Я попала в любовный роман на место подпевалы злодейки. Магии нет, зато долгов и лишних килограммов полно. Мой шанс на лучшую жизнь: соблазнить дракона, чтобы потом его мегера-мамаша от меня откупилась.
Вот только драконов соблазнилось двое, а свекровь почему-то не торопится просить меня исчезнуть из города и забыть о ее сыне. Напротив, теперь меня преследует вся драконья семейка! Как бы потактичнее объяснить им, что бедной попаданке нужны только деньги и диплом, но никак не любовь?
“Двенадцать стульев”
И. Ильф, Е. Петров
Ее волосы были цвета спелой вишни, а фигура притягивала взгляды…
А виной тому неудачное окрашивание, которое я провернула в общаге, и мои внушительные формы. С тех пор как я вошла в бальную залу, все адепты следили за моим платьем. Они гадали, не треснет ли шелк по швам во время танца.
Я их не винила. Мне самой было интересно, доживет ли купленное с огромной скидкой платье до утра. Я специально выбрала размер поменьше, чтобы обтягивал фигуру.
Мимо проходила гномка с подносом, и я ловко умыкнула у нее бокал вина. Официантка окинула меня сочувствующим взглядом и подлила еще.
— Благодарю, — сухо сказала я.
Не так я представляла себе начало своего романа. Когда книжная богиня Эветта предложила мне попасть в эту историю и исправить сюжет, я была уверена, что перенесусь в тело главной героини — блондинистой красотки с магическим даром уровня архимага.
А оказалась прихвостнем второстепенной злодейки. У меня были лишние килограммы, родительские долги и средненький дар к бытовой магии. Спасало лишь одно — я знала сюжет.
И вот на балу появилась она. Оливия Россо застыла в дверях, в нерешительности сжимая подол платья. Все разговоры затихли. Девушка смущенно потупилась, будто не замечая своей ослепительной красоты. Белокурые волосы, точеные скулы, изящные запястья…
Юное дарование Академии начало спускаться.
Я посмотрела на часы. Отлично, вот-вот прибудут драконы. Мой взгляд упал на зеркальную стену, где отражались адептки в платьях всех цветов и фасонов, высокие студенты с боевого и степенные профессора Академии.
Среди всего этого великолепия я выделялась даже сильнее, чем бедняжка Оливия. Платье облепляло мои внушительные формы, а корсет подчеркивал узкую вопреки всем булочкам и пирожным талию. Декольте я перекроила самостоятельно, сделав его до неприличия низким. Взгляд собеседника просто не мог не упасть в ложбинку на моей груди.
Волосы темного алого цвета были собраны в высокую прическу. Они смотрелись нелепо, потому что в этом мире просто не существовало подобной краски, но на то и был расчет. Весь мой облик был создан для привлечения внимания.
Я подправила салфеткой смазавшуюся помаду. Сегодня был мой вечер, да простит меня Оливия. Она может и позже встретиться со своими истинными и гадкой свекровью, а я… Мне нужны деньги. Сейчас. На драконов не претендую, а вот свекровью придется поделиться.
— Лорды драконы! — послышался довольный возглас ректора. — Рады приветствовать вас в нашей скромной обители знаний.
Начались придворные расшаркивания. Девушки зашушукались, парни ревниво посматривали на высоких и статных драконов. Оливия забилась куда-то в угол и пыталась заесть горе пирожным.
В Академии учились в основном аристократы. А Оливия, конечно, к ним не относилась. Она попала в Академию благодаря стихийно развившемуся дару. Ей все завидовали, и многие слегка ее ненавидели.
То, что досталось Оливии случайно, обычным магам приходилось развивать годами. У них не было детства, отношений и развлечений. Юные аристократы с пеленок пытались расширить резерв с помощью наставников, услуги которых обходились недешево.
Получить магическую силу просто так, по счастливой случайности? Оливии очень повезло. Но зависть адептов не знала пределов.
По сюжету драконы должны были заметить именно Оливию. Один из них соблазнит сиротку, выяснится, что она его истинная пара… А дальше следовали долгие битвы со свекровью за право стать женой дракона.
Я решила немного изменить ход событий. На дракона я не претендовала — его мамаша устраивала такие сцены невесткам, что закачаешься. Закачаешься и сляжешь в психоневрологический на год, нервы восстанавливать.
Однако свекровище после той самой первой ночи предложила героине взять деньги и по-тихому слинять из жизни ее сыночки. А это я сделать могла.
Все смотрели на драконов. Они видели мускулистых красавцев с тяжелыми взглядами и хищными улыбками. В моих глазах эти двое были лишь мешками с деньгами, которые обеспечат мне безбедное будущее и тот самый “бизнес попаданки”.
Мысленно я уже потирала лапки, представляя, как свекровь в ужасе выписывает мне чек вдвое больше суммы из сюжета. Ну… Я была вдвое больше Оливии. Так что все логично!
Заиграла музыка. Возобновились разговоры. В основном адепты Академии шушукались, обсуждая новоприбывших гостей. Драконы — скрытная раса, которая редко вмешивалась в людские дела.
Ко мне подошла та самая сочувствующая гномка и протянула бокал вина, налитый до самого верха. Я с благодарностью его приняла. Допинг для смелости мне понадобится. Я выпила все залпом, и сразу же закашлялась.
— Что это? — прохрипела я, смаргивая слезы.
— Самогон, — с благоговением ответила гномка. — По дедушкиному рецепту…
Она смотрела на меня с уважением и капелькой страха. Насколько надо отчаяться, чтобы выпить стакан самогона залпом? Я кивнула ей и не стала ругаться. Гномка же из лучших побуждений… Заметила вырез моего платья и поняла, что или сегодня я лишусь девственности, или стану волшебницей, как гласит легенда. Или старой сумасшедшей кошатницей, что более вероятно. В общем, гномка поддерживала, как могла.
Тем временем ректор отошел от драконов. Они стояли чуть поодаль от всех, о чем-то тихо переговариваясь. Адептки кучковались неподалеку, но подходить не решались. Благородные девушки не имели права знакомиться первыми.
Я поправила грудь и удостоверилась, что корсет все еще на месте. Мне было все равно, что там гласил этикет. Я направилась прямиком к своему светлому будущему, то есть к драконам.
Альберт Эйнштейн
— Милорды, — с улыбкой произнесла я.
Драконы застыли. Тот, что стоял слева, вздернул смоляную бровь. В льдистых голубых глазах мелькнуло любопытство. Его собеседник с длинными каштановыми волосами вежливо улыбнулся, однако за маской дружелюбия скрывалось раздражение.
— В чем дело, леди? — спокойно спросил он.
— Кажется, нас не представили. Меня зовут Лилиан, очень приятно.
Я держала на лице ту самую очаровательную улыбку, которую неуверенные девушки тренируют в зеркале каждый день. У меня дрожали коленки от страха и хотелось сбежать, но внешне я оставалась спокойной и доброжелательной.
Драконы внушали трепет. Вблизи они оказались еще выше. Мне приходилось задирать голову, чтобы заглянуть им в глаза. Драконы вообще были первыми мужчинами в этом мире, рядом с которыми я почувствовала себя маленькой и очень хрупкой.
— Леди, — с мягкой настойчивостью начал шатен. — Вы…
— Аэлар.
Низкий голос брюнета завибрировал у меня где-то в груди. Казалось, его бас услышала вся Академия. Он повел плечами, внимательно меня рассматривая. Цепкий взгляд дракона начал с лица, а не с декольте, как я надеялась.
Шатен бросил на него короткий взгляд. Казалось, он сам не ожидал от друга подобного. Однако дракон быстро взял себя в руки и поддержал беседу:
— Ренар. Очень приятно.
Так далеко я не заходила даже в своих самых смелых мечтах. Умом я понимала, что должна соблазнить одного из них и запугать свекровище, чтобы она откупилась от меня деньгами, но теперь…
Когда я стояла рядом с драконами, все было иначе. Их окружала аура могущества и древней магии, которая людям и не снилась. Глядя в глаза Аэлара я понимала, что мои детские уловки не подействуют.
Мне не соблазнить дракона. Вариантов и так было не слишком много: споить, совратить экзотичностью такой связи, пообещать что-то очень вульгарное и возбуждающее, заинтересовать способностями.
Первое, судя по комплекции драконов, трудновыполнимая задача. Последнее в пролете, потому что вряд ли этих красавчиков можно впечатлить заклинанием быстрой уборки.
А на остальное мне не хватало наглости, и даже стакан самогона не спасал. Я зарделась, понимая, что теряю свой шанс и выпалила:
— Хотите, покажу вам… балкон?
— Балкон? — хрипло переспросил Аэлар.
— Да. И идти недалеко.
Я неопределенно взмахнула рукой, указывая на дверь за их спинами. Мысленно я уже оплакивала свой провал и придумывала способ заработать на бубликах с мясом по бабушкиному рецепту, как вдруг Ренар кивнул.
— Почему бы и нет? — весело произнес он. — Показывайте.
Аэлар галантно открыл передо мной дверь. Второй дракон подал руку. Я хлопала ресницами, не зная, как реагировать, поэтому он сам взял мою ладонь и положил себе на сгиб локтя. Пальцы дракона были теплыми, даже горячими. Он слабо улыбнулся и произнес:
— Кажется, леди Лилиан замерзла. Не дашь ей свой камзол, Аэлар?
Дракон вывел меня на балкон. Позади закрылась дверь, отрезая пути отступления. Щелкнул замок. Я вздрогнула от неожиданности. На это я не рассчитывала! Все шло не по плану.
Но хуже всего то, что у драконов были похожие имена и я не помнила, у кого из них та самая злобная мамаша. Мой взгляд метался от одного к другому в поисках ответа.
— Леди Лилиан, позволите вас согреть? — проникновенно произнес Аэлар.
Это прозвучало двусмысленно. Зная, что речь всего лишь о камзоле, я кивнула. И тогда Ренар сам накинул на мои плечи еще теплую ткань, пахнущую дорогим мужским парфюмом и чем-то сладким. Шатен пожал плечами в ответ на вопросительно вздернутую бровь Аэлара.
— Ты слишком долго думал, — бросил он. — Опоздал.
Я вспыхнула. К сожалению, это была не фигура речи. После того как меня окутал мужской запах Ренара, что-то произошло. Щеки заалели, стало тяжело дышать. Меня бросило в жар, несмотря на холодный осенний ветер. Я опустила взгляд, тщетно пытаясь взять себя в руки. Да что это со мной такое?
Аэлар заметил это и приблизился. Он коснулся пальцами моего подбородка, вынуждая поднять голову. Наши взгляды встретились. Близость мужчины действовала на меня странно.
Как назло, Ренар тоже подошел, почти прислоняясь к моей спине. Его руки легли мне на талию, заботливо придерживая.
— На магию не похоже, — лениво произнес он. — Аура тоже чистая.
— Странно, — откликнулся Аэлар, не отрывая от меня взгляда. — Мне показалось, она…
Не выдержав, я встала на цыпочки и прижалась к его жестким губам. Дракон не сразу ответил на мой поцелуй, опешив от такой наглости, но и не оттолкнул. Я мурлыкнула, чувствуя себя мартовской кошкой, и пробежалась пальчиками по вырезу его рубашки.
— Ого, — выдавил Ренар.
— Ого, — повторил Аэлар и впился в мои губы голодным, жестким поцелуем.
Я тихо простонала и задохнулась от восхищения, когда дракон проник языком в мой приоткрытый рот. Аэлар беззастенчиво провел руками по моим бедрам, подхватил под ягодицы и подтянул к себе.
Моя разумная часть вопила, что что-то не так. Пульс стучал в висках, по телу разливался почти болезненный жар. Я абсолютно не контролировала себя. Один миг, и вот я уже цеплялась за плечи дракона, царапая его длинными ногтями.
Аэлар не возражал. Ему будто бы даже нравилась моя бесшабашность и неприкрытое желание. Он с трудом оторвался от моих губ и начал покрывать поцелуями шею.
Я выгнулась, подставляя дракону ключицы и грудь. Сквозь полуприкрытые ресницы я видела огни бала и стоящего рядом Ренара. Должно быть, ему было жутко некомфортно наблюдать за этой картиной. Мысль мелькнула и погасла.
Аэлар потянул лиф платья вниз. Я испуганно охнула, но смущение быстро забылось под шквалом огненных поцелуев. Дракон легонько прикусил, позволяя почувствовать клыки на коже.
Он улыбнулся в ответ мой стон. Аэлар подсадил меня, и я инстинктивно обхватила его бедрами. Сильная рука дракона легла мне на спину, с легкостью удерживая.
— Проклятье, — хрипло проговорил Ренар. — Это слишком соблазнительно…
Нам с драконом не было дела до разговоров. Я зарывалась пальцами в темные волосы Аэлара, уже не сдерживаясь. Дракон продолжал ласкать меня, наслаждаясь каждой смущенной реакцией.
Вдруг я задрожала. Аэлар замер, а Ренар громко чертыхнулся. Перед глазами взрывались звезды, дыхание стало тихим, прерывистым. Аэлар резко втянул носом воздух, а затем уткнулся мне в шею. Его объятия стали почти болезненными.
— Боги, Лилиан, — проговорил он. — Я ведь даже не коснулся тебя… Пока что.
В груди сладко заныло от этого тихого предупреждения. Низкий голос Аэлара еще звучал в моих ушах, когда я почувствовала властное прикосновение Ренара. Он уткнулся носом мне в шею, вдыхая запах, и обреченно простонал, поняв, в чем дело. Мое удовольствие спровоцировало их. Теперь драконы теряли контроль.
Ренар схватил меня за волосы на затылке и потянул вниз. Его губы накрыли мои, язык жадно таранил рот, пока Аэлар продолжал лениво рисовать пальцев узоры на моей коже.
Я все еще дрожала после пережитого удовольствия, драконы держали меня, чтобы не упала. В конце концов Ренар подхватил меня на руки, забирая у друга, и сухо скомандовал:
— В спальню. Живо. Я первый.
— С чего вдруг? — рассмеялся Аэлар. Он шутливо шлепнул меня, и я теснее прижалась к крепкому горячему телу Ренара. — Я первый доставил леди удовольствие. Без помощи рук, между прочим.
— Я и не собирался делать это руками, — огрызнулся Ренар. — У меня есть идея получше…
Пока мужчины спорили, мой мозг затуманился окончательно. Кажется, подействовал самогон. Ренар держал меня слишком близко к себе, и я чувствовала его возбуждение у себя между бедер.
Сначала мои движения были легкими и почти бессознательными, но после шлепка Аэлара я потерлась об дракона, мурлыкая от удовольствия. Ренар вдруг оборвал фразу, толком не договорив. Его пальцы впились в мои бедра, тщетно пытаясь прижать меня к торсу и остановить.
Было поздно. Я охнула и зарылась носом в шею дракона, вдыхая по-мужски тяжелый аромат. Меня трясло. Драконы потянулись ко мне. Казалось, они тоже чувствовали этот странный, сводящий с ума запах. Ренар даже лизнул мою кожу, пробуя возбуждение на вкус.
— Боги, Лилиан, — обреченно простонал он.
— До спальни не дойдем, — догадался Аэлар.
— Не дойдем, — мрачно подтвердил Ренар. — Ставь барьеры…
Мой разум поплыл. Аэлар делал сложные пассы руками.
Мыслей в голове почти не оставалось, только призывы к действию. Кожу покалывало, как в лихорадке.
Мне становилось легче лишь когда дракон касался ее. Я изнывала от желания и вешалась Ренару на шею в самом неприличном смысле этого слова. Дракон, как назло, медлил.
Я жадно целовала его припухшие губы, а Ренар пытался меня остановить, изредка давая мне немного свободы. Наконец он тихо простонал.
Аэлар подошел к нам сзади. Он положил руки мне на талию, медленно провел ими вниз до узкой полоски кружева.
— Хватит возиться. — Ренар грязно выругался. — Я и так тебя долго ждал…
Так вот оно что! Дракон дожидался друга, чтобы начать вместе… Я не возражала.
Внутри все пульсировало, кислорода отчаянно не хватало. Мой взгляд помутнел. Теперь я видела перед собой только дракона, его литые мышцы и тонкий шрам, идущий от левого бедра. Все остальное — балкон, адепты за дверью, музыка — стало неважно.
Аэлар прижался ко мне сзади, позволяя распластаться на его груди. Я тут же потянулась за заслуженным поцелуем. Дракон словно чувствовал, что мне нужно.
Кто-то из драконов коснулся средоточия моего желания, что-то грубо сказал другому.
Я не знала, кто из них добрался до меня первым. Свет в глазах померк. Я успела лишь подумать, что что-то с тем самогоном было не то.
Пингвины из Мадагаскара
Утро выдалось паршивым. Во рту стоял тяжелый металлический привкус, голова гудела словно потревоженный улей. В общем, я была ходячим стереотипом похмелья, только какого-то странного.
Я совершенно не помнила, чем закончился мой вчерашний поход за драконьим откупом. Самогон, короткий разговор, а дальше — пустота. Все тело ныло, будто по нему протоптался дракон. Должно быть, соблазнение все-таки прошло успешно. И кто из двух драконов стал счастливчиком?
Я приоткрыла один глаз.
Рядом лежал Ренар. Дракон спал в позе победителя, одну руку заложив за голову, а другой ухватившись за мое левое полупопие. Ренар был голым. Я заметила краем глаза его мужское достоинство, которое утром снова вернулось в боевую готовность, и торопливо отвернулась.
Подушка подо мной мерно двигалась, поднимаясь и опускаясь. Я зажмурилась, не желая смотреть правде в глаза. Конечно, это был Аэлар. Я лежала на брюнете, закинув ногу на Ренара.
М-да, Лиля, это рекорд… Ты переспала с мужчинами после первого знакомства. С двумя!
Что я сделала-то, что два красавчика-дракона повелись на мои чары? Впрочем, это было неважно. Я собиралась сбежать до того, как они проснутся.
К счастью, за ночь драконы сильно вымотались и спали как убитые. К несчастью, я вымоталась не меньше. Мышцы мелко дрожали. Если бы не жажда, я бы даже не проснулась.
Первым делом я подложила Ренару под руку подушку, чтобы он не заметил моего отсутствия. С Аэларом оказалось тяжелее. С него я сползала медленно, замирая от каждого тихого вздоха. Во сне дракон хмурился, уголок его губ нервно дергался.
Я с трудом вылезла из кровати и принялась искать одежду. Мое платье превратилось в жалкие обрывки шелка, так что пришлось позаимствовать рубашку Аэлара и брюки Ренара.
Одежда драконов на мне висела. Поразительно, насколько мужчины были выше и мускулистее обычных магов. Я бросила короткий взгляд на спящих драконов, чтобы удостовериться, что их плечи и правда настолько широкие, да так и замерла.
Утренний свет золотил кожу мужчин. Кубики пресса Ренара белели тонкими царапинами, явно оставленными женскими ногтями. У Аэлара на боках все было гораздо хуже. Виднелись кровоподтеки от тех же ногтей.
Волосы драконов пребывали в художественном беспорядке, красиво обрамляя спокойные лица. Точнее, сейчас они слегка хмурились. Ренар завозился, сжимая в руке подушку.
Я медленно попятилась к двери, как вдруг в голове вспыхнула единственная дельная мысль. Кольцо! Дракон дал Оливии кольцо, которое та предъявила свекрови в знак серьезности его намерений.
Однако в книге не говорилось, где дракон хранил перстень. Я заметалась по комнате, проверяя карманы камзолов, выдвигая ящики тумбочки. Когда я подходила к туалетному столику, Аэлар, спавший рядом, хрипло вздохнул.
— Лилиан… — пробормотал он.
Мое сердце едва не остановилось. Дракон перевернулся на другой бок и снова засопел. Я посмотрела на туалетный столик, до которого оставалось два шага.
Нет! Если драконы проснутся, меня ждет очень неприятный разговор. Как объяснить им, зачем я рылась в ящиках? Возможно, весь мой план по шантажу свекрови полетит дракону под хвост! Нечем будет шантажировать. Во всех смыслах нечем!
Я на цыпочках прокралась к двери и по пути едва не упала, споткнувшись о брошенные трусы. Что-то подсказывало мне, что это может пригодиться. Я подняла их с пола.
У меня горели уши, когда я запихивала эту деталь гардероба в карман. Чем не доказательство нашей связи?
Ренар тоже начал ворочаться. Я не стала больше задерживаться и выскользнула за дверь, а после выбралась из гостевого домика. На улице не было ни души. Все приходили в себя после бала.
Я припустила в сторону общежитий и только в своей комнате смогла перевести дух.
— Это первый и последний раз, — пообещала я своему отражению, прижимая к горящим щекам холодные ладони. — Мне правда нужны деньги. Построим первую в королевстве советскую столовку! Да у нас отбоя от клиентов не будет…
Отражение почему-то мне не поверило. Я приняла душ, быстро переоделась и направилась в город. Драконьи трусы пришлось сунуть в дамскую сумочку. Не родовое кольцо, конечно, но тоже важная вещь!
Ислам Ханипаев
В романе свекровь обитала в самой дорогой гостинице города — “Золотом осле”.
Леметра была женщиной преклонного волоса с роскошными седыми волосами, собранными в высокую прическу, и таким обилием золота в ушах и на руках, что ей позавидовала бы королева. Диадему, кстати, драконица не носила. А зря. Корона бы ей подошла.
Она любила платья с глухим воротником, без корсажей, кружева и прочих излишеств. В одежде Леметра ценила строгость, а бесполезной вышивке предпочитала драгоценности.
Драконица сидела на веранде, попивая утренний кофе и читая газету. Очки она держала у самого кончика носа, щурясь, чтобы прочитать очередную светскую сплетню.
Моего появления она даже не заметила. Это было ниже ее достоинства. Зато управляющий выбежал мне навстречу, готовый к скандалу.
— Леди, веранда полностью арендована, — с натянутой улыбкой произнес он. — Позвольте предложить вам столик внутри.
— У меня встреча, — отрезала я, огибая его.
Управляющий прыгнул мне наперерез, расставляя руки. У него на лбу появилась испарина. Он уже представлял, что с ним сделает драконица, если мы потревожим ее покой.
— Боюсь, леди Яржр нас не предупреждала, — с притворной любезностью ответил он. — Позвольте мы доложим ей о вашем прибытии. Мы сообщим, когда она будет готова вас принять.
Я заглянула ему через плечо. Седая драконица пила кофе в считанных метрах от нас. Моя цель и заветная мечта. Я не хотела выйти замуж за ее сыночка, мне достаточно было куска тех денег, которыми Леметра бездумно разбрасывалась в книге.
Я ни капли не жалела ее. Старая змея собиралась месяцами кошмарить даровитую сиротку и доводить до нервного тика всех окружающих, в том числе своего сына.
В книге Леметра подстроила похищение Оливии. Потом заплатила актерам, чтобы те представились родственниками героини и опозорили ее на турнире в Академии. Наконец Леметра дала взятку ректору, чтобы тот забрал у нищей сиротки стипендию.
О, драконица не заслуживала покоя ни этим утром, ни следующим. До того как она станет главной злодейкой этого романа, ей придется познакомиться кое с кем похуже. Со мной.
Я переспала с драконами и украла их грязное белье не для того, чтобы сейчас сдаться! Я положила руку на плечо управляющему и сдвинула его с дороги.
Мужчина явно не ожидал такой силы от толстушки. Он споткнулся о ковровую дорожку и едва не свалил вазу с цветами. Пока управляющий восстанавливал порядок и равновесие, я прорвалась на веранду. Он бросился за мной. Не успел.
Я подошла к столику драконицы и плюхнулась на соседний стул. Леметра отложила в сторону газету. Конечно, она слышала и препирательства, и мою ложь про встречу. В глазах драконицы мелькнуло мрачное любопытство.
— Доброе утро, мама, — поприветствовала я.
Управляющий едва не упал в обморок. Леметра вздернула подведенную угольным карандашом бровь. Она окинула меня внимательным взглядом, особое внимание уделяя количеству рюшей на платье.
Я оделась в то, что моя свекровь ненавидела, и полностью отказалась от украшений. Я была полной противоположностью тому, что Леметра представляла в качестве идеальной невестки: полненькая, непочтительная, с глубоким вырезом и громким голосом. Я занимала много места во всех смыслах и не стеснялась этого.
— Не припомню, чтобы у меня была дочь, — ледяным тоном произнесла драконица. — Еще вчера был только сын и племянник.
Управляющий потянулся, чтобы оттащить меня от стола, но Леметра остановила его взмахом руки. Она кивнула, разрешая служащему удалиться. Нас наконец оставили наедине.
Я наблюдала за свекровью, гадая, какое имя лучше назвать: Ренар или Аэлар? Драконица сохраняла хладнокровие. Это бесило. Мне нужно было, чтобы она пришла в ужас, закричала, швырнула в меня миллионом денег, а лучше двумя…
Почему Леметра так возненавидела сиротку в книге, но оставалась спокойной рядом с наглой и скандальной мной?
— Аэлар и Ренар нас пока что не представили, — оскалилась я, наблюдая, как меняется лицо свекрови. — Я их невеста. Конечно, дату свадьбы мы пока не назначили. Как можно, не посоветовавшись с мамой?
Леметра побледнела. Я мысленно потирала руки, представляя, сколько смогу требовать за неразглашение нашего маленького ночного происшествия.
Леметра была чопорной леди. Вряд ли она хотела, чтобы по королевству поползли слухи о том, как ее красавчик-сын с другом затащили в постель вульгарную толстушку…
— Это ложь. — Леметра прищурилась. — Если ты их невеста, то почему я не вижу на пальце кольца?
— Сняла его, чтобы не потерять, — без запинки соврала я. Нужно было снова ударить по ее душевному равновесию, заставить сомневаться. — Если мы с вашими сыновьями не были близки, то откуда мне знать, где вы остановились?
— Из городских сплетен, — парировала она. — Драконов в городе не так много, чтобы не заметить меня на веранде “Золотого осла”.
— Ладно. В таком случае, подожду, когда Аэлар и Ренар представят нас как подобает.
Я раскрыла сумочку театральным жестом, будто хотела припудрить носик, прежде чем уйти. Оттуда выпали драконьи труселя с вышитыми инициалами. Брови свекрови поползли вверх.
— Упс! — Я стыдливо запихала их обратно и достала зеркальце. — И как они туда попали?
Леметра залпом выпила оставшийся кофе. Она взмахнула рукой, подзывая официанта. Я приготовилась, ожидая, что свекровь попросит у него чековую книжку. Вместо этого драконица произнесла:
— Принесите мне и моей невестке лучшие блюда! Да поживее. — Она посмотрела на меня и заботливо спросила: — Ты ведь еще не завтракала, доченька?
Михаил Жванецкий
У меня задергался глаз. Официанты притаскивали к нашему столу все новые блюда. Стоило свекрови пару раз гаркнуть, как порции в моей тарелке увеличились в два раза, а кофе в ее кружке разбавила щедрая порция коньяка.
Я не могла не восхищаться драконицей. Она изучала меня, загадочно улыбаясь. Казалось, Леметра не собирается предлагать деньги, чтобы отвадить меня от сына. Пришлось начать блефовать.
— Конечно, стоит объявить в газете о нашей помолвке, — улыбнулась я. — Чем раньше, тем лучше.
— Разумеется, — кивнуло свекровище. — Такой праздник! Мой единственный сын наконец-то женится! И на такой девушке… впечатляющей.
Конечно, она подразумевала мои размеры. Ее пристальный взгляд заставил бы покраснеть любую, но я была наглой попаданкой, прошедшей одиннадцать классов буллинга и шесть лет университетских насмешек. А как меня поливали за спиной коллеги!
— Благодарю, — захлопала ресницами я. — Не представляете, как я была рада узнать, что ваш сын ценит настоящую женскую красоту с пышными формами. Не то что эти сушеные воблы.
Свекровь подтянула руки к плоской груди. Ее глаза округлились. Кажется, она не привыкла к комментариям о собственной внешности. Я сладко улыбнулась, помешивая чай.
— Дорогая, возьми вон того жареного цыпленка, — посоветовала свекровь, принимаясь за стейк форели. — Очень вкусно.
— Фи! Как стереотипно вы мыслите. Еще немного, и я решу, что вы пытаетесь меня оскорбить.
Я подтянула к себе салат с апельсиновой заправкой, нарезанным стейком и зеленью, но не потому, что сидела на диете. В родном мире у меня было много проблем со здоровьем, поэтому похудеть не получалось. Это не значило, что я не любила спорт и объедалась жареным.
В этом мире я продолжала жить по старым привычкам. Это включало зарядку, большие порции вкусных овощей и фруктов и просто неприличное количество белка.
Свекровь здорово удивилась. Должно быть, она думала, что я накинусь на тортик, сыр с колбасой и заморские деликатесы. Леметра ошиблась. Гораздо больший аппетит у меня вызвала фруктовая тарелка.
— Говорят, кофе вреден для здоровья. Поэтому я стараюсь пить чай, — добавила я, отправляя в рот порцию стейка. — И, конечно, есть побольше фруктов. Вот мой рецепт долголетия!
Иными словами, подавись, ведьма! Я собираюсь жить долго и счастливо. С твоим сыном!
Свекровь молча отпила кофе с коньяком. У нее задергался второй глаз.
Я нервничала, гадая, почему мне еще не предложили деньги, чтобы я отстала от дракона. Разве трусы в сумочке недостаточно эпатировали ее? А мое нелепое платье с оборками и рюшами? А комментарий про воблу, скандально грубый для любой аристократки из приличной семьи?
— Ты не знаешь, кто из них мой сын, — холодно произнесла Леметра.
Я сдалась. Завтрак почти закончился, скоро драконы должны были проснуться и поспешить к мамочке на встречу. Все согласно сюжету. Мой план провалился. Драконица не предложила мне денег. Видимо, они предназначались Оливии. А жаль… Она-то выйдет замуж за дракона, а мне еще выживать в Академии.
— Нет, — спокойно призналась я, откидываясь на спинку стула. — Не знаю.
Игра закончилась.
— Прийти сюда было смело. Ты правда переспала с моим сыном?
— Да.
— С кем именно? — Свекровь прищурилась и подалась вперед. — Возможно, это не мой сын, а…
Я поморщилась. Признаваться в таком было нелегко и чуточку стыдно.
— С обоими. Так что ваш сын точно присутствовал. Скандально звучит, правда? — Я склонила голову к плечу. — Если об этом узнают, моя репутация будет похоронена. Но и вашему сыну не избежать позора…
— Чего ты хочешь?
Свекровь наконец перешла к деловому тону. Шантаж закончился. Теперь мы просто были двумя умными женщинами, обсуждающими неудачную сделку. Леметра выглядела довольной.
— Небольшую сумму, — вздохнула я. — Достаточную, чтобы нижнее белье вернулось к владельцу.
— И все? — требовательно спросила свекровь.
— И рубашка. — Я покраснела. — И штаны. Кхм, ваш сын несколько повредил мое платье… Я забрала его одежду в качестве компенсации.
И тут произошло неслыханное. Драконица рассмеялась. Она достала из кармана записную книжку и быстро черкнула в ней пару строк. Леметра протянула мне листок.
— Столько тебя устроит?
— Да. — Я с облегчением выдохнула. — Одежду отправлю вам в номер, леди. И даю свое слово, об этой ночи — и об этой встрече — никто не узнает.
Я встала и задвинула стул, после чего коротко поклонилась драконице. Теперь, когда не приходилось играть сочиненную мною же роль, стало гораздо легче. Я расправила плечи и направилась к выходу, когда меня остановил оклик драконицы.
— Аэлар. — Она рассмеялась. — Он мой родной сын. Но Ренара я воспитываю с тех пор, как ему исполнилось семь. Его родители погибли. Можно сказать, они оба мне как родные.
Я обернулась. Драконица вновь поднесла очки к носу и рассматривала меня сквозь толстые линзы. Ее выражение лица оставалось нечитаемым.
— Вы хорошая мать, — честно призналась я. — И хорошо защищаете своих сыновей. Однако не забывайте, что некоторые выборы им придется делать самостоятельно. Когда у одного из них появится избранница, не ревнуйте и отпустите.
— Ты говоришь о себе? — спросила Леметра.
Теперь настала моя очередь смеяться. Я утерла выступившие в уголках глаз слезы и честно призналась:
— Думаю, ваши сыновья даже имени моего не вспомнят. Просто знаю, что в Академии их ждет другая, более достойная девушка.
Еще раз поклонившись, я покинула веранду. Душа пела. Я шла по городу, пританцовывая. Драконица выписала мне целых четыре миллиона — в несколько раз больше, чем по сюжету предложили Оливии. Я была права. Большой вес — не приговор, а козырь!
NN
Можно было бы подумать, что я жуткая эгоистка и злодейка. Забрала у Оливии перспективного жениха, отдалась незнакомцам, шантажировала пожилую женщину…
У всего этого была причина. И нет, во мне говорила отнюдь не жадность.
Год назад Лилиан де Равано потеряла обоих родителей. Родственников у нее не осталось, зато долгов — хоть отбавляй. Точнее, ее родители крупно вложились в несколько предприятий и спустя пару лет капитал должен был преумножиться. Но кредиторы хотели получить свои деньги, желательно вчера.
Лилиан распродала всю свою недвижимость и украшения, чтобы закрыть долги. Акции предприятий к ней в наследство не перешли из-за хитрых манипуляций дельцов.
Девушка осталась ни с чем.
Формально она владела титулом, но без земель он ничего не стоил. Хуже того, Лилиан едва хватало на обучение в Академии. Она оплатила все семестры заранее, внесла залог за общагу. Мудрый поступок, конечно, но на одежду и еду денег не осталось.
Я попала в этот мир в сентябре, в пустую комнату с жалкими крохами сбережений. Думаю, Лилиан сдалась бы гораздо раньше, но у меня получилось растянуть деньги на пару месяцев. Самой большой моей тратой стало бальное платье. Я поставила все на драконов. Если бы прогадала, уже завтра мне было бы нечего есть.
Повезло, что свекровь захотела скрыть сыновний позор.
Первым делом я зашла в банк и проверила чек. Служащий подтвердил, что сумма действительна. Он оформил заявку на перевод средств на мой закрытый счет. Обналичить часть суммы не получилось: или все, или ничего.
Я направилась в Академию, уже прикидывая, как распределить деньги. Разумеется, большую часть лучше оставить в банке под процент. Также я собиралась купить недвижимость и начать ее сдавать, пока учусь в Академии. После можно заняться бизнесом…
Эх, мечты! Пока что мне предстояло успешно закончить учебу, чтобы в дальнейшем диплом магички добавлял веса моим словам в бизнесе. Образование здесь ценилось.
После свекрови у меня была запланирована другая встреча. Меня ждала одногруппница, Викки. Девушка стояла у двери в мою комнату в общаге, читая параграф из учебника. Она накручивала на палец темный локон и в задумчивости поджимала губы.
По сюжету мы с ней сдружились на фоне общей ненависти к Оливии. Нам приходилось часами заниматься магией с наставниками, родители тратили на развитие нашего резерва баснословные деньги. А Оливия просто родилась и на вступительных всех уделала сырой силой.
Конечно, Викки это бесило. Я относилась к Оливии чуть прохладнее, потому что не помнила, как меня все детство и юность гоняли по репетиторам. Но Викки пылала к ней искренней ненавистью. Заметив меня, она блеснула глазами.
— Слышала новости?
— Не-а. Что там? — немного равнодушно ответила я.
После драконов и свекрови сил удивляться не осталось.
— Какую-то адептку опоили на балу. Гномка угостила девушку своим самогоном.
Я промахнулась ключом мимо замочной скважины. К счастью, Викки была занята учебником и не заметила.
— А что не так с самогоном? — с деланным спокойствием спросила я.
Викки пожала плечами. Она захлопнула учебник и повернулась ко мне.
— Все знают, что гномий алкоголь — сильнейший феромон для людей. Употреблять его опасно, а та несчастная выпила целый бокал.
— Ужас…
— Надеюсь, это была бедняжка Оливия. — Викки презрительно сморщила нос. — Вот бы она вылетела из Академии!
— Из-за скандала?
У меня получилось открыть дверь, пусть и не с первого раза. Викки ввалилась следом.
— Нет, — легкомысленно отмахнулась она. — Из-за беременности.
И тут мне стало дурно. Я понятия не имела, пользовались ли драконы контрацепцией. Хотя… Если свекровь об этом не переживала, значит, и мне не стоило беспокоиться. Леметра заставила бы меня выпить галлон противозачаточного зелья, если бы у нее появились хоть малейшие опасения.
Я инстинктивно положила руку на живот, словно в попытке защитить несуществующего малыша. Викки заметила.
— Ты чего? Перепила вчера?
— Да нет. Живот болит.
— А-а, — протянула Викки, — то-то ты сегодня не явилась на тренировку. Обычно каждое утро занимаешься. Трудишься как пчелка. Хоть бы раз отдохнула!
— Экзамены сами себя не сдадут, — мрачно ответила я, запихивая сумку с драконьими трусами куда подальше. — Давай готовиться.
Викки села на кровать и помахала учебником в воздухе. На обложке красовалась надпись “Иллюзии”. В следующем месяце у нас начинались зачеты, поэтому Викки забегала каждые выходные, чтобы немного потренироваться.
И, конечно, подруга притаскивала с собой еду. Викки знала, что я нахожусь в бедственном положении, и не упускала возможности подсунуть мне гостинцы.
Обычно это были учебники или тетради. Подруга закатывала глаза и сообщала, что родители опять прислали ей не то издание, лишний комплект, запасную методичку…
Я принимала помощь. У меня не было выбора. Мы обе делали вид, будто не замечаем огромной финансовой пропасти между нами.
— Кстати, я сегодня собираюсь заказать еду из городской таверны, — сообщила Викки, погружаясь в чтение. — Так что ужин с меня. И не спорь. С тебя уборка после занятий! В прошлый раз мы перья три часа по всей комнате собирали…
В груди потеплело. Я знала, что завтра все изменится. Я впервые смогу угостить подругу обедом и не надо будет переживать, хватит ли денег на зимний плащ. Лемерта и ее сыновья обеспечили мне будущее, сами того не зная.
Конечно, меня тяготило, что пришлось пойти на подлость, но я успокоила себя тем, что заступилась перед свекровью за Оливию. Может, драконица посмотрит на меня и поймет, что симпатичная худенькая сиротка — не такой уж плохой вариант.
— Давай повторим плетения на ауру, — попросила я. — Профессор Корвус завалил на них весь второй курс.
Викки кивнула. Мы принялись за учебу.
NN
Сверток с одеждой драконов был надежно упакован и отдан привратнику. Парнишка-посыльный согласился отнести его в “Золотого осла” за медяк вместе с другими письмами и коробками.
Почти все они пахли женскими духами и имели характерные магические поцелуйчики вместо печати. Адептки перешли в наступление. Я улыбалась. За этим ворохом любовных писем драконы быстро забудут о случившемся.
Я забрала ужин, который нам заказала Викки, и вернулась в общагу. Мы быстро поели, повторили заклинания бытовой магии и немного попрактиковались в ремонте на моих стенах. Точнее, прикрывали проблемы радужными иллюзиями.
Облупившейся общажной краске уже ничего не грозило. Она повидала на своем веку столько, что комендантша даже не заметит новых заплаток.
— Слушай, а куда ты пропала на балу? — спросила Викки, делая пассы руками. Кусок штукатурки отвалился вместе с кривоватой иллюзией. Адептка не сдалась и попробовала заделать дыру еще раз. — Пропустила самое интересное. Оливия пристала к нашему Корвусу. Обвиняла его невесть в чем.
— Например?
У Викки не получилось, поэтому за дело взялась я. Обычное заклинание ремонта почему-то не срабатывало, поэтому я нашла в конспектах простейший магический “клей” и использовала его. Дырка в стене была успешно ликвидирована. Вместо нее зияло серое пятно штукатурки.
Викки начала творить заклинание иллюзии. Первая попытка вышла неудачной, и стена почему-то стала в крапинку. Потом цвет заплатки получился слишком светлым. С третьего раза иллюзия легла как надо. Голубым стенам вернулся первозданный вид. Викки обессиленно упала на подушки.
— Ее спроси, что ей в голову взбрело, — вздохнула она. — Оливия решила, будто Корвус ее преследует.
— На балу?
— Ага. У этой идиотки странные фантазии по поводу его дара. Думает, профессор умеет приходить во снах или что-то такое. Сказала, будто он высасывает у студентов магические силы!
Я прыснула и села на кровать рядом с подругой.
— Похоже на правду, — ответила я. — Не знаю, как ты, а я при Корвусе разучиваюсь дышать, не то что сотворять иллюзии. Жуткий тип.
— Все темные эльфы такие, — пожаловалась Викки. — Мой первый наставник был полукровкой. Но женщин они никогда не трогают. У их расы это главная ценность. А вот моего брата эльф гонял нещадно. Маркус несколько раз прятался от него в шкафу в кладовой.
Мы обе рассмеялись. Каждая вспоминала своего учителя. Того самого, после которого ночью снятся кошмары, зато вступительные экзамены сдаются на отлично. И пусть меня никогда не обучали магии, я помнила ЕГЭ по математике. Проверяющие там похуже темных эльфов!
Викки собрала вещи и ушла, чтобы немного отдохнуть перед завтрашним днем. Я села с книгой у окна, достав из своих запасов простоквашу.
Этот вкус был знаком мне с детства и напоминал о бабушке. Иногда я скучала по той, старой жизни…
Я успела сделать один глоток, как дверь вдруг распахнулась.
— Викки? — окликнула я. — Что-то забыла?
Я обернулась и увидела дракона. Хорошо, что сидела, иначе бы упала. Ренар стоял на пороге. Дракон был одет в одну лишь рубашку и брюки, хотя на дворе была осень. Он победно улыбнулся. Каштановые пряди пребывали в художественном беспорядке, будто дракон сегодня оббежал весь город. Взъерошенный Ренар все равно выглядел лучше причесанной меня.
За ним в комнату вошел мрачный Аэлар. Дракон нашел меня взглядом, посмотрел на стакан…
В следующую секунду эта чешуйчатая скотина выбила простоквашу у меня из руки. Книгу по иллюзиям, которую я взяла в библиотеке в качестве дополнительного материала, залило.
Мой вопль слышала вся общага. Я подскочила с кресла, растеряв всякий страх перед драконами, и ткнула Аэлара в грудь.
— Ты! — прошипела я. — Сам пойдешь договариваться с библиотекарем. Мало того, что испортил мой ужин, так еще и книгу намочил!
— Боги! — Ренар чертыхнулся. — Почему не попросила денег? Если
— Лилиан, — напряженно произнес Аэлар. — Почему ты ешь пропавшую еду?
— Она не пропавшая, — парировала я, скрестив руки на груди. — И это не ваше дело. Что вы делаете в моей комнате?
Аэлар выразительно выгнул бровь. Я вдруг осознала, что стою перед этой горой мышц и качаю права, хотя стоило бы извиниться. Щеки предательски заалели. Еще немного, и уши тоже загорятся от стыда.
Я постаралась принять невозмутимый вид.
— Если вы по поводу одежды, то я передала ее посыльному. Должен был доставить в “Золотого осла” пару часов назад.
Драконы молчали. Видимо, хотели услышать все мои оправдания. И извинения. Например, за то, что соблазнила их.
Я не собиралась признаваться в содеянном, тем более теперь, когда знала, что мне сильно помог гномий афродизиак, по недоразумению считающийся алкоголем.
Ренар сложил руки на груди, повторяя мою позу, и хмыкнул. В этом звуке мне послышалась и насмешка, и легкая неуверенность.
И тут до меня дошло, что я складывала сверток с одеждой впопыхах, пока подруга была в уборной. В нем были штаны и рубашка. А другая, главная деталь, осталась лежать в дамской сумочке, которую при посторонних я открывать не решилась и упрятала подальше.
Мне поплохело. Я решила, что скорее умру, чем достану мужские трусы из сумочки при драконах.
— Если я что-то забыла, отправлю завтра утром, — просипела я, мечтая провалиться на месте. — Вместе со своими извинениями.
— Можешь извиниться сейчас, — предложил Аэлар, делая шаг ко мне.
— Лучше письменно, — испуганно выдохнула я.
Дракон взял меня за руку. Я вспыхнула как спичка. Мое запястье казалось тонким и хрупким в его большой ладони. Аэлар задумчиво провел большим пальцем по тыльной стороне руки.
— Письменные извинения мы не принимаем. Это неискренне. — Аэлар улыбнулся своим мыслям. Его взгляд упал мне на грудь. — Так что или сейчас, или никогда.
— Да что вы себе позволяете? — холодно ответила я.
Аэлар мягко потянул меня на себя, кладя свободную руку на бедро. Я без раздумий влепила ему пощечину, а потом испуганно охнула. Назревал дипломатический скандал.
— Извините, — искренне произнесла я. Взгляд Аэлара потемнел, улыбка стала хищной. Пришлось добавить: — Еще раз посмотрите на мою грудь, получите вторую пощечину. Я предупредила.
NN
— Правда? — Голос Аэлара стал обманчиво мягок. — Вот как мы заговорили…
— Вчера я слышал что-то другое, — хмыкнул Ренар. — Что-то про “не останавливайся”.
Я закашлялась, поперхнувшись воздухом. Аэлар заботливо погладил меня по спине, впрочем, на сей раз не переходя границы дозволенного. Я вырвалась и отошла подальше от дракона, за кресло. Хрупкая преграда внушала хоть какую-то уверенность.
— А вам нельзя здесь находиться, — сказала я. — Мужчин-посетителей в общагу не пускают!
— И все же мы здесь, — с иронией ответил Ренар. — Видимо, правила изменились.
Видимо, двум драконам ростом выше двух метров никто не посмел перечить. Да они вообще меры не знали! И сейчас оба смотрели на меня как на самый вкусный, самый сочный кусок стейка после недельной голодовки.
Я открыла рот и тут же закрыла, да так проворно, что едва не прикусила язык. У меня напрашивался закономерный вопрос: что драконы здесь забыли? Но ответ читался в их голодных взглядах. И он мне категорически не нравился!
И я уж точно не хотела, чтобы драконы его озвучивали.
— Лилиан, — бархатным голосом произнес Аэлар, — ты выглядишь смущенной. Что-то не так?
Я украла у них трусы. О боги, я украла драконьи трусы! Где были мои мозги, когда я подходила к двум опаснейшим мужчинам на балу и пыталась их соблазнить? Видимо, на дне стакана с гномьим самогоном…
В голове вспыхнула идея. Я ухватилась за это оправдание, как за единственную надежду выкрутиться.
— Меня опоили, — выдохнула я. — Я ничего не помню, уважаемые. Почему вы так себя ведете?
Аэлар вздернул смоляную бровь. Его названый брат тяжело вздохнул и присел на кровать. Матрас опасно провис под его весом. Я где-то читала, что дракон в обеих ипостасях имеет одинаковую массу. Бедная казенная мебель…
Ренар похлопал по покрывалу рядом с собой, ласково мне улыбаясь. Вот только взгляд остался тем же — голодным, многообещающим.
— Я лучше постою, — хрипло ответила я.
— Лилиан, разговор выйдет долгим, — мягко произнес Аэлар.
Тембр его голоса успокаивал. Дракон казался милым, почти родным. Вот только я заметила, что каждый раз, когда мой взгляд перемещался на Ренара, Аэлар непостижимым образом оказывался ближе.
Он уже стоял не напротив кресла, а слева от меня. И двигался плавно, осторожно, как хищный кот во время охоты.
— Давайте ректора пригласим, — предложила я. — Раз уж разговор серьезный.
— Он староват для таких встреч, — фыркнул Ренар.
— Лилиан, что ты помнишь? — проигнорировал его подколку Аэлар.
Он замер в шаге от меня, но даже так я чувствовала холодный запах его кожи и непередаваемую ауру древней магии, которая подавляла всех вокруг.
— Помню бал, — затараторила я. — Помню наш разговор, а потом провал!
— Ясно. Значит, произошедшее на балконе ты не помнишь? — с толикой разочарования в голосе произнес Аэлар.
Я сделала большие честные глаза и замотала головой.
— Нет! Совсем не помню.
— А к нашей матушке ты зачем ходила? — участливо спросил он. — И откуда у тебя наша одежда? И почему ты не разбудила нас и не спросила, что произошло? М-м?
Я тяжело сглотнула и попятилась, но быстро натолкнулась на подоконник. Дракон меня подловил. Бежать некуда. Я знала, что он знает, что я знаю. А он знал, что я знаю, что он знает, что я знаю. Мрак!
— И что теперь будет? — тихо спросила я, опуская взгляд.
— А ты как думаешь? — мурлыкнул Ренар.
Я округлила глаза. Второй дракон стоял справа, хотя я готова была поклясться, что он мгновение назад сидел на кровати на другом краю комнаты. И как Ренар умудрился так незаметно подкрасться?
Под его ногами был разбитый стакан, вокруг которого растекалась лужа простокваши. И ничего она не плохая, а очень даже вкусная!
Во мне разгоралась праведная ярость. Если драконы хотели, чтобы им вернули деньги… Да пошли они! Мое светлое будущее состоится. Я не позволю им отнять его у меня. Пусть делают с Оливией, что хотят, но я не собираюсь им подчиняться. И со свекровью воевать отказываюсь?
Я вообще переродилась в этом мире не для того, чтобы кому-то там угождать…
— Я читала роман, в котором была такая сцена, — захлопала ресницами я. — Красивая. Мне запомнилась.
— И что же в ней было?
Глаза Аэлара вспыхнули первозданной магией. Ренар глубоко вдохнул, не сводя с меня жадного взгляда. Я улыбнулась. На сей раз искренне, а не так, как девушки вроде меня репетируют перед зеркалом.
Я сделала короткий пасс руками, активируя простейшее бытовое заклинание “клей”, а после рванула назад, выпрыгивая в окно. Драконы ошалели от такой диверсии. Они привыкли к атакующим заклинаниям и не сразу разобрались, как разбираться с бытовым “клеем”.
Эти секунды форы пригодились, чтобы я смогла отползти подальше от окна по карнизу.
NN
— Лилиан!
Рев драконов могла слышать вся Академия.
Я прислонялась щекой к каменной кладке и осторожными шажками отодвигалась прочь от окна. Парапет подо мной жалобно скрипел, но держался. Где-то там, на углу общаги, меня ждала вожделенная водосточная труба, по которой я собиралась спуститься вниз.
Драконы высовывались из окна моей спальни. Ренар вылезал, чтобы последовать за мной. Аэлар прикидывал, получится ли дотянуться и сдернуть меня с парапета.
— Какие романы ты читаешь? — чертыхнулся Ренар.
— Детективные, — бодро ответила я. — С погонями!
— И там героиня выпрыгнула в окно?
— В форточку, — выдохнула я. — Она была худышкой.
Ренар наступил на парапет. С него посыпалась каменная крошка. С парапета, а не с дракона, конечно, он ведь не настолько старый…
Я прислушалась к треску под собой. Ренар медленно убрал ногу, понимая, что мы рискуем оба полететь вниз.
Выходит, парапет мог выдержать или меня, или дракона, но никак не обоих. Это радовало. У меня была небольшая фора.
— Лилиан, давай ты вернешься и мы все обсудим, — напряженно попросил Аэлар.
— Что? Мои литературные предпочтения? — Из каменной кладки сорвался кирпич, за который я ухватилась рукой. Я крепко зажмурилась и прильнула к стене. — Согласна, вкус у меня паршивый. Особенно на мужчин.
— Ты можешь перевоплотиться? — мрачно спросил Ренар, обращаясь к брату.
— Нет. Ее снесет порывом ветра.
— А щит?
— Оторвется вместе с треклятой стеной. Общежитие защищено от магических воздействий.
Я продолжала пыхтеть в сторону свободы, вдохновленная успехом. А еще меня очень порадовал комментарий дракона. Выходит, мы с Викки смогли наложить иллюзии на стены, которые обладали иммунитетом к магии?
Экзамен у нас в кармане. Корвус, жди!
До трубы оставалось всего несколько метров, но двигаться приходилось маленькими шажками, держась на носочках и обнимая стену руками. У меня на лбу выступила испарина, а щиколотки заледенели от порывов осеннего ветра.
Драконы стояли в окне и наблюдали. Ренар предложил одному спуститься вниз и ловить меня там, но никто из них не хотел покидать пост, боясь пропустить момент. Как только я упаду, драконы собирались перевоплотиться и спасти меня даже ценой разрушения общаги.
Я падать не собиралась. Внизу были шипастые кусты боярышника и кривая столетняя брусчатка.
И драконы не могли меня поймать. А если я упаду, то Викки пойдет разбирать вещи и обнаружит в сумке драконьи трусы! Какой позор. Вся Академия сочтет меня извращенкой.
Помощь пришла откуда не ждали. Окно между мной и драконами открылось. На улицу выглянула Оливия с заспанным лицом. Ее кудри пушились светлым нимбом вокруг головы.
Она зевнула и посмотрела вниз. Не обнаружив источника шума, Оливия начала закрывать окно, а потом повернула голову налево и обнаружила меня.
Она взвизгнула. Я тоже заорала. За компанию. Парапет подо мной стал меньше на полкирпича, а вторая половина кирпича опасно пошатывалась.
— Лилиан?! — сказала Оливия.
— Она самая, — деловито заверила я и прыгнула в ее сторону.
Мне удалось уцепиться за подоконник и втащить себя в комнату. Оливия осторожно придерживала меня за плечи. Ее руки дрожали.
— Дверь! — рявкнула я.
— Чего?
— Закрывай дверь, скорее!
Мне не хватило проворства, чтобы кинуться к двери самой. Но Лив и сама поняла по моему лицу, что дело плохо. Одним пассом она отлеветировала шкаф к двери. Послышался такой грохот, будто к нам стучались не кулаком, а тараном.
— Замок закрыт? — спросила я.
— Я всегда запираюсь.
Оливия задумчиво посмотрела на дверь. От косяка по стене расходились трещины.
— Выломают? — уныло спросила я.
— Не, — решительно качнула головой Оливия. — Я навесила на дверь парочку заклинаний. Не все из них… кхм, разрешены. Но запирают комнату надежно!
Я с подозрением уставилась на Оливию. В книге она жила где-то на отшибе Академии, в темной башне, куда позже подселились драконы. Никакого разговора про общаги не было.
— И давно мы соседки? — спросила я.
— С сегодняшнего дня. Я захотела переехать после бала. — Оливия обняла себя за плечи. — Мне вечно кажется, что за мной кто-то наблюдает.
— Корвус?
Оливия затравленно посмотрела на меня. Драконы продолжали выносить дверь в комнату. Я понимала, что правильнее будет сообщить ей, что один из них — ее судьба.
Но я просто не могла заставить себя признаться, что украла шанс Оливии на истинную пару ради собственной выгоды. Я опустила взгляд.
— Извини, — искренне произнесла я.
— Ничего. — Оливия вздохнула. — Ты мне тоже не веришь, да? Все говорят, что темный эльф не стал бы преследовать замарашку из Академии. Кому я нужна, правда?
Оливия с горечью рассмеялась. Она упала в кресло. Такое же стояло у меня в комнате, разве что обивка зеленая. Адептка выглядела уставшей и невыспавшейся. После признания из нее будто бы вытянули стержень.
— Я не знаю, — сказала я и добавила: — Вообще-то, мне тоже не нравится Корвус. Мрачный тип.
В коридоре послышались мужские голоса. Драконы на кого-то орали, потом кто-то орал на них. Я почувствовала присутствие магии. Она не принадлежала драконам или людям. Этот тип энергии мы еще ни разу не встречали на парах.
Оливия подскочила и спряталась за меня. Ее трясло. Я машинально взяла девчонку за руку, чувствуя странную ответственность за этого белокурого цыпленка.
Кто там? Свекровь пожаловала?
Шкаф осыпался пеплом, как и дверь, и стена. За порогом стоял магистр Корвус. Темный эльф был одет с иголочки, волосы лежали безупречно на широких плечах. Взгляд черных глаз остановился на Оливии.
— Кто разрешал использовать темную магию?
Драконы маячили за его спиной. В их глазах я прочитала обещание очень быстрого и очень жестокого наказания, включающего плетки и наручники.
Оливия молча смотрела на преподавателя, будто красавчик-эльф воплощал собой все ее страхи. Страх поглаженной одежды, дорогого одеколона и сногсшибательной внешности, видимо.
И тогда я сделала единственную разумную вещь.
Я позвала ректора по магической связи.
Друзья
— Где это видано, — бормотал ректор, расхаживая по кабинету, — чтобы благородная девица в окно прыгала…
— В Академии перед экзаменами, — ответила себе под нос я. — Надо же как-то в левитации практиковаться?
— Что? — рявкнул ректор, круто повернувшись к нам.
— Ничего, — смущенно опустила глазки я.
Старый архимаг обладал отменным слухом и просто восхитительным чутьем на неприятности. Едва увидев драконов и Корвуса, он схватился за сердце. Правда, немного перепутал право и лево, но кто я такая, чтобы винить мудрого дедулю?
Помимо ректора в коридоре появилась наша травница, ведьма Марика, и орк с боевой подготовки. Ург-как-его-там выпроводил драконов. Марика, благослови ее боги, поймала темного эльфа за ухо и тот сам растворился в тенях, чтобы избежать унижения.
И теперь нас песочило начальство. Правильно, драконам ведь ничего не предъявишь…
— И что мне с вами делать, а? — простонал ректор. — Запрещенные заклинания, мужчины в спальне после комендантского часа…
— Сейчас всего лишь семь, — скромно заметила Оливия.
Ректор одарил ее таким взглядом, после которого поправлять его расхотелось. Я даже вякнуть не успела, что в Академии нет никакого комендантского часа, но парней в общежитие действительно не пускали.
Пережитки прошлого. Я считала, что магам давно пора отвергнуть старые аристократические замашки. Ну что мы, благородные девицы что ли?
В самом деле! Давно бы поселили напротив меня плечистого орка, который лично спускал бы драконов по лестнице после каждого такого визита. Я даже не против ему трусы потом показывать. Ношенные. Драконьи. Фе!
— Адептка Россо, — мрачно проговорил ректор, — вы же понимаете, что теперь ваше пребывание в этой Академии висит на волоске?
Оливия густо покраснела. Даже уши горели.
— Если магистр Корвус решит пожаловаться, — продолжал ректор, — и заявит, что вы украли его книгу темных заклинаний, ваши дни будут сочтены. Возможно, не только в Академии!
Я покосилась на Оливию. Ничего себе Избранная вытворяет! А со стороны так мышка мышкой, ни писка от нее не слышно. А уж сколько она в романе терпела свекровь, ни разу ей не возразив и не пожаловавшись дракону… М-да, не ожидала от нее.
— Не ожидал от вас такого, — вторил моим мыслям ректор.
Он посмотрел на меня. Ах да, технически я тоже была пострадавшей от темного колдовства Оливки. Если на нее сейчас прилетит жалоба, то плакала стипендия девушки в Академии.
Я посмотрела на Оливию. Девушка сидела на шатком стуле, ссутулив плечи и смотря в пол. В ее глазах блестели слезы. Я уже начала проникаться к ней сочувствием, как заметила еще кое-что.
Оливия поджимала губы, едва сдерживаясь, чтобы не высказать ректору все. И за драконов, и за Корвуса, и за темную магию. Она вцепилась пальцами в край стула, да так, что костяшки побелели. Казалось, девушка вот-вот взорвется.
И это она не понравилась Леметре? Это она терпела подстроенные свекровищем похищения?
Я прищурилась. Не-ет, эта девчонка далеко не так проста, как кажется. Возможно, автор в книге что-то не договаривал. Но драконам, я уверена, Оливия тоже обломала бы рога. И покруче моего!
А ректор ждал. Я, как аристократка, могла оценить поведение нищенки в Академии и назвать ее неугодной. И сотни адептов со мной бы согласились. Они терпеть не могли выскочку из простых. И дело даже не в ее даре, а в том, как легко он ей достался.
Мне дар тоже достался легко. Всю работу сделала настоящая Лилиан. Так что какое право я имела осуждать Оливию?
— Думаю, будет правильно назначить нам общественные работы, господин ректор, — спокойно предложила я. — Это первое происшествие с моим участием. Оливия тоже никогда не была замечена в темном колдовстве.
— Темная магия! — ректор вскинул руки к потолку. — В моей Академии!
— Преподается уже лет сто. У нас даже кафедра отдельная есть, — скромно напомнила я, хлопая ресницами.
— В общаге нельзя практиковаться в магии! — рявкнул ректор.
Мы обе посмотрели на него, как на идиота. А где ее еще практиковать? В городе? Адепты уже тысячу лет как занимались в комнатах, отрабатывая заклинания. Это началось после великого исхода из библиотеки, когда тамошние демоны…
Ну, появились. В библиотеках вообще-то демоны не водятся. Но их привлекли бесконечные потоки силы от практикующихся студентов и талмуды древних заклинаний, которые сами по себе имели магический фон.
В общем, оставалась лишь общага и зал для практики. Но студенты дураки что ли, чтобы заниматься в специально отведенном месте?
Ректор махнул на нас рукой. Он подписал две бумаги. Моя была покороче, у Оливии поразмашистее. Нас назначили к ведьме Марике — мыть горшки после пар. Мы не возражали. После короткого жеста ректора мы с Оливией поспешили прочь из кабинета, как застуканные тараканы из кухни.
— Пронесло, — вытерла лоб я.
— Ага, — кивнула бледная Оливия. — Песец, конечно.
NN
— Стоп, что?
— Что?
Оливия сделала большие и честные глаза. Я почти поверила, но интуиция подсказывала, что не водится в местных лесах пушистый северный зверек.
— Оливия, ты… — торжественно произнесла я.
— Волшебник?..
— Ты попаданка, Оливия!
Я чувствовала себя так, будто раскрыла все тайны мироздания, а потом до меня дошло.
— А почему ты попаданка? — нахмурилась я. — Это же книга про…
Оливия оглянулась. Она внимательно проверила коридор, будто в тенях прятались шпионы, а после утянула меня к окну. Вот уж необычный выбор! Обычно все предпочитали секретничать в темных уголках Академии, подальше от любопытных глаз, а не на всеобщем обозрении.
— Я ее читала, — трагически прошептала Оливия. — Ко мне пришла Эветта и предложила переместить в книгу… Но у нее случилась какая-то накладка в записях. Она обещала разобраться и вернуться с новостями.
Я нахмурилась. Великолепно. Получается, Эветта закинула в один мир сразу двоих? Замечательно, конечно. Видимо, поэтому я попала не на место главной героини, а в тело похожей на меня внешне Лилиан.
— Я должна была стать невестой дракона. — Оливия понизила голос. Пришлось прижаться к ней, чтобы хоть что-то слышать. — Но я сбежала с бала! Там такая свекровь.
— Ага, — мрачно кивнула я. — Я тоже читала. Леметра…
Оливия зашипела и накрыла мне рот рукой. Она снова осмотрелась, пытаясь найти взглядом неведомого слушателя.
Я вывернулась и недовольно посмотрела на нее. Оливия боялась, что на нас выпрыгнет из-за угла драконье свекровище?
— Сюжет изменился, — мрачно сообщила она. — Теперь меня преследуют не драконы, а…
Из-за моего плеча послышалось деликатное покашливание. Я взвизгнула от неожиданности и бросилась к Оливии, а та ко мне. Мы со священным ужасом наблюдали, как из тьмы материализуется темный эльф.
Корвус же принадлежал к клану Ходящих в Тенях… Теперь я поняла, что это значило. Эльф сложил руки на груди, нетерпеливо постукивая пальцами по плечу.
— Адептка Россо, — спокойно произнес он. — Ко мне в кабинет. Вам будет назначено наказание, но я поговорю с ректором, чтобы вас не отчисляли.
Он смерил меня ледяным взглядом, в котором читалось презрение вперемешку с любопытством. От присутствия магистра темных искусств мне стало не по себе.
Поэтому я вышла вперед, гордо выпячивая грудь.
— Оливия не отчислена. Она наказана. И мы как раз шли выполнять приказ ректора. Желаете оспорить?
Оливия за моей спиной перестала дышать от ужаса. А я все еще храбро преграждала путь этому хитрому наглому коту к его перепуганной мышке.
Магистр Корвус оценил. Он хмыкнул и лениво щелкнул пальцами. В коридоре стало светлее, будто разгневанные моей выходкой тени наконец улеглись.
— Желаю проводить, — протянул Корвус.
Он смотрел только на Оливию, игнорируя мое присутствие. Казалось, стоит отвернуться, как остроухий вцепится и утащит ее в свои тени. Оливия схватила меня за руку. Так, на всякий случай. Меня-то утащить всяко тяжелее. Я поморщилась. М-да, ну и перспективы. Если Оливия — попаданка, то…
Она сбежала с бала. Она не хочет к драконам. И кем мне тогда от свекрови отбиваться?
Я покосилась на вторую попаданку. Та предупреждающе покачала головой. Да, наши проблемы лучше обсуждать где-то в другом месте.
В коридор вылетела Викки. Подруга раскраснелась после бега. Она увидела нашу процессию. Ее взгляд упал на наши с Оливией руки. Со стороны казалось, будто мы идем и вовсе в обнимку.
Викки побледнела. Она посмотрела на меня.
— Ты не так все поняла! — спохватилась я.
Подруга круто развернулась и побежала вниз по ступеням.
— Викки, стой!
Я рванула за ней, но Оливия вцепилась в меня клещом. Она бы сделала что угодно, лишь бы не остаться наедине с Корвусом. Так что подножка была вполне ожидаемой.
Я растянулась на ковре и беспомощно посмотрела вслед подруге. Да, такого Викки мне не простит.
— Ну ты и стерва, — прошипела я, вставая и отряхиваясь.
Щеки Оливии заалели, но она не растеряла своей воинственности. Встретив мой взгляд, она сказала:
— Нас наказали, забыла? Потом поговоришь со своей подпевалой. Сегодня есть дела поважнее.
Корвус, наблюдавший за всем этим представлением, мрачно улыбнулся. Он даже не скрывал своего удовольствия от того, что своим поступком Оливия сама лишила себя союзницы.
Дальше мы шли на расстоянии. Оливия впереди, я в метре от нее. Рядом со мной шагал Корвус. Магистр насвистывал себе под нос мелодию. Звука я не слышала, но видела, как с его губ срываются струйки темной магии.
Сергей Довлатов
Магистр Марика была ведьмой в седьмом поколении. Рыжая хохотушка с зелеными глазищами производила приятное впечатление на всех, кто еще не сталкивался с ее зачетами.
Наказание с Марикой могло показаться благословением: это ж не у Корвуса могилы копать! Однако после первой недели отработок мы с Оливией поняли, что попали.
Викки со мной не разговаривала. Она наверняка думала, что я предала нашу дружбу ради природного дара Оливии или что-то в этом роде. Безродную адептку уже начали замечать ковены, предлагая работу. Связь с Оливией могла помочь мне построить карьеру.
Вот только я не собиралась становиться магичкой и уж тем более боевиком! Мне хватало в жизни приключений и без этого. Я даже от магистерской в зельеварении отказалась, делая упор на бытовую магию.
Вот она-то мне в бизнесе точно пригодится.
Драконы больше не приходили. Ректор после того случая запретил им появляться на территории Академии. Я выдохнула. Наконец-то отстанут!
Мы с Оливией после пар отправились к Марике. Кабинет зельеварения был пуст, аудитория сияла чистотой. Мы направились в лабораторию, где могла найтись неприятная работа по чистке котлов.
Оливия молча открыла дверь, пропуская меня вперед. После ее подставы мы не разговаривали. Я все еще злилась. Оливии было стыдно, но извиняться она не спешила.
В лаборатории происходило что-то странное. Десятки, сотни тряпочек и ершиков парили в воздухе, натирая пустые колбы. Марика сидела за своим столом, подложив руки под подбородок и влюбленно смотря на…
Дракона. В кресле напротив нее сидел Аэлар. Он вытянул ноги и откинулся в кресле, чувствуя себя королем этого маленького алхимического царства. А ведьма не гонялась за ним с метлой и даже не тестировала на нем яд!
Более того, Марика не вызвала ректора. С этой мыслью я начала формировать заклинание и уже готовилась отправить весточку начальству, как дракон повернулся.
Льдистые глаза Аэлара при виде меня потеплели. В уголках его губ затаилась лукавая улыбка.
— Лилиан, — произнес он бархатистым баритоном. — Ты уже здесь?
У меня задергался глаз. Почему этот нахал все еще помнил мое имя?
— Оливия, — пробормотала Марика. — Пойдем-ка. Поможешь мне пересадить мандрагору.
— А я?
Мой голос походил на мышиный писк. Я оглянулась на Оливию, но та, кажется, не собиралась меня спасать.
— Лорд дракон желает с тобой поговорить, дорогая, — покровительственно сообщила ведьма.
Аэлар стянул с груди какой-то амулет и отдал ей. Я поняла, что влюбленный взгляд ведьмы был адресован отнюдь не дракону, а его артефакту. Марика быстро запихала добычу в карман фартука и широко улыбнулась. К выходу она почти бежала, двигаясь с неожиданным для степенного магистра проворством.
Я поймала ее за локоть и сделала большие глаза. Марика отмахнулась. Она подцепила Оливию и поплыла дальше. В последний момент ведьма все же обернулась. Видимо, ужас в моих глазах ее разжалобил.
— Не переживай, Лили, — дружелюбно шепнула она. — Драконы никогда не обижают своих истинных.
И ушла. А я осталась. Стоять. Спиной к дракону. У самой двери, которую предусмотрительная Марика заперла сложным ведьминским заклинанием.
Приближение дракона я скорее почувствовала, чем услышала. Длинные пальцы Аэлара убрали волосы с моей шеи. Он едва коснулся кожи, но по ней тут же побежали мурашки.
— Я соскучился, — тихо произнес Аэлар, делая глубокий вдох. — Не хочешь прогуляться?
Его вопрос прозвучал подозрительно. Создавалось впечатление, будто дракон собрался гулять до ближайшего магического ЗАГСа или до их закрытой Империи.
— Пожалуй, откажусь, — мрачно ответила я.
— Позовешь ректора?
В голосе дракона звучало любопытство. Я подняла взгляд и увидела его отражение в одной из пробирок. Тишину нарушал только скрип зачарованных тряпочек по стеклу. Я поморщилась. Блин, так все это время можно было не тереть котлы? Марика могла очистить их заклинанием? Вот же… ведьма!
— Вы здесь, значит, запрет сняли, — сухо произнесла я. — И что сделает ректор?
— Умная девочка. Хочешь знать, почему сняли запрет?
Я развернулась и уткнулась носом в грудь дракону. Меня бесило, что он настолько выше. Прочих я могла задавить просто своими объемами, но с драконом приходилось проявлять характер.
— Не хочу, — отрезала я. — Сегодня последний день моей отработки. Какое будет задание?
Аэлар прищурился. В голубых глазах появился проказливый огонек.
— Уборка. Как и хотела Марика. Придется отмыть что-то большое и грязное.
Я выгнула бровь. Он свои мысли постирать решил? Впрочем, я была готова к такому повороту.
— Разумеется, — скромно потупилась я. — Как пожелаете.
— Тогда пойдем к месту отработки.
Аэлар уловил подвох, но не смог понять, в чем он крылся. Дракон с подозрением уставился на меня, догадываясь, что эта покладистость грозит ему большими проблемами. Он протянул мне руку, и я покорно положила пальцы на сгиб локтя, ощущая, как раздуваются драконьи мышцы от простого прикосновения.
NN
— Ренар уехал, — как бы между делом заметил дракон. — Его не будет.
Я кивнула. Отлично, одной проблемой меньше. Аэлар остался доволен моей реакцией. Он добавил:
— У него проблемы с РКН. Придется кое-что обсудить в правительстве…
— С чем? — переспросила я.
— С регенством Красного Наследия. Драконья организация по контролю за… Впрочем, тебе вряд ли будет это интересно.
Я подняла на него невинный взгляд. Да что ты, дорогой, неужто сам догадался? Или мой зевок подсказал? Я не хотела вникать в драконьи трудности, тем более когда передо мной маячила перспектива избавиться от обоих.
Прошедшую ночь я помнила плохо. В голову уже закрадывались сомнения: а точно ли оба дракона соблазнились? Впрочем, хорошо, что я не помнила. Меньше знаешь — крепче спишь.
Дракон легко снял заклинание Марики и галантно проводил меня до выхода из Академии. Конечно, он направлялся к преподавательским домикам.
Я пыталась не краснеть от воспоминаний, связанных с этим местом. Дракон открыл дверь и проводил меня внутрь. Первым, что бросилось в глаза, было количество лепестков роз, рассыпанных по полу.
— Мне что, отмывать весь особняк после вашего последнего свидания? — возмутилась я.
Кажется, вслух. Дракон посмотрел на меня. Внимательно так, с нотками негодования.
— Это не надо убирать, — наконец произнес Аэлар.
— Фух, — выдохнула я. — А то магистр Марика запретила магию использовать… Тут я бы и за неделю все не вымела. Это ж надо столько роз общипать!
Я брезгливо переступила через кучку лепестков, принюхиваясь к пьянящему цветочному аромату. У Аэлара дернулось веко. Всего лишь один раз, но достаточно, чтобы понять: дракон пребывал в дурном расположении духа.
— Со мной ты можешь использовать магию, — сдержанно произнес Аэлар. — Со мной ты можешь делать что угодно.
— Отлично. Тогда что мыть-то? Быстрее начнем, быстрее закончим.
Аэлар повел меня к лестнице на второй этаж, а там завернул в комнату с огромным панорамным окном и настолько большой ванной, что в ней бы поместилась рота солдат. Я вообще недоумевала, как это фаянсовое нечто можно назвать ванной. Скорее уж бассейн.
— Здесь? — спросила я.
— Да.
В голосе Аэлара вновь появились эти мягкие бархатные нотки, от которых подгибались коленки и трепетало сердечко. Однако без ударной дозы самогона я отлично могла себя контролировать.
— И что же мне мыть? — спросила я, обводя рукой уставленную свечами комнату. — Вас?
— Лилиан, хватит, — рыкнул дракон. — Ты же знаешь, что произошло.
— Недоразумение.
— Я не считаю любовь недоразумением.
— В нашем недоразумении не было любви, — твердо ответила я. — Только неудачное стечение обстоятельств, украденные трусы и капелька шантажа.
— Но деньги ты от моей матери взяла.
Дракон сложил руки на груди, нависая надо мной мрачной скалой. В его взгляде бушевала буря.
— Взяла, — подтвердила я. — Это компенсация. За моральный ущерб. И обещание больше к ее сыну не приставать.
— Тогда почему мама велела домой не возвращаться, пока ты не станешь моей женой? — хмыкнул Аэлар.
Я покачала головой и сокрушенно вздохнула.
— Видимо, ты все-таки приемный.
В ответ на мою притворную жалость дракон расхохотался. Улыбка медленно растаяла в уголках его губ. Он шагнул вперед, вынуждая меня отступать, пока не упрусь поясницей в ванну. Аэлар поставил руки на борт по бокам от меня.
Его горячее дыхание опалило мою шею, забралось под ворот академического платья, заставляя вспомнить наши поцелуи на балконе.
— Я злился, Лилиан, — признался он. — Я очень злился, когда сорвался на балу. Все указывало на приворот, но приворота не было. Только нахальная и безумно красивая адептка.
Я открыла рот, чтобы сообщить дракону цифру, которую мне с утра показали весы, но Аэлар положил палец на приоткрытые губы, вынуждая замолчать.
— Тс-с… Я разозлился еще больше, когда мать велела мне взять тебя в жены. А чек? Я думал, ты сговорилась с ней, чтобы окольцевать дракона. — Аэлар покачал головой. — Когда ты выпрыгнула в окно, я едва не потерял разум от злости. Но не понимал, что меня раздражало больше — твой побег или то, что я мог потерять тебя в тот день.
Он медленно убрал палец, не отрывая задумчивого взгляда от моих губ. Казалось, время остановилось.
— А теперь, когда ты мне сообщаешь, что не хочешь иметь ничего общего со мной, — прошептал Аэлар, — когда я вижу, что ты говоришь это искренне…
— Ты наконец спокоен? — робко предположила я, от испуга потеряв уважительное “вы”.
— Нет, — хмыкнул дракон. — Нет, Лилиан, я просто в бешенстве.
Теория большого взрыва
Аэлар подался вперед. Мне пришлось показать чудеса акробатики, чтобы не свалиться за борт, прямиком в пенную ванну, и не получить поцелуй от дракона.
У меня задергался глаз. Вот это я молодец, конечно! Знала бы, что в комплекте с деньгами идет свекровь и чешуйчатый гад, зарабатывала бы честным трудом. Мне осложнения к богатству не нужны.
Получается, дракон решил, что истинная — я?
По взгляду Аэлара становилось понятно, что да. Льдистый взгляд дракона прошелся по моему испуганному лицу. Аэлар отступил.
Я сделала глубокий вдох. Не знала, что все это время не дышала.
Аэлара, конечно, мое поведение не обрадовало. А я не могла начать рассказывать про попадание в глупый женский роман, где он — главный герой. Одно дело оказаться в другом мире, а другое — в тексте, который ты прочитала и уже знаешь сюжет.
В мозгу что-то щелкнуло. Видимо, рубильник, подключающий рациональное мышление.
— А какое сегодня число? — спросила я.
Дракон вздернул брови. Ему мой мыслительный процесс был непонятен. Оно и ясно, книгу Аэлар не читал!
— Тринадцатое, — сдержанно сообщил он.
— Пятница?
— Да.
У меня задергался второй глаз. Они пока не синхронизировались с первым, поэтому было вдвойне неприятно.
Сегодня по сюжету в Академии появляется свекровь. И, конечно, она потребует исключения Оливии. И ректор откажет, но только если на сторону истинной встанет дракон.
Это по нормальному, оригинальному сюжету. А по моему исправленному недоразумению… Мне срочно нужно к ректору.
— Раздевайся, — отрывисто произнес Аэлар, так и не дождавшись от меня ничего путного. — Прими ванну.
За всеми этими треволнениями я не сразу уловила его посыл. Была занята продумыванием нового плана. А потом информация все же дошла до моего разума. Я посмотрела на дракона.
Он вытащил запонки из рубашки и швырнул их на поднос. Аэлар не собирался раздеваться дальше, только закатал рукава. На его руках взбухли вены, причудливым узором разрисовывая предплечья.
Дракон был красив. Объективно красив. По-мужски хорош собой. Любая женщина была бы в восторге, если бы ухажер приготовил ей джакузи с видом на парк и охлажденным шампанским на столике. Самое то после тяжелой учебной недели, правда?
В моем плане дракона не было. Это все-таки сложно. Как можно любить кого-то, но при этом скрывать правду о себе? А я не хотела рисковать. Быть может, в ответ на мое попаданчество меня казнят!
Тем более — дракон. Он большой и сильный. Рядом с ним я как слабый цыпленок, еще и магия моя скучная, бытовая. Я знала, что Аэлара мне не победить.
Перекинет через плечо и утащит в свою империю. Он, видимо, об этом сейчас и думает. Прикидывает, будет ли проще тащить в ванной или лучше сейчас забрать, пока я одета.
А раз честным способом мне не выиграть, придется использовать грязный трюк. Я подняла глаза к потолку и вспомнила все самые грустные видео с котиками, которые только были.
Когда я вновь посмотрела на Аэлара, по моим щекам уже катились слезы. Дракон ошалел. Он тут же потянулся обнять меня, за что получил пощечину.
Я прикусила губу. Все, пути назад не было!
— Вот как, — дрожащим голосом произнесла я. — Большая и грязная? Вот что ты про меня думаешь…
Я зарыдала. Громко так, с надрывом. Будто и правда считала, что он мог меня так назвать.
— Что? — изумился Аэлар. — Лилиан, нет! Я бы никогда… Я говорил про себя, милая…
Дракон пошел на вторую попытку штурма. Он обхватил ладонями мое лицо, и я позволила ему хорошенько рассмотреть красные глаза и сопливый нос. Плакать можно разными способами, и сейчас я пыталась устроить самые уродливые некрасивые истеричные рыдания.
Аэлар не дрогнул. Вот же чешуйчатый! Полез в карман за платком, нос мне вытирать. Значит, не сработало…
— Тогда сам полезай! — рявкнула я. — Я не большая. Я — девушка пышная, но аппетитная!
Для закрепления эффекта я пнула дракона по ноге. Тот поморщился, но стоически вытерпел испытание.
— Лилиан, похоже, я плохо объясняю, — хрипло произнес он. — Ты мне нужна. Я думал, это взаимно. И не понимаю, почему ты так противишься нашим чувствам…
Шлеп!
Время застыло. Я смотрела на красный след от ладони на щеке дракона. Он смотрел на меня. Аэлар был обескуражен, но все еще не зол. А я даже не могла объяснить, почему его слова привели меня в такое бешенство.
— Твоим чувствам, — тихо ответила я. — Твоим, а не нашим.
Сейчас было бы самое время уйти на разборки со свекровищем и попытаться убедить ректора, что ему очень нужен очередной бытовой маг в Академии. Но я осталась на месте, смотря на дракона, точно завороженная.
— Я тебя не люблю, — продолжила я. — А ты не любишь меня. Да вы истинной можете кого угодно назвать!
— Откуда ты знаешь? — напряженно спросил дракон.
Бесстыжие
— Что?
Голос предательски дрогнул. Я смотрела на дракона широко распахнутыми глазами и поверить не могла, что он сейчас говорил серьезно.
Аэлару хватило совести хотя бы немного смутиться. Он отвел взгляд, но не отступил. Мы все еще были тесно прижаты друг к другу, но между нами пролегала пропасть.
— Любая? — повторила я.
Дракон молчал.
А мне больше не нужны были доказательства, я сама все поняла. Теперь картинка складывалась. Аэлар не мог сдержаться рядом со мной. Признак истинности, верно? Первый красавчик в королевстве затащил в постель толстушку. Ну истинность! Других оправданий и быть не могло.
Вот только двух истинных на одну девушку не бывает. А Ренар сорвался, как и Аэлар. И вся эта история с каким-то регентством… Драконы просто сыграли в “камень, ножницы, бумага”, чтобы победитель мог заняться мной полноценно. А проигравший уехал. Ренар покинул королевство, чтобы не мешать.
Великолепно! А то не дай боги у девушки будет выбор, кого из двух драконов она предпочтет.
И теперь становилось ясно, почему Аэлар встретил Оливию и просто проигнорировал. Не было никаких волшебных связей. Были только грязные драконьи желания и огромное самомнение.
Я посмотрела на Аэлара. На скулах дракона заходили желваки, словно он знал, что этот разговор ничем хорошим не кончится.
Отмыть его?! Эта ящерица правда думала, что я увижу розочки да свечки и поплыву? Разбежался. Может, он еще надеялся, что мы вместе примем ванну, как в тех глупых романтических историях?
— Я выполню задание, — прошипела я. — Помыть тебя надо?
Дракон посмотрел на меня. На долю секунды в его глазах появилась надежда, но она быстро разбилась о реальность. Во взгляде Аэлара мелькнула работа мысли, долгая и напряженная.
Я положила руки ему на грудь. Льдистые глаза дракона затуманились предвкушением. На этом работа мысли у Аэлара закончилась. А жаль…
Я рванула ворот рубахи в разные стороны, и золотые пуговицы посыпались, звонко ударяясь о мраморный пол. Симфония страсти, не иначе. Я мстительно улыбнулась. Надеюсь, ему придется купить новую рубашку. Этот чешуйчатый должен страдать!
А дальше было дело техники. Я потянула дракона на себя, резко и страстно. Аэлар и не думал сопротивляться. Он думал, как будет меня целовать. Думал о моем теле, совсем упуская из виду характер. Решил, что глупая человечка наконец осознала шаткость своего положения и сейчас попытается доказать ему свою исключительность.
Может, я не была драконьей истинной, но точно была той самой…
Той самой, после которой у Аэлара будет дергаться глаз пару столетий! Я в последний момент резко дернула и наклонилась, перекидывая дракона через бедро прямо в ванну.
Мне на подол плеснула вода. Драконья макушка скрылась под слоем пены. Вода забурлила, нагретая яростью Аэлара.
Я в рекордное время добралась до двери и у порога крикнула:
— Задание исполнено! Пойду отчитаюсь ректору…
Дракон уже начал выбираться из ванной. Вода струилась по сильному крепкому телу, темные волосы облепили лоб и шею.
Мы встретились взглядами. Аэлар был серьезен. Я старалась скрыть усмешку. Если бы дракон знал, насколько я довольна своей глупой выходкой, точно открутил бы мне голову.
Аэлар улыбнулся. Он откинул волосы со лба, выпрямляясь и демонстрируя рельефный торс. Сейчас Аэлар выглядел как бог: мстительный и злой.
Дракон выбрался из ванной одним слитным движением и стремительно приблизился. Я взвизгнула и захлопнула дверь перед самым его носом.
Аэлару ничего не стоило уничтожить хлипкую преграду между нами одним лишь щелчком пальцев. Я затаила дыхание в ожидании возмездия. Секунда, другая…
Ничего. Дракон не стал преследовать меня. И я рванула вниз по лестнице, не испытывая судьбу. Из гостевого домика я выскочила, дьявольски хохоча, и вприпрыжку побежала к главному корпусу.
У поворота я все же обернулась. Темная фигура дракона маячила в окне второго этажа. Я знала, что он смотрит, и показала ему язык. Пусть катится в свою драконью империю вместе со всеми матримониальными планами.
Я становиться его любовницей не намерена. Женой — тем более!
NN
В кабинет ректора я ворвалась запыхавшаяся, с клочьями пены на юбке и донельзя довольная. В кресле восседала свекровь. Бедный ректор ютился у стеночки, точно провинившийся школьник.
Очки драконицы съехали на кончик носа. Она невозмутимо их поправила и перелистнула страницу. Я подозревала, что драконица читала мое досье.
— Адептка, — возмутился ректор, — где ваши манеры?
— Принесла вам отчет, — бодро ответила я. — Наказание исполнено. Могу быть свободна от мытья котлов?
Мой взгляд вернулся к свекрови. Драконица делала вид, будто погружена в чтение, но я-то знала, что она слушает. Слушает и запоминает. Интересно, а в этой версии она будет просить исключить меня или отправить на практику в какой-нибудь особо дальний уголок королевства.
— Адептка, можете быть свободны, — устало ответил ректор. — И Россо передайте…
— Непременно, — пообещала я.
Леметра молчала. В книге она была какой-то другой. Более громкой и истеричной, наверное. Эта тихая версия всемирной злодейки меня пугала куда больше.
Ну ничего! Я страшнее любого чудовища. И даже с чешуйчатой вредительницей справлюсь.
— Господин ректор, вы же помните, что не имеете права меня исключить? — любезно добавила я. — Наказание закончилось. Других проступков у меня нет.
— Боги, Равано! — взмолился ректор. — Идите уже.
Я поклонилась и попятилась к двери, но уперлась во что-то твердое. Поза получилась двусмысленной. Я на полусогнутых в прогибе, неизвестный гость в опасной близости от моей попы и свекровь, наблюдающая за всем этим цирком.
— Мама.
Я вздрогнула и отскочила подальше, но дракон в последний момент поймал меня за талию и притянул обратно. Ректор отвел взгляд. Он не собирался спасать адептку от посягательств дракона. Его бы кто от посягательств адептки спас!
— Ой, леди Леметра! — преувеличенно бодро произнесла я. — Вы тоже здесь? А я и не заметила…
Ректор с тоской посмотрел в окно. Наверное, он мечтал быть птичкой, а не третьей стороной в драконьих ссорах.
— Ой, леди Лилиан, — преувеличенно дружелюбно ответила свекровь. — А я вас тоже не заметила!
— Но теперь, когда все друг на друга посмотрели, пора бы и честь знать, — оскалилась я.
— О, какое занимательное слово присутствует в вашем словаре! Хотя я еще после сушеной воблы не отошла…
Мы обменялись взглядами, как ударами шпаги. Мужчины в комнате заняли стратегически выгодные позиции, то бишь, прижались к стеночке.
И ладно ректор! Но Аэлар-то куда? Еще и меня за собой потащил.
Я прикидывала, насколько невежливо будет шлепнуть дракона по наглой ладони, но проблема разрешилась сама собой.
— Дорогой мой сын, или ты сейчас уберешь руку от своей невесты, или я ее оторву.
В голосе Леметры звенела сталь. Я даже не решилась уточнить: она собиралась отрывать руку или невесту? А если первое, то в целом и навсегда или просто от невесты?
Ректор сделал большие круглые глаза. Намекал, что вопросы сейчас лучше не задавать. И вообще, пора бы мимикрировать под цвет обоев. Зря он, что ли, пример показывает?
Рука Аэлара исчезла с моей талии. В комнате стало на пару градусов холоднее. Мне было очень интересно обернуться и посмотреть на его лицо. А еще проверить, переоделся ли дракон или просто высушил одежду.
Я с любопытством подняла взгляд на Леметру. Она ехидно улыбалась. Подозрительно так, со смыслом.
— Лилиан, дорогая, — проговорила драконица, — ты говорила, что необходимо заявить в прессу…
— По поводу того, что наша Академия самая лучшая? — притворилась дурочкой я.
— Про невесту Аэлара.
— О, у вашего сына теперь есть невеста? — Я усердно хлопала ресницами. — Поздравляю.
— Да, и сейчас я выбираю ее фото. То, которое мы опубликуем завтра во всех газетах. — Драконица лизнула палец и перелистнула страницу. — Как тебе такое?
Это было мое фото. Меня бросило в жар.
— Вы все перепутали. Мы с вашим сыном даже не знакомы.
— Ах вот как, — протянуло свекровище. — Аэлар, почему моя замечательная невестка все еще ходит без кольца на пальце?
— Она от него отказалась.
Сейчас в драконе все было каменным. И голос, и бугор в штанах, уткнувшийся мне в попу, и лицо. Хотя последнее я не видела.
Меня разрывало от желания гнусно захихикать. От дракона я не отходила. И даже специально поерзала. Из вредности! Это ему не разрешили меня трогать, а мне приказа не было…
Да и кто рискнет приказывать типичной попаданке? Свекровь вновь улыбнулась. Подленько так, многозначительно.
— Дорогая, обучение в Академии тебе не понадобится, — провозгласила она. — Однако… Как я поняла, ты не хочешь отчисляться?
Я помотала головой. Мне? Мне все понадобится! Но если Леметра решит еще деньжат подкинуть, я не против.
— Что ж… — Драконица сложила руки перед собой, точно прилежная ученица. — Тогда Аэлар подождет. Поживет в общежитии, лучше поймет вашу культуру.
— Мы правда не помолвлены, — с ноткой сожаления ответила я.
Хотелось поиздеваться над драконом еще чуть-чуть, но этот фарс необходимо было заканчивать. Аэлар вдруг положил руку мне на талию, проигнорировав предупреждение матери. Его ладонь ощущалась истинным пламенем даже сквозь одежду.
Дина Рубина
— Мы пока не помолвлены, — подтвердил Аэлар, зачем-то выделив второе слово.
— Ну это твоя проблема. — Драконица откинулась в кресле. — Ты же нанес метку Лилиан, верно?
Я развернулась к дракону лицом. Хотела залепить пощечину, но поняла, что этого мало. Нахала стоило выкинуть из окна за такое самоуправство. Какую еще метку он мне поставил? Кошак мартовский!
— Ничего не хотите объяснить, лорд Аэлар? — прошипела я, примеряясь, как бы скинуть полку на голову дракона. — Про метку, например.
— А вы не хотите рассказать ректору, как мои личные вещи оказались у вас в комнате?
Голос дракона заполнял все мысли. Он звучал глубоко и чарующе, совсем как на балу. Даже обидно, что такой голос достался такому идиоту.
— Украла, — сообщила я. — Продемонстрировала иностранным гостям, насколько умелые маги учатся в этой Академии. И пятна вас с трусов бесплатно вывела. Не благодарите. Бытовой маг, как-никак…
Послышался грохот. Видимо, ректор упал в обморок или пытался сесть, но промахнулся мимо стула. Леметро ехидненько захихикала. Теперь она больше походила на злодейку моего романа.
Я же не отрывала взгляда от дракона. Ну, что ты мне сделаешь? Накажешь? Заявишь на меня страже? Пф! У меня для всего было готово оправдание и отговорка. И до тех пор, пока Леметра не защищала сына, я могла не волноваться. С двумя драконами не справится не кто. А вот Аэлар…
Зря он ко мне полез. Я не твоя весовая категория, мальчик!
— И, конечно, мне нужно продолжать обучение, — невозмутимо продолжила я. — Кто знает, какие еще навыки мне понадобятся в жизни?
— Учи огнеупорный щит, — посоветовала Леметра. — Всегда пригодится. И леветацию.
— Чтобы улетать от врагов?
— Чтобы когда выкинешь мужа из окна, успеть его поймать у земли, если передумаешь.
Я немного опешила и даже повернулась к драконице. Если я правильно понимала контекст разговора, в мужья она прочила мне Аэлара. А у него как бы крылья…
— Так ты ж не просто так кидать будешь, — поняла ход моих мыслей свекровь. — Ты ж сначала опои. Зельем. Но снотворное тоже подойдет, я тебе потом пришлю рецептик.
Я снова повернулась к Аэлару. У дракона мелко подрагивало веко. А смотрел он на меня с той же странной смесью ярости и восхищения, которая у него появилась после внепланового купания.
Аэлар будто хотел меня и придушить, и расцеловать, а возможно сделать и то, и другое, и добавить к этому третье, более неприличное.
Я думала о том, какие рецепты мне могла передать свекровь. С нее станется и обмануть, подсунуть возбуждающее зелье вместо усыпляющего. А мне потом разгребать!
— Лилиан, — излишне томно проговорил дракон. — Я поставил метку на тебя. Ты была права по поводу истинности драконов, но метка… Ее не снять. Она одна. На всю жизнь.
— Мою или твою? — педантично уточнила я. — А то можем быстренько оформить снятие метки. Сейчас только, по поводу нужного снотворного и дозировки с леди Леметрой проконсультируюсь…
Драконица неприлично захихикала, еще и прихрюкнула в конце. Абсолютно не аристократично! Я бы никогда не заподозрила, что такая утонченная леди способна издавать подобные звуки.
Впрочем, у меня до сих пор в голове не умещалось, что дракон меня преследовал. А ведь трусы я ему отдала, даже извинилась и заверила, что никаких иллюзий по поводу произошедшего не питаю. Развлеклись и разбежались. Взрослые люди, в конце концов…
А он тут со своими свиданиями и метками!
Дракон тоже закончил мыслительный процесс. Результаты ему не понравились. Темные брови сошлись у переносицы, а на скулах заходили желваки, будто дракон тщательно пережевывал мысль, чтобы позже ее выплюнуть:
— Так ты влюблена в Ренара?
Повисла неловкая тишина.
Я подумала, что заорать о своей любви к деньгам было бы как-то неправильно. Не романтично. Поэтому скромно промолчала.
Виктория Угрюмова
Аэлар был выдворен. Ректору накапали коньячку. Свекровь, как суровый генерал в юбке, сидела во главе стола с озабоченным видом.
— Сколько мне надо тебе заплатить? — прямо спросила она, как только дракон захлопнул за собой дверь.
— Чтобы я отстала от вашего сына?
У меня загорелись глаза. Что, по второму кругу идем?
— Нет, наоборот.
Я посмотрела на свекровь. Свекровь посмотрела на меня. Ректор потихоньку стекал под стол, отказываясь хоть что-то понимать в этом безумии.
— Я бытовой маг, — напомнила я. — В вульгарном платье, с лишним весом и пустым кошельком. Из земель у меня только песок на придверном коврике.
— Лилиан, — проникновенно произнесла драконица, — ты первая девушка, которую Аэлар не поделил с Ренаром.
— Ну… — протянула я. — Откуда такая уверенность?
Мой намек драконица пропустила мимо ушей. Она покачала головой и придвинула ко мне чашечку чая. Подозрительно холодную и пахнущую алкоголем. Я вежливо отказалась.
Тем более, с Леметры станется и приворотного зелья мне подлить. А мы их еще не проходили, я отвороты делать не умею.
— Аэлар никогда не ссорился с Ренаром. А тут подставил его и выслал из страны под надуманным предлогом, — заметила свекровь. — И буквально полчаса назад наш дух рода сообщил мне, что Аэларчик надумал жениться. И внес твое имя на древо. Магическая метка. Это значит, что или он женится на тебе, или ни на ком. Имя изменить нельзя.
— Найдет другую Лилиан, — пожала плечами я. — У меня даже в Академии есть несколько тезок.
Мы схлестнулись взглядами. Я притворялась дурочкой. Свекровь притворялась доброй и понимающей драконицей.
— Лилиан, сколько? — повторила она. — Не прошу давать ему согласие, просто дай шанс. Вдруг Аэлар — твоя судьба?
— Да в гробу я видала такую судьбу, — возмутилась я. — Помню я, как драконы берегут своих жен…
— На руках носят, — с готовностью закивала свекровь.
— Это чтоб не сбежала.
— Золотом осыпают…
— Прикапывают, чтобы не сбежала.
— Кормят деликатесами…
— Откармливают, чтобы стало лень бежать.
— Да куда бежать-то? — возмутилась свекровь. — У тебя в замке все будет.
— Все, кроме свободы, — высокопарно ответила я.
Хотелось добавить “Ауф”, но к таким культурным отсылкам этот мир был еще не готов. Я пожала плечами. Деньги нужны были для стабильности. Так-то я не жадная.
И свекровь сама виновата! Дала бы сумму поменьше, я бы сейчас подумала о том, сколько может стоить свидание со мной.
Но на еду хватало, как и на одежду и учебу, поэтому новый откуп мне не требовался.
— Хорошо. — Леметра прищурилась. Ее взгляд не предвещал мне ничего хорошего. — В таком случае, я не буду настаивать. Ты сама примешь решение. И я уверена, ты поступишь правильно.
Я посмотрела на ректора, надеясь найти в его лице если не поддержку, то хотя бы понимание. Он сидел в кресле и с мученическим видом прижимал зачарованный платок ко лбу. У бедняги уже начиналась мигрень, нервный тик и изжога. А все из-за одного маленького противостояния с драконами. Ха, слабак!
Я поднялась из-за стола и вежливо поклонилась Леметре. Драконица внимательно посмотрела на меня, на скромное рабочее платье, имеющее мало общего с тем кружевным безобразием, в котором я заявилась к ней в первый раз.
Уверена, она что-то подсчитывала. Я развернулась и быстрым шагом направилась к двери, надеясь выйти из кабинета быстрее, чем свекровь озвучит следующий свой довод.
— Ставлю особняк в Сером Пределе на то, что ты не продержишься неделю.
Я застыла. Голос свекрови звучал уверенно, даже высокомерно.
— Я не играю в эти игры, — фыркнула я. — Мне чужд азарт…
— Еще ни один человек не владел недвижимостью в землях драконов. Ее невозможно купить. Арендовать — тем более.
В моей голове завертелись шестеренки. Значит, и бизнес в драконьих землях люди не ведут. Только если чешуйчатые соизволяют пригласить к себе кого-то известного и талантливого.
Я озолочусь, если превращу этот особняк в коммерческий объект и начну сдавать какой-нибудь ушлой швее или хитрой свахе. Конечно, зарабатывать на драконах у этих дам не получится.
Но как красиво звучит! Мой салон открыт в разных королевствах, в том числе в драконьей империи… Успех такого бизнеса вырастет в разы. Это — бренд. Это престижно!
Я повернулась к драконице. Да и мне неплохо бы расширять свои владения за пределы королевства. Сеть столовок от попаданки, кухня, достойная драконов! Можно врать напропалую, как чешуйчатые где-то в Сером Пределе лопают мои пирожки.
Драконы не станут лезть. Люди не смогут перепроверить эту информацию. В драконьи земли никого не пускают, верно ведь?
Леметра заметила, как мой взгляд стал хищным. Она демонстративно открыла ридикюль и выудила из него старомодную пудру, обронив на стол дарственную на особняк. Не так эффектно, как трусы, но тоже достойно. Драконица с равнодушным видом принялась наводить марафет.
— Но раз уж тебе это неинтересно, дорогая… — протянула она.
— Неделю, — твердо произнесла я. — Ваш сын может осаждать меня неделю. Я не соглашусь на свидания, не приму подарков, не… в общем, Аэлар ничего не получит. Если продержусь неделю, поместье мое, а дракон отправится домой!
Леметра кивнула, благостно улыбаясь.
— Но мне нечего вам предложить, — напомнила я. — Если свидание с Аэларом состоится, что получите вы?
— В ближайший год я получу внука, — предложила она.
— Ого!
— Ты же уверена в своих силах, — прищурилась драконица. — Так чего боишься?
— Ничего не боюсь, — подтвердила я. — И это пари поможет мне продержаться и неделю, и две!
Мы быстро состряпали контракт, а ректор выступил свидетелем. В комнату я вернулась довольной, пусть и нервной.
NN
Я села за стол и по привычке открыла почтовую шкатулку, надеясь увидеть там письмо от Викки. Подруга все еще дулась. Я отправила к ней десяток почтовых журавликов, парочку магических вестников и даже один настоящий бумажный конверт ей прислала. С курьером. Конверт вернулся нераспечатанным. Курьера я больше не видела…
Викки не отвечала. Мне не хватало подруги. Я иногда думала, почему она меня так возненавидела. Было ли дело в Оливии? Или, быть может, Викки заметила, что я больше не та бедная подружка, которую вечно требуется спасать?
Почтовая шкатулка молчала. Мутный лунный камень на ее крышке оставался холодным. Лилиан была никому не нужна. Даже себе.
Хотя вру, мной очень интересовалось драконье семейство. Вот уж не было печали!
Я успела написать конспект и выполнить все задания из сборника по теории магических потоков, а новых сообщений так и не появилось. Мне стало скучно. Я высунулась в окно и заглянула к соседке. У Оливии горел свет. Я заметила, что она вообще никогда его не отключала.
В стекло полетел крохотный журавлик с простым сообщением: “Спишь?”
Минуту ничего не происходило. Потом на улицу выглянуло наше юное дарование.
— Эй, Оливка, — громким шепотом окликнула я, — как отработка у Марики?
— Старая ведьма три часа мне рассказывала истории великой драконьей любви, — мрачно ответила соседка. — У тебя?
— Пятнадцать минут чувствовала на себе великую драконью любовь.
— И как?
— На деле она еще хуже, чем по рассказам очевидцев.
Мы помолчали. Перекрикиваться через окно было глупо. Немного подумав, я села на подоконник и высунула ноги на улицу. Было холодно, дул промозглый осенний ветер. Кусты роз внизу окончательно облысели и выглядели жутковатыми шипастыми лапами упыря, торчащими из земли.
Оливия тоже посмотрела на них, что-то прикинула в голове и распахнула створки окна шире. Она выставила руки вперед, словно собиралась меня ловить. На кончиках ее пальцев заклубилась тьма.
— Давай, — скомандовала она. — Я поймаю, если что.
Я выполнила акробатический этюд без малейшей помощи с ее стороны. Стоило представить, как меня ловят темные жгуты этой магии, как сразу расхотелось падать.
— А почему не через коридор? — спросила Оливия.
— Вдруг там Викки, — вздохнула я. — Не хочу усугублять
Мы переглянулись.
— Прости. — В голосе Оливии появилось раскаяние. — Корвус не дает мне покоя. Мне снится, как он… Кажется, он постоянно где-то рядом. Я не должна была так делать, но мне нужна была твоя помощь.
Соседка выглядела испуганной, но вместе с тем смущенной. Чем бы не доставал ее магистр, что-то в их отношениях изменилось. Чудовищный темный эльф вызывал в ней новую дрожь, не совсем от страха.
— Этот мир жесток, — продолжила она. — Мне ничего о нем неизвестно. Все и каждый хотят подставить… Мне что-то подлили на вступительных, потом чуть не украли гримуар матери, пытались зажать в библиотеке старшекурсники… Я не могла довериться тебе. И мне нужно было спасаться самой.
— Ладно, ладно! — вскинула руки я. — Но мне, знаешь ли, тут тоже нелегко. У меня нет такой силы, как у тебя. И Викки моя единственная подруга. Была.
Оливия прикрыла глаза. Она осознавала, что натворила и не понимала, как это исправить. В ее голосе я слышала напряжение. Кажется, все это время Оливия думала, что я ее ненавижу и попытаюсь убить или еще что похуже.
Поэтому она не подходила ко мне первая. Боялась столкнуться с такой ненавистью, после которой ей уже не оправиться. Мне было жалко Оливию, но я все равно негодовала.
— Напиши ей, — попросила я. — Скажи Викки, что мы с тобой не дружим. Пожалуйся, что я пыталась побрить тебя налысо или подкидывала на порог дохлых мышей, вот ты меня и подставила. Чтобы разрушить нашу дружбу.
— Викки Астор меня уничтожит за это, — мрачно ответила она. — Эта психичка вырвала какой-то девице клок волос, за то что та не так посмотрела на ее парня.
— Вообще-то та адептка переспала с ним, — поправила я. — С парнем Викки. И досталось не только ей, несчастный неделю с фингалом ходил.
— Вот именно. Викки опасна.
— Викки обладает обостренным чувством справедливости и не любит выскочек и лжецов.
Оливия с сомнением посмотрела на меня. Она взяла в руки старенькую почтовую шкатулку с расколотым камнем и сунула туда записку, прошептав нужные слова.
Мы затаили дыхание. Ничего не происходило. Потом артефакт оглушительно тренькнул и выплюнул из себя ту же записку, разорванную и скомканную.
— М-да, — протянула я.
— Она тебе тоже волосы вырвет, — мрачно предрекла Оливия. — И мне.
Я покачала головой. Викки не могла быть такой стервой! Я ее знала как добрую и чуткую подругу. Я забрала у Оливии чистую бумагу, и быстро накорябала на ней очередные извинения. Подумала.
— Она меня избегает, — пожаловалась я. — Даже сказать ничего не дает, и записки не читает…
— Тогда зачем ты ей пишешь? — возмутилась Оливия. — Плюнь на нее и все…
Но я так не могла. Где бы я была, если бы Викки не кормила меня ужинами и не приносила тетради и писчие принадлежности? Кем бы я стала, если бы она не заставляла меня все выходные отрабатывать сложные заклинания, помогая компенсировать маленький резерв отточенными плетениями?
Нет, я бы не бросила Викки. Мне надо было поговорить с подругой. Я поняла, что извинения тут не помогут. Я быстро начеркала на бумаге совсем другое признание.
— Если ты не ответишь, моей лучшей подругой теперь будет Оливия, — прочитала одаренная, подглядывая мне через плечо. — Да ты с ума сошла?! Зачем ты пишешь, в какой мы комнате…
Оливия попыталась отобрать у меня записку, но я ловко закинула ее в шкатулку и активировала артефакт. Бумага исчезла. Оливия с ужасом посмотрела на треснутый лунный камень. Он нагрелся, потом снова остыл.
В коридоре послышался грохот. Мы затаили дыхание.
— Открой дверь, — шепотом попросила я.
— Сама открой, — ответила Оливия. — Она же мне голову откусит!
Викки появилась на пороге, выломав дверь с пинка. То, чего не удалось сделать двум драконам и одному магистру темных искусств, между прочим. Викки свирепо зыркнула на меня, потом на Оливию.
— Что она тебе предложила, чего не было у меня? — проорала подруга.
В глазах Викки блеснули слезы. Оливия тихонечко подошла к ней, чтобы прикрыть дверь. Она даже собиралась шмыгнуть в коридор, но ее остановила волевая рука боевой магички рода Астор.
— Нет, я хочу знать, — воскликнула Викки. — Вы обе мне все расскажете!
Не дождавшись ответа, она горько разрыдалась.
NN
У Викки не было привычки чуть что плакать. Бить в нос — это да, но плакать?
Мы с Оливией растерянно смотрели на все это дело и не знали, что предпринять. Одаренная мрачно посматривала в сторону окна. Сбежать надеялась, наверное.
— Ты сама не хотела меня слушать, — робко попыталась объяснить я. — А мне просто назначили наказание с Оливией…
— Вы шли, держась за ручки! — обличительно ткнула в меня пальцем Викки.
Она развернулась к Оливии и сердито зашипела, точно кошка, которой наступили на хвост. Попаданку требовалось спасать.
— Потому что Корвус к ней пристает, — сказала я. — Он шел прямо за нами.
— Как же! Зачем темному эльфу безродная магичка? — разозлилась Викки.
— Одаренная же…
А вот это я зря сказала. Викки посмотрела на меня со странной смесью ужаса и обиды. Да, способности Оливии были больной темой для всех в Академии. Мы их развивали-развивали, а безродной девице они достались за красивые глаза.
— Способности не передаются по воздуху, — рыкнула Викки. — Они же не простуда! Эта выскочка не научит тебя колдовать, потому что сама не умеет…
— Я знаю. Я и не хочу у нее учиться. Мне ее магия не нужна. Мне моей, бытовой хватает.
— А как же твои родители? Они столько вложили в эту магию…
Викки даже забыла об обиде. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами и искренне не понимала, почему я не хочу стать великой магичке на уровне с Оливией.
Одаренная тоже удивилась. Она была попаданкой, как и я. Магия для нас стала желанной диковинкой, воплощением детской мечты.
Я вытянула руку вперед и заставила крохотный огонек плясать в центре ладони. Это заклинание здесь знали все. Банальная спичка, азы бытовой магией, которую использовали даже дети.
Но огонек плясал, а я смотрела. Для меня это было таким же чудом, как сложные заклинания иллюзий или атакующие плетения. Мне этого вполне хватало.
— Мне нравится эта магия, — тихо призналась я. — Спокойная и красивая. Которая не как лавина, а как теплый огонь в камине. Она поддерживает, а не уничтожает. Я не хочу отдавать ее всем подряд, демонстрировать при дворе короля или поднимать умертвий. Мне хватает и того, что с ней суп получается вкуснее. И простокваша.
Викки зависла на целую минуту. Наконец она пришла в движение. Пригладила растрепанные волосы, стерла влажные дорожки от слез. Вид у нее был шокированный, но решительный.
— А ты что скажешь в свое оправдание? — строго спросила она у Оливии.
— Я просто пытаюсь не умереть в Академии, где все меня ненавидят.
Викки кивнула. Она вышла из комнаты. Мы с Оливией перевели дыхание, благодаря богов, что никто кроме штукатурки не пострадал. А Викки вернулась. С рюмками. И бутылочкой красного сухого.
— Я ничего не поняла, — мрачно произнесла она. — Так что давайте разбираться.
За первым бокалом мы обсудили мою историю с драконьим выкупом. Под второй я рассказала свои планы с покупкой недвижимости и организацией бизнеса с пирожками и борщом.
На третий заход Викки уже была в настолько благостном настроении, что дала слово Оливии и сочувственно кивала по поводу Корвуса. Из нее медленно уходило напряжение и обида.
К пятому бокалу мы все стали лучшими подружками и наперебой жаловались на глупых мужиков, тяжелую учебу и очень несправедливую жизнь.
— Знаешь, — вздохнула Викки, — я все еще тебе завидую. Но ты не такая уж и выскочка, какой кажешься. Решено! Мы с Лили возьмем тебя под крыло.
— Поняла, Оливка, — захихикала я. — Теперь мы бригада!
— Что? — не поняла Викки.
— Команда, говорю. По уничтожению Корвуса и завоеванию Академии.
Мы дружно сделали по глотку. Вино игриво плескалось на дне бутылки. Завтра у нас было пять пар и практика с боевыми искусствами, но кого это волновало?
Я уснула в кресле, подложив под голову томик черной магии. Викки с Оливией сопели, сидя на стульях и привалившись друг к другу. Наконец-то в наших отношениях наступила идиллия!
NN
Утром меня ждал сюрприз. Мы с девочками быстро намешали зелье, спасибо магистру Марике за полезный рецепт, привели себя в порядок. Пары начинались через полчаса.
Сонная и недовольная я открыла дверь в свою комнату, чтобы забрать учебник, и на меня высыпался ворох писем. Где-то в глубине комнаты натужно бряцала почтовая шкатулка.
Похоже, бедный артефакт всю ночь выплевывал из себя макулатуру. Я взяла в руки охапку записок.
“Спишь?”
“Соскучилась?”
“Никак не могу забыть твои прекрасные глаза…”
— Слабак, — пробормотала я. — Даже цвет вспомнить не мог.
Во мне поднималась волна праведного возмущения, и я уже готовилась писать ноту протеста Леметре, как вдруг заметила среди писем предложение вернуться в королевство.
Выходит, писал не Аэлар. Автором всего этого безобразия был Ренар. Я окинула макулатуру цепким взглядом, прикидывая, мог ли один дракон настрочить столько записок.
Мог. Они ж выносливые, заразы… Готовы месяцами преследовать жертву.
А Аэлар, получается, уже пожаловался другу, что его отшили. Не зря тот перешел в фазу активного наступления.
Я затолкала бумагу обратно, в комнату, аккуратно вытянув из-под завалов академическую сумку. Викки за моим плечом присвистнула.
— Лили, что это? — спросила она. — Письма от поклонника?
— Письма от поклонника приходят раз в неделю. С букетом цветов и конфетами, — раздраженно ответила я. — А когда их сотни за одну ночь, это уже не поклонник, а преследователь.
Дракону повезло. Мое желание сворачивать шеи малость поутихло, как только я заметила на каждой записке небольшой рельефный узор драконьей империи. Такой нельзя было подделать.
В голове уже формировался план о том, как подзаработать. Я подтянула свой внушительный бюст, поправила пояс ученического платья. Жизнь снова была прекрасной. Даже с учетом того бардака, который устроил в моей спальне второй дракон.
Оливия успела лишь краем глаза увидеть хаос в моей спальне. В отличие от Викки, она свистеть не стала.
— Сумасшедший, — протянула она. — Тот самый?
— Нет, второй. Судьба предпочитает подкидывать мне неприятности не по одной, а сразу комплектом.
— Удавиться можно, — закатила глаза Викки. — Этот ненормальный всю ночь тебе написывал?
— Видимо, да.
— Неужели не догадался, что раз не отвечаешь, можно не стараться?
Я прикусила губу, тщетно пытаясь сдержать смех. Перед тем, как отправиться к Оливии, я открыла почтовую шкатулку в поисках записки от Викки. И ушла, толком ее не закрыв. Все это время дракон пребывал в уверенности, что я читаю его послания, но не отвечаю.
Уверена, где-то в этом ворохе есть записка с коротким и веским словом “стерва”. Пусть Ренар так и думает! Я вредное хладнокровное существо. Почти как эти напыщенные ящерицы, только плююсь не огнем, а подколками.
На лестнице нам встретилась компания второкурсниц. По привычке они попытались поддеть самое слабое звено, то есть Оливию:
— О, нищенка, — фыркнула высокая блондинка. — Куда спешишь, даровитая? Полы в столовой драить?
— Этим занимаются бытовички вроде тебя, — без раздумий парировала я, загораживая нахалке дорогу.
Обычно адептки меня игнорировали. Сказывалась дружба с взрывной Викки. Да и о моей семье в Академии мало кто знал, многие считали, что мне досталось внушительное наследство и связи.
Эти иллюзии помогали не стать изгоем вроде Оливии. Поэтому девушке я всегда сочувствовала. Просто не настолько, чтобы рисковать собой, защищая ее.
Но теперь у меня были деньги, была власть и гарант безопасности. Теперь я могла позволить себе некоторые вольности.
— Ты еще кто такая? — поморщилась блондинка. — Боги, а не ты ли увела драконов на балкон? Теперь ясно, почему сразу после этого один сбежал обратно, на родину…
— Завидовать нехорошо, — с благодушной улыбкой ответила я. — На меня драконы хотя бы обратили внимание. А у тебя… — Красноречивый взгляд на то место, где должна быть грудь. — Даже взгляду упасть некуда.
— Смотри, как бы платье на тебе не треснуло от такого самомнения!
— Что ты, душенька! Тут помимо самомнения есть еще ум, харизма и сила воли.
— Ах ты жирная…
— Триш, — вмешалась в нашу перепалку Викки, — следи за языком.
Блондинка вскинула брови. Она не ожидала, что главная противница Оливии вдруг встанет на ее сторону. Не думаю, что эта Триш даже подозревала, что пышка вроде меня примется оговариваться. Мне полагалось сесть в уголок и зарыдать.
Как и Оливии. Но блондинка медленно раскатывала на ладони темный шарик проклятия. Я видела в ее взгляде мрачную решимость.
— Истерички, — прошипела блондинка.
Она круто развернулась и направилась в противоположную сторону. Можно считать, наша компашка успешно выиграла первый бой. Осталось только доказать остальным адептам, что Оливия теперь наша и шпынять ее нельзя. М-да, мало мне драконов было!
NN
На нашу троицу все дружно косились. Особенно это не понравилось профессору Корвусу. Он пялился на Оливию без всякого стеснения, а по скулам ходили желваки.
— В чем дело? — прошипела Викки. — Все выглядят так, будто мы решили умертвие завести вместо болонки!
— Оливия похожа на умертвие, — меланхолично ответила я. — Бледненькая такая…
— Ну спасибо, — насупилась та. — Я вообще-то здесь. И никто не просил вас за мной присматривать!
— А мы и не ради этого здесь сидим, — заметила Викки.
— Именно, — подтвердила я. — Мы просто кругозор расширяем. Лично я провожу исследование, сколько раз у темного эльфа может дернуться глаз за минуту. Пока что абсолютный рекорд — три.
Оливия опустила взгляд на свои сложенные руки. Бедняжка побледнела еще сильнее, а между пальцев начал пробиваться дымок темной магии, выдающий крайнее напряжение хозяйки.
— Не беси его, — тихо попросила она. — Ты же знаешь, он все слышит.
— Конечно. — Я подперла щеку кулаком и с вызовом посмотрела на Корвуса. — Иначе зачем ему такие эхолокаторы? А мое мнение таково, девочки. Мужчина должен уметь позвать девушку на свидание. А все эти полунамеки и гляделки — детский сад для мальчиков.
Викки со знанием дела кивнула. Вообще-то я ни разу в жизни не была на нормальном свидании, но подруги мне поверили. Как известно, тренер не играет. Вот и я специализировалась на советах, а не на практике.
— А вот тебя если бы дракон пригласил? — язвительно спросила Оливия. — Пошла бы?
— Побежала, — серьезным тоном ответила я. — Правда, в другую сторону.
Метку он мне поставил, ящерица недобитая… Первый шок после откровений Леметры прошел, и я могла мыслить здраво. И что-то мне подсказывало, что с драконицей лучше не дружить.
Она дама хитрая, вредная… В общем, мой кумир. А я знаю, на что способны такие дамы. И мне не хотелось бы становиться у нее на пути, да вот только иначе никак.
Я уже не верила в поместье в Сером Пределе. Я даже сомневалась, что могу тратить ту сумму, которую мне дала Леметра в гостинице. Лучше не рисковать на случай, если попросят вернуть.
Корвус пошевелился. Это было большим событием. Почти час лекции мы сидели, старательно медитируя на кристаллы с темной энергией и пытаясь понять, как она была получена. Профессор нам не подсказывал и вообще не помогал. Только буравил взглядом Оливку, будто она ему денег должна, да изредка косо смотрел на меня.
Магистр темных искусств встал, разминая затекшие плечи. Он вытянул руку вперед и кристаллы схлопнулись, покрывшись изморозью блокирующего щита. Время на задание вышло.
— Давайте посмотрим, как вы справились, — сказал темный эльф. — Первой будет отвечать…
Я зевнула в ладошку. На своих парах магистр третировал только Оливию. До остальных очередь не доходила.
Раньше я была уверена, что эльф просто ненавидел магичку не из аристократической семьи. Сейчас подозревала, что Корвус к ней неровно дышит.
Но теперь магистр неровно дышал ко мне. Вон, как ноздри раздувались! И покраснел немного, словно в своих мечтах уже сворачивал мне шею.
— Адептка Равано, ваш ответ?..
— Смерть. Долгая и мучительная.
Магистр прищурился. Он хотел начать меня распекать и уже подманил кристалл к себе, чтобы перепроверить. Конечно, в темных искусствах я не разбиралась. У меня с трудом получалось сдавать ему зачеты.
Темные брови эльфа взлетели вверх. Потом сошлись к переносице. За их танцем можно было следить бесконечно долго, но пары имели свойство заканчиваться. У Корвуса оставалось совсем мало времени на издевательства.
— Как вы это определили? — требовательно спросил он.
Я приняла позу прилежной ученицы и принялась тарабанить признаки такой энергии из учебника:
— Консистенция темная, вязкая. Дымные щупальца появляются только…
— Равано, — перебил магистр. — Я прекрасно знаю, что вы неспособны снять мою иллюзию с кристалла и рассмотреть его истинную природу. Так как вы определили тип энергии?
Корвус вперил в меня свой взгляд. От этих черных безэмоциональных глаз становилось не по себе.
— Использовала бытовое заклинание каталогизирования, — ровным голосом ответила я. — В задании было сказано, что нужно опознать тип энергии. Не говорилось, каким именно способом это нужно сделать…
— И вы просто посмотрели магическую бирку из архива? — спросил магистр.
Я кивнула. У всей аудитории душа ушла в пятки. Никто еще не решался так открыто списывать на предмете Корвуса. Темный эльф медленно положил кристалл на кафедру. В моем листе с заданием появилась отметка “отлично”.
— Россо, назовите свой тип кристалла, — мрачно попросил Корвус, — и способ, которым вы это определили. Надеюсь, находчивостью у нас сегодня отличилась только адептка Лилиан, а остальные все же использовали ум.
Чем богаты, как говорится… Я снова подперла щеку рукой и вздохнула.
NN
После пар девочки отправились заниматься практикой, а я принялась за кое-что поинтереснее. За небольшую взятку экономка пустила меня в святая святых Академии — в столовскую кухню. А там было, где душе развернуться!
Мой план был продуман до мелочей. Я сделала шоколадный бисквит и очень много ганаша на взбитых сливках. Это все богатство было быстро перемешано в одну массу, из которых я вылепила крохотные пироженки.
Да-да, та самая картошка. В детстве она была моим любимым десертом. Сейчас я немного улучшила формулу, уменьшив размер пироженок и покрыв их шоколадной оболочкой.
Я упаковала свое богатство в аккуратные бумажные свертки, а после принялась лепить на них записки. Не сама, конечно, а с помощью бытовой магии. Я сидела на стульчике и попивала чаек, пока волшебство делало за меня всю работу.
Затем я позаимствовала у поваров большую тележку и вышла во двор Академии. В это время там гуляли парочки и прохлаждались старшекурсники. Преподаватели и, самое главное, ректор укатили по своим делам в город. За порядком следили только коменданты и экономка.
В общем, мне было, где разгуляться. Я неспеша установила крохотный столик, усилила его нужными заклинаниями и присела в тенек, разложив перед собой конвертики с крохотными пирожными.
Как только публика начала на меня с интересом поглядывать, в ход пошел баннер. Разумеется, его я тоже не стала лепить сама. Просто создала в воздухе нужное количество простейших бытовых “светлячков” и разместила их в форме ценника.
А над ним парила короткая, но очень громкая надпись “драконьи предсказания”. У меня подрагивали пальцы от предвкушения. Я не столько стремилась к наживе, сколько восторгалась своей идеей превратить драконью наглую лесть в звонкую монету.
— Что это? — требовательно спросила коменда женской общаги.
Я без лишних слов обвела рукой прилавок и взглядом предложила ей взять один конверт.
Суровая женщина с маленькими глазками и вечно недовольным лицом вчиталась в записку. Ее брови поползли вверх.
— Это драконье предсказание, — пояснила я. — Мне удалось добыть сотню записок настоящих драконов своим возлюбленным. Теперь вы можете почувствовать себя той самой. И узнать, что пророчит вам судьба. Чтобы предсказание сбылось, нужно съесть пирожное. Если внутри кремовая начинка, значит, вам попалась истинная правда о своей судьбе. А если нет…
Коменда с трепетом прижала записку к груди. Ее голос задрожал:
— А если нет?..
— Тогда можно купить еще одно предсказание, — с улыбкой ответила я. — Вы дважды почувствуете себя возлюбленной дракона. И узнаете, какие романтические слова правдивы для вас…
— Огонь твоих волос распаляет мое сердце, — прошептала коменда.
Решившись, она откусила кусочек пирожного. Оно было пустым. Женщина в расстроенных чувствах доела остатки, до последнего надеясь, что послание окажется истинным. Ее даже не смущало, что цвет ее волос в лучшем случае можно было сравнить со старинным серебром, а в худшем — с пылью.
Она сунула мне монетку и вытянула руку вперед, ожидая, что я сама подам ей следующий сверток. Я покачала головой.
— Нет-нет, — ответила я. — Вы должны выбрать свою судьбу сами. Иначе магия не сработает.
Коменда с благоговением взяла другой конверт. Отклеила драконью записку. Прочитала. Женщина одним укусом прикончила пироженку и даже не заметила. В каком-то странном ступоре она отошла от прилавка.
Я задалась вопросом, какие такие неприличные вещи мне писал дракон, что даже суровая коменда покраснела. Но меня быстро отвлекли новые покупательницы.
— Это фальшивка, — заявила старшекурсница, — откуда у какой-то первокурсницы записки драконов.
— Вот-вот, — поддержала ее подружка. — Никакие это не предсказания. И вообще, торговать на территории Академии…
— Проверьте сами, — перебила я. — Там на бумаге выбит герб драконьей империи. Магический.
Старшекурсница с сомнением поднесла к лицу сверток. А я как раз специально клеила записки так, чтобы был виден только герб, а не содержимое. Глаза адептки округлились. Она перешла на магическое зрение, обратно, снова проверила…
— Подлинник, — охнула она.
Мне в карман перекочевала еще пара монет. Старшекурсница прочитала и захихикала. Ее товарка густо покраснела и спрятала записку в лиф платья.
И это было лучшей рекламой, на которую я только могла надеяться. Вслед за ними к прилавку подходили другие одинокие адептки. Кто-то упросил парней купить сверток “просто попробовать пироженку”. Но парочки тоже быстро оценили горячие послания Ренара. Многим понравилось предсказание, и они удалились вглубь парка их осуществлять.
А я сидела за прилавком и заботливо принимала монеты, которые теперь текли ко мне рекой. Пироженки пользовались бешеным успехом. И никого не волновало, что ни в одном из них нет начинки.
За моей спиной послышалось деликатное покашливание. Я оглянулась и увидела Аэлара. Волосы дракона были собраны на затылке кожаным жгутом, дорожный костюм отлично сидел на мощной фигуре.
— Почему никто еще не сказал, что его предсказание сбудется? — хрипло спросил Аэлар.
— Потому что все слова драконов — ложь, — меланхолично ответила я и отвернулась.
NN
Аэлар не ушел и остался стоять за моим плечом. Его тень закрывала половину прилавка, да и девушки не так охотно раскупали драконьи записки рядом с живым образчиком мужественности. В общем, Аэлар портил мне всю малину.
— Никто не ожидает, что предсказание сбудется, — проворчала я. — Все просто хотят послушать, как красивый мужик обещает им небо, звезды и замок у моря.
— Но ведь они это не получат, — заметил Аэлар.
— Женский организм так устроен, — ответила я, — что мы способны получить удовольствие даже от несбыточных надежд. Небольшое, конечно. Но иногда это максимум того, что нам может предложить жизнь.
Подслушавшая меня девица тяжело вздохнула, мысленно соглашаясь с этим тезисом. Она побрела дальше по своим делам, но с очень унылым выражением лица. Я ей сочувствовала.
Но лучше сразу знать, что все эти мужские обещания — всего лишь сказки. Иначе придется жестоко разочароваться.
Вот я знала, что Аэлар склонен вставать на сторону маменьки и не раз усомнился бы в Оливии, стань она его истинной. На словах-то там тоже была любовь и светлое будущее. Но по факту Оливия из книги не видела от Аэлара должной поддержки и трижды попадала в серьезные передряги по его вине.
Нет уж, увольте. Я лучше одна, зато весело и с песней.
— Ты несправедлива, — мрачно произнес Аэлар. — И почему ты все еще не ответила Ренару?
Я повернулась к дракону. Должно быть, на моем лбу был написан ответ крупными буквами, потому что адепты шарахнулись в стороны. Но дракон намеков не понимал и читать по лицу не умел.
— Потому что я не собираюсь ему отвечать, — закатила глаза я. — А ты, кажется, опаздываешь в свою драконью империю по важным государственным делам.
— Да, — хрипло ответил дракон.
И не двинулся с места. Я начинала понимать, почему в королевстве процветает бюрократия, а ответа властей приходится ждать месяцами. Благородный лорд стоит и смотрит на какую-то адептку вместо того, чтобы заниматься действительно важными вещами. Разбирать прошения, например. Или подписывать указы.
— Я не поеду, — добавил Аэлар. — Без тебя не поеду.
— Со мной ты тоже не поедешь, — с вызовом ответила я.
— Это мы еще посмотрим.
Я демонстративно взяла с прилавка один сверток и развернула записку. Я прочитала ее. Вслух, чтобы дракон тоже услышал.
— Даже если мои чувства никогда не будут взаимны, я от них не откажусь. — Я отсалютовала дракону пироженкой. — В моем сердце всегда будет жить презрение ко всему вашему роду…
Я надкусила “картошку” и с изумлением осознала, что внутри был крем. По языку растекался шоколадный привкус. Дракон заметил мое выражение лица и криво усмехнулся.
— Это была правда, — сухо произнес Аэлар. — Так оно и есть. Так оно и будет. Так оно и должно быть.
Он круто развернулся и покинул дворик Академии, оставив меня за прилавком. Я хлопала ресницами и пыталась понять, как такое могло произойти. Я ведь никуда не клала начинку…
Но вкус крема не мог обмануть. И рецепт был знакомым. Такое не подделать.
Вытерев пальцы, я еще раз посмотрела на записку. Она не была высокопарной, как любовные послания Ренара. Слова звучали сухо, даже небрежно. Они были написаны твердой мужской рукой, но как-то очень отрывисто и угловато, будто их автор спешил.
Или находился в смешанных чувствах. В таких, которые сложно сразу разобрать, и не понимаешь, хочешь ли расцеловать человека или прибить. Это была записка Аэлара.
Из сотен конвертов мне попался именно этот. Брошенный сюда вскользь, почти случайно, он круто изменил мою судьбу. Я видела это по глазам Аэлара: дракон верил в Судьбу.
И если с утра он, быть может, хотел покинуть город и уступить меня Ренару, то теперь планы поменялись.
Я прикрыла рот рукой, осознавая, что нечаянно объявила войну. Теперь дракон не сдвинется с места, пока не получит мое сердце в свое безраздельное владение.
Другие адептки наверняка увидели бы в его настойчивость какую-то романтику, но я знала, что такое драконье упорство. Мне много раз доводилось читать о нем в книгах. И ничего хорошего оно не предвещало.
— Лили! — окликнули меня со стороны Академии.
На пороге появилась взволнованная Викки.
— Лили, Оливию похитили! — истошно закричала она.
Не раздумывая, я бросилась к подруге.
— Кто?! — воскликнула я. — Ладно, глупый вопрос. Когда?!
— Мы были в библиотеке, а потом к ней вдруг потянулись тени и Оливия исчезла.
— Ты уже была в преподавательском домике?
— Что? — Викки округлилась глаза. — Адепты не могут вот так просто…
— Я все могу, — отрезала я. — Бежим. А если Корвус вздумает сопротивляться, я ректора призову!
Викки открыла рот от удивления, да так и закрыла. Она была хорошо знакома с этой взбалмошной и деятельной версией меня. Хотя на ее лице читалось сомнение, подруга безропотно последовала за мной.
Дракон был позабыт, как и мой прилавок. Хотя за монетами я все-таки вернулась: золото всегда пригодится. В моей голове уже зрел план страшной, просто чудовищной мести за бедную Оливку!
Попаданки своих не бросают. Да и вообще, я не привыкла оставлять людей в беде. Викки тоже пылала праведным гневом. Она только-только начала общаться с Оливией и уже прикипела к ней всей душой.
Оказывается, у девушек было гораздо больше общего, чем они думали. Викки заставили поступить на боевой факультет по прихоти отца, а Оливия семь лет обучалась игре на ненавистной арфе, чтобы удовлетворить амбиции своей матери.
Одна мечтала жить на ферме у побережья, вторая грезила о переезде в большой город у моря, где легко было бы затеряться.
В общем-то, в их компании я почти что была третьей лишней. Это немного задевало мое самолюбие, но я радовалась, что эти двое нашли друг друга.
— Думаешь, он забрал ее в свой дом? — спросила Викки.
— Не знаю. Но телепорты на большие расстояния стоят баснословных денег, их умеют делать только драконы. Значит, Оливия где-то поблизости.
— Это теневая магия, — покачала головой Викки. — Я даже не знала, что темные эльфы способные использовать ее так.
Она сделала ударение на последнем слове и поежилось. То, что Викки увидела в библиотеке, мало вписывалось в ее представления о нормальном. А она десять лет обучалась у другого темного эльфа и неплохо разбиралась в разных магических плетениях.
Я прикусила губу. А что, если Корвус украл Оливию в свое королевство? Говорят, темные эльфы жили в пещерах под землей, и забраться на их территорию было еще тяжелее, чем выбить приглашение к драконам.
— Как думаешь, ректор сможет нам помочь? — спросила я. — Если все будет действительно плохо…
— Вряд ли, — мрачно ответила Викки.
Я была уже готова обратиться к драконьей семейке, как вдруг в моей голове вспыхнула разумная мысль. Корвус мог скрыться в своем королевстве… но Оливия! Людей темные эльфы пускали только в приграничные торговые города, доступные для всех рас. Вход в пещерное королевство, где жила аристократия, тщательно охранялся.
Выходит, Корвусу придется дождаться разрешения для Оливии, прежде чем переносить ее туда. Значит, он мог все еще находиться на территории Академии.
Мы с Викки почти что бежали к домикам преподавателей. Мне были печально известны эти места, поэтому я быстро сориентировалась. К тому же, особняк темного эльфа буквально кричал о том, что в нем живет злодей.
Черная черепица, витые решетки на окнах, засохшие кусты роз вокруг крыльца… Что тут сказать? Атмосферное местечко. Все говорило о том, что обитатель этого дома пользуется темной магией и ночами ворует девственниц.
Вот только почему он украл Оливию среди бела дня? Ответ, конечно, крылся за дверью. Я решительно постучалась и прислушалась к мрачной тишине особняка.
— Оливия! — крикнула Викки.
Ни звука. Похоже, здесь уже никого не было.
— Мы опоздали, — сокрушенно сказала подруга.
Я кивнула и достала из волос шпильки. Может, мы и опоздали, но это не значит, что я не смогу зайти в логово злодея и поискать подсказки, куда он мог деться…
— Лили! — возмутилась подруга.
— Лиля, Лиля… Двадцать пять лет уже как Лиля. Спасать-то нашу Оливку надо!
Я продолжила пыхтеть над замком. Со стороны можно было увидеть домушницу со стажем, но просто в родном мире у меня вечно заедал ключ от комнаты в общаге, а каждый раз ждать коменду не хотелось. В итоге я приловчилась профессионально вскрывать замки.
— Дракон идет, — трагичным шепотом сообщила Викки. — Нас сейчас…
Без лишних слов я втянула ее в дом и аккуратно прикрыла дверь. Викки зажала рот руками, чтобы не взвизгнуть от ужаса. Она была боевым магом, но при этом нежной аристократкой. Незаконная деятельность ее пугала.
Я выглянула из-за шторки. Дракон уверенным шагом прошел к тому дому, который они занимали с братом. На пороге он оглянулся, будто кого-то искал. На секунду его взгляд задержался на моем окне.
Я затаила дыхание. Он не мог меня видеть, просто не мог. Но Аэлар смотрел так, будто точно знал, где я нахожусь и чем занимаюсь. Он склонил голову, будто над чем-то раздумывал.
Дракон резко распахнул дверь и вошел. В свой домик. А я наконец смогла выдохнуть. Опасность быть рассекреченными миновала. Схватив подругу за руку, я потащила ее к спальне.
К счастью, все преподавательские домики строились по одному макету, поэтому найти нужную комнату мне не составило труда. Увидев, куда я ее затащила, Викки пропищала:
— Да я у двери подожду…
— Дорогая, из нас двоих только ты можешь обнаружить ловушки и сигналки, — фыркнула я.
Викки согласилась. Ее руки подрагивали от волнения, когда она сканировала комнату. Закончив, подруга сообщила:
— Все чисто.
Я недоверчиво хмыкнула. Корвус не из тех людей, кто спокойно спит по ночам без сотни охранок. У него были враги везде, даже в Академии. Еще и темный эльф! А они славились своей недоверчивостью.
Будь я злодеем…
Я бы оборудовала другую комнату под спальню. Чтобы из десятка типовых преподавательских домиков мой все-таки отличался.
— Что будем делать? — нетерпеливо спросила Викки. — Искать билеты на телепорт?
— Он бы их тут не оставил.
— А что тогда?
— Подожди, я думаю… — Я почесала переносицу. — Корвус точно заходил в этот домик. Значит, что-то тут есть. Какие-то личные вещи. Но в спальне он не спал.
— С чего ты решила?
Я демонстративно подошла к кровати и тряхнула нижний край покрывала. Из него вылетело облачко пыли. Я вернула покрывало на место, надеясь, что чистый угол будет не слишком заметен.
— Как ты поняла? — спросила Викки.
— По запаху. Тут пахнет так, будто Корвус никогда не проветривал комнату. А этот столичный хлыщ слишком заботится о своей внешности, чтобы жить в подобном месте.
— Если он спит не здесь, то где?
— Предполагаю, что в своем кабинете декана, — вздохнула я. — Туда нам не забраться при всем желании. Помимо охранных чар Академии там наверняка висят ловушки Корвуса.
Я прошлась туда-сюда и выглянула в коридор. Нет, Корвус точно сюда приходит. Зачем? Хранит тут вещи? Спит? Варит яды для молоденьких адепток?
И, что куда важнее, как понять, куда он приходит?
— Викки, — прошептала я, — а у тебя есть в кармане какой-нибудь мусор?
Подруга нахмурилась, словно я ее в чем-то обвинила, а потом догадалась, зачем мне это. Темноэльфийский хлыщ слишком заботился о своем образе. Он просто не смог бы жить в такой грязи. Однако коридор во всех местах выглядел одинаково пусто и неухожено.
Должно быть, Корвус поддерживал необходимый уровень пыли заклинанием, но наверняка где-то здесь работали бытовые чары для уборки. Накладывать их на весь особняк он не стал, чтобы не следить магией. Это мы уже поняли по кровати.
Но там, где темный эльф часто бывал, бытовые заклинания проводили уборку. Просто мы пока не обнаружили это место…
Викки достала из кармана скомканную бумагу и оторвала клочок. Она бросила его в левую часть коридора. Мусор даже не долетел до пола, но был торопливо уничтожен заклинанием.
Для проверки мы кинули второй клочок бумаги вправо. Он спокойно лег на пыльный ковер.
— Выходит, налево, — сказала Викки.
— Да. Сейчас мы узнаем, что прячет наш дорогой магистр в своем шкафу…
Оскар Уайльд
Мы продолжали идти по следам работающего бытового заклинания. Меня успокаивало, что Корвус его не дезактивировал. Значит, темный эльф находился где-то поблизости. Или, быть может, планировал вернуться.
Викки тронула меня за руку, останавливаясь у двери. Она ничем не отличалась от остальных, разве что вела в какую-то каморку или кладовую, если судить по расположению комнат.
— На ней щит, — сообщила подруга. — Замаскированный.
— Можешь снять?
— Лили, я всего лишь первокурсница! А это заклинание уровня магистра, — насупилась она. — Могу ненадолго дезактивировать, не затронув при этом сигналки.
— На минуту? — с надеждой спросила я.
— Секунд на пять.
Мы посмотрели на дверь и синхронно вздохнули. С одной стороны, не было ничего плохого в том, что Корвус примчится сюда разбираться с воришками. Тогда он ненадолго оставит Оливию, и у той появится шанс сбежать.
С другой стороны, мы не могли так рисковать. Мало ли? Вдруг Корвус похитил ее для темного ритуала, а снятие сигналки заставит его поскорее принести Оливку в жертву.
— Мутный тип, — мрачно произнесла я. — Как подумаю, что он там делает с Оливией, так сразу мороз по коже!
— Этих секунд не хватит, чтобы войти, — отрезала Викки. — Да даже если успеем заскочить в комнату, там может быть еще больше охранок… Нет, Лили, тут мы бессильны. Надо сообщить ректору.
— Никто не станет спасать Оливию. Она не из благородных, пусть и даровитая, — покачала головой я. — Все в Академии встанут на сторону Корвуса. Хотя я могла бы…
Я прикусила губу. Я могла бы проиграть свекрови, согласившись на свидание с Аэларом. Дракон бы достал для меня Оливию даже из королевства темных эльфов. Чего только не сделаешь, когда кровь приливает не к голове, а к головке, верно?
— Снимай, — решительно скомандовала я. — Есть идея.
Викки прочитала заклинание и сделала несколько сложных пассов руками. Я наконец увидела серебристую паутинку охранки. Заклинание на двери замерцало, постепенно затухая.
Действовать нужно было быстро, поэтому я просто пинком открыла дверь. Викки охнула от изумление и едва не отпустила заклинание. Она справилась с собой, так что у меня была возможность отдернуть руку и встать подальше, рассматривая открывшееся нам пространство комнаты.
А посмотреть было на что. В кладовке темный эльф обустроил целый алтарь. Здесь были десятки рисунков Оливии: как она спит, как сидит в аудитории, как ест в столовой. Эльф даже смог запечатлеть, как изможденная долгой тренировкой Оливия утирает пот со лба.
Здесь он хранил и некоторые вещи. Среди них был грязный платок, пара перчаток, форменная блузка и несколько потерянных лент для волос и резинок. Коллекцию завершал отрезанный локон светлых волос.
Все это смотрелось дико и мрачновато даже для магистра Корвуса. У меня по спине побежали мурашки от увиденного. Викки и вовсе позеленела и сползла по стеночке.
— Он ее преследует, — прошептала она.
— Как Оливия и предполагала, — согласилась я. — Но на балу ей никто не поверил. Видимо, именно тогда он срезал локон ее волос.
— Он ее убьет? — Голос Викки был едва слышен.
У меня самой сердце билось как сумасшедшее, заглушая все звуки вокруг. Я еще раз посмотрела на рисунки. На каждом портрете Оливия казалась безмятежной, занятой чем-то другим.
Среди них я заметила парочку, на которых девушка выглядит взволнованной. Похоже, с развитием магического мастерства Оливия научилась отслеживать Корвуса.
Я понимала, что магистру не нравилось ее пугать, ведь портреты с тревогой в девичьих глазах он вешал куда подальше, будто стыдился. Корвус словно не хотел этого, но ничего не мог поделать.
Хотел ли он навредить? Вряд ли. Хотел ли обладать? До боли, до помешательства? Определенно.
— Она жива, — ответила я. Мой голос предательски дрогнул. — Но нам лучше поторопиться.
NN
— Лили, это плохая идея, — сообщила подруга.
В целом, я и так это знала. Но Оливию надо было вытащить из лап Корвуса любой ценой, пока он окончательно не свихнулся. В том, что у темного эльфа не все дома, сомневаться не приходилось.
Я знала только одно место в городе, куда можно притащить перепуганную адептку, не получив ворох вопросов и подозрений. Это была гостиница “Золотое перо”, та самая, в которой останавливалась свекровь.
В книге говорилось, что сюда наведывалась и мафия, и испорченная аристократия, и именитые гости города. Владельцы заведения ценили своих клиентов, а прислуга была хорошо вышколена и не задавала вопросов.
В частности поэтому Леметре удавалось кошмарить Оливию. Я знала, что свекровь организовала похищение и заперла героиню в винном погребе, где никто не услышит ее криков.
Закрадывались подозрения, что Оливия все еще оставалась в сюжете. И раз уж драконы на нее не напали, то пугать бедняжку будет Корвус. Вот только по сюжету Оливии полагался один защитник и один злодей.
А что делать, если твой защитник и есть злодей?
Да-да, темный эльф стал и героем ее любовного романа, и главным антагонистом. А все потому, что свекровь я нейтрализовала, а Викки сама сдружилась со своей соперницей.
— Неловко вышло, — пробормотала я.
— Ты о чем?
Викки подняла взгляд на меня. Она не знала ни о книге, ни о сюжете, и могла только догадываться, каким образом мне стало понятно, где держат Оливию. Уверена, потом подруга устроит мне допрос с пристрастием. Но пока мы были заняты спасением третьей…
— С магистром, — соврала я. — Неловко, что он так увлекся на адептке.
— Да он помешанный! — воскликнула Викки. — Его казнить надо!
Эх, читала бы она те романы, которые пылились у меня на полке… Ее бы сильно удивила фантазия современного человека. Я все эти похождения Корвуса воспринимала снисходительно, почти нейтрально.
А что поделать? Судьба сама определила меня на роль злодейки. Волей-неволей учишься проникаться к “плохим” персонажам.
— Он влюблен, — пожала плечами я. — Это его не оправдывает, конечно… Но мы пока не знаем, что он сделал с Оливией и почему.
— На что ты намекаешь?
— Может, магистр ей понравится…
Я развела руками и достала шпильки. В мыслях всплыла та записка от Аэлара. Дракон тоже не собирался сдаваться. Он хотел идти до конца, вопреки всему. И даже мои отказы он пропустил мимо ушей.
Я не знала, должно ли это мне польстить или все же выбесить. У меня не было серьезных чувств к Аэлару, только желание слегка позаигрывать с драконьим эго и здоровые опасения, чем это может мне грозить.
— Постой на стреме, — скомандовала я. — Попробую открыть.
— Говоришь как заправская воровка, — фыркнула Викки.
— А ты моя подельница.
— Знаю.
— Хочешь уйти? — спросила я. Мне не удалось скрыть волнение в голосе.
— Вот уж нет. Как я вас двоих оставлю? Вы, неудачницы, наверняка еще во что-нибудь вляпаетесь по дороге в Академию…
Викки принялась бурчать о безалаберных адептках, пока я слушала щелчки в замке. Наконец механизм поддался. Я распахнула дверь и почувствовала запах сырости. Внизу стояли бесчисленные ящики с продуктами.
Вообще-то все двери “Золотого пера” тщательно охранялись, но кухня стояла отдельно от здания. С гостиницей ее соединял подземный коридор для слуг, к которому прилегал тот самый винный погреб.
Только работники “Золотого пера” знали об этом тоннеле. Он держался в секрете от всех, даже от гостей. Но у меня было преимущество — я уже читала этот роман и знала, чем все кончится, пусть в памяти и не сохранились все детали.
Я начала спускаться первой, держа в ладони простейший огонек бытового заклинания. Викки следовала за мной.
— А если ее там нет? — спросила она.
— Значит, возьмем по бутылке вина и по сочной скумбрии, а потом продолжим поиски.
Я ободряюще улыбнулась, пытаясь скрыть серьезность ситуации за неумелыми шутками. Я не знала, что мы будем делать, когда встретим Корвуса. И понятия не имела, здесь ли Оливия. Что будет, если сюжет все-таки изменился?
Но эти опасения озвучивать нельзя. Хоть кто-то в нашей компании должен быть уверен в победе, иначе Викки точно потеряет боевой настрой.
Фаина Раневская
Оказалось, в тоннеле под кухней было больше двух дверей. Кроме того, сам тоннель разветвлялся и шел в разные стороны. Мне показалось, что я слышала крик.
Викки с тревогой поднесла светлячок к выщербленной каменной стене. Левый рукав коридора уходил куда-то в пустоту. Оттуда тянуло холодом.
— И это — под гостиницей?! — возмутилась она. — У меня родители в “Золотом пере” останавливаются.
— Пусть напишут жалобу на слишком мрачные подземелья, — пошутила я. — Может, хозяин замурует эти катакомбы…
Дурная слава гостиницы снова воскресла в моей памяти. Там, где богачи не знают отказа, всегда начинается беспредел. А в книге обо многом не упоминали. Например, об этом втором коридоре.
И о криках. И о темных эльфах, приследующих попаданок. И о том, что драконья истинность — всего лишь красивый миф.
— Лилиан, — с тревогой произнесла Викки, — надо торопиться.
— Хорошо, — кивнула я. — Ты иди направо, я налево. Если не увидишь ничего, кроме вина и палок колбасы, хватай то, что вкуснее, и беги к выходу.
— А ты?
— А я пойду налево, — ответила я. — И буду действовать по тому же принципу. Надеюсь, у них в закромах лежит сыр с плесенью.
Викки сжала мою руку, будто прощаясь, и двинулась направо. Она остановилась, когда свет от ее заклинания выхватил из тьмы первую дверь. Та выглядела скучно, даже обычно. Подруга обернулась ко мне.
— Давай вместе, — решительно предложила она.
— Нет. Ты права, нам надо поторапливаться.
Викки сделала еще один шаг в темноту, а я все никак не могла заставить себя сдвинуться с места. Это был уже не тот веселый любовный роман, в котором я рассчитывала обосноваться.
— И еще, Викки, — окликнула я.
Подруга обернулась и с надеждой посмотрела на меня. Я видела, как ей не хочется, чтобы мы попали в переплет. Сейчас мы должны были сидеть в библиотеке и готовиться к зачету.
А Корвуса приличные адептки боялись из-за его требовательности на экзаменах, а не из-за стремных алтарей рядом с его спальней. Я знала, что Викки хочет вернуться к спокойной жизни.
— Я хотела сводить тебя в какую-нибудь таверну, — со смешком призналась я. — У меня получилось подзаработать, поэтому я планировала угостить вас с Оливией чем-нибудь вкусным. Поблагодарить тебя. За доброту.
— Ну… Мы в лучшем ресторане города, — рассмеялась Викки. Казалось, наши улыбки разгоняли тьму вокруг. — Поэтому укради для меня самый лучший сыр, а я добуду нам сухое белое…
— Великолепный план, — фыркнула я.
Мы разошлись. Мои шаги скрадывал слой пыли на каменном полу. Бытовое заклинание барахлило и плевалось искрами, хотя раньше светлячки давались мне легко.
На душе все еще царило странное умиротворение. Я знала, что коридор Викки вел к гостинице. Там был тот самый винный погреб, где держали Оливию в романе.
А вот то место, к которому приближалась я, в сюжете не описывалось. Но мне не хотелось втягивать в это подруг. В конце концов, я сама все переломала в сюжете ради денег свекровища. А потом не поверила в серьезность угрозы Корвуса. Это все был мой огромный просчет.
Пришло время искупить свою вину перед Оливкой.
Я вдохнула холодный затхлый воздух и протянула руку со светлячком вперед. Магия выхватила из тьмы странный сундук. Где-то неподалеку что-то блеснуло. Должно быть, замочная скважина в двери.
Мои ноги теперь опутывал странный туман. В подземелье было влажно и как-то слишком мрачно. Бытовая магия обычно легко справлялась с темнотой, но здесь чувствовалось присутствие чего-то иного.
Вытянув руку вперед, я произнесла короткое заклинание поиска. Ничего не откликнулось. В этой комнате кроме меня не было ни души.
Двигаясь к двери, я отправила еще одно заклинание. Оно было простеньким, бытовым. А, как известно, серьезные маги презирали такую магию. Поэтому от нее не существовало ни щитов, ни охранок.
Туман взметнулся по полу, потревоженный моей магией. На каменных плитах подсветились следы, и заклинание уборки принялось вычищать тропку там, где недавно кто-то прошел. Я сузила радиус до минимума, чтобы успевать отследить контуры чьих-то ботинок на полу.
Меня настолько охватил азарт, что я без раздумий толкнула вперед окованную железом дверь. И нос к носу столкнулась с Корвусом.
Нет, я хотела его найти. Я рассчитывала, что рано или поздно мы встретимся. Но его появление оказалось настолько неожиданным, что я с трудом подавила вскрик.
Темный эльф выглядел неважно. Под глазами пролегали темные круги, у подбородка виднелась сеточка темной магии. Ее мрак пульсировал под бледной кожей мужчины, будто пытался выбраться наружу.
Все знали, что темные искусства требуют жертв. Эта магия нашептывала владельцам на ухо разные желания, и порой они срывались… К чему это приводило, говорилось в уголовной хронике. Поэтому темными становились самые спокойные и тихие. Остальные просто не доживали до выпуска…
Иногда их уничтожали свои же, чтобы не позволять сплетням о безумии разрушать их репутацию. Кланы темных славились своей жестокостью и иерархичностью.
Когда я увидела Корвуса и его горящий темный взгляд, я поняла, что он на грани. Все к этому вело. Увлечение Оливией буквально убивало его.
Я потянулась, чтобы призвать ректора, и с ужасом осознала, что моя магия больше не работает. Бытовой крохотный светлячок продолжал искрить и бороться за жизнь.
Так вот почему от левого коридора веяло чем-то странным и зловещим. В нем не было темно. В нем царила живая неприкрытая магия Корвуса.
— Магистр, — воскликнула я. — Вас-то мне и надо! Ректор вызывает к себе…
— Да ну? — усмехнулся Корвус. — Лилиан, ты почти хороша в своей лжи. Но трехсотлетнего темного так просто не обмануть. Надо было придумать план получше, прежде чем идти сюда.
— Ага, — кивнула я. — Просто времени не нашлось.
— Странно. Обычно ты такая… находчивая.
В каждом слове магистра чувствовалась издевка. Эльф был язвительным, но почему-то не собирался меня убивать. Не похоже на безумие темных.
Я вгляделась в его лицо в поисках подсказки. Острое ухо эльфа дернулось. Он растянул губы в улыбке, обнажая клыки.
— Интерес-сно? — прошипел он.
Я отвела взгляд. Не стоило лишний раз раздражать магистра, который и так на грани. Тем более, этот магистр через неделю будет принимать у меня зачет. По иллюзиям.
Не то чтобы я надеялась на автомат, конечно…
— Мы просто волнуемся, — тихо сказала я.
— Кто это, мы? — зло произнес Корвус. — Ты и твой дракон?
— Он не мой, — машинально поправила я.
— Конечно! — Теперь в голосе темного эльфа звучала настоящая ярость. — Вечно драконы вынюхивают… Крадут… Мое…
Магистр ударил кулаком по стене, и кирпичная кладка посыпалась к его ногам. Лицо эльфа исказилось от злости, а тени вокруг меня стали тяжелее, плотнее. Я побелела от ужаса, но продолжила стоять на месте и подпитывать крохотный светлячок, последний оплот моей надежды.
— К черту драконов, — решительно сказала я. — Ненавижу их! Бесят. Надеюсь, к концу недели я их обанкрочу.
Корвус вскинул голову. На миг его лицо стало прежним, даже сеточка тьмы, идущая от шеи, исчезла.
— Не врешь?
Я кивнула и в подтверждение стукнула по зубу, мол, клянусь вставной челюстью своей пробабушки, никаких драконов.
— Они собираются забрать Оливию, — мрачно сообщил Корвус. — Ты их сообщница? Впрочем, какую бы сумму они тебе не предложили, я дам вдвое больше.
— Про Оливию разговоров не было, — призналась я. — Мы заключили пари с Леметрой, что я не соглашусь на свидание с ее сыном, а она мне дом.
От упоминания ненавистного имени темный эльф поморщился. Он схватился за сердце, и я заметила внушительные теневые когти на его пальцах. Бедная Оливия! Надеюсь, она еще не успела оценить монструозность нашего магистра.
Я лихорадочно соображала, как помочь подруге сбежать. Понятное дело, ее местонахождение эльф мне не скажет. Оставалось лишь убедить его, что Оливии нужна компаньонка. Он перенесет меня к подруге, а там…
Что-нибудь да придумаю. Драконов же обвести вокруг пальца получилось!
— Я не могу… — простонал Корвус. — Я знаю, драконы попытаются ее украсть. Редкий дар, крас-сивая…
Из его рта вырвался змеиный раздвоенный язык. Проделки тени. Казалось, магия потихоньку овладевает им, и тьма прорывается из резерва наружу.
— Я отвлеку дракона, — неожиданно выпалила я. — И свекровь… А вы отпустите Оливию.
— С чего вдруг мне тебе верить? — рыкнул магистр. На его лице отразилось раздражение, вымещая безумие. — Ты всего лишь адептка со скучным бытовым даром. И до красотки тебе далеко…
Он неожиданно умолк. Его глаза слегка расширились, будто Корвус не собирался говорить последнее и сейчас пожалел.
— На вкус и цвет все драконы разные, — зло прошипела я и шагнула к нему ближе. Тени отшатнулись от нас. — Спорим, я смогу отвлечь Аэлара на весь вечер, и вернусь в Академию с кольцом на пальце?
— Это невозможно, — отрезал эльф, но в его голосе уже не было прежней самоуверенности.
— Тогда ты ничего не теряешь. Проиграю, Оливия останется у тебя. Я даже помогу скрыть ее исчезновение. Никто тебя не заподозрит. — Я заскрипела зубами. Ставка, которую я предложила, была чересчур высока. — А если выиграю, ты больше не тронешь Оливию и вернешь ее в Академию. И никаких подглядываний, никакой слежки. Больше ее не тронешь ни ты, ни твоя тень. Уговор?
Эльф пожал мне руку. Часть теней переползла с его кожи на мою, холодными щупальцами обвив кисть.
— Уговор.
NN
— Драконов пока что нет, — сказала я. Мой голос предательски дрогнул. — Можешь пока что позволить Оливии уйти.
— Думаешь, я тебе поверю? — оскалился эльф. — Они только того и ждут, чтобы…
Он осекся и по-новому посмотрел на меня. Тени вокруг нас подобрались, готовясь к броску. Я знала, что следующий вопрос эльфа потребует взвешенного ответа. На кону была не только моя жизнь, но и судьба Оливии.
— А как ты меня нашла? — с подозрением спросил Корвус.
Его глаза полностью затопила тьма. Вопреки ожиданиям, от эльфа больше не веяло безумием. Он настолько разозлился, что вновь взял темную магию под контроль. У теней не получалось вырваться и уговорить своего хозяина устроить резню или что похуже.
— Мне сказала книжная богиня, которой я поклоняюсь, — выпалила я на одном дыхании. — Ей известны все романы, в том числе и ваш.
Пальцы Корвуса сомкнулись на моей шее. Он швырнул меня к стене, за что получил пинок.
У людей часто складывалось впечатление, будто я не умею драться. Так вот, они очень ошибались. Мое хроническое заболевание мешало худеть, но не мешало тренировать и бить грушу. Кое-что о самообороне я знала еще в своем, родном мире. Иначе не справилась бы так легко с драконом.
А эльф… Он был слабее Аэлара и меньше всего ожидал, что пухлая розовощекая адептка пропишет ему двоечку.
Корвус отшатнулся, держась за пострадавшую челюсть. У него не с первого раза получилось сфокусировать взгляд.
— Хочешь, сюжет расскажу? — прошипела я.
— Таких богов не существует, — огрызнулся эльф. — И о каком романе речь?
— О том, в котором Оливия становится истинной дракона. Хочешь знать, почему на ней все еще нет брачных браслетов?
Корвус окаменел. Его яростный взгляд пытался прожечь во мне дырку. Зря старался, ведь броня моей самоуверенности, слабоумия и отваги была прочнее любых доспехов.
— Потому что я украла у нее дракона, — призналась я. — Деньги нужны были. И теперь дракон преследует меня, хотя должен был перекинуть Оливию через плечо и утащить в свой замок.
Я вскинула руки, призывая магистра к молчанию. Это не помешало его теням обвить меня, темными кольцами сжимая все тело. Я утопала во тьме, но стойко продолжила:
— Однако у меня есть еще одна радостная весть: Леметра возненавидит Оливию. Так что нашей общей знакомой так и так в ближайшее время не попасть в драконью Империю. Я знала о подвале, потому что в прошлый раз ее притащила сюда свекровь, чтобы Аэлар не обручился с нищенкой.
— Это не может быть правдой, — хрипло проговорил Корвус. — Книжная богиня? Неужели ты утверждаешь, что это все — роман.
— Именно, — безжалостно добила я. — И я его читала. Мне не понравилось. Но деньги свекрови я все равно взяла, потому что мир-то хороший, а вот дракон…
— Ты и правда ненавидишь драконов, — усмехнулся магистр. — Как и я… Удивительно, адептка. Я был о вас худшего мнения.
— Не спешите очаровываться, магистр. Я вам еще испорчу настроение, выиграв пари.
Тени наконец расползлись по углам, где им и место. Светлячок бытового заклинания горел ровно и ярко, как ему положено. Это обманчивое спокойствие магистра вызывало у меня озноб.
В темных глазах эльфа невозможно было ничего прочитать. Он стоял напротив, точно красивая статуя, буравя меня взглядом и ни единым жестом или вздохом не выдавая своего истинного отношения к нашей ситуации.
— Теперь-то вы мне верите? — нахмурилась я. — Клянусь, драконам не забрать Оливию. Сюжет не позволит. Но, похоже, с ней должно случиться все то, что было в книге.
— Что?
Тон темного эльфа изменился. Голос прозвучал угрожающе. Видимо, ему все-таки не нравилось, когда объекту его странного темного обожания что-то угрожало.
— Отпустите ее, — потребовала я. — А я помогу ее защитить. И, разумеется, пари в силе. Как только я устраню дракона…
— Влюбив его в себя, — хмыкнул эльф.
— … Оливия будет свободна от любого вашего преследования, — закончила я. — Просто… Не пугайте ее. Бедняжка и так натерпелась.
Тени испарились. В комнате стало легче дышать, пропал этот тяжелый могильный запах. Корвус сложил руки на груди, и я заметила, что теневые когти на пальцах никуда не делись.
— Ты меня заинтересовала, — хрипло произнес он.
NN
Никогда бы в жизни не подумала, что буду бегать за мужчиной. Но как только Оливия и Викки сели в наемный экипаж, я помчалась к дракону.
Подруги не подозревали, что мне пришлось продать душу дьяволу ради спасения одной из них и защиты второй. Они думали, что Оливия просто сидела в подземелье одна. А тут на нее набрела я.
И никаких защитных чар, никаких стражей… Корвус думал, что тоннель под гостиницей никому не придет в голову осматривать. Где находился магистр, мы тоже не знали.
Точнее, из нас троих только я знала, что за похищением стоял Корвус. Оливия видела в своей камере лишь тени. Они ластились к ней, точно опасные хищники, и ни на секунду не покидали. А потом вдруг разом пропали.
Оливия думала, что Корвус просто чем-то занят, поэтому нам удалось улизнуть. Викки верила, что магистр все-таки одумался.
Но время утекало сквозь пальцы… Корвусу стоило огромных усилий отпустить девушку на волю. Я знала, что если в ближайшее время он не убедится, что драконы ему не угрожают, то дело будет плохо.
Тени сведут магистра с ума. Оливия пострадает. А потом пострадает королевство темных эльфов, потому что мы за подругу отомстим!
— Книжная богиня, — пробормотала я, — дорогая Эветта… Пожалуйста, дай мне сил и наглости!
Я величественно продефилировала по мэрии, будто ходила туда каждый день. Чиновники настолько опешили, что даже не сделали попытки задержать меня.
В здании стало душно. Я расстегнула пару пуговок на форменном платье и поправила грудь. Хотелось пироженку, а лучше две. Или рыбки. Солененькой! В общем-то, во мне говорила дурная привычка всех девушек заедать стресс.
И честно, после такого стоило себя побаловать!
Мое лицо раскраснелось от бесконечного подъема по ступенькам. В мэрии было душно и подозрительно тихо. А дракон, как назло, обосновался на самом верхнем этаже, рядом градоначальником и прочими большими шишками.
На двери красовалась красивая золотая табличка “Посольство” без других опознавательных знаков. Чье посольство? Зачем оно здесь?..
Обычно иностранцам выделяли здание где-нибудь недалеко от центра. Но никак не рядом с мэром!
Я вежливо постучалась и подождала ответа. В кабинете было тихо. Странно, мне сказали, что дракон находится именно там.
Я огляделась по сторонам, но не нашла никого, кроме фикуса. Даже секретарь остался на предыдущем этаже. И не у кого спросить, ходило ли здесь его драконейшество или все еще бегает за юбками вместо того, чтобы работать.
Наверное, он ушел. На обед. Хотя Корвус заверял, что я найду Аэлара именно в этом здании. У темных эльфов работала какая-то особая чуйка на врагов.
Пришлось постучать еще раз. Никакого ответа. Тогда я воровато огляделась и опустилась на колени, чтобы посмотреть в замочную скважину. Оставалось лишь надеяться, что меня не застукают за этим позорным занятием.
Простенькое бытовое заклинание лупы помогло разглядеть письменный стол, на котором лежала ровно одна аккуратная тоненька стопочка бумаг, и роскошное кожаное кресло. У стен стояли стеллажи, но осмотреть их не получилось.
Я вздохнула. Ни одного драконища. Может, вскрыть дверь его кабинета?.. Мне уже столько раз приходилось вламываться в чужую собственность за сегодняшний день, что еще один взлом ничего не изменит.
— Вот же драконище, — пробормотала я. — Вообще не работает!
Я и правда начала примеряться к этому замку, но сзади меня кто-то деликатно кашлянул.
— Дать ключ? — вежливо предложил Аэлар.
— Нет, спасибо, — не менее вежливо ответила я. — Лучше помоги… те мне встать.
Дракон галантно подал руку и помог мне подняться. Достаточно было слегка потянуть наверх, но он зачем-то еще ухватился за талию. Его взгляд ожидаемо утонул где-то между моих расстегнутых пуговичек.
— Клянусь, я дам вам еще одну пощечину, — тихо предупредила я.
— Очаровательно, — улыбнулся Аэлар. — После того, как ты искупала меня в треклятой ванне, вряд ли тебе удастся меня удивить.
Я застенчиво потупилась. Аэлар не знал, зачем я пришла, и даже не догадывался. Потому что иначе точно не делал бы таких опрометчивых заявлений…
— У меня есть к вам дело, — сказала я, усиленно хлопая ресницами.
Дракон стоял совсем близко, и его широкая спина загораживала нас от любопытных глаз. Фикуса. Потому что больше на этаже не было ни души.
— К тебе, — поправил Аэлар. — Лилиан, немного глупо обращаться ко мне на “вы”… Думал, мы это уже обсуждали.
— С тех пор многое изменилось, — парировала я. — Ты… Уезжаешь?
Вопрос прозвучал как-то жалко, даже отчаянно. Впрочем, мое положение было незавидным. Если дракон покинет город, пари с Корвусом я не выиграю. А магистр успокоится немного и снова примется за свое…
Для защиты Оливии мне нужен был дракон. Целиком. Здесь. И он вроде как не собирался без меня обещать, но все мы знаем, чего стоит мужское слово…
— Нет, — ответил Аэлар. В синих глазах мелькнул интерес. — Ты правда искала меня? Боялась, что уеду?
— Да, прибежала рассказать, как глубоко ты мне безразличен, — с сарказмом ответила я. — Сама удивлена. Впрочем, все дело в другом.
Дракон оперся рукой о дверной косяк, нависая надо мной. Вторую он сунул в карман брюк, будто специально хотел показать, что выход у меня есть.
Если сбегу, он ловить не станет. Но мне надо самой решить, хочу ли я прятаться.
Я отступила к двери и запрокинула голову, встречая его взгляд. Дракон улыбнулся краешком рта. Его взгляд скользнул к моим губам, отчего-то вдруг пересохшим и очень чувствительным.
— Расскажи мне, — попросил дракон.
Он не стал открывать дверь кабинета. Мы так и стояли в коридоре. Страх быть застуканной заставлял мое сердце биться чаще. Мне не хотелось, чтобы нас видели вот так, в почти интимной позе, мирно беседующих.
О Лилиан всегда говорили как о дурнушке. Она сама себя так воспринимала. Под ее маской легко было жить, ведь моя уверенность смущала и удивляла людей. Выводить всех из себя и добиваться своего становилось проще.
Я не хотела становиться популярной. Не желала быть звездой Академии. Это означало, что будет больше внимания, сплетен и ухажеров, которые мне ни к чему. А девушка, за которой ухаживает дракон, просто не могла считаться дурнушкой.
— Не здесь, — сказала я. — Лучше… уединиться.
Дракон резко выдохнул, а затем устало приложился лбом к двери. Я оказалась зажата между широкой мужской грудью и запертым кабинетом. Нос щекотал аромат одеколона.
Мои щеки залил румянец. О чем дракон думал?!
Хотя, если учитывать обстоятельства нашего, кхм, знакомства, ничего удивительного. Я сердито шлепнула его ладошкой по груди.
— Ужас, — прошипела я. — В кабинете уединиться!
— Лилиан, ты не помогаешь… — простонал дракон. — Просто… Помолчи секунду, ладно? Сейчас я все устрою. А лучше, скажи мне, зачем пришла, чтобы я хоть немного отвлекся. У тебя какие-то проблемы? Что-то, связанное с этой девчонкой, Оливией?
Дракон тяжело дышал, его свободная рука быстро нашла мою талию. Вопреки всему, я задрожала. Быть в объятиях сильного мужчины, который теряет из-за тебя голову — приятное ощущение. И оно мне льстило. А еще я знала, на что дракон способен, и от этого подкашивались коленки.
Надо было срочно переводить разговор в иное русло, иначе просто ужас! Поэтому я набрала в легкие побольше воздуха и выпалила:
— Твоя мама предложила мне один особняк в драконьей империи, если я не пойду с тобой на свидание. Если предложишь два, я готова…
Аэлар не ответил. Он обхватил ладонями мой подбородок и жадно поцеловал.
Его горячие губы властно накрыли мои, язык требовательно толкнулся о стиснутые зубы. Ладонь дракона легла мне на затылок. Он зарылся пальцами в волосы, прижимая меня все теснее и теснее, будто стремился поглотить.
Хлысь! Пощечина была закономерным результатом. Дракон сделал шаг назад. На его прокушенной губе выступила капелька крови. Он слизнул ее, не отводя от меня хищного взгляда.
— Лилиан, — хрипло произнес дракон, — я готов торговаться.
— Любовь, которую можно купить, обычно того не стоит.
— Я готов рискнуть и попробовать.
NN
Мне не хотелось, чтобы меня пробовали. А по взгляду дракона становилось понятно, что дегустация начнется прямо сейчас.
— Не смей, — предупредила я, на всякий случай вскидывая руку.
Дракон не испугался. Что ему сделают эти пощечины, в конце концов? Так, легкие шлепки. Можно сказать, это была своеобразная прелюдия для Аэлара. Она его только сильнее раздразнила.
— Я не согласна, — продолжила я. — Сначала конфетно-букетный, затем красивое предложение, после этого брак… И только тогда ты увидишь меня обнаженной.
— Нас обручат в ближайшем храме через пару минут, если захочешь, — отрывисто произнес Аэлар.
— Так не считается! Нужны платья, цветы…
— Куплю.
Его настырность пугало. Растерявшись, я потребовала:
— И гости! Какие-нибудь именитые. Мне пригодится для карьеры.
— Тогда нас обручат через час, — тонко улыбнулся Аэлар. — Я принесу тебе короля… Устроит?
Я округлила глаза. Звучало так, будто дракон намеревался тащить его в зубах через все королевство. Мне стало жалко венценосного дядьку, поэтому я замотала головой. Вдруг монарха от таких поворотов судьбы удар хватит?
А в книге он принял очень нужный и полезный закон о прогрессивном налогообложении. Там еще льготы были, для бизнеса…
— Лилиан…
В голосе Аэлара звучало отчаяние, настоящая тоска, но под этим пряталась драконья жадность.
— Три поместья, — решила я. — Одно из них должно быть в центре драконьей империи. И, конечно, мне понадобится портальный камень, чтобы перемещаться в эти поместья и следить за порядком.
Я думала, дракон предложит мен поискать управляющего. Портальные камни в этом мире встречались редко и никогда не попадали в руки простых людей. Почти все подобные артефакты добывались и зачаровывались у драконов.
Позволить себе такую игрушку мог король. И все. Я понятия не имела, как Аэлар достанет для меня такой артефакт. Просто хотела выгадать время, заставить его торговаться.
— Как скажешь, Лилиан, — хищно улыбнулся драконище. — Я сделаю все, что ты пожелаешь…
Он встал на одно колено. Я думала, Аэлар достанет из кармана кольцо или нечто подобное. Вместо этого он прижался губами к моей руке.
Я почувствовала приятное тепло, растекающееся по венам. Магия. Очевидно, дракон перешел к грязным трюкам. Его губы сместились на тыльную сторону ладони и сдвинулись выше. Я ощутила обжигающее прикосновение раздвоенного языка.
— Что ты хочешь? — хрипло произнес Аэлар. — Говори сразу. Я все сделаю…
Он потерся носом о мое запястье и продолжил целовать, поднимаясь все выше. Теперь я чувствовала не тепло, а настоящую волну жара. Она сводила меня с ума.
Я понятия не имела, как снять это заклинание. В моем арсенале были разные щиты, но даже на экзаменах они выходили какими-то слабыми и хлипкими. Нет, так дело не пойдет.
Сосредоточившись, я шепнула несколько слов. На меня словно вылили ушат ледяной воды. Я хватала ртом воздух, силясь успокоить дыхание. А дракон продолжал целовать, уверенный, что это возбуждение.
Никто до сих пор не додумался использовать на себе заклинание для продления свежести петрушки. Ну а что? Я знала, что зелень лучше хранится в холоде и влаге. И температура там нужна не слишком низкая, так что обморожение не получу.
Вот только пальцы ног неприятно покалывало… Я посмотрела вниз, на темную макушку Аэлара. Эх, вылить бы на нее ушат ледяной воды! Пусть знает, чего взрослой женщине стоит ее воздержание.
— Единорога хочу, — скучающим тоном заявила я. — Но у вас таких не водится. Поэтому иди в газету. Сообщай маменьке, что у тебя появилась невеста…
Дракон поднял на меня взгляд и прищурился. Чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, как слабая первокурсница вроде меня справилась с сильнейшей магией очарования. Драконий глэм, чтоб его. Стоило догадаться, что Аэлар попытается провернуть нечто подобное.
— Грязная игра, — добавила я. — Не по-мужски как-то…
— Я чувствую на тебе запах темного эльфа, — спокойно ответил Аэлар. — И знаю, что он попытается украсть мою истинную. Я не могу этого допустить, Лилиан…
— У нас с ним пакт о ненападении, — отмахнулась я. — Так что можешь не волноваться. Я вся твоя…
Глаза дракона вспыхнули. Пришлось спешно добавить:
— В рамках разумного, конечно. И до тех пор, пока мои условия выполнены.
— Три поместья, портальный камень, — перечислил Аэлар, запоминая. — И единорог?
— Именно, — фыркнула я. — Хочу проверить, при мне ли моя девичья честь…
Дракон встал. Он мягко улыбнулся и коснулся рукой моей щеки, ласково погладив мою кожу. Я зарделась от странной нежности. Страсть я еще могла понять, но этот взгляд…
Дракон знал, что я ни перед чем не остановлюсь. Что я меркантильна. Что я — злодейка.
И все же он видел во мне нечто иное. И ему это нравилось. И даже лишний вес не мешал этому странному обожанию.
— Твою честь ничто не отнимет, Лилиан.
— Потому что ее нет? — мрачно пошутила я.
— Потому что твоя честь заключается не в количестве твоих мужчин, — шепнул Аэлар, — и не в браке. Она совсем про другое.
Он открыл кабинет одним легким движением и толкнул меня внутрь. Дверь захлопнулась прямо перед моим носом. Спустя мгновение я услышала мужской голос, обращенный к Аэлару.
— Господин дракон, — вежливо произнес неизвестный. — Ваша невеста уже приехала? Для нас большая честь принимать в городе драконицу…
Не знаю, чего я ждала. Уж точно не столь скоропостижного разочарования в драконах. Подлец! Впрочем, волна праведного гнева схлынула также быстро, как появилась.
В висках стучало от прилива адреналина. Я посмотрела на небольшое колечко, украшающее мой палец. Его венчал крохотный бриллиантик. Колечко было дешевым и ни капли не походило на помолвочное. Но разве я обещала темному эльфу свадьбу?
Я сказала, что вернусь к нему с кольцом. И отвлеку дракона на весь вечер.
— Я гениальна, — прошептала я и дунула на камешек.
Среди бытовых заклинаний существовала одна забавная штука. Ее использовали, когда требовалось что-то записать, но не находилось бумажки. Заклинание сохраняло информацию на камень. Нужно было сначала продиктовать все необходимое, потом дунуть на будущее хранилище, а затем активировать плетение.
Вся штука в том, что для этого заклинания использовали обычные камешки. Маги знали, что на полудрагоценные запишется больше информации, на гальку — меньше. И я решила проверить, какая часть нашего разговора поместится на бриллиантик, пусть и крохотный.
Я поднесла к уху кольцо и шепнула нужные слова. Камень начал проигрывать наш с Аэларом диалог, где отчетливо было слышно обещание обручиться в ближайшем храме. На моем лице расцветала нехорошая ухмылка.
Сначала успокою темного эльфа, чтобы тот не трогал Оливию. А потом отправлюсь кошмарить Аэлара, чтобы тот выплатил мне золото за моральный ущерб. Нечего было обещать мне любовь и прочее, когда у самого невеста приезжает.
—... Лилиан, — послышался голос Аэлара из-за двери, — предпочитает первый этаж. И никаких балконов! На окнах решетки…
— Разумеется, безопасность превыше всего, — залебезил ему мужчина. — Такое необычное имя для драконицы.
Я раздраженно фыркнула. Так и знала. Сразу ведь сказала свекрови, что раз семейное древо не исправить, можно найти девицу с таким же именем. И проблема истинности решена!
Но коварство драконов впечатляло. Сколько же женщин верили в эту сказку об идеальной вечной любви, которую ничем не разрушить?
Магия не спасает. Если только вы не умеете сотворять фаерболы и швырять ими во врагов, разумеется.
А вся эта любовная ванильная чушь — лишь сказки! Вот организую свой ресторан, и буду там лечить разбитые сердца вкусными тортиками! Всем девушкам скидку сделаю. А с парочек буду брать вдвое больше за заказ.
Не потому, что я злая одинокая женщина, а потому что это экономически выгодно! Мужчина на свидании заплатит сколько угодно, чтобы впечатлить будущую жертву и заманить ее в брак.
Я выглянула в окно и прикинула расстояние до земли. До крыши гномьего банка было объективно ближе. Отыскав в комнате кочергу, я быстро заколдовала ее на полет.
Левитацию проходили только на третьем курсе, но сушить волосы магов учили еще в подростковом возрасте. Я села на кочергу, крепко взявшись за рукоятку. Разговор в коридоре сходил на нет.
Еще немного, и дракон заявится в кабинет. Мы останемся наедине, а там в ход пойдут все методы соблазнения наивных человечек.
— Утрись, дракон, — пробормотала я, вылезая в окно и осторожно придерживаясь за портьеру.
А дальше — дело мастерства. Заколдовать свое платье, как это делали с грузовыми платформами, чтобы снизить свой весь до минимума. Прошептать заклинание сушки и мощной струей воздуха поднять кочергу ввысь. И мягко, аккуратненько направить ее к соседней крыше…
До нее было всего пятьдесят метров, которые я преодолела с достоинством. Грациозно спрыгнув на черепицу, я поискала глазами лестницу для трубочистов. В ратуше послышался шум. Все здание вздрогнуло от драконьего рыка.
Обернувшись, я увидела Аэлара. Он смотрел за мной, напряженно отслеживая, не сорвется ли черепица. Лицо дракона потемнело от волнения. Я махнула ему ручкой.
— Лилиан! — проревел он. — Мы договорились!
— Я передумала, — весело сообщила я. — Мне не нужен единорог. Их, конечно, не существуешь, но ты действительно мог его найти. Теперь я хочу честного и верного дракона… Вот они точно вымерли!
Показав ему неприличный жест, я начала спускаться по лестнице. Надо было поторапливаться. Где-то там трещал кирпич и рушилась мэрия. Дракон принимал свой истинный облик.
NN
— Друзья, у меня к вам будет просьба, — проворковала я, спрыгивая во внутренний двор гномьего банка. — Можете одолжить мне во-о-он тот декоративный топор со стены? А то у меня тут намечается битва с драконом.
Стоящий рядом со мной гном скептически посмотрел на меня, потом прислушался к звукам падения камней и разрушения мэрии.
— Ратуша пала, — сообщил он. — Вы уверены, что желаете вступать в битву?
— Боюсь, моего мнения никто не спрашивал.
Гном подошел к кустам роз, которые благоухали на всю округу. Он дернул за один из бутонов, и тот отъехал в сторону на крохотном тросике. Это движение активировало внутренний механизм. Открылся подземный проход.
— Возможно, вам понравится альтернатива, — скромно произнес гном и указал подбородком на темный лаз.
Я понимала, что с бронированной ящерицей мне никак не справиться, а бродить по темноте не так страшно, как перевариваться в драконьем желудке. Присев в реверансе, я спрыгнула в темноту, на ходу перехватывая кочергу и окружая себя бытовыми светлячками. Крышка лаза скрипнула над моей головой, возвращаясь на место.
Подземелье оказалось вполне комфортным. На стенах горели магические лампы, с потолка не свисала паутина. Гномы ответственно относились к своим потайным ходам для отступления.
Единственное, что могло мне помешать, так это узкий коридор и низкие потолки. Ход все-таки создавался для гномов, а не для людей.
Я пригнулась и пошла вперед, гадая, куда меня выведет тоннель. Вдруг свет моргнул. Мои светлячки зашипели, отплевываясь магическими искрами. Стало холоднее.
Тень на стене приобрела густой черный оттенок, стала материальнее. Ее голова отлепилась от плитки и повернулась ко мне. Все это было слишком сюрреалистично даже для мира магии.
Я уже готовилась драться с собственной тенью кочергой, как вдруг в коридоре раздался приглушенный голос Корвуса:
— Ты справилась, адептка, — мрачно произнес он. — Не похоже, что дракону хоть сколько-нибудь интересна Оливия. Впрочем, тебе кольцо он тоже не подарил.
Я хмыкнула и активировала заклинание, записавшее мой диалог с драконом. На миг в коридоре стало очень тихо. Тень поднялась еще выше. Не знаю, о чем думал Корвус, но услышанное его явно впечатлило.
— Чудовищно, — заметил магистр.
— Сказал мне темный эльф, крадущий девушек, — огрызнулась я.
— Нет, — задумчиво ответил Корвус, — его обсессия чудовищна… И странна. Драконы не имеют близкой душевной связи со своими истинными. Почему тогда…
— Ящерица сейчас крушит город над моей головой, — прервала я. — Лучше помогите мне сбежать. Потому что когда Аэлар найдет и сожрет меня, Оливию будет некому защищать.
Тень ощерилась. От ее поверхности поднималась темная дымка.
— Мне больше трех сотен лет, — проворчал магистр, — и я обладаю настоящей магии, а не этими твоими бытовыми фокусами.
Зато я обладаю мозгами. Вслух я этого не стала произносить. Знала, что темный эльф влюблен, а от чувств всегда глупеют. Взять хотя бы меня: надо радоваться, что к дракону приезжает невеста, а меня трясет от ярости и хочется что-то расколотить.
Потому что лжец! Потому что дракон. Потому что какая-то часть меня, спрятанная далеко и глубоко, была жадной не только до денег, но и до любви. И мне хотелось бы чувствовать мужское обожание.
А быть обманутой всегда неприятно. Ну ничего, возможно, все же получится забрать у свекрови одно поместье.
— Иди вперед, — сказал Корвус. — Следующий поворот налево. И там нажмешь на нижний рычаг, он перенесет тебя в пансионат. Можешь спрятаться там, а утром вернуться в Академию.
— Передадите Викки записку? — попросила я. — Чтобы девочки не волновались.
— Отдам другому магистру, — неохотно согласился Корвус. — Не хочу пугать Оливию… А Викки от нее сейчас не отходит.
Он ругнулся. Похоже, у темного эльфа уже начиналась ломка по возлюбленной. И правильно, что он сам не пойдет! Пора бы ему привыкать к отсутствию Оливии в своей жизни.
Я достала из кармана бумажку и быстро нацарапала пару слов, сообщив девочкам, что завтра вернусь с вкусняшками и вином, а сегодня надо решить одно личное дело.
Ужин с подружками опять откладывался. Это меня расстроило. Какой толк в деньгах, если пока у меня никак не получалось их использовать, чтобы порадовать близких людей?
Да и проблемы они решали. Я справлялась своими силами и магией. А ее у меня было даже меньше, чем золота в начале учебного года.
— Вот, — проворчала я, протягивая тени записку. — А что за пансион в конце коридора?
— Место отдыха престарелых аристократок, — пожала плечами моя тень на стене. — Я забронировал тебе номер. Наслаждайся.
Он ушел прежде, чем я успела высказать ему все, что о нем думала. Пришлось идти дальше, пригибаясь как можно ниже, чтобы не задевать лбом балки на потолке.
Корвус не солгал. В конце тоннеля меня ждал не только свет, но и приятная крохотная гостиница с дружелюбной гномихой за стойкой администрации.
Я сначала подумала, что это просто худенькая человечка со странными пропорциями, но потом она спрыгнула со стульчика, чтобы показать мне номер, и все встало на свои места.
Гномка носила кружевной нарядный передник и собирала волосы в две длинные косички. Она все время улыбалась от уха до уха и ни разу не намекнула, что благородным леди неприлично вылезать из-под пола посреди гостиницы.
Пансионат представлял собой огромный вытянутый корпус с кучей номеров, скрытый от горожан за густым садом. На заднем дворе располагались горячие источники, окруженные искусственно созданными скалами и холмами.
Это выглядело странно. Я много раз выбиралась в город и привыкла к его грязным мостовым и шумным торговкам. А в этом пансионате устроили настоящий рай, живой уголок природы среди коммерческого ада.
Впрочем, мне удалось краем глаза зацепиться за их буклет с расценками. Стоило это удовольствие недешево. Его действительно могли себе позволить или бабули с огромным состоянием, или совсем уж юные девицы, которых спонсировали дедули.
Мужчин я не увидела. Видимо, сюда аристократки сбегали от своих супругов, чтобы провести выходные в тишине и покое. Эдакий вариант выходного в гараже со старым жигулем и ящиком пива для благородных дам.
Вместо жигуля кружок по дыхательной гимнастике, вместо пива — чай с морковным тортом. Диетическим! Гадость…
Мне тут же захотелось отлучиться на кухню и приготовить что-нибудь посущественней. От всей этой беготни у меня разыгрался аппетит, а на столах, которые показывала мне гномка, лежали какие-то унылые заветренные закуски.
— Уважаемая, — пробормотала я, — а когда здесь обед?
— Обед?
Гномка удивилась. Она посмотрела на меня большими круглыми глазами, будто пыталась понять, шучу я или нет. А я что? Мне нужны силы, раз уж пришлось записаться в драконоборцы… Может, из-за Аэлара вообще придется покинуть город, схватив скатерть и напихав туда припасы.
А тут такие припасы лежали, что с ними и до соседней деревни не дойти. Скопытишься. Или от голода, или от отравления — третьего не дано!
Я с подозрением прищурилась и посмотрела на чай. Пах он умопомрачительно, но меня так просто не проведешь. Мне однажды коллега подарила такой. Мол, для здоровья полезно.
— А это чай для похудения? — мрачно поинтересовалась я.
— Для очищения организма, — скромно потупилась гномка.
— Ага. Понятно… — Я огляделась, думая, чем мне здесь заняться. — Уважаемая, а кухня здесь есть?
На лице девушки читался священный ужас. Аристократка? Готовить?! Она выпятила грудь, словно собиралась защищать неизвестных поваров до последнего вздоха.
— Леди, зачем же вам кухня? Может, для начала попробуете меренги без сахара?
Я с сомнением посмотрела на те катышки, что мне подсовывали под нос. У меня был только один вопрос: как повара это приготовили? Это же буквально стейк без мяса… В меренге два ингредиента, максимум три, и я не хотела знать, что будет, если убрать один.
— На подсластителях? — спросила я.
Надежда умирала последней. Гномка покачала головой и радостно сообщила:
— Нет! Все натуральное!
А я зауважала этих поваров. Нет, ну как они умудрились?..
Гномка поняла по моему взгляду, что меня фуршет не впечатлил. И она знала, сколько стоит номер на сутки в этой богадельне. Клиентов гномы терять не хотели, поэтому администратор начала судорожно что-то придумывать:
— Давайте я попрошу повара приготовить вам… обед. Что вы обычно едите?
— Спасибо, не надо, — натянуто улыбнулась я. Если местные мастера “оздоровят” мои рецепты, то из больницы я выйду не скоро и похудевшая на добрый десяток кило. — Просто хотела развлечься, руки размять…
— О! — просияла гномка. — У нас же сегодня проходит конкурс на лучший алхимический рецепт. Желаете попробовать? Госпожа Мэрло будет рада новой участнице.
Я вздохнула. Раз на кухню не пустят, придется готовить обед из мышиных хвостиков и глаз василиска. Ну, где только наша не пропадала!
NN
Госпожой Мэрло оказалась высокая как жердь и такая же худющая дама в бордовом платье с вырезом до пупа. Она то и дело жеманно взмахивала веером, благосклонно наблюдая за потугами аристократок освоить зельеварение.
Конкурс шел с самого утра, но на столике рядом с госпожой Мэрло стояло всего два флакона с готовыми тинктурами. Все котлы были заняты. Леди всех возрастов ваяли свои шедевры.
Я сразу оценила атмосферу сего мероприятия. Меня остановила бабуля, настоящий божий одуванчик. За ее ангельской улыбкой скрывался дьявольский характер.
— Дорогая, — доверительным тоном сообщила она, — сегодня тут все варят приворотные зелья. Но мой тебе совет, не трать на них время. Учись сразу создавать хороший, качественный яд… Мне с предыдущими пятью мужьями это очень помогло.
Я округлила глаза. Мне только что признались в убийстве? Бабуля увидела мое лицо и добродушно рассмеялась:
— Что ты, милочка, они все ушли по естественным причинам.
— Это каким же? — напряглась я.
— Сердечный приступ, авария на карете с молоденькой любовницей, — принялась перечислять старушка. — Но все как один относились ко мне, как к богине! Я купалась в золоте и ни разу не слышала от них просьбу развестись. Я им еще у алтаря сказала про свой талант к ядам и намекнула, что собираюсь оставаться замужней женщиной, а потом вдовой. Но никак не разведенной.
Она мне подмигнула и указала на склянку с прозрачной жидкостью. Я на всякий случай запомнила ее, чтобы случайно не прикоснуться.
— Грамотная политика, — искренне похвалила я.
— Хочешь, поделюсь рецептом? — подмигнула мне бабуля.
— А разве зелья мы не должны использовать в конце этого конкурса? — с сомнением уточнила я.
Она ойкнула и прикрыла рот рукой. Возможно, дегустация не предполагалась, но бабуля все равно засеменила к столу госпожи Мэрло, чтобы предотвратить возможную катастрофу.
Гномка тем временем нашла для меня котел. Я еще успела вручить ей список ингредиентов для зелья, добавив туда пяток лишних предметов. Мне просто показалось, что сало в приворотном зелье будет звучать как-то подозрительно, а вот с бычьим копытом и пчелиной пыльцой — самое оно!
Мне поставили столик и помогли включить горелку. Гномка с сомнением протянула мне столовый тесак.
— А зелье безопасно? — уточнила она.
— Само собой. Оно приворотное, — ответила я. — Но мы не будем его сегодня использовать, верно? Кстати, принесите мне еще глубокую тарелку, ложку и разделочную доску.
— Это еще зачем? — нахмурилась молоденькая девушка за соседним столом. — У меня были курсы алхимии, и там…
— Это для украшения, — проворковала я. — Родители учили меня творчески подходить к любой задаче.
Девица и гномка покосились на свеклу и капусту, которую слуги сгрузили на мой стол. У них было много вопросов, но они предпочли остаться в счастливом неведении. Администратор пансиона ушла, решив, что ответственность за мое творчество можно сбагрить на Мэрло.
Девица придвинулась поближе. Было видно, что она чувствует себя неловко в обществе пожилых дам.
— А кто тебя сюда отправил? — без обиняков спросила она. — Какой-нибудь граф? Богатенькие родители?
— Сама, — приврала я. В связи с Корвусом признаваться не хотелось. — А что?
— Да брось, — наморщила носик девица. — Я просто хочу знать, как ты зарабатываешь на такой отдых.
— Шантажом и членовредительством, — призналась я.
— А-а-а, — протянула девица. — Ну у меня тоже с этим связано. С членами и вредительством.
Я понадеялась, что она подразумевала все-таки членов местного парламента и не в том смысле, который первым приходил в голову. Я принялась нарезать овощи, параллельно обжаривая мясо в котле. По всему залу поплыл густой насыщенный аромат, который ни с чем не спутаешь.
Госпожа Мэрло выпрямилась. Нос повел ее в мою сторону. Встретившись со мной взглядом, она поднялась с насиженного места и поцокала к котелку, где уже была готова пережарка.
— А это точно приворотное зелье? — фыркнула девица.
— Именно, — ответила я. — Записывай рецепт, пока у меня котелок не отобрали за такую запрещенку на конкурсе…
— Лилиан, — властно проговорила госпожа Мэрло, — подайте мне розовый и красный перец и вон ту ступку…
Вокруг моего котелка столпились все дамы, отдыхающие на курорте. Они потягивали вино и давали советы с таким рвением, будто я не крестьянскую похлебку готовила, а зелье вечной молодости.
— Ваше приворотное зелье, — с придыханием произнесла блондинка в розовом, — имеет такой пикантный запах… Как же его скрыть?
— Его не надо скрывать, — гордо ответила я. — Его надо подавать на стол как первое блюдо.
— Что, если мужчина откажется его есть? — прищурилась госпожа Мэрло, растирая нужные приправы.
— На моей памяти еще ни один мужчина не отказывался от борща.
Да-да, звучало скучно и стереотипно. Но что поделать, если мужчины — простые создания! Даже я от борща никогда не отказывалась.
— А чеснок куда? — спросила блондинка.
Я отняла у нее ценный ингредиент и положила подальше, чтобы дамы из желания помочь не сунули всю головку в суп.
— Это на закуску.
От котелка поднимался ароматный пар. Кроваво-красный борщ аппетитно булькал, уже став того самого незабываемого цвета. Я безбожно смешала в нем и свеклу, и томатную пасту, и с десяток ароматных приправ иномирного происхождения.
Госпожа Мэрло на правах главного алхимика потянулась за половником, но я шлепнула ее по руке. Сделав большие глаза, я отогнала дам от котелка и принялась нарезать сало тонкими ломтиками. Пусть не вмешиваются в чудо сотворения борща.
Пока суп томился под крышкой, я приготовила чесночные гренки и промыла зеленый лучок. Чувствуя, будто от сердца отрываю, налила одну порцию, красиво сервировала и отнесла на стол рядом с другими зельями.
Борщ отличало то, что в нем не было ни капли магии. Но по тому, как госпожа Мэрло закатила глаза, съев первую ложку, я поняла что она меня уже любит. Дегустационная порция осталась на столе, а я быстренько ретировалась к котелку.
Осознав, что не могу оставить дам без борща… Точнее, что не смогу унести огромный алхимический котел, я подобрала котелок поменьше, отложила себе пару порций на ужин, перекус и поздний завтрак, и отправилась в номер.
Благо, гномка уже показала мне дорогу. По пути мне встречались только работники курорта. Они вели носами в сторону котелка, но не решались спросить, что благородная дама несет в номер.
— Лилиан?!
Этот голос я бы узнала из тысячи. Он остановил меня на лестнице, в считанных метрах от нужного этажа и номера.
— Лилиан, что… — продолжила свекровь. Она принюхалась и посмотрела на котелок. — Это что, приворотное зелье, которым упиваются все дамы?
— Объедаются, — поправила я.
— Они все в тебя влюбятся? — выгнула бровь Леметра.
— Вряд ли. Оно работает только на мужчин.
Драконица мне не поверила. Она заметила, как я нервно двигаю пальцами в тех местах, где полотенце уже нагрелось от котелка и обжигало. Леметра кивнула и поспешила открыть мне дверь. Вместе мы добрались до номера и поставили борщ на стол рядом с окном.
Пар вырывался из-под сдвинувшейся крышки и улетал куда-то в сторону города, совращая умы прохожих. Они наверняка сегодня вечером устроят праздник живота, но так и не смогут найти того самого вкуса, что им мерещился на улице.
— Выглядит… Кроваво, — сообщила Леметра, указывая на приоткрытый котелок. — Можно узнать, кого ты собралась приворожить?
— Не вашего сына, — миролюбиво ответила я. — Кстати, наше пари все еще в силе?
— Магический договор показывает, что условия соблюдались. А что, были сомнения?
Леметра лукаво прищурилась. Она подозревала меня в чем-то непристойном. В сущности, драконица была права. Я обманула Аэлара в который раз, летала на кочерге и варила борщ вместо настоящей алхимии.
И свекровь знала мой характер. Она дружески коснулась моей руки и крепко сжала.
— Ты еще молодая, Лилиан, — сказала она. — Все мы совершаем ошибки.
— Как будто Аэлар…
— Он тоже, — перебила свекровь. — Но когда он приползет к тебе на коленях, подумай, где иллюзия, а где — настоящее. Ты удивишься, если рассмотришь все хорошенько.
Я не хотела удивляться. Жизнь преподносила мне достаточно сюрпризов и без этого. Я хотела поесть, помыться и подготовиться к завтрашней паре по алхимии, на которой магистр Марика обещалась устроить нам внеплановую поверку.
С зельями и корешками у меня все получалось неплохо, а вот с настроением ведьмы постоянно случались проблемы. То у меня флакончик скучный, то подача избитая…
По мне, так яд работал все зависимости от того, рисовала ли я сердечко на пробке или череп. И что поделать, если у меня линии кривые? Зато рука не дрожит, когда щепотку пепла вулкана в котел засыпаю…
Я заперла дверь на ключ, на собачку, на засов, а потом еще и подперла ручку стулом. Ну, чтоб наверняка. Отряхнув ладони, я повернулась к открытому окну. В нем сидел дракон.
— Серьезно? — возмутилась я.
— Жена, — решительно провозгласил Аэлар.
Это выглядело комично. Он уселся на подоконнике, свесив одну ногу вниз. Его плечи были шире оконной рамы. Возникал вопрос, как эта драконья махина вообще сюда пролезла.
А хуже всего то, что губы Аэлара были подозрительно алыми. Над верхней предательски темнели свекольные усики от борща.
— Без сметаны сожрал, — упавшим голосом ответила я, — и без сала… Ирод!
— Вкусно.
В Аэлара полетела туфля. Он увернулся.
— Чудовище, — возмутилась я. — Это был мой обед, ужин, завтрак…
Аэлар приоткрыл крышку и я увидела, что как минимум две порции он успел умять, но третью оставил. Подумал обо мне, выходит… Хотя борщ дракону явно пришелся по душе, потому что тарелка сияла чистотой. Не знаю, как Аэлар умудрился это сделать, но даже стенки кастрюли будто кто-то вылизывал.
Отъел как по линеечке, ни грамма лишнего не оставил…
Я запустила в него вторую туфлю. Она неудачно попала в котелок, и дракон его героически спас от падения, но тут же с шипением отдернул пострадавшую руку. Мой борщ был горяч как мое сердце. И как моя попа. И как моя ярость!
— Я принесу еще еды, — предложил Аэлар, балансируя на подоконнике. — Лилиан, ты сама поменяла условия! Ты хотела честного и верного дракона.
— Ага. Вымерший вид, очевидно!
— Я здесь. Я полностью твой.
— Ты? — прищурилась я. — Верный?!
— В моих мыслях только ты.
— И борщ.
— И борщ, если так называется это зелье, — пробормотал Аэлар. — А что оно делает?
— Привораживает мужчин на веки вечные, — огрызнулась я. — Надо было спрашивать, прежде чем есть его.
Я устало села на банкетку рядом с кроватью, поджав ноги под себя. В голове гудело. Я понимала, что если в мой номер заявится еще и драконья невеста, случится апокалипсис. Неминуемый. С участием бытовой магии, вон той швабры и одной о — очень злой попаданки.
— Лилиан, почему ты сбежала? — спросил дракон. — Опять.
Его голос прозвучал озадаченно. Дракон смотрел на меня, но не как на объект страсти или забавную зверушку, а словно пытался в самом деле понять. Разобраться.
Мне стало немного стыдно. Самую капельку. Надо было не улетать на кочерге, а запустить ею в дракона. Совсем я разучилась скандалить!
Аэлар все же вошел в комнату. Он встал, вытянувшись в полный рост и внезапно став слишком большим для этой спальни. Вместе с ним в комнату зашел и аромат дорогого мужского парфюма.
Дракон приблизился, но остановился на почтительном расстоянии. Опустившись на ковер с длинным ворсом, он налил в тарелку борщ и попытался “сервировать” крохотный поднос с салом и прочими закусками. Получалось плохо.
Аэлар сложил мне цветочек из чеснока и зеленых перьев лука и проявил чудеса сноровки, чтобы слепить из сала подобие розочки. Выглядело убого, но трогательно. Я поймала себя на том, что улыбаюсь.
Слишком это все было сюрреалистично. Дракон не смотрел на мой бюст, не участвовал в дружеской пикировке, не надеялся получить от меня какую-то выгоду. Он просто… был рядом? И даже не пытался поцеловать.
А вот это было немного обидно.
Возбужденного дракона я понимала немного лучше, чем такого, домашнего. В голову закрались подозрения, что меня сдала Леметра. И она же дала сыну подзатыльник, чтобы тот совладал с либидо и начал говорить со мной, как с человеком.
— Приятного аппетита, — сказал дракон, ставя на банкетку поднос. — Хочешь еще чего-нибудь?
— Единорога, — ляпнула я.
Аэлар серьезно кивнул, будто абсурдность моих требований его до сих пор не пугала. Я принялась за еду, не заботясь о том, как при этом выгляжу. Борщ был на диво вкусным, не зря госпожа Мэрло так долго перетирала перец и использовала три вида соли.
Места в моем животе хватило только на половину тарелки. Я с сожалением посмотрела на сало и гренки, и все же закинула в себя еще один кусочек. После этого мне оставалось лишь опереться на столбик кровати и сыто вздыхать.
Я совсем забыла про сидящего на ковре дракона. Хотя как можно было упустить из виду эту гору мускулов и самомнения?
— Что? — насупилась я, на всякий случай вытирая подбородок.
— А как должен выглядеть этот твой единорог?
— Розовый, — вдохновленно ответила я. — И с крылышками! И чтоб во лбу звезда горит… Но можно и обычный радужный рог.
— Один? — с подозрением уточнил дракон.
— Если рога два, то это уже козел какой-то, — фыркнула я.
Я встала и прошлась по комнате. В одну сторону, потом в другую. Платье подозрительно болталось в талии. Неужели скинула пару кило от стресса? Плохой знак. Потому что в следующем месяце сессия, а я уже на нервах. Это никакого успокоительного не хватит, чтобы сдать темные искусства!
— Слушай, — сказала я, резко останавливаясь. — А ты умеешь колдовать?
Глупый вопрос. Дракон нахмурился, пытаясь понять, оскорбила ли я его или позабавила. Он криво улыбнулся и кивнул.
— Тогда хочу еще накопитель, — пробормотала я. — Отцеди немного своей магии, будь душкой. Мне надо подготовиться к темным искусствам. Препод собирается меня валить, так что…
— Почему? — Аэлар склонил голову к плечу. — Что ты ему сделала?
— Ты говоришь так, будто он не мог на меня взъесться просто так!
Аэлар посмотрел на меня с укоризной. Я возвышалась над драконом, еще и руки в бока уперла, чтобы казаться внушительнее. Меня бесило, что рядом с Аэларом я чувствовала себя маленькой.
— Дай руку, — хрипло попросил Аэлар.
— Никакого брака, — предупреждающе прищурилась я. — Никаких магических фокусов и похищений!
— Ты сама сказала, что хочешь накопитель. Я лишь поделюсь с тобой магией.
Я вложила дрожащие пальцы в широкую ладонь Аэлара. И все-таки, как бы я не храбрилась, дракон сильно на меня влиял. Сложно было отказывать ему. Любая девушка в этом мире мечтала пасть жертвой драконьих чар, и только я надеялась не стать очередной глупышкой, которая повелась на эти сказки.
— Знаешь, — сказала я, — у меня есть мечта…
— Единорог? — хмыкнул Аэлар.
— Нет. Свобода. Мне нужны деньги, чтобы о них не думать. Мне нужна власть, чтобы не бояться нападения. — Я прикрыла глаза, стараясь не обращать внимания на покалывание в пальцах там, где их касался Аэлар. — Если ты сделаешь что-то, чтобы лишить меня этого…
Теплый магический свет разливался по коже. Мне хотелось закричать и рвануть прочь, потому что первокурсницы магической академии не умели отличать передачу магии от драконьих брачных уз.
— Я знаю, Лилиан, — хмыкнул Аэлар. — Ты уже ясно дала понять, кто в семье будет главным.
— Еще хоть одно слово, и я пожалуюсь твоей матери, — насупилась я. — Говоришь так, будто я тебя заставляю! Найди себе драконицу по имени Лилиан.
Аэлар сидел на ковре, у меня в ногах. Он запрокинул голову, чтобы видеть мое лицо, и ласково держал руку в своей. После моих слов в его взгляде появился опасный огонек. Я увидела на лице Аэлара прежнее упрямое выражение.
Я ожидала, что он заявит про отсутствие дракониц с таким именем. Аэлар мог придумать другой аргумент, что-нибудь про магию и истинные связи. В конце концов, дракон знал о своем семейном древе больше, чем я могла когда-либо узнать. Этим легко можно было манипулировать.
— Ты хотела честности? — сказал Аэлар. — Я буду честен, Лилиан. А еще я буду верен себе. Я не хочу драконицу.
— У них скверный характер? — хмыкнула я.
— Твой куда хуже.
Я вспыхнула, будто спичка, готовая прямо сейчас объявить дракону кровавую вендетту. Меня остановило то, что он пытался быть честным. Аэлар это сказал от чистого сердца и без прикрас. А мне хотелось послушать, что еще у него на уме.
— Я хочу тебя, — продолжил дракон. — Хочу девушку, которую не понимаю. Хочу девушку, которая заставляет мое сердце биться чаще. Обычно от гнева или ревности. И все же…
Дракон поднес мою руку к губам. Он замер. Его вопросительный взгляд остановился на моем лице.
— Твои поцелуи ничего не изменят, — тихо ответила я.
— Знаю. Я просто хочу тебя касаться. Простишь мне эту маленькую слабость?
Я кивнула. Дракон поцеловал кончики моих пальцев, решительно прижался губами к внутренней стороне запястья.
— Накопитель готов, — сказал он, отстраняясь. — Можешь брать мою силу, когда пожелаешь.
Я действительно заметила на запястье тонкий золотой символ, почти незаметный на загорелой коже. Стоило на нем сосредоточиться, как в резерв хлынула чужая энергия. От ее мощи у меня перехватило дыхание.
Пришлось срочно ставить щиты, чтобы этот огненный поток не накрыл меня с головой. По закону подлости, передача магии работала на людей, как сильный афродизиак. Жар переползал от головы в низ живота, где клубком сворачивалось желание.
NN
Я сидела в самом настоящем кабаке, обнимая вазу с ромашками. Рядом выла Викки. Где-то под столом усердно искала несуществующую вилку Оливия, для друзей просто Лив.
— Как-то не очень празднично, — вздохнула я. — А мне ведь так хотелось вас порадовать!
Сразу после пар я повела девочек обедать. По дороге выяснилось, что Оливию мучает Марика с требованиями заучить рецепты основных целительных зелий. Нас с Викки гонял темный эльф.
В итоге вместо приятных посиделок с подругами получились внеклассные занятия, где мы гоняли друг друга по формулам и причитали, что нас скоро отчислят.
— Надо было на бытовой поступать, — простонала Викки, — у вас проходной балл по темным искусствам ниже!
— Ты зарплаты бытовиков видела? — мрачно ответила я. — Это хобби для богатых аристократок. Мне светит только бедность.
— Или удачный замуж, — уныло поддакнула из-под стола Лив, — что еще хуже…
Я представила себя в окружении драконьего выводка с огнедышащей свекровью за спиной. Желание учиться воскресло. Я снова принялась повторять плетение, маскирующее живые объекты под неживые.
Вообще-то оно относилось к внеклассным заклинаниям, которые Корвус давал для общего ознакомления. Однако я прекрасно знала, на что способен темный эльф. Особенно после того, как его лишили возможности подглядывать за возлюбленной.
— Лили, может, ну его? — с тоской произнесла Викки. — Давай сбежим. Откроем бизнес по продаже пирожных. У тебя неплохо получается.
Оливия вылезла из-под стола. Она выглядела заинтересованной.
— Пирожные? А какие?
Я закатила глаза. Мне было это знакомо. Скоро сессия, адепты начинают задумываться, а так ли им нужно высшее образование.
— Мы все сдадим.
— Может, сдадимся? — предложила Оливия.
— А ты вообще помалкивай, — фыркнула Викки. — Юное дарование! За тобой уже выстроились в очередь все лучшие магические дома. Столица ждет тебя с распростертыми объятиями.
— Ага.
Оливия сразу погрустнела. Вряд ли она сейчас думала о работе в столице. Я знала, что Корвус больше к ней не приставал, но это слабо утешило подругу. Она постоянно оглядывалась, будто ждала увидеть кого-то знакомого.
Но нас окружали обычные тени. Они не были питомцами Корвуса и не представляли опасности. Я думала, что Оливия обрадуется. Но она словно сама не понимала, чего хочет.
Впрочем, кто бы говорил. Я сама не знала, почему вчера выпроводила дракона из пансиона, почему позволила ему назначить следующую встречу. А еще мне казалось, будто Леметра наблюдает.
— Давайте еще раз, — вздохнула я. — Проверяйте.
Я создала плетение и влила в него драконью силу. Моя уже была на исходе. Иллюзия ложилась неровно, медленно закрывая мои руки. Викки весело хмыкнула, наблюдая, как мы с ромашками становимся одним целым.
— Аура скрыта, — кивнула она. — Все чисто.
— Только ты дышишь, — сказала Лив.
— Ну извини, — ответила я. — Пока что не могу заниматься фотосинтезом, как ромашки! Требуется кислород.
— Иллюзию легко раскрыть, если подмечать мелкие детали. — Лив опустила взгляд на свои руки. Ее щеки слегка покраснели. — Например, сложно спрятаться от того, кто не смотрит на тебя, а слушает дыхание. После иллюзий на земле еще может оставаться тень, а дождь легко выдаст очертания твоей фигуры…
Она окончательно стушевалась под внимательным взглядом Викки. Мою лучшую подругу до сих пор не отпускал тот факт, что Оливии сила досталась без особых трудностей. Я затаила дыхание.
Не ради того, чтобы сделать иллюзию более качественной, а в ожидании бури.
Викки пожала плечами. Она стащила с тарелки еще один ломтик жареного сыра и закинула его в рот. Казалось, магичка проглотила закуску целиком, даже не разжевывая.
— Тебе виднее, — признала она. — Хотя жаль, что ты узнала это на таком печальном опыте.
Плетение слетело с моих плеч. Я об этом даже не подумала. Оливия знала, в чем недостатки иллюзий, потому что ей часто приходилось выискивать в тенях самого Корвуса.
— Это может быть вам полезно, — пожала плечами она. — Хоть какой-то толк.
Я снова сделала плетение, но на сей раз задержала дыхание и накинула часть иллюзии на пол, чтобы убрать тень. Оливия одобрительно кивнула и тоже потянулась за сыром.
— Осталось только убедиться, — сказала Викки, — что плетение не слетит, если тебя напугать.
— Ты сдашь, — уверенно сказала Лив.
Я хотела покрутить пальцем у виска. Моя задержка дыхания длилась от силы тридцать секунд. Я могла продержаться минуту, когда представляла темного эльфа, окруженного живыми тенями.
После обеда я предложила переместиться в общагу, захватив с собой половину кондитерской (для Викки), немного библиотеки (для меня) и всю мясную лавку (для Лив).
Я страдала с пищей духовной. Чувствовала, что не переживу сессию без должной подготовки, поэтому на всякий случай штудировала все факультативные заклинания и мелкие заговоры, упомянутые на парах хоть раз.
С магией дракона учиться стало легче. Мне не приходилось изворачиваться и заделывать дыры бытовой магией. Я все еще могла выкручиваться и юлить, придумывая самые неожиданные применения простейшим заклинаниям.
При этом расширенный резерв позволил мне заучить нужные формулы. Обычно я могла их повторить всего два раза, после чего долго восстанавливалась. Этого не хватало даже на то, чтобы запомнить пассы. Я не успевала толком понять, что делаю, а уже выдыхалась.
Девочки почему-то решили, что будет лучше тренироваться в моей комнате. Лив все еще побаивалась своей спальни, у Викки пол заваливали листы с чертежами и корсажи, а я…
А что с меня взять? Мою комнату было не жалко. В конце концов, она пережила двух драконов и нашествие записок.
Викки с разбегу плюхнулась на кровать. Оливия скромно расставляла свои покупки на столе. Я забралась в кресло с ногами и продолжила читать брошюру по темным искусствам от какого-то гнома.
На долгие несколько минут в комнате воцарилась идиллия. А потом в дверь постучали. Не дожидаясь ответа, гостья заглянула в мою спальню.
Леметра была затянута в одно из своих мрачных платьев с глухим воротом, на голове у нее красовалась аккуратная дамская шляпка. Драконица окинула комнату властным взглядом. Она чувствовала себя если не хозяйкой, то хотя бы завхозом.
— Здравствуйте, — сказала она. — Лили, милая, а где Аэлар?
У меня задергался глаз. Только не это… Девочки были уверены, что с драконами меня связывал только случай! Про свекровь они еще не знали.
— Понятия не имею, — вежливо ответила я. — Не знала, что вы решили нанять меня в няньки вашему сыну.
— Скорее уж в воспитательницы, — невозмутимо кивнула Леметра. — Давненько его так не строили… Хотя ратушу жалко.
— Надеюсь, Аэлар оплатил нанесенный ущерб?
— Пока что никто не рискнул ему напомнить об этих обязательствах.
Леметра прошлась по моему стоптанному ковру, оглядывая мебель с вежливым интересом человека, попавшего в музей первобытного искусства. Особенно долго Леметра разглядывала кровать.
Она явно думала, как на ней поместился дракон. Более того, как это шаткое недоразумение выдержало сразу троих? Она недовольно цокнула языком. Кровать была цела, а значит, ее сын не дорабатывал.
— Почему ты все еще здесь? — спросила свекровь, поднимая на меня взгляд.
— Потому что мне осталось учиться несколько лет.
— Не аргумент.
— Потому что вы все еще не отписали мне поместье в драконьей империи?
— Справедливо, — согласилась Леметра, — но все еще слабо.
Она подошла и ткнула пальцем на мою руку. Жест получился столь же царственным, сколь бесцеремонным. Я с подозрением посмотрела на кожу, где почти исчез золотистый символ.
— Это дает мне магию Аэлара, — сказала я, избегая взглядов подруг. — Только и всего.
— Неужели? — хмыкнула свекровь. — Но я не из-за этого. Где кольцо, милая? Почему мой нерадивый сын все еще не осыпал тебя золотом? Уже даже я поняла, что ты любишь деньги. Начинаю подозревать, что мой сын не слишком одарен умом.
NN
Я сделала глубокий вдох и очень медленный выдох. Завтра меня ждал Корвус на пару. И я знала, что темный эльф будет валить всех как в последний раз. А тут свекровь со своими вопросами.
— Леди Леметра, — вежливо сказала я. — Может, вы пойдете? Сына поищите…
— Я тебе принесла документы. На дом.
Я смотрела на свекровь круглыми от шока глазами. Она достала из ридикюля несколько бумажек и протянула мне одну из них. Я вчиталась в заголовок. Дарственная.
— Я не выиграла пари, — заметила я.
— Вот именно, — кивнула Леметра. — Поэтому все еще жду внуков. А это так, жест доброй воли.
Я посмотрела на драконицу. Будь я проклята, если эта хитрая женщина хоть что-то в жизни делала просто так, из чистого альтруизма. Поэтому я проверила графу с владельцами недвижимости.
Там красовалось мое имя. Тогда в чем подвох?
— Ну что вы, я не могу это принять, — соврала я.
— Милая, ты этого заслуживаешь! Мой сын даже не догадался поставить тебе новую кровать. — Леметра недовольно посмотрела на указанный предмет мебели. Викки на всякий случай встала. — Ужас! Скажи мне, давно ты так живешь?
— Весь семестр, — ответила я, подходя к свекрови, — и планирую так прожить еще семь. Спасибо вам, конечно, за визит, но вам пора…
Я начала ненавязчиво подталкивать ее к двери. Леметра шла, но не забывала оглядываться. Ее внимание привлекли куски мяса, разложенные Оливией. Одаренная практиковалась, превращая их в прах, но несколько позорно сгнили из-за неудачного плетения. Свекровь наморщила нос.
— Ох, Лилиан! Разве у тебя нет кухни? А как же морозильный шкаф?
— В общаге нельзя готовить, — помотала головой я, стараясь не смотреть на биологическую угрозу, растекающуюся по столу. — Мы это уберем.
— Но ты же прекрасно готовишь! Почему у тебя нет собственной кухни?
Каблуки Леметры наконец стукнули по каменному полу коридора. Я выдохнула с облегчением.
— По той же причине, по которой я до сих пор не обзавелась особняком и землями, — сказала я. — По той же причине, по которой я вас шантажировала. Я бедна, как церковная мышь.
— У тебя достаточно денег, чтобы позволить себе многое, — с недоумением произнесла свекровь. — Почему ты их не тратишь?
— Трачу, — пожала плечами я. — Сегодня я впервые угостила своих подруг обедом.
Леметра смотрела на меня с изумлением во взгляде. Она попыталась заглянуть мне за спину, чтобы убедиться, что присутствующие в комнате девушки действительно получили часть тех денег.
В понимании драконицы, я должна была просадить все золото в первую же неделю. Как и положено аристократке.
— Милая, — шокированно произнесла Леметра. — Ни в коем случае не экономь на себе! Ты… Ах, ладно. Что попусту разговаривать? Я сама обо всем позабочусь.
Она гордо уцокала прочь. А я осталась в дверном проходе с зажатым подмышкой учебником. Последние слова Леметры звучали, как угроза. Я вздохнула и понадеялась, что с этим придется разбираться не мне, а Аэлару.
— Лили? — окликнула меня Викки. — Ты светишься.
— О да. Я просто счастлива!
— Да нет, — повторила Викки. — У тебя рука горит!
Я ойкнула и замахала запястьем. И правда, от метки дракона исходило алое пламя, которое грозило перекинуться на учебники. Как только мы его потушили, я заметила, что знак стал больше. У него появились новые завитушки.
— Поверить не могу, — прошипела я. — Он мне солгал!
— Слушай, Лили, — сказала Викки, — я не хочу давить и лезть в твою жизнь, но после похищения Лив мне хотелось бы знать. Ты что, встречаешься с тем драконом?
— Скажи честно, — вздохнула Лив, — он тебе нравится?
— Нет, — мрачно ответила я. — Но свекровь у меня потрясающая.
Сама обо всем позабочусь — расплывчатое описание. Леметра могла снять мне комнату в пансионате. Могла полностью отремонтировать общагу. Могла заказать мое похищение и утащить меня к драконам.
Она выбрала, пожалуй, самый сложный вариант. Драконица сходила к Аэлару и доходчиво объяснила, где и в чем он не прав. А уже потом ее сын сам пришел с ремонтной бригадой и тяжким грузом ошибок на душе.
Жаль только, я этого не видела. У меня был экзамен. Меня вообще меньше всего в этот момент волновало, как выглядит моя кровать и старенькое кресло.
Передо мной сидел магистр Корвус. В его темных глазах отражались перепуганные адепты. Аудитория уже наполовину опустела, потому что ни один человек еще не сдал темные искусства.
Парни выходили с экзамена белые как полотно. Девушки убегали в слезах. В общем-то, Корвус отрывался.
— Итак, — спокойно произнес он. — Кто следующий?
Все молчали. Лив старалась слиться со стенкой. Вообще-то из всех нас она единственная могла сдать не только блок иллюзий, но и весь семестр темных искусств. Лив пряталась от Корвуса по личным причинам.
Викки делала вид, будто не боится, но ее пальцы методично скручивали измусоленный клочок бумаги, когда-то бывший частью конспекта. Подруга могла пойти первой, однако вряд ли хотела.
На остальных однокурсников надеяться не приходилось. Поэтому я глубоко вздохнула и подняла руку. Корвус кивнул. Его лицо оставалось бесстрастной маской.
Магистр был достаточно опытен, чтобы не показывать адептам ни своего презрения, ни сомнений в наших умственных способностях. Корвус выше этого. Он мог внушать нам страх и без использования мимики. Настоящий темный магистр!
— Адептка Лилиан, — сухо произнес Корвус.
Это было очень, очень плохое начало. Обычно он обращался по фамилии. Темный эльф вообще всегда делал вид, словно впервые нас видит. Кого-то это могло оскорбить, но во мне вызывало лишь волну облегчения: не запомнил!
Сейчас Корвус намеренно показывал, что отлично понимает, кто перед ним. Виновница бессонных ночей и разлуки с истинной. Может, сначала темный эльф и благодарил меня за то, что я отвлекла драконов от Оливии. Теперь же он явно негодовал, что мои услуги стоили ему слежки за возлюбленной.
— Ставьте полог, — поторопил магистр. — И начнем.
Первой частью экзамена был простейший полог, скрывающий нас от глаз остальных адептов. Корвус не требовал использовать какое-то конкретное заклинание. Хочешь, бери невидимость, хочешь, мастери полог из теней. Да хоть кирпичами его выкладывай!
Суть заключалась в удержании простейшего заклинания школы иллюзий во время сдачи экзамена. Корвус мог задавать вопросы и просить показать сложные плетения. Мог просто сделать резкое и громкое “Бу!”, чтобы отвлечь.
Упустишь простейший полог — не сдашь. Не сможешь сотворить второе заклинание параллельно первому — опять пересдача.
Я вскинула руки над головой, будто молилась неизвестному богу. На нас медленно начало наползать какое-то странное радужное марево.
— Адептка, — поморщился Корвус. — Это что еще такое?
— Полог, — честно ответила я.
— А руки вы зачем заламываете?
— Для драматического эффекта, — ляпнула я, но быстро исправилась: — Фокусировка заклинания.
Корвус выгнул бровь. Он был не лучшего мнения о моих способностях, хотя сейчас вроде как начал их уважать. За неординарность.
— Почему радужный? — вздохнул он.
— Хочу, чтобы полог олицетворял состояние моей души, — скромно потупилась я.
Вот у Корвуса — черная…
Это я не стала озвучивать, решив, что за подколки темный эльф точно с меня шкуру спустит. Но про себя-то можно пошутить?
— Какой интересный концепт, — ядовито произнес Корвус. На дав опомниться, он пренебрежительно бросил мне первый вопрос: — Чем отличается кольцевая иллюзия от линейной?
Я затараторила определения из учебника. Конечно, магистру этого оказалось мало. Он покачал головой, призывая меня заткнуться.
— Нет, Лилиан, — с фальшивым сочувствием произнес он, — тут придется думать. Назовите мне отличия.
На радужном пологе появились разводы, будто кто-то начал капать водой в краску. У меня заканчивался мой скромный резерв. Чем больше я думала, тем меньше у меня было шансов сдать.
Корвус знал. Он широко довольно улыбнулся.
— Ну же, Лилиан. Поторопитесь с ответом. У вас не так уж много времени.
Но Корвус ошибся. Я плохо зубрила, зато отлично умела выкручиваться. В родном мире к экзаменам было почти невозможно подготовиться. Зато легко получалось убедить преподавателя в том, что ты действительно знаешь его предмет.
Для этого требовалась капелька харизмы и целый вагон наглости. Последним я всегда обладала в избытке.
Кольцевая иллюзия и линейная на практике никогда не сравнивались. Они были двумя абсолютно разными явлениями. Кольцевые мы изучали в самом начале курса. Линейные проходили последними. Поэтому первое отличие само напрашивалось:
— Кольцевые проще создать, — сказала я. — А еще их легче обнаружить, если разобрать общий узор… Понять, какая часть повторяется. Хотя иногда они настолько долгие, что тяжело уловить закономерность.
Корвус кивнул, предлагая мне продолжить. А я поняла, что темный эльф планировал меня держать под пологом, пока не израсходую резерв. Но он не видел золотые знаки на моем запястье, прикрытые длинными рукавами рубашки. Корвус даже не подозревал, что я сдавала экзамен чужой магией.
Э.Р. Ремарк
Корвус прищурился. Все шло слишком хорошо. Для меня, разумеется, не для него. Темный эльф задал мне уже четыре вопроса, а полог над нашими головами даже не побледнел. Расплывался, конечно, как бензин по луже, но все еще стоял.
Магистр начал что-то подозревать. Я продемонстрировала ему нужную формулу, без запинки оттарабанила определения, а полог еще стоял.
— Адептка, ты что творишь? — обманчиво спокойно спросил Корвус.
— Сдаю экзамен, — честно ответила я.
— Ты что-то приняла?
— Веру в меркантильность. Всем советую!
Темный эльф сузил глаза. Это не предвещало мне ничего хорошего, зато сколько плохого обещал этот взгляд!
— Зелье? — предположил Корвус. — Сговорилась с Оливией?
— Ни то, ни другое, — покачала головой я. — Все честно, магистр. Это моя сила.
Про то, что к ней примешивалась львиная доля драконьей, я умолчала. Конечно, нам запрещалось сдавать экзамены с чужой помощью. Однако в Академии всегда закрывали глаза на использование накопителей.
Если ты был достаточно богат, чтобы позволить себе такой камень, то сдавал экзамен без помех. Или ты бедный и способный, или бесталанный, но обеспеченный.
Хотя нет. Я лукавила. Все в Академии были богаты. Только золото могло помочь ребенку развить магические способности. Стихийно одаренных в этом королевстве почти не встречалось.
— Покажи, — потребовал Корвус. — Покажи, чем ты пользуешься, и я позволю тебе сдать экзамен.
— Но я уже его сдаю…
— Лилиан.
Взгляд темного эльфа стал еще темнее и опаснее. Я еще не видела его голодных теней, но уже чувствовала их присутствие. Мой полог засиял ярче, будто свет мог предотвратить использование Корвусом его тьмы.
Магистр ясно дал понять, что не отступится. Но и мне не хотелось идти на пересдачу. Мы просто буравили друг друга взглядами в надежде, что кто-то сдастся первым. В итоге не выдержал Корвус.
Я подозревала, что он хотел поскорее всех выгнать из аудитории и остаться наедине с Оливией. Собственно, этот полог тоже мог оказаться не изощренной проверкой нашего мастерства, а способом оградить себя и свою возлюбленную от любопытных глаз.
Легитимно. Не нарушая правил. С добровольного согласия. Лив.
— Я попросила дракона о помощи, — признала я.
— Что он тебе дал? — начал терять терпение Корвус.
Я закатала рукав и показала ему золотистые знаки. Под пологом воцарилось молчание, и только встревоженные шепотки снаружи, из аудитории, нарушали гармонию.
— Он это сделал? — спросил эльф.
У меня началась легкая паника. Неужели Аэлар обманул? Он ведь сказал, что это всего лишь обмен энергией, только и всего…
Волнение отразилось у меня на лице, что лишь позабавило Корвуса. Со свойственной ему язвительностью он усмехнулся.
— Хороший способ сдать экзамен, — кивнул магистр. — Даже отличный. Войти в драконий род! Лилиан, это официально твой самый гениальный поступок.
— Что?! — возмутилась я. — Аэлар клялся, что это только для того, чтобы я могла пользоваться его резервом.
— Любопытная формулировка.
Магистр склонил голову к плечу и улыбнулся. Он внимательно изучал мое лицо, пытаясь понять, пошутила ли я, или действительно настолько глупа.
Да уж, довериться дракону… У нас выдалось несколько приятных минут без ссор и взаимных обвинений, и я поверила.
Полог стал размываться еще сильнее. Я в срочном порядке влила магию в заклинание, чтобы не дать этому мыльному пузырю лопнуть. А Корвус читал все по моему лицу и наслаждался. В конце концов, он ненавидел драконов. И ко мне теплых чувств эльф не испытывал.
Нас связывала только забота об Оливии, а это не повод не пытаться меня уязвить. Тем более, я сама предоставила магистру возможность.
Корвус вдруг отвернулся. Он посмотрел в ту сторону, где должна была сидеть Оливия.
Скорее всего, подруги там с ума сходили от волнения. Про мои стычки с Корвусом уже ходили легенды, а после случившегося с Оливией девочки и вовсе не доверяли магистру. Да еще и мой полог выдавал эмоции, а именно страх и тревогу. Подруги видели, что что-то происходит, но не знали, с чем это связано.
Я нахмурилась, прилагая еще больше усилий для поддержания полога. С этим экзаменом нужно покончить.
— Так вы поставите оценку? — мрачно спросила я. — Или все же пересдача?
Магистр Корвус снова посмотрел на меня. Его снисходительный прищур бесил даже больше, чем все попытки меня уколоть. Темный эльф чуть опустил подбородок, словно соглашался с мнением своего внутреннего голоса.
— Дракон сказал правду, — проигнорировал мои вопросы Корвус. — Первый знак всего лишь позволял тебе пользоваться его магией. Это согласие на защиту. Но потом глава рода приняла тебя в семью, так что…
— Что?!
— Теперь ты наполовину драконица, — оскалился темный эльф.
Мой полог лопнул с тихим звоном. Вся аудитория затаила дыхание в ожидании вердикта, хотя уже догадывалась, что будет. Оценка Корвуса всегда колебалась от “отвратительно” до “неудовлетворительно”.
— Свободна, — кивнул магистр.
— Когда пересдача? — уныло спросила я.
Полог лопнул. Экзамен провален. Такие были условия.
Однако Корвус ухмыльнулся. Это было настолько неожиданным проявлением эмоций, что за моей спиной кто-то свалился со стула от удивления.
— Сдала, адептка. Пять, — сообщил Корвус. А затем он добавил исключительно для меня, накинув на пару секунд иллюзию. — За то, что повеселила.
— Так мне надо было поступать не на мага, а на клоуна… — пробормотала я. — У меня к этому явный талант.
Корвус уже выбрал следующую свою жертву, и худощавый адепт дрожащими руками пытался установить полог. А я что?
Прошла мимо изумленных однокурсников и плюхнулась на прежнее место рядом с Викки. Меня отпустили. Но никто не говорил, что обязательно покидать аудиторию.
Адепт не справился. Корвус махнул на него рукой, давая понять, что тут не поможет даже пересдача. А потом темный эльф заметил на галерке меня. Его брови поползли вверх.
Я широко улыбнулась, стараясь продемонстрировать все тридцать два зуба. А что он ждал? Что мы не догадаемся про полог? Что уйдем, оставив Оливию ему на попечение? Пф-ф! Разбежался.
— Ты что делаешь? — одними губами произнесла сидящая неподалеку Оливия.
Где-то внизу заваливала темные искусства другая адептка. Но никому до нее не было дела, потому что все таращились на меня.
У Корвуса был еще один трюк. Он всегда проводил экзамен сначала для самых слабых адептов. Они закономерно его заваливали и с позором покидали аудиторию. Маги посильнее наблюдали за экзекуцией.
Те, кто сдавал позже, к своей очереди успевали перенервничать. У них дергался глаз от количества провалившихся сокурсников. Естественно, они от волнения начинали ошибаться, ведь Корвус намеренно создавал впечатление “сложного” экзамена.
Работа мага требовала высокой концентрации. Когда ты испуган, маскировка и защита нужны тебе больше всего. И если эмоции не позволяли адепту творить заклинания, в реальном мире он бы попросту не выжил.
Так звучала эта логика на бумаге. Мол, Корвус строгий, но справедливый. И желает адептам только добра, ага.
На практике темный эльф любил придираться и много раз срезал на зачетах даже сильных адептов. Просто чтобы жизнь медом не казалась.
Формально я могла и это объяснить. Мол, сильные адепты начинали зазнаваться, поэтому в реальном мире могли недооценить опасность и сложность задания.
У Корвуса вообще было очень много лазеек и объяснений. Никто не позволил бы темному эльфу истязать поколения человеческих магов без веской на то причины.
Но это не значило, что я ему верила. И уж тем более это не доказывало, что его методы хорошо работали! Викки вон в обычное время отлично справлялась с иллюзиями, а перед экзаменами у нее все валилось из рук. Даже замуж захотела.
— Слушай, — шепнула подруга, пихая меня локтем, — а тебе не пора?
— Куда?
— На волю! — Викки сделала большие глаза. — Чего сидишь? Вдруг Корвус передумает?
— Ага. Продемонстрирует нам высшую школу иллюзий. Называется надежда, — закатила глаза я. — Надежда сдать у него с первого раза.
Викки покрутила пальцем у виска и снова принялась выкручивать конспект, будто он ей денег задолжал. Пальцы подруги побелели от напряжения. А она все же обладала недюжинными способностями, пусть и не совсем в сфере темных искусств.
Я повернулась к Оливии, которая активно подавала мне знаки бежать и спасать свою жизнь, пока есть такая возможность. В чем-то она была права. Корвус меня четвертует за подобные выходки.
Но я все равно осталась в аудитории, чтобы дождаться Оливию и убедиться, что ей не придется оставаться с Корвусом один на один. Викки тоже сдала экзамен. Она последовала моему примеру и после этого села на место.
— Знаешь, Лили, я иногда тебя ненавижу, — вздохнула она. — Не от всей души, а так… Вот умеешь ты предсказать неприятности!
— Более того, я их иногда создаю, — похвалилась я.
Викки взяла меня за руку и крепко сжала ладонь. Мы посмотрели на купол из Теней, которым прикрылась Оливия. Что бы не происходило под ним, наша подруга знала, что может в любой момент скинуть полог.
Корвус не решился бы приставать к ней при всех. А помимо нас в аудитории решила остаться еще парочка удачливых адептов и десяток несчастных претендентов на пересдачу.
— Если бы меня Корвус так долго допрашивал, — призналась Викки, — я бы бежала из аудитории, оставив и вещи, и честь, и надежду получить диплом.
Я пожала плечами. Мне нужно было все из этого списка. Смысл бежать, если без диплома Академии в этом мире я буду никем? Шансы разбогатеть и жить долго и счастливо резко сокращались. Даже с драконьими подачками…
Не говоря уже о том, что сейчас мне требовались ресурсы Академии, чтобы разобраться с подарком свекрови. Потому что я не хотела быть драконицей! Ни на половинку, ни на четвертинку…
А единственный способ добыть информацию такого уровня — пристать к ректору.
Хотя был, конечно, вариант просто поговорить с Аэларом, но попаданки же не ищут легких путей!
— Сдала, — дернула меня за рукав Викки.
Я посмотрела на полог Оливии. Под нним ничего не было видно. И Оливка, в отличие от меня, умела контролировать эмоции и не давала магии показывать состояние ее владельца. Ни разводов, ни колебаний на пологе не было.
Викки поняла, что Оливия сдала, потому что в журнале Корвуса перо выводило очередное имя. Но почему тогда наша подруга еще не вышла?..
В этот момент полог упал. Посреди площадки стоял ошарашенный Корвус и слегка покрасневшая Оливия. Подруга подхватила юбки и рванула прочь из аудитории. На пороге она остановилась, чтобы сердито посмотреть на нас и возвестить:
— Мы торопимся!
А мы что? А мы торопились.
Стараясь не таращиться на оцепеневшего Корвуса, мы с Викки рванули к двери, утащив с собой и вещи Оливии. Интересно, что она сделала с темным эльфом, что его так проняло?
Хотя нет. Я не хотела этого знать. Во избежание желания проделать подобное с Аэларом…
Майк Тонелло
Во дворе Академии стояла лошадь. Розовая. С крылышками. Когда я ее увидела, то сначала взвизгнула от неожиданность, потом от ужаса, потом от осознания, что это — единорог.
А их, на минуточку, в мире не существовало. Я подозревала, что и в нашем они вымерли. Возможно, это как-то было связано с соотношением девственниц к магическим чудесам в любой вселенной. Сложное математическое уровнение, где в конце концов нам просто запретили делить на ноль.
Так вот, сейчас в мире стало на одного единорога больше и на одну рыжую пампушку меньше. И я не слегла с сердечным приступом, а банально поседела.
Эта жертва постмодернистского искусства мирно щипала травку в парке, изредка потряхивая голубой гривой. Почему голубой-то?! На розовой шерсти красовались золотые и серебряные узорчики, среди которых я обнаружила свои инициалы в сердечке.
— Так, это единорог или забор в сомнительном районе? — возмутилась я. — Какой изувер его так расписал?
— А по-моему, ничего так, — задумчиво протянула Оливия. — Творчески.
Викки молчала. Она переваривала увиденное. Судя по зеленому цвету кожи, увиденное просилось наружу.
— Я бы сказала, что у дракона нет вкуса, — медленно проговорила я, — но он так-то влюблен в меня.
— И где противоречие? — спросила Викки и тут же испуганно прикрыла рот.
Я пихнула ее локтем в бок. Вообще-то я ого-го какая женщина! Но я знала, что подруга просто сама не поняла, что ляпнула. И она давно не сливала свой яд справедливости, вот он и плеснул не в ту сторону.
— Но вкуса у дракона нет, — решительно подтвердила Оливия. — Как этой бедной лошади теперь жить? После такого-то позора?!
— Это конь, — поправила Викки.
— Тем хуже! Конь. Розовый. В узорчик из звездочек и с беленькими крылышками…
Пока они обсуждали современное драконье искусство, я все же подошла к лошади. Она была наглядным примером того, что мне стоит бояться собственных желаний. Или хотя бы не озвучивать их дракону, а то тот от усердия пригонит к моему окну целое стадо подобных пегасов.
Рог был поставлен точно между ушей. Он походил на странную шапку или набитую шишку. Аэлар честно сделал все, что смог, он ведь понятия не имел, как выглядели мультяшные единороги!
Поэтом на лбу розового коня образовалась какая-то магическая улитка. Я потыкала в нее пальцем. Ни следа клея. Похоже, это все магически нарастили и закрепили эффект каким-то кровным ритуалом.
Я сочувственно погладила коня по носу, думая о том, как сильно мои капризы испортили ему жизнь. Где-то в стороне девочки спорили, можно ли считать этого коня произведением искусства или стоит доложить в опеку об издевательствах над братьями нашими меньшими.
Я прижалась губами к голубой полоске на носу коня, оставляя алый след от помады. Животное сердито всхрапнуло и вернулось к поеданию травки. Неподалеку обнаружилась коробка с веселым розовым бантикой и запиской, что Аэлар с нетерпением ждет следующей нашей встречи, чтобы воплотить другие мои желания в жизнь.
Не знаю, что там говорил Корвус про полудракониц, но сейчас я готова была пыхтеть огнем и сжигать города.
Я открыла коробку. Внутри была узда, попона, седло — все, что требовалось наезднице.
— Какой заботливый, — проворчала я. — Викки, поможешь?
Из нас троих она единственная умела управляться с лошадями. Летом они с братом часто ездили на ферму к дяде, где могли вдоволь покататься и отдохнуть от магических практик. Подруга без проблем оседлала для меня единорога.
Она то и дело косилась на крылья. Заметив, что я ставлю ногу в стремя, Викки меня остановила.
— Это настоящие, — сказала она. — Что ты будешь делать, если он… оно полетит?
— Держаться крепче.
— Серьезно, Лили, — покачала головой подруга. — Его нужно сначала объезжать, учиться с ним ладить…
Я посмотрела в грустный лиловый глаз своего розового коня. Он пострадал из-за той неразберихи, что творилась в моей жизни. А значит, надо это исправить!
— Это слишком маленькие крылья, чтобы поднять в воздух и лошадь, и меня, — ответила я. — Так что не переживай. Но проехаться на этом Чуде мне придется.
— Чудо? — невольно улыбнулась Оливия. — Ему подходит.
— Ага, — проворчала я, закидывая себя в седло, — сокращенное от Чудовище. Н-но, лошадка!
Розовый конь покосился на меня. Он вздохнул, будто все понимал, и медленно двинулся в сторону ворот Академии, величественно покачивая крупом. Из-под его копыт сыпались блестки.
Сначала я сгорала от смущения и искренне жалела и себя, и несчастного коня. А потом… А потом мне это начало нравиться! Особенно когда мы въехали в дом гостиницы, где сейчас остановилась свекровь.
Леметра заметила меня из окна. Если она и удивилась, то не показала виду. Через минуту драконица спустилась ко мне с несколькими папками в руке и флакончиком успокоительного.
Я спустилась со своего Чуда, стараясь выглядеть элегантно. Седло предательски скрипнуло, а нога запуталась в стремени. Я лишь по счастливому стечению обстоятельств смогла не ударить в грязь лицом.
— Валерьянка? — вежливо предложила свекровь.
— Нет.
— Тогда, может быть, пустырник?
Я покачала головой, раздумывая, с чего бы начать разговор. Свекровь понятливо кивнула. Она сделала знак слуге, чтобы тот принес дамам кофе по-драконьи. Десять частей коньяка, намек на эспрессо и подача в обычной кружке, чтобы другие благородные леди не заподозрили, что у нас тяжелый день.
— Это что? — спросила я, показывая руку.
— Это добро пожаловать в семью, — любезно ответила Леметра.
— Я вас обанкрочу.
— Аэлар будет счастлив. Он уже жаловался, что его жена вместо бриллиантов и шуб просит недвижимость.
Я возмущенно посмотрела на свекровь. Драконица уже мечтательно улыбалась, представляя, как я буду доводить ее сыночка до бедности.
Сначала я думала, что Леметра поддержала мою кандидатуру в невесты от безысходности. Потом решила, что ее просто впечатлял мой независимый пробивной характер.
Теперь я всерьез подозревала, что в подростковый период Аэлар сильно помотал своей мамуле нервы и сейчас продолжал это периодически делать. Свекровь банально радовалась, что кто-то делает то же самое с ним.
— Леметра, это несерьезно! — фыркнула я. — Мы взрослые, деловые женщины. Я дала вашему сыну шанс. Как и обещала!
Я трагическим жестом указала в сторону розового коня. Он сейчас флегматично жевал гортензии, высаженные по периметру гостиницы. Его серебряные и золотые звездочки загадочно мерцали в солнечных лучах, привлекая внимание публики.
А может, виной тому несуразная голубая грива?
Кстати, у меня перестал дергаться глаз из-за яркой расцветки Чуда. Она мне теперь нравилась. Это немного пугало. Что дальше?
Сама оденусь в яркое и пойду эпатировать народ? Впрочем, так я уже делала. Взять хотя бы мои вишневые волосы и впечатляющее декольте на балу.
— Тебе подходит, — подтвердила мою страшную догадку Леметра. — Очень в твоем стиле. Смело, ярко…
Чудо продолжал глодать веточки гортензий, кося на меня лиловым глазом. Кажется, он уже смирился со своей судьбой и сейчас молил только об одном.
Нет, не о возвращении ему чистого лба и природного окраса! Он хотел бы, чтобы хозяйка выбирала отели с вкусными клумбами, а не с пожухшими гортензиями.
— Можешь убрать ему крылья? — обреченно попросила я. — Неудобно же, по земле волочатся.
— Вряд ли, — покачала головой свекровь. — Магией прошито намертво. Думаю, мой старательный сын провел ритуалов десять, не меньше, чтобы это все осталось на коне. Возможно, крылья — и есть часть коня.
Леметра подхватила меня под руку и мягко направила в сторону гостиницы. Точнее, это драконица думала, что мягко и ненавязчиво показывает невестке путь. На деле у Леметры была стальная хватка, и эта сухонькая женщина перла вперед с уверенностью паровоза.
— Пойдем, — сказала она. — Посмотришь, какую банкетку я для тебя купила.
Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть и с тоской посмотреть на Чудо. Мой конь отказывался уходить от гортензий, сколько бы мальчишки не тянули его за поводья. В какой-то момент Чуду надоело, что его пытаются сдвинуть с места, и он дернул крылом.
Служки сели в лужу. Они переглянулись и оставили попытки отвести единорога на конюшню. Перед ним материализовалась торба с овсом, которую почему-то никто не хотел надевать ему на морду.
Однако Чудо был ценителем прекрасного. Что ему овес, когда можно жевать изящные бутоны?
— Очень странная лошадь, — пожаловалась я Леметре.
— Это конь, — поправила она. — Если хочешь, могу его перекрасить. В фиолетовый. В тон твоей новой банкетки…
— Нет уж, — решила я. — Хватит сегодня издевательств над животными.
Но это, конечно, было только началом. Потому что по моим следам спешило животное покрупнее — дракон.
NN
— Зачем же так сразу отказываться? Ты еще не пробовала.
— То же самое вы говорили про своего сына, леди дракон, — парировала я.
— И что? Тебе не понравилось?
Я вспомнила, что Аэлар умел делать своими загребущими лапами и наглым языком. С моих губ не слетело ни звука, но щеки обдало жаром.
— Не понравилось, — хрипло ответила я, справившись со смущением.
Леметра прищурилась. Она хотела уличить меня во лжи, но не стала. По ее лицу пробежала тень сомнения. Журнал модной мебельной фабрики полетел на кровать, в дальнюю стопку.
— Ладно, — вздохнула драконица, — если не хочешь кровать в виде сердца, возьмем обычную.
Я перевела дыхание, как после долгой схватки. У леди Леметры был дурной характер. В смысле, упорный. Теперь я понимала, от кого Аэлар унаследовал эту непрошибаемость.
— Может, для начала вы у меня метку рода уберете? — намекнула я. — Вот эту, с запястья.
— Не стоит, милочка, — отмахнулась свекровь. — Раньше ты могла заимствовать энергию только у Аэлара, а теперь тебе помогает весь род.
— Напомню, у меня бытовая магия. На что мне может не хватить энергии? На мытье кастрюль?
Леметра озвучила то, что я и так чувствовала. Где-то под моей меткой прятался бездонный колодец энергии, и сколько бы я из него не черпала, меньше силы в нем не становилось. А еще… Связь с Аэларом будто стала крепче.
— Эта штука на коже еще что-то делает? — спросила я.
— Ничего особенного.
Голос свекрови прозвучал невозмутимо. Слишком невозмутимо. Я прищурилась и сложила руки на груди. Леметра уже подпихивала мне другую картинку, где у кровати была кованая основа. Все бы ничего, но ее создали не из обычного металла, а из золота.
Свекровь решила, что я недовольна очередным образчиком мебельного искусства, а не ее ответом. Она тихонько вздохнула. Будто это я вела себя нелепо, а не она!
— Ну что ж, может, тогда подберем для тебя кресло? Аэлар сказал, что ты любишь читать.
Я насмешливо фыркнула. Он пока только несколько раз заставал меня за скучными учебниками. Откуда ему знать, что я на самом деле люблю читать? Может, во мне всегда говорило неуемное желание учиться.
— Мне не нужно кресло, — снова попыталась образумить свекровь я. — И кровать не нужна!
— А я сказала, моя невестка не будет жить в этом клоповнике.
— Я там привыкаю к реальной жизни.
— Милая, у тебя куча недвижимости в нашей Империи, — фыркнула свекровь. — Два очень властных и высокопоставленных ухажера. И мой клан!
— Ничего не знаю, — покачала головой я. — Ухажеры уходят, у них появляются новые невесты, а кланы выгоняют своих членов. А недвижимость… Вот возьмет дракон ее в лапы и утащит!
Леметра недовольно посмотрела на меня. Она коснулась моей руки и ласково сжала пальцы. С губ драконицы сорвался еще один тихий обреченный вздох. А меня поражало, как драконам не надоедает меня увещевать.
— Никто тебя из клана не выгонит, — ответила Леметра.
Про Аэлара и движимую недвижимость она ничего не сказала. Или драконица решила переубеждать меня потихоньку, или сама не верила в успех сына по покорению одной конкретной толстушки.
— Я превращусь в драконицу и начну плеваться огнем, — проворчала я, — если оставите меня в клане. Ваш сын пострадает первым!
— Девушки не могут перекидываться в драконов.
— Получается, Аэлар в безопасности?
Леметра заглянула мне за спину. Она мило улыбнулась и отрицательно покачала головой.
— Сомневаюсь, — ответила Леметра. — Милый, тебя стучаться не учили?
Я обернулась. Аэлар стоял у входа в комнату, прислонившись спиной к двери. Он смотрел на меня все тем же хищным взглядом, с любопытством, которое я впервые заметила еще на балу.
Я вновь перевела взгляд на Леметру. Сейчас свекровь была для меня куда полезнее и интереснее, чем драконище.
— Почему они не могут? — возмутилась я. — Мне бы очень пошла чешуя, острые клыки и милые розовенькие крылышки…
— Лучше белые, — насмешливо фыркнула свекровь, — как у твоего скакуна.
Ее замечание вогнало меня в краску. Я почему-то подумала, что это Аэлар обращается в белоснежного дракона. О Чуде вспомнила только потом, смутившись окончательно.
— Мы можем остаться с Лилиан наедине? — хрипло спросил Аэлар.
— Лучше обсудим произошедшее всей семьей. Смотри, чем одарила меня твоя мамуля!
В смешанных чувствах я подошла к дракону и сунула руку ему под нос. Золотая метка стала еще больше, будто стремилась захватить все запястье, а потом и тело. Аэлар внимательно посмотрел на рисунок.
Он переплел наши пальцы, чтобы удобнее было разглядывать метку. А может, ему просто нравилось держать меня за руку. Я в который раз поразилась, насколько драконы крупнее людей. На фоне Аэлара мое запястье смотрелось изящно, сохраняло девичью хрупкость.
Но я готова была поклясться, что видела сегодня в зеркале все ту же милую пампушку. Наверное, все дело в мужчине. Как там говорят? Красота в глазах смотрящего? Синие бездны Аэлара делали меня идеальной женщиной.
Каждый раз, оставаясь с драконом наедине, я из обычной девушки превращалась в самую ценную и желанную. Что уж говорить, это значительно поднимало мне самооценку. Настолько, что я даже перестала следить за весом, не слишком заморачивалась с питанием и вдруг просто отпустила ситуацию.
Мне на роду было написано быть толстушкой. Гормоны и болезнь не позволяли никак скинуть лишние килограммы. И даже в этом теле я была обречена поддерживать один уровень.
Но… Аэлар будто не видел, насколько я отличаюсь от привычных ему образов красоток. Да взять хотя бы его мать! Она же прямая как палка и такая же “фигуристая”.
А может, это и привлекало дракона? То, что я была единственной в своем роде…
— Если хочешь, я уберу метку, — спокойно предложил Аэлар.
Я подняла на него недовольный взгляд. За все это время дракон ни разу не согласился меня отпустить. А тут сам предлагает убрать метку! Так я и поверила…
— Убирай, — с вызовом ответила я. — Мне не хочется быть в вашем клане.
— Лилиан, — сокрушенно произнесла свекровь, — почему ты отказываешься? Это гарантирует твой постоянный доступ в Империю, не придется запрашивать пропуск, а еще налоговые льго…
Я уже навострила ушки, думая, какую выгоду смогу получить. Пальцы Аэлара скользнули вниз по запястью. На миг в его взгляде мелькнуло сожаление. Он бережно провел по рисунку метки, запоминая узор.
А затем дракон повторил движение, но уже с нажимом, будто пытался смазать золотые линии. Искры света осыпались на пол. Метка исчезла с моей руки.
Я не поверила. Посмотрела на руку, затем на ауру, потом на Аэлара. Мой беспомощный взгляд почему-то остановился на свекрови.
— Что ж, — вздохнула она, — получается, без налоговых льгот.
— И без превращений в дракона…
— Это может остаться, — хрипло произнес Аэлар. — Если тебя хоть раз принимали в клан, то ты считаешься драконицей.
— Полудраконицей, — поправила Леметра. — Но он прав. Вступление раз и навсегда меняет кусочек твоей ауры, самую суть твоей магии. Не переживай, ничего плохого не случится.
Аэлар отпустил мою руку. Без тепла его кожи сразу стало холодно.
— Только постарайся никому не рассказывать, — добавила свекровь. — Это может стать… проблемой.
— Корвус видел. Он мне и сказал про клан. Но… — Я опустила взгляд. Не могла смотреть в синие глаза дракона, в которых плескалась грусть. — Разве метку можно вот так убрать?
— Да. Я же обещал тебе, что сниму ее, как только ты скажешь. Я выполняю свои обещания, Лилиан.
Виктор Пелевин
Я посмотрела на свое пустое запястье. Это было так… странно. Я готовилась к ссоре, готовилась долго и упорно уговаривать Аэлара, потом бегать от него, потом от Леметры. Никогда еще дракон не сдавался.
Если у Аэлара появлялась возможность меня поймать, он это делал. Дракон притворялся, будто ничего не может исправить, и пользовался моим замешательством. Я знала, как неохотно Аэлар выпускал добычу из рук.
Кажется, сегодня я сменила своей статус. Я перестала быть добычей.
— Вот так просто? — спросила я. — И даже не придется ничего доказывать?
В моем голосе прозвучала обида. Я сама не знала, откуда она взялась. Мне бы радоваться, что Аэлар больше не стремится привязать меня к себе всеми силами, преследуя со страстью одержимого.
Леметра смотрела на меня с легкой улыбкой. Она подняла очередной журнал модного дома и показала мне одну из закладок. Я отстраненно посмотрела на белоснежное свадебное платье, которое там было.
— Ах, не то, — смущенно проворковала свекровь. — Вот же оно.
Теперь там было кресло. Зеленое. Простое. После кроватей в форме сердца и золотых унитазов это кресло показалось мне верхом изящества.
— Идеально, — ответила я.
— Закажу сегодня же! — обрадовалась свекровь.
Я видела, как она просчитывает свои следующие шаги. Конечно, она заметила, как меня расстроила покладистость Аэлара. Я добивалась от дракона именно этого, но стоило получить, как тут же разочаровалась.
Женщина! Соберись. Нам не нужен чешуйчатый огнедышащий муж.
— Не надо, — с кислой миной ответила я.
— Лилиан права, — согласился Аэлар. — Не надо, мама.
Я задержала дыхание. Неужели это все? Аэлар наконец нашел драконицу по имени Лилиан и теперь собирается быть счастлив? Этого и стоило ожидать, но все же…
Аэлар меня удивил.
Он положил руки мне на плечи, согревая своим теплом. Я и не заметила, что замерзла. Дракон невозмутимо поглаживал их, будто подобная близость была в порядке вещей.
— Не надо, мама, — продолжил он, — я уже купил Лилиан кресло.
— Ей понравилось это.
Леметра прищурилась. Она говорила с сыном, но смотрела только на меня. Ее улыбка буквально кричала: смотри, я же тебе говорила!
— Я купил именно это, — вздохнул Аэлар. — Лилиан нравится зеленый.
— И синий, — тихо добавила я. — И устрашать врагов своим странным розовым конем…
— А, единорог, — догадался дракон. — Рад, что тебе понравилось. Получается, и с цветом гривы угадал?
Я кивнула. Мне не хватило духу сказать Аэлару правду. Подумаешь, цвет странный и золотые узоры на крупе будто пятилетка выводил… Старательный же пятилетка!
Синий. Я сама не знала, почему вдруг мне начал нравиться этот цвет. Может, он напоминал вредные драконьи глаза? А может, я просто соскучилась по морю.
— Ну ладно, дети, — хмыкнула свекровь. — Вижу, вам многое еще нужно обсудить. Я тогда пойду, отдам распоряжения по поводу ужина…
— Нет.
Я отрицательно покачала головой и повернулась к Аэлару лицом. От дракона пахло свежим парфюмом, рубашка была безукоризненно выглажена. Кажется, он готовился к нашей встрече.
Может, он рассчитывал на награду? Я улыбнулась и мягко выпуталась из его объятий. Аэлар подчинился. Он не сделал ни единой попытки меня удержать.
Кажется, наши игры становились все изощреннее. Мне не нравилось, что мы с Аэларом могли поменяться ролями. И все равно от его взгляда мое сердце начинало биться чаще. Дракон предлагал еще поиграть. Мне нравились его правила.
— У меня еще сессия, — сказала я. — Пойду готовиться.
— Я взял на себя смелость сделать тебе небольшой подарок, — произнес Аэлар. — Надеюсь, тебе понравится. Если нет, дай знать, я все уберу.
Я кивнула и отступила к выходу. Я медленно, шаг за шагом, приближалась к двери и все ждала, когда же Аэлар меня остановит.
Кожу покалывало от нахлынувшего азарта. Пульс бился где-то в висках. Я знала, что Аэлар смотрит. Я знала, что он собирается догнать.
Но его методы охоты сильно изменились. Мне даже стало интересно, что же он задумал.
Я обернулась и помахала рукой Леметре. Драконица выглядела донельзя довольной и счастливой. Она улыбнулась мне, ярко и открыто, демонстрируя ровные ряды белоснежных зубов.
— До встречи, Лилиан, — попрощалась она. — Жду тебя в любое время. После сессии, конечно…
Что-то мне подсказывало, что Леметра говорила вовсе не о той сессии.
Я въезжала в Академию с видом победительницы по жизни, гордо восседая на своем боевом скакуне. Чудо вяло перебирал ногами в сторону общежития, относясь ко всем препятствиям в виде клумб, стражи и адептов философски.
Если что-то встало у вас на пути, то это его выбор и, соответственно, его проблемы. А вот если вы не смогли это препятствие преодолеть, то это становится уже вашей проблемы…
У Чуда не было проблем. У Чуда были длинные ноги и характер танка на важной миссии.
Мне оставалось лишь отважно цепляться за его гриву и надеяться, что я никогда не стану препятствием на пути этого розового монстра с шишкой на лбу.
Когда мы наконец оказались рядом с общагой, передо мной встала дилемма. Втащить Чудо в комнату не получилось бы при всем желании: комендантша была против, а в окно этот внушительный круп не впихнешь.
За размышлениями о тщетности бытия меня застала Викки.
— Просто оставь коня здесь, — предложила она. — Чудо заметный. Даже если сбежит, мы его быстро найдем.
Мы с подругой посмотрели на коня, который пристально смотрел на свое отражение в окне. По выражению лошадиной морды сложно было понять, доволен ли он тем, что видит. Я предполагала, что конь впервые осознал себя как розового единорога.
Чудо не выглядел как существо, способное бегать. Он передвигался степенно и невозмутимо. По-королевски. Если что-то и бегало рядом с ним, так это несчастные препятствия, невовремя попавшиеся нам на дороге.
— Его нельзя вот так просто бросать, — вздохнула я. — Надо бы конюшню или домик ему построить.
— Откуда у нас деньги на конюшню? — спросила Викки. — Мы же адептки…
Я с грустью вспомнила свой счет в гномьем банке. М-да, придется раскошелиться. Но не бросать же это… Чудо.
— А где бы нам арендовать для него стойло? — Я повернулась к Викки, надеясь, что у подруги появится гениальная идея. — Может, у кого-то из преподавателей есть лишнее место в конюшне…
Чудо встрепенулся. Он навострил уши и повернулся ко мне. В лиловых глазах загорелась надежда.
— Сейчас отведем тебя в стойло, — ласково пояснила я. — Будешь там отдыхать, есть клумбы, овес… Конюхов?
Чудо довольно заржал. Он взмахнул голубым хвостом, звонко хлестнув по крупу. Я озадаченно на него посмотрела.
— Может, он знает команды? — предположила Викки. — Вдруг его надрессировали, чтобы сам отправлялся домой…
— Это конь, а не собака, — покачала головой я. — Какие команды? В стойло?
В ответ на мой вопрос Чудо радостно расправил крылья и улетел. Мы с Викки смотрели вслед этому недоразумению. А что делать, если кому-то на голову прилетит его лепешка?..
Чудо бодро держал курс на запад. Из-под его копыт в воздухе сыпались золотые искры, белоснежные крылышки усердно работали.
Согласно всем законам аэродинамики это недоразумение не могло летать. Чудо не должен был даже от земли оторваться с таким-то весом и таким размахом крыла… И все равно он бодренько летел. Очевидно, в свое уютное гнездышко.
— Ого…
Я кивнула, соглашаясь с Викки. Я бы даже сказала не ого, а ого-го. Иго-го. Розовое. С крылышками.
— Спасибо дракону, — проворчала я. — Мог бы и сказать, на что способно это Чудовище.
— Не называй его так. Он хороший.
— Дракон?
— Конь, — лаконично ответила Викки, наблюдая, как розовая точка исчезает в облаках. — Умный зверь.
— И как его позвать обратно? — ехидно уточнила я.
Викки наконец оторвала взгляд от облаков и опустила его ко мне, на грешную землю. Подруга пожала плечами.
— А мне-то откуда знать? Ты учиться-то собираешься? У тебя завтра экзамен по практическому зельеварению. — Викки с подозрением прищурилась. — Или вы с Оливией решили меня бросить? Разбежались тут по своим женихам…
— Да иду я, иду… Там, кстати, мне ремонт должны были сделать.
Викки взяла меня под локоть и потащила к двери общежития. Вид у нее был решительный. Ремонт в комнате — штука дорогая, не каждый аристократ мог такое позволить. Вот у Викки, например, родители смогли только немного обновить мебель.
Для более серьезных изменений требовалось разрешение ректора, подписи коменданта и местного завхоза, одобрение городской мэрии…
Потому что в Академии все были равны. Относительно.
Поэтому мне было жутко интересно, что же там успел сделать Аэлар. А дракон отнесся к ремонту серьезно, это сразу было видно.
NN
Все началось еще с двери. Косяк стал прочнее, ручка вдруг приобрела позолоту, откуда-то взялся изящный дверной молоточек в виде дракона с кольцом в пасти. Викки бесцеремонно вошла внутрь.
Я не возражала. У меня не было секретов от подруги, к тому же, мы очень много времени проводили вместе. Какая разница, кто первый увидит ремонт в моей комнате? Все равно потом вместе будем повторять список ингредиентов для мази от ожогов.
— Лилиан, а это что? — озадаченно произнесла подруга.
Я похлопала ее по плечу, намекая, что можно хотя бы отойти с прохода. Мне-то не видно, что она нашла! Викки сделала шаг в сторону и моему взгляду открылась просторная светлая комната.
В нише в стене скрывалась двуспальная кровать. На ней лежала огромная подушка с изображением Аэлара. В полный рост, с иллюзией кубиков пресса и не только.
Я густо покраснела и торопливо подошла к ней, чтобы перевернуть и скрыть от глаз подруги все лишнее. А потом и вовсе дернула завязки на шторках и полностью спрятала новое лежбище от впечатлительных девиц.
Викки хихикнула. Заметив мое выражение лица, она попыталась скрыть смех за кашлем.
— Ни слова! — предупредила я.
— Да я молчу, молчу…
— А мне можно тогда спросить?
Мы с Викки подпрыгнули от неожиданности. Из душа выходила Оливия. Ее светлые волосы скрывались под полотенцем, не оставляя сомнений, что подруга принимала душ. Почему у меня-то?!
— Эй! — возмутилась я. — А как ты здесь?..
— Вас ждала, — пожала плечами Оливка. — Кстати, Викки, а ты взяла с собой те сухарики?
Ей протянули угощение. А мне о нем даже не сказали!
— Что? — насупилась Викки. — Ты ж не любишь…
— Ну и что, — ответила я. — Может, в этот раз мне бы захотелось.
— Будешь?
— Не-а.
Викки закатила глаза. Оливия старалась улыбаться не слишком очевидно. Она указала в сторону двери рукой, полной сухариков. Викки тоже аппетитно хрустела ими.
— Что там? — спросила Оливия. — Если в той стороне ванна, там шкаф…
— Не знаю.
Я с удивлением посмотрела на дверь. И правда, в моей комнате появился лишний проход. Если ванную мы нашли благодаря вышедшей оттуда Оливки, то еще две двери могли вести куда угодно.
— А ты чего не проверила? — с подозрением уточнила я у подруги. — У тебя сильные темные заклинания. Викки неплохо разбирается в защите. А проверять непонятные двери все равно приходится мне…
— Так это ж твоя комната! — хором ответили они.
— Ой, как вовремя вы об этом вспомнили…
Я насмешливо фыркнула. В нашей перепалке не было особого смысла. Мы могли провести весь день у Оливки, могли и у меня. Какая разница? Все равно вместе было проще готовиться к экзаменам и снижался риск похищения одной из нас странным ухажером.
— Ладно, — решила я. — Открою ту, что должна быть шкафом.
За светлой дверью скрывалась еще одна комната. Она оказалась даже просторнее, чем спальня. Я остановилась на пороге, с удивлением разглядывая целую кухню с совмещенной столовой.
На столе лежала записка. Оливия протиснулась мимо меня, Викки предпочла рассматривать комнату через плечо.
— Похоже на магию расширения пространства, — сообщила подруга, поднимая записку со стола. — Лилиан, прости за шкаф, его не успели доставить. С любовью…
— Отдай, — вздохнула я.
Внизу записки красовалось имя Аэлара, а на задней стороне было прикреплено изображение платяного шкафа со сложной резьбой в виде веточек и листиков. Я нашла название модного мебельного дома, который занимался изготовлением подобных вещей.
Леметра показывала мне работы этих мастеров, но подобного шкафа там не было. Я бы запомнила. Получается, Аэлар решил делать всю мебель на заказ?
Я вернулась в спальню и внимательно осмотрела то самое зеленое кресло для чтение. У него появился собрат: крохотный пуфик для ног. А еще на подлокотнике появилась выемка под кружку, а на внешней стороне висел расшитый цветами карман для книг и всяких полезных мелочей в виде карандашей, закладок и прочего.
Да, Аэлар не просто купил красивую удобную мебель. Он превратил мою комнатушку в общаге в настоящий дом, а потом обставил его с учетом моих потребностей и предпочтений.
Ведь зачем студентке кухня? В Академии была столовая. Если постараться, можно было договориться с поварами и что-то приготовить самостоятельно. Но кухня…
Аэлар видел мои навыки. Знал, что я люблю и умею готовить. Он воспользовался сложной пространственной магией лишь для того, чтобы я могла развлечь себя в общежитии.
— Неплохо, — неохотно признала Викки.
Я кивнула. Да, неплохо.
— Хорошо, а за этой дверью тогда что?
Оливия ткнула пальцем в ту дверь, про которую мы говорили изначально. Она выглядела дороже других. Даже текстура дерева казалась мне какой-то необычной.
Я разбиралась в золоте. И ручка двери, пусть и выглядела старой и очень темной, явно была сделана из этого драгоценного металла. Я с досадой цыкнула. Ну кто так тратит семейный бюджет?
В смысле, клановый. Родовую казну! Мы вообще ни разу не семья, мне просто Леметру стало жалко.
— Может, будуар? — предположила Викки. — У нас в особняке есть такие. Я туда все барахло скидываю, а служанки потом разбирают его по полочкам. Впрочем, еще ни разу я ничего не доставала из будуара.
— Будуар, — мечтательно повторила Оливия. — Как у принцессы!
— Я про будуары знаю только то, что там принимают любовников, — отрезала я. — Так что предлагаю дверь не открывать и сразу повесить на нее замок. Амбарный!
— Может, и зря…
Мы с Викки шокированно посмотрели на Оливию. Из всех нас она больше страдала от нежелательного внимания. Викки вообще везло. Ее водили на свидания симпатичные старшекурсники, а не обличенные властью представители других рас.
По крайней мере, она никогда не жаловалась на свою личную жизнь и почти все свое время предпочитала тратить на учебу.
— Что? — Оливия слегка покраснела. — Он вроде заботливый.
— Угу. А еще он — дракон!
— Звучит чуть лучше, чем темный эльф, — заметила Викки. — Дракон тебя вроде не похищал. И алтарь с твоими портретами не делал.
— У Корвуса есть алтарь? — округлила глаза Оливия. — С моими портретами?!
— Он неплохо рисует, — попыталась смягчить ситуацию я.
— И отлично маскируется, — проворчала Викки. — Бр-р! Как ты его терпишь?
Оливия потупила взгляд. Она не торопилась рассказывать о произошедшем на экзамене, но я видела, что у подруги все в порядке. Магическая одержимость Корвуса наконец-то стихла. Или Оливия сделала что-то, что успокоило темного эльфа.
А может, все дело в моих отношениях с Аэларом? Сложных, конечно. Но они заставили Корвуса поверить, что нашей Оливке ничего не угрожает. И за ней присматривают сразу две сумасшедшие первокурсницы. Одна даровитая, то есть Викки, а вторая упорная. Как баран.
В общем, тьма больше не нашептывала Корвусу, что его истинную вот-вот украдут. И благодаря этому Оливия решилась дать ему шанс. Маленький, призрачный, только тень настоящего разрешения… Но Корвусу этого хватало, чтобы не лезть на стену и не преследовать несчастную.
— Мы с ним договорились, — призналась Оливия. — Я хожу к нему на занятия. Частные. Он сказал, что если будет уверен, что мне хватит сил защитить себя, то все будет в порядке. Рей, он…
— Чего?!
— По имени назвала?!
Мы с Викки вцепились в Оливию. Она вяло принялась отбиваться от наших вопросов, и даже пытки щекоткой не помогли ее разговорить. Когда мы красные и запыхавшиеся расселись по ковру, Оливка совершила подлость:
— Расскажу про Рея, если Лилиан проверит ту комнату! — заявила она.
— Лилиан, брысь, — скомандовала Викки. — Мне надо это услышать…
Я неохотно встала и на всякий случай пригрозила подругам пальцем.
— Мне тоже расскажете, — потребовала я. — Сейчас заглянем туда и поговорим…
— Тебе бы про зельеварение говорить, а не про женихов, — решила повредничать Викки, верный страж наших хороших оценок.
Я от нее отмахнулась и подошла к двери. Меня подгоняло любопытство, ведь я с трудом представляла темного эльфа простым и домашним “Реем”. Это чудовище с темными глазами и злой ухмылочкой просто не могло вызывать такую мечтательную улыбку.
И все же Оливия казалась счастливой. Мне хотелось знать, что в итоге у них произошло.
Я открыла дверь, ожидая увидеть за ней что-то вроде кабинета или библиотеки. У меня не было других вариантов комнат, которые мог запихнуть в мою общагу дракон.
Однако меня ждал узкий коридор с пятью дверьми. Девочки уже начали шушукаться на ковре.
— Эй, — возмутилась я. — Подождите меня!
Я шагнула в коридор, чтобы открыть следующую дверь. Она вела в дом. В другой дом. Я поняла это по окнам, за которыми начинался густой еловый лес.
Расширенное пространсто никуда не вело. В нем специально не создавали окна, чтобы магия не схлопнулась от дополнительной нагрузки иллюзиями. Так что дверь была настоящим порталом и вела куда-то далеко за пределы Академии.
Там пахло блинчиками и крепким кофе. Я с любопытством заглянула в комнату, которая походила на гостиную.
— Девочки, тут другой дом, — крикнула я. — Хотите посмотреть?
Но подруги были слишком заняты. Я сделала шаг и оказалась в чужом особняке. Осторожно прикрыв за собой дверь, я на цыпочках прокралась к арке, которая вела в столовую. Помимо умопомрачительного запаха еды появился другой аромат.
Я сначала почувствовала приятный мужской парфюм, а потом почувствовала чужие руки на своей талии.
— Лилиан? — хрипло произнес Аэлар. — Ты пришла раньше, чем я думал.
Смешарики
— Аэлар?..
Я круто развернулась и тут же оказалась прижата к крепкому мужскому торсу. Мои внушительные размеры терялись на фоне мышц Аэлара. О сопротивлении и думать нечего.
— Да, Лилиан? — вежливо откликнулся дракон.
В его взгляде не было и тени того спокойствия, что он демонстрировал. Только голод. Только желание. Только сводящая с ума потребность обладать.
— Ты поставил в моей комнате портал к себе? — фыркнула я. — Как самонадеянно.
Аэлар пожал плечами. Он мягко развернул меня в сторону огромных окон в пол и подтолкнул вперед. Я подошла ближе.
Помимо пушистых елей и аккуратных тропинок, выложенных камнем, моему взгляду предстали очертания соседнего особняка и тихой улочки. Выходит, дом находился не в глухом лесу, как мне показалось.
Неизвестный дизайнер окружил все кованым забором, который открывал двор любопытным взглядам прохожих. Однако ряды елей закрывали окна особняка и часть высокой веранды.
— Далековато от Академии, — заметила я, разглядывая дом соседей. Судя по необычной архитектуре, мы находились в Империи. — Меня не арестуют за нарушение границ?
Аэлар тихо рассмеялся. Его тень легла на оконную раму рядом с моей. Ощущение присутствия чего-то большого и сильного за моей спиной успокаивало.
— Не арестуют, — заверил Аэлар.
Я прикрыла глаза. Мне вдруг захотелось ощутить его горячее дыхание на своей шее, почувствовать прикосновение сильных рук. Я с легкостью представила, как дракон прижимается губами к моей оголенной коже, а затем поцелуи спускаются все ниже и ниже.
— Чем это пахнет? — Я смущенно кашлянула. — Вкусно.
— Кофе. Я решил сварить его для тебя. Ректор сказал, у вас завтра принимает экзамен Марика.
Я кивнула. После Корвуса профессор зельеварения казалась мне милой лапочкой. Я абсолютно не переживала по поводу экзамена у нее. Во-первых, Марику легко впечатляла любая романтическая чушь.
Не сосчитать сколько адепток получили у нее “отлично” за подробный рассказ о несчастной любви, которая не давала им спать всю ночь перед экзаменом.
Во-вторых, ведьма сильно любила творческий подход. Нет, за борщ на ее паре я бы получила по шапке… Но добавив к обычному зелью шафран и корицу можно было заработать несколько очков симпатии за любознательность.
Главное, чтобы от дополнительных ингредиентов зелье не взорвалось в котелке…
— Хочешь, помогу тебе подготовиться? — вкрадчиво спросил дракон.
Я живо представила, как Аэлар раскладывает меня на лабораторном столе и методично вбивает в меня все ингредиенты женского счастья. Нет, таким голосом об учебе не говорят…
Надо послать его подальше, пока не поздно.
— Хочу, — ответила я. — Но разве ты разбираешься в зельях?
— Один раз я смог украсть тебя у Марики, — пожал плечами Аэлар. — Тебе даже засчитали практику.
— Мне засчитали наказание, — поправила я. — Это другое. К учебе профессор относится очень серьезно.
Аэлар приблизился. Он положил подбородок мне на макушку и какое-то время мы просто смотрели на дом соседей и пустую улицу. Дракон не пытался меня обнять, не шептал всякие грязные штучки на ушко.
Он просто стоял рядом, как надежная опора, на которую очень удобно откинуться спиной. И не мешал.
Очень хорошо, что Аэлар не стал продолжать разговор, потому что я не была уверена в своем голосе. Он мог меня предать, выдав бушующие внутри чувства.
Я злилась, потому что дракон из страстного и настойчивого преследователя вдруг превратился в терпеливого и даже немного холодного джентльмена. Мне нравилось чувствовать его присутствие. А еще в глубине души я испытывала раздражение, потому что дракон не должен был вызывать никаких эмоций, кроме презрения.
Подумаешь, единорог. Подумаешь, ремонт мне сделал. Подумаешь, кофе сварил…
— Я вернусь к девочкам, — решила я. — Надо готовиться. Вместе веселее.
— Хорошо, — легко согласился дракон. — Я открою портал.
Он сделал шаг назад. За моей спиной послышалось шуршание, как от активных пассов руками. Когда заклинание было закончено, комнату наполнили отголоски чужой магии.
Я сделала глубокий вдох, старательно рассматривая верхушки елок. Аэлар даже не пытался меня остановить. Дракон не трогал меня, не приставал, и весь этот голод в его глазах сошел на нет, спрятался за маской вежливости.
Здорово. Я именно этого от него и хотела.
— Спасибо, — холодно проговорила я. — Можешь подсказать, как мне призвать Чудо?
— Чудо? — не понял Аэлар. — Ах да. Твоего единорога. Трижды назови его имя, и он придет. В стойло его можно отправить, точно также трижды повторив команду. Думаю, с этим ты разобралась.
Скучающий отстраненный тон дракона вызвал у меня еще больше раздражения. А как же женюсь? А где же поцелуи украдкой и поистине драконья страсть?
Что-то я не поняла, у него там истинность издохла? Потому что если нет, я ее собственноручно сейчас придушу!
Я сама не знала, почему меня вдруг так взбесило его поведение. Это было буквально тем, о чем я молила судьбу. Дракон наконец отстал, а я… Я сейчас пристану.
Да так пристану, что не отлепит!
Нахал сделал приглашающий жест в сторону портала. Я сделала глубокий вдох, потом досчитала до десяти. Посмотрела на Аэлара. Спокоен, как удав. Ни следа сомнения.
И никакого желания меня остановить.
Я зашагала к двери, отсчитывая каждый шаг до того момента, как покину особняк. Раз, два. Никто не ловил меня за руку. Три, четыре. Я прямо сейчас могла выйти и закрыть дверь. А так как порталы использовали накопители, потребуется какое-то время до повторной активации. Аэлар, конечно, мог ускорить этот процесс, использовав собственную магию, а вот я вернуться не могла.
Пять. Шесть. Если уйду, останусь в общаге. Учить.
Семь.
Восемь…
Сердито фыркнув, я рывком открыла дверь и вышла в небольшой коридорчик. А после закрыла ее за собой, подчеркнуто вежливо и осторожно, не забывая улыбаться.
Он сам решил отступить. Не моя проблема.
— Да он осатанел! — рыкнула я, врываясь в комнату.
Девочки любовались шкафом, который кто-то успел доставить за время моего отсутствия.
— Чего? — не поняла Викки.
— О, уже вернулась, — улыбнулась Оливия. — Быстро вы…
— Он, — поправила я. — Быстро он. Скончается, если посмеет водить меня за нос!
Викки уставилась на мой нос. Она нахмурилась, потом протянула руку, попробовав меня поймать за указанную часть тела. Я увернулась.
— Водить за нос не удобно, — решила Викки. — Могу подарить запасные поводья.
— Ты вообще на чьей стороне? — возмутилась я.
— На твоей. Смотри, какой у нас теперь шкаф!
— У меня!
— Туда все наши платья поместятся. И мой латный комплект…
— Чудовище, — восхитилась я. — А ну брысь из моей комнаты! Если вы меня не поддерживаете, то и шкафом я делиться не стану.
Я показала нахалке язык. Викки пожала плечами и открыла дверцу шкафа, демонстрируя, что меня уже немного потеснили. Диванчик у стены тоже был разложен, как спальное место. На ковре валялись подушки, подозрительно похожие на те, что я видела в комнате Оливии.
— Ясно, — закатила глаза я. — Мы все же в общаге.
Оливия захихикала. Она обняла меня, уткнувшись носом куда-то в подмышку. Хрупкая комплекция просто не позволяла ей дотянуться выше. Викки присоединилась к нам, положив мне голову на плечо.
— Сама посуди, — сказала она. — Оливию мы у Корвуса отбили. А тебя оставили беспомощную. Одну против дракона…
— Прямо героиня из сказок, — кивнула Оливия.
Викки мечтательно улыбнулась. В ее голове я была той самой истинной, которую после бала забирают в Империю и сажают дома рожать детишек. Она понятия не имела, какие легенды о драконах ходили в моем мире.
Оливия явно имела в виду что-то в духе средневековых сказок, где могучий рыцарь долго машет мечом, чтобы отогнать дракона подальше от своей деревни, принцессы, сокровищ или что там ему могло приглянуться.
— У-у-у, — протянула я. — Мужики злодеи!
— У-у, — закатила глаза Викки. — Только поняла?
— Это мы давно выяснили, — подтвердила Оливия. — Но если он — злодей, то ты должна стать еще большей злодейкой, чтобы его покорить.
— Мне это не нужно, — отрезала я.
И жизнь покатилась своим чередом. Сначала я узнала, что Оливия уже почти догнала Корвуса своим мастерством и неплохо так ему досаждает, подсылая живые тени. Она рассказала про их первый поцелуй и про то, как он вдруг из злого повелителя тьмы начал превращаться в ласкового котика.
Потом мы пили чай. Потом Викки бегала за мной с подушкой, заставляя учить формулы. Потом мы снова пили чай, а я жарила блинчики. Потом я бегала за Викки с подушкой, заставляя ее признаться, какие зелья были в билетах у Марики у их группы.
Наши посиделки закончились далеко за полночь. Я проснулась в ворохе одеял, но почему-то на ковре, используя живот Викки вместо подушки. Оливия дрыхла в кресле, прикрывшись учебником анимагии.
Где-то у кровати истошно вопил магический будильник, напоминая, что меня уже ждет Марика.
Я сползла с кровати и пошлепала в ванну, понимая, что лучше привести себя в божеский вид. Ведьма следила за собой и не любила нерях. И у профессора Марики оценка на экзамене очень сильно зависела от погоды, настроения и астральных прогнозов.
Поэтому я надела свое лучшее платье с декольте, которое почему-то начало мне жать, подкрасила губы алой помадой и постаралась придать волосам хоть какую-то форму. Они отказывались укладываться.
На кухне меня ждал небольшой сюрприз. Девчонки приготовили мне завтрак и оставили милую записку с пожеланием удачи, чтобы порадовать меня перед экзаменом. Я быстро умяла приготовленную Оливией кашу и бутерброды Викки.
На душе стало чуть светлее. Я еще раз поправила волосы перед новеньким зеркалом и вздохнула. Если не вспомню нужную формулу на экзамене, расскажу о своей несчастной любви.
У нас с едой всегда все было невзаимно. И с магией. И даже дракон решил меня оставить. По моей просьбе, но все же!
Плюнув, я вышла из комнаты.
NN
— Я хочу, — проникновенно произнесла самая рыжая из ведьм, — чтобы вы сотворили сегодня чудо!
Наша маленькая группка бытовиков смотрела на магистра Марику с сомнением. Если сегодня кто-то и мог сотворить чудо, так это она. Поставив нам зачет.
У ведьмы было свое мнение на этот счет. Она не дала нам ни котелков, ни горелок, ни даже пробирок для изготовления зелий. Марика предоставила нам двор Академии и велела полагаться на фантазию.
— Зачем вам билеты? — вдохновленно продолжала она. — Весь мир — чистый холст. Сделайте мне зелье своей души.
— Любое? — деловито уточнила я, примеряясь к воде из лужи и недожеванной Чудом клумбе.
— Такое, чтоб работало.
Вся группа впала в уныние. Во дворе Академии не росло ничего хоть отдаленно похожего на ингредиент для зелья. Вопреки расхожему мнению, магические выбросы не выходили за пределы аудиторий. Стены все поглощали. У нас не водилось живых кустарников и орущих мандрагор.
Орал только завхоз, у которого выдернули половину клумбы. Но я не могла так просто сдаться. Я встала на колени и принялась ковыряться палочкой в земле. Марика с гордостью настоящего гения наблюдала, как несчастные студенты разбредаются по парку.
Я знала, на что она рассчитывала. На истории о несчастной любви. Видимо, ведьму давно никто не снабжал сплетнями, но она чувствовала, что что-то в Академии происходит.
Ее хитрый взгляд то и дело возвращался ко мне. Пожалуй, я могла купить зачет всей группе своими рассказами про свекровь, городскую ратушу и маленькое путешествие в Империю.
Часть меня даже хотела сесть рядом с Марикой и рассказать ей про все. Ведьма только казалась молодой, на деле она разменяла не первую сотню и явно имела достаточно опыта, чтобы помочь мне советом.
Я продолжала упорно ковыряться в земле. Наконец мне на глаза попалось то, что я так долго искала. В маленькое создание была влита капелька магии, после чего я потащила червяка преподавательнице.
Магистр посмотрела на меня, потом на червяка. Ее передернуло.
— Лилиан, дорогая, что это? — спросила ведьма, стараясь выглядеть дружелюбно. — Я сказала создать зелье, а не принести мне какую-то гадость.
— Это зелье, — с самым честным видом ответила я. — Просто экспериментальное.
— Лилиан, убери.
— Ну что вы! Это настоящее зелье правды. Заставляет людей признаваться в своих истинных намерениях. Но вам придется его продегустировать, чтобы проверить действие.
Я невинно хлопала ресницами, пока Марика старалась удержать лицо. Такой подлянки от меня ведьма точно не ожидала, хотя по всей Академии уже расползлись слухи о моих своеобразных методах сдачи экзаменов.
Ну а что? Задание я выполнила? Выполнила. Творческую натуру продемонстрировала? Само собой. Так какие ко мне могут быть претензии?
— Попробуй ты, — велела ведьма.
— Ну что вы, профессор, — округлила глаза я. — У меня пока только одна порция. И форма подачи такая… необычная.
— Лилиан, — нервно произнесла магистр. — Я вижу, что ты совсем измучена. Просто расскажи, что у тебя на душе… А с экзаменом потом разберемся.
— Нет, магистр! Вы должны попробовать. В этом зелье я уверена, как ни в каком другом…
Ведьма поймала меня за ухо, брезгливо поглядывая на червяка. Она начала отступать к Академии, ведя меня за собой. Остальные неудачники с бытового подглядывали за этим из-за кустов, уже вовсю отправляя друзьям записки с просьбой раздобыть зелье в ближайшей лавке.
— Ай, ай! — возмутилась я. — Почему вы мне не верите?
— Я не стану пробовать эту гадость.
— Раньше вы меня хвалили.
— Раньше ты приводила в Академию дракона. А теперь что? Я вынуждена выслушивать какую-то чушь от старших курсов… Здесь ни любви, ни творчества, ни искры таланта!
На миг ведьма забылась и выпустила меня из рук. Но я не обманывалась, ведь близился час расплаты. Я уже планировала, как буду рассказывать ректору про эту маленькую стычку. Наверняка он поймет, что Марика не просто так отказалась брать в рот червяка, и заставит меня отрабатывать наказание.
Главное, чтобы зачет поставили. Марике всегда было лень принимать пересдачи. Ведьма была себе на уме и прекрасно знала, кто из адептов обладает способностями, а кто — нет. Все эти экзамены были чистой формальностью.
Рыжая хохотушка с ветренным характером легко забывала обиды и переключалась с одной жертвы на другую. Достаточно было просто перетерпеть.
— Как твоя истинность, дорогая? — резко сменила тему ведьма. — Почему ты совсем ничего не рассказываешь? Тот дракон тогда так долго говорил о своей любви к тебе… Неужели врал?
— Верить драконам, себя не уважать.
— Кто так сказал? — удивилась Марика.
— Народная мудрость, — скромно ответила я. — Моего авторства.
— Так а записочки? Предсказания? Почему мне не принесла? — У Марики загорелись глаза. — Ты же знаешь, я ведьма в седьмом поколении. Нужные предсказания сердцем чую…
— Могу взять вас в долю.
Марика посмотрела на меня. Я — на нее. Похоже, слишком рано я взятку предложила. У ведьмы снова задергался глаз. Она посмотрела на почти раздавленного червяка с крупицей магии, и сердце романтика не выдержало:
— К ректору! Живо!
В кабинете ректора были перестановки. Например, после визита Леметры он установил себе огромный бар, полный различных напитков. В основном предпочтение отдавалось, конечно, валерьянке и пустырнику.
При виде меня ректор тяжело вздохнул. Он выслушал короткий, но очень эмоциональный рассказ Марики, после чего достал листок.
— Итак, когда назначаем пересдачу? — спросил ректор.
Я подобралась. Марика не могла заявить, что мое зелье не сработало, ведь она его даже не попробовала! И, кстати говоря, червяк успешно раскрыл истинные намерения ведьмы, как я и заявила о его свойствах.
— Зачет, — затрясла кудряшками ведьма. — У Лилиан зачет! Но только за…
— Необычайный подход, — подсказала я.
— Смекалку. — Марика смерила меня тяжелым взглядом. — Но в следующем семестре мы хорошенько поработаем над этичностью ваших… рецептов.
— Разумееется.
Ректор не слушал нашу болтовню. Он с унылым видом прописывал мне наказание, вычеркнув графу с датой пересдачу. Вид у него был усталый, хотя вроде как ректор уезжал из Академии, чтобы отдохнуть.
Я подозревала, что его утомляла сама должность. Но отказываться от отличного места с высокой зарплатой мужчина не собирался.
Ректор застыл над листочком, осознав, что не может назначить свое обычное наказание. Выгнать меня из Академии мешало незримое присутствие Леметры Яржр. Она, как дорогие духи, никак не желала выветриваться из кабинета.
Второй вариант, а именно мытье горшков у Марики, был недоступен. По-моему, с рыжей ведьмой до меня никто не рисковал ссориться, поэтому всех провинившихся всегда отправляли к ней.
На кухню ректор не мог меня послать. Все же статус не тот.
Он поднял на меня угрюмый взгляд. На лице ректора читалось, что в гробу он видел таких адептов. А потом его осенило. Он улыбнулся. Так искренне и широко, что у меня мурашки поползли по коже.
— Ну, я пойду? — предложила я. — В библиотеку.
— Нет, адептка Россо, — торжествующе произнес ректор. — Вы отправляетесь отбывать наказание.
— Где?
Марика догадалась и одобрительно кивнула. Ее теплая ладонь легла мне на волосы, по-матерински пригладив растрепанные волосы.
— Сейчас свободен только магистр Корвус, — проворковала она. — Удачи, Лилиан. Но если ты все же захочешь поговорить по душам, мои двери всегда открыты.
Зловредная ведьма выпроводила меня из кабинета, оставшись еще немного поболтать с ректором, узнать, как прошел его отпуск. А у меня дергался глаз.
Передо мной встал нелегкий выбор: сдаться и рассказать про мои любовные перипетии или все же потерпеть Корвуса?
— Вот же… ведьма, — прошептала я, поглядывая на дверь.
Нет, Марика отбила бы меня у темного эльфа. И наказание бы защитала, и силой своего шарма убедила бы Корвуса не подкидывать мне работы… Но разве честная адептка может пойти на шантаж, подкуп и сплетни?
Я твердо решила самостоятельно справиться с проблемой. Тем более, Оливия заявляла, что Корвус подобрел, исправился, стал настоящим чудом по отношению к ней. Еще и успел дать ей парочку частных уроков и завоевать доверие.
М-да. А ведь Оливия сама пришла к нему, как только он перестал ее преследовать. Может, дракон рассчитывал, что я поступлю аналогично?
Вот уж нет! Воинственно поправив грудь, я направилась на кафедру темных искусств. Как всегда, там пахло формалином, пережженым кофе и отчаянием. Иллюзионисты и некроманты сновали по коридорам с потерянным видом в ожидании чуда. У них тоже шла сессия, которая больше походила на борьбу за жизнь.
Я постучала в дверь кабинета, в самое сердце злодейского логова.
— О, надо же, — ехидно произнес голос за моей спиной. — Вы умеете стучаться, адептка. Я думал, в вашем стиле вскрывать замки.
Я повернулась. Темный эльф стоял посреди коридора с черепушкой, зажатой под мышкой. У него был до омерзения счастливый и цветущий вид.
— Что за мода у всех подкрадываться ко мне сзади? — проворчала я. — Там что, вид лучше?
— Ага, — саркастично ответил магистр. — Лица не видно. До последнего надеешься, что это не вы, Россо.
В. Шефнер
— С чем пожаловали? — спросил темный эльф.
Он открыл дверь кабинета и пригласил меня внутрь. Я же уставилась на густое и плотное темное нечто, которое полностью загораживало проход. Живые тени. Конечно, они охраняли кабинет магистра темных искусств. Как же иначе?
Но мне далеко не сразу удалось заставить себя пройти сквозь завесу. Корвус наблюдал за мной, усмехаясь.
— Знаете, Лилиан, — сказал он, — никак не могу понять ваш характер. Что скрывается за всей этой бравадой смелой девчонки и шантажистки?
— Милое симпатичное личико, — съязвила я, — которое все так боятся увидеть.
Взгляд темного эльфа зацепился за бумагу. Направление от ректора, которое должен был подписать преподаватель, чтобы подтвердить мое наказание. Я знала, что Корвус просто так меня не отпустит.
— Я пришла договориться, — начала я.
— У тебя не осталось рычагов давления. Оливия сама охотно со мной общается. Дракон явно не проявляет к ней интереса, — принялся перечислять Корвус. — Тебе нечем крыть, Лилиан.
Я поежилась. Очень уж мне не нравилось, когда мое имя произносил этот тип с глазами, полными тьмы. Не знаю, что Оливия в нем нашла, а я всегда с подозрением относилась к непризнанным художникам.
— Ну как же? — спокойно ответила я, хотя сама этого спокойствия не чувствовала. — Вы же сказали, что надеетесь как можно дольше не видеть мое лицо. Следующая пара у нас почти что через месяц…
Корвус сложил ладони домиком и положил на них подбородок. На его лице мелькнула тень любопытства. Я поняла, что он все еще смотрит на направление, а точнее, на мое оголившееся запястье.
У меня перехватило дыхание. Эльф мог подумать, что раз меня выкинули из клана, то теперь драконы займутся Оливией. С его паранойей станется вернуться к прежней одержимости. Не хватало еще, чтобы он нарушил наши договоренности и снова похитил мою подругу.
Я торопливо натянула рукав пониже, будто это могло как-то сгладить впечатление.
— Мне сказали, что чешуя не отрастет, поэтому я отказалась от членства в этом клубе неудачников, — попыталась свести все к шутке я. — Зачем быть полудраконицей, если это не дает тебе огненного дыхания и острых клыков?
— Вот как?
По голосу магистра сложно было понять, пребывает ли он в бешенстве или веселится. Лицо темного эльфа тоже оставалось пустым. Я знала, что Корвус сейчас обдумывает свой дальнейший шаг, но понятия не имела, к каким выводам он придет.
— Я же говорила, что не люблю драконов.
Моя неловкая попытка заполнить тишину не помогла. корвус молчал. Тени на стенах становились гуще, подвижнее. От них создавалось впечатление, будто кто-то шепчется за моей спиной. Одновременно хотелось и обернуться, и проигнорировать, чтобы не спровоцировать еще что похуже.
— Давайте вы подпишете мой листок, — предложила я, — и больше меня не увидите.
— Никогда? — с интересом уточнил эльф.
Я призадумалась. Да, проще было убедить ректора, что бытовикам не нужен курс проклятий, чем еще раз сдавать экзамен Корвусу. Меня бы даже помощь Оливии теперь не спасла.
— Никогда, — пообещала я.
— С чего ты решила, что я настолько тебя ненавижу? — прямо спросил Корвус, отбрасывая маску. — Ты положительно влияешь на Оливию. Благодаря тебе у нее появились друзья, уверенность… Она перестала бояться каждой тени.
Мы вместе решили проигнорировать иронию последнего заявления. Я пожала плечами. Может, Корвус меня и не ненавидел, но теплых чувств точно не питал. Я для него навсегда останусь неудачницей с маленьким резервом и большой хитростью.
— Так что нет, — закончил темный эльф. — Мне все равно, будешь ты у меня учиться или нет. Вообще-то это довольно забавно. Мне интересно наблюдать за твоими попытками сдать очередной тест, не прибегая к магии. Ты как будто ее боишься…
— Я?!
— Ты, — повторил Корвус. — Ты сама готовишь, сама убираешь, сама гладишь одежду, как обычная служанка. Ты бытовичка, но стоишь передо мной с вороньим гнездом на голове. Что помешало тебе с утра использовать заклинание от секущихся кончиков?
Этот вопрос ввел меня в ступор. Я… Я просто не вспомнила об этом. Магия ощущалась не как продолжение моей руки, а как заимствованный предмет, как кредит. Я могла брать понемногу, но постоянно экономила. Я сдавала экзамены, даже иногда применяла заклинания на практике.
Каждое мое колдовство было осознанным выбором. Это не то, что я делала с утра по привычке. Я расчесывала волосы, гладила одежду, готовила еду, в то время как многие эти задачи Викки решала щелчком пальцев.
Мне приходилось продумывать то, что для нее было также естесственно, как дыхание. Я полагалась на теорию, потому что не понимала, зачем мне практика.
Когда это подмечал Корвус, становилось страшно. Он склонил голову к плечу и улыбнулся.
— После нашего разговора я понял, почему Оливии так тяжело дается магия. Она чужая. Как и для тебя, так и для нее.
Я кивнула, до сих пор не понимая, на кой ляд темный эльф решил со мной откровенничать. Мы не были друзьями. Нас объединяло лишь беспокойство за судьбу Оливии.
— Поступим вот как, — решил эльф. — Ты получишь свою бумажку, если согласишься на один маленький эксперимент.
Я смотрела на Корвуса с недоумением. Темный эльф привел меня на полигон для тех, кто занимался некромантией. От однокурсников мы часто слышали, что Корвус заставляет особо провинившихся копать могилы, но не до конца в это верили.
А зря. Темный вручил мне лопату. На его губах появилась злорадная ухмылка.
— Мои опять все перепутали. Тебе нужно достать амулет упокоения вон из той ямы и положить его к дядюшке Пикмену. Он пока что отдыхает в склепе.
Я кивнула и забрала инструмент. Подозрения закрались в мою голову только после того, как я встала на край “ямы”. Зачем лопата, если здесь все разрыто?
Ответ был прост. Для защиты!
Корвус не заставлял меня копать, он просто вручил мне единственное имеющееся в подсобке оружие! Потому что все нормальные маги защищались от нежити щитами и огнем.
Но я-то была ненормальной! И когда мою лодыжку обхватила когтистая лапа, я первым делом стукнула по ней лопатой.
Из ямы показалось серое лицо. Умертвие было обычным, человечным даже, немного похожим на неправдоподобно загримированного зомби. Я ожидала дурного запаха или жуткой картины разваливающегося на ходу монстра, но этого не было.
Почему-то тот факт, что на меня нападал почти живой человек, показался мне более ужасающим. Я заорала, отпихивая существо ногами.
— Адептка Россо, — скучающим тоном сообщил Корвус. — Вам нужен амулет. С шеи.
На шее создания и правда болтался крупный металлический круг. Я могла бы легко до него дотянуться, если бы решилась протянуть руку к клацающим зубам.
Мой взгляд упал на темного эльфа. Он словно и не собирался мне помогать. Темные глаза магистра смотрели в одну точку на горизонте.
Я вдруг поняла, что нахожусь с Корвусом на полигоне совсем одна. И никто даже не подозревает об этом.
И все эти слова Оливии о его исправлении могли быть всего лишь словами. Кто знает, что ему шептала сегодня ночью его тьма? А я ведь успела порядком достать темного эльфа, постоянно засовывая ему палки в колеса и мешая украсть подругу.
Он сказал, что благодарен мне, а я и поверила… Подумала даже, будто Корвус хочет мне помочь. Экспериментом, чтоб его!
— Магистр! — Я вскрикнула, приземляясь на пятую точку. Мое бытовое заклинание ошпарило умертвию руки, но создание не чувствовало боли. — Магистр?!
Я одной ногой оказалась в яме. Оно упорно притягивало меня к себе, не обращая внимания на вспышки светлячков и даже удары лопатой. А мой резерв резко закончился, и помощи от драконов ждать не приходилось.
От магистра — тем более.
Я поняла, что если выживу, обязательно пройду его курс с проклятиями. Ой как пройду!
Умертвие уронило меня к себе. Оно не справилось с моим внушительным весом и рухнуло навзничь, а я приземлилась сверху. Из легких создания выбило остатки воздуха.
Наконец-то я почувствовала положенную вонь.
Меня прошибло потом, а лопата застряла между стенками ямы. Я была безоружна. Руки умертвия обхватили мой торс и потянули его к клацающему рту.
Я думала, что близость смерти пробудит во мне скрытую силу. Магия проснется, мышцы окрепнут. Я надеялась, что силы духа хватит, чтобы со всем справиться.
Я была неправа. Мой нос уткнулся в шелковую подушку, набитую чем-то твердым. Обрывки рюшей, украшавших гроб, царапнули мне щеку. Я задержала дыхание.
Ну вот и все. Мне срочно нужно было чудо.
— Чудо? — шепнула я. — Чудо! Чудо!..
Я слишком поздно вспомнила о единороге. Во мне угасла последняя надежда. И тогда Корвус подошел к краю ямы и спихнул вниз кусок сырой земли.
— М-да, — мрачно произнес он. — Я надеялся, что сработает. Стресс обычно провоцирует трансформацию или хотя бы расширение резерва… Прости, Лилиан.
Я боялась вдохнуть. Умертвие прижимало меня к своей груди, но больше ничего не происходило. Корвус его усыпил? Что вообще происходит?
— Ты чего притихла? — удивленно спросил он. — А, это обнимашка. Не переживай, он не способен причинить тебе вред. Таких делают для первокурсников. Тебя вытащить, Россо?
NN
Я почувствовала, как щеки обжигает злой румянец. Мои мышцы перестали быть ватными, будто кто-то резко вернул в меня стержень. Я оттолкнула руки умертвия, которое больше не казалось ни жутким, ни сильным.
У меня на языке вертелось много эпитетов, которыми следовало наградить темного эльфа. Я молчала лишь потому, что не знала, какой следует озвучить первым.
— Россо? — окликнул меня Корвус. — Лилиан, почему ты застыла?
В голосе темного эльфа мелькнуло сомнение. Он словно волновался о моем благополучии. Чушь, конечно. Корвуса больше беспокоило, не откусит ли ему голову Оливия за смерть подруги.
А зря…
Потому что голову ему собиралась откусить я!
— Так, — пробормотал магистр, почувствовав на себе мой взгляд. — Пожалуй, стоит позвать драконов…
Я не видела эльфа. На глаза мне упала алая пелена чистой, назамутненной ярости. Я чувствовала себя униженной и опозоренной. Меня отдали умертвию для первокурсников, которого звали Обнимашкой!
Я едва не отдала богу душу от страха, в то время как это недоразумение меня гладило по спине. А Корвус молча наблюдал. И ведь был уверен, зараза, что ни лопата, ни магия мне не помогут.
И чуда не произошло. Небо было отвратительно голубым и чистым, без единого облачка и следов моего розового коня.
Зато теперь я знала, каково чувствовать себя беспомощной, обреченной, сломленной, всеми брошенной. Возможно, мне удалось бы справиться с подобным ударом судьбы, не будь здесь свидетелей.
Но почему-то кривая ухмылка Корвуса сделала все в десятки раз хуже, а добила меня сама яма. Я схватилась за стенки, пытаясь выкарабкаться, но это не так-то легко сделать в пышном платье и с внушительным багажом… приятных впечатлений.
Я снова упала, уронив себе на лицо комок грязи. Обнимашка глухо крякнул подо мной. Внутри что-то разорвалось, и все мое тело наполнил единый огненный поток.
Когда я открыла глаза, никакой пелены перед глазами не было. Я видела ясно и четко. Корвус мельтешил где-то внизу, отчаянно ругаясь и отталкивая от себя десятки новых Обнимашек. В темном провале ямы лежал, сложив руки на груди, мой окончательно упокоенный знакомый.
А как я выбралась? Помню только, что хорошенько оттолкнулась. И вот, мое тело высоко над кладбищем. Почему оно тогда не падает?
Я попробовала повернуться. Мир резко крутанулся вокруг своей оси, и теперь Корвус и кладбище были над моей головой, а голубая бездна — под лапами.
Стоп, какими еще лапами?!
Я взвизгнула от неожиданности, но из горла вырвалось облако дыма и странный гортанный звук, который еще больше меня напугал.
— Лилиан! — проорал мне Корвус. — Спускайся немедленно!
В его тоне было что-то такое, что заставило меня махать крыльями в противоположном направлении, то есть наверх. А ко мне какие вопросы? Я что, глупая, чтобы спускаться к взбешенному темному эльфу, вокруг которого десятки умертвий и столько же живых и опасных теней?
Корвус попытался поймать меня за лапу тьмой, не его магия просто не дотянулась до меня. А я порхала аки колибри, то есть беспорядочно била крыльями воздух с такой частотой, что едва перепонки не порвала.
Силы закончились. Я продолжала упорно барахтаться, уверенная, что если перестану махать, то сразу же упаду. Наконец мои лапки бессильно повисли в воздухе.
И я тоже. Ну то есть падения не произошло! Я просто висела на небе неловкой тушкой, широко расправив крылья.
Корвус уже закончил ругаться и методично разбирался с умертвиями. Еще парочку упокоит и настанет моя очередь…
— Лилиан, — рявкнул он. — Живо вниз, пока ты не…
— Не пойду, — сказала я.
И на этот раз слова вышли из человеческого рта, а не из драконьей пасти. Видимо, мое тело решило, что договариваться с Корвусом лучше без лишней чешуи. Я была с ним не согласна. При диалоге с темным эльфом броня бы мне не помешала.
А вот расстояние до земли…
Крылья исчезли, и без них моя беспомощная тушка ухнула вниз. При этом платье, которое еще с утра плотно облепляло фигуру и даже немного жало во всех стратегических местах, осталось наверху.
Я просто из него выскользнула! Ткань падала все же медленнее, чем моя человеческая пятая точка. Не успела я понять, почему вдруг одежда стала настолько мне велика, как что-то сбило меня на подлете к кладбищу.
Огромная розовая туша врезалась в меня. Я машинально схватилась за первый попавшийся под руку предмет, и им оказался очень удачно подставленный Чудом рог.
Не острый! Я мысленно поблагодарила дракона, потому что при столкновении с классической версией единорога мне суждено было превратиться в шашлык на шампуре.
Чудо мотнул головой, закидывая меня к себе на спину. Он флегматично всхрапнул. Для него аэродинамика и физика работали примерно также, как и для моей драконьей испостаси.
Если есть крылья, ты летишь. Даже если не умеешь ими пользоваться…
Чудо начал перебирать копытами в сторону Академии. Я была слишком шокированна произошедшим, чтобы хоть как-то его направлять. Конь скакал по воздуху, изредка взмахивая своими белоснежными крыльями.
Он был весьма доволен собой. Еще и хозяйка не дергала за узду, не торопила, только обнимала за шею и тихонько сопела. Поэтому Чудо немного увлекся. Мы миновали Академию и понеслись к городу…
Я запоздало поняла, что сижу верхом на розовом недоразумении, которое несется в сторону стражи и толпы горожан. А на мне при этом ни платья, ни нижнего белья, ни стыда, ни совести…
В общем, ничего лишнего. Самое то для визита к драконам!
Сначала я думала завернуть к свекрови. Может, после этого Леметра наконец-то решила бы от меня избавиться, как ей положено по сюжету. В последней момент мне показалось, что как-то слишком залетать в гостиницу голой.
— К Аэлару, — сурово велела я. — К Аэлару. К Аэлару!
Чудо посмотрел на меня большим лиловым глазом и издевательски заржал. Мол, мать, из глухих и неразумных тут только люди. Мы, единороги, относимся к высшим расам!
Его копыта продолжали молотить воздух, при этом двигался конь все быстрее и быстрее. Он доставил меня к неприметному особняку на склоне холма, очень удачно пролетев над огородами, а не над оживленной улицей.
Я умирала от стыда. Моя пламенеющая грива была видна на весь город. Хотя бы пятую точку прикрыли белые крылья, а перед — густая голубая грива питомца.
Чудо выбил золотые искры из брусчатки. Он горделиво вскинул голову и ударил по камням копытами. Еще раз. Для профилактики. Вдруг кто-то не заметил голую девицу верхом на розовом коне!
Я сползла с его спины, кряхтя и ругаясь. Почему-то сейчас конь показался мне выше и шире. Или это я усохла после превращения в дракона?
На раздумья времени не было. Я кинулась к дому, оставляя Чудо лакомиться местными кустами. Захлопнув за собой дверь, у меня получилось немного перевести дух.
— Фух, — шумно выдохнула я. — Повезло…
Но я еще не подозревала, насколько. Я кинулась к окну, чтобы поскорее замотаться в штору, и едва не уронила на себя карниз. Разобравшись с ним, я глянула в окно и обомлела.
И нет, меня поразил не Чудо, стоящий на задних копытах и обгрызающий яблоки с деревьев. На чистом стекле виднелись контуры моего тела. Отражение было слабым, едва заметным…
— Это я?
Мой голос прозвучал слабо и беспомощно. Я коснулась щек, ожидая почувствовать привычную круглую упругость. Вместо этого мои пальцы задели скулы.
Внушительная грудь оставалась большой, но теперь уже не нуждалась в постоянной поддержке. Я не сгибалась под ее весом, не чувствовала вечной боли в спине.
Мой живот…
Я бросила штору на пол, занятая рассматриванием нового тела. Оно было… худым. Я никогда в жизни не видела мышц на своем животе, потому что их надежно скрывал слой жира. Со временем я перестала переживать по этому поводу, смирилась, научилась подбирать одежду и жить в своем теле.
Но теперь у меня был плоский животик. Тот самый, о котором я столько мечтала. Вот только зачем он мне нужен?..
Изменения в теле были слишком разительными, чтобы их проигнорировать. Я замерзла. Раньше мне всегда было тепло, а от любой нагрузки сразу жарко. Если забыть про обед, мне тут же становилось плохо, да и еду следовало подбирать с умом, чтобы не сделать хуже.
А тут появился голод. Слабый, но очень понятный. Не опоздавший на пару часов, как это происходило обычно. Я больше не обдумывала, когда и что мне есть. Тело само обо всем сообщало, будто хорошо смазанный механизм: о голоде, о тепле или холоде, об усталости.
Да. Я точно знала, что у меня болят мышцы. Не просто плечи долго были в неудобной позе или грудь внезапно стала слишком тяжелой, нет! Болели мышцы. Там, откуда могли бы расти крылья.
Шок сменился недоумением. Я понятия не имела, что делать с другим телом. Мне, вообще-то, вполне комфортно было жить в своем. А тут и холодно, и все чувства обострились, и вдруг двигаться стало в несколько раз легче…
— Ты еще кто такая?
Я не сразу узнала голос Аэлара. Он прозвучал настолько пренебрежительно и враждебно, что у меня перехватило дыхание. Будто ледяным презрением окатил, а не окликнул…
Дракон стоял у лестницы, сложив руки на груди. На меня он даже не посмотрел.
И если раньше Аэлар был для меня горой мышц, то теперь стал непокоримым Эверестом. Без дополнительного веса я потеряла все преимущества. Мое тело окончательно превратилось во что-то невразумительное, тонкое и хрупкое.
Я прикрыла грудь рукой и нахмурилась. Сбежать, ничего не сказав? Попробовать объясниться?
— Впрочем, мне плевать, — равнодушно бросил Аэлар. — Выметайся из моего дома.
Он подошел к столику, на котором лежали неразобранные письма, не удостоив меня ни единым взглядом. А ведь я все еще была голой, рыжей и очень злой.
Это подтолкнуло меня к действию.
Ф. Раневская
Я думала о том, что дракону нравилась предыдущая версия меня. Она носила открытые платья, отказывала там, где это казалось невозможным, и очень быстро убегала от любых проявлений привязанностей.
Лилиан, которую знал Аэлар, ни за что бы к нему не подошла. Даже если бы хотела. Поэтому я сделала это.
Дракон поднял на меня раздраженный взгляд, явно недовольный присутствием в доме какой-то девицы. Он застыл с письмами в руке.
А я думала, что будет, если к нему прижмется худая Лилиан. Красивая со всех точек зрения Лилиан. Та Лилиан, которую хочет видеть каждый в зеркале. Не я, но другая версия меня…
Это было даже забавно. Я чувствовала, будто на мне нелепая маска, и никто в целом мире даже не подозревает, что под ней скрывается та самая Лиля из другого мира, которую вечно окружали проблемы и которая даже не верила, что когда-то ее ждет долго и счастливо.
В этом мире или в предыдущем. С идеальным планом или полным знанием сюжета.
Я знала, что мне не повезло с самого рождения, что я никогда не смогу изменить обстоятельства, в которых оказалась. И вдруг мне удалось сменить саму реальность. Весь мир. И себя вместе с ним.
Я улыбнулась и понадеялась, что это выглядело призывно и эротично, а не как оскал девушки, только что свалившейся с неба на розового единорога.
Взгляд Аэлара потеплел. Я почувствовала что вот, вот оно! То, что дракон так упорно отрицал. Он хотел идеальную Лилиан, а не ту, которой я всегда была…
Я все еще не понимала, как чувствую себя в этой маске. А она стремительно приставала к коже, и с каждым мгновением мне становилось все привычнее и спокойнее в другом теле.
— Любимая? — мягко произнес Аэлар.
Сердце уколола ревность. Но я все равно шагнула к нему и положила руки на плечи, поглаживая стальные мышцы дракона.
— Лилиан?..
Вот так одним словом Аэлар разбил мою маску. Он узнал меня. Даже с радикально измененным лицом, телом… Может, тому виной проклятые вишневые волосы?
— Все еще хочешь, чтобы я ушла? — выдохнула я.
Взгляд Аэлара был прикован к моим глазам и не опускался ни на миллиметр ниже. Один раз дракон совершил ошибку, спустившись к губам, но после этого тяжело сглотнул и с трудом заставил себя снова выровнять дыхание. Больше он не рисковал.
— В таком виде? Нет, — признал он. — Давай я отдам тебе свою рубашку.
— Не хочу, — капризно ответила я. — Смотри, насколько я теперь красива…
— Походит на магическое истощение.
Дракон посерьезнел. Он взгляделся в мое лицо в поисках признаков смертельной усталости, после чего озадаченно покачал головой.
— Я превратилась. В драконицу, — подсказала я. — Теперь могу испепелять врагов своим огнем…
Я умолкла. Теперь я думала, как долго мне придется питаться одними пирожными, чтобы вернуться в прежнее тело. Да и стоило ли? Все эти события оставили меня в полной растерянности.
План Корвуса сработал. Я обрела силу, а мой магический резерв прямо сейчас расширялся. Кроме того, я больше не чувствовала себя чужой.
— Ты в порядке? — спросил дракон.
Я молчала. Этот вопрос был слишком неожиданным. И Аэлар искренне хотел знать, что я сейчас чувствовала, о чем беспокоилась. А рой мыслей в моей голове стал невыносимо громким.
— А у меня получится вернуться в прежнюю форму? — спросила я. — А как меня узнают подруги? Теперь что, все платья перешивать придется?
— Я попробую вернуть, — пообещал Аэлар. — Очень постараюсь.
Он перехватил мои руки и бережно сжал в своих огромных сильных ладонях. Во взгляде Аэлара читалась искренняя тревога за меня. Она была настолько сильной, что вытеснила собой всю похоть и страсть.
Я подумала, что драконицы настолько упорно следили за фигурой, что просто не могли перевоплотиться. Силенок не хватало. Трансформация не просто дала мне новое тело, она именно сожрала все имеющиеся запасы…
Наверное, я слишком много думала. И планировала. Поэтому я встала на цыпочки и прижалась к горячим губам Аэлара, крепко жмурясь.
Будь, что будет.
А дракон решил, что ничего не будет. Стоял, как истукан, и держал меня за ручки.
Я отпрянула и посмотрела в его наглые синие глазищи. Во мне снова бурлило негодование, главный двигатель любой женщины.
— Решил подождать, когда вернется моя внушительная грудь? — язвительно уточнила я. — С сушеными воблами тебе все-таки неинтересно?
Аэлар хмыкнул. И тут же получил пощечину, потому что разъяренная женщина в моем лице не следила ни за словами, ни за руками.
— Не надо мне возвращать предыдущую форму, — сказала я, вскидывая подбородок. — Меня и эта устраивает. И вообще, дело не в теле… Дело в том, кто я такая.
— Именно, — согласился Аэлар.
Я круто развернулась и пошлепала в сторону выхода, собираясь снова залезть на Чудо и отправиться к Леметре. Жаловаться. Потому что свекровь она потрясающая, но сына воспитала…
— Лилиан, тебе лучше одеться, — насмешливо напомнил дракон.
— Я желаю прокатиться голой.
Я развернулась, чтобы увидеть выражение его лица. В Аэларе сейчас боролось желание хорошенько меня наказать за своеволие, ревность и попытки сохранять дистанцию, которую я так просила.
— Хотела на тебе, — мстительно добавила я, — но придется по центру города.
— Я испепелю каждого, кто посмеет на тебя посмотреть.
— Удачи. Думаю, король не обрадуется. А Империю ждут проблемы из-за твоего скандального поведения!
— Моего? — Аэлар изгонул бровь. — Уверена?
— Более чем. Леметра, кстати, узнает, что я была в полном твоем распоряжении, но ты отказался, — продолжила я, все большее распаляясь. — Потому что у тебя извращенный вкус, Аэлар! Ненормальный! Но, поверь, мы подыщем тебе невесту. Я не сдамся, пока не женю тебя на драконице по имени Лилиан.
Последние слова я буквально выплюнула ему в лицо, хотя буквально только что направлялась к двери. Рубашка дракона задела мои соски, неприятно царапнув чувствительную кожу.
— Вот как? — выдохнул мне в лицо дракон. — А еще желания будут?
— Нет! Это единственное! — рявкнула я.
Оно рисковало стать последним, потому что даже появление чешуйчатой ипостаси не могло застраховать меня от смерти под разгневанным драконом. Аэлар, в отличие от меня, был боевым магом, а не бытовым.
На его губах появилась жестокая усмешка. В глазах дракона вспыхнуло истинное пламя, и я поняла, что теперь он уже не остановится. Вот только что Аэлар собирался сделать?
— Леметре пожалуюсь, — заранее пригрозила я.
Аэлар собственническим жестом притянул меня за талию. И пока часть меня возмущалась такому самоуправству дракона, где-то внутри сладко заныло от предвкушения.
Аэлар сотворял заклинание. От драконьей магии покалывало кожу, а перед глазами взрывались россыпи искр. Мои ноздри щекотал дразнящий аромат мужского парфюма.
Хотелось назло Аэлару стать драконицей, желательно при этом развалив весь особняк. К сожалению, магия превращения так не работала. Мне надо было знать, что делаю, чтобы сменить ипостась.
А руки так и тянулись стащить с Аэлара рубашку и…
И натянуть на себя! Сказала же, тело новое, мерзло быстро.
Аэлар закончил. Нас окутал портал, после чего мы оказались в огромном зале. Здесь повсюду были витые мраморные колонны, а на пол падали разноцветные лучики света, создавая на плитках идеально повторяющийся узор с витражей.
Дракон глухо рыкнул, огласив свое присутствие.
— Лорд, как я могу вам помочь? — спросил священник в рясе.
Он стоял за спиной дракона, поэтому не сразу заметил мое присутствие. А поняв, что Аэлар не один, мужчина крайне удивился. Его губы тронула неуверенная улыбка, адресованная мне.
— А, вы должно быть…
— Вон, — перебил его дракон. — Сейчас же!
NN
— Аэлар, — предупреждающе протянула я.
— Лилиан?..
Дракон усадил меня на алтарь. Я сильно сомневалась, что это допускалось их религией, но дракону было плевать. Хорошо, что священник уже ушел, иначе его непременно хватил бы удар.
— Я ни на что не соглашалась, — поторопилась остудить пыл дракона я. — Так что даже не вздумай!
— Ты о чем?
— Об этом, — пробормотала я. — О том, о чем ты думаешь.
— Ты хотела женить меня на драконице по имени Лилиан, так сделай это, — предложил Аэлар. — Избавься от надоедливого ухажера навсегда.
Я прищурилась. Как-то подозрительно легко он решил сдаться. Губы дракона растянулись в снисходительной усмешке. Он подцепил пальцами мой подбородок и приблизил лицо к моему.
— Или ты не хочешь? — прошептал он. — Я могу остаться только твоим…
Его вторая рука скользнула по моему оголенному бедру. Проклятое новое тело было чувствительнее предыдущего. Или сказывался контраст между холодным воздухом храма и жаром драконьей кожи.
Мои мысли затуманились. Я старалась сосредоточиться на словах Аэлара, но все мое внимание приковывали к себе его действия.
Он провел большим пальцем по моим губам, наблюдая, прислушиваясь. Дракон заметил мое участившееся дыхание и довольно улыбнулся.
— Ну что, возвращаемся? — пророкотал он. — Никакой жены. Только ты и я. И наша постель.
Я наконец очнулась от его чар. Готова поспорить, подлец использовал на мне какую-то магию. Внутри закипало раздражение и желание во всем противоречить дракону.
— Давай, — потребовала я. — Где там женить? Я обещала, я выполню. Сегодня ты женишься! На драконице!
Аэлар расплылся в улыбке. Она взбесила меня еще больше. Дракон будто не верил, что я и в самом деле от него откажусь, и это подстегивало меня еще больше. Я соскочила с алтаря и схватила лежащую рядом книгу. Как я и думала, там хранились записи о браках.
Одно имя, напротив другое. Все казалось достаточно простым. В книге почему-то даже не указывались фамилии, принадлежность роду или хотя бы титулы. Только имена.
— Тащи сюда свою Лилиан! — рыкнула я.
— Это необязательно, — хмыкнул дракон. — Даже мое присутствие — вопрос желания.
— И как понять, на ком ты женился? — с подозрением оглянулась я.
Дракон стоял, прислонившись к алтарю и сунув руки в карманы. В его синих глазах бушевала буря, о причинах которой мне оставалось лишь догадываться. Я предполагала, что Аэлара все же взбесил мой отказ.
Дракон устал бегать за непокорной человечкой. Он всерьез решил остепениться на радость матери.
— На руке появится метка рода, — сказал Аэлар. — Как та, которую я тебе поставил. Только она будет черной и неснимаемой. Брак в храме Тиамат священен.
— Ты же понимаешь, что я сделаю это? — с сомнением произнесла я.
Дракон намеренно поднял ставки до небес. Он готов был отдать судьбу в мои руки. Аэлар знал, что я не отступлю. Или же он надеялся, что я наконец признаю свое неравнодушие и сдамся?
— Я люблю тебя, Лилиан, — добил он. — И знаю, что тебе не плевать. Ты не хочешь быть моей, поэтому я этого не предлагаю. Я хочу, чтобы ты была со мной…
Аэлар протянул мне ладонь. Я посмотрела на его руку, такую теплую, такую уютную… Соблазн ответить ему тем же был слишком высок. Все бы так и случилось, если бы не самоуверенный смешок, так невовремя сорвавшийся с губ дракона.
— Ты же не женишь меня на незнакомке просто ради того, чтобы наказать? — сказал он. — Это глупость.
— Женю.
— Ты хоть понимаешь, какие будут последствия?
Аэлар говорил со мной снисходительно, как с неразумным ребенком. Дракон знал, что меня это бесит, но почему-то продолжал.
— Тебе придется жить с ними, — назидательно произнес он. — Я не смогу развестись, Лилиан. Ты признаешь свои чувства, но будет поздно. Разве ты еще не поняла, что тоже хочешь…
Я поняла. Но это не помешало мне черкнуть в книге его имя, а напротив вывести свое. Я знала, что в мире наверняка есть хотя бы одна драконица по имени Лилиан. И моя выходка стоила того.
Я просто представила, как вытянется лицо дракона, когда он в очередной раз поймет, что не может мною командовать, что я не очередная влюбленная в него дурочка.
А улыбка Аэлара стала еще шире. Он тихо рассмеялся, не отрывая от меня горящего взгляда.
— Что? — нахмурилась я. — Тебе разве не пора отправляться на поиски жены?
— Я ее нашел еще на том балу, — фыркнул Аэлар. — Мне просто нужно было доказать ей, что она моя.
Он поднял руку и показал черную метку, в точности повторяющую ту, что дракон наносил мне для обмена энергией. У меня закрались подозрения.
— В мире полно дракониц по имени Лилиан, — сказала я.
— Признаюсь честно, — ответил дракон. — Я верю в судьбу, но такие вещи предпочитаю никому не доверять. Я проверил перепись населения Империи. Вообще-то ни одной драконицы по имени Лилиан у нас не было.
— Ага. То есть ты женат на несуществующей девушке? — Я нахмурилась. — И ты решил наказать меня тем, что я не смогу выйти за тебя замуж, так как ты уже женат?..
Что-то в его истории решительно не складываллось. Или я окончательно перестала соображать. Как так: драконицы нет, а метка есть?
В сознании всплыла занятная формулировка Аэлара. Не было. То есть раньше не было, а теперь…
Я округлила глаза. Аэлар кивнул, подтверждая мои догадки. Драконицы не было, пока я сегодня днем не обратилась. А значит…
Да, на моей руке красовалась темная закорючка, как и у Аэлара.
— Не-е-ет, — протянула я. — Ты же шутил по поводу того, что этот брак не отменить?
Аэлар пожал плечами. Его улыбка была просто запредельной.
— Так что, жена, ты хочешь вернуть прежнее тело? — уточнил он. — Или тебя устраивает твое?
— Я хочу твое тело, — заявила я. — Но не вернуть, а прикопать…
Вторую фразу дракон плохо расслышал. Он притянул меня в объятия и поцеловал со всем жаром, на который был способен. От его страсти легко было растечься сладкой лужицей и сдаться. Я почти поддалась ему… Почти.
— Живо верни меня в Академию, — сказала я. — Мне Корвус еще наказание не засчитал.
— Темный эльф? — Взгляд Аэлара снова стал жестким и собранным. — Как он смеет…
— Это все ректор, — сдала я бедного мужика. — И вообще-то Корвус помог мне перевоплотиться…
Аэлар вздохнул, но все же перенес нас домой. Его сила меня больше даже не удивляла. Но, конечно, сложно было не впечатлиться тому, как дракон легко и походя использовал сложнейшие заклинания.
Мы были в том особняке, в который я попала случайно из общежития. Аэлар ушел и через пару мгновений принес мне платье. Оно было велико, но лучше уж так, чем ввалиться к Викки и Оливии голышом.
— Спасибо, — смущенно поблагодарила я, затягивая корсаж.
Дракон молчал. Он присел на диван и подпер щеку кулаком. Его взгляд повсюду следовал за мной.
Кажется, мы снова вернулись к стадии холодной войны. Точнее, Аэлар просто ждал, пока я начну сама за ним гоняться. Он не преследовал меня, не настаивал, вел себя учтиво. В общем, бесил меня.
— Я ухожу, — напомнила я.
Он кивнул.
— И этот брак ничего не значит. Я избавлюсь от метки, как только смогу.
Дракон снова кивнул. Он прекрасно знал, что божественная магия неподвластна смертным, так что с меткой у меня ничего не выйдет, но все равно со всем соглашался.
— Хорошо, — фыркнула я и направилась к двери.
И не почувствовала его взгляд у себя между лопаток. Это стало последней каплей. Я всегда чувствовала желание дракона, всегда знала, что он тянется за мной. Его страсть связывала нас неразрывной нитью.
А теперь мы в браке и все, желание закончилось?
Я круто развернулась. Хотелось сказать ему пару ласковых. Уже второй раз за день я грозилась уйти, а Аэлар… Он отпускал.
Я напомнила себе, что сама этого просила. Аэлар лишь исполнял мои желание. Это слегка остудило пыл. Я подошла к дивану и встала перед драконом.
Аэлар поднял на меня невинный взгляд синих глаз, вопросительно изогнул бровь. Его недоумение казалось искренним. Почти. Где-то в глубине его глаз все равно плясали чертенята.
Мэрилин Монро
— Муж!
— Да, дорогая?
— Я сделаю из тебя пособие по некромантии.
— Как скажешь, дорогая.
— Я твоей маме пожалуюсь!
На секунду Аэлар потерял самообладание, но быстро смог вернуть безразличное выражение лица.
— Вполне заслуженно, дорогая.
Я приподняла юбку и забралась к нему на колени. Аэлар положил руки мне на бедра, придерживая. В этом жесте не было страсти, лишь бережность и забота.
А я ничего не могла с собой поделать. Думала, нравится ли ему худышка-Лилиан или он мечтает вернуть пышку… Почему-то этот вопрос показался мне крайне важным. И я отказывалась уходить, пока не пойму, кого же на самом деле хочет дракон.
Аэлар мне не помогал. Казалось, ему вообще все равно.
Я потянулась к его губам. Поцелуй вышел коротким, потому что дракон на него не ответил. Он позволял себя целовать, но смотрел на меня с вежливым любопытством. Аэлару было больше интересно, что я выкину в очередной раз, чем то, что у меня под юбкой.
— Ты ничего не сделаешь? — возмутилась я.
— Пока все твои желания выполнены, я не пошевелю и пальцем, — ответил дракон. — Но дай мне знать, если появятся новые…
— Драконица Лилиан, — фыркнула я. — Как умно…
— Спасибо, дорогая. — Аэлар улыбнулся краешком губ. От нежности в его взгляде у меня перехватило дыхание. — Я очень старался.
Я запустила пальцы в его волосы на затылке и потянула вниз, вынуждая дракона запрокинуть голову. Даже когда я восседала на нем, Аэлар был чуточку выше. Мне приходилось приподнимать бедра, чтобы дотягиваться до его губ.
— Какой же ты, — выдохнула я и легонько прикусила его нижнюю губу, — дракон…
Аэлар не мешал мне, но и не помогал. А я так старалась соблазнить его, будто от этого зависела моя жизнь. Мне было страшно потерять обожание в его глазах. Казалось, я подвела Аэлара.
Мой язык столкнулся с его. Платье неумолимо сползало с плеч. Я нежно массировала затылок дракона, не прекращая целовать. Аэлар будто весь принадлежал мне. Я владела его ртом, его руками, всем его телом.
От ощущения полной безнаказанности по моей спине побежали мурашки. Я гадала, что еще могу сделать, не вляпавшись в последствия. Мои губы коснулись его шеи. Я заметила краем глаза, как дернулся кадык, когда Аэлар тяжело сглотнул.
Наконец-то он поддавался.
— Лилиан… — хрипло прошептал он.
— Да, дорогой? — насмешливо ответила я.
— Все это время я хранил от тебя один маленький секрет.
Я потерлась носом о его шею, на время отвлекаясь от поцелуев. В голове немного шумело, будто от шампанского.
— Помнишь тот вечер, на балу? — спросил Аэлар.
— Да, — призналась я. — Как такое забудешь?
— Согласен. — Аэлар усмехнулся и обвил руками мою талию, заранее предотвращая любые попытки побега. — Ты ведь почувствовала наш запах и отреагировала на него, верно?
— Да.
Я поморщилась. Вспоминать о произошедшем все еще было стыдно. Сильнее меня мучила совесть только по поводу драконьих трусов и шантажа свекрови. Аэлар коснулся губами моей макушки и вздохнул.
— И про гномий самогон помнишь?
Я кивнула.
Дракон убедился, что я не пытаюсь сбежать, и убрал одну руку. Он погладил меня по голове, нежно и бережно, будто боялся спугнуть. Потихоньку мое тело расслабилось. Я растеклась по дракону. Дыхание выровнялось. Стало тепло и уютно.
Аэлар ласково перебирал пряди моих волос. Его грудь мерно вздымалась. Я чувствовала, как гулко стучит его сердце под моей рукой.
— Тебе солгали, — тихо произнес Аэлар. — Дело не в самогоне. Гномья выпивка действительно повышает чувствительность к феромонам, но не настолько. Эти слухи пустила моя семья, чтобы скрыть правду.
Я все еще спокойно лежала на нем. Если бы там было что-то ужасное, Леметра сообщила бы. Наверное, очередная тайна драконьих истинных…
— Видишь ли, у нашей расы есть проблемы с рождаемостью, — сказал Аэлар. — Но если девушка способна выносить наше дитя, у нее начинается… кхм, горячка. Это естественная реакция на наш запах, которая побуждает вступать в отношения определенного характера до тех пор, пока девушка не…
Дракон старательно подбирал слова. Но в моей голове упорно возникал образ кошки во время течки. В принципе, я была в очень похожем состоянии в тот вечер.
— К чему ты клонишь? — напряженно спросила я, поднимая голову.
— Я почти полностью скрыл свой запах для тебя, — признался Аэлар. — Как и Ренар. Мне хотелось, чтобы ты сделала осознанный выбор. Той ночью нам понадобился долгий контакт кожа к коже, чтобы завершить заклинание. Оно защищало тебя от… природных позывов.
— Почему ты решил сказать об этом сейчас?
— У него скоро закончится действие.
В комнате было тихо, и только сердце Аэлара выбивало четкий ритм под моими пальцами. Я пыталась осмыслить услышанное. Дракон намекал, что с легкостью все это время мог меня соблазнить, но сознательно отказывался от преимущества?
Тогда почему в городской ратуше я четко ощутила постороннюю магию… Ах да, его соперничество с темным эльфом.
— Я могу повторить ритуал, — добавил Аэлар. — Все останется, как прежде.
— А можешь не повторять, — мрачно закончила я, — и тогда у тебя появится еще одна безумно влюбленная поклонница.
Аэлар взял меня за руку и посмотрел на темную метку. Она была подозрительно похожа на финальный, закрепленный Леметрой вариант. Только на сей раз нашу пару благословила не глава одного рода, а прародительница всех драконов.
— Мне не нужна поклонница. Мне нужна нахалка, попытавшаяся соблазнить меня на балу. — Аэлар еще раз поцеловал меня в макушку и вдохнул запах волос. — Которая еще и не определилась, какого конкретно дракона будет соблазнять.
Сейчас-то ты приняла решение?
Я посмотрела на него.
Аэлар был божественно, просто неприлично красив. От одной его улыбки девушки готовились падать в обморок. Желательно поближе к драконьим ногам. Он был сильнее меня, умнее меня, богаче, талантливее в магии… Аэлар казался мне недостижимо хорошим вариантом.
В книге у него был минус. Любовь к мамочке. Но в моей версии событий Леметра оказалась самой лучшей свекровью, пусть и немного ненормальной.
Я уткнулась носом в шею дракона, вдыхая аромат его парфюма, а потом и вовсе обвила ее руками. Мои плечи замерзли, а платье куда-то уползло. Но я не стала его возвращать. Меня грели теплые руки мужа.
— Я тебя разорю, — пообещала я.
— Звучит заманчиво, — хмыкнул Аэлар. — Но ты так и не ответила. Хочешь, я сам приму решение?
Я внутренне сжалась, но все же кивнула. Аэлар молча поглаживал мои плечи, изредка целуя в висок. Не знаю, сколько времени мы так провели, но умелые драконьи руки смогли меня снова расслабить.
Поцелуи стали наглее. Прикосновения откровеннее. Я не сопротивлялась, ожидая, когда меня снова накроет оглушительная волна вожделения. Да, я перекинула ответственность на Аэлара.
Но это было так правильно, так логично… Он лишит меня разума своими драконьими феромонами, воспользуется слабостью и подчинит. А после этого я смогу с чистой совестью считать его подлецом. И больше никогда не сомневаться.
Ничего такого не происходило. Мы целую вечностью провели на диване, а я все еще сохраняла трезвость рассудка. Точнее, ее подобие. Все же Аэлар умел делать массаж, и целовался почти профессионально.
— А когда?.. — возмутилась я.
— Как Академию закончишь, — после недолгих раздумий ответил Аэлар. — Думаю, отличные временные рамки. Особенно если учитывать твою успеваемость по темным искусствам.
— Отличная у меня успеваемость.
Я сначала разозлилась, как всегда, а потом поняла, что дракон так и не воспользовался своим преимуществом. От облегчения я чуть не расплакалась. Мой вредный внутренний голос что-то нашептывал о подвохе, о том, что я просто не могу жить долго и счастливо, но его уже никто не слушал.
Я прижалась к нежным губам Аэлара. Хриплый голос дракона вибрировал у меня в груди, заполнял все свободное пространство:
— Иди сюда, моя шантажистка.
Аэлар с легкостью нашел способ управлять мной. Он провел пальцами по внутренней стороне бедра, невозмутимо коснулся оголенной кожи. Его губы мазнули по моим.
— Теперь никаких поместий, — шепнул он. — Только за хорошие оценки.
— Тогда ты точно разоришься. Я способная ученица.
— А мне сказали, что ты сдаешь экзамены нечестно.
Аэлар куснул меня за шею и насмешливо фыркнул. Его вторая рука чувствительно шлепнула по моим ягодицам. Я бы возмутилась, если бы это не было откровенной провокацией.
А еще его жест подтолкнул меня вперед, к ловким пальцам, устроившимся спереди. Мой тихий вздох был встречен довольной улыбкой.
— Отпустить тебя? — невинно спросил Аэлар.
Его пальцы описали полукруг. Я прикусила губу, чтобы не выдать ничего лишнего, но дракон и так все прекрасно чувствовал. Он обмакнул пальцы и вернулся чуть выше. Его голос приобрел наставительные нотки.
— Надо готовиться, Лилиан. Заниматься. Долго и усердно.
Я качнулась вперед, чтобы получше почувствовать его прикосновение. А потом… Дракону ничего не пришлось делать. Мои бедра сами пришли в движение, подставляя ему все самое интересное.
И звуки… Думаю, Аэлар понимал, что его жена готова к долгим и усердным занятиям.
— Тс-с, — успокоил меня дракон. — Потерпи немного. Отнесу тебя в спальню, и там продолжим.
Я недовольно рыкнула и сжала рукой горло. Мне нужно было здесь и сейчас, а не там и потом. Дракон со смешком расстегнул свои брюки и приспустил их, но продолжал дразнить, удерживая пальцами в одном положении.
Но я видела в его потемневших глазах обещание скорой расплаты.
Аэлар намеренно распалял меня. Он осыпал поцелуями мою шею, плечи, грудь. Как только я попыталась смущенно закрыться, все еще не уверенная в своем новом теле, дракон попросту заломил мне руки.
Он недовольно рыкнул и накрыл губами чувствительную вершинку. Я ахнула, прикрывая глаза. Огненный рот дракона не долго мучил мою грудь, вскоре переключившись на губы. И все это время пальцы Аэлара были внутри, двигались нарочито медленно, не позволяя толком получить удовольствие.
Дракон помнил, как легко я приходила в восторг от малейшего прикосновения на балконе, поэтому действовал с осторожностью. Хотел, чтобы я хорошенько помучилась, прежде чем получить свой десерт.
А вот себе в угощениях Аэлар не отказывал. Он усадил меня на мягкий широкий подлокотник. Одну мою ногу дракон закинул на спинку дивана, а вторую удерживал сам.
— Что ты делаешь? — смутилась я.
— Дегустирую. — Губы Аэлара столкнулись с моими. — Не мешай, любимая. Я так долго ждал, прежде чем удовлетворить свой голод.
Он поцеловал меня еще раз, но уже не в губы. Язык дракона был горячим и немного шершавым. Он двигался бережно, аккуратно, будто и в правду просто пробовал меня на вкус.
Я откинулась спиной на стоящее рядом кресло. Перед моими глазами вспыхивали звезды, а в голове были мысли только об одном. Как давно Аэлар это спланировал? Что было бы, согласись я на его ухаживания раньше?
Наверное, дракон не научился бы так меня радовать. И речь шла не про единорога, а про его размашистые наглые движения языком, про пальцы, танцующие на моей коже, про жар, который я чувствовала внизу живота.
Мой ошалевший вскрик стал для дракона сигналом. Я настолько растворилась в своих ощущениях, что с трудом расслышала его слова:
— Уже придумала, как сбежишь теперь? — прошептал Аэлар. — Хотя полет на кочерге меня впечатлил. Да и с единорогом интересно получилось…
— Молчи, — прошипела я, безрезультатно пытаясь притянуть дракона обратно. — Аэлар, пожалуйста… Прокляну!
Он рассмеялся и все же сдернул меня с подлокотника. Ненужное платье оказалось на полу. Дракон легко поднял меня, точно игрушку. Его губы вновь прижались к тому влажному месту, которое он самозабвенно терзал до этого.
Затем они проехались по животу, по высокой груди… Аэлар впился в мою шею, почти до боли сжимая зубами нежную кожу. Одновременно с этим он позволил мне наконец почувствовать себя, прикоснуться к средоточию его желания.
— Ты не закончила курс, — хрипло выдохнул он мне на ухо. — По проклятиям.
— Ты действительно хочешь поговорить об этом, пока я сижу на тебе? — Я обессиленно всхлипнула и привалилась к широкой мужской груди. — Получше тем не нашел?
— Могу рассказать тебе…
Аэлар подался вперед, продвигаясь поглубже. Он небрежно собрал мои волосы рукой, придерживая их на затылке, чтобы не падали ему на лицо.
— …какая ты горячая, — невозмутимо продолжил он. — Чувствительная. Желанная. Нежная. Узкая…
Я хотела съязвить, что с его драконьими пропорциями все должно казаться маленьким, но у меня перехватило дыхание. От второго движения Аэлара по телу разливался уже чистый восторг, но ему этого было мало.
Он продолжал, и продолжал, и продолжал, пока я окончательно не обмякла в его сильных руках, пока с моих губ не сорвался последний удовлетворенный стон. Хуже того, дракон учел мои слова.
Он нашел подходящую тему для разговора. Аэлар описывал все свои ощущения, все желания, все действия. Сначала это повергало меня в шок и вызывало сильное смущение, но вскоре это стало пикантным дополнением к нашему общему удовольствию.
— Любимая, — закончил он. — Единственная. Моя?
Я сердито фыркнула ему в шею, но сил возразить не осталось. Аэлар бережно снял меня с себя и куда-то понес. Спать, видимо…
Корвус дожил до моего возвращения в Академию, несмотря на все усилия Оливии и Викки. И даже успешно закончил вести у нас курс по проклятиям, хотя наша троица пыталась измотать ему все нервы своими выходками.
В конце даже дракон присоединился к группе сочувствующих во главе с Марикой и начал поставлять темному эльфу успокоительное. Оно подозрительно напоминало коньяк, который пила моя свекровь, но я не лезла в их дела.
Все-таки они были магами и знали толк в зельях. А я пока училась.
Аэлар продолжал завоевывать мое сердце каждый день. Меня время от времени засыпали цветами и дорогими подарками, но я больше ценила драконьи оладьи и фирменного цыпленка, запеченного с картофелем и сладкими перчиками.
Леметра регулярно требовала внуков. Ну как требовала… Драконица приходила ко мне, долго вздыхала, промакивая платочком сухие глаза, и жаловалась на одинокую старость. В итоге я подарила ей ректора.
Леметре так понравилось с ним собачиться, что она на время отстала от нашей семьи и переключилась на ремонт общежитий. Сначала женских, потом мужских.
К моему выпуску в Академии поменяли все аудитории, завезли лучшее оборудование и открыли несколько факультативов для адептов. В них входил экспресс курс для людей простого происхождения по интеграции в светское общество.
Вела его Леметра, конечно же. Все вежливо помалкивали про то, что ее невестка не то что не интегрировалась в драконью аристократию, она вошла туда с пинка и перевернула всю Империю вверх дном.
Аэлар не возражал. Он охотно разорялся, покорялся и добивался свою жену. В итоге к моему выпуску существовала сеть ресторанов “Драконьи Пышки”. Я лично составляла меню и руководила филиалом в столице.
Викки занималась международными отношениями, мотаясь со мной по разным королевствам и продавая франшизу. Оливия оставалась чуть в стороне, больше внимания уделяя нашей безопасности и правовым аспектам.
Я бы соврала, если бы сказала, что была абсолютно счастлива.
Мне приходилось есть за троих, так как превращения в драконью ипостась изничтожали все мои стратегические запасы. И если не хватало жира, они принимались за мышцы. Я перекидывалась редко, в основном в пылу чувств или по неосторожности, но это случалось.
С Аэларом все еще было сложно. Мы притирались друг к другу, но любовь не гарантировала идеальных отношений. Он мог обидеть меня по неосторожности, я могла задеть его чувства своими выходками.
На мои “Драконьи Пышки” регулярно покушались. Ну не принято было в этом мире быть сразу в нескольких местах одновременно! Люди делали для людей, драконы — для драконов. А я хотела, чтобы мой борщ нравился всем.
Кстати, благодаря леди Мэрло обычный суп признали настоящим приворотным зельем и подавали его в качестве десерта. Нет, конечно, у свеклы был сладкий привкус, но не настолько же!
Впрочем, другой мир. Что с него взять. Один раз ко мне заглянула книжная богиня. Она осмотрела стол, заваленный учебниками, тетрадку, в которой я составляла специальные летние новинки для “Драконьих Пышек”, а потом Аэалара, едва прикрытого одеялом.
Эветта удовлетворенно хмыкнула.
— Вижу, ты определилась. Ну как, ты счастлива?
Я посмотрела на нее и пожала плечами.
— Да, — признала я.
— Идеальное тело, — заметила богиня, — идеальный муж, идеальная жизнь. Почему тогда ты так неуверена?
— Никогда не знаешь, когда судьба решит все у тебя отнять. — Я мотнула головой, выбрасывая из головы дурные мысли, и улыбнулась. — Но мне так нравится даже больше. Когда все неидеально. Когда знаешь, как легко все это потерять… А еще…
Эветта села рядом со мной, приземлившись в то самое зеленое кресло. Ее рука машинально проверила карман со свеженьким романом. Эветта присмотрелась к обложке, прочитала название. Она нетерпеливо перевернула книгу, чтобы узнать, что было в аннотации.
— Я научилась доверять другим людям, — сказала я. — Больше не хочу полагаться только на себя. Теперь нас, таких неидеальных, семеро.
— Допустим, подруги, — нахмурилась Эветта, — Корвус, Аэлар… Хм, Леметра?
Я кивнула.
Брови богини поползли наверх. Она даже отвлеклась от романа, пытаясь припомнить, кто еще здесь был по сюжету.
— Марика? — спросила она и сама же ответила. — Не-е-е, слишком просто. Ректор тоже вряд ли… Тогда кто?
Эветта внимательно посмотрела на меня, на мою позу. Ее рот округлился. Богиня не произнесла ни звука. Я тихо хихикнула и продолжила черкать в тетради, придумывая варианты десертов.
— Ого, — наконец справилась с удивлением она. — А Леметре сказала?
— Не-а, — легкомысленно отмахнулась я. — Мне до сдачи диплома неделя осталась. А потом скажу. Иначе мне все мозги вынесут… Муж в том числе.
— Ты это, аккуратнее, — посоветовала Эветта. — У драконов слух хороший.
Она встала и неуверенно пригладила свою юбку. На ее лице блуждала улыбка.
— По традиции должна предложить. Хочешь остаться? Или вернешься в свой мир? Если хочешь, я могу даже перенести тебя в этом теле.
Я качнула головой. Эветта просияла и сделала мне ручкой. Она вприпрыжку направилась к зеркалу.
— Эй, а книга! — возмутилась я.
— Дочитаю и верну! — соврала богиня и нырнула в шкаф.
Аэлар заворочался на кровати. Он приподнял голову от подушки и посмотрел на меня синими глазами, полными нежности.
— Ты с кем-то говорила?
— Не-а.
— Ясно. А то мне показалось, что жена сообщила о своей беременности подружке, а мужу сказать не торопится…