Тракт, ведущий к предгорьям Зельдарина, ничем не отличался от других участков пути первого уровня Иринтала. Древние проложили ровное полотно из спрессованного камня через овраги и возвышенности, которые за сотни лет поглотили зеленые заросли. Укрепленная магией, дорога уже полторы тысячи лет оставалась крепкой и надежной, как и все вещи, к которым прикладывали руку эльфийские мастера. Единственное, чего стоило опасаться, затаившихся в кронах деревьев смертоносных тварей. Следовало постоянно двигаться, придерживаясь центра, и не приближаться к обочинам.

Едва только наша немногочисленная группа вышла за ворота Атарона, как зельги выстроились гуськом и взяли бодрый темп бега. Зная, насколько это выносливые ребята, я ничуть не сомневалась, что они смогут так бежать до самого вечера. Мне же привычнее был иной способ передвижения. Да и тренировка ловкости и сноровки никогда не будет лишней. Поэтому первой нарушила правило не покидать пределы тракта, взлетела белкой на ближайшее дерево и помчалась по нижнему ярусу опасного леса. Калим больше не носил тяжелых лат, поэтому с легкостью последовал моему примеру, а за ним устремились и сендары, воины-телохранители из северного королевства. Их священной обязанностью и делом всей жизни становилась служба эльхельсу — прямому потомку древних эльфов и носителю чистой крови. Мне достались сразу два таких воина, и я ни капельки не пожалела об этом. Нимернис и Нелринья Ройлины не афишировали родственных отношений, потому что с принесением клятвы служения эльхельсу, прошлые связи, какими бы близкими они ни были, теряли значение. Я рада, что благодаря мне судьба у этих двоих сложилась иначе.

Учитывая, что скорость, с которой передвигались по деревьям, превосходила мерный бег зельгов, мы часто вырывались вперед и использовали свободное время для охоты. Передвижение «легкодоступной» добычи привлекало внимание тварей. Какие-то монстры сами отставали, не выдерживая быстрый темп, а другие живо переходили из разряда хищников в категорию жертв.

Теперь не только у меня имелась сумка с пространственным карманом. Благодаря новому умению, открывшемуся на пути Плетущейся лозы, я научилась создавать подобные артефакты. Жаль только, что их количество было ограничено. И главную роль в этом ограничении сыграл Рингар Кентаро, которому новые пять хранилищ стоили десяти лет жизни. По иронии судьбы или капризной воле богов красноволосый расплачивался теперь за подаренные ему годы жизни. Пока не придумаю, как решить эту проблему, новых изделий создавать не буду. Однако те, что уже имелись в нашем распоряжении, предоставляли невероятный простор в плане сбора трофеев и переносе массы полезных вещей.

Время близилось к обеду, когда мы, распотрошив парочку гефоссов, расположились прямо на тракте и лакомились горячей едой из трактира. Продукты ничуть не портились, когда их помещали в пространственный карман и оставались точно в таком виде, в каком туда попадали.

— Вы только посмотрите на них! — возмутился Вирген Тор, который единственный из команды зельгов достиг ранга телксура в охотничьей науке. — Они уже пируют! Эрметт, тебе не кажется, что наша тактика передвижения выбрана неверно?

— Не кажется! — буркнул Габброн, плюхаясь возле импровизированного стола. — Ни одно дерево не выдержит зельга со снаряжением. А я не белкогрыз, чтобы скакать по веткам.

— Ух, как хорошо! — Дафна Нальнир присела на расстеленную подстилку и с наслаждением вытянула ноги. — А чем так вкусно пахнет?

— Угощайтесь! — Для первой трапезы без опасений предложила трактирную еду.

Чугунок с мясным рагу мы демонстративно поставили на походную магическую плитку, так что вздымающийся над едой ароматный парок был вполне объяснимым. В дальнейшим с этим будет сложнее. Можно сослаться, что для сохранности продуктов использовались зачарованные мешки для добычи. Но сколько той пищи на десятерых членов группы мы утащили бы на собственных плечах? Да еще передвигаясь в столь быстром темпе? Практичные охотники набивали походные мешки вяленым мясом и сухарями, которые не портились в течение долгого времени. Также на себе тащили запасы воды, походные принадлежности, вроде котелка и столовых приборов. К снаряжению относились скатки веревок, крючья, приспособления для разделки тварей и мешки для хранения добычи. А еще охотничья экипировка зачастую имела немалый вес, плюс оружие, с которым ни один воин ни за что не расстанется. Так что нагрузились мы под завязку. Демонстрировать, что у нас при себе гораздо больше вещей, чем влезает в походный мешок, было бы глупостью. Только Эрметт знал о наличии пространственной сумки, остальные зельги об этом даже не догадывались. А уж о том, что даже у телохранителей имеются такие редкие артефакты, подавно никто не подозревал.

— На отдых даю четверть часа, — распорядился Эрметт, возглавляющий нашу экспедицию. — Пока мы полны сил, необходимо преодолеть как можно большее расстояние. Если повезет, к вечеру будем у эргальих холмов. Там останки древней крепости. Переночуем в безопасности и отправимся дальше на рассвете.

— Ты уже думал, как представишь чужаков старейшинам? — поинтересовался Тобин Вальдар, зануда со второго курса артефакторики.

— А что тут думать? Или они сами не догадаются, увидев возле Таурелии двух сендаров? — фыркнул Габброн. — Это моя гостья. Я ее пригласил. Имею право, как единственный представитель клана.

— В том-то и дело, что не единственный. Забыл, что старейшина Грахис Брон приходится дальним родственникам Габбронам? — напомнил паренек.

— Броны отделились от клана пять сотен лет назад и с тех пор ни разу не спускались на третий уровень. Пока я жив, этот трус не будет иметь никакого отношения к клану! — рявкнул Эрметт, отчего с деревьев вспорхнули потревоженные птицы.

— Впервые соглашусь с Тобином, от Грахиса стоит ожидать подлости, — поддержал зануду Дарин Горн. Улыбчивый весельчак выглядел серьезным, как никогда. — Лучше бы никому не знать об особом статусе Таурелии Вилин. Думаешь, старые пердуны выпустят из рук эльхельса? Да они только от одного вида древних артефактов слюной захлебнутся.

— Хм, если все так сложно, то не стоит создавать проблемы на ровном месте. Артефакты спрячем, а нас представим, как адептов с боевого факультета академии, — предложила я. — Ты ничуть не покривишь душой, когда скажешь, что нас тронула трагедия твоей семьи, поэтому согласились помочь.

— А как объяснишь, что твой телохранитель не снимает маску?

— Пострадал в бою, лицо обезображено, не хочет демонстрировать уродство на публику, — нашлась с ответом, который не так далеко ушел от истины.

— Согласен, — кивнул Эрметт. — Да и не принято о таком спрашивать в лоб. Если обратятся, найдем, что ответить. Нам даже в столицу заезжать не придется. Остановимся на постоялом дворе на окраине. Как только получим разрешение на проход, сразу двинемся в путь.

За пять дней непрестанного бега мы достигли предгорий, откуда начиналось Зельдаринское королевство. У подножия величественных скал, возвышающихся неприступными глыбами и загораживающими горизонт, раскинулся торговый город Эльгрин, обнесенный крепостной стеной. Тракт обрывался расселиной, уходящей из-под ног на немыслимую глубину. Днем городские ворота были гостеприимной распахнуты, а через пропасть перекинут добротный деревянный мост, оббитый листами железа. Хотя насчет гостеприимства я погорячилась. Путь в город преграждала решетка с массивными металлическими прутьями, а в бойницах крепостной стены я заметила поблескивающие наконечники стрел.

— Стой, кто идет? — рявкнул могучий голос с той стороны.

— Эрметт Габброн из клана Габбронов, — назвал себя друг. — Со мной Энтин Молот, Вирген Тор, Дафна Нальнир, Тобин Вальдар и Дарин Гор, а также мои друзья из академии тана Таурелия Вилин, Акхар, Нимернис и Нелринья Ройлин.

— Проходите! — решетка медленно поползла наверх. — Жители Эльгрина рады приветствовать достопочтенных сынов и дочерей Зельдарина. А еще мы несказанно счастливы, что наши земли решила посетить жемчужина севера, тана Таурелия Эркасс с телохранителями.

Ну, и кто разболтал коротышкам о моем статусе? — я многозначительно переглянулась с Эрметтом. Но тот пожал плечами, всем видом показывая, что разберется с проблемой, и прошествовал внутрь, исполнившись важности. Нам ничего не оставалось, как последовать за ним.

Встречал нас глава города Рагнус Рыжебородый, упитанного вида зельг с длинной, рыжей бородой, заплетенной в косички. Нарядная одежда, начищенные до блеска сапоги, топорик, заткнутый на пояс. На груди висит массивная цепь с ключом — символ власти над городом. Энтин шепотом пояснил, что мне оказали большую честь такой встречей. Помимо главы присутствовали старейшины — представители знатных родов Эльгрина.

Пришлось потерпеть церемонию приветствия и знакомства, после которой нас пригласили в здание ратуши, где в нашу честь уже накрыли столы. И отказаться неудобно, когда встречают с таким радушием. Я улучила момент, чтобы поинтересоваться у Эрметта, надолго ли здесь задержимся.

— Перекусим, отдохнем пару часов, меньше не получится, — со вздохом произнес парень. — Не расслабляйся и, главное, никому ничего не обещай.

В парадном зале ратуши столы были расставлены по периметру помещения и ломились от мясных блюд и закусок. Отдельные столы накрыли по центру вокруг массивной металлической чаши на подставке. В посудине чадили травы и тлели благовония, дымный столб от которых устремлялся под потолок и вытягивался наружу через специальное отверстие в потолке.

Нам отвели почетные места на возвышении вместе с главой и старейшими горожанами. Подгорные жители оказались шумными и суетливыми, чтобы долго выдерживать их общество. Каждого из присутствующих мне представили лично, так что, если напрячь память, имена я вспомню. Однако в галдящей массе зельги сливались в одно пестрое пятно.

— Почему они веселятся, зная, что у тебя траур? — обратилась за объяснениями к Габброну.

— Так принято, — пояснил друг. — Считается, усопшие пируют за одним столом с живыми и радуются, вспоминая былые деньки.

— А те столы накрыты для них? — указала глазами на инсталляцию с чашей в центре. — Там столько еды, что полгорода накормить можно.

— Горожане не поскупились, чтобы организовать пир и отдать дань уважения погибшим, поэтому мы не можем уйти. По крайней мере, пока не закончится официальная часть.

— У меня кусок в горло не лезет, — призналась Эрметту. — Только представь, в это время твои близкие сидят взаперти в каменной ловушке и надеются, что их спасут.

— Ты права! — дикарь сверкнул глазами и шумно поднялся из-за стола. — Уважаемые старейшины и жители Эльгрина, низкий поклон вам за радушный прием и богатый пир. Но я не найду покоя, пока теплится надежда, что на третьем уровне остался хотя бы один живой зельг. С вашего позволения мы продолжим путь, чтобы спасти тех, кто, возможно, уцелел после нападения тварей. Я не допущу, чтобы члены моего клана погибли от того, что помощь не подоспела вовремя. Любой на моем месте поступил бы также.

— Эрметт, тебе известно, как опасно спускаться на уровень, занятый тварями. Если сгинешь в этом походе, клан Габбронов прервется. Этого нельзя допустить. Теперь ты глава и обязан позаботиться о продолжении рода, — возразил Рыжебородый.

— Я и забочусь, как умею, — огрызнулся парень. — Кто захочет стать частью клана, зная, что в момент опасности его бросят на растерзание монстрам?

Возразить на это зельг ничего не посмел, а остальные члены нашей команды поднялись вслед за Габброном и засобирались в дорогу. Там и собираться-то нечего, с походными мешками мы не расставались. Через пятнадцать минут перед нами с грохотом распахнулись каменные створки ворот, открывающие проход вглубь скал. Две низкорослые лошадки резво застучали копытами по каменному полу и потянули за собой телегу, груженную свежим сеном, на котором мы устроились с комфортом.

— А разве пешком не быстрее? — поинтересовалась я.

— Ничуть, — развеял сомнения Вирген Тор, умудрившийся опередить телохранителей и расположиться рядом. — Лучше отдохнуть и выспаться перед следующим этапом пути. Доберемся до Квиндла с комфортом. Там спустимся через старый проход на второй уровень, чтобы не заезжать в столицу. Иначе нас оттуда до утра не выпустят.

— Почему? Они тоже не верят, что родичи Эрметта выжили?

— Отчего же? Верят, — зельг тяжело вздохнул. — Но вынуждены думать и заботиться о тех, кто рядом. Разведывательный отряд и команда спасателей погибли, а это минимум полтора десятка мужчин, плюс оружие и экипировка. Отправить еще один отряд на верную смерть, значит, ослабить охрану столицы и рабочих поселений. Наш народ живет тем, что добывает руду и обрабатывает металлы. Это тяжелый физический труд, которым преимущественно занимаются мужчины. Проблема в том, что они и погибают первыми. Забота о женщинах, детях и стариках ложится на плечи родственного клана, а это дополнительные расходы. Не каждый потянет такую обузу. В подобных ситуациях выбор делается в пользу воинов, способных держать молот в руках.

— Но это жестоко!

— Едва ли быстрая смерть хуже, чем нищенское существование и тяжелый труд. Формально кланы берут под защиту семьи, лишившиеся кормильца. Их отправляют обрабатывать дальние грибные плантации. Рацион питания там скудный, работа изнурительная, нередки нападения тварей. Я не утверждаю, что так происходит постоянно, кому как повезет. Однако Габброны всегда держались на особицу и жили побогаче некоторых кланов первого и второго уровня за счет того, что владели шахтой по добыче адамантов. А теперь все изменилось. Даже если кто-то выжил, им придется усмирить гордость и пойти на поклон к тем, кого они еще вчера презирали.

— Вирг, ты бы поменьше языком трепал, — осадил болтуна Эрметт. — Я никого насильно не заставлял идти за мной. Вы вольны уйти в любой момент. Ну а того, кто будет сражаться плечом к плечу, я никогда не забуду. Если только из клана хоть кто-нибудь выжил, клянусь, они ни в чем не будут нуждаться. А вы, прежде чем надеяться на крепость каменных стен, вспомните, что случилось с Иринталом за последние месяцы. Наши подземелья простираются вглубь территорий Гиблого леса. Не дай Зелиор, если оттуда приползет что-то, с чем мы не сумеем справиться.

Поселение клана Квиндлов выросло внезапно, открываясь гигантской пещерой, под сводами которой выросли дома зельгов, традиционно окружающих здание ратуши. Эльгрин располагался на поверхности, поэтому его архитектура напоминала обычные города эльфирских королевств. Здесь же дома походили на квадратные коробки, крыши и стены которых покрывала зелень. Лишь крупные здания могли похвастаться стеклами. Зато везде были установлены металлические решетки и массивные ставни, запирающиеся изнутри на засов.

Водой поселение снабжалось из горного озера, расположенного в каменной чаше по уровню чуть выше поселка. От водоема к домам тянулись глиняные трубы, а через центр поселения проходил вырубленный в скале канал со стремительно бегущей водой. Он заканчивался зарешеченным колодцем в дальней части пещеры. Нечистоты и отходы жизнедеятельности смывались в расщелину, глубину которой никто не замерял. Неприятных запахов не ощущалось.

Отдельно стоит упомянуть об освещении в подземельях. Там, куда проникал дневной свет через расщелины на вершинах, вопросов не возникало. Но в темное время суток или же в местах, где царила вечная тьма, использовались факелы, осветительные камни или же фосфоресцирующие грибы и белые слизни. Причем, последние считались опасными и ядовитыми, обитали во влажной среде. Зельги тщательно следили за тем, чтобы слизни не попали в озеро и не отравили воду. Кстати, тоннели, по которым мы добирались, обросли грибами, живописно подсвечивающими потолок. Освещения едва хватало, чтобы различить дорогу. Но нам потому и предложили воспользоваться местными лошадками, что те практически вслепую находили путь к поселению. В поселке же использовалась зеркала, которые через расщелины преломляли свет и направляли лучи в природный кристалл, закрепленный на ратуше. А уже от кристалла, ограненного особым способом, мягкий свет разливался по поселку, освещая его, как днем.

Заезжать в поселение мы не стали. Эрметт высадил нас у массивной каменной арки, высотой в три человеческих роста, а сам на телеге отправился за разрешением на проход. Арку охраняли зельдаринские воины, закованные в латные доспехи. Немногословные и равнодушные к чужим проблемам. Когда Дарин обратился к ним с просьбой пропустить нас, старший буркнул только одно слово: «Печать!», после чего воины скрестили пики, закрывая каменное полотно. Можно подумать, мы с разбегу врежемся в стену, чтобы пробить ее головой.

За печатью Габброн отправился в ратушу к главе поселения. Отсутствовал около получаса, за которые мы успели перекусить жареным поросенком. Нелринья незаметно умыкнула его с праздничного стола в Эльгрине. Эрметту оставили аппетитную лытку, которую он умял по возвращении.

— Печать только одна? — Тобин обратил внимание на пергамент с магическим символом вместо подписи. — А как же мы вернемся?

— Друзья, прошу еще раз подумать перед тем, как за нами закроются врата прохода, — привлек к себе внимание Эрметт. — Может случиться так, что никто не вернется живым.

— Клан рассчитывает на меня, — понуро произнес паренек. — У нас не так много одаренных. Если я погибну, семья останется в долгах за обучение.

— Я все понимаю, Тоб, — без толики осуждения признал Габброн. — Ты можешь помочь иначе, если уговоришь старейшин открыть проход, когда мы вернемся.

— Кто меня послушает? — расстроился Тобин.

— А ты сделай так, чтобы тебя выслушали и поверили! — рявкнула на парнишку Дафна. — Все мы оказались в академии не просто так. Думаешь, легко девчонке добиться признания того, что она тоже чего-то стоит? Но я представляю, каково сейчас тем, кто заперт в ловушке и надеется только на чудо. И готова поставить на кон собственное будущее, чтобы доказать, женщины тоже чего-то стоят!

— Стоят! — я подошла к подруге и положила руку на ее плечо. — Нет ничего, с чем бы мы не справились. Быть первопроходцами всегда трудно. Но, вот увидишь, твой клан еще будет тобой гордиться! А девушки из других семей станут на тебя равняться и брать пример.

— Спасибо, Тай, — Дафна благодарно улыбнулась. — Я постараюсь, чтобы клан Нальниров вошел в историю Зельдарина.

— Ну, вот, после таких напутствий, нам остается только героически сдохнуть, чтобы оставить след в истории, — пробурчал Дарин.

— Вот еще! — фыркнула пренебрежительно. — Чтобы героически сдохнуть, особого ума не нужно. А вы попробуйте победить вдвое превосходящего противника, если не силой, то хитростью и смекалкой. Неужели с вашими умениями и знаниями вы так запросто позволите сожрать себя какой-нибудь тупой твари? На вашей стороне опыт поколений, уникальные навыки и способности, а монстрами управляют только инстинкты. Доверьтесь интуиции, силе предков, которые справлялись с бедами, не имея за спиной богатейшего опыта поколений.

— После такой воодушевляющей речи, я готов следовать за тобой хоть в пекло к Адессу, — Вирген ударил себя кулаком в грудь. — Эй, что стоите истуканами? — крикнул стражам, изображающим недвижимые статуи. — Открывайте проход. Разве не видите, у нас есть проклятая печать!

Воины пришли в движение и отступили, освобождая дорогу. Не знаю, в какой момент они задействовали скрытый механизм, но литая стена в арке пошла трещинами и поползла в разные стороны, осыпая дорожку мелкими камешками и пылью.

— Тобин, не подведи! — обратился Эрметт к второкурснику напоследок. — Сейчас мы идем дальней дорогой, в обход главных тоннелей. Но обратно будем прорываться к главным воротам и постараемся зачистить уровень от тварей.

Я вместе с телохранителями, Эрметт, Дафна, Вирген и Дарин смело шагнули за раскрывшиеся ворота и оказались на площадке, откуда проход резко уходил вглубь. Впереди нас ожидали опасные твари, но мы были готовы к встрече и горели решимостью спасти тех, кто выжил.

Подземные пещеры, тоннели и расщелины Зельдаринских гор кишели тварями. На поверхность они, к счастью, редко выбирались, но от них страдали рудокопы и жители рабочих поселков. Сколько их всего доподлинно никто не знал. Говорят, предки зельгов спускались до пятого уровня, но сейчас даже третий считался опасным. Эрметт подробно описал монстров, с которыми приходилось сталкиваться в темных тоннелях.

Самыми распространенными были крийсы — разновидности крыс, достигающие гигантских размеров. Умные и шустрые твари, с острыми зубами, способными перемолоть даже камень, крепкими шкурами и стальными хвостами. Обитали стаями, нередко пожирали своих же сородичей. Там, где появился хоть один крийс, скоро жди целый выводок. Бить их следовало в глаза или же особую точку в подбрюшье. Также следовало опасаться крийсовых усов, способных проткнуть человека насквозь.

Следующими по степени опасности считались слизни, которые умело маскировались в камнях, дожидаясь добычи. Тонкие ворсинки, покрывающие хитин тварей, несли на себе частички парализующего токсина. Стоило яду попасть на кожу, как человека охватывал паралич, после чего мерзкие личинки сползались на пиршество. Разновидностей слизней было столько, что всех Эрметт не брался перечислять.

Относились к категории монстров и муриды — многоножки с полезной для обработки шкур внутренней жидкостью. Только на поверхность, где мы с ними сталкивались, твари выбирались дезориентированными и вялыми, а вот в темноте вели себя шустро и агрессивно.

К опаснейшим подземным хищникам относились габбы — прыгучие, ядовитые, бородавчатые твари, обитающая вблизи подземных водоемов. Вырастая до гигантских размеров, габба напоминала камень и могла часами сидеть неподвижно, выжидая добычу. Когда неосторожная жертва подходила слишком близко, из пасти вырывались длинные щупальца с присосками, которые стремительно затягивали пищу в глотку. Передвигалась тварь прыжками, за один раз покрывая большое расстояние.

На фоне этих обитателей подземелий ядовитые грибы не казались такими уж страшными хищниками. Тем не менее существовали пещеры, заполненные светящимися колониями грибов, размножающихся токсичными спорами, при вдыхании которых живое существо замедлялось. По способу воздействия они напоминали «тихую смерть», но в упрощенном варианте. Токсин не действовал сразу, некоторые жертвы успевали сбежать или принять эликсир, убивающий споры в организме.

В целом, следовало опасаться любой незнакомой твари и не приближаться к безобидным на первый взгляд выступам или наростам. Даже мох, который зельги специально выращивали и использовали в разных сферах жизнедеятельности, от пищи до осветительных приспособлений, попадался не одомашненным, агрессивным.

— Как вы, вообще, выживали столько лет в таких условиях? — поразилась тому, насколько опасен животный мир подземелий.

— Привыкли, — Эрметт пожал плечами.

Парень шел первым, крепко сжимая в одной руке молот, а во второй меч.

— Стой! — Поднятая наверх рука с оружием означала, что впереди опасность. — Чувствуешь запах падали?

— Смердит хуже, чем от зарша, — я поежилась. — Твари?

— Крийсы! Вонь всегда почуешь прежде, чем они появятся. Всем приготовиться. Не забывайте посматривать наверх. Часто они со слизнями охотятся на одних и тех же угодьях.

Через узкий проход, петляющий в толще скал и постепенно уводящий вглубь подземелий, мы двигались гуськом. Я держалась позади Эрметта, за мной след в след двигался Калим, потом сендары. В середине шла Дафна, за ней Дарин и Вирг. Как выяснилось, у зельгов зрение адаптировано к тому, чтобы видеть в полутьме, поэтому они контролировали окружающую обстановку. Самыми неприспособленными оказались телохранители, но эту проблему мы решили с помощью зелья ночного видения. Я не подумала, что такое понадобится, а вот у наших друзей нашлись при себе запасы.

— Ускоряемся! — шепотом приказал Эрметт. — Впереди пещера. Если займем ее первыми, у нас будут выгодные позиции. Проклятье! Не успели.

Из-за поворота показалась жуткая тварь, чьи налитые кровью глазюки горели в темноте алым пламенем.

— В стороны! — рявкнул Габброн, уже не скрываясь. — Не дайте себя затоптать или повалить на пол.

Мы вжались в холодные стены, освобождая проход. Эрметт нарочно отступил, выманивая монстра под наши мечи. Возле меня возникла громадная туша, а уши заложило от визга, с которым крийс набросился на добычу. Вот мерзкий гад! Взвившись по еле заметным каменным выступам под самый потолок, я обрушилась на хищника с мечом из рога чербиса, который с легкостью пробил бронированную шкуру твари, а следом воткнула в рану «Поглотитель». Вой подыхающего монстра пробрал до печенок. К счастью, он быстро оборвался.

— Осторожно, тут колония слизней! — вскрикнул Дарин и, запалив факел, с силой подбросил наверх. Тот острым концом воткнулся в амебообразную тушу ползучей дряни, высвечивая потолок, усыпанный такими же уродливыми созданиями.

— Быстро уходим! Вперед! — Эрметт вскарабкался наверх по туше крийса, преградившей путь, пробежал под самым носом у слизней, которые отваливались и сыпались вниз как горох.

Я бросилась за другом, притормозив только у задней части туши. Рубанула по основанию мощного хвоста, отправила трофей в потайное хранилище. Как-никак, первая добыча в подземельях.

Миновав опасный участок, мы выскочили в пещеру, о которой предупреждал Габброн, и замерли, натолкнувшись на десяток крийсов, набившихся плотной массой и перегородивших выход.

— Руби гадов! — выкрикнул Вирген и кинулся к ближайшему монстру.

Твари заверещали, дезориентируя жутким звуком, и бросились на нас толпой. В кровавой мясорубке я только успевала следить, чтобы не задеть древним кинжалом никого из своих. Когда все закончилось, я какое-то время сидела на коленях и трясла головой, пытаясь избавиться от жуткого звона в ушах. Затем сообразила, что проблема решается восстанавливающим зельем, и опустошила флакон. Сразу почувствовала себя лучше и бросилась к друзьям. Экипировка из кожи улкаров защитила меня от коварных ударов крийсов. Калиму тоже повезло, хитиновый костюм местным зверюшкам оказался не по зубам. Я только дала парню зелье, после чего ему потребовалась пара минут, чтобы прийти в себя. А вот остальным крепко досталось от тварей.

— Эрметт! — Влила другу в рот исцеляющего средства. — Скажи, вы употребляете в пищу мясо крийсов?

— Этих падальщиков? — зельг скривился. — Если только совсем жрать нечего.

— Ладно, самое время кое-что проверить. Как быстро туши портятся?

— Час, не больше. Нам бы убраться отсюда и подлатать раны, пока на звуки битвы не сползлись другие монстры.

— Ничего, много времени это не займет.

Сначала я обошла зельгов и сендаров, напомнив, что самое время воспользоваться эликсирами. Дезориентирующий визг крийсов — эффективный способ вывести противника из себя. Накатывала неконтролируемая паника, мысли в голове ворочались с трудом, человек невольно допускал ошибки, которые становились смертельными. Я надеялась, что печень этих тварей поможет быстрее адаптироваться к их уловкам. Заодно хотела проверить целебный эффект. Нимернис и Нелринья получили серьезные раны.

Распотрошив самого крупного крийса, извлекла нужный орган и первой попробовала кусочек сырого мяса. Жесткое и отвратительное на вкус. Но ради иммунитета к мерзкому визгу я готова потерпеть.

— Как ты можешь это есть? — брезгливо фыркнул Дарин.

— Мамочки, меня сейчас вырвет! — пробормотала позеленевшая Дафна и опорожнила желудок.

А вот телохранителям пришлось терпеть и давиться противным мясом. Зато я на практике проверила свойства печени крийсов. Разжевав очередной кусочек в кашицу, приложила ее к ране Нелриньи. Прямо на глазах та затянулась и покрылась корочкой.

— Ешьте! Даже через силу, — посоветовала зельгам. — Думаю, так мы избавимся от проблемы с дезориентацией от визга крийсов. А, может, еще какие-нибудь бонусы получим.

Всучив каждому по куску печени, я занялась сбором трофеев. Грех оставлять столько добычи. Вместе с Эрметтом и Калимом мы собрали хвосты, когти, клыки и усы крийсов. Печень я тоже сохранила про запас и даже шкуру умудрилась содрать и запихнуть в тайник, пока зельги давились вонючим мясом и приходили в себя.

Отторжения новое лекарство не вызвало, зато преимущества мы ощутили практически сразу.

— Как здесь с применением магии? — уточнила у Эрметта.

— Крийсы весь уровень переполошили, так что монстры, находящиеся поблизости, уже торопятся на пиршество. А в целом, также, как и в Иринтале. Магия сигнализирует тварям, что кушать подано.

— В таком случае, вреда не будет, если мы почистимся бытовым заклинанием?

— Хуже уже не будет, — махнул рукой Габброн. — Меня уже наизнанку выворачивает от мерзкой вони.

Как показали дальнейшие события, встреча с крийсами была цветочками. Ягодки поджидали впереди.

— Почему мы столкнулись с тварями на втором уровне? Разве их отсюда не выгнали? — задалась вопросом, когда мы спешно покидали место схватки.

— Мы идем старыми переходами, которыми уже давно никто не пользуется, — пояснил Эрметт. — Помнишь, пять минут назад проходили развилку? Правый тоннель как раз ведет к поселениям, но он прерывается громадной расщелиной, пересечь которую можно лишь по веревочному мосту. На подступах дежурит отряд воинов, следящих за тем, чтобы монстры не перебрались на другую сторону.

— Выходит, наличие здесь такого количества тварей — плохой знак?

— Еще какой, — парень вздохнул. — Мы уничтожили костяк стаи. Если заметила, мелочь в схватке не участвовала. Следовательно, где-то здесь крийсы прогрызли проход и обустроили гнездо. Надеюсь, у старейшин хватит ума проверить, кто устроил переполох в старой части подземелий.

— А как далеко еще до спуска на третий уровень?

— Немного осталось. Но на пути у нас подземное озеро, которое не так просто преодолеть.

— Непросто? — я тихонько ахнула, когда мы вышли в очередную пещеру и едва успели остановиться, чтобы не скатиться в воду, которая раскинулась недвижимым зеркалом по поверхности и лишь на противоположной стороне уходила под каменную арку, нависающую над водной гладью. — Скажи лучше, что невозможно. Как ты предлагаешь идти дальше? Вплавь?

— Уровень воды поднялся, — Эрметт поморщился. — И, видимо, недавно, иначе я бы знал об этом.

— Лодки не пройдут, — Вирген оценивающе уставился наверх.

Я тоже задрала голову и увидела гигантских жуков, ползающих по стенам и потолку.

— Это еще, что за мерзость? — брезгливо поежилась Нел, обнаружив очередных тварей.

— Плавуны, — процедила Дафна, разделяя отношение эльфирки к подземным обитателям. — Эрметт, надеюсь, ты запасся личинками?

— Обижаешь, еще в Квиндле прихватил с собой, — зельг скинул походный мешок и извлек из него зачарованный трофейник с небольшими тварюшками внутри.

— Может, объяснишь, какой у нас план? — Я смутно догадывалась, раз уж парень обозвал противных жуков плавучим средством, но до последнего надеялась, что неправильно поняла.

— Ух, ты! Мы будем сплавляться на плавунах! — непонятно чему обрадовался Энтин.

С того момента, как мы миновали Эльгрин и углубились в тоннели, зельг вел себя на удивление тихо. Привычный образ шалопая сменился на облик серьезного и неболтливого парня. Ненадолго же его хватило.

— Только не говори, что поплывем на этих тварях? — возмутился Нимернис. — Терпеть не могу воду.

— Именно! Не переживай, это даже весело, если соблюдать меры предосторожности. Тебе понравится, — подбодрил Эрметт.

— Ага, а ты не подумал, что нас расплющит об скалы? — указала на арку, сливающуюся с уровнем поднявшейся воды.

— Жуки умеют нырять, так что волноваться не о чем, — со знанием дела успокоил Эрметт. — Те слизни, которых я раздобыл в поселке, воздействуют на плавунов так, что они впадают в сонное состояние. Поскольку твари держатся на поверхности и не тонут, надо только направить их по течению, а дальше вода сама вынесет на ту сторону.

— Вынуждена довериться тебе, потому что иначе мы тут надолго застрянем, — я вздохнула, понимая, что от купания не отвертеться. — А вплавь не доберемся?

— Нет, — Габброн мотнул головой. — Слишком опасно. Не переживай, жук выдерживает двух пассажиров среднего веса.

Дальше нас проинструктировали, как закрепиться на твари и не слететь во время передвижения. В какой момент набрать побольше воздуха в легкие, когда ведущий подаст знак, что пора нырять. Вирген, Дарин и Эрметт полезли на стены, чтобы выбрать подходящих для передвижения особей. А мы только беспомощно наблюдали, как громоздкие туши плюхаются в воду, вызывая на глубине нездоровое шевеление. О подводных обитателях водоемов зельг упоминал, что они чрезвычайно опасные. Разовое купание, если повезет, мы переживем безболезненно, а вот долгое нахождение в водоеме противопоказано. И не дай Зелиор кто-то поранится, кровь тут же привлечет внимание зубастых рыбешек.

К счастью, после столкновения с крийсами, раны мы подлечили, а также почистились от грязи и уничтожили запахи. Но принятые меры не гарантировали, что мы не привлечем внимания хищников. Следовало вести себя тихо и издавать как можно меньше звуков.

Зельги раздобыли четырех жуков с тем расчетом, что на одном уместятся трое легких пассажиров — Нелринья, Энтин и Дафна. Остальные распределились по парам следующим образом: Нимернис шел с Виргеном, затем Дарин с Калимом, а мы с Эрметтом последние на самом крупном плавуне. С опаской глядя на монстров, покачивающихся на воде, я ловко взобралась на покатую спину жука. Морду залеплял слизень, полностью дезориентируя тварь в пространстве. Управлялся живой транспорт при помощи веревок, продетых через клешни. Также каждого пассажира надежно фиксировала веревка, закрепленная с двух боков монстра.

Мы выждали полчаса, пока подводные обитатели успокоились и перестали атаковать громадные туши, плавающие на поверхности. Брюхо жуков покрывала толстая броня, оберегающая от нападения снизу, а дополнительная пара лап с острыми клешнями, отгоняла приставучую мелочь.

Первыми отправились в плавание Вирген и Нимернис. Зельг расположился на стыке туловища и головы, уперевшись ногами в естественные выступы и управлял монстром, поочередно натягивая и ослабляя вожжи. Ним балансировал на покатой спине, зорко наблюдая за тем, чтобы отвадить хищников, способных выпрыгивать из воды. Секира с паучьей жвалой в руках парня разрубит любую тварь, решившую полакомиться легкой добычей. Мы проследили напряженными взглядами, как плавун пересек поверхность озера и у каменной арки взвился на дыбы, чтобы тут же нырнуть и уйти под воду.

— Следующий! — скомандовал Эрметт Дарину, и зельг послушно направился тем же маршрутом.

Когда второй жук скрылся под водой, настала очередь Нелриньи и Энтина, для которых подобное перемещение было в новинку. Дафна волновалась, ведь ей впервые предстояло управлять плавуном самостоятельно. Но девчонка справилась, не подвела, после чего настал наш черед.

— Тай, спрячь, пожалуйста, трофеи и оружие в тайник, — попросил об одолжении Эрметт. — Обидно будет, если потеряем в озере.

Поскольку Габброн единственный из команды зельгов, знал о сумке, не стала отказывать. Сама хотела предложить убрать лишнее, чтобы добро не намокло и не отвлекало от главной задачи. Приятно, что друг доверил мне молот, с которым не расставался.

Взобравшись на спину плавуна, я крепко привязалась веревкой, которая не даст соскользнуть в воду, после чего достала посох, приготовившись к вероятному нападению тварей.

— Лучше убери, — посоветовал зельг. — Под водой будет только мешать. И постарайся задержать дыхание как можно дольше.

— В смысле? Ты же сказал, длина арки от силы метров пятнадцать?

— Хм, а я не упомянул, что сразу после арки начинается обрыв с водопадом? Наверное, не хотел напугать лишний раз. Переход на третий уровень будет как раз за ним.

Возмутиться не успела, мы достигли каменного свода. Эрметт натянул веревочные поводья, отчего жук взвился на дыбы и резко нырнул. Я едва набрала полные легкие воздуха, как мы погрузились в толщу воды и поплыли куда-то в полной темноте.

Зельг не обманул, затопленный тоннель скоро закончился, нас вынесло на поверхность и сразу закружило водоворотом, утягивающим в бурлящий и шумный поток. Ох, не зря мы обвязались веревками, натянутыми с двух сторон. Поболтало меня изрядно, успела даже жидкости нахлебаться, а затем сердце ухнуло в пятки, когда осознала, что лечу в пропасть. Я закричала от страха и примешивающегося к нему дикого восторга. Успела разглядеть поистине гигантский размер пещеры, вспененную реку, извивающуюся лентой, и каменные берега, на которых даже имелась растительность. Свет шел откуда-то сверху, преломляясь в бликах воды, открывая взгляду гигантский каменный город, когда-то населенный подгорными жителями.

— Падение будет жестким, приготовься! — перекрикивая шум водопада, предупредил Эрметт.

Я сосредоточилась и сгруппировалась так, чтобы получить как можно меньше повреждений. С очередным плюхом мы ушли под воду, чтобы через минуту вынырнуть на поверхность и поплыть дальше по течению. Основной удар принял на себя плавун, но и мне досталось. Не зря перед этим заставляла себя съесть печень крийса. Сейчас же выудила из тайника пузырек с восстанавливающим средством и опрокинула в рот.

— А предупредить, что это и есть переход на третий уровень, нельзя было? — попеняла другу, что утаил такую информацию.

— Прости, давняя практика, чтобы испытуемый не волновался преждевременно.

— Испытуемый, значит? — насупившись, посмотрела на парня. — Я понимаю, что подобный способ перемещения сэкономил время, и ты торопился, чтобы спасти близких. Но впредь, предупреждай заранее. Я предпочитаю знать о таких вещах и сознательно принимать решение идти на риск или нет.

— Клянусь, подобного больше не повторится, — повинился Эрметт. — Спустившись старым проходом, мы прибудем раньше на несколько дней. Твои телохранители в порядке, видишь, только нас дожидаются, — указал взглядом на каменную пристань, возле которой плавали туши жуков.

Они, кстати, падения не пережили, а одурманивающих слизней потеряли в воде. На берегу нас ждали хмурые зельги, причем Вирген красовался набухающим фингалом под глазом, а у Дарина распухла губа и челюсть будто бы уехала вбок. Отдельной группкой сидели телохранители, мокрые и злющие, сверкающие яростными взглядами, как голодные улкары. Нелринья выглядела непривычно тихой и бледно-зеленой на вид. Только Энтин светился довольством и гордо поглядывал на остальных.

— Ты знала? — навстречу поспешил Нимернис, помогая перебраться с покатой туши плавуна на твердую поверхность.

— Нет, для меня водопад тоже оказался неприятным сюрпризом.

— «Ты в порядке? — поинтересовался Калим, не усидевший на месте. — Не пострадала?»

— Если не считать парочку ушибов, которые я уже нейтрализовала зельем, то нет. Но впечатлений получила таких, что на всю жизнь хватит. Эрметт, — повернулась к зельгу. — Сразу говори, если впереди ждет нечто подобное. А то устроил тут незапланированное испытание.

— Зато по нашим законам мы теперь считаемся взрослыми воинами, полноценными защитниками клана, — похвастал Энтин.

— Ну, спасибо! Радость пришла, откуда не ждали, — съязвила Нелринья. — А то мы без вас не знали, когда стали воинами.

— Прошу, не держите зла, — еще раз извинился Эрметт. — По старым поверьям нельзя говорить новичку, что его ждет. Так можно спугнуть удачу.

— Челюсть мне кто-нибудь на место поставит? — промычал Дарин.

С подобной проблемой мне приходилось сталкиваться в Тангсуре, так что отправилась к парню, припоминая последовательность действий. Сначала усадила ровно, заставила распрямить плечи, затем приподняла подбородок и надавила на него, двигая вниз и назад. Большими пальцами при этом зажала особые точки на нижней челюсти, которая с легким щелчком встала на место. Дарин сдавленно охнул и потерял сознание от боли. Не спорю, неприятная процедура. Несколько дней будет трудно жевать, а лучше бы парню употреблять только жиденькую пищу. Но где ее взять в подземельях Зельдарина, да еще на опасном третьем уровне? Дождалась, пока Дарин придет в себя, и влила ему в рот восстанавливающее зелье.

— Эрметт, а куда подевался молот? — заметил пропажу Энтин и расстроился. — Мешки с трофеями тоже сгинули?

— Кхм, — я тяжело вздохнула и посмотрела на Габброна, после обвела внимательным взглядом присутствующих. — Пожалуй, вам четверым придется принести еще одну клятву неразглашения, — указала на Виргена, Энтина, Дарина и Дафну.

Заинтригованные донельзя, ребята быстро проговорили слова клятвы и скрепили ее магией. Затем я под удивленными взглядами зельгов выудила из потайного хранилища оружие Эрметта, мешки с поклажей, а также горячую еду из таверны.

— Эй! Выходит, вы всю дорогу пировали, пока мы давились вяленым мясом? — возмутился Вирген, когда сообразил, что сумка с самого начала находилась со мной. — А не могли раньше клятву взять?

— Ну, извини! — я развела руками. — О сумке и так знает слишком много народа. Думала, удастся сохранить ее наличие в секрете.

Дальше посыпались вопросы, на которые я уже не раз отвечала. Где нашла, какова вместительность и так далее. Огорчила раскатавших губу парней, что нашла сумку случайно, и что вместимость ее не такая уж и большая. О том, что научилась создавать артефакты не хуже и снабдила ими близких, скромно умолчала. Хватит с зельгов уже того факта, что пришлось раскрыть существование пространственных хранилищ.

На берегу водопада мы провели несколько часов, пока обсохли, перекусили и разделали добычу. Бросать жуков я категорически отказалась. Их панцири, состоящие из двух половинок, могли сослужить в будущем хорошую службу, хотя бы в качестве плавсредства или надежного щита. Из лап и клешней получится оружие, а хитиновая броня послужит для создания новых костюмов. Эрметт упомянул, что муриды часто встречаются в подземельях, так что я надеялась разжиться их внутренностями, чтобы на месте обработать трофеи.

Город, который я увидела с высоты падения, был давно заброшен. Кроме полуразрушенных каменных коробок и системы водопровода, ничего не осталось. Зато темные закоулки, подвалы и чердаки заселили твари, которых уже не согнать с обжитых территорий. Чтобы поселиться здесь, следовало зачистить дома и закупорить каждый лаз, через который монстры пробирались внутрь. Слишком большая территория для клана Габбронов. Как бы заманчиво не выглядела идея поселиться здесь, но чересчур накладно было бы обороняться от постоянного притока тварей. Из гигантской пещеры вели сразу несколько проходов. Плюс водопад и река, которые кого только не выбрасывали на берег. Набравшись сил и пополнив запасы воды, мы углубились в проход, ведущий к поселению зельгов. Остался последний рывок, после которого узнаем, удалось ли родичам Эрметта спастись.

Порядок следования выбрали прежний. Впереди шел Эрметт, за ним я и телохранители, затем Дафна, Энтин, Дарин и Вирген. Мы забрались на опасную территорию, где в любой момент мог кто-нибудь напасть. Помимо этого, невольно давила и добавляла тревожности сама окружающая обстановка. Над головами возвышался необъятный каменный массив, а мы уже спустились на такую глубину, что никто нас не найдет, если случится беда. Наверное, осознание этого действовало сильнее, чем риск столкновения с новыми тварями.

Казалось, кто будет жить среди камней? Здесь нет привычной зелени, солнца или ощущения свободы. Человек долго не протянет в таких условиях, лишенный нормальной пищи, простора и свежего воздуха. Однако, чем дальше мы углублялись в зельдаринские подземелья, тем больше я понимала, как ошибалась в суждениях. Подгорный мир отличался невероятным разнообразием. Он умело подстроился под суровые условия выживания. Плохо, что темная сила Адесса превратила его обитателей в кровожадных монстров, рыщущих по тоннелям и расщелинам в поисках добычи. И хуже всего, что в роли жертв выступали мы, чужаки с поверхности.

Очередная пещера, которых десятками попадалось на пути, кишела грибными спорами, свисающими с потолка сплетением белесых нитей. В светящихся мицелиях, будто мухи в паутине, застыли твари, по виду напоминающие гигантских муравьев. Размером с собаку, их тела состояли из трех округлых сегментов. Голову венчали длинные усики, ниже располагались белесые фасеточные глаза и пасть с жвалами, похожими на зубья охотничьего капкана. Тело покрывал крепкий хитин, а каждая лапа заканчивалось крючковатым когтем. В нижней части брюшка хвостовым отростком выпирало ядовитое жало.

— Дурной знак, — оценив открывшуюся картину, пробормотал Эрметт.

— Почему? Ты не упоминал, что здесь водятся насекомые, — кивком указала на дохлого муравья. — Стоит их опасаться?

— Это мирцины — кочевые твари. Мигрируют гигантскими колониями и уничтожают все, до чего доберутся. Если в подземелья пришел хотя бы один мирцин, жди нашествия сородичей. Они набрасываются полчищем и за минуту разрывают человека на куски, после чего сжирают на месте или же тащат в логово. Давно их не было в наших краях. Если мирцины напали на поселение, спаслись немногие, — понуро признал Габброн.

— Как с ними бороться? — озадаченно почесала макушку.

— Лучшее оружие перед тобой, — парень жестом обвел пещеру. — Эта разновидность грибов выделяет парализующий токсин. Твари застывают неподвижно, а в это время споры прорастают через тела и убивают их.

— Тогда следует запастись таким полезным средством. — Я и без угрозы столкновения с мирцинами забрала бы грибницу, способную расправиться с монстрами.

В прошлом я не раз использовала «тихую смерть», но всегда осторожничала, чтобы не выпустить ее на свободу. А здесь попалась менее агрессивная, но такая же действенная разновидность грибов. Я бы назвала их «забвением» из-за щадящего воздействия на человека. Если вовремя принять меры, то заразу можно вывести из организма. В пещере мы задержались, пока набивали трофейные мешки «рассадой». Если Эрметт не ошибся в предположениях, грибы скоро понадобятся.

В те моменты, когда зельги отворачивались, я перекладывала часть добычи в пространственные хранилища Нелриньи, Калима и Нимерниса. И так уже «впихнула» в свою сумку останки жуков и трофеи, взятые с крийсов. А тут, как специально, новый вид тварей попался. Ну как не прикарманить себе высохшие тушки мирцинов? После сбора грибницы, выдала каждому из друзей по восстанавливающему эликсиру на случай, если надышались спорами.

В следующем тоннеле наткнулись на колонию скарабеев, пожирающих тушу погибшей твари. В ушах мерзким хрустом отдавалось противное клацанье маленьких челюстей. Пол шевелился от копошения сотен тысяч гадов, сбежавшихся на пиршество. Пришлось карабкаться по стенам и молиться Рааду, чтобы не свалиться прямо на живой ковер.

Я заблокировала скарабеев, высыпав в проход мешок с грибницей. Если же твари надумают мигрировать в тоннель, из которого мы только выбрались, их поджидала пещера с грибными спорами. Как иначе бороться с такими монстрами я не представляла.

Едва мы выдохнули, что очередная опасность миновала, как навстречу выскочил живой мирцин. Эрметт технично обрушил молот на его башку, превращая в месиво. Но за одной тварью вылетел еще десяток. Пока с ними разбирались, я обратила внимание, что не все особи бездумно кидались в атаку. Нашлись и те, кто держался позади. Вытянув уродливые головы, они яростно шевелили усиками, распространяя при этом резкий запах. Я вытащила лук из сумки и сняла одну чересчур общительную тварь. Другие попятились, после чего позорно сбежали. Но радоваться было преждевременно.

— Скорей! Не тратьте время на трофеи, — поторопил Габброн. — Разведчики уже сообщили матке, что нашли добычу. Скоро здесь будут сотни мирцинов. Не отобьемся. Но есть еще шанс обмануть тварей. Впереди развилка. Если доберемся раньше них, уйдем по боковому ответвлению.

Мы припустили из последних сил, понимая, что столкновения с колонией не выдержим. Спасительный проход располагался на возвышении, для чего пришлось карабкаться по отвесной стене, спускать веревку и поочередно поднимать остальных. Дарин с Виргом немного не успели и вдвоем зависли в воздухе, потому что полчища тварей уже заполонили тоннель и лезли за нами наверх. Я пристроилась на крохотном пятачке скального выступа и сбивала мирцинов стрелами. Калим тоже балансировал на краю и бросал метательные кинжалы. Эрметт, Ним и Энтин, выстроившись гуськом, вытягивали веревку с друзьями. Узкий лаз не позволял организовать нормальную оборону.

К счастью, обошлось без потерь с нашей стороны. Парни забрались на уступ, после чего мы вытряхнули пару трофейников со спорами на головы роящихся в тоннеле муравьев и постарались побыстрее покинуть опасное место.

Эрметт погорячился, когда назвал узкий лаз в скале проходом. Поначалу мы вытянулись в шеренгу и двигались гуськом. Затем пришлось опуститься на четвереньки, а в довершении ползти, работая локтями. Если бы в этот лаз забрались твари, так бы мы и погибли. Тут даже негде было развернуться, чтобы достать оружие. Зато наши страдания не пропали даром. Вскоре проем расширился, и мы выбрались на уступ, гребнем опоясывающий часть стены над поселением Габбронов. Сложно сказать, каким поселок был изначально, но сейчас его поглотил гигантский муравейник, в котором обитали полчища опасных насекомых. Дома, улочки и площади покрывал слой из мелких камней, слепленных между собой клейковидной массой. Посреди каменистого купола — временного вместилища мирцинов — пикой торчала башня ратуши. Помимо нее виднелись бурые образования с противными бородавчатыми наростами, намекающими на присутствие еще одной разновидности тварей.

— Нам не справиться, — обреченно произнес Эрметт. — Габбы с мирцинами действуют заодно. Все было зря. Если кто-то и выжил, мы никогда до них не доберемся.

— А прежде такое бывало, чтобы два вида тварей охотились вместе? — поинтересовалась я, не разделяя уныния друга.

Ситуация сложилась критическая. Но в наших руках сильное оружие. Мы тоже многого стоим, чтобы отступать, добравшись до цели.

— Не припомню, чтобы старейшины говорили об этом, — покачал головой зельг. Остальные тоже дали понять, что впервые видят подобное.

— Что будем делать? — поинтересовался Вирген. — Бросаться в атаку бессмысленно. Сами погибнем и людей не спасем, если они еще там и ждут помощи.

— Понаблюдаем пока, — предложила я. — Нельзя отчаиваться. Не может быть, чтобы мы не придумали, как с ними справится.

Друзья молчаливо покивали, но по расстроенным лицам и так было понятно, в успех они не верили. Грибов осталось мешков десять. Учитывая, какое количество тварей мы видели перед собой — ничтожно мало, чтобы поразить их сразу. Мирцины попросту задавят количеством. Пока одни будут подыхать, другие полезут по головам и в итоге нас уничтожат.

Нет, здесь требовалось другое решение. А какое, я пока не представляла. Без артефактных сережек я тоже не могла уйти из подземелий, поэтому наблюдала за поведением муравьев и напряженно думала. Или даже вспоминала, что знала об этих насекомых. Школьный курс давал не так много знаний, и не факт, что они были применимы к местной разновидности насекомых.

Итак, из общеизвестных земных данных, муравьи относились к семейству насекомых. Делились на три касты: самцы, самки и рабочие муравьи, с крыльями и без. Жили семьями в гнездах, питались соком растений, падью тли (сладковатая жидкость, выделяемая насекомыми). Разновидностей муравьев насчитывалось больше десяти тысяч видов, а в Мирильсинде, вероятно, еще больше. Твари обладали коллективным разумом и развитыми системами коммуникации, поддерживали симбиотические связи с другими насекомыми, грибами и бактериями.

Вот оно! — сделала мысленную пометку. — Мирцины образовали с габбами симбиотическую связь. Скорее всего, бородавчатые твари выделяли запах, благодаря которому муравьи воспринимали их частью семейства. Значит, необходимо раздобыть габбу и вырезать железы, вырабатывающие маскирующий аромат. Это позволит проникнуть в гнездо мирцинов, найти матку и накормить ее грибочками.

— Я кое-что придумала! — привлекла к себе внимание друзей. — Не скажу, что будет просто, но другого варианта не вижу на данный момент.

— Говори! Что нужно сделать? — живо отозвался Эрметт, готовый уже броситься в самоубийственную атаку.

Мне не понадобилось много времени, чтобы поделиться с ребятами возникшей идеей.

— А что? Может сработать! — воспрянул духом Габброн. — Надо придумать, как раздобыть габбу.

— И не только, — я вздохнула. — Еще разделать, чтобы никто не помешал, и найти те самые железы. Не представляю, сколько времени на это потребуется.

— Меньше, чем ты думаешь! — усмехнулся Вирген. — Тебе не показалось странным, отчего фамилия Габбронов и название твари так похожи? Потому что предки нашего Эрметта прославились тем, что очистили третий уровень от габб и сделали его пригодным для жизни.

— Это так? Ты знаешь, где расположены пахучие секреты? — удивленно уставилась на парня. Как же я не обратила внимания, что подобное сходство неспроста образовалось. — Тогда ты должен знать уязвимые точки монстра. Если травить его грибами, можем нечаянно железы уничтожить.

— Они расположены над глазами, внешне похожи на бородавчатые бугорки, которыми покрыта кожа. Однако приблизиться к габбу чрезвычайно сложно. Глаза у него выпирают наружу и вывернуты так, что он видит во все стороны. А жало из пасти выскакивает с такой скоростью, что жертва не сразу осознает, что ее сожрали.

— Но твои предки справлялись, — резонно заметила Дафна.

— Сильнейший воин клана выходил навстречу твари и раскручивал молот. Габба реагировала и пыталась достать добычу жалом. Однако встречи с молотом и мечом щупальце не выдерживало — разлеталось на куски. Особой доблестью считалось выдрать отросток до самого корня. А дальше уже дело техники добить тварь через разворочанную глотку. Десятка ударов копий хватало, чтобы пронзить мозг. Как видишь, снаружи торчит только спина габба, которую не пробить молотом и не поцарапать мечом, даже зачарованным.

— Что? Такая крепкая шкура? — подивилась я, принимая информацию к сведению.

— Крепче не встречал, — Эрметт ностальгически вздохнул. — Прежде воины клана мастерили из габба доспехи. Их не так много сохранилось до наших дней, как и не осталось умельцев, способных работать с таким материалом.

Ага! — сделала себе пометку. — Запомню на всякий случай.

— М-да, значит, придется спуститься в логово мирцинов, чтобы подобраться к габбу, — подытожил слова парня Дарин. — Но без пахучих желез мы даже с этой скалы не слезем, чтобы не привлечь внимание тварей.

— «Я пойду!» — знаками сообщил Калим, и все на него удивленно уставились. За пару недель зельги выучили язык жестов и охотно его использовали, когда требовалось соблюдать тишину.

— Думаешь, хитин хорба не позволит тварям тебя учуять? Ммм, я в этом не уверена, не проверяла в деле. А вот в плаще из хитина скорга мы точно подберемся незамеченными. Он, конечно, просторный, но не скроет передвижение группы. Максимум, двух человек прикроет.

— Я иду, и это не обсуждается! — тут же заявил Эрметт. — Доберемся до габбы, убьем тварь и заполучим железы. Обмажемся пахучим секретом, после чего мирцины не будут обращать на нас внимания. Это позволит приблизиться к матке и уничтожить ее. Тай и Калим отправятся к ратуше и проникнут в убежище. В сумке вы принесете еду, воду и зелья, чтобы люди продержались до того момента, как грибница разрастется и уничтожит мирцинов.

— Как скажешь. Я сделаю, что потребуется, — пообещала другу.

— А я не буду тут прохлаждаться, пока Тай подвергает себя опасности! — парировал Нимернис. — Мы тоже идем!

— Нет! Оба остаетесь здесь. Это приказ, — скомандовала я. — Впрочем, надо кое-что проверить.

Я достала из тайника плащ и попросила Калима и Эрметта встать рядом. Мда, это я могла улечься на него и укрыться так, чтобы враги не почуяли. В расправленном состоянии хитина хватало, чтобы обезопасить еще и Гаю с малышом Ярхом. А вот для двух широкоплечих парней плащик маловат оказался, даже для меня места не оставалось.

— А, если мы встанем гуськом друг за другом? — предложил Габброн. — Хотя нет, не вариант. Далеко так не уйдем.

— Сумеешь меня донести? — обратилась с неожиданной просьбой к Калиму. Тот вопросительно уставился, не понимая, что я задумала. — Смотри, я надену куртку со вставками хитина и обхвачу тебя за торс руками и ногами, а ты поверх наденешь свою куртку. Таким образом я окажусь под защитой хитина с двух сторон. Эрметт пойдет в плаще и, если возникнет надобность, прикроет нас.

— Эй! — Нелринья сверкнула озорным взглядом, обращаясь к Габброну. — А как ты относишься к дополнительному грузу? Я не тяжелая, совсем как пушинка.

— Нел, это опасно! Если мирцины нас учуют, мало не покажется, — не одобрила идею девчонки.

— Зато я смогу потом намазаться пахучей железой, забрать остатки и вернуться сюда. Вместе мы больше домов осмотрим и спасем тех, кто ждет помощи, — привела железные доводы эльфирка, на которые нечего было возразить.

Прежде чем приступить к выполнению опасного плана, мы проверили, что хитин хорба также маскирует от внимания других тварей, как и скорпионий. Калим спустился по отвесной скале и приблизился к муравейнику. Из щелей тут же появились мирцины. Брат замер, стараясь не дышать. Покрутив головами с шевелящимися усиками, твари выбрались на поверхность и обследовали подозрительную территорию. Чуть ли не по ногам Калима прошли, но не почуяли его.

Может, услышали звуки шагов и отреагировали на них? Во всяком случае, мы убедились, что маскировка работала. Значит, отправимся на охоту за габбой вчетвером.

Сначала, укрытый плащом, спустился Эрметт. Мы выждали, пока обеспокоенные разведчики мирцинов проверят местность, после чего вместе с Нелриньей шустро преодолели спуск и прижались к Эрметту, пережидая очередную проверку. Дальше я запрыгнула на Калима, обняв руками за шею, а ногами обвила за талию. Оказавшись неожиданно близко к парню, смутилась. Он обнял меня, поддерживая под спину, а я прильнула к груди, чтобы не встречаться с ним взглядом. В теории идея выглядела безобидной. Тесный контакт требовался, чтобы укрыться защитной одеждой от тварей, а на деле я крепко прижималась к парню всем телом и слышала, как гулко бьется его сердце. Волнительное ощущение и совершенно неуместное в нашей ситуации.

Нелринья повторила тот же трюк и повисла на Габброне маленькой обезьянкой. Дикарь тут же запахнул плащ, укрывая хрупкую эльфирку от опасностей.

Заранее договорившись, как будем действовать, мы обошли муравейник, подбираясь к ближайшей габбе. Выбрав подходящее место для проникновения внутрь, первым спрыгнул в темный провал Калим, а я на время перебралась под крылышко к Эрметту и спряталась под плащом. Как только брат оказался внизу, то подал сигнал, чтобы мы тоже спускались. Сначала пошла я, затем Нел и последним в узкий лаз протиснулся зельг. Изнутри муравейник походил на сеть разветвленных тоннелей. Полы обладали более крепкой сцепкой камней и клейковидной массы, выделяемой мирцинами для постройки логова. В стенах наблюдались просветы, служившие отверстиями для вентиляции воздуха и способствующие проникновению света.

Двигались наугад, придерживаясь направления, в котором находилась габба. Изредка нам попадались пробегающие мимо мирцины. В такие моменты мы вжимались в стену, а Эрметт старался укрыть нас плащом. Непонятная конструкция если и удивляла тварей самим фактом появления, то хотя бы не вызывала желания нападать. Более часа мы плутали по лабиринтам ходов, пока не вышли к габбе, вокруг которой мирцины возвели защитный полог. Тварь застряла между домами, которые монстры сделали частью муравейника.

Симбиоз мирцинов и габб заключался в том, что последняя поглощала больных или умерших особей, а также пожирала остатки пиршества мирцинов. Продукты жизнедеятельности, зачастую вместе с непереваренными кусочками хитина, мирцины использовали в качестве строительного материала для муравейника. Нам повезло, что габба застряла в узком проходе, тогда как туша росла, наплывая бородавчатыми боками в каменные стены и окна домов.

Уродливая тупоносая морда твари вызывала стойкое отвращение. Более мерзкого на вид существа представить сложно. Монстры всегда выглядели жутковато, но те же глирхи, к примеру, сохранили природную грациозность и смертоносную красоту.

Мирцины возле жирной туши появлялись только по необходимости, когда притаскивали падаль. В другое время держались подальше, инстинктивно чувствуя опасность. Нередко вместе с протухшей едой габба заглатывала и самих кормильцев. Однако никаких мер против твари матка не предпринимала. Плодились мирцины быстро и часто. Работяг никто не считал, отправляя на убой или навстречу опасности.

Эрметт, как и его далекие предки, вызвался раскрутить молот и отсечь щупальца. А нам предстояло добить габбу и вырезать железы. Выждав подходящий момент, зельг выскочил на открытую площадку перед монстром и закружился в танце вместе с молотом. Меньше минуты парню потребовалось, чтобы перейти на сверхскорость, когда габба его атаковала. Из раскрытой пасти к Габброну устремился пучок скользких щупалец с присосками. Воин еле успел уклониться, а рубящий удар меча прошелся вскользь, что только разозлило монстра. Он издал противный квакающий звук и ударил лапами по мостовой и заборам, высекая искры из камня. Следующий выпад щупалец пришелся аккурат по Эрметту, в меткости габбе не откажешь. Но и Габброн не сплоховал. Накрутил склизкие отростки на топорище молота, дернул на себя и рубанул мечом. Тварь заверещала, размахивая обрубками, но тут уже мы подключились. Калим заехал жвалой по бугристой морде, вынуждая габбу раззявить пасть еще шире, Нелринья кромсала чересчур длинные щупальца, а я всадила посох на полную длину, пробивая жалом скорпиона тупоносую башку. Противно заверещав, тварь закатила глаза и сдохла, испуская мерзкий запах.

— Скорее, пока мирцины не примчались, — Эрметт с разбегу запрыгнул на тушу габбы, указывая на нужные наросты.

Калим последовал за ним, вырубая железы паучьей жвалой, потому что другое оружие не брало толстую шкуру монстра. Нелринья присматривала за тылами, чтобы нас не застали врасплох. А я занялась высвобождением посоха. В воинственном азарте я как-то позабыла, что проще использовать «Поглотитель». Теперь расплачивалась за недальновидность.

Мирцины не заставили себя ждать. Парни еще возились, когда подходы к габбе заполонили твари.

— Поторопитесь там! — мы с Нел встретили первую волну насекомых.

Мне было проще, меч из рога чербиса легко разрубал монстров и кромсал на куски, а Нелринья зачарованным оружием била только по уязвимым местам. Посох я не успела вытащить, слишком глубоко увяз, а мирцинов становилось все больше. Эрметт спрыгнул к нам, оставив Калима заниматься железами. Зельг одним замахом молота смел десяток насекомых, налетевших на Нел, и дальше врубился в самую гущу, выкашивая плотные ряды противника.

К счастью, Калим быстро справился с железами и первым намазался вонючей жижей. Затем переместился ко мне, чтобы нанести пахучий секрет на открытые участки тела. После настал черед эльфирки и зельга, а дальше нападки тварей стали стихать, пока не сошли на нет.

Мирцины засуетились, прямо на глазах переквалифицировались из воинов в работяг, собирая трупы сородичей и утаскивая их к другому габбу. Пока твари отвлеклись, мы перебрались в безопасное ответвление коридора, чтобы перевести дух. Одну цельную железу с секретом я спрятала в потайное хранилище, а содержимое другой разлила по флаконам и передала Нелринье.

— Поспеши! Встретимся у здания ратуши через час. Осмотрите пока дома в этом секторе, а дальше определимся, как быть.

Нел кивнула и помчалась за остальной частью команды. А мне сначала пришлось вернуться за оставленным в туше оружием. Весь в слизи, бурой жиже и ошметках плоти, посох следовало промыть и почистить. С досадой запихнула его в тайник и посмотрела на Габброна.

— Идем дальше?

— Здесь жила большая семья, — гулко сглотнув, парень взглядом указал на стену дома, где застряла габба. — А напротив работала кожевенная мастерская. Поверить не могу, что их больше нет. Габба… она ведь неспроста разожралась.

— Хочешь, я схожу и проверю эти дома? — предложила другу, которого накрыло осознанием того, что люди действительно погибли. — Только подскажи, где вы обустраивали убежище.

— Задняя комната, без окон. Ее использовали, как кладовую, а подвал для хранения припасов. Обычно там держали запасы воды и теплые одеяла на случай, если придется отсиживаться во время нападения. В зависимости от степени угрозы люди закрывались в комнате. Детей и женщин сразу спускали вниз и запирали. Если же твари прорывались, то довольствовались добычей и уходили. Но, случалось, что и такие меры не помогали. Я… — Эрметт запнулся, будто ком в горле мешал говорить. — Боюсь того, что в убежищах никого не осталось. Будь осторожна! Внутри могут затаиться другие твари. Не забывай смотреть наверх и проверять темные углы.

Прислушавшись к предостережению, мы с Калимом бесшумно перепрыгнули через забор и направились ко входу, зияющему черным провалом. Деревянная дверь с обгрызенными петлями валялась на полу. Внутри царил бардак. Разбитая посуда, искореженная мебель, выломанные решетки на окнах. Вряд ли рядом с габбой осталось хоть одно живое существо. Удручали царапины на стенах и полах, бурые пятна повсюду. Комната без окон тоже оказалась без двери. Внутри мы обнаружили перевернутые стеллажи, где рачительные хозяева хранили инвентарь и необходимые в хозяйстве мелочи. Продукты, если и были, то их давно уничтожили. А вот люк в полу уцелел. Его нарочно закрыли, сдвинув мебель и обрушив полки.

Переглянувшись, мы с Калимом бросились расчищать пространство. Если люк не тронули, значит, в подвале мог кто-то выжить. Возникла проблема с тем, чтобы открыть засов. Очевидно, использовался скрытый механизм. Я попросила Калима позвать зельга, чтобы помог нам. Минуты не прошло, как Эрметт примчался и с легкостью вскрыл внутренний засов. Обычная мера предосторожности, которая не раз спасала жизнь.

— Эй! Есть кто живой? — негромко позвал парень, откидывая крышку люка.

Изнутри дохнуло спертым запахом нечистот и немытого тела. Затем кто-то пискнул и бросился к Эрметту, сотрясаясь в рыданиях. Девчонка лет двенадцати, чумазая и исхудавшая. Зельг зажег световой артефакт и судорожно вздохнул, обнаружив еще двух детишек и пожилую женщину, лежащую без движения в дальнем углу.

— Милли, — узнал девочку Габброн. — Слава Зелиару! Как вы тут?

— Бабушка давно не встает, — за всхлипами ребенка сложно было разобрать слова. — Колин и Дин от голода ослабли. У вас покушать нет? А водички попить?

— Конечно! — спохватившись, Эрметт снял заплечный мешок и передал девочке мех с водой, к которому она жадно припала губами. — Тай, помоги остальным, — зельг посторонился, пропуская меня внутрь.

— Пусть Милли сначала выпьет зелье, — всунула в руку парня флакон. — Не давай сразу много еды, а то только хуже сделаешь, — предупредила о последствиях.

Приблизившись к детям, осторожно проверила пульс. Слабый, но он ощущался. Осторожно, по капельке влила обоим мальчикам эликсир, а затем и по глоточку укрепляющего отвара. Дышать они стали лучше, даже щечки порозовели, но вот в сознание так и не приходили. А вот бабушке этих детей не так повезло.

— Милли, как долго вы уже без еды?

— Не знаю, — снова всхлипнула. Выпитое зелье сразу придало девочке сил, потому что она стала задавать вопросы и даже Эрметта узнала. — А где мама и дядя Олвин? Они прислали вас? Монстры уже ушли? Дядя Эрметт, вы не видели папу?

— Шшш, монстры еще здесь. Мы пришли, чтобы помочь и спасти, кого возможно. Но надо вести себя тихо. Ты ведь помнишь, что нельзя шуметь?

— Что будем делать? — обратилась к Габброну. — Детей нельзя здесь оставлять, а наверху опасно. Нам бы найти дом, который не так пострадал от мирцинов.

— Проверим мастерскую. Вдруг, кто-то уцелел? Заберем всех, кого найдем, и спрячем в ратуше. Там полно места, чтобы разместиться, — шепотом ответил зельг. — Сколько желез габбы осталось? Если не хватит, придется убить еще одну.

— Значит, убьем, — я пожала плечами. — Калим, — подозвала брата. — Возьми Колина. Его бы отмыть сначала не помешало, а то никакие железы не спасут. Эрметт, укрой детей плащом на всякий случай.

Намазав детишек пахучим секретом габбы, мы осторожно выбрались из дома. Мальчишки спали. Один у Калима на руках, завернутый в куртку, второй — у Эрметта. Девочка, как вцепилась в зельга, так и не отпускала.

В мастерской обнаружили схожие следы разрушений и выбитую дверь в комнате без окон. Самое печальное, что люк в подвал был безжалостно выломан, а внутри никого не осталось. Я спустилась, чтобы посмотреть, но живых людей не нашла.

Не всем так повезло, как Милли и ее братьям. Двигаясь в направлении ратуши, мы обследовали все дома подряд. Где-то убежища оставались нетронутыми, но пустыми, а другие твари разорили и расправились с прячущимися там жителями. Эрметт мрачнел с каждым разом, когда я возвращалась и качала головой. Теплилась еще надежда, что люди забаррикадировались в большом укрытии и ожидали спасения.

Чем ближе мы подбирались к ратуше, тем чаще попадались мирцины. Бедную Милли трясло от страха, поэтому Эрметт усадил ее на спину, велел крепко держаться и ничего не бояться. Девчонка клещом ухватилась за шею парня и повисла, как Нелринья недавно. Вес у малявки небольшой, походный мешок и то тяжелее будет. Зельг накинул сверху плащ, под которым она успокоилась и пригрелась. Зато наше продвижение ускорилось.

В здании городской пекарни наткнулись на кладку яиц. Видно, магическая печка работала, когда случилось нападение, не успели выключить или некому стало, вот твари и устроили инкубатор. Жалости к монстрам никто не испытывал, поэтому мы отключили подачу тепла, а в гущу кладки высыпали мешок со спорами. Однако я попросила Калима припрятать десяток яиц в потайное хранилище. Вряд ли кому-то из людей удалось бы так подробно исследовать мирцинов. Я видела схожесть с земными насекомыми, но мирильсиндские твари разительно от них отличались.

Совершив диверсию, мы спешно рванули из пекарни. Видно, матка забеспокоилась, раз направила туда защитников. Только скрылись за стенами ближайшего дома, как появились десятки мирцинов и принялись перетаскивать яйца в другое место. Учитывая, что в тепле грибные споры размножаются быстрее, твари сами принесут смерть в другие кладки. Вряд ли эта была единственной.

Соблюдая тишину и осторожность, насколько это возможно, мы исследовали дом. Добротный, с крепкими стенами и основательным фундаментом.

— Здесь жил старейшина Фрапп, — пояснил Эрметт. — Убежище под зданием сохранилось еще с тех времен, когда первые поселенцы клана основали город. Позже верхняя часть надстраивалась, но подвалы уходят в толщу скал, никаким тварям не подобраться.

Первый и второй этаж здания ожидаемо подвергся разрушению, но не сильно, только внутреннее убранство пострадало. Зато комната без окон устояла под натиском и люк в полу никто не трогал. Пыль внутри осела толстым слоем, подтверждая, что из подвала давно никто не выходил. Однако стоило заняться поиском скрытого механизма, отпирающего крышку, как та сама подалась наружу.

— Наконец-то! Долго же вы разбирались с тварями! Мы уже замучились здесь сидеть, — раздался изнутри звонкий женский голос. — Что там произошло? Вы уничтожили монстров? Прогнали? Уже можно выходить?

— Тсс, тетушка Милдред, не шуми! — цыкнул Эрметт, не сдерживая радостной улыбки. — Много вас тут сидит?

— Так, семнадцать человек, включая детей. Продукты заканчиваются, сил больше нет прятаться, — понизила голос женщина. — А вы разве не спасать нас пришли? Эрметт, мальчик, уж не ты ли пожаловал? Неужели из академии сбежал? Кто это с тобой? А где воины?

— Позволь спуститься? Разговорами мы привлекаем лишнее внимание. С нами дети Анхеля и Майи, они очень слабы. О них больше некому позаботиться.

— Так, чего ж ты сразу не сказал? Это Дин? Давай сюда малыша!

Мы закрыли дверь комнаты изнутри, намазав проем железой габбы, после чего спустились в убежище. Обширное помещение, поделенное на спальные зоны и места общего пользования. Сразу видно, древние зельги понимали, что отсиживаться придется не один день, поэтому позаботились об отхожем месте, источнике воды для питья и прочих нужд. Прочная каменная лестница уводила на двухметровую глубину, чтобы наверх не доносились звуки и не чувствовались отголоски магии, поэтому внутри горели световые артефакты и работала магическая печка.

Женщины и дети смотрели на нас с надеждой, желая услышать о судьбе близких и о том, что творится наверху. Но чем их обнадежить? Мужчины клана, скорее всего погибли, защищая семьи до последнего. Помощь, на которую они так рассчитывали, не добралась. Если бы не Эрметт, участь выживших была бы незавидной. Рассказ получился скупым и коротким, оставил после себя горькое послевкусие. Если кто-то надеялся, что близкие выжили, то узнав о логове мирцинов прямо над головами, упали духом. Оказывается, сначала с ними находилось четверо мужчин, но они ушли разведать обстановку и не вернулись.

Оставив детей на попечение женщин клана, мы предупредили, что освобождение не будет быстрым. Возможно, приведем сюда других выживших. Но, пока не избавимся от мирцинов, покидать убежище нельзя.

Далее наш путь лежал через площадь к ратуше, до которой оставалось рукой подать. Однако свободное пространство облюбовала муравьиная матка. Вокруг нее вырос гигантский кокон из камней и соединительного материала толщиной до пяти метров. Муравьиная кладка плотно прилегала к ближайшим домам, наглухо замурованным строительной массой. Крупные самцы охраняли единственный проход и никого не пропускали внутрь. Королева мирцинов от рабочих особей отличалась размерами, крыльями и непомерно большим брюшком. Вдобавок тварь обладала зачатками разума и умело управляла колонией. Почуяв опасность, она окружила себя живым щитом из мирцинов. Пробиться через ряды воинственных монстров было проблематично.

Укрывшись в развалинах второго ряда домов, мы наблюдали за мирцинами, решая, как лучше подобраться к главной твари. Ввяжемся в открытый бой — проиграем, практически добравшись до цели. От нашего успеха зависели жизни остатков клана, мы не имели права на ошибку.

По-хорошему, требовался один рывок, чтобы уничтожить королеву. Достаточно пробить хитин, и «Поглотитель» сделает черное дело. А дальше с дезориентированными мирцинами будет легче расправиться.

— Я могу обрушить башню ратуши и усилить вес камней магией. Они пробьют купол муравейника, — предложил Эрметт.

— Используя дар, ты привлечешь внимание монстров, — резонно заметила я.

— Рисковать я не собираюсь, уйду по крышам, — возразил зельг. — А вы воспользуетесь возникшей суматохой и нанесете решающий удар. Если даже мы и переполошим других тварей, то их встретят мирцины, потерявшие контроль.

— «План рискованный, но должен сработать», — высказал мнение Калим.

— Не попробуем, не узнаем, — я колебалась. — Вдруг только хуже сделаем?

В Иринтале отголоски магии разносились на десятки километров, а в Зельдарине сигналы глушились скалами. Максимум, что грозило, привлечь тварей из ближайших тоннелей, которые полчищами полезут из каменных нор и щелей. Учитывая, что мы планировали рассыпать грибные споры, в итоге они уничтожат всех, до кого доберутся.

— Сколько потребуется времени, чтобы проникнуть в башню и обвалить ее? — уточнила у Эрметта.

— Полчаса или даже час с учетом времени на подготовку, — прикинул Габброн. — Сначала нанесу разрушающие руны, а после активирую магическим импульсом и обрушу на площадь.

— Разве камни не завалят вход в ратушу?

— Даже если завалят, среди нас полно магов земли, расчистим общими усилиями. Только необходимо предупредить оставшуюся часть команды, чтобы нашли укрытие.

— Ммм, ты прав, — я задумалась. — Людям даже на скалах не спастись, потому что никто не знает, каких монстров привлечет магический выплеск. В том секторе, который ребята обследуют, есть основательные постройки, вроде дома старейшины?

— Нет, только новострой, — покачал головой зельг. — Расслабились за столетия относительно спокойной жизни. До недавнего времени самыми опасными считались крийсы, да разномастные слизни. Мирцинов давно не встречали, а габб и подавно.

— Тогда мы с Калимом переправим выживших к убежищу тетушки Милдред, — приняла очевидное решение. — А ты подготовься и жди сигнала. Используем зеркальце или стекло, на крайний случай запалим факел. Учитывая, какой поднимется переполох после обвала, людям лучше не высовываться из подвалов.

Эрметту плащ из скорпионьего хитина был нужнее, поэтому отдала временно попользоваться. Также вместе с парнями отхлебнула по глотку зелья и сжевала кусочек печени эргала. Превентивная мера на случай отравления или потери сил.

На обратный путь до поверженной габбы мы потратили намного меньше времени. Оставшуюся часть команды и горстку выживших зельгов встретили у выхода из муравейника. Ребята осмотрели половину домов в этом секторе. Чаще встречались безрадостные находки с разоренными убежищами и вскрытыми подвалами. Попадались такие, где жители не дождались помощи и умерли от голода, как бабушка Милли. Те же, кто дотянул до радостного момента, выглядели изможденными и обессиленными. Когда подобная картина повторяется от дома к дому, невольно задумаешься, сколько человек погибнет из-за нашей медлительности.

— Надо бы предупредить Эрметта, что придется повременить с атакой на королеву, — озадачилась вслух. — Пока не обойдем город и не переведем жителей в безопасное место, нельзя использовать магию.

— Давай, я сбегаю! — вызвалась Нелринья. — А за тобой Калим и Ним присмотрят. Я быстро управлюсь, вот увидишь.

— Иди, — хмыкнув, отпустила эльфирку.

Как будто мне требовался присмотр в условиях Иринтала или подземелий. Это среди постоянно интригующих эльфиров опасно терять бдительность, а монстры подчиняются лишь инстинктам.

— Только, сначала сопроводи спасенных людей в безопасное убежище, — добавила, понимая, что лучше передвигаться небольшими группами, чтобы не привлекать внимание мирцинов. — Калим, ты знаешь, где оно расположено, поэтому отправишься с ними. Энтин, Дафна, поможете? — предложила зельгам. — А мы продолжим поиски.

Среди остальных эти двое вели выглядели наиболее унылыми и подавленными. Лучше бы им отвлечься на помощь живым сородичам, а не сталкиваться со смертью на каждом шагу.

Распределив остатки железы, пришла к выводу, что потребуется еще одна тварь. Принцип охоты я уже знала и рисковать больше необходимого не собиралась. Если по верхнему ярусу подобраться к монстру, расправиться с ним можно вдвое быстрее. В прошлый раз я поддалась эмоциям после рассказов Эрмета о славных предках и использовала посох. Теперь в ход пойдет только древний кинжал, чтобы сразу и наверняка.

— Дарин, Вирг, мы с Нимернисом отлучимся ненадолго и раздобудем еще одну габбу. Боюсь, оставшихся желез на всех не хватит.

Поделившись с зельгами припасами и водой, мы с Нимом налегке помчались к монстру. Бородавчатый хребет выпирал над муравейником и был заметен издалека. На этот раз обошлось без зрелищных трюков с раскручиванием молота. Подобравшись поближе к габбе, Ним жвалой прорубил спуск в муравейник сбоку от расплывшейся туши. Затем мы спустились как раз к тому месту, где у твари располагалась лапа. Пару ударов скорпионьего жала, пробившего дыру до кости, прикосновение «Поглотителя», и вот меня уже выбросило в безвременное пространство.

— Таурелия, что случилось? — В глазах Сихилла сквозила нешуточная тревога. — Ты долго не приходила. Я уже начал волноваться.

— Волноваться? — я удивилась. — На вас непохоже. Вы ведь получаете подпитку от тварей, которые попадаются мне на пути. Раз монстры регулярно дохнут, значит, я в порядке.

— В порядке? Раньше ты не охотилась каждый день. Пошли третьи сутки, как ты непрерывно с кем-то сражаешься. Сначала крийсы, затем мирцины и габбы. Что ты забыла в Зельдарине?

— Приятно, что вы переживаете, наставник. Но в подгорное королевство я отправилась не без вашего участия. Серьги, которые входят в артефактный доспех, хранились в клане Габбронов. Твари, хлынувшие из глубин подземелий, уничтожили клан и заняли третий уровень. Мы как раз занимаемся его очисткой и поиском уцелевших людей. Кстати, не подскажете, что будет с мирцинами, если уничтожить королеву? Как лучше это сделать?

— Вот как? — эльф задумчиво покивал. — Что ж, я верю, ты справишься с любыми трудностями. А с королевой будь осторожна. Тварь и в мои времена считалась опасным противником. Она умна и быстро обучается, когда дело касается выживания вида. Ее мозг достаточно развит, чтобы управлять колонией подданных. В наше время печень мирциновой матки весьма ценилась ментальными магами. Как думаешь, почему?

— Усиливала способности? — предположила я.

— И не только. Не советую делиться этим деликатесом. Если возникнет необходимость, используй органы самцов-воинов или рабочих особей. Результат тебе понравится, — Сихилл улыбнулся кончиками губ. — Время для вопросов истекло, займемся обучением. Начнем с разминки, пожалуй, а после разучим еще один прием.

Информации для размышления древний эльф подкинул предостаточно. Заманчиво выглядела перспектива усилить ментальные способности. Это ведь не только управление другими людьми, а развитая интуиция, предчувствие опасности, умение отличить правду от вымысла.

Насчет ума королевы — своевременное предупреждение. Я привыкла иметь дело с неразумными тварями, которыми руководят инстинкты. Конечно, глирхи уже доказали, что способны к общению. Но это ведь не одно и то же! Быть может, мне сложно оценивать умственные способности мирцинов с человеческой точки зрения? Насекомые живут и мыслят другими категориями. Что для них имеет первостепенное значение? Вопрос выживания и продолжения рода. В земной литературе функция муравьиной матки сводилась к поддержанию популяции муравьев и откладыванию яиц. Уборка территории, охрана и поиск пищи ложились на рабочих особей, которые в этом случае действовали, как единое целое, подразумевающее коллективный разум. С мирцинами все иначе.

Что ж, я бы на месте тварей задалась вопросом, отчего вдруг погибли габбы и почему запах желез распространился по муравейнику? Первая туша уже смердела, а рабочие активно уничтожали останки. Хм, не потому ли, что опасались отравлений и массовой гибели?

Кажется, от земных муравьев избавлялись при помощи аммиака и препаратов на его основе. А что он из себя представлял? Если память не изменяет, газообразное вещество с резким запахом. В средние века аммиак добывали из мочи и применяли для дубления кож, при стирке белья в качестве отбеливателя и в других сферах деятельности.

В осмотренных ранее домах часто попадались полные ведра с отходами человеческой жизнедеятельности. Надо бы окунуть мирцина в такое ведерко и посмотреть, выживет или нет. Если теория подтвердится, королева захлебнется нашей местью.

Вывалилась из безвременного пространства я в тот же момент, когда всадила «Поглотитель» в габбу. Вдвоем с Нимернисом мы шустро вырезали пахучие железы и заодно поживились трофеями. Всего монстра освежевать не хватило бы сил, но срезать полотно бугристой кожи с массивной спины не заняло много времени. Не поленилась добраться до печени габбы и набила пару зачарованных мешков свежим мясом. Неизвестно еще, когда выберемся из подземелий, а людей кормить чем-то надо. Попробуем, какова эта тварь на вкус.

Воспользовавшись моментом, я переложила трофеи в потайное хранилище Нима. Эльфир успел еще близстоящие дома осмотреть, пока возилась с габбой, а позже я присоединилась к нему. К сожалению, вблизи монстра никого из живых не осталось. Зато я разжилась ведрами с дурно пахнущим содержимым.

— Зачем тебе? — у парня округлились глаза при виде странной добычи.

— Хочу проверить кое-что, и для этого потребуется мирцин, — я хищно прищурилась.

В том же доме на разоренной кухне я прихватила ковшик с длинной ручкой, а в куче тряпья нашла кожаные перчатки. Подопытные сами набежали, услышав агонию габбы. Мне оставалось только подкараулить тварь у поворота и плеснуть в морду ничего не подозревающему мирцину полный котелок вонючей жижи.

— Жестоко! — брезгливо поежился Нимернис, наблюдая за агонизирующим монстром. — Но действенно! Откуда ты узнала?

Что тут скажешь? Знания — сила!

— Предположила, что мирцины чувствительны к резким запахам, — я пожала плечами. — Обратила внимание, что в проходах царит идеальная чистота, а ведь тут обитают тысячи особей. Представь, как бы тут было загажено, если бы твари регулярно не убирались. Сомневаюсь, что они от природы такие чистюли. Кста-ати! — пользуясь моментом, вскрыла брюшко муравья, внутри которого обнаружила железу с кислотой.

Разворочанная туша габбы лежала неподалеку. Не поленилась проверить еще одну теорию, касающуюся использования муравьиной кислоты. Плеснула содержимое железы на необработанный кусок бугристой шкуры с остатками мездры. Плоть сразу растворилась, а кожа посветлела, приобретая молочный оттенок. Интересное свойство! Прихватила образец с собой, намереваясь позже вымочить в воде, просушить и опробовать качество получившейся заготовки. Однако запастись железами с муравьиной кислотой следовало уже сейчас.

— Мне на мгновение стало жаль мирцинов, — хмыкнул эльфир, перехватив мой жадный взгляд, брошенный на других тварей.

— Невероятно полезная в хозяйстве живность, — пробормотала я. — Конечно, спасение людей стоит на первом месте, но позже мы поохотимся на муравьишек. При каждом удобном случае, первым делом извлекай из тел эти железы. У меня столько ценных шкур только и ждут, когда получится их обработать.

На габбу, трофеи и прочие эксперименты ушло два часа, после чего мы спешно вернулись к зельгам и занялись осмотром домов. Вскоре к нам присоединились Калим и Дафна с Энтином, а следом и Нелринья примчалась. Эльфирка передала, что Эрметт уже все подготовил к обрушению башни и готов ждать, сколько потребуется. Он намеревался проникнуть в здание ратуши и отыскать вход в убежище. Старательные мирцины, чтобы обезопасить королеву, замуровали здание камнями и залили клейкой смесью для прочности. Родной дом Габброна примыкал к площади, поэтому его тоже засыпало. Вероятно, близкие парня попали в ловушку.

— Не следовало оставлять его одного, — выслушав доклад сендара, посетовала я. — Шум раскопок привлечет лишнее внимание. Неизвестно еще, какое открытие ожидает внизу, а то ведь Эрметт и сорваться может. Он не говорил, достаточное ли количество припасов хранилось в семейном убежище?

— Кажется, упоминал, что продуктов должно хватить на месяц, — припомнила Нел. — Но это с расчетом только на членов семьи. Если же количество спасшихся зельгов больше…

— Ясно, можешь не продолжать, — я вздохнула. — Предлагаю, выдвинуться к площади и обследовать еще одну улицу по пути. На месте разыщем Эрметта и обсудим дальнейший план действий.

Из трех десятков домов лишь в двух повезло наткнуться на живых обитателей. Ослабленная женщина с грудным ребенком и мальчишка-подросток уже ни на что не надеялись. Да и выжили чудом. Малышу ведь не объяснишь, что шуметь и плакать нельзя. Спасением для этой семьи стали шкуры, которые предприимчивый хозяин дома закупал на верхних уровнях. В Габерсе он обустроил кожевенную мастерскую, где шил одежду, изготавливал ремни, браслеты и сумки из кожи. Сырье надлежало хранить в прохладном месте, вот зельг и использовал для этого убежище. Когда поднялась суматоха, семья успела спустить в подвал люльку с ребенком, продукты, матрасы и запасы одеял. Пока наверху царила суматоха, мать с сыном спешно оббивали шкурами стены и потолки, чтобы заглушить звуки. Только благодаря этому и выжили.

Оставаться на виду было опасно, поэтому Нелринья вызвалась проводить выживших до убежища тетушки Милдред и заодно разыскать Эрметта. Не успели они скрыться в муравьином проходе, как оттуда донеслись крики и звуки сражения. Не мешкая, мы бросились на помощь и обнаружили два десятка тварей, напавших на людей. Пришлось выплеснуть ведро с испражнениями в гущу мирцинов, насевших на мирных зельгов и их храбрую защитницу. Твари прыснули в стороны, а часть попадала на пол, забившись в агонии. Добить дезориентированного противника не составило труда.

— Фу! Что это? — бедную помощницу стошнило на пол. — Это же не то, о чем я думаю?

— Оно самое! — усмехнулся Нимернис, подавая сестре мех с водой, чтобы умылась.

— Да я же теперь по уши в дерьме! — страдальчески простонала девчонка.

— Ну, извини! Зато живая, — привела веский аргумент в оправдание и развела руками. Меня беспокоило другое. — Раз уж мирцины напали, значит, железы габбы теперь бесполезны.

Универсальная маскировка перестала работать, и это значительно усложняло задачу по поиску выживших. Передвигаться решили вместе, от строения к строению, попутно осматривая подвалы и укрываясь от мирцинов за стенами, которые служили хоть какой-то защитой.

Нимернис периодически подтрунивал над Нелриньей, хотя в самой ситуации ничего смешного не было. От спасенных зельгов, не мывшихся месяц, пахло не лучше. А главное, каждый понимал, что в случае угрозы жизни с головой нырнет в зловонную бочку, если такую обнаружит, конечно. Наоборот, в каждом доме мы специально выискивали отхожие ведра и забирали с собой. Так, с перебежками и длительными остановками, мы постепенно добрались до надежного укрытия и привели с собой еще десять человек.

С нашим появлением в подвале стало по-настоящему тесно. Вирг и Дарин пробежались по соседним домам, собрали матрасы, постельное белье и все пригодные вещи, что попадались под руку. Вновь прибывших отмыли, подлечили и накормили, заняли разговорами. У каждого была своя история, которой хотелось поделиться. Нел под шумок тоже помылась и почистила вещи, однако от запаха отхожего места так и не избавилась. Что поделаешь, если настолько въедливый?

Продуктов пока хватало, но, если людей прибавится, а мы задержимся на неопределенный срок, надо будет идти на охоту. Теперь при осмотре домов попутно искали запасы воды, крупы, специи, сушеные травы. Забирали также матрасы и одеяла, теплую одежду, ну и главный отпугиватель насекомых — ведра с мочевиной.

Нелринья, как только отмылась, отправилась на поиски Эрметта. Однако не обнаружила зельга ни возле башни, ни у родительского дома. Следов сражения, к счастью, тоже не нашла. Вопреки расхожим убеждениям, что в домах прятались мелкие твари, мы практически никого не встретили. Так что главную опасность по-прежнему представляли мирцины, с которыми парень справится играючи.

Расспросив местных женщин, в какой части ратуши расположен вход в главное убежище, я попробовала расчистить туда дорогу. Для этого обошла здание с другой стороны и убедилась, что окна засыпаны спрессованным камнем. Сверившись с планом, схематично нарисованным на клочке бумаги, выбрала окно, от которого вел кратчайший путь к подвалу, и принялась кромсать преграду мечом из рога чербиса. Обломки ссыпала в пространственный тайник, который по мере наполнения вытряхивала в одну большую кучу в соседнем дворе. Работа продвигалась медленно. Мирцины слышали шум и периодически прибегали с проверкой. Калим, устроившись на выступе здания, следил за подходами и вовремя предупреждал о появлении тварей. Тогда я забиралась в образовавшийся проход и закрывала окно срезом камня, для которого выдолбила специальные пазы в подоконнике, чтобы случайно не вывалился. Мирцины обследовали территорию и, никого не обнаружив, уходили ни с чем. А я продолжала работать, потому что иного способа попасть в убежище не существовало.

Время в подземельях текло иначе, на третьем уровне смена дня и ночи не ощущалась. Я уже забыла, когда последний раз спала, подпитывая себя зельями и кусочками печени. Мы с Калимом сменяли друг друга, чтобы работа не останавливалась, а остальные ребята исследовали дома и искали выживших. К счастью, строительный материал мирцинов, из которого возводился муравейник, уступал по прочности монолитным скалам. Меньше, чем за сутки удалось расчистить проход к комнате без окон. Когда же высвободили и вскрыли тяжелую дверь из каменного дуба, нас уже встречали отчаявшиеся выбраться на свободу зельги.

— Кто вы такие? Как о нас узнали? Вы пришли нас спасти? — посыпались знакомые уже вопросы.

— Мы здесь вместе с Эрметтом Габброном. — Имя зельга безотказно действовало на жителей, хотя настороженности не снимало. — Тише! Не шумите. Опасность еще не миновала. Раненые среди вас есть? Может, кому-то срочно требуется помощь? Мы друзья Эрметта и прибыли вместе с ним из академии магии. Меня зовут Таурелия Вилин, а это мой друг Калим Сайрон.

— Откуда нам знать, что вы говорите правду? — раздался дребезжащий старческий голос. — Может, вы обманом проникли в город, чтобы поживиться чужим добром?

— Я не собираюсь ничего доказывать. Мы с Калимом, рискуя жизнями, сутки прорубали сюда проход, пока остальные наши друзья обходили дома и спасали людей.

— Зачем прорубать, если с вами Эрметт? — не унимался подозрительный старикашка. — Магией он бы в два счета разобрал завалы.

— А вы считаете, дверь засыпало в результате обвала? В таком случае, спешу огорчить. Над нами гнездо мирцинов, которые устроили его на ваших головах. Здание ратуши и другие дома твари засыпали спрессованным камнем, чтобы защитить королеву. Эрметт как раз ищет способ ее уничтожить.

— Прекрати брюзжать, Дарфин, — осадила говоруна статная женщина с неуловимо знакомыми чертами нашего дикаря. — Эрметт никогда бы не привел сюда недостойных людей, пусть даже они и эльфиры. Меня зовут Велари Габброн, девочка. Расскажи, что происходит наверху? Кто из зельгов выжил? Почему так долго шла помощь?

— Насколько мне известно, входы и выходы на третий уровень запечатаны по приказу совета старейшин. В академию пришла весть, что клан погиб. Однако Эрметт не поверил, что никто не выжил, и решил сам убедиться. Мы пришли с ним, чтобы помочь и поддержать нашего друга в тяжелую минуту. Путь сюда был непростым, уровень заняли крийсы, слизни разных мастей, грибницы и всевозможные жуки. Но, самое ужасное, что на месте поселения раскинулся гигантский муравейник. Вместе с мирцинами здесь орудуют габбы, покидать убежище чрезвычайно опасно.

— А что же остальные? Кто-то еще уцелел?

— В основном, дети и женщины, запертые в подвалах под домами. У большинства давно закончились припасы, еще день-два, и они бы умерли от голода. К сожалению, попадались и такие убежища, где помощи не дождались. Мы переправляли спасенных в дом тетушки Милдред, но места там недостаточно. Надеялись, что получится разместить людей в ратуши.

Мда, не ожидала, что придется оправдываться и убеждать зельгов не выходить на поверхность. Не для того рисковали жизнями и пробивали проход втайне от мирцинов, чтобы недоверчивый старикашка навел их на убежище. Впрочем, подозрительности поубавилось, стоило ему выйти за пределы комнаты без окон и увидеть плоды деятельности тварей. Остальные согласились вернуться в убежище, а мы пообещали разыскать Эрметта или прислать зельгов из нашей команды.

Видно, не зря Габброн не захотел идти через столицу и общаться с Советом старейшин. Если советники походили на Дарфина, представляю, как тяжело с ними общаться. Но это уже внутренние дела зельгов, которые нас не касались. Намного важнее победить главного монстра и вывести жителей Габерса в безопасное место.

Мы вернулись в дом тетушки Милдред, который уже переполнился людьми. Новость, что мы пробили проход и нашли еще выживших, многих обрадовала. Проблема возникла в другом, как переправить такое количество народа. Твари не знали отдыха и постоянно патрулировали проходы вблизи гнезда королевы. Отпугиватель ребята и так использовали, когда обходили дома. Но я бы не стала злоупотреблять единственным средством, которое помогало уничтожать мирцинов. Пример габбы доказывал, что твари быстро учатся и адаптируются к изменениям.

К счастью, объявился наш пропавший друг, вместе с плащом из скорпионьего хитина.

— Ты куда исчез? Мы волновались, — обрадовалась возвращению Габброна.

— Я осмотрел ратушу, прикинул толщину стенок логова тварей и понял, что башня не пробьет толстый купол. Тогда полез на скалу в надежде, что наверху найдется подходящий обломок, который и без магии справится с поставленной задачей.

— И как, нашел?

— Ага, — парень кивнул и озадаченно почесал макушку. — Только расположен нарост чуть в стороне. Вот бы вывести тварь под удар, а я бы уже не промахнулся. Там и магии практически не понадобится, меньше тварей привлечет, и в случае обвала главное убежище не пострадает.

— Ммм, я подумаю, как выманить королеву, а ты пока успокой людей, пожалуйста. Ты для них герой и спаситель, тебе поверят и послушаются. А нам еще толпу женщин и детей в ратушу доставить надо.

— Спасибо, Тай! Без тебя ничего бы не получилось, — дикарь порывисто обнял меня и тут же отпустил, смутившись собственного порыва.

— Пожалуйста, Эрметт. Для того и нужны друзья, чтобы помогать в трудную минуту, — похлопала парня по плечу.

Еще два дня ушло, чтобы придумать способ и провести зельгов в убежище под ратушей. Для начала мы проверили реакцию мирцинов на разрушение проходов и нарочно обвалили стену в дальней части муравейника. Заслышав грохот, к месту диверсии примчали разведчики. Убедились, что опасности нет, зато имеется дыра в проходе и обломки на полу. Через полчаса к прорехе набежало два десятка насекомых, взявшихся выгрызать камни из обломков и крепить их на место. Другие же твари куда-то умчались и вернулись, притащив в лапах липкую субстанцию, которой залили ряд сложенных вместе камней. Проследив, откуда мирцины таскают «раствор», мы наткнулись на логово с личинками, выделяющими слизь, необходимую для строительства. Камеру с личинками мирцины защищали не хуже королевы, подобраться невозможно. Зато перехватить работягу, несущего липкую субстанцию, оказалось проще простого.

Пристроились за поворотом, выждали появление мирцина и вырубили с одного удара. В момент смерти насекомые выделяли особое вещество, которое сообщало сородичам о несчастье. Поэтому Калим и Нимернис сразу паковали муравьишек в пространственные карманы, а уже оттуда вытаскивали слизь. Затем мы замуровали проход, через который твари делали обход вокруг ратуши, и пробили похожий в другом месте. К счастью, задумываться над тем, почему старый путь перекрыли, мирцины не стали. А мы возвели таким способом тайный переход, по которому провели людей в убежище.

Внизу организовали действительно надежный бункер с толстыми стенами, перегородками с топчанами, где размещались отдельные семьи, общим обеденным залом, мыльнями и колодцем чистейшей горной воды. Запасов продуктов зельгам хватило бы на полгода. А, если выращивать полезные грибы и питательный мох, то значительно дольше.

Эрметт встретил там родных. Велари, его мама, успела укрыться вместе с младшими дочерьми Дейми и Табби, пяти и четырех лет. Я впервые видела, как дикарь плакал, обнимая девчонок, повисших на его шее. А там еще племянницы с племянниками налетели гурьбой, так что нашего героя не видно за ними стало. Вирг, Дарин и Энтин купались в женском внимании и обожании, а Дафна получила заслуженное уважение от соклановцев Габброна.

К нам тоже относились с почтением. Ребята разболтали о наших приключениях по дороге к Габерсу и не скрывали, чья заслуга в уничтожении большинства тварей. Уже один водопад ставил нас вровень с зельгами, не считая остальных достижений. Только старейшина Дарфин привычно ворчал, что чужакам не место в клане. Однако Эрметт быстро поставил его на место и напомнил, благодаря кому их общие предки возвысились над остальными.

Чуть позже состоялся совет, куда вошли жены старейшин и лидеры, к чьему мнению люди прислушивались, Дарфин, Эрметт и наша команда. Первым делом решили организационные вопросы, назначив ответственных за приготовление пищи, обустройство вновь прибывших, присмотр за детьми, уборку и так далее. Поскольку Эрметт Габброн оказался единственным воином, то его выбрали военным вождем. Дарфин, как действующий старейшина, стал его советником и хранителем казны.

Золото, добытые в шахтах драгоценные камни и артефакты, принадлежащие клану, лежали в сокровищнице тут же, в ратуше. Собственно, после решения хозяйственных моментов добрались и до вопроса с артефактными серьгами. Для обсуждения остались только мы с Эрметтом, советник, Велари и Милдред, которых выбрали в совет клана вместо мужей. Зельги, прибывшие с нами, тактично удалились, потому что не имели права вмешиваться во внутренние дела другого клана.

— Так и знал, что чужаки не просто так сюда заявились! — возмущенно стукнул кулаком по столу Дарфин. — Нет! Не может быть и речи, чтобы отдать клановую реликвию.

— Серьги нужны не просто так. Прошу дать клятву неразглашения, — обвела присутствующих внимательным взглядом. — Причины, которые привели меня сюда, связаны с личной тайной. Не хочу, чтобы информация об этом распространилась по королевствам раньше срока.

Первым принес клятву Эрметт. Он знал, что без серьезного повода я бы не поставила подобного условия. Следом за ним поклялась Велари, потом Милдред, успевшая составить обо мне собственное мнение. У Дарфина не осталось иного выбора, как последовать их примеру.

— Итак, уважаемые зельги, вкратце опишу важные моменты, касающиеся не только меня, а после вы зададите вопросы. Для начала представлюсь: мое имя Таурелия Эркасс, и я чистокровный эльхельс, как показал ритуал проверки, на котором присутствовал представитель Зельдарина Ханг Тинтар.

Для Эрметта не прозвучало ничего нового, о чем бы он не знал или не догадывался. А вот на остальных мой статус произвел впечатление. Затем я рассказала об угрозе, которая пробуждалась в сердце Иринтала и о той миссии, что вскоре предстоит.

— Как вы понимаете, завладеть серьгами не прихоть, а жизненная необходимость. Тан Тинтар пообещал, что препятствий этому не будет, но вмешался случай, который поставил клан Габбронов на грань вымирания.

— Вы упомянули, тана, другие артефакты, — прокашлявшись, Дарфин моментально сменил тон и распрямил плечи. — Позвольте взглянуть на них?

— Пожалуйста! — высвободила браслет из-под манжеты и достала кулон из-за пазухи. Помедлив, вытащила на свет и древний кинжал.

— Настоящие! — благоговейно выдохнул старик. — Несомненно, работа одного мастера. Что ж, ваши серьезные намерения теперь не вызывают сомнений. Вы получите серьги, как только члены клана окажутся в безопасности.

— Благодарю! А теперь обсудим план по уничтожению королевы. Есть соображения на этот счет?

— Я вот думаю, какая причина вынудит тварь покинуть безопасное логово? — Эрметт принялся размышлять вслух. — Угроза жизни, пища или что-то еще?

— Пища? — я задумалась, вновь возвращаясь к земным муравьям.

Они разводили тлю, питающуюся соком растений. Тля в процессе пищеварения выделала сладковатую жидкость — падь. Особая каста муравьев собирала ее в ротовые железы и разносила другим членам колонии. Однако падь — это деликатес, на самом деле муравьи всеядны. И вот вопрос, что для мирцинов является любимым блюдом?

— Надо кое-что проверить, — я побледнела, вспомнив и об особенностях обустройства муравейника.

Помимо гнезд для матки и личинок, существовали помещения для тли, мясные кладовки и зимовальные камеры. Нам ни разу не попадались мирцины, переносящие пищу королеве. Следовательно, в ее логово вел еще один проход. Причем, из той самой кладовки, где монстры хранили пищу. Мы обследовали нижние уровни логова в поисках выживших. И не поднимались выше, потому что там обосновалась основная масса тварей. Но так ли это на самом деле?

— Калим, Нимернис, Эрметт, нам срочно нужно попасть в проходы, расположенные над логовом королевы.

Хорошо, хоть парни не привыкли задавать лишних вопросов. Мы быстро собрались и покинули убежище, пробираясь по ходам мирцинов и избегая встречи с ними.

— Объясни, что ищем? — не выдержал Габброн.

— Сама точно не знаю, но слова о еде натолкнули на мысль, что мы не видели, чем питается королева. И еще задумайся над тем, что в домах, за исключением убежищ, мы не нашли тел погибших. Должно же хоть что-то остаться?

— Думаешь, их перетащили? Но мы уже все здания обошли. Здесь нет ничего подобного.

— Уверен? Может, какие-то помещения в городе, расположенные чуть в стороне? Мирцины не выносят резких запахов и не питаются гнилью.

— Монстробойня! — сообразил парень. — Там иногда разделывали тварей, которые попадались на охоте, вымачивали шкуры и избавлялись от отходов, сбрасывая в расщелину.

Как оказалось, монстробойню разместили в пещере на окраине поселка, как раз возле канализационного колодца, перекрытого решеткой. Вход в пещеру терялся под скальным козырьком, не заметишь, пока не подойдешь вплотную. К нему мирцины пристроили укрепленный тоннель, в полумраке сливающийся со скалами. Толщина глухих стенок внушала уважение. С чего бы тварям так стараться?

Подобравшись поближе, мы ощутили приторную вонь разлагающейся падали. Переглянувшись, натянули маски на лица, достали оружие и ринулись вперед.

Зрелище, представшее перед нами, было не для слабонервных. Поначалу в глаза бросились скопления раздутых буро-зеленых тварей, похожих на перезрелые арбузы. Возле них надсмотрщиками возвышались мирцины и будто выжидали чего-то. Спрятавшись за выступом, мы наблюдали за тем, что за кормушку тут устроили монстры. Мелкие тварюги увеличивались в размерах прямо на глазах, будто раздувались изнутри. В какой-то момент шары достигали максимального размера и отваливались. К ним тут же спешили мирцины, подхватывали разбухшие тушки лапами и уносили в тоннель. Лучше б не видеть, что скрывалось под живыми шарами. Там оказались высушенные до состояния мумии скелеты. Чуть позже рабочие особи оттащили их к колодцу и сбросили вниз.

Дождавшись, пока мирцины отвлеклись на переноску местной разновидности тли, мы двинулись дальше и наткнулись на груду тел разной степени разложения. Причем, большая часть принадлежала крийсам и бугристым бесформенным тушам, которых Эрметт назвал выползнями.

Мы уже собирались уйти, потому что от вони слезились глаза, и тошнота подкатывала к горлу, когда расслышали странные звуки, доносящиеся из глубины пещеры.

— Что там находится? — спросила шепотом.

— Склады и грибная ферма, скажем так, незаконная.

— Почему? Грибы ядовитые? Их нельзя выращивать? — удивилась, что клан не брезговал контрабандой.

— Очень даже съедобные и полезные — деликатес, который не часто встретишь на королевском столе, — охотно пояснил Габброн. — Однако монополия на выращивание тубьера принадлежит клану Тибур. А мы обнаружили грибы случайно и подумали, почему бы самим не пользоваться тем, что растет под боком? Чрезвычайно полезный в рационе продукт.

Соблюдая осторожность, мы миновали узкий тоннель искусственного происхождения. Наверное, зельги постарались, создавая видимость, что здесь монстробойня заканчивается. Однако твари расширили проем, ведущий во второе помещение, стены и потолок которого занимала грибница. Проход перегораживала железная решетка с толстыми прутьями, а за ней вповалку лежали изможденные зельги. У входа добровольные пленники устроили отхожее место, так что мы остановились чуть поодаль, чтобы не вляпаться.

— Эй, есть кто живой? — позвал Эрметт, не скрывая радости. — Не надоело прохлаждаться? Может, для разнообразия, поможете с тварями разделаться?

— Опять глюки! — пробурчал кто-то недовольным хриплым голосом. — Я же говорил, надышимся трупным ядом и сдохнем быстрее, чем сюда монстры доберутся.

— Дядька Тойн, сам ты глюк! Мы тебя уже похоронить успели, — друг шмыгнул носом. — Марти, хоть ты ему скажи.

— Эрметт, ты, что ли? — один из зельгов приподнялся и посмотрел на нас, подслеповато щурясь. — А кто это с тобой?

— Друзья из академии. Собирайтесь! Пора выбираться отсюда.

Шатаясь от слабости, на ноги поднялся моложавый зельг и нетвердой походкой приблизился к нам, чтобы открыть решетку и запустить внутрь.

— Пожрать нет ничего? — жалобно поинтересовался он. — На грибы эти смотреть уже не могу.

— Сухари, вяленое мясо, — озвучила содержимое походного мешка, — но прежде восстанавливающего зелья выпейте. Сколько вы уже тут без воды и нормальной пищи?

Почти три недели протянули мужчины, питаясь грибами и собирая влагу со стен. В сыром виде тубьеры не употребляли в пищу. Их использовались как приправу к различным блюдам. Да и сколько тех грибов надо, чтобы прокормить два десятка взрослых мужчин? Мы обошли каждого, вливая эликсиры и давая напиться воды. Затем раздали по кусочку вяленого мяса и сухарику. После голодания нельзя наедаться, чтобы не сделать хуже.

— Дядька Тойн, а отец? Он не с вами? — Эрметт вглядывался в изможденные заросшие лица соклановцев и не находил ответа.

— Прости, сынок, но Рилана больше нет. Вступил в неравный бой и дал нам время, чтобы укрыться здесь, а сам погиб, — сообщил печальную весть мужчина.

— Мне жаль, — я подошла к осунувшемуся другу и взяла его за руку. — Думаю, он бы тобой гордился. Мы обязательно воздадим почести погибшим, но сначала позаботимся о живых. Эти люди — костяк клана, верные друзья и соратники. Ты не будешь один. Вот увидишь, клан возродится и станет еще сильнее, чем прежде.

— Спасибо, Тай! Твоя поддержка много для меня значит. Это ты заставила усомниться в том, что клана больше нет. Ты отправилась со мной, зная, что уровень кишит монстрами. Ты бесстрашно преодолела водопад и сразилась с крийсами. Ты нашла способ убить габбу, обманула мирцинов. Ты догадалась привести нас сюда и спасти выживших. Я перед тобой в неоплатном долгу, искупить который не хватит жизни. Отныне у тебя нет более верного союзника, чем клан Габбронов. Ты можешь рассчитывать на мою помощь в том нелегком походе, что тебе предстоит.

— Эрметт, не знаю, что и сказать, — растерялась после такой пылкой речи. — Ты же знаешь, у меня был собственный интерес, чтобы прийти сюда. Большей благодарности не нужно. Нет никакого долга. Я буду рада, если мы и дальше останемся друзьями.

— Сынок, не будь дурнем! Хватай девчонку в охапку и беги в ближайший храм Зелиара, — посоветовал Тойн. — Она хоть и остроухая, но говорит правильные вещи. Если даже часть из того, что я услышал, правда, лучшей жены тебе не найти.

Остальные зельги, греющие уши нашим разговором, одобрительно загудели. А у меня щеки запунцовели от смущения. Эрметт — замечательный парень и друг, но я не видела его рядом с собой, как пару. И он это понимал, к счастью.

— Нет, дядька Тойн, насильно мил не будешь. Мне хватит и дружбы Таурелии, которой я очень дорожу.

— Спасибо, Эрметт, — улыбнулась парню с благодарностью.

Мужчины слишком долго сидели в замкнутом пространстве и не пожелали задерживаться в пещере ни на мгновение. Едва только оклемались и почувствовали прилив сил после выпитого зелья, как тут же засобирались на выход. Пришлось сдерживать порывы и объяснять, что обстановка снаружи крайне опасная. Прямые столкновения с тварями приведут к конфликту. Королева натравит не пару десятков, а пару тысяч мирцинов, от которых мы уже не отобьемся без потерь.

Если с детьми и женщинами мы осторожничали, чтобы те не попались на глаза тварям, то с воинами клана переживали больше, чтобы они не накинулись на мирцинов, пылая жаждой отмщения. Нарочно даже пустились в обход, соблюдая тишину и осторожность. Да и зельгам полезно было посмотреть на масштабы бедствия и осознать, что нельзя действовать нахрапом.

Наше возвращение с воинами клана вызвало бурю слез и радости. Женщины отчаялись увидеть родных и столько времени терзались в неведении относительно их судьбы, что теперь не сдерживали эмоций. А Эрметту еще предстояло сказать матери и сестрам, что отца больше нет. В такой момент я почувствовала себя лишней и невольно вспомнила своих близких. Нет, не из прошлой жизни, там у Ларисы осталась только дочь, которая о матери ничего не знала. Я думала о Тэбан суре и Шалсей, о Наурчике и его жене Айке, о ребятах из школы. Как они там справлялись? С какими монстрами столкнулись? Живы ли, здоровы? А еще скучала по глирхам и малышке Рие. Ей необходимо сытно питаться, чтобы подрасти и обзавестись острыми колючками на шерсти.

Долго сидеть и горевать на одном месте я не привыкла, поэтому подала знак телохранителям, и мы тихонько покинули убежище. Мне не давал покоя тот укрепленный проход и шарообразные твари, которых утаскивали мирцины по мере наполнения. Нима и Нел я отправила в дозор, чтобы присматривали за входами в убежище и заодно наблюдали за передвижениями тварей, их повадками. В учебниках по «монстрологии» даны скудные описания подземных обитателей, так что любые наши сведения пригодятся будущим поколениям.

Вернувшись к злополучной пещере, откуда недавно вывели пленников, мы с Калимом углубились в тоннель. Я закуталась в плащ, маскирующий от внимания хищников, а Калима защищал костюм из хитина хорба. Как же вовремя я успела его сделать! Навстречу мирцины попадались редко. Очевидно, выполнили миссию по переноске гигантской тли и снова следили за тем, чтобы тварюшки наелись. Даже думать не хотелось, чем эта буро-зеленая дрянь питалась.

Тоннель заканчивался обширной камерой, где повсюду валялись живые шарики. Вход охраняли мирцины-воины, с крупными жвалами и лапами с мощными резцами. Всего десяток тварей, которые не замечали нас в упор. Вернее, глазами видели и усиленно шевелили усиками, но не распознавали, кто перед ними — друзья, враги или пища. Воспользовавшись замешательством, мы приблизились и… отправили трофеи в пространственные хранилища. Расчистив путь, смело зашли в камеру с шарообразными падальщиками. Вблизи они выглядели мерзко: белесые лапки с загнутыми коготочками, вместо пасти — хоботок с присосками, маленькие глазки и жесткий позвоночник, выпирающий вдоль спинки и умеющий растягиваться вместе с телом. Что ж, парочку особей прихватила для изучения, а остальных пока не трогала — успеем еще уничтожить.

Из камеры имелось еще два выхода. Один узкий, как раз для рабочих мирцинов, а второй широкий, для крупного существа. Уж не королева приходила сюда кормиться?

Предположение подтвердилось, когда перед нами раскинулась просторная камера, внутри которой лежала неповоротливая туша с непомерно огромным вытянутым брюшком. Проход располагался высоко над полом, а стенки поблескивали в полумраке, будто стеклянные. Приглядевшись, я поняла, что твари использовали крылья королевы, которые та сбросила за ненадобностью. Однако немалый размер матки ничуть не помешал бы ей быстро двигаться и управлять мирцинами. А в этот проход тварь запросто пролезет, когда отложит яйца и уменьшит брюшко. Собственно, это скоро случится, после чего королева наверняка проголодается. Ее даже выманивать не придется, надо только Эрметта предупредить, чтобы был наготове.

— Калим! — позвала брата, обдумывая пришедшую мысль. — То, как легко мы проникли в кормушку, не означает, что также получится в следующий раз. Возвращайся в убежище и передай Эрметту, чтобы срочно отправлялся к тому скальному наросту, который он намеревался скинуть на муравейник.

— «А ты? Я не оставлю тебя одну!» — возмущенно зажестикулировал телохранитель.

— Что мне сделается? Я не буду рисковать. Поверь, у меня для этого имеется серьезная причина, — подробно рассказала идею относительно кормления твари и воспроизведения потомства. — У меня при себе еда, оружие и зелья. Защитный артефакт не позволит причинить вред, зато я завершу начатое, если Эрметт не убьет тварь с первого раза. Скажи Габброну, чтобы временно замуровал подходы к убежищу. Впрочем, я напишу записку, так будет вернее, а ты подтвердишь, что мы нашли обходной путь к логову королевы. Думаю, двух часов хватит на подготовку, а за это время ты успеешь вернуться. У меня при себе «Поглотитель», который уничтожит любого монстра.

Наблюдательный пункт я устроила сбоку от прохода, через который приползала королева. На высоте человеческого роста в каменной кладке вырезала нишу, где расположилась с комфортом и наблюдала за происходящим внизу. Пока было время, оборудовала ловушки над тем проходом, где дежурили мирцины-воины. Нарочно расковыряла стену поблизости, чтобы ребята непременно обратили на нее внимание и сами не попались. Однако королева заявилась в кормушку раньше, чем я предполагала. Более того, тварь подкралась так бесшумно, что заметила ее только, когда наткнулась на громадную морду с двумя фасеточными глазами, в которых многократно отражалась моя хрупкая, застывшая в неосторожном движении фигура.

Сердце ухнуло в пятки, когда увидела перед собой тварь, способную перекусить меня пополам. Не знаю, насколько острым зрением обладала королева, но я лишний раз вздохнуть опасалась, только бы ее не спровоцировать. Мне отчаянно хотелось испариться, сделаться невидимой. Я часто смотрела в лицо смерти, но прежде отвечала только за собственную жизнь. Сейчас же внутри росло маленькое чудо, которое я никому не позволю обидеть. Осознание простой истины встряхнуло, выдернуло из оцепенения и заставило лихорадочно просчитывать пути отступления.

Бежать не получится, как ни крути. Но пару секунд, чтобы выхватить кинжал, найдется. К тому же меч легко пробьет хитиновый панцирь твари. А, может, этого не понадобится? Глаза — удобная мишень, которую кинжал древних пробьет с первого раза. А дальше магия сделает свое дело и заберет силу монстра. Пусть только тронет, и узнает, на что я способна. Впрочем, при любом раскладе у королевы нет шансов.

Самка шевельнулась, чуть отступая назад. Ее внимание переключилось на раздутые шарики, устилающие пол камеры. Мощными жвалами ротовой челюсти, королева подхватила ближайший шарик, закинула в рот и принялась пережевывать. По помещению поплыл приторно сладкий запах, ничуть не похожий на удушающий смрад, которым провоняла пещера с останками. Длинные чувствительные усики матки заходили ходуном, покрываясь блестящей слизью. Еще бы понимать, что это означало. Вроде бы такие отростки служили органами осязания, а еще с их помощью тварь общалась с другими членами колонии.

Из прохода, через который мы пришли, донесся шум приближающихся монстров. Прибыл еще один отряд на смену солдатам, которых мы захватили живьем. Твари тут же угодили в ловушки и погибли, не зря я старалась. Затем из второго прохода набежали рабочие мирцины. Они будто не замечали меня, хватали круглые шарики и уносили куда-то.

Я растерялась, не понимая, что происходит. Королева явно что-то задумала. Но что? Калим уже добрался до убежища и передал Эрметту мое послание. Зельги жаждут расправы над монстрами, так что я ничуть не сомневалась, что они быстро выполнят просьбу. Скала скоро обрушится на муравейник.

Мирцины — шустрые твари. Пяти минут не прошло, как они освободили камеру и исчезли, а через этот же проход прибыл третий отряд воинов.

Надо же, сообразили, что укрепленный тоннель опасен.

Схватки с ними я не боялась. Медленно вытащила «Поглотитель» и перетекла в боевую стойку. Даже если нападут скопом, у них нет шансов. От случайных повреждений защитит браслет, а дальше я продемонстрирую, чему научилась у древнего эльфа.

Королева дернула головой, снова зашевелила усиками, и к ней по одному приблизились солдаты. Матка коснулась гибкими отростками каждого мирцина, оставляя маслянистый след на морде. После этого отряд устремились в проход, из которого появилась сама королева, по очереди протискиваясь в щель между стеной и массивной тушей.

Я все еще не понимала, что происходит. Радовало, что самка выбралась из логова и не уходила. Теперь ее легче будет уничтожить.

Через некоторое время солдаты притащили яйца из свежей кладки. Одно выделялось по размеру среди прочих. Королева взяла его передними лапами, потрогала усиками, смачивая жидкостью, а после протянула мне. Неожиданно!

— Чего ты хочешь? — вырвалось невольно.

Королева двинулась вперед, отчего я невольно попятилась. Но самка вновь продемонстрировала на мирцине, как касается его усиками.

— Эээ, ты хочешь поговорить? — Если бы не привычка общаться с глирхами, я бы подумала, что сошла с ума.

С другой стороны, если бы королева желала убить, то давно бы напала. Она же изучала меня и при этом заботилась о пище, которая требовалась ее подданным. Довольно занятно и познавательно, но дальше-то что?

Я кивнула, мысленно представляя, как матка приближается и касается меня. Вдруг, это работает так же, как с хищными кошками? Королева качнула громадной головой и придвинулась еще ближе. Гибкие усики, напоминающие два склизких щупальца, потянулись и дотронулись до лба. Я вздрогнула, подавляя брезгливость.

Спокойнее! — одернула себя. — Это всего лишь слизь. Если бы она навредила, защита не позволила бы ко мне прикоснуться.

В голове замелькали странные образы, как будто бы я была маленьким мирцином и росла в коконе, постепенно осознавая себя важной частью большой семьи. Когда настало время, выползла из оболочки, оказавшись в камере с личинками, откуда вылуплялись десятки сородичей. Я видела другую королеву-мать, которая показывала и обучала всему, что должна уметь новая королева. Как оказалось, крылья у меня тоже имелись, и я замахала ими. Поначалу неловко и неумело, хрупким складочкам следовало расправиться и затвердеть, чтобы набрать силу. Мне предстояло улететь, чтобы построить новый дом и завести собственную семью. Я так и поступила, обосновавшись вдали от родного муравейника. Для этого пришлось выбраться из-под защиты скал и на поверхности найти подходящую пещеру.

Дом получился большим. Мирцины строили его по образцу прежнего муравейника, будто бы заранее знали, каким он получится. А я заботилась о потомстве, которое появлялось, когда снаружи непрестанно лилась вода. Так продолжалось очень долго, сезоны сменялись один за другим, колония росла и становилась сильнее. Однако цикл жизни, отмеренный богами, близился к завершению. Скоро придет время уйти на покой. Я озаботилась тем, чтобы в кладке появилась новая самка. Вот только вылупиться в родном муравейнике ей было не суждено.

В дом нагрянули враги. Свирепые и беспощадные, которым ни королева, ни ее подданные ничего не сумели противопоставить. Пришлось уходить вглубь скал, спешно покидая родные места. Путь был полон опасностей и сражений. От некогда гигантской колонии остались жалкие крохи. Насекомым требовалась передышка, а королеве — безопасное место для кладки яиц. Повезло, что на пути попалась подходящая пещера. Расправиться с ее обитателями не составило труда. Здесь мирцины построили временное убежище, чтобы на свет появилось новое потомство. Последняя кладка, которую суждено было отложить. Но колонии все еще угрожала опасность. Враг, выгнавший мирцинов из родного гнезда, уже близко, скоро снова придется бежать.

— Враг? — я вынырнула из видений и поежилась. — Кто он? Ты его видела? Знаешь, как с ним расправиться?

В голове возник образ странного существа, приземистого, четырёхпалого, с густой бурой шерстью. Морда неестественно длинная, покрытая крепкой броней и щитками. Пасть усыпана острейшими клыками, а из глотки выскакивает длинный язык, похожий на щупальце. На лапах жуткие когти, которым любая тварь позавидовала бы. Такими когтями монстр запросто пробивал спрессованный камень, из которого мирцины строили муравейник. Просунув морду в проход, хищник цеплял липучим языком всех, кто попадется на пути, и тут же пожирал.

Как бороться с таким зверем, королева не знала. Таман, если я правильно идентифицировала, питался мирцинами и другими насекомыми. Иного способа, как убежать от него, переселиться или уйти подальше, не существовало. Монстр крупный, не верилось, что он движется вслед за колонией по подземным ходам.

— И чего же ты хочешь от меня?

— «Новый дом для будущей королевы и последней кладки мирцинов» — получила образ уютной пещеры, в которую пришла молодая особь, отложила первые яйца и занялась обустройством гнезда.

— Думаешь, у меня получится то, с чем ты не справилась? Допустим, я соглашусь, но зачем мне это нужно? Вы напали на поселение, которое было домом для моих сородичей. С какой стати жалеть вас и спасать?

— «Я отдам все, что есть», — перевела следующее послание. Или все, что я есть.

В ворохе новых образов увидела путь, которым передвигалась колония через подземные тоннели. В местах, где они побывали, веками не ступала нога человека. Но это не значило, что прежде подобного не случалось. Я видела рукотворные пещеры и заброшенные города, выдолбленные лестницы в узких шахтах и подъемные механизмы. А еще заброшенные рудники и выработки породы, отливающей золотом, а то и слепящей сиянием чистейших кристаллов. Я дважды сталкивалась с подобным минералом, один даже вживила в собственное тело.

Щедрый дар, только вряд ли я им воспользуюсь. Дорогу к сокровищам преграждали монстры, поселившиеся на нижних уровнях. Среди них узнала одного давнего знакомого, чей плащик укрывал от внимания тварей, а жало не знало поражения. Внизу жили полчища скоргов, хотя и не таких гигантских размеров, как тот, с каким я столкнулась в Иринтале. Еще пугали жутким видом шарообразные гиганты, сплошь состоящие из клыков и мерзкой пасти, раскрывающейся во всю длину немаленького тела.

— «Забери меня и моих подданных, — предложила королева. — Я уйду на покой, зная, что мое дитя однажды обретет дом».

Я уже понимала, что соглашусь, ведь не часто твари обращаются с подобными просьбами. Хотя именно люди назвали монстрами мирцинов, таких же обитателей этого мира, как и они сами.

Королева щедро поделились пахучей жидкостью, которую вырабатывали ее железы. Если намазать ею человека, то мирцин будет считать его детенышем из новой кладки яиц. Воины встанут на защиту, если таковая понадобится, а рабочие построят уютную камеру или расчистят дорогу. Солдаты способны воспринимать прямые приказы, но для этого следовало мысленно создать понятный образ необходимых действий и направить в мозг. Через солдат можно управлять рабочими, если не получится сделать это напрямую.

Отдав последние распоряжения, королева удалилась в гнездо и попросила немного времени, чтобы попрощаться. Мирцинов осталось меньше сотни. Грибы разрастались и уничтожали насекомых. Большая кладка с личинками и яйцами уже погибла, а последнюю я на глазах у матки поместила в пространственное хранилище. Захваченных живьем солдат ей вернула. А вот с тушек тех тварей, что угодили в ловушки, я как раз собирала трофеи, когда примчался Калим вместе с сендарами.

— У нас все готово, — спешно отчитался Нимернис. — Однако Эрметт потребовал сначала вывести тебя. Идем скорее отсюда!

— Вы договорились об условных сигналах с Габброном? — уточнила я и, получив утвердительный ответ, продолжила. — В таком случае, сообщите, что обвал отменяется. Мы и так уже победили.

— Ты убила королеву? — ахнула эльфирка. — Но как тебе удалось?

— Еще нет, не убила. Скорее, мы договорились, — шокировала телохранителей признанием.

— В смысле, договорились? С кем? — оторопело вытаращился Ним, а Калим его поддержал, активно жестикулируя и задавая вопросы.

— Мирцины разумны, их королева так, точно. Ее жизненный цикл подошел к концу. Она сама бы вскоре умерла, а вместе с ней погибла бы и колония. Однако королева попросила сохранить последнюю кладку яиц и найти для нее новый дом. Взамен она показала путь через нижние уровни, месторождения ценных пород и опасности, подстерегающие на пути. А также передала управление оставшимися особями. Хищники нас не тронут. Наоборот, будут защищать ценой собственных жизней. Учитывая, что обратно нам идти с женщинами и детьми, подобная охрана не помешает. Нел, предупреди, пожалуйста, зельгов и возвращайся. Мне понадобится помощь в сборе трофеев. Хитин королевы, способный растягиваться и уменьшаться в размерах, послужит материалом для создания пространственных амулетов. О свойствах внутренних органов я могу только догадываться, но терять шанс усилить себя и вас тоже не собираюсь.

— А что сказать Эрметту? — озадачилась девушка. — Я ему доверяю, но в остальных зельгах не уверена. Они потеряли дом, друзей и родных. При одном только упоминании мирцинов, вспыхивают ненавистью и жаждой мщения.

— Ммм, ты права. Зельгам не стоит знать о договоре. Надо их занять делом, пока мы тут не закончим. Держи! — передала Нелринье посох. — Скажи, что королева мертва, а мирцины погибли. Мы добиваем последних тварей. Однако, если помните, в поселении осталась еще одна габба. Пусть Габброн ею займется, пока тварь не высвободилась и не открыла охоту.

Как бы Нел ни хотелось утолить любопытство, но она отправилась к Эрметту и другим воинам клана, настроенным на решающую схватку. Вот пусть на габбе и спустят пар, а передо мной стояла другая задача.

Вернувшись в кормушку, мы проследовали через широкий тоннель к логову самки.

— Она нас не тронет? — переспросил Ним, когда спустились по отвесной стене и приблизились к насекомому.

— Нет, но держись позади, — предупредила на всякий случай.

В камере, кроме самки, никого уже не было. В воздухе витал сладковатый запах любимого лакомства королевы. Она не двигалась и терпеливо ожидала избранной участи. Я почему-то вспомнила совет Сихилла, чтобы ни с кем не делилась внутренними органами, а ребятам дала попробовать печень воинов. Интересно, это поможет образовать какую-то связь?

— «Тебе потребуется не печень, а часть мозга, соединяющаяся с усиками, — коснувшись меня отростками, подсказала матка мирцинов. — Я готова уйти. Прошу, сделай это быстро».

Я за последнее время кучу тварей уничтожила, но никогда еще не приходилось убивать хищника, смирившегося с неизбежностью. Разумное существо, между прочим, рискнувшее всем и доверившее мне самое ценное. Что ж, я не подведу. Эта жертва не будет напрасной.

Меч из рога чербиса пронзил спинной сосуд, заменяющий насекомому сердце. Королева обмякла, а я ощутила, как рвется ментальная связь, установившаяся между нами. Вероятно, подданные матки чувствовали то же. Воспользовавшись подсказкой, я отделила голову от туловища и добралась до части мозга, соединенного с наружными выростами. Небольшой шишковидный отросток оказался сладковатым на вкус и вполне съедобным. Не скажу, что сразу обзавелась новыми способностями, но отчего-то пришло понимание, что мирцины заняты делом. Они замуровывали в нижних проходах и камерах кладку личинок и особей, зараженных спорами грибов.

Печень я тоже попробовала и рискнула ради эксперимента дать по кусочку печени воинов парням. Хуже не будет, сырое лекарство поддержит молодые и крепкие организмы, а остальное проверим позже. В запасах у меня еще остался лечебный деликатес обоих видов, если понадобится закрепить или повторить результат.

У насекомого главную ценность представлял хитин, лапы с острыми зазубринами и жвалы. Мясо походило на полупрозрачный студень и выглядело неаппетитно. Зато в брюшке обнаружился запас муравьиной кислоты, которым я сразу же залила хитин, чтобы вытравить остатки плоти и заодно подготовить материал для артефактов. Мыслями я старалась отрешиться от того, чем привычно занимались руки. Калим и Нимернис, вообще, не страдали угрызениями совести. А вот меня коробил процесс разделки существа, с которым недавно общалась.

Пользуясь моментом, мы дополнительно распотрошили и рассортировали тварей, которых насобирали в пути. Тех же мирцинов, которых накопилось солидное количество, хвосты и усы крийсов, панцири жуков. Временно кладка с маленькой королевой мирцинов перекочевала в хранилище Калима. Нам еще предстояли сборы в обратную дорогу. Не сомневалась, что Эрметт попросит забрать к себе тяжелую часть груза. Провизия, вещи, хозяйственная утварь — каждая мелочь пригодится, когда люди будут обустраиваться на новом месте.

Зельги ликовали, узнав, что главный враг повержен. Еще и воины клана отличились, сразившись с габбой как в древности. Какие там грибы? Какая осторожность? Эрметт по старинке попер в лобовую, размахивая молотом. А Нелринья повторила мой выпад и пронзила тварь посохом. Затем ребята еще и трофеи дружно разделывали. Мяса на такое количество народа требовалось много, так что на этот раз с твари взяли все, что только возможно.

Еще неделя ушла на сборы, пока воины повторно обходили поселение, выискивая тех, кто уцелел, и собирали ценные вещи. Помимо ратуши, еще несколько домов оказались полностью замурованы. К ним тоже пробивали проходы, чтобы вызволить выживших. В двух случаях из пяти труды оказались напрасными, а в трех других убежищах прятались зельги. Нашлась тетя Эрметта, которая вместе с соседскими детишками приютила Элзи, невесту Марти. Траур в семье Габброна разбавился радостной встречей.

Погибшим устроили проводы, сложив памятный холм из камней в глубине громадной пещеры. На стене рядом выбили имена тех, кто пропал без вести или погиб, защищая родной дом. Женщины накрыли поминальный стол, не жалея припасов, чтобы воздать последние почести храбрым защитникам и безвинно пострадавшим.

Поскольку рабочих рук для подготовки к походу хватало с избытком, я договорилась с Эрметтом, что вместе с телохранителями обследую близлежащие тоннели на наличие тварей. Разумная предосторожность, учитывая, что выдвинемся мы большим и шумным отрядом. Этот предлог я использовала, чтобы вывести последних мирцинов и использовать их для разведки. Обострившееся с недавних пор обоняние позволяло учуять запахи, которые выделяли насекомые. Новая особенность доставила немало проблем, учитывая, как редко мылись члены команды в походных условиях. За пару дней я научилась притуплять запахи, чтобы не свихнуться от одуряющих ароматов.

Обходной тоннель, ведущий на второй уровень, зельги расширили, укрепили стены и выровняли пол, чтобы по нему передвигался колесный транспорт. В местах уклонов и возвышений обустроили лестницы и подъемные механизмы для грузов и ездовых животных. Для освещения использовали осветительные камни или же специальный мох, распространяющий слабое мерцание. На первый взгляд казалось, что путь безопасен. Но твари таились в темных нишах высоких сводов, прятались в примыкающих к проходу ответвлениях и расщелинах.

Сразу на выходе из поселения я обнаружила колонию слизней, поджидающих беспечных жертв. Парализующий токсин, покрывающий студнеобразные тела, по свойствам напоминал действие яда древесной лягушки. Вот, когда пожалела, что раньше времени уничтожили габбу. Но где гарантия, что тварь соблазнилась бы на таких неаппетитных обитателей пещер и не открыла охоту на людей? Пришлось использовать приманку и прицельно бить гадов, когда те сползались на пиршество. К сожалению, первой жертвой стал мирцин-разведчик. Я остро ощутила горьковатый запах полыни, выделяющийся при гибели насекомого. А еще накрыло чувство потери и бесконечного сожаления о недолгой жизни муравья. И это еще меня с ним ничего не связывало. Каково же приходилось королеве, когда подданные гибли десятками и сотнями?

Со склизкими тварями расправилась без сожалений. Я призвала мирцинов-воинов и передала образы всеядных шариков из пещеры с останками. Таких притащили два десятка, после чего монстры принялись уничтожать друг друга. Слизни выползали из укрытий, чувствуя добычу. Я их била издали, используя дротики, а шарики присасывались к телам, выпивая досуха. На раздувшиеся бочонки вновь нападали слизни, отчего по тоннелю распространялся слащавый запах, привлекающий еще больше тварей.

Без моей помощи падальщики не выдержали бы столкновения с ползучим противником. А так, за пару дней буро-зеленые колобки полностью зачистили проход. Учитывая, что мирцины с удовольствием питались круглыми тварюшками, получилась двойная польза. Наказала солдатам найти укромное место и припрятать там запас пищи. Забирать с собой мирцинов я не собиралась. Нам еще предстояло заглянуть в зельдаринские города, а потом возвращаться в академию через Иринтал, где шансов выжить у них меньше, чем здесь. Да и как я объясню сопровождающий отряд из сотни тварей?

Дальше проход был относительно чист, если не считать крийсов, чье появление предугадать невозможно. Как оказалось, без дезориентирующего крика, они не опаснее заршей. И польза от них такая же! Не слишком-то ценные шкуры, жесткое вонючее мясо и ворох проблем с транспортировкой.

Вместе с Калимом, Нимом и мирцинами мы прошлись до каменного створа ворот, перекрывающих выход на второй уровень. Никаких останков воинских отрядов не обнаружили. Монстры подземелий уничтожали малейшие следы преступлений.

Накануне дня, когда остатки клана выдвинулись в обратный путь, у нас с Эрметтом состоялся серьезный разговор. Речь шла о казне, которую зельги забирали с собой.

— Тай, я прошу взять на хранение золото, драгоценные камни и артефакты, а также книги и исторические хроники. Если случится нападение, мы будем спасать людей, а не добро. Однако же я заранее думаю о том, на какие средства клан будет жить дальше.

— Эрметт, я понимаю причину твоего беспокойства. Конечно, я спрячу ценности в пространственное хранилище и доставлю, куда скажешь. Единственное, я настаиваю на сохранении тайны. Давай замаскируем груз под мешки с трофеями? Дорогу мы расчистили, но никто не гарантирует, что завтра в эту часть пещер не нагрянут другие монстры. Всякое может случиться.

— Не буду спорить, — согласился с доводами парень. — Я тебе доверяю. Ты всегда держишь слово, поэтому бери и пользуйся! — протянул шкатулку из кости неизвестной твари.

Я уже догадывалась, что внутри, но все равно приняла подарок с трепетом и волнением. Щелкнув замочком, откинула крышку и не сдержала восхищенного вздоха.

— Какая красота!

— Примерь, пожалуйста, — предложил Эрметт. — Как только я нашел серьги, сразу понял, что они принадлежат тебе. Прежде адаманты не сверкали так ярко. Они будто бы светятся изнутри, радуясь, что дождались хозяйку.

Я уже коснулась теплого на ощупь белого металла, когда меня пронзила неприятная догадка.

— А я потом сумею их снять? — Вопрос не праздный, в кулоне и браслете застежки исчезли, не оставляя малейшего шанса избавиться от артефактов и почетной миссии по уничтожению темного короля.

— Тай, на этот вопрос не ответят даже старейшины. Прежде не случалось такого, чтобы серьги светились в ожидании хозяйки. Я рад, что родовая реликвия попадет в надежные руки.

— Тогда, может, я потом примерю?

— Нет! Сейчас, и ни минутой позже! — не согласился друг.

Противиться не стала, продела петельки в уши, защелкнула замочки, после чего серьги полыхнули магией, и застежки исчезли. Что и следовало ожидать! Так, и какие чехлы придется сшить, чтобы не фонить магией на все подземелье?

— Тебе идет! — искренне улыбнулся Эрметт. — Ты в самом деле избранная.

На друга я не обижалась и понимала причину, по которой он настаивал на подарке. Теперь его никто не снимет и не посмеет отобрать, ведь по возвращении придется столкнуться со старейшинами других кланов. Нелегко было переубедить старого Дарфина, что с артефактом придется расстаться. А что говорить об остальных? Без моей помощи зельги утратили бы серьги безвозвратно, да еще и клан потеряли. И это при том, что ожидалось очередное нашествие монстров, как только темный король обратит взор на человеческие королевства.

Небольшие кусочки хитина размером с фалангу большого пальца я снова отрубила от плаща. Пробила дырочки в плотном материале и обвязала края паутинной нитью. Позже поверх хитина наложу ткань с вышивкой или добавлю декора, чтобы серьги приобрели законченный вид. А пока для подавления магического излучения и такая защита подойдет. Как вариант, пришью к шапочке от охотничьего костюма полоску хитина, которая закроет шею и уши с сережками. Займусь этим вопросом, когда появится свободное время.

На утро следующего дня клан покинул убежище и направился к выходу на второй уровень. Нагруженные тяжелыми заплечными мешками, зельги выстроились в колонну, растянувшуюся на десятки метров. Впереди двигался Эрметт, я и Калим, следом еще трое воинов на случай, если наткнемся на тварей. Женщины и дети шли в середине, по бокам их страховали ребята из нашей команды Вирген, Дарин, Дафна и Энтин. Замыкали пеший караван сендары, зорко отслеживающие, чтобы опасность не настигла сзади. Остальные воины равномерно распределились среди членов клана и присматривали, чтобы никто не оступился, не отстал, не свернул в сторону. Помимо этого, двумя отрядами в авангарде и хвосте двигались мирцины, предупреждая меня о малейшей опасности.

Страховка оказалась не лишней. За двое суток пути довелось столкнуться с крийсами и мигрирующей колонией жуков, отбить атаку выползней, маскирующихся под скальные обломки, и предотвратить нападение ползучих корней камнеломки. Безобидный кустик с белыми цветочками, корневая система которого достигала двадцати метров в длину и запросто пробивала камни. Схватит такой корешок за ногу, впиваясь в кожу иглообразными шипами, и ты уже никуда не денешься. Охнуть не успеешь, как тело обмотает корнями, которые выжмут все соки.

Однако нам удалось справиться с тварями, сохранить людей и добраться до каменных створов, блокирующих выход на второй уровень. Изнутри открыть проход было невозможно, но мы подали сигнал, что внутри есть выжившие. Два часа прождали, прежде чем в глубине скалы раздался гул, и массивные створки стали медленно раздвигаться. Толщина ворот внушала уважение. Не меньше двух метров плотной породы, укрепленной магией и рунами. Дальше — узкий коридор, по бокам которого обустроены бойницы, а в конце еще одни ворота такой же толщины. Помимо этого, внутренний коридор отгораживался железными решетками, которые опускались одним движением и тем самым перекрывали доступ тварям в случае внезапного нападения.

Нас встречали отряды зельдаринских воинов в тяжелых доспехах, вооруженные мечами и арбалетами. Не знаю, с кем собрались воевать и кого ожидали, но уж точно не колонну из женщин и детей, выходящих на поверхность. Я видела округлившиеся глаза незнакомых зельгов и то, как они отводили в сторону виноватые взгляды, не выдержав безмолвного упрека.

Впереди, гордо расправив плечи, шел Эрметт с молотом в руках. На шаг позади следовали воины клана и зельги из моей команды, груженные трофеями. За ними двигалась вереница из мирных жителей, охраняемых клановыми воинами, а я с телохранителями замыкала шествие. Габброн предлагал идти в первых рядах, но я отказалась. Это ему предстояло завоевать авторитет среди других кланов и доказать, что дикари, какими их считали, способны выжить в любой ситуации.

На нас смотрели, как на оживших мертвецов. Люди, которых давно списали со счетов и похоронили, умудрились спастись и добраться до безопасных земель. В общей сложности мы вывели сто семнадцать человек, из них пятьдесят шесть — маленькие дети и подростки. Погибла большая часть клана, сильные мужчины и женщины детородного возраста. Но те, кто выжил, горели решимостью возродить клан и доказать, что никакие монстры им не страшны.

Как только колонна миновала переход, ворота запечатали, перекрывая доступ на третий уровень. Я мысленно попрощалась с мирцинами. Наказала рабочим муравьям прятаться и избегать ненужных схваток, а воинам защищать мелочь от нападений и заботиться о пропитании. Я вряд ли когда-нибудь еще раз спущусь в эти подземелья, но язык не повернулся сказать, что бросаю мирцинов одних. Служение королеве, а теперь и мне, составляло смысл их жизни. Поэтому подарила им надежду, повелев отправиться в поселение и дожидаться моего возвращения.

Издали я не видела, кто вышел навстречу Эрметту и его людям. Судя по богатым одеждам, представители зельдаринской знати. Сначала они обменялись приветствиями, после зельг с седыми волосами пожал Эрметту руку и крепко обнял парня. Затем остальные осмелели и обступили Габброна и других ребят. Заметила, как худенькая женщина бросилась обнимать Виргена, а Дарина сграбастал в охапку здоровучий воин с косичками в бороде. Энтина окружили рыжеволосые девчонки, обнимая и тиская со всех сторон. А Дафну, наоборот, закрыли собой широкоплечие парни, похожие друг на друга как близнецы. Пока ребята наслаждались минутами славы и радовались встрече с семьями, к остальным членам клана подходили неравнодушные зельги. Они приносили еду и питье, раздавали вещи и расспрашивали, как родичи Эрметта выживали среди тварей, без надежды на спасение.

Я уж думала, что отсижусь в сторонке, пока зельги спешно решают вопросы расселения сотни беженцев. Но куда там! Уже через десять минут примчал Эрметт и чуть не за руку потащил, чтобы представить старейшинам.

— Послушайте все! — гаркнул Габброн, отчего разговоры моментально смолкли, а взоры обратились на нас. — Я знаю, вы считаете нас героями, совершившими невозможное. Однако это не так. Мы бы сейчас не разговаривали и не радовались спасению, если бы не эта девушка. Хочу от души поблагодарить и сказать спасибо Таурелии Вилин, личной ученице тана Тэльдара Анвеяра. Это она зародила во мне сомнения, что клан не погиб. Она вызвалась сопровождать в опасном путешествии и рисковала собой ради спасения незнакомых людей. Тай не побоялась пройти испытание водопадом, сразилась с габбой, придумала, как обмануть мирцинов, и расправилась с их королевой. Таурелия Вилин — великий воин, надежный друг и верный соратник. На правах главы я объявляю Таурелию почетным членом клана и клянусь, Габброны никогда не забудут, кому обязаны своим существованием.

— Эрметт, ну зачем? — прошептала я, расчувствовавшись.

— Свидетельствую! — внезапно отозвался Вирген Тор. — Все сказанное Эрметтом Габброном — чистая правда.

— И я! — поддержал Дарин.

— Я тоже! — не отстал от него Энтин Молот.

— Присоединяюсь! — Дафна помахала рукой и улыбнулась.

— Что ж, в таком случае, — взял слово седовласый старейшина, — думаю остальные члены совета меня подержат, я объявляю тану Таурелию Вилин другом зельдаринского королевства.

— Благодарю за оказанную честь, — ответила, смущаясь от повышенного внимания.

— Приглашаю вас в качестве почетной гостьи на праздник, организованный по случаю возрождения клана, — расщедрился старик. — Он состоится завтра на главной площади Эльзиора, а пока предлагаю разместиться в моем доме и отдохнуть после тяжелого похода. Приглашение относится к вашим спутникам и семье Эрметта.

— Вначале я должен позаботиться о людях, — возразил друг. — Они устали и нуждаются в отдыхе.

— Не переживай об этом. Их разместят в городе. Кланы Горна, Тора, Молота, Вальдара и Нальнира уже выказали желание приютить у себя беженцев на первое время. После праздника мы соберем совет и решим, как помочь клану снова встать на ноги.

— Благодарю, уважаемый Алфорд. Буду рад воспользоваться вашим гостеприимством, — Эрметт уважительно поклонился старику.

Дальше зельгов погрузили на подводы и телеги, которые пригнали из города, и мы выдвинулись в путь. На дорогу ушло не меньше двух с половиной часов, так что я догадалась, почему так долго не открывали ворота. Воины, охраняющие вход, дожидались прибытия начальства. По-другому не объяснить, как быстро старейшины и родовитые зельги оказались на дальнем посту.

Света и пространства на втором уровне было гораздо больше, чем в подземельях третьего уровня. В пещеры и проходы, укрытые скалами, солнечные лучи проникали через просветы в сводах и расщелинах. Дорога неуловимо забирала наверх, делая подъем чуть тяжелее, чем спуск. Однако же, когда мы достигли столицы, она раскинулась перед нами как на ладони. Белокаменные дома, покатые черепичные крыши, обилие зелени удивительно гармонировали с белесыми сводами гигантской пещеры. Здание ратуши по размеру и убранству не шло ни в какое сравнение с той, что в поселке. Башня возвышалась над городом, подпирая шпилем потолочный свод. Некоторые дома вырубили прямо в скалах, и от них к центру вели легкие ажурные мостики. Имелись также опорные башни, на плоских террасах которых располагались зоны отдыха и развлечений. Оригинальное решение по использованию свободного пространства, ничего не скажешь. При том, что внизу наблюдалась плотная застройка домами рабочих, света и простора хватало всем.

— Как вам столица, тана Таурелия? — поинтересовался старейшина Алфорд.

— В жизни не видела более красивого города, — призналась честно. — Постройки кажутся воздушными, даже невесомыми, но при этом я вижу основательный подход и практичность, свойственную вашему народу. Вам есть чем гордиться.

— Приятно слышать похвалу из уст утонченной таны, — расплылся в улыбке довольный старик. — Позвольте поинтересоваться, откуда вы родом? Ваши спутники и внешний вид выдают в вас уроженку Мелисина. Но вы разительно отличаетесь от тех северян, с которыми мне довелось познакомиться.

— Моя сознательная жизнь прошла в окружении охотников и суровых лесов Иринтала, — ответила уклончиво, не понимая, к чему эти расспросы.

— Тогда понятно, откуда взялись навыки борьбы с тварями. Вирген уважительно о вас отзывался, а он один из немногих, кому удалось постичь науку суров на поверхности. Твари там разительно отличаются от тех, какие наводнили подземелья.

— Опасностей везде хватает, — я вздохнула. — Скажите, случалось ли прежде, чтобы монстры прорывались дальше третьего уровня?

— Нет. Проходы под надежной охраной, — заверил старейшина. — Мы контролируем каждую щель.

— Но вы также ведете работы в шахтах, а тварей привлекает шум.

— Монстры и раньше лезли на звуки работающих механизмов, но мы научились с этим справляться. Вы не открыли ничего нового, тана.

— Хорошо, если так. Но я боюсь, как раньше, уже ничего не будет.

— Поговорим об этом позже, на совете. Присоединяйтесь к нашему заседанию послезавтра. — На этом Алфорд откланялся, передавая на попечение доверенных лиц, ответственных за наше расселение.

— Привет! Меня зовут Китон, — к нам подошел молодой зельг, русоволосый, загорелый, располагающий к себе приятной улыбкой. — Старейшина Алфорд велел проводить вас в комнаты. Прошу следовать за мной.

Нам выделили гостевое крыло в доме старейшины. Располагался он в одном из тех жилищ, которые выдолбили в скале. Причем, основную часть покоев снаружи не рассмотреть. Люди только догадывались о размерах помещений. Выдающийся вперед выступ изобиловал балконами и открытыми террасами, куда выходили окна хозяйских и гостевых спален. В глубине были обустроены гостиные, кабинеты, ванные комнаты и гардеробные. Кухня, подсобные помещение, жилье для членов семьи прятались в глубине скалы. Там же имелись скрытые тоннели, лестницы и проходы. По одному такому мы поднимались наверх, сбившись со счета от количества ступеней.

Мне и телохранителям выделили две смежные комнатки. Семье Эрметта достались большие покои, поделенные на гостиную, две спальни и ванную. Мужчины расположились в большой комнате, им не требовалось особых условий. Велари с дочерьми выбрали левую спальню, а тетушка Синна и Элзи — правую. А нам с телохранителями делить ничего не пришлось. Мы с Нел заняли комнату с окном, а Ним и Калим поселились в смежной. Наконец-то, можно расслабиться, смыть накопившуюся за последние недели грязь и понежиться в горячей воде, а еще полакомиться сытной домашней едой.

На правах хозяйки отправилась в ванную первой. Зельги понимали толк в роскоши, а еще повсеместно использовали артефакты. Здесь магия нагревала воду и подавала ее наверх по спаянным глиняным трубам. Как же не хватало подобной роскоши в лесу. Я не считала себя неженкой, мылась в холодной воде, довольствовалась бытовыми заклинаниями, когда возможно, а иногда обтиралась влажными полотенцами. Но никакие ухищрения не заменяли водных процедур.

Плескалась больше часа, пока вода не остыла, зато я пришла в благоприятное расположение духа. К тому моменту Нел уже почистила одежду, разобрала пожитки и валялась на кровати, заломив руки за голову.

— Приходил Китон и передал, что ужин состоится в семь часов. Еще нам прислали платья, подобающие случаю, и даже служанку, чтобы помогла собраться, — доложилась эльфирка. — Прислугу я отослала, нечего тут вынюхивать, а насчет нарядов решать тебе.

— Правильно сделала! Ни к чему посторонним зельгам знать, какую роль вы выполняете. Переоденемся, раз хозяева настаивают. Ниму тоже не помешает нейтральная одежда.

— Ребята из академии знают, что он сендар, — напомнила девушка.

— Но это не означает, что они будут кричать об этом на каждом углу, — я пожала плечами. — Побудем тут пару дней, а после отправимся обратно. Ни к чему лишнее внимание.

— Ты чего-то опасаешься? — уловила Нелринья отголоски того, чему я сама пока не находила объяснений.

— Не знаю. Вроде бы все хорошо. Мы спасли выживших, получили новый опыт и бесценные знания, запаслись трофеями, которых не найти в Иринтале.

— Но?.. — продолжила эльфирка.

— С тех пор, как узнала о темном короле, мне не дает покоя одна вещь. Лиурелия любила мужа, иначе бы ее рука не дрогнула, убивая чудовище. Как же она решилась на связь с наследниками четырех королевств, да еще и родила по ребенку от каждого? Я допускаю, что королева Иллеверы встретила другого мужчину и осталась с ним. Но четверо? Почему из всех зельгов выбор пал на предка Габброна?

— Не нам ее осуждать, — осторожно заметила девушка. — Никто доподлинно не знает, через какие испытания довелось пройти Лиурелии. В летописях об этом ничего нет. Опасаешься, что зельги вспомнят о последней королеве эльфов? Думаешь, попытаются на тебя повлиять?

— На ритуале по проверке чистоты крови присутствовал тан Тинтар. Скорее всего, декан сообщил совету, кто я такая на самом деле. А тут еще ребята в красках описали наши подвиги. В общем, тревожно как-то. Понимаешь, в академии зельги не выпячивали происхождение, не кичились тем, что являются наследниками кланов. И у меня не было причин им не доверять. Однако я столько раз сталкивалась с предательством благородных танов, что подспудно ожидаю подвоха.

— Разумные опасения еще никому не повредили, — поддержала телохранительница. — Лучше ошибиться во мнении, чем получить удар в спину.

Пока ребята по очереди принимали ванную, я наведалась к Эрметту, чтобы передать ему казну клана. И заодно прощупать почву, насколько надежен Алфорд и остальные зельги.

— Тай, пусть золото побудет у тебя еще пару дней, — попросил друг. — Хочу дождаться совета и понять, что задумали старейшины.

— Ты им не доверяешь?

— Я тут поспрашивал, какой отряд отправили нам на подмогу, и понял, почему он не вернулся, — парень скрипнул зубами. — Видела, в какой броне стояли воины, защищающие проход? Гора металла и зачарованного оружия. На месте гибели остался бы след. Но мы ничего не нашли, вот у меня и возникли сомнения. Так вот, на третий уровень спустились воины слабенького рода Оглинов, в котором их раз, два, и обчелся. Клан Двара взял на себя заботу о семьях, оставшихся без кормильцев. Причем, на публику старейшина устроил представление, какой он чуткий и заботливый, не бросил в беде детей и женщин.

— Нарочно погнал мужчин на убой? — я нахмурилась. — Но зачем? Какой прок?

— Оглины владели наделом земли и угольной шахтой. Доход с нее мизерный, люди жили за счет того, что через поселение проходила дорога в Нильд — второй по величине город после Эльзиора.

— Угу, дальше можешь не объяснять. И что же Алфорд задумал отжать у твоего клана?

— Адамантовую шахту, — Эрметт поморщился. — Мы чуть ли не единственный клан, добывающий «Сияние гор».

— Интересно, старейшину не напугали монстры, занявшие уровень? Или он рассчитывал самостоятельно очистить его от тварей? Разве можно завладеть чужой собственностью, пока жив хотя бы один наследник?

— От одного человека избавиться проще, чем от сотни. Уверен, долго бы я не протянул. Однако у нас получилось нарушить планы противника, и теперь тот ломает голову, как повернуть ситуацию себе на пользу. Я буду рад, если ошибусь в предположениях. Но что-то подсказывает, радушие и доброта Алфорда напускные. Не знаю, что от него ожидать. Хорошо, хоть половина кланов теперь на нашей стороне, совет не протолкнет невыгодное для нас решение.

— Если ты не доверяешь старейшине, почему принял предложение и поселился в его доме? — удивилась я.

— Ему зачем-то понадобилось отделить мою семью от остальных членов клана. Подозреваю, чтобы настроить людей против нас. Возможно, на кого-то подействует подобная мера, но у большинства соклановцев собственная голова на плечах имеется. Они понимают, кому обязаны жизнью. Пока совет не выдвинул предложений, от которых нельзя отказаться, необходимо принять меры.

— Какие, например?

— Купить жилье и расселить людей в дома. А лучше приобрести надел земли и какое-нибудь дело, которое позволит заработать на кусок хлеба. Желательно подальше от столицы, чтобы не мозолить глаза старейшинам. — Радовало, что Эрметт здраво смотрел на ситуацию. — На первое время женщин и детей заберут кланы Виргена и Дарина, я с ними уже говорил на эту тему. Осталось только дождаться подтверждения от глав родов. Но на чужой шее долго не просидишь, я и так им обязан.

— А ты поговори с Оглинами, если их еще не связали обязательствами, — посоветовала другу. — Или обрати внимание на другие небольшие кланы, до которых Алфорд еще не добрался. Они же понимают, что, подмяв под себя одних, Двары примутся за других. Возможно, кого-то держат на крючке долгами? Выкупи их и предложи союз на выгодных условиях. Твои двадцать бойцов, выживших на третьем уровне, стоят сотни воинов с их хваленой экипировкой. Главное, закрепиться, показать, что вы уверенно стоите на ногах, несмотря на потери. А дальше время рассудит. «Сияние гор» стоит кучу золота, клан спокойно переживет тяжелые времена. Не забывай, что о внутренних распрях придется забыть, когда темный король даст о себе знать.

— Спасибо, Тай! Я и сам уже думал в этом направлении, но ни с кем еще не советовался. Не до того было, сама понимаешь. После ужина хочу сходить в город, чтобы поговорить с соклановцами и отправить доверенных людей на переговоры. Алфорд об этом не должен узнать. Мама и дядя прикроют. Мне пригодился бы твой плащ. А еще потребуется золото на мелкие расходы.

— Мог бы не спрашивать, и так отдам по первому слову, — фыркнула я. — Если хочешь, кто-нибудь из телохранителей пойдет с тобой для страховки.

От помощи Эрметт отказываться не стал. Выбрал Нелринью, с которой сработался в пещерах. Если девушку переодеть и замаскировать острые ушки, то она сойдет за местную. Калим чересчур приметный в темной одежде и маске, Нимернис высокий для зельга. А, может, эльфирка ему просто понравилась?

К ужину мы переоделись в местные наряды, отличающиеся простым кроем и струящимися фасонами. Никаких корсетов и пышных юбок. Удобно, когда желаешь скрыть особенности фигуры. Взяла себе на заметку, чтобы приобрести пару платьев на будущее. А пока смело подпоясалась тонким ремешком и сняла защиту с украшений. В костюме охотника манжета на рукаве и чехольчики на серьгах не так бросались в глаза, как в легком и отрытом платье. Ребята переоделись в праздничные одежды, припрятанные в тайниках, так что выглядели мы представительно. Наш провожатый Китон восхищенно цокнул языком и почтительно поклонился, оценив разительные перемены.

— Тана Таурелия, позволите сопровождать вас на ужин? — предложил себя в качестве кавалера, игнорируя моих спутников. — Как вы устроились? Всего хватает? Если что-то понадобится, только скажите, я мигом раздобуду.

— Благодарю, ничего не нужно, — обижать восторженного зельга не стала, повел он себя правильно. А это означало, что статус моих сопровождающих Алфорду известен.

За длинным столом собралась семья старейшины Двара. Рассадили нас таким образом, что я оказалась справа от хозяина. Возле меня устроился Китон, затем Нелринья и Нимернис, после дама почтенного возраста и Калим. Супруга Алфорда Цинния занимала противоположный край стола. По левую руку от нее усадили Эрметта, а рядом с ним хозяйскую дочку Керру и остальных членов семьи Габбронов.

Кушали зельги сытно, отдавая предпочтение мясным и грибным блюдам. Разговоров о делах не вели, старались не затрагивать печальных тем, обсуждая малозначительные события столицы. Китон ухаживал за мной, подкладывая вкусные кусочки, расспрашивал о жизни в академии. Он закончил учебу два года назад, и теперь занимался артефактами, так что общих тем было навалом. Не забывал парень и о Нелринье, пополняя ее тарелку. Чего у большинства зельгов не отнять, так это умения влиться в компанию и общаться так, будто вы знакомы сто лет. Конечно, не со всеми срабатывал подобный прием. Нимернис проявлял вежливость, ухаживая за дамой, но разговор у них не складывался. Калим вовсе молчал и ничего не ел, притягивая к себе настороженные взгляды домочадцев.

— Тана Таурелия, какие приметные на вас серьги, — заметил старейшина под конец трапезы, когда уже подали чай с пирогами. — И как удивительно они гармонируют с браслетом и кулоном, будто бы одним мастером созданы.

— Тан Алфорд, вы не ошиблись, украшения составляют единый комплект. Полагаю, вы давно получили весть из Атарона от уважаемого тана Тинтара касательно сережек и возникшей в них необходимости. Отправляясь в Зельдарин вместе с Эрметтом, я не скрывала намерений.

— Я не оспариваю решения тана Габброна, но артефакт является достоянием зельдаринского народа, — вкрадчиво произнес седовласый зельг. — Следовало хотя бы посоветоваться, прежде чем распоряжаться драгоценностями по собственному усмотрению.

— Если не ошибаюсь, вы объявили клан Габбронов погибшим и перекрыли проходы на третий уровень. Следовательно, сознательно отказались от имущества, оставшегося за закрытыми дверями. Теперь же, когда мы, рискуя жизнями, спасли выживших и достали ценности, вы предъявляете на них права? — ощутила, как внутри разгорается обида. — А вам известно, зачем понадобились серьги? Для чего, вообще, необходим артефактный доспех? Думаете, я горю желанием спасать тех, кто не знает слов благодарности? Если найдется человек, зельг или эльфир, способный забрать эту тяжелую ношу, с радостью от нее избавлюсь.

— Не горячитесь, тана Таурелия, — дедок сделался серьезным. — Я ничуть не умаляю ваших заслуг перед Зельдарином и остальными королевствами. Всего лишь посетовал, что молодежь не считается с установленными порядками, — зыркнул на Эрметта, прислушивающегося к нашему разговору с хмурым видом. — Мы бы вручили артефакт в торжественной обстановке, в присутствии горожан и почетных гостей Эльзиора. Для нас честь принимать потомка благословенной Лиурелии Алахаст.

— В другой ситуации так бы и случилось, — я натянуто улыбнулась. — Раз уж известно о моем происхождении, то и о темном короле вы тоже знаете. Он пробуждается. Хранители Иринтала не способны удерживать тварей. Не знаю, сколько времени осталось, скоро монстры хлынут на мирные земли Мирильсинда. Но не рассчитывайте отсидеться в подземельях. С нижних уровней надвигается такая угроза, что не представляю, как с ней справиться. Твари сметут все живое на пути, и они уже так близко, что я чувствую их смрадное дыхание.

За столом возникла напряженная тишина. Зельги смотрели испуганными взглядами, ведь я предрекала им гибель. Кажется, перегнула палку с нагнетанием обстановки.

— Неужели, все настолько серьезно? — еле слышно выдохнул Китон. — Нет никакой ошибки?

— Вы уже ощутили, как изменилось поведение подземных хищников, — констатировала я. — Поверьте, в Иринтале дела обстоят еще хуже. В лесу нет каменных убежищ, в которых можно спрятаться и переждать угрозу. Только я бы не рассчитывала, будто толщина стен что-то изменит. В поселении Габерс жители нашли укрытие от монстров, благодаря чему и уцелели. Однако не все дождались помощи. Нам попадались убежища, из которых зельги не выбрались самостоятельно и погибли от голода и полученных ран. Я считаю, лучше подготовиться к нападению и дать решительный отпор, чем оказаться беззащитными перед полчищами монстров.

— Обсудим этот вопрос на совете, тана Таурелия, — оставил за собой последнее слово старейшина. — А пока наслаждайтесь отдыхом. Завтра, если пожелаете, Китон устроит ознакомительную прогулку по городу. Жители горят желанием увидеть вас, задать вопросы. На ваше имя пришло больше сотни приглашений посетить торговые лавки, кафетерии и ресторации. Прошу, не отказывайте людям в этой малости.

Как же не хотелось, чтобы на меня глазели все, кому не лень. Алфорду я ничего не ответила, намереваясь придумать повод для отказа. Однако отвертеться не получилось. Ночью Эрметт с Нелриньей тайком покинули дом старейшины Двара и вернулись только под утро. Город бурлил, как муравейник, встревоженный последними новостями. Очевидцы из клана Габброна делились страхами, которых натерпелись в ожидании смерти. Пересказывали подробности схваток с монстрами, восхищались Эрметтом, вступившим в бой с габбой, как его предки. Но больше всего народ возмущался тем, что зельгов бросили на произвол судьбы. Обвинений вслух еще не прозвучало, но среди горожан витало недовольство. Мелкие кланы тревожились, что их также отдадут на растерзание монстрам.

Эрметт предложил построить подземную крепость с убежищем, рассчитанным на большое количество обитателей. Также заключил военные союзы и принял в клан несколько отдельных семей. Объявить об увеличении клана зельг планировал на собрании совета, а предстоящий день намеревался занять оформлением бумаг на покупку недвижимости. А для этого требовалось отвлечь внимание старейшины и его сторонников на себя. Чем крупнее станет клан Габбронов, тем больше у него будет веса при голосовании на совете.

Вот и пришлось мне отдуваться в компании Китона и Калима. Сендары помогали Эрметту и не подпускали к нему ретивых девиц, завидевших в парне перспективного жениха. Молодой глава, сильный воин, красавец к тому же. Средние по величине кланы с удовольствием бы с таким породнились, а крупные не отказались бы подмять парня под себя. День у друга выдался насыщенным, зато он приобрел дом на окраине, выкупил постоялый двор с трактиром и лавки, торгующие артефактами, предметами быта и хозяйственной утварью. Помимо этого, помощники главы занимались закупками одежды, продовольствия и товаров первой необходимости, после чего распределяли добро среди членов клана.

А на мою долю выпало общение с горожанами, экскурс в историческое прошлое и прогулки по культурным местам Эльзиора в компании улыбчивого парня. В городе мы встретили Энтина, который, дико смущаясь, представил шестерых сестер, жаждущих со мной познакомиться. В академии одного рыжего болтуна хватало с избытком, а тут целое галдящее семейство! Их суетливость утомляла, но, глядя на счастливые веснушчатые мордашки и подмечая гордость, с которой девушки смотрели на брата, недовольство уходило на второй план. Дафна тоже познакомила с родственниками. В семье Нальниров, наоборот, рождались преимущественно мальчишки. Рослые крепыши, развитые не по годам, в чем-то наивные и бесхитростные, но добродушные и безобидные.

А вот Дарин с Виргеном поначалу держались на особицу, поддерживая репутацию наследников кланов. Парни познакомили меня с зельгами высшего круга, для чего позвали в дорогую ресторацию. Я выдержала полчаса манерных разговоров и попыток произвести на меня впечатление. После чего подговорила Китона и, воспользовавшись моментом, сбежала через черный ход заведения. Калима о побеге я предупредила охотничьими жестами и чуть не забыла, что зельги из академии их тоже неплохо изучили. В итоге вслед за нами из ресторации смылись и третьекурсники. Зато мы шумной компанией подростков и детворы завалились в кондитерскую, где скупили все пирожные, сделав хозяину недельную выручку. После катались на лодках по искусственному речному каналу, протекающему через город, слушали игру музыкантов, болтали и хохотали до упада, припоминая веселые случаи из жизни. Я хоть и не сильна в шутках, но выудила из памяти пару популярных анекдотов из земного прошлого, которые адаптировала под местные реалии.

Нагруженные покупками, которые не спрячешь в тайник под прицельными взглядами друзей, мы вернулись в дом старейшины. Китон за день стал своим парнем, настолько легко влился в компанию. Однако бдительности я не теряла. На попытки приобнять и влезть в зону личного пространства не реагировала и делала вид, что не понимала намеков. А уж выкрутиться из чрезмерно дружеских объятий или «случайно» задеть локтем болевые точки на теле, вообще, не составляло труда. Может, если бы внук старейшины Двара был единственным, кто оказывал знаки внимания, то я бы его резче осадила. Но таких ребят в компании оказалось предостаточно. Даже Хейвуд Нальнир — старший и самый серьезный из братьев Дафны, и тот ухаживал, нагло оттесняя соперников. Калим поначалу заступался, загораживал меня молчаливой черной горой, но я шепнула брату, чтобы не вмешивался. Рассчитывать зельгам не на что, как бы те ни старались. Зато сразу понятно, с какой целью они увиваются вокруг.

Интересно даже, на что рассчитывают? Будто я выскочу замуж и позабуду о возложенных на меня обязательствах? Ага, если бы это было так просто. Однако, вопреки разумным доводам, я наблюдала явные попытки парней понравиться и привлечь мое внимание. Китон зашел дальше всех. Улучив момент, когда Калим, нагруженный покупками, поднимался по крутой лестнице, он завлек меня в потайную нишу между этажами и попытался поцеловать. Тут же внучок старейшины получил болезненный тычок под ребра и иглу глирха в двигательный нерв на шее.

— Послушай сюда! — сбросив маску вежливости, процедила в лицо парню, бешено вращающему глазами и не способному пошевелиться. — Еще хоть пальцем дотронешься или повторишь нечто подобное, и лишишься жизни. Знаешь, что это? — продемонстрировала несостоявшемуся ухажеру «Поглотитель». — Вряд ли, но я так и быть, объясню: это еще один артефакт, прилагающийся к доспеху древних. Кинжал, выкованный для убийства темного короля. Хватит царапины, чтобы вытянуть жизнь и саму душу из живого существа. Не знаю, что вы там себе напридумывали, но я не Лиурелия Алахаст. Я не просила этой избранности. И не горю желанием тащиться в сердце Иринтала, чтобы сразиться с темным королем. И уж тем более не потерплю, чтобы меня втягивали в мелочные межклановые интриги. До недавних пор я считала всех зельгов хорошими ребятами, но, как оказалось, гнилья везде хватает. Так и передай тем, кто тебя науськал за мной ухлестывать. Еще одна попытка помешать моим планам, и вы об этом сильно пожалеете.

— «Проблемы?» — Калим занес покупки в комнату и вышел навстречу.

— Ничего такого, с чем бы я ни справилась. Не нравится мне, что молодые наследники кланов вдруг резко поглупели. Ладно, Китон или Хейвуд, они первый день меня знают. Но Дарин? Вирг? Что с ними прикажешь делать?

— «Китон живой хоть или прибила? — уточнил брат. — Тело можно в тайник засунуть, а после избавиться».

— Спасибо, — я усмехнулась деловой хватке телохранителя, — оставим на крайний случай, для отмороженных поклонников. Не убивать же каждого, кому я понравлюсь? Большинство ребят науськали главы и старейшины кланов. Им и без того достанется, когда планы пойдут прахом. Чего добиваются? Надо бы у Эрметта спросить.

Однако случай представился нескоро. Ближе к вечеру, собираясь на праздник, я приоделась в обновки, приобретенные в городе. Эрметт и сендары задерживались, но прислали весточку, что прибудут к началу. Возвращаться сегодня в дом Алфорда я не собиралась. Китон Двар, которого оставила стоять истуканом в нише, исчез. Следовательно, хозяева осведомлены о наших разногласиях. Я упаковала вещи и заодно заглянула в соседние покои, где оставалась Элзи с сестрами Эрметта. Попросила девчонок собраться и никуда не уходить без нас.

К назначенному часу за нами зашел сам старейшина Алфорд. Старик вида не подал, что знает о внуке, вел себя вежливо и настойчиво. Вместе мы покинули дом и направились к площади, где уже собрался весь город. Калима попросила присматривать за девочками и передать на попечение клана, как только появится возможность.

Официальная часть выдалась утомительной. Эрметт примчался в последнюю минуту, весь взъерошенный, с влажными после душа волосами. Но это не помешало принять поздравления и вкусить мгновений славы. Внимания перепало всей команде, включая телохранителей.

После торжественной части с толикой скорби по погибшим и минутками славы, когда нас признали героями, наступило время для веселья. Прямо на площади, украшенной флажками и лентами, зельги накрыли столы, прикатили бочки с хмелем и пригласили музыкантов. Я вроде не собиралась участвовать. Однако сама не поняла, как меня накормили пирогами и напоили безалкогольным пуншем, а после вовлекли в круг лихо отплясывающей молодежи.

Умели зельги повеселиться, ничего не скажешь. Ребята лучились позитивом и заряжали хорошим настроением. В такие моменты хотелось позабыть о проблемах и наслаждаться жизнью. А, когда настроение отличное, то и злиться долго не можешь. На появление Китона я никак не отреагировала. Пришел на праздник, и пусть веселится, имеет право.

Разгоряченные после энергичных танцев, мы с удовольствием утоляли жажду местными напитками. Особенно полюбился прохладный квас, настоянный на травах. Безвредный, иначе магическая защита сработала бы. Но коварный, потому что приходилось часто бегать по зову природы. Для этого на площади обустроили специальные комнатки. В очередной раз, выскочив из кабинки, я вдруг столкнулась с Китоном.

— Ты чего здесь забыл? Мужской туалет в другой стороне.

— Знаю, Тай. Извини! — разжал сомкнутую в кулак ладонь и дунул в лицо серой пылью.

Я пыталась увернуться и не вдыхать непонятную гадость, но меня все равно накрыло. Голова закружилась. Я пошатнулась, ощущая невероятную слабость. Но упасть Китон не позволил. Подхватил на руки и куда-то понес.

— Ты хоть понимаешь, что творишь… — с трудом выплюнула слова. Веки слипались, жутко тянуло в сон, и я ничего не могла с этим поделать.

— Ты не оставила выбора, — различила на грани уплывающего сознания.

Я намного сильнее, чем кажется на первый взгляд. Постоянное употребление в пищу мяса тварей и эликсиров выработали иммунитет к ядам и приучили клетки к быстрому восстановлению. На какое-то время я отключилась под воздействие распыленного порошка, но вскоре организм переборол заразу. Сознание медленно выплывало из небытия, и вместе с тем пробуждались воспоминания о последних событиях. И чем больше я обдумывала случившееся, тем сильнее закипала злость на бестолковых зельгов и старикашек, не видящих дальше собственного носа.

Я старалась не подавать виду, что пришла в себя. Прежде следовало понять, где оказалась и чего от меня хотят. Вокруг царила непривычная тишина. В области груди ощущала неприятную тяжесть и сосущее чувство пустоты. Голова побаливала и беспокоила жажда. Приоткрыв ресницы, я убедилась, что поблизости никого нет. Скрываться дальше не было смысла. Поэтому я привстала с лежанки и осмотрелась.

Прямоугольная комнатка без окон и с глухой дверью напоминала тюремную камеру. В подземных городах и домах окна — роскошь, так что их отсутствие не удивляло. А вот каменный створ без зазоров, замков или ручек вместо двери наводил на неприятные подозрения. Вещи, в которых я была на празднике, слава Рааду, никто не тронул. Жилетка из хитина и сумка с тайником находились под платьем. Артефакты тоже никуда не делись, но снять их смогут только после моей смерти. Из обстановки в помещении имелось только каменное ложе с мягким матрасом и свежим постельным бельем. В углу обустроили отхожее место. Над ним висел бачок с рукомойником. Свет исходил от тусклого не магического светильника на стене. Обратила внимание на пляшущий внутри конструкции огонек. Магия в этом странном месте отсутствовала. Вот откуда тягостное ощущение в груди. Организм потратил силы на выведение отравы, а восполнить резерв оказалось неоткуда.

— Артефакты! — сообразила я. Лишенные подпитки, они могли разрядиться. — Неужели, таким способом старейшины решили их забрать?

Ага, раскатали губищи! — усмехнулась узколобости некоторых разумных. Даже с опустошенным источником я еще держалась за счет накопителя, вживленного в тело. Вдобавок, при мне оружие и одежда, защитные свойства которой никакими антимагическими ловушками не изменить.

Осмотрев камеру внимательнее, убедилась, что внутри нет никаких следящих амулетов. Дверь запиралась снаружи, выбраться самостоятельно не представлялось возможным. Но в остальном, меня не додумались ограничить. Первым делом, достала из сумки восстанавливающий эликсир. Затем сжевала кусочек печени королевы мирцинов, чтобы усилить полученные прежде способности. Мысленно потянулась к Калиму, Нелринье и Нимернису. Уверена, они уже весь город перевернули в поисках. Я пока не понимала, удалось ли дозваться телохранителей. Уверенного отклика ментальной связи, как с воинами мирцинов, не получилось настроить. Вероятно, виной тому место, куда меня спрятали. Но долго меня тут не подержат, придут проверить или покормить. Тогда и придумаю, как выбраться.

Еды с собой было немного. Запасы потратила на зельгов из клана Габбронов. Но мне и кусочка печени хватило, чтобы насытиться и поддержать силы. Интересно, совет уже начался? Что предпринял Эрметт? Как объяснили пропажу?

Вопросов в голове роилось множество. Еще бы знать, что понадобилось старикашкам? Неужели, Лиурелия Алахаст столкнулась с подобным отношением? Королеву могли насильно выдать замуж или же опоить подчиняющим зельем. Я уже ничему не удивлюсь.

Заслышав скрежет внутренних механизмов двери, я бросилась к лежанке и легла, притворяясь спящей. Каменная створка отодвинулась в сторону, отчего внутрь пахнуло свежестью и разлитой в воздухе силой. К сожалению, проход быстро закрылся за посетителем. Он подошел и присел на краешек ложа. Об камень легонько звякнуло что-то металлическое. Обоняние различило запах домашней еды и сдобы.

Меня ласково погладили по щеке, дальше ладонь коснулась плеча, обрисовало изгиб шеи. Затем кто-то наклонился, придавливая телом, и поцеловал. Подобной наглости не стерпела, залепила пощечину и схватила наглеца за шкирку.

— Китон! — узнала приставучего паршивца. — Тебе одного раза показалось мало? Какого лысого зарша тут происходит? Зачем ты меня похитил?

— Таурелия! — Парень стерпел пощечину и сверкнул яростным взглядом. — Не ожидал, что так быстро очнешься.

Неожиданно резво, зельг перехватил мои ладони, завел их за спину и навалился, прижимаясь всем телом. На запястья легли холодные браслеты, фиксирующие руки.

— Извини, это крайняя мера. Но ты сама вынудила.

— Я? Ну, конечно. Кто ж еще? К чему это все? Меня скоро найдут, и не поздоровиться всем, кто стоит за похищением.

— Жаль. Думал, мы договоримся по-хорошему. Не хочу принуждать. Ты мне нравишься, — снова погладил меня по щеке и коснулся губ большим пальцем. — Очень нравишься. Еще никогда я с таким удовольствием не выполнял поручение старейшины. Как же я жду момента, когда ты станешь моей женой.

— Спятил? — мотнула головой, чтобы избавиться от навязчивых ласк. — Я не собираюсь замуж!

— Но ты выйдешь, даже если не хочешь. Еще ни одну девушку я не желал так сильно. Вот увидишь, я сумею сделать тебя счастливой. Сейчас ты этого не понимаешь, но быстро привыкнешь ко мне и полюбишь.

— Какое самомнение! — меня пробил истерический смех. — Ты не в моем вкусе, Китон. Если хоть пальцем тронешь, горло перегрызу.

Зельг насупился. Молча достал мешочек из кармашка на поясе, высыпал фиолетовый порошок на ладонь и снова дунул мне в лицо. Странно, в прошлый раз вроде другой цвет порошка был.

— Таурелия Вилин, ты любишь меня и желаешь выйти замуж, — утвердительно произнес парень, будто бы так и было на самом деле. — Ты теряешь голову от моих поцелуев. Жить без них не можешь. Хочешь, чтобы снова тебя поцеловал? Попроси.

Я усмехнулась и закатила глаза наверх, поражаясь тому бреду, который нес зельг. У него явно с головой проблемы. Однако же в висках вдруг запульсировала нестерпимая боль. Я встряхнулась, пытаясь от нее избавиться, но стало только хуже. Самое противное, что меня накрыло странное желание прикоснуться к губам парня, попробовать их на вкус. Из горла вырвался хриплый стон.

— Поцелуй меня…

— Видишь, как просто! — Китон улыбнулся. — Конечно, дорогая. Только об этом и мечтаю. — Подавшись вперед, накрыл мои губы своими, срывая с них сладостный стон.

Не знаю, сколько времени прошло, но меня вдруг холодной водой окатило. Я вздрогнула, осознав, что целуюсь с наглым зельгом и обнимаю его, запустив руки под рубашку. Каким-то чудом удержалась и не оттолкнула Китона. Сообразила, что этим выдам себя, и меня снова одурманят непонятным веществом. Однако парень почувствовал заминку. Чуть отстранившись, заглянул в глаза.

— Что-то не так, Тай? Почему остановилась?

— Ты ведь не бросишь меня? — спросила хрипло.

— Никогда! Мы всегда будем вместе.

— Пока смерть не разлучит нас? — уставилась пытливо.

— Пока смерть не разлучит нас, — повторил Китон.

— Это так романтично, — я грустно вздохнула и завозилась с завязками на платье.

— Не спеши с этим, — накрыл ладонью мою руку. — Через два дня поженимся, у нас будет первая брачная ночь. Я хочу поступить правильно, как если бы ты согласилась сама. Мы будем счастливы, вот увидишь.

— Но я не могу ждать! Ни одной лишней минуты, — посмотрела на парня и облизала языком пересохшие губы. Рванув завязки, вытащила из тайника за пазухой «Поглотитель». — Мне давно пора возвращаться в академию.

Китон дернулся. В последний момент сообразил, что я больше не подчиняюсь воздействию. Вот только кинжалу хватило царапины, оставленной на ладони. Зельг судорожно втянул в себя воздух, потянулся к карману за очередным мешочком, да так и застыл с недоумением и выражением детской обиды на лице.

Меня привычно утянуло в безвременное пространство древнего артефакта, где ожидал встречи Сихилл.

— Мальчишка сглупил, когда применил редкий магический дар, — усмехнулся эльф. — Что ж, будет ему уроком. Ты давно не приходила. И даже самостоятельно расправилась с королевой мирцинов. Думал, воспользуешься кинжалом.

— Приветствую! — Я почтительно поклонилась наставнику. — Так, у Китона дар? И в чем же он заключался?

— А разве ты не поняла? — древний изумленно выгнул бровь. — Зельг — одаренный алхимик, сумевший довести эликсиры и порошки собственного производства до совершенства. Парень обладал редким умением внушать чувства. Любовь, страсть, ненависть — люди чрезвычайно податливы такому воздействию.

— Насколько уникальными были способности? — исполнившись подозрительности, поинтересовалась я. — Они передавались по наследству?

— Разумеется! Глупостью было бы не развивать такие умения. Однако с каждым поколением дар дробился между потомками, растворялся или даже подавлялся другой силой. Насколько мне известно, в клане Дваров других носителей дара нет.

— Ты ведь прочитал память Китона? Подскажешь, где меня держат? И что будет за убийство наследника клана?

— Месть. На парня возлагали большие надежды. С твоей поддержкой он бы стал единоличным правителем Зельдарина, оттеснив совет старейшин на второй план. Власть военного вождя во времена боевых действий приравнивается к власти короля в других королевствах. Так что сама рассуди, как ополчится против тебя клан Дваров и их сторонники.

— Плевать я на них хотела! Со мной не посчитались, когда похитили и одурманили разум. Вместо того чтобы объединиться и готовиться к нападению монстров, алчные старикашки интриговали и строили козни.

— Согласен, нельзя позволять подобное. Однако не стоит недооценивать зельгов. Ушлый народец. Старейшины не зря надеялись отсидеться в стороне от главного сражения. Антимагический камень, блокирующий способности, их главный секрет. Перекроют входы и выходы, и никто до них не доберется. А, если уж прорвется какая тварь, то ей дадут отпор. В этом, кстати, они на твой кинжал рассчитывают. Так что советую уходить из Зельдарина, и как можно быстрее. Тело спрячь, пусть думают, что парень сбежал.

— Благодарю, Сихилл. Я непременно воспользуюсь советом.

Вот уж не думала, что ситуация настолько осложнится. Однако и загонять в себя в ловушку никому не дозволю. Китона жаль, но не настолько, чтобы мучатся угрызениями совести. Когда покушаешься на чужую свободу и волю, будь готов понести соответствующее наказание.

— Мне кажется, или здесь что-то изменилось? — совладав с бушующими эмоциями, обратила внимание на окружающую обстановку.

Место обитания древнего эльфа больше не походило на опустошенный Иринтал. На мертвенной земле проклюнулась зеленая трава, а на корягах, оставшихся от прежних деревьев, набухли почки, да и сам Сихилл неуловимо преобразился. Появился блеск в выбеленных сединой волосах, разгладились морщинки.

— Впервые за полторы тысячи лет появилась надежда, что мое предназначение исполнится. Ты даешь достаточно пищи, чтобы обеспечить все потребности, — эльф обозначил поклон кивком головы. — Кинжал набирает силу, а вместе с ним и я становлюсь сильнее. Приступим к обучению?

Вывалившись из безвременного пространства, я вновь столкнулась с застывшим взглядом Китона. Талантливый же парнишка был. Мог бы столько пользы принести королевству, а вместо этого подличал и помогал деду вербовать сторонников.

Обыскав карманы зельга, я нашла еще пять мешочков, отличающихся по цвету. Развязала один и убедилась, что порошок внутри совпадал с цветом мешочка. Удобно, если не хочешь запутаться. Знать бы только, для чего каждый предназначен. Тело, как и задумала, я убрала в пространственное хранилище. Затем сняла платье и переоделась в привычный охотничий костюм. Вооружилась рогом чербиса и клыком горакса. Кинжал спрятала во избежание новых смертей. Убивать зельгов я не хотела, только в случае крайней необходимости. А с «Поглотителем» полумер не предусмотрено.

— Вот и все! — безрадостно оглядела место заточения. — Пора выбираться отсюда.

Будто расслышав мои мысли, послышался гул механизма, открывающего двери. Я притаилась сбоку от входа, ожидая того, кто сюда войдет.

— Тан Двар, — позвал снаружи мужской голос. — Вас срочно требует к себе старейшина. Тан Двар? — не дождавшись ответа, стражник сунулся внутрь, и тут же в него воткнулась игла глирха с парализующим ядом.

Мужчина, как стоял, так и грохнулся на пол. Едва успела его подхватить и уложить без шума. Сам зельг мне не требовался, а вот воинское снаряжение очень даже. Разоблачив мужчину, я натянула доспехи поверх охотничьего костюма. Учитывая разницу в комплекции, как раз уместилась, еще и тряпки подкладывать пришлось, чтобы нагрудник не болтался. Самого стража я перетащила на ложе и укрыла одеялом, чтобы подмена сразу не бросалась в глаза. После этого выскользнула в приоткрытый проход и, обнаружив в стене рычаг запирающего механизма, прикрыла за собой дверь.

Сихилл подсказал, что меня держали в одной из глухих опорных башен, которые во время нападений использовались как убежища. Вряд ли только горожане догадывались, что у них под носом устроили тюрьму, где содержали недовольных властью зельгов и магов, проникших в Зельдарин без специального разрешения.

Благодаря маскировке, другие стражники принимали меня за своего парня. Пару раз останавливали, но я неизменно отвечала, что спешу выполнить личное поручение Китона Двара. Имя наследника служило надежным пропуском, так что я без проблем выбралась из башни и вдохнула пьянящий воздух свободы.

Меня слегка штормило, после вынужденной изоляции и опустошения резерва. Сейчас же он наполнялся так стремительно, будто поблизости находился источник. Потянувшись мысленно к Ниму и Нел, ощутила отклик. От ребят веяло безнадежным отчаянием. Они нигде не могли меня отыскать. Отправила эльфирам зов, заодно проверяя, почувствуют ли они его, как мирцины. А вот Калима я не слышала, будто бы брата не было в Эльзиоре.

Заглянула в ближайшую таверну, чтобы не отсвечивать на улице, и решила подождать там сендаров. Прежде чем действовать, я хотела узнать, как зельги объяснили мое внезапное исчезновение.

Эльфиры примчались минут через десять. Остановившись на улице, телохранители растерянно заозирались по сторонам, как будто не понимали, что их сюда привело. Не стала дразнить ребят. Я расплатилась за еду, которую попросила завернуть с собой, и покинула заведение.

— Следуйте за мной, — бросила небрежно, когда проходила мимо. — Не подавайте виду, что мы знакомы.

Поплутав по улочкам на тот случай, если за сендарами присматривали, я остановилась в неприметном тупичке. Нелринья чуть с ног не сбила, когда бросилась обниматься.

— Что произошло? Куда ты пропала? — разразился вопросами Нимернис. — Мы с ног сбились, разыскивая тебя по городу. Ты хоть понимаешь, что так нельзя поступать? Если бы ты… если бы с тобой что-то случилось?

— Случилось, — я тяжело вздохнула. — И вам это не понравится, так же, как и мне.

Вкратце пересказала последние события, отчего эльфиры пришли в бешенство.

— Эта поганая смесь зарша и крийса, Алфорд, убеждал нас, что ты увлеклась хмельными напитками и не рассчитала сил, — процедил Ним.

— Я ничего крепче кваса не пила, — фыркнула возмущенно.

— «Ничего страшного не произошло. Отоспится пропажа и сама вернется. Дело молодое», — передразнила старикашку Нелринья. — Вот, тварь лицемерная!

— А что Эрметт? И где Калим, кстати? Он был в курсе стычки с Китоном.

— Габброн заседает на совете старейшин. А Калим разве не с тобой? У нас теплилась надежда, что вы вместе, и парень не даст тебя в обиду.

— Похоже, я поторопилась покинуть одно гостеприимное место. Надо было проверить соседние камеры, — я скрипнула зубами. — Придется снова разделиться.

— Но… — в один голос возмутились эльфиры.

— Никаких «но», это приказ. Освободите Калима и всех, кого найдете в тюрьме. Стражу не убивайте без необходимости. Лучше заприте в камерах вместо бывших заключенных. Только удостоверьтесь сначала, что не выпускаете преступников. Затем вместе выдвигайтесь к ратуше. Что-то подсказывает, понадобится грубая сила, чтобы уйти оттуда.

Доспехи стража я отдала сендарам, чтобы те подобрались поближе к противнику. Устраивать бойню не следовало, пока не разберемся в ситуации. В ближайшем противостоянии с монстрами Зельдарину пригодится каждый воин. Зачем же лишать народ шанса на выживание?

Поверх охотничьего костюма я надела одежду горожанки, а волосы и ушки прикрыла платком. На тщательную маскировку не хватало времени. А мне следовало поторопиться, пока из Эрметта не сделали послушную марионетку. Под принуждением друг таких глупостей натворит, что потом не расхлебаем.

Главный вход в здание, где проводилось собрание, охраняли элитные зельдаринские воины. Я обошла строение, выискивая слабые места в обороне. Я ж не тварь какая, чтобы переть напролом и убивать невиновных. Улучила момент, когда караульные разошлись подальше, и забралась на трубу водостока. А дальше шустро вскарабкалась наверх. Рисковала, не без этого. Задрал бы кто-нибудь голову наверх, и увидел бы меня во всей красе. Обошлось. Я забралась на верхний этаж и взгромоздилась на балюстраду, опоясывающую башню по кругу. Далее по узким перилам обогнула здание, выискивая нужное окно. И, похоже, подоспела вовремя. Двенадцать седовласых стариканов с длинными бородищами восседали за овальным столом, расположенном на возвышении. Главы кланов, входящих в большой совет, стояли по периметру зала, а в центре застыл Эрметт, преклонивший колени перед старейшинами.

— Вверяешь ли ты земли клана Габбронов Совету? — громко спросил Алфорд, занимающий почетное место среди прочих старикашек.

— Да, — бесцветный голосом произнес Эрметт.

— Нет! — наплевав на маскировку, я с оглушительным звоном бьющегося стекла ввалилась внутрь. — Ничего он не доверит, пока находится под магическим подчинением! Это незаконно! Как и насильно удерживать меня в тюрьме с антимагическими стенами и принуждать к замужеству с Китоном Дваром.

Ворвавшийся вместе со мной воздух, проветрил помещение, внутри которого пахло удушливыми травами.

— Что ты себе позволяешь, наглая девчонка? — оскалился старикашка. — Это неуважение к совету! Выведите ее немедленно!

— Только троньте, — пригрозила, крутанув в руке меч из рога чербиса. — Я убью каждого, кто приблизится.

— Вот как? — Алфорд надменно повел бровью. — Эрметт Габброн, приказываю схватить чужеземку.

Не соображая, что делает, зельг двинулся на меня, намереваясь исполнить приказ.

Ну и тварь, этот гадкий старейшина.

Я отступила, не желая причинять вред другу. Следовало вывести его из подчинения. Но как? Неплохо было бы напоить восстанавливающим зельем. Да только вряд ли Эрметт захочет что-либо принимать из моих рук. Алфорд опять же вмешается. Значит, вначале следовало устранить старикашку, а то с него станется натравить других зельгов. Я кружила по залу, уворачиваясь от атак Габброна. Парень не пытался убить. Однако крутил в руках железную цепь и размахивал ею, намереваясь поймать, как дикую тварь. Выгадав момент, позволила другу подобраться поближе и захлестнуть себя цепью, после чего вытащила «Поглотитель» и метким броском метнула кинжал в старейшину. Собственно, даже без свойств древнего артефакта мерзкому заговорщику пришел конец. Я не знала, есть ли у Алфорда защита, поэтому целенаправленно била в глаз.

Увлеченные неожиданным представлением, зрители не сразу поняли, что произошло. А вот я сразу ощутила перемены, произошедшие с другом. Он замер на месте, затряс головой и телом, как пес, выбравшийся из воды. Да только Эрметт из такого омута вынырнул, откуда не было возврата. Зельг с недоумением посмотрел на цепь в руке, затем перевел изумленный взгляд на меня. Признаться, я слегка запыхалась, пока уворачивалась от нападок. Да и железка болезненно захлестнула талию. В глазах парня промелькнуло осознание того, что он творил. На миг лицо исказил ужас, на смену которому пришла жгучая ярость.

Развернувшись, он вперился ненавистным взглядом в мертвого старикашку. Затем подтянул меня к себе и освободил от захвата. Цепь снова свистнула с оглушающим звоном. Она обмоталась вокруг шеи старейшины, безвольное тело которого дикарь выдернул из кресла главы совета, протащил по столу и скинул на пол. Я жестом попросила парня не спешить, приблизилась и забрала кинжал. Не хватало еще, чтобы кто-то за него случайно схватился.

В зале совета тем временем нарастал возмущенный ропот. Главы кланов сбрасывали оцепенение, приходили в себя и осознавали, что ими долгое время искусно манипулировали.

— Слушайте все! — рявкнула, привлекая к себе внимание. — Старейшина Алфорд Двар долгое время дурманил вам головы при помощи алхимических зелий, которые изготавливал его внук.

— А откуда вам это известно? — раздался дребезжащий голос еще одного старейшины.

— Потому что Китон Двар одурманил меня алхимическим порошком, намереваясь жениться без моего согласия. Потому что Эрметт Габброн никогда бы не пошел против меня, слепо подчиняясь чужому приказу. И не отказался бы от наследия клана в угоду чужим интересам.

— Но это только слова, требующие доказательств, — возразил другой старик. — Пока что мы стали свидетелями, как вы хладнокровно убили главу совета.

— Вам недостаточно доказательств? — Шумно втянула носом воздух, ощущая закипающую злость на замшелых старикашек. — Я клянусь и призываю магию в свидетели, что в моих словах нет ни слова неправды.

— Я не исключаю того, что вы верите в то, о чем говорите — вкрадчиво продолжил старейшина. — Но ваша убежденность не является истиной в последней инстанции. Прежде всего вы понесете наказание за свершенное преступление.

— Не раньше, чем вы ответите, по какой причине меня похитили на празднике и поместили в тюрьму из антимагического камня! — смело парировала я.

— Никто вас не похищал! — вякнул умник, имени которого я не знала. Эта наглая ложь стала последней каплей для Габброна.

— Довольно! — взревел он и, подхватив молот, притороченный к поясу, обрушил его на стол, за которым заседали старейшины. — Довольно лжи и грязных склок! Да как вы можете интриговать и строить козни, когда над королевством нависла серьезная опасность? Золота вам мало? Власти? Вместо того чтобы сплотиться и приготовиться к вторжению монстров, вы нарушаете собственные же законы. Позор на ваши седины! Мне стыдно за вас. Стыдно перед лицом той, кто, не жалея себя, спасала зельгов, брошенных на растерзание тварям. Кто вы после этого? Вы даже худшие твари, чем те, кто обитает в подземельях. Я больше не намерен терпеть подобное отношение и не желаю иметь с вами ничего общего. Я объявляю Габбронов вольным кланом и выхожу из состава Зельдаринского королевства.

— Эрметт, не горячись! — осадил парня отец Виргена, глава клана Тор. — Вам не выжить в одиночку.

— Нам не выжить и среди своих же сородичей, которые предали один раз и, не раздумывая, предадут снова! — парировал друг. — Как вы не понимаете? Наступают тяжелые времена для всех четырех королевств. Зельдарину необходим военный вождь, король, если уж на то пошло, который возглавит армию и защитит мирный народ, когда потребуется.

— Эрметт Габброн, — к отцу Вирга присоединился глава клана Горн. — В тебе говорит гордость и обида. Но подумай о людях. Посторонним не место в Зельдарине. Объявив себя вольным кланом, вам придется покинуть королевство. Не забывай, чужакам запрещено владеть землями или недвижимостью в Эльзиоре и других городах.

— Я прекрасно осознаю последствия подобного решения. Но Зельдарин первым отказался от клана, объявив погибшими тех, кто еще жил, боролся и ожидал помощи.

— Да, что вы уговариваете? — визгливо возмутился очередной старикашка, подтверждая сомнения, что совет в принципе дружит с мозгами. — Пусть убирается из Зельдарина! Но эльфирка останется и будет осуждена за убийство старейшины. Все прежние звания, заслуги и договоренности будут аннулированы.

— Возражаю! — пробасил глава клана Нальниров. — Если имело место принуждение к замужеству, тана Вилин была в своем праве. Не забывайте, что подобным поступком Двары попрали законы гостеприимства. Также я считаю, что нельзя недооценивать опасность, исходящую от тварей. И не только потому, что об этом сообщила чужеземка. Новость о грядущем вторжении передал тан Тинтар. Надеюсь, ни у кого не возникает сомнений в его компетентности и способности оценить нависшую угрозу?

— Верно! Отдаю голос в поддержку Габброна, — поддакнул Тор. — Его решение как раз в духе бунтарских предков, которые один раз уже выступили против воли старейшин и ушли на третий уровень. А то, как он стоял тут недавно и мямлил, предавая собственный клан, как раз подтверждает, что на него воздействовали со стороны. Никому еще не пришло в голову, отчего столько лет никто не возмутился решениям совета, ущемляющего наши права? Нами помыкали и водили за нос, как годовалых телят!

Ох, что тут началось! Зельги пришли в себя после убийства старейшины, и теперь до хрипоты орали и спорили, припоминая странные законы и ущемления в правах, предъявляли претензии, накопившиеся за десятилетия.

— Эрметт, тана Таурелия, — воспользовавшись суматохой, отец Вирга подошел к нам. — Уходите отсюда. Покиньте город, как можно быстрее. В руках старейшин скопилась огромная власть. Городская стража и воинские отряды подчиняются им напрямую. Не стоит впустую проливать кровь. Найдите Виргена, он поможет с транспортом и провизией. А сейчас расскажите вкратце, что случилось.

На пересказ много времени не потребовалось. Эрметт тоже внимательно слушал, скрипел зубами и стискивал кулаки.

— Китон мертв? — сообразил зельг, на что я только кивнула. — Жаль парня. Он был всеобщим любимчиком. Его смерть доставит больше проблем, чем убийство старейшины. Спрячьте тело, пусть думают, что сбежал. А теперь уходите! Эрметт, ты не подумай плохого, но я могу принять в клан тех, кто захочет остаться. Вам предстоит нелегкий путь. Маленькие дети и старики станут обузой. Или, что намного хуже, легкой добычей для тварей.

Габброн пообещал, что подумает и предоставит людям выбор. Затем мы поспешили покинуть ратушу, на выходе из которой столкнулись с телохранителями, вступившими в спор со стражей. Они не пропускали ребят внутрь, огрызались, прикрываясь приказами начальства, но до столкновения еще не дошло.

— Чего так долго? — поинтересовалась у сендаров. — Неужели, проблемы возникли?

— Эти хитрож… мудрые твари охотничий костюм у Калима отобрали и на оружие покусились, — процедил Ним и смачно сплюнул, выражая презрение к воришкам. — Задержались, потому что разыскивали, какой умник добро себе прикарманил. Ну и проучили его немного.

— Кто? — прорычал Габброн, наливаясь яростью.

— А теперь прощелыгу ни с кем не спутаешь. У него на лбу так и написано — «вор», — мстительно усмехнулась Нелринья.

Соединившись с подкреплением, мы спешно направились к дому, где обосновался костяк клана. По пути зельг направил гонцов, объявляя всеобщий сбор. Не прошло и получаса, как представители клана собрались под одной крышей. Там Эрметт и объявил о решении стать вольным кланом. На лицах большинства людей читалась растерянность. Не всем пришлось по нраву, что требовалось снова сниматься с места и отправляться в неизвестность. Таким людям глава предложил покинуть клан и вступить в другой. Раз уж Торы предложили вариант, грех им не воспользоваться.

Как оказалось, не только клан Виргена Тора встал на нашу сторону. Нальниры, Молоты, Горны и другие кланы поддержали нас и выступили против власти старейшин. Факт магического принуждения и нарушение свободы воли совету никогда не простят. Назревал бунт, грозящий перерасти в вооруженное противостояние между старой и новой властью.

Среди зельгов разгорелись споры. Никто не хотел уходить в неизвестность. Однако большая часть клана поддерживала Эрметта и верила, что он сумеет их спасти. Тем же, кто сомневался или опасался не выдержать скитаний, предложение войти в другой клан пришлось по душе. Осиротевших детей, женщин и стариков никто не осуждал. Они добровольно отделялись от клана, становились отрезанным ломтем. Таким людям Эрметт выделил подъемные средства, после чего провел обряд отречения и направил в вотчину клана Тор.

Я видела, как нелегко далось Эрметту прощание. Не на такой исход он рассчитывал, когда отправлялся спасать соклановцев. Однако другого выхода не было. Как бы жестоко ни звучало, но лучше сразу избавиться от лишних ртов и не переживать, если не сумеешь их защитить. Половина воинов клана также ушла вслед за женами и детьми.

Среди беглецов оказался и двоюродный брат Эрметта Марти с невестой Элзи. Но эта парочка сумела удивить. У Элзи имелись родственники в клане Фримов, занимающихся перевозками. Они согласились принять к себе будущего мужа девушки вместе с недавно выкупленной лавкой и домом. Для развивающегося клана вливание свежих сил пойдет на пользу, разрешит жилищный вопрос и поможет продержаться на плаву. Торговый оборот с Габерсом, за счет которого Фримы безбедно существовал столетиями, навсегда потерян, а в других сферах торговли царит жесткая конкуренция. Глава клана Оллин Фрим дал слово, что не будет препятствовать, если однажды отколовшиеся Габброны пожелают вернуться в родной клан. Общему делу, основанному на партнерских отношениях, это не повредит. К родичам Эрметта присоединился старейшина Дарфин Тирнак, заявивший, что клану понадобятся глаза и уши в совете. А он слишком стар для приключений и путешествий по подземельям.

Мы уже разрешили насущные вопросы, когда в ворота дома забарабанила стража с требованием выдать чужаков для суда и следствия. Подобную глупость Эрметт совершать не собирался. Свежи еще воспоминания, почему старейшина Алфорд отправился к праотцам. Пока раздумывали, как поступить, здание окружили вооруженные люди. Детей и женщин пришлось спешно прятать в подвал, а самим готовиться к схватке. К счастью, до вооружённого конфликта не дошло. К дому подтянулись клановые бойцы Нальниров и Горнов, численность которых вдвое превышала количество представителей власти. Спорить с такой силой незваные гости поостереглись, а я воспользовалась шансом, чтобы исчезнуть из столицы и не подвергать оставшихся там родичей Эрметта опасности.

Нальниры владели участком, где находился проход на нижние уровни. Неспроста такое место принадлежало клану воинов. Они защищали его, тренировались бить тварей и оттачивали искусство боя. Покинув Эльзиор я с Калимом и сендарами нашла временное убежище в клане Нальниров.

— Я иду с вами! — заявила Дафна, не без участия которой удалось нейтрализовать конфликт.

— Куда? С нами? — удивилась я. — Мы еще сами толком не решили, куда двинемся дальше. Для начала вернемся в Атарон. Неизвестно еще, останемся там или нет. Одно знаю точно: придется ехать в Мелисин, чтобы забрать кольцо.

— Значит, поеду в Мелисин, — насупилась девчонка. — Все лучше, чем замуж. С тех пор как вернулась, отцу постоянно поступают предложения от союзных кланов. А я — воин, мне нравится походная жизнь. Да я с таким скандалом поступила в академию! Отец до последнего был против. Если бы Хейвуд не заступился, давно бы уже сосватали.

— От такого пополнения я не откажусь. Но что скажет глава?

— А что скажет? Разозлится сначала, а потом смирится. Слышала бы ты, с какой гордостью он хвалился друзьям, что я наравне с другими наследниками кланов участвовала в рейде на третьем уровне. Да я уже в пять лет держала меч в руках и тренировалась вместе с братьями. Но они могут быть воинами, а я нет. Только артефактором или алхимиком. Потому что девочка! Где, спрашивается, справедливость?

— Справедливость в руках сильнейших, — хмыкнула я, — ее вершат победители. Как уже сказала, такому пополнению отряда буду только рада. Однако тебе придется дать клятву неразглашения. Есть вещи, которые я не доверяю никому. И не потому, что сомневаюсь в чести или верности. Скорее из-за коварства противника, не гнушающегося подлостью, обманом и средствами, порабощающими волю.

— Клятва — не проблема! — девушка расцвела улыбкой. — Главное, что ты согласилась взять меня с собой.

Как бы Дафна не храбрилась и не заверяла, что проблем с кланом не возникнет, а разговор с Вардом Нальниром состоялся серьезный.

— Моя дочь намеревается сбежать, Таурелия. Думает, что обхитрила меня, собираясь уйти тайком из родного дома.

— Она бежит не из дома, а от замужества, — указала зельгу на очевидный факт. — А еще хочет доказать, что тоже чего-то стоит.

— В этом нет необходимости. Мы с женой любим дочь и гордимся ее успехами. Насильно выдавать замуж тоже не собираемся.

— Я не держу ее. Дафна сама попросилась идти с нами. Если передумает, удерживать не стану. Поговорите с ней откровенно.

— Говорил, но бестолку. Дафна ничего не хочет слышать. Подвигов ей подавай, сражений и походной жизни, — посетовал Вард.

— Возможно, она просто копия своего отца? Вспомните себя в ее возрасте.

— Но я же мужчина!

— Разве это что-то меняет? Кто из нас не стремился нарушить запреты? Вы воспитали замечательную дочь. Она хороший друг и верный боевой товарищ. Дафна выбрала путь, вряд ли получится ее переубедить.

— Но этот путь полон опасностей. Кто гарантирует, что девочка вернется живой? Может быть, ты? — уставился пытливым взглядом.

— Гарантий я дать не могу. Однако обещаю, что сделаю все возможное, чтобы уберечь от гибели Дафну и других доверившихся мне людей.

— Что ж, и на том спасибо. Слышал, слову эльхельса можно верить? — проявил осведомленность тан Нальнир. — Кстати, мои парни только о тебе и говорят. Давно их не размазывала по арене девчонка. Я бы и сам размял косточки, но не солидно главе клана проигрывать. Даже тренировочные поединки.

— Почему же сразу проигрывать? — удивилась я. — Думаю, у вас в запасе припрятана пара хитрых приемов. С Эрметтом, например, мы до сих пор не выяснили, кто сильнее.

— А мне ни к чему выяснять подобные вещи. Предпочитаю решать вопросы переговорами. Так вот, что я хотел предложить, — зельг задумчиво посмотрел вдаль. — Ситуация в столице накалилась до предела. Убийство советника Двара и пропажа наследника клана наделали шумихи. Эрметт вместе с людьми тайно покинул город и направился к поверхности с торговым обозом. Однако я бы не надеялся, что парня так легко отпустят. Скоро сторонники совета выяснят, куда подевалось два десятка зельгов, и отправят погоню. Или же свяжутся с союзниками на первом уровне, чтобы те задержали обоз у ворот. В Зельдарине не принято выкидывать мусор из пещеры. Поверь, эти камни хранят достаточно кровавых тайн. Одной больше или меньше уже не имеет значения. Ближе к первому уровню Габброну наверняка устроят засаду, потому что в Иринтале никто не возьмется с ним соперничать.

— И что вы предлагаете?

— Наши горы пронизаны пещерами и всевозможными проходами. Большую часть мы контролируем, но на каждой расщелине отряд не поставишь. Есть такие тоннели, выходы из которых замурованы не одну сотню лет, и о них давно позабыли.

— Но?..

— Верно! Но остались те, кто еще помнит об их существовании. Наш род издавна славится крепкими воинами. Им часто доводилось нести караулы, сопровождать караваны или участвовать в зачистке уровней от тварей. Еще мой прадед обратил внимание, что современные карты не совпадают с описаниями подземелий, о которых упоминалось в летописях. Он лично исследовал тоннели и облазил близлежащие пещеры, отмечая на картах те ходы, о которых никто не знал.

— Получается, вы можете вывести нас по тайному пути в обход тех направлений, где устроили засаду сторонники совета старейшин? — сообразила я.

— Не только вас, но и клан Габбронов. Будет лучше, если Эрметт вместе с людьми растворится в пещерах. Остатки клана уйдут через старый тоннель на второй ярус, а обоз с отрядом переодетых бойцов отправится дальше. Нам потребуются веские аргументы, доказывающие вероломность зельгов, преданных совету. Открыть тайных проход поможет мой сын Белфорд, сопровождающий вольный клан. Тебе же и телохранителям вновь предстоит спуститься на третий уровень. Он опасен и, вероятно, кишит тварями. Однако вы уже доказали, что справитесь с любыми монстрами. К тому же пойдете налегке, не обремененные грузом или гражданскими. План подземелий я покажу, только не уверен, что за столько лет тоннели сохранились в прежнем виде.

Отказываться я не видела смысла. К тому же с нами была Дафна, которую глава не стал бы подвергать серьезной опасности. Открывая дорогу на нижние уровни, он рассуждал, как глава клана и воин, оценивал действия команды с точки зрения здравого смысла и оправданного риска.

Меньше часа потребовалось на сборы, после чего мы выдвинулись к месту спуска на третий уровень. Ничем не примечательная пещера, одна из многих, попадающихся на пути. Тем не менее ощущалась в ней неправильность или даже незавершенность. Глава клана остановился у стены с рифленым сколотым краем. Ненадолго замешкался, выискивая рисунок, выбитый на камне. За сотни лет поверхность наросла грязным налетом, покрылась зазубринами и следами жизнедеятельности местной флоры и фауны.

— Этот проход все время находился под носом? Почему о нем никто не знает? — не сдержала удивленного возгласа Дафна, когда ее отец магическим импульсом активировал древние знаки.

Руны засветились, высвечивая взаимосвязанную цепочку символов, нанесенных по контуру прямоугольника. Посыпалось крошево из осколков и пыли, когда стена вздрогнула, а каменная створка отделилась от основного массива. Внутри прямоугольника высветилась выемка, куда зельг приложил руку, предварительно проколов указательный палец до крови.

Лишние вопросы я не задавала, Вард и без того открывал постороннему человеку семейные секреты. Однако не только я страдала любопытством. Дафна не удержалась и спросила.

— А я тоже так смогу? — Получив последнее подтверждение, каменный прямоугольник стал медленно поворачиваться вокруг оси, открывая темный проход.

— Конечно! — глава клана степенно кивнул. — В тебе ведь тоже течет кровь наших предков. Что ж, дочка, настала пора прощаться, — подался к девушке и сгреб в охапку.

Дафна пискнула от неожиданности, прильнула к груди мужчины и улыбнулась.

— Веди себя достойно представителя клана Нальниров, — строгим тоном напутствовал мужчина. — Возвращайся живой и здоровой. Мы с мамой любим тебя и ждем.

— Я тоже вас люблю! И братьев тоже, и остальных. Я не подведу, обещаю!

— Я уже горжусь тобой, моя храбрая девочка. Ступай же, будь сильной и несгибаемой, как и положено воину клана Нальнир, — Вард по-отечески чмокнул девушку в лоб и отпустил. — Да пребудет с тобой удача и укажет верный путь Зелиар! — напутствовал нашу команду, и уже мне добавил беззвучно. — Береги ее!

— Спасибо, тан Нальнир! — уважительно поклонилась главе. — Сила Зельдарина держится на таких зельгах, как вы. Не медлите с объединением кланов и выбором военного вождя. Постройте крепости, запаситесь водой и провизией, обучите людей сражаться с монстрами, защищать себя и близких. Грядут непростые времена. Только вместе получится выжить и победить серьезного противника.

Слова прощания были сказаны, время поджимало, поэтому мы выждали, пока выветрится затхлый воздух, и углубились внутрь темного прохода. Дафна ступала на шаг позади меня и несла с собой осветительный артефакт. Рядом с ней неслышной поступью двигалась Нелринья, а замыкали отряд Калим и Нимернис. Судя по спрессовавшемуся слою пыли, в этом тоннеле несколько столетий не ступала нога человека. Интересно даже, что скрывает в себе эта часть подземелий.

Монстры в темном тоннеле встречались нечасто. Твари кишели там, где водилась пища, а тут давно не попадалось ничего, чем можно поживиться. На плане, нарисованном на обрывке кожи, тропа из владений Нальниров вела вглубь горы и соединялась с сетью других проходов уже на третьем уровне. Ровный спуск без резких перепадов наводил на мысль об его искусственном происхождении. При помощи магии и не такое возможно.

Главным ориентиром на карте служила пещера с озером, после которой следовало держаться левого тоннеля. Однако, мало того, что в пещере мы столкнулись с выводком крийсов, так еще озеро давно пересохло, а нужный проход завалило.

Расправа над монстрами и сбор трофеев заняли меньше часа. Раз уж впереди предстояло опасное путешествие, заставила ребят съесть по кусочку печени крийсов. А после еще и печень воинов-мирцинов им скормила.

— Это обязательно? — Дафна не отказывалась, но глотала сырое мясо с трудом.

— Да! Приказы не обсуждаются, — ответила невозмутимо. — Клятву ты уже принесла, поэтому расскажу, для чего необходимо употреблять внутренние органы тварей. Помимо того, что печень является сильнейшим лечебным средством, она позволяет организму адаптироваться и легче переносить урон. Вспомни первую встречу с крийсами! Они так пронзительно пищали, что дезориентировали команду. Звук — то же оружие, ведь любая заминка противника ведет к победе над ним. Теперь же у нас выработался иммунитет к воплям тварей, пусть хоть до хрипоты орут, мы спокойно их перебьем. А вот с печенью мирцинов передалось удивительное свойство взаимодействия. Нел, Нимернис, в тот день, когда я пропала, что привело вас к тюремной башне?

— Эээ, — сендар задумчиво почесал затылок. — Не знаю даже. Почувствовал, что непременно надо туда пойти.

— Я тоже не поняла, почему вдруг потянуло вслед за Нимом, — призналась Нелринья.

— Зато мне доподлинно известна причина. Это я отправила зов. Вы услышали и пришли, — усмехнулась, наблюдая изумление на лицах телохранителей. — Дело в печени королевы мирцинов и той связи, которую она образовала с подданными. Вам досталась печень воинов. И теперь, если я позову, вы услышите. А еще сразу узнаю, если с кем-то случится беда.

— «Я ничего не слышал», — прожестикулировал Калим.

— Антимагический камень блокировал сигнал, — пояснила причину. — Нас держали в камерах, построенных из такого материала. Поганое место, я вам скажу. Такое ощущение, что из меня по капле высасывали жизнь. Дафна, не в курсе, где его раздобыли? И много ли запасов антимагической породы имеется в Зельдарине?

— Судя по описанию, ты говоришь о мертвом камне, — задумавшись ненадолго, ответила девушка. — Его месторождения встречаются вблизи могильников, в местах массовой гибели людей и монстров. Добыча камня сопряжена со сложностями. Используется только ручной труд, магические механизмы и артефакты быстро выходят из строя. А уж о людях и говорить нечего, чахнут на глазах.

— Тем не менее такой камень раздобыли по приказу старейшины Алфорда, и даже обустроили тюремные камеры. Одно дело, если бы свойства мертвого камня поставили на защиту эльзиорцев. Но редкую породу использовали, чтобы отнять силы у союзников. Надеюсь, беда стороной минует Зельдарин, иначе каждая такая ошибка будет стоить десятков жизней.

Чем дальше мы уходили вглубь третьего уровня, тем чаще попадались на пути монстры. Следуя карте Варда Нальнира, мы бы давно уже прибыли к месту встречи, но вместо этого двигались в обход через тоннели, увеличивающие путь вдвое. А, если еще учитывать время на стычки с тварями, Эрметту долго придется нас дожидаться. Однако назад пути не было, вот и двигались вперед, решая проблемы по мере поступления. Понимая, что вылазка грозит затянуться, я отправила зов мирцинам, с которыми недавно попрощалась. Муравьи тут же откликнулись, как будто только его и ждали.

— Стойте! — подала знак команде, ощутив неясную угрозу.

Чутье на опасности не раз уже спасало жизнь. И в этот раз тоже было что-то не так. Я обнажила меч и огляделась, выискивая причину беспокойства. Друзья последовали моему примеру.

— Что? — беззвучно уточнила Нелринья, когда взглядом скользнула мимо нее.

Я пожала плечами, испытывая беспокойство из-за нарастающей тревоги. Всего лишь очередная пещера, потолочный свод которой терялся в вышине. Нашего артефакта не хватало, чтобы осветить окружающее пространство. А вот мы для монстров смотрелись ярким пятном. Подала знак, чтобы Дафна вырубила артефакт. Пещера мгновенно погрузилась во тьму. Мои глаза быстро адаптировались, а мир вокруг посерел. Взгляд зацепился за массивную тушу твари, бесшумно покачивающуюся над полом. Громадная башка с поблескивающими глазами-блюдцами, длинная шея и мощное тело, свитое крупными кольцами, наводили на жуткие подозрения, с кем же мы тут столкнулись.

Может, не зря предки зельгов замуровали эту часть пещер? — пришла запоздалая мысль.

— Отступаем! Медленно, — подала знак ребятам. — Не шумим! Тварь перед нами.

До слуха донеслось угрожающее шипение. В оскалившейся пасти монстра мелькнули острые зубы, а длинный раздвоенный язык метнулся вперед. Еле уклонилась от него в последний момент.

— Прости, Китон! — мысленно извинилась перед мертвым парнем за то, что собиралась сделать. Ему уже все равно, а нам поможет выиграть время.

Коснувшись сумки, пожелала извлечь труп, спрятанный внутри. Так и таскала его в тайнике, выжидая подходящего момента, чтобы похоронить. Но, видно, не суждено наследнику клана Дваров обрести покой и отправиться к предкам. Одновременно с телом, бухнувшимся на камни, извлекла плащ из хитина скорга и накинула на Дафну. Сендары и Калим вовремя сообразили достать из пространственных хранилищ панцири плавунов и спрятаться за ними. А монстр тем временем подхватил наживку языком, закинул в пасть и проглотил вместе с одеждой и обувью.

Вжавшись в стену, я также укрылась за плащом и наблюдала за тварью. Вряд ли она видела нас. Змеи чутко реагировали на звуки и ощущали вибрацию движения. Нам повезло, что вовремя почуяли опасность, и отступили. Принесенная жертва подарила шанс на спасение. Атаковать монстра я опасалась. Наверняка, броня у него прочная, не сразу пробьешь. Плюс к этому острые зубы, гибкое тело и длинный язык. Такая громадина запросто размажет по стенке и не заметит. Хотя трофей из твари вышел бы шикарный. Непонятно еще, какими свойствами обладала шкура, но я бы не отказалась пошить из нее сумочку с пространственным хранилищем. Моя уже маловата, не умещался скарб, который приходилось таскать за собой.

Однако из-за желания раздобыть трофей я не собиралась рисковать жизнями друзей. Больше часа мы простояли, не шелохнувшись, пока змея, наконец, не убралась. И даже тогда, не сразу выдвинулись в путь, а выждали еще полчаса, чтобы тварь ушла подальше.

— Дафна, передай отцу, когда встретишь, чтобы не распечатывал проходы в эту часть подземелий, — предупредила, едва отдалились на безопасное расстояние. — Ваши предки не глупее нас были. Раз уж замуровали монстра вместе с частью переходов между уровнями, значит, для этого имелись веские причины.

— Никто не слышал о гадарах больше тысячи лет, — прошептала девушка. — А, если и сталкивались с тварями, никому не успевали об этом рассказать.

— Хм, получается, Вард Нальнир нарочно тебя с нами отправил? — сообразила об истинных мотивах великодушного поступка главы клана и усмехнулась. — Заодно решил проверить, какого рода опасность таится за толстыми стенами? Не отрицай, Вард мог и не сказать об этом. Я не осуждаю. Для нашей команды предложение пришлось кстати.

— Папа наказал, чтобы я запечатала проход, если обнаружим опасных монстров внутри, — призналась Дафна. — И он прав, подобное зло нельзя выпускать из пещер.

— Однако ваши предки бывали здесь, и не тысячу лет назад, а пару-тройку столетий. Карта свежая, половина тоннелей сохранилась в неизменном виде. Что их влекло? Почему зельги не оставили попыток вернуть территории?

— Из-за шахты по добыче «сияния гор». В древних свитках указано, что в этих местах располагалось крупнейшее месторождение. Говорят, глубина выработки достигала четвертого и даже пятого подземного уровня. Вот только предки навлекли беду на все кланы, когда наткнулись на логово гадар. Они не нашли способа, как убить тварей, поэтому тщательно замуровали подходы к шахте. Оставили только крохотные лазейки между уровнями, потому что так и не смогли насовсем отказаться от сокровищ, лежащих под ногами.

— А как же Габброны? Они ведь довольно долго прожили на третьем уровне. Неужели не опасались гадар? Если твари пришли с нижних уровней, что мешало отыскать другой путь наверх?

— Габброны были потомками последней эльфийской королевы. Без ее помощи они бы не выжили. Это Лиурелия Алахаст научила открывать и закрывать проходы так, чтобы запереть тварей, помогла устроить ловушки. Магия эльфов уникальна и многогранна, мы до сих пор бережно храним каждую крупицу знаний. Артефакт, которым ты теперь владеешь, прежде позволял Габбронам безошибочно ориентироваться в тоннелях, распознавать опасные места и избегать ловушек.

— Отчего же им не пользовались, если такой полезный?

— Откуда мне знать? — Дафна пожала плечами. — Прошло столько времени. Может, среди Габбронов не осталось носителей эльфийской крови.

— Крови? — я задумалась, сопоставляя факты.

Да, артефакты признавали меня, как хозяйку, но полноценно не функционировали. Что, если они нуждались в активации? Браслет не раз побывал в опасных переделках, спасая жизнь. Кровь наверняка на него попадала. А вот кулон и серьги я маскировала хитином и прятала от посторонних. Вон, пространственные хранилища, которые изготовила для телохранителей и братьев, активировались только, когда на них попала кровь будущих владельцев.

Так, почему же я не сопоставила столь очевидные вещи? — мысль настолько поразила, что взялась тут же проверить теорию, не задумываясь о последствиях.

Наколола палец об острие меча и выдавила по капле на кулон и обе сережки. Кровь моментально впиталась, а артефакты полыхнули магией, завершая привязку.

— Тай?! — у Нимерниса челюсть отвисла. — Ты что творишь?

— Проклятье! Магия, — прошептала я. — Быстро уходим!

Уже не сильно скрываясь, мы припустили бегом, подальше от того места, где ненадолго остановились, чтобы перевести дух.

— Сворачиваем сюда! — меня потянуло в тоннель, обозначенный на карте, как тупиковый.

Команда привыкла доверять и слушаться беспрекословно, поэтому ринулась в указанном направлении без раздумий. Каково же было удивление, когда через полчаса интенсивного бега мы уперлись в тупик.

— Та-ай, ничего не хочешь объяснить? — вкрадчиво поинтересовалась Нелринья.

— Если б сама знала! — я усилием воли подавила нарастающую панику. — За использование магии простите, виновата. Дафна невольно дала подсказку, почему древние артефакты не работали. Они признали хозяйку, когда отреагировали на мое присутствие. Однако я не завершила привязку, поэтому не могла пользоваться кулоном или серьгами. А в этот проход свернула потому, что почувствовала, нам непременно нужно сюда попасть. Тут что-то есть, но я пока не понимаю, что именно.

— «Ловушка на тварей?» — сообразил Калим и указал на магические символы, незаметные под слоем каменной пыли.

— Ты знаешь, как их использовали? — уставилась на Дафну.

— Откуда? Я только в летописях читала, что такие существовали. Никто из наших в глаза их не видел.

Я взялась расчищать наскальные рисунки, пытаясь понять, что они означали. Все-таки я обладала знаниями древних рун, какими не владели даже эльфиры.

— Похоже на плетение, запирающее проход, — вычленила знакомые элементы. — Дафна, попробуй направить сюда магический импульс, — попросила девушку.

— Но так мы привлечем внимание монстров! — возмутился Нимернис. — Тай, давай сделаем укрытие, пока есть время. Гадара, если сунется сюда, то вряд ли заметит нас. Выждем, сколько придется, и уйдем подальше.

— Или не уйдем, потому что прятаться тут негде, — обвела рукой открытое пространство и указала на единственный выход. — Здесь даже ниши никакой нет, чтобы слиться со стеной. Монстр снесет маскировку походя, а после сожрет с аппетитом. Однако гадара и без того идет по следу, поэтому… Рискнем!

Дафна коснулась магий рисунка на стене и начала вливать силу, чтобы активировать запирающее плетение. Когда контур замкнулся, проступила панель, куда следовало положить руку и поделиться капелькой крови. Девушка в точности проделала необходимую последовательность действий, однако проход не открылся. А монстр приближался, я кожей ощущала нарастающую опасность.

— Почему не работает? — занервничали ребята.

— «Это плетение древних, — указал на очевидный факт Калим. — Может, нужна их кровь? Твоя кровь, Тай?»

Я без раздумий положила ладонь на активационный камень. Подушечку пальца укололо что-то острое, и в тот же миг меня затянуло внутрь ловушки.

— Будь осто… — предупреждение Нимерниса запоздало. Я охнуть не успела, как оказалась по ту сторону глухой стены.

В темноте! Одна! Без друзей, которым некуда деваться из тупикового тоннеля. Куда я, между прочим, их завела! — к горлу подкатила тошнота, а страх за жизни ребят опутал сознание липкими щупальцами.

— Я должна разобраться, куда попала! — пробормотала вслух. — Я не имела права так рисковать жизнями доверившихся мне людей.

В помещении царила кромешная тьма и приторный запах тлена. Я четко ощущала место, откуда пришла. Однако выхода обратно не находила. Мне ничего не угрожало, наоборот, здесь я была в полной безопасности. Помещение угадывалось не слишком большим, но и не маленьким. Принялась изучать его в надежде, что удастся понять, как выбраться и помочь друзьям. Еще бы и монстра не помешало уничтожить, пока он до нас не добрался. Ощупывая камни, случайно расцарапала руку о грубую зазубрину. Кровь странно замерцала в темноте. И часть испачканной стены — тоже. Обратила внимание, что алые капли будто потянулись куда-то. Я углубила надрез, щедро орошая алой жидкостью скалы. Как недавно магия Дафны активировала заклинание, так и кровь послужила активатором сложной структуры руноглифов, опоясывающих пещеру по периметру. Постепенно темнота отступила, открывая перед мной древние тайны.

Пещера была рукотворной. Чересчур гладкие и ровные стены, прямые углы и пропорции, в которых угадывалась форма куба. Проход, через который вошла, активировался панелью, расположенной справа высоко над полом. Я попросту не додумалась ее там поискать.

Пол. Когда внутри посветлело, я поняла, что под ногами валяются высохшие останки гигантской твари. То, что я приняла за неровное каменистое покрытие пещер, какое часто попадалось на пути, на самом деле было шкурой гадары. Чуть поодаль лежал усохший череп, обтянутый кожей. А за бугристые наросты я приняла позвоночник твари, свернувшейся в кольцо. Очевидно, древние загнали гадару в ловушку, где она провела сотни лет и погибла от голода. Помнится, я пожелала заполучить змеиную шкуру для изготовления амулетов? Вот и получила. Только, какой с нее прок, если не знаю, как выбраться?

Разгребая залежи, я не сразу поняла, что пол устлан кожами нескольких тварей. Или гадара была та же, но успела сбросить кожу, прежде чем сдохнуть? В пользу последней версии говорило отсутствие других черепов и скелетов. Да и сброшенная кожа не подверглась гниению вместе с внутренностями змеи. Верхний слой безнадежно испортился из-за этого. Но внизу сохранились запасы кожи гадары превосходного качества. Меч с трудом отделял один пласт от другого, лишний раз доказывая, что из этого материала получится превосходная экипировка и вместительные пространственные артефакты. Себе я забрала череп твари, усыпанный острыми клыками и пару рулонов сброшенной кожи. Сил, чтобы выломать клыки из челюстей, недоставало. Надеялась, что ребята помогут разобрать трофеи.

Коснувшись рукой управляющей панели с отпечатком ладони, я с удивлением уставилась на то, как стена, блокирующая проход в тоннель, замерцала и стала истончаться. Я убрала ладонь, и процесс прервался, возвращая глухую перегородку. Сообразив, что нельзя отрывать руку от магического блока управления, вдавила ее в панель, наблюдая, как истаивает перегородка. Причем, снаружи подобные метаморфозы не замечали до последнего.

— … осторожна! — завершил фразу Ним и пошатнулся, теряя опору. — Тай? А как ты?.. — тряхнул головой. Перевел удивленный взгляд с того места, где я стояла перед тем, как попасть в пещеру, туда, где оказалась теперь.

— Эээ, а как это? — Дафна вытаращила глаза.

— Ух, ты! Какой трофей! — Нелринья алчно уставилась на череп. — Хочу!

— Живо! Внутрь! И прижмитесь к стене, — указала ребятам на выступы по бокам от входа. — У кого осталось место в тайниках, прячьте трофеи. Как только гадара окажется в ловушке, бегом выбирайтесь наружу. Я выйду последней, моя кровь держит проход открытым.

Дважды ребятам повторять не надо. Череп и свертки с кожей исчезли в тайниках. Но подобная добыча редко попадает в руки, поэтому практичные сендары и одна деловитая зельдаринская девушка успели смотать себе еще по рулону, прежде чем живая представительница опасного вида появилась в тоннеле.

— По местам! — скомандовала я. — Дафна, зажги световой артефакт, чтобы гадара не промахнулась.

Зельга зажгла светильник и бросила его вглубь пещеры, высвечивая внутреннее пространство. Я невольно залипла на символах, покрывающих стены, запоминая каждую закорючку. Если я правильно поняла, ловушка не только запирала любое живое существо, но еще играло со временем. Для друзей мое исчезновение прошло практически незамеченным, тогда как я провела внутри не меньше часа. По факту, я наткнулась на пространственный стационарный карман. Подобная находка открывала такие перспективы, что представить страшно! Попасть в такой карман я могла мгновенно, активировав проход. Зато медленный выход позволял рассмотреть, что творится снаружи, и не спешить, если у двери затаилась опасность.

Гадара с угрожающим шипением устремилась к нам, за считанные секунды преодолевая тоннель. Теперь я поняла, зачем повсюду требовалась кровь. Именно на нее тварь реагировала и неслась, не замечая, что идет в ловушку. Едва только жуткая башка и толстое тело прошелестело на расстоянии вытянутой руки, как ребята устремились наружу, отталкиваясь от живой туши. Монстру, чтобы развернуться и атаковать, не хватало места. А нам только того и надо. Я убрала ладонь, не торопясь покидать ловушку. Появившаяся каменная стена отсекла гадаре хвост. Тварь забилась, опасно размахивая обрубком, зашипела.

Дальше я действовала по наитию, понимая, что другой удобный случай не скоро представиться. Начертила собственной кровью на ладони руноглиф, обозначающий жертву в последнем ритуале Плетущейся лозы и впечатала руку в открытую рану гадары. Тварь просуществовала в подземельях не одну сотню лет. Ей суждено медленно умирать в ловушке от голода. Так, пусть послужит на благо и отдаст годы жизни вместо Рингара Кентаро за каждый созданный мной артефакт.

Жертву я принесла достойную и не сомневалась, что ее примут. Ведь, что такое жалкие пятьдесят лет в лучшем случае против тысячелетия? Массово плодить пространственные артефакты я не планировала, но себя обеспечу вместительными хранилищами.

Я напитала кровью управляющую панель и выскочила из пещеры прежде, чем стена вновь встала на место. Ребята не заметили моих ухищрений. Они приходили в себя, не ожидая, что так легко разделаются с опасной гадарой. В лобовом столкновении с тварью не было шансов выжить. Разве что удалось бы воспользоваться «Поглотителем». Но без пострадавших или даже жертв не обошлось бы, в узком тоннеле негде спрятаться. Поэтому такой исход меня устраивал больше. Впереди еще долгий путь, и монстров мы повстречаем немеряно, чтобы напитать древний кинжал силой и завершить обучение у Сихилла. Зато открывшиеся знания вселяли уверенность, что мы справимся с любыми проблемами.

— Тай, а где вы раздобыли кучу пространственных артефактов? Может, там еще есть? — невинно поинтересовалась Дафна, которая на себе вытащила тюк с пятнистой шкурой.

Сендары переглянулись, а Калим невольно положил руку на эфес меча. Затем телохранители вопросительно уставились на меня. Ну а что тут скажешь? Еще в той пещере, где использовали панцири плавунов для маскировки, зельга что-то заподозрила. Теперь же подозрения подтвердились. К счастью, девушка понимала, что любой другой эльфир на моем месте за подобную догадливость прибил бы или скормил тварям.

— Клятва? — предложила Дафна и улыбнулась.

Я кивнула, потому что в ином случае рассчитывать на сохранность тайны не приходилось. Едва только зельга вернется к отцу, как тот непременно расспросит о деталях нашего путешествия в подробностях. Формулировку новой клятвы я скорректировала, добавив пункт, что любая информация о нашем походе не подлежит разглашению без моего одобрения. Позже обсудим, что рассказать клану, а пока ничего и никому нельзя говорить.

Вопросов от Дафны посыпалась целая куча. Наверное, еще и стресс сказывался, ведь мы прошли по краю, забравшись в тупиковый тоннель. Что, если бы я не сообразила, как открыть ловушку? А если бы гадара настигла раньше? Однако я не жалела о спонтанных решениях. Они помогли наладить контакт с артефактами и в итоге спасли жизнь.

— Сообщайте, если заметите древние знаки, как на той ловушке, — попросила друзей.

Мало того, что там наверняка сохранились трофеи, так мы же еще отдохнуть сумеем и не потеряем драгоценное время на привалы.

— Как думаешь, здесь еще есть гадары? — поинтересовалась Нелринья.

Она уже на пару с Нимом предвкушала, какие охотничьи костюмы получатся из добытой шкуры. Да я и сама не отказалась бы от обновки.

— Лучше бы этого не знать. Дафна, как далеко еще до выхода из закрытой территории?

— Еще пара часов, и мы достигнем развилки, откуда рукой подать до нужной пещеры. Белфорд вместе с людьми Габброна должен дожидаться там.

— Тогда поспешим!

Последний рывок не обошелся без препятствий. В последнем тоннеле перед точкой выхода разрослась ядовитая грибница. Браслет ощутимо накалился, предупреждая об опасности. Самое поганое, что визуально мы видели скалу с запечатывающими символами, а подобраться не могли.

— Тай, может, используем магию? — предложил Нимернис. — Мы с Нел заморозим мицелии вместе со спорами, пока Дафна откроет проход, выпустит нас, а после сразу запечатает. Даже если твари почуют магию и сбегутся, то не достанут нас. Грибы уничтожат любого, кто сюда сунется.

— Хм, я думала, выжечь заразу огнем, но заморозить тоже вариант. По крайней мере, не отравимся продуктами горения. Нежелательно, конечно, лишний раз привлекать к себе внимание магией, но другого выхода я не вижу.

На подготовку время не требовалось. Сендары встали плечом к плечу и выпустили магические плетения, сковывающие холодом ядовитую пещеру. Когда грибы заледенели так, что крошились от прикосновения, мы двинулись вперед. Холод пронизывал до костей, не спасала ни одежда, ни экипировка. Больше всех досталось Калиму и зельге, у которой рука приморозилась к камню. Девушка с трудом направила магический импульс, открывая проход. А крови с ободранных ладоней и так хватило для активации. Оказавшись по ту сторону, я подлечила Дафну. Залила рану кровоостанавливающим эликсиром и дала выпить лечебного средства. Затем мы поспешили соединиться с отрядом Эрметта.

Приближаясь к месту встречи, мы услышали звуки сражения. Нахождение группы людей в подземельях третьего уровня чревато нападениями тварей. Однако, завидев, с кем отчаянно бьются зельги, я придержала сендаров. Велела не вмешиваться, а сама ринулась вперед.

— Приказываю немедленно остановиться и отступить! — рявкнула, сопровождая посыл мысленным приказом.

Атакующие мирцины замерли. Зельги тоже опешили, не понимая, к кому я обращаюсь.

— Свои! Защищать! Не нападать! — встала между людьми и тварями. — Охотиться. Искать пищу.

На глаза не попадаться, — это уже мысленно. — Исследовать ближайшие тоннели. Предупредить об опасности.

Мирцины попятились, отслеживая поведение потенциальной добычи, которая опасалась пошевелиться. А, может, зельги впали в ступор, потому что я командовала монстрами? Мда, не следовало раскрывать этой возможности. Я ж не на всех тварей умею воздействовать.

— Эрметт, рада видеть! — развернулась к другу, стоящему в первых рядах защитников. — Извини, что задержались в пути. Надеюсь, люди не пострадали?

Габброн уставился суровым немигающим взглядом. Не знаю, что высматривал, но вроде бы удовлетворился увиденным. С шумом вытолкнув воздух из грудной клетки, спросил.

— Это что сейчас было? Ты и раньше так могла?

— Нет! Раньше не могла, — мотнула головой и открыто посмотрела другу в глаза. — Еще в Габерсе я поняла, что после смерти королевы, управление мирцинами перешло ко мне. Тварей мало осталось, но в прошлый раз они уже помогли выбраться. Я вызвала их, чтобы разведывали путь, предупреждали о появлении других монстров и принимали удар на себя, если потребуется. Не думала только, что первыми до вас доберутся.

— Почему вы задержались? — друг еле заметно выдохнул.

Видно, непросто ему дался спуск в подземелья. А, может, переживал из-за событий в Эльзиоре. Не каждый день сородичи устраивают облаву. Зельги до сих пор напуганы. Надеюсь, не меня испугались?

— Вард Нальнир помог попасть в запечатанные тоннели. Ну, а там мы убедились, что закрыли их не без причины, когда повстречали гадару.

— Кого? — парень побледнел. — О них же ничего не слышали больше тысячи лет. Вы уверены, что это была она?

— Знаешь ли, трудно не заметить гигантскую змею, которая пытается тебя сожрать. Мы справились и даже загнали монстра в ловушку. Однако я не уверена, что тварь была одна. Да и других опасностей хватило. Монстры нашли способ просочиться на закрытую территорию.

— Как бы там ни было, рад, что ты с нами, — в глазах друга просквозила тревога, когда он указал на жмущихся друг к другу женщин и детей.

Мда, на двадцать человек приходилось семеро мужчин, из которых двое подростки. Это я еще не посчитала проводника, брата Дафны. Со мной и телохранителями шансы на выживание у остатков клана возрастали. Вместе мы доберемся до безопасных земель на поверхности.

— Не переживай, справимся, — приободрила Эрметта. — Полагаю, здесь задерживаться не стоит. Белфорд? — обратилась к широкоплечему зельгу. — Дафна говорила, ты знаешь дорогу на первый уровень? Покажешь, куда идти? — достала карту и расправила ее в руках.

— Сюда, — взглянув на схематичное изображение подземелий, ткнул пальцем парень. — Еще можно к южному проходу подобраться через третий уровень, — указал на длинный тоннель, который в двух местах прерывался. — Однако мы задержались и не успели вовремя проскочить. Я не уверен, что нас не встречают на выходе.

— А разве отряд союзных кланов уже не разделался с преследователями?

— Кто знает? Может, и разделались, — Белфорд пожал плечами. — Теперь им доподлинно известно, что мы ушли в подземелья. О запечатанных выходах знает не так много народу, но старейшина Двар был в их числе. Неизвестно, кому еще он доверил эти знания.

— И мы не проверим этого, пока там не окажемся? — я вздохнула. — Понятно. Тогда, осталось выбрать, по какой дороге идти.

Эрметт решил, что пойдем к ближайшему выходу. Люди устали в дороге. Постоянный страх быть сожранными отнимал немало сил. Самыми маленькими в нашей группе оказались Дейми и Табби, сестры Эрметта. С поклажей, которую тащили с собой люди, мы разобрались, утрамбовав вещи в тайники. А вот детей пришлось брать на руки воинам. Женщины и без того устали, а идти предстояло долго. Запасы восстанавливающего зелья истощились после того, как лечила родичей Габброна в поселении. Так что раздала по глоточку, чтобы придать бодрости и сил.

Возле ближайшего выхода на первый уровень нас ждали. Мирцины, которым я приказала двигаться впереди, наткнулись на двадцать вооруженных бойцов, занявших выгодные позиции. Моим хищным помощникам эта информация стоила жизни двух воинов. Я остро почувствовала их гибель, и это оказалось неприятным и даже болезненным опытом. Зато мы вовремя получили предупреждение и заблаговременно свернули в тоннель, ведущий к дальнему выходу на поверхность. Но и там постигла неудача.

Отряд враждебно настроенных зельгов ожидал снаружи и напал без предупреждения. Наверное, совет решил окончательно загнать Габбронов в подземелья, раз уж не удалось задержать на пути к поверхности. Хуже того, им удалось уничтожить пятерых мирцинов, ранить дядю Тойна и Шана, неосторожно подставившегося под боевой молот. Если бы не древняя ловушка, которую обнаружила Дафна, раненые истекли бы кровью. Враждебная сторона тоже понесла потери, но этот факт слабо утешал.

Выходы с нижних уровней обустраивались так, чтобы дать отпор тварям, выбирающимся наверх. Крутой подъем, открытое место и мы, как на ладони. Тогда как противник прятался за зачарованными каменными уступами, держал под прицелом арбалетов и использовал ловушки для монстров. Еще и сам проход грозил в любой момент захлопнуться, придавив оказавшихся внутри живых людей. Последним аргументом в пользу того, что нас не выпустят живыми, послужили атакующие магические плетения. Зельги нарочно приманивали тварей. Даже если мне и сендарам удалось бы прорваться, они обрушили бы вход, разделяя силы и бросая остальных на растерзание.

Ловушку древние обустроили на повороте перед крутым подъемом. Когда твари нападали и мчались по прямому тоннелю, то с разбегу влетали в замкнутое пространство, где и оставались навеки. Я ощутила странный отклик от стены, мимо которой проходила, и попросила Дафну проверить. Зельга наугад подала магический импульс, после чего под толстым слоем каменного налета засветились руны перехода. Дальше уже моя кровь открыла проход в рукотворную пещеру, пол которой устилали останки тварей.

— Сюда! Прячьтесь скорее, — позвала зельгов, с тревогой прислушивающихся к звукам боя. Калим, Нимернис, Нел, отходим!

Едва только наш отряд оказался внутри, как я запечатала проход.

— Где мы? — шепотом уточнил Габброн.

— В пространственной ловушке древних, — не таясь, ответила другу. — Не переживай, снаружи нас никто не слышит. Мы уже находили такую и загнали в нее габару. Можем отдохнуть вдоволь и перекусить, прежде чем выходить отсюда. Там, — указала на коридор, просвечивающий за полупрозрачной стеной, — пройдут считанные секунды.

— Правда? В голове не укладывается. Но, если мы выйдем отсюда, то снова окажемся в опасности. Переждать не получится?

— Нет, и в этом кроется минус находки. Однако выйти могут только воины и сражаться дальше, не опасаясь за жизни остальных. Единственное, чего еще не знаю, насколько медленно течет время снаружи. Для этого необходимо срисовать руноглифы и разобраться в построении заклинаний.

— А ты сможешь? — удивился Эрметт.

— Попробую! Представляешь, какие тогда возможности перед нами откроются?

— Еще бы! Звучит заманчиво. Объявляю привал, — громко заявил парень.

Зельги засуетились, расчищая место и обустраиваясь прямо на полу. Сендары извлекли из тайников запасы продуктов и питьевой воды, передавая их женщинам, а сами занялись изучением трофеев, валяющихся под ногами. Не прошло и десяти минут, как заполыхали магические плитки и запахло едой. Внутреннее пространство ярко осветили артефакты, развешенные по углам. А я извлекла из тайника тетрадь и ручку с чернилами, и принялась зарисовывать символы со стен.

Знаки в этом пространственном кармане совпадали с теми, которые я видела в другой ловушке. Память у меня абсолютная, но в том помещении рассмотреть подробности не успела, тогда как тут удалось все изучить и зарисовать. Уже сейчас я понимала, какие уникальные знания попали в руки. Это же, если создам такую комнату в Рамалохе или Атароне, то спокойно пересижу внутри весь период до родов. Да и после никто не помешает проводить с ребенком больше времени и одновременно постигать воинское искусство Сихилла. Достаточно заманить сильную тварь в ловушку и воспользоваться «Поглотителем». Еще бы решить вопрос с мобильностью подобной конструкции и разобраться в играх со временем. Также меня интересовали свойства «запирания» двери изнутри, благодаря которому кусок камня становился прозрачным.

Пользуясь моментом, я тщательно исследовала стены и не нашла ничего примечательного. Руноглифы использовались аналогичные, что и для пространственных артефактов. Возможно, если окажусь внутри хранилищ, которые создала недавно, то увижу схожую картину. С той лишь разницей, что заготовкой послужил камень, а не шкура тварей.

А вот нюансы с активацией ловушки и дверью крылись в управляющей панели. Там столько руноглифов сплеталось в тесный клубок, что рябило в глазах. Как эльфы создали нечто подобное, я не представляла. У меня возникли сложности уже с тем, чтобы зарисовать рунные ставы. Как их потом воссоздавать, я понятия не имела. В дневнике об этом сохранилось мало сведений. Быть может, хозяин записей Калло Херумор не обладал подобным умением? Руны вроде одни и те же, а вот их комбинации и правильное расположение в пространстве, соотношение сторон и наклонов творили удивительную магию.

Через пару часов работы глаза заслезились от постоянного использования магического зрения. Сделала перерыв, чтобы покушать и заодно обсудить дальнейший план действий. Эрметт не мешал изучать плетения, да и сам, похоже, размышлял, как быть дальше.

— Что будем делать? — После сытного обеда состоялся совет, в котором участвовали Габброны, Нальниры, я и мои телохранители.

— Нас не выпустят, это понятно, — признал Эрметт. — Пока к власти не придут союзные кланы, в Зельдарине оставаться опасно. Запасы «сияния гор» позволят нам купить кусок земли вне королевства и обустроить новый дом. Многие зельги живут на поверхности и ничуть не жалеют об этом.

— Но мы не можем вечно прятаться на нижних уровнях. Нам нужна еда, крепкие стены и безопасность, — резонно заметил Грид — один из четверки воинов.

— А что предлагаешь? Прорываться? Убивать своих же сородичей? — Габброн поморщился. — Не все из них настроены враждебно. Бойцы подчиняются главе клана и выполняют приказы, даже если те им не нравятся. Тай, что скажешь?

— Я поддержу, какое бы решение ты не принял, и помогу защитить людей. Однако Грид прав насчет того, что на нижних уровнях не отсидишься. Запасы продуктов и лекарств не бесконечны. Какое-то время мы продержимся за счет мяса тварей, но это не решит проблему. Возможно, стоит поискать другой выход, о котором никто не знает? — посмотрела на Белфорда. — Есть еще варианты?

— Нет, — покачал головой молодой зельг. — Если такие существуют, мне об этом неизвестно. Разве что подскажу, где спуск на четвертый уровень. Но это чистое самоубийство.

— Отчего же? — возразила я, выуживая из памяти фрагменты, когда королева мирцинов вместе с подданными искала новый дом в подземельях. — Опасностей там немало таится. Те же гадары или скорги — сильные противники. Но я… — сама поразилась внезапному озарению, — знаю безопасный путь.

— Знаешь? Ты не говорила, что бывала в Зельдарине, — Эрметт нахмурился.

— Никогда раньше. Однако мне досталась память королевы мирцинов. До этого момента я не придавала значения большей части информации. А ведь прежде колония тварей обитала у поверхности, откуда их вытеснили более сильные хищники. Это случилось как раз после сезона дождей, когда нарушились границы уровней, и монстры хлынули в относительно безопасные земли.

— С нами дети, — Габброн вздохнул. — И не все женщины выдержат дальние походы. Это большой риск.

— А ты лучше у нас поинтересуйся, сынок, выдержим или нет, — негромко возразила Велари. — Мы видим, на что способны хрупкие девушки, — указала на меня и Нелринью. — Может, мы не достигнем такого уровня мастерства, но уж за себя постоять сумеем. Не так ли? — обвела взглядом притихших женщин.

— Мама, я больше не хочу никого терять, — устало признался Эрметт. — К тому же, такой опасный поход требует серьезной подготовки. Без защитной экипировки на четвертом уровне делать нечего.

— А это не проблема, когда в команде есть артефакторы, — со знанием дела заявила зельга. — Я, может, не сильна в магии, но вижу, какие добротные костюмы носят Калим и тана Таурелия. Вирг и Дарин взахлеб нахваливали девочку, которой хватило таланта их пошить и активировать. А времени на работу, пока мы здесь, — обвела рукой убежище, — предостаточно.

— Идея мне нравится. Я не против того, чтобы обеспечить людей защитой, — откликнулась на предложение Велари. — Добытых здесь трофеев на всех хватит. Но для обработки и вымачивания шкур необходимо наличие водоема поблизости, дубильные смеси, а также место для просушки.

— Братик, а когда мы уже пойдем домой? — младшая Табби забралась к Эрметту на колени и обвила ручками за шею.

— Не знаю, малышка, — зельг печально улыбнулся. Исполнившись заботы и нежности, погладил сестренку по голове. — Нет у нас теперь дома. Но мы обязательно его найдем. Обещаю, все будет хорошо.

— А ведь малявка дело говорит! — буркнул молчаливый Фимор, возле которого притихли двое сыновей погодков. — Королеву мирцинов мы уничтожили, оставшиеся твари подчинились эльфирке. Значит, наш дом теперь безопасен. А там и стены крепкие в наличии, воды вдоволь и ловушек этих, — обвел рукой помещение, — валом. Не пропадем!

— Да! Верно. Возвращаемся! Мы справимся. Не впервой! — посыпались со всех сторон слова поддержки.

— Что скажешь, сын? Окончательное решение за тобой, — Велари явно понравилась идея Фимора.

— Если все согласны, то и я не возражаю. Но вы забываете, что наши противники использовали магию, чтобы привлечь тварей. Мы не успеем покинуть эту часть подземелий прежде, чем здесь станет жарко. Ума не приложу, как выбраться без потерь.

— Послушайте, — я привлекла к себе внимание. — Дайте мне немного времени. Попробую разобраться, как устроена эта ловушка. Если получится ее перенастроить и изменить течение времени, то переждем нападение, пока монстры схлестнутся друг с другом. Нам же потом больше трофеев достанется.

Возражений от членов клана не последовало. Люди относились ко мне с опаской и сторонились после недавней демонстрации силы. Но прислушивались к советам, особенно, если те касались тварей.

Задачку мне предстояло решить непростую. Я себе голову сломала, сравнивая плетения для артефактов с теми, что наблюдала вживую.

С механизмом активации двери почти разобралась. Завязывалось действие на мысленном посыле, ведь по факту никакой двери не было. Ее заменяла плотная каменная порода — кусок артефакта, который перемещал предметы в пространственное хранилище, карман или тайник. Называть это место можно как угодно, смысл от этого не менялся. Но ведь самого помещения не существовало! Если раздолбить стену, никакой комнаты позади не обнаружится, будет лишь сплошной камень.

Правильность моих умозаключения требовалось проверить на практике. Я бы предпочла экспериментировать без риска для жизни людей, но выбирать не приходилось. Уколов палец, положила ладонь на каменную плиту со специальным углублением и подкрепила намерения магическим импульсом. Я сосредоточилась на желании, чтобы ход времени внутри сравнялся с тем, которое текло снаружи.

Расфокусированным зрением уловила, как перестраиваются символы в клубке руноглифов, которые я пыталась разобрать на составляющие. Управляющий блок претерпел неуловимые изменения. Придется снова зарисовывать каждый слой, сравнивать с предыдущим и выискивать различия. Но прежде, следовало убедиться, что посыл сработал, как надо. Ведь в помещении визуально ничего не поменялось.

Для проверки я использовала сендаров. Нима вывела на ту сторону, а Нел оставила внутри. Обоим наказала сосчитать до ста и подать мне сигнал. Как только эльфир выбрался в тоннель, Нелринья начала отсчет. Нимернис вернулся на семьдесят пятой секунде. Я подумала, что опыт провалился. Но, оказалось, что с нижнего яруса подоспели твари. Сендар ушел раньше оговоренного срока, чтобы не стать чужим обедом.

— Получилось! — я просияла, радуясь, что сумеем спастись.

Тем временем, стая крийсов умчалась наверх, издавая деморализующие противника вопли. Через мгновение, две туши скатились по наклонному полу, словив тяжелые арбалетные болты в глазницы. Другие крийсы, почуяв кровь, тут же накинулись на живых еще сородичей и устроили кровавый пир. Не успели монстры насытиться, как сами стали жертвами. К пиршеству подтянулась габба, заглотившая самого крупного зверя целиком. Прежде я не видела, как прыгала массивная бугристая туша, занимающая пол коридора. Но монстр при такой массе оказался на удивление подвижным. Нам еще повезло, выходит, что при встрече габбы застряли в муравейнике. Тварь одним прыжком преодолела подъем и исчезла из поля зрения. В ту же секунду со стороны зельгов, устроивших засаду, раздались стоны боли и крики проклятий. А затем полоска света исчезла, и все мы услышали гулкое «бум-с», когда захлопнулись каменные створки прохода и коридор погрузился в темноту.

Однако смертельная схватка на этом не завершилась. За стеной сражение продолжалась под истошный визг и предсмертные хрипы схлестнувшихся между собой монстров, подгоняемых голодом и жаждой крови.

Мороз шел по коже от разгоревшейся бойни. Впечатлительные зельги опустошали желудки. Другие молились или искали защиты у воинов. Велари крепко прижимала к себе дочерей, а они жмурились и закрывали ладошками уши. Опомнившись, что не каждый выдержит подобное зрелище, я запечатала проход. Не хватало еще, чтобы внутрь затянуло шальную тварь.

— Выждем еще сутки, — Эрметт тяжело вздохнул. Вместе с телохранителями он держался наготове, чтобы в любой момент отразить нападение.

Нелринья и Ним синхронно отступили, не скрывая разочарования. Они бы не отказались еще понаблюдать за схваткой, а то и поучаствовать, чтобы собрать трофеи. Я тоже невольно ощутила азарт битвы и закипающий в крови адреналин. Все же охотничий дух в нас неистребим.

Вынужденная изоляция добавила нервозности и беспокойства за дальнейшую судьбу. Выяснилось, что магический резерв внутри ловушки ограничен. Пополнять его неоткуда, поэтому и расходовать следовало экономно. Зельги только отошли от пережитого недавно заточения в собственных подвалах, как снова оказались в ловушке. Однако люди не роптали, ведь на этот раз они были не одни. Я бы тоже с удовольствием переложила ответственность на другого человека. Но, увы, кроме меня, никто не разберется с рунами древних и не поможет Эрметту спасти близких.

Я расположилась чуть в стороне от остальных и погрузилась в расчеты. Кропотливо, стараясь не упустить ни малейшей детали, изучала объемное плетение на блоке управления. Если бы не эйдетическая память, вряд ли удалось бы выявить различия, ведущие к изменению времени.

На Мирильсинде действовала схожая с Землей система летоисчисления, совпадало количество минут и секунд. Часовые механизмы тоже придумали, только на магической основе. Они считались артефактами и стоили дорого. Подобные вещи приобретали аристократы, как предмет роскоши, а большей части населения часы не требовались. Одаренные пользовались внутренним ощущением времени, которое никогда не подводило, а простые люди ориентировались по солнцу или пользовались общим артефактом, установленном на административном здании каждого поселения. И, надо же, впервые за три года я пожалела об отсутствии наручных часов. Как было бы удобно расположить одни часы в тоннеле, другие держать при себе и сравнивать показания.

Экспериментировать дальше без проверки бега времени за пределами ловушки я поостереглась. Периодически посматривала за стену, проверяя наличие монстров. Но они, как назло, не заканчивались. Если бы мы остались снаружи, вряд ли кому-то посчастливилось уцелеть. Сторонники Двара правильно рассчитали, что уничтожат нас при помощи монстров, когда использовали магию. Единственное, чего не предусмотрели, что мы спрячемся в ловушке древних.

— Полагаю, нас объявят погибшими, как это недавно случилось с кланом, — поделилась с Эрметтом наблюдениями.

— Что ж, они снова будут разочарованы, — процедил друг, скрипнув зубами.

— Совет непременно сообщит печальную новость в академию, — продолжила я рассуждения. — Боюсь предположить, что предпримет Лаэрт. Я же отговорила его сопровождать нас в этом походе.

— Но мы живы и обязательно выберемся отсюда! — зельг зло сверкнул глазами. — А после отомстим нашим врагам так, что мало не покажется.

— А кого ты считаешь врагами? Простых зельгов или старейшин? — я вздохнула. — Злобные старикашки поплатятся за поспешные решения, когда столкнутся с нашествием монстров, от которых не будет спасения. Крийсы способны грызть камень. Другие твари обладают такой мощью, что начнут крушить стены, как только почуют вожделенную добычу. Тихие убийцы, вроде грибных спор, просочатся в самую тонкую трещину. Я верю, что скоро к власти придут Торы, Молоты или Горны при поддержке Нальниров и остальных союзных кланов. Им известно, какая опасность поднимается с нижних уровней, и по силам организовать защиту, запастись провизией и построить укрепленные убежища. Однако в данный момент это никак нам не поможет.

— Кланы могли бы действовать решительнее и не дожидаться нашего уничтожения, — буркнул Габброн. — Знаешь, я жалел поначалу, что объявил нас вольным кланом. А теперь рад, что не имею с этими предателями ничего общего. Только не тогда, когда моих людей, будто поганых крийсов, загнали в ловушку.

— Ну, в этой ловушке не так уж и плохо, — хмыкнула я и легонько стукнула парня кулаком по плечу. — Мы живы, здоровы и сильны, как никогда. А скоро станем еще сильнее.

— Подумать только, — Эрметт тяжело вздохнул и покачал головой. — При нашей первой встрече я жутко злился на тебя и мечтал избавиться, чтобы не досаждала. А теперь холодею от мысли, что нашей дружбы не случилось бы, отсядь ты за другой стол.

— Вот видишь, не все неприятные события ведут к плохому результату, — постаралась приободрить друга. — Возможно, мы оказались здесь, чтобы пройти испытание, преодолев которое обретем нечто большее?

— А, знаешь, я тебе верю, Тай, — посмотрел на меня серьезно. — Ты будто из другого мира. Благородная, бесстрашная, целеустремленная. Я горжусь нашей дружбой и бесконечно благодарен за помощь. И я клянусь, что пойду с тобой в Иринтал, когда настанет время.

— Эрметт! — я смутилась от похвалы, но еще больше от фразы про другой мир. Догадался? Или выражение к слову пришлось? — Тебе необходимо позаботиться о людях, а из того похода мы можем и не вернуться.

— Это неважно, — отмахнулся парень. — Само собой, о клане я позабочусь. Есть еще время в запасе. Как только выберемся, подыщем подходящее место, где клан будет в безопасности. И потом, если мы не справимся с гиблой напастью, то и никто больше не сумеет этого сделать. На Мирильсинде наступят темные времена.

К нашему разговору остальные зельги невольно прислушивались, обсуждали между собой. Я ощущала витающую в воздухе тревожность. Дафна с Белфордом уединились в углу и тихонько спорили. Мужчины чистили оружие и приводили в порядок снаряжение, а женщины хлопотали с ужином и готовили спальные места для ночлега. Что бы там ни творилось снаружи, а жизнь текла своим чередом.

— Дафна, можно тебя? — подозвала девушку.

— Тай? Ты что-то хотела? — живо отозвалась зельга.

— Послушай, ты же разбираешься в бытовых артефактах? Материала для них полно под ногами валяется. Сидеть нам тут еще сутки как минимум. Так, может, облегчим походную жизнь?

— Не поверишь, но я уже сама об этом задумывалась. Только с резервом проблема. Меня хватит на пару-тройку несложных вещиц, а после придется восстанавливаться. Открытие ловушек вытянуло много сил, да и после я помогала зарядить плитки и осветительные камни.

— Тогда подумай, пожалуйста, как убрать вон ту кучу, — глазами указала на отхожий угол, откуда по всему помещению распространялись удушающие запахи. — У меня в запасах завалялся чистящий артефакт для одежды. Я поделюсь. Не знаю, правда, насколько его хватит. Такое чувство, будто магия здесь расходуется в двойном объеме.

— Не удивительно! — фыркнула Дафна. — Кусок стены, на которую нанесены руны, похож на мертвый камень. Не представляю даже, какой резерв древние вбухали в создание ловушки и заставили ее работать.

— Погоди, ты думаешь, наружная стена содержит мертвую породу?

— Ха! Думаю? Уверена в этом. Как и в том, откуда взялись камни на создание тюрьмы для магов. Алфорд Двар разорил ловушки древних. Эльфы обернули на пользу способность скальной породы к поглощению магии. Вдобавок, рассеяли подавляющее воздействие на окружающих. Я прежде не задумывалась об этом, пока ты не напомнила о мертвом камне.

— Поздравляю! — мрачно констатировала я. — Вы могли бы активировать ловушки, используя мою кровь, и заманить в них крупных тварей. Предполагаю, в окрестностях Эльзиора не осталось ни одной уцелевшей камеры древних? Ты сама убедилась, как быстро и безболезненно мы расправились с гадарой. А теперь представь, как сильно обнажил защиту Зельдарина старейшина Алфорд Двар, когда сколол плиты и разрушил целостность плетений. Сама видишь, ловушки — это еще и убежища, в которых можно пересидеть опасность.

— Мерзкая тварь! — Дафна опешила, проникнувшись масштабами катастрофы. В глазах девушки заблестели слезы. — А ты? Ты поможешь нам?

— Помогу, куда ж я денусь? Но мне нужны гарантии, что кровь не будет использована для иных целей. Не горю желанием однажды очнуться и осознать, что замужем за каким-нибудь ушлым пронырой. Китона Двара за глаза хватило.

Мои слова о вреде, который Двар причинил народу, позарившись на творения древних, вызвали волну ненависти к алчному старикашке. Кто, как не зельги, потерявшие близких и вынужденные покинуть родные дома, поймут глубину ямы, в которой оказались соклановцы. В Эльзиоре осталась больше половины выживших из поселения. Неважно, что они стали частью других кланов, их судьба по-прежнему волновала Габбронов.

— Тай, мы обязаны вернуться и рассказать правду отцу! — Дафна исполнилась решимости. — Двары совершили преступление. Все, кто к этому причастен, должны понести наказание.

— Я не возражаю, но прежде необходимо выбраться из ловушки. Снаружи разгуливают твари, — напомнила о главной проблеме. — Вспомни, как мы прорывались к выходу из закрытой части подземелий. Вам с братом там не пройти. Да и в безопасных прежде тоннелях сейчас будет жарко. Вместе проще держать оборону. Как только найдем выход на поверхность, вы отправитесь домой. Надеюсь, к этому времени, ситуация с противостоянием со старейшинами и их сторонниками разрешится. Лучше подумай вот о чем: сколько крови потребуется на открытие и закрытие ловушек? Это ограниченный ресурс, который через десяток другой попыток исчерпается. Но что, если создать магический ключ на основе моей крови? Тогда вы сумеете воспользоваться им многократно. Ты же артефактор, наверняка придумаешь что-нибудь уникальное. Как тебе задачка?

— Придумаю! — в глазах зельги засветилась отчаянная решимость. — Я обязательно придумаю. Вот увидишь!

— Отлично. Нашли тебе занятие на привалах, — улыбнулась. — А пока займись, пожалуйста, артефактом уборки отходов, иначе мы тут долго не выдержим.

— Ммм, у меня уже есть одна идея, — Дафна просияла победной улыбкой. — Не одолжишь ненадолго бытовой артефакт?

— Легко! — извлекла требуемую вещь из тайника. — А зачем тебе?

— Воспользуюсь заклинанием подобия, чтобы перенести плетение очистки на заготовку, а дальше уже поломаю голову, как его улучшить.

— Заклинание? Подобия? — вкрадчиво поинтересовалась я. — И на что оно способно? Почему я о таком не слышала?

— Его осваивают уже на третьем курсе, — охотно пояснила Дафна. — Причем адепты делают это самостоятельно, а преподаватели нарочно ничего не рассказывают. Первые два года мы должны учиться создавать простейшие плетения. А, когда уже освоим азы так, чтобы плести заклинания с закрытыми глазами, можно клепать заготовки и не тратить лишние силы на ерунду.

— Научишь? — я затаила дыхание, хотя зельга вряд ли бы отказала. Но мне подобное умение требовалось как воздух. Если получится скопировать управляющий блок от ловушки древних, то с остальными руноглифами я справлюсь.

— И меня! — присоединился к просьбе Эрметт. — Надеюсь, моих умений как раз хватит, чтобы клепать заготовки. Я не такой талантливый, как Таурелия, чтобы на первом курсе создавать работы настоящего мастера.

— Конечно! Могли бы и не спрашивать. — Девушка пожала плечами. — В этом нет никакой тайны. Главное, подобрать материал, аналогичный оригинальному артефакту, чтобы плетение не исказилось. Тогда мастеру, активирующему подобные изделия, не придется тратить на него лишнее время.

Плетение взаправду оказалось простым и малозатратным. Я потренировалась сначала на бытовых артефактах, сделала пять копий очистителя одежды. Две из них Дафна забраковала, а остальные признала годными для дальнейшей обработки. Эрметт из десяти заготовок угробил половину, остальные зельга, поморщившись, засчитала, как удачные попытки. Габброну упрямства не занимать, взялся за заготовки всерьез, намереваясь довести умение до совершенства. Нимернис и Нелринья поддержали затею, лишь бы разбавить скуку. Ну а я занялась панелью управления древних.

Однако у меня дальше теоретических выкладок не зашло. Во-первых, не нашлось под рукой подходящего материала. Мертвый камень под ногами не валяется. А, во-вторых, недоставало магии для активации. Чем сложнее внутреннее устройство артефакта, тем больше расходуется энергии. Да и в случае с древними эльфами, копирование не срабатывало. Наверняка у них тоже в ходу были заклинания, создающие дубликаты. Но, кому понравится, чтобы уникальные знания использовали все, кому не лень? Один мастер старается, тратит собственное время и силы на создание сложного продукта. А другой бездумно копирует, не вкладывая в дело ни знаний, ни таланта. Если что и поддавалось тиражированию, так это составные части конструкции, общие для других плетений.

Теоретически я могла заранее создать узлы из руноглифов, а на финальном этапе соединить их и нанести на заготовку. Но даже такие действия требовали колоссального расхода магии. Раз в десять больше, чем для создания артефактного костюма. Одной не потянуть подобный эксперимент, а доверять еще кому-то эльфийскую технику плетений я опасалась.

После ужина я проверила, что происходит снаружи, наполовину открыв проход. На смену крийсам приползли слизни, коридор перегородили каменные выползни, перемалывающие все, что попадалось на пути. Заметив в дальнем углу странных кольцеобразных тварей, позвала Эрметта, чтобы идентифицировал разновидность.

— Так, это же гадары! — ахнул зельг.

— Уверен? По мне, больше похоже на гадюк, разве что по размеру крупнее обычных. Не сравнить с той тварью, которую мы загнали в ловушку.

— Ну, лет через тысячу или даже меньше, они достигнут такого размера. А пока это молодые особи. Обрати внимание, как неумело нападают и медленно двигаются. Кожа гадар еще не огрубела, иначе парализующий яд слизней на них бы не подействовал.

— Хочешь сказать, в подземельях третьего уровня появились молодые гадары? Совпадение? Или…

— Не знаю, но этих особей необходимо уничтожить. Как только окрепнут и наберут силу, от них не будет спасения.

— Ним, сумеешь попасть гадарам в голову? — уточнила у сендара.

— С такого-то расстояния? Плевое дело! — ничуть не хвастаясь, заявил эльфир.

— Тогда готовьтесь. Совершим вылазку, — предложила развеять скучную обстановку и заодно собрать трофеев. Разумеется, мы еще и Зельдарин оберегали от вероятной опасности. Но лучше не напоминать Габбронам об этом. Пусть думают, что мы позарились на легкую добычу. — Нел, страхуешь брата. Калим со мной. Эрметт — на тебе выползни. Дафна контролирует двери. Остальным отслеживать внешнюю обстановку и действовать по ситуации. В случае опасности немедленно уходить в укрытие.

План я состряпала на скорую руку, но тут и не требовалось никакой стратегии. На нашей строне преимущество внезапного нападения. В следующий раз твари подготовятся к незапланированной встрече. Однако я надеялась, что они не настолько разумны, чтобы подобное организовать.

Воины явно засиделись без дела, раз с таким энтузиазмом восприняли предложение. Не успела я открыть проход, как в тварей полетели первые стрелы. Меня и Калима надежно защищала экипировка, поэтому мы выдвинулись в первых рядах. Эрмет тоже не отставал, сжимая боевой топор в руках. Ним не уставал разить стрелами гадар, а, когда те закончились, перешел на слизней. Стрелы змей не убивали, застревали в телах и лишали подвижности. Пока ползучие твари извивались, ломая зачарованные наконечники и крепкие прутья, мы подбирались поближе и сносили головы. Ценные трофеи закидывали в мешки и двигались дальше. Габброны умело орудовали топорами, уничтожая всех, кто попадался на пути. Монстры чуяли кровь и гибель сородичей, спешили к месту схватки. Пол был скользким от крови и останков пиршества, смрад разлагающихся тел стоял удушающий.

На пару с Калимом я уничтожила десяток гадар. Попались и крийсы, одуревшие от запахов и примчавшиеся на пиршество. Им будто невдомек было, что в разгаре жаркой мясорубки сами в одночасье станут добычей.

— Отходим! — скомандовала, ощутив приближение крупного хищника, и первой поспешила ко входу в ловушку.

Без меня никто не попадет обратно. Палец привычно кольнуло мимолетной болью, после чего воины один за другим исчезли в открывшемся проходе. Сендары и Калим не торопились, держались рядом. А я, улучив минутку, отправила зов мирцинам, чтобы узнать, уцелели они в этой бойне или столкнулись со смертельной напастью. Повезло не всем шестиногим союзникам. Прежний приказ прятаться и избегать прямых столкновений еще действовал. Однако нашлись монстры, добравшиеся до мирцинов в их укрытиях. Я сигнализировала насекомым, что в порядке и скоро с ними свяжусь. А пока пусть выжидают и не вступают в противостояние с более сильными тварями.

— Как считаете, если используем грибы, как скоро они поглотят отходы и уничтожат сгнившие останки? — спросила совета у команды. — Снаружи для них чересчур благоприятная среда, быстро разрастутся. Но и нам через грибные заросли сложно будет пройти. Можно заморозить тоннель, как делали недавно, но магия привлечет новых тварей.

— Лучше выждем немного, — Эрметт покачал головой. — Скоро прибудут падальщики и вычистят коридоры так, что следа от бойни не останется.

— Ты прав. Однако у нас вода на исходе, запасы быстро истощаются. А до ближайшего питьевого источника еще добраться нужно, — указала на очевидные факты.

— Мы что-нибудь придумаем, — парень приуныл.

Пока воины разбирали трофеи, меня отозвала в сторонку Дафна.

— Тай, если ты поместишь в тайник человека, что с ним будет? — спросила шепотом.

— Не знаю, не проверяла, — пожала плечами. — Ты думаешь, спрятать там зельгов и налегке добраться до пещер?

— Без балласта мы будем двигаться быстрее и сражаться с тварями, не опасаясь за жизни детей.

— Звучит заманчиво, — я задумалась. — Заршей я уже держала там, когда требовалась приманка. Но можно ли так поступать с живыми людьми? Вдобавок, наши тайники забиты трофеями, запасами продуктов и личными вещами, которые переселенцы несли с собой. Часть добычи мы оставим, это не проблема. Я переживаю, скажется ли пребывание внутри пространственного хранилища на здоровье зельгов.

— Пока не попробуем, не узнаем. Но это решение стало бы для нас лучшим выходом! — не удержавшись, воскликнула девушка.

— О чем вы? — услышал последнюю фразу Эрметт и приблизился. — Что-то придумали?

— Нет! — поспешно ответила Дафна. — Не совсем. Пусть Тай сама расскажет, я не вправе разглашать тайну.

— Тайну? — парень уставился вопросительно. — Еще одну? Ааа, понял. Кажется, пора принести такую клятву, которой хватило бы на все загадки Тай наперед. Что ж, я еще ни разу не пожалел об этом, поэтому готов. Клянусь свято хранить тайны Таурелии Вилин, текущие и последующие, и не разглашать ни одной без особенного на то дозволения. Так, в чем дело?

Я жестом подозвала сендаров и Калима, которые отгородили нас от остальной части клана. Затем также молча извлекла из-за пазухи сумку с тайником древних, а потом попросила ребят продемонстрировать их артефакты.

— Погоди, ты обнаружила склад древних артефактов? — не сразу сообразил Эрметт.

Я покачала головой, достала плащ из хитина скорга и показала, откуда отрубила полоску для заготовок.

— Та-ай? Ты, что же, сама их сделала? — у Габброна округлились глаза. — Но как? Это же невозможно! Знания давно утеряны.

— Тем не менее, это правда, — я развела руками. — Создание пространственных хранилищ возможно, но требует мощного резерва магии для активации. Ребята не дадут соврать, что у меня чуть магическое истощение не случилось. Они потратили все заработанное золото на накопители, чтобы я завершила работу. Как видишь, усилия и затраты себя оправдали.

— А ты… можешь сделать еще? — гулко сглотнув, поинтересовался парень.

— Теперь — да, — я вздохнула. — Но я рассказала об артефактах не поэтому. Дафне пришла в голову мысль, чтобы спрятать женщин и детей в хранилищах и налегке прорваться через тоннели, кишащие тварями. Опасная затея, конечно, но у нас больше шансов выжить малой командой, чем группой. Единственное, в чем я сомневаюсь, не навредит ли людям нахождение в пространственном тайнике.

— Так, надо проверить. Чего тянуть? — у Эрметта радостью загорелись глаза. — Я готов провести эксперимент на себе.

— Ммм, нет. Ты сильный, тренированный и одаренный. Как и другие маги, обладаешь повышенной выживаемостью. А с нами дети. Для испытания требуется обычный человек. Сомневаюсь, согласятся ли зельги на подобное предложение.

— А что тут думать? Сначала я на себе проверю, чтобы понимать, каково это, оказаться внутри артефакта. Потом выберем женщину из числа неодаренных добровольцев. Если эксперимент пройдет удачно, то остальным нечего бояться. Для них время остановится. Попадут они в тайник здесь, а выйдут уже в Габерсе. Другого выхода я попросту не вижу.

Проверка не заняла много времени. Сначала я отправила в тайник Эрметта, предварительно выгрузив трофеи. Потом он побывал в хранилище Калима, которое по объему было больше, чем у остальных. Разницы зельг не почувствовал. Пребывание внутри парень описал, как внезапно сморивший сон. Вот еще вроде витаешь в собственных мыслях, а после проваливаешься в забытье. Не так уж и плохо, учитывая обстоятельства. Добровольцев среди членов клана хватало. Мы выбрали ровесницу Эрметта, девушку по имени Шанта. Она потеряла семью во время нападения мирцинов, жених в шахтах сгинул. Оставаться в Эльзиоре среди тех, кто обрек близких на верную гибель, зельга не захотела, поэтому отправилась вслед за молодым главой клана.

Шанта также спокойно перенесла нахождение внутри артефакта, разве что по возвращении испытывала жажду и легкие головные боли. Последствия устранялись стаканом воды и глотком целебного зелья.

Перед походом решили выспаться и набраться сил. Ночи спокойного сна хватило для этого. Как раз снаружи твари обожрались и угомонились. Утром, пока зельги завтракали, мы с телохранителями рассортировали трофеи, высвобождая хранилище Калима. У меня и сендаров тайники набились под завязку. Я думала, часть добычи придется бросить, но рачительная Нелринья даже с захудалой косточкой не захотела расстаться. Что не влезло в артефакт, запихнула в походные рюкзаки. Груз при малейшей опасности можно скинуть и после подобрать, а к этой ловушке мы теперь не скоро вернемся.

Перед уходом я выправила прежнее течение времени внутри пространственного помещения, закрепляя новый навык. Затем Калим поочередно обошел членов клана, касаясь каждого рукой и отправляя в хранилище.

— До встречи! — Велари взволнованно улыбнулась, прижимая к себе девочек, и исчезла последней.

— Отвечаешь за них головой, — предупредил телохранителя Эрметт. — Не рискуй понапрасну.

В ответ Калим только кивнул. Как будто от нас что-то зависело. Четырех воинов клана, Белфорда и Дафну брат также запихнул в тайник. Их еле удалось уговорить, мотивируя тем, что нам с тварями сражаться привычнее. Если же ситуация накалится, Калим призовет подмогу.

В коридоре по-прежнему стоял удушающий запах разложения. Однако самих тел стало меньше, и не без помощи молодой габбы. Бугристая тварь притаилась у поворота и охотилась на прибывающих монстров. Нам повезло, что подкрались со спины. Нимернис рубанул секирой с паучьей жвалой, я использовала «Поглотитель», после чего двинулись дальше. Крийсы, слизни, грибные поросли, каменные выползни — с этими обитателями подземелий за последние дни мы научились бороться. К тому же, добычу не собирали: уничтожали монстров, либо обездвиживали, и двигались вперед.

Достигнув развилки, вздохнули с облегчением. Когда в запасе хотя бы один вариант отхода, уже не так страшно идти навстречу монстрам. Боевые и охотничьи навыки помогали вовремя замечать притаившегося противника. А я еще чувствовала пустоты и расселины, пригодные для засады. Серьги работали, помогая безошибочно угадывать правильное направление в подземельях. Артефакт древних похлеще навигатора ориентировал на местности. Прибавить к этому мирцинов, разведывающих безопасный путь, и, можно сказать, мы совершили легкую прогулку по третьему уровню.

С учетом кратких привалов и задержек из-за столкновений с тварями, к Габерсу мы подобрались через двое суток. Поселение выглядело удручающе из-за нависающего поверх домов муравейника. Однако теперь хитрые переходы и камеры, построенные насекомыми, служили нашим укрытием и защитой.

Мудрить с местом жительства не стали и выбрали для этого убежище под зданием ратуши. Монстрам будет проблематично отыскать нас в муравьиных лабиринтах.

Прежде чем освободить людей, мы оборудовали спальные места и подготовили кувшины с водой. Затем Калим поочередно вытаскивал зельгов из подпространства и укладывал на лежанки. Люди спали и очнулись лишь через несколько часов. Я обошла каждого, вливая в рот по ложке эликсира. Все же это был первый эксперимент по длительному нахождению внутри пространственного артефакта. Мало ли какими последствиями аукнется? Зато польза от такого способа перемещения была налицо. Неизвестно, как долго мы бы двигались группой, и не потеряли бы кого-то в схватках с монстрами.

Какое же облегчение испытали зельги, проснувшись в габерском убежище. За столько времени оно стало для них домом. Женщины тут же засуетились, захлопотали по хозяйству, взялись наводить порядок и убирать насевшую пыль. Заполыхали магическим огнем плитки и потянуло запахами готовящейся еды. Люди вернулись домой и искренне радовались этому.

А перед нами стояла другая задача. Обойти близлежащие тоннели и осмотреть старые ловушки. Заодно разведать, безопасен ли путь к озеру, выполоскать шкуры и растянуть их на камнях для просушки.

Белфорда мы оставили присматривать за входом в убежище, а сами отправились обследовать территории. За время отсутствия законных хозяев, здесь могли поселиться другие опасные твари. Например, выползти из коллектора, куда стекали сточные воды, а мирцины сбрасывали мумифицированные трупы.

Дубильню зельги обустроили в пещерах, где насекомые раскармливали круглых тварюшек. К ним через муравейник вел знакомый тоннель. Мы воспользовались проторенной дорогой, чтобы незаметно подобраться к вероятному противнику. Как выяснилось, не зря осторожничали. Раз уж прожорливые шарики — любимая пища мирцинов, исчезли из могильника, на их место из бездонного колодца пришли другие монстры. Выломанные прутья решетки коллектора только доказывали, что снизу выбрался кто-то крупный, умеющий передвигаться по отвесным поверхностям.

Соблюдая меры предосторожности, мы затаились у входа в пещеру. Прикрывшись хитиновым плащом, я и Калим сунулись первыми, за нами последовали сендары. Копошение внутри и мерзкое ощущение чужого присутствия лишний раз доказывало, что незваных гостей прибыло великое множество. Вот только даже я, спокойно ориентируясь в полумраке, не понимала, что же это за твари. Сражаться непонятно с кем не видела смысла. Поэтому велела ребятам отступить, а сама бросила в середину пещеры световой артефакт. Он вспыхнул, ярко озаряя внутреннее пространство, а я замерла с открытым ртом, потому что узнала монстров.

— Муриды! — расплылась в счастливой улыбке, наблюдая мерзкую на вид разновидность мокрицы. — Да, мои ж хорошие! Как же я скучала! Как мне вас не хватало!

Твари терпеть не могли свет, поэтому шарахнулись в стороны от артефакта. Продолговатые кольчатые тела поблескивали от влажной слизи, и тысячи лапок шевелились, создавая противный звук копошения.

А вот члены команды не разделяли радости, обнаружив новых постояльцев, потому что не понимали, до чего ж полезные у мурид внутренности. Да мы ж тут все шкуры обработаем так, что они станут мягкими и эластичными, как тот же скорпионий хитин. А в какую редкость обещала превратиться шкура гадар? Я чуть слюной не захлебнулась, предвкушая, как сошью ребятам охотничьи костюмы. Они даже без магии будут защищать от клыков и когтей других тварей. Руны я тоже нанесу и, как только подвернется возможность пополнить резерв, обязательно их активирую. Но, самое главное, теперь я создам пространственный артефакт такого размера, чтобы туда уместилось все мое добро.

— Не понял, Тай, чему радуешься? — осторожно поинтересовался Нимернис. — Муриды хоть и питаются падалью, но и свежатинкой не брезгуют. Благодаря длинным и узким телам, в любую щель просочатся. Надо будет проверить целостность убежища.

— Предлагаю тварей замуровать, — добавил Эрметт, мельком оценивший количество поселившихся поблизости монстров.

— Не надо никого замуровывать! Достаточно расположить осветительный артефакт у входа, и муриды носа из темноты не высунут. А радуюсь я тому, что скоро у каждого члена команды будет первоклассный защитный костюм. Начинайте выбирать, из шкуры какой твари его пошить.

— Тай, ты говоришь загадками, — Нел мило улыбнулась. — Не подскажешь, как связаны охотничьи костюмы и склизкие гусеницы с мерзкими отростками?

— А напрямую! Внутренности мурид идеально подходят для очистки шкур от мездры. Они растворяют плоть, поэтому будьте осторожны, не прикасайтесь к тварям без перчаток. Калим, прихватишь штук шесть для начала?

Благодаря охотничьему костюму из хитина, твари не почувствовали угрозу, а парень приблизился, закинул сразу десяток особей в хранилище и отступил. Я бы, наверное, всю колонию заграбастала, так страдала последние месяцы от невозможности раздобыть полезный компонент. Помимо выделки кожи, муриды еще уничтожали опасные грибницы, так что стратегический запас тварюшек в хозяйстве был жизненно необходим.

После пещеры мы направились к озеру, где пополнили запасы воды и проверили затоны, которые использовались для хозяйственных нужд. Я не стала откладывать дела на потом. Сразу нагрузила телохранителей и зельгов работой. На примере показала, как сподручнее разделывать мурид, и как ловко они избавляют трофейные шкуры от кусков плоти. Задержались у озера до позднего вечера, пока залили жижей шкуры горакса, габбы и крийсов, хитин хорбов и мирцинов, кожу гадары. Удалив лишнее, сырицу выполоскали в воде, а это нелегкий труд, учитывая объемы и вес разбухших заготовок.

Осмотреть ловушки древних уже не успели. Их полторы тысячи лет никто не трогал, так что еще денек подождут, ничего с ними не случится. А вот костюмы нужны были еще вчера. На трофеи, ожидающие своего часа, ушла куча мурид. Калим потом еще за добавкой бегал.

— Давно не видел тебя такой довольной, — заметил Эрметт, когда устроили с ним передышку, расположившись чуть в стороне от остальных.

— Это потому, что занимаюсь привычным делом. Не представляешь, как тяготит добыча, которой нельзя воспользоваться, — призналась честно. — Я ведь в академию поступила ради того, чтобы создавать артефакты и шить зачарованные костюмы.

— И ты научилась этому за полгода, — произнес парень с толикой зависти. — Когда только успела?

— Завтра еще раз промоем шкуры, и опять положим в раствор, — продолжила мечтательно. Риторический вопрос Эрметта ответа не требовал. — Так, материал сохранит защитные свойства и приобретет эластичность. На просушку много времени уйдет, но я решу эту проблему, если найду хотя бы одну ловушку древних. Дальше дело станет только за тем, чтобы раскроить шкуры, нанести руны и соединить детали при помощи клея и паучьей нити. Думаю, тебе подойдет костюм из кожи габбы, а вместо щитков приспособим хитин и панцири мирцинов. Кста-ати! — я встрепенулась и подскочила от озарившей мысли. — У нас же в недрах муравейника похоронены сотни насекомых, которых поразили грибные споры. Грибы вытравим внутренностями мурид, а себе заберем отполированные кости скелетов и панцири, покрывающие брюшко. Они не хуже латных доспехов будут смотреться, зато по весу значительно легче и гораздо прочнее зачарованного металла. А еще форма мирциновых панцирей внешне похожа на шлемы. Грех не использовать такое сходство и не создать головные уборы. В подземельях надо постоянно посматривать наверх, чтобы твари на тебя не свалились. Представляешь, как устрашающе будут выглядеть воины в такой экипировке?

— И ты сделаешь это? Сама? — алчно сглотнув, уточнил Габброн.

— Стала бы я предлагать! — фыркнула, задрав нос. — Для друзей ничего не жалко. Особенно, если усилия пойдут на пользу. Еще оружие подберем под стать, и тогда никакие монстры не будут страшны.

— Только Гриду и Шану не говори раньше срока, — всерьез предупредил зельг. — Не то забросят другие дела, пока не заполучат вожделенную для каждого воина вещь. Они и так уже готовы за тобой в пекло сунуться, а за такую награду жизни не пожалеют.

— Как раз жизни я намеревалась сохранить, — печально улыбнулась. — Хочу обеспечить вас надежной защитой. Вы ведь останетесь здесь?

— Тебе необходимо вернуться? — догадался парень о причине моего интереса.

— К сожалению, у меня слишком мало времени. Я с телохранителями уйду через четвертый уровень. Без экипировки сендарам там нечего делать, поэтому задержусь здесь на пару дней. Заодно тебе и воинам справлю костюмы. Рассчитываю ускорить процесс выделки шкур при помощи ловушек древних. Завтра с самого утра займусь их осмотром.

— Тай, мы сделаем, что потребуется. Ты говори только, что нужно. А насчет того, чтобы остаться, я еще не решил. Завтра поговорю с людьми. Мы посоветуемся, как быть дальше, и примем решение. Пока не могу дать четкий ответ. За последние пару месяцев клан дважды предали и обрекли на верную смерть. Сейчас люди радуются возвращению домой, но я считаю, что здесь оставаться опасно.

Вечером в убежище устроили праздник по случаю спасения. Выложили последние запасы на стол, вдоволь нажарили мяса гадары. Мужчины даже настойки хмельной раздобыли, которой хватило только пригубить по глоточку. Даже удивительно, что еще недавно зельги рвались убраться отсюда подальше, к людям, опасаясь нашествия монстров. Теперь бежали от своих же, под защиту недавних врагов. Мирцины никогда не скрывали хищной натуры, а вот некоторые человеческие особи вели себя хуже тварей.

Наработавшись за день, я пораньше ушла спать, чтобы утром продолжить обработку туш и исследование местности. На отдых ушло всего шесть часов, после чего взрослые зельги пробудились одновременно со мной. Будто чувствовали, что дела ждать не будут. Что ж, от помощников я никогда не отказывалась.

Следить за безопасностью в лагере снова поставили Белфорда. Дафну назначили старшей над обработкой трофеев. Зельга пришла в восторг от удивительной способности мурид, поэтому с энтузиазмом ухватилась за возможность попрактиковаться в выделке разного вида шкур. Калим с утра натаскал еще мурид к озеру, предварительно обездвижив их ядом древесной лягушки. Так что простора для экспериментов Дафне хватало.

А мы с Эрметтом и телохранителями отправились осматривать близлежащие тоннели и ловушки. Помимо этого, намеревались поохотиться, потому что продукты в лагере были на исходе. Крийсы, частенько попадающиеся на пути, жесткие, мало съедобные. Я бы предпочла габбу, чье мясо по вкусу напоминало куриное. Да и шкура требовалась, чтобы пошить зельгам одинаковую экипировку, созвучную с названием клана. Как по заказу, такая разожравшаяся на слизнях тварь ожидала нас вблизи плиты с символами древних. В прошлый раз я полдня зачищала пещеру от брюхоногих монстров, а теперь с этой задачей в одиночку справилась габба. Завидев нас, тварь издала радостный звук, напоминающий рев паровоза, и прыгнула, в полете высовывая длинный язык.

Эрметт уже так наловчился бить монстров, что выхватил молот только в последний момент, позволяя отростку обмотаться вокруг оружия. В левой руке тут же блеснул меч, отсекая языковое щупальце под корень. А дальше уже я воткнула в обрубок «Поглотитель». Через мгновение тварь рухнула замертво как подкошенная.

— Забираем все! — с довольным видом объявил Габброн.

Да, мне тоже не нравилось бросать трофеи, так что с энтузиазмом поддержала решение друга. Разделку туши оставила на Калима, обладающего сноровкой в этом деле, и сендаров. Для охоты брат прихватил с собой запас мурид, которые как раз пригодились, чтобы почистить шкуру. Мясо сложили в зачарованные мешки, которым тут же нашлось место в пространственных хранилищах. Навскидку, габба весила пару тонн, так что запаслись мясом впрок. А также печенью и другими органами, пригодными в пищу. Справились за пару часов, после чего неиспользованные части туши резко испортились и завоняли.

Пока ребята при помощи мурид зачищали пещеру от останков и следов крови, мы с Эрметтом занялись ловушкой. Парень направил магический импульс, пробуждая древние символы, а дальше, когда в камне проступила управляющая панель, настала моя очередь. С волнением положила ладонь в характерную выемку с отпечатком руки и ощутила укол в подушечку пальца. Как и в прошлый раз меня первой затянуло в ловушку.

Что ж, разница между внутренним наполнением помещений сразу бросалась в глаза. Приятно поразил чистый, не затхлый воздух. Скорее всего, древние использовали специальное заклинание, чтобы не задохнуться внутри. В прошлый раз я над этим моментом даже не задумалась, а теперь оставалось только восхищаться предусмотрительностью эльфийских мастеров.

Вместо голых стен с древними символами, передо мной оказалось подворье богатого дома, способного разместить десятки человек. Проход каменным клином выводил в центр внутреннего дворика. Вдоль стен в два этажа тянулись резные балконы, за которыми угадывались отдельные жилые комнаты или даже апартаменты. Главную достопримечательность представлял собой фонтан. Не удержалась от соблазна, зачерпнула полные пригоршни воды и напилась вдоволь. Чистейшая и невероятно вкусная!

Время внутри текло иначе, поэтому я не спешила возвращаться. Сначала захотела сама, без спешки, осмотреть наследие эльфов. Меня поразили живые растения в кадках с нанесенными рунами нетленности и плодородия и яркий дневной свет, льющийся с голубого потолка, напоминающего небо. На первом этаже здания в каждый жилой отсек вел отдельный вход. Внутри блока имелись две комнаты, чаще спальни, взрослая и детская. В некоторых стояли двухъярусные кровати. Мебели не так много — полки, сундуки, столы и стулья. Зато добротные, крепкие, сделанные на века. По левой стороне помещения вмещали три комнатки. Вероятно, для больших семей с детьми. Помимо этого, наткнулась на казарму, где двойными рядами располагались деревянные лежанки. У каждой полочка, стойка для оружия и сундук для личных вещей. В центральной части обустроена столовая с примыкающей кухней и кладовой.

Второй этаж предназначался для зажиточных семей и родовитых особ. В центре — просторные апартаменты с отдельной ванной, кабинетом, спальней и гостиной. Справа и слева помещения поменьше, но также с собственными уборными. Везде царила идеальная чистота. И ни одной личной вещи, клочка бумаги или украшения.

Выходит, люди давно покинули это место? Почему? Не сумели открыть проход или пожелали сохранить его в тайне до лучших времен?

Однако больше всего поразило не внутреннее обустройство, а наличие еще одной двери с управляющей панелью, установленной в главных апартаментах. Я скорее почувствовала ее наличие, а не наткнулась случайно.

Куда она вела?

Я в волнении приложила ладонь к каменному артефакту, позволяя забрать каплю крови. Прямоугольный проем начал медленно истончаться. Снаружи дохнуло стылым холодом, отчего я невольно поежилась. Сразу за порогом вплотную подступила ледяная стена, в которой застыла оскаленная морда жуткой твари, отдаленно похожей на глирха, и когтистая лапа, растопыренная в атакующем замахе. Монстров я не боялась, тем более мертвых, но эта тварь выглядела как живая.

Это, что же получается? Из одного подпространства можно уйти туда, откуда пришла, но также попасть и в другое место? Если я права, второй проход вел в Мелисин. Только на севере лежали нетающие снега и царил вечный холод.

Я позволила стене исчезнуть и дотронулась до ледяной глыбы. От прикосновения лед потек, заливая пол комнаты талой водой. В подпространстве поддерживалась теплая комфортная температура, оттого и приключился небольшой потоп.

Первым обнажился кончик длинного изогнутого когтя. Я расковыряла прозрачную глыбу, подбираясь к основанию лапы, и рубанула по нему мечом. Вместе с когтем срезала кусок кожи.

В этот момент монстр вздрогнул и распахнул глаза, светящиеся жутким цветом жидкой ртути. Машинально отметила, как из раны капнула синяя кровь. Мышцы под кожей, покрытой плотной шерстью, вздулись и забугрились. Лед затрещал. Монстр увидел перед собой добычу и рванулся, клацая двадцатисантиметровыми клыками.

Сжимая в руке злополучный коготь, я отпрянула, машинально запечатывая проход. Неизвестно, что именно скрывалось за толщей льда, но ситуация едва не вышла из-под контроля. От неожиданности забыла воспользоваться «Поглотителем», который запросто упокоил бы тварь, а я забрала причитающийся трофей.

Что ж, отступать я не привыкла, не настолько критическая ситуация. Достала из тайника кинжал древних и снова активировала проход. Тварь оказалась полностью замороженной. Только теперь хищная лапа лишилась главного когтя. А вот раны уже не было. На ее месте наросла новая кожица и проклюнулся коготь. Не замечала прежде у глирхов мгновенной регенерации тканей. Да и глирх ли это? Смахнув мечом наросший лед, вскрыла недавнюю рану и вонзила кинжал. Однако ничего не произошло. Тварь так и буравила меня мертвенным взглядом. Не поняла? Древний кинжал сломался? Лед тем временем потек. Чудовище снова зашевелилось оттаивая.

— Как такое возможно? — пробормотала вслух. — «Поглотитель» забирает душу живого существа… Живого! Существа! — Я похолодела. — Если кинжал не убил монстра, значит ли это, что он неживой? Уж не с подобной ли нежитью придется столкнуться на пятом уровне?

С трудом поборола накативший страх и желание навсегда запереть дверь и разбить плиту. Если это наш будущий враг, мы должны знать, как с ним бороться.

Мечом из рога чербиса я высекла ледяной куб, внутри которого находился оживший кошмар, и отправила в пространственный карман. Тварь пришлось располовинить. И только потому, что она промерзла насквозь, удалось пробить крепкую шкуру, позвоночник и костяной гребень на спине. Сквозь полупрозрачную толщу льда рядом проглядывали силуэты других тварей. Не хотела бы я с такими столкнуться ни здесь, ни в заснеженном Мелисине.

Времени для раздумий хватало, пока я оставалась внутри ловушки. Пользуясь моментом, отправилась в ванную, чтобы смыть грязь и пот, а заодно привести мысли в порядок. Без сомнений, убежище создавалось для предков Габбронов, а второй проход королева эльфов создала для того, чтобы общаться с ребенком. Глупо было бы думать, что Лиурелия родила четверых детей и отказалась от них. Не удивлюсь, что подобные комнаты существовали в Езеаране и Неньясире.

Только где их теперь искать? И стоит ли?

Однозначно, людей следовало разместить в этом безопасном и комфортном убежище. Если бы только Дафна придумала артефакт, способный открывать двери изнутри. Я бы тогда ушла со спокойной совестью: зельги уцелеют, какие бы катаклизмы не случились снаружи. Все лучше, чем то место, где жили сейчас.

Однако меня беспокоила вторая дверь. Сумев открыть одну, кто знает, когда им вздумается открыть другую? Чем сильнее запреты, тем острее желание удовлетворить любопытство.

Тварь, что лежала в пространственном хранилище, вызывала оторопь и первобытный ужас. Ее же ничем не уничтожишь, если вдруг вырвется на свободу.

Хотя… Сихилл упоминал, будто кольцо из северного королевства — боевой артефакт, способный уничтожать подобных монстров. Только, где я, а где Мелисин?

Вымывшись до скрипа, почистила бытовым заклинанием охотничий костюм и облачилась в чистую одежду. Пора возвращаться и поделиться находкой с друзьями. Скрыть местонахождение древнего убежища уже не получится. Может, вместе найдем правильное решение? В конце концов, это первая из ловушек древних, есть и другие. Направившись к главному проходу, активировала каменную панель, подсматривая через истаивающую стенку, чем занимаются друзья.

Хм, а времени хватило, чтобы заметили мое отсутствие, — сообразила, обнаружив столпившихся у ловушки ребят.

— А что, если она не вернется? — расслышала взволнованный голос Нимерниса.

— Вдруг в убежище прятался монстр, и он напал, не успела Тай оказаться внутри? — не меньше брата переживала Нелринья.

— Успокойтесь, я в порядке! — вышла из ловушки, попадая под перекрестье возмущенных взглядов. — Прошу прощения. Думала, разница во времени будет несущественной. Я нашла кое-что интересное. Вам необходимо это увидеть. Идите за мной! — разом пресекла ворох претензий. Справедливых, в общем-то, но в данный момент неуместных.

— Это? Что? — Нелринья поднырнула под руку Нима, первой оказалась внутри, да так и застыла в замешательстве — Как такое возможно?

— Ого! — Эрметт ошеломленно раскрыл рот, а Калим выплеснул удивление жестикуляцией.

— Очевидно же! Убежище, построенное древними мастерами с использованием пространственной магии, — пояснила, мысленно радуясь, что уже осмотрелась тут и немного привыкла. В порыве эмоционального восторга, который обуревал ребят, я, может, не заметила бы второго прохода. — Жилые комнаты с мебелью, способные вместить до сотни человек. Запасы в кладовой и личные вещи прежних обитателей не нашла, но состояние такое, что заходи и живи. Эрметт, ты знал о существовании подобного места?

— Откуда? — хмыкнул Габброн. — Даже в летописях никакой информации не сохранилось.

— Мда? Кажется, я знаю, почему, — вздохнула, понимая, что пора переходить к менее приятной части. — Поначалу испытала тот же восторг, что и вы. Однако же, тщательно осмотрев помещения, обнаружила вот это! — коснулась сумки с тайником и пожелала извлечь глыбу льда с вмерзшим монстром.

— Ох, ты ж! Какие когтищи! — присвистнула Нелринья.

— Нравятся? — следом достала из хранилища коготь и протянула эльфирке. — Дарю! А ты забирай себе другой, — указала Ниму, который жадным взглядом проследил, как подарок перекочевал из моих рук к девушке.

Церемониться парень не стал, тут же рубанул обухом секиры по стылой громадине, раскрошившейся от удара на мелкие кусочки и явившей нам располовиненную тварь. Ним деловито перехватил лапу, ничуть не смущаясь грозным видом монстра. Замахнулся, чтобы отрубить когти…

В этот момент конечность в его руках дрогнула, а из пасти донесся хриплый рык. Парень отпрыгнул в ужасе. Неловко бухнулся на пол, и заработал руками и ногами, отползая подальше от ожившего монстра. Калим и Эрметт ощетинились оружием.

— Ним! — Нелринья взвизгнула и ринулась на защиту, всаживая подаренный коготь в лапу чудовища.

— Это что за мерзость? — брезгливо поморщился Габброн, таращась на отрубленную часть тела, из которой вывалились кишки.

— Не уверена на сто процентов, но похоже на нежить с пятого уровня Иринтала.

— И как это убить, если оно уже мертвое? — ошеломленно поинтересовался сендар.

— К сожалению, придется выяснять опытным путем, — я озадаченно почесала макушку. — Наше оружие способно ранить, но не остановить монстра. Представляете, если таких будут сотни, тысячи?

— «Как? Он? Сюда? Попал? — яростно зажестикулировал Калим. — Почему его вморозило в лед?»

— Лед, точно! — Нимернис приободрился и призвал магию, заковывая тварь в ледяной плен.

— С вашего позволения, спрячу это, пока снова не растаяло. Вы увидели достаточно, чтобы проникнуться и понять, насколько все серьезно. А по поводу того, где обнаружила остывшего красавца, идемте за мной. Покажу, где осталась вторая половина. Сюрпризы еще не закончились.

— Куда уж больше-то? — ворчливо пробормотала Нелринья.

Просторная столовая и центральные апартаменты друзей уже не удивили. Ребята переваривали информацию и не понимали еще, как она скажется на дальнейших планах.

— Монстра я обнаружила здесь! — под изумленными взглядами друзей активировала второй проход.

Кубическую выемку с неровными срезами задней стенки уже припорошило снегом. Однако под ним отчетливо угадывалась вторая часть туши и силуэты других тварей.

— Э-а-а?.. — у Нимерниса впервые не нашлось слов.

— Понятия не имею! — сообразила, что речь шла о самом проходе и месте, куда он выводил. — Думаю, по ту сторону двери раскинулся Мелисин. Что скажете? — обратилась к сендарам.

— Надо бы выйти и осмотреться. — Не сразу, но к Ниму вернулась способность здраво рассуждать. Парень явно желал реабилитироваться за проявленную слабость. — Не все северные территории принадлежат Мелисину. Часть занимают ледяные пустоши. Не исключено, что проход ведет в земли северного Иринтала.

— Лед, соприкасаясь с убежищем, тает, — обратила внимание на заблестевший край, подступающий к двери. — Далеко уходить я бы поостереглась. Кто знает, кто там встретится?

— Я только заберусь на уступ и сразу назад, — предупредил эльфир. — Нел, ты остаешься. Не забывай, один из нас должен постоянно находится рядом с Таурелией.

— Но я… — осеклась, сообразив, что парень таким образом оберегает сестру. — Ладно, иди! Даю две минуты, чтобы осмотреться там и вернуться. Это приказ!

Эльфир ловко запрыгнул на ледяной уступ, после чего подался выше, забираясь на толщу льда, закрывающего проход от пола до потолка.

И почему в такие моменты время замедляется? Мы прикипели взглядами к стылой массе, по наружным стенкам которой бежали тонкие ручейки. Кстати, та лужа, что натекла в прошлый раз, странным образом исчезла. И следы моего пребывания тоже не просматривались, хотя я отчетливо помнила, как босиком прошлепала по полу, оставляя мокрые отпечатки. Служанок, наводящих порядок, я не заметила.

Выходит, задействованы бытовые заклинания? Удобно, когда не любишь прибираться в доме. И опасно, потому что мы не знаем, отчего забросили это место. Наверняка, существовал способ, благодаря которому зельги входили и выходили отсюда без участия эльфийской королевы.

— Ну? Что там? — с облегчением выдохнула, когда Ним скатился с ледяной вершины, как с горки, и вместе с тучей брызг ввалился в комнату.

Проход я сразу запечатала, пока другие твари не проломили подтаявший лед и не накинулись на нас. Эльфир покрылся тоненькой снежной корочкой, хотя обладал врожденным иммунитетом к холоду.

— Проход выводит к ущелью. Снаружи узкий выступ, а вокруг скалы, заслоняющие обзор. Для нас — путь в никуда. Если в прошлом там была дорога, то за столетия она давно разрушена или погребена под толщей льда и снега. Лучше запечатать дверь от греха подальше. Замерзшие твари там повсюду.

— Что будем делать? — Эрметт вопросительно посмотрел на меня.

— Предлагаю осмотреть другие ловушки. Здесь оставаться опасно, как бы заманчиво ни выглядели уютные комнаты, кровати и прочие удобства. Настораживают клыкастые соседи.

— А что с соседями не так? — удивилась Нелринья. — Без тебя дверь никто не откроет. Покои предназначены для главы, так что проход будет под постоянным присмотром. Другим знать о нем необязательно.

— Верно! Я рассуждала аналогично, пока не заметила одну особенность. Кто-то столетиями поддерживал идеальную чистоту в помещениях. Бытовые артефакты? И где они? Заметила хоть один? Откуда берется магия? Я допускаю, что порядок навели последние обитатели перед уходом. Однако, как объяснить это? — указала на лужицу талой воды, которая высыхала на глазах.

— Похоже, на действие бытового заклинания, — возразила девушка. — Ничего удивительного. А долговечность древних артефактов известна. Вероятно, здесь задействовали хороший накопитель. Мы же в Зельдарине, где рождается «Сияние гор».

— Ну, не знаю, не люблю странности. Предчувствия еще ни разу не подводили. Предлагаю устроить проверку. Пока будем осматривать другие ловушки, оставим здесь живую тварь. Если с ней ничего не случится, так и быть, поселим людей.

— Одобряю, — поддержал Эрметт. — Предчувствиям стоит доверять.

Покинув странное убежище древних, мы отправились дальше. Как раз и подходящая жертва выскочила навстречу, оглушая деморализующим визгом. Только вреда он уже никому не наносил, а упитанный крийс как раз подходил нашим целям. Потратила на него дозу яда древесной лягушки, чтобы погрузить в оцепенение. Затем мы запихнули монстра в пространственное хранилище, вернулись к ловушке и оставили крийса внутри. Заперли в пустой кладовой, чтобы не устроил тут беспорядки, когда действие парализующего вещества ослабнет.

Следующий пространственный карман располагался вблизи шахты, где Габброны занимались добычей металлов. Внутри отвратительно воняло мертвечиной, а помещение было забито сгнившими скелетами монстров. И никаких излишеств с жильем и бытовыми изысками. Зато сразу понятно, что этой ловушкой до последнего пользовались по назначению.

— Запустим сюда мурид, чтобы почистили помещение и заодно расплодились в благоприятных условиях, — предложила я. — Думаю, вы уже прониклись мыслью, какие это бесценные тварюшки.

Возражений не последовало. Калим с Нимернисом отправились по уже проторенному маршруту, а мы с Эрметтом и Нел взялись осмотреть пещеру с шурфом и близлежащие тоннели. Не успели приблизиться к месту выработки, как из глубины шахты послышался жалобный голос, зовущий на помощь.

— Неужели кто-то выжил? — Эрметт тут же устремился к темному зеву гигантского провала, уходящего на немыслимую глубину.

— Стой! — поначалу я тоже поддалась порыву спасти людей. — Эрметт, остановись немедленно! — рявкнула, потому что зельг меня не слушал. — Нелринья, не приближайся к шахте. Это приказ! Помоги задержать упрямого барана, спешащего на заклание.

Эльфирка не привыкла обсуждать приказы и бросилась наперерез парню. Но тот отмахнулся от девушки. Да так, что она впечаталась в стену и расшибла лоб до крови. И это в тоннелях, где водятся твари! Медлить было нельзя. В Габброна полетела игла глирха с парализующим ядом на острие. Не добежав до края пару метров, Эрметт рухнул, как подкошенный.

— Оттащим подальше! — подхватила тяжеленного зельга под руку, а тоненькая Нелринья подлезла под вторую.

Габброн весил, как обожравшаяся габба. Чуть не надорвались, пока волокли парня к выходу. Прежде над шурфом были надстроены мостки с переходами, по краям еще торчали столбы, зачарованные магией и вмурованные в пол. Когда-то к этим опорам массивными металлическими тросами крепились спусковые платформы. Два подъемника годами опускали вниз рабочих и доставляли наверх выработанную породу, пока на третий уровень не заявились монстры. Мощные основательные конструкции твари выдрали с корнем. Остатки механизмов покоились теперь на дне шахты. Никто не выжил бы в таких условиях. С нижних уровней наверх постоянно лезли голодные чудовища.

— Помогите! — отчетливо донесся жалобный голосок.

У меня мороз пошел по коже от осознания, что где-то там страдает беззащитное существо.

— Тай, мы не можем ее бросить, — взмолилась побледневшая эльфирка. — Пожалуйста, отпусти меня. Я одним глазочком посмотрю, кто там, и сразу вернусь.

— Нельзя! — процедила, еле справляясь с желанием поддаться зову. — Зов! Ну, конечно! — сообразила я. — С его помощью монстр заманивает добычу. Сама подумай: голос тонкий, принадлежит женщине или подростку. Как бы она там выживала столько времени? Это невозможно! Значит, кто-то использует хитрость, чтобы жертвы сами спешили в ловушку.

Я не понимала, как противостоять поглощающему желанию броситься в шахту и достать оттуда человека. Эрметт, хоть и не мог пошевелиться, но бешено вращал зрачками и покраснел от натуги. Эльфирку держал приказ, но ее также раздирала внутренняя борьба. Что ж там за тварь такая, способная отдавать ментальные приказы? Осознание ситуации помогало бороться с возрастающим желанием подчиниться зову. Голова нещадно ломила, в висках пульсировала тупая боль. Лучшим средством от любых хворей я считала печень. Достала ту, что досталась от королевы мирцинов, отрезала кусочек, закинула в рот и принялась яростно жевать. Полегчало. Боль сразу отступила и чужое воздействие ослабло.

— Ешь! — Нелринье предложила печень воина-мирцина.

Еще бы Эрметта подлечить. Учитывая, степень угрозы, о которой я прежде только в учебниках читала, решила поделиться с парнем королевским лекарством. В будущем Габброну пригодится способность сопротивляться ментальному воздействию. Только накормить парализованного зельга оказалось проблематично.

Эрметт крепко стискивал зубы и яростно сверкал глазами, давая понять, что не подчинится. Я лихорадочно размышляла, какая сила заставила бы его передумать. Вариантов было не так много. Начала с простого.

— Извини, друг. Так надо! — прожевала мясную кашицу, сплюнула на ладонь и попыталась пропихнуть зельгу в рот. Однако ничего не получилось. Только размазала кровавое месиво по губам и подбородку. — Печень придаст сил и вернет контроль над телом, чтобы ты помог человеку, попавшему в беду, — попробовала схитрить, но Габброн не поддался на уловку.

Оставался последний способ, и мне бы не хотелось к нему прибегать. Но, ради спасения друга, чего только не сделаешь. Я откусила крохотный кусочек, измельчила зубами до кашицы, после чего приникла к губам Эрметта и поцеловала. Возникло ощущение, будто прикоснулась к каменной статуе.

Если до этого Габброн пытался вернуть контроль над телом и багровел от натуги, преодолевая скованность мышц, то теперь оцепенел изнутри. Бешеный взгляд зельга постепенно сменился на удивленный. Жесткие сцепленные губы сделались податливыми, мягкими. Благодаря целительному составу, размазанному по губам и подбородку, нижней части лица вернулась подвижность. Я это сразу почувствовала, когда сумела углубить поцелуй.

Эрметт не мог пошевелиться, выразить протест или одобрение, только смотрел. И смотрел так, что вгонял в краску укоряющим пронзительным взглядом.

Рааду, что я делаю? — пронеслось в голове. — Он же не подумал, будто я этого хочу? Что, вообще, с ним творится? Мы же друзья. И я целую только затем, чтобы спасти от ментального зова подлой твари, засевшей в шахте. Габброн ведь не может этого не понимать? Отчего же глядит так, что в душе все переворачивается? Неужели, влюбился? Непохоже. Но, что, если ошибаюсь? Как же не вовремя все случилось! И неправильно все. Не хочу я терять доверительные и теплые отношения, которые между нами сложились.

Сопротивляться Эрметт перестал, расслабился. На поцелуй не отвечал, и от этого я ощущала себя совратительницей, нагло пристающей к невинной жертве. Что ж, отступать некуда, необходимо завершить начатое. Я воспользовалась замешательством парня, пропихнула языком разжеванную смесь, затем резко отпрянула и накрыла его рот ладонью. Не самое приятное завершение поцелуя. Но ведь он и не был рассчитан на получение удовольствия. На лице Габброна отразилась детская обида.

«За что ты так со мной?» — немым упреком читалось в глазах.

— Извини, ничего другого, чтобы тебя накормить, не придумала. В шахте засела тварь, которая заманивает жертв, копируя человеческие голоса. Мы слышали зов и с трудом избавились от подчинения. Ты бы погиб, если бы не обездвижила. Печень поможет сопротивляться воздействию. Не воспринимай мои действия иначе, чем попытку помочь. Это вынужденная мера.

Парень медленно прикрыл веки и тут же разомкнул их, давая понять, что правильно меня понял. Вот и славно. Вот и хорошо. Я выдохнула с облегчением. Взгляд невольно упал на эльфирку, которая тут же отвернулась. Заметила блеснувшую на щеке слезинку.

Ох! Она неравнодушна к зельдаринскому увальню? Похоже, я невольно задела чужие чувства?

Но это ведь не из прихоти или тщеславия. Речь шла о жизни Эрметта, так что оправдания тут ни к чему. Нелринья слышала все, что я сказала. Надеюсь, остынет немного и поймет, что спасала парня.

— А что тут происходит? — вовремя появился Нимернис в компании Калима.

— Помогите! — в пещере вновь раздался жалобный стон.

— Стоять! — рявкнула на парней. — Помощь никому не нужна. Это уловка твари, засевшей в шахте. Быстро ешьте! — достала печень мирцинов. — И давайте оттащим Эрметта подальше. После разберемся, что за монстр тут объявился.

Печень укрепила нашу связь с сендарами, а Калима держала кровная клятва, так что ребята успешно сопротивлялись зову и не рвались навстречу погибели. Монстра следовало уничтожить, пока не натворил бед. Однако прежде требовалось выяснить, с кем имеем дело. Мы подобрались к шахте с разных сторон, готовые в любой момент отступить. Нимернис зашвырнул в темный провал старый световой артефакт. Падая, тот высветил стены с бороздами когтей, выбитыми кусками камня и бурыми потеками крови. Исчез светильник внезапно, так и не достигнув дна. Перед этим мы увидели нагромождение из челюстей, клыков и щупалец. Непонятное нечто застряло внутри и блокировало собой шахту. Если бы кто-то рискнул спуститься, чтобы помочь несчастному, зовущему на помощь, то отправился бы прямиком в раззявленную пасть гигантского монстра.

— Ну, как? Кто горит желанием накормить собой тварь? — поинтересовалась у парней, доказывающих последние полчаса, что мы обязаны проверить, вдруг там действительно человек погибает.

— Что за мерзкая дрянь? — Нелринью передернуло от отвращения.

— Знать не желаю! — фыркнул Ним.

— «Надо ее убить!» — жестами показал Калим.

— Кто ж спорит? Раз надо, значит, убьем, — я вздохнула, прикидывая, каким оружием воспользоваться. — Есть идеи?

— Ничего толкового в голову не приходит, — признался сендар. — Древним кинжалом не воспользуешься. Для этого придется приблизиться к твари на расстояние удара. Вариант, в котором ненасытная глотка успевает тебя заглотить, нас не устраивает. Любое другое оружие застрянет в туше. Даже если изловчиться и метнуть «Поглотитель», нет гарантии, что в агонии монстр не утянет клинок на дно. Где потом искать будем? Нельзя терять единственное оружие, способное убить темного короля.

— Верно, — кивнула, соглашаясь с цепочкой рассуждений. — Тогда остается единственный безопасный способ. Накормим тварь грибочками, колония которых разрослась в замурованных камерах муравейника, и обезопасим эту часть пещер. Мы не знаем, насколько крепко застрял монстр в шахте. Если заклинило крепко, то грибная колония быстро разрастется, заполоняя собой выход на поверхность с нижних уровней. Нам останется только создать заградительный барьер из мурид, которые не дадут спорам вырваться за пределы шахты.

Простой и действенный план ребята поддержали единогласно. Соорудив для Эрметта волокушу из панциря плавуна и веревок, хранившихся в тайнике Нима, потащили друга к убежищу. На сегодня наш обход завершился. Перед уходом мы запустили живых мурид в убежище древних, одновременно расчищая пространство возле входа и управляющей панели. Я перенастроила время так, чтобы внутри оно текло гораздо быстрее, после чего поспешила на выход. Надеялась, к завтрашнему дню природные чистильщики справятся с поставленной задачей.

В лагере зельги перепугались, завидев главу в беспомощном состоянии. Но мы их быстро успокоили, что к завтрашнему дню Габброн придет в себя. Заодно рассказали, какая подлая тварь засела в шахте. Вслух я не озвучивала, но и без того было понятно, что голоса монстр копировал у жертв, которых успел сожрать. Новость о монстре вновь напомнила о невосполнимых потерях и трагедии, разыгравшейся в поселке недавно.

Остаток вечера и большую часть ночи мы потратили на разбор мирциновых проходов. Привлекать насекомых к этому делу поостереглась. Их не так много осталось, чтобы рисковать безотказными помощниками понапрасну. Могли ведь нахвататься грибных спор и погибнуть, а нам шестиногие союзники еще пригодятся. Так что самим пришлось вскрывать заблокированные отсеки и вытравливать колонию мицелий внутренностями мурид.

За один только день мы вдвое сократили поголовье этих полезных тварюшек. Я уже сбилась со счета, сколько раз Калим наведывался в пещеру и собирал прячущихся в темноте многоножек. Мы даже рискнули наведаться в дальнюю часть пещеры, где зельги разводили съедобные грибы. Хоть какое-то разнообразие в рационе.

Утром я поднялась пораньше и отправилась к озеру, проверить состояние шкур. Заодно размяться решила, чтобы не терять форму. Телохранители молчаливо последовали за мной, а вскоре нас догнал Эрметт, с которого спало оцепенение.

— Спасибо, Тай. Ты снова меня спасла. Сам не понимаю, что на меня нашло? Как мог повестись на обман? Очевидно же, вне убежища никому из зельгов не удалось бы выжить, — поблагодарил он.

В поведении парня не было даже намека, что вчерашний поцелуй что-либо изменил. Словами не передать, какое испытала облегчение.

— Тварь воздействовала на разум, — я кивнула, с улыбкой принимая благодарность. — И один только этот факт говорит о коварстве монстров, живущих на нижних уровнях. Я накормила тебя печенью королевы мирцинов, которая позволит сопротивляться внушению. Держи еще кусочек! — поделилась дополнительной порцией. Помимо этого, отдала печень воинов. — А этим накорми мужчин и самых близких зельгов, чтобы между вами образовалась крепкая связь. Вы будете лучше чувствовать друг друга даже на расстоянии. А еще ты удержишь людей от непоправимой ошибки, если им не достанет сил сопротивляться ментальному приказу.

Печени я дала с таким расчетом, чтобы хватило на всех членов клана. С кем поделиться ею, а с кем нет, предстояло решать Габброну. Он правильно понял, отчего ему достался кусочек от королевы, тогда как остальным от воинов и рабочих особей. Поблагодарив за щедрый дар, парень поспешил вернуться в поселок. Там, кроме массового сеанса сыроедения, глава клана устроил собрание, результатом которого оказался не менее щедрый ответ.

— Таурелия, прими в знак благодарности и признательности наш подарок! — Зельг взял мою ладонь и высыпал на нее содержимое мешочка, извлеченного из-за пазухи.

— Эрметт, ты что? — растерянно уставилась камни, сверкающие и переливающиеся от малейшей искорки света. — Это дорогой подарок. Я не возьму. «Сияние гор» — достояние клана, которое позволит вам обустроиться на новом месте и безбедно прожить несколько лет, пока не окрепнете и встанете на ноги

— Прежде необходимо выжить, а потом уже пользоваться ресурсами, — напомнил парень о главной проблеме. — К тому же, камни хранят в себе запас магии. Она понадобится для активации артефактов. Ты обещала, что сошьешь костюмы для воинов. Никто, кроме тебя, не способен это сделать. Что толку от сокровищ? Золотом и драгоценными кристаллами от монстров не откупишься. Больше мне нечем расплатиться за работу.

— Но я…

— Тсс! — указательным пальцем погрозил в воздухе, чтобы не смела возражать. — Я знаю, ты не ради денег стараешься. Однако я тоже ценю жизни членов клана превыше каких-то камней. «Сияние гор» наполнено необходимой тебе магической энергией под завязку. Так что это наш посильный вклад. И вот еще что, на собрании мы обсудили вопрос дальнейшего будущего. Клан принял единогласное решение последовать за тобой на четвертый уровень и дальше, куда бы ты не пошла.

— Эрметт, зачем? Экипировку я и так сделаю, раз обещала, — растрогалась до слез. — Вы сильно рискуете, отправляясь со мной. Там слишком опасно.

— Поэтому я прошу создать пространственный артефакт, где люди могли бы пережидать сложные участки пути. Вот! — добавил к двум кристаллам еще один, поменьше. — Семейный талисман, добытый еще прапрадедом Тауком Габброном. В твоих руках он принесет больше пользы людям, нежели будет лежать мертвым грузом. Позволь внести лепту в общее дело.

Я приняла подарки, язык не повернулся отказать другу. Тем более, Габброн верно подметил, что для активации артефактов потребуется магия. Да и мастера, способного их создать в походных условиях, пойти еще поискать. В пещерах, отрезанных от мира, ценность подобного дара измерялась человеческими жизнями. Эрметт прав, указывая, что это их посильный вклад в собственное будущее и безопасность каждого члена большой семьи. Что ж, я приложу все усилия, чтобы у Габбронов была надежная защита.

Последним доводом в пользу того, что оставаться в поселке небезопасно, послужила проверка первого убежища с комфортными условиями проживания. Крийс, которого я заперла в кладовке, бесследно исчез. От монстра ни рожек, ни ножек не осталось. При этом на полу виднелись борозды от когтей. Тварь будто бы боролась? С кем или с чем? Теперь судьба последних обитателей вызывала нешуточную тревогу. Неужели, кто-то перенастроил систему руноглифов в убежище таким образом, что она восполняла потраченные ресурсы за счет постояльцев? Что ж, для уничтожения останков подобный метод ничем не хуже других. Но жить в таком месте клан Габбронов не будет.

Следующие пару дней слились в бесконечную череду кропотливой работы над артефактами и костюмами. Убежище возле шахты я использовала для просушки шкур. Муриды сделали свое дело, вычистили лежалые пласты погибших тварей. Еще и расплодились так, что кишели внутри замкнутого пространства. Но мы предвидели подобный результат, поэтому поместили тварюшек в предварительно освобожденные пространственные хранилища. Часть особей пошла на выделку хитина и кожи, а остальных перенесли в пещеру возле коллектора. Там их легче было удерживать и контролировать.

Зельги всем кланом участвовали в выделке шкур, взвалив на себя тяжелый труд. Они выполаскивали неподъемные части сырицы в озере, тащили их к шахте и растягивали внутри бывшей ловушки. Пока готовили следующую партию, предыдущая уже просыхала для повторного этапа обработки. Нам пришлось ударно потрудиться, зато за сутки подготовили шкуры к использованию. Я руководила процессом и отслеживала течение времени в убежище. А еще отлавливала зельгов по одному и снимала мерки для костюмов. Раскройку деталей производила уже внутри убежища, куда перенесли из поселка удобные столы, стулья, инструменты и лежанки для отдыха. Количество помощников сократилось до троицы телохранителей, брата и сестры Нальниров, девушек-зельгов и подростков, перенимающих опыт раскройщиков.

В убежище пролетело три дня, пока наносили выкройки на материал, после вырезали, а то и вырубали детали будущих костюмов. Хитин не поддавался никакому оружию, кроме рога чербиса. С гораксом та же история, а чешую гадары пришлось пробивать ее же клыками. Вот где мужская сила пригодилась. Калим, Нимернис и Белфорд только этим и занимались. Кимер и Киб, сыновья Фимора, мастерили пластины для будущей брони из полукруглых панцирей мирцинов. В той части муравейника, которую поглотила грибница, мы нашли больше тысячи единиц такого материала. Мальчишкам помогала Эбби, дочка воина Шана, и Хетти, единственный выживший ребенок Грида. За время, проведенное в убежище, я лучше узнала ребят, у каждого из которых имелась грустная страничка прошлого. Зельги постарше Синна, Шанта, Килла и Корри под присмотром Дафны кроили более податливые материалы. Я неизменно приглядывала за ходом работ, попутно варила клей для швов и готовила чернила, которыми наносились руны. Ну и, конечно же, работала над будущими сокровищами — пространственными артефактами.

Самыми удобными в использовании были пояса и наручи. Первый удачный опыт показал, как разбить тайник на отделения для хранения зелий, продуктов, трофеев и прочего добра. У меня даже вопроса не возникло, какую форму примет будущий артефакт. Эрметту потребуется много места, чтобы спрятать членов клана вместе с их пожитками. Пояс для парня сшила широкий, добротный, из кожи гадары, с петлями для крепления оружия и надежным замком. Пряжку смастерила из черепа мирцина, жвалы которого выпирали вперед и замыкались полукольцом.

Себе я выбрала вариант пояса-корсета, подчеркивающего талию и одновременно прикрывающего поясницу и живот. Он, кстати уже округлился, но пока еще сильно не бросался в глаза. За счет шнуровки в дальнейшем я смогу регулировать объемы. Для походов в Иринтал такой вариант будет более надежным. А на то время, пока округляюсь в талии, новый артефакт спрячу внутри старого. После родов, наоборот, сумка перекочует в пояс и не будет привлекать внимания.

Работа кипела днем и ночью. Шутка ли, обеспечить экипировкой двадцать пять человек. Но со взрослыми проще, они меняться не собирались, а вот с подростками сложнее предусмотреть изменения фигуры. Собственно, практичные модели одежды, способные трансформироваться при помощи нехитрых манипуляций, люди уже давно придумали. Так что мне осталось только применить знания на практике.

Прямые штаны с вытачками на поясе и возможностью подворотов штанин, рубашки с длинными рукавами, воротником-стойкой и шнуровкой спереди выполняли роль поддоспешника. Поверх на манер бронежилета надевались жесткие конструкции из хитина, закрывающие грудь и спину. Они крепились по бокам прочными ремнями. К костюму прилагался пояс, наручи, наплечники, перчатки, сапоги с высокими голенищами и устрашающие шлемы. Черепа мирцинов с зубами и жвалами, вытравленные в кислоте до белого цвета, крепились на головные уборы, созданные из двух полукруглых панцирей, и заодно придавали конструкции прочности.

Справившись с заготовками, мы выбрались из убежища. Требовалась примерка и подгон костюмов по фигуре. На этом этапе еще можно было добавить детали или что-либо изменить.

Снаружи вместо трех дней прошло не более трех часов, которые воины потратили на осмотр территорий, а женщины на готовку.

Сытно покушав, я перешла к примерке, после которой забрала с собой часть готовой еды, чтобы лишний раз не отвлекаться, и ушла в убежище на неделю. Меня по-прежнему сопровождали телохранители, но из помощников присоединились только Нальниры. Настал черед наносить руноглифы на изнаночную сторону изделий. Это скрупулезная и ответственная часть подготовки шкур, не терпящая ошибок и невнимательности. Недели не хватило на обработку такого количества костюмов. В условленный срок я сделала перерыв в работе и покинула убежище, чтобы Эрметт и зельги не волновались. Пополнила запасы, развеялась немного, даже искупаться сходила к озеру.

Месяц ежедневного кропотливого труда ушел на то, чтобы нанести руны, перепроверить каждую закорючку и соединить детали одежды. Устала жутко, зато выполнила обещание. Помощники вымотались не меньше моего. Еще сутки мы отсыпались, прежде чем выйти из убежища и порадовать зельгов обновками.

Над пространственными артефактами я корпела самостоятельно и в одиночку доводила их до готовности. Оставался последний этап — наполнения рун магией.

За месяц работы у меня было время продумать, в какой последовательности активировать артефакты. Экипировка, сшитая из хитина и шкур тварей, сама по себе была защитой. Магия напитывала руноглифы силой, спаивала швы и придавала изделиям дополнительной крепости. Пространственные артефакты без магической составляющей ничего не стоили, тогда как костюмы могли подождать благоприятного момента и сослужить добрую службу уже сейчас. Поэтому первым я планировала активировать пояс Эрметта.

Внутри убежища применять магию поостереглась, чтобы сэкономить резерв, расходуемый в двойном размере. Ну а снаружи использование дара непременно спровоцирует нападение. Вместе с Габбронами и телохранителями мы выработали план действий.

Сразу после активации следовало покинуть поселок, поэтому заранее перетащили вещи в убежище. Пространственные хранилища сендаров частично освободились от трофеев, так что зельгов отправили в тайник. Эрметт, Дафна и эльфиры страховали меня на случай, если не хватит резерва. Оставшиеся воины контролировали подходы, чтобы твари не сожрали нас прежде, чем я завершу работу. Устроились мы на окраине Габерса в уцелевшем после нападения тварей доме.

На активацию двух поясов ушел резерв крупного адаманта. И это при том, что в походе я редко применяла магию и без острой необходимости не расходовала собственный запас сил. Его тоже потратила, пока наполнила плетение энергией. Монстры в любом случае скоро нагрянут, так что я задействовала оставшиеся камни, чтобы зачаровать экипировку для Нимерниса, Нелриньи и Эрметта.

Кожа гадары после выделки стала невероятно мягкой, невесомой и приятной на ощупь. На остроухих телохранителей костюмы сели, как влитые. Поскольку такие вещи надевались на голое тело, если не считать тонкого нижнего белья, то поверх эльфиры накинули привычную экипировку сендаров. Внешне ничего существенно не изменилось, зато ребята сделались невидимыми для тварей и практически неуязвимыми.

Экипировка Габброна, наоборот, напоминала наряд могучего викинга. Шипастая кожа габбы, выбеленные щитки из панцирей мирцинов, черепа, массивный пояс из змеиной кожи. Вместительностью новый артефакт переплюнул четыре наших вместе взятых. Зато теперь зельги, их вещи, казна и припасы хранились у главы. И у него еще прорва свободного места под трофеи осталась.

Эрметт в обновках сиял, как новенький золотой. А уж как соклановцы радовались, называя артефакт реликвией, которая положит начало новой эпохи, словами не передать. Парень в порыве благодарности сграбастал меня в охапку и закружил. Когда я уже взмолилась, что меня укачало, бережно опустил на пол и расцеловал в обе щеки. А потом на радостях и с Нелриньей тот же трюк проделал.

— Повезло вам с хозяйкой! Берегите ее! — наказал девушке строго. — Я и сам буду защищать Тай, сколько потребуется. Но и вы с братом смотрите в оба!

Для восстановления сил после магозатратной процедуры я глотнула эликсира и сжевала кусочек печени. Затем мы в спешном порядке направились к убежищу с припрятанными вещами, а по дороге заглянули в пещеру с муридами. Обчистили ее дочиста, оставив только парочку взрослых особей и десяток молодняка для размножения. Затем зельги перекочевали в пространственное хранилище Эрметта, как и весь их скарб, после чего мы малым составом помчались к запечатанному отрезку подземелий.

Белфорду следовало вернуться в клан, чтобы донести важные новости, а мы планировали воспользоваться спуском на четвертый уровень, пройти через старые тоннели и выбраться из Зельдарина.

Выход из заблокированной части подземных переходов и пещер, который в прошлый раз преодолевали с помощью ледяной магии, кишел тварями и буйством грибов. Монстры, мчавшиеся на сладкий и манящий запах магии, попадали в грибную ловушку и погибали. Колония тихой смерти стремительно разрасталась. Однако же наши любимые муриды запросто уничтожали растительных хищников. Мы косой прошлись через заросли грибницы и сразу же схлестнулись с выползнями и слизнями. Сендары отличились, в кои-то веки выступив в авангарде. Мало ни одной ползучей мерзости не показалось. Добыча из слизней никакая, так что, расчистили путь и бегом двинулись дальше.

Благодаря артефактным серьгам, я безошибочно находила дорогу, а интуиция заранее предупреждала об опасности. В Зельдарин я теперь не скоро вернусь, поэтому забрала уцелевших мирцинов с собой. Насекомых поместила к Калиму вместе с последней кладкой, где ожидала своего часа новая королева.

Белфорда мы проводили до развилки, которая вела на второй уровень в земли клана Нальниров. Клятву о соблюдении тайны зельг принес, поэтому я не боялась опускать парня, узнавшего столько секретов. Через зельга я передала весточку в Атарон для Лаэрта на случай, если наше путешествие затянется. Думала, что Дафна уйдет с братом, но воинственная девушка изъявила желание пойти с нами.

— Почему? — возник логичный вопрос. — Ты ведь уже доказала отцу и клану, что хотела, добилась уважения. Скоро вам предстоит защищать родные пещеры от нашествия монстров. Ты им нужна.

— Нет! — тряхнула головой упрямая зельга. — Защитников в Зельдарине хватает, а меня ничего хорошего дома не ждет. О заслугах быстро забудут и выдадут замуж, чтобы скрепить союзнические договоры. Не хочу! Белфорд и без меня передаст новости и раскроет глаза на деяния старейшины Двара. Я чувствую, что мое место рядом с тобой. Твоя миссия намного важнее. И тебе необходимы преданные люди, на которых ты можешь опереться. Я готова принести клятву верности хоть сейчас.

— Оставайся, прогонять я никого не собираюсь. — Решение Дафны меня удивило. — Но обязана предупредить, что скоро отправлюсь в поход, из которого многие не вернуться.

— Я понимаю риски, — ничуть не испугалась зельга. — Зато я стану воином и буду бороться с чудовищами, как и мечтала с самого детства.

— Что ж, в таком случае, поспешим. Я слишком загостилась в Зельдарине.

Запечатанный зельгами проход на четвертый уровень ничем не отличался от других. Те же руны, скрытые механизмы и тяжелые каменные створки толщиной в метр, а то и полтора.

Из коридора, ведущего вглубь четвертого уровня дохнуло затхлостью и пылью. Выждав полчаса, пока свежий воздух наполнит тоннели, мы двинулись в путь. Передышку я использовала с толком, настраиваясь на подземелья и точку выхода. Я хотела попасть как можно ближе к Атарону или другим жилым землям Мирильсинда. Помимо этого, держала в уме путь, проделанный королевой мирцинов в поисках безопасного убежища. Особенно меня интересовал заброшенный поселок, в котором наверняка сохранилось что-нибудь древнее и полезное. Насекомые проходили через него незадолго до того, как подняться на третий уровень. Выбрались они через шахту, которую теперь перекрыл поверженный монстр. Надеюсь, он там надолго застрянет. А дальше уже грибы разрастутся и заблокируют лазейку. Чем меньше тварей доберется до обитаемых городов Зельдарина, тем больше зельгов переживет темные времена.

Тоннели, по которым мы углублялись под землю, чередовались крутыми спусками и прямыми участками пути, испещренными пещерами и странными норами. Меня настораживали гладкие отверстия, похожие на червоточины. По ним передвигалось что-то узкое и зубастое. Я не бралась определить, чем обработаны гладкие края кротовых нор. И уж точно не горела желанием сталкиваться с теми ползучими гадами, которые их проделали в скалах.

На спуск ушло больше четырех часов безостановочного хода. Двигались мы размеренно и бесшумно, предпочитая подольше оставаться незамеченными для тварей. Костюмы из шкур делали нас невидимыми для встреченных монстров. Мы уже избежали схватки с двумя десятками габб таких размеров, что можно весь Эльзиор накормить мясом. Крийсы тоже водились на порядок крупнее и опаснее. Гадары попадались реже. Они таились в тех самых червоточинах и выползали на звук шагов, улавливая вибрацию движения. С такими монстрами расправлялись молча, отдавая на откуп «Поглотителю». Туши тут же исчезали в пространственных тайниках, а малейшие следы крови зачищались внутренностями муриды.

Наверное, от ощущения нависшей опасности, я тоже превратилась в слух. Тишина в подземельях стояла оглушающая. Иной раз казалось, что стук собственного сердца способен привлечь чужое внимание.

Помимо угрозы со стороны монстров, на мозги давила тяжесть каменной громадины. Мне становилось дурно от одной только мысли, какая неподъемная масса камней возвышается над головой. Если по какой-либо причине скалы обрушатся, от нас мокрого места не останется. Хотелось поскорее выбраться туда, где есть небо, и свободно гуляет ветер.

Иногда нам попадались пещеры, где сохранились следы деятельности человека. Места стоянок с закаменевшими от времени деревянными лавками и очагами, обломки орудий труда и остатки тачек для перевозки породы. Полезной находкой оказалась каверна с черной булькающей жижей. Дафна и Эрметт уверенно опознали милэрит, которым горняки заправляли специальные лампы и использовали для освещения. Лампы тоже валялись поблизости, но безнадежно испортились. Стоило только дотронуться до одной, как она моментально рассыпалась от ветхости. По свойствам и консистенции милэрит поразительно напоминал земную нефть.

Я предложила соорудить факелы, чтобы освещать дорогу. Сама давно привыкла к полумраку, а моим спутникам приходилось туго. Зелье ночного видения не давало долгосрочного эффекта. Его не рекомендовалось использовать больше одной дозы за один раз.

Остановившись на короткий привал у каверны, мы перекусили и заодно запаслись милэритом. Факелы из него получились, что надо. Вместо палок использовали бедренные кости крийсов, хоть какой-то от них прок. Тягучая черная жижа превосходно горела, оставляя чадящий след на стенах и потолке. Беспокоил момент, что огонь быстро выжжет пригодный для дыхания воздух. Но, к счастью, этого не случилось. Огонек весело подрагивал от присутствия еле уловимого ветерка.

Следующий отрезок пути мы преодолевали полдня. Чаще приходилось останавливаться, гасить факелы и прижиматься к стенам. Монстры попадались на каждом шагу. Я не сразу догадалась, что виной тому огонь, выделяющий тепло. Температура на четвертом уровне держалась на порядок холоднее, чем на третьем. Любое теплокровное существо для подземных обитателей служило сигналом к добыванию пищи.

Ох, не зря я месяц жизни потратила на пошив костюмов. Кожа гадары и габбы, хитин хорба и скорга надежно маскировали от алчных тварей, рыщущих в поисках добычи. Пришлось отказаться от факелов и двигаться в темноте. Наверное, только благодаря этому я заметила легкое мерцание на потолке очередной пещеры. Еле уловимое и какое-то непостоянное, сопровождаемое ощущением силы и опасности.

Я подняла правую руку, сжатую в кулак, призывая спутников замереть на месте. Затем указала на источник вероятного местонахождения тварей. Ко мне неслышно приблизился Эрметт и крепко стиснул плечо, давая понять, что хочет сообщить что-то важное. Мы отступили в тоннели и удалились, чтобы нас услышали твари.

— Что случилось?

— Я понял, что за тварь застряла в шахте. Вы описали монстра, как гигантскую глотку, унизанную клыками, поэтому я сразу не сообразил. Еще и ментальный зов окончательно запутал. Только к этой глотке прилагается такое же толстое тело, покрытое настолько ядовитой слизью, что разъедает камень.

— Эрметт, ты об оглохоре говоришь? — сообразила Дафна. — Они же мелкие, едва ли больше мурид, и не могли вырасти до таких размеров.

— Могли, если получили достаточно пищи, — возразил зельг.

— Но ты же видел норы, которыми пронизаны скалы? Их размеры невелики, как раз хватает для перемещения гадар, чувствующих себя там как дома. А это лишний раз подтверждает, что оглохоры вымерли. Будь по-другому, ползучие твари не сунулись бы в ядовитые тоннели.

— Стоп! — притормозила спор. — Кто такие оглохоры?

— Каменные черви, — вздрогнув от отвращения, пояснила зельга. — У тварей толстое и безголовое тело, на одном конце которого расположена глотка, способная раскрываться на ширину туши. Больше о них никто ничего не знает.

— Надеюсь, грибы сумели расправиться с мерзкой тварью, — невольно поежилась, представив, что она добралась бы до поселения раньше мирцинов. — Что тебя натолкнуло на мысль об оглохорах? — вопросительно посмотрела на Габброна.

— Зельдаринские легенды, в которых говорилось, что монстры селились рядом с месторождениями драгоценных камней.

— Значит, ищем обходной путь? Хищник слишком опасен, не будем связываться, — поспешила с выводами.

— Нет, Тай, ты не поняла, — Эрметт покачал головой. — Неизвестно, что привлекает червей к драгоценным жилам, но именно ядовитая слизь оглохоров превращает камни в редкое сокровище под названием «Сияние гор».

— Погоди! Не хочешь ли ты сказать, что в той пещере лежит куча ничейных накопителей? — Я ошарашенно уставилась на Габброна, переваривая услышанное.

— Великий Зелиар! — ахнула Дафна. — Это то самое месторождение, до которого мечтали добраться старейшины?

— Не уверен, но, похоже, что оно, — Эрметт кивнул. — Однако есть проблема — оглохоры.

— Значит, избавимся от тварей и пополним запасы камней, — подвела итог нашего разговора.

Отказываться от подобной находки не собиралась. Помимо денежной составляющей, значение имели магические свойства камней. А это увеличение собственного резерва, создание мощных артефактов, защитной экипировки и всего того, что понадобится для борьбы с темным королем. На поверхности люди из-за одного крошечного камешка убивали друг друга, а тут россыпи «Сияния гор» чуть ли не падали в руки.

Подумаешь, монстры!

— Тай, а ты не забыла, на что способны мерзкие червяки? — напомнила Нелринья о происшествии в шахте.

— Нет, — я задумалась. Такое забудешь, как же! — Полагаю, мы сами спровоцировали оглохора. Он услышал голоса и применил хитрость, чтобы приманить жертв. Монстр не один день проторчал в провале. Снизу его наверняка атаковали другие твари. Успешно или нет — другой разговор, но он явно тратил силы на борьбу. Сейчас сложилась иная ситуация. Сначала оценим обстановку и определим количество хищников, а потом уже придумаем способ, как от них избавиться.

Информацией о древних монстрах сохранилось до обидного мало. Прежде, обнаружив хотя бы одного хищника, горнодобытчики выслеживали, где расположено гнездо. Твари с завидным постоянством устраивались вблизи месторождений адамантов. Взрослую особь убить сложно, поэтому зельги придумали хитрость. Они делились на две команды и, пока одна выманивала тварь из логова, вторая пробиралась к месторождению и собирала трофеи. Однако оглохоры чувствительны к малейшим изменениям магического фона, поэтому в любой момент могли бросить погоню и вернуться.

Мы направились обратно к пещере, чтобы удостовериться в наличие накопителей и их грозных охранников. Экипировка, а также хитиновый плащ надежно укрывали от внимания монстров. Выбрав место для засады, вновь использовали световой артефакт, закинув его в центр пещеры.

Ребята заранее защитили глаза от яркого света. А вот тварь, обитающая в темноте с рождения, к такой неожиданности оказалась неготова. Вспышка озарила громадную махину, чья туша пролегала в выжженных скальных проходах, напоминающих крытую галерею. Сизая кожа моментально встопорщилась щетинками, послышался сухой треск. По кончикам ворсинок пронеслась молния, направленным импульсом разбивая несчастный артефакт. Помимо этого, из пасти вылетела струя бурой жидкости и, попав на камень, с шипением прожгла дыру.

Хм, слизь у твари имелась, тут Эрметт не обманул. Она обильно покрывала кожу и тонкие отростки, вырабатывающие электричество. Похоже, зельги не до конца изучили природу каменных червей. Либо они мутировали за тысячу лет, либо мы столкнулись с разными подвидами монстров.

Единственное, что оставалось неизменным, оглохоры в самом деле были неравнодушны к «Сиянию гор». Рискну предположить, что они же и вносили посильный вклад в появлении накопителей. Электрические разряды регулярно били в скальную породу. Как молнии, попавшие в песок, образовывали фульгурит, так и оглохоры изменяли природу зельдаринских гор, в которых рождались адаманты. А само понятие сияния, разве не от вспышки молнии произошло? В подземельях любой яркий свет воспринимается, как нечто ослепляющее и необычное.

Как же вытянулись лица друзей, когда я озвучила предположения! Ладно, сендары и Калим, которые не подозревали о существовании оглохоров и не разбирались в тонкостях добычи кристаллов, а вот у зельгов натуральный шок случился. Они же столько веков истребляли монстров, не подозревая, что тем самым лишали себя главного богатства. Взрослую особь сложно убить из-за размеров и ментальных способностей, но потомство не обладало толстой шкурой и навыками выживания, поэтому погибало от рук добытчиков.

— Что будем делать? — на языке жестов спросил Нимернис.

— Поохотимся? — я улыбнулась. — Сначала поймаем парочку живучих тварей, затем привлечем внимание оглохора и постараемся увести подальше от пещеры. Как только монстр уйдет, мы шустро соберем все доступные адаманты. Полагаю, кристаллы крепко засели в камнях, поэтому предлагаю не терять времени зря. Вырежем куски породы вместе с адамантами и закинем в тайник, а потом в спокойной обстановке извлечем драгоценности без повреждений.

— План хорош! — одобрила Дафна, и Эрметт кивнул соглашаясь. — А что с самим оглохором?

— А что с ним? — не поняла вопроса.

— Ты его убьешь?

— Зачем это? Накопителей много не бывает, поэтому пусть живет и создает как можно больше красивых камешков. На верхние уровни монстр вряд ли попадет, слишком крупный. Застрянет, как его собрат недавно. А пищи здесь хватает. Особенно с притоком новых тварей.

— Тай, в который раз поражаюсь твоей способности видеть в монстрах не чудовищ, нещадно истребляющих все живое, а обычных существ, приносящих пользу этому миру, — с уважением произнес Эрметт. — Сначала мирцины, которых мы считали воплощенным кошмаром. Теперь вот — оглохоры! Как это у тебя получается?

— Не знаю, — пожала плечами. — Само выходит. Каменные черви не виноваты, что вымахали до таких размеров. О предках и их способах добычи адамантов ты сам рассказал. Видно, древние зельги понимали, какая от монстров исходила польза. Может, потому и не убивали их, а всего лишь отвлекали внимание?

План с охотой мы разыграли как по нотам. Сначала выследили крийсов, благо их тут полно бегало. Из них получилась такая же глуповатая и визгливая приманка, как и из заршей. Мы не церемонились с ними, позволяли приблизиться на расстояние вытянутой руки, после чего забрасывали в пространственные хранилища. А дальше уже дело техники выпустить тварь в тоннели, расположенные в пределах досягаемости оглохора.

Оружия, способного пробить камень, у нас по пальцам пересчитать: секиры с паучьими жвалами, меч из рога чербиса и посох. В качестве загонщиков мы привлекли еще четверых зельгов, которых Эрметт извлек из пространственного кармана и ввел в курс дела.

— Тай, я могу открыть знания об оглохорах воинам? — еще и разрешения попросил. Хотя, может, оно и правильно. — Поверь, эта информация — тайна, которую нельзя раскрывать посторонним.

Разрешение я дала, разумеется, и ничего не потеряла. Да и любопытно было посмотреть на вытянувшиеся лица мужчин. А так, кому они расскажут? Все члены клана принесли клятву неразглашения.

Как только червь уполз, заслышав вопль подраненного крийса, мы с телохранителями ринулись собирать адаманты. Права я оказалась насчет вкраплений в камень и необходимости извлекать его из породы. Если бы выковыривали адаманты ручками, бережливо и осторожно, то провозились бы до возвращения хозяина пещеры. А так, срубили блоки, где сияли драгоценности, раскидали их по тайникам и спрятались в безопасное место, дожидаясь возвращения загонщиков. Поскольку зверь в пылу азарта далеко умчался, у меня еще хватило времени осмотреться и понять, что из себя представляет пещера, и какие из нее имеются выходы.

В узком тоннеле, где облюбовал себе лежанку оглохор, я обнаружила ответвление в боковую пещеру. Небольшую, явно созданную самим червем. И, как выяснилось, для конкретной цели — выведения потомства. В пещере я нашла разорванный кокон, где копошилась куча маленьких оглохорчиков. Смешные такие малыши, похожие на пушистые наэлектризованные сосиски. Щетинки еще не ороговели, были мягкими на ощупь и влажными от вырабатываемой слизи. Но уже неприятно жглись ядом и кусались слабыми зарядами тока.

Зельгам я о находке не рассказала и забрала с собой десяток малышей. Кто знает, возможно, получится в будущем создать для них такие условия, при которых твари регулярно снабжали бы редкими адамантами. Жалко будет, если популяция таких полезных монстров вдруг исчезнет.

Как только Эрметт вместе с командой вернулись, мы сразу отправились дальше. Не хватало еще, чтобы рассерженный оглохор ринулся в погоню. Удалившись достаточно далеко, мы услышали разобиженный рев. Ага, явились в дом незваные гости и нагадили на пороге. Зато накормили ненасытного монстра, и он даже ни разу не использовал ментальный зов. Возможно, потому что мы при нем не разговаривали вслух. А деморализующих воплей крийсов, поддельных или настоящих, уже давно никто не боялся.

Что ж, только ради «Сияния гор» и знаний о каменных червях стоило сунуться на четвертый уровень. А я еще планировала посетить старый поселок, который видела в воспоминаниях королевы мирцинов. И до него, судя по ощущениям, оставалось полдня пути.

Вытаскивать адаманты из породы на ходу не было возможности. Я пообещала, что при первом же удобном случае мы займемся этим вопросом и поделим богатства между участниками охоты. Сендары заметно повеселели, а у Дафны глаза загорелись в предвкушении особенного трофея. Как маг с небольшим резервом, я лучше всех понимала, каким подспорьем послужит такой накопитель. Вон, у Габбронов камни становились общим достоянием. Полагаю, в других кланах дела обстояли схожим образом. Учитывая сложности с добычей «Сияния гор», неудивительно, что их стоимость зашкаливала, и сами они считались великой редкостью.

Следующий короткий привал совершили вблизи озера с кристально чистой водой. Ополоснулись заодно, пополнили запасы и поспали пару часов. Сколько зелий не пей, а организму требовался отдых. Тем более, что эликсиры я экономила. Вот доберемся до Иринтала, насобираем свежих травок, раздобудем полезных ингредиентов, и я тогда сварю пару ведер восстанавливающего состава про запас. А пока экономили силы и придерживались выбранного курса.

По ощущениям, мы преодолели подземелья Зельдарина и достигли окраин. Где-то над нашими головами раскинулся пограничный городок Квиндл, в котором нас встречали с таким радушием. Возможно, через него держит путь гонец, отправленный кланом Нальниров в Атарон. Вряд ли он путешествовал в одиночку, а вот попутно с караваном, идущим в соседнее королевство, вполне мог себе ехать одновременно с нами.

Четверку воинов, которых привлекали к охоте, Эрметт вновь отправил в спячку. Так, экономились силы, продукты и сохранялась максимальная подвижность группы. Дафне я тоже предложила отдохнуть, но та готова была оказаться от трофеев, лишь бы не пропустить ни единого мига приключений. И я понимала стремление девушки увидеть подземелья четвертого уровня собственными глазами. В их клане не каждый воин похвастается, что спускался так глубоко. А она, девчонка, младшая дочка главы, уже и на габбу поохотилась, с мирцинами сражалась и участвовала в загоне оглохора. Но самое главное — увидела месторождение «Сияния гор». Дафна не жаловалась на усталость, бежала наравне со всеми, беспрекословно выполняла приказы, когда того требовала ситуация. Только слепой не заметил бы ее стремления влиться в нашу команду. Уверена, к концу этого похода, так и случится. Что ж, я ничуть не возражала, если в моем окружении станет на одного зельга больше. А то и на двух сразу, потому что Эрметт вел себя схожим образом. И в разговорах ни разу не упомянул, чем планирует заняться, когда выберемся из Зельдарина.

Развалины старого города открылись внезапно, как это бывает, когда преодолеваешь очередной тоннель и попадаешь в новую пещеру. Первое, что поразило, размеры подземного пространства и массивные искусственные опоры, удерживающие свод от обрушения. Даже навскидку не возьмусь определить площадь поселения. Черепичные крыши домов стелились по равнине, прилегающей к округлому водоему, поднимались ступенями на естественных возвышенностях, крепились ласточкиными гнездами к стенам и терялись в полумраке. Опорные колонны и потолочный свод покрывал слой фосфоресцирующего мха, благодаря которому пещера равномерно освещалась мягким приглушенным светом.

К сожалению, сами строения пришли в упадок и представляли собой жалкое зрелище. При ближайшем рассмотрении виднелись пустые провалы окон, разрушенные стены и крыши. Пятнадцать столетий подряд в древнем городе хозяйствовали твари. Повсюду виднелись доказательства их пребывания и признаки того, что хищники до сих пор здесь, только затаились в развалинах.

— Неужели это Старый Эльзиор? — восторженно прошептала Дафна. — Говорят, наша столица прежде находилась на нижних уровнях гор, и только после нашествия монстров ее перенесли на второй уровень.

— Хм, действительно, есть что-то общее, — согласилась, отмечая схожесть в расположении каменных опор и защитных башен в столице. — Предлагаю проверить здание ратуши, — указала на центральное здание, выделяющееся цельными стенами и зарешеченными окнами.

Ступив на мощеные улочки, покрытые битым камнем и вековой пылью, я испытала ни с чем не сравнимое чувство соприкосновения с древней историей. За минувшие века по этим дорогам ни разу не ступала нога человека. Среди нас только Калим отличался спокойствием и настороженностью, а от сендаров веяло благоговением перед старинным городом, как и от зельгов. Дафна источала чистый восторг и восхищение. Ступая осторожно, не создавая лишнего шума, девушка умудрялась касаться пыльных стен руками. Она поглаживала древние камни, сохранившие память о далеком прошлом, что-то шептала беззвучно, улыбалась. Что творилось с Эрметтом, сложно описать словами. От него исходило смятение, замешанное на бесконечном почтении перед древними предками, построившими город, и силой духа, позволившей отступить, пожертвовать всем ради будущих поколений.

Площадь возле здания ратуши покрывал толстый слой пыли, замешанный с костями жертв и каменным крошевом. Судя по выбитым кирпичам из кладки здания, следам зубов и когтей, последним жителям пришлось укрыться в башне без надежды на спасение.

Легкий шорох осыпающихся камней выдернул из состояния созерцания и моментально напомнил, что мы здесь не одни. Твари, согнавшие зельгов с насиженных мест, обитали здесь, поджидая добычу. Мы хоть и двигались тихо, но, видимо, недостаточно, потому что нас обнаружили. Я обомлела, когда на уцелевшую крышу соседнего дома взобрался монстр, сверкая огромными глазами на жуткой морде.

— Скорги! — помертвевшим голосом прошептала Дафна.

— Старые знакомые, — я гулко сглотнула, доставая из тайника посох с жалом на наконечнике. Точно такой, только поменьше размером, имелся у твари, рассматривающей нас с гастрономическим интересом. — Надеюсь, он тут один.

Как в насмешку, тварь издала стрекочущий звук, ответом на который стало появление еще десятка таких же опасных особей. Очевидно, нас заметил вожак, который оценил уровень опасности и позвал стаю на пиршество. Изо всех щелей полезли монстры размерами от крупной собаки до лошади.

— Дафна, ищи вход в башню. Если повезет, укроемся там. Остальные — в круг, прикрываем ее. Берегитесь ядовитого жала, противоядия нет. Бейте по глазам и сочленению головы с туловищем. Используйте паучьи жвалы или клыки гадары. Молодняку рубите хвосты и клешни. Не подставляйтесь под удар хвоста. Сами видели, на что способен посох. Посматривайте наверх, эти гады умеют передвигаться по отвесным стенам.

Первыми ринулись в атаку самые отчаянные, оголодавшие твари. Эрметт взмахом молота подкинул одну в воздух. Та кувыркнулась и шлепнулась на пол, а Нел прыгнула сверху, всаживая клык гадары до основания. В агонии монстр ударил хвостом девчонку, которая еле увернулась в последний момент. Кончик жала чиркнул по куртке из кожи гадары, оставляя царапину, но не причинил вреда. Дальше я уже не видела, что происходило. На меня летел, клацая жуткими жвалами, здоровучий скорг. Ринулась навстречу, выставив посох острием вперед, на которое тот и насадился, как на вертел. Кончик хвоста с набухшей и угрожающей поблескивающей каплей яда, метнувшийся вперед, чтобы меня достать, я отсекла мечом. Машинально отправила добычу в тайник, как и самого агонизирующего скорга.

Сообразив, что мелочь можно ловить живьем, телохранители изменили тактику. Сближались с монстром, наносили увечье, соприкасаясь с тушей, и тут же отправляли ее в пространственное хранилище. Первую волну мы отбили чудом. Причем, половина скоргов пополнила коллекцию ценных трофеев.

Но схватка на этом не закончилась. Вожак первыми пустил в расход молодняк. Матерые твари наблюдали за схваткой и сами готовились к нападению. Одна додумалась подобраться сверху. Ее выдала тень, неожиданно возникшая на полу. Сендары сработали щитом, закрывая меня собой, а Калим и Эрметт встретили тварь ударами секиры и молота. Над головой раздался звон и мерзкий хруст. Это столкнулись два оружия, заодно располовинив скорга, рухнувшего на пол. Трофеи тут же исчезли в закромах жадных до редкой добычи сендаров.

Вожаку явно не понравилось, как мы расправились с войском. Издав грозный звук, от которого кровь стыла в жилах, монстр ринулся в атаку.

— Нашла! — раздался радостный вопль Дафны. — Скорее сюда!

— Отходим! — я поспешила убраться от лавины скоргов, с которой у нас не хватит сил справиться. Поодиночке, еще возможны варианты, но не со всеми сразу.

Двери в ратуше открывались по схожему принципу блокировки уровней. В каменной кладке устанавливалась плита с отпечатком ладони, которая забирала каплю крови и срабатывала на магический импульс, подтверждающий, что чужак имел право здесь находится. Но как же медленно открывались заршевы створки! Молот Эрметта уже не сбивал монстров с ног, а причинял лишь временные неудобства. Паучьи жвалы рубили конечности только со второго или третьего удара, чем приводили скоргов в бешенство.

Наконец, каменные створки раздвинулись настолько, чтобы внутрь протиснулся человек. Первой пошла Нелринья. И то, получив приказ проверить, нет ли внутри еще монстров. Затем пришлось идти мне. Кинула посох Эрметту. Упрямый зельг с места не сдвинулся, пока я не оказалась в безопасности. Меч из рога чербиса передала Калиму, который тоже не спешил в укрытие.

Следом за мной протиснулась Дафна, за ней Нимернис. Последними заскочили два упрямца, сдерживающих основной натиск.

Едва оказавшись в помещении, я сразу бросилась к механизму, запирающему створки. На пару с Нелриньей нам удалось застопорить их и перевести режим на закрытие дверей. Однако скорги тоже ринулись следом. Из-за больших размеров они не пролезали в узкую щель, которая вдобавок начала уменьшаться. Твари мерзко стрекотали, упирались лапами в каменные блоки, стараясь их затормозить. Умудрились даже призвать мелочь, которая протиснулась внутрь. На бедолагу скорга разом обрушились секира, меч и посох, а в довершении его расплющило молотом. Вожак взревел от досады. Он остервенело рвался внутрь, удерживал каменные створки и не давал им схлопнуться. Я Нел и Дафна повисли на запирающем рычаге. Механизмы, замурованные в камень, натужно скрипели. Не дай Рааду, сломаются. Тогда точно не отобьемся.

— Рубите клешни! Бейте тварь по глазам! — крикнула парням, но они и сами сообразили, что делать.

Скоргу отсекли две конечности и пробили стрелой глазницу, прежде чем тварь отступила с отчаянным раздосадованным ревом. Двери в башне захлопнулись, отсекая звуки и погружая нас в темноту.

Первые пару минут слышалось только наше разгоряченное дыхание.

— Дафна, зажги световой артефакт, — попросила зельгу. — Все целы? Никто не ранен? Проверьте сразу, пока не стало поздно.

Вспыхнувший в помещении свет на секунду ослепил, после чего глаза адаптировались к освещению. Навскидку ребята не пострадали, но в пылу схватки иной раз не замечаешь мелких травм. Учитывая, с какими ядовитыми тварями мы столкнулись, нельзя было исключать вероятности, что им удалось кого-то достать.

— Вот, сволочи! Куртку испортили, — с досадой выдала Нел, рассматривая вспоротую полосу на коже гадары.

— Посмотрим, что можно сделать. Если пожелаешь, нашьем поверх прорехи кусок хитина. Куртка только плотнее станет.

— Здорово! А еще я посох хочу из шкуры той твари, которая посмела меня поцарапать.

— Мы теперь всех снабдим таким оружием. Наверняка пригодится. Нам еще выбираться отсюда, — напомнила, что за стенами ратуши остались взбешенные скорги. И не молодняк, который благополучно истребили, а матерые особи. — Эрметт, проверь, надежно ли заперты двери. Отдохнули, и хватит. Пора осмотреться, куда мы попали.

Каменные створы надежно перекрывали вход, а стены спасали от разрушения заклинания нетленности. Древние постарались, чтобы превратить башню в неприступную крепость. Просторный холл сохранил следы давних сражений. Сбитая лепнина на стенах, разрушенные полуколонны и обвалившаяся лестница на второй этаж. В подвальном помещении стояли металлические клетки. В некоторых сохранились скелеты скоргов, закаменевших от времени. Второй этаж представлял собой оборонительный рубеж. Остатки сгнившей мебели, лежанки, жилые комнаты. В отдельном помещении без окон обнаружили истлевшие останки последних защитников. Габброн забрал их с собой, чтобы предать погребению, согласно традициям Зельдарина.

Третий этаж башни занимали покои мага. Дверь и стены пестрили защитными заклинаниями. Повезло, что заряд магических накопителей, поддерживающих плетения, выдохся. Только поэтому получилось попасть внутрь. Эрметт срубил петли и разрушил часть стены, к которой крепилась дверная коробка.

В результате осмотра нелицеприятная вырисовывалась картина: пока внизу люди погибали под натиском тварей, некто отсиживался в магическом бункере. Однако не нам судить тех, кто оказался в ловушке посреди захваченного города. Возможно, у мага имелись веские причины так поступить. Если бы он не защитил комнату заклинаниями, вряд ли сокровища древних сохранились бы до наших дней.

Ценностей в комнате хватало. В королевствах эльфиров даже древний обломок табурета стоил мешок золота только потому, что сохранился до наших дней. А здесь мебель стояла нетронутой, на стенах висели картины, полки украшали статуэтки и резные канделябры. Разумеется, мы намеревались забрать все до последнего клочка.

Ребята занялись тем, что аккуратно складывали добро в пространственные карманы. А меня привлекли книги в застекленном шкафу. Большей частью там хранились учебники по магии зельгов и исторические летописи древнего королевства. На подобные раритеты я не претендовала. Пролистала их не спеша и передала Эрметту. Если понадобится, любую воспроизведу с точностью до последней закорючки. А вот книгу заклинаний эльфов с пометками на полях я забрала себе. Не удержалась и сразу открыла ее, вчитываясь в содержимое.

— Тай, посмотри, что я нашла! — отвлекла Дафна от изучения записей.

— Ого! — я подошла к зельге, умудрившейся снять со стены декоративное панно.

Девушка грубой силой выдрала украшение вместе с креплениями и нечаянно испортила тонкий механизм. Панно маскировало собой тайник и сдвигалось при помощи рычага, от которого остались жалкие ошметки. Зато на оголившейся стене обнаружилась управляющая панель. Похожая открывала древние ловушки с пространственным карманом внутри.

— Вот эта да! Посмотрим, какие еще сокровища тут припрятали древние? — я загорелась исследовательским азартом.

Остальные ребята подтянулись поближе, побросав другие занятия. Я с опаской положила ладонь на прохладный камень, которого никто не касался пятнадцать столетий. Волнительно и рискованно. Ведь никто не гарантировал, что бывший хозяин не устроил неприятные сюрпризы для незваных гостей. Но все обошлось. Моей крови и магического импульса хватило, чтобы стена, задрапированная шелковой тканью, засветилась, обозначая проход в пространственное помещение. Ним, исполняя молчаливую просьбу, содрал шелк, мешающий рассмотреть, что же там спрятано.

Миг ожидания, и я провалилась в потайную комнату без изысков или роскошного убранства. Мое внимание сразу привлек дорожный сундук, окованный железом, стойка с оружием и доспехами. Мифриловыми, если не ошибалась. А это вряд ли, потому что уже находила похожий доспех в пещере на третьем уровне. Сундук был доверху набит золотыми монетами старинного образца. Поверх золота лежала шкатулка, внутри которой нашла пять накопителей «Сияние гор» и горсть артефактов неизвестного назначения.

Скрывать от ребят ничего не стала. Воспользовалась отпирающим механизмом и впустила их внутрь. Куча золота делала нас состоятельными людьми. Однако сокровища ничем не помогли бы в схватке со скоргами. Если бы не артефакты с пространственными хранилищами, это неподъемное добро пришлось бы бросить. Накопители фонили магией так, что согнали бы всех тварей с округи. Золото весило не меньше шести тонн, если взять за единицу расчета среднюю массу слитка и вместительность дорожного сундука. От доспеха и то больше пользы.

Однако главным сокровищем потайной комнаты был вовсе не сундук, а наличие второго выхода. Теперь не возникало вопросов, как бывший хозяин покоев покинул башню, и почему комната оказалась заперта изнутри. Активация второй управляющей панели показала, что по ту сторону находятся развалины. Ребята, рискнувшие выбраться наружу, обнаружили засыпанное землей и камнями помещение.

— Придется откапывать выход вручную, — подвел итог вылазки Эрметт. — Грунт будем складывать в мешки и выносить в холл ратуши. Пока не расчистим дорогу, не узнаем, куда ведет этот проход. Воздух туда почти не поступает. Непонятно, в горах это место или в другом месте.

— Что ж, иного варианта я тоже не вижу. Будем копать.

Для зельгов откапывать завалы или разбирать насыпи из камней — привычная работа. Габброн привлек четверку воинов, которых новость о старой столице Зельдарина привела в благоговейный трепет. Они даже мешки с землей переносили бережно, а камни складывали с такой осторожностью, будто те были фарфоровыми.

Я же занялась защитным костюмом Дафны. В прошлый раз до ума довела только комплекты одежды для сендаров и Эрметта. Зельга оставалась слабым звеном. Но теперь я это исправила, а заодно и другим воинам укрепила защиту. Магической энергии в камнях накопилось столько, что хватило на активацию пяти костюмов и еще осталось. Зарядила впрок световые артефакты и походные плитки.

Очистка помещения по ту сторону прохода затянулась на два дня. И это время никак не компенсировалось, потому что приходилось поддерживать одинаковое течение времени внутри пространственного помещения с наружным. Иначе, как бы мужчины таскали мешки с грунтом из подвала через пространственный карман и ссыпали его в ратуши?

Передышку я использовала для разбора добычи. Еще живых и раненых тварей поместила в клетки, обнаруженные в подвалах башни. Поразмыслив, решила забрать и их тоже. Древние зачаровали металл таким образом, что даже скорги не могли выбраться. Собственно, парочку экземпляров я сохранила живьем и поместила в хранилище вместе с клетками. Если так пойдет и дальше, придется мастерить себе еще один пространственный артефакт, исключительно под трофеи.

Что особенно порадовало, так это печень чрезвычайно живучих и быстро регенерирующих скоргов. Поделила редкий деликатес между членами команды, а остальное сложила про запас. Если добавить измельченную печень в зелье, получится мощный восстанавливающий эликсир.

Ядовитые железы и яд монстров пополнил коллекцию отравляющих веществ. Учитывая способ, которым создала противоядие против укуса хорба, с другими монстрами он тоже сработает. Не хотелось бы проверять на практике, но лучше уж иметь под рукой такое лекарство.

Хитин, отделенный от тушек, залила внутренностями мурид и отправила в тайник. К сожалению, без должного вымачивания и полоскания в проточной воде хитин не превратится в эластичный и пригодный к изготовлению артефактов материал.

Самым желанным для ребят оказался момент дележки клешней скоргов, хвостовых жал и хелицер. Они втайне завидовали моему посоху и мечтали однажды обзавестись точно таким же. Эрметту и Дафне достались клешни крупной твари. Им в силу комплекции управляться с массивным оружием легче. У Калима и Нимерниса уже имелись секиры с паучьими жвалами. Теперь же ребята усилились пробивными шипами. Нелринья получила две жвалы молодого скорга. Обмотав основание режущих кромок полосой из кожи гадары, эльфирка сделала из них парные кривые мечи. Оставшиеся колюще-режущие части тварей я приберегла для братьев и наставника.

Книга по магии оказалась не менее ценной находкой. Каких-то сложных плетений в ней не давалось, зато подробно объяснялись базовые принципы построения заклинаний, сочетаемость рун и комбинации руноглифов. Это была та основа, которой не хватало для понимания, как же действуют ставы и можно ли их компоновать по собственному усмотрению.

Сам учебник я проглотила за пару часов, а дальше вернулась в начало, чтобы разложить по полочкам полученные знания. Подразделялась магия эльфов на пять базовых направлений: боевая магия, бытовая, целительская, пространственная и артефакторная. Отдельной наукой считалась магия разума, которая, в свою очередь, делилась на разделы, связанные с интуицией, умением слышать или же воспринимать мыслеобразы других существ и транслировать собственные мысли, способностью внушать и навязывать другим свою волю и, наконец, талантом властвовать над живыми существами и повелевать ими. Одаренные с силой Повелителей, к счастью, редко появлялись на свет. Однако желающих обрести подобную власть среди эльфиров хватало. Напрямую в книге об этом не говорилось, но пометки на полях указывали на то, что их автор стремился такую силу заполучить.

Не сразу ко мне пришло понимание, что путь Плетущейся лозы соединял в себе все виды магии в урезанном адаптивном варианте. Основа учения лежала в области ментальной науки, позволяющей виртуозно комбинировать сложные области древней магии. Рунное направление подразумевало, что элементы заклинаний наносились на кожу или даже кости одаренного. Однако физическое тело не способно совместить все аспекты магии, которые иной раз конфликтовали между собой.

Методом проб и ошибок выходец из клана Ланкертов создал систему последовательного нанесения рунных ставов, укрепляющих тело, разум и дух. И там, где от других магов требовалось умелое применение внутренних ресурсов и дара, полученного при рождении, члены клана Ланкерт приносили равноценные жертвы, позволяющие использовать руноглифы в полную силу. И не всегда маг лично жертвовал чем-то дорогим. Зачастую эльфы находили варианты равноценной замены на стороне, не считаясь с моральными принципами, принятыми в обществе.

Что ж, подобный подход объяснял необходимость платить высокую цену за обретение способностей. И я всерьез опасалась того, чем же придется жертвовать при переходе на следующую ступень Плетущейся лозы. Промежутки между уровнями зависели от того, как быстро усваивались полученные навыки. У некоторых уходили годы, другим хватало пары месяцев. Степень физической подготовки и мотивация у каждого адепта разнилась.

Однако искусственно застрять на промежуточном этапе не получится. Руны черпали силу из источников этого мира, который чутко реагировал на любые изменения. Пока моей магии хватало лишь на активацию плетений. Таких, как управление временем в пространственных хранилищах, ментальное общение или взаимодействие с древними артефактами. Энергия из заемных накопителей шла на приземленные вещи, вроде создания защитных костюмов.

Мои успехи в освоении пространственной магии приближали момент перехода на следующий уровень, связанный с обретением физической силы и увеличением магического потенциала. Цена предпоследней ступени оказалась невероятно высокой.

В дневнике древнего шли скупые рекомендации по поиску жертвы, у которой эту силу следовало изъять. Причем, идеальным вариантом считалось добровольное участие в ритуале. Калло Херумор при подготовке к этому этапу рекомендовал адептам посетить соседние страны, чтобы отыскать подходящего кандидата. С ним следовало установить тесный контакт, привязать к себе эмоционально, а лучше закрепить связь необременительной клятвой, и только потом проводить ритуал.

С циничной жестокостью эльф приводил собственный пример того, как отправился в человеческое королевство и нашел сильную, молодую магичку. Влюбил ее в себя и связал узами брака, чтобы в нужный момент, когда руны потребовали жертву и начали уничтожать эльфа изнутри, влюбленная дурёха пожертвовала собой. Бедняжка так и не поняла, что с самого начала древний хладнокровно ее использовал.

У меня опустились руки, когда поняла, какая потребуется жертва. Что ж за звери такие древние эльфы? Недаром их постигла столь жестокая участь. Мир в лице богов поспешил избавиться от детей, лишившихся человечности. Твари, населившие Иринтал, вели себя намного честнее по отношению к людям. Они не скрывали хищной природы и действовали, как заложено инстинктами выживания. Эльфиры, люди, зельги погрязли в пороках, эгоистичном стремлении к власти и обогащению.

Стоил ли этот мир спасения?

Оглядываясь назад, я понимала, что постоянно боролась с несправедливостью и рисковала собой, пока аристократы, наделенные властью и магией, пировали на чужих костях. Самое обидное, что на защиту поднимутся те, кто остался неравнодушным к чужой беде. И они же погибнут первыми, как и тысячи невинных жителей окраин, не способных за себя постоять. Тогда как жирующие монстры этого даже не заметят и еще обвинят в том, что их отвлекли от важного ничегонеделания.

— Тай, что с тобой? — заметила мое подавленное состояние Нелринья. — На тебе лица нет.

— Ничего, — я покачала головой, не желая перекладывать проблемы на плечи сендаров.

Будь я менее принципиальной в подобных вопросах, то не мучилась бы необходимостью выбирать жертву. Достаточно потребовать долг жизни, и ни у кого в моем окружении не останется иного выхода, как согласиться. Эрметт даже раздумывать не станет, заикнись я о подобной услуге. А Калим с сендарами, вообще, повязаны клятвой. Но у меня даже мысли не возникло пожертвовать кем-то из друзей ради обретения силы.

Возможно, проблема разрешится тем же способом, каким я заменила прошлую жертву? Значит, настала пора подыскивать подходящую тварь. Сильную, выносливую, с зачатками магических способностей.

К счастью, от тревожных мыслей отвлекли зельги, закончившие разбор завала. Помещение по ту сторону прохода походило на подвал башни или каземат. Неизвестно, что произошло снаружи, но перекрытия у выхода обвалились. Каменные плиты, песок, пыль и мусор вперемешку с землей, заполонили все свободное пространство. Не исключено, что обвал устроили намеренно, чтобы защитить проход. Но, как бы там ни было, а ребята расчистили завал и убрали камни, что сыпались сверху.

Под потолком зияла дыра, через которую виднелось ночное небо. Мы выбрались через проем, предварительно убедившись, что сумеем вернуться, если столкнемся с опасностью. Однако еще внизу я догадалась, что проход привел нас в Иринтал. Только в лесу воздух был чистым, напоенным силой трав и могучих деревьев.

Вскарабкавшись на насыпь, я осмотрелась, отмечая размеры разрушенной крепости и возвышающиеся вокруг зеленые исполины. Местность показалась неуловимо знакомой, но в темноте сложно было определить ориентиры. Знаками я показала соблюдать режим молчания. Лучше подождать до рассвета. Я надеялась, что при свете дня пойму, в какую часть Иринтала мы попали.

Как ни хотелось возвращаться к подземельям, а пришлось спуститься в подземную комнату, поближе к управляющей панели, которая позволит укрыться в пространственном кармане, если нагрянут незваные гости. К счастью, до утра никто не потревожил. Мне удалось даже вздремнуть пару часов, усилием воли задвинув на задворки сознания тревожные мысли.

С первыми лучами солнца мы снова выбрались из развалил. Экипированные в защитные костюмы, с грозным оружием в руках, морально готовились отразить любую атаку.

— Не может быть! — ахнула я, когда узнала местность. Правда, она изменилась до неузнаваемости, но некоторые ориентиры в виде скал или старого имперского тракта остались неизменными. — Я знаю, где мы.

— И где же? — не сдержал любопытства Эрметт.

— В разрушенном форпосте древних на третьем уровне Иринтала. Чуть больше двух лет назад наш отряд останавливался здесь на привал. Тогда мы сопровождали принца Тимунда Арусанда, а я вместе с братьями проходила испытание на звание ангсура. Там, — указала на памятное ущелье, — гнездо хорбов. А среди тех скал, — развернулась в другую сторону, — расположен переход на второй уровень, который сторожит крылатый ужас. Дорогу к теснине я найду. Однако нам следует быть предельно осторожными. Неизвестно, насколько сдвинулись границы уровней, и какие монстры прорвались через барьеры. До Рамалоха три дня пути, если идти без остановок. Даже не верится, что скоро мы будем дома.

Припоминая дорогу, которой вел Тэбан сур, я невольно думала о событиях, определивших мой дальнейший путь. Не будь той стычки с Тимундом, я бы не попала в пещеру на третьем уровне и не нашла дневник древнего. Оставшись одна в жестких условиях Гиблого леса, я сумела выжить и стать сильнее. Выходило, что каждое испытание приводило к тому, что я поднималась на ступеньку выше в развитии охотничьего мастерства и получала доступ к редким знаниям. Но каждый шаг, каждое спонтанное решение, продиктованное эмоциями или холодным разумом, вели меня к единственной цели — выполнить предназначение. Я не жаловалась, давно избавилась от дурной привычки, но хотелось бы знать, что получу в итоге? Ради чего судьба вела столь извилистыми тропами навстречу самому жуткому порождению Иринтала — темному королю?

Жаль, что ответы на эти вопросы не получить заранее. Поэтому приходилось просчитывать возможные варианты событий. И девяносто процентов из них заканчивались не в мою пользу.

Боялась ли я смерти? Нет. Сталкиваясь с ней каждый день, привыкла к мысли, что однажды не я расправлюсь с очередным монстром, а он сожрет меня. Один раз я уже умирала, но, как выяснилось, жизнь на этом не закончилась.

Однако теперь я была не одна. Малыш, растущий под сердцем, уже давал о себе знать. Я чувствовала едва уловимые изменения в себе. И каждый раз, думая о маленьком комочке внутри, меня переполняло необъяснимым ощущением счастья и умиротворения. Вспоминала ли в такие мгновения об отце малыша? Конечно! Ведь частичка Вериона навсегда останется со мной и, надеюсь, унаследует от папочки лучшие качества.

Прежде чем отправиться в путь, отправила зов Гае, призывая ее прибыть в Рамалох вместе с остальными глирхами. Соскучилась уже по черной красавице, задире Ярху, любителю приключений — Саяру и малышке Рие. Она наверняка уже подросла, научилась охотиться и, уверена, вовсю командовала Ярхом и Саяром. В ответ меня накрыла волна радости и беспокойства, что так надолго их оставила. Я пообещала в подробностях рассказать Гае, какую славную добычу поймала в подземельях. И даже поделиться деликатесом, если она поторопится. Единственное, попросила предупредить Лаэрта, что глирхи уходят. В том, что брат взаимодействовал с хищниками, я не сомневалась. В мыслеобразах кошки часто мелькал человек в черных одеждах, умеющий появляться из ниоткуда и также ловко исчезать. Вместе они охотились, делили добычу и защищали друг друга. Мяса хищникам всегда доставалось вдоволь. А еще глирхи часто оберегали людей, которые приходили с братом, от крупных стай эргалов и даже от горакса. Зверья в Иринтале прибавилось, но хотя бы хорбы в эти края больше не заглядывали.

Третий уровень Иринтала «радовал» буйством агрессивной растительности и количеством тварей. Я предупредила команду, чтобы соблюдали режим молчания и шли за мной след в след. И ни в коем случае не приближались к симпатичным цветущим кустам, не пытались попробовать аппетитные на вид ягоды. Сендары привыкли следовать приказам, Калим не понаслышке знаком с Гиблым лесом, а вот для зельгов удивительное многообразие растительного и животного мира Иринтала оказалось в диковинку. На окраинах первого уровня не увидишь такого изобилия красок.

Через пару часов пути, когда внимание ослабло, Дафна отвлеклась на бабочку изумительной красоты, порхающую над кустиком с алыми цветами.

Что могло быть милее этого мирного пейзажа? Трудно удержаться, чтобы не рассмотреть поближе и вдохнуть чарующий аромат нежного соцветия.

Нимернис хотел уже остановить девушку, но я придержала парня. Костюм у зельги крепкий, зачарованный, выдержит объятия «глоточника». Крылатое насекомое также способно преподнести неприятный сюрприз. Пыльца на крыльях порхающей красотки вызывала отеки и волдыри, маленькие жвалы острые, как бритва, рвали кожу, а вкусовые пристрастия выработались отнюдь не вегетарианские. Но для того, чтобы осознать, какую опасность из себя представляла флора и фауна Гиблого леса, словесного предупреждения было недостаточно. Иной раз доходчивым становился только собственный болезненный опыт.

Едва только Дафна подошла поближе, как цветочные лепестки поплыли, меняя форму и образуя глотку. Зеленые листочки развернулись нижней стороной, утыканной колючками, а из-под них выскочила пасть с острыми присосками.

Благодаря отменной реакции зельга вовремя отшатнулась. Однако сверху на голову девушке спикировала бешеная бабочка. Милые крылышки тут же располосовали кожу на лбу, посыпая его пыльцой. А острые зубы и коготки впились в окровавленные ранки. Дафна рывком содрала кровожадное насекомое и растоптала его ногами. Кожа от попавшей пыльцы моментально покраснела и запузырилась. Очевидно, что порезы еще болезненно жглись и саднили.

Девушка хотела возмутиться, почему никто не пришел на помощь. Даже открыла рот и набрала полную грудь воздуха, но, видимо, вспомнила о предупреждении и тут же поникла. Я молча протянула фиал с восстанавливающим зельем.

— Прости, Тай. Я была неправа. Нарушила приказ и поплатилась за это, — повинилась Дафна, кусая губы, чтобы не расплакаться. — Клянусь, такого больше не повторится. Я даже смотреть на эти крийсовы цветы не буду!

— Ты сама себя наказала за забывчивость, а я зла не держу. Приказы и ограничения необходимы для того, чтобы предостеречь от беды. Запомните, в Иринтале ни на секунду нельзя расслабляться и забывать об осторожности. Опасность подстерегает повсюду. Ни артефактные костюмы, ни мощная защита не уберегут от собственной глупости. Будьте настороже, спите вполглаза и не трогайте ничего руками. Только в этом случае появится шанс вернуться в мирные земли живыми.

Урок, полученный Дафной, пошел на пользу команде. Ребята и так слушались беспрекословно, признавая опыт и умение выживать, но именно в лесу мы стали действовать, как слаженный механизм. Скрытность, скорость и умение бесшумно передвигаться помогли избежать многих проблем. Ареал обитания хорбов растянулся теперь до границы второго уровня и подобрался вплотную к старому тракту. Одной стычки с пауками в окрестностях Атарона нам хватило за глаза. Так что я сразу обратила внимание на неуловимые изменения местности и стихший гомон лесных обитателей. Мы отступили на безопасное расстояние, после чего сошли с тракта и углубились в лес.

Мелких тварей, когда такие попадались и отваживались напасть, сразу отправляли в потайные карманы. До чего ж удобная штука, когда не беспокоишься, хватит ли места для очередного трофея. Вместительная сумка и раньше выручала, позволяя без хлопот таскать с собой необходимые вещи. А теперь еще спасала жизни, ведь проще потом в спокойной обстановке разобраться с живностью, чем тратить время на разделку туш. Ведь на запах крови твари сбегались еще охотнее.

К узкому проходу между скалами мы подошли ближе к вечеру. Обустроили лагерь, защитив периметр панцирями мокриц и плавунов, поверх натянули плащ из хитина скорга. Сравнивая размеры скоргов, с которыми схлестнулись в подземельях, я понимала, как сильно мне повезло справиться с тем монстром в пещере у водопада. Сколько веков он жил там, охотился и накапливал силу одному Рааду известно. Я бы никогда не победила ту хищную тварь в бою. Даже раненый, скорг был смертельно опасен.

Готовить еду я запретила. Воды хватало вдоволь, не пропадем. Не додумались, пока находились в башне, нажарить мяса впрок. Поголодаем сутки, ничего страшного не случится. Нам еще ночевать здесь предстояло, а на запах пищи могли нагрянуть незваные гости.

Вынужденное безделье выматывало, но я нашла всем занятие до темноты. Растительность у подножия гор бушевала буйными порослями. Проверив территорию на наличие тварей, организовала сбор полезных трав для будущих зелий. Сама тоже облазила ближайшие берозисы в поисках древесных лягушек, личинок и птичьих гнезд.

Ночь прошла тревожно под завывания монстров и звуки охоты. Я привыкла к подобным концертам, а вот зельгам пришлось несладко. Дафна вздрагивали от малейшего шороха, Эрметт шумно сопел, но помалкивал. Нел пригрелась у него под боком и сладко спала. Пожалуй, только она и наслаждалась ночевкой под открытым небом.

В походе члены команды часто ложились вповалку и прижимались друг к другу, чтобы не замерзнуть или сэкономить место под плащом. В пещерах подобной необходимости не возникало. Достаточно найти укромный угол, и тот надежно прикрывал тылы. Но в лесу лагерь разбивался иначе. Твари частенько нападали на зазевавшихся путников. Обрушивались на головы, подкрадывались сбоку или неслись напролом.

Калим занял место рядом со мной, невозмутимо оттеснив Нимерниса. С другого края пристроилась Нелринья. Парень лежал полубоком, позволяя мне разместиться на груди. Пожалуй, впервые за долгое время мы оказались так близко друг к другу, что невозможно было расслабиться. Я чувствовала тепло его тела и слышала, как заполошно билось сердце, при том, что грудная клетка вздымалась и опускалась равномерно, имитируя сон.

Что он думал? Что чувствовал? О чем мечтал?

Среди друзей Калим постепенно оттаивал. Он участвовал в спорах и обсуждениях, являл собой образец хладнокровия и невозмутимости, сохранял холодную голову и всегда находился рядом.

Но тот ли это парень, которого я помнила?

Я опасалась лезть в душу. Не хотела обидеть или лишний раз напоминать, через какой ад он прошел. В присутствии Калима чувствовала себя спокойно. Я знала, что могу на него положиться, и он никогда не подведет. Любила его, как брата и друга. А грань, ведущую к чему-то большему, мы так и не успели перейти. Да и ни к чему теперь, наверное.

Задремать удалось лишь под утро. Провалилась в сон на пару часов и проснулась от приятной тяжести на животе и тихого сопения над ухом. Видно, кое-кому тоже не чужды человеческие слабости. Калим спал, прижимаясь к моей спине и бережно обнимая рукой. Носом зарылся в мои волосы, которые, похоже, ничуть не мешали дышать. Каменная твердость, упирающаяся в бедро, опровергала обвинения Вериона в несостоятельности телохранителя как мужчины. Что ж, отличная новость. Хотя, не планировала ее узнать таким способом. Сам по себе пикантный момент радовал в том плане, что здоровье Калима приходило в норму, а тело излечивалось от ран. В остальном я испытывала неловкость и раздумывала, как бы незаметно выскользнуть из объятий.

Стоило мне пошевелиться, как Калим тоже встрепенулся. Ему потребовалась пара секунд, чтобы оценить ситуацию, осторожно отстраниться и убрать руку. Сразу стало так холодно, что я невольно поежилась. Парень тут же накинул сверху еще одно походное одеяло и намеревался подоткнуть его с краев, чтобы не мерзла. Но я перехватила руку и повернулась на спину, оказавшись с Калимом лицом к лицу.

— Доброе утро! Не нужно. Нам пора вставать.

Серые глаза смотрели с затаенным ожиданием осуждения или, может, брезгливости? Но я ничего подобного не испытывала, поэтому тепло улыбнулась, погладила парня по щеке, скрытой под маской.

— Ты как? Удалось хоть немного поспать?

Поскольку отслеживать реакцию по мимике было невозможно, приходилось наблюдать за выражением глаз. Короткий взмах ресниц и мимолетный взгляд в сторону моей ладони. Затем недоверчивый и робкий на меня. Судорожный вздох, и еле заметное покачивание головой.

— Немного? — попыталась угадать, и не ошиблась. — Я тоже только под утро заснула. Кое-кто чересчур громко сопел, — легонько толкнула в бок Нелринью, уткнувшуюся в подмышку Эрметту. Эльфирка еще и ножку на зельга закинула и рукой приобняла.

— А я, вообще, глаз не сомкнула! — раздалось из-за спины Калима ворчание Дафны. — Эти твари так громко выли, что, казалось, они уже подобрались ко мне и вот-вот сожрут.

— Тогда нечего было лежанку занимать, — возмутился Нимернис. — Шла бы в дозор и дала остальным выспаться.

— Да, ты же и так дрых без задних ног! Все свободное место занял. Еще и слюнку пустил. Фу!

— Шшш! — осадила зельгу, чей грубоватый голос чересчур звонко разносился по округе в предрассветной тишине. — На сборы две минуты. Сворачиваем лагерь и немедленно выступаем. Надо пройти через теснину до того момента, как солнце появится из-за горизонта.

Приказ нарушить никто не посмел. Уже через три минуты мы выдвинулись в путь, не забывая посматривать по сторонам и на небо. Узкий проход между скал пересекли беспрепятственно, только на выходе притаилась парочка загулявших до рассвета улкаров. Но тут уже сами виноваты. Нам их шкуры, клыки и щитки в хозяйстве пригодятся.

Второй уровень — почти дом родной. С особенной радостью мы атаковали гефоссов. Ведь их появление означало сытный завтрак, обед и ужин. Эргалы после гадар и скоргов казались лучшими друзьями. Хотя, нет, на друзей не кидаются с мечами наперевес и не разделывают их на трофеи. Но все же приятно вернуться в знакомые края, где знаешь каждое деревце, пригорок или кочку.

Хм, в чем-то я понимала глирхов. Нет радости в том, чтобы сражаться с заведомо слабым противником. А для нас после стычек с монстрами подземелий эргалы стали легкой добычей. Чуть больше усилий потребовали герконы, на удивление массово расплодившиеся в этих местах. У тварей больно шкура полезная, поэтому соблазнилась на такую добычу. Костюм из герконов шить хлопотно, замучаешься разделять кожу на чешуйки, а вот плащом, позволяющим визуально сливаться с местностью, я с удовольствием обзаведусь.

Однако самым волнительным стал момент, когда мы достигли памятного ущелья. Дом взамен сгоревшего мы построили добротный. Но за время моего отсутствия он прирос сарайчиками, пристройками для живности и огородом Шалсей для целебных трав. Скорее всего, вместе с наставником в доме жили ученики. Количество постиранных вещей, развешанных на заднем дворе, указывало, что в ущелье обитает много народа. И о безопасности живущие здесь люди позаботились: выставили дозорных, которых пришлось обходить стороной.

Наше неожиданное появление на единственной дороге, ведущей к ущелью, заметили сразу. Отдать должное, молодежь не растерялась, мигом вооружилась и ощетинилась мечами и стрелами. Да только я скрываться не собиралась и смело шла к дому под прицелом арбалетов. Завидев на пороге Тэбана, спешащего на подмогу ученикам и на ходу закрепляющего на поясе оружие, почувствовала, как глаза защипало от слез.

Как же я соскучилась!

Мужчина, хмурясь, пристально нас рассматривал. Моих спутников он не знал, и Калима под маской не угадал, конечно. Однако, заметив меня, наставник моментально расслабился. Кинул перевязь с мечом на лавку и поспешил навстречу. Я тоже бросилась вперед, легко преодолевая последние метры, и повисла у Тэбана на шее.

— Моя Лаисса вернулась! Радость-то какая! — с облегчением выдохнул охотник, заключая в объятия. — Думал, нескоро свидимся. Идем скорее, Шалсей только сегодня о тебе вспоминала. И спутников зови в дом. Добро пожаловать, молодые люди! — кивнул ребятам. — Идемте, отдохнете с дороги. Айке сейчас же скажу, чтобы на стол накрывала. Или сначала в мыльню?

— Пойдем! Обязательно пойдем, — заверила я, украдкой смахивая непрошенную слезу. — Только что же ты так холодно ученика приветствуешь? — указала на Калима, замершего в сторонке.

— Какого ученика? Этих эльфиров и зельгов впервые вижу. Разве что… — внимательно присмотрелся к фигуре в черном. — Да не может быть! Сайрон, поганец, ты чего замер, как не родной? Сгинул на два года и думал, о тебе забыли? А ну, иди сюда, пропажа ты наша бедовая. Дай хоть, посмотрю на тебя. Ишь, какой здоровый вымахал!

Тэбан подался к парню, схватил за плечи, покрутил, оценивая силу и стать. На счастливое лицо наставника набежала хмурая тень, когда Калим уклонился, не позволяя снять маску.

— Да и ладно! Плевать, что ты там прячешь, — пробурчал он и крепко обнял ученика, похлопал рукой по спине. — Добро пожаловать домой, мальчик. Нам тебя не хватало. Ну, что? Идемте скорее. Чего на дороге стоять? — привлек меня к себе и так, обнимая обоих, повел в дом.

Ввалишись толпой во двор, мы столкнулись с Айкой и другими учениками школы. Они во все глаза таращились, обсуждали экипировку из шкур неизвестных тварей, оружие, да и всю нашу необычную компанию.

— А где же твои четвероногие друзья? В лесу прячутся? — шепотом поинтересовался Тэбан сур.

— Нет, но скоро прибудут. Из Атарона путь неблизкий, а теперь еще и опасный. Глирхи знают, что нельзя показываться на глаза незнакомым людям. Так что не переживай за учеников.

— Ха! Да я, скорее, за кошек переживаю. Затискают ведь и пощипают все иглы. Больно ушлые ученички пошли, — с наигранным сожалением пожаловался наставник и тут же тепло улыбнулся. — Поговорим потом? Что-то не понравились мне новости, которые привез Санкос. Они с Науром в поместье Квалма отправились порядки наводить. А в лесу неспокойно стало. Пришлось ребятишек сюда перевезти, да и самим перебраться. В ущелье твари пока не суются, хранитель крепко защиту держит. А вот с окраин Рамалоха и из деревень жители давно за городскую стену попрятались. Ох! Что это я о себе, да о проблемах? Вы-то как? Какими судьбами? Если не ошибаюсь, учебный год в самом разгаре.

— Учеба моя в академии, вероятно, закончилась, — тяжело вздохнув, констатировала я. — Но ты не переживай, охотничьи костюмы я шить научилась. И кое-чему еще тоже. Тебе понравится. А где же Шалсей? Почему ее не видно?

— В комнате. Ей нездоровится.

— Что-то случилось? — встревожилась не на шутку. Никогда такого не бывало, чтобы травница себя от хвори не вылечила. — Надеюсь, ничего серьезного? У меня с собой запасы печени. Я с удовольствием поделюсь. Мы быстро поставим ее на ноги.

— Не переживай. Ничего необычного в ее состоянии. Возраст все-таки сказывается, — Тэбан загадочно улыбнулся.

Я давно не видела наставника счастливым и улыбающимся. Видно, семейная жизнь пошла на пользу. Оставив ребят на попечение Айки и других девчонок, помогающих по хозяйству, устремилась вслед за мужчиной вглубь дома. Спальня у Тэбан сура и Шалсей была общей. Это сразу бросалось в глаза по наличию вещей, принадлежащих обоим.

На двуспальной кровати в свободном домашнем платье сидела травница. На вид ей теперь не дашь больше сорока. Во взгляде, устремленном на мужчину, едва мы вошли, светилась любовь. Меня она заметила мгновением позже.

— Тэб, что ж не предупредил, что Лаисса вернулась? — женщина поднялась навстречу, но вдруг побледнела и со стоном присела обратно, зажимая рот. — Что же за напасть такая? — пробормотала она, а учитель метнулся стрелой к тазику, стоящему возле кровати, и вовремя подставил его, пока Шалсей тошнило. Тошнило?

— Погодите. Это же не то, о чем я думаю? — ахнула я, расплываясь в радостной улыбке.

— Не знаю, что ты себе надумала, но мы с женой ждем ребенка! — с гордостью сообщил новость Тэбан сур.

— Поздравляю! Это же так замечательно! Как же я рада за вас. Не верится даже, — кинулась обнимать засмущавшуюся и все еще бледную травницу. — И когда только успели пожениться? Наверное, уже и свадьбу отгуляли?

— Мы не устраивали праздник, — поделился подробностями Тэбан. — Как только Шали сообщила о ребенке, я схватил ее в охапку и повез в ближайший храм. Так совпало, что в Рамалохе случился наплыв беженцев, слухи ходили один тревожнее другого, поэтому никаких торжеств мы не устраивали. Отметили дома с учениками и близкими друзьями.

— Жаль, что пропустила такой важный день, — тяжело вздохнула. — Зато я подарок привезла под стать случаю. Для вас и малыша. Вот! — достала из тайника «Сияние гор» и вручила Шалсей.

— Лаисса! — у женщины глаза округлились. — Ты знаешь, что это? Понимаешь, сколько стоит такой накопитель? Это же целое состояние! Я не могу его принять. Лучше оставь себе, — вернула драгоценность, покачав головой. — Он тебе самой еще пригодится.

— Мне известно, какую ценность представляют собой эти камни. В подземельях я раздобыла несколько штук. Будьте уверены, я не отдаю последнее.

— Раздобыла? Да как же? — удивился наставник. — Зельги ревностно берегут секреты, связанные с «Сиянием гор».

— Поверьте, с некоторых пор я знаю о добыче редких адамантов гораздо больше, чем все зельги вместе взятые. Мы с друзьями побывали на четвертом уровне подземелий и отыскали город древних. Расскажу как-нибудь потом. Так что, бери, не сомневайся.

Женщина стиснула в ладони накопитель и вздохнула с придыханием, когда из него полилась магия. У Шалсей моментально щечки порозовели и заметно улучшилось самочувствие.

— Послушай, а ведь ваш малыш родится одаренным, — сообразила я, догадавшись посмотреть на женщину магическим зрением. В области живота наблюдалось яркое свечение ауры. — Может, поэтому ты плохо себя чувствовала? Наверняка, собственных сил не доставало, потому что ребенок вытягивал последние крохи магии. Надеюсь, теперь энергии будет в достатке. Я еще наготовлю поддерживающих эликсиров, так что все будет хорошо.

— Правда? — Тэбан с облегчением выдохнул. — Это замечательно. Шали у меня молодец. И тебе дочка, спасибо за помощь. — Обнял меня, поцеловал в макушку и шепнул. — За Шалсей я перед тобой в неоплатном долгу.

— Мы же семья. Какие тут могут быть счеты? Разве мы не должны заботиться и поддерживать друг друга? Если уж говорить о долге, то я не забыла, кто нашел меня в Гиблом лесу, выходил, — бросила благодарный взгляд на травницу, — и научил всему, что умею. Теперь моя очередь помогать.

— Не знаю, чем заслужил такую щедрую награду, но я не устаю благодарить Рааду, который послал мне вас обеих. И ты, Лаисса, и Шалсей — мои самые близкие и дорогие сердцу люди. А скоро еще появится наш ребенок, и тогда я буду счастливейшим человеком в Мирильсинде.

— Это все Лаисса! — прижавшись к мужу, добавила травница. — Без нее не было бы нас.

Я улыбнулась, ощущая тепло и любовь, поселившуюся в этом доме. Только радость отдавала терпкой горечью. Я ведь еще не сообщила дурные новости, грозящие уничтожить все, что им дорого. Решила отложить разговор и не расстраивать близких с порога. Пусть хотя бы еще несколько дней побудут в блаженном неведении. А там, кто знает, может, я найду способ устранить угрозу? Пожалуй, только ради того, чтобы родные люди и дальше жили в безопасном мире, стоило рискнуть жизнью и отправиться на встречу с темным королем. Но теперь я точно знала, на кого оставлю ребенка. Его будут любить не меньше, чем собственного малыша, и позаботятся, когда меня не будет рядом.

С накопителем и восстанавливающим зельем Шалсей быстро пришла в норму. Вынужденное безделье и изнуряющая тошнота потрепали нервы беременной женщине, так что теперь она с удвоенной энергией взялась хлопотать по хозяйству. Помощников хватало для таскания тяжестей или сложной работы. Шалсей только командовала и раздавала указания. Ребят устроила на постой и выдала постельное белье. Затем организовала учеников, чтобы набрали полные бочки воды для помывки. Указала, где накрыть столы, за которыми поместились бы все гости и домочадцы.

Мясо гефоссов, прихваченное с собой, как раз пригодилось для праздничного вечера. Освежеванные туши тут же взяли в оборот, чтобы приготовить и подать к столу. Пиршество затянулось до вечера. Как бы я ни хотела избежать тревожных новостей, но без них, к сожалению, не обошлось. Еще по дороге сюда я предупредила ребят, чтобы не рассказывали о вещах, не предназначенных для чужих ушей. Но там и без наших тайн хватало приключений. Один сплав на жуках-плавунах и испытание водопадом чего стоили! А противостояние с мирцинами и спасение выживших?

О зельгах, кстати, состоялся отдельный разговор с Тэбан суром в присутствии Эрметта и Дафны. Последняя хоть и не принадлежала клану Габбронов, но местные заочно причислили всех зельгов к одной команде. Речь шла о том, чтобы позволить остаткам клана поселиться в ущелье. Места тут хватало, чтобы поставить еще пару домов. Тесниться никому не придется. Зато у охотника появятся надежные помощники, которые помогут отбиться от тварей при необходимости. Женщины зельгов тоже способны держать в руках оружие, но главное, среди них были одаренные. Амулеты зарядить, зачаровать стрелы, напитать силой зелья — такая помощь дорогого стоила.

Эрметта наше ущелье тем и привлекло, что располагалось оно в предгорьях перевала Леверейз, ведущего к северному королевству. У нас имелся собственный проход в пещеры и расположенное в скалах укрытие. Похожих пещер, если задаться целью, можно немало обнаружить среди каменистых склонов и холмов, поросших лесом. Другое дело, что опасно лезть в неизведанные места, поэтому никто из нас не интересовался темными провалами в скалах. А вот для зельгов горы и подземелья — родной дом. Им сложнее устроиться вдали от привычных мест обитания. В наших краях соклановцам непременно понравится, да и вместе противостоять опасностям легче. Средств на постройку жилья и закупку необходимых вещей у Габбронов хватало с избытком. Так что чужаки не стали бы нахлебниками. Наоборот, вложили бы собственные средства в защиту ущелья, постройку укреплений и улучшение быта.

Зная предысторию клана, Тэбан сур не отказал в помощи. К тому же, формально эти земли принадлежали мне. Я бы решила вопрос в одностороннем порядке, не спрашивая разрешения. Но мне хотелось, чтобы в дальнейшем между людьми не возникало недопониманий.

Ученикам, живущим в доме наставника, мы сказали, что люди из клана Эрметта остановились лагерем в паре дней пути отсюда, и что скоро они прибудут сюда. Утром мы с ребятами в сопровождении Тэбан сура якобы отправились за ними, прихватив пару подвод для перевозки скарба. Ушли мы к школе, в которой никто не жил. Учеников родители разобрали по домам, едва только участились нападения тварей. А тех, кому некуда идти, учитель перевез в ущелье. В школе Эрметт извлек из пространственного кармана спящих соклановцев. Пока они пробуждались после сна и приходили в себя под присмотром Эрметта и остальных ребят, мы с учителем отправились на охоту. Такое количество людей необходимо было чем-то кормить. А нам требовалось поговорить наедине.

Недостатка в тварях на первом уровне Иринтала не наблюдалось. Мы с наставником только успевали бить монстров и закидывать в пространственный тайник. Одну тварь в прыжке поймала, успев коснуться ее рукой и переместить в хранилище. Тэбан сур осуждающе головой покачал и хмыкнул скептически.

— Разве же это охота? Так, развлекательная прогулка, — тяжело вздохнул. — Похоже, новостей будет много?

— Много, — кивнула в ответ. — Не будем тратить время впустую.

— Что ж, я внимательно слушаю, дочка.

Разговор затянулся на четыре часа, пока пересказала злоключении в академии, подкрепленные выводами и доказательствами. Не стала скрывать личность Тэльдара Анвеяра, ведь под этим именем действовал Лаэрт. Поведала о заговоре с участием остроухих из Мелисина. Пришлось и результаты проверки крови выложить начистоту. С меня клятву о неразглашении никто не брал. Да и Хелларион Эркасс не обещал держать мое происхождение в секрете. Сложнее всего было описывать глирхово притяжение и его последствия, наложившиеся на ритуалы древних эльфов. Подробности я опустила, но вот о беременности выложила правду.

— Лаисса!.. Вот уж от кого не ожидал, — возмутился наставник. — И кто же отец?

— Не спрашивай, пожалуйста, — упрямо поджала губы. — Если он узнает о ребенке, будут серьезные последствия. Малыша заберут, не считаясь с потерями.

— Ты уже достаточно взрослая, чтобы принимать серьезные решения. Уверена, что не ошиблась, скрывая новость о ребенке? Отнять его может только тот, кто обладает абсолютной властью. И, если я прав, ты сильно рискуешь.

— Я не доверяю эльфирам! И не хочу, чтобы мой малыш превратился в эгоистичное чудовище. У меня не так много времени осталось. Возможно, я никогда не увижу, как он сделает первый шаг, и не услышу, какое первое слово скажет. Не узнаю, каким станет, когда повзрослеет. Но я приложу все усилия, чтобы мой ребенок не превратился в хладнокровного монстра, разрушающего чужие судьбы.

— Что ты такое говоришь, дочка? — ужаснулся Тэбан. — Почему не увидишь? Мы с Шалсей тебя любим, значит, примем и полюбим твоего малыша. Я возмущаюсь потому, что хотел бы видеть тебя счастливой. Решил, тот поганец, что сделал ребенка, бежит от ответственности. Но ты-то, почему себя хоронишь раньше срока? Ты еще нас переживешь, раз уж чистокровной эльфийкой сделалась.

— Это еще не все новости, — глубоко вздохнула и достала «Поглотитель». — Видишь кинжал? Его выковали древние эльфийские маги, чтобы пронзить сердце темного короля. Только не прикасайся! Он убивает неодаренных жертв прикосновением. Для сильных магических существ нужна капля крови, чтобы вытянуть жизнь.

— Темный король? Артефакты древних? Во что ты ввязалась, Лаисса? — опешил наставник.

— Нашествие тварей со второго и третьего уровней случилось неспроста. С насиженных мест их согнала сила, о которой люди давно позабыли. В кинжале заточен дух древнего эльфа по имени Сихилл, который рассказал о темном короле. Рийван хин Таррен виновен в исчезновении Иллеверы. Он спровоцировал Кровавую битву, случившуюся пятнадцать веков назад. Оставшиеся в живых люди, эльфы и зельги объединились, чтобы уничтожить зло. Подобраться близко получилось только у Лиурелии Алахаст — жены темного короля. Однако она не убила мужа, а ранила, вытянув магическую силу. Темный король погрузился в сон. А теперь, спустя пятнадцать веков, начал пробуждаться. Если его не остановить, Кровавая битва повторится, и тогда привычный мир исчезнет.

Шумно вздохнув, Тэбан сур погрузился в раздумья. Поверить в мой рассказ сложно, но наставник, к счастью, понимал, что я ничего не придумывала.

— Допустим, информация о короле правда. Но какое ты имеешь к этому отношение?

— Прямое! Как думаешь, почему «Поглотитель» не причиняет мне вреда, тогда как других существ убивает без разбора? Ах, да! Еще есть артефакты, составляющие малый королевский доспех, — показала браслет, кулон и серьги. — Комплект неполный. Не хватает кольца, которое хранится в Мелисине, и малой тиары. Кольцо еще предстоит забрать из северного королевства, а за корону придется побороться на Турнире пяти королевств. Но даже если соберу комплект и вооружусь мощным оружием, все равно не представляю, как уничтожить того, кто мертв уже пятнадцать веков подряд.

— В смысле? Мертв? — Тэбан сур уже не скрывал полной растерянности.

— Темный король физически мертв, но тело сохранило мыслительные, двигательные функции, навыки и умения. Он — нежить, как и его многочисленная армия. Все они — творения Адесса, жаждущего поработить Мирильсинд.

— Да как же это возможно? Неужели в четырех королевствах не нашлось воина, отважившегося бросить вызов темному королю? Разве дело, чтобы от хрупкой девушки зависела судьба мира? Ты же столько раз проходила по самому краю! А, если бы я не нашел тебя на опушке Гиблого леса? Если бы пошел другой дорогой?

— Но ты нашел и спас! И в остальных случаях Рааду оберегал от смерти. В моих жилах течет кровь эльфийской королевы, как и в других наследниках четырех королевств. Только мне не повезло родиться женщиной и выпала нелегкая участь повторить путь Лиурелии Алахаст. А, значит, нет иного выбора, как пройти его до конца. Будь уверен, у меня рука не дрогнет, потому что есть, за кого сражаться. А тебя и Шалсей я прошу позаботиться о ребенке. Даже если погибну, у вас будет шанс спастись. Я сохраню знания, которые получила за последнее время. Они помогут продержаться, пока не найдется сила, способная уничтожить темного короля.

— Это меньшее, что мы можем сделать, — пробормотал наставник. — Но я не останусь в стороне, пока ты в одиночку противостоишь силам Адесса. Шалсей позаботится о детях. И люди, которых ты привела, в этом помогут. А я пойду с тобой! Прикрою спину, когда будешь убивать короля.

— Нет! Ты нужен здесь. В Иринтал я отправлюсь не одна. Калим, Нимернис и Нелринья связаны клятвой служения. Раньше я думала, что не успею их обучить древнему воинскому искусству, которому наставляет Сихилл. Но теперь знаю, как ускорить обучение.

— Но почему, Лаисса? Моя нога зажила, я даже не хромаю. И от меня будет польза!

— Поединок? — предложила наставнику, не пытаясь больше убеждать.

— Легко! — согласился Тэбан сур, обнажая оружие.

Я с первой секунды взвинтила темп до предела, признавая, насколько талантливый мастер мне достался в наставники. Однако он достиг потолка, выше которого уже не подняться. Отдать должное, учитель продержался две минуты и даже обозначил укол в плечо, который тут же отразила защита браслета. Дальше я выбила оружие из крепких рук и приставила острие меча к горлу.

— Ты труп! — констатировала очевидный факт. — И это я освоила лишь азы древнего боя. А теперь представь, что у Рийвана армия воинов, прошедших полный курс подготовки. Они не устают, не чувствуют боли, не замечают ран. Для них ты слабый противник. Поэтому тебе нет смысла идти в поход. Ты принесешь пользу здесь, защищая людей от монстров и обучая их основам выживания в Иринтале.

— Вижу, ты уже все решила. — Упрямый воин не привык проигрывать, но у него хватило ума и опыта, чтобы уступить. — Позволь узнать, какой у тебя план?

— Так уж вышло, что я получила доступ к созданию пространственных артефактов и ловушек на их основе. В них древние заманивали монстров, которых не победить в честном бою. В подземельях Зельдарина я обнаружила в такой ловушке целое поселение, где жили люди. Внутри время замедляется или ускоряется по необходимости. Используем это преимущество для подготовки тех воинов, кто отправится в Иринтал. Но прежде я войду туда одна, чтобы ребенок поскорее родился.

— Вот, значит, как? — мужчина уважительно покивал. — А я потерялся в догадках, как ты собираешься тренироваться, когда живот вырастет? Что же, в таком случае, рассчитывай на меня и Шалсей. Сделаем все, что потребуется.

К школе вернулись через час, когда до отказа набили тайники свежим мясом. Настолько свежим, что оно грозно рычало и норовило тяпнуть острыми клыками, пока его запихивали в хранилище. Зельги к нашему возращению уже пришли в себя и привыкали к мысли, что оказались за сотни километров от дома, в другом королевстве. Помимо этого, Эрметт уже вынес на обсуждение предложение поселиться в ущелье. Люди пожелали вначале осмотреться, а потом уже принимать серьезное решение. Пустующая школа с каменными постройками, крепким забором и необходимыми вещами для комфортного проживания выглядела заманчиво. Однако по дороге к дому мы отразили два с лишним десятка нападений агрессивных тварей, так что зельги шустро пересмотрели решение в пользу безопасности.

Нашего возвращения ожидали. Расчистили площадку возле отвесной стены ущелья, сколотили навесы. На первое время хватит, пока переселенцы не построят добротное жилье. Среди зельгов полно магов земли, способных преобразовать камень и придать ему нужную форму. Конечно, магию нежелательно использовать там, где поблизости обитают твари. Но у подгорных жителей давно отработаны способы минимального воздействия на объекты. Они укрепляли стены рунами, для запуска которых требовался небольшой импульс силы. В момент активации мы планировали укрыть часть постройки и самого мага хитином или шкурами тварей. Если излишки выплеснутся наружу, то незначительные и недалеко.

Пока люди и зельги знакомились и осваивались на новом месте, я отправилась прогуляться. Вместе со мной увязались телохранители. Я уже настолько привыкла, что не ощущала дискомфорта от их постоянного присутствия. Только с Калимом иной раз возникали неловкие моменты, связанные с общим прошлым.

Я уже рассказывала эльфирам о хранителях и упоминала о жертвах, необходимых для безопасной охоты. Так что желание пообщаться с лесным защитником ребят не удивило. Я без труда разыскала старый берозис, на коре которого горели древние символы. Теперь я владела эльфийским языком и рунописью, чтобы их прочитать.

В кружевном сплетении символов я различила глифы защиты с элементами поглощения энергии извне. А также руны крепкой связи с землей и предками. И знак добровольной жертвы. Я коснулась ладонью шершавой поверхности дерева и направила в питающий контур магический импульс. Мысленно поблагодарила хранителя за то, что исправно оберегал эти земли от нашествия монстров. Поделилась тревогой, что твари массово вырываются за границы уровней. Силы других защитников ослабевали, потому что зло в глубине Иринтала пробудилось от спячки.

Хранитель догадывался об этом. Он видел, как старые деревья высыхали и рассыпались в труху, до последнего выполняя священный долг. Будто из них вытягивали жизненные соки.

— Отчего так происходит? Как им помочь? Возможно ли восстановить защиту? Не знаю, получится ли у меня убить темного короля, но монстров нельзя выпускать за пределы Иринтала.

— «Умирают от старости, недостатка пищи и концентрации темной силы, отголоски которой доносятся с пятого уровня. Помочь нельзя. Каждому хранителю отмерян срок жизни, соразмерный с годами, прожитыми в человеческом облике».

Ответ сопровождался размытыми образами и чувствами, которые испытывал страж. Я интуитивно понимала смысл сказанного, а мозг переводил отголоски эмоций и картинки в слова.

— Может, вам требуется магия? Если так, мы разыщем старые деревья и напитаем энергией, насколько возможно, — достала из хранилища накопитель «Сияние гор» и протиснула его в бороздку на коре рядом с рунным кругом.

От подарка хранитель не отказался. Трещина на коре разошлась, поглощая камень. От него даже следа не осталось. На миг показалось, что я услышала вздох облегчения. Над головой зашелестели ветви, потревоженные порывом ветра.

— «Теперь мне достанет сил защищать твой дом. Но я не смогу противостоять тем, кто окажется сильнее».

— Понимаю, и не прошу ничего невозможного. Подскажи, где обитают другие хранители? Возможно, если им помочь, вместе легче будет сдерживать натиск монстров?

В голове замелькали картинки с деревьями. Места я запомнила и намеревалась наведаться при удобном случае. Только бы хватило накопителей. Теперь хотя бы понятно, что от нас требовалось. Жертвы, которые мы приносили, высвобождали жизненную энергию живого существа. Но она сопровождалась болью смерти и несла на себе отпечаток темной силы, которая со временем накапливалась и отравляла сознание стража. А такие места привлекали кровожадных монстров, которые селились поблизости и перекрывали доступ чистой энергии. Хранителю ничего не оставалось, как бороться с самим собой, чтобы не поддаться гиблому воздействию. Так что в некоторых местах сами хищники становились стражами границ. И не всегда хранитель существовал в облике дерева. Это зависело от стихии, к которой при жизни тяготел жрец Иллара. Поэтому следовало быть внимательнее при уничтожении очередной твари. Если в логове монстра обнаружится похожий рунный круг, следовало расчистить место от гнили и эманаций смерти, чтобы обеспечить приток свежих природных сил.

Прогресс во взаимодействии с хранителем порадовал. Вероятно, этому поспособствовали умения, усилившиеся с помощью королевы мирцинов. Теперь я лучше слышала лесного защитника и переводила в понятную информацию поток образов. Общение с глирхами послужило хорошей практикой.

— Я уже перестала удивляться, — отреагировала на новости Нелринья. — Ты находишь тайны и новые знания там, где никому бы в голову не пришло искать. Что будем делать? Обойдем стражей по очереди?

— Другого выхода не вижу, — я кивнула. — Всех хранителей усилить не получится, но хотя бы обезопасим леса вблизи Рамалоха.

— А накопителей хватит? — уточнил Нимернис.

— «Хранитель сказал, как долго протянут те, кому уже не помочь? — поинтересовался Калим, используя жесты. — Если старые стражи погибают, возможно ли заменить их новыми?»

— На весь Иринтал не хватит «Сияния гор», к сожалению, — ответила сендару. — Нет, — это уже Калиму. — Об этом я не додумалась спросить. А ведь это действительно важно.

Вернувшись к берозису, задала вопрос о новых хранителях.

— «Я не знаю подробностей ритуала. Его проводили старшие Хранители. Они защищали земли дальше третьего уровня. Помню только, что горел желанием спасти эльфийский народ, сберечь людей от мерзкой напасти. Руны, что ты видишь, я начертил на собственном человеческом теле. Было больно. Так больно, что страдания поглотили человеческое сознание. Прошло два или три столетия, прежде чем я начал себя заново осознавать, а воспоминания стали постепенно возвращаться. Обрывочные фрагменты из прошлого, самые яркие моменты. Мне было семнадцать. Я даже не прошел посвящение, когда это случилось. Магия позволяет помнить».

Последнее откровение хранителя оставило после себя неприятный осадок. Они были подростками, такими же, как мы сейчас. И не пожалели собственной жизни, чтобы оградить людей от зла, затаившегося в сердце Иринтала. Почему так происходит? Почему одни готовы жертвовать собой на благо других, а эти другие сеют раздор и призывают бога смерти в родной мир?

Информацией я поделилась со всеми обитателями ущелья. Они обязаны знать правду о тех безымянных героях, благодаря которым появились на свет и прожили пятнадцать веков в мирных и безопасных землях. Странно, что люди позабыли о давних событиях, а эльфиры помнили и скрывали правду о том, кто развязал Кровавую битву. Вероятно, темное пятно на репутации эльфов мешало эльфирам боготворить остроухих предков и во всем на них походить.

На следующий день я занялась пещерой, в которой разбойники устроили схрон и оборудовали потайную комнату. В прошлый раз разместила там лабораторию и хранила запасы трав и ингредиентов для зелий. Шалсей и девчонки, которых она обучала травничеству, содержали лабораторию в порядке и регулярно пополняли запасы. Первым делом я сварила партию эликсира, восстанавливающего силы, с добавлением трав и вытяжек из желез тварей с третьего уровня. Затем еще парочку лечебных зелий, которые заживляли раны, останавливали кровь и выводили яды из организма.

Для телохранителей и остальных членов большой семьи нашла занятие на целый день. Вытащила на площадку для разделки туш клетки, позаимствованные в башне старой столицы Зельдарина. Затем вчерашний улов переразместила по тайникам ребят и поручила разделать добычу. Как раз для хранения скоропортящегося товара в больших масштабах я намеревалась создать еще один артефакт с пространственным карманом и зачаровать побольше мешков, секретом изготовления которых поделился тан Тинтар.

Закончив с зельями, я перешла к созданию таких необходимых и полезных в хозяйстве вещей. Помощников у меня хватало. Учеников Тэбан сур гонял на площадке, оборудованной в дальнем конце ущелья, а вот дети зельгов слонялись без дела. Дочь Шана, зельдаринского воина, ловко кроила мешки из специальной ткани. Эбби до нападения монстров на Габерс работала в кожевенной лавке соседа. Так что у нее ловко получалось управляться с ножницами и иголкой с ниткой. Через пару лет девушка собиралась поступать в академию. Небольшой магический дар позволил бы ей шить крепкую зачарованную одежду и заряжать бытовые амулеты. Хвостиком за Эбби таскалась Хетти, дочка Грида. Младше них были только сестры Эрметта Дейми и Табби. А вот погодки Кимер и Киб, сыновья зельга Фимора, держались поближе к мужчинам и чаще выполняли поручения, вроде «подай, принеси, не мешайся». Поначалу мальчишки загорелись азартом поглазеть на монстров вживую, не опасаясь быть съеденными. Но, как только началась грязная работа по разделке туш, оба не выдержали и опорожнили желудки. Поэтому мальчишек отрядили ко мне на подмогу. Дала им задание распутать комок паутины на нити и смотать их в клубочки. После обработки муридами паутина теряла клейковитость, зато сохраняла прочность и экранирующие свойства. Готовые партии мешков для трофеев я активировала, укутавшись в плащ из хитина скорга.

Следующий день мы посвятили новой охоте. Я хотела проверить, насколько монстры чувствительны к магии, которую я использовала для зачаровывания предметов, и заодно поймать как можно больше тварей. Для моей задумки требовался такой запас пищи, которого хватило бы на полгода. Благодаря артефактам, еда сохранилась бы в первозданном виде, и мне не пришлось бы задумываться, чем питаться в пространственном кармане.

Со мной отправились только телохранители, а зельгам я поручила обследовать ближайшие холмы и пещеры на предмет поиска древних ловушек, и попутно заняться сбором трав. Для этого с ними отправилась старшая ученица Шалсей. Сама травница вместе с помощниками занялась посадкой овощей и зелени. Перед остальными женщинами стояла непростая задача накормить всех обитателей ущелья. Помимо этого, от них требовалось засолить и пережарить запасы мяса, напечь пирогов, ватрушек и хлебных лепешек. Работы предстояло много, никто не остался без дела.

При такой интенсивной охоте шкур, костей и желез всевозможных тварей скопилось столько, что хранить уже было негде. Зато истощились запасы муки, соли и специй. Посоветовавшись, решили отправиться в Рамалох, чтобы обменять охотничьи трофеи на продукты, ткани, бытовые мелочи и строительные материалы.

К этому времени из поместья Квалмов вернулся Наур. Как же я соскучилась по этому большому и доброму парню, похожему на мохнатого эргала! Наурчик, как узнал, что я вернулась, так обрадовался, что даже стыдно стало перед Айкой. Брат ко мне первой кинулся и закружил в объятиях, а потом только к жене подошел.

В поместье Квалмов дела постепенно налаживались. Младший справился с поручением. Беременная Бента и недееспособный Гилентар Квалм добрались до дома без происшествий. Люди, отправленные Лаэртом присматривать за порядком, мигом приструнили возмутителей спокойствия. Так что теперь молодая тана Квалм обживалась на новом месте, строила новых родственников и устанавливала собственные порядки.

Защиту в своих владениях остроухие установили надежную. Магические барьеры, заградительные полосы и череда ловушек окружали подступы к границам. Во внутреннем круге на расстояние полета стрелы построили дозорные башни, где несли службу вооруженные воины. На эльфирских землях вольготно разместились хутора с крестьянами, деревушки и села. Крестьяне горбатились на господина с утра до ночи. Пасли скот, выращивали овощи, заготавливали сено, собирали грибы, травы и ягоды в лесах, обрабатывали пахотные поля, засеянные пшеницей и другими злаковыми культурами. Через всю территорию владений протекала неглубокая речушка с пресной водой.

Со слов Наура, поместье походило на замок, обнесенный крепостной магически укрепленной стеной. Такое чувство, что Гилентар Квалм страдал паранойей или заранее знал о нашествии тварей. Во всяком случае, эти земли считались самыми безопасными в округе. Под руку к эльфиру стекались беженцы с окраинных деревень и городов. Принимали только тех, кто приносил бы пользу хозяину. Одаренных мастеров, ремесленников и воинов. Из новоприбывших набиралось ополчение, формировались рабочие артели, которые строили новые дома и обрабатывали земли. Причем, подобные действия начались задолго до возвращения Гилентара из Атарона, что говорило о главе рода, как о неплохом хозяйственнике. Жаль только, что при этом садистские наклонности никуда не делись. В подвалах поместья Наур видел клетки с людьми, оборудованные комнаты для пыток и специфических развлечений. Пленников братья выпустили, а в камеры посадили надсмотрщиков и особо отличившихся помощников главы рода.

Калим, когда услышал об этом, заскрежетал зубами. Его глаза заледенели. Больше он ничем себя не выдал. Но я ощущала нашу связь, как королева мирцинов чувствовала каждого подданного. В сердце брата вновь раскрылась кровоточащая рана, причиняющая нестерпимую боль. Мы сидели рядом, поэтому я чутко уловила перемены в его настроении. Незаметно взяла парня за руку и крепко сжала, стараясь по нашей связи передать, что теперь он не одинок.

Месяц ушел на то, чтобы набить свежим мясом пищевые хранилища и возвести жилье для зельгов. В Рамалох отправился Тэбан сур с Эрметтом и другими зельгами. Когда они прибыли к городским воротам на груженых подводах, их приняли за беженцев и завернули обратно. Если бы не наставник, с чужаками даже разговаривать не стали бы.

Однако отношение стражей изменилось, когда узнали, чем набиты мешки коренастых воинов в одинаковой причудливой экипировке. Новость об охотниках с трофеями моментально разлетелась среди горожан. Товар тут же расхватали и едва не передрались при этом. Не зря мы нагрузили все имеющиеся телеги, чтобы не вытаскивать мешки из тайников на виду у зевак. Новый наместник Лиимар Ренд лично примчался поприветствовать старого знакомого. Он не скрывал удивления, что Тэбан сур и его ученики до сих пор живы. Окраинные поселения давно опустели. Тех жителей, кто не успел переехать или понадеялся на крепость домашних стен, уже нет в живых.

Наместник предложил Тэбан суру остаться, городу требовались защитники. Только не сумел предложить ничего, что бы заинтересовало учителя. Единственное, что пообещал наставник, приехать еще раз, когда наберет побольше добычи. Эльфиры платили двойную, а то и тройную цену за лечебные эликсиры, выделанные шкуры и бытовые амулеты. Жаль только, что запасы продуктов в Рамалохе истощались. Тан Ренд уже организовал отряды, охраняющие работников, обрабатывающих поля. Однако хватит ли будущего урожая, чтобы прокормить толпу голодающих, никто предугадать не мог. В городае проживало достаточно гильдейских охотников, которые регулярно снабжали людей свежим мясом и остальными частями тварей. Для этого даже уходить далеко не приходилось. Достаточно выйти за ворота, приблизиться к зеленой кромке леса и немного подождать. Только добытых трофеев на всех не хватало. Они тут же расходовались на зелья, экипировку и амулеты.

В обратный путь телеги загрузили строительными материалами, продуктами и бытовыми товарами по списку. Едва только городские стены скрылись за верхушками деревьев, как повозки вместе с грузом и лошадьми отправились в пространственные хранилища. Зельги налегке быстро добрались до ущелья. А разбойников, рискнувших преследовать обоз, ожидал неприятный сюрприз. Мало того, что добыча ускользнула из-под носа, так еще и твари напали. Тэбан сур слышал звуки борьбы и агонизирующие крики смертников, изрыгающих проклятье в адрес исчезнувшего отряда. Спасать бедолаг наставнику в голову не пришло. Желание нажиться за чужой счет до добра никого не доводило.

Исследования окрестных пещер принесло долгожданные результаты. Дафна наткнулась на старый полуосыпавшийся и заросший травой провал в земле, а внутри уцелевший обломок скалы с древними рунами. Я уже не надеялась, что найдем нечто подобное. Рассматривала вариант возвращения к разрушенной крепости на третьем уровне Иринтала. А здесь до ущелья рукой подать, и территория хранителем контролируется.

Не знаю, что за сооружение стояло тут в прежние времена. Возможно, над каменной плитой когда-то возвышался дом, а сама она находилась в подвале. От постройки только и осталась, что дыра в земле и обломок зачарованной стены. Зельги помогли укрепить своды землянки, соорудили перекрытие и смастерили лестницу. Мы договорились, что в помещении будет постоянно кто-нибудь дежурить, чтобы не пропустить мое возвращение. Сендары и Калим изъявили желание поселиться в этой землянке, тем более, что отсутствовать я собиралась не больше недели.

За прошедший месяц мы многое сделали. Теперь у Тэбан сура, Шалсей и Наурчика имелись собственные пространственные хранилища. Для припасов я зачаровала сундучок, на каркас которого пошли кости скорга, а для перегородок — жесткий хитин, чередующийся с эластичными вставками. Сам артефакт поместила в неприметный дорожный кофр, купленный в Рамалохе, выстелив дно, стенки и крышку кожей гадары. Места в тайнике было столько, что влезло бы наше ущелье вместе с домами и обитателями. На активацию артефакта ушло два накопителя.

Внутри пространственной ловушки я расставила мебель, найденную в башне древнего города. Для запаса питьевой воды создала безразмерное хранилище на основе меха, используемого охотниками в походах. Мех — тот же мешок, сшитый из шкур животных, только с узким горлышком. Я несколько часов наполняла его водой из родника через тонкое отверстие. Продуктовое хранилище набила запасами круп, сырого мяса, зелени и овощей, готовых блюд и выпечки. Помимо этого, взяла плитку для готовки и варки зелий, сами зелья и ингредиенты к ним, посуду, охапки трав и кореньев. А еще чернила, самопишущие перья и писчую бумагу.

Для близких я отсутствовала пять дней, а на самом деле провела взаперти пять месяцев. Добровольное затворничество и тоску по близким, оставшимся за пределами двадцатиметровой комнаты без окон, я компенсировала работой, которая прерывалась лишь на сон, комплексы упражнений и принятие пищи.

Как же вытянулись лица сендаров и ошеломленно захлопал глазами Калим, когда ребята увидели мой выпирающий живот по возвращении. Вопросов парни задать не посмели, но вариантов, кто отец, было не так много. Они видели, как я уединялась с Верионом в ресторации Атарона, и как после он приходил попрощаться перед отъездом.

— Какие будут распоряжения, Тай? — Нелринья отчасти была готова к моему преображению, поэтому первой пришла в себя.

— Прогуляться хочу! Подышать свежим воздухом. Ним, отправляйся к Тэбан суру. Скажи, жду его вместе с женой. — По предварительной договоренности, родить мы с Шалсей планировали в одно время. — Что нового произошло за эти дни? Глирхи не появлялись?

— Нет! — Нел покачала головой. — Пока ты отсутствовала, мы охотились, дежурили здесь по очереди и никого, похожего на глирхов, не встречали.

— Странно, что кошки так задержались. Впрочем, если бы случилась беда, я бы узнала. Вероятно, дорога сюда сопряжена с опасностями. Поспешите за наставником! У нас не так много времени осталось в запасе.

В период беременности я не испытывала трудностей. Память из прошлого подсказывала, какие упражнения делать, чтобы не навредить ребенку, как питаться и какой соблюдать режим. Витамины заменяла свежая печень, которую каждый день съедала по кусочку. А магию, необходимую для развития плода, поглощала из накопителей. Судьбе было угодно, чтобы этот ребенок родился сильным магом, иначе она не привела бы меня в Зельдарин к месторождению «Сияния гор». Без магической поддержки я бы черпала ресурсы собственного организма и неизвестно, сумела бы выносить малыша и сохранить его дар.

Особые каналы в организме и внутренний источник будущего мага формировались еще в утробе. Если у матери недоставало магических сил, ребенка подпитывал отец. В противном случае, к моменту родов женщина слабела настолько, что не выживала в процессе. А ребенок, если и рождался, то с закрытым источником и атрофированными энергетическими каналами. Лишь у десяти процентов таких одаренных способности, вообще, проявлялись. Остальные даже не подозревали об упущенной возможности. Шалсей повезло, что у меня оказались при себе накопители. Скорее всего, она догадывалась о причинах недомогания, но молчала, потому что Тэбан с таким нетерпением ожидал появления ребенка, так радовался, что станет отцом.

На последних месяцах нам потребуется много сил, чтобы справиться с магическими потоками малышей. В ущелье Шалсей не следовало оставаться, чтобы не навлечь беду на его обитателей, поэтому я забирала ее с собой. Сейчас мы обе находились на седьмом месяце, и я уже сполна прочувствовала, на что способен будущий наследник Езеарана.

Взобравшись на пригорок, я подставила лицо ветру, колышущему волосы, и срывающимся каплям дождя. Испытала жгучее желание подняться еще выше, к плывущим мимо облакам, где перемещались сильнейшие воздушные вихри. Так хотелось ощутить сильные порывы, хлещущие кожу и перехватывающие дыхание, стать частичкой стихии, слиться с ней и лавировать между потоками. Желание — не мое, я уже научилась различать, когда малыш бодрствует и хочет поиграться, а когда голоден или желает поспать.

Позади неслышно приблизился Калим и укутал теплым плащом. Дождь начался еще ночью, и с утра небо хмурило серыми тучами. Земля остыла и не успела прогреться от жаркого полуденного солнца. Его лучи еле пробивались из-за плотной завесы.

— Спасибо, я в порядке, — поблагодарила парня, продолжая всматриваться в даль. — В убежище не хватало именно этого — ощущения свободы и необъятного простора. Чистого воздуха, напоенного запахами трав и жужжанием насекомых. Человеческого общения, — я машинально сложила руки на животе и погладила выпирающую на боку ножку. — Осталось недолго, малыш. Уже скоро мы встретимся, и я сделаю все, чтобы тебя защитить.

Два последних месяца, пролетевших снаружи за пару дней, я посвятила отдыху, подготовке к родам и систематизации того, что сделала за пять месяцев одиночества. А успела я немало, учитывая горы бумаги, исписанной убористым почерком, куда по памяти перенесла информацию из учебников академии и древних текстов. Однако помнить — не значит уметь пользоваться. Информацию следовало освоить, испробовать на практике и адаптировать под существующие реалии.

Отдельной гордостью служил дневник, где я описывала тварей, встреченных в Иринтале и подземельях Зельдарина. Эйдетическая память помогала еще и зарисовать хищников так подробно, что у неподготовленного человека картинки вызывали оторопь. Мои пояснения указывали, как разделать монстра, какие полезные органы извлечь первыми и как их использовать. Без ложной скромности могу утверждать, что более полного описания не давал еще ни один автор подобных изысканий. А ведь я упомянула далеко не всех обитателей Гиблого леса. Я даже до края третьего уровня не дошла и на севере не бывала. А там, как утверждал наставник, живут не менее опасные хищники.

Тэбан сур вцепился в записи, как только понял, что за информация в них содержится. Даже у Шалсей не получилось отвлечь мужа, пока тот не дочитал до последней страницы. Для травницы я тоже припасла полезную тетрадочку. Помимо сборника с бестиарием составила подробный справочник по растениям. Тоже с рисунками и рецептами зелий, в которые они добавлялись.

Не меньшей ценностью обладали записи по древнеэльфийскому языку и рунописи. Я на себе испытала, с каким трудом давались знания по этому предмету. В академических учебниках содержалась сухая информация, без пояснения, примеров и транскрипции. Я же указывала, какой длительности должны быть звуки, как их правильно сочетать и произносить, почему меняется смысл фразы, если перед ней стоит артикль, и какими последствиями грозит неправильный перевод.

Дневник Калло Херумора, где описывался путь Плетущейся лозы, я изложила в ином видении, заранее предупреждая, к чему приводят последствия. Эльфы массово привлекали неофитов со слабым даром, жаждущих обрести силу. Некоторых ведь бесчеловечные требования ничуть не смущали. И я бы не хотела, чтобы знания попали к тем одаренным, которые способны принести в жертву любого человека, подходящего под жесткие критерии выбора. Я бы уничтожила дневник, чтобы никто больше не проходил через такие испытания. Однако подлость Плетущейся лозы заключалась в том, что для перехода к завершающему этапу необходимо было обзавестись хотя бы одним учеником. Неизвестно, получится ли у меня достичь последнего уровня, ведь я еще не нашла жертву для предпоследнего ритуала, но не желала оставлять знания древних в первоначальном виде.

Однако ведение записей — далеко не все, чем я занималась в свободное время. Я изучала собственные зарисовки плетений, создающие пространственные карманы, штудировала магические книги, вникала в структуру управляющих панелей. Не сразу, но мне удалось понять принцип их работы. С собственными секретами эльфы расставались неохотно, ведь каждое необычное направление в магии — это чье-то открытие или даже озарение, как комбинировать существующие руноглифы и плетения. На правильную мысль натолкнула напутственная фраза в учебнике по основам эльфийской магии, найденном в Зельдарине.

«Магия и сильная воля одаренного едины. Только осознав эту простую истину, вы достигнете могущества».

Я уже использовала схожий принцип, когда мысленно изменяла течение времени внутри пространственного убежища. Почему бы не применить его и к другим вещам? Например, к построению объемной схемы руноглифов? Человек двадцать первого века искушен всевозможными образами и движущимися картинками, и легко представит объемную модель предмета. Если же с воображением возникали проблемы, то подспорьем служили основы черчения. В прошлом я не уделяла внимание этому предмету, но абсолютная память — полезная штука, а навыки — дело наживное. Потренировалась на простых примерах, постепенно усложняя задания, и в итоге шаг за шагом научилась создавать пространственные карманы. И расширять их по собственному усмотрению, и открывать проходы в другие места, о существовании которых я знала и изучила внутреннее строение плетений.

Каждое пространство неуловимо отличалось друг от друга. В подземельях я не увидела похожих ловушек, потому что в природе не встречалось двух одинаковых камней. Внешний вид и внутренняя структура зависели от условий, в которых камни образовались. Пространственная магия воздействовала на материал и видоизменяла его, навсегда вплетаясь в структуру. И камень застывал, запоминая новую форму, поэтому со стороны казался мертвым. Если же внутренние связи разрушались, они притягивали к себе магическую энергию, пытаясь восстановиться. Из-за этого эффекта и возникал антимагический эффект. Жаль, времени для исследований «мертвого камня» не хватило, но такой задачи я перед собой не ставила. Зато порадовал факт, что для создания пространственного кармана не потребуется искать что-то особенное. Подойдет любая ровная поверхность без сколов и инородных включений.

Тэбан сура и Шалсей, переваливающуюся уточкой, я заметила издали. Провожал пару Наур, заботливо поддерживая травницу под локоток. За эти годы Тэбан не только для меня стал отцом. Я видела, что и к ребятам он относится с любовью, которую не сразу разглядеть за суровой внешностью. Держался наставник строго, не давал спуска и использовал все свободное время для обучения. Только рядом с Шалсей взгляд охотника теплел, а на лице появлялась улыбка. Ученики побаивались наставника, и в то же время знали, что за каждого Тэбан сур будет стоять горой. Мне повезло, что такой человек встретился на пути.

— Лаисса! — Охотник заметил, как вырос живот, только, когда подошел поближе и захотел обнять. — Да как же это?.. — покачал головой. — Я еще не привык к мысли, что стану отцом, а ты уже дедом хочешь сделать. Как такое возможно? Там, — указал взглядом на землянку, — действительно время бежит быстрее?

— Когда находишься внутри, этого не замечаешь, — я обняла Шалсей и погладила ее животик, внутри которого бодрствовал малыш. — Как вы? Как себя чувствуете? Тошнота не возвращалась?

— С тех пор, как ты подарила накопитель, недомогания сразу прекратились. Сил прибавилось на двоих.

— Вот и замечательно! Готовы? — пытливо посмотрела на Тэбан сура и Шалсей. — Нас ждет непростое испытание. Я не подозревала, что на последних сроках магия будет выходить из-под контроля. Мой сорванец постоянно устраивает бурю, когда играется.

— Не замечала ничего подобного, — с улыбкой ответила травница. — Надеюсь, мы справимся. А почему сорванец? Думаешь, будет мальчик?

— Уверена в этом! Впрочем, не так уж много времени осталось. Мы обе скоро увидим наших детей.

Перед уходом Тэбан сур в очередной раз проинструктировал Наура и моих ребят, чтобы следили за порядком и не давали спуску ученикам, а также не прекращали работу по пополнению запасов. Мне одной на пять месяцев понадобилось немало еды и воды. А сколько потребуется заготовить пищи, чтобы прокормить всех обитателей ущелья? Зверье, заполонившее первый уровень, облегчало задачу. Только успевай разделывать туши и засаливать мясо. Но подобная работа требовала времени, которого катастрофически не хватало.

— Вы захватили мебель? Посуду? Вещи, которые потребуется для детей? — уточнила перед тем, как открыть проход.

— Проще сказать, чего Шали не запихнула в твое чудо-хранилище, — фыркнул наставник. — Даже если что-то забыли, не в тюрьму же отправляемся. Можно выйти на секундочку и передать ребятам, чтобы раздобыли необходимое.

— И то верно, — покивала я.

Уютная комнатка, в которой провела последние месяцы, для одного человека была тесноватой. Мне она служила кабинетом, лабораторией, кухней и спортивной площадкой. Тэбан скептически осмотрел помещение и озадаченно почесал затылок.

— Не понял, а зачем мебель, если тут только в спальных мешках поместишься?

— Ну, я подумала, вы захотите устроить в своей комнате привычную обстановку, — смущенно потупилась и шаркнула ножкой.

— В смысле? Своей? — оторопела Шалсей. — А разве здесь есть еще помещения?

Вместо ответа протянула женщине костяной артефакт размером с ладошку. Внутрь я вплавила осколочек накопителя и каплю собственной крови. Если поместить предмет на панель управления, откроется проход в другое помещение, что и произошло, когда подсказала травнице последовательность действий.

Соседний карман я строила с расчетом на большое количество людей. Там спокойно разместилась бы мебель, перегородки, если надумаем их поставить, столовая и мыльня. Даже теплица влезет, если придет в голову ее разбить. Тут по три урожая в сезон можно собирать, если придумать, как обеспечить постоянный приток и отток воды. Имелись кое-какие мысли на этот счет, но я еще не приступала к этому проекту. А пока перед семейной парой открылся вид на пустое пространство площадью двести квадратных метров.

— Да, как же это? Откуда взялось? — ахнула Шалсей. Вместе с телохранителями она осматривала найденную Дафной ловушку древних перед моим уходом. — Ничего подобного здесь в прошлый раз не было.

— А теперь есть и будет еще, если понадобится, — я лукаво улыбнулась. — Надо же было чем-то себя занять? Я изучала магию, экспериментировала и вот, что из этого получилось.

— Впечатляет! — одобрил Тэбан. — А ведь сколько пользы ты бы принесла, если бы тебе дали доучиться.

— Кто знает? — я пожала плечами.

Не все знания я почерпнула в Эльфирской академии магии. Большую часть раздобыла, путешествуя по Иринталу и подземельям Зельдарина. А еще принесла информацию из другого мира.

Единственное, о чем не рассказала наставнику, что в теле найденной им девочки поселилась душа девушки с Земли. Зачем его тревожить? И без того новостей хватало. А я уже давно не Лариса Агеева. От землянки остались только воспоминания, обостренное чувство справедливости и желание создать дружную любящую семью. Прежде я стремилась найти ответы, кто такая и откуда взялась, но теперь не уверена, хочу ли это узнать. Я встретила людей, которые стали ближе кровных родственников, допустивших, чтобы беззащитный ребенок оказался один в Гиблом лесу. Хотела ли я отыскать дом, где родилась настоящая хозяйка этого тела? Чем больше я узнавала эльфиров, родство с которыми не вызывало сомнений, тем сильнее крепло желание не иметь с ними ничего общего. И тем более я не собиралась отдавать остроухим своего малыша. Ради ребенка я старалась и осваивала пространственную магию. Чтобы у него и моих близких был шанс выжить независимо от того, вернусь ли я из Иринтала после схватки с темным королем или нет.

Последние сроки беременности у большинства женщин связаны с обустройством безопасного гнездышка, где вскоре появится потомство. В этом стремлении мы с Шалсей ничуть не уступали другим мамочкам. Когда Тэбан сур с иронией говорил, что супруга прихватила с собой все, что только можно, он не шутил. В запасах травницы хранились рулоны ткани и кружев, из которых мы пошили пеленки, распашонки и прочие милые вещички. Нашлась там корзина пряжи из тонкой шерсти домашних животных, из которой получились крохотные носочки и теплые костюмчики. И даже пух, которым набили подушечки и одеяльца. Наставник тоже занимался делом, выстругивая из дерева колыбельки, игрушки и погремушки. К рождению детей мы полностью подготовились, и схватки у нас с Шалсей начались с разницей в сутки.

Я отмучилась первой, шесть часов подряд испытывая невероятную боль, разрывающую изнутри. Однако страдания моментально забылись и ушли на второй план, когда впервые увидела своего малыша и взяла его на ручки. Белоснежная шелковая кожа, ангельское личико с огромными синими глазками, острые ушки и густые темные волосики, топорщащиеся смешным ежиком.

— Привет, мой родной, — прошептала, приглаживая непослушные локоны на маленькой головке. — Наконец-то, мы встретились после долгих месяцев ожидания. Представляешь, знакома с тобой всего минуту, и уже безумно люблю! Ты такой кроха. Только появился на свет и еще ничего не знаешь об этом мире. Как бы я хотела сама обо всем рассказать и научить всему, что умею. Надеюсь, у нас еще будет время, чтобы побыть вместе. Раньше я сомневалась, хватит ли сил, чтобы бороться со злом, жаждущим уничтожить этот мир. Но теперь я пойду до конца, лишь бы у тебя было счастливое будущее.

Сынишка цепко ухватился за мой палец, прислушиваясь к звуку моего голоса. Говорят, у новорожденных расплывчатое зрение, и они до полугода не способны сфокусировать взгляд. Но с моим малышом было иначе. Он смотрел осмысленно серьезными синими глазками, а потом улыбнулся самой очаровательной улыбкой на свете. Сердце защемило от затопившей нежности. Сокровище мое!

— Ого! У тебя уже и зубки прорезались? — Заметила проступившие через десна ровные, белоснежные бугорки.

— Чудесный малыш! — прослезилась Шалсей. — Никогда не видела новорожденных эльфирских младенцев. Невероятно красивые дети.

— Лаисса, ты уже придумала имя? — Тэбан обнимал жену за плечи, поддерживая после нелегкой работы. Травница шесть часов провела рядом, облегчая боль и отслеживая наше состояние.

— Я долго думала над именем. Как вам Эльдарион?

— Мне нравится, — одобрила Шалсей, и наставник с ней согласился.

— Звучное, почти, как королевское. Ему подходит.

А вот малыш, похоже, был несогласен. Наморщил лобик, скуксился и громко заплакал. В этот момент мебель вдруг взлетела в воздух и закружилась по комнате. Тэбан с Шалсей тоже оторвались от пола, но не взлетели, потому что учитель крепко вцепился в спинку кровати и закрывал собой жену.

— Эй! Ты чего, мой маленький? Испугался? — изумилась я. — Все хорошо, не плачь. Прекрати, пожалуйста. Шалсей нельзя…

— А-ах! — травница болезненно вскрикнула и схватилась за живот. — Кажется, началось! Воды отошли.

Эльдарион, как нарочно, разошелся еще сильнее.

— Что же делать? Как это остановить? — я растерялась, как будто и не было в прошлом опыта общения с младенцами.

— Дай ему грудь. Скорее всего, малыш проголодался, — посоветовала Шалсей.

Я последовала совету, хотя кормить пока было нечем. Обычно молоко приходит на второй или третий день после родов. Однако моя шумная кроха тут же замолчала и усердно зачмокала, удовлетворенно прикрыв глазки. Столы и стулья с грохотом бухнулись на пол, а приемные родители с облегчением выдохнули. Но расслабляться было рано. Для Шалсей все только начиналось.

— Тэбан, помоги добраться до нашей кровати. Затем ставь кипятиться воду. Побольше воды. И готовь чистые тряпицы, — командным тоном распорядилась травница.

— Сейчас все будет, Шали, — засуетился наставник. — Ты только не нервничай. И дыши. Ты же знаешь, как правильно дышать? А я сделаю, что скажешь. Может, помощь позовем? Тану Велари, например? Она троих родила. Знает, что делать.

— Я тоже знаю! Никого звать не надо. Пока будешь ходить, я рожу. Да быстрей же! Кажется, у меня процесс быстрее происходит.

Тэбан сур подхватил жену на руки и понес к себе в комнату. Затем я только и слышала, как Шалсей раздавала приказы в перерывах между схватками, а бедный учитель носился между комнатой и кухней как угорелый. Я при всем желании не могла помочь. Порывалась пару раз, когда Дар засыпал. Но стоило оставить его на секундочку, как малыш тут же просыпался, начинал плакать и устраивать в помещении бурю.

Прошло около трех часов таких метаний, как вдруг из соседней комнаты раздался пронзительный вскрик роженицы, а следом через мгновение звонкий детский плач. Эльдарион, казалось, не замечал чужих воплей и грохота, с каким падала мебель. Однако на новый звук отреагировал и удивленно распахнул глазки. Уставился изумленно. Мол, что такое? Откуда еще младенец?

— Похоже, твой дядя появился на свет, или тетя, — пояснила я. — Идем, посмотрим?

Накинув поверх сорочки домашний халат, тихонько соскользнула с кровати и направилась к счастливым родителям. Сразу после родов я приняла укрепляющий эликсир и сжевала кусочек печени. Как раз восстановилась за несколько часов и чувствовала себя сносно. Тэбан сур уже прибрал окровавленные тряпки, обтер младенца и закутал его в пеленки. Измученная и взмокшая от пота, Шалсей счастливо улыбалась, баюкая на руках крохотный комочек.

— Кто? — поинтересовалась, подбираясь поближе, чтобы посмотреть на ребенка.

— Девочка! — с гордостью похвастал Тэбан, при этом он будто светился изнутри. — Еще одна дочка. Я так рад. Красавица, вся в маму.

В ворохе кружев и пеленок, в которые учитель укутал малышку, я рассмотрела красноватое личико с носиком-кнопкой и губками, сложенными бантиком. Волос было поменьше, чем у Дара, они вились кольцами и цветом напоминали расплавленную медь. В темных глазках тоже отражались медные искорки. А если присмотреться магическим зрением, то такие же всполохи окружали яркую звездочку в груди девочки. Кстати, у моего малыша источник выглядел крупнее и сиял серебристо-голубым цветом с фиолетовыми прожилками.

— Познакомься, Эльдарион, — присела на краешек кровати так, чтобы сыну было видно девочку. — Твоя тетя. Или сестренка, а то тетя слишком по-взрослому звучит. И зовут ее… — вопросительно посмотрела на Тэбан сура, а тот перевел взгляд на Шалсей.

— Скажи, на что похож ее дар? Он сильный? — прежде чем ответить мужу, обратилась ко мне травница, догадавшись, что я рассматривала.

— На сверкающую звезду, — ответила честно. — За сиянием не рассмотреть сразу, какого она цвета.

— Значит, будет сильной магичкой. Не верится даже! Что ж, такой дар определяет судьбу и требует особенного имени, — Шалсей задумалась и посмотрела на меня. — Может, ты подскажешь? Мои варианты не подходят.

— Могу предложить древнеэльфийское имя, которое подобрала на тот случай, если родится девочка. Рильянна, что в переводе означает сверкающий дар.

— Благородно звучит. Тэб, как тебе?

— А что? Мне нравится, — кивнул мужчина. — Подходит малышке. Я хоть и не владею магией, но вижу, каким счастьем сияют твои глаза, когда смотришь на нашу дочь.

— Тогда, нарекаю тебя Рильянной Ангрин! — торжественно произнесла травница и поцеловала дочку в лобик.

Что-то не так было с наречением имени, потому что девчушка тоже заплакала. А следом Дар ударился в рев. Предметы в комнате снова поднялись в воздух. Но я уже знала способ, как угомонить крикуна. Шалсей тоже последовала примеру. И вот, когда кружащаяся мебель бухнулась на пол, оказалось, что на деревянных ножках столов и стульев проклюнулись зеленые почки. А на колыбельке появились даже побеги. Мы удивленно переглянулись. Рильянна уступала по силе Эльдариону, но заставить прорасти лакированную деревяшку сумеет не каждый маг.

— И что делать? — беспомощно посмотрела на наставника и травницу. — Нам нельзя выходить отсюда. Младенцы часто плачут. Представляете, сколько тварей сбежится, когда они устроят подобный концерт в ущелье?

— Значит, останемся здесь столько, сколько потребуется, чтобы дети научились контролировать магические всплески, — пожал плечами Тэбан сур.

— А как же… — осеклась, понимая, что мы не имели права рисковать жизнями тех людей, которые нам доверились. Но главное, я не стану подвергать опасности ни собственного сына, ни маленькую сестренку. — Ты прав. Эти крохи не виноваты, что родились с даром. И это наша проблема, как устранить угрозу.

Иного решения, кроме того, какое предложил Тэбан сур, я не видела. И не представляла, сколько лет уйдет на то, чтобы дети подросли и осознали, чем грозит бесконтрольное использование дара. С другой стороны, меня радовала возможность подольше побыть рядом с сыном. Ведь он такой маленький и беззащитный. Одна мысль о разлуке вселяла ужас. Не меньше пугало понимание, что я понятия не имела, как воспитывать маленького мага. Одна надежда была на Нимерниса и Нелринью, которые сами росли одаренными детьми и на себе прочувствовали особенности развития.

Помимо законных переживаний за наши маленькие сокровища, нависли и другие серьезные проблемы. Как обеспечить себя пищей на длительный период? Допустим я вдвое ускорю бег внутреннего времени по отношению к наружному. Тогда тот запас еды, что рассчитывался на месяц, потребуется растягивать на два, а то и больше. Тем, кто останется снаружи, придется трудиться не покладая рук.

Тэбан сур отправился в ущелье, чтобы поговорить с людьми и прояснить ситуацию. Для учителя я сделала артефакт, позволяющий открывать двери в убежище. Вместо себя в помощь он прислал Нелринью. Мы бы и сами управились, если бы не разница с течением времени. Там, где охотник потратит пару часов, у нас пройдет два-три дня. А мой сорванец ни на минуту не желал оставаться без мамы. Его источник тесно переплетался с моим и подпитывался от вживленного в тело накопителя. Я пробовала оставлять рядом другие камни, но тогда магия шла вразнос, и мы наблюдали летающую мебель. А вот если я «заряжалась» от «Сияния гор», то такую магию сынулька с удовольствием поглощал. Умудрялся вытягивать ее вместе с молоком. Пришлось пошить перевязь и работать над поисками решения проблемы вместе с Эльдарионом.

В связи с новыми обстоятельствами, нам требовалось еще больше пространства. Значит, следовало создать еще одну комнату. Затем реализовать идею с доставкой воды и придумать, как организовать бесперебойные поставки пищи без участия внешних сил. Разделывать туши мы могли бы и здесь, а для тварей не помешало бы создать ловушку, в которую они бы набивались сами. Нет ничего невозможного, когда на кону вопрос безопасности ребенка. Пока я работала над поставленной задачей, во внешнем мире происходили горячие обсуждения.

Тэбан объявил, что Шалсей родила двойню, мальчика и девочку, чтобы избежать ненужных вопросов. Позже, когда дети подрастут и выйдут к людям, разницу заметят сразу, но мы к тому времени лучше подготовимся. А пока взрослеть одновременно с нами изъявила желание Велари Габброн вместе с дочками Дейми и Табби, пяти и четырех лет. В условиях изоляции у них был шанс пожить в мире и спокойствии, подрасти и научиться многим полезным вещам. Айка с Науром тоже загорелись идеей, чтобы их ребенок родился в безопасном месте, и спешно готовились к переезду.

На первое время мужчины договорились, что будут по очереди сменять друг друга, чтобы не прерывать охоту и следить за тренировками учеников. А после, когда реализуем вариант с ловушками на тварей, ограничатся регулярными визитами во внешний мир. На осуществление плана ушло два месяца, после чего желающие присоединиться попрощались с обитателями ущелья.

Новый пространственный карман я создала в пещере рядом с домом, так что теперь не было необходимости дежурить в землянке. Вместительный карман соединила дверью с помещением, которое занимала семья наставника, а уже через них оставила проход к себе. Саму лабораторию изнутри защитила рунами и завесила шкурами тварей, чтобы те не пропускали магические всплески.

В итоге удобное место получилось для создания будущей сети проходов. Несколько пространственных карманов, не связанных друг с другом, мне потребовались, чтобы установить внутри разное течение времени. Иначе не получалось оставить Эльдариона под присмотром нянек. Выдерживал малыш пять минут, после чего капризничал и поднимал бурю в помещении. Ради того, чтобы сходить на второй уровень Иринтала к пещере с муридами, три месяца потратила на подготовку. Но оно того стоило! С прямым доступом в Гиблый лес не приходилось тратить время на дорогу. Воспользовался «пропуском», и уже на месте. Таких артефактов я сделала семь штук: для Тебан сура и Шалсей, сендаров, Эрметта, Калима и Наурчика. Мужчины, за исключением Нимерниса, по очереди дежурили снаружи и следили за порядком в ущелье.

На плечи старшего сендара легла нелегкая обязанность по воспитанию будущего мага. Дар побаивался той силы, которую демонстрировал Ним, и не капризничал в его присутствии. А из Нелриньи веревки вил, заставляя выполнять нехитрые детские прихоти. Эльдарион легко сделался общим любимцем. Рильянна ничуть не уступала мальчишке, но брала хитростью и очарованием самой шустрой непоседы, которую я только встречала. Вместе эта парочка создавала невероятно много шума и суеты. От них постоянно исходил бурный коктейль эмоций и, если они вдруг затихали, то обязательно творили какую-нибудь шалость. Маленький Хас, названный так в честь погибшего брата Наура, не сразу присоединился к неразлучной парочке, опережающей сверстников в развитии. Упрямый карапуз еще ходить толком не научился, а уже умудрялся разыскивать Дара и Льяну везде, где бы те не прятались. Умный не по годам Эльдарион решил, что лучше уж пусть мальчишка будет с ними, чем раньше времени выдаст их старшим.

Я не заметила, как быстро в убежище пролетели пять лет беззаботной жизни. Казалось, я недавно взяла на ручки крохотного сынишку, и вот уже мы празднуем первый маленький юбилей. Его и Рильянны, разумеется. За эти годы малышка обзавелась копной густых медных волос, но вздернутом носике проступила россыпь веснушек, а в медных с рыжиной глазках появилась болотная зелень. В новеньком платьице изумрудного цвета она была чудо, как хороша. Только почему-то терпеть не могла кружева и оборки. Пока Шалсей не видела, проказница уже оторвала клок от подола и теперь держалась позади Эльдариона, гордо задравшего голову и сложившего руки за спину. Когда он так делал, то наверняка прятал что-то от меня или Нимерниса.

Тэбан как раз закончил поздравительную речь, когда в столовой, где собрались близкие друзья и родственники, погас свет. Из соседней комнаты Нелринья выкатила двухъярусный торт, который мы с Дейми и Велари готовили весь вчерашний вечер. На верхушке горели пять свечек, которые полагалось затушить именинникам. Только они отчего-то не радовались этой перспективе и поглядывали друг на друга с возрастающим волнением.

— Вы можете загадать желание и задуть свечи. Ну, же, смелее! — приободрила малышню, делая вид, что не замечаю их тревоги. — Или не справитесь?

— Справимся, — буркнул Дар и забрался на стульчик, специально подготовленный для этого.

— Я тоже хочу! — Льяна сначала замешкалась, позволяя мальчишке действовать первому. Но потом спохватилась и полезла следом. — А что загадывать?

— Не знаю, — пожала плечами. — Загадайте то, чего никто из нас не исполнит. Только никому не говорите, иначе не сбудется. И да, необходимо с первого раза задуть свечи.

Дети смерили друг друга заговорщическими взглядами, опять покосились на торт и задумались. В тот момент, когда они набрали полную грудь воздуха, в убежище ворвался незваный гость. Эрметт оставался снаружи, чтобы следить за порядком. Позже Нимернис собирался его сменить. Но раз зельг появился так неожиданно, значит, что-то случилось. Мы все напряглись и замерли в тревоге.

— Прошу прощения, что испортил праздник. Тай, ты говорила, чтобы я не медлил с новостями. Так вот, докладываю, хорбы замечены на подступах к Рамалоху!

В этот момент свечки прогорели больше, чем на половину. Раздался громкий «бум-с». Верхнюю часть торта разметало по столу и размазало по гостям вместе с копотью и сажей. Эрметт моргнул, наблюдая, как со лба отваливается сладкий кусочек и падает на щеку. Дети втянули головы в плечи и уставились в пол, делая вид, что они тут совершенно не при чем. Понятно, что кое-кто добрался до лаборатории и стащил экспериментальный образец пороха, который на днях испытывала на полигоне. Не будь ситуация такой серьезной, я бы непременно отругала любопытную малышню, что влезли, куда не следует. Потом похвалила бы за сообразительность и прочитала лекцию о технике безопасности. Но, увы, период мирной жизни, вырванный у судьбы, закончился. Настало время сражений.

— Эрметт, готовь людей к переезду. С завтрашнего дня начинаем усиленные тренировки. Нас ждет поездка в Мелисин, после которой состоится Турнир пяти королевств.