— Две порции шашлыка с картофелем фри, овощную нарезку и две кружки «Ладоги», — повторила заказ Надюша. Лысеющий мужчина с округлым пивным животиком в брендовом поло и джинсах растянул полные блестящие губы в улыбке, демонстрируя официантке ряд фаянсовых зубов, и кивнул.

— Заказ будет готов в течение двадцати минут, напитки через десять, — пообещала Надя, развернулась в сторону кухни и тут же получила шлепок по упругой ягодице. Сзади послышался сальный смех двух приятелей.

«Один, два, три…» — принялась считать про себя девушка, пытая успокоиться. Ей нравилась её летняя подработка, не хотелось бы из-за двух придурков лишаться такого удачного места. Сменный график два через два позволял готовиться к первой в её жизни летней сессии. Зимняя прошла легко, поэтому Надя осмелилась подработать в летнем кафе, которое расположилось на границе с тенистым парком при хорошем ресторане прямо в центре Санкт-Петербурга. Напротив Петропавловская крепость протыкала небеса своей золотой иглой. Видно, как кораблики снуют туда-сюда по Кронверкскому проливу. Из посетителей в основном туристы, а они обычно так утомлены питерской красотой и величием, что ведут себя скромно. Такие вот наглые хамы крайне редко захаживают.

Коллектив в ресторане подобрался хороший. Повара на своей волне. Охранники не пристают, может, пока присматриваются, но Надю никогда не интересовали перекаченные мужчины, ей казалось, что все они не очень умные. Она мечтала об интеллигентном интеллектуале.

С ней в смене работала её подружка Поля. Они вместе учились в школе, правда, в параллельных классах. Также параллельно друг от друга после школы поехали поступать в Питер, и совершенно случайно оказались в одной группе института. Это было сродни чуду! Девочки подружились. Надя считала, что ей повезло, а она-то привыкла, что неприятности всегда где-то рядом.

Скромная Надюша уже собиралась «не заметить» шлепок по попе, но у некрасивой сцены оказался свидетель, который молчать не стал. Барменша Марго вообще была невероятно смелая и уверенная в себе женщина, чем Надя искренне восхищалась.

— Эй, господа, у нас официантки бесценные, как экспонаты в Эрмитаже. Руками трогать нельзя. С вас штраф — стопка водки.

Мужик за спиной Надюши рассмеялся. Девушка удивлённо обернулась. Всё-таки она не понимала, как Марго находит общий язык с любым посетителем.

— Наливай! — весело крикнул клиент, обращаясь к женщине за барной стойкой.

Марго взяла рюмку и налила в неё лучшую, а значит, самую дорогую водку.

— И кто ж это пить будет? Рыжик? Так она тут же в обморок хлопнется, придётся спасать, делать реанимацию «рот в рот»! — продолжал веселиться посетитель, покосившись с сомнением на Надю. Да, у неё были хрупкая фигурка, маленький рост и ярко-рыжая копна вьющихся волос, миловидное лицо весной и летом расцветало веснушками, так что мужик не обидел её прозвищем. Она привыкла…

Марго же на реплику мужчины пожала плечами и опрокинула стопку в себя, занюхала собственным рукавом и улыбнулась уже радушно:

— Это мне за моральный ущерб, не могу смотреть, когда моих девочек обижают.

Мужик расхохотался громко, заразительно. Надя очнулась и бросилась на кухню относить заказ.

Через десять минут, забирая заказ из бара, она решила поблагодарить Марго. Женщине было около пятидесяти, но выглядела она шикарно, короткая асимметричная стрижка добавляла образу дерзости, крашенные в белый цвет волосы молодили. Узкая талия, высокая пышная грудь, аппетитная попка, крупный рот и глаза привлекали внимание посетителей. Вечерами, когда Марго включала зажигательные мелодии, у барной стойки, пристроенной у стены ресторана, в рядок высаживались весёлые мужички. И Марго развлекала их смешными историями. Те смеялись и хорохорились, в надежде привлечь к себе внимание красотки, в руках которой сосредоточена власть над алкоголем.

— Марго, спасибо тебе, что осадила этого нахала. И как ты только всё замечаешь? — своим нежным голоском проворковала Надя.

Марго поставила перед девушкой два наполненных бокала и пожала плечами:

— Мне из-за барной стойки открывается чудесный обзор на все кафе. Так что я всё вижу, не зря же на кухне меня за глаза прозвали «Марго — королева бара».

Надя слышала это прозвище из уст поваров, но не думала, что Марго про него знает. А та, увидев замешательство девушки, весело расхохоталась. Надя подхватила бокалы, но перед тем как отправиться к тому самому посетителю, ещё раз поблагодарила женщину:

— Спасибо. Тебе пришлось из-за меня выпить водки… Если что-то нужно будет, я готова всё сделать.

Марго протёрла стойку перед девушкой и, наклонившись к ней поближе, прошептала:

— Что я дура на работе водку глушить, я же с деньгами работаю! У меня для таких случаев специальная бутылочка имеется…

Марго подмигнула совершенно растерявшейся Наде и засуетилась в своём королевстве, а девушка пошла работать.

Не успела Надя обслужить неприятных клиентов с шаловливыми ручками, которые, к слову, без споров оплатили рюмку водки, ещё и на чай прилично оставили, как в тени широкополых зонтиков, которые защищали посетителей и от палящих солнечных лучей, и от бодрящих дождей, появился хозяин ресторана — Дмитрий Антонович.

Дмитрий Антонович был совершенно не во вкусе Надежды: широкоплечий высокий мужчина с бицепсами размером больше ягодиц девушки, да к тому же такой же рыжий и сероглазый, как она сама. Надюша никак не могла взять в толк, зачем мужчина отрастил себе рыжую бороду, у них обоих и так лица пестрили веснушками, а тут ещё эта яркая растительность на лице, напоминающая подгнившее сено.

Вообще, Надюша не обратила бы на Дмитрия Антоновича никакого внимания, если бы он к ней не придирался.

Она всего неделю работала в кафе, и ещё ни одной смены не прошло без его замечаний.

— Надежда, у нас дресс-код. Вы должны быть в джинсах и белой футболке. Что сложного? — припечатал он её в первый день, когда она пришла на кухню за первым в своей жизни заказом. Мог бы сказать об этом во время приёма на работу. Сам забыл, а она виновата!

Пришлось вечером мчаться в ближайший магазин и покупать футболку. Ну не было у неё белых, только цветные. Видимо, всё-таки яркие волосы влияют не только на внешний вид, но и на пристрастия.

— Надежда, вы как поднос носите? Зачем вы его так прижимаете к себе? Хотите вымочить в соусе для шашлыка свою грудь… или что там у вас…

Вот это было очень обидно! Грудь у неё, конечно, не самого большого размера, но вполне себе имеется!

— Надежда, улыбайтесь клиентам. Вы смотрите на них так, будто они ваши личные враги. У них от этого аппетит пропадает, и они меньше заказывают!..

И так каждый день! Ничего удивительно, что при одном взгляде на шефа настроение Нади утекло в канализацию. А он ещё, как назло, сел за её столик.

— Что, подруга, готова к новой порции цэу? — усмехнулась Полина, подходя к Наде, замершей рядом с барной стойкой.

— Ну, за что мне это счастье? — простонала Надюша, с отчаянием заглядывая в глаза Поли, — По заднице я сегодня уже получила. Думала, с меня сегодня хватит, но куда там…

— Да, тебе сегодня досталось. Хочешь, я его обслужу? — предложила подруга.

— Правда? Ты сделаешь это для меня? — обрадовалась Надя.

— Конечно, мы же подруги. Только ты смойся куда-нибудь. Идёт?

Надя радостно кивнула и побежала в туалет, не обратив внимание, с какой довольной улыбкой отправилась к хозяину ресторана Полина, каким соблазнительным жестом она откинула назад копну своих шикарных светло-русых волос, как покачивала округлыми бёдрами, туго обтянутыми джинсовой тканью.

Когда Надя вернулась, Полина уже вновь стояла у барной стойки и довольно улыбалась. А шеф сидел, как обычно, с непроницаемой физиономией и листал меню.

— Ну как всё прошло?

— Он отказался делать заказ. Похвалил за инициативу. Сказал: «Вы молодец, Полина, меню нужно обязательно приносить всем клиентам, даже если они сидят не за вашим столиком. Но заказ должен принимать тот официант, в чьей зоне обслуживания сидит клиент». Так что извини, подруга, придётся тебе самой с ним общаться.

Надя вздохнула и пошла принимать заказ. Улыбнулась максимально широко, понадеявшись, что не стала походить на оскалившуюся лису.

— Добрый день, Дмитрий Антонович! Чего желаете?

Шеф пристально осмотрел девушку с ног, обутых в симпатичные синие балетки, до рыжей макушки. Видимо, так и не найдя к чему придраться, попросил:

— Принесите мне, Надежда, двойной эспрессо, пожалуйста.

— Прекрасный выбор, Дмитрий Антонович! Для вас Марго сделает самое крепко кофе! — радостно откликнулась девушка, поняв, что сегодня никто критиковать ее не собирается. Шеф скривился, будто у него зуб заболел, и злобно процедил:

— Кофе крепкий, Надежда…

Девушка поджала губы и молча ретировалась в сторону бара.

«Кто же пьёт кофе в десять вечера!» — ворчала про себя Надя, ожидая, когда Марго сварит двойной эспрессо. Клиентов уже почти не было, погода не располагала к вечерним прогулкам, такая чисто питерская, когда дождя вроде и нет, а вышел на улицу и будто искупался, влажность воздуха почти стопроцентная.

«Вот подам сейчас ему кофею, пусть его перекосит… навсегда!» — со злостью подумала девушка, подхватывая поднос с малюсенькой чашечкой.

Она шла к шефу. Сегодня он выбрал крайний столик, сразу за ним через небольшую полоску газона располагалась парковая дорожка. И вот по этой самой дорожке шла фигуристая женщина в длинной юбке. На голове цветастый платок, из-под которого струилась на спину чёрная река волос. При каждом шаге женщины слышался перезвон украшений, щедро развешанных на шее и запястьях колоритной смуглянки. Её умные почти чёрные глаза остановились на Наденьке, и женщина резко вскинула руку в сторону девушки. Надежда от неожиданности замерла, так и не дойдя до столика шефа каких-то пяти шагов.

— Вижу! — таинственным полушёпотом заявила странная прохожая, — Скоро! Очень скоро твою жизнь поменяет один рыжий тип…

Надя покосилась на рыжего шефа, тот с удивлением рассматривал женщину.

«Вот уволит он меня, тогда точно поменяет…» — успокоила себя девушка и пошла дальше, но тут ей прямо под ноги молнией метнулся огромный пушистый рыжий кот. Пытаясь не раздавить животное, девушка начала ставить ногу чуть дальше, чем планировала, но вышло неловко, и Надя полетела вниз, а кофе в шефа. Но на этом несчастья девушки не закончились, она ударилась головой о край соседнего стола, от боли дезориентировалась и не подставила руку, чтобы смягчить удар, поэтому приземление вышло болезненным. Она так и не поняла, отчего у неё звякнуло в голове: от удара или это был звон разбившейся чашки.

Надя осторожно перевернулась на спину, успев заметить, как коварная незнакомка плавной походкой удаляется прочь, а за ней семенит рыжий бандит, задрав трубой пушистый хвост.

«Вот рыжий тип и изменил мою судьбу. Меня теперь точно уволят!» — обречённо подумала Надя, а шеф уже склонился к ней, рассматривая что-то на её виске. Надя тоже рассматривала его широкую накаченную грудь, обтянутую голубым поло, которое теперь украшало безобразное коричневое пятно.

— Надежда, как вы? Что болит? Вызвать вам врача?

Девушка была готова услышать любую ругать от «Ты что ходить разучилась, курица?» до «Ты только что разбила чашку из дорогущего сервиза, придётся его целиком покупать за твой счёт. Ты попала к нам в рабство навсегда, Надь!»

— Ма, аптечку! — крикнул Дмитрий Антонович, он всегда так обращался к Марго. Это было странно, но Надя пока не решалась лезть к барменше с расспросами о её отношении к такому сокращению имени.

Мысли Нади путались, она понимала, что думает не о том, важно было понять, что с Дмитрием Антоновичем, ведь вроде не он ударился головой, а тронулся умом он… Картина мира не складывалась в раненой голове девушки, и она не смогла скрыть иронию, которая редко прорывалась через толстую оболочку скромности.

— Кто вы?

Дмитрий Антонович удивлённо моргнул и обратился к подбежавшей Марго:

— Кажется, она потеряла память!

— Так милая, смотри на меня, — склонилась к пострадавшей Марго, — Голова кружится? Тошнит?

Надя мотнула головой и почувствовала острую боль в районе виска, сморщилась, чем вызвала суету.

— Я отвезу её в травму, — заявил Дмитрий Антонович.

— Может, я провожу её до общежития? Мы вместе живём.

— Ага, а кто дорабатывать смену будет за вас? — возмутилась Марго, — До часа ночи ещё больше двух часов. И девочку действительно лучше показать врачу.

Дмитрий Антонович кивнул и стал поднимать Надю. Когда девушка поняла, что он собрался взять её на руки, она вскочила на ноги как чёртик на пружинке.

— У меня ничего не болит! — звонко сообщила Надюша.

— Да? А кто это? — с подозрением спросил шеф, указывая на Полину.

— Это Поля, — растерянно сообщила Надя, не понимаю, к чему этот странный вопрос.

«Он держит меня за слабоумную?» — с опаской косясь на мужчину, размышляла девушка.

— Так… хорошо. А я кто?

Этот вопрос окончательно поставил девушку в тупик:

«Что я должна ответить? Что он мой шеф. Или имя-отчество назвать…»

Пока девушка искала наиболее подходящий ответ, Дмитрий Антонович радостно хлопнул себя по бедру и заявил:

— Что и требовалось доказать! Частичная амнезия вследствие удара головой. Едем к врачу. И не сопротивляйтесь!

Он подхватил Надю под локоток и повёл к своей шикарной красной машине спортивного вида. Надя совершенно не разбиралась в машинах, но красный цвет любила.

За пять минут Дмитрий Антонович домчал девушку до ближайшего травмпункта. К дежурному врачу они оказались вторыми, сразу после интеллигентного вида бомжа, который скромно и тихо сидел на стуле, укачивая правую руку, и источал неповторимый букет ароматов от перегара до тухлятины. Учитывая ночное время, даже странно было наблюдать такую короткую очередь.

Уже через полчаса Надя и её шеф с облегчением вышли на свежий воздух и сделали глубокий вдох. Девушке наложили лечебный пластырь на царапину у виска и наказали полежать пару дней, но сотрясения мозга не обнаружили.

«Было бы хуже, если бы не обнаружили мозга!» — усмехнулась про себя Надя.

— Едем ко мне! — сообщил Дмитрий Антонович Наде, любезно открыв перед ней пассажирскую дверь своей шикарной тачки.

— Почему это? — возмутилась Наденька, успевшая уже неосмотрительно плюхнуться на мягкое обволакивающее сиденье.

— Потому что я здесь живу рядом, и за тобой нужно присматривать. Всё-таки травма головы — это дело непредсказуемое.

Надюша запаниковала:

«Зачем он хочет затащить меня к себе домой? Что ему от меня надо? Может он маньяк и хочет снять с меня мой рыжий скальп?»

— У меня три соседки в комнате, есть кому присмотреть! — нашлась девушка.

— Сегодня пятница. Ты уверена, что они сейчас в общаге, а не на какой-нибудь вечеринке? Полина точно вернётся не раньше двух! Ты не можешь остаться без присмотра на три часа.

Дмитрий Антонович завёл машину, двигатель довольно взревел, и они помчались по вечернему Петербургу, проскочили Аврору, пролетели по Литейному мосту, снова выскочили на набережную и уже через две минуты парковались во дворе шикарного жилого комплекса. За этот короткий промежуток времени шеф успел рассказать Наде про особенности Литейного моста, историю Авроры и как раньше называлась Воскресенская набережная. Девушка устала удивляться. Когда мужчина заглушил двигатель, она сказала единственное, что пришло ей в голову:

— Действительно рядом…

И с неохотой отстегнула ремень безопасности.

Дмитрий Антонович обаятельно улыбнулся девушке, чем окончательно лишил её способности думать.

— Рад, что ты начала со мной соглашаться. Надеюсь, ты не против, что я начал тебе тыкать? Давай в неформальной обстановке на «ты». И без отчества, просто Дмитрий. Хорошо?

Всё было так неожиданно, непривычно для Нади, что она даже не поняла, как они оказались в квартире Дмитрия.

— Там в конце коридора спальня со своей ванной комнатой. Здесь общий санузел. Это совмещённые кухня, столовая и гостиная. Предлагаю, тебе переночевать сегодня в спальне, а я лягу на диване, — как-то очень радостно вещал шеф, размахивая руками в сторону дверей.

— Может, я на диване, мне неудобно выгонять вас… — начала Надя, но заметив приподнятую бровь шефа, поспешила исправиться, — выгонять тебя из твоей же спальни.

— Я думаю, так будет удобнее. Мне утром рано вставать на работу, а тебе нужно спать сколько влезет.

— У меня завтра смена.

— Не волнуйся, уверен, тебе найдут замену.

«Это он намекает, что я бесполезна на работе?» — забеспокоилась Надя.

— К тому же ты получила травму на производстве, так что я за тебя отвечаю, — поставил точку в споре Дмитрий.

«Фух, так он просто боится, что я на него в суд подам!» — обрадовалась Надя, это объяснение всё ставило на свои места, и мир вновь стал привычным, где Надя — обычная рыжая, щуплая девчонка и никак не может заинтересовать высокого, симпатичного мужчину с хорошим достатком.

— Ладно, тогда я пойду спать! — уже вполне бодро сообщила Надя и направилась по коридору к спальне.

— Стой! Куда это ты собралась! — раздался позади грозный окрик.

— Ты же сам сказал, что спальня моя и она там… — Надя с недоумением посмотрела на босса, а про себя подумала:

«Что-то настроение у него переменчивое, хуже бабы!»

— Всё правильно. Но когда ты последний раз ела? — спросил Дмитрий, сощурив свои серые глаза.

— Эмм… Кажется, утром… — неуверенно промямлила девушка, пытаясь вспомнить, был ли у неё завтрак. Обедать ей было некогда, в это время в кафе всегда наплыв посетителей.

— Точно, у тебя же амнезия! — хлопнув себя по лбу, пробурчал шеф. Обнял её за плечи и повёл в кухню-гостиную-столовую. Размерчик помещения поражал с первого взгляда, а вид из большого окна на Неву просто выбил остатки здравого смысла из пострадавшей девичьей головы. Наденьке сразу вспомнился разговор Элизабет с сестрой у Джейн Остин, когда она призналась, что возможно, влюбилась в мистера Дарси, впервые увидев его поместье Пемберли. В этот момент Надюша ей поверила.

В сумраке белой ночи серые воды реки своим спокойным, размеренным течением дарили ощущение монументальности, вечности, на их фоне маленькие прогулочные кораблики, суетливо спешащие занять места у разводных мостов, казались назойливыми мухами. И над этой контрастной картиной замерло дымчато-стальное небо с розово-фиолетовыми разводами…

Надя простояла у окна минут пять. Очнулась, когда позади что-то зашипело. Обернулась. Шеф в клетчатом фартуке колдовал у плиты, которая располагалась на кухонном острове, так что готовил шеф лицом к гостиной. На сковородке в круглых формочках жарились два яйца. Непонятно, как он этого добился, но желтки были ровно посередине яичницы. Шеф посыпал на них какие-то специи, от запаха которых у Наденьки жалобно заворчал желудок.

Дмитрий Антонович поднял на гостью глаза и подмигнул:

— Ну, что? Налюбовалась? Теперь хочешь хлеба?

При этом он сбросил со второй сковородки на белоснежную тарелку два поджаренных кусочка чиабатты, на них сверху аккуратно водрузил идеально круглую яичницу и украсил этот неимоверно аппетитный тост маленькой розочкой из черри.

— Как ты это сделал? — восхитилась Надюша ювелирной работой.

— С недавних пор увлёкся карвингом. Вот, практикую… — улыбнулся шеф. Никогда Надюша не видела, как он улыбается. У неё даже сердце замерло на секунду от восторга. Его хмурому квадратному лицу очень шла улыбка, оно сразу преобразилось из серьёзного в симпатичное, — Приятного аппетита!

Девушка с удовольствием и быстро умяла тост, не слушая извинений Дмитрия Антоновича, который опять с серьёзной физиономией не умолкал:

— Извини, это, конечно, еда для завтрака, но я редко ем дома. Что нашёл в холодильнике, то и приготовил.

— Всё очень вкусно. Я не думала, что ты вообще умеешь готовить! — перебила Надя шефа, при этом она, не стесняясь, облизывала пальца.

Дмитрий Антонович усмехнулся и сообщил:

— Вообще-то, я шеф-повар в одном из самых крутых ресторанов Питер. А ваше кафе — это моя проба поварёшки. Потренируюсь сейчас на мышах и открою свой ресторан.

Надя, сытая и довольная, усмехнулась:

— Значит, мы мыши? Хорошо, не крысы!

Шеф тоже улыбнулся, отчего на душе девушки распустились лилии, её любимые цветы.

Они сидели за круглым столом, пили ароматный чай с мятой и любовались призрачностью белой ночи. В июне они самые волшебные. Тишина между ними никого не напрягала, наоборот, казалась уютной и правильной.

«Значит, он не какой-нибудь там мажор, — восхищённо размышляла Наденька, — Всего добился сам. И продолжает развиваться! Я тоже получу образование, найду хорошую работу и буду не хуже…»

— Как ты себя чувствуешь? — прервал поток её мыслей шеф.

Надюша с сожалением посмотрела на дно опустевшей чашки и ответила:

— Хорошо, но мне наверно пора спать.

Они встали одновременно. Она шагнула влево, он вправо, и они неловко впечатались друг в друга.

— Прости…

— Извини…

Одновременно заговорили и попытались обойти друг друга. С тем же успехом могли разойтись два барана на мосту. Устав наталкиваться на девушку, мужчина остановился первым, обхватил её плечи, чем заставил поднять на него удивлённые серые глаза.

Девушка смотрела на шефа и почему-то не хотела, чтобы он её отпускал. От его рук тепло бежало по венам к сердцу, заставляя его пылать. Но было не больно, наоборот, хорошо…

— Надя… — прошептал шеф, наклоняясь всё ближе и ближе к её лицу.

Девушка сфокусировала своё внимание на его губах. Они казались мягкими, захотелось ощутить их нежность.

В кармане Надиных джинсов зазвонил телефон, раздражающе резко и настойчиво. Молодые люди вздрогнули и отпрянули друг от друга. Надя с пунцовыми щеками отошла к окну и охрипшим голосом скорее прокаркала, чем проговорила:

— Алло…

— Привет, подруга! Как ты там? — раздался в трубке томный голос Полины, — наш шеф тебя не съел? Ты уже в общаге?

— Нет, Полин, я сегодня переночую под наблюдением… — зашептала в трубку Надюша, косясь на Дмитрия, который суетливо убирал со стола. Она не хотела потом отвечать на кучу праздных вопросов подружки, поэтому решила умолчать, под чьим наблюдением сейчас находится, — Завтра увидимся и поговорим. Мне спать пора…

Она сбросила вызов и обернулась к мужчине. Никогда в жизни ей не было так неловко. Они с шефом чуть не поцеловались! С чего вдруг? Он же её терпеть не мог, придирался постоянно. А тут его как подменили. Заботливый, ласковый… Если раньше его огромный рост и широкие плечи её пугали, то сейчас внушали уверенность и спокойствие.

— Надя, — взволнованный голос Дмитрия вывел девушку из состояния растерянной задумчивости, — в ванной чистые полотенца в тумбе под раковиной, и там же зубная щётка… новая. Если хочешь почитать перед сном, можешь взять любую книгу.

Он махнул в сторону огромного книжного шкафа, расположившегося вдоль всей стены напротив кухни. Обычно на этом месте у нормальных людей висит телевизор.

— Ничего себе, сколько книг! — восхитилась Надя. Она была в таком восторге от вида за окном, что совершенно не обратила внимание на обстановку в комнате, а здесь тоже было на что посмотреть. Массивная добротная мебель была под стать хозяину: огромный диван полукругом был развёрнут к окну, у большого стола на восемь персон стояли основательные дубовые стулья с подлокотниками. Во всём этом была какая-то простота и в то же время надёжность. Книги в шкафу были разные, от классики до современных бестселлеров.

— И ты это всё прочитал? Или они тут для значимости?

Дима хохотнул:

— Прочитал.

— А я думала, ты тупой качок, — вырвалось у Наденьки, когда она жадно глазами пробегала по книжным корешкам, ляпнула и спохватилась, — Ой, простите, Дмитрий Антонович…

Шеф как-то напряжённо её рассматривал и после очень долгой паузы уточнил:

— А когда ты так обо мне думала, до падения или после?

Надя судорожно стала соображать, в чём тут подвох:

«Странный вопрос… Он думает, моё падение могло повлиять на восприятие окружающих? Может сказать, что после, и тогда он сочтёт это следствием травмы на производстве…»

Додумать или ответить ей не дали. Дмитрий сделал выводы из затянувшейся паузы, нахмурился и холодно изрёк:

— Ты не теряла память. Всё это обман.

— Что значит обман? — возмутилась Надюша, — Я вам и не говорила, что теряла. С чего вы это вообще взяли?!

— А кто спросил после падения «Кто вы?», — передразнил Дмитрий, забавно пародировав женский голос.

— Это была ирония! Мы с вами неделю знакомы, и не было ни дня, чтобы вы меня не покритиковали. После падения я думала, вы меня опять ругать за неуклюжесть будете, а вы: «Наденька, с вами всё нормально? Может вызвать скорую?» — ответила отличной пародией девушка.

— А почему же ты сразу не сказала, что мы ошибаемся? — с ехидцей уточнил шеф.

— Сначала вы мне и слова вставить не дали. А потом… испугалась! Вы себя вообще со стороны видели? Огромный мужик с этой косматой бородой лопатой и каменным лицом, лишённым эмоций и интеллекта. Мне нравится моя работа, и я не хотела, чтобы вы меня уволили. А к вам домой я не напрашивалась. Вы сами меня сюда притащили! — на одном дыхании выпалила Наденька и в испуге зажала себе рот рукой.

«Вот я дура несдержанная! Кто меня за язык тянул…» — мысленно отругала она себя.

Дмитрий смотрел на девушку несколько секунд, не моргая, а потом резко отвернулся к окну. Широко расставив ноги и заложив руки за спину, он стоял, напоминая каменное изваяние, но плечи его не были, как обычно, горделиво распахнуты, наоборот, они грустно опустились, и Надюше почему-то стало совестно…

— Дмитрий…

— Идите, Надежда, идите… — хрипло перебил её шеф.

— Куда? Домой? — растерянно переспросила Надюша, испытывая при этом и страх, и радость, и разочарование одновременно.

— Спать, Надежда, — слегка повысив голос и развернувшись к девушке вполоборота, скомандовал Дмитрий Антонович.

Настроение у Димы с утра было не очень. Поздно лёг, спал на диване, а это не самое комфортное место для сна, особенно когда знаешь, что в твоей постели в это время спит изящная нимфа, рыжая с идеальной кожей цвета топлёного молока и весёлыми веснушками на дерзко вздёрнутом носике. Один из самых молодых шеф-поваров Санкт-Петербурга с прекрасным доходом, чувством стиля и запасом уверенности в себе никогда не волновался за отношения с женщинами, они всегда у него были, стоило бровью повести. И вот неделю назад увидел это чудо природы и забыл, что и когда нужно говорить, где стоит промолчать, а где пора действовать. Приходил в своё же кафе и как мальчишка исподтишка наблюдал за юной грациозной девушкой с поэтичным именем Надежда. А она, оказывается, всё это время его боялась, считала, что он к ней придирается. Он же просто не знал, как обратить на себя её внимание, чтобы навести мосты, а получается, развёл мосты, чисто по-питерски.

Когда Митя нервничал, он готовил. Поэтому на завтрак напек целую гору блинчиков, хватит и Наденьке, и в кафе сотрудников угостить.

«Нужно доказать, что я не страшный, наоборот, заботливый!» — размышлял Митя, приклеивая стикер с надписью «нажми меня» рядом с кнопкой кофеварки, предварительно вставив в неё капсулу и убедившись, что в контейнере для воды есть вода.

Рядом с блинами Митя заботливо оставил креманки с клубничным и черничным джемом, сметану и сгущёнку, чтобы уж точно угодить своей гостье.

Перед уходом не удержался, заглянул в спальню. Надя лежала на боку лицом к двери, подложив под щеку ладошки и поджав колени. Мужчина завис, рассматривая рыжую красавицу. Столько было нежности, очарования и беззащитности в Наденьке, что Митя решил, что просто обязан позаботиться, защитить, укрыть от невзгод за своей широкой спиной, а ещё лучше спрятать от всего мира, чтобы какой-нибудь наглый юнец не увёл!

На основном месте работы сегодня вечером намечался важный банкет, так что у Мити день обещался быть тяжелым, впрочем, как и вечер, может даже часть ночи. Поэтому прежде чем полностью отдаться в водоворот руководства над специями и ингредиентами, мужчина решил заехать в собственное кафе.

— Доброе утро, Дмитрий Антонович! — улыбнулась ему как-то особенно радостно королева бара Марго, — Вы сегодня удивительно рано. Как там Наденька?

— Доброе утро, ма! Врач сказал, что сотрясения нет.

— А как же память? — удивилась женщина.

— Всё у неё с памятью в порядке. Это она так неудачно пошутила.

Марго приподняла бровь:

— Надеюсь, ты её не сильно ругал? — с искренним беспокойством уточнила женщина. Дмитрий не понимал, почему суровая Маргарита Петровна Скобелева так прониклась чувствами к посторонней девице, обычно они вызывали в ней исключительно подозрения.

— Нет. Скорее это она меня отругала.

— Обманула, отругала и всё ещё не уволена? — широко распахнув глаза, уточнила барменша.

— Она не обманула, а неудачно пошутила, и не отругала, а скорее рассказала о своих впечатлениях, и нет, не уволена! — улыбнулся Дмитрий.

— Марго, там говядину привезли. Утверждают, что свежая, но я из этого готовить не буду, — сердито заявил вышедший из ресторана главный по местной кухне Георг.

Марго подскочила, готовая ринуться в бой, но Дмитрий её опередил.

— Я разберусь, — веско бросил он и пошёл на кухню.

Когда Дмитрий разобрался с нерадивым поставщиком, было уже почти двенадцать, он вышел на летнюю террасу, осмотрелся, размышляя, успеет ли он выпить кофе. Марго обслуживала раннего клиента, который, несмотря на полдень, с вожделением наблюдал, как наполняется бокал хмельной пеной. Тут шефу навстречу выскочила Полина. Эта официантка немного раздражала Дмитрия Антоновича своей навязчивостью. Всё в ней было чересчур: и крашеные блондинистые локоны, и нарощенные чёрные ресницы, и высокая грудь, соблазнительно подчёркнутая бюстиком с пушапом, и слишком слащавая улыбка, так и кричащая «Я на всё согласна! Возьми меня!»

— Дмитрий Антонович, вы чего-нибудь хотите? — в своей услужливой манере спросила девушка, натолкнув мужчину на мысль, что не так сильно он хочет кофе.

— Нет, спасибо, Полина.

Он собирался уже обойти сотрудницу и покинуть владения, когда девушка изящным и, по мнению мужчины, слишком интимным жестом положила свою тонкую, изящную ручку ему на предплечье, останавливая.

— Дмитрий Антонович, а как там Надюша? Все о ней беспокоятся. Особенно Стас.

— Охранник? — удивлённо уточнил Дмитрий.

— Да, они же с Надей встречаются. Или она с Богданом встречается, а Стас только думает, что они вместе… — задумчиво протянула блондинка, — Я, честно говоря, давно запуталась в личной жизни подруги. Она очень общительная.

Дмитрий внутри заледенел. Он, конечно, понимал, что Полина наговаривает. Не может Надя быть такой… общительной. Но настроение резко испортилось.

— Вы сегодня грустный какой-то, Дмитрий Антонович, — заметила Полина и, сделав ещё один шажок к мужчине, предложила, — А хотите в кино сегодня сходим на ночной сеанс? Я приглашаю.

«Инициативная деваха, — усмехнулся про себя Дмитрий, — Прёт как танк. За смелость пять!»

Он снял руку Полины со своего предплечья и спокойно ответил:

— У меня есть деньги на кино и есть с кем туда ходить. Спасибо за заботу, Полина. Принесите мне лучше кофе.

Ни один мускул не дрогнул на лице блондинки. Продолжая мило улыбаться, она кивнула и пошла к бару выполнять заказ. С мыслью «А оно мне надо?» Дмитрий опустился на ближайший стул, достал телефон и набрал сухое, почти официальное сообщение Наде:

«Через пять минут заеду. Будьте готовы. Отвезу вас домой».

Сообщение ещё отправлялось, а Дмитрий уже пожалел, что написал его. Он расстроенно поднял глаза от телефона и увидел её. Наденька шла к кафе через пешеходный переход от Петропавловской крепости. Яркое солнце делало обычно серый Петербург уютнее, или это Надино радостное лицо добавляло красок окружающему миру. Синева неба и реки рядом отражалась в глазах девушки, превращая их из серых в голубые. Она улыбалась. Тёплый летний ветерок легонько играл с её рыжими волнистыми волосами. Надюша излучала счастье. Перейдя дорогу, она остановилась, достала из заднего кармана джинсов телефон, и прочитала сообщение, то самое, что Дмитрий в припадке ревности или глупости только что ей отправил. Мужчина замер, наблюдая, как побледнела девушка, как сползла улыбка с милого лица, а счастье в глазах уступило место печальной решительности.

Дмитрий не выдержал, встал из-за столика и пошёл ей навстречу.

«Я всё испортил, и я же всё исправлю!» — пообещал сам себе мужчина. Он привык исправлять собственную глупость. Когда-то, лет в двадцать ему повезло устроиться поварёнком в шикарный ресторан. Некоторые названия продуктов, из которых ему пришлось учиться готовить, он даже не слышал, что уж говорить о пробе. И парня понесло. Он ел, как не в себя, и к двадцати годам быстро набирающий популярность повар набрал ещё и лишние килограммы. Одышка, пузо, огромный вес создавали юному парню кучу проблем на работе и в личной жизни. Тогда он решил заняться собой, начал ходить в тренажерный зал, сел на диету, и через год его перестали узнавать знакомые. Бицепсы, трицепсы, плечи, пресс, все тело Дмитрия превратилось в орудие массового поражения женских сердец. С тех пор у него больше не было проблем с противоположенным полом. Но оказываясь лицом к лицу с Надюшей, он терялся, забывал слова, от нервов брови сдвигались к переносице, а голос становился суровым. Вот и теперь, вместо комплимента, шеф грозно выдал вопрос:

— Что ты здесь делаешь?

— Я уволена? — не менее сурово ответила вопросом на вопрос девушка.

— Нет.

— Тогда почему меня не должно здесь быть? Сегодня моя смена.

— Врач сказал, что тебе несколько дней лучше полежать. Маргарита Петровна вызвала Анну из другой пары тебе на замену. Поехали, я отвезу тебя в общежитие.

Тут и Марго подоспела на помощь начальнику.

— Дима прав! Наденька, отдохни, а через пару дней вернёшься и наработаешься ещё.

Надя сжала сумочку, перевела взгляд с Марго на Дмитрия и обратно. Хотела что-то сказать, но тут грянул полуденный выстрел из пушки с Нарышкина бастиона Петропавловки. Все трое вздрогнули. Надя выдохнула и кивнула.

— Хорошо.

— Вот и умница, — потрепала по плечу девушку Марго и пошла в свои владения, к бару.

— Я отвезу тебя, — категорично заявил шеф, беря девушку под руку и одновременно шаря в карманах в поисках ключей от машины. Но те куда-то подевались. Не сделав и пары шагов в сторону припаркованного автомобиля, Дмитрий остановился и попросил, — Извини, кажется, я ключи на кухне забыл. Подожди меня здесь.

Он почти бегом помчался на поиски пропажи. Когда через две минуты мужчина выскочил из ресторана, Надежды уже и след простыл.

— Кого-то потеряли, Дмитрий Антонович? — елейно улыбаясь, спросила Полина.

— Надю не видела?

— Она домой поехала. Сказала, что вы ей отгул по здоровью дали.

— Вы разговаривали? О чём? — подозрительно сощурившись, уточнил Дмитрий.

— Я только поздоровалась с подругой, — прижав руку к груди и тем самым привлекая внимание к своему единственному достоинству, ответила девушка.

Дима был расстроен.

«Надо бы уволить эту интриганку!» — подумал мужчина, направляясь к своей машине. Он шёл, прокручивая в голове план действий по подготовке сегодняшнего банкета, решив отложить разбор собственной личной жизни до завтра. Вслед ему довольно и немного мстительно улыбалась Полина. А Марго, покопавшись в ящике под кассой, извлекла маленькую чёрную визитку, на которой золотыми буквами был выбит телефон и имя «Мадам Розмерта». Дмитрий ещё не сел в машину, а Марго уже набирала нужный ей номер.

Следующие два дня телефон Наденьки был вне зоны действия сети. Дима нервничал, набирал, безрезультатно. Сам себя успокаивал:

«Она отдыхает, я сам настаивал на этом. Чего теперь переживаю? Всё с ней хорошо. Сидит в общаге, к сессии готовится… А если на свидания бегает?»

Настроение было штормовым, и пальцы сами набирали заветные цифры на мониторе. Когда мужчина понял, что, включив телефон, Надя обнаружит около сотни пропущенных вызовов от него и утвердится во мнении о его ненормальности, ему захотелось срочно эмигрировать в Антарктиду, там никого нет, поэтому только пингвины смогут лицезреть его позор.

Дмитрий продолжал каждый день заходить в своё кафе, интересоваться делами, чтобы сотрудники не расслаблялись. Один его мрачный вид их тонизировал и заставлял двигаться быстрее, а улыбаться лучезарнее.

— Мить, ты чего в последние дни мрачнее тучи ходишь? Всех клиентов нам распугаешь, люди думают, что ты местный авторитет. Ведь некоторые туристы считают, что Петербург это не столько культурный город, сколько бандитский.

Дима посмотрел на присевшую рядом с ним Марго, выдохнул и признался:

— Мама, я, кажется, влюбился…

— Это же прекрасно! Наконец-то, сынок! — радостно воскликнула Марго, погладив сына по руке, — Надюша очень хорошая девочка. Мне сразу понравилась. Воспитанная, целеустремлённая, скромная.

— Я не говорил, что влюбился в неё, — упрямо сдвинув брови, заметил Дима.

— А в кого? — опешила Марго и грозно нахмурилась. Два серьёзных взгляда скрестились в немом поединке.

— Да, в неё! — сдался Митя, — Не понимаю, как ты догадалась…

— Мне материнское сердце подсказало. А что не так? Почему мрачный такой?

— Она меня считает вредным шефом…

— Что есть, то есть! — кивнула Марго.

— Ма! Ну ты-то хоть не начинай! — возмутился Митя.

— Ладно, проехали. Почему не пригласишь её на свидание?

— Я в её присутствии глупею. Говорю совсем не то, что хочу. И вообще, это харассмент.

— Что?! У тебя болезнь какая-то? Венерическая? А я не знаю? — обеспокоенно переспросила встревоженная мать.

— Нет, ма, это когда сексуально домогаются, используя служебное положение. Низко как-то…

— А ты её не домогайся. Влюбится — это не преступление. Сердцу не прикажешь!

— Как у тебя всё просто! — проворчал сын.

— Зато вы любите всё усложнять! — парировала Марго, вставая и собираясь удалиться. Но Митя неожиданно спросил:

— Ма, ты же всё замечаешь. Скажи, а у Нади с нашими охранниками Стасом или Богданом были какие-то намёки на отношения?

Марго от удивления плюхнулась обратно на сиденье.

— Нет, — и потребовала объяснений, — С чего ты взял?

— Да так… Полина на хвосте принесла.

У Марго глаза на лоб полезли.

— Знаешь, что, сын?! Я была о тебе лучшего мнения! Думала, ты уверенный в себе взрослый мужчина. А ты… маменькин сынок!

Митя улыбнулся, что делал крайне редко, поэтому его улыбка действовала обезоруживающе:

— У меня отличная мама! Почему бы и нет?!

Марго усмехнулась, потрепала сына по рыжей макушке и сказала:

— Я когда девочек собеседую, всегда спрашиваю, зачем им эта подработка. Полина ответила честно, мне это понравилось, поэтому я её и взяла. Она сказала, что хочет обновить гардероб, потому что устала ходить с печатью провинциалки. Знаешь, на что хочет потратить заработанные деньги Надя?

Дима затаил дыхание в ожидании продолжения, и Марго, оценив внимательность слушателя, выдала на одном дыхании:

— Надя копит на годовую аренду комнаты поближе к институту. Она сказала, что в общаге очень много народу, ей это мешает сосредоточиться на учёбе. Надя мечтает о знаниях.

Дима сглотнул и с горечью подумал:

«Если я её потеряю, никогда себе этого не прощу!»

Надюша ещё в метро, когда ехала домой, вырубила телефон, она всегда так делала, когда хотела отгородиться от окружающих. Покой и одиночество помогали ей обретать гармонию. Наденька не любила, когда её внутренний мир терял равновесие. А из-за этого ужасного рыжего кота она как потеряла равновесие, так всё никак не могла вернуть его себе. Когда шеф был придирчивым и строгим — это было неприятно, но понятно. Когда он стал заботливым и милым — было приятно, но непонятно.

После чудесного утра с блинами и записочкой на кофеварке Наденька была наполнена каким-то радостным предчувствием. Но все надежды на неожиданно светлое будущее у Надежды рухнули из-за короткой смски, сквозь строки которой читалась тревожным красным надпись «Пошла вон из моего дома». Девушка не понимала, что она сделала не так. Ведь до этого шеф проявил заботу и заинтересованность в ней, чем сумел расположить к себе. Надя уже не боялась его и не считала тираном. А тут такая смена настроения.

В кафе он снова был заботливым, будто и не он пару минут назад отправил эти несколько строк, ранивших сердце девушки как острый нож палец неопытному повару. Стоило ему убежать за ключами, к Надюше подошла Полина, и всё сразу встало на свои места.

— Как себя чувствуешь, подруга? Работать уже можешь? — спросила сладкоголосая блондинка.

— Чувствую себя норм. И работать смогла бы, но шеф и Марго настаивают, чтобы я ещё немного полежала. Так что сейчас домой поеду.

— Везёт тебе, внеочередной выходной! — вздохнула Полина, покосившись на дверь ресторана, где минуту назад скрылся шеф, — А меня Дмитрий Антонович в кино позвал, на ночной сеанс. Представляешь? Так что не знаю, когда сегодня вернусь домой, и вернусь ли.

Полина задорно подмигнула Наденьке и пошла обслуживать только что расположившихся за её столиком гостей.

Хорошо, что Полина переключила своё внимание на других, Наде было бы невыносимо больно показывать слёзы сопернице. А глаза предательски заблестели. Мысль, что шеф теперь с Полиной, была неприятна и непонятна! Тогда Надюша сбежала в буквальном смысле, развернулась и понеслась к метро, будто за ней гонится взбесившийся рыжий кот и хочет снова её уронить. Видеть Дмитрия больше не хотелось. Она даже серьёзно обдумывала вариант с увольнением, но после двухдневной добровольной изоляции отказалась от этой идеи.

Утром перед работой она решилась, наконец, включить телефон и обнаружила восемьдесят три пропущенных звонка от шефа.

«Вряд ли отдыхая с Полиной, он названивал бы мне целыми днями», — решила вмиг повеселевшая Надюша, но тут же расстроилась из-за опасений, что её хотели уволить, но так и не дозвонились.

«Если бы хотел уволить, то прислал бы сообщение», — рассудила она, но решила перезвонить.

На бодрое «Алло» от шефа, Надюша вежливо поинтересовалась:

— Добрый день, Дмитрий Антонович, вы звонили?

Шеф заговорил после паузы.

— Да. Я хотел узнать, как ты себя чувствуешь. И честно говоря, не дозвонившись, начал переживать, всё ли с тобой в порядке.

— Всё хорошо, — просто ответила девушка, не утруждая себя оправданиями, в конце концов, у неё были выходные и в своё свободное время она могла делать, что ей заблагорассудится, но скрыть своё удивление настойчивостью шефа не смогла, заметив, — А я, если честно, заволновалась, не хотите ли вы меня так настойчиво уволить… — с горечью заметила Наденька.

— Я же уже сказал, что не хочу, — немного грубо отрезал Дмитрий Антонович.

— Хорошо, тогда я пошла на работу, — расстроенная его резкостью буркнула Надя.

— Идите и не опаздывайте!

Девушка приступила к исполнению своих обязанностей. С Полинкой они не виделись два дня, Надю разбирало любопытство, очень хотелось узнать, где носило подругу, но было не до разговоров. Работа сама себя не сделает.

В глубине души Надюша хотела увидеть Дмитрия, посмотреть, как он будет себя вести с ней, с Полиной, но было уже около десяти вечера, а он так и не пришёл. Это было на него не похоже. Что только заставляло волноваться сильнее.

После десяти за её столик сели три парня и две девушки. Ребята были молодыми, шумными, но на террасе уже почти никого не было, поэтому Наденька даже и не подумала делать замечания. Она принесла меню гостям, спросив сразу, готовы ли они сделать заказ, на что в ответ получила раздевающие взгляды от мужской части весёлой компании.

— Красавица, я бы тебя заказал на ночь. Сколько возьмёшь? — поинтересовался заплетающимся языком смазливый блондин. У него был удивительно приятный баритон, хоть и говорил он гадости.

— Вы меня с кем-то путаете, я ваша официантка. Подойду к вам через пару минут, — попытавшись улыбнуться доброжелательно, строго сказала Наденька. Когда она отходила от столика, то услышала, как одна из девочек заметила:

— И что ты в ней нашёл, Эдик, она же рыжая?

— Говорят, рыжие в постели огонь. Хочу узнать! — ответил ей всё тот же приятный баритон, чем вызвал взрыв гогота за столиком.

Подходя к бару, Надя увидела Диму, но не успела порадоваться, как заметила, что Полина стоит с ним почти вплотную, мило улыбается и что-то щебечет, стреляя в строгого шефа глазками. Надюша сжала губы, выпрямила спину и подошла к бару, поздоровавшись:

— Добрый вечер, Дмитрий Антонович!

Шеф вздрогнул, кивнул Наде и скрылся в ресторане. Полина радостно улыбнулась Наденьке и заметила:

— Как всё-таки прекрасна молодость, — и побежала к своим гостям, жаждущим расплатиться за вкусный ужин.

Её тяжёлым взглядом проводила Марго.

— Пустышка, — процедила она сквозь зубы. Надя не расслышала и не стала переспрашивать, погрузившись в грустные мысли о непостоянстве мужчин. Через три минуты её вывел из задумчивости окрик:

— Эй, красавица, мы готовы сделать заказ!

Надя поспешила к жаждущим выпить гостям.

— Три пива, "Секс на пляже" и "Текила Санрайз", — огласил блондин за всех и добавил, — Не хочешь с нами сегодня по Неве покататься? Посмотрим развод мостов, наведём мосты между нами. Хорошо отдохнём. Обещаю.

Надя опять выдавила из себя улыбку и в категоричной форме отказалась от столь щедрого предложения:

— Мне это не интересно. У меня работа.

Отдав заказ Марго, она порхала между столиками, обслуживая гостей и стараясь не думать о шефе.

К весёлой компании ей совершенно не хотелось возвращаться. Но заказ был готов, и пришлось его нести.

Не успела Надюша выставить все стаканы и кружки на стол, как одна из девиц наморщила носик и капризно заявила:

— Это не тот коктейль! Я заказывала Пузатого мексиканца, а это голимые Плоскогубцы.

Наденька побледнела, извинилась, пообещала разобраться и, забрав неудачный коктейль, убежала к Марго.

Реакция барменши на претензию клиентки была ожидаемой.

— Что?! Да эта пьяная коза просто строит из себя гурмана. Сейчас она получит от меня фирменный коктейль… — злобно шипя, заверила Надюшу Марго. Девушка с удивлением наблюдала, как барменша взяла самую дешёвую водку, ловко смешала её с апельсиновым соком, добавила туда пару положенных ингредиентов, вылила эту ядерную смесь в пузатый бокал на низкой ножке и водрузила на его край лимон с ярким зонтиком и трубочкой. Осмотрев получившуюся композицию, она удовлетворённо кивнула себе же и скомандовала:

— Неси.

— Но…

— Я сказала, неси!

И Наденька понесла. Поставила перед капризной гостьей обновленный заказ и, даже не моргнув, заверила её:

— Вот ваш коктейль. Он из улучшенных ингредиентов. Надеюсь, вам понравится. Приношу вам свои извинения за путаницу.

Девица надменно пригубила коктейль, почмокала губами и заявила:

— Да, уже лучше. Но у нас коктейли делают в сто раз вкуснее.

Наденьке было всё равно, где это «у нас», она пожелала компании хорошего отдыха и собралась вернуться в бар, чтобы рассказать Марго, какая всё-таки коза эта клиентка. Но тут девушку схватили за талию крепкие мужские руки и усадили на колени.

— Не так быстро, красотка, тебя никто не учил правильно извиняться? Поехали с нами, я тебя научу, — шептал ей на ухо блондин, обдавая насыщенным запахом алкоголя. Надя поморщилась, попыталась встать, но парень держал её крепко.

Не успела Наденька впасть в отчаяние, как рядом со столиком материализовался шеф и, грозно склонившись над нарушителем порядка, проговорил:

— Ребята, не путайте официанток с проститутками. У нас здесь работают официантки. Поэтому отпустите девушку и извинитесь перед ней.

Надя, тут же почувствовав свободу, вскочила и спряталась за шефом, как за шкафом. А блондин, некрасиво скривив рот, выдал:

— Извини, красотка, я же как лучше хотел.

Непонятно, что больше повлияло на парня: широкие плечи Дмитрия или нарисовавшиеся за его спиной молчаливые Стас и Богдан. Наде было плевать на мотивацию хама. В сопровождении шефа она вернулась к бару. Переполненная благодарностью за спасение, Наденька набрала в лёгкие побольше воздуха, желая излить на шефа свою признательность, но тут за их спинами воскликнула Полина:

— Они ушли, не заплатив!

Шеф резко обернулся и наткнулся на Полю, которая почему-то держала на уровне груди стакан с водой. Из-за резкого поворота Дмитрия она вздрогнула и как-то подозрительно театрально пролила на себя содержимое стакана. Её белая футболка вмиг намокла, весьма откровенно облепив красивую высокую грудь девушки. Надя со стороны наблюдала, как шеф суетится вокруг облитой официантки с салфетками, и чувствовала, как в груди зарождается бешенство.

— Холодно, — жалобно заметила Поля, и на её плечи тут же был накинут плед.

Надя больше не могла наблюдать за этой картиной и отвернулась к бару, натолкнувшись на задумчивый взгляд Марго. Но обсуждать шефа и Полину Надюша не хотела, поэтому спросила:

— На сколько они посидели? Мне же придётся за них расплачиваться…

— Ты не виновата, — встрял в разговор Дмитрий Антонович, — Спишем на убытки ресторана.

— Это очень щедро с вашей стороны, Дмитрий Антонович. Спасибо, — слишком уж язвительно откликнулась Надюша. Прозвучало это так, будто обычно он был крохобором и штрафовал за всё подряд. Этого не было и в помине. Даже за разбитую из-за рыжего кота кофейную чашку у неё не вычли из зарплаты.

— Вы чем-то расстроены, Надежда? — нахмурившись, спросил босс. Ему явно не понравился тон, которым она его благодарила, — Может, я зря вмешался, и всё шло по вашему плану? Тогда извините, что сорвал вам приятный отдых.

Надя от возмущения потеряла дар речи. А мужчина не стал ждать, когда способность говорить к ней вернётся. Он молча развернулся и ушёл… совсем. Сел в свою красную тачку и уехал.

Надя, бросив сердитый взгляд на почему-то довольную и всё ещё мокрую Полину, отправилась убирать столик за сбежавшими посетителями. За её спиной бывшая подруга загнусавила, обращаясь к Марго:

— Я вся промокла, мне холодно и переодеться не во что. Можно, я домой поеду? Уже поздно, основной народ прошёл. Надюша и без меня справится.

— Иди уже, мокрая курица, — проворчала барменша. Когда девушка радостно убежала за вещами в подсобку, женщина достала из ящика чёрную визитку с золотыми буквами, порвала её и выбросила в мусорную корзину.

У Дмитрия выдался тяжёлый день по основному месту работы. Капризничали клиенты, косячили повара, подводили поставщики, у него самого всё валилось из рук. Он покинул чужую кухню в одиннадцать вечера, что называется, отстоял от звонка до звонка, такого не случалось уже полгода точно. Стоило сесть в автомобиль и задуматься, ехать ли сегодня в своё кафе, ведь устал до белых мошек, как тут же возник образ Надюши, рыжеволосый улыбчивый ангел манил, обещая снять усталость один лишь взмахом длинных ресниц. И пусть она вчера его обидела своим язвительным замечанием, он-то ожидал услышать благодарность, но сегодня поразмыслив, он пришёл к выводу, что у девочки просто был стресс, вот она и сорвалась. В конце концов, он мужик, а обижаться это чисто женская прерогатива.

Уже через полчаса собранный босс зашёл на летнюю террасу и сел за столик Надюши. Девушка тут же подошла к нему и вежливо поздоровалась:

— Добрый вечер, Дмитрий Антонович. Прости меня за вчерашние слова, я просто перенервничала. Спасибо вам большое, что вы заступились.

— Не стоит благодарностей, Надя. Я хочу, чтобы ты и все девочки знали, здесь за вас всегда вступятся и не допустят, чтобы вас обижали пьяные клиенты.

— Это вселяет уверенность, — приветливо улыбнулась Надя, у Димы от её искренности перехватило дыхание, а она уже перешла на деловой тон, — Что будете заказывать?

— Эспрессо, — по привычке ответил мужчина.

— Дмитрий Антонович, уже полночь. Простите, что я лезу с советом, но может, лучше чаю? У нас есть зелёные, чёрные, травяные. Я бы посоветовала мятный, он успокаивает, — немного тараторя, принялась уговаривать шефа Надюша, что выдавало её волнение.

Митя ликовал в душе, она о нём заботится. Прелесть, а не девушка.

— Давай тогда чашку мятного чая.

Надюша, услышав, что шеф согласен, опять расцвела улыбкой и упорхнула к бару.

Марго, услышав заказ, одобрительно потрепала официантку по плечу. Уже через пять минут перед Дмитрием стояла дымящаяся чашка с чаем. Вокруг неё витал освежающий аромат мяты. Надюша же собиралась убежать обратно к бару, но Дмитрий не выдержал, обхватил изящную кисть девушки своей широкой ладонью и, заглянув ей в глаза, попросил:

— Надя, давай погуляем сегодня после смены. Или, если ты устала, могу отвести тебя в общежитие…

— Мой ответ отразится на работе? — серьёзно спросила девушка.

— Конечно, нет…

— Тогда я откажусь от вашего предложения, Дмитрий Антонович, — уверенно ответила девушка.

— Почему? Ты всё ещё считаешь меня вредным шефом?

— Нет, теперь я считаю вас легкомысленным мужчиной. Одну вы в кино зовёте, другую на прогулку… Да вы бабник, Дмитрий Антонович! — возмущённо выпалила Надюша и убежала в ресторан.

Митя растерянно моргнул и хотел было догнать несносную рыжую девчонку и вытрясти из неё, откуда она взяла эти глупости, кого он звал в кино? Он там сто лет не был. Но в дверях ресторана он столкнулся с Марго, и та вцепилась в его плечо мёртвой хваткой:

— Дима, мне соседи звонили, кажется, у меня трубу прорвало. Отвези меня домой срочно! Я с Георгом договорилась, он закроет ресторан. Девочек я отпустила.

Шеф был строгим, но при этом любил свою маму, поэтому без возражений повёл её к машине.

Уже в дороге он не выдержал и спросил:

— Ма, почему тебе нравится Надя?

— Она настоящая, не умеет притворяться и добрая. Из неё выйдет заботливая жена моему сыну и мать моим внукам. А значит, я смогу спокойно жить, передав тебя в её надёжные руки.

— Ма-а-а! — возмутился Митя на далекоидущие планы Марго.

— А почему ты спрашиваешь? — уточнила женщина, прищурившись.

— Она почему-то напридумывала себе, что я бабник! Может, она с головой не дружит?

Марго задумчиво почесала затылок и возразила:

— Не похоже… Я попробую разобраться, — пообещала она.

Весь следующий день Надюша хандрила, каждую минуту мысленно возвращаясь к просьбе Дмитрия Антоновича.

«Вот наглец. Не хотите ли прогуляться?.. — передразнивала она шефа, — Тут недалеко, до моей постели! Бывают же такие мужики!»

И так по кругу. Полина, весь день наблюдавшая за подругой, не выдержала и спросила:

— Надь, ты чего сегодня такая замороченная?

Наденька посмотрела на соседку и тут её осенило.

— Поленька, Полюшка, а скажи-ка мне, какие у вас отношения с Дмитрием Антоновичем?

Полина тут же выпрямила спину и, немного надменно улыбнувшись, заверила любопытную подругу:

— Нормальные. В любви мне недавно признался…

Надюша возмущённо засопела и выпалила:

— Не верь ему! Гад он! Звал меня вчера погулять с ним! Представляешь?

У Полины от удивления открылся рот. Пару секунд она не могла сказать ни слова, а потом сощурила свои пронзительные серые глаза и заявила:

— Все мужики — козлы! Пойдём в бар, напьёмся?

Наде идея понравилась. Через час две подружки, накрашенные, причёсанные, нарядные, уже спешили по улице, цокая каблучками.

В баре, в который привела Надю Полина, стоял полумрак. Дубовая основательная мебель добавляла уют. Было ещё только семь вечера, поэтому и посетителей особо не наблюдалось. Бармен с дредами на голове и ямочками на щеках обаятельно улыбнулся двум красавицам.

— Первый коктейль за счёт заведения! — объявил он. Полина ответила ему кокетливой улыбкой, а Надюша прошествовала мимо с гордо поднятой головой. Она сегодня праздновала день без мужчин!

Следующие пару часов коктейли сменяли друг друга, и только речи подруг бродили по кругу.

— Нет, ну ты подумай, и не стесняется крутить любовь сразу с двумя?! — возмущалась Наденька.

— Мужиков нужно использовать самим! — кивала активно Поля.

— Да на что они вообще нужны?

Полина усмехнулась, подумала и, хлопнув себя по лбу, воскликнула:

— Чтобы фотки делать!

И замахала руками в сторону бармена. Он уже не первый раз подходил к их столику. Хотя в его обязанности это не входило. Но многообещающие улыбки блондинки действовали безотказно.

— Ещё по коктейлю? — игриво спросил он.

— Нет, — помотала головой Поля, — Сфотографируй нас!

И бармен, взяв телефон из рук Полины, послушно стал фотографировать кривляющихся пьяных девчонок.

— А теперь давай я вас с Надей сфотографирую! — радостно предложила Полина, выхватила свой телефон из рук бармена и усадила растерявшегося мужчину рядом с не менее растерявшейся Наденькой.

— Ну чего вы сидите как неродные, обнимитесь, улыбнитесь… вот, уже лучше.

Бармен смылся, пока его ещё о чём-то не попросили. А Наденька возмутилась:

— Зачем мне фотки с чужим человеком.

— А что? Вы красиво смотритесь вместе. Замути с ним! Может, нам счёт не придётся оплачивать…

Надюша возмущённо фыркнула и отвернулась. Пока она рассматривала посетителей, которых с каждым часом становилось всё больше, Полина что-то набирала на своём телефоне. Неожиданно к ним на стол запрыгнул рыжий кот и опрокинул стакан с коктейлем Полины. Сладкий напиток растёкся по столу и ярким потоком устремился на её колени, на новую голубую юбку, образуя красивые мокрые разводы.

— Чёрт!!! Что здесь делает кошка?! — завизжала девушка. Надюша растерянно смотрела на рыжую морду с разноцветными глазами, а главное, на знакомый пушистый хвост, и ее терзали смутные сомнения... Тут подбежал бармен, схватил рыжую проказницу, взял Полину под ручку и со словами «Сейчас всё исправим» увёл всех в сторону туалета.

Телефон Полина бросила на стол и к нему тоже подкрадывалась опасность. Поэтому Наденька подхватила ценный предмет и протёрла его салфеткой. Экран загорелся, и перед девушкой предстала голая некрасивая правда: её подруга — коварная обманщица. Кошка, оказывается, очень вовремя появилась и помешала Поле отправить Дмитрию Антоновичу сообщение в мессенджере:

«А мы тут прекрасно отдыхаем в свой законный выходной. Надюша уже нашла себе симпатичного парнишку на ночь. Я пока одна скучаю. Не хотите присоединиться?»

Фото, где бармен обнимает пьяную Надюшу, прилагалось.

Девушка быстро удалила текст, фотографии, даже в облако не забыла зайти. Злость её душила, но мыслила она чётко.

«Полина в сообщении обращается к нему на «вы», значит, мне она всё врала! Ещё неизвестно, что она успела наплести ему!»

— Эй, что ты делаешь в моём телефоне! — раздался возглас над ухом задумавшейся Надюши.

— Теряю подругу! — сердито ответила девушка и швырнула аппарат на стол, прямо в лужу из коктейля, встала и пошла на выход.

— А кто платить будет? — раздался возмущённый возглас.

— Сама разберёшься! — буркнула Надюша и вышла в холодный Питерский вечер. На улице шёл мелкий дождик, ветер задувал в лицо. Девушка понятия не имела, куда притащила её Полина, и как отсюда выбираться. Ноги были ватными и отказывались шевелиться. Дурацкие каблуки постоянно шатались. Надюша стащила туфли, которые настоятельно вручила ей бывшая подруга, и пошла босиком по лужам. Заледенела она уже через пять минут. Ей было так себя жалко, и стыдно. Она вытащила телефон из сумочки и набрала Дмитрия Антоновича, пока не передумала. Ответил он мгновенно:

— Да, Надя.

— Прости меня, Дима, я вчера тебе наговорила… мне так стыдно. Меня Полина обманула. Она сказала, что вы вместе в кино пойдёте, а потом её не было в общаге два дня, я думала вы с ней…

От холода губы слушаться отказывались, поэтому речь девушки была неразборчивой. А может, виной всему шесть коктейлей…

— Ты где?

— Не знаю… Меня Полина затащила в какой-то бар. Но она предательница! Она мне больше не подруга!

— Посмотри, есть какие-нибудь таблички рядом? — настаивал Дмитрий с неподдельной тревогой в голосе.

Надюша осмотрелась. На противоположной стороне улицы табличка на доме имелась. Нетвёрдой походкой она стала переходить дорогу. Мимо пронеслась машина, облив девушку с ног до головы. Надюша всхлипнула.

— Что? Что-нибудь случилось? — спросил Дима.

— Меня облили… и дождик… Я вся мокрая… — уже откровенно плакала девушка. Но до таблички добралась и даже смогла прочитать, — Профессора Попова восемнадцать.

— Стой на месте. Приеду через двадцать минут, — пообещал Дмитрий. И выполнил своё обещание.

«Настоящий мужчина», — подумала Надюша, засыпая, согретая теплом и ароматом салона его автомобиля.

Наденька проснулась от жуткой головной боли, ощущения помойки во рту и нестерпимого желания сходить в туалет. Резко приняв вертикальное положение, она пожалела о своей импульсивности. Что-то внутри, не иначе Чужой, стал карабкаться наверх, но девушка отважно сглотнула, запихивая чудовище обратно.

Приоткрыв сначала один глаз, она снова зажмурилась. Вокруг было слишком много света, аж глаза резало, к вате в голове добавился молоточек, забивающий где-то в районе темечка острый гвоздь. Дышать было больно, потому что, казалось, горло растрескалось, как земля в пустыне.

Ещё одна попытка открыть глаза увенчалась успехом, и вот тут пришёл настоящий ужас. Она вспомнила!

Вспомнила, как позвонила шефу и рыдала в трубку, извинялась и рыдала. Вспомнила, что он приехал за ней посреди ночи… Или это был ещё вечер? А дальше чёрная дыра. И вот сейчас она снова в его спальне. На ней из одежды только бюстье и трусики, постель вверх дном.

«Что я натворила?!» — застонала про себя Надюша… хотя, собственно, почему про себя, очень даже вслух застонала. Но тут её взгляд упал на прикроватную тумбочку, а там — стакан с водой и записочка «Выпей меня».

«Ну, хуже уже не будет», — решила девушка и выпила залпом. По вкусу это было лекарство. Надюша оценила заботу шефа, но отблагодарить его решила позже. Первым делом она осторожно, по стеночке пошла в сторону ванной комнаты. И тут её ждал второй приятный сюрприз от шефа — постиранное и высушенное платье, в котором она вчера щеголяла в баре. Для утреннего наряда оно было слишком коротким, едва доходило девушке до середины бедра, даже строгий прямой фасон и целомудренный вырез-лодочка не добавляли скромности Надюшиному образу, но лучше так, чем ходить по квартире начальника в одних трусах…

Холодный душ в совокупности с лекарством сотворили чудеса. Из ванной вышел уже совершенно другой человек, вполне здоровый, хоть и бледный слегка.

Оказавшись в коридоре, Надюша учуяла приятный аромат кофе и чего-то ещё. Идя на запах, как это ни банально, она вышла к кухне, где её ждал шеф. Он вовсе не ругался, не хмурился и не испепелял её гневным взглядом, наоборот, приветливо ей улыбнулся и поздоровался:

— Доброе утро, Надюша! Хотя для тебя оно вряд ли доброе! Но вот этот суп, рецепт которого я узнал у одного китайца, поставит тебя на ноги лучше любой шипучей таблетки!

Шеф подвинул к Надюше поднос, на котором стояла пиала с жидкостью, от которой поднимались вместе с горячими парами умопомрачительные ароматы. Рядом с пиалой лежал сухарик ржаного хлеба.

Завтрак, по мнению Наденьки, был небогатым, но кто она такая, чтобы возмущаться. Её и так подобрали, обогрели, отмыли, и даже еду какую-никакую предлагают.

— Спасибо, — с трудом выталкивая звуки из своего пересохшего рта, поблагодарила хозяина девушка. Волшебный китайский суп она пила прямо из пиалы. Первые два глотка были осторожными, третий большой, все остальные жадными. От усилий у девушки даже испарина на лбу появилась. Или это был эффект от супа? Тот оказался просто невероятным! Букет, нет, настоящий фейерверк вкусовых ощущений рождался на кончике языка, распускался к нёбу, затем ухал вниз, щекоча пищевод, и оседал в желудке живительным теплом.

Проглотив последние капли, Надя с сожалением посмотрела на дно пиалы и перевела взгляд на Дмитрия Антоновича.

— Это божественно вкусно. Спасибо!

Шеф улыбнулся и задал вопрос, на который в глубине душа надеялась Надя:

— Ещё будешь?

Девушка интенсивно закивала и отметила про себя, что никого Чужого внутри уже нет.

— Ты садись, — предложил шеф, отодвигая для неё стул у обеденного стола. Надюша послушно села. Вторую порцию супа она пила медленно вприкуску с сухариком, смотрела в окно, где небо и река спорили, чей голубой цвет более яркий.

— Знаешь, тебе очень идёт это платье. Хорошо, что у меня в кафе строгий дресс-код. Если бы ты на работу ходила в таком виде, у нас бы не прекращались баталии за твоё сердце.

Надя густо покраснела.

«Это на что он намекает? Что я выгляжу как девица лёгкого поведения?»

— Я рад, что мы с тобой все прояснили, — немного помолчав, снова заговорил шеф, — Мне было бы неприятно знать, что кто-то считает меня бабником, но когда так думает понравившаяся девушка… Это невыносимо!

Надя не подавилась супом только потому, что уже его доела. Дмитрий сидел рядом и смотрел на неё, будто ожидая какую-то реплику на свою речь. Но Надюша и так не считала себя сообразительной, а после вчерашнего разгула даже Эйнштейн бы отупел. Откашлялась, она выдала:

— Простите меня… и за те слова, и за вчерашнее… Я не знаю, что на меня нашло… Я не должна была звонить вам среди ночи.

— Я рад, что ты мне позвонила.

Выглядел шеф действительно довольным.

Надя же чувствовала себя неловко. Посмотрев на пустую пиалу, она встала и промямлила:

— Спасибо за суп, он действительно волшебный. Я пойду…

Шеф вскочил со словами:

— Я отвезу тебя! Только со стола уберу.

— Давайте я помою посуду! — предложила Наденька и схватила пиалу, делая шаг в сторону раковины.

Шеф преградил ей дорогу и попытался забрать свою собственность.

— Надя, не надо, я сам. А ты посиди пока.

Они стояли почти вплотную друг к другу, Дима смотрел в широко распахнутые Наденькины глаза, а она в его. Только сегодня утром девушка поняла, что шеф, оказывается, симпатичный, когда не хмурится. А заботливый он, потому что добрый. Надя всегда любила добрых людей.

«Но ведь он шеф», — дал о себе знать разум, но тут Дима провёл своей горячей ладонью по её голой руке, по телу девушки побежали мурашки, она рвано выдохнула, для мужчины это стало сигналом. Он наклонился и поцеловал. Сначала мягко касался своими полными губами приветливо приоткрытых губ девушки, а когда её руки робко обхватили его сильный стан, он сорвался. Поцелуй стал глубоким и страстным, а объятия мужчины — крепкими. Девушка растворилась в ощущениях и желании. Она сама бесстыдно прижималась к его телу, хватала за крепкую попу, царапала через футболку спину. Он резко усадил ее на стол. Короткое платье предательски задралось, полностью открывая все стратегические места, а Дима уже был между стройных девичьих ножек. Дальше произошло всё то, что было неизбежно, прямо на кухне. Были нетерпеливые, изучающие объятия, обжигающие поцелуи, стоны и ритмичные движения друг другу навстречу. Надюша обвила Диму как лиана ногами и руками, а он сжимал её, как что-то самое ценное, жизненно необходимое. И было это пылко, феерично!

— Так жарко на моей кухне ещё не было, — прошептал мужчина, взмокший и взъерошенный усилиями Наденьки, после бурного и громкого подъема на вершину блаженства.

Дима ещё какое-то время обнимал девушку, ласково поглаживал по рукам, спине, шептал какие-то милые глупости. Она даже не пыталась вслушиваться, ей было так хорошо с этим сильным, но таким нежным и внимательным мужчиной. Думать пока не хотелось.

Неожиданно мужчина отстранился.

— О нет! Уже десять! Прости, мне нужно… я сейчас. Там курьер. Да, мне нужно вниз. Я быстро… — рассеянно пытался объясниться Дима, натягивая джинсы. Он помог Надюше слезть с кухонного острова, вернул на место её трусики и умчался на выход, ещё раз заверив девушку, что вернётся через пять минут.

Наденька стояла, где её поставили, смотрела в окно и глупо улыбалась, когда в прихожей щёлкнул замок, хлопнула дверь, и по квартире разнёсся знакомый женский голос:

— Димуля! Родной мой! Ты где? Где самый лучший мальчик на свете, который обещал мне массаж?

«Боже, шеф и Марго любовники? — с отвращением подумала Надюша и в панике осмотрелась, куда бы спрятаться! — Она же ему в матери годится. Нет, ну её я понять могу, Дима шикарный, сильный, добрый, а какой потрясающий любовник!»

От воспоминаний событий десятиминутной давности у девушки снова ускорилось сердцебиение и моментально взмокли ладошки. Она сердито мотнула головой, прогоняя сладкие воспоминания, и продолжила размышлять:

«Но он-то каков! Извращенец!»

Послышались приближающиеся шаги, и Надюша не нашла ничего умнее, как спрятаться за диваном. Ей совершенно не хотелось встречаться с обманутой любовницей. Марго — женщина сильная, да и глаза её карие такие пронзительные, как у ведьмы, такая и проклясть сможет.

Тем временем Марго вошла в комнату, осмотрелась, никого не заметив, пошла на кухню.

— И куда он подевался?

Наденька осторожно выглянула из-за подлокотника дивана и увидела, как барменша подошла к раковине и, заглянув в неё, вытащила из кармана терракотового пиджака телефон. Надя впервые видела Марго не в джинсах и майке, а в платье приятного оттенка молодой зелени. Женщина выглядела беззаботной и счастливой. Сегодня ей можно было смело дать лет сорок, не больше.

Пока Надюша наблюдала за соперницей, та уже дозвонилась до нужного ей абонента:

— Алло, Дим, ну где тебя носит? Где я? У тебя! Как и договаривались, пришла к десяти. Никого… Ты опять посуду не помыл после завтрака?

«Так вот куда он так торопился! — ужаснулась Надюша, — Не хотел, чтобы мы пересеклись! А ведь у неё есть ключи от его квартиры! Значит, у них всё серьёзно»

Последняя мысль особенно сильно расстроила девушку.

Поговорив по телефону, Марго включила воду и начала мыть пиалу, из которой Наденька несколько минут назад пила волшебный суп. Девушка время зря тратить не стала, осторожно на четвереньках поползла к выходу. Добравшись до прихожей и ничем себя не выдав, Надя выпрямилась и бросилась к двери. Когда до спасения оставалось всего несколько сантиметров, с той стороны послышались торопливые шаги. Пути отступления были отрезаны.

От переживаний у девушки снова заболела голова, руки и поджилки затряслись от нервов. Надя была на взводе и ужасно злилась на Диму, из-за которого оказалась в этой неприятной ситуации. Было противно, что она только что отдалась мужику, у которого любовница вдвое старше его. Наденька категорически не хотела видеть Диму, ещё меньше она хотела, чтобы Марго узнала, что он изменил ей с Надюшей, поэтому девушка, действуя по наитию, спряталась в огромный шкаф-купе в прихожей. Не успела она закрыть за собой зеркальную дверь, как замок щёлкнул снова, и по квартире разнёсся мощный крик:

— Ма, ты где?

— Я тут… — с трудом разобрала из своего укрытия Наденька.

— Ты уверена, что в квартире больше никого нет?

— Да. А что?

— Странно…

— Хватит загадок! — возмутилась женщина, и её сразу стало чуть лучше слышно, — Где мой подарок на день рождения?

— Сейчас! Он у меня спрятан в шкаф…

«Нет…» — застонала про себя Наденька, одновременно с этим дверь перед её носом поехала в сторону, и на девушку уставились сразу две пары удивлённых глаз.

Такого позора в жизни Нади ещё не было! Ситуация из категории «неприятная» тут же оказалась в категории — «анекдотичная», ну там, где муж возвращается из командировки, а жена с любовником. Только тут наоборот. Да и Надюше почему-то было не до смеха. Показывать всю степень своей униженности этим двум разновозрастным голубкам она не собиралась. Гордо вскинула голову и с прямой спиной вышла из шкафа, уверенно заявив:

— Я увольняюсь… извращенец!

В полнейшей недоумённой тишине она покинула квартиру и не слышала, как через минуту Дима отмер и тихо спросил у Марго:

— Она что? Решила, что мы?..

— Кажется, да…

Дима возмущённо засопел и, наклонившись, достал из шкафа красиво упакованную коробку, перевязанную пышным красным бантом.

— Поздравляю, мамуля, с юбилеем!

— Сын, спасибо, но ты не хочешь догнать её и всё объяснить?

— Нет.

— Почему?

— Я не буду с ней мириться, пусть думает что хочет. Не понимаю, почему она подозревает меня постоянно в самом плохом. Сначала поверила Полине и решила, что я бабник. Теперь это! А я, между прочим, только и делал, что заботился о ней!

Марго слегка нахмурилась, но сыну улыбнулась:

— Хорошо, как знаешь. Но я ей всё-таки напишу, что она должна отработать две недели. Мне же нужно найти ей замену…

— Делай, как считаешь правильным. Ты же в летнем кафе рулишь!

Марго удовлетворённо кивнула и развязала бант на стоящей перед ней коробке. Картонные стенки тут же раскрылись, и вверх взметнулся целый рой разноцветных шариков, открывая вид на огромный букет из белоснежных роз. Среди бутонов был вложен голубой конверт. Женщина, ахая и рассыпаясь в благодарностях, с нетерпением вскрыла конверт и вытащила небольшую глянцевую бумажку.

— Сертификат на путешествие на Мальдивы! На десять дней! — прочитала женщина и кинулась на шею сыну с громкими радостными визгами.

— Ты это заслужила, мама!

— Надь, а, Надь, сходи в холодильник. У меня там ящик Сибирской охлаждается. Принеси пару бутылок! — крикнула Марго задумчиво стоящей у дальних столов девушке. Надя согласилась отработать положенные по закону две недели, ведь она была очень ответственной девушкой, но всячески избегала общения с барменшой. Однако приказы, облаченные в форму просьб, выполняла неукоснительно.

Вот и теперь Наденька молча пошла в ресторан, где в большом промышленном холодильнике-складе каким-то волшебным образом находилось место для всего. У входа стоял специальный чурбачок, который ставили в проём двери. Без этого проверенного средства можно было оказаться в плену холодильника на веки вечные, ну или пока кому-нибудь из поваров не потребуется свежий кусок мяса.

Надя вставила чурбачок куда надо, проверила надёжность фиксации двери и только после этого зашла в царство льда и холода. Где стоят ящики для бара, она уже знала, не первый раз бегала сюда по требованию Марго. Только девушка потянулась к двум бутылкам дорогого волшебного эликсира, способного излечить от любых психологических проблем, правда, только на время, как дверь с характерным чмокающим звуком закрылась.

Девушка бросилась к выходу. Но что толку? Она оказалась в ловушке. Кричать было бесполезно. В холодильнике была отличная изоляция.

«Это не случайно!» — топнув ногой и сжав кулаки, подумала девушка. После случая с котом и гадалкой все в её жизни перевернулось вверх дном. Раньше она чётко понимала, чего хочет: выучиться и стать востребованным специалистом. О семье, муже, любви Наденька не думала, полагая, что всё это успеется, главное — построить карьеру, встать на ноги и уже тогда брать на себя дополнительные обязательства. Теперь из-за связи с боссом она вынуждена уволиться с хорошей работы. А бесстыжие серые глаза начальника каждую ночь мешают ей спать, постоянно врываясь в ее ночные грезы. Самого Дмитрия Антоновича девушка не видела с того злополучного утра. Вторая смена подходила к концу, а он еще ни разу не пришел в кафе.

«У! Неловко ему, наверно», — думала девушка и тайно мечтала вновь почувствовать мягкость его губ, одна мысль о его сильных руках заставляла сердце учащённо биться.

Плененная Наденька освободила полупустой ящик с Сибирской, перевернула его на бок и села, обхватив колени для сохранения тепла. Она решила, что это повара разыгрывают её, а значит, минут через пятнадцать откроют. Чего зря нервничать?

Правда, может это и обиженная Полина подстроила. Она потребовала у Надюши возместить половину чека за коктейли, которыми пыталась напоить подругу и подставить в глазах Димы. Наденька возмещать отказалась, тем более чека предъявлено не было, а словам Полины она больше не верила. С того вечера девушки перестали общаться. Если это месть бывшей подруги, то посидеть придется подольше…

Пока ждала освобождения, Надюша размышляла, как ей себя вести с Дмитрием Антоновичем, если он все-таки придет. Решения этой задачки не находилось. Время шло незаметно. Раздался характерный звук оторванной присоски. Наденька вскочила и бросилась к выходу, да так и замерла, не добежав до двери, потому что перед ней стоял шеф. Он озирался по сторонам, явно в поисках чего-то.

— Дмитрий Антонович, что вы здесь делаете? — строго спросила Надюша. Шеф посмотрел на неё, его брови удивлённо взлетели вверх, он сделал шаг навстречу девушке.

— Дима, дверь! — воскликнула Наденька, кидаясь к шефу, вернее, к входу, но она опоздала…

— Мы здесь застряли… — с прискорбием констатировала девушка. Дмитрий Антонович огляделся и уточнил:

— Как ты здесь оказалась?

— Меня Марго отправила сюда, попросила кое-что принести. Но кто-то убрал чурбан, которым мы обычно дверь подпираем, чтобы она не закрывалась. А ты что здесь забыл?

— Меня тоже Марго послала за Сибирской…

— А она меня при этом не искала?

— Нет…

— Вот же!..

Рассерженная Надя вернулась на своё место. Дима сел с ней рядом на стеллаж.

— Как ты себя чувствуешь? Замерзла? — спросил он после непродолжительной паузы.

— Да всё нормально. Я в детстве все зимние дни напролет на катке во дворе пропадала. Знали бы вы, как часто я падала, когда маленькая была...

— Да? Это многое объясняет… — усмехнулся шеф.

— Что?! — возмутилась девушка, и нахохлившимся воробьем отвернулась от вредного собеседника.

— Ты любишь кататься на коньках? — продолжил приставать к девушке с глупыми вопросами начальник.

— Не умею, поэтому и падала. Как меня только не учили… Бесполезно.

Рыжий мужчина усмехнулся, рыжая девушка хохотнула.

— Давно здесь? — спросил Дима.

— Минут десять точно…

— Уверена, что не замёрзла? У тебя губы уже синие.

Надя поёжилась.

— Немного. А ты?

— Очень. Можно я об тебя погреюсь? — хитро сощурив свои серые глаза, уточнил мужчина.

— Это как?

— Ну, мы могли бы друг друга обнять… А ещё лучше, ты могла бы сесть ко мне на колени, — начал пояснять мужчина, но заметив вспыхнувший гневом взгляд девушки, пояснил, — Так будет лучше сохраняться тепло.

Наденька ещё минут десять посидела с гордо вздёрнутой головой, но холод не тётка, она перебралась на колени к мужчине, крепко прижавшись к его широкой груди. Сразу стало теплее и спокойнее.

— Надь, — тихонько позвал Дима, заметив, что девушка клюёт носом, — Лучше не спать, а то можно не проснуться.

Девушка испуганно встрепенулась и посмотрела на шефа. Их носы почти соприкасались, она чувствовала на своей коже тепло его дыхания. И губы, выразительные, полные были прямо перед глазами, она пыталась смотреть куда-нибудь ещё, но взгляд сам упорно возвращался к ним.

— Дима? — откликнулась девушка, получилось как-то просительно. Видимо, шеф понял, о чём просит его Наденька. Он наклонился и поцеловал девушку.

Она тут же обхватила его шею и ответила страстно, радостно. Холод отступил под напором обоюдного влечения. Когда их желание готово было вырваться из-под опеки замерзшего разума, дверь холодильника снова чавкнула, и раздался обеспокоенный голос Георга:

— Шеф, Надя, вы здесь?

Надя как испуганная кошка в один миг соскочила с горячих колен мужчины, Дима довольно посмотрел на неё снизу вверх и подал голос:

— Георг, держи дверь, спаситель наш. Мы уже идём.

Но когда Наденька рванула к выходу, мужчина удержал её за руку и тихо спросил:

— Можно я буду за тобой ухаживать? Я бы хотел, чтобы ты доверилась мне и мы начали встречаться… Если хочешь, конечно…

— Хочу! — перебила смутившегося великана Надя и радостно улыбнулась. Мужчина ответил ей тем же.

Из холодильника они вышли, держась за руки.

— Спасибо, Георг! — поблагодарил повара Дмитрий.

— Вас Марго потеряла, её благодарите.

Надя и шеф пошли в бар, провожаемые любопытными взглядами поваров. Едва они вышли в полумрак вечернего Петербурга, как услышали интересный разговор.

Полина жаловалась Марго:

— Надя опять где-то прохлаждается, а мне за неё работать! Пусть сама своим клиентам меню носит!

Услышав эту фразу, Наденька едва слышно прошептала:

— А я ее подругой считала…

Дмитрий также тихо ответил:

— Она мне, если честно, не нравится. Насплетничала, что ты с охранниками нашими встречаешься, и тут же в кино пригласила…

— Мне наврала, что ты ее позвал, а на самом деле сама тебя пригласила? — возмущенно уточнила Наденька.

Дмитрий прошептал:

— Да. И я отказался.

Надя прищурилась и тут же задала сложный вопрос шефу:

— А это ты из-за неё мне тогда ту ужасную смску прислал? Поверил?

— Ни на секунду… — подозрительно быстро ответил Дима и тут же поспешил встрять в разговор Поли и Марго, — Обязанность официанток сразу же приносить меню всем гостям. Вам, Полина, выношу первое и последнее предупреждение. Ещё одна оплошность, и мы вынуждены будем с вами попрощаться.

Полина сердито взяла меню с барной стойки и пошла к одиноко сидящему за дальним столиком мужчине. Когда блондинка заметила дорогие часы на запястье гостя, походка её тут же стала грациознее, улыбка шире, а плечи расправились, выставляя напоказ красивую грудь.

— Эта деваха не пропадёт, — прокомментировала преображение подчинённой Марго.

Наденька сердито отвернулась от бывшей подруги, а Дмитрия вообще не волновали посторонние, он приподнял их с Надюшей переплетённые руки и сообщил:

— Мама, мы встречаемся!

— Мама? — удивлённо воскликнула Надя.

— Да. А почему ты думаешь, я зову ее «ма»? — усмехнулся Дима.

— Я думала, потому что Ма-рго… — растерянно призналась девушка.

— Ну и кто из нас извращенка?

— Ну, раз мы все про всех выяснили, давайте радоваться! — предложила Марго, ставя перед парой два высоких узких бокала и заполняя их напитком с веселыми пузырьками, — Поздравляю!

Пока молодые чокались, с нежностью заглядывая друг другу в глаза, Марго незаметно запихнула ногой за корзинку с мусором чурбачок, утащенный из кухни.

Примерно через полгода…

— Марго, простите, что мы вас оставляем одну, — извинилась Наденька, подхватывая чемодан на колёсиках и направляясь к такси.

— Не одну, а с твоими чудесными родителями, милая! Можешь, кстати, называть меня мама Марго, мы же теперь одна семья… И какие могут быть извинения, у вас же медовый месяц! Хорошо вам отдохнуть в Ялте.

— А тебе хорошо отдохнуть в Пятигорске! И когда ты уже реализуешь мой сертификат на Мальдивы? — строго спросил Дима, целуя мать в щеку.

— На Новый год собираюсь от вас всех сбежать в рай! — усмехнулась женщина.

Молодожёны укатили, а Марго пошла прогуляться. Закатное солнце окрашивало небо и горы в тепло-золотистые оттенки, прохладный ветерок приятно освежал после жаркого июльского дня.

Марго присела на скамью, на которую тут же запрыгнул крупный рыжий кот.

— Кажется, у меня будут рыжие внуки! Это здорово! — сообщила счастливая женщина животному.

— Мяу… — согласился с ней рыжик.