— Ну, разве можно так меня злить, глупенькая? Смотри, что ты наделала.

Голос Дэйрона звучал ласково, а сам он стоял на коленях и между упрёками нежно дул на багровую полосу, вспухшую на моей руке. Я закусила губу, стараясь не издавать ни звука, чтобы не злить его ещё больше, хотя знала, что в эту игру невозможно выиграть. Если он захочет, то найдёт причину ударить меня снова.

— Сколько можно повторять, Алиша? Ты — моя истинная, моя невеста, и я дам тебе всё необходимое, надо просто попросить.

«Айлин», — мысленно поправила я его. За то время, что я провела в его доме, впору было совсем позабыть о своём настоящем имени. Я старалась напоминать себе почаще.

На этот раз я действительно провинилась. Не просто надела не то платье или улыбнулась кому-то на светском приёме. Я попыталась продать одно из подаренных им украшений служанке. Теперь мою правую руку украшало не только обручальное кольцо, но и след от удара хлыстом.

Дэйрон поднялся с колен, удовлетворённо глядя на меня сверху вниз. Светлые волосы спадают на плечи, глаза глубокого стального цвета безжалостно пронзают, будто видят насквозь. Подумать только, что ещё два месяца назад я была влюблена в него без памяти. Теперь я ясно вижу, как сквозь благородные черты лица проглядывает чудовище. А тогда умирала от волнения, когда один из новых жертвователей нашего пансиона вдруг стал всё чаще наведываться к нам, каждый раз выделяя меня из стайки подруг ласковым словом или незначительным подарком.

Наверное, связь истинной пары затуманила мне разум. Я не чувствую её, но Дэйрон говорит, что это из-за того, что я человек, а не дракон. Людям иногда нужно время. Я очень, очень старалась ощутить её. Но со временем поняла, что чувствую только страх.

— Ты должна понимать, Алиша, что каждый раз, как тебе больно, я чувствую то же самое. Ведь ты моя истинная. Неужели тебе так нравится причинять мне боль?

Дэйрон подобрал с пола короткий хлыст, и я постаралась не сжаться в комочек. Главное, его не злить. Ведь сегодня такой подходящий вечер для того, о чём страшно даже подумать в его присутствии.

Необходимость преподать мне урок заставила дракона отложить планы, но сейчас он вспомнил о них — со стуком положил хлыст на стол, надел пиджак и одним лёгким движением высвободил из-под него волосы, превращаясь в безупречного светского красавца.

Я постаралась сосредоточиться на горящей огнём руке, чтобы не выдать своё волнение. Перед разговором со мной Дэйрон отпустил слуг, чтобы те не слышали, что именно происходит в его кабинете. А значит, я останусь одна во всём доме.

Дракон приблизился и с улыбкой оглядел мою покорную фигуру. Я задержала дыхание, стараясь не вдыхать опротивевший мне ледяной запах мяты, исходящий от него. Раньше моменты примирения вселяли надежду, что Дэйрон исправится, что он больше так не будет, что это был последний раз. Но однажды я поняла, что теперь так будет всегда.

Аристократически красивые, длинные холодные пальцы скользнули на мои запястья, туда, где до сих пор синели синяки от его прошлых уроков. Дэйрон довольно хмыкнул, рассматривая их.

— Бедная Алиша. Иногда я забываю, насколько дракон сильнее человека. — Он легонько сжал мои запястья, будто хотел, чтобы боль напомнила мне о покорности. — Ступай к себе. Буду поздно.

Я кивнула, бесшумно покидая комнату. Зашла в свою спальню, тихо прикрыла дверь и села на краешек кровати, сложив руки, как безвольная кукла. Даже когда внизу хлопнула дверь, и за окном послышался звук отъезжающего экипажа, я продолжала сидеть в тишине без движения минута за минутой.

И только когда стук сердца в ушах стал оглушительно громким, я вскочила и дрожащими руками принялась собирать вещи.

Это не заняло много времени. Я столько раз прокручивала этот момент в своей голове, что точно знала, что мне понадобится, и где это лежит. Расчёска, бельё, плащ с капюшоном, чтобы спрятать приметные рыжие волосы. Рабочее платье одной из наших служанок — без фартука вполне сойдёт за дорожное.

Роскошные наряды и драгоценности, которыми меня забрасывал жених, я не брала. Гадко было даже подумать о том, чтобы взять с собой что-то, что будет связывать меня с Дэйроном Тарком.

Я не знала, сколько у меня было времени. Может быть, всего два-три часа. В такие вечера Дэйрон возвращался злой, и его могло вывести из себя что угодно. Если повезёт, его не будет до утра. Такое случалось время от времени. В первый раз я попыталась потребовать объяснений, и узнала, что хлыст всегда при нём вовсе не потому, что он любит верховую езду.

— Если бы твои опекуны не потеряли документы, мы уже были бы женаты. И мне не приходилось бы искать утех на стороне, — шипел он.

А я была благодарна своей наставнице Фианне Эйгард, бравшей под опеку всех сирот, поступавших в её пансион. Думаю, что мои документы пропали неспроста. Дэйрон не нравился ей из-за того, что уговаривал меня бросить учёбу и уехать с ним. Фианна была категорически против того, чтобы мы жили в одном доме до брака. Но, когда речь идёт об истинности, драконам не писан ни один закон: ни имперские указы, ни светские правила.

Уже потом я осознала свою ошибку. Да, Дэйрон принципиально покупал для меня закрытые платья и выделил мне отдельную спальню. Он ни разу не поцеловал меня, ожидая свадьбы и оправдываясь тем, что ему будет сложно остановиться, ведь мы истинные. Но теперь мы жили под одной крышей, и моя репутация была безвозвратно уничтожена. А кто станет помогать падшей женщине?

Его знакомые на встречах порой замечали мои синяки, но все делали вид, будто ничего особенного не происходит. Я довольно быстро осознала горькую истину: женщина мгновенно теряет всякие права на саму себя, если ей выпадет несчастье оказаться чьей-то истинной. Никто никогда не встанет между ней и её парой.

И всё же я надеялась сбежать и вернуться под защиту Фианны, пока два дня назад не пришло известие о том, что она скоропостижно скончалась. Больше защищать меня было некому. Всё, что осталось у меня от моей наставницы — адрес в далёкой провинции и небольшая, размером с монетку, плоская печать, которую мне удалось утаить от Дэйрона.

Собрав сумку и накинув плащ, я метнулась в кабинет своего жениха. От своей истинной пары невозможно укрыться, это он уже не раз мне демонстрировал, когда я пыталась «заблудиться» на прогулках. Но оставалась слабая надежда, что эту связь можно приглушить.

Я потянула на себя один из ящичков в его письменном столе и достала небольшой стеклянный пузырёк с фиолетовыми кристаллами. В пансионе нас учили не только, как применять магию в хозяйстве, но и основам целительства. Ганеш считался дорогим средством, служившим, чтобы ослабить магию пациента. Побочным эффектом была апатия. Для здоровых ганеш был развлечением, для больных — скорой помощью при проклятиях. Надеюсь, истинность входит в их число.

Я аккуратно вытряхнула на стол два кристаллика, и те тут же испарились фиолетовым дымком с тяжёлым запахом пряных специй. Я вдохнула его, надеясь, что всё правильно рассчитала, и Дэйрон не найдёт меня спящей в его кабинете спустя несколько часов.

Но фиолетовый дымок не замедлил меня и даже помог, убрав излишнюю нервозность. Дальше я действовала ровно так, как представляла себе много раз. Правда, выручить денег заранее мне так и не удалось, так что я открыла стеклянную витрину, в которой Дэйрон хранил коллекционные старинные монеты, и без зазрения совести взяла оттуда парочку. Снаружи уже темнело. Вряд ли кто-то будет приглядываться, профиль какого именно императора изображён на золотом кругляше.

Уже подбегая к чёрному входу, я остановилась, стащила с пальца кольцо и кинула его в темноту позади себя. Мне не было страшно, что Дэйрон убьёт меня, если настигнет. Страшнее было остаться после этого в живых.

На улице уже было темно. Преодолев быстрым шагом несколько кварталов, я свернула к станции. Судя по тому, что я слышала в разговорах слуг, отсюда уходили экипажи в сторону Эльмирии, где жил старший брат Фианны. Быстро купив билет, я забралась в экипаж, села подальше от окон и взмолилась Пресветлому, чтобы он помог мне бежать.

Я не переставала молиться, даже когда мы выехали из города. Дэйрон уже мог вернуться домой и поставить всех на уши в поисках меня. А может он уже рассекает воздух в небе, преследуя наш экипаж. Вот бы успеть уехать как можно дальше.

Но мои молитвы, похоже, не были услышаны. Спустя час после того, как мы покинули город, экипаж завернул к какому-то постоялому двору.

— Ночуем здесь, — послышался хриплый голос возницы. — Утром поедем дальше.

Мои спутники, уже клевавшие носом, недовольно ворча начали выбираться наружу. Похоже, никто не хотел задерживаться в пути, но к нам из гостиницы уже спешила радушная дородная женщина.

— Ужин бесплатный, платите только за постель, — объявила она, недвусмысленно подмигнув вознице.

Тот заулыбался и поторопил меня.

— Быстрее, дамочка, вылезайте. Лошадям нужно отдохнуть.

— Но мы ехали всего лишь час, — возразила я, осмелев, когда меня поддержали остальные пассажиры.

— Остановка, говорю. Ночевать будем.

И возница не удержался от того, чтобы с предвкушением взглянуть на свою пышную подругу.

Мы слишком близко! Дэйрон найдёт меня здесь через час-другой. На глаза сами собой навернулись слёзы.

— Пожалуйста! Я спешу на похороны. Если я задержусь, то не успею попрощаться…

Женщина взглянула на меня с сочувствием, и я схватилась за мешочек с монетами.

— Я заплачу! Даю золотой, если мы поедем дальше.

Возница, уже собиравшийся распрягать лошадей, остановился. Его подруга среагировала мгновенно, выразительно кивая в мою сторону.

— Надо отвезти девушку. Похороны всё же, не по-людски.

Другие пассажиры одобрительно загалдели вместе с ней, и возница сдался, с раздражением плюнув на землю.

— Ладно. Доедем вовремя.

Спустя несколько минут экипаж уже подпрыгивал на ухабах, мои довольные спутники похрапывали, а я всё так же пыталась унять дрожь.

Просто одетая девушка, путешествующая одна, да ещё приплачивающая золотыми — слишком яркие приметы. Но уж лучше оставить след, чем сразу потерпеть неудачу.

Утром мы прибыли в соседнюю провинцию, откуда мой путь лежал в столицу Эльмирии. Проведя почти без сна ночь в гостинице, я наконец добралась до места назначения — к резиденции самого лорда Эйгарда.

Моя наставница очень не хотела отпускать меня из пансиона. Напоследок Фианна обняла меня и вручила печать — ключ от её старого дома в небольшом городке Ларитон. Она обещала, что с ним я всегда смогу найти защиту у лорда Эльмирии. И это была моя единственная надежда.

Охранник роскошного особняка, услышав имя Фианны, проводил меня к приёмной лорда, где уже ожидало несколько посетителей. Дверь была закрыта, и я встала поближе к ней, считая каждую секунду и надеясь, что имя наставницы пропустит меня к лорду без промедления.

Неожиданно дверь приоткрылась. Невысокий пожилой мужчина с бакенбардами придержал её для посетителя, который явно не спешил уходить. Мне был слышен лишь его голос, но в нём было столько силы, что что-то внутри меня задрожало, отзываясь на каждое слово.

— Рейна получила главенство обманом, Баст. Ты же знаешь, что главой рода должен был стать я. Она нарушила все мыслимые и немыслимые законы!

В голосе посетителя звучали рычащие нотки, и я даже испугалась за Баста. Было ужасно любопытно взглянуть на говорившего, но привлекать внимание было не в моих интересах.

— Твоя кузина воспользовалась законом стаи — кто сильнее, тот и прав. И Совет старейшин решил её поддержать.

— У нас больше нет старейшин. — Судя по всему говоривший прилагал большие усилия, чтобы сохранять спокойный тон. — По милости Рейны они умерли, пока она поглощала силу источника! По-твоему, это достойно главы рода?

— А по-твоему, ты достоин? — после небольшой заминки ответил мужчина с бакенбардами. — Твои бастарды небось уже подрастают в каждой провинции и ещё паре соседних стран.

— У меня нет бастардов, — холодно процедил его собеседник. — Я тщательно об этом забочусь, поверь.

— Всё равно. Будь у тебя семья и наследники, разговор был бы другим. Возвращайся в столицу, Тайрелл. Тебя ждёт служба императору и твоя прежняя весёлая жизнь. И предупреждаю, новый Совет старейшин носит защитные артефакты от внушения. Смирись, Змей, Эльмирия останется за Рейной.

Послышался грохот, как будто кто-то отшвырнул в сторону стул. Из кабинета стремительно вышел молодой мужчина, сжимавший кулаки так, что мускулы на руках натягивали ткань рубашки. Светлые пряди рассыпались по плечам. Губы, казалось, высеченные из камня, были твёрдо сжаты.

Незнакомец прошёл мимо и до меня донёсся сладковатый пряный аромат. Я неосознанно вдохнула глубже, поражаясь тому, что от мужчины может пахнуть не только холодом. И в этот момент он остановился и развернулся.

Я поспешила опустить голову, пряча лицо, но искушение взглянуть на незнакомца ещё раз оказалось сильнее. Тот, кого называли Змей, обвёл всех присутствующих пристальным взглядом зелёных глаз. Когда они встретились с моими, я растерянно моргнула, чувствуя, как упускаю из головы что-то очень важное.

Потерев лоб, я обнаружила, что смотрю на пустой дверной проём. Приятный сладковатый запах смутно напомнил мне о ком-то, но в приёмной были всё те же скучавшие лица, даже близко не похожие на тот образ, что прямо сейчас ускользал из памяти.

Почему я смотрю на выход? Что я сейчас собиралась делать? Ах да, мне нужно попасть в кабинет. Я постучала в дверь и приоткрыла её.

— Простите, мне нужно увидеть лорда Эйгарда. Я — воспитанница его сестры Фианны.

За столом в кабинете сидел пожилой мужчина с бакенбардами. Он выглядел нервным и подавленным.

— Лорд Эйгард скончался несколько дней назад, и сейчас среди его наследников полная неразбериха. Все делят место главного в семье и провинции. Боюсь, пока это не закончится, я ничем не смогу вам помочь.

Визуалы героев

Айлин Лирен.

Её жених Дэйрон Тарк.

И загадочный Тайрелл Эйгард, он же Змей. Был ли он вообще? Может, почудился. А может, мы скоро встретимся с ним снова)

Тайрелл

Змей не испытывал особенных чувств к своему дяде, лорду Эйгарду. В их семье вообще было плоховато с душевным теплом. Когда пришла весть о том, что лорд Эльмирии отправился к праотцам, Тайрелла куда больше расстроило то, что его беззаботной жизни настал конец.

Они много говорили об этом с дядей. Бездетный родственник хотел, чтобы титул отошёл именно Тайреллу, но настаивал на том, чтобы племянник как можно скорее обзавёлся семьёй и наследниками. Змей не спешил, полагая, что старый дракон ещё достаточно крепок. Но что-то пошло не так.

Известия о смерти самых пожилых членов рода стали приходить сразу после кончины старшего Эйгарда. По всему выходило, что они умерли в один день. И в тот же злосчастный день Тайрелл узнал, что главой рода станет не он, а его кузина Рейна.

Будь это любой достойный отпрыск их рода, Змей вздохнул бы с облегчением и укатил обратно к своей развесёлой жизни Стража императора. Но Рейна!

Девчонка, промотавшая состояние своих родителей, пошла на немыслимое — на целый день поглотила силу родового источника, оставив без поддержки самых уязвимых членов рода. И если младенцы этот день пережили, то старики — нет. Теперь старинный драконий род был в опасности, но никто не собирался ставить Рейну на место.

У пожилого поверенного их семьи, Баста, во время разговора бегали глаза. Сомнений не было — по закону наследником был Тайрелл, но все боялись разозлить его кузину, получившую неограниченную власть.

Хлопнув дверью дядиного кабинета, Змей промчался вихрем, не замечая вокруг никого и ничего. Но уже на выходе из приёмной его остановило чувство, что он оставляет позади что-то очень важное.

Он развернулся и втянул воздух. Неуловимо пахло чем-то давно забытым: сладким мёдом, свежими яблоками с искоркой острой корицы. Такой неуместный запах для дома, погружённого в траур.

Посетители, ожидавшие Баста, наверняка слышали часть их разговора, и это подстегнуло гнев Тайрелла. Он станет лордом Эльмирии, что бы там ни решили новые старейшины.

Сила выплеснулась, стирая из памяти присутствующих последние минуты. Разумы обычных людей, податливые, словно глина, не сопротивлялись, принимая новую версию воспоминаний. Лишь хрупкая девушка у дверей замерла, глядя на него широко распахнутыми серыми глазами так, будто хотела запечатлеть его образ навсегда.

Тайреллу пришлось подавить в себе привычный жгучий всплеск интереса. В другое время он бы не прошёл мимо такого симпатичного личика, но сейчас не до развлечений. Пришлось заставить себя уйти, так и не узнав имя незнакомки.

Привычным путём Змей направился в комнаты дяди. Здесь всё оставалось, как и при его жизни, а значит, тайник с документами ещё не разорили. Потаённая дверца моментально откликнулась на его личную магическую печать. Проворные пальцы с шелестом перебрали бумаги и наконец вытащили нужную: завещание, в котором было указано имя Тайрелла.

Стоило прикрыть дверцу, как чутьё сообщило, что кто-то стоит за дверями. И едва Змей успел убрать бумагу в карман, как в комнату неслышно проскользнула Рейна. Фамильная белая грива волос, пышная грудь и пухлые губы — ровно такая, какой он её помнил. Только теперь в ней бурлила родовая сила, застилавшая взгляд поблескивающей пеленой всемогущества.

— Как всегда, не отличаешься манерами, — проговорила она улыбаясь. — Пришёл к девушке, не спросясь. Ты знаешь, что теперь это мои комнаты?

Змей стиснул зубы. Будь Рейна мужчиной, он вызвал бы её на бой. Рискованно, потому что вызов против собственной родовой силы может навсегда отлучить наглеца от источника. Но зато по-честному. Сражаться с женщиной было неправильно, женщины в его мире существовали для другого.

— Зачем ты это сделала?

Кузина издала громкий смешок.

— Чтобы быть сверху.

Змей непонимающе нахмурился, и она подалась ближе.

— Помнишь, когда мы в детстве в шутку боролись, ты всегда меня побеждал? Но я и не очень сопротивлялась, потому что мне это нравилось.

Рейна приблизила губы к его уху, и мягкая пышная грудь упёрлась в плечо Тайрелла.

— Попробуй и ты не сопротивляться. Может и тебе понравится.

Змей перевёл на кузину изумлённый взгляд, и она положила холёные пальчики на его руку, легко сжимая напряжённые мышцы.

— Подумай. Мы могли бы управлять родом вместе.

От её бесстыдной улыбки Змея чуть не передёрнуло. Нет, он не оставит род этой ошалевшей девице. И если силой её не победить, значит он будет действовать по-другому.

Стряхнув с себя руку Рейны, Тайрелл быстрым шагом вышел из комнаты, уже зная, что будет делать. До того, как родовой источник появился в столице провинции, существовал другой — куда более древний. Как жаль, что старая Фианна тоже умерла. Она была последней хранительницей старинного родового гнезда Эйгардов в Ларитоне. Теперь оставалось надеяться, что древняя магия прародителей узнает его, примет и поделится своей силой.

Айлин

«Ничем не могу помочь».

Слова мужчины из приёмной лорда Эйгарда звенели эхом в ушах, когда я вышла на улицу. Он не стал меня даже слушать. Закрыл двери и умчался так, будто за ним кто-то гнался. А я оказалась в незнакомой провинции с горсткой монет, печатью от наставницы и разъярённым драконом, который уже точно разыскивает меня по всей империи.

Оглядевшись украдкой, я зашла в небольшую закусочную. Еда с трудом лезла в горло, но я старательно жевала, понимая, что мне нужны силы, и обдумывая дальнейший план. Оставаться в столице Эльмирии нельзя — деньги быстро закончатся, внешность у меня приметная, а людей достаточно много, чтобы кто-нибудь прослышал о поисках похожей девушки. Значит, в активе у меня оставалась лишь печать Фианны, открывающая её старый домик в Ларитоне.

Взвесив все «за» и «против» я решила направиться именно туда. Название городка было мне не знакомо. Может, и Дэйрону не придёт в голову искать меня в глубоком захолустье. Если Пресветлый будет ко мне милостив, поживу там, пока у Эльмирии не появится новый лорд.

Узнав у официанта, где находится Ларитон и как туда добраться, я вышла на улицу. Но не успела сделать и шага, как меня парализовал страх.

На другой стороне оживлённой городской улицы стоял светловолосый мужчина. Моё сердечко и так ёкало при встрече с каждым длинноволосым блондином, но этот был непохож на остальных. Незнакомец пристально глядел на меня, и от этого взгляда под одеждой бегали мурашки.

Натянув капюшон поглубже, я поспешила прочь, лавируя между прохожими и пытаясь затеряться в толпе. Но мужчина не стал преследовать меня. И в экипаж в сторону Ларитона я влезала уже без опасений — не похоже, чтобы за мной кто-то следил.

С каждой минутой в дороге мне становилось всё спокойнее. Хорошо, что Дэйрон держал себя в руках, и у нас не проявились метки истинности. Наверное, с ними связь стала бы ещё крепче, и он нашёл бы меня в два счёта.

Карета катилась легко. Попутчиков было немного. Тёплый ветерок дул в лицо из окон, за которыми пробегали зелёные поля и небольшие поселения. Комфортное путешествие окончилось спустя несколько часов в уютном городке. Вот только до Ларитона я не доехала.

Не похоже, что дорогой, лежавшей дальше, часто пользовались. Старинная истёртая мостовая местами рассыпалась, и путь украшали ямы, ближе к обочинам заполненные грязью. Кучер отказывался ехать дальше даже за деньги. К счастью, меня взялся довезти местный житель, которому нужно было в Ларитон по делу.

Погрузив на телегу мешки с мукой и мою сумку с припасами, он бросил рядом охапку соломы и приглашающе кивнул. Я послушно влезла. Солома душисто пахла и кололась, но я всё равно была рада. Лучше это, чем золотая клетка Дэйрона Тарка.

— Городская? Не видел вас раньше. Надолго к нам? — поинтересовался возничий, едва мы тронулись.

— Поживу немного, — уклончиво ответила я. — В первый раз в этих краях.

— Это вам свезло меня встретить. Так бы никто не повёз.

— Почему? — Я оглянулась на него. — Вроде, такой же городок, как ваш.

— Такой же, да не такой же. От городка там одно название. Когда-то был большой, да потом господа в столицу уехали, и всё. Поместье тамо их заколоченное, деревенька последние дни доживает.

Мы помолчали, слушая, как цокают копыта лошади, и колёса стучат по старым камням.

— У вас там родные? Чьих будете?

— Тётя у меня там… жила. Дом от неё остался.

— Поня-атно, — протянул возничий. — По семейным делам, значит. Да, домов-то там много стоит. Местные огородом живут да лесом. Заезжие ещё деньжат подкидывают — всё ездят смотреть на ручей тамошний.

Не дожидаясь моего вопроса, он продолжил.

— Легенда там есть — ежели кто влюблён в тебя, то вода в нём сладкой покажется. Раньше девки, конечно, каждый день бегали проверять. Да и сейчас, бывает, аж из столицы приезжают.

Я горько усмехнулась про себя. Когда-то и я была такой. А теперь знаю, что не всякая любовь бывает сладкой.

К тому времени, как мы доехали, погода испортилась. Воздух стал душным, небо затянули тёмные тучи. Порывы ветра поднимали с дороги пыль. Отряхнув платье от соломы, я обратилась к одному из встречавших телегу селян с вопросом, где дом Фианны Эйгард. И никак не ожидала недружелюбного ответа.

— Нет их давно здесь, все поуехали.

Мужчина явно не был настроен поговорить. Даже в глаза не смотрел.

— Да, но где они жили? Покажете?

Он махнул рукой в сторону разбитой дороги, уходящей к темнеющему вдали лесу.

— Там, мимо не пройдёте. Только я бы туда на вашем месте не ходил. Недобрые места.

Я покрепче перехватила сумку и с улыбкой кивнула в ответ. Обычным людям часто всё, связанное с магией, кажется недобрым.

Старое поместье Эйгардов показалось довольно скоро, но чем ближе я подходила, тем больше угасал мой энтузиазм. Сквозь обрушившуюся местами каменную ограду было видно, что в большом доме уже давно никто не живёт. Окна закрыты ставнями, которые заплёл дикий плющ. Я попыталась пройти сквозь один из провалов, но меня остановила невидимая стена. Выходит, здесь всё ещё жила хозяйская магия.

Даже у ворот печать никак не помогла мне попасть внутрь. Редкие капли дождя начали падать на землю, и я поспешила дальше в поисках прохода. Но когда я дошла до угла ограды, печать в моих руках блеснула.

Покрутившись, я попыталась угадать, на что она реагирует. По всему выходило, что мне нужно идти мимо поместья, туда, где дорога превращалась в широкую тропинку, ведущую через поле к лесу. В предгрозовых сумерках можно было рассмотреть вдали маленький деревянный домик на берегу широкого ручья, по другую сторону которого высилась ветряная мельница.

Чем ближе я подходила к домику, тем больше светилась печать. Ветер временами подгонял меня, дождь усилился, а вдали уже был слышен гром. Добежав до деревянных ступенек, я дрожащими руками приложила печать к замку, но ничего не случилось. Дверь осталась заперта.

Я со стоном ударила в неё кулаком и опёрлась о дверь спиной, пытаясь укрыться под узким навесом крыши и чувствуя, как стекают пробравшиеся под плащ холодные капельки. И в этот момент печать засияла, посылая луч в сторону. Магический блеск мелькал на каплях дождя, пересекал ручей и упирался в мельницу.

Не дожидаясь, пока дождь превратится в настоящий ливень, я перебежала шипящую ленту воды по старым мосткам и отыскала вход. Печать почти вырвало из моих рук, примагничивая к замку. Контур двери вспыхнул, и она со скрипом отворилась, словно приглашая меня внутрь.

Я помедлила, осматривая мрачное сооружение, уходящее, казалось, прямиком в грозовые тучи. Послышался раскат грома, и молния осветила лопасти, кирпичную кладку и ряд окошечек, уходящих наверх.

По телу пронеслась дрожь от холода и явного присутствия древней магии. Но отступать было некуда.

Похоже, это и есть мой новый дом.

— Ну же, Айлин, — прошептала я себе под нос. — Фианна всегда заботилась о тебе, а это её дом. Ничего страшного.

Воспоминание о наставнице придало мне храбрости, и я шагнула внутрь, снимая капюшон. Стоило пересечь порог, как внутри вспыхнули лампы. Я закрыла дверь, оставляя бушевавшую грозу снаружи.

Раньше мне не приходилось бывать внутри мельниц, но я ожидала увидеть пыль и запустение. Вместо этого меня встретили запах сушёных трав и порядок. Я прошла на середину круглого помещения, проведя рукой по гладкому столбу, что стоял в центре помещения, уходя в верхние перекрытия. Тот держался крепко.

Похоже, раньше на первом этаже было чьё-то рабочее место. По беленым стенам были развешаны пучки разноцветных цветов, поблекших от времени. На полках в стройном порядке стояли большие глиняные миски и деревянные кадушки, старинные весы с гирьками, ступки и пестики, висели черпаки, сита и целая коллекция ножичков с разными лезвиями.

Длинный деревянный стол, судя по царапинам и пятнам, явно служил для работы. На покрывшем его слое пыли отпечаталась цепочка кошачьих следов — видимо, где-то было разбито окошко, и мельницу навещали животные. Я машинально провела рукой, собирая пыль магией, и позвала:

— Кис-кис-кис.

Никто не отозвался, но мне показалось, будто в перекрытиях захлопала крыльями птица. Я вздохнула. Надеюсь, хотя бы мышей здесь не водится.

В дальней части, под крутой деревянной лестницей, нашлась глиняная печь. Забыв обо всём остальном, я первым делом разожгла огонь и сбегала к ручью за водой. В хозяйстве Фианны нашлись банки с ферментированными листьями знакомой мне яман-травы, и скоро я уже сушила плащ и согревалась душистым чаем.

С каждым глотком во мне росла уверенность в том, что всё сложится хорошо. Может, дело было в чае. А может, в том, что на улице бушевал ливень, и порывы ветра заставляли лопасти мельницы вздрагивать и поскрипывать, а внутри было сухо, тепло и уютно. Впервые за долгое время я ощутила покой.

Единственное, что меня беспокоило — это явное присутствие магии. Но было бы невежливо копаться в хозяйских заклинаниях, и я старалась его не замечать и свою почти не использовать.

От тепла и спокойствия, царившего внутри мельницы, меня начало клонить в сон. Наверное, я бы так и уснула за столом, если бы не глухой звук, раздавшийся где-то наверху. Будто на пол упала большая подушка.

Всю дремоту как рукой сняло. Закусив губу, я подошла к лестнице и вгляделась в темноту. Наверняка, это просто забредшее животное, которое испугается меня даже больше, чем я его.

Я пошевелила пальцами, создавая шарик света, и отправила его плыть наверх, освещая ступени. Наверху обнаружилась круглая комнатка с кроватью. Маленькая дверка выходила отсюда на балкон, опоясывающий здание. Окошечки были задёрнуты занавесками в цветочек, пёстрый круглый ковёр мирно лежал на полу, изогнутый магией комод подпирал сходящиеся кверху стены.

Я обошла вокруг столба, присела и заглянула под кровать. Никаких животных не было. Только небольшое разноцветное перышко блеснуло в свете моей магии. Покрутив его в руках, я осмелела и двинулась по лестнице ещё выше.

На следующем этаже в деревянном кольце лежали большие каменные жернова. У стены был закреплен большой конус, в который когда-то засыпали зерно. Но скучное с виду место разожгло во мне ещё большее любопытство, потому что магия здесь ощущалась ещё сильнее.

— Я только посмотрю, трогать ничего не буду, — сказала я сама себе вслух, подходя к последней лестнице.

Там, наверху, наверняка были скучнейшие механизмы, приводившие в движение лопасти моего нового дома. И что-то ещё — насыщающее воздух вокруг меня магией.

— Только посмотрю… — пробормотала я, вставая на первую ступеньку.

Странное предвкушение охватило меня. В воздухе как будто разливался смутно знакомый сладковатый запах, напоминавший что-то или кого-то. С удвоенной энергией я начала подниматься по узким ступенькам наверх, но не успела дойти даже до середины лестницы. С очередным шагом под ногой послышался треск, и мой вскрик звонко отразился от сузившихся стен мельницы.

Тайрелл

Судьба, как будто искушая, сталкивала его с загадочной девушкой с испуганными глазами. Как он вообще заметил её тогда среди прохожих на другой стороне улицы? Хрупкая фигурка, укутанная в тёмный плащ, глубоко надвинутый капюшон. Змей поймал себя на том, что ему хочется снять с неё этот мрачный саван и узнать, какого цвета волосы незнакомки.

Желание было нетипичным. Обычно Тайрелла больше интересовало, что у женщины под платьем. А уж какого цвета волосы — дело десятое.

Незнакомка скрылась в толпе, а дракон, сжав зубы, двинулся в противоположную сторону. Баст окажется прав, если сейчас он помчится за юбкой вместо того, чтобы заняться спасением рода от обезумевшей Рейны.

Чувство, что он покидает что-то важное, давило в груди. Змей знал, почему. Титул правителя Эльмирии должен принадлежать ему. Равно, как и место главы рода. Сейчас было важно только это.

Его так и тянуло прямо сейчас рвануть в Ларитон, но кузина была не так проста. Стараясь держаться поодаль, за Тайреллом шёл неприметный человек. Что ж, похоже, нужно устроить небольшое представление. Пусть Рейна решит, что соперник смирился со своей участью и не представляет опасности.

Его путь лежал в одно из известных злачных мест. Перешучиваясь с хозяйкой, Змей громко потребовал выпивку в номер, придирчиво осмотрел девиц и увлёк за собой одну, раскрасневшуюся от радости, как цветок. Но едва заперев за собой дверь, Тайрелл стёр улыбку, властно взглянул в её глаза, и девушка безвольно осела на кровать.

Через пару часов она очнётся в полной уверенности, что всё это время они были заняты утехами. А пока что Змей мог послать кое-кому несколько важных сообщений.

Покончив с делами, Тайрелл оставил щедрую оплату и вышел наружу, напустив на себя довольный беззаботный вид. За ним всё ещё следили, так что дракон переместился порталом в столицу. Он был уверен, что у Рейны и там найдутся глаза и уши. Придётся задержаться, чтобы она окончательно уверилась в своей безопасности.

Как Змей и ожидал, сородичи остались безучастны к тому, что совершила его кузина. В каждой семье свои скелеты, а уж в их змеином гнезде этого добра было предостаточно. Теперь ему предстояло разбираться с Рейной в одиночку.

Первым делом он отправил помощника за личными вещами покойной тётки Фианны. Может, в её записях найдутся подсказки, как выглядит древний источник и что именно ему нужно искать.

Несколько дней Тайрелл не спеша разбирался с делами и получил недолгое освобождение от службы под видом служебной отлучки. Всё это время ему приходилось сохранять свой прежний беззаботный вид в то время, как грудь разъедало от гнева и желания действовать без промедления. Но если это было объяснимо, то одного Змей никак не мог понять. Почему, стоит ему на секунду задуматься о своём, в голове то и дело всплывает воспоминание о широко распахнутых серых глазах незнакомки?

Айлин

Мне повезло, что я не успела забраться высоко. Падение было стремительным, но обошлось парой синяков, которые я заработала, пытаясь удержаться за перила. Желания проверять, насколько прочны остальные ступеньки, как-то сразу поубавилось, и второй попытки подойти к загадочному магическому источнику я делать не стала. Вместо этого вернулась обратно в спальню.

Под лестницей обнаружился закуток с медной ванной и непростой системой подачи воды. Разобравшись, я смыла с себя дорожную пыль. Потом отыскала постельное бельё и, освежив его магией, свернулась клубочком под тёплым одеялом. Парадоксально, но бушевавшая снаружи гроза дарила мне чувство защищённости, ведь вряд ли Дэйрон будет продолжать поиски в такую погоду. Слушая поскрипывания и постукивания в перекрытиях своего странного убежища, я незаметно уснула.

Сон на новом месте пах чем-то остро-сладким, мелькал зелёными глазами и белозубой усмешкой. Просыпаться не хотелось, но приятную дремоту прервало щекотание в носу, и громко чихнув, я открыла глаза.

За окнами щебетали птицы, солнечный свет проникал сквозь весёлые занавески, а на моём одеяле лежало разноцветное пёрышко. Полюбовавшись на переливы цвета, я сунула его в ящик тумбочки, встала и посмотрела на себя в зеркало.

— Я сбежала от Дэйрона, — сообщила я своему отражению. — Поверить не могу!

Вчерашний страх остался позади, уступив место энтузиазму и любопытству. Пусть дракон может нагрянуть в любой момент. Каждую секунду этой новой свободной жизни я проживу с удовольствием и без страха.

Приведя в порядок себя и своё новое жилище, я накинула плащ и отправилась наружу, чтобы осмотреть город. Знакомая дорога привела меня на небольшую площадь, окружённую одноэтажными зданиями, в которых располагались небольшие лавочки. Я успела зайти к мяснику и зеленщику и как раз расплачивалась за мешочек муки, как позади вдруг послышался мужской голос:

— Значит, правда, в Ларитон вернулась ведьма?

Я с любопытством обернулась. Голос принадлежал немолодому, загорелому и абсолютно лысому мужчине, который сверлил меня водянисто-голубыми глазами.

— Я не ведьма, — спокойно ответила я. — Просто приехала ненадолго погостить.

— И просто поселилась в ведьминой мельнице?

Мужчина стоял передо мной, загораживая выход. Торговка, продавшая мне муку, испуганно открыла рот, а посетительница лавки, зашедшая вместе с ребёнком, ахнула и прикрыла ему глаза. Я пожала плечами.

— Последнюю ведьму из рода Эйгардов прогнали отсюда много лет назад, — угрожающе продолжал незнакомец. — Имей в виду, ведьма, мы и сейчас не дадим себя в обиду.

Наверное, следовало вести себя как можно незаметнее, но я вдруг поняла, что больше не хочу терпеть грубости. И тоже не собираюсь давать себя в обиду. Подхватив свои покупки, я двинулась к выходу, тесня мужчину с каждой фразой.

— Я не из рода Эйгардов. Я здесь ненадолго. И если меня никто не будет трогать, ничего плохого не случится.

Говоривший так и не удосужился подвинуться, так что пришлось задеть его плечом, чтобы выйти.

Оказавшись снаружи, я втянула воздух, казавшийся прохладным после душной лавки. Скорее бы наследники лорда Эйгарда определились, кто из них главный. Не хватало ещё нажить себе проблем, пока они дерутся за титул.

Похоже, слухи о ведьме разлетались быстро, потому что к тому времени, как я купила всё необходимое, встречные стали с опаской обходить меня и провожать взглядами. Только закрыв за собой дверь мельницы, я почувствовала себя в безопасности. Городок с весёлым и звучным названием оказался мрачной дырой. Неудивительно, что Фианна когда-то уехала отсюда.

— Ведьмина мельница, надо же, — пробормотала я под нос. — Да они просто не знают, как тут уютно и душевно.

Оставив покупки на столе, я поднялась наверх, чтобы выглянуть с балкончика, не идёт ли за мной уже толпа с вилами. Но в округе было спокойно. Вдали шумел лес, рядом журчал ручей, ветер колыхал головки полевых цветов, разросшихся по его берегам. Надышавшись умиротворением, я вернулась в комнату, затворила дверку и замерла, услышав на нижнем этаже неясный шум. Шлепок и быстрый глухой топоток.

Я вихрем сбежала по лестнице, но внизу по-прежнему никого не было. А вот мои покупки теперь были сброшены со стола и раскиданы по всему полу.

— Интере-есно.

Я прошла к столу, с которого, по всей видимости, последним упал мешочек с мукой, наклонилась за ним и замерла, прищуриваясь. На полу в белой мучной пыли отчётливо виднелся отпечаток кошачьей лапы.

Я выпрямилась и огляделась.

— Кис-кис?

Ответа, естественно, не последовало. Хмыкнув, я принялась собирать раскиданное и раскладывать по местам.

Обычный кот уже дал бы знать о себе раньше. Да и не стал бы так проказничать, стащил бы только мясо. Выходит, кот, живущий в мельнице, не совсем обычный.

Магических питомцев в нашем пансионе, конечно, не изучали, но об их существовании я знала, поэтому не испугалась. Неудивительно, что он ополчился против меня — я ведь пришла в его дом без приглашения. И если хочу пожить здесь мирно и спокойно, нужно подружиться.

— Я знаю, что ты не ждал гостей, — мягко произнесла я, собирая раскатившиеся по полу яблоки. — Но так уж вышло, что мне больше некуда пойти. А твоя бывшая хозяйка дала мне ключи.

По шорохам за спиной можно было догадаться, что за мной наблюдают и внимательно меня слушают.

— Я пробуду здесь недолго и не принесу проблем. И обещаю, что больше не буду ходить на самый верх, честное слово. Ты ведь что-то там охраняешь, да?

В перекрытиях зашуршало. Краем глаза я уловила движение и резко развернулась, но это было всего лишь пёрышко, плавно опускавшееся на пол. Я поймала его и зачем-то сунула в карман. Жаль было выбрасывать такую цветную красоту.

— Давай договоримся? Ты не будешь меня выгонять, а я тебе… Ну, что ты любишь? Хочешь пирожков с мясом?

Едва ли магические животные отличались пристрастием к выпечке, но это было именно то, что я собиралась приготовить. Отвечать мне, конечно, никто не стал. Я произнесла заклинание и одним движением собрала с пола просыпанную муку и ошмётки зелени. Что ж, по крайней мере мышей здесь точно нет.

— Значит, решено. Будут пирожки. И блюдечко молока рядом с печкой. В благодарность за твоё гостеприимство.

Надеясь, что невидимый хранитель мельницы остался удовлетворён, я налила молока, надела фартук с косынкой и принялась за готовку, уже предвкушая, как округлое светлое помещение наполнится уютным запахом свежей выпечки.

Завести тесто и приготовить начинку оказалось лучшим способом отвлечься от тревожных мыслей. Пока я вымешивала и раскатывала, раскладывала и защипывала, в голове было пусто, а на душе светло. Конечно, можно было бы просто воспользоваться парочкой заклинаний, но, как любила повторять Фианна, настоящее волшебство творится без всякой магии.

Когда пирожки зарумянились в печке, я разломила один, исходящий ароматным паром, и положила на тарелочку рядом с блюдцем молока.

Попробовать своё творение сама я не успела. Снаружи послышались какие-то голоса, и моё спокойствие улетучилось. Как я поняла, местные жители эту часть города обходят стороной, и если они всё же добрались сюда, это не к добру.

Но снаружи я увидела только молодую пару в одежде по столичной моде. С трудом балансируя на почти развалившихся мостках и смеясь, они помогали друг другу зачерпнуть и попробовать воды из ручья. Напившись, они счастливо рассмеялись и обнялись.

Я собиралась потихоньку скрыться, но парень заметил меня и приветливо помахал рукой. Уходить, не сказав ни слова, было уже неловко, и я спустилась к ним поближе.

— Может, принести вам кружку?

— Нет, спасибо, — смеясь, ответила девушка. — Мы только попробовать.

Только сейчас я вспомнила, что мой возничий рассказывал о каком-то ручье влюблённых. Получается, это он и есть? Я невольно улыбнулась, глядя на забавную парочку.

— Кажется, на вкус обычная вода, да?

Девушка переглянулась с парнем и помотала головой.

— Нет. Сладко!

Смотреть на то, как парень бережно поддерживал свою спутницу, чтобы она не оступилась, было одновременно радостно и горько. У меня такой любви не случилось. Но всё же, она существует.

Парочка приблизилась ко мне, разглядывая мельницу.

— Вы ведь местная? У вас в городе можно где-то поесть? — спросил парень. — Скоро ехать обратно, а мы ничего не захватили с собой.

Я напрягла память, но так и не смогла вспомнить ничего подходящего на скромной главной площади Ларитона.

— Хотите чая с пирожками? Я только испекла.

Гости с радостью согласились, и вскоре мы уже сидели за столом, пробуя пирожки с нежнейшим тестом и сочной начинкой. Я всегда любила готовить, но в этот раз не иначе как мне помогла магия места.

За чаем молодые люди рассказали, что собирались приехать с друзьями, но разминулись, так что на следующий день мне стоило ждать ещё гостей. Пирожки им очень понравились. И как я ни отказывалась, мне всё-таки оставили несколько монет. Проводив гостей, я посмотрела на серебристые кружочки на столе и поняла, что это первые в жизни заработанные мной деньги.

Вообще-то они были очень кстати. Кто знает, сколько продлится спор за место лорда Эльмирии? Рассчитывать только на то, что осталось от пары золотых Дэйрона, было глупо. И если есть, кому продавать пирожки, почему бы этим не воспользоваться?

Эта свободная жизнь мне нравилась! Впервые за долгое время, я почувствовала, что улыбаюсь по-настоящему. Что улыбка у меня на губах — не из необходимости выглядеть, как положено невесте дракона, а потому что идёт от сердца.

Только одно отравляло радость — надо было снова идти за мукой. И тягостные предчувствия меня мучили не зря.

Выслушав мою просьбу знакомая торговка поджала губы.

— Муки нет.

— Как нет? — Я взглянула на мешок, стоящий за её спиной. — А это что?

— А это уже куплено, — парировала она, и осуждающе оглядев меня, добавила, — честными людьми.

У меня на секунду пропал дар речи. Всего полдня прошло, а меня уже зачислили в бесчестные ведьмы-вредительницы!

Похоже, муку мне здесь больше не продадут, но в других лавках её не было. Мой прекрасный план рушился прямо на глазах. Я закусила губу. Дело ведь не просто в том, чтобы продать кому-то пару пирожков, а в том, чтобы стать хозяйкой собственной жизни.

— Тогда… — Мой взгляд упал на раскрытые мешки с крупами. — Тогда давайте пшеницу.

На мельнице я в конце концов живу или где?

Пожав плечами, торговка отвесила мне, сколько нужно. Мешочек получился тяжёлый, но я честно тащила его полдороги сама и только уйдя подальше от площади, применила заклинание частичной левитации.

Но чем ближе я подходила к мельнице, тем больше сомневалась в своём плане. Лопасти мельницы не были ничем закреплены, однако даже сильный ветер в грозу не заставил их вращаться. Кажется, без помощи хранителя мне не обойтись.

Блюдце у печки оказалось пустым, а пирожок бесследно исчез, и это были хорошие новости. Но не отметиться вредный кот не мог — перевернул кувшин с полевыми цветами, которые я нарвала с утра.

Вытирая со стола лужу, я вздохнула. Спину ощутимо щекотал чей-то невидимый взгляд. Как же заставить его сотрудничать?

— Смотрю, пирожки тебе понравились, — громко отметила я. — Как насчёт рыбного пирога?

Тишина за спиной как-то неуловимо изменилась. Наверное, моё предложение вызвало интерес.

— Только вот в городе не хотят продавать мне муку, представляешь? А без муки пирога не выйдет…

Я взяла паузу, пока наливала в кувшин свежей воды. Надо дать питомцу время, чтобы всё обдумать.

— Зато у нас есть пшеница! Можно смолоть её, если покажешь, как запустить мельницу.

Мне почудилось негромкое шипение. Похоже, выбор был нелёгкий.

Но рыбы я всё равно наловила. Дождалась, пока стемнеет, прошла по берегу ручья, отыскав место, где вода бежала не так быстро, и засветила огонёк над водой, отыскивая сонную рыбу. Обездвижить её магией и вытащить в кадку оказалось проще простого.

Магия моя была нехитрой. Сложные заклинания никогда мне не давались, зато простых я могла творить сколько угодно. Может, ещё и поэтому я так легко сдалась на уговоры Дэйрона. Знала, что академия с моими талантами мне не светит. Радовалась, что впереди красивая жизнь с красивым мужчиной. А оказалось, что вот такая — простая и в одиночестве — по душе куда больше.

Оставив рыбёшку помельче коту, я поднялась наверх и засыпала зерно в лоток над жерновами. Всё готово, дальше дело за хранителем.

Но чуда не случилось. Утром всё оставалось по-прежнему, не считая того, что рыбу хвостатый всё-таки уволок.

Я вышла наружу и нахмурилась, разглядывая лопасти мельницы. Управлять воздушными потоками, я, конечно, не могла, но знала простейшее заклинание, чтобы сдувать пыль и мелкий мусор. Постаравшись усилить воздействие, я направила магию вверх, но это не помогло — лопасти даже не шелохнулись.

Вернувшись, я прошлась по кухне, раздумывая, что же делать, и чуть не оступилась из-за того, что нога зацепилась за кольцо в половице. Досадуя, я даже не сразу поняла, что раньше его не было.

Оказалось, что если потянуть за кольцо, в полу открывается люк. Под ним скрывались деревянные шестерни, окружавшие одну большую — на которой стоял центральный столб. Я попробовала покрутить их рукой, но они даже не шелохнулись.

— И как это запустить? — поинтересовалась я вслух.

Никаких рычагов не было, и я попробовала единственный способ, который пришёл мне в голову — направила в шестерёнки свою магию. Механизм двинулся. По мельнице снизу доверху пронёсся гул, и центральный столб немного прокрутился вокруг своей оси. Пришлось добавить ещё магии. Механизм нехотя заворочался. Работал он, только пока я вливала в него свою силу.

— Да зачем тебе тогда лопасти вообще? — пропыхтела я.

Работать источником энергии для такой махины было непросто. Через пару минут я выдохлась. Магических сил было ещё предостаточно, но физически я устала пропускать их через себя.

Похоже, что кот жаждал рыбного пирога не меньше, чем я, потому что, клянусь, мне послышался раздражённый вздох. А потом случилось невероятное.

Древняя магия, к постоянному фону которой я почти привыкла, вдруг усилилась, прокатываясь по столбу до самого низа. Со следующим моим усилием шестерни легко завертелись, и наверху послышался мерный звук вращающихся жерновов и скрип наконец-то завертевшихся лопастей.

Я поднялась, не веря своим глазам и всей грудью вдыхая это странно знакомое мне ощущение от чужой магии. Как будто я уже когда-то с ней встречалась. В памяти мелькнули зелёные глаза, но я помотала головой. Странный незнакомец точно был ни при чём. Скорее всего, это была магия Фианны, ведь я с ней не раз сталкивалась за время учёбы.

Вскоре наверху у нас был полный короб муки, а внизу уже вовсю готовилась начинка для пирогов. Один несладкий с рыбой и много маленьких — с яблоками. Не знаю, как я почувствовала, что надо испечь побольше — гостей в этот раз оказалось четверо. Заезжие с удовольствием покупали мою выпечку и даже увезли остатки с собой в столицу, пообещав, что обязательно пришлют в Ларитон своих знакомых.

Пересчитав монеты, я почувствовала, что стою на ногах немного твёрже, чем вчера. За время, что я провела с Дейроном, он успел утвердить меня в мысли, что сама я не выживу — недоучка, со слабыми умениями, без родных и состояния. Но я смогла, и больше никогда не забуду об этом.

— Спасибо, котик, — улыбаясь заявила я в пустоту. — Здесь есть и твоя доля. Расскажи, как тебя отблагодарить? Может, почесать за ушком?

Позади красноречиво звякнуло по полу пустое блюдце. Намёк понят. Я отрезала ещё кусочек пирога с рыбой.

Снаружи уже вечерело. Красно-золотой закат как будто ликовал вместе со мной. Вдохнув прохладный воздух, я набрала из ручья ведёрко воды, чтобы вымыть посуду. И по какому-то наитию, поддавшись настроению приезжавших сюда парочек, зачерпнула пригоршню, чтобы попробовать воду.

Я ведь уже пробовала её вчера. Вода, как вода, ничего особенного. Но после сегодняшнего успеха мне показалось, что в ней была если не сладость, то какое-то сладкое предчувствие чего-то хорошего.

Айлин

— Как тебя зовут? Может, хоть намекнёшь?

Всё утро я пыталась вызвать хранителя на разговор. Ужасно интересно было посмотреть на него. Но кот хранил молчание, лишь изредка презрительно фыркая откуда-то из-под потолка.

— Меня зовут Айлин. Только никому не говори.

Заезжим я представлялась Аделиной. В печке уже подрумянивался пирог с картофелем и рубленым мясом. Думаю, только поэтому хранитель ещё слушал меня, а не ушёл по своим кошачьим делам.

— Тогда я сама придумаю тебе имя. Будешь… м-м-м… Виспер. Согласен?

Тишина за спиной отдавала безразличием. Я достала готовый пирог из печки, сразу отрезала кусочек для кота и сняла фартук.

— Схожу в лавку. Нужно ещё что-нибудь сладкое, боюсь, муки не хватит.

Я была готова к тому, что горожане не будут мне рады. Но на этот раз взгляды и шепотки, сопровождавшие мой путь по площади, были ещё более тревожные.

— Старая мельница снова заработала… — донёсся до меня приглушённый голос женщины, чья собеседница испуганно косилась на меня. — Нельмар говорит, ведьма опять веет своё колдовство на город.

Неприятно, но по крайней мере теперь меня явно побаивались, и никто не думал преграждать мне путь. Даже вредная торговка, ни слова не говоря, выслушала мой заказ, и утопала отвешивать зерно.

Радуясь тому, что всё прошло легко, я без проблем купила ещё мяса и овощей и поспешила вернуться в мельницу, которая теперь казалась мне уже не мрачной и угрюмой, а уютной и приветливой. Вот только оказалось, что радовалась я рано.

Я высыпала зерно в лоток над жерновами и по привычке протянула руку, чтобы его разровнять. Нужды в этом не было, мне просто нравилось перебирать прохладные гладкие зёрнышки. Только вот в этот раз в подушечки пальцев впилась колючая шелуха.

Я сунула нос в лоток и задохнулась от возмущения. Вместо пшеницы мне подсунули нечищенный овёс!

Сдерживая рычание, я ссыпала зерно обратно в мешок. Может, торговка и хотела сделать мне пакость, да не на ту напала.

Ведьма я, в конце концов, или нет?

Тайрелл

Змей вошёл в кабинет своей обычной расслабленной походкой. Но как только дверь со стуком захлопнулась за спиной, с лица дракона слетела беззаботная маска весельчака, идущего по жизни с улыбкой. В груди заворочалось тяжёлое, и Тайрелл с тоской вспомнил, что ещё пару недель назад был свободным драконом, избавленным от всякой ответственности. Кажется, это было вечность назад.

Из зеркальных вставок в дверцах шкафа на него смотрел совсем другой Змей. Жёсткий, опасный, злой — не придворный прожигатель жизни, ловкий противник и удачливый соблазнитель, каким его знали остальные. Он скучал по тому негодяю.

Родители возлагали на Тайрелла большие надежды. Отчасти он их оправдал — не каждый дракон достоин занять место Стража и оказывать влияние на судьбу империи. Впрочем, чета старших Эйгардов в лучших традициях их семейства всё равно считала, что ничего путного из сына не вышло.

И Змей решил, что больше не хочет оправдывать чьи-то ожидания, кроме своих собственных. Позволил себе жить, как хочется, где хочется, с кем хочется. Того серьёзного парня, добившегося поста имперского Стража, он задвинул в дальний угол, выпуская на волю бесшабашную драконью сущность. Но теперь амбициозный и яростный Тайрелл Эйгард снова был тут, грозя наломать дров. Не думал, что им снова доведётся встретиться.

Змей приметил в отражении пухлую папку на столе, и во взгляде мелькнула прежняя хитринка. Прибыли бумаги тётки Фианны.

Длинные ловкие пальцы быстро перебрали документы и личные письма, покрутили затесавшееся среди листков разноцветное пёрышко. Зелёные глаза пробегали одну бумажку за другой, не отыскивая ничего полезного.

Часть бумаг и вовсе попала в папку по ошибке — личное дело и документы воспитанницы пансиона, некой Айлин Лирен. Пробежавшись глазами, Тайрелл хмыкнул. Выпускной курс, сирота, происхождение — предположительно из островной провинции Файрсалем, особенности — постоянно пополняемый без внешних усилий резерв магических сил.

Способность не то чтобы удивительная, но в нужных руках — настоящее сокровище. Похоже, возня с сиротами была для бездетной тётки не просто утешением на старости лет. Интересно, сколько таких бриллиантов она отыскала за годы работы пансиона и куда потом пристроила?

Айлин. Имя растекалось по языку, как мёд. Жаль, портрет не прилагался. Прежний Змей тут же проявился своей фирменной лукавой улыбочкой, но дракон покачал головой и отложил бумаги в сторону. Это нужно вернуть обратно в пансион.

А ему предстояло перевернуть вверх дном старое поместье Эйгардов. Драконье чутьё подсказывало, что его сокровище уже заждалось его в Ларитоне.

Айлин

Возвращать купленное зерно я даже и не думала. С этих станется сказать, что я заколдовала его или смошенничала. Вместо этого, недовольно ворча под нос, я достала большие противни и рассыпала овёс по ним. В печке было ещё достаточно жарко, чтобы немного его подсушить.

О том, что делают с зерном, я читала в какой-то книжке, причём совсем не магической. Вот уж не думала, что мне придётся когда-нибудь самой этим заниматься. Подсушить, хорошенько помять в ступке тяжёлым пестиком, ссыпать на широкое сито и вынести наружу.

Ветёрок дул подходящий, но по неопытности я встала так, что стоило подбросить зёрнышки, и шелуха полетела мне в лицо. Проплакавшись и прочихавшись, я разозлилась ещё больше и принялась подкидывать овёс на сите с утроенной энергией. Скоро ветер унёс всё лишнее, пора было молоть.

Запустить мельницу самостоятельно у меня по-прежнему не получалось, а кот уже наелся и больше мне не отвечал.

— Виспер! — позвала я, прикидывая чем его можно соблазнить. — Сегодня у нас будет кое-что новенькое. Ручаюсь, ты такое ещё не пробовал.

Потому что я и сама не пробовала. Овёс обычно шёл лишь в кашу да на корм животным.

Ответа не было, но с потолка полетело крохотное пёрышко, которое я подхватила и тут же сунула в карман. Будем считать, меня благословили. Я направила магию в механизм, и к моему воздействию тут же присоединилась невидимая энергия мельницы.

Мука получилась бурой и тяжёлой даже после просеивания. Пироги с такой точно не поднимутся. Зато печенье вполне может позволить себе быть плоским.

Смешав овсяную муку с остатками пшеничной, я добавила по щепотке специй из запасов Фианны. Всё время, что я колдовала над будущим печеньем, то с одной, то с другой стороны от меня падали разноцветные пёрышки. Похоже, хранитель заинтересовался происходящим не на шутку.

Печенье вышло что надо — круглое, жёлтое, как солнышко, и невероятно ароматное. Настолько, что гости первым делом отправились не пробовать воду из ручья, а интересоваться, чем же так вкусно пахнет.

На этот раз я отложила часть печенья. Заезжие рассказали, как добирались до Ларитона на телеге, и у меня возникла идея, как получить всё необходимое в обход лавочников.

Для этого я взялась проводить гостей до попутной телеги. Старое заброшенное поместье их заинтересовало, и мне пришлось рассказать всё, что я знала про живший здесь когда-то род правителей Эльмирии. О том, что последнюю хранительницу их наследия мне довелось знать лично, я умолчала.

Признаться, вид опустевшего особняка, явно выстроенного для большой семьи, вызывал необъяснимую печаль. Мне не повезло, у меня не было родных. Но если помечтать, то я хотела бы жить именно в таком месте.

На мгновение мне показалось, что в щели неплотно прикрытых ставней в одном из окошек промелькнул огонёк. Сердце взволнованно забилось, и любопытство ещё сильнее потянуло в загадочное поместье. Но магия по-прежнему не пускала меня через ограду.

Знакомый из соседнего поселения, подвозивший заезжих на телеге, неожиданно был рад меня видеть.

— А, городская! Как устроилась? Как тёткин дом?

— Неплохо, спасибо, — уклончиво ответила я. — Хотела узнать, вы часто здесь бываете? Нужны кое-какие товары, которые в местных лавках не могут мне продать.

Я угостила его печеньем и за неторопливым разговором выяснила, что старые мельницы моего знакомого не пугают. Барни — так его звали — был согласен привозить зерно и прочие продукты для меня. Мы сразу составили список того, что мне нужно, и расстались сговоренными деловыми партнёрами.

Радуясь, я помахала рукой, провожая телегу с гостями. Местные жители, для которых Барни доставлял товары, уже расходились. Некоторые всё так же косо посматривали на меня, другие не обращали внимания. Но был среди них тот самый лысый, назвавший меня ведьмой, и от взгляда, которым он меня проводил, стало немного не по себе.

К счастью, до мельницы я добралась без происшествий. Происшествие ждало меня внутри.

Горка овсяного печенья, красиво лежавшая в глиняной тарелочке на столе, была беспощадно разорена. Кругом валялись крошки, след из которых вёл под стол. А там, в тени, сжимая в когтях недоеденную половинку печеньки сладко посапывал…

Я прищурилась и склонила голову набок, пытаясь разобрать в груде перьев и меха, кто же это передо мной.

На боку, свесив пушистое пузо, лежал толстый кот, обросший рыжими и голубыми перьями. В мягком персиковом меху застряли крошки, длинные кисточки на ушах топорщились, а из пасти доносилось мелодичное посапывание, время от времени прерываемое довольным «мргх».

Наверное, Виспер пытался уютно свернуться калачиком, но с его объёмами получилось не очень. Пушистый хвост периодически подёргивался, как будто во сне кот продолжал охотиться за последней печенькой. Пузо вздымалось от дыхания и героического обжорства.

— Эй, Виспер, — шёпотом позвала я, пытаясь сдержать улыбку.

Он дёрнул ухом, махнув рыжей кисточкой. Осмелившись, я протянула руку и мягко коснулась шёрстки на его животике. Кот вздрогнул. Жёлтые глаза распахнулись: круглые и полные ужаса, как будто его застали за постыднейшим делом. Виспер попытался взлететь, но одно крыло было прижато к полу, так что он лишь бестолково захлопал перьями. Явно ещё не до конца проснувшись, кот перекатился на лапы и с топотом метнулся прочь, растворяясь в воздухе. Печеньку, разумеется, он при этом не бросил.

Я зажала рот рукой, стараясь не смеяться. А ну как откажется потом помогать мне с мельницей! Но настроение оставалось приподнятым до конца дня. А вот бедного Виспера, явно не планировавшего такого нелепого знакомства, даже не было слышно.

Честно говоря, мне было жалко кота. Сколько лет он пробыл здесь совсем один? И чем питался? Уж точно не пирогами с мясом. Неудивительно, что от вкусной домашней еды магический питомец совсем потерял голову.

— Знаешь, Виспер, мне кажется, мы с тобой похожи, — озвучила я свои мысли, заплетая волосы в косу перед сном. — Не в том смысле, что я тоже люблю печенье. Просто ты совсем один, и я тоже — одна во всём мире. Пока не выбралинового лорда, побудем вместе.

Кот никак не выдал своего присутствия, но готова поклясться, что-то тяжёлое полночи придавливало моё одеяло в ногах.

Наутро я отправилась встречать свой заказ. На этот раз мне удалось задержаться у заброшенного поместья подольше, но никаких огней в доме я не заметила. Может, мне вчера и показалось, но тяга войти и всё там осмотреть от этого не уменьшилась.

Барни задерживался, и горожане в ожидании стояли небольшими компаниями, обсуждая свои дела. При моём появлении разговоры затихли, но почти сразу же возобновились снова. Только лысый, как и я, стоял поодаль и сверлил меня своим водянистым взглядом.

— Вчера опять крутила свою мельницу, — сказал он наконец громко, чтобы все его услышали.

Я пожала плечами.

— Где ещё мне брать муку?

Разговоры вокруг стали потише. Похоже, к нам прислушивались. Лысый пожевал челюстями.

— Сначала закрутилась мельница, а потом у меня сдох боров, которого я откармливал на ярмарку. Скажешь, случайность?

Глядя исподлобья, он сделал шаг в мою сторону. От одной из компаний отделился приземистый улыбчивый мужчина в соломенной шляпе. Он протянул руку, останавливая лысого.

— Хах, Нельмар! Я же говорил тебе, что ты его перекормишь. Оставь девочку в покое.

У меня сжалось горло от неожиданного участия незнакомого человека. В глазах защипало. Я-то была уверена, что весь город против меня, а выходит, здесь есть и нормальные люди.

— Ты сам знаешь, что эти маги сделали с нашей землёй, — хрипло отозвался лысый, не сводя с меня взгляда. — Выжали её досуха, и поминай как звали. А мы теперь выживай, как хочешь.

Мой защитник погрустнел.

— Да, раньше было лучше, — отозвался он. — Сами виноваты, привыкли, что всё делает магия, разленились, а земля у нас непростая. Надо усердней трудиться, а не врагов искать.

Нельмар хотел что-то возразить, но на дороге показалась скрипучая телега Барни, и горожане загомонили, встречая его. Пока он раздавал привезённое, я стояла в стороне, думая о том, что могла бы поселиться в этом месте навсегда.

Интересно, Эйгарды не будут против того, что кто-то присмотрит за их старой мельницей? С Виспером мы подружились, и с местными, похоже, тоже можно найти общий язык. Всё могло устроиться к лучшему, кроме одного. Глупо надеяться, что Дэйрон со временем махнёт на всё рукой и перестанет меня искать.

Дэйрон

Дэйрон поднялся, оставляя в постели обессиленную любовницу. Натянул одежду, педантично застегнул все пуговки на рубашке и пригладил волосы.

За окном, несмотря на близкий рассвет, всё тонуло в сумерках, таких же серых, как фамильный цвет глаз Тарков — семейства, от которого ему осталась только эта самая фамилия.

Дэйрон стиснул зубы. Только демоны знают, на что ему пришлось пойти, чтобы сохранить положение в обществе и собственную силу после того, как семья отвергла его. Годами он не жил, а влачил существование. За блестящим фасадом пресыщенного аристократа скрывался жалкий дракон, который никогда не получал энергии досыта, перебиваясь незаконно добытыми крохами. Но этот дракон не собирался сдаваться. Он искал выход, возможность, шанс.

И вот, когда его удалось найти, всё сорвалось. В шаге от победы!

В тишине, нарушаемой только мерным дыханием спящей девушки, послышался скрип зубов и тихий голос с угрозой.

— Где же ты, Алиша?

Покорная девчонка, которую он так долго воспитывал, готовя к семейной жизни, снюхалась с кем-то за его спиной. Он допросил каждого из слуг, но так и не выяснил, кто и каким образом помог ей бежать.

Метка на ней ещё действовала, сообщая о том, что его избранница жива, но у Дэйрона не хватало сил, чтобы определить местонахождение. Он уже облетел столицы всех провинций, но так и не почуял её присутствия. При мысли о том, что придётся прочесать на собственных крыльях всю империю, глаза закрывала пелена ярости, а рука тянулась к хлысту. Вот только срывать злость было не на ком.

Но он не упустит свой шанс вернуть нормальную жизнь. Дэйрон Тарк не сдался, когда его отлучили от родового источника, вцепился в жизнь зубами и когтями. Не сдастся и сейчас. Даже если придётся пройти всю демонову империю на своих двоих.

Таких девушек — одна на миллион. Рано или поздно он найдёт Айлин Лирен, и больше ей от него не сбежать.

Визуал обжоры Виспера)

Айлин

Я ещё раз просмотрела привезённую Барни газету и вздохнула. Ни слова о новом лорде Эльмирии, а значит наследники всё ещё не решили, кто главнее.

Барни был так добр, что довёз все мои продукты до ручья и помог перенести в мельницу. Я была ему благодарна ещё и потому, что лысый явно дожидался продолжения разговора. Но поскольку случая ему так и не представилось, ограничился недобрыми взглядами в мою сторону. У меня они не вызвали беспокойства — теперь я знала, что не все в городе слушают его бредни. Кроме того, я больше не была одна — у меня был Виспер.

— Ну ладно тебе, выходи! — позвала я в очередной раз. — Я же тебя уже видела. У тебя очень красивые перья и мягкая шёрстка.

Кот фыркнул где-то под потолком.

— Кстати, смотри, что я для тебя сделала!

Я достала из кармана связанные в пучок разноцветные перья на верёвочке и призывно помахала игрушкой. Пространство вокруг наполнилось презрением.

— Ну ладно, может идея была так себе. А как тебе такая: надо выбрать название для нашей пекарни. «Под крылом у кота»! Тебе нравится?

Послышалось затихающее наверху хлопанье крыльев. Видимо, коту наскучила беседа. Оно и понятно — обед уже прошёл, а до ужина ещё далеко. Гостей сегодня не ожидалось, и угоститься бедной животинке было нечем. А над названием всё же стоит подумать получше, а то решат, что хозяйка немного сумасшедшая.

Я свернула газету, и взгляд упал на бледно-розовый след от удара хлыстом на руке. Синяки на запястьях уже сошли, а он всё держался, напоминая, что эта безмятежная жизнь рано или поздно закончится. Связь истинных — это не то, на что можно просто махнуть рукой. Но что делать, если я не чувствую никакого притяжения к своему жениху? Что-то с нашей истинностью было не так. Ведь драконы должны беречь свою пару, как зеницу ока, а Дэйрон… Берёг, конечно, только на свой извращённый манер.

Чем дольше я жила на мельнице, тем тошнее было от мысли, что однажды придётся вернуться в его золотую клетку. Я нахмурилась, вспоминая все доступные способы приглушить магический фон. Существовали особые травы… В городе их было не достать, но здесь прямо под боком поле и лес, в котором может найтись что-то действенное.

Я вытащила с нижних полок корзинку и сунула в карман ножичек с коротким лезвием. Заодно поищу грибов или ягод для завтрашнего пирога. Барни говорил, что кто-то ещё собирался приехать к ручью.

— Виспер, я прогуляюсь в лес!

Кот не отозвался, может, ловил мышей в густой траве вокруг мельницы. Я пожала плечами, заперла дверь печатью и отправилась к темнеющей полосе деревьев вдали.

Лес был густой, но не пугал. Кроны деревьев сплетались над головой в кружевную крышу, пропуская мягкий зелёный свет. В прохладном и влажном воздухе пахло мхом, нагретой корой и чем-то сладким. Листья перешёптывались, под ногами пружинила тропинка, и я без опасений шла по ней, примечая места, где могли расти нужные мне травы. Иногда рядом вспархивала птица, или проскальзывал солнечный луч — и казалось, что сам лес подмигивает мне.

По пути я наткнулась на земляничную полянку. Чтобы набрать целую корзинку мелкой ягоды, пришлось потратить много времени, но я всё равно радовалась, представляя, как воодушевится Виспер при виде ароматного пирога.

Вскоре мне попалась другая тропинка, и я не раздумывая свернула. Здесь лес менялся. Между дубами и вязами угрожающе поскрипывали сосны, птиц не было слышно. Но именно в таких местах и растёт то, что я искала.

Удача улыбнулась мне ещё раз — удалось разыскать замшелый пенёк, который цепко оплетала бледная глушеница. На радостях я собрала половину болезненно тонких побегов, темнеющих от одного прикосновения. Этого хватит надолго — надо ведь будет оставить немного сил, чтобы запускать мельницу. Да и отказываться от чар, помогающих мыть посуду, как-то не хотелось.

Немного поплутав и заодно набрав грибов, я вернулась на прежнюю тропу. Солнце катилось к горизонту, и в лесу стремительно темнело, но мне было не страшно. Наоборот, хотелось петь от того, как прекрасно всё складывается. У меня есть дом, есть друг, работа, а теперь ещё и защита от нежеланного жениха.

Больно кольнула мысль о том, что, возможно, мне предстоит повторить судьбу бездетной и безмужней Фианны, но я прогнала её. Жизнь и так дала мне многое: магию, образование, спасение от Дэйрона, а теперь ещё и это прекрасное место. Я чувствовала, что здесь, именно здесь, хранится нечто важное, нечто, что ждёт именно меня.

Погружённая в счастливые мысли я вышла на уже знакомое мне поле и нахмурилась. От мельницы в небо поднимался прозрачный серый дым. Неужели Виспер сам затопил печку? Но нет, дым сочился из окна второго этажа, на глазах становясь всё гуще.

Я оторопело смотрела на него не в силах поверить своим глазам. И только когда из окна вместе с дымом наружу вырвался язык пламени, подобрала юбку и побежала изо всех сил.

Запах дыма ударил в нос ещё на первом этаже — не уютный дровяной печной дух, а едкая гарь, как от горящего масла. Я взбежала наверх и на миг замерла.

Одно из окон было разбито: в раме торчали осколки, а ветер гнал обратно в комнату дым и пламя. Занавеска догорала, осыпаясь искрами и золой. Пол полыхал — по старым доскам расползались языки огня, явно подогретые чем-то горючим.

Я сглотнула, в груди защемило, но времени на страх не было. Сквозь дым я углядела Виспера, который метался по комнате, увиливая от языков пламени и теряя перья. Он накрывал горящие участки небольшим невидимым куполом магии. Придавленный огонь утихал, но стоило коту переместиться, разгорался снова.

Я стянула с кровати покрывало и попыталась сбить пламя на полу, но огонь не сдавался так просто. Он уже добрался до центра комнаты и, подхваченный сквозняком, вытянулся, обнимая центральный вал и уходя вверх за перекрытия. Кот взвыл так, что перевода не требовалось — там, наверху, его главное сокровище, и оно было в опасности.

Застонав, я метнулась под лестницу и поспешно повернула вентиль на старой медной трубе. Что бы там ни прятал Виспер, оно не должно пострадать, без него мельница не заработает. И пусть я не умею управлять водой, но уж вымыть полы при помощи магии умела даже самая нерадивая ученица нашего пансиона.

Вымокшее покрывало ринулось затирать языки пламени, и огонь злобно зашипел, выпуская вместе с дымом клубы пара. Я словно полководец шла за почерневшей мокрой тряпкой, направляя её. Скоро сражение окончилось, и от обугленных досок поднимался лишь плотный дым, но теперь треск пламени раздавался наверху.

Мы с Виспером переглянулись и, глядя в его круглые от ужаса глаза, я смутно припомнила, что мучная пыль горит особенно хорошо. А порой и взрывается!

Кот взмыл, растворяясь в воздухе, а я приказала тряпке ползти к крану, но в этот момент над головой раздался треск. Карниз, на котором висела злополучная занавеска, тоже сгорел, и обломки деревяшки горящими угольками посыпались на меня.

Я успела лишь интуитивно прикрыть голову руками, ожидая неминуемой боли, но угольки рассыпались ровным кругом вокруг меня. Я подняла взгляд наверх. Виспер был там, раскинув свой купол надо мной. Стёкла в окнах легонько зазвенели от магии, а может, это звенело у меня в ушах. Мгновение мы с котом ошалело смотрели друг на друга, а потом не сговариваясь помчались наверх.

Но с пожаром было уже покончено. Не было даже дыма, только обугленные центральный вал да доски пола вокруг него. Будто какая-то мощная магия задавила наглый огонь, рвавшийся на самый верх.

Должно быть, Виспер всё же успел его потушить. Дрожа от пережитого, я прислонилась к стене и приложила руку к груди, чувствуя, как колотится сердце.

— Успели.

Кот озабоченно обнюхивал обгоревшие деревяшки, нервно подёргивая хвостом.

— Спасибо, Виспер, — выдохнула я. — Похоже, кое-кому в Ларитоне не нравится, что мельница снова работает. Мне так жаль! Будь моя магия посильнее, я могла бы поставить защитный барьер. Но мне никогда не удавалось удержать его надолго.

Виспер дёрнул ухом и обернулся. Серьёзный жёлтый взгляд прошёлся по мне, будто кот оценивал, гожусь ли я вообще хоть для чего-нибудь. Я закусила губу, чувствуя раскаяние. Если бы не я, хранитель и мельница жили бы себе преспокойно и дальше.

— Лучше бы я не запускала мельницу! Но мне больше некуда было пойти, это место — единственное, что у меня есть.

Виспер издал короткий мурчащий звук и, переваливая пушистые бока, заспешил по лестнице наверх, к своему сокровищу. Но на полпути он обернулся и противно мяукнул, как будто был недоволен тем, что я не тороплюсь.

— Мне пойти с тобой?

Кот уже не слушал, только махнул хвостом. Помня о прошлом разе, я крепко взялась за перила и двинулась за ним, чувствуя, как с каждым шагом всё сильнее становится присутствие незнакомой магии.

Наверху было тихо и сумрачно. Тусклый вечерний свет пробивался через крошечное окошечко, и я смогла рассмотреть только две огромные деревянные шестерни, которыми увенчивался центральный вал. Пока на них не вспрыгнул кот.

В центре одной из шестерёнок, той, что должна была вращать лопасти мельницы, вспыхнул красноватый свет. Я прищурилась. В углублении в центре деревянного диска лежал камень величиной с ладонь, гладкий и полупрозрачный. Вспыхивающий в нём свет делал его похожим на гигантское гранатовое зёрнышко.

Ощущение чего-то неимоверно важного и прекрасного накрыло меня с головой. Что-то судьбоносное было совсем рядом, и от этого сердце затрепетало, словно бабочка.

Кот повелительно мяукнул, указывая крылом на камень. Всё ещё сомневаясь, я протянула руку и коснулась кончиками пальцев гладкой поверхности. Камень был тёплым на ощупь, а свет клубился внутри, словно дыхание.

Едва моя ладонь соприкоснулась с поверхностью, в меня хлынула сила. Та самая древняя и чужая энергия скользнула внутрь, размещаясь во мне, словно у себя дома. Перед глазами мелькнули красные искры, словно теперь пожар был где-то внутри меня. Спустя несколько секунд перед камнем стояла уже другая Айлин — казалось, сила потрескивает у меня на кончиках пальцев.

Потрясённо выдохнув, я припомнила заклинание защиты и проговорила его, разводя руки и накрывая защитным куполом весь небольшой верхний этаж. У меня получилось сделать это без усилий. Осмелев, я двинула купол дальше — до первого этажа — и даже захватила участок вокруг мельницы, до самого ручья.

Закончив, я потрясённо посмотрела на свои руки, потом на кота, который успокоился и как ни в чём ни бывало вылизывал подкопчённые перья. Я знала, почему он так спокоен.

Кто бы ни был сейчас рядом с мельницей, мои чары оттеснили его за границу купола. И пройти через них он не сможет.

Теперь никто и близко не подойдёт к мельнице, пока я этого не захочу.

Тайрелл

Змей выругался, отбросив в сторону очередной бесполезный кристалл. Тот врезался в стену и с грохотом рухнул в груду других разноцветных булыжников. Кто-то из Эйгардов собрал целую коллекцию камней, занимавшую отдельную комнату, и дракону пришлось потратить полдня на то, чтобы проверить каждый. И, конечно же, ни один из них не был осколком древнего родового источника.

Очередной день бесплодных поисков подходил к концу. Всё это время Тайрелл чувствовал, будто ходит где-то совсем близко к тому, что ему нужно. Но оно никак не давалось в руки. А между тем кузина не теряла времени.

Рейна понимала, что рано или поздно кто-нибудь оспорит законность её методов, и обратилась в Суд Драконов за подтверждением своего главенства. Пока сородичи держались в стороне от их семейных разборок, у Змея был шанс отвоевать своё малой кровью. Но если её признают главой рода остальные драконы, Тайреллу придётся выступить не просто против Рейны, а против всех них.

Теперь время поджимало, а проклятый источник словно ускользал от него. Временами Змею казалось, что тот почти у него в руках. Предчувствие водило его из комнаты в комнату, но так и не указало ни на что определённое.

Раздражённо хлопнув дверью комнаты с коллекцией камней, Тайрелл вышел из дома. Он хотел немного передохнуть от поисков, но вместо этого направился к хозяйственным постройкам. Там дракон ещё не побывал. Он не уснёт, пока не проверит каждый камешек в старом поместье.

Вечерние сумерки скрывали его фигуру, грациозно продвигающуюся по заросшему травой заднему двору. В воздухе пахло влажной землёй, травами и… гарью.

Змей принюхался и резко изменил маршрут, направляясь к обрушенному участку ограды, безошибочно угадывая, с какой стороны ветер доносит неприятный запах. Горела старая мельница, стоявшая поодаль на землях Эйгардов. Дым растворялся в сумерках, но плясавший в окне огонёк было видно издалека. В груди нехорошо ёкнуло.

Не то чтобы он волновался за ветшающее наследие рода, но сейчас был важен каждый его кусочек. Источник мог быть спрятан где угодно.

Вспышка портала в сумерках могла бы привлечь чьё-нибудь внимание, а Змей не спешил выдавать своё присутствие. Не хватало ещё, чтобы слухи о его поисках дошли до Рейны. Пришлось бежать. Издалека закрутив в руках чары, лишавшие огонь воздуха, дракон одним махом перепрыгнул ручей и ударил силой в кирпичную стену. Магия поползла во все стороны, проходя сквозь стены и перекрытия, заставляя стёкла легонько задрожать.

В мельнице было темно и тихо, только остатки дыма тянулись сквозь щели окошечек на третьем этаже. Теперь можно быть уверенным — этому месту не грозит выгореть дотла.

Тайрелл обошёл вокруг мельницы, примечая разбитое на втором этаже окно. Похоже, кто-то хотел спалить это место. Интересно, кому вдруг помешала старая мельница? И не связано ли это с его планами?

Прислушавшись к собственному чутью, Змей коварно улыбнулся. Кто бы ни пытался спалить мельницу, его стоило поблагодарить. Сомнений не было. Сокровище ждало его здесь.

Теперь он не спешил, наслаждаясь тем спокойным удовольствием, которое бывает, когда попадаешь прямо в яблочко. Обошёл вокруг стен, оглядываясь нет ли свидетелей. Шагнул к неплотно прикрытой двери…

Неведомая сила вдруг спустилась с верха мельницы, как невидимый полог, оттесняя его к ручью. От магии веяло древностью и ещё чем-то неуловимо родным. Тайрелл попытался пройти сквозь барьер, но тот мягко спружинил, откидывая его на шаг назад. Дракон хмыкнул.

В мельнице по-прежнему было темно, из-за полога не доносилось ни звука. Змей прищурился, внимательно выискивая признаки присутствия людей, и заметил лежавшую в десяти шагах от входа корзинку с рассыпанными грибами и ягодами. Губы изогнулись в хитрой улыбке.

Похоже, у мельницы есть хозяин. Едва ли он обрадуется настойчивому гостю сразу после пожара. Но завтра они обязательно познакомятся, и осколок родового источника перекочует в руки Тайрелла. Какими бы силами ни обладал этот маг, ещё никому не удавалось противостоять ментальному дару прославленного Змея.

Айлин

Несмотря на то, что в разбитое окно задувал ветер, этой ночью я спала спокойно. В ногах похрапывал Виспер. Он хоть и пришёл, когда я уже спала, но тут же потерял всякую осторожность и развалился на кровати, мешая мне вытянуть ноги.

Отвар глушеницы несомненно подействовал на мою магию, но никак не затронул ту силу, что я получила от странного камня наверху. Я по-прежнему отчётливо ощущала её в себе. Её было так много, что я не удержалась от того, чтобы наутро использовать магию во время готовки. И сегодня кроме пирогов гостей ждали ещё и песочные корзиночки с кремом и ягодами.

В пансионе такие эксперименты всегда заканчивались небольшой катастрофой. После нескольких попыток красиво закрутить крем при помощи магии я неизменно сдавалась и бралась сначала за кондитерский мешок, а потом и за тряпку — чтобы отмыть живописные брызги на стенах. И сегодня у меня впервые всё получилось идеально! Не знаю, из-за новообретённой силы или из-за приятного чувства уверенности и защищённости, которое она мне дарила.

В ожидании гостей я затеяла перестановку. Магия помогла мне передвинуть стол ближе к окнам, освободить большие напольные полки и соорудить из них подобие прилавка, на котором живописно разместилась моя выпечка, фрукты и всевозможные ёмкости с цветами. Один жестяной чайник с ромашками украсил покрытый скатертью стол. Вышло по-деревенски мило и уютно.

Когда всё было готово к приёму гостей, я сдвинула защитный купол так, чтобы он покрывал только верхние этаж мельницы и балкончик. Больше Нельмар не заберётся на него так просто.

В том, что мельницу поджёг лысый, у меня не было сомнений. Но самое ужасное — я не могла это доказать или хотя бы обратиться за помощью к властям. Для того, кто скрывается, любое внимание может оказаться губительным. Выходило, что мне придётся проглотить эту угрозу и выдумать способ постоять за себя, не привлекая внимания.

Прикинув возможные варианты, я захихикала. Нельмар так хотел, чтобы я оказалась ведьмой. Теперь он её получит!

— Не дадим ему наших пирогов, да, Виспер?

Я присела, чтобы положить в его блюдце корзиночку. Кот, мешавшийся под ногами с того момента, как я вытащила их из печи, оглушительно замурлыкал и ткнулся мордочкой прямо в крем. Я провела пальцами по пушистому меху, впервые за долгое время ощущая, что моя жизнь наконец-то прекрасна. И никаким лысым этого не испортить.

За спиной раздался тихий шорох, и я поспешно вскочила, показываясь из-за прилавка. Посреди комнаты, прямо у центрального вала стоял мужчина. Один взгляд на него, и только что радостно и спокойно бившееся сердце пропустило удар.

Светлые волосы, крепкие плечи, уверенный, полный превосходства взгляд и сила, исходящая от всей фигуры — такая, которой нужно либо подчиниться, либо как можно быстрее уступить дорогу.

Дракон! После жизни с Дэйроном я безошибочно угадывала эту нечеловеческую скрытую мощь.

Дракон, но не Дэйрон, как мне почудилось в первое мгновение. Немного моложе и привлекательнее. Кажется, гость тоже растерялся, но лишь на секунду. Зелёные глаза окинули мою фигуру, задержавшись на прятавшей волосы косынке. Каменно чёткие губы дрогнули, пряча лукавую улыбку.

Мужчина заложил большие пальцы рук в карманы и сделал шаг к прилавку. Двигался он с лёгкостью и грацией танцора, но мне пришлось подавить желание попятиться, словно на меня надвигалось нечто большее, чем обычный гость. Нужно вести себя естественно, как будто я ни от кого не скрываюсь. Я мягко улыбнулась, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Могу я вам чем-то помочь?

Тайрелл

На встречу с триумфом он собирался, как на свидание. Сбрил трёхдневную щетину, стянул волосы лентой и широко улыбнулся своему отражению, чувствуя, как мрачное раздражение последних дней сменяет прежний беззаботный настрой. Скоро Рейне придётся уступить силе, которая гораздо древнее и могущественнее их родового источника. Он восстановит справедливость, и предки смогут спать спокойно в своих склепах. А он сам будет спать ещё спокойнее. Только сначала хорошенько отпразднует.

Как Змей и предполагал, наутро защитный купол исчез. Дверь мельницы была приоткрыта, и оттуда доносился аппетитный запах сладкой выпечки и нагретых ягод. Тайрелл, бесшумно шагая, скользнул внутрь и после секундных колебаний направился к крутой лестнице.

Вчера магия спустилась сверху, и у него не было сомнений — осколок изначального источника именно там, на самом верху. Правильно было бы сначала познакомиться с хозяином, но Змей слишком долго ждал. Есть ли разница, какое впечатление ты произведёшь на человека, если он всё равно не запомнит эту встречу?

Но проход наверх закрывал всё тот же защитный барьер. Уткнувшись в него, Тайрелл пожал плечами. Сейчас найдётся хозяин, и проблема решена.

Змей развернулся и прошёлся по круглой комнатке, уставленной цветами и глиняной посудой. Интересно, кто поселился на землях Эйгардов без их позволения? Если он окажется сговорчив, так и быть, Тайрелл не станет его выгонять.

Головокружительный запах шёл от блюд с пирогами и кремовыми корзиночками, украшенными земляникой. Змей не был охоч до сладкого, но неожиданно почувствовал зверский аппетит. Который ещё больше усилился, когда из-за прилавка вынырнула девушка в фартуке и косынке.

Тайрелл остановился, чувствуя, как кровь отливает от лица, а сердце принимается выламывать грудную клетку. Эти глаза он узнал бы даже с высоты драконьего полёта.

Незнакомка с улиц его родного города! Это он удачно зашёл! Вертлявая мысль заглянула в голову, напоминая, как давно он из-за своих поисков лишён женской ласки, и губы дрогнули в улыбке.

Двойная удача! Уже сегодня он увидит не только осколок источника, но и спальню прекрасной незнакомки.

Айлин

Незнакомец приблизился к прилавку, и я почувствовала себя одной из своих корзиночек с кремом. Обычно гости смотрели таким взглядом на пирожки, а не на меня.

Что-то знакомое было в фигуре и в лице мужчины, как будто мы уже где-то встречались. Ещё раз мельком взглянув в зелёные глаза, я вспомнила.

Этот незнакомец смотрел на меня на улице после моего неудачного визита к лорду Эйгарду. Эти зелёные глаза я ещё долго не могла забыть. Я не сразу узнала его, потому что тогда мужчина был хмур и грозен. Теперь же он улыбался, словно сытый Виспер.

Сердце забилось чаще. Может, мой гость связан с Дэйроном? Хотя я не припомню, чтобы у него были близкие друзья среди драконов. В основном он окружал себя людьми, которых восхищали его сила и богатство.

— Так могу я помочь?..

— Да, пожалуйста, — улыбнулся незнакомец. — Скажите, вы знаете легенду о ручье возле мельницы?

В голосе мужчины звучала сила, обёрнутая в мягкость. Что-то внутри меня затрепетало в ответ, как вода от лёгкого ветерка. Несмотря на смятение, я постаралась удержать вежливый приветственный тон.

— Да, конечно. Рассказать вам?

Зелёные глаза не спеша оглядывали меня, будто запоминая детали. Неожиданно я поймала себя за тем же. Ожидая ответа гостя, я внимательно рассматривала его, подмечая тонкий шрам, пересекающий светлую бровь, изгиб губ, небрежно расстёгнутый ворот рубашки. Осознав, что дальше пялиться уже неприлично, я подняла взгляд, и наши глаза встретились. Незнакомец едва заметно покачал головой.

— Нет. Просто хотел предупредить: если вода покажется вам сладкой, это моя вина. Моё сердце перестало биться ровно, когда я вошёл сюда. К счастью, лекарство тоже находится здесь.

Гость перевёл взгляд на мои губы. Я нервно их облизнула, пытаясь сообразить, как охладить неожиданного поклонника. Наверное, в ответ мне положено было покраснеть и захихикать. Но вместо этого я отвела взгляд и равнодушно одёрнула подвернутые рукава платья. Чтобы спрятать мурашки, вызванные голосом незнакомца.

— Вам нужно в другую часть города, там аптека и питейные. Разбитое сердце лечат настойками, а не земляничными пирогами, уж вы-то наверняка знаете.

В зелёных глазах напротив вспыхнуло сначала замешательство, а за ним огонёк азарта.

— Моё сердце ещё ни разу не было разбито. Но когда вы так хмуритесь, я чувствую, что оно в опасности.

Мне казалось, я физически ощущаю, как его взгляд щекочуще скользит по коже. Признаться, это было приятно, так давно мной не восхищались. Комплименты Дэйрона иссякли вместе с моим переездом к нему, после этого была только критика. Вспомнив о женихе, я одёрнула себя. Теперь мне хорошо известно, куда могут привести эти игры.

— Скажу прямо, лучше не тратить время на попытки меня очаровать. Своим посетителям я могу предложить только пирожки.

— Тогда заверните мне всего понемногу.

Излишняя бравада слетела с лица мужчины, но голод и интерес во взгляде не угасли. Гость внимательно смотрел, как я сворачиваю из бумаги пакет и наполняю его пирожками.

— Как вас зовут? — теперь его голос звучал тихо. — Не хочу думать о вас, как о «той девушке с пирогами». Скажите имя.

— Аделина.

Этим именем я обычно представлялась всем заезжим. Мои щёки немного порозовели при мысли о том, что незнакомец собирается обо мне вспоминать. Но я быстро взяла себя в руки. В Ларитон ещё никто не приезжал дважды. Этот тоже уедет и забудет, и слава Пресветлому.

Я положила свёрток на прилавок и подняла взгляд на незнакомца.

— А я — Тай… Просто Тай.

Он со стуком выложил на прилавок несколько монет. Рука легла совсем рядом с моей, и я нервно шевельнула пальцами, почувствовав чужое тепло. Зелёные глаза снова поймали моё внимание. Мы так и играли в гляделки, пока снаружи не послышались отдалённые голоса — похоже остальные гости наконец-то добрались до мельницы. Дракон словно очнулся, услышав их.

— Спасибо за пирожки, Лин. Ещё увидимся.

Подмигнув с озорной улыбкой, он вышел наружу, и я выдохнула, чувствуя себя очень странно. Этот мужчина, Тай, был не самым спокойным посетителем. Теперь я чувствовала себя окрылённой то ли из-за его комплиментов, то ли из-за того, что он наконец-то ушёл.

Посетители дошли до пекарни, и меня закрутил водоворот обычных дел. Заварить чай, раздать всем их заказы, рассказать о ручье, выслушать комплименты своей выпечке. Мысли о новом знакомом ещё возвращались, стоило на секунду отвлечься от суеты, но я старалась выкинуть их из головы. Уж кому, а мне после такого жизненного урока не стоило думать о мужчинах, тем более о драконах.

Попрощавшись с заезжими, я вышла набрать воды. Пока зачерпывала полное ведро, холодный ручей облизнул мне пальцы, и мне пришлось подавить желание снова попробовать водицу на вкус. Что за глупости! Этот Тай уже уехал и думать о мне забыл. Мужчины, сходу признающиеся незнакомой девушке в любви, не настолько серьёзны, чтобы преодолевать препятствия. Получив отказ, они уходят на поиски более сговорчивой добычи.

В старом домике напротив, привлекая моё внимание, неожиданно приоткрылась дверь. С другой стороны ручья с деревянным ведром в руке шагал мой новый знакомый.

— Доброго вечера, Лин! Уже пробуешь воду?

Тай широко улыбался, с интересом глядя на меня.

— Почему ты не уехал со всеми остальными? — пробормотала я, от неожиданности тоже переходя на «ты».

— А я не говорил, что собираюсь пожить здесь немного? Теперь мы соседи.

Дэйрон

Дракон мерил шагами комнату. Солнце заглядывало в окно, но не грело — в его кабинете всё равно было холодно.

Метка Айлин пропала. Он больше не чувствовал её!

Вероятно тот, кто помог ей сбежать, нашёл способ снять маячок. И сделать это мог только другой дракон.

Дэйрон мысленно взвыл, но на его лице не дрогнул ни один мускул. В тишине кабинета хрустнули пальцы, сжавшиеся в кулаки. Меньше всего он хотел, чтобы о девчонке прознал кто-то из его сородичей.

Айлин. Алиша. Его маленький проводник в нормальную драконью жизнь. Давно он не думал о ней так много, как после её побега. В пансионе наконец-то отыскали её документы, да что толку, если самой её нет. Ему нужен не какой-то фиктивный брак, а настоящий храмовый обряд, в котором дракон и его избранница дают друг другу частичку своей энергии. Ритуал, после которого она сможет выносить его детей.

И ведь она не взяла с собой ни одной подаренной им вещи! Как будто знала, что по ним он найдёт её в два счёта.

Дэйрон сглотнул, в сотый раз обводя бесстрастным взглядом обстановку кабинета. В тусклом свете всё казалось одинаково пепельно-серым. Обивка мягкого дивана, стол, лежащий на нём хлыст, остывший мятный отвар в прозрачном стакане. Только старинные коллекционные монеты под стеклом слабо отражали чахлые солнечные лучи. Никчёмные кружочки золота. Когда-то Тарк думал, что они главные его помощники, но сейчас даже деньги оказались бессильны.

Он моргнул, пристально глядя на них. Что-то было не в порядке.

Слабо светящийся в пепельном сумраке ряд монеток прерывался. Два пустых места зияли, как дырки в зубах. Дэйрон в один большой шаг оказался рядом, поднимая крышку. Шумно вдохнул, раздувая ноздри. На обычно бледном лице проступил румянец.

В день побега Алиша пыталась раздобыть денег. Зря он тогда сдержался. Надо было проучить её так, чтобы не смогла встать с постели до самой свадьбы. Но он не стал, потому что со дня на день ждал документов из пансиона. И вот девчонка сбежала, напоследок украв монеты из его коллекции.

Красивые губы изогнулись в усмешке.

Умная девочка оставила ему зацепку. Может, она даже хотела, чтобы он её нашёл. Некоторые женщины любят играть в такие игры, чтобы почувствовать себя нужными.

Дэйрон откинул стекло и внимательно изучил коллекцию. Естественно, каждую монетку помечали чарами. Разыскать их будет легко.

Он осторожно опустил стеклянную крышку и быстрым шагом вышел из кабинета, цепляя к поясу хлыст.

Айлин

Соседи⁈

Я обалдело смотрела, как дракон закатывает рукава, а затем наклоняется, чтобы зачерпнуть воды.

— А ты… вы… выходит, из Эйгардов?

— Да так, седьмая вода на киселе. А ты?

Я покачала головой.

— Нет, мы не родственники.

Тай бросил на меня любопытствующий взгляд и играючи вытащил полное ведро, не уронив на себя ни капли. А потом поставил его и одним прыжком перемахнул через ручей, оказавшись нос к носу со мной. От неожиданности у меня перехватило дыхание. От дракона пахло смесью чего-то пряного и сладковатого. В моей пекарне таких запахов не водилось.

Опомнившись, я поспешно отпрянула и послала наглецу возмущённый взгляд. Он же ни капли не смутился. Сверкнул белозубой улыбкой, поднимая моё ведро.

— Помогу тебе. Показывай, куда нести.

— Спасибо, я сама…

Но Тай уже не слушал, направляясь к мельнице, и мне пришлось поспешить следом за ним. Дойдя до двери, мой новый сосед остановился и обернулся, проверяя иду ли я. Хмурясь, я нагнала его и на миг замедлилась.

Дракон занимал большую часть дверного проёма. Как вообще кто-то может быть таким огромным? В жизни не видела ни у кого таких широких плеч. Что ж, теперь я понимаю, почему драконы строят такие огромные дома. В обычные они просто плохо помещаются.

Злясь, я протиснулась мимо него, не удержавшись от того, чтобы снова вдохнуть сладковатый запах.

— Сюда.

Тай не спеша прошёл и поставил ведро на место. Потом его взгляд снова вернулся ко мне, с досадой скользнув по косынке. Гость не спешил уходить, но я не боялась. Знала, что в случае чего моя новая магия поможет выставить его за дверь.

— Ты очень вкусно печёшь. Ел бы каждый день.

Каждый день! Он теперь будет приходить ко мне каждый день? Мысли заметались в панике, а тело, сама не знаю почему, отозвалось судорожным вздохом.

— Что ж… кхм… завтра будет пирог с ревенем.

— Не терпится попробовать.

Голос дракона прозвучал бархатно и приглушённо, и от этого сказанные слова как будто приобрели другой смысл. А может, это только мне так показалось. Я почувствовала, что краснею. В глазах Тая загорелся огонёк, губы дрогнули в улыбке. Положение спас Виспер. Он неожиданно вскочил на прилавок и заорал на гостя дурным голосом, шипя и пытаясь дотянуться до него когтями.

Светлые брови Тая взлетели в удивлении. Я и сама была поражена. Обычно кот не показывался гостям, но видимо, для дракона сделал исключение.

— Что это за пернатое чудо?

— Это Виспер. Похоже, ему не нравится пищевая конкуренция. — Я попыталась погладить негодующего кота. — Тише, Виспер, спокойнее.

Но хранитель, похоже, был готов биться не на жизнь, а на смерть за свой кусок пирога. Когда он подлетел в воздух, Тай со смехом поднял руки и двинулся к выходу.

— Я понял, понял, дружище! Не кипятись. Не отберу я у тебя твоё сокровище.

У выхода он обернулся.

— Вчера я видел пожар. Сейчас всё в порядке?

— В полном, — заверила я, радуясь, что гость уходит, а вместе с ним исчезает и непонятное напряжение в теле.

— В полном? А как же разбитое окно?

— Ах да, сегодня было не до него, — пробормотала я.

Тай улыбнулся.

— Готов завтра починить. Приму оплату пирогами или ещё чем-нибудь сладким.

Я задумалась. Не лучше ли позвать кого-то из городских? Но никто из них не зайдёт в мельницу, местные даже не показываются в этой части Ларитона. Однако и дракону я не доверяю.

— Боюсь, я не готова пускать едва знакомого мужчину в свою спальню.

Тай кивнул в ответ.

— Это достойно уважения. Я не буду мешать, сделаю всё сам, пока ты печёшь. Уверен, твой цепной кот будет за мной присматривать. Что скажешь?

Виспер за спиной как-то угрожающе мяукнул, но идея показалась мне неплохой. Пусть сосед чинит окно. Главное — не оставаться с ним наедине. Потому что в такие моменты мне становилось не по себе от собственных мыслей и ощущений.

— Можно попробовать. Если Виспер согласен.

— Значит, до завтра, — улыбнулся дракон. — Спокойной ночи, Лин.

Тайрелл

Змей привык, что ему не отказывают. Нет, встречались на его пути принципиальные барышни, но ни одна из них не вызвала желание настоять на своём. Мир полон красоток, ради которых не нужно лишаться сна, половины состояния и свободы. Сероглазая Лин оказалась первой, кого Тайреллу по-настоящему захотелось добиться.

Должно быть, сказалось длительное воздержание. Без грубого плаща, в котором он её впервые увидел, она казалась совершенной. Длинная шея, плавные изгибы, тонкие запястья. А ещё этот взгляд, всегда немного настороженный — так и тянуло прижать девушку к себе и защитить от всех невзгод мира.

Интересно, какого же цвета её волосы?

А ещё был запах! Сначала он думал, что от неё пахнет выпечкой — острой корицей, яблочной свежестью, ягодным ароматом. Но оказалось, что это выпечка пахнет ею — её магией, её руками, её уютом.

Стоило девушке заговорить с ним, Змей осознал, что не уйдёт отсюда, не попробовав её губы на вкус. А после того, как она отказалась флиртовать в ответ, окончательно утвердился в этом решении. Вопрос был только во времени.

Решение поселиться по соседству было принято на ходу. Тайрелл не хотел показываться приезжим, но и оставлять без присмотра Лин и мельницу с осколком источника не собирался. Скрипучая дверь старого домика открылась без помех, почуяв родственную магию. Обстановка внутри была самая простая, без изысков, но Змей её даже не замечал. Он думал о девушке.

Не в его вкусе. Слишком серьёзная. Тайреллу нравились такие, что смеялись его шуточкам, чьи глаза блестели, а щёки краснели от намёков, те, что охотно и щедро дарили себя молодому симпатичному дракону. Лин была другой. И почему-то это его волновало.

Сколько времени у него есть? Несколько дней до того, как Суд Драконов соберётся на рассмотрение просьбы Рейны. День-другой уйдёт у них на обсуждение, учитывая его обращение с протестом против главенства кузины. Конечно, было бы лучше появиться лично, но Лин…

Лин. Полное имя он даже не запомнил, что-то там на «А». А это краткое «Лин» впилось ему в грудь маленьким сияющим наконечником стрелы. Теперь каждый раз, как он его повторял, где-то рядом с сердцем что-то сладко-болезненно дёргало.

Он не будет спешить. Даст девушке привыкнуть к нему. Проскользнёт в её жизнь, опутает так, что она не сможет сопротивляться. Недаром его прозвали Змеем.

А потом получит заслуженную награду.

Айлин

Проследив, чтобы Тай ушёл подальше, я первым делом накрыла мельницу защитным куполом. Вот теперь ночь будет по-настоящему спокойной. Но оказалось, что я кое-чего не учла.

Похоже, я слишком переволновалась из-за появления этого дракона. Иначе, как ещё объяснить, что мне всю ночь снились наглые зелёные глаза и лукаво изогнутые губы. Во сне я прижималась к нему, жадно вдыхая пряный запах, растворяясь в тепле объятий. Наутро, обнаружив, что я то и дело выглядываю в окно, поджидая соседа, я обругала себя.

— Мы же даже часа не проговорили! Виделись мельком два раза.

Я сердито месила тесто, ворча себе под нос.

— И имя какое дурацкое — Тай. Не имя, а пол-имени. Как будто он чего-то недоговаривает.

Вертевшийся рядом в ожидании пирогов Виспер фыркнул, напоминая, что мне тоже было что скрывать.

— Ладно, ты прав. Но всё равно каков наглец, а?

Я ополоснула руки и проверила узел косынки, плотно закрывающей свёрнутые в узел волосы. Не дай Пресветлый хоть один волосок попадёт в пирог!

Наглый сосед появился ровно в тот момент, когда из печи уже потянуло запахом готовящегося пирога с ревенем. Ящик с инструментами и стекло у него были с собой, и я, стараясь не замечать улыбающихся зелёных глаз, проводила дракона на второй этаж.

Только взглянув на спальню чужими глазами, я поняла, насколько обжила её за эти дни. Комнату украшали букет полевых цветов, увядший венок на зеркале, сплетённый из трав в один из вечеров, пучки разноцветных перьев, перевязанные бечёвкой, подвешенные в изголовье кровати. И огромное обгорелое пятно на полу. Оно настолько бросалось в глаза, что перетягивало внимание даже от кровати, сиявшей белоснежным бельём без пострадавшего в тушении покрывала.

Тай внимательно осмотрелся, прежде чем начать работать. Обычно весёлый взгляд на этот раз был сосредоточенным.

— Из-за чего начался пожар?

— Несчастный случай. — Я спешила уйти, потому что замкнутое пространство, неприкрытая кровать и этот мужчина начали складываться в моих мыслях в слишком уж смелый образ. — Ну, я пойду. Если что-то понадобится, зови.

Дракон хмыкнул и с грохотом опустил ящик с инструментами на пол. Кот зашипел в ответ, будто требовал быть поосторожнее. Я оставила этих двоих, вернувшись к следующей партии пирогов. И хотя старалась прислушиваться, для меня всё равно было неожиданностью обнаружить, что Тай неслышно спустился сверху и наблюдает за моей работой.

— Всё готово. Посмотришь?

— Нет, — отмахнулась я. — Уверена, что Виспер дал бы знать, если что-то не так. Твой пирог, бери сколько захочешь.

Я кивнула на блюдо, на котором остывали румяные квадратики со сладкой зелёной прослойкой.

— Не против, если я съем его здесь?

Выгонять гостя после того, как он оказал услугу и не попросил за неё денег, было невежливо, так что я равнодушно пожала плечами и протянула ему тарелку.

— Не против, если ты не будешь на меня глазеть.

Он усмехнулся, забирая себе сразу три куска пирога. Один я отдала Висперу, ревниво сверкавшему на гостя жёлтыми глазами.

— Что делать! Больше здесь не на что любоваться.

Какое-то время мы провели в молчании. Я стояла у стола, доделывая пирожки с грибами, дракон сидел тут же и не торопясь жевал, глядя на мою работу. В конце концов я устала от этого внимательного взгляда, заставлявшего кожу покрываться испариной, а пальцы дрожать, и завела разговор.

— Что привело тебя в Ларитон?

Тай отряхнул длинные пальцы от крошек, сдвинул тарелку в сторону и налёг на стол, заглядывая мне в лицо снизу вверх.

— Готов поклясться, что судьба.

Я поморщилась.

— А если серьёзно?

— Я серьёзно. Чутьё подсказало мне, что здесь есть что-то важное для меня.

Почти доделанный пирожок чуть не выпал у меня из рук при мысли, что это то самое чувство, с которым я живу уже много дней. Дракон в одно мгновение оказался рядом, подхватил кусочек теста и вложил его обратно мне в руки. Лёгкое касание пальцев словно впечаталось в кожу приятным ощущением. И хотя Тай тут же отстранился, мы оба взглянули друг на друга с удивлением.

— Мне надо поторопиться, скоро начнут прибывать гости, — смешавшись, пробормотала я. — Спасибо за помощь!

— Не за что, Лин, — слегка охрипшим голосом ответил дракон. — Я подумал, что могу заменить и сгоревшие доски наверху, если ты хочешь.

— Заменить? — Я с трудом соображала, потому что его простое прикосновение смешало все мысли. — Было бы нелишним. А нельзя восстановить с помощью магии?

— Я не бытовой маг, — усмехнулся Тай. — У меня несколько иная специализация. Так что, пойду поищу подходящие доски.

Он ушёл, а я бездумно уставилась на свои пальцы, всё ещё хранившие тепло его прикосновения. Как так выходит, что я хочу держаться от дракона подальше, но вместо этого снова приглашаю в свою спальню?

Тайрелл

Ну конечно, он мог сделать это с помощью магии! Заклинание восстановления вернёт доскам их первозданный вид за считанные минуты. Змею это категорически не подходило.

Едва входная дверь старого домика захлопнулась за ним, дракон активировал артефакт связи, вызывая давнего знакомого по службе. Лорд Солантиса прямо сейчас занимался восстановлением родового гнезда и точно мог помочь парой советов.

— Террант, вопрос на миллион! — выдохнул Тайрелл. — Нужно заменить часть покрытия на полу. В общих чертах я понимаю, как это делается, но ударить в грязь лицом нельзя. Что я должен учесть? Есть какие-то подводные камни?

Друг прищурился, изучающе глядя на него.

— Змей, это ты? Ты заболел? Тебя подменили?

— Тебя похитили и заставили работать плотником? Ты проиграл спор более сильному менталисту?

Террант продолжал недоверчиво смотреть на Змея. Тот в ответ на насмешки сузил глаза.

— Рейдар, если бы не я, ты бы никогда не познакомился со своей женой*. Просто напоминаю, что оказал тебе большую услугу.

Друг добродушно усмехнулся.

— Вот теперь верю, что это правда ты.

Хозяйственный Террант действительно помог ценными советами. Когда связь оборвалась, и его полупрозрачная фигура растворилась в воздухе, Змей прошёлся по комнате, размышляя.

Вылазка на второй этаж мельницы показала кое-что важное. Во-первых, осколок источника находится ещё выше, там, куда не пропускают защитный барьер и чокнутый питомец девушки. А во-вторых…

Во-вторых, к ней удивительно приятно прикасаться. Настолько приятно, что пришлось поспешно убраться, чтобы держать руки при себе.

Тайрелла восхищало в ней всё. То, как она хмурится. Как вспыхивает от его взгляда. Как проворные пальчики защипывают мягкое тесто. Пока он следил за её работой, ему казалось, что стоит этим пальчикам прикоснуться к нему, и непоколебимый опасный дракон-менталист станет таким же податливым в её руках.

Даже вещи, окружавшие её, вызывали умиление. Цветы, аккуратно заправленная постель, расчёска… Он очень старался присмотреться получше, но так и не увидел рядом с ней ни одного волоска. Подходить искать на подушке и вовсе побоялся. Не из-за мерзкого кота, а потому что его так и тянуло зарыться в постель лицом и вдохнуть запах Лин.

«Змей, это ты? Ты заболел?» — повторил он слова друга и усмехнулся.

Было ещё кое-что. Разбитое окно в спальне, ровные границы пожара на полу — всё указывало на поджог. При мысли о том, что кто-то пытался навредить Лин, до боли сжимались кулаки и зубы. Но она не захотела с ним делиться. Маленькая, гордая, хрупкая Лин.

Защитный купол — это хорошо, но мозг опытного имперского Стража тут же придумал с десяток способов навредить одинокой девушке, проживающей вдали от всех. Пока он здесь, будет смотреть в оба, чтобы найти виновного и обезопасить её.

Айлин

Тай появился снова в разгар дня, когда я была занята сидевшими за столом гостями. Я сразу поняла, что он пришёл, даже не по тому, что непринуждённый разговор за спиной сбился. Скорее почувствовала тёплое присутствие дракона.

Поздоровавшись со всеми, Тай улыбнулся мне и прошёл наверх, неся на плече доски для работы. Гости, бросив на него лишь взгляд, тут же вернулись к разговору и еде, моментально забыв о драконе. Словно они в Ларитоне встречались на каждом шагу. С потолка медленно и плавно опустилось пёрышко. Виспер незримо наблюдал за всем происходящим в мельнице.

Всё время, пока я заваривала чай, отвечала на вопросы и поддерживала беседу, в голове вертелась мысль. Успеет ли Тай доделать всё, пока я занята? Чем ему отплатить? Как не допустить ещё ближе?

Чтобы вернуть себе хладнокровие, я вспоминала, как за мной ухаживал Дэйрон. Как настоящий джентльмен — подарки, цветы, комплименты. Он не позволял себе вольностей и голодных взглядов. Мне хотелось напомнить себе, чем всё закончилось, но разум в итоге обернул все мои измышления против меня. Ведь от слов и прикосновений жениха меня не бросало в жар, как сейчас.

Когда гости попрощались и ушли, я замешкалась внизу. Ужасно хотелось посмотреть, что делает Тай, но вместо этого я тянула время, медленно убирая со стола посуду, заворачивая остатки пирогов в бумагу. Хотела отдать их дракону в качестве благодарности за работу, но кое-что пошло не по плану.

У входа в мельницу неожиданно послышались какая-то возня, шепотки и смешки. Приезжие уже ушли, а значит это был кто-то из местных. Я выглянула из-за прилавка, недоуменно приподняв брови. Послышались звуки борьбы, и внутрь влетел чумазый мальчишка, которому явно придали ускорения товарищи.

Снаружи раздались плохо сдерживаемые смешки. Мальчику явно было не по себе. Испуганно и растерянно он огляделся вокруг, потом принюхался и сглотнул слюну.

— Госпожа ведьма… А… а пирожки ещё остались?

*Историю Терранта и его знакомства с женой можно прочитать в третьей книге цикла «Хозяйка усадьбы с секретом, или Ненужная жена дракона»

Я посмотрела на несчастного мальчишку. Вид у него был такой, как будто я прямо сейчас превращу его в лягушку.

— Иди сюда. — Я развернула остатки пирожков. — Бери, я угощаю.

Остальные детишки, услышав, что их товарищу ничего не грозит, высунули любопытствующие мордочки. Я улыбнулась.

— Заходите, разбирайте. В этот раз не всё скупили, могу угостить.

Мельница наполнилась топотом босых ног. Загорелые ручонки враз разобрали остатки пирожков. Пока дети торопливо жевали, глазёнки с восторгом обшаривали всё вокруг. А мне было радостно. Может, вслед за младшими потянутся и взрослые жители города?

Светлые головы с выгоревшими на солнце волосами вертелись, стараясь рассмотреть каждую деталь. А я поймала себя на мыслях, которые раньше никогда не возникали в моей голове.

Дети. Если Дэйрон найдёт меня, у нас будут такие же светловолосые детишки. При мысли об этом в животе сжался комок тошноты. Что лучше: всю жизнь скрываться, не зная радости материнства, или смириться, чтобы однажды и в моём доме топало босыми ногами загорелое счастье?

Я бросила взгляд на заботливо подсушенные побеги глушеницы. Буду принимать её и скрываться, пока не приму окончательное решение.

Дети как будто почувствовали, что у меня переменилось настроение. Наперебой заголосили благодарности и убежали, как будто птички выпорхнули из мельницы. Я помахала им рукой и прокричала вслед, чтобы заходили ещё. А потом в задумчивости закусила губу.

От пирожков остались одни крошки! И чем мне теперь отблагодарить дракона за работу?

В растерянности я поднялась наверх. Может, узнать, что он любит, и приготовить это специально для него?

Моего появления в спальне не заметили. Виспер ходил взад-вперёд, раздражённо пошевеливая крыльями, пока Тай измерял последнюю доску. Закатанные рукава рубашки не скрывали тугие мышцы рук под гладкой кожей, по которой змеились вены. Длинные ловкие пальцы сжимали огрызок карандаша, делая на дереве пометки.

Не замечая меня, Тай зажал карандаш в зубах, убрал за ухо мешающую прядь волос и провёл рукой по доске ровную линию. Под пальцем заискрило, кусок деревяшки со стуком упал на пол. Движение вышло до того резким и точным, что я невольно задумалась, а какая именно специализация у этого дракона? В этот момент он меня заметил.

Тай уложил доску на место старой, обгоревшей, взял несколько гвоздей и вдавил их в дерево, словно нож в масло. Вот почему я не слышала стука молотка! Здесь тоже не обошлось без магии. Явно рисуясь передо мной, дракон поднялся и отряхнул руки.

— Почти готово.

Он провёл ладонью над полом, и новые доски стали того же цвета, что и остальные. Теперь комната стала выглядеть почти как до пожара. Не хватало только занавески на окне и покрывала на кровати, которая теперь смотрелась особенно вопиюще, притягивая взгляд.

— Уверен, что ты не владеешь бытовыми чарами? — неловко пошутила я.

— Уверен. Исключительно ловкость рук! Я ведь могу их здесь помыть?

Я показала в сторону ванной, и Тай протиснулся мимо меня, на мгновение задержавшись лицом к лицу. Слишком близко! Виспер недовольно рявкнул снизу, и дракон, хмыкнув, двинулся дальше.

— Ах да! Прости, Тай, но последние гости доели все пироги. Я подумала, что могла бы приготовить то, что ты любишь. Чего бы тебе хотелось?

Дракон мгновенно высунулся из-за маленькой двери под лестницей, глядя на меня сузившимися глазами.

— Как лучше ответить: вежливо или честно?

— Лучше вежливо, — быстро откликнулась я.

— Тогда что-нибудь с яблоками и корицей.

Я выдохнула с облегчением. Это мне по силам.

Оставив Виспера наблюдать за соседом, я спустилась проверить, остались ли у меня ещё яблоки. Дракон собирал инструменты и выносил наружу обгоревшие доски. Но в очередной раз, когда он поднялся, наверху раздались яростный кошачий вой и фырканье.

Когда я взлетела по лестнице, Виспер махал крыльями и лапами перед носом дракона, пытаясь его оцарапать. Тай прикрывался рукой, но в конце концов отмахнулся от противника. Котика снесло воздушной волной и впечатало в меня. Я крепко прижала его к себе и возмущённо уставилась на гостя.

— Этот кот слишком много себе позволяет, — негодующе заявил он.

Раздалось шипение. Видимо, Виспер, думал о драконе то же самое.

— Я просто хотел проверить, всё ли в порядке наверху! Следы пожара уходят туда.

Мои губы сжались против воли. Там, наверху, был загадочный камень, и дракон, конечно же, не мог его не почувствовать. Может, причину он придумал и убедительную, но я всё же не могла игнорировать мысль о том, что Тай заинтересовался загадочной магией.

А если он заберёт камень, мы с Виспером останемся без защиты.

— Наверху всё хорошо, — голос из сжавшегося горла звучал как-то по-другому. — Спасибо за помощь, Тай. И спокойной ночи.

Дракон уже успокоился.

— Я не собирался ему навредить, — кивнул он на Виспера. — Лин, послушай, мы с твоим питомцем просто не поняли друг друга. Мы всё уладим, правда, дружище?

Виспер противно заныл. Я прижала кота к груди покрепче, чувствуя исходящее от него тепло.

— Тай, просто уходи. Я дам знать, когда будет готов твой пирог с яблоками.

Дракон сжал зубы и прошёл мимо нас. Когда внизу хлопнула дверь, я выдохнула и опустила на мельницу защиту, успокаивая Виспера.

— Не доверяешь ему? — спросила я, поглаживая мягкую шёрстку.

Кот возмущённо мяукнул. Я вздохнула.

— Я бы тоже не должна…

Стоило выкинуть дракона из головы, но получалось плохо. Особенно теперь, когда перед глазами то и дело вставал образ Тая, сосредоточенного на работе. Рукава небрежно закатаны, волосы в беспорядке, магия — остра как клинок.

За окном уже темнело, и я ходила по спальне, заплетая косу на ночь и изо всех сил стараясь не думать о наглом соседе. В комнате горела лишь лампа, поэтому взмывший за окном магический светлячок сразу привлёк моё внимание.

Я выглянула в окно. Внизу у ручья стоял Тай с каким-то ящиком и махал рукой.

— Мои извинения для Виспера, — прокричал он и ушёл, оставляя ящик на траве.

Мы с котом спустились и выглянули за дверь. Он потянул носом, облизнулся и деловито потрусил к подношению. Я растерянно пошла вслед за ним, дрожа от сырой вечерней прохлады.

В ящичке лежала рыба. Судя по запаху, совсем свежая. Виспер уже вытащил одну и принялся терзать её в стороне. Я забрала остальное, разглядывая.

Такой рыбы точно не водилось в нашем ручье. От неё пахло йодом и солью.

Что же нужно дракону, который так небрежно тратит силы на старые доски и порталы до моря? Наследство Фианны или, и правда, — я?

Откуда вообще взялись в моей голове такие мысли? Я никогда не считала себя особенной красавицей или какой-то примечательной. Даже когда Дэйрон начал ухаживать за мной, всё удивлялась, почему он выбрал именно меня. Внешность у меня самая обычная, из красоты, пожалуй, только волосы. Талантов немного: могу творить простейшие заклинания без счёта и тесто. Вот и всё.

Но когда Тай смотрел на меня своими нагловатыми зелёными глазами, я чувствовала себя не просто хорошенькой или симпатичной. Я начинала казаться себе самой красивой девушкой в мире — столько восхищения было в лице дракона.

Я снова поднялась в спальню и посмотрела на себя в зеркало. Так и есть. Стоило вспомнить о Тае, как глаза начинали блестеть, щёки и губы розоветь. Если с Дэйроном я превратилась в выцветшую копию себя, то свобода, свежий воздух и привлекательный поклонник делали из меня красавицу.

Жаль, что связь истинных мешает мне жить по-настоящему свободно. Дэйрон почувствует всё, что коснётся меня. Так что соседу не достанется ничего, кроме пирога.

Тайрелл

Стоило тронуть защиту на лестнице, ведущей на третий этаж, мерзкий кот тут же перешёл в атаку. Ментальный приказ замолчать он не воспринял, только разозлился ещё больше. А хуже всего, что Лин встала на его сторону.

Чем больше Тайрелл крутился рядом с ней, тем больше понимал — девушка использует ту самую силу, которую он искал. Иначе как ещё объяснить, что он не смог пробиться через её защиту? Едва ли она сама справилась бы с натиском дракона. Откуда в таком хрупком теле взяться подобной силе?

Но это не было препятствием для Змея. Когда обе — и Лин, и сила — станут его, он позаботится о безопасности девушки. Как правящий лорд Эльмирии.

А пока что нужно было принести извинения. Один портальный переход, и Змей очутился на одном из знаменитых шумных рынков Мореллиана. Он уже бывал здесь раньше. В двадцати шагах отсюда — тёплое море, вкусная еда, прекрасные девушки. Но там, в Эльмирии, — долг. А ещё дом.

Почему-то при мысли о доме вспомнился не родительский особняк и не дом Эйгардов в столице, а круглая светлая комнатка, полная запахов выпечки. И руки Лин, которая наполняла эту комнатку волшебством.

Назад он вернулся быстро. И очень вовремя. Оставив подношение мерзкому животному, Тай ушёл недалеко, скрываясь в сумраке. Лин наконец-то сняла косынку, но темнота съела все краски. Всё, что он смог заметить — что волосы девушки тяжёлым водопадом опускаются ниже спины. Стоя во тьме дракон чувствовал, что его пробирает дрожь от желания погрузить в этот водопад руки, окунуть лицо и вдохнуть поглубже.

Лин скрылась в доме, пора было уходить, но что-то привлекло внимание дракона. Какое-то движение на идущей вдоль поместья Эйгардов дороге. Тьма быстро сгустилась, скрывая всё, но Тайрелл чувствовал, что там кто-то есть.

Ждать пришлось недолго. Скоро на тропе, ведущей к его домику, показался человек. Местный, судя по одежде. Мужчина явно спешил — шляпа то и дело соскальзывала с его головы, обнажая светлую лысину. Он возвращал её на место одной рукой, второй держа подальше от себя корзину с плетёной крышкой.

— Эй, — тихо окликнул дракон.

Голос был едва слышен в вечернем стрекотании сверчков и пении жаб, но идущий вздрогнул и повернул голову. Этого хватило, чтобы перехватить его взгляд.

— Сюда, — приказал Тайрелл, и мужчина, спотыкаясь свернул с тропы.

Он остановился в двух шагах, трясясь так, будто летним вечером внезапно ударили морозы. Дракон вперил в незнакомца пристальный взгляд и едва не зарычал.

У мелких людей мысли лежат на поверхности. Особенно те, что яркие и эмоциональные — не нужно особого таланта, чтобы их прочесть. Тайрелл протянул руку, забрал корзину и отставил на крыльцо своего домика, не сводя глаз с жертвы.

— Пожар тоже устроил ты? — тихо с угрозой спросил он.

Мужчина попытался опуститься на колени, но взгляд дракона удерживал его на месте.

— По… по… милуйте. Я не хотел навредить… Только напугать… чтобы ушла…

Руки Тайрелла сжались в кулаки. Никогда ещё драконья сущность не требовала так отчаянно крови. Даже когда его обходили соперники. Даже когда Рейна отобрала титул. Он с трудом сделал вдох, пытаясь держать себя в руках.

— Ты один? Сколько вас таких в городе?

— Не… не знаю… Многие не любят… — жалкий человечишко мотнул головой в сторону мельницы.

Тайрелл коротко кивнул, принимая решение. Воля дракона огнём прошлась по дрожащему разуму человека, выплавляя в том новые образы, сжигая то, что не положено помнить.

Он уйдёт обратно в город. Он никогда не причинит зла девушке, живущей в мельнице. Он будет смотреть и слушать, не намерен ли кто-то ей навредить. А обо всём подозрительном будет рассказывать на крыльце старого дома. Кому? Он поймёт при встрече.

Когда лысый, зажав шляпу под мышкой и спотыкаясь, поспешно ушёл, Тайрелл отнёс корзину за дом. Под его рукой прутья вспыхнули, расходясь и лопаясь от жара. Внутри извивались в огне три змеи с ярким ядовито-оранжевым окрасом. Глядя на них, дракон мотнул головой, прогоняя жгучее желание догнать лысого и свернуть ему шею. Обошёл вокруг домика, вдыхая ночную прохладу. И остановился глядя на слабо светящееся окошечко в мельнице.

Стекло в нём уже появилось, но занавесок всё ещё не было. В скудном свете была видна девичья фигурка — проворные пальчики девушки быстро заплетали волосы в длинную косу. Проклятый полумрак скрывал подробности.

Тайрелл решительно втянул прохладный воздух. Хватит ходить вокруг да около. Завтра он узнает их цвет.

Айлин

Тёплый запах яблок и корицы наполнял весь первый этаж. Виспер ходил за мной по пятам, но мне удавалось держать оборону.

— Это для Тая, за работу. Для тебя будут с рыбой, подожди немного, скоро будет готово.

Закончилось тем, что на блюдо с пирогом пришлось поставить защиту, иначе Тай нашёл бы свою оплату полной кошачьих перьев. Я механически проверила косынку на голове. Завязано плотно, никаких неприятных сюрпризов.

Виспер насупился при упоминании о драконе. А может, обиделся, что я не дала ему кусочек.

— Можно подумать, это не ты вчера урчал от его подарка. Ох, ладно, испеку тебе такой же, когда Барни привезёт ещё яблок.

Утро началось с сюрприза. За пирожками пришёл вчерашний мальчишка, только теперь он был отмыт и обут. А ещё парня сопровождали родители.

Мать мальчика держалась настороженно, но в отце я узнала мужчину, который защищал меня от Нельмара. Сегодня он сменил рабочую одежду на воскресный костюм, превратившись из крестьянина в добропочтенного горожанина.

— Сын сказал, что у вас лучшие пироги во всём Ларитоне, — громогласно возвестил он. — А он кое-что в этом понимает. Мы решили прийти пораньше, пока не набежали конкуренты.

Я невольно усмехнулась, обведя глазами пустующую пекарню. Пока посетители пробовали всё по очереди и выбирали, что возьмут с собой, мне рассказали, что у Барни сломалась телега. Выходит, что сегодня не будет ни продуктов, ни гостей издалека. А это значит…

Меня волновали две вещи. Во-первых, столько пирогов мне не съесть даже с поддержкой Виспера. А во-вторых, мне предстояло весь день общаться с Таем.

Я уже заметила, что он не любил показываться гостям, появлялся в основном, когда никого не было. Оно и понятно, появление дракона в такой глуши гарантированно вызвало бы сплетни. Весь день, пока меня отвлекали заботы о посетителях, не было времени задумываться о нём. Но теперь впереди был целый свободный день. И даже если Тай не будет присутствовать лично, его уже сложно выгнать из моих мыслей.

— Вот же поселился тут на мою голову, — прошептала я.

Гости ушли. Помахав им на прощание рукой, я отправилась вверх по ручью, чтобы собрать свежих цветов. И когда вернулась обратно, Тай, конечно же, уже поджидал меня.

— Твой пирог готов. — Не глядя ему в глаза и прячясь за охапкой цветущего разнотравья, я прошла в мельницу. — Виспер очень благодарен тебе за подарок. Я думаю, конфликт исчерпан.

Кот оторвался от своей тарелки и оскорблённо уставился на меня. Я нахмурила брови в ответ и переставила блюдо с пирогом на прилавок, убирая защиту. Тай не сводил с меня глаз, а я всё старалась не смотреть на него.

— Кажется, ты всё равно расстроена. Наверное, мне стоило принести цветы, а не рыбу…

— Да нет, всё хорошо, — со смешком отозвалась я. — Просто, гостей сегодня не будет. Не знаю, что теперь делать со всем этим.

Я обвела взглядом ещё горячие пирожки на прилавке. Тай тихо усмехнулся.

— Заверни всё мне.

Я уставилась на него, забыв о том, что собиралась не смотреть ему в глаза.

— Ты серьёзно⁈

— У меня хороший аппетит.

— Но здесь много!

— Он становится сильнее, когда я прихожу сюда.

— Ты точно справишься?

— Готов начать прямо сейчас. И не останавливаться до самой ночи.

Взгляд у Тая действительно был голодный, но я как-то начала сомневаться, что мы всё ещё говорим о пирожках. Зелёные глаза смотрели на меня с хитринкой, но вдруг улыбка дракона погасла, и он прищурился.

— По-моему, по тебе ползёт какое-то насекомое.

Он протянул руку, но тут же опустил её.

— Нет, наверное показалось. Или оно заползло под косынку.

Сдавленно пискнув, я принялась развязывать платок. Насекомое! Наверняка подцепила, пока собирала цветы. От спешки тугой узел не поддавался, и Тай, следивший за мной, покачал головой.

— Иди сюда, помогу развязать.

Я выскочила из-за прилавка, который создавал хоть какую-то преграду между нами. Ловкие пальцы дракона тут же разделались с узлом. Косынка скользнула в сторону. Послышался шумный вдох и медленный, сдержанный выдох.

— Что там?

— Сейчас.

Тай потянул за шпильки, и волосы тяжёлыми волнами рассыпались по плечам. Пальцы нежно погладили пряди у висков, щекочуще задели ухо. Я прикрыла глаза, невольно концентрируясь на приятных прикосновениях. До чувствительной кожи на шее долетел жаркий выдох, и я распахнула ресницы. Близко, он слишком близко!

— Нашёл?

— Нет. Наверное, всё-таки показалось.

У дракона был странный голос. Всегда звучный и сильный, сейчас он был полушёпотом с хрипотцой, которая почему-то щекотала нервы. Я обернулась. Обычное самоуверенное выражение слетело с лица Тая. Теперь на нём было смятение.

— Всё хорошо?

Выражение лица у дракона было, как у человека, которого столкнули с высокой скалы.

— Лин, по-моему, я умираю.

Тайрелл

Любопытство сгубило Змея. То, что задумывалось, как любовная игра, стало ловушкой для него же самого.

Едва перед глазами вспыхнуло красное золото волос, Тайрелл почувствовал странное. Будто все прежние его личности — беззаботный Змей и целеустремлённый Эйгард-младший — стали ему малы, не подходили для того, что происходило с ним прямо сейчас. Выползая из старой шкуры, на свет появлялся новый Змей, и это было захватывающе и страшно.

Он с шумом втянул упоительный аромат, шедший от волос Лин, и заставил себя медленно выдохнуть, понимая, что сердце заходится в каком-то безумном ритме. Затем осторожно потянул за шпильки. Тайрелл даже не думал, что делал, он просто нырял с головой во что-то новое.

Огненные пряди, как змеи, обвивались вокруг его пальцев. Ещё одна сжала сердце.

Тайреллу казалось, что все его внутренности завязали узлом и соединили с этой хрупкой девушкой — дёрни его подальше от Лин, и он умрёт. Такого с ним никогда не происходило.

Если это и есть любовь, почему её все так жаждут? Змей ощущал одновременно бесшабашное всемогущество, страшную уязвимость и страх потерять своё сокровище. Как будто бессмертный внезапно обнаружил, что тоже может умереть. Когда ему удалось заставить себя убрать руки от волос Лин, он знал, почему настолько задержался здесь. Дело не в поисках магического источника и не в очередной победе в постели. Всё гораздо серьёзнее — он влюбился.

Но из-за проклятого долга он не может дать время ей и себе. Ему нужно спешить.

Впрочем, Змей и так не планировал больше сдерживаться.

Айлин

— Оно что, тебя укусило?

Я смотрела на Тая, и мне становилось всё тревожнее. С ним явно было что-то не так.

— Кто?

— Насекомое.

— Нет, я просто… — Он убрал с лица прядь волос и вдруг счастливо рассмеялся. — Я сейчас. Только унесу все эти пирожки.

Выложив несколько монет и торопливо собрав часть того, что лежало на прилавке, он поспешил наружу, но, уже выйдя, вернулся.

— У тебя очень красивые волосы. Не надо их прятать. — Дракон снова вышел и опять высунулся обратно. — Впрочем нет, прячь. Не показывай никому, кроме меня.

Я невольно рассмеялась, чувствуя себя прекрасной. Тай исчез и не появлялся почти четверть часа. Я уже завернула оставшиеся пирожки и начала тревожиться, что с ним всё-таки что-то случилось, как светлая голова опять мелькнула в окне.

Тай взял с прилавка два больших свёртка и взглянул на оставшийся.

— Поможешь отнести?

Конечно, после такого щедрого жеста я не могла отказать. Подхватив последний свёрток, я пошла следом, стараясь не засматриваться на широкую спину. Тай плечом открыл дверь в домик и скрылся внутри. Я вошла следом за ним.

Надо сказать, что жилище дракона изнутри выглядело лучше, чем снаружи. Я ожидала пыль и затхлость, но внутри было чисто, опрятно и по-деревенски просто. И в эту простую картину никак не вписывался стол, на котором блестели бокалы, сиял фарфор и горели свечи.

Тай положил мои пирожки на стол, обернулся и улыбнулся, словно искуситель.

— Как насчёт совместного обеда?

Он снял крышку с ближайшего блюда. То, что оказалось под ним, было сложно назвать едой — это было воздушное произведение искусства, украшенное соусом и листиками мяты. В сравнении с этим мои пирожки казались несъедобной детской поделкой из песка и грязи.

Запах был чудесный, но у меня всё сжалось внутри. Блюдо напомнило мне бесконечные званые обеды, на которых гости лебезили перед Дэйроном, и старались не замечать моих синяков. Да ещё эта проклятая мята!

Я попятилась, мотая головой.

— Нет.

Тай посерьёзнел, будто заподозрил, что мне нехорошо. Шагнул вперёд и забрал пирожки из рук, будто невзначай погладив кожу кончиками пальцев.

— Не уходи. У тебя сегодня свободный день. Можем отправиться, куда захочешь. Хочешь на море? Я открою портал. Целый день на тёплом пляже, а вечером обратно к мельнице.

При мысли о море мне стало спокойнее, будто повеяло чем-то из забытых детских воспоминаний. А может это близость дракона успокоила меня.

— Нет, Тай. Я не могу.

— Можешь. Со мной можно делать всё, что захочешь.

Я втянула воздух, пропитанный отголосками пряного запаха, и поняла, что не хочу уходить. Я осталась бы на обед, и отправилась бы на море, потому что несмотря ни на что, начинаю верить этому хитроглазому дракону.

Тай подошёл совсем близко, но не касался меня. Пригнул голову, стараясь заглянуть в глаза.

— Ты боишься меня?

— Нет.

Я боюсь себя рядом с тобой.

Мысль в моей голове была такой отчётливой, я даже испугалась, что произнесла её вслух. Но уши наполняло только моё неровное дыхание. Однако Тай будто понял меня без слов. Уголок губ изогнулся в улыбке, руки, осмелев, коснулись моих.

Кончики его пальцев проскользили вверх, щекоча кожу. Прикосновение споткнулось о рукава платья, но тут же изменилось. Теперь пальцы плотно охватили руку, жадно сжали, скользя всё выше — к локтям, по плечам и снова к коже — на шее. Большой палец, едва прикасаясь, нежно провёл вверх, доходя до мочки уха, и тело откликнулось мурашками. Но до того, как Тай успел заключить моё лицо в ладони, я увернулась и отступила.

— Нет.

Он на секунду замер, а потом улыбнулся — ласково и немного снисходительно, будто наше сближение было вопросом времени.

— Как скажешь. Я не буду спешить.

Гнев немного прочистил мои мысли. Что этот дракон о себе возомнил? Думает, раз я живу в глуши, то непременно ухвачусь за такой шанс? Считает меня глупой сельской девчонкой, которую можно одурачить и забыть? Ну уж нет!

— Приятного аппетита, Тай.

Я вышла, возмущённо выдохнув. Дракон был неправ, дел у меня хватало. Продукты не приехали, значит, Барни привезёт их вместе с гостями. А угощать их чем-то надо. Я взяла корзинку и, проверив защиту на мельнице, пошла в лес.

Гуляла я долго, почти до темноты. Собирала пахучие ягоды, низенькие толстенькие грибы. Лежала, приникая лицом к прохладной траве, стараясь остудить жар, который вспыхивал при воспоминании о прикосновениях дракона. И не знала, что лучше — вернуться и снова столкнуться с ним или оставаться здесь со своими мыслями о нём.

Когда я в сумерках проскользнула в мельницу, в старом домике теплился слабый свет. Тай меня не поджидал, и я одновременно испытала облегчение и разочарование. Может, это и есть его хитрый план — дать мне время, чтобы я сама извела себя мыслями? Надеюсь, он просто объелся пирожков, как Виспер, и теперь не может пошевелиться.

Следующее утро выдалось солнечным. Небо было чистое, будто вымытое, без следа облаков. И мои мысли тоже. Нам с этим драконом не по пути. Мне вообще больше ни с кем не по пути. Тем более сближаться с драконами опасно. Кто знает, может, Дэйрон уже всех поставил в известность, и только Тай, просиживая в глуши, не знает, что меня разыскивают?

Я заварила себе утренний чай, но вопреки обыкновению не вышла наружу, чтобы пить его, любуясь просыпавшейся природой, а поднялась в спальню. Думала выйти на балкончик, но остановилась, завидев в окно Тая, идущего к ручью с парой вёдер в руках. Взгляд зацепился за обнажённый торс, на который спадали белые пряди волос.

Утреннее солнце скользило по коже. Мускулы плеч и груди — не массивные, но крепкие — с каждым движением оживали, подсвеченные лучами. Тень мягко легла в ложбинки ключиц, подчеркнула рельеф живота, обрисовала изгибы сильных рук.

Дракон двигался грациозно и уверенно, как хищник, привыкший к своей силе и победам. Вот он наклонился, чтобы зачерпнуть воды, затем отошёл подальше от ручья. Пришлось сделать пару шагов и изменить угол обзора, чтобы он оставался в поле зрения.

Тай легко поднял одно ведро, позволяя мне полюбоваться на напрягшиеся мышцы рук, и опрокинул его на себя. У меня перехватило дыхание, как будто это на меня полилась ледяная вода. Пока дракон выливал на себя второе ведро, моя буйная фантазия нарисовала его кожу, покрывшуюся мурашками, мокрую и прохладную на ощупь, влажные пряди волос и улыбку. Эту гадкую вчерашнюю улыбку, которая как будто говорила: «Мы же оба знаем, что ты сейчас чувствуешь».

Я шумно выдохнула, и Тай, словно услышав, поднял голову и взглянул прямо на меня. И да, гадкая улыбка была на месте.

Мне захотелось провалиться сквозь свеженастеленный пол на первый этаж, а потом дальше под землю. Но я с достоинством кивнула в ответ и отошла от окна, делая глоток остывшего чая.

Пару часов я месила тесто, отвлекаясь от навязчивых мыслей, горячих то от воспоминаний, то от гнева. Затем за свежими пирогами пришли мои новые знакомые из Ларитона. На этот раз они купили побольше, чтобы угостить соседей.

Солнце припекало. Снаружи слышался какой-то стук, но я не выходила, стараясь не показываться дракону на глаза. Виспер лениво выглянул за дверь, оглядел происходящее и исчез в траве. Я прошлась по балкону и обнаружила, что кот ушёл выше по течению ручья и плескался на мелководье, как воробей, вылизывая пёрышки. А вот рядом с мельницей…

Тай мастерил новые мостки. Рубашку он, к счастью, надел, правда, забыл застегнуть. Вместо старых хлипких досок, перекинутых через воду, теперь был широкий, крепкий мостик, к которому дракон прилаживал высокие перила. Заметив меня, он лучезарно улыбнулся.

— Лин, у тебя найдётся пара ненужных кружек? Думаю сделать для них крючки, чтобы гостям было удобнее набирать воду.

Кружки у меня были. Но я колебалась, размышляя.

Почему у меня такое чувство, будто это очередной трюк, чтобы заманить меня поближе?

Поколебавшись, я всё-таки спустилась вниз и отыскала пару ненужных, но симпатичных кружечек. Люди всё чаще приезжали взглянуть на легендарный ручей, стоило позаботиться об их удобстве.

Выйдя из мельницы, я какое-то время стояла поодаль, наблюдая, как Тай приделывает к перилам пару старых кованых крючков, затем ступила на мостки. Вместо проседающих старых досок под ногами была приятная, надёжная твёрдость. Я повесила кружки на их места и огляделась.

Теперь это место выглядело совсем не так, как в день моего прибытия. Мельница дышала жизнью, ручей весело журчал, кажется, даже заросли по его берегам стали цвести пышнее. Всё вокруг выглядело умиротворяющим. Только одно вызывало постоянное беспокойство — присутствие здесь дракона.

Вопреки моим ожиданиям, Тай не делал попыток приблизиться. Он оперся о перила, вглядываясь вдаль, куда убегал ручей. Расстёгнутая рубашка то и дело притягивала мой взгляд, но я старательно себя одёргивала.

— Однажды я бывал здесь в юности. Пробовал эту самую воду…

Он замолчал, оборвав фразу, а я вдруг обнаружила в себе жгучее, болезненное любопытство. Зачем он её пробовал? Был в кого-то влюблён? Ожидал взаимности? И что было потом? Чувство было неприятным, и я поспешила от него избавиться.

— И как?

Тай пожал плечами, поворачиваясь ко мне.

— Вода как вода, ничего особенного.

Он замолчал, рассматривая меня. В зелёных глазах мелькнули искры озорства. Пора было уходить.

Я сделала неуверенный шаг назад и отвела взгляд, осматривая новые мостки и перила.

— Не слишком высокие? Будет неудобно тянуться к воде.

— Зато безопасно, — парировал дракон, приближаясь ко мне и скользя рукой по перилам. — А если вода покажется сладкой, можно сделать так…

Вторая рука легла на перила с другой стороны меня, отрезая путь к отступлению. Пытаясь совладать с участившимся дыханием, я старалась не смотреть Таю в лицо, но при этом замечала всё больше деталей. Светлый шрам на груди — будто полоснули острым когтем. Солнечные блики на воде. Губы, будто высеченные из камня. Птицы поют так, будто что-то празднуют. Травы шепчут на ветру. Светлые волосы развеваются. Зелёные глаза смотрят уверенно, но дракон не торопится. Ждёт.

На миг мне показалось, что ждёт не только он — всё вокруг. Что всё вокруг нас было полно жизни и совершенно, и только нам двоим оставалось дополнить эту картину. При мысли о том, как именно это могло бы произойти, у меня ослабли колени. Следовало запереть под защитным колпаком себя, потому что чары этого дракона были сильнее меня.

Тай склонил голову на бок, скользя взглядом по моим губам, и я взмолилась про себя. Хоть бы он сказал что-нибудь гадкое! Потому что когда он так смотрит, у меня нет никаких сил сопротивляться притяжению.

— Ты позволишь? — Его рука слегка потянула за край косынки. — Хочу видеть, как на них блестит солнце.

Косынка сползла на плечи, но я воспользовалась моментом, чтобы выскользнуть из плена.

— Не в этот раз, Тай. Я жду гостей.

Я пошагала к мельнице, молясь, чтобы он не пошёл за мной. Потому что было невозможно сопротивляться засевшей в голове мысли: если дотронуться до его губ — окажутся ли они действительно такими твёрдыми, как выглядят?

Дойдя до дверей, я обернулась. Тай почему-то смотрел на небо, хмурясь. Затем перевёл взгляд на меня и с улыбкой двинулся навстречу. Но что-то изменилось в его глазах. Теперь вместо лукавства в них была решимость.

Дэйрон

Обращение и полёт не отнимали много сил, всё-таки расовые способности не пропали от того, что его лишили источника. Но чары невидимости не могли держаться долго. Если бы не это, он бы быстро нашёл свою Алишу. Но Дэйрон вёл поиски тайно, чтобы не привлекать внимания. А это значило, что нужно постоянно прерываться и пополнять запас сил.

Его монеты нашлись почти сразу: одна на станции с экипажами, другая в соседней провинции. Дальше след терялся, но оказалось, что даже плохонький маг-менталист за хорошую плату способен на удивительные вещи. Например, выискать в памяти возничих образ испуганной хрупкой девушки в плаще с капюшоном.

Тарку удалось проследить её путь до Эльмирии, но он обрывался вместе с просёлочной дорогой в какой-то глуши. Вести расспросы в мелком городишке означало привлечь внимание. Пара нанятых им людей, проведя там несколько дней, не нашла никаких следов присутствия Айлин. Пришлось отправить их в соседние деревни.

И тут ему улыбнулась удача. В одном из захудалых городишек вовсю судачили о молодой ведьме, что недавно поселилась в старой мельнице.

Дракон парил в небе, невидимый ни для кого, терзаемый желанием спалить к демонам всё, что видит под собой. Какие-то заброшенные развалины, цветущее поле, перерезанное ручьём, старый дом и мельницу. Чтобы Айлин — если это была она — больше негде было укрыться от него.

Далеко внизу у мельницы виднелись две фигурки: мужская и женская. Сначала в них не было ничего особенного, пока не мелькнули медно-рыжие волосы женщины. Дракон заложил крутой вираж, спускаясь ниже.

Наконец-то! Она! Нашёл!

Когти хищно сжались в полёте, когда Дэйрон представил себе, как ворвётся в мельницу, куда теперь спешила Айлин. Он завладеет ей снова. И больше никогда не отпустит. Даже если для этого придётся приковать её цепями.

Мужчина внизу неожиданно вскинул взгляд, выискивая что-то в небе. Дэйрон знал, что его невозможно увидеть. Значит тот беловолосый… чует?

Сородич? Ещё один дракон?

Раздражение чуть не заставило его зарычать, но Дэйрон тут же себя успокоил. Неприятно, но не смертельно. У него есть козырь. Никто в целом мире не встанет между драконом и его истинной. Связь истинной пары священна для драконов, а значит Алиша неизбежно будет его.

Тайрелл

Лин была почти в его объятиях, и это туманило сознание. Запахи трав мешались с ароматом свежих яблок с перчинкой корицы. Ветер развевал волосы, но не мог остудить жара, который сжигал дракона.

Девушка трепетала от его близости. Кажется, он мог бы вечно наблюдать, как она борется сама с собой. Но вот её взгляд прошёлся по его губам, и Тайрелл до боли сжал деревянные перила. Нет, всё-таки вечно не получится. Нельзя столько истязать это прекрасное создание… и самого себя.

Солнце скользило по светлой коже Лин, и дракон поймал себя на необычном желании. Он хотел увидеть сокровище во всём его великолепии. Сокровище, которое уже совсем скоро упадёт в его руки.

Руки бездумно потянули косынку, и она легко соскользнула вниз. В лучах солнца волосы вспыхнули огнём, и внутри Тайрелла что-то восхищённо застонало.

Он больше не умирал. Теперь он парил, настигая жертву. Один поцелуй — и они полетят дальше вместе.

И даже когда Лин ускользнула, ничего не изменилось. Тайрелла привязало к ней, а её — к нему. Сколько ночей им понадобится, чтобы эта связь износилась и распалась? Уж точно больше, чем одна.

Змей не собирался её торопить. До того момента, пока чутьё не дёрнуло его, предупреждая об опасности.

Всё вокруг выглядело по-прежнему. Птицы пели, кузнечики стрекотали в высокой траве, ручей весело журчал. Но чутьё, много раз спасавшее ему жизнь, настойчиво требовало оглядеться получше.

Тайрелл прислушался, уловив отголоски чьих-то мыслей, промчавшихся мимо словно сильный ветер. Всё, что ему удалось понять — это был не человек, так быстро перемещаться умеют только драконы.

Небо над мельницей выглядело безмятежным, но Змей знал, что не мог ошибиться. Кто-то кружил над ними, оставаясь незамеченным. А это значит…

Возможно, Рейна прознала о его плане. И теперь у него больше нет этого чудесного времени рядом с Лин. Беззаботного времени на то, чтобы заигрывать, любоваться и предвкушать.

Сжимая кулаки, Змей направился вслед за девушкой. Время игр и разговоров закончилось. Ему нужно как можно скорее добраться до источника, а для этого необходимо содействие Лин. И поцелуй, отнятый силой или украденный без спроса, ему не поможет.

Девушка обернулась и, поймав его взгляд, упрямо вздёрнула подбородок. Похоже, что содействия не намечалось.

Тайрелл выругался про себя. Никогда он не применял свой дар для того, чтобы заполучить женщину, это был его принцип. Близость должна быть желанна для обоих, только тогда она приносит удовлетворение. Но сейчас… Похоже, Пресветлый прогневался на него за беззаботные годы веселья.

Теперь это был вопрос жизни и смерти. Если Рейна доберётся и до этого источника, он ни за что её не победит. А если кузина ещё и прознает о его тяге к Лин… кто знает, на что способна эта безумная?

Тайрелл вошёл в мельницу, чувствуя, как одна часть его облизывается в предвкушении, а другая готова завыть от чувства вины перед Лин.

Только бы не пришлось её принуждать.

Айлин

Надо было захлопнуть дверь прямо перед носом дракона. Надо было опустить защиту и уйти. Надо было кликнуть Виспера, чтобы не оставаться с Таем наедине. Но я ничего этого не сделала, просто смотрела, как он надвигается на меня.

Какая-то тень набежала на лицо дракона. Я и сама чувствовала, будто что-то из прошлого вдруг неожиданно всплыло в памяти. Вспомнился Дэйрон, его сила, его власть надо мной.

"Иногда я забываю, насколько дракон сильнее человека".

Разве не так же он надвигался на меня со своим хлыстом? Зная, что я не смогу убежать или воспротивиться. Что у меня только один выход — подчиниться.

Я упрямо вздёрнула подбородок, глядя Таю в глаза. Хватит! Я уже обожглась однажды, второго раза не хочу.

Но кажется, моё упрямство только раззадоривало его. Дракон приблизился. Зелёные глаза мерцали победным огнём, но голос прозвучал тихо, как будто упрашивая:

— Лин…

Руки вновь скользнули по моим плечам, растапливая теплом решимость противостоять. Я сделала глубокий вдох.

— Уходи.

Стараясь удерживать каменное выражение лица, я отступила за прилавок, подняла с пола мешок из-под муки, дрожащими руками принялась складывать непослушную рогожу. Тай молча наблюдал за мной из-под опущенных ресниц, затем подошёл ближе и навалился грудью на прилавок, заглядывая мне в глаза.

Я невольно замерла. На этот раз его взгляд был серьёзным и глубоким, казалось, он проникает мне в душу.

— Лин, — тихо, но отчётливо произнёс дракон. — Поцелуй меня.

Голос дракона звучал мягко, но требовательно. Игнорируя желание немедленно ему подчиниться, я сжала грубую ткань мешка в руках. Пара мгновений ушло на то, чтобы вернуть решимость держаться от дракона подальше. Но от голоса Тая внутри что-то таяло и тянулось к нему. Так было всегда, с нашей первой встречи, просто раньше он не озвучивал вещи, которые уже заняли место в моих мыслях.

Как это вообще возможно, чтобы в одной фразе мешались нежность и нетерпение, просьба и мягкий приказ? Даже древняя магия, жившая внутри, заволновалась вместе со мной. Наверное, я бы поддалась, если бы не излишне уверенный взгляд дракона. Похоже, Тай не сомневался в том, что я выполню его просьбу. Видимо, этот наглец вообще не понимает слов!

Вспыхнувший гнев помог стряхнуть остатки оцепенения. Руки, теребившие старый мешок, сами взлетели, посылая скомканную рогожу в лицо дракона. В воздух взметнулось облако белой пыли, в котором мелькнули удивлённые зелёные глаза. Послышался звучный чих. Тай изумлённо осмотрел засыпанную мукой рубашку, а потом звонко рассмеялся.

— Ты невероятная!

— Уходи, — повторила я. — Тай, я серьёзно. Хватит держать меня за сельскую дурочку. Ты можешь быть сколько угодно очаровательным, но я — неподходящий выбор. Просто поверь.

Дракон смотрел на меня со смесью неверия и восхищения.

— Считаешь меня очаровательным?

— Ты только это услышал?

— Ты восхитительная.

— Просто держись от меня подальше.

— Не могу. — Он пожал плечами. — Я живу в двух шагах от тебя.

Глаза Тая так лучились смехом, что я не выдержала и тоже улыбнулась.

— Вот и будем просто соседями. Хорошо?

Дракон усмехнулся, ничего не отвечая. Потом прислушался и обеспокоенно выглянул в окно.

— Кажется, к тебе гости. Не знаешь, что это за тип?

Я вышла из-за прилавка и просияла, увидев, кто приближается к двери.

— Это же Барни!

— Аделина! Привёз всё, что заказывала! — прогремел старый знакомый издалека. — Носить только не могу — спину потянул.

Я поморщилась. Мешки с мукой довольно тяжёлые, а магию перед местными жителями я старалась не демонстрировать. А то вдруг и Барни решит, что я ведьма.

Но прежде чем я приняла какое-либо решение, Тай двинулся к двери.

— Идём, помогу. — Он улыбнулся, глядя на меня через плечо. — По-соседски.

Дэйрон

Меньше всего ему хотелось привлекать к своей жизни внимание других драконов. Да ещё на чужих землях! Алишу следовало увезти по-тихому. В дыре, вроде этой, слухи быстро обрастут красочными подробностями и могут привлечь внимание правящего лорда.

Скрывшись в тени деревьев на краю поля, Дэйрон смотрел, как светловолосый входит в мельницу вслед за его невестой. Так уверенно, будто он здесь хозяин. Дракон скрипнул зубами. Ему никогда больше не испытать этой уверенности, он везде будет чужим. Появляться во владениях Тарков ему запретили после того, как он… всего лишь попытался ускорить естественный ход событий. Земли и титул и так должны были достаться ему. Но отец вцепился в свою власть когтями и клыками, не желая расставаться с ней раньше времени.

Драконы… Драконы никогда не выпускают из лап своё, уж Дэйрон знал это, как никто другой. И если тот светловолосый положил глаз на Айлин, могут возникнуть крупные проблемы.

Подавляя желание немедленно ворваться в мельницу и схватить свою невесту, Дэйрон сделал тяжёлый вдох и медленный выдох. Не спешить. Наблюдать. Не показываться. Действовать чужими руками.

Эта девушка — его драгоценность. Жемчужина. Одна на миллион — будущий живой источник сил. Маленький, слабый, но способный питать его и его детей. Он готов на что угодно, чтобы забрать её у всего мира и сделать своей женой.

Надо выяснить, когда она бывает одна, и прислать за ней пару верных людей. Глядя на окошечки мельницы, Тарк недобро усмехнулся.

— Скоро встретимся, Алиша. Жди гостей.

Айлин

Барни привёз даже больше всего, чем я просила, видимо, извинялся за задержку. Гости, приехавшие с ним, осматривали Ларитон, а у него было время переброситься со мной парой слов, пока Тай переносил продукты в мельницу.

Забавно, но у моего знакомого присутствие дракона как будто не вызвало никаких вопросов. Впрочем, как и у всех, кто его здесь встречал. Можно подумать, драконы в этой глуши попадаются на каждом шагу. Пока Тай трудился, Барни похлопывал по шее незнакомого мне гнедого коня.

— Вот, справил заодно, пока телегу чинил. Рыжиком зовут. Спасибо тебе, если бы не твои пироги, ещё год бы копил. А теперь народ к ручью зачастил, только поспевай возить.

Рыжий конь в ответ на такую перспективу громко фыркнул, прижал уши и покосился на нас, махнув хвостом. Барни быстро убрал руку с его шеи.

— Хороший конь, норовистый только. Пришлось даже вот… разжиться.

Он снял с бока плётку, которую я до этого не замечала, и погрозил лошади. Животному хватило одного вида, чтобы снова встать смирно. Мне, впрочем, тоже.

Воспоминания о Дэйроне, нахлынувшие сегодня особенно сильно, теперь снова накатили, вызывая тошноту. Синяки от его рук и следы от хлыста сошли, но память о боли, кажется, навсегда впечаталась в сознание. Я невольно отступила назад и натолкнулась на проходившего мимо дракона.

— Лин, ты в порядке? — Тай придержал меня, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Ты побледнела.

— Всё хорошо.

Я провела рукой по лбу, стирая холодную испарину. Дракон встал рядом, вонзая острый взгляд в моего друга. Тот моргнул и задумчиво пожевал губами.

— О чём бишь я? Да, ты ведь говорила, что к нам только на время. Не думала насовсем-то остаться?

Теперь испытующий взгляд зелёных глаз упёрся уже в меня, отчего-то заставляя нервничать.

— Я не знаю… Я бы с радостью, мне здесь нравится, да жильё ведь не моё.

— Ну-у, девочка, — протянул Барни. — С твоими золотыми руками ты на дом быстро скопишь. А там, глядишь, мужчина какой из заезжих останется, мимо такой красоты не пройдут. Ты главное, увозить себя не давай.

Теперь взгляд зелёных глаз метался между нами, вспыхивая от раздражения. Разговор становился неловким, и Барни, как почуял, вдруг засобирался.

— Ну, пора мне, ещё дела в городе. А ты заезжих-то сильно не раскармливай, на новую телегу мы с Рыжиком ещё не заработали.

Рассмеявшись собственной шутке, Барни попрощался и уехал. Вдали уже слышались голоса идущих к ручью. Тай встал рядом со мной, глядя вдаль.

— И чем тебе так нравится Ларитон?

Я пожала плечами.

— Здесь тихо… безопасно. Чужие не ходят. Здесь свободно.

Дракон угрюмо хмыкнул.

— Безопасно, говоришь? А пожар?

— Недоразумение. Теперь я стала осторожнее.

— А объявятся хозяева мельницы, что будешь делать?

Я повернулась к нему, вглядываясь в непривычно хмурое выражение лица.

— Вот когда объявятся, тогда и разберёмся.

Мы помолчали.

— Ты ведь дальний родственник Эйгардов, — вспомнила я. — Наверное, что-то знаешь о том, кто станет новым лордом?

Во взгляде Тая промелькнуло что-то беспокойное. Он опустил ресницы.

— Пока что никто не знает, но всё решится быстро.

— Быстро — это хорошо, — пробормотала я.

Неожиданно, его слова вызвали во мне смятение. Когда новый лорд наконец-то будет определён, в моей размеренной жизни, наоборот, наступит неизвестность. Даст ли он мне защиту? Или вернёт в лапы законного жениха? В любом случае, настанет конец моим новым силам и уютной жизни в мельнице рядом с Виспером и неугомонным соседом. Я нахмурилась, понимая, что Тай как-то незаметно стал частью всего, что мне здесь нравилось.

— Я не могу ничего тебе рассказать про нового лорда, — подал голос дракон, — но у меня есть другие возможности.

— Например?

— Например, могу показать старое поместье. Интересно?

Ого! Мне сразу вспомнился огонёк, блуждающий в тёмных окнах старого дома, и то, как меня тянуло туда заглянуть.

— Допустим.

— Тогда договоримся: экскурсия за экскурсию. Я проведу тебя по владениям Эйгардов, а ты меня — по своим.

Я засомневалась. Уже второй раз Тай пытается пробраться на верх мельницы. Случайность? Стоит ли показывать ему, что там хранится? Может, сработает просто прикрыть камень чем-нибудь и поставить защиту?

Сложно. Показывать камень не хотелось, но я помнила, как меня безудержно тянуло в поместье. Будто там было что-то по-настоящему важное. Мне нужно было время, чтобы поразмыслить, но вдали на тропе уже показались гости.

— Ну, как договорились? Встречаемся, когда твои посетители разойдутся.

Я хотела запротестовать, но Тай сунул руки в карманы и беззаботно удалился в свой домик. Ничего, у меня было ещё несколько часов, чтобы всё обдумать. Правда, судя по количеству приехавших в этот раз гостей, эти несколько часов будут очень занятыми.

Тайрелл

Первый раз в жизни его дар дал осечку. Змею приходилось иметь дело с опытными магами, выдерживать молчаливые дуэли с другими менталистами, но первой, кто его победил, стала хрупкая рыжеволосая Лин.

Расстроился ли он? Ни капли. Скорее был горд, что влюбился в такую особенную девушку. Больше всего ему хотелось подхватить сердитую Лин на руки и закружить, но это едва ли помогло бы им сблизиться.

Когда она отказалась слушать ментальный приказ, Тайрелл почувствовал, что с его плеч упала гора. Не хотелось добиваться её внимания таким способом. Но в то же время он понимал, что на его пути возникла серьёзная проблема: источник под защитой, защита у Лин, а сама девушка — с характером.

Рассказать ей сейчас про свои поиски было всё равно, что сложить крылья над острыми скалами. После такого Лин ни за что не поверит, что ему нужен не только источник, но и она сама. Оставалось только одно — завоевать её сердце по-настоящему.

Вообще-то Змей одобрял поведение девушки. Лин показала, что она не из тех, кто станет связываться с малознакомым мужчиной только из-за симпатичного лица и толстого кошелька. Может поэтому его сердце и выбрало не одну из прошлых вертихвосток, а именно её.

Неудивительно было и то, что она гнала его — ведь они не знали друг о друге ничего. Тайреллу вдруг стало ужасно любопытно, как Лин оказалась в старой мельнице, почему она здесь живёт, и чем её можно порадовать. К череде вопросов довольно скоро прибавился ещё один: что такого случилось в жизни девушки, что она чуть не потеряла сознание при виде плётки?

Убедившись, что подозрительный тип на телеге здесь ни при чём, Змей с трудом разжал челюсти, чувствуя, что теряет способность здраво рассуждать при одной мысли о том, что кто-то мог причинить Лин боль. И только он совладал с собой, как этот селянин подлил масла в огонь — заговорил о возможном замужестве.

Наверное, он бы поостерёгся, если бы Тайрелл не приказал ему не замечать собственного присутствия. Но приказ уже был отдан, и прозвучавшие слова о будущем муже Лин вызвали острое желание взвалить её на плечо и спрятать подальше ото всех особей мужского пола во всём мире. И конечно, с ней всё не могло быть так просто.

Ей нравилось это место. Уговоры явно не помогут, а взваливать на плечо… Вообще-то Змей не был сторонником таких методов, но на этот раз не смог пересилить себя и отвергнуть такой план. Просто отложил его подальше с пометкой "в случае смертельной опасности".

Было и ещё кое-что. Остатки холодного разума нашёптывали дракону, что Лин могла оказаться здесь именно из-за него. Слишком многое сходилось. Сначала он встретил её в доме покойного дяди, где как раз вертелась Рейна. Потом здесь — рядом с источником. Именно она не пускает его к цели. Действительно ли девушка забыла его в тот первый раз? Тогда почему при следующей встрече смотрела во все глаза? Может ли это быть притворством, игрой, чтобы заставить его провозиться здесь как можно дольше? Может ли быть, что он попался в тщательно расставленную врагами пусть и сладкую, но ловушку?

Вопросов было слишком много, и все они упирались в одно — Тайрелл слишком мало знал о своей соседке. Значит, им предстоял долгий разговор. А если можно совместить важное с приятным, зачем откладывать? Вечером у них с Лин будет свидание.

Айлин

Гости заняли у меня полдня. Когда мы наконец-то распрощались, уже вечерело. Виспер исчез куда-то, прихватив с собой в зубах пирожок. Не успела я выдохнуть от забот, на пороге уже объявился Тай.

— Всё готово, — жизнерадостно объявил он.

Я устало вздохнула.

— Я не готова.

— Могу понести тебя, если хочешь. По-соседски.

— Ну уж нет. — Я со смешком сняла и отложила в сторону фартук. — У меня есть условие. Я покажу тебе мельницу, но не выше третьего этажа. А ещё ты застегнёшь, наконец, рубашку.

Тай колебался всего секунду и тут же кивнул в ответ, послушно пробегаясь пальцами по ряду пуговок.

— Идёт. Но у меня тоже есть условие. Ты снимешь свой платок и распустишь волосы.

Скрывая смущение, я развязала косынку, вытащила шпильки и позволила волосам рассыпаться по плечам. Дракон, как и в прошлые разы, восхищённо застыл.

— Теперь ты готова, — прошептал он.

Игнорируя протянутую руку, я вышла из мельницы и опустила защиту. Тай внимательно наблюдал.

— Где ты училась использовать магию?

— В пансионе, — коротко ответила я. — Идём скорее. Дом большой, хочется успеть до ночи.

Вскоре мы дошли до угла каменной ограды, местами осыпавшейся от времени. Тай запросто шагнул в один из провалов и подал мне руку. И переведя меня сквозь магический барьер уже не отпустил.

Впрочем, я и не думала возмущаться. Двор зарос травой, в которой прятались камни. Так что мне пришлось добираться до особняка, уцепившись за локоть дракона. Судя по лёгкой улыбке, ему это нравилось. Мне и самой было приятно ощущать под пальцами тепло и тайком вдыхать сладковато-пряный аромат, исходящий от его волос и одежды.

— Ты говорил, что бывал здесь однажды.

— Да, в детстве, когда навещал тётку. Тогда двор был куда ухоженнее, а вот дом за это время почти не изменился.

Тай взошёл на ступеньки, потянул дверь на себя и жестом пригласил меня внутрь. Я послушалась, чувствуя, любопытство и трепет.

В старом доме было сумрачно и прохладно. Мы с драконом одновременно засветили пару светлячков, и те полетели впереди, танцуя один вокруг другого. Я вертела головой, рассматривая когда-то пышное, а теперь потускневшее от времени убранство, пока Тай негромко рассказывал о каждой комнате.

— Библиотека запечатана особыми чарами, могут войти только прямые наследники рода. А это, — он приоткрыл какую-то дверь, заглянул туда и тут же вернулся. — Тут нечего смотреть, просто какая-то груда камней.

Чем глубже мы заходили, тем быстрее билось моё сердце. Из-за спешки удавалось рассмотреть немногое, но всё, что я видела, мне ужасно нравилось. А самым волнующим было предвкушение, что главное — то самое важное — где-то совсем близко.

Больше всего мне понравилась малая гостиная на втором этаже. Малой она была только по названию, в действительности места здесь было предостаточно, чтобы вместить не только мягкую мебель, но и рояль. Стены украшали картины с узнаваемыми пейзажами окрестностей. Одна — самая большая — была скрыта тяжёлой занавеской. Я уже собиралась заглянуть под неё, как Тай придержал мою руку.

— Осторожно, здесь спрятано зеркало — одна из реликвий рода. Когда смотришь в него впервые, можешь ненароком увидеть будущее.

Я замерла, раздумывая, хочу ли знать, что меня ждёт. Если мне удастся всю жизнь скрываться от Дэйрона, то, безусловно, да. Но если он меня найдёт…

— Не волнуйся, это будет показано только тебе. Но для этого ты должна отражаться одна.

Дракон оставил меня, уйдя в тень. Чувствуя прохладную испарину на лбу, я вдохнула поглубже, зажмурилась и всё же отвела занавеску в сторону. Сначала потемневшая зеркальная гладь отражала мой силуэт, но через мгновение по её поверхности разлился свет.

Этот свет будто преображал всё вокруг зеркальной меня. Из высоких запертых окон хлынули солнечные лучи, обстановка налилась цветом, полированная поверхность рояля заиграла бликами. Моё платье неожиданно оказалось другого цвета и кроя — прекрасное, как те, что когда-то покупал для меня Дэйрон. Только волосы всё так же струились по плечам.

Из-под локтя вдруг вынырнула светлая голова озорного мальчишки. С другой стороны подбежала и обняла моё отражение рыжеволосая малышка. Казалось, я слышу их звонкие голоса и тихую музыку, разливающуюся по комнате. На глаза навернулись слёзы, но когда в отражении показался мужской силуэт, у меня перехватило дыхание.

Похоже, это и было то самое важное, что тянуло меня сюда. Мужчина медленно приближался, но свет, бивший из окна, мешал рассмотреть его, лишь вспыхивал белым ореолом на светлых волосах. В тот момент, когда я судорожно сглотнула и наконец-то сделала вдох, видение погасло. На месте мужчины отражался Тай, держащий в руках бокал на высокой ножке. Только музыка всё так же играла, наполняя гостиную вместе с полумраком.

— Ты выглядишь испуганной, — заметил дракон, протягивая мне бокал с тёмной жидкостью. — Что-то увидела?

Я кивнула, сжимая прохладное гладкое стекло.

— Да. Сама не поняла, что именно.

Испытующий взгляд Тая было сложно переносить. Я принюхалась к жидкости в бокале и отставила его в сторону. Терять голову не входило в мои планы.

— А ты сам… заглядывал в него?

Он кивнул.

— В детстве. Зеркало показало мне много хорошего, но не показало главного. Похоже, что главное я должен был отыскать сам.

Тай смотрел на меня так серьёзно, что по коже побежали мурашки. Пришлось отвести глаза и осмотреться вокруг. Музыка лилась, создавая неуместно романтическую атмосферу.

— Здесь красиво. Как ты заставил рояль играть?

— Я умею уговаривать.

Фраза была сказана с намёком, который почему-то вызвал во мне неуместную мысль о том, многих ли этот дракон уже уговорил. Чувствуя, как в груди что-то неприятно жжётся, я прошла к роялю. Тронула клавиши, вспоминая забытые уроки.

— Ты училась играть в пансионе?

— Немного. Вообще-то нас учили бытовой магии, но мне давали уроки отдельно. Фиа… Владелица пансиона говорила, это потому, что я уже немного умела играть, когда попала к ним.

Тай помолчал.

— Ты росла здесь, в Эльмирии?

— Нет. — Я покачала головой, наигрывая мелодию. — Сколько себя помню, я жила в приюте, потом в пансионе. А отсюда родом моя хорошая знакомая. Она оставила мне ключ.

— Ключ от мельницы?

— Ну… да, — призналась я. — Но я его верну новому лорду провинции, как только пойму, кому возвращать.

Дракон стремительно подошёл ко мне, оглядывая так, будто впервые увидел. Мне снова стало не по себе.

— Ну, а ты? У тебя, наверняка, была полная семья и дом вроде этого?

Он очнулся от своих мыслей и криво усмехнулся.

— Можно сказать и так. Правда, я давно там не бывал.

— А сейчас путешествуешь?

— Сейчас… — Он мягко улыбнулся. — Сейчас я остановился, чтобы каждый день видеть самую прекрасную девушку в мире.

Я резко оборвала мелодию. Вечер становился слишком томным.

— Спасибо за то, что провёл меня сюда. Пойдём, покажу тебе свои владения. Это недолго.

Выбравшись из владений Эйгардов, я привела дракона на третий этаж мельницы. Вдвоём здесь было тесновато, но я старалась не показывать, что меня это заботит.

— Это жернова. Лоток для зерна. Сюда ссыпается мука. Вот, пожалуй, и всё.

Тай, растерявший вдруг всю свою обычную беззаботность, потёр лоб ладонью. Конечно же, он не мог не ощущать присутствия древней магии, закрывавшей барьером вход на верхний этаж.

— Лин, я не буду спрашивать тебя, что находится наверху. Просто расскажи, как с этим связана ты?

Я похолодела, услышав вопрос. Зелёные глаза дракона смотрели на меня серьёзно. Я невольно отступила, проверяя защиту на последнем этаже, но от волнения она, словно выскользнув из рук, стала распространяться, оставляя меня под куполом, а дракона оттесняя к лестнице.

— Стой, Лин, стой! — Тай вскинул обе руки. — Я не хочу причинить тебе вреда. Я просто хочу лучше тебя понимать… Почему ты живёшь здесь? Почему твоя сила отталкивает меня?

— Это не моя сила, — глухо ответила я. — Но она нужна мне, чтобы защититься. Поэтому я здесь.

Тай смотрел так пронзительно, словно, не будь между нами преграды, прижал бы меня к себе, пряча от всех невзгод.

— Я могу защитить тебя.

— Не думаю.

Никогда дракон не встанет на между сородичем и его истинной. Надёжное укрытие — это всё, на что я могу надеяться.

Тай коснулся защитного барьера ладонью, и тот заволновался. Я даже подумала, что магия поддастся дракону, но он не делал попыток пройти дальше.

— Лин, я не знаю, как сказать, чтобы ты поверила... Я раньше никогда не признавался в любви…

Сердце в груди подскочило. Мне тоже раньше никогда не признавались в любви. Дэйрон много раз говорил, что я для него особенная, но никогда — что любит меня. Я зажмурилась, слушая проникновенный голос, от которого всё звенело внутри.

— Я укрою тебя от всего. Никто не посмеет тебя обидеть. Только доверься.

Сейчас Тай не был похож на беззаботного соблазнителя, который когда-то заявился ко мне в мельницу. Похоже, он говорил искренне. И как же хотелось ему поверить.

Дракон приник к барьеру лбом. Соблазн прикоснуться к Таю вот так, из безопасного укрытия, щекотал нервы, разжигая огонь в крови. Я подошла и приложила свою ладонь к его. Магия разделяла нас, но не мешала теплу, исходящему от дракона, согревать мою руку.

— Честное слово, Лин, ты для меня особенная…

В груди что-то сжалось при мысли о том, чтобы снова доверить свою жизнь дракону. Эти слова мне говорили уже не раз. Я убрала руку, отступая.

— Мне не нужна помощь, Тай. Я справляюсь сама.

Тайрелл

Маленький, но гордый прекрасный огонёчек. Змей бы многое отдал за то, чтобы узнать, что она увидела в старинном зеркале. А ещё за то, чтобы понять, чего же она так отчаянно боится.

По всему выходило, что ключ от мельницы девушке дала сама Фианна. Не была ли его Лин той самой редкой аномалией из Файрсалема? Змей изо всех сил напрягал память, но никак не мог вспомнить имя, указанное в документах, оставшихся от тётки.

Его попытка быть откровенным не увенчалась успехом. Говорить о любви оказалось сложно, куда проще было бы действовать. Но Лин не подпускала его ни к себе, ни к своим тайнам. Однако того, что Тайрелл узнал за этот вечер, хватило, чтобы принять решение. Неважно, удастся ему вернуть титул или нет, он в любом случае найдёт каждого, кто заставляет Лин прятаться в глуши, и уничтожит всё, от чего ей приходится защищаться.

За последним не пришлось далеко ходить. Видя, что девушка непреклонна, Змей отступил. Пожелал ей спокойной ночи, вышел из мельницы и обнаружил, что у его двери бестолково мнётся тот самый лысый тип с шляпой в руках.

— В Ларитоне приезжий. Второй день ходит, расспрашивает о ведьме, что живёт на мельнице, — сообщил он, глядя пустыми глазами куда-то в сторону.

Змей невольно сжал кулаки.

— Что именно спрашивает?

— С кем живёт. С кем дружит. Давно ли.

— Ясно. Продолжай наблюдать. И знаешь что… — Зелёные глаза недобро вспыхнули в полумраке. — Приведи мне его.

Айлин

Тай на удивление спокойно воспринял мой ответ. Не стал спорить, возражать, уговаривать. Просто пожелал спокойной ночи и ушёл. А я осталась со своими мыслями одна.

Раздумывая о своём, я машинально заперла дверь, погасила везде свет, переоделась и заплела косу. Сев на постель, я шумно выдохнула, пряча лицо в ладонях. Дурацкое зеркало Эйгардов! Лучше бы оно ничего мне не показывало. Теперь я терзалась мыслями, кто же был в моём видении: Дэйрон, Тай или кто-то ещё. Мысли о женихе в последнее время всё чаще сжимали горло, словно он был уже за углом, готовый появиться в любую секунду.

Засыпала я в этот раз одна. Виспер снова где-то пропадал, как будто перепоручил силы камня и защиту мельницы мне и успокоился. Теперь его волновала только еда и её количество.

Вот и с утра он, плотно позавтракав, стащил у меня из-под носа сладкую булочку и сбежал. Я успела заметить и возмутиться, но он лишь спешно захлопал крыльями и удрал через открытое окно.

Снаружи уже слышались голоса посетителей. По крайней мере, я так думала. Но когда в мельницу ввалился десяток незнакомых мне человек под предводительством противной торговки, поняла, что ошиблась. Эти явно пришли сюда не за булочками.

Лица у моих утренних посетителей были недовольные, но, видимо, на вражеской территории их боевой задор поуменьшился. Некоторые боязливо озирались, кто-то перешёптывался за спинами остальных. Только знакомая торговка сохраняла прежний настрой.

— Ты! — Она наставила на меня палец. — Разорить нас решила?

Я непонимающе нахмурилась.

— Не надо изображать невинную овечку! — рявкнула торговка, впрочем, стараясь держаться подальше. — Переманиваешь наших покупателей! Небось завлекаешь их своей магией!

Остальные согласно зашумели, но как-то не очень уверенно. Некоторые уже принюхивались и глотали слюнки при виде разложенной на прилавке выпечки.

— Заезжих привлекает ручей, — пожала я плечами. — А в моих булочках и пирожках нет никакой магии. Можете попробовать сами.

— Ну уж нет! Хочешь и нас околдовать, как Нельмара? Ещё и нажиться? Нашла дураков!

Я хмыкнула. Выходит, лысый переменил своё мнение насчёт меня? Магия, не иначе.

— Ну, как знаете. Просто имейте в виду: в работе я магией не пользуюсь, а вот для защиты — могу.

Делегация горожан опасливо попятилась.

— Ну, мы это… Предупредили тебя, — напоследок бросила торговка. — Веры тебе нет, ведьма. Будешь наглеть — пожалуемся лорду, а если надо — самому императору.

Я вздохнула, глядя, как они торопятся поскорее выйти наружу, толпясь возле узкой двери. А ведь мне в какой-то момент показалось, что сложности с горожанами позади, и дальше будет только лучше. Только жалобщиков мне ещё не хватало. Так и до Дэйрона могут дойти слухи.

Голоса удалялись, но в дверь неожиданно проскользнул один из тех, кто стоял в задних рядах.

— А можно мне парочку вот этих? — Он кивнул, глядя на прилавок. — С яблоком.

Тайрелл

Ночь прошла беспокойно. Пару раз Змей вставал с кровати, обходил вокруг мельницы, проверяя, везде ли стоит защита. Пока ходил, столкнулся с мерзким пушистым котом Лин, который деловито спешил домой, переваливаясь с бока на бок. После нескольких часов беспокойного сна Тайрелл проснулся от скребущего звука. Кто-то тихонько стучал в дверь.

Змей рывком поднялся с кровати, натянул брюки, проигнорировав остальную одежду и распахнул дверь. Шальная мысль о том, что к нему пришла Лин, щекотала нервы. Но снаружи стоял Нельмар с худощавым незнакомцем в неприметной одежде.

Тайрелл не стал размениваться на приветствия. Впился взглядом во второго, и тот с опустевшим выражением глаз стал подниматься к нему навстречу. Пропустив жертву в дом, дракон повернулся к лысому.

— Двое их, — прошелестел тот. — Второй сегодня подоспеет.

Змей кивнул.

— Покажи ему дорогу.

Лысый кивнул и потопал обратно. Дверь захлопнулась, отрезая дракона и его невольного гостя от света и звуков бегущей воды, доносившихся с улицы. Незнакомец вздрогнул, когда Змей обошёл его, оглядывая со всех сторон.

Тай изо всех сил боролся с желанием оторвать ничтожному человечку голову. Наконец, он остановился, глядя на того сверху вниз.

— Кто тебя нанял?

Особых умений не понадобилось. Наёмник и не думал скрывать информацию и выдал бы всё даже без ментального воздействия. Вот только ничего полезного в его голове не было. Задание получил от своего знакомого — такого же бродяги, как он сам. Должен был разузнать всё о рыжеволосой девушке, живущей в мельнице. Информацию передать другому, который приедет позже. И помочь тому, что бы он ни делал.

Вот и всё, что удалось узнать. Змей с досадой цокнул языком и снова пристально взглянул на наёмника. Скоро тот нетвёрдой походкой вышел из его двери, унося с собой ложные воспоминания о том, как напился вдрызг со случайным товарищем, напрочь позабыв о задании и о добытой информации. Теперь его терзало жгучее желание вернуться в родную деревню и вести там исключительно честную жизнь.

Тайрелл двумя пальцами придержал несчастного за воротник, чтобы тот не сверзился со ступенек, и развернул его к тропе, придавая напоследок ускорение тычком меж лопаток. А когда обернулся, оказалось, что его с подозрением изучает желтоглазый фамильяр Лин.

Змей готов был поклясться, что тот непременно завопил бы мерзким голосом, зовя хозяйку, если бы не сжимал в зубах булочку. Вредный кот нервно замахал пушистым хвостом, но Тайрелл приложил к губам палец и улыбнулся.

— Приходили за твоей хозяйкой, но ты ей не рассказывай. Она в безопасности. Не стоит тревожить Лин по пустякам.

Айлин

Пусть день и начался с неприятного визита торговцев, зато потом всё складывалось замечательно. Гости потянулись в мельницу, скупая горячие пирожки и булочки. Одни остались, чтобы выпить чаю и поделиться интересными историями, другие устроили пикник прямо на берегу ручья.

Кроме приезжих заглянули несколько человек из города. Теперь я поняла, почему так негодовали торговцы — к мельнице стали приходить не только заезжие, но и их постоянные клиенты.

День казался безмятежным. Солнце било в окна, бросая на пол кружевные тени от занавесок. Ароматы выпечки мешались с запахом трав, который приносил ветерок через открытую дверь. Гости угощались, наполняя мельницу беззаботной болтовнёй и смехом. Я улыбалась и охотно поддерживала беседу, но на душе у меня было тяжело.

Вчерашняя прогулка с Таем, затем его слова о любви и желание защитить меня совсем сбили с толку. Я ругала себя за малодушный соблазн переложить свои заботы на кого-то большого и сильного, но в глубине души чувствовала, что дело не столько во мне, сколько в том, что это предложил именно Тай.

Чаще всех к ручью приезжали влюблённые парочки, но изредка в их компании встречались и одинокие мужчины. Очевидно, моё присутствие спасало их от скуки — они сразу же принимались улыбаться мне, шутить, пытались флиртовать. И ни разу моё сердце не замирало так, как это происходило рядом с Таем.

Но поддаться на уговоры дракона значило подвергнуть опасности и его тоже. Потому что, если Дэйрон обнаружит нас, то Тай может начать защищать своё, даже не зная, что обречён на провал. Нет, лучше держать его на расстоянии, показывая, что между нами ничего не может быть.

Как же сложно! Я тяжело вздохнула, потирая лоб. Гости ушли, и пора было убирать кружки со стола, но руки опускались от тяжёлых мыслей.

— Как дела, девочка?

Я вздрогнула от громкого голоса за спиной. Оказалось, горожанин, который защищал меня от Нельмара, снова пришёл за пирожками. Его сын тут же подскочил к прилавку, звонко перечисляя, что хочет попробовать сегодня.

— Спасибо, всё хорошо.

Улыбаясь непосредственности мальчика, я принялась собирать и упаковывать его заказ. Мужчина молча изучал меня любопытствующим взглядом.

— В городе болтают, что к тебе сегодня приходили. Оно и правда, посетители сюда летят, как пчёлы на мёд. Да я так думаю: коли хочешь больше монет, работать надо лучше. Так ведь?

Я пожала плечами.

— Это правда. Магия не делает еду вкуснее, а запах приятнее. Но я всё равно задумалась… А что если это само место так влияет?

Мужчина усмехнулся.

— Место… Я тебе расскажу. Раньше, когда здесь было гнездо Эйгардов, Ларитон процветал. Отец рассказывал, земля приносила в три раза больше, чем сейчас. Леса были полны живности.

Он положил на прилавок монеты, гулко стукнув ими о поверхность.

— Когда драконы ушли, ушёл и достаток. Злые языки поговаривают, что Эйгарды забрали удачу с собой. Выпили из Ларитона все соки и бросили доживать. А я тебе так скажу — городок у нас самый обычный. Место, как место. Особенными в нём были именно драконы и их магия.

Я передала свёрток с выпечкой радостному мальчугану, который тут же принялся его ворошить.

— То есть, вы думаете, магия делала всё лучше?

— А то. Думаю, и сейчас делает. Иначе как объяснить, что после твоего приезда у Нельмара свинья сразу десятерых поросят принесла?

Захохотав, он взлохматил светлую шевелюру мальчишки, уплетавшего булочку, и подтолкнул его к выходу.

— Ну, бывай, девочка. Обижать если будут, скажи, что Вельтару пожалуешься.

Я невольно заулыбалась, провожая его до двери. Потом наконец собрала со стола посуду и отправила мыться. А когда обернулась, обнаружила, что Виспер опять нахулиганил!

Судя по следу из крошек, стащил с прилавка последний пирожок и удрал в окно. Вот же обжора! Ведь только что его покормила!

— Виспер! — громко прокричала я. — Ну, попадись мне, вредный кот!

Вредный кот не отзывался.

— Виспер!

Я вышла наружу в полной уверенности, что найду его тут же урчащим над добычей, но вместо этого увидела странную картину.

По ту сторону ручья Тай и Виспер были чем-то заняты у старой бочки, стоявшей позади дома. При виде меня кот распластался по крышке, а дракон облокотился на бочку и помахал мне, невинно улыбаясь. Выглядело это всё в высшей степени подозрительно.

Тайрелл

Старый дом оказался идеальным местом для наблюдения. Через запыленные окна можно было следить за каждым, кто направлялся к мельнице. Этим Змей и занимался добрых полдня.

Первая группа посетителей выглядела недружелюбно, но была слишком напугана, чтобы причинить вред. Следом пришли обычные гости, которых интересовали угощения и развлечения. Заходили несколько человек, по виду местных жителей, но те, купив пирожков, быстро уходили. С виду ничего подозрительного, но чутьё подсказывало, что нужно оставаться настороже.

Когда гости разошлись, Тай вышел из укрытия, раздумывая не скосить ли траву вокруг ручья, да и мельницы тоже. Никто не подберётся незамеченным. С другой стороны, Лин так нравятся эти цветы…

Но пока он размышлял, оказалось, что высокая трава тоже может быть полезна. Едва ли Змей почуял бы противника. Магический фон от мельницы заглушал следы чужих чар, а подосланный, похоже, был опытным магом — заклинание невидимости удаётся не всем подряд. Вот только зайти он решил не с парадного входа, а далеко в обход.

Сначала Тайрелл наблюдал, как качаются верхушки цветов вдали от него. Он было решил, что это вредный кот шарахается в кустах, уж больно целеустремлённо продвигалось существо в траве. Но кот неожиданно появился с другой стороны: перевалился через узкий подоконник на первом этаже мельницы, только благодаря крыльям не шлёпнувшись на землю. Морда у него была самая разбойничья, а в зубах — неизменный пирожок.

Взгляд Змея мгновенно метнулся к шевелящимся поодаль травам. Виспер вдруг выпустил добычу из пасти и зашипел, глядя в ту же сторону и топорща перья.

Вместе они бросились туда, где подозрительно шевелилась трава. Заслышав их, неизвестный затаился в надежде, что его не заметят, но Тайрелл уже знал, где надо искать.

Атака получилась слишком сильной. Виспер удовлетворённо мяукнул, делая круг над телом. Наёмник вырубился, и чары невидимости слетели, показывая тренированное тело, клинок в голенище сапога и самозатягивающиеся путы, что высовывались из кармана. При мысли о том, что в них могла бы оказаться Лин, Змей скрипнул зубами. Ужасно хотелось ударить неизвестного ещё разок, но он и так был уже в отключке. К тому же его ещё нужно было допросить.

— Только не говори Лин, она перепугается до смерти.

Виспер согласно заурчал. Тай взвалил бессознательное тело на себя и потащил, стремясь как можно быстрее проскочить мимо окон мельницы и спрятаться за дом. Но едва они приблизились к цели, как раздался угрожающий голос Лин.

— Виспер! Ну, попадись мне, вредный кот!

Фамильяр мигом метнулся через ручей, подбирая забытый пирожок, а Змей заспешил вперёд. Скрывавшая их трава осталась позади, а до дома оставалось уже совсем немного. Но голос приближался.

— Виспер!

Противное животное всё же оказалось полезным. Пернатый разноцветной молнией подлетел и скинул крышку с одной из бочек, стоявших недалеко от дома. Наверное, раньше в ней хранили корм для животных. Теперь она неплохо сгодилась для того, чтобы спрятать бессознательное тело.

Виспер захлопнул крышку, грузно приземлившись сверху. По ту сторону ручья показалась Лин. При виде них сердитое выражение на её лице сменилось недоуменным. Тайрелл почувствовал, что невольно улыбается. Век бы смотрел на это прекрасное существо. Нет, он не позволит, чтобы тревоги коснулись лица его любимой.

В бочке что-то шевельнулось. Дракон налёг на неё и безмятежно помахал Лин рукой.

Наверное, их тандем с Виспером выглядел подозрительно, потому что Лин, скрестив руки на груди, направилась в их сторону.

— Держи крышку, — улыбаясь процедил Змей и шагнул навстречу девушке, надеясь, что кот достаточно поправился на её пирожках, чтобы не выпустить наружу оглушённого человека.

— Виспер снова стащил еду! — возмущённо заявила она, сверля пушистого взглядом.

Змей примиряюще улыбнулся и широко расставил руки. Воображение рисовало заманчивую картину, как девушка подходит совсем близко и оказывается в его объятиях, но она остановилась в нескольких шагах. Впрочем, на это дракон и рассчитывал.

— Это я попросил его мне принести — был занят и ужасно проголодался. Само собой, я заплачу.

Несчастный пирожок, покусанный и полуразвалившийся, сиротливо лежал возле бочки. Тайрелл отыскал его взглядом и поморщился.

— Знаешь что, дружище, доедай-ка ты его сам. Попируешь за мой счёт, так и быть. В знак нашей горячей дружбы.

Лин хмурилась, переводя взгляд с кота на Тайрелла.

— Когда это вы успели так подружиться?

— Ну, скажем, твой питомец оказал мне неоценимую помощь. Протянул лапу в трудный момент. Так что я должен ему по меньшей мере дюжину пирожков.

Позади раздался приглушённый стон, но Змей упредил вопрос девушки.

— Вот видишь! Бедное животное снова проголодалось. Положи ему ещё пару пирожков, я принесу оплату. Не волнуйся, я быстро. Ужасно соскучился и проголодался.

Он подмигнул, и Лин хмуро поджала губы. Окинув их напоследок ничего не понимающим взглядом, она пожала плечами и развернулась, направляясь обратно. Тайрелл проводил взглядом стройную фигурку и, не глядя, толкнул бочку, опрокидывая её на бок. Виспер подлетел и возмущённо зашипел.

— Мне наёмник, тебе пирожки, лохматое. Мы в расчёте.

Похоже, предложение кота полностью устраивало, потому что он кое-как подобрал остатки своего угощения и полетел куда-то вверх по ручью. А Змей толчком ноги отправил бочку в нужном ему направлении, с наслаждением слушая глухой перестук внутри.

Закатив бочку в хозяйственную пристройку, он не церемонясь шарахнул по старой посудине ногой. Рассохшееся и местами прогнившее дерево тут же рассыпалось, оставляя наёмника в щепках и кольцах ржавого обода. Тот явно готовился напасть первым, но Тайрелл незамысловато пнул противника в чувствительное местечко. Наёмник скорчился, и искры магии на кончиках его пальцев погасли.

Змей присел на корточки, поражаясь внезапной вспыхнувшей кровожадности. Как и все менталисты, он предпочитал грубой силе более изящные решения. Но сейчас внутри всё прямо-таки кипело, требуя крови. Самозатягивающиеся путы, вывалившиеся из кармана наёмника, приводили его в ярость при одной только мысли, что они предназначались для Лин.

Тайрелл схватил противника за волосы, заставляя смотреть себе в глаза.

— Говори, — прорычал он. — Кто?

Маг сморщился и заскулил, сопротивляясь чужой воле. Отголоски мыслей подсказали, что ему пообещали баснословные деньги за похищение рыжеволосой девушки из мельницы. Наёмник был уверен, что он, Змей, сейчас не рядом с ней, ведь лысый мужик, подсказавший ему дорогу, уверял, что она живёт одна, а старый дом рядом с мельницей пустует.

— Кто? — с нажимом повторил Тайрелл.

На этот раз воля противника рассыпалась не хуже старой бочки. Вздрогнув, мужчина побледнел и заговорил сиплым полушёпотом.

Инструкции пришли в письме вместе с солидным задатком. В назначенный день маг выдвинулся в Ларитон, где уже ждал человек, готовый указать дорогу и удобное время для похищения. Вечером он должен был оставить девушку в старом амбаре в лиге отсюда. Он уже был в этом месте — забирал вторую часть задатка. И там же его должно ждать вознаграждение.

Тайрелл молча слушал, сжимая кулаки. Солнце било сквозь щели в старой постройке, рассекая лицо говорившего пополам, и дракон одновременно сожалел и радовался, что у него под рукой нет клинка. Когда наёмник закончил, Змей, глядя исподлобья, повёл рукой перед его лицом, стирая в памяти и самого себя, и девушку, и хорошо оплачиваемый заказ.

— Шагай отсюда, — приказал он. — До ближайшего города пойдёшь пешком.

Мужчина поднялся и пошёл прочь, не разбирая дороги и спотыкаясь в высокой траве. Проследив за удаляющейся фигурой, Змей подобрал с земли путы и аккуратно свернув, сунул в карман. Зелёные глаза недобро сверкнули. Сегодня вечером заказчик испробует на себе, как эти тонкие кожаные ремешки могут резать кожу.

Надо предупредить Лин, что ему нужно отлучиться. Пусть будет осторожна.

Айлин

Нет, внезапная дружба Виспера с Таем — это всё-таки странно. Неужели дракону удалось очаровать даже этого ворчливого толстяка? Тогда уж вовсе неудивительно, что мне самой при виде распахнутых объятий Тая захотелось податься к нему, чтобы эти сильные руки обвили талию, мои лёгкие заполнились сладковатым запахом, и наши губы наконец-то встретились. Пришлось держаться подальше и делать вид, что я по-прежнему сержусь на Виспера.

Вернувшись в мельницу, я отложила для обжоры пару булочек и застыла, вспоминая восхищённую улыбку Тая. Потом тряхнула головой, прогоняя наваждение, и занялась делами, невольно поглядывая на дверь в ожидании, что дракон вот-вот в неё войдёт. Мне казалось, что минуты тянутся целую вечность, но когда он появился, я всё-таки не была к этому готова.

— Это всё, что осталось. Будешь? — Я показала на булочки, но Тай помотал головой.

— Нет. Увидел кое-какую гадость на заднем дворе, аппетит пропал.

Тогда зачем пришёл? Конечно, я не стала спрашивать. Одного взгляда в его глаза было достаточно, чтобы увидеть — дракона мучает совсем другой голод.

— Лин…

Тай положил руку на прилавок рядом с моей. Если бы он попытался прикоснуться, я бы непременно это пресекла. Но наши руки просто лежали рядом, и что-то внутри меня яростно возражало мысли отодвинуться, настаивая на том, что в происходящем нет ничего страшного.

— Мне нужно кое-куда отлучиться. Пожалуйста, поставь на это время защиту. Обещаю, я вернусь быстро.

Сердце растаяло от непрошенной заботы, а разум вспыхнул вопросами. Отлучиться? Куда? Там будет опасно? Там будут женщины?

Понимая, как мало я знаю об этом драконе и его делах, я сжала пальцы в кулак и медленно убрала с прилавка.

— Я же говорила — я могу позаботиться о своей безопасности.

— Я знаю, и всё-таки…

Голос дракона звучал мягко, но настойчиво, и я засомневалась.

— Ты ожидаешь каких-то неприятностей?

Тай помолчал.

— Мне известно, что ты защищаешься от кого-то. Этого достаточно, чтобы волноваться.

Он неожиданно перегнулся через прилавок. Зелёные глаза недобро вспыхнули.

— Скажи мне, кто он, и я принесу тебе его голову.

Я зажмурилась.

— Не надо!

Как бы ни был ненавистен мне Дэйрон, я не желала ему смерти. А Таю неприятностей.

Он помолчал.

— Мне пора. Помни о защите, хорошо?

Дракон направился к выходу, а меня вдруг охватила непонятная тревога.

— Тай…

Он остановился и обернулся.

— Возвращайся скорее, — выдохнула я, чувствуя, что эти слова связывают нас сильнее, чем все прикосновения, что были до этого.

Лицо дракона просияло. Он улыбнулся, оглядывая меня таким взглядом, будто хотел навсегда запечатлеть этот момент в памяти.

— Вернусь, — пообещал дракон.

Он вышел наружу, плотно прикрыв дверь. Помахал рукой, проходя мимо окна, и исчез из виду.

Я вздохнула. Что за наваждение! Могу я хоть день прожить и не думать об этом драконе?

Дэйрон

Он слишком волновался, чтобы спокойно сидеть и ждать. В шаге от цели нервы не выдерживали. Ещё час-другой, и Алиша будет в его руках. В проклятом пансионе наконец-то отыскали её документы. К демонам пышные церемонии, их поженят в ближайшем храме, и больше она не посмеет удрать от него.

Дэйрона окружали серые стены полусгнившего амбара, но он их не замечал. Воображение уже рисовало собственные пальцы, в болезненной ласке впивающиеся в светлую кожу. Будучи покорной и безропотной Алиша привлекала его куда меньше, чем сейчас, когда она посмела оставить его. Теперь ему хотелось намотать на кулак медно-рыжие пряди и пить из её губ силу каждый вечер, каждую ночь.

Когда-то Дэйрон дал себе слово, что больше ни одна женщина не тронет его сердце, и оно по-прежнему оставалось холодным. Нет, огонь разгорался ниже, разбегался по венам, заставляя ходить из угла в угол от нетерпения. Даже недавняя бурная ночь, обессилевшая его партнёршу, не сбивала этот жар. Понимая, что сил ждать нет, Дэйрон со свистящим шумом втянул воздух сквозь зубы и вышел из тёмного амбара, щурясь от солнца. Пара мгновений оборота, и золотистый дракон оттолкнулся мощными лапами от земли, растворяясь в воздухе.

Невидимый для людишек, ползавших далеко внизу, Дэйрон описал круг над окрестностями. По его расчётам, наёмник уже мог везти Алишу связанную и укрытую от глаз в экипаже. Но ему пока не было видно ни одного. Зато ему удалось почуять кое-что другое.

За годы своего изгнания Тарк в совершенстве отточил искусство избегания своих сородичей. И сейчас, ощутив присутствие чьей-то силы, он резко набрал высоту, стараясь не попасться. Незнакомец был скрыт чарами, и Дэйрон не собирался уделять ему много внимания — у каждого в этом мире были свои секреты. Но неожиданно его взгляд привлекло какое-то движение у амбара.

Мужчина со светлыми волосами, сиявшими под солнцем, вошёл в полуразвалившуюся постройку не таясь, со сверкающим в руке шаром магии наготове. Тарк тихо зарычал.

Его соперник!

Он здесь, значит, план с похищением провалился. А ещё это значит, что Алиша осталась совсем одна.

Айлин

Ставить защиту я, конечно же, не стала. Вечер только начинался, кто-нибудь из города мог заглянуть за булочками. А пока что я принялась приводить своё небольшое хозяйство в порядок.

Мои последние слова Таю как будто изменили что-то не только во мне, но и вокруг меня. Словно, признав своё неравнодушие к нему, я впустила в жизнь что-то новое. За спиной будто выросли крылья. Протерев все полочки и отмыв до прозрачности окна, я взялась за метлу. Можно было бы обойтись магией, но мне не хотелось маяться без дела в ожидании, пока вернётся Тай. И если бы не это, я бы никогда не заметила, что в столбе, стоявшем в центре мельницы, появилась трещинка.

Я отставила метлу в сторону и присела, нахмурившись. Как это могло случиться? Дерево рассохлось от того, что в печке всё время горит огонь? Или я слишком часто использовала магию камня и навредила мельнице?

Мои пальцы ощупали гладкую древесину, прослеживая ниточку трещины. Оказалось, что этот едва заметный зазор поворачивает, описывая замкнутую прямоугольную форму. Прямо как ящичек в буфете. Вот только ручки у него не было.

Заинтересованно хмыкнув, я попробовала подцепить его ногтем, но безрезультатно. Ну, ничего! От прежних обитательниц мельницы остался целый арсенал ножичков с разнообразными лезвиями разной формы и толщины.

Однако и они не помогли. Я осторожничала, потому что боялась повредить древесину столба. В конце концов, он уходил прямо туда, где, я знала, лежал источник силы всей мельницы, да и моей тоже.

Я проследила глазами по столбу до потолка и хлопнула себя по лбу. Ну конечно! Мельница магическая, и тайник, скорее всего, тоже!

Сгорая от любопытства, я припомнила заклинание, открывающее двери без ключа, и повторила его, прижав руку к тайнику. Древняя магия наверху заволновалась, раздался сухой тихий щелчок, и трещинка расширилась, позволяя мне уцепиться за ящичек пальцами и потянуть его на себя.

Внутри лежал цилиндр из помутневшего зеленоватого старинного стекла. Я осторожно взяла его, и ладони закололи искорки магии. В сосуде виднелся свёрнутый в свиток пергамент. И если сначала я думала, что это одно из сокровищ Фианны, то теперь стало понятно — находка гораздо древнее.

Решившись, я развернула свиток и прищурилась, пытаясь разобрать мелкие буковки, часть которых выцвела от времени. "Наставление о пользовании Камнем Сердца", — гласила самая крупная надпись. — "Составлено во исполнение древних обетов, дабы неведение не обернулось погибелью". Следом вниз уходили ровные строчки. И чем больше я пыталась разобрать, что же в них, тем чаще билось моё сердце.

"Камень есть сосуд магии живой, сотворённый сопряжением двух душ, связанных узами взаимного признания и внутреннего согласия. Не кристалл земной, но вещество, сжатоё волею Двоих, кои соединены Истинным Сплетением. По их благословению вода ручья, текущего при Камне, будет сладка тому, в чьё сердце вкралась любовь ответная".

Ого! Выходит, легенда о ручье — не просто легенда! Было неожиданно узнать, что он как-то связан с камнем наверху. Напрягая зрение, я продолжила читать.

В тексте говорилось, что камень открывает доступ к защите, исцелению и укреплению магических сил потомкам тех двоих, что его создали. Но едва я успела подумать о том, могу ли принадлежать к их числу, как следующие строки заставили меня забеспокоиться.

"Чужому сила Камня подчинится лишь тому, кто утвердил связь сердечную с потомком Создателей. Сплетенные пары обретут единые дары. А кто решится в противоречии с сими указами единолично овладеть Камнем, тому неминуемо…"

Дальше текст был неразборчив. И без того мелкие буковки выцвели, но мне показалось, что ничего хорошего там не обещалось. С растерянностью я дочитала последние строки.

"Сие писано магистром Древней Печати для тех, кто взял на себя ношу хранящего. Храни верность — и Источник пребудет с тобой".

Похолодевшими пальцами я свернула свиток, сунула в стеклянный цилиндр и спрятала обратно в тайник. Вот всегда так с магическими штуками: вроде нашлась инструкция, а всё стало только ещё сложнее!

Теперь со мной неминуемо что-то произойдёт, потому что я использую силу камня одна? Или же я в безопасности? Но я связана истинностью с драконом не из рода Эйгардов, так что этот вариант отпадает. Выходит, что я сама могу быть дальним потомком? А если так…

Я обошла вокруг столба, закрыла глаза и помассировала виски. Если так, то мы с Таем родственники, и нам нельзя сближаться.

Закусив губу, я ходила кругами, размышляя. Может, из-за этого Фианна всегда так выделяла меня? Может, поэтому голос Тая кажется таким знакомым, а запах — таким родным? Если бы только мы и вправду оказались истинной парой! Но я — пара совсем другого дракона, и это перечёркивало всё.

Связь с Дэйроном ломала всю мою жизнь, подчиняя её чужой воле. Как же жаль, что истинность — это не выбор, а судьба.

Я вышла наружу и обошла вокруг мельницы, выискивая Виспера. Солнце опускалось к горизонту. Травы умиротворяюще колыхались на ветру, сверчки завели вечернюю песню. Нет, не буду ставить защиту. Подожду, пока вернётся Тай, и расскажу ему о свитке. В конце концов, он один из Эйгардов, может, что-то да знает об этом камне.

Вернувшись в мельницу, я заварила чаю и присела, выстукивая в ожидании пальцами по столу. И когда снаружи послышались тяжёлые шаги, я радостно вскочила. Несмотря на все доводы "против", внутри ещё теплилась надежда, что мы с Таем всё же не родственники. Потому что моё желание увидеть его было совсем не сестринским.

Дверь распахнулась. Светлые волосы вошедшего блеснули красноватым в алеющем вечернем свете, и моё сердце забыло, что ему следует биться. Горло сжалось, пальцы сковало льдом.

Передо мной стоял не Тай. Это был мой ненавистный жених, Дэйрон Тарк. И он был очень зол.

Лицо Дэйрона застыло, словно ледяная маска. Глаза пожирали меня, но сам он стоял, не двигаясь, будто обратился в камень. Я хорошо знала, что это значит — он в такой ярости, что за любым моим неосторожным словом или движением последует удар.

— Ты плохо спряталась, Алиша. Я ведь предупреждал, что найду тебя, где угодно.

Он говорил мягко, но мне слышалась в его тихом голосе угроза. Мой жених сделал шаг вперёд, надвигаясь плавно, словно тигр. Хищнику нет необходимости спешить — он знает, что жертве уже не уйти.

— А может быть, ты хотела, чтобы я тебя нашёл, а? Решила подразнить меня?

Уголок его губ искривился в улыбке. Я как завороженная следила за тем, как его длинные пальцы ласково погладили рукоятку хлыста, висящего на поясе. Пересохшее горло по привычке сжалось, но я вдруг поняла — страха нет.

Короткое время беззаботной свободной жизни будто освободило меня от прежнего парализующего страха. Дэйрон сильнее меня. Он может причинить мне боль, но не может заставить меня бояться. Я сжала кулаки, ощущая, как древняя сила камня с готовностью откликается на мой жест.

— Я решила уйти от тебя.

Брови Дэйрона приподнялись. Совсем немного, ведь аристократам не к лицу показывать свои эмоции.

— О! — с деланным изумлением произнёс он. — Я очень огорчён…

Ещё один скользящий шаг — теперь в сторону. Дракон мягко обходил меня, вынуждая поворачиваться вслед за ним.

— Огорчён тем, что придётся тебя разочаровать. Ты не можешь уйти от меня!

На последнем слове Дэйрон рывком преодолел разделяющее нас расстояние. Я вскинула руки в защитном жесте, и дракон на полной скорости влетел в невидимый барьер, который отбросил его на два шага назад. Теперь изумление на лице моего жениха было настоящим.

Я и сама не верила своим глазам. У меня впервые вышло защититься от него!

Дэйрон снова шагнул ко мне, выставив руку перед собой. Когда та достигла разделявшей нас магии, я смогла в полной мере насладиться палитрой эмоций на его обычно бесстрастном лице: непонимание, неверие, осознание того, что он не может преодолеть преграду.

— Хватит, Алиша! Пора возвращаться домой.

Я слегка двинула защитный барьёр вперёд, и Тарк зарычал, с силой ударяя по нему. Искры магии брызнули в разные стороны, но ни одна не долетела на мою сторону. Злорадно ухмыльнувшись, я заставила барьер двигаться дальше, оттесняя моего жениха к двери. И мне было видно, что с каждым шагом Дэйрон всё больше теряет контроль над собой. Стальные глаза обшаривали меня и всё вокруг в попытке найти слабое место, но его не было.

— Ты же понимаешь, что не сможешь сидеть здесь вечно? — прошипел жених.

Я сложила руки на груди и пожала плечами, улыбаясь. Больше никогда он не коснётся меня, больше никогда не причинит боли. Может, он и был прав, но, честное слово, так хорошо мне уже не было давно, и я собиралась наслаждаться этим моментом.

Похоже, Дэйрон понял, что барьер непреодолим. В конце концов он взял себя в руки, отступил на шаг и впился в меня взглядом.

— Я сожгу это место дотла, — безэмоционально сообщил он. — Драконий огонь выжигает любую магию. Если понадобится, я использую его.

— Если понадобится, я скорее сгорю, чем вернусь к тебе, — вырвалось у меня.

В стальных глазах напротив вспыхнул восхищённый блеск.

— Мне нравится, — протянул Дэйрон. — Раньше в тебе не было столько огня.

Он склонил голову набок, рассматривая меня так, будто впервые увидел.

— Я дал себе слово не совершать безрассудств из-за женщин, но моя истинная оказалась особенной. Ты безусловно стоишь того, чтобы снова рискнуть.

Теперь и мне пришлось взглянуть на него по-новому. Было сложно представить, что когда-то тот ледяной аристократ, которого я знала, совершил что-то безумное ради девушки.

— Ты вернёшься ко мне, Алиша. Мы с тобой связаны. Привыкай к этой мысли.

Дэйрон неожиданно беспокойно оглянулся, осматриваясь. Вскоре и я заметила то, что он почуял: в закатном небе появился стремительно приближающийся тёмный силуэт дракона. Огромный ящер приземлился перед мельницей, сминая цветущие травы и поднимая задними лапами тучу брызг, и скрылся в облаке закручивающегося завитками дыма. Не успел он рассеяться, как из него вынырнул Тай. Его зелёные глаза сузились, губы были стиснуты, а в руке подрагивал искрящийся шар.

— Ты… — прорычал, он приближаясь к Дейрону.

Тот едва нахмурился от досады, но лишь приподнял подбородок, встречая соперника. А я заволновалась. Радость от возвращения Тая сменилась беспокойством. Меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то пострадал. И потом, только дерущихся драконов нам с Ларитоном не хватало!

— Тай, остановись!

Зелёные глаза метнулись ко мне.

— Не надо, — попросила я.

Он остановился, но сгусток магии по-прежнему опасно подрагивал в его руке.

— Ты его знаешь? — мотнул Тай головой. — Этот тот, от кого ты скрывалась?

У Дэйрона вырвался смешок, а я вздохнула.

— Знаю. Это мой жених, Дэйрон Тарк.

Тай посмотрел на соперника, задержавшись взглядом на хлысте, и стиснул зубы.

— Теперь мне ещё больше хочется тебя убить.

— Не выйдет, — усмехнулся в ответ Дэйрон. — Видишь ли, я не просто её жених. Айлин — моя истинная.

Тай поражённо уставился на меня, и я отвела взгляд, не выдержав. Искрящийся шар в его руке погас.

— Вот и правильно, — холодно улыбнулся Дэйрон. — Всё, что коснётся меня, отразится и на Алише. А эту девочку лучше беречь.

Тай сжал зубы, сверля его взглядом.

— Если она твоя истинная, тогда почему сбежала от тебя? Почему прячется за защитным барьером?

— Женщины! — Дэйрон пожал плечами. — Многим нравится, когда их добиваются, да, дорогая?

Я молча покачала головой, чувствуя, что если заикнусь о наказаниях хлыстом, то драки не избежать.

— Возможно, я перегнул палку. Был слишком груб. — Тарк обернулся ко мне, и его взгляд снова вспыхнул. — Я приношу свои извинения, Алиша. Теперь нам пора домой.

Я помолчала, глядя на него. Это был первый раз на моей памяти, когда Дэйрон признал свою неправоту.

— Извинения приняты. А теперь убирайся, я никуда с тобой не пойду.

Мой жених склонил голову и усмехнулся, глядя себе под ноги. Держу пари, в мыслях он уже представлял, как охаживает меня кнутом.

— Она сказала, чтобы ты убирался, — поторопил его Тай.

Дэйрон поморщился.

— Этот разговор ни к чему не приведёт. Все слишком на взводе, надо немного остыть. — Он сделал шаг назад, как будто собирался уходить, но остановился и взглянул на Тая. — Я надеюсь, мы прояснили ситуацию, и моей невесте не придётся терпеть чужие приставания. Кстати, не расслышал, как вас зовут…

Тай склонил голову, сжимая челюсти.

— Тайрелл Эйгард.

Я ощутила внутри неприятный укол. Красивое имя, но почему он никогда не называл его мне? Мой жених кивнул.

— Не буду говорить, что мне приятно познакомиться. Алиша, подумай о том, что я тебе сказал. Я вернусь очень скоро.

Его фигуру окутали густые клубы дыма, из которых в воздух вырвался могучий дракон. Я прерывисто выдохнула. Разум, переживший потрясение, почему-то больше всего огорчился тому, что драконы вытоптали прекрасное цветущее поле перед мельницей.

— Лин… — Тай направился ко мне, но уткнулся в невидимую стену. — Позволь мне помочь тебе. Я же вижу, что ты не хочешь возвращаться.

— Почему ты никогда не говорил, как тебя зовут?

Дракон неуверенно пожал плечами.

— Не думал, что это важно. Ты ведь тоже сказала мне не своё имя.

— Мои причины ты знаешь.

Мы немного помолчали. Смотреть на Тая было тяжело. В его взгляде читались смятение и неутихающая боль.

Мысли в моей голове окончательно смешались. Слишком много событий для одного вечера. Я приложила руку ко лбу.

— Мне нужно отдохнуть. Спокойной ночи, Тайрелл.

Полное имя прозвучало непривычно, как будто я обращалась к незнакомцу. Да мы и были незнакомцами, ничего не знавшими друг о друге.

Дэйрон

Его Айлин оказалась крепким орешком — кто бы мог подумать! Сбежала, пряталась долгие недели, а теперь ещё и утёрла ему нос. Всё это разжигало в Дэйроне азарт.

Прежде она казалось ему скучной, словно бесформенная глина, из которой при должном подходе можно вылепить, что пожелаешь. Теперь ему стало ясно: эта девочка — огонь, который нужно приручить. Она сможет родить ему настоящих драконов.

Вот только он уже обжёгся — не схватил её сразу, пока девчонка ничего не подозревала. Хотел насладиться моментом всемогущества, полной власти перед ничтожным существом, посмевшим ему сопротивляться. И получил достойный отпор.

Теперь ему нужно пополнить запас сил, и придумать, как решить эту проблему. Однажды ему уже удалось склонить сердце Айлин на свою сторону, получится и второй раз. Цветы, подарки, сладкая лесть. Впрочем, почему лесть? Он и вправду восхищён и её характером, и тем, как она расцвела за время разлуки. Её глаза и кожа светились, будто впитали жаркое солнце Эльмирии. Настоящее сокровище!

Конечно, этот второй, Тайрелл, всё усложнял. Тарку повезло, что сородич не полез в драку — после напряжённого дня Дэйрон мог рассчитывать только на собственные кулаки.

Дракон нырнул в облако, приятно холодившее шкуру, и зажмурился, представляя, как его кулак сминает смазливое лицо красавчика, который тёрся рядом с его невестой.

Если бы всё было так просто! Этот Тайрелл так ловко управлялся с чарами, что сомнений не было — перед ним боевой маг. Зависть заставила дракона выдохнуть из ноздрей едкий дым. Он тоже мог бы достичь высот, если бы не отец.

Теперь у него появился опасный соперник, превосходящий его силой. Но ничего, любого выскочку можно поставить на место, если найти слабое место. В роду Эйгардов, владельцев этих земель, сейчас была полная неразбериха. Этим несомненно можно воспользоваться. К тому же у Дэйрона было неоспоримое преимущество.

Истинность свята для драконов. Никто не посягнёт на чужую пару. Да, у них с Айлин пока что нет меток, но это пока. Он непременно доберётся до неё и всё исправит.

Айлин

Этой ночью Виспер нашёл меня без сна. Он привычно крался в кровать в темноте, но остановился, завидев, что я не сплю, как обычно, а сижу на постели, обхватив ноги. Кот остановился и противно мяукнул, словно был недоволен тем, что я заметила, как он пришёл ко мне посреди ночи.

— Ох, Виспер, — вздохнула я. — Дэйрон всё-таки нашёл меня и хочет увезти. Если бы не твой камень, ты бы спал сегодня один.

Кот необычайно взволновался. Взъерошил перья и принялся ходить по спальне кругами, нервно подёргивая хвостом, как будто что-то обдумывал.

— Мне хочется остаться, но боюсь, что я в ловушке. Дэйрон — мой истинный, эту связь не порвать.

Виспер неожиданно остановился, глядя на меня круглыми жёлтыми глазами. Затем вспрыгнул на постель, потоптался и лёг, уютно укрываясь крыльями. Кот сладко зевнул и напоследок успокаивающе что-то промурчал. Посмотрев на него, я последовала примеру и тоже прилегла на подушку. Что толку думать об одном и том же? Нужно поспать.

На следующий день наплыва гостей не ожидалось, но я всё же испекла немного печенья — на случай, если зайдут местные. Да и Виспера стоило поблагодарить за моральную поддержку. В последние дни он где-то пропадал, но сегодня остался со мной. Сидел в засаде на старинном буфете, зорко высматривая в окна врагов и всем видом показывая, что им не поздоровится.

— И правда, цепной кот, — пошутила я и погрустнела.

Это Тай придумал его так называть. Сердце заныло от желания увидеть его снова, но теперь всё отравляла тень недоверия. Я уже почти поверила, что его чувства ко мне искренние, но видимо, это всё же несерьёзное увлечение. Недостаточное для того, чтобы сообщить своё полное имя. И всё равно я невольно ждала, что именно он будет сегодня первым посетителем. Но я ошиблась.

Стоило открыть дверь для посетителей, как я тут же обнаружила Дэйрона, сидевшего рядом на траве. Я попятилась, ныряя под защиту магии и не веря своим глазам. Чтобы лощёный аристократ Тарк сидел на земле? Похоже, мой побег действительно сильно по нему ударил.

— Доброго утра, Айлин. — Он встал, протягивая мне букет полевых цветов, явно собранных здесь же, рядом с мельницей. — Я заметил вчера, что тебе нравятся такие. В твоём доме они везде.

Я молча смотрела на букет в его протянутой руке. Мой жених был способен на романтику, если это было в его интересах. Он не из тех, кто станет заваливать девушку цветами. Скорее из таких, что принесут лишь один цветок, но вложат в это достаточно намёков, чтобы девушка сама додумала всё необходимое.

— Цветы и подарки не отменят того, что было.

— Я не пытаюсь отменить прошлое. — На лице Дэйрона появилась грустная улыбка. — Я предлагаю начать сначала. У нас нет выбора, Айлин. Я обидел тебя, ты — оставила меня. Но это лишь урок для нас. Мы должны простить прежние обиды и научиться быть вместе.

— Пф-ф! — выдохнула я. — Мне кажется, я получила от тебя достаточно уроков. От некоторых даже остались шрамы.

— Я сожалею, — Дэйрон сделал глубокий вдох, принюхиваясь к ароматам, идущим из мельницы. — Хорошо, я понял твой ответ — ты не готова принимать мои ухаживания. Но хотя бы разрешишь мне побыть обычным посетителем? Пахнет очень вкусно. Почему ты раньше никогда не пекла?

Я усмехнулась.

— Потому что ты приказал забыть всё, чему я научилась в пансионе. Будущей леди Тарк не пристало возиться с уборкой и готовкой, помнишь?

Поколебавшись, я всё-таки вернулась в мельницу и позволила Дэйрону сделать несколько шагов внутрь. Я и вправду не могу всю жизнь прожить под защитой, так может, нам удастся решить этот вопрос мирно?

Я поставила тарелку с печеньем на стол и убрала барьер ещё дальше, чтобы Дэйрон мог сесть. Он положил букет на стол и сел, умудряясь даже в деревенской обстановке сохранять манеры и идеальную осанку. Откусив кусочек и прожевав, он направил на меня серьёзный взгляд.

— Если бы я попробовал это раньше, то сказал бы, что будущая леди Тарк может делать всё, что ей вздумается. А если это кому-то не по нраву, я бы заткнул им рты.

Я без улыбки покачала головой. Приятно, но… Слишком поздно для комплиментов.

Дэйрон встал и подошёл совсем близко ко мне. Я не волновалась и не отступала, давая знать что больше не намерена бояться. Нас разделял барьер, но даже такая близость к нему всё же немного щекотала нервы.

— Я был неправ. Я делал ужасные вещи. Все иногда совершают ошибки, но не все это признают. Я совершил их слишком много, но готов признать каждую для того, чтобы ты снова была со мной.

Этот взгляд из-под полуопущенных ресниц напомнил мне первые месяцы нашего знакомства. Тогда я училась в пансионе, а он ещё не показал своё звериное обличье. Казалось, он был покорён мной, и от этого у неопытной Айлин кружилась голова. Нынешняя же только молча вздохнула о том, что красивой сказки так и не случилось.

— Я даже рад, что тебе удалось сбежать от меня. Это изменило нас обоих. Я верю, что теперь мы оба сможем стать лучше, ближе друг к другу.

Я-то точно изменилась: стала сильнее и бесстрашнее. А вот стал ли мой жених кем-то другим? Я вгляделась в глаза цвета холодной стали в поисках изменений. Всё то же, не считая какого-то звериного голода, с которым он смотрел на меня.

Дэйрон поднял руку, кончиками пальцев погладил барьер напротив моей щеки и мягко попросил:

— Позволь мне коснуться тебя. Позволь вернуть тебя домой.

Я собиралась отказать. Пить отвар глушеницы больше не имело смысла, и мне было страшно, что связь истинности затуманит мой разум и вернёт меня в объятия чудовища. Но за меня ответил Виспер.

Я уже и забыла, что он подкарауливал где-то наверху. Теперь кот неожиданно прыгнул с буфета и с диким мявом спланировал на Дэйрона, вцепляясь зубами ему в шею. Дракон взвыл от боли, отдирая от себя Виспера. Тот шипел и размахивал когтями в опасной близости от идеального лица Тарка. Я в ужасе зажала рот руками.

В довершение картины на пороге появился Тайрелл. Судя по растрёпанным волосам, он примчался на громкие звуки, готовый меня защищать. При виде Дэйрона зелёные глаза дракона полыхнули ненавистью, но он только сложил руки на груди и издевательски усмехнулся.

Виспер наконец-то оставил свою жертву и умчался из мельницы, теряя перья. Дэйрон приложил руку к шее и зашипел, увидев на ладони кровь.

— Прости, пожалуйста, — наконец смогла заговорить я. — Виспер не любит чужаков.

— Мерзкое животное, — выдавил мой жених, но тут же исправился. — Но я готов терпеть его, если он тебе дорог.

— Доброе утро, Айлин, — поздоровался Тайрелл, проходя внутрь. — Нежеланные гости?

Мой жених смерил его презрительным взглядом, и я поспешила погасить зарождающийся конфликт.

— Всё в порядке. Дэйрон уже уходит.

— Я не получил ответа, — напомнил мне жених ласковым тоном, от которого глаза Тайрелл угрожающе сузились, а руки сжались в кулаки.

— Мой дом здесь.

Дэйрон усмехнулся и покачал головой.

— Разве это дом? Так, временное убежище, пока тебя не вышвырнули Эйгарды.

Я закусила губу, потому что так оно и было. Но Тайрелл вскипел, услышав свою фамилию.

— Я гарантирую, что Эйгарды дадут тебе защиту, Айлин. А тебе, Тарк, пора поторопиться! Помни, что ты на чужой земле.

Дэйрон, одарив его взглядом исподлобья, нехотя двинулся к двери.

— Может, это и чужая земля, но здесь живёт моя половинка, Эйгард. Не забывай. — Напоследок он слегка поклонился мне. — До встречи, любимая.

Тайрелл проводил его взглядом и обернулся ко мне. Зелёные глаза казались необычайно яркими на бледном лице.

— Ты в порядке, Лин? Виспер не навредил тебе?

— Мне? Он же напал на Дэйрона, а не на меня.

— Да, но... — Тай махнул рукой. — Вы же... В общем... ты могла почувствовать его боль.

Я невольно прикоснулась к шее. Нет, мне не было ни капли больно.

— Я ничего не почувствовала, — призналась я Тайреллу.

Он нахмурился, но я не придала случившемуся особого значения. Отвар глушеницы, который я пила так долго, мог всё ещё влиять на нашу связь, притупляя ощущения.

— Не знаю, что со мной, но я бы убил его, если бы знал, что это не навредит тебе.

Слова Тая испугали меня. Стычки между драконами были редкостью и жестоко карались их же сородичами.

— Пожалуйста, обещай мне, что никогда этого не сделаешь.

Тайрелл шумно выдохнул, жадно оглядывая меня, потом кивнул.

— Ладно.

Отчего-то знать, что Тай переживает за меня, было очень волнительно. Хоть я и говорила себе, что не могу доверять ему, сердце таяло от заботы. Но мысли о старинном свитке, что я нашла в мельнице, заставили меня отвести взгляд от его лица.

Я хотела рассказать ему о своей находке, когда снаружи послышались голоса — звонкий женский, который без перерыва восторгался всем, что видел, и мужской — изредка что-то ей отвечавший. Надо было встречать гостей.

Снаружи на мостках стояла молодая женщина с тёмными кудрями. Она держала в руках какую-то прозрачную пластину и смотрела сквозь неё на ручей, мельницу и поле вокруг. Мужчина вдвое старше с аккуратно подстриженной бородой заботливо придерживал свою спутницу за локоть, как будто опасался, что она оступится. При нашем появлении он не сказал ни слова, но его взгляд цепко пробежался по нам, задержавшись на Тае. После этого незнакомец всё так же молча кивнул в знак приветствия.

— Добрый день! Впервые в наших местах? — радушно поприветствовала я пару.

Женщина отвлеклась от своей пластины и тут же зашагала к нам, жизнерадостно улыбаясь.

— Доброго дня! Да! Мы со Снэдом исследуем аномальные магические места империи. Вот наконец добрались и до Ларитона.

Глаза у неё были серые, но с каким-то особенным теплом. А улыбка, кажется, никогда не сходила с губ.

— Меня зовут Карин*. Будем знакомы!

— Я Айлин. Может, хотите чаю с печеньем?

Пока мы с Карин знакомились, её спутник и Тай изучали друг друга. Гостья понравилась мне с первого взгляда, и я вздохнула с облегчением, когда дракон едва заметно кивнул Снэду. Тот кивнул в ответ и двинулся к нам, и я поняла причину этого напряжения. Мужчина хоть был и не молод, двигался, как тренированный боец, не утративший хватки.

За чаем Карин рассказала, много удивительного. Снэд — её муж — лишился магии, но используя древние свитки из Драконьей усадьбы в Вальтарии, она и её брат изобрели способ восстановить способности. И если раньше считалось, что делиться магией могут только драконы, то их эксперимент доказал обратное.

— Представляете, какие перспективы! Мы могли бы помочь сотням магов, которых без вины лишили силы! Но среди влиятельных лиц нашлись противники, которые считают, что это нарушает волю Пресветлого. По крайней мере, таким аргументом они прикрываются. Как будто Пресветлого радует, что способные к магии люди не могут использовать собственные силы!

Карин говорила с большим жаром. А Снэд временами накрывал её руку своей широкой ладонью, и в такие моменты она успокаивалась, окидывая его улыбающимся взглядом. Эти двое явно любили друг друга. Они словно были разными половинками одного целого. Наверное, если бы истинная связь существовала и у людей, она выглядела бы именно так.

Тай не сел с нами за стол. Он держался поодаль, наблюдая за окнами, но кажется, внимательно слушал всё, о чем говорили гости. О магоскопе, который помогал проследить за магическими потоками. О том, как странно устроена магия мельницы, расходящаяся во все стороны от её больших лопастей. О ручье, который несомненно, попал под влияние этой самой магии.

— По легенде начало этому положила истинная пара, — вспомнила я и безрадостно улыбнулась. — Из-за них ручей получил необычные свойства.

Тайрелл с любопытством взглянул на меня. Кажется, он об этом слышал впервые.

— А этот ваш прибор… может увидеть связь истинных? — неожиданно спросил он хриплым голосом.

Карин рассмеялась.

— Наука не всемогуща. Есть вещи, которыми управляет только сам Пресветлый. Мой брат изучает один такой случай — лорда Кайрекса и его жены из Драконьей усадьбы. Но увы — способа обнаружить эту связь нет. Только сами два сердца знают, что они существуют одно для другого.

Дэйрон

Демоново отродье! Этот Эйгард путался под ногами, мешая ему вернуть Айлин. Обещал ей защиту, но даже это не самое плохое. Самое ужасное было то, как вспыхнул свет в глазах его невесты, когда появился этот тип.

Никогда он не видел такого прежде. И отчаянно хотел потушить этот свет вместе с жизнью того красавчика. Но убийство сородича ещё никому не сошло с рук. Драконов было слишком мало, так что междоусобные разборки карались сурово.

Дэйрон рычал на лету. Огромные крылья рассекали воздух, неся его к столице Эльмирии. Он столько лет выживал один против всего мира. Он обязательно найдёт способ убрать препятствие. Последнее препятствие на его пути к подобию нормальной жизни.

Добравшись до места, он первым делом снял номер в гостинице и привёл себя в порядок. Затем отыскал дом лорда-правителя Эльмирии и попросил доложить о визите.

Сначала он собирался просто сообщить тому, кто сейчас считается главой рода, о своём пребывании на его землях. Но когда в кабинет вошла пышногрудая блондинка, план резко изменился. И дело было не в фигуре девушки. И даже не в том, как загорелся её взгляд при виде него.

Сила! В глазах девчонки плескалась необузданная шальная сила. Он мог бы насытиться сполна, а она бы даже не заметила!

— Рейна Эйгард, — томно произнесла девушка, протягивая руку. — Чем обязана визиту?

Дэйрон поймал запястье, склонился, глядя в блещущие силой и любопытством глаза, и прежде чем поцеловать руку, легонько провёл по коже подушечкой большого пальца. Невесомое прикосновение тут же отозвалось вспышкой восторженного азарта в глазах Рейны. Дракон приник губами в коже, задержавшись чуть дольше, чем позволял этикет.

— Меня зовут Дэйрон Тарк. Я оказался на ваших землях по личному делу. Задерживаться не планировал, но в это самое дело вмешался ваш сородич.

Взгляд Рейны скользил по его фигуре, и дракон усмехнулся про себя. Он знал, какое впечатление производит на женщин. Найти развлечение на ночь редко бывало для него проблемой, иначе он не дожил бы до этого дня. Интересно, где эта девчонка нашла столько силы? Ей одной явно многовато, и это ослабляет её контроль над собой. И упрощает ему задачу.

Блондинка облизнула пухлые губы. Её мысли явно были далеки от предмета их разговора.

— Кто?

— Тайрелл Эйгард.

Пелена рассеянности мгновенно слетела с Рейны. Взгляд стал сосредоточенным и острым.

— Он здесь, в Эльмирии? Где?!

Тарк с трудом сдержал улыбку. Похоже, эти двое не были друзьями. А враг его врага — безусловно, полезная находка.

— Скажу, если прекрасная леди подарит кое-что взамен.

Рейна обошла вокруг него, стуча каблуками и пронизывая холодным взглядом, будто раздумывала, согласиться или уничтожить нахала на месте.

— Я сделаю так, что Тайрелл больше не будет мешать. Что ещё вам надо?

Белая грива, колыхалась, спускаясь на вздымающуюся от волнения грудь. Дэйрон, примиряюще улыбаясь, протянул руку и погладил один из локонов. Видя, что девушка не отстраняется, он намотал прядку волос на палец и легонько потянул на себя.

— Всего лишь один из ваших роскошных локонов. На память.

Вместо ответа девушка шагнула ближе, повинуясь его тянущему движению. Дэйрон удовлетворённо поднял подбородок, заглядывая в её полуприкрытые глаза. Запустил руку в волосы, сжал кулак и потянул немного сильнее. Пышная грудь упёрлась в него, а из полуоткрытых губ послышался тихий стон.

Так всегда бывает. Даже самой сильной женщине нужен сильный мужчина, который её смирит. Этой девчонке нужна сильная рука.

Дэйрон безжалостно смял пухлые губы поцелуем. Не отрываясь, скинул пиджак и сделал шаг вперёд, заставляя девушку отступать до тех пор, пока она не упёрлась в край стола. Рейна отвечала со звериной неистовостью. Близость силы туманила разум. Дракон запустил палец в вырез шёлковой блузки и с силой дёрнул вниз. Пуговки с дробным стуком разлетелись по полу. Рейна взмахнула рукой, с шелестом сметая мешавшие бумаги на пол. Женский стон потонул в нетерпеливом хриплом рычании.

Эта сила будет его. И Айлин будет его. Дэйрона Тарка невозможно остановить, потому что ему нечего терять.

*Карин и Снэд впервые появляются во второй истории цикла "Хозяйка поместья, или Отвергнутая жена дракона".

Тайрелл

Змей думал, что умирал, когда влюбился в рыжеволосую Лин. Тогда он просто ещё не знал, что такое умирать от ревности.

Тайрелл готов был вцепиться зубами в глотку надменного дракона, неожиданно появившегося на мельнице. Особенно, когда увидел на поясе у того хлыст. От убийства сородича его удерживала только просьба его драгоценной Лин.

Новость о том, что у неё есть жених, ударила под дых, но он оправился почти мгновенно. Змей не зря годами зарабатывал себе репутацию мерзавца. Увести невесту из-под носа сородича было бы вполне в его духе. Но истинная связь… Это не то, чему он может противостоять. Ни один дракон не в силах… Не в праве…

Истинность — мистическая связь двух сердец, которую никто не может разорвать. Он уже встречал такую пару — один из Стражей, лорд Кайрекс, был связан навеки со своей женой Эвалеоной. Змей никогда не признавался себе, как сильно завидовал им.

Тай понимал, что ничего не может поделать, но всё равно сжимал зубы до боли, раздавая своим помощникам указания разузнать всё об этом Тарке. Такую же фамилию носил старый лорд горной провинции Ониксар, но Змей никогда не слышал о том, чтобы у него был сын. В этой истории, как и в самом Тарке, было что-то подозрительное.

Если Лин — чужая истинная, тогда почему именно он всю ночь ходил кругами вокруг мельницы, охраняя её покой? Был не в силах сделать ни шага от защитного купола. Отвлёкся лишь утром, когда стали приходить послания от помощников. И мерзкий Тарк тут же появился.

Было большим удовольствием наблюдать, как Виспер разделывает соперника. И то, что Айлин не почувствовала боли, вместе со всем остальным вселяло в него надежду. Он знал, что надеяться глупо, но ничего не мог с собой поделать.

Сейчас ему как никогда хотелось схватить упрямую девчонку в охапку и утащить на край света. Но преступления против истинных пар карались так же сурово, как и против самих драконов. Эта связь проявлялась редко, но она гарантировала крепкое потомство и была важна для выживания всего драконьего рода.

Дети! Змей скрипнул зубами, представляя, что Лин будет вынашивать наследников кому-то ещё. То, что представлялось ему сначала лёгкой интрижкой, а потом внезапной влюблённостью, оказалось чем-то большим. Чем-то страшным, что забирало у него из рук контроль над собственной жизнью.

Этот Дэйрон был гораздо слабее его, Змей это чувствовал. Единственное, что у него было — это связь истинных, и подлец прятался за неё, как за юбку. Тайрелл мог бы скрутить его одним взглядом, но ментальное воздействие на сородичей было запрещено, так что это дало бы козырь его сопернику. Тай метался по комнате, как зверь в клетке, но чувствовал себя связанным по рукам и ногам.

А ведь где-то там рассматривалось его дело против Рейны, и срок подходил к концу. Но разве может он лишить Лин защиты теперь, когда здесь околачивается этот тип? Он мог бы рассказать ей про осколок источника, что ему так нужен. Может, она даже отдала бы камень ему. Но после этого Змею станет не до защиты — нужно будет отстаивать своё право на главенство, и Рейна не отдаст его так просто. А мысль о том, что Лин даже временно окажется в лапах этого негодяя, приводила его в исступление.

Взгляды, которые иногда бросала сама девушка, подогревали его пустые надежды. Тайрелл ругал себя за то, что принимает желаемое за действительное, пока не встретил эту странную пару — Карин и Снэда — упомянувших о его друге Тейране Кайрексе.

Никто не мог проверить, действительно ли двое связаны истинностью. Да и кому пришло бы в голову врать о таком? Но Тейран мог бы ответить на кое-какие вопросы. Например, способен ли он причинить боль собственной жене? И почему сам Тайрелл чувствует, что умрёт, если что-то случится с его Лин?

Айлин

Мы с Карин расстались хорошими подругами. Даже её муж, не проронивший ни слова, улыбнулся в бороду напоследок. Перед их уходом я отвела Карин в сторону, чтобы задать вопрос, который меня терзал.

— А твой брат, который изучает истинность… Он случайно не знает… Можно ли как-то от неё избавиться?

Карин изумлённо воззрилась на меня.

— Зачем кому-то желать такого? Ведь это благословение Пресветлого!

Я вздохнула. Видимо, меня Пресветлый за что-то невзлюбил.

— Нет, это невозможно. — Карин покачала головой. — Действие метки можно приглушить, но унять зов сердца насовсем не выйдет. Разделённые истинные будут тосковать по своей паре, но связь не даст им умереть. Они всю жизнь будут стремиться встретиться снова.

Я прислушалась к себе. В моём сердце были совсем другие надежды. Определённо, с нашей истинностью что-то было не так. Но если бы не эта связь, зачем Дэйрону так настойчиво добиваться меня? Для чего могучему дракону сиротка без талантов, состояния, связей?

Проводив новых друзей, мы с Таем встретились взглядами, молча оглядывая друг друга так, будто не виделись вечность. Почему-то именно сейчас, когда мой истинный появился, меня стало тянуть к Тайреллу особенно сильно.

— Мне нужно кое с кем связаться, — наконец произнёс дракон. — Оставайся в безопасности, хорошо?

Я кивнула, невольно окинув взглядом небо. Тай ушёл, бродяга Виспер тоже где-то пропадал, оставив после себя только цепочку из крошек, ведущую к окну. Одиночество скрасил Вельтар в своей неизменной соломенной шляпе. Когда я в шутку заметила, что он снова единственный из местных, кто ко мне приходит, Вельтар нахмурился, поминая недобрым словом городских торговцев.

— Эта шайка стала распускать слухи, и люди им верят. Видишь ли, после того, как последняя обитательница мельницы покинула наши края, здесь прошёл большой ураган. Много домов остались без крыш, даже ограду господского дома местами повалило. Некоторые восстанавливали хозяйство несколько лет, вот и боятся, что соседство с ведьмой снова принесёт несчастье.

Я покачала головой. Фианна Эйгард была добрейшей женщиной, вряд ли ураган был её рук делом. Но преодолеть человеческие предрассудки не так-то просто.

Забрав остатки печенья для сына, Вельтар попрощался, но заскучать мне не дали. Едва он ушёл, как на пороге снова возник Дэйрон. Вероятно, он дожидался, пока я останусь одна. Я вздохнула, призывая магическую защиту.

— Зачем ты здесь? Разве непонятно, что я не вернусь?

Он грустно усмехнулся.

— Затем, что по-другому нельзя. Наша связь заставляет меня стремиться к тебе. Так будет всегда, Айлин.

Дэйрон выглядел как-то иначе, как будто его кожа, волосы и глаза налились цветом и сиянием. Неужели и правда разлука с истинной парой так сильно влияет на драконов, что рядом со мной ему становится лучше? Теперь в его движениях стало куда больше силы и грации, а во взгляде уверенности. Тарк и вправду был очень привлекательным мужчиной. Мы могли бы быть счастливы, если бы только он всегда вёл себя так же бережно, как сейчас.

— Мне тяжело оставлять тебя, — бархатным голосом произнёс мой жених. — Ты не представляешь, что я пережил, пока искал тебя. Но ты в этом не виновата. Я сам виноват, что допустил такое.

Глаза стального цвета скользили по моему лицу, и я поёжилась от исходящей от него нежности, сопряжённой с опасностью. Я вдохнула лёгкий запах мяты, и по коже прошёл холодок, будто меня приласкали клинком.

— Да, ты виноват. И я не хочу снова оказаться одураченной.

Дэйрон на секунду прикрыл глаза, а когда открыл, в них светилось восхищение. Такое же, как то, что покорило меня когда-то в глазах Тая.

— Меня мучал голод. Голод по тебе. Дай мне насытиться, и ты увидишь, что я могу быть таким же нежным, каким грубым был когда-то.

Он снова подошёл вплотную к разделявшему нас барьеру, понизив голос до шёпота.

— Твои документы нашлись, нам больше ничего не мешает. Я понимаю, что здесь, вдали от меня, ты могла немного запутаться. Но уверяю тебя, одно только прикосновение к твоему истинному расставит всё по своим местам.

Я сглотнула. Неужели мои чувства к Таю столь очевидны?

Дэйрон прикоснулся ладонью к барьеру, и я невольно убрала руки за спину. Он вздохнул, немного отступая.

— Айлин, ты — моё сокровище. Я привязан к тебе самой своей жизнью, и не смогу отступить, пока ты не скажешь "да". Ты снишься мне, и всё мои мысли — только о тебе. Мне тяжело без тебя. Ещё тяжелее оставлять тебя в месте, где может быть небезопасно.

От его слов меня пробирали мурашки. Ещё никто и никогда не добивался меня так настойчиво. Но я безмятежно передёрнула плечами.

— Ларитон — самое безопасное место в империи. К тому же, как ты видишь, мне есть, чем защитить себя.

Дэйрон задумчиво кивнул.

— Я рад, что тебя здесь приняли, но всё же моё сердце неспокойно. Если позволишь, я вернусь завтра утром.

— А у меня есть выбор?

Мой жених грустно усмехнулся.

— Выбора нет ни у тебя, ни у меня. Мы принадлежим друг другу, Айлин. И когда ты будешь готова, я наконец смогу исправить свои ошибки и сделать свою истинную самой счастливой на свете.

Тайрелл

Кайрекс ответил не сразу. Когда его полупрозрачное изображение наконец-то всплыло в сером воздухе пристанища Змея, лорд Вальтарии выглядел довольным. Рядом слышался счастливый детский смех. Напоследок погладив чью-то светлую макушку, дракон поднял взгляд на Тайрелла.

— А, Змей! Чем обязан? Что-то срочное от императора?

Тай мотнул белокурым хвостом.

— Я по личному вопросу. Хотел узнать… — Он замялся, но так и не подобрав подходящие слова, просто высказал то, что было на уме. — Как ты понял, что нашёл свою истинную?

Тейран удивлённо закашлялся.

— Думаю, у меня был особый случай. Я ведь искал её годами, ты же знаешь…

Змей знал. Из-за проклятья жёны Кайрекса умирали после первой же совместной ночи. И только истинная связь могла этому противостоять. Поэтому лорд Вальтарии в своё время облетел всю империю, разыскивая ту, что предназначена ему судьбой. А нашёл совсем рядом — в собственной провинции. Правда, девушка сдалась ему не так легко, как он рассчитывал. Совсем, как его Лин.

— И как ты понял?

— Ну… — У Кайрекса забегали глаза. Он явно не был готов к такому разговору. — Знаешь, я не мастер описывать такие вещи. Истинная — это сокровище, на которое ты готов обменять всё. Всё, что не касается её напрямую, сразу становится неважным.

Змей неосознанно кивнул, соглашаясь, но тут же одёрнул себя. Лин — не его истинная.

— А что насчёт других мужчин? Тех, кто околачивается рядом с ней.

Тёмные брови Кайрекса сошлись на переносице, ноздри раздулись, и Тай снова понимающе кивнул. Он точно знал это чувство.

— Придушил бы любого на месте, — прорычал Тейран. — Порвал бы в клочья голыми руками. Но она запрещает. Говорит, что надо стремиться к гуманизму.

В другое время Змей непременно бы обратил внимание на странное словечко из лексикона загадочной леди Кайрекс, но сейчас ему было не до того.

— А ты… когда-нибудь… мог причинить ей боль? Физическую.

Тейран прищурился, с подозрением глядя на друга.

— Это невозможно. Всё равно, что ударить самого себя. Хотя, признаюсь, связать её хочется частенько. Что у тебя там, Змей? К чему эти вопросы?

— Да я и сам не разобрался, — признался Тайрелл, задумчиво потирая подбородок. — Я всегда думал, что истинная связь всё упрощает. Ты встретил её, она — тебя, и вы теперь вместе на всю жизнь.

Кайрекс усмехнулся, качая головой.

— Поверь, нет такого дела, в котором нельзя сплоховать. Я напугал свою пару так, что она сбежала прямо после свадьбы. К тому же. — Он вздохнул. — Никогда! Никогда нельзя недооценивать упрямство женщин.

Тайрелл задумчиво глядел в сторону.

— И как понять: она твоя истинная, или ты просто впервые в жизни влюбился как дурак?

Его друг удивлённо вскинул брови, а потом откинулся и довольно захохотал.

— Не может быть!

Змей состроил такое лицо, что Тейран подавился смехом.

— Всё очень просто, — сказал он, посерьёзнев. — Такая встреча — как неожиданный удар. Как будто кто-то дёрнул за скрытую жилу внутри твоей силы. С этого момента её боль — твоя боль, её смерть — твой конец. Это не дар, а приговор. Я впервые начал бояться за свою жизнь, просто потому что она связана с ней. И вместе с тем — обрёл покой. Как будто наконец нашёл дом.

Всё время, что он говорил, Тайрелл хмурился всё больше. А потом неожиданно поднялся с места.

— Спасибо, Кайрекс.

Дракон махнул рукой на прощанье.

— Не наломай дров, Змей! Потом год будешь извиняться. Мне пришлось научиться делать грядки и разбираться в сортах картошки, чтобы завоевать Эву обратно.

Тай улыбнулся, представляя, как суровый дракон, прошедший войну с Фалорном и защитивший императора от проклятия, копается в земле под указания хрупкой, но суровой блондинки Эвы.

— Я постараюсь.

— Надеюсь скоро увидеть маленьких змеёнышей, — хохотнул друг, и его изображение растворилось в воздухе.

Тай судорожно вздохнул, запуская руку в волосы. Может ли Айлин быть его истинной? Нужно узнать, что чувствует она сама. Иначе он сойдёт с ума от догадок.

Дэйрон

Давно забытое ощущение полной силы кружило голову. Казалось, он мог разобрать мельницу по кирпичику голыми руками. Но вместо этого прислонился к нагретой солнцем стене, прислушиваясь к разговору его невесты с посетителем.

Здесь её дом, значит? А вот горожане так не считают. Дракон усмехнулся. Айлин должна осознать, что у неё есть только один дом — его. И только один мужчина — он.

Чужая шальная сила бродила внутри, туманя разум. Дэйрону и правда казалось, что эта хрупкая рыжеволосая предназначена судьбой именно для него. Глядя украдкой в окно на то, как она пожимает плечами, закусывает губы, улыбается, дракон был близок к тому помешательству, что однажды уже погубило его судьбу. Отец говорил, что у Тарков ледяные сердца, но они умеют горячо любить. Вот только не каждой дано растопить этот лёд.

Огненные волосы, укрытые от чужих взглядов косынкой, вспыхивали в воспоминаниях, заставляя жар разгораться в крови. Дэйрону нравилось, что под маской скромницы он нашёл темпераментную женщину с сильным характером. Темпераментную не в том смысле, какой продемонстрировала ему Рейна. Наоборот — способную, несмотря на горячую кровь, настоять на своём и противиться искушениям.

Входя в мельницу, Дэйрон чувствовал, что готов подчиниться этой мягкой силе Айлин, чтобы завладеть ею опять. Потому что с момента их недавней встречи в груди, под ребрами больше не ощущалось привычной пустоты, и дело было даже не в заполнившей его силе. Там поселилась тень чего-то, что когда-то он поклялся больше не пускать в своё сердце. Это слово начиналось на "л" и заканчивалось предательством.

Когда-то в юности Дэйрон поверил, что нашёл девушку, которая примет его таким, какой он есть. Что любовь — не награда, а дом. Он ошибся и теперь строил новый дом из контроля и власти. Потому что слабых ломают, а любимых — используют. Это он хорошо усвоил.

Но теперь, глядя на Айлин, дракон неожиданно поймал себя на опасной мысли: а если… если это не единственный способ жить? Пришлось приложить усилия и вспомнить все события, что привели его к этой точке. Отсюда был только один путь.

В мельнице ничего не изменилось, но для Дэйрона теперь всё было по-другому. Рейна поделилась с ним не только силой, но и информацией. Покорённая и разнеженная девушка готова была помогать ему, только бы он вернулся к ней ещё. Что ж, это был взаимовыгодный обмен. Он присматривал за её противником и тем, что хранилось наверху мельницы, она — раскрывала уязвимые места Тайрелла. И делилась энергией, о чём сама даже не подозревала.

Рейна пылала этой силой, как факел. Была горяча и покорна. Но это даже близко не разжигало в нём столько огня, сколько одно невинное движение его Айлин. Хорошо, что она сама не понимала, сколько власти теперь имеет над ним. Всё продолжала упрямиться, но это ничего. С его нынешней силой стоит им только коснуться друг друга, и она сама не поймёт, почему её так сильно к нему тянет. А создать связующие метки — дело техники, он уже давно разузнал про все нужные для этого чары.

Однако же новая сила рождала и нетерпение. Айлин надо подтолкнуть к решению. Пусть поймёт, что может быть в безопасности только рядом с ним. И что верить можно только ему.

Айлин

Разговор с Дэйроном оставил гнетущее впечатление. Карин говорила, что истинных всю жизнь тянет друг ко другу, а это значило, что мой жених никогда не оставит меня. Смогу ли я всю жизнь равнодушно смотреть на эту жажду в его глазах? Всю жизнь бороться против самой судьбы?

Убедившись, что Дэйрон улетел, я вышла наружу, чтобы вернуть душевное равновесие. Журчание ручья, шелест трав и пение птиц успокаивали, но никак не помогали решить сложные вопросы. Например такой: что делать с чувствами к Тайреллу, который вышел из своего дома и, не сводя с меня глаз, направился в мою сторону?

Ветер внезапно задул сильнее. От стремительно надвигавшихся туч потемнело, как будто неожиданно наступил вечер.

К тому времени, как Тайрелл перешёл мостки, усилившиеся порывы уже прижимали цветущие травы к земле, а меня теснили к мельнице. Птицы стихли и унеслись прочь, как будто их сдуло в лес. Ветер растрепал волосы Тая, норовя сбить дракона с ног, но он упрямо шёл ко мне, несмотря ни на что. Я отступила к мельнице, невольно восхищаясь его силой, пока мой взгляд не привлекло нечто страшное.

Над полем, разделявшим мельницу и старое поместье, тучи завели хоровод, сворачиваясь в зловещую воронку. Чёрное щупальце потянулось к земле. Яростный ветер качнул его в сторону мельницы, но, задержавшись на мгновение, вихрь, словно передумав, двинулся в сторону Ларитона.

Задетая им часть ограды у старого поместья качнулась и упала на бок. Где-то громко хлопнули незакрепленные ставни. Старая постройка с грохотом разлетелась на дощечки, которые тут же втянула в себя зловещая воронка. Похозяйничав возле бывшего дома Эйгардов, смерч двинулся дальше — к центру городка.

Тай рывком преодолел сопротивление шквального ветра, добрался до меня и заключил в объятия, подталкивая к мельнице.

— Лин, спрячься! Поставь защиту!

— Я не знаю, где Виспер! — постаралась я перекричать усиливающийся шум.

— С ним всё будет хорошо, он же не простой кот! А вот тебе лучше спрятаться!

После ледяного ощущения на коже, оставшегося от взгляда моего жениха, прикосновения Тая действовали на меня, как жар от печи на масло. Хотелось прижаться к нему всем телом и бесконечно греться об это тепло. Но воронка, уходившая вдаль, становилась всё больше и зловещее.

— Тай, город!

Дракон наконец оттеснил меня в мельницу, где после уличного шума, казалось, стояла просто мертвецкая тишина.

— Смерч видно издалека. Я уверен, все уже нашли себе убежище.

— Он повалил каменную ограду, ты видел? Ларитон просто разнесёт на камешки! Ты ведь можешь сделать что-нибудь?

Дракон скривился, как будто решал какую-то сложную задачу. Я видела, что ему было непросто оставить меня, но казалось, будто ещё какие-то соображения мешают Таю показаться в городе. В конце концов он хмуро кивнул, отпуская меня.

— Сделаю, что смогу. Оставайся здесь.

Тай вышел наружу и неожиданно открыл портал, исчезнув в его сиянии. Ветер немного ослаб, как будто вся его сила ушла вслед за воронкой. Ожидание было мучительным. Издалека я могла видеть только, что медленно двигавшаяся воронка наконец остановилась. В черноте вихря мелькнула вспышка молнии, послышался жуткий гром. Раскаты повторялись снова и снова. Казалось, будто стихия пыталась двинуться дальше, но билась в невидимую стену и злилась от этого ещё сильнее. Похоже, что дракон сдерживал её, но она грозила прорваться и обрушиться с разрушительной силой. На дома. На людей. На Тая.

Неуверенно отойдя подальше от мельницы, я попробовала разделить невидимый барьер, чтобы защитить и себя тоже. Я не была уверена, что магию камня можно использовать вдали от него, но страх за Тая и желание помочь ему перевесили все сомнения. К счастью, камень был со мной согласен: часть силы легко отделилась, оставаясь со мной. Очередной порыв ветра качнул лопасти мельницы, и те вдруг закрутились сами, без моего участия. Решив разобраться с этим позднее, я побежала в ту сторону, где было темнее всего.

Чем ближе я подходила, тем сильнее становился вой ветра в переулках. Двигаясь по пути смерча я отмечала: вот старый нежилой дом рассыпался на груду досок и камней. Здесь разметало в щепки ограду, там — побило стёкла и сорвало крышу, перевернуло всё до неузнаваемости. Мимо меня с диким кудахтаньем пронеслись куры из чьего-то разрушенного сарая. Где-то беспрестанно выл пёс, вторя ветру. Город держался, но было очевидно: если вихрь наберёт ещё силы, он возьмёт в сто раз больше.

Небо склонилось над крышами — тёмное, вывернутое наизнанку, воронкой втягивающее всё на своём пути. Глухое гудение смерча пробирало до костей. Я приближалась к нему, и казалось, что чернильный вихрь поглотил половину города. Пыль и сухие листья метались по улицам, кружась в бешеном танце, но в мой защитный кокон не проникало ни дуновения ветерка.

На торговой площади перевернуло прилавок, разметав яблоки по булыжникам. Выбежав на неё, я сначала увидела чёрный столб, уходящий в небо, а затем — Тая, который, стоя на противоположной стороне, напрягал мускулы изо всех сил, чтобы удержать барьер и не пустить воронку дальше. Старая доска из тех, что кружили в воздухе, просвистела над его головой. Лавка мясника с грохотом захлопнула ставни, одну тут же сорвало ветром и швырнуло в Тая. Как будто у стихии был разум, пытавшийся убрать преграду с пути.

Чувствуя себя в большей безопасности, я попыталась передвинуть свою защиту на дракона, но неожиданно Тай расправил плечи, словно у него открылось второе дыхание. Его барьер засветился и стало видно, как он окружает уходящий в небо столб, сжимая так яростно, будто это была шея противника.

Щупальце вдруг распалось на пыль и собранный по дороге мусор, теряя свою силу. Камни и щепки градом осыпались на землю. Остатки воронки втянулись в небо, и закружили тучи. Те расступились, и сквозь открывшуюся прореху на площадь хлынул свет.

Тайрелл следил за происходящим, но стоило мне попытаться уйти незамеченной, как зелёные глаза тут же меня отыскали.

— Лин, я же просил! — послышалось рычание.

Я виновато пожала плечами.

— Моя защита со мной. Я подумала, вдруг здесь нужна какая-то помощь.

Из лавки на другой стороне площади выглянули прятавшиеся там посетители. Дракон нахмурился.

— Не нужна. Идём, пора возвращаться.

Я покачала головой, обводя взглядом разгромленную площадь.

— Я понимаю, что ты не планируешь связать свою жизнь с Ларитоном. Но я так не могу.

Бытовая магия не поможет в сражении со стихией, зато может справиться с последствиями. Починить сломанное, собрать разбросанный всюду мусор, залатать пробитую крышу. Люди, сначала опасавшиеся выходить, постепенно стали выглядывать из домов. Кто-то недоверчиво смотрел, кто-то благодарил за помощь. И все с удивлением провожали взглядами Тайрелла, следовавшего за мной с таким видом, будто он откусит голову каждому, кто подойдёт ко мне слишком близко. За спиной я слышала шепотки о том, что кто-то из Эйгардов впервые за долгие годы показался в Ларитоне. В этих голосах слышалась надежда.

Больше всех меня удивил Нельмар, который уважительно склонил передо мной свою лысую голову. А вот вредная торговка не стала благодарить, когда мы с Тайреллом совместными усилиями поправили разломанную крышу её лавки. Похоже, она считала меня виновной во всех несчастьях. По крайней мере, её взгляд не сулил ничего хорошего. Оставалось надеяться, что, даже если она пожалуется тому, кто сейчас был главным в Эльмирии, меня не выгонят из мельницы, и я не останусь рядом с Дэйроном без защиты.

К тому времени, как мы закончили устранять последствия урагана, сил у меня почти не осталось. Но присутствие Тайрелла поддерживало меня, и когда с делами наконец было покончено, он открыл портал, перенёсший нас прямо к мельнице.

Я нехотя отстранилась от его руки, которая поддерживала меня во время перехода, и устало вздохнула

— Тай, нам нужно поговорить.

— Не сейчас. — Он взглянул на меня и покачал головой. — Тебе нужен отдых.

Его пальцы как будто случайно коснулись моих, и я вспыхнула. Сил на разговор и правда не осталось, но было бы чудесно хотя бы просто побыть рядом.

— Я приду утром, и мы обо всём поговорим.

Я измученно улыбнулась, признавая, что Тай прав, как бы мне ни хотелось остаться с ним подольше.

— Спасибо, что помог сегодня. Для меня это очень важно.

— Спасибо, что напомнила, что это моя земля, и я должен заботиться о ней.

Казалось, ему тоже не хотелось уходить, но он всё же пожелал спокойной ночи и скрылся в темноте. Я вернулась в мельницу. Лопасти уже не вращались, и внутри было тихо. Пока меня не было, Виспер успел вернуться и похозяйничать. К тому, что он стал таскать еду, я привыкла, но на этот раз был разорён комод с постельным бельём. Простыни были свалены в кучу и усыпаны перьями и следами лап. Вздохнув, я собрала всё с пола и отправилась спать.

Утром я не стала прятать волосы, как обычно. Почему-то сегодня мне хотелось быть красивой. Но под дверями вместо Тайрелла меня снова ждал Дэйрон. Сегодня он выглядел взволнованным.

— Слава Пресветлому, ты в порядке! Мне сказали, что в окрестностях был ураган. Конечно, я чувствовал, что с тобой всё хорошо, но всё равно волновался.

— Я в порядке, — успокоила я его, привычно разделив нас барьером, когда он попытался коснуться меня. — Город немного пострадал, но сейчас уже всё восстановлено. Всё хорошо.

— Ты уверена? — Дэйрон помрачнел, заходя за мной в мельницу. — Я слышал, что местные жители склонны винить магов во всех своих бедах.

— А я слышала, что драконы — жестокие, себялюбивые и коварные существа, — отшутилась я, думая в первую очередь о Тайрелле, который был далёк от той картины, что рисовали слухи.

Но Дэйрон воспринял это на свой счёт.

— Как видишь, иногда слухи всё же оказываются не просто слухами. Драконы бывают ужасны, а люди — злы. Поэтому я беспокоюсь за твою безопасность здесь. Поэтому я прошу тебя вернуться домой.

Я резко обернулась, встречая взгляд стальных глаз.

— Ты сам признал, что слухи не врут. Не удивляйся, что Ларитон мне кажется более безопасным местом, чем твой особняк.

Дэйрон, не сводя с меня взгляда, потянулся к хлысту, висящему на поясе, и медленно отстегнул его. Даже за защитным барьером мне на секунду стало не по себе, внутри что-то привычно сжалось в ожидании боли. Но неожиданно привычного резкого замаха со стороны Дэйрона не последовало. Он положил хлыст на стол и сделал шаг назад, позволяя мне завладеть его оружием.

— Я хочу это изменить, Айлин. Ты поможешь мне?

На мгновение я опешила. А потом схватила вещь, которая принесла мне столько боли и унижений, и бросила её в пылающую печь. Кожаная плётка извивалась в огне, словно змея, а Дэйрон молча смотрел на неё, и отблески пламени делали цвет его глаз немного теплее.

— Ты создана для меня, Айлин, а я — для тебя, — вполголоса проговорил он. — Без тебя у меня не будет детей, не будет жизни. Понимаешь, почему я согласен на всё, чтобы вернуть тебя? И почему я так боюсь оставлять тебя здесь, среди чужих людей, по соседству с незнакомым драконом. Ты ведь сама знаешь, какими мы можем быть.

Я невольно вздрогнула.

— Он не такой.

Дэйрон усмехнулся, качая головой.

— Я ведь тоже в начале казался не таким, верно? Только теперь, потеряв тебя, я изменился. А этот Эйгард… Ты ведь едва его знаешь. Поверь, драконы никогда не бывают просты. Если он рядом с тобой, значит ему что-то от тебя нужно.

Его слова разъедали душу, заставляя вспоминать и неожиданное появление Тая в мельнице, и его поведение в начале знакомства, попытки добраться до камня на самом верху мельницы. То, что он скрывал своё имя, как старался не показываться гостям — всё подтверждало слова Дэйрона. Только мне не хотелось в это верить. Я подняла на жениха взгляд.

— А что от меня нужно тебе?

Он усмехнулся.

— Самую малость. Твоя рука в моей руке каждое утро, каждую ночь. Твои волосы на моей подушке. Твой запах.

От его признаний пробирали мурашки. Но я поймала себя на мысли, что хотела бы слышать их от другого мужчины.

Словно услышав меня, в мельницу вошёл Тайрелл. Увидев Дэйрона, он сжал зубы.

— Тарк.

— Эйгард.

Пару мгновений эти двое молча мерили друг друга взглядами. Наконец Тай нарушил напряженное молчание.

— Хорошо, что ты здесь. Я как раз хотел спросить, как вы двое поняли, что связаны истинностью?

Я вдруг осознала, что мне нечего на это ответить. Я была увлечена Дэйроном, но той самой легендарной связи так и не почувствовала. Когда первая влюблённость прошла, с моей стороны не осталось ничего. Но вот он здесь, нашёл меня и настойчиво добивается моего возвращения. И другого объяснения этому, кроме истинности, у меня нет.

— Отвечу тебе, — со смешком протянул Дэйрон, — как только ты расскажешь, почему отираешься здесь столько времени.

— Не твоё дело, — прорычал Тайрелл, склоняя голову.

Жених перевёл на меня взгляд.

— Тогда я расскажу: он ищет что-то ценное. Что-то очень ценное, что спрятано, по всей видимости, именно здесь, Айлин, в этой мельнице.

Я сглотнула, глядя на Тая. Наверняка он хорошо умел врать, но сейчас даже не пытался опровергнуть обвинение или изобрести хоть какое-то оправдание. В зелёных глазах мелькнул отблеск вины.

— Я действительно искал здесь кое-что ценное. И я это нашёл.

Его взгляд скользнул по моим волосам. От того, как Тай смотрел на меня, Дэйрон пришёл в ярость. Мой жених окаменел, рука потянулась к поясу, туда, где обычно висел хлыст, но схватила пустоту.

— Что ты искал здесь, Тай? — спросила я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

Я уже знала ответ. Камень Сердца — артефакт Эйгардов, на который я не имела права, но который принял меня и дал мне свою силу. Неужели только из-за него Тайрелл увивался вокруг меня?

Глядя на нас, Дэйрон удовлетворённо поднял подбородок.

— Я постарался разузнать, рядом с кем приходится жить моей невесте. Тайрелл Эйгард — разочарование своих родителей. Красивая столичная жизнь, роскошные любовницы, одна за другой. Нет, я всё понимаю, моя истинная, бесспорно, прекрасна. Но ты ведь здесь не из-за неё, да?

И снова к моему ужасу Тайрелл не спешил оправдываться. Но он и не был похож на того, кто в этом нуждается. В его взгляде были уверенность и спокойствие.

— Теперь понимаешь, почему я боюсь оставлять тебя здесь, Айлин? — закончил мой жених.

Я кивнула.

— Спасибо, Дэйрон. Я думаю, теперь нам с Таем надо поговорить.

Услышав мой ответ, Тарк снова вспылил. На скулах заиграли желваки, взгляд сверкнул сталью.

— Не веришь мне? Я найду способ тебя уверить.

Он вышел наружу, хлопнув дверью, и мы с Таем остались наедине.

Тайрелл

Разговор с Кайрексом только укрепил в нём дурацкую надежду. Это казалось Змею почти невозможным, но что если всё же… Что, если Лин — не истинная этого надменного Дэйрона Тарка? Что, если на самом деле… Нет, это было слишком невероятно, но Тайрелл всё равно не мог перестать об этом думать.

Ураган помешал обстоятельному разговору с Лин. В тот момент ему было плевать на весь мир, пусть бы он горел в огне. Ещё меньше ему хотелось, чтобы в Ларитоне узнали о его присутствии. Но дракон, умевший переносить и ментальное воздействие, и боль, не смог долго выдерживать умоляющий взгляд девушки.

И даже ураган, помешавший им поговорить, всё равно послужил в пользу его невероятной теории. Присутствие Лин делало Тайрелла сильнее. Его способностей хватило на то, чтобы остановить смерч, но справиться со стихией получилось только, когда она оказалась рядом. И потом, помогая Лин восстановить разрушенное, Тайрелл ощущал, как между ними словно протянулась некая общая ниточка. Замечал, как они понимают друг друга без слов, а их чары сплетаются, усиливая друг друга.

К тому времени, как они вернулись к мельнице, Змей чувствовал себя полным безумцем. Потому что кому ещё может прийти в голову мысль о том, чтобы объявить чужую истинную своей?

Но на следующее утро, когда он собирался всё выяснить, ему пришло послание — срочный вызов в Драконий Суд. Змею предстояло лично выдвинуть свои аргументы против главенства Рейны. Ужасно не вовремя, учитывая, что возле Лин каждый день тёрся этот подозрительный дракон, имя которого будто вымарали из всех архивов империи.

Тайрелл был уверен, что девушку тянуло к нему, а не к тому, кто называл себя её женихом. И когда Змей зашёл в мельницу, чтобы ещё раз увидеть своё сокровище и предупредить об отлучке, он не ожидал обнаружить, что Тарк уже изо всех сил старается оборвать ту тонкую связь, что объединяла их с Лин.

Обвинение её жениха попало точно в цель. Недоверие в глазах девушки убивало, но Змею некого было винить кроме самого себя. Это он не понял, что перед ним любовь всей его жизни. Принял свои чувства за обычное влечение, хитрил и скрывал своё имя, свои мотивы. Это было его слабое место, и подлец Дэйрон ударил прямо в него. А теперь вместо того, чтобы объясниться, нужно было спешить на заседание суда. Как будто Тай — трус, сбегающий от справедливых обвинений.

Если он проиграет в борьбе за главенство, Рейна может навредить его Лин. Но если он уйдёт сейчас, чтобы отстоять своё, то потеряет её доверие. Внутри себя дракон горько усмехнулся. Выглядевший поначалу слабаком Дэйрон оказался достойным противником. Знал Тарк или нет, но своими словами он загнал Змея в ловушку.

Айлин

Дэйрону удалось вытащить на свет то, на что мне долго удавалось не обращать внимания. Чувствуя горечь недоверия, я с трудом сделала вдох, опасаясь смотреть в глаза Тайреллу. Мне казалось, что стоит только в них взглянуть, я снова растаю. И так и не узнаю, какие у него на самом деле были причины оставаться в Ларитоне.

— Тебе нужен камень, да? Тот, что хранится наверху.

Слова дались мне тяжело, потому что я знала ответ. Тай подошёл ближе, но нас разделял магический барьер, который я ставила для Дэйрона.

— Всё не так просто. Сначала мне был нужен только он. Потом и он, и ты. Теперь…

— Теперь я завладела им и не смогу вернуть, пока Дэйрон рядом.

Тайрелл прошипел сквозь зубы проклятье.

— Лин, слушай… Меня срочно вызывают в столицу. Обещаю, я вернусь через пару часов, и мы найдём способ разобраться с этим. Вместе.

Я стиснула зубы от неожиданно остро резанувшей ревности. Что там Дэйрон говорил про красивую жизнь Тая в столице? Как бы сильно ни тянуло меня к нему, я не была частью этой жизни.

— Иди, — выдохнула я. — Вряд ли что-то изменится за пару часов.

Тайрелл молчал, а я по-прежнему старалась не смотреть на него.

— Не верь ему, Лин, — прозвучал голос, заставлявший моё сердце биться быстрее. — Единственное сокровище этой мельницы — это ты.

Послышались спешные шаги. Тай вышел и скрылся снаружи во вспышке портала. Я закусила губу. Так хотелось верить красивым словам! Но один дракон уже уверял меня, что я — его сокровище. И красивые слова обернулись болью.

Думать об этом было слишком тяжело. Я занялась привычными делами, отгоняя от себя гнетущие мысли. Слова Дэйрона не повлияли на моё притяжение к Таю, но теперь казалось, что меня в очередной раз могут обвести вокруг пальца. Что за красивыми словами Тая скрывался какой-то корыстный интерес. И на этом фоне Дэйрон с его невольной тягой истинности выглядел как-то более честно.

Я мрачно усмехнулась тому, как всё обернулось, и невольно прислушалась. Наверху послышался какой-то непонятный тонкий звук. Потом клацанье когтей — это Виспер, переваливаясь с боку на бок, спустился по лестнице, важно прошествовал по кухне, схватил со своего блюдца кусок ветчины и поспешил обратно наверх, распушив хвост.

— Зачем ты вытащил мои простыни? — успела крикнуть я вслед, но он умчался, как всегда, оставляя меня без ответа.

Ещё один эгоист, который думает только о своём! Глядя ему вслед, я с укором покачала головой и чуть не подпрыгнула, когда за спиной раздался звонкий женский смешок.

— Надо же, какой забавный питомец.

Я обернулась и подвинула защитный барьер к лестнице, чтобы не пугать посетителей магией. Гостья оказалась молодой женщиной со светлыми волосами и пышными формами. Обычно те, кто впервые оказывался в мельнице, рассматривали обстановку. Она же оглядывала меня, причём с таким любопытством, что сразу становилось понятно — её привлёкли сюда не моя выпечка и не легенда о ручье.

Не знаю, чем я вызвала такой интерес у незнакомки, но чем больше она на меня смотрела, тем больше у неё портилось настроение.

— Я могу вам чем-то помочь?

Гостья оторвалась от созерцания моих волос и окинула взглядом прилавок и цветы на столе, затем лениво сделала несколько шагов, осматриваясь вокруг.

— Довольно уютное место… для дыры вроде Ларитона.

Я нахмурилась, чувствуя, что хоть я и не из этих мест, выпад задел меня лично.

— Ларитон вообще очень уютный. Не зря здесь раньше было поместье Эйгардов, правителей Эльмирии.

Девушка издала звонкий смешок, возвращаясь вниманием ко мне.

— Так вот, почему Змей прячется здесь от меня? Как же я сразу не догадалась!

Сердце сжало недоброе предчувствие. Не может же она говорить о Тае?

— Боюсь, я ничем не смогу вам помочь. Не знаю никакого Змея. Это ваш друг?

Гостья снова прошлась, стуча каблуками сапожков. Её насмешливый взгляд теперь был направлен прямо на меня.

— Скажем так, я имела с ним довольно близкое знакомство. Да мы и до сих пор время от времени встречаемся. Тайрелл Эйгард, не слышала о таком?

Ревность сжала горло сухим спазмом. Я отвел взгляд, понимая, что незнакомка с удовольствием наблюдает за эффектом, а все эмоции написаны у меня на лице.

— О-о, милая, — с сожалением протянула она. — Он и тебе задурил голову? Такие уж они, эти Эйгарды. В один день думаешь, что вы связаны навсегда, а на следующий оказывается, что он уже на другом конце империи. Недаром его прозвали Змеем.

Не знаю, как ей удалось почувствовать, но именно так я и ощущала нашу с Таем связь. Как что-то ещё не осязаемое, но нерушимое. Я боялась себе в этом признаваться, но сейчас поняла, что незнакомке удалось подобрать очень точные слова. И когда она их произнесла, я поняла, как наивно было в это верить.

— Тай… Тайрелл… Я всё же думаю, он не так ужасен. Вчера он спас город от разрушения.

Хмыкнув, девушка подошла к лестнице и протянула руку, ощупывая невидимый барьер.

— Возможно, я даже знаю почему. Что-то интересное прячется наверху, да, милая? Не удивлюсь, если он стремится достать это через твою тёплую постель.

От её тона меня замутило. И гостья тут же это заметила.

— Ты расстроена? Такова жизнь, милая. Не каждый мужчина достоин доверия. Мы все мечтаем встретить кого-то, с кем будешь в безопасности, кого-то, преданного тебе на всю жизнь. Но такое бывает только в сказках, да?

Она подошла ближе, и я отступила на шаг.

— У вас с ним уже было?..

В глазах незнакомки мелькнуло что-то тяжёлое — неприязнь, ненависть, ревность. Я покачала головой, и её плечи расслабились. Она снова хихикнула.

— Удивительно! Для Змея это необычно — столько вертеться возле хорошенькой девушки и не забраться к ней под юбку.

Я подавила тошноту, мечтая, чтобы гостья поскорее убралась.

— В любом случае, его здесь нет. — Мой голос звучал равнодушно, хоть и немного дрожал. — Вам стоит поискать его в другом месте.

— О-о, я знаю, он точно вернётся, — протянула девушка, глядя в потолок. — Так что мы с тобой ещё встретимся, милая. Увидишь первая — передавай привет от его любимой малышки Рейны. Скажи, что она очень скучает и жаждет увидеться поскорей.

Незнакомка со смешком вышла из мельницы, а я опустилась на стул, чувствуя, что ноги отказываются держать. Сердце порывалось придумать тысячу оправданий для Тая, но я запрещала себе. Я уже проходила через это: верила, что мужчина изменится. Но этого так и не произошло.

Кто-то вошёл. На меня упала тень, и не успела я подняться, как вошедший уже был у моих ног. Он нежно припал к губами к рукам. Светлые волосы рассыпались по плечам, совсем как у Тая, но я уже знала, что это не он. Не та фигура. Не тот запах. Не те прикосновения.

Когда меня касался Тайрелл, моё сердце пело. От этого же в душе была леденящая пустота. Я закусила губу, чувствуя, как дыхание Дэйрона согревает мои похолодевшие пальцы. Может, лучше так, чем влюбиться в непостоянного дракона? Прожить эту жизнь без чувств, но и без терзаний. Может, судьба лучше знает, кто кому подходит? Может, со временем истинная связь начнёт влиять на нас, и мы с моим женихом станем лучше относиться друг к другу?

Дэйрон поднял голову, с надеждой вглядываясь в мои глаза. От этого взгляда что-то шевельнулось в моей душе. Не любовь, но сочувствие к тому, кто, как и я, лишён возможности выбирать.

Повинуясь этому чувству, я убрала один из светлых локонов ему за ухо, и губы Дэйрона тронула улыбка победителя.

— Теперь ты видишь, что Эйгард — не тот, за кого ты его принимала. Понимаешь, что только я буду всегда предан тебе?

Я встала, отстраняясь от него.

— Это ты привел сюда Рейну?

— Я должен был спасти тебя, — ответил Дэйрон. — И себя заодно. Мы ведь одно целое, помнишь?

Я покачала головой.

— Иногда я в это не верю.

Мой жених шагнул ближе, но я укрылась защитным барьером, не желая больше его прикосновений.

— Если не веришь, посмотри на наши руки, — шепнул он.

Я перевела взгляд и почувствовала, что у меня не осталось сил бороться. Мою правую руку украшало золотое плетение изящного узора, которое начиналось на ладони и опоясывало запястье. Дэйрон поднял свою руку, поддёрнув рукав, чтобы я могла видеть такой же узор, сияющий золотом на его коже.

— Ты моя, Айлин, — уговаривающе прошептал он. — А я — твой. Хватит сопротивляться. Идём домой.

Наверху снова раздался какой-то писк, выдёргивая меня из тяжёлого оцепенения. Дэйрон всё так же не отводил взгляд, ожидая ответа.

У меня вырвался прерывистый вздох. Кому верить, своему сердцу или дракону? Однажды я послушала обоих и жестоко за это поплатилась. Но пусть сердце может ошибаться, по крайней мере оно не способно врать. В отличие от Дэйрона.

Я медленно покачала головой.

— Я остаюсь здесь.

Глаза жениха потемнели, как грозовые тучи. Рука со сверкавшей на ней меткой сжалась в кулак.

— Не стоит так долго дразнить дракона, Айлин, — тихо проговорил он. — Я дал тебе достаточно времени. Разве ты не понимаешь, как сильно мне нужна?

Тень вины скользнула в моей груди, но я прогнала её. Никто не виноват в том, что наши желания не совпадают.

— Я не вернусь.

Мой жених упёрся лбом в невидимый барьер, яростно глядя на меня.

— Я разнесу это место по камешку, чтобы добраться до тебя, — прорычал он. — Ты считаешь меня жестоким, и я буду жестоким! Я стану каким угодно, если наградой будешь ты.

Он развернулся, взметнув волосами, стремительно вышел наружу и за считанные мгновения обратился в дракона, взлетая ввысь. Я перевела дух, чувствуя, как дрожат пальцы. Снова взглянула на метку и рассеянно потёрла её. Конечно же, узор остался на месте. Золотое сияние на миг стало ярче, блеснув в свете портальной вспышки перед дверью мельницы.

Из наполненного светом овала внутрь шагнул хмурый Тайрелл. Змей, как назвала его гостья. Спрятав руку за спину, я вгляделась в него. Это прозвище, правда, ему шло. Гибкий, зеленоглазый и постоянно ускользающий от того, чтобы сказать всю правду.

Я убрала барьер, но не стала подходить ближе.

— Здесь была твоя подруга. Передавала тебе привет, — постаралась я изобразить равнодушный тон, не показывая, что меня душат эмоции.

Змей сразу подобрался.

— Кто?

— Она назвалась Рейной.

Я внимательно следила за лицом Тая, ожидая реакции, но она оказалась не такой, как я предполагала. Зелёные глаза вспыхнули гневом. Дракон шагнул ко мне, сжимая плечи.

— Ты в порядке? Она не причинила тебе вреда? Мерзкая змея, все ждали её в суде, а она отиралась тут!

В его прикосновениях и взгляде было столько заботы, что весь яд, оставленный словами Рейны в моём сердце, испарился. На глаза выступили слёзы облегчения.

— Лин, что? Говори! Она что-то сделала? Пыталась добраться до камня?

Я покачала головой, отводя взгляд и часто моргая. Конечно же, он беспокоится о камне. И обо мне, ведь сейчас я его хранительница.

— Сказала, что скучает по тебе. Она вела себя так, будто вы… давно вместе.

Тайрелл выругался.

— Мы давно знакомы, но не вместе. Рейна — моя кузина. Которая в последнее время серьёзно спятила.

На секунду мне показалось, что у меня выросли крылья, как у Виспера. А Тай вдруг прислушался к звукам наверху.

— Там кто-то есть.

Он двинулся к лестнице, но вдруг остановился.

— Лин, мне правда нужен этот камень. Но я не заберу его до тех пор, пока он защищает тебя. Не такой ценой.

Не колеблясь, я развеяла барьер. Может, я опять ошибаюсь, но в присутствии Тая всё то плохое, что говорили о нём другие, развеялось, как дым. Всё что он делал, и даже сам звук его голоса убеждали меня в его искренности.

Мы поднялись на третий этаж, откуда доносились неясные звуки. С виду всё было, как обычно: стены, жернова, ларь для муки. Только из лотка для зерна почему-то высовывался край простыни. А внутри него происходила какая-то возня.

Прищурившись, я подошла ближе и протянула к нему руку, но тут же отдёрнула. Потому что из лотка послышалось шипение и высунулась крошечная лапка, норовившая вонзить в меня острые коготки. Тай тут же отодвинул меня в сторону и осторожно заглянул внутрь.

— А старина Виспер, случайно, не девочка? — спросил он, оглядываясь.

Я приподнялась на носочки, заглядывая туда же. В лотке для зерна в свёрнутом из простыни гнезде сидели три маленьких, но уже окрепших котёнка, самых обычных, полосато-рыжих. Необычным был только тот боевой задор, с которым они шипели на нас — словно маленькие дракончики. Один даже подлез к краю лотка и замахнулся лапой, но, не удержавшись, перевалился через край.

Виспер, с шумом свалившийся с потолка, тут же подхватил его за шкирку на лету и сунул обратно в гнездо. А потом распушил крылья, как квочка, прикрыл котят и недовольно мяукнул, глядя на нас.

Похоже, коту было неловко, что мы раскрыли его секрет. Ещё бы — магический питомец, хранитель мельницы и защитник камня возился с малышами, как курица-наседка. Я прикрыла рот рукой, невольно улыбаясь.

— Это твои, Виспер?

Кот хмуро что-то проурчал.

— Не думаю, — со смешком ответил Тайрелл. — У них ведь нет крыльев. Но и Виспер, наверняка, когда-то был самым обычным котом.

Кот снова недовольно зыркнул в нашу сторону. Котята с писком упорно лезли из-под его крыльев, чтобы пошипеть на нас.

— Идём, — засмеялась я и потянула Тая за рукав. — Кажется, мы им мешаем. Страшно представить, что будет, если они всё-таки выберутся наружу.

— Да-а, — протянул дракон. — Похоже, у них твой характер, шерстяной. Подрастут и будут охранять мельницу от чужаков.

— Он притащил их сюда, когда был ураган. Видимо, спасал от непогоды, — вздохнула я, пока мы спускались вниз. — Интересно, что случилось с их мамой?

Тай спустился первым и подал мне руку, помогая преодолеть последние ступеньки. Забывшись, я подала ему правую, ту самую, на которой горела золотом метка. Конечно, Тайрелл не мог её не заметить.

Он крепко сжал мои пальцы, уставившись сначала на сверкающий узор, а затем на меня. На какую-то долю секунды я испугалась, что это конец. Сомнений в истинности больше нет, и драконьи обычаи заставят Тая отступить. Больше он не притронется ко мне. Больше не будет приходить и улыбаться, как раньше. Но вместо того, чтобы отпустить, Тайрелл вдруг потянул меня к себе.

Он побледнел. Губы сжались, а ноздри хищно раздулись, напоминая, что передо мной не обычный мужчина, а зверь в обличье человека. Тай прижал меня к себе, обнимая обеими руками, уткнулся носом мне в шею и тихо зарычал.

— Не отдам! К демонам всех! Даже если понадобится провести жизнь в бегах — не отдам!

Дэйрон

Тарк спешил. Отказ невыносимо мучил его. Вспомнив, что такое снова быть наполненным силой, Дэйрон жаждал вернуть себе нормальную жизнь, и Айлин была единственным способом. Но если раньше он думал только о её неубывающей силе, то теперь осознал, что с отказом терял гораздо больше.

Огонь, о котором эта невинная девушка ещё даже не подозревала, но опытный дракон уже видел, как тот расцветёт под его ласками. Дом, наполненный цветами, милыми женскими мелочами, ароматами выпечки, хранящей тепло её рук. Маленьких наследников, таких же дерзких, как и он, способных противостоять и собственному отцу, и всему миру.

Опальный дракон вдруг понял, что всё это время тосковал по дому. Не тому дому, в котором он вырос, а по чувству, что он наконец в окружении своей стаи, в покое, а не гоним беспрестанной жаждой и необходимостью выживать. И эта тоска заставляла его лететь быстрее, чтобы как можно скорее вернуться обратно.

Ворвавшись в покои Рейны, он даже не удосужился закрыть за собой распахнувшуюся дверь. Сходу налетел на поднявшуюся навстречу блондинку, которая при виде его довольно потянулась, словно кошка.

— Всё получилось? — спросила она, ненадолго прерывая жаркий поцелуй. — Ты увёл её оттуда?

— Нет!

Дэйрон развернул её, с рычанием разрывая на спине мешавший ему гладкий шёлк.

— Зачем тебе вообще эта рыжая? — задыхаясь от спешки простонала Рейна. — Останься со мной!

— Она — моя истинная, — глухо проговорил Тарк. — Она моя, а этот сукин сын пудрит ей мозги!

Блондинка резко обернулась к нему, прижимая к груди остатки платья.

— Истинная? — шокированно выдохнула она.

Дэйрон шагнул вперёд, тесня девушку к стене и проникновенно глядя в глаза.

— Иногда судьба заставляет нас быть с теми, к кому мы не испытываем никаких чувств, — бархатным голосом проговорил он.

Прозвучало убедительно, потому что ему не пришлось врать. Вот только думал он сейчас о другой. Дракон нежно провёл пальцами по щеке Рейны, и та опустила руки, сдаваясь и обмякая от поцелуя.

— Змей не имеет никакого права, — пробормотала она прямо в его горячие губы. — У меня есть связи в Суде Драконов. Его накажут, и это будет на руку нам обоим.

Дэйрон замер, глядя в шальные блещущие силой глаза. Опасно — вдруг кто-то поймёт, что метка на их руках не настоящая. Но в шаге от победы его терпение кончалось, и он готов был рискнуть.

— Я созову суд. Только обещай, что будешь любить меня сильнее, чем её, — прошептала Рейна, ластясь к нему как кошка.

Тарк развернул её, прижимая к стене.

— Хорошо, — выдохнул он, ласково сжимая горло задыхавшейся от страсти девушки. — Пусть будет суд. Но сначала…

Сначала он восстановит справедливость. У этой девчонки есть столько силы, но она понятия не имеет, что такое власть. Таким ничтожным силы не нужны.

Рейна восторженно ахнула, когда он рывком сорвал и отшвырнул прочь остатки платья.

— Обещаю, что когда мы закончим, ты будешь не в силах подняться с кровати…

Айлин

— Лин, я не знаю, что ты делаешь со мной! Я готов забыть свой род, нарушить все законы нашей расы, только бы ты была в безопасности.

Тайрелл жарко выдохнул, и я закрыла глаза, растворяясь в его объятиях и жадно вдыхая запах, который уже стал казаться родным. Но сразу же замерла от вспыхнувшей мысли о нашем возможном родстве.

— Тай, отпусти!

— Нет! Ты не пойдёшь к тому, кого так боишься. Не знаю, что этот мерзавец делал с тобой, но я не могу позволить ему продолжать... — Тай ослабил хватку, чтобы посмотреть мне в глаза. — Лин, только не говори, что ты хочешь вернуться к нему.

— Не хочу, — ответила я, чувствуя, как щёки краснеют от смущения и радости. — Отпусти. Мне просто нужно кое-что тебе показать.

Тайрелл выпустил меня из объятий, и я достала из тайника стеклянный цилиндр со свитком. Торопливо развернула и отдала ему.

Он нахмурился, пробегая глазами мелкие строчки. Я подождала, пока Тай доберётся до конца, и попыталась объяснить, что меня беспокоило.

— Понимаешь… Я не знаю, кем были мои родители… И этот камень, он принял меня. И теперь я не знаю, что думать!

Дракон закрыл глаза, обдумывая мои слова.

— Файрсалем, — наконец ответил он. — Я видел твои бумаги из пансиона. Фианна считала, что твои родители из Файрсалема. Мы не можем быть родственниками, она бы сразу это почуяла.

У меня на секунду закружилась голова от того, как Тайрелл смотрел на меня.

— Тогда почему камень дал мне силу?

Я уже знала ответ, но не могла в него поверить. Дракон молчал. Мир сузился до зелёных глаз, которые смотрели так, будто хотели вобрать мой образ, запечатлеть в мельчайших деталях. До мягкого прикосновения пальцев, которые переплелись с моими. До запаха, которым хотелось дышать всю жизнь.

Рука Тая уверенно скользнула выше, до талии, притягивая меня к нему бережно, но в то же время властно. И захочешь — не вырвешься. А уж тем более, когда не хочешь…

— Потому что ты — часть меня, Лин. А я — часть тебя. И это навсегда.

Происходящее было похоже на сон. Мысли кружились и порхали, отказываясь оформляться во что-то связное. Сердце стучало всё быстрее, а дыхание сбилось, когда Тай приподнял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Я пришёл сюда за силой, а нашёл свою слабость. Но почему-то я чувствую себя всемогущим. Тарк не может быть твоим истинным, потому что ты — моя.

Я попробовала отстраниться, всё ещё не до конца веря этому, но Тайрелл притянул меня к своей груди. Под ухом быстро и гулко стучало его сердце. Тёплые руки нежно гладили мои плечи и волосы так, будто никак не могли насытиться этими прикосновениями. Сопротивляться не хотелось, но я всё ещё пыталась осознать происходящее.

— А как же метка?

Тай шумно выдохнул где-то над моей головой.

— Не знаю и не хочу знать, как он это сделал. Зато теперь я знаю, что могу уничтожить его, и это тебе не навредит.

— Ты обещал… — Я отпрянула, заглядывая ему в глаза. — Не нужно никого убивать. Пожалуйста.

Тай усмехнулся.

— Тарк не из тех, кто признаёт поражение. Мне прислали бумаги из секретного архива. Твой жених должен был лишиться магии больше десяти лет назад, когда его изгнали из рода. Не знаю, как ему удалось сохранять свои силы, но знаю, что для этого нет ни одного законного способа. Не бойся за него, Лин. Он получит своё.

Тайрелл снова вгляделся в меня так, будто не мог поверить, что я существую. Его глаза сузились, а губы решительно сжались.

— Я укрою тебя у одного из имперских Стражей и вернусь сюда. У меня уже давно припасён подарочек для твоего жениха.

Я прислушалась к возне наверху. Судя по скребущим звукам, подопечные Виспера всё-таки выбрались из лотка и теперь проверяли стены мельницы на прочность.

— А как же камень? Разве мы не должны быть вместе, чтобы использовать его силу? И кто будет кормить будущих хранителей?

Тай улыбнулся.

— Мы вернёмся, сокровище. Как только Тарк будет арестован, мы вернёмся сюда, обещаю. Только уже не как Тай и Лин, а как лорд и леди Эйгард.

Он склонился ко мне и дразняще коснулся моего носа кончиком своего. Я замерла, чувствуя, как вместо тонкой ниточки, соединившей нас когда-то, теперь между нами протянулись тысячи нитей, сшивающих наши души и судьбы в одно целое.

— Ты уверен, что я соглашусь? — прошептала я, невольно приподнимаясь на цыпочки и подаваясь к нему.

— Я уверен, что от меня ты не захочешь убежать, — выдохнул Тай, склоняясь навстречу.

Его объятия стали крепче, а дыхание ближе, но даже сквозь прикрытые веки я почувствовала, как рядом сверкнула вспышка открывающегося портала. Из него шагнул наружу Дэйрон Тарк.

Глаза моего бывшего жениха нездорово блестели. При виде его Тай тут же отпустил меня и задвинул за спину. А Дэйрон, замерев на секунду, с рычанием бросился вперёд, явно нацелившись на горло противника.

Змей оправдал своё прозвище, ускользнув от атаки, но Тарк не собирался сдаваться. Сцепившись, соперники повалились на пол. Я прикрыла рот рукой, но не успела испугаться по-настоящему, потому что Тай ухитрился подняться и вытолкнуть Дэйрона из мельницы наружу.

Я перевела дух, надеясь, что на этом стычка закончится. Но похоже, что всё только начиналось. Тай засветил в руке сверкающую сферу, и я догадалась, что он не сделал этого сразу, чтобы не разрушить магией мельницу. В ответ Тарк с рычанием взмахнул рукой, и в ней появилась светящаяся голубым полупрозрачная плеть. При виде её меня невольно пробрала дрожь. Я и не подозревала, что он так умеет!

Когда Дэйрон пошёл в атаку, магия засверкала так, что глазам стало больно. Тай всё так же ловко уворачивался от сияющей плети, временами блокируя удары невидимым щитом. И подбирался всё ближе и ближе к противнику, пока наконец ему не удалось свалить его с ног, прижимая магией к земле.

— Вот и конец, Тарк, — хищно улыбаясь, бросил Тайрелл и вытащил из кармана какую-то верёвку.

Но Дэйрон вместо того, чтобы смириться, отчего-то широко улыбнулся, глядя в небо.

— Ещё не конец, Эйгард. Наоборот, всё только начинается.

Большая тень накрыла мельницу, и я поняла, на что он смотрел. Сверху спускался огромный дракон. При виде его Тай отпустил противника и направился ко мне, но его остановил повелительный рык ещё одного дракона, кружившего наверху.

— Серьёзно? Ты надеешься выиграть в суде? — бросил Тайрелл моему бывшему жениху.

Повинуясь следующему рыку самого большого дракона, он поднял руки. Дэйрон последовал его примеру. Стоя и не двигаясь с места, они выжидали, пока их сородичи опустятся на землю. Сначала я видела лишь двоих, но за ними последовали и другие. Небо наполнилось силуэтами летящих ящеров. Один за другим они приземлялись на поле, перевоплощаясь в людей. Когда всё закончилось, двенадцать мужчин разного возраста — от зрелых до совсем пожилых — выстроились полукругом в отдалении от мельницы.

— Подойди к нам, дитя, — велел самый старший из них.

Я бросила встревоженный взгляд на Тая.

— Это Суд Драконов, — негромко сказал он, медленно опуская руки. — Лучше повиноваться.

Кивнув, я пошла туда, где собрались драконы. Тайрелл и Дэйрон двинулись за мной следом, держась в отдалении.

— Итак, — провозгласил один из драконов. — Тайрелл Эйгард, вас обвиняет Дэйрон Тарк в попытке помешать его союзу с его истинной парой.

Жестом он повелел мне остановиться. Тай и Дэйрон прошли дальше, представая перед старейшинами. Проходя мимо, Тарк поймал мой взгляд и улыбнулся уголком рта так, что у меня внутри всё перевернулось. Уж слишком уверенно он выглядел.

— Я не его истинная! — громко сказала я, чувствуя тревогу. — Мы вообще не истинные!

Но на меня никто не обратил внимания, даже Тайрелл. Как будто мои слова никто не услышал.

Я сделала шаг вперёд и поняла, что меня окружает невидимый кокон, за пределы которого невозможно выбраться.

— Эй! — закричала я. — Отпустите!

— Леди, побудьте в стороне, — повелел один из драконов. — Это для вашей же безопасности.

Безопасности?! Я вновь ощутила себя предметом, которым можно распорядиться, как вздумается, а не живым человеком. Как будто Дэйрон уже вернул себе власть надо мной.

Я попыталась призвать силу камня, чтобы разбить стены кокона. Бесполезно! Суд Драконов молча взирал на мои метания, а моих криков, похоже, никто не слышал.

Мой голос не выходил за пределы магического кокона, зато я прекрасно разбирала всё, что говорилось участниками драконьего суда.

— Мы собрались здесь, чтобы утвердить священное право нашего сородича на истинную связь с его парой, — начал скрипучим голосом один из пожилых драконов.

— Он лжёт, — прервал его Тайрелл. — Айлин — моя истинная.

Дракон удивлённо посмотрел на него.

— Прошу ответчика дождаться, пока ему дадут слово. Итак, Дэйрон Тарк из Ониксара утверждает, что Тайрелл Эйгард из Эльмирии препятствует его воссоединению с истинной парой, тем самым нарушая священные обычаи нашей расы. Всё верно?

Дэйрон шагнул вперёд, склоняясь в почтительном полупоклоне.

— Да, ваша честь. Наша с Айлин связь была установлена несколько месяцев назад, но долгое время оставалась непроявленной для посторонних.

— Ложь, — прорычал Тайрелл.

Теперь уже все драконы возмущённо уставились на него. Дэйрон, немного подождав, невозмутимо продолжил.

— Я готов предоставить десятки свидетельств наших друзей о том, что долгое время мы с Айлин жили вместе, и моя пара была счастлива рядом со мной.

Я задохнулась от негодования. Даже забыла, что они не могут меня слышать.

— Твои друзья? Ты хотел сказать, прихвостни, которых ты купил за деньги? Да они скажут что угодно!

Никто даже не посмотрел в мою сторону.

— Обстоятельства разлучили нас, — продолжал Дэйрон, — и моя пара на время попала под влияние известного столичного повесы, для которого она — лишь очередное развлечение.

Тай негромко зарычал, и одному из старших драконов пришлось призвать его к порядку.

— Ответчик, держите себя в руках! Иначе нам придётся прибегнуть к магическим ограничениям.

— Пусть Айлин сама расскажет, как счастлива она была, — потребовал Тайрелл. — И почему сбежала от своего жениха искать защиты в Эльмирии.

— Протестую, — холодно парировал Тарк. — Моя невеста сбита с толку. Он манипулирует ей, внушает ложные чувства. Ради её же блага — я требую защиты нашей связи.

Ведущий заседание дракон благосклонно ему кивнул.

— Поддерживаю. Женщина — существо эмоциональное. К тому же разум девушки может быть затуманен, ведь Тайрелл Эйгард — известен как талантливый менталист.

Я готова была взорваться.

— Это у всех вас тут мозги затуманены!

— Что вы можете ответить на выдвинутые обвинения и привести в доказательство своих слов? — скрипуче произнёс дракон, повернувшись к Таю.

Он с вызовом поднял подбородок.

— Что Тарк лжёт. Он годами незаконно добывал магию и не отпускает Айлин лишь потому, что её природный дар позволит ему получать силы в течение всей её жизни.

— Протестую! — эмоционально откликнулся Дэйрон. — Я был бережен с остатками своей силы и сохранил их до сих пор. Да, в юности я совершил ошибку, но с тех пор вёл добропорядочную жизнь верного подданного империи. Версия Эйгарда смехотворна. У моей невесты крайне слабый дар, это подтвердит вам любой в пансионе, где она училась.

— Дело не в силе, а в неограниченном резерве. Ты ведь знал о нём, да? — Тай повернулся к сопернику. — Как знаешь и то, что вы с ней не истинная пара.

Драконы остановили Тарка, который собирался что-то ответить, и на долгую минуту замолчали. Казалось, что они беззвучно переговариваются друг с другом, обмениваясь лишь взглядами. Наконец ведущий заседание подал голос.

— Истинную связь невозможно определить никакими артефактами. Но у нас есть слова истца, готовность его свидетелей и парные метки. А что есть у вас, Эйгард?

Пару мгновений Тай собирался с мыслями. Мне была видна лишь его напряжённая спина, но зато прекрасно слышно, как смягчился его голос, когда он заговорил обо мне.

— Истинная связь не требует доказательств, она просто чувствуется обеими сторонами. Спросите Айлин, к кому её тянет больше.

— Ментальное воздействие, — бросил Дэйрон.

Некоторые члены суда закивали в ответ.

— Я ощущаю её присутствие, даже если не вижу её, — продолжал Тайрелл. — Я знаю, что умру в миг, когда её не станет. И я чувствую, что прямо сейчас моей паре плохо от того, что ей не дают сказать ни слова на процессе, в котором решается её судьба.

— Всё это просто слова, — парировал Дэйрон. — Я чувствовал её боль…

— Ты причинял ей боль! — прошипел Тай, подаваясь к нему.

Несколько драконов шагнули вперёд, готовые разнимать драку.

— У меня только одно доказательство, — глухо проговорил Тай, возвращаясь на место. — Только безумец будет упорствовать, называя чужую истинную своей. Какие ещё у меня могут быть причины?

Драконы снова замолчали на долгие несколько минут. Когда воздух вокруг стал буквально звенеть от напряжения, самый старый из них наконец вынес вердикт.

— За недостатком доказательств Суд Драконов решил продолжить рассмотрение дела позже. До прояснения спора женщина будет передана под защиту того, чью связь с ней пока не опровергли.

Меня охватил ужас. После того, как нас с Таем связала сама судьба, снова вернуться в лапы Дэйрона? Мой жених удовлетворённо поднял подбородок, бросая на меня алчный взгляд. Послышался яростный голос Тайрелла.

— Нет!

— Ответчик, у вас нет доказательств.

— Я прошу позволить мне поговорить с Айлин.

— Отказано. Вы не можете приближаться к чужой истинной паре.

— Она моя истинная!

Тайрелл обернулся, отыскивая меня взглядом. На него было страшно смотреть. От бледности, залившей лицо, глаза казались зеленее обычного. Губы сжаты так, будто сейчас произойдёт что-то страшное. В такт зачастившему биению сердца внутри меня запульсировала и древняя магия камня.

— Эйгард, вам придётся…

Судья не договорил, оборвав фразу на полуслове. Его рот так и остался приоткрытым, только глаза бешено вращались от гнева.

Остальные члены суда как по команде кинулись вперёд, но ни один из них не успел коснуться Тая. Все они замерли на ходу, сохранив лишь возможность моргать. Дэйрон и вовсе замер, как статуя, глядя на меня.

— Снять чары, — скомандовал срывающимся голосом Тайрелл, и один из драконов, будто сопротивляясь неведомой силе, сделал неуклюжий жест рукой.

Невидимый кокон распался, и я почти сразу оказалась в руках любимого. Его тепло согревало, но от безумной картины застывших, как статуи, фигур мороз шёл по коже.

— Тай, что с ними? Что происходит?

— Я предоставляю им неопровержимые доказательства, — выдохнул он и накрыл мои губы поцелуем.

Поцелуй длился едва ли секунду. Тай лишь на мгновение прижался к моим губам и сразу же отстранился. Я ошеломлённо вдохнула, чувствуя, что мне отчаянно требовалось продолжение. В глазах Тайрелла тоже плескалось желание гораздо большего, но он заставил себя сделать шаг в сторону.

— Эй. гард, — послышалось сдавленное кряхтение одного из драконов.

Похоже, все постепенно сбрасывали заклятие, которым их сковал мой Змей.

Я постаралась переключиться с тягуче-сладкого притяжения на происходящее вокруг, чувствуя благодарность за то, что Тай не стал целовать меня по-настоящему перед таким количеством свидетелей. Особенно перед Дэйроном, которому ярость явно помогала поскорее освободиться от чар — он уже мог бессильно сжимать руки в кулаки, глядя на нас.

— Вы ответите за это, — прогремел один из драконов, делая замедленный шаг в сторону Тая.

Я нервно потёрла левую ладонь, которую некстати защекотало. Тайрелл бесстрашно выпрямился под яростными взглядами судей.

— Отвечу, но сначала вам нужно кое-что понять.

Тай поднял левую руку, и я осознала, что именно он сделал. Дэйрон настолько приучил меня к мысли о том, что люди не сразу ощущают истинную связь, что я и не ожидала такого эффекта от мимолётного касания губами.

Пока все смотрели на Тайрелла, я изучала свою левую ладонь. На ней, как и у Тая, сияла круглая метка с лепестками узора по краям. И в отличие от той, что украшала мою правую руку, эта переливалась на свету, будто дышала, как живая.

— Айлин — моя истинная, — твёрдо объявил Тай. — И я никому её не отдам. Даже на короткое время.

Остальные драконы уже совсем освободились от его чар и теперь медленно подступали, постепенно окружая нас.

— Тайрелл Эйгард, — угрожающе тихим тоном начал один из них. — Вы знаете, что воздействие на членов суда запрещено законом.

Тай так же неуловимо медленно, словно был готов в любую секунду начать обороняться, сделал скользящий шаг в сторону от меня.

— А вы знаете, что связь истинных — священна. — Он оглядел каждого из наступавших. — Я только что не дал вам нарушить древние обычаи драконов, которые мы чтим превыше закона.

— О, мы обязательно это обсудим, — кровожадно пообещал ему говоривший. — На следующем заседании, куда ты прибудешь в оковах вместе со своим оппонентом.

Я попятилась, понимая, что нас берут в кольцо, и попыталась призвать на помощь силу камня, но та откликнулась крайне неохотно, как будто была истощена после перегрузки. Сжав зубы, я всё-таки попыталась воздвигнуть между нами и драконами защитный барьер, но меня прервали.

Один из драконов приблизился к Дэйрону. Ошеломлённо смотревший на мою метку Тарк вдруг зарычал и, оттолкнув сородича, бросился ко мне, сбивая с ног. Но падения не случилось. Подхваченная грубой рукой я провалилась в сияющий светом колодец — портал, который открыл мой бывший жених.

Мгновенный переход завершился в пустынном каменистом месте. С лёгкостью удерживая меня одной рукой, Дэйрон прошагал к высокой каменной гряде. Затем посадил меня на один из валунов так, чтобы мы оказались лицом к лицу, и уставился пронзительным штормовым взглядом.

— Тайрелл найдёт меня, — бледнея от страха, выговорила я. — Он мой истинный, он почувствует, где я.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Тарк. — Даже не будь он твоим истинным, имперский Страж способен отследить портальный след. У нас с тобой не больше минуты.

Я сглотнула. Что он собирается делать? Какими бы ни были его планы, нужно тянуть время.

— Зачем ты врал, Дэйрон? Для чего убеждал, что мы истинные?

Он горько усмехнулся, помотав головой.

— Потому что ты нужна мне, Айлин. Не как Эйгарду, но не меньше, чем ему.

Его рука заботливо убрала один из моих локонов за ухо, и у меня по спине побежали мурашки.

— Когда-то я влюбился так сильно, что не желал ничего, кроме её внимания. Даже дерзнул бросить вызов отцу, когда она пообещала стать моей женой в обмен на титул главной леди Ониксара. За это меня извергли из рода и отлучили от источника.

Тарк шумно втянул воздух, хмурясь от воспоминаний.

— Ты со своим нескончаемым резервом была моим последним шансом жить нормальной жизнью и оставить наследников. — Его лицо смягчилось. — Прости. Я так отчаянно хотел не упустить своё счастье, что сжимал его слишком сильно. И только под конец понял, насколько ты стала мне дорога.

Он отвёл взгляд, разглядывая бурую каменистую почву.

— Наверное, я должен был потерять тебя, чтобы вспомнить, что у меня всё ещё есть сердце. Но Тарки прокляты. Любимые приносят нам беды. Я забыл об этом, почти поверил в то, что счастье возможно, и теперь буду жестоко за это расплачиваться.

Стальные глаза снова обратились ко мне. Холодные пальцы ласкающе провели по щеке, скользнули на шею.

— А ведь я мог бы сейчас спастись. Убить одним ударом обоих.

Я заледенела не в силах даже вдохнуть от ужаса. Заметив это, Дэйрон убрал руку.

— Я не в силах причинить тебе вред, Айлин. Мы здесь не за этим.

— Тогда зачем? — выдавила я.

Тарк мрачно усмехнулся.

— Эйгард убьёт меня, когда доберётся до нас. Суд Драконов не был бы столь милосердным. Уже очень скоро они бы настигли меня. И поверь, их наказания намного хуже смерти.

В нескольких шагах от нас вспыхнул проём портала. Дэйрон окинул меня ласковым взглядом.

— Отвернись, искорка. Твой истинный идёт меня убивать.

Из портала действительно показался Тайрелл, сходу засветивший по огненному шару в каждой руке.

— Обещаю, что не сделаю ему больно. Мне нужно лишь хорошенько его позлить, — усмехнулся Тарк.

— Отойди от неё, — зарычал Тай.

Дэйрон выпрямился. В серых глазах засверкал азарт.

— Давно не чувствовал себя таким живым, — шепнул он. — Какая ирония.

Он развернулся и вдруг резко бросился прочь, на ходу атакуя Тайрелла чередой ярких вспышек. Было так странно видеть, что вальяжный аристократ, каким я знала Тарка, оказался столь ловким и умелым магом.

— Пожалуйста, нет! — крикнула я, толком не зная, к кому обращаюсь.

Но их было не остановить. Убедившись, что я в безопасности, Тай налетел на противника словно буря. Я прижала руки к вискам, глядя, как их фигуры скрываются в урагане поднятых в воздух пыли и мелких камней.

Если Тайрелл убьёт моего бывшего жениха, это будет катастрофой. Допустим, воздействие на членов суда ещё можно будет как-то замять, но за убийство сородича наказание неотвратимо.

Прикрыв глаза я молилась Пресветлому, чтобы у Дэйрона хватило сил выстоять против бешеного натиска Тая до поры, пока у моего истинного не схлынет злость. Потому что от этого зависело наше будущее. И потому что я впервые увидела в Тарке что-то кроме ледяного чудовища.

Пыль осела после первой яростной сшибки Тая и Дэйрона, и противники закружили друг против друга, выжидая удобного момента.

— Смотрю, ты очень хорош в танцах, — хрипло выкрикнул мой бывший жених. — Очень кстати, что Айлин любит потанцевать.

Тайрелл с рычанием бросился в атаку, и на секунду их фигуры скрылись в пыльном облаке, сверкающем отблесками магических вспышек. Я рвано выдохнула. Танцевали мы с Дэйроном всего пару раз на каких-то приёмах. Едва ли он знал, что именно мне нравится, просто дразнил Тая.

Противники разошлись. Тарк стал двигаться явно медленнее, как будто у него убывали силы. Иначе и быть не могло, ведь его не питал родовой источник. Следующая же атака Тая нашла свою цель — Дэйрон взвыл и схватился за плечо, куда угодила сверкающая вспышка.

— Тай, нет! Пожалуйста, остановись, — вскрикнула я, прикидывая, как лучше спуститься с высокого камня, куда меня усадил Дэйрон.

Мой бывший жених бросил на меня взгляд.

— Кажется, я приказал тебе не смотреть, Алиша, — выдохнул он.

Тайрелл мгновенно отреагировал: выругавшись, налетел на него, снова атакуя. Полупрозрачный щит его не смущал — Тай продолжал пробивать его, нанося удар за ударом. И с каждым защита Дэйрона слабела. В какой-то момент, его магия словно испарилась, и в воздухе веером разлетелись первые брызги крови.

Я зажмурилась и попыталась призвать защитный барьер, чтобы разделить противников. Но сила не откликнулась на призыв — наверное, мы были слишком далеко.

— Ты ответишь за всё, что с ней сделал, — процедил Тайрелл.

Послышался глухой удар. Когда я открыла глаза, Дэйрон стоял, согнувшись от боли. Он сплюнул на землю кровь и через силу улыбнулся, глядя на Тая.

— Ты ещё не знаешь, что я собирался с ней сделать. Поверь, ты за всю жизнь не научишь её всему, что я мог бы показать ей за одну ночь.

От ответного рыка моего истинного у меня упало сердце. Я чувствовала его ярость — бушующую и неукротимую, как океан. Тайрелл надвинулся на Дэйрона и одним ударом опрокинул его на землю. Сдирая кожу на ладонях, я сползла с высокого камня и бросилась к ним.

Но к моему удивлению, Тай не спешил продолжать. Он сунул руку в карман, вытащил путы и бросил их на поверженного противника. Те мгновенно зашевелились, оплетая Дэйрона и заставляя его скорчиться от боли. А Тайрелл двинулся ко мне, заключая в объятия.

— Всё. Всё закончилось, — успокаивающе проговорил он, прижимая меня к себе и гладя мои волосы.

— Я боялась, что ты его убьёшь, — прошептала я, пряча лицо у него на груди.

Тай издал тихий смешок.

— Я знаю.

Путы врезались в тело Дэйрона так сильно, что он потерял сознание. Всегда безупречный костюм был местами разорван, покрыт пылью и кровью. Мне невольно вспомнилось, как он всегда старался выглядеть идеально. И вот как в конце концов закончил свой путь.

Тайреллу пришлось взвалить его на плечо, чтобы затащить в портал. У мельницы, куда мы вернулись, ожидали пятеро членов Драконьего Суда. Остальные, вероятно, были заняты нашими поисками.

При виде нас драконы мгновенно среагировали: встали в боевые стойки, держа магию наготове. Тай свалил противника им под ноги и устало выпрямился. Ментальное воздействие, а потом и схватка с Дэйроном стоили ему сил, и если бы сейчас драконы решили арестовать моего любимого, он бы не смог сопротивляться. Один из членов суда решительно шагнул к нам, но другой — самый старый — удержал его.

— Протяни руки, дитя, — обратился он ко мне.

Я послушалась. Старый дракон присмотрелся и, хмыкнув, удовлетворённо кивнул. Только сейчас я заметила, что вместе с магией Дэйрона исчезла и фальшивая метка. Зато наша с Таем сияла по-прежнему ярко.

Старый судья сурово поглядел на Тайрелла.

— Учитывая заслугу в поимке преступника и ваши… — Он сверкнул глазами на меня. — Личные обстоятельства… Ваше дело о нападении на членов суда будет рассмотрено немного позже, Эйгард.

У меня гора упала с плеч. Я почувствовала, как Тай тоже расслабился, будто до последнего был готов к худшему.

Двое драконов унесли Дэйрона в портал. Остальные, обратившись, взмыли в небо. И мы с Таем наконец-то остались одни.

Он приблизился и привлёк меня к себе — медленно, будто смаковал каждую секунду, каждый сантиметр моего тела, по которому скользила его рука. Глядя в улыбающиеся зелёные глаза, я не могла поверить, что мы наконец-то вместе. Что мы каким-то невероятным чудом встретили друг друга, и теперь между нами больше не стояло никаких препятствий, никаких недомолвок. И никаких обезумевших драконов.

Здесь были только мы и запах изломанных огромными ящерами трав. Мы и пение птиц, журчание ручья и… приглушённые расстоянием кошачьи вопли, чередующиеся с чьими-то истошными визгами.

Крики приближались. Мы не сговариваясь направились к мельнице, и оттуда выскочила знакомая мне блондинка. Выглядела она совсем не так элегантно, как в нашу прошлую встречу. Лихорадочный блеск из глаз пропал. На щеке красовалась глубокая царапина, от которой наверняка останется шрам. Белоснежная блузка была разодрана и запятнана кровью, а волосы встрёпаны. Вокруг вился, нападая коршуном, Виспер. И каждый раз девушка сжималась в комочек, пряча от разъярённого кота шею и грудь.

— Рейна, — угрожающе процедил Тай и, отпустив мою руку, направился к ней.

При виде его Виспер оставил свою жертву в покое и бросился к разбегавшимся из мельницы котятам. Кот, гневно мяуча, на лету подхватил одного из них. Остальные непослушные малыши гнались за Рейной и возвращаться обратно явно не желали. Пришлось поспешить Висперу на помощь и собрать пушистые комочки ярости в кучку.

Рейна, казалось, не замечала меня, а видела только Тая. Отдышавшись после трёпки, заданной ей Виспером, она вскинула голову. Миловидное лицо исказилось гневом.

— Собирался обставить меня, Змей? Думал, нашёл изначальный источник? — прошипела она. — Ничего не выйдет!

Я обеспокоенно потянулась сознанием к силе камня, но он не отвечал мне. Будто нас разделяла глухая и холодная стена.

— Я знаю, зачем ты искал его! Без него тебе меня не победить, — усмехнулась Рейна, запуская руку в вырез блузки.

Меж её пальцами блеснул красный огонёк. Когда она извлекла наружу то, что прятала, я уже знала, что увижу — камень Сердца.

— Ты подчинишься мне, как и все остальные, — злорадно улыбнулась девушка, не сводя глаз с Тая. — И будешь делать то, что я захочу.

Рейна сжимала камень Сердца так, будто стремилась пальцами выжать из него силу. Свет в камне разгорался всё ярче, отбрасывая зловещие отблески на её лицо.

Я ожидала, что камень не послушает Рейну, ведь в свитке говорилось, что им нельзя владеть единолично. Но кузина Тая будто напитывалась силой на глазах. Царапина на её щеке затягивалась, всполохи магии окутали фигуру, а волосы развевались от исходящей от камня мощи.

Тайрелл взирал на это зрелище без страха. Под его глазами пролегли тени усталости, однако его не пугала нарастающая мощь Рейны.

— Уже второй раз ты берёшь силу, которая тебе не принадлежит, — заметил он, скрестив руки на груди.

Лопасти мельницы над моей головой вдруг угрожающе заскрипели и принялись вращаться. Правда, не в ту сторону, что обычно. Никто, кроме меня, этого даже не заметил.

— В первый раз за твою жажду власти заплатили наши старики. Во второй жертвой можешь оказаться ты сама, — продолжал Тай.

Рейна пожала плечами и звонко рассмеялась.

— Ты только что потерял свой последний шанс на победу и пытаешься мне угрожать? Не думала, что прославленный Змей настолько глуп.

Тайрелл покачал головой.

— Верни камень на место. Чтобы использовать его силу без последствий, нужны двое.

— Ну так иди ко мне. — Рейна протянула к Таю изящную ручку, призывно улыбаясь. — Я уже предлагала тебе и готова повторить. Будем править родом вместе. В конце концов, мы же семья.

Править родом?! Только сейчас я поняла, что перед мельницей в Ларитоне собрались два противоборствующих наследника Эйгардов. И если Рейна победит, нам с Таем не жить в месте, которое было домом для него и стало им для меня.

Тайрелл не спешил соглашаться.

— Ты думаешь, что для власти нужна только сила, но это не так. Чтобы править, нужна ответственность. За свои слова, за поступки, за других людей. У тебя её нет. Отдай мне камень. Эйгардов осталось слишком мало, я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Как мило, что ты заботишься обо мне, — улыбнулась Рейна. — И что ты будешь делать с ним в одиночку? Или собираешься разделить силу с этой…

Она так легко махнула рукой в мою сторону — я никак не ожидала, что с её пальцев сорвётся мощный магический заряд. Ему потребовались доли секунды, чтобы долететь до меня. И лишь реакция Тая спасла меня от удара магией в грудь.

Он успел выставить между нами щит, оттеснивший меня в мельницу. Торжествующая Рейна уже поигрывала в руке следующим зарядом.

— Впечатляет. Посмотрим насколько тебя хватит, Змей.

Очередной заряд полетел в него и тоже был отбит. Тайрелл выругался, закипая.

— Я не собираюсь драться с тобой.

— Тем хуже для тебя!

Очередная вспышка заставила его покачнуться.

— Дерись! — прорычала Рейна. — Это единственный способ решить наш спор.

Я побледнела, чувствуя усталость Тая. Похоже, он решил измотать и Рейну, но хватит ли у него сил?

Виспер, перетаскавший всех котят наверх, вдруг ткнулся в меня головой, отвлекая от происходящего. Морда у него была самая недовольная.

— Но что я могу сделать? — в отчаянии прошептала я. — Камень больше не слушает меня.

Фыркнув, Виспер развернулся и ушёл, помахивая хвостом. Я с трудом оторвала взгляд от фигуры Тая и последовала за ним.

Кот вальяжно прошёл к центральному столбу и, красноречиво глядя на меня круглыми жёлтыми глазами, потёрся об него. Мне вспомнились огромные шестерёнки, которые я с трудом заставляла вращаться без помощи камня. И всё же я открыла люк, чтобы взглянуть на них.

Огромный механизм был неподвижен. Что-то было не так с лопастями, которые сейчас вращала магия Рейны. Зажмурившись, я направила силу в шестерёнки, молясь, чтобы мои усилия не ослабили Тая.

Сперва шестерни задрожали в попытках сдвинуться. Затем ход лопастей снаружи замедлился. А потом и вовсе остановился. К этому моменту у меня на лбу уже выступил пот. Судя по звукам снаружи, Рейна продолжала атаковать Тая. Никто не обращал внимание на происходящее с мельницей.

Сделав глубокий вдох, я снова направила магию в механизм. Лопасти мельницы в нерешительности покачались и снова неспешно завертелись, но теперь уже в правильную сторону.

Выдохнув, я вытерла пот. Надеюсь, что мельница не просто так была избрана местом, где хранился камень. Надеюсь, это хоть немного поможет.

Снаружи раздался отчаянный женский вопль. Мы с Виспером переглянулись и бросились туда.

Первое, что бросилось в глаза был камень Сердца. Он сиял так, что на него было больно смотреть. Красноватые всполохи магии, окружавшие Рейну, принялись втягиваться в камень, зажатый в её руке. Когда они полностью исчезли, девушка стала меняться на глазах. Волосы из светлых становились неопрятно седыми, на лице проступали морщины, а тело худело и сгибалось, как у старушки.

Тайрелл бросился к ней и попытался разогнуть скрюченные пальцы, сжимавшие камень, но Рейна вскинулась.

— Нет! Не отдам! Только не тебе!

— Ты погибнешь, если не отпустишь его! — процедил Тай сквозь зубы.

Едва он коснулся камня, магия, вырвавшись наружу, закрутилась вихрем, скрывая две фигуры. Мою руку вдруг прорезала острая боль. Застонав, я взглянула на кожу, но на ней ничего не было. Лопасти над головой раскручивались всё сильнее, а потом вдруг резко остановились. Магический смерч распался, открывая жалкую постаревшую Рейну и Тая, прижимавшего к себе окровавленную руку. В которой он держал камень Сердца.

В наступившей тишине раздался отчётливый всхлип Рейны, с ужасом рассматривавшей свои пожелтевшие руки

— Лучше бы ты дал мне умереть…

Тайрелл же первым делом отыскал глазами меня. Я с облегчением улыбнулась ему. Я уже чувствовала, что камень признал истинным владельцем его. А точнее, нас двоих.

— Тебя ждёт суд рода, — проронил он, обращаясь к Рейне. — Для некоторых преступлений смерть — слишком лёгкое наказание.

Та, пошатываясь, встала и попыталась открыть портал, но магия не отозвалась на привычный жест, и Рейна в ужасе уставилась на свои ладони.

— Нет! — Её голос сорвался. — Только не это.

Тайрелл, помедлив, засветил для неё сияющий проход.

— Это портал к нашему кузену Лайеллу. По твоей вине умерли оба его родителя, мать и отец. Можешь переместиться к нему и попросить помощи и прощения. Или возвращаться в столицу пешком.

Рейна, всхлипнув, снова посмотрела на свои руки, будто не могла поверить в произошедшее. Затем, заметив, что портал начал сжиматься, бросилась в него и исчезла в сиянии.

Я подбежала к Таю, осматривая рану на руке. Похоже, что Рейна достала кинжал, защищая то, что ей не принадлежит.

— Надо промыть!

— Не надо. Скоро затянется.

Вместо того, чтобы заняться раной, Тай обнял меня, утыкаясь носом в шею, и шумно вдохнул. Затем поднял на руки и зашагал. Я крепко обняла его, растворяясь в ощущении близости.

Тай был рядом, и я могла сколько угодно вдыхать его запах, ощущать его шелковистую кожу под пальцами, чувствовать его прикосновения. При мысли о том, что теперь я могу его ещё и поцеловать, у меня перехватило дыхание.

Я думала, что мы идём в мельницу, но Тай перешёл мостки. Но и к своему домику он тоже не пошёл. Вместо этого перед нами открылся портал, из которого мы шагнули в роскошную спальню, судя по виду из окна, в старом поместье Эйгардов.

— Я готовился, — признался Тайрелл. — Когда пригласил тебя на свидание в старый дом.

— Подлец, — я шутливо стукнула его, утыкаясь носом ему в плечо, чтобы спрятать краснеющие щёки.

— Неправда. Меня просто уже тогда тянуло к тебе.

Он бережно опустил меня, но руки тут же скользнули на талию, как будто Тай не мог оторваться от меня ни на секунду. Губы прикоснулись к моим, сначала нежно, но почти сразу же более напористо. Я растворилась в их обжигающих прикосновениях. Губы Тайрелла, словно высеченные из камня, оказались мягкими, горячими, живыми.

— Хочу знать о тебе всё, — выдохнул Тай, на секунду прервавшись. — Как ты любишь есть сладкое?

— Что?

Мысли в моей голове смешались от дурманящей близости, и я не сразу поняла, о чём он спрашивает.

— Как ты любишь есть сладкое: понемногу, наслаждаясь каждым кусочком, или всё сразу и как можно быстрее?

Я замерла на секунду, глядя в его потемневшие глаза и понимая, что мы сейчас говорим не о десертах.

— Понемногу. Чтобы хватило надолго.

Он приник к моей шее, пропуская через пальцы мои волосы.

— Нам хватит надолго, Лин. Навсегда.

Наша свадьба прошла в красивом месте — первом святилище драконов Эльмирии. Не знаю, как друзьям Тая удалось организовать всё в кратчайшие сроки, но церемония была похожа на сказку.

Служитель Пресветлого провёл обряд в центре круга из древних камней, поросших мхом. А лорд Вальтарии Тейран Кайрекс совершил драконьи обряды, призванные даровать паре благоденствие и плодородие. Его участие было для нас особенно ценным, ведь на руке Тейрана и его супруги Эвы сверкали метки истинной пары. И переглядываясь, они улыбались друг другу так загадочно, будто нам с Таем ещё предстояло узнать, каково это — быть единым целым в двух лицах. И конечно же, мы тут же попали в руки брата Карин — учёного, который был готов начать исследование истинной связи прямо на свадьбе.

Воздействие Тая на членов Драконьего Суда не прошло бесследно. Его служба в качестве имперского Стража при дворе закончилась досрочно — такого рода неповиновение считалось серьёзным нарушением дисциплины. Но непохоже, что Тай страдал от этих перемен.

С тех пор, как Рейна лишилась силы и бесследно пропала, его признали правителем Эльмирии. И теперь он был занят делами провинции и нашей семьи.

Я открыла глаза, разбуженная топотом и визгами за дверью спальни. Судя по звукам, наш трёхлетний сын Киран гонялся за Ниппером. Крылья у подопечных Виспера, живших в мельнице, появились примерно в то же время, когда Киран научился ходить. Эти двое сразу подружились и теперь вместе разносили относительно недавно отремонтированный старый дом Эйгардов.

За стеной послышался строгий голос Тая. Выпроводив хулиганов подальше, он вошёл в спальню и склонился надо мной, хотя я лежала с закрытыми глазами.

— Я знаю, что ты не спишь, — прошептал он.

Я невольно улыбнулась, подставляя губы под нежный поцелуй, и обвила его шею руками, притягивая к себе.

— М-м-м, — выдохнул Тай. — Ещё немного и нашим строителям придётся подождать.

Я со смехом оторвалась от него.

— Иди-иди. Гостиницы уже не вмещают всех желающих увидеть знаменитый ручей, нужны новые.

С тех пор, как мы восстановили поместье и проложили новую дорогу до Ларитона, от приезжих не было отбоя. Благодаря деньгам, что они оставляли в карманах местных, город теперь было не узнать. Хотя, старый Вельтар всё ещё был уверен, что дело в магии мельницы, которая годами мирно вращала свои лопасти, не останавливаясь ни на секунду.

Тайрелл спешил, но всё же, когда я села в кровати, присел рядом и с нежностью, пропуская локоны сквозь пальцы, принялся расплетать мою косу. Я смотрела на него, вспоминая видение, что показало мне зеркало Эйгардов. Одна его часть уже была исполнена — у Кирана были такие же хитрые зелёные глаза и светлые волосы, как у отца. Теперь близилось время появления девочки, и я уже представляла, как муж сойдёт с ума от её рыжих кудряшек.

Утро казалось безмятежным, но что-то всё-таки не давало мне покоя. Что-то тяжёлое было на душе моего истинного.

— Ты о чём-то беспокоишься?

Тай помрачнел, обнимая меня крепче.

— Дэйрон Тарк подал прошение о помиловании.

— Разве это возможно? — удивилась я.

Три с лишним года мы не слышали о нём ничего. В схватке с Таем Дэйрон окончательно лишился магии. Это уже могло бы стать достаточным наказанием, но его приговорили к ссылке в Пустующие земли — место, где не было ничего живого и не действовала магия ни одного живого существа. И вот теперь — помилование?

— Тарк из тех драконов, кто везде найдёт выгоду, — хмурясь, проговорил муж. — За это время ему удалось объединить всех, кто вынужден жить в Пустошах, наладить добычу редких минералов и их продажу в другие провинции. Он фактически стал лордом Пустошей и заручился поддержкой самых богатых людей империи. Так что теперь возможно всё.

Я откинулась на его плечо, размышляя.

— Не думаю, что нам это чем-то грозит.

— Он не посмеет к тебе заявиться, — тихо прорычал Тай. — К тому же теперь у него есть жена. Для помилования ему нужно прикинуться добропорядочным подданным, и он где-то нашёл себе супругу благородного происхождения. Не удивлюсь, если купил за деньги.

Я поёжилась, думая о бедной девушке. Пресветлый уберёг меня от этого союза, приведя к истинному. Надеюсь, и ей он поможет тоже.

Чувствуя, что муж начинает злиться, я сменила тему.

— Тай…

— Что?

— Давно хотела тебя спросить… Ты когда-нибудь использовал на мне свой ментальный дар?

Он вдруг замер, и я напряглась. Мне казалось, что с нашего первого поцелуя между нами больше не было секретов.

— Камень Сердца защищает тебя от любого воздействия. Но на самом деле… Наша первая встреча была не первой.

Я резко обернулась, глядя в его глаза. Вот Змей! И он говорит мне об этом только сейчас?

— Как мы встретились?

— Сейчас покажу.

Тай коснулся лбом моего лба. На секунду прикрыл глаза, затем улыбнулся и прошептал:

— Не сердись.

Но я уже не сердилась. Я вспомнила, как будто с памяти сдёрнули пелену. Первая встреча с разгневанным зеленоглазым незнакомцем. Изумление вперемешку с непреодолимой тягой взглянуть на него ещё раз. Запах, сразу показавшийся родным и близким.

Теперь я поняла, что ощутила в ту первую встречу. То важное, что, мне казалось, я упустила из головы.

Это был отголосок вечности. Потому что истинные — значит навсегда.