Все началось прекрасно. Дядюшка даже обрадовался легкомыслию, с которым младшенькие понеслись за платьями.

– Вот чем должна быть забита голова женщин, Вивьен! – назидательно сказал мне в кабинете опекун нашего состояния. – А не управлением винодельней. Ты сегодня четыре часа решала вопросы с управляющим. И не думай, что я не знаю.

Неужели прислуга сдала? Я так и знала, что неспроста дядя уволил большую часть слуг, оставив крохи. И тех подкупил!

Значит, нам надо быть еще осторожней.

Я посмотрела на солнце. Еще два часа – и яркий шар закатится. Скоро вернутся близнецы – и в путь. Самое время закрутить для мерзавца сонный табак. Отец иногда просил добавить его в сигары, чтобы уснуть. И не слушал, сколько бы ни я говорила, что это плохо. И обычный табак вызывал привычку, а тут еще и сонный – убийственная комбинация для легких. И никогда в жизни я не думала, что он пригодится для таких целей, как наш с сестрами побег.

Я скрутила толстую трубку и передала дяде. Тот понюхал ее и бросил на меня быстрый взгляд:

– Сонный табак? Знаешь, когда я был у эксперта по смерти и наклонился над братом, от него так пахло этой дрянью… Может, он из-за нее с лошади упал? Заснул и расшибся насмерть?

Дядя откинул сигару в сторону.

Я же попятилась от сказанного. Да как… Да как он смеет? Обвиняет меня в смерти отца? Да я за него жизнь не раздумывая отдала бы!

Трогает святое без зазрения совести. Подлец.

– Что такое, Вивьен? Тебе нехорошо? Осторожней с тем, что ешь. Выглядишь так, будто у тебя несварение.

Это угроза? Продукты в доме отравлены? Или он просто мотает мне нервы?

Я опустила взгляд. Мне нужно успокоиться самой и усыпить маниакальную бдительность дяди. Превратиться в глухую, чтобы девчонки смогли подготовить все для побега. Нужно. Нужно. Нужно.

Но как же хочется с криком вцепиться в его противную морду! И как жаль, что магия во мне едва теплится. Иначе я показала бы уроду, как задевать сестер Лэйн.

Бессилие. Злость. Обида. Желание отомстить за отца. Все это нужно спрятать далеко-далеко.

Дядя невысокого мнения о слабом поле. Надо соответствовать, чтобы получить свободу.

– Правда? Плохо выгляжу? – Я прикрыла ладонями щеки. – Действительно, дела винодельни так выматывают.

– Ваш управляющий – упрямый осел. Я тут поговорил с ним и очень сомневаюсь в его умственных способностях, Вивьен. Надо его уволить. Что скажешь?

Уволить Чапмена? Да он второй по уму мужчина в моей жизни. Первый – папа. Только благодаря управляющему мы можем спокойно сидеть в своем особняке, пока он от рассвета до заката следит за делами на плантациях на юге.

– Думаете? – Сложнее всего было изображать глупо-задумчивое выражение лица.

– Определенно!

Наверное, хотел подкупить его, а Чапмен послал куда подальше.

– Ты, как женщина, не видишь очевидного, – сказал дядя.

О-о-о, как же я хочу его треснуть! Он пробуждает во мне склонность к насилию, совсем не свойственную леди. Дядя – как черная плесень, поражает все вокруг себя. Я ощущаю, как становлюсь хуже рядом с ним.

Из-за него мы с сестрами должны расстаться, бежать из родного дома, бросить дело отца и неизвестно сколько времени не иметь возможности даже прийти на могилы родителей.

Я тебе отомщу, дядюшка. Обещаю. Тебе сторицей вернется зло, которое ты нам причинил.

– А кто же будет управлять делами на юге? – спросила я, тщательно следя за голосом.

– Как кто? У меня полно проверенных людей. Так что с этого момента не забивай голову делами винодельни. Договорились?

Мои уголки рта дергались, когда я попыталась улыбнуться и присесть в реверансе. Мне казалось, что мою злость видно за версту, что никакие церемонии не обманут дядю, но он казался удивительно довольным.

Ему и в голову не приходило, что мы знали его коварный план.

Да, мне не удалось усыпить его с помощью сонного табака. Дело усложняется, но все равно возможно.

Я вышла из кабинета отца, заглянула к себе за важными вещами и отправилась в комнату к Эми.

– Я приготовила нам еду, но удалось взять совсем немного. За мной следили. Пришлось прикрыться отговоркой, что я беру на вечерний перекус нам с сестрами орехи и чуть вяленого мяса.

Я так хотела поделиться со средней произошедшим в кабинете, но решила не злить ее лишний раз. Со своим буйным нравом она могла не сдержать эмоций и отправиться откручивать голову дяде прямо сейчас.

– Ничего страшного. Нам хватит на первое время. Главное – деньги. Остальное все можно купить. – Я достала четыре мешочка с монетами.

Посмотрела на одежду, приготовленную Эми для побега. Ее сшитый на заказ походный костюм для прогулок по лесу ждал хозяйку.

Это реально. Весь этот ужас происходит с нами здесь и сейчас. Мы больше не заснем в своих кроватях, больше не будем ужинать за столом в гостиной и рассказывать друг другу последние новости и обсуждать сплетни. Нам больше не пройтись по коридорам, по которым мы маленькими бегали голыми пятками. Не зайти в любимую мамину беседку и не вспомнить наши пикники на траве.

Я отвернулась, чтобы не показывать слез. Только не сейчас. Нельзя дать слабину, когда впереди побег.

Эми не заметила моего состояния – заглянула в мешочек с монетами:

– Ого! Откуда у тебя столько? Дядя же все деньги отца прикарманил.

– Это мои сбережения. Папа платил мне за помощь в управлении винодельней.

В это время как раз вернулись близняшки. Ада и Белль вошли в комнату, заметно нервничая. Младшая протянула нам всем портреты родителей, и я случайно сжала изображение так, что бумага смялась. Все потому, что стоило увидеть лицо отца с его неизменной бородой, как слезы снова подступили к глазам.

Я так скучала! Безумно. Хоть вой.

Но нам не давали пережить горе, нас гнали в пасть смерти.

Ада достала из сумки покупки:

– Я купила недостающие почтовые артефакты. Белль я уже подарила переговорное зеркало. Девочки, простите, оно было одно.

Мы все знали, как важно близнецам было видеть друг друга, поэтому понимали причину.

– Нам хватит почтовых артефактов. Спасибо! – поблагодарила я.

– И вот еще. – Белль достала коробочку и открыла. – Я хочу разделить его на память.

На подложке лежал красивый гарнитур из темных камней.

– Откуда он у тебя?

– Купила за бесценок в лавке старьевщика. Нам на память друг о друге.

Нет, я сегодня точно разрыдаюсь! Сестры такие замечательные. Наверное, потому, что мне повезло с семьей, дядя – истинный злодей.

– Какое красивое кольцо, – восхитилась Ада.

– А мне нравится брошь, – сказала Эми.

– А ты, Вивьен? – спросила Белль. – Что нравится тебе?

Остались серьги и кулон.

– А мне, если можно, их. – Я показала рукой на красивые украшения для ушей.

Так мы разобрали на память по одному из предметов. Сразу же надели, чтобы не потерять. Обнялись.

Никто из нас не плакал. Все знали, что нам предстоит очень сложный путь.

– Девочки, готовы? Давайте поддерживать связь каждый день, если артефакты будут исправны, – попросила я.

Все закивали, не в силах сказать ни слова. Да у меня у самой в горле чувства в комок сплелись – не протолкнуть.

– Итак, расходимся по комнатам. Делаем вид, что засыпаем. Гасим свет. Дядя обычно рано ложится спать, так что как только раздастся храп – первыми бегут близняшки. Потом Эми. И я буду последней.

– Почему ты не бежишь сразу с нами?

– Если что, я отвлеку его.

Сестры посмотрели на меня долгими взглядами, словно сговорились. Еще раз обнявшись, мы разошлись по комнатам.

Погасили в своих спальнях на втором этаже свет. Прислуга затихла. И только блики из кабинета отца танцевали на траве под окном.

Дядя все не ложился!

И словно этого было мало, на горизонте засверкала гроза. Поднялся сильный ветер, надавил на окна. Будто сама природа останавливала нас, была против побега.

Время шло. Я нервничала, потому что мы теряли драгоценное время. Поутру нас уже хватятся, и мы должны быть как можно дальше отсюда.

Я спустилась вниз. Проверила, что слуги спят. Подобралась к кабинету отца.

– Я не знаю, когда прибудут драгхары – сегодня или завтра. Знаешь же, они любят напустить на себя важности. Я уже отправил слуг спать. Что? Уже на подходе? Ты уверен? Да-да, этих великанов трудно перепутать. Хорошо. Сейчас подниму служанок. Главное – не разбудить товар.

Я тихо ахнула, отступая назад.

Драгхары идут за нами. Больше нельзя тянуть.

Я побежала на второй этаж, заглянула в комнаты близняшек. Пусто. Они уже убежали? Побежала в библиотеку, из которой собиралась бежать Эми, и увидела открытое окно.

Внизу зашумели слуги. Наверное, дядя поднял всех встречать драгхаров.

Я забежала в свою комнату, схватила собранную заранее сумку и посмотрела на приготовленное для побега платье. Не успеваю переодеться. Я оставалась в домашнем платье до последнего на случай, если придется отвлекать дядю. Но раз сестры сбежали, теперь моя очередь уносить ноги.

Я запихнула в сумку с пространственным расширением дорожное платье и подошла к окну.

По стене дома до самой крыши мимо моего окна вились лозы винограда, который никогда у нас не вызревал до конца. Я посмотрела вниз. По диагонали, ближе к углу дома, светился кабинета отца. Оттуда доносился гул голосов, разрасталась суета.

Я схватилась за толстую лозу, поставила ногу на переплетение, поправила сумку через плечо и сделала шаг с подоконника.

Раскат грома так ударил по нервам, что моя нога соскользнула, и я чуть не сорвалась вниз. В последний момент успела ухватиться чуть ниже, прижалась к стене дома и перевела дух.

Дальше я была очень осторожна, и никакая гроза не заставила меня оступиться до самой земли.

И тут я увидела их.

От мрака леса отделились высокие мужские фигуры. Даже издалека драгхаров было не спутать с людьми. Их шаги уверенно затаптывали мои нервы в землю фамильного особняка. Их мощь создавала ощущение собственной ничтожности. Их аура вынуждала спрятаться от их глаз подальше.

Что я и сделала!

Присела, пробежала за кустом, потом за живой изгородью, скрылась за конюшней. Дядя продал всех лошадей, словно знал, что мы попытаемся сбежать. А ведь как бы сейчас выручил мой Ураган!

Хотя могло статься, что конь лишь помог бы меня найти. Драгхары, эти животные, умели наводить ужас на зверье даже на расстоянии. Уверена, сейчас все кони встали бы на дыбы от страха.

Я обошла конюшню и посмотрела на ровную местность до леса, которая хорошо просматривалась. Нашла взглядом драгхаров. Почему они вышли из леса? Портальная магия?

И тут я поняла. Дядя – прохиндей, но умный делец. Себя он всегда обезопасит как надо. Скорее всего, сейчас здесь в земле полно его защитных артефактов, вот великие и ужасные драгхары и идут за своим товаром по нашим владениям прогулочным шагом.

Брр! Надеюсь, сестры уже далеко.

Я подобрала юбку, завязала узлом между ногами так, чтобы было удобно бежать, и дождалась, пока делегация скроется. Мельком заметила, что руки в крови. Наверное, ободралась о лозу, когда сорвалась.

Небо полыхнуло, на миг осветив всю местность. Почему-то в этот момент мне показалось, что кто-то смотрит на меня из леса.

В окне моей комнаты зажегся свет. В доме поднялся небывалый шум. Похоже, все узнали о нашем побеге. Нужно бежать что есть мочи, пока не поймали!

Я понеслась со всех ног в сторону леса, подальше от того места, где вышли драгхары. Я слышала только свое шумное дыхание и чувствовала, как сережки, подаренные Белль, стучат по щекам. Казалось, что каждый раз они словно обжигали кожу огнем при ударе. Или это у меня от страха горели щеки?

Я вбежала в лес, в непроглядную темень, и тут же споткнулась о корягу – чуть нос не расшибла. На мгновение мне показалось, будто надо мной склонилась темная фигура, но, когда я встала, рядом никого не было.

Чудится всякое!

Хоть я и надела удобные туфли, они все равно не спасали ни от острых палок, ни от влажного мха. После теплоты дома было жутко, плохо, холодно и страшно. Но куда страшнее теперь были родные стены в оккупации дяди. И это чувство, будто за мной следят.

Я остановилась у дерева, чтобы перевести дух, и прислушалась к лесу. Выл ветер, но вся живность словно затихла. Нет, будто под землю зарылась! Всегда такой шумный лес лишь тихо стонал стволами от сильного ветра. Все зверье словно попряталось, то ли от надвигающейся грозы, то ли от прибывших драгхаров.

Я поправила выбившиеся из косы пряди и почувствовала, что словно обожглась о сережку. Потрогала еще раз – ничего. Показалось, наверное!

Хотела сделать шаг, но мысок что-то задел, и нога застряла в траве.

Я наклонилась, чтобы выпутаться, и почувствовала под стопой что-то странное. Словно комья земли набросали, стараясь спрятать зарытое.

Я убрала частички травы с прилипшим суглинком, протянула руку и почувствовала что-то плоское. Отбросила лишнее и поняла, что нашла закопанный сундук в локоть длиной. Закопан хорошо, могу только крышку поднять. Ее я и открыла.

Небо сверкнуло, озарило все на миг, а спустя несколько секунд громыхнуло так, что я подпрыгнула. Но я успела увидеть, что сундук был полон монет.

Вот это удача… Была бы, если бы у меня было время и место, а я не бежала сломя голову от драгхаров. Выкопать не успею, унести не смогу.

Я взяла пару горстей, положила в мешочек с монетами так, что он стал круглым, и положила его в сумку.

Не буду жадиной. Пусть лучше, если пустятся по моему следу, задержатся. Говорят, потомки драконов жуть какие падкие на золотишко.

Я побежала дальше, и мне показалось, что спустя всего несколько секунд кто-то позади зазвенел монетами.

Неужели идут по пятам? То-то я не могла отделаться от навязчивого чувства, будто за мной следят!

Я на миг закрыла лицо руками, а потом велела себе собраться. Буду бежать, покуда хватит сил. Вырываться буду, защищаться. Не дамся живой.

Я уже не обращала внимания на то, как громко под моими ногами хрустят ветки. Бежала, останавливалась, чтобы передохнуть, и снова бежала. В боку кололо так, что я в один момент просто больше не смогла быстро двигаться. Умом я пробегала расстояние десять раз туда и обратно, тело рвалось, но мышцы стали словно каменные. Ноги отяжелели в сто раз, а потом и вовсе подкосились.

Я села на мох, в отчаянии прижалась к стволу дерева спиной и стала смотреть в направлении дома. Я ощущала себя мышкой, которая бежит со всех лап, а кошка держит ее за хвост и наслаждается агонией.

Как понимаете, серая тут я, а усатый – драгхар, чье преследование я чувствовала все это время.

– Выходи, – прошептала я. – Я знаю, ты там. Я тебя чувствую.

Но ответом мне была тишина. А я могла поклясться ящиком нашего лучшего вина, что он там. Настоящий хищник, который загоняет свою добычу.

– Ты видел золото. Возьми, это откуп, – пробормотала я в пространство.

В ответ молчание.

– Мало? – Я залезла в сумку, достала мешочек с монетами. – Это все, что у меня есть. Хватит?

Я кинула кошелек в темноту со всей силой и отчаянием, что у меня были. Он врезался в темную стену, упал в траву.

Я замерла. Из темноты мешок полетел обратно к моим ногам. Я нахмурилась в недоумении.

– Мало?

Молчание.

– Как это понимать?

Он хочет еще поиграть в кошки-мышки? Змей его раздери!

Я подобрала мешочек, убрала, посмотрела еще раз в темноту и побежала прочь. Обещала себе, что не сдамся до последнего, и сделаю это.

Дождь преследовал меня по пятам. Капли стучали по листьям деревьев в десяти шагах сзади от меня, но на меня не попало ни капли. Разве такое бывает?

Интересно, это природа жалеет меня или драгхар играет? Ведь только они владеют стихийной магией и могут провернуть такое.

Хотя с чего бы драгхару мне помогать? Если только он тоже не желает брака, как и я. Но такого не может быть. Я слышала разговор дяди и мотивы тех, кто покупает человеческих девушек. Вряд ли там есть высокоморальные драгхи.

У меня уже не было сил бежать – я просто упрямо шла вперед. Со временем я даже перестала бояться. Нахлынуло чувство, что я уже ничего не страшусь – ни драгхара, ни дядюшки, ни погибели.

Я достала плащ, накинула его на себя вместе с сумкой, спряталась за капюшоном. Словно отгородилась от ощущения пристального взгляда в спину. И вскоре вышла к дороге.

Огни гостевой таверны словно прибавили сил. Вот он – мой путь на свободу. Обычно в таких заведениях путник мог отдохнуть ночь в номерах наверху, поесть и взять в аренду карету на магических артефактах, которая затем возвращалась в таверну.

Именно она мне и нужна! Наслежу, конечно, но что поделать. Бежать я больше не могу. На крайний случай возьму лошадь.

Я подошла к пристройке, в которой держали коней, и животные заржали, засуетились. Затоптались на месте, начали вставать на дыбы.

Я обернулась. Никого. Но это еще ничего не значило. Кто-то же кинул мне кошелек из темноты. Кто-то же спасал от дождя. Это странный кто-то.

Значит, лошади отпадают. Осталось надеяться на карету.

Я прошла чуть дальше, туда, где обычно припаркованы колесные средства передвижения разного размера, и увидела, что двери закрыты на огромный засов.

Что такое? Почему закрыт пункт проката? Узнаю внутри!

Я зашла в таверну и испытала облегчение от царившей здесь суеты и гомона. После гнетущего леса освещенный зал заведения казался раем на земле. Мне хотелось обнять каждого и каждому рассказать о своей нелегкой доле.

Я подошла к стойке управляющего и спросила у пожилого мужчины:

– Простите, а можно взять в аренду карету?

– Придется подождать. Артефакты разом разрядились.

– И сколько ждать?

– До утра. Может, до полудня. Но надо еще посмотреть очередь, осталось ли что. Много людей ждут. В Риворшире завтра день города и большая ярмарка. Все спешат туда.

Я обернулась и посмотрела на полную таверну людей совсем другими глазами. Ярмарка всегда привлекала гостей из разных мест. Туда ехали не столько за покупками, сколько за развлечениями. На городских площадях разворачивали цирковые шатры, ставили аттракционы на сильных артефактах, проводили выставки последних работ местных умельцев и магов.

Мы с сестрами раньше тоже любили посещать дни города, а про этот, в связи со смертью отца, совсем позабыли. И судя по количеству народа, если мне достанется карета, это будет чудом. К утру народу в таверну набьется такое количество, что устроят аукцион за места, и не факт, что я смогу выкупить себе возможность уехать, не привлекая внимания к кошельку одинокой леди. Не говоря уже о том, что нас с сестрами уже бросились искать, а непонятный преследователь идет за мной по пятам.

Я села за маленький столик на двоих в углу, заказала чайник травяного чая, чтобы согреться и заставить работать мозги. Что я могу сделать, чтобы меня не поймали?

Переодеться в мальчишку и пойти дальше пешком. Могу заплатить хозяину трактира и надеяться, что он меня спрячет и не сдаст (надеяться на чудо, не иначе). Могу снять номер, и тогда меня точно поймают. Могу прибиться к какой-нибудь компании и попытаться слиться с ней, поехать вместе на ярмарку и уже оттуда бежать.

Я стала прислушиваться к разговорам и присматриваться к людям. Есть к кому податься? Заметила мужчину в возрасте, который подходил к каждому столику и что-то спрашивал. Сначала я приняла его за разносчика заказов, однако он ничего не записывал, ничего не приносил, просто подходил к людям и чем-то интересовался, а те отрицательно качали головами.

Пришел и мой черед. Мужчина подошел ко мне. Он был такого маленького роста, что и наклоняться не пришлось, чтобы шепнуть мне на ухо:

– Миледи, не желаете одноразовый портал?

Я тут же повернулась к нему.

– Куда? – спросила так же шепотом.

– В Горт.

Портовый город? Обычно из него уплывали корабли на континент драгхаров, но мне все равно подойдет. Главное – подальше отсюда. Никто не догадается меня там искать! Это же очень далеко от родного дома.

Но покупать вот так с рук очень опасно. Унести может неизвестно куда. Да и вообще, можно нарваться на мошенника. Отдать деньги, а получить подделку.

– Сколько? – спросила я на всякий случай.

– Сто империалов, – глазом не моргнув назвал бешеную цену мужчина.

Понятно, почему он получал отказы! Это же огромные деньги.

– Много? Ладно, мне монеты нужны. Давай за двадцать отдам, – неожиданно сильно сбавил цену он и присел за мой стол. – Но вы меня, миледи, угостите едой.

Я колебалась недолго – кивнула. Мне нужно было подумать. Вариантов-то особо нет, деваться мне некуда. Я позвала девушку в фартуке, и незнакомец заказал себе полный стол еды.

А мне кусок в горло после погони не лез. Я отсчитала под столом двадцать золотых монет, взятых из найденного сундука, и попросила:

– Покажите портальный камень, пожалуйста.

Незнакомец мозолистой рукой положил на стол салфетку. Под ней точно что-то было. Я осторожно приподняла край тканевого квадрата и убедилась – кристалл сверкает. Рабочий!

Но настоящий ли? Не подделка? Слишком быстро он сбавил цену, хотя она и так была немаленькой.

Конечно, ничто не защищает меня от обмана, но я могу проверить прямо при нем. И все равно, что оставлю след. Это уже не имеет значения. Когда меня будут искать, найдут ниточку хоть здесь, хоть в лесу.

Я взяла салфетку, завернула в нее двадцать империалов и положила со своей половины стола.

– Кстати, миледи, – вдруг поторопился сказать продавец камней, – слышали новости?

Мне не хотелось говорить с ним. После того как я увидела камень, одолело желание как можно быстрее исчезнуть.

Я допила чашку чая, прижала к себе сумку, убедилась, что оставила деньги на случай, если незнакомец не мошенник, и взяла в руку одноразовый портал.

Сжала его, а потом бросила на пол. Зев раскрылся в один миг.

Работает!

Неужели мне так повезло?

Что ж, попробую. Еще неизвестно, куда меня занесет.

В лицо ударил ветер с солеными каплями. Ноги наступили на деревянную дорожку пирса. Глаза сощурились от яркого солнечного света.

Я и забыла, что Горт так далеко от нас, что здесь уже вовсю распустилось цветастое утро.

А мужчина-то не обманул! Все в портовом городе было в точности, как описывали путешественники в тавернах: множество кораблей, плывущих на континент драгхаров и жполных товаров; широкая зона погрузки и огромные склады, из-за которых виднелись крыши домов.

Здесь было заметно жарче и влажнее, чем в родных местах. После утопающей в серости зелени нашего поместья синее небо и голубое море казались частью волшебного мира.

– Миледи, прошу прощения. – Меня случайно задел плечом человек с чемоданом и даже не обернулся.

Он спешил к отплывающему кораблю, махал тому шляпой:

– Подождите! Подождите меня!

Но корабль все отдалялся – ни допрыгнуть, ни доплыть до такой громадины. Артефакты разгоняли судно с каждым мгновением все быстрее.

Я с сочувствием посмотрела на опоздавшего. Мужчина в отчаянии запульнул шляпу в воду, бросил чемодан и сел на него. Похоже, это пассажирское судно. Интересно, кто он такой, что хочет во владения потомков драконов? Зачем ему туда? Не похож на студента по обмену – слишком стар для академий. Для политика слишком просто одет.

– Девушка, вы тоже опоздали? – крикнул он, стремясь найти во мне поддержку в столь трудный момент.

Поддержка из меня была никакая. Я лишь помотала головой, прижала сумку для путешествий к себе и развернулась к берегу.

Работяги загружали товарами добрый десяток судов. Тут артефакты помогали во всех механизмах загрузки, но ручной труд никто не отменял. Для таких слабаков в магии, как мы с сестрами, без денег семьи оставался только такой путь для заработка. Я в который раз подумала, как же нам повезло с отцом. Он давал нам столько любви и заботы, что мы ощущали себя абсолютно полноценными и никогда не сталкивались с жестокой реальностью.

Солнце стало нестерпимо печь, и я поспешила уйти с пирса. Сейчас хорошо бы найти лавку с артефактами, купить отводящий глаза амулет или еще средства, чтобы запутать следы, а потом снять номер и рухнуть поспать. Ноги подкашиваются от усталости.

Как там сестрички? Надеюсь, у них все хорошо и они успели скрыться.

Я достала из сумки почтовый артефакт и ахнула – он разбился. Неужели тогда, в лесу, когда я зацепилась о корягу и рухнула?

Вот невезуха! Даже не узнать, как у девчонок дела.

Я спрятала артефакт в карман платья, чтобы не забыть починить в ближайшей мастерской, и заметила на себе несколько заинтересованных взглядов. Надо быстрее уйти из портовой зоны, а то одинокая путешественница вызывает уйму вопросов.

Я достала из сумки горсть орехов, чтобы перекусить и заодно показать, что я совсем не богатая леди. Ведь представительница высшего общества никогда не будет есть закуску на ходу вот так, при всех. Пусть думают, что у меня совсем нет ни образования, ни положения, ни денег.

Проходя мимо одного корабля, услышала одобрительный свист:

– Фью-у-у! Красотка, поднимайся к нам на борт. Пошалим!

Да у меня от таких слов волосы на голове уже зашалили – двигаться начали. Я прибавила шаг.

Когда я нервничала – ела. Поэтому дальше в ход пошло вяленое мясо, после чего у меня открылось второе дыхание. Вот только я не ожидала, что у меня выхватят сумку из рук!

– Стой! Хватайте вора! – крикнула я вслед мальчишке.

Я рванула за ним сквозь толпу, но он словно был в три раза быстрее и проворнее. Я постоянно натыкалась на прохожих, извинялась и вскоре совсем потеряла его из виду. Все бегала по набережной, пытаясь понять, куда он мог спрятаться, и в отчаянии смотрела на корабли. Неужели он в одном из них? Это конец!

Я говорила, что до этого у меня была невезуха? Нет, она сейчас!

Осталась без денег, без сменной одежды, со сломанным почтовым артефактом в кармане и с куском вяленого мяса в руке.

Я села на скамейку на набережной, едва сдерживая слезы. Где я теперь возьму деньги? Что делать?

Маленький котенок потерся о ноги. Тощий, все косточки пересчитать можно. Он жадно принюхивался к куску мяса в моей руке.

– Тебе такое нельзя, – прошептала я.

Это последний кусок еды.

– Мяу! – Котенку было все равно, он не хотел умирать.

– Я тоже не хочу умирать. – Я оторвала кусочек и положила рядом с животным.

Оно буквально заглотило мясо, не разжевывая.

– Мяу! – умоляюще посмотрел котенок на меня и потерся о ногу.

Я дала еще кусочек, а потом еще и еще.

– Надеюсь, хотя бы у тебя сегодня живот будет полон, – сказала я.

Обращаться к стражам порядка было бесполезно. А если дядя объявил нас в розыск, то и вовсе смертельно.

Неожиданно рядом кто-то опустился. Это же тот самый опоздавший на корабль мужчина. Он стер пот со лба, обмахнулся шляпой, и я не выдержала:

– Вы ее выловили?

Я же видела, как он в сердцах запульнул ее в воду!

– Ах, это вы? – повернулся ко мне незнакомец. – Да. Я ее постоянно теряю, поэтому купил артефакт возврата.

– Мне тоже надо было такой купить для сумки. Сейчас бы не горевала.

– А что случилось?

– Меня обокрали.

– Ох, миледи! Сочувствую. Но у вас еще есть украшения – вы всегда можете их продать.

Я потрогала кулон с фотографиями родителей, что висел на шее.

– Не могу. Это память о родных.

– А сережки? Какие необычные. Из чего они?

Я потрогала камень. Он нагрелся на солнце? Почему теплый?

– Ах, эти! Они не имеют большой цены. Безделушка.

– Да что вы говорите! – внимательно присмотрелся к украшению мужчина, натягивая уголок глаза.

– Да. Сестра купила набор за бесценок в лавке старьевщика, так что он очень ценный, но только как подарок.

– Вот как. Не хотите поесть? Я все равно опоздал на корабль, а следующий только завтра утром.

– У меня нет денег, – извиняясь, отказалась я. – У меня же украли сумку.

Надо было привязать мешочек на пояс. Почему умная мысль приходит так поздно?

– Так я угощаю. Будьте добры, составьте мне компанию. Я так давно не ел за одним столом с леди.

Леди? Точно. Он же сразу раскусил мое происхождение. Неужели так бросается в глаза?

– Простите, но нет. Мне нужно не праздно обедать, а искать способы выжить.

– Так на сытый живот и будете. Я надолго вас не задержу.

Я колебалась. Есть хотелось жутко. А понимание того, что следующий прием пищи может быть еще нескоро, подогревало аппетит.

Но есть с незнакомцем? Кто знает, куда заведет и чем накормит. Это опасно для одинокой леди. На вид мужчина был добродушными, но и двоюродный дядюшка не выглядел злодеем.

– Конечно. Я только отойду на минутку припудрить носик. – Я поднялась со скамьи.

Котенок еще раз потерся о мои ноги.

– Но уборная есть в таверне…

– Я сейчас. – Я улыбнулась, едва удержала себя от реверанса и быстро пошла по улочке, что выходила на набережную.

Нет, я не могу рисковать. И без того на свой страх и риск шагнула в портал. У меня украли сумку. Не хватало еще в рабство попасть.

Я стала плутать по улочкам, стараясь зайти как можно глубже в город. Мощеные улицы, белоснежные стены домов – все это создавало атмосферу курортного города. Я бы даже получила удовольствие от прогулки, если бы не шаткое положение моих дел.

Наткнувшись на небольшой скверик между домами, я решила собраться с мыслями и присела. Сережка обожгла щеку огнем, как тогда в лесу. Я наклонила голову, прикоснувшись к щеке, и увидела под скамейкой несколько монет.

Ого, вот это удача! Три империала валяются.

На них я смогу снять комнату, поесть, и еще останется. Все-таки бог не оставил меня!

Я прижала монеты к груди. Вот что бы ни говорили, когда есть деньги – это греет душу.

Я оглянулась по сторонам. Так как Горт – портовый город у моря, местные подсуетились: на многих домах висели таблички «Есть номера». Некоторые даже сдавали койко-место, судя по объявлению.

Я прошлась вдоль улочки, внимательно вчитываясь в мелкий шрифт под объявлениями. Особенно внимательно изучила с виду очень ухоженный дом, переделанный в частную гостиницу.

«Без животных».

Подхожу.

«Без вредных привычек».

Сигары не курю, только закручиваю.

«Дамы только с сопровождающими».

Вот же!

Нет, это место мне не подходит. И что за бредовые требования? Неужели леди не может путешествовать одна? Что, если у нее никого нет из близких?

Издалека увидела розовые стены и поспешила туда. Дом с лепниной в виде бутонов и с роскошным садом зазывал к себе объявлением: «Цветочная гостиница. Только для прекрасных дам».

А вот это мне подходит!

Я зашла внутрь и получила удовольствие от одного взгляда на элегантную обстановку. Персиковые цвета, золотые вкрапления. Не пошло и со вкусом.

– Добро пожаловать! – Из открытой двери выплыла женщина и встала у высокой стойки с открытой книгой. – Вы к нам надолго?

– Хотелось бы навсегда, но осилю только одну ночь. Подскажите, сколько стоит номер?

– Три империала и десять серебряных монет.

Сколько-сколько? Откуда такие цены? В таверне недалеко от дома можно устроиться за десять серебряных, да еще с включенным в эту стоимость завтраком.

– Спасибо. – Я слегка кивнула головой и развернулась.

– Уже уходите?

– Да. Мне не по карману.

– Это единственное место в Горте, где леди может быть спокойна за свою жизнь и честь, пока спит. Уверены, что хотите уйти?

– При всем желании мне не хватает монет. У меня всего три империала.

Женщина внимательно осмотрела меня с ног до головы, и ее взгляд словно считал стоимость моего наряда.

– Вы попали в беду?

– Да.

– Для несчастных случаев у нас предусмотрена скидка. Возьмем с вас всего три империала.

– А еда?

– Закуску принесут в номер. Это входит в стоимость.

От добра добра не ищут?

– Одной вам будет тяжело. Это портовый город, леди. Тут везде голодные до женщин моряки, политики, считающие себя безнаказанными, и драгхары. Такой как только войдет в гостиницу – вы не уснете от воздействия его ауры. А в моем «Цветочном доме» вы можете спать спокойно.

В словах хозяйки гостиницы было зерно истины. Мне нужно было выспаться. А закуски – это уже хорошо.

Конечно, я могла еще пошататься по городу в поисках дешевого ночлега, но она права: я буду в опасности. Портовый город – не лучшее место для одиноких дам.

– Многие хозяева гостиниц в сговоре с драгхарами. Сделают из вас уголька для развлечений крылатых – и все. Даже пикнуть не успеете, как вас контрабандой упакуют на корабль.

Я высыпала три империала на высокий столик. Может, она запугивала, но попала точно в больное место.

– Пожалуйста, дайте мне хороший номер со всеми удобствами.

– Всенепременно. Вы сделали правильный выбор.

Номер действительно оказался стоящим своих денег. Роскошная спальня, небольшая ванная со всем необходимым. Тут было все, что могло пригодиться даме: пробники косметики, средства гигиены, даже одноразовые тапочки. Белье, полотенца, халат – все чистое и ароматное, будто новое.

И цветы на столе. Свежие, благоухающие, только начинающие распускаться. На столике орехи, сухофрукты, конфеты.

Я закрыла за собой дверь и выдохнула. Сегодня вечером я представлю, что прежняя роскошная жизнь никуда не делась. Что я уехала отдохнуть из дома отца, а он с сестрами ждет меня завтра на совместный ужин.

Первым делом я приняла пенную ванну, а потом постирала нижнее белье и забралась в халате на кровать прямо с закусками. Съела их в один миг, прилегла и мгновенно уснула.

Во сне мне казалось, что за окном сверкала гроза. Слышала звук крыльев. Мне даже снилась темная фигура, идущая за мной по пятам.

А поутру, как только я спустилась вниз, хозяйка встретила меня внимательным взглядом:

– Больше империалов у вас нет?

– Нет, а что?

– Плохо. Защита дома вчера трещала по швам, – сказала себе под нос женщина.

То ли страху на меня нагнать хотела, чтобы я подольше осталась, то ли серьезно предупреждала. Чему верить?

В любом случае ночевать здесь мне больше не на что. Да и из Горта надо выбираться.

– До свидания. – Я сделала реверанс.

– Прощайте. – Хозяйка сделала ответный.

Я вышла в неизвестность. Снова без денег, только с целью выжить любой ценой.

Мой план выглядел так: нужно было выйти из Горта и скрыться в более спокойном городе, где я смогу найти непыльную работенку.

Идеально звучит? Нет? Ну, по крайней мере, сносно, как по мне.

Умственная работа для меня не впервой – все-таки я много лет помогала папе с винодельней. Поэтому планировала попробовать себя на должности управляющей небольшим производством и очень надеялась наткнуться на непредвзятых хозяев, которые не рассматривают женщин лишь как красивый аксессуар к мужчине.

Звучало почти невозможно, но я верила, что отец не единственный человек на белом свете, который не считает прекрасную половину человечества ниже сильной. Что есть еще светлые головы в нашем королевстве.

Вот только из Горта еще предстояло уехать, и как это сделать без денег – большой вопрос. Никто не повезет бесплатно, и за мной все еще шла погоня. Ни расслабиться, ни остановиться. Мне срочно нужна была подработка, но все объявления на питейных заведениях отвращали с первой строчки: «Требуются официантки. Радушие, контактность, приятная речь и отзывчивость приветствуются».

Понимаю, портовый город, но где же приличия?

Я отправилась в более респектабельный район, надеясь найти там другой подход к найму сотрудников. Но как оказалось, чем солиднее выглядело заведение, тем больше требовалось от слуг. У меня волосы шевелились, когда я читала о возможности уединиться в зале для важных посетителей.

Куда я попала? Это точно человеческий город? Что самое интересное, из дверей таких зданий выходили только люди, ни одного драгхара! Последних вообще тут было не так много. Или я старательно сворачивала, когда видела их мощные фигуры вдалеке?

Я зашла в район частных домов, чтобы скрыться за их высокими стенами, и увидела объявление от руки: «Нужно помыть крышу. Дорого».

Крышу? Для меня, как для слабенького бытового мага, звучало жутко. Мне нужно было залезть на крышу и драить вручную.

Оставлю этот вариант на самый крайний случай. Что есть еще?

Я прошлась по улочке вниз. Садовник на постоянную работу. Не гожусь. Кухарка. Тут тоже мимо. В нашем доме нас сытно кормил целый штат слуг.

Гувернантка для детей – здесь нужны дипломы.

Конюх. Я, конечно, могу, но тут всегда предпочитали мужчин, потому что они сильнее и делают больше.

Чем дольше я читала объявления, тем сильнее становилось мое отчаяние. Время шло, а я так и болталась без денег и работы, с постоянным ощущением, что меня в любой момент поймают, и это очень нервировало. Терпеть не могла, когда часы вот так бестолково растрачивались.

Я вошла в небольшой парк с мелкими прудами и словно окунулась в свое обеспеченное прошлое, где дамы со слугами медленно гуляли по аллеям. Леди в шляпках наслаждались свежим воздухом, и только одна девушка горестно рыдала. Две служанки ползали вокруг нее на коленях и что-то искали в траве.

– Не расстраивайтесь так, миледи. Скоро найдем!

Похоже, обеспеченная горожанка потеряла что-то ценное.

– Это подарок от Жозе! – захлебывалась слезами девушка.

Оп! А это мысль. Если я помогу ей найти пропажу, возможно, она отблагодарит меня парой монет или ценной информацией? А может быть, устроит к себе в дом на подработку?

Я ненавязчиво приблизилась, прошлась вокруг расстроенной компании, поглядывая вниз. И снова ощутила жжение сережки о щеку.

Нахождение сундука, а потом трех империалов навело меня на шальную мысль: а что, если ощущение было не просто так?

Я внимательно всмотрелась в траву и увидела золотую змейку браслета.

Похоже, мои серьги – настоящее сокровище!

– Вы не это ищете? – Я подняла украшение с земли и показала заплаканной девушке.

– Мое! – выхватила та так, словно я собиралась отнять.

– Миледи, поздравляю вас! Вы нашли браслет.

Вообще-то, это не миледи его нашла, а я. Но на меня словно не обращали внимания. Слуги суетились, чтобы их леди осушила слезы и избавилась от влаги в носу, – выдавали салфетки, обмахивали веером.

Я неловко топталась рядом. В любом другом случае молча ушла бы, но мне нужна была благосклонность этой леди. В конце концов, я хотела услышать хотя бы спасибо.

– Пожалуйста, – сказала я первой, поняв, что не дождусь благодарностей.

Девушка посмотрела на меня с удивлением, словно не ожидала, что я еще здесь. Потом махнула рукой своей служанке, прошептала ей что-то на ушко.

– Это вам, – протянула мне два серебряных девушка в скромном платье.

Да уж, этого хватит только на булочку, но и то хлеб.

– Простите, а вам не… – начала я.

– Вы что, не видите, что я хочу побыть одна и не хочу с вами говорить? – спросила хозяйка браслета.

Тяжелый случай. Встречала я таких леди, считающих, что все должны их боготворить.

А ведь я всего лишь хотела спросить про подработку. Но раз нет, так нет.

Я взяла два серебряных и пошла дальше, думая о своих сережках. Отошла за поворот и провела эксперимент с заработанными монетами. Положила их в траву, отошла на несколько шагов, а потом подошла ближе. Наклонилась. Еще наклонилась. Качнула головой, чтобы сережка ударилась о щеку.

Ничего.

Может, работает только с золотом? Или мне показалось?

Дальше уже было дело чести разгадать тайну украшения. Я сняла одну сережку, сжала в руке и шла по городским улицам в поисках сокровищ. Конечно же, золото на каждом углу не валялось. Это мне тогда с империалами повезло!

Я шла в направлении окраины города в течение часа, но так и не ощутила заветного жжения. Неужели показалось? Как проверить? И тут я увидела ювелирную мастерскую. А вот и отличный шанс!

Спустя пять минут и один внимательный взгляд хмурого мужчины я убедилась – камень становится горячим рядом с золотом, которого я еще не брала в руки. Стоит взять – и он тут же охлаждается.

Так вот почему я не ощущала жжения, когда при мне были золотые! И вот почему чувствовала тепло, когда попадала на чужое богатство.

Я могу находить золото! Прекрасная новость, но крайне нестабильный доход.

– Слышал? – начал с порога ювелирной посетитель, обращаясь к мастеру.

– О чем? – Ювелир наконец оторвал хмурый взгляд от меня, не забыв забрать из моих рук кулон, на котором я проверяла магию своих сережек.

– О визе талантов к драгхарам! Облегчили условия, расширили список! Весь город гудит. – Посетитель снял шляпу и положил на прилавок.

– Что это такое? Первый раз слышу.

– Как? Тогда слушай сюда! Если ты хорош в своем деле и драгхи видят в тебе перспективу, ты можешь обосноваться у них на вполне законных основаниях. Они даже помогут тебе первое время с жильем и устройством.

– Зачем мне это?

– Хотя бы затем, что там получать будешь раз в десять больше. Климат более мягкий и теплый.

– У меня от их ауры мурашки по коже!

– Так все придумали за тебя – выдают защитные амулеты. Давай! Подай заявку. Ты все равно одинокий, семьи нет. Говорят, потомки драконов очень ценят все, что касается золота.

Ювелир строго посмотрел на меня:

– Миледи, вы что-то хотели?

Судя по его тону, он не мог определить, к какому социальному слою я отношусь. Подозревал в низкородности, но подстраховался обращением.

– Спасибо, я пока присматриваюсь, – поблагодарила я и пошла на выход.

Больше здесь мне делать нечего.

Открыла дверь, шагнула и врезалась в огромную крылатую фигуру.

– Простите. – Я в ужасе опустила голову как можно ниже и попыталась обойти драгхара.

Но он не дал.

Я видела только ноги, размер которых вдвое превышал мой, и этого уже было достаточно, чтобы по моим венам потек чистый страх.

– Извините. – Я еще раз попробовала обойти драгхара.

Он убрал крылья, и солнечного света стало больше. Однако подвинуться и пропустить меня на узком крыльце он не спешил.

Чтобы протиснуться мимо него, мне нужно было буквально просочиться между его боком и ограждением, но даже на это я была готова. Попробовала провернуть трюк справа – он прижался к перилам. Попробовала слева – он следом.

Неужели это мой преследователь? Жених? Нашел-таки?

Паника ударила в голову так, что закружилась голова. Он сейчас меня схватит? Если так, то вряд ли кто-то придет мне на помощь и выступит против громилы.

Преодолеть столько всего, чтобы вот так легко быть схваченной?

– Миледи, – бархатным голосом, от которого у меня внутри все задрожало, обратился он ко мне.

И отступил, открыв путь.

Что? Пропускает? Точнее – отпускает?

Я едва смогла сдвинуться с места. Спустилась по ступеням с ощущением, словно арендовала чужие ноги. Не оборачиваясь, не глядя на крылатого, пошла по улице, постоянно ускоряя шаг, а потом и вовсе подобрала подол платья и пустилась бежать.

Снова это ощущение, словно кошка играет с мышкой. Снова чувство, что меня вот-вот схватят.

Надо с этим что-то делать. Спрятаться так, чтобы не нашли. Найти безопасное место.

Не знаю, случайный ли это незнакомец встал на моем пути, или это тот, кто шел за мной по лесу. Охотник за угольками или жених. Я все равно предпочитала оказаться от него как можно дальше.

Я остановилась, только пробежав два квартала, чтобы перевести дух и убедиться, что нет погони. Мимо меня по делам спешили слуги, прогуливались более состоятельные жители города. Торговали с прилавка пирожками уличные торговцы. Обычная городская суета. И ни одного драгхара.

– И что? Прям-таки личная неприкосновенность? – донесся до меня разговор двух молодых слуг, идущих мимо.

– Говорю тебе! Мой хозяин подал на визу талантов, прошел и теперь не знает печали! Здесь у него было долгов по самую макушку – ничего теперь предъявить не могут, после того как он оказался на материке потомков драконов. Там людских законов не признают, а талантливым еще и помогают на государственном уровне. Только мне теперь новую работу искать придется. А в доме твоих господ никого не ищут?

Они уже ушли дальше, а у меня в голове до сих пор повторялись их слова. Неприкосновенность. Не действуют людские законы.

Конечно! Наверное, наш с сестрами брак с драгхарами для тех был лишь бумажкой, которую можно смело бросить в камин. Поигрались и бросили умирать, уехали к себе на материк. Или же туда забрали, чтобы закрыть дома, чтобы света белого больше не увидела.

Оказывается, есть и другие случаи. Иногда они ценят людей. Только для этого нужно доказать свою пользу.

Вот если бы можно было мне туда попасть! Там ушлый дядюшка никогда не будет меня искать. Может быть, даже соглашение о браке будет недействительным. А если даже будет, эта самая виза талантов спасла бы от посягательств.

Но что я могу?

Сережка обожгла щеку. Я посмотрела вниз. Ничего. Переставила ногу и увидела, что стою на золотом.

И тут меня осенило – у меня есть талант! В ювелирной лавке клиент как раз говорил мастеру, что драгхары высоко ценят все, что касается золота. А я его нахожу!

Я пустилась догонять двух слуг. Мне нужно срочно узнать, где господин одного из них получал визу талантов!

***

Идти в консульство драгхаров было страшно. Во-первых, вокруг крылатые. Во-вторых, меня не покидали мысли, что надо мной посмеются. В-третьих, я никогда не бывала в подобных местах.

Но еще на подходе я поняла, что все не так мрачно, как я себе рисовала. Никогда не подумала бы, что буду радоваться толпе и очереди. Я заняла за тучным мужчиной, и тут же за мной встали две подруги-служанки.

– Я могу выпить три ведра бульона. Или съесть восемьдесят восемь пирожков, – повернулся ко мне незнакомец, что стоял впереди. – А вы?

Пока я растерянно подбирала ответ, отозвались две служанки позади:

– А мы вдвоем можем почистить контейнер картошки за час!

Ого. Вот это таланты.

– Это пустяк, – сказал молодой парень из очереди впереди. – Я вот могу ходить на руках как на ногах.

– И чем это пригодится драгхарам? – отозвалась одна из девушек позади меня.

– Вот у меня полезный талант – я могу рассказывать сказки не переставая, – заявила высокая женщина впереди. – Меня все тут знают как великую сказочницу. Скоро узнают и на континенте потомков драконов.

О!

Вот это компания попалась. Может, я так же со своим даром выгляжу? Нужно как следует подумать, как выгодно преподать себя. А то после таких талантливых людей, боюсь, у драгхаров в консульстве соль в глазах и вата в ушах.

За время, пока подошла моя очередь, я насмотрелась на всяких умельцев: и на человека, который мог завязывать ноги в узел, и на старика, что пересчитывал в уме невероятные числа, и даже на леди, которая верила, что влияет на заход и восход солнца.

Поэтому когда я приблизилась к входу, то не удивилась, что пускают сразу по три человека. При этом очень часто через минуту всю троицу выпускают. Присмотревшись внимательно к входившим и выходившим, я отметила, что с момента моего наблюдения только двое остались внутри. Тот самый старик, который проводит сложные вычисления в уме, и еще один молодой мужчина. Остальные все спускались по ступеням консульства с грустными лицами.

Настала моя очередь. Я как раз входила в группу с тучным мужчиной, любителем поесть, и двумя служанками, которые с невероятной скоростью чистили картошку. Как эти двое собирались демонстрировать свои таланты с пустыми руками, я не знала, но хотела посмотреть.

Нас провели внутрь по белоснежному коридору с золотыми вставками, и во мне начала теплиться надежда: а вдруг?

Но стоило открыть двойные двери и увидеть четверых драгхаров за длинным столом, как я сильно засомневалась в хорошем итоге.

Они сидели с такими «заинтересованными» лицами, словно заранее поставили на нас крест. Двое из драгхов общались между собой. А еще я впервые увидела женщину их расы. Она была такой же высокой, как мужчины, с крупными чертами лица и смело одетой. На ней был свободный пиджак, рубашка, и я даже боялась посмотреть, что под столом. Неужели брюки?

Мужчины-драгхи тоже придерживались официального стиля, но делали это по-своему. Я слышала, что они не любят давящих вещей, которые стесняют движения, поэтому подход к одежде у них особый.

И я убедилась в этом: один, одетый в широкую рубашку, накинул пиджак на плечи. Второй был в одежде, которая сидела на его мощной фигуре как вторая кожа, но при этом была эластичной. Я впервые видела такие ткани. Третий был в черном. Рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты, сидела четко по фигуре и подчеркивала сильные плечи. Рукава были фривольно подвернуты на треть. За такое джентльмены были бы тут же с позором выгнаны из общества, но только не драгхары. Им можно было все.

Лицом этот потомок драконов больше походил на лиса: вытянутые вверх уголки миндалевидных глаз, тонкий нос и губы, острый подбородок. Он отличался от трех представителей своей расы с их крупными чертами лица, но в то же время не было сомнений в том, что он драгхар.

– Начинайте. – Драгхарка первой обратилась к тучному мужчине.

Я удивленно посмотрела на других представителей комиссии за столом. Они дали право первой говорить женщине? И никто не пронзил ее за это осуждающим взглядом? Похоже, на материке потомков драконов совсем другие порядки!

Толстяку тут же указали на дверь, не успел он договорить.

– Теперь вы, – обратился ко мне тот самый, с лисьим взглядом.

Я едва слышно прочистила горло, прикусила щеку и сказала:

– Я чувствую золото и могу его находить.

В помещении повисла тишина.

– Чувствуете? – спросила драгхарка. – Магией?

Как метко она била. Любой тест на магические способности покажет, что я недалеко ушла от нуля. Но сказать, что дело в сережках, значит самой убить шанс.

– Да. Я могу понять, где спрятан сундук с золотыми, когда встану над ним. Или что подо мной лежат три империала. Или что я наступила на золотой, – перечислила я реальные случаи, которые происходили со мной.

Драгхар с накинутым на плечи пиджаком посмотрел во внутренний карман верхней одежды и сказал:

– Камень истины говорит, что она не врет.

И по очереди оглядел всех присутствующих членов комиссии. На меня пристально посмотрел драгхар с лисьим взглядом:

– Только золото?

– Не уверена, но похоже на то. Я находила так только золото.

Две девушки рядом со мной засуетились. Я обернулась и увидела, что одна из них вот-вот упадет в обморок, а вторая обмахивает ее ладонью.

Внимание драгхаров тоже тут же переметнулось на служанок.

– Вам нехорошо? – спросил один из них.

– Из-за ауры, наверное, – прошептала девушка, которая поддерживала подругу в трудную минуту.

– Здесь есть защитный камень, минимизирующий наше подавляющее воздействие, – ответила драгхарка, а потом спросила: – С чем вы пришли?

– Мы… мы можем очень быстро чистить картошку. Очень, – сбивчиво заверила служанка.

– В обмороке быстро не почистишь. Можете быть свободны.

Девушек отпустили. Все взгляды снова сосредоточились на мне.

– Итак, миледи, золото, – обратился ко мне мужчина в черной рубашке.

Он вышел из-за стола. Какой высокий! Я сама не маленького роста, а тут просто великан.

Драгхар остановился рядом со мной и заглянул в глаза:

– В обморок падать не собираетесь?

– И не думала.

Взгляд такой, словно он смеется про себя. Или будто соблазняет. Или… Даже не знаю, как описать. Такой взгляд я видела у тех высокородных джентльменов, кто знал, что привлекателен, обаятелен и положит на лопатки любого одной только фразой. Таких я всегда обходила стороной!

Он протянул мне два сжатых кулака:

– В какой руке монета?

Я посмотрела в его глаза еще раз. Издевается? Детская игра в угадайку!

Но другие драгхары так внимательно следили за нами, что я не посмела отказаться. Придвинулась поближе к кулакам, чуть наклонив голову. Так, чтобы сережка коснулась щеки.

Сначала левый кулак. Потом правый. Снова левый. Правый.

Ничего.

Я распрямилась и посмотрела на драгха:

– У вас нет золота в руках.

Я поправила косу, дотронулась до сережки и увидела свечение у мужчины из середины груди. Неужели я могу видеть и так? Это просто удивительно!

– Но здесь есть. – Я показала драгху на солнечное сплетение.

Миндалевидные глаза широко распахнулись от удивления.

– Милочка, если тебе стыдно смотреть на расстегнутые пуговицы рубашки, то мне нет. И я тебе точно скажу: там нет никакого кулона. Это же видно! – засмеялась драгхарка.

Но мужчина в черной рубашке не смеялся. Он смотрел на меня с удивлением.

– У меня нет кулона. Нет булавки. Нет запрятанных на ткани золотых деталей…

– Вот, а я что говорю! Следующий! – громко возмутилась драгхарка.

– Я не договорил, – повысил голос драгхар с плутовскими глазами. – Но внутри меня действительно есть золотой предмет. Ровно там, куда указала девушка.

Мгновенно реакция трех драгхаров за столами изменилась. Словно хищники, что почуяли добычу, они подались вперед, положив руки на стол.

И в этом они были так синхронны, что не осталось сомнений в зверином происхождении их поведения. Легенды не лгут. Драгхары – потомки драконов, и они очень любят золото. А еще они – ходячая смерть для человека.

– Лейвар, проверишь леди? А мы пока тут быстро всех остальных посмотрим и присоединимся, – сказал драгхар в накинутом пиджаке.

– Не спешите. – Лисьи глаза сощурились до щелок. – Прошу вон в ту дверь, миледи.

Узкая панель была окрашена в цвет стен и не сразу бросалась в глаза. Стоило на нее надавить, как она открыла проход во внутренний сад. Экзотическая зелень здесь росла до самого стеклянного потолка. Размером сад был как несколько комнат.

– Подскажите, пожалуйста, а правда, что по визе талантов вы обеспечиваете неприкосновенность? – Я должна была уточнить.

А то весело бы получилось: я приплыла на материк прямо в руки женишку, а он поблагодарил за быструю доставку и закрыл у себя в доме. Ведь нет никаких гарантий, что покупатель невест живет на континенте людей и я убегу от него, а не к нему.

Лейвар почему-то слегка улыбнулся, прежде чем ответить:

– Неприкосновенность от чего? Если вы имеете в виду дипломатическую, то поспешу вас огорчить. Убьете кого-то – и вам не позавидуешь.

– Нет-нет, никаких преступлений. Скажем так: действуют ли на территории драгхаров договорные обязательства людей?

Мужчина (можно же назвать так драгхара? Похож же!) потер ладони, отвел глаза в сторону и сказал:

– Долги мы взыскиваем, только если кредитор драгхар. В остальных случаях это нас не касается. Вы кому-то крепко задолжали, миледи?

Я замотала головой, нарушая все правила этикета. Хотя когда я их придерживалась?

– Нет. Я никому не должна денег и чиста перед законом.

Как бы узнать про брачные договоренности? Напрямую спросить нельзя. Вдруг он задержит меня и передаст жениху?

– Тогда вам нечего бояться. – Лейвар достал толстую тканевую ленту из ящика, которую использовали для подвязки больших растений, и встал позади меня. – Не двигайтесь.

Я бы так не сказала – что нечего бояться. У меня сейчас душа сбежит из этого места, забыв про тело.

Меня коснулась только лента, но было ощущение, словно Лейвар не тканью, а пальцами дотронулся до моей щеки, провел по шее и плечу.

Глаза накрыла повязка, узел туго сел на затылке.

– Сейчас я спрячу золото в этом саду. У вас будет пять минут, чтобы его найти. Справитесь?

Я вспомнила примерный план сада.

– Но я боюсь поломать растения.

– Они не такие хрупкие, как вы думаете. И я вам помогу. Буду держать за руку, – донесся мужской голос из глубины домашнего сада.

Я кивнула. Сама же крутила в голове слова и так и этак. Все для того, чтобы вытянуть из драгхара нужную информацию.

Лейвар встал вплотную позади меня. Я ощутила это всем телом, хоть он меня и не касался. Уверена – стоит мне чуть отклониться назад, как я спиной коснусь его груди.

– Вперед, миледи. – Он наклонился и шепнул мне слова тоном, который вызвал ощущение щекотки.

Я сделала два шага, и Лейвар схватил меня за руку.

– Аккуратно! Впереди крайне кусачее дерево. Не смертельно, но почесаться недели две придется, – с этими словами драгхар повернул меня чуть левее.

Он не вел – следовал за мной, немного поправляя траекторию ходьбы. Я же попыталась сосредоточиться на ощущениях, наклонив голову вниз. Прошла минута, вторая, но я так ничего и не ощутила.

– Не волнуйтесь так, миледи, – шепнул Лейвар, и я поняла, что намертво вцепилась ему в руку.

– Простите, – тоже шепотом ответила ему.

И тут ощутила под собой золото. Не по жжению, не по касанию серьги к коже. Просто поняла: оно подо мной. Много.

– Здесь.

– Вы уверены?

– Да.

– Но я спрятал монету в другом месте.

– Может, монета и в другом, но здесь целый ящик. – Я свободной рукой сняла с себя ленту и посмотрела вниз.

Подо мной плоскими камнями была выложена дорожка. Она поросла мхом, низкой травой и точно давно не перекладывалась.

Наши с Лейваром глаза встретились. Он смотрел на меня с небольшим разочарованием и удивлением. Словно просил взглядом не спешить.

Я увидела, что моя правая ладонь до сих пор держит его руку, и отдернула ее, словно ошпарилась. Получила в ответ понимающую улыбку.

– Удивительно, да? Но может, подумаете еще раз, прежде чем настаивать?

Он подсказывал мне как мог – я это понимала. Но в душе была настолько уверена, что золото подо мной, что спросила:

– Есть лопата?

Лейвар на мгновение улыбнулся так, что я забыла обо всем на свете. И о золоте, и о женихе. Невероятная улыбка. Нечеловеческая по своей притягательности.

Теперь понятно, почему угольки идут на это. Наверное, в драгхарах есть какой-то дар очарования, который кружит головы.

– Если вы так настаиваете. – Лейвар шутливо поклонился и ушел, а через минуту уже принес лопату.

Я протянула руку, чтобы взять, но драгхар не дал.

– Где копать? Показывайте.

Я указала на место, где стояла.

Лейвар поддел острием лопаты камни, отбросил их руками в сторону, не боясь испачкаться в земле, а потом копнул раз. Отбросил в сторону. Копнул другой. Отбросил. Посмотрел на меня с улыбкой: «Делаю, но готовься к провалу».

Неужели я ошиблась?

Третий раз полотно лопаты с лязгающим звуком уперлось во что-то. Лейвар вскинул голову и посмотрел на меня:

– Миледи?

– Открывайте, господин Лейвар. Открывайте! – улыбнулась я.

Еще несколько взмахов лопаты – и на свет показался железный короб с замком. Ударом штыка сломав затвор, драгхар открыл крышку и присвистнул. Ахнула только что вошедшая троица членов комиссии.

– Виза ваша! Ваша! – заголосила драгхарка.

Меня проверили еще десять раз на разного рода золотых изделиях, и я ни разу не промахнулась – нашла все до единого. И кольцо, и цепочку, и монеты, и даже слиток.

– Это победа! – провозгласила драгхарка.

Такое ощущение, что она радовалась сильнее меня. Впрочем, тот сундук с золотом, что я нашла, девушка не выпускала из рук, несмотря на всю его тяжесть. Еще и пальцы туда постоянно запускала, перебирала монеты с таким выражением лица, с каким Ада кошек гладила.

Меня же терзали вопросы, которые я не успела задать. А то попаду на континент драгхаров, а там все станет только хуже. Поэтому я нашла возможность и потянула Лейвара за край рукава, отвела в сторону.

– Простите. Вы, случайно, не знаете, в империи Аднар, на вашем материке, узаконены браки людей и драгхаров?

Лейвар посмотрел на меня снисходительно:

– Как может быть законно то, чего не существует?

Я так опешила от его ответа, что не сразу нашлась что сказать.

– Но… – я совсем зашептала, – у нас, в Норридане, это существует.

– Союз невозможен, потому что человек в браке с нами обречен на скорую смерть. Так зачем узаконивать такие вещи? Или вы, миледи, хотите найти себе опекуна на нашем материке?

Я отшатнулась:

– Что вы! Ни за что. Наоборот – хочу чувствовать себя в безопасности. Знаю, что здесь такие случаи есть.

Драгхар посмотрел на мои губы, и их словно закололо. Мне показалось? Что такое? Наверное, я просто перенервничала.

– Вы про угольков? Они знают, на что идут.

Не все. Вот мы с сестрами стали бы игрушками не по своей воле, не узнай вовремя и не сбеги.

– Значит, это незаконно? – еще раз переспросила я.

Должна же я получить прямой ответ. Мне это очень нужно!

– Наш император, Рондалл Адерфор Даргаррон, правит империей железной рукой, – ответил мне драгхар, глядя так, словно хотел прочитать мои мысли.

Про нашего короля тоже так говорили. И что? Ладно, спрошу по-другому:

– Значит, у меня будет неприкосновенность?

– Если не нарушите законов драгхаров, будете жить припеваючи с вашим даром. А я как ваш куратор прослежу за вашим благополучием.

– Куратор?

– Конечно. Вы же будете в новой среде, да еще с таким серьезным талантом. Я помогу вам адаптироваться.

– Вы поедете со мной?

– Мы поплывем. Надеюсь, у вас нет морской болезни?

Я смутилась. Не знаю почему.

– А вы всех так сопровождаете?

– Конечно. Таланты – редкость. Вы же видели, какие кадры приходят. Но есть настоящие сокровища. Вот как вы.

Он назвал меня сокровищем! Я понимала, что это означает ценность моего дара в прямом смысле слова, но все равно отвернулась, чтобы скрыть красные щеки.

Что ж, ладно. Если у них такие правила, то кто я, чтобы сопротивляться?

– Когда отплываем? – спросила я, медленно поворачиваясь.

Лейвар посмотрел на огромный бутон цветка, словно сверял по нему время:

– Ближайший корабль отходит через два часа. Следующий надо ждать до завтра.

Я вспомнила, как столкнулась у ювелирной мастерской с драгхаром. Я не уверена, есть ли за мной погоня, но перестраховаться никогда не будет лишним. Я оставила след от портала, ходила по Горту без камней, которые могли запутать след. Нет, я точно еще в опасности. Время – жизнь!

– Как насчет сегодня? Вы успеете? – спросила я.

– А вам не надо собраться? – удивился драгхар.

– Все мое при мне. Я готова к путешествию.

Лейвар кивнул, не выдав мимикой своих мыслей. А я боялась, что он вот-вот спросит о разрешении опекуна, так как леди едет одна, или разведет подобную патриархальную бюрократию, но он ни на секунду не усомнился в женской самостоятельности.

Может быть, на континенте потомков драконов не так уж и плохо?

***

У меня было два часа до отплытия и один империал, чтобы починить почтовый артефакт, но драгхары запретили покидать консульство.

Меня привели в рабочий кабинет с огромными окнами и без привычных ламбрекенов, тяжелых штор и больших кистей, которые бы их подхватывали. Это было так необычно, что я засмотрелась в окно.

– Нужно оформить все документы. – Лейвар положил передо мной стопку бумаги. – Это анкета, соглашения и прочая обычная документация.

Я еще в делах винодельни поняла, что когда говорят «типовой договор, обычная процедура» – это сигнал быть в два раза внимательнее и читать мелкий шрифт.

Конечно, все два часа я убила на то, чтобы не быть облапошенной. Даже отказалась подписывать один документ страховки, который оповещал о договоре моего опекуна.

– Это я подписывать не буду.

Лейвар спорить не стал, просто убрал отвергнутые мной бумаги в ящик стола.

– А теперь, леди Лэйн, нам нужно поторопиться, чтобы успеть на корабль.

– Сколько мы будем в пути?

– Наш корабль дипломатический. С изнеженными людьми, так что в Аднаре будем к завтрашнему утру.

Я так и не поняла, быстро это или медленно по меркам драгхара, учитывая «изнеженных» пассажиров.

– Нам пора, миледи! Если по пути почувствуете что-нибудь в земле – дайте мне знать.

На воде едва покачивался огромный корабль. Отличительной особенностью его были невероятно большие паруса.

– А судно плывет не при помощи артефактов? – спросила я Лейвара, когда мы поднимались по трапу.

Драгхар загадочно улыбнулся:

– Вы все-все увидите.

Мы прошли по палубе к носу корабля, и я замерла от удивления. У штурвала под навесом от солнца висел гамак, а в нем качался драгхар (ни у кого из людей не было таких длинных ног в шортах, которые он позволил бы себе раскинуть в разные стороны).

На палубе уже стояла небольшая делегация людей в костюмах, и среди них я узнала того самого опоздавшего старичка. Он помахал мне шляпой, а я вежливо кивнула. Заметила, что и Лейвар едва заметно кивнул. Похоже, мы оба знали этого дипломата.

Народу все прибывало. И все смотрели на мирно отдыхающего в гамаке драгхара, словно он должен был сделать что-то необыкновенное.

Раздалось три свистка подряд. Потомок драконов встал, поправил распущенные светлые волосы так, чтобы они струились только по спине, а не по плечам, оглядел зрителей, кивнул Лейвару и задержал взгляд на мне. Я думала, он меня проигнорирует, но я тоже удостоилась кивка. В ответ сделала легкий реверанс.

– Бросьте эти древние манеры, миледи. На Аднаре можете забыть их все, как страшный сон. – Лейвар облокотился на перила.

В это время блондин, словно дирижер оркестра, взмахнул рукой, и паруса надул ветер. Мы поплыли!

Теперь я поняла, чего все ждали. Драгхар обладал силой воздуха, и при его помощи этот корабль будет пересекать море.

– А вы мне еще про древности говорите. Корабли давно ходят на артефактах.

– Но так же эффективно, не правда ли? Сила одного драгхара везет порядка пятидесяти созданий и целый корабль грузов.

Ясно. Все рассчитано на зрелищность. Дипломатов полагалось развлекать, едва берег остался позади.

– Интересно, а каюты у вас тут тоже уникальные? – спросила я.

– Какие каюты? Позвольте показать вам устройство пассажирской зоны.

Лейвар завел меня через открытую дверь внутрь, и я с удивлением заметила ряды полулежачих кресел с индивидуальными столиками.

– Такие места позволяют и бодрствовать с удобством, и спать с комфортом. А еще принимать пищу, не переходя в другую зону.

Для меня это было так шокирующе, что я встала на месте. Как это? Все вместе? В одной большой комнате? И мужчины, и женщины? Люди и драгхары?

Спать рядом?

– Вижу, вы поражены.

– Не могу подобрать слов, чтобы описать силу моего удивления. – Я моргала, надеясь, что это все мне мерещится.

Первой моей реакцией был чистый внутренний негатив и неприятие. Все было не так, как я привыкла. Никакого личного закрытого пространства, никакого полового деления. Но когда мы с Лейваром сели в кресла, я оценила мягкость и комфорт посадочного места. А еще напиток на столике и вкусный перекус.

– Для драгхаров превыше всего удобство.

– А если нужно переодеться?

– Есть просторные уборные. Тем более мы не две недели плывем, а всего восемнадцать часов.

– У вас все корабли такие?

– Нет. – Лейвар откинулся на спинку, нажал на что-то, и кресло стало почти лежачим. – Военные корабли совсем другие. Или те, на которых передвигаются только драгхары. Здесь, леди Лэйн, все рассчитано на эффектность. Когда вы приплывете на Аднар, увидите, как живут обычные драгхары.

Я молча выслушала, чувствуя, что начинаю нервничать. Правильно ли я делаю? Может, прыгнуть в воду и поплыть обратно? Что меня ждет в этом неизведанном мире?

– Может, пока расскажете о себе? Как оказались в Горте и почему одна? В чем причина такой спешки? И почему без багажа? – Хоть у Лейвара и был расслабленный вид, вопросы он сыпал отборной очередью.

Я напряглась еще сильнее. Пожалуй, возьму с него пример и посплю. Я откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и через несколько секунд почувствовала, как опора опускается вниз.

– Это я. Не волнуйтесь. Так будет удобней.

Я боялась открыть глаза. И без того ощущала, что драгхар непозволительно близко.

– Леди Лэйн, можете дышать. – Лейвар вернулся на свое место.

Я открыла глаза, лишь когда разнесли ужин. Было так необычно от количества людей рядом, что я не смела взглянуть по сторонам. А потом наступила ночь. Я заснула так крепко, что проснулась, только когда вокруг все встали и засуетились.

– Доброе утро, миледи. Мы приплыли! – Лейвар выглядел таким по-домашнему сонным, что это никому нельзя было показывать.

Я схватилась за лицо. Неужели я выгляжу так же?

– Мне нужно в уборную!

Я помчалась приводить себя в порядок, топчась за спинами дипломатов, которые выходили на палубу. Когда я умылась, убедилась, что выгляжу вполне свежо, и вышла в пассажирский отсек, Лейвар уже был один. Вот только выглядел он как-то не очень хорошо.

– С вами все в порядке? – спросила я, пока мы выходили на палубу.

– Не совсем. Похоже, меня отравили.

Я тут же заозиралась по сторонам, чтобы позвать какого-нибудь драгхара на помощь.

– Тихо. Не показывайте виду. Нам нужно выйти так, словно ничего не случилось. Возьмете меня под руку?

Не знаю, чем ему это помогало, но я не посмела отказать. Взялась за локоток Лейвара и пошла так к трапу. Его заметно шатало. А еще я ощущала себя невероятно маленькой. Непривычно мелкой, с моим-то ростом!

Я бросила взгляд на берег и забыла обо всем. Золотые крыши белых домов на несколько секунд ослепили меня.

Лейвар наклонился к моему уху и прошептал:

– Вивьен, как только спустимся с трапа, нас встретит контроль. Это не займет много времени. После мне понадобится ваша помощь.

– Вызвать врача?

– Нельзя. Все должно быть тихо. У меня в доме есть противоядие. Нам нужно добраться туда. Запоминайте адрес: улица Ярких Луж, дом 15. Это на случай, если Яша прохлаждается.

Что за Яша, я так и не поняла, но предположила, что встречающий.

Лейвар выглядел так бледно, что я не посмела с ним спорить. Он лучше знал местные порядки и угрозу, которая над ним висит. Поэтому я максимально медленно сошла с ним с трапа, старательно изучая взглядом берег, чтобы показаться любознательной путешественницей, а не девушкой, прикрывающей плохое состояние драгхара.

– Я не думала, что потомки драконов такие нежные, – тихо прошептала я своему спутнику.

Высокий же, мощный, а шатается! Как легко его отравить.

– Миледи, дозы, что я получил, хватило бы, чтобы сотня людей полегла. Я же еще иду и поддерживаю с вами светскую беседу.

– Ох, простите!

Нам наперерез вышли два драгхара:

– Добро пожаловать на Аднар.

Лейвар протянул документы одному из них. Зашелестели страницы небольшой книжечки, а потом я удостоилась очень внимательного взгляда.

– Золото? – переспросил второй из пограничников у первого.

Он тоже сунул нос в мои документы.

– По визе талантов не разглашают информацию о даре. Мне стоит спросить ваши номера? – Лейвар поговорил с ними назидательным тоном, и нас быстро отпустили.

Удивительно, но когда он общался, то выглядел прекрасно. Вот умеет взять себя в руки! Мое почтение.

– Вы как? – спросила я, когда мы отошли подальше.

– Сейчас упаду, – со смешком выдал мой спутник.

И то ли шутил, то ли смеялся над собственным бессилием. Как тут понять?

– Образно выражаясь, надеюсь? Я не смогу вас поймать.

– Тогда поторопитесь, Вивьен. Идемте к красной карете вон на том пятачке. – Лейвар вложил мне в руку золотую монету со знаком дракона на одной стороне. – Покажете этот знак Яше, если я выключусь.

– Держитесь, Лейвар.

Мы так быстро перешли на обращение по имени, что я сама не заметила. Вышло как-то слишком естественно, будто мы так давно общались. Хотя, по сути, он был для меня незнакомцем. И если бы не его плачевное состояние, я непременно попросила бы его вернуться к прежней форме общения.

Но кто этот Яша? Почему он ждет в карете, а не бежит навстречу? Водитель?

Краем глаза я отметила, что человеческим дипломатам драгхары открывали порталы прямо на пирсе. Интересно, почему Лейвар не пользуется такой быстрой возможностью оказаться в другой точке? Дорого? Нет с собой? Или из-за отравления?

Некоторые кареты на стоянке встретили нас привычной формой, а вот некоторые так и манили чудаковатостью. Но у меня еще будет время изучить все на этом материке, а пока мой спутник слишком подозрительно кренится в мою сторону.

– Куда нам? – Я посмотрела на Лейвара, а он прикрыл глаза и не отвечал.

Хорошо, хоть стоял рядом.

Красная карета. Тут их три.

– Яша… – тихо позвала я, чувствуя себя ужасно невоспитанной барышней, что, как торговка, кричит на улице.

Никто не откликнулся. Лейвар еще сильнее завалился на меня.

– Яша! – закричала я уже без оглядки на воспитание – во весь голос.

Что за дурацкое имя? Как кличка у собаки!

И тут я увидела, как из одной кареты, теряя карты и монеты, выкатывается маленькое создание не больше метра ростом. Встает на две ноги, звенит кольцами в остроухих ушах, быстро собирает деньги и карты с земли и говорит:

– Бегу-бегу, миледи!

– Яша? – переспросила я.

И тут почувствовала, как колени Лейвара подкашиваются, а сам он заваливается на меня.

– Яша! – это уже был крик о помощи.

Удивительно проворно Яша подхватил Лейвара и взвалил на себя. Со стороны казалось, что драгхар парит невысоко над землей.

– Не сочтите за труд открыть дверь, миледи! – Яша дотащил Лейвара до одной из красных карет, а потом ловко запихнул хозяина внутрь.

На миг мне показалось, что драгхар очнулся и помог ему, но когда я забралась в салон, то убедилась, что мой куратор бледнее облака.

Я протянула Яше золотую монету с драконом, и создание тут же мне поклонилось:

– Домовушка Яша к вашим услугам, хозяйка. Куда прикажете везти?

Хозяйка? Эй, ладно. Сейчас не до этого.

– Домой, – сказала я.

Это прозвучало так странно.

Карета порадовала бы простором, если бы потомок драконов не был таким огромным. Хорошо, хоть крылья ни разу при мне не выпускал, а то бы сейчас внутрь было не войти: один диван заняли торс и голова драгхара, а ко второму тянулись его длинные ноги. Пришлось перешагивать, подбирая юбку платья. Хорошо, что этого позора никто не видел!

Я сначала расположилась на диване напротив, но Лейвар постоянно норовил свалиться вниз, и я устала прыгать туда-сюда, не давая ему скатиться на пол. Поэтому я села к нему на диванчик и положила его голову на свои колени. Так он хотя бы перестал падать.

Непозволительная близость для леди. Но сейчас же нас никто не видит, верно?

– Яша, – обратилась я громко к домовушке, не зная, слышно ли меня.

Тишина.

Похоже, внутри стояли антипрослушивающие артефакты. Ни воды попросить, ни дозваться. Плохо!

А между тем Лейвар горел от жара, хотя кожа вся была бледнее белоснежных домов за окном. Я надеялась, что дома драгхару действительно окажут помощь.

Карета неожиданно остановилась. Яша открыл дверь и посмотрел на нас с глупой улыбкой. Чему он умиляется?

Я впервые обратила внимание на то, во что одет домовушка, – какое-то плетение из трав и листьев, но все иссиня-черного цвета. И покрой словно вторил вещам хозяина – на Яше было что-то похожее на рубашку и штаны с обтрепанными рукавами и штанинами. Из-за воротника у него торчали уголки карт.

– Добро пожаловать домой, миледи! – Яша сиял, словно получил самый дорогой подарок.

Похоже, он блаженный.

– Яша, Лейвару плохо. Позови домашних на помощь.

– Домовушка у хозяина только я. Я один справляюсь! – тут же нахмурился Яша.

– Я имею в виду членов семьи.

– А-а-а, у хозяина нет семьи. Теперь вы его семья.

– Я? Нет, ты не так понял.

Яша протянул мне монетку обратно и довольно улыбнулся:

– Все я так понял, хозяйка.

Ох, похоже, дело плохо. Если Лейвар надеялся на помощь Яши, то зря. Тот тронулся умом на солнцепеке пристани. Или проиграл соображалку в карты.

– Яша, помоги занести хозяина в дом.

– Легко! – Домовушка подхватил драгхара так, словно тот не весил в три раза больше меня, и спрыгнул с кареты.

От того, с какой силой шлепнулись ноги Лейвара о землю, я зажмурилась. Если бы Яша был больше, цены бы ему не было. А так он хозяином пересчитывал все – и ветки растений в саду, по которому мы шли, и каменные ступени белого дома. Хорошо, хоть руки драгхара прибрал.

– Открывайте, хозяйка! – торжественно сказал Яша из-под Лейвара, когда мы подошли к огромной двери.

Я дернула за ручку – она не открылась.

– Как, Яш?

– Так знак вставьте!

Знак? Монетку, что ли?

Я нашла круглое углубление и попробовала поднести туда кружок с драконом. Дверь тут же открылась внутрь.

– Располагайтесь, хозяйка! Сейчас хозяина положу и ттворк сделаю.

– Яша, Лейвару нужна срочная помощь. Он отравлен!

Домовушка уже скрылся за поворотом. Я пошла следом за ним, чуть не заплутала в комнатах, а потом услышала шум сверху. Лестница вела на второй этаж. Они уже там?

Яша встретился мне уже на лестнице и без ноши.

– Бежишь за врачом?

– Готовить ттворк!

Ох, сдохнет так твой хозяин, Яша!

Я подобрала юбки и побежала искать спальню, чтобы оценить состояние Лейвара. На ходу приказала:

– Яша, срочно неси чистую воду для питья, тазик с холодной водой и тряпку. А еще все лекарства в доме, которые есть.

– Хорошо, хозяйка.

Лейвар, держись!

Я зашла в приоткрытую дверь на втором этаже и споткнулась об увиденное.

Лейвар лежал на большой кровати раздетый, накрытый до пояса одеялом.

Когда Яша успел его раздеть?

Это был третий раз в жизни, когда я видела голый мужской торс. Первый раз это был щуплый конюх, когда я неожиданно вошла в особо жаркий день в конюшню. Второй раз – отец, когда доктор ставил ему банки. И сейчас – драгхар.

И эти три торса были абсолютно разными! Если конюха хотелось накормить, папу одеть, то Лейвара хотелось запечатлеть на картину. которую дамы хранили бы у себя в будуаре.

Мне раньше в голову не приходило, что есть такие идеально развитые тела. Не зря говорят, что у потомков драконов особое телосложение.

Сначала я отвернулась, хотела было пойти вниз, но остановилась, глядя на выход. Кто тогда спасет драгхара? На Яшу никакой надежды.

Мне нужно думать о Лейваре как о пациенте, которому нужна помощь. Если он умрет из-за моего стеснения, это будет верх человеческой глупости.

– Несу, хозяйка! – с этими словами Яша чуть не сбил меня с ног.

Расплескивая воду из тазика, он дошел до постели и хотел было опрокинуть все содержимое на драгхара, но я успела перехватить снаряд.

– Спасибо! – поблагодарила я и поставила тазик на прикроватную тумбочку из черного материала. – А лекарства?

– Так хозяин сам себя лечит. – Яша подергал пальцами в воздухе. – Магией!

О. Сам? И этому можно верить?

Я подозрительно посмотрела на домовушку:

– А в доме есть целебные травы?

– Конечно! – с этими словами Яша содрал с себя кусок рубахи и протянул мне. – Это ядрень, золотой морень и красноуст.

Под ноги Яши посыпались карты, которые домовушка тут же торопливо собрал.

Я посмотрела на кусок одеяния. И что мне с этим делать? Ни одной знакомой травы. Да и после носки, сомневаюсь, что это можно заваривать.

– Лейвар, как ты еще дожил до своих лет в такой компании? – спросила я у драгхара, который до сих пор был без сознания.

Я выжала полотенце, которое плавало в воде таза, положила на лоб мужчине и услышала шипение, словно вода попала на сковородку.

– Это еще что такое? Ты поджариваешься?

Я потрогала кожу на щеке. Он горел! Просто огонь!

Может, не зря Яша хотел его обдать ледяной водой?

Полотенце на лбу Лейвара мигом стало сухим, и я повторила процедуру.

– Яша, неси еще одно маленькое полотенце!

Я знала, что во время горячки очень важно понизить температуру тела, и собиралась сделать это за счет обтираний. Одно полотенце на лоб, вторым буду протирать тело. И тут уже не до стеснений. Лейвар сейчас сгорит заживо.

Яша принес полотенце и сел на краешек кровати, наблюдая за моими действиями во все глаза:

– Хозяйка, что делаете-то, что делаете?

– Понижаю температуру тела! Что же еще? Твой хозяин, Яша, борется с лихорадкой!

– Так лечится же…

– Как он лечится? Ни лекарств у вас нет, ни врача не вызвать. Будь мы на моей родине, я бы уже давно вызвала лекаря, обложила Лейвара амулетами и стабилизировала. А об этом месте я не знаю ничего!

– Это Драг-Нар, хозяйка! Столица империи Аднар. Вы все еще можете увидеть остатки старых замков людей, но все белые дома с золотыми крышами, как наш, – постройка драгхаров.

– Очень интересно, Яша, но сейчас немного не время для городских историй и лекций, – сказала я, окончательно убедившись, что домовушки совершенно не умеют оценивать реальность.

– Яша, неси простыню.

– Кровать застелена, хозяйка!

– Нужно заменить одеяло на более легкую накидку.

Я протерла ладони, торс, стараясь не думать ни о чем лишнем. Домовушка принес требуемое, и я с закрытыми глазами сорвала с Лейвара одеяло и накрыла его от живота до коленей простыней.

Теперь можно добраться до стоп и зоны на сгибе ноги. Это важные места, которые следует смочить, чтобы температура тела быстрее снизилась.

Я закончила круг и поняла, что этого мало. Нужно еще десять таких повторов минимум. И даже выработала последовательность: лицо, шея, торс, руки, ноги, стопы. Окунаю в тазик – и по новой.

После пятого круга я сделала перерыв. Мне показалось, что Лейвар стал менее горячим. Я выпила принесенный Яшей стакан воды, послушала его причитания «Хозяйка, что вы делаете? Что делаете?», а потом снова потрогала лоб драгхара.

Горяченный. Пожалуй, даже сильнее, чем прежде.

– Яша, тут есть ванна?

– Конечно. Вот здесь. – Домовушка указал дверь.

– Отлично! Набери ледяной воды, Яша.

Домовушка ушел исполнять просьбу, причитая что-то себе под нос. Я как раз завершила десятый круг обтираний, когда Яша отчитался о том, что ванна набрана.

– Помоги мне отнести туда твоего хозяина.

– Когда он хочет в туалет, он сам идет, – сказал Яша озадаченно.

– Яша, просто молча помоги мне отнести его туда! – Я теряла терпение.

Я переживала за судьбу драгхара. Совсем не хотелось, чтобы он умирал. Такой красивый, в самом расцвете сил. Ему еще жить да жить.

С трудом мы с бурчащим Яшей дотащили Лейвара в ванную.

– А теперь опускай его туда! – Я показала на огромную чашу воды в полу.

– Хозяйка! Ледяная же вода!

– Ему это надо! Давай.

– Но… но… – Яша мотал головой.

После похорон отца я так натерпелась от дяди, еле ноги унесла от погони, устала после путешествия, так напереживалась с Лейваром, и тут еще загвоздки.

Я попыталась снять драгхара с Яши, но случайно мы всем трио свалились в эту огромную чашу в полу.

Я вынырнула, убедилась, что голова драгхара не окунулась под воду, выловила Яшу и посадила его на край чаши.

Посмотрела на Лейвара. Он на глазах белел и словно усыхал.

– Яша! – в панике закричала я.

– Хозяйка! Это же огненный дракон! С ним так нельзя! – наорал на меня домовушка и топориком нырнул в чашу спасать хозяина.

Я в шоке замерла. Это я что, получается, сделала только хуже, а Яша все правильно причитал?

Чего нам стоило вытащить мокрого драгхара из чаши – не описать. Получилось долго, душевыморительно и сложно. Сделав это, я распласталась по кафелю.

– Яша, почему ты мне сразу не сказал?

– Я говорил! Мой хозяин лечится огнем, его просто нужно оставить в покое. А с вами, хозяйка, ему никакого покоя не видать.

Я виновато выдохнула, посмотрела на Лейвара, который выглядел еще хуже, чем когда-либо я видела. Он весь пошел синими пятнами и словно похудел раза в два. Похоже, я нарушила его магические потоки своими действиями.

Чего еще ждать от пустышки!

– Прости, Лейвар, – прошептала я, полная раскаяния.

***

С этого момента драгхар больше не страдал от жара, и это было, как выразился Яша, «красный змей раздери как плохо». Я уже поняла, что человеческими мерками Лейвара судить нельзя. Лихорадка для огненного дракона – лечение, а не горячка.

– Яша, почему он словно похудел вдвое?

Выглядел как мертвец, и я постоянно проверяла, дышит ли он.

– Так магию и жизненные силы израсходовал на борьбу с вашими холодными полотенцами, хозяйка, вот и иссох! – Домовушка накрывал Лейвара четвертым одеялом, из-за чего драгхара все меньше было видно в этой пуховой куче.

– Яша, может, позвать друзей хозяина? Они хотя бы дадут мне советы, как его лечить.

– Хозяйка, лучшее лечение от вас – отсутствие такового. Просто ничего не делайте. Я сейчас ттворк сготовлю, поешьте, поспите, а я за хозяином сам пригляжу.

– Я так не могу, Яша. Это же я виновата в его состоянии. Лучше скажи, чем я могу помочь. Во мне мало магии, но я могу работать руками. Разожгу камин. Разотру тело. Что надо сделаю.

Яша подозрительно сощурил глаза:

– Разотрете тело?

У меня загорелись щеки. О чем это Яша подумал? Или это я не о том думаю?

– Ты же сам сказал, что я его магические потоки нарушила. Как их восстановить? Согреть, размяв мышцы?

– Есть один способ, но он вам не понравится, хозяйка. Отвратительнейший. – Яшу передернуло.

– Какой?

Неужели согреть телом, как в некоторых романах, когда двое героев оставались в беде в холодном месте? О ужас! Это возмутительно!

– О чем вы думаете, хозяйка? – Яша сощурил глаза, словно прочитал мои мысли.

– А ты что имеешь в виду? – захлопала глазами я.

– Сказки! Больным драгхарам нужно рассказывать истории. Говорят, еще их предки-драконы сохранили на континенте дома тех людей, что умели рассказывать интересные легенды, – поделился Яша с таким лицом, словно терпеть не мог выдумки.

– Вот как. Сказки я знаю. Но они правда могут помочь?

– Только больше ничего не делайте, хозяйка. Я вас прошу. Вот в кресло садитесь и рассказывайте хозяину истории. А я вас накормлю, напою, пледик принесу.

Что домовушка и сделал, буквально примотав меня пледом к огромному креслу-качалке. Рядом поставил полную тарелку белых шариков, кувшин сока и чайник с заваренными ароматными травами. И я даже не отважилась спросить, уж не с рубахи ли Яши снят заваренный сбор.

У меня создалось такое ощущение, что домовушка старался меня обезвредить. Ттворк оказался вкусным, сладковатым и очень сытным, и, рассказывая сказки, я ощутила, как меня клонит в сон.

Поэтому я выбралась из кокона пледа, поднялась с кресла, чтобы проверить состояние Лейвара.

Казалось, он вообще не дышал!

– Яша! – позвала я. – Яша!

Домовушка пришел не сразу, помятый и заспанный, едва волоча ноги.

– Посмотри на своего хозяина. Мне кажется, ему стало хуже!

– Может, сказки неинтересные рассказываете? Мне тоже нехорошо. – Яша с трудом забрался на кровать, зевая, глянул на Лейвара, наклонился к нему и мигом проснулся.

– Караул, – прошептал домовушка с круглыми от ужаса глазами. – Мы его теряем! Хозяйка, я думал, мне от вас нехорошо, а это я просто больше не могу энергией хозяина питаться!

– Что делать? Как помочь? Кого можно позвать?

– Никого нельзя звать. Самим нужно справляться.

– Тогда что нам делать, Яша? Если нельзя охлаждать, ты нанес кучу одеял, может, согреть надо? Горячая ванна поможет?

– Тут нужны горячие источники с их огненными камнями.

– Тогда почему мы еще не там?

– Яша устал. Яша больше не может тащить хозяина. – Домовушка вдруг обмяк и лег рядом с Лейваром.

Я осталась один на один с неизвестной проблемой на чужом континенте без знаний, уже сделав одну роковую ошибку. Если куратор умрет у меня на руках, меня будут судить по местным законам и точно сотрут в порошок. Драгхары меня просто уничтожат.

– Лейвар, живи! Ты не можешь умереть! – крикнула я.

Начну с горячей ванны. Что там Яша говорил про камни? Я могу нагреть булыжники в камине. Жизнь с крупицами магии заставила нас с сестрами проявлять смекалку, так что я так быстро не сдамся.

– Драгхар, готовься жить припеваючи! – пообещала я.

Кажется, они с Яшей тихо застонали.

Вот говорил мне папа, что заниматься не своим делом сложнее, чем десять раз своим. Леди точно не созданы для ношения тяжестей, а уж тем более огромных драгхаров. Не знаю, как Яша справлялся с транспортировкой хозяина, но у меня получалось из рук вон плохо.

На одном из одеял я стащила Лейвара с кровати и уже готова была от всего отказаться. Стыд, стеснение – все это отошло по важности на второй план перед чувством усталости. От утомления все эмоции словно отключились.

Меня раз десять бросало в пот. Коса стала раздражать тем, что мешалась и постоянно хлестала по лицу. Сережки цеплялись за волосы, и я в итоге сняла украшения, сделала из косы кулек и кое-как закатала рукава противно мокрого после первого купания платья.

К тому времени, как я смогла дотащить Лейвара до ванны, та как раз набралась до краев горячей-прегорячей воды.

– Я же тебя не сварю? – спросила я у бессознательного драгхара перед тем, как свалить его в воду. – Ты же любишь погорячее?

Я сомневалась в правильности своих действий до последнего, ведь я ничего не знаю о том, как лечить потомка огненного дракона. Что, если сделаю хуже?

Но домовушка же говорил об источниках и горячих камнях?

– Яша! – сделала я попытку перед тем, как начать прогревания.

Домовушка молчал.

Что ж, понимаю, что иногда лучше ничего не делать, но я не переживу мысли, что могла помочь, а вместо этого просто наблюдала.

Я погрузила сперва ноги Лейвара и начала внимательно наблюдать, не станет ли хуже. Мне кажется или дыхание стало глубже?

Тогда я подвинула драгхара еще немного, а он взял и булькнулся в ванну с головой, словно сам нырнул. Я еле достала бедовую голову из-под воды, чтобы дышал!

– Лейвар, что ж ты такой тяжелый-то? Вроде похудел на вид раза в два, а весишь как столетнее дерево. – От причитаний становилось легче.

Пока я поправляла тело драгхара в воде, чтобы он не заваливался на бок, сама чуть не сварилась. Я жаловалась, что мне было жарко? Я была неправа – вот сейчас я в пекле.

Я вылезла, обессиленно распласталась по плитке лицом к Лейвару и поняла, что больше не могу двинуть и пальцем. По-хорошему нужно было еще разжечь камин, нагреть камни, но я могла только стонать от усталости.

Все силы я сейчас тратила на то, чтобы не заснуть и следить за состоянием драгхара. Он розовел, но я не была уверена в том, что это не из-за того, что я его немного сварила, а не поправила магические потоки.

Чувствовала себя полнейшей дурой. Безруким неучем, который быстрее прибьет, чем вылечит. А ведь сколько раз сестер и отца лечила – не перечесть. Вот только на потомках драконов человеческие методы не работали.

Я не знаю, сколько времени прошло, но я подливала горячую воду восемь раз, когда она немного остывала. И вот когда я делала это девятый раз, я услышала тихое «Вивьен…» из уст моего пациента.

Лейвар с трудом приподнял веки, закрыл и снова приоткрыл. Смотрел он совсем не на глаза, а на мое тело.

Я опустила взгляд, оценила свой вид в платье в облипку и с криком вылетела из ванной.

– Что? Убили-таки? Хозяйка! – Яша ожил и пустился за мной следом.

Я остановилась только на первом этаже, когда поняла, что мне некуда бежать. Что все это глупо. Я там ему жизнь спасала, и в моем виде не было ничего предосудительного! Пусть только попробует меня осудить за распущенность.

Но сердце колотилось гонгом в ушах, а лицо горело огнем смущения.

– Хозяйка. – Яша подошел и протянул ко мне руки.

Я вопросительно посмотрела на серые конечности.

– Падайте, хозяйка. Вам явно плохо.

Я легонько пошлепала себя по щекам:

– Там жарко. Вышла подышать. Вернись к хозяину, а то вдруг опять без сознания. Еще в воду скатится. Ах да, Яша. А ты не мог бы найти мне сухую одежду, в которую я могла бы переодеться?

– Так к хозяину идти или за покупками? – Домовушка опустил руки и нахмурился.

– Мне не на что покупать новое платье.

– Так выиграйте в игру.

– Я не играю в азартные игры.

– А зря! Как же тогда золото будете доставать?

– Я его чувствую, Яша.

– Не верю.

Я прислушалась к своим ощущениям.

– У тебя есть золото вот тут. – Я показала в ворох волос.

Необычное у него место для хранения заначки, что уж говорить!

– Откуда? – Яша отшатнулся, стал ковыряться в лохматой прическе и достал три золотых.

– Я же говорю: умею. А ты не веришь.

Я хотела дотронуться до сережки, подняла руку и ощутила пустую мочку. Так. Стоп. Я же сняла украшения.

Тогда как я ощутила золото?

Домовушка запаниковал:

– Найденное у Яши не считается достоянием общественности, хозяйка. Яшино – это Яшино. Я три раза чуть убит не был, пока жульничал, чтобы их заработать. Вы не можете найти у меня золото и сказать, что оно ваше!

– Не переживай. Твое – это твое. Найдешь мне сухую одежду?

Мне не терпелось еще испробовать свой дар где-нибудь. Я оглянулась по сторонам.

О, вот тут в стене что-то интересное за картиной. Конечно, это верх невоспитанности – будучи в чужом доме, трогать хозяйские вещи, но мне жутко хотелось проверить, сработает ли дар без сережек.

Ну-ка, посмотрим. Что у нас там?

Я осторожно сняла картину и посмотрела на пустую стену. Разочарование было огромным. Но я опустила взгляд на заднюю сторону портрета и увидела там много приклеенных плоских золотых слитков!

Я могу!

Дальнейший поиск по комнатам дал отличный результат. В каждой я нашла как минимум один тайник с золотым запасом в той или иной форме. То в статуэтке, то в ножке стула, то в спинке гостевой кровати. Золото было распихано по всему дому.

– Нашел, хозяйка. – Яша застал меня за тем, что я заглядывала в вазу. – И хозяйка все золото хозяина нашла. Караул! Только не тратьте все, умоляю! Дракон без золота не может чисто психологически. Хозяин тогда грустный-грустный.

– Ты о чем подумал, Яша? Конечно, я не тронула ни монетки. Просто проверяла свой дар. Кстати, как там Лейвар?

– Зовет хозяйку к себе в кровать, – ответил Яша, протягивая мне мягкий халат черного цвета.

– Что?!

– А что такого? Хозяин в кровати, зовет хозяйку, – перефразировал уже понятней Яша, и я облегченно выдохнула.

А то я уж было подумала!

Что-то я все не в ту сторону фантазирую. Драгхар на меня плохо влияет. Раньше у меня никогда в этом направлении мысль не скакала. Эми у меня даже как-то спросила, уж не ледышка ли я в романтике. Хотя романтикой мои мысли тоже не назовешь.

Наверное, это возраст.

Я кое-как вылезла из липкого от воды платья и надела халат. Моей магии не хватило даже на то, чтобы высушить свежепостиранное белье, и я долго искала место, где можно было повесить его сушиться. В итоге развесила на спинке стула гостевой комнаты и закрыла за собой дверь.

Халат доходил мне до пят, но под ним я была абсолютно голая. Верх легкомыслия – идти в таком виде в спальню к мужчине, но это же дохлый драгхар. Ничего страшного, верно?

Я поднялась в спальню и заглянула внутрь. Драгхар спал. Мои осторожные шаги заставили его веки трепетать, и он открыл глаза.

– Вивьен. – Лейвар из-под ресниц смотрел так, что мне резко стало жарко.

Однако это заставило лишь крепче стянуть на шее края халата.

– Лейвар, вам лучше? Простите, я не знала, что вас нельзя охлаждать.

Драгхар молча смотрел на меня, медленно разглядывая с головы до ног.

– Это мой халат, – наконец сказал он.

– Можно я его одолжу? Мое платье промокло.

– А если я скажу нет, вы его тут же снимете? Тогда – нет! – тихо засмеялся нахал.

– Ни за что! – возмутилась я.

– Можно вопрос? – Лейвар закрыл глаза.

Так он казался безопасным. Почти мирным. Но когда открывал, смотрел этим своим плутовским взглядом, и я… я…

– Спрашивайте.

– На вас есть белье?

Меня никто так в жизни не унижал. Ни один человек, ни один драгхар не смеет со мной так обращаться – ни дохлый, ни полудохлый, ни во цвете лет.

На языке так и вертелись слова, которые я слышала от конюха, когда у него что-нибудь не получалось, но я крепко сцепила челюсти и развернулась на месте.

В гостевой спальне собрала мокрое платье и белье, завязала узлом, чтобы ничего не вывалилось, и пошла к выходу.

– Яша, где документы, что были при хозяине? – спросила я у возникшего на пути домовушки.

– Хозяйка, а вы куда?

– Яша, мне нужны мои документы.

И почему я сразу не забрала их у драгхара? Подумала, что раз у меня украли сумочку, то у него будет сохранней. А что, если он не отдаст?

Домовушка повернулся в сторону комода в холле, и я увидела не закрытый до конца ящик.

– Они там?

– Хозяйка! – Яша тут же подскочил к мебели, задвинул ящик. – Зачем вам документы? У нас хозяин еще болеет, проводить не может.

– Я сама себя провожу.

Должно же быть тут человеческое посольство? Вот туда и отправлюсь.

Я попыталась мягко подвинуть Яшу, но домовушка стоял насмерть. Нужно было как-то отвлечь его на драгхара, а со второго этажа как раз раздался шум.

– Твой хозяин на себя таз со льдом опрокинул! – охнула я.

Яша тут же рванул с места с криком:

– Сейчас спасу-у-у!

А я быстро выдвинула ящик, достала документы и нашла свои. Это в консульстве драгхаров меня записали на слепок ауры, а потеряй я их визу талантов – и все.

Я прижала маленькую книжечку к себе и вышла в ночь. Пока я торопливо шагала по дорожкам сада, одновременно ждала и боялась окрика драгхара. Когда вышла на улицу и устремилась по дороге, то с каждым шагом все замедлялась и все чаще оглядывалась по сторонам.

Страшно. Чужой город, чужой континент, драгхары вокруг. А я в халате иду такая гордая и независимая.

Я оглянулась, не зная, была бы я рада или разочарована, если бы увидела там Лейвара или хотя бы Яшу. Но позади никого не было.

Конечно, драгхар же едва дышит. Зато пошлости говорить не забывает! Как он изменился, стоило только домой попасть. Удивительно просто.

Обращается как с угольком!

Я то себя накручивала до трясучки, то сомневалась до порыва вернуться. То мучилась совестью за испорченные магические потоки и оставление больного одного, то готова была вернуться, чтобы как следует отходить его полотенцем, как однажды наша кухарка своего мужа за измену.

И тут я поняла, что забыла сережки. Те самые, что подарила сестренка. Я уже без того потеряла сумку с портретами родителей, подаренными Адой. Разбила артефакт магпочты. Украшение – это единственная ниточка, что связывает сейчас нас с сестрами. Я не могу оставить серьги.

Я резко развернулась и вздрогнула, потому что в двадцати шагах от меня шли два драгхара. Они тоже остановились.

Они же идут по своим делам, верно? Не за мной?

Но идти сейчас навстречу им было дико страшно. С другой стороны, что мне делать?

Я посмотрела вперед. Может, дойти до ближайшего поворота, а там попробовать обойти?

Точно, так и сделаю!

Я снова поторопилась вперед, ощущая сильную тревогу. Волосы на голове так и шевелились. Я еле-еле дождалась поворота, чтобы туда завернуть.

Они просто идут по своим делам. Ведь в моем королевстве тоже полно людей, которые спешат по своему маршруту, верно? Но ночью? Ночью особенно страшно.

Я посмотрела назад и заметила, как драгхары поворачивают за мной и прибавляют шаг. А вот это плохо, очень плохо!

– Уголек, не торопись! – крикнули они.

И я побежала еще быстрее.

О чем я только думала, когда рванула в ночь в одном халате, под которым нет ничего, кроме гордости? Обычно это у нас Эми – горячая голова, которая сначала делает, а потом думает. Так что со мной стало?

В доме драгхара было полно комнат, в которых я могла дождаться и утра, и когда платье высохнет. А теперь что? От чего бежала с таким усердием, к тому и прибежала? К участи уголька?

Если я выживу, сестры засмеют меня, если узнают эту историю. Так и представляю вытянутые лица близняшек, которые не узнали бы свою вечно взвешивающую каждый шаг старшую сестру. Эми бы непременно сказала, что я стала смелой, да не туда.

Подумаешь, сказал мне пошлятину. Не умерла от этого! А теперь очень даже возможно. Лейвар, по крайней мере, не сделал мне ничего плохого.

Я готова была себя треснуть. Отдала бы все что угодно, чтобы вернуться в прошлое, но такого артефакта, увы, не существовало.

На надгробии, стоящем на чужбине, напишут: «Гордая, но мертвая человечка».

Я раньше не понимала, когда папа говорил: «Надо учиться на чужих ошибках, свои не всегда можно вынести». А теперь в полной мере осознала, что он имел в виду. Эту ночь я могу просто не пережить.

Нет ничего дороже жизни. Надо выбраться из этой передряги любой ценой. Но как, когда полы халата путаются под ногами, мешая бежать? Когда два драгхара сильнее, быстрее и на своей территории?

Смех позади чуть не остановил мне сердце. Они близко. Очень близко!

Что у меня есть? Только мой дар. Но если показать, что я могу искать золото, то не стану ли я тайной рабыней, которую используют и берегут как зеницу ока?

Думай, голова. Думай!

Что всегда работает? Смена ожидаемой манеры поведения на ту, которую сложно представить при нынешних обстоятельствах. Разрыв шаблона.

Всегда работает, когда надо выбить кого-то из колеи. Например, когда один крупный оптовый покупатель нашей винодельни, Вильдоф, сильно обнаглел и пришел выдвигать свои требования. Он знал, что мы сильно зависим от его закупок и быстро не сможем организовать альтернативный сбыт товара. Наши погреба будут переполнены, и мы будем вынуждены снизить цену, чтобы продать.

Я встретила Вильдофа закрытыми воротами винодельни и чемоданом у ног. Сказала, что давно ждала предлога, чтобы закрыть плантации и наконец отправиться путешествовать по миру. Поблагодарила от всей души и пошла прочь, даже не слушая ответа.

Вильдоф и так несколько лет привыкал, что женщина может что-то понимать в делах, а теперь и вовсе растерялся от известия о моем отъезде. Бежал за мной и расспрашивал, одна ли я поеду и как на это смотрит отец.

– У него еще три дочери помимо меня, – сказала я тогда.

– Сплошная головная боль, согласен, – ответил мне Вильдоф. – Но подождите, пожалуйста. Я пришел поговорить о цене.

– Вы же видели – я все закрыла. Спасибо вам за повод. Сейчас поеду домой, сообщу отцу последние радостные новости – и в дорогу, путешествовать.

Вильдоф сел в свою карету быстрее меня и помчался договариваться с отцом о поставках. С тех пор закупал он у нас по цене вдвое выше предыдущей.

И что, с такой историей в прошлом я не смогу исправить свою дурацкую ошибку? Смогу!

Я резко остановилась, обернулась и раскинула руки в стороны:

– Попались!

Драгхары затормозили в четырех шагах от меня, резко отпрянув. Переглянулись.

Я в который раз поразилась, какие же они огромные. Вроде бы и похожи на людей, но все равно другие.

Я сделала один быстрый шаг к ним и улыбнулась так, что показались зубы:

– Домовушку заказывали?

Для того чтобы вывести драгхаров из зоны комфорта, нужно было быть максимально неожиданной. Почему бы не использовать их же помощников в быту? Вот как Яша. И мне только на руку, что мы совсем не похожи.

– Кого? – тихо спросил один другого.

– Домовушку! Вымахала я только сильно, но ничего. – Я похлопала ладонями друг о друга, стряхивая невидимую пыль. – Размять вам кости все равно смогу.

– Кто такие домовушки? – спросил шепотом второй драгхар первого.

Как это они не знают? Яша что, такой один-единственный? Впрочем, так даже лучше. Я тоже раньше ни разу о домовушках не слышала, только что-то о доморфах.

– А тут у меня вкуснятина. Налетай! Делюсь. – Я подошла ближе и потрясла перед носом мокрым кульком, понюхала его и издала смакующе-предвкушающий звук.

Драгхары синхронно сделали шаг назад.

– Больная.

– Заразная?

– Да вы что! Полезная! – Я сделала еще один шаг вперед, а они назад.

И натолкнулись на что-то. Разошлись в разные стороны, и я увидела Лейвара.

– Домовушка, опять стайха сожрала? Ну сколько можно говорить? – Мой куратор досадно зацокал языком. – Пошли домой.

Два незнакомых крылатых зашептались. Мне кажется, они собирались уходить, но, как только увидели Лейвара, засомневались.

– Эй, твой уголек?

Куратор встал между мной и незнакомцами:

– Конечно. Есть вопросы?

И сразу грудь колесом выкатил. Кажется, даже больше стал в размерах.

– Нас дурят тут, Мик.

– Тоже так думаю.

И не успела я пикнуть, как в сторону Лейвара полетел кулак. Тот отшатнулся от удара, встал, а потом выпустил в их сторону огромный поток пламени так, что те взлетели вверх на крыльях и спешно ретировались прочь.

Куратор повернулся ко мне:

– Вивьен…

Звучало так укоризненно.

И тут он стал заваливаться на меня.

Хорошо, что Яша подоспел вовремя и помог вернуть моего защитника домой.

– Эх, хозяйка, – не переставал вздыхать домовушка, пока тащил драгхара на себе.

За Яшей стелилась дорога из карт, которые я непрестанно собирала и тоже вздыхала. Нет, не из-за того, что мне пришлось подбирать азартную игру, а из-за того, как все сложилось. Снова Лейвар едва живой, снова тащим домой, снова не знаю, что будет.

Чтобы отвлечься, я спросила:

– Яш, а почему эти драгхары не знали, кто такие домовушки? Ты уникальный?

– Конечно, уникальный. Единственный Яша на всем Аднаре.

– А что это за домовушки такие? Я слышала только о доморфах.

– Не называйте меня так, хозяйка! Пусть я и сгусток остаточной энергии, возникший в результате падения небесного камня, я как нашел хозяина, так не меняю форму.

– О…

Так он доморф! Просто не любит, чтобы его так называли. Теперь понятно, почему те двое не поняли, что я за домовушка такая. Хотя это и к лучшему. Мне кажется, еще немного – и они бы убежали, если бы не вмешался Лейвар. С другой стороны, я этого знать точно не могу. Определенно, драгхар меня спас, поэтому теперь я ему задолжала.

Вернувшись домой, под четким руководством Яши мы стали разогревать большие плоские камни в камине, оборачивали их в несколько полотенец и подкладывали к Лейвару в кровать.

Я задавалась про себя вопросом, почему доморф раньше не предложил такой действенный способ прогрева, но решила не произносить его вслух. Усталость навалилась так, что слипались глаза.

– Яша, ты останешься с Лейваром на ночь? – спросила я, и домовушка тут же лег на ковер прямо перед камином и уснул, а пальчиками ног стал толкать себя к двери.

Вот так, да? Линяет?

Что ж, ладно, одна так одна. После прогрева камнями Лейвар выглядел не так плачевно, даже губы порозовели. Справлюсь и без Яши.

Да, знаю. Леди не пристало проводить ночь в комнате мужчины, но я уже давно нарушила все правила. Пока Лейвар не поправится, я тоже временный житель этой комнаты.

Я присела в кресло и незаметно для себя задремала. Проснулась оттого, что Лейвар стонал во сне. Потрогала его лоб – снова раскаленный, как печка.

Это нормально? Так он себя лечит? Мне не вмешиваться?

Лейвар схватил мою руку, когда я потрогала его лоб. Я попробовала осторожно вернуть себе пальцы – не отдал. При этом он не открывал глаз, словно до сих пор был в плену лихорадки.

– Хорошо, хорошо, я посижу с тобой. Я здесь. Спасибо тебе за спасение, – прошептала я.

Мои глаза слипались. Голову так и клонило вниз.

На секундочку прилягу. Чуть-чуть расслаблюсь.

И не заметила, как уснула.

Проснулась я от пристального взгляда. На меня, не мигая, смотрел Лейвар. Солнечный свет падал прямо на его лицо, и глаза казались еще двумя светилами.

Он так пристально разглядывает меня. Нравлюсь?

– Где твои сережки? – неожиданно спросил драгхар, и я дернулась.

Моя ладонь до сих пор была в его руке, поэтому получилось особенно странно, что он не отпустил.

И почему Лейвара интересует то мое белье, то мои сережки? Никогда не пойму этих драгхаров. Только очнулся, и нет чтобы попить попросить или узнать, какая дата, – все по моему имуществу проходится.

– Я сняла серьги. Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо. – Лейвар подтянулся на руках, и я поправила его подушку под спиной, чтобы он сел.

– Это хорошо. Вы меня очень перепугали, – подчеркнуто вежливо ответила я, выпрямив спину и вспомнив, что я, вообще-то, леди.

– Мы снова на «вы»? Вивьен, бросьте. После того, что между нами было…

Снова эти плутовские глаза. Вот так он до беды дев и доводит, уверена. Вот так угольками и становятся.

– А что между нами было? – невозмутимо поправила полы халата я.

Разве во время горячки не чудится всякое? Вот и ему приснилось.

– Я помню, мы вместе принимали ванну… – Лейвар посмотрел в район моей груди, и мои щеки опалил огонь.

– С Яшей, – подчеркнула я.

– И я лежал у тебя на коленях. – Драгхар сощурил глаза, уголки губ коварно приподнялись.

– Потому что иначе сваливался на пол кареты, – на тон выше, чем хотелось бы, ответила я.

Голос меня уже подводит.

– И мы спали на одной кровати… – Лейвар закрыл глаза.

– Потому что ты вцепился мертвой хваткой в мою руку! – воскликнула я.

– Ну вот, ты тоже обращаешься ко мне на «ты», так что замяли, – довольно резюмировал Лейвар, посмотрев на меня. – Позови Яшу.

– Я тут. – Из-под кровати вылез домовушка.

Я несколько раз моргнула, чувствуя себя облапошенной. Это как он так разговор повернул, что получилось, будто я сама ему «тыкаю», а Лейвар это позволяет делать? И что под кроватью делал Яша и как давно он там?

– Видел сережки Вивьен?

– Драгоценнейший драконит не должен вот так валяться! Конечно, я его приберег для хозяина, – заявил Яша, полез себе под рубашку и достал мои сережки.

Я протянула ладонь, но домовушка почему-то отдал их Лейвару. Я сжала кулаки, борясь с желанием забрать свое.

Почему-то камни в украшении поменяли цвет. Еще раньше я заметила, как в темном камне словно искорки зажглись, а теперь он и вовсе стал словно солнечная капля на ладони драгхара.

– Откуда это у тебя? – спросил меня Лейвар.

– Подарок.

– Чей?

– Сестры. Для меня это очень важная память, поэтому верните обратно.

– «Верни», ты хотела сказать. Мы же на «ты»? – поправил меня невыносимый хозяин этого дома.

Он все не спешил отдавать мне украшение и слишком пристально всматривался внутрь.

– Сомнений нет, это драконит.

Лейвар посмотрел на меня так, словно хотел залезть в голову.

– У сестры были связи с драгхарами?

– Нет!

– Вивьен, а ты знаешь, что это такое?

– Это дорогой сердцу подарок. – Я хотела забрать серьги с ладони Лейвара, но он сжал кулак.

И тут произошло неожиданное.

Камень сверкнул в руках драгхара, и тот стряхнул его с руки, словно драконит его ужалил. На ладони куратора расплывалась черная пульсирующая паутина.

Лейвар посмотрел на меня так, будто я на его глазах превратилась в дракона, пульнула огнем в сторону камина, зажала в когтях бокал вина и подняла его в воздух, салютуя за здоровье.

Я осторожно посмотрела на сережки, но они выглядели как и прежде.

– Это что, они с зарядом? Это артефакт?

– Нет, Вивьен. Это драконит. Персональный, активированный. Не советую брать его в руки. Не знаю, как ты его носила. Может, для людей он и не представляет угрозы, но для драгхаров этот камень очень важный, ценный, и его хозяин, должно быть, очень скорбит о потере.

Хозяин? Активированный? Персональный?

Я вспомнила, что дар находить золото во мне проснулся во время побега. Могли ли сережки этому поспособствовать?

– А может драконит развивать и человеческую магию?

– Исключено. Для людей он абсолютно бесполезен.

Значит, стимулом для развития моего дара был побег и страх? Но я ни разу не встречала, чтобы у людей была подобного рода магия. Волшебство творилось при помощи заклинаний, но никак не от одного желания. Последнее больше относится к драгхарам.

В голове мелькнула шальная мысль.

– Лейвар, а мы не можем быть… Эм… Драгхары и люди могут…

Куратор посмотрел на меня как на ребенка:

– Вивьен, ты обучалась?

– Конечно! Нам с сестрами преподавали одни из лучших педагогов. На что ты намекаешь?

– Всем известно, что люди и драгхары несовместимы, как огонь и вода. Если ты сейчас думаешь, что камень признал в тебе хозяйку, то крупно ошибаешься. Это невозможно.

Я внимательно посмотрела на Лейвара. Судя по взгляду, он был абсолютно уверен в своих словах.

– Тогда что? Почему он сейчас обрел цвет и тебя ударил?

– Потому что он персональный. Это значит, что его нельзя украсть у хозяина. Но тот обязательно за ним придет. Такими сокровищами драгхары не разбрасываются.

– Почему? Чем он ценный?

– Он усиливает магию. И судя по цвету, хозяин – земляной дракон.

Мне жутко хотелось забрать серьги назад, буквально руки зудели. Я посмотрела на ладонь драгхара. Черная паутина медленно бледнела.

– Меня тоже может так ударить?

– Не знаю. Вряд ли.

– Тогда я буду их носить. И пусть хоть один драгхар попробует отобрать их у меня.

Я взяла сережки в руку, готовая к боли, но ничего не случилось.

– Видишь? – улыбнулась я. – Они мои.

Лейвар выглядел мрачнее тучи. После долгого молчания он спросил:

– Вивьен, а у твоего отца на территории винодельни не находили подобные камни?

Меня словно заморозили изнутри. Я никогда не говорила Лейвару про винодельни.

– Откуда ты знаешь о делах моей семьи? – Я увеличила расстояние между нами вдвое.

Что, если он связан с дядей? Или, еще хуже, с моим женихом?

Я так испугалась этой мысли, что почувствовала, как в глазах темнеет.

Лейвар внимательно следил за моей реакцией и сам казался напряженным.

– Неужели ты думаешь, что мы не собираем информацию о тех, кого допускаем на свою родину? – растягивая слова, спросил он.

Хм, может быть. Но…

– Вплоть до винодельни? – уточнила я.

– Конечно.

Так быстро? Мне казалось, в консульстве были ослеплены моим даром. Им даже оригиналы документов не понадобились, потому что их у меня не было – украли. Поверили на слово, лишь бы не упустить талант. И тут собирали информацию, да так подробно? Так быстро? Порталом посылали людей на разведку?

– И ты знаешь, почему я тут? – спросила с комом в горле.

Если да, то не значит ли это, что дядя тоже в курсе? Кто знает, какой там разведчик?

– Смерть отца, дядя-опекун, навязанный жених. – Лейвар перечислил сухую выжимку фактов, и грудь сжало от боли.

Моя огромная трагедия помещалась всего в шесть бездушных слов. Нет, все-таки восемь.

– Три сестры, – добавила я.

– Да. Они тоже.

До этого разговора мне казалось, что мы с Лейваром удивительно легко понимаем друг друга. Запросто общались, невольно перешли на обращение по имени, а потом на «ты». Но сейчас я ощутила, что он мне резко разонравился. Стоило ему только безразличным тоном произнести шесть слов, описывающих мой жизненный расклад.

Кажется, драгхар тоже почувствовал мою реакцию. Поменял положение на кровати на более собранное, ближе ко мне. Взгляд стал такой внимательный, словно в душу заглядывающий. Он сказал:

– Я тебя обидел? Прости. Не хотел напоминать, но ты сама спросила о том, что я знаю.

Я заглянула внутрь себя. Что со мной такое? Почему я так расстроилась?

Да, собирают информацию. Да, для посторонних моя жизнь – это просто выжимка истории отдельной личности, не больше. Так что меня так огорчило?

– Вивьен? – словно позвал меня из моих мыслей Лейвар, и я посмотрела ему прямо в глаза. – Я не хотел тебя задеть. Понимаю, тебе пришлось тяжело.

Я попыталась выразить словами то, что ощущаю:

– Ты словно обесценил мое горе. Но не обращай внимания, это только мое дело. Ты не обязан считаться с моими чувствами. В конце концов, ты драгхар.

Я закусила язык, понимая, что сама в ответ уколола не меньше.

– Хочешь сказать, что я бездушный ящер и другого от меня не ждешь? – спросил Лейвар. – Вот теперь мы квиты. Ты тоже сделала мне больно.

Для достоверности он еще руку на грудь положил.

Мы посмотрели друг другу в глаза. Шут! Я хмыкнула. Уголок губы дернулся – сначала у него, потом у меня. А через пять секунд мы уже смеялись.

– Ладно. Я тоже хороша.

– Не буду спорить. Но насчет сережек все серьезно. Не носи их на Аднаре.

– А если не соглашусь?

– То замучаешься отвечать на вопросы, на тебя несколько раз нападут с целью украсть драконит, и… тебе точно не понравится, что будет дальше. Не знаю, откуда у тебя эти сережки, но на земле драконов они создадут тебе одни неприятности.

Я упрямо сжала кулаки. Если нельзя носить в ушах, пришью к внутренней стороне платья или еще что-нибудь придумаю.

Как хорошо, что у меня получилось найти золото и без сережек. Это дало хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне. Даже если драконит отнимут, я не пропаду.

Мне требовался отдых, и я была благодарна Лейвару, что он приказал Яше подготовить для меня гостевую комнату.

– Так хозяйка уже давно там свое белье развесила, хозяин, – пожал плечами доморф и вышел, оставив нас в неловком молчании.

– М-м-м, я просто развесила в свободной комнате мокрую одежду.

– Я понял.

– Конечно, я не имела в виду, что сама себе выбрала комнату.

– Я понял, Вивьен.

– И белье… – Я покраснела, не зная, как продолжить говорить на столь щепетильную тему.

– Вивьен, не надо ничего объяснять. Думаю, нам обоим нужно отдохнуть. К вечеру я полностью восстановлюсь, и, если хотите, мы подробно обсудим ваше белье.

Лучшего пинка для меня просто не существовало. Я тут же выскочила из хозяйской спальни, обогнала Яшу на лестнице и закрылась в гостевой спальне.

– Хозяйка, есть хотите? – спросил доморф через дверь.

– Нет, спасибо. Я буду отдыхать.

Я кинулась в кровать, с головой зарылась под одеяло, обхватила подушку и прооралась в нее. Конечно, леди так не делают, но я уже давно не обычная леди.

Я не хотела спать, не хотела есть, но неожиданно для себя заснула и проснулась уже затемно жутко голодной. Не знаю, как Яша узнал о том, что я открыла глаза, но он тут же постучал в дверь.

– Хозяйка, ужинать будете?

– Буду, Яша. Спасибо! – крикнула я.

А сама встала, чтобы проверить, высохли ли мои вещи. Приятная новость – все можно было надевать.

Как только я «нарядилась» в свое платье, стала чувствовать себя гораздо лучше. А уж когда поела принесенную Яшей странную сладкую кашу, и вовсе приободрилась.

– Как там Лейвар? – спросила я у Яши.

– Хозяин уехал по делам и просил о вас позаботиться.

– А когда приедет?

Яша пожал плечами. Он все мялся, словно хотел что-то сказать.

– Спасибо, Яша. Было вкусно, – поблагодарила я, доев.

Доморф кивнул, но все не уходил.

– Ты хочешь что-то сказать?

– Хозяйка, а хотите сыграть в карты?

– В карты? Нет, Яша. Леди не играют в азартные игры.

– А во что играют?

– В прятки.

– Давайте в прятки играть. Если вы меня не найдете, проиграете. Проиграете – приз мой.

– Яша, у меня ничего нет.

– Есть. Сережки.

Я посмотрела на Яшу. Нет, ну вылитый хозяин. И ему мои сережки подавай. Но как бы хитер ни был Лейвар и его слуга, памяти о сестрах им не видать.

Я посмотрела в окно. Не хватало воздуха. Хотелось подышать.

– Яша, а я могу прогуляться по саду?

– Хозяин велел беречь вас как мои любимые игральные карты.

Это как? Видела я, как из доморфа постоянно сыплются карточки с мастями. Это вот так меня беречь надо? Забавно.

– Так можно мне выйти?

– Если не будете выходить за забор. Сможете? – Яша заглянул мне в глаза.

– Думаю, справлюсь.

Территория вокруг дома оказалась огромной. Тот маленький кусочек, который я видела перед домом, не шел ни в какое сравнение с внутренним двором, простирающимся далеко вперед.

Извилистые дорожки, канал с рыбой и даже сад живых камней. Яша гордо рассказал, что они двигаются на длину ладони в день. Вот только не уточнил чьей: доморфа, человека или драгхара.

Здесь же я нашла садовые качели, увитую зеленью беседку и даже большой пруд с лодкой.

Стоило мне подойти к краю, как я ощутила в глубине пруда золото. Много золота. Просто несметное количество!

Интересно, а хозяин знает?

– Яша, я вижу лодку. Можно на ней покататься?

– Хозяйка… тут такое дело. Лодка есть, пруд есть, кататься нельзя.

Из-за сокровищ на дне? Значит, Лейвар знает.

– Почему? – все же спросила я.

– Лодку облюбовал стайх.

– Это кто?

Доморф задумался, явно не зная, как объяснить заморской гостье, что же там такое с лодкой случилось.

– Зеленый такой.

– Мох?

– Нет, не мох. Живой. С чешуей.

– Змея?

Яша замотал головой.

– Ящер?

– Во! Почти. Три месяца назад поселился, ничем не вытравить. Возомнил лодку своим домом, а хозяин сказал: пусть живет. Говорит, что, раз стайх к нам прибился, плохая примета его выгонять. Может, приручить удастся.

– И как? Удалось?

– Какое там! Хозяина в трех местах покусал. Правда, хозяин в долгу не остался и того тоже за хвост тяпнул.

Я представила это зрелище и впечатлилась.

– А можно посмотреть поближе этого стайха? Или он опасен?

– Если лодку не отбирать, то можно.

– Не буду, – пообещала я.

Яша махнул рукой и деловой походкой пошел вдоль берега к лодке. Я заметила движение в пруду. Перевернутая кувшинка двинулась в унисон с нами. Интересно! Кажется, мы уже знакомимся друг с другом.

– Яша, а стайхи разумные? – спросила я, косясь на перевернутый цветок

– Еще какие! Вот только вредные и странные, просто жуть. То птичку сожрут и ее черепушку с собой таскают, то лиану найдут и вокруг себя обмотают. А один раз вообще случай был: стайх маленького драгхара украл и с ним половину континента обошел.

– Звучит безобидно. А они человеческую речь понимают?

– Случай был! – тут же отозвался Яша. – Два стайха подрались, один почти погиб. Его спасать драгхары пришли, а он не давал к себе подойти – кусался. Тогда ему сказали, что помогут. И знаете что, хозяйка?

– Что?

– Он их послал на человеческом!

– Звучит как байка, – посмеялась я.

– Случай был! – снова начал Яша. – Стайх с драгхаром подружился. Был тому как верный пес…

Со стороны пруда по лицу доморфа прицельно ударила струя воды, и тот возмущенно подпрыгнул. Из-под кувшинки показалась зеленая голова дракоши. На вид – милейшего, словно нарисованного в детских книгах.

– Какой красивый, – с придыханием вырвалось у меня.

Дракоша показался из пруда по грудь и заинтересованно посмотрел на меня. Я сразу поняла две вещи: он понимает речь и очень любит комплименты.

– Ох, какой красавец! Или красавица?

Дракоша показался еще больше – по нижние лапы. Ростом он был чуть выше моего колена, но такой плотненький, упитанный и с довольной мордой. Чувствовалось, что в пруду Лейвара ему живется хорошо.

– Хозяйка, вы что, не видите по лапам, что этот экземпляр относится к мужскому роду? – пренебрежительно и чуть высокомерно заметил Яша.

Судя по всему, себя он считал куда как выше, умнее и круче стайхов. За что и получил вторую струю в лицо.

Стайх подплыл к лодке, подтащил ее до меня и показал внутрь.

– Приглашаешь покататься?

Дракоша кивнул.

Покататься или нет?

– Хозяйка, это же дикий стайх! Не надо. Перевернет, утопит, а я что хозяину скажу?

Может, и правда не стоит?

Но тут дракоша сорвал фиолетовую кувшинку и протянул мне. Мое сердце тут же растаяло.

– Посмотри, какой он милый, – повернулась я к Яше. – Не перевернет.

Стайх уже держал лодку так, чтобы я могла сесть в нее. Я подошла ближе и заметила, что внутри суденышка дракончик сделал себе домик. Тут была и мягкая подстилка для сна, и засохшие цветочки, и даже кусочек дома Лейвара – белый камень (но об этом я никому не скажу).

Я подобрала подол платья и шагнула в лодку, села, и Яша собрался залезать следом. Но стайх потянул лодку на себя, и доморф рухнул в воду.

– Яша! – Я вытащила его за мигом промокший пиджак. По поверхности пруда стали расплываться карты.

– Мои картеечки! – Домовушка вырвался из моих рук, плюхнулся в воду и стал собирать свою драгоценную игру.

Прав был Лейвар, когда заставлял его клясться любимой колодой. Похоже, эта игра дорога сердцу доморфа.

Тем временем стайх уводил лодку от берега все дальше. По пути он собирал кувшинки и давал их мне, и я ощутила такую теплоту внутри, словно мы снова с сестрами и отцом собрались за ужином.

Но теперь нет папы. И сестры неизвестно где. Даже почтовый артефакт сломался.

– Ур-р-р, – услышала я сбоку.

Стайх заглядывал мне в глаза, урча что-то на своем языке. Звучало это утешающе. Или мне хотелось так слышать?

– Спасибо, – грустно улыбнулась я и решила перевести тему: – А ты знаешь секрет этого пруда?

Вот и посмотрим, насколько эти создания понимают человеческую речь.

– Ур-ру-ру, – ответил стайх и покачал головой.

Мы как раз были на середине пруда, и ровно под собой я ощущала целую гору золота.

Я показала пальцем вниз:

– Там кое-что есть.

Опасно было так говорить о сокровищах, но у меня был свой расчет. Если это тайник Лейвара, мне хотелось показать ему, что я знаю все его секреты. Что со мной не надо шутить. Меня надо уважать.

Так я буду ощущать себя более уверенной. Это будет отличным началом разговора о том, как я начну применять свой дар на территории Аднара. Мне нужно где-то жить (и не в доме Лейвара), что-то есть (купленное на собственноручно заработанные средства) и где-то работать (или зарабатывать).

Стайх подплыл к лодке вплотную, подставил морду поближе, будто боялся пропустить слова.

– Там золото. – Мой палец указывал вниз.

Дракоша удивленно раскрыл глаза, а потом нырнул. Его не было так долго, что Яша успел собрать все карты и поднять на берегу панику, что меня отволокли и забыли, а бедная хозяйка не умеет пользоваться веслами. Которые, к слову, в лодке были.

Леди не кричат другому на берегу. Не орут. Максимум могут кивком головы показать, что все хорошо. Но Яша же не унимался! Он так махал руками, что я испугалась, что его продует.

Ладно, все равно тут не светское общество, а земля потомков драконов. Так что я могу и крикнуть:

– Все хорошо, Яша!

Доморф немного угомонился. Чтобы занять себя, я стала рассматривать природу вокруг, кувшинки, как вдруг из воды показалась мордочка стайха, и он закинул в лодку горсть монет.

И снова нырнул!

А потом начал с невероятной скоростью закидывать лодку золотом. Так, что она стала проседать все ниже и ниже…

– Стайх, дракончик, миленький, хватит!

Но он не останавливался. Гора золота в лодке росла и росла.

– Яша… – позвала я сначала тихо.

Пусть я и леди, но плавать умела. Но в платье легко запутаться и уйти на дно.

– Яша, зови хозяина! – крикнула я.

Доморф подскочил на месте, а потом убежал с такой скоростью, словно его ураганным ветром сдуло.

Лодка продолжала уходить под воду.

– Стайх, дорогой, понимаю, что могу обидеть, но золото придется кинуть обратно в пруд. – Я зачерпнула двумя ладонями монеты и высыпала в воду.

– Ур-р-р! – возмущенно посмотрел на мой произвол стайх и принялся быстрее прежнего наполнять лодку.

Я же быстрее начала выбрасывать сокровища обратно в пруд. Так мы и соревновались в бешеной гонке, пока я не услышала звук взмаха больших крыльев. На лодку опустился Лейвар, и я засмотрелась на его прозрачно-золотые крылья как на чудо света. Они были красивы, как летний закат.

А вот глаза драгхара изменились. Стали словно больше, а зрачок вытянулся. Он смотрел на золото, как я на выгодные договоры с покупателями в винодельне.

На секунду, казалось, он впал в транс, слушая звон монет, которые стайх старательно закидывал в лодку.

– Лейвар! – окрикнула я драгхара, выбрасывая сокровища за борт.

Он схватил меня за руку.

– Не выкидывай золото, – тоном, словно его солнышко нокаутировало, сказал мне он.

– Лейвар, очнись! Это все равно твой пруд. Достанешь.

– Я огненный дракон. Терпеть не могу прохладную воду.

– Тогда зачем ты себе такой пруд отбахал?

– Он мне по наследству от деда – водного дракона остался. Он сказал – буду благодарен. Теперь я понял почему. – Лейвар запустил руку в гору золотых монет.

– Ох, вижу, драконы и правда питают ненормальную тягу к золоту. Или ты один такой? Лейвар! Мы сейчас потонем и вместе с монетами окажемся в прохладной воде, которую ты так не любишь.

Драгхар посмотрел на меня так, словно я его ставила перед жизненно важным выбором. Про себя я уже продумала план: если лодка станет тонуть, сниму платье и поплыву в сорочке – жизнь дороже.

Лейвар смотрел на золото, и мне показалось, что на блестящие кружочки металла смотрел настоящий жадина-дракон.

– Зря я на тебя надеялась, – покачала я головой.

И драгхар с трудом оторвал взгляд от золота. Потом взял несколько монет в руки, вспыхнуло пламя. И вместо горсти желтых жетонов на ладони Лейвара лежало перо. Он вставил его в свое крыло и взялся за следующую горсть. Снова проделал то же самое. И снова. И снова. Пока полностью не оперился!

Стайх посмотрел на небольшую горочку монет на дне лодки и непонимающе уркнул. Потом с обидой посмотрел на Лейвара и выбросил золото в пруд.

– Кому скажу – не поверят, – прошептала я.

– Но я же решил вопрос.

– В свою пользу, – пробормотала я.

– Но факт остается фактом.

– И не поспоришь.

– А там еще много золота, Вивьен? – Плутовские глаза Лейвара сузились.

– Отвечу на берегу. – Я посмотрела на крылья драгхара, который стал выглядеть как ангел с золотыми крыльями. – Тебе не тяжело? Или золото не тянет?

– У меня особенные крылья. Не тянет.

Лейвар убрал крылья, и они исчезли вместе с золотом.

И тут лодка резко и совершенно внезапно перевернулась под торжественное «уру-ру-ру!».

Я сразу же нахлебалась, а платье, поднявшись в воде и сделав из меня подводный тюльпан, мешало выплыть на поверхность. Мокрая ткань намоталась на руки, и я начала конвульсивно дергаться, замечая, как много пузырьков воздуха выходит изо рта.

Это была бы самая глупая смерть. Самая. Если так случится и сестры узнают об обстоятельствах, уверена, даже сказать ничего от шока не смогут.

Вот если бы во мне было много магии, я бы смогла себя спасти. Конечно, я не имею представления, сработали бы заклинания, произнесенные в воде, но попыталась бы.

Стоп! У меня же есть магия. Может, я теперь могу находить не только золото?

Я представила, как выплываю, и не успела вспомнить подходящего заклинания, как уже выстрелила собой из воды. Жадно вдохнула воздух ртом и тут же почувствовала руки на талии.

– Не успел в этот раз, вы сами справились, – удивленно заметил Лейвар, встряхнув головой. – Сможете плыть?

Я попробовала двинуться в воде. Юбка платья поднималась на поверхность, мешая.

– Трудно, – честно сказала я.

– Тогда обхватите мою шею руками. – Лейвар подплыл ближе.

Я видела каплю на кончике его ресниц. Его дыхание щекотало лицо. Мы были слишком близко. Еще и обнимать?

– Так надо, Вивьен. – Драгхар словно прочитал мои мысли. – Нас тут никто не видит.

– Уру-ру-ру! – проплыл мимо стайх, и Лейвар проводил его тяжелым взглядом, но ничего ему не сделал.

Может, у них эти дракошки священные животные? Создалось впечатление, что им позволялось все, словно неразумным детям. Хочешь пруд – на пруд. Перевернул – ладно, выплывем.

– Хозяева! – крикнул Яша с берега.

– Вивьен, ну же. Я ненавижу холодную воду.

– Она теплая, – пробормотала я, отводя взгляд в сторону от такой близости с мужчиной.

Куда там руки? На шею? Небеса!

– Вивьен, чем дольше я здесь, тем больше силы теряю. А нам еще…

Я решительно обвила руками шею Лейвара, и он резко вылетел из воды, раскрыв свои огромные крылья. Золотые перья на миг ослепили, и я услышала, как он закончил фразу:

– …лететь.

Драгхар прижал меня к себе и взмахнул крыльями. Мы поднялись над прудом на высоту деревьев, и мне больше не нужно было говорить, чтобы я держалась крепче, – вцепилась паразитом.

С меня текла вода, платье тащило вниз своей тяжестью, но Лейвар уверенно взмахивал крыльями, неся нас в сторону берега. Под нами на спине плыл стайх, открывая рот и ловя капли, что текли с моего платья.

– Стайх обиделся за то, что ты забрал добытое им золото.

– Это мое золото.

– Но и пруд твой. Ты же дал ему там жить.

– Это другое.

Лейвар опустил нас на землю, скрыл крылья и качнулся.

– Опять? – с долей отчаяния спросила я.

– Я в порядке. – Драгхар твердо посмотрел на меня.

Яша тут же подлетел, стал хлопотать вокруг нас:

– Ох, плохой стайх! Плохой! Хозяин, как же вы так? Сдохнете же! Не окрепли, дважды чуть к праотцам не отправились и снова весь резерв грохнули. Хозяйка сама бы выплыла.

– Не выплыла бы, – коротко ответил Лейвар и молча пошел в сторону дома.

Походка его была странной, рывками, с покачиваниями, а когда он врезался в куст, я окончательно поняла, что он плюс я – это к его нулевому резерву. Плохо на него влияю.

– Надо быстрее переезжать, – пробормотала я вслух, выжимая платье на ходу, стараясь догнать Лейвара.

– Вы не можете, хозяйка! Еще никто так с хозяином не обращался, как вы.

– Вот именно поэтому, Яша.

– Уру-ру! – раздалось сзади.

Стайх вприпрыжку пустился за нами.

– Назад! – завопил домовушка, перекрывая ему путь расставленными в стороны руками и ногами.

Яшу снесли на ходу так, словно он ничего не весил. Оп – и доморф уже в кустах, а стайх висит на моей ноге.

– Уру-ру! – Обнимая мое колено, дракончик поднял голову и заглянул мне в глаза.

– Вот еще! Не будет такого! – Яша выковырял себя из кустов, отряхнулся, встал рядом, уперев руки в боки, и гневно, глядя на стайха, сказал: – Отпусти хозяйку. Если ты этого не сделаешь, она не вылечит хозяина. Не вылечит хозяина – дом получит третий племянник со стороны матери. А он, на минуточку, земляной дракон. Не видать тебе потом пруда с лодкой, как второго солнца.

Стайх медленно разжал лапы на моей ноге. Кажется, он все-все понимал.

Я вошла в дом, а дракончик так и остался стоять на месте и смотреть мне вслед. Яша торжественно и очень важно закрыл за нами дверь. Казалось, он смотрел на стайха как победитель.

Жалко дракончика.

– Хозяйка, поторопитесь переодеться и к хозяину, там…

Из-за закрытых дверей гостиной раздался голос Лейвара:

– Яша, у нас гости. Проводи Вивьен к себе и принеси напитки.

Признаться, я колебалась. Драгхар же едва стоял на ногах. Осилит ли он визит посетителей? Конечно, я тоже не при параде – с меня до сих пор капает после купания в пруду. Но я могу переодеться и взять часть беседы на себя, если будет необходимость.

Но нужна ли я, когда меня не зовут?

Яша подошел к двойным дверям гостиной, приложил ухо и тут же отпрыгнул. Он заметно занервничал, быстро схватил меня за мокрый край юбки и потащил прочь.

– Твой хозяин справится? Ему же плохо.

– Хозяйка, вам нужно быстрее в комнату. Переодевайтесь, а то заболеете. Вещи в шкафу.

– Какие вещи?

– Женские. Все новенькие, не беспокойтесь! С утра купленные.

И когда только успели?

– Я дойду до комнаты сама, не беспокойся. Лучше иди к хозяину. Только ответь на вопрос: в гостиной есть кто-то, ненавидящий людей?

Яша промолчал. Что ж, ладно. Не надо мне знать, так настаивать не буду. По-другому узнаю. Вот только за Лейвара тревожно. Пусть мне порядком и надоел этот вечный лазарет, но оставлять в беде тех, кто меня спас, было не в моей натуре.

– Беги к хозяину. Я не потеряюсь, – поторопила я доморфа, и он, подпрыгнув, рванул в сторону кухни.

Во входную дверь поскреблись. Стайх? Если Яша услышит, то дракончик точно попадет под горячую руку доморфа. Или, того хуже, Лейвара или гостей. Уж лучше я выйду, успокою звереныша, да и сама тоже выдохну. Конечно, в мокром платье было холодно и некомфортно, но стайха надо угомонить. А то так дыру проскребет.

Я открыла дверь, и на меня умоляюще посмотрели огромные зеленые глаза дракоши. Пришлось брать этого милого пухляша на руки.

– Только тихо, – обратилась я к стайху шепотом. – А то нас будут сильно ругать.

Мне показалось или создание кивнуло?

Он оказался тяжелым – еле донесла его до комнаты и только там с облегчением поставила на пол.

– Уру-ру! – Стайх тут же облюбовал ковер и лег на него.

– Оставайся здесь. Я сейчас переоденусь и приду, – попросила я, подходя к шкафу.

Открыла дверцы и замерла. На вешалках висело множество разнообразных вещей – человеческих и привычных драгхаркам. Я несколько секунд с интересом рассматривала последние, не зная, как носить эти предметы одежды. Я видела нескольких местных женщин, и все они были одеты совершенно по-разному, но куда свободней по нраву, чем я привыкла. Я не видела драгхарок в корсете, зато в юбке, из-под которой торчат колени, успела заметить.

На вешалках же висели и привычные мне открытые и закрытые платья, но были и отдельные юбки, верха разного кроя и странные предметы одежды. Я даже нашла тканевый чехол с рукавами и тянущееся платье, больше походившее на змеиную шкуру.

Я выбрала самый близкий мне по духу наряд – платье, которое открывало ключицы, а все остальное было прилично закрыто. Удивилась, найдя на полках предметы нижней одежды двух рас, но снова взяла привычное. Быстро переоделась в туалете и вышла, а стайха и след простыл.

– Дракоша! – позвала я.

У него есть имя? Как его зовут? Может, попробовать его позывной?

– Уру-ру! – тихо попыталась я. – Стайх!

И заметила приоткрытую дверь. О нет! Убежал.

Я начала заглядывать во все комнаты, ища создание и тихо зовя его «уруру». Прошлась по всем комнатам – не видно. Оставалась только гостиная, у дверей которой я застыла, прислушиваясь.

– Лейвар, и зачем тебе эта зверушка? – услышала я вопрос мужчины.

Зашел-таки! Яша, наверное, там зубы в крошку стирает от злости. Я собралась было отступить, когда до ушей донесся ответ драгхара:

– По моим данным, на земле, где сейчас находится винодельня ее семьи, находятся залежи драконита.

Я отшатнулась.

Так это я зверушка? Я? Так вот почему он возится со мной!

– Серьезно? Залежи драконита на континенте людей? А доказательства нашел? Звучит невероятно.

– Кое-что накопал, но она мне не доверяет.

– Даже после того, как наши ребята помогли тебе ее припугнуть?

– Даже после этого.

Какие ребята? Он о чем? Неужели речь идет о тех двух драгхарах, что шли за мной по улице, когда я сбежала?

– А как же игра в доктора? Она же тебя лечила после фальшивого отравления. Не прониклась? Обычно с угольками что хочешь делай, стоит им часть нашего тела увидеть. Еще бы, их мужики такие дрыщи!

Так и отравление было поддельным?

Я живо вспомнила, как Лейвар падал в карете, пока я не положила его голову на свои колени, как лежал в кровати с голым торсом, как мы с ним оказались в ванне.

И Яша, этот харизматичный доморф, оказалось, играет на его стороне. То-то он не особо переживал, когда хозяин был отравлен. Не зря мне его поведение показалось странным.

Но как драгхар умудрялся выглядеть так жутко?

– Она из типичной аристократической семьи. В голове одни правила и этикет, так что буду еще долго возиться.

– Может, ты плохо старался? Слишком хорошо выглядел?

– Да я весь резерв выпустил в воздух, чтобы выглядеть как можно хуже. А она чуть меня не угробила – в ледяную ванну запихнула. Огненного дракона в ледяную воду!

Я закрыла глаза, ощущая себя так, словно родная сестра бьет меня по щекам, а я жду, когда закончит. Мне хотелось дослушать разговор, но шорох из кухни заставил спрятаться под лестницей.

– Уру-ру! – До моей ноги дотронулась драконья лапка.

– Так вот ты где, – тихо прошептала я стайху, растерянно погладив его по голове.

Значит, таково положение дел. Может, вовсе не из-за таланта находить золото он меня взял, а увидел сережки из драконита и начал пробивать подноготную. С чего-то решил, что у нас там залежи этого его драгоценного камня, и задался целью выведать у меня все подробности.

Теперь я понимаю, почему вдруг он решил стать моим куратором и спешно уехал со мной на Аднар. Почему сразу «отравился» и поселил меня в своем доме.

Не болезный он, а с воспалением хитрости. Не зря я сразу отметила его плутовской взгляд.

Яша прошел мимо, не заметив нас, неся огромный поднос с напитками и стараясь его не уронить.

Первым порывом было желание убежать, причем немедленно, но я заставила себя десять раз подумать. Я прекрасно помнила, чем закончился мой предыдущий импульсивный побег. Пусть преследователи и были от Лейвара, чтобы он смог выставить себя героем, а я стала обязана ему до конца дней, я больше не хотела принимать поспешных решений.

Если посмотреть со стороны, то что я имею? Чужой континент, другая раса, неизвестные законы. Нет дома, нет денег (вот это поправимо), нет знаний о менталитете.

Меня здесь не хотят убить, а хотят узнать о драконите. Лейвар решил разыграть спектакль ради получения ценной информации. Раз это редкий и ценный камень, то его желание вполне понятно. Это не его пугающее «На тебе есть белье?», это коммерческий интерес.

Нужно поговорить с ним начистоту. Сказать, что никакого драконита нет, можно заканчивать разыгрывать спектакль. Попросить помочь с адаптацией на Аднаре.

Я вышла из-за лестницы, как только Яша торопливо пробежал на кухню, гремя пустым подносом. Стайх за мной.

– Пойдем на улицу, – прошептала я дракончику.

И, проходя мимо дверей гостиной, услышала:

– А что с договором о помолвке, заключенным с ее дядей?

Меня будто молния поразила на месте. Нет, пожалуй, договориться у нас с Лейваром не получится.

Глава 9

Я развернулась на месте и быстро пошла в гостевую комнату. Посмотрела на мокрое платье на сушке и испытала отчаяние – я не хотела забирать ни ниточки, которая принадлежала драгхару.

Я еще могла понять коммерческий интерес из-за драконита, но договор с дядей о помолвке опустил Лейвара на глубину океанской впадины. Все, кто имел дела с моим продажным родственником, не могли быть хорошими людьми или драгхарами. А уж тем более те, кто заключил с ним договор о помолвке, чтобы использовать невинных девушек в качестве развлечения.

Жалко, что во мне не было достаточно магии, чтобы высушить платье. Хотя… подождите. Я же смогла выбраться на поверхность, когда запуталась в юбке. Что, если это не разовая вспышка силы в момент отчаяния?

Я произнесла бытовое заклинание сушки, испытывая радостный трепет. А через минуту, когда ничего не произошло, ощутила приступ великого разочарования. В расстройстве махнула рукой в сторону платья, желая, чтобы оно вмиг стало сухое, и сразу же поток горячего воздуха закрутил его в воздухе, тут же выполнив загаданное.

Вот это да! Я несколько секунд стояла и смотрела на абсолютно сухую вещь, а потом повторила на белье. Забыла махнуть рукой, но оказалось достаточно и одного желания, чтобы вся моя одежда стала сухой.

У меня есть сила! Впервые за всю жизнь есть то, чего я была лишена с детства. Не крупица магии, а гораздо больше.

Одно только ставило меня в ступор: люди всегда пользовались магией исключительно посредством заклинания и никогда по одному желанию. От силы мысли магия работала только у драгхаров. Но какая я драгхарка, ведь так? Ни ростом, ни телосложением, ни происхождением не подхожу. Как сказал Лейвар, это просто смешно. Союз крылатых и людей невозможен. Или и тут он соврал?

Похоже, у меня множество вопросов, на которые нужно найти ответы. И это не сделать тут – в месте лжи и коварства. Не драгхаром нужно было родиться Лейвару, а шварком – жутко расчетливым созданием на четырех лапах, известным своими хитрыми проделками.

Я переоделась обратно в свои вещи, взяла визу талантов, документы от консульства и разбитый почтовый артефакт. Решительно направилась к выходу, ощущая, что, если увижу Лейвара, совершенно невоспитанно вцеплюсь ему в волосы. В голове промелькнула мысль достать с помощью дракончика немного золота из пруда, но внутри поднялось отторжение. Ничего мне от него не надо. Ни-че-го!

А вот поорать и побить очень хочется. Обидно до жути. Все эти его представления, все те силы, что я потратила, чтобы привести его в себя. А ведь я искренне за него переживала, беспокоилась, что делаю что-то не так. И что?

– Уру-ру! – За мной побежал стайх.

Проходя мимо гостиной, я посмотрела на двойные двери. Хоть бы этих прощелыг там замуровало!

И быстро вышла из дома, слыша, что дракончик от меня не отстает.

– Уру-ру? – спросил он, когда я вышла за территорию особняка.

– Я ухожу. Желаю тебе удачно обжить пруд, достать оттуда все золото и перепрятать так, чтобы Лейвар в жизни не нашел.

Стайх кивнул, будто получил задание. Смешной такой!

Я совершенно невоспитанно помахала ему рукой, как приличным леди делать нельзя, и пошла прочь, не оглядываясь.

Нет, вот всегда получаю от судьбы в лоб, если делаю не так. Ведь чего я хотела? Избавиться от мужчин, которые управляют моей жизнью против моей воли? А в итоге что? Сама же с удовольствием и комфортом устроилась под крылышком расчетливого драгхара!

Ничему меня жизнь не учит. Все равно пытаюсь устроиться за счет мужчины. Стыд мне и позор.

Даже хорошо, что я получила этот урок. И огромная благодарность случаю, что узнала об этом сейчас, а не когда превратилась в уголька, варясь в теплой воде.

А ведь Лейвар страшный человек. Хотя про драгхаров так не говорят, конечно. Но он действительно куда опасней многих. Не в лоб крадет, а так, что ты сама бежишь рядом с ним вприпрыжку, думая, что нашла путь спасения.

Я вспомнила ощущение погони в лесу, когда бежала из родного особняка. А ведь я теперь не сомневаюсь, что это он шел за мной по пятам. Как охотник, который получает удовольствие от игры с дичью, загонял меня в сооруженную им ловушку.

Он первым увидел, как я нашла тот сундук золота. И это он кинул в меня мой мешочек с деньгами из темноты. Интересно, а тот спекулянт с порталами в Горт тоже был от него? А тот дядечка-дипломат?

Я становилась параноиком, но теперь каждый казался мне связанным с драгхаром. Не зря папа всегда говорил мне, когда учил управлять винодельней, что надо бояться не нахрапистых, а тихонь, не агрессивных, а умных. Теперь я поняла, как же он был прав.

С ума сойти, если подумать, где я уже была: в спальне, видела его полуголого, купалась с ним в одной ванне. Даже протирала его с ног до головы, когда боролась с горячкой. Он держал в руках мои серьги, уже начал лезть в мое прошлое вопросами. Еще чуть-чуть – и страшно подумать, где бы я оказалась.

Я выдохнула, чтобы перевести дух. Похвалила себя за то, что еще не совсем поздно и я успела уйти вовремя. Теперь оставалось понять куда.

Я открыла книжечку визы талантов и начала искать информацию. Так, вот адрес консульства драгхаров в Горте, а вот и адрес посольства людей в Драг-Наре, столице Аднара, континента крылатых.

Отправлюсь туда!

Город в свете дневных лучей казался совершенно другим, чем во время ночного побега. Я уже раньше видела белоснежные стены домов, но не обращала внимания на большие окна в них. Не замечала оборудованные зоны снаружи, где драгхары отдыхали и работали. Огромные веранды и террасы, где почти каждый крылатый, мимо дома которого я проходила, проводил время, занимаясь своим делом.

Отметила удивительный факт – они и работали на улице. Я слышала, как небольшая компания драгхаров спорила во дворе о том, какие лучше артефакты закупить у людей на этот раз, а в конце улицы увидела дом, где драгхарка обучала маленьких крылатых в саду, показывая что-то на доске на ножках.

Одежда потомков драконов отличалась от нашей, и, если нужно было бы подобрать одно прилагательное для ее описания, я сказала бы, что они носили своенравные вещи, которые соответствовали их темпераменту и характеру.

Я заметила, что молодые драгхарки без стеснения показывали голые колени, а парни-драгхи носили такой облегающий верх, что я отводила взгляд. Взрослые драгхары носили такие разные вещи, что я не могла найти одного общего стиля. Казалось, на Аднаре полная свобода в выборе одежды и никаких правил, что должно быть открыто, а что нет. Одного я только не видела – шейных платков, высоких воротников или каких-либо тугих вещей на горло. И я бы не заметила этой особенности, если бы одна проходящая мимо драгхарка при мне не порвала и без того широкий ворот со словами: «Говорила же, что давит эта человеческая одежонка! Вечно они себе шею закрывают. Что за барахло?»

И абсолютно никому на улицах города не было до меня никакого дела. Максимум, чего я удостаивалась, – это скользящий взгляд. Не больше, чем получали пробегающие по делам доморфы.

Никто не косился на мое платье, хотя я ощущала, что выделяюсь одеждой из окружающих. Здесь словно всем было все равно, во что ты одет и кто ты такой. И это очень отличалось от любопытства людей. Или от светского общества, в котором попробуй показаться в неподобающем наряде – засмеют, втопчут в землю и больше никогда не пригласят на прием.

Когда я отошла от дома Лейвара достаточно далеко, немного освоилась в новом для меня мире и решила уточнить дорогу у драгхарки в возрасте, что сидела в тени дерева прямо на траве (невиданный поступок для хорошо одетой женщины в драгоценностях, как по мне).

– Простите, а вы не подскажете, как пройти на улицу Горячих Дождей? – спросила я.

Драгхарка посмотрела на меня так, словно с ней заговорило дерево. Осмотрелась по сторонам, а потом спросила у меня:

– Это вы мне?

– Да. Не подскажете дорогу в посольство людей?

Женщина внимательно изучила меня с головы до ног и осторожно спросила:

– Сбежали?

Я растерялась, не зная, что ответить.

Крылатая тут же встала на ноги с небывалой легкостью, словно молодая девчонка:

– Тогда провожу!

У меня язык к нёбу прилип от удивления. Внутри зазвенел колокольчик тревоги.

– Не стоит. Я дойду сама. Просто укажите направление.

Драгхарка несколько секунд изучала мое лицо и спросила с горечью:

– Сколько тебе осталось?

– Эм-м-м, я не знаю, где посольство, поэтому не могу оценить путь.

– Нет. Сколько тебе осталось жить?

Я отшатнулась от ужаса.

– Надеюсь прожить больше века и не болеть, – все-таки ответила я, хотя раньше бы просто промолчала.

Драгхарка заинтересованно дернула головой, повернулась так, чтобы выставить вперед ухо, спросила тихо:

– Неужели успела сбежать до?

Я боролась в этот момент с двумя желаниями: бежать и узнать хоть что-то подробнее. Не знала, драгхарка может мне помочь или погубить. Одно было понятно: она знала о мире крылатых и местных людей куда больше меня.

Папа всегда учил меня, что самое ценное, что мы можем получить от людей, – это информация. Благодаря этому совету в свое время меня стали воспринимать не как дополнение к отцу, а как самостоятельную единицу. Поэтому я решила не бежать сломя голову, а попробовать узнать хотя бы малость. Ведь по тому, как вели себя окружающие, я поняла, что на континенте абсолютно никому нет дела до людей. Но в хорошем или плохом смысле? Нас почти не замечают потому, что считают себя выше, или просто потому, что предпочитают не замечать проблему? Ведь про угольков, похоже, все в курсе.

– Я приплыла сюда по визе талантов. – Я гордо подняла подбородок, следя за реакцией.

Думала, что увижу хотя бы проблеск уважения, но женщина лишь расстроенно сказала:

– Вижу, ты совсем не в курсе о черном рынке сбыта. Именно по визе талантов и попадают сюда большинство девчонок, а сами становятся угольками. Но ты, как я поняла, успела вовремя сбежать и ищешь посольство для защиты.

– Да, – прошептала я, уже сомневаясь, смогу ли получить там защиту, или меня отправят обратно к Лейвару.

Я-то считала, что ценный талант. Что легко найду способ заработать, когда сбегу. А меня воспринимают как экзотическую зверушку на выгуле, которая все равно скоро сдохнет.

Ух! Это одновременно обескураживало и выводило из себя.

– Понимаю, что вопрос может показаться вам странным, но я вижу, что вы многое знаете… – начала я.

Эта драгхарка могла стать моим шансом прощупать путь вперед, а комплимент об умственных способностях – лучший путь расположить собеседника к себе.

– Спрашивайте, – кивнула женщина с покровительственной улыбкой.

– На моем месте вы обратились бы в посольство? Мне там помогут?

Драгхарка долго думала над ответом. Я уже было решила, что не дождусь от нее и слова, когда она сказала:

– Я не стала бы рисковать. Привез тебя сюда явно не последний человек. А вся верхушка друг друга покрывает. Конечно, удерживать людей против воли незаконно. Но будет очень сложно доказать, что ты не уголек, а насильно привезенная девушка. Все будут думать, что ты захотела яркой, богатой и быстрой жизни и поругалась с партнером. Один подарок от драгхара, который ты приняла, может послужить доказательством того, что ты здесь по своей воле и ради выгоды. А таких расчетливых девочек, кстати, очень много.

– Ни одного подарка я не принимала.

– А платья? Украшения? – Драгхарка осмотрела меня с головы до ног.

– Все, что сейчас на мне и со мной, принадлежало и принадлежит мне.

– Это хорошо. Но в посольстве могут сидеть знакомые драгхара, который привез тебя сюда. Те, кто тоже любит развлекаться и сам не прочь протащить нескольких человечек. Тогда тебя могут силой вернуть ему, а он запрет тебя так, что больше никогда не увидишь свет.

Я содрогнулась, представив этот кошмар. Упорно не хотелось фантазировать, что Лейвар на это способен, но я слышала разговор. Факт есть факт. Просто он обаятельный мерзавец, который мастерски пудрит мозги. И от этого я еще больше злилась.

Мне хотелось прояснить, где он мне еще соврал. Может, тут:

– Разве браки между драгхарами и людьми возможны?

– Невозможны.

– Тогда как они заключают помолвки у нас? Как привозят сюда? Как все это здесь покрывается?

– Потому что у вас это все законно, а тут – бумажка для растопки камина.

– Неужели у меня нет выхода?

– Есть. Если ты заранее громко заявишь о себе, сможешь избежать плачевной участи. Чтобы ни у кого не осталось сомнений, что ты здесь по визе талантов, а не для других дел. У тебя же есть дар? Или просто написали взятое из головы, чтобы перевезти через границу?

– Есть. И еще какой. Я умею находить золото, – немного зло и гордо ответила я.

Драгхарка сначала моргнула, а потом так заинтересованно посмотрела на меня, что я убедилась – легенды про страсть потомков драконов к сокровищам не лгут.

– А вот это интересно. – Она взяла меня за руку, но я освободилась. – Не бойся. Просто хочу тебя поддержать. Расскажи о своем даре поподробней, может, я смогу тебе помочь. Видишь ли, я земляной дракон, но я не могу находить драгоценности. Зато я хорошо обрабатываю магией камни и создаю ювелирные изделия, известные на весь Аднар. Если ты говоришь правду и можешь находить золото, я спрячу тебя так, что ни один подлец не найдет.

Земляной дракон? Ювелир? Это может быть моим шансом на спасение!

Все-таки боги не оставили меня.

Драгхарку звали Элевия Формих. И конечно, как обладатель своего дела, она никому не верила на слово. Попросила меня продемонстрировать свой дар и внимательно следила, чтобы я не жульничала.

Выбрала место для проверки весьма интересное: кладбище. Я сразу предупредила:

– Грабить могилы не буду.

Я себе отметку о моральных качествах леди Элевии сделала.

– Милая, не беспокойся. Забирать ничего не будем. Просто я, как ювелир, знаю своих клиентов. Драконы часто все свое берут с собой. По крайней мере, любимые украшения. А все мои творения становятся любимыми до гроба и после него. Так что покажи мне могилы, где чувствуешь золото.

Ого, вот это самоуверенность! Мне бы так в себя верить.

– Хорошо, – осторожно согласилась я и медленно пошла вдоль холмов, украшенных чудаковатыми надгробиями.

Здесь не было оград, не было табличек, не было фотографий. Зато каждый могильный камень был натуральным, разной породы и формы. Здесь были и полупрозрачные полудрагоценные камни, и темные представители твердых минералов. С прожилками и без, мутные и кристально чистые, гладкие и рифленые – чего тут только не было. И все эти увековечившие память камни были в форме драконов разных размеров и мастей: с длинными хвостами и с короткими, с гребнями на спине и без, с большими крыльями или с такими, что больше напоминали отростки.

Я оглянулась по сторонам. Неужели все это богатство не охраняют?

– Везде встроены охранные заклинания. Любой, кто сдвинет монумент хоть на палец, превратится в пепел, – словно прочитав мои мысли, сказала Элевия.

И тут я почувствовала огромное количество золота под землей у крохотного монумента зеленого дракона.

– Здесь. Очень много золота. Очень.

Если бы меня спросили сколько, то я бы сказала, что хватит заполнить лошадиное стойло.

Элевия едва наморщила нос:

– Очень скромная могила. Ты уверена?

– Да, – ответила я, не колеблясь ни секунды.

Драгхарка недоверчиво покачала головой и скептически предложила идти дальше. Я пожала плечами и двинулась между холмиков.

– Вот здесь есть совсем немного. Не больше тонкой цепочки, – показала я на огромную статую с черным драконом.

Элевия посмотрела на меня с полнейшим разочарованием:

– Это бывший мэр города. Его состоянию может позавидовать даже король. Я была на его похоронах: весь костюм был шит золотыми нитями, пуговицы – все высшего разряда. Даже туфли позолочены.

Я пожала плечами:

– Я не чувствую там много золота.

– Эх, нехорошо обманывать. Сказала бы честно, что в раздел талантов вписали что в голову взбрело – я бы чуть помогла. А теперь, после того как ты потратила мое время на бесполезную прогулку, я и пальцем не пошевелю.

– Я не врала. Говорю, как ощущаю. Мой дар меня еще ни разу не подводил.

Элевия смотрела на меня и цокала языком:

– Ну и не стыдно дальше упираться?

Я расстроилась, но не собиралась позволять так с собой разговаривать. Гордо подняла подбородок, молча развернулась и пошла прочь.

Что ж, судьбоносное спасение не удалось. Конечно, я могла вернуться и умолять Элевию проверить мой дар в другом месте, где она может закопать золото, а я – в подтверждение своих слов найти спрятанное, но не стала.

И без того натерпелась унижения. У меня в жизни никогда не было легких путей, и здесь не будет. Ничего нового, ничего удивительного. Зато никому не буду должна.

Нужно подумать как следует, прежде чем решительно действовать дальше. Вопрос с посольством до сих пор открыт. Спасибо Элевии, она дала дельный совет: стать той, о которой все знают и чей дар ценят.

А для этого мне нужно понять общество драгхаров и придумать план. Благо на улицах на человеческих девушек обращают внимание не больше, чем на доморфов, поэтому передвигаться будет несложно. И у меня есть естественные потребности – есть и пить, спать в защищенном месте. Их нельзя закрыть без денег. Но деньги можно и заработать, верно? Так я смогу содержать себя и починить артефакт и связаться с сестрами, чтобы узнать, как они там. А потом уже и разработать план, как стать известной на весь Аднар.

Если я стану таковой, там и сестер можно под крылышко перевезти и защитить от всех напастей.

Звучало красиво. Я даже повеселела.

Теперь я шла по улицам, заглядывала в таверны, гостиницы и магазины и спрашивала, нет ли у них работы.

Но меня неизменно окидывали удивленным взглядом и говорили «нет».

Следующие трудности начались с того, что у меня зачесалась левая пятка. Просто до одури. Пришлось отойти в тихий дворик, чтобы снять тканевые туфли и посмотреть, что же там такое.

Кто-то укусил? Мозоль? Какая-то заморская болезнь?

Но когда я вывернула ногу и посмотрела вниз, то в шоке упала. На пятке еще не ярко, но довольно отчетливо проступала вязь руны.

На меня что, Лейвар порчу навел? Или это из-за того, что я ходила по кладбищу и искала золото? Может, нарвалась на охранное заклинание?

Еще проклятие подхватить не хватало для полного счастья. Денег к целителю идти не было, обратиться не к кому.

Оставалось сцепить зубы и, прихрамывая, пытаться устроиться на работу снова и снова. Но теперь на меня смотрели сочувственно, словно от души жалели, но помочь не могли.

– Уходи! А то еще помрешь на пороге – клиентов распугаешь, – слышала я.

Или:

– Бедный уголек. Зачем тебе работа? Недолго осталось.

Меня это начинало злить.

– Я не уголек! И не умираю. Пятку натерла! – не удержала я крика души в одной таверне.

– Да? – спросил с интересом доморф чрезвычайно чопорного вида. – И ручки замарать не боишься?

– Не боюсь! – с вызовом сказала я.

– Покажи ладони, – потребовал он, и я протянула руки.

– Вот.

– Ни единой мозоли. Тарелки все побьешь.

– Побью – вычтете из жалованья.

Доморф сначала отвернулся, словно хотел уйти, а потом повернулся ко мне и махнул рукой:

– Ладно, давай попробуем. Нам очень нужны руки на кухню. Будешь делать все, о чем попросят. Оплата в конце дня по сделанной работе. В зал выходить нельзя, высовываться на улицу нельзя. Жить здесь же, в комнате для персонала. По рукам?

Прямо то, что мне нужно!

– По рукам! – согласилась я.

Это же идеально – первое время не высовываться и получать деньги каждый день. Лейвар, если будет искать, ни за что не найдет. Я накоплю достаточно средств, информации и сил, чтобы жить на Аднаре дальше.

Доморф провел меня на кухню трактира, а там был словно рынок в самый популярный час: толкучка, много доморфов и людей, море разных запахов, и никто не обращает ни на кого внимания.

– Кенг! – Доморф окликнул другого «домовушку», гораздо более тучного и менее чистоплотного, но с умным взглядом. – Новенькая. Принимай.

Я шагнула вперед, хотела представиться, но Кенг тут же начал:

– На тебе посуда. Сделаешь – отдрай вон тот чан. Сделаешь – почисть плиту. Сделаешь – подходи, дальше дам задание.

Я засучила рукава. Что ж, в потоке дел и голова лучше работает. Правда, кухонную утварь я буду драить первый раз, но не сомневаюсь, что получится.

Еще бы пятка не чесалась!

Мне казалось, что я достойно справляюсь с заданиями, но Кенг выглядел все недовольней, когда принимал очередную часть работы.

– Долго, – сказал он, когда посмотрел на стопку помытой посуды.

Я промолчала, принялась за чан и показала ему результат.

– Плохо, – сказал он. – Еще раз.

Я стерпела, начала заново. Хотя как по мне, ту пригоревшую грязь было не отодрать даже сильнейшими заклинаниями.

– Еще не приступала? – спросил доморф, когда я показала отмытую мной плиту.

Да я с ней часа два провозилась!

Не было ни секунды присесть, глотнуть водички. Я видела, что доморфы работают быстрее, лучше и, что таить, качественнее меня, поэтому старалась изо всех сил.

«Вот бы грязь сама собой отлипала!» – подумала я, перемывая чан.

И о чудо! Вековая пригоревшая чернота легко отошла под моей рукой. За минуту я превратила чан в посуду, которую даже Кенг не узнал. Он очень долго крутил огромный чан с боку на бок, ища печать, а когда нашел, покосился на меня недоверчиво, но кивнул.

– Если бы не знал, что ты человек, подумал бы, что драгхарка своей магией поработала.

Какая я драгхарка? Смешно! Но…

Кое-что меня тоже настораживало. Это же явное колдовство, вот только силой мысли, а люди так не колдуют. Я не любила врать себе, поэтому смотрела правде в глаза: активированный драконит, проснувшаяся сила, магия при помощи силы мысли – все это навевало на мысль, что я каким-то образом имею отношение к потомкам драконов, но все вокруг говорили, что это бред.

Неужели полукровок не бывает? Ведь развлекаются с угольками сплошь и рядом?

Хотя папа всегда говорил, что наш род можно посмотреть до седьмого колена, а при желании еще дальше, кто знает, какие сюрпризы готовит судьба.

Я бы никогда не поверила, если бы мне сказали полгода назад, что папа умрет, а ушлый двоюродный дядюшка положил лапу и глаз на наше состояние и попробует нас с сестрами продать крылатой смерти.

Так что для себя я решила, что, возможно, когда закончу работать, смогу что-нибудь да выяснить. Вот только я не ожидала, что по окончании работы нас проводят в комнату, где на полу, на подстилке из стеганых одеял, мне предстоит спать в компании восьми домовушек.

Как тут по-тихому выяснить что-то? Да просто невозможно.

Кенг закрыл дверь, и комнату захватила темнота. Я лежала ровно посередине, чувствуя, как под левое колено уперлась чужая пятка, а волосы трогает маленькая рука справа.

Нет, мне не было страшно. Странно – да. И вряд ли я здесь усну.

– Человек, ты как тут оказалась? – спросила меня домовушка справа.

Та, что трогала мои волосы, думая, что я не чувствую.

– Пытаюсь выжить, – ответила я после небольшой заминки.

Тишина в ответ была неловкой.

– А чья ты, человек? – вдруг раздался голос доморфа у стены.

– Своя собственная, – тут же ответила я.

Такие вопросы задевали меня за живое. Словно я чья-то собственность здесь. Как питомец, что сбежал, а его ловят на улице и ищут ошейник.

– Свободная? – спросил меня доморф слева, который упирался пяткой мне под коленку.

И я не поняла, это он так пытается познакомиться поближе или уточняет, нет ли у меня хозяина. Поэтому просто угукнула.

Было неловко. Я так и ощущала интерес к себе, но никто не отваживался больше спросить. Может, попытаться у них что-нибудь выяснить? Только для этого нужно познакомиться поближе, чтобы они не так настороженно ко мне относились.

– А вы как здесь оказались? – спросила я в темноту.

– Мы служим хозяину. Он за это дает нам энергию, – ответила мне домовушка, судя по голосу, женского пола. – Разве по нам не видно?

– Видно? – переспросила я.

– Да. Любой доморф, если он не дикий и злобный, похож на своего хозяина. Мы все такие же трудолюбивые и рукастые, как наш господин Ахолей.

Вот как! Значит, Лейвар тот еще жулик. И как я сразу не поняла по Яше и его игральным картам, которые сыпались. Мне же судьба сразу подсказки давала, а я из-за ограниченности знаний была не в курсе.

– Не знаете, почему меня наняли?

Доморфы нескладно замычали, выражая свою неосведомленность. Однако я видела, что дел было много, а на кухне действительно не справлялись. Может, причина проста и заключается именно в этом?

И тут я вспомнила, что мне обещали ежедневную оплату труда, а ничего не заплатили. Кенг, наверное, забыл в суматохе. Надо завтра ему напомнить.

Неожиданный вопрос застал врасплох:

– А как ты чан отодрала? Заклинание использовала?

– Нет, – осторожно ответила я. – Просто подумала, что хочу, чтобы чан стал чист.

– Пьюф-ф-ф! – Доморф слева издал губами звук глубочайшего сомнения. – Ты же не драгхар, чтобы так колдовать.

А вот это был отличный задел на нужный мне разговор.

– А вы, случайно, не встречали детей драгхаров и людей? – спросила я.

Несколько секунд стояла тишина, потом доморфы разом загоготали, крутясь на спинах. Меня даже пару раз пнули.

– Тихо! – Кенг постучал в дверь, и все затихли.

Я шепотом решила дожать:

– А что? Разве это невозможно?

– Ни один уголек до родов не доживет! Даже до момента, когда живот покажется! – ответила мне зрелым голосом домовушка.

Ее я точно слышала первый раз, но помнила по кухне самую пожилую женщину-доморфа.

Почему-то ее опыту хотелось поверить. Но, как говорится, доверяй, но проверяй.

– Ни одного шанса? Может, заклинаниями какими? По большой любви?

– Да ты что! Знаешь, говорят, давным-давно полюбили друг друга драгхар и человеческая девушка, да вот только чем больше они были вместе, тем быстрее горела избранница потомка драконов. Умерла она в страшных муках от большой любви. Кажется, им где-то памятник стоит, да только весь зарос.

Вот, значит, как. Ни одного известного случая за столько поколений. Похоже, моя теория неверна.

Пятка снова зачесалась. Да что это такое? Неужели Лейвар поставил следилку и сейчас меня ищет?

Оказалось, что жить среди доморфов крайне практично. С утра маленький народец быстро сформировал очередь к умывальнику, рассчитавшись по порядку, и соблюдал последовательность, поэтапно приводя себя в порядок. Умывальник, где они спрыскивали физиономию. Уборная, где каждый из них пел. А после стройным рядом они пошли на кухню и сразу принялись за работу.

А как же завтрак?

Вчера я питалась урывками, когда удавалось незаметно взять что-нибудь из заготовок блюд, но сегодня я открыто задала вопрос:

– А здесь кормят?

Молодой доморф, который чистил ершиком кухонную вытяжку, удивленно посмотрел на меня:

– Мы же вчера рассказывали тебе, что хозяин делится с нами энергией в обмен на работу. Так что мы постоянно на подпитке. Нам не нужна еда.

– Ах, вот оно как. А мне еда нужна, просто необходима, – сказала я и посмотрела на Кенга, который суетился между разделочными столами, указывая, кто сегодня за какие блюда отвечает.

Мой вопрос он то ли не услышал, то ли проигнорировал. Пришлось спрашивать напрямую:

– Простите, но я не доморф. Мне, чтобы жить, нужна еда. А отсюда не разрешают выходить…

– Одни от тебя проблемы, человечка, – с досадой протянул Кенг, но похлопотал – набрал мне тарелку съестного, за что я его горячо поблагодарила.

Я быстро поела в углу кухни и решилась еще раз потревожить управляющего:

– Спасибо за еду.

Кенг кивнул. Как же дальше сказать? Ужасно неловко клянчить свое же, да еще и в уважительной форме, но я попробую:

– Неудобно напоминать, но вчера вы забыли со мной расплатиться.

Кенг посмотрел на меня так, словно стена заговорила:

– А за что платить? Мытье посуды задержала, плиту словно не мыла. Еще и поела, как постоялец. Вот, считай, плата за отмытый чан на еду и ушла.

Ненавижу ощущать себя дурой, но именно так я себя и почувствовала. Меня обдурили. В этом месте я не заработаю, а еще и в долги влезу. Хорошо хоть, поела и поспала, но оставаться в такой кабале я не намерена.

Расстались мы очень неприятно, с громким скандалом, который учудил Кенг. Он еще долго кричал мне в спину на всю улицу, что они приголубили уголька, а я оказалась неблагодарной и хочу прежней шикарной жизни.

На душе было паршиво настолько, что хотелось забиться в темное место и нареветься. Я шла по улицам Драг-Нара и думала, что это самое ужасное место. Мне очень хотелось домой.

Может, стоит уплыть обратно? Это возможно сделать самостоятельно, без посольства?

В такие минуты внутренней слабости мне обычно помогала семья. Папа, который всегда делал из проблемы огромного масштаба песчинку. Эми, которая могла так хлопнуть по плечу, что все глупости из головы вылетали. Близняшки, которые так обнимали, что сразу становилось хорошо. Это было мое «место силы». Но теперь его нет. Папу умер, сестры неизвестно где.

От этого еще паршивей.

Я вышла на широкую улицу города, прошлась мимо лавок, стараясь отвлечься на товар, но словно его не видела. Однако сразу встрепенулась, когда услышала информацию из новостного артефакта:

– Младший брат почившего мэра города Греверса Лошерда арестован по подозрению в мошенничестве. В его доме нашли сокровища, которые мэр города завещал похоронить с собой. В том числе и золотые пуговицы с одежды покойного, обувь с позолотой и множество ценных реликвий. Органы ведут расследование, разграбил ли родственник могилу или сразу положил туда подделки. Также в сговоре с ним подозревают и четырех сыновей Греверса.

Я же говорила, что у того самого мэра под землей не больше тоненькой цепочки, а ювелирных дел мастер мне не верила. Вот теперь услышит и будет крылья кусать от досады. Так ей и надо!

Настроение не сильно, но улучшилось. По крайней мере, у меня был прекрасный дар, и он исправно работал. Похоже, чтобы прожить, его и буду использовать. Все равно хожу по городу. Так почему бы не попытаться озолотиться?

Сережки из кармана платья я не доставала, полагалась только на свою силу. Меня немного сбивало огромное количество позолоты на крышах домов, но потом я научилась блокировать ненужное воздействие, сконцентрировалась на земле.

Я как раз набрела на чудесный парк и решила, что это отличная возможность пройтись по красочным местам и попрактиковать дар.

Мне даже стало казаться, что левая пятка, та самая, что раньше так чесалась, стала в одном месте дорожки гореть. Стоило пройти мимо – переставала. Возвращалась – снова начинала жечь.

Могла ли та руна появиться из-за силы? Эта версия мне нравилась куда больше, чем вариант со следилкой. Этакий индикатор золота в ноге. Чем плохая обновка?

Я посмотрела на брусчатку и заметила между стыками камней светящееся звено. Присела, поковыряла первой подвернувшейся веточкой и освободила цепочку от печальной судьбы быть затоптанной в грязь.

Мой первый улов!

Сразу и настроение улучшилось, и я физически приободрилась. Может, я сейчас ка-а-ак наберу себе маленькое состояние поиском? А что? Было бы неплохо.

Но, словно судьба хотела щелкнуть меня по носу за такие мысли, мне больше не попадалось ничего, сколько бы я ни ходила по парку и окрестностям. А когда я решила выйти на более оживленную местность, то услышала голос Яши:

– Вы не видели мою хозяйку? Посмотрите на портрет! В голубом платье, светлые волосы, человечка.

Доморф тыкал лист в нос почти каждому, кто проходил мимо. Значит, Лейвар меня ищет. Нужно быть осторожней. И, по-хорошему, сменить приметную одежду.

Я нырнула в переулок и наткнулась на вывеску «Ломбард». Да это же то что нужно! Обменяю цепочку на монеты.

Я толкнула тяжелую деревянную дверь и попала в царство золота. Всюду, куда падал взгляд, лежал блестящий металл. Начиная от столовых приборов и кубков, заканчивая большими статуями слева и ювелирными украшениями справа. А впереди, за столом, заваленным предметами роскоши, сидел очень молодой драгхар.

– Добрый день! – поздоровалась я.

Он посмотрел на меня устало, словно прожил два века и утомился от всего.

– Уголек. Ворованное принесла.

– Нет. – Я твердо отвергла оба утверждения и положила ему на стол цепочку.

Тонкая змейка потерялась на столе за вазами, сервизами и скипетром.

– Хочу обменять на валюту.

Молодой драгхар взял цепочку в руку, надел фиолетовые очки и стал смотреть украшение со всех сторон. Я же в это время пыталась понять, сколько местных денег я могу получить за цепочку. Смотрела на ценники с четырехзначными числами за кубки на полке, на трехзначные за кольца в стеклянном ящике рядом и старалась найти похожую цепочку.

– На ней заклинание «антисглаз» – это повышает ее стоимость, – сказал драгхар, снимая очки.

Выдвинул ящик в столе, отсчитал несколько зеленых монет и протянул мне.

А я не имела представления ни что это за монеты, ни правильно ли он заплатил за такого рода изделие. И выбор невелик: либо забирать цепочку обратно и остаться без денег, либо брать неизвестно что.

Однако если драгхары похожи на людей, то мне определенно надо попытаться поднять цену.

Я взяла со стола цепочку, игнорируя руку с монетами. Молча медленно развернулась и пошла к выходу.

– Подождите, – окликнул меня драгхар уже у выхода. – Я не те монеты вам дал, ошибся.

Я развернулась вполоборота:

– Даже если дадите нужные, их количество должно утроиться.

– Бросьте. Максимум – в полтора раза больше.

– В два с половиной, или я ухожу.

– Два. Это мое последнее предложение. И то потому, что я давно соскучился по тому, как торгуются люди.

Он? Говорит так, словно прожил долгую-предолгую жизнь. На вид еще совсем мальчонка, даже вряд ли совершеннолетний. Или это так золото драгхаров омолаживает?

Разошлись мы довольные друг другом. Вот только мне не хватало знаний, куда я могу эти монеты потратить и что купить. Самый лучший вариант был идти в торговый квартал, рынок или к лавкам и наблюдать. Иначе, боюсь, меня облапошат в первом же месте, где я решу потратить средства.

Стоило стать немного повнимательнее, как я заметила, что среди лавок лидируют артефакторные. Эти предметы были безумно популярны: расположились и на стихийных уличных прилавках, и в больших стеклянных павильонах. В таких лавках всегда была очередь, но, что удивительно, драгхи всегда держались друг от друга на приличном расстоянии. То ли для того, чтобы дать место крыльям (у кого видимым, у кого нет), то ли просто из-за нежелания дышать друг другу в затылок, как любят люди.

Второе, что я отметила для себя, – это что драгхары обращались друг к другу исключительно с приставкой «драг-»: «драг-лорд» или «драг-леди». А еще, когда они эмоционально общались между собой, то обожали упоминать в ругательной форме какого-то змея.

Я честно хотела проследить за денежным оборотом, но как стала наблюдать за потомками драконов, так не могла остановиться, подмечая тонкости их магии.

Я заметила, как один драгх с голубым отливом волос, чтобы объяснить продавцу, что он имеет в виду, создал фигуру из капель воды. Другой, когда увидел, что лавочник не понимает, какой товар на полке его заинтересовал, просто притянул вещь к себе по воздуху. А в лавке тканей одна драгхарка попробовала огнем кожаный лоскут на натуральность, вызвав пламя на кончиках пальцев одним желанием.

Но самое большое впечатление на меня произвела одна влюбленная парочка. Они вышли из стеклянного павильона, глядя друг на друга, и крылья у них за спиной вели себя крайне хаотично: то появлялись, то исчезали. Они прошли мимо меня, и я заметила, как на шее у девушки проступил рисунок чешуи, а у молодого драгхара на локте мелькнул острый нарост. Но даже не это поразило меня больше всего. У драгхарки на виске была маленькая руна, которая очень походила на ту, что была у меня на пятке.

Эти двое были так погружены друг в друга, что, будь я даже мэром Драг-Нара, не посмела бы вмешаться и спросить про вязь рисунка. Однако за ними шел доморф и выглядел он так, словно напился: он качался во все стороны, медленно моргал. Вот его-то я и поймала за плечо для вопроса:

– Простите, пожалуйста. Не подскажете, что за рисунок на виске у вашей хозяйки?

Доморф икнул так, словно объелся:

– Видела, да? Истинные! Тебе это не грозит!

Доморф чопорно поднял подбородок и пошел следом за парой, оставляя меня еще более озадаченной, чем раньше.

Что это такое – истинные? Может, есть целая картотека магических рун и я просто не разглядела все изгибы рисунка? Тем более у драгхарки он на виске, а не на пятке.

Вопросов стало больше, чем ответов. Но я здесь не за этим. Нужно сосредоточиться на монетообороте.

Я нашла самую популярную лавочку артефактора и встала рядом. Через полчаса я уже поняла, что один золотой империал равен двадцати серебряным монетам. И нигде я не видела в обороте никаких зеленых монет, которые пытался впихнуть мне драгх из ломбарда.

Получается, за цепочку я получила двадцать три серебряные монеты, что равно одному империалу и трем серебряным. Хватит ли мне этого хотя бы на еду и ночлег?

– Хозяйка! Наконец-то я вас нашел! – раздался голос Яши снизу.

Доморф держал меня за платье так, словно хотел выдрать кусок ткани.

Я подпрыгнула от неожиданности и страха.

– Яша! Что ты здесь делаешь?

– Хозяйка, пойдем быстрее к хозяину. Он с ума сходит с момента, как вы пропали. Это вас стайх утащил, да? Бессовестное создание!

Доморф обладал такой недюжинной силой, что буквально тащил меня за платье в нужную ему сторону. На нас косились, но никто и не думал вмешиваться. Я даже услышала пренебрежительный шепот: «Сбежавшего уголька поймали».

Хотелось вырвать платье, пусть даже ценой дыры в нем, но это могло меня не спасти. Нужно срочно придумать другой выход. Как-то остановить домовушку, обмануть, запутать так, чтобы он потерял меня из виду.

– Яша, подожди немного. Остановись.

– Не могу, хозяйка. Сейчас на соседнюю улицу свернем, передам вас хозяину и выдохну.

Лейвар рядом! Значит, на соседнюю улицу мне никак нельзя. Кто знает, что меня ждет, когда жених притащит в дом. Его игра раскрыта, значит, можно сбросить все маски и быть собой. А как я уже знаю, доморф – копия своего хозяина. А это значит, что Лейвар тот еще азартный игрок.

Игрок!

– Жа-а-алко, – протянула я, надув губы. – Только хотела поиграть. Как раз нашла десять серебряных…

Яша остановился, задрал ко мне голову и посмотрел в глаза:

– Правда хотели?

Я наклонилась к нему, доверительно и очень горячо подтвердила:

– Чистая.

И шумно носом воздух втянула, делая вид, что расстроена до слез.

– Раз такое дело, то можно чуть-чуть поиграть. Верно? – Яша кивал, говоря это, словно умоляя меня утвердительно подвигать головой в ответ.

– Конечно! А то домой придем, и все – никаких игр.

– Точно, – подтвердил Яша, ослабив хватку на платье и осматриваясь по сторонам. А потом аж подпрыгнул на месте от радости: – Сюда!

И потащил меня за собой, только уже за руку. Я тем временем отсчитала рукой в кармане десять серебряных. Что ж, похоже, первой моей покупкой будет свобода, и будет стоить она именно эту сумму.

Доморф потащил меня в переулок, нашел неприметную дверь и толкнул ее так, словно делал это много раз.

– Прошу, хозяйка! – Он хотел пропустить меня вперед, но я покачала головой и показала жестами, чтобы он сам шел первым.

Может, сбежать сейчас? Догонит. Нет, лучше подожду более подходящего момента.

Мы спустились по темным ступеням на цокольный этаж, повернули несколько раз по коридору, и Яша постучал в стену между двумя темными картинами. Тайный ход открылся.

– Азартные игры в Аднаре запрещены? – спросила я шепотом.

– Немного, – увильнул от ответа Яша.

Вот как. Но как же я отсюда выберусь, если тайный проход закроется?

– Яша, держи деньги, я сережки потеряла по пути. Сейчас найду их и вернусь.

Доморф разом погрустнел:

– Идемте, хозяйка, найдем пропажу.

– Я не маленькая, справлюсь. Куда постучать – запомнила, вернусь.

Было видно, как Яшу разрывало изнутри желание играть и ответственность перед хозяином. У него даже ноги в разные стороны разъехались от сложности выбора.

Я окинула взглядом игральные столы вдалеке. Здесь, на удивление, было много доморфов и крайне мало драгхаров. Они играли за разными столами, но вскакивали одинаково азартно.

– Ох, кажется, сейчас самое удачное время, – сказала я, будто бы и не обращаясь к Яше.

– Согласен, – в сердцах произнес доморф.

– Так иди. Сережки найду – приду.

– Точно?

– Конечно.

И когда я научилась врать без запинки?

– Только осторожней, хозяйка.

– Да-да. – Я подтолкнула Яшу в спину и вышла в коридор.

Дверь, которой теперь никто не мешал закрыться, затворилась обратно.

Кажется, удалось. Теперь надо выбраться отсюда на улицу и как можно осторожнее уйти подальше от шумных мест.

Я вышла в переулок и заметила напротив двери в игральный зал кривую вывеску «Гостевой дом леди Гренли». Папа сразу бы сказал, что это злачное место.

Недалеко, но именно здесь меня вряд ли будут искать. Скорее всего, будет недорого, а у меня осталось тринадцать серебряных. Я оглянулась по сторонам – никого. Взялась за ручку двери, и та поддалась со скрипом, тяжело, словно ее давно никто не открывал.

В нос ударил запах помещения, которое давно никто не проветривал.

Светильники, артефакты которых были почти на нуле, мерцали, освещая крохотный холл, обшарпанную стойку регистрации и диван с креслами, в одном из которых сидела женщина. Она почти провалилась в мягкость сидячего места и даже не открыла глаз, когда я вошла.

Выглядела она крайне изможденной. Настолько, что я не могла не подойти и не спросить:

– Вы в порядке?

Не похоже, чтобы тут был кто-то еще, но я осторожно огляделась. Никто не вышел.

Женщина медленно открыла глаза, и я поразилась тому, как она молодо и при этом измученно выглядела. Область вокруг глаз стала темной, кожа – сухой, с сероватым оттенком, а руки были худые до костей.

Ранее прекрасная человеческая девушка превратилась в жалкое подобие человека. Меня почему-то особенно поразило то, что она была одета в платье, так похожее на те, которые я обычно носила на прием.

Неужели передо мной пример уголька и ее ужасного исхода?

Незнакомка с трудом сконцентрировала на мне взгляд и разлепила губы.

– Воды…

Я поняла смысл ее просьбы скорее интуитивно, чем на слух. И тут же заметалась по холлу, ища, куда зайти в поисках кухни. Первый проход вел в коридор с четырьмя дверьми. Второй – в небольшую столовую. А вот там уже была дверь в крохотное королевство кастрюль и поварешек.

Я нашла кран и налила в стакан воды, надеясь, что ее можно пить, потому что содержимое кувшина для отстоянной воды было мутно-зеленым.

Хлопнула дверь. Боги, кто там?

Я чуть не выронила стакан от неожиданности, а потом маленькими шажками пошла к выходу, готовая в любой момент запустить стакан с водой как метательный предмет.

– Уру-ру! – услышала я знакомый звук, проходя столовую.

Выглянула в коридор и увидела стайха, спешащего мне навстречу.

– Уру-ру! – повторил он, сбивая меня с ног.

Я выронила стакан, облилась, но была невероятно счастлива видеть знакомое создание, которое явно знало толк в приветственных объятиях.

– Уру-ру, уру-ру, – все повторял стайх, прижимая меня к полу своей мордочкой, ласкаясь, словно домашний зверек.

А потом слегка прикусил меня за рукав платья и потянул в сторону холла, где с гордостью показал небольшую горочку слюнявых монет.

– Уру-ру-ру, уру-ру-ру-ру, – начал делиться эмоциями стайх, показывая то на золото, то на дверь.

– Ты выполнил мое поручение и лишил драгхара золота? – спросила я, покосившись на девушку в кресле. Та щурила глаза в сторону золота так, словно ей оно чудилось.

Дракончик интенсивно закивал головой и показал на дверь, а потом изобразил лапами движение, словно закапывает.

– И где-то спрятал еще? – попробовала предположить я, и стайх закивал снова.

– Вот это ты молодец! – похвалила его я, и чешуйчатый парень на глазах расцвел: гордо поднял голову, вытянул хвост во всю длину и стал менять позы, будто не знал, на какой остановиться.

– Ты умничка. А сейчас мне нужно помочь. – Я погладила стайха по голове и вернулась на кухню, чтобы налить еще воды.

На животе и на юбке у меня расползалось мокрое пятно, но я старалась не обращать на него внимания. Поднесла стакан с водой к губам девушки в кресле, и мышцы ее лица дернулись, а вот она сама едва смогла податься вперед и открыть рот. Маленький глоток, казалось, дался ей тяжело, словно горло отвыкло работать. Второй тоже шел с трудом. Рука на подлокотнике дернулась, но так и не поднялась, и я помогла сделать ей третий и четвертый глоток.

– Если вы давно не пили, то много нельзя. Давайте будем понемногу приходить в чувство?

Девушка в знак согласия смогла только прикрыть и открыть глаза снова.

– Бедная, – вырвалось у меня, а потом я тут же мысленно треснула себя по губам: – Простите. Я вам помогу, чем смогу.

Незнакомка снова медленно закрыла глаза и открыла. Как я поняла, в знак благодарности.

В Драг-Наре было полно артефактов. Может ли какой-нибудь помочь человеческой девушке набраться сил и подлечить?

Я посмотрела на слюнявое золото.

– Стайх… – обратилась я к дракончику, а тот как-то обиженно посмотрел в ответ.

Точно! Наверное, он хочет, чтобы я звала его по имени. Мне бы тоже не понравилось, если бы ко мне обратились «человечка».

– Хочешь, я дам тебе имя? – спросила я, присев так, что наши с дракончиком глаза оказались на одном уровне.

Он закивал.

– У тебя есть варианты?

Стайх снова закивал.

– Ур! – гордо сказал он.

– Ур?

В ответ снова кивок.

– Что ж, Ур – это очень красивое имя, – согласилась я. – Слушай, Ур, а я могу взять из горы золота несколько монет и попытаться вылечить вот эту прекрасную девушку?

Стайх закивал и дотронулся лапой до моего платья, показав кивком на золото, а потом на меня.

– Хочешь сказать, что это все мне?

Ур кивнул.

– Спасибо! – от всего сердца поблагодарила я.

Хоть я и сама могу находить золото, оно просто так на дороге не валяется.

Я быстро отмыла монеты, а потом подошла к незнакомке снова. Нерешительно потопталась рядом, ловя на себе ее усталый взгляд.

– Может… вы хотите в туалет?

Она закрыла глаза и едва заметно отрицательно мотнула головой. После чего взяла и уснула.

Я посмотрела на свое мокрое платье, а потом на входную дверь. Лейвар и Яша ищут на улицах города человечку в голубом платье и со светлыми волосами. Выйти так – подвергнуть себя риску. Но как же тогда мне спасти девушку?

– Простите, можно я поищу, есть ли здесь платье, чтобы мне переодеться?

Незнакомка не отреагировала – она крепко спала. А я решила так: мертвой ей уж точно будет не до платьев, а будет жива и в силах, когда поправим ей здоровье, тогда и пусть ругает за аренду вещей – я только рада буду. Это будет значить, что у меня получилось.

Я посмотрела на третью дверь. По моим предположениям, там должна была быть ее комната, а вот слева по коридору – те, что сдавались. Я подошла ближе, надавила на ручку и вошла.

Я словно оказалась на континенте людей в доме старой подруги. Здесь была и кровать с балдахином, и ковер, и даже шкаф на ножках один в один, как были модны лет десять назад и стояли в каждом человеческом доме.

Неужели это все доставили сюда кораблями? Ведь у драгхаров совсем другой вкус и обстановка в домах иная: без вензелей, резных элементов

Тут, как и во всем гостевом доме, мерцали почти разряженные светильники. В этой комнате было особенно много пыли. Хотелось проветрить, но до окна под потолком было не дотянуться. Оно, словно узкая щелка, едва зияло под потолком.

На всякий случай я прикрыла дверь и обошла весь гостевой дом, убедившись в том, что здесь больше никого нет. Как я и думала, за левым проходом в коридор, где виднелись несколько дверей, были комнаты гостей, и все они пустовали. Я вернулась к комнате хозяйки заведения.

Я подошла к шкафу, открыла его и поразилась схожести нашего вкуса. Словно дома заглядываю в свой гардероб. Множество платьев мягких пастельных тонов, гора шляпок на верхней полке и внизу коробки с шарфами, перчатками и лентами для волос.

В этот момент у меня похолодели руки от осознания, какой ценой девушке далась здесь вся эта красота. И я могу оказаться на ее месте, если не найду способ выпутаться.

Очень не вовремя внутри проснулось чувство вины, что я беру без спроса чужие вещи, но я быстро запретила себе думать на эту тему. Выжить и попытаться облегчить страдания хозяйки этого дома – вот лучшее, что я могу сделать.

– Уру-ру! – Стайх был рядом и тоже с интересом изучал содержимое шкафа.

Я быстро выбрала персиковое платье, светлую шляпу с оранжевыми лентами и белой вуалью и убрала волосы наверх, собрав в пучок и закрепив лентой. Шляпка села идеально, впрочем, как и платье. Бедная девушка сейчас выглядела безумно худой, а раньше наш размер одежды был одинаков.

От этого мурашки шли по коже. Мне очень захотелось ее спасти! Может, и глупо выходить, когда саму ищут, но по-иному я не могу.

– Ур, у меня для тебя задание, – со всей важностью произнесла я.

Стайх весь вытянулся от любопытства и нетерпения.

– Сможешь охранять нашу новую знакомую? – спросила я, и дракончик кивнул. – Отлично! А я скоро вернусь.

Я взяла золото, захватила сумочку, на выходе немного подумала и задержалась, чтобы сменить и туфли. Обувь владелицы гостевого дома мне чуть жала, но это даже хорошо. Благодаря этому у меня сразу изменилась походка, что было немаловажно.

На пороге развернулась и снова зашла в спальню в поисках духов. А то кто знает этих потомков драконов. Вдруг они распознают индивидуальные запахи?

Я нашла пузырек с ароматическими маслами и капнула себе из пипетки на запястья, растерла на коже, коснулась шеи. Вот так лучше!

Я осторожно вышла на улицу, занавесив лицо белой вуалью от шляпки. И тут же из двери напротив – игрового дома – вышел Яша.

Невероятным усилием воли я сбросила с себя оцепенение и медленно пошла по улице, чуть прихрамывая на правую ногу. Внутри все дрожало.

Сейчас доморф все поймет и меня поймает. Вот сейчас.

Но Яша едва мазнул по мне взглядом и прошел мимо, пробормотав что-то вроде «Гренли еще жива?».

Он явно знал хозяйку гостевого дома. Впрочем, неудивительно, если доморф был завсегдатаем игорного заведения напротив.

– Яша! – раздался громовой голос Лейвара.

Впереди темнела огромная фигура разозленного драгхара. Не знаю, каким чудом я не сбилась с шага, только вздрогнула, но мне очень хотелось развернуться и бежать со всех ног.

Вот он – девичья погибель. Буду с ним – превращусь в леди Гренли. Но если сейчас побегу, то точно привлеку к себе внимание.

Яша же меня не узнал. Может, и тут будет шанс пройти мимо?

Опустить голову или это будет выглядеть подозрительно? У меня же вуаль. И запах другой.

Я старалась всеми силами, чтобы охватившая меня паника не выдала меня с головой. И когда я почти поравнялась с Лейваром, то метнула в его сторону взгляд. Драгхар в этот момент рукой словно раздирал кожу на груди в расстегнутом вороте рубашки. И я увидела мелькнувшую там руну и споткнулась от неожиданности.

Драгхар подхватил меня под локоть, не давая упасть, и я чуть не умерла на месте.

Все. Поймал.

Так глупо закончилась моя маскировка. Ему никакого труда не составило узнать меня и в чужом платье, и в шлейфе постороннего аромата, и хромающую.

Неожиданно хватка на руке разжалась, стоило мне принять вертикальное положение и повернуться к драгхару с поникшей головой.

Отпустил? Как это?

Чувствуя, как от страха всю колотит, я подняла взгляд на Лейвара. Создалось ощущение, что он не дал мне упасть чисто рефлекторно, а сам был занят тем, что глазами отчитывал своего доморфа, вышедшего из игорного дома. Стоял ко мне все так же полубоком, весь напряженный. Голова – словно в грозовых тучах мыслей, которые ему совсем не нравились.

Следующие слова куратора только подтвердили мои догадки:

– Опять за свое?!

– Я нашел хозяйку, – тут же заявил в ответ Яша и попал в цель – драгхар широко распахнул глаза и еще раз почесал грудь.

Мой взгляд снова упал на руну. Кожа вокруг была розовой, а сам рисунок еще не совсем четким, но он очень походил на мой на пятке.

Что же это?

Лейвар, услышав новости о моей поимке, пошел к доморфу широкими шагами, оставляя меня с открытым ртом.

– Где Вивьен? – спросил он требовательно.

– Так тут. Сейчас сережки найдет и придет. – Доморф почти пел, словно хотел мягкостью голоса смягчить раздражение хозяина.

Я отвернулась, пока меня не начали подозревать. Неужели мне так повезло и смерть прошла мимо? Я старалась шагать не спеша в сторону торговых лавок, хотя так хотелось бежать!

Лейвар меня не узнал. Не понял, кого поймал, хотя даже схватил меня за руку. Это ли не счастье?

Я завернула за угол и привалилась к стене дома, закрыв глаза. Еще и левая пятка снова загорелась огнем чесотки. Да что же это за рунная болезнь такая?

– Леди Гренли снова плохо, – услышала я шепот проходящих мимо доморфов-слуг.

Это они меня за хозяйку гостевого дома приняли? Отлично!

И не только они приняли меня за владелицу частного отеля. Стоило мне подойти к лавке с артефактами, как продавец-драгхар взмахнул руками и сказал:

– Слава богам, вы еще живы!

Я неловко кивнула головой в шляпке, следя, чтобы вуаль не подняло ветром.

– Вам как всегда? – спросил артефактор.

Ему было лет сорок на вид, весь обвешанный с ног до головы товаром, он был еще одной витриной.

Я кивнула, надеясь, что леди Гренли брала здесь кое-что для продления своей жизни.

Мужчина протянул мне медальон с расколотым камнем, в котором виднелась трещина. А я еще по заветам нашего с сестрами преподавателя по артефакторике помнила, что такие вещи не несут в себе никакой силы и не держат магию.

Интересно, этот шарлатан всегда продавал такое леди Гренли? Тогда неудивительно, что она в таком плачевном состоянии.

Я опустила руку, так и не взяв протянутый артефакт. Молча развернулась и пошла дальше вдоль улицы, решив, что с таким торговцем дел иметь нельзя.

Нет, мне нужна надежная лавка с хорошим товаром.

– Стойте, леди Гренли! – За мной, звеня артефактами, бежал продавец.

Он обогнал меня, встал перед носом и стал впихивать в руки свой испорченный товар:

– Леди Гренли, ну же! Берите. Нельзя ставить на себе крест.

Слишком уж он старается впихнуть мне этот никчемный артефакт.

Я отрицательно качнула головой и прижала сумку к себе. Пусть думает, что у меня нет денег.

– Возьмите так. Возьмите! – Продавец буквально разжал мне пальцы и положил артефакт в ладонь.

Не похож он на добряка, который из-за сердобольного характера готов на благотворительность. Всей кожей чую, что тут нечто другое.

Но при такой настойчивости лучше сделать вид, что все идет по его правилам. Я кивнула, отступила назад и стала ждать, что же он сделает.

Артефактор улыбнулся, довольно похлопал себя по бедрам и, кивнув на прощание, отправился обратно в свою лавку.

Я посмотрела на треснутый артефакт в руке. Хотелось его выбросить, но здесь еще рано. Я отошла подальше, туда, где меня уже не будет видно из той лавки, и ощутила легкое головокружение.

Может ли это быть из-за этой штуковины?

Выкинула я всунутую мне вещь в кусты с таким рвением, что доморф на другой стороне улицы подскочил от вылетевшей в его сторону из зелени птицы.

Папа всегда говорил, что если кто-то дает тебе что-то бесплатно, то спросит троекратно, и я лишний раз убедилась в его мудрости.

Дальше я шла и внимательно смотрела на всех торговцев артефактами. Чем больше на них было навешано, тем меньше доверия они у меня вызывали. И поэтому совершенной неожиданностью для меня стал драгхар, который торговал магическими предметами, увлеченно читая книгу по редкой артефакторике.

Когда я подошла к его прилавку, он даже головы не поднял.

– Простите, – обратилась я к нему, осторожно осмотревшись по сторонам и убедившись, что никто не проявляет к нашему общению никакого интереса.

– Да? – Драгхар оторвался от книги и посмотрел на меня.

Знаете, иногда ум настолько сквозит в глазах, что ты при одном взгляде понимаешь, что с удовольствием поболтала бы с незнакомцем о разном за чашкой горячего напитка. Что у него в голове множество знаний, которые он с фанатизмом поглощает всеми доступными средствами.

– У вас нет артефакта, способного помочь угольку? – спросила я тихо, но прямо.

Драгхар заинтересованно осмотрел меня с головы до ног, особо пристально изучив руки.

– Не вам?

Я промолчала. Чем меньше знает, тем лучше. Но он тоже не спешил продолжить разговор: немного подождал ответа, а потом уткнулся обратно в книгу.

Похоже, придется отвечать:

– Не мне.

– Насколько все плохо?

– Не может даже пошевелиться. Худа до костей.

– Дорого, – в ответ заявил драгхар.

Я достала один золотой, но артефактор покачал головой:

– Десять.

Десять империалов?

– За один артефакт?

– Хватит на один день, – припечатал меня продавец.

Это было очень дорого, но… я отсчитала десять империалов и получила артефакт в коробке.

– Положите на солнечное сплетение к голой коже. Желательно примотайте чем-нибудь. Улучшение наступит только через сутки, но затем понадобится еще один такой артефакт жизненной силы. Завтра я здесь. Приходите.

Драгхар словно не сомневался, что я найду деньги и приду.

Я кивнула:

– Спасибо. А есть ли у вас бытовые артефакты зарядки светильников?

– Такой безделицей не торгую. – Драгхар ответил, уже глядя в книгу.

Что ж, попробую найти «безделицу» в другом месте и спасти леди Гренли.

Гостевой дом с заряженными артефактами стал выглядеть живее. Впрочем, как и леди Гренли. После того как я нашла на ее груди артефакт-кулон с треснутым камнем и сняла его, а взамен повесила артефакт с жизненными силами, через час девушка открыла глаза и сразу сфокусировала на мне взгляд.

При ярком освещении состояние девушки оказалось еще хуже. Казалось, за ее плечом уже стоит смерть. Пальцы, которыми она медленно-медленно коснулась артефакта, выглядели ужасно пугающе.

– Леди Гренли, я принесла артефакт, который вам поможет. Старыми больше нельзя пользоваться. Если у вас есть по дому еще артефакты, просто кивните или моргните три раза.

Девушка сделала последнее, и следующий час я потратила на то, чтобы достать одиннадцать артефактов разных форм: в виде вазы, солонки, рамки для картины и даже в виде настенных часов. И везде были треснутые камни.

– Не хочу вас пугать, но тот, кто продал вам все эти артефакты, ваш враг, а не друг.

Леди Гренли открыла рот и сказала, прочистив горло:

– Мое платье.

– Слава богам, вам легче, если собрались сделать мне замечание о том, что нельзя брать чужие вещи без спроса. В свою защиту хочу отметить, что это была вынужденная мера, за которую прошу прощения. Но иначе мы обе не выживем.

Леди Гренли попыталась открыть рот, но я видела, как ей тяжело дается говорить, поэтому попросила:

– Если вы хотите отчитать меня, с удовольствием послушаю, когда вы будете полны сил. А пока потратьте энергию на восстановление, пожалуйста.

Нужно было унести плохие артефакты подальше отсюда, и сделать это как можно быстрее. Я снова надела шляпку с вуалью, выглянула на улицу и, только убедившись в том, что там нет Яши и Лейвара, вышла.

– Простите, – меня догнал девичий голос.

Я обернулась. Передо мной стояла человеческая девушка в штанах и свободной блузе с вышивкой. Ее вещи походили больше на одежду драгхарок, чем на людскую, и это было странно.

– Вы хозяйка гостевого дома? – спросила она нежным голосом.

Таким тоном тренируют отвечать кавалерам на балах, чтобы казаться кроткой, милой и невинной.

Но что ей ответить? Пока что мне играло на руку, что все принимали меня за леди Гренли. Но чего хочет эта девушка?

Что гадать? Лучше спрошу, ничего не ответив конкретно, а там уже сориентируюсь.

– А что такое? – участливо спросила я.

– У вас есть свободный номер? – Незнакомка подняла на меня умоляющий взгляд.

И вот что ей ответить? Как же она не вовремя!

Нам бы самой с хозяйкой спастись, а тут еще желающие прибавляются. Но что, если она в беде не меньшей, чем я? Однако дом не мой, как я могу разрешить в нем остаться?

– К сожалению, гостиница сейчас на ремонте, – соврала я.

Если ситуация сложная, девушка будет настаивать. Если нет – быстро найдет другой вариант. В конце концов, это же не единственный гостевой дом на весь Драг-Нар?

– Очень жаль. – Незнакомка шмыгнула носом и метнула в меня взгляд.

Мне показалось или она проверяла мою реакцию? Что-то меня в ее образе цепляло, но я все не могла понять, что именно.

Я кивнула на прощание, развернулась и пошла по торговой улочке. В ее конце я видела небольшую аллею. Там и закопаю эти порченые артефакты.

Всю дорогу незнакомка не выходила у меня из головы. Может, я зря ей отказала? Что, если за ней гонится драгхар? Что, если я была ее единственной возможностью выжить?

Когда я вернулась, то обнаружила девушку у двери гостевого дома. Она неловко переминалась с ноги на ногу.

– Может, я смогу чем-то помочь в ремонте? Покрасить стены? Готовить? Знаете, я тут по визе талантов…

Я тут же цепко вгляделась в ее лицо:

– В чем состоит твой талант?

Девушка посмотрела мне прямо в глаза и милейшим голосом ответила:

– Я чувствую ложь. Вот вы, например, соврали мне про ремонт.

Я резко втянула воздух от неожиданности.

– Полезный дар, – на выдохе произнесла я.

Незнакомка, явно испытывая неловкость, пожала одним плечом, словно сильно сомневалась в моих словах.

– Мой куратор говорит, что с моим даром нужны либо мозги, либо отсутствие языка.

– Звучит оскорбительно.

– Но он прав. Я за два года ни на одном месте работы не продержалась дольше трех дней.

Два года опыта жизни в Драг-Наре. Множество смен работы. Куратор. Дар чувствовать правду и неумение держать язык за зубами. По пути ли нам? Что, если девушка расскажет, что происходит в гостевом доме?

С другой стороны, она может быть очень полезной, а леди Гренли уже вряд ли можно сделать хуже, только лучше.

– Пойдем, но тебе придется сделать невозможное.

– Что?

– Не разболтать ничего из того, что увидишь внутри, – сказала я строго.

Девушка посмотрела на меня широко распахнутыми глазами и отступила на шаг назад.

– Я… я… не уверена…

И вот это ее действие убедило меня, что девушку надо брать себе под крыло.

– Тереза, – представилась любительница правды.

– Вивьен.

Врать и придумывать новое имя для подстраховки было бессмысленно. Перед тем как запустить Терезу в гостевой дом, я осторожно поделилась положением дел. Девушка сначала мужественно кивнула, а потом, когда увидела леди Гренли, расплакалась и отвернулась.

Она мне напомнила Белль, когда та была чуть помладше, – одновременно стойкая и такая ранимая. В груди все сжалось от тоски по сестрам.

Интересно, а хозяйка гостевого дома напомнит мне характером сестру?

Я обратилась к ней:

– Леди Гренли, надеюсь, вы не обидитесь на меня за самоуправство. Это Тереза, она уже два года как работает по визе талантов, но нигде не находит себе места из-за того, что чувствует правду и не всегда может промолчать.

Хозяйка едва заметно кивнула в знак согласия.

Я рассказала о девушке и поняла, что о себе я не сказала леди Гренли ни слова. Просто появилась в ее жизни и начала ее спасать. Но при Терезе я была не готова раскрыть все как есть, ведь она тут же почувствует, если я привру.

– Тереза, помоги мне положить леди Гренли на кровать. Думаю, ей там будет удобней.

Тереза достала из сумки платок, привела себя в порядок и встала у кресла. Вместе мы перенесли хозяйку гостевого дома в ее спальню, и она с большим удовольствием вытянулась на кровати.

– Мне кажется, скованность в мышцах уже проходит, – улыбнулась я леди Гренли и увидела, как дрогнули уголки ее губ в попытке ответной эмоции.

У Терезы заурчал живот, и она виновато посмотрела на меня.

Вместе мы прошлись по рынку, купили еду, так как в холодном ящике для продуктов в гостевом доме все протухло. А еще отдали мой почтовый артефакт тому самому увлеченному драгхару на восстановление.

– Безделица, конечно, но возьму, – сказал он. – Завтра будет готово. Как раз возьмете второй жизненный амулет.

К вечеру мы с Терезой убрались в гостевом доме, приготовили ужин и порадовались за леди Гренли, которая самостоятельно перевернулась на бок и смогла выпить половину чашки бульона.

Я боялась вопросов Терезы, но она не лезла в душу. Вместо этого рассказывала о себе: об опыте работы с различными драгхарами, о том, что не все девушки здесь становятся угольками, и тихо поделилась со мной, что, сколько бы я ни выхаживала леди Гренли, дорога у нее одна.

– У нас у всех одна дорога, – произнесла я в ответ. – Вопрос лишь в том, когда мы окажемся в конце пути.

К ночи мы сменили везде постельное белье, поменяли разряженные артефакты и сели на диван, уставшие, но довольные. Казалось, нам двоим нужно было себя чем-то занять, чтобы разобраться в своих мыслях. Я все время возвращалась к моменту, когда Лейвар поймал меня за локоть. Почему-то я ощущала необъяснимое разочарование, что он не узнал меня.

Что за бред лезет в голову?

Но этот вечер был богат и важной информацией, которую я узнала от Терезы. Посольство помогает в трудоустройстве и без куратора, но ты должен отработать на месте минимум три месяца. Куратора можно сменить, но для этого требуется написать заявление. Когда я спросила, обязательно ли жить с куратором, Тереза посмотрела на меня круглыми глазами и с охом сказала: «Нет, конечно!»

Значит, Лейвару было нужно держать меня рядом. Еще бы, ведь я по бумагам его невеста. Вот только договор помолвки действителен лишь на земле людей, но не драгхаров.

– Тереза, а ты не знаешь про руны, которые выступают на теле у драгхаров? – спросила я издалека.

Не буду говорить, что у меня есть такая.

– О, ты видела своими глазами такую редкость? Это истинные пары! Правда, невероятно?

Невероятно? О да! Но вряд ли у меня на пятке нечто подобное, а вот где эту хворь Лейвар подцепил – непонятно.

– А у людей такие бывают? – спросила я будто из любопытства.

– Нет, конечно. Людям и драгхарам не быть вместе, поэтому и не бывает. У истинных рождаются воистину сильные потомки. Если у драгхов появилась такая пара, род считается благословленным богиней. У них может быть много детей с сильнейшей магией. Это просто невероятно!

– А в каких случаях руны проступают у людей, не знаешь?

Тереза посмотрела на меня внимательно-внимательно:

– Ты ведь не просто так спрашиваешь?

Я сглотнула. Она же чувствует ложь. Как быть?

Захотелось поделиться хоть с кем-то. Я сняла туфлю и показала свою левую пятку.

– Боги! – воскликнула Тереза, картинно схватившись за сердце. – Это же метка истинности!

Нет, не может быть. Это точно что-то другое. Или?..

Меня просто разрывало от догадок. Внезапно открывшийся дар, похоже стихийного происхождения по природе. Метка то ли истинности, то ли еще чего, но точно не свойственного людям. Как мне не начать подозревать собственное особенное происхождение и семейные тайны?

Я не выдержала и спросила:

– Тереза, а ты хоть раз видела здесь человека со стихийным даром?

– Нет.

– Но ведь ты чувствуешь ложь и не произносишь заклинания. Природа твоей магии не типична для людей.

– Да, именно поэтому я попала сюда по визе талантов.

– А что, если сюда отбирают не совсем людей?

– А кого же тогда? – засмеялась Тереза, а потом посмотрела на мою левую пятку и запнулась. – А как ты сюда попала? Угольком?

– Нет, по визе талантов, – сказала я и, увидев вопрос в ее глазах, добавила: – Я могу находить золото. И это тоже талант, который не зависит от заклинаний.

Тереза задумалась.

– Знаешь, Вивьен, я видела еще людей, которые отбирались по визе талантов. Часто это артефакторы или одаренные других полезных для драгхаров направлений. Но вот не могу вспомнить, были ли еще примеры дара без заклинаний. А что твой куратор говорит?

Я не хотела говорить о Лейваре, поэтому просто пожала плечами и буркнула:

– Ничего.

– А по поводу метки?

– Он не знает. Я ему не показывала. Как думаешь, это может быть печать слежения?

Тереза задумалась, а потом попросила:

– Можно посмотреть поближе?

Девушка приблизилась ко мне, внимательно посмотрела кожу и покачала головой:

– Уже видно, что твоя руна состоит из мелких магических символов. В одно время мне была очень любопытна тема истинности, и я узнала, что среди драгхаров есть маги, которые даже эти крошечные символы могут расшифровать. Вот только что они там видят и узнают – мне так никто и не рассказал.

– Тогда сама ответь себе на вопрос: как может быть человек истинным с драгхаром?

Тереза категорично покачала головой:

– Никак. Ты права. В этом нет никакого смысла.

– Отведешь меня к такому магу? Хочу разобраться.

– Конечно.

Все-таки наше знакомство полезно, как ни крути.

После этого разговора мы зашли к леди Гренли, и она не спала. Она была настолько рада нас видеть, что попыталась самостоятельно приподняться на локтях.

– Мое платье, – сказала вновь она, только почему-то потянула ткань своего за зону декольте, словно ей было жарко.

– Снять? Конечно. Мы не стали сначала вас мучить переодеванием, дали отдохнуть.

Мы с Терезой в четыре руки стали раздевать леди Гренли, и, когда сняли платье, я заметила внутри вшитые артефакты.

– Только не это. Кажется, я уже знаю, что там найду.

Я вывернула юбку наизнанку и увидела ряд треснутых камней.

В этот момент Ур, которого не было ни видно, ни слышно с момента появления Терезы в гостевом доме, сонно вылез из-под кровати и зло вцепился в платье.

– Стайх! – заорала Тереза.

Леди Гренли хватило только на закатывание глаз, но не от шока (стайха она уже видела и с Уром была знакома), а от реакции новенькой в доме.

– Ур, мы это выбросим. Не переживай. – Я еле вырвала вещь из пасти стайха, боясь не за камни, а за состояние здоровья создания.

– Он твой? – удивилась Тереза.

– Свой собственный. Просто мы дружим, – ответила я.

Ур гордо выпятил грудь вперед, словно давал повесить невидимые ордена наших отношений. Я посмотрела на него и спросила:

– Ур, а ты чувствуешь эти треснутые камни?

Стайх кивнул.

– Невозможно! Он тебя слушается, как в старинной легенде о стайхе и драгхаре.

– Что за легенда? – спросила я, вытаскивая все платья леди Гренли из шкафа и проверяя на наличие камней.

Тереза присоединилась к занятию, впрочем, как и Ур. Стайх даже нашел в двух платьях, которые мы отложили как пригодные, камни, вшитые в подол.

– Стайхи появились тогда же, когда и драгхары. По натуре шкодливые, дикие, но очень умные звери. Иногда они выбирают себе драгхара-хозяина, когда их стихии совпадают.

Тереза посмотрела на меня и покачала головой:

– Но о дружбе человека и стайха слышу впервые.

Похоже, не только для меня тут много чего в первый раз. Я не одинока.

Мы перебрали все вещи леди Гренли. С помощью Ура нашли еще два тайника в половицах со спрятанными треснутыми камнями и рухнули спать в разных спальнях. Стайх в этот раз спал со мной.

А утром леди Гренли уже смогла сидеть и даже попросилась помочь ей с туалетом, сама безумно стесняясь. Не знаю, как она справлялась с этой нуждой ранее, просто надеюсь, что ей стало так плохо незадолго до моего прихода.

Стало абсолютно ясно, что у хозяйки гостевого дома есть враг, который хочет от нее побыстрее избавиться. Мы с Терезой купили еще один камень с жизненными силами и забрали мой исправный почтовый артефакт. И леди Гренли к вечеру смогла медленно, кратко рассказать свою историю.

– Отец выдал меня замуж за драгхара, спасаясь от разорения. Я же думала, что выхожу за человека, пока не увидела великана на пороге дома. Меня привезли на Аднар. Хавьер влюбил меня в себя.

Леди Гренли замолчала, словно вспоминала те времена. А я подумала о Лейваре. Он и так был хорош собой, а если бы начал меня охмурять во всю силу? Выглядела бы я такой же влюбленной дурочкой, как леди Гренли?

Может, сказать спасибо его натуре игрока за то, что Лейвар устроил представление, а не стал давить харизмой?

Тем временем хозяйка гостевого дома продолжила:

– Мы жили счастливо месяц, пока я не стала слишком слабой. Тогда он купил мне бизнес и выкинул сюда. Я не успела принять ни единого гостя, когда стала такой…

Если бы я вовремя не бежала от Лейвара, он бы тоже потом меня выкинул, как сломанную куклу?

По коже пошли мурашки, как только я представила себя на месте девушки в кровати.

– А камни? Кто вам сказал покупать эти камни? – спросила я.

– Сначала мне приносил их Хавьер. Говорил, что я поправлю ими здоровье, стану снова красивой и тогда он, может быть, вернет меня в дом. Потом я стала сама искать, где бы их купить.

– И лавочка с артефактами оказалась как нельзя кстати, да? – спросила я.

Леди Гренли удивленно посмотрела на меня и кивнула.

– Тот продавец очень удивился, когда увидел меня в вашем наряде и шляпке, прикрывающей лицо. Он принял меня за вас. Похоже, скоро у нас будут гости. Скорее всего, ваш Хавьер захочет лично убедиться в том, что его уголек вдруг ожил и стал быстро бегать по округе, да еще отказался от его камней.

Леди Гренли побледнела. Тереза ахнула.

– Не переживайте. Мы не позволим вас обидеть.

Стук входной двери заставил нас всех подскочить на месте.

– Лерата! – позвал мужской баритон из холла.

– Это Хавьер. – Леди Гренли качнулась.

Я посмотрела на платье на себе. Схватила шляпку с вуалью.

– Возьму его на себя, – сказала я.

Внутри все бурлило от желания поквитаться за бедных человеческих девушек, которых тут сводили в могилу.

– Уру-ру? – Стайх встал у ног.

– Нет, Ур. Останься здесь и охраняй девочек. Ты у нас тут единственный защитник.

Дракончик важно кивнул, сев на пол. А я поправила вуаль так, чтобы не было видно лицо, посмотрела на леди Гренли и попросила украшение с ее пальца:

– Не дадите кольцо, чтобы он поверил?

И в полном обмундировании вышла из комнаты, чтобы столкнуться с самой искушенной крылатой смертью, какую я только видела.

Медные кудри драгхара были тщательно уложены волосок к волоску. Был бы он леди, я бы сказала, что она провела полдня в салоне мадам Обри, специализирующейся на волнистых волосах. Кожа словно светилась здоровьем.

Глаза врага леди Гренли были прикрыты, словно гость прикорнул, но дрожь рыжих ресниц выдавала его с головой. Хавьер разлегся в кресле, закинув ногу на ногу. Все его тело буквально кричало, кто тут хозяин положения и кто тут самый-самый.

От него буквально несло самомнением размером с континент потомков драконов.

От меня не укрылось, что он развернул кресло так, чтобы свет падал на него как можно выгоднее. Особенно на грудь и живот, закрытый мелкой черной сеткой, которая была скорее формальностью, чем одеждой.

Верхняя накидка или пиджак, который, видимо, закрывал все это непотребство на улице, висел на подлокотнике. То есть драгх разделся специально для Лераты, будто она была охочая до мужского тела, словно путник до воды.

– Отлично выглядишь, – с хрипотцой произнес Хавьер, окинув меня голодным взглядом с головы до ног. – Даже слишком хорошо, Лерата.

Его голос у меня ассоциировался с тоном шозолка из детской сказки, что подбирался к своим жертвам, умаслив их сладкими речами и обманчиво добрым голосом.

– Покажи мне свое личико. Я соскучился. – Хавьер протянул ко мне руку, и я обратила внимание, что его пальцы унизаны перстнями с необычными камнями.

Кажется, кое-кто тут знает толк в артефактах.

Я понимала, что одно мое неверное слово или действие – и меня разоблачат. Поэтому выпрямила спину, сложила руки на животе и медленно двинулась к еще одному креслу. Села на его край, изображая обиженность и гордость.

Все-таки мы с Лератой из одного круга, и я знаю, как ведут себя молодые девушки из моего мира, когда задеты за живое.

– Ты на меня злишься? Что случилось? Иди сюда. – Хавьер похлопал себя по бедру.

Это жест вызвал у меня приступ тошноты. Неужели он обращался с леди Гренли как с домашним питомцем? Девушка из высшего общества скатилась до такого? Тогда название этого гостевого дома звучало словно издевка.

– Лерата? – В голосе Хавьера прорезались требовательные нотки.

Пожалуй, даже с долей угрозы.

Как же его выгнать так, чтобы больше никогда не приходил? Пожалуй, только бежать. Но для этого мне нужно его обмануть и дать нам время.

Драгхар медленно оттолкнулся от спинки и подался вперед:

– Мне снились твои губы на моем теле. Я так скучал по нашим жарким ночами. Твои руки…

Я шумно втянула воздух в ужасе от того, что могу услышать дальше, и Хавьер резко замолчал. Его взгляд, до этого раздевающий, обещающий, стал колючим.

– Лерата…

Он встал на ноги, подошел ко мне и опустился передо мной, присев на корточки, что было совершенно немыслимо для джентльменов. Положил руки мне на колени и сжал их.

Я еле удержалась от вскрика. Его аура была такой липкой, пугающей, что хотелось бежать.

И тут он резко двинул по полям моей шляпки так, что она слетела.

– Кто ты? – Тон драгхара мгновенно изменился.

В голове пронеслось несколько вариантов, как себя вести. И большая часть из них обязательно кончилась бы для меня плохо, потому что мне хотелось дать ему пощечину за леди Гренли. Но мне и девушкам нужно было выжить, поэтому я посмотрела Хавьеру в глаза и спросила:

– Вы знали леди Гренли?

– «Знали»? – Драгхар склонил голову к плечу, уголок рта дернулся.

– Да. Ту леди, что умерла здесь.

– Умерла? – Второй уголок рта Хавьера тоже дернулся.

О, чего мне стоило не растянуть его губы вручную до ушей за бедняжку Лерату! И как только ходит по земле и к красному змею не проваливается?!

– Я сегодня же вечером покину этот дом. Просто я похоронила леди Гренли и думала, раз никому нет до нее дела, то и я тут могу пожить.

Хавьер резко встал на ноги, улыбаясь. Почесал за ухом, мигом растеряв все свое соблазнительное искушение, взял пиджак с кресла, надел его, прикрыв срам, и обратился ко мне:

– По моим сведениями, вас тут двое. Но я не против, если вы отдали должное Лерате и предали ее тело земле. Можете всем здесь заведовать.

А потом Хавьер посмотрел на меня еще раз, окинув внимательным взглядом с головы до ног. Я словно прочитала его мысли, которые отразились на его лице: «А потом я буду заведовать тобой».

Дверь хлопнула. Я осталась с ужасным ощущением собственной бесполезности. Выходила такая готовая наказать подлеца, планомерно сводящего в могилу леди Гренли, а оказалась абсолютно бессильна перед лицом опасности. Более того, понимаю, что безопасней всего будет бежать отсюда как можно дальше. Иначе Хавьер обязательно узнает, что Лерата жива, и точно добьет ее. А еще и нас с Терезой за компанию.

У него здесь были глаза и уши – иначе бы он не знал, что тут двое посторонних. Но тот странный артефактор точно не с ним, иначе бы уже выдал все про камни с жизненными силами.

Я закрыла входную дверь на засов, вернулась к девушкам и рассказала обо всем, что произошло. Все мы сошлись на одном: нужно бежать.

Через пять минут я вышла, чтобы закупить артефакты с жизненной силой для Лераты. Неожиданно на меня накинули темный мешок, обвязали вокруг веревкой и, не обращая внимания на крик, закинули во что-то движущееся.

Боги, кто это? Кому я перешла дорогу? Лейвар или Хавьер?

Когда мешок с моей головы сняли, я невероятно удивилась, увидев нечистого на руку продавца артефактов. В закрытой таверне, куда меня приволокли, было тихо, пахло дрожжами и жаренной на масле едой.

– Ничья, значит, – потер руки мой пленитель.

Хоть он и был драгхаром, но каким-то невпечатляющим. Весь такой непримечательный, серый, без доли харизмы и обаяния. Не то что Лейвар. На того смотришь и понимаешь, что, когда взгляды встретятся, сердечко немного прихватит. Правда, потом быстро осознаешь (или не очень быстро, как я), что его хитрость и обаяние – самое опасное в мире оружие, которое убивает жертву незаметно и быстро для нее самой.

Мой похититель снял с меня мешок и веревки, даже не связал, чем немного оскорбил мою строптивую душу. Сам сел напротив, решил, по-видимому, что я абсолютно безвредна. Интересно, с чего такая уверенность?

Один меня украл, даже без помощников. Значит, не хотел никого вводить в курс дела. И что-то мне подсказывало, что его действия связаны с недавним визитом Хавьера. Убедился, что я не леди Гренли, и решил… Собственно, что он решил?

– Чего вы хотите? – спросила я, медленно и внимательно осматриваясь.

Только сейчас заметила, что мы находимся в центре круга, образованного шестью столами, на каждом из которых лежит по камню.

Передо мной тот еще черный артефактор. Стоило вспомнить треснутые камни, его пособничество в деле сведения в могилу Лераты, как я начинала опасаться именно того, что мы тут одни.

– Чего я хочу? У меня никогда не было своего уголька. И знаешь, странное дело. Почему ты еще не бросилась мне на шею?

– Бросилась на шею? А должна? – Мой голос сел от такой наглости и звучал хрипловато, но это были единственные изменения во мне.

Артефактор встал, подошел к каждому из камней на столах и поднес к ним кулон на цепочке.

– Все работает. То-то Хавьер после визита к тебе спрашивал, не разрядились ли его перстни. Человечка не бросилась перед ним ниц. И передо мной не бросилась. Что на тебе за защита?

Драгхар был выше меня, но я не ощущала давящей ауры, пока он ходил вокруг меня. Только страх, желание выжить и обмануть этого пройдоху.

– Раздевайся! – вдруг приказал артефактор.

– Ни за что. – Я отшатнулась от него, с ненавистью глядя в ответ.

– Мне это сделать самому? Нет? Тогда выкладывай все цацки, что на себя навешала. Хочу взглянуть на работу коллеги. Это тот зазнайка, что торгует дальше по улице? Видел, ты постоянно ходишь к нему.

– У меня нет ни одного артефакта.

– Не хочешь выкладывать сама? Тогда это сделаю я. – Драгхар бросился ко мне, и вот тут я ощутила разницу между человеком и потомком драконов.

Я не смогла убежать дальше чем на два шага, когда он схватил меня за подол. Дернул, ткань затрещала, и в его руках остался приличный такой кусок.

Сережки, которые я приколола к внутренней стороне платья, свалились на пол. Я тут же потянулась за ними, но артефактор дал мне по рукам.

– Ага! Вот и оно!

Но когда он поднял их и осмотрел, то с удивлением перевел взгляд на меня:

– Активированный драконит?

Это был мой шанс повернуть все в свою пользу.

– Раскрыл меня, – с досадой протянула я.

– Что? Кто тебе его подарил? Это же настоящее сокровище! А-а-а, понял. Ты его украла. Потому скрываешься и выдаешь себя за другую.

– Так и не догадался, – улыбнулась я.

Пусть он не увидит, как дергаются от нервов уголки моих губ.

– Что? Хочешь сказать, подарили? Да ни один драгхар не отдаст драконит, тем более персональный.

Я сняла левую туфлю.

– Эй, без фокусов! – выставил руку вперед артефактор.

– Никаких. Ты же хочешь знать, кто я? – Я повернулась к нему спиной и приподняла ногу так, чтобы было видно левую пятку и руну на ней.

Тишина позади пугала. Он там смотрит недоуменно? Насмешливо? Как на дуру?

Но я должна была попытаться.

Внезапно мою пятку пощекотало касание. Кожу кольнуло, а потом словно обожгло огнем.

Стараясь не растерять достоинства, засунула ногу опять в туфлю, развернулась и обнаружила драгхара, согнутого пополам. Он, протянув руку, все еще смотрел в то место, где недавно была моя пятка.

– Как такое может быть? – Артефактор выпрямился и совсем другим взглядом посмотрел на меня. – Откуда у человека руна истинности?

– Может, и не у человека? – небрежно спросила я, поправив платье, в котором недоставало куска вырванной ткани.

– Поэтому и драконит, и артефакты поклонения и соблазнения не действуют? – спросил черный торговец.

Я многозначительно промолчала. Знал бы он, что у меня внутри все орет от паники и страха, но сейчас я решила, что это единственный способ выжить и выбраться отсюда.

И тут двери в таверну влетели внутрь со страшным скрежетом, заставляя и меня, и моего похитителя подпрыгнуть на месте. Лейвар ворвался внутрь так стремительно, что не успела я сделать вдох, как артефактор оказался на лопатках. Рука моего куратора давила шею торговца с такой силой, что у того все вены на лице надулись. Он хрипел, пытаясь что-то сказать, но Лейвар был страшно разъярен. Его ноздри раздувались, крылья с шумом развернулись над спиной, стали материальными, почти красно-оранжевыми, словно пламя, и на долю секунды закрыли мне обзор.

– Я… не… знал… Истинная… Прости… – раздались хрипы поверженного.

Крылья Лейвара стали полупрозрачными, словно в золотую искорку. Драгхар повернул голову, посмотрел на меня, и я едва сдержала удивленный возглас, глядя на вытянувшийся зрачок в его миндалевидных глазах.

Одной рукой он прижимал к полу артефактора, а вторую держал на груди, там, где я видела руну. Он смотрел на меня так, словно хотел одновременно убить и… и… я даже мысленно не могу произнести то, что говорил его взгляд, – стыдно. Но от той бури эмоций заштормило и меня.

Он был хорош. Очень. Даже присел, расправляясь с врагом, красиво. И в гневе красив, как…

Стоп. Кажется, эти артефакты черного торговца стали действовать с запозданием. Я что, только что пускала слюни на драгхара, который заключил сделку с моим двоюродным дядюшкой?

– Ты и этого подкупил? Красивое представление. – Я недовольно сложила руки на груди, а потом осеклась, села на край скамьи и распрямила спину.

Нужно сохранять достоинство. Показать, что я вижу его насквозь.

Лейвар медленно поднялся, бросил в сторону артефактора портальный камень, и торговец исчез в зеве пространственной дыры.

Тратит такие дорогие вещи, чтобы убрать свидетеля? Какой продуманный!

Лейвар начал медленно приближаться, а мне стало жарко от одного его вида. Он был словно воин после драки, где ему не хватило соперников, – все еще дышал силой и агрессией. Она ощущалась в воздухе так, что казалось, я ей дышу.

На Лейваре был простой походный костюм из крепкой ткани со множеством карманов, но он так сидел на драгхаре, что я на миг залюбовалась широкими плечами, узкой талией и длинными ногами.

Боги, да уберите кто-нибудь эти артефакты! Они делают из моих мозгов розовый сироп.

Нужно взбодриться. Надо напасть на него первой, хотя бы словесно:

– Я опять почти со всем разобралась, но появился ты и все испортил. Как тогда в переулке. Недалекие создания на тебя работают.

– Вивьен. – Голос Лейвара стал ниже и словно вибрировал.

У меня мурашки по коже пошли!

Драгхар снова почесал себя в районе руны на груди, а потом спросил, вопросительно подняв одну бровь:

– Что говорил этот земляной червяк про истинную?

– Про кого? – Я решила играть в глупышку.

Лейвар посмотрел на меня недоверчиво. Глаза сузились в две подозрительные щелки.

– Вивьен, кажется, нам нужно поговорить.

– Мне не о чем с тобой разговаривать. Я имею право сама найти себе работу. Спасибо за ночлег. Как показывает наша совместная жизнь, нам лучше не встречаться – угробим друг друга.

Надеюсь, воспоминание о ледяной воде немного охладит пыл подставной женитьбы. Пусть знает, что я не так уж и беззащитна.

– Подозреваю, что ты услышала мой разговор со знакомым.

– С другом, – подчеркнула я, не собираясь отпираться, что все знаю.

– Со знакомым. Коллегой. Никак не другом. Вивьен, я должен кое-что объяснить.

– Интересно, и как ты объяснишь помолвочный договор, который заключил с моим дядей? Подставных преследователей?

Лейвар досадливо поморщился:

– Это из-за драконита.

– Конечно. Не сомневаюсь, что тут еще и выгода. Не только живой товар, но и редкие камни. Вот только ты просчитался: дядюшка не позволит драгхарам получить ничего, какой бы законный брак на человеческой земле ни был. Он еще ушлее тебя. Уверена, уже отписал себе все наследство, оформив нас с сестрами пропавшими без вести.

– Вивьен, я не собирался на тебе жениться! – громко запротестовал Лейвар.

Не собирался? Не собирался он?

Во мне поднялась такая волна возмущения, что я сжала руки в кулаки и резко отвернулась, чтобы он не увидел выражения моего лица.

– Клянусь! – добавил он.

Я закрыла глаза, стараясь успокоиться.

– Мне нужно было проверить слухи, а тут подвернулся повод. Я планировал приехать в особняк, выяснить все в округе, максимум – прогуляться с тобой и поговорить о винодельне. А там и, возможно, затронуть тему того, были ли раскопки на территории, или это слухи. Но я увидел, как ты убежала, не помня себя от страха. И просто помог. А как там трактовал мой знакомый – это уже совсем другая история.

Я повернулась к Лейвару, чтобы взглянуть в бесстыжее лицо:

– Ты назвал меня зверушкой!

– Не я.

– Ты согласился. Как и с тем, что угольки падки на тела. И что я та еще поборница правил и тебе со мной придется повозиться.

– Ты не знаешь моего знакомого. Другой ответ он бы не принял. Неужели я тебя обижал, Вивьен? Приставал?

– Ты поселил меня в своем доме, притворился отравленным, и все для чего?

Лейвар опустил голову, но потом тут же поднял:

– Чтобы узнать о драконите. На тебе были сережки из него, так что информацию нужно было как следует проверить. Я тебе уже говорил, что это очень ценный для драгхаров камень. Я зарабатываю на жизнь тем, что ищу разбросанные по свету осколки и продаю.

– И ты бы не женился? – с упреком спросила я.

Лейвар удивленно похлопал глазами:

– А ты бы хотела?

– Нет, конечно!

– Тогда нет.

Эти его ответы совершенно вывели меня из себя. Бросив ему: «Невозможный!» – я прошла мимо него и вышла из таверны.

– Вивьен! – Мне на шею бросилась Тереза.

– Ты что тут делаешь?

– Прости. – Она покосилась мне за спину. – Мне пришлось его позвать, когда я увидела, как тебя украли.

– Подожди-подожди. – Я отстранилась от девушки и посмотрела на Лейвара. – Это тоже твой человек?

Я вспомнила, что Тереза появилась у гостевого дома ровно после встречи с драгхаром и Яшей, и застонала. Нет, ну как я сразу не поняла, что этот любитель игр все просчитывает на несколько ходов вперед?

О боги! Я же рассказала Терезе про метку на пятке!

Я в панике посмотрела на девушку. Все ли она докладывает Лейвару?

– Вивьен, прости! – Тереза хотела обнять меня, но я не позволила.

– Лейвар, вы отличная пара. Столько созданий сможете обдурить, – сказала я и со злостью понеслась куда глаза глядят.

Дорогу мне перегородила карета. Дверь открылась. На землю спрыгнул Яша:

– Хозяйка! Сколько весен, сколько осеней! – И бросился обнимать мне ноги.

– Яша, отпусти.

Но доморф намертво ухватился за меня.

– Пусти! – громче, уже почти в приказном тоне сказала я.

– Не могу, хозяйка. Мы с хозяином горевали без вас, ночи не спали, беспокоились.

Как же! Интересно, сколько шпионов еще приставили? Я теперь подозреваю всех вокруг.

Я кое-как отодрала Яшины руки, сделала шаг, но доморф повис у меня на левой ноге. Я попыталась пойти, и тут домовушка наступил мне на пятку и снял обувь с ноги.

Получилось у Яши это не специально, но словно назло. Будто он планировал всеми силами меня задержать, но совершенно не подозревал о моем маленьком секрете.

«Ну все. Разоблачили», – подумала я.

И тут случилось неожиданное: меня прикрыла Тереза. Так Лейвар не увидел метку, что бы там она ни значила. Девушка быстро сориентировалась и помогла мне надеть обувь.

– Прощена? – одними губами спросила меня она, повернувшись ко мне лицом, а к драгхару спиной.

Лейвар в этот момент сказал:

– Я знаю о вашем сложном положении. Предлагаю свой дом для вас троих в качестве убежища.

– Спасибо, но мы с леди Гренли сами найдем жилье. А Терезе, как понимаю, оно без надобности.

Стоило мне подумать об отношениях девушки и куратора, как раздражение кусало за бока. Что их связывало, помимо работы? Хотя Тереза не выжила бы, если бы они зашли на романтическую плоскость. Но кто знает, может, только это их и останавливало?

Вон как она кинулась ко мне, лишь бы Лейвар не увидел метку. А если она тоже заметила похожую на груди драгхара, то ее мотив легко мог быть ревностью, а не желанием реабилитироваться передо мной.

Лейвар подошел ближе.

– Я наслышан о Хавьере. Скотский бабник, который не пропустит ни одной человечки. Не знаю, как ты унесла от него ноги в первый раз, но во второй он придет за тобой. Не боишься?

И шагнул еще ближе. Я отвернулась, чтобы не смотреть в его глаза. Как только вижу, так разом глупею. Может, эффект артефактов продолжается?

Надо встряхнуться. Все-таки на кону моя жизнь. И я наконец починила почтовый артефакт. Мне нужно связаться с сестрами. Может быть, им тоже понадобится помощь.

Мысли о родных отрезвили, и я осмелилась взглянуть в плутовские глаза:

– Тебя, Лейвар? Очень боюсь. Ты страшный драгхар. Уверена, о твоей хитрости на Аднаре ходят легенды.

Яша подал голос снизу:

– Тья! Не только на Аднаре, но и…

И он тут же был взят за ворот Лейваром и отослан в кусты собирать жуков.

Я не сдержала смешок. Драгхар выглядел сейчас просто уморительно, когда доморф сдал его до кончиков крыльев.

– Вивьен, мы не с того начали. Я правда не хочу жениться на тебе.

– Молчи, – процедила я сквозь зубы, мигом перестав ухмыляться.

– И я не хочу завладеть твоим поместьем. Если даже на землях твоей семьи обнаружат драконит, я буду заключать сделки. Вот и все. Ничего криминального.

Драконит! Мои серьги. Они остались в руках у черного артефактора, которого Лейвар отправил в портал.

– Что такое?

– Мои серьги!

Мы с драгхаром тут же перенеслись порталом в здание с высокими потолками и огромными окнами. Нас встретили двое драгхарок в костюмах, очень похожих на тот, в котором был Лейвар, – со множеством карманов, удобных, словно для длительных прогулок или походов.

– Драг-лорд, – поздоровались они кивком головы.

– Драг-леди, – кивнул в ответ Лейвар. – Недавно я отправил вам одного пассажира. Мне нужны вещи, которые были при нем.

Оказалось, все уже было расфасовано и описано. И как я поняла из их разговоров между собой, было не так легко что-либо изъять.

Я начинала нервничать. Сережки – это единственное, что осталось мне от сестер. Казалось, потеряй я их – и утрачу невидимую связь с девочками.

Лейвар повернулся ко мне, заметил мое состояние и поймал мою руку. Легко сжал ее.

– Я верну их.

– С каким условием?

– Ты меня совсем за урода принимаешь?

Я промолчала. Не из-за того, что именно так и считала, а потому, что очень расстроилась. А вот Лейвар сразу помрачнел, а вокруг все забегали.

Драгхар не оставлял меня нигде, везде таскал за собой по кабинетам, где подписывал кучу бумаг. И так, спустя двенадцать комнат, я получила назад свои серьги, а Лейвар лишился отпуска от кураторства и обещал взять еще десять подопечных.

– Спасибо! – поблагодарила я.

– Не за что. – Лейвар открыл портал.

Шаг – и мы у него дома.

А вот об этом мы не договаривались!

Я только набрала полные легкие возмущения, как увидела на диване леди Гренли, а рядом с ней Ура. Лерата полулежала на подушках, а рядом с ней сидел драгхар с чемоданом каких-то пузырьков, камней и приспособлений.

– Я приказал перевести твоих подопечных и вызвал врача. Если решишь уйти – дверь всегда открыта.

И посмотрел на меня взглядом «Видишь, я хороший!».

– Лейвар, с тобой я словно в охотничьем лесу. Никогда не знаешь, где стоят твои капканы и ловушки.

– Время позднее. Комнаты уже готовы. Конечно, вы всегда можете выйти в ночь, но леди Гренли сюда несли на руках. – Лейвар изображал саму заботу и тактичность.

Не зря мне сразу показался хитрым его взгляд. Обыграть такого, как он, будет для меня большой честью. Конечно, если получится.

Лейвар тем временем придвинулся ко мне так, что коснулся моего плеча, тихо сказал:

– Это один из лучших людских врачей.

Мне будет очень сложно его обойти в хитрости. Он в этом король. Как умело подвел ко всему, как появился. Обставил все так, чтобы я показалась бы сама себе глупой, если бы собралась уйти из его дома. Он же дает крышу над головой, лучшего врача, мнимую свободу.

Уверена, если двинуться в сторону выхода, он найдет еще тысячу и один способ не дать мне уйти.

– Доктор Штруй продлил жизнь многим уголькам, – добавил Лейвар и тут же растерял в моих глазах ореол неотразимости.

Тема человеческих девушек для утех крылатых меня сразу выводила из себя.

– Лейвар, давай начистоту. Что ты хочешь? Драконит? Я никогда не слышала об этом камне до тебя. Серьги получила в подарок от сестры, которая перед побегом купила гарнитур за бесценок в лавке торговца всякой всячиной. Никаких раскопок на территории виноградников не проводилось. Не знаю, кто пустил этот глупый слух, но он точно хотел сбить тебя со следа. Что у него, кстати, с успехом получилось.

Я заметила недовольное движение челюсти Лейвара. Ему совсем не нравился разговор, но я должна была прояснить все здесь и сейчас. Драгхар смотрел на меня сверху вниз. Взгляд гордый, из-под слегка опущенных ресниц. В нем огромная доля упрямства.

Что? Не любит, когда говорят прямо, а не играют в подковерные игры? Явно не хочет говорить, но вопрос поставлен так, что увиливать можно, но не результативно.

Я четко поймала момент, когда он что-то решил для себя. Опустил подбородок к шее, посмотрел на меня долгим взглядом и сказал:

– У нас с тобой общая проблема.

– Договор помолвки? Давай разорвем официально. Конечно, на Аднаре он не имеет никакой силы, но на земле людей пригодится.

Лейвар медленно покачал головой, не отрывая от меня взгляда.

– Кураторство? Если возможно, я бы тоже хотела сменить наставника. Думаю, нам лучше не встречаться, – согласилась я, отвернувшись в сторону.

Не могу смотреть в его лицо. Не зря люди голову от них теряют. Есть в них что-то невероятное.

– Нам не получится не встречаться. Похоже, каким-то образом мы стали истинными. – Лейвар расстегнул рубашку и показал метку на груди.

Может, в чем-то я была не сильна, но лицо всегда держать умела. Я посмотрела на руну, так подозрительно похожую на мою, и спросила:

– Заразная болезнь?

И сделала шаг назад. Потом потупила взор, посмотрела на вырез платья и сказала кротким голосом:

– Я так же сделать не могу, но поверь на слово: у меня тут, – я указала в ложбинку между грудями, – ничего нет.

Ох, какую бы я взбучку получила от преподавателя этики, увидь он это. Отец и вовсе схватился бы за сердце, как всегда, когда мы с сестрами делали что-то не по его.

К моему удовольствию, Лейвар смутился, отвел взгляд и снова посмотрел в район моей груди.

– Метка появляется в месте силы стихии.

– Но я человек.

– Я тоже так думал. И отмел все варианты.

Я ахнула притворно громко, на самом деле скрывая за силой звука свое возмущение:

– И всех пришлось пересмотреть? Везде?

А потом рассмеялась ему в лицо:

– Лейвар, я похожа на дурочку? Думаешь, этими сказками можешь раздеть меня, раз не получилось подойти по-другому?

Драгхар резко отвернулся, потом посмотрел на меня и снова показал мне свой затылок, а когда взглянул мне в глаза вновь, его зрачки были объяты пламенем гнева.

– Вивьен, почему с тобой так сложно?

– Ничего подобного. Это ты устраиваешь многоходовки. Я же иду прямо. Поэтому заявляю: раздеваться не буду. Ничего у меня нет.

– Тебя может посмотреть Яша.

– Он мужчина!

Доморф словно выскочил из-под пола. В радостном прыжке крикнул:

– Вот, а я что говорил, хозяин! Мужик я. Мужик.

Я мельком посмотрела на леди Гренли и Ура, которые, склонив головы набок, с интересом наблюдали за нашей перепалкой. Доктор куда-то делся. Когда он ушел? Я и не заметила.

– Или тебя может посмотреть Тереза, – предложил драгхар.

Упоминание девушки меня разозлило. Интересно, как часто он полагается на нее в делах? А еще больше любопытно, сдаст ли меня новая знакомая. Если нет, то точно любит Лейвара.

– Хорошо, – неожиданно для драгхара я согласилась.

Все равно Тереза уже видела метку на пятке. Надеюсь, с ней удастся договориться. Неважно, что там за руны истинности, я точно знаю одно: в союзе драгхара и человека выгоды для последнего быть не может.

– Ты согласна? – Лейвар недоверчиво пододвинулся ближе.

Зачем он так сокращает дистанцию?

– Убедишься, что ничего нет, и отстанешь, верно? Вот только можешь ответить мне на один вопрос?

– Задавай.

– Что такого особенного в истинности у драгхара?

– Только в союзе с истинной парой рождаются невероятно сильные драгхары. Это благословление всего рода.

– А в обычном союзе?

– В большинстве своем дети имеют посредственный дар. Более того, чаще всего в обычных союзах рождается только один ребенок. А у истинных их может быть много.

– Теперь совершенно ясно. Одного не пойму: как ты додумался, что я могу быть твоей истинной? Ни одного потомка не успею родить. Или есть какие-то другие тонкости?

Я посмотрела на леди Гренли и тут же почувствовала укол совести. Девушка заметно погрустнела, опустила голову.

Надо было мне быть осторожней в словах. На эмоциях совсем не подумала о чувствах других.

И тут я посмотрела на входную дверь. Меня чуть не сбило с ног предположение. Что, если Лейвар собирается потренироваться продлить жизнь леди Гренли с помощью чудесного доктора, чтобы потом дотянуть человеческую истинную до родов?

Конечно, я не верю в то, что метка – это именно истинность. Но догадка меня поразила настолько, что я замолчала.

Лейвар явно ощущал себя не в своей тарелке, и это было так странно наблюдать. Высокий широкоплечий мужчина мялся, не зная, как подобрать слова для меня.

– Вивьен, этот разговор нужно было проводить наедине.

– Зачем?

Лейвар придвинулся еще ближе, чтобы прошептать:

– Потому что я так чувствую, Вивьен. Я ощутил, когда другой мужчина коснулся твоей метки.

Я вспомнила, как артефактор пощекотал мне пятку, и с шумом втянула воздух.

– Не моей. Ты ошибаешься. Ищи драгхарок в своем окружении.

– У меня не было никого нового. Только ты.

Слова Лейвара звучали так интимно, что я бы сейчас с удовольствием нырнула в ледяную воду, чтобы привести себя в чувство. А то волоски на руках шевелятся от… От чего?

Я посмотрела на драгхара и поняла, как крепко попала. И эти чувства – дорога к самой смерти.

За всю жизнь я влюблялась дважды. И оба раза это была тихая неразделенная симпатия. Первым был молодой джентльмен, встреченный мной на балу у Агнесонов, имени которого я так и так и не узнала, боясь привлечь внимание своим интересом, а вторым – молодой закупщик вина из Проланданса, в котором я быстро разочаровалась из-за его любви к горячительным напиткам, которые он потреблял внутрь в больших количествах.

Я никому не говорила, что испытываю, да и взаимной эту увлеченность назвать было трудно. Третье притяжение, которое я испытывала к Лейвару, я собиралась послать по тому же направлению.

Неизвестно, что это за врач и не сделает ли он только хуже. А мой знакомый увлеченный продавец артефактов продавал рабочие камни с жизненными силами, от которых Лерата поправлялась. Так что буду придерживаться прежнего плана и ни от кого не зависеть. Хорошо, что Ур страхует золотыми запасами.

Я помогла леди Гренли встать, и мы молча пошли к выходу. Ур за нами.

– Стайх забрал мое золото и где-то спрятал. Я могу нанять тебя для поиска? Плачу щедро, – сказал Лейвар.

Я сделала вид, что не слышу его очередную попытку меня задержать.

– Я кое-что узнал о твоих сестрах, – донеслось до моих ушей, когда я уже готова была перешагнуть порог.

Я обернулась так резко, что леди Гренли пошатнулась. Мне нужно было видеть выражение лица Лейвара. Нет ли там тревожных сигналов? Все ли в порядке?

– Все живы, дыши, Вивьен, – сказал Лейвар.

– Спасибо, что не тянул с главным. Где они? Как они?

– Я точно знаю только про одну твою сестру. Одну из близняшек – Адалинду. Она поступила в академию и сейчас на Аднаре. Так она скрылась от помолвки.

Я выдохнула, и Лерата оперлась о стену.

– Вивьен, присядем? – спросила она, делая над собой большое усилие.

Любое движение или действие требовало от нее много сил. Над верхней губой выступила испарина. Ей было очень тяжело.

Я почувствовала себя упрямой эгоисткой. Да и что таить, Лейвар все-таки поймал меня на крючок. Тем более когда сказал:

– Завтра должны прийти новости про вторую близняшку.

– Она тоже на Аднаре?

– Возможно.

– А что с Эми?

– Со средней сестрой тяжелее всего. Кто-то подчищает все следы так, что даже я не могу их воскресить. У меня есть некоторые догадки. – Лейвар таинственно замолчал.

Я видела, как напряженно он ждал моей реакции.

– Но скажешь ты их завтра, верно? – догадалась я.

Он потратил столько сил, чтобы меня удержать. Надо разочаровать его по полной.

– Останешься? Точнее, останетесь? – спросил драгхар.

– Ура выгонять не будешь? – Я покосилась на стайха.

– Только не приучай его к кровати, – выдвинул условие Лейвар.

Я кивнула.

Так мы остались на ночь в доме крылатого мужчины. Но я зря думала, что драгхар похож на людей и будет действовать как человек. Я совсем не ожидала того, что произойдет с наступлением темноты.

Я слышала от Терезы, что главное отличие драгхаров от людей в том, что они куда более свободные в моральном плане. Я тогда не очень поняла, что это значит. Раскрепощенные? Развязанные? Может, это вообще о беспорядочных связях?

Но когда Лейвар перед сном постучал в мою комнату, я начала знакомство с местным понятием свободы нравов.

– Ты не могла бы мне помочь в щекотливом вопросе? – спросил драгхар в открытую щель двери.

Я покосилась на Ура. Стайх его, если что, не остановит.

– Это не подождет до утра?

Я запахнула халат, который накинула на ночную рубашку.

– Дело срочное.

– А Яша помочь не может?

– Нет. Это можешь сделать только ты. Точнее, мы вместе.

Это что это он со мной собрался делать? Что за совместное занятие? В голове сразу пронеслась сотня неприличных идей, чем бы мужчина и женщина могли заняться.

Я открыла пошире дверь и посмотрела на Лейвара в домашней одежде. Мягкие штаны, удобный просторный верх, который, казалось, лишь подчеркивал все выступы его фигуры.

– В гостиную? – предложила я.

Не рвусь пускать его в спальню. Мало ли.

– Не хочу, чтобы Яша или кто-либо увидел, что произойдет.

Я сделала шаг назад, и драгхар понимающе улыбнулся:

– О чем ты подумала?

Я отвела взгляд в сторону:

– Ни о чем. Давай завтра, при свете дня.

У меня была уверенность, что при царствовании солнца ничего такого происходить не может.

– Помнишь, как ты почувствовала золото внутри меня? – тихо спросил Лейвар.

Я вспомнила, как проходила комиссию для получения визы талантов. Да, действительно, в районе груди драгхара я всегда ощущала золотой предмет. Эта тема заинтересовала меня, и я отступила, пропуская Лейвара внутрь.

– Да, помню. – Я закрыла дверь, видя, что драгхар ждет этого, чтобы продолжить разговор.

Ур проснулся, сел между нами и скептически посмотрел на хозяина дома.

– Мне надо его вытащить. Так, чтобы об этом больше никто не знал. Особенно Яша. Поможешь?

Я посмотрела в район груди.

– Как? Я не лекарь, не…

– Я помогу. Тебе лишь надо будет его схватить. Это очень важно для меня. Обещаю, сделаю все, что ты хочешь.

– Любое желание?

– Любое желание, которое я могу выполнить.

– Даже если ты его можешь, но не хочешь делать, выполнишь?

– Да.

Я подумала. Еще раз подумала. И потом спросила:

– Расскажи, что там внутри.

– Золотой клещ. И я сам его не чувствую и не вижу. Только ты можешь его ощутить.

– Но почему он в тебе?

– Он забирает половину моей силы.

– Кому?

Лейвар сглотнул так, что его кадык заметно дернулся.

– Отцу, – сдавленно пояснил он.

И по его взгляду я поняла, что за этим скрывается долгая и тяжелая история.

Драгхар обратился по адресу. Я никогда не могла смотреть на несправедливость. Забирать силу таким способом было несправедливо. Мне было любопытно, но я не стала спрашивать. И очень удивилась, когда Лейвар сам рассказал.

– Мой отец – слабый драгхар, но он нашел истинную. Это большое счастье и честь. В браке у таких пар рождается сильное потомство. И нас родилось трое. Я и две сестры. Но знаешь, Вивьен, не все родители ведут себя правильно, не все любят детей безоглядно. Иногда рождается большая зависть и ненависть, даже в союзе истинных.

– Твой папа ревновал к тебе маму?

– Нет. Он завидовал моей силе, моему дару. Считал это очень несправедливым и решил, что раз он дал мне такую сильную жизнь, то я должен делиться. Не знаю, где он нашел этот сосущий золотой артефакт, но вот уже двадцать лет как он качает половину моей силы и отдает отцу. И я хочу вытащить этого троглодита. Хватит.

Голос Лейвара иногда становился ниже от эмоций, более сиплым. Пока я слушала его рассказ, думала о том, как же мне повезло с отцом. Он был бы рад, если бы мы были сильнее, здоровее, выносливее. И никогда бы не подумал у нас что-то забрать.

– Я помогу, – согласилась я. – Что от меня требуется?

Как старшей, мне приходилось часто перематывать сестрам разбитые в кровь коленки. Эми, как любительница лазить по деревьям, сколько бы ей ни твердили, что так делают только низкородные сорванцы, постоянно приходила разодранная острыми суками.

Поэтому, когда Лейвар лег на кровать, я не сильно паниковала, но удивилась:

– А как же инструменты? Обеззараживающий отвар?

– Мой иммунитет переборет любую заразу, а мои когти – лучшие инструменты. Ты только направляй.

– А чем после всего зашить рану? А чем перебинтовать?

– Я сейчас полон сил. Сам себя залечу.

– Драгхары так умеют?

– Мы не люди, Вивьен. Мы и не то умеем. Пусть мы потеряли возможность перевоплощаться в драконов и выглядим не как звери, у нас очень много отличий.

– Хорошо, но кровь из вас же льется при порезе?

– Если драгхар с полным резервом, кровотечение можно быстро остановить.

– Но на кровать-то накапаешь?

Лейвар посмотрел на чистое белоснежное белье под собой и сказал:

– Сожжем потом.

– А матрас? Ты же от Яши хотел держать все в секрете.

– На этот случай у меня есть кое-что. – Лейвар снял с себя верх и то ли специально, то ли случайно поиграл грудными мышцами так, что я забыла двигаться.

А потом выпустил свои огромные крылья. Сначала они были прозрачно-золотые, но через несколько секунд стали плотными, темно-оранжевыми. На них он и лег, как на подстилку, а я все еще стояла и смотрела перед собой, находясь под большим впечатлением.

Нет, я уже видела его невероятное тело. Но то, как красавец-почти-человек вдруг ловко подстилает под себя крылья явно привычным движением, немного ошеломляло.

На белоснежном белье Лейвар выглядел так экзотично, что я с трудом вспомнила, зачем он здесь. Это было ужасно волнительно и неловко. Кровать, полуголый мужчина и я, делающая вид, что все нормально.

Я присела на край кровати и спросила:

– Что делаем сначала?

– Где ты ощущаешь золотого клеща?

Я прислушалась к своим ощущениям.

– Здесь, – показала в район солнечного сплетения. – Но там же ребра, как мы туда доберемся?

– У нас немного другое строение тела. Как раз в том месте нет костей. Я разрежу когтем плоть, а ты направь руку.

– Если вокруг кости, то ты не промахнешься и без меня.

– Без тебя он ускользнет под кость.

– С чего ты взял? Мне золото с земли в руки не прыгает.

– Вивьен, это мой шанс. Я хочу попробовать. Не получится – у меня не будет никаких претензий.

– Но я просто нахожу золото.

– Если брать драгхаров, то у них бы этот дар отнесся к земляной стихии. Иногда у них бывает, что тот камень или порода, которой они могут управлять, слушается их.

Я не знала ничего по этому поводу, поэтому просто нерешительно кивнула. Раз он хочет попробовать, я тоже постараюсь.

Но когда Лейвар выпустил из пальца черный коготь и вспорол себе кожу, я зажмурилась.

– Вивьен, давай. – Голос драгхара не изменился, и это придало мне уверенности – я открыла глаза.

Надеюсь, ему не слишком больно.

Я положила ладонь на его руку и ощутила, что клещ, который раньше был четко посередине, ускользнул под ребро.

– Он убежал вправо.

– Поставь наши руки над ним и силой мысли притяни его в зону вскрытия, – попросил Лейвар.

Его рука была такой горячей. Кровь из раны и правда не хлестала. Вытекла только одна струйка.

– Вивьен, быстрее, а то затянется и придется резать вновь.

Я зажмурилась и повела нашими руками над кожей, пока не почувствовала, что золото ровно под пальцами. Тогда я начала думать, что ему надо подвинуться, но быстро поняла, что ничего не происходит.

– Не получается. – В отчаянии я открыла глаза и посмотрела на драгхара.

Меня удивило, с каким мужеством и решимостью он все переносит. Наверное, этот клещ сильно попортил ему жизнь.

– Вивьен, ты не думай, куда ему двигаться. Ты верь, что двигаешь его.

Верить? Как, если не верю?

Я увидела, как рана на глазах заживает, и быстро зажмурилась.

Я могу. Я должна. Я же нахожу золото – в это я верю. И управлять им я тоже могу. Вот этот клещ, я ощущаю его тяжесть под кожей. И теперь он идет левее, левее, еще левее.

– Хватай! – горячо прошептала я, и когти Лейвара опустились в рану.

Раздался звук сломанного хряща или кости.

Драгхар вытащил из раны золотого клеща, который шевелил лапками.

Я обратила внимание на рану – она стремительно затягивалась.

Лейвар с лицом разозленного победителя посмотрел на клеща в своей руке:

– Я так хочу его раздавить, но так только впущу в свое тело обратно.

– Тогда как с ним быть?

Лейвар улыбнулся, и я удивилась, как эта эмоция на его лице отличалась от других. Она была настоящей, словно без масок.

– Сжечь! – сказал он, и золотого клеща объяло пламя.

Я не заметила, что тоже улыбалась, пока не расслабила лицо и не ощутила, как были напряжены мышцы у глаз.

Лейвар сидел на кровати с обнаженным торсом, и от раны не осталось и следа. Крылья за его спиной стали медленно превращаться в полупрозрачные.

– Можно потрогать твои крылья? – неожиданно для самой себя спросила я, сидя рядом с драгхаром.

Такая экзотика меня заворожила. Если сейчас не осмелюсь – никогда не решусь.

Лейвар посмотрел на меня так, словно совсем не ожидал такого вопроса, но тепло улыбнулся:

– Можно.

И крылья снова стали плотными на вид.

Я протянула руку и удивилась тому, какие они гладкие и теплые на ощупь. А еще очень прочные.

Я ощущала на себе взгляд драгхара. Казалось, последнее событие смягчило Лейвара, он словно внутренне наконец расслабился и позволил ненадолго показать себя настоящего.

И мне нравилось то, что я видела. У него даже хитрость из глаз ушла. Остался только интерес. Ко мне.

– Вивьен, – прошептал он.

– Да? – Я посмотрела ему в глаза.

Какой же он привлекательный мужчина. Не зря девушки не могут устоять перед драгхарами и сгорают.

– У тебя что-то около глаза. Давай уберу. – Лейвар протянул руку к моему лицу и провел пальцем по скуле.

Мы были так близко, что я чувствовала его запах: горячих камней и песка. Мне безумно нравился этот аромат. И когда он вдруг потянулся ко мне для поцелуя, промелькнула шальная мысль: «Может быть, один раз можно? Всего лишь поцелуй».

Еще ничего в жизни я не хотела так сильно. Это было какое-то сумасшедшее притяжение, которое затопило все мои мысли. Я обманывала себя: еще чуть ближе, еще чуть-чуть ощутить этот момент, еще немного – и я сдам назад.

Но я не смогла. Когда Лейвар коснулся моих губ своими, а руками обнял меня, мои руки сами обвили его шею.

Это был мой первый поцелуй. Такой мягкий, такой сладкий, такой нежный, а потом такой жаркий и пожирающий.

Я никогда не понимала, почему девушки на балах уединялись на балконах с мужчинами и давали себя скомпрометировать из-за одного поцелуя. Сейчас я осознала, что это невозможно контролировать, как сход лавины. Ты просто стоишь на склоне, видишь пласт снега, который несется на себя с невероятной скоростью, и понимаешь, что бежать бесполезно – накроет спустя несколько шагов.

Наверное, именно так все было и у леди Гренли. Это ощущение невероятного наслаждения вместе с высвобождением чего-то словно прямо из тела.

Образ истощенной и измученной девушки в кресле всплыл в голове, и я распахнула глаза. Моя голова была повернута чуть набок, поэтому я без труда увидела отражение нас в зеркале шкафа и дернулась от удивления.

За моей спиной едва различимо переливались золотом полупрозрачные крылья.

Я посмотрела на Лейвара – видит ли он это. Но глаза драгхара были закрыты, а после моего резкого движения он лишь усилил напор и хватку.

На несколько долгих секунд я засмотрелась на его лицо, полное наслаждения, которое передавали прикрытые веки. Мне так понравился этот вид, что я с трудом перевела взгляд и снова посмотрела на крылья.

Все-таки все они не правы. У драгхаров и людей может быть потомство, иначе я бы не жила. Все то, что казалось мне таким странным, теперь обретало смысл: драконит и стихийная сила, метка истинности и вот – крылья.

Они медленно исчезали, пока не стали абсолютно невидимы. И я даже не знала, чего хотела больше: чтобы драгхар увидел их или нет.

Теперь все изменилось. Я никогда не стану угольком. Я в безопасности от участи быть иссушенной из-за любви с Лейваром. Но я не скажу ни слова, пока не прощупаю хитрого драгхара и его мотив. Если он хотел просто сжечь уголька, то я прекрасно буду жить без него. Найду сестер, соберу всех вместе, узнаю, происходят ли с ними похожие вещи.

Мысли об Эми, Аде и Белль немного надавали мне по щекам, не давая окончательно забыться. А то еще чуть-чуть – и Лейвар станет настолько смелым, что у него не только большой палец по моей спине будет двигаться, но и вся рука.

Я попыталась отстраниться и прервать поцелуй, но он не дал. С напором и рычанием прижал меня к себе сильнее, и этот рык отозвался желанием у меня внутри.

О нет. Это очень опасно.

Я отвернула голову в сторону и попросила:

– Лей… Лейвар, стоп.

Я опустила гглаза, с усилием отталкиваясь от его плеч и создавая между нами расстояние. Взгляд упал на его грудь. Метка сверкала, стала яркой и четкой.

И тут я поняла, что босиком, что мою метку тоже может быть видно, и тут же оттолкнулась еще сильнее и встала на ноги.

– Вив, – Лейвар обратился ко мне так, как делал только папа.

Я не могла отдышаться.

Драгхар посмотрел себе на грудь и усмехнулся. Мне показалось, что с долей горечи:

– Я же говорил, что это ты.

Отнекиваться до последнего или признаться?

Я никогда не любила играть в дурочку. Не нравилось, когда и со мной играют в неизвестность.

Тем более у меня появилась тайна, о которой драгхар даже не догадывается, – крылья. И мне очень интересно, как он себя поведет.

– И что, Лейвар? Человек и потомок драконов не могут быть вместе. Какой толк от этих меток истинности?

Мужчина мягко сказал:

– А что, если это означает, что ты выживешь?

– Я не готова рисковать. А ты?

Мне было важно, что он ответит. Чего в нем больше – эгоизма или симпатии ко мне. Или же это и вовсе сиюминутное влечение к человечке или любопытство к той, на которой метка.

– Вив, знаешь, ты мне понравилась еще тогда, в грозовую ночь. Не представляешь, какая ты была красивая. Подвязала узлом подол платья, бежала прочь в неизвестность.

У меня от этого дня остались воспоминания о страхе и погоне. Ничего приятного. Но я не знала, кто идет за мной по пятам. Не думала, что хитрый Лейвар подтасовывает события и мои встречи так, чтобы привести меня к нужному ему результату.

А вот когда я увидела его за столом комиссии, конечно, я была впечатлена. Но об этом я не скажу ему ни слова. Понимаю, что он стремится притупить мою осторожность комплиментами.

– Некоторые насекомые очень красивые. Но стоит их поймать, как они перестают жить.

– Вив, я не хочу твоей смерти. Просто хочу сказать, что ты мне очень нравишься. И твой поцелуй говорит о том, что я тебе тоже. – Лейвар посмотрел на мои губы так, словно вот-вот набросится и докажет на деле свои слова, если я не согласна.

– Я не готова рисковать. Тем более я не знаю, навредил ли мне поцелуй с тобой.

– Вив, ты не ощущаешь подавляющей ауры драгхаров, тогда как обычно люди не могут обходиться без специальной защиты. Ты можешь меня касаться и не испытывать неприятных ощущений. На тебя не действуют артефакты, которые подавляют людскую волю. У тебя стихийный дар земли. Так что ты необычный человек.

Меня задели его слова.

– Значит, ты пробовал на мне подавляющие артефакты?

– Не я, Вив. А тот драгхар, что тебя украл. Я не такой плохой, как тебе кажется.

Так? Тогда проверю на прочность.

– Тогда ты готов переехать со мной на континент людей, построить дом, зарегистрировать брак, жить по людским законам и никогда не рисковать моей жизнью из-за близости с тобой? Возможно, даже из-за поцелуев?

Лицо Лейвара вытянулось.

– Мой дом здесь, Вив. Моя работа затрагивает оба континента, но все же я аднарец.

– То есть ты говоришь о чувствах, но не собираешься делать и шагу ко мне. На Аднаре моя жизнь не стоит ничего. Меня не защищают ваши законы.

– Ты здесь по визе талантов, Вивьен. Зря ты не пошла в посольство. Тебе бы сразу объяснили, что за тебя мне крылья могут на голове бантом завязать. И да, я не готов менять Аднар на что-либо, но я готов быть с тобой, пока мы оба этого хотим.

Он предлагал быть вместе без обязательств. Для людей – все равно что стать содержанкой. Для леди – упасть в грязь и навсегда поставить крест на браке с детишками.

Готова ли я на такое?

Один поцелуй, но я не сошла с ума.

– Лейвар, я хочу подумать.

– Мне не нравятся твои слова.

И правильно. А мне не нравятся его. Я всегда хотела такой любви, чтобы искры от счастья из глаз. Чтобы грозовое небо казалось безоблачным. Чтобы мужчина смотрел на меня как на самое дорогое сокровище и был готов на все.

В идеальной картине леди сначала помолвка, потом поцелуй, потом брак. Но с Лейваром схема ломалась.

Не знаю, что он на самом деле чувствовал, что было в его голове, но я видела поступки. Не готов бросить все ради меня? А я не готова рисковать своей жизнью, как бы поцелуй ни вскружил мне голову.

– Спокойной ночи, Лейвар. – Я открыла дверь и встала за ней.

Драгхар посидел некоторое время на кровати, а потом с тяжелым вздохом встал:

– Хорошо, Вив. Только обещай мне не спешить с принятием решений.

Поздно, Лейвар. Я так хочу тебе доверять, расслабиться, но не имею права на это.

На следующее утро я пришла к леди Гренли. Она выглядела значительно лучше и даже улыбнулась мне.

– Доброе утро. Уходим?

Кажется, она поняла меня по одному взгляду.

– Доброе. Да. Нужно купить камни с жизненной силой, а потом я попрошу помощи у посольства. Найдем дом, работу. Не будем ни от кого зависеть.

– Говорите как драгхарка, – тихо засмеялась Лерата.

– Мы до сих пор на «вы», – заметила я.

Леди Гренли пожала плечами:

– Хоть какая-то иллюзия, что мы с вами в высшем обществе.

Я согласилась. И правда. Для нас двоих уважительное обращение было дыханием нашей прошлой великосветской жизни.

У меня был один важный вопрос к Лерате, но я не знала, как сказать.

– Не мнитесь, Вивьен. Вы можете спросить у меня что угодно.

– Если… предположим… Если драгхар и человеческая девушка поцелуются, то она тоже будет обречена на гибель?

Леди Гренли восприняла мой вопрос абсолютно серьезно, без тени осуждения и насмешек. Она задумалась на несколько секунд, после чего сказала:

– Не знаю ни одного случая, когда на этом бы остановились, Вивьен. Поэтому у меня нет четкого ответа.

И больше ничего у меня не спросила, за что я была ей очень благодарна.

Зато у меня был еще один вопрос, но уже по теме ее здоровья:

– Что вчера сказал доктор, которого пригласил Лейвар?

– Он дал мне снадобье и вот это. – Леди Гренли достала пузырек с прозрачными шариками. – Говорит, что это продлит мне жизнь.

Продлит жизнь. Как страшно это слышать!

Я оставила на тумбочке горсть золотых монет.

– Сейчас? – только и спросила Лерата, медленно поднимаясь с кровати.

Ей все еще была нужна помощь, чтобы идти, и мы не спеша двинулись к двери.

– Вам нужны вещи из гостевого дома? – спросила я, выходя из комнаты.

Ур, вытягивая все тело до хвоста, вышел из спальни, где я ночевала, и последовал за нами.

– Вивьен. – Лейвар перегородил мне дорогу.

Видно, он тоже понял, что мы не на прогулку уходим, а насовсем. Вся фигура драгхара напряглась, стала больше. Даже леди Гренли сжалась под его подавляющей аурой.

– Ты говорил, что примешь мое решение, – сказала я, подняв подбородок.

Лейвар на две секунды прикрыл глаза, словно не мог справиться с чувствами, а когда открыл, то его зрачок вытянулся. На меня словно смотрел его зверь.

Мы медленно стали обходить его, и все это время Лейвар не отрывал от меня взгляда. Было ощущение, что он в любую секунду набросится на меня, перекинет через плечо и не даст уйти.

Но вот драгхар остался за нашими спинами. Мы хлопнули сначала входными дверями, а потом калиткой.

Я даже испытала легкий укол разочарования. Неужели даже не побежит уговаривать? Настолько ли я ему дорога?

– Он сделал над собой большое усилие, отпустив нас. Не усмехайтесь так горько, – заметила леди Гренли.

Из-за поворота выскочила Тереза.

– Возьмите меня с собой, – попросилась она, даже не поприветствовав.

Я искренне возмутилась:

– Думаешь, мы поверим, что ты с нами не как шпион Лейвара?

Тереза замотала головой:

– Куратор ко мне не имеет никакого отношения. Просто… Мне так одиноко. И я не сдала тебя по поводу метки. И не позвала бы Лейвара, если бы тебя не украли. Очень испугалась за тебя.

Я посмотрела на леди Гренли. Она пожала плечами, оставляя выбор за мной.

С одной стороны, если Лейвар захочет следить – мы будем под его надзором и так. И втроем проще выживать, чем вдвоем, учитывая, в каком состоянии Лерата. С другой стороны, Тереза уже раз предала нас. Будет второй? Чего от нее ждать?

Дело решил Ур. Он подошел к девушке и обнял ее лапами за ногу так ласково, что Тереза прослезилась.

Говорят, животные чувствуют хороших людей. И пусть я некрасиво ревновала девушку к Лейвару, мне хотелось иметь на континенте потомков драконов подруг.

Дорога к посольству оказалась самой мучительной в моей жизни. Не потому, что Лерата двигалась медленно и частично висела на мне. Не потому, что Ур прыгал по всем кустам, наслаждаясь звуками перепуганных драгхарок. И не потому, что Тереза уже пять минут как извинялась и объяснялась.

Я сомневалась.

Правильно ли я делаю? Зачем убегаю от стен и крыши, от мужчины, который мне нравится?

Ведь можно попробовать. Чуть-чуть. Один день. Два. Три.

Это был самый большой соблазн в моей жизни. Мои ноги подгибались от одного воспоминания о поцелуе, но я тут же себя встряхивала и напоминала о том, что хочу жить. И нет ничего важнее этого. Ни одна любовь не стоит того.

Я оставила леди Гренли, Ура и Терезу на скамье в саду большого здания человеческого посольства и вошла через огромные раскрытые настежь двери.

Мне навстречу вышел мужчина в шляпе, тот самый дипломат, что встретился мне в Горте.

– Здравствуйте, – поздоровалась я первой.

– Добрый день, леди! – приподнял шляпу он. – Мы все продолжаем встречаться. Как вы устроились?

– Еще не устроилась. Вот, иду. – Я показала взглядом вперед.

– Тогда не смею задерживать, – слегка поклонился он и пошел по своим делам.

А я уже было понадеялась, что он поспособствует информацией, советом или еще чем. С другой стороны, я снова и снова пытаюсь по привычке полагаться на мужчин. Пора решать все самой.

Я стряхнула с юбки платья невидимую пыль, расправила плечи и прошла большой холл с высоко поднятой головой.

«Приемная» – сверкала надпись из камней над одним из проходов.

Вот туда я и вошла.

Однажды с отцом, когда мы заверяли землю по новым законам и перевыпускали документы о собственности, мы были в подобном месте. Множество столов со стульями, за ними сидят крайне занятые люди, скрытые по шею кипой бумаг.

– Здравствуйте. – Я замерла на пороге, ожидая, когда кто-нибудь поднимет голову.

Это сделала ближайшая женщина.

– Присаживайтесь, – сказала она и показала на стул по другую сторону своего стола.

Я села на самый краешек, разгладила складки на платье и протянула ей свой документ.

– Я попала сюда по визе талантов.

Женщина молча взяла маленькую книжечку и стала листать страницы. Удивленно заметила:

– Вас взял под свое крыло сам Лейвар? Он уже года два-три никого не брал. Слышала, что больше не хочет.

Молчание – иногда лучший ответ.

Значит, Лейвара тут прекрасно знают и, более того, уважают. Усложнит мне это все или упростит?

– Так, вижу, что нигде не успели устроиться. Прибыли в Аднар, в столицу Драг-Нар, неделю назад. Талант – находить золото. – Тут она посмотрела на меня удивленно и заметила: – Интересно!

Я снова не нашлась что сказать. Ждала, пока она изучит документ.

– Итак, чем я могу вам помочь?

– Я хочу найти работу и сменить куратора.

Женщина настолько удивилась, будто я сказала, что хочу стать птицей и беззаботно летать.

– Вы уверены? Лейвар – это куратор, о котором можно только мечтать. У него самые крепкие связи на Аднаре, лучшие места трудоустройства. Конечно, он занимается не золотом, но кое-чем даже большим. Он ищет дракониты.

Я молча, но уверенно встретила взгляд женщины, беззвучно настаивая на своем.

– Вы точно решили?

– Да.

– Тогда заполните вот эти бумаги. – Служащая порылась в ящике стола и протянула мне несколько листов.

Их я внимательно прочитала, подписала и сдала, а услышала в ответ:

– На раздумье три недели. Если передумали – можете просто не приходить. Если все-таки решитесь, то подходите ко мне, я назначу вам нового куратора.

– А могу ли я найти работу сразу?

– Обычно трудоустройством занимаются кураторы. Но если вы сами найдете, кто сможет официально взять вас на работу, то ведите его сюда. Все задокументируем. Только помните, что у работодателя должна быть лицензия.

Боги, и тут бюрократия!

– Спасибо! – Мне оставалось лишь поблагодарить.

Я вышла из посольства, не зная, радоваться или нет. С одной стороны, мне давали поменять куратора и устроиться на работу, никто не мешал, но какая же это бумажная волокита, пожирающая время!

– Вивьен! – вдруг услышала я дикий вопль.

Я обернулась.

По ступеням посольства ко мне бежала Элевия Формих, ювелир, что проверяла мой дар на кладбище и с позором выгнала из-под своего крыла.

– Мой талант! Мое сокровище! Как хорошо, что я тебя нашла! – Элевия протащила меня в своих объятиях вниз на несколько ступеней.

Учитывая ее драгхарское происхождение, у меня не было и шанса избежать контакта или самой прекратить его.

– Здравствуйте, – достаточно холодно ответила я, чем заслужила полный раскаяния взгляд.

– Прости, что не поверила. Это было так нереально, что казалось невозможным, а там у бывшего мэра та еще семейка! Ты была права. Во всем была права.

Какие приятные вещи говорит! Знает, как задобрить.

– Вивьен, ты еще ищешь работу?

Я остановила себя от крика «Да!» и сделала вид, что не сильно заинтересована в трудоустройстве.

– Не знаю, не знаю. С моим даром я могу находить золото под ногами.

Другой вопрос, что никто его по земле не разбрасывает. И тайников не так уж и много, чтобы я могла быть уверена в постоянном заработке. Тратить деньги Ура, точнее Лейвара, я не хочу. Буду покупать на них только камни с жизненной силой для леди Гренли в счет компенсации человеческой девушке, пострадавшей от эгоизма драгхара. И то только до того времени, пока не смогу покупать сама. А потом верну и ту сумму.

– Милая! Вивьен, – Элевия заметно занервничала, – что мы говорим на пороге, да еще не моего уютного дома? Приглашаю к столу!

– Я не одна. – Я обернулась к настороженной Терезе и уставшей леди Гренли.

Кажется, Лерате точно не до гостей.

– Приглашаю всех! – Ювелирша быстро оценила ситуацию.

– Моя подруга слишком слаба. Боюсь, не время ходить по гостям.

Элевия посмотрела на меня взглядом «Я не собираюсь терять выгоду» и сказала:

– У меня большой дом. Твоя подруга может отдохнуть. А если вам некуда пойти, то можете жить у меня. Ты будешь со мной сотрудничать, а об условиях договоримся.

Я повернулась и посмотрела на Терезу и Лерату. Кажется, от такого шанса грех отказываться.

– Хорошо. Спасибо за ваше гостеприимство, но я не могу пока ничего обещать. Нам нужно все обсудить.

– Конечно, Вивьен! Конечно. – Элевия обняла меня за плечи и так довольно улыбнулась, словно ребенок, что получил долгожданную игрушку.

Элевию ждал просторный экипаж, в который мы все спокойно уместились. Лерата быстро заснула в дороге, а Тереза, казалось, еще больше навострила уши.

Если девушка не соврала про свой дар, то она мне очень поможет в обсуждении условий с драгхаркой. Заодно будет понятно, действительно ли Тереза за меня или за Лейвара.

Мы подъехали к огромному дому, и я обратила внимание, что часть первого этажа наполовину утоплена в землю. Заметив мой заинтересованный взгляд, женщина пояснила:

– Я же земляной дракон. Мне так спокойней.

Вот оно как. Интересно.

Дверь кареты открылась, и нас встретил доморф, чьи руки и шея были увешаны ювелирными изделиями, а одежда из травы выглядела опрятной и свежей.

Я внимательно присмотрелась к местному домовушке, уже зная, как много можно сказать про хозяина по его созданию.

– Добро пожаловать, хозяйка! – чопорно сказал доморф. – Добро пожаловать, дорогие гости!

Честолюбие, любовь быть на виду, аккуратность, чистоплотность. Но что еще? Где червоточина?

Мы стали выходить из экипажа и немного задержались, помогая Лерате спускаться. И тут я заметила, как брезгливо поморщился доморф при взгляде на леди Гренли.

Что это? Неприязнь к уголькам? К людям?

Мне нужно быть настороже.

Элевия очень любила свой дом. Это было видно по всему: картинам, стенам, статуям внутри и особенно по растениям, гармонично сочетавшимся с каждой частью интерьера.

Мы с Терезой и Лератой замерли у стены, целиком увитой разными растениями, и хозяйка это заметила.

– У меня еще есть такая на кухне, только уже со съедобной зеленью. Хотите посмотреть?

Я взглянула на леди Гренли. Она едва держалась на ногах. А я так и не купила ей новый камень с жизненными силами.

– Простите, но можно Лерата отдохнет, пока вы нам все покажете?

Элевия Формих обратилась к доморфу, которого не было видно:

– Рисса, пожалуйста, подготовь гостевую комнату.

– Уже готова, хозяйка, – тут же ответил доморф.

Удивительная осведомленность!

Мы устроили Лерату, и я предупредила Элевию:

– Леди Гренли в плохом состоянии и нуждается в поддержании сил через камни. Поэтому на разговор у меня максимум два часа.

– Вы можете остаться у меня как минимум на ночь, даже если мы не договоримся. Так что не спешите, – ответила мне ювелир.

Она приказала накрыть стол, наполовину состоящий из привычных человеческих блюд.

– Как знак гостеприимства и моих искренних извинений, – сказала Элевия.

Лерата ела в постели, а вот мы с Терезой сели за стол переговоров.

Ювелирша налила нам местный напиток, пахнущий градусами, но я отказалась:

– Простите, но предпочитаю иметь трезвую голову.

– Понимаю.

Когда фужеры заменили на стаканы со сладким содержимым, разговор потек на интересующую нас всех тему.

– Вивьен, как я уже говорила, мы бы стали с тобой идеальным тандемом: ты находишь золото, я делаю ювелирные украшения и продаю. Прибыль делим: двадцать процентов тебе, восемьдесят мне.

– Восемьдесят мне, двадцать вам, – отбила подачу я.

– Это невозможно. Драгоценные камни, которые я вставляю, стоят целое состояние. Стоимость изделия заоблачная. Просто без золота камни нельзя ни повесить на шею, ни носить на руке. Рисса, подойди сюда! – позвала доморфа Элевия.

Домовушка подошла и достала из-за ворота большой кулон с розовым камнем.

– Смотри, это редкой чистоты шарн. Я купила его на аукционе за тысячу империалов. С золотом, после моих рук, изделие будет стоить три тысячи. Две тысячи четыреста империалов мне, шестьсот тебе. Учитывая стоимость закупки камня, мне за работу остается тысяча четыреста империалов.

– Это почти в два с половиной раза больше, чем получу я.

– Да, но я беру на себя ювелирную работу, сбыт. Оплачиваю аренду своих ювелирных лавок по всему Аднару, работу продавцов и закупку бытовых артефактов.

– Но я же буду тратить силы на поиск. Вы делаете украшения – я ищу. Конечно, учитывая вопрос сбыта, ваш достаток должен быть выше, но не в два с половиной раза.

– Тогда в два.

– Сорок процентов мне, шестьдесят вам.

– Я обеспечу тебе и твоим девушкам крышу над головой и еду. В два раза.

Побывав в доме Элевии, я поняла, что не могу постоянно дергаться, будет нам здесь плохо или хорошо. Имеет ли кто-то зуб на угольков. Не отравит ли еду Лерате и по какой причине косится на нее.

Сидя за столом, я осознала, что не хочу зависеть ни от кого. Мы в силах наладить свой быт сами.

– Нет. За проживание и еду мы будем отвечать сами.

– Но мало кто сдаст людям дом в Драг-Наре.

– Мы попробуем.

Не хочу, чтобы Элевия имела еще один рычаг давления на меня.

И тут громовой стук в дверь заставил всех подпрыгнуть на месте.

– Рисса, проверь, кто там такой нетерпеливый.

Но гость сам зашел внутрь, снеся преграду с петель.

– Элевия! Где моя корона? Все сроки прошли!

Драгхарка вмиг побледнела и схватила меня за руку:

– Сорок на шестьдесят. Ты согласна? Я могу пообещать Бругвору, что у него к вечеру будет корона?

И тут в столовую вошел огромный и злой драгхар с материализованными синими крыльями. Посмотрел на нашу застывшую компанию и сказал:

– Залью тут все. Утоплю красному змею на радость.

– Бругвор, милый, родной! – Элевия подскочила к нему, погладила по руке. – Все почти готово!

– Покажи, старая обманщица! У меня завтра вечеринка. Если у меня не будет короны, я превращу твой дом в морское королевство.

– Будет! Обещаю!

– Ты уже две недели так говоришь!

Элевия стала подталкивать громилу к выходу, что-то ему щебеча.

Мы с Терезой переглянулись. Девушка все это время молчала и тут сказала:

– Он не врет.

– А она?

– У нее ничего не готово.

– Так в чем вопрос? В золоте? Разве нельзя переплавить империалы?

Тереза посмотрела на меня квадратными глазами:

– Ты что? Не знаешь, что на местной валюте стоит защита от переплава? Тем более в империале очень маленький процент настоящего золота, а изделия драгхары проверяют на зуб.

– Так вот оно что! Теперь понятно, почему Элевия побежала ко мне со всех ног. Но неужели есть проблема с закупкой золота?

Тереза удивилась моему вопросу:

– И тут ты не в курсе? Золото продают в ограниченном количестве в год на руки одному драгхару.

– Почему?

– Потому что у потомков драконов к нему такая страсть, что они готовы дом продать и спать на золоте. Борются с зависимостью.

Теперь становится еще яснее. Кажется, Элевия согласилась бы и с условием пятьдесят на пятьдесят.

***

Золото не валялось под ногами, не висело на деревьях и градом не падало с неба. Более того, мое понятие «добыть драгоценный металл» разнилось с мнением Элевии. Она хотела, чтобы я искала забытые сокровищницы драгхаров, а я считала это преступлением против потомков. И что, что хозяин сокровищ умер и был так жаден, что не сказал, где хранит золото? Это воровство чистой воды!

– У нас всего несколько часов, Вивьен! – паниковала Элевия, заламывая длинные пальцы.

Мы совсем недавно вышли из ее дома и не могли сойтись во взглядах на нашу совместную деятельность. Ур остался внутри с Терезой, чтобы приглядеть за Лератой, а мы отправились за камнем жизненных сил и за золотом.

– Напоминаю, что сначала мне нужно купить камни с жизненной силой для леди Гренли.

– Да подождет твоя леди Гренли! Если Бругвор не получит свою корону, он нас всех утопит.

Я остановилась, серьезно посмотрев на женщину:

– Не нас, а только вас, так как вы уже давно пропустили все сроки, а я только-только стала вашим партнером. И я ни за что не поставлю жизнь Лераты под угрозу ради выгоды.

– Твоя подруга все равно умрет, – отвернувшись, пробормотала себе под нос Элевия. – Зачем тратить столько денег и сил?

Не знаю почему, но мне было так больно и обидно, словно она сказала это мне и про мою жизнь.

Конечно, после того как я увидела крылья за своей спиной, я будто получила благословение от небес. И пусть моя родословная теперь была с дырами, я не сомневалась, что поцелуй с драгхаром не станет для меня смертельным. Более того, теперь я знала, что смогу жить на Аднаре как потомок драконов – было бы желание всех огорошить этим фактом.

Интересно, как там мои сестренки? Как только останусь одна, обязательно попробую воспользоваться почтовым артефактом, который починили. До этого для связи не было времени и сил, но уже воет совесть. Вдруг у них тоже обнаружился удивительный дар? Вдруг у них проблемы? Вдруг я могу чем-то помочь?

Вообще, собрать бы всех вместе под одной крышей. Вот это была бы жизнь! Но для этого нужна крыша и заработок, и в этом мне поможет предприимчивая ювелирша.

– Ладно, упрямая Вивьен. Я подвезу тебя куда надо, но тогда и ты пойдешь мне навстречу с сокровищницами. – Элевия подошла к экипажу.

– Я поставила вас в известность относительно моих дел еще до заключения сделки. – Я прошла мимо кареты.

– Хорошо. Хо-ро-шо. Но после мы поедем в место, где, по слухам, есть старинные сокровищницы. И там ты не будешь чувствовать себя вором, потому что это в горах. Согласна?

Я подумала немного и кивнула. Так я согласна.

Уже через полчаса я купила камень жизненных сил для Лераты, а через час шла по горной тропе. Слева обрыв, справа гора.

– Есть куда более гуманный способ от меня избавиться, – отшутилась я.

– Если у нас не получится, это будет прекрасный выход для нас обеих, – в тон мне ответила Элевия.

И тут я сделала шаг и ощутила под тропой золото. Очень много золота!

– Что такое? Что-нибудь чувствуешь?

Я кивнула и указала вниз:

– Там. Но там крутой обрыв.

Элевия с усмешкой отошла от меня на несколько шагов и материализовала крылья. Коричневые, с зелеными прожилками, они на миг очаровали меня. Я хотела бы посмотреть на свои со стороны.

Драгхарка взмахнула крыльями и сначала улетела немного вверх, а потом спустилась ниже, простукивая каменистый склон горы.

На мгновение я поддалась соблазну и зажмурилась, пожелав материализовать крылья, но ощутила себя дурочкой, которая мечтает о невозможном.

Может, мне привиделось? Да нет же! Я точно помню, как увидела в зеркале полупрозрачные крылья. Они появились во время поцелуя, а раньше никогда в жизни не показывались.

Может ли быть, что, подобно дару, проснувшемуся от драконита, крылья показались после контакта с Лейваром?

Моя фантазия разыгралась на тему «Как я приду за поцелуями с целью выгоды». Представляю лицо Лейвара, когда я потом скажу ему, что не он меня использовал как уголька, а я его для раскрытия сил.

И только крик снизу прервал яркие картинки:

– Нашла! Вивьен, лети сюда. Ах да, ты же не можешь.

Во мне проснулось невиданное ранее ехидство. Я подумала: «Скоро смогу».

Мне даже показалось, что в конце тропы я увидела силуэт Лейвара, но видение быстро испарилось. Вот насколько опасно фантазировать средь бела дня.

– Вивьен, ты должна это видеть! Слезай сюда.

Я посмотрела вниз. Крутой обрыв, колкие камни и ниша ниже тропы на два моих роста. Нет, мне туда не забраться.

Внезапно нога поехала, словно земля подо мной пришла в движение, и я полетела вниз. Не успела испугаться, как оказалась в руках Лейвара. Он держал меня на руках, а взмахи его крыльев заставляли нас подпрыгивать в воздухе.

– Драг-леди! – Лейвар смотрел не на меня, а в нишу сокровищницы.

– Да? Ох, у нас свидетели. То есть гости.

– Драг-леди, я сдам вас стражам порядка.

– За что? Мы нашли сокровищницу. Теперь она наша. Официально. Так говорит закон. – Элевия перекрыла собой проход, даже крылья распахнула.

– Я про умышленное причинение ущерба здоровью человека, который находится на Аднаре по визе талантов.

– Я?

Она? Серьезно?

Я посмотрела в лицо куратора. Он был зол, просто разъярен до белого каления, до хрипотцы в голосе.

Но почему он обвиняет драгхарку в том, что я упала?

И тут я вспомнила, как под моей ногой словно задвигались мелкие камни. А кто у нас Элевия? Верно, земляной дракон!

– Дошло наконец? – покосился на меня Лейвар в ответ на мой вздох.

Обидно.

Нет, конечно, не то чтобы я считала ювелиршу воплощением доброты, но это была подлость.

– Я просто хотела спустить Вивьен сюда! – Элевия посмотрела на меня. – Вивьен, ты же веришь мне? Зачем мне убивать ту, которая может открыть для меня еще сотню таких же сокровищниц?

– Может, потому, что там есть что-то очень ценное, чем не хочется делиться?

– Да что там такого? – Элевия взмахнула крыльями и отлетела, открывая проход. – Посмотрите сами, драг-лорд. Да, много золота, но никаких реликвий. Я просто не совсем рассчитала силу, работая с человеком. Но я бы поймала Вивьен. Вот как вы.

Я не знала, что и думать.

Мне хотелось спросить Лейвара, зачем он следит за мной. Хотелось порвать все отношения с ювелиршей. Хотелось много чего, но мало что было осуществимо прямо сейчас.

На руках у драгхара было хорошо, но я заставила себя возмутиться:

– Лейвар, спасибо. Но ты мог бы отпустить меня?

Куратор не мог. Или не слышал. Он спросил:

– Зачем тебе эта работа? Возвращайся ко мне.

Я посмотрела в его глаза. Хорош, как всегда, хоть по виду словно и не спал. Белки с красными сосудами придавали ему усталый вид. Оттого и плутовской взгляд размягчал куда больше.

Интересно, а если я его сейчас поцелую, он очень удивится?

– О чем ты сейчас думаешь, смотря на мои губы, Вивьен? – спросил драгхар. – Если не готова, не дразни.

Я тут же отвела взгляд в сторону.

– Поставь меня, пожалуйста, на тропу.

Элевия залетела обратно в сокровищницу, причитая, что у нее нет времени на чужие отношения. Лейвар же словно не услышал меня – продолжал держать на руках.

– Ты меня не слышишь? – спросила я.

– За поцелуй, – поставил условие он.

Ну, он сам напросился!

– Закрой глаза, – попросила я.

И драгхар закрыл.

Крылья, мои крылья, скоро я обрету вас, но не покажу Лейвару, пока он не обнажит свою настоящую натуру.

Я коснулась его губ, ощущая себя невероятно отчаянной. Словно это была не я вовсе, а другая Вивьен, которая выросла на Аднаре, имела свободу с детства и гордо выбирала свой жизненный путь.

Мне нравилась эта новая я. Она была другая. Дерзкая, знающая себе цену, смелая.

Я получала удовольствие от одной мысли, что не меня используют, а я делаю это себе во благо. Это давало эфемерный контроль над ситуацией.

Может, я обманывала себя, прикрываясь предлогом раскрытия силы. Все равно. Я хотела поцелуя. И никто меня за это не выдаст замуж, даже если застанет врасплох. Меня не убьет это касание губ. Нет, это принесет мне пользу.

Как же мне это нравилось!

Внутри словно распускался цветок силы и смелости. Леди Вивьен хороша, но крылатая Вивьен может куда больше.

Сила ощущалась во мне настолько, что я четко почувствовала момент, когда за спиной распахнулись крылья.

Правда, Лейвар быстро перехватил лидерство и раскрыл мои губы своими, чем сбил меня с мыслей о том, что происходит за моей спиной. Поцелуй стал таким, как описывают в романах: глубоким, накрывающим жаром с головой. Таким, что на губах заплясали огоньки страсти. И это настолько меня поразило и обожгло, что я отпрянула, прервав поцелуй.

А что, если крылья не исчезли и Лейвар их увидит?

Я снова поцеловала его, ощущая секундное замешательство драгхара. А потом он с новой силой впился в мои губы, поднимая нас выше на своих крыльях. Он опустился на тропу, и я попыталась контролировать крылья, однако ощутила, что их уже нет.

И резко отвернулась. Губы Лейвара заскользили по щеке, а потом совершенно неожиданно опустились вниз, к шее. Получилось, что я не прервала поцелуй, а запустила что-то страшное, неконтролируемое.

– Л-лейвар!

Драгхар не понял намека.

И тут я поняла, что начала игру, не зная правил. Не понимая, на что согласилась. По сути, это тоже поцелуй. Но какой?! И как остановить мужчину, который почти дышит огнем?

– Лейвар! – Я попыталась нажать на его плечи, но кто он, а кто я.

Силы во мне в десять раз меньше.

– Лейвар! – закричала я, потому что его поцелуи спустились с шеи в район ключиц.

Как далеко это зайдет? Внизу Элевия! Мы на горной тропе.

Он же не сделает ничего предосудительного здесь и сейчас?

Я посмотрела на Лейвара и поняла: сделает. И чем дольше он продолжает, тем меньше будет мое сопротивление.

Внутри меня кипела сила после поцелуя. Я собрала ее в кулак, действуя скорее наобум, чем соответственно знаниям. А потом я послала импульс Лейвару в плечо так, что он дернулся.

Драгхар резко распахнул глаза, удивленно посмотрел на меня и спросил, жадно глотая воздух:

– Что это только что было?

– Стоп. Это был знак остановиться.

Я вырвалась из рук Лейвара, сползла по нему на землю, и он нехотя позволил мне отступить. По той силе, что сейчас бегала по венам, я могла с уверенностью сказать, что не много нам еще целоваться до полного раскрытия моего дара.

Стоя здесь, я ощущала еще два тайника на расстоянии, а раньше о таком и помыслить не могла. Но вот обратная сторона – я смотрела на Лейвара и хотела кинуться ему на шею. Метка на пятке горела, словно мне по коже водили пламенем свечи.

– Вивьен, прости, я не смог остановиться вовремя. Тебе нужно к врачу. Давай проверим, как на тебя действует наше общение. У тебя странные побочные эффекты.

Проверить, чтобы доктор тут же меня разоблачил? Ни за что.

– Люди умирают от поцелуев с вами? – спросила я.

Лейвар смутился:

– Я не знаю. Если отношения доходят до поцелуев, то не останавливаются. Но ты необычная, Вивьен. Ты…

– Остановись, Лейвар, – прервала я его. – Мне нужно провести учет.

Драгхар несколько раз моргнул, потом склонил голову ко мне, словно не расслышал:

– Что?

– Нужно записать все, что мы нашли в сокровищнице. Прости, мне нужно идти, – сказала я предательски дрожащим голосом.

Я добилась своего – сила во мне возросла. Похоже, не только драконит влияет на раскрытие дара, но и истинный, которым оказался Лейвар.

– Вивьен… – Драгхар протянул ко мне руку, собираясь в чем-то убеждать.

В этот момент Элевия залетела на тропу с первой партией золота из тайника.

– Вивьен, помоги мне! – крикнула ювелирша.

Лейвар посмотрел на меня и молча пошел разгружать Элевию.

Он без единого слова помог нам заполнить доверху экипаж, в котором мы активировали все дополнительные артефакты, чтобы он не просел.

Я отвлекалась на то, что старательно пересчитывала и записывала найденные сокровища.

– Вам необязательно быть здесь, драг-лорд. Все налоги я обязательно заплачу.

Лейвар покосился на меня. Я уткнулась в бумаги. Когда он закончил с помощью, драгхар наклонился ко мне и прошептал:

– Мои двери всегда для тебя открыты.

Я очень старалась, чтобы дыхание не сбилось.

Не кивнула, не ответила – ничего. Лишь села в экипаж, а за мной ювелирша. Дверь закрылась, и я прислонилась затылком к стене кареты.

– Ты играешь с огнем, Вивьен, – заметила Элевия.

– Знаю, – еле слышно прошептала я.

С вечера, когда мы нашли первую сокровищницу, дни понеслись как облака в ветреную погоду – один за другим. Моя сила значительно возросла, но я не показывала этого своей партнерше. Делала вид, что мне по-прежнему надо встать рядом с местом, чтобы почувствовать под землей золото.

На самом деле я ощущала желтый металл на расстоянии двадцати шагов. Это был огромный шаг вперед, но самым важным моментом и источником гордости для меня стал миг, когда мне удалось вызвать крылья. Всего на время вдоха, но это было так невероятно, что я мысленно летала на них до ночи. Правда, повторить у меня не выходило.

На третий день поисков сокровищ Элевия перестала ездить со мной, потому что жадно завалила себя заказами и не вылезала из мастерской.

Вместо нее я шла искать сокровищницы с Терезой, Уром и Риссой – доморфом ювелирши. Последняя грузила экипаж, отмечая на деревянной дощечке только ей понятные зазубрины.

Вскоре я поняла, что драг-леди действительно талантливейший ювелир, но совершенно не умеет считать деньги и имущество. Ее обворовывали все, начиная с продавцов в лавке и кончая доморфами дома. Первой это заметила немного окрепшая Лерата, когда тихо поделилась со мной тем, что в дом завезли телегу продуктов, а ночью телега увозила товары из дома.

Сначала я думала, что это внутренние дела Элевии, которые она хочет скрыть, но скоро поняла, что драгхарка не имеет ни малейшего понятия, что творится у нее под носом.

А то, что продавец в ювелирной лавке прикарманивает империалы, заметила Тереза. Как-то вечером, перед закрытием, мы зашли в мастерскую и услышали отчет мужчины о дневной выручке.

– Врет, – тут же отметила Тереза.

И вскоре воришка был выведен на чистую воду. Незаметно, но верно Лерата стала ответственной за дела дома, Тереза присматривала за мастерской в статусе управляющей, Элевия творила изделия, а я искала золото.

Ах, совсем забыла рассказать о самом важном. Вечером того дня, когда мы нашли первую сокровищницу, я написала письма сестрам и отправила по почтовому артефакту. Я много раз переписывала текст заново, пока не сократила до минимума. Я поделилась, что со мной все хорошо и я попала на Аднар по визе талантов, и спросила, как они. Я не стала писать о том, что за моей спиной появились крылья, но осторожно намекнула о необычном гарнитуре, который мы разделили между собой, и открывшейся силе. Не стала рассказывать, что ищу сокровища и пытаюсь спасти уголька и себя от смерти, а соврала, что нахожусь под опекой куратора, который мне помогает. Зато намекнула еще про Ура. Кто знает, где мои девочки и что с ними, но, если они тоже оказались на Аднаре, мое письмо будет им подсказкой.

Я молилась, чтобы с ними было все в порядке. Если они на континенте людей – замечательно. Если судьба занесла хоть одну из них на землю потомков драконов, я найду их. Я очень надеялась, что близнецы поступили на учебу и их скрыли высокие стены, а Эми не потеряла свой бойкий характер и дает отпор любым неприятностям.

Ответ я получила лишь от одной сестры – Адалинды. И прыгала от счастья, что она в порядке, жива и здорова. И она не так далеко – тоже на Аднаре, но на расстоянии нескольких городов от столицы. Во время побега она разминулась с близняшкой, Белль. Ей помогли попасть в группу по обмену, и теперь она в академии драгхаров. Драконит у нее тоже стал активным, но на него слишком обращали внимание, поэтому сестренка по-умному его спрятала, как и я.

А еще Ада упомянула одного драгхара, который очень странно на нее реагирует. И сказала, что мэтр Орно, их сопровождающий, заподозрил в ней драконью кровь, и посмеялась, что это невозможно.

Возможно, Ада! Мои крылья за спиной тому подтверждение. И пусть все говорят, что такого быть не может, как минимум мы двое живое тому подтверждение.

Ада поделилась, что у нее тоже увеличилась сила и ей кажется, что она может управлять воздухом. Как – сама не понимает, но это очень похоже на то, как я нахожу золото. А еще она написала, что стала ощущать запахи, которых просто так не чувствуется.

Как это – для меня до сих пор осталось непонятным. Но один тяжеленный камень из трех свалился с моей груди. Ада в порядке!

Интересно, а тот драгхар, которого очень волнует моя сестра, случайно, не обнаружил у себя метку? А Ада?

Но я не могла в ответ написать такое и перепугать сестренку. Она у меня бойкая, умная и сама во всем разберется.

Интересно, смогу ли я ее навестить?

Империалы с каждым днем звенели все громче, а мои плечи распрямлялись все уверенней. Я настолько осмелела, что два раза дала от ворот поворот Лейвару, когда он приглашал меня на прогулку.

Один раз он поймал меня на обратном пути с Риссой, когда мы везли полный экипаж золота, а второй раз нагло постучался в дверь.

И я очень хотела пойти с ним, но, как только увидела, почему-то отказала. Дважды.

А ночью очень жалела и ругала себя.

Когда же в следующий раз в стену экипажа постучали, я четко решила дать положительный ответ. Однако открыла окно и увидела там незнакомого драгхара с косой усмешкой.

– Говорят, ты бесценна? – спросил он, и я закрыла окно.

– Рисса! – воскликнула я, но тут карета перевернулась.

Я сильно ударилась головой и долгое время не могла прийти в себя и понять, что делать дальше. Экипаж оказался на боку. Все ящики, что находились внутри, опрокинулись. Половина из них открылась, золото присыпало меня, словно песчаный бархан.

Когда дверь кареты над головой открылась, я готова была к чему угодно, кроме руки Лейвара.

– Вивьен! Цела?

Он быстро вытащил меня наружу, посадил на заваленный бок кареты и стал осматривать мою голову. Я почувствовала тонкую струйку, бегущую по лицу.

Я огляделась по сторонам и увидела лежащего лицом вниз драгхара, который стучал в окно экипажа.

И как я сразу не догадалась, что декорации сменяются, а сценарий нет?

– Снова твой подручный? – спросила я.

Лейвар с осуждением посмотрел на меня, и я ощутила тепло в районе раны.

– Не дергайся. Скоро заживет.

Через минуту я не могла нащупать от раны и следа. Лейвар снял меня с кареты, бережно поставил на землю и перевернул экипаж обратно. Проверил колеса, вытащил Риссу из кустов.

– Собери золото, – приказал он, не глядя на меня.

После моего вопроса про подельника драгхар стал избегать зрительного контакта так, словно был обижен. Неужели его задели мои слова? Это не он?

Доморф, на удивление, послушалась. Лейвар дождался, когда все золото снова будет на месте, и подал мне руку, чтобы подсадить в карету.

– Спасибо, – поблагодарила я.

«Поздно», – сказал мне его взгляд.

Стоило ему только посадить меня, как он улетел, шумно взмахивая крыльями.

– Вы его оскорбили, – неожиданно заметила Рисса.

– Вижу, – с раскаянием согласилась я.

Все-таки прямых доказательств у меня не было, но кто знает этого хитреца. Тем более он улетел, а незнакомца-драгхара оставил лежать на дороге.

Нет, зря я себя корю. Эта сцена нападения точно постановка.

Рисса заметила мой взгляд на лежащего нападавшего и сказала:

– Его не нужно бояться. На нем блокирующие артефакты, которые сможет снять только стража. А нам нужно ехать, скоро они будут здесь.

Вот оно как! Лейвар не оставил бы своего знакомого стражам на растерзание. Неужели это настоящий преступник?

Мы поспешили вернуться в дом Элевии. Всю дорогу я металась от глубокого чувства вины до оскорбленной гордости.

– Рисса, – обратилась я к домовушке, когда мы вышли из кареты. – Ты можешь не говорить леди Гренли и Терезе о случившемся?

– Хорошо. Но хозяйке скажу.

– Понимаю, – согласилась я.

Может быть, это и к лучшему. Драг-леди тут же задумалась о мерах осторожности и спросила:

– Вивьен, что думаешь, если я найму тебе охрану? Слухи о твоем даре уже пошли по улицам Драг-Нара, и их не остановить.

Подумав, я кивнула:

– Было бы неплохо.

Вот только я не знала, что Элевия наймет двух здоровенных драгхаров!

Моей охраной оказались молодые студенты боевого факультета. Грозные не по возрасту, высокие даже по меркам потомков драконов, они были оба из военных династий и не смущались работать на людей.

Как сказала Элевия, в их родах подобная практика была обязательной, чтобы не зазнавались и познали жизнь с разных сторон.

Тереза послушала это и шепотом мне сказала:

– Все так. Только мне кажется, наша ювелирша так еще и экономит.

Я пожала плечами, глядя на двух охранников у экипажа. Я не против разумного расходования бюджета.

– А какая у них стихия? – спросила я у драг-леди.

Вместо нее ответила Лерата, которая тоже вышла проводить меня и поглазеть на моих защитников:

– Воздух.

Элевия удивилась подобной проницательности:

– Откуда знаешь? Крылья же спрятаны.

Лерата смотрела под ноги нанятым потомкам драконов и кивком головы показала на кусты:

– Потоки воздуха всегда с ними. А тот крылатый, что приходил к Вивьен, – огненный.

Это она про Лейвара?

– Как ты это поняла?

– Он оставляет за собой сухой след.

Мы все с интересом посмотрели на нашу леди Гренли. Не знала, что она так внимательна к мелочам.

– Воздушники, – подтвердила ювелирша. – Чтобы в случае смертельной опасности смогли спасти Вивьен.

Вот оно как.

Я посмотрела на крылатых, которые держались отстраненно и делали вид, что ничего не слышат. Смогу ли я к ним привыкнуть? Не ожидала, что Элевия наймет потомков драконов, а не доморфов или людей.

– Им можно доверять? – спросила Тереза.

Благодаря ее дару чувствовать ложь, ответа мы ждали с особым нетерпением. Но Элевия уверенно сказала:

– Это достойные сыновья хорошо знакомых мне семей.

Тереза едва заметно мне кивнула. По крайней мере, ювелирша была искренне уверена в своих словах, и это немного обнадеживало.

Я только привыкла ездить с Риссой, как пришлось заново осваиваться в компании еще и двух крылатых. И это оказалось не так уж и сложно. Хлопот они не доставляли, ехали снаружи, помогали грузить золото и молчали. Последнее было особенно ценно, потому что Рисса болтала без остановки по принципу «что вижу, то пою».

Мы опустошили один крохотный тайник, и я задумалась, не взяться ли нам за еще один. Он как раз был неподалеку. Тоже небольшой, но не совсем удобный – на склоне. Такие места я обычно избегала, делая выбор в пользу более легкодоступных, но в этот раз со мной были крылатые помощники.

– Простите, драг-лорды, – обратилась я к ним, и у крылатых тут же глаза стали на два размера больше.

То ли не ожидали такого уважительного обращения, то ли не думали, что я с ними заговорю.

Переглянулись, и один из них по-военному сделал шаг вперед и спросил:

– Чем можем помочь?

– Тут есть тайник на склоне, но я не могу туда спуститься.

– Не вопрос. – Парень сделал шаг ко мне, и не успела я понять, как оказалась у него на руках.

Он вызвал крылья, взмахнул ими и завис над пропастью. Я от страха вся сжалась. Не привыкла я ничего не ощущать под ногами, а уж тем более быть на руках незнакомцев.

– Отпусти ее, – раздался грозный голос Лейвара.

На тропинку выше опустился мой куратор. Оставшийся у экипажа охранник тут же выпустил в него поток воздуха, а Лейвар в ответ поджарил ему пятки, а сам даже не качнулся от атаки.

Я ощутила, как напрягся крылатый, который меня держал. Да я сама невероятно нервничала. Лейвару что, заняться нечем, как за мной следить?

– Это мой знакомый. Отпусти, – прошептала я тихо.

Но парень почему-то заупрямился:

– Элевия наняла нас защищать вас от любой угрозы, даже знакомой.

Лейвар спрыгнул с тропинки, взмахнул крыльями и завис рядом с таким видом, словно готов снести воздушнику голову:

– Это моя женщина.

Неожиданно! Чья-чья я? Чего-чего?

Мой охранник посмотрел на мое удивленное лицо и фыркнул:

– Леди совсем не похожа на уголька.

Да! А вот молодец. Сработаемся.

В это время второй охранник очухался и бросился на Лейвара. Однако огненный так легко отшвырнул воздушника в скалу, что я ойкнула.

– Не переживайте, леди. Я не дам вас в обиду. – Мой охранник отлетел со мной на руках подальше.

Я не хотела, чтобы они пострадали, поэтому поспешила пояснить:

– Лейвар не причинит мне вреда. И золото ему не нужно.

– Элевия сказала, что вы ее главное сокровище и спасать нужно вас.

Это мне льстит! Но бестолковой схватки все равно хочу избежать.

– Как тебя зовут?

– Рунан.

Лейвар оказался рядом и возмущенно посмотрел на меня:

– Ничему не мешаю?

– Это мой охранник.

– Бывший, – ультимативно произнес Лейвар.

Руки, державшие меня, сжались еще сильнее.

– Давайте поговорим на земле! – воскликнула я.

Но охранник почему-то меня не послушался и не отпустил.

– Рунан! – обратилась я к крылатому, не сводящему взгляда с огненного.

Лейвар пояснил:

– Он боится тебя отпустить, потому что знает, что так я не нападу.

Воздушник покраснел и стал смотреть на противника уже исподлобья.

– Дурацкая же ситуация. Рунан, он не опасен. Лейвар, это моя охрана, и я сама попросила помочь мне. – Я попыталась прояснить ситуацию, но огненный выглядел так, словно сейчас разорвет воздушника на части.

– С чем? Ноги отказали? – рыкнул Лейвар.

Я вздрогнула. Не ожидала таких обвинений.

– Н-нужно добраться до тайника, а крыльев у меня нет, – запинаясь, пояснила я.

Рунан посмотрел на меня:

– Леди, у вас даже голос дрожит. И вы еще говорите, что он не опасен.

Лейвар ударил огненной струей выше головы воздушника, но тот оправдал свое военное происхождение – даже не дрогнул. Ничего такой у меня защитник. Не пропаду.

Надо перевести все в шутку, иначе неизвестно, куда это все зайдет.

– Рунан, ты прошел проверку! Лейвар, спасибо. А теперь на землю.

Я сказала это уверенным тоном, но воздушник колебался. Он смотрел то на меня, то на злющего огненного и шепотом мне сказал:

– Леди, он не шутит. Я это крыльями чувствую.

– Я тоже не шучу. На землю, Рунан, – приказала я таким тоном, что военная подготовка крылатого не позволила ему ослушаться.

И, только оказавшись на земле, я смогла перевести дух. Но когда посмотрела на Лейвара, поняла, что еще ничего не закончено. Стоило Рунану меня отпустить, как огненный тут же обдал его пламенем, а потом схватил за грудки и штаны и швырнул в пропасть.

– Лейвар! – закричала я.

– Взлетит, – отрезал драгхар.

Он подходил ко мне с таким видом, словно готов был повторить со мной то же самое, что и с Рунаном.

– Знаешь, что мой отец говорил моей матери? – спросил меня Лейвар.

Его голос стал ниже, был весь пронизан рычащими нотками.

– Даже не догадываюсь, – осторожно ответила я, пятясь к экипажу.

Угрожал? Запугивал? После того, что рассказывал о нем драгхар, я уже ничему не удивлюсь. Мой собственный двоюродный дядюшка показал, что родня может быть очень жестокой.

– Он сказал, что с момента, как они стали истинными, он ее дом, ее оружие и ее совесть. Раньше я не мог понять всего смысла фразы, а теперь прочувствовал на себе.

Я не знала, что на это сказать, а крылатый ждал ответа. Пытливо смотрел на меня, словно сейчас была моя очередь говорить и я никак не могла ее пропустить.

Что ж, поддержу разговор. Может, он немного остынет.

– А что говорила на это твоя мама?

– Моя мама улыбалась. Она знала, что всегда могла рассчитывать на отца.

– Ты же сам говорил, что он был плохим отцом.

– Отцом – да. А мужем был хорошим. Вивьен, мы не просто так стали парой.

– Мы еще не пара.

– Метка тому подтверждение.

– Ни один рисунок на коже не может заставить любить друг друга. Ценить, беречь и…

– Я разве тебя не берегу? Тебе не нужна больше охрана. Пока ты не поверишь в меня и не вернешься в мой дом, я буду выполнять их работу.

Я удивленно посмотрела на крылатого.

– Лейвар, ты меня пугаешь. Говоришь странные вещи.

– Ничего странного для истинного.

– Ты забыл, что я человек и между нами не может быть ничего общего.

– Если змей нас соединил, значит, может. Ты спокойно пережила наши поцелуи. Ты – особенная.

– А ведь могла и не пережить. Что тогда? Истинная умерла, и все. Не думал об этом?

– Я держал врачей наготове. Закупился амулетами.

– Ты говоришь о любви, а пошел на осознанный риск.

– Винишь меня в том, что не сдержал чувства? Так для драгхара это все равно что не летать, не дышать, не жить, Вивьен.

Мы смотрели друг другу в глаза, и столько всего хотелось сказать, столько всего услышать, но мы больше не произносили ни звука, пока Рунан и второй охранник снова не приземлились на тропу.

– Видишь, живые твои горе-вояки, – сказал Лейвар.

Взгляд его говорил: «Теперь ты понимаешь, кто действительно может тебя защитить?»

– Ты не сдашься? – поняла я.

– Нет.

Ответ звучал очень твердо. Такое ощущение, что с момента поцелуя внутри драгхара разверзся вулкан, и я была не в силах остановить извержение.

Я посмотрела на Рунана, второго охранника, потом на Лейвара. Спросила:

– Готов быть третьим?

Желвак на щеке огненного дернулся.

– Хорошо, – обманчиво спокойным тоном сказал он.

И действительно стал третьим в моей охране вплоть до момента, когда мы в экипаже вернулись в дом Элевии. Вот только вел он себя не как подчиненный, а как хозяин. Сидел рядом со мной в экипаже, сжигая взглядом, и, если бы не присутствие Риссы, я не знаю, что случилось бы внутри.

Когда мы приехали, я забежала в свою комнату, кинулась на кровать и зарылась под одеяло. Все действия Лейвара, его слова, его взгляды – все это кружило мой разум, вводило меня в смятение. Мой план купить собственный дом, найти сестер и спокойно жить рядом с ним рассыпался пеплом соблазна.

Он так на меня смотрел! Боюсь, если бы сначала не страх за свою жизнь, а потом задетая гордость, я бы давно сдалась.

На прощание, когда мы вышли из кареты, он при всех подарил мне цветок, который словно состоял из маленьких чешуек. Элевия потом сказала, что это растение зовется сердцем дракона. Очень редкий цветок. Символ любви. И он светится в темноте.

Я раскрыла ладонь под одеялом. Лепестки словно держали внутри себя оранжевое пламя. Невероятно красиво.

Лейвар откровенно заявил, что встал на тропу соблазна, но я до сих пор не верила в его искренность. Что, если он рассчитывал на яркую историю любви и мою скорую смерть? Тогда его постигнет большое разочарование.

Я положила цветок на прикроватную тумбочку и так и уснула, глядя на яркие лепестки. Ночью мне снилось, что меня тащат на главную площадь города, хотят казнить за особую кровь.

Я проснулась резко, как от удара, и не могла уснуть до самого рассвета. Много-много думала о том, кем я могу быть и почему. И меня озарила идея: что, если моя кровь действительно особая и я смогу поправить здоровье леди Гренли?

Утром рядом с экипажем меня ждал один Лейвар.

– А где воздушники? – спросила я, осматривая ближайшие кусты на предмет торчащих оттуда крыльев и ног.

Ничего примечательного не нашлось, зато драгхар ответил:

– Не выдержали конкуренции.

Рисса сторонилась крылатого, поэтому молча забралась в карету и обложилась дощечками, на которых отмечала зазубринами информацию о найденных сокровищах для Элевии.

Но стоило мне поднять ногу на ступеньку кареты, как дверь дома открылась, и бледная Тереза окрикнула:

– Вивьен, Лерате плохо.

Я тут же убрала ногу со ступеней и понеслась обратно в дом. За собой следом я слышала уверенную поступь Лейвара и торопливую Риссы.

Леди Гренли сидела на полу в коридоре, ведущем в ее покои, и выглядела так, словно сейчас отдаст душу богам. Глаза ее были закрыты, тело бледное, руки холодные.

– Что такое? Что случилось? Камень при ней? – спросила я, опускаясь рядом.

– Я помогу поднять. – Лейвар мягко отстранил меня и взял Лерату на руки, отнес в кровать и тактично отошел к двери.

– При ней. Я проверила. Нашла ее в таком состоянии и тут же позвала вас.

– Лерата, – обратилась я к девушке на кровати. – Леди Гренли! Рисса, зови человеческого доктора.

Домовушка убежала, громко стуча пятками по полу.

– Она без сознания. – Лейвар встал позади меня и спросил: – Позволите, я измерю ее пульс?

Выглядит собранным и знающим, что делать.

– Конечно. – Я посторонилась.

Крылатый взял Лерату за запястье. Спустя минуту сказал:

– Очень слабый.

В его глазах я увидела посыл «Готовьтесь ко всему».

– Но почему? С ней же все было хорошо. Она стала бодрее, сильнее, могла поддерживать беседу и присматривать за домом.

Я осмотрелась в комнате, ища зацепку, и увидела письмо на прикроватной тумбочке. Оно было открыто.

– Вызвала! – В комнату забежала Рисса. – Доложила хозяйке по артефакту связи, она все организовала.

– Спасибо. Рисса, а ты не знаешь, откуда у леди Гренли это письмо?

– Так рано утром красивый драгхар передал.

Хавьер!

Я тут же схватила письмо, но Лейвар вырвал его у меня из рук.

– Ты так же хочешь? Совсем не думаешь! – Он рыкнул на меня так, что я вздрогнула.

Меня словно огнем обдали. Неприятно, чувствительно, лицо все горит.

Лейвар стушевался, поняв, что перегнул.

– Прости, но ты слишком рискуешь.

Крылатый сжег письмо в руках, не успела я и вскрикнуть.

– Это вещественные доказательства! Ты их уничтожил!

– Это опасная вещь, от которой одной из вас уже стало плохо. Хочешь лежать рядом?

Да, он прав, что я не подумала, схватив письмо. Но он мог дать совет, остановить, а там мы бы уже безопасно сохранили улику. Однако Лейвар уничтожил все!

– Ты прикрываешь своих, да? Угольки не имеют права на существование? – завелась я.

– Вивьен, я о тебе беспокоюсь, – сказал Лейвар, а потом тихо добавил: – Она уже не жилец. О себе подумай.

Мне словно воздух перекрыли. Как он может так говорить? Как смеет?

– Вон. Выйди. Отсюда, – чеканила я каждое слово.

Крылатый остался стоять на месте. Я подняла на него взгляд, полный возмущения:

– Выйди. Вон.

Лейвар смотрел на меня, молчал, но словно пытался объясниться глазами. Не желаю видеть. Не желаю слушать. Вот его истинное отношение к человеческим девушкам.

– Выйди! – крикнула я.

Он не шевельнулся.

Внутри меня разрослась такая невероятная злость, которую я уже не могла удержать в себе. Казалось, меня раздувало от нее изнутри.

– Во-о-он! – крикнула я, и дом содрогнулся.

Треска платья и звука раскрывшихся крыльев я не забуду никогда. Впрочем, как и пораженного выражения лица Лейвара.

– Мамочки! – воскликнула Тереза.

– Хозяйка! – завопила Рисса и умчалась прочь.

И лишь леди Гренли как лежала без сознания, так и осталась безучастной к моему прорыву силы.

Я так не хотела раскрывать свой секрет, но выброс силы не оставил ни шанса моей тайне. Одно хорошо – это произошло дома, а не на улице. Иначе не знаю, какие последствия меня могли ожидать.

– Вив. – Лейвар протянул ко мне руки.

– Не подходи. – Я шагнула назад к двери.

Крылья были огромными и мешались, я все ими задевала. Они то распахивались, то складывались, словно жили своей жизнью. Внутри меня же будто металась молния.

Я дышала часто и не могла унять бешено стучащее сердце. Моя грудь ходила ходуном.

– Врач пришел! – доложила Рисса снизу, и Лейвар тут же притянул меня к себе, обнял и почти поволок из комнаты.

Как он так ловко сложил крылья за мою спину так, что я ими ничего не задевала, – ума не приложу. Драгхар так быстро затащил меня в соседнюю комнату, что у меня перед глазами все замелькало.

– Все хорошо, Вивьен. Дыши вместе со мной. Вдох, выдох. Вдох, выдох.

Лейвар стал шумно дышать сначала в унисон со мной, но затем начал медленно сбавлять темп. Невольно мое дыхание следовало за ним, постепенно приходя в норму.

Он прижал меня ухом к своей груди, и я слышала, как стучит его сердце. Ничуть не реже моего! Взволнован? Да я сама не своя!

– Вивьен, все хорошо. Не волнуйся. Это просто неконтролируемый выброс силы, но ты научишься с ней справляться. Скажи: такое случилось первый раз или уже было?

Я была в состоянии только кивнуть.

– Первый раз? – уточнил Лейвар.

Я снова кивнула.

Когда он прижимал меня к себе, моя молния внутри словно переходила к нему и возвращалась ко мне, имея в разы меньший заряд. С каждым мгновением мне становилось легче и легче. Я стояла, прижавшись к драгхару, ощущая себя нашкодившим щенком, потихоньку возвращаясь в чувство.

– Представь, как твои крылья исчезают, – негромко, но уверенным тоном сказал Лейвар.

Я закрыла глаза и попыталась. Почувствовала – не получилось.

– Не выходит.

– Ни у кого с первого раза не получалось. Кого-то еще и в небеса уносит – не может справиться с тягой размять крылья. Ты большой молодец.

Похвала была приятна, а слова звучали как из другого мира, совершенно для меня непонятного, неизученного, оттого страшного.

Я еще раз представила, как крылья пропадают, как я снова стою в изящном платье на балу в окружении людей. И тут же ощутила, как тяжесть за спиной пропала.

– У тебя получилось, – с улыбкой в голосе сказал Лейвар, все еще держа меня в руках.

И я так это поняла, потому что, когда крылья исчезли, руки драгхара легли мне на голую спину, и я замерла от ужаса понимания.

– Мое платье… – прошептала я, боясь двигаться.

Лейвар нехотя отпустил меня:

– Порвано. Я принесу из твоей комнаты другое.

И вышел, оставляя меня гореть со стыда. Взгляд упал на напольное зеркало.

Боги! Я стояла с ним и обнималась в таком виде? Платье позади будто рубанули в двух местах сверху донизу.

Я посмотрела в свои глаза. Они постепенно затухали, словно до этого светились. Лицо понемногу приобретало более округлые очертания, как и прежде.

Это я? Правда я?

Меньше всего я сейчас напоминала леди.

***

– Мне очень жаль, – это были первые слова, которыми встретил меня доктор.

Мы с Лейваром вошли в комнату леди Гренли сразу, как я переоделась. К тому времени крылья не показывались, а внутри царило такое спокойствие, которое бывает только после выплеска эмоций, ранее очень долго сдерживаемых. Даже слова врача получилось осознать не сразу.

– Как она? – спросила я.

– Мне очень жаль, – повторил мужчина лет пятидесяти, опустив голову. – Я уже ничего не могу сделать. Вам нужно готовиться. Конец у угольков один.

Врач попрощался кивком головы и обошел меня, открывая вид на кровать с бледной леди Гренли и плачущей над ней Терезой.

– Подождите! Но она стала лучше выглядеть, говорила, двигалась, – окликнула я врача.

Мужчина застыл в дверях. Не поворачиваясь, он сказал:

– Камни жизни очень обманчивы. Они собирают всю энергию, что была в теле, и дают прожить остаток дней более ярко, но куда короче.

Услышанные слова превратились в бревно, которым таранят замковые стены, и так двинули мне в грудь, что я упала спиной на Лейвара.

Это что получается, я не продлила жизнь Лерате, а сократила? А она это знала? Почему тот артефактор умолчал о подробностях? Это же так важно!

Я кинулась к кровати леди Гренли и внимательно осмотрела ее. Лерата едва заметно, но дышала.

– Тереза, ты знала о подобном эффекте камней жизни? – спросила я.

Заплаканная девушка покачала головой:

– Он врет.

– Врет? Значит, с Лератой будет все в порядке?

Тереза снова отрицательно мотнула головой:

– Он врал, что у камней жизни такой эффект. Но другое не врал.

Зачем ему врать? Только если хочет, чтобы мы ничего не делали, смирились и пустили состояние леди Гренли на самотек.

– Рисса, – позвала я, зная, что доморф где-то рядом.

– Слушаю.

– Откуда этот врач?

– Хозяйка позвала.

Элевия знает, что он играет за другую команду? Или эта ложь была по ее просьбе?

Я посмотрела на драгхара с упреком:

– Почему ты сжег доказательства? Они сейчас очень пригодились бы.

– Потому что конверт смертельно опасен для людей. А я не хочу тобой рисковать. – В глазах Лейвара я увидела бешеный поток мыслей.

Наверное, думает, кто я такая и как получилось невозможное.

Теперь мой секрет раскрыт, и не только перед драгхаром, но и перед Терезой, доморфом и ювелиршей. Как и кто из них умеет держать язык за зубами – неизвестно.

Однако я видела, какими глазами на меня теперь смотрит драгхар. Он был рад настолько, что не мог этого скрыть даже в такой плачевной ситуации. Буквально пожирал взглядом, и это очень отвлекало от мыслей о том, как быть и кто виноват.

Я повернулась к драгхару и посмотрела ему прямо в глаза.

– Да, Вив?

– Пойдешь со мной к Хавьеру?

Это был вопрос из разряда проверки на прочность. И Лейвар не колебался с ответом ни секунды.

– Да. У тебя есть его адрес или достать?

Он читает мои мысли? Это должна быть моя вторая просьба.

– Достать, – немного стушевалась я.

– Дай мне полчаса. Хорошо?

Я посмотрела на Лерату, которая едва дышала. Надеюсь, у нас есть еще немного времени.

– Спасибо, – кивнула я.

Крылатый ушел. Тереза тут же спросила:

– Ты… Ты… драгхарка?

Я отрицательно помотала головой. Как считала себя человеком, так и считаю.

– У меня к вам просьба. Тереза, Рисса, то, что вы видели, нужно держать в секрете.

– У Риссы от хозяйки секретов нет.

Я кивнула, прекрасно это понимая. Тереза сказала:

– Не скажу никому ни слова.

Надеюсь, она выполнит обещание.

Я повернулась к леди Гренли, взяла ее ладонь и ощутила, как из нее словно уходит тепло. Накрыла одеялом ее руки, потом достала еще одно.

Так делу не поможешь!

– Ты уверена, что доктор врал?

– Насчет камня жизни – да, – ответила Тереза.

Я повернулась к доморфу:

– Рисса, а откуда твоя хозяйка знает этого доктора?

Домовушка пожала плечами. Похоже, от нее ничего не добиться.

– Хозяйка скоро придет. Закончит изделие и прилетит – так она сказала.

– Иди к двери и встречай хозяйку, – попросила я.

Рисса колебалась.

– Это очень важно, – надавила я.

Мне нужно было избавиться от лишних глаз и ушей. Я подозревала не только Хавьера, но и Элевию. Ювелирша вполне могла посчитать нужным избавиться от моего окружения.

– Тереза, а тебе не приходил конверт?

– Нет.

– Хорошо.

Я налила треть стакана воды из кувшина у кровати и посмотрела на пересохшие губы Лераты.

– Тереза, ты могла бы найти надежного доктора со стороны? Не от Лейвара, не от Элевии.

Девушка вскинула на меня странный взгляд, помедлила, но кивнула.

– Я возьму золотые?

Тут уже кивнула я:

– Возьми в тайнике. Он под второй половицей у двери в моей комнате.

Девушка торопливо ушла, а я осталась наедине с леди Гренли.

Дыхание Лераты неожиданно стало хриплым, тяжелым, прерывистым. В воздухе запахло предвестником смерти, стало холодно и зябко. Костлявая подбиралась к молодой девушке, еще не успевшей толком пожить.

Чем я могу помочь? Что я могу сделать?

Внутри меня все металось от отчаяния, от боли за девушку, от горечи понимания. В голове мелькнула шальная мысль: что, если моя кровь поможет?

Во мне точно есть часть человека, а часть драгхара. И у меня проявилась метка истинности с крылатым. Что, если я смогу помочь ее организму оказать сопротивление?

Я без колебаний порезала руку ножиком для фруктов, и алые капли окрасили воду в багряный цвет. Осталось только напоить этим Лерату и подождать.

Я присела на кровать, подняла леди Гренли повыше и попыталась напоить. Пролила половину мимо, но часть все же попала внутрь. Горло инстинктивно дернулось, девушка проглотила жидкость.

Теперь оставалось только ждать. Я взяла леди Гренли за руку и рассказывала о том, что мы купим дом, ведь я почти скопила нужную сумму. Скромный, но нам троим хватит. И что леди Гренли сможет открыть свое дело, если захочет, пока я ищу сестер. А когда мы снова будем вместе, то мы выберем, где жить – среди людей или среди крылатых.

Время шло, и дыхание леди Гренли выровнялось. Из-за моего вмешательства или нет – я не знала, но была очень этому рада.

Прошел примерно час, но ни Лейвара, ни Терезы не было видно.

– Вивьен, Хавьер не посылал конверт, – с этими словами спустя еще полчаса в комнату вошел крылатый.

– Значит, это Элевия? – тихо прошептала я.

Драгхар посмотрел на леди Гренли, а потом на меня:

– Я проверил и ее. Нет. Заказчик другой.

Крылатый говорил тихо и внимательно смотрел по сторонам. Потом спросил меня:

– Где Тереза?

– Ушла за доктором. Ее давно нет.

– За еще одним? – фыркнул Лейвар.

Еще за одним?

Понимание накрыло рыболовной сеткой и потянуло на дно самых тягостных мыслей. Я вскочила на ноги:

– Присмотри за леди Гренли.

И побежала к себе в комнату. Тайник был пуст.

Леди Гренли открыла глаза спустя семь часов. За это время у нее побывали три лучших врача Аднара, и все говорили разное, но ничего утешительного. Стоило им увидеть человеческую девушку и узнать, что у нее был контакт с драгхаром, как они с разной интенсивностью махали на нее рукой.

Удивительно, но это отношение злило не только меня. Первого врача Лейвар выгнал почти взашей, хотя сам же и привел. Второго оборвал на полуслове. Третьего выслушал молча, но проводил так быстро, что я не успела попрощаться.

Элевия, к моему удивлению, так и не порадовала нас своим скорым визитом. Я думала, прибежит со всех ног после слов Риссы, но она попросту не поверила доморфу, чем очень обидела домовушку.

Еще бы! В крылья у человеческой девушки было очень сложно поверить. Я и то еще не привыкла.

Но все это сыграло мне на руку. Ведь к тому времени, как леди Гренли открыла глаза, Лейвар ушел искать Терезу. Он долго не соглашался с моей позицией отложить заявление стражам на потом, потому что я не хотела оставлять Лерату одну.

– Ты, должно быть, потеряла огромную сумму, – уходя, сказал он.

Не удивлюсь, даже если он был осведомлен, сколько процентов я получала в сделке с Элевией.

Конечно, украденную сумму было жалко до слез. Я могла купить на нее скромный дом. Судьба отшвырнула меня назад, но я бы с легкостью забыла обо всех золотых, если бы Лерата поправилась.

И когда она наконец очнулась и повернула голову в мою сторону, я чуть не кинулась ее обнимать. Остановила меня только хрупкость девушки.

– Лерата, как ты?

Все церемонии я отбросила в сторону.

– О… о… ос-то-рожно, – не сразу выговорила леди Гренли.

Я наклонилась к ее лицу, чтобы не пропустить ни звука.

– Что такое? – спросила я.

– Письмо. Тебе.

Я прокрутила в голове слова Лераты.

– Письмо было адресовано мне?

Леди Гренли кивнула.

– Зачем ты его открыла? – растерянно спросила я.

Было видно, что леди Гренли хотела объяснить, но у нее не хватало сил, даже чтобы ровно дышать.

– Потом, – остановила я открывшую было рот девушку. – Хочешь пить? Есть?

– Пить, – едва слышно попросила Лерата.

Я посмотрела на порез, скрытый рукавом платья. Попробовать дать ей еще крови? Ведь врачи чем позднее сегодня приходили, тем благоприятней прогноз давали. Правда, он измерялся в прожитых днях и даже не месяцах.

Вода снова стала красной от моей крови. Леди Гренли следила за мной из-под полуоткрытых век. Я думала, она поднимет шум, будет отпираться от такого варварского лечения, но девушка безропотно выпила напиток.

Мне даже стало неудобно от такого ее бескрайнего доверия. Я ее не подведу! Не отпущу к костлявой.

И я ни капли не пожалела, что прибегла к такому способу лечения. Ведь Лерата на глазах оживала. В ночь она уснула с румянцем на щеках, и я смогла пойти к себе.

Жутко хотелось спать, но тревога не отпускала.

Почему Элевия не заинтересовалась моим превращением? Какая причина поступка Терезы? Кто собирался отравить меня через конверт? Что за красивый драгхар с утра принес его?

Я спустилась вниз, нашла Риссу и попросила:

– Опиши, пожалуйста, внешность драгхара, который передал письмо.

– Высокий, светловолосый, маг воздуха.

– А что он сказал? Кому просил передать?

– Вам, но леди Гренли перехватила конверт.

Зачем она это сделала? Надеюсь, с утра она будет в силах рассказать об этом.

В дверь постучали. Рисса побежала открывать.

На пороге стоял смутно знакомый блондин-драгхар. Где-то я его видела.

И тут меня озарило. Точно! Это же тот самый крылатый с судна, которое привезло меня в Драг-Нар.

Я запомнила его, потому что он эффектно надувал паруса на радость дипломатам. Лейвар еще заметил, что это своего рода представление для гостей Аднара. Помню-помню!

Но что он делает на пороге дома Элевии? И не он ли утренний визитер и отравитель?

– Добрый вечер, леди, – поздоровался он, пренебрегая открывшей дверь Риссой и не глядя на нее.

– Добрый, – напряженно ответила я, готовая ко всему.

– Простите, что беспокою, но я ищу драг-лорда Лейвара. Это же его дом?

Я сразу же расслабилась. Вряд ли это утренний визитер. Но почему именно здесь ищет драгхара?

– Это не его дом.

– Ох, простите. Я живу неподалеку и часто видел его здесь.

Часто? Я чего-то не знаю? Хотя что удивляться. Лейвар с меня глаз не спускал.

У меня зачесалась пятка. Внутри всколыхнулось раздражение и злость, а еще холодная ярость. Но эти чувства были словно за глухой стеной, будто не мои.

Что происходит?

Я встала на мысок ноги, на которой была метка.

– Нет, здесь драг-лорд не живет. Просто заходил несколько раз.

– Где же мне его найти? Вы не знаете? Срочно нужен для сделки с драконитом.

Точно! Лейвар же мне рассказывал, что ищет дракониты по всему миру и продает их. А этот блондин выглядит очень нетерпеливым до покупок.

– Я могу дать вам его адрес.

– Наверное, это будет наглостью с моей стороны, но я могу попросить об услуге? – Блондин достал горсть золотых монет. – Вы могли бы представить нас?

Пятку жгло еще сильнее. Приглушенная ярость во мне только росла. Я так и ощущала, как ее кто-то держит в строгом ошейнике, и это была не я.

Метка, чужие ощущения. Неужели я чувствую Лейвара?

Я посмотрела на золотые в руке визитера. Сейчас, когда мой тайник пуст, у меня нет денег. Еще и Ур куда-то исчез, так что надеяться на его запасы не приходится. Деньги нужны всегда, да и клиент Лейвару лишним не будет. А то носится все со мной, а как же собственное дело? Успевает хоть работать?

– Хорошо. Я провожу вас, но не знаю, дома ли он.

Драгхар не показывался уже долгое время. Может, он дома? Заодно воспользуюсь возможностью поговорить о том, что ему удалось узнать. Все-таки у драгха гораздо больше связей и возможностей, чем у меня.

– Рисса, присмотри за леди Гренли. Если что, сразу зови.

Сначала я пошла с блондином, напряженная до предела. В каждом шаге в сторону искала попытку похищения, а в каждом взмахе руки при разговоре – отравления. Но блондин оказался достаточно милым и болтливым. Рассказал, что его зовут Блейз и он занимается разного рода подработками, потому что не любит рутины. То корабль для дипломатов ведет с помощью стихии, то тучи во время дня рождения разгоняет над домом, то личные поручения исполняет.

– Простите за вопрос, но для драгхаров это не является зазорным?

Что-то в его рассказе меня царапало, но я не понимала, что именно. Наверное, роль крылатого мощного хищника в роли подай-принеси-исполни. Она никак не сочеталась в моем сознании со свободолюбивыми потомками драконов.

Блейз очень удивился моему вопросу:

– А разве у людей не так же?

– Бывает и так, – кивнула я.

Не могу же я ему сказать, что драгхары кажутся мне куда более могущественными, чем люди.

Метка на пятке неожиданно кольнула, и я на миг словно увидела руку на голой груди Лейвара. Ровно на витиеватом рисунке истинности. Моргнула – и снова увидела улицу.

Что это было?

Я уже достаточно хорошо знала город, чтобы быстро провести Блейза к дому Лейвара. Пешие экскурсии не прошли даром, и уже через полчаса мы были на месте, но дорога показалась мне вечностью, потому что странность с меткой, чувствами и видениями я не могла игнорировать. Поддерживала вежливую беседу чисто на опыте общения, не больше.

Мы вошли в знакомый сад, и я удивилась тому, что Яша нас не встречает. Неужели ни его, ни хозяина нет дома?

Тогда почему я чувствую уверенность, что Лейвар внутри?

– Хозяйка! – воскликнул доморф из-за спины. – Как я рад вас видеть!

Домовушка догнал нас, неся большую кипу бумаги.

– «Хозяйка»? – переспросил Блейз удивленно.

Я не стала отвечать блондину, а уточнила у доморфа:

– Лейвар дома?

Яша словно посмотрел сквозь стены и выронил всю пачку. Листы разлетелись по саду, и доморф кинулся их собирать. Я помогла ему подобрать несколько страниц, но его растревоженный вид заставил меня подхватить юбки, извиниться и побежать в дом.

Дверь была открыта. В холле было пусто, но по полу шли следы из одежды – женской и мужской. Более того, вещи обеих сторон были мне знакомы. И вела эта тропинка в ближайшую спальню.

Ощущение торжествующего предвкушения усилилось. Я ощущала женскую руку на груди Лейвара и его злость, ожидание и готовность убивать.

Я обернулась. Яша застыл у входной двери с круглыми глазами. Блейза не было видно.

Кажется, я уже знаю, что увижу, если сделаю еще один шаг.

Кровать и двое на ней. Лейвар и Тереза.

И если бы не те ощущения, что передались мне через метку, я бы испытала глубокий шок. Особенно из-за прямого взгляда Лейвара «глаза в глаза», такого вроде бы наглого, вызывающего, но я-то теперь знала, что этот вызов был не мне, а тому, кто зайдет.

Он был дико зол, хотел разнести все вокруг, но ждал, как хищник в засаде. И когда он увидел меня, то не кинулся что-либо объяснять или отрицать, а резко скинул с себя руку бессознательной Терезы и встал. Я поспешно отвернулась, потому что на нем не было ничего.

– Кто тебя привел? – спросил Лейвар, шурша позади меня одеждой.

В голове крутились сотни предположений о происходящем. Эти двое не напоминали влюбленную пару, которую застукали. Нет. Скорее тех, кого подставили. Казалось, крылатый только и ждал, кто появится на пороге, чтобы его поймать.

Я прикрыла глаза так, чтобы не видеть боковым зрением его фигуру, и сообщила:

– Блейз, драгхар, который надувал паруса судна, когда мы плыли на Аднар.

Что происходит? Я думала, Тереза сбежала с золотом. Так зачем ее и Лейвара запихивать в одну кровать?

Зритель тут – я. Значит, расчет на ссору?

– Вив, мне надо объясняться? – Лейвар встал рядом со мной и вопросительно взглянул в лицо.

Я молчала.

Кто мы друг другу, чтобы оправдываться? С другой стороны, крылатый явно был готов разжевать все для меня.

– Я чувствовала через метку, что ты здесь не получаешь удовольствия. – Говорить это было неловко.

Лейвар весь засиял. Казалось, что его настроение грозовых туч сменилось облачной погодой.

– Вив. – Драгхар обхватил мое лицо руками, быстро поцеловал и спросил: – Он сбежал?

Я кивнула.

– Я разберусь, – пообещал он. – Попроси Яшу принести очищающие отвары для твоей подруги. Она здесь тоже жертва.

– А золото? Его украла не Тереза?

– Похоже на то. – Лейвар еще раз быстро поцеловал меня, пользуясь моим смятением, и ушел.

Я посмотрела на Терезу на кровати. Голое тело девушки было прикрыто одеялом.

Лейвар и она лежали обнаженными, и это коробило меня, царапало, резало.

Так ли она не виновата?

Не она украла золото?

Может, все это ее хитрый план?

– Хозяйка, – неуверенно позвал Яша со стороны двери. – Я ходил за документами в контору хозяина. Я бы ни за что не допустил такого безобразия, будь я тут.

Значит, кто-то точно знал, что дом будет пуст. Интересно, как в эту ловушку попал Лейвар? И жертва ли тут Тереза?

Доверия к девушке у меня больше не было. Сначала она сдала меня Лейвару, а теперь что?

Я присмотрелась к состоянию Терезы. Казалось, она крепко спала.

– Яша, твой хозяин сказал, что ты можешь приготовить очищающий отвар.

– Так точно!

– А напоить ее сможешь?

– Не будь я домовушкой!

Смешно. Тут лучше бы звучало «не будь я доморфом», но Яша этого названия своей расы не признавал.

Я села на край кровати, пытаясь понять, что я упустила. А потом вдруг вскочила с места.

– Яша, присмотри за Терезой.

Мне не страшно было оставлять ее с доморфом. Убежит – значит, виновата. А вот мне нужно было кое-что выяснить. Ведь я совсем забыла про Ура – нашего любителя золота. Что, если я зря думала на Терезу, а на содержимое тайника покусился именно он?

Я вернулась в дом ювелирши и столкнулась на пороге с Риссой.

– Держите. Не плачьте, – протянула она мне кусочек ткани.

– Что-то случилось с Лератой? – У меня внутри все похолодело.

Рисса помотала головой.

– Тогда что произошло?

– Разве вы не расстроены? – спросила доморф. – Хозяйка сказала, чтобы я вас как следует утешила, когда вы вернетесь.

Элевия велела утешить меня? А случайно, Блейза не она же наняла, чтобы отвел меня на представление в дом Лейвара?

Вот только почему она хотела отравить меня, а попало Лерате? Я со всех сторон ей выгодна, а вот мое окружение как раз таки нет.

Очень походило на то, что ювелирша хотела избавиться ото всех, кто рядом со мной. Одно не сходится: ситуация с конвертом. Однако этому тоже может быть объяснение. Надо поговорить с Лератой.

А пока выясню еще кое-что. Я уже поняла, что доморфы сильно отличаются от людей и драгхаров сознанием. У них нет эмоциональной настройки, нет того интеллекта. И пример с платком Риссы это только подтверждает: хозяйка сказала пожалеть – и она с порога готова вытирать мои слезы.

Нужно попробовать сыграть на этом.

– Рисса, а куда Ур спрятал мое золото из тайника?

– Не было приказа следить куда, – выпалила Рисса, а потом поняла, что сказала, и закрыла рот двумя руками.

Попалась!

Наверное, не имеет смысла выяснять, как доморф это провернула. Совершенно ясно зачем: обвинить Терезу.

– Ур! – Стайх словно почувствовал, что о нем говорят, влетел в дверь.

– Ур, дорогой, где золото из тайника? – спросила я.

Стайх тут же оказался у моих ног, прикусил подол платья и потащил.

Значит, это точно он! Но у меня нет времени смотреть место клада.

– Твой стайх такой затейник! – Элевия вышла из соседней комнаты и сложила руки на груди. – А мы уже испугались, что у нас завелись воры.

– Зачем вы все это сделали? Ведь не на золото покушались – это очевидно.

– Я ничего предосудительного не сделала. Наоборот, прибежала сюда, как только смогла. Рисса рассказала о твоем прорыве силы, о твоих крыльях! Это удивительные новости. Поздравляю.

Мне кажется или она не так шокирована этим, как должна бы? Словно она нечто подобное и ожидала.

– Зачем вы хотели отравить Лерату?

– Я? Да ты что, Вивьен? Зачем мне мучить бедную девочку?

– Я все знаю. Блейз рассказал.

Элевия помолчала чуть дольше, прежде чем ответить:

– Кто это? Мой клиент? Что рассказал?

– Вы отдали ему конверт для меня, но взяла его Лерата. Одного не пойму: зачем вам меня травить, когда я приношу золото?

– Вот именно, Вивьен! Совершенно незачем.

– Но вы это сделали. И подставили Терезу с золотом, приказав Риссе спровоцировать Ура. А потом использовали Блейза, чтобы отвести меня и показать любовников – Терезу и Лейвара. Так я должна была поверить в их сговор, верно?

– Любовники? – ахнула Элевия. – Змей раздери, моя девочка. Сочувствую тебе. А с виду приличный драг-лорд!

– Хватит! Я знаю, что у них ничего не было.

– Как ты можешь быть в этом уверена? Страсть и похоть у людей и драгхаров совершенно на разных уровнях.

– Чувствовала.

– Ох, милочка, это все сказки. Твоя Лерата тоже чувствовала много чего и вот где оказалась.

Меня разозлили слова ювелирши. Хотелось доказать, ткнуть ее носом, чтобы не держала меня за неразумную.

– У нас с Лейваром есть метки истинности, так что ваша подстава не удалась, – сказала я.

И увидела, как глаза Элевии широко распахнулись. Повисла тишина. Я ждала следующего хода ювелирши, но она молчала.

– Вы хотели устранить всех вокруг меня? – предположила я и по взгляду Элевии, который тут же сосредоточился на мне, поняла, что попала в точку.

Спросила:

– Но зачем? Мы и так работаем вместе на выгодных условиях. Что не так?

Но Элевия ответила неожиданным:

– Да-а-а, метка все усложняет. Но я попробую.

Попробует что?

Внезапно Элевия кинула в меня что-то небольшое. Предмет врезался мне в ребра, но не отскочил, а пополз вверх, пока не остановился в районе солнечного сплетения.

Это был жук, только не золотой, а из серого материла.

– Нет! – крикнул Лейвар с порога.

Но мою кожу уже проткнули лапки.

Поток огня пронесся мимо, обдав жаром. Рядом тут же оказался Лейвар и закрыл меня собой. Быстро обернулся, окинул меня взглядом.

Жук уже был во мне и приносил невероятную боль. Я чувствовала его шевеление под кожей, он уходил все глубже и глубже. Это поняла не только я, но и драгхар. И столько всего я прочитала в этом недолгом взгляде на меня, что впервые после побега из дома ощутила, что я не одна осталась с проблемой.

– Спокойно. Справимся, – эти слова крылатого запали мне в душу.

Огонь перенесся на штору, вспыхнул ковер. Элевии не было видно.

Лейвар схватил меня за руку и потянул к выходу, по пути поджигая все и вся. Огонь стал настоящим монстром, пожирающим все вокруг.

Мы вышли из дома, за мной выскочил Ур.

– Охраняй, – приказал ему Лейвар, раскрыл крылья и взлетел в воздух.

С неба драгхар выпустил пламя и начал жечь дом ювелирши, не оставляя шанса на спасение стен. Он выкуривал Элевию, вынуждал выйти наружу. Земля вокруг дома дрогнула, пошла ходуном, а я ощутила внезапную слабость и головокружение. И даже без объяснений поняла, что огромная часть моей силы ушла через жука прямо к ювелирше.

Если бы недавно я не столкнулась с таким же жуком, только золотым, я бы испугалась до смерти. Сейчас же я понимала, что хочет сделать Элевия: взять мои силы.

Хочет сама находить золото? Вот только не взяла в расчет нашу связь с Лейваром и то, что подставить его не удастся. А теперь что?

Драгхар в воздухе выглядел как ожившая кара небесная. Элевия же ушла под землю, и та пришла в движение. Хорошая идея, чтобы скрыться от огня, но что дальше? Сколько она там сможет просидеть?

Меня страшно потянуло в сон. Я едва могла держать глаза открытыми, а спину прямой.

Ур заметался вокруг меня, а потом убежал, оставив одну.

Я подняла голову к небу. Лейвар явно бил по саду пламенем наугад. Я ощущала Элевию там, но в другом его конце. Похоже, под домом стало слишком жарко, но сад был слишком большим, чтобы атака драгхара увенчалась успехом.

– Она около беседки, – крикнула из последних сил я.

Кажется, я нащупала слабую сторону жука – из-за нашей общей земляной стихии я могла чувствовать хозяйку паразита. И тут же использовала это как оружие – Лейвар ударил ровно по беседке, и Элевия сразу задвигалась под землей.

– Правее, – просипела я, собрав оставшуюся энергию.

Не уверена, что дальше мне сил хватит. Ощущение, что я сейчас упаду в землю носом.

Неожиданно из кустов выскочил Ур, держа в зубах тяжелый мешок. Он подтащил его к моим ногам, вскрыл когтем и высыпал тяжелые золотые слитки прямо на меня.

Я ощутила приток сил.

– Спасибо, Ур! – поблагодарила стайха, он поклонился и тут же убежал обратно в кусты.

Как там Лейвар? А где Элевия?

– У фонтана! – крикнула я.

И жадная ювелирша снова получила прожарку земли.

Второй мешок золота Ур начал высыпать почти на ходу.

Но тут я ощутила, что изрядно запеченная Элевия несется под землей прямо на меня.

– Сюда! – только успела крикнуть я, как скамейка ушла под землю вместе со мной, золотом и Уром.

Не успела я понять, как быть дальше, как земля надо мной сомкнулась, а подо мной пришла в движение.

Стайх стал усиленно копать в стороны. Запаниковал, из-за чего несколько раз ощутимо ударил меня хвостом.

Найдет ли меня здесь Лейвар? Сколько я продержусь? Что сделает Элевия, ощущая себя в родной стихии?

Темнота, теснота и отсутствие воздуха сделали свое дело – мое тело ощутило, что может умереть, и ускорилось. Я не могу потерять и ее!

Во мне проснулось неудержимое желание выскочить отсюда, побежать в дом и спасти леди Гренли. Я мысленно раздвинула землю над собой, и она тут же меня послушалась. Я приказала крыльям появиться – и вылетела из земляной ловушки и понеслась к горящему как факел дому.

– Вивьен, – удивленно воскликнул драгхар, когда я пронеслась мимо него.

– Лерата внутри! – крикнула я.

И он дернулся за мной, а потом в сторону Элевии. Разрывался на части, что делать.

– Я справлюсь. Поймай ее.

Ведь если ювелирша убежит и скроется, то кто знает, чем это закончится для меня. Едва жить, двигаться и быть полуживой куклой я не хочу.

Я остро чувствовала, что у меня не так много времени. Мои силы, разогнанные опасной ситуацией, скоро иссякнут.

Я обогнула дом и увидела, как из окон спальни леди Гренли валит черный дым. О нет!

Я уже потеряла отца, родной дом, любимую винодельню и не знала толком ничего о судьбе сестер. Я не могла потерять и ее.

В окно вперед меня влетел Лейвар. Несколько секунд его не было, а потом он вылетел, держа на руках леди Гренли. Опустил ее на землю, и я приземлилась следом.

Лерата дышала размеренно, словно просто спала. Я очень надеялась, что моя кровь помогла ей.

– В доме еще кто-нибудь остался? – спросил драгхар.

– Доморф, Рисса, скорее всего, сбежала. Больше никого.

Я посмотрела на языки пламени, которые объяли дом, и попрощалась с портретами родителей, которые нарисовала Белль. С починенным почтовым артефактом с письмом от Ады. Наконец, с серьгами из драконита, прощальным подарком сестер. До боли обидно было их потерять, но я ни за что не сказала бы сейчас об этом Лейвару. Потому что чувствовала, что он бы полетел. Кажется, метка помогала мне чувствовать драгхара еще лучше, чем раньше. Наши поцелуи не только пробудили во мне силу и кровь потомков драконов, но и образовали эмоциональную связь между нами.

– Понял. – Лейвар взлетел и осмотрелся. – Чувствуешь, где Элевия?

Ощущала я только сосущего жука внутри. Больше ничего и никого. Сила, которую я словно взяла у будущей себя взаймы, потребовала плату – руки и ноги стали ватными.

– Нужно было мне самой вытащить Лерату, а тебе ловить Элевию.

Лейвар приземлился рядом со мной и ответил твердо:

– Нет. Ты в любой момент могла упасть в обморок. Я не могу тебя потерять.

И даже без взгляда в глаза я ощутила, что это именно так.

– Как же метка упрощает понимание, – прошептала я и провалилась в небытие.

***

Проснулась я в облаке горячих испарений. Я лежала на деревянной скамье, а вокруг меня кипели травы. В груди я ощутила неприятное шевеление и сразу вспомнила о подсаженном жуке.

В небольшую комнату, обитую деревом, вошел Лейвар.

– Очнулась? Как себя чувствуешь? – спросил он, присаживаясь на корточки рядом со скамьей.

В дверь словно лапами царапались. По громкому урчанию я поняла, что в помещение пытается прорваться Ур.

– Стайх весь извелся. Притащил гору золота к двери. К тебе просится.

– Пусти, – прошептала я. – Золото мне помогает набраться сил.

И драгхар запустил ко мне Ура, который тут же навалил рядом со скамьей гору золота и стал стаскивать меня на нее.

Лейвар попробовал его остановить, но я покачала головой. Попыталась привстать, но сил не хватило.

– Что ты хочешь сделать?

– Лечь на золото, – криво усмехнулась я.

Смешно звучит, но я всем нутром чувствовала тягу к нему. Лейвар мог тогда не заметить, но Ур оказал мощную поддержку, когда мы пытались поймать Элевию.

Драгхар помог мне спуститься с лавки на золотую кучу и хмыкнул:

– Не знал, что ты любишь сидеть на деньгах.

Я хотела пошутить в ответ, но тут жук сильнее впился лапами, чувствуя приток силы от золота. Подселенец перемещался внутри меня, заставляя кричать от боли.

– Мне кажется, от жары ему проще двигаться внутри, – прошептала я.

Лейвар кивнул. Вынес меня на руках, крича на ходу:

– Яша, холодную ванну.

Я оглянулась по сторонам. Мы были в доме драгхара.

– Но, хозяин, вам нельзя!

– Делай что сказал!

Ур засуетился – он прыгал за нами со всем золотом, что мог унести за один раз в пасти.

Яша набрал ванну почти молниеносно. Ур засыпал дно золотом с такой скоростью, словно речь шла о жизни и смерти.

Лейвар опустился в воду со мной, прямо как мы были – в одежде.

– Тебе же нельзя. Выходи. Оставь меня.

– Нет, – отрезал драгхар. – Ты даже голову не держишь.

Не держу? А я и не заметила. Все плывет перед глазами. Зато жук в ледяной воде остановился на месте и не двигался.

Спорить сил не было. Да и, положа руку на сердце, я была благодарна за то, что Лейвар был со мной. Эта уверенность была ни с чем не сравнима. Словно у меня снова есть человек, на которого можно положиться в сложной ситуации. Можно болеть, показать свою слабость, и тебя не съедят, а поддержат.

– Вив, ты чувствуешь жука?

– Да. – Я положила руку на грудь. – Здесь.

– Его надо вытащить, но я не уверен, что ты это переживешь. Ты полукровка.

Я задумалась, вспомнив, как доставала золотого жука из Лейвара. Конечно, у меня нет такой регенерации, как у него. Тут даже пробовать не стоит.

– А что, если загнать жука при помощи тепла и холода туда, где я смогу выдержать? – спросила я.

– Это может сработать, – после минутного размышления согласился драгхар.

Легко сказать, но трудно сделать. В теории у нас все выглядело прекрасно, но вот на практике, чтобы выгнать жука из тела, пришлось сделать воду экстремально ледяной, ноги вытащить из ванны и нагреть горячими камнями.

Я видела, как Лейвару тяжело находиться в студеной воде, а самому поддерживать температуру камней, но он и слушать ничего не хотел. И вот, когда мы постепенным погружением меня в воду повели жука в направлении ног, я внезапно потеряла сознание от резкой боли.

Очнулась на руках у драгхара, уже не в ванне.

– Все? – спросила я.

– Ты о чем? – обеспокоенно спросил он.

– Ты его вытащил?

– Я же не чувствую его движения. Ты потеряла сознание от холода, я вытащил тебя и согрел.

– Нужно еще раз, – прошептала я.

Губы еле шевелились.

– Сначала восстановись.

– Если жук останется во мне, я не смогу этого сделать.

Лейвар внимательно посмотрел на меня и кивнул:

– Хорошо, давай начнем снова.

Яша и Ур тихонько сидели в стороне, наблюдая за процессом. Доморф только камни помогал пододвигать, а Ур сделал все, что мог: половину ванны наполнил золотом.

Мы повторили вновь трюк с ледяной водой и теплыми камнями, постепенно погружая меня все глубже.

– Идет, – пробормотала я, снова ощутив движение жука.

Был момент, когда я почувствовала, что снова близка к тому, чтобы выключиться, и попросила:

– Ущипни меня.

– Чем? – Обе руки Лейвара были заняты мной. – Могу только укусить.

– Кусай, – кивнула я.

И почувствовала, как зубы драгхара прихватили плечо. Сознание прояснилось.

– Жук в левой пятке! – воскликнула я.

Лейвар обхватил рукой мою щиколотку, а другой поднял меня из ванны. Мне показалось или он качнулся?

– Я вскрою кожу. Позволишь? Он ровно под меткой.

Метка! Точно, она же у меня на левой пятке.

Я хотела решительно кивнуть, но получилось как-то вяло. Сил не хватало. Вдали от золота я совсем превратилась в тряпку.

Лейвар не тянул. Полоснул чем-то по ноге, а потом показал мне серебристого подселенца:

– Есть!

Ур выхватил у него из рук жука и захрустел им.

– Яша, где медицинский набор? – спросил драгхар.

– Тут!

– Вив, придется немного потерпеть. Выпей обезболивающее.

– Мне почти не больно, – честно сказала я.

По сравнению с тем, что я испытывала, когда жук двигался во мне, это просто царапина.

Крылатый зашил рану, перевязал, а потом улыбнулся мне и лег рядом, устремив уставший взгляд в потолок.

– Хозяин, хозяйка! – засуетился Яша. – Плохо выглядите!

– Отстань. – Лейвар повернулся ко мне, обняв за талию, уткнулся носом в шею и заснул.

– Хозяйка, опять довели хозяина ледяной водой до полусмерти!

Ур схватил доморфа за шкирку и выволок из помещения.

Я тоже повернулась к Лейвару и обняла его в ответ.

Так хорошо. Пусть ненадолго, но я позволю себе немного расслабиться. Так хочу спать!

Проснулась я в кровати, в сухой одежде. Одно только не изменилось: я засыпала, обнимая Лейвара, и проснулась с ним же.

Прежняя я сразу же отпрянула бы, вскочила на ноги и начала выяснять, кто меня переодел. Новая я дождалась, когда драгхар откроет глаза, и в шутку спросила:

– Ты готов взять на себя ответственность?

Однако крылатый ответил серьезно:

– Готов. А ты готова идти и лететь за мной?

– Подожди-подожди, что-то не туда разговор повернул. – Я присела, но рука Лейвара так и осталась на мне, только сползла с талии к бедрам.

– Как раз туда. Сколько еще будешь бегать?

Ой, папочки! Куда это разговор заходит?

– Мы еще Элевию не поймали.

– Поймаю, – без тени сомнения парировал Лейвар.

– Как там Лерата? Я совсем про нее забыла! – Я хотела вскочить с кровати, но рука драгхара не дала.

Я посмотрела на крылатого, он смотрел прямо на меня, но без давления, скорее так, словно любовался.

– С леди Гренли все в порядке. Два часа назад заходил Яша, доложил, что она открыла глаза, встала и уже погуляла по саду.

– Мне нужно с ней поговорить. – Я снова попыталась выбраться из объятий, и снова безрезультатно.

– Сначала со мной. Все остальное потом, – сказал Лейвар так, что у меня язык не повернулся спорить.

Я понимала его. И сама ощущала: то, что между нами, – это уже отношения. Вот только какие? Я бы не осмелилась внести ясность, а вот крылатый пылал этим желанием.

– Что? – спросила я, изображая глупышку.

– Выйдешь за меня?

– Вот так сразу?

– А что тянуть?

– Это невозможно. – Я отвела взгляд и буквально ощутила темную энергетику слева.

Покосилась на Лейвара. Он ждал объяснений.

– Потому что у драгхаров юридически не существует браков между вами и людьми.

– Но ты не человек.

– А кто же я?

– Полукровка. Возможно, первая в мире.

А вот это вряд ли. Мне кажется, сестры тоже хранят в себе сюрприз не меньше. Возможно, огласка принесет пользу сестрам, но может и погубить.

Меня немного пугало будущее, но я не боялась себя. Наоборот, я словно получила крылья не только в прямом смысле слова, но и в фигуральном. Для меня открывалось будущее, на которое я не могла и рассчитывать. Я могла быть парой крылатой смерти, я могла быть свободной от людских условностей. И главное, мне не грозила участь уголька.

Почему я была так уверена? Лерата поправлялась – и это было лучшее доказательство моей невосприимчивости к ауре крылатых.

Внезапно в дверь забарабанил Яша:

– Хозяин, хозяйка, на первом этаже стражи.

Лейвар тут же вскочил с места, и я заметила, что он был одет в штаны и свободную рубашку.

– Знаешь, в чем дело? – спросила я, стараясь поспеть за широкими шагами драгхара.

– Останься в комнате. Скорее всего, они здесь из-за пожара в доме ювелирши.

– Нет, хозяин, – под ногами суетился Яша. – Говорят, что пришли за хозяйкой.

Лейвар ускорился, бросив приказ на ходу:

– Вив, в комнату.

Я затормозила. Доморф схватил меня за край платья и потащил обратно по коридору. Из угла выскочил Ур и присоединился к нему.

Пойти вниз или спрятаться? Что делать?

Я замерла на месте, навострила уши. Услышала, как громко поздоровались стражи и как четко сказали:

– Девушка с прорывом силы здесь?

Я не разобрала, что ответил им Лейвар, зато ясно услышала ответ:

– За сокрытие полагается арест. У нас есть ордер на обыск.

– В чем она виновата?

– Из-за выплеска силы человечка сожгла дом уважаемой драг-леди. Свидетели говорят совершенно странное: якобы человеческая женщина отрастила крылья.

– Это я сжег дом Элевии Формих, – громко сказал драгхар.

– Вы знаете ответственность за дачу заведомо ложных показаний?

– Конечно. А вы знаете, что следы стихийного огня легко обнаружить? И что они мало походят на спонтанный выброс магии?

– Вы препятствуете органам власти?

– Да.

– Хотите оказать сопротивление?

– Если понадобится. Сначала предоставьте доказательства и только потом предъявляйте обвинения. Вы даже своим свидетелям не верите.

– Мы предупреждали, драг-лорд. Простите.

Снизу донесся звук схватки. Я отступила на два шага назад, не зная, что делать.

В чем меня обвиняют? В прорыве силы?

– Хозяйка, бегите, – зашептал Яша, обхватив мою ногу через платье.

Куда? Где я спрячусь? Меня же везде найдут. Да и не выход это. Нет.

Я подняла подбородок вверх и закрыла глаза. Где там мои крылья? Давайте, родные, не подведите. Давайте покажем этим стражам настоящее представление. Мою личность теперь не утаить, как пожар.

– Яша, отпусти. Ур, пойдем со мной, – спокойным, но решительным голосом сказала я.

Доморф нехотя отпустил меня, стайх сел рядом. Мы стали спускаться по ступеням медленно, словно я была королевской персоной.

Ну же, крылья, не подведите! Я уже вижу стражей и Лейвара. Еще чуть-чуть – и он намашется на карцер.

Звук моих шагов привлек внимание. Страж как раз летел после удара Лейвара в воздухе к входной двери и крикнул своим:

– Вот она.

Крылья так и не появились. Ну же! Ну!

– Вив. – Лейвар тут же встал у начала лестницы, перекрыв стражам путь ко мне.

– Отойдите. Девушка хочет мирного решения вопроса. Не препятствуйте правосудию.

Давайте же, крылышки, появитесь и повергните их в шок!

Я почти добралась до низа лестницы и… ничего.

– Ур? – вопросительно проурчал стайх.

Стражи с интересом покосились на маленького дракона.

– Домашний! Удивительно. Лейвар, как вам удалось его приручить? – спросил один из стражников, самый высокий из всех.

Я заметила, что, хотя стражи вступили в схватку, они вздохнули с облегчением, что драка закончилась. И никто не спешил арестовывать хозяина дома. Скорее, все крайне уважительно смотрели на него и словно не хотели неприятностей.

– Знакомьтесь, драг-лорды, это Ур. Он дружит с Вивьен.

Стражники не поняли смысла слов хозяина дома. Снисходительно посмотрели на меня, с завистью – на Лейвара. Видимо, подумали, что за счет стайха он пытается меня выгородить, а тот выполняет его команды.

Крылья, где же вы, когда так нужны?

– Леди, прошу пройти с нами.

– Я могу отказаться? – спросила я.

– Нет. На вас написано заявление. Вы арестованы до выяснения обстоятельств дела.

Чего добивается Элевия? Уверена, подсадить жука – противозаконно.

Я переглянулась с Лейваром. Он сжимал челюсти и кулаки и продолжал стоять стеной между мной и стражами.

Я опустила руку на его плечо, стоя на две ступени выше, и сказала:

– Я пойду с ними. Нужно все выяснить. Драка и бегство не выход.

– Нет. – Лейвар стоял на своем. – Пусть окружной судья лично придет сюда и выставит свои претензии.

Стражи дерзнули возмутиться:

– Вы, конечно, уважаемый драг-лорд, но такие меры принимаются только в случае истинных пар.

Лейвар расстегнул несколько пуговиц свободной рубахи и показал метку истинности:

– Я, как ее истинный партнер, открыто заявляю о том, что все претензии к моей паре принимаю сначала я.

Стражи от шока пооткрывали рты. Такого они точно не ожидали. Я, признаться, тоже.

– Не может быть. Это невозможно. Пара драгхар и человек нереальна.

– Вив, покажи свою метку.

Драгхары с испугом уставились на мою грудь. Лейвар тихо зарычал, и они тут же перевели взгляд на потолок и стены. Похоже, они подумали, что метка у меня в том же месте, где и у моего официального куратора.

Я сняла домашнюю туфлю с левой ноги, взялась рукой за перила и вывернула ногу так, чтобы всем была видна моя пятка. И удивленно посмотрела на кожу. От руны остались жалкие хвостики, а все остальное было одним фиолетовым шрамом.

Как быстро зажило! Неудивительно, что я сегодня совсем забыла про то, что жука доставали из пятки, и спокойно ходила. Неужели у меня открылась усиленная регенерация?

Я улыбнулась, посмотрела на Лейвара и увидела, что он совсем не рад этому факту. Точнее, тому, что метка стала совсем на себя не похожа.

– И где? Это что-то непонятное. Пытались подделать? – спросил главный страж гневно.

– Я объясню все окружному судье. Пусть приходит. – Лейвар снова закрыл меня собой.

– Лейвар, не препятствуйте правосудию. Хочу вам напомнить, что за подделку метки вам может грозить смертная казнь.

– Ответственность я возьму на себя. Можете уходить, – твердо сказал мой крылатый, и я восхитилась его мужественностью и нежеланием мириться с обстоятельствами.

Вот что значит как за каменной стеной.

– Вы пожалеете об этом, драг-лорд. Сейчас мы уйдем, но вернемся с огневиками посерьезнее вас.

Лейвар лишь улыбнулся:

– С удовольствием с ними встречусь и распишусь огнем, чтобы сравнили с подписью в доме ювелирши.

Стражи ушли, а драгхар развернулся ко мне, склонил голову набок и спросил:

– Почему не послушала?

– Стало бы лучше? – спросила я.

– Не знаю, – честно ответил крылатый, а потом поинтересовался: – Ты хотела открыть себя?

Он читал мои мысли.

– Да, но у меня ничего не получилось.

– Ты потратила все силы на восстановление.

Вот как! А я об этом не подумала.

Я посмотрела на драгхара. Он стоял такой уверенный, будто знал тысячу версий развития событий. Я же не могла предположить ни одной – сказывалось отсутствие знаний о мире потомков драконов.

– Что теперь? – спросила я у мужчины.

– Ждем.

Я уже замечала, что чем серьезней ситуация, тем более немногословным становится Лейвар.

Но мне хотелось понять, что может произойти. Проговорить вслух эмоции и домыслы.

– Как думаешь, зачем это все Элевии? – спросила я.

Крылатый задумчиво посмотрел вперед:

– Не получилось поработить – хочет погубить. Да и шкурный интерес – она знает, что я не оставлю ее в живых, вот и хочет перевести мое внимание на тебя, чтобы сбежать.

Я вспомнила то ощущение, когда она неслась на меня под землей. У меня было чувство, что она не остановится, как кинутый клинок.

– Ей нельзя дать сбежать, – прошептала я.

– Скорее всего, она уже это сделала.

– Она жадная до золота. Без него она не уйдет, уверена. И я знаю, где ее тайник.

Лейвар посмотрел на меня, а потом предупредил:

– Если уйдем, нас объявят в розыск.

– Если останемся, она сбежит, а потом обязательно воткнет нож в спину. Тем более я хочу привлечь ее к ответственности за жука.

– Тогда нужно будет открыть все карты. Сказать о твоем происхождении всему миру. Готова?

Я подумала. Хорошо поразмыслила и кивнула.

– Пойдем. Я знаю, где она, – сказала я.

Мы открыли дверь, на пороге стояла Тереза. Она только занесла руку, чтобы позвонить, увидела нас и на секунду отвела взгляд. Ей было стыдно?

– Слышала, тут были стражи. Вам нужна моя помощь?

Я переглянулась с Лейваром. Мы кивнули одновременно. Голос правды нам не помешает.

***

Элевия Формих сделала свой тайник глубоко под землей. Я ощущала его всем своим даром, когда однажды оказалась в ее дальних владениях. Это был небольшой участок земли, где хранили старые кареты, разряженные артефакты и ненужную мебель в доме, больше напоминающем склад. Мы с Риссой заехали туда, когда доморф решила объединить два задания в одно: быть со мной и привезти из дальних владений пуфик для ног.

Я никому не говорила, что мой дар значительно возрос и мне уже давно не нужно находиться прямо над золотом, чтобы ощутить его. И это сыграло мне на руку.

Втроем мы отправились в ее тайник.

– Он пуст, – почувствовала я еще на подходе.

– У тебя есть еще предположения, где она может быть?

Я задумалась. Элевия обожает золото и работу с ним. Сейчас она сильно промахнулась и скрылась, но она прекрасно знает, что Лейвар не оставит ее в покое.

Я посмотрела на драгхара:

– Она подставит тебя.

Так и получилось. Еще на пути к дому наш экипаж остановили драгхары в синей форме.

– Это отдел по трудовому и магическому контролю, – тихо пояснил для меня Лейвар, прежде чем выйти к ним.

– В чем дело? – спросил он у них.

– На вас поступило заявление о злоупотреблении кураторской властью. Ваша подопечная пыталась от вас отказаться, но вы воздействовали на нее.

– Доказательства? – спросил Лейвар абсолютно спокойным тоном.

А я вспомнила, как ходила в посольство и просила сменить мне куратора. Не могли же они приплести это к делу?

Я вышла из кареты и сказала:

– Я подопечная Лейвара. У нас был период недопониманий, но мы все разрешили. Я не хочу менять куратора и не имею к нему никаких претензий.

– Леди Вивьен, мы здесь ради вас. Можете не бояться его. Если чувствуете к нему признательность – это все благодаря магии. Вы всего лишь человек.

– Я здесь по доброй воле.

– Вы же помните, что уходили к другому куратору?

– К кому? – удивилась я.

– К Элевии Формих. Вы даже готовы были работать на нее на невыгодных условиях, лишь бы не возвращаться. Мы подняли записи из посольства и вашу встречу на крыльце.

– То было недоразумение. Мы с Лейваром разрешили все разногласия.

Драгхары в синей форме переглянулись:

– Она под воздействием. Не понимает, что говорит.

А потом уже обратились ко мне:

– Леди, он даже использовал магию в виде метки с любовными чарами, чтобы подчинить вас. Нарисовал у себя, потом у вас на том месте, куда добрался. Говорят, она у вас на пятке. Представьте только, как у вас из-под одеяла торчит лишь нога, вот он и…

На меня посмотрели сочувственно. Я кинула на Лейвара ничего не понимающий взгляд.

Признаться, я даже на секунду засомневалась, уж не магия ли моя метка на пятке, но потом вспомнила крылья, Ура, силу земли и встряхнула головой. Нет, не дам себя запутать. Наша связь с Лейваром подлинная. Я сама ощутила ее силу, возможность передачи чувств другому. Это не может быть неправдой.

– Я дам показания, – сказала я. – Вы можете проверить меня на предмет магического воздействия.

– А вас, леди, ждут стражи по другому вопросу.

И тут я поняла, к чему все. Нас хотят разделить.

– И я не смогу там дать показания в защиту Лейвара?

– Да.

– И он не сможет дать показания в мою защиту, верно?

– Верно. Подозреваемый не может участвовать в другом процессе до окончания своего.

Что за странные законы?

Теперь понятно, чего добивается Элевия. По одному уничтожить нас, не давая возможности защитить друг друга.

Лейвар повернулся ко мне и сказал:

– Вив, дорогая, поднимись в экипаж.

Не знаю почему, но я послушалась. Уверенность в голосе драгхара придавала мне силы и веру него.

Тереза так и сидела в карете. Я тихо спросила у нее:

– Они думают, что говорят правду?

Девушка кивнула.

Тем хуже дело.

Но что задумал Лейвар?

Снаружи раздался звук схватки, треск огня, завывания воздуха. Карета закачалась на месте. А потом нас оглушил хлопок. Мы перестали шататься.

Я тихонько открыла штору и увидела скалистую местность вместо густого леса и дороги, на которой нас остановили.

Лейвара не было видно.

– Что это?

– Он перенес нас порталом.

– Куда? А сам?

Тереза покачала головой, а потом сказала:

– За открытое сопротивление – ничего хорошего.

А я про себя добавила: тем более он сопротивлялся дважды – сначала стражам, теперь этим крылатым в синей форме.

Я вышла из экипажа, Тереза за мной.

Со всех сторон возвышались твердые породы. Здесь не было золота, но было много моей стихии, которая словно насыщала меня, наполняла магией.

Лейвар мог закинуть меня сюда по двум причинам: чтобы я с помощью родной стихии стала сильнее или потому, что здесь могла восстанавливаться после поединка Элевия.

Хоть карета и встала на относительно ровном пятачке, дорог для ее проезда здесь не было.

– Пошли, – позвала я Терезу за собой.

– Куда?

– Искать золото и одну жадную ювелиршу.

Я очень надеялась, что Элевия обложится золотом и мне ее будет легко найти. Однако мы шли уже третий час, порядком выбились из сил и утомились морально.

Вокруг не было ни души. За это время я успела много о чем подумать. До этого не было возможности переварить все то, что со мной произошло. Словно скачки без перерыва, где я успевала только следить за поворотами и дышать, чтобы жить.

Итак, я теперь точно знаю, что во мне течет кровь драгхаров. И кто знает, останься я на континенте людей, проявилась бы она или нет. Мы с сестрами были похожи на родителей, поэтому мне очень не хотелось думать, что мама или папа могут быть мне неродными. У меня мамины волосы и глаза, папин нос, бабушкины губы. Когда же в нашей родословной успел потоптаться драгхар? И главное – как, если все говорят, что связь невозможна?

Второе, что я поняла, это что Лейвар – редкий пример настоящего мужчины. Сейчас я начинала верить тому, что он действительно связался с дядюшкой только для поиска драконита, а помолвку со мной использовал лишь как прикрытие.

Наша связь через метку мне очень помогла и дала уверенность, которую я ощущала только с отцом. Что я в безопасности. Что я могу на него положиться. И то, что он перебросил нас сюда, лишнее тому подтверждение.

– Тереза, как думаешь, что сейчас с Лейваром?

– Не знаю. Куратор сильный, но не настолько, чтобы победить шестерых.

– А я вот в него верю, – сказала я.

Не говоря уже о том, что после того, как я достала жука, драгхар стал значительно сильнее. Вернул свои силы в полном объеме. Думаю, он задаст им жару и найдет нас. По крайней мере, я очень на это надеюсь.

– Мне кажется, он откроет портал на том же месте, где открыл, чтобы отправить нас сюда. Так он сотрет наш след, и нас не смогут отследить.

Надеюсь, с ним все будет в порядке. И с нами тоже ничего не случится.

– Вивьен, мне кажется, мы здесь уже были.

– Нет. Просто местность однообразная. Все похоже. – Я была уверена, что мы не идем по кругу.

И тут мы вышли к нашей карете.

Тереза оглянулась. Взгляд ее забегал, она стала взволнованно дышать.

– Похоже на Зачарованные горы.

– Что это?

Тереза боком прижалась ко мне, с опаской глядя по сторонам.

– Говорят, что иногда магия грузовых перевозок сбоит и забрасывает в место, откуда нельзя выбраться.

– Грузовых перевозок?

– Да. Лейвар перенес нас с каретой, а это огромный груз. Говорят, что, когда много перебрасывают порталом, да еще и с живыми существами, Зачарованные горы забирают их себе как дань.

– Как дань?

– Да. – Тереза сглотнула и кивнула. – Оттуда никто не возвращается.

Я оглянулась по сторонам.

– Но за все время, что мы тут, мы видели только природу. Ты видела сундуки, чемоданы, другие грузы? Или драгхаров? Людей? Здесь никого. И птицы поют, слышишь?

Тереза прислушалась, но потом мотнула головой, как норовистая лошадь.

– Потому они и Зачарованные горы, что тут все пропадает.

Я задумалась.

– Ничего не появляется из ниоткуда и ничто не уходит в никуда.

– Мне страшно, Вивьен.

– Почему? Мы уже здесь. Самое страшное случилось.

– Я не хочу здесь умирать.

– Не хочешь – значит не будешь.

– Как мы отсюда выберемся? – спросила с отчаянием Тереза.

Я повернулась к ней и взяла паникующую девушку за руки.

– Я выбралась из лап смерти, коварного дяди и навязанного брака. И отсюда выберусь.

Тереза медленно кивнула, не сводя с меня глаз.

– Среди толпы мне легко. Я всегда знаю, обманывают меня или нет. Но тут я чувствую себя неуютно, – пояснила она.

Я обратилась к внутренним силам. Они восполнились под завязку, и я смогла без проблем раскрыть крылья, а вместе с ними открылся и рот Терезы.

– Я взлечу и осмотрюсь. Сверху должно быть лучше видно.

Но проще сказать, чем сделать. Я же первый раз пыталась взлететь! Сначала вообще ничего не получалось. Я не понимала механику полета. Потом удалось подняться на расстояние ладони от земли. Потом на высоту человеческого роста. А потом я рухнула вниз, больно ударив локоть и колено.

– Может, не надо?

– Надо. У меня же теперь есть крылья.

– Теперь? – Тихий вопрос Терезы заставил усмехнуться.

– Да. Я сама не знала. Больше ничего не спрашивай, потому что я сама не знаю.

После этих слов я смогла взлететь на высоту дерева, но быстро приземлилась на землю от страха. Оказывается, стоит только подумать о том, что ты можешь разбиться, как крылья перестают слушаться.

Я долго билась потом сама с собой, чтобы взлетать каждый раз все выше и выше и не бояться. И получилось так, что прежде, чем осмотреться, я потратила все силы.

– Прости, – сообщила я Терезе. – Мне нужно восстановиться. Я очень разволновалась и из-за этого потратила даже больше сил, чем рассчитывала.

– Конечно. Ты же не знаешь, сколько энергии забирает полет.

– Драгхары так легко взлетают. Мне казалось, что для них это как дышать – не составляет проблем.

– Но ты же не чистая драгхарка?

Я кивнула:

– Похоже на то. Тут может быть все по-другому.

– Да и драгхары не постоянно летают. Ты же видела, что они почти всегда прячут крылья. Если бы это было так легко, они бы только и пестрили в облаках.

– Наверное, ты права. Давай передохнем.

Мы забрались в карету, легли на лавки, никого не стесняясь.

– Я хочу есть.

– Рисса всегда запасала еду в дорогу. Давай посмотрим в нише под лавкой.

Мы нашли приличный запас еды и очень ему обрадовались.

– Если не будем жадничать, нам может хватить на несколько дней. Тут нет скоропортящихся продуктов, – заметила я.

Наше настроение сразу поднялось. У нас была крыша над головой и еда. И я очень надеялась, что после отдыха и пополнения сил мы найдем выход.

***

После сна и отдыха я смогла взлететь и осмотреться, но то, что я увидела, заставило меня сжать кулаки от отчаяния. Тропинки прямо на глазах извивались, формируя новые дороги, а горы медленно меняли форму.

– Это правда Зачарованные горы, – сказала я, спустившись.

– Мы пропали!

– Нельзя отчаиваться.

Я столько всего пережила не для того, чтобы так глупо погибнуть.

Побег из дома, потеря сестер, страх, путешествие на Аднар, попытки не стать угольком, борьба за жизнь и свободу, а потом уже и любовь.

И судьба предлагает мне сдаться просто так? Никогда.

Но сколько бы я себя ни подбадривала, наши попытки выбраться снова и снова приводили нас к карете. Силы моих крыльев не хватало, чтобы вылететь за пределы дорог, которые нас путали. Еда заканчивалась. Ночи сменялись днями попыток, а безнадежность душила нас затягивающейся петлей.

– У нас скоро не останется еды, а местность здесь бедная. Мы слышим пение птиц, но не видим их. Даже следов зверей нет, – жаловалась Тереза. – Все здесь магия.

– Не все. Я питаюсь от силы земли, и ее здесь много. Порода настоящая, и она подвижна из-за чего-то.

Я все взлетала и взлетала, пытаясь понять магическое плетение, чтобы выбраться отсюда, пока не нашла закономерность. Тропинки менялись так, чтобы приводить в начальную точку и не выпускать дальше определенного круга. А еще я заметила вдалеке другие дорожки, которые вились вокруг еще одной точки, очень похожей на наше место попадания.

– Тереза, что, если вокруг каждого попаданца магия кольцуется? – предположила я.

– И что? Что нам это даст?

– В этот раз мы пойдем не наугад, нас не запутают тропинки. Мы пойдем к точке.

– И что? Найдем еще одного такого же отчаявшегося? Отдадим ему нашу последнюю еду и подвинемся в карете, чтобы дать ему ночлег? – спросила Тереза.

– Ты сама говорила, что сюда попадают с грузами. Это может стать нашим спасением. Это может быть живой ресурс, съестной ресурс и многое другое. В любом случае вместе будет веселее.

– Не знаю, Вивьен. Опасно иметь дело с незнакомцами.

– Не находишь, что нам уже нечего терять?

Тереза подумала и согласилась. Так мы отправились к другой точке, вокруг которой вились дороги. Чтобы не сбиться с пути, я взлетала, отдыхала и снова взлетала, ведя за собой девушку и сверяясь с точками. Дороги постоянно пытались сбить нас с толку, увести в сторону, но все-таки мы выбрались в другой круг.

И стоило нам вступить на тропинку вокруг второй точки, земля задрожала.

– Это хороший знак или плохой? – замерла Тереза.

– Пока не знаю, но меня сейчас радует любое изменение.

Несколько дней однообразия сводили с ума.

Левая пятка стала гореть, и я сняла обувь, чтобы посмотреть, что там с моей кожей. Шрам ушел, а вязь метки снова восстановилась. И сейчас она пульсировала, будто кто-то взывал ко мне через нее, дергал, пытался понять, где я.

– Лейвар, – прошептала я.

Землетрясение закончилось, и пятка перестала жечь.

– Где куратор? – завертела головой по сторонам Тереза.

– Мне кажется, он ищет меня по метке. И когда мы переходим на чужой круг тропинок, происходит небольшой сбой в магии Зачарованных гор и Лейвар может меня почувствовать.

– Он нас найдет? – с надеждой спросила девушка.

– Было бы замечательно, – улыбнулась я.

И тут я почувствовала золото. Очень много золота. Теперь мне не нужно было взлетать, чтобы знать, где точка, вокруг которой вьются дороги. Я ощущала ее своим даром.

– Что такое? Ты выглядишь такой серьезной. – Тереза дотронулась до моей руки.

– Говоришь, сюда попадают, когда хотят перенести большой груз порталом?

– Редкий сбой. Нечасто, но да.

– Как думаешь, кто может переносить много золота? Очень много золота.

– Элевия? – Тереза широко распахнула глаза.

– Да.

– Бежим отсюда. – Девушка схватила меня за руку и попыталась потащить назад.

– Нет. – Я осталась на месте.

– Ты же не хочешь сказать, что пойдешь прямо к ней? Это будет самоубийство!

– Мы подберемся поближе и посмотрим, кто там. Что скажешь?

Тереза закусила губу, а потом сказала:

– Давай останемся здесь, пока Лейвар нас не найдет.

– А если не сможет найти?

– Тогда… тогда… не судьба. Погибнем здесь. – Ее голос сорвался.

– Значит, нам нечего терять. Пойдем и посмотрим, кто там, – предложила я.

Тереза с протестом посмотрела на меня. На миг мне показалось, что она скажет, что останется на этом месте ждать Лейвара, но девушка кивнула.

– Только обещай не делать глупостей.

– Обещаю, – сказала я.

Не для того я выжила, чтобы так глупо погибнуть.

***

– Это она! – Тереза больно схватила меня за предплечье и потянула назад в кусты.

Мимо нас прошла Элевия Формих. В идеально чистом костюме из белой ткани она зло прошагала по тропинке, а уже через минуту громко ругала красного змея, выходя на ту же начальную точку с обозом сундуков.

Она сгребла все золото, которое у нее было. Неудивительно, что магия от натуги закинула ее сюда.

Интересно, куда она хотела телепортироваться с таким багажом? Она же такая приметная цель.

Внезапно ювелирша настороженно замерла:

– Кто здесь?

Подол моего платья зацепился за ветку, и я потянула его, но не смогла выпутаться. Тогда я повернулась и увидела, что не куст пленил меня, а Рисса держала рукой мою юбку и открыла рот, чтобы крикнуть.

Тереза сориентировалась первой и закрыла ей рот, обхватила сзади и сжала. Доморф пыталась выбраться, колотила руками и ногами, создавая небольшой шум.

Похоже, отсидеться не получится. Драгхарка услышала шорох и смотрела ровно на те кусты, за которыми мы спрятались.

Что делать, если она и здесь использует магию земли? Тут же горная порода, а для такой, как Элевия, это сплошной источник силы. Как выиграть в этой схватке? Самой обратиться к стихии?

Я попробовала прощупать землю силой, но получила в ответ легкий, но болезненный удар, словно тело пронзили тонкие иглы. Создавалось ощущение, что земля пронизана магией и не дает мне вплести свою.

Это была хорошая новость. Значит, Элевия не сможет показать такой же трюк, как в саду, и уйти под землю. Но она по-прежнему выше и сильнее меня, хотя я и моложе ее раза в два.

В этот момент Рисса вывернула голову, укусила Терезу острыми зубами и закричала:

– Они тут!

Элевия тут же взлетела над нами и раскрыла наше укрытие.

– Ты! – удивилась и обрадовалась она.

Я выпрямилась в полный рост, понимая, что схватка неизбежна. Вот только есть области, где я точно ей проиграю, а есть те, где я могу еще и побороться.

Например, с жуком я точно была на нуле, но здесь, где Элевия чувствует себя загнанной в ловушку, я могу намекнуть, что знаю отсюда выход, и тем самым дать нам шанс. Главное – не дрогнуть лицом и интонацией. Притворяться дурой всегда удавалось мне неважно.

Я начала:

– Отлично. Мы вас нашли. А теперь пройдемте с нами, драг-леди. Снаружи вас ждет конвой.

Брови Элевии сначала врезались друг в друга, потом разошлись и взметнулись вверх. Взгляд с опаской сменился на снисходительный:

– Да ты что? Прям с антимагической клеткой стоят? Или с наручами? Может, сеть приготовили? – Сарказм лился из ювелирши, пока она опускалась на землю и изучала меня с головы до ног.

Я очень надеялась, что мы с Терезой не выглядим так, словно слонялись тут три дня и три ночи, как было на самом деле, и не сломаем мой шаткий план.

– В это меня не посвящали. Но попасть сюда и вывести вас можем только мы с Терезой вместе. Так что ради восстановления справедливости я согласилась пойти сюда за вами.

– Ради справедливости? – повторила Элевия с косой усмешкой.

Да уж, звучит не очень. Надо быть более достоверной. А что может убедить лучше, чем одинаковая система ценностей? Ювелирша жадная до золота. Я покажу, что тоже ничем не лучше.

– Может, и не ради нее. – Я покосилась на сундуки с золотом, и Элевия закрыла мне обзор собой.

– Не боишься, что я тебя здесь и оставлю?

– Тогда не выберетесь отсюда. Думаю, вы уже убедились, что не способны на это, сколько бы ни ходили и ни взлетали.

Элевия посмотрела на меня исподлобья.

– Суд и возможность выйти и жить всегда лучше смерти, верно? Я могу вас вывести. – Я жадно посмотрела на золото, чтобы казаться ослепленной им.

Тереза уже давно отпустила Риссу и смотрела на меня, открыв рот. Я так и ощущала ее полнейшее непонимание и шок.

– Вивьен, ты никогда не была глупой. Разве не видела в саду, что я могу делать туннели под землей?

– Здесь вы не можете опуститься даже на глубину лопаты, – возразила я.

Элевия подозрительно сощурилась и замолчала.

Тереза смотрела на меня во все глаза и пыталась найти подсказки на моем лице, но я надела маску алчности и все посматривала на обоз с сундуками. Девушка, должно быть, понимала, где я вру, но не догадывалась, к чему веду. Наверное, в ее глазах я была самоубийцей. Однако отец всегда учил меня, что прямота – оружие мужчин, а оружие женщин – хитрость. Постоянно говорил, чтобы первым делом я использовала ум и думала о слабостях противника. Так я заключила не одну выгодную сделку в винодельне.

Элевия обожала золото. Готова была пойти на риск, лишь бы получить мой дар и находить еще больше драгоценного металла. Она даже попала в магическую ловушку из-за своей жадности. И я использую ее слабость себе во благо.

Конечно, я не имею ни малейшего понятия, как отсюда выбраться. Но я верю в то, что Лейвар знает гораздо больше моего и найдет меня, а я ему в этом помогу постоянными переходами между точками. Ведь именно тогда я почувствовала, что он меня ищет. В магическом плетении есть бреши. Все, что мне нужно, – это выжить. А если я еще прихвачу с собой Элевию, чтобы ее судили, – это будет самой сладкой победой.

– Держишь меня за идиотку? – Ювелирша оказалась позади меня и прижала маленький нож к моему горлу.

Я собралась с духом и как можно спокойней ответила:

– Наоборот. Здесь вас ждет только смерть. Сами вы не выберетесь. А вот я уже выходила отсюда. У меня есть связь с внешним миром.

– Докажи!

– Хорошо. – Я отодвинула от горла руку Элевии с ножом. – Только я буду взлетать и вести вас за собой. У меня в голове карта выхода.

Ювелирша покосилась на Терезу. Я добавила в спешке:

– А выйти отсюда можно только вместе с нами двумя.

Ювелирша посмотрела на свой обоз:

– Можешь сделать так, чтобы артефакты заработали? Мне нужно взять с собой золото.

– Это мне не под силу. Мы сами налегке.

Элевия долго не могла оторвать взгляд от золота, потом долго изучала мое лицо. Я видела, как она начинает верить в то, что умнее, хитрее, дальновиднее. Как она постепенно расслабляется рядом со мной, принимая меня за слабую недалекую натуру, раз я забыла обиду и пришла за ее золотом. Но ставка на жизнь сделала свое дело. Она согласилась.

И я очень надеялась, что Лейвар не подведет.

Мы пересекали зону за зоной, и каждый раз я все отчетливее ощущала моего истинного. Кажется, только сейчас я поняла, какая же это сила и какая это слабость – вот так чувствовать. Я не знала, эта особая связь только между нами или все пары с метками так ощущают друг друга.

Я была в беде – Лейвар это чувствовал. И в каждой бреши в магической сети Зачарованных гор мне передавались его эмоции все ярче. Кажется, крылатый приближался.

Одно только мешало: левая пятка разболелась до такой степени, что стало больно наступать. Однако показать это было нельзя, поэтому всю энергию я тратила на то, чтобы держать лицо.

– Хватит, – неожиданно заявила Элевия. – Ты водишь меня кругами.

– И зачем мне это? – спросила я, остановившись.

– Чтобы я тебя не убила.

Я повернулась к драгхарке, сложив руки на животе в замок, и с вызовом подняла подбородок:

– Вместе и погибнем.

Элевия покачала головой:

– Все равно не понимаю, зачем ты явилась сюда.

Мне нужно было быть убедительной. А что, как не мелочи и использование слабых знаний о людях, может мне помочь?

– За правосудием. Для нас, людей, нет ничего важнее этого.

Элевия фыркнула, подозрительно косясь на нас. Рисса шла рядом, молчала, но постоянно поглядывала то на меня, то на Терезу.

– Пятка, значит, – внезапно сказала Элевия и отступила на два шага вправо от меня.

Доморф за ней.

– Надеешься, что тебя найдет Лейвар, – догадалась драгхарка, и меня словно обдало ледяной волной. – То-то я думаю, что больно бредово звучит. Значит, сами сюда попали случайно, наткнулись на меня и решили выкрутиться?

В самую точку. Тереза тут же выдала нас, изрядно побледнев. Земля задрожала.

Буду играть до последнего!

– Игнорируете факты, – сказала я. – Если бы мы попали сюда случайно, то не смогли бы выбраться из проклятия лабиринта троп. Сколько дней вы ходили и снова приходили к обозу? Встретили кого-нибудь?

Элевия недовольно нахмурилась, задумалась, а потом покачала головой. Посмотрела прямо на меня, и в воздух поднялся песок.

Тереза придвинулась ко мне ближе.

Похоже, ювелирша решила нам больше не верить. В глаза устремилась целая стена песка. Глаза защипало. Я услышала, как покатились мелкие камни с гор.

– Это начало твоего конца! – засмеялась Элевия. – Да, я не могу использовать землю под ногами, но я могу над!

Вокруг поднялась настоящая песчаная буря. Слева, со стороны покатой горы, послышался звук скатывания большого валуна.

– Вив, я ничего не вижу! – Голос Терезы звучал откуда-то позади.

Честно говоря, я растерялась. С одной стороны летит валун, и неизвестно, куда он скатится. С другой Элевия с сюрпризами. Еще и Тереза потерялась.

– Иди на мой голос! – крикнула я громко, то сжимая, то разжимая кулаки.

Я не училась магии, так как мы с сестрами были почти пустыми, но я получила ее с лихвой. Как же теперь совладать с ней без практики, без теории? Я летать-то научилась далеко не сразу!

Булыжник, судя по звуку, катился прямо на меня. Или чуть левее? Или правее?

Тереза наткнулась вытянутой рукой на мое плечо, я схватила ее за пальцы и крикнула:

– Побежали!

И уволокла ее в сторону. Огромный камень задел мне подол, больно стукнул по пятке.

– Взлетай! Оставь меня, – крикнула Тереза.

– Нет.

Для меня это не вариант. Никак. Своих я не бросаю.

Я услышала, как с горы снова покатился камень. Сначала один, потом еще один, ничуть не меньше первого, чуть не угробившего нас.

Снова пыль ударила в лицо, глаза защипало, стало невозможно их открыть.

– Вив! – Тереза вцепилась в мою руку. – Камни!

И тут я услышала, как сразу несколько валунов несутся вниз и впереди, и позади тропы.

Что-то тяжелое ударило по колену. Рядом вскрикнула Тереза. Если так продолжится, то до прихода Лейвара от нас останутся лепешки.

Пусть я и не училась управлять стихийной магией, я попробую хотя бы не дать себя убить.

Я представила щит, который образуется вокруг нас с Терезой, но тут же получила камнем по голове. Хорошо, небольшим, иначе страшно подумать о последствиях.

Так не работает. Еще бы! У меня же не воздух, у меня земля. И надо использовать ее. Но как остановить камнепад огромных булыжников, когда ты новичок?

– Ай! – вскрикнула Тереза.

Нужно найти большой валун и спрятаться за ним. Но ничего не видно.

Да, я не могу остановить большие камни. Но, может, получится опустить эту пыль в воздухе, чтобы видеть?

Я закрыла глаза, обращаясь к той же силе, что помогала мне найти золото. И ничего не почувствовала.

Еще раз попробую! Еще!

Я выпустила крылья, чтобы лучше ощущать силу стихии, и вот тогда я ощутила песок в воздухе. И разом опустила его вниз.

– О, младенец начал ползти? Первые попытки обращения с магией такие жалкие! – услышала я голос Элевии, а потом увидела ее саму в десяти шагах от себя.

Жалкие или нет, но цели я добилась. Я осмотрелась вокруг и нашла глазами большой валун.

– Спрячемся за него.

Мы с Терезой побежали к нему, но на полпути песок снова поднялся в воздух. Девушка замедлилась, а я дернула ее за руку.

– Бежим, я знаю направление.

Мы добрались к камню на ощупь. Спрятались за него.

– Ты такая глупая! Думаешь, я не смогу сдвинуть этот камень и задавить тебя?

Может, множество камней мне и не остановить, но один я попробую. У меня нет выбора.

Валун за моей спиной пришел в движение, и я надавила силой в ответ. Камень не удалось полностью остановить, но он перемещался не с той силой, чтобы нас задавить. Мы с Терезой двигались за ним.

В валун врезались другие камни, вокруг нас свирепствовала песчаная буря, но мы были целы.

– Держи! – Тереза вложила что-то мне в руку.

– Что это?

– Я нашла на пепелище дома ювелирши. Помню, ты ими очень дорожила.

Я узнала их на ощупь – серьги из драконита, память о сестрах.

– Спасибо! – прошептала я тихо, но с большой благодарностью.

И сразу словно ощутила прилив сил.

Я не могла уничтожить Элевию, не могла задать ей жару с помощью своей силы, но я не позволю себя убить – это куда важнее. Однако я не приняла во внимание, что моя позиция не устраивала ювелиршу.

Небольшие камни стали падать на нас сверху.

– Ай, больно, – шептала Тереза, сложив руки над головой.

Я тоже закрылась от камнепада. Снаряды теперь ощутимо били по рукам, все увеличиваясь в размерах.

– Интересно, долго ты продержишься? – издевалась Элевия.

Она явно получала удовольствие от моих возрастающих мучений. Пятка начала гореть огнем. Неужели Лейвар уже рядом?

Большой камень стукнул меня по локтю так, что я вскрикнула. Следом другой камень попал мне в голову. Валун начал давить сбоку.

Рядом со мной айкнула Тереза и осела на землю. Я подхватила девушку, лишившуюся чувств. Если так продолжится, то до прихода Лейвара мы не доживем.

И вообще, с чего я взяла, что он сможет нас найти? Из-за метки? А если не получится? Так и погибать в ожидании конца?

У меня есть сила, но я не умею ее использовать. Зато я прекрасно обращаюсь с мозгами.

Я на несколько секунд остановила песчаную бурю, получая сверху град из камней. Нашла Элевию глазами в пяти шагах от меня и крикнула:

– Элевия, отпустишь нас, если дам драконитовые серьги? Они сделали из меня, человека, драгхарку. Представляешь, что они дадут тебе?

– Что? – Камнепад стал более редким.

– И золото я стала находить благодаря ним. Раньше моей магии хватало только на бытовые заклинания, – крикнула я.

Камнепад прекратился. Валун перестал давить на спину.

– Лови! – И я бросила ей драконитовые серьги, камни которых горели золотым светом.

Ювелирша поймала рукой и только потом посмотрела, что схватила.

– Активируемый драконит? – спросила она в ужасе.

– Да. И ты его уже захотела отобрать, – улыбнулась я.

Все произошло так быстро, что сразу не осознать.

– Нет! – крикнула Элевия, но драконит уже послал убийственный импульс ей под кожу.

Драгхарка дернулась, побледнела.

– Хозяйка! – Рисса подскочила к ней.

И тут поток огня с неба накрыл ювелиршу вместе с доморфом.

– Лейвар? – выдохнула я, оседая на землю и осматриваясь вокруг.

Тереза открыла глаза.

Крылатого не было видно. Столб огня исчез, оставив на земле две горстки пепла – одну побольше, другую поменьше.

– Это не Лейвар, – поняла я. – Это защита активируемого драконита от того, кто хочет его забрать.

Тереза прошептала:

– Ничего себе. И без Лейвара справились.

Я улыбнулась, все еще не веря в произошедшее:

– Да. Получилось.

Я смогла нас спасти.

– Вивьен! – Надрывный зов, шелест крыльев – и Лейвар появился из-за верхушек деревьев.

Огляделся, его лицо вытянулось. Драгхар приземлился ко мне, присел, обнял:

– Я не успел. Прости. Ты цела?

– Ты успел. Без тебя нам отсюда не выбраться. Я в порядке, только синяки да царапины.

Тереза смотрела на нас смущенно и растерянно.

– Откуда был столб огня? – спросил крылатый.

– Я использовала активируемый драконит. Не знала, что у него такая сильная защитная магия.

Тереза подала голос:

– Это Лейвар его усилил своей магией.

Я с удивлением посмотрела на драгхара. Тот расстроенно улыбнулся:

– Я должен был сам с ней расправиться.

– Зато теперь я знаю, что могу за себя постоять и на Аднаре, – сказала я.

Силы разом покинули меня. Я с большим удовольствием приняла руку Лейвара и вернулась с ним порталом домой. Там он велел Яше позаботиться о Терезе, а сам взял шефство над моим отдыхом.

– Я должен был… – начал снова он, осматривая мои быстро заживающие раны.

– Не надо, – остановила я его. – Если бы ты не позаботился о защите в драконите и не дал ему часть своих сил, я бы не спаслась.

Лейвар резко притянул меня к себе и впился в губы поцелуем, которым попытался передать мне все, что ощущал. Беспокойство, радость обретения, злость, любовь.

– Ты справилась с Элевией, а я защищу тебя от правосудия Аднара. Ты сможешь ходить по столице с высоко поднятой головой. Обещаю, – прошептал он.

И я страстно поцеловала его в ответ.

Все пережитые события сделали меня настолько смелой, что я позволила себе глубокий поцелуй. Лейвар шумно втянул в себя воздух, а потом повалил меня на кровать. Его руки стали поглаживать меня в местах, которых прежде касалась только я. Смело, дерзко и так решительно, что я не хотела сопротивляться.

– Если продолжишь так отвечать и выгибаться, я не остановлюсь, – прервав поцелуй, предупредил он.

И я продолжила. Сейчас мало кто назвал бы меня леди, но мне было все равно. Побывав на краю смерти, я знала, чего хочу на самом деле. И не собиралась терять больше ни минуты жизни на ненужные формальности.

Лейвар глухо застонал мне в рот, и я протяжно простонала в ответ.

Одежда полетела во все стороны.

Ох, как он хорош без нее! А как смотрит… Словно я самая красивая на планете.

– Ты моя, леди Вивьен. И это не обсуждается.

Я игриво улыбнулась:

– Еще нет.

– Сейчас мы это исправим!

Лейвар накинулся на меня со всей страстью так, что я захлебнулась от новых ощущений. Пусть идут лесом все правила и морали, все заморочки. Жизнь одна, и я проживу ее так, как хочу. А сейчас я хочу быть с Лейваром.

Я еще не знаю о своем происхождении. Мне неизвестно, где две мои другие сестры. Я не имею представления, как отреагируют драгхары, когда узнают о полукровке. Но я почему-то уверена, что Лейвар не даст меня в обиду. Ведь даже там, где он не успел быть физически, он позаботился о моей безопасности через драконит. Он достал меня из Зачарованных гор. Он не даст меня в обиду, а я буду держать его за руку и помогу, где смогу. Где хитростью, где изворотливостью, а где умом.

– Вив, мы поженимся, – ультимативно заявил Лейвар.

Я ничего не ответила. Кажется, тут и не требовалось ничего говорить – это было утверждение. Он заявлял на меня свои права в постели, а я с удовольствием приняла его правила игры. Ведь с ним я ощущала себя словно за каменной стеной.

Мы лежали в кровати. Это все было словно не со мной, но как же хорошо я себя ощущала. Раньше я и представить не могла, что способна на такой смелый поступок. Честь для леди – это все. Я же сама выбрала, когда и кому подарить ее, без оглядки на брак и прочие обстоятельства.

Похоже, Аднар раскрепостил меня. Или же это драгхарская часть меня подарила мне ощущение свободы вместе с крыльями?

– Как ты избавился от стражей? – спросила я тихо.

Лейвар потянулся на подушке:

– Зачем тебе это знать? Я здесь. Этого достаточно.

– Они вернутся?

– Да. Поэтому нам нужно быть первыми. Ты готова заявить о себе на весь Драг-Нар?

– Пожалуй, даже на весь Аднар. Надеюсь, известность поможет мне найти сестер. Про Аду я знаю, она поступила в академию на ваших землях, а вот о судьбе Белль и Эми я не знаю ничего. Еще и почтовый артефакт сгорел в доме Элевии.

– Не переживай. Неделю назад я поручил своим людям найти их и получил известия. Все твои сестры на Аднаре, только в разных местах. Найти их было крайне сложно, почти невозможно, потому что в одном случае кое-кто влиятельный заметал следы, а во втором твоя сестра оказалась в месте, о котором мало кто знает.

– Они в беде?

– Нет. У них есть могущественные покровители. И что-то мне подсказывает, что, если в вас течет одна кровь, все не так просто в их отношениях с драгхарами.

– Ты сможешь узнать о них побольше? Мы сможем увидеться?

– Я добьюсь для тебя встречи, чего бы мне это ни стоило. Только сначала разберемся с твоей известностью. Слухи уже покатились по столице, а скоро пройдут по всему континенту.

– Ничего. Если это поможет мне и моим сестрам – я все вынесу. Но, Лейвар, у меня есть к тебе еще одна просьба.

– Какая?

– Ты мог бы помочь мне вернуть наше наследство? Я не хочу, чтобы хоть что-то досталось дядюшке.

Лейвар кивнул:

– Я как раз хотел сделать тебе подарок по этому поводу, но мои люди сказали, что кое-кто влиятельный меня уже опередил и в это лучше не лезть. Теперь понимаешь, почему я говорю, что одна из твоих сестер под надежным крылом?

Мне стало так легко на душе от этих слов, словно груз размером с гору подняли.

– Невероятно! И что там случилось?

– Сейчас идет процесс, но уже видно, что от твоего дядюшки останутся одни рожки да ножки. Я слежу за ситуацией. И вот мой подарок тебе. – Лейвар наклонился к тумбочке и достал оттуда почтовый артефакт. – Новейший. Последний. Совершеннейший.

Я взяла артефакт в руки. Вроде небольшая недорогая вещь, но как же она много значит.

– Спасибо! – прошептала я, а потом обняла Лейвара.

– И все? Только спасибо?

Стоило мне попасть в руки драгхара, как он стал ласкать меня, недвусмысленно намекая на продолжение.

Но тут снизу заголосил Яша.

– Никакого покоя, – проворчал Лейвар, мягко отстраняясь.

Он прислушался.

– Вивьен, собирайся. Надень свое самое красивое платье.

Похоже, нам предстоит еще один бой, только ментальный и правовой. И я очень надеюсь в этом на драгхара.

***

Я первый раз видела такого крылатого. Он был широк в кости, несуразен в пропорциях, но очень грозен на вид. Его взгляд будто был способен выжечь клеймо осуждения на каждом.

– Итак, драг-лорд, вы настаивали на моем личном визите, – сказал он сиплым голосом.

– Окружной судья, рад принимать вас у себя в качестве гостя. Яша, подай… – начал Лейвар.

– Я представляю орган власти, – перебил визитер и тяжелым взглядом осмотрел меня с головы до ног. – Вы истинная человечка?

Он спросил это так, словно речь шла о соленом сахаре или теплом льде – вещах невозможных и несовместимых.

Как Лейвар и просил, я надела платье из самого дорогого материала. Как оказалось, не зря. По взгляду я сразу поняла, что этот мужчина разбирается в хороших вещах.

Я дотронулась до сережек. Лейвар спас их из Зачарованных гор и отдал мне перед тем, как мы спустились встречать «гостей». Я не успела толком поблагодарить его за такую важную для меня вещь. Он был по-настоящему внимательным, и это подкупало.

– Это активируемый драконит?

– Совершенно верно. Вот заключение магических стражей о том, что Элевия Формих погибла из-за желания завладеть чужим активным драконитом. – Лейвар протянул судье бумагу с печатью.

Тот сначала прочитал, а потом отдал документ обратно со словами:

– Дело может рассматриваться не в суде, а под крышей дома, только если девушка – истинная и беременная. Скажите, соответствуете ли вы двум этим пунктам?

Ох, о втором я ничего не знала. Судя по лицу Лейвара – он тоже.

– Когда закон дополнили?

– Три дня назад.

– Вот как.

– Так что? Вы соответствуете этим двум пунктам или вас следует привлечь к ответственности? – строго спросил судья, давя на меня взглядом.

Признаться, я растерялась от такого давления, но Лейвар выступил вперед:

– Беременность возможна. Срок может быть очень маленьким, поэтому мы перестраховываемся. Оберегая свою истинную, я воспользовался законом.

– И как же вы докажете истинность драгхара и человека? – скептически спросил судья, покосившись на двух подчиненных, что стояли по бокам от него чуть позади.

– Милая, можно? – Лейвар протянул мне руку, чтобы я положила свою, а сам наклонился и снял домашнюю туфлю с моей левой ноги.

А что, если с рисунком снова что-нибудь не так? Как драгхар может быть так уверен?

Я нервно сжала его руку, но крылатый уверенно посмотрел мне в глаза:

– Моя леди, держитесь за меня.

И повернул мою ногу так, чтобы все увидели метку.

На месте!

Я обмякла от облегчения.

Лейвар помог мне обуться, но не выпустил руки.

– Теперь можем поговорить.

Судья продолжал озадаченно смотреть на мою ногу.

– Но как? Есть еще доказательства?

В этот раз мои силы были на месте, и я с первой попытки материализовала крылья и распахнула их.

Судья попятился, часто заморгал, а потом встряхнул головой.

– Драг-лорд, вы предлагали сесть в гостиной? – спросил он.

– Конечно. Там удобнее разговаривать. Мне есть что вам предложить.

В гостиной Лейвар посадил меня в кресло, а сам встал рядом, не оставляя судье выбора, кроме как устроиться на диване. Получилось, что мой истинный смотрел на него сверху вниз, но судья сообразил это, только когда сел.

– Постою! – вскочил он.

– Как хотите. – Лейвар улыбнулся.

Судья понял, что выглядит странно, все-таки сел и начал говорить, выкладывая бумаги на стол:

– Вашей истинной предъявляют обвинения в прорыве силы, в ходе которого пострадала чужая собственность. А именно – дом драг-леди Элевии Формих.

– Я даю признательные показания, что дом поджег я. Все из-за угрозы жизни моей пары. – Лейвар положил на стол листок.

Когда он успел все подготовить?

– Доказательства? – спросил судья.

Я увидела за диваном морду Ура. Он положил голову на спинку совсем рядом с плечом судьи и иногда разевал пасть, словно примеряясь.

Визитер и не подозревал, кто хочет открыть на него рот.

– У меня есть два свидетеля. Яша, приведи девушек, – обратился хозяин дома к доморфу.

Двери открылись. Изящно, в ногу, в гостиную вошли Тереза и леди Гренли. Обе выглядели прекрасно. В дорогих платьях, с макияжем, они несли себя миру. Лерата выглядела абсолютно здоровой, и это радовало меня больше всего.

Судья развернулся к ним, а потом к нам с недовольным лицом:

– Люди?

Спросил так, словно птицы прилетели давать показания.

– Да. По закону они несут ответственность за дачу ложных показаний, а значит, могут быть свидетелями по делу.

Лерата и Тереза протянули бумаги.

– Это наши показания, – сказала леди Гренли, потом посмотрела на меня и улыбнулась.

Ее взгляд говорил: «Рада тебя видеть». Я отвечала таким же.

Неужели моя кровь ей так помогла?

Судья внимательно читал каждую строчку и становился все более хмурым. Потом поднял голову и сказал:

– Согласно правкам 3.1 лицо в состоянии тяжелой болезни давать показания не может. И к ответственности за дачу ложных тоже не может привлекаться.

Откуда он знает, что Лерата тогда болела?

Судья достал из папки голубые бумаги:

– Перед тем как прийти сюда, я опросил всех свидетелей, когда-либо имевших дело с леди Вивьен. И драг-лорд Хавьер сказал, что его бывшая любовница была при смерти. Чему соответствовали показания соседей гостиницы леди Гренли. Скажите, леди Лерата, вы поправились?

– Да, – кратко, без пояснений сказала леди Гренли.

Кажется, она боялась выдать меня. Неужели это принесло бы мне вред?

– И как же вы встали на ноги?

– Вивьен покупала для меня много камней с жизненными силами. Ее талант находить золото очень помог нам жить достойной жизнью.

– Вот как. – Судья покосился на меня, но тут же заметил взгляд Лейвара и несколько раз моргнул, смотря в разы учтивей. – Однако я не могу принять во внимание показания леди Гренли. На тот момент она была больна.

Лейвар протянул судье желтую карту, но в руки не отдал.

– Что это?

– Это расположение Зачарованных гор.

Судья поменялся в лице.

– Вы шутите?

Выражение его лица стремительно менялось от недоверия до радости, а потом подозрения.

– Предлагаю сделку.

– Никто не знает об их расположении. – Судья отвернулся, но тут же повернулся обратно.

– Я нашел это место и вышел оттуда со своей парой и ее подругой. После по координатам отправились мои парни и все осмотрели. И мы снова нашли Зачарованные горы, как бы они ни прятались. Более того, я готов сказать вам, почему место обладает таким сильным магическим фоном.

Судья покосился на двоих крылатых, что сопровождали его, и сделал им знак выйти.

– Сомневаюсь, конечно, но выслушаю вас.

Лейвар смотрел так, словно был уверен в заинтересованности чиновника:

– Сделка.

– Откуда я знаю, что вы можете мне предложить? Тут такое запутанное дело. А уж положение вашей жены и не скрыть.

– И не надо. Более того – мне нужно, чтобы вы рассказали об этом громко и во всеуслышание. Обвинения с нас с истинной должны быть сняты, а имя настоящего преступника должно быть оглашено на весь мир, и сам он опозорен. Думаю, вам будет несложно это сделать, потому что вы будете на стороне правды. Всего лишь примите свидетельство леди Гренли.

Судья молчал, глядя в пол.

– А что с Зачарованными горами? – наконец спросил он.

– Там огромное месторождение драконита. На него наложили магию и скрыли таким образом за сильнейшими заклинаниями.

– Но вы же самый известный охотник за драконитом! Неужели отдадите властям такой лакомый кусочек?

Лейвар посмотрел на меня с теплотой:

– Я знаю, что для меня действительно ценно.

Я улыбнулась своему крылатому в ответ, вся трепеща от его поступка. Это же сколько выгоды упустил Лейвар? И все ради меня.

– По рукам! – Судья вскочил на ноги.

– Считайте, повышение уже у вас в кармане. Ведь в рамках расследования вы нашли местонахождение Зачарованных гор и огромные залежи драконита, – сказал Лейвар, протягивая ему желтую карту.

Судья сиял. Тереза и Лерата улыбались, понимая, что эта схватка за нами. Но я верно боялась, что новость о крови драгхара в человеке потрясет весь Аднар. Меня вызвали к императору тем же вечером.

***

Мы немедленно тронулись в экипаже в направлении дворца. Лейвар сидел, скованный напряжением, словно смирительной рубашкой, которая вот-вот треснет по швам.

– Все будет хорошо, – говорил он, глядя на меня.

– Ты меня убеждаешь или себя? – спросила я.

Наши взгляды встретились. И без слов было понятно, что мы не знали, что нас ждет.

– Расскажи про императора, – попросила я.

– Его зовут Рондалл Адерфор Даргаррон. Он непредсказуем. Когда мы окажемся перед ним, буду говорить я. Если император обратится лично к тебе, отвечай по делу, только факты, не ври, не приукрашивай. Никак не окрашивай эмоционально. Он точно уже все знает о каждом твоем шаге на Аднаре.

Я кивнула, нервно втянула воздух и медленно выдохнула.

Раз даже Лейвар не знает, чего ждать от императора, то я и подавно. Нужно постараться не нервничать и дать Лейвару вести разговор.

Однако у входа во дворец стражник поднял руку и сказал:

– Пройдет только леди Вивьен.

Лейвар был удивлен, напряжен и, мне кажется, готов спорить, вопреки всем своим советам оставаться спокойным.

Я повернулась к ожидающему в стороне сопровождающему:

– Я готова.

– Вив, – позвал Лейвар.

Я повернулась и улыбнулась. Он так много сказал глазами в ответ: я с тобой, ты сможешь, держись.

– Пройдемте, – позвал сопровождающий.

Мы долго петляли по коридорам дворца, пока не остановились у позолоченных дверей.

Меня встретил драгхар, от которого так и веяло важностью и властью. Он изучил меня взглядом так, словно стремился разобрать на кости, а потом приветственно кивнул:

– Я советник императора по безопасности – Рагнар Эриздан. Можете обращаться ко мне «эрл Рагнар».

Почему мне кажется, что обращаться к нему надо по фамилии, а не имени? И почему он так странно на меня смотрит? Не с мужским интересом, а так, словно хочет что-то спросить. Еще и дальше не идем, стоим у дверей, переглядываемся.

Я молчу. Он молчит. Двери закрыты.

– Леди Вивьен пожаловала, ваше величество! – наконец провозгласил эрл громко.

И двери открылись.

В небольшом зале, украшенном тканями, коврами и картинами, стоял трон золотого цвета. Множество элементов декора сверкали камнями, переливались гранями, словно показывая любовь императора к драгоценностям. Я чувствовала желтый металл повсюду.

Сам же трон был пуст.

Я оглянулась по сторонам. Двери за мной захлопнулись. Даже советник остался за ними.

Что происходит? Мне грозит опасность? Может, это не сокровища вовсе, а артефакты? Скорее всего!

Я встала в центр перед пустым троном, сцепив перед собой руки в замок. Шли минуты. Я ощущала на себе взгляды, но никого не видела.

Неужели за мной наблюдают, как за зверушкой в вольере? Вдруг кинусь?

Я гордо подняла подбородок. Заняла себя рассматриванием внутреннего убранства малого приемного зала. Думала о том, что стояла на балах, и не один час, и тут постою.

По моим подсчетам, прошло не менее получаса, когда раздался голос:

– Стоишь совсем как человек. Драгхар уже давно бы издергался и позвал слуг. Только люди могут так покорно терпеть.

Я никого не видела.

Ответить? Хотя что тут скажешь? Да и Лейвар просил быть осторожнее в словах.

Тем более я не знаю, с кем говорю.

– Мои слова не задели твоей гордости? Это очередное твое отличие от потомков драконов.

Похоже, говорившему совсем не нравится, что моя родословная пересекается с драгхарами. Нужно быть настороже.

Вряд ли меня допрашивает император. Скорее всего, придворный маг или еще один советник.

– Покажи, что ты умеешь, – обратились ко мне.

Словно к дрессированному животному.

Я на несколько секунд задумалась. Противиться? Чего мне это может стоить?

Я подумала о своих сестрах. Если в них пробудится сила крылатых, они столкнутся с таким же отношением. Моя задача – сделать их путь гораздо легче. Если на Аднаре будут знать, что среди них есть полукровки, они должны быть уверены, что те не несут опасности. А это значит послушны, миролюбивы и неконфликтны. Чтобы подумали, что нами можно управлять.

Я расправила полупрозрачные крылья, потом материализовала их.

– Взлететь можешь?

Я попробовала. Поднялась на половину своего роста над полом и опустилась обратно, качнувшись.

– А что с силой? Какая стихия?

– Я чувствую золото. Могу находить драгоценный металл и под землей, и над.

– Да? Тогда покажи, что здесь подделка.

Так вот почему здесь столько всего. Хотят сбить меня с толку.

– Вот это, вот это и вот это. А еще трон, – уверенно сказала я и показала рукой на предметы.

– Трон? Готова лишиться крыльев? Кхм… Точнее, головы? – спросил голос.

– Уверена, – спокойно подтвердила я.

– Трон был подарен императору самим королем людей. Ты уверена в своих словах?

Вот как!

Похоже, меня поставили в щекотливое положение. Скажу, что уверена, – столкну лбами два континента. Сообщу, что ошиблась, – могут уличить во лжи, если это заведомо ложная история.

Я прикусила губу. Как быть?

Вспомнились слова Лейвара: говори факты, не ври.

– Я чувствую именно так, – сказала я осторожно.

Может быть, там сплав металлов совсем в другом соотношении, нежели в монетах. Может, еще что-то.

– Что ж, – раздалось в ответ, и повисла пауза.

Что теперь? Ему понравился мой ответ или разозлил?

Говорить с пустотой было некомфортно. Я нервно заозиралась по сторонам.

– И как, ты думаешь, мне следует поступить с людским королем после такого подарка? – Из-за трона вышел драгхар.

Взгляд его был тяжел, словно он решал вопрос существования мира. Движения были медленными, но в них таилась большая сила. От него шла подавляющая энергетика. Хотелось попятиться, уйти, спрятаться.

– Я не смею. – Я опустила голову и взгляд.

Когда имеешь дело с хищником, не смотри ему в глаза. Он примет это за вызов.

– Почему же? Потому что боишься навлечь беду на своего короля или на себя?

– Теперь я подданная и его величества Рондалла Адерфора Даргаррона, – сказала я, готовая расцеловать Лейвара за то, что сказал мне трудное имя императора.

Я быстро подняла взгляд. Драгхар передо мной сменил выражение лица на менее грозное. Посмотрел снисходительно. Я тут же потупилась.

– Уверена, что приму тебя?

– Верю в Великого Змея и в то, что он не оставит свое дитя, – сказала я, не поднимая взгляда.

– Умеешь говорить. Что ж, Великий Змей заберет тебя под свое крыло, если ты готова навсегда остаться на Аднаре.

Снова выбор. Но на этот раз для меня он очевиден. Мои сестры здесь, на земле потомков драконов. Тут родина моего любимого. Здесь я получила магический дар и крылья. На континенте людей остались только дорогие сердцу дом и винодельня, но и они после рук дядюшки никогда не будут прежними, даже если их удастся выкупить.

Память – внутри, во мне.

– Спасибо за ваше великодушие, ваше величество! – присела в реверансе я.

Я осторожно взглянула на императора. Кажется, он остался доволен моим ответом.

– Я издам указ. Пока ты не нарушаешь законов империи Аднар, никто не посмеет обидеть тебя. Но ты должна пойти навстречу моим придворным магам, которые хотят тебя изучить. Для этого на полгода тебе нужно остаться во дворце под их присмотром.

Я была так потрясена словами императора, что посмотрела на него открыто.

– Что такое? Хочешь возразить?

Я опустила голову:

– Я не посмею.

Из-за огромной статуи вышел мужчина, голос которого я сразу узнала. Это он общался со мной ранее. На его шее висел огромный кулон-артефакт. Похоже, он главный придворный маг.

– Пройдемте со мной, драг-леди. Я покажу ваши покои, а потом поговорим, – сказал он.

– Прямо сейчас? – Я была не готова к этому.

– Есть возражения? – спросил он.

– Мне нужно поговорить с Лейваром…

– Ему сообщат.

– Дома остался Ур. Мой стайх. Он будет переживать.

– За ним присмотрит ваш истинный.

– Но… – Я начала судорожно придумывать причины, почему я не могу остаться во дворце, хотя бы прямо сейчас. – Я могу быть беременной!

– Тем более. При дворе лучшие целители. При вашем происхождении может открыться множество сюрпризов.

Я ощущала себя в безвыходном положении.

Как же быть? Что делать?

Неожиданно двери в приемный зал с треском распахнулись. Стражи полетели внутрь. Зашел злющий, как сто огненных ящеров, Лейвар.

– Ваше величество, простите! – Он преклонил одно колено, опустил голову и посмотрел на императора.

В зрачках моего крылатого плясал огонь.

Как только я увидела его, напряжение мигом отпустило.

– Если хотите забрать Вивьен, сначала убейте меня.

В зал влетел советник, тот самый, что просил называть себя эрлом. И мне показалось, что он немного театрально опоздал.

– Ваше величество, простите! Проскочил мимо меня. Моя вина, я заслуживаю наказания.

Император с любопытством посмотрел на Лейвара.

– Неужели не сможешь без нее?

– Ни дня, ваше величество.

– И жизнь положишь, чтобы помешать моему приказу?

– Не со зла, ваше величество. Если разлучите нас на полгода, мне не жить без нее.

– А ты что скажешь, Вивьен? – неожиданно по-свойски спросил император.

Я встала на колени рядом с Лейваром и склонила голову.

Умом понимала, что на карту поставлено все. Одно слово, которое не понравится императору, – и наши головы полетят.

– И я не смогу. Лучше умереть, чем жить без него даже полгода.

Сейчас как исполнит наше желание, и все. Но другого выхода я не видела. Нужно было выступить с Лейваром единым фронтом.

Император некоторое время молчал, а потом резко расхохотался. Мы с Лейваром удивленно переглянулись и посмотрели на его величество.

– Настоящая истинная пара! Хорошо. Инстинкты работают, – сказал он громко и довольно, словно хвалил детей за верное решение. – Можете быть свободны и жить спокойно. Будем издали следить за такой интересной личностью, как ты, Вивьен. Может быть, появится кто-то еще…

Мне показалось, что император стрельнул хитрым взглядом в советника.

– Спасибо, ваше величество! – поблагодарил Лейвар, низко поклонившись.

– Спасибо, ваше величество! – повторила я.

– Можете идти, – великодушно сказал император.

– Ваше величество, у меня есть просьба! – громко сказал Лейвар.

– Да? Говори!

– По нашим законам брак между человеком и драгхаром невозможен.

– И в чем проблема? Вивьен принята мной как драг-леди. Если кто поспорит – пусть его приведут ко мне.

– Благодарю, ваше величество! – Лейвар весь засиял.

Мы вышли из дворца, держась за руки с такой силой, что, если бы нас потянули в разные стороны, мы бы не разжали хватку – скорее оторвалась бы плоть от тела.

А когда мы сели в экипаж, я почувствовала, что пальцы немеют.

– Лейвар, – нежно позвала я.

– Мм? – Драгхар повернулся ко мне, но, казалось, все еще был в своих мыслях.

– Мне больно. – Я потянула руку.

Крылатый не понял – я видела это по его лицу. Напряжение мешало ему мыслить.

– Рука. – Я подвигала кистью. – Ты очень сильно сжал.

Когда до него дошло, он мгновенно расслабил руку, но не выпустил мои пальцы.

– Можно я разомну ладонь? – попросила я.

Лейвар отпустил мою руку, но обнял меня, будто боялся, что исчезну. Такой большой, такой сильный мужчина. Он не боялся пойти против самого императора, но боялся потерять меня.

Я поняла, что он – тот, кто мне нужен. С ним не страшно, что появится злой родственник, коварный злодей или властный император. Он отстоит меня у всего мира.

– У меня для тебя хорошие новости, – сказал Лейвар.

– Что-то помимо того, что мы избежали полугодовой разлуки и меня приняли в обществе драгхаров?

– Да.

– Слушаю очень-очень внимательно.

– Твой дядюшка скоропостижно скончался от смертельной болезни, написал дарственную на тебя и сестер. Все свое наследство он разделил между вами.

Я несколько долгих секунд переваривала информацию.

– А когда ты это узнал? – спросила я.

– Недавно, – уклончиво ответил драгхар.

– Во дворце, да? – догадалась я.

По глазам поняла: попала в цель.

– Тот советник! – осенило меня.

– Тшш! – Лейвар прижал палец к губам. – Скоро я устрою встречу тебе и твоим сестрам. Дайте только вашим мужчинам все утрясти.

– Все сестры нашли драгхаров? Истинных?

Мой крылатый улыбнулся, что было ответом.

– Только у Ады карантин в академии. Поэтому, думаю, встречу стоит отложить до дня Великого Дракона. Это великий праздник для каждого драгхара. В это время проходят балы, ярмарки, выставки. У всех десять выходных. Что скажешь?

Я порывисто поцеловала Лейвара в щеку.

– Обожаю! – сказала я.

– А я тебя.

– А когда праздник?

– Через полгода.

Я тут же приуныла:

– Как долго.

Лейвар ничего не сказал. Я понимала, что он поменял небо и землю местами, чтобы добыть информацию, найти сестер и организовать встречу.

Я потянулась к его губам.

– Никогда не отпущу, – эмоционально выпалил Лейвар и впился в мои губы так, что мир закружился.

Его рука тут же залезла в вырез платья.

– Лейвар!

– Что? – спросил драгхар и продолжил оттягивать вырез платья.

– Мы в карете!

– Я знаю. – Голос крылатого стал на тон ниже.

Я почувствовала кожей прохладу воздуха и жар его руки. Он наклонился ниже и смелым движением губ заставил меня вскрикнуть.

– Лейвар!

– Да? – снизу спросил он.

Трепет – вот что я испытывала рядом с ним. Мне хотелось нарушать правила, слать в бездну запреты, плевать на воспитание. С ним я могла быть самой собой. И была способна на безумства.

Рука драгхара нырнула под юбку платья.

– Так вот зачем ты сказал надеть самое красивое, да? – сипло спросила я.

Лейвар промолчал. Он осыпал поцелуями мое тело, гладил руками, распаляя пожар внутри.

Платье затрещало по швам.

– Лейвар!

– Скоро ты будешь стонать мое имя, а не возмущенно кричать, – пообещал он.

И выполнил обещание!