Божечки, ну за что? Как я могла вляпаться в такой кошмар? Причем абсолютно добровольно, с весёлой улыбкой на устах, с головой нырнула в этот бред. Всё произошло быстро, сумбурно и максимально тупо.

Жила весьма стандартно: не зная родителей, росла в сиротском приюте. Но не спешите меня жалеть: когда тебе не с чем сравнивать — такая жизнь кажется абсолютно нормальной. Да и с позиции взрослого и трезвого взгляда понимаю, что с приютом мне весьма повезло, с воспитателями тоже, то есть угнетённой и несчастной я себя в принципе не чувствовала.

В итоге детство и юность прошли вполне безоблачно. Да, розовых очков на мне не было, я всегда понимала, что жизнь — это некий бартер, в котором просто так звёзды с неба тебе в карман не падают. Чтобы чего-то достичь, нужно как минимум что-то делать, а чтоб это что-то выходило хорошо — прикладывать огромное количество усилий.

По паспорту я Миронова Милания Михайловна. Кого благодарить за это сочетание трёх «М», не представляю: либо неведомых родителей, либо тех, кто оформлял меня же. Эдак, с юмором, можно сказать. Тем более на имени у всех возникает затык, да и Милания, в моём понимании, имя дамочки необременительного поведения. Поэтому полностью я никогда не представляюсь, сокращая до приемлемого «Мила».

Внешность стандартная, но я ею однозначно довольна. Рыжая, причём натуральный оттенок приближён к красному, глаза зелёные — всё по канонам. Веснушек немного, и те только летом, никогда их не убирала, мне не мешают, а на остальных плевать. Фигура довольно средняя, обильными формами не отличаюсь, но тело подтянуто, и в сочетании с невысоким ростом это даёт, как по мне, прекрасный и, главное, результативный удар по противоположному полу.

Тридцать лет в детстве казались пенсионным возрастом, почти близким к смерти. Как можно быть такой старой и не быть умудрённой жизнью? А мудрость, она же просто так не даётся, она только приближает объятия костлявой. Примерно с такой логикой я существовала в начале своего жизненного пути. Но когда ты сам приходишь к любому возрасту — в твоих глазах всё выглядит совершенно иначе.

Вот и я: жила себе спокойно, размеренно и весьма бесполезно. По моим скромным представлениям, время пролетало очень быстро и какого-то морального удовлетворения мне не приносило. Всё как у всех: работа — дом — работа. Регулярно в эту схему вписывались необременительные романы, а иногда — наоборот, весьма обременительные. После которых в голове лишь одна мысль: «Больше ни-ни, ну их нафиг этих самовлюбленных и себялюбивых альфасамцов».

Всё же я категорически не понимаю, как из маленького и стеснительного мальчика, которых так много вокруг, вырастает разбалованное и эгоистичное существо, которое, кроме своей великой персоны, не замечает ничего и никого. Экология на них что ли отыгралась так, что себялюбие растёт буйным цветом и прёт, так сказать, из всех щелей? Мои научные изыскания на эту тему начинались примерно одинаково: новые отношения, первые свидания, распушённый павлиний хвост и уверения, мол, я не такой, как все, я мистер идеальность, а один — потому что бывшие попадались монстрами во плоти, не любили, не ценили и ещё много всяких «не». После этих фраз кандидат на мою призовую тушку сразу заносился в список «можно для здоровья, ежели фактурой привлекает, и сразу вычёркиваем», то есть исключение из другого списка под грифом «долго, счастливо и необременительно» было гарантировано.

В моём сознании никак не увязывалась череда меркантильных, отвратительных девиц и некого ангела во плоти. То есть, я представляю себе возможность неудачных отношений с некоторыми половинками. Ну, не подошли друг другу, разные взгляды на мир и ещё множество причин неудачного завершения романа. Но вот чтобы весь женский пол вёл неокончаемую охоту за неким очаровашкой — то бррр, тут явно попахивает чем-то противным и явно не от женского пола.

Так в основном и проходили мои отношения: либо одна встреча и удалённый номер, либо пара встреч и завтрак в постель, либо регулярные встречи, которые характеризуются сексом несколько раз в неделю. Главным критерием последних было желание обоюдного удовлетворения, а не пять минут и спатки. У каждого своя жизнь и своя территория, в идеале — чтоб это всё было без выноса мозга и далекоидущих планов на «мы умрём в один день», ибо умирать в один день я категорически не собиралась, как и не собиралась обзаводиться кольцом на пальце, выводком детишек и кучей обязанностей. Провели хорошо время — спасибо, и на этом, пожалуй, остановимся.

Ну не создана я для чего-то серьёзного. Это слишком большая ответственность, которая требует времени, энергии и усилий — и всё это без гарантии на успешный результат. Плюс, мне быстро надоедают отношения, в которых страсть превращается в обязанность. Терпеть на своей территории постороннего человека и менять свои планы ради секса раз в неделю? Нет, спасибо, отмените заказ, такое брать не буду. К сожалению, все мои долгоиграющие отношения примерно на этом этапе и заканчивались. Я отказывалась посвящать всю себя очередному идеалу, а идеал отказывался принимать мою позицию, поэтому, в моём понимании, лучше несколько коротких, но ярких романов, чем один длительный, но скучный.

В конечном итоге моя размеренная жизнь столкнулась с х… обстоятельствами, иначе эту абсурдную череду событий не назвать.

Нужно было повесить себе табличку на шею с надписью: “Если у тебя есть правила, следуй им”.

Сколько раз убеждаюсь, что если у людей есть проблемы, то они тебя никоим образом не должны касаться, в итоге ты будешь крайней при любом раскладе, но нееет, не выродилась во мне вера в людей, каждый энный раз на одни и те же грабли.

Началось всё с того, что коллега попросила подменить её на работе. Мы не то, чтобы дружим, но отношения у нас довольно ровные, и, поскольку я стабильно одинокий одиночка, то выйти в выходной мне труда не составит. Желательно не просто так и не за полное благодарности «спасибо», но помочь я таки согласилась.

В конечном итоге незапланированный рабочий день прошёл стандартно, ничего сверхъестественного не происходило и вселенная не посылала ни меня, ни намёков мне же.

Приехала домой уставшая, как побитая собака, и даже не успела переползти в пижаму, как раздался телефонный звонок с иконкой любимого шефа:

— Миронова, ты чё сотворила? — этим ором можно было глушить рыбу в реке, а не только меня, шеф, видимо, долго тренировался. — Ты чего наворотила? Я тебя, б…, спрашиваю?

Ничего непонимающая я решила содержательно промолчать, дабы выяснить, что я такого сделала и когда успела, и главное, почему сама об этом ни сном, ни духом.

— Ты решила, что самая умная, да? Идиотка, на кой чёрт реальный отчёт в верха отправила, дура ты тупая? Ещё и с кучей жалоб. — шеф продолжал распаляться, а колесики в моей голове закрутились, чтобы собрать данные в кучку, и понимание происходящего начало маячить где-то на горизонте.

— Борис Юрич, я ничего не отправляла. — попытка вставить что-то в монолог о моей тупости успехов не достигла.

— Ты, с… такая, тебя из жалости тут держали, доходягу, а ты гадить решила? Что ты кому тут доказала? — перед глазами возникла яркая картинка, как шеф брызжет слюной в разные стороны, и я искренне порадовалась, что нахожусь на безопасном расстоянии от этого слюноразлива.

Ну, прям таки из жалости они меня держали. Я работаю не хуже остальных, можно сказать, пашу как проклятая в стезе бухгалтерского учёта и прочей цифровой лабуды. Зарплату свою оправдываю на все сто, а прыгать выше головы ради сомнительного внимания начальства не вижу необходимости. Хотя, как понимаю, необходимость нашла меня сама и тыкнула носом прямо в кучу чего-то нехорошего.

— Ты думаешь, что всё просто так закончится? Да я тебя сгною! С волчьим билетом тебя даже полы мыть не возьмут!

— Я ничего и никуда не отправляла. Борис Юрьевич, мы с вами работаем уже несколько лет, я всегда была обычным сотрудником, которому чхать на подводные течения.

— Миронова, ты отправила целую книженцию с докладами, жалобами и прочей хренью со своего компа. Со своего, дура ты такая. Могла хоть немного подумать?!

— Я сегодня за своим компом даже не работала! — перебиваю я.

В мою голову плавно втекает мысль, что коллега-то не просто так попросила выйти вместо неё, и самой крайней в некой ситуации решили сделать именно меня. Как самую рыжую.

— В системе чётко прослеживаются действия, Миронова. Мои ребятки просмотрели рабочий день от и до. Вся информация ушла от тебя. Вся. — шеф уже не орёт, вернее орёт, но хоть не так оглушительно.

— Я работала на месте Ринаты, она просила её заменить. — попытка оправдаться звучит не очень, но молчать не выход.

— Жди, Миронова, я проверю ещё раз. Исключительно из жалости к тебе, идиотке. Можешь молиться за хороший исход. — на этом высокое начальство бросило трубку.

Нда, пожелание, конечно, так себе, к вере я была совершенно равнодушна, и посвятить пока ещё свободное время бесполезным молитвам в планах не стояло. Понимание, что встряла я по самые не могу, красной строкой бежало перед глазами. Чёрт дери эту Ринату, я ж никогда не лезла во внутренности нашей работы, свои обязанности выполняла и всё на этом. Детали меня не интересуют. Тем более никому из сотрудников преднамеренно не гадила, и ей в том числе. Куда эта зараза меня втянула — не представляю, но явно ничем хорошим для меня эта чехарда не закончится. Самокопание прервал звонок телефона, одним глазом глянула на дисплей, ага, начальник службы безопасности.

— Милка, собирай монатки и свали на пару недель, пока шеф не успокоится. — спокойный голос в телефоне меня совсем не успокоил.

— Виктор Иванович, но вы же понимаете, что я ничего не делала, куда мне деваться? — хоть одна адекватная персона за сегодняшний вечер, может, посоветует чего дельного да умного.

— Мил, мы уже давно всё выяснили, Рината тебя хорошенько подставила перед шефом. Ты сейчас попала под очень горячую руку, но и сама она при этом вляпалась по самые уши. Мы всё же разумные люди, и плюс с минусом соединить способны. Шеф ещё долго будет в бешенстве, и как всё устаканится, мы решим проблему с тобой. Но где-то переждать тебе просто необходимо, ему сейчас твоё присутствие как бельмо на глазу. Рината разворошила такой улей, что и тебе достанется по самые гланды. Вроде не виноватая, но крайняя. Мой тебе дружеский совет: съезди в глубинку, подыши ёлками или ещё чем, чтоб от тебя тут ни слуху, ни духу не было. И телефон свой отключи, чтоб звонками не разорвали.

— Поняла, Виктор Иванович, через две недели выйду с вами на связь. — больше цензурных слов у меня не было, нецензурных тоже. В голове вообще был абсолютный вакуум.

Вот так и начался мой незапланированный отпуск по безлюдным краям. Из этого разговора я прекрасно поняла, что мне достанется море незабываемых впечатлений, и никого не будет волновать, отправляла я что-то или нет.

Быстренько собрала чемодан, запаковав лишь самое необходимое, загрузилась в машину и поехала на турбазу в соседнюю область. Место не очень популярное, конкретная глухомань, из достопримечательностей лишь ёлки. Сети нет, интернет есть только в домике, где находится ресепшен, населённых пунктов рядом тоже, как вы поняли, не наблюдается, короче, всё как рекомендовали.

Помедитирую, отдохну и побуду наедине с собой, надышусь наконец-то проклятыми ёлками, тем более в отпуске я довольно долго не была. Короче говоря, планы построила не самые плохие.

На удивление, я абсолютно не нервничала, словно все эмоции кто-то выключил, то ли реакция на стресс замедленная, то ли всё накопленное чуть позже вылезет в самый неподходящий момент. Склоняюсь к последнему. В голове лениво гуляла только одна мысль: хорошо, что не успела завести кота, хотя уже присматривалась и даже созванивалась с заводчиками. Решилась, наконец, на такую ответственность, как чужая, полностью зависимая от меня жизнь. Кот бы явно всё усложнил, поэтому откладываю эту мечту на неопределённое количество времени, но как только всё устаканится — обязательно. Первым пунктом в будущем плане будет кот.

Спустя пару часов размеренного вождения решила дать себе маленькую передышку. Сомневаюсь, что кто-то гонится за нерадивой мной, тем более по словам нашего безопасника всё закончится в теории хорошо, поэтому можно и выдохнуть.

Стою я, значит, на обочине, исправно дышу во все лёгкие сказочным воздухом, наслаждаюсь природой, а на душе тишина. Абсолютная.

Лениво поворачиваю голову в сторону, а на меня на всех парах несётся подросток неопределённого пола, причём несётся совершенно беззвучно. Вижу, что на меня бегут, и бегут очень быстро. По идее, я хотя бы звук удара ног об асфальт должна слышать, но ти-ши-на. Единственное, что успел сделать мой организм до столкновения, это в удивлении поднять брови. А это чудо хватает меня за руку и тянет за собой, приговаривая:

— Беги, глупая, беги же, сейчас нас опять загребут нафиг.

Как-то абсолютно независимо от моих желаний я начинаю бежать следом, не вырывая руку и, уж тем более, не задавая никаких вопросов. Ночью. В лесу. За каким-то оборванцем, которого вижу впервые в жизни. Видимо, мозг в конкретном шоке, но я действительно бегу, причём практически нога в ногу на нереальной скорости, держась за тёплую ладонь. Никогда в жизни так быстро не бегала. И тут нас ослепляет белый свет, который исходит, кажется, со всех сторон. Почти не могу пошевелиться, словно попала в кисель. Слышу только горькие причитания эдаким фоном:

— Не успели… Ну кааак так? Опять не вышло…

Последней связной мыслью было только, что опять я куда-то вляпалась по самое не могу и снова непреднамеренно.

В себя приходила урывками: то возвращался слух, и я слышала чей-то плач, то прояснялось зрение, и перед глазами маячил белый потолок, слепящий свет от которого вызывал слёзы. Тела своего практически не чувствовала, это была тотальная дезориентированность, словно очень сильно перебрала, но память, как назло, никуда не делась. Я прекрасно помнила подростка и неудавшийся побег. Зато точно на две недели пропаду. Гарантировано даже. В какой-то момент мне стало ощутимо легче, и сознание уплыло куда-то далеко.

Вынырнула из спасительной темноты в один момент, словно организм решил, что прохлаждаться уже достаточно и таки нужно что-то делать. Стараясь не менять ритм дыхания, по возможности дышать спокойно и размеренно, прислушалась к окружающему миру. По ощущениям, я лежу на чём-то жёстком, головой, по ходу дела, на чьих-то коленях. Мою тушку уложили на спину, а про неведомые колени информация подтвердилась, ибо нежданная подушка пошевелилась и нежно погладила меня по голове рукой. Максимально постаралась сдержаться, чтобы не дёрнуться от неожиданности. Если ориентироваться на слух, то мы с владельцем колен здесь явно не одни. С разных сторон слышится бормотание на незнакомом языке, а где-то и тихие всхлипывания.

Попытка незаметно открыть глаза и глянуть обстановку с треском провалилась, ибо я сразу же встретилась взглядом со знакомым по недавнему забегу подростком. Встретилась, и дар речи у меня пропал, так и не появившись. Глаза были явно нечеловеческие. Насколько я помню уроки биологии: глаз с узким продолговатым зрачком у людей не бывает. Идею с линзами пришлось отвергнуть мгновенно. Зрачок за секунду изменил форму на круглый и вернулся в исходную позицию.

Такс, подумала я, либо крышечка уже поехала, либо она поехала давно, а я и не заметила на радостях. Закрыла глаза в надежде, что когда открою, всего этого не будет, тем более таких странных глаз прямо по курсу.

Эту попытку высшие силы мне не засчитали. При открытии поочередно то одного, то другого глаза ситуация категорически отказалась меняться. Кошачьи глазищи были на месте, зрачок соответственно тоже был. На том же самом месте. Из нового: этот субъект мне улыбнулся. Видимо, в целях успокоения, но когда видишь вместо голливудской улыбки хищные клычки, схожие с кошачьими, то вместо успокоения результат получается диаметрально противоположным, пульс начинает звучать со скоростью автоматной очереди.

— Привет, ты как? — спросил или спросила меня полукошачья личность.

Бредовее ситуации, казалось бы, быть не может, но нет, как же я ещё могла ответить, кроме:

— Нннормально. — опа, голос есть, мой, родненький, охрипший слегка, но при этом всё же он на месте. Пока что.

— Представляешь, а нас загребли. Мы так бежали, я от тебя даже не ожидал такой скорости, а всё равно захапали, — восторженно заявил, видимо, мальчишка. Раз он «не ожидал».

Так, пора принять более независимое положение. Плавно перебралась в сидячую позу, попутно отметив слабость во всём теле. Окинула быстрым взглядом окружающее пространство.

Большое помещение со специфическим, как бы слегка отсутствующим интерьером и огромным количеством белого цвета. У меня возникла ассоциация с больницей, только довольно странной. Избыток освещения, от которого, если начать присматриваться, слезились глаза, никакой мебели не наблюдалось, просто большой белый куб. Запах тоже стоял неопознанный, словно в стоматологической клинике, пахло дезинфицирующими средствами. Вроде.

По всему периметру были люди. Если не присматриваться. Но я ж внимательная, сразу присмотрелась, и мысли о поехавшей крыше стойко вернулись и стали нашёптывать мне про галлюцинации.

Я решительно ущипнула себя за руку. Опустила взгляд и спокойненько понаблюдала, как начал наливаться знатный синячище, ибо сил точно не пожалела. При этом желаемого эффекта типа «проснуться», к сожалению, не достигла.

Насколько поняла по следующим словам, клыкастый субъект с интересом следил за моими действиями:

— Ты головой стукнулась, да? Чего ты с-с-себе вредишь? — голос был наполнен тревогой, он даже заикаться начал. Бедняга. Я сейчас вообще в обморок грохнусь и закончу на этом сегодняшний концерт.

В голове начала стучать подлая мыслишка про попаданство, но я постаралась её отложить на некоторое время. Желательно навсегда. Так, Милка, соберись с силами, я тебя очень прошу. Крик в никуда, видимо, помог, так как с языка стали срываться вопросы:

— Мы где находимся?

— Как где, на корабле, понятное дело, сама же видишь. — как само собой разумеющийся факт сообщил парень.

— На каком корабле? Последнее, что я помню, это как мы бежали по лесу, и всё побелело.

— Так это нас телепортировало на корабль, мы ж из зоны действия телепорта не смогли убежать. Ещё б несколько метров, и нас бы никто не тронул.

Понятнее мне, честно говоря, совершенно не стало. Но я всё же постаралась взять себя в руки, сделала несколько глубоких вдохов и пошла в наступательный допрос.

— Почему я тебя понимаю? — вопрос животрепещущий. Я осознаю, что он говорит на другом языке, но это происходит только если прислушиваюсь, в остальные моменты я прекрасно понимаю его речь.

— У меня универсальный переводчик растворился уже, мне теперь все языки подвластны, и разницу я не замечаю. Тебе тоже вкололи.

— Куда вкололи? — в панике начала себя ощупывать, ожидая самого худшего развития событий в виде аллергии, передозировки и прочих кошмаров, которые мгновенно пронеслись в голове. Хотя в списке проблем это ничего особо не изменит. Печалька...

Во время ощупывания поняла, что тело таки моё, никуда не делось, всё на месте. Обнаружила, что чувствую незначительную боль в плече, которую стойко не замечала ранее. Внимательно осмотрев пострадавшее место, нашла лишь маленькое пятнышко, словно мошка укусила.

— Ты уже сознание потеряла, тогда тебе и вкололи. Переводчик распадётся, и ты понимать всех будешь, на любом языке, а пока могут быть сбои. Они всем его колят, не переживай.

После этой фразы переживания никуда не делись, но они однозначно решили притаиться до следующей истерики. Не всё же сразу, нужно растянуть удовольствие.

— Чей корабль? Зачем мы здесь? Как можно покинуть это место? — в голове крутилось ещё множество вопросов, но пока остановимся на этих.

— Так, бирников корабль, они нас всех захапали и тебя, по пути, тоже. Продавать нас, наверное, будут. Или выкуп попросят, если найдут у кого. У тебя есть кто-то, кто выкуп даст? — глазищи заинтересовано сверкнули из-под косматой чёлки.

— Погоди, как продавать? Мы же свободные! — моему шоку не было предела, голова закружилась и перед глазами начало темнеть. Слова мальчишки явно попахивали гадостной правдой.

— Нет тут свободных! — рявкнули за спиной. — Все, кто попал в этот трюм, уже несвободны.

Я как-то выключила другие объекты из зоны внимания, но эти самые объекты, видимо, меня не выключили и старательно прислушивались к моим вопросам. Повернув голову, наткнулась на похожие кошачьи глаза и оскалённый в нерадостной улыбке рот. Да-да, с клыками.

— Простите… — пролепетала я в полном непонимании, планируя продолжить речь, но кто б мне дал.

— Не прощаю. Из-за тебя хесси не смог убежать. Из-за тебя. Зачем он тебя потянул? Ты его явно замедлила. — сокрушительно простонал мужчина, прикрывая рукой глаза.

На этих словах меня обожгло чувство вины, перемешанное с ощущением тотальной несправедливости. Я тянуть меня никого не заставляла, видимо, просто оказалась не в том месте, не в то время. Полоса каких-то вселенских невезений с частичкой «не». Стоп, они меня тут сейчас сделают врагом всего народа и прикопают по-тихому или ещё чего похуже.

— Я не могу отвечать за действия других существ! Здесь я оказалась непреднамеренно, и обвинять меня в чём-либо вы не можете, я вообще очнулась не пойми где, в абсолютной неизвестности! — вот так, молчать точно не собираюсь, с шефом разок промолчала, и куда это меня привело? На корабль к каким-то бирникам.

Мужик притих, только смотрел на меня периодически без всякой приязни. Я же начала распрос юного дарования, стараниями которого оказалась в этом злачном месте. По крайней мере, он явно дружелюбно настроен, так как, стараясь меня то ли приободрить, то ли пожалеть, периодически поглаживает по плечу. Из этого допроса выяснилось следующее. Во вселенной земляне не одиноки, но то, что мы пока ни о ком не знаем, совершенно не значит, что про нас не знает никто. Как я поняла из ответов, Земля, в некотором роде, заповедная зона, в которую по каким-то непонятным правилам лезть стоит лишь в крайнем случае, ибо за это будет мощный нагоняй. Люди для остальных рас — как детский сад для несмышлёнышей, присматривают периодически, чтоб мы планету не взорвали, а в остальном чем бы дитя не тешилось, развивайтесь во всех направлениях, как говорится.

Но далеко не всех волнует гипотетический нагоняй, раса бирников чхать хотела на всё и всех с высокой колокольни, они и так добропорядочными гражданами мировой системы не являются, промышляя работорговлей, похищениями и прочими гнусными делишками. Вот и в этот раз они пополняли запасы продовольствия, так сказать, на халяву, а мальчонка с помощью своего взрослого сородича смог выскользнуть на волю. Если б ему удалось убежать за пределы зоны действия телепортационных лучей и затеряться на планете, его с помощью маячка родительского контроля отследили бы родственники и вернули на исконную планету. На корабле же этот непонятный сигнал каким-то образом глушится.

В принципе, это и вся информация, которой мне удалось разжиться до того момента, как нас прервали. Неожиданно раздался противный писк на уровне ультразвука, который сильно давил на психику. В попытке всё прекратить, я зажала уши руками. Мальчишка настойчиво потянул меня к стене. Посмотрев вокруг, поняла, что все существа, включая ораву детей, разлетелись по периметру аналогичным образом.

С потолка начала опускаться платформа, на которой стояли несколько гуманоидов. Больше всего они напоминали персонажа Чубакку из какого-то старого фильма — огромные, мохнатые, похожие на йети существа. Двое вооружены, тщательно сканируют глазами окружающее пространство, словно ожидают, что кто-то кинется на них, несмотря на оружие в лапах. Третий же обвешан каким-то непонятным снаряжением.

Осмотрев всех, плавно сканируя нас неведомой фигнёй, главный бирник скомандовал нескольким существам подойти к нему. Среди них, насколько я поняла, было в основном всё взрослое население нашей камеры, малыши остались на месте. Когда он остановился рядом, меня одолел панический страх, что высадят в открытый космос, и на этом мой жизненный путь завершится. Жить захотелось с удвоенной силой. Даже с утроенной.

— Сколько циклов прожила? — прохрипел главный.

— Не знаю… — чего вы от меня хотите-то, какие к лешему циклы?

— Примитивная, сколько видела зим? Полных оборотов планеты вокруг солнца? — голос стал ещё грубее, но хоть понятнее стало, что необходимо отвечать.

— Тридцать полных циклов.

— Идёшь со мной. Плохо выглядишь. — ну вот и закончилась моя эпопея по инопланетным кораблям.

Видимо, Чубакка решил, что не тяну на их полицию нравов, фейсконтроль не пройден, следующая остановка — звёзды. Встала, выпуталась из цепких лапок подростка. Сердце рухнуло в пятки, пульс мгновенно зашкалил, а тут меня ещё и за предплечье схватили, видимо, чтоб не дала стрекача. Хотя куда я денусь-то с подводной лодки? В открытый космос, что ли? В ужасе прошла на платформу, вместе с остальными, руку мою при этом так и не отпускали.

Платформа плавно поднялась, и мы оказались в коридоре, где разделились на две неравные группки: остальные вместе с вооружёнными ребятами пошли в одном направлении, меня же потянули в противоположном. Ноги заплетались то ли от страха, то ли от слабости, точно не определила, склоняюсь к мысли, что все факторы смешались в кучу.

В итоге меня привели, по моим предложениям, в медицинский кабинет, поскольку здесь было огромное количество датчиков и устройств. Руководил в этом царстве уже другой персонаж, который, всплеснув руками, подскочил ко мне и начал вертеть меня из стороны в сторону, словно куклу, периодически осматривая и произнося странные замечания. Я понимала только несколько отдельных слов, а все предложения — нет. Характерное для медиков поведение, независимо от расы.

Из всего диалога между ними я уяснила, что для тридцати циклов мой организм сильно изношен, много за такую подзатяганную меня не получат, а закон уже нарушен. Продавать, раз попалась, нужно подороже. Если кратко, планируют лечить, чтобы окупить расходы. Логика, в целом, понятна. Ну, не в путешествие без воздуха отправят и ладненько.

Чувствовать себя куском мяса мне не особо понравилось, но изменить что-либо в данный момент не считаю возможным. Герой из меня никакой, поэтому стою молча и позволяю крутить себя в разные стороны, как лошадь при покупке — зубы, кстати, тоже осмотрели.

В результате приложили неопознанную фиговину к плечу, и сознание меня покинуло.

В очередной раз приходила в себя рывками. То плаваю в зелёном полупрозрачном желе, шевельнуть рукой не удаётся, но попытки были; то в мутной белёсой воде, руки вместе с ногами двигаются, но не очень успешно, мозг отказывается работать, состояние заторможенности не проходит. В третий раз прихожу в себя, наверное, на кровати. Белый прямоугольник, который принял форму моей многострадальной тушки, скорее всего, ничем иным быть не может.

Вокруг всё по-прежнему белое, но зато я уже способна шевелиться, хоть и вяло. Да и сознание не пропадает, уже плюс. Осмотревшись, поняла, что одета в белую (неожиданно) робу, как в больницах, и к рукам присоединены провода. По возможности ощупала себя, стараясь не напрягаться, и никаких явных изменений не заметила. Затем дотронулась до головы и обнаружила волосы. Длинные. При том, что у меня обычно чёткое каре. Ощупывание показало, что теперь волосы чуть ли не до пятой точки, если не больше. Ежели это и весь абгрейд, то слабовато, могли и парик прицепить, чтобы не париться. Хотя, возможно, у них есть какие-то традиционные заморочки с волосами, но пока что я в счастливом неведении.

Дверь бесшумно отъехала в сторону. О том, что в этом месте находится дверь, я бы в жизни не догадалась — стена выглядела монолитной. Зашёл главный медик, рыкнул мне не шевелиться и начал просвечивать меня штуковиной, похожей на лампу, глядя при этом в свой планшет. Довольно что-то в нём натыкал и отсоединил от меня оставшиеся трубки. Вернулся мой знакомый канвой, и меня повели в неизвестном направлении. Надеюсь, что к моему уже более-менее знакомому зубастику.

Надежды оправдались: меня доставили в каюту к детворе и, похоже, назначили старшей в этом детском саду. Со словами: «Утихомирь их», меня впихнули в отсек.

Звуковой волной плача и даже рёва меня почти вышвырнуло обратно, но за спиной уже монолитная стена, и топать пришлось только вперёд. На подрагивающих ногах прошла в помещение и остолбенела. Около двух десятков гуманоидов детского или подросткового возраста. Все рыдают. Старшие пытаются хоть немного успокоить малышню, но всё безуспешно. Нашла глазами знакомую фигурку, обвешанную детворой, и потопала к нему. Чем ближе я подходила, тем тише становился ор. Магия женского появления, вестимо.

Это клыкастое чудо непонимающе обернулось, подскочило, попутно струсив с себя всех остальных и с радостным воплем полетело ко мне навстречу, схватило меня в объятия и разревелось. Нда, а деточка-то довольно здоровенная, стоя на равных мне достает до района груди. Неловко обняла в ответ, погладила по косматой голове и обнаружила их. Ушки. Кошачьи. Вдобавок к глазам и зубам — контрольный выстрел. Заинтересованно погладила мохнатость. Мохнатость в ответ дёрнулась и прижалась к голове сильнее. Прикольненько. Продолжаем изучение. Уши подвижные, чёрного окраса, с кисточками на кончиках, сейчас прижаты к голове и вздрагивают в ритм с рыданиями. Волну этих рыданий подхватили остальные, и вот я стою одна среди всемирного потопа. Хотела котика? Нате, распишитесь в документе на доставку, вселенная всё выполнила, глаза/когти/уши на месте. Если обнаружу хвост — удивляться уже не буду.

— Тебя как звать, чудо? — гладить эту мохнатость не перестаю, в это время меня плавно окружают остальные, и приходится гладить и их.

Уже наловчилась выглаживать несколько голов одновременно, когда услышала сквозь всхлипы сдавленный ответ.

— Мришель, — проблеяли мне невнятно.

— И чего ревём, Мришель? — очаровательно. Имя с явным мурком, как раз для таких пушистых созданий.

— Я тебя спасааал, а тебя забрали и не возвращали долгооо... А ты мамой пахнееешь, — и опять новые завывания.

— Малыш, ну как я могу пахнуть твоей мамой, а? Я о существовании других цивилизаций буквально сейчас узнала. Мы с ней точно не пересекались. — мои попытки прекратить слезоразлив конкретного ушастика успехом не увенчались, но выглаживать всех, до кого дотягиваются лапки, я успевала.

Жуть какая, сама от себя не ожидала, с детьми контактов как-то не имела до этого момента, особенно таких плотных. Пару раз присматривала за соседской девчонкой, но ей лет пять было, вроде, и весь присмотр заключался в совместном просмотре мультиков про принцесс. А тут целая орава. Разновозрастная. Разнополая. Да и вообще разнорасовая.

Пока нашёптывала всем разные успокаивающие глупости, рассматривала малышню, так сказать, наглядно. Хвост у ушастика, скорее всего, есть, ибо ко мне притулилось аналогичное создание, только размером поменьше и, видимо, девчушка. Из-под ночнушки виден хвостик в тон к ушкам. Рядом притаилась совсем другая малявка, тоже в ночнушке, с чешуйками на мордашке и остренькими ушками. Опустила глаза вниз и обнаружила хвостик. Змеиный. Вместо ног. Нда... Миленько. Как хорошо, что я не страдаю различными фобиями. Вот было бы весело, если бы я змей боялась, а тут они отдельной расой проживают. Остальных пока решила детально не рассматривать, паника и так начала подкрадываться тихой поступью.

Присела прямо на пол, сделала успокоительную дыхательную гимнастику, при этом мой марафон поглаживаний к концу даже не близится. Нужно как-то завершать этот кошмар, раз я тут самая рыжая и ответственная.

— Так, малявки, успокаиваемся. Показывайте, где здесь уборная, мы пойдем умываться.

Чуда не произошло: кто-то по-прежнему рыдал, кто-то тихонько всхлипывал, но большая часть аудитории на меня смотрела уже довольно осмысленно. В конечном итоге уборные мы нашли, и выяснилось, что всех обработали какой-то химической антибактериальной фигнёй. Тем, у кого чувствительное обоняние (а это практически все), плохо: их тошнит, и вообще всё чешется.

Детально осмотрев свои новые владения, обнаружила целый ящик с такими же робами, как надеты на мне, только меньших размеров, и приняла ответственное решение устроить банный день всему коллективу. Хорошо, что уборных было две, и своим строением, как и функционалом, они не особо отличались от привычных мне. Назначив среди мальчиков старшим Мришеля, отправила их купаться, сказав, что разберусь с малышами сама, но чуть позже. Я же отправилась вымывать женскую часть нашей команды.

Более старшие девицы без стеснения вымылись самостоятельно, помогая друг дружке, мне же пришлось старательно драить малышню. В процессе помывки обнаружила темнокожую булочку в кудряшках, у которой были очаровательные рожки, а улыбка отличалась клыкастостью. Называются такие чудеса грайном, точнее — грайной, барышня же. Оказалось, что маленькая нагиня может стать обычной девчушкой, куда-то дев свой хвостик. А эринийцы отличаются голубой кожей, белыми волосами и абсолютно черными глазами. Насыщенность голубого оттенка у них варьируется от бледного небесного до насыщенного синего. И у всех есть клыки. Вроде улыбочка стандартная, но четыре заостренных клыка в сумме есть у каждого. Прям ущербной себя почувствовала.

Просвещение важно в любой ситуации, но то ли моя нервная система совсем окачурилась, то ли мне чего вкололи волшебного, а может, я просто по жизни такая отмороженная, но удивления, как такового, уже не было. Детё и детё, а с хвостом, чешуёй или клыками — то уже дело десятое.

Закончив со всеобщей помывкой, мы все распределились на сон прямо на полу, за неимением альтернативы. Место вокруг меня было каким-то магическим, каждому нетерпелось улечься рядом. Но в моих планах на вечер был допрос единственного белее-менее взрослого ушастого субъекта, поэтому засыпать им пришлось без моей тушки рядом.

Пару раз бесшумно открывались двери, и нашу шедевральную композицию издалека осматривали, но, слава всем богам, не беспокоили. После всех вопросов и ответов я лежала и обдумывала ситуацию, слушая мирное посапывание. А вот ситуация складывалась не очень радужная.

Часть из этих детей имеет довольно обеспеченные семьи, и за них гарантировано дадут выкуп. Этих деток буквально со дня на день передадут родителям. Но вот с остальными не всё так легко и просто. Самых маленьких не всех смогли идентифицировать с базой данных и выйти на контакт с родителями, так что они в явной группе риска. Некоторые малыши не знали свою дальнейшую судьбу, и, скорее всего, их постараются перепродать, как и меня вместе с ними. Со взрослой категорией ситуация схожая, только там большинство гарантировано идет на перепродажу.

Насколько я смогла понять, меня отнесли к детям из-за маленьких габаритов, да и 30 циклов для многих рас — как раз время совершеннолетия. Так нежданно-негаданно я оказалась не мудрой и опытной тридцатилетней женщиной, а юной девой, только перешагнувшей порог взрослости. Рассматривая сегодня себя в зеркале, заметила, что исчезли даже мельчайшие мимические морщинки, коих и до этого практически не было, но исчезли даже намёки на них. Скорее всего, в этих капсулах с жидкостями меня старательно омолаживали, и только на волосах дело не закончилось. Плюс пропали все знакомые с детства шрамы.

Очередным открытием оказалось притяжение для малышей. Мой ушастый товарищ пояснил, что тащил меня за собой, чтоб спасти, дабы я не попала в поле зрения бирников только потому, что я женщина. Но во время краткого спасения это юное дарование чётко ощутило, что от меня исходит запах, схожий с тем, который он запомнил от матери. После неведомых врачебных манипуляций этот аромат усилился, и его чувствуют все присутствующие дети, у которых повышено обоняние. Ввиду этого им возле меня хорошо, я как тотальное успокоительное для их нервной системы. Незаметно понюхала свою кожу, но совершенно ничего не почувствовала, даже запаха моющих средств. Что эти чуббаки там во мне наизменяли, мне только предстоит узнать. Жить по-прежнему хочется с невероятной силой.

Пробуждение наступило неожиданно. Корабль или, скорее, летательный аппарат, сильно тряхнуло, и мы с малышнёй рассыпались по полу горохом. Со всех сторон послышались испуганные вопли, которые со скоростью света перерастали во всхлипывания. Оглядев своё рыдающее войско, по мере сил стараюсь навести видимый порядок, хотя у самой поджилки трясутся.

На всякий пожарный решила проинструктировать более сознательную часть нашего цирка, которую однозначно вернут родным, о том, сколько детей ещё останется у бирников. Заучила с ними имена и фамилии малышей, стараясь максимально донести информацию про оставшихся потеряшек. У самой в одно ухо влетело, в другое вылетело. Один Мришель фамилии не назвал, только имя. Загадочный мальчишка.

После череды встрясок наступает относительная тишина. Бесшумно открывается дверь, и несколько вооружённых бирников в компании со знакомым мне учёным зашли в наши апартаменты и начали снова сканировать разбросанных детей. Насколько я понимаю, они так определяют личности существ — что-то вроде фейсконтроля. Около десятка детишек забирают, на мои слабые, но настойчивые попытки не пустить мелких в неизвестность рявкают, что за них заплатили выкуп, и они отправляются к родным, а вот остальных придётся продавать.

Так я и осталась с хныкающей малышнёй. Хорошо, что нас заранее снабдили питательными смесями в тюбиках, внешне похожих на зубную пасту. Не скажу, что вкусно, но нам выбирать особо не приходится: кривились все, но и ели тоже все, даже совсем крошки, оголодали, бедняги.

У меня осталось восемь подопечных. Самый старший — мой ушастый спаситель, девочка и мальчик одной с ним расы, одна нагиня, трое грайнов, среди которых только одна малышка, и один эриниец. На этом комплект разношерстной группы заканчивается мной, единственной и неповторимой.

Атмосфера была довольно тревожная, но я старательно пыталась успокаивать этот детский сад, попутно изучая новые подробности о мире в целом и о моих подопечных в частности. Таким образом, я узнала, что дети очень ценятся в этом уголке вселенной, и похитить малыша из под надзора родителей довольно сложно. На самом деле это утверждение вызвало у меня целый рой сомнений, ибо детей тут было немало, и верить в то, что их всех мастерски выкрали из под крыла внимательной охраны, мне показалось странным. Ну да ладно, со своим уставом в чужой монастырь не лезу.

Задавая свои вопросы, я выяснила интересную закономерность: у всех присутствующих появлялись новые няни/учителя/воспитатели, а затем подрастающее поколение во сне телепортировалось на корабль к бирникам. На звание «детектив года» я не претендую, но схемка-то, как оказалось, рабочая и довольно результативная. Только кто ж нанимает непроверенный персонал к бесценным чадам? Это я со стороны такая умная, когда же дело доходит до меня великой — дуб дубом.

Исключение в этой череде последовательностей составляет Мришель. Его похитили при переходе в дом одного из отцов. На этой фразе мой мозг застопорился и попытался мыслить логически: про мать говорил, про отца говорил. Откуда еще один неучтённый отец нарисовался? Отчим что ли? Радостные детишки просветили непонимающую меня, что тут в основном строятся семьи с одной женщиной и несколькими мужчинами. Ага. Перед глазами мгновенно возникла картина: барышня — шейх и одалиски мужского пола, танцующие вокруг и приговаривающие: «Милая, дай на шубку, а мне на бровиста, а я хочу телефончик нооовый». Бррр. Стоп, отложим эту интригующую новость на более благоприятные времена.

Выводы, к которым я пришла за время главенства над персональным детским садом:

Неважно количество клыков/хвостов/когтей — они и без этого набора найдут где пораниться и на что напороться.

Мягкими должны быть даже стены, желательно вообще всё вокруг, ибо эти создания постоянно набивают синяки, даже друг о друга.

Как бы ты их не размещал по периметру, обязательно кто-то кого-то куснёт, цапнет или царапнет. И всё абсолютно нечаянно и непреднамеренно.

Со всем этим набором страданий, конечно же, летят ко мне, видимо жалеющие руки у меня целебные. Уж не представляю, как выживают многодетные мамочки. После настолько тесного и беспрерывного контакта с таким количеством детей у меня есть горячее желание посетить повторно капсулу с желе, пусть ещё что-то поулучшают или подлечат. Зато я буду одна. В тишине.

Материнский инстинкт, проснись, пожалуйста, ты мне очень нужен, хотя бы на время.

Спали мы вповалку на полу, благо он с подогревом, и при долгом лежании в одном положении он каким-то образом становится словно жёсткий ортопедический матрас. Короче, жить можно. Как бы я не распределяла малышню, стоило мне заснуть — вся дружная компания оказывалась на мне и вокруг меня же. В конечном итоге я просто смирилась с дополнительным обогревом, но при этом чувствовала себя выжатым лимоном. В прямом смысле выжатым.

Чем больше я рассматривала своих подопечных, тем симпатичнее они мне становились. Видимо, мозг решил, что деваться некуда, и пришёл час адаптироваться к такой новой реальности. Самым милым оказалось то, что хессы мурчат. Да-да, во время тисканий от них исходит дробное мурлыканье. Невероятные ощущения, словно жмакаю больших котов, а теперь умножьте этот прелестный звук на три. Стабильный антистресс в действии.

С обращениями у расы хессов всё довольно просто: мужчина хесс, женщина хесса, но дети у них называются хесси. Поэтому я старательно путаюсь, но надеюсь, что в будущем мне это всё же пригодится. У остальных представителей этого мира обращения практически не отличаются.

Череда дней слилась в один сплошной, я даже примерно не представляла сколько времени мы здесь находимся. По моим скромным подсчётам, четыре дня точно прошло.

В какой-то момент нашего прибывания в столь негостеприимном месте вновь началась сильная тряска, но мы уже ребята учёные, распределились по полу и стали ждать окончания аттракциона. Я морально готовилась к новым синякам, которые сейчас найдутся абсолютно у всех, как услышала странные звуки, похожие на выстрелы. За секунды запихнула всех подопечных в уборную, почему-то решив, что там безопаснее всего. Разложила по полу, чтобы минимизировать шальной удар неведомого оружия, и стала ждать развязки, попутно поглаживая малышню, которая была ближе всего.

Не имею ни малейшего представления, сколько мы так пролежали, но выстрелы постепенно сошли на нет, и раздался громкий звук совсем рядом, словно взрывом вынесли пол стены. Нас ощутимо тряхнуло, а от звука осыпающихся камней на пару секунд заложило уши. Малыши сползлись в сплошной клубок вокруг меня, а я в свою очередь крепко прижала их к себе, жалея, что рук только две. Сердце билось так, что казалось, ещё чуть-чуть, и оно проломит грудную клетку, вырвавшись наружу.

За дверью послышались тихие шаги, которые остановились как раз напротив уборной. От страха я уже мало что соображала. Взгляд в панике метался по сторонам в поисках любого выхода, который упорно не находился, как услышала:

— Я сейчас плавно открою дверь, пожалуйста, не двигайтесь.

И она, эта самая дверь, словно в ужастике начала медленно открываться. В проёме показалась фигура гуманоида, одетого в нечто похожее на скафандр со шлемом. Нам видно было только нижнюю половину лица, вполне человеческую и не мохнатую. Малышня, как по заказу, начала хныкать и вжиматься в меня с удвоенной силой, хотя казалось бы, что дальше-то некуда. А мой ушастый защитник постарался прикрыть меня своей тщедушной спиной, несмотря на мои настойчивые попытки запихнуть его обратно в сплетённый клубок.

— Служба правопорядка. Мы здесь с поисковой миссией для спасения похищенных детей. — оттарабанил этот громила и с улыбкой закончил. — Выдыхайте, вас уже нашли.

— Ф-ф-фибулу покажи! — промуркал Мришель, не двигаясь ни на миллиметр, по-прежнему старательно закрывая меня от постороннего взгляда.

Сотрудник правопорядка с явным хмыком снял шлем, расстегнул свою амуницию и отогнул ворот, показывая непонятную штуковину, приколотую к отвороту.

— Нааадо же, какие сознательные тут детишки, ну что, доволен? Или ещё что показать нужно?

— Нет, этого достаточно. — пробормотал Мришель через пару секунд, немного сместившись в сторону, и обернулся ко мне. — миями Милания, мы можем им доверять.

Кто такая миями я не поняла, лихорадочно перебрала все свои новые знания, но подсказки не было. Ранее этого слова я точно не слышала. Решила не заморачиваться, возможно это просто уважительное обращение. Проскользнула мыслишка, что не просто так этот спасатель переменился в лице, демонстрируя явное удивление, пусть на пару секунд, но я успела заметить. Но как проскользнула, так и спряталась.

Постепенно начала выпутываться из кучи-малы, аккуратно отдирая от себя детвору. Нагиня снова оказалась во второй ипостаси и отлипать от меня категорически отказалась, крепко обвив хвостиком за талию, для дополнительной фиксации обняв ещё и ручками за шею.

— Илесса, ты меня так задушишь.

Приглушенно пробормотала в остренькое ушко, на что мне клыкасто улыбнулись и радостно сообщили:

— Ты и моя миями тоже!

В мою голову повторно начали закрадываться подозрения, что не всё просто с этой миями, таки где-то скрыт глобальный подвох, который, возможно, принесёт новые проблемки в мою коллекцию. Но в данный момент есть и другие поводы для нервов. Искали-то детей, а я тут чисто зайцем катаюсь, без каких-либо документов, даже усов с хвостом не наблюдается. Нелегал одним словом.

С этими мыслями я посмотрела на нашего спасателя, который, как оказалось, принадлежал к расе нагов. Огромный мужчина, на фоне которого я кажусь подростком. Блин, я и дома ростом не особо отличалась, а если тут все такие здоровенные… Мысль куда-то трусливо убежала. Я же спокойно дорассматривала насыщенно-красные чешуйки на скулах, собралась с духом и умиротворённо сообщила, что мы готовы к эвакуации в безопасное место.

Идём. Я, как мать-героиня, со всех сторон окружена выводком разномастных детишек, после них окружена вооружёнными безопасниками. То ли меня охраняют от окружающего мира, то ли мир от моей подозрительной персоны, одно из двух. Старательно рассматриваю спины, которые перегораживают обзор, все равны как на подбор… дядьки Черномора я не видела, но все сотрудники местной службы спасения отличались высотой и шириной. В том смысле, что за их спинами не видно было ничегошеньки. Довольствовалась видами на местами подгоревший потолок и на те же спины, пока не загрузились в небольшую летающую посудину.

Я по-прежнему спокойна, аки утёс среди волн, сижу, облепленная детьми. Молча. Что странно, но малышня сидит аналогичным образом. Играем с мужчинами в гляделки. Тишину не прерывает ни одна из сторон.

Через несколько минут наш маленький кораблик залетел в шлюз здоровенной махины, которую было видно в иллюминаторе и спустя некоторое время мы начали выгружаться.

Снова идём кругами: я, вокруг дети, вокруг безопасники, ну хоть оружием уже никто не машет. Конечным пунктом нашего путешествия оказался медицинский центр с уже виденными мною капсулами. Товарищи с огромными спинами плавно исчезли с горизонта, быстренько сдав нас с рук на руки местным светилам медицины. Эти светила предприняли попытку отлепить от меня детей, с целью диагностики, приговаривая всякие нежности. Но не тут-то было, моё полчище на увещевания не велось и отлипаться категорически отказалось, демонстративно игнорируя лекарей, а некоторые ещё и старательно шипели что-то не очень понятное, но явно малоприятное.

Пришлось брать ситуацию в свои скромные лапки и отдирать детишек принудительно, каждого уговаривая успокоиться и гарантируя, что после осмотра всех вернут под мое вялое крылышко.

— Как вам удаётся находить с ними общий язык? — прошептал мне на ухо доктор эринийской расы. — Они же все очень недоверчивые, прислушиваются только к членам своей семьи.

— Да как-то само собой получилось, видимо стресс сказался. — решила поумничать я.

Затем, подумав, что хуже уже некуда, доверилась местным врачам. После всех медицинских манипуляций мне вкололи в плечо неведомые лекарственные препараты, которые должны будут усовершенствовать мой явно ослабленный иммунитет, набрали кровушки в исследовательских целях и на этом предложили пройти в каюту для отдыха. Результаты обследования обещали сообщить позже, но когда это мифическое «позже» настанет никто не сказал.

Детвору планировали поселить рядом и гарантировали привести их после оказания помощи.

Расторопный ассистент местного светила провёл меня в уютную каюту с довольно спартанской обстановкой. Хотя мне в последнее время и на полу спалось очень даже неплохо, так что наличие человеческой кровати было настоящим подарком небес. Он весьма настойчиво объяснил, как пользоваться местными благами цивилизации, на что я продемонстрировала хорошую усвояемость информации и, видимо, неплохую обучаемость, ибо парниша аж сиял, когда наша светлость с первого раза запоминала назначение кнопочек.

Подлая натура так и подмывала демонстративно затупить и посмотреть, как он будет выкручиваться, но всё же сдержалась. Да, адекватность махнула мне ручкой и покинула чат, ну что с ней поделать… Распрощавшись с провожатым, со стоном наслаждения растянулась на кровати. Где ж ты была столько времени, радость моя, ты мне даже снилась на постоянной основе.

Не успела я вдумчиво понежиться, как от двери раздался условный сигнал о наличии посетителя. Аккуратненько подкралась к этой самой двери, посмотрела на приборную панель, а на ней отобразилась незаурядная компания из трех особ — хесса, нага и грайна. Последний во взрослом варианте выглядит не так мило, как в детском, а даже, как бы, весьма устрашающе. Пока я раздумывал над тем, как из прелестной очаровашки может вырости такой жутковатый гигант, в дверь опять позвонили. Делать нечего, придётся идти на контакт. Щёлкнув на панели комбинацию клавиш заставила дверь отъехать в бок.

— Госпожа, мы бы хотели задать вам несколько вопросов, где вам было бы удобнее на них ответить? — сразу объяснил причину посещения хесс.

Вот и наступил скользкий моментик в моём счастливом пребывании на этом кораблике. Словно я имею представление где тут можно переговорить… Новенькие мы, местность нами ещё даже не изучена. Мужчины, что с них взять.

— Мне было бы комфортней поговорить в этой каюте, вы не против?

Компания богатырей быстренько переглянулась и решительно заполнила собой моё новое место жительства. Свободного пространства мгновенно стало гораздо меньше, я сразу почувствовала себя безгранично слабой, но постаралась это ощущение запихнуть куда-нибудь поглубже.

— Представьтесь пожалуйста, я хотела бы понимать, с кем мне предстоит разговаривать. — выдержка вроде не пропала, так что старательно давим их вежливостью. В моём незавидном положении это, вероятно, моё основное оружие.

— Капитан данного шаттла Ройхан аль Мринх. — представился хесс, затем указал рукой на синего нага. — Это Ильссар Хельсик, главный следователь по делам несовершеннолетних и Бред Фолинг, один из руководителей службы безопасности. А ваше полное имя?

В голове металась в разные стороны мысль, что хрен я запомню все эти имена с первого раза, да и со второго, вероятно, тоже возникнут проблемы. Так, Милка, выдыхаем и включаем голову, она же должна периодически работать.

— Миронова Милания Михайловна. — внешне безразлично оповестила я присутствующих.

— Сложное имя. — тихо пробормотал грайн.

Серьезно? Сложное? Вы бы свои имена со стороны послушали.

— Ваши имена мне тоже непривычны и звучат довольно странно.

— Мы всё понимаем, — прошелестел наг. — И, конечно, не требуем от вас тщательного запоминания. В любом случае ко мне можете обращаться просто по имени: Ильссар. Я хотел бы уточнить, какое отношение вы имеете к похищенным детям и как давно вы с ними контактируете.

— Всё началось с хесса по имени Мришель. — попыталась начать я свою эпопею, но капитан решительно перебил.

— К какой семье он принадлежит?

— Я не знаю. — от этого вопроса я даже растерялась.

— Какое у него полное имя и как давно вы с ними знакомы?

— Послушайте, я не знаю его семью. Я знаю только несколько фамилий малышей, потому что старательно разучивала их с теми детьми, за которых внесли выкуп. И то, до конца не уверена, что смогу безошибочно их назвать. Мришель единственный фамилии не назвал.

— Он вам не представился? В отчёте чётко указано, что некоторые дети, включая Мришеля, называли вас миями, и при этом вы утверждаете, что не знаете его полного имени? — ехидно переспросил он меня. С каждой новой фразой хесс плавно повышал тон. Остальные участники беседы лишь молча слушали. В воздухе однозначно начало попахивать какой-то катастрофой.

— Господин Ройхан аль Мринх, я даже не знаю значения слова «миями», дети мне этого не объясняли. — спокойно попыталась прояснить ситуацию, даже имя его выговорила с первой попытки.

— Откуда вы взялись, что не знаете настолько элементарных вещей?! — капитан и не думал успокаиваться, а лишь набирал обороты. — Вы успели стать миями и при этом утверждаете, что ничего не знаете? Вы пытаетесь выставить меня клиническим идиотом? Как такое вообще возможно?!

— Да потому, что я о внеземной цивилизации узнала только тогда, когда меня бирники похитили! — ох, достал, товарищ, психика у меня не железная. Всё, пошла в разнос и голос начал неконтролируемо повышаться уже у меня. — Я Мришеля увидела, когда он на меня бежал, ясно вам? Это происходило на планете Земля! Не знаю, как она у вас обозначается, но я там жила всю свою жизнь и место жительства менять ой как не собиралась! Меня случайно захватили, когда ловили этого несчастного мальчишку, а затем решили продать, как мешок с мукой!

Так, истерика отчётливо вытеснила разум. Вот и выйдет всё, что накопилось, а то сама удивлялась своему спокойствию.

— Прошу прощения… — неуверенно пробормотал капитан, но я уже вошла во вкус, меня так просто не остановить.

— Меня, абсолютно свободного человека, неожиданно назвали рабом, естественно, против моего на то желания! А за детьми я присматривала как единственное взрослое существо, которое на тот момент было рядом. Причём делала это совершенно добровольно, не требуя ничего взамен и уж точно не в ожидании выгоды! Ясно вам, упертый вы чурбан? Или мне нужно это ещё как-то доказать?

Выдохлась. Пришло понимание, что реву в три ручья, и этот Ройхан расплывается от слёз, а не потому что решил исчезнуть. При этом меня кто-то явно обнимает за плечи и удерживает на месте, видимо, чтобы я не пошла в наступление уже с кулаками. Правоту свою доказывать, вестимо. Повернув голову увидела грайна, который мягко придерживал меня, а рядом с ним почти вплотную стоял наг, и очень недобро смотрел на капитана этого корыта. Чешуек на лице у него стало гораздо больше, чем было изначально.

— Прошу прощения, скорее всего это нервное. Постоянное стрессовое состояние не даёт мне отвечать адекватно на поставленные вами вопросы. Я бы хотела обратиться за медицинской помощью, немного отдохнуть, а позже продолжить наш диалог. — вымолвила совершенно спокойно.

Как-то совсем я расклеилась, нужно собраться, морально настроиться и ответить на все вопросы, какими бы они ни были. Милка, ты этими истериками до добра себя не доведёшь, и никто напрямую ни в чём тебя, радость моя, не обвинял. Запоздало пришло осознание, что я вызверилась, по сути, на абсолютного левого мужчину, причём явно наговорила лишку.

— Извините, госпожа Миронова, я переборщил и видимо превысил свои полномочия, настаивая на ваших ответах. — как-то сконфужено проговорил аль Мринх.

— Ройхан, тебе стоит сейчас переключится на другую сферу деятельности. Мы сами тут закончим, — уверенно сообщил Ильссар. — Я понимаю твоё волнение, но всё же ты сейчас не совсем адекватен.

— Прошу прощения. — в который раз повторил капитан и покинул нашу дружелюбную компанию. Только когда за ним закрылась дверь, грайн перестал меня удерживать и отошёл на пол шага в сторону. Но это не повлияло на понимание того, что моё личное пространство было нарушено, причём, я сама не заметила как это действо произошло.

— Госпожа Миронова, может к доктору? — заботливо поинтересовался Ильссар.

— Нет, вы знаете, я уже вроде как успокоилась. Скорее всего это была такая реакция на пережитые события. Честно говоря не ожидала, что меня будут в чём-то обвинять и сработала защитная реакция. — постаралась объяснить я свою недавнюю вспышку.

— Вас никто не собирался обвинять, — мягко продолжил Ильссар. — У капитана в этом деле личный интерес, ввиду этого он повёл себя грубо и непрофессионально. Но ваша бурная реакция была неожиданна для нас всех.

— Минуточку, какой личный интерес? Я его видела впервые и уверена на сто процентов, что ранее никоем образом с ним не пересекалась и насолить не могла.

— Мришель его племянник. Это не секретная информация, и, скорее всего, ребёнок ею с вами сам поделится, поэтому говорить можем свободно.

— Если они родственники, то капитан, по идее, должен радоваться, что ребёнка нашли и в скором времени вернут в семью. По какой причине он стал так заводиться?

— Не всё так просто, наличие у вас статуса «миями» кардинально осложняет дело.

Вот не зря, не зря чуйка меня предупреждала. Явно тут какое-то тотально западло притаилось. Не просто так котище со змейкой меня так нарекли, ох, не просто — и вылезет всё это мне боком. Однозначно. Дорогая вселенная, давай отменим, а? Я всё прощу, только не втягивай меня дальше…

— Проясните мне, пожалуйста, значение этого слова.

— Так вы действительно не знаете? — неверие в глазах Ильссара можно было черпать ложкой. — Видите ли, миями — это заменяющая мать. Обычно так называют новую жену отцов, и такое признание вас ребёнком сразу же говорит о присвоении нового статуса. Скорее всего, будет изменение состава семьи или другое удовлетворительное урегулирование этого вопроса с их родными.

Ну всё. Приехали. Была я одинока, аки скала, а теперь неожиданно нарисовались незапланированные отцы дитя и сам деть. Вернее, дети. Там ещё и змейка. Докатилась.

— По-по-по, погодите! Это какая-то ошибка! Ребёнок просто ляпнул, не подумав, а вы сразу всё так усложняете.

На этом моменте грайн заразительно рассмеялся и решил дополнить этот бред своими пояснениями:

— Госпожа Милания Миронова, это вы, наверное, не поняли. Наши дети очень недоверчивы. Чтобы посторонняя женщина смогла добиться статуса миями, обычно нужно приложить огромное количество усилий по сближению с ребёнком. И то, это далеко не гарантирует, что конкретно этот ребёнок хоть немного проникнется симпатией. Он должен чувствовать женщину на духовном уровне, ощущать рядом с ней комфорт и, самое главное, безопасность. То есть это не может произойти просто так. Становление миями — длительный и сложный процесс, который необратим.

Простыми словами, я однозначно вляпалась. В очередной раз. Наблюдая тотальную растерянность на моей моське, эти представители сильного пола дали мне несколько минут тишины, чтобы я пришла в себя. Обессилено рухнув на стул, пытаюсь достучатся до своей сильной личности, чтобы она вышла на замену и таки разгребла все эти сложности. Личность меня проигнорировала. Вселенная по ходу тоже. А два посторонних субъекта переглядывались между собой и улыбались. Весело им.

— Так, минуточку, товарищи, а как же змейка, то есть нагиня? Она тоже назвала меня миями. Ладно хесси, он с самого начала настойчиво заявлял, что от меня пахнет мамой, но Илесса-то что во мне почувствовала? Исконную змеиную натуру? — мою попытку истерично пошутить явно не поняли, потому что довольный Ильссар несколько раз утвердительно кивнул.

— Да, скорее всего именно так.

Эм… Я, конечно, догадываюсь, что характер у меня не сахар, но вот так в открытую величать змеёй. Аж неловко, право слово.

— Нет, всё же я не понимаю. Теперь я должна брать ответственность за жизнь этих малышей на себя? Просто потому, что они так решили на каком-то там уровне? Серьёзно?

— А разве до этого момента вы не были ответственны за их жизни? Вы обеспечивали им безопасность, согревали своим теплом и окружали заботой. Мы это знаем, потому что психологи успели ненавязчиво опросить часть детей.

— Но я это делала со всеми малышами…

— Вам мало двоих? — Ильссар весь аж подобрался, словно перед броском. Брр. Страшноватая картина.

— Нет, вы меня неправильно поняли, мне и двоих как бы за глаза. Много, то есть. Я имею ввиду, что все действия происходили равномерно, одинаково по отношению ко всем моим подопечным. Так почему кто-то воспринял это нормально, а кто-то решил, что это очень важно?

— Ммм, скорее всего, дело в том, что конкретно у этих детей на данный момент нет матери. То есть никто из женского пола не проявлял по отношению к ним такой заботы и участия в их судьбе до вашего появления.

— Так, допустим, это я поняла, но каким образом мне взаимодействовать с семьями этих детей? Есть у меня подозрение, что родители не обрадуются нежданному пополнению в своих рядах.

— Я бы не утверждал так категорично, — белозубо улыбнулся грайн. — Вот я был бы очень даже доволен такому пополнению.

Здрасьте-приехали, не хватало мне ещё флиртовать с таким жизнерадостным первым встречным. Пока с глобальной бездной в своей жизни не разберусь, на такое не настроена. Неодобрительно зыркнула на этого умника.

— Вы к этим семьям отношения, по всей видимости, не имеете. Я хотела бы прояснить оставшиеся у вас вопросы и немного отдохнуть, если вы не против. — толще намёка быть уже не может, и надежда на отдых слегка воспряла духом.

— В основном, вашу историю мы уже услышали. Далее необходимо прояснить такой момент: вы же понимаете, что вернутся в социум родной планеты для вас теперь практически невозможно?

— Знания о других планетах, неведомые медицинские манипуляции на корабле бирников и наличие двух незапланированных детей, за которых я теперь несу ответственность, явно этому противоречат. — скривилась моя язвительность.

— Хорошо, что вы это понимаете. Также вам стоит знать, что своими действиями вы существенно помогли нашему расследованию, заставив подростков выучить имена оставшихся в плену детей. После встречи с родителями они все обратились в центр следственных действий и оставили свои заявления. Можете мне поверить, это облегчило поимку данной группировки бирников, так как мы успешно скоординировались с коллегами для дальнейших действий. Также некоторые родители хотели бы выразить вам благодарность за заботу, которой вы обеспечили их детей на вражеском корабле. Но это, скорей всего, будет при личной встрече. Как только у вас появится свой браслет связи, я передам одному или нескольким из них ваши позывные, если вы не возражаете.

Концентрация похвалы, конечно, зашкалила, но послушать хорошее о себе было весьма приятненько. Я поощрительно кивнула.

— Далее, наш департамент обеспечит вас документами и денежной компенсацией, которой однозначно хватит на приобретение стандартного жилья и дальнейшей жизни. — слова грайна радовали меня всё больше и больше, почувствовала, как плавно начинает спадать камень с души. Нахождение в подвешенном состоянии меня всё же очень нервировало. — Также, рекомендую вам пройти ознакомительный курс по расам, особенностям мироустройства, да и в освоении разнообразных технологий лучше разобраться заранее, для дальнейшей социализации в обществе. Всё это есть на шаттле, уточните по галовызову у меня или моего коллеги Ильссара, думаю, мы вас успешно скоординируем при необходимости.

На этой позитивной ноте закончился наш разговор. Попрощавшись с мужчинами, я рухнула на кровать и поняла, что больше ничего не хочу, только отдых.

Сквозь сон слышала звук отпирания двери, но сил хотя бы открыть глаза просто не было. Почувствовала, как продавливается матрас и как меня облепляет моя куча-мала; уплывала в небытие я под знакомое многоголосое сопение.

Утро в очередной раз началось не с кофе, в многострадальную дверь настойчиво звонили, разбавляя звонок не менее настойчивым стуком. Не особо сознавая свои действия, протопала к источнику звуков и, не глядя, открыла.

— Госпожа Миронова, дети пропали! — провопил капитан, явившийся с недюжей группой поддержки.

На этих словах я молча посторонилась и тыкнула рукой вглубь комнаты. Хесс, судя по звукам, подавился воздухом. Лениво приоткрыв один глаз, обернулась и вместе с ним наблюдала картину раскиданных на кровати заспанных детей, которые весьма недовольно посматривали на вторженцев.

— Но их же распределили по комнатам и заперли на ночь… Как же они оказались у вас? — прозвучал заинтересованный вопрос от неведомого персонажа.

— Даже не представляю, в какой-то момент они все тут появились. Скопом. — просипела полусонно. — Детей нашли, все живы, мы дальше спать, будьте добры не беспокоить.

Скороговоркой закончила я это представление. Жаль, что дверь отъезжает в бок, было настойчивое желание смачно ею хлопнуть. Протопала на кровать и глядя в честные-честные глазищи Мришеля уточнила:

— Спим или проясняем вопросы?

— Спим, — промурчало чудо. — А потом вопросы.

— Добро. Сладких всем.

На этой позитивной ноте схватила тех, кто не успел уползти подальше и завалилась дальше в царство неги.

Осознала себя в привычном разнокалиберном клубке, по всем ощущениям отдохнула я основательно, думаю, что мы с детворой отоспались на пол жизни вперед. Малышня к шевелениям весьма чувствительная, стоило мне тихонько повозиться на месте, прокладывая путь к свободе, как сразу проснулись и другие обитатели кровати. Порассматривала их, оказывается мы все одеты в одинаковую самоочищающуюся одежду, выданную в медцентре, назвала бы её пижамой, но скорее всего это универсальный комбинезон.

— Ну что, пошли умываться и будем выдвигаться в поисках еды? — под радостный галдёж этими действиями мы и занялись.

Идём всей бандой, довольные и намытые. Встреченные по пути существа провожают нас взглядами, но мы не останавливаемся и топаем за Мришелем. Наш путеводитель чувствует себя тут как дома, то есть, идёт очень уверенно, попутно рассказывая, что и где находится. Понятное дело никто ничего не запоминает, Мришель-то всегда под рукой.

Конечный результат нашего променада это столовая: здоровенное помещение, наполненное столами разных форм и размеров. Мы оккупировали сразу целый стол и пошли с мохнатиком разбираться с пищевыми автоматами, как самые сознательные участники этой организации. Итогом разбора стало что-то абсолютно непонятное на вид, но вкусное, все присутствующие были довольны. В это же время столовая наполнилась, условно скажем, людьми, которые, вероятно, пришли на нас поглазеть. Ну, смотреть можно, но вот что-то ещё будьте добры по графику, а он у нас плотный. Поэтому закончив с едой мы молча пошли обратно. На выходе из столовой заметила хесса, который ругал меня, когда я только открыла глаза на корабле у бирников. Приветливо махнула рукой, но меня демонстративно не заметили. Ну и ладно, спасли и хорошо.

Мой детский сад действительно поселили рядом, распределив по двое, но так проживать им пока не интересно. Место новое, из знакомого только я, вот и решили они, как в старые добрые времена, перейти к единственному понятному знаменателю. Мришель прекрасно взламывает двери, вот уж полезный талант у ребенка, ничего не скажешь. Этому чудесному умению его научил папа, работающий в службе безопасности, он же заставил заучить все их знаки отличия. Основательный подход для крайних случаев, ага. Насколько поняла, примерно так Риш в первую нашу встречу от бирников и сбежал. Вчера же он решил помочь в восстановлении справедливости и со словами: «Они все там ревели, а ты ж не против» привел эту гоп-компанию ко мне.

Нужно было прояснить некоторые возникшие вопросы, а знакомых у меня тут не так чтоб много. Связалась через комп в комнате с Ильссаром, он вроде весьма дружелюбный наг, а вот его коллега довольно подозрительный. Явно ловелас. Малышню, как он мне и посоветовал, сдала в детскую комнату под присмотр стюарда-няньки. Сама же отправилась на урок усвоения информации, в результате которого меня усадили в кресло, со всех сторон появился экран, отгораживающий меня от мира, и началась учёба, а-ля социализация.

Не знаю, сколько я там просидела (по ощущениям прошло века два), но некоторые моменты прояснились и без дополнительных расспросов живых существ. Примерное мироустройство я поняла, как пользоваться новой техникой вроде бы разобралась, не вникая в принципы работы. Осталось этой самой техникой обзавестись. Знакомство с расами показало, что основную часть я, в принципе, знаю, а вот особенности культурных заморочек тут сложные и в свободном доступе не числятся, мол, подробности узнавайте у носителей этой самой культуры. В основном, население везде смешанное, даже на исконных планетах часть жителей будет отличаться от коренного населения.

Семьи действительно строятся вокруг женщины, ввиду численного преобладания мужского пола, причем мужей, что входят в семью может быть максимум пять. Ну хоть не пятьдесят, не представляю как и с пятью персонажами жить-то. Мое логическое мышление на этом моменте забуксовало, ибо как делят сею женщину пять бравых мужиков я не знаю, это ж скандал за скандалом. А если тут мужчины, как и в моей прошлой жизни, так называемые идеалы, которым нужно посвятить всю себя? Не, я не готова. Дома на такое не велась, а тут тем более не буду. Особенно, если учитывать, что браки практически не расторгаются и для этого действа нужна ну очень весома причина, то бррр, надо постучать по дереву, дабы не вляпаться в слово под кодовым названием «брак».

На выходе из этого места просвещения меня перехватил Ильссар под предлогом проводить к детям. Не то, чтоб я как-то сильно терялась в пространстве до этого момента, тем более тут указатели через каждый метр, но ради бога, если уж нагу так хочется мой компании — мне не жалко.

— Госпожа Миронова, добрый день, как вам полученная информация? — ишь, вежливый какой, мы же уже здоровались.

— Господин Хельсик, добрый. Все ознакомительные видео, что вы рекомендовали, я просмотрела.

— Госпожа Миронова, чем я вызвал вашу немилость? — расстроенно прошелестел наг.

Я только непонимающе посмотрела в его жёлтые глаза. На этом этапе случился затык — такого оттенка никогда не видела, хотя о чем это я, тут же практически всё видено мною не было.

— Еще сегодня утром вы обращались ко мне по имени.

— Это что-то значит в вашей культуре? — решила быть осмотрительнее и на всякий пожарный прояснить эту маленькую детальку.

— Более близкий круг общения. — нехотя выдали мне.

— На самом деле, я только что вспомнила вашу фамилию и поэтому так обратилась. Если вам приятнее, когда я обращаюсь по имени, то хорошо, надеюсь меня это ни к чему не обязывает?

— Нет, что вы, это вас точно ни к чему не обяжет, но мне будет приятнее. Через два дня планируется стыковка с родителями ваших подопечных.

— А все родители будут? — немного нервно уточнила я, опасаясь родных змейки и моего ушастика. Видимо наг догадался из каких соображений я задавала этот вопрос.

— Нет, отцов Мришеля и Илессы пока не будет, а вот остальных стоит передать родным.

— Конечно.

— И я бы вам рекомендовали переговорить с капитаном. Вчерашняя вспышка уже погашена и он наверняка осознал всю глубину своей ошибки.

— Это да… Я понимаю, что он родственник Мришеля и нам стоит наладить нормальный контакт. В ближайшее время постараюсь исправить ситуацию.

После этой фразы наг очень странно на меня посмотрел, прям как-то неверяще, но в подробности не вдавался. В относительном молчании дошли до детской комнаты и там я уже по-настоящему расслабилась, проводя время с подопечными.

Пробесились до самого вечера, делая перерывы на еду. Сорванцы старательно заиграли парня-стюарда, в итоге он смотрел на меня, как на священный грааль в человеческой ипостаси. Представил, наверное, как я до этого с ними справлялась. Но не буду же ему объяснять, что находясь в плену они были совершенно тихие и спокойные, а эти взрывы гремучей энергии и для меня полный сюрприз. Расфасовала малышню по комнатам, предварительно отсеяв двух неожиданно своих, с целью налаживания контакта и выпытывания деталей.

Змеиное дитятко мне сразу пожаловалось, что в этом комбинезоне с хвостом не поползаешь, ну что поделать, пока сменки нету. Сразу задумалась, как переходят во вторую ипостась взрослые особи, это получается нижняя часть одежды в лохмотья? По мугуканью поняла, что таки да, верно я подумала, иногда с одеждой может случиться и такое. Перед глазами сразу пролетела серия каламбурных картинок и неловких ситуаций с нагами, по возврату из змеиной личности в двуногую, типа: «Дорогая, это не то, что ты думаешь, я просто ипостась менял…», нда, и не подкопаешься к такой отговорке.

Мришель старательно рассказывал историю своей жизни, прерываясь на помуркивания, когда я чесала его за ушком. Из этого не очень радостного рассказа выходило, что ребёнок жил счастливо с матерью и двумя отцами хессами примерно до шестилетнего возраста. Затем с мамой случилась беда, она заболела и около года постепенно угасала, на этих моментах мурлыка старался вжаться в меня, словно пытаясь влезть под кожу. Я с утратами, как таковыми, не сталкивалась, но уверена, что ребёнку было очень сложно и он до сих пор переживает эту потерю. Затем он стал жить с отцами, но на два дома, так как после потери жены их объединял только малыш, которого они безмерно любят, а вот друг на друга только и делают, что рычат. Поскольку мать заболела после отпуска с одним из мужей, подозреваю, что они попутно винят друг друга в случившимся. Плюс ко всему, один из отцов несколько циклов назад то ли нападению подвергся, то ли при задержании что-то пошло не так, но он обзавелся шрамами на лице. Это стало новым переломным моментом, после которого они окончательно разошлись на два отдельных дома.

В культуре хессов, как оказалось, культ внешности, а со шрамами шанс обзавестись новой матерью для ребёнка где-то на уровне нуля. Один из отцов-молодцов видимо решил принести себя в жертву на благо дитятки, только чёт результата до появления меня хорошей не наблюдалось, а пушистику-то, на минуточку, уже четырнадцать циклов стукнуло. Хотя это и не равно четырнадцати годкам в нашем понимании, тут развитие идет медленнее, я бы вообще сказала, что ему примерно около десяти лет, но это не точно, в возрастных рамках моя фантазия старательно буксует.

Нагиня, по моим ощущениям, выглядела года на три. Такое весьма компактное и миниатюрное змейство с очаровательной мордашкой. Чем больше контактирую, тем сильнее тянет тискать это чудо. История малышки тоже была не очень радужная: маму змейка никогда не знала, её воспитывал огромный папа-наг, который в своей крохе души не чаял, а теперь эта козявка очень довольно сообщила, что мать нашла, в моем, собственно, бедовом лице и папа-змей будет этим фактом доволен. Мнение ребёнка я, мягко говоря, не разделяла, так как на месте ответственного папаши показала бы всяким приблудам на дверь. Но как оно будет на самом деле — увидим, так сказать, собственными глазами.

На этом тисканья и душещипательные разговоры плавно перетекли в сон.

Очередное утро началось со звонка в дверь. Пока осознавала реальность, в голове стучала мысль о том, что надо отключить звонок ко всем чертям — меня бирники так не беспокоили, как визитёры на этом шаттле. Недовольно потопала смотреть на гостей, и снова-здорова — капитан собственной недовольной персоной. Заранее делаем глубооокий вдох и выдох. И так несколько раз, пока дверь не начали ломать.

— Утро доброе, — радостно сообщила я, пытаясь нарисовать на лице добродушный оскал. Судя по отшатнувшемуся капитану, задумка успехом не увенчалась.

— Доброе утро, госпожа Миронова. Я так понимаю, Мришель с вами?

— Всё верно, и он, и Илесса на месте.

— Мне хотелось бы увидеть племянника, вы не против?

— Да я как бы и не запрещала… — промямлила я полусонно, недовольно зыркая на этот нежданный будильник.

— Вчера он контактировать со мной отказался. Категорически.

Подозрительно взглянула на капитана и отошла в сторону, освобождая вход.

— Мришель? Как ты?

Со стороны кровати раздалось недовольное мычание, и ушастик, демонстративно отвернувшись, начал зарываться в одеяло. Решительно заняла позицию наблюдателя и приготовилась к просмотру воссоединения семьи.

Хм. Что-то не стремятся они соединяться.

— Мришель аль Мринх, будь добр, повернись ко мне, когда я с тобой разговариваю. — эх, неудачная стратегия, капитан, он же сейчас наёршится.

— Я не хочу с тобой говорить. — раздалась недовольное из середины гнезда.

Моя змейка решила сменить место дислокации и незаметно перебралась ко мне на руки, пришлось усаживаться и наблюдать уже совместно.

— Нет, мы с тобой поговорим, не смей меня игнорировать!

— Ты мне не отец, мне всё равно, что ты скажешь.

— Риш, ну что произошло, я действительно всего лишь брат твоего отца, но при этом ты для меня очень важен…

— Ой, не ври, вы все меня считаете обузой и были только рады, когда я пропал! А когда я нашёл миями ты даже не одобрил! — из под одеяла показалась косматая голова. — Ты даже не подошёл, когда нас привезли, как будто я никто…

— Ты в тот момент был с медиками, я собирался дождаться, когда тебя отпустят. Господи, Мришель, что ты вообще такое несёшь?! Я не понимаю, с чего ты взял, что ты обуза? Такого никогда не было. — у Ройхана в голосе сквозило искреннее непонимание, он сделал большой шаг к кровати.

— Не подходи! Вы все мечтали, чтоб я исчез, а когда я нашёл себе самое родное существо вы и тут недовольны! — ещё немного и мой грозный защитник начнёт рыдать, слышно даже по голосу. Но, несмотря на настойчивое желание выгнать капитана, сижу на месте, успокаивающе поглаживая змейку и стараюсь сама не нервничать.

— Риш, котёнок, этого просто не может быть. — капитан плавно перетёк ближе к кровати и, совершив обманный манёвр, перехватил упирающееся чудо прямо в прыжке. Затем прижал уже вовсю ревущее дитятко к своей груди. — Что ты за ерунду говорил тут, а, малыш? Ну как это ты не нужен? Отцы места себе не находят с того момента, как ты пропал, чуть всю планету не перерыли в поисках. Ну-ну, успокаивайся, всё уже хорошо. Майк на всех парах летит сюда, чтобы наконец тебя обнять. Почему ты начал меня избегать и что это за выдумки я только что слышал? М?

Мелькает мрачненькая идейка, что на пушистика явно повлияла какая-то суч… щность женского пола, ибо просто так такие мыслишки у ребёнка в голове не берутся. В моём воображении такой огромный и даже устрашающий хесс просто априори не может так трепетно вести себя с кем-то. Немного шокировано наблюдаю за нежными и максимально осторожными движениями капитана и не могу отвести взгляд, контролируя каждое действие. Слежу, как он ласково поглаживает Мришеля за ушком, не давая ни малейшей возможности тому вырваться, хотя попыток на вырывание с каждой секундой всё меньше.

— Я сам слышал как госпожа Хасира говорила об этом с мужьями. Что я неадекватный и нормальный ребенок давно назвал бы её миями, а я, как зверёныш, вечно огрызаюсь. Она говорила, что меня нужно сдать в дом для отказников, и тогда никаких проблем не будет. — сдавленно послышалось через всхлипывания.

Сижу и наблюдаю мгновенные метаморфозы: только что расслабленный и переполненный нежности капитан резко напрягся, волосы встали дыбом, уши прижались к голове, он даже беззвучно оскалился, демонстрируя внушительные, явно побольше чем у Риша, клыки. При этом на его голосе это никак не сказалось.

— Когда ты это услышал?

— Перед тем, как отправился к папе Френку. Я не специально подслушивал, она ночевать к отцу пришла, а его срочно вызвали на работу в лабораторию. Она осталась у нас и начала разговаривать по браслету. Из-за этого и побежал к папе Френку, мне надо было спросить, вдруг это правда… Я так хотел… А меня перехватили прямо по дороге, когда в глазах резко потемнело. Очнулся уже у бирников.

— Не переживай, малыш, я поговорю с твоими отцами, и мы обязательно решим все возникшие вопросы. Одно могу сказать точно: Майк не может думать о тебе ничего подобного. И уж точно ни в какой дом для отказников тебя никто не собирался сдавать.

— Но она так говорила.

— Она могла говорить что угодно, главное, я точно знаю, что это неправда, и твои отцы скажут также. Понимаешь?

Всхлипывания уже прекратились, но ребёнок явно был обессилен пережитым накалом эмоций. Я решительно встала с места и подошла к этим двум личностям, попутно пересадив нагиню на другую руку.

— Господин Ройхан, наверное нам пока лучше остаться с детьми наедине и успокоиться. Всё-таки обстановка к дальнейшему диалогу не очень-то располагает.

— Вы впервые обратились ко мне по имени. — усмехнулся гипотетический родственник.

— Да мы с вами и знакомы всего пару дней, я решила, что раз вы так близки с Мришелем, то против не будете, но если вам неприятно…

— Мне приятно, — резко оборвали меня. — Продолжайте называть меня по имени, пожалуйста. Сейчас я вас оставлю, но мне необходимо с вами поговорить именно сегодня. Когда освободитесь наберите меня через этот комп, я сейчас оставлю позывные.

С этими словами он внёс данные в местный ПК и вышел из каюты. Я же пошла тискать и всеми силами жалеть это несчастное горюшко, рассказывая, какой он на самом деле хороший и вообще самый лучший. Мы со змейкой в четыре руки наглаживали вихрастую макушку, пока реципиент не заснул.

Какие всё же тактильные детишки, помню, меня в детстве вообще бесили чужие прикосновения, да и потом я старалась всё контролировать и обниматься точно не любила. Тут же ластятся, как котята, причём весь мой выводок, а не только два отдельных захватчика.

Поняла, что сна ни в одном глазу, аккуратненько выбралась из кошаче-змеиного логова и отправилась на проверку своих владений, то есть подопечных, за которыми в моё отсутствие следят воспитатели. Вся банда обнаружилась в игровой, чувствуется, что они уже явно расслабились и в моей опеке так сильно не нуждаются. У меня словно гора с плеч свалилась. Немного с ними подурачилась и через стюарда связалась с капитаном, предложив совместный завтрак. Думаю, что это будет хорошим началом для дальнейшего разговора. Сытый мужчина — добрый мужчина.

В столовой было довольно безлюдно и это к лучшему, кто его знает, каким боком разговор повернётся. Капитан ждать себя не заставил, явившись практически одновременно со мной. Хрупкое перемирие никто не нарушал, и во время еды о серьёзном мы не заговаривали, периодически говорили вежливую ерунду. За чашкой местного бодрящего напитка он перешёл к делу.

— Госпожа Миронова…

— Можно Милания. Всё же я называю вас по имени, думаю взаимность будет верным шагом.

— Госпожа Милания, мне весьма приятно, и я с удовольствием буду к вам именно так и обращаться, но на будущее я всё же советую просмотреть информацию про важность полного имени. Если коротко, то чем больше вы разрешаете сокращать своё полное имя, тем сильнее укорачиваете дистанцию с говорящим. Вы впускаете его в свой ближний круг. Это обычно работает в обе стороны.

— Что-то подобное я и подозревала, на всякий случай изучу этот вопрос дополнительно. Во избежание курьёзных ситуаций.

— Я старался обратить ваше внимание на имена не в качестве упрёка, а в качестве дружеского совета. Всё же вы будете контактировать с другими посторонними созданиями, и эта информация вам пригодится. Далее, послезавтра будет стыковка с основной частью родителей и на этом этапе с детьми придётся попрощаться. В ближайшее время забота о них ляжет на плечи родных и близких. Надеюсь, что с этим проблем не возникнет. Чтобы не потерять с ними контакт, если они для вас действительно важны, я бы хотел подарить вам браслет для связи. Как вы смотрите на это?

— Погодите, пожалуйста, к чему меня обязывает подарок с вашей стороны? — нужно прощупать подводные камни, мало ли чем для меня это обернётся в будущем.

— Абсолютно ничем, — удивление капитана выглядело неподдельным. — А почему вы решили, что будете мне что-то должны?

— Видите ли, я живу по правилу, что просто так ничего бесплатно не даётся, в конечном итоге за всё придется платить. У всего есть некая цена, вполне возможно она появится не сразу. Но всё же обязательно появится.

— Нет, вы немного не понимаете ситуацию в целом. Браслет — это стандартное средство коммуникаций, то есть это не роскошь, не результат моего к вам расположения, а именно базовая необходимость. Также, к браслету привяжутся ваши документы, а затем и платёжные системы с компенсацией. Можете считать, что это родственная уступка, ни к чему вас не обязывающая. Вам в любом случае необходимо будет его приобрести.

— Если всё так, как вы сказали, то я ничего не имею против. Мне необходимо будет компенсировать ваши затраты на браслет при первой возможности?

Брови Ройхана поднялись, казалось, вровень с волосами. Он, словно рыба, несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот, видимо собраясь с духом, и продолжил:

— Госпожа Милания, вы меня удивляете. В нашем социуме мужчина берёт на себя ответственность за женщину. Также занимаясь и элементарным обеспечением её потребностей по мере своих возможностей. Это первый случай за всю жизнь, когда мне предложили компенсировать деньгами подарок… Я понимаю, что для вас такое положение вещей, возможно, звучит дико, но в некоторых ситуациях данное предложение может сильно оскорбить, это вам на будущее.

— Божечки, как у вас всё сложно. Я привыкла не зависеть от помощи окружающих, поэтому и предложила такой, эм, бартер. Если вдруг я вас всё же обидела, это было непреднамеренно. — старательно изображаю на лице виноватую улыбку.

— Всё в порядке. У нас довольно заметно разнится культурная составляющая. Также хотелось бы прояснить момент с нашей первой встречей. Мы вместе с братом занимаем не последнее место в социуме и имеем определённое влияние. При этом Мришель считается довольно сложным и недоверчивым ребёнком. С момента его похищения прошла неделя, за которую вы смогли стать его миями. Это очень короткий срок для таких глобальных изменений, честно говоря, поначалу я видел в этом злой умысел и был настроен очень негативно по отношению к вам. Мне казалась, что вы специально каким-то образом надавили на ребёнка с целью проникнуть в нашу семью и увеличить своё влияние.

— Сейчас уже так не думаете? — вот и ожидаемая реакция, схожее поведение скорее всего будет и от родителей.

— Нет, сейчас думаю, что племянник выбрал вас всей душой. Я наблюдал как вы контактируете с детьми. Не только я, мы все тут, мягко говоря, в шоке от того, насколько нестандартно они ведут себя во время общения с вами.

— Обычные дети, — пожимаю плечами. — Я не сильна в педагогике, но почему-то уверена, что это стандартное поведение для них. Ничего сверхъестественного.

— Вы просто не видели наших детей в стандартной ситуации. У нах яркое недоверие ко всем, с кем они не контактировали длительное время. Максимум, чего можно добиться от незнакомого ребенка, это вежливый ответ на пару вопросов, на этом всё. С вами, по каким-то причинам, этот механизм не работает. Я лично видел, как они выпрашивают ласку у женщины, которую знают очень маленький отрезок времени. Поверьте, для нас это очень необычно.

— Мне не с чем сравнить, поэтому поверю вам на слово. На самом деле, меня больше интересует предполагаемое знакомство с вашим братом и его побратимом. Да и наличие отца у моей змейки тоже очень настораживает. Сложно предугадать их реакцию.

— Даже не знаю, что вам сказать по этому поводу. Появление миями — это всегда очень важно, теперь вы будете в жизни этих детей на постоянной основе, а вот как сложатся отношения с родителями — я не представляю. Понимаете, обычно миями становится будущая жена, которая старается наладить отношения не только с мужчинами, но и с их ребёнком. В вашем же случае всё произошло абсолютно не по правилам.

— Вот и я об этом. Мне довольно сложно представить дальнейшее развитие ситуации… — грустненько повздыхала я, уныло фантазируя о самых печальных исходах этого мероприятия. — В таком случае, буду решать проблемы по мере их поступления, многие факторы от меня не зависят.

— Ну, будем надеется на лучшее. Вернёмся к теме браслета. Раз вы не против, пройдёмте к нашим техникам, они вам всё установят и расскажут подробнее, как с ним обращаться. Мне же пора возвращаться к свои обязанностям.

В принципе, на этом наш диалог и закончился. Меня провели к техникам, которые выглядели в точности как земные: прям вот классический технарь, только наг и эриниец, а в остальном всё совпадает. Даже очки есть. Надели на меня чудо технического прогресса, что-то там потыкали, покивали, перекинулись непонятными терминами и в итоге провели лекцию для чайников по пользованию данным аксессуаром. Больше всего меня заинтересовало как он передаёт картинку при звонке или фото. Потому что я совершенно не понимаю, как устройство, находящееся на руке может снимать тебя сбоку. Или спереди. Магия, блин. Мне, конечно, пытались объяснить процесс, но чайник есть чайник. Единственное что поняла, так это что-то связано с импульсами, идущими от мозга. На этом пришёл конец моего понимания, но я всё равно уверенно кивала.

Так и обзавелась я первой собственностью в новой, теперь уже родной, реальности.

Вернулась к своему детскому саду и сменила нового замученного до синевы бедолагу, сообщив, что сама прекрасно справлюсь с этим активным коллективом. Чувствуя скорую разлуку тетешкалась с ними не переставая.

Никогда не ожидала от себя того, что довольно ощутимо привяжусь к абсолютно посторонним детям. Тут же прелесть на прелести, лапки так и тянутся пожмакать. Остаток дня провели совместно, спать в этот раз тоже отправились дружной компанией.

Бесконечно долго лежала без сна, обдумывая сложившуюся ситуацию, но просчитать свои действия наперёд не смогла. Невозможно что-то прогнозировать не зная всех вводных. Перед встречей с родителями букашек было волнительно, хотя поводов для волнения не было. В теории. Но как там всё пойдёт только вселенной известно.

Очередной день прошёл по совершенно стандартному маршруту, никто нас не тревожил и не беспокоил. Всё свободное время мы проводили в игровой, тщательно расшатывая психику работающих в этой сфере стюардов. Исправно посещали столовую, всё с такой же никем не опознанной, но вполне съедобной субстанцией. Бурда бурдой, но мы уже привыкли. Ночью вновь засыпали целым гнездовьем, у меня появились мыслишки про сепарацию от коллектива — это же ужас, мы совершенно всегда вместе. Я усталь. Совсем усталь.

На удивление, проснулись мы самостоятельно, в дверь никто не звонил, не стучал и вообще она признаков жизни не подавала. Закончив мыльно-рыльные дела, радостно отправились на завтрак, который плавно перетёк в поход по комнатам развлечений. Время бежало неспешно, и в самый неожиданный момент, когда я мучила щекоткой сразу крошку-эринийца и уже умудрённого опытом очень активного грайна, за спиной раздалось полное ужаса:

— Вы его миями???

Повернувшись, не отрываясь от своего увлекательного занятия, обнаружила в дверях целую делегацию, состоящую целиком из взрослых существ. Одетых не по форме. Приехали. Видимо долгожданные родители моих потеряшек.

— Чья? — ясности у меня пока не прибавилось, глуповато уставилась на собеседницу в ожидании продолжения.

Тут из под моей руки вынырнуло синекожее чудо и с интересом начало рассматривать новых персонажей.

— Это мама. — довольно сообщили мне, растягивая лыбу во все клычки.

И чего стоим? В моём воображении любой деть должен был с радостными воплями и визгами побежать к матери на ручки. Эти же чада стоят. Сгруппировались за моей спиной и только улыбаются радостно. В голове замаячила какая-то мысль, я соотнесла наличие маленького эринийца и вопрос, прозвучавший от голубокожей высокой женщины, и что-то мне резко поплохело.

— Не-не-не, я не его миями. — эта фраза запустила цепную реакцию, и беловолосая леди стрелой метнулась за своим сокровищем, прижала его к себе, прямо таки выдрав кровинку из моего личного пространства. Сокровище вело себя скромно, к матери тулилось, но и на меня поглядывало.

— Нам сказали, что для кого-то из детей вы стали миями и мы все очень боялись. — попытка высокого грайна с извиняющей улыбкой ввести меня в курс дела ясности по-прежнему не добавила.

Дети попутно разбирались по семьям и разбивались группами по игровой. С любопытством посмотрев вокруг, обнаружила несколько интернациональных семей. Кстати, меньше двух мужчин в одной ячейке общества я точно не наблюдала. Да и эти семейки, скорее всего, неполным составом заявились.

— Это разве плохо? — заинтересовалась я, обнимая своё змейство и подкравшегося пушистика. Нагиня нагло залезла на руки, демонстрируя всё своё довольство наличием себя у меня практически на шее.

— При живой матери могли возникнуть сложности. — продолжил объяснения грайн.

— Нет, мои вот они, ваши все самостоятельные. — решительно отреклась от новых пополнений. Я и с предыдущим не то чтобы свыклась.

Как только родители прекратили коллективную истерию в связи с обретением своих детишек, меня начали беспрерывно благодарить, со всех шести сторон, рассказывая, какая я молодец, и далее по списку приятностей. Стою, млею — меня так ни разу не нахваливали за всю мою скромную жизнь. Ещё немного и растекусь довольной лужицей лестного бахвальства.

В какой-то момент кудрявая малышка хесси ловко залезла ко мне на вторую, свободную от змейки руку, заставив всех присутствующих резко замолчать. Тишина устрашающе сгустилась. Наверное, в ней можно было расслышать лихорадочный стук моего сердца. Атмосфера в игровой мгновенно перестала быть дружеской, ко мне плавно (я бы даже сказала весьма угрожающе) подошли родители девчушки, и взволнованная мать семейства недоверчиво уточнила:

— Вы точно не являетесь её миями? — а эта зараза мелкая ещё и боднула меня своей ушасто-кудрявой головой, довольно замурчав. Всё, сейчас меня начнут медленно четвертовать, с полного одобрения окружающих существ.

— Не-не-не, это ваше, забирайте!

Настойчиво стянула юную интриганку и старательно впихнула в родительские объятия, попутно рявкнув:

— А ну-ка держите крепче. А ты, красота моя, сиди у матери и не нервируй меня. — нежно проворковала тронув пальцем курносый нос.

Родители начали постепенно оттаивать, но, смотрю, малышню свою схватили крепко, старательно окружив в коробочку, словно ожидая, что заберу. Больно надо.

— У меня свои есть, — говорю, размахивая затекающей рукой с нагиней. — Полный комплект. И так за глаза, даже через чур. Так что на ваших я однозначно не претендую.

Вот уж эти террористы мелкие, подставляют меня тут по всем фронтам. Решили они в обнимашки поиграть на глазах у нервных предков. Аж озноб по спине прошёл от всех взглядов, жуть невероятная. Только что они все мило улыбались, а через секунду уже меня чуть ли не наизнанку выворачивают. Брр. Вот он, материнский инстинкт во всей его красе. После таких встреч надо чай поискать с мятой или к врачу наведаться за каким-нибудь ядрёным успокаивающим укольчиком. Скорее всего последнее, ибо столько чая в меня явно не влезет.

Больше никаких сюрпризов не было, со всеми родителями мы обменялись контактами, уверяя друг друга, что звонить можно практически в любое время и в любой непредвиденной ситуации. Также мне сообщили, что вполне вероятно малышня захочет со мной поддерживать связь.

Есть чуечка, что после приобретения этим козявкам новых браслетов, на меня обрушится лавина желающих пообщаться детишек. Говоря это, родители были не в восторге, но скорее всего они просто смирились с неизбежным злом в моём лице.

Перед отлётом детворы, под ревнивыми взглядами, наобнималась с каждым. Некоторые, особо чувствительные, в очередной раз разревелись, на что я клятвенно обещала ждать их звонков. В итоге, помахав всем ручкой и пожелав счастливого пути, мы, наконец-то, разбежались в разные стороны: я — к себе, они — на кораблики и по домам. В каюте меня так расслабило, что шевелиться некоторое время я была просто неспособна. Типичное состояние желе: мой максимум — это потрясти рукой. Невероятно выматывающей оказалась эта встреча, по всей видимости, напряжение меня не отпускало последние несколько часов.

Божечки, а завтра ещё приезжает грозный отец моей очаровательной змейки. Надо бы хоть имя разузнать, да и вообще хоть бы представить примерно, что меня ждёт. Попыталась связаться с капитаном Ройханом, но попытка не удалась. Пришлось звонить Ильссару. Всё же наг, может он хоть примерно расскажет, чего мне ожидать от представителя его вида. Змей радостно согласился и предложил совместный ужин, на который мы притопали всем семейством. Наг при виде нашего трио слегка скис, но в мгновение ока натянул на лицо одобрительную улыбку. Да-да, верю. Быстренько проконтролировав питание своих малявок, я отправила их в каюту. Сама же полностью сосредоточила внимание на потенциальной жертве моей нервозности.

— Господин Ильссар, я хотела бы с вами проконсультироваться. Дело в том, что Илесса назвала меня своей миями, следовательно, теперь она гарантировано входит в область моих интересов. Я очень даже переживаю по поводу завтрашней встречи с её родителем. Не могу даже примерно предугадать его реакцию на появление чуждого элемента в их безоблачной жизни. А добиться содержательных ответов от ребёнка довольно затруднительно.

— И вы решили обратиться за консультацией ко мне?

— Ммм, дело в том, что вы наг.

— Да уж, я как бы заметил. — рассмеялся Ильссар.

— Я не это имела ввиду… — ну что за косноязычие, логика, ау, включись в работу.

— Всё в порядке, госпожа Милания, вы не сказали ничего обидного. Я постараюсь вам немного помочь и расскажу общедоступную информацию про родителя малышки. А завтра, думаю, вы сами во всём разберётесь.

— Было бы неплохо. Скажите для начала, как бы вы отреагировали, если бы у вашего ребёнка неожиданно появилась незнакомая вам ранее миями?

— Честно говоря, не возьмусь даже предполагать, но, говорю только за себя, скорее всего, точно не расстроился бы. Узнав вас ближе, вероятно, начал бы строит отношения. — лукавая улыбка озарила его лицо.

— Ага, а если эту ситуацию всё же перекинуть на отца малышки? — ааа, мне нужны ответы, желательно конкретные, а не пространные истории ни о чём.

— Не имею ни малейшего представления. Теперь детали. Я подозревал, что именно по этому поводу вы и захотели встретиться, так что немного подготовился. Его зовут Росс Хельман. Ранее работал в службе безопасности планеты, но после рождения дочери ушёл в отставку. Сейчас у него весьма успешное детективное агентство. Характер довольно скрытный, личную информацию старательно удаляет, дабы она не стала общедоступной, поэтому могу с вами поделиться столь малым количеством фактов. Лично мы не пересекались, но, расспросив коллег, могу сказать однозначно, что за негативными действиями он замечен не был. Законов не нарушал, не привлекался и на этом всё. Больше ничем не могу помочь.

— Это и так гораздо больше, чем я знала до сегодня. — проговорила с улыбкой, стараясь чтобы разочарование и близко в голосе не прозвучало.

Больше в нашем разговоре ничего интересного не было, болтали ни о чём. Ильссар рассказывал курьёзные случаи, связанные с работой, я же в основном слушала и поддакивала в нужных моментах. Сама же с головой окунулась в свои мысли, но стойко игнорируя лёгкий флирт. В результате распрощались и разбрелись в разные стороны.

Вернувшись в каюту обнаружила своих малявок, сладко спящих в обнимку прям по центру моей, на минуточку, кровати. Подкралась ближе, меня мгновенно засекли внимательные глазищи и освободили центральное место возлежание. Но не ради моего удобства, а чтоб удобней было развалиться на мне же. Так и живу, вся в лишениях, недовольно подумала я, нежно подгребая своих козявок поближе, полностью окунаясь в атмосферу спокойствия.

На следующий день, вдоволь навалявшись в кровати, мы коллективным мозгом решили не строить далеко идущих планов и проводить время как и раньше. Я на это упирала, так как с самого утра нервничала, а вот малявкам только дай возможность играть в своё удовольствие — мгновенно входят во вкус.

Где бы мы не появлялись в течение дня, было настойчивое ощущение, что на меня кто-то смотрит. Если в начале я стойко игнорировала это, мол, показалось из-за переживаний, то ближе к обеду паранойя расцвела пышным цветом. В конечном итоге, начала в упор смотреть на окружающих меня существ, стараясь вычислить любопытствующую заразу, которая делает мне нервы. Но вокруг все были в стандартной форме, то есть никого, кто бы от них отличался, мною замечено не было.

Вот когда меня стало колотить на нервной почве, я решила, что пусть все катятся лесом, в каюте однозначно безопасней. Схватила малявок и чуть ли не бегом направилась к себе, с целью забиться в нору. Одновременно с этим произошло несколько событий.

Дорогу мне перегородила гора, зазвонил браслет на руке и змейка, которая привычно висела на мне обезьянкой, оглушительно завопила:

— Пааапа!

Едва не оглохнув, подняла голову в попытке вместить объект в поле зрения, так сказать, целиком, но потерпела поражение. Объект целиком не влезал, только частями. Видимо это-таки дядька Черномор, который выделялся даже на фоне виденных мною до этого богатырей. Кошмар, как он одежду себе подбирает с такими размерами? Взгляд за мгновения отметил татуировки на руках и в вырезе футболки, короткий ёжик белых волос и застопорился на ухе. Левом. Впервые вижу мужчину с таким количеством золотых колечек разной толщины. В мочке переливался зелёный камешек и на нём моё внимание окончательно зависло. Затем осмотр плавно перешёл на такие же изумрудные чешуйки на скуле.

Браслет и не думал утихать, выводя меня из подобия транса. Опустила взгляд вниз, чтобы посмотреть, кто там такой настойчивый, а это капитан собственной персоной. Машинально нажала ответ:

— Госпожа Милания, вы уже обсудили вопросы с отцом Илессы? — весело спросил Ройхан.

— Ммм, да как бы вот, только встретились. — неуверенно проблеяла в ответ.

— Как это, он же с самого утра вас должен был разыскать, стюард из сопровождения точно довёл его до вашей геопозиции.

— Ага. Я тут вспомнила кое-что срочное, свяжусь с вами чуть позже. — и сразу вызов отключила.

Паранойя вышла на трапу войны и начала очень недобро посматривать на этого наглого представителя змеюк. Вооот кто за нами наблюдал, зараза такая, я чуть кондрашку не схватила с таким вниманием.

— Очень добрый день, где ж это вы путешествовали с самого утра? По известным адресам эротичного характера? Вас посылали все окружающие, раз вы так долго добирались? — попытки успокоится нагло задвинула поглубже агрессия и нашептала мне на ушко, мол, смотри, дорогуша, какой прекрасный кандидат для снятия накопившегося стресса, мы ему за подглядывания сейчас всё выскажем.

— Я наблюдал…

— Да чтооо вы, а я-то и не заметила, думаю чего ж это шерсть на загривке дыбом встаёт, а оно вона как. — мой ушастик медленно переполз вперёд, занимая типа оборонительную позицию, а Илесса в это время начала гладить меня своими ладошками.

Объект моего нервного срыва очень внимательно следил за этими поглаживаниями, прям не отрывая взгляд. Напряжение набирало обороты, и от Мришелем раздалось шипение. В теории сие действие должно было быть угрожающим, но внутренняя нежность сказала «ооох» и растаяла, попутно начав процесс успокоения.

Стоим посреди коридора: здоровенный недовольный наг, не менее недовольная я с детём на руках и грозный ушасто-хвостатый защитник передо мной. Шипение на нага, видимо, особого впечатления не произвело.

— Твой котёнок? — с усмешкой спросил он, явно расслабляясь.

— Мой. — гордость она такая, она вылезет даже в такой ситуации.

— Задиристый. — прозвучало одобрительно.

— Защитник. Единственный и неповторимый. — на меня посмотрели весьма заинтересовано.

— Не волнуйся, защитник, вреда не причиню. — и это создание без инстинкта самосохранения погладило моего мохнатика по голове, внаглую почесав за ухом. Не знаю, кто удивился больше из всей нашей компании, только наг оставался спокойным. Ну и змейка, которая завершила успокаивающие поглаживания и просто уложило голову на моё многострадальное плечо, сверкая оттуда любопытными глазищами.

— Почему было не подойти к нам сразу? Устроили игру на моих нервах.

— Веди к себе, не будем устраивать представление на потеху любопытствующих.

Обернувшись, действительно заметила нескольких ребят в начале коридора, которые усиленно делали вид, что им вот ни капли не любопытно, и они тут по особому делу уши греют.

Молча направилась в каюту, даже не подумав передать змейку папаше, хотя она и не делала попыток вырываться из моих жадных рук. Топала и попутно размышляла, что разговорить в каюте как-то не комильфо, вроде это моя личная территория, а мужик всё же совсем посторонний, виденный мною впервые. Но вроде как до этого меня такое не смущало, почему же сейчас эта мысль мелькнула? Непонятно. Да и он явно на «ты» ко мне, хотя у них тут вроде так не положенно. Короче, ничего не-по-ня-тно. Пока пыталась размышлять, не заметила даже, как добралась до пункта назначения.

Оказавшись внутри, автоматически доплелась до кровати, рухнув на неё вместе с чешуйчатой ношей, Мришель за доли секунды умостился рядом. Понаблюдав эту картину с порога, наг вальяжно занял сутул и, кинув на меня несколько непонятных взглядов, ляпнул:

— Пересядь, пожалуйста, на соседний стул, на кровати ты у меня не те ассоциации вызываешь.

Чегооо? Нет, ну это уже наглость нереальная, зато сразу стало понятно, от кого моя змейка унаследовала эту прекрасную черту характера. Сядь туда, сядь сюда, ассоциации не те у него. Пока внутренне возмущалась до меня дошёл подтекст. Мгновенна залилась краской. Куда тебе краснеть, Милка? Тебе про секс напрямую говорили — и пофиг было, а тут лёгкий намёк и зарделась маковым цветом, соберись бегом. Ненавижу свой рыжий окрас в такие моменты, если довести — краснею быстро и качественно.

Сгрузила Илессу на кровать и агрессивно умостилась на стуле, хорошо, что их тут два. Сижу. Недовольная, всё ещё красная, глаза искры метают, а змею хоть бы хны. Смотрит на меня и лыбится довольно.

— Росс Хельман, отец Илессы. — вот уж неожиданность, это понятно было ещё с Лескиного вопля.

— Миронова Милания, миями вашей дочери.

— Мама! Ты мама! — раздался гневный вопль юного змейства, которое довольно раскинулось на кровати.

На этих словах наг впился в меня взглядом и было чёткое ощущение, будто он меня этими глазищами препарирует. Так, меня либо сейчас добьют, либо ещё чего похуже.

— И как? Ты согласилась стать ей матерью? — спокойный голос никак не вязался с увеличением количества чешуек на скулах. Они уже опустились до подбородка и начали подниматься ко лбу.

— Ммм, не то, чтоб меня спрашивали. Меня и миями нарекли, собственно, весьма неожиданно.

— Как можно стать миями неожиданно? — ой-ой, он практически рычит.

— Эм, молча?

Уважаемый, ну как я тебе отвечу на такие вопросы, если сама ответов не ведаю? Миями и миями, я особо не трепыхалась по этому поводу. Назвали — и плыву себе по течению. С довеском. Двойным.

— Когда она начала называть тебя мамой?

— Да я как-то и не заметила особо. В начале миями звала, затем, наверное, стала оговариваться, но я внимания не то чтоб сильно обращала.

Меня наградили таким жалостливым взглядом, что мне стало откровенно не по себе. Чуечка начала шептать, что добром это не кончится, и сейчас меня обрадуют какой-то фигнёй. На всякий случай скрестила пальцы аж на двух руках и, зажмурившись, загадала желание у вселенной, чтобы ничего нового не вылезло.

Наг с любопытством наблюдал за моими манипуляциями, но скептическую ухмылку с лица не убрал.

— Милания, ты понимаешь разницу между словами «мама» и «миями»?

— Да оговорилась она, просто оговорилась, змеёныш просто маленький, ей мама произносить куда легче.

— Сама-то в это веришь? — заинтересованно спросил змей, подперев подбородок одной рукой, а другой побарабанил по столу.

— Ммм, верю? — блииин, вселенная в очередной раз меня не услышала, сейчас мне расскажут, как сильно я вляпалась.

— Можешь мне поверить, моя дочь просто так никого миями не назовёт. И уж тем более, ей не сложно это произносить. Ребёнку шесть циклов, она слов знает в два раза больше, чем сверстники. Так с чего ты решила, что «мама» ей говорить проще?

— Да ни с чего я не решала, это первое, что пришло мне в голову... Не заметила я этот её переход совершенно. Скажи, что это ничего не значит, а?

На мою полную надежды просьбу наг просто заржал. Словно он не змей, а жеребец породистый. Скорее всего мерин, подумалось злорадно. Эх, красиво смеётся, запрокидывает голову, на шее становится отчётливо видно часть татуировок. Поймала себя на мысли, что Росс уже не смеётся, а в комнате царит тишина. Засмотрелась. Позорище. Можно я выйду и не буду заходить обратно, а?

— Мила, это значит очень многое. — первое существо, которое мне не выкает. Да и имя сокращает, как нормальный человек, отметила мимоходом.

— Грядут проблемы?

— Ну, это смотря с какой стороны посмотреть. Ребёнок возвел тебя на уровень матери. Теперь будем совместно строить семью.

— Совместно с кем?

— Ну, тут вариантов сейчас немного, конкретнее один.

По-по-по, погодите, Милке надо подышать. Как там говорится в той мантре? Глубооокий вдох и плавный выдох. Глубокий вдооох… да, мать вашу, к чёрту вдохи, куда клонит это ископаемое?

— То есть вы пытаетесь намекнуть, что нам с вами нужно строить семью?

— Да я прямо говорю.

— И в роли кого, извините, вы меня видите в вашей фантазии? — психованно подскочила и стала нервно ходить из угла в угол. Все свидетели моих метаний с интересом наблюдали за сим действом.

— А ты много ролей там видишь?

— Согласна на роль приходящего папы. Иногда провожу время со змейкой, а в основном я нахожусь отдельно. Не рядом. Далеко.

Наг в очередной раз решил продемонстрировать свою шею и засмеялся. Весёлый мужчина, даже в заднице мира найдёт повод поржать. Словила себя на том, что слежу взглядом за изгибом татуировки… брр, помахала головой из стороны в сторону. Какой-то гипнотический рисунок. Точно. Именно в этом дело.

— А вот и не угадала. — так, он же мысли не читает?

— В смысле?

— Семью мы будем строить с тобой. Совместно. Посколько тебя нарекли не просто миями, а матерью, теперь никуда ты не денешься.

— Э, минуточку, в смысле не денусь? Уважаемый, ты чего несёшь? — фильтр речевого аппарата выключен или находится вне зоны действия сети.

— Я проясняю наши дальнейшие планы.

— Нет, ты мне рассказываешь СВОИ бредовые планы.

— Наши. — сказал, как отрезал.

— Мне срочно нужно позвонить. Никуда не уходите, я сейчас. — и выбежала за дверь.

Божечки, надо как-то успокоиться. Ну где взялась эта змеюка на мою бедовую голову? Пытаюсь набрать номер Ройхана и понимаю, что руки ходят ходором, я даже не всегда попадаю по браслету. Уже наклацала какую-то фигню и ни до кого не дозвонилась.

Прислонилась к стене и плавненько съехала на пол, зарывшись пальцами в волосы. Ещё мочалка эта рыжая до самой задницы, и это в заплетённом виде, мешает постоянно.

Нужно успокоиться, просто успокоиться, подышать и позвонить капитану. Спокойствие было безжалостно прервано змеем, который присел рядом со мной на корточки. Не хочу его видеть, уткнулась головой в колени. Очень захотела проснуться. Желательно прям дома.

— Ну и к чему эта паника? Мил, давай поговорим с тобой как взрослые существа.

Не хочу я говорить. И слышать ничего не хочу, хотя прекрасно понимаю, что придётся. Как же я устала от этого проклятого минного поля, что ни шаг — то обязательно мина.

— Малыш, давай поговорим, посмотри на меня. — всё, можете меня выносить.

Здравствуй, истерика, давно не виделись, я совсем не скучала. Меня начало трясти, из глаз брызнули слёзы и полились ручьями по щекам. Задерживаю дыхание и молча давлюсь слезами, ибо сейчас начну всхлипывать на весь коридор. Змей, видимо, всё понял, проворно схватил меня на руки и помчался в неизвестном направлении. Несколько секунд — и мы в каюте. Не моей. Этот бугай рухнул со мной прям на кровать и крепко прижал к себе, попутно поглаживая по голове и приговаривая:

— Ну-ну, Милая, кто тебя обидел, скажи доброму нагу, и я всех перебью, только успокойся, пожалуйста. — услышав это, я начала смеяться сквозь рыдания, чем напугала его ещё сильнее.

— Начни с себя, а? — полное непонимание в глазах напротив. — Ты мне тут начал про семью задвигать и всё остальное. Какая к чёрту семья, я тебя вижу впервые… Понимаешь? Впервые. Так семьи не строятся. У вас вообще всё по-дикому. Я даже кота боялась завести, потому что он живой, это огромная ответственность практически на всю жизнь, к этому серьезно подходить надо. А тут за какие-то несколько дней я обзавелась двумя детьми. Двумя. Взрослыми. Реальными. Детьми!

Каждое последующее слово я добавляла после удара ладошкой по груди мужчины, чтобы точно втолкнуть всю силу своего отчаянья в эту гору невозмутимости. На этом я выдохлась и обессилено ляпнулась на эту махину. Лежу и слышу, как стучит его сердце прям под ухом, а тёплые руки продолжают поглаживать меня по голове и плечам.

— Разве ты так отрицательно настроена против детей? Я наблюдал за вами в течении дня. Ты ведёшь себя с ними так, словно это твои дети. Если бы я не знал на сто процентов, был бы уверен, что ты их родная мать.

— Я не против детей. Несмотря ни на что эти малыши каким-то образом пролезли в душу и забыть их я точно не смогу. Да и не хочу.

— Тогда в чём дело? Что вызвало у тебя такое сильное отторжение?

— Как ты не понимаешь? Всё происходит очень быстро, я даже не успеваю адаптироваться к одному этапу своей жизни, как тут же случается что-то не менее монументальное.

— Мы со всем разберёмся, правда.

— Какое «мы»? Вот об этом я и говорю. Мы знакомы от силы час, и ты уже говоришь о семье, о том, что есть какое-то мифическое «мы». Хорошо, незаметно для себя я разжилась детьми. Но откуда в этой схеме «я-дети» образовался ты? Это так не работает.

— А как по твоему это работает?

— В моём понимании всё происходит постепенно. Сначала два человека знакомятся, узнают друг друга лучше, понимают, хорошо ли им вдвоём. Через некоторое время начинают жить вместе. Если их всё устраивает, то переходят на следующий этап и вступают в брак. И только после этого, после детально и подробного обсуждения, решают, готовы ли к детям.

— Хорошо. Я тебя услышал. Но пойми и ты, моя дочь уже называет тебя матерью. Если ты думаешь, что это оговорка, то нет. На духовном уровне она именно так тебя и воспринимает, ты стала даже ближе, чем миями. Это практически нереально, и я никогда не думал, что моя кроха выберет себе мать самостоятельно, без моего участия. Именно поэтому я уверен, что семейным узам всё же быть.

— Ты опять…

— Не перебивай и дай мне закончить. Я не настаиваю сразу на наших с тобой отношениях, хотя и не вижу в этом тех проблем, на которые ты указала. Любая другая знакомая мне женщина только обрадовалась бы таким возможностям, но не ты. Я тебя выслушал и действительно стараюсь понять. Если ты хочешь постепенного развития отношений, то будет только по-твоему. Я ни в коем случае не буду тебя ни к чему обязывать и, тем более, принуждать. Насколько могу понять — отвращения я у тебя не вызываю.

— С чего ты это вообще взял?

— Ты на меня смотрела. Заинтересованно. — кошмар, какой стыд на мою рыжую голову.

— Это ещё ничего не значит.

— Значит, — довольно проворковали мне. — Взгляды — это очень многое. Если для тебя я привлекателен физически, то, надеюсь, что шансы на совместное будущее у нас есть. Если бы я вызывал у тебя отвращение, в конечном итоге у нас не получилось бы двигаться по твоей схеме. Во всяком случае я очень надеюсь на комфортные, дружеские взаимоотношения. В крайнем случае.

— Может мы сразу остановимся на последнем варианте? Он выглядит самым безопасным и обойдёмся без потерь.

— Нет. Я настаиваю на том, что ты дашь нам с тобой шанс на нормальную семью. Последний вариант — самый крайний, когда я понесу поражение по всем остальным вероятностям.

— И ты не будешь на меня давить?

— Не буду. Вернее, я приложу все силы, чтобы добиться взаимности, но при этом очень постараюсь не давить. Чтобы ты узнала меня постепенно и поняла, что не такой я и кошмарный, как бы не выглядел в твоих глазах. Теперь давай начнём с самого начала. Привет, я Росс Хельман, отец очень милой нагини Илессы.

— Привет, я Милания Миронова. Приятно познакомиться.

— Это взаимно. Госпожа Милания Миронова, вы мне очень симпатичны. Вы не будете против если мы перейдём на «ты» и я буду обращаться к вам по имени?

— Не буду.

— Вам предлагаю обращаться ко мне аналогичным образом. Видишь, всё совсем не так страшно, как ты себе надумала.

— На самом деле просто накопилось. Я весь день переживала по поводу встречи. Плюс постоянно ощущала твой взгляд куда бы не пошла.

— Ты чувствовала, что я за вами наблюдал? — на лице нага невероятное удивление.

— Твои подглядывания вызывали неконтролируемую тревогу. Под конец я настолько запаниковала, из-за того, что чувствую посторонний взгляд, но никого чужого не вижу, что схватила детей и помчалась в каюту. Там ты меня и перехватил.

— Вот как? Я уж было решил, что что-то произошло, но сам этот момент не зафиксировал. Извини, не думал, что ты настолько ментально чувствительна к посторонним взглядам.

— С такой паникой на пустом месте столкнулась впервые. Сейчас я бы хотела встать и привести себя в порядок, воспользовавшись твоей уборной.

— Чувствуй себя как дома. — с улыбкой проговорил Росс.

Выбралась из этих медвежьих объятий и со стыдом заметила пятна от слёз на его футболке. Даже пятнища. Юркнула в ванную и внимательно посмотрела на себя в зеркало. Позор какой, взрослая тётка, а ревела, словно маленький ребёнок. Милка, тебя жалел и успокаивал абсолютно посторонний мужик. С которым у нас скорее всего совместный ребёнок. Весело и попахивает шизофренией. Постояла ещё, порефлексировала и пошла на выход.

Владелец каюты за время моего отсутствия явно переодел футболку, избавив меня от доказательств моей же слабости. Уверенно направилась к двери со словами:

— Пошли к детям, пока они по деталям не разобрали мою каюту.

Цветы жизни вели себя в моё отсутствие на удивление тихо, наше временное пристанище осталось неразобранным и даже не надкусанным. Примерные детишки обнаружились сидящими на кровати. В обнимку. Как только открылась дверь, две обеспокоенные мордочки впились в меня очень внимательными взглядами, сканируя с ног до головы. Жутковатенько.

Пока я играла в гляделки с детворой, меня осторожно подтолкнули вперёд, и наг зашёл следом. Присел на корточки около кровати, осматривая живописную композицию из кошаче-змеиных обнимашек.

— Лесси, пойдешь ко мне?

Протянул руки вперёд и в них мгновенно оказалась светловолосая торпеда, которая то душила нага в объятиях, то хватала папашу за руки, одновременно рассматривая и тиская окальцованное ухо, попутно рассказывая о своей интересной жизни и задавая невероятно важные вопросы:

— Пап, а я совсем не боялась, когда проснулась с другими детьми и даже не плакала почти! А маму я сразу выбрала. А когда мы домой? А ты сказал маме, что она мама? Риша я тоже люблю, ему нравится, когда за ухом чешут... А куда вы ходили? Он даже умеет мурчать, но обычно стесняется. Остальных забрали, но мы с ним никуда от мамы не уйдём! По тебе я тоже иногда скучала… — очень содержательный монолог, в который никто даже не пытался вклиниться, отец внимательно слушал дитятко, не перебивая, и только радостно кивал.

Заметила, что Риш смотрит на меня очень неуверенно, словно уже попрощался, уши прижал к голове, кулаки зажаты и поглядывает то на меня, то на огромного нага. Присела рядом и притянула это чудо к себе. Вжался в меня так, словно сейчас отрывать будут. Наглаживаю ушки, в попытке успокоить, эти самые локаторы вздрагивают, но настойчиво прижимаются к голове. Илесса щебечет, папаша целенаправленно слушает дитятко, но при этом внимательно наблюдая за нами. И тут мне на ухо промуркали:

— Он тебя теперь себе заберёт? — ну привет, куда меня без моего ведома забирать уже собрались, эх, знать бы, что в этой пушистой голове происходит.

— Не-а, никто меня никуда от тебя не заберёт. — тоже тихонько прошептала в ответ.

— Леска говорит, что папа у неё хороший. А с моими будут проблемы. Так дядя Ройхан сказал.

— Ну будут и будут, мы со всем разберёмся.

От змеиной группки послышался довольный хмык. Ну вот, забыла я про то, что слышат они гораздо лучше меня, а вот Риш это мог бы и предусмотреть. Подумаешь, слова нага повторяю, я, может, аналогичным образом думаю.

— Не переживай, малыш, никуда твоя миями не денется. — змеиная группа поддержки вступила в диалог.

— Я не малыш! — злобный рявк вперемешку с мурлыканьем ударил меня прям в сердечко, всеми силами стараюсь не заржать.

— Конечно, ты уже взрослый, вон какой высокий вымахал. Ещё немного — и станешь ростом с миями, а потом и меня догонишь. — н-да, пушистику много не надо. Даже уши уже в нормальном состоянии, а всего-то польстили слегка.

— Вы правда не будете забирать миями?

— Ты посмотри на неё, куда ж она от тебя денется? Сидит, как приклеенная, от всего мира защищает. Даже если бы хотел, то забрать не получилось бы, она точно откажется.

Котище переводило взгляд то на меня, то на змея и так по кругу, явно не очень веря в услышанное. Эти занятные переглядывания приврал звонок моего браслета. Ройхан, видимо, решил проверить, дышу ли я до сих пор или меня уже прикопали по-тихому.

— Милания, у вас всё в порядке? — обеспокоенно спросил он. Моя ты лапа, за это время меня не то, что убить могли, при желании все следы б уже затёрли.

— Да, всё хорошо. Налаживаю контакт с родителем моей подопечной.

— И как успехи? Вы так спешно прервали предыдущий разговор, что я немного запереживал.

— Ну что вы, всё замечательно. Вы по делу или просто?

— Через час будет стыковка с моим братом, я хотел предупредить вас об этом заранее, чтобы вы настроились на встречу. — а с нагом чего ж так не предупреждали?

— Спасибо, я поняла. Мне нужно встретить его сразу по прилету? Или он сам найдёт нас с детьми?

— Лучше встретить. Я тоже буду присутствовать.

— Договорились. До свидания.

Ну вот, не успела я основательно разобраться с одной ситуацией, как на смену ей пришли новые проблемы. Чего ожидать? На что настраиваться? Совершенно непонятно. Короче, буду плыть по течению, что-то кардинально обдумывать я сейчас совсем не настроена.

Предложила всей честной компании отправиться в столовую. Воссоединение семьи — это хорошо, но еда по расписанию. Тем более малышня очень активна, прям очень, посему эту дребедень нужно тщательно кормить. А вот избытком аппетита они не страдают, так перехватят что-то на бегу и довольны.

Настроила себе уведомление, чтобы через час отправиться в зону стыковки с другими кораблями.

В результате мы сквозь специальные смотровые окна наблюдали интересную (по крайней мере для меня) картину: вначале зону стыковки, а это здоровенный ангар, покинули все существа, кроме нескольких дежурных, одетых, по всей видимости, в скафандры. Затем открывается шлюз и внутрь ангара залетает миниатюрный кораблик, мне больше всего он напоминает большущую яхту. После посадки шлюз закрывается и внутрь ангара подаётся кислород. Только после окончательной команды техников открывается дверь на яхте, а через некоторое время откроется и в нашу зону. Было весьма познавательно, особенно при прослушивании комментариев от мужской части нашей группировки, которые взахлеб, иногда перебивая друг друга, пытались объяснить мне подробности этого процесса. Слушать я слушала, но особо не вникала.

Всё, откладывать дальше смысла нет, без нас не начнут, решила я, и целеустремлённо направилась в зал ожидания. И вот стоим мы такие настороженные, наперебой поглядываем на двери. Мришель опять то пытается вдавиться в меня, то отстраняется и стоит отдельно, прижав ушки. Скорее всего он сам очень переживает, хотя мне не совсем понятна причина. Вроде отцы его любят, а то, что не живут в одном доме, так на здоровье, у ребёнка есть разнообразие в местах проживания, тем более ожидаем мы пока только одного из папаш, вроде как биологического. Стоим, нервничаем.

Илесса основательно оккупировала батюшку, демонстрируя, насколько много места может занять, обняв того руками и ногами, хотя она на нём выглядит пылинкой, в том смысле, что мелкая и в глаза бросается не сразу, на фоне этой громадины. Через минуту к нам присоединился капитан. За родственником скучает, вестимо.

Вот и настал он момент «ха»: открывается дверь. Это открывание приносит нам интересный сюрприз, так как вместо одного живого существа заходят трое — двое спереди и один немного позади. Причем первая парочка разнополая. Дамочка реактивно вырывается вперёд и противненько так вопит на весь зал ожидания:

— Мришель, мальчик мой, наконец-то тебя нашли! Дорогуша, я так волновалась, даже спать не могла, Мришелик! — и всё это на одной ноте, с пронзительными подвываниями.

Мохнатик повел себя нехарактерно: уши прижал, громко зашипел, оскалив зубы, и вплотную прижался ко мне спиной, словно в поисках защиты. Дитятко я, конечно, к себе прижала, ещё и обняла для спокойствия. По моим ощущениям хвостик, которым в этом комбезе ребёнок просто обвивал ногу, яростно бьётся. Шипение тоже не прекращается, как и старательное вдавливание в мою тушку. Синякам таки быть, он же весь костлявый, как селёдка.

Поднапрягла память, матерью эта дама гарантировано быть не может, и тут меня озарило: вероятно, это новая женщина его биологического отца, который несильно-то и спешит за такой активной дамочкой.

— Женщина, вы няня? Отпустите немедленно ребёнка! Мришелик, быстро иди ко мне! — ну какова тактичность, ну прям прелесть.

Вместо ответа насмешливо изогнула бровь и осмотрела эту ледь сверху вниз, представив, что вижу перед собой нечто малоприятое. Я уже прекрасно вспомнила, кто вкладывал в голову малыша, что он ошибка, и так далее по списку.

— Вы глухонемая? Что за отвратительный сервис?! — внимание дамы переключилось на капитана. — Ройхан, дорогуша, что за персонал ты нанял, прикажи этой… этой женщине отпустить моего будущего пасынка!

Ройхан скривился, как от зубной боли, но с независимым видом промолчал. Видимо, как и я, решил посмотреть на дальнейшее развитие событий. Наконец-то свою активную девицу догнал ловец, ну или догонщик.

— Хасира, что за концерт ты устроила? К чему эти крики? — спокойно поинтересовался хесс.

— Дорогой, пусть эта женщина отпустит твоего ребёнка! Я очень переживала за Мришеля, а она не даёт ему вырваться! — ну какая непробиваемая дама.

Риш снова зашипел и, кажется, вдавился в мои объятия на максимум. По крайней мере, дышать мне стало на порядок сложнее.

— Насколько я вижу, ему там абсолютно комфортно. Привет, сын.

Серьёзно? И всё? Мужик, у тебя ребёнка как бы похитили, ты его видишь впервые за несколько дней и тебя хватило только на эту фразу? Мрак. Риш на это только зыркнул из под косматой чёлки и буркнул:

— Привет, па.

— Покинуть такие крепкие объятия и перейти в мои не менее крепкие не желаешь?

— Нет, мне и тут хорошо. — ууу, острый локоть ненароком двинулся мне прямо в печень… Стараюсь не кривиться и незаметно поглаживаю это нервное создание.

— Да уж, заметно. — пробормотал родитель, пристально оглядывая чадо и меня с ним заодно.

Подумаешь, мы тоже не лыком шиты, демонстративно рассматриваю в ответ. Понятно в кого пошёл Риш, отец — практически копия, с учётом возраста. А так: уши чёрные, шевелюра не менее косматая, единственное, что глаза синие-синие, у малыша-то они насыщенно зелёные, видимо, в мать. Ну и высокий, конечно, как и все здесь. Ростом я проигрываю даже дамочке, причем довольно ощутимо. Мир великанов, блин, а я тут единственный лилипут. Так, Милка, вежливость — это весь наш арсенал на данный момент. Пускаем его в ход.

— Добрый день, я Миронова Милания Михайловна, с недавних пор миями вашего сына. — эта фраза была равносильна взрыву сверхновой.

В отличии от отца ребёнка, который воспринял эту информацию спокойно и явно знал об этом заранее, девица очень громкого поведения пошла вразнос.

— Чтооо? Эта заморашка? Стала на моё место??? — божечки, сколько возмущения, сколько праведного гнева. — Я старалась наладить отношения с моим прекрасным Мришеликом, а она посмела сунутся куда не звали? Урвать всё себе захотела?!

— Извините, мы ненадолго отлучимся, а затем продолжим наше знакомство. — спокойно сообщил хесс, цепко хватая девицу под локоток и практически волоком выводя в другое помещение.

Мы проводили парочку внимательными взглядами до самого закрытия двери. Затем молча переглянулись и совместно решили не комментировать данную ситуацию.

Попутно я обратила внимание на третьего гостя на этом празднике сумасшествия. Причём не только я. Мужчины, оказывается, уже обменялись приветствиями, пока я была сосредоточена на прекрасной актёрской игре, и теперь стояли дружно рядом.

Риш явно расслабился после исчезновения раздражителя и, кажется, аналогичным со мной образом, только заметил присутствие других лиц.

— Пап… Пааапа… — ну вот, довольная стою и наблюдаю за нормальной реакцией мальчишки на появление отца.

Мужчина стоит на одном колене, чтобы быть вровень с ребёнком и крепко обнимает сына, причём явно что-то дополнительно нашёптывает в мохнатое ушко. Милашество. Пока неприкаянно стою и наблюдаю за этими нежностями, решаю совместить приятно с полезным и детально рассматриваю хесса.

В полку рыжих прибыло, ура, товарищи. Насыщенно рыжий кудрявый одуванчик и в этой невероятной красоте рыжие уши с рыжими же кисточками на кончиках. От концентрации рыжести аж в глазах зарябило, но тут на меня подняли рыжие глазищи… Всё, выносите меня отсюда. Глаза, конечно, не прям рыжие, они вроде как карие, но с эдакими светлым искорками. Зачарованно любуюсь на эту прелесть неизвестное количество времени и тут до меня доходит, что если я смотрю на хесса и вижу его глаза, то это может значить только одно: он тоже смотрит на меня и точно знает, что я на него пялилась. Кошмар.

Поспешно отвела взгляд в сторону и гарантировано покраснела. Вот прям чувствую как горят щёки. И шея. И даже плечи. Короче, горю я целиком и полностью от ощущения катастрофической неловкости. На искорки она засмотрелась… Моё рефлексирование прервали на самом интересном месте:

— Позвольте представиться, я Френк аль Мринх, отец Мришеля, и я очень рад, что вы были рядом с моим сыном в трудную минуту его жизни.

Я говорила, чтоб меня выносили? Тот раз не считается. Вааау, какой голос, низкий, с лёгкой хрипцой, прям мурлыкающий на некоторых словах, ему однозначно нужно работать в сфере личных продаж, за такой голос барышни вынесут ему все свои ценности, на которые он только укажет. Сама чуть не растеклась сиропной лужицей. Милка, соберись, тряпка, мозги в кучку и отвечаем максимально адекватно.

— Я тоже рада, что его встретила. На самом деле это он меня старательно спасал, а не наоборот. — улыбнулась я, пытаясь вновь не засмотреться.

— Думаю, что вы обязательно поделитесь с нами этой историей, да, Риш? — дитятко на это только кивнуло и решительно отлепилось от явно промоченного слезами плеча. Все присутствующие тактично сделали вид, что ничего не заметили.

— Френк, что за внеплановые изменения? Я был уверен, что прилетит только Майк, причём один. — взволнованно спросил капитан.

— Лучше задай этот вопрос брату. — скривился рыжик. — Может мы пройдем в другое место? Нам бы обсудить некоторые вопросы, а делать это на виду у всех не хотелось бы.

— Я дам доступ к небольшому конференц-залу, думаю, что там вам будет комфортнее всего, а пока оставлю вас. Работа никуда не исчезла, к сожалению.

Пока мы направлялись в пункт назначения за одним из служивых парнишек, Мришель шёл возле меня, крепко схватившись за руку, иногда довольно ощутимо её сжимая, но я старательно не морщилась и легонько пожимала в ответ, пытаясь таким образом показать, что я рядом.

Зал оказался компактным, с несколькими удобными диванами. Мы с котёнком расположились на одном, нагово семейство — на другом, а солнечный хесс — на отдельном, не посягая на моё личное пространство. Разговор вновь начал Френк:

— Я очень рад, что у моего сына появилась миями. То, что он долгое время был лишён духовной поддержки со стороны женщины явно не шло ему во благо. Сейчас я собственными глазами вижу, как он к вам тянется, неосознанно стараясь либо находиться рядом с вами, либо держать вас в поле своего зрения. Скажите, вы стали миями и для дочери господина Росса Хельмана?

— Да, всё верно.

— Мы с вами, господин Хельман, лично не знакомы, но в связи с особенностями моей работы я сразу постарался навести необходимые справки. Надеюсь, вы не в обиде?

— Нет, я сделал аналогичные действия.

Мужчины разговаривали через меня, немного наклонившись вперёд.

— Я бы хотел понять, как вы все видите наше совместное будущее? Появление миями в нашей жизни — довольно неожиданный поворот и я этому действительно рад, но всё же есть ряд вопросов, требующих детального обсуждения. Это лучше было бы делать вместе с моим побратимом, но пока он несколько занят.

— Согласен. С корабля нас, конечно, не выгонят, но всё же многие вопросы не терпят ожидания.

Мы с мелким пригрелись рядом друг с дружкой и расслабленно следили за говорившими мужчинами.

— Так и есть. Для начала нужно обсудить наше дальнейшее проживание. Дело в том, что из-за работы я не могу надолго покидать планету, да и изменить место жительство смогу только после выхода в отставку. Надеюсь, вы понимаете специфику.

— Вы настаиваете на совместном проживании? — спросил Хельман, расслабленно поглядывая то на меня, то на хесса.

— Я не настаиваю, но заметьте, это было бы оптимальным вариантом. Миями необходимо поддерживать физический контакт с детьми, а на расстоянии это делать весьма затруднительно.

— В таком случае, я хочу прояснить один момент: моя дочь назвала Миланию матерью.

После этих слов хесс вскочил с дивана и нервно начал ходить по залу, явно обдумывая услышанное. Его метания никто не прерывал, мы с мелкими не очень понимали ситуацию, а наг наверняка понимал и молчал.

Исподтишка подсматриваю за мужчиной, любуясь стремительными движениями. Здоровенный, оказывается, хесс. По габаритам, в плане роста совершенно не уступает Россу, в плечах даже шире. Чем их тут кормят таким химичным? Может и мне такого пожевать?

Спустя несколько минут прозвучало решительное:

— Как вы смотрите на переезд в нашу солнечную систему? У нас прекрасная планета и климат спокойнее, чем в вашем месте проживания. Насколько я знаю, вы, как учредитель, можете изменить планету активности в вашем агентстве. Понимаю, насколько вам важно находиться рядом с избранницей, но жертвовать ментальным и духовным здоровьем своего ребёнка я не могу. Поймите меня, пожалуйста. Нет, я не могу в одиночку принимать такое решение по поводу своего сына.

— Не переживайте так, я уже несколько раз обдумал все возможные варианты решения наших затруднений и склоняюсь к тому, что мы с Илессой переберёмся на вашу планету.

Хесс после этих слов шумно выдохнул и ощутимо расслабился. Плавно сел на своё место, откинувшись на спинку дивана, и устало прикрыл глаза рукой.

— Очень рад такому решению. Очень.

На этой радостной ноте нас бесцеремонно прервали. Видимо, разбор полётов закончен, и блудный папаша решил-таки почтить нас своим присутствием. Вместе с хессой. Причём эта парочка заняла место прям напротив нашей живописной компании.

— Френк, о чём вы тут говорили? — вальяжно поинтересовался этот му… жчина.

— Если бы ты принимал участие в этом обсуждении, то обязательно был бы в курсе. Но у тебя есть гораздо более важные дела. — мрачно проговорил рыжик.

— Моя женщина перенервничала из-за пропажи моего сына. Сам понимаешь, я не мог оставить её в таком состоянии.

Серьёзное заявление, конечно, и с одной стороны это похвально, но ребёнок явно был в состоянии стресса. Малыш и сейчас напрягся, больше ни о каком ленивом наблюдении нет и речи, он плотно прижался к моему плечу и нервно схватил мою и так полупридавленную лапку. Эти действия не укрылись ни от внимания папаши, ни от его девицы, которая окатила меня презрительным взглядом, но главное, что сделала это молча.

Наг, как самый смелый в нашей компании, решил просветить новопришедших до чего конкретно мы, собственно, тут договорились.

— Господин Майк аль Мринх, общими усилиями мы пришли к выводу о необходимости совместного проживания.

— В твоём доме? Дорогой, я однозначно против, чтобы какая-то непонятная женщина к тебе селилась. Это категорически невозможно! — вот не сомневалась я, что барышня не сможет сидеть молча.

— Хасира, твоим мнением я не интересовался. — преспокойно ответил хесс.

— Как это не интересовался? Моё мнение для тебя уже ничего не значит? — глаза начали набираться слезами, поза невероятно жалостливая, руки в молитвенном жесте сложила.

Прикольно, всегда хотела научиться красиво страдать, но у меня выходит только самозабвенно, со слезами во всю моську, ну и не только слезами, а ещё и с другими жидкостями.

— Хасира. — ух, одно слово, но какова интонация… Запахло арктическим холодом. Даже непробивная девица заткнулась и самоустранилась от разговора.

— Не переживайте, я довольно обеспеченный наг и в состоянии позаботится о прекрасных условиях проживания для всех заинтересованных лиц. Вас мы однозначно не стесним. — с насмешкой пророкотал Росс.

— Вы можете переехать ко мне, — решительно проговорил Френк. — Не скажу, что у меня очень просторно и уютно, но…

— Да у тебя же клоповник! — божечки, как заткнуть эту ледь? Может, где-то возможно раздобыть скотч? Самая заинтересованная сторона нарисовалась, не сотрёшь прям.

— Хасира, ты хочешь подождать меня на корабле? — а хесс-то очень терпелив, видимо обучен уже тормозить свою неимоверную любовь всей жизни на резких поворотах.

— Да, мой дом не очень большой, — продолжил Френк. — Но у мня как-то не было нужды в хоромах, а нам с Ришем и этого вполне хватало.

— Конечно, он же урод, кто к нему жить пойдёт кроме ребёнка? — произнесено было в пол голоса, но учитывая, что услышала даже я, а у остальных слух заметно получше… Дамочка решительно поставила точку в выводах относительно себя.

— Мы вас вновь ненадолго покинем, но через пару минут я вернусь. — девицу явно решили запереть, ну и поделом, пусть сам с ней разбирается, зачем нам лишние нервотрёпки.

Как только за ними закрылась дверь, в комнате установилась гнетущая тишина. Рыжий хесс был мрачнее тучи. Вот как его можно было назвать уродом — я совершенно не понимаю, при встрече он произвел на меня совершенно неизгладимое впечатление. При этом он фантастически красив, даже в сравнении с другими, уже виденными мною хессами.

Когда встретилась с искристыми глазами, поняла, что вновь беззастенчиво пялюсь. Красивый мужчина, однозначно. Словно поняв мои затруднения он повернулся ко мне левой стороной лица, отчётливо демонстрируя мне своё «невероятное» уродство.

Вот это? Вы серьёзно? На секунду у меня появилось стойкое впечатление, что меня разыгрывают. От левого глаза к подбородку идут несколько тонких шрамов, словно когтистой лапой ударили. Да блин, вот честно? Их же даже не видно, если внимательно не присмотреться. Тем более они практически в тон кожи, может, немного светлее. И из-за такой ерунды эта драная кошка его старательно клеймила уродом? Да бред же.

— Простите, господин Френк аль Мрин, — вот не могу удержать слова, они так и рвутся наружу. — Эта женщина назвала вас, ммм, неприятным словом из-за шрамов?

— Госпожа Милания Миронова, разве это не очевидно? Ваш вопрос для меня звучит насмешкой. — довольно холодно ответил он.

— Эм… Шрамы заметила лишь только что, да и то, если бы вы их так старательно не продемонстрировали, я бы на них даже внимания не обратила.

После этой фразы он на меня смотрел в упор, не моргая, казалось, целую вечность. Я основательно забеспокоилась, что ляпнула нечто плохое и гарантировано отвернула мужчину от себя. Мало ли, может вообще не стоило рот раскрывать.

— Я рад, что вы так думаете. Мне будет приятно, если вы окажите мне честь и всё же согласитесь на моё гостеприимство. — на меня смотрят так внимательно, словно я сейчас решаю вопрос мирового значения.

— Лично я не вижу никаких препятствий.

— Я смотрю, вы нашли общий язык? — раздался голос от двери. Ага, вернулся, уже в гордом одиночестве.

— Ты чем-то недоволен, Майк? — холодно уточнил хесс.

— Нет, меня, как раз-таки, всё устраивает. — мне показалось, что голос звучал довольно, хотя по лицу этого и не скажешь. Мужчина сел перед нами с Ришем на корточки.

— Котёнок, иди ко мне.

Мришель нехотя отлепился от меня и весьма неуверенно обнял отца за шею. Тот мгновенно подхватил ребёнка на руки и крепко пожал к себе. Простояв так несколько секунд, он сел рядом со мной, располагая дитятко в зоне доступа, чем это дитятко и воспользовалось, сцапав меня за измочаленную конечность. Сидим. Моя рука где-то в недрах кошачьего клубка, оба ушастых персонажа обнимаются и что-то нашёптывают друг другу, слова я совершенно не различаю, но чувствую, что мою лапку периодически сжимают.

— Милания, мне необходимо будет решить некоторые вопросы на планете, разобраться с рабочими моментами и затем я однозначно присоединюсь к вашей компании. — нарушил относительную тишину Росс.

— А как же Илесса?

— Она будет рядом с тобой, это самый оптимальный вариант в нашем случае. Вы в это время будете под ответственностью Френка аль Мринка. После моего возвращения мы вновь обсудим нашу с тобой ситуацию. Милания, мне нужно уложить дочь, она немного вымоталась сегодня.

Только после этих слов я поняла, что давно не слышу змейку, которая уже уютно посапывает в папиных объятиях. Ободряюще сжала руку котёнка и шепнула, чтобы, если что, прибегал к нам. Хочу оставить его с отцами наедине, всё же они давно не виделись и нужно знать меру, чтобы не бесить своим присутствием окружающих.

Пришли в мою каморку, после перекладывания нагиня свернулась в уютный клубочек на кровати. Установив детский надзор в каюте, я решила вновь обсудить ситуацию с нагом, жестами выпроводив его в коридор. У себя в комнате он сразу перешёл к делу:

— Мила, дай доступ к своему браслету. — молча вручаю руку, он что-то тыкает, попутно комментируя. — Свои позывные я тебе оставил, набирай в любой момент, как только возникнет желание. Я всегда на связи, так что не переживай, помешать мне не сможешь. Дал доступ к одному из своих финансовых счетов, можешь спокойно тратиться на любые нужды.

— Мне назначили компенсацию, так что в деньгах я не нуждаюсь. — скептически на него зыркнула. Тоже мне, нашёл бедную родственницу.

— Милая, по приезду на планету ты будешь основательно тратиться, причём на мою дочь включительно. Поверь, даже если ты начнешь раскидываться деньгами направо и налево, это никак не повлияет на моё финансовое благополучие. И мне будет приятно наблюдать твои траты.

— Росс, это не соответствует тому уровню взаимоотношений, на котором мы сейчас находимся. Мы по-прежнему практически незнакомые, явно посторонние люди.

— Я постараюсь это изменить. — уверенно проговорил он, пристально меня рассматривая.

— Вот когда изменишь, тогда мы и вернемся к этому разговору.

— Хорошо, но моим счетом всё же пользуйся. Не настаиваю, но прошу.

— Я над этим подумаю.

Далее наступила неловкая тишина. Я старательно освободила руку, которую удерживал всё это время змей, придвинувшись ко мне довольно близко. Смотрит своими зелёными глазищами, а в моей голове целый калейдоскоп мыслей, которые сменяют друг друга: «Не усложняй, нам только поцелуя не хватает / поцелуй и мы хотя бы сразу поймем есть ли притяжение / нет, сейчас точно не до этого, он уедет минимум на неделю» и всё в таком духе. Дабы отвлечься от внутреннего диалога, решительно задаю первый пришедший в голову вопрос:

— Почему хесс назвал меня твоей избранницей?

— Он прекрасно понимает, что просто так от тебя не отступлюсь. Но я же обещал на тебя не давить. — наклонившись, змей с улыбкой провёл пальцем по моей щеке, придвинул своё лицо вплотную к моему и заглянул, казалось, прямо в душу. — А словам моим можно верить.

Выпрямился, отошёл на шаг и, как ни в чём не бывало, закончил:

— Ближе к вечеру я попрощаюсь с малышкой и покину вас двоих на хессов. Думаю, Френк аль Мринх точно справится с вами и гарантировано обеспечит защиту, Мришель этот процесс проконтролирует. Он же твой «единственный защитник».

Затем я по надуманному предлогу спешно покинула столь сильно нервирующего меня нага. Его намёки вполне однозначны, но про наши гипотетические будущие отношения подумаю только после появления в моей бурной жизни хоть какого-то островка стабильности. Такие решения однозначно нельзя принимать в спешке и из-за сложных жизненных обстоятельств. Проблемы рано или поздно закончатся, а вот поспешные необдуманные отношения могут завести в такие дебри… Ну их на фиг такие риски.

Отправилась поваляться со своей змеиной прелестью. Подумать только, всего каких-то пол дня это чудо не цеплялось ко мне, а я ощущаю себя настолько непривычно. Разве можно за такой краткий период настолько сильно привязаться к совершенно чужим тебе детям? Оказывается, можно. То ли дети такие, то ли материнский инстинкт таки проснулся. Хотя я звала его раньше и совершенно в других целях, но лучше поздно, чем никогда.

Нагиня по-прежнему сладко посапывала, сквозь сон глянула на меня мутным оком, фейсконторль пройден, лица знакомые — можно спать дальше. Растянулась рядом, осторожно подгребая змейство под бок и погрузилась в свои мысли.

Наг серьёзно настроен на наши с ним совместные отношения. По его словам. Если отбросить ложную скромность и трезво посмотреть в свои наглющие глаза, то он мне симпатичен как в физическом плане, так и, пока что, в духовном. Из плюсов: красивый, даже очень, быстро и наверняка взвешенно принимает серьёзные решения, умеет поддержать и я ему, вероятно, нравлюсь. Из минусов: мне бонально стрёмно, что как и всегда в моей жизни страстные и хорошие, поначалу, отношения плавно начнут скатываться в бытовуху и отсутствие интимных взаимоотношений, ибо великому самцу лень.

Ещё и змейка мне, видимо, будет дочерью. Что делать в таком случае? Не имею ни малейшего представления. И как только люди совершенно добровольно обзаводятся детьми? С ними же надо потом взаимодействовать. Постоянно контактировать. Воспитывать каким-то образом. А как воспитывать кого-либо, если я с собой не всегда могу разобраться?

Одно дело, когда я точно знала, что за детьми явятся родители, и мне нужно банально обеспечить мелким элементарные базовые потребности. Но вот с далекоидущей перспективой… Не представляю, готова ли я к этому на самом деле. В крайнем случае у моих подопечных есть отцы, которые как-то же справлялись с ними ранее, они по-любому подстрахуют свои чада и такую неопытную меня. Я же буду эдакой взбалмошной мамашей, которая основную часть проблем свалит на мужские плечи. Эти плечи у них всех вон какие, можно вагон и маленькую тележку этих самых проблем сгрузить.

У биологического отца Мришеля есть дама сердца, на меня и мою относительную свободу он однозначно претендовать не будет. Правда, совершенно непонятно его отношение: рад он моему появлению в жизни сына или не очень? Склоняюсь к последнему варианту. Девица меня явно не одобрила, так как я без очереди всунулась на вакантное место, где она явственно мнила себя, но, думаю, переживёт. Ей же меньше возни с чужим дитятком, тем более у неё, видимо, совершенно не находился к нему подход, что заметно по шипящей реакции котейки.

А вот второй отец малыша… Всю жизнь была уверена, что глубокая симпатия с первого взгляда — однозначный миф, но вы бы его видели. Таких красивых рыжих созданий просто не может существовать в природе. Да и иметь голос, которым можно заворожить за секунду… Слишком много вау-эффекта, с ним придётся себя максимально контролировать, так как непроизвольно просто таю, когда засматриваюсь на эту прелесть. Бррр, нет, надо от его внешности отстраниться и докопаться до минусов, иначе хорошим это дело не закончится. Пока минусов не припоминаю, реакции у него хорошие, мальчишку однозначно любит и очень за него переживает. Ой всё, потом точно найду до чего докопаться, а пока пытаемся спихнуть его с пьедестала.

На этом моменте я решила, что с самокопанием пора бы закругляться и выяснить как поживает Риш, а также что у нас планируется дальше. По идее, вечно на этом шаттле мы находиться не можем, и пора бы отчаливать на планету пушистика. Короче, буду посмотреть.

Задумчиво смотрю на замкнутые двери в конференц-зал. Точно закрыто, я пробовала и так, и эдак эту штуку отпереть, но бестолку. Куда-то всё же переместились хессы вместе с моим котёнком. Главное, чтоб они не переместились на кораблик и не рванули от меня, такой хорошей, куда подальше со скоростью звука.

Проверила столовую, игровую и даже медцентр. Без-ре-зуль-тат-но. В последнем мне обрадовались, как родной, вновь нацедили чуть не пол-литра кровушки в исследовательских целях. Судя по алчным взглядам лаборанта, они её однозначно потребляют внутрь, явно смакуя. Быстренько покинула столь гостеприимное место от греха подальше. Ещё разберут на сувениры.

Поскольку иных вариантов дислокации бравых кошачьих я не представляю (побег от меня прибережём на десерт), набираю капитана. Он отвечает практически мгновенно.

— Госпожа Милания, где вы находитесь? Вас уже все потеряли.

— Нда? Тогда скажите где находятся эти все потерявшие и я вас таки найду.

Капитан послал меня в определенном направлении, благо в приличном. По пришествии в оное место обнаружились все представители семейства кошачьих, включаю сварливую ледь и капитана, а также единственного нага, который был в явном меньшинстве. Исключительно из чувства солидарности села рядом с ним, сообщив, что его мелкое чудо по-прежнему сладко посапывает в моей каюте.

— Я предлагаю сегодня отправится всем вместе домой, как раз перестанем нагружать Ройхана своим присутствием. — начала вещать рыжая мечта моего либидо.

— Допустим, меня вы однозначно не нагрузите, тем более свободных кают у меня в расчёте на непредвиденные обстоятельства, с запасом. Но сейчас действительно самая благоприятная обстановка для вылета на планету. Ещё немного — и мы перейдём в другой поток следования, из него добираться будете намного дольше, — сообщил капитан. — Госпожа Милания, ваши документы полностью оформлены и уже привязаны к вашему браслету. Также позвольте вашу руку, мне необходимо добавить вам финансовый счёт с компенсацией. Ваши контакты внесены в базу данных медицинского персонала, и все результаты их работы придут вам на браслет.

Во время этого монолога Риш перебежками подобрался ко мне и целеустремленно приткнулся с единственного свободного бока, обнял меня за пояс, зарываясь куда-то в подмышку. Реакция на эти телодвижения у всех была разной: капитан уже привык, дамочка окатила презрением и демонстративно отвернулась, змей потрепал мелкого по голове и больше никак не отреагировал, а вот оба отца дитятки смотрели очень внимательно. Рыжик при этом светло улыбался. А глазищи-то как искрятся, в сочетании с клыкастой улыбкой — это просто швах. Милка, твою ж мать! Смотрим на капитана или стену, или куда угодно, только не на это оружие массового поражения. Никогда такого кошмара не испытывала, даже при первой влюбленности. Чур меня.

Включаемся в мир.

Информацию услышала, к полету готова. Обойдёмся без чемоданов, вся моя собственность на мне. Наг полетит на какой-то резвой мелкой фиговине, все остальные, включая меня, — на том кораблике, посадку которого наблюдали утром. Ну что ж, посколько больше никого из нас тут ничего не держит, топаем будить Илессу.

Ожидаемо начинается слезоразлив. Папу старательно душили в объятиях и требовали не уезжать, он же в ответ гарантировал постоянные созвоны и скорейшее, даже моргнуть не успеешь, воссоединение. Девчушку нежно вручили мне, попутно погладив меня по щеке и шепнули где-то на грани слышимости:

— Думай обо мне, я о тебе точно буду.

Сделала вид, что со слухом у меня туговато и старательно рассматривала Риша, который от меня ни на шаг теперь не отходит.

Всей компанией помахали нагу, посмотрели, как он погрузился и отправился в путь. Затем пришёл и наш черед. Мы след в след прошли за капитаном, который лично нас провожал, видимо переживая, как бы чего нужного не унесли или контролируя, чтоб я ну точно свалила. На прощанье Ройхан пожал мне руку и заверил, что всегда будет на связи, мол, звони в любое время и при любых обстоятельствах.

Затем мы старательно расселись по отведённым нам местам, детвора, естесссна, рядом. Нас тщательно пристегнули и путешествие в неизвестность началось.

Пять минут — полёт нормальный. Шепчемся с малышнёй, я, как сидящая посредине, испорченным телефоном наклоняюсь то к одному ушку, то к другому. Есть ощущение, словно летим на самолёте, хотя, как мне сообщил Риш, тут работает что-то гипер. То ли ускорение, то ли прыжок, не особо поняла, но с умным видом покивала, пока малыш с восторгом мне рассказывал тонну очень важной теории. Иногда начиналась лёгкая тряска, и я хватала абсолютно спокойных детей за руки, ибо это им спокойно, а у меня разгон до панической атаки в три секунды.

Рыжий хесс систематически на нас оглядывался, а заметив, что мы все дружно держимся за лапки, отстегнулся и сел рядом со змейкой.

— Не переживайте так, полёты сейчас роботизированы, и вам совершенно нечего опасаться. Маршрут всегда просчитывается. Чтоб вам было спокойно я буду находиться рядом. — уверенно проворковала эта погибель.

Ну каков, а? Лапочка, мне спокойнее, когда ты не рядом находишься, а подальше, так как с твоим появлением мой мозг перестаёт работать должным образом и усердно перетекает из головы куда пониже.

— Сидите конечно. Я же не могу вам этого запретить.

— А вам бы этого хотелось? Скажите откровенно, вам неприятно, когда я нахожусь в вашем личном пространстве? — эх, бедовый ты парниша, мне как раз таки наоборот. Возникает нереальное желание это самое личное пространство сделать ещё меньше, чтобы быть поближе.

— Ничего подобного я не испытываю и не понимаю причину вашего вопроса. Но поверьте, неприятие вы у меня точно не вызываете.

— Замечательно. После приземления мы отправимся сразу ко мне домой. Как вы смотрите на то, чтоб сделать онлайн заказы некоторых вещей с доставкой? Мне кажется, что вы устанете, и заниматься физическими покупками будете не в состоянии, а у меня нет женских вещей, как и всех жизненно необходимых мелочей.

— Я только за, когда будет можно, то покажите мне как пользоваться такими сервисами.

Заверните, пожалуйста, я забираю этот экспонат. Ооочень предупредительный мужчина, который обдумывает то, до чего я своей головой даже не дошла. Главное, мужика ты вдоль и поперёк осмотрела, а сама-то... С этим комбинезоном неотразимости ты, Милка, явно срослась. Но это точно получше той робы аля ночнушки, что была на мне у бирников.

Как только приземление закончилось я со своими горошинами высыпалась на свободу, дабы осмотреть всё новое и незнакомое.

Честно говоря, в моей фантазии на планете должно быть всё настолько необычно, настолько шокирующе, что я вся прям сдулась, осмотревшись вокруг. Обычный среднестатистический город, с несколькими небоскрёбами где-то на периферии. На мой полный праведного негодования вопрос: «И где? Почему нет гигантский небоскрёбов?», удивлённо ответили, мол, а зачем, если перенаселения нет и каждый может разместиться с комфортом. Нет, ну я так не играю… Я вообще-то всё по-другому представляла, а тут единственное отличие от виденного мной на Земле — это летающий транспорт. И всё, видимые различия закончились. Ску-ко-та.

Пока разочарованную подлянкой меня просвещали, забытая мужчинами барышня заявила, что её обязательно, вот прям щас, необходимо отвезти домой и в оном доме явно задержаться. Я посмотрела на рыжика и категорически заявила, что нам с ней точно не по пути и вообще пора бы и выдвигаться, махнула парочке рукой, скороговоркой выдала:

— Спасибо, до свидания, приходите ещё, приятно было познакомиться. — схватила явно привыкшую ко всему нагию, Риша подпихнула вперёд, придавая ускорения, а замершего в полном офигении хесса сцапала за ладонь и ломанулась в противоположную от парочки сторону.

— Госпожа Миронова, мы бежим не в том направлении. — поражённо поглядывая на наши соединённые руки сообщил мужчина, заставив меня резко затормозить. То есть мы уже минут пять летим на всех парах, а голос прорезался лишь только что, да?

— На, держи, — уверенно впихнула ему Леску. — Вроде маленькая, а руку я уже не чувствую.

Хесс удивлённо пялится на мгновенно умостившуюся с полным комфортом на его руке змейку, как-то обречённо посмотрел на меня, вздохнул и выдал:

— Обычно дети на такой контакт с чужими плохо реагируют.

— Пфф, так то с чужими, а ты уже свой. Риш, бегом ко мне. — схватила одной рукой всего такого шокированного хесса, другой довольного и периодически хихикающего котёнка и вдохновенно сообщила. — Веди нас давай, шмотьё из дома закажем.

Рыжик видимо в основательном шоке, так как больше не услышала от него ни единого слова. Он только огромными глазами смотрел на нас троих поочерёдно, явно пытаясь понять смысл жизни. Блин, я как-то машинально обратилась на «ты», тут же это не принято. Штошшш, буду исправляться, а то совсем как дикарка. Топаем молча. Грузимся в мелкий летательный аппарат тоже молча. Наблюдаю, как заботливо мужчина усаживает змейку, предварительно нажав что-то на сидении, кресло подстроилось под нужды малышки, то есть плотненько зафиксировало. Летим дальше снова молча. Тишина прерывается только издевательским хихиканьем мелкого.

Уже на подлёте хесс снизил скорость и немного виновато произнёс:

— Госпожа Миронова, у меня довольно посредственный и небольшой дом, в чём-то монументальном не было потребности до этого момента. Если вам что-то категорически не подойдёт, давайте вместе это обсудим. Я всегда готов к диалогу. Во всяком случае, я могу приобрести новое жильё, которое будет полностью отвечать вашим потребностям.

— Не переживайте, если вдруг что будет не так, я обязательно дам вам знать. — это что ж там за сарай-то такой? Надеюсь хоть отдельная комната у меня будет. Если что, объединюсь со змейкой, так сказать по половому признаку.

После посадки мой уровень офигения перерос положенную норму. Огромная красивая двухэтажная домина с большой огороженной территорией вокруг. Что-то я не очень поняла, может, он тут комнату снимает?

— Это ваш дом?

— Ну да. Не нравится? — и тон такой расстроенный-расстроенный.

— Я в том смысле, что дом полностью ваш? Без соседей?

— Конечно. Полностью мой, надеюсь в будущем и ваш тоже.

— Понятненько... Ну ведите. — интересно, если бы он увидел мою едва выстраданную двушку, он как отреагировал бы?

— Чувствуйте себя как дома. Некоторая часть комнат закрыта за ненадобностью, но всё можно открыть и расконсервировать, я уже настраиваю вам доступ. Если вам не нравится что-то из интерьера можете смело всё менять.

— Прям-таки всё? — это мне по всей видимости можно творить что угодно и как угодно.

— Конечно. — и полный непонимания взгляд. Кошмар. Я как будто с несмышлёнышем общаюсь.

— Замечательно, мы останемся тут. Какую комнату мне можно занять?

— Эм, любую. Моя на втором этаже сразу возле лестницы. Мришель обычно живёт на первом этаже возле игровой.

— Отличненько, ну, мы пойдём осмотримся тогда?

Обстановка довольно аскетичная, никаких излишеств. Видно, что обставлялись комнаты лишь самым необходимым, остальным явно не морочились за ненадобностью.

Облюбовала себе комнату на втором этаже, с фантастическим видом на какое-то цветущее поле за окном. Мелкая решила жить рядом с Ришем. И партнёр по играм рядом, и до игровой долго идти не надо, ещё и выход на задний двор под боком. Продуманная мадемуазель.

Решительно перехватила владельца жилья и потребовала показать как пользоваться местной доставкой. Попутно отказалась от финансовой помощи в виде «давайте я закажу, зачем вы будете тратиться». Прикинула соотношение цен и количество финансов на своём счёте. Мааамочки, да я прямо-таки весьма обеспеченная барышня, с весомым приданым. Это ж за какие такие заслуги они меня столь высоко оценили? Заказала бытовые вещи и себе, и нагине в комнаты, так как в них кроме кровати и шкафа больше ничего не было. А дальше как в тумане. Пришла в себя, когда раздался звонок в дверь и рыжик пошёл принимать покупки.

Скептически обозреваю количество коробок.

То ли шопоголик во мне проснулся, то ли просто дорвалась. Прихожая была заставлена вся. Мимоходом глянула на улицу и поняла, что двор тоже частично заставлен. Эх, тяжела жизнь женщины без багажа. Принялась за распаковку.

По прошествию энного количества времени сижу в гостиной. Довооольная. Выкупанная, обмазанная всякими пахучестями с ног до головы, с приведённой в порядок гривой, на которую пришлось вылить несколько флаконов бальзама, дабы довести её до идеала. Одета в прекрасный домашний костюм и тапочки. Рядом сидит не менее довольная змейка, в новом костюмчике.

Как оказалось, для нагов есть специальная одежда, и во второй ипостаси с нижней частью костюма ничего не произойдёт. Так мои мысленные карикатуры ушли вхолостую. Эх, такая теория пропала.

Напротив сидит выдраенный до скрипа котёнок, которого я терроризировала под дверью тем, что зайду и лично проверю качество мытья. Так что дитятко сияло, блестело и даже дало мне подравнять шевелюру, дабы не так торчало. Сидит в аналогичном новейшем костюмчике. Глядя на мои завывания под дверью ванной комнаты, рыжик клятвенно заверил, что вымоется сам и с этим у него никогда проблем не было. Не то, чтоб я предлагала. Жаль конечно, но сам — так сам. И тоже сидит в новом костюме. Для хессов домашняя одежда снабжена отверстием для хвоста, так что я теперь обеспечена хвостатыми видами.

Френк сидит надутый, аки мышь на крупу. Видите ли, я, мало того, что отказалась от его финансирования во время шопинг-марафона, так ещё и заказала кучу шмоток Мришелю, да и отца его не обделила вниманием, обеспечив несколькими домашними комплектами повседневной одежды. А сей момент, как оказалось, очень сильно ударил по самооценке весьма обеспеченного взрослого хесса, который в состоянии покрыть любые расходы. Одевают тут его против воли в не им купленные вещи. Ужас, как ему, бедняге, обидно. Нда. В общем, клятвенно заверила, что следующую волну покупок оплатит он, дабы прекратить эти обиженные стреляния глазами.

Обеспечила себя и змейку комфортными шмотками и обувью на первое время, всевозможными гигиеническими средствами (тут я оторвалась на максимум), ну и в принципе всё. Теперь, посматривая вокруг, поняла, что раз уж меня заверили в том, что я могу менять тут всё по своему усмотрению, то этот дом ждёт лёгкий ремонт. Или не очень лёгкий — тут уж как пойдёт. Главное не напугать своим напором мужчину, а то ещё возьмет свои слова обратно, а мне грусти потом.

Детвора побежала осваивать задний двор с некими невероятно крутыми качелям, я же осталась с хессом один на один. Выясняю подробности про длину волос. А то с такими расходами на содержание сей красоты мой счёт в скором времени обнулится.

Подробности меня не особо радуют, так как, помявшись и повыделовавшись вдоволь мне всё же пояснили, что оказывается, чем короче волосы, тем доступнее женщина. О как. В данный момент я просто невинное ангельское дитя, то есть практически непорочна. Начала выспрашивать до какой длины носить волосы прилично. Не может быть, что они тут поголовно ходят с гривами и пол подметают.

— Госпожа Миронова, разве вам не нравятся ваши волосы?

— Мне-то нравятся, но вы не представляете как это неудобно. Я с ними банально не горю желанием возиться, вообще не фанат длинных кос. На моей планете этому значения не предавали, и я спокойно стриглась коротко.

— Но вам очень идёт. Правда. Словно огненный водопад, который переливается всеми оттенками красного. — хоспади, я щас растаю, зачем меня так смущать? Не хватает ещё покраснеть для полного счастья.

— Благодарю за комплимент.

— Не стоит, ведь я искренне так считаю. Госпожа Миронова…

— Милания.

— Что?

— Называйте меня по имени или как вам будет удобно. Предлагаю также перейти на «ты». Мы всё же живём на одной территории, и такие формальные обращения звучат как-то смешно.

— Вы уверены в том, что предлагаете? — карие глаза просто впились в мои. Он нервно побарабанил пальцами по ноге. — Вы, видимо, не понимаете или вам никто не объяснил. Когда вы предлагаете называть вас только по имени вы приглашаете меня в ближний круг. В этот круг не входят посторонние. Когда же вы предлагаете обращаться на «ты», то круг становится ещё ближе. Не все родственники имеют право обращаться друг к другу на «ты». Я не могу воспользоваться вашим незнанием. Возможно, когда всё вскроется вы сильно пожалеете о своей поспешности.

Не такой реакции я ожидала. Бааатюшки, а благородство тут днюет и ночует. Очень серьезный мужчина, который старается меня защитить от меня же. Змей в мой ближний круг влез сразу, нахрапом, а этот переживает, как бы я потом не пожалела. Удивительно.

— Я осознаю все последствия этих переходов. Мне повторить своё предложение?

— Ты точно уверена, что предлагаешь это именно мне? — и как бы невзначай поворачивается левой стороной, демонстрируя шрамы.

— Эм, если ты переживаешь, что наличие каких-то невзрачных полосок на твоём лице отговорит меня от этого предложения, то ты попал пальцем в небо. Совершенно не угадал.

Смотрю прямо в глаза, наслаждаюсь искорками, как приклеенная. Через некоторое время замечаю, что он подался вперёд и с силой сажал кулаки.

— В таком случае, Милания, я из твоего ближнего круга не исчезну. — высказался и расслабленно откинулся назад на спинку дивана. Напугал ежа…

— Как у вас обстоят дела с продуктами и приготовлением пищи? Когда мы были на шаттле, то питались непонятной бурдой. Довольно вкусно и питательно, но из чего это делается да и каким образом я не имею ни малейшего понятия.

— Зачастую я заказываю еду в ресторанах. Со многими можно заключить договор на ежедневное меню. Иногда, по настроению, могу готовить самостоятельно.

— Давай ты покажешь мне кухню. Очень интересно, как выглядят местные продукты и сильно ли они отличаются от привычных мне.

— Ты в прошлом готовила?

— Обычно по обстоятельствам, если не лень и было вдохновение, то могла и приготовить что-то элементарное. Честно говоря, я не фанат кулинарии, но при желании могу.

Изучение недр холодильного шкафа, вернее целой холодной кладовки, показало, что яйца тут имеют другой окрас скорлупы и размером с мой кулак. Молоко и кисломолочные продукты аналогичные, мясо в принципе тоже, живых экспонатов мне не демонстрировали, но по описанию от земных они несильно отличается. Фрукты все выглядели непонятно, представить вкусовые характеристики оных даже не возьмусь. Внешний вид круп другой, но принцип приготовления тот же: плеснул воды и вари, пока не сварится. Как я поняла, здесь очень популяризовано натуральное хозяйство без использования всевозможных улучшителей производства и есть очень тщательный контроль качества. Во всём можно разобраться и, при необходимости, приготовить что-нибудь простенькое. На крайний случай можно навести браслет, и умная штуковина распознает предмет и распишет все его особенности.

Предложила Френку заказать различные блюда на ужин, чтоб примерно понимать какая кухня привередливой мне подходит. Критик нашёлся, который молча ел неопознанную баланду на шаттле и сидел довольный. Пока ожидали доставку заморила червячка местным йогуртом с кусочками чего-то непонятного, но весьма вкусного. Жирность у него, скорее всего, была очень даже высокая, ложка стояла, как не в каждой сметане. Хорошо, что я дама нескромная и птичьим аппетитом не отличаюсь. Люблю вкусную еду, а она трепетно любит меня в ответ, за что неоднократно слышала завистливый шепоток «ведьма» от любимых коллег. Но не в коня корм, как говориться.

Расставили кулинарные изыски по столу и у меня началось счастливое время дегустации. Как вывод, могу сказать, что однозначно есть можно всё, и это самое всё довольно вкусное. Оценив все новинки на своей тарелке, я нагло влезла в детские и алчно поглядывала на единственную нетронутую. Владелец оной с улыбкой придвинул её ближе, чтоб голодающие в моём лице не тянулись. Под хихиканье детворы захватила самые заинтересовавшие меня кусочки и в итоге явно обожралась. Организм, получивший годовой запас питательных элементов, ушёл в работу и сказал сегодня его не беспокоить, а я расслабленной и довольной тушкой валялась на диване, лениво приглядывая за увлечённо игравшей детворой.

Сама не заметила, как уплыла в максимальную расслабленность. Сквозь сон чувствовала, что мене осторожно переносят, а затем накрывают одеялом.

Проснулась уже утром, в своей новой комнате, от того, что две наглые козявки решили прийти погреться под бочок.

Притворилась максимально спящей, дождалась, когда путей назад у них уже не будет, и злостно напала с яростной щекоткой на ничего не ожидающих невинных созданий. Громовой хохот наверняка разбудил жителей всего микрорайона, но сделаем вид, что это были не мы.

В какой-то момент нашего общего помешательства почувствовала, что на меня смотрят, подняла взгляд на дверь, а там… Стоит, облокотившись о косяк, всклоченная рыжая прелесть, заспанная, с какой-то растерянной улыбкой, в легких пижамных штанах и обтягивающей футболке. Милка, слюни подбери, детей утопишь.

— Привет, мы тебя разбудили?

— Немного, но я рад просыпаться от таких звуков. Завтракать будем сейчас или позже?

— Сейчас! — хесса практически снесло звуковой волной прям в кухню.

Отправила мелких на умывашки, затем и себя тщательно привела в порядок. В тот момент, когда заканчивала раздирать рыжую гриву пришел вызов на браслет. Несколько секунд непонимающе пялилась в экран, гадая, кто такой «Самый замечательный мужчина» и что он от меня, собственно, хочет. Отродясь таким образом контакты не подписывала. С опаской приняла вызов, всё же интересно, кто такой загадочный меня жаждет лицезреть. На голограмме появился довольный жизнью наг.

— Доброе утро, как там поживают самые красивые девочки? — проворковал он.

— Илесса умывается и планирует завтракать. — настойчивый какой, меня нахрапом фиг возьмёшь, мы уже опытные.

— А ты?

— Я занимаюсь аналогичными действиями.

— Да? Чего такая румяная тогда?

— Ой, попробовал бы ты привести в порядок эту неудобную гриву. — недовольно проворчала.

— Обязательно попробую по прилёту. — многообещающе заверили меня. Решила не задумываться над этими фразочками. Ну его, чертяку.

— Извини, что не писала тебе когда мы приземлились, как-то у меня вылетело из головы, что нужно сообщать тебе обстановку.

— Не переживай, мы постоянно поддерживаем контакт с рыжим аль Мринхом.

Кошмар, так стыдно стало, что мужчина подумал об отцовских чувствах друго мужчины, а такая умная я даже не заикнулась об этом. Надо однозначно исправляться и реабилитировать себя в своих глазах. Всё, с этого момента буду поддерживать связь на постоянной основе.

— В любом случае ты можешь писать мне. — величественно сообщила эта наглость.

— Обязательно воспользуюсь твоим разрешением. — в каждой его фразе я чувствую эдакую наглую усмешку.

— Почему ты не воспользовалась моим счётом?

— Потому что у меня есть свой.

— Я пока не настаиваю на оплате твоих личных трат, но ты покупала вещи моему ребёнку. Мы с тобой по-моему договорились.

— Это тоже мои личные траты. Тем более я просто всё добавила в корзину и рассчиталась, Френк с сыном тоже получил своего рода обновки. Зачем лишняя морока с оплатой каждого предмета отдельно?

— Как аль Мринх воспринял эти твои обновки?

— Тоже недоволен. Такое ощущение, что я вас прям до глубины души обидела.

— В некотором роде так и есть. У нас не принято, чтобы женщина оплачивала покупки мужчинам или чужим детям. Иногда это порицается.

— Но ведь дети уже не чужие? Вы постоянно говорите, что миями это так важно, почти родительские узы, а теперь коллективно осуждаете меня за покупку какой-то ерунды для, подчёркиваю, моих детей.

На меня в течение минуты абсолютно нечитаемо смотрели. Что за мысли бродят у него в голове — для меня загадка.

— Мы обсудим эту ситуацию через неделю. Лично.

— Это звучит довольно угрожающе.

— Не переживай, думаю тебе понравится. — на его физиономии распалась прямо-таки дьявольская улыбка.

Нас прерывает стук в дверь:

— Милания, всё уже готово, но дети без тебя не начнут.

— Через минутку буду на месте. — сказала, повысив голос.

— Вы перешли на ближний уровень отношений? — заинтересованно уточнил наг.

— Ну да, живём мы вместе и общаемся постоянно, как-то странно выкать. Не находишь?

— Хорошо, в таком случае до связи, если возникнет желание — с удовольствием с тобой пообщаюсь.

Прийдя на кухню обнаружила всех чинно сидящими за столом. А на столи были они. Моя любовь с первого взгляда. Огромное блюдо оладьев, прям с горой. Золотистых, ароматных… Да у меня в жизни такие не получались! Нагло увела самый верхний и с неописуемым наслаждением откусила. Блаженство. Только зверски расправившись с пищей богов, заметила креманочки со всевозможными джемами и вареньями. Ляпота. С такой кормёжкой я готова здесь жить на постоянке.

— Мам, а ты так сильно любишь сладкое? — до сих пор сложно привыкнуть к такому обращению, но я стараюсь.

— Иногда очень люблю, а тут такая красота, что удержаться просто невозможно. — по сути я уже наелась и лениво размазывала оладьей остатки джема по тарелке.

— А папа говорил, что много сладкого есть вредно!

— Папа абсолютно прав и много действительно вредно. Но вот иногда почему бы себя не порадовать?

— А мне папа Френк тоже говорит, что сладкое неполезно для организма и надо есть больше мяса и рыбы, — сообщил Риш. — Но сегодня можно, чтоб порадовать девочек. Так папа сказал.

— Как представительница девичьего клана уверяю, что меня очень сильно порадовали.

— Меня тоже, я тоже представительница. — на красивом чешуйчатом личике расплылась довольная клыкастая улыбка.

Нажав на клавишу браслета сделала галоснимок этой красоты. Решено, буду отправлять Россу фотоотчёт о том, как поживает его чадо, а то устыдили меня. Сразу отправила адресату с подписью: «Мы ели сладкие оладьи, дочь сопротивлялась до последнего, мол папа будет против, но я её злостно принудила».

Через секунду пришёл ответ: «Ладно, под твою ответственность, злостная принудительница». Начало переписки положено.

— Какие у нас планы на сегодня?

— У меня отпуск затянется ещё на пару дней, затем нужно возвращаться на службу. За это время постараюсь ввести тебя в курс дела, чтоб ты сама контролировала все процессы. — и мне так светло улыбнулись, что невозможно было не улыбнуться в ответ.

— Внеси на всякий пожарный свои контакты, мало ли, что за вопросы возникнут.

Френк взял меня за руку и начал вводить данные, при этом практически неуловимо поглаживал большим пальцем запястье. По коже с гоготом пробежал табун мурашек, который постарался завернуть в ненужном сейчас направлении, пришлось строго его тормознуть.

— Я позвоню сейчас на свой браслет, чтоб сохранить твои данные.

Далее он снова проделал несколько быстрых манипуляций и словно нехотя отпустил мою лапку. Малышня ждать развязки не стала и полетела разбирать на составляющие уличные качели.

— Смотри, я добавил тебя к детскому надзору, это автоматическая программа, которая контролирует поведение ребёнка в доме и на прилежащей территории. Если случиться внештатная ситуация, то тебе сразу придет уведомление. Плюс ты можешь активировать робоняню, это андроид, в котором есть программы для обеспечения детей всем необходимым.

Идеально. То есть тут есть всё, чтоб облегчить существование матери. Что ещё нужно для счастья?

— А что с продуктами?

— У меня заказана автоматическая доставка некоторых продуктов, я внес тебя в контактное лицо для доставщиков. Если тебе нужно что-то дополнительное, ты можешь заказать в этих магазинах, сейчас пришлю ссылки. Один момент: счёт списания средств добавлен мой и это не обсуждается.

— Почему? Если что-то нужно будет мне я хочу расчитываться самостоятельно.

— Ты вначале закажешь то, что считаешь нужным, а затем мы обсудим кому за что платить.

— Ладно, договорились. — нехотя согласилась. — У вас есть школьное обучение? Риш довольно взрослый на мой взгляд.

— Они в основном обучаются по самостоятельной программе и раз в месяц сдают экзамены по необходимым предметам. Иногда он посещает различные курсы для саморазвития, но это сугубо по желанию.

— Мне нужно куда-то записать Илессу, как думаешь?

— Хельман мне ничего не говорил по этому поводу, но думаю лучше тебе уточнить у него. Обычно с такими маленькими детьми родители занимаются сами или водят на курсы. Лепка, например, или что-то аналогичное, где легко, но интересно.

— С этим, вроде, разобрались, есть ещё что-нибудь?

— Ну, я оформил доставку из ближайшего, ресторана, чтоб два раза в день они привозили стандартный обед или блюдо дня, в расчёте на всех. Пока я дома — готовить буду сам, после выхода на работу могу или покупать что-то по пути, или же готовить.

— В этом сложном деле на меня тоже можешь расчитывать. — ну какой продуманный мужчина, старается облегчить мою жизнь всеми возможными способами. Постараюсь сделать для него что-то похожее.

Отправилась во двор, проконтролировать эксплуатацию качель. Что могу сказать? Выглядят они совершенно по земному, возле каждой многоэтажки можно было наблюдать что-то подобное. Малышня весело играет, несмотря на такую разницу в возрасте.

Решила написать змейкеному папе:

«Росс, Илесса ходила на какие-то занятия? Мне нужно сейчас ей искать что-нибудь?»

«Ходила, но мы позже вместе с тобой что-то подберём ей из доступных вариантов.»

«Ты когда прилетишь будешь жить с нами и Френком?»

«Да, ты же не против? Аль Мринх сказал, что дом тебя устроил, а я совершенно неприхотливый.»

«Отличненько.»

Отправила ему фотку резвящейся детворы.

«Пришли и свое фото.»

«Зачем?»

«Хочу иметь возможность смотреть на тебя даже на расстоянии.»

Задумчиво смотрю на браслет. С одной стороны он не просит ничего невозможного, а с другой… Ну и пофиг, пусть смотрит. Сделала что-то типа селфи. На фото я выглядела самой обычной, абсолютно стандартной. Подумала пару секунд и отправила результат ничего не меняя, пусть смотрит на такую, какая есть.

«Восторг. Ты очень красивая»

Ну каков льстец, где он видел это «красиво»? Пока мозг искал к чему придраться, женская сущность расплавилась от удовольствия. Затем я увлеклась наблюдением за детьми и разговор на этом заглох.

Больше ничего интересного не происходило, и день плавно и незаметно перетёк в следующий.

Два дня пролетели как-то незаметно для меня. Основную часть времени проводила с детьми, причём у змейки обострилась контактность, она вернулась к передвижению на моей талии при поддержке моей же многострадальной руки. Во время игр также старается от меня далеко не отходить.

Веду активную переписку с её отцом, с постоянными фотоотчётами и краткими описаниями ситуации. Он уверяет, что такое поведение для малышки вполне нормально и беспокоиться не стоит. Чувствую, что через неделю такого ношения стану очень мощной женщиной, но лишь с правой стороны.

Наг, скорее всего, сейчас занят по самые некуда, так как наша переписка больше похожа на мой монолог, разбавленный редкими приятностями типа: «Скучаю по этим девочкам на фото» или «Вы сегодня такие красивые». В общем, тешит он мою самооценку, стервец.

Отношения с Френком у нас складывались странные. С одной стороны, я им, буду честна, восхищаюсь. Очень продуманный мужчина, который старается предусмотреть каждую мелочь, сильно любит своего сына. При этом прекрасно ладит со змейкой, стараясь забрать бразды ношения этого сокровища на себя. Невероятно заботливый. Он постоянно старается сделать так, чтобы всем жителям его дома было очень комфортно.

Неоднократно ловила себя на том, что засматриваюсь на него, как малолетка, теряя нить разговора. Слишком притягательная для меня внешность, в сочетании с таким характером, а уж голос… Держите меня семеро, мне кажется, наступит момент и я начну его нескромно домогаться.

С другой стороны есть проблема. Он на меня смотрит. Постоянно. Следит за моими передвижениями, когда я хожу по комнате или играю с детьми. В абсолютно любой ситуации кожей ощущаю его взгляд. Иногда я чувствую себя порнозвездой на минималках. Вижу, как у него стекленеет взгляд и учащается дыхание, если я бешусь с детьми на ковре, изгибаясь всевозможными способами. К сожалению, заметила не сразу, но теперь стараюсь контролировать свои движения, чтоб не крутиться мартовской кошкой. Хесс очень внимательно следит за тем, как я ем. И если поначалу ещё была уверена, что он отслеживает реакцию на приготовленные им блюда, то сейчас ооочень в этом сомневаюсь.

Несмотря на это, он не делает никаких фривольных намёков, разговаривает максимально вежливо и уж тем более не нарушает моё личное пространство. Рыжик больше ни разу не зашёл ко мне в комнату, максимум — это лёгкий стук и голос из-за двери. Но напряжение между нами ощутимо растёт. Ах, когда он надел рабочую форму, я в очередной раз поняла, что в мою копилку желаний добавился новый фетиш. Нереально сексуальный субъект… Но не будем о грустном.

Когда Френк вышел на работу, он предупредил, что гостей у него не бывает от слова «совсем», так что переживать по этому поводу не стоит.

Мришель, до моего появления, проводил количество времени у отцов примерно одинаково, лишь в последнее время старательно перетягивал чашу весов в сторону Френка. На мой прямой вопрос котёнок ответил, что сейчас ко второму папаше категорически не хочет, так как там она. Кто «она» догадаться несложно и раз за ним никто не приезжает, я только рада.

И вот, первый день моего с малявками одиночества. Грустим. Никто не приготовил нам завтрак, а к хорошему привыкаешь быстро, мы нерадостно перекусили доставкой, уныло колупаясь в тарелках. Всё вкусно, но таки не то. У детишек, как всегда, началось увлекательное состязание на игровой консоли, смысла которого я откровенно не понимала, но старательно болела за каждого, в порядке живой очереди.

Тихо.

Спокойно.

Сглазила.

На браслет пришло оповещение: кто-то запрашивает разрешение на посадку. Безопасность на уровне, но чего с этим делать я без понятия. Пока в панике металась по комнате и искала в контактах Френка, Риш опознал аэролёт второго отца. Разрешила посадку и стала ждать визита, попутно думая, в честь чего нас решили почтить высочайшим вниманием. За этими размышлениями пропустила появление в прихожей самого гостя.

Сей гость излучал явное недовольство моим присутствием, мной в целом и обстановкой в частности.

— Добрый день господин аль Мринх.

Вежливость, Милка, вежливость — это ключ к нормальному отношению.

— Добрый. Где Френк?

— Так он уже вышел на работу. Положенный ему отпуск закончился.

— Да? Хорошо. Я хочу забрать Мришеля.

— В смысле забрать? Он не изъявлял желания вас навестить. Совершенно. — смотрю на котёнка, который уже прижал ушки к голове, явно прислушивается, но делает вид, что увлечённо играет.

— Это мой сын, с которым я желаю провести положенное мне время. Он и так подзадержался в этом доме. Раньше он чаще жил со мной.

— А у сына вы, собственно, спросили чего он хочет?

— Риш, иди сюда и скажи своей миями, что хочешь провести время с отцом.

Недовольный Мришель максимально медленно шёл. Мне кажется, его можно назвать чемпионом по плавности хода, но стою молча. Жду.

— Привет, малыш. — голос становится гораздо теплее, да и хесс в целом при виде сына стал не таким противным. — Поехали домой, я по тебе очень скучаю.

— Дома будешь только ты? — бааатюшки, а дитятко на отца смотрит с такой надеждой, что и слепому ясно, какой ответ он жаждет услышать.

— Дома будем мы вместе: ты, я и Хасира. — а вот это, мужик, было зря. Котёнок мгновенно сдулся и словно стал ниже ростом.

— Нет, я не хочу к тебе. Я хочу остаться с миями.

— Малыш, но почему? Я же хочу забрать тебя всего на пару дней, чтобы не нарушить связь с твоей миями, а затем сразу привезу обратно. — такая искренняя бездна непонимания в голосе. — Мы же раньше всё время вместе проводили, что произошло такого, что ты меня раз за разом отталкиваешь? Котёнок, скажи мне.

— Ничего. Я просто не хочу к тебе ехать, вот и всё! — с этими словами Риш, похожий на колючего ёжика, развернулся и умотал на задний двор.

Хесс некоторое время простоял на месте переминаясь с пятки на носок и обратно. Такой потерянный, что аж жалко стало. Но моего знакомого до каждой маленькой чёрточки котёнка мне жальче сильнее, а этот пусть и похож, но всё же здоровый, как лось и с этой проблемой справится самостоятельно. Объяснять свою точку зрения или пересказывать историю малыша, когда его доверие к взрослым и так весьма условное? Нет уж, извольте.

— Это ты его настраиваешь против меня? — кааанешна, кто же может быть крайней в этой ситуации кроме Милании.

— Во-первых, обращайтесь ко мне на «вы», вы не входите в мой ближний круг. Во-вторых, задумайтесь на минутку, когда в вашем ребёнке начались все эти изменения, и подумайте над причиной. По секрету скажу, что началось это до моего появления в вашей жизни. В-третьих, на данный момент вам в этом доме не рады, визит на этом считаю законченным. В следующий раз приходите только при наличии хозяина дома и с его одобрения. — ох, как же он меня выводит, словно слепой и глухой. Ко всем может прицепиться, что тот репей, а главного у себя под носом и не видит. Мужчины. Слепые толстокожие существа, независимо от расы. И это их главный представитель. Рекордсмен по толстокожести.

Он несколько секунд злобно смотрел на меня, сверху вниз, но меня такими пронзительными взглядами фиг проймёшь, я и с места не сдвинусь. Резко развернулся на пятках, прошёл на выход, ещё и дверью хлопнул. Умник. Не своё — не жалко. Сразу написала про эти события Френку. Уверена, что он, как никто другой, должен знать ситуацию.

Этот чувствительный мужчина мгновенно ответил. Принёс мне кучу извинений за этот инцидент и заверил, что второй аль Мринх на самом деле неплохой, несмотря на эти выпады, просто он не понимает всей ситуации и из-за этого так ведёт себя с окружающими. Мол, видит проблему и неправильно определяет её источник. Сообщил, что уже на связи с Ришем и уже с ним переписывается. Такой многогранный мужчина: и меня успокоил, и побратима выгородил, и ребёнка утешает. Везде успел.

Дала им на общение пять минут, затем вышла на задний двор и присела рядом с наёршенным котёнком на качели. Пару минут сидели молча, я слегка отталкивалась от земли ногами и старательно ждала, когда его прорвёт. Дождалась.

— Миями, почему он не понимает, что мне с ней плохо? Почему он этого не видит?

— Малыш, взрослые не всегда могут понять поведение детей, но твой папа, несмотря ни на что, тебя любит.

— Если он меня любит, зачем он с ней встречается? У неё есть другие мужья, но она все равно к нему прицепились. Как пиявка.

— Возможно, он её любит или есть другая не менее уважительная причина. У взрослых довольно сложные взаимоотношения.

— Но ведь он и меня любит. Всегда любил. А теперь слушает только то, что она ему скажет.

— Ты говорил ему о своих чувствах?

— Я пытался, правда пытался, но он сказал, что я перекручиваю. Я! Она ему про меня врёт и он ей верит.

— Она говорила про тебя что-то плохое?

— Да. Что я неадекватный. Что она пытается со мной говорить и старается изо всех сил наладить отношения. Чтобы стать моей миями. Но это неправда! Совсем неправда! Она никогда не говорит со мной, если мы остаёмся вдвоём. Наоборот, она всегда прогоняет меня в мою комнату, а потом говорит, что я сам от неё закрылся. — он так отчаянно перемешивает всхлипывания с мурлыканьем, что я теряюсь.

Ндааа, счёты к этой дамочке у меня растут в геометрической прогрессии. Как можно так гадить в семье, в которую ты жаждешь войти? Искренне не понимаю таких зараз.

— И ты начал сбегать к Френку?

— Да. Здесь мне всегда верят. И я рад, что меня похитили. Потому что я нашёл тебя. Ты меня понимаешь и ты такая роднаяааа… — на этих словах дитятко не выдержало, вскочило с качели и кинулось ко мне обниматься.

Риш ткнулся куда-то в шею и по всем ощущениям вдохновенно ревёт. Бедняжка, и так долго держался. Глажу вздрагивающие плечики. Ого, а когда я в сидящем положении это чудо выше меня ростом. Здоровенный парниша будет. Мысли вяло прыгают с одного на другое, ощущения просто ужасные. В нашу живописную компанию вклинивается змейка, которая где-то пряталась всё это время, и начинается групповая терапия обнимашками.

Настроения ни у кого особо не было, поэтому устроили день тюленя: валялись в гостиной на диване и смотрели мультики.

Ради успокоения чувств и поднятия нулевого настроя решила показать свои азы кулинарного мастерства. Это принесло невероятный эмоциональный подъём всем нам. Итогом моего шедеврального таланта стало не застывшее желе с каким-то фруктом и стопка аккуратных панкейков. Стопка была аккуратная ввиду того, что всё неполучившееся мы съедали сразу после приготовления, варварски хватая руками и макая в успешно найденный Ришем джем.

Смотрю на ровненькие пять блинов и понимаю: не кулинар я что-то, да и стопкой это количество на самом деле не назовёшь. Надеюсь они дождутся Френка с работы.

Дождались. Как он их ел… Смаковал каждый панкейк с там видом, словно ест манну небесную. Сижу довольная и чувствую себя не то, что героем, а прям шеф-поваром мишленовского уровня.

— Спасибо, очень вкусно. — и кинул такой влюбленный взгляд на меня прекрасную, что я растекаюсь сахарной лужицей.

— Ну, это был аперитив, дальше будем заказывать. Могу предложить желе, но оно немного компот. — вещаю максимально радостно.

— Это как?

— Это оно слегка не застыло. Совсем.

— Показывай.

Смотрю, как этот минуту назад идеальный мужчина угорает с моего шедевра. У него аж слёзы на глазах выступили, видимо, из сочувствия к моим кулинарным навыкам.

— И чего смешного? Всё по инструкции делала, даже в сети сверялась. Всё должно было получиться.

— Ты грану зачем в желе положила?

— Чего положила?

— Вот этот фрукт. Это грана. Он очень кислый, его нельзя класть в желе — из-за такой кислоты оно никогда не застынет. Ещё и столько… Ты хоть не пробовала?

— А надо было? Ну я понюхала — пахло вкусно. Дети сказали, что это фрукт, я и положила.

— Верно, фрукт, но его добавляют чтобы была кислинка. Отрезая маленькую дольку.

Задумчиво смотрю в тарелки, дно которых заложено этой фигнёй прям основательно. Для вкуса. От души. Ну, не фартануло, ладно.

— Хорошо, в следующий раз я буду детальней спрашивать детей насчёт разных фруктов.

— Твой вариант оладьев мне очень понравился. Правда. Было приятно, что вы и мне оставили.

— Ну, на самом деле их было больше, но мы просто пробовали. Несколько раз. — неловко шаркнула ножкой.

— От этого мне было не менее вкусно, Милания.

— Знаешь, я не очень люблю своё полное имя, мне было бы приятнее, если бы ты его сократил. Например Мила.

— Лани. Можно?

— Необычно. Но хорошо, если тебе так нравится.

— Нравится. — и опять смотрит. Думаю, что если бы взгляд проникал в душу, меня бы давно изучили вдоль и поперёк со всей подноготной. Надо сваливать из этой каморки, от греха подальше.

— Давай поужинаем нормально и будем разбегаться по комнатам. Сегодня был не самый лучший день.

— Давай. Майк на деле неплохой парень. Просто он очень самоуверен и думает, что знает всё лучше остальных. Иногда это выходит ему боком.

— Не будем заострять на этом внимание. Пока я знаю его далеко не с лучшей стороны и каждая наша встреча ситуацию не улучшает.

На этом все лирические беседы в принципе закончились. После ужина разошлись по комнатам. Я забежала пожелать спокойной ночи Ришу. Чмокнула в вихрастую макушку и пошла к Илессе рассказывать выдуманную сказку, на которую она неожиданно подсела. Вот кто меня тянул за язык? Теперь переключения принцессы-нагини всё тянутся и тянутся. Наконец-то мелочь заснула и я пошла к себе.

Утро началось со звонка. Глянув одним глазом на контакт нага, сразу ответила.

— Доброе утр… — дальше идет сдавленный кашель и длительная пауза.

Подозрительно. В непонимании открываю и второй глаз. Вид змея непонятный: глаза стеклянные, рот немного приоткрыт. Он сглотнул и начал жадно меня осматривать. Непонимание усилилось.

— Росс, что это с тобой?

— Милая, ты меня возненавидишь, но я очень рад, что позвонил тебе именно сейчас и… прости, но мне безумно нравится то, что я вижу. — его голос ощутимо охрип.

В этот момент ко мне приходит искорка понимания, что вчера я довольно сильно умаялась и прийдя из ванной, легла на кровать в полотенце. На пару минут. Чтоб набраться сил. Эти самые пару минут обернулись сном до утра. Медленно опускаю взгляд вниз. Ну да, я так и думала, то-то змей такой довольный. Полотенце в процессе сна размоталось и я предстала перед этими наглыми зеньками голышом. Мать его. Быстро завернулась в одеяло.

— Ты не мог сразу сказать?! — недовольно прошипела, как истинная змеюка.

— Милая, как я мог что-то сказать, если от восторга у меня дыхание перехватило? — а голос, как у кота, обожравшегося сливок.

— Позорище, Милка, какое позорище. А если бы забежали дети? Как я могла не одеться? Как я могла ответить тебе не подумав? — моему самобичеванию не было предела, я старательно накручивала себя всё сильнее.

— Мил, ты прекрасная, красивая женщина. Что бы ты ни думала по этому поводу, я ни капли не жалею. Ничего фатального не случилось, я лишь убедился, что все видимые мною участки твоего тела идеальны. Если тебе это так сложно принять — можешь сделать вид, что ничего не было. Но этот момент я однозначно сохраню в своей памяти. Однозначно.

— Росс, ну ты дурак?.. Я тут в печали, а у тебя мысли к одному сводятся. — грустно смотрю на голограмму.

— Они у всех туда сводятся, только я имею смелость говорить об этом прямо, а не увиливать.

— Всё, закрыли тему, было и было. Ты чего звонил?

— Посмотреть на самую прекрасную женщину, — видя мой скептический взгляд он продолжил. — Ну и сообщить, что в неделю я всё-таки не уложусь. Поэтому, моим девочкам придется подождать меня ещё немного.

— Малышка по тебе скучает. — расстроено проговорила я.

— Я надеялся, что по мне скучают обе малышки и та, с которой я говорю, тоже.

— Росс, вернись в адекватный поток вещания! — во мне отчаянно перемешалось довольство и раздражение.

— Лапочка, я говорю абсолютно адекватные вещи, поэтому не кусайся. По крайней мере, пока я не рядом, потом можешь меня хоть всего изгрызть — и слова против не скажу.

— Боже, ты совершенно невозможен.

— Ммм, мне нравится это обращение. — на красивом лице появляется шикарная улыбка.

— Так, всё, я тебя услышала, Илессе сообщу. Пока.

Эх, Милка, так опростоволоситься на ровном месте. Ещё даже не в отношениях, а всю себя продемонстрировала. Но до чего наглющий змей, чувствую, когда мы будем на одной территории — он заползёт в мою постель раньше, чем я это осознаю. Так, дорогуша, нужно заканчивать с походами в одном полотенце по дому. Отныне берём с собой пижаму, а то что-то я расслабилась, почувствовала комфорт.

В моей комнате была уборная со всем известным предметом и умывальник. Оставшееся пространство занимали шкафчики и полочки, которые, само собой, были полностью укомплектованы очень нужными мне косметическими приблудами. А вот ванная комната была одна на этаж. Огромная ванна и не менее большая душевая кабина с прозрачными стенками находились в одной комнате. Свободное пространство которой я тоже почти незаметно оккупировала. Ну что поделать, у каждой женщины должно быть много всего, а то вдруг закончится что-то очень нужное, обязательно в самый неподходящий момент.

Собравшись, спустилась вниз. Детишки обнаружились в гостиной, играли в совершенно земное лего. Вот реально, ну ничем не отличается. Френк ещё не успел уйти на работу и сервировал нам завтрак. Добровольно вызвалась помощником в этом архисложном деле.

После совместного приёма пищи выпроводила хесса на работу, а сама навела незначительный визуальный порядок. Здесь поддерживать чистоту невероятно легко. Всё, что можно роботизировать — роботизировано и требует лишь минимальное количество участия. Посмотрела свежим взглядом на окружающее пространство и решила кой-чего в нём поменять и добавить, а то обстановка у нас по-прежнему довольно спортанская, а уюта как бы хочется. Да и дети самозаняты, и мне скучно. Душа жаждет действий.

Решила не действовать наобум и посовещаться с владельцем жилплощади. Владелец горячо поддержал все мои идеи, только оплату я должна производить с его счёта. Покривилась больше для вида, чем на самом деле, и согласилась. После этого, мне кажется, предложи я снести дом и отстроить заново, то он и это бы одобрил.

Занырнула в дебри бытовых особенностей и интерьерных решений. Этот процесс меня так затянул, что я приходила в себя только на поесть и проверить, живы ли детишки. Эти самые детишки спокойно себе развлекались и совершенно не мешали моему творческому процессу.

Самое удобное во всей здешней системе — это то, что заказ привозят практически сразу и не нужно ждать. Эх, вспоминаю свой прошлый ремонт, когда я месяцами ожидала заказанную мебель, но у мастеров то праздники, то свадьба, то похороны и я уже откровенно лезла на стену. Спать на матрасе, лежащем на полу, больше трёх месяцев? Могу, умею, практикую.

Сегодня я оттянулась как никогда. Нахожу понравившиеся референсы, оцениваю их актуальность конкретно для этого дома и старательно подбираю на различных сайтах аналогичные предметы интерьера. Оформляю заказ и в предвкушении потираю лапки в ожидании доставки.

Позже мне пришли на помощь мои незаменимые козявки, которые не щадя живота своего (и мою нервную систему) принялись старательно помогать. И не прогонишь же, так как надо поощрять желание чад мне помочь, но смотреть на эту самую помощь молча мне было очень сложно. Но я скала, я кремень…

К концу продуктивного дня я лежала на новом огромном мягчайшем диване камушком и не шевелилась. Всё, жду медальку за достижения. Как минимум. Сейчас дом выглядит невероятно уютным, словно с картинки. Практически все комнаты обзавелись дополнительными элементами мебели и декора, старую мебель я скомбинировала совершенно не в том месте, где она была ранее. Кладовые и некоторые комнаты обзавелись новыми удобными местами для хранения всякой всячины, и даже детские потерпели видимые изменения. Нетронутой осталась лишь комната хозяина, в которую я без разрешения точно не зайду, комната второго отца котёнка и несколько комнат на втором этаже. Риш сказал, что если будут новые жильцы, то они сами всё изменят по своему вкусу, на том и порешили.

Вот лежу и переживаю, переживаю и лежу. Мне очень интересно, как на непривычный вид привычных комнат отреагирует Френк. Очень волнительно. В глубине души опасаюсь скандала, пусть хесс всё и одобрил не глядя, но скорее всего он не представлял масштабы, а я дорвалась.

Час икс настал. Прилетел аэролёт, из него вышел владелец этого сумасшедшего дома. Чем ближе он подходил к двери, тем сильнее нарастал уровень паники в моей голове. Ничего не подозревавший хесс замер на пороге.

Осмотрелся. Молча. Зашёл и начал внимательно глядеть по сторонам. Снова молча. От нервов сердце начало стучать так, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу. Рыжик продолжает осмотр. Вы угадали, совершенно молча. Проходит из комнаты в комнату, встречает детей, которые ему радостно вещают о проделанной работе. Всё это не произнося ни звука. Поднимается на второй этаж, и там всё в точности повторяется. Я хожу за ним хвостиком на некотором отдалении и явственно трясусь.

На этом этапе я уже мысленно упаковала чемоданы, собрала змейку и переехала в отель. Всё, с котёнком теперь будем видеться через забор, как воришки, украдкой. Когда в своих фантазиях я уже не только купила свой дом, но и отправила повзрослевшую змейку на учёбу, тишина прервалась.

— Ты все это сделала за один день?

Эм? А не похоже? Почему-то возможности говорить у меня не было, я только кивнула.

— Сама?

— Ну, с мелкими. — с двух сторон понеслись уверения, что они тут работы сделали больше всех.

— Тебе совсем не нравился? — грустно спрашиваю я.

— Мне? — снова мой кивок. — Лани, я в восторге. У меня такое ощущение, словно в этом доме поселилась огромная любящая семья. Атмосфера кардинально изменилась. Я не понимаю, как ты это сделала. Совершенно не понимаю. В некоторых комнатах стоит старая мебель, но она выглядит совсем не так, как до этого...

От облегчения я чуть не съехала по стеночке. Понимание того, что буря прошла мимо и меня даже не зацепила по касательной, принесло мне дичайшее облегчение, даже дышать стало легче.

— В таком случае пошли ужинать, там доставала уже приехала.

После мы сидели в обновлённой гостиной и лениво наблюдали за резвящейся детворой. Хесс что-то клацал на браслете, я тоже, скидывала нагу фотки его детища с комментариями типа: «Это не кровь, это она в малиновом джеме перемазалась» и тому подобное.

В какой-то момент кинула взгляд на Френка, а он сидит мрачнее тучи, выражение лица недовольное, руки на груди сложил и косится на меня, по всей видимости, грешную. В голове пролетают варианты, что же я сделала не так, но ничего толкового не приходит. Решила спросить по-хитрому. В лоб:

— Френк, что у тебя произошло?

— Ничего.

— Ты в этом точно уверен? То есть меня это не касается, и у тебя просто нет настроения?

— Милания, мы с тобой договаривались. — так, полное имя это точно плохой звоночек.

— На моей памяти никаких договоренностей не нарушено. — откровенно не понимаю причину сыр-бора.

— Мы обсуждали, что если ты что-то меняешь в доме, то делаешь это за мой счёт. Исключительно.

— Ммм, ну да. — по-прежнему ничего не понимаю.

— Тогда как ты объяснишь то, что средств на такой ремонт должно быть затрачено очень много. Я только что смотрел статистику по выписке и понимаю, что как минимум половину ты тратила со своего счёта.

— Эм, тут ты ошибаешься. Я пользовалась только твоими финансами при оплате.

— Да что ты? А найм дизайнера, а установщики мебели, которые все это собрали? Да хотя бы грузчики, чтоб элементарно расставить все вещи по дому. Не держи меня за идиота. Наёмный труд ценится очень высоко. Я не нашёл ни единой выписки об этом. Не единой. Я пересмотрел отчёты несколько раз, в надежде на ошибку и не заметил очевидного.

— Ммм, тут такое дело… Я не знала про возможность нанять кого-то для этих целей. Я делала всё сама.

Тишина воцарилась на две минуты точно. Хесс в крайней степени офигения смотрел на меня. Затем офигение сменилось задумчивостью:

— Нда. В принципе от тебя этого можно было ожидать. Я понимаю — придумать дизайн, но ты серьезно собирала всё сама и также сама тягала мебель?

— Ну да. Только диван мне помог затянуть доставщик, остальное мы расставляли сами.

— И тебя ничего не смутило? Ты могла подождать, когда я вернусь домой и помогу тебе.

— Я хотела сделать сюрприз. Чтоб ты пришёл и сразу был вау-эффект. — видимо, моя расстроенная мордочка произвела на него верное впечатление.

Он подошёл вплотную к сидящей мне, поднял с дивана за руку и крепко прижал к себе. Оказывается, я не достаю ему даже до подбородка. Непреднамеренно уткнулась носом где-то в район груди. Стою. Пахнет чем-то неуловимо приятным, хочется вдыхать этот запах не переставая. Тем временем в макушку прозвучало глухо:

— Извини. Я был неправ, что сделал свои выводы и начал сразу тебя обвинять. Не хотел тебя обидеть.

— Я не обиделась. Это просто минутка недопонимания. Всё в порядке. Мы выяснили причины не отходя от кассы.

— Прости меня, Лани. Я не мог представить, что такая хрупкая девушка будет тягать мебель. У меня даже мысли такой не возникло.

— Ну, я правда не подумала, что можно нанять для этих целей кого-то другого.

— Мне очень понравился результат твоих стараний. Раньше у меня часто возникала мысль, словно я живу в заброшенном доме. В основном все комнаты для меня были безликими. Сейчас такого ощущения нет и в помине. Мне впервые тут так комфортно.

— Я рада, если тебе нравится. В твою комнату я без разрешения не лезла, посчитав это довольно грубым шагом. И Мришель посоветовал не трогать часть комнат на втором этаже.

— Ты всё сделала верно. Мне действительно всё очень нравится. — меня несколько раз погладили по голове и выпустили на волю.

— Обычно основная причина конфликтов — это недопонимание. Ты не знаешь, что у меня в голове, я не знаю, что находится в твоей. Иногда мы не предполагаем о причинах действий друг друга. Давай в следующий раз мы обсудим все вопросы до возникновения надуманных обид? Договорились?

— Ты права, я постараюсь к тебе тщательнее прислушиваться.

Минутку философии на этом закончилась. Довольно утомлённые, мы разбрелись по своим комнатам. Завтра буду страдать от перенагрузки. Эх.

Некоторое время лежала на кровати и вспоминала крепкие объятия. Меня волнует близость хесса. Очень. Пришло понимание, что в его объятиях мне комфортно, совершенно нет желания вырваться или отойти на некоторое расстояние. Наоборот, есть ярое желание эти объятия продлить, желательно в горизонтальной плоскости и неоднократно. Да и сам рыжик очень привлекательный... Так, Милка, пришло конкретное понимание, что у тебя явно серьёзной недотрах. Нда. Недостаток некоторых истинно мужских предметов в твоём требовательном теле сказывается.

Ещё тройка дней пролетела по совершенно стандартному сценарию: мы всем коллективом завтракали, затем занимались каждый своими делами — будь то поход на работу, попытки готовить или игры.

У Мришеля начался период усвоения учебного материала, и он иногда занимался по сети. Интересный подход к обучению — полная добровольность. Хочешь учи, хочешь не учи. При этом он ни разу не забил на это действо, а старательно штудировал всю важную белиберду. Илесса от меня по-прежнему не отлипала, мой прогноз на прокачку одной половины меня пока не оправдался, но она делает всё возможное, чтобы воплотить его в реальность.

С нагом переписка продолжается и сегодня он скинул мне свою фотку (без моего на то запроса). Причём совершенно приличную (а жаль), на ней он расслабленно сидел на кресле, полностью одетый. Явно позируя и напрягая мышцы пресса так, что они прекрасно прорисовываются через футболку. Минут на пять залипла на эту красоту, практически заляпав всё вокруг слюнями и только потом увидела надпись: «Красивая девочка по мне скучает хоть немного?». Паразитина такая, у этой девочки явный дефицит чего-то твёрдого и габаритного, так как раньше я на похожие фотки однозначно не засматривалась. Хотя таких массивных и фактурных мужчин в моей земной жизни не было, как-то не попадались. Спишем всё на змеиное природное обаяние. Даже если такого термина не существует, я его явно обнаружила.

На постоянной основе залипаю на хесса. Он взял моду после душа ходить в одних штанах, то есть совсем без футболки, а уж какая там спина… Идёт так невинно мимо моей комнаты. Я наловчилась злостно подглядывать. И нет, я не извращенка, просто как можно не смотреть, если такая прелесть так и напрашивается на это? Вопрос исключительно риторический. Вот так и живём. Вечерами он поедает меня взглядом, перед сном я его, но личное пространство друг друга мы не нарушаем. Нееет, мы совершенно не такие. Если страдать, то страдать гордо и независимо. И, главное, молча.

Змейка иногда сильно грустила, пару раз мы с ней созванивались с Россом и заверяли, что ждём его приезда с невероятной силой. Малышка, потому что скучает, я же, в надежде, что он немного разгрузит меня в плане змеиных переносов. И да, оказывается, я тоже немного скучаю. Самую малость. Выяснилось, что по переписке наг может и совет дельный дать, и поддержать, и успокоить когда надо. А своим легким флиртом и завести, причём именно когда не надо. Очень талантливая и многогранная личность.

Созвонилась с капитаном Ройханом. У меня накопились вопросы по Майку аль Мринху, а кто, как не брат, сможет посвятить меня в детали? Договорилась, что разговор останется исключительно между нами и рассказала ему историю ребёнка про пассию его брата. Мне сложно понять алгоритм её действий, сколько бы не рассуждала на эту тему. На всякий случай я решила посоветоваться. Ройхан был в бешенстве и прям рычал о том, как его такой умный брат, мозгом которого все восхищаются, не может разглядеть такую тварь прям под своим носом.

Как мне объяснили, обычно, если есть несколько побратимов, которые живут в одной связке и воспитывают детей, то женщина выходит замуж не за одного конкретного индивида, а именно за всю ячейку. Но очень умная Хасира облюбовала одного Майка, так как Френк, в её понимании, клинический неудачник и урод. Ребёнок её тоже не устраивает, поэтому она так старательно настраивала его против отца. Ми-лень-ко…

В местном законе про брак есть лазейка: если хесси выберет опекуном только одного из отцов, то они могут разделить ячейку. В таком случае девица заграбастала бы себе нового мужа без всяких обременительных дополнений. Информация успокоения мне не принесла, но по крайней мере внесла ясность.

Новые гости нас не беспокоили и на связь в принципе не выходили. Риш тему блудного папаши больше не поднимал и с головой погрузился в учёбу, делая обязательные перерывы на игры со своей закадычной подругой.

И вот, вечером третьего дня моего патологического ничегонеделания, наступил один из переломных моментов моей жизни.

Я уложила детей спать и целенаправленно топала в ванную по своим архиважным девичьим делам с мыслями о супермаске с выравнивающим тон лица эффектом. На абсолютном расслабоне, плавая в своих мыслях, открываю дверь ванной комнаты и замираю, словно прибитая к полу.

Душевая кабина занята хессом. В голове стучит мысль, что если сделать шаг назад и закрыть дверь, всё можно списать на галлюцинации. Но нет, я стою и физически не могу пошевелиться. Даже взгляд отвести от него не в состоянии.

Рыжик стоит полубоком и у меня просто прекрасный обзор на него всего. В очередной раз убеждаюсь что он невероятно красив в своем первозданном виде, причём красив везде. Спиной прислонился к стенке кабины, голова откинута вверх, глаза сильно зажмурены. Ручейки воды бегут по запрокинутой шее. Я внимательно слежу за этими ручейками, не упуская ни единого участка восхитительного тела. Они бегут по мощной груди, со следами белых полосок шрамов, контрастно выделяющихся на загорелой коже. Потом они опускаются на каменный пресс с идеальными кубиками, но не останавливаются на этом волнительным месте.

Взгляд опускается ниже и я безуспешно пытаюсь сглотнуть вязкую слюну. Очень впечатляющий образец мужского члена. Ранее не могла сказать, что нахожу эту часть тела красивой, но сейчас прекрасно поняла, что, скорее всего, до этого момента не было настолько подходящего кандидата на это звание. Он мастурбирует. Плавно вбиваясь в свою правую руку.

Сердце застучало где-то в горле, а я просто не могла отвести взгляд от этих размеренных движений. Появилось нестерпимое желание присоединится и заменить эту руку на такую уже готовую меня.

Никогда не наблюдала за подобным процессом и не представляла, что, оказывается, это настолько возбуждает. Смотрю, как из сжатого кулака появляется крупная розовая головка, затем пропадает и так снова и снова. Чувствую горячую влагу между бёдер. Пульс грохочет с нереальной силой. Улавливаю тихие сдавленные стоны, звучащие наркотической музыкой. Надеюсь, за шумом воды он меня не слышит. Через неизвестное количество времени я жадно наблюдаю его кульминацию с тихим:

— Лани…

На этом моменте я, со всей осторожностью, закрываю двери и максимально тихо лечу в свою комнату.

Забежав прислонилась к двери. Он кончил с моим именем. Это что-то настолько странное и волнительное, что я не знаю, как реагировать. У меня от перевозбуждения, или адреналина кружится голова. Села прямо на пол раздумывая, как поступить в данной ситуации. Хочу его до боли. Такого понимающего, ненавязчивого и безумно притягательного. Нахлынули флешбэки об увиденном зрелище. Моя рука плавно скользнула по животу вниз, прямо по адресу. Кончила за несколько круговых движений, чего ранее за мной точно не наблюдалось.

Пытаясь привести дыхание и мысли в порядок услышала тихие шаги, которые постепенно сошли на нет.

Кошмар. Просто несостоявшаяся встреча двух идиотов. По-другому эту ситуацию я не могу назвать.

Перерыла сеть и не нашла никакой информации о том, как у хессов принято вступать в отношения. Ноль. Зато, у меня есть чёткое понимание того, что в ближайшее время реакцией на его постоянный пронзительный взгляд будет воспоминание о нём же, в подсмотренной мною обстановке. Вполне логично предположить к чему это приведёт.

Словно воришка прокралась в душ, быстро сполоснулась, совершенно не думая ни о какой маске. Мою голову занимали абсолютно другие мысли развратного характера.

Прислонилась к той же стенке и представила эти красивые руки, с длинными музыкальными пальцами, на своём теле вместо своих. Провела по груди, намеренно цепляя горошинку соска, плавно спустилась вниз. Фантазия исправно работала и, представляя эти невероятные руки и всего мужчину целиком, я начала нежно кружить пальцами по клитору. Возбуждение накатывало волнами, пока одна рука скользила по такому чувствительному месту, вторая сжимала грудь. Несколько секунд и я вновь бурно кончила. Стала под струи воды, смывая с себя свои же прикосновения.

В кровати долго ворочалась с боку на бок. Пришло понимание, что моей жадной сущности совершенно плевать на обстоятельства. Я хочу хесса. Настолько сильно, что с трудом лежу в кровати, хотя всё во мне молит подняться и внаглую завалиться в его комнату. Непонятно как заснула с этими мыслями.

На браслет пришел галовызов. Теперь я опытная: осмотрела себя, убедилась, что ничего лишнего не заметно, посмотрела на имя контакта и только затем его приняла.

— Доброе утро, красавица.

— Привет.

Вашу ж мать, вы вдвоем сговорились поиздеваться над моим либидо? Змей на проекции был обнажён по пояс. Против воли внимательно осмотрела всё видимое пространство и оценила как «очень привлекательно». На доступном для обзора теле змея не было ни единого волоска. Мышцы сильно прорисовывались под кожей, и на всех видимых участках была татуировка. Плавно переходящие из одной в другую линии неопределённого узора оплетали это совершенное тело эдаким вьюнком. Жадные глаза старались рассмотреть и запомнить каждую детальку. Чувствую себя сексуально озабоченной.

— Решил, чтобы ты не расстраивалась и мы были на равных, смоделировать нашу недавнюю ситуацию. Получилось не так эффектно, как у тебя, но может тебе стало легче? — да он издевается. Точно.

— Нет, не стало. Мне совершенно не стало легче Росс. Наоборот.

— Ммм, Милая, скажу по секрету, я именно этого и добивался. — и расплывается в невероятно довольной клыкастой улыбке.

— Вы меня доведёте до крайности вашими чёртовыми демонстрациями. — слабо пробормотала в ответ.

— Хм, неужели тихоня Френк тебе тоже что-то демонстрировал? — на лице легкая полуулыбка, глазищи довольно сверкнули. — Ну, что это было? Милая, расскажи доброму нагу, что ты видела, мне очень нужно знать подробности.

— Нет, я ничего тебе не расскажу. Даже не проси! — почти прокричала.

— Тебе хотя бы понравилось увиденное?

— Да. Очень. — не смогла промолчать.

— Ого, так рыжик делает значительные успехи! Нужно ему написать, поинтересоваться, чем же он настолько смутил мою девочку, что она мгновенно заливается краской при одном воспоминании.

— Нет! Росс, не смей! Даже не вздумай или я не знаю, что с тобой сделаю, но тебе это точно не понравится! — паника подступила мгновенно и голос автоматически повысился.

— Вау, какая говорящая реакция... Он не знает о том впечатлении, что произвёл на тебя. Дааа. Точно не знает.

— Хватит, я не хочу это обсуждать.

— Мне безумно любопытно, что у вас произошло. Но я потерплю и всё узнаю позже.

— С каких пор он для тебя просто Френк? Вы перешли на ближний круг?

— У нас слишко много общих знаменателей, чтобы быть посторонними. С нетерпением жду, когда закончу со своими делами. Чувствую, что у вас там очень весело и даже довольно горячо.

— Хватит, пожалуйста, прошу тебя, я же сейчас со стыда просто сгорю… Я три дня назад доделала ремонт.

Мастер переключать темы из меня на троечку. Но, что удивительно, наг пошёл на уступку и послушно замял свои вопросы.

— Знаю, милая, Френк делился впечатлениями. По твоим фоткам я был уверен, что ремонт затянется как минимум на неделю с такими помощниками.

Нас прервал стук в двери и тихое:

— Лани, завтрак уже на столе, мы ждём тебя. — и ушел.

— Оу, Лани? Ооочень мило. Ты знаешь, что ты покраснела? Мгновенно вспыхнула от шеи до очаровательных ушек. Уверен, что всё, что ниже, тоже покраснело, но поскольку ты в одежде мне, к сожалению, не видно.

— Всё, Росс, мне нужно идти. Пока. — и сбросила вызов.

Внимательный какой. А мне нужно успокоить сбившееся дыхание, настроиться и спуститься. Настроиться и спуститься. Вниз. Милка, ты же смелая женщина, давай, соберись, все ждут только тебя.

Быстро переоделась и пошла, как на каторгу. Обнаружила всех действительно сидящими за столом.

— Доброе утро, Лани. — обычное приветствие, обычный голос, даже интонация обычная, а я покрываюсь мурашками. Как спокойно жить рядом с этим сексуальным чудом/чудовищем?

Самый прекрасный, ограничивающий мою озабоченную сущность фактор — это дети, на них и переключу всё своё внимание. Хорошо, что главный раздражитель скоро уйдёт на работу.

Не пойму причину своей маньячности. Да, всегда любила секс и всё с ним связанное, да, регулярно находила партнёров для разрядки, да, без оного на постоянной основе становилась нервной. Но не до такой же степени. От рыжего хесса меня кроет просто не по-детски. Да и змей явно привлекает.

Френк, как всегда, смотрит на меня во время еды, и если раньше этот взгляд меня просто волновал, то теперь, независимо от моего на то желания, перед глазами промелькнула картина идеального тела с каплями воды. Задержала дыхание и очень медленно выдохнула. Спокойно, сейчас закончим приём пищи и он отправится трудиться на благо родины. Начала болтовню с малявками, но взгляд всё возвращался и возвращался к хессу.

В какой-то момент до моего мозга доходи преинтересный факт: рыжик-то одет в домашнюю одежду. То есть на нём легкие штаны и футболка. Никакой формы. Стоп. Панически подсчитываю дни, для уверенности нервно загибаю под столом пальцы на руке и с полным осознанием надвигающейся катастрофы понимаю, что он работал пять, мать его, дней. А это значит, что он сегодня будет дома. Вселенная, за что ты так жестока со мной, а? Ну почему именно сегодня? Когда я в тотальном неадеквате и лишь хотела выдохнуть, как только за ним закроется дверь.

Пока занималась мысленным нытьем поняла, что за столом стоит тишина. Открываю глаза и вижу три обеспокоенные мордочки, которые не сводят с меня глаз. Причём Френк стоит рядом со мной и видимо ждёт ответ на какой-то вопрос, так как с каждой секундой его взгляд становится всё обеспокоенней. Он присаживается на корточки, берет мою руку и, скорее всего, повторяет вопрос:

— Лани, что с тобой происходит? Скажи мне, что тебя так расстроило?

— Ничего, всё нормально. — нервно стараюсь вытянуть из цепких пальцев руку и её мгновенно отпускают, даже не стараясь удержать.

— Мы все задавали тебе этот вопрос, но ты нас даже не услышала. Что у тебя случилось? Ещё вчера всё было в порядке. — моя ты лапа, вчера всё было в порядке только до одного эпизода, а вот после него всё значительно усложнилось. Но я тебе этого точно не скажу.

— Ничего не изменилась, просто я немного нервничаю, по каким-то неизвестным мне причинам. Не знаю, с самого утра так. — ответила наиболее пространно.

— Хорошо. Если у тебя будет желание поговорить — я всецело в твоём распоряжение. У тебя не будет причин для беспокойства, я сегодня целый день дома, поэтому если что-то случится, то буду рядом.

Смотрю на ободряющую улыбку и явственно грустю. Эх, знал бы ты, что совсем не успокаиваешь меня своими речами. Но ничего, я очень постараюсь отвлечься.

На удивление отвлечься действительно получилось. Спустя примерно час игр на свежем воздухе я захотела обследовать прилегающую к дому территорию. Всё же довольно долго здесь нахожусь, а дальше детской площадки не забредала.

Предварительно поставила хесса в известность о своем желании прогуляться и мягко отказалась от компании, сообщив, что хочу походить в тишине. Он дружелюбно рассказал примерный маршрут и посоветовал несколько мест, которые могут мне понравится. После этого я и отправилась на поиски дзена.

Окружающая меня природа была необычной и непривычной, но из-за этого не менее прекрасной. Прогулялась по саду, который был в комплекте с домом, от интригующей мысли срывать какие-то плоды без четкого контроля решительно отказалась. А то вылезет какая-то фигня, как с желе.

Наслаждаюсь прогулкой на все сто. Дошла до луга засеянного цветами, которое видно было из окна моей комнаты. Подошла к раскидистому дереву, что давало густую тень и просидела там неизвестно сколько времени, но по внутренним часам — очень долго. От вкусного ненавязчивого запаха невозможно было оторваться. Сама не заметила, как на душе воцарилось тотальное спокойствие.

Не понимаю, по какой причине так нервно себя виду. Разве это первый мужчина, который мне нравится? Нет, до этого у меня была и первая влюбленность и довольно приятные ощущение от взаимоотношений с мужчинами. Какой-то особой любви я совершено не испытывала, предпочитая холодный расчёт. Так почему меня так накрывает от этого хесса? Примем это как данность и всё. Сколько можно обдумывать одно и то же? Да, он прекрасен. Да, он мне безумно нравится как по внешним, так и по внутренним качествам. Да, я его очень хочу. После этого признания самой себе я как-то успокоилась.

Как будет так и будет. Необходимо всё же поинтересоваться, как тут вступают в отношения, потому что я чётко осознала, что рыжик мне нужен, а долго рефлексировать я не привыкла. Буду разрабатывать план действий по захвату одного конкретного хесса. Желательно на очень долгий срок эксплуатации, но... Будем посмотреть.

Тишину неожиданно прервал звонок браслета, довольно долго пялюсь на контакт, и не могу вспомнить, что это за «Семья Лоуриндж» меня беспокоит. Решаю ответить.

На голограмме появляется красивая грайна и меня чуть ли вжимает в дерево радостным воплем «Миланияаа», который исходит от моей кудрявой рогатенькой булочки, незамеченной мною на фоне матери. Под строгим взглядом которой эта егоза замолчала и демонстративно надуто стала ждать, видимо, разрешения на участие в беседе.

— Здравствуйте, госпожа Милания Миронова, я Элизабет Лоуриндж. Мы с вами до этого момента не встречались, но вы точно знаете мою дочь. Она очень давно настаивала на связи с вами и вот мы, наконец, решились.

— Добрый день, моё имя вы знаете. Я думала, что малыши будут звонить мне самостоятельно, если захотят, не напрягая при этом родителей. — я удивлённо развела руками.

— Моя девочка ещё маленькая для браслета, поэтому это единственный доступный вариант связи.

— Ого, я не знала, что для пользования браслетом есть возрастные ограничения...

— Зачастую такие решения принимают сами родители.

— Я вас поняла.

— Всё, я бы вас оставила, но всё же буду эдаким свидетелем вашего разговора. — после этих слов на меня накинулся маленький чертёнок с невероятным количеством разного рода информации.

— Миланияаа, я тааак скучалааа! Я хотела связаться сразу, но мама не разрешила. Она сказала, что ты будешь уставшая и тебе точно надо отдохнуть. Но как ты можешь устать, мы же всё время вместе играли? Зато теперь меня совсем не ругают, представляешь? Когда папы привезли меня домой мама так плакала, так плакала, что я аж испугалась! Мы же с тобой совсем почти не плакали и было даже весело! А ещё я так скучаю по остальным моим друзьям! Давай потом мы созвонимся все вместе? Я очень хочу с ними пообщаться, но контактов у мамы нету, только твой. И звонить им она не разрешит. Тут столько правил, ты себе даже не представляешь. — в этот активный поток невозможно было вклиниться, я сидела и с удовольствием кивала в нужные моменты. Оказывается, мне не хватало этой маленькой балаболкой, хотя я и не замечала этого ранее.

— Булочка моя, я тоже очень скучала по тебе! Сейчас я живу с Илессой и Мришелем, так как я их миями, в следующий раз я тебе позвоню уже с ними, они очень рады будут с тобой пообщаться. — тепло вклиниваюсь в её монолог.

— Дааа! А сейчас нельзя? Мне тут тааак скучно, других малышей совсем нету и гулять одной тоже совсем не интересно.

— Милая, ты обязательно с кем-нибудь подружишься и вы будете вместе проводить много времени, я уверена в этом.

Мы болтали около получаса, ну как болтали, я в основном слушала накопившиеся у ребёнка события. Мама девочки тоже очень внимательно прислушивалась к нашему диалогу с явным любопытством поглядывая на меня. Затем малышка попрощалась и побежала на свои занятия, мы же остались один на один.

— Это был очень интересный опыт. — глядя на моё непонимающее выражение лица, она уточнила. — Вы так своеобразно общаетесь с моей дочерью. Она словно ожила за это время. Очень необычно.

— Да вроде всё как всегда. — пожала я плечами.

— Поначалу я была решительно против того, чтоб она с вами общалась. Мужья рассказывали, что дети рядом с вами совершенно непривычно себя ведут. За эту неделю моя крошка очень грустила, и я всё же решилась на этот звонок. Знаете, ни капли не жалею. Я действительно рада была с вами познакомиться.

— Это взаимно.

— Если вы не против, мы будем вам иногда звонить.

— Конечно не против. — заверила я с улыбкой.

— Тогда до следующего звонка.

— Всего вам хорошего.

Ух, какая активная малявка. Позвонила, навела шороху и довольная ускакала учиться. Мать у неё — весьма приятная во всех смыслах женщина. Возможно стоит наладить с ней контакт, а то у меня общение с женским полом в основном сводится к Лесси.

Мысли плавно перетекли на Френка, а там уже начали принимать довольно откровенный характер. Так, мне срочно нужен наг. Решительно набираю этого змея, не давая себе ни минутки на размышления, а то опять буду мурыжить по кругу одни и те же мыслишки. Наг отвечает мгновенно, словно только и делает, что ждёт моего звонка.

— Ммм, привет, Милая. — он словно не змей, а кот, только и делает, что мурчит.

— Виделись уже сегодня.

— Ух, какая ты мрачненькая. Где это ты находишься? Явно не дома.

— Решила проветрить мозги и отправилась на прогулку.

— Ты же предупредила домашних, что планируешь куда-то уйти?

— Да, не беспокойся, я не настолько безголовая. Чем занимаешься?

— Наслаждаюсь разговором с самой невероятной женщиной.

— Так, змеище, ты опять начинаешь? — недовольно смотрю в изумрудные глаза, которые хитро жмурит этот ни то кот, ни то змей.

— Дорогая моя, я и не заканчивал! Хотя и очень хочется.

— Чего тебе очень хочется? — не поняла я.

— Кончить, лапочка.

— Боже, Росс, ты прям озабоченный какой-то, честное слово...

— Хм, не думаю, что ты на самом деле смутилась, даже не покраснела. А утром я наблюдал такую очаровательную картину… Ммм, смотрел бы и смотрел, как ты медленно начинаешь заливаться краской.

— Закругляйся! — злобно рыкнула.

— И не подумаю. Тебе нравится со мной говорить, я это вижу.

— Ты просто наглый и самоуверенный интриган. — не могу скрыть улыбку.

— Конечно, я еще хуже, Милая. Ты не представляешь, как я хочу узнать причину твоего утреннего изменения цвета. Я тут анализировал все варианты, что приходили в голову, но верного там явно не было. Не хочешь со мной поделиться, м?

— А вот не хочу. Это только моё.

— Ага, значит Френк точно не в курсе, иначе бы ты так не сказала. Ты что, подсматривала за ним?

Божечки. Просто рукалицо.

— Оу, моя маленькая извращенка, по твоим малиновым щёчкам я вижу, что попал прямо в цель.

— Росс, ну хватит! — смущение переполняет меня от макушки до кончиков пальцев на ногах.

— Э нет, лапочка, я теперь не остановлюсь. В какой момент ты за ним наблюдала? Скажи мне, ну скажи…

— Он был в душе! Всё, я тебе сказала, закрыли тему.

— Какая ты шалунья, просто в душе и всё? Тебя так взволновал вид голого мужчины?

Из меня словно вытянули стержень. Я откинулась на дерево, совершенно не веря, что на самом деле это говорю. И кому? Мужчине, который планирует со мной отношения. Беру и выкладываю ему всё произошедшее:

— Не просто. Я совершенно случайно его застала в душе. И он не просто там мылся, понимаешь?

— Мастурбировал? — со всепонимающей улыбкой уточнил наг.

— Да. Господи, я не знаю, почему я с тобой это обсуждаю...

— Потому что я помогу тебе разобраться в себе? Крошка, ты мне очень нравишься и я хочу, чтобы ты чувствовала себя прекрасно. Сейчас ты себе что-то надумала и от этого явно имеешь проблемы. Угадал?

— Да.

— Тебя возбудило то, что ты видела?

— Неимоверно. Я не могла закрыть двери, пока он не кончил. И он это сделал с моим именем на губах.

— Ох, малышка моя, тебя это однозначно не оставило равнодушной.

— Это точно.

— Ты даже сейчас вся раскраснелась, глазки возбуждённо блестят. Он так сильно тебя привлекает?

— Ты даже не представляешь насколько. Росс, после увиденного я дважды кончила, представляя его руки на себе. За считанные секунды, словно озабоченная маньячка.

— Девочка моя, ты взрослая, сексуально активная женщина с прекрасным либидо, почему ты себя коришь за это?

— Потому что ты мне тоже нравишься.

— Я очень этому рад, но причины для укоров в упор не вижу. Милая, у нас полигамия, ты можешь хотеть и его, и меня. К чему это самоедство?

— Я только что рассказала тебе, что кончила представляя руки другого мужчины на себе и ты так спокойно на это реагируешь? И даже сейчас я вспоминаю о нём и на меня волнами накатывает возбуждение.

— Лапочка моя наивная, единственное, что я сейчас чувствую это сильное возбуждение. Я бы очень хотел посмотреть, как ты кончаешь, трогая себя, когда приеду — это будет очередным пунктом в моём плане.

— Ты ужасен...

— А ты прекрасна. Сейчас ты так тяжело дышишь, что, можешь поверить, мой член просто каменный. Я смотрю на тебя и прекрасно понимаю Френка. В ближайшее время я однозначно пойду в душ и буду дрочить, вспоминая тебя во время нашей беседы.

— Что ты творишшшь?! У меня сейчас перед глазами столько пошлых мыслей, что я тебя прям ненавижу. — кошмар, во рту пересохло, смотрю на змея и представляю его тело полностью обнажённым. От возбуждения даже соски закаменели.

— Если ты сейчас опустишь руку в трусики, там будет очень влажно? — промурлыкал наг.

— Да. — не сказала, а простонала на выдохе.

— Причиной этой влажности является не только Френк?

— Не только. — сердце колотится, словно в припадке.

— Включи широкоугольный режим на браслете.

Словно сомнамбула делаю то, что он сказал.

— Моя умничка. Хочешь я сниму футболку?

— Хочу. — и он её снимает. Наслаждаюсь видом идеального тела с рельефным каркасом мышц. В голове мысли одна неприличней другой.

— Давай будем играть по очереди, видишь какой я послушный, делаю то, что ты желаешь. Запусти руку к себе под футболку и сожми сосок. Затем другой.

Делаю всё вышесказанное, воздух пронзает мой сдавленный стон. Полуприкрытыми глазами слежу за нагом, он явно возбуждён и тяжело дышит. Чешуек на лице стало гораздо больше, они красивыми узорами разрисовывают идеальные черты.

— Что мне еще сделать, Милая? М? Скажи.

— Хочу увидеть твой член.

— Дааа, моя девочка. — проворковал этот соблазнитель, приспуская штаны и выполняя моё требование. Размер явно соответствует его габаритам. Представила эту мощь в себе и передернулась от сладкого восторга. — Опусти левую руку в трусики и потрогай себя.

Плавно дотрагиваюсь до чувствительной плоти. Тело предательски дрожит от накопленного возбуждения.

— Скажи мне, ты очень мокрая?

— Очень. Начинай трогать себя.

— Ммм, вот так? — промурчал он, неспешно двигая рукой. Прикрыл глаза и резко втянул воздух через сжатые зубы.

— Да, именно так.

— Трогай свой клитор, двигая пальчиками по кругу. — я, тихо постанывая, послушно выполняю указания.

— Обхвати член плотнее и двигайся резче.

— Даа, моя девочка, даа. — приговаривает он, яростно вбиваясь в свою руку. Мой пульс начинает грохотать в глазах темнеет, кроме его проекции я ничего больше не вижу.

— Двигай рукой на клиторе из стороны в сторону.

— Ох, Росс, я долго не выдержу. — проскулила я.

— Страстная моя, запусти два пальца внутрь. Вот так… Там очень влажно да, родная? Скажи.

— Дааа. — весь мир сузился до сжатой в кулак руки, которая двигается на каменном члене.

— Милая, начинай быстро ласкать свой клитор, я очень хочу посмотреть как ты кончаешь. Ты такая красивая, так хочу быть рядом с тобой и брать тебя без остановки... Обязательно оттрахаю тебя до сорванного горла. Кончай, славная моя.

И я с громким стоном кончила, разлетевшись на сотни искорок. Открыла зажмуренные глаза и жадно смотрю как он кончает, не отрывая от меня взгляд, не обращая никакого внимания на то, что сперма измазала его живот.

— Ты настолько прекрасна, что я не смогу держать себя в руках рядом с тобой. Ммм, ты будешь кончать постоянно. Хочу тебя с невероятной силой. — на довольном лице нага сияла очень соблазнительная ухмылка.

— Мы ненормальные. — расслабленно облокотилась на дерево, с удовольствием разглядывая мужчину.

— Милая, тебе было приятно, мне было приятно — это значит, что нам абсолютно нормально. Разве тебя волнует ещё чьё-то мнение?

— На самом деле не волнует.

— Ну вот. А в моих глазах ты идеальна. — он за это время быстро убрал следы своей страсти, но футболку надевать не спешил.

— Нужно будет однозначно это повторить. — пробормотала едва слышно.

— Ого, это говорит моя краснеющая скромница? Я тебя испортил с первого раза? Ммм, нужно будет закрепить пройденный материал и портить дальше.

— Пошляк.

— Из твоих уст это заучит как самая лестная похвала.

— Когда ты прилетишь?

— С такой мотивацией я ускорюсь на максимум. А теперь вернёмся к причине нашего разговора. Милая, у хессов женщина первая идет на контакт. Френк не может нарушить твоё личное пространство, как бы сильно не желал. А он, поверь мне, очень желает, да ты и сама видела уровень его желания.

— Мы с тобой только что занимались сексом на расстоянии и ты начинаешь разговор про другого мужчину?

— Милая моя, ты же умная женщина. В первую очередь перестань врать себе. Ты его хочешь, причём хочешь настолько, что возбуждаешься даже от мысли о его члене. А всё, что ты хочешь — ты обязательно получишь. Именно поэтому пока обдумай эту ситуацию, но поверь, как только ты сама нарушишь его личное пространство, Френк сразу пойдёт в наступление.

— С чего ты взял?

— Думаешь ему пофантазировать не о ком? Ты сама прекрасно всё слышала. А он хороший парень и будет держаться до последнего, чтобы тебя не обидеть. Френк уверен, что с его шрамами он тебе и даром не нужен. Лишь в твоей власти показать, как сильно он ошибается.

— Откуда ты такой взялся на мою голову?

— Какой? Желанный, красивый и безумно сексуальный? — наг уже дурачился.

— Именно.

— Поверь, как только я дорвусь до сладкого, ты начнёшь жалеть о таких славах. Можешь заранее репетировать недосып, пьяную походку и довольный блеск в глазах.

— Змеище, да ты маньяк!

— Именно, мышка моя, именно. Мне пора заниматься миссией по приближению нашей встречи, чтобы слышать твои довольные стоны, так что давай. Скучай по мне.

Какой пошляк. Чувствую, с его приездом моя жизнь кардинально изменится. Скорее всего в лучшую сторону. Нужно придумать, что делать с хессом. Раз уж у них женщина делает первый шаг, то я его однозначно сделаю.

Всё, насиделась уже, потопаю я обратно, пока меня не хватились и не пошли в спасительную операцию по моему освобождению из лугового плена.

Пока дошла домой уже стало вечереть. Ни капли ни о чём не жалею и считаю, что уж точно не зря отправилась на прогулку. А вспоминая разговор с нагом, на лице расплывается улыбка объевшейся сливок кошки. Ну каков… Посмаковав воспоминания, по коже проползли возбуждённые мурашки. Роману с ним однозначно быть — такой экземпляр оставлять без внимания просто грешно. Соблазнитель хвостатый.

Зашла через задний двор, меня радостно наобнимали малявки, словно я отсутствовала целую неделю, а не пару часов. Вошла на кухню и прислонилась к стене. Заинтересованно наблюдаю за увлечённым хессом, который готовит что-то грандиозное, летая по кухне с крайне озабоченным выражением лица.

— Привет, — говорю тихонько.

— Лани… Привет, ты отдохнула?

— Ага, что-то вроде.

— Я очень рад. Голодная? Ты пропустила обед, а до ужина ещё часа пол. Но я могу для тебя что-то сообразить.

— Нет уж, я дождусь твоих кулинарных шедевров, чтобы насладиться ими сполна.

— Постараюсь ускориться.

— Не спеши, я посижу здесь. За тобой очень интересно наблюдать.

На меня бросили безгранично удивлённый взгляд и продолжили прерванное колдовство. Я же разместилась в уголочке и пристально слежу за его действиями. Нет-нет, да и пересекаемся взглядами. Мой спокойный с его задумчивым. Постепенно детишки занимают места возле меня, и мы уже втроём следим за передвижениями рыжика.

Не теряя времени даром, я почитала информацию про местную контрацепцию. Очень познавательно. У них тут никто не парится с презервативами или таблетками. Есть самоустанавливающийся имплант: клеишь на руку — и через час можешь отклеивать пластырь. Имплантат за это время окажется под кожей и сразу начнёт действовать. Хватает такого чуда на три месяца, затем нужно повторять манипуляции. Ощутимым плюсом есть то, что критических дней во время пользования этой волшебной штукой не будет. Идеально. Я о таком всю жизнь мечтала. Сразу заказала и тихонечко сходила во двор, чтобы никто не видел курьера. Там же и наклеила.

Наконец хесс заканчивает все приготовления и мы чинно усаживаемся за столом, полностью отдаваясь вкусовым ощущениям. Ем с видимым наслаждением и привычно чувствую его взгляд на себе. В голове мгновенно возникает коварный план. Я то вилку во рту подольше задержу, мол, тааак вкусно, то палец в соус макну и облизну — а сама сквозь ресницы слежу за объектом исследования. Объект шумно сглатывает и почти не ест, наблюдая за моими манипуляциями не отрываясь. Решаюсь на откровенную шалость:

— Ааах, насколько же вкусно, ммм. — практически простонала я.

Хесс на секунду закрыл глаза, а руку с вилкой сжал так, что побелели костяшки пальцев. Ого, как на него действуют мои провокации. А я же ещё даже не разгонялась.

— Очень рад, что тебе нравится, Лани. — немного охрипшим голосом заверили меня.

Всё, с провокационной деятельностью сейчас завязываем. Главное запланировала на попозже. После ужина отправила малышню по ванным и сама быстренько искупалась, обмазалась ароматным лосьоном для тела, надела красивое нижнее белье, а сверху скромную ежедневную пижаму.

На всех парах полетела укладывать сначала Лесси, рассказав очередную придуманную сказку про её любимую героиню, затем ласково поцеловала котёнка, пожелав самых сладких снов. Какие же они симпатяги, любуюсь то на одно милое личико, то на другое и совершенно не могу налюбоваться.

После этого отправилась к себе в комнату, чутко прислушиваясь к окружающей обстановке. Тишина в эфире стояла около часа, но я не унывала. И наконец-то дождалась. Тихие шаги протопали в сторону ванной.

Жду несколько минут и осторожно крадусь в известном направлении. Останавливаюсь возле двери и стараюсь уловить все посторонние звуки. Как жаль, что у меня нет очень чувствительных кошачьих ушек, было бы гораздо проще, но моё терпение дало свои плоды. Сквозь шум воды я отчетливо расслышала тихий стон. Подождала ещё несколько секунд и стон повторился. Однозначно не стоит больше медлить.

Тихо открываю двери и в очередной раз застываю на пороге. А на манеже всё те же. То есть я, он и душевая кабинка. Стоит спиной к двери и ко мне соответственно. Одной рукой упёрся в противоположную стенку, вторая вновь на знаком уже мне месте. Любуюсь мощной широкой спиной, узкой талией и поджарыми ягодицами. Так и захотелось куснуть вот прям за них, чтоб остался след от зубов.

Громко закрываю двери за своей спиной, фигура под струями воды замерла и сильно напрягалась, на спине забугрились мышцы. Казалось, что его тело натянулось как струна. После этого он резко саданул кулаком прям в перегородку, на которую опирался. С ужасом жду, что она разобьётся и осколки разлетятся по всей ванной, но нет — видать бронебойная. Слышу тихое, полное ярости:

— Идиот! Напугал… — он облокотился головой о холодное стекло, плечи уныло опустились.

— Ну почему же «напугал»? — спрашиваю заинтересованно.

Мужчина замирает. Несколько секунд совершенно не шевелится, затем медленно поворачивает голову и смотрит на меня как на привидение. То есть абсолютно неверяще.

— Лани… Что ты здесь? Это совсем не то…

— Хм… А по-моему это именно то, о чём я подумала. — проговорила, решительно стягивая с себя пижаму.

Вначале скидываю плотную футболку, открывая полупрозрачное бюстье, затем штаны. Поднимаю голову вверх и замираю от яркого контраста. До снятия пижамки у него на лице было очень расстроенное и даже беззащитное выражение, сейчас же ситуация в корне переменилась. Он хищно развернулся ко мне, зрачок из тонкого стал на всю радужку, как у кота во время охоты.

Я расслабленно встала в полный рост и внимательно осмотрела его сверху вниз, демонстративно задержавшись на очень весомом аргументе.

— Мне можно войти?

— Ты уверена? Обратной дороги не будет.

Иду вперед, стараясь двигаться плавно и максимально соблазнительно. Хесс открыл дверцу кабинки и я подошла к нему вплотную.

— Поможешь снять бельё?

На этих словах его выдержка рушится. Он затягивает меня под тёплые струи, жадно прижимая к себе. Если с бюстье он справился за секунды, отбросив намокшую ткань в сторону, то с трусиками совершенно не спешил. Схватил меня под попу и приподнял, заставив обхватить его ногами. Хищно впился в мои губы, страстно целуя, я старательно отвечаю, иногда покусывая его за пухлую нижнюю губу и оттягивая её на себя. Как же я мечтала-то об этом…

Клыки совершенно не мешают, лишь добавляют пикантности. Неожиданно он проводит языком по моим губам и я чувствую прикосновение чего-то постороннего и явно металлического. Вааау, у него штанга в языке. Невероятно контрастные ощущения. Он мастерски целуется, очевидно стараясь не сорваться. Дурашка, я только и жду срыва в бездну. Больно кусаю его за нижнюю губу.

— Я не сахарная, поверь мне.

В принципе это и всё, что я успела сделать, так как у него однозначно сорвало ограничитель. Хесс буквально начал трахать меня языком, издавая возбуждающие урчащие звуки, серьга добавляла наслаждения. Никогда не думала, что это так приятно. Френк принимается яростно тереться своим членом о моё средоточие желаний.

Боже, как хорошо…

Атака переходит на мою шею, он страстно её целует, прикусывая. Втягивает в себя кожу, старательно зализывает места укусов своим восхитительным языком и начинает всё снова. Облакачивает меня спиной на перегородку и уделяет внимание груди, то нежно посасывая соски, то яростно втягивая их в рот, обводя языком с прохладной серёжкой. Божечки, это что-то нереальное, он вырывает из меня громкие стоны.

— Лани, я хочу тебя, безумно хочу. — лихорадочно шепчет он отрываясь от сосков.

Зарываюсь руками в мокрые волосы и за ухо притягиваю к груди. Зачем отрываться от такого прекрасного процесса? Отчётливо слышу смешок.

— Нежности оставим до следующего раза, не могу больше сдерживаться. — с этими словами он быстро, но при этом аккуратно, стягивает с меня трусики, предварительно поставив меня на пол. Снова подхватывает под попу и начинает заполнять меня собой мелкими толчками, чтобы растянуть под свой размер.

— Да-да-да, не останавливайся, только не останавливайся! — мой восторг не знает предела, наконец-то он вошёл полностью и замер, давая привыкнуть. Слышу его сдавленный стон.

— Какая же ты узкая…

— Хватит болтать. — сердито шепчу, пытаясь извернуться и сильнее насладиться на член.

— Ты меня сегодня дразнила. — говорит и плавно движется назад.

Грубыми толчком заполняет до упора и опять медленно выходит. Это что-то сродни пытке.

— Быстрей, ну быстрей же.

— Ты специально доводила меня? — снова резкий толчок и плавно обратно, резкий толчок, и, мать его, плавно обратно. — Скажи, специально меня мучила?

Снова и снова эта пытка, стремительный толчок в самую глубину и плавный отход.

— Ты знала, что я хочу тебя, знала и решила специально довести вечером, да?

— Да-да, специально, пожалуйста.

— Какая требовательная девочка, быстрее хочешь, да?

— Френк, ну, пожалуйста! — я уже практически скулила.

— Не могу тебе в этом отказать.

С этими словами он наконец-то прекратил меня мучить и начал быстро вбиваться в моё тело. Вос-хи-ти-тель-но. Он трахал меня так яростно, что я от возбуждения стонала, словно ненормально. В попытке заглушить свои крики схватила его за шею, притянулась к нему и зубами впилась в плечо.

Он явственно зарычал, зафиксировал мою талию руками не давая пошевелиться и увеличил скорость. Боже, меня в жизни так жёстко не трахали... Из глаз летели искры, в животе удовольствие, казалось, достигло предела.

Рыжик страстно накинулся на мою шею, оставляя засосы. Единственное, что я могла делать это стонать и просить:

— Не останавливайся, пожалуйста, не останавливайся.

Внезапно концентрация удовольствия достигла своего максимума, Френк в этот момент сильно прикусил зубами место где плечо переходит в шею и я взорвалась. Меня начало буквально сотрясать от пережитого удовольствия, никогда так сильно не кончала. Хесс, не разжимая зубов, сделал ещё несколько глубоких толчков, изливаясь в меня с невнятным стоном.

Пару секунд мы стояли не двигаясь, он осторожно разжал зубы и начал зализывать место укуса. В голове ни единой мысли. Ни е-ди-ной.

— Лани, как ты? — какой обеспокоенный тон, прям мур-мур.

— Восхитительно, Френк, просто восхитительно. — разговариваю словно пьяная, голос охрип от стонов.

Он плавно вышел и затянул меня под струи воды. Старательно намылив руки гелем для душа, стал очень нежно, словно лаская, омывать моё расслабленное тельце. Его руки были такими осторожными, что я почти мурлыкала от этих прикосновений. Если поначалу они казались восхитительно расслабляющими, то чем дольше, тем сильнее нарастала новая волна возбуждения. Когда я начала нетерпеливо ёрзать и тереться о него грудью хесс мгновенно всё прекратил. Обломщик. Вынес меня на коврик, тщательно вытер во всех местах полотенцем и за пару минут высушил волосы. Всё это молча.

Затем подхватил на руки и голышом понёс в свою комнату. Перешагнув порог, поставил меня на пол, обернулся к двери и плотно закрыл ее.

— У меня в комнате прекрасная звукоизоляция, Лани, и теперь мне ничто не помешает насладиться твоими стонами.

Всё это он проговорил совершенно спокойно, затем начал надвигаться на меня, вынуждая пятится вглубь комнаты. Ха, кажись меня запугивают. Адреналин поступил в кровь, по коже побежали мурашки, а внизу живота предательски сжалось. Хочу-хочу-хочу его. Снова и снова. Рухнула на кровать, а он и рад.

— Я говорил, что пути назад не будет. Ты сделала свой выбор. — с этими словами он опустился на колени и подтянул меня поближе к себе, размещая так, чтобы доступ был максимальным. В предвкушении поджались пальчики на ногах и напрягся живот.

— Какая ты красивая. — тихо пробормотал он и еле-еле лизнул по половым губам.

— Ещё… — вновь слышу довольный смешок.

Он опять облизнул меня, с каждым движение углубляясь. Хесс начал делать это так протяжно, что я с восторгом ощущала штангу на самых чувствительных участках своего тела. Невероятно… Его язык принялся кружить вокруг клитора, надавливая в некоторых местах, затем — тягучее, длинное движение. Он резко втянул чувствительный узелок в себя и меня выгнуло на кровати дугой от восторга. Вновь дразнящие, медленные скольжения.

— Лани, ты такая сладкая, я так мечтал тебя попробовать… Мечтал, чтоб ты стонала от моего языка, от моих пальцев, от моего члена. Не могу остановиться и перестать касаться тебя. — всё это прозвучало хриплым откровением, в промежутках между настойчивыми движениями.

Он без предупреждения вогнал два пальца и начал быстро сгибать их прямо во мне. Одновременно с этим втянул клитор в рот, слегка сжал его зубами и стал проводить языком со своей восхитительной штангой.

Тело само выгибалось, реагируя на каждую новую вспышку — жар поднимался волнами. От напряжения мне было практически больно; ещё немного — и я взмолюсь о пощаде. Френк резко прикусил клитор, не переставая проводить по нему кончиком языка, и яростно задвигал пальцами. С протяжным, диким криком я кончила, сотрясаясь будто в припадке. От накала ощущений из глаз текли слёзы. Офигеть. Тестирование завершено, запакуйте мне эту прелесть с собой...

Френк мягко поцеловал меня в животик, вызывая волну хихиканья.

— Френки, щекотно!

— Ммм, моей девочке нравятся поцелуи только в определенных местах? — какая дьявольская улыбка.

— Как давно ты прокол язык?

— Год назад, а что?

— Это было сделано с какой-то определённой целью?

— Нет, Лани, это было полностью спонтанное решение. Тебе нравится мой язык?

— Невероятно. Не представляла, что может быть так восхитительно.

— Знаешь, что ещё может быть восхитительно, м?

— Что же?

— Сейчас покажу. — звучит очень многообещающе.

Он легко подтолкнул меня дальше на кровать, проследив, чтобы я удобно разместилась на подушке, и угрожающе надвинулся. Едва сдержалась, чтобы довольно не захихикать. В итоге мы упоительно целовались: сначала нежно, почти лениво, ласково сплетая и посасывая языки, но с каждой секундой в нас нарастало возбуждение. Вскоре он вновь начал трахать мой рот своим языком, доводя меня до предела. Френк неожиданно спустился ниже и принялся ощутимо прикусывать шею, словно зная, где у меня самые чувствительные места, о которых я и сама не догадывалась.

— Не знаю, как я сдерживался всё это время, чтоб не оттрахать тебя.

— Зачем сдерживаться? — лениво растягиваю слова.

— Чтобы понять, что ты меня хочешь.

— Хмм… Я тебя хотела с первой минуты, как увидела.

— Ждал, что покажешь это.

— Если бы я вчера не застала тебя в душе, долго б ты ещё ждал.

Услышав это он замер, оторвавшись от такого прекрасного занятия, пристально глядя в мои глаза.

— Так вот в чём дело.

— Это было потрясающее зрелище. Я смотрела до самой кульминации.

— А потом? — зрачки вновь стали круглыми и чёрными, рыжие уши нервно прижались к голове.

— А потом я дважды кончила, предсталчяя на себе твои руки. — коварно проговорила и замерла в ожидании реакции.

В этот момент в него словно бес вселился: Френк стал на колени между моими раскинутыми ногами, схватил их и закинул себе на плечи. Без каких-либо нежностей резко вошёл на всю длину, заставляя меня зашипеть сквозь стиснутые зубы от неожиданности.

Хесс начал двигаться с какой-то нереальной скоростью, иногда поворачивая голову, покусывая и зализывая места укусов на моих лодыжках. Пытаюсь дотянуться до него руками, но он нагло схватил их в свою огромную пятерню и поднял над головой, изменив при этом угол проникновения. Я совершенно не могла шевелиться, а он всё вбивался и вбивался в меня своим каменным членом, заставляя срывать голос от стонов.

У меня впервые секс, в котором я не могу ничего контролировать, ни глубину проникновения, ни скорость. Чувство беспомощности вплотную перемешивалось с невероятным восторгом. Он брал меня так резко, словно хотел полностью заклеймить собой.

В конце концов Френк сжалился, спустил мои дрожащие ноги с плеч и я в ту же секунду обхватила его ими за талию, жадно прижимая к себе. По-прежнему удерживая мои руки и не давая шевелиться, он принялся практически неощутимо поглаживать клитор. На контрасте с резкими и глубокими рывками — это просто ужасно чувствительно. Моё тело начало извиваться в попытке прижаться к руке сильнее, но хесс всё контролировал. Он смотрел на меня не отрываясь, словно желая уловить и запомнить малейшую эмоцию, отображающуюся на моём лице. Впиваюсь взглядом в мужчину напротив и понимаю, что ещё пара секунд — и я кончу. Френк, видимо, прочитал это по моим глазам, потому что замер, вызывая у меня отчаянный стон разочарования.

— Френки, пожалуйста!

— Что пожалуйста? — тихо спрашивает он, искренне наслаждаясь моей беспомощностью.

— Двигайся, прошу тебя.

— Вот так? — Он начал невесомо гладить клитор, заставляя меня хныкать.

— Нееет, Френки, ну пожалуйста, ну быстрее.

— Может, вот так? — плавно, тягуче движется во мне, заставляя прочувствовать его целиком. Он входит и выходит очень медленно, нежно скользя до самого упора

— Нет-нет, ну прошууу тебя, трахни меня уже наконец!

— Ах вот ты о чём. — довольно проговорил он.

Без всяких переходов Френк взял такой темп, что я взвыла от контраста ощущений. Пошлые влажные звуки заполнили комнату. Он резко надавил на клитор и стал быстро его растирать. Через секунды меня выгнуло так, что казалось лопнет позвоночник, стеночки с силой сжались вокруг его пульсирующего члена, всё сокращаясь и сокращаясь, а я уже не могла кричать, на это не хватало сил. Только ощутила в глубине горячую пульсацию его оргазма.

— Мне кажется ты мне снишься, Лани.

— Тогда это очень реалистичный сон.

— Я бы тебя трахал весь день без остановок. Я столько раз кончал с мечтами о тебе, что, кажется, уже не разделяю реальный мир и мир фантазий. — он лёг рядом, поворачивая меня на бок и прижал к себе, закутывая в свои руки.

— Надеюсь, что я тебе нравлюсь в реальности а не в мире грёз. — тихо шепчу, размеренно укладываясь поудобнее.

— Я хочу тебя безостановочно.

— Френки, я немного устала, дай мне чуть-чуть отдохнуть.

— Ты какой-то афродизиак.

— На меня ты действуешь аналогичным образом. — пробормотала едва слышно.

— Спи, родная, я чувствую, что ты уже почти заснула.

Утомлённое тело прямо в этот момент и отрубилась.

Утро началось со сладкой неги, проснулась от очень осторожных поцелуев в шею. Хесс плавно спускается ниже, нежно лаская и облизывая плечи, едва слышно мурлыкая при этом.

Нижней частью тела я прекрасно чувствовала уровень его возбуждения. Он медленно скользит членом по уже мокрыми складочкам, не проникая внутрь.

— Доброе утро... — пробормотала возбуждённо.

— Сейчас оно будет ещё добрее, ты же не против? — как вовремя ты спросил, подумалось мне.

— Я только за.

Услышав ответ, он прикусил кожу сзади на шее и не спеша скользнул в меня. Рукой погладил затвердевший сосок и принялся нежно сжимать его пальцами, осторожно покатывая между ними.

По сравнению с вечером, эта медлительность была очень желанной. Он так нежно брал меня, плавно но до упора двигаясь в глубине, заставляя чувствительные стеночки сжиматься. Ласкал грудь и шею, чередуя эти действиями с лёгкими, едва ощутимыми укусами.

Постепенно Френк перестал двигаться так расслабленно, начав сильно вбиваться в меня.

Опустила свою руку к клитору, чтобы довести себя до оргазма, но он низко рыкнул и, покинув грудь, начал творить свои чудеса порхая над очень нуждающемся в прикосновениях месте.

Яростные звуки шлепков, когда он входил до упора, и плавные надавливания на клитор довели меня до разрядки за считанные мгновения. Хесс сделал ещё несколько резких, глубоких движений и со стоном кончил.

— Вот это доброе утро, — довольно промурчал мне в затылок Френк. — Не могу тобой надышаться.

— Всё ещё впереди, у нас же не один день.

У меня зазвонил браслет. Совершенно не задумываясь что делаю, обнаружив, что звонит наг, жму ответить. Спустя секунду до меня доходит вся глубина моей ошибки.

— Вааау, я смотрю кто-то дорвался до сладкого? Привет Френк, надеюсь ты хорошенько оттрахал нашу девочку, а то она так переживала, тааак переживала... — эта змеюка довольно присвистнула.

— Росс!!! Господи, заткнись пожалуйста. — стыд, здравствуй, ты вновь окрашиваешь мою тушку в насыщенный красный…

— Малышка, что за скандалы? Я очень рад, что тебя наконец-то удовлетворили, жаль, конечно, что без моего участия, но я скоро прилечу и живого места на тебе не останется. — его тон настолько воодушевлённый, что мне поистине страшно.

— Привет Росс, когда прилетаешь? — голос Френка оставался совершенно спокоен, словно его ничего и не смущает.

— Послезавтра буду уже у вас, так что можете пока наслаждаться совместными тихими потрахушками. У тебя звукоизоляция на комнате нормальная?

— Да, вполне.

— В моей комнате тоже наверное сделай и кровать купи побольше. Нам точно нужен простор.

— Договорились.

— Всё остальное приобрету сам. Ты пока мазь от синяков купи, совсем загрыз мою сладость.

— Так, я конечно дико извиняюсь, но какого чёрта вы говорите так, словно меня здесь нету? — моему недовольству нет предела.

— Милая, мы проясняем важные моменты, пока я не занят перелётом.

— С чего ты вообще решил, что у нас с тобой, душа змеиная, будет секс?

— Скромная моя, я это знаю, ты это знаешь и даже Френк это отлично знает. У меня уже член дубовый на тебя такую затраханную смотреть. Сил нет, как хочу засадить…

— Росс! — наверное, у меня всё тело покраснело, с ног до головы.

— Вот и думай теперь об этом. На встречу со мной трусики не надевай, я всё равно долго не выдержу и трахну тебя где-то в уголочке.

— Всё, пока! — отключилась под громкий смех змея, которому вторил не мене громкий от одного наглого кошака.

— И по какому поводу хохот? — моим голосом можно было замораживать воду.

— Лани, он такой прямолинейный, мы с ним явно намучаемся.

— И тебя не смущает то, что он говорил?

— А почему меня это должно смущать? Нам придётся существовать совместно, к чему конфликты, когда можно объединить усилия? Тем более, его пока нету и ты всецело моя. Хорошо, что сегодня выходной.

— Сложновато привыкнуть к вашей логике…

— Ничего, Лани, всё только начинается, — он пристально меня осмотрел. — Извини, я был неосторожен.

— Что такое?

Он поднял меня на руки и поставил напротив зеркала. Вся шея и плечи у меня были в засосах и следах от зубов.

— Ого, как это я не заметила такого произвола?

— Извини, милая, я вчера сорвался.

Проворно обернулась и впилась в пухлые губы поцелуем, грубо притянув его голову к себе. Плавно углубила поцелуй, с наслаждением провела по серёжке и сдавленно застонала. Затем несильно, но ощутимо цапнула его за нижнюю губу. Чувствую, как мне в живот требовательно начинает тыкаться его член. Ишь, живчик какой. Прерываю поцелуй и говорю:

— Вчера мне было настолько восхитительно, что казалось, будто я умру от восторга. Не смей об этом жалеть! Ты потрясающий любовник, который меня возбуждает безостановочно. — доверчиво вглядываюсь в искристые глаза.

— Ты меня заводишь просто с пол оборота. Нужно успокоиться, через пятнадцать минут проснутся дети. Я закажу мазь от синяков, она очень быстро всё заживит.

— Заказывай сразу несколько. А нам пятнадцати минут хватит. — нагло опустила руку на восхитительно твердый член, делая поступательные движения.

— Это будет резко.

— Согласна.

Он повернул меня спиной к себе и наклонил на письменный стол. Аккуратно пристроился сзади и нежно скользнул в глубину, делая несколько пробных выпадов. В этой позе он чувствуется ещё глубже, хотя казалось, что дальше некуда. Одной рукой стимулирует нежный сосок, вторую сразу кладёт на клитор и делает круговые движения то надавливая на него, то проходясь очень нежно. Прикусывает меня за холку и после этого начинает так долбиться в середину, что из моего горла вылетает какой-то гортанный крик, а он как будто ещё ускоряется. Комната наполнена звуками нашего слияния: ударами тела о тело, моими криками и его полных удовольствия стонами в укушенную шею. Пара минут такого темпа и мы одновременно содрогаемся в оргазме. Чувствую, как по ногам стекает наша общая жидкость.

— Вишь, какие мы быстрые, несколько минут и я уже оттраханая до трясущихся ног…

— Мною оттраханная. — довольно поправляет он.

— Конечно тобой. Давай собираться, мне ещё в душ надо.

Нежно чмокнула его в губы и стрелой метнулась к себе в комнату. Взяла всё необходимое и рванула в ванную. Там по-прежнему валялось расбросанное бельишко, кинула его быстренько в стирку. Сама ополоснулась в душе и накинула на себя одежду. Эх, синяки всё равно видно. Женская сущность во мне шипела, что пусть все смотрят, но адекватная я на неё шикнула, что тут дети как бэээ.

Нашла в комнате лёгкий шарфик, непонятным образом оказавшийся в моих вещах.

Эх, жаркая ночь — это довольно утомительно. Перетруженные мышцы побаливают, ноги трясутся, самое трудолюбивое место намазала кремом и подумала, что с такими темпами заживляющая мазь не помешает. Так, на всякий случай.

Спустилась вниз, а Френк, как ни в чём не бывало, сервирует завтрак, который магическим образом приготовил за это время. Таки волшебник, одним словом. С волшебной палочкой. Хм… Так, приём, Милка, палочку откладываем на вечер.

С милой улыбочкой всем пожелала доброго утра и уселась на стул, слегка скривившись при этом. Перестарались мы чутка, но зато я так довольна…

— Мамочка, а почему ты в шарфике?

— Я немного приболела, милая, Френк закажет мне лекарства и почти сразу всё пройдёт.

— Ты только сильно не болей, а то папа ругаться будет.

— С твоим папой мы точно урегулируем этот вопрос, не переживай.

— Когда он уже приедет? Я так сильно скучаааю… — да начнутся рыдания…

Подхватила змеёныша на руки, и пошла с ней в гостинную. Сидим на диване, я её нежно укачиваю и приговариваю успокаивающие глупости.

— Мам, он не хочет ко мне приезжать? Разве он не скучает?

— Змейка моя любимая, он очень сильно по тебе скучает, очень. Давай мы сейчас успокоимся и отправим папе фотографию, чтоб он сильно обрадовался, глядя на свою принцессу.

Вытираем мокрые щёчки и старательно заплетаем косички, чтобы быть прям совсем красивыми. Делаю селфи и отправляю Россу, со словами: «Мы очень по тебе скучаем». Практически сразу раздаётся звонок.

— А кто это тут так сильно плакал? Разве моя красивая девочка может так ужасно грустить?

— Пааап, приезжай пожалуйста, я так сильно скучаю! Мне так грууустно… — по нежным шёчкам вновь побежали слёзки.

— Родная моя, я тебя услышал. Хочешь расскажу тебе самый большой секрет?

— Дааа!

— Уже послезавтра я буду рядом со своими красивыми девочками. — и хитрый взгляд на меня.

— Правда? Правда послезавтра? Это получается только сегодня подождать и всё? Да?

— Не спиши, маленькая моя. Это сегодня подождать, завтра подождать и потом уже я буду с тобой. Ты сможешь немнооожечко потерпеть?

— Конечно, папа, я же не маленькая. Я всё прекрасно умею! — и она закатила глаза точ в точ как я. Кошмар. Учу детей плохому. Дорого. По всем вопросам обращайтесь к моему секретарю.

— Мила, а она раньше так не делала. — я машинально закатила глаза. — Вот-вот, именно так как ты показала, она раньше не делала. Приеду — накажу.

Мелкая подстрекательница хихикнула.

— Не переживай, папа нестрого наказывает. Он может сладкого тебя лишить и всё, не бойся. — тихо шепнула малышка.

Из меня вырвалось противное хихиканье. Представила себе, как он меня сладкого лишает, и засмеялась в голос.

— Мама очень красивая, да, Лесси?

— Даа!

— Не переживай за неё, сладким я её обеспечу. Буду очень старательно обеспечивать. — очередной хитрый взгляд на меня.

— Росс, а ну ша!

— Не нервничай, Милая, мы потом об этом поговорим. Несколько раз. Обезательно в разных местах.

— Всё, маленькая, прощайся с папочкой, он очень спешит по делам. — злобно бурчу.

— Пока, пап, я буду тебя очень ждать!

— Пока, девочка моя, я тоже буду сильно скучать по тебе и ждать встречи.

Зиеюка озабоченная. Всё у него к сексу сводится, неважно о чём разговор — он обязательно сведёт его на нужную тему. Извращуга.

— Пойдем докушаем завтрак и будем проводить время на улице.

— А ко мне папа совсем скоро приедет! Он сам сказал. — обязательно нужно поделиться радостной вестью, зайдя в кухню.

Довольная змейка вернулась на своё место и начала с удвоенной силой наворачивать бутерброды.

— Мы все его ждём, Лесси. — поддержал её рыжик, который оперативно переделал мне напиток. И вот я наслаждаюсь горячим, похожим на кофе с шоколадом, идеалом.

Риш, давным давно доевший, явно скучал, потому что подкрался ко мне. Боднул макушкой в плечо, выпрашивая ласку. Нужно обеспечить этому выпрашивателю тактильную передозировку.

Малышня отправилась на задний двор, меня же повели лечиться. Зайдя в мою комнату я размотала шарф и любуюсь на сею неимоверную красоту в зеркало. Ндааа, а шея-то набрала цвета, как я такой кошмар не заметила во время нанесения? В процессе все его манипуляции доставляли безграничное удовольствие, сейчас же проскакивает подлая мыслишка, что надо делать ноги. Иначе сожрут, ибо уже явно понадкусывали.

Одна из женских сущностей растекалась восторгом, подпихивая мысли: «Смотри, какой самец страстный и весь наш». Скептически глянула в сторону самца, который также задумчиво рассматривает деяние своих зубов. Эх, когда приедет наг я сотрусь. Будут они смотреть друг на друга и спрашивать: «И где, интересно знать, моя красивая Милания? И откуда, интересно, взялась эта тряпочка?». Дальше по сценарию начнётся паника. Кхм, что-то я увлеклась, а хесс уже подкрался вплотную и весьма характерно потирается бедрами.

— Так, дорогой, мы сюда с какой целью пришли? — и взгляд через зеркало, полный праведного негодования. Он перекидывает мою гриву наперёд.

— Лечиться?

— Лечиться. Так что давай, оказывай мне медицинские услуги. А то ишь, дорвался до десерта.

Меня лизнули в многострадальную шею, вызывая табун мурашек и плавный побег мыслей. Нить разговора как-то сама собой оборвалась, а он продолжает максимально нежно выписывать узоры своим невероятным языком. Почему у меня раньше не было любовника со штангой? Это же прекрасно, идеальней просто быть не может.

— Я тебя обязательно трахну вот так, глядя в зеркало, чтобы ты смотрела на всё, что я с тобой делаю. — мурлыкающий шёпот на ухо и ноги уже подкашиваются.

Смотрю на наше отражение, вид у меня слегка безумный, взгляд потерян, щёки горят. На его фоне выгляжу такой хрупкой. Он прижимает меня к себе своими огромными ручищами, положив одну на живот. Восхитительно. В голове шумит и я уже согласна вот совсем на всё, что бы мне не предложили…

— Френки, а давай закроем дверь?

— Лани, мы пришли лечится. — взгляд на меня честный-честный. Провокатор.

Он начинает обмазывать мою шею мазью. Сволочь. Мазь сильно и неприятно холодит кожу, быстренько отрезвляя. И это после того, как я в своих фантазиях ему уже отдалась на этом самом месте.

Смотрит на меня, а сам лыбится, довооольный. Ну ничего, я тоже что-то такое интересное придумаю, ты со мной ещё наплачешься, котище наглый.

Так, не поняла. Бросив мимоходом взгляд в зеркало замечаю, что шея уже далеко не синяя. Подхожу ближе и смотрю, как прям на моих глазах засосы меняют цвета на коричневый, затем зеленоватый и в финале жёлтый. Нифига себе технологии. Прошло от силы минут пять, а я смотрю на чистую шею. Вот это да, где эта штука была раньше? В хозяйстве однозначно нужна.

— Френки, закажи, наверное, таких ещё несколько. Ею только синяки мажут?

— А что ещё тебя беспокоит?

— Ммм, да знаешь, ничего, просто на вопрос мне ответь. — смотрю, как взгляд у него потемнел.

— Я сделал тебе больно? — всё, никакого довольства на лице, в глазах ужас. О как напугала.

— Френки, у нас был очень страстный секс, а размерчик у тебя такой, что представить сложно. Понятное дело, что сегодня я немного ощущаю последствия такой прекрасной ночи. Это нормально, без паники.

— Я… Я был слишком груб? Лани, почему ты мне не сказала?

Подошла к нему вплотную и притянула этого перестраховщика к себе. Рукой зарылась в волосы, нагло тиская пушистые уши. Восхитительные ощущения, аж с мысли сбилась.

— Милый, всё было прекрасно и я в восторге. Правда. Мне безумно понравилось, и по стонам ты должен был об этом догадаться. Поверь, если бы мне что-то пришлось не по душе, я бы никогда терпеть не стала. Я люблю секс, и с тобой он приносил только удовольствие.

— Точно?

— Гарантирую.

— Эта мазь только с синяками работает. Для, эм, наружного применения. Но я закажу для тебя другую. С заживляющим эффектом.

— Спасибо, Френки, это будет кстати, потому что я рассчитываю на добавку. — поцеловала эти невероятно мягкие губы. Поцелуй был настолько нежным, что я таяла и таяла. Прекрасный мужчина.

День проходил совершенно обычно, единственным отличием было явное пожирание меня глазами одним конкретным хессом. И взгляды эти были настолько горячими, настолько многообещающими, что меня сразу кидало в дрожь. Жду ночь, интересно, каким сегодня будет этот многогранный котище? Предаваясь воспоминаниям, я неожиданно поняла, что такой бурной страсти точно не ожидала. Мне почему-то казалось, что Френк — спокойный любовник, на деле же, это просто взрывной ящик Пандоры, невозможно предсказать, что из него появится в следующий раз.

А уж эти его властные жесты с контролем — ну просто мур. От всех этих размышлений взгляд у меня заполнялся поволокой, так как котище в такие моменты смотрел ну очень жадно как на законную добычу. Ааа, когда там уже тихий час? Хочу посмотреть чем эти переглядывания закончатся.

Хесс очень мило развлекал малышню, проводя основную часть времени на свежем воздухе. Он совершенно не делал между детьми различий, периодически тиская обоих и вовлекая в активные игры. Итогом стали какие-то стратегические набеги на воображаемые крепости с целой методикой их завоевания. В общем, проводил время довольно подвижно. Я в этих баталиях выступала зрителем и болельщиком в одном лице, болея исключительно против рыжика. Дабы не зазнавался, на что он картинно дулся, вызывая такой прилив милашества, и я едва держала себя в руках, чтобы не затискать эту прелесть. Вообще-то, всех этих прелестей хотелось жамкать не переставая.

Чем быстрее наступала ночь, тем сильнее я мандражировала. Предвкушение затопило меня с головой. Довольно оперативно уложила заигранную малышню по кроватям и поняла всю коварность кошачьей натуры. Этот стратег целенаправленно активничал с детишками, дабы спали они крепко. Мне даже не пришлось рассказывать сказку, успела только чмокнуть сонную змейку, как она уже засопела. Ну ляпота же.

Отправилась в душ, попутно раздумывая, имеет ли смысл вообще одеваться после него, если меня всё равно разденут. С другой стороны, получать подарок всегда интересней, разворачивая упаковку. Решено, одеваемся, а там посмотрим.

Завершив все необходимые приготовления отправилась к себе, ждать с моря погоды. А погода протопала мимо двери и направилась в ванную. Ну нет уж, туда я за ним не пойду, ждём дальше. Сижу на кровати. Слышу, как шаги остановились у двери. И тишина. Эй, я вообще-то, на секундочку, тут жду, что там думать? Нет, ну что там думать?

Стоит. И не заходит, и не уходит. Неужели в нём опять проснулся скромник? А куда делся горячий альфасамец, который имел меня весьма жёстко? А? Не, ну я так не играю. Надо опять брать всё в свои лапки. Подошла к двери и резко её открыла, направляя гневный взгляд на этого ждуна.

— Чего стоим, кого ждём?

— Не был уверен, что ты будешь рада меня видеть.

Мне кажется, что я так сильно закатила глаза, что увидела начинку своей головы, а там сплошное порево.

— К тебе, ко мне?

— У тебя звукоизоляции нету. Ты действительно не против? — тут явно раздвоение личности, нежный, неуверенный в себе котик, периодически сменяется сексуальным маньяком. Ну штошшш, мне даже нравится.

Молча хватаю его за руку, веду по указанному адресу. Покорно топает за мной. Ну красота же. Переступаем порог, я демонстративно закрываю двери и поворачиваюсь к нему.

— По-моему, я сегодня однозначно давала тебе намеки на прекрасную ночь.

— Ты вполне могла передумать, поэтому я не мог настаивать. — и взгляд такой, прям ранимый.

Моя ты лапа недолюбленная. Плавно перетекаю к нему вплотную, притягиваю к себе и нагло впиваюсь в эти сладкие губы. Ни капли нежности, сразу углубляю поцелуй алчно исследуя его рот своим языком. Он не менее жадно отвечает, крепко обнимая и прижимая к себе мою тушку. Какой он всё же здоровенный, меня в него можно дважды обернуть, наверное. Наши языки сплетаются, поглаживая друг друга.

Прерываю поцелуй и толкаю его по направлению к кровати, вынуждая сесть. Сама же, довольная, взгромождаюсь на него, чувствуя, что эти действия дали весьма ожидаемую реакцию. Под штанами всё в полной боевой готовности. На нём очень удобно сидеть, в таком положении мне не нужно притягивать его для поцелуя. Этот рот примерно на одном уровне с моим, чем я нагло пользуюсь. Прихожусь по вкусной нижней губе языком. Протяжно, несколько раз подряд, а потом с интересом смотрю в чёрные глаза. Искорок совсем не видно, всё занимает расширенный зрачок.

Зарываюсь в рыжий одуванчик, оттягивая волосы на затылке и получаю безоговорочный доступ к шее. Прохожусь едва-едва языком, а из его груди вырывается еле слышный стон. Ммм… Какой прекрасный звук. Делаю так ещё несколько раз, с каждым движениям надавливая языком сильнее, и вслушиваюсь в реакцию. На последнем движение прикусиваю кожу и начинаю вылизывать этот участок, не разжимая зубов. Тишину нарушает громкий, очень возбуждённый стон, он машинально начинает толкаться в меня своей твёрдостью. Чувствую себя всемогущей.

— Хочешь меня?

— Хочу.

— Сильно?

— Лани… — едва слышный шёпот.

— Хочешь меня раздеть, или лучше раздеться самой?

— Самой. — а глаза такие бешеные.

Встаю, прикусив напоследок выступающую ключицу. С задумчивым видом постукиваю указательным пальцем по губам.

— Хмм, что же мне снять в первую очередь? Футболку? — поднимаю её до уровня груди. — Или всё же штаны?

— Футболку.

— Ммм, ты точно уверен?

Кивок и я начинаю медленно тянуть её вверх. Останавливаюсь на уровне груди, оголив одно полушарие и вновь задумчиво:

— Может всё же штаны?

Плавно опускаю футболку на место. Берусь за резинку штанов и, повернувшись к нему боком, начинаю так же медленно снимать их, оголяя понемногу кожу и прогибаясь в спине.

— Лани… — смотрю на зрителя, который жадно, не отрываясь, следит за каждым моим действием. Хвост нервно бьёт по кровати, кулаки сжаты, но не рыпается. Какой хороший мальчик.

Закончив со штанами плавно потягиваюсь, чтобы футболка точно задралась и показались соблазнительные трусики.

— Хм. Наверное нужно снять футболку. — снова постукиваю пальцем по губам.

Берусь за подол и вновь мееедленно поднимаю его вверх, плавно переступая с ноги на ногу.

Сняв футболку берусь за грудь и нежно приподнимаю ее, словно взвешивая в ладонях. Трогаю ягодки сосков, издаю тихий стон, а сама внимательно наблюдаю за хессом. Неотрывно следит за каждым движением, уши к голове прижимает. Увиденное его явно равнодушным не оставило.

Медленно опускаю правую руку в трусики, проверяя насколько там влажно, делаю несколько лёгких кругов вокруг клитора, издавая стон, левой продолжаю трогать грудь.

— Ммм, так хорошо…

— Лани… Лани, пожалуйста.

— Ммм? Что такое?

— Милая моя, хватит, иди ко мне.

— Хм, Френки, но ты одет. — проговариваю капризным тоном.

Он разделся настолько быстро, что я даже не уследила за всем процессом. Делает резкий шаг ко мне.

— Нееет, сейчас ты возвращаешься обратно и облокачиваешься на подушки. Наверное нужно снять трусики. — максимально изогнулась, спуская их по ногам.

Танцующим шагом подошла к самому красивому мужчине и вновь его оседлала. Медленно потёрлась пару раз о его ствол, вызывая гортанный стон. Снова начинаю очень нежно его целовать всасывая в себя его нижнюю губу и проходясь по ней языком.

Сосредоточила внимание на шее, рисуя щекотные узоры. Резко кусаю переход к плечу, ощутимо сжимая зубы. Протяжно зализала укус.

— Хочу тебя, Френки.

Эти слова стали спусковым крючком. Он приподнял меня и начал плавно насаживать на свой член, делая серию коротких поступательных движений. Агрессивно впиваюсь в губы, покусывая, он начинает покусывать в ответ при этом входя до упора. Замираем, продолжая целоваться. Дикое ощущение наполненности.

Начинаю плавно двигаться, опускаясь и поднимаясь, исторгая сладкие стоны. Агрессивные поцелуи в губы и плавное соединение. Его член слишком сильно растягивает меня, кажется, что чувствую весь рельеф, каждую вену.

— Сильнее, милый, пожалуйста.

От этих слов у него срывает крышу. Хесс кусает меня за шею, крепко фиксирует за талию, не давая двигаться, и начинает сильно и глубоко вбиваться, наращивая просто бешенный темп.

— Вот так тебе хочется, да? — хриплый низкий голос прям на ушко.

— Даа. — могу только хныкать от восторга.

Он упирается пятками в кровать. И начинает двигаться ещё быстрее, я едва дышу, в животе закручивается спираль напряжения.

— Нравится меня дразнить правда же? — он периодически рычит покусывая и зализывая шею.

— Д-да… нравится.

— Хочешь, чтобы трахал так сильно? — таранит меня не снижая темпа, ощущения переполняют так, что не могу ничего ответить, грудь подпрыгивает во время каждого толчка, волосы разметались. А я могу только смотреть в совершенно дики глаза.

— Отвечай. — и резко замирает пристально всматриваясь в меня.

— Френки, пожалуйста…

— Что пожалуйста, Лани?

— П-пожалуйста, не останавливайся. — несколько плавных движений.

— Я не услышал ответ. — пробормотал он облизывая сосок. Практически не двигаясь при этом в таком нужном местечке. Я уже готова заплакать от неудовлетворения, а он вновь сильно втягивает сосок, проходясь по нему языком с этой восхитительной серёжкой. В голове всё за считанные секунды затуманилось от восторга.

— Трахни меня, пожалуйста, Френки. — голос уже почти сорван.

— Вот так? — наконец-то начинает двигаться так, как мне этого хочется.

— Быстрее, прошу тебя…

Амплитуда увеличивается и опять возвращается этот бешенный ритм, от которого искры летят из глаз.

— Достаточно?

— Да-да, Френки...

Он таранит меня с невероятной скоростью, насаживавая на свой каменный член. Могу только стонать и держаться за его плечи, когда он вбивается в мою глубину. Клитор с силой трётся во время его движений, возбуждение скопилось в животе.

— Я сейчас кончу, не останавливайся. — умоляюще прохрипела я.

Хесс вновь принялся покусывать шею, добавляя мне ощущений. Ещё несколько диких толчков и я взорвалась с громким криком, вздрагивая всем телом. Он не переставая брал меня, пока через несколько движений не излился.

Не выходя из меня он лёг на спину, размещая меня сверху. Несколько минут мы лежали, выравнивая сбившееся дыхание. Я вслушиваюсь в размеренный стук сердца у себя под ухом, пока он лениво поглаживает меня по спине, рисуя непонятные загогулины.

— Не могу тобой насытится, Лани. Опять придётся мазать шею.

— И что? Мне было очень хорошо.

— Да? Прям очень хорошо? — чувствую, как его член внутри меня начинает твердеть. По всем признакам сейчас начнётся следующий раунд.

— Ммм, разве ты не слышал моих стонов? Или не видел мой оргазм?

— Я всем этим наслаждался. Мне тебя постоянно мало.

— Хаа, я чувствую, что сейчас тебя очень много. — демонстративно поёрзала, ощущая приятную твёрдость внутри.

— Хочу тобой наслаждаться. Сейчас. — внимательный взгляд, словно он уточняет не против ли я. Наивный, я только за.

— Наслаждайся. — нетерпеливо подталкиваю его к действиям.

Френк, по-прежнему находясь внутри, руками придал мне желаемое положение, расположив меня вдоль своего тела. Необычненько. И тут он качнулся вверх. Ого, какая чувствительная и интересная поза...

Он стал плавно и глубоко двигаться, одной рукой поглаживая ягодицы, другой перекатывая горошинку соска между пальцами.

Осторожные размеренные движения сильно распаляли, но дойти до разрядки я так точно не смогу. Наслаждаюсь плавными толчками. Он входит до упора, до влажного мокрого звука и выскальзывает обратно, совершенно не ускоряясь. Никуда не спеша, явно наслаждаясь процессом и доводя меня до безумия. Желая хоть немного усилить давления на самую нужную часть тела начинаю ёрзать. За это он твёрдо фиксирует меня ладонью за попу.

Мои мышцы в сильном напряжении, по телу стаями бегают мурашки, от которых я вздрагиваю.

— Френки! — требовательно зову, но не тут-то было, он не ускоряется ни на гран.

Меня уже трясёт от перенапряжения и желания получить эту чёртову разрядку. Из-за этих чувств зло кусаю его сосок, добиваясь от него возбужденного стона. Оу, как любопытно. Зализываю это восхитительное место, чтобы он наконец отбросил эту плавную пытку.

— Ах, Лани... — чередую покусывания с втягиванием. Не думала, что у мужчин соски такие чувствительные. Переключаюсь на второй, у хесса наконец-то рвёт крышу, и довольная я понимаю, что сейчас меня таки будут жёстко иметь.

Френк хватает меня за ноги, опуская их по обе стороны от себя, удерживая за талию. Сам сгибает ноги в коленях и без передышки начинает таранить меня со всей возможной скоростью, выстанывая мое имя как мантру.

Не переставая ласкаю языком его соски, чем, видимо, возбуждаю его до предела, потому что он начинает входить в меня ещё быстрее. Мне кажется что кровать пробьёт стену от силы его толчков.

На одном из особо сильных движений у меня начинается оргазм, который всё длился и длился, пока я с громкими стонами извиваюсь на нём. Немного отдышавшись вернулась к его чувствительным горошинкам, покусывая, зализывая и так по кругу, от одного к другому. Френк уже не шептал моё имя, он уже громко станал, отчаянно вбиваясь в меня пока не замер, с силой стиснув меня в объятиях.

Некоторое время мы молча лежали, приходя в себя и успокаивая хриплое дыхание, вздрагивая от пережитого. В голове лениво скользила мысль, что я обязательно отомщу и буду мстить долго, нежно и плавно, категорически не давая кончить. Обязательно так сделаю, чтоб знал каково это.

— Пошли в душ, завтра нам нужно рано вставать. — проговорил он, чмокнув меня в макушку, прерывая все мои коварные рассуждения.

— Тебе придётся меня тащить, я совершенно устала.

Этот восхитительный мужчина встал, поднял меня на руки и понёс в ванную.

— Я тебя сейчас поставлю, аккуратно не намочи волосы.

Полусонная и расслабленная я лишь невнятно угукнула. Хесс очень быстро вымылся сам, затем оперативно, но очень нежно вымыл меня, деликатно поглаживая все ещё чувствительные участки, ополоснул нас водой и, промокнув полотенцем, понёс к себе. Умостившись на кровати, мы погрузились в царство неги.

Проснулась от тихой вибрации его браслета. Ласково чмокнула в сладкие губы и аккуратно потормашила, стараясь разбудить.

— Френки, вставай, тебе скоро на работу.

На что мне ответили невнятным «угу» и притянули к себе поближе, зарываясь куда-то в шею.

— Френки! Подъём! — смотрю в резко распахнувшиеся глаза. Какое заспанное ушастое милашество. Рука сама потянулась и почесала за ушком, попутно жмякая оное. Тишину нарушило грозовое мурчание.

— Ого, а у Риша раза в три потише выходит! Доброе утро. — наблюдаю за розовеющим лицом. Дробный мурк прекратился. Точно, котёнок говорил, что это не принято. — Мне нравится, как ты мурчишь.

Чмокаю его в нос и начинаю выпутываться из объятий.

— Лани, ты меня вчера всего вымотала. — ехидно заявляет эта кото-зараза.

— Я?! Я вымотала? Ах ты врушка! Сегодня останешься без сладкого.

Гордо развернулась и направилась к своей пижаме. Изящно наклонилась, демонстрируя прекрасные виды. Довольно услышала, как зритель гулко сглотнул. Быстро оделась и шмыгнула за дверь. А то еще поймает и тогда точно на работу опоздает. Увлекающаяся натура и всё такое.

Привела себя в порядок и направилась в кухню. Пока Френк был в душе я быстренько сообразила вафли, в надежде, что они таки получатся. Заварила бронкс — местный напиток со вкусом кофе и шоколада одновременно, на который я основательно подсела. Хорошо, что он абсолютно безопасен и его можно даже детям, только развести им его пореже. Настругала чей-то окорок для бутербродов и обнаружила в дверях поражённого котяру.

— Дуй за детворой, у меня почти всё готово. — хесс, вместо того чтобы внимательно меня послушать, подошёл вплотную и нежно поцеловал в губы. Чуть не увлеклась, забыв обо всём на свете. Хорошо, что пикнул таймер на вафельнице.

— А это что вы тут делаете? — прозвучало как гром среди ясного неба. — Обнимаетесь?

— Неее, Леска, они целуются! Прям в губы! Феее. — послышались попытки изобразить рвотный позыв.

Не выдержала и засмеялась на всю кухню. Божечки, дети такие дети. Как можно вообще до такого додуматься? Мне вторил смех Френка и тихое хихиканье змейки.

— Извини, Риш, постараюсь больше не травмировать тебя такими сценами. — с улыбкой протянула я.

— Так вы что, типа, теперь целоваться будете?

— Скорее всего будем. — спокойно уверил Френк.

— Прям целоваться? — последнее слово было наполнено такой брезгливостью, что меня опять начало подмывать желание расхохотаться. Дабы сдержаться отвлеклась на своё прерванное занятие и выложила вполне удавшиеся вафли на тарелку.

— Именно так.

— Это вы, получается, теперь жениться будете?

— Сын, так далеко ещё никто не заглядывал, но в перспективе я на это надеюсь. — тут уже я замерла памятником самой себе, раздумывая, насколько правдиво прозвучала эта фраза.

Так, замуж мне не хочется, фантастический секс не повод для знакомства... Ой, для замужества. Бросила подозрительный взгляд на рыжика, а он, оказывается, внимательно наблюдал за моей реакцией. Потом в этом разберёмся. Когда-нибудь попозже.

— О, тогда хорошо. А когда вы женитесь? Я тогда с вами навсегда останусь? — заинтересованно выспрашивал котёнок. Я, сделавшая в это время изрядный глоток бронкса, чуть не захлебнулась.

— Риш, в этом вопросе абсолютно всё напрямую зависит от твоей миями. Видишь, она ещё боится, смотри, какие глаза испуганные. Поэтому мы пока не будем на неё давить в этом вопросе.

— Да? Ну тогда ладно. Пока давить не будем. А когда начнём? — последнее добавлено шёпотом.

— Что начнем? — таким же шепотом спрашиват этот рыжий монстр.

— Ну, давить.

— Сейчас таких мер не требуется.

— Хорошо, я тогда подожду.

Я живу в дурдоме. Явно. Сижу, агрессивно жую вафлю и усиленно думаю. Есть чуечка, что надо бы делать ноги. Подозрительные разговорчики, подозрительные. С такими темпами меня окольцуют, а я и не замечу. Хесс, скорее всего, внимательно следил за мной, так как после завтрака он подошёл, нежно придержав за плечи и проникновенным голосом сказал:

— Лани, успокойся. Никто против воли тебя ни к чему не принудит в этом доме. Я тебе обещаю. Перестань так сильно нервничать.

— Я не хочу замуж. Это так сильно серьёзно… Скорее всего я не справлюсь, понимаешь? — подбородок подозрительно задрожал, и меня захватили в объятия.

— Не волнуйся так, это был шутливый разговор с ребёнком. Тебе ничего не грозит, слышишь?

— Угу… Хорошо. Ты так опоздаешь.

— В сравнении с тобой — это совершенно не важно.

Постояв в уютных объятиях ещё несколько минут, решительно выпроводила хесса, ибо нечего филонить.

— Слушай, а Риш с отцом общается?

— Мне он об этом не говорил, но думаю да. Всё же Майк его отец и до всех этих событий они были очень близки. Сейчас же ситуация непонятная и котёнку наверняка очень сложно. Также как и Майку. Уверен, что он тоже сильно переживает. Почему ты решила спросить?

— Мне кажется довольно странным, что он больше не появлялся в этом доме с прошлого раза. Его сын на планете больше недели, а он совершенно не торопится наладить с ним отношения.

— Думаю, что они сами разберутся с этой проблемой. Если же нет, то мы вмешаемся.

— Я переживаю за мелкого. Он не подаёт вида, но его вся ситуация с Майком очень расстроила.

— Рано или поздно, но ситуация однозначно разрешится.

Сама пошла к малявкам. Совершенно не удивилась, обнаружив их на заднем дворе, есть стойкое впечатление, что если запихнуть детей на детскую площадку, то о них можно забыть, ибо там всё тааак интересно, что оторваться трудно.

Сижу на уличном кресле, солнышко светит, ветерок дует, ля-по-та. В какой-то момент понимаю, что стало как-то до странного тихо. Быстро рыскаю взглядом по площадке, а эти создания поглядывают на меня из-за горки и перешётываются. Ага. Щас они как дообсуждаются до чего-то фатального. Подкралась к ним с другой стороны.

— Чего это вы тут делаете? — оба сорванца подскочили. Настолько увлеклись обсуждениями, что даже не услышали шагов.

— А тебе мой папа нравится, да? — спросил Риш и в меня вперились два заинтересованных взгляда.

— Нравится.

— А на тебя давить нельзя да? Чтоб ты не смылась. — услышав такое предположение, я стойко удержалась, дабы не заржать.

— Хм, ну, наверное, не стоит. Я пока не собираюсь смываться, но давление лучше не применять.

— Миями, а Леска переживает.

— О чём же переживает Ласси? И почему она не может мне об этом сама сказать? М? — всё интереснее и интереснее. Змейка молчит и только смотрит на меня огромными глазищами.

— У неё папа завтра приезжает.

— Это я знаю.

— А ты с моим папой обнимаешься. Мы видели. Когда её папа приедет, ты с ним тоже обниматься будешь?

— Не знаю, милый.

— Ну почему на тебя давить нельзя? — печально спросил котёнок, с завывающими нотками.

Замечательно. Как бы на меня давили, интересно? Шантажисты малолетние.

— Потому что я могу смыться, ты же сам сказал. — еле сдерживаю на лице серьезную мину. Как бы не расхохотаться в какой-нибудь ответственный момент.

— Это да… — растерянно пробормотал Риш. — Но у неё папа хороший, понимаешь? Он знаешь как её любит? Очень сильно.

— Дааа? И что же?

— Понимаешь, один папа — это, конечно хорошо, но когда их два, то это намного лучше! — на меня кинули полный превосходства взгляд, мол, съела? А я тщательно давлю в себе вырывающиеся смешинки.

— Да что ты?

— Да! Они же в два раза больше любить будут! А у Лески, у неё же совсем один. Он не справляется. — всё, выносите меня.

Заливаюсь гомерическим хохотом, вижу две обиженные мордочки и закатываюсь по новой. Хватаю этих интриганов, прижимаю к себе в объятия, а они втискиваются в меня в ответ.

— Милые мои, я так вас люблю сильно-сильно! — по невнятному бурчанию поняла, что меня тоже сильно любят, но могла бы не смеяться над такими любимыми ими.

— Мой папа правда хороший. Он знаешь, как меня любит? У него даже ухо проколото! — изумрудные глазки смотрели на меня с хитрым прищуром.

— А как же серёжки связаны с любовью, м?

— Так красиво же. — на меня посмотрели как на дурочку. Гениальность их логических цепочек бьёт меня прямо в сердце.

— Раз красиво, то мне обязательно понравится?

— Я очень-очень хочу чтобы понравилось. У него и чешуйки зелёные, как у меня. Мне же ты говоришь, что они красивые, значит и у папы красивые.

— Возможно. — не могу не улыбаться.

— Может ты тоже с ним будешь обниматься? Ты попробуй, тебе точно понравится. Мне бронкс тоже не нравился, а ты сказала попробовать, и понравился...

— Хорошо, милая, посмотрим. — ну что ж, аналогию я поняла, в принципе, логично.

Чмокнула двух хитрюг в мягкие щёчки и пошла в дом, принимать доставку обеда. Ну каковы интриганы, решили под шумок и нага мне пристроить. Мол дитятку отцов не хватает, не могла бы я поспособствовать. Постоянно прорывает на хи-хи от обсурдности всей ситуации.

Занимаясь бытовыми делами я задумалась вот о чем: у Риша тоже есть браслет, он поддерживает связь со вторым отцом? А то его с прошлого прихода как-то не наблюдалось. Не скажу, что меня это каким-то образом печалит, но, насколько я помню, до появления в жизни мужчины его мадамы, ребёнок проводил с ним много времени. Сейчас котёнок про него даже не заикается. Не могу понять, хорошо это или плохо, но все же стоит это обсудить с кем-нибудь знающим.

Пока туда-сюда, наступил вечер. Захотелось позвонить нагу. Глянула на малышню — активно играют в непонятную, но, видимо, очень увлекательную стратегию, на всякий случай включила режим надзора и пошла к себе в комнату.

Предварительно уточнив не занят ли он, позвонила.

— Привет, красота моя, соскучилась?

— Ухо покажи. С серёжками. Бегом, пока я не передумала. — мой выпад ввёл нага в ступор. Несколько секунд он дизариентировано меня рассматривал.

— Милая, а ты точно уверена, что тебе нужно именно ухо?

— Точно. Мне его знаешь как нахваливали?

— Ухо???

— Именно. И чешуйки. Говорят, красивые они у тебя. — стебусь уже откровенно, но стараюсь не смеяться над растерянным мужчиной.

— Солнце моё, а ты там случайно горячительную жидкость по ошибке не выпила? С кем ты мои уши могла обсуждать, сидя дома?

— Почему же сразу горячительная жидкость? Я и без неё горячая.

— В этом я не сомневаюсь, но при чём тут уши?

— Не уши, а ухо. С серёжками. Красивое.

— Милая, ты меня немного пугаешь.

— Твоя дочь уверяет, что в тебе кроме ушей больше хороших качеств и нету.

— Лесси? Это она такое сказала? — удивлённо переспросил наг.

— Ну, не прям такими словами, но ухо очень нахваливала.

— Это с какой целью?

— Чтоб я присмотрелась. А то приедешь ты такой бесхозный, а дочь за тебя в этом плане переживает. Всё же, когда из достоинст только ухо, сложно наладить взаимоотношения.

На этих словах змей покатывается со смеху, красиво запракидывая голову. Сижу, любуюсь. Красивый он всё же.

— Милая моя, у меня есть очень много мест, которые приведут тебя в восторг, не только ухо. — на его лице появляется пошленькая улыбочка.

— Да? Это какие же? Я, знаешь ли, очень требовательная, меня не всякими местами удивить можно.

— Горячая моя, ты будешь стонать от восторга, когда почувствуешь эти места в себе.

— С чего ты взял? Что-то я не уверена. — как-то незаметно разговор с ушей свернул совсем не в те дебри.

— Заблокируй дверь в детском режиме, чтоб они нам сейчас не помешали, — делаю всё вышесказанное. — Какая послушная малышка. Соскучилась по мне, да?

— Соскучилась.

— Такая голодная девочка… Знаю, что Френк трахал тебя ночью, а ты всё равно по мне скучаешь.

— Да. — мне неловко и, одновременно с этим, все эти фразы неожиданно заводят.

— Тебе нравится как он тебя трахает, правда? Течешь с ним как сучка? — наг впивается в меня изумрудными глазами, пристально отслеживая реакцию на свои слова.

— Да. — услышав такие грубые фразы, живот непроизвольно напрягся.

— Когда я прилечу — надень платье. Чтоб под ним не было никакого белья. Услышала?

— Услышала.

— Подожди секунду, я заблокирую дверь в офисе. Включи широкоуголку.

— Всё сделала. — от предвкушения голос дрожит.

— Какая послушная мышка, у меня член скоро сведёт. Он постоянно каменный, когда я о тебе думаю. Только и делаю, что спускаю в уборной. Хочу тебя, Милая.

— Прилетай, я надену платье.

— Покажи мне свою восхитительную грудь.

Молча поднимаю футболку вверх.

— Какие напряжённые сосочки, так бы и зацеловал.

От всей ситуации я невероятно возбуждаюсь. Смотрю как он гипнотизирует грудь и облизывается, явно предвкушая свои действия. В животе так горячо-горячо.

— Сними штаны, я хочу видеть твою идеальную киску. — делаю что указано, демонстрируя ему трусики, широко разведя ноги. — Бля… я вижу какая ты мокрая. Хочу тебя трахать пока ты не запросишь пощады.

— Раздевайся.

— Ммм, моя девочка хочет на меня посмотреть?

— Да. Хочу.

Он быстро снимает с себя футболку и приспускает штаны, выпуская свой огромный член на волю. Эта картина выглядит просто восхитительно. Жадно смотрю на каждую венку, наблюдая как стекает смазка по крупной головке. Машинально провожу языком по губам.

— Даа, малышка, ты будешь делать восхитительный минет. — он так порочно улыбается. — Уже бесконечное количество раз мечтал трахнуть твой ротик. Запусти руку в трусики, начинай ласкать себя.

Почему меня так возбуждает вся эта ситуация? Опускаю руку, а там всё настолько мокро, что змей наверняка слышит влажные пошлые звуки.

— Вот тааак, сладкая моя, вот так. Как же я хочу тебе засадить. — хриплый голос сводит меня с ума.

— Ммм, хочу почувствовать тебя в себе.

Смотрю как он сжимает свой ствол и пристально смотрит, как мои пальцы шевелятся под трусиками. Чтоб улучшить ему обзор сдвигаю их вбок. Слышу довольный стон.

— Даа, детка, ты такая красивая, я уже представляю, как буду тебя вылизывать. — меня пронзает возбуждением на каждую его прошлую фразочку.

— Я вам не сильно помешаю? — этот голос за спиной заставил меня испуганно замереть, стыд опаляет каждую частичку тела.

— Привет, Френк, ты меня отрываешь от очень красивого зрелища, как малышка ласкает себя пальчиками.

— Думаю, что немного ей помогу. — он подходит ко мне и жадно целует в губы, чередуя ласку с укусами. Жарко застонала и услышала стон Росса на фоне.

Разорвав наш поцелуй, хесс схватил меня за талию и собственнически уложил на кровать, прижав к ней грудью и поставив на колени у края. Оттопыренную попу наградили звонким шлепком. Сам же Френк стал на колени и протяжно облизал мои складочки, давая прочувствовать и горячий язык, и серёжку.

— Блядь, сладкая киска, да Френк? — вижу, как жадно Росс следит за нами, яростно надрачивая.

— Идеальная. — довольно пробормотал хесс.

Он снова меня шлёпнул, встал в полный рост, расстегнул ширинку и без предварительных ласк резко вошёл на всю длину, вырывая из меня громкий стон. Слышу как восторженно стонет змей.

— Тихо, Лани, не шуми. — он закрыл мне рот ладонью. Одновременно с этим начал дико вбиваться в податливую глубину. Кусаю его руку, чтобы не стонать от восторга, от всей пикантности ситуации.

Хесс жарко провёл языком по позвоночнику, не замедляясь при этом ни на секунду. Его член вонзался в меня с влажными из-за обилия смазки звуками, а я не отрывала взгляд от нага, который дрочил в такт нашим движениям.

— Френк, шлёпни её, ей же нравится. — сразу за этой фразой следует резкий шлепок и меня аж выгибает от ощущений. Хесс яростно таранится, словно желает заполнить меня собой полностью.

Росс стонет на фоне и я догадываюсь, что он скоро кончит. Френк, видимо тоже так решил и резко выровнял меня. Теперь я стою на коленях, демонстрируя всю себя змею, а хесс, не переставая, берёт меня с громкими шлепками. Одна его рука закрывала мне рот, а второй он начал стимулировать клитор, периодически меняя силу нажима. Мои пальцы ласкают горошинки сосков, увеличивая тугую пружину в животе.

Хесс наклонился и впился зубами мне в место, где шея переходит в плечо, несильно но ощутимо удерживая зубами. От переполняемых ощущений меня уже колотит, при этом я не могу оторвать взгляд от проекции нага: он яростно подаёт бёдрами вверх, трахая свой кулак и очень возбуждающе постанывает.

Больше не могу этого выдержать… Меня накрывает мощнейшим фейерверком разрядки, стоны прорываются даже через руку. Обессилено повисла в крепких объятиях.

Мой оргазм становится спусковым крючком, и рыжик делает несколько мощных рывков кончая, змей за ним следом. Мы все трое замираем на несколько секунд, приходя в себя.

— Ребята, вы восхитительны. Френк, ты классный мужик, мы её затрахаем на максимум, уверен... Малышка, ты так сладко кончаешь, что я хочу смотреть на это снова и снова.

Хесс плавно вышел из меня, нежно лизнул в шею. Застегнул ширинку и сказал:

— Всё, Росс, на сегодня просмотр окончен, малышке нужно прийти в себя.

— Жду встречи, всем пока. Без меня сильно не шалите. — и отключился.

Рухнула на кровать совсем без сил, вспоминая, что за безумство мы только что совместно творили.

— Как ты зашёл? Я вроде закрыла дверь.

— Лани, детский режим именно для детей. Меня заинтриговала закрытая дверь, поскольку раньше ты так не делала. А тут ты, так сладко постанываешь и гладишь себя пальчиками. Ммм, восхитительно.

— А то, что я это делала с нагом?

— И что? Тебе ведь понравилось? Это было очень возбуждающе. Росс раскрепощает тебя.

— Он просто невероятный пошляк.

— И тебе это нравится. — хесс смотрит на меня с улыбкой.

— Поцелуй меня. — прошу капризно.

Френк ласково вжался в мои губы, облизывая их языком.

— Лани, не провоцируй меня, я сейчас с трудом держу себя в руках, чтобы не войти в тебя снова.

— Ты прав, мне нужно в душ.

— Дети в гостиной, — сообщил он глянув на браслет. — Можешь смело идти, я переоденусь и спущусь к ним.

В порыве благодарности опять впилась в его губы. Так бы и съела. Всё, отлипаю и одеваюсь. Только сейчас поняла, что кто-то очень страстный разорвал мои трусики. А я даже не заметила. Монстр мохнатый. Последнее утверждение в моей голове прозвучало восторженно.

Спустившись в гостиную, обнаружила там рыжика, который увлечённо что-то клацал на браслете. Подкралась ближе. Ага. Звукоизоляция — быстро и качественно.

— Через полчаса придут работники и сделают звукоизоляцию в двух комнатах. — радостно сообщил он мне.

— А почему в двух?

— Потому что и нагу требуется, и в твоей комнате я хочу слышать тебя. — шёпотом промурлыкали мне на ушко.

— Ммм, тогда ладно, тогда я согласна. — мурашки с гоготом помчались от уха по спине, где я мысленно их завернула. — Мне нужно что-то убирать?

— Нет, это не займёт много времени, при этом работники всё сделают сами. Не переживай, Лани.

Ну штошшш, раз все заняты делом нужно заказать несколько очень важных вещей. С чувством полного морального удовлетворения и предвкушения села выбирать платье. Взгляд упал на довольно скромную, я бы даже сказала, монашескую модель. Ни одной обтягивающей детали, всё строгое и лаконичное.

— Это такая месть? — пробормотал Френк, заглянув через плечо.

— Нееет, ты ничего не понимаешь, тут целый план придуман. Так что не отвлекай, у меня очень много дел.

Заказала к платью удобные босоножки. Затем подумала и заказала два тюбика мази от синяков и два — с заживляющим эффектом. Думаю, точно лишним не будет. Ещё порассуждала и зашла на сайт с женским бельём, на котором основательно залипла. Сначала не очень поняла прикол с размерами, но оказалось, что достаточно отправить файл со своими параметрами, и тебе почти мгновенно создадут бельё на заказ. Очень хороший сайт, нужно сохранить.

Набрала весомое количество соблазнительных моделек, представляя, как восхитительно они будут смотреться на теле. За плечом очень заинтересовано хмыкнули.

— Так, не подглядывай, а занимался своими делами. Ишь, какой любопытный.

— Нужно заказать побольше.

— Да ты шо? Умник, сама разберусь. Понабирали тут по объявлению. — несмотря на то, что я сварливо ворчала, на самом деле была ооочень довольна произведённым эффектом. Кое-кто будет удовлетворён по полной.

Пока ожидала доставку всех своих покупок приехали рабочие и гурьбой отправились в спальню. Россу выделили комнату рядом с хессом. Чтобы далеко не ходить, видимо. Процесс действительно был очень быстрым, я только-только получила свои покупки, а посторонние, справившись со своей работой, направились на выход.

Визуально совершенно ничего не изменилось. Но вряд ли рыжик не проконтролировал весь процесс. Разложила покупки по полочкам и приложила перед зеркалом к себе платье. Очень даже неплохо, вся такая строгая мадам. Так, а как завтра всё будет происходить? Я-то лыжи уже навострила ехать встречать. Разогналась. Слетела по ступенькам вниз в поисках ответов.

— Френки, а ты завтра на работе?

— Да.

— А кто будет встречать нага?

— Хочешь его встретить? — сталкиваюсь с заинтересованным взглядом.

— Не знаю…

— Он должен прилететь с самого утра. Если хочешь, я задержусь, оставшись с детьми, а тебе вызову аэромобиль, и встретишь его в аэропорту.

— Как ты думаешь, это будет нормально? Ну, то, что я хочу его встретить?

— Лани, всё это нормально, не накручивай себя. — ради успокоения меня поцеловали в висок.

— Я переживаю, что мне не присылают никаких результатов по исследования. Со мной вообще на связь никто не выходил.

— Поверь, если бы бирники с тобой сделали что-то опасное, то тебя никогда бы не допустили к детям. Вспомни, на шаттле никто не протестовал против вашего контакта. Если бы всё было очень серьезно, то тебя, скорее всего, не выпустили даже за пределы медблока. Раз тебя это сильно беспокоит, то давай я свяжусь с Майком?

— А он тут каким боком?

— Он один из ведущих исследователей на нашей планете.

— Твой побратим?!

— Именно. В научных кругах его слова имеют приличный вес.

— Никогда бы не подумала. Хотя не зря же он выглядит таким самоуверенным зазнайкой.

— Майк замечательный. Мне искренне жаль, что ты видишь его лишь сейчас, когда у него такой неоднозначный период в жизни.

— Ничуть об этом не жалею. Зато сразу все минусы, так сказать, налицо.

— Давай не будем. Я знаю, что ты упряма, но первое впечатление иногда бывает обманчивым.

— Второе, знаешь ли, тоже не очень радужное.

— И второе тоже.

— Ладно, проехали. А ты кровать Россу в комнату заказал?

— Хм, нет, вылетело из головы. Он же говорил об этом. Причём настаивал на огромной. Как думаешь, зачем ему прям очень большая кровать? — с ухмылкой протянул этот наглый мужчина.

— Френки! Он просто высокий. И широкий. Видимо, чтобы спать с удобством.

— Маленькая врушка. Всё ты знаешь. — он тронул меня указательным пальцем за нос.

— Эй, это мой жест! Я всегда так делаю малявкам, ты подсмотрел его и бессовестно украл.

— Что же мне за это будет, м?

— Я подумаю. Но, скорее всего, тебе это не понравится. Или наоборот. Я пока не решила, но ты однозначно будешь страдать.

— Звучит очень многообещающе. Будешь участвовать в выборе кровати?

— Хм. Думаю, что ты справишься с таким ответственным заданием сам. Тем более у вас схожие комплекции в плане роста.

— Ну да, ну да.

— Именно. Я пока займусь ужином, что-то накопила желание куховарить.

— Кухня в твоём распоряжении.

— Но доставка пусть всё равно будет, мало ли, чем закончатся мои подвиги.

— Я верю в лучшее. Но доставку, так и быть, дождёмся.

Ну канееешна. В лучшее он верит. Я себя знаю, так что лучше подстраховаться. Увлечённо изучаю недра кладовой в поисках красивого куска мяса. Обнаружив искомое, что-то типа вырезки из неведомой животинки, старательно замариновала его всем, что пришло в голову. Последним ингредиентом шла грана. Надеюсь хоть тут эта кислая штуковина придётся в тему.

Выложила эту живописную прелесть в красивую форму и запихнула в духовку. Настругала салат (вот они меня никогда не подставляли), туда что не кинь — всё словно по рецепту. Промыла зелень, добавила овощей, куски домашнего мягкого сыра с местной фермы и кусочки малосольной рыбы. Колотнула заправку — и шедевр готов. В нём я уверена точно, ибо испортить овощи даже у меня ещё не получалось.

Подумала и в качестве гарнира отварила местную крупу быстрого приготовления с непроизносимым названием, но по вкусу напоминающую чечевицу. Всё, на этом вдохновение закончилось, и я стала ожидать готовность мяса. По крайней мере, пахнет вкусно.

Привезли кровать. Ну как кровать. Заглянув после установки оной в комнату, я убедилась, что эта штука явно не для сна. Это просто гигантский траходром, по-другому и не скажешь. Задумчиво потаращилась на сию конструкцию пару минут и уверенно закрыла двери. От греха надо держаться подальше. Хотя бы иногда. Хм. А может и нет.

Эти занимательные мысли прервало пиликанье таймера. Мясо по всем признакам должно быть готово. На всякий случай сейчас специально выбранная жертва его продегустирует — не буду же я детей травить.

— Френки, а иди ко мне. — рыжик мгновенно оказался рядом, словно караулил под дверью. — Попробуй.

— Ммм, а ты уверена, что в этот раз грана тут нужна?

— Уверена, пробуй.

— А ты сама пробовала?

— Конечно! Ты что, во мне сомневаешься? — и полный негодования взгляд. Как можно усомниться в моей порядочности?

— В том то и дело, что не сомневаюсь. — с очевидным усилием со своей стороны (всё же инстинкт самосохранения у него хорошо развит) он пробует мясо. На лице сначала написаны явные сомнения, затем удивление, а затем уже искреннее удовольствие.

— Ну как?

— Вкусно! Неожиданно, но грана изменила структуру мяса до неузнаваемости. Очень вкусно.

— Конечно, я в этом была уверена. — главное скрыть признаки сомнения с мордочки. — Всё, я накрываю на стол.

По ходу дела на меня напал муз. Как ещё объяснить, что получилось абсолютно всё? Скорее всего, на этот ужин я потратила абсолютно все баллы вдохновения, и больше в ближайшее время я к плите не подойду. А то чёт подозрителен такой успех.

На самом деле я старалась скрыть нервозность. Переживательно. Наг весь такой понимающий и соблазнительный. С далеко идущими планами и рядом прошлых обещаний. Чёрт. Словно иду на свидание с парнем по переписке. Милка, мы с ним виделись уже, выдохни и успокойся.

Сегодня решила старательно вымыть змейке волосы, а то её мытьё меня не очень-то вдохновляет. Потом этот колтун пол утра раздираю. Перед папой нужно показаться красивой, ибо может решить, что над его дитятком тут яро издевались и ещё что-то плохое дальше по списку.

Детё сверкало и сияло, а мои нервишки продолжали шалить. Что завтра-то будет?

Нацеловав эту красоту в пухленькие щёчки уложила спать. Зашла к Ришу, а он весь скукоженный, отвернулся к стенке и только вздрогнул при моём появлении.

— Котёнок, что случилось?

— Ничего.

— Милый мой, ну как это ничего, я же вижу: что-то произошло. Ты против того, что мы с твоим отцом начали сближаться?

— Что? Нет, совсем нет.

— Тогда расскажи мне.

— Ты не расскажешь папе?

— Я сначала тебя выслушаю и если ситуация не потребует вмешательства папы, то ни в коем случае не расскажу.

— Я рад, что вы вместе. Правда. Лесси ждёт, что с её папой вы тоже будете обниматься.

— Тогда что тебя так расстроило?

— Папа мне купил новый браслет, ведь старый бирники сняли. Он авторизировал меня снова. Я пишу папе, пишу. А он… Он мне не отвечает. Совсем. И даже не читает.

— Майк?

— Да… Значит, это всё было правдой и он на самом деле меня не любит! — котёныш пошёл в разнос, заливаясь слезами. Прижала его себе в попытках успокоить.

— Милый, это неправда. — а сама проклинаю этого чёртового мужика.

— Правдааа! Я ему и сегодня писал и вчера, и раньше. Он только рад, что я с ним не живууу! Это правда, что я никому не нууужен.

— Ты мне очень нужен, глупый котёнок. Ты Френку нужен больше всего на свете. И даже Илессе ты тоже нужен. Мы все тебя очень любим, очень! Потому что ты самый лучший, самый смелый малыш. Дорогой, ты замечательный, я очень рада, что ты есть в моей жизни.

— Но папа…

— Мы с тобой не знаем, почему он не отвечает. Если бы он не хотел общаться со своим родным сыном, то он бы об этом сказал. Я в этом уверена. Возможно произошла какая-то ошибка. Но мы с ней обязательно разберёмся и узнаем, почему он тебе не отвечает. Взрослые такой ерундой не страдают.

— Ты так думаешь?

— Уверена. — а у самой ни капли уверенности, может этому коту облезлому вожжа под хвост попала, кто его знает. Но с Френком я на эту тему пообщаюсь.

— Я так за ним скучаааю.

— Котёнок мой маленький, всё наладится. Точно-точно.

— Я очень этого хочу… Миями, я люблю тебя.

— И я тебя люблю, малыш. Мы обязательно со всем справимся.

Посидела немного рядом, поглаживая беспокойное чудо по вихрастой головушке, пока он окончательно не затих.

— Сладких снов, милый. — я тихонько встала и пошла за помощью зала в таком загадочном вопросе.

Эта самая помощь обнаружилась в своей комнате.

— Лани? Что-то случилось?

— Да так, можно сказать, что случилось. Ты знаешь, что Майк игнорирует котёнка?

— В смысле «игнорирует»?

— А в самом прямом. Риш мне только что рассказал. Как только ты купил ему браслет он пытался связаться с этим мудаком. И раз за разом безрезультатно! Насколько конченым нужно быть, чтоб игнорировать своего ребёнка, объясни мне?!

— Лани, подожди, этого не может быть.

— Да что ты? По-твоему Риш мне врал, когда только что заливался слезами? Не верю ни капли.

— Майк ни разу ему не ответил?

— Ни разу. И даже не читает. Малыш думает, что он действительно совершенно не нужен своему отцу. Ты представляешь каково это — чувствовать себя ненужным?

— Отлично представляю.

— А он маленький, он сразу начинает думать, что с ним что-то не так, хотя проблема совсем не в нём, а в этом эгоистичном мудозвоне! Тупее ничего не мог придумать, как игнорировать ребёнка. Урод.

Смотрю, а хесс явно в бешенстве. Уши нервно подёргиваются, хвост метается из стороны в сторону, из груди вырывается ворчание.

— Я сейчас его наберу и всё выясню.

— Набирай. Никуда уходить не буду, хочу посмотреть в эти лживые глаза. Он же скандалил, что я настраиваю котёнка против него. Тут и настраивать не надо, сам прекрасно справляется.

Френк начал набирать комбинацию на браслете. Один звонок. Второй. Десятый. И ничего — тишина.

— На тебя игнор тоже распространяется? С глаз долой — из сердца вон?

— Лани, это на него очень непохоже. Очень. Может что-то с ним произошло? Он всегда на связи, особенно если Мришель у меня.

— Я видела, на какой он связи. Ты в нём так уверен, а вот я раз за разом вижу только негативный результат от общения с ним.

— Сейчас позвоню коллеге, он связан с безопасностью научных лабораторий. Выясню, может он и на работу не ходит, тогда с ним точно что-то произошло.

На время разговора пошла на кухню и заварила себе бронкс. Вывела меня эта ситуация. Я по своему опыту прекрасно знаю, что дети могут быть ненужными. В таком случае, не стоит принимать участия в их жизни, попутно обвинять их же в своём несчастье или своих неудачах.

Отказываюсь понимать некоторых матерей-одиночек или дамочек, живущих с пьющим и бьющим их мужиком, у которых только одно на уме: «Как-нибудь да будет, ребёнку лучше с мамой; лучше в ужасных условиях и с побоями, но со мной, яжмать; дал бог зайку, даст и лужайку».

Эти выражения — парад безответности. Если твой ребёнок с тобой испытывает голод, холод, побои, ты не в состоянии обеспечить ему элементарные потребности, то, как бы больно ни было, стоит признать, что без такого «прекрасного» фактора, как ты, этому малышу будет лучше.

Да, возможно, это моя однобокая позиция, построена на личном опыте. Но чёрт вас дери, любой ребёнок должен быть счастлив, чтоб он не испытывал ужаса при появлении так называемого родителя.

Малыш должен расти любимым, чтобы его никто не обвинял в своих проблемах. Чтоб его потребности были удовлетворены хотя бы на минимальном уровне. И ещё очень много моих персональных пунктов.

Видимо, именно поэтому я не считала себя созданной для материнства. Да я и сейчас считаю, что, принимая участия в опеке над этими двумя прекрасными детьми, наделаю столько ошибок, что их им придётся разбирать как минимум пол жизни.

Что-то поднакрыло меня со всеми этими историями. Одни расстройства.

Устало зашла к себе, взяла пижаму и отправилась в ванну. Решила, что нужно расслабиться, и душ сейчас совсем не вариант. Включила воду, добавила пену для ванны и задумчиво осмотрелась.

Нет, это не ванна — это какой-то чан.

Не хочу тут сидеть и рефлексировать в одиночестве. Без стука ворвалась в комнату Френка.

— Не хочешь полежать со мной в ванной?

— Хочу.

— Пошли.

Молча потопали, разделись, хесс помог мне собрать гриву, чтобы не намочить. Разместились друг напротив друга — благо, габариты этого сооружения позволяют.

— По заверениям моего коллеги, Майк спокойно ходит на роботу. Значит у него ничего катастрофичного не произошло.

— Печально. Лучше бы произошло.

— Жестокая. — довольно произнёс он с улыбкой. — После работы я к нему заеду. Выясню, что это за интересное поведение.

— Ну-ну. Выясняй. Всё, хватит о нём говорить. У меня совершенно нет желания слышать ещё хоть слово на эту тему.

— Иди ко мне.

Переползаю поближе, и он усаживает меня между ног, спиной облокачивая на себя. С удовольствием откинулась на такую удобную подушку с функцией поддержки.

Восторженно ощущаю его ко всему готовую эрекцию, упирающуюся в мою поясницу, но стойко игнорирую этот факт. Игнорирую, я сказала!..

Рыжик осторожно разминает мне плечи, и по телу разливается нега. Обожаю массаж. Ко мне возвращается способность трезво мыслить и я успокаиваюсь.

Хесс разберётся со всеми проблемами.

Отталкиваюсь от бортиков, чтоб подняться повыше, однозначно потираясь о кое-что восхитительное. Облокачиваю голову на его плечо и с интересом ожидаю дальнейших действий.

Котище не подкочал: руки уверенно переходят мне на грудь, чувственно сжимая ее. Длинные музыкальные пальцы словно случайно задевают возбужденные соски, периодически прокатывая их между подушечками.

Из моего горла исходят тихие стоны — такие приятные манипуляции.

Некоторое время хесс стойко уделяет внимание лишь груди, хотя я уже всей собой трусь о его член, намекая, что хочу большего.

Наконец-то большие ладони опускаются на талию и медленно насаживают меня на свою восхитительную твёрдость. Стараюсь взять себя в руки и стонать потише, но это очень сложно, когда переполняет блаженство от соединения наших тел.

Френк так плавно входит, удерживай меня на одном месте. В воде ощущения совсем другие, и я плавлюсь от восторга. Одной рукой придерживает меня, другую опускает на такой требующий внимания участок тела и начинает словно постукивать по нему средним пальцем. От неожиданности дёргаюсь, но ощущения оказываются очень приятными. Хесс чередует движения: то постукивает, то обводит по кругу, иногда надавливая, то быстро двигается из стороны в сторону. От таких манипуляций я не могу сосредоточится и поймать волну оргазма.

— Хватит, Френки.

— Ммм, Лани, мы разве спешим?

И он продолжает плавно-плавно входить, не давая мне необходимого. Я уже просто изнываю от желания кончить, а хесс отказывается ускоряться, продолжая меня мучить.

— Френки, пожалуйста, быстрее.

— Думаешь? Милая, мне так хорошо в тебе, так тесно, что я хочу наслаждаться тобой дооолго.

— Ну, родной, прошу тебя, быстрее, я так хочу кончить.

— Сильно хочешь? — и ничуть не ускоряется.

— Дааа.

— Прям очень? — снова плавный толчок.

— Ну хватит!

— Ну раз ты так просишь…

И наконец-то начинает даёт мне то, чего я так хотела.

Хесс начинает быстро вбиваться в меня, так сильно, что даже немного больно, но это лишь добавляет остроты, усиливая ощущения. От наших диких толчков вода начинает выливаться из ванной.

— Да-да-да. — шепчу надсадно.

Френк находит просто невероятный угол проникновения.

— Вот так ты хотела, да милая?

— Дааа.

От восторга я не могу больше сдерживаться и бурно кончаю с протяжным криком, который он быстро заглушает своей рукой.

— Вот так, родная моя, умничка. — шепчет на ухо и кончает следом за мною, прикусив шею. Видимо, у нас фетиш на укусы.

Лежу на нём, мы всё ещё слиты в единое целое, хесс ласково проводит языком по искусанному участку. Восхитительно. Тело максимально расслаблено от пережитого удовольствия.

— Я так устала, что совсем не хочу шевелиться.

— Будешь ночевать со мной, или отнести тебя в твою комнату?

— Неси меня к себе.

Френк аккуратно поднимает меня на руки и относит в свою постель. Уютно устраиваюсь рядом, наслаждаясь теплом его кожи, и почти мгновенно проваливаюсь в сладкий сон.

Проснулась от нежных поцелуев.

— Лани, пора вставать, скоро прилетит шаттл Росса.

Услышав это, я мгновенно подорвалась и резко вскочила с кровати. Сердце заполошно стучит, так страшноватенько, что хочется всё отменить.

— Френки, что-то мне стрёмненько.

— Милая, ты серьёзно? Какая может быть причина для нервов? Вы же виделись. И он тебе нравится. Очень нравится, Лани. Росс от тебя без ума. Так что поводов для нервов точно нету. Завтракать будешь?

— Буду.

Торопливо сходила в душ, обмазалась пахучим кремом, надела своё монашеское платье прям на голое тело. Я же обещала сделать именно так. Спустилась вниз, чмокнула малявок, перекусила бутербродом и запила всё бодрящим. Нервишки пошаливают, но уже не так активно. Сытая женщина — спокойная женщина.

— Я уже вызвал тебе аэролёт, через десять минут будет на месте.

— Хорошо. Проводишь меня?

Стоим перед домом и увлечённо целуемся.

— Ммм, Лани, ты совсем без белья.

— Именно. А что? — спрашиваю с невинной улыбкой.

— Я уже хочу тебя. Чувствуешь? — и плотно прижимается ко мне своей твёрдой эрекцией.

— Ммм, какой ты уже готовый. Френки, не шали...

— Лани, вот как тебя такую вкусную отпускать? Аэролёт уже на месте. Всё, жду дома, у вас около двух часов. Не более.

Меня успокаивающе чмокнули в нос и разместили на сидении.

— Координаты там указаны, в крайнем случае вызывай меня.

Прокатилась на автоматическом транспорте в одиночестве. Интересненько. Внимательно рассматриваю пейзаж. Оказывается, что у нас есть соседи, причём не так уж и далеко.

Меня доставили в лучшем виде в аэропорт. Стою вся такая нервничающая в ожидании встречи. И тут меня хватают и прижимают к стальному телу.

— Ммм, привет, сладкая моя. Ты надела ради меня платье, я очень рад. Стиль на любителя, но мне нравится. — мурлыкающий низкий голос вызывает толпу нервный мурашек.

— Привет. — проговорила неуверенно.

— Я же сейчас верно понимаю, ты без трусиков, да?

— Ну что за вопрос такой? — недовольно шлёпаю на наглой лапе, которая самовольно решила проверить.

— Ну, Милая! Ну скажи.

— На мне только платье. Доволен?

— Ммм, я уже очень возбужден от одного осознания, что ты стоишь такая красивая и без трусиков. — говоря это Росс плотно прижал меня к себе и я чётко ощутила возбуждающую твердость.

— Росс.

— Да?

— Росс, мы тут не одни.

— Меня это совершенно не смущает. Пошли в аэролёт.

И так, удерживая меня в таком положении, идём к транспорту. Божечки, со стороны мы наверное напоминаем странную парочку сиамских близнецов. Змей плюнул на мою попытку самостоятельно шевелить ногами и просто нагло подхватил под грудью, словно игрушку.

— А вещи?

— Потом доставят, это сейчас не важно.

Споро загрузились в транспорт на заднее сиденье, меня как маленькую разместили рядышком.

— Что тогда важно? — спрашиваю, глядя в зелёные глаза.

— То, успеет ли аэролёт приехать в указанное место или придется экстренно садиться.

— Это ты о чём?

— Это я о том, что хочу тебя как безумный.

Едва договорив, он впивается в мои губы резким, страстным поцелуем, снося к чертям любые мысли в моей бедовой голове. Росс захватывает территорию мгновенно. Проходит длинным языком по всем изнывающим местам моего рта.

В какой-то момент он перетягивает меня к себе на колени, и начинает тереться между моими ногами своим каменным членом, ни на секунду не прерывая поцелуя.

— Сладкая моя девочка, скажи, ты же хочешь меня?

— Даа. — едва простонала в ответ.

— У тебя же стоит имплант? Порадуй меня, я же смогу кончить в тебя? Скажи мне, Милая. М? — бормочет он, лихорадочно целуя мою шею.

— Можешь. — тихо прошептала, передёрнувшись от предвкушения.

— Какая замечательная новость. — наглая рука задрала платье до талии и нырнула в треугольник между моими раскинутыми ногами. — Вау, какая ты влажненькая. Дрянная девчонка, я же кончу прямо в штаны от того, какая ты мокрая для меня.

Без предупреждения загоняет в меня сразу два пальца и начинает слишком быстро трахать меня ими, одновременно стимулируя клитор.

— Хочу посмотреть, как ты кончаешь, сладкая. Покажи мне… Покажи, как красиво ты это делаешь. — лихорадочно шепчет, а сам впивается в меня взглядом ни на секунду не прекращая свои действия. Он как-то неожиданно смещает пальцы внутри, затрагивая невероятно чувствительное место и я мгновеннно кончаю.

— Милая, ты прекрасна. Смотреть на тебя вживую во время оргазма — теперь моё любимое дело.

— Росс… — проговорила растерянно.

— А сейчас мой член будет тебя трахать, потому что я мечтал об этом полторы грёбанные недели.

С этими словами он достал, собственно, предмет разговора и у меня глаза полезли на лоб. По галосвязи это не выглядело настолько устрашающим. Я понимала, что наг крупный мужчина, но, блин, не настолько.

— Росс, он в меня не влезет. — меня охватила паника, которая проникла даже в расслабленный, словно желе, мозг.

А он ржёт.

— Милая, всё он прекрасно влезет. — и начинает пристраивать меня на этого монстра.

— Росс, я тебе точно говорю, что не поместится! — старательно отстраняюсь.

— Сладкая, ты такая, блядь, мокрая, что проникнуть в твою киску будет очень легко и приятно. — уверенно проникает в меня медленным, но непрерывным движением.

Смотрю на него, а чешуйки покрыли все скулы и лоб, частично опустившись на шею. Глаза жадно смотрят то на меня, то туда, где наши тела соединяются. Мужчина издаёт тихие стоны, а по виску скатывается капля пота. Россу явно тяжело сдержаться.

При этом мне действительно не больно, когда он входит в меня, но ощущения натянуты, словно ещё немного и я просто взорвусь. С каждым нежным толчком у меня возникает чувство максимальной наполненности.

— Ну вот, сладкая моя, а ты боялась. — он дошёл до упора, но все равно не вместился полностью. — Ты такая тугая… сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не кончить.

В этот момент он начинает двигаться. Плавные и размеренные толчки возвращают уплывшее было взбуждение и я переполняюсь восторгом. Мы самозабвенно целуемся, жадно вгрызаясь в губы друг друга. Спустя некоторое время мне становится категорически мало этих нежностей и плавностей.

— Росс, хочу быстрее.

— Всё ради тебя, сладкая. — наг совсем немного ускоряет темп. — Вот так?

— Нет, быстрее. — еле простонала от переполняемых эмоций.

— Хмм, вот так? — и снова немного ускорился.

— Да трахни ты меня уже, чёрт тебя бери!

— Вот она, моя девочка. — наконец-то начинает быстро вбиваться, мощно соединяя наши тела с оглушительными шлепками.

От восторга я откидываю голову назад и не могу прекратить стоны. Он впивается в беззащитное горло жалящими поцелуями-укусами.

— Хотела чтоб я тебя оттрахал, да?

— Даа…

— Просила сильнее? Я хотел взять тебя нежно, чтоб ты не испугалась напора, но нет, тебе, блядь, хочется жёстче. Вот так тебе нравится, да, родная?

Мне кажется от этих шлепков у меня будут синяки, но я в восторге от такого яростного секса.

— Нравитсяяя… — простонала в ответ.

— Я так мечтал тебя оттрахать, вбиваться, заходя на всю длину, чтоб ты, сучка моя сладкая, срывала горло от восторга. Моя?

— Т-твоя.

— Ты такая невероятная, хочу брать тебя в любое время без перерывов, чтоб ты даже ходить не могла, потому что мой член будет всё время в тебе.

Он настолько яростно вбивается, что я почти не соображаю, что он говорит. В глазах расплывается.

Очень быстро с громким криком скатываюсь в оргазм. Из глаз от насыщенной концентрации эмоций катятся слёзы, а тело всё содрогается и содрогается в экстазе. Сразу же за мной обильно кончает и наг, чувствую как горячие искорки наполняют мое нутро. Обессиленно втыкаюсь лбом в его плечо.

Когда в голове немного прояснилось, заметила, что аэролёт стоит среди деревьев в совершенно незнакомом мне месте. Лениво осматриваюсь, и встречаюсь с полным беспокойства взглядом.

— Милая, я все испортил, да?

— В смысле? — мой голос охрип от воплей, а мозг в состоянии каши, то есть фаза совсем не контачит.

— Тебе на самом деле было больно, а не хорошо?

— Что за бред?

— Ты плакала. — мрачно произнес он, стерая мокрые дорожки с щёк.

— Росс, ты дурак? Да я в жизни так не кончала, как от твоего восхитительного члена.

— Ммм, прям восхитительного? — смотрю, а к кому-то за считанные секунды вернулась уверенность. Подленько стукнула его в грудь.

— Поверь, мне было очень хорошо. Никогда не подделываю удовольствие от чего-либо. Да, по началу я струхнула…

— Да ты испугалась моего члена!

— Ты видел со стороны эту махину? Я до сих пор в шоке, что он поместился в меня! — наг бессовестно ржёт, откидывая голову и упираясь в подголовник. Зараза такая.

— Сдадкая, мой член просто создан для твоей вагины, чтоб трахать её раз за разом.

Высказав всю эту тираду, он плавно шевельнул уже готовым к подвигам орудием. Боже, реально же затрахает, как и уверял по галосвязи.

Надо было слушать, Милка, а не засматриваться на хитрую змеюку. Эх, валить надобно. Валить.

— Нас никто не потревожит? — заинтересованно смотрю в изумрудные глаза.

— Нет, детка, мы тут совершенно одни.

Наг двигается, постепенно наращивая темп. Мы оба получаем ни с чем не сравнимое удовольствие, постанывая с каждым движением. Невероятно хорошо.

— Я хочу сорвать с тебя это грёбаннное платье и трахать в своё удовольствие. Из-за него приходится сдерживаться.

— Мы можем его снять. Аккуратно.

— Почему тогда сразу не сняла?

— Увлеклась проникновением…

— А сейчас не увлекаешься? — и демонстративно резкий толчок.

— Ох… А сейчас я ещё немного соображаю. — сняла платье и откинула его куда-то за спину.

Наглая зараза с искренним восторгом накинулась на мою грудь, очень жадно всасывая возбуждённые вершинки. Нежные облизывания длинным языком чередовались с осторожными покусываниями. Одновременно с этим он настойчиво вбивался снизу, сильно растягивая меня своим членом. От ощущения тотальной наполненности хотелось, чтоб это продолжалось вечно и одновременно с этим быстрее достигнуть пика. Потому что выдерживать такое напряжение становится сложно до боли. Жалящие поцелуи возвращаются к шее и сводят меня с ума.

— Моя вкусная девочка хочет кончить? — слов нет, только лихорадочно киваю. — Нет, Милая, это так не работает, нужно сказать. Попробуй ещё раз.

И словно специально меняет угол проникновения, толкаясь в совсем чувствительное место. Я начинаю дрожать от приближения оргазма, но он тут же замирает.

— Сладкая моя, я кроме твоих нежных стонов ничего не слышу. Где же ответ, ммм? Ты хочешь кончить?

Мои попытки двигаться самой строго пресекаются. От разочарования я готова заплакать.

— Х-хочу… — едва выдавливаю из себя ответ, надеясь на мгновенное продолжение.

— Ты хочешь кончить сейчас от моего члена в тебе?

— Да-да-да.

— Держись, мышка моя…

Выдав это указание, он берёт восхительно быстрый, такой нужный мне темп, одной рукой прижимая меня к себе, а второй зажимая клитор между своими пальцами. Губами и языком ласкает гиперчувствительную шею и я рассыпаюсь на сотни осколков сладкого удовольствия. Наг следует за мной с громким стоном, продолжая двигаться.

— Ммм. Ты невероятная.

Не могу ничего ответить. Мне кажется, что я просто не смогу пошевелиться. У Росса вибрирует браслет, лениво перевожу на него взгляд — будильник.

— Ну вот и закончился наш маленький аперитивчик, Милая. Теперь приводим себя в порядок и летим на воссоединение с семейством. — он осторожно снимает меня с себя и я чувствую, как по ногам стекает его семя. — Ммм, как я тебя запачкал. Сейчас всё исправим.

Непонятно откуда достает упаковку с женскими интимными салфетками, опускается передо мной и начинает невероятно осторожно убирать всё лишнее. На мой весьма шокированный взгляд отвечает:

— Это специальные салфетки, они не повредят твоей микрофлоре. Я консультанта чуть до истерики не довёл, пока выбрал. — и, как ни в чём не бывало, продолжает своё мега аккуратное действо.

Мой шок всё ещё продолжает возрастать, а он достает уже знакомую мне заживляющую мазючку, выдавливает жирный слой на палец и смазывает меня не только снаружи, но и изнутри. Ступор. Вот прям полный ступор. Мои глаза наверное увеличились вдвое.

— Это не повредит. Я категорически не желаю, чтобы ты испытывала даже малейший дискомфорт после секса. — затем целомудренно целует меня в гладкий треугольник. — Мне так нравится, что у тебя тут ни единой волосинки. Обязательно вылижу всё так, чтобы ты сознание теряла от оргазмов.

Нда, вот и вернулся знакомый мне наг, а то я уже забеспокоилась, что его подменили. Он достает мазь от синяков и щедро наносит на скромный укус на шее. Ну как скромный, ещё немного и сожрал бы.

— Милая, а ну-ка раздвинь ножки, я видел, что на твоих идеальных бёдрах есть небольшие гематомки. Сейчас мы от них избавимся. — в принципе, я уже не удивляюсь, ибо удивлялка в коме. Молча делаю то, что он говорит. — Сейчас немножечко потерпи, она похолодит и всё пройдёт.

Росс встаёт, приводит себя в порядок, а сам наблюдает за замершей мной.

— Сладкая, ты такая красивая сейчас, затраханная мною, уставшая и явно удовлетворённая. У тебя такие блядские пьяные глаза, что я сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не засадить тебе снова. Если бы не Лесси, я бы точно никуда не спешил. Одевай свою рясу. Хорошо, что я знаю, какая красота под ней. Иначе бы испугался. — завершает он насмешливо.

Я также молча надела платье, немного привела в порядок волосы, и в принципе выглядела не так уж и плохо. Змей ввёл координаты нашего дома и вновь сел рядом. Взял меня за руку, нежно переплетая пальцы.

— Милая, отомри. Я тебя совсем заездил?

— Нннет. Я просто в шоке.

— От чего?

— Как в тебе соединяется абсолютно озабоченный сексом маньяк и нежный трепетный наг, который думает о партнёрше в первую очередь?

— Милая, не о партнёрше, а о тебе, это во-первых. А во-вторых, то как можно быть эгоистом в сексе? Тогда никакого удовольствия на самом деле не испытаешь. Ты очень красиво кончаешь, я готов терпеть сам, но любоваться этим зрелищем снова и снова. А в-третьих, у тебя очень нежная и чувствительная кожа, если не позаботиться о ней сейчас, то через пару часов ты будешь меня проклинать, а должна боготворить и смотреть влюблённым взглядом.

— Влюблённым?

— Именно, Милая, только влюблённым. Иногда можно похотливым и на этом перечень заканчивается.

— Посмотрим…

— Конечно посмотрим, буду любоваться на постоянной основе.

За это время мы добрались и выгрузились из аэролёта. Из дома вылетела встречающая делегация. Змейка за считанные секунды с пронзительными воплями оказалась в папиных крепких объятиях. Затем он потрепал по пушистым ушкам Мришеля, заверяя, что тот вырос почти на голову с их последней встречи. На это котёнок прям расцвёл. Затем крепко пожал руку хессу.

— Очень рад тебя видеть, Френк. Мне уже прям снилось, как я, наконец-то, попадаю в твой дом.

— Да ладно, знаю я, что тебе снилось на самом деле. — и хитрый косой взгляд на меня. Осмотрел каждую деталь моего гардероба.

— Ну, это понятно.

— Идите в дом, Лани тебе всё покажет, а мне пора отправляться. Вечером пообщаемся. Не скучайте.

Все направились в дом, а меня хесс задержал, удерживая за руку.

— Лани, требую поцелуй. Самый нежный! Я дал вам максимальное количество времени, мне точно положена награда.

— Ну, раз положена… — целую мягкие губы и наслаждаюсь восхитительным языком с серёжкой.

— Буду очень по тебе скучать.

— Я тоже.

Быстрый чмок в нос и, махнув на прощание рукой, хесс загрузился в свой аэролёт.

Зайдя в дом, наткнулась сразу на три любопытных взгляда.

— Мам, а ты папу обнимать не будешь? — малышка сразу берёт быка за рога.

— А надо? — делаю самый невинный вид из всех видов в моём арсенале.

— Конечно! Я же тебе говорила!

— Ну, раз надо, могу и обнять. — подхожу и обнимаю змея за талию.

— Ну, меня же тоже надо. — проговорила эта мелкая наглость, сидяща на руке большой наглости с другой стороны.

Обнимаю и ее. Змей в ответ приобнимает меня единственной свободной рукой. Оборачиваюсь на одинокого котёнка, стоящего в стороне от нашей живописной троицы и усиленно делающего вид, что ему ну совсем прям всё равно. Поманила рукой к себе. Стоим мы теперь плотным клубком.

— Всё? Теперь у тебя с папой тоже отношения? — заинтересованно смотрит на меня Илесса.

— Чего это?

— Ты же с ним обнималась! Как с Френком! — злобно пихнула ржущего нага локтем в почку.

— И что же?

На меня посмотрели с явным превосходством.

— Это значит, что вы теперь вместе! Мы с Ришем сами весь план придумали.

— Ну раз сами… Будем считать, что у вас всё получилось. — довольно сообщил змей. — Милая, ты меня сама обняла, придётся тебе брать на себя ответственность! А то нежданно-негаданно напала на честного нага с объятиями. Я, может, не готов был…

Саданула в наглый бок с удвоенной силой. Явно куда-то удачно попала, так как это ископаемое скривилось.

— Так, разлепляемся и устраиваем Россу экскурсию по дому, он тут совсем ничего не знает. — эта фраза имели прям взрывной эффект, малышня горохом раскатилась в стороны и, перебивая друг друга, начали рассказывать, что и где.

Прийдя к единому соглашению Лесси плотно оккупировала одну руку змея, а Риш схватил за вторую руку ничуть не упирающегося нага и пошёл в наступление на комнаты. Единственный вопрос был в комнате нага.

— Пап, а зачем тебе такая большая кровать? Дома ты спал на маленькой.

— А тут Френк решил проявить гостеприимство. Он, наверное, узнал, что с маленькой кровати я падаю.

— Ты падаешь с кровати??? — прозвучало хором от шокированных малышей.

— Ну, вот с такой огромной точно не буду, так что не переживайте. — и довольный пошёл дальше на знакомство с домом.

До самого вечера всё проходило тихо-мирно, детишки активно наседали на нового персонажа, не давая ему ни минуты отдыха. Я ленивой амёбой наблюдала за этим, практически не шевелясь. Всё тело слегонца побаливает, но ощущения довольства переполняет. Вос-хи-ти-тель-но.

Нагу доставили вещи, и он довольно долго их раскладывал у себя в комнате. Затем нагло оккупировал кабинет для своих рабочих нужд и с удовольствием разместил там вторую кучу неразобранных вещей.

Я разгребала пополнение приданого для змейки и теперь гостиная была завалена не только мальчиковыми серьёзными играми, которые до этого разбавляли лишь две купленные мною мягкие игрушки. Теперь там полно всякой розовой дребедени. Как ни странно, Риш смотрел на это весьма благосклонно. Мол, она девочка, ей можно многое, в том числе и заваливать самого котёнка своими игрушками. В бытовых делах время проходило быстро.

А вот вечерок был абсолютно противоположным. Обычно, если Френк задерживается на работе, то сообщает об этом сразу, и всё же приходит довольно скоро. Сегодня всё пошло не по плану. Мало того, что он заметно задержался, так ещё и не предупредил об этом. Если учитывать, какая опасная у него работа, то я накручивала и накручивала себя, сидя за столом после ужина. Затем вспомнила, что хесс собирался заехать к отцу Риша, и заволновалась ещё сильнее. На сообщения он не отвечал.

— Милая, чего ты так нервничаешь? — подкрался ко мне наг, обнимая за плечи.

— Да как-то волнительно. Рыжик до сих пор не давал поводов для нервов. Он планировал заехать к Майку аль Мринху. — последнее добавила шёпотом, чтоб чувствительные любопытные ушки, играющие в консоль не услышали.

— А что с ним произошло?

— Ну, с самого начала, как Ришу купили браслет, котёнок ему написал. Ответа не получил и до сих пор не получает. Френки с ним тоже связаться не смог, хотя выяснил, что на работе тот числится и исправно на оную является.

— Странноватая ситуация, но уверен, что они разберутся. Так что успокаивайся и прекрати нервировать как себя, так и мелких. Им вообще-то спать скоро.

— Да знаю. Без понятия, что на меня нашло. Ты смотри, скоро превращусь в грымзу, которая будет встречать всех на пороге со скалкой наперевес.

— Ой, Милая, поверь мне, — шёпот приближается вплотную к уху и тёплые губы почти коснулись меня. — Тебя будут так качественно иметь, что все аналогичные глупенькие мысли явно выветрятся из твоей прекрасной головки. Уверяю, ты будешь довольна и счастлива, а если кто-то задержится и не попадёт под сексуальную раздачу, то это исключительно проблемы задержавшегося.

— Росс, ты такой пошляк… — настроение стремительно поползло выше ноля.

— Нееет, это я пока стесняюсь тебя. Всё выдаю постепенно.

— Мне уже страшно.

— На страх времени не останется, только на тра… — и я закрыла ему рот ладонью, которую он тут же пощекотал языком.

— Сбавляй обороты.

— Да ладно, зато смотри, какая ты теперь повеселевшая.

Наглый чешуйчатый интриган. Вот он кто. Но мысли действительно сменили тональность, и уровень беспокойства снизился. В итоге, малышей укладывали почти совместно: я заплела на ночь змейке косу и чмокнула в щёчку, сказка осталась на папочке. Сама же пошла к Ришу, который уже явственно клевал носом.

— Ты дождешься папу? — сонно растирая глаза кулаком, пробубнил он.

— Обязательно дождусь, милый. Всё будет хорошо. — подоткнула лёгкое одеяло и, не удержавшись, пожмакала милые ушки, вызывая едва слышное мурчание.

Очаровательное всё же создание. Посидела рядом, пока мурлыканье не стихло, и осторожно направилась к выходу, предварительно потушив свет.

Во всём доме свет был или выключен или приглушён. Отправилась на кухню, заварить себе бронкс. Прекрасный напиток, на который я фанатично подсела.

За столом обнаружился наг, печатающий что-то на браслете.

— И мне завари пожалуйста, а то что-то я увлёкся.

— Чем занимаешься?

— Ищу новое помещение для оренды и уже оставил несколько вакансий на сайтах. Нужно будет завтра отсортировать соискателей на эти должности.

— Хочешь я тебе помогу?

— Не стоит морочиться. Милая, поверь это совсем не сложно, а я вроде взрослый малый, который справится сам.

— Прям совсем взрослый? — переспросила я, ставя перед ним чашку.

— Конечно! Я умудрённый жизнью наг.

— Оу, жаль. Тогда тебя совершенно не нужно укладывать спать.

На меня взглянули, как на предателя, если не хуже.

— Ну как ты можешь всё извернуть в свою пользу? Меня обязательно нужно укладывать спать. Я же темноты боюсь, и одному мне ну совсем не заснуть.

— Так ты не только с кровати падаешь, ты еще и темноты боишься? Ай-яй-яй, вот уж не ожидала такого количества недостатков. Всё же права была Илесса, кроме уха…

— Сладкая, я сейчас начну показывать тебе свои достоинства, которые тебе явно понравятся, и ты кардинально изменишь свою точку зрения про недостатки.

— Обещаешь?

— Всё, я не могу работать в таких условиях. Милая, бегом ко мне на ручки, чтоб я не нервничал, всё равно напиток ты безжалостно допила.

Подошла к нему, и наг усадил меня боком к себе, довольно крепко притискивая к груди. Этот псих на минималках втыкается носом мне в волосы и начинает их нюхать. Вот точно. Так и происходит.

— Что это ты там делаешь, маньячина?

— Ммм, Милая, ну сколько лести в твоих словах, я только учусь…

— Ты там волосы нюхаешь что ли?

— Именно. На них самая большая концентрация твоего запаха.

— От них пахнет шампунем и остальными уходовыми средствами, так что ты не то унюхал.

— Нет, ты ошибаешься. Сквозь флёр посторонних ароматов прекрасно чувствуется именно твой. Он прям сводит с ума.

— Куда уж дальше тебе сходить-то?

— Ой, там есть варианты, но я пока не готов их озвучивать, я стесняюсь.

— Паяц. — фыркнула на этого монстра.

В его объятиях было очень уютно, чувство безопасности словно окутало меня со всех сторон. По сути, это мужчина, которого я второй раз в жизни вижу в живую. Но он прочно занял место в моей жизни выступая прекрасным любовником, надёжным и ответственным партнёром и просто человеком, с которым я могу обсудить любой вопрос.

Уверена, он всегда поможет принять правильное для меня решение, как бы сильно не был заинтересован в другом ответе лично. Змей явно пролез туда, куда не стоило. Иначе как объяснить моё к нему доверие, которое странным образом возникло ещё на шаттле? Не знаю, к чему меня приведёт вся эта история со страстным романом с двумя мужчинами одновременно (причём каждый из них знает о наличии другого), но на данный момент я чувствую себя очень комфортно. Хотя иногда возникает противная мыслишка о том, как я буду жить дальше, если не срастётся, но пока я её усиленно отгоняю. Всё-таки нужно ценить то, что имеешь в данную минуту, а не накручивать себя разными финалами, которые генерирует мой мозг.

Сижу, вся такая задумчивая, в тишине.

Грустненько. Змей тоже такой грустненький и прям почти приличный, то есть лапами своими даже на миллиметр к интригующим зонам не продвигается. Непорядок.

Ловко схватила это чудо за лицо двумя ладошками и стала пристально рассматривать. Красивый он всё же. Черты лица хищные, глаза довольно узкие и зрачки эти змеиные…

Смотрит на меня заинтригованно и молчит. Провела пальцами по ёжику волос. Это тебе не грива, тут зарыться и схватить явно не получится. Поняла, что боком эти все манипуляции проводить аж никак не удобно и уверенно оседлала его, стараясь не вспоминать, что я делала в этой позе, когда мы добирались домой. Ммм. Не вспоминать, я сказала!

Исключительно в ознакомительных целях начала исследовать острое ухо, которое без серёжек. Провожу ноготком по кончику, и этот кончик вдруг забавно дёрнулся от неожиданности. Наг неожиданно стонет и сладко жмурит глаза. Вау, какой занимательный эффект. Повторяю манипуляции теперь с удвоенным интересом. Трогаю едва касаясь по всей ушной раковине, жадно всматриваясь в малейшую реакцию, которая не заставила себя ждать. Змей распахнул глаза и придвинул меня за попу к себе, чтобы я своим лоном почувствовала, как нравится ему процесс изучения.

— Так, а ну не мешаться, я сейчас занята.

— Чем же это ты занята, Милая? Возбуждением меня через прикосновения?

— Нет уж, у меня сейчас проходит исследование одного конкретного змея, как отдельного представителя расы нагов.

— Ммм, какая сложная тема для изучения. А какая награда будет для подопытного?

— В конце узнаешь. Возможно.

Улыбается своей хищной улыбкой. Ушки у него явно эрогенная зона, обязательно надо использовать это в постели по полной. Запомним. Губы довольно узкие, очаровательной пухлости, как у рыжика, не наблюдается, но целуется он просто космически, от воспоминаний аж дыхание сбилась. Я — мощь, я — скала, я сосредоточилась на чешуйках. Чешуйки, Милка! Угу.

Интересные штуки, ногтем не открлупываются. Даже не поддеваются. От усердия начинаю ёрзать и через секунду осознаю на чём конкретно я ёрзаю. Беру себя в руки ибо нефиг. Провожу по зелёной прелести на скулах кончиками пальцев и еле уловимо ощущаю шероховатость. Хм. Привстаю и трусь о них щекой. Не царапают и от кожи особо не отличаются.

Интересненько. У мелкой я чешуйки так не рассматривала, мало ли, сделаю что-то не так. А тут взрослый экземпляр, который полностью в моей власти и только довольно щурится на все мои манипуляции.

— Хочу тебя поцеловать. — говорю со всей возможной нежностью.

— Это уже награда за моё хорошее поведение и терпение твоих варварских действий?

— Чего это варварских? — от возмущения вся томность из голоса напрочь исчезла.

— А кто пытался чешуйку спереть?

— Тебе жалко что ли? У тебя их вон как много, а я только одну пыталась. И даже безрезультатно! — он бессовестно заржал, сбив окончательно весь романтический настрой. Ну что за существо такое болтливое. Нужно задуматься над покупкой скотча в промышленных масштабах. Незаменимая в хозяйстве вещь.

Обиженную меня громко чмокнули в губы, на что я лишь недовольно фыркнула. А всё, а надо было раньше. В этот момент с улицы послышался звук подлетающего аэролёта. Мгновенна подскочила, наг встал следом за мной и мы чуть ли не бегом отправились встречать хесса.

Пулей вылетела за двери и на полпути резко затормозила. Он выходил из аэролёта не один.

Внимательно присмотрелась, агааа, блудный папаша. Почтил нас своим присутствием. Удостоил великой чести лицезреть его светлость. Стою столбом и злобно истекаю ядом, зато молча. Чувствую, как змей прижимается со спины, словно в жесте защиты. Не угадал, дорогой, ты меня лучше на месте держи, а то мало ли. Мы дамы дикие, реверансам не обученные.

— Лани, милая, а чего ты ещё не спишь? — звучит растерянное от рыжика.

— Эм, ну даже не знаааю… Варианты сам предположишь или помочь? — яд так и брызжет.

— Ты что, меня ждала?

— Нееет, как ты мог подумать. Встала водички попить, а тут ты. Нарисовался.

— Что-то тебя не сильно-то и ждут дома, дорогой побратим. — ой, кто бы говорил.

— Вас спросить забыла, ждать мне кого-то или нет. Какими судьбами в наших краях? — наг успокаивающе гладит по плечам. А мне совсем не спокойно.

— Решил исправить некоторое недопонимание…

— Недопонимание?! Недопонимание?!! Тыыы… — и вот мне закрыли рот своей наглой лапой, прижали вплотную к себе и подхватили второй рукой, подняв над землёй. Ненавижу свой маленький рост, была бы высокой, хрен бы у него вышло такое проделать.

— Вы проходите в дом, нефиг на улице стоять и нервировать мою девочку. И так весь вечер на нервах. — змей разворачивается и по-прежнему удерживая меня на весу, идёт в дом. Как ни в чём не бывало.

Бесит. Понимаю, что он прав, и именно этим и бесит. Какого х. рена я накинулась на этого кошака драного?

Наг заходит в кухню, садится на стул и усаживает меня боком к себе на колени. Хессы усаживаются напротив. Сидим. Молчим. Френк что-то смотрит на своем браслете, затем смотрит на меня и выражение его лица становится ну очень виноватым.

— Лани, я не видел, что ты мне писала. — молчу. — Извини, я выбрал режим «не беспокоить» и не думал, что ты будешь переживать.

Майк как-то неверяще переводил взгляды с него на меня и обратно.

— Так что произошло? — всё же спросила я. Молчанка явно не мой метод давления.

— После работы я заехал к Майку, предварительно снова пытаясь с ним связаться, но безуспешно. Добравшись до него, выяснилось, что про попытки связаться он совершенно не в курсе и думает, будто мы все обиделись на него из-за прошлого визита и именно поэтому игнорируем.

— По-по-по, погоди, но это неправда.

— Лани, это знаешь ты, в этом был уверен я, но Майк ни в чём уверен не был.

— И что же ты выяснил?

— А все просто, госпожа Миронова, — слово берёт якобы пострадавший. — Вас всех внесли в чёрный список на моём браслете. И программа галовызовов и сообщений спокойно переводила все звонки и сообщения от моей семьи в спам.

— Ну конееечно. — подозрительно протянула. Вот ни грамма не верю.

— Именно так и было.

— Вы же понимаете, господин аль Мринх, что это можно было сделать лишь кантактируя с вами? В любом другом случае, против вашего желания невозможно ввести никакие ограничения на браслет. — спокойный и размеренный голос нага действовал расслабляюще.

— Я всё это прекрасно понимаю, господин Хельман. — скривился хесс. — Я также отлично знаю, кто и с какой целью это сделал. Но я действительно не знал. Теперь мне очень стыдно перед собственным сыном. Думаю он немного расстроился.

— Немного расстроился?! То, что мой котёнок совершенно уверен в том, что вам абсолютно не нужен — это «немного расстроился»? То, что он регулярно чувствует себя лишним и переживает, что он по каким-то надуманным причинам очень плохой сам по себе — это «немного расстроился»? — в порыве бешенства я подскакиваю на месте и если бы не крепки руки нага, которые крепко удерживают меня от дальнейших движений, была бы драка.

— Что за бред ты несёшь?!

— Не смейте обращаться ко мне на «ты»! Все эти эмоции он транслирует с самой первой нашей встречи.

— Этого не может быть!

— Да что вы говорите?! А как по мне, так это абсолютно реально. Вы же учёный, в теории весьма умный мужик, а два и два сложить не получается? Почему сообщения ребёнка были в иноре? Почему он отказывается жить с вами дома? Почему он в день похищения оказался на полпути к Френку? И, наконец, короночка: из-за кого он уверен, что окружающим без него лучше и боится оказаться в доме отказников? — смотрю на побелевшее лицо хесса и прям вижу, как колёсики щёлкают в этой глупой голове.

По моей коже разливается язвительное довольство, что я наконец-то вылила весь накопившийся гнев на одного конкретного инициатора. Размеренные поглаживания по спине имеют прям магический эффект успокоения.

— Френк… Френк, это правда?! — мой рыжик только кивнул, никак не комментирую вышесказанное. — Этого не может быть. Просто не может быть.

— Я понимаю, что вы любите эту женщину… — уже почти спокойно проговариваю я.

— Нихрена ты не понимаешь! С самого начала я сказал Хасире, что вступаю с ней в отношения ради сына. — хесс вскочил и стал метаться по кухне из угла в угол, словно загнанный в клетку зверь. — Риш без женского внимания совсем одичал и отказывался контактировать с окружающими. Я предложил ей своё состояние взамен на то, что она постарается стать миями моего мальчика. Она уверяла, что прикладывает все усилия. Понимаете? Что мой малыш настолько одичал, что потребуется много времени…

Майк рухнул на стул как подкошенный. Стало его даже жаль, если он говорит правду.

— Я столько времени терпел любые её заскоки, выполнял все, даже самые бредовые требования, а оказывается, что на самом деле она только издевалась над нами. — несколько минут тишины. — Но я же сам, своими глазами видел, что он действительно избегает социальных контактов и прячется ото всех в своей комнате. Я слышал, как он огрызался с женщиной, хотя это дико в нашем обществе.

— Я думаю, что её действия были довольно продуманы. — роль оратора взял на себя наг. — Вполне реально обставить ситуацию так, словно ребёнок действидено одичал. Вывести его из себя, наговорив гадостей, чтобы он начал огрызаться. Или загнать его в комнату, пока вас нет дома. Это всё вполне логичные действия. Вы довольно опрометчиво пообещали ей слишком многое. Зачем сильно стараться, если можно получить всё, но более лёгким путем?

— Я… я хотел сделать как лучше. — хесс был мрачнее тучи. Видимо осознание далось ему совсем нелегко.

Молча наблюдаю над этой картиной вселенской скорби. Бесит, но уже не так сильно.

— Самая пострадавшая сторона во всей этой бредовой ситуации — это Риш. Я по несколько раз в день уверяю его, что он замечательный, самый лучшей котёнок. Но он периодически совершенно не верит в мои слова и думает, что он лишний на этом празднике жизни. Скорее всего, придётся ещё долго убеждать его в обратном.

— Госпожа Миронова, я искренне приношу вам свои извинения. Я неправильно определил роли двух женщин в жизни моего сына и именно вас подозревал в корысти.

— Не скажу, что мне сильно затронули ваши выпады как таковые, но извинения принимаю. Хотя думаю, что вольно или невольно, но вы больше виноваты перед вашим сыном. Он ранимый и чувствительный мальчик.

— Я решу с ним этот вопрос. И я действительно рад, что вы появились в его жизни.

— Я тоже этому рада.

После этого разговора все разбрелись по своим комнатам. Я морально выдохлась и, быстро приняв душ, ушла к себе. Долго ворочалась с боку на бок, поняла, что в одиночестве не засну, и направилась к змею. Он большой, уютный и спокойный. Несмело постучавшись, зашла внутрь. Этот прекрасный мужчина был уже в кровати и явно собирался спать.

— Не могу заснуть.

— Иди ко мне, Милая, добрый старый змей тебя убаюкает.

И он действительно убаюкал. Свернулась на его плече, наслаждаясь неповторимым запахом и лёгкими касаниями. Сама не заметила, как полностью расслабилась и заснула.

Утро. Прихожу в себя лёжа на змее. То есть не просто элегантно облокотившись на плечико. Нееет, это слишком просто. Я во сне умудрилась полностью расположиться на нём всей своей царственной персоной и возлежу совсем не элегантно. Как говорится, пусти козу в огород.

Пытаюсь понять проснулся ли наг целиком. То, что кое-какие его части вполне себе бодрые и готовы доказывать своё стремление жить, я чувствую, но вот осознаёт ли он всю картину моего «захвата» его тушки? С максимальной осторожность поднимаю голову вверх и понимаю, что да, таки осознаёт.

— Доброе утро?

— Милая, а почему у тебя «доброе утро» такое неуверенное? Конечно, доброе. — нагло проводит моим расслабленным тельцем по своему напряжённому достоинству. — Видишь, как уровень доброты поднялся?

— Не то чтобы вижу, но очень даже чувствую.

— Это ты сейчас только слегка ощущаешь, давай почувствуем доброту утра полностью?

— А мы не спешим?

— Я очень сильно спешу.

— Куда?

— В тебя спешу. Поглубже. — и ручищами наглыми начинает делать поступательные движения всей мною, по всей внушительной длине. — Сладкая моя, ты так восхитительно смотришься на мне, минут десять любовался. Поверь, на моём члене ты будешь смотреться ещё восхитительнее. Давай посмотрим, м?

— Росс, ты знаешь, что ты маньяк?

— Ммм, Милая моя, ты ещё меня плохо знаешь, я очень сексуальный маньяк. — такая многозначительная клыкастая улыбка.

— Вижу, очень сексуальный. — усаживаюсь поудобнее, опустив ноги по обе стороны от него, попой старательно ёрзаю на этой твёрдой выпуклости, а сама рассматриваю татуировки на теле. — Ты очень красивый, знаешь?

Поглаживаю его рельефный пресс, с нажимом провожу пальцем по переплетению линий татуировок. Его руки снимают с меня футболку и отбрасывают в сторону, уделяя внимание груди. Большими пальцами проводит по соскам, от чего они мгновенно напрягаются.

— Ты такая чувствительная. Детка, я жажду их попробовать. — подтягивает меня повыше и нежно облизывает вершинки, поглаживая их языком, обводя по кругу, издавая неприличные чавкающие звуки, от которых невольно напрягается живот. — Такие сладкие. Буду сосать их во время твоего оргазма, чтобы ты кончила с криком.

Продолжает вылизывать гиперчувствительные комочки плоти. Отчаянно постанывая, начинаю двигаться по его животу, требуя большего. Он переворачивает меня на спину, нивисая сверху, и стягивает с меня штаны вместе с трусиками.

— Сладкая, на тебе так много одежды. В моей комнате нужно ходить голенькой, чтобы я постоянно любовался на тебя и мог иметь доступ к каждому сладкому местечку на твоём теле.

Раскинул мои ноги в стороны, смотрит в самое интересное место несколько секунд, не отрывая взгляд, и возвращается к соскам, опять облизывает их и слегка покусывает, от чего искорки разбегаются по всему телу. Рукой проверяет, достаточно ли смазки, нежно массирует меня изнутри, посылая волны удовольствия.

Неожиданно он прекращает все действия и встаёт с кровати.

Непонимающе смотрю ему вслед. Это что, всё? Эээ… Наг быстро снимает с себя штаны, от чего напряжённый член бьёт его по животу. У меня от этого зрелища пересохло во рту. Берёт что-то из тумбочки и возвращается. Ага. Смазка по ходу. Выдавливает из тюбика на руку значительное количество и тщательно распределяет по своей длине. Не могу оторвать взгляд от этого процесса, словно завороженная.

— Мой девочке должно быть только приятно. — сказав это, он этой же рукой трогает меня, смазывая изнутри, уделяя особое внимание клитору. Неожиданно начинаю чувствовать лёгкую вибрацию от этих прикосновений, удивленно смотрю на него. — Тебе понравится, сладкая. Уже чувствуешь вибрацию?

— Д-да. — мозг плавно перетёк ниже, концентрируя всё внимание на необычных ощущениях.

— Ммм, у тебя зрачки сейчас такие расширенные. Моя детка уже явно возбуждена и хочет мой член. — в ответ быстро киваю.

Клитор реально словно вибрирует, и мне кажется, будто оргазм накроет с секунды на секунду. Росс аккуратно пристраивает головку ко входу и делает легкие движения вперёд. Нет, мне уже нужны не такие… Обхватываю змея ногами за талию и с силой притягиваю к себе, намекая, что понемногу мне точно не хочется.

— Моя девочка хочет быстро?

— Хочет. — я часто дышу, но мне всё равно не хватает воздуха.

— Значит будем быстро. — и входит на всю длину, с громким шлепком о мои бёдра.

Меня выгибает от удовольствия. Он быстро наращивает амплитуду движений, входя в меня на всю внушительную длину. Чувствую вибрацию от его члена и на клиторе. Стоны вырываются безостановочно.

Наг впивается в мою грудь, я же начинаю скулить. От желания кончить прямо здесь сейчас мне физически больно, тело напряжено. Беспорядочно хватаю его за плечи то ли притягивая ближе, то ли оттолкивая. На особо ощутимых толчках впиваюсь ногтями в его спину, царапая кожу. Мне настолько хорошо, что кажется, будто всё это нереальное.

— Росс, пожалуйста, милый мой, пожалуйста… — я способна лишь на бессвязное бормотание.

— Что, родная моя?

— Я хочу кончить, пожалуйста, я больше не выдержу, Росс.

Он ускорился и, опустив руку, сделал всего несколько нажатий на невероятно чувствительный бугорок. После этого я выпала из реальности, понимая лишь, что безостановочно кричу на одной ноте, а он вбивается в меня, заливая спермой. Лежу, потерянная для мира.

— Такая послушная, такая страстная девочка. Так красиво кончила для меня. — шёпотом проговаривает змей, поглаживая меня по волосам. Тело ватное, пошевелиться совсем не могу. — Где же ты раньше была, моё сокровище?

Ещё несколько минут расслабленного лежания, и у змея звенит будильник.

— Родная, ты будешь вставать или ещё полежишь?

— Малышня спит?

— У них еще полчаса сна по графику.

— Мне нужно в душ. Я вся в…

— В моей сперме, да. Я бы с ног до головы тебя ею залил.

— Ууу, Росс, прекрати… — меня заливает краской смущения. Как можно говорить такие откровенные вещи?..

— Почему же? Ты такая страстная девочка, что хочется тебя трахать вместо завтрака обеда и ужина. Круглосуточного.

Закончив эту тираду он взял меня на руки, подхватил пижаму и прошагал голышом в ванную. Мы оба стали под душ и быстро ополоснулись. Наг внимательно осмотрел меня с ног до головы, видимо проверяя на наличие синяков.

— Милая, ты дискомфорта не чувствуешь? Может смажем эту красоту, чтоб она отлично себя чувствовала?

— Росс, не нужно ничего делать, всё прекрасно. — румянец отказывается со мной расставаться.

— Смотри мне. Тогда не цепляюсь. Пока что. Но потом я проверю! Мало ли, вдруг ты маленькая врушка.

— Наглый, совершенно бессовестный змей.

— Я очень даже совестный, я забочусь о своих самых любимых местах!

Привела себя в порядок и переоделась в удобный домашний костюм. Прийдя на кухню обнаружила там всех трёх мужчин. Блин, про третьего-то я и забыла. Ещё и голышом в душ ходили. Кошмар.

— Доброе утро. — нейтрально поздоровалась со всеми, а сама подошла к рыжику и нежно, но быстро поцеловала в губы. Хесс хотел было увлечься, но я дама хитрая, сразу продумываю план отступления. — Как спалось?

— Одиноко. — и взгляд грустной побитой собаки.

— Ну, будем это как-то исправлять. Позже. — сказала многообещающе.

Повернулась уточнить, как обстоят дела с завтраком, и наткнулась на полный безграничного удивления и искренней зависти взгляд, который сразу попытались скрыть. Странный всё же мужчина этот Майк. Абсолютно для меня непонятный. Но бесячий до дрожи.

На сковороде что-то соблазнительно шкварчало, да и в духовке что-то явно готовилось. Решила внести посильную помощь и сварить целую кастрюлю бронкса. Вот что-что, а его готовить я научилась мастерски. После своего весомого вклада в завтрак решила ради разнообразия разбудить малышей. А то они всегда с будильником встают.

В первую очередь зашла к Илессе. Ну какая прелесть. Заспанное, совсем сонное чудо с растрепавшимися волосами. На сердце от этой картины аж защемило, ну какое тискальное создание, так бы и зажмакала.

— Доброе утро, мамочка. Уже вставать? — сонно пробормотала она.

— Привет милая. Да, скоро завтрак. Что-то снилось?

— Не знаю. — и невероятный зевок с демонстрацией клычков. Кошмар, хочется схватить эту красоту и шептать «моя прееелесссть». Брр.

— Сама соберёшься?

— Мааам, я взрослая уже! — и меня решительно выпроводили.

В комнате Мришеля было целое гнездо из подушек. Куда это он зарылся? Жарко на улице.

— Риш, солнышко, пора вставать.

— Миями? — проговорили где-то из середины этого уютного хаоса.

— Да, милый, ты чего так зарылся?

— Сам не знаю, откапываюсь уже. — на свет божий появляется не менее милашная мордочка. Грива во все стороны торчит, уши шевелятся, глазки сонные. Всё, в руках я уже себя не держу и нападаю на эту красоту с жестокими тисканьями. — Ну миями, ааа, ну ты чего меня такого сонного тормошишь?!

— А нефиг быть таким милым. — и нагло целую в пока ещё по-детски пухлую щёчку.

— Ну фууу, прям с утра меня чмокать. Беее… — это он на словах такой вредный, но я-то вижу, что таким приступом внимания он доволен.

— Давай, собирайся и пойдём завтракать. Там наверняка что-то вкусное ждёт.

— Например?

— Ну, я успешно сварила бронкс. — на меня посмотрели довольно скептически. Видимо, даже ребёнок понимает, что не всегда мои шедевры являются именно шедеврами. — И не смотри на меня так, его невозможно испортить.

— Ты про желе тоже так говорила…

— Ой всё, ну и подумаешь, будешь воду пить. — гордо показав язык, направилась на выход.

Вернувшись на кухню, сразу застолбила себе место с самой удобной обозревательской позицией. Хочу быть на лучших зрительских местах при очередном воссоединении семьи.

Первой появилась одетая, умытая и даже местами расчёсанная змейка, которая явно пыталась заплести себе что-то удобоварительное. Споро заплела ей косу почти не глядя. За это время я так поднаторела в этих делах, что могу уже давать мастер-классы.

Сама же не отрываю взгляда от предполагаемого места появления Риша.

Детёныш не заставил себя долго ждать. Уверенной походкой появляется в кухне и целенаправленно топает к столу отчаянно зевая. Затем поднимает голову и буквально через секунду замечает отца. Делает ещё пару медленных шагов и замирает на месте.

Калейдоскоп эмоций с невероятной скоростью сменяют одна другую. Радость. Неверие. Злость. Отчаяние. Обида. И наконец он — гордый разворот.

Это чудо отворачивается от папаши, говорит всем «доброе утро» и, демонстративно отвернувшись, топает к столу. Хоть бы под ноги смотрел, паразит, сейчас навернётся — а синяки потом замазывай Милания.

— Риш. Мальчик мой. — игнор.

Всё, просто однозначно не будет. Майк встал и присел на корточки возле ледяного котёнка.

— Риш, посмотри на меня.

Вот это запросы у тебя, мужик, явно завышенные. Хесс посмотрел на нас в поиске подмоги, но нет, дорогуша, сам наворотил — сам и разгребай теперь.

— Родной мой, прости меня. Я не знал, что ты мне пишешь. И многого другого тоже не знал. Извини за то, что из-за моей слепоты ты постоянно страдал.

Малыш сидит, смотрит в другую сторону, бровки насуплены, кулаки сжаты. Беспокойные ушки нервно дёргаются, каждая мышца напряжена. Переживает.

— Котёнок мой, прости меня пожалуйста. Я постараюсь всё исправить. Приложу все свои усилия ради этого. Ты самый любимый и самый нужный малыш. Я никогда бы тебя никуда не отдал. Ни в коем случае.

Смотрю, а Риш уже личико кривит, в попытке не разреветься. Явно безуспешно старается — слезам таки быть. Поглядываю на змейку: она, исключительно в качестве поддержки, тоже может разреветься за милую душу. Знаю я этот вредный эффект.

Котёнок наклонил голову, а слёзки-то уже капают. Майк тоже заметил эту немаловажную деталь и быстро сграбастал мальчишку в объятия, крепко прижимая к себе. Всё, точка невозврата пройдена — малыш начинает рыдать. Гляжу на змейку: глазищи полные слёз, губка трогательно дрожит. Наученная опытом, сразу раскрываю свои объятия, и в них на всех порах влетает это чудо солидарности.

Сидим, переглядываемся. Малышня страдает, взрослые сочувствуют. Наг смотрит на нас с таким восторгом и умилением, словно увидел что-то невероятно прекрасное. Его деточка тут слезами обливается, а он красотами любуется. Зыркнула злобным взглядом, который трактовали вполне однозначно. Росс присоединился к коллективному жалению своего очень страдающего чада.

Обеспокоено поглядываю на кошачью композицию: малыш уже затихает, истерика пошла на спад. Горе-папаша старательно что-то шепчет на ушко, от чего то забавно дёргается. Ну, не такой уж и плохой хесс, оказался. Дурак, конечно, но не клинический да и способность к обучению присутствует.

В какой-то момент слезоразлив закончился и мы все, весьма воодушевлённые переключились на завтрак. Нагиня осталась сидеть у меня на руках с целью вкушать явства исключительно с моей помощью, а вот Риш выпутался из отцовских объятий и вернулся на своё место. Он же у нас взрослый. Почти мужчина и всё такое. Лапа моя ранимая.

В какой раз поймала себя на том, что невероятно умиляюсь практически любым действиям детишек.

Из разговора стало понятно, что дома останется Росс, так как ему спешить некуда — из дел у него лишь просмотр резюме соискателей и (неожиданно) Майк, дабы наладить отношения с сыном. Невольно скривилась, как от зубной боли, что однозначно было замечено предметом разговора. Он кидал на меня несколько виноватые взгляды и даже заикнулся, мол, если он выступает явным раздражителем, то он лучше удалится, но фигушки. Назвался папой — будь добр, отрабатывай. Возвращай моему котёнку позитивный настрой и веру в себя. А то ишь, взял моду, наделает делов и к себе, оставив мне всё это добро.

В целом, день прошёл штатно, все заняты своими важными делами. Я старалась провести с детьми как можно больше времени, играя в разную фигню, которую мне старательно предлагали, интуитивно чувствуя, что не откажу. Майк со стороны наблюдал за нашими действиями, но активного участия не принимал. Впрочем, он и не отказывал, когда его о чём-то просили.

Как итог — я не знаю, где эти два эрджайзера берут энергию, но меня ушатали так, что после ужина я лишь доплелась до свое комнаты, где и вырубилась даже не сходив в душ. Умоталась.

Проснувшись, мельком бросила взгляд на браслет. Ага, до официального будильника ещё час. Сходила в душ, разобралась с волосами. Надо бы уточнить у моих мужчин до какой приемлемой длины я могу остричь это безобразие. Сил нет уже возиться.

Никогда не подозревала, что длинные косы — это такая адская морока. Да и расход средств для ухода на них идёт ка-та-стро-фи-че-ский. Пусть по местным меркам я весьма обеспеченная дама, а не бедная родственница, но всё равно, тратить весомые деньги на то, что мне не по душе желания не имею. Хочу стрижку.

Заявившись при всём параде на кухню обнаружила мужчин, которые занимались обеспечением пропитания для всей нашей честной компании. Профилактически чмокнув лёгенько в губы двух идеальных образчиков местного генофонда и умостилась в первых рядах зрителей. Естественно, с горячим напитком в лапках.

— Мальчики, у меня к вам неотложное дело. — три заинтересованных взгляда скрестились на мне. От наличия третьего слегка нахмурилась, но ладно, не помешает. — До какой приемлемой для вас длины я могу остричь волосы?

— Милая, а тебе что, вот прям совсем не нравится? — выражения лица Росса было показушно печальным.

— Ну как тебе сказать... Мне очень нравятся длинные волосы. На ком-то. Давай тебе отрастим? Белые, длинные, шикарррные. Ну красота же.

— Эм, я тебя понял. Конечно, если тебе с ними тяжело, то стоит их остричь. Немного. — сразу пошёл на попятную наг.

— Отличненько. Френки, как ты смотришь на это?

— Конечно, мне бы хотелось оставить всё без изменений, но поскольку тебе с ними тяжело, то я не могу быть настолько эгоистом. — расстроено выдавил он.

— Осталось выяснить самое главное. Приличная длина это сколько?

Вот тут и началась проблема. Главный затык, так сказать. Мужчины спорили между собой и спорили. Доказывали друг другу, почему должно быть именно так, а не иначе. Даже третий невольный свидетель активно подключился к дискуссии.

Попиваю бронкс, с интересом наблюдаю за практически скандалом и трагедией. Сама придумала, сама переложила ответственность на других, сама с интересом жду развязки. Очень уж самостоятельная я девица. Озадачила мужчин проблемами — и довольная жду их решения. Коллективного. «Усложни жизнь другим, и собственная покажется легче» — девиз этого утра.

Уже появились бодрые малявки, подошедшие ко мне в поисках утренней ласки и внимания, при этом с интересом прислушиваясь к занимательному спору. Позавтракали мы также под него и только потом мне выдали итог всего этого заседания. Волосы можно обрезать. Да. До пояса.

— До пояса?! Серьёзно? — разочарованию просто нет предела.

— Лани, а чем тебя не устраивает такая длина?

— Да она не особо облегчит мне жизнь. Может до лопаток? Вообще, было бы замечательно, если б до плечей. — проговорила я мечтательно, глядя на ужас в глазах мужчин. Наблюдая очень расстроенное выражение лица Френка, сразу пошла на поводу у совести. — Ну, до талии тоже неплохо. Лучше, чем сейчас, конечно.

— Милая, но тебе правда очень идет этот рыжий водопад…

— Спасибо, Росс. — кисло ответила я. Ну штош, не то чего я ожидала, но и не всё так плохо. Нужна им длинная грива, ладно, не переломлюсь. — А ты сегодня занят? Мне бы в салон какой-нибудь попасть, дабы заняться причёской.

— Девочка моя, у меня сегодня несколько встреч в центре. Если ты сможешь себя занять там часа на три, то с удовольствием отвезу.

— Конечно смогу. — заверила с улыбкой.

Наивный мужчина, что для женщины три часа в салоне красоты? Это так, пшик. Там, в принципе, можно жить, если есть спа-зона. Если нету, то тоже можно жить.

Отличненько. Френк на работу, Росс по делам со мной в виде хвостика, а Майк на хозяйстве и с детьми. Главное, чтоб последний тут не прописался по-тихому, а то он вроде только вчера должен был остаться, а тут уже и сегодня никуда не спешит.

Пошла провожать рыжего хесса и с чистой совестью на несколько минут увлеклась поцелуем. Эх, собиралась-то лишь чмокнуть слегка. Нужно уделить ему толику внимания, а то с появлением змея ему этого внимания совсем не перепадает. Раскрасневшаяся и довольная зашла в дом, где и была перехвачена нагом с посылом собираться.

Полная воодушевления я мгновенно оделась и появилась внизу, нетерпеливо прохаживаясь из комнаты в комнату.

Заветный час «Ха» настал и мы загрузились в аэролёт. Змей был тотально занят, усиленно работая на браслете, я же совершенно скучала и рассматривала пейзаж за окном. Хоть посмотрю на мир вокруг, а то нахожусь на новой планете уже довольно долго, при этом наблюдая лишь поле за домом. Непорядок.

Мир меня категорически не радовал, ввиду того, что с завышенными ожиданиями он явно не справлялся. Ну как может быть у существ, которые летают в космосе, создали телепорты, передвигаются по планете на персональных летательных аппаратах, да даже придумали мазь, которая справляется с синяками за считаные минуты (боюсь предположить остальные особенности медицины), и при этом всём прогрессе, жить в совершенно обычных домах. Словно загородный посёлок. Элитный, правда, но посёк. Никаких тебе, Милка, небоскрёбов, никакой суперстраннной одежды. Всё абсолютно нормально и разительно отличается от полёта моей фантазии, основанной на фильмах или книгах. Зато и адаптироваться сильно не требуется. Везде нужно искать свои плюсы.

Через лобовое стекло было видно высотки. Больше всего это напоминало привычный в моём понимании город. Это типичный бизнес-центр, в котором сосредоточены основные офисы, магазины и разнообразные сферы обслуживания. Вроде прилетел в одно конкретное место — и всё под рукой.

Удобненько.

Меня высадили возле впечатляющего места. Первые несколько этажей принадлежали одному салону, о чём свидетельствовала надпись на входе: «Три этажа вашего удовольствия».

Однааако…

Хм, можно по-разному трактовать данное название, но сегодня я в роли девицы приличной, поэтому не шалим. По крайней мере в обществе. Меня с рук на руки передали администратору. Очаровательная эринийка профессионально завлекала меня, наивную, в свои крепкие сети и начала ненавязчиво предлагать мне весь спектор услуг, якобы интересуясь, что именно мне нужно. Мне нужно всё и побольше.

Грустненько поздвхали на такое маленькое количество времени, которым я располагаю. Таки Милка была права, три часа — это пшик. В итоге мы постарались впихнуть невпихуемое, то есть за этот несчастный отрезок времени сделать всё, что возможно и даже больше.

Спустя три часа я была готова к блистанию перед своими мужчинами.

Мне полностью свели все лишние волоски на теле, хотя я вроде как старательно выводила их лазером ещё дома, но тут они решили местами проявиться. Как заверили девочки, результат навсегда. Со скоростью света сделали какое-то обёртывание для тела, которое заставило кожу сиять, немного привели в порядок руки и даже успели нанести пару странных составов на мордочку, от чего я выглядела прям холёной, ухоженной дамой. Ну и, понятное дело, меня остригли. Всё как указала, ни миллиметром больше. Голове сразу стало легче и в неё закрадывалась подлая мыслишка чикануть под карешечку. Всеми силами эту хулиганку изгнала, не стоит нервировать мужчин.

На самом деле вся полемика мне непонятна. Я сплю с двумя мужиками одновременно, причём они оба в курсе событий. Для них понятие верности — это если я буду с кем-то и они останутся за бортом? Или будут не в курсе моих похождений? Тогда короткая стрижка — это как бы толстый такой намёк, что мальчикам пора задуматься? Пришла к выводу, что это явный архаизм, но раз для них он важен — потерпим.

Основательно затарилась предложенной косметикой, так как собственными глазами видела мгновенный результат. Эх, мне б все эти баночки в прошлую зимную жизнь, ух как я бы развернулась, вот это бы я зажгла. Так, Милка, ты и тут отжигаешь так, что порой стыдно становится… Или не становится? Основательно задумалась и пришла к выводу что никакого стыда нет и в помине. Аморальная особа.

При попытке рассчитаться за услуги выяснилось что всё оплачено заранее указанным счётом. Хитрый змей подсуетился наперёд и решил поухаживать. Ладно, сегодня мы не самодостаточные, сегодня можно.

Сижу, вся красивая и аморальная, жду, пока меня заберёт наг. Попиваю бронкс вместе с какой-то фантастической пироженкой. Задумчиво рассматриваю оную и решаю однозначно прикупить домой что-то аналогичное. Побалую малявок вкусными вредностями.

О, дождалась! Входные двери открываются и заходит Росс. Ищущий взгляд мгновенно останавливается на мне, внимательно проходит сверху вниз, и я практически начинаю мурлыкать. Результат ему явно нравится, и этот факт меня очень радует.

Змей молча забирает меня с собой, грузимся в транспорт и отлетаем. Грозно требую заскочить в кондитерскую и методом научного тыка набираю две коробки пирожных. Внешне выглядят красиво, уверена, что и на вкус очень даже годно будет.

Отправляемся домой. Плавлюсь под горячими взглядами, но, вся такая скромная просто наслаждаюсь.

— Милая, мы же не спешим домой?

— Спешим!

— Ты в этом уверена?

И наглая лапа как бы невзначай проводит по моему бедру — вниз и вверх.

— Конечно, уверена. — я неприступна, как крепость.

— Сладкая моя, давай задержимся?

— Ну нет, у меня там дети под пересмотром нестандартной особы, мы очень спешим.

— Я уверен, что второму аль Мринху можно доверять. Он прирождённый нянь!

— А я вот не уверена. Так что мы едем домой. Без остановок.

— Давай без остановок, мы только чуточку больший радиус возьмём.

— Нет уж. Терпи до вечера.

— Ну, Милая, как ты можешь так надо мной издеваться? Я уже весь зачах без твоего внимания.

Кидаю хитрый взгляд на внушительный бугор.

— Что-то я не вижу что там у тебя что-то зачахло.

— Так давай я покажу? — и многозначительно опускает руки на ремень.

— Так, солнце, держи себя в руках.

— Но я хочу держать в руках тебя. И не только держать…

Закрываю этот пошлый рот рукой, чтоб хоть немного снизить его активность. Так этот паразит прижал мою ладонь к себе сильнее и начал её ласкать кончиком языка. Ого, как-то неожиданно горячо. Даже не думала, что ладонь такая чувствительная. Нервно вздрагиваю, когда он прикусывает зубами кожу на подушечке пальца.

— Росс, ну не балуйся.

— Жадина. — чмокнув напоследок руку, он отвернулся к окну, демонстративно надувшись.

Расслабленно откинулась на сидении и периодически поглядываю на змея. Меня такими штуками не проведёшь, я с двумя детьми на постоянной основе контактирую. Напугал ежа… нам тут ехать осталось всего нечего, а он со своими соблазнами.

Дети всё же оказались под присмотром. Змейка играла в развивалки на консоли, а Риш старательно учился. Всё чинно, мирно и спокойно. Наг обиженно поглядывал на мою обломистую персону, но молчал. Нужно держать его в ежовых рукавицах, а то совсем в разнос пойдёт.

На протяжении нескольких часов я нагло мариновала нага. То провокационно глазками стрельну, то изогнусь интересненько, то облокочусь на него, ненароком дотронувшись до очень интересного места. Змей терпел и страдал. Страдал и терпел. В какой-то момент я даже почувствовала себя прям настоящим монстром. Манипулятор чешуйчатый.

Забежала к себе и взяла очень провокационное бельё, которое создано лишь для того, чтобы надеть и сразу снять. Зашла в его комнату, активировала детский режим, на всякий пожарный. Полностью раздевшись, нацепила на себя соблазнительную красоту. Изящно разлеглась на его здоровенной кровати, и сделала пару провокационных фоточек. Отправила змею, вместе с сообщением: «Скучаешь?».

Сердце так стучало, словно меня уже раздели. Росс прочитал сообщение. Печатает. Вижу только надпись: «Жди». Оперативный какой.

С восторгом слышу, как опускается дверная ручка. Задерживаю дыхание, но с невозмутимым видом даже не шевелюсь.

— Ммм, какой подарочек меня тут ждёт. — Росс плотно закрывает двери, но не подходит ближе. — Сладкая моя, повернись ко мне.

Грациозно поворачиваюсь на бок, стараясь красиво изогнуться. Змей гулко сглатывает и делает маааленький шажок вперёд.

— Милая, ты такая красивая. — ещё один крошечный шаг, но он снова замирает, не доходя до кровати.

Жадно рассматривает меня, а я рассматриваю в ответ. Его взгляд сосредотачивается на трусиках, голос становится хриплым:

— Откинь левую ногу в сторону и погладь себя пальчиками.

Плавно выполняю его просьбу. Одну руку кладу под голову, чтобы не терять обзор, а второй медленно веду от груди по животу. Не спеша обвожу пупок, дотягиваюсь до резинки трусиков. Пару раз шаловливыми пальцами скользнула под ткань, но пока глажу себя сверху. Мы ведь не спешим.

Росс не отрывает взгляд от моих движений. Пальцы то нажимают на середину моего естества, то порхают вокруг. Его возбуждает это зрелище. На лице проступает изумрудная чешуя, дыхание сбивается, штаны однозначно топорщатся. Наг сжимает кулаки, явно пытаясь сохранить контроль.

— Мне так хочется почувствовать твои пальцы вместо своих. — тихо говорю и одновременно проскальзывая под трусики, наслаждаясь гладкостью.

Его широкая грудь вздымается всё чаще, длинный язык проходит по пересохший губам, но змей стоит на месте. Какой правильный… Пальчиками начинаю нежно стимулировать клитор, размазывая влагу по нежной коже, тихонько постанывая.

— Да к чёрту. — прорычал Росс и молниеносным движением оказался рядом. Осторожно снял белье и широко раскинул мои ноги. — Милая, ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу.

Он алчно рассматривает моё тело между бёдрами. Затем опускается ниже, делает глубокий вдох.

— Ммм, как же ты пахнешь.

От этих слов у меня пульс стучит где-то в ушах. Пристально наблюдаю за его действиями облокотившись на подушку.

Наг делает ещё несколько вдохов. Приникнув вплотную, он проводит длинным языком по половым губам. Затем углубляется, протяжными движениями сосредотачивается на клиторе. Меня простреливает таким острым удовольствием, что я дёргаюсь от неожиданности.

— Тшш, сладкая, не спеши.

С этого мемента начитается моя персональная пытка. Росс то легонько обводит чувствительный бугорок, едва касаясь, вынуждая дёргаться в попытке прижаться сильнее, то наоборот, проводит языком с усилием, вырывая из меня хриплые стоны. В какой-то момент ощущаю язык у входа и он начинает трахать меня им, проникая невероятно глубоко.

Попытки сосредоточиться на этой мысли потерпели поражение. Удовольствие стирает всё, кроме этого магического ощущения. Из груди вырывается жалобный крик, и это поощряет нага продолжить.

Его язык аномально извивался и быстро проникал внутрь. Меня подкидывает на кровати и змей фиксирует меня руками, чтобы не мешала его пиршеству. Он вернулся к изнывающему клитору и начал очень бастро ласкать его. Спустя мгновение загнал в меня два пальца и принялся резко трахать ими моё тело, задевая какие-то нереальные точки. За считанные секунды кончила от нестерпимо острых ощущений. Ещё несколько секунд он сцеловывал моё удовольствие, продлевая колючие искорки.

— Ммм, ты такая вкусная девочка. — смотрит на меня, довольно улыбаясь своим порочным ртом. Скинув с себя одежду, хищно двинулся в мою сторону.

Угрожающе нависнув надо мной Росс ласково поцеловал меня в губы. Чутко исследует мой рот, от чего мурашки разбегаются по телу. Не прерывая этого трогательного поцелуя, он плавно входит маленькими и частыми толчками. Моя плоть податливо растягивается под его размеры. Росс делает паузы, давая мне привыкнуть к габаритам. Чувствую, что ему сложно сдерживаться, но и я уже распалена предыдущим оргазмом и привыкать не желаю.

Несильно цапнула за губу и постаралась притянуть его ногами к себе, но он совершенно не поддался. Словно пытаюсь сдвинуть локомотив с мертвой точки.

— Сладкая, будет больно. — прохрипел мне в ухо. — Не спеши.

— Росс, я так хочу тебя… Пожалуйста.

— Тебе должно быть максимально хорошо. — змей пытается достучаться до моего затуманенного сознания.

— Даа, мне будет очень хорошо, прошу тебя...

После этого он единым резким толчком даёт желаемое, срывая крик удовольствия с моих губ. Глухо простонав в мою шею, Росс принялся исследовать её губами.

Вбивается в меня стремительными ударами, входя на всю длину, немного отступая назад, и вновь удар до упора. От восторга не могу заткнутся и комната переполнена моими стонами и звуками яростного соития.

— Мне так хорошо в тебе, ты такая тесная, такая мокрая. — сбивчивый шёпот, который возбуждает меня с невероятной силой. — Я хочу слушать твои стоны не переставая.

Скорость движений возрастает, спираль восторга закручивается в середине меня и до оргазма совсем немного. Наг прикусывает чувствительные участки кожи, постанывая от удовольствия.

— Ты же хочешь кончить милая? М? Скажи.

— Хочу, Росс.

— Ты становишься такой горячей, когда кончаешь, так плотно обхватываешь мой член, что я готов следовать за тобой в ту же секунду.

— Росс…

— Я и сейчас еле сдерживаюсь. Мне так нравится входить в тебя на всю длину. Вот так, резко. — и он демонстрирует, как именно ему нравится, выходя почти полностью и грубо заполняя меня, вдавливая в матрас. — Вот так, Милая. Тебе приятно? Нравится, как я тебя трахаю?

— Да-да, продолжай, пожалуйста.

— А вот так? — змей начинает стремительно вбиваться в меня, не выходя и на половину.

— И так нрав-нравитсяаа…

— Сучка моя страстная… Всё ей нравится, нравится стонать и извиваться подо мной, нравиться, когда мой член входит в твоё тело, верно?

— Да-да-да…

— Хочешь кончить? Или ещё поиграем?

— Хочу кончить. Уже.

— Попроси меня, как ты умеешь. Я готов взорваться только от того, как ты упрашиваешь дать тебе испытать оргазм.

— Росс, пожалуйста.

— Пожалуйста что? — его рука не спеша скользит между нашими телами.

— Пожалуйста, милый мой, дай мне кончить.

— Ммм, восхитительно. Но мало.

— Росс, пожалуйста, прошу тебя. — едва выстанываю я. Меня уже колотит в преддверии оргазма.

— Ещё.

— Ну пожалуйста, я так хочу кончить, Росс. — его рука уже на клиторе, быстро движется из стороны в сторону, иногда надавливая на самый центр. Две секунды, очередное надавливание, и мне кажется, что я умираю от восторга.

— Вот так, моя сладкая девочка, вот так. — нежно воркует он, плавно двигаясь внутри меня, продлевая наслаждение.

Немного отстраняется, ловит мой пьяный взгляд на себе и кончает с очередным плавным движением. Восхитительное зрелище.

Наг осторожно вышел и лёг рядом притянув меня к себе на грудь, расслабленно поглаживая спину. Спустя несколько минут такой неги мне уже совершенно не хочется вставать.

— Милая, нужно пробраться в душ, иначе я сейчас повторно начну к тебе приставать.

На пару секунд я искренне задумалась, хочу ли я новых приставаний, что не укрылось от змейства. Хитро заглянув мне в глаза, наг проворно перевернул нас на бок, уложив меня спиной к себе. Пристроил уже возбужденный член между сомкнутыми ногами и, характерно двигаясь, возбуждающие зашептал:

— А я предлагал перерыв, сладкая, но ты явно отказалась, это было прям написано на твоём лице. — жарко прикусил ушко, в которое шептал. — Снова хочу тебя трахать в твою мокрую и тесную киску. Сейчас я очень добрый, поэтому выбирай: долго и нежно или быстро и резко?

— Последнее. — быстро прошептала я.

— Моя умничка, снова правильный ответ. — с этими словами он направил член в меня, сразу заполняя до самого конца. — Оххх, какая ты узенькая… долго не продержусь.

Змей закинул мою ногу на себя и начал яростно вколачиваться в меня, впившись в шею возбуждающим укусом. Он быстро стимулирует клитор рукой, в каком-то невероятном темпе. Движения становятся всё безумней и я плавлюсь от этого сумасшествия, чувствуя подступающий оргазм.

— Давай, детка, кончай. — я, как очень послушная девочка, мгновенно кончила, пытаясь опустить ногу, чтобы снизить накал, но он не дал, продолжая неумолимо дотрагиваться до невыносимо чувствительной части тела.

От слишком сильных ощущений я неистово выгибаюсь, в попытках прекратить эту пытку. С резким, глубоким толчком он замер во мне, мелко вздрагивая. Несколько секунд мы пролежали, переплетённые телами, вслушиваясь в сбивчивое дыхание друг друга.

— Милая, если хочешь, чтобы я выпустил тебя из кровати, то придётся вставать сейчас, иначе я затрахаю тебя до полного изнеможения.

— Хм, думаю, в этот раз отказаться от такого предложения. — промурлыкала я. — Но мы ещё вернёмся к этому разговору.

— Обещаешь?

— Конечно.

— Дети на улице, можем беспрепятственно пройти в душ.

После душа змей самолично обработал все пострадавшие от его яростной любви места. На мои попытки вырваться лишь сердито шипел:

— Сладкая моя, не мешай мне получать удовольствие от контактов с твоим восхитительным телом.

— Ты маньячина, Росс. — говорю, шутливо надувшись.

— Ооо, да. Ты даже не представляешь, насколько. Я придумаю куда отправить на денёк малышей, и из кровати ты будешь выходить только для того, чтобы поесть. Всё остальное время я буду входить в тебя своим членом. В различные сексуальные местечки.

— Росс!

— Я просто озвучил планы на будущее, давая тебе возможность свыкнуться с этой мыслью.

Змей озабоченный. А ведь так и сделает, резко осознала я. В этот момент мнения в моей голове разделились на два лагеря: в одном с ужасом заголосили что нас таки затрахают, а в другом предвкушающе жмурились и с восторгом повторяли: «Ура, нас затрахают!».

Выйдя на улицу, была удостоена нечитаемым взглядом от загостившегося аль Мринха. Я понимаю, что он однозначно догадывается чем мы там занимались, но можно и не смотреть в мою сторону так загадочно. Тоже мне, поборник морали. Словно он со своей кошкой драной только за руку держался да ромашки собирал. Пфф. Наг, как ни в чём не было, работает на браслете, а вот я, не выдержав этих переглядываний, отправилась на кухню с желанием осчастливить мужчин творением собственного производства. Если ничего не выйдет — откуплюсь пирожными, а если выйдет — они, как и положенно, будут лишь десертом.

Продумав все варианты развития событий, пошла исследовать кладовую в поисках хорошего куска мяса. Его вообще сложно испортить. По идее. К нему решила запихнуть фрукты, отдалённо напоминающие помесь яблока с айвой, и залить всё наугад намешанным соусом. Так и сделала, двигаясь чётко по плану. На гарнир запекла овощи и решила ограничить этим свою фантазию. А то переусердствую — и привыкнут к хорошему. Или плохому. Тут уж как карта ляжет.

В ожидании звона таймера о готовности, заметила аэролёт за окном и на всех парах полетела встречать хесса.

Подбежала к растерянно замершему мужчине и настойчиво вжалась в губы. Ему много не надо — стиснул меня в своих медвежьих объятиях, немного приподняв над землёй, чтобы удобнее было целовать, и отчётливо простонал в мой рот. Сквозь одежду почувствовала быстрый отклик его тела в плане возбуждения и предвкушающе жмурюсь.

— Лани, я так скучал.

— Я тоже скучала по тебе.

— Ты такая красивая сегодня. Тебе делали не только стрижку?

— А что, так заметно?

— Ну, кожа на лице словно светится и я в раздумьях: то ли это тебе что-то сделали в центре, то ли змей заездил до сияния.

— Френки! — шутливо стукнула его рукой.

— Ага, видимо всё же второе. — на этом меня снова жадно поцеловали и отпустили.

— Я сегодня ужин готовила.

— Мы выживем? — на лице у хесса крупным буквами было написано сомнение.

— Ну всё, я щас как обижусь — и будешь знать.

— Если перенесу ужин, то узнаю. Возможно.

Итогом моей кулинарии стало неплохое мясо, которое мужчины нахваливали наперебой, и не совсем удачные овощи. Как оказалось, не все из них годились для запекания, но некоторые были вполне съедобны. Ситуацию спасли пирожные, на которые малыши смотрели, как на божественное творение. С восторгом последние были продегустированы и явно одобрены.

Уложив детей спать, я отправилась наводить марафет. После душа надела развратный комплект, накинула сверху халат и отправилась к Френку. А то у меня столько времени рыжик нелюбленный, кабы не надумал себе чего плохого. Он парень самостоятельный, надумать фигни на пустом месте может очень быстро.

Обозначив своё присутствие стуком, я сразу вошла. Вопреки ожиданиям, он в комнате был не один, а со вторым аль Мринхом. Не знаю, о чём они говорили до моего появления, но выражение лиц у них были далёкими от добродушных. Причём они синхронно на меня зыркнули так, что я чуть не попятилась.

— Мне зайти позже?

— Нет, Лани, Майк уже уходит.

Означенный Майк уходить не торопился и жадно полировал меня взглядом. Малодушно захотелось сжать тонкий халат на груди, развернутся и свалить куда подальше. Но он всё же отправился на выход, пройдя вплотную мимо застывшей в дверях меня. Я явственно услышала голубой вдох. Милка, надеюсь, тебе послышалось...

Зашла внутрь и плотно перекрыла за собою дверь.

— Привет.

— Привет, Лани.

— А я тут к тебе.

— Зачем?

— Соблазнять собиралась.

— Ммм, интересно. Чем соблазнять будешь?

— Собой. — проговорила и халатик с себя спустила. Плавненько.

Котище внимательно проследил за падением последнего и замер, обратив внимание на новенький комплект, который и бельём назывался лишь условно — так, набор ниточек. Зрачки у него стали огромными, как перед нападением. Я нежно провела руками по своей груди, приподняв её и легко сжав ладонями. Затем отгладила бока и живот, плавно опустившись к трусикам, оттягивая пальцами резинку, но ни в коем случае не снимая.

— Нравится? — спрашиваю заинтересовано, хотя прекрасно вижу результат своей терористической деятельности. Результат красиво наливался силой и начинал топорщить пижамные штаны.

— Очень. — хрипло прошептал хесс.

— Разденешься для меня? — в ответ кивок и рыжик начинает молча снимать с себя одежду. Бо-жест-вен-но

Стоит передо мною полностью обнажённый. Идеальное мускулистое тело. Мышцы так и играют под загорелой кожей. Восхитительный. Взгляд мимо воли соскальзывает вниз и замирает на очень волнующей детали. Руки так и тянутся потрогать эту бархатистую твёрдость.

— Лани. — то ли стон, то ли просьба.

— Сегодня твоя очередь быть послушным мальчиком. Договорились?

— Да.

— Ложись на кровать.

Покорно укладывается и не сводит с меня жаркого взгляда. Меня очень возбуждает такое положение дел. Медленно подхожу к нему, сажусь рядом и нежно-нежно целую преоткрытые губы. Он мгновенно старается углубить поцелуй, за что безжалостно кусаю его за нижнюю губу и прерываю весь процесс.

— Сегодня руковожу я, ты лишь подчиняешься.

Внимательный смотрит мне в глаза и кивает. Возвращаюсь к прерваному занятию и снова ласково приникаю к его губам, нежно облизываю место укуса. Провожу языком по пухлой губе и жадно врываюсь в его рот. Глажу его язык своим, наслаждаясь гладким шариком.

— Я уже вся мокрая, хочешь проверить?

— Лани… — тихий растерянный шёпот.

— Хочешь?

— Да.

— Помоги мне раздеться.

Настойчивые руки смыкаются на моём теле, торопливо стараясь лишить меня этих лоскутков ткани. Попутно он старается захватывать как можно больше территории своими руками, словно переживает, что больше не получит. Сняв трусики, возвращается на подушки и, прожигая меня жаждущим взглядом, послушно ждёт.

— Дотронься до меня. Там.

Хесс прекрасно понимает, где в его прикосновениях нуждаюсь больше всего и нежно дотрагивается рукой до мокрых складок. Из его горла вырывается рычащий стон.

— Чувствуешь, какая я влажная? Это только для тебя. Очень сильно хочу почувствовать тебя в себе.

Он вторгается в меня пальцами и делает несколько невыносимо приятных толчков, лихорадочно наблюдая за моей реакцией. Возбужденно насаживаюсь на его пальцы, чтобы ощутить их глубже, и отстраняю его руку. Усаживаюсь сверху ёрзая по твердому естеству. Он хитро пытается проникнуть в середину, но у меня пока совсем другие планы.

— Не балуйся, милый, мы не спешим.

— Лани…

— Да, мой хороший?

— Лани, я так хочу тебя.

— Я тоже хочу тебя, но мы пока не спешим.

Трусь о него всей собой. Твёрдыми сосками прижимаюсь к его груди и вновь невыносимо нежно целую податливые губы. Спускаюсь ниже и приникаю к шее, ласково облизываю, провожу языком по самым чувствительным местам. Наслаждаюсь его стонами, которые становится совсем не тихими. От восторга у меня по спине разбегаются мурашки. Опускаюсь ещё ниже и начинаю выцеловывать соски, которые, я точно помню, невероятно чувствительны. Нежно провожу языком по тугой горошинке. Из-за моих действий она становится ещё твёрже. Обхватываю губами и слегка посасываю. Стоны хесса плавно перетекают в крики. Какой же он чувствительный.

Я сама настолько возбудилась, что влага наверняка стекает по бёдрам. Оральные ласки придётся отменить в этот раз, моему котику будет однозначно слишком. Поднимаюсь выше и возвращаюсь к губам, приникая в чувственном поцелуе, постепенно углубляя его. Жадно покусываю пухлую нижнюю губу, со стоном восторга впиваюсь зубами.

Опускаюсь по известному маршруту ниже, нетерпеливо покусывая и зализывая укусы. Втягиваю горячую кожу в себя, прихватываю зубами и наслаждаюсь своей властью. Оставляю засосы, но меня это лишь возбуждает. Мой. Весь. Целиком.

Вновь страстно приникаю к соскам, покусывая и облизывая эти чувственные места. Хесс уже не просто стонет, он фанатично сипит моё имя непереставая. Только и слышу: «Лани, Лани, Лани».

Не выдерживаю и полностью одним слитным движением насаживаюсь на его член, глядя в расширенные на всю радужку зрачки. Мне кажется, что он кончит прям в этот момент, но я не угадала. У Френка контроль уверенно махнул нам ручкой. Потому что он хватает меня за талию, намеренно фиксируя в одном положении, и начинает жёстко вбиваться. Наши общие стоны заполняют комнату. Хорошо, что их никто кроме нас не слышит.

В таком положении его член стимулирует точку глубоко внутри меня и я чувствую скорую разрядку. Вновь впиваюсь в его сосок зубами, вырывая из него хриплый крик. Зализываю уже потемневший от всех укусов камешек.

Его движения становятся на грани боли, настолько быстро он входит. Меня уже колотит от предвкушения оргазма, и в следующий момент невыносимая волна удовольствия накрывает нас обоих. Хесс прижимает меня к себе так сильно, что кажется, ещё немного — и закрошатся кости. Лежу на нём, пытаясь отдышаться, вслушиваюсь в гулкое биение его сердца, которое постепенно выравнивается.

— Френки-Френки, не дал мне побаловаться вдоволь. Перехватил контроль, а я только вошла во вкус.

— Лани, я уже не мог сдерживаться.

— Нужно что-то с этим делать. В другой раз я обязательно захочу довести дело до конца, а ты такой нетерпеливый.

— Родная моя, я буду стараться.

— Обещаешь? — вырисовываю пальцем на груди случайные узоры.

— Приложу все усилия!

— Френки! Ты хитришь.

— Нет, счастье моё, я совершенно искренен.

Укладываюсь поудобнее, чтобы было хорошо видно его лицо. Красота. Любуюсь некоторое время этим идеалом.

— Ты такой красивый, ты знаешь? — в ответ тишина. Удивлённо смотрю на мрачнеющего хесса. — Знаешь?

— Лани, успокойся.

— Я совершенно спокойна. Милый, в чём проблема ответить на элементарный вопрос?

— Лани. Ты же не слепая.

В полном шоке приподнимаюсь и сажусь рядом.

— Френки, счастье моё, скажи, что ты меня разыгрываешь. — прошу почему-то шёпотом.

Нет, это просто невероятный бред. Смотрю на то, как он отворачивается, и становится кристально ясно — никто никого не разыгрывает. Он мне не верит.

— Посмотри на меня. Сейчас же.

Хесс недовольно шевелит ушами, но поворачивается и смотрит мне в глаза.

— Френк, я чистосердечно заявляю, что ты идиот. Клинический. — я уже действительно сердита, всё благодушное настроение исчезло.

— Почему это?

— Я как только тебя увидела, ещё там, на шаттле, то решила, что ты — самое фантастически красивое создание из всех виденных мною. Понимаешь? Я смотрела на тебя и не могла насмотреться, регулярно теряя нить беседы. И я совершенно не поняла, почему та лохудра назвала тебя уродом, пока ты не повернулся ко мне левой стороной. В тот момент я окончательно решила, что мир сошёл с ума. То, что у тебя практически незаметные полоски на щеке, —

не значит ровным счётом ничего. Понимаешь? Это пшик. Такая мелочь, что пока меня не тыкнули носом, я даже не замечала эту ерунду.

— Это не ерунда.

— То есть я сплю с уродом?

— Да, наконец-то до тебя дошло. Именно так, Лани, ты спишь с уродом. — яростно заявил он, зло глядя на меня.

— Значит так, дорогой мой мужчина. Скажи мне пожалуйста, на кой чёрт я тут распинаюсь?

— Не знаю…

— Действительно. Не знаешь. Я практически в любви с первого взгляда тебе только что призналась. Буквально. — гнев бушует во мне волнами. — Нет-нет, я понимаю, что никто не может быть в ответе за чувства других существо. Но твою ж мать, Френки! Если ты мне нравишься весь, целиком и полностью, вместе со шрамами, в которых я, хоть убей, совершенно не вижу проблемы, то какого хрена ты не можешь просто поверить мне на слово?

— Лани… — хесс уже неуверенно смотрит на меня, но я только раздражаюсь от этой неуверенности во взгляде.

— Что Лани? Ну что Лани?

— Я… понимаешь?

— Нихрена я не понимаю, дорогой. И понимать эти заскоки я решительно не согласна. Ни к чему не обязывающая лично тебя информация: да, я считаю тебя невероятно красивым. Не просто симпатичны, а прям божественно красивым. Да, я совершенно не замечаю твои шрамы, и с моей точки зрения никакого уродства нет и в помине. И очередное да, я во время секса любуюсь твоим прекрасным лицом, твоим сексуальным телом, которое, на минутку, тоже имеет отметины шрамов, но меня сей факт ни на секунду не отвращает от тебя. Вот такая вот я извращенка, видимо.

— Лани…

— На сегодня с откровениями мы закончим. Неожиданно, но я предпочту спать одна. Подумай над моими словами. Возможно увидишь другую точку зрения.

Закончив свою тираду, подобрала разбросанное бельё, накинула на голое тело халат и пулей метнулась в душ. Автоматически завязав волосы, чтобы не намочить, встала под горячие струи. По щекам покатились слёзы. По неизвестным причинам. Вру сама себе. По известным. Мне, чёрт возьми, непонятно: как такой потрясающе красивый мужчина может иметь настолько низкую самооценку? Он думает, я с ним трахаюсь с какой-то целью? Или от безысходности? Или что вообще? Как попытка сказать, что он мне нравится, действительно нравится, переросла в такой невероятный бред? Сюр.

Закончив попытку пострадать, решила быть сильной барышней. Уверенно вышла из душа, не менее уверенно вытерлась полотенцем и ещё увереннее обмазалась кремами. Вот настолько я уверенная.

Вся вышеупомянутая уверенность куда-то упорхнула, когда, открыв двери, я обнаружила рядом с ними второго аль Мринха. Только его не хватало для полного счастья.

— Милания, погоди. — ишь какой, и по имени, и на «ты» сам перешёл. Не до тебя сейчас.

Молча змеёй проскользнула мимо и всё-таки задела его бедром. Если брать во внимание то, что я до сих пор в тончайшем халате, то можно сказать, что проелозила голым бёдрышком по постороннему мужику. Ну и пофиг, нечего было проход перегораживать. Пулей метнулась в свою комнату и закрыла дверь. Переоделась в пижаму и завалилась на кровать.

Больше часа лежала и крутилась с боку на бок. Несколько раз появилась мыслишка забить на всё и пойти спать к змею, но нет. Вмешивать в отношение с одним мужчиной другого — как-то уже слишком. Он и так всегда меня успокаивает. Разберёмся сами, как бы то ни было.

В очередной раз прокручиваю окончание вечера и отказываюсь понимать происходящее. Я твержу ему, что он сводит меня с ума, что он невероятно красив, что я смотрю и не могу насмотреться на идеальные черты, но он всё равно верит словам посторонних больше чем мне.

Милка, а может, ты ему тоже посторонняя? С чего ты решила, что значишь что-то в его жизни? С того, что он кончал с твоим именем? Возможно, это действительно совершенно ничего не значит. Мы знакомы-то без году неделя. Эти мысли крутились в моей голове, пока не заснула.

С утра я проснулась совершенно не в духе. Со-вер-шен-но. Отчитала себя за то, что накрутила себя же, из-за чего всю ночь снилась конкретная муть. Не выспалась, настроения — ноль, да ещё и проснулась гораздо раньше будильника, а сна теперь ни в одном глазу. Смысла дальше валяться я не видела и, быстро собравшись, отправилась вниз.

Посмотрев на часы, убедилась: ещё несусветная рань, до детского будильника часа два. Решила сварить себе бронкс. Засыпала все ингредиенты в маленький ковш и поставила на огонь. Только отошла от плиты в сторону чашек, как за спиной раздалось:

— А мне сделаешь чашечку?

От неожиданности я подскачила, оскальзнулась по приземлению, чуть не упала и перепуганно уставилась в обеспокоенные глаза второго аль Мринха. Сердце стучит, как оглашённое.

— Ты чего? — какой хороший вопросик, так, пора бы брать себя в лапки.

Делаю шаг назад, освобождаясь от чужих рук, и равнодушно спрашиваю:

— Почему на «ты»? Насколько я помню в ближний круг друг друга ни один из нас не входит.

— Эм, хорошо, это действительно так, но я бы хотел этот факт изменить.

— Дабы что-то изменить, необходимо ещё интересоваться мнением другой стороны.

— Хорошо. Я понял. Госпожа Миронова, предлагаю вам перейти на более близкий уровень общения и называть друг друга по имени.

— Я вас услышала, господин аль Мринх и после некоторого обдумывания обязательно дам вам ответ на это предложение.

— Я вас понял.

Молча обошла его, взяла две чашки и наполнила их заварившимся напитком. Также молча поставила на стол и приглашающе махнула рукой. Лишь после этого подняла взгляд и пристально осмотрела этого кошака. Всю видимую мне часть. Отметила наличие заживающих синяков на скуле и кулаках. Поскольку они меняют тон прямо на моих глазах, то обработали их мазью несколько минут назад. Весело. Но меня это не касается. Абсолютненько. Смакую свой напиток по-прежнему молча.

Буквально через минуту в кухню залетает второе котище. Резко тормозит рядом, и я прекрасно отмечаю аналогичные следы петушиных боёв. Прекрасно. Стресс, видимо, снимали. Но раз меня это не касается — старательно не касаюсь.

— Лани. — пауза. — Доброе утро.

— Доброе утро. — успешно игнорирую взгляд побитой собаки и вообще не меняюсь в лице, глядя на всклоченного рыжика. — Бронкс закончился, но ты можешь заварить себе сам.

— Лани, милая, нам нужно поговорить.

— Я думаю не стоит обсуждать что-либо при посторонних. Правда же? Ты сегодня работаешь?

— Не работаю...

— В таком случае мы решим возникшие вопросы в течении дня, но не сейчас, ты же не против?

— Нет.

— Замечательно.

За этими максимально вежливыми и бессмысленными разговорами я совершенно упустила из вида присутствие нового действующего лица.

— Хмм, а что это у нас происходит и почему моя девочка в режиме космической стужи?

Наг подошёл к столу и внимательно оглядел всех присутствующих. Осмотрев мужчин он присвистнул.

— Весело вы тут время проводите. В честь чего разминка была? Может, я бы тоже с удовольствием поучаствовал.

— Не думаю, что это нас каким-либо образом касается, Росс. — равнодушно делюсь своим мнением. — Это выяснение отношений между побратимами, и не нам с тобой в это лезть.

— Что они с тобой сделали? Где моя смешливая крошка, которая уже с удовольствием бы сунула свой любопытный носик во что-то неизвестное? Девочка моя, пойдем поговорим.

— Росс, я думаю стоит заняться завтраком. Или закажем? — стараюсь сменить тему.

— Ну нет, детка, я в такие игры не играю. — едва договорив, он закинул меня к себе на плечо и потянул на второй этаж. — Вы, надеюсь, свои проблемы сами решите?

Вопрос для хессов скорее был риторическим. Висну головой вниз и даже не трепыхаюсь. Меня заносят в комнату, сгружают на императорское ложе, укладываются рядом и нежно прижимают к себе.

— Всё, Милая, я готов услышать все твои проблемы и обязательно помочь в их решении.

— Нет у меня никаких проблем, Росс. Никаких.

— Хорошо, а если не у тебя. Какие проблемы у нашего рыжего?

— А вот его проблемы меня не касаются.

— О как. Милая, я жду. Ещё вчера всё было прекрасно. Утром, днём и даже вечером. Значит, остаётся только ночь. В то, что он не смог тебя удовлетворить я не верю, в крайнем случае пришла бы ко мне, мой член всегда в твоём распоряжении. Значит что-то произошло после. Верно?

— Типа того.

— Мне тебя пытать? Так я особо думать не буду: просто оттрахаю свою девочку до дрожащих ножек. Она стресс снимет и, расслабленная, всем со мной поделится. Мне приступать?

— Нет... Ладно. Он мне нравится. Правда нравится. И я считаю его очень красивым.

— Оу… Всё, милая, дальше не продолжай. Ты хотела ему сказать, что он тебе не безразличен, а начала с поразившей тебя внешности? — мой унылый кивок. — Этот идиот решил, что ты ему врёшь, и даже не дождался заветных слов. Верно?

— Да. — из глаз повалили слёзы.

— А моя сладкая девочка так редко позволяет себе влюбляться в кого-то, и тут свершилось. А попался травмированный местными дурами Френк, и моя мышка теперь грустит.

В ответ могу только кивать, пытаясь задавить всхлип. Большие руки невыносимо ласково гладят меня по спине, от чего ещё горше.

— Родная моя, он действительно думает о себе плохо. Понимаешь, местные кошки помешаны на внешности. Для них шрамы на лице — это катастрофа. Знаешь почему побратимы разделились? Потому что ни одна из них не выйдет замуж за такого хесса. Ему явно не раз давали это понять. Рыжий может быть незаменимым сотрудником, прекрасным другом и отличным отцом, но избалованные дряни местного разлива никогда не увидят в нём партнёра. У них так принято.

— Но я же не они. Я же просто так с ним, не ради выгоды. Он мне просто нравится. — слёзы не перестают литься, хотя я уже понимаю, что вчера попытка мыслить трезво мне не удалась.

— Милая, ты настолько прекрасна, что даже я до сих пор не верю, что ты не сон. Он боится, что сейчас он проснётся и всё окажется совсем не так, как он надеется. И эта фигня неожиданно выходит. И будет выходить ещё не раз, пока он каждой частичкой души не поверит, что действительно нужен тебе. Такой вот «бракованный», со всеми шрамами.

— Да их не видно даже, тех долбанных шрамов! Я их вообще не заметила, пока носом не тыкнули.

— Вот именно. Ты не заметила. А когда заметила — тебе они совершенно не мешают. А знаешь, как бы действовала кошка? Увидела бы шрамы, сморщила нос и отвернулась. Или отсела подальше. Ещё и наградила эпитетами разной степени отвратности. Вот и всё. Для тебя его реакция непонятна, а для него твоё поведение — полная загадка.

— Но я…

— А ты, маленькая моя девочка, ожидала, что он, услышав о твоей сердечной привязанности, ответит как минимум взаимностью. Но проблема в том, что он сосредоточился на своём когнитивном диссонансе из-за собственной внешности и твоего о ней впечатлении, и просто не услышал твоих чувств. Эгоист такой. Сначала он упивался своей выдуманной обидой, но, когда до него дошёл весь ужас ситуации, поверь, он пожалел. Сейчас он очень сильно жалеет.

— Откуда ты всё это знаешь? Почему ты помогаешь мне в отношениях с другим мужчиной, а? Тебе это вообще не выгодно! — змей весело рассмеялся.

— Сладкая моя, я старый и умудрённый жизнью наг. Ты для меня значима. Не буду говорить слов, которые тебя напугают, но твоё состояние для меня важно. При этом тебе нужен рыжик. Значит, он у тебя будет. А сейчас перестань обливать меня слезами. Мне больше другие твои физиологические жидкости нравятся.

— Росс!

— Ну что? Зато видишь, как быстро слезоразлив прекратился? Пошли посмотрим, чем там хессы занимаются.

Я промокнула глаза холодными мокрыми руками, но толку было маловато. Ну, не смертельно. Спустились со змеем вниз и застали скандал. Даже скандалище. Мы замерли на расстоянии, чтобы не спугнуть скандалистов, но и ничего не пропустить. Любопытно же.

— Ты как всегда упиваешься своими надуманными проблемами и не замечаешь ничего вокруг. — это Майк.

— Заткнись! Ты ничего не понимаешь! Ничего!

— Что тут понимать? Думаешь, я не понял, почему твоя жизнь катится под откос? Ты тут сидел и тух, как кусок забытого мяса в тепле. Жил, как в склепе, до её появления, а теперь ты опять всё рушишь!

— Ничего я не рушу, прекрати вмешиваться!

— Я не вмешиваюсь, как бы мне этого не хотелось. Знаешь чем я наслаждался вчера ночью? Её истерикой! Она заперлась в ванной и рыдала, пока ты упивался свой выдуманной слабостью! А я даже не мог утешить!

Змей кинул на меня заинтересованный взгляд, но промолчал. Я сделала вид, что поглощена скандалом.

— Ты врёшь. — как-то растерянно произнёс Френк.

— Да что ты? А с какой целью мне это делать? Может, мне это выгодно? Может, я терплю твоё выдуманное уродство ради материальных благ?

— Майк, что ты несёшь?

— А разве не так ты думаешь? Разве не эти мысли постоянно крутятся в твоей не очень умной голове?

— Хватит.

— Нет, не хватит. После ранения ты самоустранился из нашей семьи. Хочешь жить отдельно? Ладно, может тебе так спокойнее. Перестал приезжать к нам с сыном? Хорошо, это я тоже могу понять. Наш ребёнок начал дичать? Я пытался решить эту проблему своими силами. Да, неудачно, но я пытался. Что сделал ты? Самоустранился. Как и всегда. Тебе, наверное, намного проще забить на всё и сидеть страдать.

— Всё было не так. — тон беседы явно снизился, стал тише, спокойнее.

— А как всё было? Ты просто сказал, что у тебя нет шансов вступить в отношения с женщиной. Да нормальной женщине плевать на твои шрамы.

— Это только Лани.

— А она, по-твоему, ненормальная? Или тебе нужен кто-то ещё, кроме неё?

— Нет.

— И ты это понял, только когда тебя мордой в это ткнули. Френк, она смотрит на тебя, как на что-то невероятное. Меня от зависти колотит, когда я вижу эти взгляды. Понимаешь? Меня. Колотит. От. Зависти. Хотя я всегда был равнодушен к женщинам, если помнишь. Так что будь добр, вытри свои воображаемые сопли и прекрати обижать её своей слабостью.

— Я не специально.

— Вот и расскажешь ей об этом.

В этот момент наг сделал стремительный шаг вперёд.

— Что это у вас тут за разборки? Скандалим?

— Нет, уточняем некоторые моменты. — спокойно пояснил Френк. А по голосу и не скажешь, что минуту назад здесь бушевала буря.

— Завтрак до сих пор не готов? С минуты на минуту проснутся дети, давайте включаться в работу.

Все засуетились, стараясь приготовить пищу в максимально сжатые сроки. Я решила не мешать этой идиллии и поднять малышей самостоятельно.

Змейка сладко посапывала, удобно раскрывшись поперёк кровати. Такое сладкое чудо. Пару секунд поумилялась и, сделалав несколько фото, принялась будить эту прелесть. Прелесть сонно заявила, что хочет косы, и что в следующий раз в салон она летит вместе со мной. Пока осторожно расчёсывала белую гриву, клятвенно пообещала парные процедуры в самом лучшем месте. Надо будет посмотреть какое-нибудь новое плетение — я так наловчилась заплетать ей колоски, что уже хочется усложнить задачу.

С красиво причёсанной малышкой отправились «выкапывать» Риша из гнезда. В очередной раз подивилась, как он не варится в таком количестве подушек, но мордочка у него была довольная. В четыре руки мы накинулись с тисканьями на эту очаровательную мохнатость. Мохнатость под тисканья подставлялась и всем видом демонстрировала довольство таким методом пробудки. Всё, душу на мелких антистрессах отвела — теперь можно и ко взрослым стрессовым факторам выходить.

Мужчины старательно делали вид, что ничего необычного не происходило. При этом все, кроме самодовольного нага, кидали на меня взгляды разной степени эмоциональной окраски. Но я — кремень, я — скала, и уделяю внимание лишь детям. После завтрака нас покидает второй аль Мринх, и я вздыхаю с облегчением. Одной проблемой меньше. Вторая проблема кидает на меня виноватые взляды, но на контакт не идёт. Только наг у меня не проблемный и всепонимающий.

К обеду малыши плотно сели за учебные задания: котёнок учился, а нагиня со всех сторон морально поддерживала его в такой важной науке, как «набирание мудрости». Удивительно, но они совершенно не мешали друг другу, гармонично взаимодействуя между собой. Я наслаждалась идиллией со стороны, пока меня не решили перехватить.

Хесс подошёл и, взяв за руку, утянул в поле. Если уж по началу я решила, что меня ведут как жертвенную овечку на заклание, то с каждым шагом и пристальным взглядом на котище убеждалась, что на закланье, таки, ведут его. Явно с целью жертвовать. Иначе как может быть такой понурый вид у жертвователя?

Идём. Молчим. Держимся за руки. Свою не вырываю, всё-таки взрослая девочка и детские демонстрации не делаю. По крайней мере не сегодня. Добредаем до живописного холмика, с прекрасным видом на уже знакомое мне поле.

Мельком подумала, что надо бы связаться с грайнами — обещала ведь выйти на контакт и совсем замоталась. Эх, мужчины до добра не доводят…

Сидим, смотрим как ветер гоняет волны по полю. Красивенько.

Хесс подготовился: под попу предусмотрительно растелил тонкую неведомую фиговину, чтобы не пачкать одежду. Меня осторожно приобнял и притянул к себе. Молчим. Жду, пока котище соберётся с силами, дабы начать разговор, ради которого мы, собственно, и топали сюда. Таки дождались.

— Лани, прости меня.

— За что? — заинтересованно не отрываю взгляд от пейзажа.

— За многое. Мне жаль, что я повёл себя вчера именно так. Мне действительно твои слова про внешность показались издёвкой. Дальше я совершенно не вникал, упиваясь своими негативными ощущениями. Когда весь смысл ситуации дошёл до меня, то было уже поздно. Но я постараюсь всё исправить. Ты поверишь мне?

— Поверю. На самом деле ничего критичного не произошло. У меня ожидание не совпало с реальностью, поэтому я тоже вела себя не лучшим образом. Так что мы оба хороши.

— Ты мне нравишься. Очень нравишься. Я не могу передать глубину тех чувств, что я испытываю по отношению к тебе. Сам в них не до конца разобрался.

— Свои чувства я описала вчера. Думаю, на трезвую голову ты их помнишь.

— Помню. Но мне до сих пор не верится. Я настолько привык к тому, что глядя на меня, многие испытывают отвращение, что подсознательно ожидал этого и от тебя.

— Да как ты вообще так думать можешь? Вот серьёзно. Я не понимаю этого, хотя Росс и объяснял. Как можно клеймить кого-то, судя по его внешности? Эта дикость.

— Это покорение многовековым традициям.

— Нет, это какое-то извращённое понимание этих самых традиций. Наличие шрамов говорит о мужестве, а не о слабости. Тем более, ты их получил, насколько я помню, на задании.

— Да. У нас было задержание, а в группе прикрытия были новички, которые действовали строго по инструкции, не понимая, что иногда нужно быть гибче. Но теперь уже ничего не изменишь.

— Кстати, давно хотела спросить: у вас такой высокий уровень медицины, если шрамы доставляют тебе дискомфорт, почему бы не свести их?

— Ну, тут вновь дело в традициях. Мужчинам не сводят шрамы.

Пару минут шокировано смотрю на него, надеясь, что это шутка. Но нет— он говорит на полном серьёзе. Бредятина какая.

— Френки, это кошмар. Как вы совмещаете в себе такой научный прогресс с таким диким поклонением старым традициям?

— Такова наша культура, Лани.

— Но ты же понимаешь, что твои полоски на коже меня ни коем образом не отвращают? Для меня они такая же естественная часть твоей внешности, как уши, хвост или что угодно ещё.

— Уже понимаю. И я этому рад. Поверь, если бы я не понял, мне бы очень старательно объяснили.

— Кто ж эти старатели?

— Майк. И Росс. Но Росс понял, что я объяснениям внял, и не особо пытался до меня достучаться. А вот Майк близко к сердцу принял вчерашнюю ситуацию.

— Почему он вообще вмешивается?

— Майк — часть моей семьи. И он переживает. Ещё до того, как ты вчера пришла, он пытался меня вразумить. А потом… Лани, ты действительно плакала из-за меня?

— Ну, я расстроилась из-за окончания вечера. Такой реакции я всё же не ожидала.

— Мне очень жаль.

— Зато мы прояснили все моменты. Надеюсь, что все.

— На данный момент — точно все.

— Вот и хорошо. Пойдем обратно?

— Давай еще немного посидим. Вдвоем.

Так и просидели минут десять, глядя на цветочное море. Неведомым образом эти посиделки переросли в сладкие поцелуи. В какой-то момент осознала, что уже удобно расположилась на хессе — с ноющими губами и совершенно потерявшая контроль.

Котище вольготно расположил руки на моей пятой точке, старательно прижимая её к своей эрекции. Ещё немного, и я точно настаивала бы на продолжении. Но тут меня осенило: никаких гигиенических средств у меня с собой нет, а хесс — это не максимально предусмотрительный наг. Идти домой придётся с хлюпаньем в трусиках. Нет, пора тормозить. Я на такое не подписывалась.

Перевела поцелуй в более лёгкий и нежный, плавно сведя на нет все усилия. Вот такая я обломшица. Но комфорт — это важно. Легкомысленное приключение на природе, конечно, хорошо, но только в полной мере продуманное заранее.

Дома всё стабильно, тёплая атмосфера, детвора довольна, взрослые тоже. Хо-ро-шо. Впервые осознала насколько мне на самом деле хорошо в этом доме. Нет ни одного пункта, который мне хотелось бы изменить.

До меня, наконец, дошло: мы живём как настоящая семья. Заботимся друг о друге и стараемся, чтобы всем рядом было комфортно. Это необычно, но по-своему прекрасно.

До самого вечера я погрузилась в мысли, анализируя своё поведение, а главное — свои ощущения. Я счастлива. Действительно счастлива. Прямо в данный момент. От осознания такого, казалось бы, элементарного факта, хотелось постоянно улыбаться.

Вечером вспоминала, как нагиня ластится котёнком — сначала к отцу, затем ко мне — и поглядывает на рыжего хесса, который иногда (явно неосознанно) может пригладить её блондинистую косу, пожалеть или помочь. Уже никто не заикается, что для детей такое поведение необычно. Да и наг абсолютно невозмутимо приходит на помощь Ришу, когда у него возникают трудности с заданиями или он не может пройти уровень в игре. Все помогают друг другу и даже не осознают, что совсем недавно мы все были посторонними, но сейчас слажено взаимодействуем, как один организм.

Долго укладывала малышей спать, наслаждаясь ощущением полного доверия. Дети безоговорочно воспринимают все мои просьбы и рекомендации, у них даже не возникает желания перечить. После очередной простенькой сказки отправилась к Ришу, который увлечённо клацал на браслете, явно переписываясь с кем-то. Пожелала спокойной ночи, чмокнула в макушку и отправилась к себе.

Приняла душ и задумалась о том, что делать дальше. Долго раздумывать мне не дали, двери моей комнаты отворились и зашёл наг.

— Привет, Милая моя, скучаешь?

— Скучаю. Есть предложения получше?

— Есть очень интересное предложение, результат которого тебе гарантировано понравится.

— Ммм, это какое?

— Предлагаю провести ночь с нами. — по бледным губам расплылась коварная улыбка.

— С вами?

— Именно. С нами.

Я взрослая девочка и про многие варианты проведения таких вечеров слышала, хотя на себе и не испытывала. Что ж, видимо, пришла пора испытать. Тем более сегодня я чётко поняла, что доверяю своим мужчинам, а раз доверяю им в целом, почему бы и не довериться в конкретной ситуации? Уверена, новыми впечатлениями я останусь довольна. Решительно встала с кровати, подошла к нагу и, притянув его пониже, нежно поцеловала в губы. Он прижал меня к себе, приподняв под попу, и мгновенно углубил такой нежный поцелуй, нападая на мой язык своим. Втянул нижнюю губу к себе в рот вызывая стон и лёгкий спазм в животе. Отодвинулась и, глянув в нахальные изумрудные глаза, сказала уверенно:

— Веди.

— Сладкая моя, ты не пожалеешь.

— Понятное дело. С такими мужчинами я могу жалеть только о том, что мало.

— Хм, про последнее я бы не стал столь уверенно вещать, так как, скорее всего, будет много. Затрахаем мы тебя, сладкая. Хоть и любя.

На последнем слове сердце на мгновенье замерло и пустилось в скач. Обхватила его шею руками и спрятала лицо на широкой груди.

— Маленькая трусишка. — хмыкнул наг куда-то в макушку.

Затем меня понесли в свое логово. Видимо, будут брать в плен и тотально совращать. Согласна на каждый пункт этого мероприятия.

В комнате горел приглушённый свет. Спустив меня на пол, змей прошёл к креслу, вольготно на нём разместившись. Осматриваясь по сторонам, остановила взгляд на хессе в одних пижамных штанах, сидящем на кровати.

— Привет.

— Привет, Лани.

Френк стремительно встал и подошел поближе. Остановился вплотную, затем поднял моё лицо вверх и прошелся языком по губам. И снова. Возбуждение в животе сжалось нетерпеливой пружиной. Хесс втянул в себя мою нижнюю губу, слегка прикусывая, впился в мой рот своим, делая поступательные движения языком с восхитительной штангой. От будоражащих ощущений ноги стали подкашиваться, но меня придержали за плечи.

Френк развернул меня к змею и принялся вылизывать мою шею. Росс жадно подался вперёд, хищно наблюдая за открывшимся зрелищем. Это было так порочно: смотреть в глаза очень возбуждённого мужчины, когда второй страстно ласкает тебя. Не могу оторвать взгляд от нага. Меня сильно волнует то, что он наблюдает, но волнует в приятном плане, в крови кипит азарт вперемешку с адреналином. Френки продолжает хищно прикусывать шею, и тщательно зализывает следы укусов, разгоняя толпы мурашек по коже.

Руки хаотично блуждают по моему телу. В какой-то момент он начинает меня раздевать, медленно стягивая с плеч халат. Я доверчиво вверяю себя этим рукам, неподвижно принимая всё, что мне дают. Он прижимается ко мне напряжённым пахом. Расстегивает лиф и плавно стягивает его, оголяя грудь. Обхватывает полушария руками и мягко сжимает, одновременно зажимая между пальцами набухшие горошинки. Из моего рта вырываются стоны.

Наг подходит вплотную, плотоядно осматривая моё тело в чужих объятиях. Рыжик продолжает ласкать грудь и ноющие соски, в то время как змей становится передо мной на колени и медленно стягивает с меня трусики. Целует в нежный треугольник между бёдер, с нажимом облизывая языком, слегка проникая в складочки. Мои стоны набирают обороты. Змей закидывает мою ногу на своё плечо, расширяя доступ, и впивается в промежность жадным поцелуем.

Измождённо облокачиваюсь на хесса, который смотрит, на разворачивающуюся внизу картину, не переставая ласкать меня. Наг исступлённо вылизывал клитор, втягивая его в себя, вырывая безумные стоны. Затем он опускается ниже и проникает горячим языком в меня, лаская изнутри. Божечки, он так движется им, яростно трахая меня, что я не выдерживаю и сотрясаюсь в сокрушительном оргазме.

Меня подхватывают сильные руки и несут на кровать. Укладывают на подушки и нежно целуют в губы, лаская шариком штанги.

Хесс спускается ниже, а в губы впивается наг. Никакой нежности, он жарко вонзается в мой рот, покусывая губы, полностью подчиняя меня свои движениям. Френк ласкает грудь, старательно вылизывая и выцеловывая соски, от наслаждения я словно плавлюсь.

— Ммм, вот так, девочка моя, снова возбуждаешься. Нравится тебе происходящее?

— Дааа. — простонала сдавленно.

— Слышишь, Френки, наша девочка в восторге. Опустись ниже, поласкай её своей серьгой, уверен, ей понравится. Да, Милая?

В ответ я слабо киваю, гулко сглатывая слюну. В то время, как Френк опускался ниже, змей сосредоточил всё своё внимание на моей груди.

— Какая сладкая девочка. Ммм век бы вылизывал тебя, Милая, и киску, и эти маленькие сосочки. — впивается в них, сильно втягивая, и меня выгибает на кровати от восторга. Хесс поцелуями дошел до моего лона и сразу протяжно лизнул, прокатывая шариком по самым чувствительным местам. — Скажи, что наша девочка сладкая как мёд.

— Сладкая, невероятно сладкая. — промурлыкал низким голосом Френк, вылизывая клитор.

От наслаждения я сходила с ума, сам факт их разговоров будоражил до невозможности. Хесс проводил влажные дорожки так, чтобы я сильно ощущала штангу у себя между ног. Обводит клитор едва ощутимыми кругами, а иногда несильно, но неожиданно прикусывает зубами. Я уже не стонала, а кричала от восторга. В то же время змей ни на секунду не оставлял без внимания мою грудь, переходя от одной вершинке к другой.

— Такая чувствительная, такая страстная девочка, кончи для нас, хочу смотреть на твой оргазм. Давай, сладкая моя, кончи.

— как податливая марионетка я взрываюсь, извиваясь в надёжных объятиях. — Вот так, умничка, как же красиво ты это делаешь, не могу насмотреться. Хочу тебя трахнуть, но пока могу держать себя в руках. Буду смотреть…

В это время Френк ставит дрожащую меня на колени и заполняет собой до упора, вырывая крик. Он прижимает меня к своей груди под жадным взглядом Росса. Змей уже раздался и с полуприкрытыми глазами наслаждается нашим общим восторгом. Наг проводит сжатым кулаком по своей длине и шипит сквозь стиснутые зубы. Хесс вбивается в меня такими жесткими движениями, что пружина в моем животе максимально скручивается.

— У тебя на лице написан такой восторг, Милая, что я еле сдерживаюсь себя, чтобы не кончить.

Неожиданно змей оказывается рядом и вновь ласкает мою грудь, посасывая и покусывая гиперчувствительные вершинки.

— Моя девочка уже хочет оргазм, да, Милая? Скажи, ты уже хочешь снова кончить?

— Да.

— Сильно хочешь?

— Сильно, Росс. — едва проталкивают слова сквозь пересохшие губы.

— Ты сегодня такая послушная девочка.

Наг ложится на кровать и смеётся на мой протестующий крик. Затем его голова оказывается между моих широко разведённых в стороны ног и меня начинают ласкать языком. Там. В то время, как Френк изменил скорость движения, вбиваясь медленнее, чтобы змею было удобно.

Наг вылизывает самое чувствительное место, постанывая от восторга, словно пробует невероятное лакомство. Френк поднимает руки выше, поглаживая соски. Не выдерживаю такого напряжения и сотрясаюсь в конвульсиях, как только змей прикусывает вздрагивающий клитор. От этой агонии по щекам текут слёзы. Френк заканчивает следом за мной, прикусив кожу на плече.

— Моя самая красивая, самая послушная девочка. Меня же, бля, разорвёт от возбуждения. Буду трахать твою тесную киску прямо сейчас. — проговаривает наг, слизывая дорожки слёз.

— Росс, я не могу больше. — язык заплетается, хочется лечь и не шевелиться.

— Можешь, сладкая, мой член так хочет быть внутри.

— Росс…

Он укладывает моё непослушное тело на спину и плавно входит.

— Вот так, Милая, вот так… В тебе так хорошо. Моя девочка скоро кончит снова.

Френк осторожно целует соски, лаская их штангой, рукой невесомо поглаживает клитор. Наг поднимает мои ноги вверх, облакачивая их на себя, плавно двигаясь внутри. Из-за позы ощущаю его ещё сильнее.

Неожиданно понимаю, что предательская пружина опять начинает закручиваться с новой силой. Изо рта вырываются глухие стоны удовольствия на каждый удар тела о тело. Росс двигается всё быстрее, пальцы Френка ускоряются, как и его губы, которые плотнее обхватывают вершинки.

— Дааа, вот так, моя девочка, сейчас снова кончит. Умничка моя невероятная, вот так, давай, моя хорошая, дааа. — и мы одновременно приходим к разрядке. Мне кажется, я потеряла связь с реальностью, потому что пришла в себя лёжа между мужчинами. — У тебя такие красивые, совершенно затраханные глаза. Нужно будет обязательно повторить это мероприятие.

После этой очень содержательной фразы наг мягко целует меня в губы. Повернув голову в сторону Френка получила очень нежный, практически невесомый, поцелуй.

— Мальчики, спать вместе будем? — прошептала едва слышно, не открывая глаз.

— А ты этого хочешь? — спрашивает Френк

— Как вам будет удобно, но я никуда уходить не планирую. Сил нет совершенно.

— Милая, а в душ?

— Давай утром. Серьёзно, вы меня заездили.

— Сладкая моя, разве это заездили?

— Всё, хорошие мои, всем спокойной ночи, я уже не соображаю ничего…

Был ли разговор дальше — я не знаю, но я в нём точно не участвовала.

Сквозь дрёму понимаю, что что-то не так. Мне очень жарко, словно укрылась всеми одеялами что нашла, и я совсем не могу пошевелиться. Сознание возвращается эпизодами и мозг пытается понять ситуацию. Полностью прийдя в себя, понимаю всю сложность положения.

Заснув со своими мужчинами, я забыла уточнить для них персонально, что я девочка маленькая, хрупкая и меня лучше максимум держать за руку. Но ни в коем случае не наваливаться, подгребая в свои медвежьи объятия, причем с двух сторон. Мне ж дышать нечем, я щас от перегрева тут кони двину. Пытаюсь высвободиться или хотя бы урвать глоток свободного пространства, но меня только обнимают крепче.

Алё, уважаемые, какие крепче? Ещё немного и наступит конец моей бренной жизни. Злобно начинаю крутиться, пробивая себе путь на волю.

— Милая, спи спокойно. — сонно бормочет наг, подгребая меня поближе, причём даже не просыпаясь в этот момент.

— Росс, я тут сейчас задохнусь, а ну просыпаемся!

Мой возмущённый спич достиг своей цели и эти увальни всё же проснулись, непонимающе глядя на меня и друг на друга.

— Лани, ты чего?

— Я чего? Мальчики, вас явно откармливали с самого детства, раз вы такие здоровенные вымахали и мне это безумно нравится. В любой другой ситуации. Но спать с вами двумя — это же каторга, я чуть не сварилась, чуть не задохнулась, да и вообще, вы меня своими мощными объятиями и наваливаниями своих частей тела, чуть в пюре не превратили.

Смотрю на наглые смеющиеся морды и удивляюсь. Ещё совсем недавно я находила их лица прекрасными, но в данный момент я стопроцентно смотрю на самые противные рожи в мире. Они с меня ржут. Я тут почти того, на тот свет отправилась, а они заливаются. Переглядываются, смотрят на почти раздавленную меня и опять ухахатываются. Паразиты. Сижу, дуюсь, руки на груди сложила. Ещё немного, и лопну, но продолжаю дуться.

— Сладкая, ну перестань.

— Лани, мы не специально, это инстинкты.

— Именно, так что прекрати дуть свои красивые губки. Они у меня ассоциируются совсем не с таким времяпровождением.

— Росс!

— Ну всё, заканчивай. В будущем будем с тобой осторожнее. Кто ж знал, что ты такая хрупкая?

— Я знала! Я! Почему, когда я спала с каждым из вас по отдельности таких проблем не возникало?

— Ммм, не знаю?

— Росс?!

— Милая, я действительно не знаю, но однозначно могу сказать, что нам пора в душ, до пробуждения детей не больше часа. Френк, пойдешь с нами или примешь душ на первом?

— Хочу с вами, но пойду на первый, кто-то должен оставаться в адеквате.

Хесс чмокнул меня в нос и, натянув штаны на голое тело, покинул комнату разврата. Наг хищно меня осмотрел, что аж ёкнуло в груди. Подняв моё тельце на руки, голышом направился в душ. Совместный. Дело только купанием, естественно, не закончилось. Меня нагло лапали мыльными руками за все части тела, особо тщательно вымывая ниже пояса. Возбуждение накатывало сладкими волнами. Наблюдаю, как он быстрыми движениями намыливает себя. Когда змей рывками проводит рукой по своему члену — мой живот предвкушающе напрягается. Нимфоманка. Однозначно.

Наг берёт заживляющую мазь и щедро размазывает её по своей длине. Непонимающе наблюдаю за этими манипуляциями.

— Мы сейчас быстренько сделаем два действия одновременно. — довольно заявляет он и, повернув меня спиной к себе, по-хозяйски расставляет ноги и начинает вгонять в меня скользкий от мази орган. — Сейчас быстро оттрахаем мою сладкую девочку, чтоб у неё было хорошее настроение и старательно смажем всё внутри. Такая тесная малышка должна чувствовать себя на высшем уровне, да, Милая?

— Даа. — наслаждаюсь всеми действиями. Он опускает руку вниз и начинает резко двигать пальцами по кругу, сладко надавливая, заставляя извиваться от восторга.

— В тебе так хорошо, Милая… Хочу чтоб мой член постоянно был у тебя внутри. — говорит все эти пошлости, а сам быстро толкается в глубину. — Моя девочка сейчас кончит, я чувствую как ты сжимаешь меня. Вот тааак, дааа, как же хорошо.

Меня выгибает от оргазма и я чувствую горячие удары его семени внутри себя. Он осторожно выходит и вновь быстро споласкивает нас водой.

— Ммм, Милая, сразу после секса ты такая податливая и послушная. Нужно устроить тебе трахотерапию, чтоб ты всегда была уставоюшая, мягкая и добрая.

— Росс, ты такой пошляк.

— Не ври, солнышко, я знаю как тебе нравится мой рот. И мой язык, на котором ты так сладко кончаешь.

— Боже, ну хватит уже. — краска заливает всю шею.

— Ммм, ну раз ты так просишь...

Не прекращая болтать, наг старательно вытер нас, смазал мои накусанные вершинки грудей мазью, мазнул по парочке засосов, высушил мне волосы и отправил в комнату одеваться. Быстро накинув на себя одежду, Росс вернулся и стал нежно и осторожно расчёсывать мою рыжую гриву.

— Зачем ты это всё делаешь? — расслабленно мурлычу с закрытыми глазами.

— Что делаю?

— Ну, мажешь меня мазями, моешь, расчесываешь волосы. Это выглядит странно.

— Странно? Не знаю. Мне очень приятно тебя касаться. Всегда. Все эти действия для меня являются, скорее, проявлением заботы. Я хочу быть уверенным, что ты чувствуешь себя прекрасно и у тебя нет негативных или болезненных воспоминаний после секса со мной. Всё же у меня всё довольно крупное.

— Это да. — довольно хмыкнула в ответ.

— Иногда я не очень рад своим габаритам и боюсь нанести тебе непреднамеренный вред. Поэтому контролирую твоё состояние как во время секса, так и после. Ты для меня очень важна.

— Росс, и ты для меня важен. Я очень рада, что встретила тебя. — я повернулась к этому невероятному мужчине и нежно поцеловала в губы. На мои действия не менее нежно ответили, затем он прервал поцелуй, быстро чмокнув в уголок моих губ и отстранился.

— Не балуйся, Милая, твои прикосновения меня очень быстро распаляют, а нам пора спускаться вниз. Если хочешь — ещё успеваешь поднять малышей.

Последняя фраза всё решила, мне действительно нравится тормошить сонных и таких милых после ночи детишек. Глянув на время, бегом отправилась вначале к Ришу, так как его будить быстрее. Единственной видимой частью тела из клубка одеял была пятка. Ну не могла же я спокойно упустить такой момент. Хихикая, пощекотала оную, чем вызвала недовольный и возмущённый то ли мявк, то ли мурк, чмокнула появившуюся лохматую голову.

— Доброе утро, котёнок, пора вставать.

— Миями, так нечестно, щекотаться без разрешения нельзя!

— Очень даже льзя! — моя ты прелесть, с удвоенной силой накинулась на это возмущённое чудо, вызывая у него приступы хохота. Так, теперь однозначно проснулся.

Сделав своё чёрное дело отправилась к змейке. Ну что за прелесть? Как всегда, одеяло почти на полу, а это чудо свернулось маленьким клубочком, подложив ладошки под пухлую щёчку. Подкралась ближе. Делаю значительные успехи, малышка даже не проснулась, и пальцем провела по острому кончику чувствительного ушка. Это самое ушко забавно дёрнулось, дитятко недовольно завозилось, но не проснулось. Провела кончиком пальца вновь. Детёныш хихикнул и открыл свои зелёные омуты.

— Доброе утро, мам.

— Доброе, солнышко мое.

Не сдержавшись, чмокнула ямочку на щеке и, пока крошка умывалась, достала ей симпатичный костюмчик. Приготовила всё для расчесывания белобрысой гривы и заплетания кос. После этого такие красивые и при полном параде отправились завтракать.

Планов на день у меня особо не было. Мужчины увлечённо работали на браслетах, причём оба. Риш погрузился в новую тему обучения. И то, что сейчас, вроде как, выходной день, его ни в коей мере не заботило. Мы с малышкой поскучали для порядка, но я решительно начала смотреть новые плетения кос, дабы разнообразить и наш досуг и стандартный колосок на беловолосой голове. Естественно, лишь теорией дело не завершилось и мы, спустя несколько часов стараний, блистаем новыми причёсками. Обе довольны как совместно проведённым временем, так и результатом.

Решила скромненько написать семейству Лоуринж, чтобы связаться с малышкой грайной и её родительницей. Всё же я давно планировала с ними пообщаться, но каждый раз откладывала. На удивление, ответили мне практически мгновенно и предложили сеанс галосвязи. Такс, будет сходка чисто женской компанией, устроим девичник.

Ни секунды не пожалела о содеянном: буквально несколько часов к ряду мы общались обо всём и ни о чём. Оказывается, я безумно соскучилась по женским посиделкам на жизненно важные темы. Хотя в самом начале мы довольно неловко поздоровались с мамой Аюны и умилённо наблюдали, как грайна и нагиня за милисекунды находят общие темы для разговора. Нам, в принципе, не потребовалось вставлять ни единого слова — лишь слушать весь бурный поток информации, помноженный на два.

Таким образом, змейка сразу выложила, что мама прекрасно находит общий язык с папой и Френком во время поцелуев, и это, конечно, весьма противный процесс, но если взрослым надо, то эта козявка, так и быть, потерпит. Мне очень захотелось сделать фейспалм, но я старательно сдержалась под хихиканье госпожи Линет. Но её дочурка не осталась за кулисами происходящего и радостно поведала, что её хихикающая мать также противно целуется с тремя своими мужьями и с ещё одним новеньким нагом, которого папы терпеть не могут, но очень стараются. Теперь настала моя пора злорадно подхихикивать.

Спустя час и кубометры важнейшей информации, юные леди наконец-то завершили свой социальный обмен и отправились по своим делам. Мы же с грайной переглянусь и с явным облегчением рассмеялись. Как-то само произошло, что в начале мы обсудили самые пикантные моменты из услышанного, затем перенеслись на косметические новинки, и Линет, мгновенно почуяв мою слабину в этой теме, активно взяла надо мной шефство, начав делиться важными и упущенными мною особенностями местной косметологии.

Незаметно разговор вильнул на излюбленную всеми девочками тему. Именно. На мужчин. Около трёх часов пролетели совершенно незаметно и очень продуктивно. Опомнилась лишь тогда, когда меня позвали на обед. С грайной в итоге расстались чуть ли не лучшими подругами и взаимными заверениями обязательно связаться вновь.

За эти несколько часов я узнала нереальное количество неизвестной ранее информации. Оказывается, многие из родителей не желают поддерживать связь со мной хорошей из-за моего, якобы, большого влияния на их детей. Быстро они переобулись, а вот буквально при встреча уверяли о невероятном дружелюбии. В душе не гребу, где они это влияние обнаружили, но навязываться — это совсем не мой сценарий поведения. А вот парочка семей желают поддерживать контакт, но стесняются и считают, что первыми писать мне максимально неловко. Зато выйти на связь с грайной они неловким не посчитали. Логика, недоступная для моего понимания на данный момент, но почему бы и не пообщаться? Заверила Линет, что не против и с интересом жду сообщений. Моя новая практически подруга оказалась самой смелой, так как не побоялась моего мифического влияния и решила твёрдо действовать. На опережение, так сказать.

Абсолютно довольная жизнью, с наслаждением пообедала, потетешкала такую хорошенькую змейку и нагло потискала ушки котёнка, вызывая у того недовольное ворчание, но абсолютное блаженство на лице. С поистине женским коварством начала поглядывать на взрослые экземпляры, тисканье которых однозначно приведёт к чему-то очень интересному, но решила пока лишь подразнить. После ночи и так мышцы на теле побаливают, как после активной тренировки. С такими мужчинами никакой фитнес не нужен. Чувствую, полнота мне не грозит, не то, чтобы были угрозы до этого, но на будущее отличные перспективки.

Тут, нежданно-негаданно мне приходит уведомление на браслет. Ничего не подозревая, начинаю листать, и до меня доходит, что я совершенного не понимаю смысла написанного. Прислали результаты анализов по моей кровушке. Из целой кучи выводов по загадочной мне, я осознаю лишь предлоги и приписку в конце, мол, опасности не представляет. За помощью в расшифровке (а я прям уверена, что сие творение именно шифр) обратилась к мужчинам. Товарищи с умным видом покивали, переглянулись и сообщили, что опасности я не представляю. Нда. Не густо. Эту приписку я из всего текста тоже разобрала как бы.

— Лани, у меня есть предложение, давай обратимся за помощью к Майку? — глядя на то, как я скривилась хесс предпринял попытки оправдываться. — Он учёный, причем известный. Думаю, однозначно может перевести все эти выводы на понятный язык. Он надёжный, правда!..

— А может мы просто обратимся к стороннему консультанту? Думаю тут таких пре-до-ста-то-чно.

— Милая, зачем обращаться к простому консультанту, когда есть свой? Да, он тебя подбешивает, но ты его плохо знаешь, и он в посленее время старается реабилитироваться в твоих глазах. — к уговорам подклюлся и наг.

Ну это прям тяжёлая артиллерия: змей, как самый разумный в нашем треугольнике, практически всегда мыслит рационально и к его советам стоит прислушаться. Конечно, знает как ко мне клинья подбить, хитрое чешуйчатое создание.

На самом деле лично мне побратим рыжика ничего плохого не сделал. Ну ошибся мужчина при выборе девицы, но тут никто не застрахован. Так и не знал он о её кознях по отношению к ребёнку. Разумная часть меня это прекрасно понимает, но вот извечная самая умная женская суть вылезает из периферии и обижено ноет, что он нас бесит, вот прям бесит, причём с первого взгляда. Бееесит. Да и со второго тоже бесит не меньше. Старательно задавливаю голосок этой дамы и соглашаюсь.

— Ладно, давайте обратимся к нему за помощью.

— Я с ним сейчас свяжусь, перешлёшь мне эти результаты?

Сделала запрошенное и стала ожидать финала разговора. Нервительно.

В реальности то, что я условно безопасна для окружающих, никоем образом меня не успокоило. Как изменили мой организм? Какие у всего этого могут быть последствия? На что конкретно они влияли? Нет ли нужды что либо корректировать? А если есть необходимость, то возможно ли это осуществить? В общем, вопросов в моей бедовой голове крутилось много, некоторые удивляли даже меня своей неожиданностью, но все были важными.

— Лани, как ты смотришь на то, чтобы съездить завтра к Майку в лабораторию? Он утверждает, что даже по беглому просмотру отчета видит, что результаты поверхностные. И стоит приступить к исследованиям более тщательно.

— Ну да, и запрут меня в этой лаборатории на веки вечные. Нет уж. Пусть по тому что уже есть выводы делает. — мрачно смотрю на мужчину.

— Не придумывай ерунды. Там будет только Майк, и дальше него результаты исследования твоих анализов точно не пойдут.

— И что же, его начальство нормально отреагирует на использования лаборатории в личных целях?

— Эмм, дело в том, что он, как бы, и есть начальство. И это слегка его лаборатория. Так что никто однозначно против не будет.

— А дети? Ты завтра работаешь, Росс по идее тоже. Вызовем няню? Не хотелось бы подключать ваших андроидов, извини, но к ним у меня доверие слабое. — последнее заявление вызвало усмешку у обоих мужчин.

— Милая, мне нужно поработать примерно часов пять. При этом я могу с легкостью завести малышню в развивающий центр, там точно за ними присмотрят. Не андроиды. — весело добавил наг.

— Мне нужно будет ехать куда-то самостоятельно?

— Нет, мы с детьми отправимся в центр с разными секциями, а затем я тебя привезу и сдам нашему учёному.

И ничего он не наш, учёный этот. Он очень даже свой собственный, никого отношения к нам не имеющий.

— Хорошо.

Не скажу, что весь план вызвал у меня пламенный восторг. Думаю, стоит воспринимать весь процесс как поход к доктору: неприятно но необходимо. Если вспомнить последние наши контакты, то я была довольно резка, без особой на то причины. Настроюсь, и все будет нормально. Возможно.

Некоторое время старательно себя накручиваю. Именно старательно, в этом деле я талант. Нет, талантище. Когда мысленно попрощалась и с детьми, и со своими мужчинами, и с собою, отправившись на жуткие опыты, пришло понимание, что хватит. Милка, стоит успокоится и взять себя в лапки, этот талант нас до добра не доведёт однозначно. Дети уже уложены, а это означает, что я вполне могу отправится за приключениями.

Требуется старательно проветрить голову, а в таких делах есть очень приятное решение. Нацепила любимый халат и пошла в поисках счастья. Постучавшись к рыжику, спустя несколько секунд зашла в комнату. Слабость моя возлежала на кровати во всей своей красе и клацала на браслете. Трудяга мой великолепный…

— Лани? Что-то случилась?

— Да вот, понимаешь ли, грущу, скучаю и всё в таком духе, а тут ты совсем нелюбленный лежишь.

— Нелюбленный?

— Именно. Пришла тебя спасать из этой ужасной ситуации. — скинула с себя халат и решительно забралась к нему на кровать.

А поскольку бельем я в этот раз не заморачивалась, то хесс был удостоен зрелища одновременно всей меня, без сторонних объектов, мешающих обзору.

Глаза у котяры сразу загорелись, браслет мгновенно был забыт и голограмма экрана предусмотрительно была выключена. Он хищно рассматривает моё тело, но руки не тянет, ожидая моих действий. Хмм… Ум-ни-чка.

По-хозяйски умостилась сверху и начала процесс соблазнения с нежности. Легкими, порхающими поцелуями прошлась по лицу, негде не сосредотачиваясь. Одновременно с этим осторожно массирую голову, зарывшись в рыжий одуван. Френк млеет и жмурится, его руки плавно переместились мне на попу, осторожно поглаживая и сминая чувствительную кожу.

Впилась в по-девичьи пухлые уста, резко углубляя поцелуй и наслаждаясь теплотой его рта. Так как Френк у меня фанат зубастых прелюдий, то начала нежно покусывать сочные губы, вырывая из него стоны. Восхитительно. Упиваюсь своей властью над таким огромным мужчиной. Он всегда очень отзывчивый и это заставляет прикрывать глаза от восторга.

Приподняв его голову вверх, получила максимальный доступ к шее, чем и пользуюсь, впиваясь зубами в напряжённые мышцы и зализывая укусы. Хриплые стоны на грани с криками — музыка для моих ушей. По телу разбегаются упоительные мурашки.

— Хочу тебя, Френки, сейчас. — тихо выдыхаю в его плечо.

Он приспускает штаны, достает своей ствол и входит в уже готовую ко всему меня. От ощущения горячей наполненности впиваюсь в его плечо зубами. Хесс в это время плавно двигается, стараясь проникнуть как можно глубже. Придерживает меня за бёдра, показывая как именно ему нравится, и я послушно откликаюсь в симбиозе с ним. Опускаю руку к соединению наших тел, лаская клитор. Несколько плавных движений, и я рассыпаюсь приятными искорками. Френк спустя секунды присоединяется ко мне. Сидим совершенно расслабленные, не шевелясь и не меняя позу. Я нежно облизываю искусанное плечо, хесс поглаживает меня по спине. От усталости слипаются глаза. С комфортом размещаюсь в крепких объятиях и мгновенно засыпаю.

Открываю глаза утром по будильнику, но уже в полном одиночестве. Кидалово, однако. Прошла к себе и привела себя в порядок, сразу одевшись для поездки.

Спустившись, поцеловала своих невероятных мужчин, которые занимались распаковкой завтрака. Затем отправилась будить детей и собирать Лесси — котёнок в этих вопросах совершенно самостоятельный, и моя помощь ему априори не требуется. С красивой юной леди, одетой в нарядный сарафанчик, мы не спеша продефилировали к столу, собирая всеобщие комплименты.

С Френком попрощались привычным уже поцелуем. Наличие фекающих малявок было прекрасной мотивацией не увлечься. Остальным кагалом загрузились в другой аэролёт и отправились в центр ближайшего к нам города. Детей оставили только после тщательной экскурсии по всем кабинетам с разнообразными секциями. Всё оказалось на уровне, и стая других детишек помимо наших это, вроде как, доказывала.

Оставшись вдвоём, взяли курс к одному из небоскрёбов. Чем ближе мы к нему подлетали, тем сильнее я нервничала, хотя старалась всеми силами это скрыть. В конечном итоге наг не выдержал и затянул мандражирующую меня к себе на колени в попытке успокоить.

— Росс, мне как-то страшновато. — проговорила, а у самой зубы отстукивают чечётку. Хочу домой.

— Милая моя, ну что ты как маленькая? Мы же обо всём договорились. Ты прекрасно понимаешь, что ничего против твоей воли там с тобой не сделают, и я это прекрасно понимаю. Тем более, что ты будешь под контролем аль Мринха, который гарантировано будет отвечать за твою безопасность.

— А может, он просто самоустранится и дело с концом.

— Нет, Милая, он заинтересован совершенно в обратном.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что со временем ты это поймёшь, если сейчас не догадываешься.

— Так не честно. — протянула расстроенно, вечно он всё наперёд просчитывает, я тоже так хочу.

— Очень даже честно, всё станет ясно в ближайшие дни. Я так думаю. Мне, конечно, очень приятно тебя обнимать, но мы уже на месте, и пора бы выходить.

— Мне всё равно очень волнительно. — мы неспеша вылезли из аэролёта, оказавшись на парковке.

Издалека увидела спешащего к нам хесса, безрадостно осмотрела белый халат, который вот ни капли не радовал, а прям наоборот.

— Сладкая, успокойся, у тебя настолько дрожат руки, что я это чувствую.

— Не получается у меня.

Наг развернул меня к себе лицом и впился в мой рот. Не фанат общественных целовашек, но сейчас это меня успокаивало. Страстно откликаясь на приятное вторжение, я чувствовала, как нервный комок в груди понемногу начинает распутываться и заменяться на приятные ощущения. Когда змей разорвал поцелуй, глаза у меня уже затуманились, и мысли текли совсем в ином направлении.

— Ммм, как приятно тебя успокаивать, Милая. Могу работать успокоительным нагом, персонально для твоих нужд, оплату принимаю натурой. — на порочных губах сияет улыбка во все клыки.

— Росс!

— Вот и очаровательный румянец, а то бледность твоих щёчек меня уже пугала.

Повернувшись к встречающиму нас хессу, обнаружила его стоящим практически рядом с нами и пристально меня рассматривающим. Эксгибиционист чёртов. Чересчур близко, захотелось сделать шаг назад, чтобы увеличить дистанцию. Наг осмотрел аль Мринха сверху вниз.

— Добрый день, господин аль Мринх.

— Здравствуйте. Госпожа Миронова, мы можем идти?

Очень захотелось вжаться в нага и попросить забрать меня домой. Трусиха ты, Милка. Решительно сделала полшага вперёд.

— Да, можем идти. Росс, когда ты меня заберёшь?

— Мы свяжемся через браслет, когда ты освободишься. После этого я сразу за тобой прилечу.

— Хорошо.

Уверенно пошла за хессом, который ждал меня, стоя на шаг впереди. Никакой уверенности на самом деле не испытывала и в помине. Прошли пост с охранниками, которые, посмотрев на моего провожатого, ни единого вопроса мне не задали, затем поплутали по однотипным коридорам и зашли в просторное светлое помещение с кучей аппаратуры.

— Присаживайтесь, госпожа Миронова. — и гостеприимно на диван рукой мне показывает.

Паранойя шепчет, что надо валить, но я старательно пытаюсь заглушить этот шёпот рациональностью. Эффекта нету, но я продолжаю стараться. Подойдя к дивану, совершенно неженственно рухнула на него, тщательно удерживая себя от побега.

— Госпожа Миронова, вы нервничаете? — надо же, Америку открыл, да я в панике уже, нервничала я до того момента, как мы сюда зашли.

— Ага. Немного.

— Могу уверить вас, что всё будет конфиденциально, и никакого дискомфорта вы не получите ни от меня лично, ни от моих исследований.

— Это несильно меня успокаивает, но я стараюсь нервничать меньше.

— Может, воды? — хесс говорит спокойно, я бы даже сказала, что отстранённо.

— Не стоит.

— В таком случае давайте поговорим. Из той сводки выводов, которые мне скинул Френк, я понял, что у вас для исследования брали только кровь, верно?

— Да, а нужно что-то ещё?

— Кровь, конечно, очень содержательная биологическая жидкость, но я предложил бы вам сделать разные пробы и с другими биологическими материалами. Это безболезненно. Также, я бы советовал пройти проверку излучением, проанализировать ваше состояние в медкапсуле и ещё несколько довольно важных диагностик.

— Мы справимся со всем этим за сегодня?

— Боюсь, что нет. Для некоторых обследований необходимо время, и за один день мы точно справиться не сможем.

— Я поняла. — нервно сжимаю и разжимаю руки.

— В таком случае мы можем приступить к сбору данных?

— Да.

И началась не пытка, но довольно занудная и местами неприятная процедура сбора анализов. Хесс взял кровь, предварительно поинтересовавшись не против ли я, срезал прядь волос, взял пробу слюны, водил странной палочкой по коже... В общем, всё весьма стрёмное, но он старался объяснить необходимость каждого своего действия и всячески меня успокаивал.

Аль Мринх направился к одному из аппаратов, который сразу заработал, засветился экранами и загудел вентилятором. Хесс вернулся ко мне, держа небольшой планшет.

— Начнем с простого анализа. Пожалуйста, приложите ладонь к этому сканеру.

Он показал на стеклянную панель на столе. Я аккуратно положила лапку, чувствуя, как холодное стекло касается кожи. Несколько секунд — и устройство пискнуло, высветив на экране кучу непонятных мне символов.

— Хорошо, теперь давайте проверим нервную активность. Вам нужно просто расслабиться и постараться ни о чём не думать.

Это прозвучало как издевательство, учитывая, что мой мозг сейчас работал на полную мощность, выдавая один сценарий кошмара за другим. Но я всё же попыталась.

Хесс надел на мою голову лёгкий обруч с сенсорами и вернулся к планшету.

— Волнуетесь. Это естественно. Постарайтесь замедлить дыхание.

Я закрыла глаза и сосредоточилась на вдохах и выдохах. Спустя минуту аль Мринх сказал:

— Уже лучше. Ваша нервная система адаптируется к стрессу, но всё ещё заметен повышенный уровень тревожности.

Как-то в процессе этих успокоений он перешёл на «ты», а я заметила это далеко не сразу. Решила, что раз у нас такой тесный контакт медицинского характера, то почему бы и нет. Тем более в прошлый раз я обещала подумать. Сделаю вид, что подумала и не против.

Мне выдали халат с напутствием снять все вещи и переодеться в него.

— Эм, прям все вещи?

— Да, включая нижнее бельё. Халат полностью скроет все участки тела.

Ну ок, я переоделась в предложенное, пока Майк тактично оставил меня одну. Действительно, халат довольно плотный и не доставляет дискомфорта. Вернувшись, хесс окинул меня быстрым взглядом и повёл в комнату с какими-то особенными лучами. Я то сидела в ней, то стояла — в общем, делала всё, что говорил мой сегодняшний доктор. Сама не заметила, как прошло несколько часов.

— Я могу обращаться к тебе по имени? — ни с того ни с сего прозвучал вопрос не по теме.

— Эм, если для тебя это важно, то да.

Смысл выделываться, если он практически знает всю мою подноготную, включая состав крови и другие не менее показательные факторы.

— Думаю, что на сегодня мы в принципе закончили, если ты не против, то продолжим завтра.

— Скорее всего продолжим. Мне нужно набрать Росса.

— Хочешь, я тебя отвезу?

— Не стоит, мы с нагом обо всём договорились ещё утром. — хесс, похоже, был расстроен отказом, но старался это скрыть. Поведение странное, но зацикливаться на этом я не стала.

Позвонив змею, радостно сообщила, что меня можно эвакуировать из этого царства белых халатов на свободу. Переоделась в свою одежду, мужчина в это время снял халат и похоже собирался отправиться домой. Вместе вышли на парковку и стали ждать моего вызволителя, который несильно-то и задержался.

Чинно подойдя к нам змей заключил меня в крепкие объятия.

— Видишь, вполне живая и здоровая. Даже все части тела на месте. А ты боялась. Завтра необходимо продолжить? — последний вопрос был адресован хессу.

— Да, лучше всё сделать одновременно, а затем уже ждать результатов.

— Как вы смотрите на то, чтоб сегодня остаться с ночёвкой у нас, а утром вы вдвоём отправитесь в лаборатории и продолжите?

— Очень положительно.

Майк явно воспрял духом. Чего ему дома не сидится? Был же у нас совсем недавно.

Мы разделились: хесс сел в свой аэролёт, сообщив, что нужно взять некоторые вещи. Мы с нагом отправились за детьми. Как оказалось, малышня ничуть не скучала и очень познавательно проводила время, о чём и рассказывали нам наперебой всю дорогу до дома.

Прилетели мы с отцом Риша одновременно, причём котёнок был обрадован присутствию батюшки, словно тааак давно его не видел... После обеда каждый занялся своими делами: наг вновь работал на браслете, мы с малявками активно делились впечатлениями, (то есть они делились, а я не менее активно слушала их восторги), хесс тоже работал на браслете, но нет-нет да и поглядывал на нашу шушукающуюся троицу.

Илесса заметно выдохлась: такое количество впечатлений хоть и вызывало восторг, но утомило малышку. Она, недолго думая, залезла ко мне на руки и уютно засопела. В последнее время малышка была очень контактной, но поскольку разнообразие носителей её царской персоны увеличилось, и под эту гребёнку попадали все, включая рыжика, то на мне она практически не висла. А тут — всю меня пленили своими конечностями и лишили возможности двигаться.

Пришлый хесс опять смотрел на меня так, словно я в данную минуту решаю судьбу мира, а не выступаю сплюшкой для змейки. Даже её папуля на меня взглянул лишь пару раз с тёплой улыбкой — видимо, адаптировался к нашим обнимашкам. А этот пялится и пялится. Мне уже неудобно, право слово.

Примерно в таком расположении нас и застал Френк. Риш учился, мужчины работали, а я трудилась на благо змеиного царства. Поздоровавшись со всеми остальными, он подкрался ко мне, дабы чмокнуть в губы, но был безжалостно пойман с поличным.

— А я всё вижу! Вы опять целоваться будете. — вроде секунду назад так сладко спала, и на тебе. — Нет, меня отпускай, мама, я такое смотреть не буду. Феее.

Меня за считанные секунды освободили из плена, и я получила свою награду.

— Привет, Лани. Как ты?

— У нас всё хорошо. Я выжила и со всеми частями тела вернулась домой.

— Ну вот, а ты переживала. Я же говорил, что Майк сделает всё на отлично. — меня вновь нежно поцеловали.

— Я скучала. — проворчала с улыбкой, рассматривая Френки.

— Я тоже очень скучал.

Повернувшись, я случайно встретилась взглядом с отцом Риша и замерла. Он смотрел на меня с такой жадностью, словно боялся упустить малейшее движение. Заметив мой удивлённый взгляд, он сразу же опустил глаза, мол, ничего не было. Черт, всё же странный мужчина. Может, раз Майк учёный, то человек творческий, немного не от мира сего? Буду придерживаться этой теории и, на всякий пожарный, держаться подальше.

Чмокнула нага, дабы он не грустил в пучине работы, и отправилась накрывать на стол.

— Милания, можно я тебе помогу? — внезапно за спиной раздался голос Майка.

От неожиданности я подпрыгнула и резко развернулась. Ну как он так подкрадывается? Только что же был в гостиной, и я уходила одна.

— Ты очень тихо ходишь. — мой голос наполнился упрёком.

— Прости. Я снова напугал тебя. Не хотел.

— Если хочешь, то помоги. Я особо напрягаться не планировала: разложить доставку и, может, салат нарезать.

— Займусь овощами.

Спокойно двигаясь по кухне, каждый был занят своим делом. Я распаковала коробки с едой, переложила всё на удобные тарелки и расставила на столе. Хесс быстро нарезал салат и заправил его несколькими соусами, по-особому разлив каждый по отдельной кучке овощей. Расставил посуду и отправился звать остальных.

После ужина все вновь занимались своими делами не отвлекая друг друга.

Отправила Мришеля спать, а сама занялась малышкой. Почему-то я была уверена, что раз эта дамочка поспала под вечер, то сейчас будут сложности, но нет. Тщательно искупала её, наконец уделив внимание волосам, а то она, конечно, самостоятельная, но как следует промывать свои косы ленится. И всю такую распаренную булочку уложила в кровать.

Меня очень нагло раскрутили не на одну историю про принцессу-нагиню, а на целых три, и я безвольно повелась на эту манипуляцию. Вся в своего папашу. Под конец язык уже заплетался, а фантазия зашла в тупик. Тут одну еле выдумываешь, но сразу три... Больше так делать не буду, ибо фантазия совсем иссякнет.

Отправилась в душ, взяв с собой невесомый комплектик — очень хочется порадовать нага. Интересно, он даст себя поисследовать?

Мне бы очень этого хотелось. Провожу мыльными руками по телу и вспоминаю его всегда заботливые прикосновения. По позвоночнику пробежала приятная волна предвкушения, всё же любовник он невероятный.

Активно растёрла кожу полотенцем, нанесла приятно пахнущее молочко для кожи и натянула трусики. В раздумьях посмотрела на лифчик и, решив, что он явно лишний на сегодня, накинула сразу халат.

Как назло, наткнулась на Майка. Он окинул меня хищным взглядом с головы до ног, уделив особое внимание груди с напряжёнными от контраста температур сосками.

— Милания…

— Всё, ванная свободна. Спокойной ночи. — скороговоркой оттарабанила я, стараясь обойти препятствие.

— Милания, подожди.

Блин, ну до чего неловкая ситуация: иду к одному мужчине, а натыкаюсь на совершенно постороннего. Ещё и такого настойчивого. Бесит.

— Да, ты что-то хотел? — нужно как-то побыстрее от него отделаться и дойти до места назначения.

— Я совсем тебе не нравлюсь? — взгляд мужчины сканирует меня не хуже рентгена.

— Эм, в смысле? — удивлённо смотрю на хесса, в надежде, что он шутит.

— Как мужчина.

— Майк, к чему это? Я об этом не думала.

— Ты мне нравишься, Милания. Как женщина.

Вот сейчас я искренне растерялась. В смысле «нравлюсь»? Да мы не знакомы практически. Уважаемый, вы о чём?

— Ммм, понимаешь, я не рассматривала тебя как своего партнёра. Совсем.

— То есть я совершенно не вызываю у тебя симпатии?

— Майк, я не знаю. Я об этом не ду-ма-ла. К чему сейчас этот вопрос? — быстро закончить этот разговор явно не получится. Печально.

— Понимаю, это для тебя довольно неожиданно. И, скорее всего, я весьма не вовремя тебя перехватил. Просто уточни, пожалуйста, я вызываю у тебя отвращение?

— Боже… Нет, не вызываешь. Но и как партнёра я тебя не рассматриваю. У меня отношения с двумя мужчинами, и мне этого внимания достаточно.

— Всё же я надеюсь это изменить. Дай мне, пожалуйста, шанс, не отталкивай сразу.

— Я над этим подумаю. Правда. Просто не торопи меня, хорошо? Мне действительно нужно всё обдумать. Я тебя совершенно не знаю и какого-либо смысла во взаимоотношениях с тобой не вижу.

— Но всё же я тебе не неприятен?

— Верно. — говорю устало. Всё шаловливое настроение испарилось.

— Тогда я буду надеяться на лучшее.

— Хорошо. Надейся. Я пойду, ладно?

— Извини. Да. Да, конечно.

— Спокойной ночи.

— И тебе тоже. Спокойной.

Ну вот, совсем мне настрой сбил. Совершенно растерянная и обескураженная, зашла к змею. Я в шоке с этих мужчин, честно. Вывалил на меня кучу информации о своих чувствах — и делай с ними что хочешь.

— Милая? Что с тобой?

— Росс, я… Там… я Майка встретила.

— Оу, вот такая вся покрасневшая после душа и в халатике практически на голое тело?

— Эм… Да? — неуверенно смотрю в прищуренные глаза.

— Ммм, и чем же все закончилось?

— А? Не знаю.

— Моя девочка совсем растерялась. — проворковал Росс

Наг встал с кровати и этим мгновенно отвлёк меня от всех мыслей. Полностью сосредоточилась на змее. Красивый. В одних боксерах. Белых. Сейчас потекут слюнки от восторга.

— Ммм, сладкая, у тебя сейчас такой взгляд, что у меня член встаёт лишь от этого.

Любуюсь на подтверждение его слов. Наг подошёл вплотную, взял меня на руки и присел со мною в кресло.

— Милая, давай мы с тобой обсудим твои проблемы, чтоб они нам не мешали, а затем займемся друг другом.

— А может наоборот?

— Нет, как бы мне не хотелось, но если я тебя сейчас оттрахаю, то мыслей в твоей прелестной головке уже не останется.

— Ну да. — признаю его правоту.

— Рассказывай. Он увидел тебя всю такую восхитительную и сексуальную и поплыл?

— Практически. Он уверяет, что я ему нравлюсь. И хочет отношений. Со мной.

— Ну это понятно, а дальше?

— В смысле понятно?

— Сладкая, он с тебя глаз не сводит практически с первой встречи.

— Нееет. — протягиваю недовольно.

— Дааа. Кроме того, он своему побратиму за твои слёзки всю морду разукрасил. Как так, сокровище, мечту его обидел, гад такой.

— Серьёзно? — да врёт же этот гад чешуйчатый. Наверняка.

— Ох, Милая, ты в своём невнимании такая забавная. Мы скандал с тобой подслушивали, помнишь? Там практически напрямую в любви тебе признались. Ты его по имени называешь, а этот кошак жмурится, словно сметаны нажрался. Не замечала?

— Нет... — растерянно копаюсь в своих воспоминаниях и совершенно не нахожу подтверждений.

— Нда. Эх ты, глупышка моя невнимательная. Ты знаешь о чём он с котёнком переписывается?

— Ммм, о чём?

— О его очаровательной миями. Он любуется вашими совместными фотографиями постоянно.

— Стоп, откуда у него наши фотографии?

— Боже, Милая, ты такая наивная… Аж страшно за тебя. Сам он наделал. И котёнок присылает. Неужели ты ни разу не замечала? — отрицательно машу головой. — Так, лапа моя, его чувства тебя ни к чему не обязывают. Но ты задумайся, что он идёт в комплекте и к Ришу, и к Френку. Так что в любом случае будет принимать участие в твоей жизни, и только тебе принимать решение о его роли в ней.

— У него вообще-то отношения с кошкой. Драной. — добавляю язвительно.

— Он с ней расстался ещё до того, как всё всплыло. Она ж из мести в чёрный список всех его родных внесла. Так что хесс сейчас не в отношениях. Да и подумай, солнце, он в отношения вступал ради ребёнка и особо счастливым однозначно не был. Причём женщине явно были нужны от него лишь финансы, а не он сам. В общем, если надумаешь, то сама у него все интересующие моменты уточнишь. Хорошо?

— А ты не ревнуешь?

— А смысл? Сладкая, с Френком я заранее смирился, про возможное наличие ещё и Майка я догадывался, так как обычно побратимы идут в комплекте. А так, с рыжим хессом мы вполне себе сработались, и результат наших усилий тебе однозначно понравился, я это видел по довольным затраханным глазкам.

— Росс! Почему у тебя всегда всё к одному сводится?!

— Да, да, это именно я. А по поводу ревности — её как таковой нету: когда ты ночуешь со мной, Френк не сидит под дверью, когда ты ночуешь с Френком, я тоже не страдаю. Но больше всего мне нравится наша совместная работа над удовлетворением одной конкретной малышки.

— Ты снова за своё… — хмуро зыркнула на этого балабола.

— Конечно, Милая, мы уже все дела обсудили, и я очень хочу посмотреть что у тебя под халатиком. Какой подарочек ты мне принесла сегодня?

— Сегодня я хочу немного побаловаться. — настроение не то чтобы вернулось, но искорки уже начали разбегаться по телу.

— Ммм, сладкая моя, ты интригуешь. Всё, я весь в твоём распоряжении. Что мне делать, моя госпожа?

— Не поясничай, солнце моё, и ложись на кровать.

Наг послушно поднялся, поставил меня и расположился на кровати. Весь такой красивый, желанный и пленительный. Облизываю эту прелесть алчным взглядом и скидываю с себя халат. Змей довольно меня осматривает.

— Ммм, какая красивая штучка, иди-ка сюда, я хочу посмотреть. — подхожу ближе, и он жадно смотрит на мои трусики с жемчужинками на самом интересном месте.

— Нравится? — спросила и аж дыхание задержала в предвкушении ответа.

— Сладкая, сядь поближе, я хочу видеть, как эти жемчужинки реагируют на твои движения.

— Нуу, ты говорил, что будешь слушаться!

— Я постараюсь держать себя в руках.

Счастливо взгромоздилась на него, с наслаждением потёрлась о твёрдый член промежностью. Жемчужины сладко скользнули по клитору. Ласково поцеловала в губы и Росс мгновенно начал углублять поцелуй, распаляя меня ещё сильнее. Ну-ну, я знаю как заставить тебя нервничать. Провожу по острому уху кончиками пальцев и слышу такой долгожданный стон. Попробовала прикусить мочку и нага выгнуло на кровати. Восторг. С упоением начинаю исследовать такую чувствительную часть тела и наслаждаюсь музыкой из шумных вдохов, переходящих в жалобные постанывания. Интересно, он сможет кончить лишь от стимуляции ушей? Нужно будет обязательно проверить.

Прикусив напоследок ушную раковину и насладившись хриплым вдохом, начинаю изучать шею. Прохожу по линиям татуировки языком, стараясь всё время следовать по новой дорожке, спускаюсь на грудь. Как хорошо, что тату извивается практически по всему телу. Старательно следую по рисунку, оставляя влажные полосы.

— Да, детка, ты так меня возбуждаешь, что член сейчас взорвётся. Милая, иди ко мне.

— Нет, Росс, у меня сейчас другие планы! — спускаюсь к напряжённому прессу и обвожу квадратики языком.

— Я ещё не насытился тобой. — уверенно говорит он и старается притянуть к себе.

Злобно прикусываю выпирающую косую мышцу. Раскомандовался. Сегодня я тут главная. Полюбовалась на красный след от зубов и нежно поцеловала отметину. Осторожно приспустила боксеры, высвобождая такую желанную игрушку.

— Ну привет, красавчик. — пробормотала восторженно. Из змея вырывается громкий хохот, который тут же перерастает в стон, стоит мне провести языком по влажной головке.

— Дааа, Милая, вот тааак.

Осторожно беру его плоть в рот, согревая своим теплом, и облизываю упругую головку по кругу, несколько раз с усилием надавливаю на уздечку. С громким чмокающим звуком выпускаю изо рта и вбираю вновь, но губы уже плотно сомкнуты. Несколько медленных движений головой вверх и вниз, затем вновь достаю. Начинаю исследовать член губами со всех сторон, обильно смачивая слюной. Опускаюсь вниз и едва-едва ласкаю языком мошонку, змей упирается ногами в кровать, всеми силами пытаясь не ёрзать.

— Родная, пожалуйста, иди ко мне. — эти умоляющие интонации мне определённо нравятся.

Беру яички полностью в рот и начинаю нежно посасывать, но, слыша эти безумные стоны, работаю языком и губами всё сильнее. Обхватила член рукой, плавно двигаясь, на контрасте сильно вылизывая и посасываю мошонку.

— Ммм, Милая… девочка моя, твой ротик меня убьёт. Я сейчас просто, блядь, сдохну от удовольствия.

Выпускаю мешочек изо рта и протяжно двигаюсь языком по всей длине. Обхватываю головку и стараюсь взять как можно больше. С упоением двигаю головой, помогая себе руками. Его руки зарываются в мои волосы но он ни капли не руководит, наоборот, собирает гриву, чтобы не мешала процессу и расслабляюще поглаживает затылок.

— Дааа, сладкая, если ты сейчас не остановишься — я кончу.

Начинаю двигать головой активней, стараясь приласкать бархатистую плоть языком.

— Детка, хватит, пожалуйста, остановись…

В голосе слышится мольба, но меня это лишь распыляет, стараюсь сильнее напрячь губы и с силой втягиваю его в себя.

Змей протяжно стонет и старается меня оттолкнуть, но куда там, я держусь как приклеенная. Его откровенно колотит и в этот момент мое горло орошает солоноватая жидкость. Сглатываю всё и с энтузиазмом облизываю такую замечательную игрушку. Встречаюсь с восторженным взглядом нага. Чувствую невероятную власть над ним в данный момент. Волшебно.

Росс притягивает меня к себе и впивается в мой рот, с каким-то урчанием. Вылизывает губы, и начинает трахать своим языком, словно членом минуту назад. Из меня вырывается глухой стон.

— Моя плохая девочка будет сегодня кончать и от моего языка, и от моего члена.

Едва договорив, он переворачивает меня на спину и собственнически раскидывает ноги, опускаясь ниже. Несколько секунд рассматривает открывшуюся ему картину.

— Ммм, а ты возбудилась во время минета, жемчужинки блестят от твоей смазки. Какая прошлая малышка мне досталась.

Опускает голову ниже и и проводит горячим языком прям по сердцевине вдавливая жемчуг в клитор.

— Какая сладкая, и вся моя.

Быстро скользит языком вверх-вниз, то задевая полоску трусиков, то возбуждённый комочек плоти.

— Это мы наверное снимем и будем ласкать такую вкусную дырочку. — божечки, эти его фразы смущают и возбуждают одновременно.

Неспеша стягивает с меня последнюю слабенькую преграду, нежно покрывая лёгкими поцелуями бёдра и живот. Затем резко подхватывает меня под бёдра, фиксируя в одной позе, и фактически впивается в мою промежность.

Длинными, вдавливающими движениями проходит по всей поверхности, проникая внутрь. Я сжимаю одеяло и заливаюсь стонами удовольствия.

— Вот так, Милая, ты будешь долго кричать сегодня.

Прикусывает зубами пульсирующий бугорок и сразу после этого входит языком в меня. Божечки, мне хочется извиваться, но наг плотно прижимает меня к кровати, чтобы я не могла регулировать насыщенность его ласк. А язык буквально трахает меня, иногда приходясь по клитору. Неожиданно он всасывает его в себя и отпускает с громким звуком. Комнату наполняет крик наслаждения.

— Даа, сучка моя любимая, вот так, кричи для меня.

И вновь всасывает. С пошлыми хлюпающими звуками он снова и снова проходится языком по клитору, затем начинает двигаться по кругу и из стороны в сторону. У меня дрожат согнутые в коленях ноги, тело переполнено возбуждением, а из глаз летят искры. Росс резко вводит в меня два пальца и начинает делать быстрые движения, сгибая их, а ртом впивается в клитор. С диким воплем я кончаю за считанные секунды, выгибаясь немыслемой дугой, пока наг нежно целует изласканную кожу.

— Вот так, девочка моя, какие же вкусные у тебя оргазмы.

Он нависает сверху и нежно целует мой рот.

— Хочу тебя, не могу больше терпеть.

Убедившись, что я не против он начинает медленно входить.

— Росс, быстрее, пожалуйстааа.

Он мгновенно засаживает на всю длину и начинает активно и глубоко двигаться.

— Вот так, да?

— Дааа.

— Моя сучка не любит медленно, она всегда хочет чтоб её драли на всю силу.

— Да… — сдавленно соглашаюсь со всеми его словами, наслаждаясь грубыми толчками.

— Я же затрахаю тебя, такую, блядь, послушную...

Впиваюсь в его плечи ногтями, притягивая к себе и стараюсь шире развести бёдра, чтобы ему было удобней. Наг входит целиком, на всю глубину, до боли, яростно ударяясь своим телом о моё. От наших диких движений кровать громко стучит в стену и я очень надеюсь, что звукоизоляция глушит удары.

Змей меняет амплитуду, вбиваясь в меня на всю длину жестко, но с паузами.

— Какая же ты узкая, такая идеальная, тебя словно создали для моего члена.

Эти резкие удары заставляют спираль в животе закручиваться, а пальцы на ногах сжиматься от предвкушения скорой развязки. Мои руки хаотично впиваются в крепкую спину, в такт движениям.

— Моя девочка уже хочет кончить? — он практически мурлыкает.

— Хооочет.

— Какая быстрая, нравится, когда я тебя так трахаю, да? М? Нравится?

— Нравится. — хрипло соглашаюсь и тянусь рукой к возбужденному клитору, но змей перехватывает.

— Нееет, Милая, сейчас я веду.

Он приподнимает меня за бёдра и выпрямляет мои ноги вдоль своего тела. От этого ощущения мгновенно усиливаются. Опускает вторую руку на самый напряжённый участок и начинает быстро массировать его из стороны в сторону, продолжая стремительно и глубоко входить в меня. Я замираю натянутой струной и распадаюсь на маленькие частички от оргазма.

— Умничка моя любимая, кончила для меня. — пробормотал змей и в несколько движений догнал меня, со стоном запрокидывая голову. Красивый до безумия. Стараюсь не зацикливаться на слове на букву «л».

Не разъединяя нас змей укладывается сверху, опираясь на руки, и покрывает моё лицо невесомыми поцелуями.

— Девочка моя, в тебе так хорошо. Мне мало.

Плавно двигается, снова заполняя меня собой. Толкается членом до упора и медленно назад. И снова. По телу разливается тягучее возбуждение.

— Мне так нравится, как туго ты меня обхватываешь, я с трудом сдерживаюсь…

Размеренные, скользящие движения и этот шёпот делают своё дело, пружинка в животе вновь послушно закручивается и тело напрягается.

— Моя сладкая малышка, хочу чтоб кончила под мной. Ты такая красивая во время оргазма.

Сладкие толчки сводят меня с ума. Я просто начинаю плавиться от наслаждения.

— Ммм, я чувствую как ты охватываешь мой член плотнее, дааа... Моя девочка уже хочет кончить.

Он отстраняется для лучшего обзора и ничуть не меняя темп продолжает двигаться.

— Детка, трогай себя пальчиками, хочу смотреть.

Послушно веду одной рукой по животу, второй трогаю сморщенный сосок, ласково зажимая его между подушечками. Под пристальным взглядом дошла до разгорячённого клитора и не спеша помассировала скользкий комочек. Круговые движения рукой и замираю в максимальном напряжении. Наг делает серию быстрых движений членом и я парю.

Тело расслабляется до состояния медузы. Наг берёт мою мокрую от смазки руку и подносит к своему рту, исступлённо облизывая пальцы, одновременно с этим мощными толчками заполняет меня до упора и бурно кончает. С наслаждением смотрю на напряжённое тело: как восхитительно перекатываться мускулы под гладкой кожей во время оргазма. Росс осторожно выходит из меня и ложится рядом, заграбастывая меня в объятия и переплетает наши пальцы.

— Милая, ты идеальна, знаешь? Тебя для меня создали, чтобы я с ума сходил.

Молчу, но мне настолько приятно это слышать, что я довольно жмурюсь. В груди разливается тепло.

— Трусишка моя. Пошли в душ.

— Росс, я так устала, давай завтра...

— Нет, родная, для тебя это не очень хорошо. Пойдём.

— Эксплуататор.

Несёт практически спящую меня в душ. Полностью доверяю его заботливым рукам, которые невероятно мягко намыливают мою кожу, слегка разминал уставшие мышцы.

— Сладкая, не спи, подожди ещё немного.

Словно сомнамбула послушно стою, но глаза открываться уже отказываются. Чувствую, как воду промакивают полотенцем. Затем он заботливо и быстро мажет меня мазью, хочу сказать, что нет необходимости и дискомфорта я практически не ощущаю, но не в состоянии разомкнуть губы, получается только еле слышное мычание.

— Я осторожно, Милая, скоро всё заживёт.

Невнятно угукнула и уткнулась в гладкую грудь, когда он подхватил мою тушку на руки.

— Что с ней? — слышу сквозь дрёму взволнованный голос.

— Привет, Майк, с ней всё в порядке, она просто устала.

— Ты в этом уверен?

— Конечно, ведь это я её укатал, лично. Ты чего тут караулил?

— Я… ничего.

Больше не слышу, проваливаюсь в сон.

Проснулась я лёжа на змее. Причём так вольготно разместилась, с таким комфортом, словно всю жизнь тут была. Провожу пальцем по завитушкам узора и встречаюсь с ясным зелёным взором.

— Доброе утро, Милая.

— Доброе. — расплываюсь в лучистой улыбке.

— Я тебя вчера всё же заездил, ты заснула в душе.

— Нееет, — довольно рассмеялась. — Я заснула лишь на пути в спальню.

— Оу. То есть ты слышала своего обеспокоенного фаната?

— Возможно не полностью, но начало вашей беседы я точно не пропустила.

— Хм. То есть то, что он любовался твоей голенькой красотой тебя не очень взволновало?

— В смысле? — расслабленность как рукой сняло.

— Лапуля, мы шли из душа и одеждой не заморачивались. Не ожидал я его встретить среди ночи с обеспокоенными вопросами. Не переживай, всё самое сладкое я от его жадных взглядов спрятал.

— Росс, это кошмар. — простонала расстроенно, чувствуя, что заливаюсь краской. Стыдненько.

— Да почему? Тебе сегодня в медкапсуле плавать. Не хочу расстраивать, но туда погружаются голышом.

— Чёрт. Это обязательно? — уточняю уныло.

— Ну вот, начинается. Обязательно, Милая, постарайся свыкнутся с этой мыслью. Будем вставать?

— Да надо бы. У нас много времени?

— На вкусный утренний секс не хватит. — прозвучало с явной грустью.

— Вроде вчера тебя не обделили этим мероприятием.

— Эх, малышка, мне тебя всегда мало. — в качестве доказательства мною поёрзали по утренней эрекции, словно до этого момента я её не чувствовала. — Видишь как он страдает? Может спасем его по-быстрому?

— Росс, если мы постоянно будем идти на поводу твоего вечно готового друга, то я сотрусь.

— Ну почему обязательно сотрёшься? У нас мазь есть, она не даст тебе стереться.

— Ты там годовой запас закупил? — подозрительно смерила взглядом этого мужчину.

— Эм, ну почти. Я предпочитаю быть готовым к любым непредвиденным ситуациям, а у тебя кожа нежная, любой укус — и сразу синяк. А мы тут все, видимо, кусаться любим.

— У меня нет слов. Просто нет слов. — затрахают. Вот совсем точно затрахают. И ни капли спуску не дадут.

— Ну а что? Ты должна чувствовать себя максимально комфортно. Каким бы озабоченным я не был, но твои ощущения у меня на первом месте.

— Росс…

— Давай вставать, трусишка моя.

Решила не откладывать дела в дальний ящик и, оперативно собравшись, зашла за малышами, помогая подняться и собраться самой самостоятельной.

— Всем доброе утро. — пожелала, зайдя на кухню, уделяя особое внимание моему рыжику, сладко исследуя нежные губы, пока фекающие казявки не появились.

— Доброе утро, Лани. Наг хоть немного дал тебе поспать? — тихо уточнил рыжик.

— Ммм, Френки, я отлично выспалась.

— Даже не знаю, воспринять это как комплимент моим способностям или всё же как оскорбление моего великолепного достоинства? — задумчиво прозвучало сзади.

— Росс!

— И поцелуя мне утреннего не досталось, и вообще…

— Ну ты и вымогатель. — пробормотала деланнно недовольно и поцеловала уже змея. Самый недолюбленный экземпляр нашёлся.

Оторвавшись от наглых губ, заметила внимательный, даже какой-то сканирующие взгляд Майка. Мгновенно вспомнила все вчерашние неловкие ситуации и против воли заливаюсь краской. Чёрт. Я совершенно не понимаю, как теперь с ним себя вести.

После завтрака все разделились на три неравные группки: Френк отправился на работу, Росс загрузил пищащую и наполненную предвкушением малышню в аэролёт и повёз их на курсы, обещая забрать после работы, а я осталась наедине с хессом. Самая неловкая ситуация из всех возможных. Тактику поведения я не разработала, как на него реагировать — не придумала. В общем, совершенно не подготовлена к сегодняшнему дню. До вчерашнего вечера мне явно было наедине с ним покомфортнее.

— Милания, отправляемся?

— Ммм, ну да.

Летим. Молчание кажется максимально напряжённым, словно ещё чуть-чуть — и кто-то из нас сорвётся непонятно куда. К чему это приведёт — даже предполагать не решусь. Стараюсь настроится на совместное времяпровождение и представить, что ничего не знаю. Голова в песок и всё такое.

Молча зашли в лабораторию. Как и ранее на посту охраны к нам не возникло ни единого вопроса — заходи кто хочешь, называется. Прошли в его лабораторию.

— Милания, сегодня тебе предстоит поплавать в капсуле.

— Может, лучше обойтись без этого? — слабая надежда ещё не успела угаснуть.

— Почему? Это один из самых прогрессивных методов исследования. Капсула сразу выдаст несколько важных результатов.

— Хорошо.

— Принёс тебе халат, разденешься и накинь сверху, чтобы до капсулы пройти.

— Как будет происходить погружение? Я боюсь воды. Если что.

— Не переживай, у тебя отключится сознание, и ты будешь чувствовать себя как во сне, иногда приходя в себя.

Сделав всё, как он сказал, вышла из лаборатории. Хесс старался не смотреть на меня, но когда всё же поглядывал, по моей коже разбегались мурашки от жадности в этом взгляде. Брр.

Дойдя до капсул, он приложил к моей руке какую-то штуку, и сознание начало покидать меня, помню только осторожные прикосновения во время снятия халата.

Пришла в себя, лёжа на кушетке, заботливо накрытая тонким пледом. Рядом сидел Майк и что-то увлечённо смотрел на браслете.

— Долго я была в отключке? — неуверенно пробормотала, едва ворочая языком.

— Нет, примерно шесть часов, так что недолго.

— Ого. Ничего не помню.

— Это и неудивительно. — его спокойствие меня совершенно не вдохновляет.

— Когда будут результаты?

— Они уже есть.

Боюсь спрашивать дальше. Вот что-то мне не нравится, бросаемые на меня взгляды. Совсем-совсем не нравятся. Явно сейчас меня «обрадуют» какой-то неизлечимой или опасной фигней. Ситуация настолько реалистична в моём воображении, что меня начинает потряхивать и это не укрывается от Майка.

— Как ты себя чувствуешь? Ты дрожишь. Есть какие-то ещё симптомы? Тебе холодно?

Резко приблизившись, он берёт меня за руку, меряя пульс и обеспокоено заглядывая в глаза. В его взгляде отражается настоящее переживание.

— Мила, ты меня слышишь?

Киваю, стараясь успокоить и его, и себя. Но не выходит: руки ходят ходором, меня начинает ещё сильнее колотить, а из глаз катятся слёзы.

— Мне просто страшно — едва слышно проблеяла, выдавливая из себя слова.

— Чёрт, как же ты меня напугала.

Он садится на кушетку и затягивает меня к себе на руки. Осторожно гладит по волосам и спине, слегка укачивая, спокойно переживая мою истерику.

— Я уже собирался вызывать неотложку. Решил, что у тебя аллергический приступ или ещё что похуже. Ну поплачь, поплачь.

И я безбожно заливаю слезами его плечо в белом халате. Чего так сильно расклеилась на ровном месте — совершенно неясно. Хесс начинает едва слышно напевать что-то типа колыбельной, вызывая у меня смех сквозь слёзы.

— Ну а что, я Риша всегда так успокаивал. И это работало.

— Хоть я и не Риш, но мне уже легче. Спасибо.

— Обращайся. Я всегда буду рад тебе помочь. В любой ситуации.

Ещё несколько минут мы просидели без движений. На мою осторожную попытку отстраниться Майк отреагировал совершенно спокойно, разжав сначала объятия, а затем пересадив меня обратно на кушетку.

— Принесу тебе халат. Подожди, пока не вставай.

Ууу, я ещё и в одном одеяле одета была всё это время. Неловко-то как… Вернувшись в лабораторию полностью оделась, словно в броню заковалась. Насколько я поняла, на ближайшее время изучение такой интересной меня закончено. Ждём результаты — и, в принципе, всё.

— Поехали домой?

— Давай.

— Ты не против того, что я задержусь у вас? — спросил он уже в аэролёте.

— Ммм, а почему я могу быть против?

— Рядом со мной ты испытываешь неловкость. Не уверен, что тебе нравится эти ощущения.

— Эм... Ну, неловкость я испытываю регулярно, и это нормально.

— Я всё же хочу уточнить. Тебе некомфортно от того, что я присутствую в вашем доме? Или от того, что я недавно сказал?

— Не знаю. — говорю откровенно.

Играем в молчанку до самого дома. Уточнила, когда вернётся Росс с детьми и, переодевшись, спустилась на кухню. Хесс уже был там.

— Будешь бронкс? — спокойно уточняет мужчина.

— Давай.

Наблюдаю, как он хозяйничает, и испытываю двойственные ощущения. С одной стороны, он меня уже не раздражает так, как в первые встречи, а с другой — мне всё равно немного напряжно от того, что он явно метит в мою постель. Причём с полного одобрения змея и молчаливого попустительства рыжика.

Пью напиток и внимательно рассматриваю этого наглого кота. Он красив и знает это. Есть ощущение, что он немного доверчив, так как верил своей барышне по поводу своего ребёнка. Терпелив. Однозначно терпелив, твёрдо решила я, вспоминая его попытки гасить конфликты своей женщины с окружающими. Ненавязчиво, но твёрдо.

Зачем мне эти проблемы? У меня тут гарем из двух сексуально активных мужчин, которые, дай им волю — не выпускали бы меня из постели. А тут третий. Гипотетический. Да, будем откровенны, он симпатичный, но этого по сути, маловато. Тут практически все виденные мною существа симпатичные, так не тянуть же их в свою постель лишь по этой причине? Ничего делать не буду. Ни-че-го. Плыть по течению — с этой секунды моё жизненное кредо.

С комплектом таких мыслей в голове решила приготовить что-то грандиозное, дабы немного разгрузить мозг. Хотя грандиозное — это громко сказано, печально подумала я, порывшись в закромах рецептов. Ну не повар я, не повар. Без особых надежд предложила эту идею хессу, который, на удивление, воспринял её с энтузиазмом.

Решили поразить всех тортом. Я выполняла функции помощника. Главного. Типа «подай-принеси», но зато, так точно выйдет что-то путное. В процессе приготовления разговорилась с Майком, который, оказывается, обожает готовить десерты и может провести мне целую серию мастер-классов. Безжалостно отринула это предложение — чрезмерное потребление сладостей не есть здраво, а зная двух мелких манипуляторов… Нет, лучше не стоит. Тем более у меня лапки.

С мужчиной на кухне было комфортно. Он вёл себя дружелюбно, втягивая меня в разговор и сам довольно интересно рассказывая забавные истории. Я расслабилась и погрузилась в эту обстановку с головой.

Незаметно для меня Майк начал менять тональность беседы, исподволь рассказы стали более личными. Сама не поняла, как рассказала парочку моментов из своего опыта. Затем он назначил меня ответственной за дегустацию составляющих будущего торта. Даёт мне попробовать то фруктовую прослойку, то мусс, то крем, а сам при этом жадно следит за процессом дегустации.

Я заметила изменения далеко не сразу, а лишь тогда, когда хесс плавно усадил меня на кухонный стол и впился в губы, слизывая остатки крема.

Опешила от такого поворота событий и замерла памятником самой себе. Но он не стал настаивать, вновь с наслаждением прошёлся языком по моим губам и отстранился, спокойно глядя на меня.

— Извини. Не удержался.

А в голосе ни намёка на раскаяние. Это явно заранее продуманная акция по соблазнению моего тельца. Подозрительно прищурившись смотрю в его глаза. Синие-синие. И зрачок словно пульсирует.

— Да ладно, словно ты старался удержаться. — язвительно сообщаю я.

— Не старался. Я и сейчас едва сдерживаюсь от того, чтобы не повторить.

— Зачем тогда извинялся?

— Вдруг бы ты испугалась.

— Нда? Чего бы я могла испугаться?

— Моего напора.

— Ну, прям-таки. Напора я не заметила, так, лёгкий порыв.

Да, осознанно его дразню. Но у него так уши забавно дёргается. С кисточками. Чёрными. И весь он такой почти благородный, но нагло соблазняющий неприступную меня. Неприступную, я сказала.

Хесс зачерпывает пальцем крем и нагло размазывает его по моим губам, от чего я знатно офигела.

— Ой. Ты измазалась. Сейчас я помогу.

И впивается в мои губы настолько яростно, что я ахаю. Слизывает крем и мгновенно проникает сладким языком в мой рот, порхая словно мотылёк, сплетаясь с моим языком. Он настолько трепетно целует меня, что я начинаю таять. Проводит языком по нижней губе и отстраняется.

— Извини? Это всё крем. — хрипло заявляет эта наглость и лучезарно улыбается, на щеках появляются очаровательные ямочки. Сама невинность прям.

— Да что ты? Нельзя же быть настолько помешанным на чистоте. — во мне живёт очень развратная женщина, потому что я окунаю палец в крем и погружаю его в свою рот, намеренно целиком, слегка прикрыв глаза, и с видимым наслаждением. Хесс смотрит за этими манипуляциями очень голодно. С громким звуком вытягиваю палец изо рта. — Вкусно. Хочешь попробовать?

— Очень хочу. — если бы взглядом можно было бы воспламенять я бы уже сгорела дотла. Окунаю вновь палец в крем и провожу по своим губам.

— Ой. Извини, не удержалась. Так сладко. — провожу языком по верхней губе, собирая белые остатки. Майк подходит ко мне вплотную. — Очень хочется наверное?

— Хватит. — хрипло шепчет хесс.

— Ммм? — теперь я сама невинность и непонимание.

Он берёт мою руку и погружает в белую густую массу самые кончики пальцев. Подносит их ко рту и с явным наслаждением слизывает крем с каждого, прикусывая чувствительные подушечки, хищно наблюдая за моей реакцией. Неожиданно из меня вырывается стон и он становится спусковым крючком.

Майк вклинивается между бёдер, забрасывая мои ноги к себе на талию. Я чётко ощущаю уровень его желания, которым он вполне однозначно вдавливается в мою промежность. Набрасывается на мой рот, издавая что-то среднее между мурчанием и рычанием одновременно. Меня мгновенно охватывает возбуждение и от самой ситуации, и от его настойчивости.

Мужчина удерживает меня одной рукой за талию, вжимая в себя, а другой за затылок, видимо, чтобы не отклонилась. Но у меня и мысли такой не возникло, я страстно отвечала на поцелуй, покусывая в ответ. Не знаю, сколько бы это всё продолжалось, но у него завибрировал браслет, мимоходом глянув на который, хесс переменился в лице и прервал наш безумный поцелуй, проведя по моим губам языком.

— Чёрт! — новости его явно расстроили.

Любопытство шептало поинтересоваться причиной, но я ж кремень, я держусь.

Прислонился лбом к моему лбу и, громко дыша, всматривается в мои глаза. Спокойно смотрю в ответ, с любопытством ожидая объяснений.

— Через десять минут Росс с детьми будет дома.

— Ааа, понятненько. Хорошо, что он тебя предупредил.

— Нда. Он словно знал, что нужно сообщить.

— Возможно и знал, он очень внимательный. Иногда его продуманность меня даже пугает, но лишь иногда.

— Я безумно хочу продолжить начатое.

— Хм, ну, не судьба. Пока что. Как видишь — обстоятельства складываются против. — ехидство из меня так и плещет.

— Я подожду, пока они сложатся должным образом. Ты будешь со мной. — сообщает он спокойно, но прерывистое дыхание демонстрирует, что не так уж он и уравновешен, как хочет показать.

— Ммм, возможно. Теоретически. — какой самоуверенный! Вообще-то я сама ещё ничего не решила и вполне могу дать заднюю. — Давай соберём торт, как раз пропитается к ужину.

Как ни в чём не бывало слезла со стола, чувствуя, что все эти манипуляции меня равнодушной не оставили, но вида не подала. Торт собрали за считанные минуты и отправили в холодильник. Как только загрузили посуду, на улице приземлился аэролёт и я отправилась встречать прибывших.

Радостно обняла довольных малявок, которые наперебой пытались рассказать о своём насыщенном дне в трёх словах, в итоге я слышала лишь набор слов. Отправила их в дом, а сама подошла к наблюдавшему за нами нагу.

— Ммм, а моя девочка явно целовалась. И даже не со мной. Правильно я решил предупредить.

— Всё ты знаешь. — демонстративно надулась.

— Ох, сладкая, я в Майке не сомневался.

— Эй, а я?

— А ты меня сейчас поцелуешь, чтобы хесса понервировать. Пусть пока завидует.

Змей притянул меня к себе, я же с удовольствием приникла к нему, отдаваясь ощущениям. Очень хотелось подняться наверх и заняться чем-то очень приятным, но я не настолько жестокая. Майк, скорее всего, обидится столь явной демонстрацией. Хотя… Нет, всё же подождём.

— Моя жестокая девочка. Так бы и сожрал тебя прям здесь, чтобы неповадно было.

— Ммм, звучит очень многообещающе. Но ты же говорил, что не ревнуешь. — довольно пропела я.

— Милая, ты меня провоцируешь. Я сейчас закину тебя на плечо и понесу в комнату.

— Не выдумывай, у нас полный дом детей с Майком во главе.

— А ещё вчера наличие последнего в нашем доме тебя ничуть не волновало. Прогрессируем.

Злобно стукнула его в плечо и решила, что змей на безуглеводной диете, так как на торт кто-то точно не заслуживает. В ответ на эти мысли меня крепко притиснули к себе и прошептали:

— Не вредничай, я уже чувствую, что ты что-то задумала. — но я гордо направилась в дом под пристальные взгляды двух мужчин.

С бездной удовольствием слушаю Лесси, которая тарахтит без умолку, с восторгом делясь своими новыми навыками. Она сегодня лепила тарелку из самой настоящей глины, и после обжига они с учителем будут её разрисовывать специальными красками и снова обжигать в печи.

— Я сначала пошла на пластилин, но я же не маленькая! Почти сразу сказала, что хочу лепить что-то настоящее. Учитель сказал, что я очень талантливая. — змейка хвастливо подняла свою мордашку вверх, задирая кнопку носа, и осматривает всю фан компанию, наслаждаясь всеобщими восторгами.

Риш увлёкся чем-то спортивным и тоже делился своими успехами. Я же не переставая хвалила малышню, поощряя любые увлечения. Моими восторгами наслаждались обе детки, причём наслаждались настолько явно, будто хвалебных од от мужской части нашей компании они и не слышали.

После ужина всё семейство вкушало плоды кулинарного таланта Майка, нахваливая его в перерывах между ложками вкуснейшего торта. Я и сама смаковала этот шедевр, мысленно поражаясь, как можно приготовить за пару часов что-то настолько грандиозное. Таки явно нужный в хозяйстве хесс. Может стоить заграбастать?

Вечером мужчины работали, я шуршала по сайтам, присматривая что-нибудь очень нужное, а малыши соревновались в развивалки на консоли. Уютно разместившись между рыжиком и нагом, я периодически то одному, то второму тихо, но активно мешала работать, сплетая наши руки или обнимая. Иногда тихо-тихо и незаметно целовала в доступные участки тела, при этом ловила на себе сканирующий взгляд Майка. Он отслеживал любое моё движение, а меня это совершенно не настораживало — наоборот, хотелось ласкать своих мужчин у него на глазах ещё откровеннее. Такое ощущение, что в меня вселился бес и активно соблазнял на всевозможные шалости.

Но шалостям сбыться было не суждено, после душа я прилегла на секунду в своей комнате и вырубилась до самого утра, оставив своих мужчин с самыми обломанными желаниями. Это всё моя коварность. Да. А то, что мероприятие было незапланировано, — это детали.

Проснулась абсолютно отдохнувшая и довольная собой. Френк объяснил нашей светлости принцип работы аэролёта: от меня зависело лишь такое действие, как введение координат для посадки, а поскольку они универсальны и есть в базе данных, то это совсем элементарно. Ещё и автопилот садится на ближайшее свободное паркоместо, то есть никаких проблем с этим не возникнет. Так что малышей я следующие три дня возила и забирала на кружки самостоятельно. Мне было катастрофически скучно, и я уже ждала полноценного окончания детских курсов, в надежде, что осталось ещё немного. Уже несколько раз созванивалась с дружелюбными грайнами и болтала обо всём на свете по несколько часов кряду.

У мужчин началась какая-то серьёзная запара на работе, иначе объяснить их упаханное состояние я не могу. Они уходили утром и возвращались поздно вечером, причём оба, иногда и после ужина. О своих задержках предупреждали в течении дня, но всё же поводы для волнений я находила: работа опасная — что у одного, что у другого.

Майк явно переселился к нам на ПМЖ: уезжая утром в лабораторию, он абсолютно всегда возвращался домой, активно помогал с ужином и развлекал детей. Также спалила его с объёмным чемоданом, что наталкивало на некие выводы. Активно клинья ко мне он не подбивал, флиртовал, когда мы были наедине, иногда присаживался рядом, переплетая наши пальцы. В основном мы очень много говорили на совершенно разные темы, и как собеседник он вызывал невероятный восторг. Его истории завораживали, иногда я настолько в них погружалась, что создавалось ощущение, будто вижу всё своими глазами.

Не знаю, что там делали с моими мужчинами, но однажды, явившись к Френку обнаружила его спящим, хотя время совсем ещё детское. Прилегла рядом и меня тут же загребли в объятия. С нагом похожая ситуация, только меня затянули на себя, наговорили парочку невнятных пошлостей, не раскрывая глаз. И на этом всё. Как он их генерирует даже в полусне? С удовольствием высыпалась в надёжных объятиях. Совместный сон сближает, убеждаюсь в этом каждый раз, когда засыпаю не одна.

Закралась подозрительная мыслишка про вселенский заговор с целью сближения меня и второго хесса, но быстро пришлось её отринуть, так как наг никогда добровольно от секса не откажется — видимо действительно устают. Мое либидо грустно повздыхало и смирилось. Его и раньше такой активной жизнью не баловали, так что до выходных потерпим.

Наконец-то наступило субботнее утро. Я проснулась за пару часов до будильника, но чувствовала себя максимально отдохнувшей. Окрылённая, выпорхнула из комнаты, в предвкушении насыщенного вечера. На крыльях азарта спорхнула вниз и бнаружила на кухне Майка, хотя была уверена, что все в такую рань спят.

— Доброе утро.

— Доброе утро, Мила. Как спалось? — ослепляет меня настолько радостной улыбкой, словно мы не виделись неделю, как минимум.

— Да вроде нормально. А тебе?

— Спокойно. Бронкс будешь? Я на две чашки варю.

— Давай.

Сидим, молча пьём вкусняшку и думаем каждый о своём. Я терпеливо сочиняю план соблазнения своих мужчин, причём желательно сразу двух, но можно и по отдельности. Представляю восхитительную наполненность и мечтательно жмурюсь. Допив, я понесла чашку к посудомойке, но едва успела сделать шаг, как Майк мягко, но уверенно перегородил мне путь, опершись руками о столешницу по обе стороны от меня. Я стою к нему спиной и чувствую, как он приблизился вплотную, не касаясь, но создавая вокруг нас кокон напряжённого ожидания. От его дыхания шевелятся волосы на макушке и вся ситуация вызывает мурашки. Хесс наклоняется к уху и тихо шепчет:

— Я вспоминаю твои тёплые мягкие губы каждую свободную минуту.

— Да? И что же?

— Хочу повторения.

— Хм… повторяй.

Проговорила, а у самой от предвкушения горячие волны начали расходиться по телу. Твёрдыми и уверенными движениями он развернул меня к себе, вынуждая запрокинуть голову. Внимательно посмотрел в глаза, словно ища там подтверждение того, что я не против его захватнических действий. Видимо что-то таки отыскал, потому что усадил меня на кухонную поверхность и уверенно развёл мои бёдра в стороны, вольготно вклинившись между ними. Мгновенно почувствовала, что эти действия ему очень нравятся, так как в меня упёрлось ощутимое подтверждение.

Правой рукой прикоснулся к лицу, невесомо поглаживая большим пальцем щёку, затем плавно опустился на шею и зарылся в волосы на затылке, мягко фиксируя меня в одном положении. Хесс больше не теряет времени, он жарко приникает к моим губам: проходит по ним языком и сразу углубляет поцелуй, захватывая мой рот в плен. Левая рука жёстко фиксирует мои бёдра в одном положении, вдавливая в его естество практически до боли, но вся ситуация меня настолько возбуждает, что стон проскальзывает в его рот.

— Не шуми, иначе заберу наверх. Но там я не остановлюсь и отымею тебя до звёздочек в глазах.

Ого. А вроде такой трепетный, но эти слова были неожиданными. Удивленно смотрю на мужчину. На пухлых, красивых губах появляется порочная, предвкушающая улыбка, словно это было не предостережение, а руководство к действию. Ну нет, я тоже могу прекрасно держать себя в руках. Демонстративно откинулась на согнутые руки и насмешливо рассматриваю красивое лицо, с которого медленно исчезает улыбка, а чужие глаза жадно рассматривают мою позу. В эту игру прекрасно можно играть вдвоём. И сдаваться на волю победителя так легко я не собираюсь.

Медленно провожу языком по верхней губе, словно приглашая присоединиться. Он не заставляет себя долго ждать и яростно нападает на мой рот, покусывая губы и пошло проникая в меня языком, словно клеймя собой. Руки плотно прижимают меня к твёрдому телу, давая чётко ощутить всю степень его желания.

Чувствую, как трусики увлажнились от такой близости. Хесс прижимается членом к развилке между ног, посылая искорки удовольствия. Мысль как можно скорее оказаться в его комнате и наконец получить желаемое стучит в голове, но сдаваться я не хочу. Обхватываю его ногами и сильнее прижимаю к себе, приникая ближе.

Майк немного отстраняется. Отчётливо вижу, как его заводит эта ситуация: чёрные уши то прижимаются к затылку, то нервно торчат, а хвоста не видно, но я уверена, что он яростно метается. Котище медленно нависает надо мной, опираясь на одну руку, вторую кладёт на живот и, пристально следя за моей реакцией, запускает под резинку штанов, затем трусиков и накрывает ею гладкий лобок. Я дышу как загнанный зверь, пульс грохочет с невероятной силой, чтобы сдержать рвущиеся стоны с силой прикусываю нижнюю губу. Когда хесс одним пальцем раздвинул половые губы и прошёлся по клитору, меня выгнуло на столе. Беззвучно открываю рот, как выброшенная на берег рыба.

— Ты такая мокрая… Хочу войти в тебя. До безумия.

С этими словами он делает несколько нежных, ласкающих движений и осторожно достаёт руку. Затем, глядя мне в глаза облизывает палец, которым меня касался, довольно жмурясь при этом, словно пробует десерт.

— Хм, сладкая. Ты будешь много раз кончать на моем языке, гарантирую.

Наклоняется ко мне и впивается в губы, вонзаясь в глубину моего рта. Обхватывает меня за спину и, притягивая к себе, вновь усаживает на стол, вдавливая моё тело в своё.

— Ух, как у вас тут горячо.

Неожиданный комментарий заставляет меня вздрогнуть и попытаться отодвинуться, но не тут-то было — хесс в наказание прикусывает мою губу, а затем продолжает поцелуй, отстраняясь лишь через несколько секунд, чтобы лизнуть пострадавшее место.

— Привет, Росс. Не спится?

— Как же я могу спать, в то время как кое-кто соблазняет мою сладкую девочку? Без меня!

Последнее, похоже, расстраивало его больше всего, тогда как тот факт, что меня практически разложили на кухонном столе, его совершенно не нервировал. Прелестно. Ну просто пре-лест-но. Наг подошёл вплотную, внимательно осматривая нашу позу.

— Доброе утро, Милая.

И, собственнически притянув меня за голову к себе, жадно прильнул к губам, лаская их языком.

— Я очень скучал по тебе, девочка моя. У нас полтора часа до будильника.

Перетянул меня к себе, чтоб обхватила его ногами за талию и, поддерживая под попу, направился к лестнице. Обернувшись на явно расстроенного кота, сказал:

— Тебе особое приглашение надо, хвостатый?

Практически бегом направился в свою комнату. Хесс, не отстающий ни на метр, пристально вглядывался в моё лицо, но я решила расслабиться и плыть по течению.

Залетев в комнату, наг принялся стремительно нас раздевать, не отрываясь от моих губ.

— Моя девочка такая голодная, так скучала по моему члену. — опускает руку вниз и чувствует горячую влагу. — Ого, а ты тут неплохо поработал, распаляя нашу малышку.

— Я старался. — хрипло, но довольно говорит хесс.

Обнажённый Майк подошёл со спины и осторожно прошёлся руками от плеч до самых ягодиц, очерчивая последние.

Сразу разворачивает меня к себе и нежно целует.

— Мила, ты меня хочешь? — под одобрительный хмык змея спрашивает он. Я лишь уверенно киваю несколько раз, глядя ему прямо в глаза.

— Какой правильный мальчик… А я был уверен, что ты своего не упустишь и трахнешь нашу девочку, пока мы не уделяем ей внимание.

— Ну нет, я предпочитаю играть в такие игры на равных и соблазнять постепенно.

Руки двоих мужчин размеренно двигаются по моему телу, ничуть не мешая друг другу, при этом каждый из них избирательно касается самых чувствительных и таких жаждущих прикосновений мест. Облакачиваюсь на хесса, доверяя его рукам, чем он незамедлительно пользуется, обхватывая грудь и поглаживая напряжённые вершинки.

— У тебя очень нежная кожа. — шепчет он, проводя носом по голой шее. Мало мне было одного комментатора, так появился второй.

— Её обязательно нужно пробовать, наша девочка сладкая, словно патока. — говорит змей и, ни чуть не стесняясь чужих рук на груди, проводит по соскам языком.

Опускается на колени и рисует мокрые щекотные дорожки по животу. Дойдя до самого интересного места, делает несколько шумных вдохов.

— Ммм... Раздвинь ножки шире, девочка моя, хочу тебя вылизать.

Послушно делаю как сказано и первое же касание языком заставляет меня протяжно стонать.

— Ох, какой возбуждающий звук. Даже лучше, чем я себе представлял. — говорит Майк, под довольное хмыканье змея, который не прерывает жадные ласки.

Хесс своими длинными пальцами поднимается к моему горлу и, плотно обхватив его, поворачивает мою голову к себе, ощутимо сжимая руку и отслеживая реакцию на свои действия. Увидев затянутые поволокой глаза, впивается в мои губы, напористо трахая их языком, при этом то усиливая, то ослабляя нажим на шее.

— Я так хочу засадить в тебя член, что мне аж больно.

Наг в этот момент ощутимо прикусывает клитор, вырывая крик. Сразу опускается ниже и проталкивает в меня свой невозможно длинный язык. Хесс имеет мой рот практически синхронно с движениями змея, оттягивает и пощипывает сосок рукой, довольно ощутимо сдавливая пальцами и, когда он вновь сжимает мою шею, я содрогаюсь в оргазме, больно прикусив ласкающий меня язык.

— Вот так, девочка моя сладкая, так вкусно кончила. — довольно бормочет Росс отстраняясь.

Хесс подхватывает меня на руки и ставит на четвереньки на кровать, уверенно раздвигая ноги и прогибая в пояснице.

— Восхитительное зрелище. Сделаю фото и буду любоваться. — не успела я возмутиться, как получила ощутимый шлепок по ягодице, затем он несколько раз облизнул полностью раскрытую промежность и мгновенно заполнил меня на всю длину. Комнату заполнил наш совместный громкий стон. — Бля, какая же ты тесная. Не смогу долго. Росс, помоги.

Хесс замирает и приподнимает меня, давая нагу возможность для манёвров, тот ложится на кровать, лицом к моему треугольнику и Майк вдавливает меня в его язык. Божечки, я кажется сейчас кончу от всей этой ситуации.

— Ласкай его член, Мила, оближи его. — практически приказывает хесс, прижимая моё тело к Россу.

Под одобрительный стон змея, ласкаю головку, наслаждаясь ответными движениями языка, которым он стимулирует клитор. Хесс старается двигаться медленнее, но по рукам, которые всё сильнее сжимают мои бёдра, понимаю, сколько усилий он прикладывает. Полностью беру в рот головку, из-за толчков насаживаюсь на неё своими губами, в этот момент наг всасывает в себя клитор и я стону прямо в его плоть сквозь сжатые губы.

— Да, девочка, да, сладкая. Соси его член. Вот так. Оближи язычком. — хрипит Майк и проводит языком по моему позвоночнику. — Смотри, как ему нравится. Ааа, как же туго меня сжимаешь…

Наг исследует пульсирующий бугорок то всасывая его, то прикусывая, иногда лаская самым кончиком языка.

— Возьми его член в рот как можно глубже, девочка моя, мы сейчас будем кончать.

Майк обхватывает меня рукой за горло, слегка сдавливая, наг в это время начинает мелкими толчками проникать глубже в мой рот, лаская меня внизу языком без перерыва и я мощно кончаю, содрогаясь от стимуляции клитора и быстрых толчков. Наг предпринимает попытки вытащить свою твёрдость из моего рта, но я жадно обхватываю его бёдра, не давая отстраниться, и спустя секунду наслаждаюсь солоноватыми каплями, глотая и облизывая чувствительную плоть.

— Ммм, какая пошлая девочка, слизала всю сперму.

Довольство в голосе Майка было такое, словно это его семя я дегустировала. Он резко выровнял мое слабое тело, повернул голову к себе и жадно впился в ещё солоноватые губы, яростно трахая меня членом и языком, и с громким стоном содрогнулся через несколько резких движений.

— Вы оба так страстно кончаете, ребята. — довольно сообщил Росс. — Хочу ещё!

— Вы два извращенца! — не знаю чего в моём голосе больше, возмущения или восторга.

— О да, сладкая, похоже ты выиграла джекпот. — под громкий смех нага ответил Майк, осматривая меня хищным взором.

Змей укладывает меня на спину, разводит ноги в стороны и начинает плавно входить, восторженно рассматривая меня сверху донизу.

— Сладкая, ты такая тесная, так бы и затрахал твою вкусную киску.

Хесс по звуку снова сделал фото, уже не вызывая у меня никакого протеста, откровенно говоря мне прям совсем плевать, лишь бы он не прекращал свои действия. Затем подошёл к нам и умостился рядом со мной, безумным взглядом осматривая открывшуюся ему картину. Опускает голову ниже и облизывает мои соски, вырывая из меня громкие стоны наслаждения.

— Какие вкусные горошинки. — бормочет он покусывая их и лаская языком.

Опускает руку и, подстроившись под яростные толчки нага, начинает нежно массировать пальцами влажную напухшую плоть из стороны в сторону.

— Прикуси ей шею, малышка очень заводится от этого.

Хесс смотрит на меня с восторгом и впивается в шею сладостными укусами, лаская языком и кусая вновь. Втягивает кожу, обостряя ощущения. Я уже не могу стонать, из горла вырывается невнятный хрип.

— Вот тааак, видишь как ей нравится. Ммм, она так тесно обхватывает член, скоро будет кончать для меня.

Хесс кладет мою руку на свой член, показывая, как нужно ею двигать. Делаю, то что просят, чувствуя, как закручивается спираль в дрожащем от предвкушения животе. Майк надавливает на соединение тел, ласкает соски и вгрызается в шею. Меня накрывает жаркой волной оргазма, которая всё длится и длится. Росс кончает следом, ожесточённо вколачиваясь до самого конца. Змей осторожно выходит и довольно смотрит на вытекающее семя, размазывает его по мне рукой.

— Так бы и затрахал тебя, обливая спермой.

— Росс!

— Так и есть, Милая.

— Мила, ты устала? — настойчиво спрашивает хесс.

— Я…

— Она может кончить ещё раз, Майк, поверь! А я полюбуюсь на вас.

— Росс, ты чёртов маньяк! — возмущённо хриплю.

— Я знаю, но тебе же это нравится. — довольно бормочет наг, наблюдая за нами. Он сел в изголовье кровати, планируя насладиться зрелищем.

— Иди ко мне.

Котище в полной боевой готовности стоит коленями на кровати. Подползла к нему, чувствуя, как стекает по бедрам наша общая жидкость, вызывая довольный стон у нага. Извращуга мой. Хесс поворачивает меня спиной к себе, чтоб у нага был лучший обзор, и плавно входит сразу на всю длину.

— Дааа, так хорошо…

Он снова обхватывает шею рукой, сжимая и разжигая ладонь, покусывая плечи и трогая соски. Всё это одновременно сочетается с жёсткими, яростными толчками. Громкие влажные шлепки заполнили комнату, а я любуюсь на тяжело дышащего нага, который жадно смотрит на нас, быстро проводя рукой по своему члену в такт нашим движениям.

— Ты так агрессивно вгоняешь член в нашу девочку, но ей это так нравится. Ммм, она так красиво закатывает глазки от восторга.

— Она такая мягкая, такая податливая... Трахал бы снова и снова. — в подтверждение своих слов он вколачивается в меня с новой силовой, вырывая всхлипы наслаждения. Его член нереально быстро входит в меня, вбиваясь в какую-то слишком чувственную точку. В животе снова закручивается горячая спираль, и, глядя на то, как яростно змей вколачивается в свою руку, я неожиданно для себя бурно кончаю. — Дааа, как же хорошо.

Хесс заканчивает следом, сжимая меня в стальных объятиях, плавно замедляясь. Наг довольно вытирает сперму с живота. Ему однозначно понравилось увиденное зрелище.

— Каждый раз любуюсь и не могу налюбоваться. А теперь, умнички мои, быстро в душ, пока нас не застукали.

— Ты позаботишься о нашей девочке?

— Пфф, топай отсюда, умник, это ты пока новенький в этом раю. — насмешливо заявляет Росс. — Затрахали мы тебя, да, Милая?

— Ммм, ага, но я этим обстоятельством очень довольна. — промурлыкала в ответ.

— Побежали в душ.

— Неси.

Привычно доверилась опытным и заботливым рукам, которые за секунды намылили уставшее тело. Росс старательно залечил все видимые и невидимые повреждения и нежно поцеловал в губы.

— Люблю тебя, сладкая. — поражённо смотрю на него, не зная, что ответить, я так стойко делала вид, что не замечаю его оговорок, а он прямым текстом всё озвучил. — Не бойся, трусишка, ответишь когда осознаешь.

Затем такую всю задумчивую меня занесли в комнату, указали на домашний костюм и велели одеваться. Быстро оделась и растерянно смотрю на закрытые двери, за которыми скрылся наг. Нужно разобраться в себе. Однозначно нужно.

Глянув на часы, я поняла, что детей разбудить не успела — они уже наверняка самостоятельно проснулись и приводят себя в порядок. Задумчиво решаю помогать ли змейке. Она в последнее время усиленно доказывает свою невероятную самостоятельность и уверяет, что уже настолько взрослая, что справится с любыми задачами для неё плёвое дело. Если скажет помочь — помогу, но душить заботой не буду. Да. Так и сделаю.

Спустившись вниз, обнаружила всех своих мужчин на кухне. Обняла Френка со спины и прижалась к нему.

— Доброе утро, милый.

— Доброе, Лани. — повернувшись, хесс сладко поцеловал мои припухшие губы, нежно лаская своей серёжкой. — Я скучал.

— Я тоже. — потёрлось носом о его нос и отстранилась.

— А я? А мне нежненький поцелуй? Точнее нам! — кто бы сомневался в змее.

— Хмм, нам? — рыжик смотрит на меня с лёгкой растерянностью.

— Ага, нам. В нашем полку прибыло, так что делить малышку будет труднее.

— Лани, ты начала отношения с Майком?

— Ммм… Да. Ты не против? — неуверенно смотрю ему в глаза.

— Нет, конечно! Я с самого начала надеялся на это и рад, что вы всё-таки нашли общий язык.

— Ммм, ну мы не только общий язык нашли, там ещё некоторые части тел. — хесс смолчать не смог.

Френк смотрит на меня ооочень заинтересованно, словно ожидая продолжения.

— Майк, ты решил не разводить политесы, а сразу показать весь свой извращённый характер? Так скать, товар лицом? — рыжик демонстрировал ярый скептицизм, вперемешку с подозрением.

— Глядя на то, как принимают Росса, со всеми его особенностями, я решил, что малышка моего напора не испугается. Не испугалась же? — сканирующий взгляд ищет малейший признак неуверенности на моем лице.

Наивный, я сама, оказывается, та ещё извращенка.

Дабы разубедить насторожившегося мужчину, подошла к нему и, притянув к себе, нежно поцеловала в губы, сладко пройдясь своим языком по его. Оторвавшись от такого увлекательного занятия, подошла к вечно страдающему недостатком внимания нагу и прильнула в не менее желанном поцелуе.

— Моя девочка такая вкусная, что если сейчас не остановится, я опять потяну её наверх.

— Росс, терпеливей быть надо. — шутливо шлёпаю его по плечу.

— Какое терпение, сладкая, если мне стоит подумать о тебе, как член разрывает штаны и просится в тебя.

— Будем работать над этим, но хотя бы после завтрака.

— Ох, обещаешь?

— Посмотрим.

Довольная всеми произошедшими событиями, уселась за стол. В дверях появляется злобное змеиное чудо, недовольно топает ко мне и также недовольно вручает расчёску.

Смотрю на результат её попыток заплести косы и понимаю, что если это начало кризиса, то пережить его будет сложновато.

— Доброе утро, маленькая моя.

— Недоброе. — злобное невнятное бормотание и хищный взгляд, переполненный презрением, окатил всех присутствующих.

— Сегодня принцесса злая?

— Да.

— Почему же?

— Косы не плетутся. Остригай меня! Хочу волосы как и Риша. Он даже не расчёсывается иногда.

— Милая, Риш мальчик и…

— Хочу быть мальчиком!

— Но ты ведь уже девочка. И у тебя очень красивые волосы. Хочешь мы сегодня поучимся вместе их плести? — использую все свои дипломатические навыки, чтобы смягчить ситуацию.

— Не хочу. Но мы поучим. — грустно вздохнула малышка, старательно колупая дыру в моём колене. Дыра не колупалась, а унылые вздохи повторялись с завидной регулярностью.

Я незаметно тоже выдохнула. Стричь такую красоту банально жалко. Можем рассмотреть этот вариант, но явно не настолько коротко, как у Риша.

До последних дней змейка была идеальным ребёнком, а сейчас, видимо, проходит довольно сложную стадию взросления — и это придется только перетерпеть. Думаю, сейчас она немного повредничает, а потом вновь превратится в маленького ангела. Или не превратится. Или далеко не в ангела. Посмотрим.

За время моих размышлений косы были заплетены и злобность гордо унесла расчёску к себе в комнату.

Сама же я с головой нырнула в свои ощущения и раздумия о бренности бытия… а конкретнее — о признании одного змея. Если ранние оговорки можно было списать на влияние момента, то прямой текст как-то не получается.

Если не врать себе, то я испытываю к нему сильную симпатию.

Он мне нравится. Очень. В физическом плане — он восхитительный и внимательный любовник. Мне нравится его сумасшедшинка, которая никоем образом лично меня не отталкивает. Нравится ему смотреть на, скажем, некоторые действия — пусть смотрит, нравится ему постоянно говорить пошлости, я только в плюсе от этого, даже его доминантность в сексе меня искренне привлекает.

Но дело не только в этом.

Наг заботится обо мне как о женщине, как о сексуальном партнёре, всегда внимательно следит за тем, чтобы в первую очередь удовольствие получила я. Он прекрасный и внимательный отец, который любит свою дочь с невероятной силой, и заботится о Рише, хотя, по сути, это даже не его ребёнок.

Росс ведёт себя так, словно мы — уже сплочённая, любящая семья. Его волнует, чтобы у меня были гармоничные отношения с каждым из моих мужчин. И он регулярно становится тем самым буфером, который смягчает острые углы и помогает нам всем не скатиться в хаос.

Не знаю люблю ли его. Но я точно привязана к нему толстыми, прочными канатами.

На минуту представила, что он исчезает из моей жизни. Заставила себя прочувствовать это до конца — и поняла, что мне будет плохо. Во всех смыслах.

Возможно, это просто привычка.

Но… разве любовь — это не та же привычка, только с добавлением сильных чувств? А они у меня есть.

Размышляя об этом, осознала, что прикипела к змею, как ни к кому и никогда. Это странно — как может посторонний, чужой по сути мужчина вдруг стать таким родным за такой короткий промежуток времени?

Всё утро мужчины бросали на меня горячие взгляды, но я отказалась их расшифровывать, планируя заниматься своими архиважными делами в виде самокопания. Моя светлость хочет понудеть и порефлексировать.

Нагиня оттаяла и как ни в чем не бывало довольно щебетала и активно разводила меня на совместные игрища на свежем воздухе. Почему бы и нет?

Мы вышли на задний двор и весело проводили время с детворой. Через некоторое время я заметила, что Мришель как-то странно на меня поглядывает.

Божечки, если и у него начинается кризис взросления я чокнусь.

На всякий случай скрестила пальцы и отправила посыл во вселенную: пусть все капризы идут по очереди, а не скопом. Хотя бы по одному… Ну пожалуйста.

Выждала, пока змейка скроется в доме, и подкараулила котёнка с целью расспросить. Но не успела — малыш сам взял инициативу в свои лапки.

— Миями, а тебе папа Майк совсем не нравится?

В голове сразу вспыхнули пошлые флешбеки. Ммм, однозначно нравится. Очень.

— А к чему вопрос, милый?

— Нуу, понимаешь… У вас взрослых всё так сложно… — малыш нервно теребит игрушку и отводит взгляд.

— Да?

— Ага. Ты ему нравишься. Наверное. Да, думаю нравишься. — заискивающе зыркает из-под косматой чёлки.

— С чего ты это решил? — спрашиваю со всей возможной заинтересованностью.

— А он раньше тут так долго не жил. Говорил, что не может нарушать чужое личное пространство.

— Так он по тебе очень скучает. Ты же тут живешь сейчас, вот он и приехал, чтобы быть ближе.

— Нее, он меня к себе не зовёт, а сам приезжает сюда. С вещами. Я видел!

— Даа? — лукаво поглядываю на это бесхитростное создание.

— Ага. У него в комнате теперь много вещей, а раньше совсем не было. И мои он привёз. Самые важные.

— Ну, может, это просто чтобы тебе было комфортнее?

С любопытством жду продолжение банкета. Риш нервничает всё сильнее и это заметно по бегающим глазкам.

— Эм… Миями, пообещай, что не будешь сердиться.

— За что? — а это уже интересненько.

— Ну, ты пообещай сначала.

— Солнышко, разве это будет честно по отношению ко мне? Вдруг ты скажешь что-то такое, от чего я расстроюсь?

— Миями, ну пожалуйста!..

Вот смотрю я в эти умоляющие глазищи и понимаю, что отказать как-то не в состоянии. Ну прелесть же. Мордашку просительно скривил, взгляд аж пронизывающий, ушки к голове прижал. Я таю, как мороженка на солнце.

— Ну хорошо, обещаю.

— Я ему фотки отправлял. Наши. И твои. А ещё писал, какая ты хорошая.

— Зачем?

— Ты не сердишься?

— Пока не сержусь. Так зачем ты это делал? — котёнок ткнулся мне в подмышку, явно прячась от кар небесных. Но я-то не сержусь.

— Чтоб он понял, какая ты хорошая. И красивая. И добрая. И вообще. — пробурчал он невнятно.

— Так зачем это нужно, Риш?

О, я догадываюсь, мелкое сводническое агентство снова включилось в работу. Видимо, сватанье Росса прошло по плану, и мне решили преподнести ещё одного «кандидата».

— Ну, чтоб он влюбился в тебя, и больше никогда не вспоминал госпожу Хасиру. И жил чтоб с нами. Семьёй.

— Вот оно как.

— Да... И у меня даже получилось. Ты ему нравишься, я давно понял.

— Как же ты это понял? — то он не уверен, то прям уверен, какой неоднозначный деть. Меня пробивает на хи-хи, но разговор прям серьёзный и я стараюсь держать лицо. Жмякаю подставленные ушки и отвожу взгляд, чтобы не рассмеяться.

— Он пялится на тебя. Да! Прям как Росс. А ещё он работу прогуливает, хотя раньше не делал так. И он тебя даже фоткает иногда.

— Вот это дааа.

— Не сердись. Он тебе скажет потом. Просто стесняется, наверно. Я бы стеснялся.

— Тогда мы подождём.

— Но он тебе тоже нравится? Да? Хоть немного?

Божечки, что это взгляд, полный надежды?.. Кошмар. Вьют из меня верёвки всем мужским полом и главное — довольны.

— Может немного.

— Ну это тоже неплохо. Я ему скажу торт испечь опять и он тебе сильнее понравится.

— Торт понравится?

— Да нет же, папа!

Всё, я сдаюсь. Из меня вырывается смех и я притискиваю пытающегося вырваться котёнка к себе. Ну какова прелесть! Заботливый, нерадивого папашку сватает, тот же сам ну никак не справится.

— Риш, я тебя так люблю! Ты такой хорошенький, такой миленький, что я не могну тебя не тискать! — сюсюканье льётся водопадом.

— Ну миями! Аааа! Ну я взрослый уже! Совсем взрослый, а ты меня как Леску жмёшь. Хвааатит!..

— Ага, её пожмешь сейчас. Скорее отхватишь.

— Она немного повредничает и перестанет.

В такой идеалистической обстановке нас обнаружила змейка. Сначала гордо развернулась, чтобы уйти, но затем передумала и с разбегу вклинилась между нами — чтоб её, всю такую нетактильную, тискали с двух сторон, чем мы тут же и воспользовались.

Прекратила атаку с щекотаниями только тогда, когда смеяться уже стало больно и змейку выпустили на свободу. Но Риш тоже пострадал от моих приступов любвеобильности, так что под раздачу попали все.

Переместившись в гостиную обнаружила всю «сильную часть» нашей группки: каждый уткнулся в браслет и демонстрировал кипучую рабочую деятельность.

Моё коварство и позитивное душевное состояние объединились, и было принято невероятно взвешенное решение о необходимости проведения провокационных действий. А то сидят, работают, когда у меня такой игривый настрой. Не-по-ря-док.

Присела рядом с Россом. Осторожненько взяла за руку и начала слегка массировать ладонь, постепенно усиливая нажим.

Сначала меня мимоходом чмокнули в макушку и вернулись к работе. Но сейчас наг полностью отрешился от предыдущего занятия и увлечённо следил за моими движениями, явно млея.

Двумя руками разминаю центр ладони, проскальзывая руками по пальцам. Эх, жаль, что масла нету — нужно обязательно добавить в список покупок.

Мельком глянула на детей — увлечены своими играми на консоли целиком и полностью. Майк заинтересовано на нас поглядывает, а вот Френк пока совершенно ничего не замечает.

Как бы невзначай задеваю ногу змея выше колена, а затем, якобы для удобства, облокачиваюсь так, чтобы оказаться в непосредственной близости от интересующего меня, хм, органа.

Наг довольно шумно выдохнул, но я ни капельки не догадываюсь о причине. Нет-нет, точно не догадываюсь.

Положила его руку на свои ноги и начала разминать предплечье, полностью игнорируя, что наглая ладонь схватила меня за коленку и пытается пробраться выше. Грозно глянула в наглющие глаза — попытки по захвату прекратились на некоторое время.

Завершив своё увлекательное занятие, я как бы случайно провела по твёрдой выпуклости рукой, добывая сдавленный выдох. Какой легковозбудимый, однако, но баловство с ним на этом моменте закончилось.

Встала с дивана, сладко потянувшись всем телом, под тремя перекрёстными взглядами, и умостилась рядом с Френком. Он явно заподозрил что-то неладное — приобнял за плечи и придвинул к себе поближе.

Сижу, довольно жмурюсь и вот ни на секунду не понимаю, почему они на меня смотрят. Не понимаю, я сказала. Рисую пальчиком узоры по футболке, вслушиваясь в тяжелеющее дыхание.

— Френки, милый, ты не заболел? Так тяжело дышишь. — легонько трогаю его лоб, с самым невинным видом.

— Очень сильно заболел. Полечишь меня? — шёпот такой тихий, что его почти не слышно.

— Хм, пойдём посмотрим, что с этим можно сделать.

Беря его за руку, увожу на второй этаж под двумя завистливыми взглядами. Паразиты ненасытные, а ведь буквально с утра оторвались на полную. Побудут в роли нянек и не дадут малышне заскучать.

Закрыла за нами дверь — и тут же впилась в эти умопомрачительные губы, наслаждаясь сладким стоном.

— Лани, я так скучал по тебе.

— Я тоже скучала, хороший мой. Разденься для меня.

Пятясь к кровати, стягиваю с себя домашний костюм, жадно наблюдая, как рыжик плавно снимает с себя футболку, демонстрируя идеальный пресс, и тянется к штанам.

Красивый до боли и весь мой.

Такой послушный и хороший котик. Смотрю на идеальное обнаженное тело и понимаю, что ему нужна серьга в соске. Он такой чувствительный в этой зоне, а серьга только обострит эти ощущения.

Хочу-хочу-хочу...

Села на кровать и приглашающие развела голые бедра.

— Иди ко мне.

Он крадучись подошел ближе и присел рядом со мной на корточки.

— Хочешь меня попробовать?

— Безумно.

Мгновенно приникнув к самой чувствительной точке на моем теле, он начинает интенсивно ласкать меня своим невероятным языком с волшебной серёжкой.

— Господи, я обожаю чувствовать твой язык… Пожалуйста, быстрее.

— Какая нетерпеливая девочка. — довольно бормочет он и ускоряется, то надавливая плашмя и делая такие приятные тягучие движения, то едва ощутимо порхает по клитору, заставляя меня ёрзать.

— Френки, иди ко мне, пожалуйста.

— Ммм, Лани, мы же только начали…

— Я хочу твой член в себе. Сейчас.

— А я хочу, чтоб ты кончила от моего языка, а потом от моего члена.

— Ну, Френки, ну пожалуйста! — я так хочу ощутить приятную заполненность, что уже готова на всё. Восприятие сильно обострилось, и по телу расходится предвкушающая дрожь.

Хесс прикусывает клитор и начинает быстро стимулировать его кончиком языка, иногда прокатывая шариком. Резко втягивает комочек плоти в себя и повторяет всё сначала. От каждой новой серии движений я тонко вскрикиваю, чувствуя, как от этой зоны расходятся сладкие волны, закручиваясь внизу живота. С очередным резким укусом меня скручивает наслаждение, и я облегчённо расслабляюсь.

— Иди сюда. — требовательно протягиваю руки и хесс нависает надо мной.

Плавно скользит своим достоинством по ещё очень чувствительным складочкам, заставляя меня вздрагивать и предвкушающе жмуриться. Медленно вводит в меня головку и начинает понемногу двигаться, входя глубже и глубже, пока не входит полностью.

— Ммм, я бы всегда хотел находиться в тебе.

Прикусывает шею, ощутимо захватывая кожу, и начинает жестко вбиваться в меня, замирая с каждым толчком. В попытке ускорить эти движения, прижимаю его ягодицы пятками, но он только довольно хмыкает мне в плечо, и вновь прикусывая кожу, лаская её языком.

— Френки, хороший мой, быстрее. Пожалуйста, быстрее.

Хесс ускоряется лишь на чуть-чуть, заставляя меня разочарованно хныкать. Я чувствую, как во мне зарождается оргазм, но необходимо добавить ускорения. Расстроенно с нажимом провожу пальцами по твёрдой спине.

Оторвавшись от моей шеи хесс смотрит в мои глаза и демонстративно медленно выходит почти полностью и резко входит на всю глубину, наслаждаясь моей реакцией.

— Френки, ну пожалуйста, я уже так хочу кончить.

— Вот так хочешь? — совсем немного увеличивает скорость своих рывков.

— Нееет, быстрее, прошу тебя.

— Какая нетерпеливая, мне так нравится наслаждаться тобой, а ты так спешишь.

Вновь серия медленных проникновений, я пытаюсь самостоятельно извиваться в попытке добиться своего. Все мышцы болезненно напряжены в ожидании развязки, которую он не даёт.

— Френки, солнце мое, я уже не могу, быстре, прошу тебя.

— Вот так?

Наконец-то он ускоряется до нужного мне ритма, снова и снова погружаясь в меня почти до самого конца.

— Ах, тебе нравится, да Лани?

— Да-да да… — выкрикиваю ответ и упиваюсь каждым рывком в мою глубину.

Он накрывает клитор рукой, надавливая и растирая этот комочек, разнося по телу волны наслаждения. Наконец-то меня накрывает оргазм и я содрогаюсь в конвульсиях.

— Хорошая девочка. — бормочет Френк и, сделав ещё несколько глубоких толчков, замирает внутри, вздрагивая вместе со мной. Мы нежно целуемся пока не утихли последние искорки удовольствия. — Лани, ты для меня очень важна и я невероятно рад, что ты появилась в моей жизни.

Вместе ответа я лишь крепче прижалась к нему, глядя на переплетение наших тел. На душе царило полное умиротворение.

— Лани, у можно странный вопрос?

— М?

— Во время близости с Майком… Эм. Тебе было комфортно?

— К чему это?

— Понимаешь, он немного дикий. И далеко не всем показывает эту сторону себя. Я сам недавно узнал о его, скажем так, скрытых желаниях.

— Например?

— Ну... Фото?

— Я уже в курсе.

— И как ты к этому отнеслась? — хесс подо мной ощутимо напрягся.

— Да нормально. Если ему настолько нравится, то пусть фоткает.

— А то, что он, ммм, настойчивый?

— Он доминирует в постели. Мне это нравится. И даже пошлые фразочки меня не напугают. Они с Россом явно найдут общий язык.

— Это тебя не настораживает?

— Нет, милый. Вы все разные. И восприятие одних и тех же вещей у каждого своё. Меня на данный момент всё устраивает. Если что-то пойдёт не так, я обязательно скажу. Мы разберёмся. Каждый из нас тут немного загадочный, так что всё хорошо, не переживай.

— Когда утром я услышал, что он раскрыл перед тобой все карты, то не знал чего ожидать.

— Не переживай, лапа моя, если мне вдруг что-то не понравится или я начну ощущать себя некомфортно, то обязательно сообщу. И мы или вдвоем, или совместно придумаем выход из ситуации. — меня вновь сжали и крепко поцеловали в губы.

Источая довольство, спустилась вниз и провела некоторое время под двумя очень голодными взглядами, от которых по спине мурашки бегали табунами. Извращуги мои родные. Поболела за малышей, которые и не заметили моего отсутствия, вкусненько пообедала доставленной на дом едой и уютно устроилась в гостиной.

Задумчиво посмотрела на Майка. Возбуждает его наличие фотографий, значит. Хм. Хочу посмотреть на его реакцию.

Прошмыгнула в свою комнату и сделала серию снимков, начиная от довольно невинной, но с каждой последующей раскрепощаясь. Последние несколько были полностью в обнаженном виде и на них я нежно, но развратно трогала себя руками в самых интересных местах. Оделась и совершенно спокойно вернулась вниз. От предвкушения пакости в груди трепетали огонёчки.

Самое удобное место для наблюдения было возле нага. Ага, от задуманного мною и он удовольствие получит. Коварство разошлось на полную катушку. Удобно умостилась рядом, упаковавшись под руку, намекая, чтобы змей меня приобнял. Он незамедлительно облапил мою талию, прижав к себе, а затем опустил руку на бедро, как бы случайно поглаживая его большим пальцем. Хитрюга, знаю я что ты делаешь, но старательно делаю невозмутимый вид. Проверила точно ли внесены в браслет контакты хесса и начинаю диверсионные действия, отправляя ему сообщение:

«Привет, грустишь?»

Он удивлённо смотрит на нашу со змеи парочку и печатает:

«Немного.»

«Ты у нас, значит, фотографировать любишь?»

«Люблю.»

И настороженный взгляд на меня, замечаю всё периферийным зрением, делая вид, что насквозь увлечена деятельностью на браслете.

«Ты кого-то уже фотографировал?»

«Кроме тебя?»

«Кроме меня.»

«Нет. Это было в самых потаённых мечтах.»

Моё эго по прочтении этого сообщения сладко вздохнуло и замурчало. Ве-ли-ко-леп-но.

«Что ты будешь с ними делать?»

«Любоваться. Меня возбуждает сам факт, что они есть.»

«Прям возбуждает?»

«Да. Меня будоражит, что ты доверилась мне в таком деле.»

Сверху послышался тихий хмык змея, который беззастенчиво читал переписку. Ну посмотрим, как ты дальше захмыкаешь, умник мой. Отправляю самую невинную фотку и жадно слижу за реакцией. Наг за спиной поперхнулся воздухом, а вот тебе нежданчик. Реакция котищи не заставила себя ждать: вначале удивление, затем полный неверия взгляд на меня и хищный взгляд на проекцию. Хорошо, что с нашей стороны она затемнена. Заинтересованно пишу:

«Нравится?»

«Безумно.»

Быстрый ответ, но взгляд не поднимает, сосредоточенно пялится в проекцию. Отправляю следующую — больше кожи, меньше стеснения.

«А так?»

Змей притянул меня к себе крепче, видимо чтоб улучшить обзор, хесс мечтательно зажмурился и прижал ушки к голове, рассматривая присланное. С громадным удовольствием слежу, как он закидывает ногу на ногу, в попытках скрыть от окружающих влияние диверсии на себя.

«Ты очень сексуальная. Очень.»

С восторгом жму на отправку следующего снимка, на котором про слово «стыд» вообще никто не знает.

«Блядь, Мила, что ты творишь?!»

У хесса слегка покрасневшие щёки, полный поволоки взгляд не отрывается от изображения и лихорадочное дыхание. Он пристально смотрит на двери, но я предугадываю его дальнейшие действия:

«Не вздумай покинуть комнату.»

Я тут всё планировала совсем не для того, чтоб он скрылся и у меня исчез обзор на такую прелесть. Змей, тоже закинувший ногу на ногу, сильно впился ладонью в моё бедро и пробормотал на ухо, что я очень жестокая. Может немного, но оно того стоит. Бросила взгляд на детей, но им совершенно не до нас, у них поединок. Вновь печатаю:

«Нравится то, что ты видишь?»

«Мила, ты прекрасно видишь в каком я состоянии. Ещё немного и кончу в штаны, словно подросток.»

Ммм, представила себе ситуацию и довольно зажмурилась. Это было бы прям интересно.

«Что бы ты хотел со мной сделать?»

«Трахнуть.»

«Подробнее.»

«Я бы хотел поставить тебя на четвереньки, прижать голову к кровати, чтобы ты вся изогнулась и засадить в тебя сразу на всю длину.»

Вау, от прочитанного повысился пульс и кинуло в жар. Представила себе эту картину и все сопутствующие ощущения… Внутри всё предвкушающе сжалось.

Как знала, что такая поза ему очень понравится. Присылаю фото, на котором я на четвереньках и ласкаю себя пальцами. Из хесса, как и из нага вырывается тихий стон. Френк заинтересовано на нас поглядывает, но я отмечаю это лишь краем глаза, сосредоточившись на по-настоящему диких глазах Майка. Наг затягивает меня к себе на руки, прижимает к возбуждённому члену, поднимается вместе со мной и молча, практически бесшумно, но быстро направляется наверх. Хесс не отстаёт ни на шаг.

Завела, довела и вывела. По всем пунктам галочки. Вот это я талант. Нет, талантище.

От возбуждения и предвкушения кидает в дрожь. Чувствую лишь крепкие объятия, и упирающееся в попу твёрдое достоинство.

Оказываемся в комнате у нага, место встречи изменить нельзя.

— Нарвалась, сладкая. Зачем дразнила? — хриплым и очень довольным голосом спрашивает змей.

— Потому что могу?

— Ооо да, можешь. Ты всё можешь. — бормочет, стаскивая с меня одежду.

Оборачиваюсь на хесса, а он уже совершенно голый, безумными глазами смотрит на нас, тяжело дышит и стискивает кулаки. Полностью раздев меня, наг отступает к креслу со словами.

— Трахни нашу пошлую малышку, тебя она довела сильнее.

Майк за секунды оказывается рядом, хватает меня под попу, вынуждая обхватить его ногами, и, подойдя к кровати, бросает сверху на неё.

— Как же ты меня возбудила, до боли просто. Хочу растягивать тебя своим членом.

Подхватывает на лету кинутый нагом тюбик со смазкой и обильно наносит на член. Резко разворачивает меня на кровати, лицом вниз, поднимает бёдра и жёстко входит, мне безумно приятно, лёгкая боль только обостряет ощущения. Несколько глубоких, пробирающих до самого нутра, толчков и смазка начинает действовать, приятно согревая и пульсируя в лоне. Из горла вырываются жаркие стоны. Мне вторят стоны хесса, который с силой впивается в мои бёдра, натягивая меня на свой член.

— Говори мне, нравится как я тебя трахаю? Нравится? — звонкий шлепок по ягодице, к которой мгновенно приливает кровь.

— Дааа.

— А так нравится? — движения становятся жёстче и глубже, хотя казалось, что глубже некуда. Новый шлепок, не больно, только резкий звук. — Нравится я спрашиваю?

— Нравитсяаа.

— Моя страстная девочка, такая горячая...

От скорости и интенсивности толчков меня уже колотит, все мышцы напряжены и невероятно хочется кончить. Ощущаю яростные шляпки его бёдер о мои, от которых меня вдавливает в кровать.

— Так бы и затрахал тебя, вкусная моя. Хочешь кончить?

— Хочууу.

— Может помучить тебя немного, как ты мучила меня внизу? — и резко замедляется, начиная плавно скользить из меня и очень медленно погружаться в мою глубину.

— Нет, Майк, пожалуйста, быстрее. Прошу тебя, не останавливайся. — от разочарования я чуть не плачу.

— Ммм, какая голодная малышка, так любит, чтоб её жёстко трахали, так сладко просит. Как думаешь, Росс, дать ей это?

— Нееет, слишком быстро. — голос нага раздается совсем рядом. — Наша девочка послушно кончит позже.

Плавные скольжения… У меня всё вибрирует от смазки, но я так жажду хотя бы мимолётного прикосновения к клитору, что не могу смолчать.

— Росс, пожалуйста, Росс…

— Да, сладкая моя?

— Милый мой, пожалуйста, потрогай меня, я так сильно хочу кончить. — пронзительно упрашиваю.

— Какая нетерпеливая, мы же совсем не спешим.

Он забирается на кровать и выравнивает меня, откидывая на хесса, который сразу хватает своими длинными пальцами за шею, продолжая размеренно двигаться.

— Какая красивая картина, у тебя такой возбуждённый взгляд, сладкая.

Он приникает к моей груди, лаская её языком и сильно втягивая в себя вершинки. Наигравшись с одной переходит к другой и обласкивает её своим ртом. Выпрямляется, жадно рассматривая красные от его манипуляций соски.

— Хочу залить тебя спермой, когда ты такая горячая и возбуждённая. — опускает руку и начинает водить ею вверх-вниз по своему члену не отводя взгляд от меня. — Когда тебя трахают, ты настолько прекрасна, что я не смогу терпеть.

Рука на моей шее сжалась и хесс ускорил движения, вместе с нагом они двигались синхронно. Не могу оторвать взгляд от змея: напряжённые мускулы ходят под разрисованной татуировками кожей, пресс напряжён, восхитительный член вбивается в кулак. Эта фантастическая картина возбуждает меня до безумия.

— Девочка моя, трогай себя пальчиками как тебе нравится. — шепчет хесс и я послушно надавливаю на клитор, в то время как он ускоряет наконец-то движения и таранит меня с максимальной скоростью.

Наг придвигается ближе и по дикому взгляду понимаю, что он возбуждён до предела, смотрим друг другу в глаза и в этот момент белёсая жидкость брызгает мне на грудь. Не отрывая от него взгляда продолжаю трогать себя, чувствую что уже на пределе. Хесс за спиной наклоняет мою голову в сторону и впивается в шею, беспрерывно вколачиваясь.

Ещё один рывок и я воспарила в небеса практически одновременно с ним. Меня безостановочно колотит в волнах оргазма. Майк поддерживает моё ослабленное тело, потому что я это тело почти не контролирую.

Котяра нежно выцеловывает шею, словно не он кусал её несколькими секундами ранее, и осторожно отстраняется.

Змей стирает следы своего оргазма с моего живота и груди. У меня неожиданно возникает впечатление, словно он избегает моего взгляда. Делаю резкий рывок и жадно целую родные губы, получая страстный ответ. Оторвавшись, всматриваюсь в глаза и, приникнув к невероятно чувствительному уху, шепчу:

— Люблю тебя.

Росс шокировано меня рассматривает, а затем вжимает в своё тело. Расслабленно терплю обнимашки. Когда змей уже готов меня отпустить, с облегчением выбираюсь из медвежей хватки. Танцующей походкой подхожу к Майку и осторожно ласкаю красивые губы, провожу руками по жилистому телу.

— Ты мне очень нравишься, Майк. — меня благодарно целуют в ответ.

Спустя некоторое время я уютно устроилась в объятиях своего рыжего хесса. Он встретил нас троих насмешливой улыбкой, будто мы нашкодившие детишки.

— А в комнате Росса можно сделать душевую кабинку? — спросила я, лениво потягиваясь. — Бегать по коридору словно воришка как-то не солидно.

— Уже думал об этом. Сегодня отправлю запросы в несколько компаний, чтобы установили в ближайшее время.

Умиротворённую обстановку прервал Майк. Он до этого сосредоточенно работал на браслете, а сейчас вперил в меня слишком внимательный взгляд.

— Мила, пришли уже все результаты анализов. Я хотел бы их с обсудить.

— Сейчас?

— Когда тебе будет удобно.

В висках застучал пульс, я мгновенно представила, что там всплыло что-то очень нехорошее. Мысли в панике метались из крайности в крайность, на нервах я сжала руку Френка, но поняла это лишь когда он слегка пошевелил стиснутой конечностью.

— Мила, не переживай, ничего катастрофичного там нету, успокойся пожалуйста. — Майк сел передо мной на корточки, заглядывая в лицо.

Видимо, он не выдержал проявления моих нервишек — подхватил на руки и понёс в мою комнату, нашёптывая что-то успокаивающие.

— Чего ты так распереживалась? — его голос был чрезвычайно мягким. — Если бы было что-то опасное, поверь, тебя не только не допустили бы к детям, но и изолировали.

— Я просто очень боюсь неизвестности.

Майк сел на кровать, усадив меня рядом, и, поглаживая по спине, начал объяснять:

— Бирник на корабле омолодил все твои клетки. Не знаю, какая это технология и что он задумывал, но по сути он создал новый организм. Твой жизненный цикл теперь примерно как у нас.

— Как у вас? — переспросила, пытаясь осмыслить.

— Ага. Примерно. Плюс усилил твой природный запах, поэтому ты вызываешь доверие у чувствительных рас. У нас этот аромат приглушён с рождения. Ну и мелочи: чуть повысил чувствительность нервных окончаний и ускорил регенерацию.

— Ничего катастрофического? — я осторожно начала расслабляться.

— Нет. Хотя такие манипуляции незаконны, к тебе претензий не будет. Так что можешь выдыхать.

Я слабо улыбнулась, но внутри всё ещё осталось щемящее беспокойство.

— А в теории… ну, вот просто в теории я смогу в будущем забеременеть и родить ребёнка? — руки Майка на моей спине сжались.

— Да. Я проверил. Ты совместима с любой расой, но малыш возьмёт доминантные гены отца.

— Это хорошо.

— У тебя есть в планах беременность?

— Эм… Однозначно не в ближайшее время. Но когда-нибудь в будущем — вполне возможно. Да. Скорее всего, я захочу иметь ещё одного ребёнка.

— А я в этом будущем смогу быть рядом?

— Всё зависит от нас. Мне бы этого хотелось.

— В таком случае я точно там буду.

Меня нежно чмокнули в лоб и выпустили из объятий. Внутри что-то разжалось — я даже не осознавала, насколько сильно эта ситуация меня тревожила.

Радостно спорхнула вниз, ослепляя мужчин довольной улыбкой. Поочерёдно поцеловала каждого и отправилась отрывать детей от консоли, безжалостно требуя внимания.

Вечером со мной связался Ройхан. Он сообщил, что рад за брата и счастлив, что Майк наконец-то нашёл адекватную женщину. С адекватной это он, конечно, загнул, мне до неё очень далеко. Но приятнентко.

Мы весело поболтали — он много расспрашивал о детях и предложил встретиться в ближайшее время, когда будет на планете. Правда точная дата неизвестна, но я всё равно заранее согласилась.

Судя по разговору, у хесса кто-то появился. Он пытался выяснить, что дарят женщине и как расположить её к себе, но я честно призналась, что не эксперт. Но не тот объект для расспросов выбрал, я в этой теме вообще не профи и ничего толкового посоветовать не смогла. На вопрос, почему же он не свяжется с братом, Ройхан заметно скривился: мол тот ещё вариант для дачи советов. На этом мы и распрощались.

Спать я отправилась к змею под бочок, меня трепетно зацеловали, обняли и пожелали самых сладких снов, обломив мои развратные планы на корню. Усталый организм облегчённо выдохнул, а прошлый мыслишки в моей голове пообещали устроить бойкот.

Утро наступило резковато — я почувствовала лишь как змей подо мной подлетел и шёпотом разразился ругательствами. Непонимающе смотрю на эту фурию, которая практически плюётся ядом, глядя в браслет. Вот тебе и доброе утро. Любопытно.

— Росс, что произошло?

— Милая, я сам разберусь, не беспокойся. Тебя это зацепит в самом крайнем случае. — с этими словами он быстро оделся и вылетел из комнаты.

Я обеспокоено поднялась с кровати. На часах несусветная рань, скорее всего все спят — до стандартного будильника ещё несколько часов. Быстро оделась и, спустившись вниз, увидела в окно только отлетающий аэролёт. Ничего не понимаю. Никаких сообщений от змея на браслет не поступало. Тревога начала нарастать с удвоенной силой. Поднялась к Френку, который сразу проснулся, стоило мне лишь зайти в комнату.

— Лани? Всё нормально?

— Не знаю. — протопала к нему на кровать и рухнула в спасительные объятия. — Что-то случилось у Росса. Он подорвался с кровати, за считанные минуты оделся и улетел, не сообщив куда.

— Если мне никаких уведомлений не приходило, значит, с общей безопасностью всё нормально. Возможно, это по работе — он очень активно вливается в свою основную деятельность. Смена места дислокации только повысила его возможности. Если нас это будет касаться, он обязательно скажет.

— Мне всё равно волнительно. Он всегда такой спокойный, а тут его явно что-то вывело из себя.

— Разберёмся. Я отправил ему сообщение и он ответил, что всё в относительном порядке. Расскажет когда вернётся.

— Я от нервов не могу просто лежать. Извини, что разбудила, я запаниковала. — доверительно потёрлась затылком о надёжное плечо.

— Лани, всё нормально. Семья и нужна для того, чтобы поддерживать в любой ситуации и помогать друг другу.

Семья. Он действительно считает нас всех семьёй.

— Пойду заварю бронкс.

— Пойдем вместе. Не волнуйся, мы со всем разберёмся.

Всё утро прошло в нервном ожидании. К утреннему распитию напитков вскоре присоединился Майк, и мы оперативно ввели его в курс последних событий. Он тоже уверял, что мы справимся с любой возможной ситуацией. Детям была озвучена версия с работой. Не то чтобы они сильно переживали об отсутствии одного из мужчин, но на всякий случай малейшее волнение купировалось.

До самого вечера от Росса не было никаких вестей. На сообщения он больше не отвечал и нами было приятно решение его не отвлекать.

Дети уже пару часов спали, когда наг наконец-то прилетел. Мы с нетерпением ожидали его в гостиной. Злющий и заметно уставший, он несколько секунд рассматривал нашу живописную компанию, постоянно возвращаясь ко мне.

— Голодный?

— Очень.

Мы плавно перебрались в кухню, в тишине наблюдая, как наг с жадностью ест. Никто не спешил начинать разговор, ожидая, пока он насытится.

— Рассказывай. — разливая по чашкам бронкс, явно сдобренный порцией ароматного алкоголя, сказал Френк.

— Проблемы у меня нарисовались. Так сказать, личного, мать его, характера. — он помедлил, словно собираясь с мыслями. — мать Илессы объявилась. Тварь такая.

Я уставилась на него в полном удивлении. То, что ребёнок не появляется из воздуха я как бы догадывалась, но змейка никогда не упоминала свою биологическую мать. К тому же, раз она признала матерью меня, это говорило о полном отсутствие такого объекта в её жизни. Ничего не понимаю.

— Она незапланированный ребёнок. Эта дрянь уверяла, что у неё стоит имплант. В тот момент я ей верил. Казалось, что это чуть ли не влюбленность. Рита была такая правильная, что не подкопаешься. Но это был лишь план по вытягиванию из меня денег.

— В каком смысле? — Майк, видимо, тоже не очень понимал взаимосвязь.

— А всё просто и, тем не менее, очень эффективно. В тот момент я служил, причём не на простой должности, большую часть времени проводил на работе. Когда она забеременела, начался жёсткий шантаж. Грозилась избавиться от моей девочки если ей не заплатить. Все вы знаете наше отношение к детям — закрыть на всё глаза было невозможно. Я быстро ушёл в отставку, нарушив этим её далеко идущие планы. Ей явно нужно было провернуть не очень законные дела с моей помощью, но я вроде не идиот. После этого заключил с ней юридический договор, отвалив нереальную денежную сумму и поместил эту женщину под присмотр врачей. После родов она мгновенно уехала. Несколько циклов от неё не было вестей. Я пробивал по своим каналам, но интереса к мой жизни или жизни малышки она не выказала. А сейчас, видимо, деньги закончились или эта тварь узнала, что я покинул своё предыдущее место жительства, но она объявилась. С угрозами забрать ненужную ей до этого дня дочь.

Я шокированно перевариваю услышанное. Таки мать моей милой змейки — настоящая гадюка.

— Чего она хочет в этот раз? — резко уточнил Френк.

— Не знаю. Самый очевидный вариант это деньги, но она настаивает на том, что заберёт ребёнка.

— Росс, как можно законным путём этому помешать? Она указана как мать? — есть у меня слабенькая надежда на прочерк в грефе «мамаша», но её мгновенно развеивают.

— Конечно указана. Невозможно не указать, как и отца.

— Насколько я помню ребёнка просто так нельзя забрать из семьи. И даже развод у вас даётся лишь по очень веской причине.

Мужчины глубоко задумались, стараясь найти выход из этого скверного положения. Я им тут не помощник — вся ситуация, как и возможность её решения, требует чёткого знания юридических законов. А я в курсе лишь общих постулатов. Совершенно не интересовалась этим детально. Как сейчас вижу — очень зря. Всегда может появиться неожиданная проблема, которая требует чёткого и незамедлительного решения.

Френк вышел позвонить знакомому юристу, несмотря на поздний час. Остальные мужчины тоже что-то старательно искали на браслетах.

Меня в этот момент как озарило: у меня есть знакомы наг, который вроде как работает по делам несовершеннолетних. Не уверена, что это в его области, но попытаться стоит. Печатаю ему сообщение:

«Доброй ночи, Ильссар, извините, что так долго не выходила на связь, но в этом вроде не было необходимости, да и отвлекать вас по пустякам не было нужды. Но сейчас мне необходима ваша помощь.»

Отправила и с замиранием сердца жду ответа.

Наг почти сразу читает сообщение и практически мгновенно отвечает:

«Милания, мы с тобой были на «ты», надеюсь что по-прежнему вхожу в твой ближний круг. За молчание я не в обиде. Какая помощь тебе необходима? Готов оказать любую.»

Кратко описала всю ситуацию — не вдаваясь в подробности, но старательно передавая суть происшествия.

«Эта маленькая нагиня, которая признала тебя миями?»

«Да, но не миями, а матерью.»

«Какие отношения тебя связывают с ее отцом?»

«Эм. Дружеские?»

«Дружеские не сильно подходят. У вас нет близкого физического контакта?»

Чёрт, не знаю к чему вопрос, но он, видимо, важен.

«Есть.»

«Милания, извини, но я вижу только один законный выход из всей ситуации. Вы оформляете брак, ты полностью принимаешь девочку — и тогда на неё не может быть никаких посяганий.»

«Разве это можно сделать быстро?»

«Тут уже не совсем законно, но можно. Если у её отца нет знакомых в этой сфере — напиши мне, я попрошу своего брата и вас быстро оформят. Но развод в этой ситуации скорее всего будет невозможен. Так что учитывай этот момент.»

Внимательно смотрю на нага, попутно взвешивая все за и против этого мероприятия. «За» выходит гораздо больше, тем более с чувствами к нагу я уже определилась, а то, что события как-то чересчур резко ускорились... Ну, чему быть, того не миновать.

— Я знаю выход из ситуации.

— Я нашёл решение.

Произнесли мы с ворвавшимся Френком одновременно. Он махает мне рукой, чтобы я продолжала.

— Я проконсультировалась со знакомым нагом, он говорит, что единственный выход из положения — это заключение брака между нами.

— Да, мне озвучили такую же информацию. Это единственное, что легально не даст той женщине претендовать на ребёнка, так как полная семья не может разбиваться просто так.

— Милая, и ты пойдешь на это? — змей без особой надежды смотрел на меня. — Ты же в самый первый день знакомства устроила мне истерику длиною в час, из-за того что все покушаются на твою свободу.

— Росс, да когда это было? Давно. И ты уже не жуткий незнакомый наг, а мой любимый мужчина, которому требуется помощь. Конечно, я пойду на это.

— Лани, а если оформить брак сразу со всеми нами? — как ни в чём не бывало уточнил Френк, прожигая взглядом дыру в стене.

— Со всеми? Так сказать, оптом?

— Это будет с одной стороны гарантией, а с другой… А с другой, да, я эгоистично тоже хочу таким образом привязать тебя к себе.

Высказавшись, он виновато поглядывает на меня, и я, вопреки всему, прекрасно понимаю его чувства.

— Я согласна. Как оформлять брак? И, может, четвёртого участника нашего сумасшествия тоже спросим? Вдруг он против такого самоуправства.

— Нет, Мила, я только за. Только за. — Майк действительно выглядит невероятно довольным, словно выиграл в лотерею. Ещё немного и меня ослепит светом, который производит это довольство.

— Как всё будет происходить?

— Я сейчас отправлю запрос через знакомого юриста, и утром мы только заберём сопутствующие документы. Ты не против, если для Риша будешь по-прежнему значится миями?

— Нет, конечно, не против. А фамилия?

— Будет двойная, аль Мринх-Хельман. Хорошо? — расслабленно уточнил Росс.

Все спокойненько покивали. Вот так за какие-то несколько минут пришёл конец моей документально одинокой жизни, и я обзавелась тремя мужьями. Ну, с мыслью о детях я свыклась намного раньше, а вот наличие мужей — это что-то новенькое.

Закрыв все текущие вопросы, мы разбрелись по комнатам осознавать случившееся.

Завтра утром я стану женой. Трём мужчинам.

Да, мужчины потрясающие, каждый прекрасен в своей индивидуальности. Меня устраивало абсолютно всё до этого момента, и, думаю, наличие брака не сильно повлияет на наши взаимоотношения. Хотя, возможно изменения будут, но надеюсь — в лучшую сторону. В конце концов, мы и так живём как семья, взаимодействуем друг с другом как семья и помогаем друг другу тоже как семья.

Этот вечер я планировала провести с Френком, он у меня самый недолюбленный мужчина, но, думаю, что нагу моя поддержка сейчас нужнее. Однозначно, когда кто-то рядом в трудную минуту — становится легче.

Накинула на пижаму халат и отправилась к змею.

— Росс, ты спишь?

— Нет, Милая.

— А я тут к тебе.

Он откинул в сторону край пледа предоставляя мне место, на которое я уютно умостилась, сразу пригреваясь на огромном плече.

— Росс, всё будет хорошо и нашу девочку никто не сможет забрать.

— Я переживаю, что когда до тебя дойдёт весь глобальный смысл этого действа, то ты нас возненавидишь. — обманчиво спокойно сказал он.

Насмешливо хмыкнула. Вот ещё, словно до меня на третьи сутки доходит информация.

— Не пожалею. Уверена, что я точно не пожалею о случившимся. Вы все для меня очень важны. Как-то смогли так быстро влезть мне под кожу и сродниться со мной.

— Я очень на это надеюсь.

Меня стиснули в объятиях до мышиного писка.

— Росс, раздавишь.

— Извини.

— Люблю тебя. Спокойной ночи.

— И я тебя люблю. Больше жизни.

Мне кажется, я только прикрыла глаза, как сразу завибрировал будильник.

— Милая, пора вставать. Нужно съездить за документами, а они выдаются в присутствии всех членов семьи. Нам и так сделали их рекордно быстро, благодаря Френку.

За считаные минуты привела себя в порядок и отправилась будить малышей.

В дверях столкнулась с Френком, выходящим из комнаты Риша. Успокаивающе поцеловала его в губы, заметив неуверенность в движениях и то, как он замер. Тоже наверное думает, что пожалею.

Как бы им жалеть об этом шаге не пришлось, я-то в голове сама с собой ситуацию обсудила и сделала утешающие выводы, а у них такого умного собеседника в виде личной шизы, наверное, нету.

Зашла в комнату к змейке.

— Солнышко, пора вставать.

— Ну мааам, сейчас же ещё рано. — недовольное бормотание и активные попытки свернуться в компактный клубочек.

— У нас для тебя есть новости, но узнаешь ты их только когда соберёшься и придёшь на кухню. Давай я тебя быстренько расчешу и заплету, а дальше ты сама.

На удивление никто не ворчал и не дулся — оперативно привела белоснежную гриву в порядок и отправилась на кухню. Немного мандражировала перед самой поездкой. Малышня, вот уверена, останется довольной предстоящими изменениями. Они вдвоём всю троицу активно мне сватали, пытаясь втюхать всеми своими силами. Сделаем вид, что всё у них получилось.

Ради такого дела мужчины решили повременить с работой, а Росс просто оповестил секретаря, что опоздает. Нда, хорошо быть самому себе руководителем.

Появления детей ждали все, периодически поглядывая на двери. Малявки зашли — и тишина. Сидим, друг на друга глазами стреляем, но никто первым слово не берёт. Тем не менее герой нашёлся и это (ожидаемо) был наг.

— Так, сегодня мы с вами станем полноценной семьёй.

— С мамой? — подозрительно уточняет нагиня.

— С мамой. И папами.

— Прям взаправду? Вы что, жениться будете?

— Взаправду. Узаконим наши отношения.

— И с моими папами? С двумя? — недоверчиво переспрашивает котёнок, взволновано поглядывая на всех взрослых по очереди.

— Именно так. Все присутствующие здесь станут одной семьёй.

— И… и я? И я буду нужен? — божечки, это пушистое солнышко смотрит на меня полными слёз глазами, до сих пор он не уверен, что действительно нужен. Бедное мое недолюбленное дитятко.

Подлетела к нему и прижала эту неверящую козявку к себе, стиснув в поистине сильных объятиях.

— Конечно, и ты, маленький мой. Почему ты до сих пор не веришь, что очень мне нужен? Нам всем очень нужен.

Меня в ответ сдавили так, что воздуха в лёгких стало катастрофически не хватать. Это ж он ещё больше вымахает скоро. Кошмар какой. Нежно глажу по голове, почёсываю уши и за ними, в общем, всеми силами стараюсь вернуть самоуверенного котёнка обратно. В качестве группы поддержки змейка включилась мгновенно и начала тихонько подвывать. Солидарная моя.

Протянула ей руку, предложив присоединиться, и она торпедой врезалась в наше изваяние. Спустя несколько минут нежностей, к которым присоединились трепетные папочки, мы наконец полным составом слегка перекусили и загрузились в аэролёт.

Прибыли к обычному, ничем не отличающимуся от других, зданию. Внутри — совершенно стандартный офис с несколькими письменными столами.

На электронном табло появилась цифра пять и указание, к какому столику подойти. Я так понимаю, это наш номер, так как мужчины пришли в движение и гурьбой отправились к указанному месту.

— Добрый день, на регистрацию брачного союза предъявите браслеты. — молча протягиваем запрошенные реквизиты. Спокойный дяденька сканирует данные, сверяясь с монитором. Затем направляет какую-то приспособу на детей, явно идентифицируя.

— Сличение личностных данных завершено. Вы официально обрели подтверждённый семейный статус. Документы в письменном виде в шести экземплярах доставит курьер завтра в полдень. Всего хорошего.

Вот, в принципе, и все. Никаких белых платьев, гостей и криков «горько». А где же «согласны ли вы?» Может, я абсолютно против, а меня даже не спросили… Нет, ну я не люблю штампированную формализацию, но это уже за гранью, аж расстроилась.

— Лани, что такое? — внимательный Френк первым заметил перемену моего настроения.

— Да я как-то торжественней всё себе представляла. А тут браслеты просканировали — и до свиданья.

— Хм. Как у вас происходит вступление в семью?

— Эм, всех деталей я не знаю, но жених с невестой надевают красивые наряды, проводят торжественную церемонию среди кучи гостей, потом празднуют с этими гостями.

— И ты хотела себе такую свадьбу?

— Да я, в общем-то, и не собиралась замуж выходить. В принципе. Но то, что я описала однозначно не планировала.

— Тогда почему расстроилась? Мы можем устроить праздник для друзей и близких, на этом обычно у нас всё и заканчивается.

— Это просто минутка нытья была, не обращай внимания. Мы всё обсудим и возможно устроим маленький праздник, для самых близких. Но это сейчас не настолько важно.

Хотела было взять его за руку, дабы успокоить, но змейка потребовала носить её белобрысую персону, и я снова напрягла многострадальные плечи, усаживая вредность к себе на пояс и придерживая рукой. Не змейка, а обезьянка какая-то, причём переходить на любые другие любезно предложенные руки дева отказалась, плотно оккупировав моё тельце.

Всей гурьбой топаем к адвокату, через которого предприимчивая гадюка связалась с Россом, дабы продемонстрировать зафиксированные родственные связи и предмет обсуждения собственной мелкой вертлявой персоной.

Дошли до очередного офиса, в котором нас ждал представительный хесс. Он весьма дружелюбно поздоровался и, узнав об изменении обстоятельств, просканировал браслет нага, а затем и наши.

— Приношу свои извинения, я не знал, что у вас полная семья. Моя клиентка уверяла, что вы отец-одиночка и не справляетесь с воспитанием дочери.

На этих словах я посмотрела на Майка, который понял меня без слов, забирая к себе на руки Лесси и вместе с Ришем исчезая из помещения. Нечего ей слушать всякую ерунду, а то потом начнёт, как котёнок проецировать на себя весь негатив.

— Я всё понимаю, но мать девочки в её жизни никак не участвовала. Получив финансовое вознаграждение за рождение ребёнка, она скрылась с горизонта. — довольно резко высказался наг.

— Не может быть! — мы втроём молчаливым укором смотрим на мужчину. — Почему вы мне вчера об этом не сказали?

— А разве вы вчера были настроены на конструктивный диалог? Вы мне выдвигали обвинения едва ли не в похищении ребёнка у матери, содержание её в ужасных условиях и прочую ересь. Вы совершенно не слушали мои аргументы.

— Позвольте, но похищение девочки имело место быть!

— Да, как и несколько десятков других детей, мою дочь похитили с целью получения выкупа. Это дело уже дошло до логического финала, и все замешанные понесли заслуженное наказание.

— Но у ребёнка должна быть мать! Послушайте, я понимаю, что вчерашний разговор был немного неэффективным, но я переживал за юную нагиню. Ведь для всех детей необходим контакт с матерью.

— Моя дочь называет матерью мою жену. Это вам о чём-то говорит?

— Не мою клиентку? — у мужчины шок в чистом виде, даже рот открыл.

— С вашей подопечной мы никогда не состояли в браке.

— Я понял. — хесс откинулся на кресле и расстроенно смотрел на наше грозное семейство. — Приношу свои извинения вам всем. Я слишком рьяно кинулся на защиту женщины и ребёнка, не проверив как должное факты. Мне жаль.

— Мы принимаем ваши извинения. В произошедшем нет вашей вины. Сия дама умеет обводить вокруг пальца, изворачивая факты в свою пользу.

— Я обязательно упомяну это в своём отчёте. Мне так жаль, что я поспешил. Так жаль…

Оставив расстроенного дядьку убиваться по своим слишком ретивым действиям, мы вышли на улицу и поспешили на поиски Майка с детьми. Искомые персонажи были успешно обнаружены на лавке возле магазина с детскими игрушками — причём с новыми друзьями, которых точно не было до этого момента.

— А Майк мне зайца купил. Нового и красивого. Смотри!

Мне под нос был сунут этот самый заяц, который, на мой вкус, красотой уж точно не отличался и был, мягко говоря, на любителя. Но этот любитель сиял клыкастой улыбкой и радовал окружающих позитивом. Ни следа от мелкого злобства, которое почти всех держало в страхе в последние часы.

Отправились к припаркованному аэролёту. Мы с детьми планировали лететь домой, а мужчины разбредутся по рабочим местам. Как оказалось, обретение семейных уз не является поводом для внеочередного выходного дня. Нда, миленько, ничего не скажешь. Проблема с адвокатом решена, дальнейшие посягательства на малышку пресечены, и мы можем спокойно отправляться.

Но не тут-то было. Из только что совершившего посадку аэролёта с гневными воплями выскакивает красивая нагиня и целеустремлённо мчится к нашей компании. Мы с интересом наблюдаем за этой картиной. Если в начале я не совсем поняла кого удостоилась чести лицезреть, то с каждым последующим воплем мне становилось всё кристально ясно.

— Вы! Мерзкие прохиндеи, мошенники! Похитители моего ребёнка, моей кровиночки! Вы дали взятку адвокату и обвели меня вокруг пальца! Я это так не оставлю, я продам заявление в службу правопорядка, в службу опеки над несовершеннолетними и во все остальные подстанции. — с каждым шагом ор становился всё пронзительнее.

— Рита, закрой свой рот. — проникновенно посоветовал наг.

— Вот как ты со мной разговариваешь? После всего, что между нами было?! После того, как я подарила тебе самое ценное!

— Тебе за всё это уже было заплачено. Чего ты ещё хочешь?

— Да сколько там было заплачено? Ребёнок бесценен, так что нечего на меня так смотреть!

Женщина очень красивая, даже меня проняло. Прекрасно понимаю нага и то, почему он не устоял. Рассматриваю её и с каким-то потусторонним удовольствием, понимаю, что в моей змейке нет ни единой чёрточки от матери. Словно она ей назло взяла всё самое лучшее от отца, включая основные черты лица и окрас чешуек. Да что там говорить, глаза, волосы… Да всё там от папочки. Прелесть.

— Ты больше никакого отношения к ней не имеешь. Абсолютно никакого.

— Это всё можно оспорить. — она импульсивно размахивает руками, стоя напротив нага.

— Оспаривай, но закон на моей стороне.

Видимо, до этой дамочки дошло, что поиметь приличный куш за просто так не выйдет. Она, придирчиво осмотрев нас, остановила свой взгляд на мне — точнее на змейке, которая с интересом наблюдала за развитием событий с моих рук. Сложив два и два, эта зараза пошла в наступление.

— Девочка моя, иди к мамочке. — решительно шагнув вперёд, потянула руки к моему сокровищу.

Мы с сокровищем были весьма толерантны и синхронно зашипели. Причём от себя я таких звуков однозначно услышать не ожидала. Прижимая малышку к себе, делаю шаг за спины мужчин, которые незамедлительно сомкнулись передо мной.

— Показательная реакция, правда, Рита? Никаких эмоциональных привязанностей к совершенно посторонней женщине. Прекрати позориться и забудь дорогу к моей семье.

— Я этого так не оставлю! Это всё сговор!

— Мамочка, кто это? — смотрю в любопытные изумрудные глазёнки.

— Это странная тетя, которая немного болеет. Не обращай внимание, она уже уходит и больше нас беспокоить не будет. — достаточно громко сообщаю я. — Женщина, может, вам помощь какая нужна? Санитаров вызвать или ещё какую службу? А то ведёте себя странно, на дочь мою бросаетесь… Вам бы к доктору обратиться. К психиатру, например.

— Да как ты смеешь?!

— Милочка, вы уже и в мой ближний круг войти намерелись? Извините, но не интересует. Всего вам хорошего и до свиданья.

Высказавшись в этой не очень умной форме, но зато от всей души, я спокойно развернулась и загрузилась в аэролёт. Мужчины сплочённо последовали за мной и быстро разместились по салону под моим скептическим взглядом.

— На работу из дома отправимся, не переживай, Лани. А сейчас доставим вас в целости и сохранности. Кто знает, что этой в голову взбредёт.

В итоге так и получилось. Мы без происшествий добрались до дома, попрощались с мужчинами — каждого из которых я наградила поощрительным поцелуем под презрительное фарканье двух паршивцев — и с чистой совестью отправились домой. Никаких сегодня кружков по саморазвитию. Всё, у меня прилив нежности и всепоглощающей любви к двум конкретным созданиям, и расставаться с ними я не намерена.

В течение дня от детей я не отлипала, чем, вероятнее всего, их подзадолбала. Но придётся потерпеть — либо им, либо мне. В данном случае терпеть и страдать пришлось всё же им. Меня не останавливало даже то, что таких больших мальчиков целовать в по-детски пухленькие щёки уже не солидно. Даже то, что мелкое злобство вернулось и опять кривит свой хорошенький кнопочный носик.

Связалась с Ильссаром и обрадованно пересказала события, от всей души поблагодарив за помощь. Этот ловелас несколько раз закидывал удочки на тему того, что в содружестве планет принято наличие пяти супругов, а трое моих пополнений — это не предел, но я со смехом эти намёки отбивала. Искренне заверила, что я и трёх не планировала, поэтому в количественном увеличении семейного состава на данный момент не заинтересована.

В глубине души я прекрасно понимала, что наг просто личность такая, и все эти намёки — это чистой воды флирт без капли серьёзности. Скорее всего, и его, и меня смешила реакция котёнка, который яро оберегал границы моего личного пространства и возмущёно фырчал почти на каждую фразу Ильссара. Ох, чувствую, расскажет моим мужчинам о таком легкомысленном разговоре и зададут они мне жару. На последней мысли сердечко сладко ёкнуло, и в голове появились картинки этого самого жара, одна другой развратнее. Точно буду их домогаться сегодня. Вот прям обязательно.

Решила поделиться радостной новостью с Линет Лоуриндж, ибо больше не с кем чисто по-женски перемыть косточки появившимся мужьям. Да и о разборках с бывшими необходимо поговорить, а то как же без этого. Бедную женщину чуть не смело звуковой волной, с которой моя змейка обрушилась на свою подружку, выкладывая все произошедшие новости в невозможном темпе, перепрыгивая с одного на другое. По жадным взглядам, бросаемым на меня новой подругой, мы обе предвкушающе ждали, пока девочки закончат свои невероятно важные разговоры.

— Ты зафиксировала семейные связи? — восторженно спрашивает Линет, как только дети самоустранились. — Сегодня?

— Ага, прямо с самого утра.

— Со всеми тремя мужчинами?

— Дааа.

— Вот это ты авантюристка!.. То отказываешься даже заикаться на эту тему, то сразу с тремя брачные узы регистрируешь.

— Ну, а чего добру пропадать? Мужчины прекрасные, каждый по-своему восхитителен. Я на них смотрю, а внутри что-то так и ёкает.

— Вот это дааа. Хотя у тебя вообще странная реакция на некоторые вещи. Меня бы в этой ситуации больше насторожило наличие детей, но тебя они приняли ещё до брака, а сейчас для них практически ничего не изменилось.

— Ну, мои малявки довольны. Слушай, а у твоей дочери нет сейчас никаких специфических эмоциональных реакций?

— Ооо, и тебя настигла кара взросления?

— Злобное злобство выходит на тропу войны и требует самостоятельности. И на ручки. Иногда она сама не знает, чего хочет больше в этот момент.

— Я полистала методички по детским кризисам, и там говорится, что это временное явление. Но у всех проходит индивидуально. Надеюсь, что нам в этом плане повезёт и продлится этот кошмар недолго.

— Пришли и мне эти методички.

Таким образом, обсудив все животрепещущие вопросы на данный момент, отчетливо поняла, что проговорила с ней несколько часов кряду. Вот это я увлеклась. Отписалась мужчинам, интересуясь их появлением дома, но в ближайшее время появится лишь Майк. Мои суровые служители правопорядка снова задержатся.

Хесс не заставил себя долго ждать, явившись ровно как всегда. Вот что значит пунктуальность и работа без дополнительных часов. Встретила его на улице, уютно приникнув к губам. Мужчина поцелуй постарался углубить и начал подозрительно тянуть лапки к комиссарскому телу. Но фиг угадал — детей без присмотра не оставишь, а лишние риски не для меня. Объяснять, почему мама с папой так странно дышат и вообще, чем это они тут занимаются, — не моя мечта. Как-то у меня нет желания становиться детской травмой, которую в будущем придётся прорабатывать с психологом. Я точно знаю, что дети по сути своей невероятно внимательны и замечают очень многое. Ввиду этого, прежде чем уделять внимание мужчине нестандартным поцелуем или неприличными объятиями, всегда стоит убедиться в отсутствии лишних глаз. Пусть голова у меня и бедовая, но всё же иногда работает в правильном направлении. Наверное.

После не то ужина, не то обеда малышня плотно засела за учёбу, я же расслабленно наблюдала за суетящимся хессом, который наводит порядки. Сижу за столом и пристально рассматриваю котище, которому не повезло стать объектом моего излишнего внимания.

В сравнении с двумя другими моими мужьями Майк гораздо стройнее. Поджарое тело, без гипертрофированно выпирающих мышц. Когда он в одежде, заподозрить наличие каменного рельефного пресса сложно, но я-то знаю, что он есть, как и весьма развитый остальной мышечный каркас. Обнажённым он выглядит очень хищным, словно в нём столько стремительности, что мурашки разбегаются от одного лишь воспоминания. Пухлые, соблазнительные губы, которые, вот точно знаю, очень чувственно целуют. Красивые, правильные черты лица и хищный нос с небольшой горбинкой. А ещё они. Моя погибель. Ямочки на щеках. Одно это обстоятельство заставляет меня внутренне пищать от восторга. Одним словом, он красавчик.

Мои взгляды незамеченными не остались. Сначала он заинтересовано хмыкнул и демонстративно выгнул бровь, но чем больше я рассматривала, тем взволнованнее он становился. Чувствительные к настроению хозяина уши чутко шевелились, периодически припадая к голове, а спустя несколько минут моего молчания хвост начал метаться из стороны в сторону. Прелесть какая тискальная. Как-то я упустила эту штучку из зоны своего внимания — непорядок, нужно обязательно исправить.

— Мила, что случилось? Ты расстроена нашим браком? Да, понимаю, что начало взаимоотношений у нас было испорчено, но я стараюсь улучшить твоё впечатление о себе. Я…

— Майки, ты чего это?

— Я чего? Мил, ты так пристально на меня смотрела, что у меня уже паника началась.

— Ты красивый. На тебя приятно смотреть просто так, без особой причины.

— И всё?

— Нууу, слушай, а у тебя хвост чувствительный?

— Причём здесь хвост? Я начал говорить о наших взаимоотношениях... — на меня глянула как на что-то не очень умное. Прям совсем неумное.

— Милый, всё у нас прекрасно в плане взаимоотношений, а если будут какие-то вопросы — мы их обязательно решим.

— Хорошо. Хвост у всех хессов чувствительный.

— А если трогать, то приятно или наоборот?

— Ммм, это скорее раздражает, чем приносит удовольствие. На самом деле прикосновение к хвосту мы стараемся не допускать без веской причины.

— Оу, поняла, лапки не тяну.

— Но если хочешь — то можешь потрогать. Я постараюсь не дёргаться.

— В этом плане я ни на кого ещё не покушалась, так что давай свой атавизм на растерзание.

— Почему это атавизм?

— У меня же нету.

— Так ты и не хесса. — довольно проговорил владелец этой интересной части тела и, став ко мне боком, сунул в руки его.

Нда, между ног болтается на «х» начинается.

Реально хвост как у кота, ну я так думаю. По крайней мере, чётко прощупываются позвонки. От моего взгляда не укрылось, что мужчине прикосновения не очень нравятся — тело напряглось. Ладно, не будем мучать несчастного подопытного, котиков обижать нельзя.

Некоторое время раздумывала: начинать разговор или же не стоит? С одной стороны, о таком комфортнее поговорить с нагом — он уже привык к моим выбрыкам. А вот с другой, хесс всё же лучше знает своего побратима.

— Майк, у меня к тебе вопрос личного характера, и он имеет прямое отношение к Френку.

— Задавай, помогу, если знаю ответ.

— Ммм, ты такое дело… В общем, я бы хотела, чтоб он проколол себе сосок. Да, звучит странно, но как ты думаешь, он бы согласился?

С усилиями выдавила этот вопрос из себя. Но всё же этот вариант безопасней, чем идти напрямую к Френку — мало ли как он отреагирует. А так хотя бы морально подготовлюсь. Хесс удивлённо меня рассматривает, словно у меня вторая голова выросла.

— А зачем тебе это?

Блин, ну зачем лишние вопросы, а? Просто короткий ответ меня бы устроил гораздо больше. Стыдненько. Но раз начала, давим потихоньку ответ.

— Эмм, дело в том, что у него эти части тела очень чувствительные. Очень. И такая деталь явно бы доставила ему удовольствие. Чёрт. Ладно, забудь, вопрос снимается с повестки дня. — как-то резко стало катастрофически неловко, и я уже встала, чтобы метнуться в гостиную, но Майк меня перехватил. Обнял за плечи и прижал к груди.

— Мила, он будет только за. Правда. Меня и наличие штанги в языке невероятно удивило, когда узнал. А тут такие вопросы. Уверен, что ему понравится это предложение. Куда ты с такой скоростью ломанулась?

— Ты долго молчал, и я уже решила, что несу полный бред.

— Я всего навсего не знал об этой его особенности и поэтому удивился. А тут ты, знакома с ним всего ничего, но уже знаешь гораздо больше меня.

— Эм, не знал?

— Всё верно.

— Но вы же… — делаю непонятные жесты руками пытаясь задать все интересующие меня вопросы с их помощью и телепатически. С последним не проканало.

— Да, мы побратимы, но мы никогда не оказывались одновременно в одной постели.

Молча смотрю в ожидании продолжения. То есть как? Это я тут как объединяющее звено работаю? И до этого в их, скажем, не юной жизни ничего эдакого не было? Какой кошмар, Милка, ты разлагаешь местное общество своими извращёнными фантазиями. Вот я в себе ни на минуту не сомневалась.

Тпррр, стоп, а как они с женой спали, собственно говоря? Исключительно по расписанию? Видимо, то ли телепатия всё же сработала, то ли на моей моське что-то написано крупными (прям очень крупными) буквами, но хесс меня понял.

— У нас был не тот уровень отношений. — по размеру мои глаза, наверное, стали как звёзды.

Кааак бы женатость — это какой уровень отношений? Она вообще бывает с уровнями?

— Минуточку, я видимо чего-то недопонимаю. Вы были женаты. Жили в одном доме. У вас совместный ребёнок. Общий. И при этом не тот уровень отношений?

— Мил, как бы тебе объяснить?

— Желательно простыми словами и коротко. — с губ Майка срывается смешок.

— Матери Риша нравилась ревность.

Иии? Сказал «а» — давай уже и «б» говори. Я конечно понимаю, что краткость — сестра таланта, но, блин, не настолько же. Можно, конечно, договориться самой с собой, что, мол, неэтично рассматривать прошлые отношения, но нет, уж лучше знать чем не знать. Иначе ещё чего выплывет интересного.

— Если в самом начале это нам даже нравилось, то чем дальше тем хуже становилось. Она выбирала одного из нас и напрочь игнорировала второго. Со временем роли неожиданно менялись. Какое-то время мы с Френком практически ненавидели друг друга, но затем устали от вечных скандалов и смирились с ситуацией. Вот в принципе и всё.

Ага, весело. Так, Милка, записываем по пунктикам. Первое: все тут загадочные и даже позагадочнее меня. Второе: мальчиков хвалить в равной мере, а то взбунтуются. Третье: строим планы на совместную ночь — чувствую, она будет сеансом психотерапии. Хм, и надо бы обойтись без триггеров.

Интересно, оба хесса абсолютно спокойно воспринимают нага, причём конкретно этот с ним явно спелся своей маньячностью. А друг друга, значит, в конкуренты записали. По поведению и не скажешь. Вроде бы.

Весёлая у меня жизнь. С каждым днём всё интересней, но мне нравится. И мужчины мои тоже нравятся, до самого последнего завихрения в мозгах.

— Ты же не думаешь, что я буду поступать аналогичным образом?

— Нет, Мила, ты точно не будешь. Я до сих пор не верю, что ты принимаешь каждого из нас таким, какие мы есть.

Нежно поцеловала, стараясь передать всю степень своего принятия. Видимо перестарались, так как осознала себя сидящей на столе, а хесс уютно устроился между ногами. Слабость у него что ли к кухонным поверхностям? Что не день — то я их пятой точкой протираю. Прижалась сильнее к раскалённому телу и успокаивающе погладила по спине. Эх, мне тоже хочется продолжения, но голова-то работает.

— Майки, в какой-то момент мы обязательно всё закончим именно здесь, но не сейчас. — чмокнула гладкую щёку и затем потерлась о неё своей.

Котище душераздирающе вздохнул, стиснул меня в последний раз и отстранился, расправляя растрёпанную им же одежду. И когда только успел, прохвост такой.

Спрыгнул с многострадального объекта страсти и потопала в гостиную, по активному и очень громкому спору догадываюсь, что с учёбой на сегодня покончено и начинаются игры.

Появление нага я совершенно пропустила, сосредоточив всё своё внимание на подбадривании малышей, которые яростно сражались на консоли против каких-то монстров. На ночь, конечно, не очень хорошо, но их попробуй останови. Проще смиренно согласиться.

— А кто это тут такой красивый и сосредоточенный? — шёпот на ухо прозвучал одновременно с объятиями, в которые меня быстро и основательно заключили.

— Привет.

— Милая, ты поможешь найти пищу старому и такому уставшему нагу? — просительное выражение лица вырывает из меня смешок.

Хитрюга, явно не просто так зовёт. Под одобрительным взглядом встала со своей трибуны, проведя по торчащей во все стороны гриве рукой, мимоходом жамкнув чёрное ухо главного игрока, вызвав кары небесные на свою персону.

Сладко потянулась, целенаправленно изгибаясь под страстными взглядами и отправилась на кухню искать пропитание. Для отдельного страждущего.

— Ммм, какой голодный змей вернулся домой. — пропела довольно.

Меня прижали к твёрдому телу, вдавливая в него так, что я отчётливо ощущала всей собой эту твёрдость. Голод присутствует. По моей комиссарской тушке. Эх, сборище маньяков.

— Очень голодный змей. Очень. — он шумно вдохнул воздух у моей шеи и потерся носом, вызывая мурашки вместе с щекоткой.

— Так, меня не надкусывать, еда на столе. — осторожно пытаюсь отстраниться, но куда там.

— Ну только немного, тебе понравится. — он почти мурлыкал.

— Росс, не балуйся.

— Нет, ну я так не играю. — меня демонстративно грустно выпустили из объятий. — Я тут весь скучающий, нецелованный и совсем нелюбленный пришёл, а меня даже не встретили!

— Ну что поделать, ты задержался, а моё внимание ой как сложно вернуть.

— Как это что делать, Милая? Я требую компенсации. С процентами. Много.

— Ишь какой требовательный. Занимайте, пожалуйста, очередь согласно выданым талончикам. Без этого никак. — насмешливо смотрю в наглющие глаза.

— Не понял, это что за нововведения такие несанкционированные?

— Ну а как ты хотел? Я дама уже замужняя, теперь всё сложнее стало. Статус новый, условия новые и всё такое. — стараюсь говорить как можно серьёзней, хотя из меня так и рвётся смех, глядя на полное возмущения лицо нага.

— Нету у меня никаких талончиков.

— Ну вот, нарушаем? Без талона только в порядке живой очереди. Это где-то через месяц. Будете ждать?

— Вредина. — меня противно щекотно чмокнули в нос, заставляя морщиться, и наконец-то поставили на пол. — Всё, корми своего мужчину хотя бы обычной едой, раз с едой иного плана у нас напряжёнка.

Распаковала контейнеры из доставки, на секунду задумалась и распаковала еще одну порцию — Френк тоже скоро явится. И была права. Не прошло и минуты, как увидела свет за окном.

Из солидарности встречать не побежала, а то под пристальным взглядом нага аж неудобно стало. Самый недолюбленный нашёлся. Мысленно бурчу, а у самой тепло внутри разливается и хочется прижать эту вредность к себе посильнее.

Хесс спешно зашёл сразу на кухню, клюнул меня в щёку и выпал рядом на стуле.

— Привет.

— Привет, мой хороший, устал?

— Ага, такая нервотрёпка, сил совершенно нету.

— Присоединяйся ко мне, наша предусмотрительная жена заранее всё для тебя подготовила. — довольно сообщил змей.

Ага, так умаялась распаковывать миниатюрные коробки с готовой едой, но всё равно приятно. Глядя на хесса, понимаю, что пошленьким планам на вечер, скорее всего, не сбыться. Он даже ест без аппетита, словно заснёт сейчас прям во время процесса. Первый день в браке, а секса уже ощутимо меньше. Что дальше-то будет? Пе-чаль-ка. Эх, не ходите, девки, замуж…

— Ммм, солнце моё, а ты завтра тоже вот так глобально работать будешь? Или чуток раньше вернёшься?

— По плану стандартный рабочий день, думаю, что ничего не изменится. А что?

— Да так, планы на будущее строю наступательного характера. Если конкретней, то на завтра. — закончила под заинтересованным взглядом.

— А я? Меня в этих планах нету? Без меня не получится ничего, это факт. — кто бы сомневался в таком важном дополнении с боку некоторых самоуверенных личностей с вечным стояком. Единственное на что меня хватило это закатить глаза. — Ммм, родная, очень люблю, когда ты так делаешь, но на тебе в этот момент обычно нет одежды.

— Росс, ты просто неугомонный.

— Даа, я именно такой. Когда будем меня угомонять?

Пристально смотрю ему в глаза, молниеносно создавая в голове план ночи. Дети ещё активные, но Френк почти спит сидя за столом. В первую очередь надо бы позаботиться о нём, с остальными делами разберёмся по мере поступления.

— Френки, не спи. Пошли в кровать.

— Мгм, я не сплю. — при этом даже глаза не открыл.

Активно потормошила его и отправила в душ. Три минуты — и вымытый, сексуальный, но дико уставший рыжик протопал мимо меня до комнаты и рухнул на кровать. Моего присутствия вроде даже не заметили.

Присела рядом, мягко разминая плечи. Моих рук на обхват всего богатства не особо хватало, но я старалась размять эту махину прикладывая все возможные усилия.

Минут пять — и вместо тихих стонов я слышу лишь мерное глубокое сопение. Погладила кудрявую макушку, наслаждаясь мягкими спиральками и пошла выполнять миссию по укладыванию остальных членов семьи.

Забрала клевавшую носом малышку, которую ещё пришлось развести на купание. Ей, конечно, ну вот совсем не хочется, но грозная мать в моём лице — это вам не шутки. Недовольное, но чистое вредное создание уютно умостилось на своей краватке, обнимая страшно красивого зайца. Эх, вкус у неё, конечно, специфический, надеюсь перерастёт. Я только начала рассказывать ей сказку, как изумрудные сонные глазки закрылись, и продолжение тут явно больше не требуется. Магия, не иначе.

Пока возилась со змейкой Риш уже отправился спать, так что решила его не беспокоить своими приливами заботы.

С интересом смотрю на двух не уложенных мальчиков, которые смотрят на одну маленькую меня весьма плотоядно. Наг решительно берёт мою светлость за руку и настойчиво ведёт на второй этаж.

— Сладкая, я очень устал, но при этом невероятно хачу трахнуть тебя, как ты смотришь на совместное принятие душа?

По коже разбежались приятные мурашки, а в животе закрутилась горячая спираль.

— Очень положительно на это смотрю.

В этот момент наг развернулся и прытко прижал меня к стене, запрокинул мою голову и несколько секунд, затаив дыхание, рассматривал моё лицо.

— Люблю тебя, Милая. Сильно люблю.

Следом трепетно прикоснулся губами к моим губам в осторожной ласке. Жарко ответила на поцелуй, наслаждаясь каждым прикосновением. Прохожусь пальцем по чувствительным кончикам ушей и кайфую от сладкого стона. Веду рукой по твёрдости, которая отчётливо оттопыривает штаны.

— Хочу тебя. — почти хрипит мне на ухо.

Наг подхватывает несопротивляющуюся меня на руки, забрасывая ноги себе на талию и плотно прижимая лоном к своему естеству. Со скоростью звука влетает в ванную комнату и, опустив меня на пол, начинает лихорадочно раздевать. От его нетерпения меня пробивает на смех и я, хихикая, помогаю ему в столь сложной миссии.

— Посмейся у меня ещё, я сейчас вставлю своей член тебе между ног и смеяться станет некогда.

— Ммм, как интригующе звучит. Оттрахаешь меня быстро?

— Да, родная, всё как ты любишь.

В груди предвкушающе сжалось и сердце застучало с удвоенной силой. Достав из ящика заживляющую мазь, которая я узнаю со всех сторон, он извиняюще глянул на меня.

— Долгой прилюдии я не выдержу, сладкая, у меня уже яйца от предвкушения сводит.

Зашла в душ первая и, быстро намылив руки, прошлась по всему телу, затем этими же руками начала поглаживать вздрагивающего от прикосновений змея, уделяя особое внимание возбуждённому члену.

— Хочу тебя, Росс. Сейчас. — он щедро выдавливает скользкую мазь себе на руку, распределяя её по твёрдой плоти.

— Иди ко мне.

Подхватывает меня на руки и практически сразу входит наполовину, стараясь не шевелиться, давая мне несколько секунд привыкнуть. Глядя в глаза насаживаюсь полностью, член легко скользит внутрь, за что получаю ощутимый шлепок по ягодице.

— Жадная девочка.

Он по-прежнему не двигается и я начинаю ёрзать, стараясь тереться о него всем телом. Росс выдыхает сквозь стиснутые зубы.

— Сучка моя нетерпеливая. — отчаянно вбивается в мою глубину, заполняя до отказа. — Как же сильно я люблю тебя.

Его резкие движения и безумный взгляд возбуждают с невероятной силой. Впившись в каменные плечи, стараюсь плотнее прижаться к нему, но руки соскальзывают с мокрой кожи. Наг прижимает меня к холодной стенке, вызывая сдавленное шипение от контраста температур.

— В тебе так тесно, чувствуешь как глубоко я в тебе? Чувствуешь?

— Да, Росс, да.

— Сладко тебе? — и специально замедляется, манипулятор.

— Слааадко, быстрее пожалуйста…

— Ммм, какая нетерпеливая девочка. Всегда просит быстрее, всегда меня хочет. — практически не двигается, совершая мелкие, почти неощутимые, толчки.

Влажный, горячий воздух касается моей шеи, вызывая толпу мурашек. Зло кусаю его за плечо и рукой хватаю кончик чувствительного уха, сжимаю его пальцами и из Росса льётся протяжный стон.

— Хитрая малышка. — резко вбивается в моё нутро, растягивая меня страстными толчками, опускаю одну руку между нашими телами и настойчиво ласкаю клитор.

Несколько движений — и я содрогаюсь в головокружительном оргазме, с восторгом ощущая глубокие толчки, от которых наг срывается следом за мной.

— Люблю тебя, люблю тебя, люблю. — шепчет, не переставая, на грани слышимости.

Медленно целую сладкие губы. Мне так нравится контраст его пошлости и невероятной нежности — самый трепетный мой мужчина.

Мы завершили все гигиенические процедуры и разбежались по своим комнатам. Наг будет отсыпаться, а у меня есть определённые планы на мою тёмную лошадку. Всё же теперь муж, но самый неисследованный. В моём понимании, ничего так сильно не сближает, как совместный сон. Да и секс у нас был только в компании вездесущего нага.

Надела закрытое бельё, почему-то решив, что такой образ будет заводить хесса сильнее всего. Сделала скромное фото и отправила Майку с подписью:

«Спишь?»

Сообщение прочитывается сразу и следом идёт быстрый ответ:

«Ни в коем случае. Красивые трусики.»

Смех сам вырывается из груди и я довольно прикрываю глаза.

«Ммм, хочешь узнать что под ними?»

Предвкушающие закусываю губу в ожидании ответа.

«Мечтаю.»

«Хочешь посмотреть?»

«Да. Фото. Жду.»

Сообщения приходят одно за другим, почти мгновенно.

Отодвигаю трусики в сторону и делаю фото, которое сразу отправляю жаждущему адресату. Несколько секунд тишины.

«Я хочу тебя. Сейчас.»

«К тебе или ко мне?»

«Выходи.»

Сердце стучит где-то в горле, руки дрожат от азарта и желания. Раз я сегодня почти скромница, то накидываю сверху плотный халат и открываю дверь.

В этот же момент натыкаюсь на хищный взгляд, который внимательно сканирует моё тело. Хесс делает плавный, почти угрожающий шаг вперёд, приближаясь вплотную.

— Идём со мной.

Берет меня за руку и ведёт в свою комнату. С интересом осматриваюсь — я здесь практически впервые. Мой взгляд настойчиво возвращается к кровати и в предвкушении напрягается живот.

Майк закрывает за нами дверь и останавливается за моей спиной.

— Ты так восхитительно пахнешь. — в подтверждение он делает шумный вдох, и по шее волнами расходятся мурашки, которые стремительно разбегаются по телу, заставляя вздрагивать.

Хесс обхватывает мою шею ладонью, мягко отклоняет голову в сторону. Протяжно проводит языком и впивается в чувствительное местечко между плечом и шеей, втягивая кожу и лаская губами.

— Какая вкусная. Стараюсь сдержаться, чтоб не прикусить.

— Не сдерживайся.

— Ммм, Росс не соврал. Так сильно любишь укусы?

— Да. — голос дрожит от предвкушения.

Он осторожно прикусывает кожу, затем зализывает место укуса — и снова повторяет. Каждый укус обжигает, оставляя под кожей горячую дрожь.

Халат плавно соскальзывает с моих плеч. Майк отходит на шаг, и я чувствую, как его жадный взгляд скользит по мне.

— Повернись ко мне.

Я послушно поворачиваюсь и таю от его реакции. Хесс на взводе: хвост метается в бешенном темпе, уши прижаты.

Глядя мне в глаза, он начинает раздеваться, рывком срывая с себя штаны вместе с бельём. Жадно разглядываю его гибкое, сильное тело — от возбуждение меня уже накрывает.

— Разденься. — его хриплый голос проходит по мне электрическим разрядом.

Стараясь двигаться медленно, расстёгиваю застёжку, снимаю бретели лифа и отбрасываю в сторону. Майк глухо стонет, и этот звук пронзает меня волной удовольствия.

Снимаю трусики, медленно стягивая по ногам. Полностью раздевшись, стала в полный рост, опустив руки вдоль тела, мол, смотри, какая я послушная.

Бросаю на него хитрые взгляды, оценивая, нравится ли ему моя игра.

Очень нравится. От этого мне ещё жарче, приятно до дрожи — от того, насколько сильно я влияю на одного конкретного мужчину.

— Сядь на кровать.

Я послушно сажусь, скромненько сжав ноги и сложив руки на колени. Но так, чтобы ничего не закрывать и вообще не мешать наглому обзору.

— Покажи, какая ты мокрая.

Я медленно раздвигаю ноги, не отводя от него взгляда. Смотрю исподлобья, ловя его реакцию.

Майк судорожно сглатывает, взгляд потемнел — и он делает шаг ко мне.

— Хочу, чтоб ты трахала себя пальчиками.

Плавно веду от коленей вверх и слегка поглаживаю мокрые от смазки губки, не делая резких движений. Откидываюсь назад, опираясь на руку, а второй углубляюсь, издавая тихие стоны, прохожусь по чувствительному клитору.

Он оказывается в шаге от меня, не отрываясь следя за моими действиями. От возбуждения сносит крышу, и я решаюсь на маленькую провокацию. Резко загоняю в свою глубину два пальца, делаю несколько быстрых движений, со всхлипом вынимаю руку и, глядя в его глаза, облизываю.

Его зрачки становится во всю радужку.

Он падает на колени, словно подкошенный, ощутимо впиваясь в мои бёдра, притягивает к своему рту. Практически с рычанием набрасывается на меня, нетерпеливо постанывая. Из меня непрерывно льются стоны.

Хесс настолько жадно и безжалостно вторгается своим языком, что я выгибаюсь на кровати. Судорожно сжимаю его голову бёдрами — то ли в попытке остановить, то ли наоборот, усилить наслаждение.

— Какая же ты вкусная, так бы и сожрал. — в доказательство прикусывает напухшую губку, а затем чувствительный комочек, заставляя меня вскрикивать и ожесточённо дёргаться.

Он вводит пальцы и начинает активно стимулировать точку на передней стеночке, всасывая клитор и делая языком невероятно быстрые, надавливающие движения. Когда я практически уплыла в нирвану, всё резко прекратилось.

Хесс отстранился и хищно следит за моей реакцией, которая не заставила себя ждать — от разочарования стало практически больно.

— Что случилось, сладкая моя, не успела кончить? — голос и выражение лица фонтанирует невинностью.

— Нет, Майк, пожалуйста.

— Пожалуйста? Нееет, я не спешу, тем более ты такая вкусная. — он повторяет движение языком точь-в-точь как я недавно, облизывая мокрые от смазки пальцы.

Расстроенно потянулась к перевозбуждённой части рукой, стремясь закончить начатое, но он стремительно перехватывает самовольную конечность.

— Ты кончишь только когда я решу. Слышишь?

Пристально смотрю в полные азарта глаза и понимаю, насколько ему нравится происходящее и тот контроль, который он имеет. Попала я. Конкретно.

Хорошо, сегодня поиграем по твоим правилам, раз тебя так жёстко кроет.

— Конечно, Майки, я буду послушной. — делаю самый кроткий вид из всех возможных, практически кожей ощущая его восторг.

— Моя самая лучшая девочка. — воркует он и вновь приникает к моему средоточию желаний, кардинально меняя тактику.

Движения языка едва ощутимые, плавные, скользящие. Никаких резких движений или зубов, всё очень нежно. От этой нежности хочется выть.

— Такая хорошая девочка… ты такая красивая сейчас…

Ленивые, влажные толчки, совсем не дающие мне то, чего я хочу. Хватаю его за затылок, в попытке прижать сильнее, но он лишь довольно смеётся и ничуть не ускоряется. От напряжения, что сковало меня, хочется плакать.

— Майк, пожалуйста.

— М?

— Майк, родной мой, ну, прошу тебя.

— Просишь о чем, вкусная моя?

— Быстрее, пожалуйста… Быстрее, хочу кончить.

— Ммм. — дует на то, что секунду назад облизывал, а меня, в прямом смысле слова, подкидывает на кровати. — Ну-ну, куда же ты так спешишь?

Вновь возвращается к прерванному занятию и вальяжно двигает языком снизу вверх, затрагивая все чувствительные зоны. Моя голова метается из стороны в сторону. Соображать связно практически не выходит. В мыслях стучит только одно желание — получить наконец-то долгожданную разрядку.

— Майки, трахни меня, ну, пожалуйста.

— Трахнуть? Хм. — его голос так и сочится довольством.

— Да-да-да, отымей меня, прошу тебя.

— Моя девочка хочет, чтоб я засадил в неё свой член, правильно? — целует лобок и бёдра, избегая самого нужного места.

— Даа…

— Хорошая моя, если я сейчас в тебя войду, то буду трахать жёстко, ничуть не жалея твою податливую киску. — внимательный, полный предвкушения взгляд, а для меня эти слова звучат музыкой.

— Да, пожалуйста, трахни меня так, как тебе этого хочется, прошу.

Его глаза горят так ярко, что, кажется, прожигают меня насквозь. Понимаю, что вся ситуация ему безумно нравится. Настолько возбуждает и приводит в восторг, что я согласна неоднократно ее повторять, хотя бы для того, чтоб он сиял так, как сейчас.

Встаёт в полный рост и я отчётливо слышу щелчок. Специально включил звук, чтобы я осознавала его действия. Сфоткал и смотрит за реакцией, но я даже в лице не изменилась. Сходим с ума коллективно.

Майк словно впадает в состояние эйфории, слышу ещё несколько щелчков и у него явно срывает крышу.

Хесс резко перебрасывает меня дальше на кровать, а сам с грозно нависает сверху. Проводит языком по животу и поднимается к груди, чувствительно куснув сосок, наблюдая как он сжался от этой ласки в тугую горошинку. Облизнул ещё раз, пощекотал языком и уставился на меня совершенно безумными глазами.

— Моя смелая девочка, я же тебя затрахаю...

— Давай, ну же. — опираясь на пятки, потёрлась о его член.

Всё, последние отголоски здравого смысла исчезли, печально махнув рукой на наше помешательство.

Он оскалился, схватил меня за бедро и резко вошёл сразу на всю длину, не давая мне и секунды, начал жёстко вбиваться, с невероятной скоростью проникая в меня и тут же двигаясь обратно.

От восторга, что наконец-то дождалась этих сильных движений, обняла его руками и ногами, с силой прижимая к себе. Хесс немного отстранился и всмотрелся в моё лицо в поисках недовольства, но не на ту напал, тут, скорее, я заманила в свои сети и активно эксплуатирую.

Жарко провела по спине ногтями, оставляя красные полосы, глаза напротив затуманились и движения ускорились. Он выбивался в меня до упора, а мне хотелось ещё.

— Сильнее, хороший мой, мне так нравится...

— Хаа, сучка моя любимая. — прорычав это, он впился в мою шею, оставляя засосы и кусая кожу.

От его толчков и так напряжённое тело напряглось ещё сильнее. В ожидании развязки живот уже болел.

Чувствую наплыв знакомых волн.

— Майки, хочу кончить, сейчас, пожалуйста-пожалуйста. — практически кричу от накала эмоций.

Он отстраняется и зажимает клитор между пальцами, продолжая таранить твёрдым членом моё тело.

— Кончай, хорошая моя, давай.

Оргазм словно ждал этого разрешения и накрыл меня с головой, я кричала не переставая, а хесс продлевал моё наслаждение.

— Умничка моя, так вкусно кончила. — довольно бормочет, плавно двигаясь во мне. — Тааак хорошо… Обожаю тебя трахать.

На этих словах его выгнуло надо мной и он со стоном содрогнулся, продолжая неспешно двигаться, обильно заливая меня семенем.

Притянула хесса к себе и с наслаждение вдыхаю запах его разгорячённой кожи. Меня затопило расслабление. От пережитого удовольствия внутри разливается сладкая патока.

Удовлетворённо чмокаю куда достала.

— Милый, мне, конечно, приятна твоя тяжесть, но ты меня так раздавишь.

Он осторожно вышел и прилёг рядом, внимательно рассматривая моё лицо. Аналогично смотрю в ответ.

— Мила, я тебе нужен?

Ага, вот что нас так беспокоит. Мне показали своего внутреннего демона во всей красе и ожидали, что я, как минимум, с воплями о помощи сбегу к таким правильным и хорошим мужьям.

— Ты дурашка. Конечно нужен. — придвинулась к нему и нежно поцеловала в губы, стараясь передать всю степень нужности.

Настолько старалась, что прям увлеклась и осознала это, только когда почувствовала толчок внутрь. Простонала прямо в целующие меня губы. Когда он успел придвинуться вплотную и забросить мою ногу на себя? Вообще не уловила этот момент. Маг, не иначе.

— Тебя так сладко трахать, не смог удержаться.

Мы вновь слились в поцелуе, я наслаждалась пухлыми губами и плавными, лёгкими толчками. Такой контраст с вечно всё контролирующим хессом, который сейчас так трепетно вторгается в меня. Он неторопливо массирует чувствительный комочек большим пальцем, положив всю пятерню на мой трепещущий живот. От чувственной пытки я очень быстро дохожу до пика, Майк срывается следом с тихим стоном.

— Люблю тебя. — шепчет он тихо, глядя прямо в глаза.

Молча смотрю в ответ и нежно поглаживаю его за ухом. Внезапно раздается тихое, уютное мурчание, под которое я засыпаю.

Проснулась от нежного, ленивого поглаживания по волосам. Недовольно замычала и постаралась скрыться от раздражителя, зарываясь поглубже в одеяло. Сверху послышался довольный смешок.

— Мила, девочка моя, пора вставать, как бы ты не зарывалась мне в подмышку. Мне щекотно, и я бы потерпел, но это уже вторая попытка тебя разбудить.

Хмуро смотрю на полного бодрости Майка — такое чувство, что это только я активно ночь провела, а он всю ночь сладко спал, причём усиленно.

Села, кривясь от тянущего дискомфорта между ног. Хм… явно перестарались. Конечно, это не ускользнуло от внимательного хесса.

— Мила, я… — голос ну очень виноватый — Я вчера сорвался и вижу…

Закрыла его рот ладонью, обрывая поток извинений. Задолбали, каждый раз одно и то же.

— Майки, мне всё понравилось, уверяю. — сладко поцеловала в губы. — Вчера я была в восторге. Надо везде заживляющую мазь распихать, у Росса её, наверное, целый ящик.

— Нда, ему точно нужно закупаться в промышленных масштабах. С его-то размерами…

Синхронно пофыркали, как два противных кошака.

Дети ещё спали. Мы, не утруждая себя одеждой, направились в душ — обмыться и разогнать остатки сонливости.

В тёплой воде целовались, лениво лаская друг друга губами. Я растаяла шоколадкой на солнце, а потом, довольная и расслабленная, сушила волосы, раздумывая, с какого края подступиться к раздиранию этой рыжей гривы.

— Доброе утро, Милая. — змей, подкравшийся незаметно, обвил меня руками под грудью и притиснул к себе. — Хочу тебе помочь.

Радостная весть дошла до моего разморенного мозга и я восторженно вручила нагу расческу. Дочь же он расчёсывал и со мной справится, чай не облысею, а то лапки уже устали.

Вааау, почему я не приспосабливала его к этому делу раньше? Растекаюсь по стулу млеющей медузой. Всё, не тревожьте меня, я желеее.

Максимально осторожные движения, начал с кончиков, постепенно поднимаясь выше, а когда стал проводить по голове… вот тут я и впала в прострацию. Непередаваемое удовольствие.

— Ого, по звукам я предполагал увидеть совсем другую картину. — удивленно произнёс заглянувший в ванну Френк. — Доброе утро, Лани.

— Доооброе, Френки.

— Для того, чтобы доставить удовольствие нашей жене я всегда буду стараться. — благодушно сообщил наг.

Жене. Пффф, как непривычно звучит.

— Ммм, Лани, вы меня вдвоем провоцируете.

— Хм?

Два удивлённых взгляда скрестились на хессе, но он и не думал теряться. Плавно подошёл к нам и удобно разместился у меня между ног.

Дара речи я лишилась напрочь, в немом удивлении наблюдая за его действиями. Он же закинул мою ногу к себе на плечо, жадно приникнул к развилке, удовлетворено урча при этом, словно дорвался до сладкого.

Из моей груди вырвался стон удовольствия, который подхватили губы змея. Он принялся нежно ласкать мою грудь, мягко пощипывая вершинки. Хесс принялся стимулировать серьгой клитор, добавляя сказочных ощущений, и я кончила со стоном, который подхватили губы Росса.

Котище мягко поцеловал зацелованную зону и опустил мою ногу со своего плеча. Чмокнул в бедро и довольно встал, поправляя эрекцию.

— Вот теперь доброе утро, Лани, правда же?

— Ммм, Френки, ты такой шалун оказывается, ужас! — лукаво протянул наг. — Я тут изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не домогаться нашу сладкую девочку, а ты сходу даришь ей несанкционированное удовольствие.

— Шустрый малый. — насмешливо раздалось от двери. — Френк, ты в курсе, чего хочет от тебя Мила?

— Не тяни интригу, эта тихоня ничего нам не сказала! А мне нужно знать, чего это от меня не хотят, а от него требуют? — наг в своём репертуаре.

— Наша любимая жена мечтает, чтобы ты сделал себе пирсинг сосков. Да-да.

Я поперхнулась воздухом и сердито уставилась на Майка. Растрепал всё.

— Лани, он серьёзно? Ты действительно этого хочешь?

— Ммм… только если этого хочешь ты. — неуверенно промямлила, старательно втыкаясь взглядом в пол.

Как-то всё неожиданно обернулось. Всё утро какое-то спонтанное. Френк поднял меня со стула и притиснул к широкой груди.

— Обязательно сделаю. — горячо прошептали мне на ухо. — Люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Перецеловав каждого из мужчин своего гарема, привела себя в порядок, ехидно посматривая на свидетельства их ко мне желания и отправилась будить детей. Сегодня отвезу их на кружки по интересам, а сама в это время займусь делами.

— Я, после того как отвезу малышей, прогуляюсь по городу, может забегу красоту навести. — поставила мужчин в известность.

— Хорошо, Милая, но ты периодически выходи на связь с нами.

— Договорились, Росс.

Центр города встретил меня яркими рекламными баннерами.

Каждое заведение старалось перещеголять соседей: витрины, голографические вывески, ароматы свежей выпечки — всё дразнило и манило. Все пытались удивить антуражем и привлечь в свои недра посетителей, и я старательно привлекалась.

Я зашла в маленькую пекарню и долго пыталась разобраться в меню, но в итоге сжалилась над милым официантом и доверилась его выбору. Оно того стоило.

Побывала в магазине с одеждой: он особого впечатления не произвел, разве что только способом выбора. Для подбора одежды ты используешь свою голограмму, на которую и примеряешь обновки. Спустя несколько минут одежда будет готова, прям под твой размер. Удобненько.

На этом моменте ко мне закралась идейка, что с бельём ситуация обстоит так же и я, сломя голову, помчалась искать себе все самое красивое/нужное/развратное.

Ожидания совпали с реальностью и я по тому же принципу восторженно подбирала себе новиночки. Прелесть невероятная, даже на моём не самом аппетитном тельце, без пышных форм, некоторые модели смотрелись настолько соблазнительно, что я тут же добавляла их к покупкам. Настроение было настолько благостным, что я тут же задумала пакость.

— Скажите, я могу переодеться в один из купленных экземпляров?

— Конечно, госпожа. — продавец уважительно склонила голову. — Я проведу вас в примерочную.

Меня действительно провели и даже заботливо развесили выбранный комплект. Домой я, понятное дело, поеду в своём, но для шалости эта прелесть подойдёт идеально.

Облачилась в ниточки с кусочками ткани в самых нужных местах, застегнула гартеры, прикрепила их к тонкому пояску. Вау, горячевато вышло.

Приняла соблазнительную позу и сделала несколько кадров — не на память, разумеется. Совершив своё чёрное дело, переоделась, и с чистейше совестью заказала остальные комплекты доставкой на дом.

Всё, это однозначно мой любимый магазин в этом городке.

Я устроилась на лавке в небольшом скверике и нала свою подрывную деятельность, решив устранять противников по одному.

Первый кандидат — мой рыжий скромник.

«Привет, Френки, сильно занят?»

Приходит мгновенный ответ:

«Для тебя всегда свободен»

«Ты знаешь, что я тебя люблю?»

«Ох, Лани, я тоже тебя люблю. У тебя всё в порядке?»

«Конечно, родной. Вот надумала немного отвлечь тебя от работы.»

«Я очень этому рад.»

«Смотри, хороший комплект подобрала?»

И отправляю довольно скромное фото. Тишина в эфире стояла около минуты.

«Лани, ты очень красивая.»

«Ммм, а комплект?»

«Я безумно хочу посмотреть на него вживую.»

«Только посмотреть?»

«Лани, ты же знаешь, что нет. Я очень хочу потрогать то, что под ним.»

«Думаю сегодня это можно устроить.»

«Я после работы немного задержусь, но очень жду ночи.»

«Я тоже, приезжай скорее домой.»

Так, мой рыжий скромник заинтригован, далее по списку — фанат фотографий.

«Занят?»

«Нет, Мила, не занят. У тебя всё хорошо?»

«Да, конечно. Ты один?»

«Сижу у себя в кабинете.»

«Ммм, хочешь покажу, какую красоту я сегодня купила?»

«Заинтригован. Хочу.»

Отправляю целомудренную фотку, прекрасно понимая, что придётся повышать градус.

«Нравится?»

«Хочу тебя. Еще фото. Сейчас.»

Предсказуемый мой. Отправляю фото поразвратней, а у самой лихорадочно трясутся руки.

«Оххх, какая ты в нём сексуальная. Мечтаю оказаться в тебе, даже не снимая эти ремешки.»

«Ммм, даже не снимая?»

От его сообщений становится жарко. Дыхание стремительно учащается.

«Купи ещё в похожем стиле. Хочу тебя в них трахать. У меня стояк сейчас штаны разорвёт.»

«Ох, ты же серьёзный человек, разве можно на рабочем месте?..»

Внутри меня мурлыкает и довольно потягивается большая кошка, которая хитро ждёт продолжения.

«Фото. Ты же послушная девочка?»

«Для тебя я самая послушная, Френки.»

Отправляю самую пошлятину.

«Ммм, родная, знаешь, что я сейчас буду делать, глядя на твою киску, немного прикрытую этим треугольничком?»

«Что же?»

Я уже очень тяжело дышу, явственно представляя его действия.

«Буду смотреть на идеальную тебя и дрочить.»

«Френки, я тоже хочу фото.»

«Ммм, маленькая шалунья, где же твоя скромность?»

«Оставила сегодня дома. Где фото?»

Он присылает мне запрошенное. На секунду сердце замирает, а затем пускается в скач. Голодно смотрю на приспущенные штаны, красивый упругий фаллос, зажатый в кулаке, на фоне рельефного пресса. Очень горячо.

«Хочу твой член. В себе.»

«Да, сладкая, он там будет. Сегодня же. Представляю сейчас какая ты тесная и хочу к тебе ещё сильнее.»

«Мне так нравятся твои движения во мне.»

От воспоминаний о сегодняшней ночи в животе разгорается пожар.

«Только что кончил на твои самые вкусные фотки. Ты на них такая горячая, что не смог удержаться.»

«Ух, рада, что ты получил разрядку. Вечером хочу тебя. Сильно.»

«Ты в парке?»

«В сквере.»

«Напиши Россу, у него сегодня незагруженный день и он с удовольствием поможет тебе сбросить напряжение. Трусики мокрые?»

«Откуда ты знаешь?»

«Ммм, сладкая, ты никогда не остаёшься равнодушной. Завидую Россу.»

«До вечера, целую.»

«И я тебя.»

Озабоченный мой. Может действительно заявиться к нагу и потребовать долг супружеский? Сижу вся неудовлетворённая и очень хочу продолжения, а он отлынивает. Непорядок. Решила сразу набрать.

— Росс, ты сейчас свободен?

— Милая, что-то случилось?

Да штошшш такое, почему я не могу выйти на связь просто так? Каждый думает будто бы что-то произошло. Параноики несчастные.

— Всё хорошо. Да вот думаю, можно ли заскочить к тебе на огонёк ненадолго? Достопримечательности там посмотреть или ещё что интересное.

Выражение лица нага стал очень заинтересованным.

— Ммм, сладкая, интригуешь. Присылаю геолокацию и жду. Секретаря выпроваживаю.

Прикинув, что на пешую прогулку потрачу всего пятнадцать минут, залетела в уже знакомый магазин и пулей приобрела такой же комплект, мгновенно нацепив его на себя. Знала бы, как повернётся жизнь — не снимала бы. После всех манипуляций, сияя улыбкой, продефилировала к змею-искусителю, искушаться и искушать.

Хорошо, что дома рука потянулась к платью. Красивое бельё под одеждой таки делает женское поведение раскрепощённым.

Зашла в лифт и нажала на указанный этаж. Пульс участился и во всём теле приятно разгоралось предвкушение. Уверенно прошла дальше, сделав остановку возле необходимой двери. Предварительно постучав, нажала на ручку, заходя внутрь.

— Ммм, кто к нам пришел? Привет, сладкая.

— Привет.

Стеснительно подхожу к нагу, одетому в красивый деловой костюм, который ещё утром меня взволновал. Невероятный контраст от сдержанного образа, шеи в татуировках и увешенного серьгами уха.

— Росс, ты такой сексуальный в этом костюме, почему раньше не надевал?

— Хм, сегодня была встреча с многообещающим клиентом, нужно было выглядеть солидно.

— Тебе очень идет. — ласково провожу рукой по широким плечам.

— Сладкая, меня тут заинтриговали чем-то очень интересным. Показывай свою покупку.

— Они тебе рассказали? — моему возмущению не было предела, я тут индивидуальный подход использовала, а они делятся всем. Паразиты.

— Эй, злючка, мне искренне позавидовали и каждый сказал, что хочет быть на моём месте. Поэтому я жажду узнать подробности.

— Я так не играю… Твой секретарь может вернутся в любой момент. — проказливо дую губы, мол, переживаю.

— У него обед.

— Хм, ну не знаю, ты весь такой серьёзный, неприступный.

— Очень даже приступный, ты посмотри на меня.

Провожу пальчиками по твёрдой груди, обнимаю змеище за шею и притягиваю к себе, целуя.

— Вкусная девочка. — поднимает меня под попу и относит, по всей видимости, к себе в кабинет, где ставит возле письменного стола.

Глядя ему в глаза расстёгиваю молнию на спине и платье соскальзывает с меня лёгким облачком. С ликованием вижу, как меняется его лицо и жадный взгляд впивается в меня, стараясь запомнить каждую деталь. На моих глазах чешуйки со скул переходят ниже, теряясь за воротником пиджака. Наслаждаюсь каждым моментом и облокачиваюсь на стол.

— Нравится?

— Милая, ты восхитительна, меня очень возбуждают эти ремешки на твоих бёдрах. — осматриваю внушительный бугор, оттопыривающий штаны, и понимаю, что наг в восторге.

— Ммм, любишь ремешки?

— На тебе я люблю всё. — подходит вплотную и ставит руки с двух сторон от меня, нависая сверху. — Сладкая, я очень хочу тебя.

— Так почему же сдерживается?

— Не хочу навредить. — он проводит носом по моей шее, распространяя толпу мурашек.

— Хороший мой, ты знаешь, что я люблю тебя?

— Знаю.

— Я люблю каждую черту твоего характера, каждая твоя особенность мне нравится.

Притягиваю его за голову к себе и шепчу на ухо:

— Трахни меня пожалуйста, так, как тебе хочется.

Провожу языком по зелёному камушку и прикусываю мочку зубами, вырывая громкий стон. Жмурюсь от восторга и повторяю это действие.

— Сладкая, напросилась. — внутри я ликую, что добилась своего и наг распалён до предела.

Он резко разворачивает и укладывает меня животом на стол, звонко шлёпнув по ягодице. Проводит языком по спине от чего я сильнее прогибаюсь в талии.

— Моя вкусная послушная девочка, которая обожает, чтоб её горячо трахали. Хочешь мой член, Милая? — снова шлепок, но уже по другой половинке.

— Хочууу…

— Ммм, как приятно звучит. Что же ты конкретно хочешь?

— Чтоб ты трахнул меня.

— Хм, договорились.

Грубые руки заботливо проходят по чувствительной коже, оглаживая талию и бёдра. Спускаются к влажным трусикам и сдвигают их в сторону, начиная ласково исследовать открывшееся взору место.

Уткнувшись лбом в скрещенные руки, я с замиранием сердца слышу звук расстёгивающейся ширинки. От предвкушения закусила губу.

Росс не заставил меня томиться в ожидании. Всем естеством чувствую бархатистую головку, которая медленно, но неумолимо проникает внутрь. Плавные толчки ускоряются с каждым новым движением, а меня переполняет ощущение наполненности.

Громкие шлепки переполняют комнату, переплетаясь со сдавленными стонами. Его одежда раздражает чувствительную кожу, но от этого ощущения только сильнее обостряются.

— Хааа, в тебе так хорошо, что не хочу выходить…

Наг наклоняется и приникает к шее страстным поцелуем, ускоряя движения. Всем телом чувствую приближение развязки.

— Росс, пожалуйста…

— Ох, Милая, ты как всегда спешишь.

— Не могу больше. Пожалуйста. — добавляю в голос просительных ноток.

— Упрись руками в стол.

Послушно опираюсь на ладони и наг, прижимаясь ко мне всем телом, поглаживает самое чувствительное местечко. Удовольствие разбегается по телу и сосредотачивается в самом центре, рассыпаясь искорками разрядки. Безвольно обмякаю в крепких объятиях, наслаждаясь его дрожью. Тяжёлое дыхание постепенно выравнивается.

— Господин Хельман, вы тут? Я принёс бронкс!

Как гром среди ясного неба раздаётся голос за дверью. Я замерла и начала отчаянно бороться со смехом. Божечки, какое позорище…

— Фин, сходи ещё за одной порцией. — громко крикнул наг, хмуро глядя на мою насмешливую улыбку.

— Сейчас будет!

Слышу громкий хлопок дверью и начинаю хихикать в голос.

— Ты же говорил, что у нас тааак много времени. — оперативно надела платье и, повернувшись к змею, жду, пока он застегнёт молнию.

Жду-жду. Не поняла. Поворачиваюсь и смотрю на это недовольное злобство.

— Ну? И чего надулся?

— Надо увольнять Фина. Слишком трудолюбивый… Как можно в свой перерыв бежать на работу? Он обломал мне все начинания.

— Ну, не бурчи. Бессовестный узурпатор. Тебе и так не по графику счастье выпало.

Привела себя в порядок и старательно пытаюсь изобразить приличный вид. Вид изображаться отказывается, такое ощущение, что у меня на лбу горит надпись: «Был секс, только что. Всем внимание!».

— Ой, сколько там выпало? Это же мелочь! Чисто для разогрева, и то маловато.

— Я сейчас обижусь и забуду дорогу в это гнездо разврата.

— Извините, а почему гнездо разврата? — снова тот же голос от двери.

Мы с нагом синхронно поворачиваемся к говорившему. Мамочки, это что за милашество?

Худющий грайн, в очках и светлом костюмчике. Весь такой правильный, волосы старательно уложены. Взволнованно поправляет очки и вручает нам стаканы с горячим напитком.

— У нас приличная фирма и за каким-либо развратом мы не замечены! Вот. — это несуразное чудо в качестве подтверждения шмыгнуло носом и уставилось на меня. — А вы не по записи?

— Ага. Тайком пробралась. А у вас тут… Фу. Развратничаете направо и налево. Ужас. Не могу это выдерживать. Моё воспитание мне не позволяет тут находится! Спасибо за бронкс, но я пошла.

— Э, это что? — на змеиной моське шок читался крупными буквами.

— Это суровая жизнь! Всё, не шалите тут больше. Я проверю.

Закончив свой спич я вылетела за двери и разразилась хохотом. По ходу дела, Милка, шарики за ролики таки заехали. Но какое у них было выражение лиц… Не-пе-ре-да-ва-е-мо.

Спустя некоторое время задумчиво слежу за главным злобством нашей семьи в истинной ипостаси.

То бишь в змеиной.

Решило дитятко форму поменять и теперь старательно ползает, нервируя меня платьишком поверх зелёного хвостища. Агрессивно шипит на Риша, демонстрируя все свои «лучшие» черты характера.

Нда. Повезёт же кому-то в будущем. Гипотетический страдалец заранее обречён.

Илесса нашипелась и решила устроить на мне перевалочный пункт, заняв всё доступное пространство. На мне, соответственно. Уныло вздохнула и решила терпеть. Злобство поутихло и теперь тискальное, чем я старательно пользуюсь, поглаживая приятные чешуйки.

— А что это ты тут делаешь, нарушительница спокойствия? М? — раздаётся довольный голос за спиной.

— Росс! А чего это ты без предупреждения?

— Да вот, хочу в глаза твои бесстыжие посмотреть.

— А чего это бесстыжие? Да смотри, ни в одном глазу же нету!

— Правильно, стыда ни в одном глазу и нету. А должен быть. Хоть капля. Ты мне секретаря довела.

— Как это? Я ему и пары слов не сказала, вообще-то. — голос оскорблённой невинности даётся мне с каждым разом всё лучше и лучше. Талант растёт с каждым днём.

— Он меня практически пытал после твоего ухода!

— Да ладно, такой милый парнишка?

— Этот милый парнишка всю кровь из меня выпил. Из-за тебя!

С любопытством смотрю на хитрую моську, которая не издавала ни звука и старательно грела ушки. Хм. Интересненько.

— Росс, а покажи змею.

— Эм, дорогая, я всё понимаю, но ты хоть фильтруй немного…

Смотрю на этого дурня и диву даюсь. У него мозги в области, не связанной с кроватью, вообще функционируют?

— Божечки, ты мне вторую ипостась покажи. Как бы назвать тебя ласково в такой ситуации... Извращуга! — последне беззвучно произношу, но этот гад прекрасно читает по губам, потому что расплывается в сияющей улыбке.

— Смотри, Милая.

Спустя секунду это змеище увеличивается в размерах, и ноги заменяет хвост. Изумрудный. Огромный. Свивающийся кольцами. Как в ужастике про анаконду.

— Вааау. — произносим мы с Лесси одновременно и принимаемая в две руки исследовать этого монстра.

— Пааап, а я тоже буду такой здоровенной, когда вырасту?

— Нет, малыш, ты будешь гораздо миниатюрнее.

Я заинтересовано колупаю хвост. Чешуйки снова не отколупываются. Эх, сплошное разочарование.

— Милая, ты опять пытаешься живодёрствовать?

— Не-а, ни капельки. — в качестве доказательства прячу руки за спину под насмешливым взглядом.

Всё мои совратительные планы на ночь пошли в другом направлении. Я усиленно пила бодрящий напиток, но всё так же отчаянно засыпала на ходу. В конечном итоге отрубилась как только голова коснулась подушки.

День начался с обдумывания пакости. Самое идеальное начало, я считаю. Посколько информация про взаимоотношения двух пушистых созданий в моём воображении обновилась, мною и моими мысленными коллегами было принято единогласное решение, что надо бы как-то повлиять на ситуацию.

В ожидании двух хессов я переживала и мандражировала. Мандражировала и переживала.

В планах у меня было серьёзное мероприятие по объединению этих двух котяр одной хорошей мной. Но что-то переживательно. Росс насмешливо следил за моими метаниями, но никак не комментировал.

Раздражённо смотрю на браслет: время уже позднее, а от этих двух мужланов ни сообщения. Хотя Майк приезжает обычно первым. А тут лишь один хитрый змей вернулся вовремя.

Наг приобнял меня за плечи и некоторое время стоял, положив подбородок мне на макушку.

— Милая, прекращай метаться. Всё хорошо.

— С чего ты взял? — уныло вздохнула и сильнее облокотилась на горячее тело.

— Меня предупредили, что немного задержатся. Мой тебе совет: отправляйся-ка ты наводить марафет. Я же знаю, что ты сегодня в своей прелестной головке напланировала что-то интересное для них.

— А откуда знаешь? — не смогла сдержать интереса.

— По оговоркам по твоим. Сладкая, ты как всегда невнимательная. Эх, повезло, что у тебя есть такой идеальный я. Что бы ты без меня делала? — самодовольство в голосе так и плещется.

— Страдала бы, конечно.

Настроение улучшилось и, понежившись ещё немного в тепле его рук, я отправилась в ванную, решив отдыхать на полную катушку.

Спустя час, не меньше, я расслабленно лежу в своей комнате. Распаренная, ухоженная всем чем можно было, и абсолютно довольная. Лениво раздумываю, баловать ли этих наглых мужчин или всё же не стоит. Они где-то шатались, двумя кошачьими призраками, а я их жди тут.

Сна ни в одном глазу. Ладно, таки пойду. Раз приручила — нужно заботиться. Деловито собралась и, полная уверенности, отправилась к Майку. Нагло вошла без стука в надежде застать невероятные непристойности, но нет. Обломалась по всем фронтам.

Хесс полулежал на кровати и целомудренно работал на браслете. От разочарования я замерла истуканом посреди комнаты и прожигаю злобным взглядом невозмутимого котяру.

— Привет, Мила. Ты разве не собиралась спать?

— Ну, как видишь, нет. Раз я тут. Где это вы так долго пропадали с Френком? М?

Угрожающе подхожу вплотную к кровати и окидываю мужчину пристальным взглядом, не упуская ни единой детали. Осмотр ничего нового не показал, поэтому я зависла в ожидании внятного ответа.

— Мила, а ты чего такая агрессивная сегодня?

— А чего это ты вопросом на вопрос отвечаешь? — умостилась впритык к Майку и наблюдаю за мельчайшим проявлением эмоций.

— Хм. Ну ты же утром высказала некое пожелание. Вот мы его и реализовывали.

Всё раздражение как рукой сняло. Оу. То есть я правильно сейчас думаю? Они сделали то самое? Вот прям именно то самое?!

— А ты налетела, вся такая грозная…

Он с улыбкой положил ладонь мне на щёку, поглаживая большим пальцем по губам. Щекотно. Прихватила зубами настойчивую конечность.

— Пошли. Смотреть будем, что вы там такое реализовали.

Гордо вспорхнула с кровати и походкой от бедра направилась к Френку, ни на секунду не сомневаясь, что хесс последует за мной. В крови мгновенно разошёлся азарт, который то и дело подстёгивал меня ускориться.

Точно так же без стука отворила дверь и замерла на пороге, разглядывая рыжее произведение искусства.

— Лани? Ты чего не спишь?

Ишь какой. Как я могу спать, когда тут такое творится? Шустро подошла ближе и вперила в него жаждущий взгляд, который сосредоточился на очень интересующей меня области.

— Показывай.

На пухлых губах расплывается счастливая улыбка, делающая черты лица ещё идеальнее.

— Хм, о чём это ты?

По хищному прищуру понимаю, что этот котяра решил схитрить. И только я собралась ринуться в поисках обещанного, как крепкие руки перехватывают меня со спины. Нет, ну я так не играю. Раздражённо шлёпаю ладошкой по загребущим лапам и снова попыталась пойти в наступление, но кто б мне дал.

Майк ещё сильнее прижимает меня к себе, и утыкается носом мне в шею. По коже пробежала волна мурашек. Я невольно передёрнулась и встретилась взглядом с довольным Френком.

— Вот так. Теперь ты никуда не денешься. — радостно оповестил последний.

Тоже мне, будто бы я собиралась. Расслабленно повисла в стальной хватке, с интересом ожидая развития событий.

Майк начал выцеловывать дорожку от уха к плечу, заставляя меня сильнее откидывать голову, открывая ему полный доступ. Френк, внимательно следящий за его действиями, встаёт рядом, пристально глядя в глаза. Затем он приподнимает моё лицо и впивается в губы глубоким поцелуем, лаская меня металлическим шариком. Ноги совсем ослабевают, и я хватаю рыжика за плечи, сосредоточив всё внимание на поцелуе.

Из головы вылетели совершенно все мысли, кроме одной: хочу раздеть их как можно быстрее. Руки понимают всё буквально, и я старательно стягиваю с хесса футболку, проводя пальцами по разгорячённой коже.

Как только поцелуй прервался меня притягивает Майк, который голодным поцелуем вгрызается в мой рот, словно пытаясь стереть предыдущий. Меня пронзает возбуждение, начинающее пульсировать в животе. Он быстро стягивает с меня одежду, словно боится опоздать.

Как только с последней деталью гардероба было покончено, Френк вырывает меня из чужих объятий, вжимая в себя. От этих детсадовских выходок мне хочется смеяться, но я всеми силами сдерживаюсь. Нужно их немного смягчить, иначе так и будут перетягивать меня, как канат.

Поднимаю голову и сама нахожу губы Френка, ласково прохожусь по ним языком. Одновременно с этим притягиваю к себе Майка и через мгновение целую уже его.

— Мальчики, я вас двоих люблю. — тихо проговариваю, в надежде, что до них дойдёт мой посыл.

Отпуская Майка и сосредотачиваю всё своё внимание на рыжике, наконец-то замечая новую деталь. Да. Он сделал это. С восторгом любуюсь на серебристые шарики, по обе стороны от сосков. Рука сама тянется потрогать. Лёгкое, практически невесомое прикосновение — и он стонет.

О-бал-деть... Мои глаза затягивает поволокой желания и тормоза окончательно срывает. Толкаю мужчину на кровать и взбираюсь сверху, грубо кусая шею. Медленно опускаюсь. Чем ниже, тем нежнее становятся поцелуи. И вот я уже добралась до заветной области. Пару секунд восторженно разглядываю, а затем осторожно прикасаюсь языком. Хесса подо мной выгибает от восторга и я старательно стягиваю с него последний элемент облачения.

Поворачиваюсь и смотрю на бледного Майка, который замер изваянием. Это на него совершенно не похоже. Где же тот наглый и уверенный в себе извращуга, которы всегда доминирует и фонтанирует пошлостями?

— Майки, я без тебя скучаю… Иди сюда.

Он, словно сомнамбула, взбирается на кровать и вновь замирает. Извиняюще целую Френки и перебираюсь вплотную к хессу, прижимаясь любом к его лбу.

— Что за мысли переполняют тебя? М? — он молчит, заторможенно глядя мне в глаза. — Хватит. Сосредоточься на мне. Ты же мой.

С надеждой вглядываюсь в синие омуты. Ну же, давай… Возвращайся.

— Мила...

Шепчет непослушными губами. Вот, наконец-то проблески сознания.

— У тебя сегодня полный карт-бланш. — говорю уверенно и с восторгом слежу, как по его лицу расплывается дьявольская ухмылка. Кажись, я попала.

— Договорились, сладкая. — он хватает меня за щёки и грубо проникает языком в приоткрытый рот, затем отстраняется. — Френки уже заждался. Возвращайся к нему.

Его голос становится ниже, из-за чего мурашки бегают волнами от затылка до кончиков пальцев. Послушно возвращаюсь к обнажённому хессу, лаская взглядом идеальное тело. Майк неожиданно приподнимает меня и укладывает грудью прям на Френка, прогибая в спине и ставя на колени. Таким уверенным он нравится мне гораздо сильнее.

Возвращаюсь к прерванному занятию и нежно ласкаю трепетный комочек плоти, всей кожей ощущая желанную реакцию. Хесс дрожит всем телом, прижимая меня к себе сильнее. Но придвинуться ближе я не могу, потому что Майк твёрдо фиксирует мои бёдра, не давая возможности шевелиться.

Осторожно прихватываю сосок зубами, наслаждаясь симфонией хриплых стонов. Неожиданно по самой чувствительной части моего тела скользит язык, и я нечаянно стискиваю зубы сильнее, чем планировала. Френка выгибает на кровати и я чувствую горячую влагу на животе и груди.

Шокировано смотрю в бешеные глаза. Он кончил только от ласк груди? Серьёзно?

— Хаа, Френки, я, бля, в шоке от твоей скорости… Теперь наша очередь. — пробормотал Майк, резко входя в меня на всю длину, заполняя полностью одним чётким движением.

От сильных толчков я впечаталась Френку в грудь, чувствуя, что начинаю соскальзывать, но он удерживает меня на одном месте. Наши губы соединяются, но от движений Майка мы то и дело бьёмся зубами.

Очевидно, Френку это надоело, и он мягко выровнял меня, уверенно откинув на Майка, от чего проникновение стало интенсивнее, а из горла вырывался протяжный стон.

Пока Майк вколачивался в меня с новой силой, рыжик занялся грудью, одновременно опустил руку к лобку.

— Кончишь от моих пальцев, да, Лани? — мурлычет, глядя мне в глаза.

— Хаа, нет, она кончит от моего члена, Френк. — недовольно проворчали сзади.

Чёрт, они так и будут меня делить? Даже во время, мать их, секса?! Меня обуяло раздражение, заглушившее всё удовольствие от этого действа. Нужно брать дело в свои лапки…

— Френки, хороший мой, хочу твоё внимание именно здесь. — пальцем демонстрирую направление. — Сейчас ты будешь ласкать меня языком, до тех пор, пока я не кончу, а он в это время будет меня иметь.

Смотрю в сверкнувшие недовольством глаза, но отступать не собираюсь. Это в начале мне было весело, а сейчас вся серьёзность ситуации нахлынула на бедную меня.

— А ты, Майк, будешь двигаться так, чтобы твоему побратиму было удобно. Вы ведь хотите, чтоб ваша любимая девочка кончила. Правда же?

Пристально смотрю в синие глаза, метающие молнии, но я настойчив притягиваю его лицо к своему, ожидая правильный ответ.

— Хм, моя девочка решила сегодня покомандовать? — по губам змеиться усмешка, но взгляд переполнен недовольством.

Как быстро у него меняется настроение. От отчаяния до восторга. От восторга до недовольства. Слишком переменчив, не могу предугадать, что он выкинет дальше.

— Ваша девочка хочет чтоб вы её трепетно любили. Вдвоём. Так что твой карт-бланш, Майки, отменяется.

— Хаа, злюка. Я же потом возьму своё. — говорит, а сам ласкает чувствительные вершинки и настрой понемногу возвращается.

— Потом — бери. А сейчас взаимодействуйте только вдвоём. Вы оба мои. А я ваша. В равной степени.

Божечки, ну пусть до них дойдёт эта информация, а? Почему они с нагом нормально взаимодействуют, причём оба, а друг с другом петушиные бои…

— Лани…

Френк нежным поцелуем проходит по моим губам, в то время, когда Майк приникает к шее. Они зажали меня между своими телами. От насыщенного поцелуя в лёгких не хватает воздуха и кружится голова, но не могу оттолкнуть. Руки сами прижимают рыжика ещё сильнее.

Ноги совершенно ослабли, но Майк старательно придерживает меня за талию. Осторожно вжимается своим членом, демонстрируя ни на секунду не угасшее желание. Он ладонями раздвигает мои бёдра и медленными толчками входит, заполняя меня собой.

В голове лениво проносится мысль, что я хотела совсем не так, но очень быстро исчезает с горизонта.

Когда в глазах заплясали звёздочки, Френк наконец-то прервал поцелуй.

— Майк, давай-ка мы немного сместимся. — произнёс он уверенно. — Облокотись на стену.

Хесс осторожно, не выходя из моего тела, меняет наше положение. Я оказываюсь сверху, спиной к нему, судорожно хватаясь за поддерживающие меня руки. И в этот момент он делает мощный толчок. От удовольствия у меня закатываются глаза, и тело сотрясает дрожь.

— Смотри, Френки, как нашей девочке нравится… Может, стоит как можно быстрее довести её до пика? — удовлетворённо проговаривает, продолжая плавно двигаться.

— Хм.

Рыжик придвигается ближе и пристально смотрит, как в моё тело проникает его побратим.

— Наша девочка так любит мою серёжку вот здесь, да? — пальцем невесомо поглаживает центр, который отчетливо виден между моих раскинутых в стороны ног.

— Давай, порадуй её, а то она так расстроилась из-за нас.

Майк ещё сильнее замедлился, проникая в меня невыносимо плавно. Френк, приблизившись вплотную, провёл языком. От одного этого действия меня кинуло в жар. Ладони сами по себе впились в руки Майка.

— Ммм, Френки, Мила в восторге. Я могу ускорится?

— Не спеши. — снова протяжное движение. — Я скажу тебе когда.

Шарик чувственно ласкает пульсирующий клитор, ускоряясь с каждым новым движением. Моё тело начинает напрягаться от этого коктейля ощущений, и мужчины всё прекрасно понимают.

— Майк, тебе стоит ускорится. — говорит хесс, с громким чмоком оторвавшись от меня.

Затем он втягивает в себя напряжённый бугорок, усиленно его лаская. В это время Майки ускоряется, вбиваясь в меня на полную силу. Несколько совместных движений — и я распадаюсь на миллион счастливых частичек.

Френк отстраняется и наблюдает, как Майк приходит к финишу, яростно тараня моё обмякшее тело.

— Вот так, девочка моя… — Майк осторожно выходит из меня и передаёт на руки Френку. Эстафету нашли, блин.

Спустя считанные секунды я оказываюсь на боку, а со спины в меня активно входит мой рыжик, который сразу взял очень быстрый темп.

— М-Майки… поцелуй меня… — простонала между сильными толчками, умоляюще глядя в хищные глаза.

— Хмм… Наша девочка хочет поцелуй. А в какое место?

— Губы. — пробормотала едва слышно, упиваясь ощущением тотальной наполненности.

Прикрыла глаза, в полной уверенности, что сейчас меня трепетно поцелуют, немного отвлекая от яростных движений Френка. Неожиданно движения рыжика замедляются, а мой клитор втягивают жадные губы…

— Ах… не там, Майк!..

— Ммм, сладкая, всё как ты и просила. — слышу довольное мурчание.

— Нееет!

— Ну как же, поцелуй в губы. Готово. — проговорив, он снова приникает к самой чувствительной части моего тела.

Френк вновь замедляется, давая Майку возможности для манёвра, чем тот мгновенно и воспользовался. Быстрые, точечные удары языков возносят меня на вершину блаженства за считанные секунды.

Несмотря на расслабленное состояние, с каждым новым толчком по телу разносится удовольствие.

— Френки, хочу видеть твоё лицо.

Враньё в чистом виде. На самом деле я хочу коварно добраться до груди, но сказать об этом прямо — язык не поворачивается.

В четыре руки мне помогли переместится, и вот я оказываюсь лицом к лицу со своей рыжеволосой мечтой. В очередной раз залипла на искорки в глазах.

Майк нежно ласкает губами спину и плечи, разнося толпы мурашек по моему организму. Я же, глядя в любимые глаза, начинаю гладить кончиками пальцев твёрдые комочки, пронизанные штангами. С восторгом слежу, как темнеют глаза напротив и плавные толчки резко набирают темп.

От предвкушения рот наполнился слюной и я на кланяюсь, полностью вбирая в себя трепещущую плоть. Изучаю языком всю эту композицию, наслаждаясь хриплыми стонами, которые издаёт Френк. Он начинает дрожать, прижимая мою голову ближе, словно я сейчас отстранюсь. Наивный.

Майк прикусывает мою шею и проникает рукой между нашими телами, безошибочно находя нужную точку. Движения его пальцев синхронны с Френком и меня снова накрывает волна оргазма. Одновременно с этим прикусываю сосок, который нежно ласкала до этого и тело подо мной выгибает дугой от пронзительного удовольствия.

Обессилено лежу на твёрдой груди, наслаждаясь невесомыми поцелуями, которые покрывают лопатки и поясницу.

— Мила, ты больше не злишься? — заискивающие нотки откровенно рассмешили.

— Злюсь. Сильно. — проговорила довольным тоном, который аж никак не вяжется со словами.

— Лани, но почему? — когда он говорит грудная клетка аж ходуном ходит. Смешно.

— Ну как это почему? Вы тут устроили перетягивание меня в две стороны и ещё спрашиваете.

— Мы же потом исправились… — растерянность Майка можно ложкой черпать.

— А послевкусие-то осталось. Вот и думайте теперь, как меня задобрить после всех ваших поступков. — бурчу для вида. Ибо нефиг. — Но твоя обновка, Френки, мне понравилась. Очень.

— Хм, прям очень?

— Ага, теперь у меня есть рычаг для управления твоим оргазмом. Целых два. И, поверь, я буду неустанно ими пользоваться.

Проказливо лизнула обговариваемую часть тела, вызвав стон сквозь стиснутые зубы и, довольная, сползла с этого наглого кошака. Затем прижалась всем телом к Майку, ласково взъерошив чёрные волосы.

— Ты опять слишком тихий. Что происходит в этой умной временами голове? — дотронулась пальцем до середины лба. — Когда ты так сосредоточен на своих мыслях я переживаю.

— Не стоит. Я просто обдумывал произошедшее.

— Хм, и до чего додумался? — чувствую, как помимо его рук меня обнимает и Френк, прижимаясь ближе.

— Мы были неправы.

— Дааа? И в чём же? — заинтересованно всматриваюсь в его хмурое лицо.

— И я, и Френк невольно проецировали на тебя наш предыдущий совместный опыт. Несмотря на то, что я полностью осознавал свои действия, ничего не мог прекратить.

— Ну, у нас вся жизнь впереди, для того, чтобы вдолбить в ваши головы, что я ваша целиком и полностью. Я очень постараюсь это сделать.

— Ха, я в тебе не сомневаюсь, Лани, ты можешь. — довольно проговорили мне в макушку.

В их объятиях было так уютно, что, на несколько секунд прикрыв глаза, я сама не заметила, как уплыла в сон.

— Эт-это снова вы? Зачем вы опять пришли? — худющий грайн напротив меня лихорадочно поправляет очки, видимо, в надежде, что я исчезну.

Но реальность повернулась к нему задом и исчезать я не собиралась. В который уже раз врываюсь сюда только лишь для того, чтобы увидеть эту невероятную панику. Сейчас будет мой любимый момент.

— Как это зачем?! Вы опять тут оргии устраиваете, я этого так не оставлю! Я вашего руководителя сейчас выведу на чистую воду! — у меня образ, самый что ни на есть пуританский. Даже гриву собрала в строгую причёску.

— Госпожа, вы снова без записи. — ооой, он чуть ли не плачет. — Сколько можно вам повторять: вы не по адресу! У нас в офисе нет ничего развратного! Нет! Мы приличное детективное агентство… Пожалуйста, идите домой…

Прям мурррк. Обожаю доводить этого мальчишку. Как это нет ничего развратного? Я прям сейчас стою в строгом чопорном платье и пошлейшем белье под ним. Любимые ремешки, которые сейчас почти мгновенно доведут Росса до оргазма. Предвкушающе зажмурилась, но быстро стёрла это развязное выражение со своего девственного лица.

— Сейчас же позовите мне Хельмана!

— Господин Хельман аль Мринх занят… У него… У него совещание! Да! Он не может уделить вам время.

Ай, какая врушка… Росс сам написал мне, что совершенно свободен. Ишь какой, за эти годы и врать научился. Хочется рассмеяться в самом злодейском стиле, но я — скала, я — кремень.

— Хм. Понятно. — доносится насмешливый голос от двери.

Любуюсь, как худющее чудо чуть ли не падает в обморок от ужаса. Как же — не смог защитить шефа своей тщедушной грудью.

— Ооо, Хельман! А как же совещание? — протягиваю довольно, не спуская взора с дышащего на ладан секретаря.

— Закончилось. Фин, сходи за бронксом. Только в ту пекарню, что на Белой улице.

— Д-да, господин. — промямлил он и по стеночке шмыгнул на выход.

— Ай-ай-ай, дорогая жена… Тебе не надоело доводить моего секретаря до приступов паники? Он после каждого твоего прихода на двери смотреть боится. В прошлый раз он почти расплакался.

— Росс, любимый, но он так очаровательно тебя защищает! Я каждый раз в восторге. Хорошо, что я ни разу ему не представлялась.

— Думаю, когда он узнает, что мы женаты, — его придётся госпитализировать. Хм. Пошли-ка со мной, покажешь, что ты мне принесла такого вкусного сегодня.

Меня, как приличную леди завели в кабинет, плотно закрыли за собой двери и притиснули к твёрдому телу.

Наглые руки бессовестно расстёгивают платье и открывают весь тщательно продуманный разврат. С восторгом слышу как змей отступает назад и гулко сглатывает. Всю меня переполняет трепет. Я знаю, какая картина открылась его взору: ремешки, плотно обхватывают моё тело, сводя нага с ума.

— Милая, я так сильно хочу тебя трахнуть, но у нас не больше получаса… — от его хриплого голоса по коже знакомой дорогой бегут мурашки.

— А я говорила, что твой секретарь слишком трудолюбивый. Он сейчас будет бежать, как проклятый, поэтому рассчитывать на двадцать минут максимум.

— Не будем терять времени…

Меня мягко укладывают на стол (он — наша любимая локация в этой комнате) и начинают активно распалять, оглаживая кожу.

— Сладкая, я не буду снимать с тебя ничего, только сдвину в сторону трусики.

Действия этого невероятного мужчины никогда не расходятся со словами, и длинные пальцы сдвигают бельё и начинают ласкать в самом нужном местечке.

— Ох, моя Милая уже такая мокрая… Как же такое произошло? М?

— Я всю дорогу говорила с Майком. Сделаю уже что-нибудь! — нетерпеливо прохныкала я, отчаянно ёрзая по твёрдой поверхности.

В меня медленно проскальзывает горячая плоть, которая только усиливает мою жажду. Торопливо двигаюсь назад, чтобы насадиться полностью, но меня только сильнее прижимают к столу.

— О чём же таком интересном вы говорили, что ты так завелась? М?

Резкие шлепки ускоряются, от чего мне становится не до разговоров, но ответить надо.

— Хааа, сегодня мы снова доведём Френки. — выдавила сдавленно.

— Опять? Вы его доконаете вдвоём.

— Он сам виноват: как можно так быстро кончать только от ласк грудиии…

Активные движения нага выбили последние мысли из моей головы. Всё внутри затрепетало, тело напряглось. Я полностью сосредоточилась на ощущениях и постаралась уловить быструю волну оргазма. Мы с Россом синхронно растворились в наслаждении.

Валяюсь выброшенной на пляж медузой. Шевелиться лень, одеваться лень и даже думать лень. Стол начал противно впиваться в моё расслабленное тельце. Эх.

— Сладкая, если не хочешь сильно шокировать моего секретаря, то хоть трусы накинь.

— Нуу, шокировать хочу, но другим способом. Маленький он для таких зрелищ. — занудно бурчу, натягивая на себя одежду.

— Эм… Ему сорок два года, как бы.

Из моих рук выскользнуло платье и живописной лужицей ляпнулось на пол.

— Сколько? Этому мальчишке???

— Ну а как ты думала? Я бы ребёнка на работу взял что ли?

— Нда… Ну это ничего не меняет. Он всё равно очень смешно бесится. Как я выгляжу?

— Очень развратно.

— В смысле? В этой рясе? Мне же по улице идти…

— Нет, я просто знаю, что у тебя под этим кошмаром, и точно знаю, что тебя только что быстро оттрахали на столе.

— Фу на вас, господин Хельман!

— Я — господин Хельман аль Мринх. — меня прижали к твёрдому телу, попутно чмокнув в лоб.

— Тут нечем гордится. Всё, надо домой, у меня сегодня в планах добить нашего кролика.

— Пфф, малыш, ты его доведёшь и Френк снимет пирсинг. Первая рыдать будешь.

— А вот и не снимет, он меня слишком любит для этого. Так, отпускай меня, скоро прибежит Фин, я в роль должна войти.

Росс насмешливо фыркнул и отошёл в сторону, наблюдая за моей физиономией. Старательно пытаюсь изобразить что-то приличное, чтоб не напугать мальчишку.

Эх, довольно лечу домой, попивая отобранный бронкс. Ну нравится мне периодически устраивать такие набеги. Бодрит лучше энергетика.

С каждым днём наша семья становилась всё сплочённее и гармоничнее. Время неукротимо бежало вперёд, подкидывая нам как счастливые моменты, так и радостно обливая печальками.

У Риша начался переходный возраст, и мы всем семейством громко взвыли. Выли мы на протяжении пяти лет, по прошествии которых я была готова уже ко всему. Ибо огонь, вода и любые стихийные бедствия казались мне совершеннейшей ерундой, по сравнению с выкрутасами этого милого ранее дитятки.

Илесса такой кипишной деятельностью не выделялась, всего лишь поражала меня своей наглостью, которая не просто доросла до уровня её папаши, а качественно перешагнула эту ступень. Я даже особо не сопротивлялась, в надежде, что достигнув нужного возраста она выйдет в мир. Нести счастье и портить жизнь окружающим, а не мне.

Моя прелестная Линет не просто сдружилась со мной, а даже переселилась всем семейством на нашу планету. Теперь мужчины панически боятся наших встреч и если таковые планируются, то всем грустным коллективом ждут проблем. Ибо по отдельности мы приличные дамы, а вместе… Вместе мы — злостные нарушительницы правопорядка, которые слегка опрокинув в себя пару бокалов/литров алкоголя, проредили шевелюру как бывшей пассии Майка, так и биологической мамаше Лесси. И это было мимоходом. Не-за-пла-ни-ро-ван-но. На этом я всегда акцентирую внимание, так как если бы мы вначале подумали, то из участка нас так просто бы не вытащили. Зато, теперь коллеги активно сочувствуют Френку, так как уверены, что он подвергается домашнему насилию. От приличной меня.

С моими мужьями мы достигли полного взаимопонимания, которое лишь иногда нарушалось мелкими ссорами. Эти самые ссоры обычно переходили в жаркое примирение, причём не только с самим виновником. Но не сейчас. Сейчас у нас разгорается скандалище, и я в нём — лишь унылый наблюдатель. А всё из-за чего? Правильно. Из-за того, что все мужики — козлы. Даже если прикидываются котиками.

— А я тебе говорю, что это я биологический отец нашего ребёнка!

— Ничего подобного! Это могу быть только я!

Мы с Россом грустно переглядываемся и вновь рассматриваем драку двух баранов. Сегодня я, как великий пророк и организатор сего действа, сообщила им радостную весть. Ждём пополнения, будет котёнок. Ожидание и реальность, как в годовой отчётности, естественно не сошлись. В самом начале меня восторженно тискали, а затем эти мммужчины сцепились.

Эх. А пели-то как… Прям заливались: у нас отцовство неважно, мы все родители в равной степени… Хренушки.

Если вы думаете что дальше было легче, то нет. Самым идеальным мужчиной стал Росс, а два барана практически внеслись в чёрный список. Пока карандашом. Если до этого момента конкуренция между ними практически достигала нуля (благодаря мне, великой), то теперь она не только вернулась на прежние границы, но и шагнула далекооо вперёд.

А начиналось всё красиво: малявки свои милые черты стали терять, меняя их на взрослые, и в какой-то момент мне прям взгрустнулось. Ещё и Линет сообщила, что в положении, чем подорвала моё спокойствие окончательно. На коллективном семейном совете у нага в комнате мною было принято решение, что даже если я и мать на троечку, то мужья исправят эту ситуацию. Хочу ляльку.

Решение было принято и обжалованию не подлежало. Спустя полгода старательных усилий, тест показал долгожданный плюсик. Я обрадовалась как никогда, так как уже решила сматывать удочки из этого места, ибо затрахали в прямом смысле этого слова. Все счастливы, все сияют.

Но есть одно но.

Доктор радостно оповестил нашу ячейку общества о том, что мы ждём котёнка, и это стало камнем преткновения.

Каждый из предполагаемых папаш стремился окружить меня максимальным количеством внимания, бахвалясь, что именно он — прям отец. Два. Долбанных. Барана.

Они, как два петуха, сходились в демонстрациях и расходились в разные стороны. Мы с Россом бросили гиблую затею их вразумить и просто уныло наблюдали за представлением. Мы-то с нагом уже сделали ставки на рыжика.

Эпопея идиотских по своей абсурдности поступков продолжалась до самого дня «Ха».

Когда же к едва живой мне и полуседым от ужаса папочкам вынесли рыженькую прелестницу, то было единогласно постановлено, что она рыжиной пошла в мать. То бишь в меня. И всё неоднозначное семейство приступило к активному балованию нашей принцессы. Каждый из котищ глубоко в душе продолжал мнить себя единым и неповторим батюшкой, но хорошо, что именно глубоко в душе.

Жизнь всегда меняется, постоянно подстраивая свои каверзы. Главное — быть уверенным, что после самой глубокой ночи наступит рассвет, и все проблемы покажутся чуть менее значимыми. Счастье всегда где-то рядом, стоит лишь присмотреться. Ну, или хватать счастье своими деятельными лапками.