Пролог

Аркадий Павлович сидел в приёмном зале. Сердце его было неспокойно, но внешний вид этого не выдавал. Все, кто в последние часы повстречались с ним, сказали бы, что новый правитель предельно собран и решителен.

И лучше было в это время его не провоцировать.

Потому что, когда последний враг пал, проблемы не закончились. Они, скорее, только начались.

Часть дворца была разрушена, как и несколько ближайших зданий. Слухи пошли гулять по городу и такое начало правления не то что требовалось стране. Какие бы чувства ни обуревали мужчину, ему пришлось собраться. Сначала оказать помощь сыну — тот кричал от боли, но вскоре смог взять это под контроль. Боль никуда не ушла, но, что бы ни сделал эльдар, это стабилизировалось, присосалось пиявкой к груди. Смородинский успел проклясть мысленно и эльдаров, и своё решение побороться за власть, и всех причастных к тому, что наследник пострадал.

Стоило ли это жизни сына? Ответа не было.

В этот день ему и не пришлось давать его.

Потому что Глеб выжил. Даже шутить пытался. Что отрезвило мужчину, и император принялся действовать. Позвал на помощь, нашёл целителя, собрал охрану. Обнаружил, что не только Глеб почему-то оказался на поле боя, хотя должен был быть эвакуирован, но и жена с дочерью тоже. Выяснилось, что в момент отхода их накрыло чужой атакой. Экипаж перевернулся, пострадали лошади. Чудо, что никто не погиб.

Жена взяла на себя заботы о сыне. Это стало первой решённой проблемой, если так можно сказать про подвешенное состояние наследника и риск, что он в любой момент мог умереть.

Следующим шагом император навёл порядок среди тех, кто оказался на поле боя. Отметился тут много кто. Армстронги — их обоих пришлось отправлять в госпиталь. Сотрудники Бюро — аналогично. Засветился и Давид Романов. Этот стоял на ногах, и Аркадий Павлович припахал парня к делу, дав ему отдельные поручения.

Нашёлся здесь и Валовой.

— А тебя — под стражу! — рявкнул Смородинский, не сдержавшись.

Валовой, который рискнул появиться в поле зрения, замер, вытянулся и убегать не стал. Может, и зря. Настроение у императора было такое, что головы могли полететь в любой момент.

Отдельной проблемой стал старик Милгард. Которого нашли среди обломков, со множеством переломов, залитого кровью и обожжённого. Ещё живого. Старика в суматохе вполне могли попытаться устранить, что добавило Смородинскому головной боли.

Дальше император взялся за общее наведение порядка. Организовал людей, направил их на раскопки и помощь раненым.

На закуску остались многочисленные вассалы. С некоторыми пришлось обойтись особо жёстко. Так-то ведь герцоги угодили в общую ловушку, оказавшись поблизости. Некоторые сбежали из драки. Кто-то присоединился. Пришлось всем уделить внимание, кого-то осадить, кого-то поблагодарить. С некоторых потребовать вассальную клятву прямо здесь и сейчас.

Это было несколько символично, принесение присяги после хорошей драки. Только вот все мысли правителя были в те минуты совсем о другом.

Дверь открылась, в помещение вошла супруга императора.

— Как ты? — спросила она тихо.

— Я-то цел. Что с ним? — спросил он, имея в виду сына.

На что женщина тяжело вздохнула.

— Говори, не тяни, — потребовал её муж.

— Я собрала лучших целителей, до которых смогла дотянуться. Все они сошлись во мнении, что властелин Битвы сконденсировал свою силу и превратил её в проклятие.

— Проклятие? — нахмурился мужчина.

— Оно пожирает Дар нашего сына. За прошедшие часы он уже начал слабеть, а проклятие, наоборот, набирает силы. Счёт идёт… на часы… — закончила женщина с дрожью в голосе.

— Они нашли, как ему помочь?

— Их лучшая версия, что нужен властелин Битвы. Быть может, ты посмотришь?

— Посмотрю, но вряд ли от этого будет толк, — качнул головой мужчина. — Что насчёт других специалистов?

— Я обратилась к Новатору. Его допустили до сына, но он развёл руками. Непонятно, действительно он не может помочь или не хочет. Дальше я обратилась к Милгардам.

— Они-то здесь при чём? — нахмурился мужчина.

— Напрямую — ни при чём. Но сюда прибыл глава Целовых, лично занялся Аркан Димитричем. Тот в плохом состоянии.

— И на нашего сына времени не нашлось? — прищурился Аркадий Павлович.

— Там непростая ситуация, — осторожно сказала женщина. — Целов-старший прислал дочь, Цереру. Поэтому и говорю, что вопрос обсуждался с Милгардами.

— Она же в первую очередь генетик.

— А ещё лучший целитель из тех, кто был в доступе. Правда, после осмотра она устроила скандал, спрашивая, куда дели Сергея Валового. Где он, кстати?

— В темнице сидит, — сухо ответил Смородинский. — Что-то я не понял. Церера осмотрела нашего сына?

— Осмотрела, но сразу потребовала Сергея.

— Милгарды решили вдруг за него заступиться? — нахмурился мужчина. — Только этого сейчас не хватало. По делу она сказала что?

— Подтвердила, что проклятие разрушает Дар, и сказала, что дальше не будет разговаривать, пока не увидит юношу.

— Судя по твоему тону, выразилась она несколько иначе… — заметил император.

А сам задумался.

В такой момент Церера почему-то решила заступиться за паренька. С чего бы вообще? Парень настолько обаял женщину? Это официальная позиция Милгардов? Нет, это точно не так. Они прекрасно чувствуют момент и сейчас бы биться за Валового не стали. Смысл? Лучше через день или два, когда все успокоятся.

Что-то здесь было не так.

— Ещё что-то скажешь? — спросил Аркадий Павлович.

— Мне нечего больше сказать. Я вернусь к сыну.

— Погоди, — подобрался мужчина, ухватив идею за хвост. — Приведи сюда Цереру. Скажем, минут через пятнадцать–двадцать.

Глава 1 Претензии, или Когда не очень-то получилось отбрехаться

Не скажу, что мой арест стал таким уж удивительным. Когда император разорался, я, признаться, замер, поражённый, но потом уже дошло.

Наверное, в этом была своя ирония. До места заключения меня проводил Давид Романов. Замечу, что не увидел на его лице злорадства. Парень точно был в этом бою ранен, выглядел бледно, но бессмысленный приказ исполнил.

Не, серьёзно, какой в этом смысл?

Меня поместили в обычную комнату. Между прочим, неплохо обставленную. Охрану не выставили. Поэтому я просто сидел и скучал. Ну, как скучал… В себя приходил. Регенерировал. Отправил Хомяка за едой. Через Око и воронов следил за тем, что происходит. Отыскал всех своих знакомых, узнал их судьбы. Обдумал всё произошедшее и несколько раз обругал себя грязными словами.

Скажем так, даже на первый взгляд у императора хватало причин посадить меня под замок.

Сложно сказать, чем бы это обернулось. Император довольно жёстко загнал всех под колпак. Да и в целом уверенно рулил ситуацией. Это в то время, пока его сыну выносили неутешительный приговор, означающий скорую смерть. Если Глеб и правда умрёт, то хватит и небольшого желания, чтобы выставить меня виноватым. Справедливо или нет — да какая разница.

Я решил, что суетиться сейчас не нужно. Если уйду, дороги обратно не будет. А так, пока не убивают, нет смысла создавать дополнительные проблемы. За Смородинским я следил, как и много за чем ещё, поэтому ситуацию контролировал.

Наконец, спустя несколько часов император вдруг захотел заняться мной особо основательно. Мне не понравилось, что это случилось после попыток Цереры вызволить меня. Чего она вообще всполошилась? То чуть ли разругались в пух и прах, то в столь критичный момент заступиться пытается. Нет, формально между нами и Милгардами ряд соглашений достигнут, в том числе о таком вот прикрытии, но… Прикрытие не перед императором, а перед Волковыми. Тут же, такое чувство, что-то другое было.

Какая-то мысль крутилась в голове, но, видимо, я слишком плохо себя чувствовал, чтобы здраво мыслить.

Когда позвали, за мной снова Давид пришёл.

— Такое чувство, — сказал он, уставившись на меня, — что тебя не арестовали, а отдохнуть отправили.

— Возможно, так оно и было, — ответил я.

— Тебя император требует. Срочно.

— Мне к нему бежать или за тобой идти?

— Иди за мной.

Прогулка много времени не заняла. Во дворце неожиданно людно оказалось. В смысле, я знал, что здесь сейчас переполох царит, разные службы подключились к урегулированию кризиса, но почему-то, если смотреть на это своими глазами, совсем другое впечатление складывалось.

Меня провели к императору. После драки переодеться у меня не было возможности. Поэтому вели обгорелого, потрёпанного и окровавленного. Шёл демонстративно, гордо, ничуть не стесняясь. Что смотрелось специфически. Вон, Романов переодеться успел. Я же… Как день прошёл, так и выгляжу.

Давид остался снаружи. Я же внутрь зашёл. Смородинский сидел за рабочим столом. Напротив него, на расстоянии, стояла Церера. Что удивления не вызвало. Ситуацию-то я контролировал.

— Тебя не переодели? — спросил первым делом император.

— Могли бы и позаботиться о юноше, — недовольно сказала женщина.

Ну даёт. Ладно она мне нервы трепала, но императору?

— Что ж, ситуация не самая простая, не углядели, — спокойно ответил Аркадий Павлович. — Вот твой жених, Церера. Как ты и просила.

— Он не мой жених, а Солейны, — поправила женщина.

— Но жених же. Почему не обнимешь, раз так хотела его увидеть?

— Не хотела, а всего лишь интересовалась, по какой причине его бросили под стражу, — холодно ответила Церера.

— Хочешь поиграть словами? — прищурился император. — Как пожелаешь. Итак, Сергей. Будь добр, расскажи, какой приказ ты получил от своего непосредственного начальства в Бюро.

Ха. Как и сказал, пусть паршиво себя чувствую, но ситуацию обдумать успел. В том числе причины, по которым меня «отдохнуть» отправили. Так что и этот наезд сюрпризом не стал.

— Приказ, ваше императорское величество? — уточнил я.

— Приказ, касательного того, какие задачи стоят перед тобой во время коронации.

— В случае чего помочь Авроре Армстронг вывести вашу семью, — ответил я. — Также присматривать в меру своих сил за появлением противника.

— А ты что делал? — тем же тоном спросил мужчина.

— Выполнял поставленные задачи. Обнаружив появление эльдаров, предупредил об этом. С вами у меня способа связаться не было, поэтому я сообщил Авроре Армстронг, которая находилась ближе к вам, и отправил послание Данилу Назаровичу, за пределы дворца.

— Что было дальше?

Сейчас давить начнут. Только ради чего в такой компании?

— Как и было приказано, мы вывели вашу семью до точки эвакуации.

— Дальше.

— Дальше я действовал по ситуации. Видя, что в зале коронации драки не избежать, счёл разумным вывести из строя одного из противников.

— Как ты это сделал?

— Метнул кинжал через Тень.

— Лихо, — заметила Церера, покосившись на меня.

По её лицу нельзя было понять, что она задумала.

— Противника ты действительно ликвидировал. Того, что в серебряной маске, — кивнул император. — Получал ли ты приказ вмешаться в битву?

— Никак нет.

— Прорабатывались ли в Бюро планы о вмешательстве, если начнётся драка?

— Со мной — нет.

— Тогда почему ты атаковал, хотя приказа не было?

Собственно, вот и главный момент, который можно было легко повернуть против меня. Тогда я не понял, но, обдумав ситуацию, пришёл к выводу, что так как второй властелин уничтожен, а дворец не был разрушен изнутри — остаётся одно объяснение. Смородинский умудрился куда-то переместить противника. А я, получается, ему помешал. Вместо того чтобы умыкнуть двух властелинов и адепта, Смородинский увёл только одного властелина. И битва при дворце, получается, случилась из-за меня.

Только вот в эти игры можно играть и вдвоём. Правда, я бы с удовольствием поиграл с кем-то другим. А не с императором, который на взводе, и у которого сын при смерти.

Впрочем… Плевать.

— Я могу говорить здесь свободно? — уточнил я, бросив взгляд на Цереру.

Та фыркнула, а мне вот не до смеха было. Так-то мы тут секретные дела вообще-то обсуждаем. Которые я клялся не разглашать.

— Говори-говори, — вкрадчиво произнёс Смородинский.

— Я так поступил, потому что в прошлый раз, на балу, какие-то слабенькие маги распяли вас, как бабочку, с целью захватить разум, а вы, со всей своей силой, ничего им противопоставить не смогли, — прямо ответил я, — Иначе говоря, я просто испугался, что ваш разум всё же захватят.

Прозвучало как наезд и обвинение в слабости. Так оно и было в общем-то.

— При этом не подумав, что у меня может быть свой план относительно происходящего?

А вот это прозвучало, как «Валовой, ты совсем охренел меня настолько тупым считать, а себя самым умным?».

— Моя вина, государь, — склонил я голову.

На колени бухаться не стал. Но и прогнуться — лишним не будет. Подерзил, нагрубил, зубы показал, теперь смирение надо продемонстрировать.

— Ты смотри, Церера, он сам признает вину, — сказал император насмешливо.

Ради чего именно он перед ней этот спектакль устроил? Почему на меня наехал — понятно, а вот при чём здесь Церера…

— И в чём его вина? В том, что устранил одного из врагов? — спросила женщина. — Это вздор какой-то.

— Одно действие потянуло за собой последствия. Что было дальше, Сергей? — снова обратился он ко мне.

— Дальше случилась битва, — ответил я.

— Что произошло конкретно с тобой?

— После атаки появился эльдар в красной маске и напал на нас с Авророй, — ответил я.

— То есть он покинул мою ловушку, которую я так тщательно готовил именно на такой случай, пошёл разносить дворец, убивать моих подданных. Одна из атак задела экипаж с моей семьёй, которая не успела отбыть. Потому что ты, вместо того чтобы оберегать их, создал опасную ситуацию, не успели они и на сто метров от тебя отъехать.

— Моя вина, — снова признал я.

Хотя не только моя. Я поступил в рамках известной мне информации. Малец перегнул, слишком много на себя взял — да и только. Знай я обо всех планах, действовал бы иначе. Но, видимо, рылом не вышел, чтобы меня в такие планы посвящали.

— Твоя, — холодно сказал император, — А может, ты специально так поступил? Было неизвестно, получится договориться или нет. Если учесть временные рамки, то атаковал ты до того, как враг напал. Тем самым обеспечив железный повод для того, чтобы конфликт разразился. Не это ли было твоей целью?

— К чему эти обвинения?

— Ты ведь должен понимать, что это логичный вопрос в данной ситуации. Есть превышение своих полномочий, есть мотив.

— При всём уважении, но я прекрасно слышал весь ваш разговор, который произошёл в тронном зале. Мирным соглашением там и не пахло.

— Да неужели, — криво улыбнулся Смородинский, бросив взгляд на Цереру.

Ну отлично. Теперь он знает, что Милгарды знают о моих особых возможностях и могут ими пользоваться. Реакция женщины всё подтвердила. Мелочь сейчас на общем-то фоне, но дальше может всплыть.

— Только вот разговор развивался стремительно. Чтобы подготовить удар, подойти ближе, требовалось время, — всё так же сухо продолжил император. — А раз так, получается, что ты был заинтересован в развитии конфликта с эльдарами. Учитывая, что Бюро курирует эту тему, налицо преследование своих интересов.

— Не буду отрицать, ваше величество, что действовал слишком опрометчиво, но обвинять меня в злом умысле — лишнее, — сказал я твёрдо. — К тому же, возможно, вы и подготовили ловушку, но даже с одним властелином справились едва-едва.

Сказал и понял, что зря. По факту спалился, что подслушивал за докладами. Иначе откуда мне знать, как прошла битва за Гранью? С другой стороны, ответить всё же надо было что-то.

— Любишь же ты всюду совать свой нос, Сергей, — покачал он головой. — Ты в курсе, что шпионаж за правителем — это отдельное, серьёзное преступление, которое тянет на измену?

— Если вам нужно меня в чём-то обвинить, то кто я такой, чтобы оспаривать волю государя? — пожал я плечами. — Тем не менее окажись то существо в вашей ловушке, да с третьим эльдаром в серебряной маске, и вернулись бы вы уже захваченным.

— Возможно, — не стал он спорить и осаживать меня. — Тогда скажи, что именно ты сделал, появившись в последний момент? Почему я сам и все наши воины не смогли убить эту тварь, а ты, просто его коснувшись, нанёс фатальный ущерб.

О как… Твою-то мать.

Только сейчас до меня дошло, к чему это всё. И дошло, чего Церера шум подняла.

Дар! Грёбаный Дар наследника, который сейчас пожирает проклятие! А кто у нас Дары видеть умеет и влиять на них? Ну да, ну да. Один самоуверенный Серёжа.

Не удивлюсь, если Церера хотела использовать эту ситуацию, для того чтобы прижать меня ещё немного, вскрыть кое-какие секреты. Поэтому и подняла шум, требуя меня. Только вот переиграла саму себя.

— Вы знаете, что я вижу Дары, — ответил я. — Так я увидел, что основной Дар эльдара был прикрыт дополнительным слоем непонятно чего. Возможно, я ошибаюсь, но выглядело это так, будто он спрятал ваше копьё внутри себя, не дал ему дотянуться до Дара. Я же рискнул и нанёс точечный удар Властью по этой защитной оболочке. Итог мы знаем — сработало.

И снова я сдал, что Милгарды в курсе некоторых моих особенностей. На мелочь уже не тянет. Показывает, насколько плотно я с ними сотрудничаю. У этого не только минусы есть, но и плюсы, но… А, ладно. Потом обдумаю. Сейчас бы в принципе выкрутиться.

— Властью ударил, значит? — спросил император вкрадчиво.

Точно подозревает. Учитывая проблему его сына, он сейчас хватается за соломинку.

А я вообще могу помочь? Если там проклятие завязано на Дар, то… А что я могу? Да кто его знает.

— Чего вы добиваетесь? — спросила Церера, вмешиваясь в разговор. — Если я правильно поняла, то молодой человек вам жизнь спас.

— В результате чего мой сын оказался на краю гибели, — резко ответил император.

— Разве не в результате того, что он сам прибежал на поле боя? — парировала Церера.

— Ты забываешься, женщина, — процедил Смородинский.

Походу, нервы у него всё же на пределе. Да я и сам хорош, столько ошибок в разговоре допустить.

— Как скажете, — ответила она. — Тогда варианты лечения обсуждать не будем?

— Тебе есть что предложить? — поднялся мужчина. — Сейчас не время для игр.

— Не время так не время. Только вы сами тут этот спектакль непонятно зачем устроили, — уколола она. — Мне потребуется помощь Сергея. Конкретно — его способность видеть чужие Дары. Всё остальное пройдёт в нашей больнице. Посторонние допущены не будут. Результат я гарантировать не могу, поэтому если у вас есть варианты получше, то лучше воспользуйтесь ими.

Хм… А неплохо она выкрутила. Точнее, разговор опасный свернула.

— Действуйте, — ответил мужчина. — Варианта лучше у меня нет.

Прозвучало… тяжело.

— Тогда я забираю Сергея, — ответила Церера.

— Забирай, — махнул Аркадий Павлович рукой. — Сергей, на будущее, — добавил он, глядя на меня. — Сдерживай своё любопытство во дворце.

— Слушаюсь, — поклонился я.

— Надеюсь, ты понимаешь всю сложность ситуации, — сказал он напоследок.

В переводе это означало, что спасём Глеба — и дрючить будут ласково, со смазкой. А если угробим — то жёстко и без смазки, с фатальным окончанием.

Когда вышли, мы с Церерой и словом не перекинулись. Ну как… Она сказала идти на выход, к машине, а сама занялась перевозкой пострадавшего. Что вылилось в отдельное приключение.

Парень был транспортабельным, но попробуй раннего наследника перевести — замучаешься организовывать и согласовывать всё. Хорошо, что не я этим занимался. Своих никого во дворе не увидел. Специально тоже не искал. Обдумывал итоги переговоров.

То, что сказано так и не было.

Смородинский знал, что я умею видеть чужие Дары. Доводить всё до столь серьёзных обвинений не было смысла. Попроси он заняться Глебом — я что, отказал бы? А тут целую партию разыграл, ещё и в компании с Церерой. Объяснение только одно — император что-то подозревает. А значит, вопрос времени, когда он додумается до всех моих тайн.

Н-да. Я, когда принцессе помогал, думал, у меня хоть сколько-то времени есть. А так, получается, я обменял свою тайну на одну тренировку с Богомиром — и всё, мои секреты пошли гулять дальше. При чём здесь принцесса, спрашивается, если Смородинский и так взял след? Элементарно. Рядом с правителем ошивается Давид Романов. Смородинский должен быть в курсе моей с ним встречи. То есть встречах, в том числе и с принцессой, а дальше остаётся задать прямой вопрос, чтобы узнать мои тайны.

После чего неизвестно, что последует.

Пока думал, всё согласовали. Глеба погрузили в отдельную машину. Я же с Церерой поехал. На представительском автомобиле. Впереди водитель сидел, но мы были отделены от него перегородкой.

— Я распорядилась об одежде для тебя, — сказала она недовольно. — Как приедем, первым делом примешь душ. Не подпускать же тебя в таком виде к пострадавшему.

— Ради чего вы меня позвали? — спросил я.

— Ради твоего умения видеть Дары, — ответила она не моргнув глазом.

Врёт, точно врёт.

Всё же я самоуверенным стал в последнее время.

— Могли бы действовать и более осторожно, — сказал я.

— Ты меня в чём-то обвиняешь? — вскинула она бровь.

— Только в том, что вы усложнили всем нам жизнь. Всем — это включая и ваш род.

— Смелые слова, мальчишка, — фыркнула она сердито. — Ты и сам наворотил дел. А ещё Солейна чуть не погибла! Ты на неё дурно влияешь.

Сказанное ничуть не впечатлило.

— Сложная вы женщина.

— Солейна не проще. Уверен, что потянешь?

— От вас же как-то отбиваюсь.

— Сколько самоуверенности.

— Кто бы говорил.

— Поругаться хочешь?

— Нет. Сейчас мы впустую теряем время. В чём заключался ваш план, когда меня стали требовать?

— Я же уже сказала, — обозначила она скупую улыбку.

— Как скажете, — сделал я вид, что потерял интерес.

В конце концов, может, я накручиваю себя и она ни о чём не догадалась?

— Ладно, — вздохнула она. — Там, где возможность видеть Дары, там и возможность ими манипулировать. Что ты сам подтвердил, рассказав, что умеешь переключать режимы. Также к нам домой зачем-то приходила принцесса. Которая вдруг после встречи с тобой начала проверять Власть на нашем ландшафте и ушла крайне довольная. Ты на удивление беспечен, Сергей.

— Ваши выводы?

— Ты умеешь манипулировать не только своими Дарами, но и чужими. Как понимаю, с тем властелином ты именно таким образом разобрался. Атаковал напрямую его Дар. Если честно, это пугает. Кого-то другого тоже способен лишить Дара?

— Зачем такие сложности. Проще устранить, — ответил я спокойно.

— Мясник, — цокнула она. — Сказанного ты не отрицаешь. Скажу так. Когда кто-то раз за разом удивляет чем-то новым, то логично задаться вопросом, а что он ещё умеет. Учитывая твой возраст и то, что оперируешь ты всеми Дарами, вывод остаётся исключительно один — ты умеешь их отбирать. Отсюда и быстрый прогресс. Иначе просто математика не складывается.

— Интересные у вас идеи. Только у вас или это уже внутри семьи Милгардов обсуждается?

— Только у меня, — спокойно ответила она. — Скажи, а ты всерьёз готов меня устранить за такие догадки о тебе?

— Не хотелось бы.

— Ну да, Солейна расстроится, — тихо рассмеялась Церера. — Что же с тобой делать, Валовой. Ты прямо ходячая катастрофа.

— Повторюсь, догадки у вас интересные. Я был бы не прочь их обсудить, в исследовательских целях. Только есть одно но. Вы подняли шум не в то время и не в том месте. Смородинский уже взял след.

Женщина недовольно засопела.

— Что, так сложно признать свою ошибку? — уколол я.

— Провоцируешь? Бесполезно. Ошибки никакой не было. У меня есть простое объяснение того, что ты видишь Дары. О чём Аркадий Павлович в курсе. А вот ты слишком много следов оставил. Ещё и принцессу лечил, — покачала она головой. — О чём только думал.

— Что сделано, то сделано. И раз мы с вами так открыто болтаем, то было бы неплохо согласовать действия.

— Хочешь, чтобы мы тебя прикрыли? Хорошо. Будешь должен.

— Не буду.

— Вот же упрямец, — цыкнула она.

— Да и вы не то чтобы подарок.

— Как раз подарок. Кто ещё тебе может помочь? Ты хоть представляешь, как тебе повезло до сих пор не помереть? Хапать чужие Дары как не в себя… Русская рулетка. Вот что это.

Я промолчал. Что тут ещё сказать можно? Тайны имеют свойство всплывать наружу. По факту, пошёл обратный отсчёт, когда мне прилетит за всё это. Реакция у Милгардов тоже самая разная последовать может.

Ибо мой талант меняет вообще все расклады. Тут тебе и новые открытия, и возможность создать армию, и усиливать, кого нужно. Сама идея для мира одарённых — революционна.

Поэтому попытаются либо захватить, либо уничтожить, чтобы другим не досталось.

Веселуха, в общем. Но не то чтобы впечатляет.

В конце концов, мы тут только что двоих властелинов уничтожили.

Глава 2 Работа, или Когда доклады собирал

Пока ехали до больницы, обсудили детали.

Церера… Да Цербер она, а не Церера. Неудобный противник во всех смыслах. Хуже злобного бульдога и разбуженного зимой медведя. Вроде взаимопонимание наладили, но нет же. Узнала что-то новое, начала постепенно разматывать, подробности выпытывать. А я ещё после беседы с правителем не отошёл. Голова поднывала от этого бодания.

План составили. И что Смородинскому отвечать, и как лечить его наследника.

А там доехали. Душ, приведение себя в порядок, переодевание в чистое и встреча с самим пациентом. Для меня прошло всё как-то штатно.

— Я его в сон погрузила, — сказала Церера, когда меня привели. — Как видишь, никого здесь нет. Поэтому смотри, что можешь сделать. Времени не так чтобы много.

Ну, я и подошёл. Посмотрел.

— Дар пожирают, — озвучил я очевидное.

— Как неожиданно, — фыркнула женщина.

— Вижу отдельно проклятие. У него схожая структура с Даром… Хм. Это на Пустоту тянет.

— Пустоту?

— Так Мудрец Творец назвал Дар Батарейки. Любопытно…

Я настроился на чужой Дар. В чём помогла Власть. Я ведь владетель, от слова «владеть». Вот и попытался овладеть чужим Даром. Один требовалось отгородить, второй — выдернуть.

А там просто взял и отсек лишнее. Не, ну а что ещё оставалось? На первый взгляд ничего такого сложного не было.

Проклятие покинуло грудь парня. Глеб захрипел, плюнул кровью. Церера мигом включилась, а я проклятие изолировал и задумался, а что с ним делать-то. Властью сковал да так в воздухе подвесил.

— Сергей… — медленно проговорила Церера. — Ты ему чуть грудную клетку не разворотил.

— Жить будет?

— Будет. Что там с его Даром?

Я вновь настроился на парня. Хм…

— Наблюдаю деградацию Дара… Что ожидаемо. Лечить?

— А можешь?

— Могу.

— Тогда лечи. Но не переусердствуй. Нам главное жизнь сохранить, — довольно цинично сказала она.

Запасного Дара Охотника у меня не было, чтобы затраты компенсировать. Пришлось Дар парня сжигать. Поэтому и правда лучше не усердствовать. Если он до адепта откатится, что Смородинский скажет?

А черт его знает. Я теперь ни в чём не уверен. Отработать постарался максимально аккуратно. Основные «плеши» залатал. Стабилизировал структуру.

— Что бы ты ни делал, но нагрузка на организм снизилась, — заметила Церера.

— Тогда на этом и закончим.

Я открыл глаза, отошёл от парня. Посмотрел на свои дрожащие пальцы. Всё же это меня нагружает. Или дело просто в истощении?

— Что с этим делать? — спросила Церера, кивнув в сторону шара с проклятием.

— Понятия не имею.

— Тогда оставь пока. Нужно это изучить… — В её голосе появились маниакальные нотки.

— Развлекайтесь, — зевнул я. — А мне бы поспать.

— А целитель не нужен?

— Знаете, не помешает, — признался я.

В конце концов, прилетало по мне сегодня — будь здоров.

Когда Аркадий Павлович получил новости от Милгардов, что состояние наследника стабилизировалось и утром, если всё пойдёт хорошо, его можно будет забрать, я облегчённо выдохнул.

Выдохнул, встретился с женой и дочерью, уделил им внимание. А дальше они все продолжили работать. Общий ворох проблем-то никто не отменял.

Полыхнуть могло в любой момент.

Немного расслабиться Смородинский смог во втором часу ночи. К этому моменту жена уже успела съездить к Церере, лично встретиться с сыном и даже пообщаться с ним. Состояние наследника и правда, стремительно шло на поправку.

В момент затишья Смородинский снова прокрутил всю ситуацию в голове.

Эльдар обещал подарить ненависть и вернуться. Всё в рамках того, что рассказывал Мудрец. Враг хотел разозлить людей, чтобы они прогрессировали и поставляли властелинов в качестве пропитания. Для чего Глеб должен был умереть мучительной смертью. Но не умер. Потому что люди справились с проклятием аж целого властелина.

Точнее, не люди в целом, а двое конкретных людей. Церера и Валовой. Что навевало определённые мысли. Кликнув слугу, Смородинский поинтересовался:

— Давид ещё не ушёл?

— Узнать, ваше величество?

— Узнай. Если отсыпается, не трогай, а если где-то поблизости, пусть заглянет.

Уже когда слуга ушёл, Аркадий Павлович себя по лбу хлопнул. Что лучше всего о его состоянии говорило. Достаточно было глянуть метку, чтобы узнать, где там Романов бегает. Оказалось — недалеко бегает. Вскоре Давид заглянул в покои Смородинского.

— Ваше величество, — склонился он.

— Тебе бы выспаться, — заметил Аркадий Павлович.

— Сегодня вряд ли получится, — спокойно ответил Давид.

— Совсем-то уж про себя не забывай. Скажи… — сменил тон император, — ради чего Мария встречалась с Валовым у Милгардов дома?

— Что? — дёрнулся Давид. — Она встречалась с Солейной. Они подруги. И разве мы не достигли с вами договорённостей? — напрягся парень.

— Достигли, — ответил Аркадий Павлович. — Не переживай, все соглашения в силе. Вы заключили сделку с Валовым?

— О чём вы? — прямо посмотрел Давид.

— О том, что он поработал с её Даром, — просто ответил Смородинский, прекрасно отследив, что попал в яблочко. — Сергей потребовал не говорить никому об этом? Понятно. Можешь идти.

— Ваше величество… — неуверенно произнёс парень.

— Иди-иди, всё в порядке. Выспись, завтра работы будет не меньше, а то и больше.

— Как прикажете, — склонился он.

И поспешил выйти. Смородинский услышал, как уже за дверью Давид выругался.

Ночь я провёл в палате. Успел отлучиться и домой, успокоил мать с братом. Заглянул и к отцу, который успел целым добраться до дома. А там вернулся. Не то чтобы это требовалось, но решили оставить меня в больнице, чтобы подстраховать Глеба в случае чего.

Не потребовалось. Я с наследником даже не пересёкся. Может, и к лучшему.

Утром оказался свободен.

Итак… Чем же заняться?

Уехать, что ли, на недельку в санаторий, нервы лечить да над судьбинушкой думать? Нельзя, а жаль.

Первым делом наведался к Милгардам. И те не пустили меня на порог.

— Пока велено вас не принимать, господин, — ответил мне дворецкий.

— Как это понимать? — удивился я такому ответу.

Дело на пороге было. К дому меня подпустили, а внутрь — нет.

— Сейчас в поместье объявлен особый режим. Старшие члены семьи все заняты. Солейна Милгард занята восстановлением. Если у вас что-то срочное, я сообщу. Если пришли проведать невесту, то велено передать, что в ближайшие два дня этого нельзя делать.

— С ней всё в порядке? — обеспокоился я.

— С ней всё в порядке и будет ещё лучше, когда она как следует отдохнёт. Без лишних волнений и переживаний.

— Хм… — задумался я, что это вообще такое.

— Здесь нет никакого скрытого смысла, господин. — Дворецкий догадался, о чём я думаю.

— Хорошо, — не стал я спорить. — Тогда пойду.

— Мы передадим госпоже, что вы приходили.

— Благодарю.

Может, заглянуть к ней? Не, не стоит. Если она опять перенапряглась, то дополнительные волнения — это не шутки. По себе знаю.

Так что дальше я отправился на службу. В смысле, в Бюро. Где меня мигом загрузили работой.

— Надо же, кто вернулся! — воскликнул Кощей, когда я к нему в кабинет зашёл. — Рад, что тебя отпустили, но работы — вот столько, — провёл он по горлу пальцем. — С нас спрашивают, откуда эльдары взялись. Этим и займись.

Мне оставалось только макушку почесать. А чем заниматься-то? Эти эльдары умели полностью скрываться от всех глаз, кроме моих. Они буквально могли с неба свалиться. Этой мыслью я и поделился.

— Что, нет идей?

— Хороших — нет, — честно ответил я.

— За что только капитаном назначили, — закатил Кощей глаза. — Во-первых, идёшь и пишешь подробный доклад о своих действиях. Во-вторых, опрашиваешь всех тех, кто с эльдарами контактировал и сражался. После чего снова пишешь доклад. В-третьих, опрашиваешь всех причастных к защите дворца, пытаешься узнать, как так вышло, что они проморгали появление врага. И снова пишешь доклад.

— Любите вы слово «доклад», — поморщился я. — А охрана дворца меня не пошлёт?

— Наверняка так и будет, но ты уж постарайся, — криво улыбнулся Кощей. — Не всё же тебе геройствовать. Задача ясна?

— Нет.

— Тогда иди — исполняй.

— Но не ясна же…

— Не мои проблемы, — замахал Кощей руками.

Пришлось уходить. Если я правильно понял, на меня сейчас скинули весёлую проблему межведомственных разборок. Причастных — много. Отличиться много кто успел. Даже согласись они все сотрудничать, один обход уйму времени займёт. Но согласятся ли? Очень сомневаюсь.

Впрочем, почему бы и не потрепать кое-кому нервы?

Я вышел в коридор, заглянул к Авроре. Которая сидела у себя в кабинете и старательно отбивала что-то на письменной машинке.

— Доклад пишешь? — спросил я. — Утро доброе.

— Уверен, что доброе? — глянула она на меня. — Заходи, чего в коридоре стоишь?

Я зашёл, огляделся, но ничего интересного и нового не заметил. Пригляделся и к женщине, но следов вчерашнего боя не обнаружил.

— Хорошо выглядишь. В смысле, тебе вчера досталось, а ты уже в строю.

— В полную силу я прямо сейчас драться не смогу, — покачала она головой. — Сам-то как?

— Как болонка, угодившая под карету. Ну, знаешь… Которую намотало, прожевало и через полгорода протащило.

— Какое… красочное описание.

У Авроры рядом кружка стояла, по всей видимости, с кофе. К которой она и приложилась.

— Вчера по краю прошли, — сказала она. — Ещё и наш глава отметился. Очень впечатлился, с кем столкнуться пришлось. Я тебе этого не говорила, но сейчас все наши Битвы собрались, обсуждают драку, — закатила глаза женщина.

— Не каждый день властелина увидишь. Что, будем планировать прорыв на следующий ранг?

Аврора на это фыркнула и ничего не сказала.

— Кощей меня запряг все доклады собрать. Как закончишь — загляну.

— Как скажешь, — лениво ответила она и зевнула.

Я не стал дальше отвлекать. Видно же — занят человек. Пойду и я делом займусь.

Только вот дела не особо делались.

По пути встретил Анну с парнями — обменялся с ними новостями. Впечатлений у всех масса была, обсудили произошедшее и грядущее. Добрался до своего кабинета. Там встретил Алису и аналитиков. Как-то я про них позабыл… Точнее, не позабыл, но не был уверен, что они здесь окажутся, а проверять через Тени было просто лень. Я вообще в каком-то состоянии истощения завис, когда резких движений совершать не хочется.

— Какие будут указания, господин? — спросила Алиса.

— На работе — капитан, — поправил я её. — А указания… Займёмся систематизацией всех наших знаний по инциденту во дворце, а также подведением итогов боя. У кого есть идеи, как вычислить сеть эльдаров? — спросил я воодушевлённо.

Получив в ответ три задумчивых взгляда.

— Постепенно разберёмся, — вздохнул я. — Алиса, кстати… Свяжись с домом Световых, договорись за меня о встрече с Мирославом. Это наследник который.

— Сделаю, — кивнула она. — На какую дату и время назначить встречу?

— Можно на сегодня. На обед или на ужин, — прикинул я. — Где-нибудь на нейтральной территории, с подходящей обстановкой в ресторане.

Чувствую, как бы странно это ни звучало, с Мирославом будет проще всего. У него есть ко мне интерес. Он любит строить из себя интеллектуального злодея-планировщика. Если я прав, он согласится встретиться.

Так оно и вышло. Алиса быстро договорилась о встрече на обед. За оставшееся время я успел набросать черновой вариант доклада. Деталей там требовалось упомянуть слишком много, чтобы я сразу начисто писал. Это потом и императору на стол ляжет, и как материал для изучения эльдаров в общую базу данных пойдёт. Короче, не просто бумажка, а важная бумажка.

Когда уже на обед собирался отправиться, Темнейший на ковёр позвал. Устроил отдельный опрос, что и как происходило, как я до жизни такой докатился. Если честно — было неуютно. Так-то Иван Романович мужчина невзрачный, интеллигентный и безобидный на вид, но смотрит этим своим пристальным взглядом, и даже мне как-то не по себе становится.

Вроде не ругали, но и не хвалили. Выслушали да отпустили.

До этого хотел на мотоцикле до ресторана добраться, но пришлось через Тень бежать, чтобы не опоздать. Можно было и припоздниться, но это как-то мелочно. Когда пришёл, Мирослав уже сидел за столом, с серьёзным видом изучал меню. Как я появился, отложил его в сторону, на меня уставился.

— На свидание это не похоже, — сказал он, когда я уселся. — Хочешь поблагодарить за спасённую жизнь?

— Почему бы и нет, — взял я второе меню, которое мне официант протянул. — Так и быть, обед с меня.

— Невысоко ты свою жизнь оцениваешь.

— Обед с десертом?

— Я же не какая-то барышня, — обозначил он улыбку.

— И это хорошо, — с серьёзным видом кивнул я.

— Почему же? — заинтересовался он.

— Барышень неудобно бить. А тебя — самое то.

— Фу, как грубо.

— Я же уличная шпата, можно сказать. Мне можно.

— Заметь, это ты сам сказал, — хмыкнул он. — Что предпочитаешь? Рыбу, мясо? Здесь хорошо и то, и то.

Я пробежался по меню, выбрал первое, что приглянулось. Подумал и добавил к этому салат, десерт, а также мясные закуски.

— Аппетит у тебя отличный.

— Кто много работает, тот много ест, — ответил я. — Итак…

— Приступим к делу? — вскинул он бровь. — Кстати, какому?

— А что ты себе успел надумать?

Мирослав откинулся на спинку стула, чуть наклонил голову. Я отзеркалил его жест, пытаясь понять, на каком уровне он в принципе способен вести беседу. Игра словами, смыслами, интонациями или даже издевательство над чужим мозгом? Что ему доступно? Пока, если честно, я оценивал Мирослава ниже, чем Кощея или моего отца. Те вот отборные мозголомы. А тут… Скорее тот, кто считает себя мозголомом, но не является им. Ну да поживём, увидим. Так-то он смог доставить мне немало неприятностей.

— Ничего, — ответил он. — Не так много вариантов, и я решил не гадать. Вариант с благодарностью, как понимаю, стоит исключить.

— Почему же, — сделал я вид, что задумался, — Когда ты подставил мне плечо, вытащил с поля боя и даже по-тихому не попытался пырнуть — я впечатлился. Немного, но впечатлился. Если честно — совсем не логично. Признайся, тебе дома наверняка высказали за то, что ты так себя повёл.

— Угадал, — улыбнулся он чуть более искренне, чем до этого. — Но у любого действия всегда есть как минусы, так и плюсы.

Я бы поспорил с ним, но зачем?

— А плюсы, как понимаю, — это то, что ты героически себя проявил на виду у всех, ещё и демонстративно меня поддержал, а значит, и Бюро, а значит, и сделал вид, что зарыл топор войны?

— Почему сделал вид? Я думал, мы давно его зарыли, — усмехнулся Мирослав.

Да-да. Я тоже усмехнулся. Из-за всех этих событий дело Световых отошло в сторону, но никто не отменял приказа для Бюро осторожно ими заняться. Изучить их связи с эльдарами, что по нынешним временам тянет на серьёзную провинность, мягко говоря. А ведь эту тему можно и раскатать в сторону того, что Световы способствовали проникновению эльдаров во дворец. Почему нет? Ещё одна причина, почему мог прибежать Мирослав. Причём это может быть причиной, даже если они непричастны. Обвинить-то всё равно можно.

— Как скажешь, — легко ответил я. — А дело у меня простое. Нужно опросить всех участников событий.

— И всё? — дёрнул он щекой.

— Нервничаешь? — спросил я любезно.

Мирослав закатил глаза и ничего не сказал. Я же задумался, не разыграл ли эту карту впустую. Опросить-то опрошу, но как выстроить разговор, чтобы правильное воздействие оказать, и что здесь правильным будет?

Не стоило ведь исключать и того, что они реально помогли эльдарам пройти. Или как минимум предоставили информацию.

— С чего бы? — прищурился он. — Просто ожидал от тебя большего.

— Зачем сразу к сладкому переходить? Лучше начнём с малого, — улыбнулся я широко.

В конце концов, почему нет? В смысле, почему бы действительно не начать с малого? С Мирославом я уже не раз пересекался, но пока не задавался целью изучить его реакции, просчитать как человека. Да и контакт развить не помешает. Разборкам со Световыми это никак не препятствует. Скорее наоборот — помогает.

— Итак, — повторил я, доставая я из внутреннего кармана костюма маленький блокнот. — Вмешаться в бой было чьим решением? Твоим личным или ты действовал согласно приказу главы Световых?

— Это был исключительно душевный порыв, — улыбнулся Мирослав.

— Значит, глава твоего клана не хотел встать на защиту государства, дворца и мирных людей?

— А ты так беседу поведёшь, да? — спросил он, показав раздражение.

— Нет, что-то. Это я так, примериваюсь, — обозначил я свои намерения.

Мирослав хмыкнул. Ну что ж, посмотрим, насколько хорошо он в эти игры умеет играть.

Спустя полтора часа, когда уже попрощались, пришёл к выводу, что играть-то умеет, явно хорошо обучен, но не является маньяком в этой теме. У меня же куда более высокие стандарты были. Что не особо упрощало ситуацию, но конкретно сегодня это было не так уж важно.

Оставшуюся часть рабочего дня провёл… за работой. Ну а за чем ещё?

Вернулся в Бюро. Закончил свою часть доклада. Прошёлся по нашим людям. Собрал их доклады. Сделал копии всего этого. Сам внимательно изучил. Обсудил с Кощеем. Дальше выехал во дворец, опрашивать всех причастных. Так и промотался до девяти вечера. После чего не иначе как где-то на небесах за меня словечко было замолвлено, отпустили домой.

Да и то. Не потому, что работа кончилась, а потому, что я начал откровенно тупить. Всё же ранения сказались, и оказанная медицинская помощь не могла убрать последовавшее за этим истощение.

Так что — домой. Показывать родным, что жив-здоров, слушать свежие сплетни, которые гуляли по городу не хуже лесных пожаров, да отсыпаться.

С утра пораньше, перед тем как заступить на службу, наведался к отцу. Настолько рано, что застал того спящим. Надо же, какой хороший сон. Олег Васильевич беззаботно дрых, когда я его разбудил.

— Есть важная тема, — сообщил я ему. — А времени нет.

— Который час? — спросил мужчина.

Он бы наверняка и глаза потёр, но руки-то не слушались, а Властью такое делать чревато. Нет, технически можно, но ощущения не те.

— Ранний, — ответил я. — Сколько минут тебе выделить, чтобы в себя прийти?

— Да ты издеваешься, — проворчал он. — Дай мне десять минут.

— Впритык, — покачал я головой.

Но всё же подождал. А там огорошил отца новой порцией своих тайн.

— Ты… Что? — спросил он.

— Могу отнимать чужие Дары. Вот, недавно ещё сына Смородинского вылечил, от проклятия избавил.

— О-о, — протянул мужчина. — А мне ты это сейчас говоришь… Понятно. И кто тебя спалил?

— Церера Милгард первая. Думаю, герцог… Тьфу ты. Государь наш тоже скоро догадается. Не факт, что конкретно до этого додумается, но ты понял. Что-то он уже знает, о чём-то будет догадываться, что-то… — махнул я рукой и не стал заканчивать мысль.

— Иначе говоря, ты снова обгадился и прибежал ко мне за помощью. Мы прямо настоящие сын и отец.

— Мы и есть настоящие сын и отец, — хмыкнул я.

— Не подозревал, что дети такая морока.

— Очень смешно, — закатил я глаза. — Ты думай давай. Как время выкрою, загляну, обсудим риски.

— Да тебе хана. И мне. И вообще всем причастным.

— Но-но, — погрозил я пальцем. — Не плачь. Ты теперь даже отказаться от меня не сможешь.

— Иди уже, — поморщился мужчина. — Пойду лягу и сделаю вид, что мне это приснилось.

— Как мелочно.

Попрощавшись, я помчал на работу. Отцу можно было слить урезанную версию, но это было бы оскорблением его интеллекта. Раз Церера вычислила, значит, скрывать от отца дальше смысла нет. Наоборот, его выгодно припахать, чтобы поработал сдерживающим фактором для меня. А то я что-то заимел привычку сначала делать, а потом думать.

Только вот не учёл, что события будут развиваться куда быстрее.

В обед меня вызвали во дворец.

Глава 3 Влип, или Когда точно влип

Отказаться от поездки во дворец возможности я не имел. Прибыл, отсидел в приёмной, получил дозволение проследовать в кабинет самого государя.

Теперь это звучит куда круче. Не к герцогу какому-то на разборки пришёл, а к государю. Расту.

Шутки шутками, а я немного нервничал. Вызвать могли по какой угодно причине. Вот совсем по любой. Вилка последствий соответствующей была. От виселицы до награждения. Но последнее почему-то сомнительно.

Наконец, после всех промедлений, я оказался в кабинете.

— Проходи, Сергей, — нейтральным тоном сказал Смородинский. — Садись, разговор непростой выйдет.

Я бы с удовольствием постоял, но и такой возможности у меня не было. Отец рассказывал, что по тому, как встречают, многое сказать можно. Мне сейчас приготовили вполне себе удобный, мягкий стул. На который я и уселся перед рабочим столом Смородинского.

Бить вроде не будут. За стенами я тоже никого постороннего не видел. Никакого тебе отряда зачистки, что обнадёживает.

— Что же с тобой делать? — спросил император.

— Ваше величество? — позволил я себе показать растерянность.

— Ты вроде бы полезный, но проблемный. Вроде бы проблемный, но полезный.

О, как поэтично завернул. Как реагировать-то на это? Что ни скажи — всё обернёт так, как ему надо. Буду молчать, значит.

— Глеб пошёл на поправку. Его силы немного ослабли, но учитывая ситуацию, это не такая уж большая цена, — поделился император.

— Рад слышать, что с вашим наследником всё в порядке. Крепкого здоровья ему, — пожелал я.

Надеюсь, это не прозвучало как издёвка.

— Передам, — кивнул мужчина медленно. — Ты ведь в курсе, что помимо Цереры и её рода — хватает других сильных целителей?

— Не изучал вопрос, но догадываюсь.

— Заверяю тебя, специалистов хватает. Тем более госпожа Церера, при всех её заслугах, в первую очередь является генетиком. Так как же так вышло, что другие специалисты ничего сделать не смогли, а она, прихватив тебя, быстро решила вопрос?

Как и ожидалось.

— Так этот вопрос ей задать, наверное, стоит, — слегка удивился я. — Я в целительских делах мало что понимаю.

— Сергей, ты правда хочешь играть в эти игры? — подался вперёд Смородинский, положив руки на стол и сцепив пальцы в замок. — Может, просто признаешься?

— В чём?

— Какое именно участие принял в лечении моего сына.

— Он же вроде бы выздоровел, — позволил я себе на этот раз недоумение.

Мол, какие претензии, государь? Сын жив, что ещё надо?

Аркадий Павлович намёк уловил верно.

— За твою самодеятельность — претензии сняты. Как и за то, что суёшь нос, куда не следует, — спокойно сказал он. — Но жизнь продолжается. Видишь ли, к нам тут пара властелинов заглянула. Обещали вернуться. А твари они трудноубиваемые. В такой войне все козыри хороши.

— Полностью согласен, ваше величество, — заверил я.

— Так и чего ты тогда здесь хвостом крутишь? Даю тебе последний шанс признаться добровольно.

— В чём? — не моргнул я и глазом.

— Хорош, — хмыкнул мужчина. — Настолько хорош, что почти идеально контролируешь сердцебиение.

— Вы хотите меня в чём-то обвинить? Или что-то узнать? Так спросите прямо, я с радостью отвечу.

— Ты умеешь отбирать чужие Дары? — зашёл он сразу с козырей. — Умеешь на них влиять? Таким образом быстро набрал свою силу? Это от Мудреца Творца способность досталась? Много народу ради этого перебил? Милгарды уже в курсе? Ещё кто-то? Нет? Или да? Отцу рассказал? — буквально засыпал он меня вопросами.

— Ох… — выдохнул я, когда он закончил. — И каков вердикт?

— Всё с тобой ясно, убивец.

— А мне вот ничего не ясно. Вы столько вопросов задали, что я даже не знаю, как на это реагировать. Ведь любую мою реакцию вы сочтёте, по всей видимости, спланированной.

— Так и есть. Что не отменяет простого факта: тебя раскрыли, Сергей. Я бы мог привести множество случаев, которые подтверждают сказанное, но на это у меня нет времени. Мне и так ради тебя пришлось отодвинуть множество важных вопросов.

— Я того не достоин, ваше величество, — повинился я.

— Упрямишься? Не подумал, что будешь выглядеть бледно, если я велю всерьёз заняться этим вопросом? Чего ты добьёшься, отрицая? Ведь теперь за тобой будут пристально следить, а зная, куда смотреть, пропустить чужие секреты сложно.

Это реально аргумент. Только сам факт этого аргумента подтверждает — у Смородинского нет прямых доказательств. Нет и быть не может, только догадки. А оно мне надо, подставляться?

— Ваше величество, вы ставите меня в неловкое положение. Отрицать — вызвать ваш гнев. Согласиться — создать проблемы в будущем, когда вы от меня потребуете того, что я не смогу исполнить.

— Можешь выдохнуть. Я пока не собираюсь тебя использовать против твоей воли.

Какая интересная формулировка. И «использовать», и «против воли», и «пока». Можно ведь не использовать, а попросить, не против воли, а добровольно. Да и это «пока» — штука переменчивая.

— Это радует, но вы меня переоцениваете. Дары — вижу. Небольшое влияние на них оказать — да, могу. С кучей нюансов и сложностей.

— Эти нюансы не помешали тебе использовать это против эльдара-властелина, в бою.

— Против избитого, истощённого, неготового к такому эльдара, — уточнил я. — И мне это чуть жизни не стоило. К тому же, если всё так, как вы говорите, зачем мне устраиваться в Бюро было? Буквально под нос к людям, чья работа — вести оперативную деятельность и вычислять то, что пытаются скрыть. И да. При всём уважении, но с ходу напрашивается ещё один контраргумент. Зачем мне терять время здесь, если бы я мог отправиться за Грань, сражаться с тварями и отбирать Дары у них?

— А кто сказал, что ты этого не делал? — насмешливо спросил Смородинский. — Ладно, как хочешь, — выставил он ладонь. — Я бы мог пройтись по твоей родне, которая за всю свою историю владетелей не породила, и это я сейчас про оба рода, про Валовых и Разумовичей. Мог бы припомнить, что ты уже тройной владетель. Или то, что ты как-то умудрился скинуть метку Мордура, хотя не являешься Охотником. Что, в свою очередь, намекает на наличие и других типов одаренностей у тебя. Мог бы припомнить убитого внука Колпакова и то, что после того случая чудесным образом вдруг обнаружилось, что ты способен видеть чужие клятвы. Ах да, я как-то этот момент упустил, но можно предположить, что способность накладывать принудительно клятвы ты также забрал у паренька. Ещё бы я мог упомянуть Марию Романову, которая сейчас отбыла в другой город и первое, чем занялась на новом месте — возобновила активные тренировки с Властью. Делает успехи, между прочим. И это та, кто, по прогнозам, в ближайшее время должна была утратить свой Дар. Как видишь, Сергей, не особо погружаясь в вопрос, просто навскидку, я привёл множество примеров, где ты подставился. А что будет, если я приглашу Ивана Романовича и спрошу его мнение по этому вопросу? Или приглашу твоего бывшего капитана — Данилу Назаровича? Для надёжности можно ведь и других людей привлечь, чтобы занялись тобой основательно. Что в этом случае будет?

— Информация пойдёт гулять, как ей захочется, — ответил я, помедлив.

— Именно. А ты вроде как заинтересован её придержать. Так что, будешь и дальше отрицать?

— Конечно буду, — ответил я.

Что прозвучало двояко, но так и задумывалось. Что-то вроде — может, вы и правы, но косить я буду до последнего, хоть пытайте.

— Если уж вам хочется меня в чём-то обвинить, то мне этому нечего противопоставить, — добавил я.

— Ты не понял. Я тебя не обвиняю. Речь о другом пойдёт.

— О чём же? — спросил я.

— Значит, признаться не хочешь, — кивнул он сам себе. — Что ж, у тебя был шанс. Если уж ты не готов открыть секреты своему государю, тогда не обижайся, но договариваться будем… по-деловому.

— Как понимаю, весь этот разговор не просто так.

— Не просто. Отрицаешь ты или нет, ошибаюсь я или нет, это не отменяет ранее сказанного. Ты и полезный, и проблемный. Учитывая всю сложность ситуации, я просто не могу позволить, чтобы твои уникальные особенности пропали впустую. Тебе понятна эта позиция?

— Более чем, — кивнул я.

Ну а что здесь непонятного?

— Готов ли ты поработать на благо родины, используя свой уникальный ресурс?

— Раз вы говорили про отъём Даров, неужели отправите плодить вам армию?

— А ты можешь?

— Нет.

— Тот редкий случай, когда ответ из твоих уст прозвучал искренне, — хмыкнул он. — Нет, Сергей. Армию плодить не отправлю. Если бы ты был способен просто отнять Дар владетеля или как-то его создать, то вряд ли бы отправился в экспедицию и рисковал там шеей.

Логично. И правдиво. Смородинский, на удивление, раз за разом точно оценивает ситуацию.

— Поэтому вот тебе первый вариант решения проблемы. Ты вступишь в близость с десятком–другим молодых женщин. И продолжишь это делать, пока они не понесут. Дальнейшая судьба этих женщин и детей тебя касаться не будет.

Признаться, я на несколько секунд растерялся, услышав… такое предложение.

— Если ты из тех парней, которые хранят верность своей девушке, — без насмешки, как-то особо серьёзно сказал Аркадий Павлович, — можно обойтись и без близости. Хороший целитель вполне способен обеспечить искусственное оплодотворение.

На этот раз я растерялся ещё больше. Мне что… Император только что предложил… эм… Удовлетворить себя? На благо родины?

— Что думаешь об этом варианте?

— Неприемлем, — с ходу ответил я. — Я не бык осеменитель. Своих детей буду сам воспитывать.

— Похвальное желание, — усмехнулся он.

Что в переводе означало — ну да, ну да, дело в этом, а не в том, что при таком раскладе я и мои наследники потеряют свою уникальность. Одно не исключало другого. Я и правда не хотел бы потерять свою уникальность и тем более слить её непонятно в чьи руки. Тем более государственные.

— К сожалению, у этого решения есть очевидные минусы, — продолжил Смородинский. — Для войны нам нужны сильные одарённые. А такие редко рождаются от обычных родителей. Найти же выдающихся женщин, да ещё в нужном количестве — не представляется возможным. Поэтому у меня есть элегантное решение, которое мне нравится больше всего. И поощрение, раз ты так отличился, и в некотором роде наказание.

— О чём вы? — заёрзал я на стуле, чувствуя, что сейчас получу лопату дерьма.

— О женитьбе.

— И всё? — нахмурился я. — Жениться у меня и так в планах. В ближайшее время.

— В этом и проблема. Ты не можешь жениться на Солейне Милгард.

Оу.

Захотелось провалиться в Тень да свалить отсюда, а перед этим — послать правителя в зад. Свою судьбу я сам определять буду. И жену выберу тоже сам.

— Злишься? — легко угадал Смородинский мой настрой. — Перед тем как выкинешь какую-то глупость, сначала дослушай.

— Слушаю очень внимательно. Ваше величество, — сухо ответил я.

— Во-первых, помешать вашему браку не так уж сложно, что бы ты там ни думал. Достаточно выказать немилость, чтобы Милгарды в очередной раз задумались, стоит ли связываться с тобой. Если думаешь, что они пойдут на всё, чтобы получить наследников от тебя, то и это решается.

Аркадий Павлович замолчал, давая осмыслить сказанное. Я и осмыслил.

После того как Сорка заявила о себе, всё её семейство всерьёз обеспокоилось безопасностью девушки. Вон Волковы её устранить хотели. Уверен, другие семейства тоже самое планируют. Слишком талантливая.

Точнее, даже не так. Это как жить, зная, что по соседству растёт дракон, способный в любой момент психануть и сжечь всю твою семью. Постоянный риск. От которого жизненно необходимо избавиться.

В нашем с Соркой случае Смородинскому даже делать ничего не придётся. Достаточно будет слить информацию обо мне, чтобы аристократия озаботилась тем, чтобы наши дети не родились. И никак особо это не решается. Уйдёт информация в широкие массы — и у нас всегда на спине мишень будет. Она и сейчас есть, но там другой уровень проблем последует.

Наверное, это и есть власть. Способность причинять неприятности.

Только вот в эту игру можно и вдвоём поиграть. Угрожать я в ответ не стал. Зачем провоцировать властелина? Просто если что-то такое произойдёт, костьми лягу, но так отомщу, что Смородинский сто раз пожалеет, что затеял это всё.

— Во-вторых, — продолжил он, — Милгарды и так сильны. Думаешь, их главная сила — в стихии огня? Не смеши. Их главная сила в генетике. Дать им возможность напрямую влиять на Дары — недопустимо. По многим причинам.

— Сами же говорили, что вам нужны сильные одарённые.

— Сильные одарённые в условиях неработающей системы скорее вредны, чем полезны. Есть и третья причина, о которой стоит подумать лично тебе. Ты сказал, что сам своих детей воспитаешь. Но возможно ли это в случае Милгардов? Пройдёт… Пусть будет лет десять. Ты заделал Солейне детишек, с задачей справился. Даже клан поднял с колен. Только что насчёт обучения? Сможешь ли ты за столь короткий срок создать свою школу для юных магов? Вряд ли. У Разумовичей компетенции лежат совсем в другой плоскости. Они хорошо готовят мелких управленцев, а не элитных магов. Хочешь ты или нет, но твои дети будут учиться под крылом у Милгардов. Постоянно ездить к ним в гости, ходить в их школу, потом в их академию. На почве этого проще простого свести два юных сердца, и вот твой ребёнок уже женится или выходит замуж за кого-то с правильной фамилией, кого выбрали сильно заранее, а Разумовичам, и тебе в итоге не достанется ничего.

Хм… Мощный аргумент. Более чем реальный, на первый взгляд. Понятное дело, что есть ещё личные отношения, воля случая, но… У меня-то перспектива и вовсе ближайшие десять лет не пережить.

— Так и что же вы предлагаете? — спросил я, когда молчание затянулось.

— Ты женишься. В том числе на Солейне Милгард.

Что-то я совсем мысль потерял.

— В том числе?

— Брак с ней допустим только в том случае, если будут и другие жены.

— Жены? — спросил я, ощутив, что аж во рту пересохло.

И вовсе не от приятного волнения.

— Я предлагаю тебе вариант с тремя жёнами. Три жены — три рода. Много детей. Выше шансы породить новую генетическую линию. При такой системе лично у тебя тоже власти внутри семьи куда больше будет.

— Нет, — ответил я. — Просто — нет.

— Не спеши отказываться.

— Вы можете привести любые аргумент, но это ничего не изменит. Я не буду ни о чём таком договариваться за спиной своей невесты.

— Как романтично, — хмыкнул Смородинский. — Первая влюблённость быстро проходит, а дальше начинается быт и повседневность. О чём ты в силу юности пока не догадываешься. И всё же. Попрошу тебя не идти на принцип. Подумай, взвесь. Что скажет твой отец? Олег Васильевич одобрит такую идею?

— Он встанет и спляшет по такому случаю. Только это не меняет ситуации. И дело даже не в том, что Солейна ходячий вулкан. Я ей очень благодарен. И поэтому в спину не ударю.

— Я и не предлагаю тебе предавать её, — как-то устало произнёс Смородинский. — Но и вариантов у тебя не так много. Этот — лучшее, что я могу предложить.

— Со щедростью у вас явные проблемы, — не удержался я.

— С таким самоконтролем карьеру при дворе ты не сделаешь, — покачал он головой, намекая, что я забываюсь.

Кто тут ещё забывается. У правителя, без всяких сомнений, крайне много власти. Но лезть настолько глубоко в личную жизнь… Да Смородинский мне буквально сейчас руку в зад засунул и хочет покрутить мной, как уличные актёры куклами на улицах, развлекая детишек.

— Да плевать, — поднялся я. — Хотите войны — будет вам война.

— Ты понимаешь, что говоришь? — прищурился мужчина.

— Более чем.

Меня точно нельзя назвать добрым человеком. Если припрёт, я такой террор устрою, что весь город парализует.

— А если Милгарды согласятся? — зашёл с козырей Смородинский.

Чем немного сбил мой боевой настрой. Хм… Надо успокоиться. Если снова включить мозг, очевидно, Аркадий Павлович не все козыри выложил.

— Их мнение играет роль, но не так уж важно. Солейна же свою позицию уже обозначила.

— Что ещё могла сказать юная девушка, — пренебрежительно сказал Аркадий Павлович. — С Милгардами я сам переговорю. Как и с остальными кандидатурами. Сейчас же тебе нужно решить. Если Милгарды дают добро, согласишься ли ты на этот вариант. Или… Придётся действовать иначе.

Это стоит понимать как то, что поступит приказ на моё уничтожение? Или как что?

Жесть какая. Неплохую ловушку мне правитель расставил. Встать на сторону невесты — это красиво, конечно. В конце концов, я мужчина и должен защищать свою женщину, пусть и так. Но если Милгарды дадут добро… Получается, на принцип я пойду просто так. Что выглядеть будет совсем по-детски.

— Мне нужно подумать над этим.

— У тебя нет времени думать. Решай сейчас.

— Не могу я решить сейчас, — твёрдо ответил я. — Это не тот вопрос, который решается с наскока.

— Жизнь часто неприятная штука, — спокойно ответил он. — Повторюсь, у меня много дел. Заниматься этим вопросом, когда ты, как девица, ломаешься, я не собираюсь.

Я стоял, молчал и не решался дать какой-то ответ. Просто так отказать — чревато. Вдруг перейду черту — и дальше война? А если соглашусь, так это Смородинский легко сможет использовать в переговорах с теми же Милгардами. Мол, Сергей и сам обрадовался варианту.

Вдох, выдох. Ответ сразу давать нельзя. Молчать тоже. Раз так, надо тогда хотя бы детали прояснить.

— Остальных невест вы сами собираетесь выбрать?

— Не совсем. Кандидатуры уже подобраны.

— Как вас понимать? — нахмурился я.

— Аврора Армстронг. Подходящая невеста? Третья девушка — Ярослава Светова.

— Светова? — вскинул я брови. — Да вы издеваетесь.

Смородинский смерил меня взглядом, и я одёрнул себя. За языком всё же нужно следить.

— Они точно раньше сотрудничали с эльдарами. Возможно, что и сейчас сотрудничают. Не стоит исключать возможности, что причастны к появлению эльдаров во дворце, — перечислил я. — Вы сами поручили Бюро расследовать это дело. Я, будучи сотрудником Бюро… Женюсь на Световой?

— Именно, — спокойно кивнул Аркадий Павлович. — Ты послужишь гарантией, что я не буду их уничтожать. Они за это сдадут все свои контакты с эльдарами.

— О-о, — протянул я.

Так эта партия куда сложнее, чем показалось на первый взгляд? Я рискнул прикрыть глаза, заставил себя полностью отключить эмоции.

Смородинский ведь некоторые вещи прямо говорил. Милгардов усиливать нельзя. Нужен противовес. Армстронги и Световы, значит… Армстронги здесь при чём? На полноценный противовес они не тянут. С другой стороны… Да тут легко множество скрытых вариантов придумать, но это будет пустое гадание, что там на уме у Смородинского, я не представляю.

Чёрт… Да тут столько нюансов, что я голову себе сломаю. Но в конечном счёте сводится всё к одному. Политика вступает в конфликт с чувствами. Как в этом случае не угробить отношения с Солейной — я не представляю. А ещё не представляю, как избежать вероятности, что она, будучи беременной, психанёт и сожжёт других жён. Возможно, тоже беременных.

Это совсем жёсткий вариант, конечно же. Но кто знает, кто знает. Я бы не стал такие риски списывать со счетов.

— Хоть пытайте, сейчас я вам ничего сказать не могу, — ответил я после продолжительного молчания. — Свою позицию обозначил, другой у меня нет. Если Милгарды дадут добро… И, главное, если Солейна даст добро, то я, конечно же, не найду причин отказаться от… столь рационального подхода, — высказался я осторожно. — Но пока это выглядит так, что ради абстрактных государственных целей я должен пожертвовать миром в своих отношениях, что, в свою очередь, поставит крест на государственных целях.

— Ты слишком усложняешь, — махнул рукой Смородинский. — Несколько жён у аристократов не такая уж редкая практика.

— У вас-то одна супруга, — парировал я.

— Что в любой момент может измениться, — легко ответил он.

— Жду не дождусь личного примера от государя, — снова не сдержал я порыв и уколол.

— Сергей, — заглянул он мне в глаза. — Кажется, ты позабыл начало разговора. Ты проблемный, и это надо как-то решить. Несколько жён — это самый приятный вариант решения проблемы. У нас не та ситуация, чтобы потакать твоей нерешительности. На кону, без малого, судьба государства и выживания нас, людей, как вида.

На этот раз я всё же удержался и не стал говорить, что такие вещи меня не особо трогают. Пусть геройствует кто-то другой.

— Ладно, иди уже. Какие парни нынче нерешительные пошли. Кто бы знал… — покачал Аркадий Павлович головой. — Подумай над моим предложением. Уверен, как успокоишься, ты увидишь, насколько это щедрый вариант в сложившейся ситуации.

В гробу я такую щедрость видел.

Поклонившись, я не задерживаясь поспешил на выход.

Вот это влип! Чур меня, чур. Хоть бы пронесло мимо этого гарема.

Глава 4 Гарем, или Когда обложили

Дворец я покинул напрочь пришибленным. Никуда не отправился, заглянул в ближайшее приличное заведение, заказал себе еды да погрузился в размышления.

Ум мой — враг мой.

При небольшой толике удачи решение, предложенное Смородинским, имело право на существование. Разговор о второй жене и так уже заходил. Солейна даже шутила, что не так уж и против. Но одно дело шуточки, а другое — реально жениться.

Не, серьёзно. Где я, а где сразу три жены? Мне что с ними делать? Кто-то скажет — то самое и делать, но почему-то моя фантазия упорно отказывалась представлять задорный… э-э… Четверничок? А вот ритуальный акт сожжения — это да, легко.

С другой стороны, политические браки — это не то чтобы редкость для аристократии. Скорее обыденность и суровая правда жизни. Если бы речь шла только об этом — проблем было бы меньше. У нас же с Солейной, я надеялся, имеются взаимные чувства. Что меняло весь расклад.

Политическая целесообразность — это голая рациональность. Чувства — это совсем другая стихия. Как совместить одно с другим — не знаю, я уж точно не являюсь экспертом в вопросе. К кому идти за советом? К отцу — да он тот ещё креветка. Несмотря на весь его ум, понятно, что скажет. А больше никого и нет. К Солейне же не пойдёшь. Все мои знакомые… Где они, а где брутальная семейная жизнь.

В таком состоянии легко было наворотить ошибок. Поэтому, как закончил есть, отправился на работу. А там снова все те же дела, беготня по инстанциям, сбор докладов, анализ произошедшего. Кощей спрашивал, чего со мной, но я отбрехался. Хотя язык буквально чесался всё выложить. Нет уж. Промолчал пока. Сначала успокоюсь, переварю это, а там видно будет.

Вечером всё же заглянул к отцу. Если дойдёт до дела, его тоже привлекут.

— Чем ты недоволен? — спросил Олег Васильевич, выслушав. — Все аргументы абсолютно справедливы. Ты, конечно, при толике удачи, если сразу не убьют, способен причинить много вреда Смородинскому, но при этом потеряешь всех близких. Уверен, что готов пойти на это?

— Слона едят по кусочку, — ответил я. — А прогибаться просто так не собираюсь.

— Жизнь — долгая штука, а эмоции проходят быстро. То, что сейчас кажется неприемлемым, через пару лет будет отличным решением, — философски сказал он. — А так ты получаешь возможность создать уникальную генетическую линию. Это куш. Его не заработать обычным трудом. Мало и простой удачи. Это шанс один на миллион, который выпал тебе по чистой случайности. Чтобы воспользоваться им — придётся заплатить высокую цену. Некоторые сложности в семейной жизни — мелочь на фоне открывающихся возможностей. В конце концов, иди к Милгардам и посчитай там соотношение мужей и жён.

— А ты слышал про такую штуку — что хорошо на бумаге, не обязательно работает на практике? Ты хоть можешь представить реакцию Солейны, когда я ей такое предложу? «Дорогая, сегодня у нас среда, а значит, я иду к жене номер два». — «Хорошо, дорогой», — ответит она. И запустит в меня огненным торнадо.

— Если ты скажешь ей это прямо сейчас, то так и будет. Но пока состоятся переговоры со всеми сторонами, пройдёт минимум пара месяцев, и это очень оптимистический прогноз. Если хочешь дельный совет, то вот он. Лучше думай о том, чем откупаться будешь.

— Откупаться?

— А какая женщина в обмен на столь серьёзные уступки не потребует с тебя соответствующую оплату? — спросил отец, будто понимал что-то в женщинах. — Вовремя ты золото упёр. Глядишь, миллиарда хватит.

— Это сейчас шутка?

— Если бы, — усмехнулся он.

Даже хохотнул коротко. Весело ему, блин.

— Успокойся, выдохни, — сказал отец. — Пока ничего не предпринимай. Солейну заверяй, что такой вариант даже не рассматриваешь. Остальное сделают за тебя.

— Это ты меня сейчас наускиваешь, как урвать трёх жён?

— Трёх красавиц, что нарожают тебе сильных детей? Ты совсем идиот, если откажешься от такого. Пусть Солейна тебя и запугала, но дай ей немного власти над этим прайдом, и увидишь, как эта драконица будет защищать всех детёнышей.

— Если всё так просто, — дёрнул я щекой, — то давай езжай ко всем причастным и веди переговоры.

— А и съезжу.

— Я пошутил, — занервничал я.

— Не думал, что ты так боишься ответственности.

— Кхм… Сказал мужчина, который бросил беременную женщину.

Отец на это промолчал.

— Идём ужинать, — сказал он после. — Хоть с Моршей пообщайся. А то как будто избегаешь её.

— Что, ревнует, что мы с тобой постоянно тайно шушукаемся? — спросил я раздражённо.

Не на Моршу. На ситуацию в целом.

До обеденного зала мы дошли. Точнее, я дошёл, а отец докатился, но какая разница.

— Морша! — воскликнул я, когда увидел женщину. — Давно не виделись. Как поживаешь? А замуж тебе, случаем, не пора?

— А-а? — вскинула она брови.

— Не обращай внимания, — сказал ей Олег Васильевич. — Сергея впереди ждёт счастливый брак, вот он и нервничает.

— Кто сказал, что нервничаю? Просто не одному же мне отдуваться. Так что? — поинтересовался я. — Одному мне количество Разумовичей увеличивать?

— Варианты… есть, — ответила женщина, беря себя в руки. — Но наше шаткое положение создаёт ряд препятствий для заключения выгодного союза.

— Шаткое положение? — бросил я взгляд на отца, усаживаясь за общий стол.

— Ходят слухи, что тебя на днях император в темницу бросил, — ответила за него Морша. — Подобные истории не добавляют никому желания с нами связываться.

— Так что, Сергей, твоя удачная свадьба поможет и Морше, — улыбнулся во всю ширь отец.

— Злые вы, — буркнул я.

Морша посмотрела недоуменно, но заинтересованно. Пусть гадает, чего это я. Посмотрел бы я на неё, предложи ей кто сразу трёх жён.***

После разговора с Валовым Аркадий Павлович почувствовал плюс-минус ничего. Это надо быть совсем неопытным политиком, чтобы всерьёз ожидать от людей, что они будут действовать так, как того от них ждёшь.

Люди на то и люди, что стремятся на каждом шагу создать проблемы, как себе, так и окружающим. Так что, по мнению императора, разговор прошёл штатно. Разыграть его можно было совсем иначе, надавить, но это такая себе затея. Валовой и с довольно мягкого предложения на принцип пошёл. Устранить такого строптивого — так потеряешь ценный ресурс. Спровоцировать на конфликт — что может натворить парень, способный вскрыть императорскую сокровищницу не напрягаясь, представить было слишком легко.

Поэтому Смородинский закончил разговор, обдумал итоги, отдал несколько распоряжений, чтобы подготовили кое-какие доклады по Валовому, да переключился на другие дела.

Милгардов же пригласил на следующий день. Трувана Аркановича и двух его жён. Что само по себе должно было послужить намёком, о чём пойдёт речь.

— Ваше величество, — поклонился Милгард, когда зашёл.

— Проходи, Труван Арканович. Дамы, — благосклонно кивнул Смородинский двум женщинам. — Как самочувствие Аркана Димитрича?

— Идёт на поправку, — нейтрально ответил мужчина. — Как ваш сын?

— С ним тоже всё хорошо. За что стоит сказать отдельное спасибо госпоже Церере и её протеже, — обозначил улыбку Смородинский.

На это Церера едва заметно прищурилась, но ничего не сказала.

— Вы присаживайтесь, — пригласил Аркадий Павлович. — Разговор вряд ли выйдет коротким.

— О чём пойдёт речь? — спросил Труван.

— Во-первых, хотел ещё раз поблагодарить вас за участие в той операции. Вы, как и ожидалось, блестяще справились с задачей, — сказал император, имея в виду создание портала для переброски врагов за Грань. — Разумеется, все наши договорённости в силе.

— Отрадно это слышать, — скупо кивнул Труван Арканович, который хорошо понимал, что до главного блюда на этой встрече ещё не дошло.

— Во-вторых, — спокойно продолжил император. — Я в курсе, что Сергей Валовой, жених Солейны, умеет воздействовать на чужие Дары и даже забирать их.

Заявлять такое было немного рискованно. Существовала вероятность, что Милгарды не в курсе. Но незначительная вероятность. Как бы Сергей помог Глебу, если бы не раскрыл свои способности? А там сложить одно с другим не так уж сложно.

— О чём это вы? — нахмурился Труван.

«Опытный», — подумал Смородинский. Каким бы хорошим слухом ни обладал властелин-Охотник, в некоторых ситуациях невозможно наверняка утверждать — врёт человек или нет. Приглашение сразу трёх Милгардов было обусловлено ещё и этим. Сергей выдал один набор реакций, каждую из которых можно было оценить отдельно. Каждый из троицы выдал ещё один набор реакций.

И всё вместе это давало чёткий ответ — догадка оказалась верна.

— Не будем играть в эти игры, — сказал Аркадий Павлович. — Информация подтверждённая. Я в курсе, что вам она известна.

При такой формулировке первое, о чём подумают Милгарды — что Сергей сам сдался. Судя по их лицам, так и вышло. Походу, паренёк не успел до них дойти, чтобы согласовать позиции.

— И всё же я вас не очень понимаю, — продолжил хмуриться Труван Арканович.

— Всё вы прекрасно понимаете. Как и понимают обе ваши жены. Собственно, в связи с открывшейся информаций возникла одна трудность. Я не могу вам просто так отдать Сергея. Говоря прямо, вы и так слишком сильны, чтобы отдавать способность забирать и влиять на Дары напрямую.

— При всём уважении, — голос Милгарда потяжелел, — это решать не вам.

— О, я не собираюсь ссориться. — Смородинский сделал вид, что удивился столь жёсткой реакции. — Решение у этой ситуации, помимо очевидных вариантов, есть простое. Вторая и третья жена. Если вы на это согласитесь, тогда не вижу никаких препятствий.

— Зачем бы нам на это соглашаться?

— Чтобы решить вопрос миром. Только не говорите, что не обсуждали этот вариант между собой. Чем больше детей, тем выше шансы закрепить генетическую линию.

Труван Арканович ответил не сразу. Вздохнул медленно, посверлил правителя взглядом.

— Даже если допустить, что Сергей действительно умеет забирать Дары… В чём лично у меня большие сомнения. То повторю вопрос, зачем нам делиться? Будете чинить нам препятствия? Это противоречит прошлым договорённостям, согласно котороым мы вам помогаем, а вы к нам не лезете. Сейчас же я слышу совсем другое. Что вы буквально намереваетесь разрушить счастье нашей дочери.

— Помолвка уже состоялась? — уточнил Аркадий Павлович. — Насколько я знаю, нет. Если речь идёт о счастье вашей дочери, то чего вы так оттягиваете? Сами от паренька нос постоянно воротили, а сейчас вдруг спохватились.

— Не наговаривайте. Помолвка была отложена из-за коронации. Теперь займёмся этим вопросом вплотную.

— Приятно слышать. Но это не меняет ситуацию. Я поэтому вас и пригласил, не хочу нарушать достигнутые ранее договорённости. Только ситуация изменилась. Ставки слишком высоки, — спокойно обозначил император.

— Если опасаетесь, что Милгарды в будущем будут претендовать на ваше место, то зря, — ответил Труван Арканович. — Нас правление не интересует.

— До тех времён ещё дожить надо. Таланты Сергея слишком ценны, чтобы делать ставку на одну женщину. Уж простите за прямоту. Что касается причин соглашаться — просто назовите, что хотите.

— А сам парень что сказал? — уточнил Труван Арканович.

— Отказался. Даже приготовился воевать, если давить буду.

— Да неужели, — фыркнул Милгард.

— Сказал, что Солейну не предаст.

— Надо же. Впервые он мне начинает нравиться, — усмехнулся Труван Арканович. — Тогда тем более. На одной чаше весов жизнь моей дочери. На второй — ваши интриги. Хотите надавить? Попробуйте. Посмотрим, что из этого выйдет.

— Это ваша принципиальная позиция? Или мы всё же будем говорить по-деловому? — Голос Смородинского похолодел.

— Если говорить по-деловому, — ответил Милгард, — то вы просите очень много. Вопрос — что взамен? Нам вы ничего предложить не сможете, потому что не хотите нашего усиления.

— В этом предложении есть выгоды и для вас. Больше детей — больше возможностей. Солейна станет первой женой, а это тоже власть. Мне всерьёз нужно говорить столь очевидные вещи? — вскинул бровь Смородинский. — Это тот случай, когда договориться выгодно всем сторонам.

Продолжение этой фразы не прозвучало, но Труван Арканович прекрасно уловил подоплёку. Договоришься — и выйдет по красоте. Не договоришься — и начнётся такое, что никто рад не будет.

— Отрицать не стану, мы рассматривали разные варианты, — осторожно сказал Милгард.

Он был готов пойти на принцип, но не сказать, что пришёл в восторг от этого варианта.

— И сошлись на том, что лучше не рисковать.

— При всём уважении, Труван Арканович, — вкрадчиво сказал Смородинский. — После ваших слов так и хочется уточнить, а в чём же риск заключается. Статус первой жены позволяет многое. Если убрать в сторону эмоции, то сделку я вам предлагаю выгодную, по многим причинам. Да о чём речь, если у вас самого две жены. Так в чём же риск? Что Солейна не сможет это принять? Не хотите ли вы сказать, что самая талантливая девушка современности эмоционально нестабильна?

— Вы переходите черту, — голос Милгарда заметно потяжелел.

— Я всего лишь ищу понимания. Поправьте меня, если я неправильно понял ваши слова.

Милгард на это промолчал. Риск, что Солейна психанёт, был основным.

— Если же я понял правильно, то тем более встаёт вопрос… Стоит ли государству делать столь неоднозначную ставку.

— Что-то я не понял, — подался вперёд Труван Арканович, — вы оскорбить меня хотите? Всерьёз поссориться?

— Успокойтесь. А если вдруг не поняли смысла моих слов, так навестите своего отца и поинтересуйтесь, какие у него впечатления после битвы с властелином. Вот у меня после этой битвы впечатления так себе. А ведь явилась даже не армия. Так, небольшой отряд, который, не поведи они себя так нагло, мог бы уничтожить нас всех. Будем упираться рогом, Труван Арканович? Может, мне ещё напомнить, что ваша талантливая дочь без спроса явилась на поле боя? Нет-нет, — выставил ладони мужчина. — У меня к ней претензий нет. А вот будут ли они у эльдаров, большой-большой вопрос.

— На что вы намекаете? — нахмурился Милгард.

— Намекаю? Да я прямо говорю. Не то сейчас время и не тот у нас всех враг, чтобы мы проявляли эгоизм. Всем придётся чем-то жертвовать. И раз уж Сергей оказался столь полезен для государственных дел, то сами понимаете. Эту генетическую мутацию нужно сохранить и размножить.

— Если уж на то пошло, — заговорила Церера, — Сергей уже внёс достаточный вклад в борьбу с этими вашими эльдарами, чтобы заработать себе на счастливую семейную жизнь. Раз он сам отказался от вашего предложения, то пытаться нас заставить уговорить его — это как-то… — Женщина не закончила, не стала вслух говорить о наглости.

Аркадий Павлович даже не посмотрел на неё, продолжая глядеть в глаза Трувану Аркановичу.

— Как бы там ни было, — заговорил тот, — слова об общем благе ничего не стоят.

— Что возвращат нас к вопросу, будем ли мы говорить по-деловому.

— Кто будет определять остальных жён? — спросил Милгард. — Или уже есть кандидатки?

— Что скажете насчёт Армстронгов и Световых? Они не принципиальны, но вполне подходят под критерии.

— Пока ничего не скажу, — покачал головой Труван Арканович. — Только то, что во всей этой истории мы будем в первую очередь отстаивать свои интересы. И если они будут значительно ущемлены, никакого договора не получится.

— Тогда предлагаю пока на этом закончить встречу, — ответил Смородинский. — Жду от вас условий и что хотите взамен. Я, в свою очередь, возьму на себя согласование с остальными сторонами.

— Предложение пришлём, — поднялся Милгард, а следом за ним и жены. — Но скажу прямо — от ваших идей мы не в восторге.

Смородинский на это промолчал. Придержал при себе мысли о том, насколько он сам не в восторге от наглых аристократов.***

Уже по пути домой, сидя в машине, Труван Арканович задал вопрос.

— Чего молчите? Что думаете?

— Солейна будет не в восторге, — покачала головой Александра.

— А кто в этом виноват, а? — посмотрел мужчина на Цереру. — Вот же! — дёрнул он рукой. — Заигралась с парнем и создала проблему.

— Что значит «создала»? — возмутилась женщина. — Я не виновата, что Сергей настолько проблемный парень.

Труван Арканович тяжело засопел и ничего говорить не стал.

Получить информацию о парне было ценно, спору нет. Только что толку, когда эта информация пошла гулять? Проблем это столько принесёт, что хоть за голову хватайся.***

После всех этих неприятных разговоров казалось, моя жизнь в какой-то клей угодила. Вроде что-то происходит, делом занят, но чую — основные события происходят вне поля зрения.

Постепенно Бюро переваривало последствия битвы у дворца. Шумиха на улицах тоже улеглась. Гости стали разъезжаться, хотя и не особо быстро.

Как и было сказано, я выждал два дня да наведался в гости к Солейне. Меня пустили в её спальню, где я увидел девушку, развалившуюся на кровати с книжкой в руках и обложенную всяким сладеньким.

— Сергей? — вскинула она брови. — Почему меня не предупредили о тебе⁈ — возмутилась она.

— Видимо, чтобы я оценил, что меня ждёт в семейной жизни. Так сказать, без прикрас, — пошутил я.

Про себя подумав, что теперь, походу, глубоко травмирован идеей брака, раз это даже в шутках прорывается.

— Очень смешно, — надумала Сорка губки возмущённо.

— Не переживай, ты выглядишь мило. А эти пустые тарелки на кровати и крошки на пузе — не очень.

— Какие ещё крошки? — покосилась она вниз. — Ох… Кажется, я переела.

— Главное, что выжила. Как ты вообще там оказалась? — спросил я.

Имея в виду ту крышу, которую снесли вместе с Соркой и Сапфиром. На мой вопрос девушка очаровательно покраснела.

— Как тебе сказать… — отвела она взгляд. — Маги увлекающиеся натуры. Мне просто очень хотелось… жахнуть по властелину.

— О-о-о, — протянул я. — Какое взвешенное, обдуманное желание.

— Не будь букой. Мне и так нотаций хватило.

— Надеюсь, что хватило, — покачал я головой. — Давай помогу прибраться. Или ты предпочтёшь оставить этот хаос?

— Лучше пошли гулять. Надоело здесь сидеть, — выбралась девушка из постели.

Выглядела она сейчас предельно растрёпанно, но кто я такой, чтобы делать замечания? Её, на минутку, чуть не убило.

О разговоре с императором сообщать не стал. Вообще-то Сорка не склонна так себя запускать. Если налегает на сладкое, значит, серьёзно перенапряглась. Сильные эмоции ей сейчас лучше не испытывать. Как бы мне потом не прилетело за то, что промолчал, но что уж теперь.

Впрочем, зря волновался.

С девушкой я погулял. Мило пообщались, пообнимались немного. Сорка спать захотела, я её обратно отвёл. Уже на обратном пути меня слуга перехватил, в кабинет к отцу девушку провёл.

— Что, Сергей, — сказал он мне вместо приветствия. — Зови отца. Тут от императора нашего интересные предложения поступают. Будем обсуждать.

— До вас уже добрались? — поморщился я.

— Что, не рад перспективам? — усмехнулся он. — Я бы на твоём месте уже присматривал гроб. Или нет, лучше урну. Как раз хватит, чтобы поместить то, что останется.

— Смотрю, у вас хорошее настроение.

— Не особо. Завтра приезжайте. Будем обсуждать.

— Хорошо, — ответил я неуверенно. — Погодите, вы всерьёз эту возможность рассматриваете? Ещё двух жён в довесок?

— Смородинский передал, что ты был не в восторге от этого и даже приготовился драться. Я оценил, — посмотрел он мне в глаза. — Только вот готовность к битве — это не тоже самое, что готовность потом жить с последствиями битвы. Ты можешь бравировать перед Смородинским сколько угодно. Мы можем бравировать ещё дольше. Но факт остаётся фактом, всегда лучше договориться, чем не договориться.

— Так-то логично. Только есть одно но.

— Легко не будет, — спокойно признал мужчина.

Больше мне не нашлось, что сказать ему. Попрощался, ушёл.

Реально встрял, походу.***

Как-то так и вышло, что следующий день я отработал, думая о своей нелёгкой участи, да отправился на разборки. Или на эшафот?

Что вообще в моей жизни происходит? Почему у меня то ничего не получается в личной жизни, то сразу Солейна Милгард, а в довесок — ещё пара невест? Как эти переговоры проходить будут, я понятия не имел. С отцом мы подъехали одновременно. Он на карете, я на мотоцикле. Когда в кабинет прошли, там уже сидел Труван Арканович, две его супруги, а также Солейна. А, нет. Кабинет большой был, и в стороне, у камина, нашёлся Аркан Димитрич. Мы поприветствовали семейство, нас поприветствовали в ответ. Я на Сорку взгляд бросил.

— Ну что, допрыгался, — сказала она мне.

Чем полностью выбила из колеи. Ещё и обрадовалась этому.

— Да не съем я тебя, не съем.

— Вообще-то я надеялся, что ты поможешь мне откосить, — пошутил я в ответ.

На что Церера фыркнула.

— Потом поворкуете, — недовольно сказал Труван Арканович. — Собственно, вот, — продвинул он по столу договор. — Ознакомьтесь.

Я подходить не стал, Властью дёрнул к себе. Договора оказалось два. В смысле, две копии. Одну отцу отдал. Сам в чтение погрузился. Читал и про себя морщился от… циничности этого документа.

— Для столь выдающейся девушки и содержание выдающееся, — в процессе заметил мой отец.

— Что-то смущает? — почти любезно спросил Труван Арканович.

— Нет, — флегматично ответил ему Олег Васильевич.

В договоре были прописаны если не все ключевые моменты, то почти все. Во-первых, я обязался обеспечить достойное проживание для каждой из супруг. Что подразумевало отдельное крыло в поместье у каждой. Интересно, в особняке Разумовичей хватит места или придётся новый дом строить-покупать? Во-вторых, я обязался обеспечить достойное содержание. Как Солейне, так и нашим детям. В том числе на случай своей смерти. В документе так и было прописано. Достойное в понимании Милгардов — это капитал объёмом в один миллиард рублей. Могли сразу триллион писать. Чего мелочиться? В-третьих, довольно подробно было прописано кому и какая власть отходит. Сорке — статус главной жены. Нашим детям — статус главных наследников. Довеском с меня — обеспечение им наилучшего образования. Милгардам — право принимать участие в обучении на всех этапах.

То, о чём Смородинский говорил. Через обучение они приличный кусок контроля получат.

— По поводу денег, — сказал отец Сорки. — Чтобы не усложнять тебе жизнь, парень, мы также выдвинем свои условия Смородинскому. В которых будет включён пункт о награде для тебя. Ты, главное, эту партию достойно разыграй. Не жести, но и не прогибайся сразу. Со вторым у тебя проблем обычно нет, а вот с первым… — покачал он головой. — Какие-то вопросы у тебя есть?

— Пока — нет, — ответил я.

— Тогда идите, пообщайтесь. А мы тут с твоим отцом переговорим.

Что ж. У каждого своя битва намечается. У меня — с первой невестой. У отца — сразу против своры Милгардов. Даже не знаю, что и хуже.

А нет, знаю. Хуже — разом жениться на трёх женщинах.

Глава 5 Неожиданное решение, или Когда подкатил

Когда мы с Соркой вышли в коридор, повисла неловкая пауза. Которую я разрушил претензией.

— Значит, я там Смородинскому чуть ли войну не объявляю, от сомнительных предложений отбиваясь, а ты раз, и соглашаешься.

Сорка покосилась на меня, заглянула в глаза.

— Что-то я не поняла, — вскинула она брови. — Я тут соглашаюсь на столь вопиющее предложение, а ты ещё и недоволен?

— А есть причины для радости? — удивился и я. — Не ожидал от тебя такого.

— Ну ты… — вспыхнула Сорка и закончила с каким-то восхищением: — Наглец!

— Если без шуток, то чего это ты? — спросил я как ни в чём не бывало.

— Не в коридоре же это обсуждать. Идём на качели.

— Качели?

— Представь себе, в этом огромном доме даже качели есть.

— Вам прямо ничто человеческое не чуждо, — хмыкнул я.

— Какой ты ершистый сегодня, — тихо рассмеялась Солейна. — Между прочим, радовался бы.

— Чему именно?

Мы спустились по лестнице, прошли по коридору во двор. Двор Милгардов надо воспринимать как парк городского типа, с соответствующей площадью. Сколько к ним захаживаю, к качелям меня отвели впервые. На детскую площадку, между прочим. Хотя сами качели не были детскими. В стороне от дома росло высокое, раскидистое дерево, к ветке которого качели и прицепили. Сорка к ним подбежала, уселась и на меня выжидательно уставилась.

— Чего ждёшь? Качай.

— Почему это прозвучало как «отрабатывай»?

— У тебя есть чуткость. Полезное качество, когда жены сразу три.

— Ладно… — вздохнул я, начав раскачивать девушку. — Что происходит?

— Что тебе непонятно?

— Почему ты согласилась. Не знаю, что там тебе наговорили, но лично я Смородинского послал с его предложениями.

— И к чему бы это привело? — фыркнула Сорка недовольно.

— Это не ответ.

— Причин несколько, — отвела она взгляд. — Одна из них… Эм… Я исчерпала в последние дни своё политическое влияние внутри семьи, так сказать.

— Чего-чего? — не понял я, о чём речь.

— Нагнула Волковых, чуть не начав войну магов. Засветила свои истинные возможности. Прибежала ко дворцу, чтобы жахнуть по властелину.

Последнее она сказала совсем без раскаяния, скорее, с восторгом.

— У нас в семье есть правило, — поделилась Сорка. — Если косячишь, отрабатывай.

— Всё равно это не повод соглашаться.

— Ты меня отговариваешь?

— Скорее, хочу донести, что не верю в большую и счастливую семью по принуждению. Хочу, чтобы дома была мирная обстановка, а не бесконечная борьба за власть, влияние и тем более за детей.

— Разумно. Но жизнь сложнее, чем кажется.

— Так и всё же? Есть и другие причины?

— Да их полно, — удивилась Сорка.

Прозвучало как: «Их-х-х… — когда она понеслась вперёд на качелях. — По-о-о-лно», — когда унеслась обратно.

— Например?

— Из нас двоих ты наиболее рациональный. Так чего спрашиваешь очевидное? — спросила она, переводя дыхание между качанием туда-сюда. — Тебе поставили задачу создать новую генетическую линию, что способна изменить жизнь всех одарённых, а значит, и то, в каком направлении будет двигаться государство. Возмущаться в таких случаях? — Сорка улетела вперёд, выставив ноги, и полетела обратно, подогнув их. — Можно и нужно. Не перегибая палку, конечно же. Если всерьёз схлестнуться с императором, что от государства останется? Ничего. Рассыплемся на герцогства, а дальше эльдары сделают с нами, что захотят.

— Чтобы Милгарды и уступили кому-то?

— Ты говоришь глупости, — недовольно сказала Сорка. — Если бы мы никогда и никому ничего не уступали, против нас бы все ополчились.

— Хм, — только и ответил я.

Девушка лихо спрыгнула с качелей на ходу, пошатнулась, и я её поддержал.

— Идём к пруду, — увлекла она меня, взяв под локоть. — Следующие пять минут, так и быть, я побуду образцовой старшей женой. Во-первых, это не ты должен идти здесь с растерянным видом и удивляться всему, а я. И не я должна тебя убеждать, а ты меня.

Здесь бы я поспорил. Если бы я пытался убедить в таком предложении Солейну, ничего бы хорошего не вышло. Если уж говорить совсем цинично, то у меня есть подозрение, что она в принципе согласилась только потому, что я был категорически против и даже выступил против императора. Что-то из серии — он даже против государя ради меня пошёл, вон как любит, ладно, так и быть, пусть жён наберёт себе, тем более не сам так захотел, а заставили.

О чём я вслух, разумеется, говорить никогда не буду. Да, я такого не планировал, но, если уж само выходит, надо использовать.

— В конце концов, это ты будущий глава рода. Соответствуй, — добавила она немного мстительно, зайдя с козырей.

Неужели меня только что попытались подбить на что-то, используя мощнейший аргумент — ты не мужик, что ли?

— Если ты хочешь, чтобы я соответствовал, это не проблема, — ответил я спокойно. — Но тогда я должен совсем иначе отнестись к ситуации. Как ты и сказала, отказаться от растерянности да взяться за дело.

— И как же ты собираешься за него взяться? — заинтересовалась Солейна, но с таким, опасным прищуром.

Что меня ничуть не смутило.

— Для начала разобраться в происходящем. И раз ты метишь в старшие жены, то соответствуй.

— Ха! — возмутилась она и даже ущипнуть попыталась.

— Хочу услышать твоё мнение по поводу кандидаток, — продолжил я как ни в чём не бывало. — Ты ведь в курсе, кого именно предложили в качестве жён?

— Аврору и Ярославу. Чем они тебе не нравятся?

— При чём здесь нравятся или нет? — вскинул я брови, посмотрев на девушку недоуменно. — Меня интересует политический расклад и что задумал наш правитель. Со Световыми там своя история. Он их этим браком прижать собирается, о чём сам сказал. Армстронги же…

— Ну, эта-то кандидатура тебя должна была порадовать, — фыркнула Сорка.

— Вроде бы пять минут ещё не закончились, — напомнил я, что Солейна обязалась вести себя как образцовая жена.

— И в мои обязанности входит присматривать, как и к кому ты относишься, — невозмутимо парировала она.

— Если думаешь, что пускаю слюни, то ошибаешься. Без сомнения, Аврора красива и не оставит равнодушным любого мужчину. Только вот она ещё мой боевой товарищ. Мы работаем вместе. Если бы всё сводилось к банальной похоти, на что ты попыталась намекнуть, было бы в сто раз проще.

— Ни на что я не намекала, — сделала Сорка слишком невинное лицо. — Почему государь выбрал их род — это простая задачка. Армстронги в прошлом кто?

— Телохранители императорской семьи.

— И они облажались в тот раз. Впрочем, там все облажались, так что, по факту, это спорный аргумент, но, если судить по результату, с работой своей они не справились. Но хотят вернуться. А теперь подумай. Кто именно заметил эльдаров, когда вся охрана их тупо проглядела?

— Я и заметил.

— Бывшие телохранители. Способность видеть то, что хотят скрыть. Два и два сложишь?

— Хочешь сказать, что Смородинский предложил это, чтобы лет через двадцать получить в окружении кого-то с моим даром в телохранители?

— Почему тебя это удивляет? — повернулась ко мне Сорка и заглянула в глаза.

До пруда мы дошли. Здесь ничего так было. Пахло сыростью правда, но и цветами. Да и в принципе как-то умиротворённо было.

— Охрана императорской семьи, понятное дело, должна быть крайне преданной. А значит, у правителя будет власть над ними. Понимаешь? Власть над ними — власть над вашими с Авророй наследниками.

— Это ведь работает и в обратную сторону.

— Жизнь — сложная штука, и императору придётся обеспечить лояльность нашей семьи, — пожала Сорка плечами.

— Осталось только дожить до тех времён, — вздохнул я, прикинув, какое количество самых разных интриг впереди ожидает.

— Не факт, что получится, — спокойно ответила Сорка. — Но это же не значит, что нужно отказаться от планирования. Да и в принципе не стоит усложнять. Армстронги уже выказывали интерес к браку с тобой. Невеста у них подходящая есть. Ещё и владетельница Битвы. В общем, просто удобная кандидатура, чтобы уравновесить остальные союзы.

— Теперь звучит логичнее, — задумался я. — Ладно, пока пять минут не вышли, вот тебе ещё один вопрос. Что же мне делать с этими невестами, учитывая всю сложность ситуации? Если Аврора узнает о предложении замужества от своего главы, к примеру, это минимум будет некрасиво.

— То есть ты буквально хочешь, чтобы я сейчас предложила тебе пойти и подкатить к ней? — сложила Сорка руки на груди. — И пять минут уже закончились давно.

— Ты же сама просила, чтобы я вёл себя решительно. Как будущий глава рода я обязан подумать о таких вещах. Но это бесполезно, если ты будешь мне противодействовать. Поправь меня, но именно старшая жена должна отвечать за, скажем так, климат внутри семьи. Разве нет?

— Тогда первый мой совет — действительно сделать всё красиво в отношении обеих кандидаток. Второй мой совет — тебе надо как-то самому до них донести, кто главный.

— Понятно, что я.

Сорка на это рассмеялась.

— Милый мой жених, — сказала она самую малость глумливо. — Я — владетельница. Гений из гениев. Ходячий вулкан и просто трудный человек. Аврора — тоже владетельница. Битва, всегда готовая к драке. И если с ней мы ещё договоримся, то вот Ярослава — это просто нежный цветочек. Всего лишь адептка. Миленькая, но бесполезная. Что происходит с милыми цветочками, когда с одной стороны взрывается вулкан, а с другой — сходит каменная лавина? И если ты её начнёшь слишком активно защищать, то только сделаешь хуже. Если честно, не знаю, как справишься со всем. Я всё же ревнива. Не представляю, как отреагирую, если увижу симпатию даже в сторону других жён. Жаль, конечно, такого добряка… — похлопала она меня панибратски.

И заржала. Совсем не как аристократка с десятком поколений славных предков за плечами.

Мне же захотелось прыгнуть в пруд. Вниз головой. Жаль, пруд неглубокий.***

Пусть беседа с Солейной и прошла в шутливой форме, но это не отменяло чувства, что я хожу по охренеть какому хрупкому льду.

Сейчас у Сорки рациональная часть взяла вверх. Но сделаю шаг в сторону и подорвусь на мине. Эх, надо становиться сильнее… С этой коронацией и разгребанием проблем я совсем на тренировки забил. Да и на учёбу.

Ладно, неважно. Буду решать проблемы по мере возможности.

Забрал отца, да отправились домой.

— Они там тебя не сожрали? — спросил я, когда мы в карету уселись.

— Только понадкусывали, — поморщился он.

— Всё настолько плохо?

— У них все козыри, и это Милгарды.

Я понимающе кивнул. Насколько неприятные это переговорщики, я был в курсе.

— Что дальше? — спросил я.

— Много чего. Тебе просили передать, чтобы завтра к Церере заехал. Начнёте ваше лечение, или что вы там делать собираетесь. Там же согласуешь другие моменты. Милгарды встретятся со Смородинским. Дальше мы с ними повидаемся. Нужно будет провести отдельные переговоры с Армстронгами и Световыми. В общем, работы много намечается.

— Понятно, — кивнул я. — Меня беспокоит вопрос содержания. Суммы они приличные запросили. Разумовичи потянут?

— По миллиарду на каждую супругу? Нет конечно. Мы не настолько богаты.

— Как тогда быть?

— Ты молодой. Заработаешь, — усмехнулся отец.

— Хм… — задумался я. — А у нас есть недружественные, богатые роды? Может, их обнести?

— Заработаешь как-то иначе, а не грабежом, — осуждающе сказал отец. — Хотя и это можно использовать, — добавил он более хладнокровно.

— Золото? — вскинул я бровь. — Возможности для расширения?

— Тс-с, — шикнул он. — Деньги — это правильные действия, умноженные на время. И если с первым не так сложно, то со вторым — придётся подождать.

— Но вопрос нужно как-то решить. Что с домом делать, тоже непонятно. Сомневаюсь, что у Разумовичей все поместятся. В идеале сделать так, чтобы жены вообще не пересекались.

— Время, — повторил отец.

— Скучный ты. Поставь там кому-нибудь задачу изучить вопрос. Строить долго, но, может, прикупить что?

— Ты хоть представляешь, сколько это может стоить?

— Разберёмся, — отмахнулся я. — Ещё с кольцом надо решить вопрос. В смысле, с кольцами.

— И подарками.

— Какими ещё подарками?

— Ты, как жених, обязан сделать подарки перед помолвкой.

— И что для этого нужно? Ну, кроме денег.

— Можно и деньгами решить. Предложу варианты.

Я снова хмыкнул. Подарки… А ведь и Сорка намекала на кольцо. В смысле, не намекала, а прямо говорила, что мне было бы неплохо расстараться в этом направлении.

— Но, может, ты иначе как-то вопрос решишь? — спросил отец.

— Это как?

— Не знаю. Удиви. Ты же полон загадок.

— Хм… — в который раз хмыкнул я. — Подумаю. Тогда с тебя аналитика, какие безделушки ценят все три рода.

— Безделушки?

— Что-то, что можно найти за Гранью. Даже если это очень сложно.

— Только экспедиций сейчас не хватало.

— Я не о том, — отмахнулся я. — Просто аналитику подготовь.

— Как скажешь.***

Отца я озадачил. Сам тоже озадачился. Если не усложнять, то у меня уже есть несколько вариантов, что ценного преподнести в качестве даров.

Как вариант — наведаться в темницу, где Ворона держали. Спереть оттуда три светящихся булыжника. Или даже десяток–другой. По булыжнику каждой невесте. Ещё один — императору в качестве подгона, чтобы понежнее со мной был. Ну и в Буро один. Кощею отдельно, Темнейшего уважить. Ах да. У Разумовичей тоже поставить защиту от Теней.

Блин. Реально надо за булыжниками отправиться.

Только это звучит совсем не романтично. Кто приходит свататься с булыжниками? В практическом плане — подгон отличный будет. В романтическом — полный провал. Значит, надо сделать дополнительный акцент на интересах девушек. Когда Сорка водила меня в огненные пещеры, что располагались в угодьях её клана, там я достал для неё огненный кристалл. На который она чуть ли не облизывалась. Там же я с Хомяком познакомился. Но повторяться… Ещё и грабить угодья Милгардов, чтобы потом им дар преподнести — идея плохая. Найти же что-то аналогичное — куда интереснее.

Упс. У меня же ещё Карим есть. В смысле, не у меня, а этот Творец, что работает над изучением масок и любит всякое разное делать, мне артефакт обещал, чтобы защиту магов пробивать. Только как-то я позабыл об этом, не до того было.

Короче, ладно. Дополнительный геморрой для меня. Надо попытать Хомяка на этот счёт. Он точно должен знать, в каких мирах что интересное лежит. На этом и капитал поднять можно. Найти какую-то жутко дорогую штуку, продать за три миллиарда, по одному раздать каждой невесте и закрыть вопрос.

Да я гений планирования, ха-ха.***

Прокатившись с отцом, вернулся за своим мотоциклом. Уже в пути о нём вспомнил. Пришлось поумерить свои восторги по поводу гениальности. Время на дворе было… Скажем так, уже и спать можно было бы лечь.

Но я решил прогуляться. Да не просто так. Заглянул кое-куда по пути. Занялся грабежом, потому что в это время приличные магазины уже не работали. В качестве компенсации оставил деньги.

Чуть сложнее было отыскать нужную особу. Где живёт Аврора, я представлял смутно. В квартале Армстронгов бывал, но там ли она — да кто знает. Пришлось разбираться с их защитным периметром и проверять всю территорию. Сам не нашёл, зато Хомяк справился.

Ну вот и как заглянуть к женщине-владетельнице в спальню? Сразу там появиться — так прибьёт же, а потом уже разбираться будет.

Поэтому я предпочёл постучаться. Шутки ради — в окно.

Аврора жила на втором этаже. В тот момент она у зеркала сидела, что-то там делала. Замечу, что в одном полотенце. Точнее, в двух. Второе было на волосы намотано. Первое же закрывало то, что ниже. Лучшего момента для появления было и не найти. Аврора резко отдёрнула штору, уставилась на меня. Я сконфуженно улыбнулся, помахал рукой.

— Это что-то новое, — сказала она, открыв окно.

— Так вышло.

— Не буду спрашивать, сколько ты времени потратил, чтобы найти меня, и что видел в процессе.

— Если ты про то, как принимала ванну, я, к сожалению, это пропустил.

— Звучит довольно нагло, — прищурилась она.

— Сойдёмся на том, что я взволнован и говорю глупости.

— Так и зачем пришёл?

— Не впустишь? Я могу и здесь повисеть, но скоро охрана внизу пройдёт, вопросы возникнут.

— Заходи, — хмыкнула Аврора.

Чтобы не пробираться через окно, я шагнул через Тени и появился с той стороны.

— Ещё и в грязных ботинках, — покачала она головой.

— Обижаешь. Я обернул их Властью.

— Поразительная предусмотрительность, — фыркнула девушка. — Всё же хотелось бы услышать причину.

— Ну… Ты только не бей.

— Обычно после таких слов как раз хочется побить.

Рефлекторно или нет, Аврора сложила руки на груди. А она, напомню, в полотенце. Которое поползло вверх. Ничего такого я не увидел, да и не рискнул бы опускать взгляд, но стройные ноги при желании можно было заценить. А уж воображение как разыгралось.

— Вот, — жестом фокусника выхватил я цветы из Тени.

Которые до этого были обёрнуты Верде.

— Знаешь, Сергей, я сейчас совсем перестала понимать, что происходит, — откровенно растерялась она.

— Есть разговор.

— М-м, — протянула она. — Для которого надо проникать ко мне в спальню ночью, ещё и с цветами? Только не говори, что Солейна бросила тебя и ты пришёл искать сюда утешения.

— Всё… несколько сложнее.

— Так, может, ты не будешь тянуть и скажешь прямо?

— Если прямо, то Смородинский решил меня женить. Сразу на трёх жёнах.

Аврора прямо-таки закаменела.

— Повтори, — сказала она.

— Говорю же, всё сложно. Ситуация не самая однозначная, и я не придумал ничего лучше, как заглянуть к тебе, чтобы открыто поговорить.

— Перед тем как поддаться желанию тебя побить, хотелось бы услышать… весь рассказ. Пока говоришь, давай сюда цветы, — сказала она недовольно. — Вазу теперь искать… — растерянно произнесла она.

Я же попытался понять, что означает эта её реакция. В шоке? Или как это понимать?

— Весь рассказ прозвучит несколько цинично, — вздохнул я. — А мы с тобой, как я надеюсь… минимум друзья.

— Допустим, — с непонятной интонацией произнесла Аврора, которая забрала цветы и встала посреди спальни, словно забыла, куда шла.

— Если же говорить совсем прямо, то мои успехи в любви… эм… довольно специфические, — на этих словах ощущение шагания по хрупкому льду резко усилилось, — Из-за чего сложилась несколько запутанная ситуация, что делает мою попытку с тобой объясниться… столь неловкой.

— Это ты так растерян из-за того, что предпочёл мне другую девушку? — хмыкнула Аврора.

И на этом меня отпустило. Ну, просто, а чего я мнусь? Выдохнув, я выпрямился, встал ровно и заговорил куда спокойнее.

— Говорить так не совсем правильно. Просто так сложилось. Не было такого, что я сидел и выбирал. Это не значит, что я считаю себя жертвой обстоятельств. К Солейне у меня есть вполне конкретные чувства.

— Это я знаю, — внешне спокойнее, но всё же на полтона холоднее, сказала Аврора.

— И я пытался быть честным со всеми сторонами, — продолжил я твёрдо. — Но ситуация изменилась. Смородинский крутит свои интриги. Так вышло, что дошло до требования завести сразу трёх жён. В ближайшее время наверняка главе твоего рода поступит предложение. Поэтому я и пришёл, чтобы ты узнала об этом от меня, а не была поставлена под фактом.

— Поставлена под фактом? Я ослышалась или ты хочешь сказать, что меня заставят выйти за тебя? — откровенно опешила женщина.

— Мне нужно объяснять, как делаются такие дела? — спросил я. — Твой глава получит предложение. С какими-то бонусами для рода.

— Например? — нахмурилась Аврора.

— Я умею видеть чужие Дары. И я единственный, кто заметил проникновение врага на коронацию. Как думаешь, захочет Смородинский заполучить такого телохранителя на постоянную основу? Под это дело и ваш род можно приблизить к трону. И это только один пример. Как там дальше пойдёт — не скажу. Но может сложиться и так, что это ваш глава будет уговаривать государя, чтобы он дал разрешение на наш с тобой брак. Это не я давлю, если что. Просто обозначаю самые очевидные расклады.

— Так… — покачала головой Аврора. — Мне точно надо собраться с мыслями. Подожди здесь. Сейчас отдам цветы.

— Слугам? — уточнил я.

— Кому ещё.

— А как объяснишь?

Аврора взглянула на меня, посмотрела на цветы и снова на меня — осуждающе.

— У меня ещё и конфеты есть, — достал я из Тени пачку шоколадных конфет.

Женщина уставилась на них, рассмеялась.

— Хорошая попытка подсластить цинизм всей ситуации, — хмыкнула она. — Жди.

Она вышла в коридор, а вернулась уже с вазой, в которой цветы и стояли. Я минут семь всего прождал. Стоял на месте да изучал, что тут и как. Ну ещё на трусики поглядывал, что она на постели забыла.

Аврора зашла, поставила вазу на стол.

— Отвернись, я переоденусь, — сказала она.

Я отвернулся и даже через Теней подглядывать не стал.

— Можешь поворачиваться, — вскоре сказала она.

Трусики с кровати чудесным образом исчезли. Ну да не о том думаю. Или о том?

— Расскажи нормально всю историю, — попросила она, усевшись на кровать. — И конфеты свои сюда давай. На свидание это не тянет, хотя я оценила, как ты стараешься.

Я передал конфеты и рассказал всю последовательность событий. Постаравшись правильно расставить акценты, уж не знаю, получилось ли.

— Раз ты здесь, то Милгарды согласны?

— Да, — кивнул я. — Пока всё на стадии переговоров, но предварительное согласие достигнуто.

— То есть может десять раз поменяться, — заключила Аврора. — От меня ты сейчас чего ждёшь?

От этой фразы между нами ощутимое напряжение повисло. Не негативного характера, а… Ну, я был в её спальне. Она сидела на кровати, в домашнем платье, а это не самая закрытая одежда в мире.

— Как и сказал, я не хотел бы, чтобы глава Армстронгов или твои родители поставили тебя перед фактом.

— И только?

— Ещё я хочу, чтобы если всё так закрутится, то… Чтобы это прошло нормально.

— Нормально?

— Думаю, ты поняла, о чём я.

— Сам что думаешь по этому поводу?

— Конечно же, в восторге, что мне такая красота привалила. Стану самым ушлым женихом, — пошутил я.

— А если серьёзно? — не повелась Аврора.

— Чувствую, что шагаю по тонкому льду, но за такие шансы приходится бороться.

— Шансы? Ты про трёх жён?

— Я про создание нового рода, со своими особенностями.

— Вряд ли Смородинский стал бы всё это затевать только ради способности видеть Дары. Это полезно, спору нет. То, что против Милгардов нужен противовес, тоже услышала. Но в чём именно противовес? Возможность видеть Дары их никак не усилит.

— Есть кое-какие скрытые нюансы, — кивнул я.

— Какие же?

— Которые стоит обсуждать после заключения брака, — обозначил я улыбку. — Или как минимум помолвки.

— Значит, тайн у тебя ещё хватает, — кивнула женщина сама себе. — Ты в курсе, что мы с тобой сослуживцы?

— Да? А я и забыл.

Аврора на это фыркнула и не стала пояснять мысль, что я слишком долго был на виду, чтобы что-то там скрывать. Ну-ну.

— Твою позицию я поняла. Что дальше? — спросила она и чуть сменила позу.

Не скажу, что меня всего так жаром и обдало, но мысли потекли в более чем конкретную сторону.

— Ну, лично я собираюсь не провалиться под лёд раньше времени, — отшутился я.

— Похвальная осторожность. Надеюсь, ты понимаешь, во что тебя пытаются втянуть. И, кстати, не факт, что я соглашусь.

— Я пойму. Хотя и расстроюсь.

Аврора на это закатила глаза и махнула на меня рукой, прогоняя. А что тут ещё скажешь? Мне надо подкатить ко второй своей более чем вероятной супруге, при этом сделать это достаточно осторожно, чтобы Сорка не взорвалась, обвинив в том, что я похотливое животное. И сделать это не сегодня. А то будет выглядеть так, что я и правда животное, которое, как только запахло сладеньким, побежало тащить другую женщину в постель.

Морока какая. Чтоб этому Смородинскому икалось. Император хренов.

Глава 6 Новая работа, или Когда уволился-нанялся

Мысль заглянуть ещё и к Световой, чтобы позлить её родню и заставить суетиться — я отверг. Слишком это по-детски. Да и что я скажу девушке? Эй, я твой будущий муж, что думаешь об этом?

Короче, так себе идея. Тем более в данном случае даже договорённостей предварительных достигнуто не было. Как и с Авророй. Но в её случае, если что, раз уж император сам предложил вариант, я его продавить смогу. Вариант, а не императора. И даже Солейну уговаривать не придётся. Боевой товарищ, которому я доверяю, владетельница — какие ещё аргументы нужны? Особенно учитывая, что Сорка с Авророй уже пересекались и друг друга знают.

Поэтому я отправился домой. Мать с братом ещё не легли. Поужинали и просто в гостиной сидели, как ни странно, оба скучали.

— Что за идиллия, — сказал я, когда вошёл к ним.

— Надо же, кто вернулся, — посмотрела на меня мать. — Со своей службой совсем дома не появляешься.

— И буду появляться ещё меньше, — вздохнул я. — У меня новости.

— Что-то плохое? — заинтересовался брат.

— Да как сказать. И вот что я думаю… — посмотрел я на Саву оценивающе, — не должен я один отдуваться.

— О чём речь? — спросила матушка.

— Жениться буду. Сразу на нескольких женщинах.

— Это на ком ещё? — удивилась она. — И что за похабный настрой? Зачем тебе несколько жён?

— Мам, что ты как маленькая, — хохотнул Сава. — Любить их будет, любить!

— А ты помолчи, — огрызнулась она.

— Вот-вот, — посмотрел я на брата. — Тебе тоже нужно хорошую супругу найти.

— Не, пока рано, — с ходу возразил он. — Я пока слишком мало зарабатываю, чтобы жениться. Дома, опять же, своего нет. Это ты у нас высоко летаешь, вот и отдувайся.

— Шутки шутками, — покачал я головой, — а давайте на кухню пройдём. Надо ввести вас в курс дела.

А то прилетит ещё, а они не в курсе ничего.

Разговор затянулся. При всей моей любви к родным, они были далеки от политики. Кто для них Милгарды, Армстронги и Световы? Да никто. В некотором смысле — небожители, которые обитают где-то там, недосягаемо далеко.

И это, пожалуй, отдельная проблема. Как решать вопрос с семейной структурой? Жениться на всех моих невестах — это первый шаг. Потом надо съехаться. Куда-то и как-то. Упорядочить быт. Всех разместить. Дети пойдут — это хорошо. Но жены не всю жизнь детьми заниматься будут. У каждой какие-то свои дела появятся. Какое место в этой системе займёт моя мать? А брат? Тут ведь такой момент, что мне ближайшую родню и принижать нельзя, но и высокое положение им просто так не выдашь — не потянут.

А ведь есть ещё Разумовичи. Отец и Морша, которую тоже надо замуж пристроить. Ах да… Ещё семья дяди. Надо бы Игоря навестить, поспрашивать, как ему у Светова работается. Кристина ещё… Родители её сами замуж пристроят или мне вмешаться? Забота о двоюродной сестре — это хорошо, но в данном случае это быстро перерастает в политику. Выдать замуж надо с общей пользой для всех.

Сколько мороки-то.***

Утром отправился на работу. Пересёкся с Авророй, которая нацепила свою фирменную маску ледяной королевы. Справедливости ради, она почти всегда так на работе выглядела. Со мной же нормально общалась, какого-то особого холода не заметил. Зато пару насмешливых взглядов — поймал.

— Заходи, предатель, — сказал мне Кощей, когда я к нему заглянул.

— Что опять? — спросил я.

— Тут слух прошёл, что Смородинский тобой очень уж интересуется. Как бы ты не покинул наши ряды раньше времени.

— Прямиком на тот свет? — пошутил я.

— Кто знает. Я, между прочим, рассматривал тебя как преемника и надеялся через месяц–два уйти в долгий отпуск.

— Чего это вы? — удивился я. — Нет, выглядите ужасно, как обычно, пару недель у моря на солнце не помешает, но так чтобы прямо в долгий отпуск?

— Паршивец, — хмыкнул он. — Ладно, тебе можно уже сказать. У меня жена беременна.

— О-о, — выдал я. — Поздравляю, что ли. Какой срок?

— Пока небольшой. Поэтому у меня есть время скинуть всё на тебя.

— Не-не-не, — замахал я руками. — У меня тут свадьба намечается. У самого всё горит.

Почти буквально.

Кощей на мои слова скривился. Выглядел он откровенно грустным.

— Открою свою лавку, буду кофем и сладостями торговать, — сказал он мечтательно.

— Слишком скучно для вас. В общем, пошутили и хватит. Работать-то будем?

— Я, в отличие от тебя, и так постоянно работаю. Сверху спустили указание прижать Световых и нарыть на них что-то. Так что давай, вперёд…

И — дал. В смысле, заданий я кучу получил. Работал в основном по своему профилю.

Собственно, так следующие два дня и прошли.

Я отрабатывал одну наводку за другой. Проникал во всякие защищённые места. Притаскивал очередной кусочек информации. В обед первого дня наведался к Церере, получил от неё план лечения. Обсудили, согласовали. Ходить теперь мне весь следующий месяц на процедуры и ритуалы, пить алхимию и тренироваться особым образом.

В остальном — ничего такого не произошло. Жизнь шла своим чередом.

А вот на третий день меня к себе вызвал Смородинский.***

Снова пришлось подождать, чтобы попасть на приём к императору. На этот раз — около сорока минут. Жутко непродуктивный способ смотреть, как другой человек работает. Или не смотреть, а ждать, пока он работает, но эй. У меня и своих дел хватало.

На этот раз я прошёл, как все, в приёмную. Где и другие просители дожидались своего часа. Ну и пара гвардейцев за этим присматривала. Наконец меня пригласили.

— А, Сергей, — сказал Смородинский, бросив на меня короткий взгляд. — Так-так… Где была эта бумага…

Он оглядел стол, нашёл под другими бумагами то, что нужно, толкнул ко мне. Я поклонился, поздоровался и только после этого подошёл.

— Приказ о зачисление меня в охрану дворца? — вскинул я брови.

Так Кощей не шутил, когда говорил, что меня выдернут из Бюро? Это как понимать-то?

— Ты умеешь читать, это похвально, — поддел меня Аркадий Павлович. — Что непонятно?

— Зачем это? — спросил я. — Точнее, какие будут приказы, ваше величество?

Он откинулся на спинку рабочего кресла, сложил пальцы в замок на животе, уставился на меня не мигая.

— Как ты мог узнать в эти дни, договориться с Милгардами не было такой уж проблемой.

— Ваше влияние поражает, — ответил я вежливо по форме, но не очень-то почтительно по сути.

— Обычная логика, выгода и здравый смысл, — спокойно ответил он. — У меня с ними любопытный разговор состоялся, как ты мог догадаться. Они подтвердили то, о чём мы с тобой говорили.

— Мы много о чём с вами говорили.

— Ты понял. Речь о наличии у тебя способностей отбирать чужие Дары.

— Не понимаю, — качнул я головой. — Они не могли этого подтвердить.

— Разумеется, не напрямую.

— Напрямую или нет, нельзя подтвердить того, чего не знаешь. Я понимаю, какие рассуждения привели вас к такому выводу. Возможно, они тоже решили, что раз я могу влиять на Дары, то и забирать их способен. Кроме домыслов, у них ничего нет, потому что доказательств в принципе быть не может.

— Упрямишься, — без улыбки произнёс император. — Даже похвально. Вот это… — кивнул он на бумагу, которую я так и держал в руках. — Из Бюро временно перейдёшь ко мне в подчинение. Для остальных ты будешь личным телохранителем. Поощрение за то, что достойно проявил себя в битве у дворца. Также в ближайшее время будешь приставлен к награде. Займёшься же тем, что будешь изучать чужие Дары и клятвы. Проверишь всё моё окружение, а также будешь проверять всех моих просителей, — кивнул он мне за спину, видимо, подразумевая тех, кто сидит в приёмной сейчас.

— Это не так просто, ваше величество. Дар легко увидеть, а вот клятвы — нужно время, чтобы разобрать.

— Сколько?

— Зависит от многих условий, но минимум минут десять на одного человека. Если клятв много, они сложные и старые, то минут двадцать.

— Насколько близко тебе нужно стоять?

— Чтобы увидеть Дар, не обязательно находиться рядом. Могу увидеть и через стену.

— Любопытно, — сказал Аркадий Павлович. — И полезно.

Наверняка подумал о том, что я способен заметить засаду сквозь стену. Засаду как на него самого, так и на меня, если вдруг устранять придут.

— С клятвами сложнее. Через стены их не вижу, могу разглядеть начиная с пяти шагов.

— Понятно. Тогда с этим и будем работать, — кивнул он.

— Это все мои обязанности или будут ещё какие-то?

— Это твоя вторая обязанность. Первая — охранять. У меня много телохранителей, но ты обладаешь рядом уникальных возможностей. Прикрывать будешь в том числе и через Тень.

— Принято, — вытянулся я.

Про себя подумав, что на этой должности столько тайн узнаю, что меня потом точно зачистят. На всякий случай. Как будто мне и без того проблем мало.

— Тогда поступаешь в распоряжение начальника охраны. С ним согласуешь график, распорядок и остальное.

— Разрешите исполнять? — спросил я, продолжая изображать образцового солдата.

— Не спеши. Тут Милгарды сказали, что ты беден, как церковная мышь, и что было бы неплохо подсобить столь молодому таланту. Насчёт этого я пока не решил. Поработаешь на меня, а там посмотрим.

— Как прикажете, ваше величество.

— На днях я проведу переговоры со Световыми. После этого должен будешь подключиться ты. Тайны они свои скрывать умеют, поэтому тебе придётся что-то придумать, чтобы выпотрошить их полностью. Справишься?

— Сделаю всё возможное.

— Меня интересует не возможное, а результат.

А меня — как не давать правителю обещания, который хрен знает, как выполнять. Но разве так ответишь?

— Сделаю, — сказал я.

— Тогда иди.***

Как говорится, не было печали.

Вышел я пришибленным, на что был целый ряд причин. Глобально они сводились к двум вещам — перспективам и поводам для ранней смерти. С одной стороны, попасть во дворец, поступить на службу ещё и телохранителем императора — это прямо серьёзное достижение, что открывало захватывающие возможности. Банально, находясь здесь, я получаю доступ к самым разным придворным, то есть первым людям империи. Да, просто так они меня к себе не подпустят, но всё равно это возможность. На чём бонусы заканчивались и начинались неприятности. Получив допуск к столь сокровенным тайнам, я себе на шею и петлю повешу. Смородинский ведь не дурак, точно задумается, кому я информацию могу передать. Тем же Милгардам.

Хотя нет, стоп. Я ведь и без работы здесь могу на них поработать. Так что ничего не меняется, формально.

Начальника охраны я нашёл. И был послан им в канцелярию, оформляться официально. Так что меня затянула бюрократия. И вот потом уже у меня состоялся разговор с начальником охраны.

— Валовой, значит, — посмотрел он на меня, когда я в кабинет к нему зашёл. — Или Разумович? Как-то Разумовичи никогда в телохранителях не ходили, так что не подходит. Позывной у тебя ещё Бедовый… — поморщился он. — Знаешь, какое первое правило охраны дворца? Чтобы не было проблем. У тебя же репутация ходячей катастрофы.

На такое ответить мне было нечего. Вряд ли мужчина в восторге от происходящего. Да и я сам тоже.

— На службу заступишь завтра с утра. Приходи пораньше, чтобы тебя ввели в курс дела. В Бюро своём сам вопросы уладишь. Работать будешь по сменам. Почему-то его величество велел держать тебя рядом с ним. Не хочешь сказать, ради чего такие почести?

— На всё воля государя, — ответил я.

— Упростить задачу не хочешь. Твоё право.

— Не совсем моё, — осторожно уточнил я.

Намекнув, что это император меня припахал и что интрига — его.

— Как скажешь. Жду завтра. Перед уходом найди главного дворецкого. Он подскажет, где получить форму.

— Сделаю.

— Можешь идти, — сухо ответил мужчина.

Я и пошёл. Нашёл дворецкого, озвучил просьбу, получил указания, потом отыскал главную портниху (была во дворце и такая), с меня сняли мерки и обещали подшить комплект временной формы, а через пару недель выдать новый.

Наконец, закончив с этой частью, оказался свободен. Покинул дворец, на выходе столкнулся с отцом. Между прочим, чтобы попасть внутрь, надо преодолеть где-то два десятка ступеней, а удобного заезда для колясочников не предусмотрено. Отец справлялся за счёт Власти, и, увидев его, я подсобил, закинул на верхнюю ступень.

— И ты здесь, — бросил он на меня взгляд.

— Назначили в телохранители, — сказал я тихо. — Надо обсудить это.

— Интересная новость, — задумался мужчина. — Меня, получается, тоже не просто так вызвали. Встретимся тогда вечером.

— Давай. Сам докатишься или помочь?

— Да уж разберусь, — отмахнулся он.

Попрощались да разошлись.***

Следующий непростой разговор состоялся с Темнейшим. Прибыв на своё… Теперь уже бывшее место работы? Я сразу к нему с новым приказом отправился.

Иван Романович его внимательно изучил, отложил в сторону и на меня уставился.

— Что сам думаешь? Как тебе новое назначение?

— Да как бы не убили потом, — ответил я честно.

— Ты всё же не наговаривай, — сказал он предостерегающе.

А по глазам видно — правильно делаю, что опасаюсь.

— Как скажете, — ответил я. — Не знаете, это временно или как?

— Как решит правитель, — ответил Иван Романович. — Но учитывая твои известные способности, ему могут прийтись по вкусу открывающиеся возможности.

Что стоит расценивать, как то, что к хорошему быстро привыкают? Аргумент.

— Советы будут? — прямо спросил я.

— Служи достойно, — усмехнулся Иван Романович. — А если серьёзно, то будь крайне осторожен. Это здесь ты мог позволить себе вольности. Там — двор. У всех своих интересы, и подставить могут проще простого. Постарайся не выделяться, дольше проживёшь. Мы тебя не бросим, но сам понимаешь. Как Аркадий Павлович скажет, так и будет.

— А что по моим людям здесь?

— Пока Кощей пусть ими занимается.

— Хорошо.

Не самый плохой вариант. На должности телохранителя мне отряд головорезов и аналитиков не особо нужен. Хм… А ведь неловко с адъютантом получилось. Алиса рассчитывала служить мне, а получается, я её скинул на Кощея.

Ну да не по своему желанию.***

Заглянул я и к Кощею, который не обрадовался моему назначению. И к своим знакомым тоже заглянул, сообщил им новости. Меня чуть ли не как на похороны провожали. Шутники, блин.

Вечером отправился к отцу. Встретились с ним за обеденным столом. Успел как раз к ужину. Присутствовала и Морша.

Я как-то об этом раньше не задумывался, да и сейчас голова другим занята была, но вдруг обратил внимание на то, что особняк выглядит очень уж пустым. Стол большой, а сидим втроём. Парочка жён здесь точно не помешает. Насчёт третьей не скажу.

— О чём задумался, Сергей? — спросил отец.

— Да так, — отмахнулся я. — Морша, привет.

Та вяло помахала рукой.

— Сегодня вместе дела обсудим, — сказал Разумович. — От Смородинского нам поступило предложение вернуться во дворец, заняться тем же, чем и раньше. Независимой аналитикой.

— Он ради этого тебя вызывал? — спросил я.

— Сначала мы обсудили твою женитьбу, а вот потом он постарался меня купить.

— Купить? — вскинул я брови.

— А ты что хотел? — изобразил удивление отец, а вот Морша хмыкнула. — Это его работа, лезть всюду и всех контролировать. Наше положение при дворе теперь будет зависеть от того, насколько активно я буду отстаивать интересы Смородинского в этом деле. Точнее, не только от этого, но ты понял. Перестанешь быть послушным — получишь ответку через нас. Думаю, это касается и других родов. Здесь Армстронги наиболее уязвимые из трёх, так как тоже стремятся вернуться ко двору.

— Армстронги? — не поняла Морша. — Что-то изменилось? И почему из трёх?

— Сергея собираются женить сразу на трёх женщинах, — ответил ей дядя. — Милгарды, Армстронги и Световы.

— С чего бы? — нахмурилась родственница.

У неё даже взгляд стеклянным стал. Наверняка мыслительный процесс набрал обороты, осмысливая поступившую информацию. Я же молча отметил то, что отец решил ввести племянницу в курс дела.

— Так что там с работой для рода? — спросил я.

— Аналитический отдел, — повторил отец. — Который будет работать в связке с тобой. Неофициально, разумеется. Думаю, раз ты пока ушёл из Бюро, забрать твоих людей. Они уже в курсе основных раскладов, будет проще приставить к делу.

— Имеет смысл, — кивнул я. — Правда, Данил Назарович не обрадуется, что у него людей снова забрали.

— Переживёт, — равнодушно ответил Олег Васильевич. — Морша тоже займётся этим делом. Смородинский хотел поставить меня, но кто-то же должен управлять родом. Поэтому в первые месяцы буду курировать, налажу все процессы, дальше Морша продолжит. Если справится, — бросил он взгляд на женщину.

— Там что, что-то настолько сложное ожидается? — несколько пренебрежительно спросила она.

Это типа провокация, чтобы ей больше информации выдали? Вряд ли она и правда настолько самоуверенна.

— Ты даже не представляешь, с чем столкнёшься, — ответил я ей. — И тайны там такие, что жизнь будет весёлой, но далеко не факт, что долгой.

— Сын прав, — кивнул Разумович. — Надо согласовать план действий. Во дворце лучше не допускать ошибок.

— Ещё я хотел бы получить досье на придворных, раз уж там работать буду, — заметил я.

— Получишь, — ответил отец. — Кстати… Морша, а давай ты. Расскажи, что знаешь. Всё же в высших кругах ты куда больше Сергея вращалась.

— С чего бы начать? — задумалась она. — Я лучше всего разбираюсь в том, кто нам противодействовать будет…

Отец её не останавливал, перебивать и дополнять тоже не стал. Там мне ужин подали, и оставшееся время я слушал, так сказать, вступительные расклады.

За один вечер к такому не подготовиться, но надо понимать хотя бы то, кто есть кто.

А то с моим талантом влипать в неприятности ещё нарвусь в первый же день.

Глава 7 Служба, или Когда вышел на работу

На работу я прибыл в пять тридцать. Это и было — пораньше. И не сказать, что первым подошёл. К этому моменту дворец вполне себе функционировал, пусть и на нижних уровнях.

Форму получил, а там меня начальник охраны перехватил.

Вчера он не представился, на двери у него тоже ничего написано не было, но сегодня я уже знал, что зовут его Филипп Олегович Угодьев. Из потомственных слуг клана Смородинских. Чем его семья занималась при герцоге, в данном случае можно угадать по фамилии. И та не от слова «угождать», а от слова «угодья» — то есть заведовали они всякими охотничьими угодьями.

Фантазия при этих словах рисует самое разное, но как оно на самом деле — я не знал. Только то, что он владетель Охотник (это вчера сам разглядел), и то, что он получил свой пост прямиком из свиты Смородинского. Это как если бы я поставил кого-то из отряда Бедовых или около того. Дядьке под полтинник, и внешность у него характерная для Охотников, если знать, что искать. Брови густые, а причёска вот подчёркнуто короткая, почти под ноль. Вышел он ко мне уже в форме капитана гвардии.

— Иди за мной, — перехватил он меня, когда я форму забрал.

— Капитан, — поздоровался я ему уже в спину, на что был проигнорирован.

Структура у гвардии простая. За охрану самого дворца отвечает что-то около трёхсот человек. Начальник — в звании капитана. Офицеры отвечают каждый за своё направление. Сержанты — командуют малыми подразделениями. Ну и дальше идут рядовые, как легко догадаться. Возможно, я пока не знаю каких-то нюансов. Отец так с ходу не смог предоставить структуру гвардии, да и неважно это было. Точнее, важно, но могло повременить.

— У нас есть своё крыло, — сказал он. — Велено выделить тебе свой угол. В ближайшее время подготовь одежду на все случаи жизни.

— На все случаи? — уточнил я.

— Твои действия и форма одежды зависят от поставленных задач, — сухо ответил мужчина. — Которые могут включать почти что угодно. Мундир, что-нибудь неприметное, что-то повседневное и что-то для выходов в свет. Мне нужно объяснять, что раз ты поступил на службу к нам, то даже в свободное время где-нибудь на балу, где находится кто-то из членов императорской семьи, обязан присматривать за ситуацией? — бросил он на меня взгляд на ходу.

— Не нужно, — ответил я.

Мы прошли ещё немного, и мужчина остановился.

— Мы пришли. Тренировочный костюм тоже подготовь. Сейчас пока одежду скинь, пошли на полигон.

— Будет тренировка?

— На неё нет времени, — качнул головой мужчина, остановившись возле какой-то двери. — Но посмотреть, что ты из себя представляешь, надо.

Ясно-понятно. Я бы сказал, стандартно.

— Жду на полигоне.

Заходить внутрь он не стал. Ну, раз так, я ему мини-ворона подкинул, чтобы отследить, куда он там пойдёт. Сам же зашёл в крыло гвардии. Обычное такое на вид помещение. Я сначала попал в просторный зал, который лучше всего подходил под определение комнаты отдыха. Здесь и кувшины с водой стояли, и мягкие диваны. Неплохо, что скажу. А вот дальше были размещены раздевалки. Куда я и направился.

— Ты ещё кто? — раздался чужой голос, стоило мне зайти.

То, что там кто-то есть, было заранее слышно. Двое мужчин переговаривались между собой, пока переодевались.

— Сергей Разумович, — ответил я. — Со вчерашнего дня зачислен в состав гвардии.

— Не слышали о таком, — нахмурился тот, что был слева.

Между прочим, владетель-Битва. А второй, с которым он болтал, — владетель-Плетельщик. Серьёзные ребятки. Хотя им обоим за тридцать на вид.

— Все вопросы к капитану, — ответил я, пожав плечами.

— Это к какому? — хмыкнул Битва.

Ну точно. Драки ищет с ходу. Только типичной Битвы мне не хватало.

— Это который Филипп Олегович. Итак… Ты будешь искать повод для драки или, может, вы лучше подскажете, куда здесь вещи скинуть? Меня капитан на полигоне ждёт, и не хотелось бы его в первый рабочий день раздражать.

— А может, и ищу, — вышел вперёд Битва.

— Ладно, с тобой всё ясно. Что насчёт тебя? — перевёл я взгляд на Плетельщика. — Маги обычно куда разумнее.

— Мне послышалось, — повернулся Битва к магу. — Или он меня тупым назвал?

— Да хватит тебе его задирать, — усмехнулся маг. — Это же Разумович-Валовой. Ты не видел, но он Золотого на дуэли на раз-два уделал?

— Что с того? — ничуть не смутился Битва. — У меня вообще вопросы есть, что он тут забыл. Это офицерское крыло. Для рядового состава есть казармы. Пусть туда и проваливает.

— Если хочешь выяснить, у кого больше, то после службы я к твоим услугам. Можно выбрать любой свободный шкафчик или как тут у вас?

— Бери любой, — ответил маг.

— Чего ты ему подсказываешь? — возмутился Битва.

— Отвали ты, — отмахнулся маг. — Сам знаешь, куда и как нас потом натянут, если доставать его будем. Идём, уже опаздываем.

— Всё веселье испортил, — проворчал Битва.

Я же выбрал шкафчик, скинул форму да, как был, через Тень покинул это замечательное место, сразу отправившись на полигон.

Капитан тянуть не стал. В смысле, сразу туда направился. Туда — это под землю. Сверху-то сад был раскинут, красота и идиллия. А вот под землёй нашлось неплохо оборудованное помещение. Что-то подобное я у Армстрогов видел. И да — самому такое без уловок не найти, если пешком топать. Либо с сослуживцами договаривайся, либо ещё что.

— Неожиданно, — обернулся Охотник, когда я появился у него за спиной.

Чисто для справки: он три секунды меня не замечал.

— Себя показал — это молодец, но тренировка, походу, откладывается, — прислушался он к чему-то.

— Если вы про сирены, то тишина же, — ответил я.

— Хочешь сказать, что прошёл сюда, ничего не затронув? — недоверчиво спросил он.

— Не то чтобы это сложно было. В связи с чем разрешите задать вопрос.

— Спрашивай, — задумчиво кивнул он.

— Я тут с сослуживцами столкнулся… Поэтому вопроса два. Первый — насколько охрана дворца ознакомлена с полным списком возможных угроз? И как быть с секретностью? Я в Бюро ряд клятв приносил и о некоторых вещах просто не могу говорить. Хотя они касаются новой службы.

— Если ты про эльдаров, то, конечно же, мы в курсе. Рядовой состав не осведомлён о полном списке угроз, поэтому болтать не надо. Клятвы — вопрос присяги и допусков решим позже. Сейчас покажи, что умеешь. С мечом обучен управляться?

— В юности брал уроки, но не скажу, что хорошо с ним обращаюсь. Как-то не было нужды.

— В список обязательных вещей, которые по уставу должен носить с собой гвардеец, помимо формы, также входят меч и некоторые артефакты. С последним я тебя позже познакомлю. По мечу — плохо, что тут скажешь.

— Разрешите заметить, что это… несколько бессмысленное оружие на практике.

— Да неужели, — цокнул он языком. — А что ты будешь делать в условиях подавления Власти?

— Обращусь к магии.

— Какими заклинаниями владеешь? — без осуждения, по-деловому спросил он.

— Прикладными, — ответил я. — Продемонстрировать или просто перечислить?

— Перечисли для начала.

Я задумался, что стоит озвучить, а чего не стоит. Перечислил основные, которые подойдут в условиях битвы в закрытых помещениях. Тот же Салум, пожирающее пламя, не стал упоминать. Как и украденное у Световых магическое слово.

— Неплохой набор, — кивнул он. — В твоём деле написано, что боевого опыта у тебя хватает.

— Хватает, но по магии сразу скажу — я неполноценный маг. То, что перечислил — этим владею. А вот красивую дуэль против мага показать не смогу.

— Вряд ли дойдёт до красивых дуэлей. В большинстве случае тебе нужно будет мягко обезвредить противника. Если же дойдёт до серьёзной драки… — покачал он головой. — Ладно, давай на деле.

Он сходил до стойки, взял вполне себе боевой клинок.

— Капитан, — сказал я осторожно. — Не хочу показаться грубым, но…

— Думаешь, легко меня уделаешь?

— На раз-два, — кивнул я.

Мужчина усмехнулся и споткнулся, когда его ноги начали проваливаться в Тень. А что он хотел? Охотник — это вообще не самый боевитый Дар. У них просто нет нормальных козырей против первой четвёрки. Творцов и Клятву не беру. С ними там всё непонятно.

Я отменил провал в Тень, дал мужчине выбраться. Тот озадаченно уставился себе под ноги.

— Вижу, слухи про тебя не врали.

Я к этому моменту уже накинул точки фокусировки и одним движением выдернул у мужчины меч из рук.

— Поэтому и говорю, бесполезная игрушка.

— Ну что ж, парень, — ничуть не смутился он. — Ты мне начинаешь нравиться. Единственное, что смущает, твоя репутация ходячей катастрофы.

На это мне оставалось принять невинный вид. Ну, насколько получилось.

По итогу проверка даже на нормальную разминку не потянула. Что я воспринял спокойно. У Охотников есть сильные умения. Ту же метку Филипп Олегович на меня кинуть не забыл. То, что я сильнее — так и что? Я уже достаточно по жизни покрутился, чтобы знать: личная сила — это круто, но ещё решает система, и думаю, в этом вопросе капитан держал идеальный порядок во дворце.

Ну да поживём — увидим.

Смородинский же, понятное дело через капитана, довольно изящно приставил меня к делу. С тем прицелом, чтобы я начал выполнять скрытые задачи по изучению всех тех, кто сюда захаживает.

Поставили меня прямо у императорской приёмной. То есть сначала шёл кабинет Смородинского, за ним комната с секретарём, который занимался приглашением людей, а дальше — комната ожидания. Куда меня и поставили стену подпирать, с возможностью сколько угодно изучать гостей. Недавно и я сам здесь сидел, скучал. Теперь же в форме гвардии, с мечом на поясе, спрятав парочку защитных артефактов, я изображал статую с мрачным взглядом.

Без шуток. Меня сюда сам капитан привёл.

— Можешь злобную рожу сделать? — спросил он.

Я нахмурился, и он головой покачал.

— Не то. Представь, будто ты готов поубивать всех, кто дёрнется в сторону императора или просто косо посмотрит.

— Это я легко.

Настроившись, порадовал капитана.

— Так и смотри на всех весь день. На людях веди себя образцово, с ноги на ногу не переминайся, в носу не ковыряй, задницу не чеши, если в туалет захочешь — терпи. Срать в штаны запрещено.

Можно было подумать, что капитан шутит, но у меня сложилось впечатление, что он говорит, исходя из большого опыта наблюдения за косяками подчинённых.

Отдельно отмечу, чтобы перед тем, как занять пост, мне провели подробный инструктаж, рассказали основные моменты и в целом ввели в курс дела. Поэтому столь важное место я не совсем уж… кхм… с наскока занял. Кое-какие вводные получил.

А дальше… Это были самые тупые и бессмысленные пять часов в моей жизни. Напряжение в теле ощутил уже минут через десять. А уж сколько раз хотелось чихнуть, подвигаться, да и поковыряться в носу — промолчу. Я даже начал задумываться, смогу ли отлить прямо со своей позиции, через Тень. Решил не рисковать.

Единственное развлечение — давить гостей взглядом. Ну и Дары их изучать. Клятвы разбирать. Специально или нет, но Смородинский выстроил график так, чтобы у меня было как раз пятнадцать–двадцать минут на человека. По крайней мере, пока не нашлось тех, кто пришёл бы впритык. В остальном — вот вообще ничего такого.

Перед тем как заступить на пост, меня ещё с секретарём познакомили. Терентий Павлович его звали. Адепт-Клятва. На вид лет шестьдесят, но крепкий. Чем-то образцового дворецкого напоминает. На всех смотрит чуть высокомерно, двигается подчёркнуто медленно. Выглядел он скучно, но, понаблюдав за тем, как он каждого гостя встречает, как для каждого какие-то слова находит, чтобы заранее обозначить правильный настрой, я понял, он на своём месте не просто так. Но речь о другом. Во-первых, перед заступлением на пост я ознакомился с расписанием встреч, кто и во сколько должен прийти. Во-вторых, когда человека приглашали в кабинет, обращались по имени, поэтому я понимал, кого только что изучил.

Опять же, случайно или нет, но сегодняшний день был, походу, посвящён тем, кто работал во дворце. Так что я посмотрел на всяких министров.

Любопытно — немного. Только у меня голова ещё довольно быстро разболелась, столько зрение напрягать. А потом второй раз разболелась, потому что изучил я несколько десятков человек — и попробуй запомни каждого. Собственно, я и не запомнил. У некоторых по два–три десятка клятв имелось. Замаешься это не то что запоминать, а изучать.

Моя смена продлилась с девяти утра до двух часов дня. Почти двух, но не суть. Когда последний гость на сегодня покинул кабинет, меня позвал секретарь. Я с удовольствием отмер, покачнулся и порадовался, что у меня есть Дар Битвы. С ним стоять было куда проще.

Хотя и Власть помогала — я тупо себе подпорки создал, облегчил собственный вес.

— Заходи, Сергей, — сказал мне Смородинский, когда я в кабинет прошёл.

— Ваше величество, — поклонился я.

— Как тебе первый день?

— Не самая простая работа, — честно ответил я.

— Стоишь, никто не трогает, — то ли пошутил, то ли подколол меня император.

— Ваша правда, государь, — ответил я.

— Что с твоим заданием?

— Информации получено много. Надо её записать. У некоторых довольно много клятв. Запомнить все я так с ходу не сумел.

— Уточнить у тебя будет возможность, — кивнул Смородинский.

— Каких-то достойных внимания тайн я не заметил. Все приходящие — на вид обычные люди. Намёков на связи с эльдарами не нашёл.

— Хорошо. Тогда сейчас сдавай пост. Дальше к отцу. Он уже здесь, обустраивается. Подготовишь доклад.

— Сделаю. Разрешите исполнять?

— Иди, — сказал он.

Первый день на новой работе. И с каким же удовольствием я сгонял отлить. Ещё и зад по пути почесал.

Поход в туалет. Короткий отчёт капитану. А дальше к отцу. Который и правда нашёлся во дворце. Были здесь и Морша с Алисой и двумя моими аналитиками. Мой адъютант меня первой и заметила.

— Господин, — поклонилась она.

— Сергей? — донёсся из второй комнаты голос отца.

Я огляделся, посмотрел, что здесь происходит. Помещение было не то чтобы большим. Всего три комнаты. Одна общая, кабинет и что-то вроде склада — по крайней мере, там не было окон. Народ занимался тем, что обустраивался. Парней, в смысле, аналитиков, так вообще припахали стеллажи собирать.

— Кабинет из серии — собери сам? — спросил я. — Привет всем. Место найдётся, мне надо срочно мысли на бумагу перенести?

— Иди ко мне, — позвал отец.

К нему и зашёл. Здесь пахло краской, окно было открыто настежь. Мебель, казалось, только-только из мастерской привезли. Может, так оно и было. Главное, для меня нашлась бумага с письменными принадлежностями. Следующий час я старательно конспектировал то, что запомнил. Как закончил, всерьёз задумался, как бы от этой должности откосить. У меня так вся жизнь на паузу встанет.

Ладно-ладно. Не всё так плохо. График работы мне обещали два через два. С условием, что один из выходных будет отведён на самоподготовку.

Если же сопоставить то, что было сказано, с тем, что сказано не было, то Смородинский, оценив мои таланты, решил использовать их по назначению.

Способность видеть Дары — раз. Способность видеть клятвы — два. Способность ходить через Тень и проникать в сокровищницу, куда больше никто проникнуть не смог. Хороший вопрос — почему, кстати. Чего те же Световы гору золота не стащили с многочисленными артефактами? Хотя допускаю, что причина в Хомяке. Это ведь он обошёл защиту, а не я. Что не отменяло простого вывода — эти мои таланты тоже наверняка постараются приставить к делу.

И получится, что работать мне шпионом, а не телохранителем. Или… Одно не исключает другого.

Оставшуюся часть дня я провёл за знакомством с коллективом, за короткой дуэлью с тем магом, которого видел с утра. Это оказался Борис Романов-Дайкиивич. Эту фамилию я от отца уже слышал. Ещё один особо приближенный Смородинского. Мы с ним неплохо размялись на полигоне, оценили умения друг друга. И не скажу, что я как-то слишком уж уступал. Но и не скажу, что блистал. Если честно — было непонятно. Это ведь был дружеский обмен ударами, а не поединок насмерть. Ещё меня посадили читать устав. Который нельзя было выносить за пределы учебной комнаты. Досадно, но понять можно. Знание о том, как устроена внутренняя охрана, открывало самые разные варианты.

Как-то так всё и прошло. Неплохо для первого дня. На свободу вышел уставшим.

Второй рабочий день получился куда интереснее.

Когда знаешь, чего ждать, в принципе как-то легче проходит.

— Опять ты, — сказал мне Битва всё в той же раздевалке.

— Соскучился? — спросил я, проходя к своему шкафчику.

— Не то слово, — хмыкнул парень. — Борис сказал, ты ещё и маг неплохой. Как насчёт обменяться опытом?

— Да отстань ты, — лениво ответил я.

— Боишься?

— Очень. Ты же первая Битва на моём пути.

Дверь открылась, в помещение зашёл упомянутый Борис. С ним ещё один мужчина. На этот раз адепт-Охотник.

— Опять цепляешься к нему? — с ходу догадался наш маг.

Завязался разговор, предельно типичного характера. Это когда подколки следовали одна за другой. Ничего такого в общем.

А там — снова служба, снова стоять, сколько скажут.

Начинаю подозревать, что мой график будет зависеть от того, как долго идут приёмные часы у императора. Я принял пост. Посмотрел список гостей на сегодня. Чуть удивлённо не вскинул брови, но не стал реакцию показывать. Вышел в комнату ожидания, там занял позицию и принялся ждать.

Вскоре подошёл первый гость. Личность в некоторой степени интересная.

Глава Церкви Мудрости, сухой на вид старикан по имени Глас. Конечно, это не настоящее имя. Но в рамках своей церкви он именно так и назывался — Глас Мудрости, если полностью. Про этого человека я ровным счётом ничего не знал. Имя, да и только. Пришёл он не один, а в компании помощника. Или кто там этот дядька был в рамках иерархии их церкви.

Из примечательного… Да тут так сразу и не скажешь, с чего начать. Наверное, со старика. Настолько низких людей редко когда встретишь. Возможно, виноват возраст, но этот человек был ниже меня на две головы, а то и больше. Пришёл он, опираясь на клюку. Обычную на вид, из какой-то деревяшки, затёртую у навершия. Пальцы его были сухие, ногти жёлтые и болезненные. Одежда — полностью чёрная мантия из дорогой ткани, но без каких-либо опознавательных знаков. Так сразу и не скажешь, что влиятельный человек. Куда интереснее выглядел Дар. Я такого и не видел никогда. Почему-то вспомнился Савелий. Когда ему лет пять было, а мы ещё жили в поместье, он без спроса краски стащил и устроил на стене то, что можно было охарактеризовать как взрыв на художественной фабрике. Мне тогда ещё несправедливо досталось, потому что за братом не углядел. Дар старика напоминал нечто схожее — мешанину цветов. У каждого Дара, как я не раз видел, имеется свой, характерный цвет. Оттенки могут меняться, как и проявляться разные мутации, но так, чтобы шар состоял из разношёрстных, плохо совместимых сил… Ещё интереснее то, что Дар покрывали прозрачные цепи, вполне видимые для моего взгляда. А что касается размера — это был либо пиковый владетель, либо уже властелин.

Тут надо пояснить, что у начинающих одарённых Дар обычно размером с виноградину или грецкий орех. У адептов уже тянет на мандарин или, на пике, на нормальный апельсин. У владетелей, соответственно, шар ещё больше и появляется свечение. Точнее, оно и на ранге адепта есть, но именно у владетелей будто кто-то тусклый свет включил. У Старика же внутри целая дискотека сверкала. У меня аж глаза заболели, когда я глянул на эту бурлящую мешанину.

Его помощник был во многом схож. На вид лет пятьдесят, подбородок гладко выбрит, на коротких волосах видна наметившаяся седина. Дар — начинающий владетель. Тоже мешанина, но не столь яркая и цветастая. Зато также скованная чем-то прозрачным, напоминающим цепи.

Ка-а-а-к интересно.

— Что-то не так? — спросил меня помощник старика.

Ещё вчера я выработал привычку не пялиться прямо на Дар. Слишком это было бы заметно. Поэтому смотрел я расфокусированным взглядом, охватывая сразу всю картину. Это было не очень-то удобно, какие-то детали могли ускользнуть, но зато, когда люди вот так рядом стояли, я мог сразу два Дара изучать. От моего внимания, видимо, ничто не ускользнуло.

Я посмотрел мужчине в глаза и ничего не ответил. Между прочим, у меня есть чёткий приказ — давить на всех угрюмой рожей. А вот болтать — только в исключительных случаях.

Помощник хмыкнул, больше ничего не сказал и дальше эти двое спокойно прождали. Ещё одна деталь — у старика не было клятв. Совсем. А вот у его помощника имелось всего две клятвы. Служение церкви Мудрости и самому старику.

Только вот было у меня подозрение, что не всё так просто. Что за цепи-то? Выглядят так, будто сдерживают готовые пойти в разнос Дары, но вдруг у них и другая функция имеется?

Вскоре этих двоих запустили внутрь. Я же остался стоять на месте. Информация любопытная, но когда там Смородинский на доклад позовёт… Так что расслабляемся. Точнее, присматриваем за ситуацией, чтобы эти двое императора не грохнули, а так стоим, ждём следующих гостей.

Как и сказал, сегодня был особый день и эти Дары не последнее интересное, что я увидел.

Глава 8 Новое задание, или Когда припахали по-черному

Пока Смородинский разбирался с представителями церкви Мудрости, появился второй гость.

— Валовой? — удивлённо вскинул брови Мишенев.

Он сначала быстрым шагом зашёл в помещение. Притормозил, огляделся, воспринял меня как часть интерьера, поджал губы, видимо, задумался, надо ли предупредить о себе, снова посмотрел на меня и только тогда узнал.

— То есть Разумович, — поправился он.

— Тимофей Игоревич, — коротко кивнул я.

— Ты здесь как оказался? — спросил он и тут вскинул брови: — Форма гвардии?

Для главы городовых и владетеля Власти он на удивление невнимателен.

— Назначили, — ответил я нейтрально. — Теперь на службе. Государь сейчас занят, подождите пока, вас позовут.

— Да-да, — закивал он.

Бросив на меня оценивающий взгляд, мужчина уселся в одно из кресел. Толстую папку рядом на столик положил. Вопросами донимать меня не стал, за что я был ему благодарен. Согласно уставу, по которому я вчера бегло пробежался, вступать в светскую беседу гвардейцам запрещалось. На вопросы ответить — можно. А вот просто болтать — уже нет.

Минут через двадцать церковники покинули императора. Ещё где-то через три минуты позвали Мишенева. Я и ранее его Дар изучить успел. Сегодня же по клятвам прошёлся. Ничего такого.

Кстати, интересный момент. Пока правителя у нас не было, а длилось это почти десять лет, все структуры активно деградировали. Городовые отвечают за безопасность на улицах, на, так сказать, низовом уровне. В эти годы значимая часть Тайнограда в принципе без присмотра осталась. Районы же получше переходили на самообеспечение. Точнее, там мутная схема была, с распределением средств через временную администрацию, но… А, ладно. Я не очень в вопросе разбирался. Просто интересно, как теперь всё будет.

Ломать — не строить. А чинить — так деньги нужны. Интересно, у казны-то есть средства?

Стало немного совестно, что я столько золота спёр из сокровищницы, но лишь немного.

Вскоре явился следующий гость, и хорошо, что я со списком был ознакомлен. А то мог и трухануть. Пожаловал не кто иной как Новатор. Глава фракции Новаторов. Он же владетель Творец. Настоящая глыба в мире исследований и артефакторики. Бывший начальник, а то и хозяин Карима. А также тот, кто курировал создание школ-приютов за Гранью, где создавали одарённых, с высоким летальным исходом для детишек.

Короче, милый дядечка, которому я давно успел перейти дорогу. Или не так уж давно? Формально времени прошло не так уж много.

Мужчина был абсолютно лыс, как и все Творцы, имел немного противоестественный череп, а также был облачён в деловой костюм, что в его случае смотрелось, как… Ну вот оденьте змею в костюм и тот же эффект будет. Вроде нормально, а вроде жалкая попытка скрыть истинную суть. Сколько владетелей видел, но конкретно этот тип заставлял бояться, уж не знаю, за счёт чего.

Выглядел он подчёркнуто равнодушно, неторопливо зашёл в помещение, задерживаясь взглядом на всяком разном. Зная, что такое Дар Творца, я почему-то не сомневался, что видит он не просто части интерьера, а куда больше. Возможно, даже скрытые артефактные системы или ещё что.

— Валовой, — сказал он, до этого так и не посмотрев на меня. — Немного неожиданно тебя здесь увидеть. Это повышение или тебя поставили туда, где меньше всего бед натворишь?

— На всё воля государя, — нейтрально ответил я.

Блин, да на него даже смотреть стремно. Тем более этот пугающий Дар изучать. Может, у меня психологическая травма после встречи с Мудрецом-Творцом? Не, так-то понятно, что тот меня на всю голову травмировал, но связан ли с этим мой страх? Или, если вспомнить предупреждение Карима, что владетель-Творец способен взглядом расщеплять материю, я просто боюсь, что меня в один миг уничтожат? Или, того хуже, перестроят что-нибудь внутри?

Мужчина подошёл ко мне ближе. Его взгляд никак не изменился, но я буквально кожей ощущал, как меня изучают на глубоком уровне.

— Интересный ты образец. Хочешь — заглядывай ко мне. Помогу раскрыть потенциал.

— Отойдите, — потребовал я.

Новатор никак не изменился в лице, выждал пару секунд, отвернулся, отошёл и спокойно уселся в кресло, прикрыв глаза. Так и просидел всё это время, пока Мишенев не вышел. Замечу, что начальник городовых скорее выскочил, как ошпаренный, а не просто вышел, довольный жизнью. Новатор же вскоре зашёл вместо него.

Следующим подошёл Колпаков. Тоже с помощником, который нёс очередную папку.

— Ты? — вскинул брови старик.

Колпаков — это владетель-Клятва, глава фракции Хранителей, которая продвигает идею — всех одарённых под клятвы, а то чего они расплодились. Ради этого старикан не гнушался терроризма, пытался портить жизнь лично мне и заплатил за это своим двоюродным внуком, у которого я умыкнул Дар Клятвы, а заодно и возможность накладывать клятвы принудительно. Чем почти не пользовался, потому что… А что с этим делать-то? Вариантов много, но находились дела и поважнее.

В общем, Колпаков тот ещё черт. Буквально. Рога у него, как и у всего его вида, да ещё на таком ранге, внушительные. Никакие волосы не скроют.

— Александр Романович, — сдержанно ответил я. — Ожидайте своей очереди.

Старик хмыкнул, уселся в кресло, принялся сверлить меня взглядом. Его помощник вёл себя сдержаннее. Я изучил обоих. Что-то подсказывает, старик тоже меня изучил. Может даже, он тоже клятвы видит?

История повторилась, в том смысле, что один гость покинул кабинет, другой зашёл. Следом явились представили церкви Чистоты.

Да Смородинский сегодня в ударе!

Такое чувство, что всех козлин решил собрать. В кого ни ткни, везде что-то интересное.

Церковь Чистоты и её деяния в прошлом году тянули прямо на большое событие. Конкретно — во-первых, они всю свою историю топили за то, что Мудрецы — это демоны, Дары — от дьявола, и вообще. Хочешь спасти душу — держись от этого подальше. Учитывая то, что даже в Тайнограде, в главном городе одарённых, людей с Даром было меньше, чем обычных, — церковь пользовалась популярностью. Во-вторых, те, кто топил за чистоту без одарённости, вдруг массово обрели своё подобие Дара. Некую силу, которая была способна нейтрализовать Власть и магию. Может, и другие способности, но я за этой темой особо не следил.

Эта Церковь на меня охоту открыла, мы тогда ещё с Солейной познакомились. Начали они ярко, но, видимо, споткнулись о Милгардов. А может, просто споткнулись. Тогда шумно на улицах было, вроде даже пару церквей подожгли. После чего всё затихло, чистюли поумерили пыл.

И вот сейчас я видел очередного старика, который смотрелся как пугало. Волос нет, кожа — что пергамент старый, короткая белая борода, взгляд — как у матёрого фанатика. Но самое вкусное — его Дар. И да, это был полноценный Дар! Только какой-то очень странный. Я бы сказал, прозрачный. Бледно-зеленый. А ещё он напоминал не энергетический шар, а как будто что-то мясистое. Живое? Разумное? Не удивлюсь. Судя по размеру, этот тип приближался к рангу властелина и уже взошёл на него. И — да. Этот Дар тоже был скован цепью. Какие сочные выводы напрашивались, аж сердце чаще забилось.

Двое его помощников — один был на уровне адепта, второй на уровне владетеля. У обоих такие же прозрачные мясистые куски чего-то мерзкого. Без цепей.

В остальном — на меня не обратили внимания. Дождались приглашения, зашли.

Были и другие гости. Я отстоял остальные часы, но больше ничего такого интересного не случилось. Тем не менее работа есть работа, и я старательно пытался запоминать всех.

Когда приёмные часы у императора закончились, меня пригласили внутрь. Замечу, что здесь не один кабинет, а, скорее, сеть кабинетов. К Смородинскому сразу две двери вели. Не то чтобы это важно, просто подумалось, когда у него заварник с чаем увидел.

— Ваше величество, — поклонился я.

— Подойди ближе, — позвал Аркадий Павлович. — Рассказывай.

Я подошёл ближе к столу. Постарался оценить, тот ли это правитель, что и ранее, или уже подменили. Но вроде бы тот.

— Важного так много, государь, что теряюсь, не знаю, с чего начать, — сказал я, — Первые гости из Церкви Мудрости. Дары у них крайне необычные. Я бы сказал, мешанина Даров. Глава церкви — либо пиковый владетель, либо уже властелин.

— Властелин? — аж подался вперёд Смородинский.

— Не могу утверждать наверняка, ваше высочество. Особенно в этом случае. Если брать обычные Дары, то там обычно на уровне ощущений сразу понятно, какой ранг. И насыщение, и плотность Дара — всё отличается. Если судить по размеру, то у вас… — я демонстративно пригляделся к мужчине, — размер схож. Только у вас единая, плотная структура. У них же обоих — мешанина.

— Что ты подразумеваешь под этим?

Император чуть расслабился, продолжил маленькими глотками пить чай.

— У каждого Дара свой цвет. У этих гостей я наблюдал буйство всех цветов.

— Смешали разные Дары? Ты у нас эксперт в этом. Каков вердикт?

Намёк я предпочёл проигнорировать.

— Я уже встречал одарённых с двойными Дарами. Там всё равно цельная структура наблюдается. А тут была одна важная деталь. Что у главы церкви, что у его сопровождающего Дары были обмотаны прозрачной цепью. Я такого раньше не видел, что это такое, сказать не могу.

— Цепь? — задумался Смородинский. — Есть мысли, что бы это могло значить?

— Первый очевидный вариант — это отражение методики запечатывания Дара.

— А неочевидный вариант?

— Церковь Чистоты, — ответил я. — Их глава тоже находится где-то рядом с границей ранга властелина. Перешёл или нет — не скажу. Дары у чистюль ещё более странные были.

— Точно Дары? В смысле, они одарённые?

— Принцип тот же. Нечто энергетическое внутри, — постучал я себя по груди. — Точнее, предположительно энергетическое… — поправил я себя. — Я такого типа одарённости у других не встречал. Нечто, что выглядит как кусок плоти, живой и разумный. Это впечатления, а не факт, — добавил я, чтобы конкретизировать.

— А цепь…

— У главы церкви Чистоты тоже Дар обёрнут цепью. На вид — точно такая же, как у главы церкви Мудрости. Поэтому второй неочевидный вывод — это ещё и разновидность клятв. Потому что клятв я у этих людей не заметил.

Что довольно странно. Не то чтобы все люди поголовно носили какие-то клятвы, но это слишком распространённое и удобное явление, чтобы иметь какую-то власть, заниматься серьёзными делами и избежать этого.

— Ещё было что-то интересное? — спросил Смородинский.

— Особо нет, ваше величество.

Я коротко пересказал всякие детали. Остальное же потом в докладе изложу.

— Хочешь приобщиться к государственным делам, Сергей? — спросил Смородинский насмешливо, закончив слушать.

— На всё ваша воля.

— Лизоблюд из тебя посредственный, — хмыкнул он. — Перед тем как расскажу, напомни. Ты ведь проходил ритуал в церкви Мудрости?

— Сам ритуал не проходил. Был одним из сопровождающих, — уточнил я. — Но тогда я видел, что группу неодаренных действительно инициировали. Посредством жертвоприношения. Для чего использовали Дары тварей и один Дар живого человека.

— Да-да, — покивал Аркадий Павлович. — Там же ещё твоя сестра была?

А хорошая у него память. В тос, что ему доложили, сомневаться не приходилось, но помнить всякие мелочи из многочисленных докладов — это не самая простая задачка. Ну, или он просто подготовился перед сегодняшней встречей с церковью Мудрости.

— Двоюродная сестра, — уточнил я.

— Как она поживает?

— Неплохо, ваше величество. Если вопрос о том, что стало с её Даром, то в последний раз, когда видел сестру, всё было нормально.

— Понятно, — медленно кивнул он. — Если не плодить сущности, можно заключить, что верхушка церкви использует жертвоприношения для собственного усиления.

— Кхм… — кашлянул я. — Я это видел своими глазами, ваше величество. Ритуал проводил кто-то из верхушки. Кто именно — не знаю. Но я тогда заметил, что его Дар чуть усилился. Правда, у того человека не наблюдалось мешанины. Возможно, есть разные ритуалы для разных целей. Также замечу, что в той истории ещё несколько сторон участвовало. Во-первых, нас всех затянули в пространственную аномалию. Во-вторых, я нашёл и пленил группу из теневого клана Гюнгенс. В результате допроса я установил, что всех нас собирались пленить и сопроводить на другой ритуал, для жертвоприношения. Что, кстати, пытались провернуть и с моей учебной группой, когда я в Бюро только устроился. Эти ритуалы ещё граф Жёрнов курировал, но мы его вроде бы не смогли найти.

— И всё это приводит нас к эльдарам, — заключил Аркадий Павлович. — Я дам распоряжение, чтобы в ваш отдел принесли материалы по этим делам. Изучи их по-новой. Может, ещё что важное найдешь.

— Сделаю, — поклонился я.

— Теперь вернёмся к делам сегодняшним. Тебе ведь в качестве бонуса предложили акции предприятия, которое сейчас занимается наладкой выпуска новых магических двигателей?

— Всё так, ваше величество.

— Тогда с темой ты немного знаком, и вот тебе, парень, новая мысль на подумать. Кто будет управлять этими машинами?

— Одарённые? — спросил я первое очевидное, что пришло на ум.

— Очевидно, да, хотя сейчас и ведутся разработки аккумуляторов. Поспрашивай потом у отца, сколько машин нужно государству и сколько, соответственно, понадобится одарённых, готовых работать водителями. Вторая мысль на подумать — Новатор сегодня утверждал, что они закончили проект по созданию одарённых и готовы предложить готовое решение. Хотел выбить бюджет на создание поселений по ту сторону. Церковь Мудрости предлагала нечто аналогичное, только связанное с ритуалами. Утверждают, что технологию доработали, осечек не бывает, Дары приживаются. Твои выводы?

— Речь, как понимаю, про эльдаров? — спросил я. — Если рассматривать с позиции известных целей наших врагов, то кто-то… засевает поле.

— Скорее, плодит коров, чтобы сделать сочные, мясные стейки, — глянул мужчина исподлобья. — И какой из этого следует вывод номер два? Давай, докажи, что тебя не просто так сделали наследником Разумовичей.

— Вывода у меня не будет, ваше величество, — ответил я осторожно. — Если рассуждать, то всё сводится к вопросу, а что делать. Уровень информированности у меня ограниченный, поэтому… Я бы не стал делать никаких резких шагов, а взял бы всех причастных и проявляющих интерес к теме в разработку. С целью выявить их связи с эльдарами.

Смородинский довольно улыбнулся, но вовсе не потому, что мой ответ был настолько уж хорош.

— Мысль здравая, Сергея. Только всех этих людей уже давно взяли в разработку и ничего выявить не смогли. Церкви — довольно закрытые структуры. Новатор — так вообще отдельная проблема. Если я отдам распоряжение заняться ими, то просто спугну и ничего не добьюсь. Так как же мне быть?

— На всё ваша воля, — сказал я, не удержавшись от грустного вздоха.

— Ты всё правильно понял. Если стандартные методы не работают, то остаются только нестандартные. А у меня как раз есть кое-кто, кто умеет забираться туда, куда другим доступ закрыт.

— Всё не так просто, ваше величество, — ответил я осторожно.

— А кому сейчас легко? — философски спросил он. — И давай уже. Учись отвечать правильно своему государю.

— Разрешите приступить к исполнению поставленных задач? — демонстративно-воодушевленно ответил я.

— Можешь, когда хочешь. Не люблю объяснять очевидные вещи, но всё же скажу. Здесь, во дворце, Разумовичи займутся этим делом, прикрываясь совсем другим. Чтобы информация не утекла через твоих людей, — выделил он слово твоих, — присмотри за ними. Отец поможет тебе с анализом. Бюро — со всем остальным. Не стесняйся привлекать Ивана Романовича и Данилу Назаровича. Их я предупрежу.

— Принято, — склонился я.

— Можешь идти. Отдохни пока. Часа через три Световы подойдут. Решим ещё один вопрос. А то мне прямо дурно делается, как подумаю, что ты всё ещё не женат.

Захотелось сказать, что государю не полагается быть таким мелочным, но удержался как-то.

Решать вопрос со Световыми мне не очень-то хотелось. Да и про отдых император пошутил. Какой такой отдых? Когда бы?

Я дошёл до отца. Увидел, что кабинет они обустроили и уже начали какие-то работы. Поздоровался со всеми да опять кабинет занял, пока все сведения не перенёс. Обсудил дела и с Разумовичем.

— Что тут скажешь, — ответил он, выслушав новости. — Видимо, тебе придётся отказаться от сна.

— Не смешно, — процедил я.

То, что всеми упомянутыми занимаются — я прекрасно знал. То же Бюро и занималось. Пока я бегал да в разные неприятности влипал, кто-то вёл методичную и куда более медленную оперативную работу. Собирал информацию, изучал объекты наблюдения, их связи, выискивал слабые места, отрабатывал разные гипотезы, пытался внедрять агентов, занимался вербовкой и много чем другим. Если нам передадут материалы по этим делам, то только изучение всего этого добра отнимет у меня неделю–другую.

А когда всем остальным заниматься?

— Тем более у меня помощники есть, — усмехнулся я от пришедшей в голову мысли. — Запрягу вас бумагами заниматься. С остальным уж как-нибудь разберусь.

— Мы-то поможем, — ответил отец. — Но ты не забывай про все остальные дела. Наследник, — добавил он.

Ну да, ну да. У императора под дверью стой. Слежку за кучей народа — организуй. За подарками невестам черт знает куда — сгоняй. С делами клана — знакомься. Медицину — изучай. Магией — занимайся.

Ладно, хватит жаловаться. Надо успеть пообедать да идти Световым нервы трепать.

Глава 9 Император-сваха, или Когда подкинули знаний с работенкой

Со Световыми император решил разыграть небольшой спектакль. Перед тем как они пришли, он проинструктировал, что именно я должен делать.

Встреча должна была пройти в новом помещении. Если предыдущее, у дверей которого я стоял, называлось приёмным кабинетом, то у этого предназначение было несколько другим. Библиотечно-атмосферным. Уж не знаю, почему Смородинский выбрал это место, но выглядело антуражно. Много свободного места, стеллажи с книгами, широкие окна.

Меня поначалу также оставили на входе.

Где я и встретил гостей, которых привели слуги. Главу рода Световых — Всеволода Борисовича и его наследника — Мирослава.

— Сергей? — удивился последний. — Зачем ты украл форму гвардейцев? Это же тянет на измену! — добавил он шутливо.

— Мирослав, — недовольно бросил его отец. — Веди себя сдержаннее.

Мужчина посмотрел на меня тяжёлым взглядом, не сказать, что добрым.

— Я просто удивлён. У тебя новое назначение? — спросил парень.

— Как видишь, — ответил я. — Император там, — указал на дверь. — Проходите.

— Ты обязательно должен мне рассказать, как докатился до жизни такой, — шепнул мне Мирослав, пройдя мимо.

Ну да, конечно.

Парень открыл отцу дверь, пропустил вперёд. Зашёл следом, но я придержал дверь, тоже зашёл. В глубь помещения проходить не стал, отошёл к стене да занял позицию. Мирослав это увидел, прищурился на миг и едва заметно усмехнулся.

Если подумал о том, что меня сюда пригласили как средство защиты от Теней — то так оно и было. Император не исключал того, что этих двоих придётся устранить прямо здесь.

Тем не менее Аркадий Павлович встретил их… скажем так, непринуждённо. Если в предыдущем кабинете царила исключительно рабочая атмосфера, то здесь как-то попроще было. Не мне судить, но впечатление именно такое сложилось.

— Ваше величество, — поклонился Светов-старший.

— Всеволод, оставим эти формальности, — сказал император. — Знакомы мы с тобой давно, разговор предстоит сложный, не будем его усложнять ещё больше.

Если рассматривать только слова, то это призыв к неформальному общению. Если же кто-то не настолько идиот, чтобы игнорировать тон — то это что угодно, но не призыв к неформальному общению. Скорее таким тоном мясник приглашает любимую свинку на разделочный стол.

— Учитывая, что и этот парень здесь, — распрямился Всеволод Борисович, — ваше величество решили нас ликвидировать?

Между прочим, довольно прямой и смелый вопрос.

— Я не исключаю такой возможности, — не стал отрицать Смородинский. — Прошу, присаживайся за стол. Обсудим дела.

— Осталось, что обсуждать?

— Сейчас и узнаем. Но если не хотите договариваться… — император сделал вид, что вдруг обеспокоился наличием своего мнения у гостей, — можете не садиться.

Световы сели.

— О чём же пойдёт речь? — спросил Всеволод Борисович.

— Я в курсе о том, что вы связаны с эльдарами, — с ходу начал Смородинский. — Вы попытались скрыть эти связи, но даже удайся это вам полностью — ничего бы не поменялось. Это не тот вопрос, который можно отложить. И тот факт, что ваша подставная структура хотела взорвать водоочистительный канал перед коронацией, очков вам не добавляет.

— Оправдываться, как понимаю, смысла нет? — сухо спросил Светов.

— Нет, — медленно кивнул Смородинский. — Предложение к вам простое. Вы передаёте всю информацию об эльдарах и ваших тайных делах.

Повисла неприятная тишина. Мне подумалось, что, наверное, будет не очень, если у Световых нервы не выдержат и они первыми нападут. Наверняка тут и лягут, но не хотелось бы потерять такой источник информации.

— Это не выглядит как предложение. Скорее, как ультиматум, — медленно проговорил Всеволод Борисович. — А потом что — нас всех дружно на плаху?

И снова тишина.

Признаться, Смородинский умеет быть пугающим мужиком. Он не шевелился, не моргал, даже смотрел как бы в пустоту… С тем же равнодушием будет смотреть хищник, сидя в засаде, перед тем как вцепиться в глотку.

Лично у меня мурашки по спине побежали. Мирослав так и вообще не удержался, сглотнул.

— Тогда у вас не будет причин быть искренними, не так ли? — отмер Смородинский, обозначив улыбку. — В обмен на вашу искренность вы получите полную амнистию. Начнёте с чистого листа. Разумеется, от всех незаконных дел придётся отказаться, но это мы с вами обсудим позже. Также придётся доказать свою лояльность, как лично мне, так и людям в целом. В некотором роде вы получите то, что хотели — начнёте работать против эльдаров.

Светов ответил не сразу. Крепко так призадумался.

— Искренность — понятие эфемерное, — выдал он спустя пару минут.

— Будет проведено расследование, — спокойно ответил император. — Ограниченным кругом лиц. Если вы не будете создавать проблемы, то, возможно, получится удержать слухи о ваших нелицеприятных делах.

— Всё же, Аркадий, — панибратски сказал Светов, — это не переговоры, а ультиматум.

— Зря ты так говоришь, Всеволод. Разве ты сейчас в темнице, слушаешь, как пытают твоих детей? — буднично спросил Смородинский. — Мы с тобой мило общаемся. Хочешь вина?

— Выпить что-нибудь действительно было бы неплохо, — сказал он.

— Мирослав, — обратился император к парню. — Вон в том шкафчике есть разные напитки. Поухаживаешь за нами?

— Конечно, ваше величество, — поднялся парень.

И занялся напитками. Двое мужчин же продолжили играть в гляделки.

— Это все условия или будут другие? — спросил Светов.

— Условий больше не будет, но есть предложение. Ты сейчас наверняка ищешь подвох. Да и, как известно, наследников Тени хлебом не корми, дай парочку тайн припрятать. Есть вариант, как упростить ситуацию для всех сторон.

— Какой же?

— Недавно вы проявляли интерес к Сергею. — Короткий кивок в мою сторону.

— Интерес? — Светов обернулся, на меня удивлённый взгляд бросил. — О каком именно интересе идёт речь? — нервно спросил он.

И чего так разволновался?

— О свадебном, — ответил ему Смородинский. — Проверкой вашей искренности займётся Сергей. Не один, разумеется, но он станет ответственным за этот вопрос.

Ну спасибо. А может, мне вообще все дела в государстве взвалить на себя? Пусть остальные люди отдыхают, а я поработаю. У меня же нет никаких своих интересов.

— Также вы с ним договоритесь о помолвке. Союз Сергея и Ярославы станет гарантией безопасности для вас.

— Неожиданно. — Светов бросил на меня новый, более оценивающий взгляд.

Да и Мирослав уставился, довольно скалясь. Всё-то ему веселье.

— Будешь спать спокойнее, не боясь, что в любой момент дело против вас возобновят, — добавил Аркадий Павлович.

Я же про себя озадачился. Это каким боком я защитой от возможных преследований выступлю? Типа раз я сотрудник Бюро, а ещё человек Смородинского, то буду покровительствовать Световым? Звучит натянуто. Но, если подумать, то это может и иначе выглядеть. Смородинский поставит над Световыми куратора. Который, во-первых, способен убивать владетелей этого замечательного рода, а во-вторых, понимает в Теневых делах.

— Предложение и правда очень неожиданное, — ответил Всеволод Борисович.

Тем не менее он заметно расслабился, даже улыбнулся нервно. Всё же переживал мужик, ох, как переживал.

— Только у меня есть вопрос. Какой же женой пойдёт Ярослава?

— Третьей, — ответил за меня Смородинский. — И это ещё одна гарантия от меня. Мне нужен противовес Милгардам.

— Хм… — задумался Светов. — А что думает сам парень?

Все трое дружно уставились на меня.

— Кто из мужчин будет в восторге от брака? — пошутил Смородинский. — Но, уверен, Сергей окажется достойным мужем.

— Ваше величество, — подобрался Светов, вспомнив о субординации. — Может, стоит обсудить эти вопросы наедине?

— Смысл есть, — кивнул император. — Сергей, прогуляйся с Мирославом. Можете по саду пройтись.

А чего это вы меня выгоняете? Я послушать хочу. О моём будущем, между прочим, речь идёт.

Но кто спрашивать будет? Пришлось уйти.

Мирослав выглядел настолько довольным, что хотелось дать ему в рожу.

— И всё же я получил своё, — сказал он мне.

— Не получил, а возможно получишь, — ответил я.

— Не пойдёшь же ты против воли императора, — подколол он меня.

— Не пойду, — ответил я, про себя подумав, что это вовсе не является фактом. — Но женитьба не решается по щелчку пальцев. Нам придётся договариваться с вами отдельно, и не факт, что получится. Также не факт, что Ярослава сама захочет. Всё же третья жена, — покачал я головой.

— А кто вторая?

— Секретная информация, — мстительно ответил я.

— Аврора Армстронг? — предположил он. — Ходили слухи, что вы с ней любовники.

— Вранье, — ответил я.

— Да ладно тебе, — усмехнулся он. — Наши семьи породнятся, подружимся с тобой, будет весело. Уверен, этот союз окажется плодотворным.

— Напомни, сколько у тебя жён?

— Пока — ни одной.

— Слабак.

— У тебя пока тоже ни одной.

— А у тебя сразу три намечается?

— Нет, — заулыбался он.

— Вот и говорю — жалкий слабак.

— Ты просто завидуешь моей свободе. Но, признаться, я тоже могу тебе позавидовать. Сразу три жены! Кто от такого откажется?

На это я промолчал. Любой, у кого есть инстинкт самосохранения.

Небо сегодня хмурое. Дождя не было, но и солнца не видно. В саду почти никого не нашлось. Только садовник где-то вдали мелькнул. Пахло цветами и сыростью — кто-то недавно тут все клумбы полил.

— Лучше скажи, — заговорил Мирослав тише, — в чём истинная суть интриги? Ладно нам подачку кинули, чтобы нервы успокоить. Версия с прижатием Милгардов тоже понятна. Только с чего тебе такие почести?

— Просто вы мелковаты, чтобы Милгардов уравновесить, — уколол я в ответ. — Кстати, а у Ярославы хорошее приданое?

— Фу, как цинично.

— Что ты хотел? Я её всего раз видел, — пожал плечами.

— Ты просто хочешь меня подразнить.

— О, ты способен различать очевидные уколы, — хмыкнул я. — С последней нашей встречи много тренировался?

— Что это значит? Хочешь сказать, что раньше я их не различал? — возмутился Мирослав.

Так мы и коротали время, обмениваясь колкостями.

Формально на следующий день у меня должен был быть выходной.

На практике же… Как встреча со Световыми закончилась, Смородинский снова меня вызвал. Дал короткие инструкции да отпустил. Так что рабочий день у меня сокращённый получился. Ну как… Обрадовавшись, я наведался к наставнику. Который это время проводил в академии, на полигоне, занимаясь с незнакомым мне учеником. Принять меня сразу отказались, сказали подходить в восемь часов вечера.

Хоть так.

Я расстраиваться не стал, арендовал полигон здесь же. Сейчас неучебное время, академия пустовато выглядела, но продолжала функционировать. Арендовал же затем, чтобы отработать то, что в прошлый раз с Богомиром изучили. Решительность, твёрдость — вот это всё. Особо не жестил, экономил энергию на основное занятие. Что-то даже получилось.

В назначенное время подошёл. Наставник сидел на лавочке и занимался тем, что пил воду из фляги. Ну, или не воду, а что-то другое, но неважно.

— Парень, ты в курсе, — произнёс он устало, — что для нормального прогресса нужно заниматься каждый день по несколько часов?

— Да я бы и рад, — ответил я. — Меня в охрану к императору перевели. График пока не стабилизировался.

— Головокружительная карьера, — без особых эмоций сказал он. — Не будем терять время. А то я теперь спать плохо буду от одной мысли, что дворец охраняет кто-то столь необученный…

Как и всегда, ласково. Это касалось и сказанных слов, и последовавшей тренировки.

— Тебе наверняка говорили, — уже в процессе сказал наставник, — что я лучший в плане обучения. Возможно, это и так. Но говорили ли тебе, что это касается обучения сильнейших и уже подготовленных талантов?

Сказал он это, пока я валялся и в себя приходил после очередного пропущенного Верде, который мне в лицо угодил.

— Тебе нужно закладывать базу, а с этим способен справиться любой толковый наставник.

— Мне не нужно закладывать базу, — поднялся я. — Мне нужно в первую очередь выжить в экстремальных условиях. Если для этого нужно заложить базу, сплясать или выучить конкретное заклинание — значит, нужно это сделать. В конце концов, отсутствие базы не мешало мне убивать хорошо обученных магов.

— Резон в твоих словах есть, — не стал он спорить. — Тогда изменим подход, раз для тебя важнее выживание в настоящем, а не будущее. Что, на твой взгляд, самое важное при подготовке к бою?

— Сказал бы мины, но это не так.

— Мины здесь при чём? — не понял он.

— Просто люблю мины, — отмахнулся я. — Их всегда мало.

Богомир уставился на меня и решил не развивать тему.

— Главное — это внимательность, — дал он ответ на свой вопрос. — Внимательность и восприятие. Если ты владеешь сильной магией, но пропустил атаку — ты труп. Если атак несколько, ты отбил самые сильные, но пропустил одну мелкую — ты труп. Если не распознал, что в тебя летит, и не успел среагировать — ты труп.

— Разве за реагирование не отвечает скорость реакции? — спросил я.

— Хорошая реакция нужна в том случае, когда по тебе уже наносят удар и надо с этим что-то делать. По-настоящему развитое восприятие, совмещённое с грамотным тактическим подходом, позволяет не оказаться там, куда могут нанести удар. Улавливаешь эту сложную мысль? — спросил он скептически.

— Не совсем, — покачал я головой.

— Если ты заметил противника раньше, это даёт тебе преимущество.

— И возможность уйти оттуда, где ему будет удобно атаковать?

— И прийти туда, где будет удобно атаковать тебе, — кивнул он. — Это общая философия. На практике же… Расскажи, как ты решаешь вопрос с контролем пространства вокруг.

Я позволил себе озадаченно почесать макушку. Вопрос-то понятен, но что рассказать про себя? Не про все же Дары говорить.

— Первое — Власть. Я ощущаю всё то, что движется вокруг меня.

— Смелое утверждение. Хочешь фокус? — спросил он.

— Спрашиваете.

— Тогда отвернись и попробуй одной Властью определить, где я.

Я послушно отвернулся, готовясь к очередной гадости. И — пропустил её. Сначала мужчина ощущался, как и надо. Стоило мне отвернуться — это ощущение разделилось. Словно Богомир поделился на две части и разошёлся в стороны.

А дальше мне прилетело под колено, и я рухнул.

— Ты мёртв, — сказал он совсем с другой стороны.

Не там, где я два объекта ощущал. Перевернувшись, глянул туда и убедился. Макаров действительно как-то выпал из моего поля зрения. Правда, и ушёл недалеко, всего на три шага в сторону отступил. Обманки же растворились, глазом я ничего такого не заметил.

— Слышал, чужаки проникли во дворец и никто их не заметил до последнего момента, — сказал Макаров. — Также слышал, что ты вроде как единственный, кто среагировал. Из этого следует два вывода. Искусство чужаков на голову выше, чем всё мастерство охраны. И у тебя есть какой-то козырь. Какой?

— Интимный вопрос.

— Выход там, — указал он направление.

— Я умею видеть чужие Дары.

— Ты ждёшь, что я охну или что? — спросил он раздражённо. — Каким образом видишь, насколько далеко, в каких условиях, какие есть ограничения, можно ли как-то Дары замаскировать?

— Последнее не проверял.

— То есть у тебя есть козырь, и ты не додумался привлечь к изучению своих возможностей… Да хотя бы Солейну?

— Не додумался, — повинился я.

— Ну, поэтому ты и здесь, — просто ответил он. — Ничего, может, и сделаю из тебя что-то путное. Чего молчишь? Докладывай про все свои способы обнаружения. Будем думать, как это вывести на новый уровень…

Это занятие мне понравилось куда больше. Несмотря на то что большую часть мы проболтали. И даже когда полтора часа, отведённые на тренировки, прошли, я отправился вместе с Богомиром провожать его домой. Пока ехали — наставник делился опытом.

Не знаю, с чего такая благосклонность. Поменялось только то, что я теперь охраной дворца занимаюсь. Неужели мужчина проникся? Я и правда удивился, что он в столь поздний час мне столько времени уделил.

Отчего у меня голова пухнуть стала. Богомир целую лекцию прочитал на тему того, у каких одарённых какие есть секреты, в плане сокрытия себя и обнаружения противника. Напрашивался ответ, что сложнее всего с магами. Только вот Богомир на это множество неожиданных примеров привёл. И Охотников, у которых основная фишка была вовсе не в метках и волосатости, а как раз в развитом восприятии и патологической склонности детально изучать цель и подготавливать место схватки. И про Битв, который могли особым образом использовать ауру, чтобы скрываться. И про наследников Власти, у которых какие только трюки не встречались, вплоть до искажения пространства вокруг себя. А уж магов… Богомир мне назвал пару десятков родов, у каждого из которых свои фишки имелись. Даже Световых вспомнил. Которые вроде как умели ориентироваться на световые потоки.

В качестве подкрепления наставник дал мне целый список заданий. Упражнения на развитие слуха, нюха, контроля Власти, чувства пространства, а также список заклинаний, которые мне следовало в ближайшее время приобрести и изучить.

Сколько это всё отрабатывать-то…

Я же себе мысленно добавил задачу пообщаться со знакомыми владетелями на эту тему. Как проводил мужчину, отправился домой, отсыпаться. Бегать по теневым делам сегодня не рискнул. Завтра намечался очередной сложный день.

Прямо с утра, собравшись, я отправился на встречу с Данилой Назаровичем. Согласно распоряжению императора, мы с ним должны были заглянуть в гости к Световым. С целью откровенной беседы.

Как представлю намечающийся разговор, так мурашки бегать начинают.

Тут не просто в логово к чудовищу заглянуть придётся. Тут надо будет зайти в это логово, отжать наследницу, а потом подёргать чудовище за волоски на яйцах, ещё и потоптаться по бубенцам как следует.

Хоть бери и делай ставки, попытаются нас грохнуть или как. Замечательный у меня выходной, ничего не скажешь.

Глава 10 Допрос, или Когда до угроз дошло

Вчера я получил инструкции от императора. Утром же за мной заехал Кощей. На обычной карете, прямо к дому. Заходить не стал.

Когда я вышел и забрался внутрь, Данил Назарович занимался тем, что уплетал пирожки.

— Неужели домашние? — заинтересовался я.

— Жена делала, — кивнул он. — Даже не мечтай. Это только для меня.

— Это не просто пирожки, — с жаром сказал я. — Это самая настоящая сплетня о том, чем капитана супруга кормит!

Никак не изменившись в лице, да и в принципе никак не отреагировав, Кощей продолжил жевать пирожок. Пахло, между прочим, вкусно. Хорошо, что я плотно поел. Экипаж тронулся, мы отправились в путь.

— Так, что ли, поедем? — спросил я.

— Есть другие варианты? — утренне-флегматично, продолжая жевать, поинтересовался мужчина.

— Мы могли бы пройти через Тень. Потрепать им нервы.

— Вот поэтому ты постоянно и влипаешь в неприятности, — сказал он осуждающе. — Мы люди государя. Едем по государственному делу. Нужно соблюдать приличия.

— Мы едем к семейству, которое в некотором роде можно считать синонимом слова «преступность». Я убил двух их владетелей, а ещё меня собираются женить на их наследнице. Хорошо же государственное дело, — хмыкнул я. — С такими вводными можно было и потрепать им нервы.

— Женить? — всю остальную речь мужчина проигнорировал, выделив главное.

На что и был расчёт.

Карета ехала не спеша, поскрипывала, нас качало из стороны в сторону, пахло пирожками и лошадьми. Ещё сыростью — но это снаружи. Ночью дождь прошёл, отсюда и запах. Я после вчерашнего занятия с наставником старался обращать на такое внимание.

— Вы не ослышались, — кивнул я.

— А как же Солейна?

— Дала согласие на третью жену.

— Третью? — брови мужчины поползли выше. — Сергей, ты поиздеваться с утра решил? — спросил он с возмущением. — Нормально расскажи.

— А что рассказывать. Император решил наказать меня тройным браком. Вокруг чего накручена уйма интриг.

— И Милгарды… согласились? — удивлённо спросил он. — А вторые кто?

— Армстронги.

— О-о, — протянул он. — Вот почему Аврора хмурая ходит в последние дни. Она в курсе этих планов?

— Я обсуждал с ней это, да, — не стал я отрицать.

— У меня со вчерашнего вечера все мысли о том, что со Световыми делать, — покачал он головой. — А теперь ты задал не менее интересную задачку. Про наказать — это ты хорошо пошутил, конечно. Ха… — тихо выдохнул он. — Три жены. Горел ты ярко, но недолго, — добавил мужчина сочувственно.

— Нет бы поддержать своего ученика.

— Ты не мой ученик.

— Ну, немного ученик. Немного бывший. Совсем чуть-чуть настоящий. Так что не вредничайте.

— Это, конечно, всё твоё личное дело, но… Да никакое это уже не личное дело! — то ли искренне, то ли демонстративно воскликнул он. — Аврора — мой адъютант, а Световы… Это Световы. Если ты с ними породниться собрался, то как можешь быть приставлен к этому делу? И с чего бы императору на тебя столько завязывать?

— Я умею видеть чужие Дары и клятвы, а также могу оказывать небольшое влияние на Дары. — признался я.

— Влияние?

— Да. Собственно, эта история началась, после того как я поучаствовал в спасении жизни наследника.

— Глеба Аркадьевича? — зачем-то уточнил Кощей. — Вот оно что… Но как это связано? Император решил создать новый род?

— Всё верно. Точнее, это одна из причин. Вчера была заключена сделка со Световыми, где грядущий брак — что-то вроде гарантий безопасности для них.

— Звучит очень… дико.

Кощей задумался, да настолько, что глаза стеклянными сделались. Пока он расслабился, я протянул руку, залез в бумажный пакет и схватил пирожок. Капитан нахмурился было, но лишь щекой дёрнул, не стал возмущаться.

Расклады, пусть и не все, я ему сообщил по ряду причин. Во-первых, какой смысл скрывать и дальше то, о чём уже столько народу в курсе? Во-вторых, Кощей далеко не последний человек в моей жизни. Сложно сказать, насколько он вхож в ближний круг, но… Командир, наставник, боевой товарищ. Мы с ним ходили прорываться на ранг владетеля. Сражались вместе, кровь проливали. Данил Назарович слишком сложный человек, чтобы я его другом смог назвать. Но если бы не все эти заморочки, то… Нет, друг всё же не то. Не друг, но нечто большее. Короче, выразить мне это было сложно, но Кощей всё же подходил под определение «свои». Так что, в-третьих, вскрывая карты, я хотел ещё и банально получить того, с кем можно эту ситуацию обсудить.

— Да тут даже на первый, поверхностный взгляд, десятки скрытых смыслов, — поморщился он, возвращаясь в реальность.

— Так и есть, — кивнул я. — Сам голову ломаю. Замечу, что пока всё вилами по воде писано. Процесс на стадии предварительного согласования. Хотя Милгарды дали добро. Наверное, и Армстронги дадут. Световы… Они тоже дали добро, но сами понимаете, в этой истории слишком много согласовать нужно. Моя первая супруга, вон… Точнее, её семья потребовала выделить миллиард просто на содержание Солейны. Не единоразовую сумму, а скорее ренту с этого капитала, но уровень моих проблем вы оценить можете.

— Аж на сердце легче стало, — усмехнулся он.

— Чего это? — нахмурился я.

— Я же говорил. Супруга моя дражайшая беременна. А характер у неё… Замечательный на самом деле. Но, чтобы ты знал, к чему готовиться, во время беременности женщины получают неуязвимость и легко превращаются в тех ещё стерв. А тебе будет в сто раз хуже! — заржал он.

— Вы как подросток какой-то, — осуждающе сказал я. — А где мудрые советы? Где наставления для ученика?

— Не-е, — протянул он. — Ученик превзошёл учителя. В три раза! — И снова заржал.

В общем, до Световых мы доехали не особо подготовленные. Ничего по делу обсудить не успели.

Блин… Чего это у меня-то три жены будет, а? Надо озаботиться, чтобы остальные тоже страдали. Саву женю. О, Игорь же ещё есть. Надо бы к ним заглянуть, узнать, как ему на Световых работается. А потом и его женить. На какой-нибудь особо вредной и страшной тётке, чтобы жизнь мёдом не казалась. Хм… кого бы ещё женить? Димитра и Олега точно надо пристроить, а то чего это они.

Проработаю план да всех завалю жёнами. Ибо нехрен одному страдать.

В тот момент я особо сильно чувствовал себя отборным злодеем.***

К особняку Световых я прибыл в соответствующем настроении. Не сказать, что добром и благоразумном.

Немного отвлёкся, пока их дом разглядывал. Как и у Милгардов, мы сначала показали документы на главных воротах, а потом ещё прокатились до самого поместья. Площадь их личных земель была соответствующая. Достаточная, чтобы именно прокатиться на карете от ворот до дома.

Домик у них был… Прямо как предпочтения в одежде. Отделанный светлым камнем, но при этом имеющий чёткие, прямые формы. В глаза бросились узкие окна. Не бойницы, но здание в целом производило впечатление форта. Лишь впечатление, но всё же.

Приехали мы не первые. В смысле, недалеко от входа, где кареты останавливались, уже стояла одна. Без опознавательных признаков, но стоило нам выбраться наружу, как оттуда вылез Мордур. Ну и уставились мы друг на друга, как кошка с собакой.

— Господин Кристальный, — более нейтрально произнёс Кощей. — И вы здесь.

— Господин Полев, — отмер Мордур, кивнув ему. — Император прислал меня вам в помощь.

— В помощь? — спросил Кощей. — Какие-то инструкции будут?

— Есть официальный приказ для вас. — Мордур повернулся к карете, заглянул в неё, достал папку, раскрыл её и вытащил бумагу. — Это дело проходит под грифом «особо секретно». Докладывать можно только Ивану Романовичу и императору лично. Никто другой не должен ничего узнать из того, что вы добудете. Главным в операции назначается капитан Сергей Разумович.

Впервые на моей памяти ко мне кто-то обратился в столь полной и официальной манере. Аж слух резануло. Капитан Разумович. Почему от этого ржать хочется?

— Принято, — забрал Кощей бумагу. — Ну что, капитан, командуй.

Не сразу я сообразил, что это он мне. Меня главным назначили? Лихо.

— Мордур, а ты женат? — спросил я.

— Что? — сбился он с мысли, отчего аж глаз дёрнулся.

— Жена. Это такая женщина, которая по какой-то причине решила связать себя узами брака с тобой, — любезно уточнил я.

— Это к делу не относится, — ответил он. — И впредь давай оставаться в рамках рабочих процессов.

Как птичка запела. Специально или нет, но император получил своё. Мордур будет особо пристально следить за каждым моим шагом и, если что, сразу доложит, ещё и приукрасит.

— Как скажешь, — не стал я нагнетать. — Тогда идём. Хозяева нас уже заждались.

Заждались или нет — кто знает, но дворецкий уже вышел встречать. Спускаться с крыльца не стал. Только наружу вышел да молча ждал, пока мы наговоримся.

— Господа, — сказал он несколько чопорно. — Прошу в дом. Вас уже ожидают.

Я ничего отвечать не стал. Остальные тоже промолчали. Мы прошли в дом, попали в просторный холл. Оттуда пошли по коридору направо, прогулялись по особняку, пока не попали в просторную библиотеку.

— Сергей! — воскликнул Мирослав, обернувшись при нашем появлении.

— Доброго утра, — направился я к нему и пожал протянутую руку. — Мирослав, а Мирослав… — сказал я, не отпуская его ладони. — А давай тебя женим.

— Кхм, — прокашлялся он. — Да я сам разберусь.

— Ну уж нет, — почти ласково произнёс я. — Почему я один должен отдуваться? Тем более ты старше меня. Давай женим, а? Хочешь, вместе поищем тебе супругу?

— Заманчивое предложение, — потянул он ладонь и всё же выдернул её. — Но сейчас нам надо разобраться с менее приятным вопросом. Часть документов уже подготовлена. Господа, — кивнул он Кощею и Мордуру, — мы подготовили документы, которые могут вас заинтересовать. Также я готов ответить на все ваши вопросы.

— Мирослав Всеволодович, — сдержанно поздоровался Мордур. — А глава рода…

— Он в поместье. Позвать его? — отреагировал парень.

— Это уже пусть господин Разумович решает, — ответил Мордур. — Я здесь как простой наблюдатель.

— Понятно. Чай, кофе? Если что-то хотите, не стесняйтесь.

— Не отказался бы от кофе, — ответил Мордур.

— Что насчёт вас? — посмотрел Мирослав сначала на меня, а там и на Кощея.

— Это лишнее, — ответил Кощей.

— А я не откажусь. Кофе-то у вас хороший? — спросил я.

— Отличный, — усмехнулся Мирослав.

Он отошёл отдать распоряжения, мы же подошли к сдвинутым столам. В каком-то смысле Световы решили поиздеваться над нами. Подготовленную документацию надо было считать не в отдельных папках, а в коробках, забитых папками.

— Придётся изучить всё, — без каких-то эмоций сказал Кощей.

Если я правильно его понял, то Данил Назарович не хотел показывать лишнего здесь. Он в целом как-то подобрался. Понять его можно. Это я несколько отбитый в этом смысле. А так, нужно учитывать весь контекст. Световы — это в первую очередь род инквизиторов. Которые десятки лет истребляли теневиков и делали это крайне успешно. У рода Кощея есть мутация Тени, а значит, вполне могли быть и конфликты со Световыми в прошлом.

Да и в принципе. Пусть я и шучу, но сейчас мы в доме врагов. Которые точно не рады нас видеть. Вряд ли отравят тот же кофе, но кто знает, что они задумали.

Что-либо активное я предпринимать не стал. Не сговариваясь, мы с Кощеем взялись за изучение документации. Вытаскивали одну папку за другой, пробегались взглядами, смотрели, что там. Если попадалось что-то интересное, давали взглянуть другому.

На самом деле я работал вполглаза, так сказать. Другая часть внимания ловила сигнал от Хомяка. Защита Световых от Теней находилась на совершенно другом уровне, чем всё то, что я видел до этого. Она была настолько хороша, что Хомяк не везде смог пройти.

Очень, просто очень интересно, откуда у них такие познания в Тени. Жестить я не стал. Окинул мысленным взглядом фронт работ. Отдельно приказал Хомяку вести себя крайне осторожно. Поэтому процесс медленно шёл. Ещё интереснее то, что Световы точно исходили из того, что я на другую сторону загляну. Прямо сейчас в Теневом измерении находилось двое владетелей, а также всё кишело от Теней. Кощей это тоже оценил, не стал и пробовать на ту сторону заглядывать.

Мы, наверное, не меньше часа на первичное изучение документации убили. Нашли много чего интересного. Настолько, что просто расследование этих дел займёт многие месяцы. И это мы ещё эльдаров не коснулись. С изучением особняка на том плане я закончил. Пора было переходить к делу.

— Не скучно тебе здесь сидеть? — спросил я Мирослава.

Он сидел недалеко от нас и откровенно скучал. Мордур сидел подальше и изображал из себя мебель. За весь этот час я первый тишину нарушил.

— Работа такая, — спокойно ответил парень, оживившись. — Появились вопросы?

— Вы служите эльдарам? — задал я ключевой вопрос.

— Нет, — ничуть не удивился, не смутился и не впечатлился Мирослав. — Элементарная логика, Сергей. Если бы служили им, то на сделку бы не пошли.

Логично на самом деле. С той поправкой, что они могли пойти на сделку, рассчитывая скрыть свою службу врагу.

— Знаешь тех, кто служит им?

— Смотря, что ты имеешь в виду. Тех, кого они используют? Или тех, кто прекрасно понимает, что это за существа, но всё равно служит им? На ум приходит граф Жёрнов.

— Который курировал жертвоприношения? — уточнил я.

— Он самый.

— Ты о нём знаешь. Он служит эльдарам и использовал клан Гюнгнес. Который ваша структура.

— Всё так, — спокойно ответил парень.

Очередная его попытка устроить интеллектуальную битву? Чем бы дитя ни тешилось.

— Сказанное тобой противоречит само себе, — заметил я.

— На первый взгляд — да. Но ты просто не понимаешь, что такое клан Гюнгенс. Это сложная теневая структура. Со своими лидерами, направлениями. Запутанной системой управления.

— И Световы, конечно же, не виноваты.

— Не будь мы виноваты, этого разговора бы не было, — ответил Мирослав. — Если хочешь понять, как это работало, то представь любое акционерное общество. Световы — держатели контрольного пакета. Директор этого предприятия не был членом нашей семьи. Как и не были главные управляющие по направлениям. Собственно, — поднялся Мирослав, подошёл к столу, — я всё ждал, когда вы до этого дойдёте, но немного не успели, — указал он на очередную коробку. — Здесь описание Гюнгенс.

Отказываться не стали, изучили и её.

Описание структуры, ключевые имена, различные направления деятельности… Отдельно шёл большой список чиновников, которые были замазаны в этом всём. Световы точно знали, чем заинтересовать императора. Компромат? Компромат. А ещё в некотором роде взятка.

— Эти материалы нам придётся забрать, — сказал Данил Назарович.

— Для этого мы их и подготовили, — кивнул Мирослав.

— Но устные вопросы ещё остались, — сказал я. — Без обид, Мирослав, но ты молод. Наверняка не во всех делах разбираешься.

— Ты прав, — не стал он спорить. — Но во многом я всё же разбираюсь. Можем пройти к моему отцу, но есть нюанс.

— Какой же?

— Ты убил его сестру. Забыл?

— И как он это воспринял?

— Скажем так, к тебе он настроен не очень дружелюбно. Собственно, поэтому я здесь и нахожусь. Как тот, кто спокойно ответит на вопросы.

— Тогда пока удовлетворимся тобой, — согласился я. — Как давно вы работаете на эльдаров?

— Позволь не согласиться с этой формулировкой, — возразил он. — Работать с эльдарами — это не то же самое, что работать на них. Что бы ты там ни думал, но мы на стороне людей.

— Скажи это тем, кого в жертву принесли, — ответил я. — Кстати, зачем?

— Они каким-то образом добывают из убитых Дары.

— А где здесь коробка с тем, чем эльдары в принципе занимаются? — спросил Кощей.

— Такой коробки нет, — ответил Мирослав. — Вы, видимо, слабо понимаете, о ком спрашиваете. Для нас эльдары — надёжный заказчик. Услуги им требовались кровавые, но далеко не всегда. И платить они за это были готовы… щедро.

— Знаниями? — уточнил я.

— Ими тоже, — прищурился Светов.

Если смотреть трезво на этот вопрос, то не удивлюсь, если половина аристократии в лёгкую принесёт в жертву кого угодно, чтобы получить новые ценные знания. В этом плане я и Ворон сильно продешевили, передав Милгардам что-то новое в вопросах безопасности против Тени. За то, что они получили просто так, Световы вон кучу народу перебили.

— Сергей, если позволишь, — сказал Данил Назарович.

— Конечно, конечно, — махнул я рукой приглашающе.

Капитан достал из внутреннего кармана небольшой блокнот, ручку, пододвинул стул к Мирославу и уселся рядом.

— Мирослав Всеволодович, если вы не против, я задам вам ряд вопросов, — сказал он сухим, официальным тоном.

— Внимательно вас слушаю, Данил Назарович.

— Тогда для начала расскажите всё то, что знаете об эльдаре в серебряной маске.

— Который умеет захватывать разум? — уточнил Мирослав.

— Всё верно.

— Спрашиваете по личным причинам? — улыбнулся парень.

Я невольно напрягся, что-то такое уловив в его тоне.

— Откуда такой вопрос? — спросил Кощей, никак не изменив тон.

— Разве не вашего родственника захватил Серебряный? — как ни в чём не бывало спросил Мирослав.

— Откуда вам это известно?

— Император приказал быть искренними. — Улыбка Мирослава сделалась откровенно недоброй. — Поэтому не буду скрывать. Наш род участвовал в разработке вас, капитан. Хотите, прикажу принести досье на вас? Кстати, поздравляю с беременностью супруги. Передайте Тории поздравления.

Только глухой не заметил бы в этом угрозу. Кощей никак не отреагировал, но это было красноречивее всего.

— Капитан, — сказал я негромко, как бы в пустоту. — Если хотите, можем вырезать их всех прямо сейчас. Скажем, что они первые начали.

— Кхм… — прокашлялся Мордур.

— Этого тоже на них запишем, — невозмутимо сказал я. — Сейчас в доме четыре владетеля. Не думаю, что они станут проблемой.

Видимо, что-то такое было в моём голосе, что Мордур аж со стула встал. Мирослав тоже перестал улыбаться, сделался предельно серьёзным.

Повисла неприятная тишина. Густая, колючая, готовая вот-вот взорваться.

— Итак, — как ни в чём не бывало, тем же сухим, официальным тоном заговорил Кощей. — Расскажите, что знаете об эльдаре в серебряной маске.

Мирослав принял беспристрастный вид, ответил нейтральным тоном, но все, здесь собравшиеся, могли видеть, как у него по виску капля пота сбежала.

В любые игры можно всегда вдвоём сыграть. Мирославу стоило бы это помнить. Да и мне не забывать. Помимо Мирослава, в доме находился один владетель. Ещё двое — в Тени скрывались. В довесок к ним я насчитал пару десятков адептов, половина из которых на пиковом ранге. Мордур тоже не на нашей стороне бы в этот раз выступил. Начнись бой, мы бы развалили особняк, кого-то бы точно убить успели, а дальше пришлось бы отступать.

Но пронесло. Пока что.

Ведь как мило начали. Уже и до откровенных угроз дошло.

Глава 11 Световы, или Когда был любезен

Всё же Данил Назарович был куда лучшим оперативником, чем я. Что не помешало нам быстро скоординироваться. Он взял на себя роль дотошного следователя, который задавал неприятные вопросы. Я же в это дело иногда вклинивался и старался сбить Мирослава с мысли, вызвать на эмоции.

Уже говорил, что Мирослав из тех людей, которые считают себя умными, но переоценивают свои способности. Нельзя сказать, что он глуп. Но есть разница между умным парнем и двинутым мозгами парнем. Что в процессе допроса было наглядно продемонстрировано обеими сторонами.

Соглашение подразумевало искренность со стороны Световых. Чем Кощей и пользовался на полную, шаг за шагом получая ответы на самые разные вопросы. Я в эти дела был погружён куда меньше его, в части моментов вообще не понимал, о чём речь, но если в общем — то и ух, и ах. Полученных ответов хватило бы, чтобы утопить Световых на всех уровнях. Не только их. Вскоре император получит компромат много на кого. Не удивлюсь, если по итогу будет проще перечислить, на кого не получит.

Отдельный вопрос, к чему это приведёт. Я не был настолько наивен, чтобы всерьёз ожидать массовых арестов. Это приведёт к тому, что удо-бедно работающая система окончательно рухнет, а вовсе не самоочистится и восстанет из пепла.

— На сегодня, пожалуй, хватит, — сказал Кощей спустя часа три. — С вами хватит, Мирослав Всеволодович. Теперь хотелось бы встретиться с главой рода.

— Как пожелаете, — вяло ответил Мирослав.

Выглядел парень как выжатый лимон. На Кощея поглядывал… Как может смотреть парень, который переоценил себя и проиграл партию в шахматы, вдруг осознав это. Такое впечатление у меня сложилось.

— Я сообщу ему, — поднялся Мирослав со своего стула. — Не хотите сделать перерыв? Обеденное время уже.

— Это лишнее, — ответил Кощей.

— А я бы не отказался перекусить, — вставил Мордур.

Мы втроём дружно покосились на Охотника, но тот ничуть не смутился.

— Распоряжусь, — ответил Мирослав.

Он покинул библиотеку, а мы принялись ждать.

— Глава сейчас в кабинете у себя, — шепнул я Кощею. — За ходом разговора пытался следить, но я подумал, что пресечь это не будет лишним.

— Учту, — кивнул Кощей.

— Что значит «пресечь»? — спросил Мордур.

Но был дружно проигнорирован.

Настолько открыто уничтожать чужую Тень мне не очень хотелось, но тут была своя игра. Не факт, что я прав, но Мирослава нам могли отдать на растерзание. С целью посмотреть, какие в принципе вопросы мы задавать будем. Эти вопросы бы показали нашу осведомлённость. Что помогло бы главе рода выработать стратегию.

Передо мной стоял выбор, либо показать силу и закрыть возможность подготовиться, либо оставить всё как есть. Выбрал первое. И сам подглядывал за главой. Который, если честно, находился где-то близко к состоянию отчаяния. Он был настолько не в себе, что пару раз наливал выпить. И не на один палец лил, а полный стакан наполнял чем-то крепким. Я бы лично не стал перед серьёзным разговором лишать себя ясности мысли алкоголем.

Ну да кто его знает. Может, от стаканчика–другого ему лучше думается.

Вскоре нас провели в кабинет главы. По пути никого не встретили. Дом будто вымер, но я-то видел, что вокруг хватает одарённых. Всеволод Борисович выглядел… не очень. Круги под глазами, полопавшиеся капилляры, бледный вид.

— Ответов моего сына вам не хватило? — спросил он раздражённо, когда мы вошли.

— Разумеется, нет, — ответил я.

Раз меня назначили главным в этом мероприятии, то и на вопрос тоже следовало мне ответить.

— Хм, — поджал губы мужчина. — А ты довольно борзый парень. После того как убил мою сестру, смеешь ещё и угрожать в моём доме.

— Смею, — спокойно кивнул я. — Ничего личного, Всеволод Борисович. Вы причинили нам много неприятностей. Я ответил. Жизнь идёт своим чередом.

— И тебе я ещё должен отдать свою дочь, — скривился он.

— Я тоже не в восторге от этой идеи, — пожал я плечами. — Не будем терять время. Вы согласны ответить на наши вопросы?

— Как будто у меня есть выбор, — махнул он раздражённо рукой.

— Тогда… — Я обернулся и глянул на Мирослава. — Не оставишь нас?

— Ещё и сына моего прогоняешь? — возмутился глава Световых. — С каких пор ты стал здесь главным?

— В качестве альтернативы можем проследовать в Бюро, — ответил я. — И там провести допрос по всем правилам.

— Вот ещё, — сердито фыркнул мужчина. — Мирослав, оставь нас.

Мирослав ушёл. Мы втроём остались в кабинете главы. В смысле, наша троица и сам глава, так что вчетвером, если быть точным. Кощей уселся на стул, приготовил свой блокнот с записями и приступил к допросу.

По новой, по кругу, Данил Назарович взялся за разделку Светова. Как-то иначе это назвать было нельзя.

Я впечатлился, когда услышал, что первый контакт с эльдарами состоялся сотню лет назад. Если верить Световым, эльдары не особо палились в том, кто они такие и какие цели преследуют. Они изучали нашу культуру и устройство общества. Постепенно создавали свою сеть. Устраивали какие-то акции. Но в то же время легко могли пропасть лет на десять. А потом снова вернуться как ни в чём не бывало.

Всеволод Борисович этот момент отдельно обозначил, что клан мог на них поработать, уже забыть про этого заказчика, а тот объявлялся, всё такой же, ничуть не изменившийся. Активная же деятельность началась лет пятнадцать назад.

Когда дошло до обсуждения убийства прошлого императора, мне невольно подурнело. Малодушие длилось недолго, но стоило признать, глава клана Световых был осведомлён куда лучше наследника. И, несмотря на всю ситуацию, вилял, как матёрый лис. Искренность? Что это вообще такое? Любую информацию можно подать как угодно. А уж когда речь идёт о давних делах, то попробуй докопайся, что там правда, а что нет и насколько Световы принизили свою роль.

Что, по правде говоря, было не так уж интересно. Ну, причастны эльдары к убийству прошлого императора? Что с того? Впечатляет, пугает малость, но ничего нового.

Куда важнее было получить информацию об актуальной вражеской сети. Получить подтверждение, что на нашей территории действует несколько особей. Что они могут получить потомство от других рас и часто используют полукровок в своих делах. Отдельный неподтверждённый момент, что эльдары не очень-то сотрудничают между собой.

— Бюро же занималось церковью Мудрецов, — сказал Светов. — Когда те свои ритуалы засветили, а вашу группу, — глянул он на меня, — по изнанке летать отправили — это пример как раз такого рода конфликтов. Один эльдар продвигал ритуалы. Другой — попытался у него умыкнуть людей, чтобы в жертву принести и Дары собрать. В некотором роде они как злые дети, которые играют в песочнице и не всегда могут поделить игрушки, — криво улыбнулся Светов.

— Если вам столько известно… — неожиданно заговорил Мордур, — я всё понимаю, но настолько выступать против людского рода… — покачал Охотник головой.

— Не надо мне читать лекции о морали, — огрызнулся Светов. — В какой род ни ткни, там хватает тёмных историй. Уж я-то знаю! А если думаешь, что кто-то предлагает сделку, где чётко прописано предательство всех людей, то глубоко ошибаешься!

Мордур на это промолчал. Кощей продолжил допрос.

Который продлился часа три и был прерван появлением супруги Светова. В кабинет постучались, дверь открылась, вошла немолодая, но вполне себе красивая женщина. О её появлении я узнал заранее. Как и о том, что перед тем, как постучаться, она какое-то время мялась в коридоре. Или просто думала, уж не знаю, что за чувства её там обуревали.

— Муж, — коротко кивнула она. — Господа. — Ещё один короткий кивок нам всем. — Эта беседа длится уже долго. Вы наверняка получили многое из того, что хотели. Не пора ли закончить на сегодня?

Кощей в её сторону даже не взглянул. Точнее, он сначала пристально изучил, как отреагирует Всеволод Борисович, и уже после этого медленно повернулся к женщине.

— Эти господа, — ворчливо сказал Светов, — не уйдут, пока не напьются моей крови. Зря ты пришла, Ангелина.

Ангелина Викторовна, если полностью. В прошлом — Милова, сейчас Светова. Если верить досье, которое я читал, то она не из Тайнограда. Её родня обитала совсем в другом месте. Уважаемое магическое семейство. Которое тоже специализировалось на магии света, а также артефактах, что защищали от ночей за Гранью. Владетельница, между прочим. Не удивлюсь, если Светов женился на ней, чтобы поддержать генетическую линию, которая завязана как раз на свет.

Кощей ничего не сказал, поэтому вмешался я.

— Зря вы так, Всеволод Борисович. Если хозяйка дома просит на сегодня закончить, мы так и сделаем.

Кощей ничуть не удивился. У Мордура дёрнулась бровь — наверное не ожидал, что так рано закончим. Светов же показал эмоции куда более явно, посмотрев на нас недоуменно.

А я что. Я — ничего.

Это дело затянется на многие месяцы. Все основные вопросы Кощей уже задал. По два раза, на разный лад. Светова можно крутить до бесконечности, но конкретно сейчас смысла особо нет. Будь иначе — Кощей возразил бы. А так он спокойно убрал блокнот и поднялся.

— Думаю, через пару дней продолжим, — сказал он. — Подготовленную документацию мы заберём. Также нам нужно будет опросить и других членов семьи. В первую очередь владетелей.

— В любое время, — криво усмехнулся Светов.

Как-то обречённо усмехнулся. Складывалось впечатление, что мужик надломился, сдался, а теперь бухтит, оплакивая потерянное влияние.

— Благодарю за сотрудничество, — официальным тоном, без эмоций сказал Кощей.

На что Светов отчётливо дёрнул щекой.

— Если вы всё же закончили, я провожу вас на выход, — сказала Ангелина.

— Конечно, госпожа, — ответил я ей.

Женщина бросила взгляд на мужа и посмотрела на меня.

Из кабинета она вышла первой. Мы — за ней. Я рассмотрел её Дар — чистая плетельщица, без примеси Тени.

Прошли по коридору, заглянули в библиотеку. Кощей Властью подхватил все документы. Мы проследили, как он их выносит. Данил Назарович первым вышел на улицу.

— Сергей, — вдруг обратилась ко мне женщина, которая нас всё это время сопровождала. — Не уделите мне минутку?

— Конечно, госпожа.

— Но-но… — было начал Мордур, но я спокойно перевёл на него взгляд, и он не стал заканчивать мысль, сказав совсем другое: — Вы на сегодня закончили?

— Ты же слышал.

— Тогда и мои дела здесь всё. Не забудьте согласовать следующий до… — бросил он взгляд на Ангелину. — Продолжение этих переговоров.

Какой вежливый, надо же.

Мордур покинул поместье. Я же посмотрел на женщину.

— Прошу за мной, — сказала она.

И направилась в глубь дома.

Тут надо сказать, что входная дверь, у которой мы стояли, вела в просторный холл. Где мы и находились, собственно. От этого холла коридор в обе стороны расходился, а впереди, по центру, стояла большая лестница, ведущая на второй этаж. Ну, то есть прямо громадная такая лестница, отделанная на все незаконно заработанные деньги. Лестница поднималась, упиралась в единственное по-настоящему большое окно, которое я видел в доме, загибалась в обе стороны и уходила выше. Наверх, где стояли бортики.

За этими бортиками, справа, появилась Ярослава, которая уставилась на меня. Если я хоть что-то понимаю во взглядах, то девушке сообщили о её перспективах выйти за меня замуж.

И как реагировать?

Девушка, здравствуйте, я тут на днях пару ваших родичей убил, с вашими родителями переговорил, и теперь вы станете моей третьей женой, пойдёте в качестве гаранта безопасности для обеих сторон? Звучит не очень романтично.

Но произошло ещё кое-что. Ангелина Викторовна тоже дочь увидела, свернула было в сторону, но тут, прямо на лестнице, шагнув из Тени, появился старик. Прямо старик-старик. С клюкой, весь сморщенный и явно лет как десять уже не боевой. Хотя Дар владетеля где-то на середине ранга намекал, что он не так прост.

— Так вот ты какой, — сказал он.

Лучше будет — криво усмехнулся, но эта гримаса даже на усмешку не походила. Скривился, жёлтые зубы обнажил, на меня одновременно и презрительно уставился, и зло.

— Борис Добрынович? — вскинул я бровь и шагнул вперёд, широко улыбнувшись. — Явились сказать мне что-то лично?

— Дерзить смеешь⁈ — закипел он.

— А вы всё ещё смеете смотреть на меня свысока? — ответил я в тон.

В голове мысль мелькнула, что Милгарды меня травмировали. Правило на наезды отвечать жёстко въелось в подкорку, походу.

В ответ вокруг старика заклубились Тени. Выглядело так, будто сама чернота поднялась от его ног. Я не стал терпеть, развернул Власть, встал иначе, приготовился ударить.

— Ярослава, тебе лучше уйти, — сказал я, первым нарушив тишину.

Ангелина Викторовна, её мать, от этих ослов отчётливо дёрнулась. Перед этим замерла испуганно, а тут засуетилась. Отреагировали и другие члены семейства. Рядом с сестрой из Теней вышел Мирослав. Рядом со стариком появился глава рода.

Ещё один владетель остался в Тени, приготовился атаковать в случае чего. Засуетилась и многочисленная охрана. По всему особняку словно волна пробежала. Все разом напряглись.

— Мирослав, уведи сестру, — скомандовал глава рода. — Ангелина, отойди от парня.

— Остальным тоже лучше дом покинуть, — добавил я.

— Да вы спятили! — крикнул Мирослав. — Отец, одумайся! Дед, ты куда полез⁈

Прозвучало нагловато, но, как ни странно, сработало. Всеволод Борисович дрогнул, его плечи опустились, клубящиеся Тени разбежались.

— Отец, успокойся, — сказал он устало.

— Как низко вы все пали, — процедил тот. — Сборище недоумков!

Отпускать Тени он не захотел. Уходить — тоже. По спине пробежал холод, навалилось ощущение опустошения. Прихватив треть моей энергии, Ворон покинул меня. Я не заметил как именно, но он переместился к старику, вышел прямо из его Теней, в одну секунду сформировался и прямо-таки нежно обхватил старика за плечи, ещё и крыльям заботливо накрыл.

«Давай я его съем…» — послал мне Ворон насмешливую мысль.

Мирослав отреагировал первым. Одним движением оттолкнул сестру себе за спину. Призвал магию, создал клинок из чистого света. Появилась и броня вокруг него. А красиво — отметил я. Настоящий солнечный доспех.

Ворон покосился на него, открыл рот, что выглядело как птичья усмешка, и послал на него волну, в один ход отправив Мирослава в Тень.

Отправил парня, окутанного заклинаниями света. Туда, где светить не стоило. Я уловил, что там настоящая буря разразилась. Всё воинство Световых, которых они собрали на той стороне, понесло урон. Прилетело откатом и по Мирославу. В следующую секунду он вывалился дальше по коридору, весь дымящийся. От его доспеха треть осталась.

— Перед тем! — сказал я громко. — Как дёрнетесь! Рекомендую подумать!

Всё застыло на очень тонком волоске от бойни.

— Всё в порядке! — крикнул Мирослав. — Всё в порядке! — повторил он.

— Это ты называешь «в порядке»⁈ — крикнул его отец.

— Старик, — заговорил я. — Тебе есть что мне сказать?

И снова — тишина.

Ворон продолжал удерживать заложника, показывая, кто тут настоящая Тень. Глава рода был слишком выбит из колеи, чтобы предпринять что-то. Ангелина Викторовна… По одному этому эпизоду я понял, что она совсем не боевик. Женщина то порывалась уйти, то останавливалась, то ещё что.

— Предлагаю всем успокоиться, — сказал Мирослав.

Он поднялся, убрал защиту, отряхнулся и ближе подошёл. Встал на то место, у бортика, где раньше Ярослава стояла. Девушка, кстати, так и не ушла. В стену вжалась и в коридоре замерла, как испуганная лань.

— А надо ли? — спросил я. — Походу, Световы забыли, кто именно начал этот конфликт. Если вы решили перечеркнуть договорённости, то проще решить всё здесь и сейчас.

— Не будь безумным, — сказал мне Мирослав раздражённо. — Я знаю, на что ты способен в бою, и уверен, эта битва не обойдётся для тебя без последствий.

— Лучше так, чем ждать, что вы ещё выкинете.

— Ничего не выкинем, — твердо ответил Мирослав. — Ну⁈ — глянул он на отца. — Может, ты что-то скажешь уже⁈

О как. Наезд и на отца, и на главу рода, да ещё перед врагом — это прям показатель, насколько всё непорядке в этом царстве.

— Всем успокоиться, — отмер мужчина, сказав это, походу, в первую очередь себе. — Сергей, отпусти моего отца.

— Я его и не держу.

— Тогда пусть твоё существо его отпустит! — не сдержался он.

— А что сам старейшина вашего рода скажет?

Старик, который успел переосмыслить ситуацию и оценить свои перспективы… Ну, выглядел он так, будто только что очнулся ото сна.

— У нашего рода нет к тебе претензий, — процедил он.

Можно было многое ему ответить, подразнить, но я не стал. Позвал Ворона обратно, и тот, напоследок чуть ли не лизнув старика, распавшись на Тени, вернулся ко мне.

— Ангелина Викторовна, вы ещё хотите поговорить? — спросил я как ни в чём не бывало.

Та вздрогнула, посмотрела на меня испуганно. Опомнилась, распрямилась, посмотрела и платье своё оправила.

— Если достигнутые ранее договорённости в силе… — заговорила она, облизнув пересохшие губы. — Тогда да. Хочу поговорить. Муж мой?

— Всё в силе, — бросил тот. — Хотя кто теперь знает, что выкинет парень.

— Что вы, Всеволод Борисович. Я же сама доброта, — улыбнулся я ему широко.

Мужчина заиграл желваками, поджал губы, развернулся и отправился в глубь дома. Я же посмотрел на Ярославу, которая тоже в себя пришла и сейчас выглянула из-за стены, украдкой посматривая на меня. Поймав мой взгляд, она спряталась обратно.

Как это расценивать? Девушка в шоке от того, какой жених ей достался, или, наоборот, в приятном предвкушении? Второе слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Сергей, прошу за мной, — сказала Ангелина Викторовна.

Я кивнул и отправился следом. Далеко мы не ушли. Кажется, женщина провела меня в ближайшую гостевую комнату. Для деловой беседы она не очень подходила. Скорее для того, чтобы две подружки, усевшись на диванчике, перебрали свежие сплетни.

— После такого непонятно, как разговор начинать, — немного нервно сказала она.

— Что сказать. Помолвка — дело сложное, — пошутил я.

Женщина уставилась на меня, вскинула брови и тихо рассмеялась.

— Самообладания вам не занимать, Сергей.

Я вежливо улыбнулся, не став добавлять, что жизнь у меня такая, ничего нового, и что успел на Милгардах потренироваться.

— Об этом я и хотела поговорить. О помолвке, — уточнила она. — Может, присядете? Хотите что-нибудь выпить?

Женщина точно находилась в раздрае. Она села было на диванчик, но тут же вскочила, добралась до шкафчика с напитками и сама себе вина налила.

— Пожалуй, откажусь, — сказал я.

— Ох, простите, — смутилась она. — Я слабая женщина и такие вещи меня пугают.

— Я всё понимаю, госпожа, — спокойно кивнул я. — Так что именно вы хотели обсудить?

— Будущее моей дочери, — ответила она.

Всё же сев на диванчик, она словно решимости набралась и дальше заговорила вполне твердо.

— В данной ситуации, если говорить прямо, у нас нет особого выбора. По какой-то причине император решил скрепить заключённые договорённости браком. Я в эти дела не лезу, вы, мужчины, сам разберётесь, но меня беспокоит счастье дочери. Я в курсе, что род… — запнулась она. — Сильно провинился.

— Вы очень мягко выразились, госпожа. Род Световых десятилетиями сотрудничал с врагом рода людского, участвовал в убийстве прошлого императора, целенаправленно истреблял наследников Тени, чтобы создать свою преступную структуру… Да простое перечисление грехов займёт не меньше часа, — вбросил я.

В первую очередь, чтобы на её реакцию посмотреть.

— Да-да, вы правы… — снова растерялась она. — Не буду говорить, что не была в курсе теневой жизни семьи. Мне это не нравилось, но я простая женщина… И Ярослава… — покачала Ангелина головой. — Она от всего этого ещё дальше, чем я. Ни о чём таком она не знала и не знает до сих пор.

— В этом я даже не сомневаюсь.

— Это обнадёживает, — чуть расслабилась женщина. — Тем не менее между Световыми и вами, Сергей, есть кровь. Я понимаю всю запутанность ситуации и хотела у вас спросить, что вы сами думаете об этом.

— О чём именно, госпожа?

— О браке. О Ярославе.

— Вас интересует, как я буду к ней относится? И не будут ли притеснять вашу дочь? — прямо спросил я

— Да, всё верно. Вы очень проницательны.

Как ни странно, сказала она это искренне и даже с благодарностью, а вовсе не саркастично.

— Вы ведь знаете, из какого я рода и кто по крови. Разумовичи славятся своей рациональностью. Если вы опасаетесь, что я буду как-то специально принижать Ярославу — то можете не бояться этого. У меня нет претензий лично к девушке. С Мирославом мы вон отлично общаемся. У вас замечательный сын.

Я откровенно подколол её, но женщина приняла это за чистую монету.

— И всё же ситуация сложная, — сказала она осторожно.

— Это действительно так. Особенно учитывая то, что Ярославу рассматривают как третью жену, и первые две совсем не просты.

— Солейна Милгард в качестве первой жены… — вздохнула женщина. — Это звучит как не лучший расклад для моей дочери. Уж простите за откровенность, Сергей.

— Мне этот момент прекрасно понятен, госпожа. Позвольте быть откровенным. Мне тоже навязали этот брак. Я не собирался заводить себе столько жён. Но ситуация уже сложилась и стремительно развивается. Я не могу обещать, что полюблю Ярославу всем сердцем, но достойную жизнь для неё обеспечу. Как и для наших детей, если таковые появятся. А уж как это всё будет выглядеть… Это уже зависит и от вас.

— Меня? — вскинула женщина брови.

— Простите, я не очень точно выразился. Когда мужчина женится, он забирает девушку из её семьи. Если Ярослава останется в первую очередь Световой… То это не станет поводом плохо к ней относиться. Но и допустить в ближний круг я её, как вы понимаете, не смогу. Если же она окажется лояльна своему мужу, то я приложу все силы, чтобы позаботиться о ней.

— Я вас поняла, Сергей. Это всё так неожиданно и сложно, — взгрустнула она.

— Жизнь умеет удивлять и выбивать почву из-под ног, — ответил я вежливо. — Если это всё, что вы хотели обсудить, с вашего разрешения я пойду. Меня там коллега заждался.

— Да-да, конечно, — закивала она. — Спасибо, что уделили время.

Я поклонился и отправился на выход. Меня никто даже провождать не вышел, эх. Ну да ладно. Неплохо прошло. В смысле, с Ангелиной. Если это не игра, а ничего такого я не заметил, то она обычная женщина, которая беспокоится за дочь. Её можно понять. Нужные мысли я закинул, посмотрим, куда это всё прорастёт.

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Наследник Мудрецов. Том 10