и свистнул так пронзительно, что у меня заложило уши.

– Кайна!

Из густых кустов вдруг выпрыгнула пантера туманного леса. Не такая высокая, как Феликс, но крупная и опасная. Ее шерсть казалась темнее беззвездной ночи, длинный грациозный хвост хлестал по воздуху, а когти разрывали землю под собой. Но в ее глазах не горел хищный блеск. В них металась боль.

– Помоги мне! – приказал мужчина, взмахнув рукой. – Займись этой девчонкой!

– Нарушаешь правила! – вскипела от злости я.

Те самые правила, которые огласили участникам: можно пользоваться своим даром, оружием и доспехами, но не сторонней помощью, особенно в лице животного туманного леса. Что за абсурд такой?

Пантера зарычала, но вовсе не на меня. Шипы ошейника впивались ей в шею, а сам ошейник искрился, заставляя подчиняться.

– Я заплатил хорошую цену за этого зверя! – усмехнулся мужчина, понимая, что уже одержал верх. – И только мне решать, по каким правилам играть.

Он снова свистнул.

Ток пробежал по ошейнику, и пантера гортанно завизжала. И я сразу же поняла, в чем заключается его дар: он как-то управлял этим ошейником. Поганец!

– Нападай!

В глазах пантеры вспыхнуло отчаяние. Я не могу ей навредить! Этот бой был не ее выбором.

Призвав силы Авроры, я разделила нас стеной голубого пламени. Но пантера даже не остановилась. Она бесстрашно неслась прямо на меня!

Мое сердце сжалось. Если я использую дар Тельца, она погибнет. Не успев придумать ничего лучше, я потушила пламя, чтобы ей не навредить. И пантера рухнула на меня почти сразу.

У лица щелкнула пасть, на щеки упали слюни.

Где-то позади глухо зарычал Феликс, но он был слишком занят своим боем.

Я выхватила кинжал из-за бедра, но пантера сразу вцепилась клыками в ножны. Ее дыхание пахло металлом и лесом, когти царапали землю рядом с моими плечами. Еще немного – и заденут.

Что делать?

Если отпущу кинжал, чтобы вызвать силу Авроры, мне может не хватить времени и животное вцепится мне в лицо. Если использую дар Тельца, то я не только наврежу ей, но и раскрою свой секрет перед всеми этими людьми.

Что делать?!

Пантера рычала, пытаясь вырвать кинжал из моих рук. Если я сейчас же что-то не предприму, мне придется попрощаться со звездой!

И со своим лицом тоже!

– Берегись! – послышалось вдруг.

За спиной пантеры вспыхнул золотой свет, теплый, как само солнце, и яркий, как полдень. Я зажмурилась, но сердце радостно затанцевало.

Золотой луч вонзился в мужчину. Доспех разлетелся на части, отбрасывая искры. Второй солнечный луч попал ему точно в лоб. Противник рухнул лицом в землю и обмяк.

Пантера заскулила, вмиг разжала пасть, а потом, поджав хвост, спрыгнула с меня и исчезла в темном парке.

Я сразу же нашла взглядом Феликса. Один за другим враги вокруг него падали под солнечными лучами.

Этот дар…

Я знала этот дар…

Дар моего друга.

Сердце забилось о грудную клетку, и я едва могла дышать.

– Тео… – прошептала я.

Вскочив на ноги, я развернулась, готовая броситься ему в объятия, и…

…и остановилась.

Передо мной стоял не Тео.

– Зайон?..

Его фигура почти сливалась с ночью. Я бы его и не заметила, если бы не желтые лучи, танцующие на его руках, и символ Льва, горящий в центре лба.

– Терра, – кивнул он, приветствуя меня. – Твой союзник?

Он скользнул настороженным взглядом по Феликсу, который подошел к нам и вновь принял человеческий облик.

– Почему ты нам помог? – спросил мой друг.

– Сегодня я помог вам, а завтра вы поможете мне. – Зайон посмотрел на мужчину в отключке. – Подозреваю, что у него в руках то, что принадлежит вам.

– А как же ты? – спросила я недоверчиво.

Зайон вытянул руку, и золотые искры погасли. На его ладони блеснула звезда. Он покрутил ее в пальцах и спрятал в карман.

Вот и ответ на мой вопрос.

Я бросила взгляд на Феликса. Тот пожал плечами. Я нагнулась к мужчине, разжала его кулак и забрала звезду.

– Я бы сказала спасибо, но…

– Но ты мне не доверяешь, – спокойно закончил Зайон. – И правильно делаешь.

Он снова посмотрел на мужчину и добавил уже жестче:

– Этот гад использовал зверя туманного леса против его воли. Это не только нарушение правил… но и непростительная жестокость.

Я глянула на Феликса, однако на его лице ничего нельзя было прочесть. Думал ли он о своей маме так же часто, как раньше?

В небе снова что-то пискнуло. Мы подняли головы. На таймере оставалось ровно пять минут.

– Я уже не успею найти тот ключ… – пробормотала я, сжимая кулаки.

– Иди туда, куда не пойдут другие, – бросил Зайон, и мы с Феликсом удивленно посмотрели на него.

– И зачем ты нам подсказываешь?

– Потому что мне не нужен этот проходной билет. – Он усмехнулся и вздернул подбородок. – Для меня будет честью пройти каждый этап этого турнира и по праву получить титул Сильнейшего.

Я сглотнула комок в горле, и мы с Феликсом снова переглянулись. Где бы ни был сейчас Тео, его ждал равный ему по силам противник. Тот, кому не нужен доспех, чтобы пользоваться тем же даром.

Взгляд Зайона задержался на моем лбу чуть дольше, чем мне хотелось. И я подавила желание проверить, на месте ли лента.

– А вот тебе ключ, судя по всему, очень нужен. Я заметил отчаяние в твоих глазах.

Я прикусила губу, не торопясь с ответом.

– У нас меньше пяти минут, Терра, – вдруг прошептал Феликс. – Лучше воспользуемся его подсказкой, пока есть шанс.

– Мы еще не союзники, – напомнила я Зайону.

– Ключевое слово – «еще».

Он улыбнулся, и я не увидела на его лице подвоха, поэтому спросила:

– Куда пойдешь ты?

– Я выслежу пантеру и сниму с нее поганый ошейник.

В нем точно есть то же благородство, что и у Тео.

Секундой позже Зайон ушел вслед за пантерой, и Феликс подтолкнул меня в спину:

– Терра, воспользуйся даром и беги обратно на площадь.

– Почему туда?

– Куда не станут возвращаться другие участники?

Точно! Я была готова хлопнуть себя по лбу.

– Я буду прямо за тобой! – Феликс толкнул меня еще раз. – Беги, Терра!

Небо издало очередной писк.

Осталось четыре минуты.

В ногах закипел дар Тельца, и я рванула вперед. Каждая клеточка в теле отзывалась болью, легкие сжимались, сердце молило о пощаде. Я знала, что заплачу за это позже… но сейчас я должна была бежать вперед.

Мне нужен этот ключ. Только с ним у меня получится и дальше притворяться Скорпионом.

Писк. Три минуты.

Я завернула за угол, босые ноги заскользили по брусчатке, и, споткнувшись, я боком влетела в стену. Камень треснул от удара, и я подавила крик, но оттолкнулась и побежала дальше.

Писк. Две минуты.

Вдалеке показалась площадь. А в центре нее переливался желтым и оранжевым цветами звездный ключ.

Ключ!

Никогда еще я не рвалась вперед так сильно. Так неистово. Каждая мышца стонала, но я заставляла тело подчиняться моей воле.

Писк. Одна минута.

Почти достигнув широкой площади, я сбавила шаг, пытаясь отдышаться.

Но кто-то врезался мне в спину, сбивая с ног.

Мы перекатились по рельефной брусчатке, камни больно впивались в кожу.

Когда я открыла глаза, надо мной нависла все та же девушка, у которой была коса.

– Этот ключ мой! – выплюнула она, и ее кулак влетел мне в щеку.

Боль прострелила виски, и в ушах зазвенели колокольчики.

Писк. Тридцать секунд.

Времени нет!

Я схватила ее за руки, и голубое пламя вырвалось из пальцев, обжигая ее кожу холодом. Девушка закричала, я воспользовалась моментом и скинула ее с себя.

Хотела уже рвануть вперед, но она вцепилась в мою штанину.

– Отпусти!

– Еще чего!

Не буду же я бить ее ногой по лицу!

В этот момент ей на голову спикировала коричневая птичка и вцепилась клювом в волосы.

– Феликс! – Я узнала эти зеленые глаза.

Птичка ущипнула девушку за пальцы, и я была свободна.

Десять… Девять… Восемь…

Ключ был всего в паре метров от меня. Сердце билось оглушительно громко. С каждым шагом силы покидали тело, ноги горели, но я хромала вперед.

Пять… Четыре…

Еще буквально пару шажков и…

Три… Два…

Я уже протянула руку к сияющему ключу и…

Передо мной приземлилась фигура в черных доспехах.

Убийственно грациозно.

Еле слышно.

Как опускается ночь.

Темный плащ взметнулся перед глазами. Волна силы ударила меня в грудь и отбросила на землю. Я стукнулась спиной о камень, и воздух вышибло из легких.

Я перекатилась на колени, но было уже поздно.

Движения парня были точными, когда он протянул руку и взял ключ.

Однако я больше не думала о ключе.

Больше не думала о турнире. Не думала ни о чем.

Потому что эта спина была мне знакома.

Я вглядывалась в очертания его фигуры, шоколадные волосы, знакомые движения.

– Грей? – едва слышно сорвалось с моих пересохших губ.

Парень обернулся.

Я посмотрела в его темно-лиловые глаза.

– Грей, это ты? – Голос вернулся ко мне, но тело отказывалось шевелиться.

Прошла секунда, но между нами повисло тягостное молчание. Будто нас разделяли не несколько метров, а целые километры.

Вот-вот его холодный взгляд потеплеет.

Вот-вот я вскочу на ноги – и Грей притянет меня к себе.

Вот-вот – и…

– Откуда ты знаешь мое имя?

Всего один вопрос, но что-то во мне оборвалось.

Я открыла рот, но сказать ничего не получилось. Таймер запищал, возвестив об окончании отборочного этапа. Но я все продолжала смотреть в глаза Грея.

А он…

А Грей смотрел на меня так же, как и в день нашего знакомства.

Так, будто не знает меня.

Будто забыл.

Нет. Не будто.

Грей забыл наше путешествие.

Грей забыл… меня.

«Откуда ты знаешь мое имя?»

Что делать человеку, чей худший кошмар воплотился в реальность?

Ответ – ничего. Ничего не делать.

Мое сердце было разбито, а осколки разлетелись настолько далеко, что даже звезды не знали, как собрать их воедино.

Что… делать?

Стереть саму себя с лица земли. Вот что. Но даже этого было бы недостаточно, чтобы унять бесконечную боль в моей груди. Если бы небо могло поглотить меня целиком, то я бы позволила этому случиться.

Именно об этом я молила звезды, как только закончился отборочный этап.

Грей скрылся в ночи так же незаметно, как и появился. Без прощаний. Без вопросов. Без оглядки.

Феликс взял меня за руку, чтобы увести с площади, после того как Ури поздравила всех прошедших отбор и объявила, что нас ожидает дальше. Но я не слушала, поэтому совсем ничего не запомнила.

Феликс вел меня по пустым закоулкам Астропии. Иллюзия Ноа исчезла, как только остановился таймер, и теперь в окнах горел свет. Силуэты за шторами бродили туда-сюда, занимаясь обычными делами. Семьи ужинали. Влюбленные танцевали на балкончиках под мелодию уличного скрипача. Дети убегали от зубных щеток в руках родителей.

Феликс остановился, чтобы положить пару монет в шляпу у ног скрипача, и потом повел меня дальше.

Мое тело ныло. Мысли путались. В ушах стоял нескончаемый звон.

– Нам надо поесть, и тогда все пройдет. Ну конечно! А как же еще? Еда – лучшее лекарство… – уловила я бормотание Феликса и вырвала руку.

– Куда ты меня тащишь, Феликс?

– Домой, – ответил он уверенно, будто этот ответ что-то прояснял.

– Мне нужно вернуться, – вдруг сказала я решительно. – Мне нужно поговорить с Греем, вдруг произошла какая-то…

– Ошибка? – закончил за меня Феликс и оглянулся на меня, не сбавляя хода. Он открыл рот, чтобы еще что-то сказать, но в итоге только покачал головой.

– Что? – не сдержалась я. – Что у тебя на уме?

– Ты бледная как мел, а твои пальцы дрожат. Сначала восстановишься, а потом мы разберемся со всем остальным.

Я не решилась сопротивляться, ведь едва находила в себе силы продолжать идти.

– Ты слышал, что сказал Грей? – спросила я слабым шепотом.

Феликс помедлил, но все же кивнул.

– Мне нужно пойти за ним, – продолжала я.

– Но куда ты пойдешь?

Вопрос, который я оставила без ответа.

– Сейчас мы с тобой ничего не можем с этим поделать, – сказал Феликс. – Мы даже не знаем, куда делся Грей… Но давай смотреть на вещи позитивно: нам с тобой повезло, что мы уже дошли до моего дома!

Феликс остановился, и я уткнулась ему в спину, не успев среагировать.

– Ты же говорил, что ты с Заримана. – Я нахмурила брови в недоумении, но Феликс только улыбнулся, снимая сумку с продуктами с плеча. И как его покупки не вылетели оттуда во время сражений? Магия какая-то.

Мы остановились перед одним из многочисленных жилых домов. Четырехэтажные здания, словно вросшие одно в другое, были построены из коричневого кирпича. Стены были такими же чистыми и основательными, как в центре города. Окна, что выходили на неширокую улицу, были сделаны из полупрозрачного кварца и сверкали, отражая мерцание Созвездий.

Я вдохнула теплый воздух и поняла, что мы сейчас в восточной части Астропии.

Внезапно распахнулась тяжелая входная дверь, и высокая девушка выглянула наружу. Ее темные шелковистые волосы взметнулись на ветру, а выразительные глаза сразу остановились на нас.

– Феликс! – то ли радостно, то ли с упреком воскликнула она, стремительно спустилась по ступенькам и заключила парня в объятия. Затем отпрянула и посмотрела на Феликса, крепко сжав его плечи. – Как прошел отборочный этап? Почему ты нам не сказал, что пойдешь на турнир прямо с рынка? Ты же должен был вернуться домой и хорошенько подкрепиться!

Девушка провела пальцами по его щеке, где под ярко-красной царапиной назревал добротный синяк.

– Дурачок, – поругалась она. – Совсем о себе не заботишься.

– У меня ни дня не бывает без приключений, ты же знаешь. – Феликс виновато улыбнулся и почесал затылок. – Я купил все по твоему списку и собирался обратно домой, но потом встретил кое-кого.

Девушка перевела взгляд на меня, осмотрела с ног до головы, и самая солнечная из всех улыбок засветилась на ее смуглом лице. Под лучами уличного фонаря ее кожа переливалась золотом и бронзой, контрастируя со светлым летящим сарафаном изо льна.

– Так ты и есть та самая Терра?

– Я… эм…

В ее взгляде появилось нечто новое, когда она всмотрелась в мое лицо. Не знаю, что именно девушка увидела, но, прежде чем я успела понять, что происходит, она притянула меня к себе и крепко обняла.

Так обнимает родитель своего ребенка, когда не знает, какими словами утешить.

– Бедняжка, ты столько пережила… – прошептала она мне на ухо.

Я вмиг размякла в ее руках, уткнувшись носом в ее хрупкое плечо. От девушки пахло как от Феликса: соленым морем, пряными специями и сладкими сушеными абрикосами.

– Сегодня вечером ни о чем не переживай, – добавила она, сжимая меня крепче, и я с трудом подавила рыдания.

Ее объятия длились ровно столько, сколько мне было необходимо. И лишь когда я слабо зашевелилась, девушка меня отпустила.

– Терра, познакомься, это моя тетя Тия, – представил ее Феликс с гордостью, какой я прежде не слышала в его голосе.

– Самая старшая из всех троих, вообще-то. – Тетя Тия ущипнула Феликса за мочку уха и довольно усмехнулась, когда тот ойкнул. – А ну-ка отдай эту свою тяжелую сумку младшим.

Младшим?

– Дети! Феликс вернулся с турнира! – звонко позвала она, хлопнув в ладоши. – Что вы там возитесь?

На крыльцо друг за другом вихрем вылетели три миниатюрные копии Феликса – с густыми, торчащими в разные стороны волосами. Ростом все они были не выше моей талии. И все задорно улыбались.

– А кто эта девушка? – спросили они и одновременно склонили головы набок, рассматривая меня.

– Почему на тебе такая тонкая одежда? – поинтересовался стоявший посередине.

– Разве тебе не холодно? – прошепелявил тот, что стоял справа: у него не хватало одного переднего зуба. – Разве в таком можно ходить по улице?

– Вот это у тебя синяк! – воскликнул третий и подбежал ко мне впритык. – Дай посмотреть! – Он подпрыгнул как пружинка и схватил меня за штанину, готовясь вскарабкаться по моей ноге.

– Это мои двоюродные братья, – объяснил Феликс и начал представлять детей, указывая на них по очереди: – У Лио недавно выпал первый зуб. Нико сейчас нравится быть непохожим на других, поэтому его волосы покороче, а Рио – это тот, кто сейчас запрыгнет тебе на лицо.

– А почему у тебя лента на лбу? – спросил Нико, остановившись у другого моего бока.

Лио тоже приблизился и завороженно уставился на мой лоб.

– Ты что, скрываешь, что ты представительница Тел… – начал было Рио.

Все трое детей окружили меня, и я в панике подняла руки, не зная, кому ответить первому и на какой из вопросов.

– Тихо-тихо! – Тетя Тия ладонями зажала рот Рио, а потом взяла его на руки, оторвав от моей штанины. – Вы сейчас напугаете Терру так, что она откажется устраивать с вами ночевку и играть в шалаши.

– Но, мама, Феликс сказал, что мы сможем спросить у его друзей все, что захотим, когда они придут в гости!

– Мы ждали их целое лето! – тут же подключился Нико, надувая щеки.

– А сейчас уже зима! – поддакнул Лио, топнув пухлой ножкой.

– Идем наверх, пока соседи не начали ругаться. – Девушка умело загнала детей внутрь, подталкивая бедром. – Брысь внутрь, мелкие!

– Тройняшки? – вырвался у меня вопрос.

– Ох, слава звездам, нет, тройняшки не они, а я и две мои сестры.

Тетя Тия заметила на моем лице недоумение и рассмеялась, кивая на дверь:

– Пойдем домой, Терра. Ты, наверное, очень устала после турнира.

Дети снова чуть не бросились к нам с вопросами о турнире, но Феликс пообещал им все рассказать в мельчайших деталях за столом.

А потом махнул мне рукой, приглашая внутрь.

– Думаю, мне не место за вашим семейным столом. – Я попятилась, но Феликс протестующе закачал головой:

– Все тебе будут рады, только пообещай, что не будешь пугаться, ладно? Моя семья со стороны папы как… стая морских чаек. Мы похожи друг на друга и обожаем допытываться, выведывая все в мельчайших деталях, когда нам что-то интересно.

Я не знала, как не пугаться, когда мы поднялись на четвертый этаж и на порог вдруг высыпала родня Феликса. И все смотрели на меня большими карими глазами.

– Это мои тетя Мина и тетя Лиян. – Феликс указал на двух девушек с густыми шелковистыми волосами, которые были точными копиями тети Тии. Друг от друга их отличали только цвет платьев и увесистые украшения на шее и в ушах. – А это мои дяди! – сказал Феликс, и из-за спин девушек с улыбкой выглянули трое мужчин, которые, слава звездам, совсем не походили друг на друга. – Дядя Тори, дядя Эзо и дядя Рами.

Меня никогда прежде не принимали с такой теплотой. Я не знала, кому улыбнуться первому. У них принято пожимать руку при знакомстве или обниматься?

Но волноваться об этом не было нужды: как только Феликс закончил их представлять, они сами принялись меня обнимать и буквально передавать из рук в руки, награждая легкими поцелуями в обе щеки. Мое лицо раскраснелось от смущения.

– Терра, надеюсь, ты голодная? – спросил один из них.

– Эм… я… да… я…

– Конечно, голодная! – хлопнул меня по плечу Феликс. – Она же Телец! Она всегда голодная.

Мои щеки вспыхнули сильнее прежнего, но я не нашла в себе смелости шлепнуть его по голове при родственниках.

– Тогда готовься не вставать из-за стола, пока не съешь хотя бы три порции! – объявил один из дядей Феликса, Эзо.

– У нас принято кормить гостя, пока он не лопнет. Пойдем-пойдем, Терра. – Тетя Тия подтолкнула меня в сторону кухни, а сама убежала вперед.

Мы с Феликсом последовали за всей его родней по широкому коридору с высоким потолком и стенами песочного цвета. Я опять пожалела, что не нашла времени купить обувь, которую можно было бы снять у входа вместо того, чтобы шлепать по чистому кафелю своими грязнющими стопами.

– Прости, Терра, я рассказал своей семье все о нашем путешествии, – пробормотал Феликс мне на ухо, подпихивая меня плечом. – Но обещаю, они и слова никому не скажут о твоем Созвездии, им можно доверить свою жизнь.

В любой другой ситуации я бы, скорее всего, запаниковала, а потом разозлилась бы на такую опрометчивость, но его семья приняла меня как свою, и я немного расслабилась.

Их не волновало, кто я, чем занимаюсь и откуда пришла.

Им было важно, что я подруга Феликса.

Дядя Тори поставил передо мной тарелку с горячими лепешками – тонкая корочка блестела от масла, а аромат тмина и кунжута щекотал нос. Тетя Мина налила мне стакан теплого молока, всыпав туда пару чайных ложек корицы, и сладкий, пряный запах мгновенно успокоил сердце.

Казалось, я всего лишь моргнула пару раз, а на столе уже появились новые блюда, одно ароматнее другого: золотистые треугольные самсы с сочной мясной начинкой, миска спелого инжира и винограда, блестящего в свете ламп, тарелка ореховой пахлавы, щедро политой медом. Будто по волшебству возник кувшин с напитком из сушеных фруктов. Миски, кувшины, тарелки – все это появлялось с такой скоростью, что я не успевала замечать, кто их приносил. Запахи, пряные, сладкие, терпкие, дарили ощущение тепла и уюта.

Трое детишек – Рио, Нико и Лио – не отставали от взрослых, помогая расставлять на столе вкуснейшие угощения. Несмотря на протестующий желудок, я отказывалась приступать к еде, пока все не сядут за стол. Мальчики уселись напротив меня, что-то щебеча своим родителям.

– Они не тройняшки, говоришь? – спросила я Феликса, зная, что от стеснения не смогу задать вопрос достаточно громко, чтобы перекричать всю семью.

– Мои тети – тройняшки и родили этих жучков с разницей в пару месяцев, – начал пояснять Феликс. – Вот они и выглядят почти одинаково и даже ведут себя как тройняшки, повторяя за своими мамами.

Вдруг ко мне подтолкнули тарелку с лепешками.

Когда я подняла глаза, дядя Тори улыбался мне так, будто мы не познакомились каких-то пятнадцать минут назад.

– Ешь поскорее, пока…

– Пока я все не украл! – Феликс попытался выхватить у меня из-под носа одну из лепешек, но тетя Лиян тут же хлопнула его по руке.

В такой добродушной суматохе и прошел ужин. Разговоры обо всем на свете не прекращались ни на секунду, и, сколько бы я ни съела, на моей тарелке продолжала появляться еда. Стоило мне бросить взгляд на одно из блюд, как кто-нибудь из членов семьи накладывал угощение мне на тарелку. Очень быстро я наелась так, как не наедалась за всю жизнь. Я боялась, что если так продолжится, то Феликсу придется выкатывать меня из этой комнаты.

Больше всего меня удивило, что никто не торопился расспрашивать Феликса о том, как прошел турнир. Будто им было все равно. Нет… дело было в другом. Преуспел Феликс или нет, они продолжали любить его так же сильно. Теперь я поняла, что Феликс открыт этому миру не потому, что он наивный и не знаком с ужасами реальности, а потому что эта часть семьи научила его быть таким. Искренним, добрым, принимающим всех и вся с широко раскрытыми объятиями.

– Так это и есть великая семья Руис? – Сытая, я была готова похлопать себя по раздутому животу и завалиться на бок, но нашла в себе смелость обратиться ко всей семье.

Тетя Тия покачала головой почти сразу:

– Мы этой фамилией не пользуемся. Мы с сестрами переехали в город еще до того, как вышли замуж.

– Мы сбежали, как только наш брат, папа Феликса, женился и ушел в семью своей избранницы – Руис, – подхватила тетя Мина. Золотые висячие сережки в ее ушах завораживающе поблескивали.

– Так, значит, твоя мама из… – Я повернулась к Феликсу, и улыбка на его губах едва заметно дрогнула.

– Из семьи с чересчур высокими ожиданиями и непомерными требованиями, где надо владеть суперкрутым и сильным даром Созвездий, чтобы быть принятым? Да, именно так. Поэтому в коротких перерывах между поисками Далилы и попытками найти вас я приходил сюда.

– Здесь нашему племяннику и лучшему старшему брату всегда рады. – Дядя Рами, сидящий по другую сторону от Феликса, хлопнул его по спине и приобнял.

– Незадолго до турнира, пару недель назад, я вернулся домой, – поделился Феликс и посмотрел на меня. В его взгляде отразилась тоска, которую он испытывал, пока искал нас, и меня вновь пронзило чувство вины.

– И правильно сделал! От тебя остались кожа да кости, когда ты к нам пришел. Ты совсем ничего не ешь, когда путешествуешь! – возмутилась тетя Мина.

– Почему ты улыбаешься? – спросил меня Феликс вполголоса, когда разговор за столом продолжился уже без нас.

Я пожала плечами, словно это очевидно.

– Я теперь вижу, в кого ты такой…

– Какой?

– Такой, какой ты есть. У тебя замечательная семья.

– Тогда почему твоя улыбка грустная?

Ничего не спрятать от парня, который умеет горевать, злиться, радоваться и восторгаться на все сто процентов. Никакая эмоция не останется незамеченной.

– Ты знаешь почему, – призналась я еще тише.

Потому что я хочу, чтобы они были за этим столом с нами.

И Тео, о котором я еще ничего не слышала.

И Грей, который… который…

Я боялась, что если сейчас задумаюсь о нем, то упаду и никогда не смогу подняться.

Тетя Тия, собирая пустые тарелки, прошла позади нас и легонько шлепнула Феликса по затылку:

– Почему Терра не твоя девушка, а только лишь подруга?

– Девушка-девушка! – рассмеялись трое детей, да так мило, что я не сдержалась, приподнялась со стула и, протянув руку через весь стол, ущипнула за щечку каждого из них.

Те только захихикали.

Что-то мне подсказывало, что эти трое – те еще любители женского внимания и их родителям будет весело лет эдак через десять.

– Терра, ты же девушка Феликса? – вдруг спросил Нико, невинно хлопая глазками, обрамленными густыми изогнутыми ресницами.

– Разве? – Рио покраснел и уставился на нас как на предателей. – Почему тогда Феликс не держит Терру за руку?

– Почему он за ней не ухаживает и не наливает ей вина? – Лио указал на Феликса и попробовал поцокать языком.

Кажется, уже все мое лицо горело от смущения.

– Все не так… – попыталась объясниться я.

Феликс покачал головой и заговорил с такой серьезностью, что дети сразу замолчали, внимательно его слушая.

– Потому что сердце Терры было занято задолго до нашего знакомства.

К моим глазам подступили слезы, и я уставилась на руки, сложенные на коленях.

– Что-о-о?! – тут же воскликнули все трое. – Тогда где твой парень, Терра?

– Почему ты гуляешь с Феликсом и без него?

На меня обрушился шквал вопросов, а вместе с ними – паника.

– А давайте-ка я лучше расскажу вам про турнир? – тут же предложил Феликс, и внимание детей снова переключилось на него.

– Турнир-турнир-турнир! – обрадовались они и застучали ладонями по столу.

Только когда на часах стукнула полночь и дети начали клевать носом, было принято общее решение отправиться спать. Несмотря на то что семья заняла весь четвертый этаж жилого дома, свободной комнаты у них не имелось, поэтому родители наперебой стали предлагать забрать детей к себе и устроить нас с Феликсом в детской. Но мальчики тут же запротестовали и запрыгнули мне на руки, поэтому мы с Феликсом пошли с ними в детскую и построили на полу между тремя кроватками настоящий шалаш из простыней и одеял, а потом все впятером расположились в нем.

Мальчики крепко уснули только после того, как я в третий раз пересказала историю о том, как мы с неким парнем спасли целую деревню от злой женщины и волка Люпуса.

– А где ты обычно спишь? – спросила я Феликса шепотом, наблюдая за Рио, который, свернувшись у меня под боком, почесывал щеку во сне.

– С Рио… или с Лио, или с Нико. – Он погладил младших братьев по голове. – Они прижимаются ко мне так тесно, что даже одеяло не нужно.

Мы помолчали пару минут, а потом Феликс произнес едва слышно:

– Я не знаю, что с ним, Терра, но мы это исправим. Обещаю.

«Откуда ты знаешь мое имя?» – холодный, незнакомый голос Грея не выходил у меня из головы. А перед глазами стояло его лицо. Он смотрел на меня как на что-то… чужое.

– А вдруг это была ошибка? – спросила я в надежде. – Вдруг он не разглядел меня в темноте?

– Такие ошибки не совершают, Терра. – Зеленые глаза моего друга погрустнели, и на секунду его лицо изменилось до неузнаваемости. – Мне очень жаль, Терра.

– Почему ты так говоришь? – Сердце защемило. – Почему ты так говоришь про Грея?

– Потому что я помню того Грея, который узнал бы тебя, даже если бы ослеп. Того Грея, который бы взлетел в небо, чтобы прикоснуться к тебе. Грея, который защитил бы тебя голыми руками. Он бы отказался от своего дара ради тебя. Но тот Грей на площади… мне тот Грей не знаком, Терра, и поэтому мне очень жаль.

Я почти не дышала, сдерживая слезы.

– Почему тогда мы с тобой все вспомнили?

– Может быть, Грей им не нужен… Созвездиям, я имею в виду. Может быть, им для этой миссии нужны только мы с тобой.

Я закрыла лицо руками:

– Я так устала, Феликс. Все, чего я хочу, – это чтобы мы все были вместе. Больше мне ничего не надо. Только мы, наш костер и бесконечное звездное небо над нами.

Феликс протянул руку над тремя сопящими братьями и отнял мою ладонь от лица, чтобы я на него посмотрела.

– Полтора года назад я очнулся и думал, что потерял все. Не только свою маму, а вместе с ней и руку. Но и моих новых друзей. Рива, Тео, Грея и тебя. Я так думал, пока мне не помогли. Это был мужчина, странник с мудрыми глазами и крепким телом. Именно он создал этот протез вместо утерянной руки. Его дар – искусство, которое спасает людям жизни. Мужчина дал мне шанс стать сильнее и раскрыть весь потенциал своего дара Близнецов. Но не это самое важное, Терра.

– Тогда что?

– Ты знаешь, почему я доверился ему почти сразу? Позволил ему сделать это… – Феликс кивнул на левую руку, – с моей рукой.

– Потому что ты всегда доверяешься первому встречному? – предположила я, и мой друг с трудом сдержал смешок и покачал головой.

– Потому что он мне кое-кого напомнил. Своими размышлениями. Своим достоинством, честностью, мудростью и благородством. Желанием помогать и не ожидать ничего в ответ. Эти качества напомнили мне нашего Грея. Твоего Грея.

Я затаила дыхание, прислушиваясь к следующим словам.

– А когда я спросил, почему он мне помогает, мужчина сказал, что его старший сын странствует в далеких краях. И что если его сын когда-нибудь попадет в беду, то он надеется, что я буду на его стороне. И тогда я спросил, как зовут его сына.

– Не может быть… – Я закрыла ладонью рот, сдерживая изумление.

Феликс только кивнул:

– Представляешь?

– Нам нужно ему сказать…

– Сказать, что я, паренек, которого он не помнит, повстречал его отца и… – Феликс пошевелил левой рукой, – его папа сделал мне новую руку, потому что предполагал, что мы друзья? – Феликс поджал губы. – Сейчас такое заявление может только отпугнуть его.

– А что нам тогда делать, Феликс? Стоять в стороне и хлопать глазами? Что, если Грей нуждается в нас? Или, наоборот, попытается нас прикончить?

– Терра, взгляни на мою руку, – настаивал на своем Феликс. – Вот какой человек вырастил Грея. И если Грей вобрал в себя хоть частичку его доброты и мудрости, то, что бы ни случилось дальше, мы его вернем. Мы поборемся за его воспоминания или же вместе создадим новые.

– Я не знаю, как мы будем делать это во время турнира. Что, если на следующем этапе нам придется сражаться друг против друга?

– Я не отойду от тебя ни на шаг, Терра. Я знаю, что за это время мы разучились работать как команда, но это неважно: я буду рядом на каждом этапе. И вместе мы справимся.

Феликс уже засыпал, когда я прошептала:

– Спасибо за все, что ты для меня сделал… познакомил со своей семьей, приютил. Это было мне очень нужно.

– Завтрашний день будет лучше сегодняшнего. Я говорю себе эти слова каждый день, с тех пор как мама ушла из дома… – пробубнил он, уносясь в мир грез.

И с этими словами Феликс уснул, оставив меня наедине со своими мыслями. Тревога о завтрашнем дне настигла меня, и боль в груди снова дала о себе знать. Будто тяжелым молотком били по ребрам, проделывая дыру к сердцу.

Пролежав так еще какое-то время, я сдалась и, встав, нашла выход на балкончик. Уже там облокотилась на прохладные перила, глядя в ночное небо.

Локи приземлился мне на голову минутой позже, промурлыкав что-то в знак приветствия. Его тельце довольно завибрировало.

– Как тебе здешние облака?

Локи не ответил, вылизывая свои лапки.

Я не смогла рассказать Феликсу о своем даре и о том, как он разрушает тело. Не смогла после того, как узнала, через что он прошел за время моего отсутствия. После того, как он с тоской произнес слово «мама».

Нет времени жаловаться и жалеть себя. Я сделаю все, что потребуется, чтобы вернуть друзей и выполнить поставленную передо мной задачу.

Сегодня ночью мое сердце плачет, но на рассвете я предстану в облике воина, которым стала благодаря Солэю.

И если за возможность пользоваться даром мне придется заплатить собственной жизнью… так тому и быть.

Я проснулась ранним утром следующего дня, когда на мое лицо приземлились, а затем от него же и оттолкнулись четыре когтистые лапки, а рядом пробежали три пары маленьких стоп. Возмущенно простонав, я вслепую отмахнулась подушкой.

Но знакомые взмахи крыльев, детский гогот и задорный голос Феликса заставили меня окончательно проснуться.

– Терра, доброе-доброе утречко!

Я нехотя приоткрыла один глаз, морщась от солнечных лучей, заливающих комнату. От вчерашней палатки не осталось ничего, кроме раскиданных по комнате одеял и простыней. Утро было прохладное, и ветерок, пробравшийся сквозь распахнутые окна, всколыхнул льняные шторы и пощекотал мои голые ступни.

Локи кружил по комнате, играя с мальчиками в догонялки. Отскочив от стены, астерия приземлилась на спинку стульчика, а затем снова прыгнула и влетела мне прямо в лицо, как только я приподнялась на локтях.

Я шлепнулась обратно на одеяла, сдаваясь на волю судьбы, а дети, окружив меня тесным кольцом, принялись поглаживать гладкие перья озорной астерии.

– Плохо спалось? – раздался голос Феликса откуда-то с порога.

– Просто замечательно, – буркнула я в пузо крылатого существа.

Локи перекатился на пол, взмахнул крыльями и выманил детей в коридор, чтобы продолжить игру.

– Завтрак уже на столе, если ты готова выйти к людям.

– Давай завтра, – отшутилась я и попыталась спрятать лицо в подушках, но следующие слова Феликса пробудили во мне тревогу.

– Лучше поесть сейчас. Сомневаюсь, что на банкете в тебя влезет хоть крошка. Уж точно не при всех Сильнейших.

Точно, ведь оставался всего день до того, как о нас узнает весь мир. Завтра турнир начнется по-настоящему: на арене с тысячами зрителей. А сегодня всех прошедших отбор участников традиционно пригласили на завтрак-банкет в знаменитый Купол. Там мы сможем познакомиться не только друг с другом, но и с Сильнейшими.

Ничто не беспокоило меня сильнее, чем возможная встреча с Тео, Лили и Леоном. Увидеть последних двух я не горела желанием по понятным причинам, но Тео… вдруг он тоже нас не помнил?

– Страшно, да? – спросил меня Феликс, переминаясь с ноги на ногу на пороге детской комнаты.

И я в который раз засмотрелась на его механическую руку. Наш мир такой бесконечный и тесный одновременно. Мне до сих пор не верилось, что Феликсу помог не просто искусный кузнец и странник, а отец Грея.

Если бы только мы могли ему об этом рассказать… Когда Грей делился историями о своих родителях, на его губах играла расслабленная, едва заметная улыбка, что случалось до боли редко.

– Что будем делать, когда Лили и Леон увидят тебя на банкете? – спросил меня Феликс, когда я принялась аккуратно складывать все одолженные одеяла и заправлять детские кроватки. – Они же тебя узнают и раскроют твою личность.

– Я спросила у своего друга то же самое. Знаешь, это же его план. Мое участие в турнире и все остальное.

– Не могу представить, как сделать так, чтобы Лили и Леон тебя не узнали.

– Он сказал, что обо всем позаботится.

– И как? Тайно проберется на банкет и завяжет им глаза?

Я развела руками, как бы говоря: да кто его знает? Я давно отбросила попытки понять, как Солэю удаются все его фокусы.

Закончив прибираться, я развернулась и увидела, что Феликс смотрит на меня слишком… серьезно.

– Знаешь, Терра, ты мне так и не рассказала о том, что с тобой произошло. Про твоего нового друга и про Остров Небес.

Моя рука автоматически легла на центр груди, туда, где я чаще всего… чувствовала боль.

Феликс не упустил из виду этот жест, но ничего не сказал, лишь продолжил смотреть на меня своими круглыми глазами, в которых читалась тревога.

– Ты в порядке?

– Более чем. – Обман очевиднее некуда, но выбора у меня не было: я должна быть в порядке.

– Терра…

– Мне стоит искупаться. – Я улыбнулась Феликсу чересчур широко, и его проницательные глаза наверняка заметили подвох. – Нужно привести себя в порядок перед банкетом на случай, если Лили и Леон меня узнают. Мне стоит предстать перед ними в лучшем виде, не думаешь?

Феликс помедлил, но все же кивнул, отступая:

– Я дам тебе полотенце.

Я не смотрела на свое тело в отражении, когда снимала одежду, чтобы погрузиться в горячую ванну. И когда соскребала с него грязь. Особенно долго пришлось отмывать ноги. Ходить босиком было для меня так же естественно, как и дышать, но стопы собирали всю пыль, как голодные гиены.

Я посмела скользнуть по себе взглядом, только когда пришлось стянуть с тела полотенце, чтобы высушить волосы.

И задержала дыхание.

За последний месяц трещин стало больше.

С даром Тельца мое тело разрушалось. Раскалывалось. Как проклятое небо.

Через час мы уже поднимались на холм Сильнейших. Впереди виднелась башня. Купол. Белый, как лунный свет, он возвышался над остальными зданиями, устремляясь в небо, словно пытался коснуться самих звезд. Его гладкие стены, высеченные из полупрозрачного кварца, мерцали, отражая сияние Созвездий и солнца, а узоры, выгравированные на камне, будто оживали, когда на них падал свет.

Стражи снаружи видно не было – казалось, сам воздух охранял это место. Тут было слишком безлюдно и тихо. Но в этой тишине таилась сила.

Сначала отсутствие стражи показалось мне странным, но потом я поняла, что Сильнейшим нашего мира не нужна охрана: жители этого города уважают своих защитников настолько, что не посмеют прийти к ним домой с плохими намерениями.

К тому же открытые двери означали, что Сильнейшие всем рады и им нечего скрывать. «Мы такие же, как вы», – будто говорили они.

Так я и поверила. Именно они приняли коллективное решение меня убить и приказали сделать это моим друзьям детства. Если бы не защита Тео и Грея, то я бы тут сейчас не стояла.

Кто знает, чем еще занимались Сильнейшие? Какие преступления совершали?

По обе стороны от башни высились дома Сильнейших. Величественные, но слегка различающиеся по цвету и стилю, они выстроились полукругом вокруг башни. Стены из лунного камня, резные карнизы и позолота на сводах. Каждый дом был прекрасен и благороден, а символы над входом говорили о Созвездии его владельца.

Ниже на склоне холма виднелись дома поменьше и попроще, возможно, принадлежащие временным гостям, уважаемым гражданам города или даже прислуге.

– Переживаешь за свою летучую мышь? – Феликс скосил на меня взгляд, видимо, заметив, что я молчу всю дорогу.

– Он проспит целый день.

Рио, Нико и Лио нашли для астерии деревянный ящичек, где постелили подушки и пледы. Локи свернулся калачиком и уснул почти сразу, но сначала убедился, что я за ним обязательно приду после банкета.

Феликс хмыкнул.

– Такой у них режим, – добавила я. – Днем они спят, а ночью бодрствуют.

Феликс теребил пальцы, и я знала, что он горит желанием расспросить меня про легендарный Остров Небес, о котором тут, на земле, почти ничего не знали.

– На их телах россыпь звезд, – сжалилась я над другом и улыбнулась, когда его глаза изумленно раскрылись.

– Я хотел бы познакомиться с одним из них.

– Возможно, это произойдет раньше, чем ты думаешь.

Мы подошли к башне, и разговоры об Острове Небес пришлось закончить. Перед огромными арочными дверями уже собирались участники, прошедшие отборочный этап. Здесь должно было быть всего двадцать два человека, включая меня и Феликса. Каждый стоял напряженный, словно струна. Взгляды метались по сторонам: кто-то оценивал соперников, а кто-то с восхищением, смешанным с завистью, изучал фасад здания.

Феликс присвистнул, поднимая глаза к самому верху:

– И как они это построили?

– Мой папа как-то рассказывал, что штаб-квартиру соорудила не самая первая группа Сильнейших, к которой принадлежали Рив и Атлас, а уже их последователи, – вспомнила я. – И только потому, что среди них оказались люди, способные это все построить.

Мой взгляд метался от одного кандидата к другому. Сердце забилось быстрее, то ли от страха, то ли от предвкушения, но Грея среди них я не нашла. Только ту девушку с косой за спиной и здоровяка рядом с ней. Они бросили на нас с Феликсом злобные взгляды и отвернулись, перешептываясь. Даже отсюда можно было разглядеть набухшие синяки и алые царапины на их лицах.

– Ты его видишь?

– Нет, а ты? – откликнулся Феликс.

Я ничего не ответила, зная, что в голосе проскользнет отчаяние.

– Думаешь, с ключом ему теперь разрешено пропускать даже формальные завтраки? – спросил Феликс, почесывая затылок. В его голосе сквозило такое же волнение, как и в моем.

– Значит, ключ получила не ты, рожденная Скорпионом?

Мы с Феликсом обернулись: позади стоял Зайон. В отличие от остальных, на его лице не было и намека на усталость после вчерашнего этапа. Ни единого синяка или царапины. Плечи были расслаблены. Лицо казалось отдохнувшим, а кожа отливала золотом в лучах утреннего солнца. Зайон выглядел так, будто весь мир крутился вокруг него.

– Ты нам здорово помог вчера, спасибо! – Феликс протянул ему руку с приветливой улыбкой на лице. – Я Феликс, близкий друг Терры.

– Зайон. – Представитель Льва кивнул и крепко пожал протянутую руку. – Твой дар впечатляет. В кого еще можешь превратиться?

Феликс открыл рот, но я остановила его движением руки. Мой взгляд был прикован к Зайону.

– Ты владеешь силой солнца.

– Верно.

– Ты посылаешь лучи одной рукой или двумя?

– Всем телом.

– Как это? – Я знала всего одного представителя Льва, способного создавать обжигающие солнечные искры и управлять ими, однако он мог делать это только одной рукой, и ему требовался доспех, чтобы не навредить самому себе.

– Любой участок моей кожи может проводить силу солнца.

Между самолюбием и хвастовством была невидимая черта, и Зайон эту черту не переступил.

– И твое тело справляется с таким даром? – Еще вчера я заметила, что у него не было ни доспеха, ни оружия.

– А не должно? Я думаю, это естественно, что сильный дар дается тем, у кого сильное тело.

Я промолчала, нахмурившись. Феликс глянул на меня так, будто его осенило.

– Он может быть сильнее Те-е… – он внезапно кашлянул, – нашего другого близкого друга?

– Ах, – Зайон сложил руки на груди, – я вижу, в чем твоя проблема, Терра. – Он усмехнулся, опуская на меня взгляд. – Вы знакомы с Сильнейшим представителем Льва, Теодором, не так ли? Переживаете, что я займу его место?

– Разве не за этим ты пришел на турнир? – ответила я неоднозначно, стараясь не заострять внимание на нашем знакомстве с Тео. Для всех остальных я обычный Скорпион из маленькой деревушки. Ни больше ни меньше.

Вдруг глаза Зайона потемнели.

– У меня на то свои причины.

– И какие же это могут быть причины?

– Вот-вот, – поддакнул Феликс. – Я считаю, что Теодор – самый лучший представитель своего знака. Его невозможно заменить.

– Теодор не заслуживает своего титула. – Зайон улыбнулся, но в его улыбке не было и капли тепла. – Я займу его место по окончании турнира Одиннадцати.

Я промолчала. Феликс открыл рот, но я остановила его движением руки.

Зайон казался неплохим парнем, приветливым, и интуиция не подсказывала мне, что нужно бежать от него куда подальше. К тому же он помог нам на отборочном этапе. Доверяла ли я ему? Вопрос оставался открытым. Переживала ли я, что он способен отобрать место у Тео?

К сожалению… да.

Тео не только гордился своим титулом – он шел к нему всю жизнь. Не спорю, что его семья хотела такого будущего для него, но все же…

Дружить с Зайоном было бы… предательством?

– Готова вступить в альянс, Терра? – Зайон вновь улыбнулся как ни в чем не бывало. Будто только что не пригрозил, что отберет титул у моего друга.

– А уже пришло время создавать альянсы?

Зайон кивком головы показал на что-то за моей спиной:

– Оглянись.

Именно это я и сделала. Позади нас все прошедшие отбор участники собирались в небольшие кучки и жали друг другу руки.

– Я не против подождать твоего ответа еще немного, но если ты хочешь триумфа, то сделать это сможешь только под моей защитой.

Я открыла рот, чтобы ответить, но тут вдруг поняла, что вокруг повисла тишина.

Замолкла не только я, но и остальные кандидаты.

Мир задержал дыхание. Тело налилось странной тяжестью. По коже пробежали мурашки, а сердце пропустило удар.

Мы явственно ощутили присутствие некой силы – такую можно встретить только раз в жизни. И в этот момент из арочной двери вышла она.

Ури.

Я никогда не видела ее. Лили и Леон не рассказывали о своих товарищах в подробностях. Тео тоже.

Но я сразу поняла, что это именно она. Сильнейшая во всем звездном мире представительница Овна.

Высокая, под два метра ростом, с величественной осанкой и взглядом, который одновременно отпугивал и манил.

Ее бронзовая кожа мерцала на солнце, а точеные линии мускулистого тела говорили о самодисциплине. Предплечья закрывали прочные наручи, будто вырезанные из цельного полупрозрачного кристалла. Внутри них едва заметно пульсировала алая энергия, будто сама кровь отзывалась на силу и светилась в венах.

Доспех, выкованный из темного металла, плотно прилегал к ее торсу, как корсет, и отливал на солнце рубиновым блеском. Нижняя часть наряда состояла из кожаных штанов темного цвета, идеально подогнанных по фигуре, и боевых сапог. На бедре висел пояс для оружия, но в нем ничего не было. Скорее всего, потому что Ури оружие не требовалось.

Если при ее появлении мой пульс замедлился, то со следующим ее шагом сердце забилось так громко, что стук отдавался в ушах.

– Ты тоже это чувствуешь? – вдруг шепнул Зайон.

– Это ее дар? Это все она?.. – осознала я, положив руку на сердце и пытаясь утихомирить его ровным дыханием, однако оно меня не слушалось.

– Как? – недоумевающе спросил Феликс, побледнев.

– Я это понял, когда познакомился с ними ранее, – поделился Зайон вполголоса. – Сильнейшие отличаются от обычных людей, и это факт, но как только в комнату вошла она, то я забыл, как дышать, а мое тело покрылось испариной, будто я пробежал километры.

– Это ее дар? – изумленно шепнул Феликс. «Тогда понятно, почему Далила так хочет получить все дары Сильнейших!» – говорили его глаза.

С подобным даром любой враг будет не страшен.

– Я слышала об этом редчайшем даре. – А если точнее, Солэй рассказывал мне о нем во время тренировок. – С ним Ури может не только разгонять свою же кровь в венах, но еще и замедлять нашу. Ей нет необходимости доказывать свое превосходство, если она способна заставить нас почувствовать его.

Ури, намеренно выдержав паузу, улыбнулась так, что все снова стихли, и взмахнула густыми черными волосами, собранными в высокую косу.

– Добро пожаловать, кандидаты! Меня зовут Ури, и я Сильнейшая в мире представительница великого Созвездия Овна. – Воинственная девушка скользнула взглядом темно-алых глаз по каждому из нас. – Надеюсь, вы рады, что именно я вышла встретить вас и проводить внутрь нашей штаб-квартиры. Если по холмам может гулять кто угодно, то в башню мы никого не приглашаем, за исключением особых гостей. – Она развела руками. – И сегодня вы – наши гости! Уже через несколько минут вы познакомитесь с другими Сильнейшими нашего мира, а завтра, ровно в полдень, о вас узнает весь мир. Десятки тысяч людей заполнят главную арену города, и вы проявите себя на втором этапе турнира.

Ури блеснула самоуверенной улыбкой и отступила в сторону, открывая нам путь в башню.

– Ну что же, вас ждет банкет!

Я впервые увидел их почти два года назад – тогда я и предположить не мог, что наши пути пересекутся. За собой их вел низенький мужчина, который, несмотря на седину в волосах, бодро маневрировал в толпе странников, подпрыгивая при каждом шаге.

Это случилось на рынке, в городке, название которого я не запомнил. Рыжий парень, над чем-то смеясь, подкинул в воздух купленный персик. Девушка с короткими волосами, улыбаясь, поймала его, надкусила и тыльной стороной ладони стерла со щеки колючие ворсинки. А потом обернулась и протянула персик второму парню. Кажется, я расслышал что-то вроде:

– Я не голодная.

– А зачем тогда кусала?

– Ну съешь, пожалуйста.

Парень закатил глаза, но все же принял угощение. Только когда девушка отвернулась, чтобы что-то сказать своим компаньонам, он едва заметно улыбнулся и откусил персик в том же месте.

Тогда я поймал себя на мысли, что хочу последовать за ними. Но мне сразу же вспомнился день, когда моя мама впервые отвернулась от меня.

После долгих десятилетий у власти наша семья перестала считаться одной из Сильнейших, и мы были вынуждены переехать обратно в Зариман. Мою маму заставили рано выйти замуж, чтобы дать жизнь мне – ребенку, который должен был вернуть титул Сильнейшего представителя Близнецов в нашу семью.

А потом настал день, когда Далила впервые посмотрела на меня с нескрываемой жалостью и сказала:

– Тебе нет места в этой семье.

– Почему, мама? – спросил я ее тогда, надеясь, что смогу доказать обратное.

– Как ты защитишь себя в этой семье, если никогда не сможешь даже ступить на территорию Сильнейших?!

Именно по этой причине я тогда не последовал за ребятами на рынке.

Именно по этой причине я оставался совсем один, странствуя в поисках матери.

Но… Далила, ты не поверишь, где я сейчас!

Мы прошли через арочную дверь. Стоило нам ступить в круглое помещение, как шум ветра, щебетание птиц и шелест деревьев остались позади. Воздух здесь был прохладным, густым и напитанным силой Созвездий.

Пол из черного оникса был отполирован до зеркального блеска. Через ромбовидные продолговатые окна лился дневной свет. А посередине залы возвышалась круглая площадка, на которой стоял увесистый короб из темного дерева. Достаточно высокий и широкий, чтобы вместить всех нас. Короб был украшен узорами; приглядевшись, я понял, что это символы всех двенадцати великих Созвездий. А если поднять голову, то можно было увидеть широкий черный проем в потолке.

Интересно…

Терра шла на шаг позади меня, глядя прямо перед собой и теребя прядь волос так яростно, что, казалось, вот-вот ее вырвет.

Внешне она была почти такой же, что и раньше, только с отросшими волосами и в одежде, не принадлежавшей ее народу. По легкости ткани можно было догадаться, что подобную одежду носили небесные люди, с которыми она провела все это время.

Я знал, что дар Тельца был ей теперь подвластен. Но она его не только сдерживала, но и активно скрывала. Если уж на то пошло, я не думаю, что она делала это только из-за турнира. Нет. Была еще какая-то причина, по которой Терра не хотела пользоваться даром.

Почему она не поделилась этим со мной?

Я знал, что Терра не всегда могла контролировать свой дар. Путешествовать с ней бывало… опасно. В последний раз Терра сражалась на равных с малыми Созвездиями, с Люпусом и Кассиопеей, но ничем хорошим та битва не закончилась.

Однако сейчас Терра контролировала себя даже слишком хорошо.

И от этого мне было не по себе.

Впереди нас, чуть ли не рядом с Ури, вышагивал Зайон. Без лишних объяснений я понял, что мы с ним земляки, но больше ничего о нем сказать не мог. И еще этот парень грозился отобрать титул Тео. Но до сих пор Зайон показывал себя только с хорошей стороны. Поэтому, если Терра примет решение вступить с ним в альянс, я буду не против.

– Эй, ты как? – шепнул я Терре, повернувшись к ней вполоборота.

– Много мыслей. – Она многозначительно посмотрела на меня.

Ах да, точно. Наверху нас могут ожидать засранцы Лили и Леон. Грей, если он заявится. И Тео.

Со вчерашнего вечера мы с Террой беспокоились об одном и том же. Если Грей нас не вспомнил, то и Тео мог забыть. Возможно, он просто вернулся к своей жизни Сильнейшего, навсегда стерев наше путешествие из памяти.

Но, с другой стороны, Тео был приветливым – в отличие от Грея. Даже если он ничего и не помнит, то не откусит нам головы, когда мы подойдем поговорить.

Поднявшись на круглую площадку, Ури схватилась за рычаг на коробе. Символ Овна алым светом вспыхнул на лбу Сильнейшей, и на коробе тут же засияли узоры.

Ури дернула за рычаг, и деревянные двери раздвинулись без единого звука.

– Ого, – изумленно выдохнул я, и другие кандидаты тоже издали восхищенные возгласы.

– Заходите в кабину, – пригласила нас Ури, отступая в сторону. – Мы называем это подъемником.

Все взволнованно переглянулись, но стали по очереди входить в кабину подъемника.

Мы с Террой были последними, из-за чего оказались лицом к лицу с Сильнейшей, которая шагнула за нами и дернула за другой рычаг, внутри.

Двери закрылись.

В кабине было на удивление просторно, и все же двадцать два человека стояли почти вплотную.

Стены были отделаны темной древесиной сакуры, гладко выструганной и отполированной до блеска.

Когда Ури коснулась фигурного символа на панели, пол под нами слегка дрогнул и завибрировал.

Постукивая ногой по дереву, я улыбнулся Сильнейшей:

– И для чего ты нас запихнула в эту штуку?

– Хоть кто-то из вас разговаривает! – Ури обернулась и опустила подбородок, чтобы посмотреть на меня. – Видишь ли, башня высокая, и каждый раз ползти по лестнице никто не хочет, даже Сильнейшие, потому и был придуман этот подъемник.

– И куда он нас поднимает?

– На террасу на самом верху башни. Сегодня солнечно, и мы подумали, что лучше всего собраться там, нежели в большой бальной зале или за обеденным столом.

– И как он работает? – Я склонил голову.

– Все в нашем мире работает благодаря дару, и без него далеко не уйти. – Ури улыбнулась, а в ее алых глазах затанцевала лукавая искорка. – Чем сильнее дар, тем быстрее мы поднимемся. И, кстати, лучше держитесь!

Мы резко взлетели вверх, и все вскрикнули и схватились за перила. Я же сразу обвил руками Терру. Ведь она стояла ровно, как столб.

А когда я посмел открыть глаза, чтобы убедиться, что мы живы, она смотрела прямо на Ури и даже не моргала. У меня от взгляда алых глаз Ури волосы на затылке вставали дыбом, однако на Терру он явно не производил такого впечатления.

Могу поспорить, что если бы Ури вызвала ее на бой здесь и сейчас, то Терра бы согласилась, и бровью не поведя.

Только когда подъемник постепенно сбавил скорость и остановился, Ури сдержанно усмехнулась, кивнула Терре, а затем подняла рычаг, выпуская нас на террасу. Толкаясь плечами, все выбежали на свободу, оставив нас с Террой одних.

– И что это было? – У меня дрожали коленки.

– Кажется, своего рода тест от Ури.

– Думаешь, мы его прошли?

– Думаю, в следующий раз она заставит кого-то из участников дернуть за рычаг.

Терра прошла вперед, на террасу, а я остался позади. Еще вчера она была самой собой, но сейчас я ее совсем не узнавал. Будто, чтобы защититься, Терра натянула маску безразличия.

И где-то я уже видел подобную маску…

– Идем же, Феликс, – позвала Терра, не оборачиваясь, и я тут же поспешил за ней.

Казалось, мы шагнули прямо в небо. Терраса опоясывала башню, отсюда открывалась панорама всей Астропии и далеких земель за ее пределами. Под ногами сверкал отполированный камень, гладкий и прозрачный. Смотреть вниз было опасно: голова сразу шла кругом, а дыхание перехватывало. На балюстраде поблескивали кристаллы. Лучи солнца попадали на них под нужным углом, и вся площадка озарялась разноцветными бликами.

Тут, на самой вершине башни, воздух был другим. Прохладный ветер играл с одеждой и волосами кандидатов, вызывая волну мурашек.

И именно здесь, в тишине, под сиянием солнца и великих Созвездий, нас ждали они.

Сильнейшие.

Они стояли полукругом, лицом к нам. Воздух, насыщенный их силой, не подпускал нас ближе. Легкая дрожь пробежала по моей руке, волосы встали дыбом. Терра шагнула назад, прячась за спинами остальных кандидатов.

Я никогда не видел столько Сильнейших в одном месте.

Они были выходцами из разных уголков земли, носителями разных культур. Их оружие и доспехи отличались по цвету, и каждая деталь их облика говорила о том, что они гордятся своим происхождением.

Одни казались чуть старше нас с Террой, а другие выглядели взрослыми и опытными, как Ури, будто за плечами у них были целые годы боев.

Справа стоял мальчик, невысокий и хрупкий. Я бы не дал ему и одиннадцати лет. Он, должно быть, был самым младшим из нынешней группы. Но взгляд его серых глаз казался таким ледяным и отрешенным, что я сразу его узнал.

Это же… он! Тот воришка с рынка!

Я оглянулся на Терру, и та незаметно кивнула. Она тоже узнала мальчишку и теперь всматривалась в его лицо так внимательно, будто пыталась просчитать его игру на несколько шагов вперед.

– Добро пожаловать, кандидаты! – раздалось приветствие.

Один из Сильнейших, стоявший в самом центре, выступил нам навстречу. Прямые солнечные лучи осветили его лицо. Терра резко вдохнула, а я застыл. Перед нами стоял не просто Сильнейший. Это был наш друг.

– Тео… – еле слышно прошептала Терра.

– Позвольте представиться, меня зовут Теодор, и я Сильнейший представитель Созвездия гордого Льва.

Тео смотрел на столпившихся кандидатов, не замечая нас с Террой.

За то время, пока мы не виделись, сам он стал выше, еще шире в плечах, а его движения – сдержаннее. Исчезла мягкая припухлость щек, и скулы казались резче. Светло-рыжие волосы выгорели на солнце, а знакомая россыпь веснушек покрывала нос и щеки. Его глаза были такими же медовыми, но теперь в них не наблюдалось прежнего озорства или теплоты. А говорил он отстраненным и формальным тоном.

Это был не тот прежний Тео, которого мы знали.

Терра не окликнула его громко, не прыгнула в его объятия, как сделала бы раньше. Напротив, сжала кулаки, пытаясь удержать себя на месте.

– Тут не все, Терра, – прошептал я, повернувшись к ней вполоборота.

Теперь, внимательно разглядывая строй Сильнейших, я понял, что не хватает не только Лили и Леона, а почти половины группы. Я насчитал всего семерых.

– Семеро из одиннадцати… – пробормотал я себе под нос.

– Мы пригласили вас сюда, чтобы познакомиться с вами, – продолжил Теодор. Его левая рука лежала на ножнах знакомого меча. – Трое из нас отсутствуют. Сильнейшие представители Козерога, Девы и Рака были призваны на срочные миссии, но они передают свои поздравления. Вскоре они смогут присоединиться к нам.

Трое, значит? Тогда где же еще один?

– Вчера вы сделали то, что не удалось сотням других: прошли отборочный этап. В знак уважения мы пригласили вас на этот завтрак. Позвольте нам представиться.

– Со мной они уже знакомы, – заявила Ури, уперев руки в бока, и ее наручи блеснули в лучах солнца. Алые глаза внимательно изучали каждого из нас. Но, зная о ее даре, можно было предположить, что Ури не просто смотрит на нас, а прощупывает, с какой скоростью бьются наши сердца.

Интересно, настолько очевидны наши волнения и страхи?

На вид Ури было не больше двадцати пяти. Следующий заговоривший Сильнейший выглядел чуть моложе.

– Меня можете звать Шу, а можете никак не звать, так даже лучше, – сказал парень, закидывая руки за голову, и все взгляды обратились к нему, но его темно-голубые глаза смотрели на облака. – Я представитель Стрельца.

Кожа Шу отливала медью. Его глаза были подведены черным, а угольно-черные волосы торчали в разные стороны.

Впрочем, все наше внимание занимала конструкция, облегающая его туловище, ноги, руки и даже пальцы. Серебристый доспех служил вторым скелетом. Будто без этой поддержки худое тело Шу тут же рухнет.

Моя новая рука была создана по похожему принципу. Но доспех Шу был изящнее, утонченнее, словно сам металл подчинялся воле Сильнейшего.

– Вчера вы слышали голос Ури благодаря Сильнейшему представителю Весов. – Тео указал на парня, что стоял по другую от него сторону. – Ноа.

Ноа кивнул в знак приветствия и поправил очки, сползшие с переносицы. Его песочные волосы были аккуратно подстрижены, а черты лица казались утонченными. Кожа была нежной и светлой, цвета молока с медом. И он единственный, кто стоял перед нами без оружия и в простой одежде.

Затем Тео представил самого юного из Сильнейших, бледного мальчика с синяками под глазами по имени Мисти, представителя Созвездия Рыб. Но тот на нас все так же не смотрел. Нет, вернее будет сказать, что мальчик смотрел куда-то вдаль, сквозь собравшихся в кучку участников.

Для чего он устроил ту погоню на рынке?

Следующая Сильнейшая вышла вперед со сдержанным достоинством. Бледно-зеленые глаза смотрели прямо, а густые волосы были собраны в тугую косу с вплетенными сияющими нитями. Легкие доспехи с восточным орнаментом облегали ее фигуру, а на поясе висели изогнутые сабли. Оружие для точности и скорости, сразу понял я. В голосе Самиры звучали нотки волнения, она явно серьезно относилась к происходящему.

– Меня зовут Самира, – сказала девушка и бросила быстрый взгляд на Тео, будто ожидая его одобрительного кивка. – И я представительница знака Близнецов.

И самым последним назвал свое имя молодой мужчина, который держался позади своих товарищей. Его черные как смоль волосы были приглажены. Костюм сделан из металла и чешуйчатой кожи.

Сильнейший представитель Созвездия Водолея.

– Дельта, – сказал он мрачно.

Не думая, я сразу отступил назад, наткнувшись на Терру. По тому, как ее кулаки уперлись в мою спину, я понял, что не я один что-то почувствовал.

Может, дело было в его тоне. Или в том, как его взгляд прошил насквозь группу участников и остановился на нас с Террой.

Я понял: нельзя связываться с Сильнейшим по имени Дельта.

Спустя мгновение Ури поблагодарила участников за внимание и пригласила к столу с закусками на другой стороне террасы. Участники сразу умчались туда, а Сильнейшие разделились. Ури и Самира отправились к столу и завели беседу с самыми смелыми из участников. Шу остался стоять в стороне, лениво поглядывая на проплывающие мимо облака. Вокруг Мисти возник плотный туман, в котором он тут же растворился, а Дельта прошел мимо нас и скрылся из виду.

И вот так мы с Террой оказались лицом к лицу с Тео.

И теперь он смотрел прямо на нас.

Мы стояли друг перед другом, как трое незнакомцев. Холодный ветер кружил между нами, кусая за щеки и цепляясь за волосы. Я не знала, куда деть руки и что сказать, но продолжала смотреть на своего друга, надеясь отыскать в его некогда теплых глазах хотя бы тень узнавания.

– Привет, – проговорил Тео одними губами.

– Тео? – обратился к нему Феликс, дрожа от волнения. – Тео, ты узнаешь нас?

В медовых глазах что-то блеснуло. И я сделала шаг вперед.

Но Тео резко качнул головой.

– Не здесь, – еле слышно попросил он, и тут к нему подошла Самира.

Она взглянула на нас с Феликсом, а затем повернулась к нам спиной, обращаясь к Тео:

– Я вижу, что здесь двадцать один участник, хотя отборочный этап прошли двадцать два. Надеюсь, пропавший собирается к нам присоединиться, иначе я не вижу смысла допускать его до второго этапа.

– Скорпиона тоже нет – разве он не должен был уже вернуться из своих секретных похождений? – К их разговору присоединился Шу.

– Скорпион скоро прибудет, так же как и остальные.

– Что насчет Хранителя? Когда он поприветствует участников?

– Ты с ним виделся?

Тео похлопал товарищей по плечам, отделяясь от их тесного круга:

– Прошу меня простить, но я вынужден покинуть вас.

И, не глядя на меня или Феликса, Тео направился к лестнице.

Мы с Феликсом, не сговариваясь, последовали за ним.

Тео спустился на этаж ниже и свернул в пустой коридор с высокими потолками, но мы не отставали.

– Тео, – окликнула я его, но он не отреагировал, только ускорил шаг. – Тео! – тверже позвала я, и парень замер, не поворачиваясь.

Мое дыхание сбилось, но я вынудила себя сделать глубокий вдох, а затем выдох.

– Ты же меня узнал, не так ли? Ты помнишь меня и Феликса?

Молчание.

Никогда в моей жизни тишина не была такой звонкой, как сейчас.

Плечи Тео приподнялись, затем тяжело опустились.

– Помню.

– Тогда почему ты стоишь к нам спиной?

Ответа не последовало.

– Тео!

Я не посмела сократить расстояние между нами. Что, если я коснусь своего друга, а он оттолкнет меня?

Феликс стоял чуть позади меня, но не издавал ни звука.

– Посмотри ты на нас уже!

И наконец Тео повернулся.

Я снова задержала дыхание.

Теперь я могла посмотреть на него вблизи. Да, Тео стал старше и выше, его тело казалось крепче, а взгляд – взрослее. И доспех на его руке теперь был другим. Увесистый, элегантный и золотой. Он кричал о статусе и важности. Но не это заставило меня с шумом втянуть воздух.

К моим глазам подступили слезы.

Белых шрамов от ожогов на его коже стало больше. Если раньше болезненные метки скрывались под доспехом на правой руке, то теперь поднялись выше. Безобразные шрамы вились по шее, касаясь челюсти косыми линиями. Левая сторона его тела тоже не осталась нетронутой. На ключицах и пальцах виднелись новые отметины.

– Что с тобой случилось, Тео? – Я чуть не протянула к нему руку.

– Что ты тут делаешь, Терра?

С таким же успехом Тео мог бы влепить мне пощечину, но я не позволила себе отшатнуться.

– О чем ты? – Я взмахнула руками, разом указывая на башню, на Сильнейших, что остались наверху, и на всю Астропию. – Где же мне еще быть? Я пришла в центр нашего мира, как и обещала. То же самое сделал Феликс. Неужели ты не слышал о задаче, которую поставили перед нами Созвездия?

– Я не знаю, о чем ты, – сказал он, но его медовые глаза говорили об обратном.

– Почему ты лжешь?

– Зачем ты здесь, Терра? – вопросом на вопрос ответил он, а в его глазах уже метались желтые искры. – Зачем тебе участвовать в турнире? Разве ты не знаешь, насколько это опасно?

– Мне нет до этого дела. – Я покачала головой. – Я решила участвовать, потому что это был единственный способ найти тебя и Грея. И убедить Сильнейших последовать за нами.

– Это слишком опасно, – повторил Тео, поднимая глаза к потолку. – Сильнейшие не должны о тебе узнать.

– Я не боюсь их, Тео.

– Ты можешь погибнуть! – прикрикнул Тео, и на этот раз я сделала шаг назад, не веря своим ушам. – Неужели ты настолько наивна? Если тебя не убьют Сильнейшие, как только вернутся Лили и Леон, то это сделают другие участники турнира!

– Как я могла поступить иначе? – прошептала я, и первая слеза скатилась по моей щеке. – Я забыла про тебя, про Грея и про Феликса. Все это время я жила далеко от вас, но вернулась, как только вспомнила. Скажи мне, как я могла поступить иначе, если ближе вас у меня никого нет?

Тео помолчал, потом, собравшись с силами, прошептал:

– Грей ничего не помнит. – Он закрыл глаза на мгновение.

Это была не ошибка?

Грей забыл?

Нас.

Наш путь.

И меня.

Не может быть…

Слеза упала к моим ногам, но я быстро смахнула следующую.

– Это поправимо. – Я попробовала улыбнуться. – Я же вспомнила! Феликс все помнит, и ты тоже! Втроем мы что-нибудь придумаем.

Тео поджал губы, прежде чем посмотреть на меня… с жалостью.

– Но я не хочу этого делать, Терра.

– О чем ты говоришь?

Плечи Тео высоко поднялись, а затем резко опустились.

– Я оставил все в прошлом и живу своей жизнью, Терра, и тебе стоит поступить так же.

– Ты шутишь? – выпалил Феликс возмущенно.

Тео кинул на него взгляд. Потом вздернул подбородок.

– Вам стоит поступить так же. Жить своей жизнью. Но я уважаю ваши стремления, и, если вы хотите участвовать в турнире, тогда удачи. Но помните, что вы сами по себе. Я не буду стоять на вашем пути, но и защиты от меня не ждите.

– Нам не нужна твоя защита, Тео! – Слезы высохли, ведь теперь во мне бушевала злость. – Мне нужно, чтобы ты вел себя как мой друг и признал тот путь, который мы прошли бок о бок!

Но Тео этого словно не слышал и продолжал смотреть на меня с той же глупой жалостью.

– Я советую тебе уйти сейчас, пока ты еще можешь. Если Хранитель признает в тебе монстра, то и Сильнейшие последуют его примеру.

– Нет мне до них дела!

– А мне есть! – рявкнул Тео, и эхо его голоса разнеслось по пустому коридору.

У меня едва не подкосились ноги.

– Я не намерен выступать против Сильнейших во второй раз. Не заставляй меня нести твою ношу. Твое возвращение все только испортит, Терра!

– Тео!.. – прошептал Феликс.

Что… что сейчас происходило?

Тео все помнил, но… отвергал нас?

– Я вернулась, потому что так было нужно, Тео, – напомнила я ему, стараясь вернуть своему голосу прежнюю твердость. – Я должна выполнить свое обещание и не уйду, пока этого не сделаю.

– Я тоже дал обещание, – выдохнул Тео уже спокойнее, но его взгляд оставался чужим. – Делай что хочешь, Терра, я не буду стоять у тебя на пути, но и спину твою прикрывать в этот раз не стану. С тех пор, как мы разделились, я принял решение жить дальше, и Грей, видимо, поступил так же. Прислушайся к моему совету, пока можешь, и исчезни. Ты тоже, Феликс, тебе не надо ничего доказывать своей матери и жертвовать собой на турнире.

«Уходи, Терра, проваливай отсюда! – ядовито шипела Лили. – Уходи и не вздумай возвращаться!»

Нет.

Нет-нет-нет.

Нет!

Это не могло произойти снова…

Правда же?

– Я здесь не для этого, Тео, – почти всхлипнул Феликс, бросая на меня умоляющий взгляд, будто я была способна убедить Тео не отворачиваться от нас.

Тео посмотрел на кого-то позади нас, и по моей спине прошла волна тепла.

– В чем проблема? – раздался голос, и я вновь задержала дыхание.

Я бы узнала этот голос через пять лет и даже через десять. А если бы меня лишили слуха, то я бы почувствовала присутствие этого человека, несмотря ни на что.

Я знала, что за моей спиной стоит Грей.

Мгновения растягивались в минуты. Не смея моргнуть, я обернулась.

– Грей…

Эти темно-лиловые глаза я могла узнать среди тысяч других.

И пусть Грей изменился за это время. Пусть теперь на нем незнакомые черные доспехи и плащ, а та самая зеленая накидка – на моих плечах. И пусть мы с Греем уже не одного роста, а его голос стал на октаву ниже.

Я все равно видела в нем моего Грея.

Но меня Грей не видел.

Из его тени выступила высокая девушка. Она странно походила на Грея. Такие же глаза. Те же черты лица. И густые волосы цвета горького шоколада, как у Грея.

Моя грудь приподнялась и опустилась, я пыталась подавить эмоции.

– Мне сказали, что завтрак-банкет проходит на террасе. – Взгляд Грея переместился с Феликса на Тео. – Это на террасу не похоже.

– Спроси его, Терра, ну же. – Тео слабо улыбнулся. – Если ты так хочешь вернуться к прежним временам, попробуй начать с Грея.

В горле было сухо, как в пустыне Альтаир, но я сглотнула и шагнула в его сторону.

– Грей, ты меня не помнишь?

Он впервые перевел на меня взгляд, и такого холода в его глазах я не видела даже в нашу первую встречу.

– Снова ты, – сказал он, но моя надежда погасла, не успев вспыхнуть. – Твое лицо мне незнакомо.

– Ты правда меня не помнишь?

Я не знала, куда себя деть. Упасть на колени и расплакаться или прижаться к стене, мечтая слиться с ней целиком?

– Я не знаю, чего ты от меня хочешь.

– Разве ты пришел в этот город не для того, чтобы найти нас?

«Грей, ты же обещал!» – едва не закричала я, но только сжала кулаки.

– Я пришел в центр нашего мира, чтобы стать Сильнейшим представителем Змееносца. Я здесь, в Астропии, чтобы защитить себя и свой Знак. А ты? – Грей приподнял одну бровь, оглядывая меня с ног до головы. И всего на миллисекунду его взгляд задержался на зеленой накидке. – Похоже, ты, девочка, живешь в каких-то фантазиях.

– Что ты такое говоришь? – Феликс поспешил встать передо мной, но Грей остановил его движением руки.

– Возможно, ты влюбилась во всеми любимого Теодора? Или же… – Уголок его губ приподнялся в сухой усмешке. – Только не говори, что это ко мне ты неровно дышишь? Услышала про мои подвиги и теперь, когда носить знак Змееносца на лбу не позорно, а благородно, решила заявиться на турнир и познакомиться со мной, состряпав такую очевидную ложь?

Мой язык потяжелел, но усмешка Грея стала только шире.

– Могла бы придумать что-то более правдоподобное.

Все казалось бы глупой шуткой, если бы не потоки слез, текущие по моим щекам.

Но Созвездия не могли так жестоко с нами поступить!

– Теперь ты услышала достаточно, Терра? – прозвучал за спиной голос Тео, но я даже не могла на него посмотреть.

Не могла отвести взгляд от Грея.

Незнакомка коснулась его плеча и проговорила:

– Нужно появиться перед Сильнейшими, Грей, чтобы тебя не дисквалифицировали.

Только тогда я смогла моргнуть, осознав, что это и вправду моя реальность.

Возможно, я потеряла нашу дружбу, но падать в грязь лицом не собиралась.

– Я всегда любила тебя, Грей. – Я смахнула с ресниц последние слезы, пытаясь отыскать на его лице хоть какую-то эмоцию… любой намек, который мог бы утешить мое сердце, но Грей оставался отрешенным. – И мне никогда не будет стыдно произнести это вслух еще раз и еще. Я буду говорить это до тех пор, пока ты не вспомнишь меня, Грей.

Я резко повернулась к Тео:

– Ты можешь пугать меня сколько хочешь, но я прибыла в центр нашего мира, потому что мы условились здесь встретиться. Я пройду второй этап, а потом и третий. И я поведу за собой группу Сильнейших, с твоей помощью или нет. Я не позволю Далиле навредить нашему миру.

Тео открыл рот, но ничего не сказал. Грей тоже оставался безмолвным. Незнакомка внимательно следила за каждым моим движением.

– Ни вы двое, ни даже та боль, которую вы мне вновь причинили… никто и ничто не встанет на моем пути.

С этими словами я кивнула Феликсу и прошла мимо Грея с его новой спутницей, оставляя их позади.

Я ощущала их взгляды на своей спине. Но чтобы мое сердце не разбилось окончательно, продолжала идти вперед, не оборачиваясь.

Почти два года назад я впервые увидел Терру, Грея и Тео. Это случилось на рынке, и они улыбались друг другу так, будто были знакомы целую вечность.

Я готов сделать все что угодно, чтобы вернуться в то время.

К сожалению, временем не могут управлять даже Сильнейшие.

В моих самых теплых воспоминаниях мы направляемся к пустыне Альтаир. Бредем друг за другом по узким горным тропам, бок о бок пересекаем широкие солнечные поля. А по вечерам собираемся вокруг костра, как лесные мотыльки.

Теперь я и впрямь напоминала мотылька.

Я летела к тому, что было вполне способно меня уничтожить.

После той встречи с Сильнейшими мы с Феликсом растерянно бродили по Астропии, думая каждый о своем. К вечеру Феликс привел меня домой, к своим тетям и дядям. И вот уже пару часов я кисла в их ванне. Семья шумела за дверью, готовясь к ужину, дети топали по коридорам в поисках Локи, но астерия сейчас парила высоко в звездном небе. Краем глаза я иной раз замечала ее гладкие, как ночь, крылья, рассекающие плотные облака.

Отчасти мне было стыдно за то, что я спряталась в ванной комнате, но сейчас я не находила в себе сил вылезти из воды.

Окно было открыто, и прохладный ветер касался моих плеч. Мой взгляд был прикован к игрушечной карусели, что кружилась на подоконнике.

Какое-то время назад в комнату постучался и зашел Рио. Без лишних слов он завел карусель, поставил игрушку на подоконник и потом, погладив меня по влажным волосам своей пухлой ладошкой, убежал, закрыв за собой дверь.

Почти сразу заиграла мягкая мелодия, под которую дети обычно засыпали.

С тех пор я смотрела на эту карусель. С каждой минутой маленькие фигурки двенадцати великих Созвездий кружились все медленнее. Вскоре, с последним звуком, карусель остановилась совсем.

– Звезды! – вдруг послышался женский голос. – И как ты купаешься в такой остывшей воде? Каждая уважающая себя девушка купается только в горячей!

Я моргнула. Оторвала взгляд от карусели. Передо мной в похожей позе, прижав колени к груди, сидела возмущенная Астрис.

Желтизну ее глаз подчеркивали острые золотые стрелки, что доставали почти до висков, а темно-бордовые губы растянулись в лукавой улыбке.

– Привет, малышка! – сказала она, перекинув рыжие волосы через плечо. – Даже не удивишься?

Я опустила подбородок на колени, промолчав. Астрис смотрела на меня бархатным взглядом – так, будто читала мои самые потаенные и страшные мысли.

– Ох, вот оно что. Ты их встретила.

Я сохраняла молчание, вдыхая слабый аромат лавандового масла, которое тетя Тия заботливо капнула в воду, когда принесла мне сухие полотенца.

– Знаешь, Солэй меня тоже не до конца помнит.

Тут я подняла голову, хмурясь.

– Это вовсе не его вина, так было нужно. Но от этой мысли все равно не легче.

– Почему так было нужно?

Астрис грустно улыбнулась. Капли воды, что стекали по ее плечам, ненадолго задерживались на выпуклых рубцах, покрывающих смуглую кожу.

– У нас было непростое детство.

Я вспомнила рассказ Аньи о подруге Солэя, вместе с которой он пропал в детстве, задолго до того, как стал вождем и объединил все три племени.

– Что с вами случилось? – спросила я, страшась истории, которую мне предстояло услышать.

Астрис взглянула на карусель. Одной рукой покрутила заводную ручку, наблюдая за тем, как игрушечные Созвездия возобновляют движение.

Какое-то время она молчала, погруженная в свои мысли. Подозреваю, что не знала, с чего начать рассказ.

– В нашем мире есть один мужчина. Он желает не только лишить людей даров тринадцати Созвездий, но и уничтожить эти Созвездия. Ни один разумный взрослый человек не станет его последователем, но вот детей… убедить проще.

По моим рукам пробежали мурашки, а тело впервые ощутило холод остывшей воды.

– Этот человек находит детей, которых он смог бы вырастить согласно своим желаниям. Но каждые несколько десятилетий ему приходится искать новых маленьких последователей, потому что предыдущие взрослеют и со временем уходят из жизни, так и не достигнув цели.

– И зачем именно ему нужны эти последователи?

Астрис не смотрела на меня, ее длинные пальцы то и дело касались фигурок на карусели.

– Солэй был уверен, что для защиты и для того, чтобы хоть кто-то был на его стороне, когда придет время совершить задуманное. Но мне всегда казалось, что ему просто тоскливо столетиями жить в полном одиночестве.

– Почему он живет так долго? – В памяти возникло лицо Рива. – Он тоже обладает редким даром долголетия?

К моему удивлению, Астрис покачала головой.

– Он бездарен, – просто ответила она.

– Бездарен? – Мои брови нахмурились. – Такой, какими были я и Грей?

И вновь девушка качнула головой:

– Он не родился ни под одним из Созвездий.

– Такого не может быть.

Хотя давно следовало признать, что в нашем многогранном мире возможно все.

– Он живет с тех времен, когда днем небо было пустым, а ночью светили только обыкновенные звезды.

И тогда до меня дошло, к чему клонит Астрис.

– Со времен Авроры?

Той самой, которая, по легендам, отдала свою жизнь, чтобы подарить миру тринадцать великих Созвездий.

– Если он живет со времен Авроры, то разве не должен быть… на вашей с Солэем стороне?

– Отчасти ты права. Он тоже не признает дары Созвездий, но по другой причине. Он винит круг Зодиака в том, что случилось с Авророй. – Астрис впервые за это время взглянула на меня и улыбнулась, увидев на моем лице полное замешательство. – Тебе успели рассказать про то, что до Солэя три племени жили врозь, да? Солэй родился в племени Авроры, куда ты и упала.

Я поморщилась, вспоминая болезненное падение на остров. Тогда у меня не было не только воспоминаний, но и контроля над даром Тельца. Мне было страшно. Я была растеряна, как щенок среди стаи волков.

Охотники с острыми копьями окружили меня кольцом. Земля гудела и дрожала, и трещины разрастались под моими ступнями. Так мы и вступили бы в бой, если бы не Солэй, вставший между нами. В тот момент я подумала, что он невероятно мудр, ведь он сумел разглядеть за моим угрожающим видом страх. Но оказалось, Солэю было необходимо, чтобы я встала на их сторону.

– Солэй из племени Авроры, а я из племени Солнца и Затмения. В нашем детстве представителям разных племен еще не разрешалось дружить. Вот мы и убегали глубоко в лес. В одну ночь, такую же, как и все предыдущие, я вдруг открыла в себе дар Рака. Дар пришел из ниоткуда, но так естественно. Я стояла в реке и брызгала в Солэя водой, а он так забавно ругался, но… не успела я и глазом моргнуть, как вода поглотила меня целиком и перенесла далеко от Острова Небес. Я оказалась в незнакомом лесу. А передо мной сидел тот мужчина. В его бесцветных глазах сквозило одиночество, а его кожа… я впервые встретила человека с такой тонкой, даже прозрачной кожей.

Я переместилась обратно на Остров Небес, даже не успев толком испугаться, но уже было поздно. Тот мужчина последовал за мной, желая сделать меня своей последовательницей. Солэй пытался меня защитить, но напрасно. Тогда мы были еще совсем юными и неопытными в бою. Поэтому Солэй, весь в синяках и ранах, упал на колени перед мужчиной, умоляя забрать и его тоже. И тот позволил ему пойти с нами.

Я не могла сказать ни слова. Мое сердце вновь болело, но в этот раз за Астрис и Солэя, пожертвовавшего собой, чтобы продолжать ее защищать.

– Эти шрамы на моем теле – следствие наказаний и безжалостных тренировок – теперь спрятаны под племенными татуировками. Тело Солэя усыпано такими же метками. Тот человек хотел сделать из нас воинов, способных уничтожить круг Зодиака, но, понятное дело, никто не обладает такой силой. Только когда я подросла и научилась пользоваться своим даром, я перенесла Солэя обратно на остров. Я отказалась от его вечной опеки надо мной. И тогда мы придумали новый план, потому что осознали: если тот человек преуспеет, то он уничтожит не только круг Зодиака, но и наш остров.

– Ты не осталась на острове? – Я уже знала ответ на свой вопрос, но хотела услышать его из уст Астрис.

– Наш план заключался в том, что Солэй вернется на остров и станет вождем, который сумеет объединить все три племени, чтобы в один день они вместе могли противостоять опасности.

– А ты?

Астрис тоскливо посмотрела на свои руки под водой.

– А мне пришлось остаться с тем мужчиной. Я продолжила помогать ему, но только чтобы знать о его следующих шагах. С каждым годом он становился все ближе к своей цели. Он всегда был одержим ею.

– Ею? Своей целью?

– Авророй.

Я резко вдохнула.

– Тогда почему вы до сих пор не остановили его? – Я не могла поверить, что Солэй, при всей своей силе и браваде, не решился вызвать того мужчину на поединок.

Но Астрис покачала головой:

– Нас двоих и даже целого острова охотников не хватит.

– Почему? Разве мужчина не бездарен?

– Помимо меня и Солэя с нами рос еще один украденный ребенок. Мальчик был на пару лет старше. Почти на нас не смотрел и еще реже с нами говорил. Он вырос невероятно сильным. И мало кто способен ему противостоять. Солэй сбежал, когда ему было шестнадцать, но тот мальчик остался верен своему учителю. А потом у них появились и другие союзники… Поэтому, когда из ниоткуда появились ты и твои друзья, мы с Солэем поняли, что скоро настанет время финального сражения за мир Созвездий. Ты упала на наш остров, Созвездия познакомили тебя с Солэем и стерли память, чтобы у тебя было время подготовиться и стать сильнее.

– Но… как же Грей и Тео? Это не только мое сражение. Я ничего не могу сделать без их помощи.

Астрис отрешенно улыбнулась:

– Солэй не помнит меня, когда он на острове. Меня не существует для него как для вождя небесного народа. Мы не появляемся на людях вместе. Не касаемся друг друга, боясь, что кто-то нас заметит. Мы ненадолго встречаемся раз в несколько месяцев, чтобы обменяться информацией, а потом вновь разделяемся.

Я прикусила губу, чтобы сдержать слезы.

– И разве этого достаточно?

– Конечно нет. – С лица Астрис исчезла улыбка. – Нет никого, кого я люблю больше, чем моего Солэя. Когда нас жестоко тренировали, держали в закрытой комнате, истощали, чтобы мы слушались, Солэй был для меня единственной поддержкой. Ради него я просыпалась каждый день. Но сейчас у нас нет другого выбора.

– Мне казалось, что выбор есть всегда.

Астрис помолчала, а потом устремила взгляд куда-то высоко в небо. Кажется, над нами парил Локи. Астерия закончила разминать крылья и завтракать облаками и теперь готовилась влететь обратно в дом через окно.

– Ты не думала о том, что, вероятно, Грею и Теодору тоже пришлось сделать выбор? И они выбрали лучший из возможных вариантов.

Если я задумаюсь об этом, то мне не хватит слез.

– Где Солэй сейчас?

Согнав грусть с лица, девушка задорно усмехнулась:

– Ох, он выигрывает для тебя время, задерживая Лили и Леона. Чтобы ты могла спокойно пройти второй этап. И, кажется, он достал что-то, что поможет твоему… телу.

И тут я вспомнила, что сижу без одежды, а пена и пузыри давно полопались. Я поспешила прикрыться руками, но вовсе не из-за стеснения.

– Как давно это происходит? – Астрис не спускала с меня взгляда.

– Последние несколько месяцев, – честно призналась я. – Сначала мое тело просто истощалось из-за дара Тельца, но теперь оно…

– Покрывается трещинами, – поняла Астрис, и впервые за все время нашего знакомства девушка показалась мне… испуганной. – Позволь мне на них взглянуть.

Я подняла одну руку совсем чуть-чуть, и Астрис прикоснулась к моим ребрам.

И я знаю, что она увидела.

Трещинки расползались от центра моей груди, шли по ребрам и ниже. Болезненные прожилки, через которые сочился слабый свет.

– Ох, Терра, ты…

– Не о чем переживать, правда, – поспешила успокоить ее я. – Не знаю, как быстро могут распространиться эти трещины и что случится, если… если мое тело расколется, но я буду использовать силу Тельца по мере необходимости. Мне всего лишь нужно достаточно времени, чтобы выиграть турнир и выполнить свое обещание перед Львом и Островом Небес. Если я смогу защитить мир Созвездий, тогда, быть может, Телец сумеет помочь мне с этим.

– Я потороплю Солэя с доспехами, – решительно произнесла Астрис. – А ты, Терра, придерживайся нашего плана и не используй силу Тельца, пока мы не вернемся. Это слишком опасно.

Я улыбнулась самой что ни на есть притворной улыбкой:

– Буду придерживаться нашего старого доброго плана.

Но как далеко я смогу зайти без своего дара?

– Тогда я пойду. – Астрис начала растворяться в воде, но я схватила ее за руку, останавливая:

– Астрис.

– Да?

– Как зовут того мужчину?

– Нокс. – Астрис поджала губы, но потом тихо произнесла: – Это имя означает «мрак».

Как ночь без звезд.

«Я всегда любила тебя, Грей».

Последние несколько часов мне с трудом давался каждый вдох. В ушах звучал ее голос. Твердый, как сама земля. Но робкий, как… молодая сакура, борющаяся со своей первой бурей.

Перед мысленным взором стояли ее большие круглые глаза, полные доверия. Зачем ей было доверять мне? Из всех людей… зачем она пыталась поверить именно в меня?

Я не понимаю, зачем она так рвалась доказать, что помнит меня.

«Я всегда любила тебя, Грей».

Я заставил ее заплакать. Заставил ее развернуться и уйти. Я хотел сделать так, чтобы ее наивное доверие превратилось в злость, но вместо этого… только разжег в ней упрямство.

За слезы, скатившиеся по ее румяным щекам, мне нет прощения и никогда не будет. Когда придет время, я отдам жизнь за свою цель. И это станет моим искуплением.

За окном давно наступила ночь, когда я осознал, что от своих мыслей сегодня не убегу. Они поглотили бы меня целиком, если бы я продолжил лежать на татами с закрытыми глазами. Я бы… сорвался с места и совершил бы что-то очень и очень глупое.

Я бы ее нашел и…

Нет. Я бы ничего не сделал. Я бы оставил все как есть.

Я вышел в коридор, прислушался к слабому сопению Соры в другой комнате, убедившись, что она спит. Затем вернулся в свою спальню, прошел мимо тяжелых доспехов и достал из дорожной сумки обыкновенную накидку с капюшоном. Она была поношенной и достаточно темной, чтобы помочь мне слиться с ночью.

Положив в карман баночку с лечебной мазью и мешочек с монетами, я отправился по привычному маршруту.

Астропия была прекрасным городом для тех, кого Созвездия наградили полезным даром. Тогда найти здесь работу не составляло труда.

Астропия могла очаровать своей красотой и богатством, но только если смотреть снаружи. Как и в каждом большом городе, вдали от центра таилось нескончаемое несчастье.

Холм Сильнейших остался далеко позади, когда я вышел на слабоосвещенные и тихие улочки. Чем дальше я шел, тем проще были дома и грязнее дороги.

Я остановился у первого дома на своем маршруте. Постучал в шаткую дверь и дождался, когда ее откроют.

– Грей, – облегченно выдохнул молодой мужчина с ранней сединой в волосах. – Ты вовремя.

Я кивнул и зашел внутрь.

– Нии снова стало хуже, – сказал мужчина, поставив чугунный чайник на плиту и разжигая ее спичками.

В единственной комнате, которая служила их семье и спальней, и гостиной, и кухней, на кроватке в углу лежала девочка.

– Мы хотели поблагодарить тебя за кровать, – сказал мужчина как можно тише. – Ния думала смастерить для тебя поделку, но свалилась с лихорадкой, когда отправилась собирать цветы.

У пятилетней девочки не было своей кровати, потому что все заработанные отцом деньги уходили на еду и другие необходимые для жизни вещи, как тот же газ для плиты.

Сейчас я работал с Сильнейшими и у меня были лишние деньги. Я купил и собрал для Нии кровать пару месяцев назад, как только узнал о проблемах в этой семье.

Я подошел и, опустившись на колени рядом с ней, положил ладонь ей на лоб. Девочка горела, как лезвие в руках кузнеца.

– Как давно ей стало хуже?

– В день начала турнира.

– Почему вы не нашли меня раньше? – спросил я с упреком.

– Я знаю, что ты занят, Грей. Ния тоже это знает. Она не хотела тебя отвлекать, да и температура была не такой высокой. Поначалу помогали обычные травы, но…

Но этого оказалось мало. С хронической болезнью Нии не могли справиться никакие лекарства и травы.

– Не имеет значения, занят я или нет. Вы можете на меня рассчитывать, пока я в городе.

В глазах мужчины блеснули слезы, он кивнул и повернулся обратно к чайнику, готовый снять его с огня, как только тот засвистит.

Я повернулся обратно к девочке, и символ Змееносца потеплел на моем лбу. Спустя несколько минут кожа Нии остыла, а ее лицо перестало морщиться от боли. Девочка перевернулась на бок, уткнулась в подушку и спокойно вздохнула.

– Спасибо, Грей, – прошептала она сквозь сон.

Я позволил себе одну маленькую улыбку.

Папа девочки похлопал меня по плечу, и я поднялся на ноги.

Он протянул мне кружку с горячим напитком. Я принюхался к травянистой жидкости.

– Я пью это с тех пор, как мама Нии покинула нас, – сказал он с тоской. – Бывают дни, когда нет сил встать и снова жить. Когда даже улыбка Нии не помогает. В такие дни я забываю, кто я. Это снадобье дает мне энергию, чтобы пережить очередной день. И сейчас ты, кажется, нуждаешься в такой помощи.

Я не стал это отрицать. Я знал, что у меня были круги под глазами. Притворство выжало из меня остатки сил. Поэтому, кивнув, я осушил кружку двумя глотками, поставил ее на стол и направился к выходу.

– Спасибо тебе, Грей.

– Найди меня, как только ей снова станет хуже.

Не дожидаясь ответа, я вышел и закрыл за собой дверь.

За следующую пару часов я навестил дюжину похожих семей в этом районе. Чем ближе я подходил к запрещенному рынку, тем меньше становились дома.

Я срастил сломанную ногу Маркусу, кормильцу одной семьи.

– Если бы не ты, мы бы голодали весь месяц, – поблагодарили меня его близкие.

Затем я вылечил ожог пожилой Марты, за что меня накормил ужином Стю, ее муж. Они были вместе уже пятьдесят лет. У пожилой пары не хватало денег на лечебные мази от ожогов, которые Марта часто получала, работая поваром в местной таверне. Я оставил на ее тумбочке последнюю баночку из своих запасов, игнорируя протесты супругов.

Мне всего лишь нужно отыскать ингредиенты и сделать еще мази по маминому рецепту. Я в любом случае уже направлялся на черный рынок, чтобы вернуть долг за катану, которую заказала для меня Сора.

– Что тебя тревожит? – спросила Анна, многодетная мать, когда я вылечил ранки на ее пальцах. Она порезалась, собирая разбитое стекло в детском саду, где работала.

– О чем вы? – Я уже уходил, но она остановила меня своим внимательным материнским взглядом.

– Что-то тебя беспокоит, ты хмуришься сильнее обычного.

Она протянула руку, чтобы погладить меня по голове, но, не привыкший к прикосновениям, я моментально отпрянул.

Анна опустила руку и печально улыбнулась.

– Еще кому-нибудь нужна моя помощь? – спросил я, зная, что в таких районах все друг с другом общаются.

Анна покачала головой, и я развернулся, направляясь к выходу.

– Все завтра будут на арене, – вдруг сказала женщина. – Всем в нашем районе дали выходной, чтобы можно было прийти на второй этап турнира. Мы будем там, чтобы поддержать тебя, Грей.

Я кивнул и протянул руку к двери.

– Поэтому не будь таким грустным.

Я замер.

– Я вовсе не грустный.

– Ты выглядишь так, будто тебе разбили сердце.

– Мне не разбивали сердце, – сказал я себе под нос и ушел.

Не мне разбили сердце. Это из-за меня появились трещины в сердце другого человека.

Убедившись, что на сегодня моя работа закончена, я пообещал себе, что завтра вечером обязательно загляну в соседний район. Там люди также нуждались в моей помощи.

После этого я отправился на запрещенный рынок.

Тут торговали всем, что ввозили в город без разрешения и инспекции. Сильнейшие, естественно, знали об этом рынке, но не видели смысла в том, чтобы его закрывать. Вместо этого Хранитель взимал с каждого продавца на рынке ежемесячную плату.

Несмотря на то что была уже глубокая ночь, рынок бодрствовал.

Он мало чем отличался от других, разрешенных, рынков. Тут тоже играли уличные музыканты, а торговцы зазывали народ в свои ларьки. Яркие гирлянды вились на столбах, соединенные между собой, и освещали узкие проходы.

Я погрузился глубоко в свои мысли, пока приобретал все, что мне было необходимо, чтобы сварить новую порцию лечебных мазей.

«Я всегда любила тебя, Грей».

Ее голос не переставал звучать у меня в ушах, и я прижал руку к груди, пытаясь унять бешеный стук сердца.

Мое дыхание прерывалось, хотя я никуда не бежал. Грудная клетка трещала, хотя никто меня не бил.

– Что же я творю? – охрипшим голосом спросил я себя.

Как в бреду, я поднял глаза и… увидел ее.

В зеленой накидке, в моей накидке, растерянно глядя по сторонам, она шла мне навстречу.

Я почувствовал то же, что и тогда, когда в первый раз увидел ее на турнире.

Мои пальцы вцепились в ткань на груди, прямо над сердцем.

Рожденная Тельцом выделялась из общей массы посетителей рынка, как красивое благородное дерево посреди загрязненного города. Блики луны, что пробивались в эту дальнюю часть Астропии, освещали ее лицо.

Засмотревшись на ларек, она случайно врезалась в прохожего и тут же смущенно извинилась. Прядь влажных волос липла к ее лицу, пока остальные прятались под капюшоном мягкими волнами. Босые ноги ступали по земле, чудом избегая разбитого стекла и острых камней.

Порыв зимнего ветра сбросил капюшон с ее головы, но она, обняв себя руками, продолжала ступать вперед.

Что она тут делала без обуви, да еще и с мокрыми волосами? Так же легко можно заболеть!

Я протянул к ней руку, мой рот приоткрылся, а ее имя уже было на кончике языка.

Нет… не могу.

Я тут же опомнился, отпрянул, прижимая руку к боку. Хотел развернуться, чтобы исчезнуть в ночи, когда ее взгляд остановился на мне.

И я был пойман.

– Грей?

Всего одно слово мягким полушепотом, и я уже не знал, как сдвинуться с места.

В мои планы не входила прогулка по запрещенному рынку, особенно в такое позднее время суток. Сейчас я должна была отсыпаться и набираться сил перед турниром. Но после разговора с Астрис я не могла уснуть. Мысли боролись с усталостью и победили.

Я дождалась, когда Феликс и его семья уснут, затем выскользнула из дома и пошла куда глаза глядят. Локи сидел в сумке за спиной. Я знала, что он то и дело высовывал мордочку наружу и восторженно мурлыкал. Запрещенный рынок был полон экзотических животных в клетках, поэтому я не разрешала Локи летать.

Если честно, я не помнила, как мы сюда забрели, и не представляла, как отсюда выйти.

Периодически Локи толкал меня в спину, будто пытался мне о чем-то сообщить.

– Ты сам попросился пойти со мной, – сказала я ему. – Сиди, пока мы отсюда не выберемся.

Локи запротестовал еще громче, переворачиваясь.

Отвлекшись, я врезалась в человека. Покраснела и быстро извинилась.

– Звезды, – выдохнула я. – Нет конца этому рынку.

А потом я замерла, увидев его.

Он стоял бледный, как ночные звезды. Его рука поднялась, но тут же опустилась.

– Грей? – прошептала я, зная, что он меня услышит.

Несколько мгновений ничего не происходило. Но когда я сделала шаг к нему, он словно очнулся. Моргнул, развернулся и пошел в другую сторону, пытаясь слиться с толпой.

– Грей!

На меня оглядывались прохожие, но я ускорилась, расталкивая людей.

Грей всегда двигался намеренно бесшумно и умело сливался с окружающей обстановкой. Я пыталась угнаться за ним, но вскоре совсем потеряла из виду и разочарованно выдохнула.

– И куда он ушел?

Локи завибрировал в сумке, потом сильно толкнул меня в левый бок.

– С чего ты взял? – с сомнением спросила я. Откуда Локи было знать, куда идти?

Астерия толкнула меня еще раз, надавив коготками. Решив, что ничего не теряю, я послушалась.

Я повернула налево и оказалась в пустом темном переулке. Здесь не было случайных прохожих. Только высокие каменные стены домов окружали меня с двух сторон.

– И что дальше?

Локи толкнул меня в середину спины, и я пошла вперед. Не торопясь шагала до тех пор, пока Локи не толкнул меня в правый бок, и тогда я свернула.

На углу дома была лестница, что вела вниз, в подвал.

Я осторожно спустилась и наткнулась на полуоткрытую деревянную дверь.

– И куда ты меня привел?

В ответ Локи настойчиво толкнул меня ровно в центр спины.

Я собралась с духом, открыла дверь и скользнула внутрь.

А там… там спиной ко мне стоял он.

Грей.

Он нетерпеливо стучал пальцами по прилавку и не оборачивался, хотя я точно знала: Грей услышал, как я вошла.

За самим прилавком никого не было. Горел приглушенный свет.

Я огляделась. Стены были увешаны молотками, щипцами, странными острыми крючками. Там же висели кожаные фартуки и перчатки, покрытые копотью. Пахло углем, раскаленным железом и чем-то терпко-масляным.

Локи приглушенно чихнул.

– Будь здорова, – вырвалось у Грея, и он прикрыл рот кулаком.

– Это не… спасибо. – Я опустила глаза, затем собралась с духом и, шагнув к прилавку, встала рядом. – Не поздновато для кузнечных дел?

Грей вместо ответа нажал на медный звоночек на прилавке, но хозяин мастерской все не появлялся.

Я посмотрела на меч в ножнах у Грея на поясе.

– Знаешь, – начала я и облокотилась на прилавок, покрытый слоем металлической пыли и пепла. – Я всегда гадала, сколько у воина должно быть мечей.

Грей тоже облокотился на потемневшее дерево. Прилавок был весь в пыли, но его это явно не волновало. Он прижал ладонь к щеке, пряча от меня лицо, будто невзначай, а может, и нарочно. Затем снова опустил ладонь второй руки на звоночек, тот звякнул, но без результата.

– Один меч – это хорошо, два тоже ничего, если ты действительно мастер своего дела, а не размахиваешь ими, как мухобойками. Но бывают же мечники и с тремя, да? Во-первых, зачем им три? Во-вторых, как они их держат? Не зубами же.

Грей открыл рот, но сразу же захлопнул его и отвернул лицо чуть ли не к плечу. На этот раз он кулаком ударил по звоночку.

– Наверняка нужно иметь три или четыре руки, чтобы владеть тремя или четырьмя мечами, – задумчиво произнесла я. – Но я таких людей еще не встречала. Как думаешь, у представителя какого Созвездия может быть такой дар? Это будет считаться даром?

Грей ударил по звоночку три раза подряд.

– Здесь кто-нибудь работает или нет? – буркнул он.

Я спрятала усмешку и приготовилась снова пощекотать ему нервы, когда шторка в проходе за прилавком отодвинулась и к нам вышел незнакомый парень. Он был худым и высоким, с темными маленькими глазами и длинным орлиным носом.

– Что вам нужно в такой час? – Он недовольно сморщился, увидев нас.

– Я здесь, чтобы выполнить свою часть сделки, – сказал Грей, выпрямляясь.

Парень промолчал, и Грей снял меч с пояса и положил его на прилавок.

– Так это ты местный герой, который лечит всех подряд и ничего ни у кого не требует, а у нас потребовал? – В сонных глазах парня мелькнуло узнавание. – Эта сделка была заключена не со мной, а с моим отцом.

Я с удивлением глянула на Грея, но тот смотрел прямо перед собой.

– Что я могу сделать для твоего отца?

Парень на пару секунд исчез, затем вернулся с клеткой, покрытой грязными тряпками. Он поставил клетку на прилавок перед Греем и зевнул.

– Надо вылечить эту штуку. Я уже все перепробовал. Нам ее отдали за пару кинжалов. Штука красивая, но проку мало.

Локи забился в сумке за спиной. Кажется, он неосознанно привел меня к Грею, а на самом деле заставлял меня идти сюда из-за того, кто сидел в этой клетке.

Но кто же там внутри?..

Грей стянул грязные масляные тряпки.

Я не сдержалась и ахнула.

Внутри с закрытыми глазами лежала… астерия.

Ее светлые перья были тусклыми, тельце кошмарно худеньким, а когти слишком длинными. Но она… дышала. Да, она точно еще дышала.

Грей нахмурился, сразу открыл дверцу клетки, просунул обе руки внутрь, будто делал это уже множество раз. Затем положил ладони на астерию и прикрыл глаза.

На его лбу темно-лиловым вспыхнул символ Змееносца.

Я невольно задержала дыхание, ведь в последний раз, когда я видела этот символ… я лежала в его объятиях и чувствовала его слезы на своих щеках.

С тех пор, как Грей спас мне жизнь, прошла целая вечность и в то же время будто всего пара часов.

– Вы его кормили? – спросил Грей.

– Эта животина ничего не ест, – отмахнулся молодой кузнец. – Я пробовал давать ему все. Собачий корм он не хочет. Человеческую еду тоже. От сырого мяса отворачивается.

Мои руки зудели: так сильно хотелось схватить астерию и вынести на улицу, чтобы накормить облаками и напоить светом звезд.

– Он не болен, – сказал Грей хмуро, убирая руки обратно. – Я не могу ничем помочь.

Молодой кузнец причмокнул губами, сонно глянул на астерию в последний раз и развернулся.

– Тогда можете забрать его себе, или я выкину его завтра. Мой отец готов принимать оплату хоть кожурой от бананов, а мне потом с этим разбираться, – сказал он, открывая шторку. – Накоплю деньги и открою свою мастерскую.

С этими словами он оставил нас.

Грей тихо выругался, глядя на астерию. Как она тут вообще оказалась?

– Я правда ничем не смогу тебе помочь, малыш, если ты не скажешь мне, что не так.

Тут астерия открыла глаза. Они были полны тоски и отчаяния. У нее даже не было сил, чтобы издать хоть какой-то звук.

Я не сдержалась. Схватила клетку и выбежала на улицу.

– Что ты?!.

Грей помчался за мной, но в этот раз я была быстрее. Я отыскала самый темный тупик, убедилась, что нас здесь никто не увидит, и опустилась с клеткой на землю.

– Что ты делаешь? – Грей догнал меня и встал напротив.

– Пытаюсь ей помочь.

Он опустился на колени перед клеткой, наблюдая за тем, как я аккуратно сняла верхнюю часть и переложила астерию к себе на колени.

– Ей?

– Она девочка.

– Откуда тебе знать?

– Это же очевидно, – фыркнула я.

И тут Локи вылетел из моей сумки.

Грей схватился за меч, но я тут же остановила его движением руки.

Мы оба смотрели на то, как Локи прижался своим тельцем к незнакомой астерии.

– Ты знаешь, кто она? – спросила я. – Она с острова?

Локи отрицательно покачал головой, принюхиваясь.

– Ты сможешь ей помочь?

Локи посмотрел на меня со всей решимостью, на которую был способен. Затем схватился лапками за загривок астерии, взмахнул широкими крыльями и улетел с ней в небо.

Я наблюдала за ними, пока они не исчезли из виду. Локи сделает что сможет. Вернет ее перьям здоровый блеск. Накормит самыми плотными облаками.

– С ней все будет в порядке, Локи позаботится о том, чтобы она набралась сил. Они вернутся, когда придет время.

– Откуда ты это знаешь? Что они за существа такие? – Грей посмотрел на меня с нескрываемым любопытством.

– Если бы ты перестал притворяться, будто не помнишь меня, то я бы тебе рассказала. – Я скрестила руки на груди и пинком отбросила верхнюю часть клетки в сторону.

Та со звоном стукнулась о стену.

– Я… – Грей смолк.

– Ты – что?

Он сильно вытянулся за это время, так что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

Но я все равно ощущала тепло его дыхания и исходящий от него аромат. От Грея больше не пахло зеленым лесом и костром. От него пахло персиковым деревом и звездной ночью.

– Я не знаю, о чем ты говоришь.

Он сделал шаг назад и развернулся.

– Признай, что ты просто избегаешь меня, Грей! Ты трус!

Грей хотел снова исчезнуть в ночи, но я последовала за ним.

Он ускорился, и я тоже.

– Грей! – Я позвала его, но почти сразу ойкнула, останавливаясь.

Боль пронзила стопу, и я запрыгала на одной ноге, схватившись за вторую.

– Вот же…

Видимо, я наступила на что-то острое.

– Где поранилась?

Грей оказался передо мной в мгновение ока.

Я не успела ответить, как он надавил на мое плечо, заставляя сесть и прислониться к каменной стене.

– Я в полном порядке, – сказала я, когда он попытался ухватить меня за пятку.

– Не упрямься.

Он изловчился и сумел поймать меня за щиколотку, поднял ее к своему лицу и стал вглядываться.

– На осколок от… бутылки наступила, – сказал он.

Кровь прилила к моему лицу.

– Пожалуйста, дай я сама вытащу это стекло.

– Ты сама не сможешь повернуть ногу так, чтобы безопасно его вытащить, тем более в такой темноте.

– Тогда я дойду до освещенной улицы и вытащу там. – Я попыталась вырвать ногу у него из рук, но Грей не позволил.

– Наступишь и вгонишь осколок глубже.

– Но…

– Тихо. – Он стер кровь со стопы своим рукавом.

Я замолчала и закрыла лицо руками. Я ничего не почувствовала, когда он вытащил осколок. Только увидела сквозь пальцы, как мягко светится символ у него на лбу.

– Как… как давно ты лечишь других?

Он ответил не сразу.

– Уже некоторое время.

Получил ли Грей доступ к своему дару тогда же, когда и я?

– Этим ты занимаешься в городе? Лечишь всех подряд?

– Не всех… кого могу. Не все болезни подвластны моему дару, как бы я ни старался. Только однажды я… – и тут он замолчал, пряча от меня взгляд.

Только однажды Грей вырвал человека из объятий смерти. Тем человеком была я.

– Я уверена, ты делаешь все, что можешь.

– Но этого не всегда достаточно.

Закончив с моей ногой, он закрыл глаза и внезапно нахмурился:

– Ты только тут порезалась?

– Да.

– Что-то… не так.

Он открыл глаза и обвел меня взглядом, затем посмотрел на мои ребра.

И тогда я поняла: Грей почувствовал мои трещины.

– Что это такое? Что с тобой?

Наконец мне удалось выдернуть ногу из его хватки. Я вжалась спиной в стену, когда он протянул к моим ребрам руку.

– Нет.

Одно слово, но Грей тут же замер.

– С тобой что-то не так.

– Со мной все так.

– Но…

По-прежнему прижимаясь к стене, я поднялась на ноги. Он тоже встал.

– Когда ты вспомнишь… нет, когда ты перестанешь притворяться, будто не помнишь меня и весь наш путь, тогда ты заслужишь мою честность. Но сейчас со мной все в порядке, – сказала я твердо.

Несколько долгих секунд Грей ничего не говорил, только продолжал сверлить меня взглядом.

Затем кивнул, снова отходя назад.

– Ступай осторожно. Ты моя соперница на турнире, и больше лечить твои раны я не собираюсь.

С этими словами он развернулся и ушел, не оглядываясь.

Я выдохнула, только сейчас осознав, что задержала дыхание.

Впервые… пусть и всего несколько жалких мгновений, мы с Греем разговаривали как раньше.

Как тогда, когда сидели у одного костра и шли одним путем.

Наши пути… сойдутся ли они вновь?

Иногда во сне я видела девочку, танцующую в поле, под звездами. Ветер подхватывал подол ее полупрозрачного платья. Ее волосы – белые, как самые первые подснежники, струились по спине и щекотали голые ноги. А цвет кожи напоминал закат, медный и теплый.

Я из раза в раз не могла разглядеть ее лицо, однако ощущала, что глаза ее закрыты, а длинные ресницы касаются щек. Девочке было неважно, что она ничего перед собой не видела, потому что она… чувствовала.

Откуда-то издалека, из густого леса, к ней бежал мальчик, он что-то кричал и тянул к ней руки, но она его совсем не слышала, ведь сама она простирала руки к небу.

Из раза в раз мой сон заканчивался тем, что тело девочки раскалывалось, как фарфор. Из разрастающихся трещин сочился яркий свет, и она растворялась в этом свете, чтобы потом лучом исчезнуть в небе.

Каждый раз, когда я просыпалась от этого сна, который был все больше похож на явь, я поднимала голову к небу. Но великие Созвездия уже не выглядели такими величественными, какими были раньше.

Перед началом второго этапа мои глаза искали свечение Авроры Бореалис, однако забытая всеми создательница хранила молчание.

– Дамы и господа! И все, кто родился под сводом небес! Сегодня мы собрались в знаменитом и вечном городе Астропия, чтобы стать свидетелями великого турнира Одиннадцати!

За стенами был слышен гул десятков тысяч голосов. Толпа ревела так громко, что дрожало само небо. Глухие удары ног по деревянным настилам трибун громом отдавались в груди.

– Уже через пару мгновений перед вами предстанут двадцать два участника! Эти смельчаки хотят побороться за право быть вашими защитниками! Они бросили вызов группе Сильнейших!

Кто-то из участников взволнованно прочищал горло, кто-то глядел на свое отражение в доспехах, а кто-то упражнялся с заточенным мечом, подкидывал его в воздух и раскручивал между пальцами.

– Либо они докажут, что достойны занять место Сильнейших… либо уйдут отсюда под ваш свист!

Толпа взревела. Волна гула пронеслась по арене и ударила в наши двери, вздымая клубы пыли.

Другие участники вздрогнули, я же не сводила глаз с затылка Грея. Казалось, он не видел перед собой ничего, кроме цели. Пройти второй этап и выиграть турнир.

– Мы ждали этого момента четыре года! – возвестил голос ведущего. – Так поприветствуйте же наших участников!

Дрогнула земля, и каменная дверь начала отъезжать в сторону, а в глаза ударил солнечный свет. Друг за другом мы переступили через порог и под рев толпы оказались на арене.

Мы направлялись к центру, где нас ждал ведущий. Но я на мгновение остановилась и, не сдержавшись, сделала круг на месте.

У меня непроизвольно открылся рот.

Арена была столь огромной, что ее стены, казалось, доставали до неба. Каждый ярус каменных трибун был заполнен до отказа. Десятки тысяч зрителей сливались в единое волнующееся море. Откуда-то доносился стук барабанов.

Я подняла взгляд и увидела выступающий балкон. Именно там в один ряд сидели они. Судьи. Сильнейшие.

Теодор, чьи рыжие волосы блестели на солнце, а взгляд упрямо избегал моего. Ури, чьи алые глаза изучали участников. Интересно, это из-за нее сердце гулко стучало у меня в ушах? Дельта, холодный и неподвижный, будто высеченный изо льда. Мисти, который выглядел потерянным в тумане мыслей. Шу, в сияющих доспехах, которые переливались на солнце. Ноа, в стеклах очков которого играли блики света. Самира, гордая и сдержанная, с косой, перекинутой через плечо.

Четыре бархатных кресла оставались пустыми. Напоминание о тех, кто еще не вернулся в город. Что выдумал Солэй, чтобы задержать Лили и Леона?

А над трибунами возвышались каменные фигуры двенадцати первых Сильнейших прошлого. Там был Рив, еще молодой, с озорными глазами и густой кипой волос. Он смотрел на меня застывшим взглядом, напоминая о нашем обмане. А между первыми Сильнейшими представителями Овна и Близнецов стоял широкоплечий Атлас, мой первый и последний предшественник.

В руках каждой каменной фигуры трепетали флаги, спускавшиеся к трибунам. На них горели наши имена и нарисованные красками портреты.

Я нашла свой почти сразу. Настороженный взгляд круглых глаз, запечатленный во время отборочного этапа.

«Терра – Скорпион», – было выведено под моим лицом.

А флаг держал в каменных руках первый представитель Скорпиона. Как бы я хотела, чтобы его держал Атлас!

Рядом, прикрепленный к стене арены, висел флаг с портретом Грея. Одинокий флаг на узкой стойке. А сам Грей стоял внизу в тех же незнакомых черных доспехах и с отрешенным выражением лица.

– Второй этап великого турнира Одиннадцати вот-вот начнется!

Один за другим участники выстроились перед зрителями и Сильнейшими, и я, последовав за Феликсом, встала рядом с ним и бросила на него взволнованный взгляд.

Мое сердце невольно подпрыгнуло, когда Грею пришлось встать по другую сторону от меня.

Ведущий оказался невысоким мужчиной в остроносых сапожках. Его лицо пряталось под плюшевой головой барана с громадными закрученными рогами. Дождавшись, когда крики зрителей стихнут, мужчина повернулся к нам и взмахнул руками:

– Да начнется турнир Одиннадцати!

Что-то щелкнуло в воздухе. Земля под ногами дрогнула, и мы с Феликсом отпрыгнули друг от друга. В глубине что-то заскрежетало, и прямо у нас на глазах из земли стали вырастать стены, разделяющие участников.

Я кинула последний взгляд на Феликса, и тот посмотрел на меня, не скрывая паники.

За считаные секунды стены выросли метров до пяти в высоту, отсекая кандидатов друг от друга.

Лабиринт. Это был настоящий лабиринт. Массивный, древний, с пыльными стенами и песком под ногами.

– Добро пожаловать в Лабиринт Заримана! – откуда-то сверху объявил ведущий.

Вскинув голову, я нашла его. Он парил над стенами лабиринта на маленьком плотном облачке, обращаясь то к нам, то к зрителям.

– Осмотритесь и найдите того, кто станет вашим напарником на время второго этапа!

Я повернулась и тут же встретила взгляд темно-лиловых глаз.

– Грей?

Его удивление сменилось мрачной гримасой.

– И снова ты. – Он склонил голову набок, рассматривая меня.

Мое дыхание сбилось, хотя я не двигалась. Мы стояли так близко друг к другу. Если бы я протянула руки и обняла его здесь и сейчас, признался бы он, что все помнит?

– От тебя невозможно избавиться, не так ли? – вдруг выдал он, и я отшатнулась.

Но быстро взяла себя в руки, до боли вжимая ногти в ладони.

– А ты все такой же грубиян.

Раньше мы с Греем были одного роста, но теперь он смотрел на меня сверху вниз. Его блестевшие на солнце доспехи плотно прилегали к телу, подчеркивая ширину его плеч.

Он прищурился, вглядываясь в мое лицо, но я лишь вздернула подбородок.

– В Лабиринте Заримана проверяется не ваш дар, а только сила воли, смекалка и умение доверять напарнику, – продолжил говорить ведущий, и Грей уже в который раз отвернулся от меня. – Только первые шесть команд, которые сумеют найти выход вместе, пройдут на следующий этап турнира.

Вдруг над нашими головами в центре арены словно из ниоткуда возникли песочные часы.

– В Лабиринте Заримана пользоваться даром запрещено! – объявил ведущий, и зрители загудели, ожидая настоящего хаоса и бойни. – И даже не думайте хитрить! Видите песочные часы? Песок в них начинает гореть каждый раз, когда кто-то из вас активирует дар! Выживите, докажите свои умения и найдите выход за семь минут!

На этих словах песочные часы перевернулись: второй этап начался.

– И пусть звезды встанут на вашу сторону!

Несколько секунд ничего не происходило. Мы с Греем смотрели друг на друга, выжидая.

Затем он сорвался с места и помчался вперед, поднимая за собой вихрь из песка.

– Эй! – воскликнула я, жмурясь, чтобы защитить глаза от песка. – Подожди меня!

Но Грей завернул за угол, исчезая из поля зрения.

Вот же…

– Грей!

Парень бежал впереди, а я за ним. И как он собирался найти выход? Этот лабиринт не мог быть обыкновенным. Ради захватывающего зрелища для нас наверняка подготовили сюрпризы. И любой необдуманный поворот мог оказаться фатальным.

Я еще пару раз вслепую свернула за ним, и мое отчаяние сменилось раздражением.

– Грей! – снова позвала я, не отставая.

Зрители над нами что-то кричали, махали руками, пытаясь привлечь его внимание. Изумившись, я споткнулась о свою же ногу.

С каких пор у Грея были… фанаты?

– Змееносец! – звали они. – Змееносец, посмотри сюда!

– Змееносец! Ты спас мою дочь! – благодарили они, когда мы проносились мимо. – Ты защитил мой дом!

С каких пор на Грея смотрели с такими широкими улыбками?

Теперь Грея признавали?

И видели в нем героя?

Неужели я все это пропустила?

Эти вопросы завладели моим вниманием, и, не заметив, что Грей остановился, я врезалась ему в спину.

Он развернулся и толкнул меня на землю. Я упала на спину, а Грей на меня, и над нами поднялось облако песка.

Песчинки попали мне в глаза и в рот, и я сплюнула.

– Что ты дела…

Что-то просвистело над нашими головами.

– Сосредоточься! – закричал Грей и вскочил на ноги.

А перед нами уже стоял песочный монстр.

Только так можно было назвать существо, чье тело было слеплено из песка. Его красные глаза опасно горели, конечности осыпались, сжатые кулаки казались больше моей головы, а рот был широким и бесформенным. Монстр плевался песком и закрывал путь дальше.

– Звезды… – тихо выругалась я, поднимаясь на ноги.

Грей потянулся к ножнам на бедре.

– Подожди, – остановила я его, вспоминая то, чему учил меня Солэй.

Думай, Терра. Сначала думай, а потом делай.

Я нашла под собой камень и бросила в монстра. Тот не уклонился, а сделал шаг навстречу, вобрал камень своим песочным телом и почти сразу выплюнул его обратно в нас. Проделанная камнем дыра срослась мгновенно.

Я ошарашенно пригнулась, и камень пролетел мимо.

– Твой клинок будет бесполезен против него, – сказала я Грею. – Нужно придумать что-то другое.

– Дары Созвездий под запретом, – напомнил он, все так же стоя передо мной. – Есть другие идеи?

Именно в этот момент в песочных часах над нами вспыхнул огонь. Песок загорелся и слипся в обугленные комки, которые проваливались вниз все быстрее. Время осыпалось прямо на глазах.

Это длилось всего несколько мгновений. Грей цокнул языком в унисон со мной. Наши шансы на победу зависели не только от нас, но и от чужой честности.

– Возможно, они… эй, постой же!

Но Грей уже ринулся на монстра с голыми руками.

Почему он меня не слушает? Даже не смотрит в мою сторону. Ведет себя так, будто его враг – это не песочный монстр, а я!

Я стояла, не зная, как поступить. Грей уклонялся от ударов, прыгал из стороны в сторону, отталкивался от высоких стен и крутился в воздухе, как искусно брошенный кинжал.

Но даже в блестящих одеяниях он вел себя как старый добрый Грей. Так, будто ему не на кого положиться.

Монстр запускал в него шары песка, но Грей вовремя пригибался, и шары, врезаясь в стены лабиринта, рассыпались на песчинки.

Все знают, что песок – это штука неисчерпаемая и прилипчивая. Даже когда он попадает в обувь, сколько бы ты ни тряс ногой, все равно находишь песчинки между пальцами.

А значит, и этот бой кончится не скоро. Если мы что-нибудь не предпримем в оставшееся время, то не сможем попасть в шестерку победителей.

Мои глаза заметались по коридору лабиринта в поиске ответа.

Я вспомнила о противостоянии стихий.

Вода тушит огонь. Огонь испаряет воду. Ветер раздувает искры, но может и погасить пламя.

А песок…

И тут я заметила факелы по обеим сторонам коридора, и в моей голове возникла идея.

Сухой песок не мог слепиться в форму огромного монстра, только если не был мокрым, а это значит…

– Грей! – позвала я, когда ему в плечо врезался песчаный шар. – У меня идея! Отвлеки его!

Всего одно мгновение Грей смотрел на меня так, будто хотел прочитать все мои мысли. Будто я ему не безразлична.

А потом кивнул и, вернувшись к бою, увел песчаного монстра в сторону.

Я бросилась к стене и прыгнула, пытаясь дотянуться до длинного конуса, в котором горел огонь. Ногтями мне удалось подтолкнуть факел так, чтобы он выскочил из своего держателя и упал мне в руки. Впопыхах я схватила его слишком высоко, и огонь больно укусил меня за ладонь, но я только поморщилась и перехватила факел за основание.

– Посторонись!

Я пронеслась мимо Грея, перепрыгивая через песчаный шар, летящий прямо на меня, а затем воткнула факел в туловище песчаного монстра.

Факел с шипением проделал дыру. Раздался треск, и оттуда вырвался пар. Влажный песок, что прятался под слоями сухого, начал тут же чернеть и осыпаться. Монстр завыл, дернулся назад, но огонь уже пожирал его изнутри.

И за считаные секунды от монстра не осталось ничего, только обугленный факел в кучке пепла.

Грей посмотрел на меня круглыми глазами. А я только пожала плечами.

Но потом он сделал то, чего я совсем от него не ожидала.

Он шагнул мне навстречу, взял мою руку и повернул ее ладонью вверх. Мои пальцы дрожали. Но то было не от адреналина…

Не увидев никаких ран и ожогов, Грей отстранился, и его взгляд вновь стал холодным. Он посмотрел в небо над моей головой.

– У нас осталось четыре минуты.

Я сглотнула, проморгалась и вернулась к реальности.

– Тогда побежали.

И мы побежали.

Судя по песочным часам, осталось не больше трех минут. Я никогда не считала себя медленной, но Грей буквально заставлял меня глотать пыль.

– Грей, подожди!

Вдруг мы наткнемся на очередного монстра? Или на другую команду? Вдруг Феликс не справляется?

Но Грей не просто торопился найти выход. Он словно… боялся оставаться со мной наедине.

Даже если он меня не помнил, неужели он видел во мне настолько ужасную компанию?

– Грей!

На этот раз парень оглянулся, но было уже поздно. Я не просто врезалась в него, а намеренно сбила с ног и подмяла под себя.

– Что с тобой не так?! – Его холодность как рукой сняло, и Грей рывком перевернул меня, оказываясь сверху.

– А с тобой-то что? – рявкнула я, чуть ли не щелкая зубами. – Почему ты ведешь себя со мной как с врагом?

– Откуда мне знать, что ты не враг? – фыркнул он.

– Совсем голову потерял?! – вскипела я и, скинув его с себя, вновь нависла над ним. – Я только что чуть рукой не пожертвовала ради тебя!

Я почти касалась его лбом.

– Ты правда хочешь сразиться со мной? – вдруг прошептал Грей, явно вернув самообладание.

Мой кулак завис над его лицом.

– Да. – Я тряхнула головой, быстро глянув на свою руку. – Нет.

Не может быть. Я была готова его ударить!

– Почему ты прыгнула на меня?

– Потому что ты ведешь себя со мной, как будто я тебе враг, – повторила я.

– А что, если это так? – спросил он. – Что, если мы враги?

Мое сердце опустилось к желудку.

Я покачала головой.

– Что же там происходит? Неужели эти двое не могут поладить между собой? – раздался голос ведущего, мгновенно возвращая нас в реальность. – На песочных часах осталось всего две минуты, а четыре команды из шести уже нашли выход из лабиринта! Кто еще к ним присоединится?

Когда я опустила взгляд на Грея, его глаза блестели, а на губах играла слабая, едва заметная улыбка.

Не успела я и слова сказать, как он столкнул меня с себя и поднялся на ноги.

– Времени в обрез. – Он протянул мне руку. – Побежали, Терра.

И я не смогла себя остановить.

Как только наши пальцы переплелись, дышать стало легче, будто я вырвалась из удушающей пелены, в которой была все эти полтора года. Мы рванули вперед.

Я даже не вспомню теперь, в какой именно миг пришло то самое понимание. Может, причиной была его тихая и знакомая улыбка. Может, дело было в том, что Грей не выпустил мою руку даже тогда, когда на нас с ревом обрушился новый песочный монстр. Мы едва не врезались в него, но, спотыкаясь и цепляясь за стену, обогнули, торопясь к выходу из лабиринта.

Там нас ждал ведущий в плюшевой бараньей голове с рогами. Он уже объявлял победителей.

И вот мы с Греем пересекли черту, заняв последнее призовое место.

И я тогда вспомнила, что Грей держался в стороне от людей всю свою жизнь, потому что так было необходимо.

Сначала из дома ушел его отец. А потом и сам Грей оставил маму, чтобы защитить ее. Он отправился искать правду о Змееносце ради семьи.

И сейчас, на турнире в Астропии, Грей делал то же самое.

Он не только держался от меня в стороне.

Он прикидывался незнакомцем, потому что так было необходимо.

Потому что он, скорее всего, думал, что так сможет меня защитить.

И если мои догадки и надежды были верны, то…

То Грей знал что-то такое, чего не знала я.

От чего он пытался меня защитить?

Жизнь прекрасна благодаря коротким мгновениям счастья. И чаще всего, если их не ценить, эти мгновения приходят все реже и реже. Пока не исчезнут совсем. И впоследствии ты видишь вокруг лишь мрак.

Полтора года я жил в этом мраке.

До сегодняшнего дня.

– Он опаздывает, – сказал я вслух.

Если бы кто-то посмотрел на меня со стороны, ему бы показалось, что я разговариваю сам с собой. Стою перед садом, наблюдаю за тем, как луна прячется за облаками, и говорю в пустоту. Благо в доме, который нам выделили на холме Сильнейших, никто, кроме нас с Сорой, не жил.

– Он всегда опаздывает, – напомнила Сора из тени в углу сада. – Дел у Сильнейших полно.

– Именно по этой причине я не хочу становиться Сильнейшим. – Мой голос оставался привычно спокойным, однако нога непроизвольно постукивала по татами от нетерпения.

– Точно не хочешь? – В вопросе Соры чувствовался подвох, посыпанный сарказмом.

Когда я только ее встретил, после целой жизни в разлуке, эмоции у Соры просто-напросто отсутствовали. Но постепенно она начала больше разговаривать. Иногда улыбаться и со временем даже шутить. Сора так и не рассказала о том, что произошло с ней за годы, проведенные в теневом клане. Как из нее сделали теневого воина – для меня загадка. И я пока не осмеливался спросить.

Есть вещи, о которых ты никогда, никому и ни за что не расскажешь. Тайна, которая изменила в тебе все.

Вдруг Сора тихо зевнула в тени.

– Отправляйся спать, Сора. Тут я справлюсь без тебя.

– Так не пойдет. – Я не видел ее, но догадывался, что она покачала головой, не отводя острого и внимательного, как у летучей мыши, взгляда от коридора, который вел к парадному входу.

– Он последний человек во всем нашем мире, который стал бы на нас нападать. Если бы он это сделал, то уж точно не исподтишка.

И к тому же я мог за себя постоять. И Сора это знала.

Сама Сора никогда не произнесла бы этого вслух, но оставалась она не ради меня, а ради…

– Ты слишком уверенно нашел выход из лабиринта, Змей, это было слишком подозрительно. – Теодор появился из затемненного коридора и остановился на границе между садом и домом. Ночное небо сразу осветило его уставшее лицо.

– Мне нужно было выиграть. – Я пожал плечами, оставаясь на месте.

– Я заранее показал тебе план лабиринта, но мы договорились, что ты не станешь вызывать подозрений.

Тео скрестил руки на груди, бедром опираясь о деревянную колонну. Любой другой бы счел, что он расслаблен. Но я-то видел, что он невероятно устал. И отдыхал в короткие мгновения между своими нескончаемыми обязанностями.

– А ты должен был убедиться, что она не попадет со мной в пару.

Тео дернул темно-рыжей бровью.

– Я не могу знать, на кого выпадет жребий.

Между нами повисло молчание, и длилось оно до тех пор, пока Теодор не вздохнул.

– Тебе было тяжело с Те… с ней?

Мы разговаривали у меня дома, но уши в этом городе были везде. Поэтому мы следили за каждым произносимым словом.

– Закроем тему, – выдал я жестче, чем планировал.

Теодор развел руками, на его лице отразилась вся горечь несправедливости.

– А я не хочу больше прикидываться напыщенным индюком, но…

– Я сказал, закроем тему!

Я непоколебимо удерживал гордый взгляд Теодора, пока тот снова не вздохнул, взъерошив волосы левой рукой. Это простое движение далось ему с трудом, что не укрылось ни от меня, ни от Соры. Она по-прежнему скрывалась в тени, и лишь неровное дыхание выдавало ее присутствие.

В последние недели Теодор выжимал из себя все силы. Нападения на границах города участились, и с каждым днем враг подбирался ближе. Нам удалось поговорить друг с другом сейчас только потому, что враг дал нам небольшую передышку.

– Где твоя сестра? – вдруг спросил он, оглядываясь по сторонам.

Сора почти сразу вышла из тени.

Их взгляды на секунду встретились. И только моим ушам было слышно, как от волнения она затаила дыхание.

Тео снова устремил глаза на меня, но сделал это не без усилия.

– На нас капают проблемы, одна за другой, – заявил он.

– Если это всего лишь капли, то мы справимся.

– Эти капли вот-вот наполнят целое ведро.

Я цокнул языком, сжимая и разжимая кулаки, не зная, куда выплеснуть нетерпение.

– Далила продолжает нападать на город.

– И мы уверены, что это она?

– Такие нападения в ее духе. Кто еще может так искусно натравлять на нас монстров туманного леса? Мы с Сильнейшими патрулируем границы города посменно, но отсутствие Лили, Леона и пропажа двух других дают о себе знать.

Теодор не говорил этого вслух, но опасения легко было прочесть на его лице. Он и другие Сильнейшие переживали, что они не выдержат такой нагрузки и монстры смогут прорваться в город.

Никто из жителей не подозревал о том, что происходило прямо за стенами Астропии, но их спокойствие продлится недолго.

– Мы с Сорой тебя сменим сегодня и завтра. Ты не выдержишь, если будешь патрулировать и ночью.

Солнце питало Теодора, как рожденного Львом, а ночь отбирала у него все силы. Об этом напоминали синяки под его глазами и потускневшие веснушки. Похоже, парень почти не спал уже несколько ночей подряд.

– Ты и так делаешь многое для этого города, – ответил он. – Если продолжишь в том же духе, то их уважение к тебе превратится в подозрение.

– Сильнейшие так просто не согласились бы дать мне этот дом и заочно включить в их ряды. Если я перестану быть полезным, то они избавятся от меня так же быстро, как и приняли.

– Меня волнует еще кое-что. – Теодор поджал губы, его взгляд блуждал между мной и Сорой. – Нападения на город участились, но Хранитель слишком спокоен. И помимо всего этого…

– Она… – Ее имя едва не сорвалось с моих губ, и будто молот влетел мне в грудную клетку.

– Да, она вернулась, и это очень не вовремя.

– Но сейчас она… – произнес я очень тихо, одними губами, – прикидывается другим человеком.

Теодор кивнул, легко разобрав мой шепот. За это время мы научились понимать друг друга с полуслова. Странное ощущение, скажу я честно. Если бы нас кое-что не объединяло, то мы бы вряд ли стали напарниками, особенно друзьями, в обычной жизни.

– Я не знаю, откуда у нее способности, благодаря которым она притворяется Скорпионом, – Тео покачал головой, – но эта сила… она другая, не часть ее дара.

– Но долго она не продержится, – понял я и тяжело выдохнул.

– Следующий этап – дуэли, и к тому же Лили и Леон скоро вернутся.

– Нам нужно избавиться от нее как можно скорее, – заключил я. – Ты должен вызвать ее на дуэль, Теодор.

Он закрыл глаза, морщась и сжимая пальцами переносицу. Суть дуэлей в том, что участники могут вызвать на бой любого из Сильнейших. Кого угодно. Задача участников – проявить себя в лучшем свете. Им даже не обязательно выигрывать. Главное – показать все свои таланты и умения и заставить зрителей и группу Сильнейших поверить в то, что они заслуживают титула.

Если Теодор вызовет ее на бой, то…

– Я ее знаю. – Теодор понял ход моих мыслей и поджал губы. – Я с ней справлюсь до того, как она раскроет свою настоящую личность. Никто ничего не узнает.

– Тогда так и поступим. – Я поднял взгляд к луне, вышедшей из-за плотных облаков. – Если это еще и избавит меня от ее внимания, мне будет… легче действовать дальше.

Ничто и никто не должен мешать нашей цели.

Теодор тихо рассмеялся:

– Вы как магниты, Грей. А физику не обманешь.

Я резанул по нему взглядом, но он только усмехнулся и пожал плечами.

Ради блага своей младшей сестры я не стал указывать Теодору на то, как его глаза то и дело возвращались к ней.

Я точно знаю, в какой момент они притянули внимание друг друга, как те самые магниты.

Это случилось вскоре после моей встречи с Сорой.

Сора сбежала из клана теней, не закончив обучение, потому что ей пришло письмо от нашей мамы, где та сообщила, что я нуждаюсь в помощи.

Долго Сора не думала и отправилась по моим следам, оставив теневой клан, в котором росла с тех пор, как научилась ходить.

Мы не виделись все эти годы, потому что родители хотели отделить Сору от моей судьбы Змееносца. Она даже не помнила, как я выгляжу, но отыскала меня полтора года назад, сразу после моего пробуждения.

Первое, что мы сделали, – это скрестили клинки.

Так она проверила, действительно ли я ее старший брат. Мой клинок не выдержал ее удара и раскололся надвое. Настолько более искусным воином она была.

После всех формальностей мы с Сорой отправились в центр нашего мира. И там встретили Теодора, а дальше…

Дальше мы втроем выстроили целый план и до сих пор следовали только ему.

Пока в Астропию не явилась она…

– Ты выглядишь уставшим, – заметила Сора, обращаясь к Тео.

На лице Тео расцвела вымученная улыбка, которая почти скрыла глубокие тени под его глазами.

– Я патрулировал всю ночь, а днем был турнир.

– Какой от тебя будет прок, если ты даже не отдыхаешь? – спросил я.

– Мама переживает, что мой титул отберет тот кандидат. Зайон. Если буду торчать дома, то она оторвет мне голову за лень и отправит обратно в Купол. В любом случае там я и провел остаток дня.

Мы оба подумали о том, чего недоговаривал Теодор. Впервые с тех пор, как он стал Сильнейшим, титулу его семьи грозила настоящая опасность. А без своего титула Теодор… был никем. По крайней мере, так считала его мама.

И так считал сам Теодор.

А Зайон… я видел, на что он способен. Да, он вполне мог составить Теодору конкуренцию. Но тут все зависело от самого Теодора. Насколько сильно он цеплялся за этот устаревший титул? В мире, где каждый новый день – уже большая удача, меня все меньше и меньше волновали Сильнейшие и их турнир.

Мы в городе не за этим.

Победа в турнире – не часть нашего плана.

– Мы заменим тебя сегодня и завтра, – решительно произнесла Сора, то и дело переступая с ноги на ногу, потому что ей не терпелось сделать шаг в его сторону. – Скажи ему, Грей, а то у него совсем не останется сил… – А затем, прикусив губу, она робко пошутила: – А чем будет полезен сонный Тео?

Я мягко усмехнулся. Она все чаще вела себя как… младшая сестра. Прислонившись к каменному фонарю торо, я уставился прямо перед собой, мечтая, чтобы здесь и сейчас, в этом саду, нас было больше, чем трое.

Я, Сора и Тео… этого недостаточно.

Этого слишком мало.

– Как участники? – спросил я, прочистив горло. Мне нужно было сказать хоть что-нибудь, чтобы не сойти с ума от своих же мыслей.

– Все прошедшие второй этап участники заселились в Купол. Там они будут жить, тренироваться и общаться с Сильнейшими до самого финала турнира. Представительница Те… Скорпиона заселилась в комнату с представителем Близнецов.

– Она была…

– Потерянной? Уставшей? В слезах? – договорил за меня парень. – А ты сам как считаешь, Змей?

В голосе Теодора сквозило неодобрение. В конце концов, я настоял на этом плане. Потому что не было выбора.

– Нет, Грей. – Теодор вновь провел руками по волосам, видимо, забыв, что даже малейшее движение сегодня причиняло ему боль. – На этот раз она была решительнее некуда.

Я только хмыкнул, подавляя вопросы, рвавшиеся наружу.

– Тебе пора определиться, Грей, что мы будем делать с ней дальше. Долго наша игра не продлится. Все накалится, когда вернутся Лили с Леоном. В лучшем случае она… вылетит из турнира до их появления, а в худшем ее личность раскроется перед всеми Сильнейшими.

Перед теми же самыми Сильнейшими, которые почти два года назад послали Тео, Лили и Леона убить ее. Они не видели в ней человека. Только опасного Тельца.

– Рожденная Тельцом будет под прицелом и в…

– Прекрати ее уже так называть, Грей, – вдруг перебил меня Тео, и в его глазах блеснула злость. – Сам говоришь о ней как о страшном опасном монстре.

– Такой ее видит весь мир.

– Мир не может по-другому, Тео… – произнесла еле слышно Сора.

Это опасно. Соглашаться с Сорой.

Соглашаться с Тео.

Открывать то, что так глубоко заперто внутри.

Слишком опасно для нее.

– Просто выполни свою часть уговора, Теодор. Сделай так, чтобы она ушла на третьем этапе. Чем больше позора ты на нее навлечешь, тем больше шанс, что от нее отстанут Сильнейшие.

Она должна оставаться в стороне, несмотря ни на что.

В глазах Теодора читался протест. Но ответить ему было нечего, ведь Тео сам смотрел на Сору так, будто хотел сказать тысячу слов, но не мог это сделать. На его плечах было слишком много ответственности, а в голове слишком много забот.

Сора шагнула вперед, собираясь, быть может, сказать что-то первой, но внезапно ее взгляд похолодел, и она снова отступила, растворяясь в тени.

Мой слух уловил чье-то присутствие.

– Кто-то у парадной двери, – сказал я и направился туда по темному коридору.

– Это Самира, Сильнейшая представительница Близнецов, – шепнула Сора, оставаясь в тени.

Я молча кивнул Теодору, и тот сразу скрылся за углом, чтобы не попасться на глаза незваной гостье.

Когда я толкнул высокую дверь, то действительно увидел на пороге Самиру – совсем одну.

Она сразу же посмотрела мне за спину: явно ожидала найти в моем доме кого-то еще.

В руках она держала обнаженные изогнутые сабли, ее доспехи были наспех застегнуты, а густая коса преобразилась в неряшливый хвост, будто она только-только проснулась и не успела толком собраться.

– В чем дело?

Наши отношения с Самирой можно было описать одним словом. Никакие. Самира была уверена, что мы с Тео как-то связаны, однако не могла это доказать.

А я был убежден в том, что она по уши влюблена в Тео, и, в отличие от нее, мог это доказать. Это было заметно: по тому, как светились ее глаза, когда он появлялся в комнате. По тому, как учащалось ее дыхание, когда он подходил ближе.

– На город напали, – объявила она.

– С какой стороны?

– С северного входа. Мы еще никогда не встречались с такими чудовищами. Мы зовем на помощь всех, кого можем, даже кандидатов.

– Скоро буду, – кивнул я, вспоминая, где снял с себя ненавистные доспехи.

– Грей, ты был прав, – вдруг сказала Самира, когда я уже почти задвинул дверь.

– В чем?

– Женщина по имени Далила, о которой ты предупреждал, стоит за этими нападениями. Мы ее узнали.

Ведро, в которое капля за каплей попадали наши проблемы, переполнилось, и вода начала переливаться через край.

– Скоро буду, – повторил я тверже и задвинул дверь, оставляя Самиру снаружи.

– Почему пришла она? – Я повернулся к Теодору. – Где ваш Ноа? Он же связующий.

– Потому что Самира нас подозревает, забыл? – Тео направился к двери, прислушиваясь, чтобы убедиться, что Самира ушла.

– Это плохо.

– Что плохо? Нападение?

– Нет. Кандидаты.

К нему тоже пришло осознание.

– Если они созывают всех, то и ее тоже, – сказал он и побледнел. – Проклятье.

– Нужно идти. – Я кивнул Соре, чтобы она следовала за нами. В этом бою пригодится любая помощь.

Потому что если нападение такое масштабное, Терра точно не останется в стороне.

Она использует дар Тельца.

Далила ее узнает.

И Сильнейшие о ней узнают.

Рано или поздно нашему плану должен был прийти конец, но я не думал, что это произойдет так скоро.

Мои глаза никогда не видели ничего ужаснее.

А видели они за последние несколько лет в группе Сильнейших многое. На какие только задания нас не отправлял Хранитель! Я встречался с разными опасностями и разными монстрами.

Но такой масштаб нападения наблюдал впервые.

Штанины до колен промокли, погруженные в плотный слой безупречного снега. Снежная вьюга рассекала лицо, а ледяной ветер проникал под одежду, отгоняя обратно за стены города.

Звери туманного леса неслись нам навстречу. Их бивни прорезали путь, и полосы снега вздымались за ними.

Я слышал о таких зверях. Они обитали в самой далекой и темной части туманного леса, куда не ступала нога человека.

Их бело-серебристая шерсть почти сливалась со снегом. И только ярко-красные глаза выдавали в них врага. Ошибки не было. Ими управляла Далила.

– Раньше их называли мамонтами, – раздался голос Ноа в моих ушах: он присоединил меня к цепочке воздушной связи.

– Разве они не вымерли триллион лет назад? – следом спросила Ури.

Благодаря дару Ноа даже через завывание ветра и на большом расстоянии я услышал, как Ури зарычала и как зашелестела ткань плаща, который она, видимо, сбросила с плеч, готовясь к жестокому сражению.

– Они реально существовали? – фыркнул Шу, и металлические кулаки его экзоскелета ударили друг друга, высекая синие искры.

– Если бы вы хоть раз взяли в руки учебник истории, то мне бы не пришлось отвечать на такие глупые вопросы, – пробубнил Ноа.

Он не участвовал в сражениях. Физически он был слабее многих кандидатов. Сейчас он стоял на самой высокой точке Купола и держал в руках бинокль с большим увеличением. Пусть Ноа мог общаться только мысленно и не знал, как заточить лезвие меча, но без его ума и дара Весов мы бы давно пропали.

– Сколько их, Ноа? – спросил я, делая шаг навстречу несущимся на нас зверям.

Мы встали полукругом перед северным входом в город. Опыт позволял нам сохранять спокойствие и ждать подходящего момента, чтобы вступить в бой.

– Тридцать девять, – ответил Ноа почти сразу и, будто угадав мой следующий вопрос, добавил: – Далилу не вижу.

– Она могла измениться за полтора года – возможно, описание Змея уже не актуально, – съехидничал Шу.

– Мы видели ее полгода назад, – сказал Грей, вставая рядом со мной. Сора неподвижно и прямо стояла по другую сторону от него. Будто никакой снегопад или ветер не были способны сдвинуть ее с места. – Далила не изменилась.

Я повернулся к Самире, которая была в нескольких метрах от меня. Я с трудом различал ее силуэт сквозь снегопад, но мои слова до нее с легкостью долетели:

– Мы возьмем на себя первую линию атаки, а ты проникни вглубь и найди Далилу. Если победим ее, то сразу одолеем мамонтов.

Затем я повернулся к Грею, стараясь не обращать внимания на Сору:

– Если вы нападете сзади, а мы спереди, то мы застанем их врасплох.

Грей переговорил с Сорой, та едва заметно кивнула и растворилась в ночи.

– Пусть Ноа не подключает меня к вашей связи, – не попросил, а потребовал Грей, затем поднял воротник плаща, защищая лицо от снегопада, и побежал в обход, чтобы зайти врагу в тыл.

Взгляд Самиры ненадолго задержался на нас троих. Только когда Грей и Сора ушли, она, казалось, очнулась от раздумий и понеслась по снегу как вихрь, оставляя за собой глубокие следы.

Самира была стеснительной и сдержанной при свете дня, но в ночи… она становилась настоящим зверем.

Самира спрятала сабли обратно в ножны, и символ Близнецов на ее лбу засветился зеленым. Она высоко подпрыгнула и на лету превратилась в мамонта с острыми бивнями. От монстров Далилы ее отличали только светло-коричневая шерсть и зеленые глаза.

Бивни Самиры столкнулись с бивнями первого зверя, и я, повернувшись к Ури, кивнул.

Она вступила в бой следующей. Символ Овна загорелся в центре ее лба, алый, как и ее глаза. Кровь в венах, ускоряясь, засветилась, и на коже проступили красные линии.

Длинные и крепкие ноги Ури за считаные секунды перебросили ее в гущу сражения. Ури напала на пятерых мамонтов, что успели окружить Самиру. Она замедлила их кровоток и тем самым дезориентировала, а потом нанесла мощные удары по их туловищам.

Самира, воспользовавшись передышкой, превратилась в коричневую тигрицу и прыгнула вглубь вражеского строя.

– Ури, сделай что-нибудь с этим холодом для начала, – возмутился Шу больше из вредности.

Все мы знали, что Шу почти не чувствовал свое тело. Его частично парализовало еще до рождения. Любые движения давались ему с трудом, поэтому при помощи своего же дара Шу создал особые доспехи.

– Сейчас-сейчас, – ответила Ури, и снежинки на моей одежде начали активно таять, потому что кровь в наших телах стала горячее.

– Вступаем в бой! – приказал я, и Шу был следующим, кто ринулся на врага.

На его лбу загорелся символ Стрельца, а затем засветился и сам экзоскелет. Металлические кулаки увеличились в размерах и выпустили в мамонтов искрящиеся силовые шары.

– Не даем им пройти в город! – взревел я.

Мы бросились в атаку, как делали уже множество раз, когда Далила нападала на город.

Вдалеке от меня Мисти нагнал на группу мамонтов густой удушающий туман, в котором затерялся сразу десяток монстров. Но дар Мисти позволял ему вести сражение на расстоянии, а в ближнем бою…

На Мисти нацелились два острых бивня.

– Ури! – закричал я. – Мисти в беде!

Я был слишком далеко, а другие Сильнейшие в кольце врагов. Мы стремительно теряли позиции из-за отсутствия четверых из нас. Где же их носило?! Сейчас бы пригодилась помощь Лили с Леоном.

– Мисти, справа! – Я надеялся, что он услышал мои слова.

Я рванул было к нему, но острый бивень мамонта зацепился за воротник рубахи. Ткань под доспехами треснула, кожа на шее вспыхнула болью. Меня подкинуло в воздух, и на миг все застыло. Затем я рухнул вниз со звоном в ушах, захлебнувшись снегом.

Но тут же сгруппировался и откатился от гигантской лапы, норовящей раздавить меня в снегу. Быстро глянул на Мисти, перед которым уже стоял Дельта – высокий мужчина в костюме из кожи и металла, на лбу которого горел символ Водолея. Он резко, словно хлыстом, махнул рукой, и мамонтов притянуло к земле. Даже на расстоянии я почувствовал навалившуюся на плечи тяжесть. Целая группа мамонтов рухнула в снег, их массивные тела вдавило в землю невидимой силой. Белые хлопья метались в воздухе. Треск льда и снега слился с их ревом.

Сама гравитация была подвластна Дельте, рядом с ним Мисти в безопасности.

Я вовремя обернулся: тот же мамонт с новыми силами несся на меня.

Его глаза зловеще сверкали.

Так горели глаза у всех существ, которых Далила подчиняла своей воле.

Я отпрыгнул назад и потянулся к своему мечу, однако ножны были пусты.

– Проклятье!

Собираясь на бой, я вспомнил только про доспехи, потому что сражаться без них не мог.

Ощутив тепло в центре лба, я запустил в мамонта несколько молний, однако его спасли жесткая шерсть и толстая кожа.

Я побежал навстречу зверю и ухватился за его острые бивни, чтобы мамонт сам забросил меня к себе на спину.

Приземление вышло жестким, но я вцепился в шерсть на загривке и направил обжигающий поток молний мамонту в голову.

Кожа на руках горела, шрамы ныли. Но у меня получилось: ноги мамонта подкосились, и зверь повалился на землю, потеряв сознание.

Однако перед нами оставалось еще более двадцати монстров, а Далила все не появлялась.

Мои глаза сами собой отыскали Сору и Грея. Брат и сестра напали на монстров со спины. Грей черным клинком рассек ноги одного зверя, а Сора, поднявшись в воздух, атаковала другого. На ее лбу лиловым горел символ ее знака. А ее характер полностью соответствовал тому, чего можно было ожидать от Стрельца. Сора молчала, когда не считала нужным тратить энергию на разговоры. И была остра на язык, когда чувствовала себя комфортно в моей компании. Что случалось все чаще.

Благодаря своему дару Сора поднялась в воздух, как по невидимой лестнице. Она вовсе не умела летать, но своими ногами выстроила воздушную тропу, по которой взошла, чтобы прыгнуть на противника.

– Очнись, Теодор! – вдруг раздался в ушах крик Самиры.

Я оглянулся.

Тот самый мамонт, которого я вырубил, стоял позади меня. Его красные глаза яростно горели.

Казалось, я точно не успею отреагировать. Ведь громадный зверь уже несся на меня. Земля под ногами сотрясалась от его тяжелых шагов.

До столкновения оставались считаные сантиметры, когда в бок мамонта, словно стрелы, влетели молнии.

Но посылал их не я…

Такого мощного заряда хватило, чтобы глаза мамонта закатились и он снова упал.

Я повернул голову и увидел Зайона. Участника турнира и представителя Созвездия Льва.

И обладателя того же дара… что и у меня.

– Почему ты не убил его в первый раз? – спросил он, отдышавшись.

Он примчался сюда, чтобы спасти мне жизнь?

Я резко качнул головой:

– Не мне решать, кому жить, а кому нет.

– Но за моих родителей ты это решение принял! – процедил сквозь зубы Зайон.

Снежинки падали на его макушку и застревали в плотных кудряшках. Видно, что Ури разогнала кровь и у прибывших кандидатов, потому что на Зайоне была одна лишь рубашка, но от холода он не дрожал.

– Тео, ты в порядке? – раздался в ушах насмешливый голос Ури. – Чего отвлекаешься прямо на поле боя? Соберись, на тебя это не похоже!

– Кажется, наш Тео устал и сам готов отдать свой титул этому кандидату, – фыркнул Шу. Вдалеке, за снежной завесой, виднелся его силуэт. В этот момент его металлический кулак, увеличенный даром в три раза, заехал по морде мамонту.

– Ноа, подключай кандидатов к нашей связи, это нападение послужит отличным тестом, – сказал я и посмотрел Зайону в глаза.

Тот в ответ с вызовом вскинул подбородок.

– Так точно, – отозвался Ноа.

Только Дельта и Мисти продолжали бой, не говоря ни слова. Неудивительно, эти двое были самыми молчаливыми и вполне могли переплюнуть в этом таланте даже Грея.

Титул Сильнейшего обязывал Дельту защищать весь мир. Но он выполнял только приказы Хранителя, за которым с детства следовал как верный пес.

Если бы Хранитель приказал уничтожить нас, его товарищей, то он бы это сделал, не моргнув и глазом.

Если бы Хранитель приказал уничтожить весь мир, Дельта сделал бы и это.

Поэтому Дельте можно было доверять, только если наши цели совпадали. А Мисти… что-то мне подсказывало, что мальчик был с Дельтой заодно.

– Кандидаты подсоединены и вступают в бой, – объявил в моих ушах Ноа.

Постойте.

Если Зайон уже здесь, то, значит…

Я повернулся и встретил взгляд Грея.

– Привет, дружище!

Я повернулся в другую сторону и увидел, что рядом со мной уже стоит Феликс с улыбкой в тридцать два зуба.

– Как я погляжу, вы уже начали бой без нас?

– Тут опасно, Феликс, что ты здесь делаешь?

Паренек пожал плечами, щурясь от снега. Ветер отбросил назад его отросшие темные волосы.

– Я знаю, что опасно, но мы же здесь именно для этого.

Феликс стянул перчатку, а затем его механическая рука засветилась: на ней мерцали зеленые линии. В следующее мгновение, не успел я удивиться, Феликс принял облик громадного волка.

Почти как сам Люпус…

Секундой позже Феликс бросился в бой, врезаясь в мамонта.

Я вытаращился на него, не понимая, когда парнишка успел обрести такую силу. Подобным даром обладала только Самира. Это и сделало ее одной из нас четыре года назад, когда девушке исполнилось семнадцать.

Но Феликс младше ее, и он же… он же никогда не был таким сильным.

– Я вижу ее! – внезапно громко закричала Ури. – Далила!

Я успел разглядеть только бордовое платье и кипу густых черных волос.

А потом весь мир остановился.

Потому что прямо туда, в эпицентр нашего боя, словно упав с неба, прыгнула Терра. Мне, наверное, померещилось из-за усталости и буйного снегопада, но на мгновение я увидел аметистовые крылья за ее спиной.

А на ее лбу гордо, не скрываясь, горел символ Тельца.

Когда Терра приземлилась, земля содрогнулась. И что-то под моими ногами треснуло.

Грей бросился к ней, но наш план уже потерпел крах.

Все это время мы пытались сдержать то, что сильнее нас.

Тяжелые кандалы звякнули на запястьях, когда я очнулась. Боль, как тяжелая кувалда кузнеца, стучала по голове.

Меня бросили в темницу.

Нижняя часть тела отмерзла, спину, прижатую к холодной каменной стене, ломило. Хотелось поднять голову и размять затекшую шею, но я не смела шелохнуться.

Подняв веки и поморщившись от сухости в глазах и во рту, я убедилась в том, что моя догадка верна.

Я находилась в клетке, где держали самых опасных хищников Астропии.

В темнице Сильнейших.

Именно сюда бросали врагов, нарушителей и монстров.

Я помню снежный вихрь, сбивающий с ног. И поле, по которому бежали мамонты. А между высокими стенами Астропии и стаей зверей стоял строй Сильнейших. Сражение за безопасность города было в самом разгаре, когда мы с кандидатами прибыли на место событий.

Все ринулись в бой, и Феликс с ними, но для меня это было слишком рискованно. Любой неверный шаг – и я могла себя раскрыть перед всеми Сильнейшими.

Локи, спрятанный в сумке за спиной, рвался наружу. Он рвался в бой, и мое сердце вместе с ним, но я держалась позади против своей воли.

Ровно до тех пор, пока Ури не закричала.

Пелена ярости заволокла мои глаза. Локи, угадав мои мысли, вырвался на свободу. Он схватил меня за спину и утащил в небо, чтобы облететь поле боя и найти нашу цель.

Лента слетела со лба. Жар Тельца пульсировал во лбу и во всем теле.

Я различила силуэт Далилы в снежном вихре. Широко разведя руки, она контролировала ход сражения.

Наши взгляды на мгновение столкнулись. Но женщина почти сразу лихо запрыгнула на одного из мамонтов.

Вырвавшись из хватки Локи, я рухнула вниз и бросилась за Далилой.

Один за другим звери вставали на моем пути, но я расталкивала их кулаками, позабыв о собственных пределах.

Кожа на костяшках заскрипела от боли, когда я крепче сжала кулак, потеряв из виду бордовое платье Далилы в снежной буре и темноте ночи.

– Сора! – вдруг раздался знакомый крик. – Схвати ее! Останови!

В меня тут же кто-то влетел, сбивая с ног. Я сразу вскочила и замахнулась, но нападавшая – а это была девушка – исчезла в темноте. И момент был упущен.

Тело охватила боль, и трещины под одеждой начали расползаться. Я снова рухнула в снег на колени, хватаясь за ребра, но боль было не унять.

В ночи вспыхнули алые глаза Ури. Символ Овна горел у нее на лбу. И мое сердцебиение резко замедлилось.

Я попыталась подняться, но невидимая сила вдавила мое лицо вниз, прямо в царапающий кожу снег.

Когда я снова оттолкнулась от снега, чтобы встать, меня окутал белый туман, проникая в легкие.

Я уже задыхалась, когда серебристые прутья возникли из темноты и, вонзившись в снег, соединились в клетку вокруг меня.

Красная пелена не сходила с глаз, поэтому я продолжала бороться с гравитацией. Встала на одно колено и попыталась вцепиться в металлический столб, чтобы швырнуть его в нападающих, но тут знакомая желтая молния пронзила темноту и ударила меня в центр лба.

Последнее, что я увидела, – это как рассеялся туман. И как Сильнейшие обступили мою клетку, когда я повалилась навзничь.

Феликс рвался ко мне, но его удерживал Зайон.

Грей стоял за ними, и подле него Тео.

Их глаза были полны ужаса.

А потом я потеряла сознание и очнулась, кажется, только несколько часов спустя, уже в темнице.

– Если попытаешься вырваться, я остановлю твое сердце, – прозвучал голос Сильнейшей представительницы Овна.

Ури стояла где-то сбоку от меня. Даже если бы я и дальше притворялась спящей, ее алые глаза не упустили бы момент, когда адреналин разлился в моей крови, заставляя сердце бешено стучать в грудной клетке.

Или же это было дело рук самой Ури? Вместо того, чтобы замедлить мой пульс, она могла заставить сердце биться настолько быстро, что мой организм не выдержит?

Хрипло откашлявшись, я сделала несколько вдохов и выдохов, но это не помогло.

– Где Далила? – просипела я.

– Тебе стоит переживать о своей судьбе не меньше. – А вот этот голос я не слышала уже много месяцев.

Мне не удалось скрыть изумление. Мои глаза распахнулись сами собой, и я приподняла голову. Сильнейшие стояли передо мной полукругом, и среди них…

Не так я представляла себе следующую встречу с друзьями детства. С теми, с кем жарким летом я делила медный тазик, наполненный до краев речной водой. С теми, с кем каталась с пологих холмов, где трава росла густая и дикая, гладкая, как морские волны. Мы скользили вниз на дощечках, натертых воском, а по вечерам выдергивали из ладошек занозы, пока солнце тонуло за холмами.

Теперь Леон возвышался надо мной, ведь я сидела на полу, прикованная к стене темницы. Символ Козерога светился в центре его лба, а правая рука сжимала рукоять меча. Пусть лезвие и пряталось в ножнах, я прекрасно помнила, насколько быстро Леон способен направить его на врага.

Его светлые волосы были безупречно чистыми, они отросли и больше не торчали растрепанными вихрами, как раньше, а были аккуратно зачесаны назад. Леон вытянулся и остался тощим, однако выглядел уже не как юноша, а скорее как молодой мужчина. Царапины и синяки виднелись на его утонченном лице. Вероятно, это было как-то связано с тем, почему они с Лили так задержались.

– Я же сказала тебе убираться куда подальше, Терра. – Я повернулась на голос Лили и посмотрела в ее льдистые глаза. – И никогда не возвращаться.

Ее лицо утратило детскую мягкость. Щеки впали, подбородок заострился, скулы стали четче. Волосы – такие же светлые, как у брата, – были острижены в строгое каре.

Я смотрела на них обоих и не могла понять, как раньше не замечала этой жестокости в ее взгляде… и надменности в его.

– Где Далила? – спросила я снова.

Если Сильнейшие стояли передо мной, то кто сейчас преследовал нашего общего врага?

– Что ты делаешь в нашем городе? – спросил Леон, будто не слышал моего вопроса.

– Пытаюсь достучаться до всех вас.

– Зачем ты принимала участие в турнире?

– Чтобы достучаться до всех вас, – тверже повторила я, и его светлые брови раздраженно дернулись.

– Забудь свои заученные ответы, – сказала Лили, переключая мое внимание на себя. – Ты самое опасное существо, и нет тебе места ни в этом городе, ни среди Сильнейших.

Я сделала глубокий вдох, затем выдох.

– Я не опасна, – четко и с паузами произнесла я каждое слово, будто могла убедить в этом собравшихся, так же как убеждала себя.

– Ты потеряла рассудок, если думаешь, что мы слепы. – Лили вздернула подбородок. – Сильнейшие стали свидетелями ярости Тельца всего пару часов назад.

Я вспомнила о присутствии других Сильнейших и огляделась.

Ури стояла справа, выпрямившись. На ее фоне потолок темницы казался не таким уж и высоким.

Шу расположился чуть левее. Его доспех все так же скелетом поддерживал тело, а ярко-синие глаза следили за мной с интересом, не со страхом.

Ноа, молчаливый, собранный, стоял рядом, и его глаза за стеклами очков будто оценивали каждое мое движение. Наверняка чтобы просчитать следующий ход.

Самира то и дело поглядывала на Тео за своей спиной.

Под доспехом и рубашкой Тео виднелись бинты, пропитанные кровью. Лицо его было серое. Уставшее. Тео прислонился к стене, пытаясь скрыть слабость в ногах. Но меня было не обмануть. Во время нашего путешествия он так же притворялся, что все в порядке, стоя на ночном дозоре.

Только кого сейчас охранял Тео? На чьей стороне он был?

В самом углу, в тени, притаился Мисти. Впервые его взгляд казался ясным, серые глаза не заволакивало мутной пеленой. Мальчик смотрел прямо на меня, не с жалостью… нет. С узнаванием.

Лили и Леон стояли в центре, а за их плечами виднелась каменная дверь с маленьким окошком для подноса с едой.

Вряд ли я смогу использовать дар Тельца и вырваться отсюда. Так просто не выйдет.

– Я. Не. Опасна, – сказала я снова, останавливая взгляд на Лили.

Если не могу убедить всех, начну со старой подруги.

Леон сделал шаг вперед и опустился на одно колено. Его ледяные глаза оставались бесстрастными, когда он протянул руку и сжал мое лицо, заставив меня поднять подбородок неестественно высоко.

– Кто-то из вас ей верит? – Он повернул мое лицо к Ури и Ноа. – А вы что скажете? – резко повернул к Самире и Шу. Моя шея болезненно хрустнула.

Тео молнией оказался рядом с нами.

– Отпусти ее. – Правой рукой он перехватил запястье Леона. Его усталость как рукой сняло, густые брови сошлись, а на пальцах вспыхнули желтые искры.

– Я бы не делал этого, Лев, – пригрозил Леон и перевел взгляд на Тео.

– Отпусти ее, и тогда я отпущу тебя, – отрезал Тео, сильнее сжимая тонкую кисть Леона.

Несколько секунд тишины. Остальные Сильнейшие наблюдали, не вмешиваясь. Шу – с любопытством. Самира – настороженно, ее ладони зависли над рукоятями сабель, а взгляд был прикован к Леону. Символ Овна на лбу Ури вспыхнул ярче. Ее пальцы уже готовы были сомкнуться, чтобы остановить драку при помощи своего дара.

Вот о чем говорил Солэй, когда советовал мне искать союзников. Сильнейшие расколоты, как разбитое зеркало.

И вдруг Лили положила руку на плечо брата:

– Не этому нас учили, Леон. Не хватай ее вот так. Вспомни про свое благородство и прояви немного уважения.

Я еле удержалась, чтобы не рассмеяться. Немного уважения? Она вообще видела эту темницу? Может, мне позвенеть кандалами перед ее лицом?

Сомневаюсь, что Лили когда-нибудь бывала на моем месте. Ее платья никогда не касались такой грязи.

Но я, слава звездам, нашла в себе терпение промолчать.

– И к тому же что она сможет сделать со всеми нами? Поймали ее один раз, поймаем снова.

Леон кивнул, соглашаясь, и медленно отпустил мое лицо, но сказал с презрением:

– Она атаковала Сору. Девчонку Змея.

Мое сердце совершило кувырок, в голове закрутились вопросы.

Первый: где был Грей?

Второй: я ей навредила? Я сделала больно той девушке по имени Сора?

И третий: кем она была для… Грея?

– Сора сама рискнула напасть на Терру, – ровно ответил Тео. – Она взяла на себя ответственность, зная обо всех угрозах.

– Ты же видел, что произошло за стенами города? – холодно усмехнулся Леон. – Она была готова порвать всех вас.

– Она хотела спасти наш город от врага. Мы сами встали у нее на пути, – не отступался Тео, снова принимая на себя роль моего защитника. И… друга? – Там были все, кроме вас двоих. Так что не тебе судить.

– Глупости, – фыркнул Леон. – Ты забыл, на чьей ты стороне? Или титул Сильнейшего для тебя ничего не значит? Готов отдать его следующему кандидату?

Тео чуть поморщился.

– Хранитель видит в ней угрозу. – Леон кивнул на меня.

Тишина повисла между ними, как будто кто-то вмешался в их спор. А потом все взгляды обратились к Ноа, на лбу которого ярко горел символ Весов.

– Ноа прав, – лениво протянул Шу, закидывая руки за голову. – Хранитель никогда ее не встречал, чтобы решать так сразу, опасна она или нет.

– Наши силы тоже можно признать опасными, – вдруг заявила Ури, и ее алые глаза вспыхнули в полумраке. Она окинула меня взглядом, задержав его в центре моего лба. Девушка усмехнулась. – Как по мне, это отличный вызов для всех нас.

Ноа вновь что-то передал по воздушной связи, и Тео кивнул.

– Все верно, я был с ней пару месяцев. Ни на шаг от нее не отходил. И ни разу Терра не поставила меня под удар. Наоборот. Дважды она использовала дар Тельца, чтобы спасти меня или других.

– И что ты хочешь этим сказать? – Леон сощурился, как ящерица. – Что Хранитель нас обманывает? Нарисовал эту картину, на которой Терра – монстр, а мы белые и пушистые?

Молчание Тео послужило ответом.

– Кем ты себя возомнил, Теодор? – почти прошипел Леон ему в лицо.

Тео не сдвинулся ни на шаг.

– Ни ты, ни я, ни Хранитель не имеем права решать судьбу человека. Не в этот раз и вообще никогда.

– Но она опасна! – выкрикнула Лили, ткнув в меня пальцем. – Она, как яд, разрушает нас изнутри!

– По-моему, вы и без меня отлично с этим справляетесь, – сказала я себе под нос, заслужив ее злобный взгляд.

Лили тряхнула волосами, постриженными под каре, готовясь мне что-то заявить, а может, даже ударить. Но глубокий и теплый смех Ури рассеял напряжение.

– А ты не промах, девчонка, – сказала она, снова хохотнув. – Это уж точно.

Я бы улыбнулась, если бы не обстоятельства. Но смех Ури сделал свое дело: разбудил во мне огонь. Вернулись уверенность и решимость, которые вселил в меня Солэй, когда этот новый путь только начинался.

– Я бы сказала, что Тео прав, – произнесла я, чувствуя, как голос становится тверже. – Вот только моих слов недостаточно, потому что вы стали свидетелями моей силы впервые.

Я поочередно посмотрела на каждого Сильнейшего. Казалось, именно сейчас они решали, как со мной поступить, и молчать было нельзя.

Лили и Леон вернулись, но представители Рака и Скорпиона, которых я еще даже не видела, по-прежнему отсутствовали. А вместе с ними и Дельта, Сильнейший представитель Водолея.

– Поэтому позвольте мне доказать, что я не опасна, – сказала я.

– И в чем конкретно заключается твое предложение, рожденная Тельцом? – тихо спросила Самира, ее голос звучал мягко, но в нем отчетливо слышалась нотка интереса.

Ее руки больше не тянулись к саблям, но взгляд был прикован к Тео, будто ее беспокоило то, что он стоял так близко ко мне. Я не знала, что их связывает. Может, уважение, или долг… или нечто, о чем знали только они двое.

– Какое еще предложение? – вспыхнул Леон, и кожа на его шее покрылась багровыми пятнами. – Вы все забыли, что она попала на турнир обманным путем? Зачем ей это? Вас не интересует, каков ее план?

– Разве почти два года назад Хранитель не собрал нас в Куполе, чтобы приказать убить ее? – поддакнула Лили своему брату. – Чтобы защитить мир от ярости Тельца. Мы должны закончить начатое.

– Тогда ударь меня, – вдруг сказала я Лили.

Ее ноздри раздулись, но она промолчала, выжидая.

– Ударь меня здесь, Лили. Увидишь, что случится.

– А что может случиться? – прошипела она.

Я склонила голову набок с усмешкой, позаимствованной у Солэя.

– Ты меня разозлишь. Вот что. Спровоцируй меня, Лили. Докажите с Леоном, что вы правы. Что я опасна. Что мне нельзя доверять. Ну же, сделай это здесь, в кругу своих товарищей. Ури меня остановит, Шу снова посадит в клетку. Никто не пострадает.

Лили смотрела на меня с недоверием и опаской. Ее рука дрогнула, но не поднялась.

– Ну же, Лили, докажи, что я монстр. Стань героем города.

Лили не была глупой. Знала, что это ловушка. Что стоит ей ударить меня – и монстром окажется она.

Нужно всего лишь надавить на правильные кнопки.

– Чего ты боишься, Лили? – Я растянула губы в самую дерзкую из своих улыбок. – Испугалась? Неужели?

Голубые глаза Лили блеснули. Она замахнулась, но я не закрыла глаза и не стерла улыбку с лица. Я была готова принять удар.

Но кто-то вдруг захлопал в ладоши, и Лили замерла. Каменная дверь темницы закрылась за вновь вошедшим.

Я не сразу его увидела. Рука Лили застыла над моей щекой. Остальные Сильнейшие обернулись.

– Где тебя носило все это время? – вспыхнул Леон.

– И тут и там, – прозвучал ответ.

Этот голос…

Не может быть!

Моя улыбка исчезла, когда я увидела знакомую дерзкую усмешку.

– Скорпион, – обратился к нему Леон с явным презрением, – ты не только не выходил на связь с Ноа, но и пропустил нападение на город и начало турнира.

– Я выполнял свои задачи, о которых никто не должен знать. – Тут он посмотрел на меня. – И что это тут у нас происходит?

Мои глаза не обманули меня. Это и впрямь был Солэй. Вождь Острова Небес. Тот самый человек, который взял меня под свое крыло и многому научил. Он был цел и невредим, без ран и ссадин на коже. Где бы он ни скитался, он вернулся невредимым. Звезды, что горели на его теле по ночам, едва угадывались.

Солэй пообещал быть на моей стороне. Это по его плану я оказалась в Астропии.

Представитель Скорпиона.

Один из Сильнейших.

Один из них…

Я открыла рот, чтобы выразить свое возмущение, но его проникновенный взгляд и едва заметный наклон головы заставили меня промолчать.

Вдох и выдох, Терра.

– Так вот что тут происходит? – Солэй повернулся к своим товарищам. – Пытаете ее?

– Мы ее не пытаем, – нахмурилась Самира так, будто было задето ее чувство справедливости.

– Пока не пытаем, – добавила Лили, наконец опуская руку.

Солэй выгнул бровь, усмехнулся и покачал головой.

– Меня не было в городе всего несколько месяцев, а вы уже совсем одичали. Занимаетесь самоуправством. Неужели вы забыли, каким образом сами когда-то доказали свою принадлежность к группе Сильнейших?

– Через турнир, – кивнул Тео, внимательно следивший за ним.

Я знала это выражение лица. Тео пытался угадать, какую игру ведет Солэй. Он не понимал, чего ожидать, как, впрочем, и я.

– Так почему бы не позволить Терре сделать то же самое? – предложил Солэй, окинув Сильнейших взглядом своих желтых глаз.

– К чему ты ведешь? – спросил Шу.

– К справедливому выходу из ситуации, естественно, к чему же еще?

– Ты серьезно готов довериться ей? Уверен, что она не потеряет рассудок прямо на турнире? Где сидят десятки тысяч беззащитных взрослых и детей? – заявил Леон, оскорбленный его дерзостью.

– Она ведь как-то прошла два этапа, ни разу не выдав себя? А проявила свой дар только… подскажите-ка мне, когда это произошло?

– Она сделала это, чтобы помочь нам защитить город от Далилы, – сразу вставил Тео и устремил торжествующий взгляд на Леона и Лили.

Эта игра за ними.

– Тогда позвольте я предложу свою кандидатуру. – Ури выступила вперед, глядя прямо на меня. – Пусть она сразится со мной в равном бою.

Я сглотнула и невольно перевела взгляд на Тео. Судя по его настороженному виду, ему такой ход событий явно не нравился. И мне, честно говоря, тоже.

Как я буду драться против самой Ури, если дар Тельца ранит прежде всего меня саму?

Я посмотрела на Солэя, но тот улыбался. В его глазах читалось: «Это будет весело».

Я осталась одна. Прикованная к стене темницы.

Леон и Лили были против моего дальнейшего участия в турнире, но спорить с большинством оказалось бесполезно. Когда Солэй предложил устроить голосование и попросил поднять руки тех, кто поддерживал предложение Ури, то даже Мисти тихонько поднял ладонь. Единственными, кто проголосовал против, были, конечно же, Лили и Леон.

Действительно ли Сильнейшие были готовы услышать мою правду или просто жаждали зрелища, я не знала.

Мое тело молило об отдыхе, хотя бы о куске ткани под спиной, не говоря уже о кровати.

Но думать о комфорте было бессмысленно.

Если Сильнейшие оставили меня здесь, в подземелье, значит, до сих пор видели во мне угрозу.

Врага. Монстра.

Когда тяжелая дверь с грохотом закрылась, я сползла по стене, надеясь, что холод камня хоть немного успокоит боль в теле и бешеный стук сердца.

Все это время ответ был прямо передо мной.

Мое сердце рвалось от противоречий.

Тео защищал меня, как друг… но ушел, даже не обернувшись.

Я не знала, что стало с Греем и Феликсом после нападения Далилы. В порядке ли они? В безопасности ли? А как Локи и та астерия?

Феликса тоже могли посадить в темницу – только за то, что он был со мной. Надеюсь, этого не случилось. Надеюсь, ему хватило смекалки позволить им увести меня и промолчать.

Если судить по усталости Тео и напряжению в голосах Сильнейших, нападение Далилы было не первым. Зачем она атакует снова и снова?

Может быть, чтобы истощить их и нанести окончательный удар во время финала турнира. Если это правда, то у меня нет ни времени, ни права на ошибку.

Этот третий этап – мой единственный шанс доказать, что я не опасна.

Что я заслуживаю, чтобы меня выслушали.

Но если я провалюсь, то небо расколется, как и предсказал Солэй. И миру Созвездий придет конец.

Солэй…

Я совершила ошибку, доверившись ему? Как так получилось, что он все это время был одним из Сильнейших, а я не догадывалась? Неужели я настолько слепа? Настолько наивна?

«Один из Сильнейших у тебя в кармане», – намекнул мне Солэй почти неделю назад. «Возможно, Тео меня даже не помнит», – ответила я, не видя правды прямо у себя перед носом.

«Не о Тео идет речь».

Сначала я разозлилась. Мне хотелось сорвать с себя цепи, пробить стену и, вырвавшись наружу, погнаться за ним. Но я знала, что сейчас должна быть умнее и терпеливее.

В тишине темницы я поняла, что Солэй помогал мне. Он скрывал, что знает меня, скрывал, что на моей стороне. Он играл тихо, по-своему, как волк, выжидающий добычу.

Мне было необходимо с ним поговорить. Хоть с кем-то поговорить. Пока страхи и сомнения не свели меня с ума.

Будто подслушав мои тревожные мысли, кто-то отворил каменную дверь и шагнул в темницу.

Шу. Сильнейший представитель Стрельца.

Он будто сошел с древних фресок, изображения которых я находила в украденных книгах, когда только искала правду о своем знаке.

Кожа у него была смуглая, а глаза, темно-синие, почти кобальтовые, обведены тонкой черной линией, будто нарисованные кистью художника. Черные как смоль волосы торчали во все стороны, словно с ними все время играл ветер.

В отличие от своих товарищей, Шу выглядел спокойным, даже выспавшимся. Будто ни нападения, ни голосования в темнице до этого не было.

Он стоял у двери, прислонившись к проему, скрестив руки на груди. Металл его доспеха сверкал в свете факелов.

Шу молчал. Молчала и я.

Так прошло несколько минут.

– Разве ты не хочешь со мной поговорить? – вдруг спросил он, выпрямляясь и разминая руки круговыми движениями.

– Ты же сам ко мне зашел.

– И то верно, – кротко усмехнулся Шу.

Мы снова замолчали. Казалось, он остановился здесь случайно, просто потому что проходил мимо и не знал, как скоротать время. Вот я ему и подвернулась по пути.

В его взгляде не было ни страха, ни раздражения, ни особого интереса. Он даже не смотрел на мой символ Тельца, будто и это не имело значения.

– Знаешь, – произнес он наконец, – мне никогда не нравился Леон.

Я удивленно моргнула.

– Мы с ним почти ровесники, – пояснил Шу. – Мне было четырнадцать, когда я выиграл титул Сильнейшего Стрельца. Леон тогда уже четыре года, как был в группе. Он меня долго не принимал, считал, что мой экзоскелет – это доказательство слабости.

– Почему так? – спросила я, хотя и догадывалась.

– Я почти не могу ходить без дара, – ответил он как бы невзначай. – Любое движение дается мне с трудом. Я стал Сильнейшим не потому, что хотел стать героем. Не из благородных намерений я тут. Мне было необходимо доказать себе и другим, что я не жалкий. Что меня не надо жалеть. Я такой же человек, как и все.

– Я уважаю это, Шу, – сказала я ровно. – Возможно, турнир помог тебе, но, по-моему, он бесполезен. Это всего лишь зрелище. Нельзя решать, кто достоин звания Сильнейшего, по результатам одного состязания.

– Очень смелое заявление, – ответил Шу, и в его глазах вспыхнул интерес.

Он подошел ближе и сел напротив, скрестив ноги и опираясь локтями на колени. Его движения были естественными, будто на нем не было увесистых доспехов.

– Участники турнира демонстрируют свою силу, – сказала я, следя за своим дыханием, чтобы голос звучал ровно и убедительно.

– Это так, – кивнул Шу, поглядывая на потолок и на паутинки, закрутившиеся в углах.

– Еще они демонстрируют смелость и, возможно, способность защитить мир от зла, – продолжила я. – Однако турнир не раскрывает истинную суть человека. Ты сам сказал, что Леон тебя невзлюбил только из-за того, что ты другой. Разве такой человек должен защищать наш мир? Человек, который судит так поверхностно?

Шу перевел на меня взгляд, прищурился, но сохранял молчание.

– Я сама попала на турнир обманом. Конечно, в своих целях, но сути это не меняет. Я вас обманула. И, поверь, я не единственная. Сколько еще таких, кто притворяется кем-то другим?

Шу хмыкнул.

– Ты не рассуждаешь как монстр, каким тебя описывал Хранитель.

– Я и в глаза его не видела, – ответила я, привставая, чтобы снова сесть на колени. – Не знаю, почему он хочет избавиться от меня с вашей помощью или без. Но меня это не волнует.

– Меня тоже, – к моему удивлению, сказал Шу, откидываясь назад и опираясь руками на пыльный пол. – Я выполняю его приказы, живу в комфорте и доказываю, что я лучший в своем деле. Но… кое в чем ты права. – Он остановил на мне взгляд. – Я ненавижу, когда меня заставляют бегать за собственным хвостом.

– Тогда почему бы тебе не прислушаться ко мне? – тихо, но твердо спросила я.

Шу задумался. Скука в его взгляде сменилась любопытством.

– Тебе нужно переманить большинство Сильнейших на свою сторону, – сказал он. – Тогда ты сможешь защититься от Хранителя и тебя выслушают. Думаю, ты знаешь о планах Далилы больше, чем мы.

Я кивнула.

– Ты уже заинтересовала Ури. Поэтому она вызвала тебя на бой. На следующем этапе ты сможешь убедить ее в том, что не представляешь опасности. Но не надейся, что Лили и Леон поменяют мнение.

Мне до сих пор сложно было с этим смириться, но я знала, что Шу прав.

– Они верят только в идеальных людей, – пояснил Шу. – Если ты не вписываешься в их рамки, то можешь ни на что не надеяться. Ни ты, ни я не попадаем в их список.

Я всегда знала, откуда ноги растут, но оставалась слепа к правде.

Брат и сестра с детства стремились быть идеальными. Получить признание для них было не наградой, а жизненной необходимостью. А все из-за их родителей, историков, которые вечно странствовали в поиске истины. Они появлялись дома только тогда, когда дети делали что-то исключительное.

А когда Лили и Леон были обычными детьми, они вновь становились невидимыми для родителей.

Часть меня всегда знала, что Лили и Леон стремились стать Сильнейшими не из желания нести в мир добро и справедливость. Они просто хотели быть замеченными. Любимыми. И это сработало, правда, только на какое-то время. Уже достигнув успеха среди Сильнейших, они вновь оказались забытыми.

Тогда они ожесточились. Стали загонять других в рамки идеала.

И, может быть, почти тринадцать лет назад в туманном лесу близ нашей деревни Леон спас меня не из благородства, а для того, чтобы его заметили. Чтобы Сильнейшие услышали про его подвиги.

Шу между тем продолжал:

– Дельта верен Хранителю, на него тоже не рассчитывай. Мисти не в здравом уме. Ясность приходит к нему наплывами. Он видел многое. Дельта взял его под свое крыло слишком рано.

– А Ноа?

Шу блуждал взглядом по трещинам в стенах. Затем стал смотреть на огонь факелов.

– Ноа встанет на ту чашу весов, что окажется тяжелее. Уж так работает его мозг. Он принимает только взвешенные решения. Выбирает победившую сторону.

– Я не знаю, смогу ли это сделать, – вдруг призналась я, сама того не ожидая.

И тогда Шу посмотрел на меня серьезно:

– Ты знаешь, Терра, мы все стали Сильнейшими не потому, что самые сильные. А потому что каждый из нас в чем-то нуждался.

– Нуждался?

– Я признаю, что мы обладаем редчайшими дарами Созвездий, но не это сделало нас Сильнейшими. Часть моей истории ты уже знаешь. С Лили и Леоном ты росла вместе и видела, почему они стали такими, какие есть. Ты видела шрамы на теле Теодора и слышала про его семью. Про Дельту даже мы ничего не знаем, историю Мисти имеет право поведать только сам мальчик, а что касается Ноа… у него нет голоса. Он безмолвен с рождения. Но благодаря своему дару Ноа стал незаменимым: без него мы бы не справились. Ноа даже не участвовал в турнире, мы сами про него услышали, нашли его и пригласили. Он – единственное исключение.

– А что насчет Ури?

– Ури… ее мозг работает на своих волнах. Никому не угнаться за ее мыслями. Но с таким быстрым потоком мыслей приходит множество тревог. Ее дар позволяет ей успокаивать себя. Все мы самые обыкновенные люди, ставшие сильнее из-за того, что нам чего-то не хватало.

Шу говорил правду. Шу, Солэй… они оба были правы. Мы могли стать сильнее сами, однако нас заставляли поверить в обратное.

– Ури, пожалуй, самая опасная из нас, – продолжил Шу, и взгляд его кобальтовых глаз стал острее. – Ее дар позволяет ей воздействовать не только на собственный организм, но и на других людей. – Шу прищурился и, казалось, впервые обратил внимание на символ, горящий у меня на лбу. – Не знаю, какие карты припрятала ты, Терра, но советую воспользоваться ими.

С этими словами Шу поднялся. Теперь он стоял надо мной, высокий, как и его тень, отбрасываемая светом факелов. Его улыбка стала самодовольной. Неужели мой испуг был так очевиден?

– Если переживешь третий этап, то убедишь Ури. А за ней пойдет Ноа, потому что чаша весов склонится в твою сторону. – Шу пожал плечами. – Кажется, Солэй и Теодор уже с тобой. А Самира пойдет за Теодором хоть на край света.

Я нахмурилась, вспоминая взгляды, которые девушка кидала на Тео. Она казалась такой… далекой от него. Словно пыталась бежать за ним, но никак не могла угнаться.

– А ты?

– А я уж лучше пойду за вами, чем останусь с Лили и Леоном. Они бы меня и не приняли. – Шу подмигнул мне напоследок.

И ушел.

Факелы потрескивали, тени едва заметно дрожали на стенах.

Я снова осталась один на один со своими мыслями.

Всю оставшуюся ночь я почти не смыкала глаз. Поэтому, когда в темницу зашел Солэй, я была готова.

Без слов он снял с меня кандалы, откинул тяжелые цепи в сторону и стал наблюдать, как я поднимаюсь, разминая затекшие конечности. На его лице играла довольная улыбка, в желтых глазах не было ни следа тревоги, только триумф.

Как будто все шло так, как он и планировал.

Из своей дорожной сумки Солэй достал что-то завернутое в ткань. Увесистый сверток.

– Я бы извинился за то, что пришлось столько всего от тебя скрыть, – сказал он негромко.

– Тебе стоит извиниться, – ответила я честно, хотя волновало меня сейчас не это. – Я ужасно злюсь, однако понимаю, почему ты так поступил.

– Я пытался задержать Лили и Леона, – добавил он. – Пока ждал, когда твой доспех будет готов.

– И как ты их задержал?

– Ох, способов было немало. – Солэй оскалился. – Но не переживай, они не знают, что за всеми их внезапными неприятностями стоял я.

Я хмыкнула и опустила взгляд на сверток в его руках.

– Это мои… доспехи?

Его глаза засверкали в предвкушении.

– Скажи мне, Терра, ты готова показать всем силу Тельца?

Он сделал шаг ближе и положил сверток в мои руки:

– Больше не прячься, не беги. Сегодня весь мир узнает, кто ты на самом деле. Единственная в мире рожденная Тельцом.

Третий этап турнира Одиннадцати считался особенным. Самым долгожданным.

Это была решающая стадия турнира, и толпа на трибунах арены бурлила от восторга и предвкушения. Многие зрители оделись в костюмы своих любимых Сильнейших. Дети бегали с игрушечными саблями, похожими на оружие Самиры, или в картонных наручах, как у Ури, которые можно было купить у торговцев прямо за стенами арены. Юноши и девушки нацепили деревянные версии доспехов Теодора и Шу.

Кто-то нарисовал на одной стороне лица символ своего фаворита, а на другой щеке его портрет. Кто-то принес самодельные плакаты, и на некоторых из них было мое лицо. И символ моего Знака.

До начала оставалось не так много времени, но трибуны уже гудели от нетерпения. Ведь сегодня выпадала редкая возможность увидеть Сильнейших в бою.

Каждому кандидату предстояло вызвать на поединок любого из Одиннадцати. Того, кого они считали достойным противником.

Главная цель была проста: показать, на что ты способен. Проявить силу, смекалку, характер. Зрители, судьи в лице Сильнейших и соперники задавались одним и тем же вопросом: «Достоин ли ты?»

То, как ты проявишь себя на дуэли, определит количество голосов, которые ты получишь от Сильнейших. После всех боев в финал пройдут только шестеро. Но сегодня будет всего десять боев из одиннадцати, потому что я воспользовался проходным билетом, который получил еще на первом этапе. Буквально вырвал его… у нее из рук.

Зачем я так поступил?

В тот момент я не думал.

Мой разум меня предал. Я стал жертвой маски, которую носил весь последний год, – самой жестокой из всех.

Я потерялся. Я…

– Грей, пора. – Сора появилась позади, в темном коридоре арены, и подтолкнула меня к солнечному свету.

Я застегнул плащ поверх доспеха. Он почти доставал до пят, служа не столько защитой, сколько деталью мрачного образа.

Когда я вышел на балкон, толпа взревела, поднимая над головами плакаты и знамена. Одно из них с символом Змееносца колыхалось прямо надо мной.

– Грей! Змееносец! – возглас ведущего разнесся над ареной, и я почувствовал, как вибрирует воздух от тысяч голосов.

Один за другим на свои балконы выходили остальные кандидаты.

Им аплодировали, свистели, скандировали их имена.

Следом за мной появился Зайон, кандидат на титул Сильнейшего Льва.

Я точно знал, кого он вызовет. Зайон был не из тех, кто тянул кота за хвост.

Феликс вышел последним, заняв выделенный ему балкон. Только один оставался пустым, прямо напротив моего.

Феликс тоже посмотрел на пустой балкон, а затем на меня. В его зеленых глазах, блестевших от искреннего волнения, были сотни вопросов, но я отвел взгляд и сосредоточился на Сильнейших.

Наконец они вышли на широкий балкон, расположенный выше остальных и нависающий над ареной. Сегодня их было десять.

Представительница Рака все так же отсутствовала. О ней не поступало никаких новостей. По словам Теодора, она не выходила даже на связь с Ноа. Сильнейшие подозревали, что она либо где-то далеко, либо… пропала без вести. Но они были пока не готовы признать это официально. И слишком разобщены, чтобы сейчас же отправиться на ее поиски.

Сильнейшие не хотели верить, что за ее исчезновением могла стоять Далила. Хотя мы с Теодором были уверены в этом на все двести процентов.

Толпа сходила с ума, то и дело взрываясь восторженными воплями. Сегодня ведущий сменил маску: на его голове красовалась плюшевая голова быка с короткой блестящей шерстью и могучими рогами, вдохновленными образом Тельца.

Я никогда не видел статую Тельца, поэтому не знал, насколько удачно передано сходство. Было очевидно одно: они собирались сделать из ее появления настоящее зрелище.

Я встретился взглядом с Теодором. Он будто прочитал мои мысли: его лицо, хоть и освещенное солнцем, омрачилось.

– Вы знаете правила лучше, чем кто-либо другой, – прогремел ведущий. – Каждый из кандидатов выберет себе противника из числа Сильнейших и сразится с ним здесь и сейчас!

Он сделал короткую паузу.

– На каждую дуэль выделено пять минут. В эти минуты разрешено все. Грязные приемы не запрещены. Любые доспехи, любое оружие – все в вашем распоряжении. Но помните, что голоса вы должны заслужить не у зрителей, а у Сильнейших. Не забывайте о своих дарах, пока гонитесь за зрелищем!

Толпа заликовала.

– Без лишних задержек! – Зрители едва ли расслышали бы голос ведущего, если бы не Ноа, посредством своего дара усиливающий звук. – Пригласим на арену первого кандидата!

Трибуны взорвались ревом. Раздался стук барабанов, переливы скрипок и флейт.

Широкие ворота арены распахнулись, и первый кандидат вышел навстречу солнцу.

Теодор поймал мой взгляд и кивнул куда-то за спину. Я ответил тем же: сразу понял, что он хочет поговорить.

Мы с Сорой вышли в коридор и встретились с ним на полпути.

– Зайон вызовет тебя на бой, – выпалила Сора, выскочив из моей тени.

– Знаю, – коротко ответил Тео, проведя рукой по гладкой поверхности доспеха. Он стал массивнее за последний год и полностью закрывал его правую руку. – Меня волнует другое. Уже ходят слухи о нападениях на город. Люди напуганы. И Сильнейшие сделают из нее экспонат, чтобы отвлечь внимание.

Экспонат.

Они выставят ее перед всеми. Заставят толпу возненавидеть ее.

Я сжал челюсть, и зубы скрипнули. Когда город охвачен страхом, массам нужно найти виновного. И чтобы злость горожан не обрушилась на Сильнейших, ее направят на представительницу Тельца.

Больше года назад, когда я впервые прибыл в Астропию с Сорой, я узнал, что из нее уже сделали монстра.

Сильнейшие распространяли слухи и легенды, что Телец когда-то исчез, чтобы спасти нас от собственного гнева. И теперь единственная, кто носит этот дар, – опасность, неконтролируемая сила. Она и есть гнев самого Тельца, заточенного на небе.

– Они и Хранитель не просто так согласились на предложение Ури, – добавил Теодор. – Люди знают, что Далилу мы не поймали. Они боятся. Им нужно увидеть, что хотя бы с одним из монстров мы можем справиться.

– Ури сделает из нее монстра во время дуэли? – спросил я.

Теодор покачал головой:

– Я не знаю, чего хочет Ури. Может, это просто любопытство. А может, она следует приказам Хранителя, что не совсем в ее стиле, но кто ее знает. Сейчас нельзя доверять никому.

Сегодня Терра проявит себя. У нее не будет выбора. Либо она позволит Ури победить и таким образом вылетит из турнира, либо покажет, на что способна.

А тогда… тогда я не знаю, что будет дальше.

Я подозреваю, что уже к вечеру о ней узнают все. Ее лицо окажется в газетах, которые разошлют во все уголки мира. Слухи расползутся по городам и народам.

Я опустил подбородок. Голова гудела, в ушах звенело. От странных чувств давило в груди, и мне отчаянно нужно было вернуть себе контроль.

Я не заметил, как сжал кулак у сердца. Пальцы скрипнули по доспеху. Я быстро опустил руку.

– Зайон идет за твоим титулом, – сказал я, вернувшись к тому, с чего мы начали.

– Знаю, Грей. Думаешь, я слеп? – в голосе Теодора зазвенел металл.

– Тогда чего ты недоговариваешь?

Парень отвел взгляд. Веки опустились, плечи чуть поникли под невидимой тяжестью. Он смотрел в окно, где под звуки толпы заканчивался первый бой.

Сильнейший по имени Солэй играл со своим соперником, как с ребенком, окутывая его голубым пламенем, заставляя пищать и отмахиваться от огненных шаров.

Я… не знал, кто такой этот Солэй. Видел его всего пару раз, однако Теодор сказал, что в темнице он смотрел на Терру как на самый большой козырь в своем рукаве.

– Я вспомнил, кто такой Зайон, – проговорил Теодор тихо. – И теперь понимаю, чего он хочет.

– Он тебе мстит?

– Нет. – Тео мрачно усмехнулся. – Он считает, что делает миру одолжение.

– Что случилось, Теодор?

– Я не смог спасти его семью, – ответил парень, сжимая кулаки.

– Что ты имеешь в виду?

Мы с Сорой переглянулись. Когда Теодор наконец заговорил, его голос дрожал:

– Три года назад недалеко от Заримана была деревушка. Ее больше нет.

Тяжелое молчание повисло в коридоре, прежде чем Теодор прочистил горло и заговорил снова:

– Ту деревушку атаковали игнис-монстры.

Я нахмурился:

– Стихийные? Я думал, это просто легенды.

– Я тоже, – тихо ответил Тео, погрузившись в свои воспоминания. – Пока не увидел их своими глазами. Я тогда оказался ближе всех к этому месту. Атака произошла ночью, и я возвращался с другой миссии. Был неопытен и наивен. Я хотел спасти весь мир. Моей гордыне не было предела. И поэтому я не позвал на помощь, хотя Райко, Сильнейшая представительница Рака, была неподалеку… Но я решил, что справлюсь сам. Я хотел быть героем, а оказался глупцом. Что я мог сделать со своим солнцем против огня? Только раздразнить его. Но я осознал свою ошибку слишком поздно. Деревня полыхала. Я пытался вытащить всех, кого мог. Помню, оставалось два последних дома. Оба уже в огне. Из одного выбежал крепкий мужчина, к его ноге прижимался мальчик. Из второго пыталась выбраться старушка. Не думая дважды, я побежал к ней – мне казалось, что мужчина справится сам.

Тео замолчал. Затем открыл рот, чтобы продолжить, но несколько секунд не мог произнести ни слова. Наконец, собравшись с духом, он проговорил:

– Но я не услышал, как он звал на помощь. На его жену обрушилась балка, и она не могла выбраться. Когда я вернулся, было поздно. Мальчик стоял перед горящим домом совсем один. Его медовые глаза остекленели, а на руках виднелись синяки от того, с какой силой отец вышвырнул его из дома, прежде чем крыша рухнула на них обоих. Все, что я смог сделать, – это схватить мальчика и унести прочь. Он даже не сопротивлялся. Теперь… он вырос, стал сильным юношей. И пришел в Астропию. Я не сразу его узнал. Я пытался похоронить ту ошибку глубоко в себе. Но Зайон стал сиротой из-за меня, Грей.

Кто-то другой на моем месте попытался бы утешить Теодора. Сказал бы, что это была просто ошибка. Но он рассказал об этом мне, зная, что жалости от меня не получит.

– Ты тогда принял решение, Теодор, которое повлекло за собой череду событий. Но одно решение не делает из тебя монстра. Сотни других сделали из тебя всеобщего героя.

Сора молчала, только незаметно протянула к нему руку.

– Возможно, мне не стоило становиться Сильнейшим, – прошептал он с болью и ненавистью в голосе.

– Скоро твоя очередь, нам лучше разойтись, – сказал я, услышав приближающиеся шаги.

Теодор кивнул и, развернувшись, ушел обратно на свой балкон. Я пошел к своему.

– Почему ты его не утешил? – возмутилась Сора, шагая со мной бок о бок.

– Ему не нужны мои утешения.

– Ты черствый, Грей.

– Ты не первая, кто говорит мне об этом. Однако лучшей поддержкой для него была бы ты. Почему ты промолчала?

– Кажется, эту историю он рассказывал не мне, а тебе. Он даже не смотрел в мою сторону. – Ее плечи поникли.

То был стыд. Уязвленная гордыня Льва. Но я не стал говорить об этом вслух.

– Кто-то идет, – шепотом напомнил я.

Сора мигом слилась с тенью.

Я продолжил идти прямо, не сбавляя шага. И вскоре увидел стражников, идущих мне навстречу. Восемь человек. Трое впереди, трое позади, двое по бокам.

А между ними… рожденная Тельцом.

Они шли плотным прямоугольником, направив на нее копья. Доспехи закрывали их с головы до ног, видно было лишь глаза. Но металл и жалкие копья не могли защитить их от нее. Она их сломает надвое, как зубочистку, если захочет.

Я толком не мог разглядеть ее за фигурами стражников, но увидел ее глаза и почти остановился. Почти обернулся, когда она прошла мимо. Почти протянул к ней руку.

Но не сделал этого. Заставил себя идти дальше, выйти на балкон, под взгляды зрителей, где носить маску было куда легче, чем перед ней.

Бой Феликса должен был вот-вот начаться.

Феликс, к моему удивлению, стоял ровно, расправив плечи. На его лице играла улыбка, на висках блестел пот, а глаза неотрывно смотрели на Самиру – его соперницу.

Я слышал, что он раскрыл потенциал своего дара. Стал сильнее. Но еще ни разу не видел этого сам. Ночью, во время атаки Далилы, мне было ни до чего.

Зрители на трибунах стихли, предвкушая начало дуэли. Знакомые песочные часы над ареной перевернулись.

– Я видела, что у тебя похожий дар, – сказала Самира еле слышно, почти смущенно, в ее руках была сжата широкая лента.

– Так и есть. – Феликс закинул руку назад, дергая за пряди волос на затылке. – А зачем тебе лента?

Самира сняла с себя пояс с саблями и отшвырнула его в сторону.

– У каждого есть слабости, и мне не стыдно признать свою.

Она завязала глаза лентой и встала в боевую стойку:

– Драться на глазах у стольких людей не в моем стиле, но…

Но если закрыть глаза, то можно представить, что никого больше нет.

– Пусть победит Сильнейший, – сказала она уже решительнее.

И бой начался.

В их движениях было что-то завораживающее. Они ринулись друг на друга, и оба превратились в зверей.

На арену рухнули два мамонта, похожие на вчерашних врагов. Один был темно-коричневый, а другой светлее. Феликс был немного крупнее, но Самира быстрее и проворнее. Движения в зверином теле давались ей естественнее.

Острые бивни скрестились, гул прошелся по арене. Мамонты столкнулись, сотрясая землю.

Следом Самира обернулась в ястреба и стремительно взмыла вверх. Феликс повторил, взлетая за ней на широких крыльях.

Под рев зрителей они растворились в небе.

Но вскоре вниз камнем сорвалось тело.

Феликс.

Он падал, не контролируя полет. И за миг до столкновения с землей превратился…

– Домашний кот? – Сора почти улыбнулась.

Феликс приземлился на четыре лапы и помчался по арене, уклоняясь от хищного клюва Самиры, которая парила над ним.

Она схватила его за шкирку, но кот зашипел и обернулся змеей, выскользнув из ее когтей. Затем превратился в волка. Темно-коричневого, почти как Люпус.

Феликс кинулся за Самирой, клацая зубами, пытаясь ухватить Сильнейшую за крыло. Но Самира порхала, играя с ним, уходя от его атак.

Набрав скорость, она увела Феликса к стене арены и в последний миг резко взмыла вверх.

Феликс не успел остановиться.

Инерция сделала свое дело, и он врезался в каменную стену под трибунами.

Когда он рухнул на песок, превратившись обратно в человека, зрители вскрикнули.

Самира плавно опустилась рядом: ни пылинки на доспехах, ни царапины на коже. И все это она сделала с закрытыми глазами, полагаясь только на слух и инстинкты.

Рукав Феликса на левой руке был разодран. Под одеждой виднелся металлический протез. Кажется, я уже видел похожие…

Сора схватила меня за плечо и еле слышно ахнула. Я же прищурился, разглядывая механизм.

– Тебе не хватает опыта, – сказала Самира, сняла с глаз повязку и протянула парню руку. – Еще пару лет – и за тобой будет не угнаться. Приходи за титулом в следующий раз.

Феликс принял ее помощь, поднимаясь на ноги. Он пошатнулся. На лбу уже набухла шишка, но парень все равно с улыбкой поклонился зрителям.

– Мне не нужен твой титул, но я всегда готов к дружескому бою.

Самира странно посмотрела на него, не понимая его мотивов. Но уже объявили следующий бой, и им пришлось покинуть арену.

Следующим вышел Зайон. Теодор появился из ворот напротив.

Сора подле меня смолкла. Кажется, совсем перестала дышать, от волнения сливаясь с тенью.

Теперь я понял, о чем говорил Теодор. Во взгляде Зайона не было ненависти. Той, что пожирает, ослепляет и заставляет жаждать мести.

Нет, в медовых глазах Зайона, таких же как у Теодора, читалось лишь разочарование. Тоска по утраченной звезде, по старой мечте, в которую он больше не верил.

Крики зрителей звучали разрозненно. Это был бой, исход которого не имел значения. Люди любили Теодора, своего героя. Своего льва. Но и Зайон уже успел завоевать сердца. Юный, гордый, красивый, как закатное солнце.

– Я не доверяю ему, – вдруг проговорила Сора.

– Зайон никак себя не проявил, – ответил я. – Не знаю, на чьей он будет стороне, если узнает правду о том, что происходит за кулисами турнира.

– Я не про него. – Она покачала головой, уходя глубже в тень. – Глаза Тео… он выглядит так, будто уже…

Сдался.

Я понял это слишком поздно.

Песочные часы над ареной перевернулись.

– Я считал тебя героем, – сказал Зайон.

– Мне очень жаль, – ответил Тео, оставаясь неподвижным.

Зайон же встал в боевую стойку.

– Ты не заслуживаешь своего титула.

– Я знаю, – прошептал Теодор, глядя ему прямо в глаза.

Все произошло быстро. По телу Зайона пробежал разряд. Воздух раскалился, будто само солнце сорвалось с цепи.

Волосы на моих руках встали дыбом, как и у Теодора на голове.

Зайон атаковал.

Он выпустил всего один луч. Прямой. И ослепительно желтый.

И Тео… позволил ему.

Он не отпрыгнул, хотя мог.

Не защитился, как делал это множество раз.

Сильнейший принял удар. И луч вонзился ему в грудь, прожигая одежду и кожу. Тео отбросило в каменную стену под трибунами.

Он упал лицом вниз. И не поднялся.

Толпа замерла. Потом взорвалась изумленными воплями.

Победа была единогласно отдана Зайону. Он получил десять голосов из одиннадцати.

Мое сердце никогда не стучало так сильно, как сейчас. Оно будто силилось пробить дыру в грудной клетке и вырваться наружу. Я не слышала ни рева толпы, ни топота на трибунах.

Но чувствовала эту вибрацию каждой клеткой, с того самого момента, как Тео проиграл. Он сделал это добровольно. Зачем?

И Зайон не был рад такому исходу. Его глаза потемнели от обиды, и он развернулся, чтобы скрыться за противоположными воротами.

Зайон жаждал честного боя. И я верила, что Тео даст ему эту возможность.

Немигающим взглядом я следила за каждым движением стражников. Эти несколько человек из моего конвоя оставили меня у ворот, чтобы помочь Тео подняться. Они хотели уложить его на носилки и отнести в лазарет, но тот отмахнулся, прихрамывая к открытым воротам, где ждала я в окружении оставшейся стражи.

Тео смотрел прямо перед собой. В его глазах не было ни капли сожаления, а ладонь лежала на ожоге в центре груди.

Он прошел мимо, даже не взглянув на меня. Ворота закрылись за его спиной, и на минуту мы остались в тишине.

– Тео… – Я протянула к нему руку, но он уже растворился в темном коридоре и исчез за поворотом.

Я вспомнила, как несколькими минутами ранее Грей отвернулся от меня, будто не желая тратить на меня драгоценное время, и боль пронзила сердце.

Сильнейшие собирались выставить меня монстром.

Тео не хотел иметь со мной ничего общего.

А Грей…

– Дорогие зрители! – раздался приглушенный голос ведущего за каменными воротами. Последние пару минут он пытался утихомирить зрителей, потерявших голову от шока.

Как Теодор мог так легко сдаться? Этим вопросом задавались все.

– На это было непросто смотреть, не так ли?

Толпа взревела в ответ. Кто-то жалел Тео, пока другие проклинали его за такое предательство. Кто-то ругался, намекая на подкуп, на нечестную победу Зайона.

Я сжала кулаки, охваченная противоречивыми эмоциями.

– На турнире превыше всего честность! – Голос ведущего стал громче, усиленный даром Ноа. – И сейчас мы докажем, что всегда остаемся честными перед вами!

Толпа не переставала шуметь.

– Было бы несправедливо хранить это в тайне, – продолжал он. – Ведь турнир Одиннадцати… больше не турнир Одиннадцати!

Тысячи голосов слились в единый рев.

– Признайте уже Грея! – потребовали одни.

– Турнир Двенадцати! – спохватились другие.

Грей давно заслужил любовь жителей этого города тем, что помогал им. Они перестали видеть в нем монстра. Разрушителя неба.

Мы… поменялись местами?

– Но и называть наш великий турнир турниром Двенадцати тоже было бы обманом!

Шум стих. Зрители затаили дыхание, и я вместе с ними.

В памяти всплыли слова Аньи: «Страх – твой самый голодный монстр».

И ворота передо мной начали открываться. Ослепительный солнечный свет пролился на каменный пол коридора. Я едва не отступила назад.

Голос ведущего стал четче:

– Все вы знакомы с легендами! Все слышали историю, в которой великий Телец был уничтожен… и вскоре забыт.

Ворота раскрылись полностью. В противоположных стояла Ури.

– И спустя семьдесят пять лет под светом Созвездий родилась первая и единственная представительница Тельца. Добро пожаловать на арену, Терра! Добро пожаловать на турнир Тринадцати!

Впервые на арене и на трибунах стояла гробовая тишина. Ни хлопков. Ни свиста. Ни звука.

Ури не двигалась, взгляд ее алых глаз был направлен на меня.

Ведущий в плюшевой голове быка поманил меня в центр арены едва заметным движением пальцев в коричневой перчатке.

И я сделала шаг навстречу солнечному свету.

Я ступала по песку арены с высоко поднятой головой. Слабый ветер играл с моими заплетенными волосами. Солнце слепило глаза. Отчасти я была рада, что не могла разглядеть зрителей на трибунах над ареной.

Это был странный контраст: ступать босыми ногами по нагретому песку, когда мое туловище покрывал новый, мой первый в жизни доспех. Я на секунду опустила глаза: из-под прозрачных пластин доспеха сочился мягкий свет. Свет моего дара. Тонкие золотистые линии оплетали броню, как ветви древнего дерева.

Доспех создал кузнец, которого все это время искал Солэй. Он был создан не для того, чтобы защитить мое тело от ударов внешнего мира, а для того, чтобы позволить мне использовать дар Тельца, не разрушая себя.

Сердце гулко грохотало под броней, когда я остановилась в центре арены. Пальцы ног утопали в горячем песке. Доспех сиял под солнцем. На моем лбу не было ленты.

Ури вышла мне навстречу. Высокая, с крепкими мышцами. Смотрела она угрожающе. Ведущий за ее спиной зачитывал правила, а зрители наконец оправились от шока. Их испуг быстро обратился в злость. Толпа требовала схватить меня, скрутить и увезти подальше от города.

– Мне не нужно твое терпение, Терра, – вдруг сказала Ури, не сводя с меня взгляда. – Мне не нужна твоя правильность или желание показаться хорошей девочкой.

– Тогда что тебе от меня нужно? – спросила я и вскинула подбородок выше.

– Я хочу увидеть, на что ты способна. – Сильнейшая усмехнулась. – Покажи мне свою настоящую силу.

– Только если ты обещаешь потом не жалеть об этом, – ответила я спустя мгновение.

Ури усмехнулась и кивнула.

Она отошла назад, на другую сторону арены. Ведущий исчез, оставив меня один на один с Сильнейшей.

Над ареной возникли песочные часы. Я почувствовала тепло на лбу, тот самый зов Тельца, и мысленно отрезала все вокруг.

Толпа испарилась.

Звук растворился.

Остались только я и мой противник.

Неважно, что где-то на трибунах стояли Лили, Леон, другие Сильнейшие… и Тео, наверняка вернувшийся на свой балкон.

Неважно, что Грей смотрел на меня.

«Вот к чему ты шла все это время, Терра, – сказал мне Солэй, когда помогал застегнуть доспех. – Докажи им, что ты самый страшный монстр. Монстр, который на их стороне».

Тоненький голосок внутри шептал: «Вдруг доспех меня не спасет? Вдруг я проиграю Ури? Вдруг я стану чудовищем на глазах у всего мира?»

Если я не справлюсь, то я не просто проиграю. Я погибну. Лили и Леон сами избавят этот мир от меня.

Я заглушила этот шепот. Песочные часы перевернулись.

И бой начался.

Символ Овна вспыхнул на лбу Ури, ярко-красный, пульсирующий в такт сердцу. Она рванула вперед, стремительная, как поток крови в венах. Жар ее тела ощущался даже на расстоянии.

Она ударила первой, и я едва успела уклониться. А потом мы слились в боевом танце.

Если Ури была похожа на огонь – резкая, горячая, безжалостная, то я использовала технику непрерывного движения, которой научил меня Солэй. Я постоянно двигалась по кругу, меняя направление и атакуя соперницу под неожиданными углами. Перехваты и удары плавно переходили один в другой. Ури же следовала технике Заримана, древнему боевому искусству, где каждый удар рождался из огня в теле.

Она была старше, опытнее, и это сказывалось в каждом нашем столкновении.

Наконец я уловила ритм.

Одно мгновение – и я ударила раскрытой ладонью по центру ее груди, прямо в доспех. Ури отлетела назад, скользнув по песку.

Когда она встала ровно на обе ноги и выпрямилась, в ее глазах сиял не гнев, а восторг. Она оскалилась с азартом:

– Вот теперь все по-настоящему.

Всего на секунду я позволила себе услышать толпу.

Они были напуганы, ошеломлены и растеряны. Но не восхищены.

– Монстр, – услышала я чей-то голос.

Монстр, значит?

Что ж.

Если они хотят увидеть монстра, пусть увидят монстра. Я устала быть для всех удобной. Хорошей и послушной.

Пусть испугаются меня.

Мой доспех охлаждал кожу. В теле не было боли.

Я усмехнулась, и мой символ загорелся ярче.

Ури снова сорвалась с места, но на этот раз я была готова.

Просчитав ее шаги, я подняла руку и сжала кулак. Земля под ногами задрожала. Трещины поползли по арене, песок водопадом хлынул вниз.

Но Ури не отвлекалась. Неслась на меня, как огонь, готовый испепелить все на своем пути.

И тогда я сделала то, чего боялась все это время. Я подняла руку выше, направляя силу вниз. И земля откликнулась.

Кусок арены, на который встала Ури, дрогнул. Мгновением позже взлетел вверх и завис перед трибунами.

Я топнула ногой, и другой кусок земли поднял в воздух меня.

Мы смотрели друг на друга, стоя на парящих островках.

Глаза Ури округлились, а потом на ее лице снова появилась хищная улыбка.

– Вот оно как… – выдохнула она.

Она рванула вперед, перепрыгнула на мой кусок земли, и мы столкнулись вновь.

На этот раз в воздухе, перед балконом Сильнейших.

Каждый удар отзывался эхом, словно гром между небом и землей.

Но в обычном бою я не смогла бы ее одолеть.

Когда Ури замахнулась, я топнула ногой, и наш остров раскололся надвое. Половина, на которой стояла Ури, отлетела назад.

Мне нужно время.

Мне нужна дистанция.

Я напрягла силу в руках и приказала еще нескольким кускам отколоться от земли. Прыгая с одного обломка на другой, поднимая их все выше и выше. Но Ури следовала за мной.

И вдруг я почувствовала, как сердце кувыркнулось в груди. Мое тело стало тяжелее, движения медленнее.

Кровь! Она воздействовала на мою кровь.

Я споткнулась и упала на колени.

Песочные часы показали, что осталась всего минута.

– Сдаешься? – спросила Ури, оказавшись передо мной.

– Еще чего, – выдохнула я и стукнула себя в грудь, пытаясь восстановить нормальный ритм сердца.

Я заставила свой кусок земли обрушиться вниз. Воздух ударил в лицо, но боли я не почувствовала. Дар Тельца смягчил падение.

Но встряски оказалось достаточно, чтобы сбросить ее контроль.

Я встала.

Ури бесстрашно прыгнула следом и схватилась за выступ на стене арены. Зрители ей что-то крикнули, но она, не обращая на них внимания, скользнула по стене вниз и снова оказалась передо мной.

Ее глаза горели. Она снова хотела замедлить мою кровь.

– Ну уж нет.

Я упала на колени и воткнула обе руки в землю. Каменные глыбы размером с голову вырвались вверх и закружились за моей спиной. Песок и пыль взметнулись вокруг нас, как настоящая песчаная буря.

А потом я направила все на Ури.

Она встретила мой натиск ровными и четкими ударами, разбивая глыбы земли, как истинный воин.

Отбила один удар, другой, третий… Но когда рассыпались последние камни, я уже летела на нее.

Признаюсь, Ури все еще пыталась замедлить мое тело. Но сила Тельца кипела во мне слишком рьяно.

Я оттолкнулась от земли, взмыла в воздух и ударила сверху.

Мой кулак врезался в ее лицо. И Ури, отлетев назад, упала на песок спиной.

Где-то вдали я услышала голос ведущего:

– Впервые кто-то сумел ударить Ури по лицу!

Сильнейшая нерасторопно поднялась.

На ее разбитых губах виднелась капля крови, что стекла по подбородку и окрасила ее доспехи.

Но Ури только улыбалась.

Мы обе замерли.

Я тяжело дышала, чувствуя, как дар внутри меня стихает.

Осталось пять секунд.

Что она сделает сейчас?

Четыре.

Как Ури победит?

Три…

Но Ури не шевелилась.

Два…

Один.

– Ничья! – объявил ведущий, возникая между нами и поднимая руки в воздух.

– Добро пожаловать домой, рожденная Тельцом, – сказала Ури и стерла кровь с подбородка.

Толпа взорвалась ревом, но я ничего не слышала. Что-то заставило меня поднять голову, и мои глаза сразу нашли Грея.

Он смотрел на меня и… улыбался.

Широко, искренне… по-настоящему. Его ладонь была прижата к сердцу.

И в этот миг я все поняла.

Грей меня помнил.

Помнил еще как.

Потому что он смотрел на меня не так, как остальные.

А с гордостью.

Ожог в центре груди служил напоминанием обо всем, что сегодня пошло не так. Но если быть до конца честным… уже давно все шло не так, как мы планировали. Теперь Терра показала всему миру, на что способна. И самое главное, она показала, что вполне способна остановить себя даже в разгар сражения. Таким образом она получила восемь голосов из десяти и прошла в финал турнира.

После третьего этапа я отправился в лазарет, где выслушал разочарованную и разозленную маму.

Я неподвижно просидел на кушетке несколько часов даже после того, как мама ушла, не услышав от меня и слова в свою защиту.

А за окном давно стемнело.

Наконец я нашел в себе силы дойти до своей комнаты в Куполе и переодеться. Сейчас на мне был парадный костюм. Темный, почти черный камзол с золотистым отливом. Воротник и манжеты были расшиты тончайшими золотыми нитями. А на массивной пряжке пояса было выгравировано Созвездие Льва.

Все в моем наряде говорило о том, что я Сильнейший представитель Льва, но… внутри я чувствовал себя самозванцем.

Я так и не смог зайти в саму бальную залу, где проходило сегодняшнее официальное мероприятие, на котором перед оставшимися участниками должен был впервые появиться Хранитель.

Я остался сидеть у заднего входа в Купол. Спрятался от целого мира в саду. Сидел даже не на скамейке, а прямо на мраморном бортике фонтана, спиной к воде. Холодные капли то и дело падали на спину, и ткань намокала, но я не обращал внимания.

Что мне нужно было сделать, чтобы никого больше не разочаровать? Что нужно было сделать, чтобы спасти мир и сохранить самого себя?

Когда-то мне казалось, что если я получу титул Сильнейшего, то этого уже будет достаточно. Что моя мама наконец скажет, что меня ей достаточно. Я надеялся, что с титулом моя семья вновь станет полной, а дом оживет.

Потом я подумал, что если выполню миссию и защищу мир от ярости Тельца, то навсегда сохраню свой титул. Однако и этого я сделать не смог.

Я познакомился с Террой, с Греем, с Феликсом и Ривом. И этого было достаточно для того, чтобы мой мир перевернулся вверх ногами. Тогда я впервые понял, что есть вещи важнее титулов и всеобщего признания.

Как мне оставаться надежным Теодором для группы Сильнейших и верным другом Тео для Терры и ребят?

Что… мне нужно сделать?

– Тео? – раздался знакомый голос, и я поднял голову.

Только тогда осознал, что схватился за волосы руками. Поспешил прижать руки к бокам, но тут же принялся постукивать пальцами по брюкам.

– Ты в порядке, Тео?

– Сора?

Я узнал ее голос, хоть и не понимал, где она сама.

Но она вышла ко мне из тени, и я задержал дыхание.

Лунный свет осветил ее лицо и мягко скользнул по оголенным плечам, когда она подошла ближе. Светлячки кружили вокруг ее распущенных волос.

На ней было длинное платье цвета ночного неба. Глубокого, темно-фиолетового, как будто впитавшего в себя последние отблески заката. Легкая ткань струилась по ее телу.

Изящному, но сильному.

Сора бесшумно подошла и села рядом, казалось, тоже не обращая внимания на капли воды, что попадали ей на спину и шею.

– Как атмосфера в зале? – спросил я, чтобы прервать молчание.

– Хоть это и праздничное мероприятие перед финалом турнира, никакого ощущения праздника там нет. Оставшиеся кандидаты напуганы после дуэли Терры. Они не знают, куда себя деть, боятся, что им придется сражаться с ней в финале. Сильнейшие стоят как статуи и только наблюдают. Столько напряжения там. Жуть.

– Терра уже появилась?

– Нет, она переодевалась, когда я в последний раз проверяла. Феликс уже в зале.

– Грей?

– Мой брат тоже в зале. Ждет ее появления. Он считает, что сегодня что-то произойдет. Стоит быть начеку.

И Грей был прав. Сегодня все могло измениться, но я… я до сих пор не знал, что делать. Больше не было никакого плана. Мы провалились.

Дальше только импровизация, но я в этом деле бессилен…

Ситуацию усугубляло то, что на официальное мероприятие были приглашены Сильнейшие прошлых лет. Все, кто когда-то был частью группы Сильнейших, сегодня находились в зале. Мои дядя и тетя тоже могли быть там…

Что же мне делать?

– Я переживаю за брата, – вдруг сказала Сора, тем самым выдернув меня из раздумий. – У него снова этот взгляд, как полтора года назад, когда я его только нашла.

Я знал, о чем она говорит. Тот же взгляд был у Грея, когда он пришел в город и нашел меня. Мы придумали весь этот план, прежде чем он надел на себя эту ненавистную маску.

Но когда Грей снимал эту маску, он был готов пожертвовать всем и вся ради Терры.

После сегодняшних событий он больше не будет держаться от нее в стороне. Его ничего не остановит, даже он сам. Ведь больше нет причин прятаться.

Терра сама себя раскрыла.

Они оба приняли решение.

А я…

– Я не знаю, что от меня требуется, Сора, – честно признал я.

– Я тоже не знала. Но это было раньше.

Я замер. Сора редко говорила о себе. Еще реже сидела ко мне так близко. Наши пальцы почти соприкасались на мраморном бортике фонтана.

– Я когда-то думала, что от меня требуется стать лучшим воином теневого клана. Я думала, что только так смогу защитить родителей и помочь Грею. Мои родители навещали меня, но чаще писали письма и рассказывали о том, как растет Грей. Они пытались от меня это скрыть, но я знала, как тяжело ему расти под гнетом целого мира. Наши родители любили нас и пытались защитить как могли. Думали, что приняли правильное решение, разделив нас. Только недавно я поняла, что это не так. Вопрос был не в том, что от меня требовалось как от сестры. Вопрос был в другом, и сейчас я задам его тебе, Тео.

– Сора…

– Чего хочешь ты, Тео? – спросила она меня, глядя в небо.

– Я?

– Я не спрашиваю о том, чего от тебя хотят другие или твоя мама. Чего хочешь ты сам?

– Я… – Я замолчал.

Я хотел вернуться в то время, когда мы путешествовали. Я, Терра, Грей, Рив и Феликс. Вернуть наши вечера с едой Рива, ужасно безвкусной, но приготовленной с такой заботой. Наши споры о том, куда идти дальше. В горы или через лес? Я хотел видеть смущенную улыбку Терры, когда она догоняла Грея и о чем-то ему рассказывала, а он что-то отвечал и прятал свой румянец в лучах солнца.

Вот чего я хотел.

Я хотел отправиться с ними в путешествие, где я не был бы Сильнейшим Теодором. А был бы просто Тео.

Но в этот раз я хотел, чтобы…

– Я хочу, чтобы ты отправилась с нами, Сора.

Девушка повернулась ко мне. На ее лице отражалось непонимание.

– Когда все закончится, я хочу, чтобы мы отправились в новое путешествие, но на этот раз ты должна отправиться с нами.

Мгновение Сора смотрела на меня озадаченно. Светлячки порхали между нами. А потом она покраснела и отвернулась, спрятав лицо.

– Хорошо, я пойду с вами.

Я улыбнулся.

Теперь я знал, чего хочу.

И знал, что буду делать дальше.

Что бы ни случилось сегодня, Грей будет не один. Я буду стоять рядом с ним.

Я была уверена, что приняла правильное решение, надев платье, которое скрывало все старые и новые трещины на моем теле. Их стало больше. Доспех, как оказалось, защищал меня от боли, но не от трещин. После сражения с Ури они расползлись по плечам и животу, дойдя аж до бедер.

Сложно было сказать, что произойдет, если… когда я покроюсь трещинами вся целиком.

Но выбора у меня не оставалось, ведь мой дар был нужен этому миру, а потому никто об этом не должен был узнать.

– Волнуешься?

Зайон встал со мной плечом к плечу. Теперь не я одна стояла перед закрытыми дверями бальной залы.

– С чего бы мне волноваться?

– Действительно, это ведь не ты показала сегодня всем Сильнейшим, что можешь с легкостью составить им конкуренцию.

– И ты до сих пор хочешь быть моим союзником?

– Больше, чем прежде.

– Но я же обманула тебя.

– И я восхищен. – Зайон предложил мне руку. – Послушай, ты сделала, что должна была, по своим причинам. Не мне тебя судить. Но если ты сделала это во благо, то для меня ты лучше многих Сильнейших.

– Все, что я пытаюсь сделать, – это помочь нашему миру.

Зайон только улыбнулся. И я взяла его под руку. Одни звезды знали, как сильно я нуждалась в союзниках.

– Прекрасно выглядишь, кстати. – Его глаза опустились к моим ногам. – Даже туфли появились.

– В башне нет смысла ходить без обуви. – Я пожала плечами и еще раз оглядела свой наряд.

Мое платье не было предназначено для битвы, если вдруг она случится. Но и называть его полностью вечерним тоже было нельзя. Оно выглядело так, будто выросло прямо из моего доспеха, снимать который я не собиралась. Полупрозрачная темно-синяя ткань с дымчатыми переливами и серебристыми прожилками ниспадала легкими волнами, скрывая резкие линии доспеха. Широкий медный пояс, отшлифованный до блеска, подчеркивал талию. Под ним была пышная легкая юбка, которую я с легкостью разорву, если грянет беда.

На моей шее висела цепочка с кулоном в форме Созвездия Тельца.

Ее и платье я нашла на своей кровати, когда вернулась с турнира в башню. Капли воды, которые вели к ванной комнате, подсказали мне, кого винить в появлении столь продуманного наряда. Невозможно было сказать, где заканчивается броня и начинается платье.

Мы вошли в зал.

Фортепиано продолжало звучать, но разговоры прекратились. В большой круглой зале находились все прошедшие три этапа кандидаты, нынешние Сильнейшие и даже их предшественники. Мои глаза не задерживались ни на ком конкретном, а искали Грея. Однако Зайон повел меня к другим парам и закружил в танце так, что разглядеть присутствующих было невозможно.

– О чем еще я не знаю? – спросил он меня.

Мои глаза до сих пор искали Грея, но каждый раз, когда я, казалось, его находила, Зайон менялся со мной местами.

– Сильнейшие не понимают, кто их враг. Я пытаюсь сделать так, чтобы они меня выслушали и сразились бок о бок со мной.

– Я думаю, что сегодня ты этого добилась. Но с кем, собственно говоря, ты собираешься сражаться?

– С Далилой. – Одно слово, и лицо Зайона озарило понимание.

– С Далилой, значит? Той самой женщиной, которая виновна в нападениях на город?

– Именно так. Ее конечная цель – напасть на Зодиак. На наше небо. И Далила сделает это уже очень скоро. В начале весны. Мне нужно объединить Сильнейших и повести их против нее.

Зайон склонил голову в раздумьях:

– Даже после всего увиденного, признаюсь, сложно поверить, что кто-то на такое способен. Мы ведь говорим о небе. О великих Созвездиях.

– Далила не одна. – В моей голове возник образ того бледного мужчины. – И у нее есть приспособление, оно называется фьюр… с помощью него можно забрать у человека его дар. Если она доберется до Сильнейших…

– Я тебя понял. – Зайон говорил с такой уверенностью и при этом так умело вел меня в танце, что мне не приходилось следить за своими шагами. – Если такое возможно, то подозреваю, что Далила нападет во время финала турнира. Там будут не только нынешние Сильнейшие, но и предыдущие. Если Далила отберет дары у всех, то тут я готов поверить, что она будет способна напасть на Зодиак.

– Ох, она точно на это способна. Даже не сомневайся.

Тут перед нами появился Феликс, останавливая наш танец. В его руках были закуски с фуршета, а на щеках крошки.

– Знаете, я не ел весь день, – сказал он с набитым ртом. – Жутко за тебя переживал, Терра.

– Феликс, ты…

– Я, как видишь, сам-то в порядке, а твои… – Он скосил взгляд на Зайона. – А твои летучие мыши сейчас летают. Охотятся и набираются сил. Новенькая выглядит гораздо лучше.

– Летучие мыши? – Зайон с недоумением посмотрел на меня.

– Да так, личное хобби, – отмахнулась я.

– Почему ты ему все рассказываешь, Терра? – Феликс посмотрел на парня, но не зло, а озадаченно.

Я пожала плечами, будто это очевидно.

– Чем больше людей на нашей стороне, тем лучше. Особенно после сегодняшнего.

Феликс хмыкнул.

– Послушай, я тут поговорил с людьми. Некоторые Сильнейшие готовы тебя выслушать. Другие не особо поменяли свое мнение, но ты наверняка знаешь, о ком я говорю. А Сильнейшие прошлых лет видят в тебе опасность, поэтому я бы сегодня драку ни с кем не затевал. Мы в меньшинстве.

– Я не собиралась ни с кем затевать драку.

Феликс показал мне большой палец:

– Вот и отлично, а я пойду еще поем. И хочу попробовать поговорить с Тео. Он пришел недавно.

Музыканты продолжали играть, будто уговаривая присутствующих расслабиться и насладиться вечером. К фортепиано присоединились скрипки.

Феликс исчез, но лицо Зайона омрачилось. И я вспомнила про сегодняшний бой.

– Что у вас произошло с Тео?

– Я…

– Что ты имеешь против него?

Зайон не успел ответить.

Ведь перед нами появился Грей.

Его костюм был соткан из темной ткани с легким аметистовым отливом, каждый шов будто хранил отблеск звезды. Пиджак был восточного кроя, с асимметричным воротом, застегнутым на серебряную пряжку в форме переплетенных змей. Из-под пиджака выглядывала графитовая рубашка. Образ завершал пояс из мягкой кожи с символом Змееносца.

Мое сердце забилось от волнения, а пальцы дрогнули от желания прикоснуться к Грею.

– Позволь пригласить тебя на танец, – сказал он, протянув руку ладонью вверх и глядя мне прямо в глаза.

Грей как будто не видел Зайона. Не видел никого, кроме меня одной.

Я открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Уже почти шагнула к нему, но потом вспомнила про трещины. Грей был способен их почувствовать.

– Я… откажусь, – сказала я и схватилась крепче за плечо Зайона, чтобы удержаться на месте.

Глаза Грея потемнели, когда он перевел взгляд на Зайона и на его руки, обвитые вокруг моей талии.

Он уже хотел что-то сказать, но тут появилась незнакомая мне красивая девушка. Я не знала ее лично, но видела в газетах и слышала о ее великих подвигах в те годы, когда она была Сильнейшей. Она была старше нас, возможно, ровесница Астрис.

– Станцуй со мной, Змееносец.

– Еще? – Грей вздернул одну темную бровь, и ее руки обвились вокруг его предплечья. Он усмехнулся, посмотрев на меня, а потом сдержанно улыбнулся ей и сказал: – С удовольствием.

И так продолжалось раз за разом. К Грею подходили девушки и сами приглашали его на танец.

Мои глаза не отрывались от него. Даже когда появился Солэй и забрал меня из рук Зайона.

– В какую игру играешь, Терра? – спросил он меня на ухо, так, чтобы слышала только я. – Сможет ли выдержать твое сердце?

Нет, не сможет. И Солэй прекрасно это знал.

Все мое внимание было приковано к Грею и его партнершам по танцам.

– Я так не могу.

Я оттолкнула от себя Солэя, схватилась за подол платья и убежала прочь из залы, направляясь по пустому коридору к подъемнику.

Я не обернулась, даже когда услышала хлопок дверей и чьи-то шаги за своей спиной.

– Терра, – позвал Грей.

Нет. Я не обернулась, даже когда осознала, что Грей впервые назвал меня по имени с тех пор, как мы встретились в Астропии.

– Терра, погоди же ты.

Игнорируя его, я залетела в подъемник и дернула за рычаг, чтобы двери быстрее закрылись.

Но Грей оказался быстрее.

Он ворвался внутрь, и я отступила к противоположной стене.

Двери задвинулись за его спиной.

– Что, больше не притворяешься? – бросила я ему, внезапно ощутив нехватку воздуха.

– Терра… – В его глазах отразилось сожаление.

– Нет. Хватит. – Я выставила перед собой руку. – Я не могу так, Грей. Я устала и не хочу сейчас тебя видеть.

– Устала?

– Да, устала! Ты играешь с моим сердцем. Пинаешь его, как мяч, ради забавы! Танцуешь с другими, а потом идешь за мной, чтобы что? Извиниться?

– Ты сама отказалась со мной танцевать.

– Потому что ты!.. Ты!..

Я раздраженно всплеснула руками, обошла его и схватилась за рычаг. Мой символ на лбу потеплел, подъемник ожил, впитывая мою силу.

И мы взлетели вверх.

– Я делаю все для тебя, Терра.

Я почти рассмеялась.

– Ты серьезно? Ты сторонился меня, притворялся, что не помнил… ради меня? Разве я об этом просила?

Раздражение на его лице уступило место осознанию.

– Я не думал об этом в таком ключе.

– Конечно, не думал.

Он сделал шаг ко мне.

Я же отступила, прижимаясь спиной к дверям.

– Позволь мне объяснить, Терра.

– Ну конечно, сейчас ты готов объяснять. Потому что тебе больше нечего терять?

Обида отразилась на его лице.

– Потому что ты все испортила!

– Я?! – Вот бы его сейчас толкнуть. Толкнуть так сильно, чтобы он вылетел из башни. – Я все испортила? Как, если я пришла в этот город, чтобы помочь? Неужели я помешала тебе и Тео спасти мир?

Грей резко качнул головой, сжимая руки в кулаки:

– Нет, Терра, ты помешала нам спасти тебя.

Тут я замолчала, резко выдохнув, и Грей продолжил свое наступление. Я сильнее вжалась в двери, но прятаться было негде.

– Все, что мы делали, было ради тебя в первую очередь, Терра. Я планировал держать тебя в стороне как можно дольше. Подальше от Далилы. Подальше от опасности. Я помню и знаю, что твой дар делает с тобой, когда кто-то близкий попадает в беду. Я не собирался позволять тебе жертвовать собой ради нас.

– Как ты мог, Грей?

В моих глазах стояли слезы.

– Как ты мог? Ты настолько сомневаешься во мне? Думаешь, я не способна противостоять нашему врагу? Далиле? Монстрам? Да как ты мог, Грей?

На его лице появилась улыбка, полная сожаления, а в глазах пламя… гордости.

– Я знаю, Терра. Сегодня я увидел, что совершил ошибку.

Слезы ручьем текли по моим щекам.

– Как я могла оставаться в стороне, Грей? Далила грозит уничтожить наш мир!

– Нет мне до этого дела, Терра! – Грей пронзил меня взглядом, приковывая к месту.

Затем он сделал еще один шаг, встав настолько близко, что теперь мы дышали одним воздухом.

– Нет мне дела до мира, Терра, когда ты все время рискуешь жизнью. Когда каждый твой шаг приводит тебя в лапы наших врагов.

– Грей, я… Ты же сам сказал, что все увидел. Я могу за себя постоять. Я могу остановить Далилу. Я могу защитить вас от нее.

Его ладонь коснулась моей щеки.

– Но кто защитит тебя, Терра?

– От кого?

– От самой себя.

Его лоб опустился к моему.

– Я…

Я захлопнула рот, пытаясь собраться с мыслями.

– Я должна спасти наш мир, Грей. Помнишь? Только так Созвездия разрешат Тельцу и Змееносцу вернуться на небо.

Я должна сделать это любым способом.

– И я должен защитить тебя, Терра.

Любым способом.

А потом Грей поцеловал меня.

И я будто вернулась домой.

Он обхватил мое лицо ладонями. Я закрыла глаза, запустив пальцы в его волосы на затылке.

Мне хотелось, чтобы этот момент длился бесконечно долго. Но бесконечность закончилась слишком быстро.

Грей снова прижался своим лбом к моему.

– Я сделаю все ради тебя, Терра. И пусть наше небо расколется или рухнет, мне все равно, пока ты в безопасности.

Моя ладонь коснулась его щеки.

– Я хочу спасти наш мир, Грей. Мы сможем быть счастливы только в мире, у которого есть будущее.

Грей чуть отстранился, чтобы поцеловать мою ладонь.

– Я знаю. – Его дыхание согревало мои пальцы, губы щекотали кожу. – Но я не перестану пытаться защитить тебя, Терра. Никогда.

– Нам стоит вернуться, мне нужно поговорить с Сильнейшими.

Грей кивнул, соглашаясь со мной:

– Сегодня все изменится. Мы вернемся в залу и притворимся незнакомцами еще на несколько часов. Но это в последний раз. Ночью мы поговорим. И с Тео, и с Феликсом тоже. Мы расскажем обо всем тебе, а ты – нам. Наш план поменяется.

Я согласилась. Я поняла, что Грей делал все это ради моей безопасности, но… была еще не готова его простить.

– И, Терра…

– Да?

Грей выпрямился, глядя на меня сверху вниз:

– Если Зайон снова пригласит тебя на танец, откажись.

Я усмехнулась:

– С чего это?

– Потому что ты будешь танцевать со мной.

Мое лицо вспыхнуло, когда Грей одарил меня кривой улыбкой. Но тут двери позади меня резко распахнулись, и я повалилась назад.

Грей подхватил меня до того, как я упала на спину и ударилась головой. Удерживая мой затылок на ладони, он навис надо мной, и в его глазах читалось волнение.

– И что теперь? – прошептала я.

Грей смотрел на меня. В ночной полутьме башни его глаза переливались как аметисты.

Затем он поднялся и протянул мне руку:

– Теперь мы займемся Сильнейшими вместе.

Вернуться без Грея, отделиться от него, чтобы вновь притворяться соперниками, оказалось сложнее, чем я могла себе представить. После того как я почувствовала тепло его ладоней на своих щеках, вспомнила, каково это – быть в его объятиях, меньше всего мне хотелось возвращаться к людям, которые видели во мне ходячую угрозу.

– У тебя глаза светятся, – заметил Солэй, встав рядом со мной спиной к витражному окну.

Он усмехнулся так, будто уже знал о том, что произошло между мной и Греем.

– А твои веснушки, кстати, нет, – ответила я, стараясь не преследовать Грея взглядом.

– Ай, – Солэй положил ладонь на сердце. – Бьешь по больному.

Грей вернулся в залу через пару минут после меня. Было бы подозрительно, если бы мы зашли рука об руку. Теперь Грей говорил о чем-то с Сорой, которая стояла в углу, в тени, будто очень хотела слиться с ней. Интересно, в этом ее дар? Исчезать в тени? Или же это был приобретенный навык, сродни тем, что я обрела на Острове Небес?

Солэй прислонился к окну, и я сделала то же самое, на мгновение закрыв глаза, чтобы впитать холод кварца.

– Каково это – быть Сильнейшим? – внезапно для себя самой спросила я.

Солэй сделал глоток из хрустального бокала. Когда он успел его взять? Я даже не заметила.

– Не у того человека ты спрашиваешь. Даже другие Сильнейшие в курсе, что я здесь не для того, чтобы защищать весь мир. Меня не интересуют дела и обязанности Сильнейших. Такие вопросы лучше задавать тем, кому есть что доказывать.

Он кивнул на Леона и Лили, которые стояли в стороне от меня и тихо переговаривались с Сильнейшими прошлых лет. Брат и сестра то и дело оглядывались и с нескрываемой злобой смотрели на меня.

Вскоре я заметила Тео. Он беседовал с невероятно высокими мужчиной и женщиной, одежда которых была расшита золотом. Они были очень похожи друг на друга, как близкие родственники. Тео как-то рассказывал, что титул Сильнейшего Льва десятилетиями передавался из рук в руки в его семье. А значит, перед ним сегодня стояли его тетя Нала и дядя Тоби.

Нала спокойно смотрела на Тео, будто пыталась понять ход его мыслей. Но дядя Тоби навис над парнем так, что тому пришлось понурить голову.

– Лучше задать этот вопрос Ури или Самире. – Солэй возобновил наш разговор, и я перевела взгляд на девушек. – Такие, как они, живут ради опасности. Ради адреналина перед новой битвой. Минуты боя дарят им возможность не думать ни о чем и ни о ком, кроме врага.

Ури помахала мне с противоположной стороны залы. В отличие от других, на ее лице не было никакого беспокойства. Никакого любопытства. Ури будто была… рада видеть меня здесь.

Самира стояла рядом с ней, сложив обе руки за спиной, и смотрела на меня с недоверием.

– А меня интересует лишь безопасность моих людей на острове, – сказал Солэй.

– Полагаю, что быть в курсе всех событий легче, когда ты в группе Сильнейших, – догадалась я.

Солэй подмигнул мне, сделав очередной глоток из бокала.

– Я, конечно, все понимаю, – вздохнула я, – но можно в следующий раз мы обойдемся без таких сюрпризов? Они и так поджидают меня на каждом шагу. Я скоро начну седеть, как ты.

Бровь Солэя дернулась.

– Никакой седины у меня в волосах нет, только здоровый блеск. – Он развел руками и предложил мне свой бокал, но я покачала головой. – И к тому же было бы не так весело за тобой наблюдать, если бы ты обо всем уже знала. Астрис бы уснула от скуки.

– Ты сейчас серьезно? – возмутилась я. Хотя Солэй почти не бывал по-настоящему серьезным взрослым человеком, иногда мне казалось, что мы ровесники.

– Более чем. – Он усмехнулся. – Да, и обманщица из тебя никудышная. Заслужить доверие Сильнейших было бы сложнее, если бы они знали, что мы заодно.

Я еще раз оглядела залу:

– Не сказала бы, что сейчас они мне доверяют.

Близился финал турнира. Время было на исходе, но я до сих пор не знала, кто прислушается ко мне, а кто нет. Нужно было поговорить хотя бы с Ури.

– А вот как раз и проверим.

Я повернулась к Солэю. О чем это он? Выражение его лица изменилось, и теперь он смотрел куда-то вверх. Я проследила за его взглядом и увидела, как на широкий балкон с золотыми поручнями вышел мужчина.

Я не могла не узнать его.

– Ты! – вырвалось у меня сразу же.

Тот самый человек, на которого работала Далила. Тот самый, которого я видела всего раз, но забыть бы никогда не смогла.

Его бледная кожа казалась полупрозрачной, как туман. Длинные волосы, собранные в низкий хвост, были белее свежевыпавшего снега.

Но его глаза были необычнее всего: похожие на белые опалы, они сияли, отражая свет.

Он стоял так гордо, будто эта башня, да и весь город принадлежали ему.

В чем его дар? В чем его опасность?

Руки он прятал за спиной. Оружия при нем не было, но это еще не означало, что он явился сюда с благими намерениями.

– Ты!

Символ Тельца теперь обжигал мой лоб. Ощутив прилив силы, я ступила вперед, и пол треснул под моими ногами.

– Ни шагу больше!

Передо мной возникла Лили. Символ Девы ярко горел в центре ее лба.

– Ты не понимаешь, кто это! – Я сделала еще один шаг, но девушка взмахнула рукой, выставляя ее перед собой.

Из пояса на ее платье вылетели острые камни, которые больше напоминали тончайшие кинжалы. Они закрутились вокруг ее руки, готовые влететь мне в лицо.

– Только попробуй, Терра.

Я согнула колени, готовясь к бою. Я могла перепрыгнуть через Лили, а затем…

Справа блеснуло лезвие, и я повернулась: Леон готов был на меня напасть. Между нами тут же встал Грей, крепко сжимая в руках обнаженную катану с черным лезвием. Символ Змееносца загорелся на его лбу.

– Только попробуй тронуть ее, – пригрозил он Леону.

– Я не знаю, в чем твой план, рожденная Тельцом, но я бы не стала этого делать. – Самира встала рядом с Лили и Леоном. В ее руках были сабли. Зеленые глаза и символ на лбу ярко светились, напоминая о ее даре Близнецов. Она могла превратиться в слона и раздавить нас на месте.

– Самира, – послышался родной голос.

Желтые искры вспыхнули по другую сторону от меня. Телу стало тепло, будто меня осветило яркое солнце. Если бы не обстоятельства, то я бы улыбнулась.

– Тео? – Самира с оскорбленным видом отступила на шаг назад и посмотрела на него как на предателя.

Тео послал мне кроткую улыбку, прежде чем встать напротив своих товарищей.

– Еще не совсем понимаю, в чем наш план, но, кажется, цель очевидна. – Тео обнажил меч, и солнечные искры перебежали с доспеха на лезвие.

– Это он, – сказал Феликс низким, почти грозным голосом, когда присоединился к нам, смахивая сахарную пудру со щеки.

Тео кивнул:

– Мы не видели мужчину, который был с Далилой в прошлый раз, но если судить по вашей реакции, то ошибки быть не может: это он.

– Так и есть, – сказал Грей, ни на секунду не выпуская Леона из поля зрения.

– Глупости! – Лили скривила губы. – Он никак не связан с Далилой.

– Стоило догадаться, что ты давно нас предал, Теодор. – Леон метнул на Тео полный ненависти взгляд.

– Я делаю, что должен. Не ту сторону ты занял, Леон.

Леон усмехнулся, и только тогда я увидела картину целиком. Кандидаты, Сильнейшие, их предшественники… мы были окружены.

Даже вчетвером мы едва ли могли справиться без потерь. Нужно что-то предпринять. Мой настоящий враг передо мной. Нужно…

– Вы в меньшинстве, – подтвердил мои опасения Леон. – А ты, Грей, лжец. Все это время ты был предан ей?

Грей только хмыкнул, держа свою цель, Леона, на расстоянии вытянутого лезвия. Вот-вот их мечи скрестятся, и бой будет не остановить.

– Осмотритесь, предатели, – что вы вчетвером сделаете против всех нас?

– Вечно ты торопишься с выводами. – Услышав Солэя, я отступила в сторону, чтобы тот встал в наш строй.

Солэй небрежно закатал рукава рубашки и расстегнул пару верхних пуговиц. Серебристые татуировки замерцали на его смуглой коже, а глаза загорелись хищным желтым.

– Ты жалкий предатель! – Леон клацнул пастью.

Он замахнулся мечом. И вокруг нас появилось кольцо защитного голубого пламени.

– Давай начнем с того, что ты мне никогда не нравился. – Солэй развел руками. – Слишком напыщенный и избалованный.

– И закончим тем, что вы защищаете опасного человека, – послышался громогласный голос.

Тоби одним своим видом способен был заставить отступить самых храбрых. Символ Льва на его лбу горел ослепительным золотом, отражаясь в металле тяжелой цепи с львиной пастью, перекинутой через его плечо. Он был высоким, выше Тео, Дельты и даже Ури. И настолько широк в плечах, что строгий костюм едва не трещал на его могучей фигуре.

Тоби действительно был похож на Тео. Та же форма глаз, тот же медовый оттенок радужки, те же рыжеватые отблески в седеющих волосах. Но в его чертах сквозила тяжесть прожитых лет. На лбу пролегли глубокие морщины, отчего лицо казалось суровым. У Тоби был взгляд человека, который потерял все, но не позволил себе сломаться.

Если Тео был солнцем, то его дядя – львом на закате перед битвой.

– Дядя Тоби…

– Я не знаю, что на тебя нашло, но немедленно откажись от этой глупой затеи, Теодор. Твоя мама будет разочарована, когда узнает.

– Я делаю то, что должен. – Тео поднял подбородок, и впервые я разглядела в нем прежнюю уверенность истинного Льва.

Но даже уверенность Тео нас не спасет. Может, и не все Сильнейшие прошлых лет прибыли в город, но их было немало. Еще пятеро стояли рядом с Тоби, прямо позади Лили и Леона, готовые вступить в бой, стоит мне только сделать еще один шаг вперед.

Почему все они защищали этого человека?

– Мы в меньшинстве, – шепнула я.

– Тебе удалось главное, Терра. – Солэй ни на мгновение не переставал улыбаться.

На что он намекал в этот раз?

Вдруг Ури ступила в наш круг, ее вены под кожей уже горели алым.

– Без понятия, что на всех нашло, но я только за. – Она ударила один кулак о второй, облизывая губы в предвкушении столкновения.

– Кажется, я совершаю ошибку, но если это нужно сделать, чтобы набить тебе морду, Леон, то так тому и быть. – Шу встал по другую сторону от Тео, символ Стрельца горел на его лбу ярко-голубым цветом, как и его глаза, и экзоскелет, что он надел поверх костюма.

Их все равно было больше.

Но уже четверо Сильнейших стояли со мной, и это была своего рода победа.

– Что ты тут делаешь? – спросила я громко.

Беловолосый мужчина, причина всего происходящего, не выражал никаких эмоций, наблюдая за мной сверху.

– Как ты разговариваешь с Хранителем? – зашипела Лили.

Точно. Мне стоило догадаться.

Так вот кто он такой. Хранитель. Лидер группы Сильнейших и по совместительству союзник Далилы.

Просто замечательно.

Я прищурила глаза и напряглась, когда мужчина открыл рот и заговорил:

– Ты можешь звать меня Нокс.

– Нокс?

«Мрак. Как ночь, если бы не было звезд».

Этот осознание повергло меня в ужас. Я бросила быстрый взгляд на Солэя.

Почему Солэй был с Сильнейшими после всего, что Нокс сделал с ним и Астрис в детстве? Видимо, этот вопрос мне удастся задать, только если мы выберемся отсюда живыми.

– В твоих глазах много вопросов, Терра, – понаблюдав за мной, сказал Нокс, и его голос вновь заставил меня замереть.

Он был тихим, но разливался по всему пространству. Пробирался в уши и царапал острыми коготками. Он был натянутой стрелой, которую враг в любой момент мог отпустить, целясь тебе прямо в грудь.

– Идем со мной, и я отвечу на твои вопросы.

– Никуда она с тобой не пойдет. – Грей щелкнул зубами и повернулся так, чтобы не выпускать из виду Леона, но заслонить меня от Нокса.

– Я не думаю, что здесь мы с ней сможем поговорить спокойно, рожденный Змееносцем.

Желваки заиграли на скулах Грея, но Нокс снова переключил внимание на меня.

– Это первая и последняя возможность поговорить, девочка, перед финалом завтра на закате.

Я понимала, на что он намекает. Завтра все же случится битва в том или ином виде. Сегодня мы последний раз разговариваем… мирно. И наш сегодняшний разговор может повлиять на исход сражения.

Чем больше информации я получу, тем выше шанс, что я смогу защитить своих друзей.

– Хорошо, я пойду с тобой.

– Терра! – Феликс схватил меня за руку. Буквально на мгновение его пальцы изменили форму и царапнули меня волчьими когтями. Даже Феликс терял контроль над собой из-за волнения и страха.

– Нельзя им доверять, – сказал Грей, прижимаясь к моему плечу теснее.

Взгляд Тео был все так же направлен на его дядю, но я знала, что он слушал меня.

– Я пришла сюда, чтобы рассказать Сильнейшим об опасности, которая исходит от Далилы, и повести их против нее. Но это невозможно, если Нокс, их лидер, и есть человек, на которого работает Далила. Я могу хотя бы постараться выведать у него… что-то.

– Без информации победить невозможно, – сказал Солэй тихо, и Грей прищурился:

– Тогда я пойду с ней.

– Хранитель пригласил только ее, – качнул головой Солэй. – Будь хорошим мальчиком и следуй правилам, когда мы в меньшинстве.

У Грея был такой вид, будто он готов перевести оружие с Леона на Солэя. Внезапно у меня в ушах раздался незнакомый голос:

– Ты вправе не согласиться. Можешь остаться тут под защитой своих друзей и товарищей, но ни к чему хорошему тебя и нас это не приведет.

Странное ощущение, признаюсь честно, когда кто-то говорит прямо у тебя в голове.

– Если не согласишься, скорее всего, будет бой. Не отрицаю твоих умений и сил твоих друзей, но вы проиграете. Все обстоятельства сейчас против вас.

Наконец мои глаза нашли Ноа. Он стоял в стороне, почти в углу, – видимо, отошел подальше, увидев, что обстановка накаляется.

– Единственным правильным решением будет последовать за Ноксом.

Не скажу, что я доверяла Ноа.

– Я не желаю тебе зла, Терра, я просто взвесил все за и против в данной ситуации и дал тебе совет.

Я сжала челюсть и скрипнула зубами, снова посмотрев на Нокса.

– Я готова идти за тобой, но только если мы останемся на территории башни.

Нокс кивнул, разворачиваясь:

– Буду ждать тебя наверху.

Нехотя Леон отступил в сторону. Лили и другие сделали то же самое, чтобы пропустить меня.

Я шагнула вперед и тут же услышала тихий, но напряженный голос Грея:

– Сора, следуй за ней.

Дельта поднял руку:

– Она, как и ты, Змей, останется здесь. – Он опустил руку, и неведомая тяжесть упала на мои плечи, вдавливая меня в пол.

Я обернулась и увидела, как Сора, отделившись от тени Грея, упала на колени. Девушка попыталась встать, но символ Водолея загорелся ярче на лбу Дельты. Сора повалилась лицом вперед. Ее руки дрожали, но, как бы она ни старалась, стряхнуть с себя невидимый груз никак не получалось.

Если уж на то пошло, никто из нас не мог сделать ни шагу. Капли пота стекали по лицу Тео. Грей крепче схватился за лезвие, но его колени прогибались под силой гравитации.

Кривую усмешку было не стереть с лица Солэя, но даже он убрал кольцо защитного огня вокруг нас, чтобы остаться на ногах.

Я по глупости считала, что с Ури нам любой враг будет нипочем, но Дельта, что следовал только за Хранителем… он был гораздо опаснее.

– Ступай, – сказал Дельта своим ровным голосом, лишенным эмоций.

Груз, что давил на мои плечи, исчез. И, в последний раз оглянувшись на ребят, я сжала кулаки крепче и вышла из залы.

Если Хранитель так сильно хотел поговорить со мной, что ж, мы поговорим.

Звезды светили так же ярко, как и всегда, когда я вышла на террасу, поднявшись на верхний этаж башни Сильнейших. Ветер, холодный и скользкий, пробирал до самых костей. Он будто загонял меня обратно внутрь, но, вопреки страху, я шла дальше.

Хранитель ждал у самого края террасы. Он стоял неестественно прямо, сложив руки за спиной, вытянув белоснежную шею и подняв лицо к небу.

Я подошла ближе, но остановилась в нескольких шагах от него. Если он решит напасть, мне хватит времени отреагировать.

– Ты все такая же, какой я тебя помню.

– Что? – В горле у меня пересохло, а пальцы сжимали легкую ткань платья, нащупывая верный кинжал на бедре.

Мужчина, до сих пор смотревший в небо, молча опустил глаза и повернулся ко мне.

– Ты так хотела этой жизни, а сейчас готова так легко ее отдать.

Я попятилась. О чем он говорил?

– Вы проиграете. С окончанием турнира придет конец вашему альянсу. Нет смысла сопротивляться. Как бы ты ни старалась, в итоге ты пришла к тому, от чего убегала.

– Мы не собираемся уходить без боя.

– Без боя? – Наверное, если бы Нокс мог, то он бы усмехнулся, но что-то мне подсказывало, что он давно утратил человеческие эмоции. – Какая бессмыслица. Что для тебя поменялось? Раньше ты была готова отдать все за одно лишь сердце, а теперь жертвуешь последним шансом. Какое… расточительство.

Я не понимала ни слова!

– Ты вызвал меня одну, чтобы поговорить, но не даешь мне и шанса понять тебя.

– Ты знаешь, каждый герой во что-то верит. Есть причина, по которой мы все стали героями своей истории.

– Героями? – Я почти фыркнула. – Ты считаешь себя героем?

– Я хотел стать героем для нее.

– Для кого?

Нокс вновь поднял глаза к небу, но что-то мне подсказывало, что он не любовался блеском ночных звезд. Он не видел красоты строя Созвездий, а смотрел куда-то гораздо дальше.

А потом я разглядела на его лице то, что страшнее злости или обиды. Одержимость. Самое темное из всех чувств.

Потому что его одержимость была длиной в вечность.

– Все, что я делал, и все, что должен сделать, было и будет ради моей Авроры.

– Авроры? Ты имеешь в виду Аврору Бореалис?

Само ее имя таило в себе древнюю силу. Я быстро глянула на небо, но оно оставалось неизменным.

– Годы идут, а ты все такая же наивная, как ребенок. Хотя, пожалуй, ты вернулась обратно, чтобы начать с самого начала, не так ли?

Холодок пробежал по спине, и я сделала еще один шаг назад.

– Мы не знакомы, – напомнила я и ему, и самой себе. – Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Я позвал тебя, желая проявить сострадание. И если ты не прислушаешься сегодня, то падешь завтра. Ты отдашь жизнь, свой последний шанс, так и не исполнив свое желание.

Мое желание?

– Мое единственное желание – это защитить землю и небо от тебя.

– Ты обманываешь себя. Сейчас ты думаешь, что хочешь спасти мир. Раньше ты думала, что желаешь обрести свой дар, который всегда был спрятан в тебе.

Я притронулась к сердцу. Сила Тельца отозвалась во всем теле.

– Ты вернулась, но теперь чем больше ты пользуешься своим даром, тем быстрее твое тело разрушается, не так ли?

Я закрылась руками, но было поздно. Нокс опустил глаза на мой доспех, под которым прятались трещины.

Нет, Терра, соберись. Так не пойдет. Ты позволяешь ему загнать себя в угол.

– Вы с Далилой приняли решение? Вы нападете завтра?

– Мы давно собирались сделать это.

– Сильнейшие не позволят вам. Как только они увидят, что Далила собирается забрать их дар с помощью фьюра, они встанут против вас.

– Они ничего не смогут сделать. Они юны, наивны и не поймут, что происходит. Ни у кого нет выбора, кроме тебя. Я даю тебе шанс. Уйди сейчас.

Я решительно покачала головой, хоть и не понимала, почему он давал мне эту возможность.

– Я не боюсь. Я уже знаю, что мой дар вредит мне, но меня это не остановит.

– Вредит? Какая ты глупышка. Он лишь пытается вернуть тебя к создательнице. Твое нахождение здесь противоестественно. Но я знаю тебя, и я обязан тебе.

– Мне? – Мои ноги приросли к террасе. – Я понятия не имею, кто ты на самом деле такой.

– Ты просто забыла. Забыла, что в свою первую жизнь спасла меня, и не раз. Поэтому беги. Беги, пока можешь. Забирай своего возлюбленного и уходи. Проведите последние дни вместе. А потом… потом небо падет и мы начнем сначала.

Забрать Грея и уйти? Чем больше Нокс говорил, тем меньше я понимала.

– Ты упомянул Аврору. Ты же не только знаешь ее как создательницу круга Зодиака. Ты… был знаком с ней лично?

– Знаком? Да… Тогда я был еще мал, а мир был в огне. Я… любил ее. Любил Аврору. Но она… любила мир сильнее, чем меня.

– По легенде, Аврора отдала свою жизнь, чтобы создать круг Зодиака. Но ты… почему ты до сих пор жив?

Нокс глянул на небо. Его глаза проследили за свечением ночных звезд.

– Аврора ждет, когда я присоединюсь к ней. Она ждет, когда я стану одним из вас. – Нокс протянул руку к небу, будто желал коснуться его. Затем сжал пальцы в кулак. – Я сокрушу тех, кто ее погубил. Я освобожу мою Аврору.

– Ты же должен понимать, что случится, если ты это сделаешь. Сотни… нет, тысячи людей могут погибнуть! Мы даже представить не можем масштаба этой катастрофы.

– Мир будет снова полыхать в огне. Он станет тем, чем стал бы, если бы Аврора не спасла его ценой своей жизни. И пусть все погрузится в хаос, если это означает, что Аврора вернется ко мне. И когда огонь иссякнет, на этой земле под тысячами звезд останемся только мы вдвоем. И мы начнем все с самого начала.

– Ты… ты с ума сошел! И как ты смеешь называть себя героем?

– А ты? – Он повернулся ко мне, опуская руку. – Ты правда считаешь, что поступаешь правильно? Ты не только предаешь себя и губишь свою вторую жизнь, но и жертвуешь Авророй ради этого мира.

Я резко качнула головой:

– Я пытаюсь спасти наш мир.

– Мир не нужно спасать. Его нужно исправить. Стереть ошибки прошлого и начать с самого начала.

Человечество… исчезнет без круга Зодиака.

– Ты же знаешь… Ты жил достаточно долго, чтобы понять, к чему это может привести. Люди… все мы погибнем без Созвездий.

– Этим силам никогда не было места в нашем мире.

Я с трудом сделала следующий вдох. Нет… мне его не переубедить.

– Ты готов принести в жертву весь мир ради…

– Ради Авроры.

– Ты не герой.

– И ты тоже.

Я сжала кулаки.

– То, что я пытаюсь сделать, называется «спасти людей и самой остаться в живых».

– И делая это, ты жертвуешь Авророй. Спасая одних, ты убиваешь других, разве ты не понимаешь? Если ты хочешь спасти людей, то тебе придется убить меня. Убить Далилу, мать твоего друга. И всех моих последователей, что встанут на твоем пути. Убивая врагов, ты будешь жертвовать друзьями. Это ничего тебе не принесет, кроме одиночества.

– Откуда тебе знать?

– Ты не в первый раз ступаешь на этот путь, который ведет тебя к гибели. – Его глаза метнулись к символу Тельца на моем лбу. – Твой путь – это бесконечное разрушение. Разрушение других. Разрушение любви. И самой себя. Ты хочешь верить в счастье во всем мире, но ты наивна, если думаешь, что сможешь этого достигнуть. В первый раз у тебя ничего не вышло. И во второй раз тоже не получится.

– В первый раз? Ты снова и снова говоришь о том, чего я не понимаю. Ты словно знаешь меня. Словно я…

– Когда-то уже жила?

Мужчина замолчал, поворачиваясь ко мне лицом. Меня пробрала дрожь, но вовсе не от холода. Я не могла сделать и шага назад, будто была прикована к полу.

– Потому что ты уже жила. И ты уже совершила все эти ошибки.

Мне хотелось убежать. Пальцы ног впились в пол, мускулы напряглись, но я не могла сойти с места. Сердце желало выслушать его до самого конца.

– Пожалуй, я ничего не добьюсь одними лишь словами. Просто так ты мне не поверишь.

Я вжала ногти в ладони, протыкая кожу до крови, но даже боль не заставила меня очнуться от этого наваждения и уйти.

– Хватить говорить так, будто знаешь меня.

И тут Нокс почти… улыбнулся. Уголки его губ дрогнули.

– Лучше я тебе все покажу, Таллия.

Таллия?

Я не успела моргнуть. Не успела сделать новый вдох. Длинные пальцы Нокса оказались в центре моего лба, прямо на символе Тельца.

Всего одно прикосновение – и я провалилась в кошмар.

Я увидела много лиц, которые когда-то были мне родными. Одно сменялось другим в бесконечном потоке воспоминаний.

Мой первый смех. Первый плач. День, когда я стала сиротой. День, когда обрела новую семью. Моя первая и единственная любовь. Первый поцелуй. Первое нападение на наш город. Первый острый меч в моих мозолистых руках. Первые доспехи на юных плечах.

Картинки сменялись до тех пор, пока имя «Терра» не утратило всякий смысл.

Таллия рано потеряла своих настоящих родителей. Она была сиротой и росла вместе с четырнадцатью другими детьми. Они еще не успели полностью повзрослеть, когда пришла их очередь защищать город от бесконечных нападений врага.

Они, совсем еще дети, оказались втянуты в войну, которую не разжигали.

В те редкие дни, которые Таллия проводила не в доспехах, она была со своими четырнадцатью назваными братьями и сестрами. Не каждый из них был воином, как она. Некоторые стали лекарями и так же рисковали жизнью на поле боя. Другие отвечали за скот.

Один из них, Каэль, был ей особенно дорог. Только с ним она могла убежать в ночное поле, чтобы посмотреть на звезды. Там они до самого рассвета говорили о своих мечтах, которым не суждено было сбыться.

Только с ним Таллия позволяла себе проливать слезы, чувствуя невыразимое горе из-за той жизни, которую им приходилось вести.

Они знали, что она будет короткой.

Они знали, что никогда не увидят седину в своих волосах.

Таллия и Каэль были парой влюбленных, которым суждено было погибнуть на поле боя.

– Если бы ты мог, ты бы убежал со мной? – спросила его Таллия незадолго до последней битвы.

– Если бы я мог, я бы прожил с тобой совсем другую жизнь.

Каэль был красивым, как самая яркая ночь. Каждый раз, когда Таллия смотрела в его лиловые глаза, она не могла отвести взгляд.

А он, в свою очередь, с трудом выпускал ее из своих объятий, когда наступал новый день, который мог стать для них последним.

Каэль любил Таллию так сильно, что готов был оставить город. Встретить любую опасность вместе с ней, если это могло подарить им еще один рассвет.

Но Таллия стала самым сильным воином в городе. Она была надеждой этих людей. Таллия не смогла убежать. Даже когда Каэль сказал, что они заберут всех братьев и сестер с собой.

Она не смогла оставить свой город.

Таллия бы…

Нет.

Я бы никогда не свернула с выбранного пути.

В нос ударил запах гари. Кто-то тряс меня за плечи.

– Таллия! Таллия, очнись, прошу! – Знакомый голос, хрупкий, как стебель подснежника, был полон страха.

Мои глаза еще не успели открыться, а я уже нащупала свой меч, вскочила на ноги и оттолкнула девушку себе за спину. Затем взмахнула оружием и пошла на звук чужого дыхания.

Противники пали секундой позже. И алые капли окропили мое лицо.

– Таллия? Что с твоим глазом?

Я попыталась открыть глаза. Левый отказывался слушаться: веко онемело. Правый получилось открыть только после того, как я рукавом стерла с него свою же кровь.

Передо мной стояла юная девушка в тонком белом одеянии. Она была ниже меня на целую голову. Ни оружия в руках, ни опасного блеска в глазах. Ее белые распущенные волосы смотрелись неуместно на фоне горящего разрушенного города.

– Таллия?

– Аврора? – Я хотела нахмуриться, но от этого стало только больнее. – Что ты тут делаешь?

Голова гудела, в ушах стучало. Поэтому, когда моя сестра что-то сказала, я не услышала ни слова.

Теперь я вспомнила, что на город напали. Враги прорвали защиту, перебрались через стены, вломились в главный вход. Мы с Каэлем разделились, когда вернулись с поля: я побежала за оружием, а он сразу бросился в бой. На наш дом напали именно тогда. Застали меня врасплох, ударили по голове и рассекли глаз.

Я похлопала себя по ушам и наконец расслышала отдаленные звуки битвы.

– Аврора, почему ты не прячешься? Что ты тут делаешь?

Аврора была младше нас с Каэлем на пару лет. Искренняя, добрая и нежная, она была сердцем нашей семьи.

– Я искала Нокса. Он не…

– Мальчик не у себя дома? Его родители?

– Что, если они уже… – Ее взгляд упал на врагов позади меня.

Они больше не дышали, поэтому не представляли никакой опасности. Но Аврора так на них смотрела не из страха, а из жалости.

– Не смотри.

Я сдвинулась так, чтобы заставить ее переключить внимание на меня. Ее руки потянулись к моему раненому глазу, но сейчас не было времени разбираться с этим.

– Может, Нокс уже в укрытии, под землей?

Там прятались те, кому не было места на поле боя. Аврора опустила руки, прижала их к своему платью.

– Таллия, ты ранена.

– Со мной все будет в порядке. Найди Нокса – и бегите в укрытие. Ты знаешь все обходные пути лучше кого-либо из нас.

Нокс был единственным уцелевшим сыном наших соседей. Он жил в таких же стесненных условиях, что и весь город. С Авророй они были не разлей вода.

Мне нужно было поторопиться. Каэль и другие уже сражались. Если я не появлюсь, они подумают, что со мной что-то случилось, и станут искать меня, вместо того чтобы защищать город.

– Таллия…

Я уже собиралась выйти через выломанную дверь, но остановилась.

– Да?

– Это конец, да? Они… они уничтожат всех нас.

Да.

– Нет. Я не позволю этому случиться, Аврора.

И это была правда. Я не собиралась сдаваться или убегать без боя. Мои братья и сестры сражались. Мой Каэль сражался.

И я уничтожу любого, кто навредит моей семье.

Весь город был объят алым пламенем. Здания разрушены. Под ногами… тела. Множество тел, чужих и знакомых. Эти люди уже не дышали, и помочь я им не могла. Поэтому бежала вперед. Рубила мечом врагов.

Таллия не останавливалась, даже получив сквозную рану.

Даже когда одно за другим нашла тела своих братьев и сестер.

Таллия была последней, кто упал.

Она знала, что накануне им стоило убежать, как предлагал Каэль.

Но Таллия никогда бы не смогла принять такое решение, даже зная о собственной участи.

Она была последним оставшимся на ногах воином в окружении врагов.

Под ее ногами лежали сотни жителей города.

Среди них – одиннадцать сирот, ставших ей семьей.

Стрела пронзила ее спину. Затем бок и плечи. Оба колена.

Только тогда Таллия упала. И увидела Каэля всего в нескольких метрах от нее.

Его глаза были открыты, но они не моргали.

Его прекрасные лиловые глаза смотрели прямо на нее.

Слезы стекали по его лицу, смешиваясь с алыми лужами под его головой.

– Каэль…

Стрела, пронзившая его грудь через доспехи, торчала из сердца.

– Каэль…

Таллия ползла к нему. Ломала ногти, хваталась за землю и за павших товарищей. Она всего лишь хотела коснуться его в самый последний раз. Но добраться до Каэля так и не смогла.

Ее рука упала в сантиметрах от его щеки.

– Каэль… – слетело с ее губ.

Таллия вспомнила про Аврору, пожалев о том, что больше не посмотрит на небо со своей семьей и не попросит у звезд силы и смелости пережить еще один день.

Выдох… но нового вдоха так и не случилось.

– Грей!

Я резко села и схватилась за горло, с шумом вдыхая воздух.

Что это было?

Что я увидела?

По лицу стекал пот, и все мое тело пылало. Руками я торопливо провела по тем местам, куда воткнулись стрелы, ранив Таллию. Плечи, бока, спина и сердце. Никаких стрел я не нащупала. Никаких свежих ран и шрамов. Но боль долго не отпускала. Странная боль. Почти фантомная.

Разве что этот сон был… воспоминанием?

– Нет… – прошептала я хрипло, опуская лицо в ладони. – Быть такого не может.

Иногда во сне к нам приходят странные видения, бесследно исчезая поутру, однако история Таллии… врезалась мне в память.

Я уже видела Аврору в своих снах. Но до сих пор ее лицо было скрыто, словно я не могла вспомнить ее полностью.

Но теперь… Теперь я понимала, что никакая это не легенда с Острова Небес. Аврора создала тринадцать Созвездий.

Аврора была единственной, кто не погиб на поле боя больше тысячи лет назад.

И она… сделала что-то, чтобы вернуть Таллию и Каэля к жизни.

Меня и Грея.

Аврора была к этому причастна, пусть я и не понимала еще, что именно произошло. Руки сами собой потянулись к трещинам под доспехами. Нет. Я… начинала догадываться, откуда у нас с Греем появился второй шанс.

– Грей…

В мои руки уткнулись две теплые мордашки, и я моргнула, оглядываясь по сторонам. Каким-то образом я снова оказалась в комнате, которую нам выделили в башне на время турнира. Комната была ничем не примечательная, но просторная. Одно широкое окно за моей спиной было открыто, и через него внутрь проникал ночной ветерок, играя с тонкими синеватыми шторами.

По обе стороны от окна стояли односпальные кровати. К каждой был приставлен сундук для личных вещей. Моя сумка лежала у меня под ногами, неразобранная.

Сама я была до сих пор в платье, которое теперь казалось таким неуместным. Кожа под ним зудела, и мне хотелось поскорее стянуть с себя одежду.

Феликса в комнате не было, но кто-то меня сюда, очевидно, принес.

Теплые мордочки вновь уткнулись мне в руку, привлекая внимание.

– Локи?

Он сидел на задних лапках и укоризненно глядел на меня своими круглыми сияющими глазами.

– Прости, что заставила волноваться.

Я погладила его по голове. Провела пальцами по нежным коротким перышкам между сложенными крыльями на спине. Локи был не первой астерией, с которой я подружилась. Астерии были любимыми существами самой Авроры. Они существовали и во времена Таллии. И выжили только благодаря тому, что город Таллии, за который она отдала жизнь, стал Островом Небес.

– Феликс за тобой присматривал, пока я была в темнице?

Локи надул щеки, став похожим на круглый шарик. Я не сдержалась и улыбнулась.

– А у тебя как дела, малышка?

По другую сторону от меня сидела спасенная астерия. Она наблюдала за нами, отойдя на безопасное расстояние. Астерия выглядела гораздо лучше, чем в прошлый раз: она больше не казалась изможденной, и к ее светлым перышкам вернулся здоровый блеск. Локи помог ей восстановиться и набраться сил.

– Я могу погладить тебя? – Я медленно протянула к ней руку, но оставила решение за ней.

Астерия поглядела сначала на Локи, потом на меня, явно сомневаясь. Но потом все же прильнула к моей раскрытой ладони, бесшумно вибрируя.

Я провела по ее голове между ушками. Одно ухо стояло ровно, второе подвисало, сложившись треугольником. Видимо, оно когда-то было сломано и неправильно зажило.

– И как ты тут оказалась?

Астерия приникла ко мне, соскучившись по ласке.

– Что ж, добро пожаловать в нашу семью, малышка. Теперь осталось придумать тебе имя, если его у тебя еще нет.

Она вольется в нашу команду без проблем. Все мы когда-то были одинокими.

– Разговариваешь сама с собой?

Я вздрогнула и обернулась. Грей спрыгнул с подоконника, грациозно и почти бесшумно приземляясь возле моей кровати.

Он выглядел почти так же, как тогда, когда мы только познакомились. Без темных доспехов и тяжелого плаща на плечах. В рубашке с поясом, широких штанах и высоких сандалиях с открытым носком. Грей был родом из тех краев, где рассвет наступает раньше всего.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как я тут оказалась?

– Мы с Феликсом и Теодором нашли тебя без сознания на террасе. Пришли к тебе, как только союзники Нокса отступили и дали нам пройти.

– А сам Нокс?

– Его там не было.

Я отвела глаза, вспоминая, что увидела во сне, который показал мне Нокс.

Каэль и Грей были удивительно похожи. Только шрамов у Каэля было больше, а волосы его и кожа казались на тон темнее.

Мои пальцы зудели: мне не терпелось прикоснуться к Грею, проверить, нет ли у него таких же шрамов. Будто я могла помнить их на ощупь…

А его взгляд… То, как Грей сейчас смотрел на меня…

Так же Каэль смотрел на Таллию.

– Тебе стоит проветриться, – сказал Грей, и я повернула голову к нему. Он протянул ко мне руку ладонью верх. – Я хочу тебе кое-что показать.

Я посмотрела на его протянутую руку, заглянула ему в глаза, заметив в них знакомое спокойствие. И улыбнулась.

– Только если мы отправимся туда моим способом.

Грей приподнял темные брови, выражая любопытство:

– Это каким?

– Скоро узнаешь. Отвернись, чтобы я могла переодеться.

Кончики его ушей моментально покраснели. Крутанувшись на пятках, он устремил взгляд в ночное небо.

Я сдержала смешок и стала переодеваться, вспоминая, как Грей и ребята так же отворачивались, когда мне приходилось переодеваться во время нашего путешествия.

Я бы хотела вернуться к тем дням, когда нашей главной задачей было найти пустыню Альтаир, а единственной угрозой мы считали Далилу.

К тем дням, когда мы шли куда глаза глядят. Когда могли беззаботно смеяться и мечтать о том, чем займемся, когда исполним задуманное.

Я бы хотела вновь отправиться вместе с ними в путешествие, но… что-то мне подсказывало, что такой возможности у меня не будет.

В моей сумке нашлись плотные штаны, способные скрыть светящиеся трещины на ногах. Я надела рубаху прямо поверх доспеха, не рискнув снять то единственное, что спасало меня от боли.

Убедившись, что трещины надежно скрыты, я пальцем поманила за собой астерий, а потом села рядом с Греем на подоконник.

– Что тебе сказал Нокс? – спросил Грей.

– Что-то, чего я до конца еще не понимаю.

– Быть может, я пойму?

Я пожевала губу, поворачиваясь к нему.

– Тебе имя «Таллия» ни о чем не говорит?

Лицо Грея сделалось озадаченным. Он задумался на пару секунд, но в итоге только покачал головой.

– Кто такая Таллия?

Я печально улыбнулась. Возможно… Грею не стоило пока этого знать. Тем более я и сама пока с трудом в это верила.

– Полетаем? – предложила я.

Еще пару дней назад я бы ни за что не поверила, что мы с Греем можем взлететь в небо вдвоем, подхваченные астериями.

Сначала Грей отнекивался, сомневаясь в физических возможностях астерий. Он сопротивлялся сколько мог, говорил, что пойдет за нами пешком. Но когда мы втроем уставились на него с мольбой в глазах, Грею все же пришлось поддаться.

Когда астерия вцепилась ему в спину, а я столкнула его с подоконника, Грей едва не закричал. Отдам ему должное, он держался хорошо, даже когда стрелой полетел вниз.

В его глазах было изумление, смешанное с восхищением, когда астерия раскрыла крылья и они взлетели верх, поравнявшись со мной и Локи. Уже вместе, озаренные светом луны и звезд, мы помчались на север, куда указал Грей.

– Остров Небес, значит? – спросил меня Грей через несколько минут. – Там ты была все это время?

– Откуда ты знаешь?

Мои уши мерзли, а глаза слезились из-за холодного воздуха, который Локи с легкостью рассекал своими широкими крыльями.

– Феликс успел рассказать мне все, что ему известно. Но я начал догадываться еще тогда, когда Солэй принял нашу сторону. Вы, кажется… довольно близки.

– Ревнуешь? – пошутила я, толкнув его в плечо.

Мы летели достаточно близко друг к другу, и наши руки то и дело соприкасались. Но вместо того, чтобы толкнуть меня в ответ или выругаться, Грей умолк, а на его щеках выступил румянец.

– Вдруг у Солэя… плохие намерения?

Я уставилась на Грея, прекрасно зная, что мое лицо похоже на спелый томат.

– Солэй – мой хороший друг и наставник! К тому же его сердце принадлежит кое-кому другому. Как я уже сказала раньше… – Я осеклась. – Ты сам все знаешь.

Между нами растянулось молчание. Грей недоуменно смотрел на меня.

– О чем это ты, Терра?

– Серьезно?

– Серьезно. Лучше тебе договорить, а то я совсем ничего не понимаю. – Уголки его губ приподнялись в лукавой улыбке.

В этот раз я не сдержалась и закрыла лицо ладонями:

– Ты так хочешь, чтобы я сказала это вслух, да?

Я раздвинула пальцы, чтобы взглянуть на Грея. Ветер закинул его челку назад, кончик носа покраснел от холода, его глаза блестели в свете звезд и смотрели на меня, почти не моргая.

Грей знал.

И я тоже.

Однажды мы сможем произнести это вслух, но не сейчас и не сегодня. Возможно, после того как поговорим и снова станем одной командой.

– Расскажи мне про Остров Небес, – вдруг попросил он.

И я рассказала ему обо всем, что со мной произошло с тех пор, как мы разделились. Призналась, что долгое время ничего не помнила. Что Солэй и его сестра Анья приняли меня в свою семью. И что щедрые мастера острова обучили меня искусству Авроры.

Я умолчала лишь о том, что делает дар Тельца с моим телом.

Мы уже давно прибыли на место назначения. Но все еще кружили в небе над одной и той же крышей.

Пришла очередь Грея рассказать о своем пути. Он, как и Тео, и Феликс, не терял памяти. Прибыл в Астропию, чтобы найти нас, но долгое время они были вдвоем с Тео. Грей сразу понял, что нужно добиться расположения Сильнейших, чтобы повести их против Далилы. Но начал он с горожан. Помогал им посредством своего дара. Слухи о Змееносце передавались из уст в уста, и вскоре Тео смог представить его Сильнейшим. Сначала все, даже Ури и Шу, были настроены скептически. Они знали от Лили и Леона, что Грей когда-то помогал мне. Но Грей и Тео притворились, что ничего не помнят. И постепенно Сильнейшие его приняли.

Когда начались нападения на город, Грей сражался с ними плечом к плечу. И ближе всех ему стали Ури, Шу и Ноа. В них Грей разглядел больше всего человечности и честности.

Грей надеялся во время турнира сблизиться и с другими Сильнейшими, но потом появилась я и раскрыла себя.

– Я держался в стороне от тебя, сколько мог, чтобы не потерять доверие Сильнейших. На самом деле…

– Что?

К этому моменту астерии уже опустили нас на крышу таверны в многолюдном районе. Люди на улицах спешили по своим делам, и никто не обратил на нас внимания. И теперь обе астерии отдыхали на наших плечах, а мы с Греем сидели бок о бок и смотрели в небо. Наши руки слегка соприкасались.

– Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности, Терра. Я был готов прогнать тебя из города. Я по глупости думал, что если я разобью тебе сердце, то ты уйдешь. Оставишь это сражение нам с Тео.

– Ты забыл, что я упертая?

Грей слегка улыбнулся:

– Именно так. Воспоминания остались при мне, но я забыл о самом главном твоем качестве.

Он посмотрел на меня, накрыл мою ладонь своей и сжал ее.

– Мне очень жаль, что я сделал тебе больно. Я поступил как эгоист, поставил свои желания превыше твоих.

Я была готова спасти мир ценой своей жизни. Но Грей был готов пожертвовать всем, даже нами, ради… меня.

Я не могла рассказать ему о Таллии и Каэле. О том, что однажды мы уже прожили эту историю. И проиграли.

Встав на ноги и погладив Локи, который лапками ухватился за мое плечо, я спрыгнула с крыши в темный переулок, и Грей последовал за мной.

– Куда теперь? Что ты хотел мне тут показать?

Грей указал на задний вход в таверну:

– Нас ждут.

Я готова была увидеть внутри что угодно, даже засаду от Далилы, но никак не всех наших друзей и союзников.

Солэй, Ури и Шу сидели на высоких стульях у барной стойки, за которой работали знакомые люди. Семья Феликса! Все его дяди и тети.

– Мы закрыли на сегодня таверну, чтобы вам было где встретиться без лишних глаз и ушей! – объяснили они, поприветствовав меня.

Феликс радостно подбежал к нам, в его глазах мелькнуло облегчение, когда он увидел, как близко я стою к Грею. Его двоюродные братья окружили нас со всех сторон.

– А мы вас заждались! – Один из них дернул меня за штанину, пока второй пытался запрыгнуть на Грея, чтобы забрать у него астерию.

– Как вы все тут оказались, Феликс? – Я подняла удивленные глаза на друга.

– Эта таверна принадлежит моей семье. – Тетя Тия еще раз помахала мне из-за барной стойки, пока дядя Тори протягивал Солэю деревянную кружку. – Сегодня у нас закрытая вечеринка!

Я в недоумении посмотрела на Грея:

– Закрытая вечеринка?

– Завтра финал.

– И мы подозреваем, что Далила и Нокс нападут именно во время финала, – уже серьезнее добавил Феликс.

Я кивнула:

– Так Нокс и сказал.

Ури, скрестив руки на груди, громко прокашлялась, чтобы все обратили на нее внимание.

– Тео я доверяю с тех пор, как он стал одним из Сильнейших. А Солэй, как мне известно, принимает только те решения, которые идут на пользу его острову.

– Поэтому, – подхватил Шу, – если вы говорите, что завтра случится нападение, то мы готовы вам поверить и помочь его предотвратить.

– Я не думаю, что у нас получится его предотвратить. – Из наполненной раковины позади барной стойки вылезла Астрис. Рыжие волосы, отливающие красным в свете многочисленных зажженных свечей, моментально высохли. Она встала рядом с Солэем. – Но теперь мы сумеем дать им равный бой.

– Астрис, ты… почему ты тут?

Почему она не побоялась появиться перед всеми?

– Шу, Ури и Ноа, который сейчас в башне собирает всю возможную информацию о финальном этапе турнира, рискуют, доверившись нам, поэтому меньшее, что я могу сделать, – это показать, что мы им тоже доверяем.

Шу пожал плечами:

– Хранитель всегда казался мне странным. Я никогда не понимал его намерений. Рано или поздно мы бы задумались о его причастности к нападениям на город. К тому же Нокс воспитывал Дельту и Мисти. Достаточно одного взгляда на этих двоих, чтобы появились подозрения. Поэтому очевидно, что я верю вам. Плюс это мой шанс избавиться от Лили и Леона. Эти засранцы не заслуживают называться Сильнейшими.

– Шу, как обычно, притворяется серьезным и расчетливым, но на самом деле он просто рад быть частью команды! – Ури локтем пихнула его в бок.

Шу попытался отмахнуться, но было поздно. Одной рукой Ури крепко приобняла Сильнейшего за плечи, а другую запустила в его густую шевелюру. Так бы, наверное, вела себя старшая сестра.

– Видишь, Терра, у тебя все получилось, – сказал Солэй, вставая рядом со мной. Астрис показала мне большой палец, принимая кружку из рук тети Лиян.

Грей взял меня за руку и сжал ее, чтобы привлечь мое внимание.

– Шу и Ури не единственные, кто официально принял твою сторону. – Лиловые глаза Грея смотрели куда-то мне за спину. – Поговори с ним, пока он не начал лупить себя кулаками.

Я повернулась и сразу увидела Тео, который сидел за круглым столиком совсем один. Он глядел в затуманенное окошко, а его пальцы перебирали фитиль потушенной свечки.

Он сдержанно улыбнулся мне, когда я подошла, однако в глаза не смотрел. Я выдвинула стул и села прямо напротив.

– Хватить себя винить.

– Я думал, что делаю все правильно.

– Ты всегда так думаешь. Думаешь, что обязан делать все правильно, а когда ошибаешься, распинаешь себя так, будто эту ошибку невозможно исправить.

Тео все еще не смотрел на меня, но я знала, что он слушает. Теперь он вперил взгляд в свои сжатые кулаки. Костяшки пальцев побелели, и если бы его ногти были чуть длиннее, то он бы наверняка проткнул кожу до крови.

Белые шрамы на теле Тео, которых за это время стало только больше… не сильно отличались от трещин на моей коже.

– Иногда мне хочется тебя побить, Тео.

И тут он на меня наконец посмотрел.

– Не удивляйся так, ты же сам понимаешь, что сильно меня обидел. Я не думаю, что ваш план с Греем был гениальным. Но никакой план, основанный на страхе, не будет хорошим. Поэтому ты прав. Вы совершили ужасную ошибку.

Лицо у Тео сделалось таким, будто его ударили под дых.

– И раз я сегодня честная… Если бы вы изначально посвятили меня с Феликсом в свой план, то, может, Сильнейших на нашей стороне сейчас было бы больше. Но… – я улыбнулась ему, – что есть, то есть.

– Терра…

– Послушай, Тео, я все время ошибаюсь. Все время говорю или делаю что-то не так. Даже сейчас я не до конца уверена, что принимаю правильное решение.

Тео хотел было отвести взгляд, но я подалась вперед, положила ладонь на его кулак и крепко сжала.

– Но на этот случай у меня есть Феликс. И теперь снова есть вы с Греем. Вы вернете меня обратно, если я зайду слишком далеко, правда? А у тебя есть мы.

Глаза Тео широко распахнулись.

– Ошибайся, Тео. Продолжай принимать те решения, которые считаешь нужными. И пусть они не всегда будут верными, зато научат тебя тому, что ты можешь на нас положиться. Тебе не обязательно нести на своих плечах столько тяжести в одиночку. Раздели ношу с нами.

– Я ранил тебя и Феликса. Я думал, что делаю все правильно, – сказал он тихо, почти со стыдом.

– И за это тебе от меня еще прилетит, но оглянись вокруг или посмотри в окно: разве из-за этого наступил конец света?

Какое-то время Тео молчал, потом выдохнул, и его плечи постепенно опустились. Он положил вторую руку поверх моей и крепко сжал мои пальцы.

– Ты же помнишь, что я старше? Это я должен учить тебя уму-разуму.

Я хрюкнула, как счастливый поросенок:

– Тебе еще есть чему у меня поучиться.

Внезапно на наш столик упала тень, а затем из нее выступила высокая девушка с темно-лиловыми глазами, как у Грея.

Сора.

Она была красивой, но отрешенной, погруженной в себя. По ее глазам я видела, что у нее есть история, которую еще никто не знает. Я поняла это лишь потому, что мне тоже было что скрывать.

Сора посмотрела на меня и злобно оскалилась.

Я отшатнулась и упала бы со стула, если бы не руки Тео.

– Я сделала что-то не так? – Я скосила взгляд на друга.

– Я пытаюсь тебе улыбнуться, – объяснила Сора, расслабляя лицо и пробуя снова.

В этот раз она вытаращилась на меня так сильно, что, казалось, ее глаза вот-вот лопнут от такого напряжения.

– У тебя… – я прокашлялась, – здорово… получается.

– У тебя не получается, потому что ты слишком напряжена, – подсказал ей Тео.

Сора вновь расслабилась, и ее лицо вновь стало непроницаемым. Только в голосе можно было расслышать разочарование:

– Я всего лишь хотела выглядеть доброжелательной.

– Не пугайся так, Терра, ты привыкнешь к тому, что если Сору не видно, то, скорее всего, она совсем рядом, – сказал Тео.

– У меня еще не было возможности представиться. – Сора поклонилась по-восточному. – Меня зовут Сора, и я хочу тебя поблагодарить.

– Поблагодарить? За что?

– Ты даришь моему брату настоящую улыбку.

– Брату? – Я моргнула, а затем меня осенило. – Брату!

Сомнений не осталось, когда Грей встал рядом с сестрой.

Сора была сестрой Грея.

Грей был братом Соры.

– Так вот оно что. – Я выдохнула, отпуская тревоги, которые, оказывается, все это время держала в себе.

Грей глянул на стол, а именно на наши с Тео руки, о которых я напрочь забыла.

– Теодор. – Грей приподнял одну темную бровь. – Сделаешь это сам или мне?

Тео легко рассмеялся, отпуская меня и откидываясь на спинку стула:

– Ревнуешь?

– Нисколько.

– Уверен? Мне кажется, вена у тебя на лбу сейчас лопнет.

– О чем это вы спорите? – Откуда-то выскочил Феликс.

Обе астерии сидели на его плечах, а младшие братья тянули к ним ручки. Локи не долго отдыхал – вскоре он вновь запрыгал со стула на стул, уводя мальчишек за собой. Вторая астерия осталась с нами. Она слетела с плеча Феликса и осторожно присела на голову Грея.

И вот так просто… почти все стало как раньше. Мы снова были вместе. Все четверо приняли одну сторону в этом противостоянии.

И пусть Грей сейчас спорил с Тео, пока Феликс пытался пролезть между ними.

Теперь нас было больше.

Сора, Ури, Солэй, Астрис и Шу.

То прошлое, которое мне показал Нокс, больше меня так не пугало. У меня появилась надежда, что история не повторится.

Солэй плюхнулся на стул рядом со мной, остальные тоже подвинули табуретки, усаживаясь вокруг нашего крохотного стола.

– Теперь, когда все в сборе…

Солэй сделал паузу и многозначительно мне подмигнул, когда Грей целенаправленно сел по другую от меня сторону и прижался ко мне бедром.

– Пришло время решить, как мы будем действовать завтра.

Тео решительно кивнул, пододвигаясь так, чтобы Сора, наполовину спрятанная в тени, могла встать рядом с ним.

– Завтра на закате начнется финал турнира Тринадцати.

Я прикусила губу.

– Завтра Нокс и Далила сделают свой ход.

До самого рассвета мы обсуждали план действий. Пытались предугадать, какой следующий ход сделают Далила и Нокс. Самый главный вопрос заключался в том, как именно они планируют отобрать дары у Сильнейших.

В итоге к тому времени, как солнце сменило луну, мы пришли к согласию.

Возвращаться в башню никто не стал, все уснули прямо в таверне. Кто-то устроился на полу, а кто-то на стульях.

Настанет время, и мы с Сорой вернемся в дом, к которому успели привыкнуть, но сначала нужно обезопасить нашу жизнь от Далилы и Нокса.

Но… не только Далила беспокоила меня.

С Террой что-то было не так. И она активно это скрывала.

Я понял это по ее голосу и по натянутой улыбке – как и года два назад, когда ее укусила змея Далилы. Тогда Терра скрывала свою боль, чтобы не мешать нашей цели. Она делала то же самое и сейчас, когда мы обсуждали наш план и решали, кого из врагов каждый возьмет на себя.

– О чем думаешь, Змей?

На Теодоре не было доспехов или рубахи. Он сидел передо мной на табуретке и нетерпеливо постукивал пальцами по бедру.

– Ты же знаешь, что можешь перестать так меня звать?

– Тебе идет это прозвище.

Вместо того чтобы огрызаться, я еще раз окинул взглядом ожог в центре его груди.

– Ты правда думал, что если позволишь Зайону себя победить, то заслужишь его прощение?

Теодор пожал плечами:

– Не мог же я с ним всерьез драться.

– Еще как мог, – сказал Феликс с соседней табуретки. – Равный бой – это лучшее, что ты способен ему дать.

– Что ты имеешь в виду?

Тео поморщился, когда я положил ладонь на его ожог. На его теле было много шрамов, в основном полученных из-за дара Льва. Он не разрешал мне избавить его от старых шрамов, хотя я почти уверен, что смог бы это сделать.

Мы закрылись в кладовой таверны, чтобы перед боем я мог залечить все то, что их беспокоило. По большей части я делал это потому, что Сора напомнила мне о ранах Теодора.

– Ты проявил жалость, о которой Зайон тебя не просил. – Феликс смотрел себе на ноги, поглаживая себя по лбу, на котором больше не было огромной шишки. Я залечил ее минутами ранее, прежде чем взяться за ожог на груди Льва.

Теодор поджал губы.

– Похоже, я сделал очередную ошибку.

– Которую можешь исправить. – Символ Змееносца загорелся на моем лбу, и Теодор зашипел от боли. – Немного поболит, а потом станет лучше.

К тому же немного боли ему не помешает. Пусть взбодрится.

– Ты тоже, Грей, – вдруг сказал Тео, когда боль отступила.

– Что я?

– Еще можешь все исправить с Террой.

– Я знаю это, но… она что-то скрывает от меня. От нас.

– Она это делает не потому, что не доверяет нам или хочет обмануть. Просто она считает, что так будет лучше для всех. – Легкость исчезла из голоса Феликса. Он смотрел на меня так, как я смотрел на себя в зеркало всякий раз, когда ранил Терру, притворяясь незнакомцем.

– Ты знаешь, что она скрывает?

Феликс покачал головой:

– Она и мне ничего не говорит.

– Очевидно, это связано с ее даром. – Теодор провел рукой по груди, на которой осталось только розовое пятно. Но и оно должно было исчезнуть через несколько часов. – Ее доспех похож на мой и работает по тому же принципу. Он служит для того, чтобы защищать не от внешних ударов, а от собственной силы.

– Подозреваешь, что ее тело не выдерживает дар Тельца?

– Я думаю, нам нужно спросить у самой Терры и не строить догадки.

– Сама она нам ничего не расскажет. – Я покачал головой. – Она будет держать все в секрете до тех пор, пока не минует опасность.

– Тогда мы будем рядом. – В глазах Феликса блеснула решимость, которой я прежде не замечал.

– К сожалению, наш план подразумевает, что нам придется разделиться в самом начале, – напомнил Теодор.

– Тогда мы разберемся со своей частью плана как можно скорее и поможем Терре. – Феликс с убедительным видом показал нам два больших пальца.

Мы с Теодором переглянулись. С таким Феликсом мы еще не были знакомы. На такого Феликса можно было положиться.

– Так и поступим. – Теодор посмотрел на Феликса, потом на меня. – Что бы ни происходило с Террой, мы обязаны ей помочь. Она не должна все время защищать нас. Теперь наша очередь защищать ее во что бы то ни стало.

Часть меня хотела выдохнуть от облегчения, другая часть помнила про мое обещание рискнуть целым миром ради Терры.

Потому что… когда я очнулся полтора года назад, я понял одно: если этот мир может продолжать жить без Терры в нем, то мне он не нужен.

В дверь позади нас постучали, а затем она приоткрылась.

– Вот вы где. – Терра просунула голову внутрь. – Я хочу вам кое-что показать.

В следующую минуту мы вчетвером сидели на крыше таверны. Рассветное солнце светило мягко и не слепило глаза. Ночные звезды исчезли, оставив за собой только неполный строй Созвездий.

– Как тихо… – Тео выдохнул, и облачко пара выплыло из его рта.

Город был пустым и безмолвным, даже утренние птицы молчали, будто знали, какая опасность приближалась.

Вот так мы и сидели, иной раз указывая на малые Созвездия за облаками.

– Люпус и Кассиопея все так же под контролем Далилы, – заметила Терра с грустью.

– Далила нападет на закате, вместе с ними. Малые Созвездия – пока сильнейшее оружие в ее арсенале, – сказал я, накидывая на плечи Терре плед, который подобрал за барной стойкой, прежде чем подняться по лестнице на крышу.

– Мне их жаль. – Терра посмотрела на меня с благодарностью и села ближе. – Находиться под ее контролем и делать такие ужасные вещи… – Она резко закрыла рот ладонями и с сожалением посмотрела на Феликса. – Прости, Феликс, мне не стоило это говорить.

– Даже я иногда забываю, – признался он. – Я люблю свою мать и никогда от нее не отрекусь. Я понимаю, почему она делает то, что делает. И именно поэтому я должен ее остановить.

И часть нашего плана состояла в том, что Феликс попробует остановить свою мать. В этот раз у него должно все получиться.

– У меня предложение, – сказал я, и все повернулись ко мне с любопытством. – Как насчет путешествия, когда все закончится? Отправимся все вместе куда глаза глядят.

Секунду все хранили молчание. Терра переглянулась с Теодором. В глазах обоих читалось изумление.

– Я всегда за! – сразу согласился Феликс, вскинув кулаки вверх. – Как только моя мать перестанет покушаться на наше небо.

– И я. – Тео улыбнулся. – Я пообещал Соре, что мы возьмем ее с собой.

– Пообещал моей сестре, значит? – Я приподнял бровь. – А как же твои обязанности Сильнейшего?

Теодор сжал кулаки, потом разжал их.

– Уж что-нибудь придумаю.

– Терра? – Феликс локтем подтолкнул ее. – А ты что скажешь?

Она молчала. Не смотрела никому из нас в глаза, кажется, даже перестала заглядываться на поблескивающие Созвездия, чей свет растворялся в сиянии восходящего солнца.

Когда плед сполз с ее плеч и я поправил его, она едва заметно кивнула:

– Было бы неплохо…

Финал турнира Тринадцати должен был начаться через несколько минут. Все кандидаты собирались выйти на арену из отдельных дверей одновременно. Именно по этой причине я сейчас стояла одна в полутьме широкого пустого коридора.

Мою грудь защищал доспех. На бедре, поверх потертых кожаных штанов, висел родной кинжал. Странно, но мое сердце билось ровно и размеренно.

Даже если это был последний мой день под нашим небом, мне было уже не так страшно.

– Терра.

Я обернулась на голос и увидела ведущего турнира. На сей раз на нем была плюшевая голова змея. Подозреваю, этот образ был вдохновлен Змееносцем.

Странно, что он стоял здесь передо мной вместо того, чтобы выйти к зрителям.

Как только я собралась спросить об этом, мужчина направился ко мне. Я потянулась к кинжалу, и он остановился на полпути.

– Не стоит. – Он выставил руки перед собой ладонями вперед. – Я на твоей стороне.

– Кто ты такой?

Он обхватил руками плюшевую голову и потянул ее вверх. Если это враг, мне нужно напасть первой. Сначала бросить в него кинжал, чтобы отвлечь, потом воспользоваться даром Тельца и сбить его с ног. А дальше…

И тут он наконец снял с себя голову змея, и я потеряла нить мысли.

– Теперь ты понимаешь, Терра? Я все это время был на вашей стороне.

– Старичок Рив? – прошептала я.

Именно он стоял сейчас передо мной как ни в чем не бывало. Рив выглядел… как прежде. Мы все изменились за это время, но он – ни капли. Та же редкая седина в густых волосах, немногочисленные морщинки на лице. Единственное, что поменялось, – это взгляд: он стал тяжелым.

– Что ты здесь делаешь? Почему ты… ведущий?

Рив покачал головой:

– Я расскажу обо всем после, сейчас нет времени. Но ты должна знать, что Далила…

– Она нападет сегодня. Я знаю. Мы все это знаем. И про Нокса тоже все знаем.

– Тогда есть еще кое-что, о чем ты не знаешь.

– И что это?

Позади Рива послышались приглушенные шаги. Они приближались с каждой секундой. Наконец из тени вышел высокий мужчина в потрепанном плаще. Тяжелый капюшон скрывал от меня его лицо. Мужчина остановился рядом с Ривом.

Что-то было в его походке… и в том, как висела на поясе катана.

Все в нем казалось мне странно знакомым.

– Кто ты?

– Ты уже должна знать обо мне, Терра.

Он скинул с себя капюшон, и мои глаза полезли на лоб.

– Не может быть.

Я бы ни за что не перепутала этого человека ни с кем другим, пусть и видела его впервые в жизни.

Он был чуть выше Грея и шире в плечах. И его волосы, собранные в низкий хвост, были в разы длиннее. Но эти лиловые глаза, цвет волос и то, как лежала челка на лбу… Даже морщинки на его лице были в том же месте, что и у Грея. Между бровями.

– Что это значит? – Мой взгляд метался от одного мужчины к другому.

– Сейчас не до подробностей, Терра. – Рив проверил время на наручных часах и цокнул языком.

– Кажется, мне необходимы подробности, чтобы понять, что тут происходит. Как вы вообще познакомились и нашли друг друга? – Я перевела взгляд на отца Грея. – Грей до сих пор говорит о вас только хорошие вещи, так почему вы появляетесь передо мной, а не перед сыном и дочерью?

Мужчина даже бровью не повел, лишь смерил меня суровым взглядом, от которого прежняя я точно бы сжалась в комок.

– Потому что моя просьба адресована только тебе.

– Какая просьба?

– Нужно, чтобы ты защитила Грея.

– Что?

Я всегда была готова защитить Грея, но, кажется… он просил меня о чем-то другом.

– Ты не понимаешь, Терра, – сказал Рив, шагнув ко мне. – Если Далила и Нокс схватят Грея, то миру придет конец. Мы не можем позволить им забрать его дар. С ним они будут неудержимы.

– Я не понимаю…

Рив сделал еще шаг, но я отступила. Могла ли я им доверять?

– Вспомни, Терра, что сделал для тебя Грей, – подсказал Рив. – Он вернул тебя к жизни.

– Дар, который может дать жизнь, способен и отнять ее, – продолжил отец Грея, и все внутри меня похолодело от осознания. – Поэтому сегодня их главной целью может быть мой сын.

– Ты не должна позволить этому случиться, – сказал Рив.

Без моего дара мир еще может справиться, но не без дара Грея.

Теперь я, кажется, начинала понимать.

Грей всегда был будущим нашего мира и неба – дома Созвездий. И я должна проложить для него путь своей силой.

Это… этого пыталась добиться Таллия? Ради этого она боролась?

Я и так не собиралась позволять кому-либо навредить Грею.

– Терра, я должен многое тебе объяснить.

Рив вновь протянул ко мне руку, но наше время подошло к концу. Толпа за дверьми взревела громче, призывая ведущего объявить о начале турнира. Если он сейчас же не выйдет, Сильнейшие могут заподозрить неладное.

– Объяснитесь с Греем, когда мы закончим сегодня. – Я перевела взгляд на отца Грея. – И с Сорой тоже. Я не знаю всего, что знаете вы. Но спешу вас обрадовать. Я не собиралась отдавать Грея Далиле. Она и пальцем его не тронет.

Грей думал, что сегодня сделает все возможное, чтобы защитить меня.

Но будет наоборот.

Сегодня я сделаю все возможное, чтобы защитить не только наше небо, но и будущее Грея и моих друзей.

Я сделаю это даже ценой собственной жизни.

Мы все оказались на арене.

Один за другим кандидаты и Сильнейшие вышли из громоздких дверей и, прошагав по холодному песку, встали широким кольцом вокруг ведущего. Участники стояли на приличном расстоянии друг от друга, поэтому даже если бы кто-то и попытался начать бой раньше, то напасть неожиданно у него бы не получилось.

Ведущий, то есть Рив, времени не терял. Как только толпа чуть утихомирилась, он начал финальную речь.

Я обвела взглядом всех друзей и недругов. Тео и Феликс улыбнулись мне, Грей следил за трибунами на случай, если Далила решила затеряться среди толпы. Было бы гораздо легче, если бы мы знали, в какой момент она нападет.

Наши союзники были сосредоточенны, как настоящие воины. Недруги выглядели ожидаемо… недружелюбно. Зайон на меня не смотрел, он сфокусировал внимание на Тео.

Мои глаза остановились на вожде Острова Небес. Солэй усмехнулся, когда заметил мою тревогу, и подмигнул, напомнив о нашем вчерашнем решении…

– Давайте будем честны с собой. Мы не знаем, когда и на кого нападут Далила и Нокс. Но мы хотя бы знаем, по каким правилам будет проходить финал в этом году.

– И чего нам стоит ждать? – спросил Грей, прислушиваясь к словам новых союзников. Он всегда умел распознавать ложь по голосу и даже ритму дыхания.

– Формат финала меняется каждые четыре года, – начал пояснять Шу, закинув руки за голову. – С появлением Терры и Грея в турнире впервые будут участвовать почти все представители круга Зодиака.

– Включая четырех кандидатов, – напомнил Тео.

– Но без Райко. – Ури ударила кулаком по столу. – Она не вышла на связь, не вернулась в город.

Теперь уже невозможно было отрицать, что ее схватила Далила.

– Если мы не можем предугадать появление Далилы, то что тогда мы можем сделать завтра? – Феликс посмотрел на каждого из нас, пытаясь скрыть свою растерянность.

– Вернемся к моей основной мысли. – Солэй щелкнул пальцами и указал на меня. – Суть финала в том, что кандидаты показывают, почему заслуживают титула. Но в этом году все будет иначе. Лили захочет сразиться с тобой, Терра. А Леон – с Греем.

Я нахмурилась:

– На турнире есть кандидаты на титул Козерога и Девы. Тебе не кажется, что Леону и Лили будет не до нас?

Помимо меня и Грея в финал прошли четыре кандидата – представители Козерога, Девы, Льва и Скорпиона.

Солэй щелкнул меня по кончику носа:

– Ты меня не слушаешь, Теленок. В этом году ни вам, ни Сильнейшим нет дела до результатов турнира. Завтра будет кровавая бойня. Лили и Леон давно хотят выместить на нас злобу. Другие Сильнейшие будут защищать Нокса по своим причинам.

В этой битве четверо кандидатов попадут под перекрестный огонь.

– Как нам в таком случае выиграть? – спросила я, когда за столом повисла тишина.

– Нам известны две вещи. – Солэй загнул один палец. – Далила нападет в тот момент, когда мы будем наиболее уязвимы. – Он загнул второй палец. – А Сильнейшие сделают все, чтобы нас ослабить. Даже если не все из них в курсе планов Нокса, они все равно ему неосознанно помогают.

– Мы пойдем против правил финала, – догадался Тео. – Мы будем работать как одна команда на арене.

– Именно. – Солэй кивнул. – Нас не интересует победа в турнире. Нас интересует победа над Далилой и Ноксом. Если мы проиграем, то их уже будет не остановить. Они отберут наши дары один за другим и уничтожат круг Зодиака.

– Нокс сказал… – я пожевала губу, – что хочет вернуть Аврору.

– Едва ли он понимает, что, уничтожая Созвездия, он убивает и Аврору тоже. Все жизненные силы Авроры были отданы на создание круга Зодиака. Без Созвездий… Аврора, скорее всего, тоже исчезнет, – мрачно заключила Астрис.

– Мы и так не до конца понимаем, почему Телец и Змееносец исчезли с неба, – добавила я, и все удивленно посмотрели на меня.

– Но, Терра, мы знаем, что с ними случилось. – Грей опустил руку на мое плечо.

– Да? – спросила я с надеждой. Неужели Грей вспомнил про Таллию и Каэля?

– Они до сих пор сражаются за двенадцатое место на небе, разве не так? – вдруг сказал Тео, и все кивнули.

Именно так сказал явившийся нам Лев, но он солгал.

Я решила промолчать. Возможно, я ошибалась в своих догадках.

Грей не сводил с меня взгляда, явно пытаясь прочитать мои мысли. Потом Солэй снова заговорил:

– В любом случае Сильнейшие попытаются нас разделить. Арена новая, построенная по приказу Нокса. Сделана так, чтобы развести нас, как Ноксу будет удобно.

– Леон нападет либо на меня, либо на Грея.

– Теодор, они воспользуются тем, что Зайон будет бороться за твой титул. – Солэй посмотрел на Грея. – Леон нападет на тебя.

Грей кивнул:

– Этот бой должен был состояться рано или поздно.

– Каждый Сильнейший может найти равного противника среди нас. – Ури остановила взгляд на мне. – Единственный, кому невозможно дать отпор, – это Дельта. С его властью над гравитацией даже мне он не по зубам.

Я решительно хлопнула в ладоши, чтобы разбавить мрачную обстановку за столом:

– Я возьму его на себя.

Грей сразу покачал головой:

– У тебя будет бой с Лили.

– Тогда я возьму на себя и Лили, и Дельту.

– Это слишком опасно. Что, если они нападут одновременно?

– Тогда я буду импровизировать. Сила Тельца против силы Водолея – это звучит как самый безопасный вариант для всех нас.

– Ты серьезно считаешь, что это самый безопасный вариант?

– Тише-тише, милашки. – Солэй поднялся со своего стула и, встав между нами, положил руки нам на плечи. – Я согласен с Террой: она единственная, кто может что-то противопоставить Дельте. Но она не будет одна. Мы будем помогать друг другу. В стороне останутся лишь Астрис и Сора, и то только до тех пор, пока кому-нибудь не понадобится помощь. Они смогут переместиться в любую точку арены, чтобы помочь. Наша главная задача – справиться с Сильнейшими до нападения Далилы.

Я еще раз прокрутила в уме наш план к тому времени, как Рив закончил объяснять правила финального этапа.

Райко, сильнейшая представительница Рака, пропала без вести. Ноа не участвовал в турнире по той причине, что его дар был уникален. Его титул Сильнейшие отдавать никому не планировали. Шу и Ури поверили нам и приняли нашу сторону. Солэй всегда был со мной заодно. Тео решил быть моим другом, а не Сильнейшим.

Остались только Самира, Лили, Леон, Мисти и Дельта…

И это я не учла Зайона и трех других кандидатов, которые ни о чем не подозревали.

Казалось бы, опасных врагов нам хватало, но если поднять глаза на балкон, то можно было увидеть там Сильнейших прошлого, включая дядю и тетю Тео.

Просто замечательно, Терра.

Вдох и выдох.

Ты справишься.

Ты не одна.

Принять облик птицы было лучшим моим решением. С высоты я смог разглядеть, кто и где находится на арене, которая теперь казалась в разы больше и была разделена на три совершенно непохожие друг на друга зоны.

Взлететь еще выше у меня не получилось из-за еле заметного купола, который защищал зрителей от происходящего на арене.

Я парил над зоной с прожилками лавы. Земля здесь так сильно раскалилась, что стала темно-красной.

Чуть дальше была видна другая зона с плотными тучами, беспросветным ливнем, отпугивающим громом и молниями, что били прямо в землю. Кто из ребят оказался там?

Третья зона была темной. Лучи солнца не пробивались туда совсем. Полная темень. Если туда попал Тео, то…

Нет, Феликс! Если бы не мои крылья, то я бы хлопнул себя по щекам, чтобы взбодриться. Нужно было надеяться на лучшее. Дурные мысли ни к чему не приведут. У нас все получится! И мы все вместе вернемся домой. Я, Терра, Грей, Тео и наши новые друзья.

И, возможно… даже моя мама.

– Феликс, берегись!

Краем глаза я заметил чужие крылья. Кто-то подбил меня сбоку, и я полетел вниз, прямо в ручей оранжевой булькающей лавы.

– Феликс! – Но мой союзник был слишком далеко.

Я успел сгруппироваться и изменить траекторию падения. Упал на жесткие камни, уже в человеческом облике, и откатился в сторону, оцарапав кожу.

– Феликс, ты живой?

Руки, облаченные в металл, схватили меня за плечи, сразу поднимая на ноги.

– Не стой долго на одном месте, Феликс!

Я сразу понял, о чем предупреждает Шу. Раскаленная земля обжигала ступни даже через обувь.

Я принялся перепрыгивать с ноги на ногу, но это мало помогало.

Так и знал, что не стоило надевать сандалии!

– Тебя подпалило при падении? – Взгляд Шу упал на мой рукав.

– Ох, нет, не о чем переживать. – Я поспешил сорвать остатки ткани. – Видишь? Это протез.

Голубые глаза Шу, которые казались еще ярче на фоне красно-оранжевой земли, остановились на моем протезе.

– Как ты так спокойно стоишь на одном месте? – удивился я.

Шу приподнял одну ногу, показывая мне стопу:

– Я сделал так, чтобы мой экзоскелет закрывал самые уязвимые места.

На его подошве блеснул металл. Значит, он мог менять форму доспеха в зависимости от условий? Как же круто!

– У вас есть время на беседы, мальчики?

Самира, снова превратившись в человека, приземлилась на валун напротив нас. В ее зеленых глазах читалась нескрываемая обида.

– Никогда бы не подумала, что ты можешь предать нас, Шу.

Тот пожал плечами, тряхнув копной темных волос, разметавшихся в беспорядке:

– Ты сама знаешь, как сильно я жаждал перемен в нашей группе. Мы давно перестали быть одной семьей.

– Семьей? Из-за этого ты ушел? Потому что ты хотел семью?

Шу прищурился:

– А ты? Разве нет?

Самира отступила на полшага назад. Обида на ее лице уступила место воинственному оскалу.

– Ты сделал неправильный выбор.

– Я просто помогаю тем, кто готов помочь нам. Сама посуди. – Шу развел руками, словно пытаясь охватить все вокруг. – Хранитель творит что хочет. В Леоне и Лили нет ни капли сострадания или доброты. Мисти вообще не в себе.

– Раньше это тебя так сильно не беспокоило.

Шу сделал шаг вперед. В серебристом металле его экзоскелета отражались огненно-красные блики лавы.

– Возможно, я притворялся слепым, а возможно, всего лишь ждал подходящего момента.

Символ на лбу Самиры загорелся зеленым.

– Если это твой выбор, то так тому и быть.

– А что насчет тебя? Как же твоя преданность Тео?

– Тео тоже сделал свой выбор. В его сердце нет для меня места.

Самира надела на глаза повязку, а затем выпрямилась, разведя плечи шире.

– Нас двое, а ты одна. Еще не поздно передумать.

Самира помедлила с ответом. Склонила голову, прислушиваясь к чему-то.

– Ты так в этом уверен?

Шу замер.

– Феликс, задержи дыхание!

Я зажал нос руками. Лицо Шу наполовину закрыла металлическая маска.

Возле Самиры появился самый юный из Сильнейших, Мисти.

– Я возьму его на себя, если ты займешься Самирой, – предложил Шу и тыльной стороной ладони стер капли пота со лба. – Ты не сможешь долго находиться на земле, поэтому уводи Самиру в небо. А я разберусь с Мисти. Он неплохой парнишка, просто слепо следует приказам.

Мне не нужно было предлагать дважды, к тому же мои ступни уже успели поджариться.

Я сорвался с места, превратившись в ястреба.

Но Самира не дала мне набрать высоту, клювом вонзившись в мой бок.

Несмотря на боль, я сумел удержаться в воздухе. Самира кружила вокруг меня, как хищница. Поймав нужный момент, я рванул прямо на нее. Когтями вцепился в ее тело и начал взлетать выше. Если поднимусь высоко, то смогу…

Что-то блеснуло подо мной.

Самира внезапно превратилась в человека, обнажила сабли и замахнулась.

Я отпустил ее, но лезвия успели задеть крылья. Капли моей крови упали на лицо Самиры, и она сразу же превратилась обратно в птицу.

Я уже летел вниз.

Нет. Так мне ее не победить.

Самира – честная соперница, та, кто гордится своим титулом.

Используй это против нее, Феликс!

Я продолжал лететь вниз, зная, что если мой план не сработает, то я упаду прямиком в лаву.

Я несся так стремительно, что еле успевал хватать ртом воздух. Кожа горела из-за ожогов. Голова шла кругом.

В самый последний момент Самира спикировала вниз, сбивая меня в сторону. Мы упали неподалеку от оранжевой реки. Перекатываясь по земле, приняли человеческий облик.

– Ты что творишь? – Самира нависла надо мной, повязка слетела с ее глаз. – Умереть захотелось? Так бы и сказал сразу, и я бы тебе это устроила! – Она кричала отчаянно, как человек, которому уже довелось пережить потерю.

Я улыбнулся ей:

– Ты хороший человек, Самира.

Девушка тяжело дышала.

– О чем ты… говоришь?

– Когда ты все поймешь, я буду ждать тебя на нашей стороне.

Глаза Самиры раскрылись, но она не успела среагировать. Я воспользовался приемом, которому меня когда-то научили в семье Руис. Один удар ребром ладони в шею – и глаза Самиры закатились.

Сильнейшая повалилась лицом вниз, но я вовремя ее поймал. Не мог же я допустить, чтобы она получила ожог.

Густые темно-русые волосы упали ей на лицо. Как можно выглядеть обеспокоенной даже без сознания? Моя рука сама собой потянулась к ее волосам. Я аккуратно убрал их с ее лица и провел пальцами по хмурым бровям, пытаясь их разгладить.

Что тревожило ее так сильно?

– Держи руки при себе, мелкотня. – Шу перепрыгнул через ручей с Мисти на плече. – Не знаю, что тебе придется сделать, чтобы завоевать расположение Самиры, но уж точно не это.

На доспехах Шу не было ни единой царапины.

– Как ты…

– Я тренировался с Мисти последние несколько лет. Сам обучил его рукопашному бою. И к тому же я для него, считай, самый неудачный противник. – Свободной рукой он похлопал по своей маске. – Сможешь понести Самиру?

Я превратился в волка – свою самую быструю и сильную форму. Хоть от высоких температур это и не спасало.

Я осторожно сомкнул челюсти на одежде Самиры и закинул ее к себе на спину.

Шу показал мне большой палец:

– Отлично, мелкотня, теперь нужно отнести их в безопасное место до того, как нападет Далила.

– Вы, ребята, закончили быстро. Очень даже неплохо, Феликс. – В моих ушах прозвучал голос Ноа. Я знал, что он в какой-то момент свяжется с нами, но все равно чуть не подпрыгнул от испуга.

Его голос оказался довольно мужественным для человека с такими аккуратными и тонкими чертами лица.

– Самое время, Ноа. Ты в безопасности? – спросил Шу.

– Даже если Нокс узнает, что я предал его, то не найдет меня.

– Соедини нас с другими уже, пожалуйста. – Обычно я не мог разговаривать в форме волка, но с даром Ноа это оказалось легче, чем я думал.

– Если мысль достаточно четкая, то я ее услышу и смогу передать по воздуху, – сразу пояснил Ноа, усмехнувшись моему удивлению. – Соединяю вас с остальными… Проверка связи, друзья, отзовитесь.

– Тео на месте.

– Грей тоже.

Оба говорили отрывисто. Видимо, сражение было в самом разгаре.

– Солэй тоже тут. Звезды-звезды, почему меня закинуло в такую темень? Тео, ты как?

– Мы с Греем справимся.

– Мы деремся. Не можем говорить. Терра, ты как?

– Терра, если ты нас слышишь, отзовись, – попросил Ноа.

Последовало молчание.

– Возможно, она сражается? – предположил Шу.

– Ури тоже молчит, – сразу заметил Солэй и щелкнул языком.

– С трибун ничего не разобрать. Терру и Ури не видно, – сообщила со своей точки обзора над ареной Сора, готовая прийти на помощь в любой момент.

– Что-то блокирует связь, – понял Ноа.

– Если с трибун видно даже Тео и Грея, хотя они в теневой зоне, значит, Терра и Ури на штормовой территории, – догадалась Астрис. – Там есть вода, я могу переместиться туда и…

– Нет, – категорично отрезал Солэй, затем усмехнулся, чтобы сбросить напряжение. – Я мчался к Тео, но, кажется, Лев, вам с Греем придется подождать. Я иду искать Терру и Ури. Если не пойму, что именно блокирует связь, то могу тоже пропасть.

– Принято, Солэй, выходи на связь каждую минуту, так я смогу отследить, в какой момент что-то пойдет не так.

– Позаботься о Терре, Солэй, – прозвучал тихий голос Грея в моих ушах.

– Само собой разумеется, – ответил Солэй почти сразу.

– Эй, Феликс, ты это видишь? – Шу остановился и указал наверх. – Сора, Астрис, что у вас там происходит?

Именно тогда я увидел, что на балконе, где сидели предыдущие Сильнейшие, что-то происходит. Их будто окутал странный дым. Воздух вокруг них вибрировал и…

– Шу, вы сказали, что по приказу Нокса была перестроена арена?

Сильнейший кивнул.

Я моргнул и клацнул пастью.

– Что, если это и был его план? Что, если у них не один фьюр? Что, если… вся арена – фьюр?

Глаза Шу распахнулись.

– Если Феликс прав, то прямо сейчас Нокс забирает дары у Сильнейших, которые сидят на балконе, – сразу озвучил мои подозрения Ноа. – Сора, Астрис, мне нужно, чтобы вы…

– Я проверю, – ответила Сора без промедлений. В ее голосе ни было капли тревоги, но сестра Грея лучше всех умела скрывать эмоции.

– Я ее прикрою, – добавила Астрис.

– Что-то не так, – сказал мне Шу и ускорился с Мисти на плече. – Нас водят за нос.

И я не мог развеять его подозрения.

– Нас водят за нос… – донеслись до меня слова Шу, но ответить на них я не мог.

Мы с Теодором даже переглянуться не решались – сейчас это могло стоить нам жизни.

Леон стоял перед нами. Все мы были с обнаженными мечами, но дыхание не сбилось только у него.

Приходилось признать, что Леон искусно владел мечом.

Кроме того, вокруг нас царила кромешная темнота. Она не только ослабляла Теодора, но и была настолько плотной, что каким-то образом глушила звуки шагов и любой шум. Даже с моим слухом сложно было предугадать движения Леона.

Теодор атаковал. Быстро сократил расстояние между ним и Леоном и резанул по нему мечом. Но Леону даже не пришлось уклоняться. Символ Козерога уже горел на его лбу, и Теодор отлетел назад.

Я крепче сжал оружие.

– Как нам его победить? – спросил я Теодора.

Леон был одним из самых неудобных противников. С помощью своего дара он мог отразить любой удар.

– Чем сильнее мы бьем, тем сильнее получаем в ответ. – Теодор выпрямил спину, с его лба исчез символ Льва, а лицо серело с каждой минутой.

Нам нужно было закончить этот бой до того, как иссякнут его силы. Без него мне будет сложнее справиться с врагами.

– Я бы предложил вам сдаться. – Леон не двигался, словно побуждая нас продолжать бессмысленные атаки. – Но победить вас обоих будет величайшим удовольствием в моей жизни.

– Леон, ты…

– Не надо, Теодор. – Я взмахнул свободной рукой, ведь он тратил силы даже на слова.

Леон хмыкнул, Теодор сделал глубокий вдох и выдох. Я никогда не видел на его лице столько злости.

– Победа будет за нами, – оповестил я врага.

Леон раз за разом причинял Терре боль. Он не заслуживал титула. И я был уверен, что в этом мы с Теодором солидарны.

Леон должен был пасть сегодня. Не мне отбирать его титул, но я как минимум мог показать всему миру, почему он его не достоин.

Я перехватил катану и выставил ее перед собой. Отвел опорную ногу назад, согнув колени.

– Приступим.

Мы уже собирались напасть, как что-то блеснуло позади Леона.

Желтая молния… чужая!

– Тео, берегись!

Зайон возник буквально из ниоткуда и бросился на Тео.

Теодор успел отпрыгнуть назад, и выпущенный Зайоном луч попал в доспех.

– Наконец я тебя нашел, – выдохнул Зайон. Его лоб был покрыт испариной, под глазами уже виднелись синяки.

– Оставь Зайона мне, если готов взять на себя Леона. – Теодор бросил на меня быстрый взгляд.

– Звучит как план, – отозвался я.

– Ну хоть у кого-то из кандидатов есть здравый смысл. – Леон сухо усмехнулся. – И как ты собираешься меня победить, Змей? Твой дар может только лечить.

Я опустил катану на пару секунд, расслабляя предплечья. Этот Леон, он… кошмарно глупый.

– Ты прав.

Леон приподнял светлую бровь:

– Так легко это признаешь?

– С моим даром я не могу тебя ранить. Но знаешь, что способно причинить тебе боль? Ровно столько боли, сколько ты причинил Терре? Мое оружие.

– Твое обычное лезвие против моего дара?

– Если бы за твоими глазами был мозг, то ты бы заметил, что никакое это не обычное лезвие.

Я знал, что позади меня Тео дерется с Зайоном, но не мог прийти к Тео на помощь, не разобравшись с этим Сильнейшим.

Символ Змееносца потеплел на моем лбу. Почти сразу темно-фиолетовое сияние окутало черное лезвие катаны.

Леон округлил глаза. Он чуть было не сделал шаг назад, но сумел сдержаться.

– Откуда у тебя лезвие, которое может это делать?

Мое оружие способно было стать крепче и острее любого другого, потому что поглощало мою силу.

А силы у меня предостаточно.

Я поднял катану к лицу, успел заметить блеск своих глаз в отражении лезвия, а затем с усмешкой направил оружие на Леона:

– С Теодором, возможно, у тебя еще был мизерный шанс на победу, но со мной – ни единого.

Леон вздернул заостренный подбородок, его дыхание стало прерывистым, а в голосе прослеживалась едва заметная дрожь. Но вовсе не от страха, а от злости.

– Против моего дара твой меч ничего не сделает. Я отражу любой твой удар.

– Отражай сколько хочешь. – Я вновь согнул колени. – Мне просто придется быть чуточку хитрее.

Леон крепче перехватил свой меч, но я уже несся на него.

Я оказался перед ним в мгновение ока и замахнулся. Леон моргнул, готовясь отразить удар. Но я не стал бить, а сместился ему за спину и атаковал оттуда. Леон увернулся в последний момент, но мне удалось рассечь ему бровь кончиком лезвия.

– Как ты это сделал? – зашипел он, прикрывая один глаз.

– Ты не сможешь отразить удар, которого не видишь.

Леон оскалился, как гиена, и бросился в атаку.

Мы обменивались ударами так быстро, что ветер резал глаза. Каждый мой шаг был просчитан наперед. Я заманивал Леона в ловушку.

И все же Леон недаром был Сильнейшим: ему удалось подловить меня.

Когда я сделал обманное движение справа, чтобы ударить его слева, Леон уже разгадал мою тактику. Его лезвие успело рассечь мне щеку до того, как я отступил.

– Солэй, ты нашел Терру? – шепнул я себе под нос.

Ответа не последовало.

– Он перестал выходить на связь, Грей, – раздался голос Ноа у меня в ушах. – Я дам тебе знать, как только что-то изменится.

Мысли о Терре отвлекали меня. Но чтобы помочь ей, мне придется поскорее разделаться с ее старым другом.

– Я понял твой план, Змей. – На лице Леона появилась самодовольная улыбка. Рукавом рубашки он стер кровь с брови.

Я замахнулся, и Леон дал этому удару случиться, только чтобы отразить его. К одной царапине на моей щеке прибавилась вторая.

– Неужели ты не так глуп? – Я расправил плечи, меняя стойку и опуская лезвие ниже. – Тогда попробуем по-другому.

Мой символ на лбу стал горячее, и я снова бросился на Леона.

– Мы это уже проходили, Змей, я знаю, что ты…

Я замахнулся и позволил Леону отразить удар. Волна силы, исходящая от моего лезвия, вернулась обратно, врезалась мне в грудь, защищенную доспехами.

Леон бы упал от такого удара. Любой другой воин тоже. Год назад я бы и сам не справился с такой силой.

Но нынешний я остался стоять на ногах, а мой дар моментально вылечил все ушибы.

Холодные глаза Леона расширились от понимания.

– Ты…

Теперь пришла моя очередь оскалиться. Мы вновь бросились друг на друга, наши лезвия со скрежетом столкнулись, искры полетели в лицо. Чем яростнее я бил, тем чаще Леон отражал мои удары и переходил в атаку. Но мой дар залечивал раны быстрее, чем Леон успевал их наносить.

– На сколько тебя хватит, а, Леон? – прорычал я, когда мы сошлись лицом к лицу и я толкнул его тупой стороной катаны.

Леон упал на спину. В его глазах отразился кончик моего лезвия, когда он приподнялся на локтях.

– Ты… ты…

Я знаю, что он видел перед собой, и понимал, почему в его глазах зародился ужас. На моих щеках остались алые пятна и следы от ран. Моя одежда была местами изрезана, а расцарапанные доспехи кое-где треснули.

Я провел рукой по влажным от пота волосам и откинул челку назад.

– Не было смысла уклоняться от твоих ударов, если раны залечить быстрее. Оставалось только ждать, когда ты устанешь или ошибешься. Даже самые совершенные воины не вечны.

Леон заскрипел зубами:

– Ты терпел такую боль, только чтобы… доказать, что я не совершенен? Или защитить Терру и отомстить за нее?

Я был готов сделать для Терры гораздо больше. И судя по тому, как побелело лицо Леона, он это осознал.

Я собирался просто вырубить его одним хорошим ударом по лицу, возможно, сломать его идеальный нос, чтобы он навсегда запомнил этот бой, или…

Но тут я уловил приближение чужих шагов.

Они были грациозными и легкими.

– Если ты уже закончил с ним, Грей, то я заберу его себе, ладно?

На меня полетели кинжалы, и я отпрыгнул назад. Но Леон даже не успел встать на ноги – чья-то рука схватила его за горло, поднимая голову вверх.

Как только губы Леона соприкоснулись с фьюром, я развернулся и понесся назад.

– Теодор!

– Значит, ты все помнишь?

Уклоняться от выпущенных Зайоном лучей было тяжелее, чем я думал. Кто обучил его этому искусству?

– Знаешь, если ты захочешь, ты действительно сможешь стать Сильнейшим.

Еще одна вспышка – я едва успел отпрыгнуть в сторону.

– Именно для этого я и участвую в турнире! – Зайон выпятил вперед грудь, грозно сверкая глазами и не выпуская меня из поля зрения. – А теперь прекрати убегать, как трус, и сразись со мной уже!

– Хочешь забрать мой титул, да? – выдохнул я, перекладывая меч в свою правую, доминантную, руку. Защищенную доспехом.

– А ты думаешь, что заслуживаешь его?

Зайона обуревали эмоции, которые помешают ему, когда нападет Далила. Мне нужно было справиться с ним до того, как появится настоящий враг.

– Прекрати тянуть кота за хвост и сразись со мной! – рявкнул Зайон.

Этот парень большую часть времени был сдержанным и уверенным в себе, но сейчас в нем говорили юность и отсутствие опыта.

По правде говоря, я не думал, что смогу одолеть Зайона в обычном бою. У парня был настоящий талант и тело, которое выдерживало дар Льва. Все, что давалось ему легко, мне доставалось с большим трудом и болью. Мои шрамы и увесистые доспехи служили тому доказательством.

К тому же из-за отсутствия солнца у нас обоих быстро кончались силы.

Зайон хотел доказать, что я недостоин титула.

Я же хотел подготовиться к нападению Далилы.

Именно по этой причине мне нужно было сразиться с ним по-настоящему и поскорее его одолеть.

Зайон направил в меня очередной луч, но я увернулся от него, наклонив голову. Мое тело оставалось на месте.

– Ты прав, Зайон, – сказал я, наступая на него. – Ты действительно заслуживаешь титул Сильнейшего Льва.

Зайон замолчал, недоверчиво прислушиваясь.

– Но не сейчас и даже не через год. Тебе недостает терпения настоящего лидера.

– Терпения? – Зайон раздул ноздри. Желтые искры забегали по его рукам. – Что еще ты обо мне скажешь?

– Тебе не хватает проницательности. Если бы это было не так… – Я сделал паузу. – Ты бы понял, что Терра и другие сейчас думают о твоей безопасности, как и о безопасности всего мира. – Я опустил глаза на меч в своей руке, лезвие которого озарилось солнечным светом. – И ты бы увидел, что я тебе не по зубам.

Доспех на моей правой руке тоже заискрился.

Лицо Зайона, освещенное сиянием моего дара, растеряло былую самоуверенность.

– Как… как ты это делаешь? Как ты используешь столько дара без солнца над нами?

– Мой секрет в терпении.

Мое тело всегда было слабее моего дара. Как бы я ни тренировался, каким бы сильным ни становился, мой дар продолжал причинять мне боль.

Со временем я научился использовать только малую часть дара. Но сейчас, чтобы быстро одолеть Зайона, я высвободил половину накопленных сил.

Я поднял на него суровый взгляд и бросился вперед. Зайон обнажил два коротких клинка и отразил атаку.

Мне до сих пор не встречался воин с таким же даром, как у меня.

Чей клинок острее? Чья молния быстрее?

Желтые вспышки сверкали вокруг, отражаясь в наших глазах. Обжигали наши лица.

Я замахнулся, но Зайон успел уклониться, и я резанул по воздуху. Однако, не теряя времени, я сжал левую руку в кулак и направил солнечные молнии прямо в центр его груди.

Парень отлетел назад, а на его рубахе появилась обугленная дыра, открывая участок обожженной кожи.

Любого другого человека парализовало бы от болевого шока, но Зайон был Львом, и ему такой удар почти не причинил вреда.

Однако из-за отсутствия солнца над нами его силы были на исходе.

Поднявшись на ноги и жадно вдохнув воздух, Зайон посмотрел на меня с нескрываемой ненавистью:

– Твой дар причиняет боль не только мне.

Он бросил взгляд на мой разорванный левый рукав, под которым виднелись линии свежих ожогов.

– Чтобы победить тебя, мне не потребуется много времени, Зайон.

– Мне плевать, если ты сильнее меня! – Зайон поднял один клинок и указал им на меня. – Ты не заслуживаешь звания Сильнейшего!

– Я знаю, что совершил ошибку, Зайон. Я знаю, что, выбрав спасти одного человека, отправил на верную смерть твоих родителей. – Я закрыл глаза на секунду, вспоминая лицо его отца, звавшего на помощь. – Но я не могу жалеть о том, что спас другого.

– После того, как от моей деревни не осталось ни следа, меня отправили в приют для сирот на окраине Заримана. Мы жили там скромно, но в чистоте. Еда была простой, но мы никогда не голодали. И когда я сказал хозяину приюта, что хочу вырасти сильным воином, он сделал все, чтобы помочь мне. Я остался ни с чем, но сделал все, чтобы обрести новую цель. Я хочу стать Сильнейшим представителем Льва, на руках которого не случится ни одной смерти. Ты не заслуживаешь называться…

– Я знаю это, Зайон, – отрезал я жестко. – Думаешь, я слеп и не вижу, что ты сильнее меня? Что ты бы мог стать достойнейшим из всех? Возможно, ты действительно должен занять мое место, но не сегодня. Сейчас ты слишком эмоционален. Слишком юн для такой роли.

Зайон был примерно одного возраста с Феликсом, хоть и казался гораздо старше благодаря высокому росту и натренированному телу. Выглядел он как настоящий воин, этого у него было не отнять. И все же…

– Через четыре года ты сможешь попробовать снова, но сейчас пора заканчивать этот бой.

Глаза Зайона расширились от гнева, а губы приоткрылись. Но я побежал на него, ослепляя молниями, заставляя отступить.

Я как раз собирался вырубить парня рукоятью меча, когда…

– Теодор! – донесся до меня крик Грея. – Она здесь!

Я замедлился, взглядом ища источник опасности. Грей показался из тени, теперь освещенный моим солнцем. А за его спиной блеснул кинжал. Но этот кинжал летел не в Грея, нет… он летел прямо в спину Зайона.

Я ускорился и обогнул Зайона. Схватив его за шкирку, оттолкнул себе за спину.

В следующее мгновение кинжал вонзился в центр моей груди.

– Тео!

Я рухнул на землю. Хотел закричать, но не смог. Мне будто заливали раскаленную лаву прямо в грудь. Никогда в жизни я не испытывал подобной боли, даже от ожогов.

Я пытался схватиться за кинжал, но мои руки ослабли.

Рукоятка кинжала, прозрачная как стеклянный сосуд, стремительно заполнялась желтым светом. С каждой секундой я становился слабее.

– Тео! – Надо мной возникло посеревшее лицо Зайона. Враждебность в его глазах уступила место растерянности.

– Выдерни… э-это… из меня!.. – взмолился я сквозь зубы, стиснув челюсти от боли.

– Я не могу! Вдруг станет только хуже!

– Грей! – позвал я друга, но он уже стоял спиной к нам. Его меч был направлен на врага.

– Что ты с ним сделала?! – Голос Грея был опасным, как темнейшая ночь.

Женщина выступила вперед, наконец попав в мое поле зрения. Ее глаза светились зеленым. Цвет был такой же, как у Феликса, только в разы холоднее.

Далила выглядела хуже прежнего. Ее щеки впали, лицо осунулось, а кожа потускнела.

– Можешь выдернуть кинжал, но тогда ваш друг умрет от кровотечения, а можешь оставить на месте, но тогда я отберу его дар и он в любом случае лишится жизни. – Ее взгляд упал на меня. – Здравствуй, Теодор. – Она сухо усмехнулась, убирая знакомый предмет, фьюр, в карман темного платья. – Ужасно выглядишь.

Чем дольше кинжал находился во мне, тем тяжелее было оставаться в сознании.

– Грей… – попросил я слабым голосом.

– Зайон, вытащи из него кинжал, – принял решение Грей.

– Что?! – Зайон отпрянул назад. – Но это опасно! Она сама сказала…

– У нас нет другого выбора! – рявкнул Грей. – Сделай это сейчас же, и я вылечу его, как только разберусь с ней!

Я посмотрел в глаза Зайону и кивнул. Больше парень не медлил: схватился обеими руками за стеклянную рукоятку кинжала и с силой выдернул оружие из меня.

Мне никогда в жизни не было так больно.

Зайон отшвырнул кинжал назад и быстро зажал глубокую рану обеими ладонями. Кинжал взлетел сам по себе и приземлился в протянутые руки Далилы.

– Пожалуй, этого вполне достаточно. – Она усмехнулась, но никакой радости в ее глазах не было.

Казалось, я потерял сознание на пару минут. Когда я снова очнулся, Далилы уже нигде не было, а Грей стоял на коленях по другую сторону от меня.

– Убери руки, я тебя заменю, – сказал он Зайону.

Тот не стал спорить. Он быстро отодвинулся в сторону и спросил:

– Почему ты ее отпустил? Почему не идешь за ней? Она же сказала, что Терра – ее следующая цель.

– Потому что Терра способна постоять за себя.

Но руки Грея, пусть и теплели на моей груди, дрожали от страха за нее.

– Что, если Терра проиграет? – почти закричал Зайон ему в лицо.

– Тогда Далила вернется за нами, чтобы закончить начатое. – Грей говорил спокойно, но что-то темное плескалось в его глазах. – Чтобы победить в этом сражении, им с Ноксом нужно избавиться либо от меня, либо от Терры. Если Далила оставила меня в живых, то, значит, в Терре она сейчас видит самую главную угрозу. Но Терра сломает ее за секунду, как зубочистку.

– Зачем ты врешь самому себе, Грей? – прохрипел я.

– Замолчи, Лев, если ты умрешь на моих руках, Терра мне этого не простит.

– Что, если Нокс уже напал на Терру? Что, если они уже ее победили, поэтому не переживают, что смогут вернуться за Тео или за тобой в любой момент? – не отставал Зайон, то и дело бросая взгляд на мою рану.

Грей не ответил, только грозно нахмурился, вливая все свои силы в дыру в центре моей груди.

Этот ни к чему не ведущий спор продолжился бы, если бы не Сора, появившаяся из тени. Она сразу опустилась на землю рядом со мной, положила мою голову себе на колени и обхватила мое лицо теплыми ладонями, которые давно огрубели из-за бесконечных тренировок с оружием в теневом клане.

– На арене хаос, Грей, – доложила она еле слышно.

Грей даже не моргнул, символ на его лбу стал ярче, по вискам текли капли пота.

– Это все было частью их плана, – продолжила она. – Эти кинжалы работают так же, как и фьюр: если вонзить их достаточно глубоко, то они высосут из человека весь дар. Далила вонзила несколько таких в Сильнейших на балконе. Затем пустила малые Созвездия, Кассиопею и Люпуса, по трибунам, чтобы разогнать зрителей. Феликс, и Шу, и все, кто еще на ногах, пытаются эвакуировать беззащитных, одновременно сражаясь с врагами. Тебе нужно сейчас же идти к ним на помощь.

– Я не могу бросить Тео в таком состоянии. – Грей даже не смотрел на нее.

– Терру уже окружили. Астрис – единственная, кто смог пробиться в ее зону, чтобы вернуться с этой информацией, потому что Терра находится под каким-то водяным куполом. Мы подозреваем, что враги его создали благодаря дару Сильнейшей Райко.

– С Террой должна быть Ури.

– Ури не участвует в бою. – Руки Соры на моих щеках были мягче облаков, но ее голос звучал твердо. – Терра сейчас в одиночку сражается с Лили и Дельтой. Астрис может помочь тебе и Солэю пробиться к ней, но ей хватит сил сделать это только один раз. Ты им нужен, Грей.

– Терра сильнее нас всех вместе взятых.

– На Терру нападет Нокс, а затем и Далила. – Руки Грея замерли на долю секунды. – Они ждут, когда она ослабеет, чтобы загнать ее в угол.

Собрав остатки сил, я положил свою ладонь поверх рук Грея, ногтями впиваясь в его кожу.

– Иди, Грей. – Хриплый вдох. – Прими правильное решение.

– Как я могу оставить тебя? – Впервые я заметил в его глазах отчаяние. – Терра мне никогда этого не простит.

– Тео не умрет сегодня, – сказала Сора ровным голосом. – Ты закончишь бой, вернешься в целости и сохранности и вылечишь его. А пока я позабочусь о нем, брат.

Грей снова перевел взгляд на меня.

– Не поступай так, как поступил я, – сказал я ему. – Я не помог родителям Зайона, и его отец не справился.

Терра может быть самой смелой из нас. Но ей… ей не нужно быть самой сильной, когда у нее есть мы.

Грей на мгновение закрыл глаза. Когда он снова их открыл, в его взгляде читалась решимость. Он посмотрел на Сору.

– Кровотечение должно было остановиться, но нужно оказать ему первую помощь. Найди лекаря. На трибунах наверняка есть хотя бы один. Мы вернемся, и я сделаю так, чтобы от его раны остался только шрам.

– Я думал, ты умеешь стирать шрамы.

Грей фыркнул:

– В этот раз обойдешься, пусть напоминает тебе о твоей глупости. – Затем он поднялся на ноги, кивая на Зайона. – Забери и его тоже.

– Я могу помочь! – сразу запротестовал парнишка.

– Только под ногами будешь мешаться. Лучше позаботься о том, чтобы с моей сестрой и Теодором ничего не случилось.

Но прежде, чем Сора растворилась в тени вместе с нами, мы с Греем переглянулись.

– Вернись вместе с ней, – прошептал я еле слышно, зная, что только его уши способны это уловить.

Грей улыбнулся мне, разворачиваясь.

Грей никогда просто так не улыбался.

Безвыходные ситуации будто ищут меня. Я как магнит для них.

Это единственная причина, по которой я сейчас сопротивлялась самой силе гравитации. Стояла на одном колене и пыталась поднять подбородок, чтобы показать противникам, что это далеко не конец.

На самом деле меня еще никогда так не загоняли в угол. Вначале мы с Ури неплохо справлялись с Лили. Я даже надеялась, что мне удастся с ней поговорить и убедить ее в том, что Нокс ими пользуется. Но потом появился Дельта и перечеркнул наши старания.

С помощью гравитации он заставил Ури удариться головой о землю так сильно, что она сразу потеряла сознание. А теперь и я сама стояла перед ними на одном колене, отказываясь сдаваться. Скоро треснет либо мое колено, либо земля подо мной.

Но мне нужно было справиться с этими двумя до того, как появятся Далила или Нокс, так что… так что придется использовать чуть больше дара, чем я планировала.

По какой-то причине я никак не могла выйти на связь с Ноа и другими.

Дождевая вода ручьями стекала по моему лицу. Мне то и дело приходилось использовать дар Тельца, только уклоняться от врезающихся в землю молний.

– Сдавайся, Терра, ты проиграла, – сказала Лили без нотки сожаления.

Широкий зеленый лист парил над ее головой, защищая от дождя. Ее волосы и платье оставались сухими.

Лили стала для меня чужой с тех пор, как попыталась убить. И все же я была не готова отказаться от попыток ее переубедить.

– Ты сражаешься не за того человека, Лили, – уже в который раз попробовала объяснить я. – Нокс работает с Далилой и планирует уничтожить круг Зодиака!

Лили фыркнула, вздернув нос. Дельта сощурился, поднял руку и сильнее вжал мое тело в землю.

Это бесполезно. Разговорами ее не переубедить.

Мой символ на лбу стал ярче, и я ощутила, как на теле начали разрастаться трещины. Лили сделала шаг назад, когда я поднялась на ноги вопреки гравитации. Я подняла руку и указала пальцем на Дельту:

– Ты будешь первым.

Оттолкнувшись от земли, я сократила расстояние между нами, ослепляя Дельту молнией Авроры и кулаком целясь в солнечное сплетение.

Удар должен был вот-вот попасть в цель, но Дельта сумел перехватить мой кулак открытой ладонью и оттолкнуть меня в сторону.

Невидимый вес упал мне на плечи, заставив споткнуться.

– Не забывай про меня!

Дельта отступил в сторону, и Лили направила в меня заостренные кусочки металла, которые вылетели из кармана на ее поясе.

Я несколько раз отпрыгнула назад. Один кусочек пролетел возле моей щеки, рассекая кожу.

Мне нужно использовать больше дара.

Трещины расползлись по ногам и рукам, их свечение уже просачивалось из-под рукавов.

– Что будешь делать дальше? – прозвучал мужской голос.

Я знала, что рано или поздно он появится, но все равно удивилась, когда Дельта сделал шаг в сторону, уступая место вновь прибывшему.

– Нокс, – буквально выплюнула я.

Между мной и тремя врагами было несколько метров.

Я перевела дыхание, бросая взгляд на Ури. Сейчас бы мне пригодилась ее помощь, потому что я не знала, что делать дальше. Мое время было на исходе.

Я больно прикусила нижнюю губу, тяжело дыша.

Думай, Терра, думай.

– Она продолжает настаивать на том, что ты хочешь уничтожить круг Зодиака, представляешь? – вдруг сказала Лили, уперев руку в бок. – Я уже устала пытаться убедить ее в том, что это чепуха.

Несколько секунд Нокс молчал. А потом просто сказал:

– Это правда.

До Лили не сразу дошел смысл его слов. Но спустя мгновение она все же округлила глаза, а зеленый листок шлепнулся ей на голову. Ее платье мигом промокло и потускнело.

– Это… правда?

– Терра не лжет. Вскоре я планирую напасть на круг Зодиака.

– Зачем тебе это делать? – Лили перевела взгляд на меня, потом на Дельту, затем снова на Нокса. – Ты же шутишь? Мы, как Сильнейшие, поклялись защищать наш мир от подобных опасностей, а ты наш лидер! Как ты можешь говорить такие глупости?! – Лили почти топнула ногой от негодования.

Нокс повернул к ней голову. И что-то в его взгляде ужаснуло Лили. Она стала почти такой же белой, как он сам. Дельта никак не отреагировал, значит, он был заодно с Ноксом и уже знал правду.

– Потому что такие, как вы, живете свою жизнь за счет моей возлюбленной, – сказал Нокс еле слышно.

Лили испуганно отступила назад, но в руках Нокса уже блеснул странный кинжал.

– Лили! – закричала я, но было поздно.

Нокс взмахнул рукой, бросая в нее кинжал.

Я изо всех сил ударила кулаком по земле, чтобы та треснула. Лили, делая шаг назад, споткнулась, и кинжал пролетел над ее головой.

– Лили, уходи оттуда!

Лили, потрясенная, не успела среагировать: Нокс бросил второй кинжал. Я попыталась провернуть тот же трюк, но Дельта приковал ступни Лили к земле.

Последнее, что она успела сделать, – это посмотреть на меня с искренним ужасом, прежде чем кинжал вонзился ей прямо в грудь.

– Лили!

Но моя старая подруга уже упала на спину, борясь с ужасной болью. Ее кожа стремительно бледнела. А ее дар буквально переливался в прозрачную рукоятку кинжала.

– Что ты с ней сделаешь?

– Ее дар будет мне полезнее, чем она сама, – ответил Нокс без эмоций.

– Ты… отберешь ее жизнь?

Прошло несколько секунд, и Нокс склонился над Лили только для того, чтобы вытащить из нее уже наполненный кинжал. Он спрятал его под своим плащом и вновь повернул ко мне свое холодное и жестокое лицо.

– Лили – сильный носитель. По моим расчетам, она должна выжить без дара.

– А теперь что? – спросила я, сдерживая внутри злость. – Сделаешь со мной то же самое?

Нокс склонил голову набок, на его лице появилось нечто вроде удивления, будто он услышал глупый вопрос.

– Это невозможно.

– Почему же? С Лили у тебя таких проблем не возникло.

– Мне казалось, что ты уже все поняла.

– Ты показал мне историю Таллии, Каэля и Авроры. – Я выставила перед собой кулаки, готовая к нападению.

– Знаешь, раньше ты, Таллия, защищала меня так же рьяно, как и Аврору, и других сирот.

– Родители назвали меня Террой, поэтому я не понимаю, о ком ты говоришь.

Нокс хмыкнул:

– Тогда мне придется тебе это доказать.

С этими словами он развел руки в стороны. На его лбу, прямо между его светлыми и редкими бровями, загорелся красный символ Рака.

Мои кулаки на мгновение опустились.

– Не может быть…

Вдруг вода из глубоких луж вокруг нас начала подниматься вверх и собираться в разные формы. Рога, хвосты, грива, когти и широкие пасти. Двенадцать различных животных из воды, в разы больше любого человека, выстроились вокруг Нокса. Они выглядели как… представители круга Зодиака.

– Признаюсь, это не мой дар, ведь я из эпохи, когда в мире не было подобных сил, – сказал Нокс, поймав мой взгляд. – Но Райко, представительница Рака, была любезна и одолжила мне свой дар.

– Одолжила? – От ужаса по моей спине пробежали мурашки. – Ты имеешь в виду, что забрал дар Райко?!

Если бы Нокс мог, то улыбнулся бы мне своей самой злобной улыбкой.

– И не только ее дар.

Меня охватил ужас. До кого еще он успел добраться?! До Грея? Тео? Феликса? До кого-то еще из Сильнейших?

Мой взгляд метнулся к Ури, но она уже не лежала на прежнем месте, а шла ко мне, голой рукой стирая кровь с лица.

– Знаешь, Нокс, я встречала на своем пути много безумцев, но ты, пожалуй, способен возглавить их всех.

Нокс и Дельта молча наблюдали за тем, как Ури встала рядом со мной. Она оценила ситуацию и присвистнула. Затем ее взгляд метнулся к Лили, лежавшей в стороне.

– Плохи наши дела.

– И мы будем следующими, если что-то не предпримем.

Краем глаза я заметила рыжие волосы, буквально материализовавшиеся из лужи рядом с Лили. Астрис появилась тихо: звуки смешивались с шумом ливня и раскатами грома над нами.

Она коснулась глубокой раны в груди Лили, затем подняла глаза на меня. Кротко улыбнувшись мне, подмигнула и исчезла в луже, унося с собой Лили.

И тут же, буквально из ниоткуда, появились Грей и Солэй и встали по обе стороны от нас. Грей ненадолго сжал мою руку в своей, потом выпустил, обнажая меч.

Солэй изучил врагов перед нами и водных монстров.

– Наши догадки были верны, ему все же удалось захватить Райко.

– Не спросишь, жива она или нет? – спросил Нокс, не сдвинувшись с места.

– Сначала займусь тобой, потом вернемся к другим вопросам.

Нокс перевел взгляд на Грея, потом снова на меня:

– Ты не ушла со своим возлюбленным, пока был шанс.

Я молчала.

– Знаешь, – почти задумчиво произнес Нокс, – перед самой своей последней битвой ты сказала, что не сдашься, а потом погибла, так и не прикоснувшись к своему возлюбленному. Разве это не печально? Разве ты хочешь повторить ту же историю, Таллия? Разве ты уже готова вернуться на небо?

– Почему ты называешь ее Таллией? – спросил Грей, не выпуская врагов и водных монстров из своего поля зрения.

– Неужели ты ему ничего не рассказала, Таллия?

Грей склонил голову, прислушиваясь к словам Нокса, пытаясь распознать обман.

Солэй выступил вперед, переключая внимание врагов на себя:

– Прекрати издеваться над детьми, Нокс.

Тот обратил на вождя опаловые глаза, в которых невозможно было отыскать хотя бы крупинку человеческих эмоций.

– Знаешь, Солэй, я очень надеялся, что рано или поздно ты поменяешь свое мнение и займешь правильную сторону. Ведь ты и твои люди – потомки тех, кто жил в том самом городе.

– Городе Авроры, – догадалась я. – Городе Таллии, Каэля и других… одиннадцати Созвездий.

Грей впервые оторвал взгляд от врагов перед нами, чтобы посмотреть на меня:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Что круг Зодиака никогда не был просто творением Авроры. Аврора была человеком, и тринадцать Созвездий тоже когда-то были людьми.

Глаза Грея изучали мое лицо, на мгновение остановившись на тонкой красной линии на моей щеке.

Затем он кивнул:

– Разберемся с этим позже. Когда будем в безопасности.

Я помедлила, но кивнула, поворачиваясь к врагу.

– Просто так ты никуда не уйдешь, Нокс. – Солэй усмехнулся. – Мы готовы к бою, если ты готов.

Ури ударила кулаками друг о друга:

– Покажи, на что способен, предатель.

И бой начался. Четверо из нас понеслись навстречу тринадцати существам из воды, которые в разы превосходили нас в размерах. И сколько бы они ни разлетались на миллионы каплей, когда я била по ним, они все равно принимали первоначальную форму. Грей прикрывал мою спину, а я его. Неподалеку от нас боролись Солэй и Ури. В какой-то момент мои движения стали медленнее и знакомая тяжесть упала на плечи.

– Дельта! – догадалась я, с силой толкнув Грея в спину, чтобы откатиться с ним в сторону от рогов водяного козла.

– Играешь грязно, Нокс! – Солэй оскалился, как волк, согнул колени, заслонив нас, чтобы мы успели подняться на ноги. – Так уж и быть! Тогда я тоже…

Я впервые увидела собственными глазами, как на лбу Солэя загорелся символ Скорпиона. Синий огонь на руках вождя смешался с бордовым. Волна огня была такой силы, что почти сбила нас с Греем с ног.

Он выпустил огонь прямо в водяных монстров, и те испарились за считаные секунды.

Дельта побежал на него, но Ури выскочила перед всеми нами:

– Я так не думаю!

Одним взмахом руки она заставила Дельту споткнуться, а затем упасть лицом вперед. Мужчина попытался подняться, но его движения были медленными и неловкими.

– Остановила его сердце, значит? – спросил Нокс, делая шаг вперед.

Ури подмигнула ему:

– Ненадолго, уж это его точно не убьет, можешь не переживать.

Нокс хмыкнул.

Затем оглянулся. В землю ударила молния, и Далила выступила из пелены дождя, вставая подле него.

Ее лицо казалось серым и исхудавшим. Что бы она ни делала, работая на Нокса, – это выжимало из нее все жизненные силы. Даже ее тело знало, что она совершает большую ошибку.

Не глядя на нас, Далила передала кинжал Ноксу. Прозрачная ручка была наполнена желтым светом, таким же ярким, как само солнце.

– Я не смогла забрать все.

Нокс наклонил голову:

– Этого будет достаточно. Ты ведь забрала дар у его родственников?

Далила помедлила, но кивнула.

– Что это? – Я перевела взгляд на Далилу, на Нокса, затем на кинжал. – Чей это дар?

Вместо ответа Далила бросила в меня жестокую усмешку. Я чуть было не кинулась на них, но Грей положил ладонь на мое плечо:

– Что бы они ни сказали, мне нужно, чтобы ты держала себя в руках. Тео будет в порядке.

Я посмотрела на него:

– Тео? Что случилось с Тео?! – Мой взгляд снова упал на кинжал в руках у Нокса. – Это… дар Тео? – Ярко-красная пелена застилала глаза. – Ты забрала дар Тео?!

– Я не хотел тебя так ранить, Таллия, ведь, как я уже говорил раньше, я у тебя в большом долгу. К сожалению, твой дар слишком велик для нас. Для фьюра и даже для такого изобретения. – Он схватился за ручку кинжала и поднял лезвие над своим плечом. – Он слишком велик даже для твоего человеческого тела, Телец.

Все произошло слишком быстро.

Нокс вонзил кинжал в свое плечо, и дар Тео буквально влился в его тело. Символ Рака на лбу Нокса исчез только для того, чтобы символ Льва занял его место. Я хотела оттолкнуть друзей назад, использовать дар Тельца, чтобы оторвать кусок земли и отправить всех врагов подальше. Но было слишком поздно.

Нокс упал на колени, создавая новых водяных монстров. Один за другим они вырастали из воды. Опасные, безликие, искрящиеся.

Опасная смесь – вода и энергия солнца.

– Бегите!.. – закричала Ури, однако Нокс уже пустил молнии по земле.

Удар сбил меня с ног. Я не отлетела назад, а просто упала лицом вниз, борясь с конвульсиями, вызванными даром Тео.

– Убейте мальчика, – сказал Нокс, разворачиваясь. – Дары остальных меня не интересуют.

Далила помогла Дельте встать на ноги, перекинула его руку через плечо и поковыляла с ним следом за Ноксом. Вскоре они исчезли за стеной дождя.

Мне удалось повернуть голову и увидеть, что Солэй и Ури тоже лежали на мокрой земле в полубессознательном состоянии. Я протянула руку, но не смогла дотянуться до Грея, который бился в конвульсиях, как и мы.

Монстры двинулись на него.

Нет.

Я не могла позволить этому случиться.

Таллия и Каэль пали так же. И она не смогла коснуться его в последний раз. Я не допущу этого снова.

Я не знаю, что это было. Возможно, гнев. Или сила воли. Жажда мести. И любовь. Но пелена ярости Тельца заволокла мои глаза. Я перекатилась на живот и поднялась на ноги, несмотря на боль. Когда один из водяных монстров наступил мне на спину, я перевернулась, схватила существо за ногу и швырнула в сторону, разбивая его на капли.

Я уничтожу их.

Никто не посмеет коснуться Грея.

Никто не заберет у меня Каэля.

Я боролась с монстрами, разбивая руки в кровь. Я кричала каждый раз, когда молнии обжигали кожу, но только использовала больше дара, разбивая монстров до тех пор, пока один за другим они не перестали собираться воедино.

Я упала на колени. Мои руки больше не поднимались, а глаза почти ничего не видели. Кажется, мое лицо растрескалось на части.

– Терра!

Грей склонился надо мной, его руки зависли в воздухе, не решаясь ко мне притронуться.

– Что… что ты сделала?

Я подняла голову, ощущая, как капля за каплей слезы текут по щекам, попадая в светящиеся трещины на коже.

– Я все поняла, Грей.

Глаза Грея бегали по моему лицу, раскрываясь все шире и шире от ужаса.

– Где… где тебе больно?

Я медленно покачала головой. Перед глазами было мутно, но я смогла разглядеть нежное свечение его символа на лбу.

– Больше уже не болит.

– Дай мне тебе помочь.

Я снова покачала головой:

– Каэль, Таллия и другие… мы все должны были погибнуть в тот день, но Аврора не позволила этому случиться. Она подарила нам всем вторую жизнь, вот только…

– Вот только что?

– Вот только нам с тобой этого было мало. Каэль и Таллия всегда хотели быть вместе, но они отдали свои жизни, защищая город. На небе… там, они тоже не могли быть вместе, вот мы и появились на свет, а Телец и Змееносец исчезли. Понимаешь?

Грей осторожно коснулся моей щеки. Его ладонь была теплой. До боли мягкой и нежной, даже несмотря на все шрамы и мозоли.

– Я еще не совсем все понимаю, но дай мне тебя вылечить, и потом ты все по порядку расскажешь, ладно? Звезды… Почему ты опять вредила себе, чтобы спасти других? Когда же ты начнешь ценить собственную жизнь?

Я закрыла глаза, прильнув к его ладони.

Возможно, Грей сможет мне помочь. Он сможет залечить все трещины, и мы вместе вернемся… куда-нибудь. Сбежим с арены. Сбежим из этого города. Оставим все позади. Пусть и недолго, но мы успеем побыть вместе, как и говорил мне Нокс.

В любом случае мое время на земле подходило к концу. Тельцу… нет, Таллии, никогда не было места на земле. Она прожила свою жизнь однажды, нельзя ведь прожить еще одну?

Но хотя бы в этот раз… я проведу время с Греем. Мы отправимся в путешествие и…

Треск заставил меня распахнуть глаза.

– Грей?

– Не смотри, Терра.

Но было поздно.

Свет в моих трещинах становился ярче. Рука Грея, прижатая к моей щеке… тоже вся покрылась трещинами. С каждой секундой они все дальше расползались по его пальцам, поднимались по руке.

– Отпусти меня, Грей! – Из последних сил я попыталась оттолкнуть его от себя, но тщетно.

Грей оставался на месте, как камень. Обхватил мою вторую щеку левой ладонью. Которая тут же покрылась трещинами. Чем крепче он меня держал, тем быстрее они разрастались по его телу.

– Я не отпущу тебя.

– Тебе не помочь мне, Грей, прошу! – Я схватила его за руки, пытаясь оторвать их от своего лица.

Слезы ручьем струились из моих глаз. Грей не поддавался.

– Я не отпущу тебя, Терра, даже не надейся.

– Почему?

– Ты сама это сказала, не так ли? Про Каэля и Таллию. Как они хотели прожить целую жизнь вместе, но не смогли? Так объясни, зачем мне жить эту жизнь без тебя?

Я расплакалась еще сильнее, когда вверх по шее Грея поползли первые трещины, быстро подбираясь к его лицу.

Но, несмотря на боль, которую они ему причиняли, Грей смотрел на меня с такой отчаянной нежностью, с какой не смотрел еще никогда.

– Куда бы ты ни отправилась, я пойду за тобой, – сказал он, прижимаясь своим лбом к моему. – И где бы мы ни оказались, я верну нас домой.

У меня вырвался громкий всхлип.

– Домой?

– Домой.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Последнее, что я увидела, – это лицо Грея, раскалывающееся и исчезающее в луче света. Последнее, что я почувствовала, – это его поцелуй на своем лбу.

А затем в глазах все побелело.

И я взлетела.

Мы ждали в полном молчании.

Я стоял на разрушенных трибунах и ждал возвращения Терры и Грея. Тут сейчас было безопаснее всего.

Нокс, Далила и другие враги исчезли с триумфом, оставив за собой руины.

Тео с перебинтованной грудью лежал на коленях у Соры, его глаза то и дело закрывались, но он отказывался отдыхать, пока Терра и Грей не вернутся.

Ноа то и дело пытался связаться с кем-то из них, но пока все попытки были тщетны. Наши союзники, Шу, Зайон и Ноа, стояли рядом в полном молчании.

Я почти было растерял остатки терпения, как вдруг Астрис вынырнула из лужи перед нами, вытягивая за собой Солэя и Ури. Лица обоих были искажены гневом.

Солэй выплюнул воду изо рта и обернулся на Астрис:

– Зачем ты забрала меня оттуда?!

– Что случилось? – Я сразу подскочил к ним, ожидая, что следом вот-вот появятся Терра и Грей.

Но секунды шли, а их все не было.

– Где… где они, Астрис?

Плечи девушки поникли. Ее мокрые рыжие волосы не высыхали, как обычно, а желтые глаза смотрели на нас с сожалением.

– Я не смогла… было слишком поздно.

– Слишком поздно?! Я же мог им помочь! – Солэй пнул что-то невидимое, а затем навис над Астрис.

– Нет, не мог, и ты это знаешь! – не сдержалась Астрис и толкнула парня в грудь. – Ударная волна разнесла бы тебя в клочья!

– Ударная волна? – подошел ближе Шу.

– Единственное, что защищает нас от происходящего внизу, – это невидимый купол, – напомнила Астрис и прикусила губу, поворачиваясь к арене. За тучами и ливнем было не разглядеть, что происходило в той зоне. Астрис снова посмотрела на Ури и Солэя. – У меня не осталось другого выбора, я должна была забрать вас оттуда.

Я проследил за ее взглядом.

– Но тогда где же Терра и Грей?

Мы повернулись к арене как раз в тот момент, когда невидимый купол завибрировал, а затем и вовсе треснул. Волна неизвестной силы почти снесла нас с ног. Я ухватился за спинку сиденья, падая на колени.

Из той самой зоны, скрытой от глаз тучами и бесконечным ливнем, вылетели два луча света и устремились прямиком в небо. Я вскинул голову, желая последовать за ними.

Нет. Этого не может быть.

Затем тучи рассеялись и ливень над ареной прекратился. Мои глаза искали двух моих друзей, но, кроме огромной дыры в земле, ничего не нашли.

– Это были Терра и Грей? – повернулся я к ним. – Почему вы молчите? Солэй? Ури? Астрис? Скажите, что это не…

– Это они, Феликс, – сказал Солэй, понурив голову. – Мне очень жаль. Это они.

Этого не может быть.

Кажется, сейчас все думали о том же, что и я. Далила и Нокс забрали дар у Лили, Леона, Райко, Тео и у многих предшественников Сильнейших, которые присутствовали здесь сегодня.

Арена была наполовину разрушена.

Сильнейшие раздроблены.

Скоро Далила и Нокс нападут на Созвездия.

А Терра и Грей… покинули нас?

Я бросился вниз, как и все, кто мог это сделать. Мы бежали, перепрыгивая через несколько рядов за раз. Теперь, когда защитный купол был уничтожен и финал подошел к концу, арена вернулась к прежнему виду. И все мы приземлились уже на обычный песок, а впереди нас ждала лишь… пустая земля.

Не может быть.

Этого не может быть.

Мои глаза искали признаки жизни. Может быть, они спрятались? Может быть, они так шутят? Может быть, они закопаны под песком?

Я упал на колени и стал рыть землю голыми руками.

– Они не погибли, Феликс, но и тут их нет, – сказал Тео тихо, но я его услышал. Его услышали все. – Подумай только, о ком мы говорим. Это же два самых живучих человека из всех.

Тео не мог идти сам, но Сора помогла ему спуститься на арену. Опираясь на нее, Тео посмотрел на небо, потом на каждого из нас. Его лицо еще никогда не было таким бесцветным. Даже глаза уже не казались медовыми, как прежде. А веснушки на переносице почти исчезли.

– Терра и Грей живы. Не сомневайтесь в этом ни на секунду. И небо до сих пор голубое. А значит, и с остальным мы разберемся, не так ли?

И пусть я был единственным, кто смог найти в себе силы улыбнуться ему, когда по моим щекам текли слезы.

Еще не все потеряно, если в это верит хотя бы один из нас.

Мы сможем противостоять Ноксу.

Мы обязаны это сделать.

Потому что… если мы это не сделаем, то ради чего тогда Терра и Грей принесли эту жертву?

Теперь мы обязаны не только закончить начатое, но и любым способом вернуть Терру и Грея к нам. Ведь если кто и заслуживает еще один шанс, так это они.

И я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь им быть вместе.

Продолжение следует.

Следите за всеми новостями в соцсетях @mayathesarah.

Шесть лет назад я начала писать первую книгу про Терру с огромной надеждой, что она найдет свое место в сердцах читателей. Эта надежда подпитывалась моим желанием создать историю, которая позволит вам, моим читателям, почувствовать себя частью путешествия и команды Терры.

Если вы не только насладились первой книгой (а теперь и второй!), но и улыбались несмотря ни на что, как Феликс, научились упорно идти за своей мечтой, как Терра, стали больше открываться близким, как Грей, и защищать то, во что верите, как Тео… Значит, я стала на шаг ближе к достижению своей цели.

Я благодарна вам за то, что вы выбрали эту книгу и погрузились в эту историю.

Я каждый день благодарна моей семье, особенно моей маме, бабушке и братьям, которые приходят на встречи с читателями, когда только могут, чтобы поддержать меня.

И я хочу сказать огромное спасибо моим друзьям. Их немного, но они самые близкие. Они слушают мои рассказы о сюжете, поддерживают меня в сомнениях и страхах и радуются каждой маленькой победе порой даже больше меня.

И, конечно, большое спасибо каждому, кто участвовал в создании второй книги долгожданной «Терры». Это был большой труд, благодаря которому книга получилась волшебной.

Спасибо, мои дорогие читатели!

До встречи в следующей истории!