Перерождение малость не задалось. Меня закинуло в самое отвратное тело, которое только можно себе вообразить. Жалкого бродячего торговца, едва сводящего концы с концами, да еще и страдающего от неприятного проклятья. Вокруг бродят жуткие монстры и опасные культисты, а у тебя лишь пара рабов, которые мечтают тебя прирезать. Что ж, путь к величию может быть долог и тернист, но сдаваться не в наших правилах.
Павел Матисов
Хозяин оков
Том X IV
Все серии: https://author.today/u/magic/series
Положение наше резко стало незавидным. Отошедшие вглубь храма Туманники отчаянно отстреливались словно забившиеся в угол крысы. С противоположной стороны на нас насел инквизитор Паульссен, внезапно получивший божественный дар. Аурифи от отчаяния избрала его своим адептом и наделила могущественной способностью.
Инквизитор, судя по увиденному, умел филигранно контролировать стихию Тумана. Сжимать и уплотнять, создавать высококонцентрированные сгустки, метать с большой силой и скоростью. Так что Туманные атаки становились похожими на тонкий всепрорезающий луч. Само собой, это было не совсем лучевое оружие. Скорее очень быстрый концентрированный сгусток. Но от смены понятий суть от этого не менялась.
Ниуру потеряла руку. Претерпевая чудовищную боль, Красная закатилась за одну из колонн и затихарилась, что было правильным решением в ее ситуации.
— Вы ответите за загубленные вами души невинных! — вскричал Паульссен в безумной ярости.
Инквизитор выплюнул еще один луч в нашу сторону. Узкий пучок Тумана прорезал колонну, за которой я прятался. Стихия прошла насквозь, да еще и стену повредила. Я едва успел пригнуться. Были бы у меня волосы на голове — точно бы лишился части шевелюры.
Быть лысым довольно практично. Разве что голова без шапки чаще мерзнет.
Выглянув из-за укрытия, я выпустил в инквизитора Звуковой Дисбаланс — специальную пробивную версию заклинания. Однако гудящий шар не смог пробить плотный Туманный щит Паульссена. Соответственно и Дисбаланс не проник следом.
Такую защиту придется ковырять долго и упорно. Либо дождаться удобного случая.
С другой стороны по мне прилетел обычный Туманный сгусток от одного из аббатов. Я усилил щит и переключил внимание на рядовых противников. Сначала было бы неплохо избавиться от них, а затем уже попробуем уничтожить рейд-босса.
— Добиваем Туманников! — выкрикнул я, швыряя очередной Дисбаланс.
Мы насели на выживших, вот только инквизитор сидеть на месте и дожидаться, пока мы их прикончим, не стал. Паульссен двинулся вперед. Кшанти выглянула из-за обломков колонны и ударила по врагу лучом Проклятья, пользуясь моей ледяной Призмой.
Эманации Проклятья ударили о Туманный щит и растеклись по барьеру бесполезной дымкой. Наследнице клана Дзартен не удалось найти прореху в его обороне.
Паульссен в свою очередь вытянул руку в сторону Ночной эльфийки и испустил Туманный луч. Дзартен немного не хватил прыти. Серый пучок немного цапнул ее за бок и повредил руку. Прошипев что-то про низших отродий, Кшанти отпрыгнула в сторону.
Инквизитор сделал рывок и оказался почти вплотную с Ночной. Он зашел за обломки и снова поднял руку. Кшанти не успевала убраться с дороги.
— Госпожа! — выкрикнул израненный Домовой и бросился ей на выручку.
Чародей встал на пути выстрела и принял удар на себя. Магический Барьер продержался недолго. Луч пробил щит, пронзил доспехи и прошил плоть, расплескав едкий Туман. Домовой рухнул на пол зала. Надолго он задержать Паульссена не сумел, но дал достаточно времени, чтобы Кшанти отошла за укрытие.
— Домовой! — выкрикнула эльфийка, явно недовольная, что ее старому слуге причинили серьезный вред.
— Жи… вите… — произнес чародей на последнем издыхании и испустил дух.
— Презренный Туманник! — рявкнула Дзартен. — Я уничтожу тебя так, что даже твой жалкий божок не сможет найти останки!
— Все вы пыль под ногами Великого Локдара! — прорычал Паульссен.
Смертоносный луч Тумана крушил все вокруг. Рушил колонны, прорезал стены, кромсал барьеры, доспехи и плоть. Под куполом храма аббатства воцарился настоящий хаос.
— Я прикрою! — произнесла Неллис.
Чародейка выгадала нам время. Пепельная колдунья наслала бурю в дальнюю часть зала, атаковав оставшихся одаренных. И одновременно попыталась окутать Пеплом своего бывшего женишка. И если первое ей частично удалось, то сломить волю инквизитора не вышло. Паульссен засел в своем Туманном коконе, и ему было плевать на кружащиеся вокруг серые хлопья. Разве что видимость для него снизилась.
Пользуясь частичной слепотой противника, Лиетарис сделала попытку его достать, но не смогла пробиться. Зачарованный клинок с трудом прорезал плотный Туманный щит инквизитора. При этом меч получил повреждения, ведь стихия Тумана разрушала даже металл.
При отступлении Высокая эльфийка получила чувствительный укол Туманным пучком. Луч прорезал доспех и глубоко вонзился справа в грудь Воительницы. Хотя бы глубоко он пройти не успел — эльфийка не стояла на месте. Тем не менее, Лиетарис серьезно поплохело. Высокая повредила легкое.
— Лия… — Лейна отважно бросилась к эльфийке, закатившейся за обломки.
Ученица взялась лечить Лиетарис, пока Неллис насылала на врага Пепельную бурю.
— Меня всегда бесил твой жалкий Пепел! — произнес инквизитор. — Ты кичилась им, будто он подарок Богов. Но есть лишь одна лучшая стихия — это Туман. И именно мне Локдар доверил божественную способность! Получи!
Инквизитор видел плохо, поэтому ударил очень широко. Луч прошелся по залу, задел несколько колонн, и в том числе и прячущуюся Неллис. Чародейка вскрикнула и припала к полу.
— Предательство карается смертью! — торжествовал инквизитор.
— Сдохни, во славу огня! — выплюнула Ниуру, высунувшись из-за укрытия.
В руках Красной эльфийки сияло маленькое солнце. Тот самый Накопительный Разрыв, который она пыталась тренировать ранее! Эльфийка сжимала сгусток огня и добавляла все больше и больше энергии в него. Пока не получался разрушительный снаряд, сравнимый с фугасом от орудия большого калибра.
Главный минус — это нестабильность заклинания. Она могла легко самоубиться. До этого Ниуру не удавалось нормально повторить подобный фокус. Видимо, ненависть оказалась сильнее гласа рассудка и инстинкта самосохранения.
Желтое яркое солнышко прорезало полумрак храма, окутанного ворохом Пепельных хлопьев. Сгусток сократил расстояние и врезался в Туманный щит инквизитора. Раздался оглушительный взрыв. Паульссена отбросило в сторону и вмяло в стену.
Ударной волной подняло пыль и разные мелкие осколки. Меня слегка оглушило. Звуки притихли, в голове зазвенело. Тем не менее, я понимал, что любая секунда промедления может стоить нам жизни.
Я нашел взглядом Кшанти, выглядывающую из-за колонны, крикнул ей и мотнул головой. Свой голос казался глухим и рваным, хоть я и орал со всей мощи. Ночная, судя по всему, поняла меня.
Я ударил Звуковым заклинанием в инквизитора. Сгусток прошил начавший было восстанавливаться Барьер. Следом влетел Проклятый луч Дзартен. Черные эманации наконец достигли тела врага. Контуженный Паульссен не успел восстановить защиту и как-то защититься от Проклятья.
Недуг быстро распространился по телу адепта Аурифи. Туман перестал ему подчиняться также хорошо, как и раньше. Мощь инквизитора заметно снизилась.
Я отправил еще несколько заклинаний, пока один из Дисбалансов не нашел свою цель. Осколок адепта вошел в Резонанс и исторг из себя ворох Туманной стихии. Серая кислотная субстанция окутала тело инквизитора. Своя собственная сила почти полностью поглотила носителя, оставив лишь дымящиеся кости, остатки доспехов и ошметки плаща инквизитора.
— Минус еще один адепт, — сплюнул я. — Пошевеливаемся, пока Аурифи не прислала к нам нового прихвостня!
Домовой сгинул с концами. Мне было жаль терять слугу, тем более такого дорогого, но чародей погиб так, как и мечтал: защищая свою драгоценную госпожу. Что ж, земля пухом, безымянный маг.
Лиетарис, Неллис и Ниуру получили критические повреждения и не могли толком продолжать бой. Чудо, что Красная сумела найти в себе силы для решающей атаки по Паульссену. Мы с Ульдантэ получили раны средней степени тяжести. Воителю и солдату из Нирдхолда тоже досталось, но они еще могли сражаться.
Лейна почти не пострадала, но все ее внимание уходило на раненых. Я быстро наложил Целительское Касание на Лейну и двинулся вперед.
— Работаем, Кшанти!
Ночная эльфийка кивнула и двинулась следом. Ульдантэ с Воителем отвлекли внимание оставшихся Туманников на себя, защищаясь щитами и обломками, поднятыми в зале. После попадания разъедающей смеси щиты приходилось откидывать в сторону.
Мы же с Кшанти методично проклинали Туманников, либо вводили их осколки в Дисбаланс. Пару раз я просто промазал по цели, поскольку левый глаз видел скверно. Но в итоге мы зачистили храм Туманного Аббатства. Уничтожили всех послушников, аббатов и инквизиторов. Как простых неофитов, так и опытных одаренных, сожравших гору осколков.
На секунду я замешкался, узрев чарующий узор древнего артефакта в центре. Уникальное устройство, способное гасить фоновое Излучение Тардиса и убирать Резонанс. С его помощью на Шимтране можно разбогатеть в сжатые сроки.
Если бы Нирдхолд обладал подобным артефактом, то изымать осколки у выращенного скота стало бы в разы проще. Доходы фермеров и города возросли бы на порядок!
Однако я чувствовал, что время поджимало. Элитные силы из Аббатства, которые отвлекла на себя Школа Солнца, могли вернуться в любую минуту. Мы же измотаны до предела и не сможем сражаться. Красть артефакт тоже не вариант.
Скопировать бы печать, чтобы разобраться впоследствии, вот только на это понадобится много времени. Заклинание артефакта выглядело многослойным и сложным.
С такой печатью я мог бы в мгновение ока разбогатеть на Шимтране, подняться на самую вершину. Золото бы потекло рекой.
— Наставник, артефакт! — послышался назидательный голос Лейны — моей совести.
Я очнулся от наваждения и усилием воли задавил поднявшую голову алчность:
— Поспешим. Туманники могут вернуться с минуты на минуту! — поторопил я ушастую.
Дзартен приблизилась к постаменту, на котором покоился черный щит и без раздумий окутала артефакт Проклятыми эманациями. Я следил за происходящи магическим зрением, поэтому видел, как четкие внутренние энергетические структуры превращаются в настоящее месиво. Часть полностью разрушалась, другие меняли спектры, рвались или превращались в непонятные огрызки случайных стихии.
Стабилизирующий щит Ундраго пришел в полную негодность. Артефакт прекратил свое действие, и Резонанс вокруг постамента снова начал действовать.
Только теперь у меня появилось время, чтобы осмотреться. Храм являлся рабочей площадкой, где ковали Туманные осколки из Темных. В шкафах виднелся различный инструмент, небольшие запасы осколков.
По периметру полуразрушенного зала стояли клети с животными. Часть из зверей уже была принесена в жертву. Судя по всему, для ритуала требовалось кровавое подношение. Хотя бы не людей умерщвляли в отличие от той же Черной Длани, и то ладно. Все-таки Братство Тумана не являлось полностью злым, темным культом. Локдар старался блюсти нейтралитет в этом плане.
Черный щит Ундраго превратился в бесполезный кусок металла. Очень прочного, судя по всему. Непонятно, из чего он вообще сделан. Я попытался поднять щит, но весила штуковина больше сотни кило. Хоть он и был изготовлен в образе щита-эмблемы, вряд ли артефакт использовался как настоящий щит. Разве что Ундраго обладал феноменальной силой. Даже Воителю высокого ранга будет тяжело сражаться с такой бандурой.
Дело сделано!
Я осмотрел зал с чувством выполненного долга. Братство Тумана получило серьезную оплеуху, от которой не скоро оправится. Жаль только, что Аурифи так и не пришла на вечеринку. Похоже, я переоценил истеричность и эмоциональность Богини. Вещь, которую просчитать и спланировать невозможно.
— Ингр-кху-а! — раздалось знакомое ржание.
В зал храма бодро прискакала Мякотка. Питомец бегло осмотрел помещение в поисках врагов и, не заметив оных, ткнулся мне в плечо.
— Прости, что не оставили тебе никого… Надо сматываться отсюда.
— Неужели затея провалилась? — вопросила Эббот.
— Похоже, что разрушение артефакта — это наш максимум, — признал я.
— Ты уже сдался, презренный? — скривилась Кшанти. — Действуй, пока есть такая возможность!
Хотел было прикрикнуть на оборзевшую Ночную, но тут мне в голове пришла дерзкая идея. Аурифи ведь наверняка внимательно наблюдает за мной в этот самый момент. Завеса не скрывает нас от божественного взора. Небольшой спектакль не повредит. Вспомним славные деньки, когда театр Хорана Мрадиша срывал овации у зрителей!
— Мы здесь закончили, — махнул я рукой. — В любом случае я скопировал печать щита Ундраго. Немного времени, и я разберусь с заклинанием. Не зря же меня называют Резонансныйм магом. Я в этом деле ксарга съел!
— Сможешь изготовить стабилизирующий артефакт? — уточнила Дзартен.
— Легко! Мы сами начнем клепать Туманные осколки. Станем продавать их Братству. Или даже организуем свой Туманный культ! Отожмем у Братства Тумана все их символы, заберем себе власть и будем править Шимтраном! — заявил я жизнерадостно.
Разумеется, все это было чистой воды лицедейством, поскольку на копирование сложной печати у нас не было времени. Однако Богиня клюнула на приманку:
— НЕ ДОЖДЕШЬСЯ, ЖАЛКИЙ СМЕРТНЫЙ! — пронесся громогласный голос сквозь залы храма.
Уши резко заложило. Вокруг нас вдруг сформировался непроницаемый темно-фиолетовый барьер. Нас словно отрезало от окружающего мира, заковав внутри храма Локдара. Мы потерянно озирались, осматривая появившуюся преграду.
Ульдантэ попробовала ударить по завесе молотом, но повредить не смогла. Я наслал заклинание Резонанса, однако магия не оставила ни следа на божественном куполе. Нас заперли внутри словно тараканов, накрытых кастрюлей.
— Эй, и где хваленый Закон Равновесия⁈ Небесные Судьи, здесь творится форменный произвол! — крикнул я.
— Зря напрягаешь голос, Мрадиш. Небесный Судья не придет, — раздался елейный голос под сводом. — Я оттачивала Купол Отторжения долгие столетия. Его невозможно засечь сторонним силам. Ни другим Божествам, ни Небесным Судья. Просто темное пятно, о котором никто не знает.
Перед нами появилась величественная фигура Локдара — бородатого мужика ростом под четыре метра.
— Или тебе более привычен иной образ? — вопросило божество и сменило ипостась.
Теперь на нас взирала рослая блондинка с вьющимися светящимися волосами. Лицо Аурифи постепенно менялось с яростно-ненавидящего на торжествующе-удовлетворенное. Богиня посчитала, что загнала нас в ловушку. Никто не придет на помощь смертным. Она постепенно успокаивалась, поняв, что мы никуда не денемся. Аурифи словно растягивала удовольствие и не атаковала сразу в полную мощь. Решила поглумиться над нами как следует.
Ниуру, Кшанти и я атаковали гигантскую богиню разномастными заклинаниями. Однако ни Огонь, ни Проклятье, ни Резонанс не взяли Аурифи. Она как стояла со злорадной улыбкой, так и стояла, ничуть не потревоженная и не поврежденная. Казалось, никакое земное оружие или магия не способны ей навредить.
Аурифи махнула рукой, и по нам ударила сильная магическая волна. Барьеры треснули, нас отбросило в сторону и вжало в плотную завесу божественного купола. Что-то хрустнуло внутри меня.
Ниуру потеряла сознание от боли и ран. Красная эльфийка безвольно сползла вниз. Дзартен тоже неслабо досталось, но она еще держалась. Вместе с Ульдантэ, Лейной, Мякоткой и Воителем.
Ничего не менялось. Никто не спешил приходить нам на помощь. Богиня явно нарушала установленные правила — напрямую вмешивалась в происходящее на Тардисе. Но ни Небесные Судьи, ни другие могущественные существа выручать нас не собирались.
Мы остались один на один запертые в непроницаемом куполе с разъяренной Богиней, которой никак не могли навредить. Преимущество, мягко говоря, было не на нашей стороне.
— Кха, Хоран, у тебя есть другой план? — прокашлявшись, вопросила Кшанти напряженно.
Я отрицательно покачал головой и вынес неутешительный вердикт:
— Нам пиздец.
Мы швыряли в Божество самые разные заклинания и снаряды, рубили оружием и носились вокруг. Однако Аурифи лишь с усмешкой наблюдала за нашими бесплодными попытками.
Я попытался проанализировать состав окружающего нас купола, но не преуспел. Ограждающий барьер был сформирован из энергии неизвестного мне спектра. Он почти и не фонил в магическом зрении. Однако по прочности превосходил даже щит Ундраго, который валялся где-то в центре.
Эх, жаль, что артефакт полностью вышел из строя. Кто знает, вдруг его стабилизирующее действие помогло бы остановить взбесившуюся Богиню. Поздно пить грибной эль, когда почки отказали. Контуры древнего артефакта были разрушены в хлам, и моих навыков явно не хватит, чтобы их починить. Щит Ундраго пропал с концами.
Раздался заливистый громыхающий женский смех. Аурифи наслаждалась своим триумфом:
— Богам запрещено самолично вмешиваться в дела смертных. Я долгое время представляла, как вырву твое поганое сердце, Мрадиш. Ты прятался от меня, но больше сбежать у тебя не получится. Настало время восстановления справедливости. Я тебя призвала в этот мир, я тебя и развею в прах!
— Тебе это с рук не сойдет, Аурифи! — выплюнул я. — О нашей судьбе узнают Судьи, и тебя строго накажут!
— Это мы еще посмотрим. В любом случае, дорогой адепт, тебя не должно волновать, что случится после. Думай о том, что происходит сейчас!
Аурифи вытянула руку. Я ощутил, как мое горло сильно сдавило. Из груди вырвались лишь скупые хрипы. Богиня стояла от меня на удалении, однако могла применять некую дистанционную магию вроде телекинеза.
Белобрысая сучка взмахнула рукой, и меня вздернуло над полом зала будто безвольную марионетку. Горло сдавило еще сильнее. Я не мог дышать. Меня обуяла вселенская злоба и негодование. Какого ксарга вообще существуют эти всемогущие Божества? Где справедливость? Должен ведь существовать способ противостоять им.
Я бешено вращал глазами, задыхаясь, и проводил активацию одного заклинания за другим. Меня охватило отчаяние.
Взметнувшийся ворох Пепельных хлопьев охватил массивную фигуру Богини. Стихия полностью скрыла Аурифи от нас.
Хватка на горле ослабла. Я рухнул вниз с высоты в несколько метров. Приземлился не слишком удачно, отбив ноги, но хотя бы ничего не сломал. Какое-то время жадно хватал ртом живительный воздух.
— Ей нужна прямая видимость для атаки! — прохрипел я, разминая посиневшее горло. — Закройте обзор твари!
— Неллис, дорогая, какая встреча! — усмехнулась Аурифи. — Ты клялась мне в вечной верности. Получила мое благословение, новую жизнь и божественные способности. И в один момент выбросила все это в отстойник. Предала идеалы и веру. Пошла против своего покровителя!
— Ты лгала пастве! — выкрикнула Неллис, активнее облепляя божество Пеплом. — На одном континенте ты Богиня Свободы, на другом — Бог Рабства! Двуличная мразь!
— Смертные меняют личины как перчатки, — заметила та индифферентно. — Неужели ты думала, что Боги поступают иначе?
— Я…
— Не важно! Ты стала помехой, Неллис, а посему должна быть уничтожена. Радуйся! Тебе выпала великая честь покинуть бренный мир от рук великой Аурифи! — пафосно воскликнула небожительница.
Аурифи развела руки в стороны, и облепивший ее Пепел выстрелил будто из пушки. Серые хлопья попали на нас, пол и непроницаемый купол. Богиня очистилась от Пепельной стихии и могла нас видеть.
Не успела Неллис наслать новый Пепельный вихрь, как Богиня вскинула руку и сжала кулак. Чародейка вскрикнула и упала на колени.
— Стой! — только и успел я отметить.
Магический всплеск обуял тело Неллис. Брюнетка бросила в мою сторону последний взгляд и грустно улыбнулась. В следующий миг чародейка осыпалась на пол серым пеплом, обратившись в прах. Даже костей после Неллис не осталось. Лишь ее любимый посох и некоторые украшения.
Ксарг побери! А ведь я испытывал к чародейке симпатию. Хоть наше знакомство не задалось, и мы долгое время были врагами, в итоге она стала моим хорошим союзником и не раз выручала. Я обязан ей жизнью, можно сказать. Не говоря уже о том, что губить столь роскошную женщину — настоящее святотатство.
В душе моей кипел праведный гнев. Зверства обязательно аукнутся Аурифи, даже если мы и не выберемся отсюда живыми.
— С одним вредителем разобрались. Следующий!
Мое горло снова сдавило. Я выпустил несколько заклинаний, стремясь снизить видимость Богине, но той было наплевать. Лейна с Кшанти тоже старались, и даже обессиленная Ниуру периодически плевалась Огнем. Лучше всего получалось у Ночной эльфийки. Проклятая стихия растекалась по божественному лицу и на время закрывала ей обзор. Сам недуг к Богине не прилипал. Тем не менее, магия быстро развеивалась, и Аурифи возвращала себе нормальную видимость.
Я хрипел, болтаясь на невидимой божественной руке, сжимавшей мое горло стальными тисками. Неужели мой конец будет столь же бесславен, как и у Неллис?
— Стоит ли мне торопиться или помучить тебя перед смертью? — произнесла Аурифи, наслаждаясь процессом экзекуции. — Оторвать тебе руки-ноги и смотреть, как ты беспомощно барахтаешься и истекаешь кровью словно жалкий слизняк, коим ты и являешься? Смертные должны знать свое место!
Слуги усилили напор, но остановить Богиню не могли. Силы были неравны. Даже Мякотка носилась по залу как сумасшедшая, пытаясь ударить Аурифи рогами или откинуть магической волной. Конелосяшка достигла аж голубого ранга, поэтому могла ударить очень больно. Вот только божественному существу было плевать на их потуги.
— Убогая неразумная тварь. Ты отправишься следом за своим хозяином! — обратилась Аурифи к Мякотке.
Гурдиха остановилась и ударила подкованным копытом о каменную плиту храма. Ее ноздри раздувались от гнева, а ветвистые рога источали голубое свечение. После перехода на новый ранг внешность Мякотки претерпела небольшие изменения. Но как бы ни был силен мой питомец, одолеть Богиню он не мог.
Вдруг Мякотка развернулась, взяла длинный разбег и ударила о непроницаемый божественный купол рогами, дополнительно напитав их магией. Раздался грохот, гурдиху откинуло в сторону.
— Ты не сможешь пробить божественный барьер, — усмехнулась Аурифи.
По голове Мякотки потекла кровь. Однако гурдиха поднялась на ноги и с ревом снова принялась штурмовать неприступную преграду. Новый удар, и Мякотка снова отлетает назад, не нанеся барьеру видимого вреда. Один из рогов гурдихи треснул и обломился.
— Безмозглое существо, — протянула Богиня. — Как и все смертные создания!
— Тебе нужен я… — с трудом прохрипел я. — Не трогай остальных…
— Боюсь, свидетелей оставлять нельзя, — качнула головой Аурифи. — Я и так серьезно нарушила Закон Равновесия.
Окровавленная Мякотка, пошатываясь, поднялась и взяла новый разбег. С обреченностью смертника гурдиха направила свой гнев на божественный купол. Удар вышел слабым, однако в момент соприкосновения сверкнула еле заметная радужная вспышка. Я ощутил странные эманации, исходящие от гурдихи.
Глаза Аурифи округлились, лицо в мгновение исказилось от ужаса. Я повернул голову в сторону. Мякотка припала на пол устало. В месте удара в божественном барьере вдруг образовалось крошечное отверстие, в стороны пошли трещины.
Пролом спешно затянулся. Богиня судорожно пыталась исправить оплошность.
— НЕВОЗМОЖНО! — проревела Аурифи.
В следующий миг раздался оглушительный гром. Свод полуразрушенного храма проломился от упавшего откуда-то с неба объекта. Следом пал и божественный купол Аурифи. Существо играючи пробило барьер, который мы и поцарапать не смогли. Лишь Мякотке каким-то чудом удалось повредить заслон.
На каменный пол зала приземлилась массивная фигура, состоящая из цельного металла. Существо имело гуманоидный облик. Голову, гротескное лицо, стальные вихри волос. Без одежды и каких-либо половых признаков. Разве что по общей фигуре и лицу я склонялся к тому, что передо мной мужчина. Хотя вряд ли в отношении подобных существ имелся смысл разделять их по полу.
— Небесный Судья⁈ — ошарашенно обозначила Аурифи.
— Обнаружено критическое нарушение Закона Мирового Равновесия! — прогудел металлический голем. — Божественная сущность второго порядка, известная под именами Аурифи, Локдар и Тернтьяго, слушайте постановление Небесного Судьи!
— Я ничего не успела сделать! Мое вмешательство в земные дела минимально! — зачастила провинившаяся Богиня словно нашкодившее дитя.
— Смерть разумного, магия божественного порядка и попытка нанести увечья и погубить других разумных — все это злостные нарушения Закона Равновесия и в совокупности приводят к суровой мере наказания.
— Дави гадину! — поднял я кулак, отходя от удушья потихоньку.
— Вердикт Небесного Судьи следующий! — произнес металлический посланник. — Божественная сущность второго порядка, известная под именами Аурифи, Локдар и Тернтьяго, вы наказываетесь изгнанием с плана Тардис сроком на одну тысячу лет. Наказание вступает в силу незамедлительно!
— Нет! — выплюнула Аурифи, лицо которой приняло крайне злобное, искривленное выражение. Белобрысая Богиня бросила последний взгляд в мою сторону и воскликнула гневно. — Мрадиш!
Беспомощная злость Бога — музыка для ушей смертного.
Небесный Судья исторг неясные магические эманации, которые быстро окутали провинившуюся. Аурифи испарилась в золотой вспышке вместе с установленным ей куполом. Будто бы ничего и не было.
— Всего тысяча лет? — хмыкнул я. — Я рассчитывал на более серьезное наказание!
— На твой век хватит, человек, — заметила Кшанти. — Да и на эльфийский век тоже…
— Мы… справились? — высунулась из-за укрытия Лейна.
— Пусть горит вечным Огнем, погань! — скривилась раненая Ниуру.
— Дело сделано… — пробормотала Лиетарис, устало привалившись к колонне.
— План Нареченного сработал, — спокойно кивнула Ульдантэ.
— Это была славная заруба! — восхитился Воитель вместе с другими нирдхолдцами.
— Гуркд-кха! — подала голос Мякотка.
— И что это было? Каким образом презренный гурд проломил божественный купол? — вопросила Кшанти недоуменно.
— Да, господин Небесный Судья, у нас накопились к вам вопросы!
Металлический болван медленно повернул голову в сторону Мякотки и о чем-то задумался. Мне уж показалось, что он заснул, но Судья все же подал голос:
— Так вот чью божественную энергию мы ощутили…
— Мякотка — божество⁈ — воскликнул я.
— Я знала! — обрадовалась Эббот.
— Божество, за свой проступок заточенное в теле неразумного существа. Наказание сроком в одну жизнь.
— Неужели нельзя никак расколдовать Мякотку⁈ — вопросила сердобольная Лейна.
Небесный Судья не ответил и уже по виду собрался уходить.
— Не так быстро! Мы потеряли близкого человека от божественного произвола, да и остальные натерпелись! Требуем моральной и физической компенсации!
— Компенсация не предусмотрена, — отрезал голем.
— Верните Неллис к жизни! — потребовала Лейна.
— Смертный будет возвращен в круг перерождения и обретет новую жизнь, которую начнет с чистого листа, — провозгласил Судья.
— Значит, Неллис вернется⁈ — обрадовалась Эббот.
— Судя по всему, ее душа окажется в теле одного из новорожденных, — хмыкнула Кшанти. — Она не будет помнить о нас.
— Жаль… Но хотя бы мученица получит шанс на счастливую жизнь… — кивнула ученица.
Со стороны двора стали доноситься звуки боя. Похоже, силы Туманников вернулись к аббатству, получив сигнал тревоги. А может Школа Солнца отступила, посчитав свою миссию выполненной. В любом случае нам следовало поторапливаться.
— Товарищ Судья! — обратился я снова. — По плану мы должны были разобраться с артефактом и уйти через лаз тем же путем. Но Аурифи спутала нам все карты и серьезно задержала. Из-за нее нас могут уничтожить силы Братства! Видите ведь, в каком мы состоянии находимся!
Металлический болван поводил головой из стороны в сторону, осматривая нас. Затем наконец проскрипел донельзя занудным голосом, напоминающим скрип гвоздя по стеклу:
— Доводы принимаются. Последствия прямого божественного вмешательства должны быть устранены.
Небесный Судья исторг мощные магические эманации. Нас окутало золотистое сияние. Мир вдруг померк.
Я моргнул, а когда открыл глаза, передо мной лежал совсем иной пейзаж. Мы находились где-то в лесу. Судя по типу растительности, все еще в Арконе. Но уже не в самом Святом Городе и даже не близко к нему. Металлический болван моментально телепортировал нас прочь от Туманного Аббатства.
И это хорошо, ведь Мякотку через лаз мы бы провести не смогли. Пришлось бы мне с ней прорываться через превосходящие силы врага.
План по эвакуации наш был предельно прост. Мы возвращались через лаз обратно в рыбный цех, запутывая следы и выигрывая время. Вряд ли бы подкрепление полезло за нами в неизвестный лаз, который можно легко обвалить. Затем мы бы вместе с гурдами быстро покинули город на подготовленных лодках. По широкой судоходной реке спустились бы ниже по течению, оставив преследователей позади. Затем бы постарались уйти от погони через густые арконские леса.
Простой план, но от того не менее действенный. Чем меньше могло пойти не так, тем лучше.
Какое-то время мы стояли, ошарашенные происходящим, не в силах поверить в случившееся, и вдыхали свежий лесной воздух. В сравнении с пропыленным и провонявшим разрушенным залом Туманного храма мы словно попали прямиком в рай. Стрекотали насекомые, переливались звонкие трели пташек, шумела на ветру листва. Полумесяц Кайи давал достаточно света, чтобы не потеряться в ночном пространстве.
Небесного Судьи нигде не было видно. Металлический болван испарился.
— Помощь мне бы не помешала, — будничным тоном проговорила Ульдантэ, после чего осела под деревом.
— Ох! — воскликнула Лейна и бросилась к Лунной эльфийке, которая, как оказалось, тяжело ранена.
— Молчаливая ты наша. Раньше сказать не могла? — буркнул я.
— Хоран, мне тоже нужно лечение, — поморщилась Лиетарис.
— Сначала мне, во славу огня! Я руки лишилась!
— Тебе уже закрыли открытую рану, — возразила Высокая эльфийка. — Кровью не истечешь, так что потерпишь.
— А ожоги от Тумана⁈
— Да нас всех Туманом потрепало. На Хорана только глянь!
— Вот уж не думала, что ты можешь стать еще уродливее, — фыркнула Красная язва.
— Твою шевелюру тоже изрядно подпалило, — вернул я шпильку. — Такими темпами и ты присоединишься к моему лысому клубу.
— Никогда! Купим зелье для роста волос у алхимика в первом же городе! — ужаснулась Ниуру.
— Сейчас помогу. Но первым делом Завеса. Не хочется, чтобы за нами наблюдали другие небесные сучности…
Я восстановил заклинание, маскирующее от божественного взора. Лишь после этого занялся лечением. Все пострадали изрядно. Пожалуй, только Лейна отделалась испугом, несколькими синяками, царапинами и каплями Тумана. Кшанти, Ниуру, Мякотка, Лиетарис, Ульдантэ и я с нирдхолдцами получили повреждения разной степени тяжести. Как Туманные ожоги, так и резаные глубокие раны.
Местечко, в котором мы очутились, выглядело спокойным. Пустой лес без присутствия людей, монстров или крупного зверья. Мы остановились на ночь прямо тут, не став бродить в поисках укрытия.
Закончив со срочным лечением, я проработал заклинание Резонанса и обновил контуры под текущую местность. Затем и ауры наши скрыл, дабы отряд не заметили первыми.
А Аркон и Братство явно будут искать нас и не оставят в покое. Впрочем, без своего повелителя, без воли Локдара они рано или поздно потеряют хватку и инициативу. Братство само по себе не имело ко мне никаких претензий, а Чистильщики — всего лишь преданные псы Локдара. Так что справимся. Без божественных покровителей им не совладать с героическим Хораном Мрадишем — убийцей Богов!
Мы расположились на ночлег. Правда, про прошлых гурдов наших пришлось забыть. Мы не могли рисковать и возвращаться за ними в Святой Город. Большая часть припасов тоже пропала вместе с ними. Лишь некоторая часть оставалась в наших пространственных хранилищах: моем и у Лейны.
Ученица, хвала ей, держала в пространственном кармане котелок и прочую посуду, запас соли, специй и немного провизии на черный день. Я худо-бедно добыл воду из стихии Льда, на которую все еще влияло Проклятье. Нам остро требовалась пища, чтобы восполнить потраченные силы. Ночь продержимся, а там уже и поохотиться сможем. Одаренные зелено-голубых рангов должны добыть себе пропитание в обычном лесу.
До сих пор слабо верилось в то, что наша авантюра удалась. Да, не обошлось без потерь. Все пошло не по плану. Домового и Неллис мне было жаль. Но я и сам не рассчитывал выбраться живым из заварушки, так что мы смогли прыгнуть выше головы.
На душе воцарилось умиротворение, вселенский покой и гармония. С души словно огромный валун скатился. Больше ничье незримое присутствие не довлело надо мной. Мы справились!
— За павших товарищей! — поднял я кружку горящего чая, ибо ничего другого под рукой не оказалось. — Больше Аурифи нас никогда не побеспокоит! Ублюдочная Богиня получила по заслугам!
— Да-а! — радостно откликнулись остальные.
Время тянулось медленно и неспешно словно клейстер, свисающий со столешницы. Бешеная гонка и судорожное ожидание окончились. Больше не требовалось договариваться с Богами и оглядываться по сторонам. Мы оказались предоставлены самим себе.
Правда, почти сразу же в нашей новой смертной жизни, которую покинули Боги, возникли небольшие проблемы. Ночи в Арконе стояли холодные, так что мы чуть не околели. Заготовка для артефакта ведь осталась в Святом Городе, конечно же.
Хорошо хоть я перед операцией закинул в пространственное хранилище небольшую часть серебряной сети. Примерно два на два метра. Мое кольцо и так было забито под завязку, так что больше туда не влезло.
Мы с Лейной и Ниуру могли худо-бедно исторгать пламя. Красная даже научилась настраивать свою силу на обычное тело без огня. Долго она этому училась. Спалить врага для Красных эльфов проще, чем обогреть. Плюс разведенный костер давал живительное тепло.
Однако мы были одеты достаточно легко, не имели палаток и банальных одеял. Могли прикрыться только ворохом листьев и травы. Да и всю ночь одаренным трудиться над обогревом остальных было бы проблематично. Осколков осталось не сказать чтобы много.
В общем, ночью я адаптировал руны Огня под нашу местность и занялся внедрением в огрызок артефакта. Лейна проводила зачарование Огненных контуров, поскольку у нее с данной стихией дела обстояли получше. Ранее этим занимались в основном Домовой с Неллис, но оба чародея погибли в безумной заварушке в Туманном Аббатстве.
Обоих мне было жаль, но ничего поделать уже нельзя. Разве что просить каких-нибудь Богов дать им вторую жизнь, сохранив при этом воспоминания. Однако обращаться к небожителям я зарекся. Будем надеяться, что Домовой и Неллис успешно переродятся где-нибудь на Тардисе и получат еще один шанс.
Здесь верили, что ни одна душа не уходит в забвение навечно, а обязательно возвращается в ком-то из новорожденных. Правда, между смертью и новой жизнью может пройти как год, так и тысячи лет. Время в колесе перерождения ничего не значило.
Как знал, что может пригодиться во время путешествия. Ячеистая сеть вышла небольшой, да и качество сделанного наспех зачарования оставляло желать лучшего, но на несколько человек вполне хватало.
От артефакта исходило легкое тепло. Рядом потрескивал разведенный костер. Фырчала Мякотка, негромко переговаривались караульные, обсуждая случившееся. Не все смогли толком осознать масштаб произошедших событий. Мы расположились на травяной подстилке и укрылись густыми ветками, полными листьев.
Лейна прижалась ко мне в ночи в поисках тепла и защиты. Я заметил заблестевшую на ее щеке слезинку. Ученица остро переживала утрату наших союзников. Домовой и Неллис успели стать частью команды. К чародейке Эббот испытывала родственные чувства. Если я ей заменил в каком-то смысле отца, то Неллис служила образом матери и наставницы.
Я обнимал Лейну и шептал всякие успокаивающие глупости, пока девочка не провалилась в глубокий сон. А там уже и меня сморило.
День выдался, мягко говоря, богатым на события. Немного поджившие раны все еще беспокоили, но все равно вырубился я быстро. Магическое и физическое истощение сделали свое дело. Телу и разуму требовался отдых.
[Лейна Эббот]
Бушующий водоворот событий захлестывал с головой. Никогда не думала рабыня из Нарибии, что отправится на другой континент и будет принимать участие в столь громких событиях.
Хоран осознавал случившееся не так хорошо, как остальные. Для него происходящее было просто еще одним приключением. Как битва с гоблинами в лесу.
Вот только некоторые события выбивались далеко от понятия «норма». Проникновение в Темную Обитель, уничтожение первожрицы, Цитадели и Черного Сердца. Восхождение по армейской карьерной лестнице Нуэз, разгром Сумеречных войск, рабство и Ашурская Резня. Сбор сил и штурм Туманного Аббатства. Битва с адептом и изгнание целой Богини, которая повелевала могущественными культами на Тардисе.
Все это далеко не рядовые события. Наутро союзники только и обсуждали случившееся. Разве что Ульдантэ помалкивала по своему обыкновению. Лунная эльфийка потеряла много крови и получила серьезные раны, так что все еще оставалась слаба.
— Расскажу — не поверят! — высказал нирдхолдец — единственный чудом выживший солдат.
— Ага. Будет теперь что внукам перед сном рассказывать! — согласился Воитель из Вольного Города. — Кочующее Стадо, теперь вот Богу устроили наказание длиной в тысячу лет! С Мрадишем не соскучишься.
— Это точно. Но мне, пожалуй, хватит приключений, — заметил боец устало.
— Решил остепениться? — поинтересовался Юджин.
— У отца ферма со скотиной. Буду присматривать за животными, добывать осколки. Все товарищи, которые отправились с нами, погибли. Чую, моя очередь не за горами… А ты давно путешествуешь с Мрадишем, эльф?
— Прилично, — кивнул рыжоволосый Юджин. — Через что только не прошел. Множество раз бывал на волосок от смерти. Так что прекрасно тебя понимаю.
— Но на тебе вроде бы нет ошейника. Почему не уйдешь?
— Ксарг его знает, — пожал плечами Красный эльф. — Привык, наверное…
— Тысяча лет для Божества — незначительный срок, — заметила Лесная эльфийка. — Пролетит, и не заметит. Так что Богиня отделалась легким наказанием.
— И наших это не вернет. Пепельная Колдунья была сильна, владела редкой стихией. Да и Домового жаль… — заметил Воитель.
На глаза Лейны навернулись слезы, когда она подумала о погибших. Но раскисать было нельзя. Из чародеев остались лишь они с наставником. Всем требовалось лечение. Как Целительское Касание, так и Высшее Восстановление. Ульдантэ потеряла несколько пальцев, Ниуру — руку, Воителю срезали ухо.
Пострадавшим требовалась помощь, и Лейна не могла остаться в стороне. Она должна собраться с силами и продолжить лечение. Ведь таков принцип волшебницы — помогать страждущим. Наставник правильно сказал: надо думать о живых, а не о мертвых.
Лейна Эббот продолжить жить, учиться и творить. Однажды она достигнет уровня наставника, изобретет множество великих печатей и артефактов, станет архимагом и прославится. Поэтому ей никак нельзя унывать и предаваться печальным мыслям.
Юная чародейка занялась ранеными с утра и принялась накладывать одно Целительское Касание за другим. Ей нравилось помогать нуждающимся. Получив долгожданное облегчение, ее хвалили и благодарили. Отчего Лейна мгновенно расцветала, а дурные мысли уходили на задний план. Она могла быть полезной близким, и в этом она находила покой и удовлетворение.
— Грустить — само по себе не плохо, — заметила Лиетарис, когда чародейка поведала ей о своих чувствах. — Выплеснуть эмоции, дать волю слезам. Главное не зацикливаться на этих мыслях надолго.
— Да? Спасибо за совет, Лия!
Значит, ненадолго можно предаться тоске. Все-таки горевать о павших товарищах — это нормально. Недолгий траур, а затем она вернет былую форму. И пойдет вперед с уверенностью и улыбкой на устах!
[Ниуру Гонти Немис]
К заварушкам эльфийка была привычна. В том числе и к погибшим. Смерть шла с Хораном рука об руку. Домового ей было не жаль. Прихвостень Ночной стервы знал, на что шел. Жил как раб и помер как раб.
Вот смерть Неллис ее даже слегка обрадовала. Ладно Лиетарис и Ульдантэ — они являлись эльфийками, почти что сестрами, пускай и из других видов, но человечка ее раздражала. Хоран слишком часто поглядывал в ее сторону. Так что Ниуру не сильно жалела о случившемся.
Неллис она стала уважать чуть больше. Чародейка сражалась отчаянно, не раз выручала их и спасала жизни. Помогла противостоять целой Богине в меру своих способностей. Пожалуй, она погибла как настоящий воин. В душе чародейки горело пламя. Не такой сильный огонь, как у Ниуру, но все-таки.
Пускай в новой жизни она переродится не жалкой человечкой, а статной Красной эльфийкой. Неллис того заслужила, ведь внутри нее пылали язычки пламени.
А вот ранения изрядно подкосили самоуверенность Ниуру. Эльфийка потеряла руку, часть лица и волосы обезобразил некрасивый ожог от Тумана. Шлем ей пришлось снять в какой-то момент, поскольку на него прилетел Туманный сгусток. Едкая стихия проедала броню насквозь.
Несколько великолепных ярко-рыжих прядей, которыми она так гордилась, канули в лету. В отражении на нее смотрело чумазое нечто с уродливым шрамом и спутанными остатками волос.
— Что кручинишься, Красная? Мы победили, — заметила проходившая мимо Ночная эльфийка.
— Да, но какой ценой… — пробормотала Ниуру.
— Неужели горюешь по презренным людишкам?
— Нет, конечно. Я про свои волосы, да еще эта отметина от поганого Тумана…
— Шрамы исцелятся, — махнула рукой Дзартен. — Волосы отрастут.
— Без тебя знаю! — фыркнула она.
— Но могу кое-чем подсобить, — добавила Кшанти.
— Принять помощь от Ночного эльфа? В чем подвох?
— Ни в чем. Как насчет принять помощь не от Ночного эльфа, а от… подруги? — улыбнулась эльфийка, тряхнув копной черно-пепельных волос.
— Звучит еще более подозрительно, — нахмурилась Ниуру.
— Какие вы все недоверчивые. А мы ведь сражались бок о бок, доверяли друг другу самое сокровенное — собственные жизни, — хмыкнула она. — В Сумеречном Лесу мода меняется достаточно быстро, особенно в высшем кругу великих кланов. Недавно появилась новая прическа, которую примерили на себя многие известные Ночные эльфийки.
— Что за прическа? — заинтересовалась Ниуру.
— Одну сторону головы обривают почти полностью, с другой остаются длинные волосы. Я могу показать несколько интересных причесок для такой шевелюры. Помочь?
Ниуру раздумывала некоторое время, затем выдохнула:
— Хорошо…
Все равно хуже сделать невозможно.
Отряд после ночевки остался на том же месте, не став никуда уходить. Раненым требовалось восстановить силы. Без гурдов пострадавшие далеко не уйдут. Следовало подкрепиться, подлечиться и только потом действовать.
Ульдантэ все еще восстанавливалась. Хоран отлеживался и был занят печатями. Они вместе с ученицей лечили раненых, не покладая рук. Лиетарис планировала чуть отдохнуть и отправиться вместе с Мякоткой на охоту. Съестных припасов у них оставалось мало. Раненым требовалось мясо, чтобы восстановление пошло быстрее.
Кшанти достала ножнички, которые тоже нашлись в хранилище у Эббот. Казалось, ученица чародея таскала там необходимое для любых возможных случаев. От котелка и зеркала до поварешки и расчески.
Ниуру с подозрением косилась на Ночную, которая словно специально елейно улыбалась. Дзартен приступила к работе парикмахера и принялась состригать волосы с пострадавшей стороны. Ниуру решила, что даже если та побреет ее налысо, сильно хуже от этого не станет. А шутки Хорана она как-нибудь переживет.
— Готово! — заявила Кшанти вдруг.
Эльфийка поднесла ей зеркало, и Ниуру вгляделась в отражение. С одной из сторон волосы ее были коротко пострижены, а оставшиеся пряди красиво уложены. Выглядело стильно и дерзко. Отчасти похожие прически были у некоторых кровожадных племен каннибалов Красных эльфов на Алгадо.
— Во славу огня, выглядит потрясно! — восхитилась Ниуру. — Не думала, что с этими огрызками можно что-то еще сделать!
Настроение Ниуру резко поползло вверх. Она осталась довольна изменениями. Хандра отступила. Как порой мало для счастья надо эльфийке — всего лишь вернуть себе былую красоту.
— Рада, что тебе понравилось. Понимаю, что ты относишься ко мне с недоверием и опаской, но все-таки мы в одной лодке. Обе следуем за Хораном, по своей воле или нет. Так что будет лучше, если мы отбросим ненужные обиды, начнем делиться сокровенным и помогать друг другу!
— Посмотрим, — хмыкнула Ниуру.
Кшанти кивнула с приторной улыбкой. Дзартен уже собиралась уйти, но эльфийка окликнула ее:
— А с тобой все в порядке?
— Со мной? Мои раны не столь глубоки, как у других. Справлюсь.
— Я о другом. Чародей пожертвовал собой, чтобы защитить тебя. Ты ведь его знала очень давно. Неужели ничего в твоей Ночной душе даже не шевельнулось?
[Кшанти Дзартен]
Эльфийка нахмурилась, улыбка медленно спала с ее лица. В глубине души Кшанти ощутила болезненный укол. Слабый, но все равно неприятный. Ночная эльфийка относилась к людям с презрением, да и к низшему сословию в целом. Куда входили по сути все, кроме высшей аристократии Сумеречного Королевства и некоторых людских империй.
Низшие были слабы, трусливы, бесхребетны, лживы и продажны. Всего лишь тупое стадо, о котором должны заботиться они — высшие пастухи.
Однако иногда даже низшие могли удивить своими неординарными поступками.
Считалось, что побороть ошейник подчинения почти невозможно. Лишь единицам удавалось освободиться от гнета артефакта. Мрадиш осуществил дерзкий план и каким-то образом избавился от ошейника, после чего разгромил что имперские, что эльфийские войска и вошел в историю, как кровавый мясник, устроивший Ашурскую Резню.
Теперь же Хоран выступил против целого Божества и, по сути, вышел чистым победителем. Нельзя не отдать должное Резонансному магу, освоившему весьма полезные и разрушительные магические печати. Мрадиш сражался аки саламандра, храбро бросаясь на врага и защищая соратников.
Впрочем, формально он получил статус высшего от самой Королевы, так что все это лишь подтверждало правило. И среди людей изредка встречаются достойные.
Поступок Домового казался на первый взгляд естественным. Дзартен даже особо не задумывалась о случившемся. Чародей закрыл ее от смертоносного луча Тумана. Пожертвовал собой, лишь бы госпожа спаслась.
Но сейчас, когда горячка боя схлынула, она могла обдумать случившееся в спокойной обстановке. Вопрос Ниуру застал ее врасплох. Дзартен почувствовала сожаление и легкую грусть. Домовой являлся ее давним слугой, всячески защищал и помогал хозяйке.
Она считала его эталонным низшим. Бесхребетным слизняком, который только и думал, что о своем достатке. Ради этого и старался выслужиться — занять местечко получше и сытнее в клане Дзартен.
Вот только нет смысла выслуживаться, если ты будешь мертв. Невозможно пожинать плоды своих трудов и своего лизоблюдства, если твоя душа покинет бренный мир.
Домовой поступил как сильная личность. Пожертвовал собой ради ее блага. Такие поступки нехарактерны для низших. Тех пинками приходилось гнать в бой. Домовой же добровольно встал на пути смертоносного заклятья. Поступок, достойный высшего.
— Домовой был мне дорог, — глухо обронила Ночная эльфийка.
— Надо же, — склонила голову Красная, вглядываясь в ее лицо. — Я полагала, что ты просто бесчувственная дрянь. Но крохи огня в тебе еще тлеют.
— Спасибо за комплимент, — скривилась Кшанти и хмыкнула. — В душе Ночного эльфа лишь черный дым и угли.
— Угли можно разворошить, если подать немного тепла и хорошенько подуть. Но я все равно думаю, что ты продашь нас при первой возможности и сбежишь. Хоран зря не избавился от тебя сразу.
— В любом случае наш уговор исполнен, — пожала она плечами. — Мы нашли союзников, пробрались в Туманное Аббатство, я уничтожила артефакт Проклятьем. Все согласно моему плану.
— Теперь ты слишком много знаешь, — добавила Ниуру.
— Считаешь, Хоран не отпустит меня?
— Боюсь, что отпустит, — вздохнула эльфийка. — Хоть он жадюга, деспот и собственник, но данное слово держит. Даже обещанное бесправному рабу.
— Надеюсь, что так. Иначе придется идти к свободе своими силами, а это вам вряд ли понравится, — буднично заметила Дзартен, стараясь вернуть самообладание.
На несколько секунд она утратила уверенность и бодрость духа, присущие высшему. Мысли о погибшем слуге все еще откликались в ее душе острыми иглами. Но Дзартен решила, что со временем это пройдет само, и все вернется на круги своя.
Все-таки люди — странные существа.
[Лиетарис Ал Тарде’Неску]
Сражение прошло для Высокой эльфийки не самым лучшим образом. Древесная броня ее была крепка, но бесконечно выдерживать удары противника не могла. После нескольких попаданий Туманных сгустков призванный дух получил повреждения и начал слабеть. Доспех истончился в паре мест. Как назло именно и туда пришло одно из наиболее болезненных попаданий.
Лиетарис продолжила сражение, но биться в полную силу больше не могла. Впрочем, в бою с Аурифи она бы ничем и не помогла. Когда на арене сходятся сильнейшие маги и целые Боги, Воители стоят в сторонке.
Порой Лия завидовала людям, чей арсенал был гораздо богаче эльфийского. Только следует учитывать, что эльфийка в основном наблюдала за становлением и чародейским путем Хорана. Который, говоря откровенно, блистал на магическом поприще. Подавляющее число людских колдунов владели всего несколькими заклинаниями и парой стихий, и качество их печатей сильно уступало магии Мрадиша.
Если одаренный эльф сталкивался с чародеем того же ранга, то чаще всего это была равная битва. Но такие как Хоран или Пепельная Колдунья, конечно, скрутят почти любого эльфа в гурдий рог. Настоящие боевые маги, владеющие смертоносными заклятьями.
В любом случае бессмысленно предаваться унынию и сожалеть об упущенных возможностях. Надо двигаться вперед. У эльфов свой собственный путь.
Причем, чародеи могли им помочь продвинуться на ниве возвышения. Мрадиш изобрел подпорку, и весьма сильную. Благодаря его изобретениям Солнечные эльфы получили небывалую мощь и стали грозой на поле боя. Ночные эльфы с его Призмой разили на расстоянии — самый страшный кошмар для любого полководца.
Что произойдет, если собрать отряд одаренных Ночных эльфов и дать им ледяное усиление Хорана? Вражеская армия же подобраться к ним не сможет, а все одаренные противника быстро растеряют свои силы и ослабнут.
Кшанти внесла существенный вклад в разгром Туманных сил. Она же и покарала адепта Аурифи, лишив инквизитора Паульссена части магии. Лия бы в этом открыто не призналась, но она немного завидовала Ночной эльфийке.
Лиетарис украдкой взглянула на Мрадиша, который самолично накладывал на нее Целительское Касание. Чародей порой ругался, когда заклинание срывалось. Проклятье все еще довлело над ним и изредка портило созданные печати. Но сейчас каждый чародей был на счету, так что он не стал все сваливать на одну ученицу.
Вот бы Лия тоже имела силу, которую можно улучшить с помощью людской магии. Как Солнечным или Ночным эльфам. Тогда бы Высокая эльфийка стала сильнее, приносила больше пользы отряду. Смогла бы помочь тем, кто в этом нуждается. Карать врагов и монстров с изяществом и легкостью, как и пристало дщери дома Ал.
Может попросить чародея подумать об этом на досуге? Вдруг он найдет способ развить ее древесный доспех или как-то усилить магию Высоких эльфов? Но Мрадиш и так ей существенно помог, подсказав необычное применение для лесного духа.
Лиетарис ощущала, что стала сильнее. Она была смертоноснее своих сородичей того же ранга, которые шли традиционным путем. То есть, призывали лесных духов отдельно от себя.
Вот только силы никогда не было достаточно. Лия хотела стать более могущественной и стойкой.
Стоит ли нагружать и без того занятого чародея сейчас? Плохая идея. Сначала им надо выбраться с территории Аркона, а там уже и заниматься сторонними делам.
Хоран выглядел сосредоточенным и слегка хмурился. Доспехи мага были все помяты, в отметинах от едкого Тумана. Часть лица обезображена шрамом. Смотрелся Мрадиш прямо-таки бывалым бойцом, прошедшим через огненное горнило войны.
Мужчина не был красивым в эльфийском понимании этого слова, но внутри Лиетарис что-то шевельнулось. Эльфийка вспомнила об их совместной ночи, и на ее лицо выполз предательский румянец.
Она ведь полагала, что это будет их последнее приключение. Самоубийственная атака на Туманное Аббатство ничем хорошим закончится не могла. Да, они потеряли дорогих союзников, но все же большая часть команды уцелела, включая и Лиетарис.
О чем она слегка сожалела.
Ведь теперь ей придется смотреть в глаза Хорану, с которым они уже делили ложе. Разумеется, мужчина будет намекать на продолжение. Но чего же желала сама Лиетарис? Хотела ли стать одной из его эльфийских наложниц? Строить отношения с человеком — само по себе существенный удар по чести и достоинству. А когда ты лишь одна из немногих — унизительно вдвойне.
Она еще раз взглянула на колдующего Хорана. Который смотрелся величественно и воинственно после боя. Если бы только он был эльфом, а не человеком…
— Ты в порядке? Покраснела чего-то, — заметил Мрадиш. — Температура?
— В порядке! — огрызнулась брюнетка и слегка отодвинулась от целителя.
Чародей пожал плечами, придвинулся ближе и продолжил лечение. Мысли его витали далеко от земных страстей. Похоже, он размышлял о чем-то серьезном. Строил планы и догадки, раздумывал о будущем, о судьбе Богини и собственном пути…
Так Лиетарис полагала, пока не почувствовала прикосновение к своей груди. Эльфийка сузила глаза и посмотрела вниз. Пользуясь статусом целителя, Мрадиш дотронулся до ее сокровенных частей тела и принялся нагло мять.
— Куда клешни тянешь! — рявкнула она.
— Просто забираю плату за лечение. Кши-ши-ши! — отпрыгнул в сторону от разъяренной эльфийки веселящийся Мрадиш. — Сеанс исцеления окончен, можете не благодарить!
И что только Ниуру с Ульдантэ в нем нашли? Совершенно невоспитанное, похотливое, хамское существо без капли такта и элегантности!
[Ульдантэ Витеру]
Лунная эльфийка наслаждалась сильными ощущениями. Боль дарила четкие эмоции, которых Ульдантэ порой не хватало. Также она почувствовала и боль утраты. Легкую, едва уловимую. Все-таки Домовой и Неллис не были близкими ей людьми. В любом случае Витеру была довольна. Впечатлений ей хватит надолго.
В основном Лунная эльфийка просто отлеживалась, стойко переносила сеансы исцеления и ждала, когда ее раны наконец затянутся.
Они действительно сумели одолеть Бога. То, о чем говорилось только в легендах. Станут ли они новой легендой, создадут очередной миф? Не думала Ульдантэ, что сможет принять участие в столь эпохальном мероприятии.
Почему-то казалось, что когда они слышали рассказы от других, то такие события донельзя величественны и уникальны. Но все случилось как-то буднично. Вот они прорыли ход в Аббатство. Вот отправились на штурм. А вот уже Небесный Судья выносит вердикт зарвавшейся Богине. Странно все прошло. Не как в древних сказаниях.
Осталось много вопросов после прошедших событий. Но главная загадка, пожалуй, крылась в существе, которое мирно паслось на поляне поблизости.
Ульдантэ поднялась и, чуть поморщившись от стрельнувших ран, направилась к гурдихе. Питомец Хорана будто бы стал чуть крупнее в размерах после возвышения. Мощная мускулатура проглядывала, когда животное двигалось.
Коричневатая шкура посветлела, став ближе к кремовой. На рогах и шкуре появились голубоватые росчерки. Один из рогов был переломан в битве с Божеством, да и в целом ей досталось серьезно, но гурдиха быстро восстанавливалась. Голубой ранг, как ни крути.
Ульдантэ никогда не тянулась к Мякотке, держалась настороженно. Обычно с ней возились либо Хоран, либо Лейна. Но сейчас ее обуяло любопытство.
Лунная эльфийка взяла горсть спелых ягод, которые нашли в окрестностях их стоянки, и подошла к гурдихе. Животное покосилось на Ульдантэ заинтересованным взглядом. Казалось, в нем горел живой настоящий ум, а не звериный.
Но Витеру полагала, что выдает желаемое за действительное. Они узнали о том, что в Мякотке заточено некое древнее божество, получившее наказание за проступок сроком на одну жизнь. Поэтому и видели в ней больше, чем есть на самом деле.
Гурдиха учуяла лакомство и охотно потянулась к руке эльфийки. Ульдантэ раскрыла ладонь и позволила Мякотке насладиться свежими вкусными ягодами. Уплетала гурдиха с большим энтузиазмом. В такие моменты она совершенно не отличалась от обычного зверя.
— Кто же ты такая? — вопросила она недоуменно.
— И мне тоже интересно, — подошел к ней Хоран. — Подумать только — с нами все это время обреталось целое Божество, пусть и в изгнании…
— Ты катался верхом на Боге.
— Кши! И верно, — рассмеялся Хоран. — Но знаешь что самое интересное?
— Что же?
— Мрадиш, то есть прежний носитель тела, очень смутно помнил о том, как ему досталась Мякотка, — почесал мужчина колючую щетину. — А может просто эти воспоминания не передались во время смешения наших личностей… Одному ксаргу известно. Жаль Мякотку саму не спросить. Или ты нас все-таки понимаешь, а, животина? — обратился он напрямую к гурдихе.
— Ургн-хуа! — фыркнула Мякотка в ответ.
— Подними одну ногу, если ты понимаешь нашу речь! — предложил Хоран.
Однако гурдиха осталась стоять на месте, переминаясь с ноги на ногу. Очевидно, она не осознавала, что именно говорят люди и эльфы.
— Ее заперли в неразумном теле, — качнула головой Ульдантэ.
— Но порой мне кажется, что она понимает больше нашего. Что-то от божественных способностей в ней наверняка осталось. Не просто так она смогла разбить купол Аурифи. Возможно, благодаря божественному дару у Мякотки настолько развитое чутье на неприятности. Понятно, почему она так легко обнаруживала любые засады.
— Повезло тебе с питомцем.
— Не то слово. Тут еще вопрос — кто из нас питомец, а кто хозяин… Да, Мякотка?
Хоран ласково потрепал животное по холке, чему гурдиха обрадовалась.
— Как твое самочувствие? Еще пару Целительских Касаний наложить?
— Гру-кха! — мотнула головой гурдиха.
— Хорошо, давай подлечим…
Мрадиш принялся активировать целительские заклинания, каким-то образом поняв ответ своего питомца. Ульдантэ меланхолично следила за запутанными переплетениями магических контуров. Чародейская магия была по-своему красива.
Ульдантэ тоже следовало развивать свою силу внушения. Лунная магия могла быть полезна в определенных ситуациях. Как в том случае, когда они ушли без боя от арконского патруля. Вряд ли она когда-либо станет настолько же разрушительной, как Хоран с его заклинаниями Резонанса и скрещенными лучами, и тем не менее. Нельзя стоять на месте.
Лунная эльфийка задумалась об артефактах и магических умениях мастера. Не сразу, но ранее ей пришла в голову одна идея, которую она все не решалась предложить. Осознавала последствия. Полагала, что Хоран откажется. Ведь он являлся прожженным торгашом и погонщиком рабов.
Она тянула, не решаясь обратиться к чародею. А затем возникла ситуация с Божеством, так что Ульдантэ решила отложить просьбу. Но теперь, когда они разобрались с проблемой, она могла бы попросить Хорана заняться особенным артефактом. Лунная эльфийка верила, что он справится. Он разгадал особую печать и сбежал из плена, так что и с зачарованием совладает.
Плюс в последние недели они перестали водить караваны рабов от поселения к поселению. Мрадиш бросил стезю работорговца, хоть ему и не хотелось с ней расставаться.
Неразумно заниматься посредственным делом, которое может провернуть любой неодаренный, обладающий предпринимательской жилкой и не боящийся рисковать. Хоран обладал уникальными знаниями о магии и печатях, так что водить караваны с грузом, живым или нет, теперь имело мало смысла. Чародея ждали великие свершения.
Если затея выгорит, Ульдантэ может осуществить свою заветную мечту. Помочь сразу всем и разом. Не только свою мечту, но и мечту Неллис и Лейны и многих других достойных разумных. Ради такого стоило стараться и идти на риск.
Если у Хорана получится создать артефакт, последствия для них могут быть более чем серьезным. Им надо встать на ноги и обзавестись союзниками. Нирдхолд может стать для них надежной опорой.
Ульдантэ решила, что отложит просьбу еще на какое-то время. Незачем отвлекать и без того занятого мастера. Пусть все идет своим чередом. Она всегда будет рядом, чтобы поддержать его.
[Хоран Мрадиш]
Весь следующий день мы отлеживались. Занимались лечением, охотились, готовили еду и насыщались. Нам предстоял неблизкий путь, без гурдов и нормальных припасов, так что следовало набрать еды впрок. Лиетарис, оправившись, сразу же ускакала охотиться. Лесная эльфийка тоже сумела подстрелить крупную птаху, похожую на индейку с павлиньим хвостом. В общем, от голода мы в арконских лесах не помрем. Одаренные высоких рангов могли дать фору местному зверью. Главное, на стадо высокоранговых монстров не наткнуться. Тогда битва с Богиней может показаться нам пустяком.
Провел небольшое исследование Мякотки — Богини, которая, как оказалось, всегда была под рукой. Но ничего выяснить нового не смог. В магическом зрении гурдиха никак не выделялась. Правда, я до этого и не видел гурдов голубого ранга толком. Только очень богатые или глупые люди развивали питомцев до столь значимых рангов. Бюджет небольшого города уходил на осколки для него.
Судя по отсутствию золотых запасов в хранилище, Хоран Мрадиш относился ко второй категории. Но ничего! У меня уже появилось несколько идей, каким образом можно будет разбогатеть. Водный артефакт — только начало моего великого пути!
— Интересно, существует ли способ расколдовать Мякотку? — вопросила Лейна, ухаживая за гурдихой.
— Еще вопрос — надо ли это ей самой. Судя по всему, впоследствии Мякотка переродится и вернет свои воспоминания. Может, чтобы помочь, нам надо просто ее убить? — предположил я.
— Наставник! Как у вас язык повернулся сказать такую гадость⁈ — возмутилась Лейна.
— Ладно, просто шутка юмора такая. Не знаю, как нам расколдовать Богиню. Еще неизвестно, кто заточен в теле гурда. Может, там такая паскуда похлеще Аурифи. Не зря же ее прокляли за некий проступок.
— Нет! Мякотка очень хорошая, я в этом уверена, — заявила Лейна с детской непосредственностью.
— Посмотрим, поспрашиваем, — пожал я плечами и добавил с иронией. — Возможно, разыщем где-нибудь специалиста по возвращению Богам их истинного лика.
Время шло, мы постепенно осваивались в дикой местности. Немного обустроили лагерь, соорудили навес от дождя из листьев и жердей. Облазили округу, нашли наконец ориентиры и поняли, где находимся: в северо-восточной части Арконской империи. Это означало, что ближайший путь в Вольные земли лежал через широкий каньон.
В теории можно использовать огрызок артефакта, чтобы проложить узкую каменную переправу через расщелину, но я не был уверен, что у нас получится. Идти либо через реку и земли Нуэз, либо через горы — тем же путем, что мы и пришли. Вот только в таком случае придется делать солидный крюк.
— Пойдем напрямую, — принял я решение. — Посмотрим на этот гранд-каньон. Не сможем перебраться, значит пойдем в обход.
— Разумно, — кивнул Юджин. — А какие у нас в целом планы теперь, когда мы разобрались с Аурифи?
— Планов целое громадье! — потер я ладони. — Во-первых, окончательно разобраться с Проклятьем, конечно. Во-вторых, поискать способ расколдовать Мякотку. В-третьих, найти способ межрасового скрещения. Оплодотворить эльфиек другими словами.
— Животное, — фыркнула Ниуру.
— Что сразу животное? Это очень важная с научной точки зрения задача. Представь, если люди и эльфы наконец смогут скрещиваться и станут единым видом? Это прекратит межрасовые войны!
— Звучит прекрасно! — обрадовалась Эббот.
— Не переживай, ученица. В моем мире только один вид людей, но они и то постоянно воюют друг с другом и держат сородичей в современном аналоге рабства. Сильные страны угнетают слабые.
— Спасибо, утешили… — буркнула Лейна.
— Неплохо было бы взять синий ранг и вас подтянуть до следующих уровней. Для этого нужны средства. Так что самая главная задача — была, есть и будет: разбогатеть! Нагрести столько золота, что его станет некуда девать!
— Такое вообще возможно? — удивилась Ниуру.
— Не уверен. Но не попробуем, не узнаем, верно? Путь к баснословному состоянию начинается с первого медяка. Мы заработаем все золото мира, кши-ши-ши!
Вот только чтобы заработать деньги, надо их откуда-то изъять. Желательно честным трудом, ведь благородный архимаг и богоборец не опустится до презренного разбоя и воровства. Где больше всего золота? Правильно — там, где живет больше всего зажиточных граждан. Нирдхолд — отличная стартовая точка.
Для начала нам следовало вернуться в Вольный Город, а ведь мы находились у ксарга на куличках. Без гурдов, если не считать Мякотки, без нормальной походной экипировки и с остатками припасов.
Еще два дня мы восстанавливались в лесной глуши, отдыхая и залечивая раны. Большинство ранений удалось исцелить. Остались лишь увечья. Рука Ниуру будет отрастать долго — по себе знаю.
Красная эльфийка плохо приняла свое ранение. Долго привыкала к урезанным возможностям. Не могла заняться своей любимой готовкой и разными бытовыми мелочами. Тут уж ничего не поделаешь. Придется привыкнуть.
Время не прошло зря. Эльфийки добыли немного дичи в окружающих лесах. Мы завялили мясо на костре и часть засолили. Благо хотя бы соль у хозяйственной Лейны имелась в достатке.
Когда все наконец окрепли, мы отправились в путь. Держали направление на север, к Великому Каньону. Поселения обходили стороной, поскольку там нас точно поджидали неприятности.
Нельзя просто так взять, явиться в вотчину Братства Тумана и уничтожить святой артефакт. Нас точно будут искать, разнарядки отправят во все поселения. Арконцы будут тщательно проверять любых пришлых.
Да, Аурифи ушла с Тардиса. Богиня больше не может раздавать указания. Я предполагал, что со временем ненависть Туманников ко мне ослабнет и про меня забудут. Ведь именно Аурифи была у них главной движущей силой.
Но в первые годы от Братства Тумана и конкретно от Чистильщиков стоило ждать неприятностей и подстав. Все-таки я им серьезно насолил. Порешил многих послушников, инквизиторов и аббатов, осквернил храм, уничтожил древний артефакт, изгнал их покровителя. Лучше мне держаться подальше от Аркона и обходить стороной филиалы Братства, которые имелись во многих крупных городах.
В лесах арконской империи обитали Толстокожие Саламандры, с которыми мы изредка сталкивались. Твари имели очень прочную шкуру, которую и зачарованное оружие с заклятьями не всегда пробивали. В большинстве случаев монстры спешили убраться с нашего пути. Только небольшими стаями решались пробовать нас на зуб. Обычно демонстрации сильной магии хватало, чтобы зверье быстро ретировалось.
Наш отряд прилично возвысился за время путешествий. Если бы мы очутились на Шимтране на красно-оранжевом ранге, нас бы точно первая попавшаяся кучка саламандр схарчила. Пока же мы могли дать отпор обитающим в здешних лесах монстрам.
Я часто ловил на себе взгляды Кшанти. Порой казалось, что Ночная эльфийка желает прожечь во мне дыру. Пока наконец на одной из стоянок терпение Дзартен не лопнуло и она не подошла ко мне самолично:
— Хоран!
Кшанти постучала по своему ошейнику с недвусмысленным намеком.
— Туго затянул? — вопросил я.
— Издеваешься⁈ — начала она закипать.
Наконец до меня дошло:
— Точно, у нас же был уговор! — хлопнул я себя по лбу.
— Постой, ты действительно забыл об уговоре⁈ — выдала она изумленно и покачала головой. — Люди не перестают меня удивлять.
— Разборки с Туманниками и Аурифи заняли всю доступную память, — махнул я рукой.
— Ты собираешься исполнять обещание или нет?
— Прямо здесь, на людях? Мое сердце еще не готово к таким отношениям!
— Хватит паясничать, Мрадиш! — ругнулась Дзартен.
Да уж, для Ночной эльфийки вопрос собственной свободы стоял донельзя остро. Я ее понимал, ведь прошел через то же самое.
— Снимай, и пусть катится на все четыре стороны! — махнула единственной рукой Ниуру.
— Сначала сопроводите меня до Нирдхолда, — подняла подбородок эта принцесса клана Дзартен.
— Тогда лучше оставить ошейник, — заметила Лиетарис. — Я не доверяю ей.
— И что она может сделать? Проклясть нас? — хмыкнул я. — Сумеречные охотятся за ней, Братство тоже не оставит в покое после содеянного. Ей некуда идти, вот и просит нашу защиту.
— Ты забываешь, как именно поступил с ней. Предал Эмиссара, ударил в спину войскам эльфов, поработил ее и использовал, — перечислила Лиетарис. — Ночные эльфы злопамятны и жестоки.
— Но вас-то я отпустил в свое время, хотя вы тоже хотели меня убить. Никто не устоит перед обаянием прекрасного Хорана Мрадиша! — выпятил я грудь колесом.
— Не лезь, она тебя сожрет! — резко откликнулась Ниуру.
— Если для вас это настолько важно, я могу потерпеть до Нирдхолда, — закатила Кшанти глаза. — Все равно наш путь лежит в одну сторону. Только… Снимите ошейник на один час. Так я буду уверена, что ты держишь слово.
Я пожал плечами и деактивировал ошейник подчинения. Дзартен вздохнула полной грудью и улыбнулась, наслаждаясь ощущениями вернувшейся свободы и широты воли.
Мы передохнули и начали сворачиваться. Я подошел к Дзартен с ошейником. Ночная эльфийка долго кривилась, сопротивлялась и пыталась уговорить спутников передумать, но практически все члены отряда кроме меня в унисон высказались за то, чтобы держать эльфийку в ошейнике. От греха подальше. Необычное единодушие.
Даже Лейна согласилась с остальными, хотя обычно ее остро заботил вопрос рабства.
— Кшанти опасна и имеет к тебе счеты. Я не хочу, чтобы наставник пострадал! — пояснила ученица.
— Будь по-вашему, — сдался я.
Дзартен получила шейный аксессуар обратно, и спутники наконец вздохнули спокойно. После совместных сражений я начал понемногу доверять Кшанти. Чего делать так сразу не стоило. Ночные эльфы известны своим коварством. Она вполне могла втереться в доверие, чтобы ударить в самый уязвимый для нас момент.
Передвигались мы под Скрытом, благо наш отряд стал заметно меньше. Я мог прикрыть все ауры союзников. Держались укрытий и лесов, избегая трактов и дорог. Так что путь проходил без существенных эксцессов. Вступать в серьезный бой нам не потребовалось. Только от Саламандр порой отбивались.
Дни сменялись днями, и наконец густые арконские леса начали сдавать свои позиции. Поначалу они сменились низенькими зарослями и аккуратными рощами, а затем и они перешли в засушливые степные равнины и голые скалистые уступы.
Спустя время местность поменялась на совершенно пустынную и засушливую. Лишь песчаные дюны, редкие колючие заросли и красные скалы скрашивали скудный пейзаж. Мы достигли Великого Каньона, лежащего на границе Аркона и Вольных земель. Границе весьма условной, ведь в округе почти не селились люди. Что с одной, что с другой стороны.
Впереди просматривалось то самое глубокое ущелье, называемого Великим, змеей вьющееся меж скал и уходящее за горизонт. Расщелина в земле тянулась на сотни километров, в основном с запада на восток. Вольные территории изобиловали оврагами и провалами, но Великий Каньон считался наиболее крупным и протяженным из них.
— Настоящая пустошь! — посмотрел я на безрадостный, но все равно величественный пейзаж.
— Не стоит расслабляться. По слухам здесь обитают Глубинные Гоблины, — поведал нам нирдхолдец.
— Что нам гоблинов бояться? Мы саламандр гоняем словно ксаргов, во славу огня!
— Никто не знает, сколько их расплодилось здесь, — покачал головой Воитель. — По слухам, целые тысячи гоблинов прячутся в ходах, пронизывающих недра.
— Вряд ли, — хмыкнул я. — Чтобы прокормить тысячу гоблинов нужен постоянный поток еды, да и с водой здесь туго, как я погляжу.
— Не знаю, что гоблины едят, но воды здесь достаточно. По дну Великого Каньона протекает река. С бурным, непокорным руслом, — заметил солдат.
— Ладно. Аккуратно переберемся на другой берег и не будем тревожить местных аборигенов. Где здесь наиболее узкое место?
Мы приблизились к Великому Каньону и осмотрелись. Расщелина тянулась на десятки метров. До другого берега невозможно допрыгнуть. Стены крутые, и забраться по ним будет непросто. Лиетарис изъявила желание попробовать. Правда, у нас имелся лишь небольшой отрез веревки. Неизвестно, хватит ли ее для скалолазания. Да и Мякотку будет сложно переправить на другой берег.
— Вот уж не думал, что идиотская щель в земле будет представлять большую сложность, чем устранение Бога, — почесал я блестящую от пота лысину.
Погода стояла безветренная и достаточно жаркая. Арконские холодные леса остались позади, сменившись теплом пустошей.
Я поглядел вниз с уступа. На дне глубокого каньона протекала достаточно бурная и широкая река, что несла свои воды на восток. Называлась Уракне. Река собирала воды с окрестных земель, в том числе и с Нуэз и после поворачивала на юг, к морю. Там она из бурной и юркой становилась степенной и упитанной, но все еще мощной и величественной. Так что до сих пор оставалась границей между двумя крупными людскими империями — Арконом и Нуэз.
Мы немного побродили по округе, однако узких мест в видимой нами местности каньон не имел. Я на скорую руку провел расчеты. Результат вышел неутешительным. Со скоростью каменного материализатора переправа будет строиться несколько десятков дней. А ведь арка получится длинной, так что необходимо делать утолщения возле оснований.
— Проще пойти в обход, — резюмировал я. — Меньше времени потратим.
Без гурдов все равно уйдет несколько дней, но это будет быстрее, чем растить каменную переправу на огрызке ячеистой сети.
— Вагх-ха! — раздались вдруг диковатые выкрики.
Откуда-то из норы вдруг выскочил ворох невысоких жилистых созданий с кожей болотного цвета, огромными словно блюдца глазами, длинными крючковатыми носами и свисающим вниз заостренными ушами. Одеты существа были в кожаные одежды и грубую броню. Имели при себе настоящее железное оружие. Скверного качества, и тем не менее.
Судя по всему, встреченный нами отряд гоблинов имел доступ к выплавлению руды и разбирался немного в кузнечном ремесле. До Горунгских мастеров им было далеко, но неразумные звери не смогли бы освоить столь сложную науку.
Хотя… некоторые монстры, быть может, и смогли бы. Это ведь Тардис. Здесь вековые монстры вполне способны обрести развитый разум, если верить легендам. Да и в той же Мякотке скрывается полноценный интеллект. С магией возможно все.
А уж тем более если вспомнить об особенностях Тардиса: очень быстрой по меркам моего прошлого мира мутацией, эволюцией и адаптацией к местности. Не удивлюсь, если в насыщенном магическом фоне у зверья может появиться разум уже через несколько поколений.
Гоблинов считали неразумными монстрами. После многочисленных столкновений я скорее склонялся к мысли о том, что они полуразумные. Многое зависело от конкретного вида. Если Горные и Водные выглядели дикарями, другие могли уйти в своем развитии дальше от примитивных предков.
— Какая встреча! — улыбнулся я лучезарно.
Поздновато спохватился насчет Резонанса. Дисбаланс мой не был просчитан под текущий фон, так что придется полагаться на иные заклинания, если гоблинские уродцы полезут в бой.
Отряд перед нами предстал немаленький — около полусотни особей. Причем, от некоторых веяло силой. Приличные ранги сумели развить носатые дикари. Однако я все равно сильно не переживал. Наш прокачанный отряд должен справиться с угрозой. Всего лишь дать Кшанти Ночную Призму, и она выведет одаренных из строя.
— Людишки-с! Что вы забыли в наших земля-с⁈ — возопил самый башковитый из них.
— Гоблины умеют разговаривать? — удивилась Лиетарис.
— Крамлох изучал людской язык-с долгие годы! Что вы здесь вынюхиваете? Говорите, иначе мы насадим вас на копья! — воинственно произнес коротышка.
Один из гоблинов-шаманов обозрел нас внимательным взором, после чего зашептал что-то на ухо своему лидеру. Крамлох нахмурился, его нос встопорщился. Гоблин поднял руку, и отряд лопоухих начал потихоньку отступать в сторону тайного лаза, откуда они и явились.
Я склонил голову набок:
— Похоже, они даже могут примерно оценить наши ранги. Интересная у вас здесь экосистема сформировалась! Выходит, если не вырезать гоблинов подчистую, вы тоже можете развиться до относительно разумного вида. Стать почти наравне с людьми и эльфами.
— Не стоит сравнивать жалких гоблинов с первородными! — скривилась Лиетарис.
— Гоблины — это даже не низшие. Просто пыль под ногами, — согласилась с ней Кшанти.
— Старый добрый расизм, — покивал я. — Мне его не хватало в нашем толерантном обществе!
Гоблины отступали, косясь на нас с опаской. Ко мне подошла Ульдантэ:
— Хоран, могу я немного потренироваться на гоблинах?
— Хочешь размозжить им черепушки? Да ладно, они выглядят почти безобидными.
— Нет, я о Лунной магии.
— Но ведь Кайи на небе нет…
— Я оттачивала Лунную магию на досуге и хочу опробовать в деле. Только никто не хочет становиться моим подопытным.
— Тогда попробуй.
Лунная эльфийка выступила вперед и вытянула руки:
— Постойте, гоблинские создания. Не уходите. Мы просто хотим поговорить и не желаем вам зла!
Магические эманации вышли из рук Лунной эльфийки, быстро сократили расстояние и проникли в маленькие гоблинские души. Аборигены приостановились, с легким интересом следя за действиями Ульдантэ. Лунная эльфийка произнесла еще несколько малозначащих слов, уговаривая их остаться.
Постепенно обстановка успокоилась, напряжение стихло. Даже я ощутил легкое давление позитивных эмоций. Хотелось поверить словам Лунной эльфийки, притом что я понимал, что она работает на публику. Мощно бьет!
Гоблинов, судя по всему, повело еще хлеще. Что тут поделать — разум одаренных людей был более развит и защищен в сравнении с только вышедшими из каменного века аборигенами.
— Тебе бы дипломатом работать. Цены бы тебе не было! — похвалил я.
— Благодарю на добром слове, — степенно откликнулась Ульдантэ.
— Чего вам надо, людишки-с⁈ — возопил осмелевший Крамлох.
— Нам необходимо перебраться на другой берег Каньона. Если поможете, мы с вами мясом поделимся, — предложил я.
— Великий Каньон-с — наш дом! Негоже людишкам-с топтать наши хоромы! Но у Крамлоха есть для вас предложеньице-с, — прищурился гоблин.
— Какое?
— Вы сильные. Прогоните банду Истока-с, и мы покажем вам путь!
Гоблины зашушукались между собой. Кажется, другие тоже немного понимали общую речь, и предложение Крамлоха им не понравилось. Они не доверяли людям. Вполне резонно, если учесть, сколько видов и рас мы истребили. Ведь раньше, если верить легендам, на материках обитали иные разновидности тех же эльфов и гоблинов. Выжили только сильнейшие, либо умеющие приспосабливаться.
— Что еще за банда Истока?
— Людишки-с совсем ничего не знают про жизнь в Великом Каньоне, кфу-фу-фу-фу! — засмеялся квакающим смехом этот болотный кадр.
Крамлох мне напомнил одну притчу о лягушке, которая ничего не знала о мире за пределами своего болота. Но при этом считала свой крохотный пруд безумно важным и интересным местом. Вот только людям было по большей части плевать на приграничный Каньон в засушливых землях. И на монстров, что там обитают.
Наверное, благодаря людскому безразличию носатые горлумы и сумели так расплодиться. В других местах их уничтожали без особых раздумий.
— Поведай же нам, о многомудрый Крамлох!
Гоблины захихикали и потыкали в своего предводителя. Похоже, мое замечание польстило их самолюбию.
— Зачем ты возишься с этими насекомыми, Хоран? — скривилась Дзартен.
— Да ладно тебе, прикольные ведь типы. Поглядим, как они здесь живут, где металл добывают. Напишу потом научный трактат о жизни Глубинных Гоблинов и прославлюсь как великий зоолог! Хм, или гоблины не относятся к звериному миру? — задумался я. — Короче, не обращай на эльфиек внимания. Просто они завидуют вашей красоте и грации!
— Внемлите! В Великом Каньоне-с испокон веков враждовали два великих клана. Гоблины Истока-с — мерзкие захватчики и душегубы. И гоблины Русла-с — отважные воины и герои! Одна из банд Истока засела в пещерах неподалеку. У нас не получилось их выкурить оттуда. Изгоните подонков Истока-с, и мы проведем вас на другой край!
— Я принимаю ваше предложение, уважаемый Крамлох!
— Наставник, вы уверены? — вопросила Лейна с сомнением.
— Мы одолели Бога. Разве могут жалкие гоблины доставить нам проблемы?
— Показывай, где засела эта ваша банда Истока! — махнул я Крамлоху.
Предводитель отряда приосанился и поглядел в сторону сородичей с превосходством. Они не верили, что с людьми можно о чем-то договориться, но я не имел каких-либо предрассудков в отношении гоблинов. Думаю, на моем месте никто бы из тардисцев не стал вести дела с гоблинами. Даже Лейна, почитающая каждую тваринку, воротила нос и кривилась.
Современное толерантное общество воспитало меня в условиях всеобщего равенства. Правда, личность Мрадиша все равно примешивалась, а Хоран был тем еще расистом. Гоблинов он был готов рассматривать только нанизанными на кол. Мне тоже передалось его отношение частично, но ради дела можно и унять брезгливость.
Да и просто любопытно было поглядеть как живет каньонный народец. Тардис ведь относительно девственный мир. Еще столько открытий не сделано. Может я назову местный вид — Гоблины Мрадиша? Мое имя останется в истории навечно!
Гоблины повели нас к своему хитрому лазу. Проход закрывался большим камнем и, не зная о нем, хрен ты когда найдешь тайный вход.
Лиетарис посмотрела с большим сомнением за тем, как гоблины исчезают в узкой дыре:
— Знаешь, Хоран, я бы предпочла еще раз втереться в доверие к культистам Черной Длани, чем лезть за Глубинными Гоблинами в непонятное темное отверстие…
— Куда подевалась вся твоя храбрость, о Высокая эльфийка? Ты ведь шла на битву с Богом, думая, что это твое последнее сражение. А теперь страшишься.
— Умереть в сражении с Богом не так позорно, как быть задавленной толпой малоросликов.
— Не дрейфь, прорвемся!
— Похоже, наши приключения еще не окончены, — вздохнул устало солдат, сумевший пережить предыдущие наши стычки.
— Уважаемый Крамлох, нет ли здесь прохода, через который можно провести гурда? Мякотка не пролезет.
Гоблин скептически осмотрел моего питомца:
— По частям или целиком?
— Целиком, конечно, — ответил я, не понимая до конца шутит он или говорит серьезно.
— Есть один ход неподалеку, но его охраняет банда Истока.
— Дополнительный повод разобраться с ними… Мякотка, прости, но тебе придется подождать нас снаружи, — пробормотал я и подошел к лазу.
Узкий луч света пробивался вниз, разгоняя подгорную темень. В ответвлениях же было темно как у гоблина в носу.
— Была не была!
Следом за Лиетарис я свесился вниз и спрыгнул в тоннель. Эльфийка облачилась в древесную броню и держала клинок наперевес, шугая и без того напряженных гоблинов. Наше с Крамлохом желание сотрудничать подчиненные с обеих сторон не одобряли.
Покопавшись в гримуаре, я подвесил Светляк над своим плечом. Свободных слотов в наруче очень не хватало, так что все вспомогательные заклинания хранились в книжке с серебряными страницами. По необходимости я доставал гримуар и использовал нужные печати.
— Сюда, людишки-с! — махнул нам Крамлох.
Вскоре все участники отряда спустились в проем. Лишь голова любопытной Мякотки виднелась в отверстии сверху на фоне яркого синего неба. Я помахал питомцу рукой и исчез в полутьме.
Гоблины двинулись по единственному проходу. Узкому и невысокому. Явно проложенному вручную. Это была не естественная пещера, а рукотворный ход.
— Кто проложил все эти тоннели? — поинтересовалась Лейна, коснувшись каменной стены, местами поросшей мхом.
— Мы, клан Русла! Жители Истока умеют лишь захватывать и убивать. Мы же добываем руду, создаем доспехи и оружие, прокладываем ходы и строим жилища! — похвастался Крамлох.
— И каким же образом вы сумели продолбить столь прочную породу? — вопросил я.
— Мы владеем сильной магией! Покажи, Раблех! — скомандовал он сородичу.
Глубинный гоблин остановился, посмотрел на нас с сомнением, а затем приставил к скале свой странный клинок с туповатым наконечником. Изделие из металла было выполнено грубо, но убить такой штуковиной тоже можно. Чутье подсказало мне, что гоблин одаренный.
Абориген напрягся и подал странную силу прямо через свое оружие. Клинок гулко завибрировал. Постепенно вибрации металла становились столь быстрыми, что человеческий глаз не успевал их отследить. Кончик меча размазывался в пространстве.
Одаренный приложил инструмент к камню. Раздался грубый свист и скрежет. Полетела каменная пыль, осколки и щебень.
— Ек, настоящий меч
Порода поддавалась медленно, но процесс шел. Приснопамятные Песчаные эльфы, наверное, справились бы с задачей быстрее, но ненамного. Отличные прокладчики тоннелей из Глубинных Гоблинов получились.
— С помощью данной магии ведь можно не только стены долбить, верно? — уточнила Лиетарис.
— Конечно! Гоблины Русла сильны и свирепы в бою! — согласился Крамлох.
Мы двигались по витиеватым тоннелям, которые как будто были проложены без единого плана. Нам с Ниуру, Ульдантэ и Кшанти было в целом нормально. А вот рослые нирдхолдцы и Лиетарис передвигались, согнувшись в три погибели. Проходы не были рассчитаны на высокорослых людей. Даже нам приходилось частенько пригибать голову, что уж говорить про Высоких эльфов.
Порой стены каменного лаза сужались, и я с трудом протискивался. А ведь моя форма была далека от того пузатого задохлика, коим был Мрадиш раньше. Гоблинские строители не соблюдали никакие технические нормы при прокладке тоннелей. Форменное безобразие!
Мы спустились вниз по запутанному лабиринту. Порой встречались другие лазы, уходящие в неизвестные направления. Некоторые настолько узкие, что и человек едва протиснется. Рассчитанные исключительно на миниатюрных гоблинов.
Наконец мы вышли в обширную пещеру. Легкий свет пробивался внутрь через специально проделанные отверстия в стенах. По другую сторону находилась расщелина, по всей видимости. Пещера на этот раз была естественной, а не рукотворной.
Стены выглядели влажными, местами поросшими мхом. Красивым, сочным, разноцветным мхом. На многих участках росли серые грибы. На тоненьких ножках и будто бы с двойной шляпкой. Я заметил остатки ножек в некоторых местах.
— Грибами питаетесь? — догадался я.
— Грибы и рыба — основа жизни! — покивал Крамлох.
— Какое славно местечко! — пустил я скупую слезу. — Как давно я не пробовал вкусного грибного эля…
Мы продолжили идти по разветвленной сети пещер. Глубинные Гоблины мне напомнили одного персонажа из популярной франшизы. Разве что они были крупнее и мускулистее того же Добби.
— Кстати, в моем мире есть известная история, в которой упоминаются эльфы, — заметил я.
— Да? — откликнулась Лиетарис, ожидая от меня подвоха. И он не заставил себя долго ждать.
— Только эльфийские персонажи там больше похожи на Глубинных Гоблинов, кши!
— Так и знала, что люди все извратят!
— Эльфо-гоблины? Странные у вас сказки, — покачал головой Крамлох. — Где уродливые эльфы, а где прекрасные гоблины?
— Тоже верно, — покивал я.
— Сжечь бы тут все, во славу огня, — пробормотала Ниуру.
Мы миновали рудные шахты, проложенные гоблинами. Как конкретно они долбят породу не видели, но можно было и догадаться — использовали свою вибрационно-звуковую магию, либо обычные кирки. Мимо нас прошествовало несколько испуганных рабочих с наполненными корзинами за спиной. Носильщики руды, как поведал Крамлох.
Гоблины были в натуральном шоке после встречи с людьми. Полагаю, мы вообще первые люди и эльфы, которые побывали в этих норах, расположенных внутри Великого Каньона. Так что для местных мы были сродни внезапно объявившемуся левиафану.
Вскоре узкий пещерный проход вывел нас в новый подгорный зал естественного происхождения. Путь преграждали массивные ворота, сложенные из каменных блоков. Целые часовые стояли по ту сторону врат. Крамлох о чем-то долго беседовал со стражами. Какой-то высокопоставленный гоблин выходил наружу, чтобы осмотреть нас и еще раз попытаться вразумить нашего проводника. Но Крамлох остался непреклонен.
Ульдантэ постоянно подпитывала гоблина Лунными эманациями. Поначалу начальство поселения не желало нас пускать внутрь, но Крамлоху и Ульдантэ удалось склонить чашу весов в нашу сторону. Способность у эльфийки не ультимативная и не всемогущая, но если существо колебалось, то она могла слегка повлиять на него.
— Людишки в городе, а Исток возле самых стен. Ничего святого не осталось! Куда мы катимся! — восклицал глава поселения, как я понял.
Он тоже неплохо говорил на общем языке. Остальные гоблины общались на непонятном наречии. Какой-то грубый суржик. Вроде местами проскакивали слова из общего языка. Какие-то сложные понятия пришли прямиком от людей. Но в остальном их слова звучали как полная тарабарщина. Хорошо хоть кто-то нас понимал.
Языковой барьер легко мог привести к смертям и целому геноциду. Так что Крамлох молодец, что взялся изучать общий язык. Я на гоблинский бы точно тратить время не стал.
В сопровождении большого отряда гоблинов-солдат, среди которых было много одаренных, мы прошли через врата и очутились в обширном подгорном поселении. Повсюду виднелись шалаши, лесенки и переходы.
Все стены, пол и потолок пещеры были утыканы проходами. Дома в большинстве своем прорубали прямо в скале. Магия аборигенов позволяла делать это с достаточной легкостью. Виднелись грибные плантации. Горели очаги, где плавилась руда и готовилась еда. Дымоходы уходили наверх и исчезали в потолке пещеры.
Удивительно, что наверху мы не заметили ни следа дыма. Поселение было не сказать чтобы огромным, но мы должны были о нем узнать. Видимо, хитро рассеивали, чтобы снаружи Каньона никто не догадался.
Нас почти моментально окружила толпа гоблинов. Хоть неодаренных, но я слегка напрягся. Если гоблинская орда набросится на нас, нам может прийтись худо.
Надо бы Дисбаланс наладить на всякий случай. Им удобнее косить толпы рядовых противников.
Взрослые, детишки и старики-гоблины с интересом глазели на необычных гостей. Тыкали палками и пальцами, переговаривались и активно обсуждали увиденное.
— Кстати, а где ты так хорошо научился говорить на нашем? — уточнил я с подозрением.
— Людишки-с иногда забредают к нам. Ловим, изучаем. У вас мы научились плавить руду и ковать прекрасное оружие! — похвастался Крамлох своим кривеньким копьем.
— И что вы делаете с пленными? — вопросила Лейна.
Гоблин замешкался. Похоже, не хотел, чтобы возник новый дипломатический скандал. Судьба пленных, скорее всего, была незавидна.
— Ладно, дела минувших дней, — не стал я настаивать. — Сейчас у вас есть пленные люди?
— Двое людишек, — поведал глава деревни. — Один остроухий, второй плоскоухий.
— Остроухий человек — это эльф, балда! — взъярилась Кшанти. — Сумерки, дайте мне сил. Я не могу держаться в этом рассаднике низости и отсталости!
— Спокойно. Дыши глубже — вдох-выдох, — посоветовал я и дал знак Ульдантэ.
Лунная направила эманации на руководителя поселения и на Дзартен. Ночная шикнула на Лунную недовольно, понимая, чего та добивается, но все же постепенно успокоилась.
Старейшину звали Ваббалех. Приземистый гоблин, с клюкой и реденькими белесыми космами.
— Уважаемый Ваббалех, мы не можем пройти мимо чужой беды. Мы поможем вам с бандой Истока, вы же проведете нас на другой берег и отпустите пленных.
— Они знают о нашем убежище! — возразил глава.
— Как и мы. Нас вы тоже не собираетесь выпускать на свободу? — сузил я глаза.
Старый гоблин пожевал губами, затряс мясистым носом. После чего выдал нехотя:
— Мы даруем свободу пленным людишкам, коли вы избавите нас от Истока. Слово Глубинного Гоблина крепче камня!
— Отлично. Тогда показывайте, где засели поганцы. Быстро расквитаемся с ними и пойдем дальше! — проговорил я жизнерадостно.
— За мной! — вернул себе лидерство Крамлох.
Проводник повел нас через город в противоположную сторону. Если я правильно понимал расположение, то мы двигались против течения реки, которую я пока так вблизи и не увидел. Хотя она должна протекать буквально за стеной.
Видимо, один из кланов гоблинов сформировался в предгорьях хребта, где находился исток Уракне. Другие обитали в центральном русле. Повод для вражды найтись мог всегда.
— Наставник, а ты уверен в том, что гоблины Истока плохие? — вопросила Лейна. — Мне кажется, жители Русла преувеличивают насчет их злобности. Вдруг это они здесь главный кошмар?
— Еще в сортах гоблинов не хватало разбираться, — буркнула Ниуру. — Просто пожжем всех, во славу огня!
Эббот ждала от своего наставника некоего мудрого наставления, но у меня не было ничего припасено.
— Порой надо выбрать конкретную сторону, иначе тебя затопчут. Помнишь, как Паульссен не мог определиться? Метался от нас к своим Туманникам? Ни к чему хорошему это не привело.
— Поняла… — кивнула Лейна, сосредоточенно внимая моим словам.
— Если честно, то мне плевать что на тех гоблинов, что на этих, — признал я, не став водить ученицу за нос.
Эббот вздохнула, оставив мое пояснение без комментариев.
Нас привели к вратам, ведущим за пределы деревни.
— Банда Истока-с нападала на наших гоблинов неподалеку от ворот, — поведал Крамлох. — Мы не знаем, где расположен их лагерь.
Ворота отворили, и Светляк осветил мрачные узкие тоннели, уходящие в разных направлениях.
— Хм, что-то я не горю желанием шастать по этим катакомбам, — протянул я. — Есть способ выманить Исток из тоннелей и собрать в открытом месте?
— Если оставить врата открытыми, Исток-с непременно вторгнется в город, — задумался Крамлох. — Но на такое глава не согласится. Еще можно попробовать выманить их к реке. На берегах достаточно пространства.
— Хороший вариант. Есть идеи, как их выманить?
— Сложно сказать-с… Предводитель шайки Истока выдвигал требование. Чтобы дочь старейшины, прекрасная Буббалех, стала его наложницей. Тогда главарь обещал оставить поселение в покое. Но мы ему не поверили, да и не стали бы никогда отдавать мерзавцу наш сладкий цветок!
— Во, она то нам и нужна! — воскликнул я. — Свяжитесь с главарем Истока и скажите, что готовы принести дань. Назначьте встречу возле русла Уракне и приведите дочь старейшины.
— Но как же моя сладкая…
— Не переживай. Мы скроемся рядом и защитим гоблиншу. Кстати, ты сказал «моя»? — приподнял я бровь.
— Нет, вам послышалось! — нервно откликнулся Крамлох. — На прекрасную Буббалех претендует множество статных гоблинов, куда уж мне…
— Выше нос, Крамлох. Башковитые парни — тоже отличная партия для дочери. Прояви себя, и получишь свой сладкий Буббалех! — я похлопал гоблина по плечу.
Дружеский жест и мой добродушный тон помог гоблину обрести уверенность. Абориген расплылся в улыбке, показав на удивление нормальные, почти белые зубы. Сахара местные почти не потребляли, так что про кариес и не слышали. Отсталое племя! Еще будут обмениваться с Нирдхолдом золотыми самородками в обмен на сладкую газировку и шоколадки.
— Да! Спасибо за совет, человек-с, — воспрял он духом. — Мы утрем носы Истоку, и я буду свататься к дочери старейшины!
Начались приготовления. Крамлох принялся объяснять свой план главе деревни, однако тому идея очень не понравилась. Не хотел отец рисковать своей единственной дочерью. Отказался наотрез.
— С гоблинами невозможно договориться, — покачала головой Лейна.
Посмотрели мы и на «прекрасную» Буббалех. Помесь крокодила с выдрой и жабой.
— Сударыня, не описать словами все то восхищение, которое я испытываю при лицезрении вышей бесподобной красоты! — припал я губами к ладони гоблинши и сделал вид, будто целую. Прикасаться губами, само собой, не стал.
— Меня сейчас стошнит, — скривилась Ниуру. — Больше не смей меня целовать этими губами!
— Можешь целовать меня вместо нее, — безразлично пожала плечами Ульдантэ.
Буббалех перевели мои слова, и гоблинша расплылась в широкой улыбке. Слишком широкой, чтобы кто-то в здравом уме мог назвать ее красивой. Казалось, она могла заглотить другого гоблина целиком и не подавиться.
Гоблинша начала о чем-то яростно спорить с отцом. Вскоре тот сдался под напором своей дочурки.
— Хорошо, — проговорил Ваббалех. — Мы используем мою прелестную дочь в качестве наживки. Но если хоть один волосок упадет с ее головы, последствия будут ужасающи!
Я скептически посмотрел на голову Буббулех. Не сказать, чтобы у нее волос на голове было намного больше, чем у меня. Но спорить не стал.
— Безусловно. Не будем откладывать операцию. Крамлох — оповести Исток, Буббалех — надевай подвенечное платье! Или что у вас тут принято.
Процесс пошел. Старейшина дал согласие, и гоблины взялись за организацию засады.
— Порой парой слов можно добиться намного большего, чем долгими уговорами, подкупом или угрозой, — протянул я многомудро Лейне.
— Вы настоящий мастер переговоров, наставник! — восхитилась ученица. — А ведь я не верила, что с гоблинами можно договориться…
Спустя пару часов приготовления были завершены. Главаря Истока оповестили о нашем согласии и передали информацию о времени и месте проведения бракосочетания. По традиции оно всегда проходило возле Уракне.
Буббалех напялила свой свадебный наряд, который выглядел как одежда туземцев из широких листьев и каких-то кувшинок. Дочь старейшины украсили косметикой, причем вполне на людской манер. Видимо, данную традицию, как и многое другое они переняли у людей. Все же мы для них являлись более развитой цивилизацией. Землей обетованной с удивительными технологиями.
Правда, красная помада на широком рту гоблинши смотрелась так, словно она только что полакомилась свежим мясом и не утерла кровь. А тени под огромными глазами напоминали мешки от недосыпа. Завершал образ милый бантик поверх трех скромных пучков волос.
Гоблины ликовали при виде невесты. Крамлох чуть ли не слюну пускал. В общем, сделали из Буббалех просто лютую секс-бомбу.
— Закат — лучшее время для боя, — поведал Крамлох. — Глубинные Гоблины плохо видят, когда заходит солнце. Мы лучше видим в темноте подгорных тоннелей. А раз с нами будут люди, у вас будет преимущество.
— Ловко ты это придумал, — покивал я, чуть повысив голос, чтобы и Буббалех услышала. — С таким лидером ваше племя ждет успешное будущее!
Крамлох приосанился, красуясь пред своей зазнобой.
Нас попытались накормить местными деликатесами, вот только по большей части они состояли из каких-то жуков, личинок и странных грибов. Мы ограничились рыбой, которая выглядела вполне привычно. Готовили здесь неплохо. Разве что специи и соль были в дефиците.
Я мотал на ус, запоминая, какие дешевые товары можно будет поставлять сюда на обмен. Торгаш однажды — всегда торгаш!
Наконец настало время церемонии и обмена. Ваббалех выставил в сопровождение к нам лучших воинов поселения, включая Крамлоха. Мы выдвинулись к точке сбора.
Через хитрую систему лазов и перегородок покинули деревню гоблинов и наконец вышли ко дну Великого Каньона. Берега были достаточно пологими и тянулись на многие километры. Уракне величаво несла свои воды рядом с нами куда-то на восток, в сторону Нуэз.
Смеркалось.
Мы достигли места встречи. Отряды гоблинов распределились кто в открытую, кто в засаде за камнями по левому берегу Уракне. Мы скрылись за большим уступом. На всякий случай я наложил на нас Туманный Скрыт. Также, разумеется, сделал Ночную Призму для Кшанти и откорректировал свой Дисбаланс.
Гоблины Истока вышли на поверхность из какого-то закутка в скале. Целая орда вооруженных полуросликов. Экипированы монстряки были заметно хуже, чем гоблины Русла. Какие-то панцири, куски кожи, листы металла вместо кирас. Палицы и копья с кремниевыми и обсидиановыми наконечниками.
Однако встречались среди них и гоблины с неплохим обмундированием. Полноценные доспехи, пусть и примитивного качества, металлическое оружие. Чутье подсказывало, что это все сплошь одаренные. Некоторые — солидных рангов. Гоблины ценили силу, так что наверх обычному носачу пробиться сложно.
Я даже слегка напрягся. Банда Истока оказалась настоящей армией. В Туманном Аббатстве и то меньше противников нам попалось. Правда, Туманники представляли большую угрозу, чем мелкие слабо обученные гоблины, но все же. В любом случае с нами в качестве подстраховки отправились гоблины Русла, так что в одиночку нам воевать не придется.
Почувствовался запах наживы. Наверняка мы сможем немало осколков залутать с лупоглазых. Правда, магическое зрение подсказало мне один неприятный нюанс. На дне ущелья магический фон был чуть сильнее. Рваный и непостоянный. В таких условиях осколки чаще входили в Резонанс.
Эх, где же мой щит Ундраго, когда он так нужен?
Гоблины Истока принялись лопотать на своем суржике с представителями Русла. Было заметно, что они насмехаются над ними. Считают ниже себя. Крамлох, который находился поблизости, вкратце переводил нам, о чем идет речь.
Разговор начал вестись на повышенных тонах. Главный воин Русла специально подначивал Исток. Наконец первое копье было брошено. Наш гоблин пронзил одного из врагов на короткой дистанции.
Гоблины Истока закономерно взорвались и рассвирепели. Баббулех прикрыли спинами, подхватили и быстро унесли прочь. Гоблины Русла стремительно отступали, заманивая Исток в западню. Орда перла в нашу сторону, брызгая слюной и изрыгая проклятия в адрес наших союзников. Ловушка готова была захлопнуться.
— Пора! — решил я и вышел из-за уступа.
Розоватая, сверкающая искрами и радужными всполохами, волна Дисбаланса накрыла передовых бойцов. Нескольких тварей поразило сразу. Осколки вошли в Резонанс. Гоблинов разрывало на части вибрацией — их отличительной магией.
Интересная стихия! Не слышал о подобных заклинаниях в принципе. Звук — немного не то. Похоже, Вибрация — это одна из редких стихий наряду с Пеплом. Вот только мало найти носителя данной стихии среди эльфов, зверей или гоблинов. Надо еще как-то расшифровать магию и подобрать нужный спектр. Сконструировать новую, уникальную руну трансформации из личной маны в стихию. Это тебе не на лютне струны наяривать.
Бой тем временем закипел. Гоблины Истока слегка опешили, увидев людишек. А затем пришли в натуральную ярость. Кричали в нашу сторону и в сторону гоблинов Русла наверняка очень обидные ругательства. Но Крамлох нам ничего особо не переводил, так что мы их не понимали.
Ульдантэ, Лиетарис и Воитель из Нирдхолда отправились в ближнюю сшибку. Гоблины Русла развернулись и тоже врубились в схватку. Подставлять нас и оставлять один на один против Истока они не стали. А ведь грызли меня сомнения, что зеленокожие уродцы могли слинять. А затем вернуться и добить тех, кто выжил в бойне. Либо нас, либо Исток. Жители Русла сдержали данное слово.
Засвистели стрелы. Примитивные, но от того не менее смертоносные. Разве что наши магические щиты они не могли пробить.
Мы с Кшанти, Лейной и Ниуру постреливали с дистанции, не вступая в ближнюю сшибку. Пущай Глубинные своими жизнями рискуют. Их не жалко.
Я особо не опасался за наших Воителей. Все-таки они имели высокие ранги, были опытными и сильными бойцами. Знали, как легко раздробить череп или снести голову гоблину.
Вот только бой протекал не так гладко, как хотелось бы. Древесная защита Лиетарис держалась скверно. Одаренные гоблины Истока прошивали ее прочные доспехи словно фанеру. Вибрирующие клинки пронзали броню на раз-два. Магия в сочетании с правильным оружием творила страшные дела.
Ожидаешь встретить виброклинки в каком-нибудь футуристическом продвинутом технологическом обществе. А не в руках жалких Глубинных Гоблинов, едва освоивших счет.
Тем более Исток ничего сам и не производил практически. Приграничные банды жили набегами и воровством. Набирали трофеи у жителей Русла. Занимались каннибализмом, если верить местным. Думаю, и людей слопают за милую душу.
Наших Воителей и гоблинов Русла начали даже потихоньку теснить. Одаренные гоблины оказались непростым противником, плюс их было много. Происходила настоящая мясорубка. Некоторые одаренные даже владели чем-то наподобие Вибрационного Барьера — прикрывались им от наших атак.
— Так дело не пойдет. Скомандуй своим, чтобы освободили левый фланг и дали мне зону для обстрела. Буду бить по площади!
— Сделаю! — откликнулся Крамлох и быстро прикрикнул на своих сородичей.
Под прикрытием Барьера я подошел поближе к месту резни и начал закидывать гоблинов Дисбалансом по откату. Волны прошивали уродцев, взрывали их осколки, разрывали тела. Бойцы Истока падали один за другим.
Армия врага постепенно редела, ситуация выправилась. Хоран Мрадиш обеспечивал заметный перевес на поле боя. Ниуру тоже куражилась, разрывая одного гоблина за другим. Кшанти выцеливала одаренных и проклинала темным лучом через Призму.
Стрелки Истока переключили все свое внимание на меня, увидев во мне главную опасность. Я на всякий случай добавил второй слой щита, соткав его из Тумана. Дополнительная защита лишней не будет.
Туман, к слову, после употребления осколков от Паульссена слегка окреп и уже походил на полноценную боевую стихию. Но в сравнении с Дисбалансом мерк, так что я использовал его в качестве дополнительного щита.
Несколько стрел увязли в защите. Как вдруг один из снарядов пробил Барьер и вонзился в камень прямо рядом со мной. Я удивленно взглянул на снаряд, который умудрился пробить магическую преграду и целую скалу. Древко стрелы еще слегка вибрировало какое-то время.
Я понял, что пора искать укрытие, либо ставить дополнительный заслон, но опоздал. Одаренные лучники Истока отправили в меня целый ворох вибрирующих стрел. Снаряды прошивали защиты с пугающей периодичностью.
Одна из стрел пробила оба слоя и вонзилась мне прямо в шею, пробив легкую накладку. Я захрипел и попятился, боль резанула с огромной силой. Кровь толчками выбивалась из раны.
— С…ки… — вырвались из меня невнятные хрипы.
— Наставник! — обеспокоилась Лейна.
Ученица и Ниуру бросились на выручку. Эльфийка прикрыла Огненным щитом. Эббот сразу же наложила Целительское Касание. Стрелы продолжали сыпаться на нас, прошивая щиты. Один из снарядов вонзился мне в ногу и прошил насквозь. Словно пуля большого калибра.
Ниуру едва успела увернуться от вибрирующего снаряда. Стрела пронзила эльфийке плечо. Наконец мы скрылись за большими валунами, коих было много разбросано на левом берегу Уракне.
— Всех пожгу! — взъярилась эльфийка.
Я поддерживал ее порыв, но вслух ничего произнести не мог. Кровь хлестала еще долго.
— Чего ты ждешь? Вытаскивай! — пришла на выручку Кшанти.
Ночная эльфийка без всяких сантиментов вытащила стрелу из горла, что было дико болезненно. Я непроизвольно замычал от испытываемых мучений.
Вот тебе и жалкие гоблины! Магия аборигенов оказалась достаточно опасной в сочетании с нормальным оружием.
Мои глаза налились кровью, в душе поднялся гнев. Жалкие полуразумные твари не станут препятствием для великого богоборца Мрадиша!
Я напрягся, высунулся из-за валуна и продолжил бить Дисбалансом по лезущим гоблинам. Эббот увещевала меня, прося вернуться в укрытие, но я остался непреклонен. Еще несколько вибрирующих стрел пролетели в опасной близости, однако мне удалось увернуться от летящих снарядов. Дистанция была приличной, и моей сноровки хватило.
Заклинания собирали свою кровавую дань. Я немного ослаб от потери крови, так что сражался в пол силы. Но этого хватило, чтобы додавить тварей Истока. Несколько трусливых гоблинов убежали прочь и скрылись где-то в тоннелях Каньона. Тем не менее, большую часть вражеского воинства мы уничтожили. Воды Уракне окрасились в красно-зеленые тона.
Лия с Ульдантэ и Воителем были тоже серьезно ранены. Их истыкали вибро-оружием вдоль и поперек. Никакие щиты толком не помогали, в чем я убедился на собственном опыте.
К концу сражения я ощущал слабость, но в целом Лейне удалось стабилизировать мое состояние. Кровотечение прекратилось, трахея поджила.
— Вот тебе и жизненный урок. Нельзя недооценивать противника, — прохрипел я, вернув себе голос.
— Наставник, помолчите. Не тревожьте раны!
— Пустяки. Пока мы тут будем штаны протирать, носатые все наши трофеи себе присвоят!
— Я разберусь, — вызвалась Дзартен. — Со мной гоблины не забалуют!
Я отпустил Ночную разбираться с дележкой трофеев. Сам еще какое-то время сидел на камнях и ждал, когда затянутся повреждения. На всякий случай глотнул немного зелья противоядия, склянки с которым всегда хранились в моем пространственном хранилище. Вроде бы гоблины Истока смазывали свои стрелы какой-то гадостью.
В общем, мое состояние оставалось скверным. Но увечий не получил, жить буду. Осталось только восполнить потраченную кровь, для чего надо как следует подкрепиться.
Дзартен вскоре вернулась с трофеями:
— Мне удалось забрать почти все осколки. Экипировка и оружие гоблинов отошли Руслу. Их такой расклад устроил.
— Прекрасно, — кивнул я и принял разноцветные камешки.
Осколков уцелело мало. И фон здесь были сильным, да и Дисбаланс мой не оставлял трофеев. Но все равно один желтый осколок, несколько оранжевых и россыпь красных удалось поднять. За полчаса заработали около трех сотен золота, что являлось солидным состоянием. Война — дело прибыльное. Если ты выживаешь, конечно.
Нам как раз требовались осколки на рядовые нужды. Например, Лейна потребляла много камней во время активного лечения, да и я нередко подстегивал регенерацию маны. Организм быстрее отходил от ранений и усталости. Так что я сразу закинулся еще одним красным осколком. Надо поскорее возвращаться в строй.
Солнце исчезло за горизонтом, хотя мы этого не увидели. Со дна ущелья увидеть закат невозможно в принципе. Отраженные от стен розоватые лучи побледнели и сменились гнетущим сумраком. Даже Кайя сегодня не почтила нас своим присутствием.
— Победа за нами! — торжествовал Крамлох. — Исток-с посрамлен!
— Мы благодарим людишек за помощь, — подошел к нам Ваббалех. — Можете рассчитывать на гостеприимство Русла!
— Да, передохнем у вас. Надо набраться сил перед дальней дорогой, — кивнул я.
Кшанти что-то бурчала про грязные лачуги и вонючих гоблинов, да и остальные не горели желанием ночевать в деревне, но я отмел возражения. Отдохнем в каньонном поселении и на следующий день отправимся в дорогу.
Я подвесил Светляк и поковылял обратно в сторону деревни. Весело журчала река. Шея с ногой продолжали жутко ныть. Периодически я останавливался и активировал на себя Целительское Касание.
— Воины из Глубинных Гоблинов так себе, зато стрелки отменные, — размышлял я вслух. — Да и отправить долбить шахты можно. Много они не едят, хорошо видят в темноте. Сплошные плюсы! Правда, что-то я не видел в продаже гоблинов на невольничьих рынках. Только в качестве питомцев для зверинцев.
— Никто в здравому уме не будет держать на привязи этих диких тварей, — заметила Лиетарис.
— Да? Выглядит как отличный
— Наставник! Вы же бросили работорговлю, — пожурила ученица.
— Кши, прошлое так легко не отпускает. Ладно, слишком много мороки. Разве что если станет совсем скучно…
Мы вернулись в деревню. Воинов встречали как настоящих героев. Женщины и дети окружили сородичей, хвалили и поздравляли. Нам тоже досталась своя порция славы, хотя многие продолжали держаться настороженно в отношение людей.
Жители Русла устроили настоящий пир в честь победы над бандой Истока. Крамлох наконец набрался смелости, чтобы пригласить Буббалех, и старейшина, подумав, дал свое согласие на их союз. Наш проводник был вне себя от счастья. В общем, праздновали мы еще долго, ибо поводов было достаточно.
Насколько я понял из рассказов местных, мы видели всего лишь небольшую часть враждующих сторон. У Истока было множество поселений дальше на западе. Жители Русла проживали и на востоке. Примерно на стыке ареалов обитания и случались постоянные стычки.
Как поведал Крамлох, бывали случаи, когда гоблины предавали одну из сторон. Обычно это жители Русла перенимали идеологию Истока, но и обратное случалось.
— Раз в год Исток-с бросает клич и собирает огромную армию. Они выжигают все на своем пути в кровопролитном походе на восток. Разоряют поселения Русла, грабят и насилуют, — поведал наш проводник.
— И вы ничего не предпринимаете?
— Изредка находится лидер, способный сплотить жителей Русла-с. Но обычно поселения заботит только своя безопасность. Каждая деревня считает, что до них волна Истока не докатится. Но не будем сегодня о грустном-с! Отпразднуем этот великий день победы над клятым Истоком! И мой союз с прекрасной Буббалех!
Крамлох поднял кружки с какой-то непонятной бурдой, одну из которых протянул мне.
— Что это?
— Настой Лазурной Поганки-с. Выпей, человек, и ты будешь веселым. Видеть красочные картины, плясать и радоваться!
— Спасибо, откажусь. Другого пойла у вас нет?
— Есть еще грибная жижа, которую варит Фарилех. Но я не советую. Отвратный вкус!
— Неси, продегустируем! — распорядился я.
— Хоран, если уж даже гоблин говорит про отвратный вкус, советую прислушаться, — хмыкнула Лиетарис, которая мало к каким местным яствам притрагивалась.
Вскоре ко мне привели немолодого гоблина по имени Фарилех, который давно варил из грибов некое пойло. Вот только популярностью оно среди жителей особо не пользовалось.
Я с опаской отхлебнул из принесенного кувшина, держа зелье противоядия наготове. Терпкая горечь прошлась по телу. Я ощутил легкую дрожь и предвкушение. Рот наполнился слюной. Я сделал более мощный глоток. Второй, третий. Лишь ополовинив кувшин, остановился. Хмель быстро ударил в голову, учитывая что я был уставшим и страдал от потери крови.
— Это он! Настоящий грибной эль! — прослезился я, вспомнив родной вкус. — Только ради него стоило идти на риск и лазить по вонючим тоннелям! Фарилех!
— Ур-ха? — недоуменно вопросил гоблин, услышав свое имя.
— У меня к тебе есть выгодное деловое предложение!
— Айда с нами в Нирдхолд! Я обеспечу тебе лучшие условия труда: пятидневная рабочая неделя, оплачиваемый отпуск и больничный, служебный транспорт и много другое. Хоран Мрадиш заботится о своих рабах… всмысле, работниках!
Фарилех недоуменно хлопал своими огромными глазами, слушая мои пьяные изречения.
— Крамлох, переведи ему!
— Г-хм, а что такое отпуск-с? — вопросил носатый.
— Короче, скажи ему, что он идет с нами в Нирдхолд. Будет варить грибной эль!
Проводник передал гоблину мои слова. Пивовар задумчиво похмыкал, посмотрел на меня с сомнением, после чего покачал головой и отказался.
— Да ладно! Твое пиво здесь никому не нравится, а люди просто обожают грибной эль. Ты станешь лучшим пивоваром Нирдхолда. Нет, всего Шимтрана!
— Да кроме тебя никто эту гадость больше и не пьет, — подметила Ниуру.
— Тихо! Эту информацию переводить ему не надо, — сразу уточнил я. — Да и на грибной эль всегда есть спрос, пусть и не такой большой.
Фарилех на этот раз задумался плотнее. Гоблин переговорил с сородичами. Крамлох расписал ему прелести жизни в Нирдхолде под моим крылом. Что он станет кем-то вроде первопроходца. Изучит жизнь людей и многому научится. И наконец носатый пивовар согласился отправиться с нами.
— Отлично! Постепенно сделаем из Нирдхолда родной дом. Ведь дом там, где подают твою любимую выпивку!
— А я думала там, где твоя семья, — добавила Лейна.
— Он сможет растить там свои грибы или их придется возить караванами? — поинтересовалась Лиетарис.
— Хороший вопрос.
Фарилех после перевода дал достаточно уверенный ответ. Нужны пещеры с определенной влажностью, специальным мхом, землей и небольшим количеством удобрений — навоза или помета. И грибы будут расти как на дрожжах. Все это пивовар обещал набрать с собой и перевезти в нужное место, включая споры и мох. С нас же требовалось организовать пещеру с подходящими условиями. Я заверил специалиста, что все будет пучком. Даже дом ему построим при необходимости.
— Отлично, пивовар есть — одна штука. Еще я хочу нанять у вас любого одаренного гоблина!
— Для чего? — уточнил Крамлох.
— Чтобы пустить его на опыты, кши-ши-ши! Да не кривись ты. Хочу исследовать магию стихии Вибрации. Может, получится создать чародейскую руну. Спроси, кто из ваших желает переехать в Нирдхолд! Поближе к людям и цивилизации. У нас есть печеньки!
Крамлох провел опрос, однако аборигены пошли в отказ. Они опасались людского общества, полагая, что будут в роли эдаких питомцев сидеть в клетках. Уговорить их не удалось.
Внезапно подсобил Фарилех. Пивовар о чем-то беседовал с Крамлохом, и проводник перевел мне его слова.
— Фарилех-с говорит, что есть в поселении одна одаренная самка. Кирлох звать. Страшная словно человек. Никто к ней свататься так и не пошел, хотя она давно способна плодиться.
— Так-так.
— Кирлох-с работает в шахтах. Добывает руду. Но Фарилех уверяет, что она всегда мечтала о пути воина. Вот только у нас не принято обучать самок искусству войны-с. Так что ее оставили в шахтах.
— То же мне Сунь-Цзы лопоухие, — фыркнул я. — Ведите Кирлох сюда, договоримся!
Вскоре к нам привели гоблиншу. Наверное, это была самая красивая гоблинша из всех, кого я видел. Но это не значит, что она могла составить конкуренцию женщинам и эльфийкам. Просто была чуть менее уродливой в сравнении с другими гоблиншами. На нее можно было смотреть без содрогания.
Сородичи закономерно считали ее совсем некрасивой, поскольку у них были совершенно иные стандарты красоты.
— А чего? Симпатичная! — вынес я вердикт.
— Хоран, пожгу ведь!
— Ты же не собираешься тащить в постель гоблиншу? — нахмурилась Лия.
— Окстись! На фоне остальных она еще ничего, но до вас, прекрасные дамы, ей как до Кайи! — поспешно уточнил я. — Итак, Кирлох, не желаешь отправиться с нами в Нирдхолд и послужить во благо науки? Мы обеспечим тебе достойную жизнь и быт, вкусную еду и занятие на выбор. Ты ведь хотела стать воином?
Настороженная гоблинша согласно кивнула, когда ей перевели.
— Я договорюсь, так что тебя примут в стражу города. Будешь защищать поселение от набегов монстров, нечисти и прочих супостатов! Как тебе расклад?
Кирлох продолжила сомневаться. Ульдантэ по моей команде одарила ее Лунными эманациями, однако это не помогло склонить гоблиншу на нашу сторону. Сомнения оказались слишком велики.
Кирлох спросила что-то у Фарилеха. Между ними завязался короткий диалог на гоблинском. И спустя недолгое обсуждение Фарилех вдруг заявил, что Кирлох согласилась.
— И как же тебе удалось ее убедить? — удивился я.
На что опытный пивовар ответил с усмешкой, а Крамлох перевел:
— Кирлох любит мой эль. Если я уеду, некому здесь станет его варить. Так что она решил отправиться за мной.
— Наш человек! Вернее, наш гоблин. Грибной эль объединяет! — воскликнул я и поднял кружку. — Так выпьем же за это!
Сморило меня достаточно быстро. Сказывались последствия ранений. Погуляли мы на славу. Наутро голова гудела словно растревоженный улей, а во рту будто ксарги нагадили. Я наложил на себя Целительское Касание и выполз из закутка. Память о вчерашнем вечере плавала в тумане.
Совершенно не помнил, как оказался в одном из гоблинских домов, выдолбленных в скале. Потолки здесь были низкими. Даже мне приходилось слегка пригибать голову. Спали на каких-то шкурах и подстилках, набитых речным рогозом.
Шатаясь, я покинул жилище, в котором мне предоставили приют на ночь. Не стоило, конечно, расслабляться и терять бдительность в гоблинском поселении. Вполне можно было очутиться в котле. Но уж больно забористым попался грибной эль. Сильно расчувствовался по причине того, что давно не пробовал ничего подобного. Местный эль слегка отличался от привычного, что и не удивительно. Сорта грибов разнились. Ну да дело привычки.
— Проснулся, кобель! — буркнула Ниуру, встретив меня на выходе.
— Что еще? — проворчал я.
— Ты вчера напился и приставал к нам! — возмутилась она. — Даже к Лие и Кшанти! Называл нас своими законными эльфо-женами!
— Поторопился… — покачал я ноющей головой.
— Точно пожгу!
Я отклонил Туманом легкий огненный плевок ревнивой эльфийки и размял плечи:
— Как там наши? Готовы выдвигаться? Ранения еще беспокоят?
— Долечимся в пути, — поморщилась Лиетарис. — Я не хочу оставаться в этом гадюшнике еще на день…
— Ладно, посмотрите, каких припасов нам не хватает, и в путь! Где там старейшина Ваббалех?
Я переговорил с главой деревни. Гоблины отпустили пленных людишек. Одна немолодая женщина являлась паломницей, которая заблудилась в пустошах и попала в лапы к монстрам. Звали ее Гирхуз.
Второй же был молодым Лесным эльфом с невзрачными светло-коричневыми волосами и поникшими ушами. Лет пятнадцать было парнишке по имени Квандиил. Он сумел чудом сбежать от работорговцев, когда его ошейник случайно пришел в негодность. Судьба Лесного эльфа была незавидна, ведь он тоже оказался в плену Глубинных Гоблинов. Парнишка робел и постоянно отводил взгляд, но я заверил, что со мной он будет в безопасности.
— Хоран Мрадиш заботится о слугах! Кстати, насчет слуг. Если вам некуда идти, я могу устроить вас в Нирдхолде и дать работу. Мне как раз нужна прислуга в мой новый особняк.
— С радостью приму ваше предложение, милостивый господин, — сразу откликнула Гирхуз. Женщина была из простолюдинов, так что хваталась за любую работу.
— Не уверен, но попробую… — заметил Квандиил.
— Вот и славно.
Я оглядел наше расширившееся воинство. Четверо спутников присоединилось к отряду: двое гоблинов, женщина и эльф.
— Так, с этими лягухами надо что-то делать, — склонил я голову набок, после чего поискал взглядом «жертву». — Юджин!
— Да, мастер!
— Будешь со своей Лесной эльфийкой, как там ее? Гардантуил? Займитесь обучением Кирлох и Фарилеха общему наречию. Чтобы к прибытию в город они могли написать сочинение на тему: как я съездил в гости к гоблинской бабушке!
— Будет исполнено… — неуверенно откликнулся Красный.
— Остальные тоже подсказывайте. А вы — заучивайте новые слова. Чем быстрее вы встроитесь в людское общество, тем проще вам будет жить.
Крамлох перевел мои последние поучения новичкам. Дальше им придется осваивать новый язык самостоятельно. Ничего, полное погружение в среду творит чудеса. Гоблины вмиг выучат общий язык!
В районе полудня мы распрощались с Глубинными Гоблинами и покинули подгорное поселение. Нас вывели наверх, где я наконец встретился с оставленной там Мякоткой. Питомец скучал и был явно недоволен, что его оставили одного. Конелосяшка смогла погрызть траву в ближайших зарослях, но с водой тут было туго. Мы напоили и как следует накормили Мякотку. Я даже дал ей парочку осколков низкого ранга, дабы загладить вину. Божество смилостивилось и простило хозяина.
Крамлох отвел нас на несколько километров на восток. Здесь находился более широкий вход в подземные пещеры. Мы провели Мякотку вниз и вышли на берег Уракне. Затем снова прошли на восток несколько километров, искупались и перебрались на другой берег. После чего по извилистому и достаточно широкому проходу поднялись на другую сторону каньона. Великое Ущелье осталось позади.
Жених, само собой, с нами не пошел. Крамлоху очень повезло, ведь обычно к дочке старейшины сватались одаренные. Но гоблин сумел пробиться наверх благодаря знаниям, упорству и дипломатии. Мы пожелали Крамлоху удачи и счастливой семейной жизни. Хотя эльфийки в большинстве своем вообще рекомендовали пожечь все гоблинские поселения и стереть монстров с лица Тардиса.
Путь через Вольные пустоши протекал в чуть большем комфорте, нежели по Арконским лесам. Идти проще, плюс мы купили разные припасы вроде одеял в гоблинском поселении. Обменяли на осколок. Гоблины тоже ценили камни возвышения.
Я продолжал скрывать нас от чужого взора с помощью Туманного Скрыта. Опасался, что арконцы или Туманники последуют за нами в пустоши. По идее, должны знать, что мы скрываемся где-то здесь.
Однако путешествие прошло спокойно.
Фарилех и Кирлох быстро прогрессировали. Гоблины изучили основные местоимения, базовые глаголы и существительные. Начали понимать простые команды и даже уже пытались изъясняться. Я было хотел припахать их к готовке, однако Ниуру воспротивилась.
Красная эльфийка восстановила конечность уже дальше локтя. Предстоит еще несколько дней Высшего Восстановления, и Ниуру вернет утраченную руку.
Через несколько дней показался долгожданный кратер, который за недолгий срок успел нам стать родным. Воитель и солдат нирдхолдцы аж прослезились:
— Не думал, что вернусь сюда живым, а не в качестве умертвия! Я наконец дома!
Со стен поприветствовали:
— Мрадиш! Наконец-то архимаг вернулся!
— Резонансный маг, где вы были⁈ Конунг вас обыскался!
— Что-то важное случилось, пока я отсутствовал? — поинтересовался я величаво.
— Почитай, ничего особенного. Бьярнум заказал еще заготовки для Водного артефакта. Надо расширять источник воды! — поведал нам страж.
— Займемся… — ответил я беспечно.
— А это кто с вами? Неужто гоблины? Почему не в клетках⁈ — насторожились охранники.
Я посмотрел на Фарилеха с Кирлох и махнул рукой:
— Совершенно ручные гоблины. Даже команды умеют выполнять. Смотрите: сидеть! — обратился я к лупоглазым.
Гоблины переглянулись недоуменно, но затем исполнили команду.
— Диво дивное! Ты даже гоблинов сумел зачаровать!
— Чем бы архимаги не тешились, лишь бы город не подрывали, — заметил другой, бывалый солдат.
— Мудрость слышна в твоих словах, страж, — кивнул я и прошествовал через отворенные ворота.
Солдат с Воителем отделились от нашего отряда и распрощались с нами. Они остались беседовать с привратниками. Стражи ахали и шокировано качали головами, слушая об их фантастических приключениях. Победа над Кочующим Стадом с помощью хитрости — само по себе великий подвиг. А уж устранение Локдара и сброс с нас божественных оков — просто легендарное достижение, о котором еще долго будут слагать баллады барды.
Подумав, я решил не запрещать им болтать. Все равно правда всплывет, либо Туманники сами объявят. Лучше говорить открыто о том, что Локдара больше нет. Умные иерархи из Братства могли сделать вид, будто божество на месте и они получают от него прямые указания, чтобы продвинуться наверх или устроить за мной охоту. А так у коллег и народа сразу возникнут вопросы.
Пусть слухи плодятся. Не будем стесняться своих геройств!
Гоблины во все глаза смотрели на чудеса людского города. Они действительно напоминал лягушек, выбравшихся из своего крохотного пруда и узревших бескрайнее море. Ввысь тянулись монументальные каменные постройки. Да и стена по периметру кратера выглядела феноменально. Древние строители делали с запасом. Ведь сам кратер не был полностью заселен внутри. Еще оставалось достаточно свободного места, которое сейчас использовали для выпаса скота.
Двинулись мы прямиком к Ведьминому Котлу. Жители города: ребятишки и степенные взрослые тепло приветствовали нас. Хоран Мрадиш и Лейна Эббот стали настоящими героями Нирдхолда. Каждый на своей шкуре почувствовал изменения в своем привычном укладе. Вода — это жизнь. И теперь ее можно было почти не экономить.
Впрочем, потребности города не были покрыты полностью. Следовало еще многое сделать. Жители все еще сильно экономили на мытье и стирке. Зато скоту и людям теперь в целом хватало питьевой воды. Караваны все еще ходили к ближайшим водоемам и пополняли хранилища. Так что есть куда расширяться.
В Ведьмином Котле был оставлен один охранник, который присматривал за территорией. В наше отсутствие провели мощные восстановительные работы. Построили новый амбар для всяких вспомогательных вещей, либо для личной скотины. Обновили все полы и проложили звукоизоляцию, как я и просил.
Ведьмин Котел не сказать, чтобы преобразился, но в целом стал выглядеть лучше.
Мы только начали осваиваться в особняке. Ниуру обживала кухню, училась разжигать печь, проверяла посуду и продукты. Остальные выбирали для себя комнаты и обживались.
Я ходил по этажам и подвалу в том числе, строя планы по улучшению места жительства. А планов было множество! Нам стали доступны стихии Воды, Огня и Земли для артефактной генерации. Это означало, что можно сконструировать артефакты для нагрева, отопления, водопроводной воды и даже теплый душ организовать!
Правда, для этого нужны заготовки, время и деньги. Я хотел сделать все красиво, а не на скорую руку. Средства еще оставались благодаря добытым осколкам, но нашу ораву поди еще прокорми. На обеспечение толпы людей и эльфов уходило много золота. И это мы еще не вышли из походного режима. Когда Ниуру начнет просить денег на карманные расходы, а Лиетарис захочет обновить поврежденный клинок, придется раскошелиться.
В общем, отложим усовершенствование особняка. Сначала надо подзаработать деньжат, и у меня уже крутилось в голове несколько вариантов на сей счет.
Отдохнуть с дороги нам не дали. Уже спустя полчаса в Ведьмин Котел заявился Бьярнум с приятелями. Бородач тепло поприветствовал меня и обнял так, что затрещали ребра.
— Мрадиш, рад тебя видеть! Когда продолжишь работу над Водным артефактом⁈ — сходу набросился он.
— Тебя ничего больше как будто не интересует, конунг, — фыркнул я. — Если ночью Кайя будет светить ярко, тогда и займемся.
— Ловлю на слове! Еще зайдем завтра — надо как следует отпраздновать ваше возвращение! — хлопнул меня по плечу здоровяк. — А что за гоблинских отродий ты с собой привел, Хоран? Зверинец собираешь?
— Что-то вроде того…
— Ладно, у всех свои увлечения. Отдыхайте!
Мы только успели поужинать, как стемнело и на небосвод выкатилась практически полная Кайя. Надолго отдохнуть нам не дали. Бьярнум тут же показался у нас на пороге:
— Мрадиш, Водный артефакт! — напомнил он.
— Идем мы, идем… Я уже жалею, что потребовал только один особняк за обслуживание и расширение артефакта…
— Не только особняк, но и Точку силы. Подозреваю, ты со своими умениями найдешь, как ее использовать с толком, — усмехнулся гигант. — Но не переживай. У нас гостили жители Варднихта. Поглядели на твою работу и остались в восторге. Это Вольный город на юге. Поменьше Нирдхолда, но там тоже постоянные сложности с водой. Они хотят такой же Водный артефакт и готовы хорошо заплатить!
— Снова здорово. Мы только вернулись! А ведь артефакт необходимо настраивать под конкретное место, — поморщился я. — Нет уж! Объявляю отпуск. Никаких путешествий, пока мы не освоимся в своем особняке. Вот когда накроет скука или потребуется срочно золото, тогда и посетим Варднихт. Есть другие интересные проекты.
— Какие же? — полюбопытствовал конунг.
— Скоро узнаешь, — усмехнулся я и потер ладошки в предвкушении грядущей прибыли.
Остаток вечера и большую часть ночи мы провели за зачарованием Водного артефакта. Бьярнум подготовился к нашему возвращению. Где-то сумел раздобыть средства на огромную заготовку. Устройство для генерации воды расширилось раза в два с половиной. Очевидно, конунг и жители города оценили по достоинству приток живительной влаги.
Единственное, что я попросил компенсировать — это осколки. Мы с Лейной изрядно потратили сил, да и Ульдантэ на этот раз пришлось поднапрячься. По крайней мере, адаптировать заклинания нам не требовалось. Все было просчитано ранее и хранилось в гримуарах. Обычное монотонное зачарование.
Закончили мы ранним утром, когда первые лучи солнца осветили кратерный город. На площади собралось некоторое количество зевак. Не так много, как при первом запуске, но народу было любопытно.
Без лишних пафосных речей я активировал новые контуры Водного артефакта. Капли жидкости собирались в ручейки, которые образовывали уже достаточно плотный поток. Нирдхолдцы получили дополнительный приток воды.
Раздались закономерные аплодисменты и поздравления, которые зачарователь Мрадиш и его ученица Эббот приняли степенно и с достоинством.
Каменщики уже начали возведение защитной башни вокруг Водного артефакта. Я подошел к Бьярнуму, который тоже присутствовал на запуске новых частей водного устройства:
— Все-таки решили делать башню вокруг артефакта?
— А ну как его решит кто-то украсть? Слишком много сил мы в него вложили.
— Могу подсобить почти за бесплатно.
— Чем именно?
— Создам артефакт для генерации литого камня. Башня будет прочной, надежной и красивой. Примерно как те каменные строения, которые создавались чародеями Земли.
— На возведение чародейских каменных стен уходит много сил и средств.
— Не переживай. Энергия разлита вокруг — надо лишь собрать ее. Правда, времени уйдет прилично. Возможно, немного дольше, чем при традиционном строительстве. Зато выглядеть будет величественно — по-королевски!
— Почти бесплатно, говоришь? — прищурился конунг.
— Всего лишь заготовку для артефакта проспонсируешь и дашь рекламу моим строительным технологиям.
— И сколько золота уйдет на этот раз?
— Думаю, здесь можно будет обойтись серебром. Все же не на десятилетия артефакт строим.
— Приноси чертеж. Организуем тебе заготовку для строительного артефакта. Если все пройдет удачно, то знатные люди города узнают о твоем изобретении в числе первых.
— Замечательно, — зевнул я. — Отдохнем и займемся новыми проектами…
Мы вернулись в Ведьмин Котел, который постепенно начинал походить на обжитое строение. Со стороны кухни доносились ароматы свежеприготовленной еды. Гирзух и Квандиил занимались уборкой. Юджин и Гардантуил тоже помогали приводить особняк в порядок.
Фарилех и Кирлох больше понравилось в подвале. Привыкли гоблины жить внутри влажных мрачных каменных стен. Я пообещал заняться ими, когда появится хотя бы немного свободного времени. Пока же лупоглазые в темпе вальса изучали общий язык. С ними занимались все по очереди.
Писать гоблины тоже не умели. И если Кирлох это особо не требовалось, то вот Фарилеху пригодится. Надо же вести учет сваренной продукции, просчитывать ингредиенты и прочие. Большие объемы на глаз не делаются.
Фарилех пока что временно высадил взятые споры и мох в подвале, поливая растительность вручную. Я не собирался превращать подвал Ведьминого Котла в пивоварню. Там и запах наверняка будет соответствующий, да и подпол планировал использовать для артефактных нужд. Но пока что гоблин выращивал ингредиенты у нас, постепенно масштабируя ростки.
Кирлох же в свободное время тренировалась с эльфийками. Особенно ей импонировала Лиетарис. Статная одаренная Воительница, которая сражалась с мужчинами на равных. К ней прислушивались, ей подчинялись. Кирлох брала с нее пример. Времени на изучение Вибрационной магии у меня пока не было.
Я поглядел за их тренировкой. Кирлох почему-то активно налегала на клинковое оружие. Да, мечи хорошо вибрировали, прорезали доспехи, камень и кости. Но ближний бой слишком опасен. Кирлох не обладала силами Воительницы. Она оставалась относительно слабой и медлительной.
Думаю, я бы мог ее уделать в фехтовании, даже если бы она использовала свою Вибрационную магию. Что уж говорить про многоопытную Лиетарис. Против Высокой эльфийки зеленого ранга у нее не было и шанса.
— Брось ты это баловство! — фыркнул я, посмотрев за их спаррингами. — Тебе не совладать с опытными бойцами в ближнем бою. Твое оружие — лук! — протянул я ей оный.
Кирлох не все мои слова поняла, но в целом посыл осознала. Гоблинша кивнула, нехотя рассталась с мечом и сосредоточилась на дальнобойных тренировках. Правда, обычные стрелы не подходили под Вибрационную стихию. Гоблины изготавливали особые металлические стрелы, которые не ломались от вибраций.
Я дал согласие, чтобы она сделала заказ местному кузнецу и наделала себе стрел. Мурашки носились табунами, когда я вспоминал, как пронзающий все на своем пути снаряд прошивает мое бедное тело. Пусть гоблины били не так точно, как Лесные эльфы, но пробивной силы им хватало за глаза. Из одаренных получаются отличные стрелки.
Если я сумею освоить Вибрационную стихию, да еще соединю заклинание с Дисбалансом. Ух, такие перспективы откроются! Смогу уничтожать любых, даже хорошо защищенных врагов.
Кирлох пока что занялась тренировками и продолжила изучать общий язык. Лишь когда она освоится, я попробую пристроить ее в городскую стражу. Та еще морока наверняка будет. Все-таки первый гоблин на службе города. Но раз уж дал слово, необходимо его держать. Прижму Бьярнума, и конунг не посмеет мне отказать.
Как следует отдохнув, во второй половине дня я взялся за заготовки. Деньги стремительно таяли. Нам пришлось продать желтый осколок, добытый с гоблинов, чтобы закупить все необходимое в дом и закрыть основные потребности.
Так что первым делом я взялся за одну из перспективных тем, на которой планировал зашибать приличные деньги.
[Харальдин]
Мужчина считался одним из лучших кузнецов Нирдхолда. Да, мастера по ковке здесь уступали ремесленникам из знаменитого Горунга, но свои профессионалы имелись. Когда-то Харальдин сам работал подмастерьем в Горунге, но затем его покорила приезжая дама из Нирдхолда, которая заказывала в кузнечном городе оружие для стражи. Так Харальдин оказался в одном из крупнейших Вольных городов.
Жизнь здесь протекала довольно вяло. Заказы то появлялись, то пропадали. Крупные игроки вроде больших держав и городов предпочитали обращаться в Горунг. Харальдин в основном обслуживал местные запросы. Мелкие и непритязательные.
Кузнец имел амбиции и желал творить серьезные изделия из металла. Боевую экипировку и оружие, сбрую и тяжелые повозки, элегантные ювелирные украшения, а не подковы и гвозди.
Однако он смирился со своим положением. Здесь были его жена и дети, и переезжать в Горунг в неизвестность они не собирались. Пришлось ему унять свои аппетиты и довольствоваться имеющимися заказами.
Все начало меняться с появлением небезызвестного Лучезарного мага, который впоследствии стал называться Резонансным. Он появился в городе с золотой заготовкой, выкованной горунгскими мастерами, и запустил Водный артефакт.
Харальдин присутствовал на запуске. И почти сразу к нему подошел сам конунг с вопросом:
— Сможешь изготовить такую же штуку?
— Непременно! — уверенно ответил кузнец.
Ему дали доступ к артефакту, и Харальдин тщательно снял мерки. Последующие дни он проводил все время в кузне, почти не видя семью. Однако он был счастлив. Причастность к изготовлению Водного артефакта для города — само по себе большая честь. Пусть он не зачаровывал его, но от качества заготовки зависело многое.
В кратчайшие сроки Харальдин изготовил новую заготовку. Резонансный маг зачаровал и ее, после чего уехал по делам на достаточно долгий срок. Бьярнум спустя некоторое время собрал еще денег с населения и подал новый заказ.
На этот раз кузнец работал без огромной спешки, так что тщательнее занимался заготовками. А также наконец начал проводить больше времени с семьей. Если твоя жена нирдхолдка, то лучше ее не злить. Мало не покажется!
Интуиция подсказала ему, что заказы еще могут повториться, а ведь паттерны у заготовок были идентичными. Тонкая проволока и небольшие утолщения в ячейках через равные промежутки.
Харальдин заказал у магов Земли особые каменные заготовки, благодаря которым скорость изготовления заметно возросла. Теперь он отливал участки сети напрямую в камне, а затем аккуратно спаивал их между собой, создавая сеть требуемого размера. Разницы между серебром и золотом большим не было — у них почти идентичная температура плавления.
Разве что работать с обширным изделием становилось неудобно. Кузнечная печь скорее предназначалась для нагрева одного продолговатого предмета. Приходилось нанимать Красного эльфа или чародея Огня, которые помогали соединить тугоплавкие нити ячеек. Золото и серебро — это тебе не податливый свинец!
Прошли дни, и Резонансный маг наконец вернулся в город. Харальдин ходил смотреть на запуск артефакта. Созданная им заготовка из золота не подвела. Нирдхолд получил дополнительный источник воды! Кузнец испытывал настоящую гордость за качественно проделанную работу. Пускай все лавры достались чародеям, он свою часть выполнил на совесть.
Уже на следующий день к нему заявился немного рассеянный Мрадиш:
— Значит, для начала мне понадобится несколько заготовок из серебра разных размеров. Шаг на шаг, полтора на шаг и два на один шаг. Посмотрим, какой площади хватит для артефакта…
— Мастер планирует новый артефакт?
— Ага. Если будет спрос, то таких заготовок тебе надо будет изготовить сотни. А то и тысячи!
Брови Харальдина поползли вверх, но спорить он не стал.
— Серебро так серебро. Будет сделано, господин Мрадиш!
Получив предоплату, кузнец принялся за работу. Заказ был небольшой, так что он планировал управиться быстро. К вечеру в кузню заявился и сам конунг.
— Неужто снова Водный артефакт расширяете⁈ — удивился Харальдин.
— Пока что финансы не позволяют, — скривился конунг. — Нужна заготовка для строительного артефакта. Хоран дал мне эскиз. Вот такая штука из серебра. Справишься?
Кузнец вгляделся в знакомую ячеистую сеть из металла.
— Сделаем!
Харальдина завалили работой, но он не жаловался. Обычные запросы отложил, либо переложил на плечи подмастерье, если был уверен, что они справятся. Сложные изделия пока ученикам не доверял.
Снова ему придется не появляться дома, однако новый заказ воодушевлял. Пусть заготовки и однотипные, но из них будут выполнены могущественные артефакты. Одно это поднимало настроение и заставляло с утроенной силой браться за работу.
Для начала Харальдин закончил с запросом Мрадиша, после чего переключился на заготовку для конунга. Вот только с этим ему пришлось повременить. Чародей возвращался раз за разом — просил изменить конфигурацию, добавить других размеров и даже попросил встроить небольшой металлический регулятор. Хоран выглядел слегка безумно-фанатично. Резонансный маг был глубоко погружен в свои артефакты, так что Харальдин не стал с ним спорить. Проще было договориться с конунгом, чем с ним.
Пара дней прошла в бесконечном потоке заготовок и исправлений. Мрадиш отдельно оплачивал все изменения, так что кузнец в накладе не остался. Наконец, чародей удовлетворился заготовками и ушел творить свою волшбу.
Харальдин покинул кузницу вечером, а не к ночи, как до этого. Он надеялся, что дражайшая супруга войдет в его положение. А то жена порой грозилась побить этих заказчиков, которые не дают ему продыху. Пусть это будет хоть архимаг, хоть сам конунг. И ведь сдержит обещание.
Уголь перестали подбрасывать в печь и тигли, но жар еще останется в мастерской надолго. Один из учеников будет дежурить ночью, чтобы проследить за тлеющими углями. Не дай Боги в мастерской вспыхнет огонь.
Зевая, кузнец брел по вечернему городу и прощался с подмастерье, которые расходились по своим домам. На одном оживленном углу он услышал от глашатая необычную новость:
— Завтра в полдень состоится презентация великого нового артефакта Резонансного мага! Все жители Нирдхолда приглашены! Легендарный мастер Хоран Мрадиш представит вам свое творение. Артефакт, который сможет позволить себе каждый из вас! Существенно облегчит жизнь!
— О как! — заметил один из прохожих. — Что за чудо-артефакт?
— Приходите завтра в полдень и узнаете! — заметил глашатай.
Похоже, он и сам не ведал, что готовит Мрадиш.
— Эй, Харальдин, ты ведь чародею что-то ковал?
— Ковал, — кивнул кузнец. — Но мне работу артефакта маг не демонстрировал. Теперь и мне интересно стало. Пожалуй, стоит сходить завтра на представление…
Харальдину было любопытно, для чего будут использоваться изготовленные им особые ячейки серебристой сети, так что в полдень следующего дня он стоял на центральной площади перед деревянной трибуной.
На подставках лежали какие-то предметы, накрытые тканью. Народ все прибывал, привлеченный объявлениями и слухами. Вскоре площадь наполнилась людом. Как бы не треть города явилось на представление.
— Не томи, Мрадиш! Показывай, чего изобрел! — потребовал конунг.
— Как будет угодно правителю Нирдхолда, — обозначил лысый чародей скромный поклон. — Внемлите и смотрите!
Мрадиш ловким движением руки стянул ткань с первого постамента. На подставке лежала тонкая каменная плита на небольших ножках. В просвете снизу Харальдин увидел металлический отблеск. Его серебряное изделие лежала под плитой.
В центре каменной заготовки располагалось округлое отверстие.
— Изобретение, которое изменит жизнь всего человечества! — торжественно произнес Мрадиш. — Я назвал его — Магическая Плита! Ученица, неси сюда чан с водой!
Про Лейну Эббот тоже знали многие в городе, ведь именно она наносила Водные руны на центральный артефакт. Девочка принесла железный чан с водой, и Хоран поставил его поверх отверстия на небольшую металлическую подставку. Нечто подобное использовали для готовки на огне.
— Магическому пламени не требуется воздух, так что зазор оставлять не обязательно. Сугубо для демонстрационных целей! Итак, активируем магическую плиту легким усилием!
Мрадиш перевел металлический рычажок в другое положение, и в центре артефакта возник язычок пламени. Хоран двинул переключатель дальше, и пламя слегка расширилось.
— Засечем, за какое время закипит вода в большом чане! Ученица!
Эббот поставила большие песочные часы. Народ с интересом следил за процессом. За падающими песчинками и первым парящим дымком над котлом.
Народ задавал вопросы, на которые Мрадиш охотно отвечал:
— Да, этот артефакт не потребляет осколки, не требует чародейских навыков. Работает исключительно от поля Тардиса. Сила огня может немного варьироваться в зависимости от места установки. В Точке Резонанса пламя будет сильнее. А пока чан нагревается, рассмотрим следующее мое творение…
Мрадиш сдернул вторую ткань и явил народу небольшой прошитый коврик из мягкой ткани.
— Ночи в Нирдхолде могут быть холодными, а протапливать помещения целиком — достаточно затратно. Всем известно, что у нас в дефиците не только вода, но и дрова. Древесину приходится везти за тридевять земель. На растопку чаще всего идет так называемый кизяк, образующийся из отходов скота, — вещал Мрадиш. — Но запах от него такой себе, да и на все нужды даже кизяка не всегда хватает. Кто-то из вас наверняка подмерзал холодными ночами, верно?
— Да! Ночью дубак!
— Данное устройство раз и навсегда решит эту проблему! — поведал чародей. — Всего лишь активируем магическую грелку, и она начинает вырабатывает стабильное тепло. Вы можете положить ее под матрас или под одеяло. Больше не требуется протапливать дом целиком, что очень затратно. Достаточно обогреть лишь вас самих! Даешь тепло в каждый дом!
— Эта штука действительно греет?
— Да, можете потрогать сами. Только далеко от сцены не уносите…
Жители принялись с интересом мять артефакт, удивленно восклицая, что действительно чувствуют приятное тепло.
Признаться, Харальдин сам заинтересовался артефактами Мрадиша. Супруга вечно жаловалась на домашнюю печь и ночной холод. С двумя этими устройствами можно будет решить обе проблемы. Порадовать себя, жену и детишек, которые частенько пробирались в постель к родителям, чтобы согреться.
— Всего полчаса, и вода в большом чане закипела! — объявил Мрадиш. — Идеальный артефакт для готовки, который должен быть в каждом доме!
— И сколько будет стоить сие чудо? — вопросил один из жителей. — Вряд ли нам по карману, особенно после поборов конунга на Водный артефакт!
По толпе прокатилась волна смешков. Бьярнум что-то пробурчал про стратегическую необходимость.
— Хоран Мрадиш знает о незавидной доли простого люда, — заявил маг с елейной улыбкой. — Поэтому цены будут настолько низки, насколько это возможно. Почти в убыток себе работать будем, можно сказать!
— Не томи!
— Магическая плита с одной комфоркой будет стоить всего десять золотых! С двумя, соответственно, двадцать. Магическая грелка — всего пять золотых! Все артефакты настраиваются нами с ученицей вручную, и наши услуги тоже входят в стоимость изделий. Вполне приемлемая цена за то, чтобы сделать свою жизнь намного удобнее и комфортнее!
Харальдин подумал, что цены действительно невысокие. Но это по меркам мастера-кузнеца, который зарабатывал прилично. Бедные слои Нирдхолда вряд ли смогут позволить себе магические артефакты, а вот средние и зажиточные — вполне.
Мрадищ — тот еще прохвост. Себестоимость заготовок при массовом производстве будет меньше указанных цен на порядок. Уж Харальдин прекрасно знал об этом, поскольку делал их сам. Себя чародей явно не обделил, но и цены не задирал до небес.
Кузнец твердо уверился в том, что себе домой купит артефакты Мрадиша. Двойную плиту с парой источников огня, чтобы готовить сразу несколько вещей, и две грелки — себе и в детскую. А то и три-четыре обогревающих артефакта. Остальные жители Нирдхолда пусть решают сами, нужны им подобные устройства или нет.
При наблюдении за пляшущими над магической плитой язычками пламени в голову кузнеца пришла одна волнующая идея. Насколько сильным может быть артефактный огонь? Что если его жар сможет расплавить даже тугоплавкие металлы и руду? Если да, то в таком случае в Нирдхолде можно будет построить кузницу, мало чем уступающую горунгским мастерским!
Харальдин сжал кулак, а другой рукой пригладил топорщащиеся усы. Ему подумалось, что мечта о великой кузнице ближе, чем ему казалось ранее. В Нирдхолде будут свои элитные мастерские!
[Кшанти Дзартен]
Их путешествие подошло к концу. Отряд осел в Нирдхолде. Ведьмин Котел быстро обживался. Кшанти выбрала себе комнату на втором этаже, откуда, при необходимости, можно было быстро отступить через окно и небольшой уступ в наружней стене дома.
Вопрос безопасности все еще волновал Ночную эльфийку. Сумеречная Королева не из тех особей, кто так легко бросает дело на половине пути. Она ведь тоже Ночной эльф, так что вопрос мести стоял достаточно остро.
К Мрадишу у Кшанти отношение оставалось двояким. С одной стороны, она должна отомстить чародею. С другой же… его мотивы были вполне понятны. На месте мага она бы тоже всеми силами старалась выбраться из плена и навредить хозяину. Хоран обращался с ней на удивление мягко. Даже ни разу не подверг пыткам.
К тому же чародею удалось заинтересовать Дзартен своими уникальными способностями. Одна только Ночная Призма чего стоит. Если он обучит своему секрету других чародеев, Ночные эльфы получат могущественное оружие. И будут править на всем Шимтране!
Кшанти решила не торопиться. Осмотреться, найти союзников и освоиться среди людей. Все-таки это существа с иным менталитетом.
Особенно удивляли жители Нирдхолда — полные противоположности Ночным эльфам. Ее сородичи были страшными индивидуалистами. Просто так даже водой с близким не поделятся. В Нирдхолде же было в порядке вещей разделять разные инструменты, вещи, еду и кров. Особенно, если кто-то из соседей попал в беду. Таким образом людишки выживали в суровых условиях пустошей.
Водный артефакт значительно снизил риски засухи. После расширения устройства можно было говорить уже об изобилии питьевой воды. Дзартен очень не хватало в городе нормальной горячей ванны. Людишки здесь экономили на всем.
Соответственно и воняло в городе повсюду. Воняли немытые люди, вонял бродящий повсюду скот, вонял горящий в печах навоз. От миазмов Нирдхолда у Кшанти сводило скулы. Она знала, что людишки не дружат с гигиеной, но чтобы настолько… Умом-то эльфийка понимала, что всему виной особые условия обитания, но органы чувств, ощущающие витающие ароматы, давили на разум.
Оставалось надеяться, что Водный артефакт наконец изменит эту тенденцию, и люди перестанут походить на только покинувшую хлев скотину.
Отряд вернулся в Нирдхолд, а Хоран… правильно, снова забыл про нее! Это было настолько возмутительно-смехотворно, что Кшанти приняла решение горделиво помалкивать. Пока человек сам не вспомнит о своем обещании.
Однако она недооценила наплевательское отношение Мрадиша. Почти сразу по возвращении чародея взяли в оборот. Сначала конунг потащил расширять артефакт. На следующий день он сам взялся за работу над новыми артефактами. Бегал к кузнецу, проводил магические исследования, чертил схемы и Боги еще знают чем занимался.
Кшанти осматривалась, беседовала с людьми. Пыталась понять, где ей найти союзников. Вердикт вышел неутешительным. С Ночным эльфом никто не желал иметь дел. Услуги по Проклинанию тоже не были слишком востребованы.
Да, в Нирдхолде тоже находились люди, желающие насолить соседу, на чем Дзартен могла бы подзаработать. Но все это достаточно мелко. И после нескольких таких случаев Ночную эльфийку точно найдут и распнут. Подобное ремесло не даст ей закрепиться в Вольных Городах надолго.
Активных боевых действий Нирдхолд на данный момент не вел, так что оставался единственный вариант — охота. Среди Облачных Буйволов и Подземных Саламандр встречалось множество одаренных существ. Удар Проклятьем быстро выведет их из строя. Правда, без Ночной Призмы сила Дзартен будет существенно ограничена.
Снова клятый чародей довлел над ней! Кшанти начало казаться, будто она привязана к Мрадишу незримыми оковами, которые очень сложно разорвать. Ей некуда идти, в Сумеречном Лесу поджидают враги, закрепиться в Нирдхолде без помощи Хорана не получится. Она оказалась в затруднительном положении.
Прошло несколько дней, и Мрадиш наконец презентовал свои работы, над которыми так долго корпел. Эльфийка краем глаза наблюдала за его опытами, которые Мрадиш проводил в амбаре от греха подальше, поэтому знала примерно о действии артефактов.
Ночная эльфийка с интересом следила за представлением, устроенным Резонансным магом. Народ воодушевился, да и сама Дзартен была бы не прочь получить себе согревающий артефакт. Ведьмин Котел не протапливался толком. Для согрева в постель или специальный ящик под кроватью приносили нагретый в печи камень. Он отдавал тепло достаточно долго, но к утру все равно ты просыпался от всепроникающего холода, сколько бы одеял ты на себя ни накинул. Кшанти же являлась существом теплолюбивым.
Дзартен следила за настроением собравшихся людей. Слушала сплетни и обсуждения. Бедняки высказывались скептически, намекая на непомерную цену артефактов. Безмозглые идиоты. Магическая плита сэкономит им кучу топлива, которое в Нирдхолде не раздавали бесплатно. За несколько лет устройство окупится. Но что еще ожидать от презренных низших?
Больше эльфийку заинтересовали стайки зажиточных граждан. В Нирдхолде проживали и вполне богатые семьи. Владельцы больших фермерских хозяйств, производящие мясо и осколки. Хозяева гостиниц с Точками Резонанса, куда регулярно стекались паломники для возвышения. Купцы, ремесленники, кузнецы и многие другие.
Кшанти лавировала меж ними, жадно ловя каждое слово. Услышав достаточно, она двинулась к трибуне. Основное представление плавно подошло к концу. Хоран начал принимать первые заказы на установку артефактов. Желающих оказалось довольно много. Чародей припахал Лесную эльфийку к ведению отчетности, поскольку она, в отличие от того же Юджина, хорошо владела грамотой. Красные эльфы Алгадо — достаточно диковатые племена, в которых мало кто умел читать и писать.
— Хоран, можно тебя на пару слов… — шепнула она чародею.
— Конечно…
Они отошли за трибуну, и Дзартен поведала магу свои мысли:
— Ты проделал замечательную работу, Хоран, но есть одно маленькое упущение.
— Что? Какое? Регулятор огня добавил, несколько вариантов с множественным комфорками представил…
— Статус, Хоран. Богатые семьи Нирдхолда не захотят покупать такие же дешевые артефакты, как у бедняков.
— Точно! Премиальные версии! — хлопнул себя по лбу чародей. — И почему я сам об этом не подумал? Закрутился совсем в последние дни. Спасибо, Кшанти… Кстати, такое ощущение, что я еще о чем-то забыл…
Хоран нахмурился и посмотрел в сторону Ночной эльфийки. Дзартен вздохнула и показательно закатила глаза. Ох уж эти людишки. Заставляют эльфов унижаться, поступаясь своей честью:
— Ошейник, Хоран, — постучала она по шейному аксессуару.
— Точно! Давай, сниму… Знаю, обещаниям Ночных эльфов верить нельзя, но дай слово, что не будешь вредить ни мне, ни кому-либо из моего окружения.
— Даю слово, что не буду вредить тебе или твоим приближенным, — высказала Дзартен.
Мрадиш деактивировал ошейник подчинения. Давление на разум ушло, Кшанти довольно выдохнула.
— Что планируешь делать дальше? Вернешься в Сумеречный Лес? Поднимешь восстание?
— Пожалуй, с твоей Ночной Призмой у меня есть шанс захватить трон Королевства, — прищурилась Дзартен. — Но ты ведь не пойдешь со мной? По собственной воле…
— По собственной — нет. Да и по чужой воле тоже вряд ли пойду. Меня сложно будет удержать в ошейнике, ты же знаешь, — усмехнулся человек.
— Знаю, — поморщилась эльфийка. — Ступай, Хоран. Привлеки внимание богатеев. Ты в купеческом деле разбираешься даже лучше меня.
— Да-да, все будет сделано в лучшем виде!
Чародей вернулся на трибуну и попросил еще минуту внимания. Толпа замерла в ожидании новых чудес и удивительных артефактов. Вот только обывателей маг разочаровал, поскольку его обращение было адресовано зажиточным слоям города:
— Специально для изысканных ценителей мы подготовим особые артефакты. Сделанные из золотой основы, подставки из лучшего камня и стали, с инкрустациями и эффектной огранкой. Грелки же будут находиться внутри мягчайшего атласа и даже привозного шелка! Артефакты прослужат вам долго, будут более эффективными и безопасными. Лучшее предложение из возможных! Но и цены на элитные изделия будут соответствующие. За подробностями обращайтесь в нашу фирму Артефакты Мрадиша! Думаю, скоро мы откроем отделение в центре города, чтобы упростить коммуникацию с досточтимыми клиентами!
Мрадиш разливался певчей пташкой, расписывая преимущества своих изделий. Ему не требовался отдельный глашатай или распорядитель. Лысый торгаш отлично справлялся и сам.
Кшанти шествовала меж нирдхолдцев, осознавая, что их жизни в ее полной власти. Захоти она — и зачарованный клинок пронзит прогнившее сердце низшего. Однако отныне она была прикована к этому людскому поселению. Хочет она того или нет, ей придется учиться жить среди презренных людей.
Куда приведет Ночную эльфийку судьба — она и сама толком не понимала. Но в любом случае Кшанти Дзартен добьется высокого положения, хоть среди эльфов, хоть среди людей.
[Хоран Мрадиш]
Презентация новых устройств АйГрелка и АйПлита вызвали неподдельный ажиотаж. Да еще и Кшанти указала на немаловажный просчет. Разумеется, необходимо выпускать устройства в разной комплектации — для знати и для плебса отдельно. Полагаю, двух версий вполне хватит для начала. А если кто-то пожелает выпендриться, можно будет сделать артефакт на заказ.
Все равно основа будет идентичной. Бюджетная версия из серебра, премиальная — из золота. А дальше уже начинаются личные хотелки. Подставки под посуду над огнем можно сделать из серебра или другого дорогого материала. Каменную столешницу заменить полудрагоценным минералом.
Экзотических тканей тоже существовала масса. Разные привозные необычные сорта. Так что и для магической грелки найдутся свои улучшения. Рынок необходимо насытить полностью!
Не только с обывателей содрать все деньги, но и мажорам изрядно ослабить их тугие кошели!
Я изготовил только несколько прототипов, а уже задолбался. Бегать туда-сюда, организовывать все рабочие процессы, собирать толпу, настраивать таргетированную местную рекламу — глашатаев то бишь учить правильным речам.
Когда ко мне повалил народ и желающие приобрести то или иное устройство, я понял, что придется впахивать. Хотелось бы мне, чтобы денежки текли рекой сами, однако передавать свои иноземные знаниям другим я не горел желанием. Лейны пока хватит.
Плохо, что нам придется самолично просчитывать спектры под магический фон. Устройства нельзя будет транспортировать за пределы помещения или дома, в которых проведена их настройка. Магический фон поменяется, и артефакты перестанут резонировать.
Это означало, что нам придется самостоятельно разъезжать по Нирдхолду и устанавливать артефакты. Если же речь зайдет о других городах, единственный вариант — явиться туда лично. Надо какой-нибудь пепелац изобрести или хотя бы внедорожник, чтобы передвигаться с комфортом. Правда, здесь тоже все упиралось в вопрос перенастройки под магический фон. Эх, и почему он настолько неравномерный и требует столь большой точности?
В любом случае презентация прошла превосходно. Бьярнум один из первых заказал у меня новые устройства.
— Вижу, расширяешь производство, Хоран! — усмехнулся конунг. — Работники не нужны случаем?
— Есть кто на примете?
— В казне мало средств осталось, так что я подумываю о роспуске городского приюта для сирот и обездоленных, — заявил Бьярнум. — Стараемся куда-то пристроить ребят, но не всегда выходит.
— Если будут хорошо работать, почему бы и нет, — пожал я плечами.
— Ты не пожалеешь. Там есть и плотники, и каменщики, и даже один ученик кузнеца. Молодые еще, да неопытные, но они за любую работу будут держаться мертвой хваткой!
— Несовершеннолетние? — приподнял я бровь и затем вспомнил. — Ах да, у вас же нет здесь профсоюзов и прав трудящих. Кши, всегда мечтал, чтобы на меня пахали дети!
Коротко обсудили вопрос с конунгом. Правитель хотел сэкономить средства, мне требовались разнорабочие. Не буду же я самостоятельно создавать артефакты. Допустим, базу для заготовки лучше пока доверить опытному кузнецу. А вот рутинные задачи можно переложить на плечи наемных рабочих.
Мы набрали несколько первых заказов, которых нам хватит на грядущие дни. Предпочтение отдавали, разумеется, элитным изделиям для зажиточных граждан, но и пару десятков обычных заказов взяли.
Под конец мероприятия ко мне подошел мой постоянный кузнец, у которого я заказывал заготовки. Харальдин его звали.
— Господин Мрадиш, ваши артефакты великолепны, — дежурно отметил он. — Не могу не поинтересоваться… Насколько сильный жар способны выдавать ваши устройства? Смогут ли они плавить металл, как горунгские Жаровни?
— Хороший вопрос. Пожалуй, что да, — задумался я. — Только основа для артефакта должна быть намного шире, чем для обычной плиты или грелки.
— Точка Резонанса не обязательна?
— Думаю, что плавильный артефакт можно поставить в любом месте. Вопрос доступной площади. Например, организовать его под полом всей вашей мастерской. Тогда мощи должно хватить.
— Я готов заплатить за кузнечный артефакт! — загорелся Харальдин. — Если еще и жар будет постоянным, можно будет работать со сложными заготовками. Без всяких Красных эльфов и чародеев!
— Как видите, у меня целый завал из заказов образовался, — развел я руками.
— Если вы займетесь кузнечным артефактом в первую очередь, то… — мастер слегка помедлил. — Получите скидку на последующие заготовки в двадцать процентов!
— Двадцать процентов? — заинтересовался я.
— Плавильный артефакт значительно облегчит мне работу. Мы сможем нарастить производство ячеистой сети под ваши заготовки!
— В таком случае не вижу причин не начать с вашего артефакта! Серебро или золото — решайте сами, какая долговечность устройства вам нужна. Схему вы уже изучили наизусть небось. По размерам она должна будет покрыть пол вашей мастерской. Справитесь?
— Займемся немедленно! — кивнул Харальдин.
Мы распрощались с кузнецом. Воодушевленный мастер отправился поскорее в свою мастерскую, чтобы начать работу над проектом. У нас в амбаре хранилось несколько коротких заготовок, на которых мы проводили опыты. Так что и мы направились домой, оставив народ обсуждать новинки рынка артефактов.
Сколоченный большой амбар закономерно превращался в мою рабочую мастерскую. Я бы предпочел проводить опыты в строении с каменными стенами и полом, но пока что приходилось трудиться в деревянном амбаре. Ждем, когда закончат строительный артефакт, который оплачивал Бьярнум. Сначала возьму его для себя, чтобы выстроить на участке отдельную каменную лабораторию и мини-полигон для тренировок и тестов.
Производство заготовок сейчас являлось узким местом. Придется подождать, пока Харальдин сможет масштабировать производство. Давать работу другим кузнечным мастерским Нирдхолда мне не хотелось. Их не так много, к слову — качеством и объемом пониже.
Придется немного подождать, пока все процессы не начнут движение. Зато потом Артефакты Мрадиша будет не остановить!
Несколько дней пролетели в производственном хаосе. Какие-то огрызки тестовых заготовок мы пускали сразу в продажу, запаковывая в красивые обертки. Изысканные мраморные столешницы для магических плит, качественную мягкую ткань с подкладом для грелок. Заготовки были местами прожжены и оплавлены, но эти малозначимые тонкости мы успешно прятали внутри роскошной упаковки.
Первые заказы мы делали в кооперации с лучшими кузнецами и каменщиками Нирдхолда. Получились премиальные артефакты. За элитные экземпляры благодаря качественной пиар-компании и удачным переговорам удалось срубить огромные деньги. Одну стилизованную под роскошь двухкомфорочную плиту на основе серебра продали за более чем сотню золота. Заготовка же обошлась мне примерно в пять золотых.
Открытие работы фирмы Артефакты Мрадиша принесло огромный поток средств. Так это обычно и бывает, когда открывается новая прибыльная ниша. А моим артефактам просто не было конкуренции. Разве что завести своих личных Красных эльфов или чародеев, которые будут разжигать огонь в печи и греть постель. Но мои артефакты в итоге выходили дешевле, особенно в обслуживании. Им не требовалась еда и подзарядка.
Пока сложно сказать, сколько такие артефакты прослужат, но я полагал, что золотой основы хватит на несколько десятков лет, серебряной — лет на десять активного использования. Затем магические контуры придется обновлять, а местами и оплавившийся от жара металл перековывать.
Уже начал задумываться над намеренным устареванием продукции. Чтобы уже через годик артефакты начинали выходить из строя и у меня появилась возможность подзаработать на старых клиентах. Однако открывшийся рынок оказался настолько обширен, что я не видел в этом особого смысла. Заказов хватит до скончания времен!
Батрачить как ишак я желанием не горел, но льющееся рекой золото являлось для меня лучшей мотивацией из возможных. Так что мы трудились, не покладая рук. Хоран Мрадиш богател не по дням, а по часам!
На зачарование кузнечной мастерской у нас ушло довольно много времени и сил. Задача передо мной стояла нетривиальная. С учетом того, что с огнем у меня было так себе. Пришлось гонять Лейну внедрять печати и проводить исследования. Впрочем, ученица была всегда рада поработать над великим артефактом.
Сфокусировать всю энергию с большой площади оказалось непросто. Я видел, что контуры, проводящие ману, на пределе. То есть, бесконечно масштабировать данную печать не выйдет.
В теории можно будет создать какую-нибудь автоматическую магическую пушку, швыряющуюся фаерболами. Заклинания будут соответствовать магу невысокого ранга, так что от них несложно защититься. Зато энергия на халяву, а значит маго-пушка никогда не устанет, как чародей. Можно к ней приставить обычного человека, сэкономив ресурс. Ведь одаренных всегда меньше, чем обывателей.
Данный проект я отложил до лучших времен, ибо задач и так стояло перед нами вагон и маленькая тележка.
Мы собрали всю доступную фоновую энергию, которая просачивалась сквозь любую породу, в том числе и пол мастерской. Захватили ману ячеистой сетью и направили к главному контуру заклинания.
Эксперименты заняли приличное количество времени. Нечто похоже я уже внедрял в магической плите — регулировку пламени. Но здесь масштабы были больше, нагрузка на контуры выше. Так что и рычаги получились достаточно массивными.
Основу сделали из серебра для экономии, а центральный процессор и рукоятки регулировки — из чистого золота. Здесь я посоветовал не экономить, поскольку рычаги, скорее всего, выйдут из строя в первую очередь. Подвижные части, которые замыкали определенные магические контуры в основной печати, были уязвимы.
Вся собираемая энергия фокусировалась в одном месте — рядом с обычной доменной печью и тиглем, где проходила традиционная плавка и нагрев металла. Мной было внедрено два заклинания разного типа на основе Огненной стихии. Нагрев как в грелке и открытый огонь как в плите.
Рычаги меняли площадь огня и жара, а также могли дополнительно фокусировать пламя в одной точке. В итоге получалось нечто вроде направленной горелки-резака, либо обширного источника тепла. В печи, пожалуй, можно было обработать большее количество материала за раз, но жар плавящего артефакта был заметно мощнее.
В верхней части горелки цвет пламени переходил в светло-голубой и белый. Точно не знал, какую именно температуру это означает, но точно высокую. Железо и сталь вполне плавились.
Артефакт вышел в разы удобнее традиционных печей. Не требовалось нагнетать воздух, поддерживать горение особым углем с добавками. Обычно кузнецу помогало несколько учеников. Здесь же он мог работать самостоятельно, без чьей-либо помощи.
Харальдин принялся играться с новой игрушкой словно ребенок. Нагревал разные сплавы, возился с присадками, тугоплавкими кусками металла и руды.
— Мастер, вы не забыли, что у меня уже очередь образовалась? — напомнил я. — Заготовки нужны срочно и в большом количестве!
— Да-да, — опомнился Харальдин. — Теперь скорость изготовления возрастет кратно. Будут вам заготовки любых форм и размеров, господин Мрадиш!
Кузнец рассчитался со мной за установленный артефакт. Прям сильно задирать цену я не стал, поскольку от его работы зависел мой бизнес. Но и не продешевил.
— Раз ваши артефакты способны выдавать столь сильный жар, можно ли повторить горунгскую Жаровню?
— Лучше такую мастерскую делать на Точке Резонанса, — протянул я. — А что? Вам не хватит имеющейся плавильни?
— Для кузнечных дел хватит. В окрестностях Нирдхолда тоже полно ценных руд и ископаемых. Слитки мы в основном получаем из Горунга. Они перерабатывают руду благодаря Жаровням. С ними невозможно конкурировать традиционным методами. Но если у нас будет своя Жаровня для плавки руды…
— Любопытное предложение. Но пока что у меня нет времени на все проекты, — покачал я головой. — Сильно Горунг завышает цены?
— Не особо, — ответил кузнец. — Им тоже приходится конкурировать с Нуэз и другими поставщиками металла.
— Меня больше интересует серебро и золото для артефактов. Добывают ли их в Вольных Городах?
— С золотом туго. Правда, обширных исследований в степи не проводили. Нужен чародей стихии Металла высокого ранга, чтобы прошерстить недра. Серебряный рудник есть в Далифаксе. Город вокруг рудника и возник. Они везут руду в Горунг караванами, поскольку так выгоднее перерабатывать породу в слитки.
— Буду знать. Принимайся за работу, Харальдин. Клиенты ждут свои артефакты!
— Будет сделано, господин Мрадиш!
— Кстати, вы ведь кузницу закрываете на ночь?
— Конечно. Людям же надо спать, — удивился кузнец.
— Твои ученики справятся с заготовками?
— Хм, есть пара подмастерье, которые подают надежды. С новым плавильным артефактом, думаю, у них не возникнет больших проблем.
— В таком случае переходи на работу в две смены. Днем будешь сам отливать заготовки и учить молодежь. Ночью пусть за работу принимаются наиболее опытные из них.
— Две смены? Этот как в имперских мануфактурах? — покачал головой кузнец. — Не уверен, что ученики справятся без моего надзора…
— Обучи их и проверь, как они работают самостоятельно. Всегда настает момент, когда необходимо отпускать их в свободное плавание, — протянул я философски.
Харальдин неуверенно пригладил усы, после чего выдал:
— Сделаем, господин Мрадиш. Раз возник столь крупный заказ, моя кузня будет работать без остановки!
Скорость создания заготовок значительно возросла. Не сразу, но вскоре Харальдин запряг своих подмастерье, так что они стали трудиться и по ночам. Поначалу качество их заготовок и скорость работы оставляла желать лучшего, но со временем и ученики научились выдавать хороший продукт. Один кадр заработал себе тяжелый ожог, пролив расплавленный металл на ногу, но целители смогли его вытащить.
Постепенно мы автоматизировали и стандартизировали процессы там, где это возможно. Наняли несколько разнорабочих из приютского дома Нирдхолда. Ребята там обучались разным базовым профессиям.
Часть выполняла функции курьеров для связи с клиентами и поставщиками. Другие начали собирать готовый продукт из заготовок и даже сами потихоньку штамповали комплектующие. Например, резали и полировали каменные столешницы для бюджетных плит. Шили простые чехлы для грелок. Гнули из металлических прутьев подставки специальной формы для ножек и под посуду.
В итоге почти все бюджетные артефакты мы стали собирать сами. Только материал продолжали заказывать вроде ткани, камня и металлов. Экономия получалась не прям чтоб огромной, но приятно было создавать все самому. Кустарное производство постепенно обретало масштаб.
Для элитных клиентов продолжили использовать сторонних мастеров. Работники собирали предпочтения у заказчиков, а затем подавали запросы каменщикам, кузнецам и портным. Выходило дороже, но, учитывая стоимость артефактов для элиты, траты были незначительными.
Амбар закономерно стал нашей главной производственной площадкой. Пока что места там хватало, но уже становилось тесновато. Я начал подумывать о том, чтобы построить настоящий производственный цех, где бы трудились мои работники. Да и про лабораторию с полигоном не стоило забывать. Пока что отложил данный вопрос до готовности особого строительного артефакта.
Зачарование также претерпело постепенные изменения. Мы значительно ускорили все процессы и по-максимуму внедряли магические контуры в нашем временном цеху. Примерно восемьдесят процентов контуров были универсальны и не зависели от спектров магического фона. А вот остальные двадцать процентов мы внедряли в доме клиента, подстраивая под поле Тардиса.
Ульдантэ также работала на дому по ночам, когда Кайя выходила на небо. Ей к клиентам таскаться не требовалось.
Лунные эманации являлись универсальным, хоть и очень слабым источником энергии. В какой-то степени они делали то же самое, что и обычные артефакты. Разве что менее эффективно. От таких контуров можно было запитать только слабые печати. Было бы неплохо повторить их с помощью чародейской магии, но нам пока подобное не удалось. А ведь мобильные артефакты открыли бы перед нами огромные возможности.
Расчеты тоже постепенно стандартизировались. Я все мечтал о том, что когда-нибудь создам мобильный анализатор спектра магического поля, который бы сразу просчитывал уравнения и давал готовый результат. Но такая работа потребует много сил и времени. Да и не факт, что вообще возможна. Это почти что равноценно созданию компьютера в условиях средневековья.
Пока что мы все операции проводили вручную, но максимально их стандартизировали и ускорили. Больше не бились полдня над одним артефактом, а сразу зачаровывали пачку, а на следующий день разъезжали по клиентам и дорабатывали их под локальный фон.
Я создал несколько вспомогательных артефактов, позволяющих проделывать различные манипуляции. Например, небольшой артефакт, вырезающий в камне красивый штамп «Артефакты Мрадиша». Своей меткой озаботился почти в первую очередь.
Также создал отдельный станок для резки каменных плит. Что значительно облегчило работу каменщикам и дало нам качественный материал для столешниц.
К сожалению, спектры поля Тардиса стихий Металла, Жизни, Льда и других мне не были пока что доступны. Я владел артефактным Огнем, Водой и Землей. И в каком направлении копать не представлял. Надо будет поездить по разным Точкам Резонанса Шимтрана и, даже возможно, по другим материкам, чтобы найти информацию о прочих стихиях.
Но и имеющегося хватит, чтобы обеспечить себя до конца дней. Монетизируем знания и доим средневековых потребителей!
Так что с металлом я работать напрямую не мог — только нагревать на огне, к примеру. Стихия Земли влияла, собственно, только на землю. Либо на каменную породу в частном случае. Здесь тоже крылся простор для экспериментов. Каменное Дерево в Цитадели Солнца дало много полезных сведений. Если получится создать артефакт, который ускоряет рост растений и удобряет землю, это откроет прям новую веху в сельском хозяйстве.
Но пока что данное направление оставалось закрытым. Я мог создавать каменную породу, либо разрушать ее. Немного опытов проводил с обычным грунтом. В теории с помощью магии можно материализовать вообще все, что угодно. В том числе серебро и золото. Только энергии на это уйдет значительно больше. То ли все это зависело от кристаллической решетки, то ли от более глубинных факторов связи квантовых частиц с магической энергией. Я не знал, и вряд ли в течение своей жизни узнаю ответ.
И так есть непаханное поле для работы.
Вырученные с продаж деньги почти сразу пускал в расширение производства, либо различные покупки первой необходимости.
Например, приобрел большой надел внутри кратера чуть на отшибе. Заброшенный скотоводческий участок с небольшим домиком. Относительно недалеко от Ведьминого Котла. Плодородный слой почвы там был небольшой, дальше начиналась каменная порода. Отличное место, чтобы организовать гоблинские тоннели и выращивать грибы.
Там же впоследствии планировал поставить основной рабочий цех, магическую лабораторию и пивоварню. Все-таки произведственные помещения лучше не делать рядом со своим личным особняком. Постоянные громкие звуки, ругань, вонь, загрязнения и все в таком же духе. Родной дом должен быть чист от подобных эффектов. Это должно быть место, куда хочется возвращаться после тяжелого рабочего дня.
Из серебряной заготовки мы с Лейной создали небольшой горнопроходческий щит. Определили место, научили гоблина им пользоваться и дали Фарилеху отмашку. Пивовар хоть и не был одаренным, прекрасно разбирался в прокладывании подземных коммуникаций.
Артефакт дробил каменную породу, создавая трещины нестабильности. Лишний щебень затем выгребали мои работники во главе с Фарилехом. Я сделал попытку уговорить мастера организовать производство на поверхности, но гоблин уперся. Так что я решил ему не мешать. Пущай трудится, как умеет.
В принципе я мог создать полный дезинтегратор каменной материи. С помощью магии можно как создавать определенную стихию из ничего, так и превращать ее в ничто. Вот только такое заклинание потребляло на порядок больше энергии, чем создание трещин. А значит на прокладывание ходов уйдет значительно больше времени. Итак тоннели прокладывались медленно.
Уж выгрести щебень вручную много ума не надо. Еще и площадку или дорогу отсыпать можно. Правда, на грязь здесь народ не жаловался ввиду редких дождей. Каменный отсев мало где пригождался.
Что приятно, горнопроходческий артефакт не требовалось перенастраивать. Он прекрасно работал не небольшом участке, который мы определили Фарилеху под строительство.
Вниз и вверх любой из Артефактов Мрадиша можно было перемещать почти без всяких проблем и без перенастройки, ведь энергия фона Тардиса исходила из недр от центра планеты и шла прямиком к небесам.
Так что мы создали артефакт и оставили Фарилеха с помощниками трудиться самостоятельно. Постепенно гоблин прокладывал подземные ходы, где будут расти наши драгоценные грибы. Кирлох ему тоже понемногу помогала. Убирала разные недостатки и проводила шлифовку поверхностей с помощью Вибрационной магии.
Отношение к Глубинным Гоблинам оставалось настороженным. Мы старались не показывать их сторонней публике. Гоблины большую часть времени проводили в особняке, а впоследствии переселились в старый фермерский домик на купленном участке.
Личные слуги давно привыкли к моим заскокам. Вот с приютскими и другими наемными работниками было сложнее. Не все соглашались трудиться с ними. Гоблины постепенно постигали людскую речь, однако различия во внешности были слишком велики. Их воспринимали как монстров. Но все же мои служащие очень держались за работу, ведь платил я хорошо, так что возникали редко.
Другому, быть может, Нирдхолд и не позволил держать монстров без кандалов и без клетки. Но Хоран Мрадиш стал местным героем и легендой еще при жизни. Мне дозволялось очень многое. Хочет чародей иметь гоблинов в слугах? Почему бы и нет. Тем более гоблины пока ни одного ребятенка местного еще не слопали.
Следующим большим нашим проектом стал строительный артефакт. Здоровенная заготовка из серебра длиной в двадцать метров и шириной больше четырех. Артефакт собирал энергию с доступной площади и фокусировался в определенных точках. Генерировал литую каменную материю.
Пожалуй, больше всего это походило на современный трехмерный принтер для печати домов. Только наращивание материи происходило не в одной локальной точке, а сразу по всей длине артефакта.
С углами, правда, возникли определенные сложности. Гораздо проще было сделать изгиб. Однако такое помещение было бы менее функциональным, чем прямоугольное. Решено было генерировать строения со стандартными ровными стенами, а по стыкам-углам отдельно проходиться вручную. Маг-чародей стихии Камня достаточно быстро справлялся с тем, чтобы заделать такие швы, ведь щели в углах после печати стен получались тонкие.
Бьярнум был несколько недоволен тем фактом, что я упер строительный артефакт себе, но я убедил его в том, что башня для Водного артефакта ему не к спеху. Тогда как мне лаборатория и цех требовались еще вчера. Конунг пошел навстречу, и я сразу настроил артефакт.
Плотники сконструировали специальный мини-кран, позволяющий быстро перемещать строительный артефакт по площадке. С ним возни у нас тоже почти никакой не было. Артефакт ведь находился на одном месте, и магический фон оставался неизменным. Перемещение по вертикали устройств Мрадиша не требовало перенастройки.
Нанял одного опытного бригадира, который проектировал и строил обычные дома раньше. Он, конечно, был несколько шокирован моим магическим каменным принтером, но в целом быстро проникся методами работы. Ему в помощь отдал нескольких приютских, которые занимались разной черновой работой.
Стены основного производственного цеха росли не по дням, а по часам! Мне нравилось проводить инспекцию рабочего участка и проверять, на сколько метров поднялись стены ангара. Не зря я сделал сеть для сбора энергии широкой. Скорость формирования каменных стен все равно получалась не шибко большой. Хотя строительный артефакт работал круглосуточно.
Я решил не мельчить и сразу же построить цех примерно двадцать на сорок метров. Мастер отговаривал меня, намекая, что крышу с такими большими пролетами без колонн будет построить невозможно. Однако я отмел возражения специалиста. На худой конец можно будет и металлические балки использовать, хоть это и расточительно.
Но в первую очередь я рассматривал иной вариант.
— Будем экспериментировать! — выдал я бригадиру. — Мне удалось создать каменную переправу, способную выдержать Кочующее Стадо. Уж крышу, защищающую от дождя и палящего солнца можно нарастить. Просто постепенно смещайте артефакт под небольшим углом и формируйте округлый свод или купол. Как в храмах Богов!
— Так мы строим храм, выходит? — задумался строитель.
— Можно и так сказать. Храм промышленности, науки и магии! — усмехнулся я.
[Хильда]
— Если не найдете себе прибежище, оболтусы, окажетесь на улице! — разорялся управляющий приютом. — Нирдхолд не терпит дармоедов. Господин конунг распорядился сократить финансирование. В казне недостаточно средств! Так что-либо мы избавляемся от кого-то из вас, либо урезаем паек вдвое всем. Проявите себя как следует!
— Да, господин управляющий!
— А вот и господин Мрадиш! Построиться, оболтусы. Гильем, ксарг тебя за ногу, ты где фингал успел получить⁈
— Упал с лестницы…
— Лестницы по имени Фредреш? — посмотрел упитанный управляющий на другого парня из детского дома, который часто участвовал в драках. У того лицо было разбито еще сильнее. — Ладно. Стойте сзади и не отсвечивайте.
Хильда с волнением наблюдала за подъезжающей процессией. Резонансный маг прославился на весь Нирдхолд. Девочка и сама вместе с приютскими ходила смотреть на все запуски великих Водных артефактов. Ребята судачили, что именно из-за Мрадиша и артефактов на приют свалились неприятности. Ведь заготовки стоили очень дорого, и городу пришлось где-то изыскивать средства. Вот конунг и начал сокращать расходы, где мог. Детский дом попал под раздачу.
Впрочем, Хильда не думала, что Резонансный маг в чем-то виноват. Он сделал доброе дело — подарил людям бесплатную и чистую воду. А что до затрат и приюта — просто так сложились обстоятельства. Хильда пробовала воду из артефакта — она была безумной вкусной.
Цены на воду постепенно начали снижаться. Поговаривают, вскоре она совсем может стать бесплатной! Им стали варить больше похлебок и морсов. И даже разрешили использовать по плошке воды для мытья. Хильда впервые помыла свои волосы не под дождем. Которые здесь шли редко.
На дороге показался экипаж чародея в сопровождении нескольких всадников. Открытую повозку с двумя рядами сидений тянул невероятно красивый и статный гурд. Чьи рога и шкура отливали голубым цветом. От него тянуло настоящей силой и изысканной грацией.
Говорили, что у чародея есть гурд аж голубого ранга — во всем Нирдхолде таких зверей не сыскать. Хильда не верила в эти россказни, но сейчас прониклась. Такой гурд, наверное, может в одиночку растоптать целого левиафана!
Рядом с магом на сиденье восседала красивая Красная эльфийка. Вела она себя, правда, бойко и задорно. Глазела по сторонам, комментировала прохожих и показывала на них пальцем. Что-то говорила спутнику. И при этом лизала леденец на палочке. Хильда обратила внимание на руку эльфийки, которой та удерживала сладость. У нее отсутствовали кончики пальцев на одной руке. Видимо, где-то получила ранение. В остальном выглядела вполне здоровой и цветущей.
Сзади на сидении находилась очень красивая Лунная эльфийка. Кажется, их так называют. В Нирдхолде такие встречались редко. Эльфийка вела себя странно — пускала мыльные пузыри из какого-то приспособления. Судя по улыбке, ей очень нравилось. Пузыри получались огромными и прочными. Летели далеко, врезались в дома и прохожих. Некоторые в ужасе отпрыгивали от них, полагая, что это некое опасное колдунство.
Хильде тоже захотелось побаловаться с такой игрушкой. Но сейчас она должна вести себя профессионально и взросло, чтобы понравиться магу.
На заднем сидении также сидела девочка возрастом чуть младше Хильды. В руках она держала посох. Виднелись красивые украшения, на ней была дорогая одежда. Та самая ученица чародея, которая помогала магу с артефактами! Хильда не имела дара, поэтому, как и все девочки, остро завидовала юной волшебнице. Она не только владела магией, но еще и перенимала знания у самого Резонансного мага. Хотелось бы и Хильде получить магические способности, но не всем в жизни так везло.
Следом за экипажем ехали всадники. Одна рослая Призывающая эльфийка с темными волосами, на которой был надет странный доспех, созданный будто бы из коры и древесных лиан. Она острым взглядом внимательно осматривала округу.
Сбоку на гурде разъезжала еще одна эльфийка — Ночная. Хильда слышала много скверного про обитателей Сумеречного Леса. Эльфийка выглядела скучающей и надменной. Глядела на проплывающих мимо них людей свысока. На секунду Хильда поймала взгляд Ночной эльфийки. Прямой и вызывающий. Девочка не рискнула долго глазеть на всадницу, так что быстро отвела взгляд. Еще проклянет небось.
В качестве дополнительной охраны за магом следовали еще двое всадников. Молодые парни, которых Хильда знала раньше. Те же приютские, которые обучались бою с оружием. Их мастер Мрадиш присмотрел одними из первых. Теперь они носили красивые доспехи и рассекали на гурдах с оружием, выполняя роль телохранителя влиятельной персоны.
Хорошо устроились! Многие ребята завидовали тем, кто смог найти себе работу и хорошее пристанище.
Конунг обещал, что в Нирдхолд вернутся многие семьи, которые не смогли приспособиться к суровому быту. Многолетние засухи заставили некоторых жителей переехать в более благоприятные места. Теперь же, когда город получил стабильный приток питьевой воды, народ потянется.
В том числе и гости города, стремящиеся сэкономить на возвышении. Гостиницы и таверны снова набирали персонал. Нескольких сирот уже забрали туда. Часть взял к себе на службу Резонансный маг, который за последние недели развел бурную деятельность в городе.
Про Хорана Мрадиша ходило множество самых невероятных легенд. Поговаривали, что он потопил флот Школы Солнца, самолично уничтожил мессию Черной Длани на далеком Алгадо, разгромил армии империи Нуэз и Сумеречного Леса. Обвел вокруг пальца саму Королеву Ночных эльфов! А недавно изгнал настоящее божество, с которым долго враждовал. Ходили слухи, будто Локдар пропал с Тардиса, а Аббатство Туманников посрамлено.
Но это все были далекие досужие сплетни. Вот в силе его магии жители могли убедиться лично. Хильда своими глазам наблюдала за запуском Водных артефактов и появлению новых греющих устройств.
Девочка мечтала о греющем пледе. Приютский дом протапливался скверно. Ребята ночевали все вместе в большом зале, так что скорее согревали спальню собственным теплом. Но Хильда все равно мерзла.
— Господин Мрадиш, прошу проходите. Мы ожидали вашего визита! — подобострастно подбежал к экипажу управляющий приютом. — Желаете освежиться с дороги?
— Тут ехать всего ничего, — махнул чародей рукой.
Хильда украдкой посмотрела на господина. Лысый мужчина находился в крепкой форме, и некоторая упитанность его не портила. Правда, выражение лица было такое, будто он задумал некое коварство. Поэтому поначалу ребята пугались чародея, думая, что он с них три шкуры спустит за малейшую провинность. Однако получившие работу приютские говорили, что их отлично кормят и достойно платят. Даже вроде бы обещали жилье организовать, но в такое верилось слабо.
Мрадиш соскочил с подножки экипажа почти на ходу, хлопнул по шее гурда и высказался туманно:
— Когда еще Божество согласиться возить тебя, да, Мякотка?
— Тпру-фу-у!
— Господин, наши воспитанники построены. Кого вы ищите на этот раз?
— К-хм, песчаный карьер — два человека! Завод грибного эля — один человек! — продекларировал чародей весело.
— Песчаный карьер? — недоуменно переспросил управляющий.
— Не обращайте внимания. Давайте посмотрим, кто у вас еще остался. Или сплошь неликвид?
— Какой неликвид, господин Мрадиш! Все красавцы и красавицы, статные, умелые и умные, как на подбор!
— Вон тот рослый парниша с фонарем, — указал Хоран на Гильема. — Чего удар в глаз проморгал?
— Ничего. Зато видели бы вы моего противника!
— Чего умеешь?
— Умею в наряде стоять и сражаться!
— Отлично. Пойдешь в охрану цехов! А есть у вас кто-то хотя бы с двумя извилинами?
— Извилинами? Э-э, башковитые то бишь? Есть, как не быть! Дурнем вот грамоте обучен, — вывел управляющий своего протеже.
Дурнем Хильде никогда не нравился. Учился он так себе, при этом всегда задирал нос. Хотел устроиться писарем к конунгу, но его не взяли.
— Вы бы еще Имбецильемом бедолагу прозвали, — покачал головой чародей, которому по какой-то причине не понравилось именно имя. — Другие есть?
— Есть еще Хильда. Грамоте обучена. Читать и писать умеет.
Девочка вытянулась в струнку, стараясь произвести наиболее благоприятное впечатление.
— Но, сами понимаете, ваше сиятельство — девка, что с нее взять. Куда бабью до ученых мужей и благопристойных магов!
— Старый добрый шовинизм. Уважаю! — покивал Мрадиш с елейной ухмылкой.
Хильда поникла. Похоже, ей снова ничего не светит. Придется идти пастухом и возиться с треклятыми буйволами, когда приют распустят. Или, того хуже — нацепят рабский ошейник и продадут в Книхран… Империя славилась обилием невольников. Даже Нуэз в сравнении с Книхраном был оплотом свободы.
Впрочем, в Нирдхолде не слишком ценили рабские порядки. И всерьез опасаться продажи в рабство им не стоило. Просто управляющий любил пугать так нашкодивших детей.
— Сколько будет тринадцать умножить на восемнадцать? — вдруг обратился к ней чародей.
Девочка смутилась. Разум ее словно превратился в пустоту. К ней подошла та самая юная чародейка:
— Не спеши, — улыбнулась она. — Ты справишься.
— Д-да, простите… Тринадцать умножить на восемнадцать, да? Это будет… сто восемьдесят плюс пятьдесят четыре… Двести тридцать четыре! — напрягла разум Хильда.
— Правильно, — кивнул Мрадиш. — Кроме как счету и письму еще чему-то обучалась?
— Немного начертанию…
— Лет сколько?
— Шестнадцать.
— Совершеннолетняя ведь по меркам Нирдхолда?
— Да, господин. Поэтому мне надо как можно скорее найти себе место в городе…
— Как ты относишься к гоблинам?
— Гоблинам? — вопрос застал ее врасплох. — Не знаю… Нормально, наверное. Видела пару раз в городском зверинце…
— Если выбирать между Хильдой и Дурнем, выбор очевиден, — хмыкнул он. — Беру этих двоих — Гильема и Хильду. Собирайте вещи. Долго мы вас ждать не будем.
Девочка унеслась молнией в здание приюта в кратчайшие сроки собрала свои нехитрые пожитки: старый учебный блокнот, исписанный очень мелким почерком. Бумага ведь тоже стоила денег. Нарядный платок, да свое единственное простенькое платье.
Гильем только захватил свой учебный деревянный клинок. Других личных вещей у него и не было практически. Выбранных ребят поздравляли с обретением доходного места службы. Все знали, что фирма Артефакты Мрадиша гребла огромные деньжищи. Золото лилось рекой. Так что и на служащих он не скупился.
В приюте осталось не так уж и много взрослых детей. Многие устроились у Мрадиша, некоторые разошлись по гостиницам, тавернам и в качестве помощников скотоводов. Но все равно для Хильды оставшиеся дети являлись почти что семьей. Девочка тепло попрощалась с близкими. Мрадиш поставил свою подпись в договоре, выданном управляющим приютом и отсыпал несколько золотых дому.
Отныне Хильда и Гильем официально поступили к нему на службу. Решение по большей части принимали за них. У приютских не было выбора. Либо на улицу, либо идти туда, куда берут.
Улицы Нирдхолда были суровы. Попрошайки, карманники, домушники и даже целые душегубы. Говорят, в столицах империй ночная жизнь бурлит словно ведьминское варево в котле, но и в их городе тоже обитали преступники. Поймать их всех и извести невозможно, ведь на место схваченного негодяя приходит новый.
Хильда слышала много печальных историй о приютских, чья жизнь закончилась на улицах. Кого-то зарезали, кого-то отравили, других поймали за преступления и заковали в рабские ошейники. Или даже казнили. Хильда не желала повторить судьбу матери, которая кончила плохо.
— Садись рядом. Поместимся! Меня Лейна зовут, кстати! — предложила ей чародейка.
— Вас все знают. Спасибо!
Хильда устроилась на заднем сидении экипажа вместе с Лунной эльфийкой, которая все это время продолжала пускать мыльные пузыри, и ученицей Мрадиша. Гильем запрыгнул вторым ездоком к одному из охранников на гурда. Процессия выдвинулась и покатила по людным улочкам города. Вскоре приют остался позади.
Они миновали центр и чуть углубились в сторону фермерских и скотоводческих хозяйств. Именно там располагалась гостиница Ведьмин Котел, которая ныне вместе с Точкой силы отошла Резонансному магу.
Во дворе было оживленно. Работники принимали товар и тащили к деревянному амбару, из которого доносились странные скрежещущие завывания и ритмичные звуки молота. Внутри явно кипела работа.
— Гирзух, выдай им рабочие комбинезоны пока что, — скомандовал Мрадиш.
Гильем и Хильда получили по красивому простому наряду из плотной, но приятной на ощупь ткани. Парня дополнительно облачили в стеганый доспех, выдали копье, шлем и щит. Пока что Гильем будет просто привыкать носить обмундирование на постоянной основе. За тренировки с ним возьмутся позже.
Новобранцев из охраны обучала Призывающая эльфийка. Другие служащие по секрету поведали, что она настоящий зверь и никогда не дает спуска. Так что лучше не отлынивать. Но Гильем все равно был воодушевлен и настроен более чем позитивно.
В холле Ведьминого Котла также было оживленно. Повсюду носились рабочие, таскающие какие-то длинные трубки.
— Что они делают? — полюбопытствовала Хильда, впервые обратившись к ученице чародея.
К самому Мрадишу она пока что обращаться опасалась.
— Проводят отопление. У Наставника наконец-то дошли руки, и он решил заняться нашим домом. Теперь тепло по ночам будет в каждой комнате особняка! Плюс всегда доступная холодная и даже горячая вода. Можно принимать ванну и душ сколько угодно. Жду не дождусь, когда артефакты заработают! Мы так часто разъезжали с наставником, что сами привыкли жить в походных условиях. Что может быть прекраснее, чем горячая ванна вечером?
— Вы правы, госпожа Эббот.
— Не надо так официально, — запротестовала девочка. — Я не какая-то высокородная аристократка. Я из простой семьи!
— Но вы ученица господина Мрадиша и создательница великого Водного артефакта…
— Просто следовала указаниям наставника, — закатила Эббот глаза. — У меня все еще мало что получается создать самостоятельно. Сложное это дело…
— У вас все еще впереди, госпожа. Магия вам обязательно покорится!
— Спасибо, Хильда. Жить будете пока что в особняке — выберете любую свободную комнату. Наставник планирует построить, как он говорит, общежитие для сотрудников Артефакты Мрадиша. Вам выделят по комнате со всеми удобствами.
— Своя комната⁈ Звучит как сказка…
— Так, переоделась? — подошел к ним Мрадиш. — Поехали со мной. Посмотришь на объем работы, что тебе предстоит. Ниуру, помоги этим оболдуям со сваркой труб. Они опять накосячили!
— Тогда вечером идем в ресторацию, во славу огня!
— Точно все заработанное на кафешки спустим, — пробурчал Мрадиш. — Лейна, проследи за коммуникациями. Мы съездим до цеха.
— Да, наставник!
Мрадиш вместе с Хильдой, охраной и частью приближенных покинул Ведьмин Котел и двинулся в сторону редкой застройки. Посреди обычных фермерских домов, огородов и пастбищ серым пятном выделялось громадное строение.
По мере приближения экипажа удивление девочки все возрастало. Она никогда не видела подобных зданий. Выглядело как чародейский камень, вот только обычно из него делали высокие башни и многоэтажные строения в центральной части городов. Это же здание было приземистым, длинным и широким.
Стены шли примерно на восемь шагов вверх, а затем заворачивали в сторону. Округлая крыша сходилась ровно в центре. В итоге в верхней точке купола высота потолков достигала, наверное, четырнадцати шагов. Это примерно соответствовало трехэтажному зданию.
— Рабочий цех почти закончен, — поведал Мрадиш. — Осталось провести освещение, и можно переносить сюда все инструменты и станки. Мы сразу перенесли строительный артефакт и начали работу над общежитием для рабочих. Познакомься с сударем Кьярдифом — нашим главным строителем. Ему требовался помощник.
— Здравствуйте, господин Кьярдиф. Меня зовут Хильда!
— Господин Мрадиш, — скривился тот. — Что за мелюзга, да еще и девчонка. Неужели не было грамотных парней?
— Брось. Оценивай по делам, а не внешности и полу. Не справится — найдем тебе другого помощника.
— Ладно. Будешь помогать с некоторыми расчетами нагрузок, объемами строительных и отделочных материалов. Закупки тоже на тебе. Посмотрим, как ты справишься, Хильда.
— Буду стараться, мастер!
— Это еще не все. Также ты должна будешь присматривать за нашим варщиком. Фарилех внизу? — крикнул Мрадиш рабочим.
— Где ж ему еще быть?
— Стройка когда-нибудь закончится. Привыкай браться за разные задачи. Грамотных тут мало, так что твои умения пригодятся. Помимо артефактов я планирую заняться варкой грибного эля.
— Грибного? Такой эль вообще бывает?
— Разумеется! — возмутился чародей. — Отсталое племя! Идем.
Мрадиш повел девочку в сторону и вскоре подвел к деревянному люку. Мужчина открыл створки, и лучи высветили широкую лестницу, уходящую куда-то глубоко вниз. Они начали спускаться. Через равные промежутки висели слабые магические фонари, рядом с которыми виднелась серебристая сеточка. Похоже, артефакты Мрадиша, только для освещения.
Спускались они довольно долго, пока наконец лестница не закончилась. Они очутились в плохо освещенном подземном лабиринте. Настоящие катакомбы. На стенах в некоторых местах рос мох и грибы. Сверху их орошали капли воды, текущие по трубочкам. Выглядело таинственно и жутко.
Хильда взирала на эти чудеса широко раскрытыми глазами.
— Фарилех, прыщ болотный, ты снова тоннели расширил! — принялся ругаться Мрадиш. — Я же тебе говорил: хватит копать. Ослабишь тут породу и рухнет все к хренам собачьим. Больше не получишь горнопроходческий артефакт!
— Совсем чуть, начальника, — донесся скрипучий голос с жутчайшим акцентом. — Комната смотреть за камнями.
— Какими к ксаргу камнями⁈ Тут итак везде вокруг сплошной камень!
— Нет, начальника. Камень бывает разный… — проговорил неизвестный.
Наконец из темноты показалось приземистое существо с длинными цепкими узловатыми руками. Широченный рот, полный острых зубов, жуткие огромные глаза, длинный нос и поникшие хлопающие уши. Хильда икнула и попятилась.
— Познакомься, Хильда. Это еще один твой босс — Фарилех!
— Рад видеть молодую самку человека!
Монстр улыбнулся, обнажив ряды кинжальных зубов. Девочка оцепенела от ужаса.
— Это у вас, пупырчаторожих, самки, — поправил маг. — А у нас женщины и девушки. Запомни, наконец!
— Да, начальника!
— Что такое? — обернулся к ней Хоран, заметив необычное состояние девочки. — Ты же сказала, что нормально относишься к гоблинам.
— Д-да, нор-нормально, — выдала наконец Хильда, собравшись. — Рада с вами познакомиться, господин Фарилех!
Наверное, могло быть и хуже. Гоблин-начальник… Если он ее не съест, Хильда справится с любой задачей!
Хильда, преодолевая робость и глубинный, почти животный страх перед монстрами, заговорила с гоблином. Фарилех оказался на поверку достаточно безобидным существом. А его кровожадный оскал он назвал обычный улыбкой.
— Ты хороший самка… Шам-лех! Ты хороший женщина! — поправился он, вспомнив замечание чародея.
— Какая женщина? Она еще девочка, — покачал головой Хоран.
— Девочка, женщина… все люди одинаковы!
— Ничего, еще научишься различать. Хильда, ты его тоже учи новым словечкам. Фарилех и Кирлох необходимо подтягивать до общего уровня.
— Да, господин!
— Следи за тем, чтобы он не выкопал здесь подземный город. Скоро поспеет первый хороший урожай грибов. Ты должна будешь узнать, какие именно инструменты и оборудование необходимы Фарилеху для варки эля. Учти, что гоблины — примитивные существа с зачастую отсталыми технологиями. Поэтому проявляй инициативу. Походи по местным пивоварам. Спроси, как они варят пиво и как именно лучше варить конкретно грибной эль. Неизвестно, на какие объемы продукции мы в итоге выйдем. Возможно, нам хватит и небольшого личного производства. Если же появится спрос, необходимо будет варить грибной эль в промышленных масштабах. А это совсем другой размах и оборудование. Все мои указания поняла?
— Да, господин! Помогать мастеру Кьярдифу со стройкой, заниматься закупкой материалов. Узнать, как правильно варить грибной эль, обучить Фарилеха новым словам, найти нужное оборудование!
Хильда была прилежной ученицей, поэтому все указания тщательно конспектировала в свой рабочий блокнот. Хоран покивал довольно:
— Похоже, я в тебе не ошибся. Дорогу назад запомнила?
— Да, господин. Я Нирдхолд знаю хорошо.
— Замечательно. Осваивайся здесь, помогай Кьярдифу и Фарилеху. Если что понадобится от меня — смело отправляй кого-нибудь из рабочих в качестве посыльного. Считай, что ты здесь почти что прораб. Или прорабыня? Не суть.
Резонансный маг раздал указания как Хильде, так и строителям с гоблинами. Немного позанимался магией с Кирлох — еще одной гоблиншой, у которой имелась своя конура в подземных катакомбах. Одаренной предлагали свою комнату в особняке, но Кирлох отказалась. Как и другие сородичи, она чувствовала себя намного комфортнее в подгорных тоннелях.
Кирлох владела особого магией, которую Мрадиш хотел освоить. Но пока что, судя по недовольному ворчанию, у Резонансного мага ничего не получалось. Надо же. Хильда полагала, что у такого великого мастера выходит все, за что бы он ни брался. Однако архимаги тоже не всесильны.
Сама же Кирлох, как девочка узнала из разговора с гоблинами, активно тренировалась в стрельбе из лука. Как только она сочтет себя готовой, попробует произвести впечатление и вступить в стражу Нирдхолда. Хильда только головой качала в удивлении, представляя себе экзамен гоблинши при приеме в стражу города. То еще представление будет наверняка.
Мрадиш укатил по своим делам, а Хильда еще долго оставалась на производственной площадке. Общалась с Фарилехом и Кирлох, учила их разным новым словам потихоньку. Смотрела за стройкой и училась у мастера Кьярдифа.
Опытный строитель почти сразу спихнул на нее часть рутинной работы. На следующий день Хильде придется ехать на закупки разных материалов для отделки и стройки. Да и к кузнецу за заготовками для освещения необходимо заехать. Она надеялась, что ей все же выдадут повозку с гурдом, а не заставят шастать по Нирдхолду пешком, таская все на своем горбу.
День пролетел незаметно. Хильда пропустила обед, так что к вечеру живот ее сильно урчал.
— Иди уже, — махнул ей Кьярдиф. — В особняке Мрадиша отлично кормят. Я тоже скоро пойду. Только указания рабочим последние раздам.
— Да, мастер!
Девочка выдохнула и бросила последний взгляд на монументальную стройку. На площадке высились огромные деревянные леса и кран, который держал поблескивающий серебром артефакт на весу. Устройство работало постоянно, круглые сутки. Ночью за ним следили рабочие посменно, передвигая в нужное место.
Стены общежития быстро вырастали из земли. Мрадиш планировал построить, ни много ни мало, огромное строение высотой в четыре этажа! Площадью такой же, как и главный сборочный цех. Таких здоровенных зданий даже в центре Нирдхолда было немного, что уж говорить про окраины.
Вокруг стояли одно, изредка двухэтажные фермерские домики. На фоне них Ведьмин Котел, главный цех или общежитие смотрелись гигантскими.
На вопрос зачем городить такое огромное здание, ведь места здесь достаточно, Мрадиш ответил, что так строение получится в разы более энергоэффективным. На отопление будет уходить меньше маны. Странная логика, но чародею виднее.
День выдался насыщенным. Голова пухла от событий, впечатлений и поставленных задач. Но Хильда была все равно воодушевлена и даже немного счастлива. Она получила билет в высший свет. Смогла найти достойное занятие, ведь риск оказаться на улице или в погонщиках скота был велик.
До Ведьминого Котла Хильда добралась уже затемно. В особняке и сборочном ангаре все еще кипела жизнь. Живот активно напоминал о себе, требуя пищи.
Девочка вошла в главный холл и неловко поинтересовалась у главной служанки, можно ли ей поесть.
— Да тебя того и гляди ветром сдует! — всплеснула руками женщина по имени Гирзух. — Квандиил, покажи гостье, где у нас все удобства!
— Хорошо!
Вниз спустился симпатичный молодой эльф с короткими коричневыми волосами.
— Пойдем… У нас в последние дни беспорядок. Рабочие прокладывают трубы для горячей и холодной воды. На каждом этаже есть раздельный санузел и ванная. Вон за теми дверьми. А здесь у нас общая столовая для постояльцев. Раньше ведь это была гостиница. Госпожа Ниуру, накормите опоздавшую к ужину?
— Еще одна? Приходите вовремя, во славу огня. Кухня не будет ради вас дежурить круглосуточно!
— Хм, — Квандиил осмотрел Хильду внимательным взглядом, отчего девочка смутилась. — Похоже, двойной порцией здесь не обойдешься!
— Короче. Вынесу все остатки. Сколько съешь — столько съешь. Главное, не лопни!
Красная эльфийка вынесла в столовую большой чан с рагу. Большую часть уже съели, но все еще оставалось достаточно, чтобы накормить нескольких человек.
— Ах да, остыло ведь. Во славу огня!
Одаренная эльфийка плеснула в чан жаркой магии, и от рагу сразу повалил пар с приятным, манящим ароматом. Хильде принесли чай и столовые приборы.
— Спасибо! — поблагодарила девочка радостно.
— Всегда пожалуйста, — подмигнул ей Квандиил.
Отблеск магического светильника упал на эльфа-слугу, создав необычный радужный ореол. Глаза эльфа показались Хильде обворожительно-притягательными. Девочка застыла, пялясь в лицо Квандиила, и эльф быстро ответ взгляд:
— Наслаждайся!
Хильду оставили наедине с целой горой свежей дымящейся еды. Она сразу наложила себе в тарелку с горкой и приступила к насыщению. Рагу было настолько вкусным, что у нее аж слезы показались в уголках глаз. Впервые она могла поесть досыта — столько, сколько влезет. А не отмерять жалкие порции и клянчить добавку.
Еще ей дали большой кусок почти свежего хлеба со шматом масла. Настоящий деликатес! Нирдхолд являлся животноводческой меккой, так что мясо здесь добыть было как бы не проще, чем хлеб.
Хильда наелась до отвала. Горячее, чуть пикантное рагу еще оставалось, но больше съесть она не могла.
— Госпожа Ниуру, это был самый вкусный ужин в моей жизни! — призналась Хильда эльфийке.
— Вот! Есть же воспитанные человеки, понимающие толк в хорошей еде, во славу огня. Еще будут мне говорить, что мед не сочетается с овощами. Не пропускай приемы пищи. Если надолго уходишь — попроси, и мы соберем тебе обед с собой.
Хильда нашла Квандиила и попросила найти ей свободный номер. Девочка все пыталась заглянуть в глаза эльфу, надеясь снова увидеть радужный отблеск, однако не преуспела.
Ей выделили прекрасную комнату на третьем этаже. С большой мягкой кроватью и огромным шкафом. Время было не настолько поздним, но усталость и накопленные впечатления взяли свое. Хильда вырубилась моментально.
Вот только переедание сыграло с девочкой злую шутку. Она проснулась среди ночи и подорвалась на поиски уборной. Туалет нашелся в конце коридора. Не просто дырка в полу, а вполне себе роскошный унитаз, как в дорогих особняках. Все же гостиница была непростой.
Снаружи стояла глубокая темная ночь. Кайи не было видно на небосводе. Возле амбара, освещаемого магическими фонарями, Хильда заметила Гильема. Парень выглядел сурово и опасно в выданной ему броне с копьем. Уже не тот шебутной разгильдяй, каким она его знала по приюту, а настоящий воин.
Сон не шел, и Хильда решила прогуляться, чтобы поделиться впечатлениями с парнем. Они с Гильемом не были близкими друзьями, но ей хотелось кому-нибудь выговориться. С собой она взяла свой любимый блокнот, куда записывала всю важную информацию.
Хильда прокралась на пустующую кухню и захватила кувшинчик с ягодным морсом. Затем покинула особняк и двинулась к патрулирующему парню.
Краем глаза она заметила какое-то движение наверху. Подняв взор, девочка увидала скучающую эльфийку с пурпурной кожей, восседающую на подоконнике со свешенными наружу ногами.
— Госпожа? Почему не спите?
— Ночь — время Ночных эльфов, — хмыкнула эльфийка.
— Вам не холодно? — зябко поежилась Хильда, кутаясь в накинутый на плечи плед.
— Нет, — Ночная похлопала по ткани, на которой сидела. — Выпросила у Хорана артефакт-грелку. Отличная штука. Только ради нее стоило остаться с этим презренным лысым животным.
Хильда не поняла, хвалит ли эльфийка Мрадиша или ругает.
— Всего вам хорошего, — поклонилась она и двинулась дальше.
— Хильда? Ты что ль? Чего не спишь? — вопросил Гильем, дежурящий рядом с амбаром.
— Слишком много всего нового, — пожала она плечами. — Я принесла тебе попить!
— Спасибо! Как раз горло промочить…
Парень жадно набросился на желанный напиток.
— Тебя сразу в ночной караул поставили? В сон не клонит?
— Клонит немного, но я бодрюсь. Первый мой караул — нельзя филонить! — заявил парень серьезно. — Напарник мой внутри амбара дежурит… Дрыхнет, подлец! Он из местных — из наемников. Якобы бывалый. Сколько ему деньжищ мастер платит, а он все равно отдыхает в карауле.
— Вот гад. Может, доложим?
— Он — мой офицер, можно сказать. Сдам его, и у меня будут проблемы.
— Неправильно это. Но тебе лучше знать.
— А у тебя как все прошло?
— Ты не представляешь, чего я только не навидалась! И подземные катакомбы, и монстры-гоблины, и огромные каменные цеха, каких отродясь не видывала нигде!
Хильда принялась перечислять все необычное, что ей довелось лицезреть, делясь впечатлениями. Гильем удивленно качал головой, слушая ее россказни.
Вдруг со стороны амбара Хильда услышала странный приглушенный скрежет и шуршание. А затем нечто вроде хрипов.
— Слышишь? — спросила девочка.
— Нет. Сейчас проверю…
Амбар освещался в том числе и внутри. Артефакты не отключались даже на ночь. Гильем отворил деревянную дверь и заглянул внутрь. Затем зашел в главное помещение. Хильда любопытства ради юркнула следом, прижимая блокнот к груди.
Амбар был забит различным оборудованием и артефактами непонятного назначения. Лежали заготовки для артефактов, металлические и каменные отходы и всякая всячина. Места в строении оставалось мало. Девочке стало ясно, почему чародей отгрохал такой огромный цех для производства артефактов.
— Нед, ты где? Хватит дрыхнуть! — прикрикнул Гильем и сделал шаг вперед.
В следующую секунду из угла амбара вылетел маленький снаряд. Черный дротик прорезал воздух и едва не вонзился в шею Гильему. Парень успел дернуться, уйдя в сторону. Снаряд чиркнул по наплечнику и отскочил.
Следом за первым последовал и второй. Не успели они с Гильемом отреагировать на угрозу, как следующий дротик вылетел из глубины амбара и вонзился парню в ногу, которая не была полностью защищена доспехом.
— Гильем! — вскрикнула Хильда.
— Дерьмо ксарга! Отравлено! Нога начинает неметь! — припал парень на пол. — Беги и предупреди остальных!
Однако Хильда не послушалась его и бросилась на выручку. Раздался легкий свист. Новый дротик несся ей прямо в грудь. А никаких доспехов на Хильде не было. Отравленный снаряд мог лишить ее жизни, но в этот момент она об этом не думала. Дротик пробил блокнот и застрял в слоях бумаги. Толстая тетрадь спасла девочке жизнь.
Пригибаясь и хромая, они выскочили из амбара через главный вход.
— Тревога! — прохрипел Гильем, слабея.
— Враги в амбаре! Грабители! — воскликнула Хильда. — Отравленное оружие! Скорее, нужно найти противоядие!
Ночная эльфийка совершенно бесшумно выпорхнула из окна и спустилась на землю. Гильем, тяжело дыша, осел вниз. Держаться на ногах парень уже не мог.
— И как только проскользнули мимо меня? Беги буди Хорана. У него есть противоядие. Сообщи о нападении. Я займусь наглецами. Презренные пожалеют, что у них возникла мысль напасть на нас! — процедила эльфийка.
Ночная госпожа обнажила клинок и без раздумий юркнула внутрь амбара. После чего сразу же погасила там свет магических фонарей. Ночные эльфы прекрасно видели в темноте, так что таким образом она хотела получить преимущество.
Хильда понеслась внутрь особняка, на ходу оповещая всех о тревоге. Жители начали просыпаться и выскакивать из своих номеров. Вскоре из своей комнаты вышел и сам чародей.
— Урою гадов! — пробурчал он и в одной пижаме бросился на улицу.
Вокруг чародея засияли красочные Барьеры, в руке он сжимал зачарованный клинок, а на правой руке его висел массивный браслет с золотыми пластинами. Наруч чародей, как она слышала, использовал вместо привычного посоха.
— Моего друга отравили! — поспешила Хильда наружу, но ее не пустили сразу.
— Не спеши, — спустилась вниз обеспокоенная госпожа Эббот.
Юная чародейка сформировала собственный Барьер и передала Хильде пузырек с зельем противоядия.
— Теперь идем. Я прикрою.
Все одаренные и имеющие боевые навыки обитатели поместья выскочили во двор. Раздавалось отдаленное лязганье клинков и разрывы заклинаний. Они с Эббот быстро подбежали к упавшему парню. Хильда дрожащими руками влила зелье Гильему в рот, а волшебница наложила исцеление.
— С ним все будет в порядке, не переживай, — улыбнулась Эббот.
— Простите, я так перепугалась. Вам словно бы не в первый раз оказываться в такой переделке! — высказалась Хильда.
Лейна улыбнулась словно бывалый боевой чародей, прошедший через множество военных кампаний:
— Пустяки. Когда мы уничтожали Черное Сердце в Цитадели Длани или штурмовали Туманное Аббатства и сражались с Богом было труднее. Похоже, все закончилось…
Хильда не представляла, что довелось пережить ученице чародея. Во двор вернулась Ночная эльфийка, на лице которой виднелось разочарование:
— Только одного успела Проклясть. Ушел, презренный…
— Зато второй не ушел, — подметила Эббот.
Хильда посмотрела в ту же сторону и увидела подходящего гурда. Того самого — голубого ранга. Гурдиху звали Мякотка, как она успела выяснить. В рогах гурдихи застрял проткнутый человек в темных одеждах. Судя по ранам и натекшей крови, он был мертв. Мякотка нанизала бандита на свои рога словно шмат мяса.
Хильде стало слегка дурно. Не каждый день ведь видишь истерзанные трупы.
— Умничка, Мякотка, — похвалила ее Эббот, ничуть не поморщившись.
— Могла бы и живьем захватить! — пробурчал подошедший чародей.
— Ургха-рса! — недовольно заржал питомец.
— Ладно-ладно, все равно молодец. Догнала одного из грабителей. Получишь угощение! — сменил ворчание на похвалу Мрадиш.
Гурдиха мотнула головой, как бы говоря: так-то лучше. Хильда поняла, что с Мякоткой лучше не спорить.
— Что у вас тут за собрание на ночь глядя? — потирая глаза и зевая, вышла наружу Красная эльфийка.
— Ворюги. Что там? — вопросил Хоран у слуг.
— Наемник мертв, ваше магичество. Пропало одиннадцать почти готовых заготовок.
— Из серебра ведь? — уточнил глава.
— Четыре — из золота. Для богатых клиентов…
— Отрыжка ксарга! Найдите этих ублюдков и раздавите как насекомых! — разорялся маг. — Они решили, что имеют право грабить Хорана Мрадиша, убивать слуг⁈ Прочешите весь город и сотрите поганцев в мелкую пыль!
[Кшанти Дзартен]
Ночной эльфийке нравилось подолгу любоваться ночными пейзажами города. Ведьмин Котел находился на небольшой возвышенности, ближе к кольцу кратера, благодаря чему вид открывался превосходный. Виднелись горящие огни центральной части Нирдхолда, окружающие гостиницу приземистые домики и возвышающиеся по периметру высокие крепостные стены.
Заодно Кшанти наблюдала за территорией. Ночь — время активности для Ночных эльфов. Спать ложилась эльфийка ближе к утру.
Тем не менее, она не заметила, как к ним на участок проникли злоумышленники. Забор вокруг Ведьминого Котла шел достаточно примитивный. Серьезно настроенного грабителя преграда не остановит.
Дзартен напоминала о том, что им следовало бы обеспокоиться своей безопасностью, однако Мрадиш был постоянно занят. Чародей разрывался на десятки дел и проектов. Во всем участвовал лично. И за строительством цехов следил, и в норы к гоблинам лазил, и артефакты зачаровывал, и в разных активностях высшего света старался участвовать.
Постепенно Хорана начали приглашать на вечеринки, балы и прочие мероприятия, которые устраивали преуспевающие обитатели Нирдхолда. Чародей по возможности посещал подобные сборища и обзаводился важными связями. В том числе и нахваливал свои новые артефакты. Искал потенциальных клиентов. Впрочем, о его артефактах уже знали все от мала до велика. Поток покупателей не иссякал.
Похоже, слава о богатствах фирмы Артефакты Мрадиша дошла и до темных личностей. Тех, кто предпочитал не создавать богатство своим трудом, а отнимать чужое.
В Сумеречном Лесу встречались отщепенцы и целые организованные группы, промышляющие воровством, похищениями и тому подобными вещами. Так что Дзартен прекрасно понимала, как обстоят дела в этой отрасли.
Нирдхолд не являлся исключением из правила. Ночная жизнь в городе была не столь насыщенна, как в крупнейших городах империй, но свои банды встречались.
Вопрос времени, когда бы они обратили внимание на нового игрока. Мрадиш зарабатывал слишком много золота, чтобы его игнорировать.
Дзартен обрела свободу, однако долго не думала над тем, что ей делать дальше и куда идти. Ночная эльфийка находилась в условно враждебном окружении. И хотя ее навыки могли пригодиться многим, Мрадиша она уже знала. Поэтому Ночная эльфийка решила остаться с чародеем и посмотреть, куда заведет его кривая дорожка судьбы. Если он сможет возвыситься и обрести достойный статус, то и его приближенные автоматически получат определенную власть.
Эльфы жили долго, поэтому они умели ждать. По крайней мере, если в эльфе была хотя бы капля ума.
— Прочешите весь город и сотрите поганцев в мелкую пыль! — разорялся Мрадиш после того, как негодяи украли несколько ценных заготовок.
— Предоставь это мне, Хоран, — усмехнулась Кшанти. — Один из них уже заработал Проклятье. Я найду и покараю наглецов!
— Необходимо вернуть заготовки. Там сотни на три золотых товара!
— Не беспокойся. Презренные поплатятся за свою дерзость. Мне хватит одного бойца в качестве подстраховки, — Кшанти осмотрелась и быстро остановилась на одной кандидатуре. — Лиетарис, не против небольшой ночной прогулки?
— Охота на грабителей? Я в деле, — кивнула Высокая эльфийка.
Дзартен знала о силе Лиетарис. Большой отряд собирать смысла не было. Завидев облаву, ночные воры разбегутся словно крысы. Они справятся и вдвоем.
— Не забывайте про Мякотку. У нее бесподобный нюх, — напомнила Лейна. — Попробуйте отыскать негодяев по запаху!
Лиетарис с Кшанти подготовились к ночной охоте: взяли по гурду, захватили с собой противоядие, облачились в хорошие доспехи. После чего двинулись по следу. Мякотка быстро обнаружила запах и повела одаренных эльфиек следом за растворившимися в ночи бандитами. Грабители какое-то время шли огородами, после чего вышли на общую дорогу в сторону города.
Ночные улицы Нирдхолда были темны и безлюдны. Простые жители видели десятые сны, тогда как ночная жизнь только набирала обороты. Несколько кварталов никогда не спали: игорные дома, обители наслаждений, притоны и логова лиходеев.
Дзартен ранее ознакомилась с примерной планировкой города. Знала, куда честному эльфу лучше не соваться. Побывала даже в парочке притонов, где собирались разные прохиндеи. Ночной эльфийке было сложно затеряться в толпе. Она всегда обращала на себя внимание. Так что много информации выведать не удалось.
— Может, нам лучше обратиться к страже и конунгу? — предложила скачущая на Мякотке Лиетарис.
— Это дело чести, — качнула головой Кшанти. — Мы должны преподать наглецам наглядный урок, что с нами не стоит связываться. Показать, что последствия неотвратимы. Иначе следом за первой группой презренного ворья последует вторая и третья. Должна пролиться кровь!
— Не слишком ли кровожадный подход?
— Ты переживаешь о презренных людишках, Высокая сестра?
Лиетарис сузила глаза, но не стала заострять внимание на обращении. Ночных эльфов не любили, и Кшанти знала, что ее не особо жаловали в команде.
— Я беспокоюсь о репутации мастера. Мы уже несколько раз устраивали настоящие побоища в местах, где планировали осесть. Из-за чего нам приходилось спешно покидать город и даже страну.
— Это же людское отрепье, низший мусор. Никто не будет переживать, если мы очистим Нирдхолд от швали!
— Не переходи границы допустимого, Дзартен. Я буду следить за тобой.
— Не беспокойся. Мы управимся без лишнего шума.
Всадницы двинулись дальше по закоулкам и тонувшим во мраке улочкам города. Они углубились в бедовый квартал, в котором обитало множество мутных личностей. Вскоре нюх Мякотки привел их к большим тяжелым воротам, преграждавшим путь в одну из обителей. Высокий забор с острыми крючьями защищал двор от случайных прохожих.
Вокруг стояли коренастые строения, нависающие карнизами над узкими улочками и следящие черными провалами окон за случайно забредшими сюда путниками.
— Что дальше? Как мы проникнем внутрь?
— Любопытно. Я знаю, что с другой стороны двора расположено заведение Золотая Масть. Тот еще мерзкий притон. Возможно, из Золотой Масти есть вход во двор и мы сможем разузнать о судьбе презренных воришек.
Пара спешилась и оставила скакунов возле гурдовязи. Лиетарис держала на себе легкую версию древесного доспеха. Лишь шлем пока оставила в разобранном виде. Дзартен была облачена в легкие доспехи из гибкой кожи монстра, которая тоже хорошо держала удар. Разве что зачарованный клинок вряд ли остановит. Но такое оружие и толстая сталь с трудом сдержит.
— Ты видела нападавших? Сколько их было?
— Трое. Одного прибила гурдиха, второго успела проклясть я. Пара воров ушла. Они были в масках, поэтому я не смогла разглядеть лицо. Но глаза запомнила, несмотря на темноту. Глаза могут рассказать многое.
Дзартен толкнула дверь и с видом хозяйки вошла в Золотую Масть. В притоне было достаточно многолюдно. Ароматы алкоголя ударили в ноздри, миазмы курительного табака и дурмана заставляли не привыкших к таким запахам морщиться.
Раздавался громкий смех и галдеж, пропитые и прокуренные хриплые голоса. Многие играли в карты или кости.
За столами обретался народ самого разного пошиба. От разодетых достаточно богато, до каких-то бедняков в обносках. Впрочем, последние явно не бедствовали, судя по их еде и выпивке. Вероятно, попрошайки, изображающие нищих.
Эльфийки сделали пару шагов и осмотрелись. Постепенно за столами воцарилась тишина. Головы повернулись в сторону вошедших. Кшанти взяла пустой кувшин из-под пойла с ближайшего стола. Спустя время один из посетителей поднялся и выкрикнул:
— Убирайтесь, ушастые. Вам здесь не рады!
В следующий миг Дзартен с силой метнула кувшин и попала точно в голову наглеца. Кувшин разлетелся вдребезги, черепки посыпались на пол. Говоривший рухнул вниз без сознания.
— Кто-то еще против компании двух прекрасных эльфиек? — елейно вопросила Дзартен и для пущей убедительности пустила Проклятую магию над рукой.
Народ завороженно следил за черными эманациями. Все здесь прекрасно знали, на что способны Ночные эльфы. Кто-то нервно сглотнул.
— Кишка у вас не тонка, ха! — ударил кружкой по столу один из дородных типов, явно уже поддатый. — Располагайтесь, дамы! Если ищите достойную компанию на вечер, лучше Сивого Нурьяса вам не сыскать!
— С удовольствием примем предложение благородного Нурьяса! — улыбнулась Кшанти.
Лиетарис выглядела слегка не в своей тарелке. Очевидно, она не привыкла общаться с подобной братией и не понимала, что они здесь делают. Высокая эльфийка — Воительница до кончиков ушей. Здесь же требовался специалист немного иного профиля.
Дзартен принялась вести застольные беседы с местными аборигенами и быстро влилась в коллектив. Прохиндеи ценили силу и уважали тот страх, что внушал любой одаренный Ночной эльф одним своим существованием. Никто не желал попасть под Проклятье. Это все равно что расхаживать с зажженным факелом рядом с бочкой с маслом. Одно неверное движение — и тебя поглотит пламя.
Кшанти окольными путями пыталась разузнать о том, кто промышлял в Нирдхолде крупными кражами. Очевидно, что уличные карманники не будут пытаться влезать в дом знаменитого чародея. Банда должна быть опытной, способной распознать магические ловушки и готовой к встрече с одаренными бойцами. Кшанти сражалась с ними, и грабители оставили приятное впечатление о своих боевых навыках. Один был Воителем, другой смыслил в магии. Так что Дзартен и не смогла форсировать события. Была бы при ней Ночная Призма, она бы прокляла презренных и не вступая с ними в ближний бой. Мага наколола на рога Мякотка, Воителя прокляла Кшанти.
Однако местные не доверяли ей и не раскрывали своих секретов. Сдавать подельников здесь было не принято. Ей показалось, что она вышла на след кого-то крупного. Одного из правителей теневого мира Нирдхолда.
Кшанти внимательно следила за обстановкой и передвижениями посетителей Золотой Масти. Кто-то отлучался в туалет, люди приходили и уходили. Устраивали разборки за столами, либо выходили «поговорить» на улицу.
Эльфийка заметила, что через кухню иногда проходят люди. Не официанты, не слуги и не повара. Сомнительного вида личности. Кшанти подозревала, что там есть отдельный проход во двор — туда, где схоронились сбежавшие грабители.
— Иди за мной, — шепнула она Лиетарис и повернулась к собеседникам за игровым столом. — Мы отлучимся в уборную ненадолго…
— Конечно, дамы.
Кшанти потянула Лиетарис в сторону туалета, однако не доходя свернула и юркнула за дверь, ведущую на кухню. Прямо следом за человеком, который ранее зашел туда.
— Что вы здесь… — обернулся к ним презренный.
Кшанти резво вытащила клинок и приставила к горлу проходимца:
— Рыпнешься, и твоя шея научится улыбаться! — прошипела она. — Показывай, где выход!
Презренный пытался было ерепениться, но несколько порезов и Проклятых эманаций быстро склонили его к сотрудничеству. Они миновали кухонное помещение и спустились в подпол, где хранились различные припасы и заготовки еды.
Через неприметную дверь в стене они проникли в затемненный коридор. Прошли по нему и оказались у подножия лестницы. Кшанти огрела проводника гардой меча по темечку, и мужчина свалился на пол.
— Попробуем разведать обстановку по-тихому. Но если не получится — заставим их умыться кровавыми слезами! — оскалилась Ночная.
Лиетарис кивнула, и эльфийки двинулись вперед. Они поднялись по лестнице и через дверь проникли внутрь обширного помещения. Именно в этот момент из коридора выходил недовольный мужчина с лицом, украшенным множеством татуировок:
— Идиоты. Вы должны были залечь в лежбище, а не плестись на базу!
— Но Гарренса прокляли! — причитал другой.
— Барон будет вами крайне недоволен! — высказался босс.
Дзартен поняла, что речь шла о Черном Бароне — одном из лидеров криминального мира Нирдхолда. О нем ходило множество самых разных легенд и слухов.
Невидимыми эльфийки не были, так что вошедшие их заметили:
— Дерьмо! Это она нас прокляла!
— Время платить по счетам! — улыбнулась Дзартен.
Ночная эльфийка бросилась вперед. Сразу же запустила волну Проклятых эманаций в одного противника, а второго атаковала клинком. Лиетарис двинулась следом и навязала бандитам бой.
В укромном логове Черного Барона разразилась скоротечная бойня. Бандиты были не пальцем деланы, но против опытных бестий, да еще и одаренных, долго выстоять не могли. Сначала одна голова покатилась по полу. Затем сердце второго обзавелось аккуратным отверстием. А там и третьему отрубили ногу.
— Вы поплатитесь! — рявкнул тяжело раненый. — Черный Барон отомстит за нас!
— Еще посмотрим, кто кому будет мстить. Куда вы дели награбленное⁈ Отвечай!
— Хабар уже унесли. Вы ничего не получите! — рассмеялся бандит безумным смехом.
— Т-ц, в таком случае мы возьмем причитающуюся нам компенсацию, — заявила Дзартен.
Клинок отнял бесполезную жизнь презренного, и Кшанти принялась быстро обыскивать трупы. Однако покопаться в одеждах грабителей ей толком не дали. Она лишь успела зачарованный длинный кинжал прихватить у босса.
В помещение ворвались разозленные бандиты, вооруженные и негодующие. Среди противников Кшанти заметила одаренных эльфов. Некоторые двигались заметно быстрее остальных — Воители. Да еще несколько магов явно не слишком высокого ранга присутствовали.
Бойня развернулась с новой силой. Кшанти колола и насылала Проклятья, стремясь задеть как можно больше одаренных. Лиетарис крутилась юлой, то отсекая конечности клинком, то оставляя глубокие порезы кинжалом, который держала хвостом. Побороть Высокую эльфийку в древесных доспехах у презренных не получалось. Дзартен старалась разрывать дистанцию и не позволяла зажимать ее в угол.
Эльфийки прорубались через тонкие деревянные перегородки и выносили двери, отступая от разъяренной толпы. В них летели самые разнообразные заклинания, стрелы и отравленные дротики. Один недоумок бросил в Дзартен стулом. За что получил ранение, не совместимое с его презренной жизнью.
Паразиты лезли со всех сторон. Эльфийки не успевали давить насекомых. Пусть среди них не было убийственно сильных противников, они брали количеством. Вдвоем справиться с такой толпой было нереально, какими бы они с Лиетарис не были умелыми бойцами.
Кшанти пришлось признать, что она недооценила противника. Вместо жалкой кучки грабителей во главе с каким-нибудь мелким боссом она наткнулась на настоящую огромную преступную сеть со своими собственными бойцами. В Нирдхолде скрывалась целая армия.
Эльфийка юркнула в окно и выскочила наружу. Лиетарис последовала за ней. Они оказались во внутреннем дворе злодейской базы. И сразу на них насели неунывающие противники. Хоть бандиты гибли один за другим, их это не останавливало.
Со стороны ворот раздалось ржание. Громыхнуло. Запор разлетелся в щепки и створки с силой раскрылись. Во двор заскочил питомец Хорана. Кшанти уже получила несколько ранений и чувствовала, как немеют ноги из-за распространяющегося яда. Выпить противоядие им не давали.
Ночная эльфийка вскочила в седло, послав напоследок Проклятую волну в ближайшего бойца. Мякотка раскидала собравшихся врагов мощной голубоватой магической волной и прорвалась на выход. Лиетарис взлетела в воздух. Вскочила сначала на груду ящиков, а затем и сама перемахнула через забор. Порой Кшанти завидовала способностям Воителей.
Эльфийки покинули недружественный угол и в спешке двинулись по ночным улицам Нирдхолда. Раны заметно ныли. Тело дрожало от повреждений, боевого азарта и мощного коктейля из ядов, зелья противоядия и остатков выпивки. Состояние Дзартен было скверным, однако Ночная эльфийка ощущала легкое удовлетворение. Они унесли множество презренных жизней.
— И это, по-твоему, незаметное проникновение? — фыркнула Лиетарис.
— Зато мы отомстили каждому из троицы и преподали остальным урок. Да еще и немного прибарахлились, — покачала она снятыми с тел украшениями. — С Черным Бароном придется договариваться иными способами…
[Хоран Мрадиш]
Дела шли в гору. Клиенты повалили огромным потоком. Особенно поначалу отбоя от желающих не было. Не весь спрос нам удалось удовлетворить сразу же. Многим пришлось ждать своей очереди. Что и не удивительно — рынок не был насыщен, так что народ шел толпами. Первоначальный пик когда-нибудь спадет, и так напрягаться больше не придется.
Я подозревал, что мы достаточно быстро насытим Нирдхолд артефактами. А затем придется думать, как зарабатывать дальше. Но то дела будущего.
Проводить дополнительную рекламную кампанию не требовалось. Единичной демонстрации хватило за глаза. Остальное сделало сарафанное радио. Жители пробовали мои артефакты в деле, делились впечатлениями и рекомендовали другим. Все нирдхолдцы знали об Артефактах Мрадиша.
Как ни странно, больший ажиотаж вызвал греющий артефакт, а не магическая плита. Ночи в Нирдхолде бывали морозными, так что такая вещица отлично спасала в непогоду. И весь дом не требовалось протапливать. Кто побогаче — брали на каждого члена семьи и даже для прислуги. Кто победнее — пользовались одним, ютясь на большой кровати.
Плиту раскупали богачи и средний класс достаточно активно. Вот бедняки не спешили, рассудив, что обычной печи им хватит. Цены на топливо поползли вниз. Как на кизяк, так и на привозные дрова или уголь. Аналогичное произошло и с водой после установки артефакта.
В любом случае мы почти наладили конвейерное производство и максимально ускорили процесс зачарования. За пару недель после моего возвращения в Нирдхолд нам удалось заработать несколько тысяч золота. Баснословные суммы. Правда, и расходы выросли прилично. Как на заготовки и мастеров, так и на новых слуг, участок, расширение производства и многое другое.
Чем больше денег, тем меньше денег — непреложный закон халатного отношения к накоплениям.
Я занялся установкой разных бытовых артефактов в особняке с прокладкой труб по всему дому. Медные трубы, между прочим, тоже стоили немалых денег, а уж сваривать их умели единицы. Хорошо хоть у нас имелась Ниуру, которая могла оказать бесплатную услугу сварщика.
В подвале я начал устанавливать заготовки. Подумав, решил пока делать их из серебра. Впоследствии заменю на золото, если станет понятно, что мы в Нирдхолде надолго. Город мне в целом нравился, вот только опыт подсказывал, что в любом момент что-то может пойти не так. Мы уже столько раз меня дислокацию, что я бы ничуть не удивился, если бы и из Нирдхолда нам пришлось бежать сломя голову.
Так что решил не вкладывать последние деньги в улучшение особняка. Серебра хватит. Вот куда вложился, так это в свой чародейский посох, коим выступал браслет-наруч для правой руки.
Экипировка стала довольно тяжелой — в несколько кило. Плюс места для новых плетений давно закончилось. Заклинаний полезных все больше и больше, а посох не резиновый. Приходилось выбирать, что именно хранить внутри.
Особенно раздражал Дисбаланс. Для каждого конкретного места требовалось свое заклинаний. Даже в Нирдхолде в разных зонах необходимо вносить корректировки в печать. В итоге я разработал пока что три версии Дисбаланса: под особняк, само собой, под цеховой участок и под центральную площадь с фонтаном и Водным артефактом.
Приходилось хранить все три версии в наруче, ведь от гримуара в бою толку мало. Если же на меня нападут в совсем другом районе города, придется пробиваться туда, где мой Дисбаланс будет работать.
И ведь существовали разные версии Дисбаланса: пробивные или массовые — против толпы народа. Что только усугубляло ситуацию.
Это ужасно бесило меня. Срочно требовались новые слоты под заклинания. Мне надоело ужиматься и выбирать, какие печати оставить, а какие убрать.
Поэтому, когда денег стало достаточно, я начал модифицировать свой посох. Старый наруч оставил и передал Лейне. Заказал у кузнеца новый наруч. Вот только вместо металлических плиток в качестве фокусаторов в нем использовались драгоценные камни. Самоцветы лучше всего подходили для хранения заклинаний.
В некоторые камни можно было без вреда запихнуть даже самые сложные и разветвленные заклинания. Плюс скорость активации была немного выше. Скажем, полсекунды вместо одной секунды у фокусаторов из золота.
Деньги, правда, утекали как вода сквозь пальцы. Самоцветы стоили дорого — от сотни золотых за простой камешек. Зато весили они значительно меньше слитков. В наруче могло поместиться больше фокусаторов, и при этом вес не становился проблемой.
А вот что начало становиться проблемой — так это ресурсы. Свободное золото и серебро в городе быстро заканчивалось. Некоторые барыги быстро взвинтили цены на драгоценные металлы.
Если раньше себестоимость заготовки и десяти процентов от продажной цены не достигала, то спустя время начала доходить до четверти, а то и трети. Что ж это делается, господа капиталисты⁈ Мои законные триста процентов прибыли оказались под серьезной угрозой!
Караваны ходили редко, так что восполнить дефицит драгоценных металлов быстро не могли. Хоть самому идти и копать серебряную руду. С ней дела обстояли сложнее всего. Серебряных монет в ходу не так много. Тогда как на золотые заготовки можно банально переплавить монеты.
Элитных артефактов мы изготавливали на порядок меньше, чем бюджетных, поэтому золото расходовалось реже. Даже многие зажиточные граждане предпочитали экономить, выбирая менее долговечный, зато дешевый металл.
Когда вопрос с поставками встал остро, случилось дерзкое ночное ограбление. А я ведь уже планировал переезд сборочного цеха из амбара в каменный ангар. Но грабители нанесли удар раньше.
Пропало несколько незаконченных заготовок как из серебра, так и золота. Разумеется, без моего зачарования они стоили относительно дешево. Но все равно материала там было на примерно три сотни золотых. Это чувствительный удар по моей казне. Еще одного наемника прибили, но тот сам виноват — заснул во время караула.
Гнев мой не знал предела. Кое-как слуги сумели успокоить меня. Кшанти вызвалась решить вопрос. Мы здраво рассудили, что отправлять всех боевых слуг не стоит, иначе такой отряд станет слишком заметным. Не хотелось бы развязывать войну в Нирдхолде.
Я дал Кшанти указание разобраться с негодяями. Эльфийка взяла с собой лишь Лию с Мякоткой. Раз гурдиха с ними, должны справиться.
Поганцы попортили некоторые заготовки и чуть не сожгли амбар. Слуги успели потушить разгорающееся пламя. Складывалось впечатление, что они влезли не столько чтобы ограбить, сколько насолить мне. Очень хотелось поговорить с ними лично. Узнать, кто и зачем их послал по мою душу.
Ночная эльфийка, обретя свободу, несколько дней шастала по городу и присматривалась. Но в итоге вернулась в Ведьмин Котел. Денег-то у нее в любом случае не было. Впрочем, одаренная эльфийка могла найти способ заработать средства. Вернулась, Кшанти, разумеется, из-за прекрасного Хорана Мрадиша, пред обаянием которого невозможно устоять.
Выставив новый караул, добавив в качестве подстраховки Ульдантэ, я отправился на боковую.
Утром первый делом я нашел Кшанти с Лией, которые вернулись с задания. Эльфийки выглядели побитыми. Лейна с утра пораньше занималась лечением многочисленных ран моих слуг.
— И что же вы натворили на этот раз? — вздохнул я.
— Презренные грабители мертвы, — пожала плечами Дзартен. — Тихо разведать обстановку не вышло. Зато мы неплохо проредили прихлебателей Черного Барона — это его прихвостни проникли к нам.
— Черный Барон, да? Кажется, Бьярнум хотел представить меня ему. Важная фигура в Нирдхолде. И почему мой бизнес не может развиваться тихо и спокойно? — вопросил я у неба.
— Хоран, нам необходимо усилить меры безопасности. Построить более качественный забор, нанять одаренных охранников. Как здесь, так и на участке с производством.
— Сплошные затраты!
— Я готова заняться вопросом безопасности за весьма скромную плату, — придвинулась ко мне Ночная эльфийка. — Тебе нужен советник, который бы взял на себя подобные заботы: от выставления караула до службы тайного сыска.
— Чего ты добиваешься, Эмиссар Дзартен? — приподнял я бровь. — Не просто же так пытаешься втереться ко мне в доверие.
— Видишь ли, Хоран, я осмотрелась в Нирдхолде, поспрашивала людей, покрутилась, собрала слухи. И мне открылась определенная истина. Знаешь, кто сейчас наиболее перспективный и влиятельный человек в городе?
— Выкладывай.
— Это ты, Хоран Мрадиш. Если уж и выбирать, на кого работать, то это должен быть лучший из лучших. Твои артефакты могут совершить настоящую революцию на континенте. Я вижу это. Тебе нужен надежный и умелый помощник, который бы занимался всеми грязными делами: обеспечивал безопасность производства, выслеживал и пытал презренных паразитов, желающих присосаться к твоему детищу. Ночные эльфы умеют решать подобные проблемы.
— Значит, ты хочешь поступить ко мне на службу и принести присягу? — задумался я.
— Можно ли верить присяге Ночного эльфа? — протянула Лиетарис.
— Не советую, — хмыкнула Кшанти, дав показания против самой себя. — Но у нас общие цели и одно направление — к величию, богатству и славе. Я помогу тебе обрести высший статус в людском обществе. По мере сил.
— Да будет так. Посмотрим, насколько эффективно ты у нас работаешь…
— Господин Мрадиш! — оповестил слуга. — Прибыл его сиятельство конунг Бьярнум!
— Бородатый пропойца? Что он забыл тут в столь ранний час? Обычно его до обеда лучше не трогать…
Мы встретились с конунгом в холле особняка. Бьярнум выглядел обеспокоенным, немного злым и невыспавшимся. Борода и волосы его были взлохмачены.
— Хоран, что за бойню твои эльфийки устроили в доме досточтимого Тьярдона⁈
— Это же просто притон, где собираются преступники и прохиндеи со всего Нирдхолда, — заметила Кшанти.
— Черный Барон-то досточтимый? — хмыкнула Лиетарис.
— Именно так! Черный Барон Тьярдон — уважаемое лицо в Нирдхолде! Он заведует многими предприятиями, в том числе занимается и перевозками.
— Тогда почему он подослал ко мне грабителей-душегубов? Они убили моего человека, чуть не разрушили мастерскую и украли заготовки на сумму в несколько сотен золотых! — произнес я раздраженно.
Бьярнум поморщился:
— Не стоит судить сгоряча. Уверен, столь умные и уважаемые личности всегда смогут договориться. Предлагаю собраться сегодня на обед в Вольной Короне. Я приглашу Тьярдона, и вы уладите все разногласия!
— Только из уважения к тебе, Бьярнум, — выдохнул я, унимая поднявшуюся злобу. — Мы будем в Короне.
Бьярнум откланялся и покинул наш особняк. Я покачал головой в легком недоумении:
— Не думал, что конунг будет самолично улаживать споры между жителями города.
— Резонансный маг и Черный Барон слишком важны для Нирдхолда, — протянула Дзартен.
— И что ты думаешь на сей счет?
— Все зависит от желания начальника, — улыбнулась эльфийка. — Помимо прямого столкновения всегда есть способы отомстить недоброжелателю. Правда, у Барона здесь налажены связи и много возможностей, чтобы нам подгадить.
— Что ты собираешься делать, Хоран? — вопросила подошедшая Ниуру.
— Посмотрим по ситуации. В любом случае на обед поедем полным боевым составом. Кто его знает, как обернется трапеза…
Мы отремонтировали амбар и продолжили работу над заготовками. Материал для артефактов постепенно заканчивался. Нужно серебро в большом объеме, иначе придется поднимать цены. А они и так кусались для большинства жителей города.
В районе полудня направились в лучший ресторан Нирдхолда под названием Вольная Корона. Город жил своей жизнью. Пред нашим экипажем расступались. Жители снимали шляпы, здоровались и коротко кланялись мне вслед. Приятно быть богатым и известным. Пока, конечно, тобой не начинают интересоваться всякие лиходеи. Эх, у богачей полно своих проблем…
Кшанти все мозги прожужжала на тему безопасности.
— Хорошо, наймем нескольких одаренных для ночных караулов, — согласился я. — Забор выстроим сразу, как только артефакт закончит работу над общежитием для рабочих. А может вторую заготовку закажу. Слишком много строить надо в последнее время. Отгрохаем настоящую крепостную стену по периметру. С башнями, рвом и саламандрами в нем!
— Последнее излишне. Но я рада, что ты наконец внял разумным доводам, — произнесла Дзартен.
Кшанти стала моим вассалом, заняв пост советника по безопасности. Не сказать, чтобы я полностью доверял Ночной эльфийке, но откровенной неприязни с ее стороны не было заметно. Дзартен справится с назначенной ей ролью.
Вольная Корона располагалась на первом этаже роскошной гостиницы в одной из Точек Резонанса города. Элитное заведение, куда всех подряд не пускали. Здесь собирались местные землевладельцы, хозяева игорных домов, купцы и прочие обеспеченные личности.
Бьярнум уже был на месте. Черный Барон припозднился немного, так что мы успели перекусить и поболтать о разных рабочих вопросах.
— Говоришь, можешь построить артефакт, который бы плевался боевыми заклинаниями словно чародей среднего ранга? — задумчиво протянул конунг.
— Ага. Правда, площадь для покрытия заготовкой нужна приличная. Даже если делать из серебра, много материала уйдет. Тем более, с серебром сейчас напряженка.
— Интересное предложение. Но у нас пока ровные отношения с соседями. Не думаю, что нам требуется укреплять обороноспособность. Тем более казна и так пуста из-за запуска Водных артефактов.
— Мое дело предложить, — пожал я плечами.
Спустя время подвалил и сам Черный Барон с многочисленной охраной. Тьярдон оказался седовласым мужчиной в годах с короткой седой бородой и орлиным носом с горбинкой. Барон хмурился и всем своим видом выказывал недовольство. Телохранители у Тьярдона тоже были не лыком шиты. Одаренные, маги, Воители приличных рангов. Так и не скажешь сразу, кто выйдет победителем, если начнется заварушка.
Мы уселись за стол с трех сторон: я, Барон и конунг. Бьярнум взял слово в качестве примирителя и сделал попытку уладить конфликт. Следующим я поинтересовался:
— Зачем вы натравили на нас своих людей?
— С чего вы взяли, сударь Мрадиш? Я не в ответе за всех служащих. Они решили сами поживиться за ваш счет. Но какое право вы имели врываться в мое жилище, убивать моих людей, ранить их и проклинать⁈ Форменное безумие! — разорялся Тьярдон.
— Кому вы мозги парите! — всплеснул я руками. — Послали своих прихлебателей, чтобы они сожгли мою мастерскую, а теперь увиливаете!
— Спокойно, господа! Я сказал — спокойно!
Бьярнум ударил кулаком по столу. Посуда подпрыгнула вверх на полметра. Стол не выдержал удара Воителя и треснул.
— Давайте вернемся к цивилизованным переговорам, — продолжил здоровяк, кашлянув.
Слова Воителя показались нам с Бароном более чем убедительными, так что мы умолкли.
— Господин Тьярдон, насколько мне известно, активно занимался добычей и перевозкой ресурсов на благо нашего Нирдхолда. Держал Водных эльфов, возил воду караванами. Снабжал город древесиной, углем и дровами.
— Вот оно что! Теперь мотивы понятны… — протянул я негромко.
Выходит, я разрушил сразу несколько доходных бизнесов Тьярдона. Добыча воды и дров больше не требовалась Нирдхолду. Теперь эту задачу решали Артефакты Мрадиша.
— Вы оба — почетные жители Нирдхолда, поэтому мне бы хотелось избежать ненужных волнений и споров, — закончил конунг.
— Что б я мирился с этим колдуном… — выплюнул Тьярдон, скривившись.
Злость начала подниматься из глубины моей души. Гнев бурлил, требуя выхода. Я ощутил почти забытые эмоции. Яркие, ослепляющие, ревущие. Нечто подобное я ощущал в Родлигане, когда моя душа была осквернена большим количеством Тьмы.
Все-таки Туман тоже влиял на мое сознание. Заметно слабее, чем Тьма, но все равно усиливал эмоции, если за ними не следить. Расслабился я. Решил, что держу ситуацию под контролем. Осознание отрезвило меня, и я взял эмоции под узду. Барон, конечно, мудак, но нельзя из-за него выходить из себя.
Я посмотрел на Тьярдона пронзительным взглядом, раздумывая. Стоит ли начинать войну в городе из-за данного инцидента? Думаю, с моими силами я бы мог уничтожить его вместе со всеми миньонами. Черный Барон нахмурился, поняв, что мой взгляд не сулит ему ничего хорошего.
Вот только сколько уже этих распрей, войн и дрязг нам пришлось пережить? Может, настало время взять паузу? Попробовать решить проблему иным способом?
На помощь пришел Мрадиш — прошлый носитель тела. Вернее, осколки его личности. Он был торгашем до мозга костей и из всего пытался извлечь прибыль.
Я пригубил вино, утер рот салфеткой, после чего взял слово:
— Скажите, господин Тьярдон, выходит, вы занимаетесь перевозкой товаров?
— Мои караваны могут доставить что угодно из любого уголка Шимтрана и даже с Алгадо! — поднял он подбородок.
— Мне нужно серебро. Много серебра. Желательно без большой наценки.
— С чего бы мне поставлять вам серебро задешево?
— Взамен вы получите мои артефакты со скидкой.
— Как это вернет здоровье моим людям, проклятым вашей Ночной заразой?
— Не беспокойтесь. Хоран Мрадиш обладает многими талантами, в том числе и способностями к исцелению от Проклятий! Для дорогого господина Тьярдона я предоставлю свои услуги с хорошим дисконтом. Кши-ши-ши!
— Вы еще и деньги собрались за это требовать⁈ — возмутился Черный Барон.
— Не стоит беспокоиться, досточтимый Тьярдон, — вмешалась в переговоры Кшанти. — В отличие от слабых Ночных эльфов я идеально владею своим даром. Могу как Проклинать презренных, так и снимать наложенное мной Проклятье. Мы совершенно бесплатно излечим ваших подчиненных и поможем с исцелением травм!
— Погибших это не вернет… — произнес мужчина без былой ярости.
— Тьярдон, давай начистоту, — взял слово конунг. — Твои люди первыми атаковали Мрадиша, за что и понесли справедливое наказание. Возможно, Хоран немного перегнул палку, но такое случается. Пожмите друг другу руки и займитесь делом, которое приносит прибыль, а не убытки. Вы же оба достойные дельцы, трудящиеся на благо Нирдхолда!
Черный откинулся в кресле и недовольно пригладил бороду. Кшанти продолжила увещевать предпринимателя:
— Подумайте о сотрудничестве с Резонансным Магом. Артефакты Мрадиша будут греметь на весь Шимтран, и вы знаете об этом. Неужели вы готовы упустить столь огромную прибыль из-за личных обид?
— Сотрудничать с ним? — протянул Тьярдон надменно.
— Мир меняется, господин Барон, — проговорил я, нанизав на вилку кусочек изысканной саламандрятины под пряным соусом. — Старые порядки уходят в прошлое. Технологии развиваются. Если вы не способны идти в ногу со временем, время поглотит вас, прожует и выплюнет. Те, кто сможет адаптироваться — взберутся на вершину. Так что советую вам дважды подумать, прежде чем цепляться за старые устои.
Черный Барон посмотрел на меня долгим пронизывающим взглядом. В его голове происходили сложные мыслительные процессы. Наконец седой делец выдохнул:
— Неделю назад я отправил караван за серебром в Далифакс. Было очевидно, что вы израсходуете запасы достаточно быстро. Вы правы: чтобы оставаться на плаву, надо всегда держать нос по ветру. Товар уже на моем складе.
— Как предусмотрительно с вашей стороны! — качнул я головой уважительно.
— Пятьдесят процентов сверху, и вы получите серебро.
— Побойтесь Богов! — присвистнул я. — Пятнадцать процентов наценки выглядит более разумным предложением. Ради пятидесяти процентов прибыли я и сам организую караван к серебряным рудникам!
Начался ожесточенный торг. Я не стал подавать сигнал Ульдантэ, которая могла бы помочь сделать оппонента сговорчивее своей Лунной магией. Использовать Лунных эльфов в переговорах считалось неприличным и даже оскорбительным. Если ты попадался на этой уловке, конечно. С обычным торгашом такой финт, может, и прокатил бы. Все-таки Ульдантэ — Лунная Тень, а не обычная одаренная. Но Тьярдон привел солидную поддержку из магов и одаренных, которые следили за каждым моим действием и моими союзниками. Шансы опростоволоситься велики. Поэтому Ульдантэ я задействовать не стал.
Тьярдон долго упирался, но в торгах я и сам ксарга съел, так что мы в итоге пришли к удовлетворительной наценке в двадцать пять процентов. Жаба слегка душила, но рациональность взяла вверх. Тьярдон будет поставлять мне серебро по ценам на четверть выше продажной. Слитки стоили почти столько же, сколько и чеканные монеты из того же металла.
Вероятно, Мрадиш-прошлый бы удавился ради каждой жалкой монетки. Все бы начал делать самостоятельно. Но я не собирался так распылять силы, время и свое внимание. По крайней мере, не сейчас. Империя Мрадиша только набирала обороты. Нам требовались надежные люди, цепочки поставок, рынки сбыта и многое другое.
Учитывая, что я являлся не просто руководителем, который ходит на работу и пинает подчиненных, а главным, основополагающим производителем-ремесленником, мне следовало по-максимуму перекладывать ответственность на других.
Поэтому пока что я продолжу пользоваться услугами кузнеца Харальдина, поставщика Тьярдона и других мастеров, которым мы выставляем заказы. Разделение труда — основа цивилизации. Нельзя объять необъятное.
Хотя, по возможности, конечно, Артефакты Мрадиша будут все делать сами. И кузнечную мастерскую откроем, и магические повозки будут возить товары чрез пустоши. Всему свое время.
С Тьярдоном мы расставались не друзьями, но уверенными деловыми партнерами. Барон, как и я, являлся человеком, ищущим выгоду. Он был дельцом старой закалки. Закостенел. Привык собирать выручку с одних и тех же проектов годами. Мое появление сильно изменило его привычный уклад. Настолько, что он дал волю эмоциям.
За ограбление мы отомстили с лихвой, перебив около десятка его прихвостней разной степени одаренности.
Дзартен принялась развеивать наложенные ей Проклятья. Много людей и эльфов успело попасться ей под горячую руку. Не все одаренные Ночные эльфы были способны убирать семена Проклятья из чужой ауры, но Кшанти, к счастью, относилась к сильной касте.
Бьярнум был вне себя от радости, что сумел примирить двух почетных жителей города. Конунг пригласил нас вечером отметить данное событие, но мы с Тьярдоном сослались на неотложные дела. Попойка с Бьярнумом обычно перерастала в кровавый мордобой и травмоопасное побоище, так что мы предпочли воздержаться.
Я вернулся к своим многочисленным проектам. Доделал несколько заготовок и сразу прошвырнулся по городу по клиентам. Процессы были в целом отлажены почти до автоматизма. Пока я беседовал с покупателями, Лейна проводила расчеты и вносила корректировки в свою часть контуров. Затем и я допиливал печати артефактов.
Эббот за прошедшие месяцы не сказать чтобы стала гением математики, и во многих отраслях все еще плавала, но на конкретную задачу ее натаскать было можно. Все же расчеты спектра под фон Тардиса были однотипными. Решил пару раз, и дальше пойдет как по маслу. Это экономило мне приличное количество времени.
Вот что серьезно тормозило процесс — это сами клиенты. Они звали на чай, обед, ужин, охоту, в сауну. Чего только не придумывали, дабы уважить дорогого гостя. Это как если бы Стив Джобс самолично приезжал в каждый дом, чтобы подключить айфон к сети. Утрирую, конечно, ведь менеджеры не собирают телефоны и даже не проектируют их чаще всего, в отличие от меня.
В общем, народ из вежливости хотел меня как-то развлечь. Приходилось отбрехиваться всеми правдами и неправдами. Порой я просто обрубал контакты и уходил, коротко попрощавшись. Иначе бы на каждого клиента уходило по паре часов времени.
Н-да, надо решать проблему настройки артефактов под магический фон. Иначе я так и буду до конца дней разъезжать по домам будто продавец пылесосов. Не говоря уже про настройку устройств в других городах. Мотаться по всему Шимтрану? Нет уж, увольте. Разве что изобрету какой-нибудь магический самолет-пепелац.
Сразу закупил большую партию серебра и оставил храниться пока что в особняке. Сделал заказ на второй строительный артефакт. Один не справлялся с возросшей нагрузкой. И это еще конунгу надо будет вернуть его артефакт и перенастроить.
Харальдин справился быстро. Просто собрал из отдельных сегментов более длинную ячеистую сеть. Заготовки ведь все были практически одинаковыми.
Я зачаровал второй строительный артефакт — чуть меньшей длины. Плотники сконструировали еще один кран, на котором мы будем подвешивать и перемещать устройство.
Нет лучшей мотивации, чем негативный опыт и ошибки. Стало понятно, что с безопасностью дела обстояли швах. Хлипкий забор вокруг Ведьминого Котла скорее защищал от проникновения скота с соседних пастбищ, но никак не от опытных грабителей.
Второй строительный артефакт мы запустили по периметру участка, чтобы выстроить надежную каменную ограду. Подумав, решил перестраховаться и пошел по пути старых добрых замковых укреплений. Двойная каменная стена с перегородками, наполненная утрамбованной землей. Наверху будет небольшой проход для обороняющихся и парапет, защищающий от стрел и других снарядов нападавших.
Стена получится толстой и надежной, со смотровыми башнями на углах участка. На материализацию такого большого количество камня должно уйти несколько недель, но оно того стоило. Аналогичное проложим и на производственном участке, когда закончим с общежитием. Строить, так на века!
Также я нанял нескольких одаренных для охраны моих предприятий. Ульдантэ с Лиетарис и Кшанти тоже вызвались дежурить, но они не могли присматривать за порядком круглосуточно на двух объектах.
Найм чародея, Воителя или одаренного эльфа вставал нам в копеечку. Но это все равно на коротком промежутке времени было дешевле, чем покупать готового раба. В Нирдхолде с невольниками было туговато, да и близкие плохо относились к такому. Опять отпускать придется — снимать ошейник. И в итоге платить и содержать. Слишком расточительно.
Договорился с местным мастером-зачарователем. В обмен на некоторые мои заклинания, он продемонстрировал свои печати и умения. В частности меня интересовала сигнальная печать. Учитывая, что добра у нас теперь хранится прилично, следовало озаботиться сигнализацией.
Нечто похожее мы видели в закромах Сандипара. Архимаг не хотел, чтобы в его мастерскую кто-то проник без его ведома.
Сигнальная печать показалась мне любопытной. Отчасти спектр заклинания напоминал Вибрационную магию Глубинных гоблинов. Я ведь не оставлял попыток расшифровать стихию Кирлох. Гоблинша раз за разом демонстрировала мне свою магию, а я пытался переложить на чародейские контуры. Придумать такую руну трансформации, чтобы эффект был максимально близок к гоблинскому. Пока что успеха я не добился, но и времени было преступно мало. Слишком много разных вещей требовали моего внимания.
Сигналка выпускала особые волны, которые сканировали окружающее пространство. При встрече с аурой или иным возмущением — возвращали обратно искаженный сигнал, и срабатывала тревога.
Довольно сложная печать, которая сразу напомнила мне радиотранслятор с радиоприемником в одном флаконе. Проблема только заключалась в том, что генерировала печать не традиционные электромагнитные волны. Электромагические волны, скорее. Они быстро рассеивались в пространстве. Фоновое поле Тардиса сказывалось на них губительно. Так что действовали они в небольшом радиусе.
Своими ноу-хау с Дисбалансом, спектрами под магический фон и связкой с Лунной магией я, конечно же, делиться не стал. Но и без этого арсенал у меня был обширен, так что коллега остался доволен обменом.
Удалось существенно сэкономить, ведь иначе зачарователь бы запросил за свои услуги не одну сотню, а то и тысячу золотых. Да, в Нирдхолде было принято делиться, но если ты столь редкий и уникальный спец, то за бесплатно передавать свои наработки не станешь.
Сигнальная Сеть являлась весьма сложным и, я бы даже сказал, уникальным заклинанием. Подавляющее число печатей были довольно прямолинейны. Энергия поступила, преобразовалась, приняла определенную форму, вылетела и готово. Здесь же наличествовала настоящая логика. Эдакая микросхема от мира магии.
Я и раньше использовал разные лайфхаки в артефактах, но в Сигнальной Сети это было доведено до абсолюта. Даже использовались блоки ИЛИ, И, НЕ и прочее. И все это в магических контурах.
В общем, создать магический компьютер — задача хоть и хитрая, но не невыполнимая. Сигнальная Сеть помогла мне освоить многие базовые логические контуры. Думаю, с нынешними знаниями я мог бы создать калькулятор. Только смысла в этом пока не особо много. Считать проще приставить грамотного слугу. А для просчета уравнений придется создать поистине мозголомную печать.
Быть может, в этом и крылся выход из главного тупика Артефактов Мрадиша. Создать печать, которая анализирует поле, подбирает спектр и руны самостоятельно. Но пока что я страшился браться за столь объемный труд.
Параллельно начал заниматься над собственным возвышением. Ульдантэ прекрасно разбиралась в этом вопросе — она то и стала моей наставницей. Причем, не только моей. Лунная эльфийка запомнила все приемы и техники, которые изучала при собственном возвышении.
Ульдантэ начала потихоньку натаскивать нас и учить разным методам естественного возвышения. Мы ведь проживали в месте Точки Резонанса. Постоянно, даже во сне, облучались сильными магическими эманациями. Наша аура резонировала и развивалась быстрее обычного.
Почему бы не воспользоваться бесплатной возможностью? Тем более цены на голубые и, особенно, синие осколки, сильно кусались. Себе я синий осколок точно брать не буду. Постараюсь возвыситься с помощью голубого кристалла. Для этого требовалась многонедельная подготовка. Процесс может занять не один месяц.
Но мы никуда больше не торопились. Божества не стояли над нами с занесенным мечом. Будем жить, понемногу тренировать техники возвышения и однажды дорастем до точки перехода на следующий ранг.
Дабы отвлечься от сложных задач, я сосредоточился на личном комфорте. Все необходимые трубы в помещениях проложили. Жильцы, а в особенности Ниуру, давно теребили меня с вопросом обогрева, который я обещал решить.
Установил в подвале особняка все нужные приспособления и заготовки. Благо хоть огромных площадей не требовалось. Все-таки я урвал себе отличное место, где энергия била ключом.
Спроектировал и сконструировал не слишком сложную, но уникальную инженерную систему. Пару баков для холодной и горячей воды, которые заполнялись автоматически. Вода подогревалась до нужной температуры. Давление создавалось с помощью той же Водной магии. Ведь заклинания не просто материализовывали стихию. Часть энергии уходила на транспортировку объекта. Иначе бы Ледяные Шипы и Огненные Шары просто создавались на месте и падали вниз.
Задача заняла у меня несколько дней. При проверке системы обнаружилась парочка утечек, но Ниуру быстро заварила прохудившиеся медные трубы.
— Ну скоро уже⁈ — нетерпеливо вопрошала Красная эльфийка, крутясь рядом. — Когда будет готово, во славу огня⁈
— Да, пожалуй, что все готово… — проследил я за тем, как артефакт отключился после доведения котла до необходимой температуры.
— Ура! Значит, можно испытывать⁈
— Конечно. Но я первый. Заслужил. К тому же весь изгваздался лазить в этом подвале… — отряхнул я грязные руки.
Я двинулся в ванную на втором этаже. В Ведьмином Котле санузел и ванная стояли в отдельных помещениях. Хорошо хоть заведение считалось элитным, так что ванные сделали больше, чем требовалось. Мне удалось уместить душевую кабинку рядом с ванной.
Нет, горячая ванна — это, безусловно, хорошо, но если вы не принимали душ около года, то о ней вы будете думать во вторую очередь.
Я забурился в ванную, скинул пропахшую потом одежду и открыл краны. Немного оставшегося воздуха выдуло из системы, после чего полилась благословенная влага. Я быстро отрегулировал краны подачи холодной и горячей воды, чтобы добиться требуемой температуры.
Теплые струи били из душевой лейки, которую мне сделал Харальдин на заказ. Напор получился довольно мощным. Приятное тепло разливалось по телу. Усталость и стресс стремительно уходили, покидая организм вместе с живительной водой. Ощущалось истинное блаженство.
Но самый кайф состоял в том, что все это чудо: и сама вода, и ее нагрев — получались без вложений и трат. Если исключить затраты на эксплуатацию артефактов и устройств. Я пользовался всеми благами, не зная столь страшной фразы как коммунальный платеж! Это ли не счастье?
Пока я кайфовал, ко мне привалило другое счастье.
— Чего заперся? Открывай, во славу огня! Я тоже хочу попробовать! — заколотили в дверь.
— Дай насладиться первым душем…
Ниуру не унималась, грозя прожечь дверь, так что пришлось ее впустить. Эльфийка уже была наполовину раздета. Скинув оставшееся, она с радостным визгом прыгнула под душ.
— Хоран, ты настоящий волшебник! — простонала она от наслаждения.
— Пока только учусь…
— Решено: теперь я буду здесь жить!
— Если так хочешь — сделаем тебе душевую кабинку в номере. В моем мире в каждом жилье есть такие удобства, а то и по несколько.
— Да!
Я посмотрел на соблазнительное тело Красной эльфийки, по оранжеватой коже которой стекали струйки теплой воды. Выглядело эротичнее некуда. Мрадиш-младший сразу воспрял духом.
— Сделаю. Вот только за удобства тебе придется платить… собственным телом, кши-ши-ши!
— Животное похотливое. На что только не пойдешь ради горячего душа! — с нотками театральности заметила Ниуру.
Красная эльфийка и сама явно была в настроении пошалить. Влажные процедуры быстро превратились в возвратно-поступательные движения. Ниуру легонько постанывала, наслаждаясь как любовными ласками, так и теплыми струями воды, омывающими наши тела. Двойное удовольствие, так сказать.
Довольно быстро я достиг пика наслаждения и исторг из себя настоящий фонтан липкой жидкости.
— Пф-ху, заодно и помыться можно, — заметила Ниуру, тяжело дыша.
— Еще не все. Новый заход! — напал я на эльфийку с новыми силами.
Мы кувыркались еще какое-то время, не подумав о том, что дверь-то никто из нас не запер после прихода Ниуру. В определенный момент дверь в ванную отворилась, и на пороге показалась Ульдантэ. С как всегда каменным, ничего не выражающим лицом.
— Что вы делаете? — вопросила Лунная.
— Э-э-э, тестируем горячий душ.
— Вставлять свой орган — это обязательное условие для принятия душа? — подняла она бровь.
— Опционально. Хочешь присоединиться? — предложил я.
Эльфийка склонила голову набок и некоторое время размышляла. Затем закрыла дверь в ванной на защелку и принялась раздеваться:
— Тебе стоило сделать душевую побольше, Хоран. Здесь мало места для троих…
[Кирлох]
Человеческое поселение было наполнено всевозможными чудесами. Кирлох лишь раз бывала в центре города проездом. Смотрела на людской быт через щели в фургоне. Пока что гоблиншу держали подальше от чужих глаз, опасаясь беспокойств со стороны населения.
Каменные и деревянные дома высились над землей. Странные людишки вместо того, чтобы продолбить жилища в скале глубоко под землей — строили над поверхностью. Все у них не как у нормальных гоблинов!
Ну а в обители чародея Мрадиша дела обстояли еще чудесатее. Постоянно кипела какая-то работа. Людишки проделывали только им одним понятные манипуляции. Какие-то деревянные высокие конструкции, длинные змеевидные металлические сети из блестящего металла.
У них в поселении тоже плели сети, но из волокна. С их помощью охотились на рыбу в великой реке ущелья.
А затем вдруг камень начинал расти, повинуясь людской воле. Магия человеков казалась гоблинам настоящим чудом. Здания росли буквально из земли.
Также Мрадиш изготовил для Фарилеха особый артефакт, способный прокладывать ровные тоннели за считанные дни. Устройство долбило породу с высокой эффективностью. Лишь пятеро одаренных Глубинных Гоблинов, работая круглосуточно, могли бы посоперничать с артефактом.
В итоге Фарилех проложил под участком разветвленную многоярусную сеть тоннелей, залов и комнат. Кирлох тоже досталось свое жилище.
Гоблины были непритязательны, жили скромно и редко о чем-то просили людей. Опасались, что их выпнут из города за их наглость. Они и так пошли на большой риск, согласившись отправиться в людской город — то, чего до них не делал ни один гоблин.
Фарилех возился со своим мхом и грибами, старательно поливая рассады и стараясь распространить грибницу. С собой ведь он взял не слишком много припасов. Для начала следовало увеличить масштаб тоннельных грядок.
Хоран организовал очередной волшебный артефакт, который создавал воду из ничего. Они проложили трубки с маленькими отверстиями, из которых постоянно капала влага.
Фарилех был дико доволен, ведь в пещерах таких условий добиться сложно. Обычно грибы и мох росли редкими участками — там где было наиболее влажно. Здесь же они сами создали необходимые условия. Ее старший сородич предвкушал, что скоро они будут собирать огромный урожай. Достаточный, чтобы варить грибной эль бочками.
Кирлох не терпелось снова попробовать любимый грибной эль. Ведь ради него в том числе она и отправилась в людскую обитель.
Также гоблинша активно тренировалась в стрельбе из лука. Ранее Кирлох украдкой прыгала с оружием, но то был клинок или копье. Она мечтала стать воином, однако община отправляла ее на рытье шахт, тоннелей и добычу руды — чем занимались большинство одаренных гоблинш. Только самцов обучали военному делу.
Умом она понимала, что это правильно. В сражениях гоблины часто гибли. Если умрет одаренный самец, его может заменить другой. А вот одаренную самку никто не заменит. Никто не выносит за нее детеныша. Глубинные Гоблины осознавали, что в потомстве одаренных чаще встречаются детеныши с даром. И чем их больше, тем сильнее племя.
Понимала, но все равно не могла отказаться от своей мечты. Поэтому Кирлох тренировалась до изнеможения.
После переезда чародей наказал ей осваивать лук как основное оружие. Кирлох взялась за тренировки с полной самоотдачей. Ей дали тренировочный лук со стрелами, и гоблинша принялась выпускать один снаряд за другим по мишеням.
Первый день тренировок прошел плодотворно. Натяжение лука было сильным, но Кирлох не сдавалась.
На второй день она попыталась натянуть лук и ощутила столь пронзительную боль, что не смогла это сделать. Сильно ныли ее руки в определенных местах. Похоже, всему виной тот факт, что она раньше мало обращалась с луком, а он требовал специфичных навыков.
Еще два дня она не могла толком натянуть тетиву. Руки дрожали, лук ходил ходуном. Слишком сильно гоблинша перенапряглась в первый день. Помогла случайно проходившая мимо чародейка — ученица Мрадиша. Поначалу она опасалась приближаться к Глубинным Гоблинам, но постепенно привыкла к такому соседству.
— Что это с тобой?
— Руки… боль… — выдавила из себя Кирлох.
На тот момент она только несколько дней как начала учить язык людей, поэтому знала не так много слов.
— Поранилась⁈
— Нет, — качнула она головой. — Тренировка!
— То есть? — не поняла человечка.
— Тяжелая тренировка! — постаралась она пояснить, используя свой скудный словарный запас.
— Мышцы истязала? С луком, как и верховой ездой, стоит быть осторожнее первое время. Узнаешь о существовании таких частей тела и мышц, о которых даже не догадывалась! — чародейка рассмеялась, обнажив ровный ряд тупых белых зубов.
Кирлох всегда забавляло, что зубы у людей больше похожи не на благородные клыки хищников, как у гоблинов, а на жевательные зубы каких-нибудь гурдов или буйволов. Человеки ели все, что угодно, в том числе и разную траву.
— Давай подлечу — быстро вернешься в строй!
Ученица Хорана наколдовала свою магию, и Кирлох почти сразу ощутила большое облегчение. Ноющая боль ушла. Она снова могла натянуть лук! Кирлох поблагодарила человечку и сразу вернулась к тренировкам.
После разговора и помощи чародейки гоблинша стала относиться к людям менее настороженно. Ранее она сомневалась, что сможет ужиться в людском городе, но все же встречались здесь и доброжелательно настроенные к гоблинам жители.
На этот раз Кирлох не стала усердствовать. Делала перерывы между тренировками и внимательно следила за тем, чтобы не перенапрячь мышцы. Второй раз прошел легче. Мышцы ее окрепли, ей стало чуть проще натягивать тугой лук.
Ей специально подобрали достаточно мощный лук с высокой силой натяжения. Предназначенный для тренированных мужчин-людей, а не для низкорослых гоблинш. Однако Кирлох не сдавалась.
День за днем она доводила себя до изнеможения. Руки отваливались, и она ждала, когда на цеховой участок придет человечка. Чародейка тоже поняла, что ей нужна помощь, так что ученица Мрадиша появлялась каждый день и исцеляла мышцы Кирлох.
Благодаря чародейской поддержке Глубинная Гоблинша осваивала тугой лук огромными темпами. Мышцы на ее руках значительно окрепли, и уже спустя несколько недель она научилась достаточно сносно, уверенно, далеко и долго стрелять.
Меткость пришла с опытом. Плюс ей дали несколько подсказок местные бойцы, которые охраняли периметр участка. Вскоре и Кирлох стали ставить в дежурства. У гоблинов было хорошее ночное зрение, так что они отлично видели в безлунном сумраке.
Ей заказали особые стрелы с металлическим сердечником. Достаточно дорогие, надо отметить. Одна из причин, почему гоблинам требовалось столько металла. Кирлох несколько дней оттачивала свою профильную магию.
Наделяла стрелу вибрацией и пускала в цель. Из-за колебаний стрела летела по особой траектории. Более прямой. Казалось, она рассекала воздух и не чувствовала никакого сопротивления. Снаряд колебался и размывался в пространстве, словно мираж. Невозможно было даже самым зорким глазом увидеть его текущее местоположение.
Наложить вибрацию и точно попасть в цель — это особый навык, которому она училась еще несколько дней. Колебания постепенно утихали, так что делать все следовало очень быстро. Наложил вибрацию — выстрелил, наложил — выстрелил.
Постепенно она освоила технику вибро-стрельбы из лука. Металлические снаряды прошивали легкую цель навылет и даже глубоко вонзались в камень. Кирлох старалась не стрелять в такие мишени, ибо стрелы потом было сложно достать оттуда, а стоили они дорого.
Большую часть свободного времени гоблинша посвящала изучению людского языка, понимая, что без этого она не сможет устроиться в городе. Воин должен уметь общаться с сослуживцами. Кирлох обучалась у рабочих, занятых в стройке, у охранников и ученицы Мрадиша. Чародейка проводила по несколько часов на площадке, помогая ей запоминать новые слова.
Эббот предлагала помочь с освоением письма и чтения, но Кирлох решила, что для воина эти умения не обязательны.
В один из дней чародейка решила спуститься посмотреть на то, как живут Глубинные Гоблины. Маленькая человечка пришла в ужас:
— Вы спите на грязных шкурах? Без какой-либо мебели и удобств⁈ Как можно!
— Нормально, — пожала плечами Кирлох.
Чародейка развила бурную деятельность. Оказывается, достаточно было попросить, и гоблинам сконструировали множество полезных приспособлений. Начиная с кровати и заканчивая душевой лейкой. Спать стало намного удобнее. И теперь гоблины могли помыться под холодной водой, используя ту же систему полива для посадок.
В подземных тоннелях стало намного уютнее благодаря усилиям маленькой человечки. Им помогала не только Эббот, но и остальные люди шли гоблинам навстречу. Сколачивали мебель, помогли прибраться и наладить быт.
Благодаря их усилиями они с Фарилехом стали менее настороженно относиться к людям. С некоторыми даже, можно сказать, сдружились. Людишки не просто кровожадные монстры, уничтожающие гоблинов пачками. С ними можно водить знакомства.
Через несколько недель гоблинша достаточно освоилась. Привыкла к человекам вокруг, научилась обращаться с луком и вибрационными снарядами, а также изучила несколько сотен слов. Этого хватало, чтобы изъясняться по большей части вопросов.
Кирлох обращалась к Хорану с просьбами, но чародей отмахивался от гоблинши:
— Ты еще не готова. Тренируйся стрельбе из лука, чтобы тебя точно приняли. Прошло слишком мало времени. Давай продолжим магические изыскания. Я принес медный слиток. Попробуй наложить на него свою Вибрацию.
— Да, мастер…
Кирлох покорно исполняла волю чародея, который старательно изучал магию Глубинных Гоблинов и пытался повторить. Времени у него все время было мало, но раз в пару дней он обязательно брался за опыты с гоблинами. Одаренная демонстрировала ему все грани магии, а чародей пытался подобрать руну, которая бы выдавала наиболее похожую стихию.
Пока что у Мрадиша получалось скверно. Скопировать гоблинскую магию у людей не выходило. Простым перебором можно бесконечно искать нужную стихию.
Но Мрадиш не сдавался. В один из дней он принялся устанавливать новый артефакт в построенном огромном каменном здании. Кирлох следила краем глаза за его работой. И вдруг ощутила смутно знакомые ощущения, когда чародей начал тестировать устройство.
— Что это, мастер? — вопросила она.
— Я тут изучил заклинание Сигнальная Сеть. Решил, что надо сразу установить в ангар, чтобы разные ксарги не лазили…
— Похоже слегка на нашу магию… — выдала Кирлох.
— Да? Может и так. Не обращал внимания, — удивился Хоран. — Тогда давай попробуем взять руну трансформации Сигнальной Сети за основу и попытаемся подогнать к стихии Вибрации. Может, так наконец мы добьемся успеха…
Кирлох следовала указаниям чародея: демонстрировала стихию Вибрации, меняла направление эманаций, выдавала различные всплески силы. Мрадиш тщательно сверялся и корретировал свои волшебные контуры.
Долгое время ничего не происходило, и мастер почти был готов сдаться, как вдруг опыты принесли неожиданный результат.
— Опа-на! — выдал Мрадиш и пригляделся магическим взором.
— Получилось? — скептически поинтересовалась Кирлох. — На нашу магию непохоже…
— Нет, стихия Вибрации мне так и не покорилась. Но мне удалось изобрести достаточно интересную руну. Все те же электромагические волны, но на этот раз они летят намного дальше! Представляешь⁈
Гоблинша склонила голову набок, не понимая, о чем идет речь.
— Это же открывает огромные перспективы для артефактов связи! Надо срочно в мастерскую! Установим заготовки в особняке и промзоне. И будем обмениваться сообщениями! Ксарг, азбуку Морзе изобретать слишком напряжно. Надо поработать со стихией Звука… А за основу возьму Сигнальную Сеть. Приемник с транслятором там уже встроены… Остается как-то переложить сигнал в магию Звука… Н-да, непростая задачка…
Мрадиш бормотал себе под нос лишь чародеям понятные фразочки. Стало очевидно, что новая затея может занять его на долгие дни. Гоблинша поспешила обратиться к магу:
— Мастер, я готова стать воином! Умею стрелять, умею говорить на людском! Разрешите мне пойти в стражу города!
— Да? — отвлекся чародей на ее запрос. Было заметно, что он поскорее хочет вернуться к своим изысканиями и как-то по-быстрому отделаться от прилипчивой гоблинши. — Ладно, пошлю гонца к конунгу. Устроим тебя с помощью личных связей. Бьярнум не откажет…
Мрадиш быстро свалил с производственной площадки, оставив Кирлох одну. Гоблинша переживала из-за возможного экзамена на воина. Не каждого брали в стражу Нирдхолда. Это ответственный пост, на который надо пробиться.
Кирлох не ожидала, что все произойдет так быстро. Уже через несколько часов на площадку прибыл офицер стражи вместе с помощником. Гоблиншу вызвали из ее подземного логова и представили пред очи военного.
Офицер покачал головой:
— Конунг совсем сбрендил. Какие к ксаргу гоблины в страже?
— Но она одаренная, капитан. Говорят, Глубинные Гоблины хороши в сражении.
— Это все равно гоблинша. К кому я ее в пару поставлю? Да нас же соседние города засмеют!
— Конунг велел экономить. А гоблинше можно платить меньше.
Солдат прошептал это на ухо офицеру, но Глубинные Гоблины отличались хорошим слухом, так что Кирлох удалось разобрать слова. Гоблинша не стала устраивать истерику. Для нее главное — это получить желанный пост. А уж с платой можно будет определиться и позднее. Главное — проявить себя.
— В этом есть смысл, — вздохнул капитан.
— Ее ведь не обязательно ставить в город или на стену. Можно отправить в наружний патруль. Там на нее никто не будет пялиться.
— Ты ведь буйволов не сожрешь наших? — хмыкнул офицер.
— Никак нет!
— Ладно, ты принята в ряды стражи Нирдхолда! — решил военный.
— А экзамен? — недоуменно вопросила Кирлох.
Она ведь так долго готовилась к проверке. Однако офицер лишь махнул рукой:
— Конунг поручился за тебя. Дуй в интендантскую, что рядом с площадью. Тебе выдадут предписание и стандартное обмундирование стража. Если найдут что-то приличное на твою тощую тушку, — осмотрел ее капитан. — Завтра же отправишься в патрулирование за пределы города. Стражи следят за безопасностью и на пастбищах, где выпасают скот. Иногда забредают саламандры, дикие буйволы и разные скотокрады. Ты же не боишься монстров?
— Ха, так она сама монстр! — усмехнулся солдат.
— И то верно. Сопли тебе здесь никто вытирать не будет. Господин конунг дал указание — дальше вертись сама. Рядовой Кирлох, тебе все ясно?
— Так точно, господин капитан! — вытянулась она по струнке.
— Молодец. Может, из тебя и выйдет толк…
Стражи покинули площадку, и Кирлох засобиралась в город. Ее подвезли в фургоне, дабы прохожие не пугались. В интендантской все равно возник большой переполох. Женщина за стойкой завизжала как резаный буйвол, завидев вошедшую гоблиншу. Кирлох попыталась улыбнуться, но сделала только хуже. Явившиеся на шум офицеры тоже чуть не зарубили Кирлох, но гоблинша спешно объяснилась. Немного путанно, но солдаты вскоре разобрались, что к чему.
— Гоблины в страже. Диво дивное!
— Это все Резонансный маг. Тащит к себе всяких диковинных зверей.
— Я думал, что гоблины не умеют разговаривать… — протянул другой.
— Гоблины разные — пояснила Кирлох. — Глубинные гоблины не глупее людей!
Ей пришлось выслушать много колких острот и шуточек в свой адрес, однако она сделала все необходимое: получила предписание и обмундирование. Ей даже гурда выделили для наружних патрулей. Правда, низкорослого, почти карликового. Сказали — как раз под ее габариты. Но Кирлох не стала спорить. Главное — начать.
На следующее утро гоблинша заявилась в полной экипировке верхом на гурде к воротам, где был назначен сбор их отряда. Обмундирование висело на ней словно на вешалке, поскольку оно не было расчитано на комплекцию гоблинов. Гурд семенил мелким шагом и выглядел смешно. На нее тыкали пальцем, охали и ахали. Она ведь впервые выехала на люди. Лишь солдатская экипировка сглаживала ситуацию. По городу уже поползли слухи о том, что в страже появился гоблин.
Несмотря на косые взгляды и приглушенные проклятья, свой нелепый вид и неуверенность, Кирлох была счастлива. Она получила возможность проявить себя как истинный воин. Утереть нос зазнайкам из Великого Каньона. Кирлох будет использовать свой дар, чтобы карать злодеев, усмирять монстров и обрести невиданную славу! А не дробить камень в пустых шахтах.
— Походу, капитан не шутил. К нам реально приставили гоблина, — произнес один солдат уныло, завидев Кирлох верхом на маленьком гурде.
— Рада знакомству. Я Кирлох! Хорошо стреляю из лука!
— Я Дольвен, а это Шьерн. Погнали скорее, а то на нас уже косятся. Точно ржать потом будут! — вздохнул сослуживец.
— Пусть смеются. Я докажу, что с моей силой надо считаться! — заверила гоблинша.
Отряд выехал из ворот и углубился в степные просторы. Повсюду простирались ровные газоны из травы разной свежести. Как будто идеально постриженные. Разумеется, траву выедал скот. Фермеры с раннего утра выгоняли стада пастись. Подчас приходилось идти довольно далеко от города, чтобы найти сочную, нетронутую траву.
— Что нам надо делать? — поинтересовалась Кирлох.
— Ничего особенного. Ходим за стадами, присматриваем. Помогаем отогнать саламандар. Ищем иногда убежавших буйволов. Скукота.
— Главное на восточные склоны не переться.
— А что там?
— Да на днях кто-то настоящую бойню устроил. Пастуха убил и скот весь перерезал. То ли ради жалких осколков, то ли личная месть — одному ксаргу ведомо.
— Тогда идем на восточные склоны! — воодушевилась Кирлох.
— Зачем рисковать?
— Стрела не попадает дважды в одно место. Бандиты могут напасть с любой другой стороны.
— В словах гоблинши есть логика, — заметил другой страж. — Пойдем хотя бы посмотрим, что там случилось.
— Ладно. Но после обеда вернемся на обычные места… — нехотя согласился сослуживец.
Отряд направился к восточным пастбищам. Кирлох предвкушала настоящее приключение. Если повезет, уже в первый день она столкнется с бандитами или монстрами! Сослуживцы ее энтузиазма не разделяли, но Кирлох горела желанием проявить себя. Она покажет, чего стоит Глубинная Гоблинша на поле боя!
Кирлох, Дольвен и Шьерн направили гурдов к восточным пастбищам. Спустя некоторое время отряд выехал к месту побоища. Мертвых животных уже по большей части убрали. Свежая кровь привлекала хищников со всей округи, но саламандры опасались вторгаться на территорию людей. Рядом дежурил отряд из семи всадников, включая одного мага.
— На кой-ляд вы гоблина в доспехи нарядили? — сразу обратились к ним.
— Приказ капитана. Эта пигалица теперь служит в городской страже, — вздохнув, пояснил Дольвен.
— Кто их порешил? — вопросил Шьерн.
— Люди. Отряд из примерно двадцати всадников, судя по следам от копыт. Есть несколько одаренных. Отследить не удалось. Следы они заметают на отлично, — пояснил им солдат.
— И кто это мог быть?
— Пес их знает. Может, дезертиры из Нуэз или отставные вояки. Император сократил жалование после заключения мирного соглашения с Сумерками…
— Как бы Нуэз на Вольные Города не переключился теперь…
— А ведь все из-за Лучезарного мага.
— Эй, не гони на мага. Он нам воду дал. Теперь можно не экономить. Дать скоту напиться вдоволь!
Кирлох помалкивала, следя за разговорами служивых. Гоблинша зорко высматривала опасность вокруг, однако все было чисто. Слегка пожухлые бледно-зеленые пастбища со скалистыми грядами и холмами вокруг. Да несколько кровавых пятен в местах злодеяний.
Время шло, и стражи наговорились вдоволь, обсудив все последние сплетни. Дольвен принял решение возвращаться в караул на другие пастбища.
Как вдруг через степь прокатился едва слышимый протяжный звук.
— Тревожный горн! По гурдам! — рявкнул командир стражи.
Сердце Кирлох забилось как сумасшедшее. Гоблинша запрыгнула на своего скакуна и пустилась следом за остальными. Опыта у Кирлох в верховой езде было мало, так что она не торопилась. Впрочем, ее гурд и не мог развить большую скорость. В итоге она немного отстала от основного воинства.
Дожидаться Кирлох никто не стал. Стражи Нирдхолда на полном ходу врубились в ряды неприятеля. Лиходеи атаковали очередное стадо, но пастух успел подать тревожный сигнал. Ближе к городу тоже зазвучали тревожные горны.
Кирлох предположила, что это другие пастухи передавали сигнал об опасности дальше в город. Весть быстро дойдет до Нирдхолда, и им должны вызвать подкрепление.
Старого пастуха убили на месте, но молодой помощник успел сбежать. Облачные Буйволы являлись грозными противниками, но их не натаскивали на сражения. Одомашненные животные лишь боязливо пятились от наседающего врага. Пока те вырезали скотину одну за другой.
Стражи явились на выручку и прикрыли раненого совсем юного пастуха. Им противостоял серьезный отряд в коричнево-черной экипировке. Без каких-либо знаков различия. Кирлох в любом случае плохо разбиралась в людских племенах.
Люди, как она теперь поняла, тоже активно сражались друг с другом. Все это напомнило гоблинше о войне Истока и Русла. Кровь закипела в ее жилах.
Кирлох наконец догнала основной отряд и вышла на дистанцию прицельной стрельбы. Гоблинша быстро снарядила свой боевой лук, наделила стрелу вибрациями и отправила ее в полет. Промах. Враг не стоял на месте. Попасть по всаднику даже на средней дистанции — совсем не то же самое, что стрелять по неподвижным мишеням.
Нервы были натянуты до предела. Кровь набатом била в висках, а в горле пересохло. Это было первое серьезное сражение Кирлох, если не считать участия в обороне от парочки набегов Истока.
Второй промах, третий. Кирлох отчаялась по кому-то попасть. Она уже собиралась сократить дистанцию, как один из всадников двинулся в ее сторону сам. Он был закован в тяжелые доспехи. Выглядел настоящим профессионалом. Гоблины не могли похвастать броней такого качества.
Гоблинша перевела прицел, дождалась подходящего момента и отпустила тетиву. Вибрирующая стрела пронзила закаленный металл и вошла глубоко в тело. Всадник захрипел и воззрился на Кирлох в изумлении:
— Что за… гоблин⁈
Похоже, он ожидал, что доспехи спасут его от стрел, однако магия Глубинных Гоблинов помогла пробить защиту. Воин свалился с седла и рухнул оземь.
Впереди тем временем происходила настоящая мясорубка, на которую Кирлох особо не могла повлиять. Стражу Нирдхолда теснили. Противник оказался явно сильнее защитников города. Одаренных было заметно больше. Заклинания прошивали людей и гурдов. Сражались враги с большей эффективностью. Кажется, среди них было даже двое Воителей — слишком быстро они двигались, и каждый их удар разрубал противника чуть ли на надвое вместе с гурдом.
Хотелось бы Кирлох погеройствовать, но гоблинша понимала, что перевес не на их стороне. При этом сбежать на своем хилом гурде от боевых всадников она точно не сможет. Кирлох покрутила головой, осматривая округу, и нашла одно подходящее место неподалеку.
— Туда! — крикнула она. — Скала!
Юный пастух, который был вооружен жалким копьем, сразу последовал ее указаниям. Стражи тоже начали отступать, поняв, что им не сдюжить. Лишь пятеро сумело добраться до условного укрытия, включая Шьерна. Дольвен до последнего прикрывал отход, за что поплатился. Воитель снес ему голову.
Кирлох одной из первых забралась на возвышенность, оставив гурда внизу. Сейчас им было не до животных. Свои бы жизни сохранить. Заняв удобную позицию, гоблинша начала методичный отстрел врага.
Промахов было много. Враг им попался опытный. Всадники старались двигаться непредсказуемо. Менять скорость, уворачиваться, выставлять щит.
Правда, последнее против снарядов Кирлох не помогало. Одна из стрел пробила щит навылет, пронзила броню и застряла в теле всадника. Тот сразу закричал своим об опасности, и нападавшие удвоили бдительность.
С этого момента враги внимательно следили за выстрелами Кирлох. Старались увернуться или как-то отклонить летящий снаряд. Однако дистанция уменьшилась, и попасть Гоблинше стало проще. Одна за другой Вибрационные снаряды прошивали людей и гурдов.
— Давай, малявка! — принялись болеть за нее другие стражи.
Руки гудели от постоянного напряжения. Мышцы рвались. Вражеская стрела чиркнула ее по щеке, едва не вонзившись. Кирлох тяжело дышала, но не сдавалась.
Враги не смогли подобраться к их укрытию, поэтому попытались накрыть стрелами и смертоносными заклятьями. Хорошо хоть среди стражей затесался одаренный Земляной эльф. Он выставил земляную преграду в качестве щита, за которым они и прятались от обстрела. Огненные разрывы опаляли барьер. Чувствовался запах паленой плоти и жженых волос.
Сверху все равно было стрелять удобнее. Вибро-стрелы собирали свою кровавую дань. Один за другим бандиты падали на степную траву. Еще один лучник-страж поддерживал Кирлох, но ему было сложно пробить броню.
Наконец из нападавших в строю осталось лишь шестеро. Остальные либо лежали остывающими трупами в траве, либо получили тяжелые раны.
— Отходим! — скомандовал вражеский командир.
Противники постарались забрать своих гурдов и раненых, но всех вывести не смогли. Кирлох старательно всаживала стрелы в любого, кто посмел приблизиться к их укрытию.
Затем на горизонте показался крупный отряд стражи Нирдхолда. Подкрепление прибыло!
Жалкие недобитки врагов ретировались, оставив на поле боя несколько трупов и тяжело раненых.
— Отлично сработала, мелкая! — хлопнули вдруг Кирлох по плечу.
Гоблинша улыбнулась, и солдат отшатнулся:
— Ты лучше не скалься, а то кажется, будто сожрать нас хочешь.
— Да…
— Мощные же у тебя стрелы, — присвистнул другой. — Тебе бы меткости поучиться, и из тебя выйдет отличный стрелок!
— Жаль Дольвен не успел добраться до укрытия, — качнул головой Шьерн. — Прах к земле, душа в небо…
Выживших врагов быстро схватили и обезвредили. Раненым оказали помощь целители, что было весьма удобно. Глубинные Гоблины не имели лекарской магии, так что кто выжил — тот выжил. У людей же было намного меньше потерь после сражений.
— Вы ответите за свое злодеяние. Сын конунга будет отмщен! — раздался выкрик одного из нападавших.
— Свиньи из Дилавердо! — сплюнул Шьерн.
— Дилавердо? — переспросила Кирлох.
— Другой Вольный Город. Наш конунг повздорил с их правителем. Прибил наглого отпрыска конунга Харстеда. Вот гады и решили нам отомстить… Вышли бы на честный бой, бесхребетные трусливые твари! Или только и можете, что на пастухов и буйволов охотиться⁈
В ответ на нирдхолдцев полилась лишь ненависть. Воины Дилавердо всей душой горели за родного конунга. Похоже, их убедили в том, что в Нирдхолде живут одни чудища.
Получив помощь целителя, Кирлох и Шьерн направились обратно в город, чтобы доложить о случившемся начальству и отдохнуть.
— Знаешь, я рад, что тебя поставили со мной, — заметил сослуживец. — Если б не твои стрелы, я бы уже валялся в степи хладным трупом. Так что попрошу капитана оставить нас в одном отряде. Надо будет завалиться в таверну вечером. Такую великую битву необходимо отметить хорошей выпивкой! Ты как, Кирлох?
— Я… пойду.
Глубинная Гоблинша воспряла духом. Похоже, она все-таки сможет устроиться в людском городе. Теперь она настоящий воин, с чьей силой будут считаться!
[Хоран Мрадиш]
Благодаря случайному стечению обстоятельств удалось разработать новую технологию! Удачно модифицировал Сигнальную Сеть, пытаясь перевести спектр руны в сторону стихии Вибрации. До нужной стихии так и не дошел, но получил электромагические волны, которые распространялись на большое расстояние.
Ради интереса мы с Лейной замерили, как далеко берет сигнал — разъехались на гурдах в разные стороны. Волны все-таки гасли на дистанции в несколько десятков километров, но не так сильно. Если сделать направленный сигнал, должно доставать до соседнего города по идее.
Инструменты, рабочих, станки и прочее оборудование мы наконец перевели в ангар на рабочую площадку. В особняке и во дворе стало намного меньше суеты. Деревянный амбар я приспособил под свою личную лабораторию. Проводить опасные эксперименты в пределах деревянных стен — не самая умная затея, но на первое время сойдет.
Впоследствии я планировал возвести капитальное каменное строение, когда артефакты освободятся. Как раз возведение общежития постепенно подходило к концу. На заборы и стену же уйдет еще много времени.
Я взялся за создание артефактов связи, решив сразу скрестить их со стихией Звука. Изобретать велосипед не пришлось. Я нашел артефакт-громкоговоритель. Он встал мне в копеечку, поскольку на изучение печати жадный продавец отдавать мне его отказывался, но средства имелись, так что я просто купил его.
Затем совместил Сигнальную Сеть с контурами артефакта-громкоговорителя. Долго возился с шифрованием и дешифрованием сигнала. Да разные мелочи добавлял вроде сигнала вызова, сигнала тревоги и прочих мелких фишек. Улучшать артефакт можно было до бесконечности, так что в определенный момент я остановился.
Итак забил почти полностью на основную рабочую деятельность. Еще и информация поступила, что на стражу и пастухов совершено жестокое нападение. Дилавердовцы решились наконец сделать ответный ход. Мстили за убитого сыночка конунга Харстеда.
Но я в любом случае доделал артефакт, раз уж начал. Радовало одно — для генерации электромагических волн, особенно на короткие дистанции, требовалось совсем небольшая площадь заготовки. Ограничился тоже серебром.
После тестов в своей лаборатории один экземпляр я установил прямо в холле особняка, наказав слугам следить за устройством и незамедлительно оповещать о любом вызове. Второй же перевез на промзону.
Работали допоздна. Мы с Лейной находились на удалении друг от друга. Стояла ночь, когда произошло историческое по меркам Тардиса событие.
— Это Котел, вызываю Ангар. Как слышно, прием?
— НАСТАВНИК, Я ВАС ОЧЕНЬ ХОРОШО СЛЫШУ. ДАЖЕ ГОЛОС ПОХОЖ!
— Твою налево… — отшатнулся я и быстро покрутил регулировки.
Выставил более мощные чем следует настройки в печати, так что стихия Звука громыхала на всю округу. Прикрутив громкость, я продолжил общаться с Эббот. На этот раз все было нормально.
Порой создавались разные помехи и шумы. Вероятно, влияние магического фона Тардиса и в частности мощной Точки Резонанса особняка. Но на таком расстоянии они почти не влияли на сигнал. Оставалось проверить, что произойдет при передачи сигнала в другой город.
Сильно сомневался, что удастся передать внятное сообщение через весь континент напрямую. Разве что-нибудь примитивное вроде азбуки Морзе. Но до ближайших поселений должно по идее хватить.
Надо подумать о создании телекоммуникационной вышки. Электромагические волны проходили и через грунт, но гасли быстрее. Или даже не обязательно вышку. Хватит и какого-нибудь аэростата с гелием, подвешенного на веревке. Еще поди выдели необходимый летучий газ. Надо будет поспрашивать у зачарователей и продавцов артефактов. Вдруг существует нужное заклинание, которое я смогу использовать?
Очень не хватало для комплекта стихии Воздуха, которую я смог бы запитать под фон Тардиса. Пока что я владел Огнем, Водой и Землей. Воздушного элемента в округе не нашлось в естественном виде.
Думал на досуге и над вопросом иной запитки артефактов. Ключевая проблема магических технологий — отсутствие возможности хранить энергию. Единственный вариант — это осколки от живых существ. Воспроизвести их, либо хотя бы восполнить внутри них ману никому так и не удалось. Сомневаюсь, что смогу пробить этот барьер, который не сумели обойти другие маги-ученые.
Пожалуй, магия мне напоминала отчасти электричество. Если топливо можно хранить в цистерне и использовать по мере надобности, то электроны в бочку не запихнешь. Само собой, существовали химические батареи, работающие по принципу разницы потенциалов. Но как данный принцип перевести на магию Тардиса я не имел ни малейшего представления.
Можно разве что подумать о создании «живых батареек». Создать артефакт из живых людей или эльфов, присобачив осколок напрямую к контурам устройства. Эдакий магический киборг, ксарг его дери! Однако подобные эксперименты считались темными, да и в целом показались мне не слишком практичными.
Тем более с учетом того факта, что энергия была разлита вокруг, пускай и очень тонким слоем. Надо лишь научиться ее собирать.
Для питания артефактов связи на короткой дистанции хватало Лунных контуров Ульдантэ. Насчет дальних переговоров у меня уверенности не было — мощность там потребуется приличная. Вероятно, придется внедрять осколки, чтобы брать из них энергию. Базовых красных камней по идее должно хватить. С подружкой за такие деньги по телефону не поболтаешь, но для срочных вестей использовать можно. Пара золотых — не слишком большая плата, если ты будешь предупрежден об опасности.
Я пригласил конунга на ужин в Ведьмин Котел. Где продемонстрировал Бьярнуму свою новую технологию. Правитель города долго общался со своими охранником, который находился на удалении от него.
— Поразительно! Ходили легенды, что древние маги умели передавать послания на далекие расстояния, но я не думал, что увижу такое при своей жизни. Как далеко работает артефакт?
— Пока не проверял, но по идее до соседних городов достанет. Надо съездить и установить там точки.
— Хм, такая штука нужна мне в канцелярии… В штабе стражи, на разных участках стены, да и несколько узлов связи было бы неплохо установить на пастбищах. Чтобы моментально обмениваться информацией!
— Уверен, мы договоримся с досточтимым конунгом об установке стратегически важных артефактов связи! Кши! — потер я ладони в предвкушении прибыли.
— Хоран, разве мы не друзья?
— Конечно друзья, Бьярнум, поэтому я готов сделать существенную скидку!
Правитель вздохнул:
— Водные артефакты действительно выдоили городскую казну. Я же не беру золото из воздуха.
— Слышал, что вы собрались и дальше расширять Водный артефакт? Можно с этим повременить, а средства выделить на артефакты связи. Тем более что делать из золота их нерационально. Серебра хватит, так что артефакты получатся вполне бюджетными.
— Уговорил, ксарг языкастый! — усмехнулся Бьярнум. — Кстати, у меня тут образовалась небольшая просьба к Резонансному магу…
— Выкладывай.
— У нас возникли проблемы с поставками зерна из Арьяджи. А из других мест поставлять получится дороже.
— Это из-за того, что вы разрушили мост при отступлении?
— Конунг Арьяджи ввел запрет на поставки в Нирдхолд, — кивнул Бьярнум грустно. — Через несколько недель ведь у них проходит ежегодный Свадебный Фестиваль. Арьяджи потребовал от Нирдхолда восстановить мост к этой дате. Ты так и не вернул мне строительный артефакт, Хоран. Ты ведь уже создавал переправу, если верить слухам про твою победу над Кочующим Стадом? Да и в любом случае, как я понимаю, только ты можешь настроить артефакт под конкретное место?
— Хм, Арьяджи, значит? — почесал я щетину.
— Съездишь, развеешься. Проверишь свой артефакт связи. Заодно и покупателей на другие Артефакты Мрадиша поищешь. Как следует опустошишь кошели тамошних зазнавшихся богатеев! — принялся уговаривать конунг.
Про нападение прихвостней конунга Харстеда активно ходили разные слухи, да и Кирлох нам сама поведала о случившемся.
— А что конунг Дилавердо? Думаешь, они будут сидеть тихо?
— Я со своими людьми тоже поеду, разумеется. Кстати, гоблинша твоя показала себя на удивление достойно.
— Школа Мрадиша! Ладно, немного прошвырнуться не повредит. Надо восстанавливать доверительные отношения с соседями, — выпятил я грудь колесом.
— Вот! Наконец-то начал думать не только о себе.
— Разумеется. Кто кроме Хорана Мрадиша сможет принести цивилизацию и продвинутые технологии в эти Богами забытые пустоши? Когда-нибудь в этих степях будет стоять могущественная империя, которую будут бояться все вокруг, — усмехнулся я.
Бьярнум похлопал глазами недоуменно, а затем рассмеялся:
— Ох уж этот твой странный юмор, Хоран. Где Вольные Пустоши, а где могучая империя? — похлопал здоровяк меня по плечу. — Отлично! Когда будешь готов — отправляемся в Арьяджи!
Подготовка к походу заняла несколько дней. В темпе вальса я изготовил несколько артефактов связи для города и установил их в ключевых точках. Поскольку на коммутаторскую времени не было, организовали центральный пункт связи. Каждый артефакт связывался только с центром, где дежурил страж. Он уже передавал послание вызываемому абоненту. Когда-нибудь я постараюсь настроить автоматический вызов другого устройства напрямую, но пока что ограничился более простой версией.
Много денег с Бьярнума драть не стал. Все-таки это влияло на безопасность города — безопасность мою в том числе. Но по десятку золота за каждый связной артефакт содрал. Не будь я Хоран Мрадиш!
Один мощный артефакт связи с усиленной запиткой установили на вершине дозорной башни, что возвышалась над холмом кратера и над окружавшей город крепостной стеной. К артефакту приставили обученного стражника, который должен будет ответить на сигнал. Если у нас получится установить соединение, конечно.
Артефакт дальней связи посылал электромагические волны в сторону Арьяджи. Печать я трогать не стал, поэтому не было уверенности в том, что устройство сработает. Попытка не пытка.
Все эти дни Харальдин клепал заготовки как не в себя. Да и рабочие трудились над внешним видом артефактов. Я все также ограничился грелкой и магической плитой. В Арьяджи не было проблем с водой, да и древесина добывалась поблизости, однако устройства все равно должны пользоваться спросом. Не среди бедняков, так среди богатых жителей.
Город славился своими фермерскими культурами — зерном, овощами, плодовыми деревьями и тому подобным. Арьяджи поставлял провизию в другие Вольные города в том числе. Там же установились традиции по сбору гостей из разных поселений. На ежегодную ярмарку, либо на грядущий Свадебный Фестиваль съезжались многие.
Мы торопились, ибо создание качественного каменного моста займет не один день. Собирались в суматохе. Часть персонала оставил в Нирдхолде. Та же старуха Гирхуз быстро освоилась в особняке. Женщина всем заправляла в поместье и мастерски командовала другими слугами.
Хильда осталась следить за ходом строительства и отделочными работами. Мы завершили основные работы над четырехэтажным зданием общежития, но на данный момент это просто бетонная коробка. Требовалось как минимум вставить двери и окна, что влетит нам в копеечку, но я решил не экономить.
Общежитие для рабочих являлось для меня неким пробным камнем. Я тестировал технологию строительства и в дальнейшем планировал обеспечить жильцов водой и отоплением за счет артефактов.
Стекло местные спецы изготавливать умели давно. Правда, мы сделали оконные проемы чуть больше, чем следует, и стекольщикам придется постараться. Им бы тоже пригодился отдельный артефакт для выплавки идеально ровного качественного стекла больших габаритов. Но пока что на все проекты у меня тупо не оставалось времени. Отложил на будущее.
К нашему возвращению должны будут закончить с отделкой общежития. Затем я установлю магические артефакты, для чего оставил специальный подпол. Небольшая котельная комната и подвал по всему периметру здания с высотой потолка всего в метр. Последнего вполне достаточно, чтобы, ползая на карачках, разнести ячеистую сеть и захватить как можно большую площадь. Я постарался все предусмотреть, хоть это здание и пилотный проект.
Возможно, с четырьмя этажами переборщил разве что. Ведь если жильцов будет много, и они начнут тратить много воды и тепла, то имеющейся площади дома не хватит на запитку всех артефактов. Дом ведь мы поставили не на Точке Резонанса, а в обычном месте. Но подобное точно рассчитать нереально, так что лишь практический опыт даст ответ.
В теории можно использовать не только подвал дома, но и всю прилегающую территорию. Если смотреть шире, на далекую перспективу, то для максимизации добычи энергии необходимо будет покрыть всю доступную поверхность Тардиса. Создать эдакую сферу Дайсона, только для планеты, а не для звезды. Звучало, конечно, амбициозно, и не факт, что реализуемо. Меня больше волновали более приземленные моменты в настоящий момент.
Бьярнум со стражей собрался в дорогу не без сложностей. Супруга не хотела отпускать муженька на столь долгий срок. Она подозревала, что конунг все эти дни будет прохлаждаться и квасить. Это ведь мне со слугами придется трудиться. Тем не менее, правитель Нирдхолда сумел отстоять право съездить в Арьяджи и посетить Свадебный Фестиваль.
Гурды и фургоны были готовы. Припасы взяты, многочисленные заготовки лежали в повозках. Перед самым отъездом я беседовал с Хильдой и отдавал последние указания. Девчонка частенько поглядывала в сторону Квандиила, который крутился рядом.
Лесного эльфа я решил захватить с собой в качестве разнорабочего. Квандиил неплохо устроился на кухне. Он помогал Ниуру с готовкой, и Красная эльфийка даже отзывалась о нем без ругательств. Что по меркам вспыльчивой Ниуру соответствовало изысканной похвале.
— Что, приглянулся тебе ушастый? — усмехнулся я.
— Нет, что вы, господин Мрадиш! — покрылась румянцем Хильда. — Просто я все пытаюсь высмотреть цвет его глаз…
— А что с его глазами не так?
— Один раз мне привиделся в них радужный отблеск…
— Радужный, говоришь? Спасибо за информацию. Попробую спросить у него самого.
Хильда похлопала глазами недоуменно и раскрыла рот.
— Что, не догадалась просто спросить напрямую? — хмыкнул я.
— Ну, Квандиил всегда такой загадочный, поэтому мне казалось, что за этим скрывается страшная тайна, и он не ответит честно…
— Пусть попробует что-нибудь утаить. Кшанти быстро выбьет из него нужную информацию.
Мы покинули Нирдхолд и направились на юг, в сторону Арьяджи. Бьярнум с воинством и мои люди с припасами составили приличный караван. Ехать пришлось в объезд, ибо переправу через каньон нормальную так и не восстановили. Жители поставили временный веревочный мостик, но гурды и тем более телеги по нему не пройдут.
Улучив момент, я подъехал на Мякотке к Квандиилу, который сидел в повозке, свесив ноги.
— Квандиил, ничего не хочешь мне рассказать? — посмотрел я эльфу в глаза.
Радужности сходу я не заметил, но глаза у него действительно были немного странными. Поэтому и не скажешь сразу, что перед тобой Лесной эльф.
— Заметили все-таки, — вздохнул парень нервно.
К нам подъехали другие приближенные, словно бы почуяв интересную историю. В мире без телевизора и интернета лишь сплетни и слухи могли насытить информационный голод. Люди и эльфы в этом плане были одинаковы.
— Да, я не совсем Лесной эльф. Вернее, наполовину.
— Это как? — мои брови поползли вверх. — Разве разные виды эльфов могут скрещиваться между собой?
— Обычные — нет. Радужные могут, — нехотя выдал слуга.
— Дай угадаю: один из твоих родителей — Лесной эльф, а другой — Радужный? — предположила Дзартен.
— Верно, — кивнул он. — В моей внешности почти нет признаков радужности. Только глаза могут иногда выдать. Прошу вас не распространяться обо мне. Знаете ведь, какая охота идет за Радужными эльфами. Даже такому полукровке как я сложно выживать… — поморщился Квандиил.
— Напомни, ради чего на вас ведется такая оголтелая охота? Что-то связанное с продление жизни?
— Верно, — кивнул он. — Если съесть свежее сердце и выпить кровь Радужного эльфа, можно омолодить себя и отсрочить старость.
— Звучит классно. Оставлю тебя на десерт, кши-ши-ши! — рассмеялся я злодейским смехом.
Квандиил аж отшатнулся.
— Наставник! — пожурила Лейна. — Хватит пугать его. Квандиил и так натерпелся! Не переживай, наставник просто шутит. Конечно, он не будет есть ничьи сердца!
Лесно-Радужный эльф вздохнул:
— Я не думал, что задержусь у вас надолго. Хотел найти более тихое местечко. Податься в Высоколесье, например. Но у вас собралась очень необычная компания. Разные эльфы и люди. Все без ошейников подчинения. И к господину Мрадишу хорошо относятся… Я все откладывал и откладывал уход, пока не прижился.
— Ты говорил, что сбежал от работорговца и оказался в плену гоблинов. Как дела обстояли на самом деле?
— В целом мои слова были недалеки от истины. Я сбежал из лагеря по разведению Радужных эльфов, которых держат правители Белых Пещер. Солнечным эльфам долголетие не так остро необходимо, как людям. Они держат Радужных эльфов в плену, заставляют плодиться. А затем продают детей, когда находиться покупатель. Обычно продают богатым людям. Мне повезло, что я родился полукровкой с малой примесью Радужности. Меня никто не хотел покупать. Да и невесту мне искать не стали, поскольку мои дети не будут чистокровными Радужными эльфами. Мусор, от которого нет никакой пользы.
— Не говори так про себя никогда! — воскликнула Эббот.
— Пока в твоей груди горит огонь, польза будет всегда! — заверила Ниуру.
— Спасибо за поддержку. Вы — хорошие эльфы. И хорошие люди, — несмело улыбнулся Квандиил.
— Выходит, Радужные эльфы обладают магией Благословения, которая вроде как способна развеивать Проклятье, — начал я загибать пальцы. — Вы продляете жизнь и омолаживаете. И, в третьих, способны скрещиваться с другими расами. С людьми тоже?
— Про такое не слышал, — покачал Квандиил головой.
— Просто чудесное комбо собрали! Жаль, что вас почти всех истребили, а выживших держат в резервации. Надо бы достать где-нибудь нескольких Радужных для опытов…
— Наставник, эльфы вам не лабораторные ксарги, — пожурила Лейна. — И если уж вы хотите обзавестись союзниками среди Радужных эльфов, может тогда вызволим их из плена Белых Пещер?
— Вы не справитесь! — нервно откликнулся Квандиил. — Белые Пещеры очень сильны. Вам придется сражаться с сотнями, а то и тысячами одаренных Солнечных эльфов. Ферма Радужных эльфов охраняется слишком хорошо…
— Ферма? Какой ужас! Каким же монстром надо быть, чтобы относиться к разумным эльфам, словно к бессловесному скоту! — возмутилась Лейна. — Наставник, мы ведь выручим их?
— Ага, щас. Только портки подтяну и сразу пойдем спасать ушастых, — хмыкнул я. — Радужные эльфы подождут, пока мы не станем достаточно сильны, либо не появится подходящий случай. Пока же можно будет поискать парочку экземпляров на невольничьем рынке. Может, кто-то согласится дать мне одаренного Радужного эльфа в аренду на пару недель? — задумался я.
Приближенные принялись меня яростно отговаривать. Развелось тут поборников свободы, понимаешь ли. Достойному господину уже эльфа в аренду взять не дают!
Во время путешествия пообщались и с самим Бьярнумом. Конунг — человек занятой, так что у нас не всегда выдавалось время, чтобы обсудить последние сплетни.
— На днях пришли письма из Сончхэ и Книхрана, — поведал Бьярнум. — Все интересуются твоими разработками.
— Пока я делиться своими изобретениями не планирую, — махнул я рукой. — А что Аркон и Нуэз? Все еще требуют моей выдачи?
— Святая Арконская империя недовольна твоей выходкой в Аббатстве. От Братства пока нет особых вестей. Похоже, они в раздрае после ухода Локдара.
— И то ладно.
— Император Унзар уже вторую депешу прислал мне с требованием выдать тебя Нуэз.
— Вот неугомонный старик! А ты что?
— Ответил, что мы пока не можем тебя поймать, — усмехнулся конунг.
— Как думаешь, нуэзийцы решатся напасть?
— Сомнительно, но ничего исключать нельзя. Раньше ты значился в Нуэз отъявленным преступником имперского масштаба. Но теперь слухи об Артефактах Мрадиша прокатились по всему континенту. Второе письмо императора было чуть более вежливым, чем первое. Немедленно четвертовать уже не обещал, ха!
— А что Сумерки?
— От Королевы вестей не было. Похоже, она считает, что связываться с Нирдхолдом — это ниже ее достоинства. Ночные эльфы злопамятны, так что тебе лучше не расслабляться и без нужды не покидать город.
— Учту…
— Я захватил почту из Сончхэ и Книхрана с собой. Сам составляй ответные послания. Мне надоело постоянно переписываться с твоими почитателями, — передал мне Бьярнум тубус со свитками.
— Запрягу Хильду что-нибудь написать в ответ, — ответил я вяло.
— Ты бы лучше налаживал контакты. С твоими артефактами тебя многие встретят с распростертыми объятиями.
— Не люблю людей и политику, — вздохнул я. — Все пытаются друг друга нагреть.
— Так и ты ведь недалеко от них ушел, Хоран!
— С гоблинами жить — по-гоблински выть! К тому же я белый и пушистый глубоко в душе. Что еще слышно?
— В последние недели в Нирдхолд съехались сотни чародеев. Гостиницы для возвышения — те, что с Точками Резонанса, забиты почти полностью. Давно у нас такого ажиотажа не встречалось, даже в лучшие годы.
— Что-то такое слышал. К нам в Ведьмин Котел несколько одаренных по старой памяти приходили. И чего им вдруг приперло?
— Почему вдруг? — усмехнулся Бьярнум. — Маги желают разгадать секрет Артефактов Мрадиша. Каждый думает, что именно он сможет повторить твои чудо-устройства!
— Значит, я обеспечил Нирдхолду дополнительный доход в связи с притоком туристов! Надо было ставить вдвое выше цену за артефакты связи.
— Где же твоя белизна и пушистость, Мрадиш? Сплошь тьма и колючки в твоей черной душе! — покачал конунг головой, когда речь зашла о деньгах.
— Спасибо за комплимент, Бьярнум. Ты тоже хорош!
Саламандры с таким большим отрядом не рисковали связываться. Мы преодолели расстояние без каких-либо проблем и приключений. Объехали тянущийся на многие километры каньон и приблизились к стенам города.
Арьяджи встретил нас недружелюбно:
— Чего приперлись, нирдхолдцы⁈ Велено не пускать вас в город!
— Ты как с конунгом разговариваешь, пес! — рыкнул Бьярнум так, что у меня зазвенело в ушах. — Быстро зови вашего конунга — дело к нему есть. А если не поторопитесь, не видать вам нового моста как своих ушей!
Я не горел желанием участвовать в обсуждении, но понимал, что связи всегда могут пригодиться. Так что побеседовал с правителем и познакомился с конунгом Арьяджи. Вождем оказался тучный округлый дядька с пышными усами, напоминающими щетку от швабры.
Карвенс — так его звали, поначалу отнесся к нам со скептицизмом и недоверием. Но конунг быстро смекнул, что мы явились не с пустыми руками. Создание каменного моста чародейскими силами — крайне затратный процесс. Мы обязались исправить разрушенную достопримечательность Арьяджи за наш счет.
Плюс я прорекламировал конунгу свои артефакты, обещав подарить ему лично двойную магическую плиту элитного класса. Специально сделал несколько демонстрационных заготовок, которые внешне выглядели очень изысканно и богато. Внутри же было запрятано обычное серебро для удешевления. Дареному артефакту в металл не смотрят.
Если же заказчики требовали именно золотую основу, то здесь мы их не обманывали. Хоран Мрадиш дорожил репутацией.
Первым делом мы установили строительные артефакты. Лунные контуры трогать не требовалось, а вот другие руны мы с Лейной переделали под местный магический фон. К сожалению, артефакт не заработал бы в новой локации без корректировок.
Основную сеть, которая до этого возводила общежитие, мы разделили на две части. Чтобы дело пошло быстрее, начали тянуть мост сразу с обеих сторон каньона навстречу друг другу. Строитель Кьярдиф, которого мы тоже захватили с собой в командировку, провел расчеты и выдал оптимальную схему толщины каменного полотна. Чтобы мост и нагрузку большую держал, но и времени на возведение не ушло слишком много.
Артефакт мы использовали обширный, так что дело пошло заметно быстрее, чем во время постройки ловушки для Кочующего стада.
Дилавердовцев в Арьяджи не было видно. Все-таки они не знали, что мы вдруг заявимся в соседний город. Отделение Братства Тумана, которое все еще функционировало, шума не поднимало. Туманников в Арьяджи было мало, так что они с нами не связывались.
Войско Бьярнума и наш отряд разместились в городе на постой. Несколько рабочих следили за артефактом и постройкой переправы. У меня же высвободилось время на иные заботы. Разумеется, я быстро нашел первых клиентов. Богатеи Арьяджи спешили обзавестись уникальными Артефактами Мрадиша, о которых ходило столько слухов.
Пахал я без выходных, желая заработать как можно больше золота за короткий срок. Задерживаться в Арьяджи дольше необходимого не собирался. В Нирдхолде спокойнее. Так засел за заготовки, что даже связной артефакт проверить забыл.
В один из вечеров Ниуру с Ульдантэ вытащили меня на прогулку. Нехотя я отложил заготовки в сторону и устроил себе внеплановый отдых. Мы гуляли по нарядным улочкам Арьяджи. Город украсили к грядущему мероприятию. На Свадебный Фестиваль съезжалось множество людей с различных городов.
— В Арьяджи говорят, что если заключить брак во время Свадебного Фестиваля, то семья будет крепкой и любящей! — поведала Лейна мечтательно.
— Я в приметы не верю, — зевнул я.
— А в жаркое пламя веришь? — хищно усмехнулась Ниуру, продемонстрировав взрывное кольцо огня. — Ты частенько называешь нас своими эльфо-женами. Собираешься исполнять свое обещание наконец или как?
— Не думал, что тебя заботит данный вопрос, — удивился я.
— Я же эльфийка. Любая эльфийка мечтает о красивой свадьбе. Жаль, что в качестве жениха всего лишь человек, но как-нибудь переживу, — хмыкнула она.
Ниуру мне казалась свободолюбивой и озорной особой, которая старалась держаться подальше от семейных уз.
— Ты готова добровольно нацепить на себя оковы брака?
— Во славу огня!
— А ты сам готов к оковам, Хоран? — вопросила Ниуру несвойственным для нее серьезным тоном. — Или ты думаешь, что взять Красную эльфийку в жены — это все равно что нацепить на нее рабский ошейник?
— Попробуй нацепи ошейник на такую, — буркнул я, вспомнив первые дни нашего знакомства. — Разумеется, я давно готов сочетаться законным браком!
— В таком случае ты обязан нести ответственность за свою супругу, — заявила рыжая величаво, почуяв свою власть. — В качестве свадебного подарка я хочу всего лишь небольшой камешек. Голубенький такой.
— Голубой осколок⁈ Окстись, мать!
— Какая я тебе «мать», жадина лысая⁈ — разозлилась эльфийка. — Ты вообще не способен сделать меня матерью!
— Че вякнула, ушастая⁈ Я точно найду способ тебя обрюхатить, вот увидишь!
— Наставник, Ниуру, п-прекратите ссориться, — влезла в наши разборки Лейна. — У вас ведь только что все было так прекрасно…
— Это наши личные семейные споры, мелкая. Если ему жаль тратить на меня голубой осколок, то и я свои лучшие годы жизни отдавать ему не намерена, во славу огня! — фыркнула она.
— Это кто еще из нас жадный⁈ — воскликнул я. — Мне, быть может, отмерено еще лет пятьдесят от силы, а тебе несколько веков!
— То же мне сравнение нашел! Пятьдесят лет жизни со скупым человеком стоят гораздо больше, чем один осколок голубого ранга! — заявила Ниуру. — Ты мне должен целый сундук таких осколков!
— Губу-то не раскатывай. И вообще — мы живем на Точке Резонанса. Ты ведь делаешь медитации, которым нас научила Ульдантэ? Хватит с тебя и зеленого осколка!
— От тебя даже хвороста в лесу не допросишься! — закатила рыжая глаза. — Я не могу как эта бесчувственная корова сидеть по часу в одной позе и гонять энергию по ауре. Нет во мне такой усидчивости! Наверное, потому что я живая, горячая эльфийка, а не истукан с шестеренками вместо сердца!
— Что ты сказала? — произнесла Ульдантэ настолько ледяным голосом, что температура во дворе гостиницы понизилась на несколько градусов.
— Не бери в голову, — нервно добавила Ниуру. — Просто хотела сказать, что не у всех так хорошо получается медитировать, как у тебя! Поэтому я не смогу возвыситься с зеленым осколком. Мне нужен голубой камень!
— Мы с тобой свадьбу обсуждаем или словно две базарные бабки торгуемся на рынке за буйволиную шкуру? — хмыкнул я.
— Вот именно! Только ты здесь и пытаешься сбить цену, выставляя меня в качестве товара! Ты сколько тысяч золота в Арьяджи собираешься заработать? Неужели не хватит на один жалкий осколок?
— Не такой уж и жалкий. Их всего несколько штук на рынках Нирдхолда и Арьяджи можно найти, — вздохнул я. — И мне не жалко купить голубой осколок, особенно для любимой эльфийки.
Ниуру довольно улыбнулась. Ей нравилось, когда я говорил о своих чувствах прилюдно.
— Главное, чтобы подарок не пропал втуне, — добавил я. — Ты ведь совсем забросила тренировки в последние недели! Только и сидишь возле плиты, да по ресторанам шастаешь.
— Чего тебе не нравится? Примерная жена готовит супругу пищу — так ведь у людей заведено?
— Осколок лучшее потратить на более перспективного бойца… Поэтому выбирай — или ты возвращаешься к боевым тренировкам или про осколок можешь забыть!
Ниуру сверкнула на меня своими огромными желтыми глазами. Постановка вопроса ей не слишком понравилась.
— Если тебе не нужен голубой осколок, я возьму его себе, — заметила Лиетарис.
Похоже, Высокая эльфийка не слишком осознавала, насколько двусмысленно это прозвучала в контексте наших свадебных планов.
— Ксарга лысого тебе, а не осколок! Знала ведь, что с человеками лучше не связываться, тем более с торговцами… Хорошо, я займусь тренировками и докажу, что меня следует возвышать в первую очередь. Мое пламя будет пылать жарче, чем в недрах вулкана!
Правда, Мякотка ее уже обогнала по рангам, но об этом гордой эльфийке лучше не напоминать.
— Во славу огня, — кивнул я. — Значит, договорились. До Свадебного Фестиваля еще достаточно времени. Докажи, что достойна осколка и, конечно же, достойна меня — великолепного Хорана Мрадиша!
— Твое самомнение настолько же велико, насколько далеки от нас небеса, — закатила она глаза.
Я мысленно вытер пот со лба. Не думал, что мне придется участвовать в столь тяжелых переговорах с близким мне эльфом. Подумывал даже, не использовать ли Лунные эманации Ульдантэ, чтобы сделать Ниуру сговорчивее, но она бы не стала применять способности на подруге.
До этого момента я особо не задумывался над данным вопросом, но когда зашла речь, то во мне возникло четкое желание сделать Ниуру своей эльфоженой. В прошлой жизни не довелось испытать все прелести и невзгоды официальной семейной жизни. Как-то не слишком принято у нас скреплять отношения узами брака. И даже наоборот — среди определенной прослойки мужиков подобное считалось роковой ошибкой.
Сложно сказать, к какой категории я относился. Скорее к нейтральной. Хотелось когда-нибудь жениться на прекрасной девушке, но жуткого стремления не испытывал.
А вот после попадания на Тардис мои желания претерпели изменения. И всему виной, конечно же, Мрадиш. Во-первых, хотелось заработать все деньги мира, естественно. Во-вторых, построить роскошный дворец и завести гарем из кучи прелестных наложниц. Эльфиек в основном. Ниуру с Лией он видел в данном ключе.
Личность Мрадиша слилась с моей лишь частично, но некоторые его мечты и чаяния передались и мне.
Я бы даже сказал, что раньше я скорее плыл по течению. Жил спокойной, несколько вялой и размеренной жизнью. Не придавал значения смелым мечтам. Мрадиш же был натурой яркой в некотором смысле. И его мечты смогли даже отчасти перебить мои прошлые — настолько активно он грезил о несбыточном.
Считать ли влияние Мрадиша чужеродным? Противиться ли ему, идти наперекор? За месяцы странствий и раздумий я пришел к закономерному выводу, что в этом нет смысла. Разделить нас в любом случае невозможно. Даже с божественной помощью. Я тот, кто я есть. Жадный и любвеобильный. Прекрасен, с какой стороны ни посмотри.
Так что я буду идти за своими мечтами, и не важно чьи они были изначально — моей прошлой личности или бывшего носителя тела. Главное, что они часть меня-настоящего.
— Итак, с одной разобрались, — подвел я итог. — С тебя тренировки, с меня осколок и свадьба. Кто следующий?
— Разве местные священнослужители одобрят союз человека и эльфа? — склонила голову набок Дзартен. — В Сумереном лесу подобное под жестким запретом. Любовные связи не поощряются, но не сильно осуждаются. А вот официальный брак человека с эльфом — за такое могут сразу изгнать из клана, а то и из Сумеречного Леса. Либо если Ночной эльф решит завести серьезную интрижку с Земляным эльфом. Подобный союз не принесет потомства, а потому противоестественнен.
— В Вольных Городах достаточно фривольные законы, — заметила Лиетарис. — На Алгадо и Шимтране тоже не везде разрешены смешаные браки. Но здесь не столь строгие правила.
— А что насчет многоженства? — поинтересовалась Кшанти. — В Сумеречном Лесу разрешено только многомужество, и то — для Ночных эльфиек, проявивших себя перед Королевством.
— Сончхэ рядом, — пояснила Лейна. — Я слышала, что там в порядке вещей несколько жен у одного мужа. Вот традиции и до Вольных Городов докатились. Видели ведь такие большие процессии, приехавшие из Сончхэ? Один дородный господин и несколько женщин в сопровождении с прикрытой нижней половиной лица. Это все наложницы. На Свадебный Фестиваль и из Сончхэ приезжают некоторые…
— И что, любой босоногий презренный мужик в Сончхэ может иметь несколько жен? — скривилась Дзартен.
— Нет. Только те, кто может обеспечить своих жен, — пояснила Эббот.
— Как раз мой вариант, — кивнул я. — Выходит, никаких преград к моей мечте нет. Ульдантэ, дорогая, согласна ли ты стать моей женой? Быть со мной в горе и в радости, в болезни и здравии?
Платиновая блондинка склонила голову и взглянула на меня, практически не меняя выражения своего лица. До сих пор мне сложно понять, что творится в ее разуме. В этом крылось уникальное очарование Ульдантэ. Эльфийка-загадка. Способная как взорваться безудержной страстью, так и застыть ледяным изваянием.
Но вроде бы наши отношения развивались бурно. Мы стали весьма близки, так что я решил, что момент настал.
Однако Лунная эльфийка долго медлила.
— Ты подарил мне множество замечательных эмоций, Хоран, — взяла она слово. — Гнев, ревность, обиду, ярость…
— К-хм, а положительных эмоций в списке нет?
— Радость, страсть, удовольствие и интерес я тоже испытывала с тобой, мой несостоявшийся Нареченный. Я согласна стать твой законной супругой, но у меня будет… — эльфийка помедлила, подбирая выражения. — Не условие, но скорее просьба.
— Какая же, о лунный свет очей моих?
— Тебе известно, как я отношусь к моим Лунным сестрам, многих из которых держат в рабстве. Но я понимаю, что спасти всех их невозможно, просто гоняясь за ними по континентам. Все вернется на круги своя, как ты постоянно твердишь. Но что если произойдет нечто, что перевернет доску?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты освоил могущественную магию Неподчинения, Хоран. С помощью одной печати ты способен снимать ошейники подчинения. Без долгих расчетов и экспериментов, без риска и травм, как у других чародеев. Магов, способных снять рабский ошейник, считанные единицы, при этом они не дают стопроцентной гарантии. Невольник может погибнуть. Да еще и на снятие артефакта им требуются осколки. Это дорогостоящее мероприятие.
— Ты хочешь, чтобы я ездил по невольничьим рынкам и снимал ошейники? — протянул я скептически.
— Незачем брать ответственность на себя, — заявила Ульдантэ. — Пусть другие сделают за тебя всю грязную работу.
— Тогда… Ты думаешь, что я смогу сделать автономный артефакт? — дошло до меня. — Как те Кольца Неподчинения из императорских хранилищ?
— Наставник, а вы сможете⁈ — округлила глаза Лейна.
— В теории… можно попытаться. Печать сложная и ее придется адаптировать под артефакт, да еще и не факт, что обычной запитки от Лунных контуров хватит… Придется внедрять питание от осколков, — принялся я размышлять. — Но в общем и целом можно будет заняться. Вопрос только — оно нам надо?
— Конечно надо, наставник! Мы дадим борцам с рабством могущественное оружие! Люди смогут даровать свободу невольникам! И тогда многие рабовладельцы разорятся! — просияла Эббот. — Неллис была бы очень рада! И мы все тоже!
— Радость — это одно, а когда по твою душу пошлют убийц — совсем другое, — хмыкнул я. — Артефакты неподчинения вызовут массу недовольства среди очень влиятельных людей, а то и целых государств. Мы и так с Братством Тумана во враждебных отношениях, а тут еще и рабовладельцы откроют на меня сезон охоты.
— Артефакты можно распространить тайно — без лишней огласки. Изделие неизвестного мастера, — предложила Кшанти.
Я посмотрел в сторону Дзартен, которая тоже участвовала в обсуждении. Да и Юджин обретался неподалеку. Ушастые обладали хорошим слухом. Не думал, что мы вдруг перейдем на столь щекотливые темы. Полагал, что ограничимся обсуждением свадьбы, а тут уже речь зашла о глобальных вопросах по перекрою миропорядка. Ни много ни мало. Что знает один Ночной эльф — знаю все.
— Мой рот на замке, Хоран, — поспешно заметила Дзартен, правильно оценив мои сомнения.
Я вздохнул:
— Значит, вот какая у тебя просьба, Ульдантэ…
— Согласишься ты или нет — не столь важно. Я все равно останусь твоей спутницей, Хоран, — объявила Лунная.
— Т-ц, твой подход даже более бесячий, чем подход Ниуру, — проворчал я. — Если откажусь, потеряю лицо… На что вы меня толкаете? Я ведь был таким классным, благородным работорговцем! Помогал людям и эльфам обретать справедливых и хороших работодателей! Столько прекрасных сделок заключил, столько приключений пережил, столько эльфов нашли хороших хозяев! Славное времечко было… А теперь что — клепаю денно и нощно артефакты словно рабочий на заводе у конвейерной ленты.
— Но тебе ведь несут тысячи золота, — хмыкнула Ниуру.
— Только это и утешает! — всплеснул я руками. — И вы предлагаете порушить весь рынок работорговли? Звучит как настоящее кощунство!
— То есть «убить» Бога для тебя плевое дело, а как речь зашла о рабстве, так сразу сдаешь назад? — приподняла бровь Лиетарис. — Уверена, мы преодолеем все невзгоды. Справимся с любыми поборникам рабства! Если ты и впрямь способен изготовить подобный артефакт — действуй.
Близкие окружили меня, давя незримой аурой благочестия и жажды справедливости. И это еще Неллис рядом нет. Она бы точно вцепилась в меня как клещ, узнай про такую магию.
М-да, а я ведь сам даже не задумывался о такой возможности — внедрить магию неподчинения в артефакт… Это позволит снимать ошейник любому, даже неодаренному.
Конечно, тут возникал очень тонкий нюанс. А изменит ли это ситуацию на рынке? Вон в древнем Риме никаких магических ошейников не существовало, а рабы вполне себе были. Был некий незримый общественный договор, что одна часть жителей признавала себя господами, а другая рабами. И лишь с развитием и сменами экономических формаций старые порядки уступили место новым.
С другой стороны, мироустройство на Тардисе скорее напоминало мне позднее средневековье или дажу эпоху просвещения. Время, когда во многих государствах шла отмена рабства и крепостного права. После этого еще долго крестьяне находились в подчиненном положении, но то уже детали.
На Шимтране и в Вольных Городах в частности вообще рабский труд использовался менее активно. Да, фермеры использовали рабов для выпаса скота или на плантациях, но не повсеместно.
Не исключено, что артефакт Неподчинения станет последней тростинкой, которая переломит спину верблюда.
— Мрадиш Освобождающий — звучит гордо, не так ли? — заметила Лиетарис.
— А ты знаешь, куда надавить. Тщеславием я не обделен, — усмехнулся я. — Хорошо, я попробую изготовить артефакт. Но ничего не обещаю. Кольца были изготовлены из некоего странного светло-серебристого металла.
— Гоблинское Серебро? — уточнила Дзартен.
— Да, точно! Что это за металл?
— Встречается редко, имеет высокую температуру плавления. Но высоко ценится в зачаровании. Держит некоторые печати даже лучше золота, — пояснила Ночная. — Вот только стоит намного дороже, поэтому для артефактов чаще применяют золото или самоцветы.
— Хм, похоже на платину? — предположил я. — Значит, для артефактов Неподчинения нам нужно много Гоблинского Серебра. Начну работу над изысканиями и зачарованием завтра же. Посмотрим, вдруг удастся ограничиться золотом или даже серебром.
— Спасибо, Хоран…
Ульдантэ подошла и церемонно поцеловала меня в щеку. Что я расценил, как однозначно положительный ответ.
— Отлично! Две есть! — хлопнул я в ладоши. — Кто там на очереди?
— Говорят, в Сончхэ разрешено брать в жены с десяти лет, — негромко заметила Эббот. — Но в Вольных Городах правила строже. Только с четырнадцати…
— Зачем тебе этот лысый пузан? — хмыкнула Ниуру. — Когда ты подрастешь и расцветешь, он превратится в дряблого немощного старика, не способного справиться даже с одной эльфийкой!
— Нет, я ничего такого не имела в виду, — смутилась ученица.
Высокая молчала, поэтому я кашлянул:
— Лия?
— Та ночь ничего не значила, — отметила эльфийка и отвернулась. — У тебя уже есть две прекрасные невесты. Цени, что имеешь, Мрадиш, и не гоняйся за миражами в небе!
— Ладно, похоже еще не время. Провести новую церемонию всегда успеется! — отметил я без особых сожалений. В любом случае я не торопился. Лия никуда от меня не денется. Еще найдется повод захомутать горделивую эльфийку. — А что? Нравятся мне порядки в Сончхэ! Если муж способен обеспечить и уделить внимание несколькими дамам, почему бы не поправить законы и не разрешить многоженство!
— Тогда и многомужество необходимо разрешить! — заявила Эмиссар Ночных эльфов.
— Не скажи. Несколько жен могут дать много потомства. Несколько мужей не справятся лучше, чем один супруг. Так что здесь есть своя логика.
— Посмотрим, сколько у твоих жен будет детей от человека, — скептически отметила Лия.
— Значит, с планами определились. Придется нам пахать до самого Свадебного Фестиваля! — проговорил я торжественно.
— А других претенденток ты не рассматриваешь, Хоран? — с легкой ехидцей вопросила вдруг Кшанти неожиданно для всех нас.
[Кшанти Дзартен]
После прибытия в Арьяджи чародей сразу засел за создание артефактов на продажу. Хорану часто приходилось мотаться по городу, чтобы настроить устройства под конкретное место использования. Ему это очень не нравилось, но золото текло рекой, что примиряло его с суровой действительностью.
Арьяджи уже был в курсе про Артефакты Мрадиша. К зачарователю целые очереди выстраивались. Хоран, естественно, выбирал наиболее обеспеченных. Тех, кто был готов сделать крупный заказ или брал дорогие версии артефактов.
Строительный артефакт после настройки начал возводить переправу через каньон, и больше им заниматься Хорану не требовалось. Рабочие и инженер-строитель сами справлялись с перетаскиванием, остановкой и активацией устройства.
Все Артефакты Мрадиша могли запускаться как одаренными через магическое вмешательство, так и через специальные регуляторы, так что ими мог пользовать любой.
Дзартен исполняла обязанности советника по безопасности в полной мере. Хоран относился к этому достаточно халатно. Полагал, что его сил и сил приближенных хватит, чтобы справиться с любой угрозой. Однако это подход скорее низшего, а не высокородного, либо очень состоятельного индивида.
Высшие иерархи Ночных эльфов тщательно следили за своей безопасностью. Повсюду за ними следовали слуги и личные телохранители. Порой они таскали с собой целую армию, особенно если ощущали угрозу со стороны недоброжелателей.
Мрадиш же сумел перессориться с половиной влиятельных группировок на обоих континентах. Сумеречный Лес, империя Нуэз и Братство Тумана объявили на чародея сезон охоты. Лишь защита Нирдхолда спасала его от незамедлительного уничтожения.
Хотя бы со Школой Солнца удалось худо-бедно договориться. Если верить словам их божества, то они более не имели к нему никаких претензий. Верить небожителю — не самое мудрое решение, но пока что существовали проблемы по-серьезнее.
Кшанти пыталась уговорить Мрадиша взять с собой побольше сил. Нанять наемников в качестве телохранителей, однако чародей уперся. Немало бойцов он оставил в городе, чтобы охранять особняк и мануфактуру. Мотивировав тем, что Бьярнум обеспечит прикрытие своими бойцами.
Конунг Нирдхолда действительно взял с собой около сотни бойцов разного уровня, но Ночная эльфийка не слишком доверяла ему. Скорее не из-за того, что Бьярнум мог предать Резонансного мага, а потому что он вел себя безалаберно и халатно.
С конунга станется отправиться куда-нибудь с бойцами, не предупредив союзников. Тем самым подставив их перед вероятными противниками.
Да и бойцы в страже Нирдхолда служили посредственные. Невысоких: оранжевых, желтых, изредка — зеленых рангов. Грамотный боец высокого ранга вроде той же Кшанти, Лиетарис или Ульдантэ раскидает их как котят. Они разве что способны исполнять роль мяса — живого щита.
В один из дней Мрадиш со своими наложницами подняли тему бракосочетания. Они ведь приехали на Свадебный Фестиваль. Раз в год пары со многих городов съезжались в Арьяджи, чтобы отпраздновать свой союз и сочетаться законным браком.
Кшанти следила за переговорами с интересом. Ниуру запросила банальный осколок высокого ранга. Ульдантэ открылась с неожиданной стороны, попросив у Хорана создать необычный артефакт.
Дзартен оставалось только головой качать в удивлении, слушая их обсуждение. Если Мрадиш сможет создать доступный артефакт, легко снимающий ошейники подчинения, это может серьезно перекроить баланс сил на континенте.
Рабов здесь активно использовали далеко не везде. Больше всего пострадает Книхран. Именно там были сосредоточены основные рабовладельческие плантации и мануфактуры. Книхран производил продукты, хлопок и другие товары широкого потребления. Там ткали самые разные ткани. Одежда и зерно поставлялись в разные части Шимтрана.
Книхран будет явно недоволен, если вдруг начнутся восстания и бунты освобождаемых рабов.
Мрадиш относился к подобным вещам наплевательски. Надо сделать для своей эльфийки артефакт, который может спровоцировать целые войны — пожалуйста.
Дзартен как советнице по безопасности добавится новой головной боли. Теперь еще и за книхранцами придется следить.
Тем не менее, Ночная эльфийка не могла не поражаться той легкости, с которой Мрадиш разбрасывается уникальными изобретениями. Фантастические артефакты сыпались из него словно из рога изобилия. Только и успевай подставлять ладони.
В который раз Кшанти убедилась, что сделала правильный выбор. Если Мрадиш переживет самый сложный начальный период и окрепнет, кто знает — быть может сама Королева Сумеречного Леса будет ездить к нему на поклон.
Если Кшанти Дзартен будет стоять при этом рядом с Мрадишем, то это станет не такой уж и плохой местью за отнятый у нее трон.
— А других претенденток ты не рассматриваешь, Хоран? — влезла Кшанти в свадебные планы Хорана.
Чародей явно удивился ее вопросу. Видимо, он в таком качестве Ночную эльфийку пока не рассматривал.
— Ты чего удумала, зараза лиловая? — хмуро вопросила Ниуру.
— Стать официальной спутницей столь перспективного чародея — большая честь даже для Ночной эльфийки.
— Брешешь, во славу огня! Она что-то задумала, Хоран!
— Вероятно, хочет втереться к тебе в доверие, получить доступ к технологиям изготовления артефактов, а затем скрыться с ними, — предположила Ульдантэ.
— Она и так уже советница по безопасности. Что даже ближе, чем формальная супруга, — почесал щетину Мрадиш. — Значит, ты согласна стать моей эльфо-женой, Кшанти Дзартен?
— Согласна! — мило улыбнулась Ночная эльфийка.
— Не верь этой двуличной гадине. Если Ночной эльф улыбается — жди беды! — продолжила настаивать Ниуру.
— Зачем она тебе нужна, Хоран? — нахмурилась Ульдантэ.
— Ну как? Собери их всех, как говорится… — усмехнулся Хоран.
— То есть, тебе Ночная эльфийка нужна только для коллекции? А нас с Ульдантэ ты тоже ради коллекции взял? — возмутилась Ниуру.
— Мы против твоего брака с Дзартен. Она замышляет недоброе и только будет вносить разлад в наши отношения, — заявила Ульдантэ.
У Кшанти глаз задергался. Эти презренные вертихвостки рушат все ее выверенные планы. Мрадиш был у нее буквально на крючке, но эльфийки устроили против нее натуральный заговор. Отлупить бы этих надоедливых истеричек!
— Я не претендую на роль главной супруги, — мягко произнесла Дзартен, скрывая бурю негодования, бушующую внутри. — Мы быстро найдем общий язык, я уверена в этом. Ведь у нас одна цель — процветание и забота о нашем дорогом женихе!
— Кому ты втираешь! Этот лысый прохиндей никому даром не сдался!
— Следи за языком, рыжая.
Споры только становились еще жарче. Вскоре дело дошло до прямых угроз и оскорблений. Запахло убийственной магией. Лунные эманации, Проклятые миазмы и Огненные сполохи так и витали поблизости.
— Стоп! — поднял руку Мрадиш. — Так мы не договоримся. Торопиться в таких важных вопросах не стоит. Я уверен, что время расставит все по моим местам. Тебе, Дзартен, необходимо заручиться не только моей поддержкой, но и одобрением моей будущей семьи — Ниуру и Ульдантэ. Если они дадут согласие, мы вернемся к этому разговору. Не сомневаюсь, что вы сможете подружиться.
— Только через ее труп, — холодно откликнулась Ульдантэ.
— Не во славу огня! — добавила Ниуру.
Ночная эльфийка сузила глаза и внимательно посмотрела на двух презренных вредительниц, которые встали на пути к ее мечте. Она еще припомнит им этот момент.
— Не переживай, Кшанти, я постараюсь помочь и как-то примирить вас между собой. В семье, как и в отряде, должна царить атмосфера взаимопонимания и поддержки, — высказал Мрадиш миролюбиво и вдруг резко сменил тон. — Поэтому… Ниуру — живо берись за тренировки! Ульдантэ — веди переговоры с клиентами! А я вернусь к своим баранам, то бишь артефактам…
Попытка влезть в ближний круг к чародею не увенчалась успехом. И все из-за парочки презренных хабалок, которые не ценили помощи Дзартен. А ведь именно благодаря ее плану им удалось договориться со Школой Солнца, заручиться их поддержкой, проникнуть в Святой Город, взять штурмом Аббатство и изгнать клятого Бога. Ладно, не без помощи странного питомца Хорана, и тем не менее.
Кшанти пахала на своей новой должности без продыху. Если уж Эмиссар и бралась за дело, то подходила со всей ответственностью. Следила за набором и обучением персонала. Постепенно расставляла сети осведомителей. Налаживала связи среди влиятельных группировок города, в том числе и среди криминальной его части.
И самолично ходила на ночные дежурства. Ночь — время Ночных эльфов. Она прекрасно видела во мраке, так что никакой ксарг мимо нее не проскочит. После нападения грабителей они сделали определенные выводы и усилили периметр, поэтому второй раз тот же прием не прокатит.
Неблагодарные эльфийки! Они у Дзартен еще попляшут. Будут знать, как связываться с благородным Ночным эльфом и вставлять ему палки в колеса! Мрадиш все равно будет ее добычей. Постепенно она подберется к чародею как можно ближе. Изучит его особенности, найдет слабые места. И будет крутить Резонансным магом, как ей вздумается. Все активы Артефактов Мрадиша достанутся ей!
Примерно такой план постепенно сформировался в голове Дзартен.
Дни сменялись один за другим. В Арьяджи становилось все оживленнее. Некоторые прибывали заранее, другие планировали явиться всего за день-два перед Фестивалем.
Широкая переправа через каньон неумолимо вырастала рядом с останками порушенного моста. Мрадиш разъезжал по домам клиентов и клепал свои артефакты. Ниуру действительно взялась за тренировки с полной отдачей. Дзартен надеялась, что Красная эльфийка снова будет отлынивать, но мотивации ей хватало. Ниуру очень хотела получить голубой осколок.
Возможностей нанести ответный удар по презренной парочке невест не представлялось. Но Ночные эльфы умели ждать. Она точно изыщет возможность насолить Ниуру с Ульдантэ.
Хоран пару раз пытался примирить Кшанти со своими невестами. Они посетили лучший ресторан города, гуляли по парку, прошлись вдоль живописного каньона. Тем не менее их отношения не улучшились ни на каплю. Ульдантэ с Ниуру все также недоверчиво относились к Дзартен. Да и Кшанти была слишком горда, чтобы идти навстречу. Вот еще налаживать отношения с презренными низшими!
Однако вскоре возможность насолить им наконец появилась.
Чтобы следить за обстановкой в городе Дзартен активно заводила связи и знакомства, а также использовала слуг, нанятых Мрадишем. Приютские выпускники были посредственными специалистами и слабыми воинами. Без дара, без особых навыков.
Однако та суровая школа жизни, через которую они прошли, тоже могла пригодиться. Приютские прекрасно знали, как работает теневая сторона города. Многие из них занимались попрошайничеством и мелкими кражами когда-то. Они знали многих криминальных авторитетов Нирдхолда. С некоторыми были даже лично знакомы.
С Ночным эльфом редко шли на контакт сразу, так что Дзартен засылала своих агентов. Приютские рыскали по тавернам, околачивались на рынках, налаживали связи с местными бандами и отдельными дельцами.
Подобный подход дал свои плоды. Уследить за всем городом в одиночку было невозможно, но вскоре благодаря ее агентам к Дзартен начала стекаться самая разная информация. Как причудливые бредни и сплетни, так и достаточно надежная информация. За некоторые сведения приходилось платить, но хотя бы здесь Хоран не жадничал — выделял золотые на добычу информации, понимая, что кто владеет знаниями, тот владеет миром.
Начали поступать необычные слухи о переодетых личностях. В Арьяджи стекалось много пар с окрестных городов. Многие ехали большими компаниями. Уличная шпана заметила, как одна женщина справляла нужду стоя в подворотне.
Стали наблюдать за другими гостями города и вскоре высянилось, что среди приехавших много странных людей. Переодетых в женщин оказалось довольно много. Что можно было связать с тем фактом, что среди воинов обычно их встречалось мало. Вот и переодели мужиков в женские наряды, чтобы проникнуть в город, не вызвав подозрений.
Дзартен со своими агентами копали в поисках информации и тщательно проверяли подозрительных гостей. И достаточно быстро вышли на след. Многие из Вольных Городов чеканили собственные монеты из серебра и золота. Дилавердо не являлся исключением.
Они старались расплачиваться слитками, осколками или монетами других городов, но все же некоторые отделившиеся отряды выдали себя. Они меняли свои дилавердовские монеты на другие.
Конунг Харстед не простил обиду. Мало того что он отправил отряд кошмарить пастухов близ Нирдхолда, так еще и провел целое войско в Арьяджи. По очень примерным прикидкам — ведь выявить всех агентов было сложно, дилавердовцев в Арьяджи насчитывалось две-три сотни. Приличное войско, чтобы расправиться с нирдхолдцами.
Кшанти медлила. По-видимому, Харстед планировал атаковать прямо в самый разгар Фестиваля. Его целью являлся Бьярнум, но и остальным он праздник испортит. В том числе и Ниуру с Ульдантэ. Свадебный Фестиваль утонет в реках крови.
В нужный момент она раскроет заговор и уведет Мрадиша, а остальные пусть сами спасаются. Она к ним советником по безопасности не нанималась.
Невесты с женихом готовились к свадебной церемонии. Мрадиш приобрел себе темный костюм с камзолом, жилетом и туфлями с золочеными пряжками. Выглядел мужчина вполне респектабельно. Как уважаемый аристократ или богатый купец. Впрочем, Кшанти все еще слабо понимала, что эльфийки в нем нашли. Разве что тоже ищут местечко потеплее, как и она сама.
Ниуру с Ульдантэ долго выбирали свадебные наряды. Хоран настаивал на белом цвете, однако эльфийки не согласились. И у них на родине и у местных белый цвет не ассоциировался со свадьбой.
Ульдантэ предпочла нежно-голубое платье в качестве знака почитания Кайи, которой поклонялись Лунные эльфы. Ниуру избрала огненно-красное яркое платье. Понятно почему — в честь своего любимого пламени.
В Вольных Городах и многих близлежащих поселениях красный цвет тоже считался предпочтительным для невесты. Цвет огня и солнца, цвет самой жизни. Во всех: в людях, в большинстве видов эльфов и даже в некоторых гоблинах — текла красная кровь.
Дзартен предвкушала хаос, который будет твориться на празднике. Все старания и приготовления Ульдантэ с Ниуру пойдут насмарку. Их платья будут уничтожены и разорваны в ходе боев. Небольшая месть, но очень сладкая.
Переправу через каньон успели завершить буквально за день перед мероприятием. Конунг Арьяджи вместе со своим коллегой из Нирдхолда и Резонансным магом торжественно открыли новый мост. Переправа стала более широкой и основательной. Не успели, правда, красиво отделать перила, но то доделают местные мастера.
Главное, что кареты и телеги теперь могли спокойно переправляться через преграду. Первые испытатели сразу ступили на новый мост. Некоторые более суток ждали на той стороне, когда же закончат работы.
Наступила последняя ночь перед Свадебным Фестивалем. Дзартен бодрствовала как обычно. Ночная эльфийка следила за обстановкой во дворе гостиницы, в которой они остановились. Проверяла, на месте ли часовые. Впрочем, она так вымуштровала солдат, что те скорее руку себе отрежут, чем заснут на посту.
На небе висел тонкий полумесяц Кайи. В один из ночных часов наружу вдруг выскользнула Ульдантэ. Эльфийка надела свое свадебное платье по одной ей ведомой причине. Хоть это и считалось дурной приметой — надевать свадебный наряд раньше церемонии.
Ульдантэ кружила по двору с легкой улыбкой и напевала странные мотивы, часто поглядывая на святящийся на небе полумесяц. Лунные эльфы были помешаны на Кайе. Ульдантэ выглядела безмятежной и довольной. Выглядела по-настоящему счастливой.
Ниуру тоже в последние дни часто носилась со своим новым красным свадебным платьем. Даже на боевую тренировку один раз в нем заявилась и чуть не порвала. Энергия из Красной эльфийки в последние дни била фонтаном.
Они обе были взбудоражены грядущим событием, хоть и старались этого не показывать. Для них это был особенный день.
Что-то в глубине Кшанти дрогнуло. Она еще раз посмотрела за кружащей по двору луноликой Ульдантэ и вздохнула. Насколько же она привыкла к маске, насколько сильно вжилась в роль Ночного эльфа? Невольно старалась соответствовать ожиданиям окружающих и стереотипам. Ведь все в них видели злопамятных и жестоких существ без капли сострадания и эмпатии.
Дзартен, конечно, не безгрешна и не славилась многими добродетелями, но так ли необходимо портить праздник людишкам? Устраивать месть своим соратникам? Получит ли она удовлетворение от содеянного?
Кшанти подняла со стола небольшую папку со списками гостей города, в которых заподозрили прокравшихся агентов Дилавердо. Ей подумалось, что иногда не стоит идти по проторенной дорожке Ночного эльфа. Надо идти собственным путем.
[Хоран Мрадиш]
Трудовые и предсвадебные хлопоты захватили нас с головой. Я пахал как проклятый, желая успеть зачаровать побольше артефактов и, соответственно, содрать с жителей Арьяджи как можно больше золота. Куш получался солидным, ведь рынок был никем не освоен.
Правда, здесь проблема обогрева и дров стояла менее остро, чем в Нирдхолде. Во-первых, поблизости росли деревья. Рощицы хилые, но с паршивой овцы хоть шерсти клок. Во-вторых, ночи были чуть менее холодными. Вернее, здесь месяцами могло быть тепло, а затем на какое-то время становилось прохладно как в соседнем Нирдхолде.
Артефакты для готовки и обогрева не пользовались настолько большой популярностью. Тем не менее, желающие приобрести мои устройства даже в очередь выстраивались. Кто-то хотел избавиться от дыма и копоти, другие не желали топить дом всю ночь, третьи — просто выпендриться и заиметь модный гаджет. Артефакты Мрадиша должны быть в каждом доме!
Мы с невестами выбрали наряды для себя и слуг, а также договорились обо всем с главным пастором Арьяджи, который и будет проводить церемонию. Свадебный Фестиваль грозил растянуться на несколько суток, поскольку желающих совершить обряд бракосочетания было много в этом году. Даже аномально много, как утверждали старожилы.
Народ стекался в Арьяджи со всех сторон бурным потоком. Считалось, что если заключить брак во время Свадебного Фестиваля, то семью ждет счастливое, безбедное и богатое будущее.
К счастью, наиболее достойные личности, внесшие хороший вклад в казну города, шли первыми. Нам удалось сэкономить. Моей известности, связей с конунгом и восстановленного моста хватило, чтобы поставить нас в очереди одними из первых.
Обывателям будет уделено всего несколько минут времени. Почетным гостям вроде нас — поболее. Помимо приличной одежды для себя и слуг мы договорились о торжественном банкете, что, к слову, проело заметную дыру в нашем бюджете. Во время Фестиваля цены на торжества в тавернах взлетали до небес. Да еще оплатил услуги местных скоморохов, тамады и магов-иллюзионистов, которые будут развлекать толпу.
Первый раз в жизни женюсь все-таки. Тем более сразу на двух прекрасных эльфийках. Гулять, так по полной!
Параллельно занимался просьбами невест. Переговоры по осколку голубого ранга заняли приличное количество времени и сил. Местный богатей заломил несусветную цену за свое сокровище, которое передавали из поколения в поколение. Просто одаренных подходящего ранга не нашлось в их семейке.
В итоге мне удалось уговорить скупердяя. Просто он хотел заполучить Артефакты Мрадиша, а я пригрозил, что не буду их устанавливать, если он не согласится продать голубой камень. Богатей не мог купить мои устройства через подставных лиц, ведь их все равно необходимо было настраивать на месте.
Так что мы сошлись на вполне удобоваримых условиях. Я обеспечил его дворец массой различных артефактов. Не только для готовки и обогрева, но даже генерацию воды старый мажор захотел. Хотя через Арьяджи протекала небольшая речка и проблем с питьевой водой в целом не возникало. Хозяин — барин. Мне же проще. Обмен свершился.
Ниуру тренировалась до изнеможения — настолько сильна была ее жажда повысить свой ранг и усилиться. Несколько раз чуть ли не всю энергию расходовала и почти вырубалась из-за недостатка энергии. Мое требование по тренировкам она выполнила сполна.
У эльфийки даже начала потихоньку получаться новая особая атака, которой я ее научил. Я не знал, сработает ли подобный трюк. Ведь магическая стихия не всегда действовала так, как ты от нее хочешь. Но в итоге Ниуру смогла разработать огненный Кумулятивный Снаряд, как я его прозвал.
В плотной каплевидной оболочке эльфийка держала высоконцентрированный сгусток пламени под давлением. Настолько большим, что огонь чуть ли не в плазму превращался. При столкновении в месте контакта это пламя выплескивалось наружу через тонкое отверстие, создавая нечто похожее на прожигающую кумулятивную струю.
Концепт в целом классный, но работало пока так себе. Твердую прочную оболочку из Огня создать оказалось сложно. Если говорить в общем, стихии были весьма гибкими в подобном плане. Можно было сформировать как мягкий и тягучий словно вода Огонь, так и прочный почти как камень. Но все же некоторые ограничения оставались. Да и накачать внутрь Огонь под большим давлением — тоже непростая задача.
Ниуру старательно оттачивала новое заклинание, и за несколько дней активных тренировок получила первые результаты. Заклятье перестало так часто сбоить и наконец-то начало пробивать простые Барьеры.
Эльфийка радовалась успехам словно дитя. И требовала свой осколок ежечасно, становясь все более настырной с каждым днем. Пришлось еще приобрести несколько осколков рангами поменьше, чтобы Ниуру довела свою ауру до планки текущего ранга.
Я хотел презентовать голубой осколок с помпой — во время свадебной церемонии или на банкете. Представить все красиво и благородно. Но не учел один момент, который именовался Ниуру. Красная эльфийка, только прознав про наличие у меня голубого осколка, впала в приступ неконтролируемой жадности. Что такое терпение она не знала от слова совсем.
Какое-то время я сопротивлялся, но вскоре сдался:
— Да подавись ты этим осколком! — швырнул я в нудящую эльфийку осколком стоимостью в тысячи золотых.
— Во славу огня! — загорелись ее глаза.
Ниуру моментально проглотила подаренный осколок — даже быстрее, чем это сделала бы Мякотка. И вскоре аура Красной эльфийки вспыхнула от притока энергии. Я выгнал ушастую на полигон, дабы она не спалила нашу гостиницу. Еще долго Ниуру тренировалась, опаляя жаром мишени и оттачивая Кумулятивный Снаряд.
Лишь поздним вечером она вернулась в номер и бесцеремонно растолкала меня. Энергия из Ниуру все еще била ключом, ища выхода. Ушастая устроила мне настоящий секс-марафон, так что я не сильно расстроился из-за прерванного отдыха. Это был самый лучший и одновременно самый дорогой секс в моей жизни. Голубые осколки на дороге не валяются.
Параллельно я занимался и научными изысканиями по зачарованию Печати Неподчинения. В Сумеречном плену мне удалось расшифровать контуры, так что и обратно внедрить их в заготовку оказалось не слишком сложно. Несколько дней расчетов, проб и ошибок, и Неподчинение успешно устроилось в дорогом куске металла.
Я пробовал серебро и золото, но заклинание не работало от слова совсем. Какие-то помехи мешали его нормальной активации. Слишком тонкое плетение. Драгоценные камни в целом годились, только требовались крупные экземпляры, а они сильно били ко карману. Гоблинское серебро стоило дешевле самоцветов, но дороже золота.
Да и в продаже его было просто напросто мало. Добывать сложно, обрабатывать тоже. Популярностью платина не пользовалась. Не такая красивая как желтое блестящее золото, а заклинания хранит ненамного лучше.
Я приобрел несколько слитков, из которых мы изготовили грубые жезлы. Постарались соблюсти полную конспирацию, начиная с покупки металла через подставных лиц. Чтобы происхождение артефактов затем не отследили.
Лунных контуров не хватало для активации Неподчинения на полной мощности, так что я встроил стандартную запитку от осколков. Красного камня хватало на несколько десятков секунд действия, плюс они могли иногда дать сбой. Оранжевые осколки работали намного дольше и со стопроцентной эффективностью избавляли от подчинения. Пусть пользователи сами выбирают, какой вариант дешевле и предпочтительнее.
Мне в целом было плевать на судьбу рабов на Тардисе. Поможет им артефакт Неподчинения или никак не повлияет — предсказать было крайне сложно. Но раз любимая эльфийка хочет такую безделушку — почему бы и не побаловать ее?
В последний день перед Фестивалем я закончил зачарование артефактов и презентовал их Ульдантэ:
— Удалось добыть металла только на две заготовки, и то они обошлись мне в кругленькую сумму. Артефакты Неподчинения полностью рабочие. Может пользоваться и неодаренный. Всего лишь сюда надавить, и контуры активируются.
Лунная эльфийка внимательно ознакомилась с поданными жезлами. Цилиндрики из платины выглядели крайне непритязательно. В специальных пазах поблескивали красные осколки. Да отлшифованное место для нажатия выделялось. Придавать артефактам изысканный вид я не собирался. Не для продажи ведь изготавливал.
В теории можно было попытаться тайно продать какой-либо богатой стороне, но риск раскрытия все равно оставался велик. У меня в любом случае имелся стабильный источник дохода, так что лучше не связываться с сомнительными подработками.
— Всего две? — нахмурилась Лунная эльфийка.
— Если найдем в продаже платину, сделаю еще, — пожал я плечами. — Кому ты собираешься их передать?
— Есть несколько организаций. Скорее всего один отправлю Школе Солнца. Они борются с Братством Тумана и рабством в целом, хоть и не так активно, как та же Лига Без Оков.
Я сомневался, что Шукхур, по совместительству правитель Черной Длани и Школы Солнца, отправит их в крестовый поход против рабства, но разубеждеть Ульдантэ не стал. Романтичная, мечтательная натура!
— Другой отправлю сопротивлению Книхрана, которое сражается с рабовладельцами. Они найдут артефакту применение. Спасибо большое, Хоран! Я рада, что пошла следом за тобой…
— Всегда пожалуйста, дорогая! — зевнул я. — Надо бы отдохнуть как следует. Завтра важный день для нас с тобой и для Ниуру…
— Ты прав. Но возможно ты не настолько устал, чтобы пропустить мою благодарность тебе? — заявила Лунная эльфийка с непроницаемым лицом.
— К благодарностям я всегда готов! — откликнулся я моментально.
Снова мне довелось заниматься весьма дорогим сексом. Немного дешевле, чем в случае Ниуру — платиновые слитки стоили меньше, чем голубой осколок. Ульдантэ выложилась на полную, так что я почти не жалел о потраченных деньгах. Что с учетом моей прижимистости великое достижение!
На прочие вещи в эти дни моего внимания не хватало. Артефакты для клиентов, восстановление моста и просьбы невест занимали все доступное время и силы. Я даже не подозревал, что все эти дни в Арьяджи кипела ожесточенная подковерно-шпионская борьба.
Только мы с Ульдантэ собрались на боковую после изнурительной тренировки нашей грядущей семейной жизни, как в номер вежливо постучали.
— Кого еще там несет на ночь глядя… Кшанти, ты? — почуял я магическим зрением отголоски ее проклятой ауры.
— Я должна сообщить важную информацию. В городе заметили большое количество фальшивых пар из Дилавердо.
— Не могла до утра подождать? — буркнул я, надевая штаны.
— Нельзя медлить, — быстро оценила угрозу Ульдантэ. — Необходимо устранить препятствие. Свадьба должна пройти идеально.
Мы разбудили остальных соратников, включая и Ниуру, которая видела уже десятый сон. Красная любезно дала нам с Ульдантэ провести время вдвоем.
— Че? Дилавердовцы здесь? Ночная разузнала? Почему тогда сразу не сказала, во славу огня? — потирая глаза, вопросила невеста.
— У нас не было полной уверенности, — невозмутимо откликнулась Дзартен.
— Да? А может ты хотела испортить нам праздник? — подозрительно откликнулась Ниуру.
— Тебе так только кажется. Если бы хотела испортить — не стала бы предупреждать.
Эльфийки по своему обыкновению готовы были цапаться друг с другом хоть до самого утра, так что мне пришлось поторопить их:
— Выгоним дилавердовцев из города и поспим нормально… Надо сообщить конунгам.
Мы экипировались в полные наши походные доспехи и выступили в ночь. Первым делом добрались до ставки Бьярнума, для войска которого выделили место в казармах. Конунг не желал ночевать в гостинице вдали от своих парней. Простая койка и компания друзей была ему важнее роскоши дорогого номера.
С трудом, но мы добудились Бьярнума. Вождь Нирдхолда по излюбленной своей традиции провел вечер за гулянками.
— Дилавердо? И поганец Харстед здесь⁈ — грохнул по столу пробудившийся вождь.
— Весьма вероятно, — кивнула Кшанти. — Хоть лично его никто не видел.
— Он в стороне бы не остался. Явился в Арьяджи, чтобы испортить праздник и отомстить за непутевого сыночка. Харстед! — взревел Бьярнум. — Выходи, трусливая сволочь!
Конунг выскочил на улицу чуть ли не в одном исподнем. За ним следовали поднятые по тревоге бойцы.
— Хватит голосить! — пытался я его образумить.
— Необходимо использовать фактор неожиданности, — увещевала Дзартен.
Однако взбешенному правителю было плевать на наши доводы:
— Харстед, где ты прячешься⁈ Выходи из своей норы! Сразимся один на один как настоящие воины!
Хоть оживление спало, улицы Арьяджи в эту ночь не спали. В преддверии Свадебного Фестиваля многие компании гуляли по городу, пьянствовали и всячески развлекались.
Воины Нирдхолда высыпали наружу следом за предводителем в полном боевом облачении. Бьярнуму принесли его доспехи, меч и щит.
Дилавердовцы тоже следили за обстановкой. Вскоре рядом с нами стала собираться группа плечистых парней с оружием. А затем и сам Харстед вышел из-за спин союзников. Конунг Дилавердо замаскировал свою внешность, но при ближайшем рассмотрении его можно было узнать.
— Ты никогда не отличался терпением, Бьярнум, — хмыкнул Харстед. — Настало время платить по счетам. Мой сын будем отмщен и обретет покой в колесе перерождения!
— Ты поплатишься за то, что отправил своих людей резать беззащитных пастухов! Сразимся один на один! Без привлечения наших бойцов! Это только наш спор. Нечего сторонним гибнуть из-за наших распрей!
— Мудрое решение, — объявил Харстед. — Вот только я не обладаю силами Воителя, в отличие от тебя.
— Сразимся без дара. Я готов надеть на себя определитель магии!
— Даже так?
Харстед задумался ненадолго. Спустя время конунг принял решение:
— Да будет так! Сразимся здесь и сейчас, без магии. Бой до последнего вздоха. И пусть Боги определят достойнейшего из нас!
— Бой!
Бьярнуму не терпелось начать поединок, но сначала ему принесли особый артефакт. Браслет, который крепился на локте и начинал мигать, если по ауре проходили потоки энергии. Такое происходило когда маг плел заклинания, одаренный эльф или Воитель применяли свои способности. Поговаривали, что обмануть определитель магии почти невозможно.
Зная Бьярнума, он и пытаться сражаться нечестно не будет. Простой как топор мужик.
Что ж, по крайней мере бойни удалось избежать. Конунги решили выяснить, кто из них прав по старой доброй дуэльной традиции. Подобное не сказать чтобы запрещалось, но обычно не поощрялось. Особенно среди одаренных, кои являлись важными фигурами в любом государстве и Вольном Городе. Плохо, когда гибнут твои чародеи и Воители.
Однако против слов конунгов никто высказаться не посмел. Правители считали себя вправе проводить смертельный поединок.
Особо ничем помочь Бьярнуму мы не могли. Зачарованный меч и хорошие доспехи у него имелись, так что оставалось положиться на его бойцовские качества.
Два конунга встали друг напротив друга во всеоружии. Бьярнум с мечом и роскошной гривой рыжих волос и Харстед с боевым топором и грозной лысиной. Из-за последнего я отчасти болел за Харстеда. В знак солидарности с лысым собратом.
Зевак собралось прилично, не говоря о наших солдатах. Каждому хотелось поглядеть на поединок правителей.
Помощники развели зрителей в стороны, организовав открытую площадку. После чего дали старт поединку чести.
Харстед атаковал яростно. Несся вперед и активно бил топором. Но и Бьярнум от него почти не отставал. Меч так и мелькал в руках здоровяка, ударяя о доспехи или щит. Сыпались искры, раздавалось лязганье и ругань.
Вскоре последовали и первые ранения. То одному, то другому удавалось достать оппонента. Сражались они оба бесстрашно и исступлено, не щадя живота своего.
Харстед рассек брюшные мышцы противнику, Бьярнум сумел резануть оппоненту сухожилие на ноге. Конунги теряли кровь, силы и сноровку. Двигались все медленнее.
Определитель магии ни разу не загорелся. Бьярнум не использовал свои силы Воителя.
Харстед сопротивлялся достойно. Сумел несколько раз задеть кровного врага. Однако правитель Нирдхолда был искусснее в бою и физически сильнее. В итоге клинок Бьярнума ударил того в лицо. Прорезал частично доспех и посек физиономию. Пока Харстед, потерявший глаз, пытался оклематься, Бьярнум сделал точный выпад и пронзил грудную клетку вождья Дилавердо.
Смертельно раненый Харстед рухнул на мостовую:
— Боги на твоей стороне… — произнес он и испустил последний вздох.
Бьярнум упал на колени рядом с поверженным противником и прикрыл тому остекленевшие глаза:
— Ты сражался достойно, друг. Жаль, что Нирдхолд и Дилавердо так и не смогли обрести примирения…
На площадь вдруг выскочила большая процессия во главе с офицерами стражи и самим конунгом Арьяджи. Правитель Карвенс выглядел недовольным, что в целом и не удивительно. Мне тоже не нравилось, когда меня будили среди ночи.
Однако, как показали последующие события, его гнев был вызван не тем фактом, что его дернули из кровати в столь поздний час.
— Выскочки из Нирдхолда! Как посмели вы надругаться над конунгом Дилавердо! Убить почетного гостя города и моего друга!
— Это был честный поединок. Свидетели подтвердят, — поднялся Бьярнум на ноги.
— Тц, — услышал я шипение Кшанти. — Так значит, презренный помог дилавердовцам проникнуть в город. То-то мне казалось странным, что они так вольготно чувствовали себя в Арьяджи. Они были заодно со стражей.
— Слушайте мой приказ: войска Дилавердо, стража Арьяджи, — продолжил Карвенс. — Преступники из Нирдхолда должны быть наказаны за свои злодеяния!
— Ты что несешь, подонок! — нахмурился я. — Мы же восстановили ваш ксаргов мост!
— Поэтому в вас больше и нет необходимости. Уничтожьте нирдхолдцев и проклятого Резонансного мага! — взвизгнул конунг Арьяджи. — Бьярнум, ты ответишь за убийство дорогого конунга Харстеда! Мрадиш, ты больше не будешь сеять в моем городе свои гадкие артефакты!
События развивались не совсем в том направлении, в котором нам бы хотелось. Карвенс объединился с Харстедом, о чем мы не были в курсе. Даже Кшанти, собиравшая всевозможные слухи, была удивлена такому повороту. Харстед и Карвенс не были никогда близкими друзьями. Конунг Арьяджи недолюбливал что Дилавердо, что Нирдхолд.
Остается предположить, что после инцидента со смертью сына и уничтожением моста поселения Дилавердо и Арьяджи заключили некий тайный союз против нас. Странно, правда, что они не атаковали нас сразу же по прибытию. То ли ждали подхода подкреплений, опасаясь нашей силы, то ли договорились лишь недавно. Харстед не решался делать шаг, пока Бьярнум находился рядом со своими войсками. А далеко от них конунг никуда и не отлучался.
Нас окружили бойцы противника. С одной стороны прибывала городская стража Арьяджи, с другой находились воины Дилавердо. Соратники Харстеда не спешили бросаться в бой, да и Карвенс медлил. Правитель желал захватить нас без лишней крови. Неизвестно, что он планировал делать с пленными, но проверять в любом случае не хотелось.
Было бы забавно, если бы на меня снова нацепили ошейник подчинения, и я бы сбежал в первый же день. Только вряд ли местные допустят такую оплошность, ведь слухи о моем побеге из эльфийского плена распространились по всему континенту. Порой известность играла с тобой злую шутку.
Напряжение так и витало в воздухе. Казалось, его можно черпать ложкой и разливать по тарелкам. Этой ночью нам предстоял весьма рискованный «перекус». А я ведь старался не есть после шести.
Бьярнум выступил вперед и взял слово. Громогласный голос конунга прокатился по притихшей площади:
— Воины Дилавердо! У нас нет причин сражаться. Все разногласия между конунгами улажены в честном поединке. Вы все видели, что бой прошел по всем правилам. Харстед был достойным противником. Но теперь это в прошлом. Вам нет нужны плясать под дудку Карвенса. Арьяджи устроил против нас заговор. Отступитесь, воины. Ведь дома вас ждут жены и дети. Харстед бы не хотел, чтобы вы сложили голову понапрасну.
Бойцы переглянулись. Мощная речь Бьярнума произвела на них впечатление.
— Что ты несешь, сволочь! У нас с Харстедом были договоренности! — истерично отметил правитель Арьяджи.
— Харстед мертв, — проговорил Бьярнум веско. — И если ты не отступишься, можешь разделить его судьбу!
— Вас в разы меньше! И ты еще смеешь мне угрожать⁈ — продолжил Карвенс. — В моем же городе!
— Может, нас и меньше, чем вас. Но правда на нашей стороне, — усмехнулся раненый Бьярнум и махнул клинком.
Бесстрашная Лейна во время его речей аккуратно накладывала на Воителя Целебное Касание. Иначе бы владыка Нирдхолда уже истек кровью и обессилел.
— Значит, сдаваться вы не намерены. Я милостиво предлагал сохранить ваши жизни, — вздернул подбородок Карвенс. — Но договариваться с нирдхолдцами бессмысленно. Вы устроили натуральный беспредел во время Ярмарки, разрушили мост — нашу главную достопримечательность! Бьярнум, ты ответишь за убийство дорогого конунга Харстеда! Мрадиш, ты больше не будешь сеять в моем городе свои гадкие артефакты! Уничтожьте их всех до единого!
— Долой Нирдхолд! — взревели прихвостники Карвенса.
Стража Арьяджи пришла в движение. Полетели первые стрелы, заклинания сорвались с посохов.
Все это время мы без дела не сидели. Когда только Бьярнум еще начал разборки с Харстедом, я сразу же взялся за расчеты магического фона. К концу его поединка как раз успел доработать и обновить печать Дисбаланса в своих фокусаторах. Использовал для основных заклятий среднего размера самоцветы. Свой посох-браслет я ведь модернизировал еще ранее. Так что заклинания будут формироваться чуть быстрее и реже сбоить.
Разве что из-за Проклятья могут быть сложности, но я в целом за прошедшее время сумел приноровиться к недугу. Чуял, когда заклинание развивается неправильно и замечал кривые контуры. Сразу развеивал печать и начинал формировать плетение заново. Поэтому взрывы и неудачные активации свелись к минимуму.
Пока Бьярнум болтал, по-тихому создал Ночную Призму и передал Кшанти. Лиетарис окуталась плотным лесным доспехом. Само собой, она не забыла про призванное существо, когда мы выступали в ночь. Остальные тоже были готовы к сражению. Лучшие наши доспехи и оружие. Энергия полностью восстановлена.
На одной из площадей Арьяджи воцарилась натуральная мясорубка. Стража города поперла на нас, выпуская один снаряд за другим. Магов и одаренных у Карвенса было достаточно. Наши спешно воздвигнутые Барьеры трещали по швам.
Громыхало, лязгало, шипело. Остатки проникающих электических разрядов кусались током. Огненные сполохи опаляли жаром. Ледяные завихрения, проникающие через барьеры, обдавали жутким морозом. Выпущенные каменные шипы вязли в щитах и опадали на мостовую с глухим звуком.
Стрелы и арбалетные болты барабанили по доспехам, барьерам и щитам словно град.
Сил у Карвенса было заметно больше. Он чуть ли не всю армию поднял по тревоге и выставил против нас. Тогда как Бьярнум взял с собой лишь часть войск, рассчитывая, что конунг Арьяджи будет на нашей стороне. На стороне закона и справедливости.
Хоть нас было и меньше, списывать со счетов меня, моих слуг и нирдхолдцев не стоило.
Волновой Дисбаланс выкосил первую партию нападавших. Осколки резонировали и лопались, уничтожая тела или вскрывая грудные клетки. Заклинание было особо эффективным против обычный войск без магических защит. Доспехи против Дисбаланса помогали скверно.
— Вы не помешаете моей свадьбе, подонки! Горите, во славу огня! — взъярилась Ниуру.
— Завтра у меня важный день, поэтому отправляйтесь в колесо перерождения, будьте так любезны, — с холодной вежливостью проговорила Ульдантэ.
Красная эльфийка вложила в пламя всю свою душу и ненависть. Кумулятивные огненные снаряды летели один за другим. Разрушали барьеры магов, пробивали их и выжигали тела бойцов плотной огненной струей.
Ульдантэ с Лиетарис врезались во вражеские порядки и принялись раскидывать стражников. Эльфийки чуть ли не растворялись в воздухе, двигаясь с феноменальной скоростью. Черепа лопались, ребра проминались словно фольга. Клинки Лиетарис разили без промаха. То основным кого-то нанижет, то хвостовым зачарованным кинжалом порежет.
Дзартен активно использовала Ночную Призму. Черный луч Проклятья проходился по вражеским рядам. В основном она выцеливала одаренных, которые имели слабую защиту. Попавшие сгустки Проклятья ослабляли бойцов.
Лейна насылала Цепные Молнии, отправляя один сгусток за другим. Чародейка зеленого ранга как никак! Враги падали как подкошенные и корчились в конвульсиях.
Нирдхолдцы тоже не сидели без дела. Ведомые конунгом они отчаянно бросились в самую гущу боя. Одаренные поддерживали издали. Таковых в войске Бьярнум было мало, но они вносили существенный вклад.
Жаль, что Кирлох с собой брать не стали. Гоблинша, конечно, имела полезный боевой навык, но пугать жителей Арьяджи не стали. Нирдхолд-то еще не привык к тому, что в городской страже служит гоблин, куда уж соседей пугать.
Рядовые бойцы отлично выполняли роль основного щита, не подпуская напирающих врагов к нам. Ульдантэ с Лиетарис носились по флангам, не давая группам противника зайти к нам с боков или с тыла.
Юджин с Лесной эльфийкой тоже принимали активное участие. Рыжему прилетело по шлему нехило, так что он чуть не отрубился. Благо его благоверная послала стрелу в нападавшего и не дала ему добить Красного эльфа, который сумел пережить множество передряг. Переживет и эту заварушку!
Ниуру долбила словно крупнокалиберная гаубица, пробивая даже средние по силе барьеры. Вот на несколько слоев защиты ее не хватало. Да и мне с таким противником было сложно справиться. Некоторые одаренные грамотно прикрывали друг друга, наслаивая барьеры и создавая по две, а то и по три-четыре преграды в одном месте. Одну-две пробьешь, но дальше снаряд завязнет. Приходилось оставлять их напоследок.
У Карвенса даже одаренный Ночной эльф имелся в страже, а это зверь редкий. Зная, что целителей проклятий в Нирдхолде мало, и мне придется потом возиться с лечением бойцов, я сосредоточил усилия на нем. Ночной возился на передовой и аккуратно проклинал наших солдат. Это тебе не Кшанти с Призмой, бьющая точно на десятки метров. Ему приходилось сближаться.
Улучив момент и дав команду Ниуру, мы вдарили слитным залпом. Красная пробила защиту, за которой он прятался, а я довершил разгром пробивным Дисбалансом. Осколок срезонировал и раскидал Проклятые эманации вокруг. Задело даже его союзников, которые находились рядом. Солдаты явно не были рады новой напасти, из-за которой чернела кожа, отказывали части тела, хирела аура и появлялись самые разные болячки. Минус Ночной, мне же легче.
Сражение протекало с переменным успехом. Были потери и раненые и с нашей стороны. Лиетарис попыталась прорваться к ставке вражеских чародеев. Она смогла в безумном забеге зайти к ним в тыл, обогнув многослойные щиты. Двоих вывела из строя точными ударами, но затем схлопотала несколько заклинаний в упор. Только щепки и куски лиан полетели в разные стороны от поврежденного доспеха.
Высокая эльфийка ретировалась, получив несколько глубоких ран. Больше она на рожон не лезла. Но дело свое сделала — ослабила одаренных Арьяджи, прорвавшись на скорости к ним за спины.
Дзартен косила одаренных направо и налево, рассылая проклятья. Не удивительно, что по Ночной стали бить в первую очередь. Даже меня или Ниуру враги опасались меньше. Никто не хотел заработать Проклятье. Одна из зачарованных стрел пробилась через Барьер, который я поддерживал и влетела в живот эльфийки. Ночная ни звука ни издала. Продолжила сражаться как ни в чем ни бывало. Чуть позже Лейна заметила, что она ранена и спешно наложила Целительское Касание.
Меня тоже старались достать как одну из главных целей. Однако лишь ослабленные ошметки заклинаний и снарядов пробивались через многослойную защиту. Я держал Адаптивный Барьер, прикрывал себя Туманом и старался держаться за Огненным щитом Ниуру, который эльфийка периодически выставляла.
Дисбаланс уничтожал врага пачками. Осколки лопались, тела разрывало.
Ульдантэ как обычно лезла вперед, собирая на себе все мыслимые и немыслимые ранения. Лейна только и успевала ее окрикивать, чтобы подлатать.
Ниуру тоже досталось. Совершенно неожиданно для нас почти полностью невидимое существо атаковало Красную эльфийку. Было темно, луна почти не давала света. Не удивительно, что мы проморгали появление одаренного Безликого эльфа. Поганец пырнул мою невесту в бок кинжалом.
Следом получил Дисбаланс и покинул сей бренный мир. Невидимость спала и перед нами предстал оголенный эльф с чешуйчатой светло-коричневой кожей. Ушастый хамелеон ксаргов!
Лейна быстро пришла на помощь Ниуру. Я помог с противоядием. Кто знает, вдруг кинжал был отравлен. Красная эльфийка не стала делать перерывы. Продолжила обстреливать врага огненными снарядами.
— Получите, выродки! Я доживу до свадьбы и переживу вас всех! Во славу огня!
Мы удвоили бдительность, опасаясь, что у Карвенса на службе затесался еще один-другой одаренный Безликий эльф. Так и оказалось. На выручку пришла Мякотка. Гурдиха заметила подкрадывающегося сзади Безликого эльфа и вдарила по нему рогами. Затем мы добили диверсанта.
Мякотка расшвыривала нападавших, практически в одиночку сдерживая фланг. На ней была надета тяжелая защитная попона, да и голубой ранг придал ей сил. Никто не мог справиться с божественной гурдихой. Я даже начал сомневаться, что сам смогу ее победить, если вдруг возникнет такая необходимость. В ближней сшибке ей не было равных.
Правда, защитными навыками или барьерами она не владела, так что гурдихе постоянно доставалось. Иногда у нее получалось магической волной отклонить атаку врага или летящий снаряд, но многие выпады она пропускала.
Несколько арбалетных болтов вонзились в круп конелосяшки. А один Воитель сумел чудом ударить копьем по морде питомца и выбил ей глаз. Мякотка его потом растоптала в кашу, рассвирепев. Ранение не смертельное, и то ладно. Восстановим, когда эта кутерьма закончится.
Дилавердовцы вняли словами Бьярнума. Они не стали поддерживать ни нас, ни Карвенса, оставшись в стороне от сражения. Если бы их не удалось убедить, нас бы точно задавили числом. И так все держалось на волоске. Лишь благодаря бойцам высоких рангов мы сумели выстоять.
Бьярнум пер вперед словно носорог. Конунг обзавелся множеством новых ран и едва держался на ногах, но ничто не могло сломить волю правителя Нирдхолда. Настоящий воин. Иногда я завидовал подобным людям, сражающимся на передовой словно мифические герои. Да, мне тоже порой приходилось вступать в ближний бой, но скорее по необходимости.
Впрочем, глядя на многочисленные ранения Бьярнума, Мякотки, Лиетарис и Ульдантэ, я убеждался в том, что лучше косить врага издали, с относительно безопасной дистанции. Тем более мой обширный арсенал изобиловал разными убойными заклинания дальнего боя.
На нашей стороне также сражалась пара отрядов простых бойцов: нанятых наемников и взятых на службу молодых воинов из приюта. Первые воевали умело, но держались подальше от горячих точек. Для них собственная сохранность была важнее победы. Вторым еще было куда расти, зато бились они отважно.
Враг перестал наступать и заперся в глухой обороне. Но наши бойцы тут и там вскрывали их порядки. Стража Арьяджи оказалась куда менее боеспособной, чем мы полагали. Даже простые воины Нирдхолда дрались с большей отвагой и свирепостью.
Возможно, дело все в фигурах их предводителей. Бьярнум рвался в первых рядах и являл своим примером образец настоящего воина. Карвенс отсиживался за спинами и лишь нервно выкрикивал команды подчиненным, требуя нас уничтожить. От него так и разило страхом.
С боковой улицы начало просачиваться подкрепление. Стража и неравнодушные жители стекались на площадь, чтобы дать отпор недругами, коими нас представили.
Мы не были готовы воевать со всем городом.
— По команде атакуем центр обороны! — скомандовал я своим слугами, одаренным и стрелкам Бьярнума.
Дзартен удачно подловила одного из вражеских чародеев, ударив черным лучом в прореху Барьера. Маг хватанул дозу Проклятья и выбыл из строя.
— Сейчас!
Мы навалились на магические оборонительные порядки врага. Я, Ниуру и другие одаренные ударили слитным залпом по центральным барьерам. Огненные, ледяные, электрические, звуковые и каменные снаряды разорвали остатки защит. Дисбаланс тоже пригодился. Точку поставила кумулятивная струя. Огненный поток преодолел последние слои и прошил шею Карвенса.
Конунг рухнул на мостовую и захрипел в агонии. Никаким даром он не владел, так что полагался только на своих подчиненных. Стража не смогла совладать с натиском Буйволов Пустошей, как иногда называли жителей городов, специализирующихся на разведении скота.
— Вперед!
Бьярнум погнал войско в атаку, и враг дрогнул. Без указаний Карвенса стража начала разбегаться. И даже несколько дезертиров могли серьезно изменить баланс сил. Строй рассыпался, бойцы пятились и колебались.
— Карвенс мертв! Сложить оружие! — ревел Бьярнум.
И многие его послушались. В хаосе боя было непонятно, что с конунго Арьяджи. А тот еще был жив. Только получил обширные повреждения шеи и не мог больше говорить.
Перед нами расступился народ. Часть стражников отступили, некоторые даже сложили оружие. Битва затихла мгновенно. Вот мы ожесточенно бились и теснили врага. А вот уже стоим друг напротив друга и обезоруживаем бойцов. Несколько офицеров стражи продолжали сопротивление, но после парочки выпадов Ниуру и Кшанти они перестали трепыхаться.
Ульдантэ добралась до серьезно раненого конунга одной из первых. Она послушала, что Карвенс пытается прохрипеть, затем бросила на меня вопросительный взгляд. После вялого взмаха моей руки тяжелый молот опустился на голову конунга Арьяджи и отправил его на тот свет.
— Надеюсь, раны закроются до завтра, — произнесла окровавленная Ульдантэ безмятежным тоном. — Хочу сверкать на церемонии словно Кайя в безоблачном небе.
— Обязательно будешь сверкать, милая, — утер я устало пот.
Тяжелых ран на этот раз я не схлопотал, но мелкие повреждения ужасно ныли. Ожоги от самых разных стихий, царапины, синяки, ссадины. А ведь еще необходимо исцелить раненых. Долгая ночка нам предстоит.
Стража Арьяджи отступила, солдаты Дилавердо держались на удалении. Бьярнум еле стоял на ногах, но все равно раздавал команды. Целитель нирдхолдец бегал за ним, с переменным успехом пытаясь наложить лечение. Вот же двужильный и неутомимый конунг. Как настоящий буйвол.
Горячка боя начала отступать. Настала пора принимать решение и как-то выходить из той каши, что мы заварили. Вернее, против нас ее заварили. Мы явились в Арьяджи с миром и дарами в виде нового моста и ценных артефактов. Хозяева же сговорились с нашими врагами и устроили бойню.
Конунг Дилавердо убит. Конунг Арьяджи убит. Непонятно, к каким последствиям все это приведет. Но главное, что я и близкие живы. С остальным разберемся!
На площади Арьяджи воцарилась мертвая тишина, прерываемая только стонами раненых и отрывистыми командами целителей. Народ сразу принялся помогать пострадавшим.
Бойцы Дилавердо все также держались поодаль. Местная стража отстранилась и сосредоточилась на помощи раненым. На окрестных улицах толпился народ, вооруженный кто чем. Все-таки Арьяджи — тоже Вольный Город. До Нирдхолда ему далеко, но, чтобы выжить в пустошах, приходилось сплачиваться перед лицом всеобщей угрозы. Обычные жители тоже участвовали в отражении различных напастей.
Вероятно, Карвенса здесь не слишком жаловали. Сдается мне, что за Бьярнума бы нирдхолдцы не жалели живота своего. Народ в Арьяджи не горел желанием погибать из-за своего конунга.
В целом план конунга мог и сработать. Если бы бойцы Дилавердо насели на нас вместе со стражей Арьяджи, нас бы спасло только чудо. Вовремя Бьярнум избавился от конунга Харстеда.
Я спешно переключился на раненых, оценив их по степени повреждений. Себя оставил напоследок, поскольку несколько магических ожогов и порезов не являлись большой угрозой для жизни.
Ниуру досталось прилично. Удар кинжалом повредил внутренние органы. Вероятно, без лечения она бы в скором времени погибла. Ульдантэ, Лиетарис и Мякотка также вышли из боя искалеченными.
С нашей стороны погибло двое наемников и один боец, нанятый из приюта. И это притом, что солдат с собой я много в Арьяджи не звал. Впрочем, учитывая, что нам противостояли превосходящие нас раза в три силы врага, результат отличный.
Нирдхолдцам досталось серьезнее. Около четверти войск полегло. Почти все выжившие имели раны той или другой степени тяжести. Других такие потери могли бы и сломить, но подопечные Бьярнума сражались до конца. Словно триста нирдхолдцев под натиском одичалых орд.
Бьярнум стоял, шатаясь на ветру, оперевшись на копье словно на костыль. Целитель спешно вливал в него энергию стихии Жизни. Одна из рук вождя висела на куске мяса. Из пробитого доспеха чуть ли потроха не вываливались. Лицо было испещрено шрамами и ожогами. Однако конунг продолжал держаться. При взгляде на стойкого Воителя даже мне как-то неловко становилось давать слабину или лениться.
— Жители Дилавердо! Ваш правитель пал по всем законам дуэльного поединка. Жители Арьяджи, ваш правитель подло воспользовался нашим добрым отношением. Дождался, пока мы не восстановим мост и подло атаковал, объединившись с конунгом Харстедом. Не вызвал на честный бой, не обозначил свои претензии, а атаковал словно презренный ксарг! Пошел против всех обычаев Вольных Пустошей! Семья Карвенса должна быть навсегда изгнана из Арьяджи! Наследники не имеют никаких прав на титул конунга!
Бьярнум сделал передышку, чтобы собраться с силами:
— Однако Нирдхолд чтит традиции Вольных Пустошей. Не будем уподобляться поганому Карвенсу и ничтожному Харстеду! Объявляю о сходе конунгов! Отправьте гонцов в Вольные Города. Через три дня состоится собрание представителей Вольных Городов. Судьба Арьяджи и Дилавердо определится на общем сходе. Да будет так!
С этими словами гигант начал заваливаться на мостовую. Его подхватил целитель, но не смог удержать закованного в броню Воителя. Ему помогли приближенные конунга.
Народ вяло переминался с ноги на ногу и словно бы не решался что-то предпринять.
— Слышали повеление конунга⁈ — рявкнул я. — Кто из вас старший офицер?
— Капитан Нерчиз, господин маг… — отделился от воинства помятый страж.
— Рассвет не за горами. Отправьте людей и птиц-курьеров в другие города. Объявите всем о сходе конунгов!
— Сделаем! — кивнул капитан и направился отдавать указания.
Суматоха постепенно начала стихать. Обычные жители расходились по домам. Раненых разместили в лазарете, солдаты отправились обратно в казармы. Бьярнум, к счастью, всего лишь потерял сознание от ран и потери крови. Вот уж не знаю, как бы я разбирался со всей этой кутерьмой без его советов и авторитета.
Все-таки в таких напряженных моментах здоровяк сиял как никогда ярко. Мало кто мог сравниться с ним в харизме и храбрости, и я в том числе. Народ шел за ним, его распоряжений слушались. Наверное, можно было бы испытывать зависть к его талантам, но у каждого свои сильные и слабые стороны. Я, например, умел и знал много вещей, на которые Бьярнум не способен. У всех свой путь.
Поспать, разумеется, так и не удалось. Любой, кто владел магией исцеления, в такие сложные моменты был на вес золота. Мы с Лейной латали как своих, так и помогали страже Арьяджи. У них пострадавших на одного целителя оказалось намного больше, чем у нас.
В принципе это тоже помогло немного сгладить ситуацию. Не думаю, что местные примут нас с распростертыми объятьями после случившегося, но со временем свыкнутся. Пусть своему недалекому почившему конунгу выдвигают претензии. Вздумал напасть на Резонансного мага, устроителя Ашурской Резни, уничтожителя Черного Сердца, известного на весь материк Богоборца! Совсем безмозглый тип.
Ниуру с Ульдантэ зря торопились привести себя в порядок. Свадебный Фестиваль отменять не стали, но перенесли начало церемонии на сутки.
День прошел в различных хлопотах, беготне и непрекращающемся Целительском Касании. Хотя бы конечностей никто не потерял. Только Мякотке требовалось Высшее Восстановление, чтобы вернуть ей утраченный глаз. Впрочем, гурдиха и с одним неплохо справлялась.
После раскрытия ее божественной природы стало понятно, почему гурдиха так быстро отходит от ранений и каким образом чует засады. Все-таки какие-то божественные способности, пусть и в очень урезанном виде, у нее остались. Жаль, что мы не знали способа пообщаться с ней и не представляли, каким образом можно вернуть ей нормальный облик. Видимо, Мякотка должна отработать свое проклятье до конца, прожив полную жизнь в теле гурда.
Если так посмотреть — не такой уж и плохой вариант ей достался. Кормят лучшим зерном и свежими очищенными фруктами. Постоянно ухаживают, моют и чешут. Лучшую экипировку используют, да и с тяжелыми повозками не сильно напрягают. Она даже достигла голубого ранга — сразу следом за мной! Невероятное достижение для гурда.
Вечером в Арьяджи прошли траурные мероприятия. Бьярнум пришел в себя, так что в качестве единственного конунга произнес еще одну речь вместе с главными священнослужителем города. Пастор со странным именем Гьякомурид провел отпевание павших бойцов, не разделяя на чьей стороне они сражались.
Останки Харстеда, Карвенса и солдат сложили на ритуальный каменный постамент. После чего маги и одаренные эльфы Огня, включая Ниуру, залили жаровню адским пламенем. Спустя какое-то время даже кости павших развеялись в пыль.
Традиции местные чтили. Гиблая Ночь легко поднимала неупокоенных, так что единственный выход — не оставить ни частицы тела погибшего черной луне. Иначе Штард точно изготовит из останков гротескную пародию на жизнь, охочую до плоти и крови.
— Страшные события этой ночи не должны омрачить светлый праздник Свадебного Фестиваля! — произнес пастор. — Завтра мы начнем принимать пары, желающие скрепить узы брака пред Богами, Стихиями и Смертными!
Какое-то время я пребывал на площади. Прощался с павшими и беседовал с местными. Пастор Гьякомурид тоже подошел к нам с Бьярнумом:
— Давно хотел побеседовать с вами лично, досточтимый Резонансный маг. Наделали же вы шуму в Арьяджи!
— Не по своей воле, — дернул я плечом.
Я ощутил легкое давление магических эманаций.
— На вас и впрямь висит божественная метка, — хмыкнул пастор.
— Так вы обладаете даром ясновидения?
— Истинно так.
— Это правда, что способности к ясновидению даруются Богами?
— Верно. За достойную службу Божество может наделить жреца слабым даром.
— У меня не слишком хорошее отношение к Богам, — скривился я.
— Наслышан. Но можете не переживать на мой счет. Божество, даровавшее мне способности, не сумело возвыситься на Шимтране, уступив место другим, более успешным покровителям: Локдару, Эстевии и другим. Много лет назад я прекратил проповедовать. В отличие от адептов с ясновидцев нет большого спроса, так что я могу дожить отпущенное мне время по собственному разумению.
— Есть ли способ избавиться от божественной метки? — поинтересовался я без особого энтузиазма.
— Я могу это сделать. Нескольких желтых осколков должно хватить для процедуры.
— Серьезно? — удивился я. — Вы сильный ясновидец, судя по всему.
— Благодарю на добром слове. Но в сравнении с гением магических плетений я всего лишь мелкая сошка, — учтиво заметил старый пастор.
— Не могли бы вы осмотреть нашего гурда? — предложила Лиетарис.
— Гурда? Того самого, которого стража прозвала рогатым голубым демоном?
— Да, Мякотка, — кивнул я. — Интересно, что вы скажете после осмотра.
Гьякомурид не стал отказываться и осмотрел ясновидческим взором питомца. Шло время, а пастор лишь недоуменно хмурился.
— Впервые вижу столь странный отклик! — заявил священнослужитель. — Чую мощную божественную энергию, но не могу понять причину. То ли внутри гурда скрыт сильный божественный артефакт, то ли животное является адептом?
— Вы близки к разгадке. Согласно нашим сведениям Мякотка является Божеством, — погладил я одноглазового питомца по холке. — Запертым в теле гурда в качестве некоего наказания. Вот мы и задаемся вопросом, можно ли избавить ее от проклятья.
— И стоит ли это делать в принципе? — хмыкнула Дзартен. — Не просто так ведь Божество заперли в смертном теле.
— Интересные откровения, — погладил Гьякомурид свою козлиную бородку. — Проклятое Божество, значит… Снять подобное проклятье смертным не под силу. Здесь требуется божественная энергия высоких порядков. И обычные Боги тоже вряд ли будут вмешиваться. Вам следует искать благоволения у Антареха.
— Того самого, которого называют Верховным Божеством? — уточнила Кшанти. — Но он ведь не исповедует на Тардисе, не распространяет культов и не набирает послушников.
— Верно. Но есть легенды о храме Антареха. Если вы действительно желаете снять проклятье с питомца, ищите его мифическую обитель.
Мы еще немного пообщались с пастором, но деталей старый жрец не ведал. Лишь мутные слухи ходили о храме Верховного Божества. Никто точно не знал, существует ли он на самом деле и кем он является в божественной иерархии. Может, он просто менеджер других Божков и не имеет особой власти.
В любом случае информация интересная. Мы поблагодарили ясновидца за полезные сведения. Гьякомурид оставил после себя двойственные впечатления. С одной стороны он охотно шел на контакт и помогал нам, с другой — жрец явно личность изворотливая и хитрая. Легко меняющая хозяев. Кто его знает, может это именно пастор надоумил Карвенса устроить заговор против нирдхолдцев. Эдакий серый кардинал Арьяджи. За ним нужен глаз да глаз.
После небольшой поминальной пирушки народ разошелся по домам.
— Вставайте! Хоран, Ниуру! До нашей церемонии всего полчаса! — разбудил меня настойчивый голос Ульдантэ
— Твою налево… Почему наша очередь в такую рань? — кое-как продрал я глаза.
— Ты же сам хотел принять участие одним из первых.
— Нормальные люди в это время спят, а не сочетаются браком… — буркнул я. — Рыжая, поднимайся! Свадьбу проспишь!
Ниуру нам удалось поднять с большим трудом. И ведь носилась в предвкушении все предыдущие дни. Сон оказался сильнее.
Мы надели наши свадебные наряды и кое-как привели себя в приличный вид. Волосы Ниуру были немного растрепанными, но ее такие мелочи волновали мало. Тем более прическа не до конца восстановилась после повреждений в битве при Аббатстве. Ульдантэ же выглядела идеально. Лишь едва заметный шрам на шее напоминал о прошедшем сражении.
Когда мы прибыли к храму, первые лучи восходящего солнца уже окрасили утренний Арьяджи в розовато-оранжевые цвета. На площади перед центральным собором собралось множество самых разных людей. Местные жители, гости города и разодетые пары, желающие сочетаться браком во время Свадебного Фестиваля.
Нас сопровождали нирдхолдцы и Бьярнум, которого скорее привезли, чем он сам приехал. Здоровяк, как и Ниуру, плохо просыпался по утрам. Особенно после длительных гулянок.
Пастор Гьякомурид произнес торжественную речь и объявил о начале церемонии. Нас вызвали в первую очередь.
— Жених Хоран Мрадиш, невесты Ульдантэ Витеру и Ниуру Гонти Немис, начинаем церемонию бракосочетания! — провозгласил главный жрец.
— Че это Лунную назвали вначале, — принялась бурчать рыжая. — Я буду первой женой!
— Как пожелаешь, — невозмутимо откликнулась Ульдантэ, зная, что с Ниуру спорить бесполезно.
Мы прошли в собор вместе с близкими и сопровождающими. Пастор произнес речь. Жених и невесты выпили свадебной медовухи и обменялись цветочными венками. Свадебные кольца здесь не были приняты. Изготавливали иногда кулоны с изображением своей нареченной, но обычно после года или пяти лет совместной жизни. Считалось, что первые годы отношений — наиболее зыбкие, поэтому торопиться не стоит.
— И завершает церемонию посещение Ледяного Грота! Уникальное место, что открывает свои двери перед посетителями лишь раз в год!
— Что еще за Ледяной Грот? — вопросил я удивленно.
Пастор с послушниками спустился с алтарной и повел нас через изысканный проход. Мы прошли под землей и вышли в естественную пещеру крайне необычного вида.
Повеяло холодом. С потолка и пола тянулись сталактиты и сталагмиты. Только не минеральные, а изо льда. Повсюду виднелась причудливая вязь снежных узоров, ледяные наносы и сосульки. Изо рта шел пар.
— Откуда такой дубак, во славу огня! — поежилась Ниуру.
— Ледяной Грот — особое чудо Арьяджи. Здесь круглый год царит суровый холод, — поведал пастор. — Обычно здесь хранят запасы провизии и посторонних не пускают. Лишь раз в год Грот открывает свои двери пред гостями города. Сюда.
Мы вышли в пещерный зал, в котором стояли две фигуры, созданные вручную изо льда. Одна изображала мужчину, вторая — женщину. Поодаль тек небольшой ручеек. Я напряг магическое зрение, и стало заметно, что в том месте поток морозных эманаций ослабевает. В остальных же частях Ледяного Грота бушевали особенные потоки магического фона Тардиса. Но не Водные и не Огненные как в Горунге, не Земляные эманации Каменного Древа Цитадели Солнца. Средоточие стихии Льда!
— Принесите клятвы ледяной статуе: невесты клянутся Жениху, жених — Невесте. Скульптуры Ледяного Грота на первый взгляд хрупки — также как наша жизнь или брак двух любящих сердец. Однако они стоят здесь не первый век и являются наглядным символом, что даже хрупкая стихия может обрести вечную гармонию! — провозгласил Гьякомурид.
— Красивая легенда, — хмыкнула Ульдантэ.
— Лучше бы вечный огонь придумали, — поморщилась Ниуру, не любившая холод.
— Так-так-так, — потер я ладошки в предвкушение. — Почему вы скрывали от меня такую красоту? Надо незамедлительно провести полноценные магические изыскания! Какой интересный ледяной спектр… Если удастся его воссоздать и поставить на поток, это же откроет грандиозные возможности для заработка. Холодильник в условиях неразвитой цивилизации — это настоящая курица, несущая золотые яйца! Кши-ши-ши!
— Наставник! Отложите исследования ненадолго! — пожурила Лейна.
— Но…
— У вас свадьба! Такое событие происходит лишь раз в жизнь!
Ученица со слегка грустной, но счастливой улыбкой наблюдала за нашей церемонией и периодически вытирала платком уголки своих глаз.
— Ладно, — нехотя откликнулся я. — Можно и отложить изыскания…
Мы принесли клятвы пред ледяными скульптурами возлюбленных, и пастор объявил нас мужем и женами. Ниуру донимала Гьякомурида вопросами о том, кого из них считать старшей женой, но священнослужитель уходил от ответа. Заявил, что все зависит от традиций того места, откуда родом приезжие. В Арьяджи съезжались из разных городов и стран. В Сончхэ первая жена провозглашалась важнее остальных. Что помогало улаживать споры и конфликты в большой семье. В других королевствах были иные обычаи.
Наконец бесконечная церемония завершилась. Я быстро принял поздравления от нирдхолдцев и других жителей Арьяджи, с которыми успел завести знакомства. Многие зажиточные граждане города получили Артефакты Мрадиша, так что вполне уважали мастера-зачарователя.
— Прекрасный повод для громкого пира! Поздравляю друг Хоран! — похлопал меня по плечу Бьярнум.
— Пирушка подождет! — отмахнулся я. — Необходимо сразу собрать данные по Ледяным спектрам!
— Ты и в такой знаменательный день думаешь о своей магии? — хмыкнул Бьярнум.
— А тебе не хотелось, чтобы в каждой семье Нирдхолда был свой миниатюрный «Ледяной Грот»? — приподнял я бровь. — Мясо будет храниться месяцами даже без обработки.
Бьярнум завис на несколько секунд. В этом плане конунг был не слишком дальновиден. Но все-таки правителю Нирдхолда не полностью отбили голову в прошедшей рубке.
— О-о, — протянул Бьярнум, осознав все перспективы. — Тогда занимайся изысканиями, чародей. Ледяной Грот нужен городу!
— Я назову артефакт Холодильник.
— Холодильник? Звучит неплохо.
— Разве что пастор ругается. Требует, чтобы никого из посторонних не было во время последующих церемоний. Как будто я бы им сильно помешал.
— Ты еще не понял, Хоран?
— Не понял чего? — приподнял я бровь.
— Не пастор, не капитан стражи и не сыночек Карвенса правят Арьяджи. Покуда не вынесен вердикт схода конунгов мы с тобой временные правители города! Вернее, именно ты, Хоран. Ведь твоя эльфийка отняла жизнь у конунга Арьяджи.
— Я — правитель Арьяджи? — с некоторым недоумением наконец осознал я.
— И не только, — усмехнулся Бьярнум.
— То есть?
— Полагаю, я могу оставить Нирдхолд на тебя.
— Погоди, что это еще значит? Как это — оставить Нирдхолд⁈
— Я принял бой с Харстедом, а значит отныне несу ответственность за Дилавердо. Между нашими поселениями всегда шла конкуренция и вражда. Настало время прекратить ее навечно. Для этого нужна тяжелая рука и сильная воля, ведь в Дилавердо осталось много тех, кто ненавидит нирдхолдцев. Это будет опасно, но такова моя ноша. Я приму на себя бремя правления Дилавердо, — кивнул Бьярнум. — Справлюсь я или нет, но попытаться стоит!
— Будет тяжело… Дилавердо ведь тоже скотоводческий город?
— Верно…
— Полагаю, Холодильники Мрадиша составят тебе хорошую службу в усмирении непокорных, — усмехнулся я. — Вкусив плоды магической цивилизации, они не смогут вернуться обратно в дремучие века.
— Мудро. Изучай Ледяной Грот, Хоран. А с пастором я поговорю!
— С Дилавердо все ясно. Но что ты прикажешь мне делать с Арьяджи и Нирдхолдом⁈ У меня и так свободного времени даже на жен нет, а ты мне предлагаешь влезть в новую кабалу? Я зарабатывал золото и развивал магию, чтобы быть свободным и делать, что мне вздумается, а не заботиться о бесконечных нуждах и просьбах плебса!
В голове не укладывалось. Слишком долго я вел бродячий образ жизни торговца. Затем поступил на службу в нуэзийскую армию, став человеком подневольным. И тут вдруг передо мной открываются возможность встать во главе крупного поселения. Признаться, я не прям так уж мечтал о подобном. Потому что представлял, сколько же проблем несет с собой любой высокий пост.
Думал, займу спокойное местечко и особо не будут отсвечивать. Как тот же Сандипар, который использовал подставного архимага, чтобы отвести от себя потенциальных недругов. Хочешь рассмешить судьбу — расскажи ей о своих планах.
Бьярнум рассмеялся и посмотрел на меня понимающе:
— Чтобы ты не спятил от волокиты и чиновничьих требований, оставлю в Нирдхолде своего старшего сына. Он неплохо поднаторел в бумажной работе…
— Так вот кто вместо тебя занимался всей нудной работой, — дошло до меня.
— Быть правителем — значит уметь находить подходящих работников, — добродушно заметил Бьярнум и похлопал меня по плечу. — Что бы ты ни говорил, из тебя выйдет достойный правитель, Хоран Мрадиш! Нирдхолд будет в надежных руках!
[Конец четырнадцатого тома]
[Следующий том: ]
Хоран Мрадиш
Возраст: 31, человек
Ранг: Голубой
Адаптированные заклинания: Молниевое Копье, Целительское Касание, Высшее Восстановление, Кулак Ветра, Поток Ветра, Ледяной Шип, Темный Скрыт, Лунная Пелена, Лунный Капкан, Магическая Линза, Магический Щуп, Защитный Барьер, Вентилятор, Ледяной Фугас, Цепная Молния, Звуковой Шар, Оглушительный Раскат, Универсальный Барьер, Туманный Скрыт, Ледяная Призма, Сфера Уклонения, Туманный Раскат, Адаптивный Барьер, Немота, Волновой Дисбаланс, Звуковой Дисбаланс, Ночная Призма, Сигнальная Сеть
Предрасположенность стихий: Тьма, Воздух, Звук, Электромагизм, Молния, Лед, Свет, Жизнь, Огонь, Вода, Земля
Гармония рун: 14 из 21
Примечание: родом из Рифтонга, адепт Аурифи
Лейна Эббот
Возраст: 13, человек
Ранг: Зеленый
Адаптированные заклинания: Память Камня, Целительское Касание, Высшее Восстановление, Молниевое Копье, Луч Света, Магический Щуп, Защитный Барьер, Магическая Линза, Расчистка Грунта, Взрыв Света, Водная Стрела, Цепная Молния
Предрасположенность стихий: Жизнь, Свет, Молния, Вода, Огонь, Земля, Тьма, Звук, Воздух, Лед
Гармония рун: 8 из 21
Примечание: родом из Ошикату, Нарибия, продана отцом за долги, ученица Хорана
Ниуру Гонти Немис-Мрадиш
Возраст: 19, Красный эльф
Ранг: Голубой
Навыки: Кольцо Огня, Огненный Разрыв, Огненный Щит, Накопительный Разрыв, Кумулятивный Снаряд
Примечание: Огненные Земли, родом из Канту-Бейси, прозвище Потухшая
Лиетарис Ал Тарде’Неску
Возраст: 25, Высокий эльф
Ранг: Зеленый
Навыки: Призыв лесного духа-доспеха, умения Воительницы Скорости
Примечание: Священный Лес, клан Ал — сторонники войны с людьми
Ульдантэ Витеру -Мрадиш
Возраст: 26, Лунный эльф
Ранг: Зеленый
Навыки: сопротивляемость магии подчинения Лунной Тени, умения Воительницы Силы, Магическая Волна
Примечание: Остров Полумесяца, клан Витеру
Кшанти Дзартен
Возраст: 62
Ранг: Синий
Навыки: дистантное Проклятье, Луч Проклятья с помощью Ночной Призмы
Примечание: Эмиссар клана Дзартен Сумеречного Леса, в изгнании
Мякотка
Возраст: 7, гурд
Ранг: Голубой
Навыки: Магическая Волна, Абсолютный Контроль Мироздания и Судьбы
Прочие заклинания: Плодородная Почва, Земляной Ров, Небесный Шаг, Каменный Шип, Водная Стрела, Огненный Шар, Светляк, Защитный Купол, Огненный Щит, Огненный Дождь, Пепельная Печать, Адаптивный Барьер, Пепельная Буря, Песчаная Буря, Снежный Вихрь
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: