Я призываю силу! Я в ней купаюсь! Живу!

Мне бы взлететь повыше! Я выдюжу! Я смогу!

Небо закатом окрасится и ветер взвоет издалека,

Я навсегда с ним повязана! Я знаю, что я сильна!

Губы помнят вкус поцелуев, а руки нежную кожу,

Я отдаю всю себя и всё, что жизни дороже!

Я призываю Силу — Красных драконов щит!

Я призываю Силу, чтобы ты мог жить!

Ривс Норд был зол. За несколько лет я хорошо успела узнать характер куратора нашей группы. Он был высоким и широкоплечим мужчиной. Не сказать, что красавец, но синие глаза иногда могли натурально гипнотизировать. Каштановые волосы, которые он стриг коротко, и небольшой шрам, пересекавший левую бровь, создавали ему, вид бывалого искателя, хотя к нам он пришел сразу после академии, не обтёртым и восторженным.

Я знала, что Ривс ко мне неравнодушен. Он этого не скрывал. Один раз я готова была даже сдаться, когда одолевала тоска и одиночество, хотелось тепла и человеческого участия. Но потом все прошло, и я поняла, что это будет обман, а мне не хотелось обманывать Ривса. Он будет всегда хорошим другом, но возлюбленным, нет.

— Как ты могла, — рычал мужчина, — как посмела одна соваться в пещеры к изменённым, Лейра! Если тебе плевать на себя, подумай о своих друзьях, которые места себе не находили.

Я посмотрела на скучающую Айту, на зевающего Атома и понимала, что Ривс говорит о себе.

— На пару стуков тебя можно, — тихо спросила Ривса и утащила его в коридор.

— Давай я просто скажу тебе, что все прошло прекрасно, и я кое-что нашла и пока придут остальные, мы просто позавтракаем, а? — просительно посмотрела на куратора.

Он сразу как — то сдулся и сжал челюсти. Потом схватил меня за плечи и прижал к своей груди, так что у меня захрустели кости.

— Ривс, — прохрипела я, старясь ухватить воздух, — Ты меня задушишь.

— И задушу, — чуть тише шепнул мне в макушку этот медведь и ослабил хватку, — Не подвергай себя опасности Лейра, иначе я привяжу тебя к кровати и не выпущу.

— Ого какие у вас тут страсти, — выглянул в коридор Атом и хитро осмотрел нашу композицию. Я тут же вырвалась из объятий Ривса и показала Атому жест, проведя ладонью по шее, отчего тот только хмыкнул и исчез в гостиной.

Дом, в котором жила наша группа был небольшим двухэтажным коттеджем. Мы его сами отремонтировали и наладили свой быт. Городок Изоринт хоть и был небольшим, но половину домов в нем так и стояли развалинами, со времён «исхода». Мы вместе ходили на различные задания. Такие, как принести нужные растения зельеварам, или потроха тварей, алхимикам или нужный артефакт артефакторам, за это нам платили. Были и государственные заказы, и подработка на стороне, частникам. Все это приносило деньги, которые я успешно относила в банк Регирда и покрывала свой долг. В последнее время выходить становилась проблемно и опасно.

Ключника перевели в Сонный лес, где он возглавил подготовительные курсы для желающих воевать с тварями Сонного леса.

Марса был отослан к границе Регирда, некоторые государства стали точит зубы на целостность страны, а Малус передавал мне задания через Ривса, не стремясь со мной встречаться, как, впрочем, и я с ним. Я старалась забыть Алоров, хотя одна из них все время была рядом.

Маргела за эти года казалось ничем не изменилась. Все такая же легкая и наивная, сопереживающая и добрая, желающая помочь всем и не терпящая, когда рядом кого — то обижают. Но кое-что в ней все — таки изменилось. Она перестала бояться высказывать свое мнение и все это благодаря магии, которую она получила. Все пятеро моих соратников получили магию, но, казалось, что Маргела всегда ее имела. Она была лекарем. Цвет силы мятный и приятный даже пах свежестью и быстро восстанавливал и организм, и выращивал растения. Она была счастлива, ее всегда тянуло к цветочкам, травкам и животным. Людей она любила меньше, но никогда не отказывалась помогать. Иногда наш дом походил на госпиталь и выводил этим Айту.

Та себе не изменила, дерзкая, злопамятная и прекрасная магичка огня. Она была рада, как никогда, когда наконец — то получила статус магини и в следующем году собиралась поступать в академию. Я была рада за нее и заранее сочувствовала будущим сокурсникам нашей злыдни.

Атом был магом ветра, что тоже ему очень подходит. Ему всегда нужно больше всех и везде нужно успеть сунуть свой нос. В академию идти учится ему скучно, он и так воин хоть куда, поэтому Атом, пока не собирался, сходит с лыжни искателя и был этому очень рад.

Чет был магом воды, уравновешенный под стать своей стихии и сносящий все преграды, если его разозлить. Его семья просила его бросить искательство и заняться политикой, но Лаймен все еще питал надежду уговорить Алену стать его женой. К нашему всеобщему сожалению Чет оказался однолюбом и вот уже пять лет все так же сходит с ума от одного вида мятежницы. На нашем пути она встречается слишком часто, чтобы про нее забыть.

Я дотронулась до груди Ривса:

— Прошу тебя, перестань, надеется, я тебе сказала последнее слово и не буду его менять.

— Решила похоронить себя из-за высокородного, — выдохнул маг и его глаза сверкнули от злости, — Пять лет ты на что — то надеешься Лейра, думаешь о нем. Он давно женат и забыл даже как тебя зовут. Пропадает на торжествах высокородных, под ручкой со своей ослепительной женой и купается в счастье семейной жизни. А ты все одна.

Мое сердце кольнуло болью, но уже не так больно, как раньше, видимо, все — таки броня, которую я нарастила, помогает.

— Я ни на что не надеюсь Ривз, — голос мой стал холодным, а магия внутри собиралась в вихри от сдерживаемой злости. Если сначала я просто хотела объяснить куратору, что не смогу его любить, и он достоин лучшего, мягко объяснить, теперь же не собиралась сдерживаться. Мы все так же стояли в коридоре и прожигали взглядами друг друга.

— Мне плевать на высокородного, и на тебя, и на всех мужиков этого мира. Единственное мое желание выплатить к Сонной матери этот долг и улететь в другие страны. Забыть обо всем, что я здесь пережила, забыть все. Я начну новую жизнь, в которой не будет место всем, кто был в прежней.

Я выдохнула и посмотрела на сжатые в кулаки руки, печати горели на запястьях, подсвечивая окружающий сумрак.

— Лейра, — качнулся ко мне Ривс, но я подняла руку вверх, давая ему понять, что ко мне он больше не подойдет, — Прости, — прошептал мужчина, а я злилась еще сильнее, мне не нужно его прощать, мне вообще ничего от него не нужно.

В который раз поругала себя, что дала слабину два года назад и переспала с ним. Я сразу поняла, что это было зря. Сердце ныло, а там, где соединяются наши с Яном сущности, натянулась красная нить. Маглинты также отходили к нему. Оказывается, раз впустив пожирателя в ближний круг, назад его не выгонишь. Это было ещё одно напоминание о том, котором не хотелось вспоминать.

Мужчина еще несколько секунд смотрел на мое лицо, а потом плечи его как — то опустились, и он пошел в сторону лестницы и наверх. На втором этаже у нас были спальни.

Я провожала его взглядом и в сотый раз корила себя, за то, что подпустила его так близко. Эгоистка несчастная. Захотелось ощутить себя живой, ощутила? Сделал человека несчастным, неплохого человека.

— Ну как? — вылезла из засады Айта, кто бы сомневался, что они просто так дадут поговорить, подслушивали это точно.

— Никак, — махнула рукой и поплелась в кухню готовить завтрак, дежурства еще никто не отменял и сегодня моя очередь.

— Довела мужика, — не унималась Айта.

— Угомонись, — устало сказала я и вытащила огромную сковороду, потом залезла в холодильный ларь в поисках мясного.

— Ладно, — Айта уселась на табурет к столу, — давай помогу чего — нибудь порезать.

Я не стала отказываться от помощи и накидала ей всяких овощей. Утром мы всегда плотно завтракали, никогда не знаешь, что будет потом. Заказы могут прийти в любой момент и надо сразу реагировать, чтобы не перехватили другие группы. Между искателями была большая конкуренция.

Мы натушили овощей с мясом и наварили яиц. Айта слава богини больше не цеплялась и на том спасибо. Мне сейчас не хотелось говорить о происшедшем.

Пока девушка ходила звать остальных к завтраку, я морально подготавливалась рассказывать новую информацию. Единственно, что мне было тяжело, это как объяснить про корабль. Мне, как человеку с Земли это сразу понятно, а вот местные думаю, не поймут работы артефактов без магии лима. Но у меня остались очки. После того как я вышла с боем из пещер изменённых, сразу их выключила, надеясь, что заряд доживет до похода к дому. Еду почти всю я съела, а одежда так обтрепалась, что не поймешь из какого материала. Изменённые твари могут пуляться довольно неприятными вещами, которые разъедают все на своём пути. Рядом материализовался Марик и тряхнул розовыми ушками, глаза сонно оглядели кухню и накрытый стол.

— Я все проспал, — сложил на животе лапки проводник лима.

— Как всегда, — фыркнула я.

— Но — но, попрошу без насмешки, — сразу встопорщилась шёрстка на макушке у мыша, а крылышки опали, укрывая Марика плащом, — Тот, кто внутри, — многозначительно указал Марик на браслет пространственного мешка, — Требует много энергии.

— Так, он с меня требует, — не сдавалась я.

— И у меня тоже, — буркнул мыш и тут же перескочил ко мне на колени, вынюхивая на столе вкусняшку. Я придвинула к нему маленькую тарелочку с засахаренными фруктами. Марик был страшным сладкоежкой и, хотя еда ему не требовалась, отказаться от вкусняшек проводник не мог.

Потихоньку в кухню стали заползать одногруппники, под конец пришел Ривс. Его волосы были влажными, а лицо спокойным, видимо, успокаивал себя прохладным душем.

Когда первый голод был утолен, не выдержал, как всегда, Чет. Его всегда интересовали находки и тут не исключение:

— Не томи Лейра, рассказывай.

Я медленно пережевала кусочек мяса и вздохнула, потом дотронулась до печати молчания на запястье.

— Даже так, — удивлённо поднялись брови у Атома и тут же положил на печать указательный палец, активируя ее подачей магии.

Когда все присутствующие, поклялись в молчании насчет сегодняшней темы, я стала рассказывать.

— Лейра я должен рассказать об этом наверх, — не выдержал Ривс. Он был нашим куратором, но еще и так думаю шпионом за мной. Как во все это, вписались его чувства и как он успокаивает свою совесть не знаю, но заблаговременно взяла с него клятву о неразглашении, и он согласился.

Я покачала головой и сузила глаза:

— Марик, скажи нашему куратору, что его ждет, если он нарушит свое слово.

— Беды на него обрушатся, несчастья… — монотонно стал перечислять проводник

— Марик, — я посмотрела на пушистый комок недовольства.

— Ну ладно, — тут же успокоил меня мыш, — язык у тебя отсохнет, не сможешь ни слова сказать, ни магичить, и писать тоже не сможешь, и вообще, превратишься в овощ, пока информация, которую ты хотел рассказать, не станет ненужной или станет уже общеизвестной.

Ривс посмотрел на меня нечитаемым взглядом:

— Это важно Лейра, то, что на Эйдане была еще одна раса важно знать хотя бы верхушке. Кто этот враг, с которым воевали мерги, чем нам грозит его появление тут.

— Судя по всему, — медленно стал говорить свои заключения Чет, — враг уже тут и был тут всегда. Если, конечно, выжил как мерги. Так что твой доклад ничего не изменит. И не факт, что верхушка не знает обо всем уже давно.

— Вот именно, — хмыкнула я, — высокородные знают намного больше, чем простые люди и маги, так что Ривс ничего личного, но знания группы — это знания группы, ты сам согласился быть с нами ближе.

Я чуть не прикусила язык, а Айта двусмысленно хмыкнула.

— Думаю, что вам враг не угрожает, — сказал Марик и я обратила внимание на своего проводника лима.

Ушки у него упали на две стороны, и весь вид был каким — то поникшим. Он заметил мой взгляд:

— Что? — возмутился, — Я просто печален, что не был с тобой там на корабле.

— А я вот не понимаю, почему корабль, — сказал Атом и хлебнул кьяву, — он что же, с парусами и плавать может.

— О, это такая тема, — махнула я рукой на Марика, — хочешь, он тебе лекцию прочитает, — кивнула на своего проводника.

Ушки у мыша тут же выпрямились, глазки заблестели, а клычки вылезли наружу при довольной улыбке.

— Мне нужно снаряжение проверить, — тут же сказал Атом,

— Я сегодня очень загружен в библиотеке города, новые поставки книг, — тут же ответил Чет.

— Я все — таки наверх пойду, нужно разведать обстановку, — отвел глаза от мыша Ривс.

— У меня растения не политы, — озабоченно прошептала Маргела.

— А я… — не сообразила сразу Айта, — а у меня… — она жалобно посмотрела на меня и ребят, — Да что б вас! — разъярилась девушка, — Атом ты вопрос задал ты и выслушивай лекцию, мне мои нервы дороже.

На секунду воцарилось молчание, потом мы не выдержали и рассмеялись. Марик был очень умным, вот насколько он был умным, настолько занудным. Поэтому его лекции до конца выслушивала только я и то, потому что учителя магии лима на Эйдане больше не было.

— Я вам это припомню, — погрозил нам лапкой проводник и исчез в золотистых сполохах.

— Лейра, ты опять его на нас натравливаешь, — покачала головой Маргела, — я не хочу больше хищных цветочков. Нет, мой Грог, конечно, душка, и я от него сейчас ни за что не откажусь, но больше не надо.

Я хмыкнула и стала собирать посуду. В первый год нашего сосуществования мы немало сорились по поводу быта. Выросшие в роскоши и богатстве слабосилки высокородных не умели даже за собой стол убрать. Всех приходилось учить мне и также выдерживать целые военные операции и баталии, потому как они пытались все проблемы по быту, скинуть на меня. Ага, аж два раза. Научились как миленькие и посуду мыть и есть готовить и даже полы подметать. Стирку у нас забирала прачки, с этим не было проблем. И тут мне помог Марик. Я с легкостью могла переключить его любовь к преподаванию на других и это было уморительно.

Когда у Атома согнулся любимый меч, словно был не из железа, а из резины, отказался слушать Марика, он сразу научился готовить завтраки и убирать за собой в комнате.

Когда у Чета пропали все его записи в записных книжках, он сразу понял, что мытье посуды его любимая задача. С Айтой было немного проблематично, но осветленные волосы, которые белоснежным мелким бесом вились поутру, научили и эту злюку чистоте и порядку.

Маргела же получила в подарок особенно лютый изменённый цветок, только вот я до сих пор сомневаюсь, было ли это наказание для нашей магички.

Ривс один не получил действенного поучения, но увидел, как достается другим, понял и согласился, что лучше заправить свою постель утром, чем получить в ней непонятную зеленую жижу вечером.

В общем, наши пять лет прошли интересно, познавательно и весело. Были, конечно, свои трудности, но с большими проблемами мы не сталкивались. Моя измарность все еще оставалась тайной в городе, а Марика считали моим фамильяром, были тут и такие зверушки. В последние два года стало модно приручать животных или мелких химер и многие высокородные считали своим долгом прогуливаться со своими питомцами по улицам Сароса, показывая свое богатство, фамильяры стоили не дешево.

Еще у меня была радость, я почти закрыла свой долг и уже могла бы закрыть полностью, но были тут свои хитрости. Я боялась, что, если покрою весь долг меня тут же схватит император. Найдет какую — нибудь причину или придумает новый закон. Почему мне так казалось, так в последний год, не пришло ни одной измары. Дошло до того, что высокородные, узнав, что поток инкубаторов иссяк, тут же принялись атаковать приют, стараясь урвать себе магическую батарейку. Забирали всех подряд и шли на любые ухищрения. В верхах говорили, что император сдал и что скорей всего, скоро власть сменится.

Я в политические дрязги сильно не вникала, но то, что измары перестали приходить на Эйдану, ставило нас, которые уже живут здесь в опасное положение.

Алька моя подруга и самый дорогой человечек была замужем за тем магом водников, который ее все время доставал. Как — то уж у них получилось от ненависти до любви, не знаю. Но она была счастлива и уже дважды мама. Оба раза ездила к ней и любовалась малышами. Дети были магами, простыми, но с хорошими резервами. Подруга была счастлива. Правда, последние новости меня немного напрягали. Она передавала мне по — своему лайзу, что ее мужа переводят служить в Сонный лес. Потом она прислала мне посылку, много вкусных орехов и пару кристаллов со снятыми на них роликами из жизни любимой супругу и счастливой мамы. Я послала в ответ красоты подземных городов и осколки нейтринов, они были в цене.

Так вот, я ждала, когда мои финансы, будут чуть больше и позволят мне не только покрыть долг, но и быстро смотаться из Регирда. Я даже уже выбрала страну, в которой буду жить, как — то отдыхали там группой. Небольшая приморская страна. Много солнца, море, песок и добродушные люди. Мне не хватало совсем немного. А путь отступления уже готов. Потом попробую перетянуть Альку, ее муж, конечно, сильный маг, но если кто — то узнает, что Алька измара, он ее не спасет. Малус хорошо прикрыл наши персоны, но всегда есть какие — то небольшие нюансы, которые не учтены.

Пока я предавалась своим мыслям, группа разбежалась по своим делам кроме Ривса.

— Лейра, — позвал он так, что я вздрогнула, не ожидала что кто — то еще остался.

Положила в раковину грязную посуду, активировала магию и кинула заклинания чистоты. Небольшие муравьи коричневой волной затопили посуду. Б — р–р, никак не могу привыкнуть к визуализации всей этой живности. Иногда даже мечтала иметь простую магию и читать простые заклинания. Но лим он такой, все перекроет по — своему, хоть живое существо, взять тех же изменённых или мои заклинания, каждое все чудесатей и чудесатей.

— Лейра, — повторил Ривс, — даже если ты не будешь слушать, я скажу тебе.

Волна муравьев схлынула, оставляя девственно чистую посуду, я повторно кинула заклинание воды, чтобы ополоснуть, и посмотрела на куратора.

— Я скажу тебе последний раз. Можешь не отвечать от этого мое мнение не изменится.

Ривс сел на стул и посмотрел на меня своими синими, как море глазами. Я поджала губы, стараясь не сказать ему того, о чем потом пожалею.

— Я люблю тебя, — сказал этот упрямый мужчина, — Я пробовал тебя забыть, поверь, за два года я перепробовал все, что можно, но у меня не получалось. Я не могу забыть, наверно, это как болезнь, которая не лечится. Вроде бы все прошло, но стоит увидеть почувствовать, услышать и все, я опять не могу спать и есть и понимаю, что постепенно схожу с ума. Мне больно и еще больнее понимать, что ты такого по отношению ко мне не чувствуешь.

Я замерла раздираемая сожалением и жалостью, этим мы с ним схожи, оба больны не теми, кто этого достоин. Хотелось сказать ему, что лучше всего ему просто уйти подальше от меня, потом вспомнила, что у него были такие промежутки, когда он покидал нас на пару месяцев. Я думала, что он не вернется, но он опять тут и опять я чувствую свою вину. Это к тому же неимоверно злит, ведь мог бы любить потихоньку, не вгонять меня в чувство вины.

— Я много думал, — продолжал тем временем Ривс, а я села рядом на стул, чтобы не смотреть на него сверху вниз, — мне плевать, что ты ко мне чувствуешь или нет, я буду рядом, помогать, любить, оберегать, а когда стану не нужен уйду.

Вот зачем он так, я закрыла глаза от злости:

— Нет, не нужно самопожертвования, зачем ты делаешь так, что чувствую себя в чем — то виноватой, я ведь тебе сразу сказала обо всем и сразу предупредила, чтобы ты ни на что не рассчитывал. Давай просто закончим наши отношения, тем более я скоро… — тут я поприжала язык и вывернулась, — поеду к подруге и останусь с ней на долгое время, может, ты наконец — то вылечишься.

Я встала, когда тебя называют болезнью это не слишком приятно, да вообще вся эта ситуация не слишком приятная. Я уже собралась покинуть столь не любимый мной Регирд, надеюсь, навсегда и оставлять за собой страдающих мужиков не собиралась, хоть бы он нашёл себе женщину, взмолилась я. Друзья поймут, когда я покину их без предупреждения, слишком много у нас всего говорено и они знают мои мысли и поймут поступки, а вот с Ривсом не уверена, надеюсь, не кинется меня искать.

Я все еще надеюсь, что Малус прикроет от императора, печать с его запястья все еще не сошла, в чем причина я не знала, хотя Алор выполнил все свои обязательства, но магия лима не отпускала так просто свою жертву и высокородный до сих пор на многое закрывал глаза, хотя и я тоже не раз помогала и защищала Маргелу. Так, я отвлеклась, посмотрела на замершего Ривса, который разглядывал меня с нежностью и какой — то потерянностью во взгляде.

— Я все сказал Лейра, — покачал он головой отрицательно, — я не спрашивал у тебя совета, а просто констатировал то, что решил.

С этими словами мужчина встал, и я тут же оказалась в его руках, он притянул меня к себе, легким поцелуем коснулся моих губ и улыбаясь своим мыслям, как сумасшедший вышел из кухни. Ну вот, сломала мужика.

Этот день наконец — то пришел. Я не могла поверить, что отдам долг, который собиралась выплачивать еще десяток лет. Всё — таки работа искателя очень прибыльна хоть и опасна. Взять хотя бы моих друзей.

Остров тысячи водопадов был прекрасен. Ради его красот дирижабль даже замедлил ход и немного изменил курс, чтобы удивить пассажиров самым лучшим видом.

Северьян показывал мне на водопады и перечислял их названия. Он и правда был заядлым путешественником и поэтому когда — то побывал на этом острове и знает его как свои пять пальцев. Маг совершил удивительное, он смог отвлечь меня от переживаний из-за встречи с Яном.

Сначала он предложил показать мне коллекцию минералов, похожих на нейтрины, на что я согласилась сгоряча, а потом настороженно следила за мужчиной, когда он ходил по небольшой каюте и раскрывал свои сумки. Но слава богини Северьян оказался вполне адекватным и лезть с приставаниями не стал. Тем более, с нами были так называемые питомцы. Обезьянка Северьяна, которую звали Нэнэ и Марик. Вот кому все нипочём. Развалился на кровати мага и в ус не дует мысленно, комментируя кристаллы, которыми хвастался Северьян. Я пообещала мужчине, что подарю ему нейтрин, у меня их было немного, но мне не жалко. Маг был рад и сразу решил отдариться, втискивая мне в руки старинной работы ножичек для бумаги. Надо сказать, красивый, с узорчатой рукоятью и довольно острым лезвием.

— Я купил его очень давно и вот вожу с собой, мне этот нож напоминает вас, — сказал маг, — такой же красивый, необычный, таинственный и опасный.

Не поняла, он мне сейчас комплимент сказал. Я задумчиво посмотрела на Северьяна. Он был высок, не сказать, что крепыш, скорее худощав, но, посмотрев на руки с твердыми мозолями, не ошибусь, если предположу, что он неплохой боец, по крайней мере, в путешествиях нужно уметь себя защищать не только магией. У него были непонятного цвета глаза, больше подходящие на болотный мох, тёмно — зелёный с коричневыми прожилками. Прямой нос, узкие губы, квадратный подбородок и темные для общей шевелюре, брови.

От подарка я отказалась, не так мы близко знакомы, чтобы принимать непонятные дары. Маг понимающе кивнул и больше к этому вопросу не возвращался.

Время как — то быстро пролетело за разговорами и вот мы стоим на палубе дирижабля и смотрим на остров в специальные увеличительные артефакты. Северьян стоит очень близко чуть, приобняв меня за плечи, и второй рукой показывает на знакомые места. Я не чувствую опасности от мага как от мужчины, он показал, что я ему нравлюсь, но как — то нахально распускать руки и делать фривольные предложения, чем грешил Атом, делать не стал. Не всегда первое впечатление от человека верное, он показался мне скользким типом. Я нахмурилась и посмотрела на Северьяна внимательней, он отвлекся от красот острова и тут же освободил меня от своей руки.

— Ох, простите Лейра, я увлекся.

— Ничего, — улыбнулась в ответ, — я не из тех, кто жаждет замуж и приставать не буду.

— А вот тут я огорчен, — маг сделал жалостливое лицо, — мне уже пора выбрать себе спутницу жизни.

— Только не говорите, что вы ни разу не влюблялись, — решила чуть поддеть мужчину, — или в вас никто не влюблялся, вы довольно привлекательны.

— Спасибо, — Северьян картинно приложил одну руку к груди и чуть склонил голову, — у меня есть надежда, что вы все — таки присмотритесь ко мне получше.

— Мы с вами попутчики— махнула я рукой, — обычно в дороге незнакомым людям рассказываешь многое, что не рассказал бы близкому человеку.

— Это странно— кивнул он, — но я с таким сталкивался.

Северьян опять подошел очень близко и посмотрел в сторону острова, который мы почти пролетели

— Смотрите, сейчас будет самый высокий водопад, и самое интересное он двойной.

Водопад и правда был высокий, казалось, что вода совсем рядом с дирижаблем, пахнуло свежестью. Огромным потоком низвергалась она на верхушку второй горы, а уже оттуда на землю, из-за этого на горе, которая пониже образовалась небольшая чаша.

— Я тут купался, — похвастался Северьян.

— Как же вы туда забрались? — поразилась я.

— Вот так, — сказал маг и притянув меня к себе поближе использовал свою силу. Невидимая подушка из воздуха приподняла нас над палубой, сделав источником внимания многих зрителей. И один из зрителей мне не понравился. Ян стоял, заложив руки на груди, его лицо было холодным и ничего не выражающим, а вот метка высокородного пылала как накаленная жаровня.

— Пустите меня, — зажмурилась я, чтобы больше не смотреть на Алора.

— Только не говорите, что боитесь высоты, — улыбнулся Северьян.

— Вовсе нет, — не удержалась и улыбнулась в ответ, — но не хочется привлекать лишнее внимание.

— Ах да, — заговорщицки сказал маг, — вы же искатель персона таинственная и опасная.

Я фыркнула.

— Спасибо вам за рассказы, за то, что помогли и показали водопады, — сказала я.

— Ваша речь намекает, что мне пора уйти Лейра, — мягко сказал Северьян, потом он взял меня за руку, — но я могу вам помогать и дальше, тот мужчина ведь бывший возлюбленный, про которого говорила ваша знакомая. Если хотите, я стану вашим «мужчиной» до конца полета.

Северьян хитро прищурил глаза и поднес мою руку к своим губам, а потом нежно коснулся теплыми губами.

— Я подумаю над вашим предложением, — улыбнулась магу и аккуратно высвободила руку из плена, — а сейчас я, наверно, пойду в каюту, мой питомец давно заждался, когда он один может что-нибудь натворить.

В голове сразу возмутился Марик, паразит, а сказал, что уходит в суточную спячку. Марик частенько спал, говоря, что это нужно для лучшего развития моего резерва и магии. Я делала вид, что верю ему и сама понимала, что проводник многое мне не рассказывает.

Я пошла к своей каюте, нервно оглядываясь и все равно, не заметила Яна, который слишком быстро затолкал меня внутрь и закрыл за нами дверь.

— Ты играешь с огнем Лейра, — холодно сказал Алор, пристально разглядывая меня.

— Что тебе надо? — стараясь, чтобы мой голос не дрожал, спросила я.

Ян прошелся по каюте, оглядывая обстановку, по волнам магии я поняла, что он сканирует пространство на подслушку.

— Почитай, — кинул мне тонкий пергамент, сложенный рулоном и скреплённый печатью искательского бюро. Я нахмурилась, в бумаге черным по белому было написано, что я Лейра Махон, на время самовольного отлучения иду под командование высокородного дана Яна Алора. Задание он выдаст мне сам и оно бессрочно.

Сжала кулак сминая приказ. Ян покачал головой

— Зачем? — потом без спроса уселся на кровать, смотря на меня нечитаемым взглядом.

— Это ты, зачем сюда пришел, не поверю, в случайность, что мы оказались в одном дирижабле.

— А это правда, — высокородный пожал плечами, — то что мы оказались тут это случайность, а вот этот приказ нет. Я связался с бюро, и ты там дорогая Лейра, числилась дезертиром.

— Плевать, — сложила рук на груди, — плевать на Регирд и бюро. Я отдала долг и теперь свободна.

Высокородный опять покачал головой, а я вдруг подумала, что он совсем не изменился, таким я его заполнила в день нашей последней встречи.

— Лейра Лейра, ты все еще далека от политики и того, что происходит в мире.

Тут я насторожилась, я правда мало следила за происходящем в мире, погруженная в дела подземные, не было времени, а теперь, после слов Яна мне вдруг стало не по себе.

— А что происходит?

— Ты дезертир Лейра, а страна, в которую ты едешь, связана с Регирдом договорами о выдаче преступников, но скорей всего тебя просто прикроют где-нибудь в лабораториях и будут изучать как зверушку. Тем более, один из менталов уже наводит с тобой хорошие отношения.

Я не хотела верить всему, что мне говорит Ян, это не вписывалось в мои радужные планы, которые я строила себе все эти годы.

— Лейра, — голос Яна смягчился, — поверь, только в Регирде ты была защищена настолько, насколько можно защитить величайшую драгоценность.

Я же просто замерла, переваривая новую информацию.

— Говоришь Северьян Никс ментал, еще скажи, что он на меня как — то влиял.

— Нет, не влиял, — сказал Ян и встал, быстро оказавшись рядом со мной, — приводил тебя в дружеское расположение.

— И он специально меня поджидал, — скептически изогнула бровь и посмотрела на Алора снизу вверх.

— Нет, ваша встреча случайность, как и наша, но он быстро узнал кто ты и получил приказ.

— Ты врешь, — как ребенок, отказываясь, верить в сказку, которая оказалась страшной, сказала я.

— Лейра, — Ян попытался обнять меня, я оттолкнула его.

— Руки убрал, — почти прошипела я, — не смей ко мне подходить.

— Хорошо, — Алор показал пустые ладони, — успокойся. Ты выслушаешь меня или нет

Я глубоко вздохнула, достала из пространства браслета зелье очищения, залпом выпила. Я давно заметила, что зелье, которое полежит рядом с Мердито спящего в моем браслете становятся сильнее, а мне сейчас нужно сильное зелье, чтобы очистить мозг от навязывания ментала.

— Успокойся Лейра, — сказал мысленно Марик, — на магов лима ментал не действует.

— Не мог сразу сказать, — недовольно поморщилась, зелье было гадким.

— Что тебе нужно? — еще раз спросила Алора.

— Как только прилетим, я дам тебе инструкцию, — тоже взял себя в руки Ян.

Я повернулась к нему, внимательно разглядывая лицо

— Мне нужны гарантии, — сказала ему.

— Такие же, как от отца, — усмехнулся Ян.

— Можно и клятву, — кивнула сама, погружаясь в пучину горя, неужели мне никогда не избавится от высокородных и Регирда.

— Хорошо, — Ян кивнул, черные глаза блеснули азартом, — Я клянусь Лейре Махон, что дезертирство будет снято.

— Не все, — тут же сказала я, — я хочу уйти с искателей.

— Почему? — удивился Ян, — Мне казалось, что тебе нравится этим заниматься, там столько всего можно найти и спокойно развивать свой дар.

Я уже собиралась сесть на кровать, ноги почему — то не держали, но замерла:

— Откуда тебе знать, что мне нравится? — жестко спросила я, — Думаешь каждый день рисковать жизнью приятно, чувствовать себя в бегах приятно. Вы высокородные не оставляете выбора, мне приходится так жить.

— Лейра, — Ян подошел и положил руки на мои плечи, отчего мое тело вздрогнуло. Тепло его рук сразу окутало с ног до головы и даже расслабило, очень хотелось прислониться к нему и просто выдохнуть, но… с Яном это невозможно, у него есть кому прислоняться. Зашипела как змея и отбросила его руки.

— Я сказала не трогать меня.

— Прости, — высокородный отошел на шаг назад, — ты права, я не знаю, чего ты хочешь и чем живешь, но думал, тебе нравиться магия. Что ты хочешь найти в других странах Лейра, — он усмехнулся, — бедность низов и алчность в верхах.

— А в Регирде все спокойно? — язвительно сказала я.

— Я не говорю, что в Регирде прекрасно, но… — он запнулся, — сама все увидишь, — потом еще раз повторил слова клятвы дополнив, что я хочу стать свободной от искателей. Магия, как в случае с Малусом и сектантом прилепила на запястья Яна печать в виде небольшого сверкающего нераспустившегося бутона.

— Тебе не кажется, что эта печать похожа на то, что мы должны были забрать из хранилища? — задумчиво спросил он и вопросительно взглянул на меня.

Сердце мое сделало кульбит, значит мне не показалось, я тоже уже думала, что печати, которыми одаривает лим очень похожи на Мердито. Что бы это не было, но к лиму оно имеет прямое отношение.

Ян не дождался от меня ответа, как — то криво усмехнулся и повернулся к двери, потом обернулся, взглянул так, что пробрало до дрожи:

— Мы прилетим завтра к обеду, попробуй не вызывать подозрения у Никса, пусть у них не будет времени придумать новый план для твоей задержки. Мой приезд согласован, и я впишу тебя как сопровождающего.

— Ты не сказал, что нужно делать, — остановила я его вопросом, понимая, что сама хочу, чтобы он побыл подольше рядом и в то же время мне больно, что вижу его и не могу прикоснуться.

— Сначала нам нужно узаконить твое присутствие Лейра. Поверь измара им нужна так же, как и груз, который я везу, и что перевесит мне неясно.

— Хорошо, — кивнула в ответ, Ян чуть помедлив вышел.

Я без сил упала на кровать, разговор выпил из меня силы и вымотал нервы. Ну почему я такая дура, другая бы наплевала и получила то что хочет, своего мужчину, я же гордо пячусь назад. Ведь понятно, что он ко мне неравнодушен, «жена не стенка можно отодвинуть» так говорили на Земле, но гордость не позволяет любить тайком. Сжала от злости зубы до треска эмали.

— Зубы побереги несчастная, — появился Марик.

— Исчезни, — устало сказала я, — только твоего ворчания мне не хватало.

— Хорошо, — тут же ответил проводник — и не скажу, что мы тут тоже можем кое-что получить.

Я встрепенулась и села, смотря на шагающего по воздуху мыша. Розовые уши смешно тряслись и крылышки чуть слышно шелестели. Он важно спрятал лапки за спину и чуть нагнув пушистую голову, делал широкие шаги.

— А вот тут давай поподробней.

Марик перестал маяться дурью, взлетел ко мне на плечо:

— Алор везет жетоны лайза. Это его груз, я чувствую силу, что течет в них. Скорей всего он едет к источнику Лакарса.

— С чего ты так решил, — недоверчиво посмотрела на проводника, — кто захочет пускать к источнику пожирателя.

— Лейра, — покачал лохматой головой мыш и его лопухи, потешно шевелились в такт, — это для тебя он пожиратель, а для всего остального мира он высокородный дан Алор Янсвар, который везет больного сына к источнику Лакарста, потому что источник Регирда находится в Сонном лесу и к нему не добраться.

— Его сын болен? — спросила я.

— Ты только это услышала, — клацнул мелкими клыками Марик, — мы подойдем к источнику, вот главная твоя новость.

— И откуда ты все это узнал, — подозрительно посмотрела на мыша.

— У меня есть свои источники… — глубокомысленно изрек Марик и поднял к потолку коготок.

— Лайзы, — тут же догадалась я, — Ты можешь через них подслушивать.

— Иногда могу, — сразу отрезал все дальнейшие расспросы мыш, — давай к нашей теме. Так вот, когда ты будешь возле источника тебе надо коснуться его, призвав силу.

— Это еще зачем, — я вопросительно посмотрела на Марика, — ну хоть что — то ты должен мне рассказать. Кто такие мерги? Что такое лим? И кто враг мергов?

Мыш как — то весь потух и сразу сжался.

— И не надо сейчас строить из себя страдальца, — не отставала от проводника, — как нужную информацию рассказать так он несчастный бедолажка, а как ворчать часами так проводник лима.

— Ладно, — Марик слетел сплеча и плюхнулся на кровать. Потом сел, обняв себя крылышками.

— Мерги прилетели на своем корабле, когда противник уже был разбит.

— Так источники это разбившийся корабль врагов мергов. Почему там были только девушки я поняла, это группа исследователей, которая возвращалась домой в анабиозе, а когда команда погибла, корабль их разморозил, и они узнали все, что произошло. Решили сесть на планету, где уже разбился враг.

— Да все так было.

— Мне интересно, как у них получилось стать магами лима, ведь мерги девушки были первыми измарами на Эйдане.

— Да, — опять согласно кивнул Марик и тут я почувствовала подвох, потому как спокойно на все реагировал мыш и не ворчал, подозреваю, что все — таки важную деталь всего происходящего, так и не поняла.

— Мерги встретили Золотую сотню и у них случилась любовь, потом королева решила осчастливить мужа силой и сотворила пожирателя, так? — я опять испытывающим взглядом посмотрела на Марика.

— Так, — опять зашевелил лопухами мыш.

— И все — таки паразит ты чего — то не договариваешь, что такое лим?

— Это энергия, которая исходит от обломков корабля врагов мергов.

— Получается, эта энергия повинна, что в мире Эйдана появились маги.

— Да, простые маги — это мутации от действия лима.

— А измары, — что такое измары и как мы попадаем, то есть попадали с Земли на Эйдану? — не отставал от Марика.

— А что тут непонятного, — удивленно вылупил круглые глазки проводник, — ты сама сказала, что корабль мергов признал в тебе кровь этих мергов, значит, они проводили опыты на вашей Земле, потом просто посредством крови асинейра притягивает вас, в тех, в ком ее гены наиболее выражены.

— Э — э–э, — я тоже присела на кровать и размяла ноги, — Постой! — посмотрела на Марика, — Но нас сюда вызывает богиня жиз… ни— докончила, округлив глаза от догадки, — Это асинейра богиня жизни?

— Да, — кивнул мыш, — Мне спать захотелось, — тут же зевнул.

— Эй, мы еще не закончили, как Мать ее Сонная стала богиней или как богиня стала матерью Сонной, тьфу ты, — не выдержала я новой информации, — А я еще ей молилась.

— Лейра, — укорил меня мыш, — Она не всегда была Сонной матерью, не всегда была духом и нагоняла на людей тварей, которые просто обыкновенные химеры, а вот те, что мутируют в подземельях это уже твари. Все в жизни имеет свою цену и когда — то асинейра заплатила за доверие жизнью.

— Ты ее жалеешь, — посмотрела на грустного мыша.

— Я говорю тебе, что в жизни не бывает только черного и белого, есть еще множество оттенков, и не всегда зло это зло, а то что кажется добром им и является.

— Ты говоришь мне истины, которые я, итак, знаю, а если бы кто — то не утаивал информацию, то вообще было бы все прекрасно.

— Лейра ты все узнаешь, в свое время, пока тебе надо знать одно, ты должна коснуться источника Лакарста и получить знания, которые так хочешь знать. Думаю, тебе будет полезно, и наконец — то пройдешь пик своей первой эволюции.

— Хорошо, — кивнула мышу, только смотри, чтобы моя неосведомленность не стала причиной моей гибели, жди потом ещё пару тыщ лет новую Великую Измару.

Мыш горестно вздохнул и исчез в золотистом всполохе, оставив меня в полном раздрае.

Про эволюцию Марик мне рассказал совсем недавно, когда моя сила перестала развиваться. Только тогда я узнала, что мне нужно увеличить свой резерв. Больше семисот маглинтов поглощает Мердито, тот еще вампир, десять уходят Янсвару, остальными двести с лишним пользуюсь я. Пока мне хватало, но Марик перестал мне давать новые архетипы указав, что для моего резерва они неисполнимы. Поэтому не все измары могут активировать лайз как положено, а те, кто все — таки это смогли сделать, как бабушка Алены, не получают полную его силу, пользуясь крохами информации.

Поражаюсь мергам, не только выжили в незнакомом мире, но и какую империю отгрохали, сумев поставить силу врага себе на службу, молодцы. Единственно в чем подкачали, не нужно было создавать пожирателей, любовь их погубила. А ты Лера, тут же оборвала сама себя, а ты не губишь себя ради любви к тому, который ее не заслуживает. Да, он спас тебя, но это не значит, что он любит тебя, бросил без объяснения, и теперь смущает взглядами, от которых плавится нутро и сердце предательски заходится в бешеном ритме. Я сжала зубы, нужно взять себя в руки, еще раз проанализировать новые знания и постараться не реагировать на Яна Алора так ярко. Пять лет я старалась его забыть и всего лишь пару дней, и опять изнываю от тоски, гад!

На ужин я не вышла, заказала к себе в каюту и легла пораньше спать, так как мучили меня сомнения, что все завтра пройдет гладко. Как подумаю, что нужно быть рядом с Яном, а ведь с ним его семья, так дурно становится, выдержу ли я? Но действительность оказалась совсем не такой, как мне казалось и об этом по порядку.

Выполнив все утренние процедуры, я нацепила на лицо мечтательно— наивное выражение с которым ходила все последние дни и потопала на ужин. Поверила ли я Алору, что Никс не только маг ветра, но и менталист? Да, Ян не стал бы таким шутить.

К менталистам всегда относятся с подозрением и если у тебя нет внутреннего сопротивления их магии, то они могут сотворит с тобой что угодно, вплоть до того, что поменяют личность.

Марик, надутый ранней побудкой, сидел на плече, старясь побольнее уцепиться коготками, и сопел в ухо, вызывая раздражение.

Сегодня на мне было платье. Вишневого цвета, с красивым кружевом, единственное мое платье, которое успела захватить. Рукав фонариком, резко переходили в узкий до запястья, где оканчивался тонким ажурным кружевом, такие же ажурные перчатки, в тон. Низкий вырез, из которого выглядывали полушария груди, высокая талия, плавные складки на подоле, на котором вились еле заметные узоры. Платье было дорогое и мне очень шло. К нему подобрала туфельки из мягкой кожи, в цвет платью, небольшая матерчатая сумочка, в которую положила всякую нужную мелочь. Волосы собрала в высокую причёску, украсив рубиновой нитью. На шею повесила цепочку с большим рубином в серебряной оправе, он мягко и таинственно переливался на свету, привлекая взгляд, думаю очень хороший отвлекающий момент. Осмотрела себя в зеркало и улыбнулась:

— Хороша, — ворчливо сказал похвалу Марик.

Я сама видела, что хороша. Светлая кожа оттенялась платьем и придавала мне вид здоровой румяной девушки, со сверкающими глазами и нежными, как лепестки роз губами. Серо — зелёные глаза стали почти синими, от предстоящих волнений, а руки, которые сжимали ручку сумочки, мелко подрагивали.

— Ну, хватит уже красоваться пойдем, — опять подлил масла в огонь нервотрёпки Марик.

Я не стала пререкаться с проводником и пошла на завтрак. Обмануть менталиста, что может быть легче, усмехалась внутри себя, когда Северьян заметил меня и пошел навстречу.

— Вы обворожительны Лейра, — сказал он, целуя мне руку, я сделал вид, что смущена и опустила взгляд, надеюсь, покраснела.

— Ну что вы Северьян, вы мне льстите.

— Отнюдь, — повел он меня к столу, на котором уже стояла еда, — вы осветили это утро, как восходящий Соц.

Я сделал вид, что поверила и опять улыбнулась, потом постаралась перевести разговор на другое русло и старалась не перегибать палку, играя наивную дуру, какой в принципе я и была.

— Мне нужно заказать фрукты Марику, он большой любитель сладкого, — подняла руку и почесала за ушком проводника, отчего тот натурально подавился слюной. Я бы, наверно, рассмеялась, если бы не была так напряжена.

— Уже, — довольно сказал Северьян и поднял крышку над одним из блюд, которое оказалось полным засахаренных фруктов.

— Ого, Марик у тебя сегодня праздник живота.

Проводник нехотя слетел со своего насеста и покоцал к блюду. Питомец Северьяна ревниво наблюдал за передвижениями Марика и взгляд у него был недоброжелательный.

Потом мы завтракали и болтали не о чем. Постепенно мой мандраж прошел, и я даже на секунду забыла, что Северьян Никс менталист и нужно его опасаться, как мужчина он мне понравился. Очень жаль, что он пусть и не враг, но и другом не станет.

Алоры на завтрак не вышли, что меня немного успокоило, выдерживать пронизывающий взгляд Яна, было непросто.

— Итак, — под конец завтрака сказал Никс, — после обеда мы прибываем в нашу столицу Асентьяву, очень хочу показать вам красоты нашей страны Лейра, надеюсь, вам понравиться на Лакорсте так же, как на Регирде.

— Я тоже надеюсь, — кивнула магу.

— У вас уже наметились планы по отдыху или вы еще не определились.

Я ненадолго задумалась, если бы я не знала, кто такой Северьян, чтобы я ему ответила, призналась, что сбежала из Регирда или нет. Скорей всего нет, ведь мы знакомы недавно.

— Я еще не определилась, — легко солгала магу, — но мне очень хочется какое-нибудь тихое, уединённое местечко, где можно искупаться в море и поесть свежей рыбы.

— О, вы умеете плавать? — удивленно посмотрел на меня маг, — наши женщины не могут себе этого позволить, — словно сожалея сказал Никс.

Но вот почему — то его сожаления мне показались наигранными, не поверила. Регирд в плане свободы женщин продвинулся намного вперёд других стран. Мое прикрытие, то что я магиня, им везде всегда делались поблажки. Я еще немного поговорила с Северьяном и мило договорилась с ним, что он покажет мне, где найти недорогую, но хорошую гостиницу. Надеюсь, Алор знает, что делать, верить ему или нет, даже не размышляла, почему — то была уверена, что в таком Ян врать не будет… ну хорошо мое глупое сердечко ни могло ему не верить, видимо, я неисправима.

Время до обеда тянулось очень долго, казалось, что я трепыхаюсь как муха в сиропе, но с приближением часа, когда сойду с дирижабля, проходит напряжение, «чему быть тому не миновать».

Обедать решила в каюте, не хотелось опять выдавливать из себя улыбки и говорить не о чем. Если Никс спросит, скажу, что спала, видимо, нервничаю. Новая жизнь, так сказать.

Дирижабль заметно задрожал, когда стал сбавлять обороты и пошел на снижение. Я замерла напротив окна, любуясь синими просторами моря.

Лакарс небольшая страна, которая одноименна названию материка. Когда — то большая империя, распалась и теперь каждый кусочек претендовал на звание приемника империи, но они так не пришли к согласию, лишь скрепили союз по защите общего источника магии. Не знаю, чем пожертвовал Регирд, чтобы Алора допустили к источнику, но это поистине должно быть, чем — то существенным, а не просто лайзы. Когда я приезжала прошлый раз в Лакарс, мне понравилась столица. Небольшие домики, узкие улочки, с цветами в высоких клумбах. Здесь не было химер и в экипажи запрягали простых лошадей, а машины, как в Регирде могли позволить себе самые богатые горожане.

Здесь такая же мода на женские наряды, с тем отличием, что более закрытые не оголяющие кожу. Небольшой пережиток — вуаль, которую носят только пожилые матроны. Женщины без провожатых не ходят, исключения составляют магини, которым, как и в Регирде закон не писан. Но если в Регирде к ним уже относятся спокойно, то в Лакарсте женщина маг как проклятие, она не станет женой, матерью, а будет служить на благо родины. По крайней мере, я так слышала.

Почему мой выбор пал на такую консервативную и темную страну, так другие были намного хуже и здесь я могла, притворившись вдовой жить свободней, когда как в других странах вдовы обязаны уходить в монастыри или становиться прислугой в домах родителей мужа. Дикие нравы. Я надеялась, что моя персона не привлечет много внимания к себе, в крайнем случае пришлось бы бежать в свободные земли, та еще клоака, но там все решает сила. Собрались отморозки, отжали земли и живут себе, творят бесчинства, кто силен тот и прав.

Но это, на крайний случай, моя цель была Лакарст, а теперь… теперь я опять без плана. Узнают ребята, будут ржать, вот гадство.

Не смогла оценить масштабно все проблемы. Я читала историю этих земель, читала очерки путешественников, даже сама побывала в небольшом приморском городке, пусть и в роли туриста, но не предполагала, что моя измарность и тут вставит палки в колеса.

Марик сидел на плече, сонно позевывая, оглядела каюта на предмет забытых вещей, еще раз пустила «искателя» заклинание, похожее на дым, красивыми волнами с завихрениями прошлась она по каюте, проникая во все щели. Нет, ничего не оставила, вздохнула как перед прыжком в неизвестность и вышла из каюты. Ну, конечно, Никс ждал меня у трапа. Веселый, довольный взгляд, осмотрел мою фигуру с ног до головы, ну уж извините, платьев больше нет, на мне серый костюм из тех самых «тренировочных», только к нему прибавилась небольшая шляпка того же цвета. За спиной давил на плечи походный рюкзак, пришлось достать его из пространственного браслета, не хотелось бы объяснять, откуда у меня вещи берутся.

— Лейра я вас жду, — с улыбкой сказал Никс, даже не скажешь, что человек играет, вот паразит, как обидно, а ведь я бы попалась, если бы не Ян.

— О не нужно было утруждаться, — улыбнулась Никсу, вы же объяснили, как мне найти таверну, у вас наверно есть свои дела.

— Дела подождут, а вот красивая девушка нет, — льстил мне Северьян, — позвольте, помогу вам нести сумку, какая необычная.

— Все свое несу сама, — отмахнулась от загребущих рук мага, — девиз искателей.

Северьян пропустил меня на трап, который узким коридором выстроился в приемную комнату. Ну где же Алоры, неужели Ян забыл про меня. Я нахмурилась, если они не появятся, придется спешно делать ноги самой и уже без всяких остановок нестись в свободные земли. Опасно, конечно, но я жила пять лет как на просыпающемся вулкане, мне не привыкать рисковать.

В приемном зале нас проверяли артефактами, чуть не усмехнулась, старые еще с позапрошлого года, у нас уже новые вышли, а для старых глушилки придумали. Спокойно пошла на выход из зала после того, как меня проверили.

— Лейра, подождите, — не унимался Северьян, топая следом, — я все — таки помогу нести вашу сумку.

— Северьян, — чуть тише сказала магу, он наклонился ко мне, чтобы лучше слышать в общем гуле. Я прикусила таблетку с газом и выпустила с дыханием на мага. Заснуть не заснет, но потеряется это точно. Глаза Никса рас фокусировались, и он застыл, словно так и не решился что — то мне сказать.

Я оглянулась и поняла, что никто не обращает на нас внимание. Потом легким и быстрым бегом понеслась на выход. Откуда — то сбоку вынырнул Ян. Был он странно одет, пуговицы застёгнуты наперекосяк, но самое главное, он тащил упирающуюся Диану, а второй рукой тянул еле бредущего мальчишку.

— Что случилось? — с тревогой спросила я и хотела помочь с ребёнком, но Ян рявкнул:

— Нет, — потом смягчил голос, — его понесет Диана.

— Ни за что! — упиралась высокородная, волосы выбились из — под шляпки, глаза бешено горели, губы красными кляксами выделялись на бледном лице.

— Возьми ребенка, — тут же придал в голос силу Алор и его жена, как заводная кукла подхватила мальчишку на руки и ломанным шагом пошла следом за Алором.

— Лейра не отставай, — тут же обернулся Ян, а вот мне захотелось назад к менталисту, что — то меня все эта ситуация напрягает.

На улице Янсвар прямиком направился к стоящей недалеко карете тёмного цвета без опознавательных знаков, он подал какой — то знак возничему и затолкал нас внутрь, где, сразу расслабился. Осторожно вытянул из судорожно сжатых рук Дианы сына и посадил его рядом с собой. Надо сказать, что за все это время ребенок не издал ни звука, сидел как маленький болванчик и только глаза выдавали, что все понимает, черные глаза Янсвара Алора.

Я села рядом с Дианой и немного отодвинулась от высокородной.

— Скотина, — прошептала вдруг женщина и отключилась.

У меня наверно глаза были с блюдца. Я посмотрела на Диану, которая от тряски стала сползать на пол, на Янсвара, который спокойно пере застёгивал пуговицы, и на ребенка, который следил за мной со странно знакомым выражением. Так смотрят на свою пищу хищники, проверяя, не сбежит ли добыча и есть ли время поиграться. Потом решила, что сидеть с рюкзаком за спиной неудобно и стала снимать сумку. Ян подскочил, чтобы помочь, наши руки встретились, замерли, словно молнией ударило. Я отдёрнула ладони и посмотрела на сына Яна, который все также смотрел на меня неотрывным взглядом, что мороз по коже.

Я поставила сумку на пол кареты. Ян подхватил подмышки Диану и подтянул ее повыше.

— Хотелось бы узнать, что происходит, — посмотрела на Яна выжидающе, — в какое дерьмо я опять наступила.

Высокородный не стал возмущаться, моим высказыванием, отвернулся к мутному окну, которое освещало наше маленькое пространство.

— Лейра посмотри на него вторым зрением.

Я тут же перевела взгляд, на мальчишку, который весь словно собрался и напрягся. То, что я увидела, повергло меня в ужас, его аура… она была черная, мало того от нее словно щупальца отходили небольшие сгустки и шевелились словно на ветру. Марик, который при встрече с Алорами, незаметно исчез внутрь резерва, присвистнул.

— Это как, — чуть слышно спросила я и посмотрела на Яна, — как такое может быть?

— Он монстр, — сказала очнувшаяся рядом Диана, — такой же как его отец.

Я вздрогнула, и также осмотрела высокородных. Если Диана горела красным голодным светом, как все пожиратели, то Ян… у него по красной ауре расходились черные пятна. Я откинулась на спинку сидения и смотрела перед собой.

— Это последствия того раза? — спросила я Яна, но тот молчал, а Диана истерично рассмеялась

— О, ты же не знаешь… — потом ее лицо перекосилось и губы тут же склеились, только бешено вращались, широко открытые глаза.

— Успокойся, — утихомирил жену Алор.

— Она под клятвой, — догадалась я, — и что это все значит?

— Тебе довольно знать о том, что Лейрану нужна помощь, — Ян качнул головой в сторону сына, а я вылупила глаза. Это как понимать, назвать сына моим именем, вот гад. Я сглотнула собравшийся ком в горле и чуть кашлянула, чтобы прочистить горло, хотелось закричать на него и потопать ногами, требуя объяснений, но я взяла себя в руки. Диана наконец — то отмерла и зашевелилась рядом.

— Помоги измара, — услышала я удивительное от высокородной, — мне нужна энергия, этот твареныш меня почти выпил, ему не хватило няньки.

— Он убил девушку, — ужаснулась я и посмотрела на мальчишку, который чуть заметно улыбнулся, а мне захотелось бежать из кареты.

— Вы что такое породили, — ошарашенно сказала я.

— Спроси у своего любовничка, — прошипела Диана, — где вас мать Сонная носила, что он теперь такой… — Диана повалилась на спинку сиденья схватившись за горло. Ян безразличным голосом посмотрел на жену.

— Да помоги же ей, — не выдержала я, — клятва ее задушит.

— Лейра она о тебе бы не переживала, — усмехнулся, — само пройдет.

— Я не переживаю за нее, — огрызнулась Алору, — но смотреть, как погибает рядом человек не могу.

Сжала зубы от злости и ухватила за руку высокородную. Она сразу расслабилась и глаза ее закатились. Я почувствовала сильный упадок сил, видимо, она не врала и была сильно истощена.

— Прекрати, — Ян схватил мою руку, и я не успела поставить заслонку, как моя сила попала и к Алору. Тот глаза не стал закатывать, но стиснул зубы, словно его током приложило и отдёрнул руку.

— Как приедем на место, я расскажу тебе, зачем мы здесь, пока просто посиди тихо, не спасая кому — то жизнь, хорошо, — Ян посмотрел мне в глаза так, что захотелось пообещать ему все, — Я уже забыл, какая ты добрая измара, — тут же испортил все впечатление высокородный, — как только выжила в подземельях.

— Я там была не одна, — сжала кулаки и откинулась на спинку, чтобы быть намного дальше от Алора, — есть кому меня защищать пожиратель.

Янсвар чуть сузил глаза:

— Надеюсь, Ривс оправдал твои ожидая, Лейра и ты не сильно переживала из— за моего решения жениться.

Я чуть не задохнулась от пахнувшей на меня жгучей ярости, его глаза сверкали как ониксы, а само лицо превратилось в белую бездушную маску. Мне было больно слышать от него такие слова, но постаралась взять себя в руки.

— Конечно, он настоящий мужчина, сильный, великодушный, не скуп на ласковые слова и достойные поступки. Я была рада, что ты наконец — то не мелькаешь перед глазами и у меня появился выбор. — понимала, что хочу побольнее его ужалить, но не могла уже остановиться, — Надеюсь Диана стала тебе хорошей женой, ласковой, нежной, готовой поддержать тебя всегда и во всем, и ты так же счастлив, как я.

Алор отшатнулся от меня и сжал губы, мельком посмотрел на сына, который сидел, как неживой лишь иногда моргал, хлопая длинными ресницами.

— Чего же ты сбежала от такого хорошего мага Лейра, — все — таки укусил напоследок.

— Мы должны встретиться, когда я устроюсь и подам ему весточку, — понесло меня.

Видимо, Ян знал больше моего, усмехнулся и вытянул длинные ноги в начищенных до блеска кожаных ботинках. Потом прикрыл глаза:

— Я не хочу больше выяснять отношения Лейра, это ни к чему, прости если обидел, у меня было тяжёлое время.

Я проглотила едкий ответ, который просился сорваться с губ, и закрыла рот.

Что я делаю, ругаюсь как какая — то истеричка, что — то доказываю. Это все нервы. Тоже прикрыла глаза и стала исподтишка наблюдать за мальчишкой. Его аура была странной, ни у кого я не видела ауру как у него, и Яна. Видела порванную в лоскуты, истощенную, но поражённую черной дрянью, никогда. Видимо, Алоры соврали мне, когда сказали, что Ян выздоровел, или он получил эту черноту уже после того похода в подземелье. Но что — то подсказывает мне, что скорей всего первое. Слишком сильно напоминала эта черная гадость то заклинание, которым кинули в меня изменённые. Построенное на жизни, так как они отдали свои жизни, создавая это заклинание, оно могло даже иметь псевдоразум.

— Правильно мыслишь, — согласился внутри меня Марик, — это гадость, созданная специально убивать и порабощать.

— Ты тоже считаешь, что этот подарочек из подземелья? — сразу же спросила проводника.

— Я даже знаю, что это за заклинание, — глухо раздалось в мозгу.

— Я вся во внимании.

— Мы скоро приедем, я не успею тебе рассказать, давай перед сном Лейра, — и проводник затих.

Не стала спорить и настаивать, устала от всего того, что происходит, жизнь в подземельях была полна на событии, но они были понятны и даже интересны. Сейчас мне хочется просто сбежать подальше от Алоров с их странным отпрыском.

Дом, в котором мы поселились, был на отшибе. Сначала ехали темным подлеском, потом петляли между небольшими холмами, покрытыми ярко-зелёной растительностью. Домик на два этажа, деревянный, огороженный высоким забором. Встречала нас пожилая пара, они вели хозяйство.

— Этот дом Регирд выкупил для своих, — сказал мне перед выходом из кареты Алор. Он подхватил на руки сына и вышел. Я поплелась следом, Диана все еще дрыхла, видимо, высокородная была сильно истощена, раз сейчас ушла в глубокий сон.

Рюкзак повесила на плечо и осмотрелась. Довольно миленько. Благоустроенный двор, с беседкой и цветниками, дорожки, посыпанные мелкой галькой. Широкое крыльцо, на которое сейчас заходил Алор, а впереди спешила открыть дверь перед высокородным, домоправительница.

Мужчина и женщина оба темноволосы и доброжелательны. Хотели помочь Яну с ребёнком, но тот передал лишь небольшой саквояж, а сына попросил не касаться. Люди тут понятливые даже отошли подальше.

— Ваши комнаты готовы, дан Алор, — сказал мужчина, — Нас не предупредили. что с вами будет еще нира, поэтому пришлось спешно прибирать еще одну, завтра Альма уберет у вас чище, — чуть извиняющимся голосом сказал мне мужчина.

Звали его Нарт. Бывшие жители Регирда, сейчас также служили своей родине на чужбине, подозреваю что не просто слуги…

— Ничего страшного, — успокоила хозяина, — Я не привереда.

Дом внутри был в классическом деревенском стиле, просто и добротно. Пастельные цвета в драпировке мебели и легких шторах, плетеные циновки на полах. Морской запах, который лёгким ветерком летал между открытыми окнами.

Альма показала мне мою комнату, и я со вздохом кинула на пол тяжёлый рюкзак. И зачем, спрашивается, мне теперь столько золота. Потом поразмыслила и решила, что сделать небольшой запас здесь все — таки стоит. Надеюсь, жизнь у меня будет длинная, а в длинной жизни все может пригодиться.

— Лейра, — приводи себя в порядок и приходи ужинать, потом поговорим, раздался за дверью голос Алора, а мое сердце предательски екнуло.

Да, когда это прекратится. Неужели я никогда не избавлюсь от чувств к этому мужчине. Стала с остервенением рыться в необъятной сумке. Достала свои принадлежности, вещи в которые переоденусь и потопала искать ванную комнату. На удивление даже не пришлось ходить по дому. Ванная была сразу же рядом с моей комнатой. Небольшое пространство, в котором поместилась и малюсенькая ванна на ножках, такие были на Земле в старину. В углу притулился деревянный унитаз в виде королевского кресла. Смешно. Пока раздевалась и расплетала волосы, ванна набралась. С наслаждением погрузилась в тёплую воду, помогая себе магией, постаралась расслабить тело и немного снять напряжение с мышц. Все — таки сегодняшнее приключение вышибло меня из зоны комфорта. Я опять не знала, что мне делать. Как себя вести с Яном, как реагировать на него в целом ведь как бы я ни хотела, но общаться с ним придется.

В общем, из ванной я вышла успокоенной и умиротворённой. На себя натянула тонкую рубаху и такие же легкие штаны, только более темного цвета. В Лакарсте намного теплее, но и влажность повышена, поэтому тренировочные костюмы будут жаркими. Волосы высушила и собрала в простую косу. Пока искала столовую, некоторые волоски уже вылезли, упрямыми завитушками обрамляли лицо. Мельком взглянула в мутное зеркало, чтобы понять, как выгляжу.

Просто прекрасно, глаза цвета морской воды, сверкают, розовый румянец на все щеки, темные брови, как улетающие вдаль чайки и ко всему, губы словно их вампир поцеловал. Фыркнула.

Наконец, по звукам голосов, поняла куда идти и нашла столовую. Сидящие там люди оглянулись на меня. Альма тут же подскочила, стала ставить мне тарелки и фужеры, а Нарт почтительно отодвинул стул, чтобы я села. За столом уже сидели, Ян, тоже, видимо, принял водные процедуры и напряженная, злая Диана, все в той же одежде с помятым лицом, впрочем, ей оно не помешало, как всегда, вставить свою шпильку:

— Смотрю, морской воздух творит с тобой чудеса измара ты, словно смыла с себя всю землю, что собирала в подземельях пять лет.

— Зато тебе тут явно не климат Диана, — спокойно ответила высокородной, — выглядишь, словно тебя химера пожевала и выплюнула, а может быть и не выплюнула, — прошлась по лицу и одежде женщины бесстрастным взглядом.

— Прекратите обе, — холодно оборвал уже открывшую для едкого ответа рот, жену, — Не забывайте для чего мы тут.

— И для чего же? — тут же повернула голову в сторону Яна, стараясь, чтобы мой голос и взгляд и дальше оставался холодными.

— Ты не голодна? — приподнял одну бровь Алор и тут же ухватил кусочек мяса, — я голоден и пока собираюсь просто поесть, без разговоров, которые портят аппетит.

— Надеюсь, что твоя жена тоже голодна, — хмыкнула я.

— Я ему не жена, — огрызнулась Диана, — он совершил преступление, выкрал меня из дома.

Я, наверное, бы поперхнулась, если бы до этого не успела проглотить пищу. Ее ответ удивил меня. А высокородной словно было мало, она подняла руки где должны быть узоры от брачных меток и показала мне:

— Видишь, я свободная гражданка Регирда и не обязана помогать этим чудовищам, требую вернуть меня на родину.

— Успокойся, — тут же повернулся в ее сторону Алор, — Лейран и твой сын, ты нужна ему сейчас, ритуал требует твоего присутствия.

Высокородная рассмеялась:

— Будь проклят тот день, когда он родился!

— Думаю, что во всем винить ты должна, только себя, — холодно посмотрел на бывшую жену Ян.

— Не думала, что в Регирде существуют разводы, — нахмурилась я.

— А то что, — тут же перенесла на меня свое негодование Диана, — уже прискакала бы к своему обожаемому Алору с мольбами о любви…

Красивое лицо женщины исказила усмешка.

— Мне жаль, что такое случилось с твоим сыном, — сказала я ей в лицо.

И мне действительно было жаль ребенка, я не врала и не притворялась. И видимо, Диана — это как — то почувствовала, потому что закрыла рот и уставилась в свою тарелку. Через минуту она взяла прибор и стала есть несмотря на нас.

Я заставляла проглотить себя еду, потому что понимала, что нервы нервами, а питаться нужно, чтобы быть в форме, и в силе себя защищать.

После раннего ужина мы переместились в гостиную, в которой остались втроём. Семейная чета прикрыла за собой дверь и ушли.

Ян прошел к бару и сразу налил себе выпить. Глотал, не морщась, отчего напомнил мне своего отца.

— Ты так и будешь глотать свое пойло или все — таки объяснишь нам все.

— Мне нужна была ты, для ритуала очищения Лейрана от «черноты».

— Это понятно, — кивнула Диана, — Что она тут делает? — и неприязненно посмотрела на меня.

— Так получилось, что Лейра решила сбежать из Регирда, именно на том же дирижабле, на котором летели мы.

Диана повернулась ко мне чуть ли не всем телом и приподняла брови от удивления:

— Ты дура? — это удивлённое вопросительное восклицание выбесило.

— Не дурнее тебя, — огрызнулась высокородной, — предлагаешь, жить рядом с пожирателями, которые только и мечтают, чтобы поживиться за твой счет.

— Дура, — тут же успокоила себя Диана и оперлась на спинку кресла, в котором сидела.

— Успокойся, — в который раз сказал Диане Ян, — она просто не знает, что Регирд по сравнению с другими странами может ее защитить, а вот здесь… могу ошибиться, но думаю, что выбраться нам из Лакарста придётся с боем.

— Зачем я им? — не выдержала, — У них же нет пожирателей.

— Зато есть слабые маги, — тут же сказала Диана, — чему вас учат измар в приюте. Вы самое лучшее средство для увеличения резерва мага, и также редкий ингредиент, для их зелий.

Я вытаращила глаза на Диану, а потом за подтверждением ее слов посмотрела на Алора.

— Да, — глотнул из бокала Алор и чуть сузив глаза, посмотрел на свет через напиток, — измар используют в ритуалах, а потом то, что остаётся вносят в зелья.

Мне натурально стало плохо. Это звучало мерзко, даже по сравнению с любовью пожирателей нами питаться… в принципе, все звучало мерзко.

— Как ты понимаешь, — сказал Алор, — я договорился на ритуал для сына в источнике Лакарста неофициально Лейра. Пришлось много покупать и много подкупать. Ты смешала многие мои планы, но я уже нашёл, чем мы можем откупиться от местных властей, если насядут.

— И чем же? — напряженно спросила я.

— Твоей кровью, добровольно отданная кровь намного лучше той, которую берут без спроса.

— А не захотят ли они после добровольного, забрать все остальное без разрешения, — не поверила я.

— А твоя клятва, — хмыкнул Ян, — я надеюсь, твоя клятва все так же действует, отец говорил, что до сих пор на его руке твое клеймо.

Если бы я не была так напугана, наверно бы покраснела, не знаю, что с клятвой, видимо, она навсегда. Поджала губы:

— Клятва все еще со мной и, кстати, не мешало бы и вам ее дать.

— А если не дадим, — хмыкнула Диана, — я только сейчас подумала, что ты измара очень дорогая плата, за то чтобы меня приняли в Лакарсте.

— Попробуй, — хмыкнул Ян, — они и измару получать и тебя прикопают.

— Замучаются копать, — огрызнулась бывшем мужу Диана.

— Давайте подведем итоги, — перебила я стреляющих в друг друга ненавидящими взглядами высокородных, — Мы проводим ритуал с лечением вашего сына в источнике, перед этим берем клятву с нужных людей и отдаём мою кровь. Правильно все поняла?

— Да, — кивнул Ян и залпом допил свой напиток, сжал губы и глубоко выдохнул, — но сначала договариваемся со всеми проводим ритуал и спешно покидаем страну так, как от нас не будут ожидать. Как, расскажу потом.

Высокородный встал и оглядел нас:

— Ниры, — чуть склонил голову и покинул гостиную, напоследок чуть не врезавшись в дверь.

— Ты ешь его глазами, — тут же брезгливо посмотрела на меня Диана, — Зря. Я, наверно, скажу тебе самую невероятную вещь, но забудь про него, он недостоин тебя Лейра.

Я, наверно, сплю, ошарашенно посмотрела вслед ушедшей за Яном высокородной. Потом покачала головой.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросила у притихшего внутри Марика, — и не ври, что спишь, я чувствую, когда ты подслушиваешь.

— Вот так учи ее, учи, — проворчал внутри проводник, — а тебе ни капли уважения.

— Так что ты про все это думаешь? — расслабилась я в кресле и посмотрела по сторонам.

— План пусть несовершенство, но может сыграть.

— А насчет измар ты думаешь они не врут, что здесь с нами обращаются еще хуже, чем в Регирде.

— Я не знаю Лейра, здесь мало лима. Их источники, небольшие осколки оттого, что есть в Регирде, я плохо чувствую.

— Мне можно верить Яну, вот в чем вопрос, — нахмурилась я.

— Ему можешь верить, — твердо сказал Марик

— Ты что — то знаешь? — тут же спросила мыша.

— Я знаю, что ближники не предают.

— Не смеши меня, как же тогда Регирд предал асинейру, он тоже был ее ближник.

— Там другое, — тут же ответил Марик, — там все было по — другому, он не предавал в полном смысле этого слова, он просто ничего не сделал.

— Когда, ты прекратишь говорит загадками и скажешь наконец все!

— Скоро Лейра, — почему — то грустно ответил Марик, — Я спать, — сразу же обрубил все мои вопросы на корню.

Я почувствовала, как присутствие проводника удаляется, вот же соня, а в придачу паразит.

Еще чуть посидела, прислушиваясь к звукам в доме, встала, потянулась и пошла в свою спальню. Даже не пришлось искать, сразу нашла путь, по которому пришла в столовую.

В комнате горели пару магических светильников освещая широкую кровать и гуляя бликами по лаковой поверхности письменного стола и спинке стула. Спать не хотелось, головная боль прошла, в теле ощущалось бодрость и довольство.

Открыла окно, выглянула и переключаясь на ночное зрение, стала осматривать небольшой садик. Шелестели листья на деревьях, стрекотали на все тональности мелкие насекомые, где — то вдалеке даже можно было различить рокот прибоя, море не так уж и далеко. Глубоко вздохнула, чтобы в следующий момент вздрогнуть от женского визга. Потом послышался топот ног, хлопанье дверью. Я быстро метнула к своей двери и чуть приоткрыла, выглядывая наружу.

В длинном коридоре горели такие же магически светильники, а чуть дальше выскочил из своей комнаты Ян. Без обуви в распахнутой рубахе, распущенными волосами. Он кинулся дальше по коридору, и я побежала туда же. Зачем сама не знаю, рефлекс наверно.

На полу лежала Альма, и по ее виду я сразу поняла, что она почти мертва. Рядом жалась подальше от сына Диана, а над Альмой склонился Нарт и качался, словно не понимал где он.

— Что случилось? — гаркнул Ян.

— Я вышла, вышла… — Диана икнула.

— Он ее убил, — тут же указал пальцем на ребёнка Нарт, — Альма хотела отнести еду ребёнку, а он ее убил.

При всем при этом мальчишка стоял с отсутствующим взглядом, словно не имел отношения к происходящему.

— Он ее пил, — наконец — то разродилась Диана, — опять черными жгутами, это мерзко, — женщина поморщилась.

Я чуть не хмыкнула, а высокородные приятно людей пьют, золотой пипеткой, как все относительно.

— Отойдите, может я смогу помочь, — сказал я Нарту.

Мужчина сразу встал и посмотрел на лежащую на полу женщину со страданием и скорбью. Ян же подошел к сыну и взял его за руку, чтобы отвести в комнату:

— Я же просил не ходить в комнату ребёнка, не касаться его, не открывать ему дверь, — холодно сказал он мужчине, — вы должны были соблюдать мои указания в точности.

— Альме стало жаль мальчика, чем он заслужил такое наказание, — горестно сказал Нарт.

— Теперь надеюсь, понимаете, — сказал Ян и повел сына в комнату.

Я села рядом с женщиной и не обращая внимание на вскрикнувшую Диану, выпустила пауков, стала проверять информацию, которую они научились мне передавать. Очень удобно, лим интегрировал мне настоящий интерфейс, полностью заменяя бывшее управление информацией лайза.

— Что за Сонная матерь это такое? — услышала я восклицание Дианы и усмехнулась.

Пауки за эти годы стали чуть больше, и более эмоциональны, иногда даже дрались и ругались, я явственно слышала их писк, но может быть это мое личное видение.

— Не мешай, — отрезала Диане.

Нарт стоял с несчастным лицом, и его волновала только жизнь, его подруги, или жены.

Я стала потихоньку вливать в женщину жизненную силу через пауков. Сама смотрела, как пустая аура потихоньку наполняется красками. Внутренних повреждений не было, значит, ничего страшного.

— Принесите ей воды, — попросила мужчину, тот, не веря еще в происходящее нехотя пошел в сторону столика, на котором стояла в графине вода.

— Как ты это делаешь? — опять влезла Диана, про которую я чуть не забыла. Я не отвечала, старясь направить поток энергии в правильное русло. Как только аура правильно раскрылась, а в теле возобновилось течение жизненной энергии, женщина открыла глаза и закричала. Еле успела прикрыть ей рот и успокаивающим голосом, стала уговаривать, что все уже прошло.

Альма вся тряслась, мы с Нартом приподняли ее голову и напоили.

— Сейчас лучше всего ей принять ванну и желательно горячую, чтобы разогнать кровь.

— Конечно, конечно, — согласно кивал Нарт, потом подхватил свою женщину и унес в их комнаты.

Я тоже повернулась, чтобы уйти в свою, а вот Диана все еще стояла и смотрела на меня нечитаемым взором.

— Теперь я понимаю, — сказала она, — почему все так с тобой носятся.

И больше ничего не говоря скрылась за дверью. Я пожала плечами, не понимая, что она этим хотела сказать и с облегчением, что все закончилось хорошо, все — таки решила лечь спать, пока еще чего — нибудь не приключилось. Этот день был слишком длинным и насыщенным, а еще у меня было странное чувство… мне казалось, что впереди меня ждет что — то грандиозное.

Не скажу, что я никогда не думала о детях, иногда я мечтала, что, когда — нибудь встречу мужчину своей мечты, мы поженимся, у нас будут дети. Мне кажется, нормальные мечты среднестатистической девушки. Но то, что мне придется нянчиться с ребенком мужчины, которого люблю и другой женщины, я не мечтала и даже об этом не думала. Все странно, Янсвар заболел. Просто утром не встал с кровати. Диана во всем винил своего сына. И даже не подходила к двери, за которой был ее ребёнок, так был велик в ней страх быть выпитой. Я даже немного злорадствовала, пусть побудет в нашей измарной шкуре, когда все встречные высокородные мечтают тебя сожрать.

А утро было прекрасным, вплоть до того момента, пока я не открыла глаза и не встретила ничего не выражающий взгляд черных глаз Лейрана.

Чуть не заорала от испуга, его глаза, словно наполненные тьмой, тягучей, как смола и завораживающей, как текучая вода.

— Ты что тут делаешь? — хриплым со сна голосом спросила мальчишку, только этого мне не хватало.

Детей я не сказать, что не любила, скорей опасалась, и одно дело покормить голодного и совсем другое, привязанность такого вот монстренка. Потом мне стало немного стыдно за свои мысли. Нелегкая у него жизнь, мать боится, отец холоден как лед, да и мир вокруг не напоминает приятную сказку.

Лейран не переставал пялиться и уходить точно не собирался. Я быстро просмотрела его ауру, удостоверилась, что никаких странных щупалец нет и выдохнула. Может, выпитой жизненной энергии с Альмы, хватит ему надолго или хотя бы до того момента пока мы не пройдем ритуал, на который так надеется Ян.

— Ты не мог бы отвернуться? — попросила мальчишку, — мне надо одеться, а это не прилично в присутствии постороннего мужчины, даже если он еще мал, — Я вымученно улыбнулась.

Лейран повернулся на попе помогая себе ногами и замер, ну хотя бы человеческий язык он понимает. Я быстро выскользнула из кровати и открыла дверку огромного шкафа, отгораживаясь от мальчишки. Мой рюкзак не разобран, быстро напялила на себя первый попавшийся костюм и пригладила волосы, которые за ночь вылезли из косы, так я походила на черный одуванчик.

— Теперь можешь повернуться, — сказала я ребёнку, что он незамедлительно сделал. Оглядел меня с ног до головы и выпрыгнул с кровати в который раз, поражая своей быстротой на фоне общей расслабленности.

Ухватил меня за руку и потянул на выход. Я вздохнула и пошла как на привязи, принимая, что цитата «доброта наказуема» сейчас очень в тему.

— Вот ты где, — услышала я голос Яна, высокородный был уже одет, но взбудоражен, видимо, не застал сына в его комнате и стал искать, — Лейра, — встревоженно посмотрел мне в глаза Ян, — ты в порядке, он ничего тебе не сделал?

— Нет, — ответила Алору, — но ощущаю себя фамильяром на поводке.

— Лейран, иди ко мне, — Ян присел и позвал сына на руки, но тот резво спрятался за мной и выглянул оттуда настороженно поглядывая на отца. — Это как понимать? — удивился Ян, — Первый раз вижу, чтобы он к кому — то шел сам.

Я тяжело вздохнула и с надеждой посмотрела на высокородного, это его сын в конце концов. Он с ним с рождения и должен иметь подход к своему ребенку. Но на все уговоры отца мальчишка лишь сложил ручки на груди и не мигая уставился в стену.

— Лейра, — устремил ко мне свой взгляд Алор.

— Что? — спросила я уже предполагая, какой вопрос услышу.

— Не могла бы ты отвести в его комнату, ему нужно позавтракать, а я пока расскажу тебе, что мы сегодня будем делать.

Я со вздохом вытянула из-за спины ребёнка и повела его в комнату. Со мной он шел не артачась, а я не забывала сканировать его на предмет страшных щупалец, попасть под них мне не хотелось. Я понимала, почему Ян с ним спокоен и даже осторожен. Никогда не поймешь, что может вывести непонятное нечто в теле ребенка из себя.

— Отец сказал есть, значит, надо есть, — ответила на вопросительный взгляд черных глаз, — Он главный, — кивнула, словно всегда подчинялась главным. Ян за спиной многозначительно хмыкнул.

Пока Лейран ел кашу, Ян рассказывал, что будет во время ритуала.

— Нам нужно оказаться внутри источника, — говорил Ян, — Времени будет мало, сама понимаешь, никто не даст нам долго там находиться.

— Я вообще удивлена, что тебе удалось провернуть допуск, — сказала я.

— Я привез им лайзы, для нас лайз повседневность, для других, это дар, который может сильно продвинут в магических дисциплинах. В Лакарсте ценится личная сила.

— Можно подумать, она где — то не цениться, — хмыкнула я.

— Я договорился лишь с одним их хранителей источника, другие не знают. И как ты понимаешь, мы придем во время его дежурства,

— Он рискует, — я задумалась, — Ты уверен, что это не ловушка?

— Клятвы Лейра, ты забываешь, что мы даем клятвы магией и она смотрит за тем, чтобы все соблюдалось по правилам. Клятвы не такие, как берешь ты, но и мы высокородные что — то умеем.

— Вот только не надо корчить из высокородных страдальцев, — я состроила мину. Лейран перестал стучать ложкой и наблюдал за нами. В черных глазенках впервые, я увидела что-то похожее на осознание.

— Сегодня приедет доверенное лицо от хранителя и возьмет твою кровь, ты с него берешь клятву.

— Хотелось бы брать клятву не с простой пешки.

— Поверь, — ухмыльнулся Ян, — это сын хранителя, ты даже с ним знакома.

— Это Северьян? — охнула я, — То есть это Никс?!

Ян на секунду потемнел лицом, если бы я не наблюдала за ним, то навряд ли заметила, но он быстро взял себя в руки:

— Северьян Никс, один из лучших магов Лакарста и универсал, к тому же сын хранителя источника, одного из хранителей, — сказал мне Алор, делая вид, что совершенно спокоен. Но было видно, что ему неприятно воздавать почести, как он, наверно, думает понравившемуся мне мужчине. Хотя да, мне Северьян понравился, но менталисты странные люди, которых я побаивалась. И пусть Марик сказал, что на магов лима они не могут воздействовать, чувство настороженности, остается.

— Тебе лучше сходить на завтрак, — сказал Ян, когда Лейран доел свою кашу, — а мы пока погуляем, — обратился он к сыну.

Мальчишка немного подумал, но потом спрыгнул со стула и ухватился за руку отца заставляя того встать и следовать за ним. Ян улыбнулся ребенку. У меня екнуло сердце, было видно, что высокородный по — настоящему любит сына, на лице написаны неподдельные чувства, которые Ян почему — то даже не скрывал, хотя по натуре очень скрытен. Может, решил, что я ему не угроза.

В столовой за столом сидела Диана и недовольно ковырялась в тарелке. При моем приближении она вскинула голову и осмотрела мою немного неухоженную физиономию.

— Ночка была веселая, как я погляжу, — желчно сказала высокородная, потом немного напряглась и закрыла рот.

Видимо, хотела чего — то запрещённого сказать, клятва ее успокоила. А у меня даже настроение поднялось. Диана считает, что мы провели ночь с Яном, хах, значит, так и будет. А что потом, подумала про себя и тут же одернула. Не загадывай! Почему — то планы в последнее время всегда рушатся, и мне если честно, все равно, что будет потом, я надеялась, что моя страсть немного поутихнет и желание испарится.

Диана всячески пыталась вывести меня на разговор, но я стойко молчала и ела. Потом решила все — таки привести себя в божеский вид и поблагодарив Альму за вкусный завтрак, пошла к себе в комнату. Взяла мыль — рыльные принадлежности и в ванну, где пропала на пару часов.

Нет ничего более приятного, чем лежать в пахнущей цветочными ароматами ванне и нежиться, плескаясь теплой водичке. Мысли в голове все испарились, а полное расслабление вводит в состояние транса, в котором прекрасно восстанавливаются жизненные силы.

Потом я высушила себя заклинанием, за эти годы поднаторела в обслуживании бытовых проблем магией. Без проблем, конечно, и тут не обходилось, но Марик учил меня всему понемногу. По волосам прошлась своим незаменимым гребнем, выпрямляя вьющиеся пряди. Собрала все богатство в высокую гульку и пошла в комнату заменить одежду.

В общем, когда уделяешь время себе любимой, то приходишь в спокойное расположение духа и понимаешь, что в жизни все решаемо.

Лейра, — стук в дверь, — можно? — раздался голос Яна.

— Заходи, — прикрылась дверкой шкафа, которая могла и слона закрыть не только мою мелкую фигуру, — Я переодеваюсь, что — то срочное.

— Нет, я хотел поговорить насчет клятвы и твоей крови.

— Говори, я быстро, — стала натягивать штаны.

— Они привезут с собой емкость, чтобы кровь не пропала, так что проблем с этим не будет, но насчет клятвы нужно хорошо продумать, ты же понимаешь, от этого зависит твоя свобода.

— Конечно, — вышла из-за двери и повернулась к зеркалу, которое было на дверце с внешней стороны.

На мне был легкий тренировочный костюм из тех, что по — настоящему тренировочные, хотелось немного размяться, может Алор согласиться на тренировку. Конечно, после лежания в воде несколько часов, опять потеть глупость, но энергия уже перла через край, я давно не выкладывалась по полной.

— Я понимаю, что клятва должна учитывать все нюансы моей спокойной жизни Ян, — сказала я, быстро сплетая волосы в толстую косу. Закрепила конец на затылке и завязала ремешок, чтобы поменьше растрепалась.

— Ты собралась тренироваться? — спросил меня Ян, я повернулась к нему и успела увидеть его голодный взгляд, от которого мурашки пробежались по всему телу.

— А что еще делать? — пожала плечами, — но мне нужен партнер, как высокородный, не желаешь померяться силами? — я ухмыльнулась, Ян сверкнул глазами.

— Если измара желает, кто я такой, чтобы отказать, всегда к твоим услугам Лейра.

Небольшой внутренний дворик, который раньше был предназначен для скота, теперь же зарос травой, её я быстро убрала заклинанием ножа, неприятные богомолы с лапами лезвиями скосили все за пару минут. Ян смотрел на моих боевых насекомых с сомнением.

— Уже боишься высокородный, — улыбнулась я с предвкушением.

— Давай без магии, — тут же сдался Ян, — смотрю у тебя большой прогресс, и меня не тянет испытывать весь твой зверинец на себе.

Я рассмеялась, на меня нашло какое — то пофигистическое настроение, а еще эйфория от близкого боя. Оказывается, за пять лет я привыкла к адреналину и была рада опять рисковать. Может быть, уже перестать быть настороже и просто жить?

Мы немного покружили по кругу приноравливаясь к пространству и исследуя землю на неожиданные ямки, а потом я напала первая, любимым ускорением Айты. Ян принес свой меч с собой, я же активировала клинки лима и довольно улыбнулась, когда глаза высокородного расширились от удивления. Неужели думал, что я буду с ним голыми руками сражаться. Магия гудела в моих руках как высоковольтные провода, желая вырваться на волю, я старалась сдерживать силу, боялась поранить Алора. Ян в свою очередь, тоже не выпускал наружу своего пожирателя, и, хотя мне сейчас он почти безвреден, но неприятные ощущения мог обеспечить.

— Ты дерёшься как первогодка Алор, — рассмеялась я, чтобы его подначить, но не тут — то было Яну можно давать премию самого выдержанного человека. Наш бой больше походил на танец, мы сходились клинками высекая искры из оружия и отскакивали, чтобы увернуться от клинков противника. Ну и пусть будет танец, подумала про себя, по крайней мере, энергия уходит и уже не так давит на резерв, а проснувшийся Марик, нудно говорит про все мои ошибки, спал бы еще сто лет паразит.

Остановила наши пляски Диана:

— Вот они, — сказала они стоявшему рядом Северьяну, — как вы говорили, «ваша жена», — высокородная фыркнула, — убедились, она очень быстро нашла вам замену, — Диана злорадно осмотрела наши раскрасневшиеся лица и упорхнула назад в дом, что — то напевая.

Сделала гадость, сердцу — радость, в этом вся высокородная.

— Дан Алор, — холодно склонил голову менталист, сначала в сторону Яна, потом склонился ко мне, — Лейра.

Я смахнула со лба пот и убрала клинки. Ян нахмурился, но не стал высказывать свое неприятие Никсу.

— Я знал, что вы самая необычная девушка, которую я встречал, но теперь убедился в этом воочию, — продолжил Северьян, словно мы не расставалась с ним и опять сидим на дирижабле и попиваем прохладительные напитки.

— Спасибо за комплимент, — улыбнулась Никсу, все — таки мне он пока ничего плохого не сделал, а что менталист, так кто тут без изъянов. Ян вообще пожиратель, но как — то же я его люблю.

Кстати, пожиратель был зол.

— Вы приехали раньше времени, — включил холодную надменность высокородный.

— Мы решили, что будет лучше сделать все пораньше, сейчас ночами не так спокойно.

Ян поджал губы и указав на дом, сказал Северьяну:

— Тогда прошу в дом, нам с Лейрой надо освежиться и потом мы к вам присоединимся, вы с лекарем?

— Конечно, — пошел следом за нами Северьян, — жизнь измары драгоценна, а ее кровь не должна пропасть просто так.

Я усмехнулась, вот какая драгоценность, все хотят спрятать поглубже и подальше, чтобы никто не видел, и никто не уволок.

В фойе сидел на скамейке старик в мантии, в руках саквояж. Он встал, когда мы вошли с внутреннего дворика.

— Это мой лекарь, — показал на него Северьян.

Я кивнула и пошла в сторону лестницы, и лишь когда поднялась на второй этаж, поняла, что Ян за мной не пошел. Тут же кинула заклинание «облегчение» веса на свое тело и тихо спустилась чуть — чуть вниз.

— Вы нас обыграли, дан Алор, — услышала я голос Северьяна, — очень жаль, что измара оказалась вашей знакомой, это бы открыло для нас многие возможности.

— Что открыло, — бросил в ответ Ян, — ее кровь и тело.

— Ну, допустим, — чуть тише сказал Северьян, — с ней бы обращались как с королевой, у нее было бы все, что душе угодно, уж поверьте, обращаться с женщинами мы тоже умеем. От нас бы она не стала сбегать.

— Лейра еще молода и немного наивна, но все это проходит с годами, и я благодарен богине, что она полетела на нашем дирижабле. Вам в Лакарсте не знакома природа измар, все, что вы можете делать, это разобрать их на ингредиенты.

— У вас, в Регирде им тоже не слишком хорошо живется, раз они сбегают, — хмыкнул Никс, потом, видимо, постарался взять себя в руки, — Ну что ж не будем нарушать наши договоренности, — сказал менталист, — добровольно отданная кровь намного лучше, чем ничего. Но я все — таки попробую ее уговорить остаться, — видимо, Северьян еще не отчаялся, — понадеюсь, что Регирд ей так опостылел, что она решит поселиться здесь в Лакарсте

— Попробуйте, — вдруг хмыкнул Ян, — на измар не действуют ментальные практики.

Тут я услышала, как Ян стал подниматься по лестнице и стремглав ломанулась в свою комнату, на ходу расстёгивая рубаху.

Потом я чуть обтерлась влажным полотенцем и одела новый тренировочный костюм. Запасы подходили к концу нужно стирать грязное. За время, проведенное в подземельях я привыкла это делать сама, потому было неудобно просить Альму.

— Не давай повода этому менталисту, — ходил по кровати Марик, — он слишком сильно запал на тебя, может сделать глупость.

— Не выдумывай, — отмахнулась от проводника.

— Иногда ты бываешь слепа, — задумчиво сказал мыш.

— Ты намекаешь на Ривса, — замерла я перед проводником, — там совсем другое.

— Все то же самое, — ворчливо сказал Марик, — ты не уверена в своей неотразимости и привыкла не замечать, как смотрят на тебя мужчины, видишь лишь одного.

— Не будем об этом, — нахмурилась я.

— Конечно, не будем, ты уже все решила.

— Тем более не будем, я решения своего не буду менять.

— Опять будешь плакать, — не унимался мыш.

— Успокойся, я повзрослела, — недовольно покосилась на проводника, — из-за одной проведенной вместе ночи, о совместном проживании и детях мечтать не буду, тем более у него уже есть сын.

— Эх, Лейра, — вздохнул мыш и тряхнул розовыми ушками, — ты опять лезешь в пасть химере.

— Отстань, лучше расскажи, как кровь отдать и получше сформулировать клятву.

К мужчинам я спустилась во всеоружии. С готовой клятвой и знанием, как не дать из моей крови сотворить какое-нибудь непотребство. А еще Марик упомянул, что сын Яна заражен вирусом. Это для лучшего моего понимания он его вирусом обозвал. Когда-то мерги придумали эту отраву, чтобы уничтожить своего врага, но чего-то не учли и чернотой могут заражаться люди, да и вообще все живое в мире. Был один плюс, что чернота глубоко под землей, и изменённые не могут выходить на поверхность, испытывая какой-то страх перед светом. Можно ли победить черноты, Марик не знал, вернее, он сомневался, что я смогу это сделать. Для того чтобы выжечь черноту, нужен большой напор силы, а мой резерв его пока обеспечить не может.

— Вот поэтому тебе нужна эволюция резерва Лейра, когда ты станешь сильнее, чернота изменённых будет для тебя нестрашна, да и другим ты сможешь помогать.

Времени не было расспросить проводника получше, этим займусь ночью, а пока пошла сдавать кровь.

Процедура, надо сказать, была безболезненная и быстрая. Пять флаконов, я наполнила сразу после того, как Северьян и его лекарь дали клятву, которую я написала на бумаге. Когда на их запястьях появилась печать с нераскрывшимся бутоном, клейменые новички долго ее разглядывали и даже переглядывались.

— И как действует ваша клятва, — спросил Северьян.

— Как она может действовать, — улыбнулась магу, — смерть. Смерть всем, кто нарушит слово и предупреждаю не отсроченная там на года, а мгновенная.

— Довольно жёстко, — сказал Северьян.

— Зато действенно, — холодно встретила его взгляд.

Потом было много слов о том, какая я прекрасная, но на меня его слова уже не действовали и не обязывали хорошо к нему относится, я знала его истинное желание, и не была с ним согласна.

— Жду нашей встречи, — в который раз, сказал Никс, пока мы общими усилиями с Яном пытались его выпроводить. Хотелось есть, время подходило к ужину, а мы еще не обедали. Поэтому выгнав гостей сразу пошли ужинать.

— Я его накормила, — сказала нам Диана, как только мы вошли в столовую.

Я видела, как высокородные переглянулись. Стало неприятно. Тут уж ничего не поделаешь, ребенок всегда будет их соединять как бы Диана не отнекивалась от сына, она мать, хоть и не совсем хорошая.

— С ним все нормально, — тревожно спросил Ян.

— Лучше бы спросил, как со мной, — скандально сказала Диана и стала есть, руки, державшие прибор, заметно тряслись.

— У нас получится вот увидишь, — спокойно сказал Алор, — он будет нормальным.

— Я надеюсь, — сказала Диана, — это невыносимо боятся собственного ребенка. Теперь я понимаю мою мать…

Я сидела молча, лишь когда Альма принесла еду, стала есть, не вступая в разговоры, которые вели бывшие супруги. Мое решение немного поколебалось, имею ли я право лезть в семью. Потом сама себя успокоила, я же не напрашиваюсь, но и отказываться от Яна не буду.

На улице уже смеркалось. Я смотрела в окно и расчёсывала волосы гребнем, превращая их в блестящий, черный водопад. Они были чуть ниже попы, можно было отрастить и длиннее, но много с таким богатством не повоюешь.

— Лейра— раздалось за дверью, — ты не спишь?

У меня внутри все сжалось от голоса Яна. Я быстро оббежала глазами комнату, закинула вещи, лежащие на полу под кровать, оглянула себя в зеркало. Ночная сорочка была строгой без всяких вольностей, мне ее Альма выдала. У меня в Регирде и более открытые платья есть, поэтому пошла и открыла Яну дверь. Он вошёл, оглядел комнату, растленную постель, открытое окно, в которое дул легкий ветерок, потом его глаза переместился на меня.

— Я хотел поговорить о ритуале, завтра выедем с утра, и времени не будет. А сразу после ритуала нам нужно улетать Лейра, поэтому если есть вещи, которые тебе дороги сразу бери с собой.

— Может, сядешь, — улыбнулась высокородному, — и спокойно мне все объяснишь.

— Хорошо, — Ян тут же прошел к креслу и сел, я притащила табурет и села рядом, чтобы занять руки, принялась опять расчесывать волосы. Ян, как загипнотизированный смотрел на мою руку с гребнем и рассказывал, что будет завтра на ритуале. Внутренний трепет нарастал, тряслись не только руки, казалось, что все тело распаляется, а в ушах нарастает гул бьющегося в нетерпении сердца.

— Поэтому тебе лучше не высовываться и быть готовой к быстрому отходу, — закончил свою речь высокородный и впервые посмотрел мне в глаза:

— Думаешь, они захотят нас задержать? — спросила я.

— Нельзя сказать, что они могут сделать, я здесь не по поручению Регирда и за меня никто не будет бороться, может быть отец.

— Как там Малус кстати, — спросила я, — Не видела его очень давно.

— Как всегда, — улыбнулся Ян, — весь в делах императора. А как ты Лейра?

— А я тут, с тобой, — сделала вид, что не поняла вопроса.

— Я вспоминал о тебе, — сказал Ян, сжал челюсти, отвернулся.

Мне хотелось съязвить, вспоминал ли он меня в объятиях жены или после, но тоже закрыла рот. Между нами, видимо, слишком много такого, отчего даже разговаривать больно, уныло подумала я.

Ян встал:

— Ну отдыхай, — сказал он мне и пошел к двери, я пошла вслед, чтобы закрыть за ним дверь, не хотелось опять проснуться в компании его сына.

Ян взялся за ручку дверцы и тут же со стоном опустил руку и повернулся. Мы были очень близко, его глаза, которые вопросительно смотрели на меня, казалось, заняли все пространство вокруг. Руки мои ослабели и гребень выпал из пальцев. Ян ухватил меня за затылок и притянул мою голову к себе:

— Оттолкни, пока я еще могу уйти, — сказал он мне прямо в губы, я же прижалась к его телу, словно от этого зависела моя жизнь и приподнялась на цыпочки, чтобы самой поцеловать его в теплые губы. А потом было безумие… мы касались друг друга руками везде, целовались до потемнения в глазах и любили друг друга. Весь мир замер вокруг нас, потому — то неслышно было ничего, кроме дыхания любимого, его шепота и его стона… нашего стона.

Дорога до источника заняла полдня. Опять сидели в трясущейся карете, в духоте, и общей напряженности.

Ян ушел под утро, мне не хотелось отпускать его, казалось, если он переступит порог комнаты и все опять будет, как прежде. Я ни о чем не спрашивала, ничего не требовала и ничего не обещала сама. Вчерашняя ночь была, как наваждение, о которой я мечтала все эти годы, но хотел ли ее Ян, мне было неизвестно. Утром он ушел и потом, когда мы встретились на завтраке, никак не выражал и не показывал, что между нами, что — то изменилось. Ну что ж, я была к этому готова. По крайней мере, я не могу винить его сейчас, ведь хотела его сама и оставила на ночь, его тоже сама.

После завтрака я скинула все вещи в пространство браслета и тяжело вздохнув, оглядела комнату. Главное, ничего не забыть, пустила заклинание очищения на комнату наблюдая, как мелкие насекомые шерстят все пространство, а потом распадаются темным пеплом.

К карете вышла налегке, на что Ян, который возился с сыном, и недовольная Диана не обратили внимание.

Села рядом с высокородной и откинулась на спинку сидения. Хотелось уже, чтобы эта поездка закончилась.

— Марик, может, пока будем ехать, просветишь насчет вируса, про который ты говорил, мысленно обратилась к проводнику.

— А что там просвещать, — проворчал Марик, у него с утра не было настроения, — кто такие изменённые ты знаешь, это те, которые получили слишком много лима, но есть еще одна причина. Как я уже говорил, вирус с помощью которого, мерги уничтожили своего врага. Там, где много лима, есть шанс заразиться вирусом мергов. Вирус по-другому влияет на жителей этого мира. Не убивает сразу, а разрушает его психику, меняет мировоззрение разумного, потихоньку пожирая его мозг.

— Какая-то мысль крутиться в голове, не могу понять, — нахмурилась я, — но при чем здесь сын Яна.

— Ян был заражен, — сказал Марик, — уж не знаю, как они смогли остановить заразу, но в сыне она опять проявилась.

— И как уничтожить вирус? — тут же вставила я, — Источник поможет?

— Смотря, что они собираются делать, если простое очищение, то нет, через тело пропускают сразу, большой поток, который выжигает внутри заразу.

— Тогда что поможет? — недоумевала я, — они решили пропускать энергию через родителей, а потом в сына, но ты говоришь, зараза не уйдет, что нужно сделать.

— А вот тут им просто повезло, — хихикнул Марик, — у них есть ты.

— Я? — недоуменно открыла глаза, чтобы встретиться со взглядом Яна. Он смотрел пристально, а его губы тронула чуть заметная улыбка. Диана тут же перехватила наше переглядывание и демонстративно фыркнула. Я выдохнула и опять закрыла глаза:

— Так, при чем тут я? — переспросила у проводника.

— Это тебе надо проводить через тело мальчишки энергию лима, подумай почему.

— Потому что я не разделяю ее на стихии, как другие маги…

— Вот именно через тебя идет чистый лим.

— Но ты говорил, что для всех чистый лим губителен, — уточнила я.

— Вот именно, — тут же ответил Марик и я даже представила его заумный вид и большие уши, которые смешно хлопаются друг об друга.

— Мальчишка может погибнуть, — спросила я, все — таки надеясь на другой ответ.

— Да, — лаконично ответил проводник, — тут уже зависит от того, как сыграет его организм, выживет ли после того, как лим выжжет в нем всю заразу или…

— Не хочу даже думать об этом, — отмахнулась я, потом спросила сама себя, — стоит ли им сейчас об этом говорить.

Опять открыла глаза и посмотрела на Яна. Тот как раз поправлял на сыне плед, ребенок дремал, положив ноги на отца и подперев ладошкой щеку. Я сглотнула, и как им об этом сказать.

— Ты лучше о себе думай, — недовольно пробурчал Марик, — забыла, что у тебя эволюция, резерв нужно растянуть, Мердито пора давать больше маглинтов.

— Куда еще больше удивилась я, — прожорливое у тебя зерно Марик.

Проводник на мою подколку не ответил, лишь проворчал:

— Тебе нужно это больше чем Мердито Лейра и когда-нибудь ты это поймешь.

— Достал, — огрызнулась проводнику, — не хочешь прямо говорить, то вообще молчи.

Так вот, полдня ехали до источника, оказывается он совсем близко от столицы. Порталов переходов тут никогда не было, да и на Регирде это привилегия старых домов и городов, которые были еще до мора. После возвращения людей на поверхность их всего лишь отремонтировали и зарядили. Как делать новые, никто не знал. Поэтому никаких порталов, а по старинке на громыхающей карете, запряженной четвёркой лошадей.

Доехали до источника вполне спокойно лишь на входе в охраняемый периметр, нас по нескольку раз остановила охрана, но кучер на козлах имел пропуск, поэтому карету не осматривали.

— Теперь как договаривались— сказал Ян, — Через два состука нам нужно быть в месте, где нас заберут.

— Кто заберет? — не поняла спросонья Диана.

— Мы же говорили вчера об этом, — нахмурился Ян, — соберись Диана, мне сейчас нужна твоя сила и помощь, а не нытье и истерики.

Высокородная поджала губы и посмотрела на сына, который проснулся и оглядывался по сторонам.

Ян первым вышел из кареты и потом подхватил ребенка. Я вышла следом, за мной Диана. Солнце светило ярко и припекало хорошо, а еще я почувствовал дуновение силы. Такое, как в подземельях.

— Чувствуешь? — спросил меня Ян и оглянулся по сторонам.

Карета тут же тронулась и набрала приличную скорость, скрываясь за пологим холмом.

— Что и стоило доказать, — пробормотал Ян.

— Что — то не так, — спросила встревожившаяся Диана.

— Все так, — хмыкнул высокородный и пошел в сторону небольшого лесочка от которого в нашу сторону, уже спешили два человека.

Это оказался Северьян со своей чуть состаренной копией, видимо, отец. Младший Никс был улыбчив и приветлив, когда как старший оглядел нас непримиримым взглядом. С таким не пошутишь.

— Не советую на нас давить хранитель, — сказал Ян и посмотрел на старшего, — я свои обязательства выполнил.

— Если не считать того, что вы прихватили с собой измару, — грубоватым голосом сказал старик.

— Может, будем делать дело, а не претензиями обмениваться, — не выдержала высокородная, наконец — то я увидела прежнею Диану. Сегодня она была так же, как я в тренировочном костюме, ее волосы были собраны в высокий хвост, открывая сверкающую на солнце печать высокородной.

— Ну что же пойдёмте, — сказал хранитель, — но предупреждаю, если что — то пойдет не по плану, я вас уничтожу, поверьте здесь я хозяин.

Марик внутри меня хихикнул:

— Какое самомнение, — сказал он.

Я же была очень разочарована источником, он был так мал и слаб, и мне казалось, что на самом Регирде было больше энергии, чем в источнике Лакарста.

— Это так, — уловил мои мысли проводник, — на Регирде намного больше энергии и не потому, что там Сонный лес, — Марик внутри опять хихикнул, паразит.

По выложенным плиткой дорожке мы вышли на огромную поляну. Травы на поляне не было, чистая черная земля, а прямо посередине поляны, лежало нечто непонятное. Сначала мне показалось, что это какая — то куча хлама, но, когда мы стали подходить ближе и мой резерв завибрировал от прибытка лима, а Мердито внутри проснулся впервые за пять лет заливая меня теплой радостью и желанием объять весь мир, тут я поняла, что это осколок, осколок чего — то большого. Сам материал был как живой, чуть прогибался под нашими ногами, и переливался нитями, по которым золотыми потоками пульсировала жгучая магия лима. Я почти захлебнулась от такого напора, пока Мердито не перенаправил на себя большую часть силы, чем вызвал облегчение.

— Марик, что теперь? — спросила проводника, наблюдая, как высокородные стали подготавливать ритуал, а хранитель с сыном остались за пределами осколка. Сам источник напоминал вырванный кусок из чего — то большего, там, где проходил разрыв, лим пульсировал особенно больно, мне было почти физически плохо.

— Держись Лейра, я думал он больше, — сказал с сожалением проводник, — но и этого хватит.

— Для чего? — не поняла я.

— Увидишь, — сказал Марик, — Мердито сделает все само, умный малыш.

У меня не было сил, чтобы спорить с проводником или чего — то требовать.

Высокородные завершили свои приготовления и стали проводить ритуал. Лим не так яростно заполнял их тела, а вот на общее состояние влиял тоже отрицательно.

Мальчишку положили в круг из выложенных рунами камней и принялись проводить манипуляции с магией. Так как оба были огневиками то им было легче прийти к стабильному потоку, не было отторжения стихиями. Я стояла недалеко и наблюдала за ритуалом, даже не заметила, как лим, включил защиту, дракончики тут же стали брать мое тело в кокон и выглядывать предполагаемую опасность. Со стороны лакарстцев послышались восклицания.

— Лейра держи себя в руках, — сказал Марик, — еще немного и будешь действовать ты.

— Еще бы знать, как действовать, — хмыкнула я, борясь с тошнотой.

— Ты поймешь, смотри за пожирателями и потом делай как они, всего лишь.

Диана и Ян наконец, стабилизировали поток и стали пропускать его через своего сына. Как я поняла, мальчишку Ян как — то усыпил и теперь он висел в воздухе, широко раскинув руки и ноги, а через него на всю мощность проносился поток магии. Все тело ребёнка светилось красными огнями, а когда наконец высокородные выдохнули, то упали все разом на землю, почти не шевелясь.

— Что и следовало доказать, — хмыкнул Марик, — посмотри на его ауру.

Я тут же это сделала, чтобы увидеть, что аура у ребёнка все еще черная, кое-где видны чистые красные участки, но на этом все. Чернота неумолимо опять заполняла с таким трудом очищенные кусочки ауры.

— Теперь ты, — сказал Марик, — наполняй резерв.

Я подошла к лежащим на источнике высокородным, оба тяжело дышали и смотрели на меня, но не могли пошевелиться.

— У вас не получилось, — сказала я им, — молитесь чтобы получилось у меня.

Я раскинула руки в разные стороны и глубоко вздохнула, открывая все заслонки и печати, чтобы вобрать как можно больше лима.

Если ребенок не выживет, мне лучше умереть с ним, вяло текли мои мысли, как мне потом жить с такой ношей.

А потом из пространственного браслета выплыл Мердито. А он заметно подрос за пять лет. Все такой же сверкающий в золотистом свете бутон, надеюсь, когда он расцветет, будет красивым. Улыбнулась сама себе. Сейчас бутон был не больше полметра в длину и четверть метра в ширину, зато его лучи уходили далеко за пределы источника.

Глаза высокородных открылись от удивления, а тело бессознательного ребенка опять воспарило ввысь, чтобы замереть напротив Мердито.

Надо же, имя какое некрасивое для такого красавца, думала про себя, наблюдая, как от этого красавца отрастают тонкие жгутики и как они проникают в тело ребенка, где черная муть вибрировала от переполнявшей все вокруг силы.

Аура ребенка светлела, а вот мой резерв, казалось, сейчас лопнет. Мердито тянул из меня больше чем я успевала собрать, а магия сама настраивала потоки меняя силу, от чего мне казалось я похожа на воздушный шарик.

— Потерпи еще немного Лейра, — кричал внутри Марик, — ты молодец, главное — не теряй сознание, иначе все прекратится.

И я старалась, глядела на Яна, который лежал рядом и смотрел на меня широко открытыми глазами. Поглядывала на замерших недалеко магов, которым представление совсем не нравилось.

— Как только Мердито закончит с ребёнком сразу же накидывай на него лечилку, помнишь, как с Алором в подземках.

— Хорошо, — с запинкой сказала я.

А потом все резко прекратилось, бутон, который зерно, тут же исчез в моем браслете и заснул, напоследок одарив радостными ментальными обнимашками, от чего мои драконы натурально пыхнули огнем и громко зарычали, немного прибавляя в росте. Хранитель с сыном чуть отошли назад, испуганные непонятными тварями. Я кинула на Лейрана лечилку рассматривая, как паучки споро пакуют ребёнка в зелёный кокон.

— Что это за Сонная матерь творится?! — закричала Диана, которая смогла кое-как сесть.

— Клятва, — тут же сказала я на рефлексах привыкшая себя скрывать, — мне клятву, что в ничего никому не расскажите.

— Клянусь, — под моим напором сказала Диана и получила печать в виде бутона на запястье.

— Зерно живо, — прошептал Ян, потом повернулся ко мне и тоже сказал слова клятвы. Новая печать у него не появилась, но старая стала чуть больше.

— Какое зерно? — тут же воскликнула Диана, — Наш сын, что с ним?

— С ним будет все хорошо, я сканировала кокон. Паучки уже разбежались по другим болезным, и Диана старалась отмахнуться, от моих лекарей от чего те разбегались, и все равно обходили пациента с двух флангов сразу. Потом черной волной устремились и к магам, стоящим чуть дальше, но я успела их отозвать, чтобы не пугать бедолаг еще больше.

У нас получилось, — мысленно спросила Марика.

— Да мы прошли на грани, но все получилось Лейра, ты перешла на высшую ступень измар.

— Теперь я точно Великая Измара, — усмехнулась я проводнику.

— Теперь ты асинейра, я спать… — сказал Марик сразу же после шокирующей новости, и я почувствовала, что его присутствие ослабло.

— Ничего, — пробурчала я, разминая ноги и руки, — когда-нибудь ты мне все расскажешь, зубастый лопоух.

— Лейра нам пора, — сказал Ян.

Он уже встал и приподнял заклинанием кокон с сыном.

— Он там не задохнется? — переживала Диана, одномоментно превратившись в хорошую мать.

— Нет, — ответил ей Ян, — с ним все будет хорошо, это лечащий кокон.

— Не знала, что ты так можешь, — вдруг повернулась ко мне высокородная и в ее глазах впервые увидела если не восхищение, то признание меня, как человека, а не батарейку к ним высокородным.

— Как думаете, посмотрела я на вереницу выходящих из леса магов, сможем пробиться?

Высокородные замерли, а к нам направился Северьян.

— Наши с вами договорённости остаются в силе, — сказал маг, но если вы останетесь здесь еще хоть на несколько минут, мне придётся на вас напасть, уходите, — глухо сказал он, украдкой разглядывая меня.

— Что даже измара уже не нужна? — ехидно посмотрела на меня Диана.

— Я не так силен, чтобы иметь такую возлюбленную, — сказал менталист, а быть слабее жены неприемлемо.

— Шовинист, — сказала магу, проходя мимо, и кто за язык тянет.

— Не знаю, что это, но не советую повторять мне это еще раз, — угрожающе сказал Северьян.

— Прощайте Никс, — сказал Ян, — и все равно спасибо.

Мы прошли еще пару метров, когда Северьян нас окликнул, потом догнал нас.

— Не идите той дорогой, которой собирались Алор, — сказал он нам, — отец поставил там засаду, ваши слуги перестали быть вам верны. Я был не сторонник вас отпускать, но в свете новых впечатлительных знаний, пожалею своих людей.

— Не буду говорить вам за это спасибо, — холодно кивнул Ян, и мы пошли дальше с поляны, провожаемые взглядами охраны.

Кокон с Лейраном плыл рядом и Яну это давалось тяжело, потому что скоро его сменила Диана.

Потом мы продирались по лесу и вышли совсем в противоположной стороне, чем приехали сюда. Недалеко стояли руины и Ян повел нас туда. Мы молчали, потому как говорить, сил ни у кого не было.

Когда мы подходили к руинам, в небе показалась черная точка, которая потихоньку приближалась и превращалась в небольшой юркий дирижабль.

— Вот и наше спасение, — сказал Ян и из него словно вынули штырь, он упал на землю и его лицо побледнело.

Я тут же кинула на него лечилку, но паучки, побегав по высокородному, с недоумением испарились. Я не знала, что делать, Диана аккуратно положила на землю кокон с сыном и отогнала меня от тела Яна.

— Я сама о нем позабочусь, — сказал она и стрельнула на меня холодным взглядом, — он всё-таки отец моего сына, не чужой мне человек.

Я отошла от нее и замерла, наблюдая, как снижается дирижабль и опускается большая плетеная корзина, которая нас заберёт на борт. Тут же выскочили молодые парни, скорей всего корабельные маги и стали грузить всех в корзину. Я уже не помнила, как добралась до каюты, которую показывать улыбчивый паренек и как упала на кровать, не раздеваясь, тоже не помню. Быстро отключилась.

Проснулась резко, словно вынырнула из тяжелого забытья. Все тело болело, зудело и просилось в теплую ванну.

В чем я ему не отказала перед этим напившись воды из кувшина, который стоял на маленьком столике. Мучила такая жажда, словно я в пустыне на солнцепёке была.

— Марик—? позвала проводника, хотя уже поняла, что он опять в глубинах резерва, не дозовешься.

Пока набиралась небольшая узкая ванна, в которой сидеть будешь строго прямо и с согнутыми коленями, я расплела путаные волосы и немного прошлась гребнем, чтобы было легче мыть.

Выглянула в небольшое оконце, в котором, кроме, голубого неба ничего не было. Интересно это тот же день или я проспала почти сутки. Внутренние часы говорили, что все — таки проспала. И меня никто не будил и не тревожил, что с одной стороны не очень приятно. Неужели Яну все равно что со мной. Потом одернула сама себя, «успокойся Лера, может, он сам еще не пришёл в себя».

В тёплую воду погрузилась со стоном блаженства и сидела там почти час. Пока мыла свою черную гриву, пока натирала тело до красноты, чтобы кровь быстрей расходилась по организму, помогая магии.

Потом вытащила из пространственного браслета последний комплект одежды. Пора бы уже найти какое-нибудь заклинание для стирки, ребята уже давно освоили такие и совершенствовали, но если я пыталась магичить заклинании простых магов, получалось немного не то что хотелось. А моя магия непредсказуема. Буду пробовать, когда свободное время появится, если оно появится.

Надеюсь, стезя искателя осталась позади и теперь я сама по себе, Алоры обычно всегда держат слово. Я взяла с Яна клятву, что он попытается освободить меня от искательства, но это не значит, что он сможет. Условия я поставила не смертельные.

Перед выходом из комнаты чуть вздохнула:

— Нира Махон, — тут словно из — под пола показался рядом знакомый паренек, — я провожу вас на обед.

— Сколько еще лететь? — спросила я

— Завтра утром мы уже будем в Сартосе, — сказал провожатый, кивая вихрастой головой.

Дирижабль был небольшой. По сравнению с тем, на котором я летала в Лакарст, меньше в два раза. Соответственно, и комнаты— каюты были меньше. Хотя жилая часть, гондола, построена из дорогого дерева с применением магии и мягкого железа, что было очень дорогим. Здесь же почти все железные детали были из него, это говорит, что владелец богат. Обычно такие малогабаритны дирижабли, могли позволить себе очень знатные и богатые люди. Обстановка была не вычурной, без излишней помпезности, но элегантная и качественная. Дирижабль был с внутренним металлическим каркасом, что поддерживал форму шара над нами, такой тип цеппелинов называли жестким. Когда я первый раз поднялась в воздух на дирижабле, прослушала целую лекцию по видам и управлению такими машинами.

Кухня соединялась со столовой. За тонкой перегородкой что — то варилось и булькало, а в самой столовой стояли небольшие столики со светлыми скатертями. Розовощекий повар, тут же вышел из своего уголка с огромным подносом, заставленным всевозможными блюдами. Всего понемногу, но очень много.

Я потянула носом:

— Какой запах, — сказала я, улыбаясь мужчине, — восхитительно, спасибо.

Мужчина кивнул, отчего его белоснежный колпак чуть не упал ему на лицо и тут же ретировался на свое место.

Паренёк, который меня сюда провел, уже испарился, но не стала расстраиваться, что исчез источник информации, потому что отдалась насыщению. Оказывается, я была чертовски голодна.

Я еще раз поблагодарила повара и пошла на узкую палубу, огражденную деревянными перилами с красивыми узорами.

Ветер долетал тихими вихрями блокированный магическим пологом, тоже интересная особенность. Так бы ветра тут не давали спокойно наслаждаться видами. Внизу насколько видно глазу, простиралось море. Немного волнующееся и прекрасное. На горизонте голубое небо плавно переходило в сине — зелёное сверкающий перламутр, создавая фантастическую картинку, на которую не устанешь любоваться.

— Нира, — рядом опять показался мой провожатый, — вы не заблудились, я могу проводить вас в каюту.

— Нет— улыбнулась парнишке, — любуюсь на красоту.

Тот немного нахмурился, посмотрел за борт, словно не понимал, чему там любоваться, а я тут же воспользовалась его присутствием, чтобы задавать вопросы.

— Где люди, что были со мной, разве они не выходили из кают.

— Господин Алор и его семья не выходили из своих покоев.

— Это дирижабль Алоров, — догадалась я.

— Да это их машина нира, может вам чего — нибудь принести.

— Нет, я уже поела, — нахмурилась, — Даже Диана не выходила? — опять спросила я.

— Нет, высокородные в своих покоях, еду им приносят, просили не беспокоить.

— Кого просили не беспокоить? — тут же спросила я и сердце кольнуло.

— Всех, — сказал юноша, — молодой нир был болен, сейчас ему требуется покой и тишина, — заученно сказал юноша.

— Понятно, — сказала я, — можешь идти, я сама найду свою комнату.

В голову приходило миллион причин, почему Ян не появляется, но так можно такого надумать, поэтому решила просто пойти к нему сама. Может, ему все еще плохо, я могу помочь.

Плутала недолго. Получалось, что меня поселили в гостевых каютах и апартаменты господ были на другой стороне гондолы. Сначала вошла в гостиную, вся мебель выдержала в темных тонах, красиво, но немного мрачновато. Кругом была тишина лишь тихий шорох ветра за окнами. Мне вдруг стало неприятно, крадусь как воришка. Почему собственно мне нужно скрываться, чтобы прийти к любимому мужчине, который уже разведен.

Я уже собралась постучать в первую попавшуюся дверь, когда из другой двери вышла Диана. Нюх на меня еще не потеряла.

Она была в тонком пеньюаре, который больше показывал, чем прикрывал. Волосы на голове растрепаны, глаза сверкают, губы красные кривятся в усмешке.

— Тебе чего тут надо? — спросила она и бесстыдно выпятила грудь.

— Я хотела узнать, как себя чувствует Ян и Лейран.

— Не забудь добавлять ниры, — пренебрежительно сказала высокородная.

Она подошла к небольшому столику, который был сервирован фруктами, стояли два бокала с красным вином оба недопитые.

— Тебя забыла спросить, как их называть, — вспылила я, а внутри уже собиралась пустота, в которую уходили все мои чувства.

— Мои сын и муж, чувствуют себя хорошо, — по слогам, как для слабоумной сказала мне Диана и отщипнула пару ягод с лежащей на подносе веточки.

— Мы вчера праздновали то, что наш сын наконец — то выздоровел, — лениво сказала высокородная и уселась на диванчик ни грамма, не стесняясь, что одна бретелька упала и грудь вывались наружу, уставившись на меня темным соском, как под дулом пистолета.

Сердце мое забилось сильнее от мысли, что они отмечали вдвоем, пили вино, ели фрукты, и скорей всего уснули вместе, Диана мне сейчас своим развязным поведением на это открыто намекает, дрянь.

— Я рада, что с Лейраном, — сделала ударение на имени сына высокородной, — все в порядке, дети не должны страдать, даже высокородные, — усмехнулась я, — хочу увидеть Яна, вчера ему было плохо.

— Он спит, — оборвала меня Диана, — вчера он устал, так что проспит скорей всего до завтра, в твоих услугах мы не нуждаемся. Я сама позабочусь и о сыне, и о муже.

— Бывшем муже, — вставила я свое слово, отчего высокородная рассмеялась:

— Да хватит унижаться, — сказала она с усмешкой, — неужели ты думаешь, что, если он переспал с тобой разок и забудет про меня. У нас ребёнок, которого как ты сама видела, он любит, а ребёнку нужна мать.

— Которой было глубоко на него наплевать, — желчно сказала я, сердце билось так сильно, что казалось я глохну от его стука.

— Да ладно тебе Лейра, — Диана поднялась и подошла чуть ближе, напоминая своими ужимками, как она раньше охотилась за мной, — Неужели ты думаешь, что ты ему нужна? Пять лет он о тебе не вспоминал. Да, мы немного повздорили из-за сына, но у нас все нормально, я даже не злюсь на него, что он переспал с тобой. К измарам не ревнуют, слышала такое, и да, у нас это место вакантно.

— Как — нибудь обойдусь без вашей милости, — выдала я холодно, главное — держать себя в руках, лим уже бурной рекой переливается по резерву, просясь наружу. Не буду делать радость для этой твари. Всего на пару дней я увидела в ней человека, но нельзя забывать, что все высокородные пожиратели. Я повернулась, чтобы уйти.

— И что даже не разозлишься, ведь второй раз тобой пренебрегают.

— Я захотела, я получила, — повернулась к Диане, потом хмыкнула, — ну а ты пользуйся дальше.

Потом спокойным шагом вышла из гостиной, и на негнущихся ногах пошла в свою каюту.

Там я села на кровать и стала медленно дышать, чтобы успокоить магию, это давалось с трудом, все — таки увеличение резерва дает о себе знать, нужно учиться управлять большими объёмами лима. «Мне нет дела до высокородных, — шептала про себя, — мне нужно спокойствие и место, чтобы постигать свои силы».

Чего злиться и нервничать я знала, что так будет, я готовилась к тому, что просто уйму немного свою страсть и утолю жажду. Ян опять повел себя как свинья, но он ничего не обещал, мы ничего друг другу не обещали.

Потом я бездумно таращилась в окно и думала о друзьях, подземке, своих несбывшихся местах и Альке. Мне давно пора съездить к подруге окунуться в ее тихое счастье, набраться позитива и понянчить девчушек. Когда я уезжала, одна только начала ходить, вторая как вихрь носилась по комнатам, стягивая по пути все, что видела на поверхностях. Улыбка сама собой растянула губы. Да, решено, поеду к Альке.

На ужин я не пошла, паренек принес мне его в каюту. Я без аппетита поковырялась в тарелке и завалилась спать, чтобы быстрее наступило утро, и я ушла с этого «гостеприимного» дирижабля.

Что было удивительно, но меня встречали. Я вышла первой, когда дирижабль пришвартовался и длинный переход спустился к приемному пункту. А там стояли мои бывшие одногруппники и что — то обсуждали, я чуть назад не повернула, вернее, повернула на рефлексах, но за спиной нарисовался Ян. Был он немного бледен, а в целом как всегда, элегантно одетый, с надменным взором высокородного. Я тут же повернулась назад к выходу, если уж выбирать из двух зол, выбираю друзей.

— Лейра, — услышала за спиной голос Яна, да чтоб тебя. Я уже переболела тобой вчера, успокоилась, зачем надо опять все ворошить. Чуть прибавила шаг.

— Лейра, — опять окрикнул меня высокородный, я поджала губы и повернулась. Из апартаментов уж вышла Диана с ребёнком на руках.

На лице милая улыбка и не скажешь по ней, какая она может быть дрянь.

Ян быстро прошел тот отрезок, что нас разделял:

— Ты сейчас куда? — спросил он, и тут же уточнил, — Как только отвезу Диану и Лейрана пойду в ваше бюро решать твой вопрос, также проставлю твою отлучку как выполненное задание. Спасибо тебе.

— Я сделала бы это для любого ребенка, — попыталась сделать пренебрежительное лицо, — можешь не торопиться с бюро, это не к спеху.

Потом оглянулась к причалу, где друзья уже меня заметили и скакали по края усиленно махая мне и что — то крича. Улыбка сама собой появилась на губах. Я оказывается тоже соскучилась, и как собиралась жить без них. Сейчас буду получать на орехи.

Диана прошла мимо, чуть коснувшись Яна бедром. Он не заметил все еще разглядывая мое лицо и что он там найти собрался.

— Лейра, — уже в который раз повторил Ян мое имя, — нам нужно поговорить.

Ух ты, посмотрите на него, неужели в этот раз я удостоюсь объяснения. Махнула друзьям и опять повернулась на внимательно смотрящего Алора.

— О чем нам говорить, все и так ясно и понятно, — я сделала самое пофигистичное лицо, на которое была способна, — у тебя сейчас на первом месте сын, мне же нужно разгребать свои дела.

— Я хотел поговорить о нас.

— Какие нас, — я улыбнулась высокородному, — мы просто провели вместе время. А потом мы просто помогли друг другу, Ты не дал мне сделать глупость и попасть руки лакарстцев, я помогла тебе с сыном. Но на этом можно закруглиться

— Закруглиться… — повторил за мной Ян, — словно не понимал, о чем я ему говорю.

— Вот именно, — я усиленно закивала, опять растягивая губы в улыбке, — мы взрослые люди, все понимаем, — отвернулась к друзьям и опять к Алору, скоро голова улетит пока я тут из себя дурочку строю, — Ну давай, еще увидимся, ты знаешь, как меня найти.

И махнув рукой, чуть ли не сбежала от Яна. Мне хотелось плакать. Хотелось повыть, но больше я об себя ноги не дам вытирать и ждать как дурочка, пока он там со своей Дианой милуется.

Ребята налетели на меня кучей.

— Как ты могла! — сказал Маргела, когда первые обнимашки прошли, — Не предупредила, не сказала, хорошо папа пришел и пояснил, где тебя носит, и спасибо тебе за племянника. Я уже посмотрела, он совершенно нормальный… — Маргела замялась, — Для высокородного нормальный.

— Ты сарама меня больше с ними не бросай— перебил Маргелу Атом, — столько мимо меня красоток прошло, пока тебя искали. А еще Ривс штрафами обложил, за то, что соратник непонятно где и с кем, — Сакс хитро подмигнул, — ну ты молодец, не теряешься!

— Тебе бы только по бабам бегать, сердцеед ты наш бесштанный, мы тебя непускали потому что пришлось последний раз твою белую задницу от высокородного прикрывать, — тут же огрела по плечу друга Айта и повернулась ко мне, — представь увести девушку у высокородного, а потом по городу без штанов носиться убегать…

— Ну и что, обиженно потер плечо Атом, — если высокородный не может униженно плестись в хвосте дядюшки Атома? — парень тут же отскочил подальше от тяжелых кулаков Айты.

Мы шли к местному извозчику, чтобы уехать со станции дирижаблей. Друзья шумно рассказывали, что у них случилось за эти дни. Грог сожрал какую — то дорогую книгу Чета, от чего наш книжник чуть не вырвал его с корнями, Маргела обещала показать сюрприз, как только приедем в подземку, которая меня очень удивит, а Айта хваталась, что у нее подрос резерв, и она наконец — то осилила «стену огня», о которой давно мечтала.

Общем мне было интересно и даже на минуту забыла о Яне. Пока не увидела его вновь, садящимся в дорогую машину. Он словно почувствовал мой взгляд и резко обернулся. Наши взгляды встретились. Потом он мне улыбнулся, так словно рад моему взгляду, словно у нас есть будущее, и есть чувства. Я прикусила губу, может, все— таки надо было послушать, что он скажет, ведь Диана могла все придумать. Ян сел в машину, которая медленно отъехала от станции дирижаблей, увозя мою головную боль.

Я больше не буду пить, думала про себя утром. Голова так трещала, что мне казалось, по ней каток туда-сюда ездит и тормозит на особо важных местах, глазах, висках и затылке. Марик внутри ехидно посмеивался, а мне даже такой звук приносил мучения.

С трудом оглянулась, одним глазом, и то прищуренным, потому что второй просто не вынесет много света. Поморщилась от боли на ладонях. Кое-как поднесла их к глазам. Все ладони были расцарапаны. Что странно активация лима и ничего происходит.

— Протрезвей сначала, — пробурчал внутри Марик, — потом блок сниму.

— Ты так можешь? — удивилась я, — Несправедливо.

Поморщилась от боли в горле, странно почему оно так болит.

— Петь надо меньше, — сказал проводник, — хотя какой петь, — продолжил он вводить меня в курс дела, — орать как кошка, которой на хвост наступили.

— Я умею петь, — воспротивилась такому поклёпу, — целый год на вокал ходила.

— Значит, тебя обманывали, — отбрил меня Марик.

— Сними блок, — сказала проводнику, — руки полечу.

— Не получишь, — категорично отказался мыш, — походи поболей, поймешь как в следующий раз напиваться.

— Где все? — спросила я Марика, потому что в доме была тишина.

— Там же где и ты, в кроватях, — буркнул проводник.

— Вот прямо все, — не унималась я, — даже Маргела.

— Даже ваша нира «Вселенская доброта»— сказал Марик и я почувствовала, как он уходит в глубину резерва, вот гад, а если враги, а я без магии, р — р–р.

Кое-как села на кровати, оглянулась. Вещи разбросаны, даже моя заначка драгоценностей, их то я, зачем достала. С зарождающейся истерикой дотронулась до головы… ну конечно! Кто бы сомневался, на голове колтун. Я бы отрезала все это богатство, но знаю, что тогда все будет намного хуже.

Встала и шаркающей походкой кряхтя и постанывая потащилась в ванну. Зеркало сказало мне убиться об стенку, потому что на меня смотрела страшное создание, косящее на один глаз, с красным огромным носом, торчащими во все стороны волосами и рубахой шиворот на выворот.

А ведь все так прекрасно начиналось. Ребята сразу решили отметить мое появление и мое настроение, как нельзя кстати к этому располагало. Я не любитель пьяных вечеринок, для меня вечер с книгой и вкусненькой плюшкой более привлекателен чем, попойка с друзьями, но иногда… да иногда, просто бывает настроение послать все в далекие дали и ни о чем не думать.

А — а–а как же болит голова, еще проводник так некстати меня проучить решил, паразит.

Где — то внизу раздался грохот, я насколько позволяли онемевшие конечности и трясущееся тельце потопала на звуки, может быть там есть вода. В гостиной мыкался по пустой таре Атом. В одних штанах с лохматой светловолосой головой, за которую он держался и постанывал.

— Ты чего шумишь? — каркнула я. Сарк подскочил и чуть не завалился набок, мне показалось, что он еще пьян, вот это мы погудели.

— Лейра, — ответил таким же страшным голосом Атом, — почему у меня все болит, что вчера было.

— Не знаю, — я села на диван, — но мне уже стыдно, меня Марик магии лишил.

— Ого, — Атом притулился на кресле и потер лоб, — вот с какой Сонной Матери мы так напились?

— Ты у меня спрашиваешь? — спросила я и посмотрела на друга одним глазом

— Чур меня страшилище, — сделал знак отгоняющий злых духов парень, еще один паразит.

— На себя посмотри, красавчик Атом, словно его химера пожевала, — потом переключилась на более насущную проблему, — а вода, то есть.

— Нет, надо идти к колодцу, — сказал Атом поморщившись

— Иди, чего сидишь? — сразу напустилась на парня.

— А сама, — стал он отнекиваться

— Меня тошнит, — страдальчески скривилась.

— Это ты виновата, — тут же выдал Сарк, — если бы ты не сбежала, мы тебя не встречали, а если бы не встречали, не напились.

— Пошел ты, — беззлобно отмахнулась от одногруппника, — к Сонной Матери своей.

Атом встал и побрел в кухню, там опять чем — то гремел скорей всего ведрами, и потом я услышала, как открылась входная дверь. Оглянулась на беспорядок вокруг и ужаснулась, везде валяются вещи, посуда и даже земля, что тут происходило.

Сверху спустилась охающая Айта и страдающий Чет.

— Это побило все рекорды, — сказала наша злючка, — мы даже когда с водниками подрались, не были так пьяны, кто хоть в курсе, что вчера было и почему, черт побери, цветок Маргелы стоит у меня на подоконнике?

— Ах вот он где, — услышали мы бодрый голос нашей тихони.

— А вот это обидно, — сказал Чет, когда мы увидели спустившуюся Де'Алор, — ты почему такая бодрая и цветущая?

Маргела и правда выглядела как с картинки. Форма искателей сидела как влитая, красиво облегая стройную фигурку, волосы каштановой волной обрамляли свежее лицо, со сверкающими глазами.

— Надо дружить с Маргелой, — наставительно сказала нам наша травница и показала на небольшой бутылек, — сейчас я вас вылечу.

— Бойся, — вскричал заскочивший Атом, наш призыв к осторожности, — там куратор топает и злой, как тысяча химер.

— Так, — как самая здравомыслящая стала командовать Маргела, — Атом воды, зелья всем по глотку, но сразу предупреждаю гадость, надо запивать. Кто выпивает первым, начинает уборку. Атом он где идет?

Дом у нас на отшибе, так что тех, кто к нам ползет сразу видно.

— Есть пару десятков стуков, но он быстро идет, — сказал Атом и бухнул одно ведро с водой на столик, который угрожающе скрипнул.

С водой у нас периодически случались накладки, все — таки подземка давно уже пришла в запустение, так что приноровились питьевую воду с колодца таскать.

Потом была беготня и быстрое наведение порядка.

Только вот себя в порядок мы не привели, не успели. Куратор в принципе уже сильной власти над нами не имеет, но может лишить заработанного гонорара, снимая штрафы, которые он любил нам давать, так что держал в кулаке.

По топоту, который прошелся по старому крыльцу и хлопнувшей двери, мы поняли, что Атом был прав, Ривс в гневе.

Он зашел в гостиную и посмотрел на нас исподлобья, особенно задержался на мне, я поджала губы и нахмурилась. А что, лучшая защита — нападение, я взрослый человек, и мне нянька не нужна. Голова слава Маргеле прошла и только мой непрезентабельный вид говорил, что вчера мне было весело.

— Вы что натворили? — шипением спросил нас Ривс, поиграл желваками пугая нас своей злостью, — Целый квартал Сартоса в руинах. — тут мы притихли, — Высокородные носами землю роют ищут вас, чтобы наказать. Кто вас просил связываться с отпрысками золотой сотни. Махон! — рявкнул на меня куратор, — Чего тебе понадобилось в столичном доме Алоров, хотя всем, конечно, понятно, что, но зачем было его жене, волосы красным красить. Она требует выдать тебя в качестве морального ущерба в личное пользование.

— Во — первых, — холодно посмотрела на Ривса, — бывшая жена Алора, во — вторых, я свободный человек и меня нельзя просто так отдавать, выплачу я ей ущерб.

— Лейра это не шутки, — чуть смягчился Ривс, — сама понимаешь, что измары больше не приходят, а тут свободная по городу бегает, всем хочется прибрать тебя к рукам. Правда ходит слушок, что на тебя виды император имеет и пока это сдерживает высокородных рангом поменьше. — Ривс вопросительно посмотрел на меня.

— Скорей всего Малус Алор слух пустил, чтобы немного меня защитить.

— Вот видишь, тебя пытаются защитить, а ты вылезла посреди столицы и доводишь всех до кипения. Теперь дальше, — обвел он нас уставшим взглядом, в котором уже улеглась первая злость, — Кому из вас пришла мысль соваться в земли «Дитей Асинейры»

Мы, естественно, сразу все посмотрели на Чета, тот ничего не понимая, крутил головой, вопросительно смотря на каждого из нас.

— Обезвредили охрану, держали оборону под домом советника руководителя движения, плюс перебудили весь городок своими воплями, — уж не знаю то ли хвалил нас, то ли отчитывал куратор.

Чет почесал затылок, потом в его глазах блеснул проблеск памяти, он посмотрел на меня:

— Лейра, это все она, — указал он на меня пальцем, вот засранец, но я вдруг отчетливо вспомнила, то что рассказывала, как влюбленные поют серенады под окном своих любимых и — и–и… все хором соглашаются, что это отличная идея для Чета.

— Ничего подобного, — тут же отвертелась от упреков я, — всем хотелось петь я — то причем.

— Лейра, — с укоризной посмотрел на меня Ривс.

— Ну что Лейра, я тихий, мирный, спокойный, миролюбивый человек и вообще хватит уже нас отчитывать, сами набедокурили, сами разберемся, также? — посмотрела на друзей.

Один Атом кивнул, остальные вели себя неактивно.

— Это как понимать? — нахмурилась я.

— Мне поступать скоро, — тут же ответила Айта, — не хочу репутацию портить.

— У меня на носу подписание договоров с сотрудниками для больницы, — вымученно сказал Маргела.

— А мне лучше вообще лишний раз нигде не появляться, родные в бешенстве могут посадить под замок, — казал Чет.

— А я с тобой, — попивая воду из бокала, сказал Атом.

— Хорошо, — кивнула магу, — встречаемся тут через пару десятков состуков, пойдем платить по счетам.

Я ушла в свою комнату. Было немного обидно, это первый раз, когда друзья отказались помогать, но потом я немного поразмыслила и решила, что у каждого есть свои проблемы и нельзя ставить их проблемы ниже своих, хотя куролесили то вместе…

Выкинула из головы все мысли и стала собираться. Первым делом вытряхнула все платья, которые у меня были, потом выбрала самое, по моему мнению, консервативное и долго выглаживала допотопным старинным артефактом, у нас в подземке только такие и водились. Потом мылась и приводила в порядок колтун на голове, который по какой — то случайности назывался волосами. Собирала строгую прическу и натягивала на еще сырое тело одежду и всевозможные женские штучки.

Перчатки, шляпку, тонкокожие сапожки, платье и, конечно, аккуратные шортики, которые заменяли тут трусики… Да да да я не стала тут прогрессором и не внедряла поголовно все штучки из родного мира, как — то стринги и бюстгальтеры. Мне нравилась белье, которое было в ходу тут. И бюстье не хуже новомодных бюстгальтеров и специальные шортики заменяющие тут трусы. На плечи накинула нарядную перелину, которая не столько согревала, сколько красивым кружевом оттеняло платье. Со всеми приготовлениями в гостиную спустилась намного позже, чем планировала, но была довольна своим видом.

— Атом, — сказала я другу, который стоял в гостиной и копошился с завязками рубахи, — думаю, тебе придётся взять свою машину, чтобы не брать наемные экипажи. Золото я положила в пространственный браслет и теперь думала, как его потом оттуда доставать. Если будет своя машина, можно делать вид, что достаёшь из машины. Надеюсь, моих капиталов хватит, чтобы покрыть все, что мы натворили.

Атом отодвинулся и передо мной предстала гостиная, в которой при полном параде сидели все.

— Я думаю, что люди, которые будут у меня работать должны быть стресс устойчивыми, — тут же оправдалась Маргела, — Я с вами.

— Надеюсь, вы меня из родительского плена спасете, — хмыкнул Лайман,

— Да к черту эту академию, если они не проникнуться моими возможностями и силой, — задрала нос Айта.

Я против воли расплылась в улыбке, хотя первая мысль была еще немного подуться.

— Ребята! — я взвизгнула, — Как же я вас люблю! — и полезла обниматься, так приятно, когда ты не одна.

— И все равно вы еще те предатели, — высказался за меня Атом, — если бы не одумались, я бы в вас разочаровался.

— Иди уже, — пихнула Атома Айта, — разочарованный.

— Куда сначала? — вздохнула Маргела.

— Начнем с трудного, — вздохнула я, — к высокородным в квартал.

Оказалось, что самым трудным оказалось задобрить Диану. Она стояла на своем, чтобы я стала ее. Маньячка лимная. Мне пришлось с помощью друзей возвращать ей цвет волос, так как мои силы были в блокировке и даже отдать этой высокородной несколько хороших древних артефактов. Под конец Диана хмыкнула и ушла из дома Малуса, куда я попросила позвать бывшую жену Яна. Малус нашему приходу не удивился, обнял Маргелу и осмотрел нашу компанию холодным, ничего не выражающим взглядом, от чего мои друзья были готовы сбежать.

— Хорошо, что пришли ко мне, — под конец все — таки выдал Малус. Потом он позвал Диану, а когда она ушла, выставил из кабинета ребят и под восклицание Маргелы, захлопнул дверь перед их носом. Я сидела на стуле и уже собралась принимать очередные нравоучения, но Малус поднял меня за плечи и обнял. Я замерла.

— Спасибо тебе за Лейрана, — сказал высокородный, голос его дрогнул.

— Э — э–э, — не нашлась, что сразу ответить Алору, — я сделала, что должна, — всё-таки сказала и так понятную для меня истину.

— Ты была не обязана, — не согласился со мной Малус, — тем более в свете того, как Янсвар поступил с тобой.

— Я не хочу об этом говорить, — тут же оборвала Алора.

— Лейра, — Малус тяжело сел на диван, — что у вас опять произошло?

— Я не хочу об этом говорить, — повторила я.

Малус словно пытался что — то сказать, потом махнул рукой:

— Они разошлись с Дианой сразу после рождения Лейрана, она отказалась от ребёнка, которого сейчас требует назад. Ему тяжело Лейра сейчас, очень тяжело.

— Мне тоже было тяжело пять лет назад, — холодно посмотрела на Малуса.

Тот сжал губы и чуть прикрыл глаза. Я впервые рассмотрела моего «старого врага». «А ведь он постарел по — настоящему», подумала я. На висках появились серебряные нити, лицо раньше без единой морщинки обзавелось паутинкой первых складок.

Но я сжала кулаки, не разрешая себе его жалеть. Малус Алор не был тем человеком, которого нужно было жалеть.

— Я могу идти? — спросила Алора.

— Иди, — кивнул мужчина, — подождите меня, к стражам пойдем вместе.

Я тихо вышла, притворив двери. Посеял ли он во мне сомнение, да черт возьми, посеял. Я знала Диану и понимала, что она способна на все если чего — то захочет. Но Ян не какой — то там ослик на веревочке, не думаю, что он позволил бы себя надуть или обвести вокруг пальца. О чем мне хотел сказать Малус и не смог, а если не смог ни под клятвой ли он? Что — то тут не сходится, какая — то мысль крутилась у меня в мозгу и мне все казалось, что я упускаю главное. Тихо выдохнула и знакомыми коридорами вышла в гостиную особняка Алоров, где что — то шумно обсуждали ребята.

С Малусом наши проблемы быстро решились. Все обвинения по нашему разбою сняли, мы выплатили штраф, чуть не перессорившись, потому что каждый хотел великодушно заплатить за всех, в конце концов, сложились и успокоились. С наземными делами мы разобрались, теперь что касается мятежников, там намного сложнее.

Они, как бы вне закона, но в то же время с ними заключен договор о ненападении в подземках. Дети Асинейры самое миролюбивое движение повстанцев. Есть такие, увидев которых, убивали без разговоров, столько за ними числиться страшных преступлений. Поэтому для подземников, искателей, сотрудничество с Детьми Асинейры важно и нам придётся и извинится, и тоже заплатить.

С нами собрался идти куратор. Тоже понятно мы под его надзором, если он нас одних отпустит, получит по шапке от начальства, а что начальство узнает, даже говорить нечего, кругом одни шпионы.

Алену я видела последний раз пару лет назад, когда мы встретились в одном из подземных городов, и наше расставание было не совсем дружеским. Я увела у нее из — под носа целый артефакт. Но я знала, как можно задобрить бывшую надзирательницу и советника главы движения Детей Асинейры. Хотелось фыркнуть, по идее они теперь мои дети, ведь я тоже асинейра и это не имя, как думают многие это звание у измар, что переводится как Велика Измара, та, которая допущена к сердцу лима, что это означает, не знаю. Может быть, сердце лима — это источник.

До города мятежников, как называет их официальная власть, добирались пару часов на роксах. Дороги протоптаны и почти не охраняются. В городе детей Асинейры было многолюдно, видимо, куда — то собираются, странно, что собралось большая часть городка и все экипированы для длительного путешествия.

Нас взяли под стражу и отвели к главе движения. Им был какой — то родственник Алены, то ли дядя, то ли племянник, не стала разбираться в хитросплетениях их родословной. Узнав у нас причину прихода, мужчина хмыкнул:

— Сейчас это уже не имеет значения, — я как — то напряглась, когда он странным взглядом посмотрел на меня, — мы уходим через пару состуков.

— Что происходит? — влез в разговор Ривс, — Нам ничего не говорили, что вы уходите?

— Мы не в вашем попечительстве Ривс, когда надо, решаем сами, что делать. — Сказал мужчина и повернулся к своим людям.

Мы стояли, не зная, что делать. С одной стороны, хорошо, что им не до нас, с другой стороны, это все неспроста, а его взгляд мне вообще не понравился. Офигела ты Лера, успокоила сама себя, большого о себе мнения, если думаешь, что все только о тебе и думают, но никакие слова успокоители не помогали.

Алена нашла нас сама, отпустила охрану и позвала нас к себе. Была она тоже в полной экипировке искателя и даже не злая. Чет пытался как — то заговорить, что — то спросить, на что девушка лишь хмурилась и коротко отвечала на вопросы влюблённого в нее парня.

В своем доме, возле которого мы вчера давали ей концерт, не по заявкам, она устало села на кресло и посмотрела на нас.

— Я вас прощаю, — хмыкнула, — было даже забавно, мне еще никто не пел песен, — девушка посмотрела на Лаймана, который казалось, мигни она и кинется целовать ее ноги.

— А сейчас я хотела бы поговорить с одной Лейрой.

— Это еще почему? — недовольно сказал Ривс, — все вопросы решаемы через меня.

— Я буду говорить только с Лейрой, — жестко сказала Алена и посмотрела в глаза Ривсу.

Тот поджал губы, желваки, ходящие под кожей, намекали на все его невысказанные чувства, но он все — таки вышел за дверь.

— Вот так всегда, — буркнула Айта, — как самое интересное, так сараме, а нам бедным аристократишкам лишь пыль из ее сапог.

Маргела не выдержала и хихикнула, а Атом тоже не удержался:

— Если что зови, вчера справились и сегодня поможем.

— Да идите уже, — рассмеялась я.

Несколько секунд, Алена словно собиралась с мыслями.

— Ты стала Великой Измарой Лейра, — всё-таки выдавила она из себя.

— Откуда… — хотела я спросить, потом замолчала, вспоминая, что у них есть видящий, устами которого говорит Сонная Мать.

— Да нас призвала Асинейра, — сказала Алена, — мы еще не знаем, в чем заключается наша работа, но мы уходим. У тебя есть возможность пойти с нами и понять кто ты и что ты можешь Лейра, — Алена подняла на меня взгляд, полный спокойствия и уверенности.

— Мне нечего делать в Сонном Лесу нира Кард, — холодно ответила я ей, — а Сонной Матери можете передать, что ее делишки меня не интересуют.

Алена хмыкнула.

— Увижу передам, но хочу предупредить Махон, — чуть более официальней стала говорить девушка, — императору ты тоже нужна и поверь тебе лучше заключить сделку с нами, чем с ним. Он предатель и не сдержит свое слово.

— А ты можешь сказать, что нужно Сонной Матери от меня? — спросила девушку.

Та положила ногу за ногу и чуть откинулась на спинку кресла.

— Твоя жизнь очень ценна Лейра и ты можешь рассчитывать, что будешь жить.

— Ценна чем?

— Ты многого не знаешь, — продолжила Алена, но я ее перебила.

— Ну так расскажи, — увидев, как она сжала губы, усмехнулась, — что и требовалось доказать, все вы хотите, что — то от меня, не давая взамен ничего. Я многое знаю и до всего дошла сама.

— Ты думаешь, я знаю все, — чуть тише сказал девушка, — я всего лишь хочу вернуть к жизни родного человека, она осталась у меня одна. И я надеюсь, что, помогая Асинейре, верну бабушку, ведь такой она пришла из Сонного Леса.

— Мне жаль, — чуть умерила свою злость я, — но помочь ничем не могу, Сонный Лес в ближайшее время посещать не планирую.

— Император не оставит тебя в покое, скоро Малус Алор потеряет те остатки власти, что еще были у него и тогда ты останешься с ним один на один. Поверь, ты даже не представляешь, что это значит.

— Знаю, — чуть поежилась, император мне не нравился, рядом с ним ощущаешь себя мелко букашкой, — но и Сонная Мать, которая держит в страхе людей столько столетий не мой путь.

— А как бы ты себя повела, если бы любимый предал? — сказала она, чуть повысив голос, — Она мстила ему.

— Странно, — я нахмурилась, — мстила ему, а гибли другие люди, тем более он давно мертв и его дети не виноваты в том, что сотворил отец.

— Она спасла тебя, так же как других измар, все вы должны были умереть в своем мире и вам дали второй шанс.

— У нее были для этого свои причины ведь так, — посмотрела на Алену, — и нас она вызывала не из добрых побуждений, и не для высокородных, ведь так, — я вопросительно посмотрела на девушку.

— Ты много не знаешь, — опять завела свою шарманку мятежница.

— То, что в нас ее кровь я знаю, то что она из расы мергов я знаю, то что их корабль и осколки того, что мы называем источниками это разные вещи тоже знаю.

Алена замерла пристально, разглядывая мое лицо:

— Не ожидала, — сняла она маску добросердечной спасительницы, сузила глаза, — а ты на месте не сидела, до много добралась.

— На вот на память, — хмыкнула я, — и как моральную плату за наши вчерашние песни.

Я вытащила из кармана кожаной куртки очки, которые все еще были в рабочем состоянии хоть и немного покоцанные.

— Что это? — Алена насторожилась.

— Это артефакт с корабля мергов, больше извини, ничего не сохранилось, — конечно, соврала еще остались некоторые вещи, но ими я не собиралась делиться.

— Ты его нашла? — Алена громко сглотнула.

— Да и не советую туда соваться это территория изменённых.

— Понятно, — девушка уже вовсю рассматривала очки.

— Они дают ночное зрение и также определяют загрязнённость воздуха, — помогла немного девушке.

— Спасибо, — Алена не знала, как теперь со мной быть, вроде бы она должна меня уговаривать идти с ними, но и подарок, это не шутки.

— Лейра, — когда я уже взялась за ручку двери, позвала бывшая надзирательница, — не верь императору, чтобы он тебе не стал говорить, не верь.

Я покачала головой.

— Я никому не верю Алена, поверь, никто не знает всей правды, даже вы.

Девушка проводила меня задумчивым взглядом вертя на пальцах очки, с корабля мергов.

Ребята встретили меня вопросительными взглядами, а Ривс лишь сжал еще сильнее зубы и как только без зубов не остался с таким нервами и сказал нам:

— Уходим, здесь больше делать нечего.

— Ага, — схохмил Атом, — надо доложить, что у мятежников непорядок.

Ривс повернулся к веселящемуся одногруппнику, и лицо у него не выражало той радости, что у Атома.

— Заткнись Сарк, — ткнула в бок друга Айта, отчего тот захлебнулся следующей искрометной шуткой.

Куратор все-таки решил не заострять на Атоме свое раздражение и перенес его на меня.

— Лейра вперед.

Покачала головой и пошла вперед, чтобы не разгорелся новый спор. Хоть мои силы и блокированы, открывать междвери я могла, стоило приложить свои руки и настроиться на нужный мне город. Так как я побывала уже почти во всех, то и переходить мне по городам было легко.

Вернулись в свой дом уже ближе к ужину, на пороге стоял мужчина, пока мы обгоняя друг друга неслись к жилищу, его не заметили. Когда подошли, мужчина встал со ступенек крыльца и повернулся к нам, это был Янсвар Алор.

— Какого Сонная Матерь, ты тут делаешь?! — сразу напустился на Яна Ривс.

Мы все подошли к высокородному. Он был одет в доспех, в котором обычно спускаются в города отряды на зачистку.

— Алор, — чуть не шипел Ривс, — хочешь подвергнуть опасности город, или химеры перестали нападать на вас.

Ян не обращал внимание на куратора и смотрел только на меня. Ребята даже чуть отодвинулись в стороны, давая ему рассмотреть меня поближе.

— Лейра, — произнес Янсвар мое имя.

— Ты что меня не слышишь! — выкрикнул высокородному с лицо Ривс, — тут сейчас полчища химер будет, уходи.

— Мне нужно поговорить с тобой, — не обращая внимание на Ривса и тем доводя его до бешенства, сказал мне Ян.

Я не могла отвести от него взгляда, как и он от меня, словно привязанные. Я моргнула. Куратор возвышался над Яном и хотя ростом они были почти одного, Ривс был намного крупнее и массивнее высокородного. Его синие глаза прожигала Алора яростью, а кулаки сжимались от злости.

— Ты не будешь с ней говорить, — зашипел куратор в лицо высокородному и тот наконец — то повернул к нему лицо. Брови Яна приподнялись, а на губы набежала усмешка:

— А, Ривс, все еще не можешь успокоиться, — эти слова словно разжали пружину, которая сжималась внутри Ривса, с прытью, которую не ожидаешь от такого увальня, он кинулся на Яна, на ходу вытаскивая боевое оружие.

Маргела вскрикнула, я Атом присвистнул и чуть оттащил девушек подальше от начавшегося поединка.

— Эй! — У меня глаза стали больше в несколько раз, — Вы чего это?! Ривс прекрати! — крикнула я.

— Успокойся Лейра, — хмыкнула Айта, — Дай им пар спустить, а то гляди, Норда разорвет от чувств.

— Иди ты, — послала подругу, — Они ж боевыми сражаются.

— Вылечишь, — заинтересовано, смотря на драку, сказал Атом.

— Я в блокировке, — уже закричала я, когда Ривс стал бросаться в Яна фаерболами, а высокородный не отвечал.

Я вскочила на крыльцо и пристально посмотрела на Яна. На виске у него пульсировала знакомая бляха. Сумасшедший, он сам перекрыл свои силы, как это делали с ним сектанты мятежники. После похода я отдала этот артефакт Малусу и объяснила, как он действует, старший Алор был очень рад подарку, это открывало новые возможности высокородным хоть и делая их слабее. Чтобы поговорить со мной, Ян пришел без своей силы. Смешно, что мы оба блокированы, и не смешно, что он может пострадать.

— Ривс прекрати немедленно, — не выдержала я, но мои слова словно еще больше подстегнули мужчин ускориться.

Мелькали мечи, тела, воздух опаляла огненная магия Ривса, а я закрыла глаза:

— Скажите, когда все закончиться, — попросила друзей, которые тоже перешли на более возвышенное крыльцо, чтобы лучше видеть.

— Как он его! — воскликнул Атом.

— Кто?! — вскричала от страха.

— Открой глаза и увидишь, — рассмеялся Чет, — А кстати, за кого переживаешь то?

— За обоих, — возмутилась я.

— Ага, — хмыкнула Айта.

— А я за брата, — чуть слышно выдохнула Маргела.

— Высокородного не так просто убить, — сказал Атом.

— Успокоил, — протянула Айта и судя по вскрику Атома, он как всегда, получил тычок в бок, от нашей валькирии.

Шум битвы затих и полный разочарования голос Чета:

— И все?!

Я распахнула глаза и оглядела место побоища. Со стороны поселка к нам спешили люди. Видимо, увидели вспышки. Ян стоял над поверженным противником. Весь в пыли, с почти оторванным рукавом. Его меч тут же полетел в ножны, а его сверкающие чернотой глаза обратились ко мне:

— Нам надо поговорить Лейра, — опять повторил высокородный, и я не заметила, как соскочила с крыльца и понеслась в его сторону. На земле все еще лежал стонущий Ривс, но на него я даже не обратила внимание. Если стонет значит жив, я была зла на него.

— Лейра, — Ян обнял меня, а я уткнулась ему в грудь, на которой было немало грязи, но мне было все равно.

— Зачем надо было драться.

— Показал, что ты моя.

— С чего бы, — я подняла голову с его груди и посмотрела в черные глаза.

— Разве по тому, к кому ты кинулась в объятия не понятно? — улыбнулся Ян, и я не стала больше перечить.

Да нам нужно все — таки поговорить. Что — то придумывать себе и домысливать не буду, я поняла, что это ни к чему хорошему не приводит. Ян не оправдал моих ожиданий один раз, многие после этого вычеркивают из своей жизни таких людей, и я пробовала, но не смогла. Пусть я слабачка, пусть рохля, пусть буду плакать кровавыми слезами, каждый сам выбирает свой путь и за это я буду отвечать сама.

Мы вошли в мою комнату. Я заставила Яна снять доспех и стала перевязывать раны. Не глубокие, но странно, что почти не было крови.

— Со мной все хорошо Лейра, — успокоил меня Ян.

Я села рядом и прижалась к его боку.

— Я так не сказал тебе спасибо за сына. Спасибо.

Я улыбнулась, скрывая улыбку.

— Я рада, что с Лейраном все хорошо.

— Все благодаря тебе.

Ян повернулся ко мне, от чего мне пришлось сесть ровно. Высокородный посмотрел на меня вопросительным взглядом.

— Ты выйдешь за меня замуж Лейра?

— Что? — замерла, не понимая, что он только что сказал.

— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

— Постой, — нахмурилась и приподняла руку, немного сдерживая Алора, — я чувствую подвох.

Ян выдохнул, потом вдруг встал и пошёл к окну, словно собрался из него выпрыгнуть. Я с беспокойством смотрела на человека, которого любила и понимала, что его что — то гложет.

— Я не знаю, что происходит вокруг, — наконец начал разговор Ян, — А что — то происходит. Все словно с ума сошли, когда перестали приходить измары. Высокородные обезумели Лейра.

— Так ты хочешь меня защитить? — спросила я и сердце кольнуло.

— Я очень плохой человек Лейра, я эгоист, который думает лишь о себе. Я знаю, что прошу у тебя слишком многого доверять мне, хотя сильно обидел, когда — то и ты вправе мне отказать.

Я сидела и молчала, а что еще я могу сказать ему, когда я ждала совсем другого. Да, быть его женой важно, но как это предложено, мне не нравилось. «А чего тебе еще надо Лера», одернула сама себя. Ты ж хотела свадьбу, тебе предлагают.

— Я не знаю, — выдавила наконец — то из себя.

— Я заслужил, — Алор криво улыбнулся.

— Нет, — я покачала головой, ну может быть, я и дурочка, а так хочется признания в любви и ласковых слов, а не это «ты моя», — я не могу так сразу согласится ты прав, я мало тебе доверяю.

— Диана призналась, что обманула тебя, — сказал Алор, он повернулся ко мне и подошел очень близко, — поверь, Лейра я не спал с ней тогда, она хотела, чтобы ты разозлилась на меня.

— Ян…

— Постой, — перебил меня Ян, — я не мастак говорить такие речи Лейра, и ты должна это понять. Я люблю тебя, всегда любил и наверно буду любить до самой смерти. Сначала боролся со своими чувствами, пытался их вырвать их себя, потом сдался, не смог противостоять. Когда мы вернулись из подземки, я решил, что тебе будет лучше без меня, у меня были причины так думать я и сейчас считаю, что поступаю эгоистично, нарушая твою жизнь и вмешиваясь в нее. Я самый распоследний подлец, который устал бороться, устал выслушивать доклады о твоей жизни и мечтать, что я был там рядом с тобой. Ты мой воздух, моя жизнь, моя мечта, до которой я не могу дотянуться.

Я встала и посмотрела на Яна снизу — вверх, мои губы самопроизвольно дрожали, а в глазах собралась влага.

— Но почему, почему ты так решил?! — спросила я, — Зачем Ян, я пошла бы за тобой и в огонь, и в воду, мы бы все преодолели вместе.

— Прости, — сжал меня в объятиях Ян, — Прости, что я опять появился в твоей жизни.

— Ты не уходил из нее, — прошептал я ему в шею, и поцеловала туда, куда дотянулась.

Естественно, очнулись мы уже в кровати, которая не рассчитана на двоих, хотя для меня одной, она казалась широкой.

— Лейра, — со стоном поцеловал меня в макушку Ян, — это как наваждение или как сон.

— Это не сон и не наваждение высокородный, — улыбнулась я своему расслабленному состоянию. Лежать на обнаженном теле любимого было приятно и тепло, а еще посещало непреодолимое желание куснуть его или же обцеловать с ног до головы, что я сразу же сделала… куснула. Нельзя отказывать себе в приятном.

— Лейра и кто из нас пожиратель.

Я рассмеялась:

— Сегодня это я.

Потом мы долго болтали ни о чем. Вспоминали месяцы, которые жили рядом и изнывали от желания оба. Сейчас думать об этом было смешно. Под конец я спросила его:

— Ты не скажешь, почему решил не портить мне жизнь Ян, что может случиться?

Я почувствовала, как Алор напрягся, его лицо казалось, заледенело.

— Если не можешь, не говори, — тут же стала я на отступного, — я не требую от тебя ничего Ян. Даже замуж не требую…

— А вот тут я непреклонен, — вдруг сказал Ян и улыбнулся, — ты будешь моей женой Лейра Махон.

Каждая девушка мечтает о свадьбе, белое платье, поздравления, море цветов и веселье. Я не из таких. Мой предел — это тихая роспись и поздравление друзей. Зачем мне стопятьсот людей, которых я почти не знаю, зачем мне куча ненужных подарков… но это я с точки зрения земных ритуалов говорю.

Ян был непреклонен, его идея со свадьбой не проходила вот уже три дня. Он живет с нами и выводит всех друзей своим видом. Как — то за пять лет мы привыкли жить в своем тесном мирке и появление еще одного жильца многие восприняли отрицательно. Ривс ушел. Правда ушел не молча, при выходе повернулся в нашу сторону, мы заседали, как всегда в гостиной и выдал:

— Ты пожалеешь Лейра, но будет поздно, — он сильно хлопнул дверью.

— Главное, чтобы нам штрафов не написал кучу, — возмутилась на его поведение Айта.

— Да не должен, — ответила ей Маргела

— Какая ты наивная, — цокнула языком Айта, — отвергнутые мужчины могут пойти на подлость.

— С чего бы только мужчины, — тут же активировался Атом, — а вы женщины идеальны? Даже наша нира справедливость и то мстить ходила.

Атом посмотрел на меня, а Маргела пнула Атома по ноге.

— За что?! — потирая ногу, вскричал Сарк.

— Чтобы рот поменьше открывал.

— Я все знаю, — улыбнулся пикировке друзей Ян и поцеловал меня в висок, — налет птиц было фееричным и полностью подходил для моего поступка.

— Ой только давайте без этих сюси пуси, — скривилась Айта.

— Мечтаю, когда наступит тот день и наша Айта влюбится в какого — нибудь простачка, — закатил глаза Атом, потом быстро отскочил подальше от огненных мух подруги, которые очень больно жглись.

— Осторожней с огнем, — сказал Ян, — Это не игрушка.

— Да ладно, — Айта надулась.

— А я за вас рада, — Маргела улыбнулась брату.

Мы с Яном сидели на диванчике, тесно прижавшись к друг другу, словно боялись расставаться. Мне было приятно, что он рядом, хотя я еще не до конца доверяла своему счастью.

Нас не трогали и не посылали в рейды, что, конечно, было странным, но куратору до нас не было дела. А мы пользовались передышкой и вовсю отдыхали.

— Тебе не надо к сыну, — спохватилась как — то я, ведь у Яна были свои обязанности, отцовские.

Мы были на кухне, и я резала овощи на салат, а Ян жарил мясо в огромной сковороде. В домашнем виде, с измазанной соусом щекой он казался мне самым красивым на свете. Сердце больно кольнуло оттого, что я не могу потерять его еще раз, в который раз поклялась себе верить себе и верить ему.

Ян почесал щеку:

— Лейран сейчас у отца, — помешал скворчащее мясо, — он учит его сдерживать силу, кстати, очень помогает вот это, — и Ян постучал пальцем по бляшке блокатора, — нужная для нас вещь, особенно для детей.

— Я рада, что помогает, ты можешь спокойно жить здесь со мной.

— Я хочу, чтобы ты жила со мной там, — улыбнулся мне Ян, — ты же согласна быть моей женой.

— Согласна, я согласна, — в который раз сказала высокородному, ему словно нужно было постоянное мое подтверждение, что я его.

А потом был сюрприз.

Утром я проснулась позже Яна, его уже не было в постели и, хотя кровать была рассчитана на одного мы ее не меняли, спали прижавшись к друг другу, дыша в унисон.

Я потянулась и быстро вскочила с кровати, чтобы не передумать и не валяться дальше. За окном уже было светло, хотя свет напомнил вечно пасмурную погоду. Нейтрины слабели. Было страшно представить, что, когда-нибудь они вообще перестанут светить и города погрузятся в вечную тьму. Надо признать то, о чем говорили нам на уроках, правда, магия на Эйдане слабеет. И мало кто может понять почему.

Несколько минут, чтобы привести себя в порядок и одеться и вот, я спускаюсь по скрипучей лестнице. В доме была тишина, что довольно странно, так как всегда слышно, что кто — то ходит, кашляет или разговаривает. Меня это напрягло, а Марик так и не появился и блок на мне все еще не дает пользоваться магией. Вдруг что — то случилось. Я напряглась и стала медленно спускаться, все время прислушиваясь, что происходит в доме. Когда я уже спустилась и повернулась в сторону гостиной, застыла, не веря в происходящее, челюсть самопроизвольно поползла вниз…

Ну они у меня все получат, хотелось ругаться. И на Яна, и на друзей, которые нарядные и довольные стояли позади жреца в длинной золотистой мантии.

— Лейра Махон, я предлагаю тебе пройти эту жизнь вместе, до самого конца, — услышала я голос любимого и посмотрела в его черные, как омуты глаза. Злость, куда-то ушла, я улыбалась, глубоко вздохнула и сделала шаг. Потом я выскажу все свое неудовольствие, а пока не буду портить сюрприз. Ведь должна была догадаться, что все эти вопросы неспроста.

— Янсвар Алор, я согласна стать твоей женой и пройти эту жизнь вместе, до конца.

Ян улыбнулся, я не выдержала… несколько быстрых шагов и очутилась в его объятиях. Стало тепло и спокойно на душе, так ведь и должно быть. Если выкинуть все, что было плохого и неприятного, и начать все сначала, так и должно быть. И я так могу забывать плохое и помнить только хорошее. Если в душе копить злость, то и притягивать будешь лишь злобу.

Потом жрец нас женил на небольшом переносном алтаре, читал молитву богине, тут меня немного передёрнуло, так как я знала, кто скрывался под этим званием. Но магия — это магия, после ритуалов на наших руках засветились золотистые узоры, которые покрывали всю площадь от запястья до локтя. По этим одинаковым узорам можно прочесть всю нашу жизнь, жрецы так могут. Каждый завиток — это наши поступки, а когда рождаются дети, они тоже отмечаются в этих узорах. Согласившись стать женой Алора, я стала матерью его сына.

Ян подхватили меня на руки и потащил наверх.

— Вы только что оттуда, — крикнул нам вслед Атом, — Давайте лучше есть, пить, веселиться.

— Успеешь, — цыкнула на него Маргела и посмотрела нам вслед с полными слез глазами.

Наверху мы пробыли до самого обеда и спустились, когда наши желудки стали протестовать за такое отношение к ним.

Некстати, появился Марик. Оглядел всех печальным взглядом, когда мы сидели за общим столом полным еды.

— Стоит только моргнуть, как она в очередную глупость лезет, — сказал проводник лима и вспорхнул на стол к своим любимым ягодам.

Ян застыл с недоумением рассматривая моего симбионта, а Маргела хихикнула, подкладывая Марику на тарелку засахаренные фрукты.

— Это Марик, — шепнула Яну, — мой симбионт, проводник лима.

— Ты не говорила о нем.

— Он не желает, чтобы о нем кто — то знал. — Хотела добавить чужой, сдержалась, теперь Ян не чужой, а мой муж. Как — то не вериться, что я теперь Алор. Чуть не рассмеялась, пыталась сбежать от высокородных и в конце концов, оказалась женой одного из них. В принципе не измара, а это главное.

— Сколько раз говорить — возмутился Марик, — я Изреалиан Гидироссу Марикса Навь.

Потом мыш посмотрел на Яна тяжелым взглядом, словно придавил к стулу, такое уже было однажды, когда мне показалось, что из глаз проводника на меня смотрит что — то большое, необъятное и тяжесть ментальная такая, что против воли хочется упасть на пол. Присутствие было несколько секунд, но Ян натурально вспотел, по виску обтекая темную бляху блокатора, покатилась капелька пота.

— Сойдет, — буркнул, — себе под нос Марик и стал поглощать фрукты.

— Он странный, — сказал Янсвар.

— О, это еще слабо сказано, — добрался до свободных ушей Атом, что ни говори, но хранить тайны тяжелое бремя, а тут можно все рассказать и успокоится, — он это лайз, только такой каким должен быть у измар.

— Бестолочь, — кивнула ему Айта, — проводник есть только у Лейры, потому что у других измар нет резерва, как у нее.

— Император его чувствует, — вдруг сказал Ян.

— Думаешь? — я посмотрела на мыша, который делала вид, что его разговоры не касаются.

— Ты мне магию вернешь или я еще наказана, — спросила у проводника.

— Верну, — недовольно покосился на меня мыш и лизнул лапку, оголяя кривенькие клыки, — дадите вы мне, поесть нормально.

— Не думал, что это тебе нужно, — нахмурился Чет, его настроение было подпорчено отъездом Алены и теперь наш влюбленный, был немного пасмурен. Мне даже стало стыдно за свое счастье, но потом я успокоилась, я свое выстрадала уже.

— Я не умру без еды, — поднял когтистую лапку к потолку проводник, — но сладкое помогает мне не злиться на то, что происходит.

— А что происходит? — внимательно смотря на Марика, спросил его Ян, мне казалось, что проводник его сильно заинтересовал, и мне это понятно, лим все еще полон сюрпризов.

— А то ты не знаешь? — взмахнув лопухами сказал ехидно мыш, — ничего не побоялся, пришел сюда, прибрать к рукам то, что тебе дорого, пока еще можно.

Мы сидящие за столом переглянулись, а Ян нахмурился.

— Что происходит? — тревожно спросила Маргела.

Ян тяжело вздохнул:

— Не хотелось бы портить праздник, — и он тепло посмотрела на меня, — но ваш проводник прав, наверху давно уже назревал мятеж и теперь нам известно, что будет переворот, хотят убрать императора и взять власть в свои руки.

— Кто? — спросил Атом, все мы напряженно слушали неприятные новости.

— «Золотая сотня», так они себя называют, — сказал Ян и взял меня за руку.

Мы сидели рядом во главе стола, как виновники торжества. Я даже принарядилась в светлое платье с красивым вырезом, и собрала волосы заколками. Ян в белой рубахе и черных штанах классика, хотя мне казалось, что он в любой одежде красив.

— А император, — спросила я, — что он делает, чтобы предотвратить резню.

— А императору все равно— хмыкнул Янсвар, — он развлекается, заключает пари с советниками и ничего не делает.

За столом возникла тишина, даже стало слышно, как скрепит от старости дом и шебуршат под полом грызуны.

— Это как понимать? — не выдержал Атом.

— Так и понимайте, — Ян положил вилку и откинулся на спинку стула, чуть вздохнув, мне не понравилось его движение, на секунду показалось что ему больно, но потом Алор повернулся ко мне и улыбнулся. Теперь, смотря на меня, он все время улыбается…

— Это неправильно, — сказала Маргела, — пострадают люди.

— Давайте не будем сегодня о делах, — прервала всех Айта и стала что — то выискивать на тарелке, — отец передавал мне, чтобы я возвращалась домой и не дурила с поступлением. Думаю, что многие все знают и понимают.

Каждый из нас уткнулся в свои тарелки, но общая атмосфера праздника была потеряна. Через полчаса мы разбрелись по своим комнатам.

— Ян, — я взяла за руку своего мужа и подвела к кровати, мы сели, — давай поговорим.

— Давай, — высокородный улыбнулся, — о чем хочет говорить моя жена.

— О нашей дальнейшей жизни, хотя понимаю, что говорить об этом нужно было до свадьбы, но получилась так, как получилось.

— Хорошо, поговорим о нашей дальнейшей жизни, — Ян сначала поглаживал мою ладошку, а потом стал целовать каждый пальчик, от чего сердце забилось сильнее, а по телу пробежалась дрожь желания.

— Ян, — я постаралась настроиться на серьезный лад, — как ты видишь нашу жизнь, чем мы будем заниматься, как жить, дальше, где жить. Ты не думай я не бесприданница, — голос мой дрогнул, когда губы мужа дотронулись до чувствительного местечка на сгибе локтя.

— Я чего хочешь ты? — спросил он меня и лукаво посмотрел исподлобья.

— Я хочу тихое место, природу, и заниматься любимым делом.

— Каким? — продолжая сладостную пытку, спросил Ян.

— Магией, знаниями, которым много веков, может быть разрабатывать свои артефакты. Ты видел мою силу, она не такая, как все привыкли и лучше всего дальше скрывать ее.

— Разумная мысль отозвался внутри Марик, — я смотрю у вас тут брачные игры так что до утра удаляюсь, блок снял, — присутствие проводника исчезло. Меня в последнее время начинает тревожить его вечные отлучки, словно у него есть дела поважнее своей подопечной.

— Я согласен, — сказал Ян, — твои желания полностью повторяют мои, любовь моя.

Ян притянул меня к себе и поцеловал в губы, я прикрыла глаза, наслаждаясь нежностью и трепетным отношением высокородного.

Потом был томный вечер в разговорах и ласках, ночь в любовном угаре, когда кажется, что ты никогда не насытишься, безумный секс после которого мгновенно засыпаешь в объятиях любимого и понимаешь, что все это взаправду и он, и ты, и ваша любовь.

А ночью мне приснился сон, очень похожий на тот, который снился мне, когда — то. Безмолвный лес, деревья. Казалось, зелень, красота, но напряжение, которое ложилось на тебя, давило, пригибало к земле и закладывало уши. Я шла по узкой тропинке, я деревья тянули ко мне свои ветви — лапы. Я была в ночной рубахе, ноги кололи ветки, но я понимала, что это сон. Что скоро я проснусь, рядом будет Ян, а за стеной друзья.

Скоро мои ноги принесли меня на знакомую поляну. Только теперь я понимала, что вижу, источник, или осколок.

— Наконец — то ты пришла, — услышала я тихий шелестящий голос, — подойди.

Мои ноги сами против воли несли меня вперед. Огромная каменная чаша, полная зеркальной воды, гудящая вокруг магия лима, светящиеся пентаграммы и мое лицо, когда я посмотрела в воду. Но это было не мое лицо… Алька… мне казалось, что я не могу дышать, что руки и ноги связаны, так хотелось закричать, но губы сжаты. Глаза подруги отражались в зеркальном блеске и были широко открыты, и бездушны, она смотрела, но не видела. А потом я опять услышала жуткий голос.

— Мне приходится это делать Лейра, ведь ты не спешишь ко мне.

Глаза подруги раскрылись еще больше, хотя, казалось, что уже некуда, а потом она открыла рот и закричала.

Я подпрыгнула на кровати с диким криком, Ян всполошился и прижимал меня к себе:

— Лейра, очнись, это сон, Лейра, — говорил он мне спокойным голосом.

— Алька, — сказала я первое свое слово после того, как отдышалась от удушья, — она забрала Альку.

— Ты уверена, что это не сон? — спросил Чет, не озвученный другими вопрос.

— Уверена, — ответила я и даже кивнула.

Мы сидели, как всегда, в гостиной после завтрака и обсуждали, что делать дальше. Как оказалась, что меня отпускать одну не хотели, но тащить друзей в опасное путешествие уже не хотела я. Наверху сейчас может быть опасней чем тут в подземельях, кишащими химера и тварями.

— Как быть с Химкой? — тут же всполошилась Маргела. А это как раз был сюрприз, о котором мне хотела рассказать при встрече на станции дирижаблей, подруга. Химка, летающая химера, которая однажды нам помогла, сейчас нас нашла, вернее, она нашла Маргелу, но от этого ничего не меняется, полетать на ней успели все, кроме Атома, конечно. Химка была одна без детеныша, прилетела больная, истерзанная. Видимо, в ее мозгу мы остались, как спасители и когда у нее случилась беда, она нас нашла. Маргела была счастлива, к Грогу, хищному цветку, добавилась еще огромная летающая химера, и я так думаю это не придел доброты Маргелы, она готова всех животных обласкать накормить и вылечить, вот только нам от этого будет не просто.

— Тебе надо было не лечебницу открывать, — ворчала на подругу Айта, — а приют для животных.

Так вот, сейчас Химка гуляла недалеко от дома и покрикивала, стараясь привлечь наше внимание. Она не сидела все время возле нас, периодически прилетая и опять исчезая.

— Что Химка? — сказал Атом, — Жила как — то без нас и еще поживет.

— Она нам поверила, а мы сейчас ее бросим?! — с запалом сказала Маргела, — Это неправильно.

— Возьмем с собой, — сказал Ян, он сидел рядом, я в уютном коконе его рук, приятно.

— Как ты себе это представляешь? Нам не дадут выйти в городе. — Чет все еще не пришел в себя после отъезда Алены и мне даже было его жаль, особенно сейчас, когда я счастлива.

Ян немного подумал, потом сказал:

— В городе сейчас лучше не показываться, в столице неспокойно, со дня на день начнется заварушка.

— А отец? — с тревогой спросила Маргела, — Он уехал?

— Да, — кивнул Ян, — они с Лейраном в загородном доме.

— Я не знаю других выходов на поверхность, кроме столицы, — сказал Чет, — отец говорил, что их давно завалили, чтобы не дать тварям расползаться во все стороны.

— Я знаю, где есть выход, и знаю, что там мы выйдем спокойно.

— Только не говори, что у вас в замке есть такой выход, — охнула Айта, — Это ведь запрещено.

— Да запрещено, — согласился Ян и нагнулся, чтобы чмокнуть меня висок, — но открыли мы его недавно, так что о нем кроме меня и отца никто не знает.

— Главное, чтобы Лейра хоть раз побывала там, — уже высказалась Маргела и посмотрела на меня.

— Я была там один раз. Где эта дверь? В подвале?

— Да, — подтвердил Ян, — по крайней мере, стоит попробовать, а уже потом прорываться через город, если не получиться.

— Да так и сделаем, — согласилась я.

Тут же все стали спешно покидать гостиную, сборы — дело небыстрое.

Я рассказала, что ухожу в Сонный Лес, не стала в этот раз скрывать от ребят свои планы. Очень уж они обижались, что сбежала в Лакарст одна, лишила их приключений, видимо, постоянная жизнь в опасных условиях приучает к адреналину в крови, и просто так сидеть на месте, скучно.

Мы стонем, что хотим тишины и покоя и мечтаем об уютном уголке, подальше от тревог и забот, на самом деле, запри нас в таком месте, взвоем.

Я долго размышляла о своей жизни и мои пожелания Яну были скорее не моими желаниями, а тем понятным концом, к которому стремятся все искатели. Накопить денег и осесть в спокойствие. Только вот не знаю я таких искателей, которые бросили свое дело и прохлаждаются наверху.

Моя сумка уже собрана, Ян пришел без вещей, а заимствованную одежду Атома, вернул. Через час мы столпились на выходе из дома. Еще раз оглянулись назад в уютную гостиную, мало ли что вдруг уже не вернемся и вышли наружу, где увидев нас, заклекотала Химка.

— Моя девочка, — заворковала, как порядочная квочка Маргела и стала гладить химеру, бесстрашно засовывая в блестящий клюв, вкусняшки.

— Не полечу, — сразу сказал Атом и раскрыл рокс, — Хоть глаза завязывайте, не полечу.

Маргела пожала плечами, и сама вскарабкалась на Химку, мы ей уже успели сделать хорошую сбрую на пару седоков.

Все остальные тоже стали раскладывать роксы.

Я улыбнулась Яну:

— А вас прошу за спину, — чуть усмехнулась, — мы едем быстро, и ты за нами не успеешь, — чуть подтрунила высокородного, припоминая, как он возил меня на своем роксе.

Возле дверей на выход из города никого не было. Обычно там целая толпа. Двери в нужном городе могу открывать только я, научилась за эти годы. Остальные искатели пробуют методом тыка, открывают, если не нужный город закрывают, и так пока не попадает нужное им направление, бывало, по полчаса туда-сюда мучаются. Поэтому, когда я подходила, все были рады, а я не отказывала в помощи.

Я приложила руки к двери и стала вспоминать замок Алоров. Мое сознание погружалось в темноту, в которую я посылала зов того, что мне нужно. Боялась, что была там давно и отклика от лима могу не получить. Стояла минут пять, пока где — то на задворках сознания показалась светящаяся метка. Она быстро приближалась, и очень скоро я почувствовала, что да, там за дверью замок Алоров, притянуть нужную дверь не из подземки пробовала впервые и без помощи Марика, было непросто, даже пот на лбу выступил.

Дверь натужно застонала и стала открываться, скрепя всеми своими несмазанными шестеренками.

— Вперед! — воодушевленно воскликнул Атом и первым вышел в темный и сырой подвал.

Тут же где — то наверху раздался топот нескольких пар ног, и яркие светляки осветили нашу довольную компанию.

— Ян, — услышала я голос Малуса, — ты вернулся, как я смотрю с пополнением.

— Папа, — радостно взвизгнула Маргела и побежала к отцу по широкой лестнице, а за ней, раскидывая нас в разные стороны, с вопросительным курлыканьем ломанулась Химка.

— Нет! — застонал Атом, — Я так и знал, что она идет с нами не к добру, сломала мой новенький рокс.

— А нечего его где попало ставить, — не осталась в долгу Маргела, за своих подопечных она могла стоять насмерть. За ее спиной, в специальном рюкзаке щелкнул множеством мелких пастей Грог.

— Он стоял рядом, но эта туша меня откинула, а его сломала, — выл Атом.

— Хорошо, что не наоборот, — похлопала по плечу друга Айта, — поверь из-за тебя мы бы плакали сильнее.

— Тьфу, — плюнул с досады Сарк и пошел следом за Химкой, которая необъятным задом почти заняла всю лестницу.

— Привыкай, — улыбнулась Яну, — Они всегда такие, — и пошла следом за друзьями, которых уже вел на выход Малус.

Потом мы были накормлены и расспрошены, а под конец разговора Малус сказал:

— Сегодня уже куда — то идти поздно, давайте с утра и поедите, до Энзема пару дней пути, если на роксах и чуть меньше, если ехать на сахха (машины)

— Хорошо отец, — потом вспомнил, что он не один решает и посмотрел на нас.

— Я тоже согласен, лишний раз в дороге ночевать не будем, — тут же подтвердил Атом, вскочил и поймал первого попавшегося слугу:

— Веди меня в мои комнаты, отдыхать буду.

Маргела прыснула от ужимок Саркса.

— Шут, — хмыкнула Айта, — а вот не откажусь немного потренироваться, сказала она и посмотрела на Малуса, который выделил и ей провожатого. Так один за другим мои друзья рассосались по своим делам. Даже Маргела пошла заниматься своим зверинцем. Мы остались втроем.

— Поздравляю вас, — сказал старший Алор устало, — я рад Лейра, пусть я этого не показываю, рад.

Он словно хотел еще что — то добавить, потом поджал губы и отвернулся к окну. Ян расслабился, только тут поняла, что мой муж был в каком — то напряжении. Странно, что еще за тайны, у него, что не один сын, а два… сама тоже нахмурилась.

Тут в комнату вошли, нянька, и сын Яна, Лейран. Мальчишка с прошлого раза заметно изменился. Взгляд уже не такой леденящий, нет заторможенности в движениях. Я ему улыбнулась, но ужаснулась, что ребёнок — это же навсегда и я теперь, мачеха и значит обязана как — то его воспитывать. Посмотрела на Яна, который с нежностью смотрел на ребенка. Вот он его любит, а я, смогу ли полюбить чужого ребенка? Сможет ли он полюбить меня? Я даже расстроилась, ведь не продумала ни свое поведение, ни то с чем могу столкнуться. Дети они такие дети…

Пока я думала, над своей проблемой ребенок уже залез на руки к Яну и обнял его за шею.

— Он очень скучал, — сменил грусть на улыбку Малус, — ты редко когда расставался с ним надолго.

— На то были причины, — посадил на колени сына Ян и взлохматил черные волосы мальчишки. Тот с любопытством стал меня рассматривать, а я застыла, не зная, как себя вести. Когда он был болен, все было понятно, надо лечить, сейчас же я педагог по образованию и совсем не по призванию, не знала, что делать. Нянька, опустив глаза стояла возле двери, а пару слуг все еще убирали со стола.

— Лейран, — сказал Ян сыну, — это Лейра, ты ее помнишь?

— Тетя хорошая, — кивнул, ребенок, — а у меня камень с души свалился ну хоть не плохая, а там разберемся, что делать.

— Майра, думаю Лейрану пора на занятия, его учитель ждёт, — сказал Малус няньке, та безропотно подошла к Яну и забрала ребёнка. Что интересно тот не стал капризничать, а помахал ручкой и впервые улыбнулся, показывая два больших передних зуба. Сразу став милым ребенком, а не высокородным пожирателем.

— Как он? — отваживалась спросить мужчин.

— С ним все нормально, — тут же ответил Малус, — если не считать, что он пожиратель, как ты нас называешь, он вполне нормальный ребенок. Очень бы хотелось узнать, как ты сделала, что чернота ушла.

Отец с сыном переглянулись. Один смотрел напрягшись, другой хмуря брови и остерегающе, да что с ними. Была у меня догадка, но я уже все просканировала и не могла понять права или нет.

— Думаю, вам тоже нужно отдохнуть, знаю, что переходы по городам подземки выматывают.

— Мы прошли немного, — Ян улыбнулся мне, — Лейра чудо.

Малус усмехнулся, но потом встал, пошёл к дверям:

— Все равно отдыхайте, завтра с утра я вас провожу.

Старший Алор ушел, оставив нас одних.

— Чем займемся? — спросила Яна, а сама в который раз с болью вспоминала Альку, как она там, что с ней сделала Сонная Мать, надеюсь, я ей сильно нужна и Альку она будет беречь, чтобы шантажировать меня.

— Думаю для развлечений ты не в духе, — сказал Ян и подошел ко мне, тут же подхватил на руки и прижал к себе. Потом был долгий поцелуй, который распалил обоих. Ян нес меня в нашу комнату, легко перескакивая через ступеньки, я даже закрыла глаза, боясь, что он споткнется, но у высокородных даже с блокатором много сил.

— До сих пор не верю, что все это наяву, а не в моих снах, — сказал муж, когда страсть пришла к конечному завершению.

Раскиданные подушки, мятая постель, наши разгоряченные тела, которые сплелись так что не разорвать. Красные губы, припухшие от поцелуев, бьющиеся в бешеном ритме сердца и сладость, которая расползается по всему телу, лишая сил.

— Я тоже, — расслаблено улыбнулась, — если это сон не хочу просыпаться. Ян притянул меня еще ближе и стал целовать кончик уха немного прикусывая, это было щекотно, я рассмеялась и началась борьба, в которой не было победителей…

Проснулась я, когда была ночь, хотелось пить. Накинула домашний тонкий халат Яна и потопала кухню, так как графин, который стоял в комнате, был пусть, захватила и его с собой, вдруг мужу тоже пить захочется. Как приятно повторять, муж, улыбнулась сама себе.

В доме было тихо, значит, поздняя ночь. Кухню нашла скорее по запаху, чем запомнила, где она находиться. Когда проходила мимо столовой, в которой сегодня был обед, ужинали мы в комнате, я увидела там свет и заглянула в комнату:

— Заходи, — услышала я голос Малуса, вздрогнула от испуга, — еле дозвался зовом.

— Напугали, — схватилась за сердце свободной рукой, — что случилось?

— Садись, — сказал Алор.

— Что — то произошло? — с тревогой в голосе опять спросила я, уже представляя себе всякие ужасы.

— Я хочу поговорить с тобой о Яне, как я понял, он тебе ничего не рассказал, — хмуро сказал Малус и глотнул из своего бокала, только тут я заметила, что он держит в руках спиртное. Время идет, а Малус не меняется.

— О чем не рассказал? — сердце забилось в груди, норовя выпрыгнуть.

Малус вздохнул словно перед прыжком:

— Он болен, — я сжала губы, чтобы не засыпать Алора вопросами давая ему время высказаться.

— Он не вылечился тогда, после вашего возвращения мы пытались сделать, что могли, но чернота не уходила. Твоя магия как — то смогла замедлить поглощение Яна, но не остановила. — Малус опять глотнул из бокала, а мне хотелось в него графином запулить, чтобы говорил быстрее.

— Он скоро умрет, поэтому решил жениться на тебе, думает так даст тебе некоторые права и… — Малус сделал паузу, — Лейрана будешь воспитывать ты.

— Что за черт?! — воскликнула я.

— Не знаю кто это, но с твоим возмущением согласен, ему рано себя хоронить, особенно теперь, когда ты сняла черноту с Лейрана. Я говорил ему тогда еще пять лет назад, что ты могла бы помочь, но он уперся и ни в какую, не соглашался. Боялся, что его вид, тебя отпугнет и ты станешь его брезговать.

— Не понимаю, — нахмурилась я.

— Он страшен Лейра, ужасен, то что ты видишь качественная иллюзия, древняя магия амулета, который он вживил себе в тело, чтобы ни в коем случае не потерять.

Малус повернулся ко мне и посмотрел в глаза.

— Зная это, ты все еще согласна быть его женой Лейра? Зная, что он обезображен, и скоро умрет, обманывает тебя, вешает на тебя обузу, по воспитанию своего сына, так как он не доверяет это его родной матери, ты еще согласна быть его женой?

— Зачем вам это? — спросила я высокородного, из меня словно стержень вынули, я села на стул и прижала к себе графин, — Зачем вы мне это рассказываете?

— Потому что нельзя жить во лжи Лейра с тем, кого любишь, и еще я все — таки надеюсь, что ты его вылечишь и у него впереди длинная жизнь. Так как, ты все еще его любишь?

Я вскинула голову и посмотрела прямо в черные глаза Алора старшего.

— Я люблю его, любого, мне все равно урод он или красавец, наверно это болезнь, ведь другое объяснения я не могу дать тому, что я чувствую, это как дышать одним легким, когда его нет рядом, задыхаешься.

Я опустила голову:

— Думаю, ему не нужно знать, что вы мне все рассказали Малус, — сказал Алору, — сейчас у меня тяжелый выбор и пока я делаю его в пользу подруги, с мужем я разберусь потом, — невесело усмехнулась, — Или вылечу, или прибью сама за ложь.

Малус хмыкнул:

— Я сделал то, что считал нужным Лейра, лучше я тебе расскажу сейчас, чем кто — то может это сделать потом, в ненужный момент. Одно я могу тебе сказать, он любит тебя, но не уверен в твоих чувствах, привык быть лучшим и во всем, даже если это касается внешности.

— Я вас поняла, — кивнула Малусу, — жаль, что не знала этого раньше, может тогда, он был бы здоров. Но раз наш путь лежит в Сонный Лес, то еще есть возможность попробовать в его источнике, исцелить Яна, спасибо Малус, вы на многое открыли мне глаза.

Высокородный не ответил лишь, кивнул и опять увлекся своим питьем.

Я прижала к себе графин и пошла в спальню. Потом долго рассматривала спящего мужа. Вот почему мне иногда, казалось, что у него странное лицо, словно маска. Я дотронулась до щеки и провела пальцами по коже, почувствовала лишь кожу, чуть прохладную, с колкой щетиной. Очень качественная иллюзия. Я помнила, как с Яна сползала кожа, помнила это все эти годы, он спас меня, но чуть не погиб сам. Этот поступок перевешивает всю его ложь.

— Никуда ты больше от меня не сбежишь Янсвар Алор, — прошептала высокородному, — прибить тебя имею право только я.

Ехать решили все — таки на сахха, Малус отдавал нам свою машину, которая спокойно вместит и нас, и наше снаряжение, лишь Маргела отказалась и летала вокруг нас на Химке успевая, также собирать ценные растения. Маргела же нашла место для ночлега и даже успела заготовить дрова и развести костры для готовки, все дружно решили, что кашу сор, есть не будем, она нам за эти годы и так надоела.

Парни заготавливали ветки для лежанок, а мы девочки готовили еду. Было весело, и создавалось такое ощущение, что мы просто выехали на пикник, но я ни на минуту не забывала, для чего мы едем в Энзем. Там жила Алька с семьей. Там я собиралась расспросить мужа подруги, что произошло. Я понимала, что мой сон, эта явь, но удостовериться, прежде чем лезть в Сонный Лес нужно.

Ночь прошла без эксцессов, хотя нас предупреждали, что ночью могут напасть дикие животные, мы даже часовых выставили, сменяясь каждые пару часов, но все обошлось. Видимо, впереди нас ожидают «веселые» трудности и время сейчас напоминает затишье перед бурей.

Энзем небольшой городишко, совсем рядом находится крепость, где квартируют военные, а город используется как перевалочная база для ресурсов.

Здесь небольшие узкие улочки, дорога, мощенная серым камнем и множество цветов в кадках. Цветы всюду и в окнах домов и стоят красивыми букетами вдоль дорог, отделяя дорожку для пешеходов. И даже висят в горшках на фонарных столбах, от всего этого многообразия здесь витает непередаваемый цветочный аромат, который кружит голову. Что интересно деревьев нет, только цветы.

Я была в этом городе пару раз, навещала Альку, ходить никуда не ходила, опасаясь встреч с высокородными, здесь их было большое скопление. В основном высокородные охраняли границы леса, не давали монстрам из него выходить и нападать на людей. Я еще не знала, что это за монстры и почему они нападают, ведь настоящие химеры нейтральны. Значит, Сонная Мать что — то с ними делает, раз они становятся агрессивны.

Лим, здесь на поверхности не такой концентрированный, как в подземельях и мне было это всегда интересно. Ведь по сути, источник находится в Сонном Лесу, и концентрация должна быть именно здесь, а он почему — то в подземельях. Почему мне еще не ясно, может быть, смогу понять это тут.

В доме Альки было тихо, я несколько раз постучала в дверь, из соседних домов выглядывали любопытные соседи, потом одна из соседок не выдержала и подошла к нам.

— Нет никого дома, — сказал она, разглядывая нас с подозрением.

— А где они, ни скажите, я Лейра, приезжала к Альре несколько раз.

— Ах да, — кивнула мне женщина, — Лейра Махон, мне про вас сказал ее супруг, вот новый адрес, — она передала мне в руку мятую бумажку, — Беда то какая, дети сиротки.

Я побледнела, а Ян тут же обнял меня за плечи.

— Что случилось, скажете? — спросил он соседку.

— Так пропала она, говорят, Зовом утянула ее Сонная Мать, совсем лютует в последнее время. Детей Арус отправил к родственникам, а сам на границу жену искать, сами понимаете, любил он ее сильно.

Я кивнула женщине и посмотрела на новый адрес проживания мужа Альки.

На бумажке корявым почерком было написано: «Буду на границе с лесом, пятая застава»

Я сжала челюсти, чтобы не высказаться крепким словом, теперь у меня есть вопросы к Сонной Матери, надеюсь, она мне многое расскажет, раз проводник до сих пор не раздобрился.

— Лейра, лучше туда не идти, — сказал Марик в моей голове, но я на его слова глубоко начхала, он меня сейчас реально бесил. Тайны уже достали, хотелось, чтобы все было ясно.

Вот как с Яном, многое теперь понятно и его отношение словно любит и не может быть рядом, и то, что сейчас он готовится к смерти и поэтому решил последние дни осуществить свою мечту. Но не будем о Яне, он тоже свое получит. Настроение у меня было боевое, если бы не друзья, уже ехала бы в сторону леса.

— Еще рано, — вдруг раздался голос проводника, — Лейра я прошу еще пару дней, и тогда ты все узнаешь.

— Нет, — отвергла посулы Марика, — достал.

Маргелу с Химкой мы оставили за городом, потому что наша лекарша не хотела оставлять химеру одну и сейчас мы шли, чтобы забрать подругу и спросить у стражи, где находится пятая застава.

Стражники даже сопроводили нашу группу до нужного поворота и смотрели нам вслед, словно прощались, хотя, может так и было, мало кто возвращался с Сонного леса.

— Нужно снять блокатор, — сказал мне Ян, когда мы набрали приличную скорость на роксах.

Дорога была накатанная хоть и извивалась между мелкими деревьями.

— Ты уверен? — спросила я, — Химеры здесь тоже есть, может то, что ты блокируешь силу пожирателя, тебе спасет жизнь.

Ян крепко держался за талию и дышал мне в макушку.

— Хорошо, но если будет очень опасно, ты снимешь блокатор.

— Обещаю, — улыбнулась про себя думая, что уже слышала эти слова, потом нахмурилась и вспомнила, что потом случилось. Но нет, теперь я уже не та трусиха Лейра, я сама могу кого хочешь защитить. Сжала еще крепче руль рокса.

Застава номер пять была небольшим поселком в одну улицу, на которой размещались казармы защитников, трактир и другие нужные для людей бытовые постройки. Жили тут и жены тех, кто служил на заставе и те, кто принадлежал древнейшей профессии, проститутки, для них здесь были созданы все условия, мужчины должны отдыхать по полной. Когда ехали в сторону управления или штаба, вслед нам неслись крики зазывалки, которые не проигнорировал Атом:

— Вечером красавицы, я приду к вам вечером, — он послал путанам воздушный поцелуй.

— Фу, — скривилась Айта, — какой же ты озабоченный.

— Ничего не могу с этим поделать, — расцвел предвкушающей улыбкой парень, — я должен дать возможность оценить меня всем дамам, не люблю обделять.

Айта закатила глаза. Ехали тихо, не поднимая пыли, где — то в вышине клекотала Химка, а сбоку поднималась громада леса. Темная и словно неживая, нарисованная картинка.

— А вы знаете, почему лес называют Сонным, а Мать Сонной, — спросил Чет.

— Все мы знаем историю о тех, кто засыпает вечным сном, Лайман, — одернула друга Айта и отвернулась от леса передёргиваясь, словно замерзла, — у меня там дядя погиб, когда хоронили было такое чувство, что он просто заснул, а его руки пришлось отпиливать, они не согнулись, словно статуя, а не труп.

— Айта лучше молчи, — цыкнул на девушку Атом, — Успокоила.

В штабе нас встретил пожилой высокородный, уставший, но ожившийся, как только мы вошли. Он оглядел нас оценивающим взглядом, меня и Айту и я поняла, что учуял мою измарность. Ян чуть не зарычал на мужчину, а я дотронулась до его руки успокаивая.

— Янсвар Алор, — представился Ян, — по личным делам.

— Сын самого Малуса Алора, — протянул начальник заставы, — еще и по личному делу, чем могу вам помочь? — усмехнулся мужчина.

— Нам нужен Сайрос, маг водник.

— Это тот, у которого жена пропала, — кивнул мужчина, — Да он у нас, совсем безбашенный ни одну вылазку не пропускает. Не боится детей совсем сиротами оставить.

Мы не стали слушать объяснения начальника заставы и узнав нужный дом, пошли искать мужа Альки.

Так как он был командиром группы, жил он в отдельном домике и долго нам не открывал. Когда же открыл, не мог понять со сна, кто мы такие, пока его взгляд не остановился на мне. Тут же его лицо переменилось. Глаза сверкнули, лицо помятое и заспанное стало бледным, а губы сжались в тонкую линию.

— Лейра, — сказал он мне, вышел из дома, молча обнял меня так, что хрустнули кости, — Она всегда говорила, что ты узнаешь, если что — то произойдет. Смеялась, что ты найдешь ее везде, — мужчина чуть отодвинулся и посмотрел мне в лицо, — Ты найдешь ее Лейра, проси, что хочешь, я все сделаю, только найди, живой и здоровой.

— Успокойся Арис, все будет хорошо, — я ухватилась за его руки, пытаясь расцепить пальцы, но мужчина уже сам оставил меня в покое и посмотрел на ребят. Тут с грохотом приземлилась Маргела:

— Нашли, — только спросила она, — а то Химка уже пить хочет.

Арис оглядел нас и махнул рукой на дом.

— Заходите, а химере сейчас воды вынесу.

— Я подожду, — сказала Маргела, оглаживая свою любимицу.

Бытовые хлопоты, немного отвлекли мага от его горя, он показывал нам комнаты, хотя селиться надолго мы не собирались. Я бы уже сегодня неслась в лес, но ребят было жалко и бросить не имела права, за эти годы мы сплелись, как клубок, с которым игрался котенок, крепко и не понять, кто их нас главный и, кто командует, но все друг друга дополняют.

Вечером Атом ускакал ублажать девушек легкого поведения, Маргела не расставалась с химерой, была возможность и спать легла бы там рядом с ней. Чет пошел пройтись по заставе и узнать последние новости, Айта натачивала свой клинок и мучила снаряжение. А мы с Яном просто сидели на крыльце и смотрели в сторону леса, который высился огромной темной горой, казалось, что рядом прилёг отдохнуть великан. Вроде бы спит, а какая — то опаска все равно есть.

Так, близко близко к Сонному Лесу я еще не приближалась.

— Лейра, — сказал мне Ян и обнял за плечи, согревая своим теплом, — прошу только об одном, не лезь на рожон, я наслышан о твоих похождениях.

Я улыбнулась:

— Да, ты проговорился, что следил за мной, потеряли столько времени…

Ян словно застыл, потом немного расслабился:

— Ничего, у нас все впереди.

Хотелось возмутиться, спросить, как он может так нагло врать, но было так тепло и уютно в его объятиях, что я пересилила свое чувство справедливости и просто положила голову на плечо любимого. Ты еще не знаешь с кем связался, усмехнулась, про себя. Я перестала страдать, а когда я не страдаю, я творю глупости. Чуть не рассмеялась, говорю словами Марика.

Проводник, к слову, опять испарился и мне было все равно, знаний он мне пока новых не дает, аргументируя это тем, что скоро мне будет и так все понятно, его отговорки за эти годы надоели. То, что он улучшает потоки внутри меня настраивая на лим тоже уже не вызывали доверия. Проводник следовал какому — то своему понятному только ему плану, и я в его плане отнюдь не ведущий игрок.

Проснулись рано утром. Стали собираться, нам не впервой выходить в рейд и сейчас, я настраивала себя, что это такой же рейд, в которые мы постоянно ходим в подземельях с одной лишь разницей, здесь есть небо. Когда заметила, что муж Альки тоже пакует рюкзак, нахмурилась. Его с собой брать не планировала, о чем ему и сказала, все замерли, переглядываясь с него на меня. Мужчина набычился и не сводил с меня недоброжелательного взгляда:

— Арис, пойми, у тебя дети, если с нами что — то случиться они останутся одни, я знаю подругу, она не хотела бы, чтобы ее крошек воспитывал чужой человек, она слишком их любит.

Маг сел на диванчик, а собирались мы в общей комнате, набирая нужное количество провианта и снаряжения, и схватился за голову.

— Я понимаю, что ты мне говоришь Лейра, — сказал он мне сквозь сжатые зубы, — Но не могу, не идти.

— Можешь, — я подошла и положила на его голову руку, усыпляя мужчину, тот свалился на пол безвольным кулем, а одинокая оса, блеснув на свету прозрачными крыльями испарилась.

— Что — то новенькое, — сказал Атом, и все посмотрели на меня с любопытством.

— Ага, — кивнула ребятам, — Не все же вам новыми заклинаниями козырять.

— Долго проспит? — спросил Чет и подхватил Алькиного мужа подмышки, утаскивая в спальню.

— Не знаю, — пожала плечами, — первое испытание.

Перед выходом оглядели друг друга, подправили ремни, проверили амулеты и как всегда присели на дорожку. Про эту традицию своей далекой родины я рассказала уже давно, и всем она понравилась. Каждый привнёс туда свои понятия, и всегда перед выходом в рейд мы выполняли этот ритуал. Сидели, пялились по сторонам, словно то, что мы запоминаем, где лежат вещи, и какая трещина в потолке, даст нам возможность вернуться назад живыми и здоровыми.

Нас провожали полным составом магов. Вчерашний командир кривил губы в ухмылке:

— Не пропадайте детишки, это вам не в подземке химер гонять.

Атом хотел возмутиться, но Айта не дала начаться бессмысленному спору, где опасней и толкнула друга в спину, поторапливая и делая большие глаза, чтобы заткнулся.

В лес вошли после двадцатиминутного бега, застава была совсем недалеко.

Сразу поняли, что переступили границу. Жаркое палящее солнце и прохладный безветренный лес. Запах прелых листьев, цветов, которые мелкими пучками росли под деревьями и довольный вопль Маргелы, которая сразу же признала в них нужный ей ресурс. Химка недовольно крикнув побежала вслед за своей хозяйкой, громко хрустя ломающимися ветками и шубурша толстым слоем листьев.

— Не уходи далеко Маргела, — заволновался Ян.

— Не бойся, — хлопнул по плечу высокородного Чет, — Химка ее в обиду не даст, да и Маргела не дура, уходить далеко.

Ян все равно следил за сестрой и шел за нами. Я уже кинула свою следилку, которая ворохом синих бабочек разлетелась во все стороны и напряженно слушала лес. Что — то мне не нравилось и что, я никак не могла понять.

Даже позвала Марика, но проводник после моего жесткого ответа так и не возвращался.

— Вот прибьют твою Великую измару, сам виноват будешь, — недовольно пробурчала я.

Шли мы где — то уже с полчаса, сверялись с картой, в которую заранее загрузили тропы Сонного Леса, хотя нам сказали, что лес меняется все время, надеялись успеем пройти пока он еще в статике.

Потом события понеслись вскачь. Нас поджидали. Первыми попались в ловушку Маргела с Химкой, сетка, которая накрыла обоих, упала сверху, не давая ни химере, ни девушке пошевелиться. К ней кинулся на выручку Ян, сразу оголяя меч, я же, вызвав клинки, стала смотреть вверх. Если упадет сетка, мои клинки ее разрежут. Ребята уже по привычке собрались вокруг, став спиной к спине и, выглядывая откуда придет опасность.

— Близко к друг другу не подходим, — сказала Айта, — вдруг еще ловушки сверху кинут, сразу всех накроет.

Она тоже уже вытащила меч и активировала заклинание, которое золотой огненной каплей горело в левой руке.

Мы ходили по кругу и не могли понять, кто напал. Ян уже почти освободил Маргелу, а я не могла понять почему следилка не работает. Не видела опасность, через магию, но интуиция вопила, что все еще не закончилось. Я активировала щит и растянула его по кругу, дракончики летали, пыхая дымом и косились черными глазами, но и они не видели угрозу. А потом один за другим ребята стали падать, щит сдерживал целый шквал летящих на нас усыпляющих дротиков. Это продолжалось целых пять минут. Где — то рядом всхлипнула Маргела, застонала протяжно Химка, я увидела, как большое тело, упало на землю утягивая за собой Маргелу, хорошо не сверху упала.

Ян лежал на земле утыканный дротиками, еле шевелясь и все еще пытаясь ползти на помощь к сестре. А я была зла. Вокруг щита стали вырастать древесные корни, расцветая свежими цветами, рой иссушающих муравьев уже кого — то настиг, когда услышала крик и поняла, мне пришло по связи, что они кого — то иссушили. Страшная смерть, если честно, но я была зла. Весь свой арсенал, который я редко, когда использовала в подземке, сейчас кружил, ревел и жужжал вокруг меня. Когда казалось, что все под контролем моя интуиция взревела белугой, я осмотрела ребят и только тут поняла, что кого — то не хватает, а потом боль в затылке и темнота.

Первое, что я увидела, это были сапоги. Добротные такие, кожаные, начищенные, но уже припорошенные пылью и мелкой трухой. Голова болела нещадно, хотелось застонать, еле сдержалась, сцепив зубы. Вот тебе и Великая Измара, на всех можно найти управу. Лежала я спелёнатая как младенец, осталось еще только рот заткнуть. Я глотнула комок, застрявший в горле, и закашлялась, в голове прострелило болью, и тут же я вспомнила, что получила по голове и даже уже поняла от кого. Тут уже не сдержалась, заскрипела зубами, как самая настоящая химера. Чет! Этого следовало ожидать, но мы до конца не верили, что он может нас предать. И все — таки любовь — это зло. Сапоги подошли ближе, и я почувствовала, как мое тело легко поднялось в воздух и встретилась взглядом со знакомыми глазами, которые уж точно не ожидала тут увидеть:

— Ривс, — против воли издала вопль.

— Да любовь моя, — мужчина со всей силой прижался к моим губам и поцеловал, жестко словно укусил, оставляя на губах затихающую боль.

— Сначала я хотел все бросить, — сказал он мне, держа на весу, — потом понял, что от себя не убежать, а тут как раз и предложение поступило.

— Хватит болтать уже, — раздался голос Алены, — пора в путь, Мать не любит ждать.

— Подождет, — оборвал девушку Ривс, потом опять повернулся ко мне, глядя прямо в глаза, сказал, — надо же открыть ей глаза, за кого она вышла замуж и кого любила все эти годы, — он скривил губы в усмешке. Потом опять впился в губы поцелуем и вскрикнул почти, откидывая меня от себя. Я сильно ударилась коленями, но злорадно улыбнулась, когда подбородок Ривса стала заливать кровь.

— Вы обещали, что с ними ничего не случиться, — услышала я голос Чета и повернулась в его сторону. Рядом оказалось лежали все. Это была большая поляна с вытоптанной травой, и все лежали связанными коконами в светящихся сетях со странными амулетами, повешенными сверху.

— Слабак, — выплюнула свое презрение на Чета Айта и демонстративно отвернулась. Парень не ответил. Думаю, он знал, как мы отреагируем и подготовил всю свою выдержку чтобы, не отвечать нам. А еще он знал нас, слишком хорошо знал нас.

Тут передо мной кинули избитого человека, в котором я с трудом узнала своего мужа. Внутри меня поселилась пустота, стало больно уже не только голове, все мое тело словно парализовало от боли. Один глаз Ян открыть не мог он, заплыл, с него сняли всю одежду, кроме штанов, руки заковали наручниками за спиной, на ногах тоже путы.

— А теперь ты узнаешь, кого так любишь Лейра, — ядовито сказал Ривс и может быть, я пересмотрю свое решение уезжать и останусь рядом, чтобы утешить тебя.

— Идиот, — вздохнул Атом.

Ривс тут же шагнул к парню и пнул его со всей силы, отчего тот даже дышать не мог:

— Всегда мечтал это сделать, — ухмыльнулся Ривс, и вот этого мужчину я хотела полюбить, скривилась.

Норд увидел мою гримасу и рассвирепел:

— Ты сейчас будешь кривиться еще больше Лейра, смотри, — сказал он, подходя к Яну, — смотри кто сейчас перед тобой.

Он достал нож и нагнулся над моим мужем, ткнул в его руку нож и стал расшевеливать рану. На секунду я замерла и даже догадалась, что там ищет Ривс, амулет иллюзии. Вот урод думает меня удивить зрелищем, ну что ж, ты тоже будешь удивлен гад.

— Норд, закругляйся, — нахмурилась рядом Алена, было видно, что все происходящее ей не нравиться, но и Ривса она не может приструнить, он не под ее командованием.

Я смотрела на Яна, в его глазах было отчаянье и боль, но не физическая. Неужели он думает, что его вид может меня отвернуть от него, неужели все еще так плохо знает меня, даже стало обидно. Да я любила его внешность, но любила потому что это он.

Ривс наконец — то перестал ковыряться в ране Алора и поднял руку с зажатым в ней камнем. Тот сверкнул напоследок заклинанием и погас, видимо, сломался. Жаль, хотелось осмотреть такой древний амулет, который вешает такую качественную иллюзию.

— А теперь смотри, — с превосходством сказал Ривс и потянул голову Яна за волосы, чтобы мне было лучше видно. Я услышала, как рядом вскрикнула Маргела, как выматерился Атом, но мне было все равно. Я смотрела в лицо любимого и видела там своего мужа. Мне все равно что черная переливающая субстанция покрывает одну сторону лица, оголяя кости, я лишь волновалась не больно ли ему. В голове уже возникает тысячи вопросов уточнений и желание взяться за такую трудную задачу, у меня даже магия внутри завибрировала от такого настроя.

— Видишь?! — спросил Ривс

— Не слепая, — тут же ответила я и посмотрела на мужа, — тебе не больно, на что она влияет, это такое же как у Лейрана или нет.

Вокруг наступила тишина. Ривс тяжело дышал и пытался что — то разглядеть на моем лице, рядом хмыкнула Алена, а Ян наклонился так, что волосы закрыли его лицо и ответил глухим голосом.

— Не больно Лейра, но это не то, что у Лейрана.

— Ты в пролете, — подлила масла в огонь Алена, — это настоящая любовь, понимаешь, ей все равно, как он выглядит. А мы выходим и так задержались из-за твоих любовных делишек.

Ривс все еще не верил, нагнулся над Яном и опять постарался, чтобы я увидела его искореженное чернотой лицо. Это было страшное зрелище, мне все еще казалось, что Яну больно, что мне нужно его лечить немедленно. Но потом я себя одергивала, он живёт так уже пять лет, успокойся. Малус даже не понимает всего, что я вижу сейчас. Чернота проникла во все тело Яна, задела все участки, лишь аура еще держится и словно сама очищается от налипшей черноты.

— Ну почему ты не сказал сразу, — все — таки не выдержала я, — уже давно бы был здоров.

— Ты так в себе уверена измара? — спросил руководитель «детей Асинейры» который подошел так, что я его не заметила, — ну что ж, это хорошая новость, для Сонной матери, ей нужна сильная измара с ее кровью. Мне было бы легче убить всех остальных, — тут уже Чет вскинул голову, смотря напряжённо на мятежника, — Матери нужны только двое, измара и ее ближник, но моя племянница очень просила за всех, а она у меня единственная.

Мужчина усмехнулся и пошёл отдавать приказы своим людям. Каждого из нас погрузили на животных очень похожих на ослов, а Химку на телегу, с которой она свешивалась, но все же могла ехать, и вся процессия отправилась в путь.

Я просто постаралась отключиться, конечно, все идет не по плану, но в принципе мы все — таки идем туда, куда планировали сразу, к Сонной Матери, ведь у нее Алька. А уже там буду смотреть по обстоятельствам.

Обидно, конечно, весь путь пройти бесправной жертвой, даже унижает достоинство Великой измары, но так есть время подумать о насущном и попробовать дозваться Марика. Проводник вызывал опасения, моя интуиция вопила, что приключения только начинаются и где — то внутри под ложечкой неприятно сковывало от наступления невозвратного.

Что мне Марик говорил последний раз, ждать два дня. И что потом? Он сказал, я все узнаю, как раз два дня нам ехать до алтаря Сонной Матери. Она даже своих тварей убрала с пути, чтобы мы беспрепятственно могли к ней добраться. Я думала, что потребовалось от меня заточенному духу и все — таки склонялась, что я могу как — то выпустить ее из закрытого леса. Да ее животные могут быть везде, они ее глаза и уши, а вот она привязана к источнику. Смогу ли пойти на такой обмен, даже не знаю, жизнь подруги или всего остального мира.

Хотя почему я думаю, что Сонная мать плохая. После последнего путешествия в логове изменённых для меня она представляется молоденькой испуганной девушкой, хотя та скорей всего ее дальняя родственница, прошло-то немало лет. И даже если живут сильные маги по пятьсот лет, она, та асинейра Кнерса уже мертва.

На ночном отдыхе нас спустили с ослов и положили рядком на землю. Атом безбожно матерился, Айта просила заткнуть ему рот, Маргела волновалась, чтобы не обижали Химку и вернули Грога, он был у нее в рюкзаке, потом даже поблагодарила Чета, когда он сказал, что Грог напоен, накормлен.

Отчего Айта уже ругалась на Маргелу, запрещая той разговаривать с предателем и просила заткнуть рот и ей. В конце концов, когда нам дали напиться и сунули по куску, хлеба, который пришлось жевать насухо, рот заткнули всем. Я хмыкнула, сколько времени прошло, а эта парочка не меняется. Хотя я их поэтому и любила, что они незыблемы, как скала.

Вот на счет Чета всегда были сомнения слишком он пластичен и приспособляем и тем более влюбился в неподходящую девушку. Еще одно меня успокаивало, Яна подлечили лекари, при этом ругаясь на Ривса, что тот так испортил товар, который везут Сонной матери и даже положили его рядом со мной, не подпуская бешеного мага к нам близко. Алена словно предугадала, что Ривс попробует ночью что — то предпринять, сама стояла на нашей охране. Она, конечно, меня бесит, но тут я была ей благодарна, Ян мне нужен живой и здоровый.

Утром нас опять немного подлечили лекари, спасая от отлёжанных конечностей, но развязывать нас опасались, и я их понимала, после того, что я устроила, оказывается погибло пятнадцать мятежников, что ж сожалеть о них я не буду.

А вот с путем возникли трудности. Лес стал непроходимым, люди продиралась через настоящие дебри. Переплетение ветвей и стволов приводило к тому, что сначала шли люди с топорами и рубили путь, магию выпускать все — таки остерегались не понятно, как на это посмотрит Сонная мать, а не напустит ли она химер, на тех, кто жжёт ее лес. Да и сами деревья имели странные способности впитывать магию и изменяться под ее воздействием, говорят, что могло случиться все что угодно.

Поэтому наше движение очень сильно замедлилось. Даже встали на обед, чтобы рубщики освободили больше дороги.

На этом отдыхе нам дали нормальной еды, кормили всех, теплой похлебкой и вволю напоили. Мне даже в какой — то момент стало смешно, взяли в плен и везут туда куда надо, кормят и в туалет водят. Неужели нельзя было дождаться, когда мы сами придём и схватить нас уже возле Сонной матери… но оказалось нельзя.

Это началось, когда мы разморённые после обеда опять висели на осликах и переговаривались, рты нам в этот раз не закрыли.

Маргела не могла успокоиться, почему не чувствует магию и спрашивала у друзей так ли у них. Магам, которые только приобрели силу, было страшно потерять ее.

— Так, даже Лейра не может применить магию, — успокаивала подругу Айта.

— Да заткнетесь вы уже, — не выдержал Ривс, который почему — то всегда был поблизости. У меня складывалось такое мнение, что он ждет, что я его позову и буду просить спасти себя, абсурдно, но вся ситуация в целом отдает безумием.

— Это сети специальные, Сонная мать передала, так что ничего с вашей магией не случилось, — тут же оказался рядом Чет и оттолкнул с пути Ривса.

— Ах ты щенок, — воскликнул бывший куратор и хотел кинуться на Чета, но тут на его защиту встала Алена.

— Успокойся Норд, ты заключил договор мы его выполнили, а что у тебя на глазах шоры не наша проблема. Раздражают они тебя уйди в сторону.

Мужчина ушел. Я чуть приподнялась, чтобы увидеть его широкую спину и злые движения.

— Лейра, вечно вокруг тебя странные мужики крутятся, — фыркнула Алена.

— Кто бы говорил, — ответила я, и оглянулась на Яна.

Тот безучастно висел на осле и казалось, не обращал ни на кого внимание. Мне не нравился его настрой. На лицо ему натянули маску у людей он вызывал страх, в прорези поблёскивали черные глаза. Он следил за мной. Я улыбнулась любимому и упала назад, упираясь носом в теплый бок животного. Висеть так было неприятно, к голове приливала кровь и приходилось иногда на силе пресса поднимать голову, чтобы прийти в себя.

Сначала я услышала какое — то жужжание, потом увидела, как один из провожатых словно споткнулся и упал, потом стали падать другие, это стрелы. Кто — то методично отстреливал мятежников. Когда они это поняли, началась суматоха, видимо, они так расслабились, понадеявшись на защиту Сонной Матери, что совсем не следили за местностью вокруг.

Очень скоро показались и те, кто вел охоту на мятежников. Гвардия императора, я застонала, а этим, что здесь надо. Неужели Сонная Мать и с ним заключила сделку, если верить книгам он ее потомок. И когда на побоище выехал сам император, собственной персоной, у меня вообще слов не осталось, повисла в светящейся сетке и притворилась мертвой, может, не заметят.

— Алор, — вздрогнула от голоса главного пожирателя Регирда, — я рад, что ты жив и даже не покалечен, планы, конечно, немного изменились, но наша сделка в силе. Взгляд повелителя Регирда обратилось на меня:

— Лейра, — улыбнулся одними губами, как мог только он, император, — Ты, как всегда, прекрасна.

Мне хотелось материться, посмотрела на Яна, которого уже поставили на землю и развязали из сетки.

— А нас, — возмутился Атом, — мы тоже пострадали.

— О и твоя свита цела, — усмехнулся Регирд и посмотрел на нас и лежащих бессознательными тушками у его ног Алену, Чета и Ривса.

— Этих двоих тоже в коконы, Ривса в расход, он свою миссию выполнил, — приказал император и повернулся к Яну, — ну Янсвар теперь все зависит от тебя.

Высокородный хлопнул моего мужа по плечу и вскочил на страшную химеру, скорей всего хищную, так как зубки у нее были не маленькие, потом ускакал вперед проверять своих воинов.

— Что все это значит? — немеющим губами спросила я.

Ян не снимал маску и лишь глаза его черными осколками блестели в прорезях. Он не ответил на мой вопрос и пошел вслед за императором разминая затекшие руки, а потом надевая поднесенную императорским воином одежду.

— Тут я соглашусь с Аленой, — глухо сказал Атом, — не умеешь ты Лейра выбирать мужиков.

— Заткнись, — тут же осадила друга Айта, а мне хотелось то ли закричать, то ли зарыдать.

— Марик, — закричала я внутри себя от боли, зовя своего проводника, но ответа не было.

Остальной путь я прошла как в забытьи, нас сгрузили с осликов и привязали к друг другу, и вереницей мы шли вслед императорским солдатам, все высокородные пожиратели. Они косились на меня, я чувствовала их силу, которая кружила вокруг хороводом, словно облизывая, было мерзко. Мне не верилось в то, что творилось вокруг, даже ребята притихли, когда мы прошли мимо трупа Ривса, но у меня даже мускул не дрогнул, если они хотели нас приструнить и напугать, то мне было все равно. Я думала о муже, в которого поверила на короткий миг, и который опять ведет себя непонятно.

— Что у тебя тут, — спросил Марик и через несколько секунд я услышала его ворчание, — просил же обождать, не торопиться Лейра, теперь все впопыхах делать.

— Что делать? — безучастно спросила я.

— Что, что, — возмутился Марик, — асинейру из тебя делать будем.

— Так я уже… — встрепенулась и прислушалась к голосу проводника.

— Какой уже, ты в источнике прошла эволюцию, пред подготовку, мы тебе резерв увеличили, чтобы ты смогла силу лима без проблем через себя пропускать. Следующая ступень посвящение, а ты куда поперлась вообще.

— Альку похитила Сонная Мать, я шла ее спасать, — сказала я.

— Спасла? — спросил ехидно Марик, — Эх, говорил я тебе, что ты дурында, вечно все усложнишь.

— Если бы кто-нибудь делился информацией, было бы прекрасно.

— Ладно, что страдать, будем решать все по мере поступления проблем.

— А это не проблема, — попыталась сбросить сетку, которая опутывала тело, — Или ты думаешь, что с этим я смогу магичить.

— Сколько тебя учить, — наставительно сказать Марик, — твою силу невозможно удержать.

— Я пробовала, — возмутилась я, — «Алье» не срабатывает.

Марик внутри меня рассмеялся, самым настоящим смехом, что на моей памяти не было еще ни разу так что я замерла и тут же на меня налетел Атом, и мы кулем повалились на землю.

Нас стали поднимать и ко мне подошел поднимать Ян, когда он поставил меня на ноги, то чуть нагнулся к уху и прошептал:

— Верь мне.

Я продолжила путь и все еще под впечатлением от смеха Марика и соображала, услышала ли я слова своего мужа или это галлюцинации.

— Услышала, — подтвердил в моей голове Марик, — а теперь бестолочь вспомни, когда он женился на другой, как ты ему отомстила.

— Я на них птиц натравила, — задумалась я, — И что?

— А то, до сих пор не поняла? — я даже представила Марика, его уши, которыми он все время хлопает и огромные глазищи, круглые от усердия, когда мыш хочет донести до меня нужную информацию.

— Я не вызывала силу, — замедленно сказала я, — А просто захотела.

— Не просто захотела, а оперировала лимом без костыля, — усмехнулся Марик, — делала это на инстинктах и со злости, но это у тебя получилось легко.

— Так чего ты мне мозги засорял этими архетипами и словами ключами, если я так могу, без них?

— Ты можешь, — кивнул Марик, — а вот те, кто ниже рангом только так и не забывай, что нужно знать истоки, теория все равно нужна.

— Ты хочешь сказать, что все измары могут стать магами лима?

— Да, — был короткий ответ Марика, — и эту силу дашь им ты, когда станешь асинейрой.

Я вздохнула и оглянулась по сторонам. В глазах словно резкость навели, моя апатия куда — то подевалась и хотелось действий. Это я теперь Альку могу магом сделать, думалось мне и тут же я поникла, ее сначала надо вызволить из плена Сонной Матери.

— Вижу, ты что — то придумала, — шепнул мне в спину Атом, — дай знать, когда действовать и как, — сказал он.

Я покачала головой:

— Не сейчас Атом, жди.

И как он интересно собрался действовать спелёнатый сеткой, блокирующей силы.

— Марик, — позвала проводника, испугавшись, что он опять может залечь в спячку.

— Не бойся я с тобой Лейра, теперь до самого конца, — мне показалась, что он был немного печален.

— Не пугай меня мыш, — попросила я проводника.

Очень скоро была остановка. Император обошел нашу компанию и остановился возле Яна. Его позолоченный доспех даже в лесу куда лучи светила приникают тонкими лучами, слепил глаза своим богатством и роскошью драгоценных камней. Естественно, они были не для красоты, а каждый нес заклинания призванное защитить владельца. Видимо, император не считал себя сильнейшим магом на Регирде. Главный высокородный снял шлем, волосы почти сливались с цветом доспеха, а зеленые глаза, были как никогда холодны:

— Вы все здесь собравшиеся послужите освобождению Регирда от Сонной Матери. Пора нам положить конец ее нападениям на мирных жителей и взять источник под свой контроль.

— Мне нужно спасти свою подругу, — сказала я Регирду, — а ваши войны меня не интересуют.

Император подошел ко мне поближе и даже чуть нагнулся, чтобы наши глаза были на одном уровне:

— Великая измара, — усмехнулся он, — ты сейчас не в том положении чтобы иметь свое мнение или жизнь твоих друзей для тебя ничего не значит, ты готова ими пожертвовать?

— Блефует засранец, — раздался в голове голос Марика, — знает же, что, если захочешь тебя не удержать силками, думает, что ты этого не знаешь, — проводник хихикнул, — вот удивится. Но ты правда не лезь пока на рожон Лейра, соглашайся на все, что он предложит, испугайся.

Я выпучила глаза и прикусила губу, надеюсь, сыграла хорошо:

— Что вам нужно? — чуть запинаясь спросила я, надеюсь, все поверили, а то Айта как— то уж скептично подняла одну бровь, но быстро исправилась и нахмурилась.

— Мне нужно, чтобы ты измара заменила собой Сонную мать, — я, наверно, побледнела, потому что высокородный усмехнулся, показывая блестящие белые зубы и выпрямился, сразу став выше на полметра, — Ее дух мы изгоним, а твой станет нашим проводником лима, — довольно улыбаясь сказал он.

Я молчала, осмысливая то, что мне сказал император и сразу стало понятным очень многое. И даже почему Ян на мне так спешно женился, ведь печать поставил муж Сонной матери, тогда она еще была измара, асинейра, а он убил ее, заковал дух в печати.

— Итак, и не так одновременно, — сказал Марик, — они проводили ритуал, который асинейра придумала, чтобы ее муж стал настоящим магом, а он струсил. Не выполнил ритуал до конца, чем убил жену и через ее дух, стал питаться лимом.

— Ты хочешь сказать, — я чуть не стала говорить вслух, — что тогдашний император струсил и убил жену не специально.

— Почему тогдашний, — я почувствовала, что Марик улыбается, — он не умер Лейра, он бессмертен, если, конечно, его не убить...

Я была слишком ошарашена и посмотрела на императора огромными глазами, он правда принял мое возбуждение на другой счет:

— Ты можешь не согласиться, — сказал он мне, — твой муж сам пройдет весь ритуал без тебя, а твоих друзей я убью, или согласиться, и тогда я отпущу всех, кто тут, мое слово.

— Соглашайся, — сказал Марик, — только для приличия попроси, чтобы дал слово сейчас и про Альку не забудь, в общем веди себя так, как будто приносишь себя в жертву.

Я чуть не фыркнула, спокойствие Марика заряжало меня внутренней силой, я верила ему безоговорочно.

— Я хочу вашу клятву, — чуть дрожащим голосом сказала я и посмотрела на Яна, на глаза навернулись слезы, которые легко катились из глаз.

Я видела, как Алор вздрогнул, маска которую он так и ни снял, не давала увидеть его эмоции, но мои слезы ему не понравились. А что ты думал, злилась про себя, когда соглашался убить свою жену.

— Скорей всего у него тоже свой план, — хмыкнул Марик, только вот он может смешать нам наши Лейра, поэтому я буду командовать, что делать, ты сразу выполняешь, понятно?! — командным голосом спросил Марик.

— Да, — чуть не вытянулась по швам я и всхлипнула, прикрывая свою оплошность.

— Я Регирд, Соларион, даю тебе клятву Великая измара Лейра Махон, что твои друзья, — потом он перечислил всех одногруппников и Альку, — будут здоровы и проживут долгую жизнь свободными.

Тут же в воздухе расцвёл бутон и на запястье императора прикрепилась печать, которая ему не понравилась. Он как — то подозрительно посмотрел на меня, потом оглянулся по сторонам, словно хотел кого — то увидеть и нахмурился, о чем — то усиленно думая.

— А вот подозревать не нужно, — вкрадчиво говорил в моей голове Марик, — иди уже к своей женушке, она тебя давно ждет.

Я чуть не прыснула от странного голоса Марика и вовремя скривила лицо в страданиях. Но успела заметить, как переглянулись друзья. Даже Алена с Четом смотрели на меня напряженно словно ожидая сигнала что — то делать.

В лесу заметно потемнело, и император решил переночевать эту ночь в лесу, а уже с утра идти вперед. Вокруг было неспокойно, то там, то здесь слышался крик животных, подозрительно шуршала трава и странно скрипели деревья. Мне даже казалось, что они меняли цвет листьев или это лишь вечерний сумрак, преображает все вокруг. Ребята сидели все рядом.

— Не нужно приносить себя в жертву Лейра, — сказал вдруг Атом, — как нам потом жить с этим, — он оглянулся на других.

— Предлагаешь погибнуть всем вместе, — усмехнулась, посмотрев на каждого, даже предателя Чета, который не выдержал мой взгляд и опустил голову, — помните искательскую поговорку, «лучше двое, чем один». Это выбор, и я его сделала.

Было неприятно врать друзьям, что я не собираюсь в принципе умирать, но надо их настроить так, чтобы не смели лезть в разборки императора со своей женой.

Эту ночь мы практически не спали. Стали нападать химеры. Их было много, очень много, но нас защищали, и ни одна тварь не пробралась во внутренний круг защиты.

— Посмотри вокруг лим взглядом, — сказал, Марик— что я и сделала, — видишь нити привязки.

— Да, — тут же кивнула, — только тут все в нитях.

— Именно, — сказал Марик, — за тысячелетия заточения асинейра везде приложила свою силу и пусть из печати она выбраться не может, это ее место. Сейчас она боится повредить тебе, поэтому посылает немного тварей, лишь изматывая наших провожатых. Так что можешь спокойно спать ничего не будет, завтра тебе нужны будут все силы.

— Может, скажешь, что будет? — попросила проводника.

— Завтра ты станешь асинейрой Лейра, мы наконец — то пришли к тому, к чему шли все это время, а потом… спи в общем, все завтра, — сказал этот паразит и замолк. Зная упрямого проводника, можно сто процентов сказать, что он ничего мне не расскажет.

Я кое-как скрутилась на холодной земле и попыталась заснуть.

— Спите, — сказала друзьям, — завтра будет тяжелый день.

Через какое — то время я почувствовала, как кто — то лег рядом, спине сразу стало тепло.

— Лейра, прошу, верь мне, — шептал в ухо Ян, — Я не дам тебя в обиду.

— Да верю, верю, — зевнула, прислушиваясь как сражаются вокруг высокородные, — но все равно обижена.

Я даже не заметила, как заснула, пригревшись от тёплого тела Яна.

Весь путь до источника проходил в боях. Высокородные какие бы сильные они не были, гибли, но мне не было их жаль.

Утром, когда меня разбудили, Яна рядом уже, не было, может, мне приснилось, что он спал рядом.

— Не приснилось, — буркнул Марик, — ты настраивайся на работу с лимом, — продолжил проводник, — поначалу, попробуй обрывать нити зова предыдущей асинейры, очищая свою будущую вотчину.

Я поморщилась как от зубной боли, но попробовала. Идти с магзрением было не удобно, я все время спотыкалась и заваливалась назад на Атома, тот правда молча поддерживал.

Нити рвались легко. Сначала я еще не веря, попробовал это сделать на одной, пристально посмотрела, сосредоточилась и мысленно захотела, чтобы нить порвалась, тёмно — зелёная переливающаяся связь с асинейрой распалась мелкими хлопьями. Потом я просто посылала волны вокруг себя и пространство очищалось очень быстро и даже казалось, что дышать становилось чуть легче. Высокородные не замечали моих манипуляций, все вокруг пропитано силой измар, так что мои потуги прошли мимо них.

— Молодец, — похвалил Марик, — справляешься легко, не зря я тебя муштровал.

Я хмыкнула, не вступая в споры с проводником, чтобы не терять концентрацию.

Шли долго, по моим ощущениям уже обед, когда мы вышли на огромную поляну, конца которой не было видно. Прямо посередине высилось странное сооружение. Высокий пьедестал, на который вела окружная лестница, а из центра пьедестала поднимался синий луч света. Я не успела сменить зрение и увидела все в ярком магическом разноцветье, где главной силой была тёмно — зелёная сила асинейры.

Вся поляна была заполнена химерами. Я стала разглядывать все нормальным зрением и поняла, что тут еще темнее, чем в лесу, хотя деревьев не видно, но синий луч, который устремляется в небо, рассеивает тёмное сияние и перекрывает свет Соца.

Император со своими воинами построился впереди нашей процессии, ну хоть не за спинами будет прятаться, я хмыкнула.

— Теперь не лезь, — сказал Марик, — Наблюдай и слушай.

А потом началась бойня. Высокородные сняли все свои блоки, которые не позволяли им высасывать жизнь из всех вокруг, теперь им нужна сила пожирателей, как никогда. Черными смерчами закружила сила вокруг высокородных, я быстро нашла взглядом мужа, сердце мое предательски сжалось, мне было страшно за него. Я верила ему, все равно верила, что он не предатель и что с императором связался, потому что не было выбора или поставлен был перед выбором. Я сжала зубы так, что заскрипела эмаль.

— Только выживи, — прошептала я.

Рядом повернулся ко мне Атом.

— Ты в своем уме, — скрипуче сказал друг, — все еще веришь ему.

— Верю, — кивнула, — потому что ни могу не верить.

Атом покачал головой и повернулся в сторону битвы.

А посмотреть было на что. Нас взяли в круг, не давая единичным химерам подобраться, да и неинтересны мы были им, химерам. Черными вихрями по всему пространству носились высокородные, на которых со всех сторон наседали звери. Кого тут только не было. Даже похожие на тревожно клекотавшую позади Химку были. Огромные змеи со светящимися по телу рунами, защищённые черной броней кошаки, которые своим рычанием заставляли вибрировать воздух, таких мы уже видели в подземке. Многообразие видов поражало, даже мелкие животные, рыскавшие между своими собратьями, могли нанести значительный урон высокородным. Пожиратели окутывались черными смерчами, которые как голодная бездна всасывали в себя жизненные силы живых. Это было страшно смотреть. Химеры рассыпались в черный пепел, который в свою очередь, вливался в смерчи вокруг высокородного и вскорости их было уже не разглядеть за черной завесой. Но и они гибли, зверей было слишком много и, если умирал один, на его место тут же вставало еще двое. Я смотрела на все это, замерев от ужаса происходящего. Я чувствовала смерть каждого, это было, как если бы в твоем теле лопались капилляры, один за другим, один за другим и это маленькая боль перерастала в большую, охватывая все больше нитей в моем теле.

— Терпи Лейра, — сказал Марик, — Она успела перекинуть на тебя половину своих питомцев, ты чувствуешь их гибель.

— Неприятно, — сказала я каркающим голосом.

— Не подумал, что она решиться, видимо, уже считает твое тело своим, — сказал Марик, — ты же догадалась, зачем ей нужна.

Признаться да, у меня были такие подозрения зачем ей я. С силой Великой измары, с ее кровью, она хотела переселиться в мое тело.

— Раньше у них были специальные аппараты, которые клонировали им тела, — сказал Марик, но они разрушены, а тех, кто может их создать уже нет, — проводник усмехнулся.

А у меня блеснула еще одна догадка.

— Асинейра это Кнерса Алайя, та что была на корабле?

— Да Лейра это она, — голос проводника был усталым, — те, кто живут долго, теряют что — то важное Лейра и нам это надо исправить.

— Я могу уже сейчас управлять химерами? — спросила я Марика, не начав действовать.

— А зачем? — хмыкнул проводник, — тебе жаль высокородных, — потом он ненадолго замолчал, — не бойся, она не убьет твоего мужа, он ей тоже нужен.

Я мне стало уж очень неприятно, это мой муж, поджала губы, и чтобы чего не натворить стала наблюдать за боем. Еще пару часов высокородные и химеры уничтожали друг друга. Мне кажется, вся земля уже была покрыта кровью и тех и других, когда появилась сама асинейра. Их синего луча, который яростном бушующим потоком извергался в небеса, выплыла прозрачная светящаяся женская фигурка. Через какое — то время она стала расти, ее уже видно не вооруженным взглядом. Да, помню это лицо, смотрела на ту, которая в подземке показалась мне испуганным подростком. Ее волосы развивались словно от ветра, хотя ветра не было. Вместо одежд, странные полоски, которые почти не скрывают стройное тело. При жизни асинейра была красива.

— Здравствуй, муж мой, — сказал дух леса, и ее голос тихий, но такой пронзительный, услышали все. Химеры взрыкивая тут же стали отступать на окраины поляны, а высокородные стали настигать их, кромсая мечами.

Император подошел к лестнице и посмотрел вверх, где фигура духа уже раздулась до исполинских размеров. Ее было хорошо видно всем.

— Здравствуй, жена моя, — услышала я голос высокородного, — хорошо встречаешь, и угощение, и веселье.

— Все как ты любишь, — лицо духа исказила брезгливая гримаса, — как был дикарем так им и остался.

— Ну что ты любовь моя, — сказал император и сделал пару шагов на лестницу, — я давно цивилизованный человек.

— Человек, — фыркнул дух, — исчадье бездны.

— Все твоими желаниями делано, — поднялся еще на несколько ступенек император.

Высокородные замерли по краям поляны и безмолвно взирали на своего повелителя, ожидая от него приказа. Мы с напряжением прислушивались к разговору двух бессмертных существ, от которых зависели жизни множества людей.

— Я хотела все исправить! — выкрикнула дух и ее черные волосы взметнулись словно от сильного ветра, — Хотела поставить тебя вровень со мной, а ты предал меня.

— Убить себя, это ты называешь исправить? — усмехнулся император, — Я уже поверил тебе один раз, и что ты со мной сделала? Что сделала с моими верными друзьями? Пожирателей, которых потом сами же ненавидели.

— Я хотела все исправить, — опять выкрикнула Кнерса.

— Поздно дорогая, — сказал император, — у меня поменялись планы.

— Зачем ты пришел? — спросила дух, потом она оглядела поляну, нашла меня своим взглядом, который словно разбирал меня на молекулы и собирал снова. Губы асинейры тронула улыбка. Я же сглотнула. Одно дело знать о духе и совсем другое видеть его своими глазами, а еще лучше вторым зрением, в котором асинейра горела зеленым светом, ярким, что глазам больно.

— Ты светишься не меньше Лейра, — сказал в моей голове Марик, — не встревай, пока я не скажу, что делать. Я как бы не собиралась, эти двое, что сейчас взирали друг на друга как враги и любовники одновременно, вызывали дрожь.

Но тут я вспомнила, что пришла сюда за подругой, которую вблизи, нигде не наблюдаю и глубоко вздохнула чтобы не «встревать», а так хотелось.

В какой момент император напал на асинейру, я не поняла, занятая своими переживаниями, увидела, когда они уже оба были в воздухе и черные крылья высокородного собранные из пепла убитых химер прекрасно держали его в воздухе. Дух пыталась, натравливала на императора летающих тварей, а высокородный лишь усмехался и подкрадывался к своей умершей жене все ближе. Я не понимала, чего он добивается, пока в его руках не блеснула сеть. Очень похожая на ту, что сейчас сдерживает нас, лишь цвет силы был не синий, а зелёный, сами ячейки крупнее.

Император смог спеленать дух, накинув сеть на нее сверху, она закричала громко и страшно и тут же уменьшилась в размерах, падая на пьедестал, из которого вышла. Регирд медленно приземлился недалеко от нас. Химеры все также стояли по краям поляны, не нападая на нас. Видимо, асинейра уже не может давать им команду. Я увидела, как зелёные нити, что соединяли лес и химер с хозяйкой стали чернеть и рассыпаться пеплом. Император был доволен, его лицо светилось от счастья:

— Получилось, — сказал он непонятно кому, потом отыскал глазами Янсвара и кивнул ему, чтобы тот подошел.

— Я долго шел к этому Алор, ты же хочешь, чтоб наш дом перестал подвергаться нападкам химер, а источник стал доступен всем желающим. Теперь все зависит от тебя. Сначала ты должен навесить на нее, — император указал на меня пальцем, — печать повиновения, в потом провести ритуал. Передачу управляющего поводка сделаем уже завтра, — мужчина посмотрел на небо, — как раз отдохнем и наберемся новых сил. Ты готов Алор?!

— Да мой повелитель. — прошелестел голос мужа под маской.

— Да сними ты эту маску, пусть твой вид устрашает наших врагов! — воскликнул император.

Ян медленно снял маску и посмотрел на меня, не знаю, что он ожидал увидеть на моем лице, но я сузила глаза и губами прошептала:

— Алька…

Ян понял сразу и метнул взгляд на императора, который уже давал указания свои воинам, чтобы нас тащили наверх к источнику, где все еще выл дух леса. «Странно что она так легко сдалась»— подумала про себя.

— Тут много факторов, — сказал тут же Марик в моей голове, — но главное, что со временем она слабеет, а император становится сильнее.

Я кивнула, словно проводник мог меня увидеть.

Высокородные отвязали меня от общей кучи и потащили к лестнице наверх. Атом зарычал и попытался скинуть сеть, Айта замерла, смотря на меня прощальным взглядом, Маргела плакала, не скрываясь. А неразлучная парочка, Чет с Алёной стояли рядом и смотрели друг на друга, стараясь не замечать ничего вокруг. Конечно, так легче…

Что странно мне не было страшно, от слова совсем. Я чувствовала, что могу прекратить этот балаган, чувствовала в себе силу, которой здесь было много и сейчас мой резерв разрывался от нее, не помогало даже поглощение Мердито. Вот, про него совсем забыла. Бутон неизвестно чего не спал и посылал мне свою уверенность и спокойствие, даже больше чем Марик. Я прислушалась к себе, да поддержка Мердито не дает мне скатиться в истерику, и это было странно.

— Когда он будет проводить ритуал, четко следуй моему указанию, я буду контролировать, что и как провернуть, чтобы ты получила статус, — тут же сказал Марик, когда меня затащили наверх странной конструкции. Это была плоская площадка с алтарем посередине. На самом алтаре было отверстие, из которого шел синий луч. Он гудел и ярился и мне казалось, ему не нравилось быть закованным в алтарь. Вокруг алтаря выбита пентаграмма, которая сейчас светилась синим. Наверху остались лишь мы: Ян, Регирд, дух стонущий в сетке я и… Алька. Я попыталась кинуться к лежащей на каменном полу подруге, но сетка мне помешала, я упала на колени, охнула от боли.

— Я сдержу своё слово Лейра, — сказал мне император, — твоя подруга будет жить в своей семье, но ты должна пройти ритуал.

«Кому должна я всем прощаю» крутилось у меня в голове, а за Альку вы все получите.

— Марик, почему я не могу их всех тут раскидать, я ведь могу!

— Можешь, — тут же ответил проводник, — потом будешь всю жизнь ловить одного по всей Эйдане, а второю по подземкам. Ты была права, когда подозревала, что без печати она сможет гулять, где захочет и мышление у нее нечеловеческое, и понятия добра и зла размыты давно.

— Хорошо, хорошо, будем делать, как ты сказал.

— Так-то, — глухо ответил проводник.

Я молчала и не отвечала императору, тот хмыкнул и посмотрел на Янсвара, потом, подошел к Альке и поднял ее одной рукой. Подруга сломанной куклой висела на руке, ее волосы светлым потоком закрывали лицо, и я не могла понять, жива ли она. Регирд немного встряхнул ее и Алька застонала. Жива.

— А теперь, чтобы ты была покорна измара, я дам тебе стимул, и он отпустил свою силу, которая стала забирать у Альки жизнь, а в руку взял меч приставив к горлу, где билась синяя жилка, — приступай Алор.

Ян поставил меня на ноги и разрезал сетку, проговорив какое — то заклинание.

— Встаете к алтарю, чтобы я вас видел, — командовал Регирд, — Алор, достань кинжал.

Мы делали все, что нам говорил император. Ян достал странный нож, с ручкой в форме змеи и изогнутым клинком, на котором переливались рунаставы мергов.

— А теперь слушай меня, — стал говорить уже мне Марик.

— Алор ритуальную речь, — отрывисто говорил Регирд и его глаза в предвкушении сверкнули, он посмотрел на все еще беснующуюся в сетке асинейру, — скоро любовь моя, ты будешь свободна. Алор наговор! — уже громче крикнул император Яну. Алор посмотрел на меня впервые открыто, с улыбкой и мне это не совсем понравилось.

— Бьёшь в сердце, — не отрываясь от Яна сказал император, — и без неожиданностей, я убью ее не задумываясь, — Регирд тряхнул бессознательной Алькой.

— Марик, — неуверенно спросила я.

— Не убьет, — усмехнулся в голове проводник, — он многого не знает.

— И зачем такие трудности, — злилась я, — мне тяжело сдерживать злость.

Ян подошел и встал рядом со мной, и стал говорить. Император не мигая, смотрел на моего мужа, но я видела, как он был напряжен. Асинейра вдруг замолчала и замерла:

— Лим?! — услышала я ее возглас, — Лим! — крикнула она еще сильнее и вдруг расхохоталась как сумасшедшая, которой она в принципе и являлась.

— Я отдаю сердце! — вдруг сказал Ян, — Я отдаю душу! — продолжил он и посмотрел на меня черными, как ночное небо глазами.

— Повторяй за ним, — тут же скомандовал Марик.

Я повторила слова про себя и посмотрела на высокородного ожидая, что делать дальше.

— Не бойся, я знаю, что он собрался делать, — усмехнулся Марик, — и ты не подведи Лейра, верь мне.

— Алор, в сердце! — крикнул, не выдержав заминки император, — бей ее в сердце!

— И призываю Силу! — крикнул Ян и взмахнул кинжалом, я вздрогнула, но кинжал проткнул не мое сердце, а оказался в груди моего мужа, Ян захрипел.

— Быстро последние слова и бей себя в сердце кинжалом! — сказал Марик.

Я замерла, не успевая осмыслить приказ, время словно замедлило свой ход. Асинейра хохотала, император ярился так, что от него волнами отходила сила, а я крикнула:

— Я призываю Силу! — и выхватив кинжал из рук мужа, который вдруг решил его не отдавать, смотри какой заботливый, и воткнула его себе в грудь, там, где сердце.

Боли не было. Совсем. А вот вокруг творилось интересное. Мир на секунду замер и от нас во все стороны пошла волна силы, которая сбила с ног всех, кто был внизу и рядом. Казалось, сам воздух искривлялся и вспучивался, сбивая все, что стоит на его пути, даже деревья валились ровным кругом, страшно, и красиво одновременно.

Император тоже завалился на пол рядом с духом свое жены, которая замерла и смотрела вокруг.

— Вот чего я хотела, — сказала она вдруг спокойным голосом и посмотрела на мужа, который пытался дотянется до меча и Альки, — Но Лим не захотел помочь, — сокрушенно сказала асинейра и посмотрела на меня словно я тот самый лим не пожелавший ей помочь.

— Он ведь у тебя? — утвердительно сказала она.

Я посмотрела вниз на свою грудь, из которой все еще торчал кинжал и поняла, что крови нет. Вытащила кинжал, кинула его в сторону, как мерзкую змею и посмотрела на рану, из которой золотым светом била магия.

— С тобой, — кивнул дух и села на колени, сложив руки, как при молитве, перед собой.

Я кинулась к мужу, который все еще был без сознания, но я знала, что он тоже жив, перевернула его на спину и зачарованно замерла. Рана на его груди тоже сверкала золотом, а чернота, которая покрывала одну сторону лица постепенно уходила, оголяя зарастающее новыми мышцами и кожей лицо. Надо сказать, зрелище не для слабонервных.

Я посмотрела на императора, который все еще пытался подняться, словно жук шевелил руками ногами и не мог перевернуться на живот.

— Лим, — выдохнула асинейра.

— Да, я тут Кнерса, — услышала я голос Марика и тут же золотистая вспышка на моей руке и появляющийся из нее Марик, или не Марик. Это был не мой мыш, где мой мыш?

Мужчина представительного вида, в красивом белом костюме, с длинными седыми волосами, которые красиво обрамляли совершенное, но уставшее лицо.

— Я твой Марик, — усмехнулся мужчина, а у меня рот не открывался его так назвать, — могу еще раз представиться, улыбнулся мужчина, и его фигура немного размылась, он был не материальный.

— Изреалиан Гидироссу Марикса Навь, а попросту Лим.

— Ничего не понимаю, — растерянно посмотрела на асинейру которая смотрела на лима Марика, как на бога.

Услышала стон Альки и пошла к подруге, проверила на наличие травм, упокоилась, скоро придет в себя.

— Ну что ж все, кто мне нужен в сборе, — сказал Марик и посмотрел на императора, который все же уже сел, но не мог встать.

— Да Кнерса я не ответил тебе и не дал силу твоему избраннику, потому что и сам умирал.

Дух всхлипнул и опустила голову.

— Но тут есть те, кто не понимает, что происходит, правда Лейра, — сказал Марик с улыбкой я самопроизвольно улыбнулась в ответ, — Выпусти Мердито, — кивнула мне лим.

— Прямо сейчас? — не понимая оглянулась вокруг.

— Да, — кивнул Марик.

Я открыла пространственный браслет и наружу выплыл бутон, все так же распыляя золотую пыль.

— Он все — таки существует, — тут уже не выдержал император и посмотрел на меня со злостью, — мерзкая измара, мне нужно было убить тебя сразу.

— Замолчи, — перебила его асинейра, — ты даже не представляешь кто это.

Марик улыбнулся и поднял руку, бутон по воздуху подплыл поближе и прилип к руке непонятного лима, вот Марик был мне понятен, а этот лим странный.

— Я все расскажу, — сказал лим и сел прямо на камень рядом с Яном, который уже приходил в себя. Он полностью выздоровел, даже намека не было, что его лицо было обезображено. Я аккуратно положила голову подруги на землю и пошла к мужу. Тот открыл глаза резко:

— Лейра, — вырвался из его горла крик, он схватил меня за руки, подскочил как пружина, быстро огляделся. Прижал к себе мое уставшее тело и стал ощупывать дырку, которую проткнул кинжал.

— С ней все в порядке Янсвар Алор и с тобой все в порядке, вы оба выполнили все условия получения статуса асинейра, — сказал Марик, — у нас осталось мало времени, а мне еще надо рассказать вам, что произошло.

Марик оглядел всех нас. Мердито повисело в воздухе и направилось ко мне, пристроилось прямо над головой, рассыпая свою пыльцу. Ян зачарованно смотрел на бутон и на меня.

— Что, — спросила я, — да, я всех обманула, жалко было отдавать кому — то.

— И правильно сделала, — сказал Марик, ты сделала правильный выбор. Твой статус не просто получить Лейра, я не могу отдать свою жизнь кому попало, но отдать ее тому, кто возродит наш род, я могу.

— Это кто? — напряженно разглядывая лим, спросил Ян.

— Марик, — также громким шепотом ответила мужу и прижала палец к губам, чтобы прекратить вопросы.

— Мы называли себя лимы, «властители бездны», — Марик улыбнулся, — самое близкое слово, которое подходит для нашего определения в твоём языке Лейра это левиафан. Мы бороздили по безграничному космосу, исследовали вселенные и казалось, были счастливы. Но однажды пролетая мимо одной погибающей планеты, получили странный зов. Один из нас заинтересовался и стал наблюдать за погибающим шариком, и да на планете была разумная жизнь и они посылали сигналы о помощи.

Я помог им, остаткам, когда — то большого племени, и оставил жить на себе, с увлечением наблюдая, как мелкие разумные устраивают свою жизнь. Они почитали меня как бога. Тогда — то я и взял эту личину, чтобы представать перед ними в решении важных вопросов. Постепенно все мои родичи взяли к себе этих разумных, их самоназвание было мерги. Каким — то велением вселенной, они оказались созвучны нам в силе и созвучны нам мыслях. На долгие тысячелетия мерги стали нашими вечными спутниками, а мы их домом. Некий симбиоз, при котором мерги могли пользоваться нашей силой, а мы не скучали с такими соседями.

Но однажды мерги нас предали, они захотели не просто сосуществовать вместе, они захотели превратить нас в своих рабов. Несколько левиафанов погибло, но мы избавились от мергов и ушли путешествовать дальше в бескрайний космос, оставив их жить в новом мире. Мы не смогли их убить. А вот они сделали из нас своих врагов и готовились, и создавали оружие, чтобы убить нас. В их извращенной истории оказалось, что мы были предателями и кинули их на произвол судьбы на дикой планете где им пришлось выживать.

За многие тысячелетия, они создали сильную империю, обосновались в нескольких мирах и казалось, стали умнее. Но когда они встретили нас снова, то напали и применили свое оружие. Они создали его специально для нас, «Черную смерть», что поражает наше сердце. Я был уже ранен, когда корабль Кнерсы атаковал меня. Я успел уничтожить врага, а сам приземлился на Эйдане, чтобы умереть в тиши планеты. Но оказалось, что не все мерги погибли. Очень скоро они меня нашли, а пользоваться моей силой в них заложено природой. Лим Лейра, это не просто магия, это моя кровь, моя лимфа, моя жизненная энергия, моя сущность.

Я сглотнула и посмотрела на улыбающегося Лима.

— Я чувствую тебе противно, не считай себя каннибалом, — мужчина улыбнулся, — я умирал, а они жили и развивались довольные и счастливые, была лишь одна печаль, что остались только женщины.

Но очень скоро по моим меркам к ним присоединились местные мерги, но они не могли пользоваться моей силой как те, что прилетели из космоса и тогда Кнерса стала проводить опыты и пытаться переделать природу местных людей. Ее опыты не увенчались успехом, она создала пожирателей. Она обратилась ко мне, прося, чтобы я помог ей. Я услышал ее просьбу, мне было уже все равно что моя сила перейдет врагу. Я рассказал ей о ритуалах ее предков, что когда — то жили и путешествовали вместе с нами.

У некоторых мергов было звание асинейр, что на нашем языке значит владеющий, эта особь имела право не только пользоваться нашей силой, но и раздавать ее другим. Я рассказал Кнерсе, что если они впустят в себя мою силу, она заменит им кровь и жизнь, тогда Кнерса сможет излечить пожирателей, а ее муж станет править с ней пока в моем теле есть еще хоть капля лима.

Она согласилась, но ее муж, — Марик посмотрел на императора, который затих и лишь зыркал в нашу сторону ненавидящим взглядом, — он не стал пронзать свое сердце, прервал ритуал и оставил Кнерсу здесь одну, получая через метку ближника лим. Чтобы никто не узнал правду, он приказал своим людям убить последних мергов и переделал историю по своему желанию. А остальное вы знаете.

Марик встал и подошёл к Кнерсе.

— Я могу забрать тебя с собой асинейра, — сказал он, — тебе пора на перерождение.

— Я согласна, — кивнула дух и склонила голову и прости меня, — лим Марик кивнул и положил руку на голову Кнерсе

— Нет! — закричал император и кинулся на Марика, но всего лишь прошел сквозь него и упал уже на пустое место, дух исчезла, растворившись прямо на глазах.

Марик повернулся к императору и тяжело вздохнул:

— Твою участь решат твои люди Регирд, ты больше не император.

— И кто это решил, — усмехнулся высокородный, — какой — то непонятный призрак, не может диктовать мне свои условия.

— Как ты думаешь высокородный, что представляет собой твоя земля? — Марик внимательно посмотрел на императора.

— Земля — это земля! — высокомерно посмотрел на лима высокородный, — Я тут хозяин и император.

Лим покачал головой, потом закрыл глаза, я почувствовала вибрацию, и точно через некоторое время земля вокруг стала трястись, даже люди внизу падали на землю не в силах удержаться на ногах.

Марик открыл глаза, в которых бушевала сила и посмотрел на императора:

— Отныне здесь властвует асинейра Лейра и ее муж, — Марик перевёл на меня свой взгляд, — Ты чувствуешь? — спросил он меня.

Да, черт возьми я чувствовала, и это было страшно, потому что я терялась в этом знание, я понимала, но не могла представить, насколько огромным был лим, и насколько сильны были те, кто смог его почти уничтожить. Весь материк, весь Регирд с его Сонным Лесом, подземными городами, все это он — Лим, который спустился на планету умирать. Не представляю, что тут творилось, когда появился целый материк.

— Пробуй, — приказал мне Марик и я почувствовала, что правда могу, то что текло в моих венах, дает мне право быть тут хозяйкой. Даже самой стало интересно. Я подошла к краю платформы, на которой мы стояли и протянула руку вперед, притягивая землю, которая степенями выстраивалась к моим ногам. Я увидела друзей и освободила их одним щелчком, высокородных которые не понимали, что происходить собрала в одну кучу, не переживая за их сохранность, обвязала сверкающими золотом нитями, чтобы не разбежались. Потом повернулась к алтарю, что — то мне казалось в нем не правильным, и я даже поняла, что это. Печать, которая все еще снабжала высокородных лимом. Хмыкнула и разрушила гудящие энергией рунаствавы.

— Как тебе? — спросил Марик, я повернулась к своему проводнику.

— Все-таки мыш мне нравился больше, — сказала я мужчине, — а насчет силы, — я улыбнулась, — Это прекрасно и непостижимо.

Зато император был не рад, его сила пропала, и он это сразу почувствовал, без печати высокородные всего лишь измененные люди, которые не могут сдерживать свою природу, забирая жизненную энергию.

— Я больше тебе не нужен измара, но перед уходом у меня будет к тебе просьба, Мердито, зерно лима и только от тебя зависит, каким вырастет следующий лим.

— Нет Марик расти своего детыша сам, — умоляюще посмотрела на лима, — я не знаю, как человеческих детей растить, а тут целый лим.

Марик улыбнулся:

— У тебя получиться, а я не могу остаться, чернота уже почти убила меня. Очень скоро тебе откроются новые знания Лейра, применяй их с умом. Береги Мердито, — сказал, улыбаясь Марик, — найди ему защиту от «черной смерти», это в твоих руках, ведь впереди вечность.

По моим щекам текли слезы, я хотела задержать Марика, но рука схватила лишь воздух, проводник ушел, я почувствовала это так, словно кусок души вынули из груди.

— Он ушел, — выпрямился рядом император, — самонадеянный пришелец, — хмыкнул высокородный.

Потом императора посмотрел вниз, обозрел окрестности:

— Алор успокой свою жену, иначе мне придется… — но Регирд недоговорил, из его груди вылез кончик меча, и император с удивлением посмотрел на него, ошарашенно перевел взгляд на собранных мной в кучку солдат. Попытался что — то крикнуть, но не смог, из его рта хлынула кровь, он стал заваливаться набок прямо в пустоту. Ян посмотрел вниз на распростёртое тело императора и устало вытер лоб:

— Его нельзя было оставлять в живых, — словно успокаивая себя, сказал Ян.

— Ты поступил правильно, — ответила я, все еще погруженная в свое горе.

— Лейра, — Янсвар уже был рядом и обнял меня, — прости меня за то, что я тебе не сказал ничего тогда, и сейчас вел себя самонадеянно. Я думал, что если прерву ритуал, то император не сможет больше получать силу, а без силы, он всего лишь человек. Я больше не буду нарушать твой покой. — Высокородный перестал сжимать меня в объятиях и отступил, — Ты можешь быть свободна.

— Что? — не понимая к чему он клонит, посмотрела на Алора, — от чего я могу быть свободна? — нахмурилась, потом до меня дошел смысл всех его слов и я пошла в наступление.

— Больше не смей от меня сбегать Янсвар Алор, — сказала я ему, — Иначе я за себя не отвечаю.

Ян улыбнулся и каким — то невероятным образом, я оказалась в его объятиях.

— Все понял и осознал измара, — он поцеловал меня в макушку, прижал сильнее, я подняла к нему свое мокрое от слез лицо. И мы поцеловались, нежно сладко, так, словно сейчас это было одним из важнейших занятий на свете…

— Где это я? — услышала я голос Альки и потом возглас, — Лейра ты наконец — то ко мне приехала!

Мердито плавно развернулся, рассматривая Эйдану из космоса. Его «колыбель» была красива и завораживала. Левиафан прислушался к музыке безграничной бездны и где — то вдалеке ему показался странный отклик, словно кто — то звал его, присоединиться к бегу по вселенной.

— Еще рано, — подумал левиафан, — мама не одобрит.

Он еще раз медленно облетел вокруг Эйданы, когда почувствовал мамино недовольство, она переживала, что любопытный ребенок, улетит от нее, забыв про наставления. Мердито стал медленно снижаться, входя в атмосферный слой Эйданы. Когда — нибудь он вырастет настолько, что не сможет, больше садиться на планету без вреда для нее, но это время еще не пришло. Левиафаны растут медленно. Как только Мердито подлетел к огромному городу, расположившемуся недалеко от синего моря, в голове сразу возник образ мамы:

— Как ты? Понравилось? — спросила Лейра воспитанника.

— Это прекрасно, — левиафан послал образы, которые сохранил для мамы.

— Как хорошо, что ты еще маленький, — вздохнула Великая Измара, — Есть время научить тебя выживать в космосе. У твоего родителя обширные информационные залежи, которые тебе еще долго познавать. Но когда-нибудь ты станешь новым прародителем всей вашей расы Мердито, я верю, что этот день настанет.

И по родственной связи Мердито пришла эмоциональная картинка, маленькие планеты, миллионы звезд, а вокруг десятки левиафанов, бороздящих безграничную вселенную.