В светлой, совершенно безликой каюте космической станции «Кажетария» за панелью управления работал кастиец в черной форме, похожей на военную. На его абсолютно бесстрастном лице «жили» только характерные для его расы серебристо-серые, стальные, глаза, впрочем, в них тоже не отражалось ни капли эмоций. Методично, размеренно скользящие по интерактивному экрану пальцы добавляли ему схожести с андроидом. Только высоко расположенные и немного нервно подрагивающие на лысом черепе трубчатые уши, которые ловили любые звуки и вибрации, выбивались из образа.

Когда двери каюты разъехались, пропустив внутрь трех мужчин, стальной взгляд «андроида» устремился на вошедшего первым: высокого жилистого мужчину в безупречном костюме с поблескивающими в слишком ярком искусственном освещении вычурными пуговицами в ретростиле. Его происхождение – гость станции был коренным жителем планеты Прадан, а это факт, не предвещающий спокойствия, – выдавали не только заостренные кончики ушей, торчащие из кудрявых волос медного цвета, но и необычные глаза, с болотно-зеленой радужкой, на которой при определенном интересе к объекту вспыхивали красные искры. И конечно – золотисто-смуглая кожа под стать самой планете с двумя светилами, где праданец родился и вырос.

Двое кастийцев-охранников, сопровождающих зловещего гостя, замерли у двери, не убрав руки с бластеров. Какое-то время сохранялась тишина, тяжелая и тревожная. Все трое кастийцев очень старались сохранить привычный бесстрастный вид, однако излучаемая гостем темная энергия давила, вынуждая опускать плечи, при этом еще и словно вымораживала изнутри.

Наконец кастиец, расположившийся за панелью, обратился к гостю механическим, максимально равнодушным голосом:

– Назовите себя.

Взгляд его серо-стальных глаз бегло прошелся по мужчине, остановившемуся в центре каюты. Кастиец отметил не скрываемую вальяжную расслабленность праданца, с которой тот осмотрелся. А затем, уставившись кастийцу в глаза так, что он с трудом выдержал его взгляд, сохранив внешнее спокойствие, представился:

– Ксандр Прах.

Легкий насмешливый тон праданца дал понять, что он чувствует слабину в каждом присутствующем. Присутствующие, в свою очередь, нервничали, так как прекрасно знали, что терпение Праха может быть на исходе. Ведь его сутки «мариновали» на «пороге» станции, прежде чем разрешили пристыковаться. Затем ему устроили тотальный личный досмотр, который больше походил на попытку распыления на наночастицы.

– Вы являетесь носителем так называемой древней крови истинных жителей планеты Прадан? – кастиец действовал по протоколу.

Прежде чем ответить, Ксандр Прах закончил осмотр помещения. Тоже не торопился. Кроме того, самое важное о месте своего пребывания он уже слышал, вот и сравнивал. В любом случае увидеть самому всегда куда интереснее. И познавательнее. Вернув внимание дотошному кастийцу, Ксандр чуть прищурился, таким образом показав, насколько ценит столь холодную встречу гостя, причем очень дорогого гостя, судя по сумме, какую заплатил за визит сюда его приятель.

– Да, я с Прадана, – ответил Ксандр, никогда ничего не отрицавший и не подтверждавший сразу.

Он предпочитал наблюдать, делать выводы, а уже потом действовать. Быстро и бескомпромиссно. Кроме того, коротким ответом проявил исключительную терпимость к чужой бестактности: величие и незыблемость истинных древних родов Прадана причислили к «так называемым».

– Верно ли, что вы принадлежите к древнейшему роду праданцев, наделенных способностью управлять темной энергией, которая может превратить в пепел что угодно и кого угодно, без ограничений? – последовал новый вопрос «андроида».

Ксандр чуть склонил голову и мягко улыбнулся, задумчиво поведав:

– Возможно, ограничения у моих способностей все же имеются. Но пока я с ними не сталкивался. Поэтому не могу ни подтвердить, ни опровергнуть ваше утверждение.

Покосившись на охрану и слегка нахмурившись, кастиец, резко утратил бесстрастный вид и отчасти тон:

– Верно ли, что праданцы, наделенные способностью управлять темной энергией, способны получить потомство только с одной, уникальной женщиной, которую примет их энергетическая составляющая?

– Не совсем, – Ксандр медленно покачал головой, не сводя дружелюбного взгляда со все более нервничающего кастийца. – Только с одной – некорректное утверждение. Всегда бывают исключения из общих правил. Вы же понимаете?

– Верно ли конкретно для вас это утверждение? – сухо уточнил кастиец, вновь глянув на охрану.

– Конкретно для меня? Вероятно, да, – легко пожал плечами Ксандр. – Но не могу утверждать с абсолютной уверенностью, что мне подойдет исключительно одна единственная. Этого нельзя проверить чисто технически. Женщин много, и на всех меня физически не хватит. Потому, чтобы подтвердить или опровергнуть…

Кастиец вскинул руку, не дослушав темного гостя, и продолжил, чуть повысив голос:

– Господин Ксандр Прах, верно ли, что вы основатель и владелец биотехнологической корпорации, одной из крупнейших в этой галактике, с ежегодным оборотом свыше ста квазидарионов?

– Я действительно владею корпорацией, но ее ли конкретно вы имели в виду – не могу знать. Как вы сказали, одна из многих.

«Андроид» вновь хотел прервать гостя, но тот вскинул руку первым – и его еще более тяжелая энергетика буквально подавила кастийцев.

– Прошу вас, – мягко проговорил темный гость, – больше никогда не перебивайте меня. Это очень неприлично. Насчет оборота… – он потер идеально выбритый подбородок, прежде чем задумчиво сообщил. – Рынок биотехнологий достаточно изменчив, чтобы установить точный размер ежегодного оборота моей компании. Сегодня – так, завтра – эдак. Я и сам этому не рад, но такова жизнь.

Ксандр демонстративно удрученно поморщился, попутно смахнув несуществующую пылинку с идеально чистого рукава своего пиджака. Энергетическая тяжесть спала.

«Уже не Андроид» не сдержал облегченного выдоха, даже его глаза потемнели от раздражения и бессилия пробить ухмыляющегося «бронированного» праданца, вызывающе спокойного и вальяжного. Как работать со столь сильным, подавляющим своей энергетикой гостем, не вызывая его гнева?

Подавив желание прочистить пересохшее горло, кастиец, несомненно, будучи профи в своем деле, ровным тоном продолжил опрос:

– Уточните цель вашего визита на «Кажета́рию».

Ксандр внутренне подобрался, хотя внешне не изменился:

– Хочу задать вопрос оракулу.

– Уточните, какой именно вопрос вас интересует?

– Меня интересует, где найти женщину, которая мне идеально подойдет для создания с ней счастливого и плодотворного, в части наследников, союза, – произнес Ксандр и даже приветливо улыбнулся. – Вы же понимаете, в столь изменчивом финансовом мире не стоит неэффективно тратить время на поиски. Проще узнать у кого-то более сведущего.

Кастиец не удержался от легкой иронии:

– Значит, вам как чрезвычайно занятому мужчине нужно рекомендовать уникальную, единственную подходящую вам женщину?

И тут же ощутил, как каюту заполняет лютый холод. В глазах кастийца потемнело. Панель управления покрылась изморозью, а голографический экран пошел рябью. Последнее, пожалуй, напугало бедолагу больше. Сигнал тревоги после вспышки чужеродной, разрушающей энергии успел позорно «вякнуть» и затих, словно искин космической станции «Кажетария» экстренно решил взять выходной в связи с опасностью выхода из строя нервной системы. Совершеннейшая и уникальная система безопасности и связи впервые дала сбой!

Ксандр услышал за спиной характерный, едва слышный писк активированных бластеров, а опрашивающий его кастиец встал, как если бы приготовился эвакуироваться. Праданец мог уничтожить его. Мгновенно. Но прибыл на станцию не для этого. И даже оскорбительный тон работника станции не должен нарушить планов обрести семейное счастье. Поэтому Ксандр спокойно, как на деловых переговорах, произнес:

– Конечно, мне нужна особенная женщина. И чем уникальнее и красивее она будет, тем лучше.

Охранники не убирали оружия, выжидали.

Демонстративная холодная сдержанность кастийца-андроида окончательно сдалась под натиском темной энергетической волны, приправленной разгоревшимся красным пламенем в глазах опасного гостя. Несмотря на испарившуюся с панели изморозь и снизившееся темное давление, кастиец не решился сесть. Кроме того, даром что в термокостюме, он покрылся испариной – всерьез опасался сгинуть, когда назовет цену за услуги оракула, выставленную хозяином станции.

Кастиец был предельно напряжен и готов к любому, даже самому неблагоприятному развитию ситуации. Голос его звучал неуверенно и сипло:

– Встреча с оракулом и его ответ обойдутся вам в два квазидариона.

А вот теперь Ксандр перестал выглядеть вальяжным. Цена очень ему не понравилась. Настолько, что пришлось сдерживаться, дабы не спалить эту космическую станцию, которую спрятали, наверное, в самом отдаленном квадрате галактики. Голос его прозвучал опасно тихо и вкрадчиво:

– Господин Добжер Эрго меня высоко оценил!

Еще бы, ведь с его приятеля, рассказавшего об этом месте и загадочном оракуле, способном дать ответ на любой заданный вопрос, за аналогичную услугу потребовали в два раза меньше. И то, услышав сумму, Ксандр присвистнул, так как та показалась запредельно высокой. Но в сравнении с озвученной только что, оказалась гораздо привлекательнее. В два раза привлекательнее.

«Два квазидариона!» – мысленно повторил Ксандр, никак не желая смириться с мыслью о настолько большом, прямо-таки космическом платеже.

Посверлив уже полностью покрасневшими глазами побелевшего кастийца, Ксандр сказал:

– Передайте господину Эрго, что я не менее высоко оценил его услуги.

– Непременно, – нервно передернулся кастиец, конечно же, уловив скрытый смысл пожелания.

– Пора заняться оплатой, – принял решение Ксандр. – Я и так потерял здесь слишком много времени.

Судорожно сглотнув, кастиец нашел в себе силы расправить плечи и вежливо произнес:

– Мы будем рады помочь вам в поисках избранницы, господин Прах. После перевода указанной суммы на счет господина Эрго оракул ответит на ваш вопрос.

Прах промолчал. По завершении транзакции ему указали на двери в соседнее помещение. Внутри у него нетерпеливо пульсировала темная энергия, поторапливая и разгоняя кровь. Перед его мысленным взором возник образ прекрасной красноволосой женщины, ловко управлявшейся с огнем и доставшейся в избранницы приятелю, Даэрону Марсаеру.

«Может и мне достанется нежный, хрупкий цветок, который нужно будет защищать, опекать, холить и лелеять? – подумал Ксандр. – Пожалуй, с подобной я буду счастлив. И об уплаченной сумме позабуду. Однажды. Быть может…»

– Не может… – неожиданно прошелестел странный, словно потусторонний голос, ответивший на мысли праданца о чужой жене.

Ксандр огляделся: пустое полутемное пространство не более ста квадратов. Без отделки. Со специфическим запахом санитарной обработки и прочей химии, связанной с хранением. Это помещение наверняка недавно использовалось как складское.

В дальнем темном углу Ксандр увидел закутанную в черную ткань фигуру неведомого существа, расположившегося на небольшом возвышении, подступы к которому перекрыты энергетическим заслоном. Приблизившись к прозрачной, едва мерцающей «стене», Ксандр насмешливо улыбнулся, привычно оценив эту незамысловатую защиту настолько ценного для проходимца Добжера Эрго актива, как местный всезнайка. Если бы он, праданец, захотел, запросто бы подошел к оракулу ближе. Но он пришел не за этим.

Визитер и оракул молча изучали друг друга. Ксандр буквально кожей ощущал цепкий, внимательный взгляд загадочной сущности, с головы до ног скрытой непрозрачным покрывалом. Взгляд, который словно пронзал насквозь. Подумав, Ксандр Прах осторожно выпустил энергетический щуп в попытке «познакомиться» с «собеседником», скорее всего, гуманоидом. И в следующее мгновение нахмурился, неожиданно для себя не получив ответа: его щуп словно наткнулся на крепкую стену. А проламывать чужую энергетическую защиту, когда пришел за помощью, Ксандр счел непозволительной глупостью.

Услышав насмешливый «хмык», праданец понял, что его визави оценил попытку проникнуть в свои границы. Интересный факт, ведь на подобное способны очень немногие. Теперь обросшая слухами фигура таинственного оракула стала еще любопытней! Кто же этот неизвестный, обитающий на удаленной космической станции «Кажетария», охраняемой получше некоторых финансовых галактических центров. Знали про таинственного оракула единицы. Только те, кто способен заплатить космическую во всех отношениях сумму за помощь в сложных вопросах. А такие, как правило, предпочитали не распространяться о своих делах. Поэтому даже Прах, со всем его богатством и влиянием, прибыл сюда только благодаря приятелю, заинтересованному, чтобы он узнал об этом месте.

Ни один визитер, побывавший здесь, не видел лица оракула. Его внешность и пол тщательно скрывались. Зато теневой делец Добжер Эрго, владелец станции и, по-видимому, оракула, расширял свое влияние за счет помощи нуждающимся в его услугах властелинам галактики.

Ксандр прислушивался к внутреннему чутью. Он не испытывал дискомфорта под пристальным взглядом оракула. Значит, опасности не было, иначе Ксандр точно ощутил бы ее всей своей сутью. Нарастал лишь интерес исследователя к щуплой фигурке существа с феноменальным даром предсказателя, по какой-то причине тщательно скрывающегося в темном углу и под покрывалом.

– Нет-нет, разобрать себя на части я не позволю, – насмешливо прошелестел явно измененный технически голос оракула. – Ты пришел не за этим.

Ксандр вновь пробежался по фигуре оракула цепким взглядом, подмечая мельчайшие детали его облачения. И решил не тратить время впустую, задав свой самый важный вопрос:

– Ответь, где мне найти избранницу? Ту, что подарит мне детей и сделает счастливым в семейной жизни?

– Такую же, как у Даэрона Марсаера? – Ксандру вновь послышалась насмешка в неживом голосе оракула.

Несколько мгновений подумав и сопоставив приветствие оракула «не может», он ответил:

– Мою собственную. Которая сделает счастливым именно меня, а не кого-то другого.

– Правильный ответ, праданец, – неожиданно серьезно и четко сказал оракул. – У каждого свое счастье. Твое – яркое и жгучее, как звезда на ночном небосклоне. И такое же далекое. Ты готов отправиться в путешествие?

– Я ко всему готов, – прищурившись, ответил Ксандр.

– Видимо, друг поделился с тобой секретом происхождения его избранницы? – прошелестел оракул.

– О ком мы сейчас говорим? – уточнил Ксандр, не собираясь сдавать Даэрона.

– Не любишь говорить правду, – заметил оракул.

– Не люблю ограничивающие рамки, – с легкой улыбкой заметил Ксандр.

И снова услышал тихий механический смех:

– Скорее, любишь носить маски. Ничего, суженая это исправит.

– Пусть попытается, – пожал плечами Ксандр, – я только «за».

– Не трать время на браваду. Оставь сомнения и раздумья, Ксандр Прах, – посоветовал оракул. – Тебе придется далеко забраться, чтобы отыскать свое счастье и любовь. Еще ты сможешь выполнить поручение своего друга в срок, ведь планета твоей избранницы находится в закрытом секторе в системе Лари́ши-ган-Да́ван, серой туманности Фа́глида. И относится к так называемым мирам А-класса. Доступ туда ограничен…

– И в чем риск ее опасности для существования нынешней цивилизации во Вселенной? – нахмурился Ксандр.

– Как Прадан и Ариш, Ниар относится к редчайшей категории живых миров, генерирующих собственную своеобразную энергию, влияющую на окружающую материю. К сожалению, аура этого мира истощается, поэтому имеет весьма нестабильный энергетический фон. Через несколько десятков лет Ниар превратится в обычный техногенный мир и запрет на его присоединение к общей системе галактики снимут.

– Отлично, мои внуки побывают на родине бабушки! – расслабился Ксандр.

– Ты прав, побывают, – шелестящий голос оракула стал чуть тише и вкрадчивее, заставив сжаться сердце гостя от недоверчивой надежды. – Ты встретишь свою любимую на планете Ниар, но я не могу сказать тебе, в каком конкретно месте. Придется самому найти ее где-то в тех краях.

– Найду! – без толики сомнений заявил Ксандр.

– Возьми своего помощника на планету. Он тебе однозначно пригодится, – оракул удивил неожиданным советом.

– Хорошо, возьму. Ты сообщил всю информацию? Может, хотя бы имя ее подскажешь? Или цвет волос? Глаз? – нахмурился Ксандр.

Оракул прошелестел:

– Золотые. У твоей далекой звездочки золотые волосы. Это все, что я могу тебе сказать, чтобы не нарушить законы мироздания.

– Благодарю и за это, – у Ксандра сел голос, даже его образ обаятельного скучающего богача развеялся, хоть и ненадолго.

– Защищай и береги ее, несмотря ни на что. Она тоже ранимый цветок, но тщательно скрывает это за колючками, – донеслось от оракула, заставив Ксандра замереть вполоборота к двери.

– Понял, – кивнул Ксандр Прах, суровый, собранный предприниматель, обдумывающий новое важное предприятие, и покинул помещение.

Обратно по узким, светлым коридорам станции праданец шел быстро и уверенно, словно уже видел важнейшую цель жизни и двигался к ней, раздвигая пространство и время. Сопровождавшие его охранники-кастийцы покорно следовали за ним, тоже прибавив ходу, однако притормозить не приказывали. Эти мужчины, вооруженные до зубов и в броне, испытывали облегчение от того, что кошмарный гость, с необузданной, вымораживающей нутро энергетикой, наконец уберется со станции.

В отсеке со стыковочными шлюзами у пандуса личной яхты главы корпорации «Биотех», больше похожей на ультрасовременный военный корабль, хозяина ждал незаменимый помощник и телохранитель Марух – высокий широкоплечий яркий блондин, каких редко встретишь на просторах их многоликой галактики. С матово-фарфоровой кожей, не знающей загара, будто всю жизнь провел в тени. С абсолютно бесстрастным лицом и нереально синими, леденящими душу глазами, долгий взгляд которых никто не выдерживал.

Марух – типичный представитель гуманоидной расы ауросов, иногда называемых ледяными, если не отмороженными, за полное отсутствие мимики, слабую эмоциональность и нечеловеческую плавность движений. Свою яркую внешность он предпочитал не подчеркивать одеждой: выбирал темно-серые, безупречно-скучные костюмы. Однако на его запястьях и поясе неизменно находилось несколько занятного вида девайсов, необходимых для работы и защиты главы «Биотеха».

Ожидая Ксандра Праха, Марух не скучал, наоборот, что-то увлеченно писал в коммуникаторе, с которым никогда не расставался. Стоит ли говорить, что охрана станции не просто глаз с него не спускала, а держала на прицеле.

Ксандр знал, Марух вел личный дневник. Таким образом психолог посоветовал ему бороться с асоциальностью: подмечать эмоции и реакции окружающих на слова и поступки, фиксировать события и после перечитывать, делая выводы. В общем, учился эмоционально взаимодействовать с миром, находить в себе хотя бы отголоски эмпатии.

Остановившись возле Маруха, Ксандр, выжидающе посмотрел на него.

– Вы получили то, что хотели? – уточнил помощник, не поднимая головы и продолжая писать.

– Да, – бросил Ксандр и упругим нетерпеливым шагом направился по пандусу к корабельному шлюзу.

– Хорошо, – кивнул Марух, ставя точку. И последовал за начальником, заодно делясь впечатлениями: – Здесь уязвимая система защиты. Разрушить ее не составит труда. Но кастийцы, с которыми я говорил на эту тему, проявляли враждебность. Удивительно неблагодарные существа.

– Зато с начальником тебе повезло, – весело отозвался Ксандр. – Запиши, какой я душка, ведь возьму тебя с собой в одно из важнейших путешествий своей жизни. Ты станешь свидетелем моего счастья.

– Предпочитаю стать свидетелем собственного счастья, – ответил Марух. – Как насчет увеличения вознаграждения за труд? Меня явно ждет опасное задание в наверняка запретном месте. Зарождающаяся эмпатия нашептывает, что ваш отказ не соответствует статусу душки.

– Что-то жарко стало, – отозвался Ксандр, ускоряя шаг. – Или это твоя эмпатия душит? Сбавь обороты. И полетели.

Последние десятилетия Ниар штормило. Магический фон планеты походил на синусоиду. В местах, куда приходились ее вершины, формировались магнитные возмущения такой силы и плотности, которые самым непредсказуемым образом влияли на окружающее пространство. Причем, в каждой местности по-разному. Где-то случались мощные ураганы, сносившие дома и ломавшие деревья. Где-то регулярно трясло, создавая разломы. В иных местах в такие моменты резко усиливался рост флоры, поэтому там были рады любому энергетическому возмущению, собирая неимоверные урожаи… сразу после расчистки дорог и зданий от зарослей.

А в Гарю́сте, среднего размера городе на юге республики Фо́рмус, во время каждого энергетического шторма из образовавшихся «щелей» лезла жуткая нечисть. Настолько разнообразная и способная, что местные боевики из полисмагии хватались за головы, придумывая все новые и новые способы борьбы с этой мерзостью. В то же время в Гарюсте укрепляли и развивали научную базу по созданию новейших артефактов и прогрессивных технологий в механике.

Именно по причине регулярных нашествий всякой нечисти в регионах республики Формус тамошние умные головы придумали и создали мобиль – удобный и экономичный транспорт, который быстро завоевал весь Ниа́р, вплоть до вытеснения гужевого транспорта.

Прогресс несся вперед наперегонки с нечистью, что рвалась наружу из провалов в земной коре.

Обо всем этом, устроившись отдохнуть на старом диванчике у теплой батареи водяного отопления и прикрыв глаза, размышляла Ма́йя Ти́сс. До конца ее дежурства оставался всего час. Вернее, целый час, потому что Майе очень хотелось спать, но она не позволяла дремоте взять верх. Широко зевнув, девушка с улыбкой посмотрела на идущего через двор истопника с двумя ведрами угля. Весна должна вот-вот смениться летним зноем, но из-за двух недель дождливой погоды жители топили печи и камины, чтобы в дома не просочилась сырость.

Уютную прелесть вечера разрушил экстренный вызов из квартала Ремесленников, над которым патруль отметил формирование сиреневого зарева. Требовалась срочная помощь мага.

На служебном мобиле Майя добралась до места спустя несколько минут. В подобных случаях время решало все. Выйдя из транспорта, Майя привычно замерла, вслушиваясь в окружающее пространство. Среди двух- и трехэтажных домов небольшого рабочего квартала, где проживали в основном ремесленники средней руки, обычно пахло углем и пережаренным маслом, а выхлопы мобилей немного озонировали воздух.

Однако сегодня привычный запах забила мерзкая вонь приторно-сладковатой гнили и тухлой рыбы, которую ни с чем другим не спутать. Как и неумолимо меняющийся цвет неба, с типично закатного – на сиреневый, предупреждающий о грядущей смертельной опасности.

Потянув носом, Майя поморщилась, на языке осела противная сладость, от которой мутило. Окружающий магический фон сходил с ума. Будучи сильным магом Майя ощущала это особенно остро. Неестественный, бьющий по нервам призрачный свет медленно стекал по черепичным крышам и расползался по улице сиреневым маревом, погружая обычно спокойный квартал с простенькими, но уютными доходными домами и лавками в зловещий сумрак и тишину, когда слышно, как скрипит песок под ногами.

Напряженно осматриваясь, Майя направилась вдоль улицы, заодно резкими жестами приказывая перепуганным прохожим срочно прятаться под крышу, и лучше – в надежное убежище. В последние годы большинство городских зданий обрело магические контуры из рун и артефактов, защищающих от проникновения нечисти. Правда, их все время приходилось обновлять и усиливать, но правительства большинства государств Ниара не скупились на защиту своего населения. Люди быстро сплотились в борьбе за выживание.

– Непробиваемые! – раздраженно буркнула Майя, отметив, что некоторые прохожие, вместо того чтобы прятаться, испуганно замирали, глядя вверх. И в ступоре любовались, как закатное небо становится необычайно-ярким, сиреневым.

Сделать очередное замечание Майя не успела – стеклянные плафоны десятка фонарей вдоль дороги разлетелись вдребезги, осыпав брусчатку мелкой крошкой и вынудив ее рефлекторно присесть, накрыв голову руками. Острый осколок вспорол рукав ее форменной рубашки. Но кожу не задел.

А дальше…

Три года службы в магическом отделе полисмагии Гарюста научили Майю беспрекословно доверять своим инстинктам. Поэтому, ощутив вкус тревоги, девушка без промедления кинулась на мостовую, перекатилась и замерла, глядя как в стену увитой плющом булочной, рядом с которой Майя только что стояла, впились три костяные иглы. Густой, изумрудно-зеленый плющ, так замечательно оживлявший однообразные серые дома, сразу же скукожился и завял.

Перевернувшись на живот, Майя на четвереньках, быстро перебирая конечностями, двинулась за свой мобиль и вскоре присоединилась к спрятавшемуся за ним мужчине.

– Как же так-то, как же так… – в ужасе причитал этот тип старше Майи лет на десять и крупнее раза в два. – Я просто хотел купить выпечку. Не было никаких оповещений. Было тихо, и вот на тебе…

Не обращая внимания на нытье трясущегося соседа по укрытию, Майя активировала артефакт-браслет на запястье и быстро отчиталась о ситуации:

– Говорит Майя Тисс из квартала Ремесленников. У меня здесь возмущение четвертой, если не пятой категории. Срочно нужна поддержка отдела магического контроля. На улице слишком много гражданских…

В ответ она услышала лишь треск и обрывок другого взволнованного требования: «…облако измененной ядовитой саранчи на Швейном рынке! Срочно требуется огневик!..»

Тяжело вздохнув, Майя стиснула зубы, собираясь с силами. Этой весной скачки энергетической дестабилизация участились, поэтому нехватка магов ощущалась еще острее, чем прежде. Катастрофа надвигалась стремительно и неотвратимо.

Шикнув на истерящего соседа, чтобы помолчал, Майя осторожно выглянула из-за мобиля и судорожно выдохнула. Один из чугунных люков посреди мостовой с грохотом отлетел в сторону. Остро запахло канализацией и тухлыми яйцами. Следом из-под земли на поверхность начала протискиваться мохнатая тварь, похожая на помесь паука с трухлявым пнем. К необычному виду нечисти Майя давно привыкла, но не перестала удивляться очередному выверту фантазии мироздания.

Перебирая многочисленными лапами, похожими на корявые корни, тварь принялась грозно водить длинными усищами и стрекотать волосатыми жвалами. Майе показалось, что нечисть наслаждалась разлитым в воздухе человеческим страхом. Люди жались к стенам домов, хотя у некоторых наконец-то включился инстинкт самосохранения: кто-то банально вваливался в чужие дома и лавки, кто-то спешно уносил ноги. Но были и те, кто продолжал стоять, не в силах двинуться с места.

Например, дама в стильной шляпке и элегантном голубом платье застыла посреди тротуара у шикарного мобиля, парализованная страхом. К ней подскочил солидный мужчина и потряс за плечо, указывая следовать с ним к таверне «Лучший гуляш Гарюста». Проследив за ними взглядом, Майя тихо выругалась: там наливались чернотой пугающие густые тени, яснее ясного, что совсем скоро появятся две жуткие и весьма опасные твари. Отсиживаться дальше ей не представлялось возможным.

– Вот уж повезло, – прошипела Майя с досадой, отстегивая от пояса небольшой флакон с перламутровой жидкостью – экстрактом полыни и серебра. Отличное средство против нечисти. Жаль, слишком дорогое, оттого строго подотчетное и используемое лишь в самых критических случаях.

Этот вечер она сочла как раз таким. Сегодня в Гарюсте случилось сразу два мощных сияния, как между собой служащие полисмагии называли энергетические пики в момент дестабилизации. Игнорировать опасность она не имела права.

– А как же я? – испуганно просипел изрядно надоевший здоровяк, вцепившись в Майину штанину. – Куда вы?!

– Держите себя в руках! Как только появится возможность, бегите в укрытие. Ясно? – ответила она, дернув ногой и освободившись от его хватки.

Длинная коса, перехваченная кожаным шнурком, золотистой змеей скользнула по спине девушки-полисмага, когда она выпрямилась в полный рост и крадучись направилась к твари, почти полностью выбравшейся из люка на мостовую.

Удобнее перехватив пузырек для точного броска, Майя с мимолетным сожалением подумала о предстоящей дорогостоящей химчистке. После использования экстракта против нечисти брюки песочного цвета и высокие ботинки на шнуровке в домашних условиях не отстирать и не очистить от ошметков этой самой нечисти. Придется платить кругленькую сумму за восстановление формы.

Эта мысль вкупе с опасно густеющей чернотой за спиной подвигла ее изменить тактику боя. Засунув драгоценный пузырек обратно в чехол, Майя отстегнула свернутый кольцами хлыст.

Миг – и над ее головой с характерным щелчком золотой молнией сверкнула тугая плеть и в следующий миг развернулась с равномерным гудением активированной магии. Ощущая холодящее ладонь кнутовище, исчерченное специальными рунами, превратившими обычный хлыст в смертельный артефакт, Майя почувствовала себя более уверенной.

– Эй, жучара! – окликнула она тварь, сузив голубые глаза, отчего они стали походить на сияющие льдинки на раскрасневшемся лице. – Пошел вон из моего города!

Забыв о заторможенной даме, едва ли сдвинувшейся с места, несмотря на старания ее спутника, тварь развернулась к источнику угрозы и устремила множество черных глаз на приближающуюся золотоволосую воительницу, раскручивающую над собой длинную сияющую плеть.

Дальше Майя крутилась волчком, уходя от летящих в нее костяных игл, посылаемых глазастой тварью, и ударов мохнатых лапищ с ядовитыми шипами, и одновременно успешно полосовала ее магическим хлыстом. Там, где плеть с золотистым свечением касалась нечисти, плоть обугливалась и рвалась, сочась, источая зловоние.

К сожалению, членистоногая гадина не была лишена мозгов и, быстро сообразив, что жгучая плеть вот-вот ее добьет, начала отступать. Взревев, когда плеть обвилась вокруг ее мощной шеи, тварь дернулась в темнеющий справа проулок. От низкочастотного звука Майе заложило уши, но она не выпустила кнутовище и попыталась притормозить, упершись ногами в камни мостовой, чтобы не потянуться вдогонку за нечистью. Не тут-то было: огромная тварь перевесила, рванула так, что Майя, пропахав локтями и коленями пару метров мостовой, лишь чудом не разбила лицо и сдавленно застонала от боли. А тварь, издав очередной громкий вопль, освободилась.

– Не уйдешь! – взревела Майя, вскакивая, и взмахнула кнутом, вложив в него большую часть своего энергетического резерва.

Ослепительно вспыхнув, плеть во всю длину прошлась по нечисти. И в следующее мгновение буквально разорвала ту в клочья. Майя рванула обратно, успев похвалить себя за своевременно выставленный экран, защитивший от вонючих ошметков.

Тем временем обстановка в зоне прорыва грозила перерасти в трагическую.

– Да чтоб тебя!.. – раздраженно рыкнула Майя, глядя на мужчину, который совсем недавно прятался с ней за мобилем.

Тот все-таки решил последовать ее совету зайти в убежище, хоть на полусогнутых и слишком медленно, оглядываясь каждый шаг и прислушиваясь к каждому шороху. Как на зло возле таверны окончательно сформировалась вторая тварь. Еще пару минут назад бывшие черными тенями, сущности обрели пусть не четкую, но вполне материальную форму с множеством когтистых лап и пылающих алым глаз.

– Пожиратель теней! – раздался придушенный женский вскрик с другой стороны улицы.

Хвала мирозданию, стоявшую там в ступоре полуобморочную даму взвалил на плечо кавалер и рванул прочь.

– Молодец какой, и года не прошло, – буркнула Майя, переводя внимание на новую беду.

От стены отделился пожиратель теней – одна из самых мерзких тварей. Он не трогал плоть, но немыслимым образом забирал тень человека, после чего любой свет, особенно дневной, естественный, мог запросто убить лишенца. А сам пожиратель таким образом становился более неуязвимым к магии людей.

Пока ее бывший сосед по укрытию, замерев, провожал изумленным взглядом удирающую парочку, к нему со спины почти вплотную приблизилась опасная нечисть.

– В булочную! Быстро в булочную! – закричала ему Майя, одновременно срывая с пояса дорогущую смесь полыни и серебра.

В этот раз думать о химчистке времени не было. Майя сразу швырнула пузырек в черную бесформенную тварь, которая протянула конечность к трусливому крепышу. Обернувшись и увидев рядом жуткого вида монстра, бедняга с тонкой душевной организацией завалился на бок и захрипел от ужаса.

Дальше случилось чудо, не иначе. Майя промахнулась, но будущая жертва вскинул руки перед собой в защитном жесте. В результате драгоценная склянка, столкнувшись с его локтем, разбилась, а жидкость удачно выплеснулась на пожирателя и прожгла в нем приличных размеров дыру.

Пока нечисть металась, то ли от боли, то ли пытаясь восстановить форму, Майя кинулась к безвольно трясущемуся мужчине и втолкнула его в своевременно распахнувшиеся двери булочной.

– Спасибо, – просипела Майя, благодарно кивнув хозяйке заведения, которая их буквально спасла.

– Все святые светлые, что творится-то! – испуганно причитала смелая булочница, дрожащими руками запирая заговоренное от нечисти помещение на засов.

Майя прислонилась спиной к витрине с воздушными пирожными, пытаясь отдышаться. Девушка хорошо знала это замечательное заведение и любила здесь бывать. Внутри, в отличие от уличного зловония, аппетитно пахло ванилью, сливками и шоколадом. В животе у Майи громко заурчало. Она тут же вспомнила, что не успела поужинать из-за нескольких вызовов и рутинных отчетов после.

Глянув на брюки, Майя поморщилась: химчистки не избежать, как и лечения ран на ногах. Покачав головой, девушка осмотрелась. В уютном помещении булочной толпились испуганные горожане, застигнутые рядом опасностью. С десяток пар глаз, полных надежды и страха, смотрели на Майю. Люди вполне законно ожидали, что боевой маг полисмагии их спасет.

– Когда к вам прибудет подмога? – взволнованно спросил старик в потрепанном плаще.

В глазах остальных жадно светился тот же вопрос.

Тяжело вздохнув, Майя вновь активировала артефакт связи на запястье и обратилась к своим:

– Вызываю третий отдел магического контроля! Говорит Майя Тисс из квартала Ремесленников. Подтверждаю возмущение четвертой категории. Срочно нужна магическая поддержка. Я в булочной. Здесь находится десять гражданских!

В этот раз в эфире царил хаос из одновременных вызовов и приказов, сквозь которые она услышала срывающийся голос диспетчера из главного отделения полисмагии, который пытался отвечать одновременно всем:

– До́бер, действуй своими силами, у нас еще два прорыва! В Ремесленном… четвертая категория и на Швейном рынке – пятая… Ка́ппер, для твоей группы срочный вызов на пожар в Ни́жнем городе. Туда стая горящей саранчи прорвалась с рынка… Тисс, все группы боевых магов сейчас на выезде. Постарайся продержаться и не подпускай нечисть к гражданским. Ждите. Как только кто-нибудь освободится, придут на подмогу…»

– А как же мы? – схватилась за сердце булочница.

Народ в панике устремил взгляды на мрачную, суровую Майю. Взглянув в окно, разукрашенное аппетитными картинками тортиков и пирожков, она увидела, как в призрачном сиреневом свете с багровыми закатными оттенками материализовались еще три черные бесформенные фигуры с алыми зенками. При этом раненый пожиратель тоже восстановился и теперь черными конечностями изучал запертую дверь булочной.

Несмотря на магическую защиту деревянная дверь начала темнеть и кривиться, оконное стекло, за которым замерли трое других тварей, пошло мелкими трещинами, отчего люди в булочной заскулили от ужаса. Майя хотела бы успокоить их, но не представляла, как защитить всех?! Единственный боевой маг среди беззащитных людей… Зелий на поясе могло хватить максимум на двух тварей. Но что делать с остальными? Впрочем, пугать горожан раньше времени не стоило. Подмигнув хозяйке заведения, Майя нарочито бодро скомандовала:

– Граждане, быстро прячьтесь в кухне! Я задержу нечисть до прихода помощи. Магический контроль Гарюста вас обязательно защитит!

Пока народ послушно рванул в указанном направлении, Майя взяла с блюда пирожок и жадно откусила. Первый кусок проглотила, почти не пережевывая. Пихнув в рот остатки пирожка, она лихорадочно решала, что делать дальше. К окончанию короткого перекуса она с надеждой посмотрела на витрину, пообещав себе после сытный ужин, оттолкнулась и, размяв руки, перекинула хлыст через плечо.

– Ну что ж, меняем тактику, – сказала она самой себе. – Придется немного нарушить правила.

Расстегнув верхний клапан на поясе, Майя освободила зачарованный кармашек, где хранилась последняя разработка ее младшей сестры Ки́ры. Та самая, которую начальник Майи категорически запретил использовать в черте города, пока не пройдут испытания на безопасность применения для людей. Покрутив в руках сложный, сияющий ядовито-зеленым цветом конструкт, Майя пожала плечами, иронично хмыкнув:

– Заодно выявим недостатки.

Других вариантов защитить гражданских в одиночку у нее все равно не было, а сдаваться смерти подобно.

Красивая девушка с золотой косой и чистыми голубыми глазами хищно оскалилась, глядя в окно булочной, и с нотой мрачного предвкушения проговорила:

– Неуважаемые твари чужого мира, отойдите подальше от окон и лучше вернитесь на родину, иначе будет очень больно, ярко и громко.

Заметивший или услышавший ее пожиратель утробно зарычал. Майя пожала плечами:

– А ведь я предлагала по-хорошему.

Магический фон за окном загустел как кисель. Нечисть, почуяв собранную в одном месте добычу, толпились у булочной, торжествующе воя на всю наконец-то опустевшую улицу.

В одной руке Майя держала секретное оружие, второй – поудобнее перехватила свой хлыст, уже не только сияющий, а искрящий снопом электрических разрядов. Из боя она намеревалась выйти победителем, чего бы ей это ни стоило.

Перед тем как открыть дверь булочной, Майя усмехнулась, вспомнив спокойное серьезное лицо младшей сестры: «Ну что ж, Кирю́ша, давай проверим, что такого грандиозного ты придумала!»

– Как ты могла, Тисс? – грохотал магра́н О́стерс. – Пол улицы в толстом слое сажи, на второй половине выбиты стекла. Мостовая разворочена, люди чуть не оглохли! Некоторые больше часа не могли прийти в себя, им даже понадобилась помощь врачей!

– Зато все живые, – упрямо напомнила о главном Майя, стоически принимая выволочку от начальства.

Запнувшись на полуслове, магран Остерс, тяжело вздохнув, был вынужден согласиться:

– Да, хвала мирозданию, хоть в этом ты права: все остались живы.

– Выходит, я со своей задачей справилась? – Майя посмотрела на начальника с надеждой.

Остерс устало сел в кресло и укоризненно спросил:

– Тисс, почему ты не дождалась Руне́ро? Почему снова полезла в пекло в одиночку? Сколько тебе говорить, что это грубейшее нарушение протокола?! Геройство может однажды плохо закончиться!

– Когда поступило сообщение из Ремесленного, Рунеро отсутствовал в отделении. Выехал проверить сигнал о магическом возмущении в подвале шестнадцатого дома в Цветочном переулке. Сами понимаете, он мог задержаться, а медлить в таких случаях нельзя.

– Поня-ятно, опять Эли́зе Дак стало скучно, вот она и решила развлечься за счет бравых боевиков из магического контроля! Сколько можно? – возмутился Остерс. – Все! Она сама виновата. Я долго терпел выходки этой озабоченной вдовушки. Выпишу-ка ей крупный штраф, чтобы дальше сто раз подумала, стоит ли отвлекать боевых магов от службы!

Майя устало улыбнулась. С не так давно овдовевшей, но еще довольно молодой и привлекательной госпожой Дак из Цветочного переулка успели познакомиться многие маги местного отдела магического контроля, все как на подбор стройные и симпатичные. Сначала досужая вдовушка только флиртовала и кокетничала с парнями, затем начала придумывать самые невероятные поводы, чтобы завлечь мужественных законников на свою территорию. Где наигранно оправдывалась перед ними за недоразумение, мол, у страха глаза велики, вот я себе и придумала монстра под кроватью. Потом пыталась угостить всяким-разным, но защитники бдительности не теряли – вежливо откланивались.

– Тебе весело, Тисс? – не разделил ее улыбку Остерс. – А мне – нет! Ты забыла, где работаешь? Так я напомню: в магическом контроле! В магическом, Майя! Весь Ниар лихорадит. Магия слабеет год от года, мне страшно представить, что будет дальше. И заметь, я говорю не о десятилетиях, а о паре-тройке лет. Страшно представить. Магов рождается все меньше и меньше. При этом энергетический дисбаланс порождает такую мерзость, с которой относительно легко могут справиться лишь подобные нам. На последнем совещании в управлении обсуждали боевую статистику. Знаешь, какие общие показатели?

– Никак нет, магран Остерс, – уныло ответила Майя, догадываясь, что от статистики хорошего лучше не ждать.

– Удручающие! – рявкнул опять начавший злиться начальник магического контроля Гарюста. – Чтобы справиться с одной тварью первой категории, нужно не менее двух законников без магии. Понимаешь, куда я клоню? Двое – на одну! Причем речь о гадине самого низшего порядка. А сколько законников понадобится, чтобы справиться с нечистью пятой категории?! Сама посчитаешь необходимое количество?

– Понимаю, – послушно кивнула Майя.

– Нет, не понимаешь, раз рискуешь собой и лезешь в пекло в одиночку.

– Рунеро не было в тот момент, а действовать надо было быстро. И мы успели предотвратить жертвы среди гражданских. Заодно снизили пик дестабилизации! – пытаясь оправдаться, Майя увлеклась и очень зря напомнила про изобретение своей сестры.

Потому что Остерс вскочил и, сверкнув злыми глазищами, заревел:

– И чуть не сравняли весь квартал с землей!

– Я сегодня скажу Кире, что ее задумку нужно немного доработать, – согласилась Майя. – Не помешает снизить огненный эффект. Вы правы, как всегда, магран Остерс.

Последний сверлил подчиненную мрачным взглядом, нервно кивая и обдумывая как уберечь эту совсем еще девчонку от очередной безрассудности.

– Скажи-скажи, – задумчиво согласился магран. – И надеюсь, что дорабатывать она будет не у вас дома! Вот ошибется в расчетах – и поминай полквартала…

– Вы ведь знаете Киру, – вздохнула Майя, – ошибок не будет. Она может забыть о еде, о сне, но не о расчетах.

Остерс тяжело вздохнул и, махнув рукой, сел в кресло. Чуть помолчав, скользнул взглядом по стенам кабинета и наткнулся на старое фото: из десяти человек, снятых на нем, на сегодня в живых лишь шестеро. Все возглавляли отделы магического контроля.

– Майя, ты в курсе, что в соседней Капи́сте нет ни одного мага? – тихо спросил Остерс, глядя на старое фото. – Знаешь, какая там текучка кадров в полисмагии? Молчишь? Сам скажу. Катастрофическая! Они ежедневно забрасывают столицу прошениями прислать им хотя бы двух магов для усиления. Теперь маги на вес золота!

– Тогда почему у меня такое скромное довольствие? – не удержалась Майя от ехидного замечания. – И денежное, и вещевое.

– Потому что у тебя, Тисс, стаж службы всего три года, – устало ответил начальник. – Не наглей. Рискуем жизнью мы все одинаково, если ты забыла. Только у тебя есть магия для подстраховки, а у многих твоих сослуживцев нет. Смекаешь, к чему я клоню?

– К тому, что мне и так жирно будет? – иронично предположила Майя.

– Вот, ты же умная, Тисс, тогда зачем постоянно лезешь на рожон? – вернулся к прежнему разговору Остерс. – Если ни себя, ни других не жалеешь, так хоть о своей родной сестре подумай…

– Я всех жалею. Ее особенно, поэтому…

Остерс не позволил Майе договорить, продолжив на повышенных тонах:

– А я сказал, не жалеешь! С кем твоя Кира останется, если ты погибнешь?! Ей только восемнадцать исполнилось. Кто будет ее поддерживать и воспитывать? Да еще с непростым, особенным характером…

Майя поморщилась: не любила, когда заостряли внимание на слабостях и особенностях Киры. Да и на ее собственных тоже.

– Простите, магран Остерс, я учту ваши замечания, – сказала она, таким образом попытавшись быстро свернуть затянувшийся разговор.

– Да-да, твои обещания я слышу уже третий год. С первых дней твоей службы в магическом контроле. А должного эффекта от моих наставлений по-прежнему нет!..

Кабинет начальства Майя покинула лишь спустя четверть часа. Все это время начальник посвятил нравоучениям и предупреждениям. И по большому счету был прав. Он искренне переживал за Майю и заботился как мог. Больше того, шесть месяцев назад магран помог Кире устроиться в технический отдел полисмагии. По его протекции ее взяли на полставки помощником артефактора, едва ей исполнилось восемнадцать, причем без должного образования. В других «технических» местах ее не принимали на работу, а так она начала официально зарабатывать на свои хотелки. Ну и развивать талант, конечно…

Спустя час, составив отчет, приняв на работе душ и сдав испорченные вещи в магическую химчистку, до предела вымотанная Майя брела домой. В симпатичный трехэтажный дом в глухом тупичке, в конце Тени́стой улицы. Куда они с Кирой перебрались несколько лет назад из-за трагических событий: случился очередной дестабилизирующий пик, и под завалами предприятия по производству магических артефактов погибли их родители. Кире тогда исполнилось четырнадцать, а Майя пару месяцев назад отпраздновала восемнадцатилетие и только-только поступила в академию, на боевой факультет.

По новым законам каждый одаренный житель Ниара, закончив школу и достигнув совершеннолетия, обязан получить магическое образование в специальных учебных заведениях своих государств. Причем, направлений обучения всего два: боевая магия и артефакторика. Завершив обучение, маги направлялись либо в магический контроль полисмагии, либо на научно-технические производства, создающие артефакты. Такой вот выбор без выбора.

Других ближайших родственников у сестер Тисс не было, поэтому именно Майе, только-только поступившей в академию, пришлось оформить опеку над сестрой. Достойно содержать себя, Киру и большой родительский дом, где вся семья счастливо жила много лет, на пенсию по потере кормильцев и стипендию оказалось сложно. А сбережений у них не было. Поэтому Майя была вынуждена продать отчий дом и купить для них с сестрой небольшую квартиру в тихом, безопасном районе старой малоэтажной застройки.

По окончании академии Майя нашла в уединенном расположении своей квартиры неожиданный плюс: Тенистая улица оказалась неподалеку от ее будущего места работы. Можно сказать, рукой подать и не тратиться на проезд.

Возле дома, несмотря на поздний час, Майя встретила госпожу Арда́ри. В их доме одна парадная и шесть небольших квартир, по две на каждом этаже. Когда-то дом целиком занимало богатое семейство, которому дом и принадлежал. Поэтому нынешним жильцам от бывших достался лифт, что значительно упростило проживание сестер Тисс в квартире на третьем этаже. На том плюсы жилья закончились, и началась соседка – Айси́ша Ардари, дама проблемная и склочная. С ней девушкам пришлось делить лестничную площадку, куда выходят двери обеих квартир.

– Доброй ночи, госпожа Ардари, – вежливо поздоровалась Майя.

– Могу только порадоваться за вас, если вам она покажется доброй, – язвительно ответила соседка. – А вот мой сегодняшний вечер был испорчен напрочь. Вашей Кирой!

Майя нахмурилась:

– Что случилось?

– Ваша сестра сегодня полдня провела в лифте, – ответила соседка, гневно раздувая ноздри. – У меня были тяжелые сумки! А Кира заперлась там и изрисовала все стены дурацкими каракулями. Мне пришлось вызвать специальную службу, чтобы вытурить ее оттуда. В конце концов, мы имеем равные права на пользование лифтом…

– Я поговорю с ней о недопустимости подобного впредь и…

– Вам пришлют чек за вызов ремонтников, – прервала ее соседка. – Заодно отмойте стены лифта. Может она там проклятиями все исписала, а не просто каракулями? Тогда не удивительно, что у меня разболелась голова.

– У Киры нет способностей к проклятиям, – строго возразила Майя и поспешила шагнуть в дом, прервав неприятный разговор с противной дамочкой.

Хотя в этот раз ее претензии были обоснованными, а не пустыми придирками. Зайдя в лифт, Майя устало осмотрела стены, плотно исписанные мелкими буквами и цифрами. Похоже, ее сестру опять не вовремя накрыло очередной гениальной идеей. Вот она и записала ее на том, что под руку подвернулось.

Майя тихо выругалась и провела по исписанной стене пальцем. Увы, белые некаракули не желали просто так исчезать. Их потребуется смывать специальным раствором…

Квартира встретила Майю привычным сумраком и тишиной. Кира занималась делами у себя, предпочитая изредка выходить поесть. Если вспоминала о том, что надо хоть иногда поесть. Щелкнул выключатель и миниатюрную прихожую озарил свет. Несмотря на предельную занятость, Майя была аккуратисткой и любила готовить, поэтому в их доме всегда вкусно пахло, было чисто и уютно.

Разувшись, Майя на миг замерла у большого зеркала, разглядывая себя. На нее устало смотрела среднего роста, стройная, но фигуристая девушка с высокой грудью, тонкой талией, округлыми бедрами и длинными ногами, подчеркнутыми песочного цвета прямыми брюками. Густые золотистые волосы стянуты в тугую косу. Миловидное лицо с утонченными чертами покрыто легким загаром, на верхней губе красовалась ссадинка с запекшейся кровью (бой с нечистью не был легким и оставил кое-какие следы). Своим главным украшением девушка считала глаза, небесно-голубые, большие и выразительные. После смерти родителей они смотрели на мир с легким подозрительным прищуром.

– Прямо красотка! – подвела Майя ироничный итог после осмотра своего потрепанного нынче внешнего вида и, тяжко вздохнув, пошла к Кире.

Со временем сестры в полной мере оценили новое жилье: две комнаты, помимо ванной, холодильника-кладовки и кухоньки. Особенно расположение квартирки на третьем этаже. Комнату поменьше заняла Майя, а гораздо более просторную – Кира. Сестра устроила там мастерскую с широким рабочим столом и под самый потолок заставила стеллажами с заготовками будущих артефактов. Когда места в комнате почти не осталось, Майя тайком увеличила площадь жилья: наняла работников, и те сделали узкую лестницу на чердак.

Дальше мансардное помещение разделили на две части, чтобы не привлекать внимание соседей, особенно дотошной и вредной Ардари. Заодно тщательно его изолировали, утеплили и укрепили крышу, устроили дополнительную вентиляцию. Теперь там Кирина лаборатория и второй склад.

Поднявшись в мансарду, Майя увидела Киру, вернее ее макушку, торчащую над каким-то прибором, искрящем голубыми искрами и загадочно, если не опасно, «ухающем».

– Что это? – полюбопытствовала Майя у сестры.

Кира, не отрываясь от прибора, привычно безэмоционально ответила:

– Надоело тратить драгоценное время на стирку, поэтому придумала механизм, который будет сам стирать и затем сушить вещи. Стиросушилка. Название пока рабочее.

Майя заметила на ближайшем стеллаже небольшой комок, нежный желтый цвет которого показался ей смутно знакомым. Приблизившись, она взяла его и, покрутив в руках, опознала, о чем возмущенно спросила:

– Что ты сделала с моим любимым свитером?

– Постирала. Мне нужен был объект для первичного теста. Попался твой свитер.

– А почему он теперь выглядит… как половая тряпка? – разозлилась Майя.

– Я не учла некоторых параметров одежды при стирке, – пожала плечами Кира. – Состав ткани, цвет…

Пока сестра перечисляла неучтенные факторы, Майя обнаружила еще пару комков, изучив которые опознала в них черные штаны сестры и свою белую пижаму. Бывшую пижаму, как и штаны, и свитер. Носить их больше нельзя.

– Ки-и-ира… – было застонала Майя.

Но, посчитав до десяти, замолчала: какой смысл тратить время и нервы на крики и негативные эмоции, если уже ничего не изменить.

– Ты меня звала? – ровно уточнила Кира, не отвлекаясь от своего занятия.

– Я запрещаю использовать мои личные вещи для твоих экспериментов! – строго произнесла Майя.

– Хорошо, я постараюсь учесть твои пожелания, – безмятежно согласилась Кира.

Майя лишь закатила глаза. Обижаться на сестру бесполезно. Кира родилась обычным милым ребенком. И поначалу развивалась, как все дети. Но позже родители стали замечать в поведении младшей дочери странности. В итоге в семье вырос глубокий интроверт с элементами асоциальности: абсолютной прямотой и чрезмерной откровенностью. Кира совершенно не умеет и не желает лгать. Кроме того, у нее полностью отсутствует чувство юмора. В добавок, словно в насмешку от судьбы, она является магом со слабо выраженной эмпатией.

Эти ее качества сильно осложняли жизнь обеим сестрам. Но если Кире было, в общем-то, плевать на все, кроме своих исследований, то Майе приходилось решать проблемы, возникающие из-за Киры. И самая пугающая уже назрела. В этом году Кира завершила школьную программу в формате домашнего обучения и стала совершеннолетней. А значит, обязана поступить в академию. И Майя предвидела приближающееся бедствие – будущее сестры.

«Кира не понимает шуток, не способна промолчать, когда нужно, но при этом невероятно талантлива и умна. Нет, гениальна! – думала Майя. – Она будет исправлять ошибки, допущенные преподавателями и студентами, говорить им все, что думает, и нарываться на неприятности. В общем, огребет кучу проблем на свою голову. Или, скорее, – мою».

Когда Майя по завершении обучения в академии получила диплом и поступила на службу в магический контроль Гарюста три года назад, Кира частенько проводила с ней время в отделении. Но сидеть без дела младшая Тисс не умела, поэтому вскоре большую часть ремонта местного технического оснащения взяла на себя. Сперва техники и артефакторы отделения посмеивались над увлеченно возившимся с «шурушками» подростком, но вскоре осознали, какой в нем скрыт талант ученого, конструктора и артефактора. Они стали прислушиваться к Кире, спрашивать совета и давать свои рекомендации, с восторгом наблюдая за развитием недюжинного таланта.

Поэтому, как только Кира стала совершеннолетней, магран Остерс устроил ее младшим помощником техника-инженера, чтобы официально оплачивать ее работу. По факту она делала больше, чем все техники отдела вместе взятые. Кира бралась за то, на что они не были способны в принципе. Поэтому молча терпели ее ментальные особенности, ведь в магическом контроле служили боевые маги и законники, которые ежедневно рисковали жизнью. Они, как никто другой, ценили важность вклада Киры в общее дело.

Окинув печальным, усталым взглядом занятую новой игрушкой юную артефакторшу, Майя в который раз тягостно вздохнула. Она не знала, как защитить свою особенную, но обожаемую сестру. Они остались одни в этом мире. Очень похожие внешне, но совсем разные по характеру.

Майя улыбнулась, глядя на макушку сестры, опять мелькнувшую над прибором. Волосы у Киры светлее, чем у нее, не пшеничного, а скорее платинового цвета. И слишком сестренка худенькая. Возможно, это пока, хотя, может быть, и от недоедания – Кира вечно забывала о себе позаботиться.

– Ты ужинала? – всполошилась Майя.

– Еще нет, – раздалось в ответ.

– Сейчас переоденусь и позову тебя есть, – сказала Майя и направилась вниз.

Она не ждала ответа. Кира не любила лишних слов и говорила всегда лишь по делу. Однако Майя знала и чувствовала, что сестра ее любит. Наверное, единственную на всем Ниаре.

Переодевшись в домашний костюм, Майя накрыла на стол. Благодаря Кире у них в доме, особенно на кухне, работало много усовершенствованных артефактов, которые немало упрощали жизнь. Помогали резать, нагревать и кипятить. Поэтому Майе доставляло удовольствие готовить, и она частенько наслаждалась тем, что создавала собственные шедевры – кулинарные.

Сложная задача проникновения в закрытый сектор в системе Лари́ши-ган-Да́ван успешно выполнена. В то же время были протестированы в реальных условиях опытные образцы новейших экранирующих систем от обнаружения космических кораблей различного назначения сканерами «Хранителей галактик».

Орбитальное сканирование цели выявило наличие трех континентов, омываемых единым океаном и неплохой запас природных ресурсов. К сожалению, все плюсы планеты на этом закончились, ввиду крайне нестабильного энергетического фона, который она излучает. Чем дольше Ксандр изучает планету, тем больше раздражается. Ее энергетическая дестабилизация идет с отрицательным уклоном в темном направлении. На поверхности планеты неравномерное аккумулирование энергетических выбросов, что приводит к периодическим проявлениям силовых возмущений с формированием пространственных искажений и мутаций окружающей флоры и фауны, имеющих низкие вибрации.

Технологии по стабилизации и равномерному распределению темной энергии здесь отсутствуют, что осложняет предстоящие поисковые работы и пребывание на планете, указанной оракулом. У Ксандра слишком высокий уровень силы, позволяющий тотально подчинить окружающую темную энергию и полноценно скрыть свои возможности от аборигенов.

Мне неспокойно.

При более детальном и всестороннем изучении цели выяснилось, что планета называется местными Ниар. Населена одним разумным видом – людьми, которые называют себя ниарцами. Размер населения – полтора миллиарда. У планеты есть один естественный спутник. Уровень технологического развития – начальный. Население разделено на отдельные социальные группы согласно территории проживания.

Проживают обособленно, но ведут активный торговый взаимообмен. Масштабные военные конфликты отсутствуют. Однако имеются многочисленные локальные стычки.

Поиск избранницы Ксандра затруднен мощными энергетическими выбросами планеты, а также отсутствием единой информационной сети.

Созданная орбитальная сканирующая сеть показала наличие на Ниаре восемнадцати точек с максимальной магической локализацией. Нами принято во внимание, что избранницами праданцев из других рас всегда становились одаренные энергетически женщины. Иначе невозможно формирование парного энергетического поля. Поэтому поиски сосредоточены в центрах наибольшего энергетического накопления. Начнем с северных территорий.

Предстоит интересная работа.

Майя решила не беспокоить Киру, работающую над очередной технической новинкой. Поужинав перед ночным дежурством, она, как обычно, оставила записку, указав что поесть и где это взять, переоделась, заплела тугую косу и отправилась на службу.

Шла, как всегда, пешком. Погода выдалась на редкость теплая, и Майя, увидев в этом хороший знак, наслаждалась прогулкой. Однако стоило войти в отделение, навстречу ей выскочил Рунеро – высокий, красивый брюнет с карими глазами. Первые месяцы Майиной службы в магическом контроле он пытался за ней ухаживать, но быстро понял, что не затронул ее сердце. Поэтому благоразумно предпочел стать надежным коллегой.

– Привет, хорошо, что ты пришла пораньше! – обрадовался Рунеро и не сказать, чтобы порадовал девушку-полисмага: – У нас есть работенка!

– Да? – нахмурилась Майя, следуя за сегодняшним напарником.

– Очередной выброс. Вроде бы ничего серьезного, но рядом много гражданских. Театральная публика. Люди пришли в театр на какую-то новую ультрадорогую постановку про освоение космоса и первый контакт с пришельцами.

Майя иронично хмыкнула:

– Судя по афишам с клыкастым мужиком зеленого цвета и трепетной красоткой, наверняка что-то о космической любви.

– Уточнишь на месте, если захочешь, – ответил Рунеро, усаживаясь за руль потрепанного жизнью служебного мобиля. – Короче, из театра вызвали. Нечисть появилась прямо в зале, где должна была состояться премьера.

– Может, таким образом нечисть выразила протест странному сюжету постановки? – ехидно предположила Майя, усаживаясь на пассажирское сиденье рядом с напарником.

– Или клюнула на завлекательную афишу и явилась посмотреть интригующий спектакль, – невесело хмыкнул Рунеро. – Только в нашем театре наглых безбилетников не привечают. Сразу полисмагов вызвали. Так что помчали, выясним виновника ажиотажа на премьере!

Кивнув, Майя уже серьезно поинтересовалась:

– Как нечисть прорвалась внутрь защищенного рунами и многочисленными артефактами здания?

Бросив на напарницу понимающий хмурый взгляд, Рунеро, передернув широкими плечами, доложил:

– Патруль передал, что сперва что-то громыхнуло рядом, а потом на сцену полезли твари…

Гадать дальше о пути проникновения нечисти в защищенный объект не было смысла. Поэтому Майя уставилась в окно на проносящиеся мимо, до боли знакомые кварталы любимого города.

Они с сестрой родились в Гарюсте и прожили в нем всю жизнь. Когда-то их родители несколько раз устраивали дальние поездки-путешествия, но это было настолько давно, что Майя многое позабыла. Зато она прекрасно помнила походы с отцом. Иногда папа оставлял маму отдохнуть в одиночестве и забирал дочерей на пару дней к Желтым озерам. Они ехали туда на стареньком мобиле, нагруженном походным туристическим снаряжением. По прибытии разбивали миниатюрный лагерь на берегу. Майя и Кира помогали разводить костер, ловить рыбу, устанавливать шатер и готовить. Какая же вкусная была уха и каша из котелка! Это были самые счастливые времена для сестер.

С тех пор как родители погибли, Кира и Майя не выезжали из Гарюста. А между тем жить в родном городе становилось все опасней…

Громкая ругань Рунеро выдернула Майю из приятных воспоминаний, она осмотрелась и добавила нехороших слов в адрес нечисти. И было за что! Квартал стремительно накрывало сиреневое марево. В его зловещем сиянии высокое красивое здание театра являло собой плачевное зрелище: бежевые каменные стены пошли огромными трещинами, весь угол западной части оказался разрушенным.

– Похоже, «ничего серьезного» потянет на пятую категорию, – мрачно констатировала Майя, глядя на наверняка кишащий тварями провал, который неумолимо расширялся, угрожая целостности здания театра.

– Выходи здесь! – скомандовал Рунеро, притормаживая у ближайшего к месту трагедии здания. – Займись зеваками, пусть прячутся в банке. Там самая надежная защита. А я подъеду вплотную к театру и… сделаю, что смогу!

– Будь осторожен! – бросила ему Майя, перед тем как захлопнуть дверь и привычно стискивая в руке кнутовище хлыста.

Вечерние сумерки словно передумали сменять день, чтобы не конкурировать с сиреневым заревом. По-прежнему было достаточно светло, только нещадно воняло тухлыми яйцами. Воздух был буквально пропитан эманациями темной силы, отчего кожа девушки-полисмага покрылась неприятными мурашками.

– Граждане, прошу срочно проследовать под защиту банка! Не ждите, когда вас поторопит нечисть! – обратилась она к ближайшей группе взволнованных прохожих, которые растерянно глазели на происходящее, еще не сообразив куда лучше бежать.

Попутно Майя активировала артефакт связи на запястье и сообщила дежурному магического контроля:

– Говорит Майя Тисс, у здания театра возмущение пятой категории. Срочно требуется вся возможная поддержка. Здесь сотни гражданских в опасной зоне! Рунеро побежал к театру, я направляю людей в банк…

– Тисс, держитесь, помощь выслали. В бой не лезьте. Приоритет для вас – эвакуация и защита гражданского населения, – последовал ответ дежурного.

Бросив беглый взгляд на угол театра, где наливался характерной чернотой огромный провал с осыпающимися кирпичами, Майя с сарказмом буркнула:

– В бой не лезть. Конечно, как же иначе. Попрошу нечисть подождать вместе со мной подмоги…

По пути к театру Майе встретилась растерянная пожилая женщина в элегантном черном платье и легкой шелковой накидке. Эта дама, явно театралка, сразу распознав боевого мага, еще бы, человека в форме и сияющий магией красным хлыстом ни с кем другим не спутать, сама поспешила к ней, перепугано жалуясь:

– Вы представляете, там монстры! Буквально черная толпа. Все рушат, кромсают, ломают! Мой жемчуг… – женщина нервно коснулась пальцами шеи и недоуменно провела по ней, затем расстроенно выдохнула: – Я потеряла свой жемчуг! И Виктора!

– Кто такой Виктор? – уточнила Майя, взяв женщину под локоть и направив в сторону банка.

– Это же мой водитель! – сказала она, как если бы Майя была обязана об этом знать. – Он должен ждать меня у театра. В синем новом мобиле! Марка…

– Опишите водителя! – прервала ее Майя.

– Выше меня, в сером костюме, – задумчиво ответила незнакомка. – Возможно, он зашел в фойе за напитком. Послушайте, если вы найдете мой жемчуг…

В этот момент рядом оказался мужчина в форме охранника. Придержав его, Майя буквально впихнула ему в руки локоть незнакомки и строго приказала:

– Проследите, чтобы она зашла с вами в банк.

– Есть, – кивнул он и настойчиво увел продолжавшую говорить о потерях женщину от полисмага.

Быстро осмотрев улицу и не заметив других прохожих, Майя рванула на помощь напарнику. Приблизившись к театру, она, пригнувшись, обежала несколько припаркованных мобилей и заглянула в синий. Внутри никого не было. Тогда Майя побежала к парадной лестнице театра в надежде, что водитель и правда решил сходить буфет или в туалет, пока нанимательница на представлении.

Из дверей выскочили трое мужчин: двое тащили на себе третьего, почти без сознания, залитого кровью.

– Бегите в банк, – приказала им Майя.

Те не ответили: слишком торопились убраться из опасного места. Следом за ними из здания повалила в панике целая толпа народа: зрители в элегантных нарядах; билетеры и капельдинеры; актеры в театральных костюмах, среди которых Майя заметила полураздетого зеленого пришельца с пристроенной на спине второй парой рук, которая зловеще дергалась на бегу; позади всех поторапливалась главная героиня спектакля.

Направив народ в защищенную зону, Майя дернулась было к дверям. Но в этот момент ее почти насквозь прошило волной темной энергии, какая ощущается от пожирателя высшей формы, причем по максимуму напитавшегося людской энергией. С такой нечистью справиться тяжело…

И все же Майя осталась на месте, приготовившись к бою, потому что возле пролома в стене, между колоннами, загустело и завихрилось темное облако. Майя сняла с пояса драгоценный пузырек-взрыватель, подобралась поближе для броска и перед замахом успела удивиться, ощутив не зловоние тьмы, а горячее дуновение, словно в летний зной на улице. И каким-то чудом в последний момент не разомкнула пальцы на пузырьке.

Вместо высшего пожирателя из темного марева вышли вполне обычные мужчины. Хорошо одетые, спокойные, словно не понимали, где оказались, вместо представления. Остановившись, они с холодным интересом осмотрелись. Их было двое: рыжеватый кудрявый шатен в стильном, явно дорогущем черном костюме и белокожий блондин, цвет волос которого мог посоперничать с молоком. Прислушавшись к реву тварей, от которого даже у Майи стыла кровь, эти хороши одетые, солидные дяди даже бровью не повели. Чем возмутили Майю до глубины души:

– Вы с ума сошли?! Я вас чуть не… – Замолчав, она выждала несколько секунд, чтобы более спокойно попросить, а не рявкать: – Ох, все, бегите в банк, там безопасно!

Указав на здание у себя за спиной, полисмаг попыталась обойти мужчин, чтобы проникнуть в театр через пролом, возле которого они, как ни странно, стояли как ни в чем не бывало. Хотя из него так отчетливо пахнуло практически сырой тьмой, значит, где-то там завелась сильная нечисть, которую важно уничтожить до того, как та выберется наружу.

Остановил Майю самый неожиданный вопрос кудрявого шатена:

– Простите. Не подскажете, это Гарюст?

Встретившись с ней взглядом, незнакомец перестал отряхивать рукав своего безупречного пиджака от осыпавшейся строительной пыли и слегка склонил голову, выражая полное внимание. Майя, как и несколько минут назад, вновь ощутила, будто ее насквозь прошивает горячая волна темной энергии. Но не мерзкой, как обычно, а удивительно теплой, согревающей.

– Я не мог ошибиться с точкой выхода, – флегматично произнес блондин.

– Да, думаю, мы в нужном месте! – вдруг развеселился шатен, не к месту и не ко времени.

Майе показалось, что его зеленые глаза полыхнули алым, отчего она тряхнула головой, сбрасывая непонятное, сродни гипнотическому оцепенение. Наконец-то вникнув в вопрос кудрявого незнакомца о местонахождении, Майя нахмурилась: похоже, очередные бедолаги получили сотрясение или надышались отравляющими веществами, исходящими от нечисти.

Шатен преспокойно ждал ответа. Чтобы оценить его состояние, полисмаг подошла к нему вплотную и приложила ладонь к его высокому лбу. Жара не было. А мужчина на несколько мгновений замер и судорожно сглотнул. Как есть у него в горе пересохло от темного воздействия нечисти. Хотя его взгляд был ясным и вполне осознанным.

– Сколько вам лет? – спросила Майя, хмурясь.

– А на сколько я выгляжу? – уточнил шатен.

Подавив раздражение, Майя показала ему два пальца, указательный и средний. И снова спросила:

– Сколько?

Мужчина сфокусировался на ее руке, затем удивленно спросил:

– С вами все хорошо? Головой не ударялись?

Может быть, Майя и растерялась бы, но тут из провала начал выбираться тот самый высший пожиратель, грозя заполнить собой весь проем! В следующий миг у нее заслезились глаза от запаха тухлятины, а сердце стиснула тревога и страх.

Быстро отодвинув шатена плечом, она приготовилась отражать нападение жуткой нечисти. Мерзкий, вонючий гад таращил десяток алых зенок на будущую добычу.

– Бегите! – севшим от напряжения голосом приказала Майя мужчинам позади себя.

– Только после вас, – отозвался кудрявый незнакомец, обхватив ее за талию и резко развернув спиной к нечисти!

Все произошло так быстро и неожиданно, что Майя только и успела вскинуть голову и посмотреть ему в лицо: смуглое, красивое, с правильными чертами и абсолютно спокойное, несмотря на чрезвычайную ситуацию. Внимание мужчины было сосредоточено на пожирателе за спиной Майи, в то время как ее взгляд буквально приковали красные искры, проявившиеся в зеленых, болотных глазах. Она не успела ни о чем спросить, тем более – сделать. Все происходило настолько быстро, что могло показаться нереальным, если бы не разрушительный эффект. Разрушительный в прямом смысле!

Наткнувшись взглядом на чересчур, прямо до жути спокойного блондина, будто скучающего на дружеской прогулке, Майя, приложив усилия, развернулась к опасности. И успела увидеть, как из раскрытой ладони шатена вырвалась чернильно-черная волна, обволокла огромного пожирателя и… видимо, съела! Съела вместе с всегда сопровождающими пожирателя вонью и мерзкими эманациями. Но в этот момент из проема показалась следующая тварь. Майе почудилось, что тьма, выпущенная шатеном, разумна, поскольку, «увидев или почуяв» второго монстра, резво, с азартом по-прежнему голодного охотника рванула к добыче. А справившись со «вторым блюдом», тьма с разыгравшимся задором (или аппетитом?) скрылась внутри здания театра.

Майя ошеломленно указала вслед летучей пожирательнице нечисти:

– Что это? Куда она?

– Отправилась на очистку территории, – низким тихим голосом сообщил зеленоглазый незнакомец, глянув на Майю сверху вниз с очаровательной белозубой улыбкой. – Ненавижу, когда вмешиваются в мои разговоры. Так на чем мы остановились? О, вспомнил, вы просили посчитать ваши пальцы.

Майя растерялась и отвела глаза на второго незнакомца, полную противоположность первого, – пепельного блондина с белесыми ресницами и фарфорово-светлой кожей. Тоже высокого мужчину, но поджарого и жилистого, как молодой хищник. Даже в идеально сшитом светло-сером костюме-тройке, он выглядел опасным. Хотя отчего ей тревожно рядом с ним, Майя не поняла. Тем более, блондин занимался совершенно немыслимым в данной ситуации – сосредоточенно записывал что-то на черной поверхности непонятной штуковины, напоминающей полевой планшет.

Майя осмотрелась, куда хватило взгляда: ни сиреневого тумана, ни темных пятен, ни гнилых ошметков или иных признаков нечисти не осталось! При этом ее одежда не пострадала – на ткани не было и намека на останки убитых тварей.

– Как такое может быть?! – хрипло вопросила Майя, посмотрев на кудрявого мужчину, и принялась заваливать его вопросами: – Кто вы такой?! И… что вы сделали с пожирателем? Точнее, каким образом? Вы маг? Или это какой-то мощный артефакт?

– Успокойтесь, не стоит волноваться из-за ерунды. И вообще, мы не с того начали, – слегка поморщившись, сообщил мужчина. Затем вежливо представился, протягивая ладонь для пожатия: – Ксандр Прах. К вашим услугам.

Майя потрясла головой, пытаясь осознать случившееся, и повторила, четко выделяя каждое слово:

– Как! Вы! Это! Сделали?

– М-м-м… – задумался Ксандр, и ответил с вопросительной интонацией: – Технологии?

Майя осторожно вернула драгоценный пузырек, который все это время стискивала в ладони, на пояс и, разведя руки в стороны, спросила:

– Так куда делась вся нечисть?

Ксандр Прах пожал широкими плечами:

– Уничтожена.

– Как?! – снова повысив голос, возмутилась Майя. – Это просто невозможно! Тем более осуществлять энергетическую зачистку здания без непосредственного присутствия рядом боевого мага! Какие технологии на такое способны?

Ее собеседник прищурился и уточнил:

– Здесь таких пока нет, да?

Майя шумно вздохнула. Ксандр повернулся к своему спутнику и привлек его к беседе:

– Марух, хватит молчать. Расскажи доходчиво, как я это сделал?

– С помощью технологий, которые мы приобрели на другом материке, – без капли эмоций произнес тот. Затем, подняв на Майю невероятно синие глаза, почему-то жутковато холодные, тем же бесцветным тоном добавил: – Мы путешественники и коллекционеры всяческих новшеств.

– Путешественники, значит? – строго переспросила Майя, теряя терпение.

– Туристы. Издалека прибыли, – кивнул Ксандр, снова широко ей улыбнувшись, и сообщил, указав глазами на спутника: – Господин Марух – писатель и очень любознательная личность. Он записывает обо всем интересном, попадающемся в пути.

– И как вы оказались здесь? – уточнила Майя, припомнив, что рядом с этими туристами она ощущала не меньшую опасность, чем с тварями пятой категории.

– Мы… – Ксандр поморщился, явно подбирая слова.

А вот писатель сразу нашелся, что сказать:

– Приехали, разумеется. Захотели посмотреть все зоны наибольшей энергетической активности. Так мы оказались здесь. Из-за максимальной локализации возмущений.

– Что? – Майя в недоумении перевела взгляд на Праха, чтобы тот пояснил более понятным языком.

– Господин Марух очень богат. Иногда ему бывает скучно. Он любит острые ощущения. Поэтому мы посещаем необычные места, знакомимся с разными интересными личностями. Еще он собирает материалы для написания своей книги, – любезно ответил Ксандр.

– Бестселлера, – ровно поправил Марух.

– Это… необычно, – выдала Майя, решив не говорить, насколько странным, по ее мнению, выглядит богатый писатель с деревянным, неизменным выражением лица. – Вы ведь понимаете, что могли сегодня погибнуть из-за неуместного любопытства?

Мужчины переглянулись. После чего Марух вновь уткнулся в свою занятную тетрадь, быстро записывая в ней очень тонкой металлической штуковиной. Надо думать, неким еще невиданным Майей технологичным артефактом.

Ксандр Прах тем временем огорошил Майю очередной порцией информации:

– Господину Маруху здесь понравилось. Мы ненадолго останемся в этом городе и с радостью понаблюдаем за вашей работой. Вы поведаете ему о вашей деятельности? Вы вдохновили господина Маруха сделать вас прообразом своей будущей книги для создания литературного персонажа.

– Бестселлера! Так более заманчиво звучит, – снова флегматично отозвался писатель.

Сощурив голубые, подозрительно заледеневшие глаза на раскрасневшимся лице, Майя спросила у Ксандра:

– Меня?! А вы, вообще, кто?

– Я – его скромный телохранитель и сопровождающий, – Ксандр Прах приложил руку к груди и слегка поклонился.

– По-моему, вы слишком скромного телосложения для телохранителя, – едко заметила Майя, окинув его быстрым взглядом с головы до ног.

На самом деле спутник писателя вполне высокий, широкоплечий и явно не слабый мужчина. Привлекательный и интригующий, с необычной, цепляющей внешностью. И его голос заставлял ее невольно прислушиваться внимательнее – мягкий, низкий и слегка рокочущий, он успокаивал, как урчание большого кота.

И, как не парадоксально, все это в сумме начало раздражать Майю, девушку подозрительную в силу профессии.

Майя понимала, что говорила не о том, о чем думала на самом деле. Но этот мужчина с первых секунд встречи выбивал ее из равновесия. Потому не могла отказать себе в удовольствии поддеть его хоть чем-то.

– Скромного телосложения?! Я? – возмутился Ксандр, поправляя пиджак, замечательно подчеркивающий его отличную фигуру. – Просто костюм не самый удачный. И вообще, почему бы вам не прекратить нападки? Думаю, мы сделали хорошее дело, убрав всю эту гадость из города. Разве нет?

– Да, – недовольно признала Майя.

– Тогда как насчет благодарности? – он имел наглость подмигнуть ей!

– В данный момент вы имеете дело с полисмагом Гарюста, – отчеканила Майя, чувствуя, как впервые за много лет утрачивает контроль над своими эмоциями. – И обязаны отчитаться перед моим начальством о неизвестных технологиях, которые применили сегодня. Подготовьте свои документы и…

Ее внимание отвлекли крики. Из-за другого угла театра выскочил мужчина в сером костюме. Заметив их, он замахал руками, отчаянно призывая:

– Помогите…

– Что случилось? – напряглась Майя. – Кто вы?

– Виктор! Но это не важно! Там полисмаг ранен! Он спас меня от твари, но сам сильно пострадал в бою!

– Рунеро! – Майю словно током прошибло. Бросившись на помощь, она на ходу приказала двум неизвестным спасителям: – Оставайтесь на месте! Я скоро за вами вернусь!

Напарник был в беде. Спасая водителя синего мобиля, которого Майя бросилась искать, но в итоге тот сам ее нашел и позвал на помощь, Рунеро вступил в схватку сразу с двумя тварями. Одну успел уничтожить, а вот вторая гадина чуть не прикончила его самого. Благо э-э-э… скажем, высокотехнологичная тьма Ксандра Праха вовремя уничтожила нечисть, не дав добить бедолагу.

Ранение оказалось серьезным, поэтому Майя оставалась рядом с Рунеро, применяя экстренные средства помощи из служебной аптечки, чтобы дотянуть до прибытия медиков. А когда напарника уложили на каталку и увезли в больницу, пришло время очередных неприятностей: туристы с их особенными технологиями пропали, словно и не бывало!

– Говорю вам, это все туристы, – в который раз повторила Майя, возмущенно глядя на начальника.

Магран Остерс сидел за своим столом и смотрел на нее так, будто собрался наказать за случившееся.

– Твои слова никто не может подтвердить, – напомнил он.

– А как же водитель, которого спас Рунеро? – напомнила Майя. – Ведь он видел, что нас было трое.

– Но лиц не рассмотрел, – вздохнул начальник. – И как эти якобы туристы применяли свои невероятные технологии – тоже не видел. Понимаешь?

– Да, – удрученно кивнула Майя, вскочив со стула. – Вы мне не верите!

– Сядь! – магран стукнул ладонью по столу. – И прекрати скакать по моему кабинету как горная коза. Честное слово, уже голова закружилась.

Майя послушно вернулась на место и, упрямо задрав подбородок, сообщила:

– Я могу составить их фотопортрет.

– Можешь, – согласился магран Остерс. – И составишь. Обязательно. А пока расскажи подробнее, как именно выглядел примененный незнакомцем прибор?

Майя отвернулась, расстроенно пожав плечами. Она и сама лишь краем глаза видела, но что именно, описать грамотно и внятно не могла. Ведь мужчина, который представился Ксандром Прахом, прижал ее к себе, а потом ей показалось, что тьма прямо из его ладони выбралась. Что такое он применил – осталось загадкой. Возможно, мощный артефакт, запросто расправившийся с нечистью, у него на запястье находился?

– Все так быстро случилось, что я толком не поняла, – уныло призналась Майя. – Но тот мужчина похож на боевого мага. И сильный, раз способен на расстоянии управлять артефактом…

– Может, ему помогал второй мужчина, блондин? – попытался помочь ей начальник.

– Скорее, альбинос, – кивнула Майя. – Такого один раз увидишь и уже не забудешь. Очень необычная внешность. Ксандр Прах представил его Марухом. Сказал, что он богат и путешествует ради острых впечатлений. Собирается писать книгу.

– И сделать тебя главной героиней! – весело напомнил начальник, уже дважды до этого слушавший Майин рассказ.

Она с досадой и раздражением посмотрела на маграна Остерса. Тот не выдержал и усмехнулся:

– Прости, не каждый день от тебя можно услышать подобное.

– Про книгу сказал Ксандр Прах, – возмутилась Майя.

– Которого нет в наших базах, – парировал начальник, принимаясь задумчиво постукивать пальцами по столу. – Итак, что мы имеем?

– Проблемы, – буркнула Майя.

– Да уж, – согласился начальник. – Но ничего, разберемся. Не провалились же твои писатели сквозь землю?

– Они не мои, – заметила Майя. – И писатель там только блондин. Второй сказал, что является его телохранителем и помощником. И вел себя очень нагло.

– Если мы их не найдем, всех собак повесят на вас с Кирой, – хмуро сообщил начальник. – Составь фотопортрет как можно скорее и вели разослать по всем отделениям. Пусть патрульные опросят прохожих. Время дорого.

– Есть, – кивнула Майя, поднимаясь. – Разрешите идти?

Магран Остерс махнул рукой, продолжая хмуро смотреть на лежащий на столе отчет. Там сообщалось, что в двадцать два часа тринадцать минут в городе зафиксировано три вспышки, опасность которых росла слишком быстро. А в двадцать три часа три минуты все резко прекратилось. Нечисть, явившаяся в Гарюст, буквально растворилась на глазах шокированных полисмагов и гражданских. Из деталей известно только одно: все свидетели происшествия ощутили сильный холод за пару секунд до спасения. Будто их резко погрузили в морозильник, а затем вынули оттуда.

– Что ты такое? – пробормотал магран Остерс, совершенно не представляя, кто и как мог применить оружие подобной мощи, но отлично понимая: скоро начальство спросит с него по полной. И тогда неизбежно всплывет имя Киры Тисс, ведь только она обладала гением, способным сотворить нечто подобное…

Майя тем временем зашла в каморку художников отдела расследований. Так дело должно ускориться. Одному Майя описывала того, кто представился Ксандром Прахом. Второму – Маруха. Кроме того, в помещение втиснулся еще один сотрудник для фиксации показаний о внешности неизвестных в дела, заведенные этой ночью.

– Определитесь, пожалуйста, с носом, – попросил Майю художник, рисовавший Праха. – Вы говорили, он был прямой, но с горбинкой. И закругленным кончиком?

– Как у орла, – кивнула Майя, припоминая Ксандра. – Короткий и с горбинкой, да.

С блондином было проще, в памяти девушки-полисмага отлично запечатлелись его тонкие, изящные черты лица, а вот с брюнетом вышло иначе. Стоило попытаться воссоздать его образ в голове, возникали странные ассоциации: запах цитруса и хвои, красивая нахальная улыбка, красные искры в глазах, кудри у смуглого лица и… ощущение горячих сильных рук на пояснице.

Майя не могла четко вспомнить лицо Ксандра Праха! Ее подводили сотни навязчивых эмоций, накатывающих помимо воли. В основном это было раздражение. Как она могла не запомнить лица столь опасного мужчины?! Почему не контролировала эмоции рядом с ним?!

– Орлиный нос, значит? – промямлил художник, снова стирая нарисованный прежде. И показал набросок: – Так?

Майя поморщилась, глядя на альбомный лист, с которого ухмылялся кудрявый тип с практически протертой дыркой вместо носа.

Второй художник развернул к ней портрет Маруха.

Майя радостно захлопала:

– Это он! Писатель! Вы отлично справились с задачей.

– А второй турист? – с досадой спросил явно уязвленной художник, рисовавший Ксандра.

– Ну, пусть будет так, – вздохнула она. – Укажите в ориентировке, что этот тип сопровождает блондина. Обращать внимание нужно в первую очередь на Маруха.

– Как скажете, – кисло ответил специалист, передавая свой набросок в работу.

Поблагодарив сотрудников, Майя ушла на свой пост. До конца дежурства осталось еще несколько часов…

Утро выдалось пасмурным и промозглым. Впрочем, погода полностью соответствовала настроению Майи, быстро возвращавшейся домой. Дежурство закончилось, но, увы, совершенно закономерно, что за ночь никто не опознал «туристов», уничтоживших несколько различных тварей в радиусе нескольких кварталов. Даже подомовой обход с фотопортретами не помог. А маграну Остерсу в полдень на доклад к руководству управления идти. Все это не могло радовать.

Но у дома стало еще хуже. Майю встретила соседка: госпожа Ардари стояла у подъезда, грозно уперев руки в боки, и смотрела волком.

– Вот и вы, голубушка, – сказала она, стоило Майе приблизиться. – Явились! И где это видано, чтобы девица пропадала ночами, бросив младшую сестренку дома одну.

– Сестренке восемнадцать, – устало напомнила Майя. – Она совершеннолетняя, а я была на дежурстве. Не пропадала.

– Остается только поверить вам, – ехидно пропела соседка. – Но речь о другом. У меня к вам дело.

– Это не может подождать? Я очень устала.

– А уж как я устала! – всплеснула руками Ардари. – Выходки вашей сестрицы переходят все границы. Знаете, что она учудила сегодня ночью? Молчите? Так я расскажу. Она что-то сделала с горячей водой. Трубы гудели, а затем все стихло. И вода пропала!

– Зачем вам горячая вода ночью? – вздохнула Майя.

– Моя личная жизнь никого не касается! – взбеленилась соседка. – Может я еще отчитываться перед вами должна? Что делаю, как и чем? Ха!

– Вы ничего не должны, – ответила Майя, с тоской глянув на дверь подъезда. – Как и я вам. Моя сестра не портила ваши трубы.

– Откуда такая уверенность? – прищурилась госпожа Ардари.

– У нас с вами разные стояки, – напомнила Майя. – С нашей стороны дома была реконструкция еще до покупки квартиры. Об этом указано в домовых документах. Можете проверить при случае. А Кира никак не могла испортить ваши трубы.

– Да речь вообще не о них, – отмахнулась дамочка, злобно сверкая глазами, – а о бедной пропавшей собачке. Соседи из дома напротив потеряли свою дворнягу. Белую такую, патлатую и толстую. Как ее?

– Берту? – пожала плечами Майя. – Кажется так. Но я не занимаюсь поиском пропавших животных.

– Да, вы просто уезжаете ночами и пропадаете до утра. Тьфу. А у вашей Киры, между прочим, аллергия на собаку. Это вас не смущает? Ей никогда не нравилась бедная собачка. Похоже, ваша странненькая сестрица пустила ее на свои черные опыты!

Выслушав чистой воды инсинуации, Майя с плохо скрываемым раздражением процедила:

– Кира равнодушна к животным. Уверена, она даже не заметила, что Берта вообще существует.

– Ну, конечно, что вам еще говорить? Вы, может, и в полисмаги подались, чтобы покрывать преступления сестры.

– Поаккуратнее с подобными заявлениями, госпожа Ардари, – холодно отчеканила Майя. – И дайте, наконец, пройти.

– А вы мне не угрожайте! – заявила неугомонная дамочка. – На всех управа найдется. Я вот завтра напишу в ваше ведомство, чтобы устроили проверку.

– Ваше право, – устало ответила полисмаг.

Сколько мне еще терпеть ваши выходки? – вопросила Ардари, демонстративно заломив руки. – В таких опасных условиях проживания я скоро не выдержу…

– Простите, но театра мне вчера с лихвой хватило! – раздраженно буркнула Майя и, обойдя вредную скучающую тетку, зашла в парадное.

За ее спиной продолжались гнусные инсинуации: бедную Киру обвиняли во всех существующих и несуществующих проблемах дома и самой Ардари. Соседка была в ударе с самого утра, видимо, опять мучалась бессонницей или изжогой…

Когда сестры Тисс только переехали, госпожа Ардари долго присматривалась к ним. Ходила вокруг да около, расспрашивала, что и как. А после, по всей видимости, изучив уязвимые места сестер, приступила к их выживанию с территории, которую успела присвоить за долгий срок отсутствия желающих купить соседнюю с ней квартиру. Посыпались бесконечные беспочвенные обвинения в сторону Киры. Той было все равно. А Майя, отважно спасавшая людей от любой опасности, совершенно не умела общаться со скандальными эгоистами в быту. Родители сестер были людьми добрыми и честными и не научили дочерей общаться с личностями, подобными Ардари. В итоге Майя терялась от напора соседки и каждый раз старалась идти на уступки, всячески демонстрируя, что они не враги. Увы, это работало от обратного: госпожа Ардари наглела еще больше, а ее нападки начали всерьез беспокоить Майю.

Размышляя о неприятной стычке, она забрала из почтового ящика письма и, чуть постояв у двери своей квартиры, вошла. Ей требовалось немного времени, чтобы отпустить негатив и не нести его в дом. Внутри было тихо и спокойно, как всегда.

Майя улыбнулась хоть какому-то постоянству в жизни. Бросив ключи на тумбочку в прихожей, хотела оставить там и письма со счетами, чтобы потом разобрать. Но задержала взгляд на втором конверте, где отправителем значилась «Магическая академия Гарюста, факультет высоких технологий». Майю пробрала неприятная дрожь, ноги ослабели. Еще не вскрыв конверт, она догадалась: пришло приглашение Кире на тестирование перед поступлением.

Восемнадцатилетняя сестренка обладала толикой магии и, по мнению Майи, невероятным инженерно-конструкторским талантом. А значит, по закону Кира обязана отправиться на учебу, дабы максимально развить способности. Чтобы затем служить своей стране, защищая ее от нечисти.

Быстро просмотрев остальные письма, Майя убедилась, что там счета, и облегченно выдохнула. Конечно, она опасалась за сестру, которой предстоит учиться в серьезном заведении с последующей обязательной практикой. Но Майя всегда понимала: это неизбежно. И обучение в Гарюсте, рядом с домом, показалось наименьшим злом. Кира будет приезжать по выходным, и начальник Майи потом снова примет ее на работу в их отдел. Там уже все знакомо и не страшно. И Киру знают, уважают и ценят.

Решив разобраться с текущими семейными делами позже, Майя облегченно вздохнула и прошла в комнату сестры. Осторожно приоткрыв дверь, прокралась на носочках к постели, в которой безмятежно спала Кира, поправила сбившееся одеяло и улыбнулась, радуясь возможности быть рядом.

В ходе тщательной проверки первых двух локаций в северном полушарии избранницы не обнаружили. Согласно данным оракула, идеальная женщина Ксандра – золотоволосая блондинка. Важная примета позволила сузить поиск на семнадцать процентов.

Решение обследовать по две точки каждый раз, меняя полушария, на сто процентов оправдалось. В результате первой смены полушария для обследования третьей локации цель достигнута.

Ксандр утверждает, что нашел ту самую, идеально подходящую ему женщину. Хотя главным критерием оценки идеальной совместимости служит крайне сомнительный: я это чувствую. Впервые Ксандр опирается на эмоциональное обоснование своих чувств, не подкрепляя выводов логикой, тщательным, всесторонним изучением и сбором иных, рациональных, научных доказательств. Мое мнение, что вывод, сделанный исключительно на когнитивном восприятии, может быть ошибочным, Ксандр категорически отверг. Заявил, что его тьма не ошибается. Резонанс либо есть, либо нет, иного не дано. И тысячелетия существования Прадана тому самое прямое доказательство.

Если бы у меня было чувство юмора, наверное, пришло бы время посмеяться. Ксандр, будучи самым рациональным, граничащим с параноидальной дотошностью даже к мелким, ничего не значащим деталям, ориентируется в важнейшем вопросе жизни на «я это чувствую». Парадокс.

Но время и Ксандр не ждут – мы спешим навстречу избраннице.

Сразу забрать избранницу не вышло. Она оказалась слишком самостоятельной и самоуверенной. Последнее не подкреплено ни опытом, ни возрастом, ни силовыми данными. Девушка хоть и красивая, но хрупкая и слишком доверчивая. Ксандр придумал легенду, что я писатель, а он – мой телохранитель, и она поверила. При всех недостатках избранницы Ксандр все равно восхищен ею.

Во время нашего знакомства с избранницей ситуация несколько вышла из-под контроля. Поэтому, оказав ей помощь, мы вынуждены были срочно ретироваться для уточнения дальнейшего плана действий.

Предложены три варианта.

Мой – забрать избранницу, усыпить и улететь, объяснив все позже.

Искина – на основании изучения художественного литературного творчества Ниара предложено внедриться в жизнь аборигенов, стать частью их социума и завоевать доверие избранницы, убедив в искренности своих намерений. После чего опять же усыпить и забрать с собой, позже объяснить, что похищение было ради любви.

Ксандр предложил стать частью бытовой и рабочей среды избранницы; проявить себя в качестве защитника и, став для нее важным, убедить лететь с ним к далеким звездам добровольно. То есть, лишь заручившись ее согласием, забрать с собой.

Пока взвешиваем все «за» и «против» каждого варианта. Подозреваю, встретив свою «золотую звездочку», Ксандр размяк.

Ксандр – подкаблучник. Так характеризуют на языке аборигенов Ниара мужчин, считающих, что желание и воля избранниц важнее, и предпочитающих уступать логике, ради стабилизации чувств возлюбленной. Интересное слово, зафиксировал.

К исполнению принят план Ксандра. Моя попытка анализа и понимания его разбалансированного эмоционального состояния и столь резких изменений недавно холодного, прагматичного и рационального ума ученого на поведение подкаблучника провалилась. Принял решение о применении эмпирической формы анализа.

Шпионская сеть успешно собирает и анализирует данные во всех государственных инстанциях и организациях Гарюста и республики Формус. С учетом многочисленных бумажных баз данных и архивов. Через три часа необходимая база для легализации в городе и стране в целом будет полностью готова.

Помимо сбора информации сформировали разведывательную сеть по всему Гарюсту с целью наблюдения за избранницей и городской средой.

Впервые вижу хозяина настолько взвинченным, нервным и нерациональным. Ксандр торопит с результатами анализа данных, дает непрошенные советы и мешает. Если исходить из наблюдений за чужими эмоциями, возникающие у меня ощущения соотносятся с раздражением. Так называемое опосредованное влияние избранницы Ксандра на его окружение. Это надо будет учесть в будущем.

На службу Майя шла бодро, радуясь ясной теплой погоде и утренней свежести, напоенной смолистым духом окружающей зелени. Настроение было приподнятым, поэтому ее не раздражала ни слегка перетянутая левая подтяжка, ни хлыст, ритмично похлопывающий по форменным штанам. Свежий ветерок играл ее волосами, выбивающимися из тугой золотой косы. Выразительные голубые глаза Майи, пусть и без всякой романтики, свойственной девушкам, тепло смотрели вперед, встречая новый день с верой в светлое будущее.

И оно внезапно наступило. Стоило только захотеть, как чудо свершилось.

Приблизившись к массивному фасаду здания полисмагического отдела номер три, Майя сбилась с шага, рассматривая невероятную картину: на месте шести стареньких, битых жизнью и нечистью служебных мобилей стояли новейшие модели, словно только что сошедшие с конвейера, блестящие и идеальные.

Майя постояла, ожидая, что чудное видение развеется, но новенький транспорт преспокойно сиял в утреннем свете. А ведь сутки назад на его месте жались к бордюру бедняги, которых механики отдела в сердцах называли «старыми ведрами с заклепками».

Не понимая, радоваться или насторожиться, Майя поспешила переступить порог родного отдела. И снова застыла у вертушки в холле, глядя на непривычно воодушевленных коллег, проносящихся мимо с объемными коробками. Отметившись в журнале, Майя осторожно заглянула в дежурку, откуда разносился веселый гомон. Еще бы, вместо старых табуретов, отшлифованных задами служащих, появились анатомические стулья с кожаной обивкой! За стойкой с оборудованием жизнерадостно гудел, выдавая входящие сводки, новый артефакт-самописец. Вместо старых, дребезжащих переговорных труб, торчащих из стен, на столах мигали компактные артефакты связи с кристаллами-накопителями. Такие были только в центральном управлении Гарюста, да и те появились недавно, их полгода как поставили.

– Майя! Наконец-то! – из-за стойки радостно улыбнулся Бер – один из дежурных полисмагов. Круглолицый здоровяк, с физиономией, сияющей несвоевременным для раннего утра энтузиазмом. – У нас тут, пока тебя не было, та-акое случилось! Магран тебя еще не вызывал?

Майя невольно нахмурилась. В душе тревожно заныли те самые интуиция и инстинкт самосохранения, которые не раз спасали ей жизнь. Махнув Беру рукой, она пошла в свой кабинет.

В отделе, как всегда, кипела жизнь, но уж слишком непривычно. Слышалась радостная ругань техников-артефакторов, которые восторженно толпились возле неизвестной светящейся штуковины, явно сильно их впечатлившей. Рядом «булькала» еще одна новенькая металлическая коробка с окошками, выпуская неприятные, но вполне знакомые ароматы очень важных в работе боевых магов зелий для защиты от нечисти.

Рядом со своим кабинетом Майя заметила, с какой довольной ухмылкой, склонившись над столом, с кем-то трепался один из следаков. Он держал новое средство связи с гордостью и почтением, словно медаль.

К себе Майя войти не успела – услышала из глубины коридора зычный окрик:

– Тисс, к маграну Остерсу, срочно!

Пришлось идти сразу.

Отворив тяжелую дубовую дверь кабинета начальника, Майя увидела еще одну картину невиданного преображения. Остерс, весело насвистывая, расставлял свои многочисленные папки на новеньких, солидных и крепких книжных стеллажах.

Аккуратно закрыв дверцу очередного заполненного отделения, он полюбовался своим отражением в затемненном стекле и подмигнул ему. Майя впервые видела начальство в таком благостном настроении.

Рядом с томами методичек по магическим экспертизам, сводом законов и уставом полисмагии, на различные пункты которого очень любил ссылаться в любом разговоре хозяин этого кабинета, теперь стояли фотографии в медных рамках: улыбающаяся семья Остерса, старые товарищи по академическому выпуску и сам магран в день награждения за боевые заслуги – еще молодой и лихой.

Затем, впервые за три года службы, Майя увидела не заваленный бумагами и грязными стаканами с остывшим чаем, а новый и чистый стол, отполированный и пахнущий мореным дубом, с разложенными на нем артефактами последней разработки. За столом красовалось высокое кожаное кресло с толстыми подлокотниками и валиком-подголовником, в котором наверняка очень удобно сидеть, работать, распекать нерадивых подчиненных и даже вздремнуть, чтобы набраться сил для новых свершений.

Увидев ее, Остерс неторопливо подошел к столу и с довольным «Ух!» уселся в новое кресло. Затем, явно довольный жизнью, махнул Майе рукой на новенький мягкий стул напротив, предлагая сесть. И как только она осторожно приютилась на самом краешке, начальник ехидно выдал:

– Тисс, стулья не кусаются. И не хмурься. А то морщины быстро появятся.

– Ничего страшного, я себя любую люблю, – парировала Майя, несколько озадаченная обстановкой, невольно осматривая обновленный кабинет начальника.

– Нарциссизм к хорошему не приводит, – иронично произнес Остерс и, заметив, как недоверчиво подчиненная сощурила голубые глаза, перешел к делу: – Полагаю, ты удивлена переменам?

– Не представляете насколько, – кивнула Майя. – Откуда все это роскошество?

– От твоих туристов! – поразил ее Остерс, наслаждаясь произведенным эффектом. – Тех самых, которых мы всем отделом всю ночь по всему Гарюсту искали. И не нашли! А они вчера сами явились. Ха! Как только ты ушла с ночного дежурства домой, мне сообщили, что господин Марух – кстати, один из богатейших промышленников своей страны, название которой, правда, ловко умолчал, – прибыл поговорить. Знаешь, что было потом?

– Подали жалобу? – уныло предположила Майя.

– Нет! Пели дифирамбы о том, как восхищены тобой, отважной девушкой-полисмагом. Между перечислением твоих многочисленных заслуг и достоинств мимоходом сообщили, что господин Марух потерял вкус к жизни. Поэтому врач посоветовал ему отправиться в путешествие и найти интересное занятие. По душе! Вот этот богатый страдалец и решил, что в дороге увидит много всего, запомнит и напишет бестселлер! – начальник усмехнулся, словно выдал отличную шутку.

Майя продолжала сидеть в напряжении, и магран уже серьезно пообещал:

– Сейчас тоже повеселишься! Этот Марух всерьез решил, что прообразом его главной героини станешь ты. Короче, очень убедительно говорил, как понаблюдает за твоей работой и перенесет на бумагу. Создаст нечто бессмертное. Даже привел массу статистических данных и шедевров мировой литературы. Представляешь, сколько предварительной работы проделал ради одной книги? Под конец нашей беседы у меня уши в трубочку свернулись от этой статистики, а в голову будто ваты напихали. В общем, твои туристы…

– Они! Не мои! – чуть громче, чем стоило, напомнила Майя, с трудом вставив свой ржавый пятак в ироничную речь начальника.

– Даже спорить не стану, – отмахнулся Остерс. – Теперь они точно стали нашими общими. Всем отделом, можно сказать, душой к ним прикипели.

– Не поняла, – покачала головой Майя.

Начальник довольно улыбался, сложив руки на животе. Затем обвел свой кабинет гордым взглядом и счастливо сообщил:

– Представляешь, этот Марух сказал, что они с телохранителем кругом перед тобой виноваты: дескать, напугали, доставили массу хлопот и тому подобную дичь несли. Потому хотят загладить вину.

Майя пожала плечами, показывая, что еще не добралась до сути.

– Ну и загладили! – подытожил магран. – Видишь, стеллажи, артефакты, новую мебель? А мобили у входа? Это все они! Еще и договор дарения заранее у городского поверенного оформили…

– Они подарили отделу новую технику, мебель и мобили? – повторила Майя, осознав размер вины.

– Эти богачи – настоящие чудики, – кивнул начальник. – Как тебе такое?

– Скажите пожалуйста, – попросила Майя, подаваясь вперед, – с их, так сказать, явкой с повинной ко мне все вопросы отпали?

И ей очень не понравилось, как Остерс прочистил горло и перевел тему в другое русло:

– Ты оказалась права, Тисс: оба туриста весьма интересные и необычные личности. Только запамятовала сообщить, что у них такая кошмарная давящая энергетика, что рядом с ними даже дышать трудно, не то что целый час в одном кабинете провести. Чуть меня не заморозили…

– Заморозили? – удивилась Майя.

– До сих пор озноб пробирает, – признался начальник.

Майя задумалась, вспоминая свои ощущения рядом со странными залетными туристами, но ничего столь выдающегося не нашлось. Она даже плечами пожала:

– Мне скорее жарко было. В тот момент рядом с нами собиралась толпа пожирателей теней. Сами понимаете, было не до анализа чужой энергетики. Тем более, мы всего пару минут и пробыли вместе…

– Ну да, ну да. Хотя мне и минуты с лихвой хватило ее прочувствовать, – не поверил Остерс. – А как тебе уши телохранителя нашего безутешного писателя?

– Уши? – опешила Майя. – А что с ними не так?

– Они длиннее обычных, еще и с острыми кончиками.

Нахмурившись, Майя опять углубилась в воспоминания, но припомнила лишь мягкие волны волос. И красные искры в глазах…

Начальник тем временем заговорил снова:

– Когда этот Ксандр Прах заметил мой интерес к его необычным ушам, опять же мимоходом обмолвился, что они стали такими из-за какой-то неудачной разработки его хозяина, господина Маруха. Оказывается, любит тот бледный тип проводить опыты на подчиненных. Представляешь?

– Если честно, с трудом, – призналась Майя.

– Кстати, и сам этот писатель крайне необычный. Видимо, и на себе экспериментировал… неудачно.

Удивляться Майя уже устала, поэтому лишь нервно улыбнулась, ожидая очередных новостей:

– В каком смысле?

– Двигается как змея, словно у него нет костей. Откровенно сказать, за час в их компании я чуть не свихнулся. Из-за убийственной энергетики Праха казалось, что мне в затылок дышит смерть. А от якобы несчастного бледного писателя с его змеиными повадками и мертвыми глазами волосы стояли дыбом.

– Может, вам показалось? – осторожно спросила Майя не в силах поверить маграну.

Тот сухо усмехнулся:

– Как и всему нашему отделу с десятком магов и битыми жизнью следаками, привыкшими рисковать жизнью?

– А они тут причем?

– При том, Тисс, что пока не доставили вот эти «извинения», – магран повел рукой, указывая на подарки, – большинство наших парней искренне считало, что загадочная парочка туристов – это какая-то высшая форма нечисти. Поскольку как-то иначе объяснить их жуткую энергетику, вызывающую холод, чувство паники и приближение смерти, было сложно.

– А после доставки мебели и артефактов приемлемое объяснение сразу нашлось? – ехидно уточнила Майя.

– Нечисть бы вряд ли позаботилась о комфорте своих врагов, – привел железный довод Остерс.

– Конечно-конечно, – рассмеялась Майя.

– Обсудив ситуацию, мы решили, что оба туриста просто очень сильные маги. И, похоже, история про опыты, которые так негативно на уши и пластику влияют, не выдумка, а правда.

– Часто самое простое объяснение – самое верное, – кивнула Майя.

Хотя у нее никак не укладывалось в голове: чтобы магически одаренные граждане чужой страны дарили столько добра в качестве простого «простите»? Извините, подвиньтесь. Но ведь именно их «неудобство» спасло ее, Рунеро и толпу театралов с труппой от тварей. Это город и отдел были обязаны якобы туристам, а не наоборот. Но туристы почему-то решили иначе.

– Что скажешь? – поинтересовался Остерс.

– Согласна с вами, они очень странные. Но рада, что все завершилось так… выгодно для отдела и Гарюста в целом, – дипломатично ответила Майя и с надеждой уточнила: – Я могу идти работать?

– Нет. Мы еще не закончили разговор, – Остерс с удовольствием потянулся в новом кресле. До хруста. А затем огорошил: – В обмен на свою щедрость они попросили нашего содействия в необременительном, в общем-то, занятии. И получили от меня разрешение сопровождать тебя. На вызовах и в расследованиях. При магических возмущениях. И…

– Чего? – голубые глаза Майи широко распахнулись от изумления, но тут же сузились до яростных ледяных щелок. – Это исключено! И опасно! Магран Остерс, в конце концов, наша служба не прогулка по бульвару! Нянькаться с гражданскими во время зачистки, даже сильными магами, – хлопотно и рискованно!

– Я тебя не спрашивал, а уведомил как твой начальник. Приказал. – отрезал Остерс. Веселые нотки исчезли из его голоса, сменившись металлом. – Их сопровождение и в твоих интересах!

– И в чем же будет заключаться польза сотрудничества с ними лично для меня? – мрачно уточнила Майя.

– Ты забыла о Кире? – сухо спросил Остерс. – Так я напомню. Наши щедрые, но очень необычные туристы применили неизвестные нам артефакты самого разрушительного свойства. Рассказывать о них они отказались. При этом в центральном управлении, да и некоторые в нашем отделе по-прежнему думают, что зачистка театра – дело рук Киры с ее новой разработкой. К чему такие думы могут привести, ты знаешь! Так что в ваших с сестрой интересах отвести от нее подозрения в излишней гениальности и повесить все на туристов. Ну?! Поняла?

Майя печально кивнула.

– Я не сомневался, что ты пойдешь навстречу, – продолжил магран. – Нашему отделу иностранцы подарили технические новинки, приобретенные в нашей столице. Откуда только такая скорость доставки? Непонятно. Да и вообще, вопросов о-очень много. Поэтому нам необходимо втереться к ним в доверие, чтобы выведать, какие технологии они применили в театре. И по возможности узнать о других, что у них наверняка имеются. Это мой приказ и твоя первостепенная задача. Ясно?

– Так точно! – ответила Майя.

– С сегодняшнего дня у тебя свободный график. Выбираешь подходящие дела и выезжаешь на вызовы на свое усмотрение.

– Хоть что-то хорошее в этом темном деле, – проворчала Майя.

– Смени угол зрения, Тисс! Посмотри на дело как на интересное, интригующее и важное для твоей семьи, – с улыбкой посоветовал Остерс, покачиваясь в новом кресле.

Смысла продолжать разубеждать его дальше не было, поэтому Майя спросила:

– Я могу идти?

– Иди.

Девушка коротко кивнула и встала, но в этот момент Остерс, поморщившись, добавил:

– Тисс…

– Да, магран?

– По возможности держи их подальше от нашего отдела. А то они негативно влияют на работоспособность и моральный дух моих служащих.

– А я, значит…

– А ты их не почувствовала, так что иди работай, – отмахнулся Остерс, предлагая ей убраться с глаз долой.

– Так точно, – буркнула Майя и вышла, аккуратно закрыв дверь, вопреки желанию громко хлопнуть.

Полисмаг Тисс злилась. Ее, можно сказать, продали, как корову на ярмарке. За мебель, артефакты и мобили. Еще и выпнули из отдела, чтобы другим было комфортно. Она никогда не чувствовала себя настолько злой и… беспомощной одновременно.

Чтобы не видеть радостных сослуживцев, получивших новые «игрушки», Майя решила закрыться в своем кабинете и спустить пар в одиночестве. Да хоть переломать там что-нибудь из казенного имущества. Но застыла на пороге с открытым ртом…

Вместо аскетичной комнатки с пыльным серым тюлем на окне и скрипучим столом, перед ней красовался кабинет преуспевающего богатого холостяка. Пол, застланный ковром, ласково принявшим в новенькие объятия ее потертые форменные ботинки, откровенно радовал вместе с великолепным кожаным диваном, тоже заманивающим и посидеть, и прилечь. Да еще и дополненный полированным столиком для чаепития со спиртовкой, блестящим чайником, новыми чайными парами и хрустальной вазочкой с горкой шоколадного печенья, посыпанного орешками.

На ее новом рабочем столе, сменившем рухлядь с отслоившейся краской, что стояла здесь еще сутки назад, теперь лежат несколько артефактов: для связи, для опечатывания помещения и даже миниатюрный самописец для заполнения отчетов. А на окне приветливо колыхнулись от сквозняка легкие бежевые льняные шторы.

Майя шумно выдохнула сквозь сжатые зубы. Ярость бурлила в груди, смешиваясь с каким-то незнакомым, щекочущим нервы чувством. Она резко обернулась, проверяя нет ли в коридоре кого из сослуживцев. Там было пусто, только слышался далекий смех Бера в дежурке.

Взгляд хозяйки обновленного кабинета невольно лег на вазочку с печеньем с аппетитной шоколадно-ореховой глазурью. Слишком соблазнительным, когда испорченное настроение нужно срочно хоть чем-то улучшить. Заесть. Крадучись, сама себя стыдясь, Майя прошла по мягкому ковру к столику и осторожно, словно печенье могло исчезнуть, взяла одно. Сунула в рот и блаженно прикрыла глаза: на языке разлилась целая палитра разных вкусов, отчего у нее невольно вырвался стон удовольствия.

– Ум-м-м…

Спохватившись, она сердито сдвинула брови и, торопливо пережевывая, подошла к новому креслу. Опустилась в него и почти утонула в мягкой, обнимающей упругости. Это было божественно. За дверью послышались шаги, и Майя тут же приосанилась, сделав вид, что изучает старенький браслет связи на запястье. Шаги стихли, позволив ей выдохнуть и расслабиться.

Уже по-новому оглядев кабинет, Майя невольно улыбнулась и проворчала скорее для порядка:

– Обменяли меня, боевого мага, за бесценок.

Постукивая пальцами по мягкому подлокотнику, полисмаг демонстративно сердито глянула на новейшие артефакты. В следующий миг ей захотелось немедленно изучить их, отодвинув злость на потом, для более важного случая. На душе уже теплело в предвкушении чашки горячего чая, которую можно выпить прямо в кабинете, устроившись с ногами на новом диване. И съесть второе божественного вкуса печенье и третье… Комфорт брал свое, а бороться с ним куда сложнее, чем с любой нечистью.

После службы Майя решила навестить напарника в больнице. По пути она купила несколько фруктов и свежеиспеченных пирожков, которые он очень любил. Их с Рунеро смены совпадали чаще, чем с другими сотрудниками, поэтому со временем они стали больше напарниками и сдружились.

Всю дорогу до больницы у Майи чесались лопатки, словно кто-то сверлил ее спину настойчивым взглядом. Но интересантов или слежку она не заметила, хотя несколько раз применила безотказные ранее уловки. Внутреннее напряжение не отступало, интуиция буквально кричала: что-то не так!

Поговорив с врачом о состоянии напарника, Майя постучала в палату, куда его положили, и, получив разрешение, вошла.

Рунеро болел в одиночестве. Лицо бледное, нижняя половина тела под одеялом, а верхняя – в пропитанных восстанавливающими зельями бинтах. Майя нашла, что выглядит раненый друг неважно, но его карие глаза радостно вспыхнули, когда увидел ее.

– Ну здравствуй, болезный. Как ты тут? – с улыбкой спросила Майя.

– Отлично! Тем более, чую, что заботливая напарница принесла что-то вкусное, – голос у Рунеро был хриплым, больным. – Это то, о чем я думаю?

Под его одобрительным взглядом Майя выложила гостинцы на тумбочку рядом кроватью. И один пирожок сразу дала страдальцу. Сев на стул в его ногах, она с сочувствием спросила:

– Когда обещают отпустить?

Насладившись первым кусочком пирожка, Рунеро с тяжелым вздохом ответил:

– Говорят, мне невероятно повезло… с напарницей. Ты меня в последний момент спасла от этих тварей. Поэтому я тут еще недельку проваляюсь, а потом выпишут домой еще на неделю постельного режима.

Поморщившись, Майя виновато призналась:

– Увы, твоим спасителем была не я, а двое залетных туристов с каким-то неизвестным артефактом.

Дальше она в подробностях рассказала, как все было и что ей навязали в связи с этим событием.

– Интересно, что ему от тебя надо? – нахмурился Рунеро. – Думаешь, хочет выведать какие-то наши секреты? Или личный интерес?

– Точно не второе, – усмехнулась Майя. – Если бы ты видел наш отдел! Прямо процветающая частная адвокатская контора столичного разлива. Туристы не поскупились, чтобы подмазать провинциальных полисмагов.

– Но в сопровождающие они попросились именно к тебе, – напомнил Рунеро. – И как он тебе?

– Болтливый и наглый! – раздраженно буркнула Майя.

– Ну, богачи все наглые…

– Я про его телохранителя, – смутилась Майя. – Он представился как Ксандр Прах. А потом играючи разобрался с нечистью. Это было невероятно, даже не знаю, как описать!

– Ну для начала попробуй с его внешности, – улыбнулся напарник. – Страшный мужик, наверное?

Майя тут же припомнила мягкие кудри волос, четко очерченные губы, красные искры в зеленых глазах…

– Страшный, – согласилась она, отведя взгляд.

– А сам богач? – не унимался Рунеро.

– Господин Марух, как по мне, вообще похож на бесчувственные счеты с костяшками: три вправо, три влево, стоимость такая-то, – хмурясь, пояснила Майя.

Накрыв ее руку своей сухой горячей ладонью, Рунеро, лукаво усмехнувшись, переспросил:

– То есть один – страшный и наглый, а второй – бесчувственный счетовод?

Майя уже знала этот многозначительный взгляд. Они с напарником давно прикрывали спины друг друга. И подоплеку его двусмысленного вопроса Майя уловила: Рунеро намекнул, что особенно ярко она оценила внешность и поведение Праха, а его спутник ее вообще никак не зацепил.

– Не неси чушь! – возмутилась Майя, испытав новую порцию смущения. – Знаешь, что?

– Знаю, Тисс! Знаю тебя как облупленную. Поэтому можешь не пытаться прожечь меня взглядом! – расхохотался Рунеро, но быстро закашлялся и побледнел.

– Ну вот, насмешник, дошутился! – расстроилась Майя и спешно подала ему стакан с водой.

Напившись, Рунеро сказал:

– На самом деле я за тебя волнуюсь. Будь осторожна. Ты никогда не отличалась особой доверчивостью к людям, вот и сейчас не ведись. Эти туристы действительно странные. Понять бы, чего они хотят… Ладно, расскажи, что там за обновки в отделе? Мне тоже перепало?

Майя рассмеялась.

Посидев с напарником еще немного и обсудив пару важных дел, по которым они пересекались в расследованиях, она ушла.

Но, свернув на свою улочку, Майя отпрыгнула в сторону: навстречу ей вылетел грузовой мобиль, доверху заполненный мебелью и баулами. Пара секунд – и мобиль резко, с визгом шин остановился, затем чуть сдал назад и встал рядом с ошеломленной Майей. Из окна кабины высунулась госпожа Ардари и, окинув Майю торжествующим взглядом, довольно выдала:

– Наконец-то я от вас избавилась! От обеих!

– В каком смысле? – напряглась Майя, решив, что злобная соседка накатала на них с Кирой жалобу в городскую управу и отдел полисмагии. – Что вы сделали?

– Я?! Ничего! Но какой-то лопух вчера утром купил мою квартиру за бешеные деньги с условием освободить ее за сутки. – Госпожа Ардари победно расхохоталась. – Носит же земля таких странных личностей! Хотя после вас с сестрой, думала, уже ничему не удивлюсь. Ну так вот, я сразу же купила красивый дом с садом в предместье Гарюста. И навсегда уезжаю из вашего клоповника. Удача любит порядочных людей!

– Поздравляю, – хмуро выдавила Майя.

– Да, кстати! – припомнила соседка. – Про Киру я ему ничего не говорила, чтобы не отпугнуть дурачка от сделки. Пускай твоя странная сестричка станет неприятным сюрпризом. Но вы больше не моя проблема. А этого богатенького лопуха! Ха-ха! Ладно, прощайте!

Скрипнув зубами от злости, Майя смотрела вслед доверху забитому барахлом грузовику. Терзавшие ее нехорошие предчувствия стали обретать вполне себе реальные очертания. Смена жильца на общей площадке – не к добру! Неизвестный богатый покупатель клоповника, как назвала свою квартиру Ардари, очень насторожил Майю. В чем ценность и уникальность соседской квартиры, раз ее выкупили столь быстро и по непомерно завышенной стоимости?

Пока Майя поднималась по лестнице на третий этаж, ее прошиб холодный пот вместе с мыслью: «Это шпионы, охотящиеся за гением Киры! Хотят убедиться, что она уникальный инженер-конструктор, хоть и с минимальным магическим даром».

– Посторонись! – раздалось зычное требование с верхней площадки.

Мимо нее прошла группа рабочих в униформе различных торговых домов. Одни несли огромные рулоны использованного картона и упаковочной бумаги, другие – пустые коробки, третьи – непонятные конструкции, но явно для транспортировки чего-то тяжелого и крупногабаритного.

Проводив их растерянным взглядом и постояв с минуту, осмысливая увиденное, Майя продолжила подниматься с четким намерением познакомиться с соседом-лопухом.

Дверь соседней квартиры открылась после первого звонка. И Майя уставилась на «лопуха» в стильном черном костюме и домашних кожаных тапочках, Ксандр Прах с надкушенным яблоком в руке смотрел на новую соседку с радостным умилением. Майя внимательно окинула взглядом его медную кудрявую шевелюру, заглянула в лукаво поблескивающие глаза, в которых снова слегка искрило красным, рассмотрела, наконец, вполне симпатичный нос и чуть задержалась на красивых, четко очерченных губах. Затем, припомнив слова начальника, подняла взгляд на уши Праха. Действительно необычные, вытянутые кверху, с острыми кончиками.

Поймав себя за завороженным разглядыванием невероятно харизматичного мужчины, Майя еще сильнее разозлилась. Поэтому, вместо приветствия, сообщила, не скрывая недовольства:

– Это уже за гранью! Вы меня преследуете, господин Прах! Нарушаете личные границы! Сперва подкупили мое начальство и сослуживцев, теперь эта квартира? Что дальше?

– Здравствуйте, прекраснейшая Майя, – промурлыкал в ответ Ксандр. – Ну что вы? Какое преследование? Мы же не маньяки какие-то… Просто господин Марух хочет быть ближе к своей Музе. Вдруг накатит вдохновение и тогда он быстрее напишет свой бестселлер? Вам же будет лучше.

– Знаете, как это называется? – громко возмутилась Майя.

– Счастливый поворот судьбы? – улыбнулся Ксандр, ослепив ее неожиданно мягкой обаятельной улыбкой.

– Прекратите паясничать! – Майя сжала кулаки.

– Хорошо, – сразу согласился он. И примирительно добавил: – Ну что вы хотите от богатого самодура? Будьте к нему хоть чуть-чуть благосклоннее, прошу вас.

Моргнув пару раз, Майя ехидно уточнила:

– А ваш наниматель знает, как вы его называете?

– Знает, – ни капли не смутился Ксандр. – И принимает все как есть. Ему нравится быть неординарным.

В следующий миг Прах отступил в сторону и щедро предложил:

– Кстати, не хотите взглянуть, как мы всего за один рабочий день изменили этот склеп?

Майя колебалась лишь мгновение. Раз ей поручили втереться к ним в доверие, чтобы разведать про новые артефакты, надо воспользоваться предложением. Заодно убедиться, что туристы не шпионили за Кирой. Вдруг они на иностранные магические академии, а равно правительства, работают? Подобное следует пресечь на корню.

Неуверенно пройдя в квартиру мимо Ксандра, Майя невольно прислушалась к себе. Но ничего негативного, о чем рассказывал Остерс, не почувствовала. Наоборот, ее будто теплым воздухом окутало и запах этого мужчины показался очень… вкусным что ли. Даже сложно подобрать слова, чтобы описать свои ощущения.

Соседская квартира действительно преобразилась – оказалась удивительно просторной, светлой и свежей. В обновленном жилье витал смолистый запах новой мебели, шерстяных ковров и еще чего-то очень аппетитного. Ничего лишнего, но вполне комфортный и уютный интерьер. Майя отметила множество разнообразных, но незнакомых артефактов, которые давали мягкий свет, и, скорее всего, именно один из них освежал воздух.

– Действительно, перемены разительные, – задумчиво признала Майя.

В этот момент из кухни вышел господин Марух в нереально белоснежном фартуке, надетом поверх явно дорогого серого костюма, похожего на тот, в котором был в театре. И на ходу что-то записывал на уже знакомом продолговатом планшете-артефакте металлической штуковиной, которую Майя про себя назвала карандашом-артефактом. Марух совершенно не изменился с их первой встречи: такой же белокожий и беловолосый, с жутковато сияющими синими безразличными глазами.

Подняв глаза на гостью, он спросил бесстрастным, ровным голосом, каким объявляют расписание дилижансов на станции:

– Что такое рыба в маринаде?

– Рыба в сладком соусе, – не задумываясь, ответила она.

– Сладкая рыба? – поморщился Марух.

– Нет, вкусная и пикантная, – ответила Майя. – Главное, приготовить с умом.

Она почти вживую ощутила обжигающий взгляд сбоку, скользнувший по ее груди… шее… лицу. Резко повернув голову, Майя поймала Ксандра за изучением ее скромной персоны. И глаза его при этом пылали алым. Пару секунд он сверлил ее жутким, голодным взглядом хищника, потом моргнул и цвет глаз изменился на обычный зеленый. Но в их загадочной глубине все равно мерцали искры.

– Кто вы? – хрипло спросила Майя, не в силах скрывать подозрения. – Нечисть?

– Два отклонения от привычной ниарцам статический нормы не могут являться гарантированным признаком инаковости, – раздался бесстрастный ответ Маруха.

– А четыре? Ведь вас двое… таких необычных… – тихо пробормотала она, пятясь к входной двери.

– Четыре не могут считаться допустимым искажением статистики, – услышала Майя, вскинув удивленный взгляд на честного и любознательного писателя. – Даже два отклонения должны вызвать обоснованные вопросы и сомнения в ошибочности расчетов и выводов, четыре – уже закономерность.

– Господин Марух, вы пугаете нашу прелестную гостью, – многозначительно произнес Ксандр.

– Нет. Мой поведенческий анализ говорит, что ее испугал ты. Моя же откровенность ее удивила, не более.

– Да вы маньячины! – выдохнула Майя и рванула прочь из квартиры.

Оказавшись на более безопасной площадке этажа, она обернулась и вздрогнула. Оба мужчины стояли у порога своей квартиры и попыток вернуть ее обратно не делали.

– Мы не с того начали! – примирительно заявил Ксандр, чуть разведя руками, демонстрируя некую открытость. – Мы жаждем сотрудничества и…

Майя не выдержала, язвительно выдав свои опасения:

– Знаю я, чего вы жаждете. Услышали про мою гениальную сестру и явились в Гарюст, чтобы уговорить Киру переехать в вашу страну. Конечно, магов все меньше, а проблем с дестабилизацией все больше. Такая, как она, в хозяйстве всегда пригодится, да? Вот только фиг вам, а не Кира.

– Это ошибочное суждение, – сухо констатировал Марух.

– Давайте обсудим все по-человечески, – предложил Ксандр.

– Знаете что?! – воскликнула Майя и, отринув сдержанность и такт, выдала длинную речь на жаргоне лавочников с ближайшего овощного рынка, которые, используя лишь названия своего товара, создавали заковыристые речевые обороты, передавая оскорбительную суть, но не были общепринятым ругательством.

– Чувствую, меня оскорбили и послали, но пока не понял, кем и куда! – весело отозвался Ксандр.

– И доказать это не получится, – кивнул Марух, а потом обратился к Майе, сосредоточенно тыкая карандашом в планшет: – Повторите, пожалуйста, последние два с половиной предложения, я не успел дословно записать.

У Майи дернулось веко. Она растерянно пискнула:

– Записать? Зачем вам это записывать?

– Мне доктор посоветовал вести письменные наблюдения за тем, как проявляют эмоции другие. В качестве терапии бесчувственности. А вы сейчас продемонстрировали высокую степень проявления эмоций и выразили их словами. Вышло интересное сочетание чувств и слов. Думаю, доктору понравится.

Ответить Майя не успела. Дверь ее квартиры со скрипом отворилась и в коридор вышла Кира, весьма удивленная происходящим:

– Майя, я впервые слышу, чтобы ты на кого-то повышала голос. Что происходит?

– Хм, приятно быть хоть в чем-то первым у такой красивой женщины, – заявил Ксандр, широко улыбнувшись.

Кира была в домашнем фланелевом комбинезоне, с широкими лямками, в желто-коричневую клетку, и белой майке. Босая и лохматая – волосы она заплетала накануне вечером.

Не разделив веселый настрой Ксандра, Майя напряженно попросила сестру:

– Пожалуйста, вернись домой.

Однако Кира заинтересовалась новыми соседями и босыми ногами прошлепала прямо к ним! Беглым равнодушным взглядом прошлась по Ксандру, а затем все свое внимание сосредоточила на Марухе, который тоже ее разглядывал. Осмотрев Маруха, словно это был фонарный столб, Кира уставилась на пишущие артефакты в его руках: светящийся мягким голубоватым светом планшет и тонкий карандаш.

– Нет, Кира! – успела шикнуть Майя, уже зная, что будет дальше.

Кира молча потянулась к незнакомой технической диковинке.

Увы, Майя знала, что сестра просто не способна пройти мимо чего-то интересного, по ее мнению. Уже взрослая, совершеннолетняя девушка в такие моменты вела себя хуже капризного ребенка. Однако Марух не позволил ей забрать свой артефакт, ровно уведомив:

– Это не для посторонних.

Мгновение-другое Кира задумчиво хмурилась, а затем протянула ему руку для рукопожатия:

– Привет, я Кира Тисс, сестра Майи. Теперь мы не посторонние. Дай посмотреть эту штуку.

Майя ошеломленно наблюдала, как Марух осторожно пожал узкую ладошку сестры, затем деактивировал свой артефакт и протянул его Кире.

– Спасибо, – меланхолично поблагодарила Кира, благодаря неустанным стараниям сестры, напоминавшей обязательно отвечать за чью-либо помощь и любезность, и занялась изучением неведомой иностранной штуковины.

Майя изумленно смотрела на младшую сестру, очень избирательно подходившую к любому общению. К тому же она терпеть не могла чужих прикосновений. А тут сама руку протянула! Нонсенс. Майя хотела привычно извиниться за ее поведение, да так и захлопнула рот, вытаращившись на диво дивное: Марух смотрел на Киру странным, потеплевшим взглядом, в котором читался нескрываемый интерес.

Между тем предмет его внимания довольно быстро разобралась с активацией артефакта и теперь методично тыкала по нему пальцем. Когда в нем что-то пискнуло, Марух быстро, но достаточно вежливо забрал у Киры чудо-игрушку:

– Позвольте я верну свою вещь. – И флегматично посоветовал: – Идите домой. И не ходите больше босиком. Простудитесь или ноги испачкаете.

Глядя на хмуро сдвинувшую брови и явно расстроенную Киру, Майя тяжко вздохнула, обратившись к владельцу вожделенной «игрушки»:

– Господин Марух, продайте нам, пожалуйста, ваш артефакт.

– Он не продается, – ответил тот в своем невозмутимом стиле.

Разгореться спору не позволил Ксандр. Улыбнувшись Майе, он безапелляционно уточнил:

– В котором часу вы завтра за нами зайдете?

– Зачем? – растерялась Майя.

– Чтобы сопровождать вас на службу, разумеется. Бестселлер сам себя не напишет. Ему требуется главная героиня и ее боевые подвиги, – снисходительно пояснил Ксандр.

– Ну конечно, как я могла забыть о вашем шедевре. Особенно когда за него столько заплатили, – саркастично протянула Майя. – Будьте готовы к восьми утра.

И подхватив недовольную сестру под локоть, увела ее домой.

Стоило двери захлопнуться за ними, Кира даже не попросила, а привычно потребовала:

– Мне нужен его артефакт.

– Поверь, его артефакты нужны не только тебе, но и всему нашему отделу, – спокойно ответила Майя, раздраженно скинув обувь в прихожей, и направилась на кухню. – Ты ужинала?

– Нет. Я хочу ту штуку.

– Тогда пошли есть.

– Нет. Мне нужен этот…

О непоколебимой упертости Киры в достижении цели Майя знала не понаслышке. Тяжело вздохнув, она сдалась:

– Ладно, я что-нибудь придумаю, чтобы выпросить у него эту штуку. Но не сейчас!

Кира сузила ярко-голубые глазищи, такие же как у сестры:

– Обещаешь?

– Обещаю постараться.

Кира удрученно вздохнула, а потом неожиданно добавила:

– Тебе не стоит их бояться. И кричать тоже не надо. Светлый к тебе ничего не испытывает. А кудрявый – восхищается.

– Тобой? – напряглась Майя, возвращаясь к теме шпионов.

– Нет, – ответила сестра, ткнув в Майю указательным пальцем.

– Уверена? – переспросила Майя.

Кира, никогда не ошибавшаяся в чувствах других, лишь закатила глаза и пошла мыть руки.

Майя покорно покачала головой, думая о странной превратности судьбы: дар эмпата, хоть и слабенький, достался ее обделенной эмоциями сестре. Накрывая на стол, Майя с минуту размышляла, что делать с новыми сведениями, но в итоге решила оставить все как есть. По крайней мере, пока.

Завоевание избранницы Ксандр проводит по методичке диверсионно-разведывательных групп. Никогда бы не подумал, что моему хозяину, гениальному и богатейшему праданцу галактики, потребуются подобные ухищрения, чтобы добыть себе желанную женщину. Тем более излишне эмоциональную, подозрительную и напряженную.

Хуже того, следящий за избранницей дрон позволил подслушать, как она восприняла нас при первой встрече. Я понравился ей намного больше. Она отметила мой холодный, рациональный подход к жизни, а хозяина назвала страшным. Ксандр в недоумении и часто изучает свое отражение, словно впервые видит. Наверное, крайне удивлен таким поворотом. Я – нет. Моя внешность, естественно, гораздо более привлекательна, ведь раса аурос наделена идеальной симметрией и пропорциями черт лица и фигуры, но Ксандру до этого понимания нужно дойти самому. Высока вероятность развития у него психологической травмы. По возвращении домой дам хозяину контакты своего психолога.

Приписка капсом:

У ИЗБРАННИЦЫ КСАНДРА ОБНАРУЖИЛАСЬ РОДНАЯ СЕСТРА: НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД, ДОСТАТОЧНО УМНАЯ, НАБЛЮДАТЕЛЬНАЯ И УМЕРЕННО СДЕРЖАННАЯ. ВНЕШНОСТЬ БЕЗ ИЗЪЯНОВ. НА МОЙ ОБЪЕКТИВНЫЙ ВЗГЛЯД, КСАНДРУ СТОИТ ПРИСМОТРЕТЬСЯ ИМЕННО К НЕЙ.

Майя до позднего вечера уговаривала себя, что компания двух навязанных ей иностранцев не особо помешает работе. Подумаешь, небольшая обуза? Она и не с такими проблемами справлялась. Однако, вместо того чтобы лечь и уснуть, планировала дела на завтра. Наконец ей в голову пришла прелюбопытная мысль, как с выгодой для дела использовать подвернувшихся магов-туристов.

В результате утром она оделась как гражданские и постучала в соседнюю квартиру уже гораздо более склонная к общению. И, мысленно корректируя рабочий план на сегодня, усмехнулась. Но как только дверь распахнулась, Майя слегка растерялась, ослепленная широкой белоснежной улыбкой Ксандра, приветствовавшего ее легким поклоном:

– С добрым утром, о прекраснейшая из ниарцев!

Майя невольно оглянулась в поисках «прекраснейшей», но, кроме нее, на площадке никого не было. Повернувшись к сияющему словно начищенный чайник Ксандру, она, чувствуя себя неловко, буркнула:

– С добрым утром, господин Прах. Как и договорились, я за вами.

Тем не менее, Ксандр не сдвинулся с места – пристально и внимательно изучал Майю, пока его темно-коричневые брови не поползли на лоб в недоверчивом удивлении:

– Как вышло, что такая яркая, талантливая и красивая девушка, как вы, не привыкла к мужским комплиментам?

У талантливой и красивой Майи от смущения порозовели скулы, выдав ее чувства с головой. Скрипнув зубами, она натянула на лицо маску скучающего недовольства и сухо сказала:

– Зовите своего писателя, времени на болтовню нет, мне на службу пора.

– Приветствую вас, госпожа Тисс, – прозвучал из-за спины Ксандра голос второго соседа и в следующий момент он предстал перед Майей.

– С добрым утром, – кивнула девушка-полисмаг, хмуро осмотрев обоих мужчин.

Они уже полностью собрались выйти из дома, безупречные до… неприличия. Марух предпочел серый, строгий костюм-тройку с рубашкой в тон, явно позволив себе «вольность», оставив расстегнутыми две верхних пуговицы. Взгляд девушки особенно привлекли его непривычного вида легкие ботинки на толстой подошве и наверняка дорогостоящие и сложные артефакты на запястьях, не поддающиеся идентификации и почти скрытые рукавами. И вот вроде бы ничего вычурного в одежде писателя не нашлось, костюм самого ненавязчивый цвета. Но разве может затеряться в толпе высокий худощавый мужчина с невероятно синими глазами, светлыми волосами и белой кожей лица и крепкой шеи, видневшейся в расстегнутом вороте рубашки?

Зато Ксандр, впрочем, как и в предыдущие два раза, оделся стильно, даже несколько вычурно. С головы до ног в черном: ретросюртук, прямые, слегка облегающие мускулистые ноги брюки, рубашка, шейный платок и необычные ботинки, похожие на обувь писателя, тоже черные. Однако всю эту нарочитую «тьму» разбавляли медно-рыжие волосы и яркие, умные, выразительные глаза болотного цвета, смотревшие на мир с неизменным оптимизмом.

– Вас что-то не устраивает в нашем внешнем виде? – флегматично уточнил Марух, видимо, отметив направление взгляда Майи.

Ей очень хотелось сказать, что не устраивает иностранная компания в целом, но она лишь вежливо улыбнулась:

– Нет, все хорошо.

Про себя же порадовалась: для задуманного дела их внешний вид – идеальное прикрытие!

Развернувшись, она начала спускаться по лестнице. Мужчины последовали за ней, ни сказав больше ни слова. Только характерно щелкнул замок закрывшейся двери.

Глубоко, с наслаждением вздохнув свежий, благоухающий ароматом цветущих деревьев воздух, Майя направилась на службу привычным маршрутом.

– А где ваш транспорт? – в бесстрастном голосе Маруха неожиданно прорезалась нотка недоумения.

Не оборачиваясь, Майя пожала плечами:

– Как обычно, у отдела стоит.

– Неужели шести мобилей, которые мы подарили магическому контролю, недостаточно, чтобы один выделили вам? – поинтересовался Ксандр.

Оглянувшись, Майя заметила тень недовольства, мелькнувшую на его красивом лице. И не смогла отказать себе в маленьком, возможно и глупом удовольствии подтрунить:

– У нас говорят, что движение – это жизнь. Разве вы не слышали такую поговорку?

– Знакомиться с вашим фольклором я бы предпочел в комфортном салоне мобиля, – возразил Марух.

– Зря. Вы же будете описывать в романе не только работу моего отдела, но и передавать картину города, который мы защищаем, – весело парировала Майя, неожиданно испытывая удовольствие от пикировки. – Осматривайтесь, запоминайте. Физкультура и для тела полезна.

– Мое тело в порядке. А статистические показатели вашей службы совсем невысоки, чтобы брать с нее пример, – ответил Марух.

– Мы можем использовать наш мобиль, он припаркован в торце здания, – предложил Ксандр.

Остановившись и на миг закатив глаза, Майя пояснила:

– Я три года хожу на службу пешком. Мне нравится. Это возможность и ноги размять, и свежим воздухом подышать заодно…

– Воздух Гарюста – крайне токсичная смесь из продуктов горения дров, угля, разложения органических отходов и выхлопов химических производств, которые расположены в городской черте. Его вдыхание может привести к тяжелым последствиям, – ровно произнес Марух.

Майя несколько мгновений таращилась на этого новоявленного писателя, пытаясь понять: он шутит или нет? Но, судя по каменному лицу, без единой эмоции, блондин был абсолютно серьезен.

Майя занервничала: если каждое ее слово и действие будет оспариваться, до добра это не доведет.

– Так, господа туристы, – сказала она. – Давайте договоримся на будущее. Я боевой маг из третьего отдела магического контроля. И поступаю так, как считаю нужным и целесообразным. Вы – молчаливое и бесправное сопровождение. Не согласны, идите… лесом.

– Согласны! – заверил ее Ксандр и старательно любезно улыбнулся, сверкнув настораживающими красными искрами в хитрых глазах.

– Из-за этого ультиматума, нам придется ежедневно пользоваться медитеком для устранения возможных негативных последствий…

– Чем-чем? – переспросила Майя, услышав непонятное слово.

– Мы так специальную процедуру назвали. Слышали, что дышать над кастрюлей с кипящей картошкой очень полезно, – быстро ответил Ксандр, не дав спутнику договорить.

Майя недоверчиво улыбнулась, покачав головой, мол, наивные вы иностранцы и в шутку просветила их:

– Эти старые народные способы давно не применяются. Возникнут проблемы со здоровьем, сходите в городскую лечебницу, там вам помогут быстрее и квалифицированнее.

Дальнейший пеший путь до отдела они с интересом обсуждали местную медицину. Лишь завидев блестящие бока новеньких мобилей, Майя вдруг вспомнила, что вообще-то должна была выведывать у иностранцев сведения об их артефактах и других технических секретах, а не наоборот. Поэтому в холл вошла, досадуя на себя.

– Всем привет! – поздоровалась она с Трагером, следователем, читавшим утреннюю сводку. С этим боевыми магом она периодически ездила на вызовы. И считала опытным и надежным напарником в борьбе с нечистью.

Стоявший рядом с ним дежурный, здоровяк Бер, привычно махнул ей рукой и бодро выдал:

– Привет Тисс! А разве ты…

Закончить мысль он не успел – побледнел и ссутулился, затем, увидев ее спутников, поморщился, напряженно за ними наблюдая. Одновременно с Бером среагировал и Трагер, но, в отличие от немага дежурного, будто нечисть почувствовал: рефлекторно схватился за ритуальный кинжал, который использовал в боевых ситуациях. Хуже того, ей показалось, он покрылся испариной и весь сжался, словно смотрел в лицо неминуемой смерти.

– Ты забыл про глушилку! – услышала она тихое замечание Маруха, предназначенное телохранителю.

– Не забыл. Просто проверял, нужна ли она рядом с Майей, – едва слышно ответил Ксандр.

Почти сразу после этого обмена репликами рвано вдохнул-выдохнул Трагер. Затем расправил плечи, однако руку с боевого артефакта не убрал, по-прежнему напряженно следя за гостями. Бер тоже с облегчением выдохнул, хмуро наблюдая за ними.

Майя прислушалась к своим ощущениям, но ничего особенного или неприятного не выявила. И если вчера она решила, что магран Остерс ее специально накрутил, чтобы вынудить сотрудничать с туристами. Сегодня, лично понаблюдав за негативным влиянием чужой энергетики на своих сослуживцев, она задумалась: в чем тогда причина ее нечувствительности?

Ни одной обоснованной и логичной идеи с ходу выдать не получилось, отчего в свой обновленный кабинет Майя зашла уже совсем не в духе. Плюхнувшись на новенький мягкий стул, она хмуро уставилась на Ксандра и Маруха. Кира тоже никакого негативного влияния не испытывала рядом с ними, а ведь сестра – маг и эмпат. И должна была почувствовать страх или хоть что-то подобное!

Еще зацепила разница воздействия. Бер не маг; на ее наметанный взгляд, ему было легче переносить непонятное влияние Ксандра или Маруха. А вот Трагер выглядел так, словно его окружила толпа пожирателей теней.

– Чем интересным займемся сегодня? – Ксандр прервал ее тревожные размышления о том, чем их с Кирой нечувствительность к туристам аукнется в будущем.

Затем подошел к спиртовке и поставил греться чайничек с водой. Через минуту он поставил рядом с озадаченной его действиями хозяйкой кабинета чашечку ароматного чая и вазочку с печеньем в шоколадно-ореховой глазури.

После смерти родителей, будучи постоянно занятой устройством их с сестрой жизни, учебой, а потом и на службе, Майе не удалось с кем-то подружиться и, как принято говорить, завести личные отношения. Из-за особенностей Киры Майя привыкла, что именно она всегда и во всем заботится о ком-то. Поэтому неожиданная забота Ксандра о ней удивила и даже на несколько мгновений ввела в замешательство.

Поглазев на парящую чашку, она подняла растерянный взгляд на Ксандра. И чтобы не выдать, насколько тронута его милым жестом, лишь благодарно кивнула. Гнетущее настроение улетучилось при виде орехово-шоколадного роскошества, чудесный вкус которого она оценила накануне.

Но вот про трудности и заботы так же легко забыть не вышло. Еще вчера Майя хотела мелко напакостить сослуживцам, приведя проблемных туристов на службу. А нечего было ее продавать и при этом еще и приказывать держаться с ними подальше от отдела. Но теперь, воочию убедившись как иностранцы влияли на сослуживцев, осознала, что приказ Остерса не был праздным.

Сунув в рот печенье из тех, что на один укус, Майя неторопливо смаковала его, умасливая свой настрой. Затем ответила на ранее заданный Ксандром вопрос:

– Мне передали дело о производстве запрещенных артефактов. Необходимо час или два поработать здесь с документами, а потом пойдем в поле, как у нас говорят. Так что сегодня вам все же придется много работать ногами. Нужно кое-что проверить.

– Мы молчаливое и… безропотное сопровождение, – улыбнулся Ксандр, решив, что ему приятнее быть безропотным, чем бесправным, как объявила Майя возле дома.

Приложив палец к губам, как делают ниарцы, изображая молчание, праданец сел на диван. Рядом с ним сел Марух и сразу уткнулся в свой планшет-артефакт. Чем не преминула воспользоваться Майя:

– Как называется этот записывающий артефакт, господин Марух? И для чего он нужен?

– Персональный коммуникатор, – меланхолично ответил он. – К сожалению, с весьма ограниченным функционалом…

– Поэтому только и годится записывать мысли великого писателя, – продолжил Ксандр.

Голубые глаза Майи сузились в ледяные подозрительные щелки и неодобрительно сверкнули на Ксандра. Если бы не телохранитель, занятый непонятно чем, Марух более подробно ответил бы на ее наводящие вопросы.

– Так что там за интересное дело вам поручили, полисмаг Тисс? – напомнил Ксандр Прах с понимающей искоркой-усмешкой в глазах.

Майя демонстративно многозначительно приложила палец к губам, встала и, взяв до обидного быстро пустевшую чашку, углубилась в дело. Ей надо было структурировать необходимую информацию и уйти из отдела, а иначе, неровен час, прилетит от маграна за разложение морального духа коллег.

Спустя час тщательного изучения пухлой папки с десятками документов, важных и нет, Майя наконец нашла пару зацепок в деле. Она успела записать на листке адрес и другую необходимую информацию и сунуть его в карман, прежде чем резко распахнулась дверь ее кабинета, явив суровый лик начальства. Увидев благодетелей, чинно распивающих чай на новеньком диване подчиненной, Остерс, с трудом натянув улыбку на лицо, проскрипел:

– Приветствую уважаемых гостей города в нашем скромном отделе.

– И вам доброго утра, – за двоих поздоровался Ксандр Прах.

Марух даже не поднял головы от своего коммуникатора с ограниченным функционалом.

Проявив необходимую вежливость к щедрым чужакам, магран посмотрел на вставшую из-за стола Майю тяжелым взглядом и многозначительно напомнил, явно с трудом выталкивая из себя слова из-за тягостного энергетического влияния:

– Тисс, я тебе вчера поручил очень важное дело…

– Да, магран Остерс, я ненадолго заскочила, чтобы данные по делу…

– Собрала?

– Уже уходим, – сухо кивнула Майя, на лету поймав все невысказанные намеки начальства.

– Рад слышать, – нахмурился Остерс, кивнул иностранцам и без промедлений закрыл за собой дверь, будто таким образом надеялся отрезать доступ чужой пугающей энергии.

Спустя десять минут полисмаг Тисс, чтобы спрятать обвес боевого мага, надела голубую накидку с затейливой отделкой вышивкой и бахромой, напоминающую большой платок с вырезом для головы.

Окинув ее странным, Майе показалось, восторженным взглядом, Ксандр отметил:

– Вам очень идет голубой цвет. Добавляет романтичности и нежности образу.

– Мне для дела нужно, – зачем-то оправдалась Майя за наличие у нее красивой, женственной вещицы.

– Жаль, уверен, вам и вне службы очень подошло бы, – мягко ответил Ксандр.

Непонятно почему и зачем, он осторожно заправил за ухо замершей от удивления Майе прядку, выбившуюся из ее толстой пшенично-золотистой косы. От заботливого жеста и теплых мужских пальцев у нее загадочно и приятно екнуло в груди. Несколько мгновений Майя ошеломленно смотрела на замершего напротив Ксандра. Затем тряхнула головой, сбрасывая непонятное состояние размягчения мозгов и мышц во всем теле, и направилась на выход из кабинета, враз севшим голосом предупредив:

– Нам нужно идти.

Пару часов они, казалось бы, бесцельно ходили по городу, тем не менее привлекая внимание нужных людей. Оба спутника Майи все чаще косили на нее любопытными взглядами, пытаясь понять, в чем смысл этих хождений. Наконец, во второй раз вышли на одну из небольших площадей Гарюста с мелкими лавками, различными забегаловками и вычурного вида ресторацией, полисмаг решила приступить к реализации своего плана. И уверенно направилась к антикварной лавке.

Колокольчик на двери оповестил о прибытии сразу трех посетителей, и продавец за прилавком уставился на них внимательными, цепкими глазами:

– Добрый день, господа, чем могу помочь?

– Нас интересуют… необычные артефакты, – тоном претенциозной дамочки заявила Майя, жеманно передернув плечами.

– Мы не торгуем артефактами, только старинными вещицами, – ровно ответил продавец, при этом прошелся по посетителям нехорошим, режущим взглядом.

– А мы слышали, что торгуете! – обиженно надула губки Майя. Ксандр даже залюбовался ее игрой в избалованную девицу. – Нам очень нужно несколько сильных артефактов. Мы только ради них прикатили издалека…

– Если вы издалека, советую про нужные вам сильные артефакты спросить в официальном магазине при центральном отделе магического контроля. Только они имеют законное право заниматься их продажей. Мы же закон не нарушаем, госпожа, – со снисходительной издевкой произнес лавочник.

Его серые глаза насмешливо блеснули, а Майя настаивала:

– Но я слышала, что…

– Госпожа, вам со спутниками лучше немедленно покинуть мою лавку. Иначе я буду вынужден вызвать представителей закона! – сухо оборвал Майю лавочник.

– Не надо никого вызывать, – буркнула она с досадой и, развернувшись, направилась к выходу.

Но далеко они не ушли. Майя, судя по ее виду, расстроенно уселась на бортик небольшого фонтана в тени раскидистого дерева. И раздраженно покосилась на Маруха, который распылил из странной бутылочки какую-то жидкость на узкую каменную плитку, затем положил салфетку и уселся на нее. Окинув ироничным взглядом этого пугающего народ вроде бы красивого мужчину, она удрученно вздохнула и уставилась на злополучную лавку.

По другую руку от Майи сел Ксандр. В отличие от своего нанимателя, он обошелся без предварительной обработки поверхности. Чуть наклонившись, заглянул ей в лицо и поинтересовался:

– И что дальше?

– Очевидно, с наскока решить задачу не удалось, – лишенным эмоций голосом прокомментировал Марух.

Майя улыбнулась как ни в чем не бывало и тихонько сообщила:

– Мы показали себя и свой интерес. Дальше будем ждать и наблюдать… На нас обязательно выйдут.

– Как долго ждать? – деловито спросил Ксандр.

Полисмаг пожала плечами, по-прежнему не выпуская из виду объект наблюдения:

– Не знаю. Пара дней? Неделя? Мы должны вызвать ответный интерес.

Краем глаза она уловила обмен взглядами между своими сопровождающими, при этом Марух отрицательно мотнул головой.

– Какова цель задания? – уточнил Ксандр.

Помолчав минуту, Майя решила, что ничего страшного не случится, если она расскажет. Ведь им в любом случае придется провести несколько дней вместе, они вскоре и сами догадаются.

– В последние два-три года в криминальном мире Гарюста начали появляться довольно мощные артефакты весьма специфического свойства. В гражданский оборот подобные официально не поступали. Значит, их создавал подпольно талантливый маг-артефактор. Либо неучтенный недоучка под принуждением или добровольно. Причем, если раньше это были лишь предположения, теперь незаконный новодел, похоже, поставили на поток. Что представляет серьезную угрозу как городу, так и всей Республике Формус. Как вы понимаете, почувствовать артефакт способен только маг, поэтому дело сперва вело центральное управление. Но там служат уже не первый год матерые борцы с нечистью, с грамотами и медалями. И…

– …каждая сомнительная личность Гарюста знает их в лицо, что затрудняет поиск преступников, – продолжил Ксандр.

– Верно, – кивнула Майя с улыбкой и подвела итог: – Я в своем отделе только третий год. Еще не успела примелькаться в сомнительной среде, потому что в основном имела дело с нечистью, поэтому дело передали мне. Есть сведения, что в той лавке оставляют заказы на левые артефакты, а хозяин – посредник. Но пока не удалось выйти на организатора подпольного производства.

– Ясно, – кивнул Ксандр. Вновь обменявшись непонятными ей взглядами с Марухом, он встал и неожиданно властным тоном, словно привык разговаривать именно так, приказал: – Посидите здесь, я скоро!

– Куда вы? – изумленно воскликнула Майя, когда он быстро направился к антикварной лавке.

Марух положил руку Майе на плечо, чтобы оставалась на месте, флегматично пояснив:

– У нас нет лишнего времени, чтобы караулить неизвестно кого, неизвестно сколько. Так что не стоит переживать, госпожа Тисс, Ксандр решит вашу проблему самым конструктивным и эффективным способом.

– И безопасным? – хмуро спросила Майя.

– Безусловно, – подтвердил Марух.

– Собираетесь вскоре покинуть Гарюст? – осторожно уточнила Майя, сделав вывод из «нет лишнего времени».

– Да. Как только… допишу книгу, – с легкой заминкой, но тем же тоном ответил Марух.

Майя нахмурилась: следовало доложить маграну о том, что обладатели важных незнакомых артефактов собираются вскоре уехать. Какие выводы она может сделать? С одной стороны, вряд ли успеет узнать что-то об их секретах – это минус. С другой – меньше мороки с ними. Ее жизнь войдет в привычное русло, хоть и унылое, а это, пожалуй, плюс.

Однако мысль, что до их появления ее жизнь была унылой, Майе не понравилась. С чего бы вдруг?

Минут через пять Ксандр вышел из лавки. Майя невольно залюбовалась, глядя на этого поджарого высокого медноволосого шатена в необычном здесь костюме, тем не менее прекрасно сидящем и подходящем ему. Ксандр неспешно шел к ним с Марухом, но чем дольше она смотрела на него, подмечая всякое-разное, тем тревожнее становилось на душе. Встречные прохожие, словно натолкнувшись на невидимую преграду, торопливо сворачивали с его пути, обходя по широкой дуге, втягивая головы в плечи. Хуже того, потом они нервно оглядывались, по-видимому, не понимая отчего испытывали страх.

А Ксандр тем временем беззаботно улыбался, как если бы был бездельничающим щеголем, наслаждающимся жизнью и хорошей погодой, только вот в его вальяжной походке сквозила скрытая грация хищника на охоте. Приблизившись к ним, он, несомненно, будто разминал мышцы шеи, зыркнул по сторонам, проверяя обстановку.

Майю встревожил трепет, возникший в груди от восхищения этим загадочным мужчиной в черном. Она даже несколько растерялась, но быстро собралась и, строго глянув на него, прошипела:

– Вы подставили меня! Разрушили мой план и…

– …договорился о встрече с главой банды, – с веселой улыбкой прервал ее Ксандр.

– Вы что сделали? – опешила Майя.

Ксандр пожал плечами и добавил подробностей:

– Гарюст слишком мал, чтобы неделю сидеть на площади и остаться незамеченным. Хорошо организованный преступный промысел любит тишину, и посторонних к нему допускают, лишь досконально проверив. Вы сами сказали, ваши знают о подпольном производстве уже три года. И если опытные следователи из центрального управления не нашли, кто им конкретно занимается, а дело передали вам, считай новичку, значит, у них осталась надежда лишь на счастливый случай.

– Вы любите фольклор, госпожа Тисс. Вспомните поговорку: дуракам и новичкам везет, – бесстрастно добавил свой перл Марух.

У Майи окаменело лицо, а Ксандр поспешил исправить положение:

– Скорее они надеются на свежий, незамутненный взгляд, которым вы можете оценить сложную проблему.

– Смотрю, вы весьма подкованы в области незаконного оборота артефактов, – с ехидцей сказала она, невольно сжав кулаки под накидкой, чтобы не высказаться гораздо крепче.

– Положение… моего господина требует многих знаний. В самых различных областях, – дипломатично ответил Ксандр.

Альтернативного решения сложной задачи внедрения в теневой мир города у Майи все равно не было, поэтому, смирив гордыню, она глухо спросила у него:

– Где и когда состоится наша встреча с этим главным?

– Они сами к нам подойдут, так что предлагаю продолжать изображать заезжих богачей в поисках развлечений, – подмигнул ей Ксандр. – Совмещать приятное с полезным.

Майя смущенно усмехнулась, ведь именно так в третьем отделе назвали ее нечаянных помощников.

– Хорошо, – кивнула Майя. – Давайте пройдемся по ярмарочным торговым рядам. Изобразим, что выбираем необычные вещицы и…

– …соберем всех возможных пылевых клещей! – неожиданно поморщился Марух.

– У меня другое предложение. Более приятное и полезное, – улыбнулся Ксандр. – Время обеденное, поэтому предлагаю поесть в самой дорогой ресторации. Закажем там всего и побольше. Пусть наши соглядатаи уверятся, что мы те, за кого себя выдаем…

Майя покачала головой и без экивоков пояснила:

– Магран Остерс не согласует мне такие служебные траты. Последние годы из-за усилившейся магической дестабилизации и увеличения частоты нашествий нечисти муниципалитет Гарюста несет огромные расходы на восстановительные работы. Конечно же, на магическом контроле не экономят, но сами понимаете, ресурсы городского бюджета все равно ограниченные… Ваша благотворительность пришлась очень кстати нашему отделу…

– Ма-айя… – с какой-то странно мягкой, тягучей интонацией произнес Ксандр ее имя, будто пробовал его на вкус, наслаждался звучанием. – Вы забыли? Господин Марух пишет бестселлер, а вы героиня истории. Ему нужны захватывающие приключения, шикарная обстановка, впечатляющий антураж. Ваши преступные элементы и поход в ресторан идеально подойдут. Все сопутствующие расходы он берет на себя!

– Вы уверены, что это правильно и…

– Однозначно уверен! – оборвал ее лепет Ксандр. – Мы идем в «Наслаждение Гарюста».

– Вы знаете, какие там цены? – напряженно выдохнула Майя.

– Детальное сканирование города при сборе общих данных показало, что руководство этой ресторации более ответственное и профессионально относится к своему делу, – уведомил Марух, поднявшись и брезгливо комкая салфетку, на которой сидел.

– Детальное что? И как вы это определили? – удивленно спросила Майя, с еще большим недоумением проводив взглядом выброшенную в ближайшую урну салфетку.

Такая расточительность, мягко говоря, претила ей.

– У них на тридцать девять процентов выше качество очистки столовых приборов и посуды. На двадцать два процента короче срок хранения готовых продуктов и…

– Я вас поняла, – сухо оборвала Майя этого любителя статистики. – Тогда не будем терять времени. Идем тратить ваши деньги, господа богатые туристы.

Солнце стояло в зените, когда высокий осанистый швейцар открыл широкие, с витражными вставками двери «Наслаждения Гарюста» перед поджарым мужчиной в черном костюме, очаровательной голубоглазой блондинкой в голубом и высоким светловолосым красавцем в сером. В светлом, белокаменном холле этих трех необычных гостей встретил не менее представительный метрдотель, который невольно вздрогнул под ледяным взглядом мужчины в сером костюме.

Майя оказалась здесь впервые, поэтому осмотрелась с нескрываемым интересом, но без неуверенности или напряжения гостя, который считает себя недостойным подобного пафосного заведения. Конечно, заведение требовало чего-то более солидного, чем ее обычная коса и выглядывавшие из-под накидки простые светлые брючки и легкие туфли без каблуков. Тем не менее, она выглядела хорошо, благодаря молодости, красоте и хорошей осанке. Смотрелась мило и уместно в этом месте, в это время дня, этакой очаровательной иностранкой в сопровождении внушительного вида спутников.

– Рад приветствовать вас, уважаемые господа. Вы не пожалеете, что выбрали «Наслаждения Гарюста». Где желаете разместиться? – обратился к ним метрдотель, старательно не смотревший на Маруха.

– У окна, – ответила Майя.

– Не хочешь пропустить самое важное? – усмехнулся Ксандр, затем тяжело вздохнув, словно невзначай покрутил наручные часы на запястье.

Майя мимоходом отметила этот жест, но сразу после него метрдотель и двое замерших статуями официантов в строгой черно-белой униформе рвано вдохнули-выдохнули и распрямили плечи, будто сбросили неподъемный груз. Из чего сделала вывод, что Ксандр Прах еще больше приглушил свое влияние на окружающих, хотя ему самому это доставляет дискомфорт.

– Хочу любоваться городскими видами! – восторженно заявила Майя, понимая, что у них легенда приезжих богачей.

– У нас есть прекрасный вариант, – с напряженной улыбкой предложил метрдотель, указав в сторону огромного арочного окна и цветущей зеленой зоны рядом с ним, в уютной тени которой прятался приватный уголок на четверых гостей.

Гости одобрительно кивнули, затем, разместившись, сделали заказ. Майе не позволили ограничиться самым скромным в меню супом. Ксандр лично дополнил ее выбор салатом, десертом и закусками. Возразить она не посмела: Ксандр шепотом напомнил про секретную операцию и охоту на главаря бандитов. К тому же ей, постоянно кашеварившей самой, действительно хотелось попробовать незнакомые блюда, приготовленные профессиональными поварами. Майя вновь отметила, что Ксандр говорил с официантом коротко, уверенно, без лишних благодарных слов. Он явно привык повелевать, а не подчиняться, чем вызвал у нее еще больше вопросов к своим компаньонам.

Дальше Майя исподволь наблюдала за Ксандром, скользившим взглядом по залу, но не любуясь убранством ресторации, к слову сказать, роскошным, а оценивая обстановку и других гостей, опять-таки как телохранитель. А вот Марух ни на кого не смотрел, что-то черкая в планшете-артефакте, возможно, чтобы не пугать своим ледяным, почти бездушным взглядом окружающих, или же его внимание действительно ничего вокруг не привлекало.

Чем дольше она общалась с этими двумя иностранцами и больше узнавала о них, тем интереснее ей становилось. За показной веселостью Ксандра таилась загадочная глубина, в которую, по мнению Майи, он никому не позволял заглянуть. А за бесстрастным и безэмоциональным панцирем Маруха скрывалось одиночество и непонимание окружающих. Майя решила так, потому что все чаще сравнивала его со своей сестрой Кирой.

Их столик обслуживали быстрее, чем другие, видимо, в надежде, что проблемные гости скорее покинут это дорогущее заведение. Помимо напитков, им принесли холодное масло, тарелку с мягким сыром и зеленью, корзинку с хлебом, еще теплым и с хрустящей корочкой. Майя проголодалась, поэтому отломила кусочек, понюхала, попробовала и мысленно гордо улыбнулась: пахло здорово, но ее домашний хлеб был ароматнее и воздушнее.

– М-м-м… – протянула Майя прикрыв глаза от удовольствия, оценив густой, наваристый бульон.

Вскоре она искренне наслаждались местной кухней, отдавая ей должное. Пока не заметила, что Ксандр не сводит с нее глаз, вместо того чтобы отдать должное аппетитнейшему куску мяса с овощами на своей тарелке, и недоверчиво спросила:

– Неужели вам не понравилось?

– Ошибочный вывод, – отозвался за него Марух, все еще тщательно протиравший свои столовые приборы. – Наоборот, ему слишком сильно понравилось. Но не блюдо.

Бросив на начальника тяжелый взгляд, Ксандр неожиданно едко произнес:

– Кажется, здешний токсичный воздух повлиял на твою разговорчивость… хозяин.

– Это утверждение не лишено оснований, но подтвердить его сможет только медитек, – ровно ответил Марух.

Вспомнив, что иностранцы подразумевали под «медитеком», Майя обрадовалась возможности вернуться к теме неизвестных артефактов:

– И как с помощью кипящей в кастрюле картошки это подтвердить?

– За нами следят с противоположной стороны улицы, – невольно перевел тему Ксандр.

– Да? – встрепенулась Майя, посмотрев в указанном направлении.

– Шпион из вас не очень профессиональный, – насмешливо заметил Ксандр. – Не стоит палить нашу внимательность. Продолжаем делать вид, что мы богатые простаки…

Спустя еще час они наконец-то покинули ресторацию под дружный облегченный выдох всего персонала и даже чудом задержавшихся других гостей, которым пришлось выдерживать темную энергетику иностранных гостей.

Сытая и подобревшая Майя не сдержала любопытства:

– Как вы считаете, когда с нами все-таки пожелает встретиться главарь банды?

– Наверное, как только убедится, что мы не опасны, – предположил Ксандр, а потом добавил: – Поэтому продолжаем убеждать, что мы именно такие. Легкая добыча. Гуляем дальше!

– Только не по торговым рядам, – предупредил Марух.

Бросив на начальника веселый взгляд, Ксандр согласился:

– Хорошо, пойдем в городской парк. Там воздух, вероятно, более свежий.

– И цветочная пыльца, которая в это время года может вызвать сильнейшую аллергическую реакцию у неподготовленного организма и…

– Еще там есть интересный аттракцион – колесо обозрения, на нем можно подняться выше деревьев. Будем дышать воздухом без пыльцы, – отрезал Ксандр и зачем-то взял Майю за руку, направляя в нужную сторону.

– Я уже взрослая девочка, – намекнула она, указав глазами на руку.

Но Ксандр не позволил ей освободиться, приведя железный довод:

– Как взрослый и опытный боевой маг вы, госпожа Тисс, должны понимать, что наша занятная троица вызывает массу вопросов у окружающих. Поэтому лучше снять часть из них, продемонстрировав, что двое из нас – влюбленная пара, а третий…

– Друг-зануда? – улыбнулась Майя.

– Скорее, занятой и сведущий сопровождающий, – опять проявил дипломатичность Ксандр.

К колесу обозрения они шли обходными дорожками. О чем попросила Майя, озаботившись негативным и пугающим влиянием иностранных магов на веселящихся в парке детей. И оказалась права в своих опасениях. Их, троих взрослых «бездельников» быстренько и с энтузиазмом единодушно пропустила вперед внушительная очередь, что стояла к аттракциону.

Пока они поднималась в небо, Майя улыбалась.

– Не поделитесь, что настолько занятное вызвало вашу редкую улыбку? – спросил заинтригованный Ксандр.

Майя снисходительно покачала головой, прежде чем призналась:

– Я уже лет семь, наверное, не была в этом парке просто так. Не по делу или вызову. Но раньше требовалось отстоять минимум час, чтобы разок прокатится в небеса. А с вами мы не прождали и минутки. Во всем есть плюсы и минусы…

– Рационально мыслящая избранница – это похвально, – неожиданно заметил Марух, глянув на Ксандра.

Но тот, отметив недоуменно вскинутые брови избранницы, обратился к ней:

– Как еще вы проводите свободное время, госпожа полисмаг?

Она пожала плечами:

– У меня его практически нет.

Ксандр нахмурился:

– А раньше? До службы?

Майя устремила задумчивый взгляд вдаль. Кашлянув, она глухо ответила:

– До службы я училась в академии и воспитывала Майю. Наши родители погибли семь лет назад под завалами во время очередной волны дестабилизации. – И чтобы не выглядеть жалкой бедняжкой, добавила с улыбкой: – А вот до этого отец частенько возил нас на Желтые озера. Мама оставалась дома отдыхать от семейных хлопот. Папа брал с собой только меня и Киру. На озерах мы ловили рыбу, жарили мясо, ночевали у костра в палатках. Было очень здорово…

– Прекрасная идея! – обрадовался Ксандр.

– О чем вы? – не поняла Майя.

– Отправиться на Желтые озера. Вы с Кирой там отдохнете, а господин Марух получит новые впечатления и идеи для своей книги.

– Бестселлера, – привычно поправил Марух, отчего Майя невольно улыбнулась, вместо того чтобы объяснять, что прошлого не вернуть.

Прошлое… Майя вспомнила те времена. Папа учил их походной жизни. Сестра сначала противилась тем поездкам, зато потом очень к ним прикипела. А Майе нравилось там всегда. Это было чудесное время. И, кажется, с тех пор они с Кирой действительно не отдыхали по-настоящему.

– Я серьезно, – напомнил Ксандр, подавшись вперед и воодушевленно продолжая, – организацию возьму на себя. Палатки, посуду, еду – все будет в лучшем виде. Не отказывайтесь, госпожа Тисс. Позвольте и нам увидеть прекрасные Желтые озера?

– Но… как же работа? – Майя беспомощно развела руками.

– Вам поручили крупное дело, и мы непременно с ним справимся, – заверил Ксандр. – И потом вы возьмете пару дней выходных в качестве награды. Начальство не откажет. Так ведь?

Майя кивнула раньше, чем успела подумать:

– Хорошо бы!

И тихонько рассмеялась, удивляясь этой бесшабашной затее. С другой стороны, почему бы ей не воспользоваться возможностью вывести сестру-затворницу на свежий воздух? Да и самой не помешает.

Когда корзина завершила круг, Ксандр подал Майе руку, помогая спуститься на землю. Она смущенно воспользовалась помощью – слишком давно ей не доводилось побыть опекаемой. И было приятно, даже если мужчина отыгрывал легенду о романтических отношениях. Затем они неторопливо двинулись по тенистым дорожкам, углубляясь в менее освоенные отдыхающими заросли.

Майя заметила, что Марух поднес руку к уху и слегка прижал его. Затем флегматично произнес:

– Господа, я видел неподалеку ларек с мороженным. Хочу пополнить личный опыт простого ниарца и сам его купить. Вам принести?

– Да, благодарю, – кивнула Майя.

– Да, – согласился Ксандр.

Марух ушел, а Майя с Ксандром продолжили путь.

– Разве телохранитель не обязан везде сопровождать нанимателя? – поинтересовалась Майя, когда блондин скрылся за ближайшим поворотом, шагнув за цветущий куст.

– За моего нанимателя можно не переживать. По крайне мере, здесь, – весело ответил Ксандр. А потом уже серьезно добавил: – И вам, Майя, тоже ни о чем не нужно переживать. Я всегда рядом и никому не позволю причинить вам вред.

– Спасибо, конечно, но я и сама способна за себя постоять, – напомнила ему Майя, хотя ее лицо загорелось смущением.

А через несколько шагов за спиной прозвучало:

– Стоять! Не оборачиваться!

Майя рефлекторно попыталась обернуться на голос, но в этот момент ей на голову накинули мешок, завели руки за спину и стянули веревками запястья.

– Не дергайтесь! – велели сзади. – Коль сами хотели встретиться с хозяином. Так вот он вас милостиво приглашает на разговор.

– Ксандр, все в порядке? – спросила она, больше всего переживая из-за того, что подставила его.

– Не волнуйся, Майя, я рядом, все хорошо, – очень спокойно отозвался он. Затем в повелительном холодном тоне потребовал: – Не затягивайте ей руки сильно. Если у девушки останутся синяки, каждый из вас ответит лично.

Его уверенность приободрила и вернула Майе уверенность в благополучном исходе операции.

– Ну да, ну да, – насмешливо буркнул незнакомый грубый бас. – Шевелитесь!

Тем временем их с мешками на головах провели к мобилям и пихнули внутрь по отдельности. Пока ехали неведомо куда, Майя запоминала количество поворотов, глубину ям и характер неровности дороги в надежде разобраться, куда именно они держали путь. Потом они шли и спускались по лестнице. Скрипнули дверные петли, в нос ударил затхлый, немного душный воздух, какой бывает в сухом подвале.

Майю усадили на твердую поверхность без спинки, Ксандра – рядом, и она услышала его спокойное:

– Все в порядке?

Тут же отозвалась:

– Да, все нормально.

– Ну что ж, голубки, вы желали встречи со мной, – прервал их властный грубый мужской голос. – Ваше желание исполнилось. Кто вы такие? И зачем прикатили в мой город?

– Снимите с девушки мешок и освободите руки, – не менее властно сказал Ксандр.

– Здесь я приказываю! – рявкнул незнакомец.

Майя несколько растерялась от скорости событий и не успела продумать, что говорить при встрече с главарем банды. Пока она судорожно подбирала слова, услышала странные звуки. Сначала шорох грубой ткани; наверное, с головы Ксандра стянули мешок. Потом все смешалось: вскрики, сдавленное хрипение, звук упавших тел, придушенный сип и наконец судорожный кашель.

Не имея возможности обратиться за помощью к своей магии из-за связанных рук, Майя, ничего не видя и не понимая, что происходит, перепугалась. Корила себя, что Ксандр из-за нее попал в эту ловушку, что поддалась на его уверенное обещание! Майю с головой захватило отчаяние, и тут с ее головы осторожно сняли мешок.

Проморгавшись, она огляделась: они с Ксандром сидели в большом подвальном помещении, можно сказать, в подземном бандитском логове, в центре хорошо обставленного рабочего кабинета. Напротив нее за массивным столом из светлого ореха в кожаном кресле сидел лысый толстяк с выпученными глазами, бледный чуть не до синевы, прямо-таки цвета своей белой рубашки. В общем, солидный дядя в черном хорошем костюме и при вычурных золотых перстнях, но насмерть перепуганный.

Дальше взгляд Майи перекочевал к Ксандру, благо тот был в полном порядке. Не пострадал! У нее камень с души свалился! Самое странное: между ними и толстяком на шикарном ковре, в позах, характерных для неудачно подравшихся, лежало четверо громил, как минимум без сознания. Про максимум она предпочла не думать. У двери замер пятый громила, будто его застигли в момент попытки побега из кабинета. И оба пребывающих в сознательном состоянии бандита, здоровяк и толстяк, испуганно смотрели на Ксандра, который сидел рядом с ней на другом стуле, без мешка на голове и доброжелательно улыбался.

– Добрый день, – выдавила Майя напряженно, не зная как реагировать и что говорить.

– Здравствуйте… – проблеял толстяк, метнувшись испуганным взглядом к Ксандру. – Господа, можно узнать, чего вы хотели от меня?

Хмыкнув, Ксандр сообщил:

– Госпожа Тисс – доблестный боевой полисмаг.

– Ох! – испугалась Майя такой откровенности своего соседа, ведь они в плену у бандитов!

А Ксандр продолжил уже с хищной улыбкой:

– Так вот, госпожа Тисс очень хочет знать, кто производит незаконные артефакты в Гарюсте. Где именно? Кто этим занимается? И вообще, ее замечательному третьему отделу не помешают все известные вам сведения по части незаконной деятельности, происходящей в Гарюсте. Вашей или любого, кого вы знаете. Согласны помочь ей? Чистосердечное признание очень облегчает душу. И наказание.

Майя было испугалась, что толстяка вот-вот удар хватит, вон как выпучил глаза на Ксандра. Впрочем, у нее глаза тоже, наверное, из орбит выходили после его пламенной речи. И чего ожидать теперь от бандитов? Убийственная перспектива.

Однако ответ главаря банды буквально прибил ее к стулу:

– Да-да, конечно, госпожа Тисс. Я готов к полному и искреннему сотрудничеству с магическим контролем. И отвечу на любые ваши вопросы…

Майе показалось, что толстяк хотел добавить «только бы оказаться подальше отсюда, от тебя и твоего спутника», но, наверное, это все же ее домыслы. Ведь, как и у нее, руки Ксандра все еще связаны.

Ее взгляд сам собой опустился на лежавших ничком четырех вооруженных громил с вспухающими черными венами на коже, затем поднялся на напряженного и ссутулившегося пятого у дверей, и она уже иначе посмотрела на дрожащего в кресле толстяка.

Кашлянув, чтобы прочистить горло, Майя немного неуверенно попросила:

– Прежде всего развяжите нам руки, пожалуйста.

Никто не двинулся с места.

– Девушка попросила развязать руки! – многозначительно поторопил Ксандр.

Громила, стоявший у двери, неуверенно и напряженно двинулся к ней. Шаг… второй… четвертый… затем резкий взмах руки, блеснувшее в попытке броска лезвие ножа и вспыхнувшие ненавистью глаза…

– Ой! – вскрикнула Майя с ужасом и изумлением наблюдая, как серая пыль оседает на дорогой ковер там, где только что стоял огромный бандит, который хотел их с Ксандром банально зарезать.

Следом распахнулась дверь и в кабинет вошел Марух, чуть наклонившись под низкой притолокой. Увидев оседающую в воздухе «пыль», он недовольно произнес:

– Удивляюсь попустительству владельца здания. Иметь весьма прибыльное незаконное дело, но экономить на чистоте – преступно! Ведь производство артефактов требует стерильности, иначе нарушается точность воздействия и нивелируется их эффективность.

Марух подошел к Майе и быстро освободил ее руки от веревок. Хотел отойти, но, вероятно, что-то вспомнив, обернулся к Ксандру, наклонился на секундочку и отбросил его веревки в сторону.

Главный толстяк при этом сидел как прибитый к месту и испуганно смотрел на своих «гостей».

– Майя, полагаю, вам стоит сообщить в отдел о блестяще выполненном задании по поимке опасных преступников, – предложил Ксандр.

– Да, – все еще под впечатлением от произошедшего, согласилась Майя.

Она с восторженным трепетом смотрела на Ксандра, разминающего руки, которые ему явно не потребовались, чтобы каким-то образом устранить пятерых бандитов и запугать их главаря так, что тот боялся пошевелиться, да и говорил только с разрешения.

Вытащив из сумочки, лежавшей на ореховом столе вместе с содержимым ее карманов, служебный артефакт связи, Майя связалась с дежурным:

– Говорит Майя Тисс из третьего отдела. Нахожусь в логове банды, требуется ваша помощь по адресу… – Она взглянула на главаря: – Где мы находимся?

– Кожевенный переулок, восемь, – быстро просипел он. – Пожалуйста, пусть поторопятся. Я готов сотрудничать с законниками.

Майя уже более бодро и уверенно завершила доклад и вызов следственной бригады. Затем взяла со стола чистые листы бумаги и перо и начала заполнять его искренним признанием главаря, заодно дотошно расспрашивая.

Вскоре прибыла помощь в составе представителей центрального управления, которая вежливо отстранила Майю от дальнейших следственных мероприятий, поздравив ее с блестяще раскрытым делом. И почти так же, как Остерс, ее «попросили» покинуть место преступления вместе со слишком фонящими иностранными гражданами.

Когда они втроем вышли во двор старого здания, некогда бывшего кожевенной фабрикой, Майя увидела конвоируемого полисмагами дрожащего худого молодого мужчину, в потрепанной, неопрятной одежде, изможденного и осунувшегося. Он благодарил их за спасение из лап похитителей. И когда Майя коротко выяснила у коллег, кто это, искренне захотела, чтобы у этого несчастного, полуживого мага-артефактора, все наладилось в жизни.

– Кто это? – спросил у Майи Марух.

– Неучтенный молодой маг. Его похитили три года назад возле академии перед самым поступлением. Несчастный сирота, поэтому его не искали. Хотя очень талантливый артефактор.

– Как Кира? – уточнил Марух.

Майя, нервно-тревожно передернув плечами, глухо сказала:

– Да.

– Значит, его принудили изготавливать артефакты? – спросил Ксандр.

– Он так сказал. Ну и, судя по его измученному виду, не врет о похищении и принуждении. Хотя его непременно проверят. Бедняга сказал, что его держали взаперти, да и относились потребительски, как к вещи. Чуть что – голодом морили.

– И часто у вас такое случается? – озадачился Ксандр, поймав в плен своих глаз взгляд Майи.

– А у вас разве не так? – удивленно и зло спросила она. – Сейчас на всем Ниаре сложно.

Ксандр тяжело вздохнул, словно признал ее правоту. Майя сразу вспомнила, сколько он сегодня испытал по ее вине и, почувствовав себя неловко за свое поведение, принялась объяснять:

– Магов рождается все меньше, а талантливых артефакторов – и вовсе единицы. За каждым идет охота. И неважно, где они потом будут работать. Все равно жить будут как в клетке. Просто официальная клетка чуть просторнее и выпускают ненадолго, чтобы сохранить иллюзию свободы…

– Вы боитесь за Киру? – с пониманием спросил Ксандр.

– Боюсь. Я хочу для нее полноценного счастья, а не огрызка от жизни! – Майя осеклась, испуганно глядя на него.

Ведь слишком много наговорила всего, за что может поплатиться. И кому? Приезжим туристам с сомнительными планами. Просто этот день, похищение и недавно случившееся раскрытие преступления растревожили, приглушили постоянную подозрительность.

Майя и Ксандр какое-то время смотрели глаза в глаза друг другу, и ей отчего-то казалось, что было в этом их молчании гораздо больше правды и понимания, чем если бы они говорили. Но вот Ксандр передернул плечами, подмигнул ей и задорно улыбнулся, напоминая:

– Тогда нам точно нужны Желтые озера и активный отдых на природе. Пойдем. Тебе пора к сестре.

Бросив последний взгляд на бедного парня – мага, которого заботливо укутали в одеяло и помогли сесть в служебный мобиль двое полисмагов, Майя согласилась с Ксандром:

– Вы правы. Очень хочется домой.

– И послезавтра в поход, – предупредил он.

– Вы знаете, сколько всего надо подготовить для такой поездки? – опешила она.

– Примерно, – усмехнулся Ксандр. – Поэтому завтра не поедем. Уверен, вы с сестрой поможете составить список всего необходимого. Личный мобиль у нас есть, так что решено: послезавтра с утра отправляемся в путешествие!

– Кошмар! – произнес Марух то, что пронеслось у Майи в мыслях.

– Расслабьтесь, господа, все будет хорошо! – понимающе рассмеялся Ксандр.

Майя в очередной раз удивилась необычным взаимоотношениям телохранителя и его нанимателя.

Крыша поехала – новое выражение в моем сборнике интересных и емких идиом Ниара. Означает потерю рассудка, разума и контроля над эмоциями.

Вынужден признать, после встречи с избранницей у Ксандра поехала крыша. И с каждой новой встречей она все дальше отъезжает. Хозяин ведет себя порой неадекватно, излишне эмоционально и нерационально.

Отметил любопытный парадокс, Майя же, наоборот, становится все более рассудительной и сдержанной. Осталось выяснить: это влияние более разумной Киры на сестру или так проявляется закон равновесия в парах праданцев? Если у одного из них разум затуманился, у второго – проясняется.

Мое мнение об опасности путешествий в дикой природе Ксандр проигнорировал. Уверил меня, что наша совместная поездка с девушками пойдет на пользу его отношениям с избранницей. И поможет раскрыть ей все его личные достоинства.

Повторно представленные ему статистические данные о многообразии путей инфицирования чужеродными бактериями и вирусами в дикой природе, а также показатели летальности – вновь остались без внимания.

Нам предстоит крайне тяжелое и опасное путешествие!

– Давайте сделаем остановку! – взмолился Марух уже шестой раз за четыре часа пути.

Майя тяжело вздохнула и красноречиво посмотрела на Ксандра за рулем. Эх, зря она согласилась на эту авантюру! Ведь знала, что Марух везде видит опасность. Однако, будучи под впечатлением после освобождения из плена молодого артефактора, неосмотрительно приняла это предложение. Проявила слабину!

Теперь она расплачивалась за собственную глупость и минутную слабость. Очевидно было, что восторг, испытываемый сестрами от путешествий с отцом не вернуть. Как ни старайся. И все-таки, после предложения Ксандра, Майе (а затем и Кире) очень захотелось снова побывать на Желтых озерах – месте, где их дни были наполнены чистым детским восторгом.

Накануне поездки Майя убеждала себя, что там сможет хоть на несколько минут перестать быть единственной взрослой. И хоть ненадолго представит, будто горе еще не пришло в их семью. Пусть, по мнению Киры, убегать от реальности неправильно, нелогично.

По возвращении домой из Кожевенного переулка, Ксандр начал подготовку невероятных масштабов. Меньше чем за сутки он забил мобиль всем необходимым для отдыха на природе: двумя палатками, четырьмя спальниками, раскладными столом и стульями, казанами и специальными решетками для жарки мяса, и многим другим. Он же купил продукты, указанные Майей в списке. Вечером она мариновала мясо, пекла пирог и делала заготовки для остальных блюд.

Когда утром Ксандр забирал из ее квартиры тяжеленные сумки со съестным, был очень удивлен их весом и размерами. А Майя предвкушала два удивительных дня. Тогда она еще надеялась, что отдых на природе пройдет идеально! Но у плана Ксандра было одно слабое звено – Марух.

Стоило ему увидеть забитый под завязку мобиль, в котором с трудом поместятся четыре пассажира, впервые за время их знакомства, проявил эмоции – нахмурился. И на полном серьезе сообщил:

– Это примитивное средство передвижения подходит только для коротких поездок. При более длительных оно станет изощренным инструментом пытки. У меня при виде столь тесного пространства уже сейчас все мышцы сжались. Это грозит возникновением судорог. Сколько часов, говорите, нам ехать?

– Вы можете остаться, – с надеждой предложила ему Майя.

– Но лучше ехать всем, – вмешалась Кира, категорично заявив: – Как писателю, вам обязательно нужен подобный опыт. Мы будем ловить рыбу…

– Зачем? – перебил ее Марух, посмотрев на Ксандра. – Разве нам нечего есть?

– Это важный ритуал единения с природой, – пояснила Майя.

– Уничтожить ее часть? – Марух прищурился. – Вы уверены, что правильно понимаете слово «единение»? Я мог бы посмотреть в словаре и…

– Едем! – прекратил разговоры Ксандр, открыв перед своим нанимателем дверь на заднее пассажирское место. – Хочется добраться на озеро до вечера.

– Зачем? – снова принялся брюзжать Марух, Майя уже научилась различать интонации и скупые эмоции в его невыразительном голосе. – Можно остановиться в гостинице по пути. У нас есть, чем заплатить. Это будет подарок вам.

Он посмотрел на Киру и старательно оскалился, видимо, изображая дружелюбие. На что она флегматично посоветовала:

– Лучше подарите мне ваш артефакт.

Марух утратил остатки дружелюбия и с видом жертвы самых жутких обстоятельств втиснулся на заднее место.

– Ну, не так уж страшно? – иронично спросила его Майя.

– Тесно, душно и пахнет дешевым ароматизатором хвои, – отозвался «несчастный». – По десятибалльной шкале…

Майя не дождалась окончания фразы и нахально захлопнула дверь. Развернувшись, она столкнулась с Ксандром.

– Все будет хорошо, – пообещал он.

– Не будет, – заверила его Майя, показав на окно, за которым «красовалась» каменная физиономия писателя. – Он испоганит нам выходные. Давайте просто никуда не поедем?

– Только трусы боятся трудностей, – с жизнерадостной улыбкой отмахнулся Ксандр. – Вот увидите, поездка будет незабываемой.

Не обманул.

Еще в дороге Майя признала, что не сможет забыть это путешествие. Марух неустанно нудел. Обо всем на свете. То ему было душно, а когда открыли окна и в салон ворвался пыльный ветер – прохладно и опасно. Его укачало на ухабах, хотя мобиль в это время обогнала хромая собака. Затем у Маруха затекли ноги, ведь много места занимал багаж. Потом он захотел пить, но предложенная вода вызвала у него море сомнений в чистоте и подозрительно пахла «не свежестью».

Когда надоедливый пассажир в шестой раз вышел размять ноги и спину, а все остальные хмуро наблюдали за ним из мобиля, Майя снова попросила:

– Давайте вернемся, пока не поздно?

– Осталось ехать всего ничего, – оптимистически ответил организатор поездки. Вынув карманные часы, он посмотрел на время, высунул голову в окно и приказал нанимателю: – Возвращайся! Едем дальше.

Марух развернулся и очень медленно побрел к мобилю. Словно на казнь, которой не избежать.

– Зачем ему это все, если он туда категорически не хочет? – спросила Кира, сидевшая рядом с проблемным туристом.

– Признайтесь, как вы вообще путешествуете, если господин Марух настолько не любит мобили? – добавила Майя.

– Он не любит природу, а не мобили, – ответил Ксандр. – Привык к комфорту и пользоваться только самыми лучшими достижениями цивилизации. К сожалению, в лесу не будет привычных удобств.

– Там вообще нет удобств, – признала Кира.

– Ничего, переживет, – отмахнулся Ксандр, наблюдая через лобовое стекло за едва идущим Марухом.

– Вы странный, – заметила Кира. – Я бы не хотела такого телохранителя. Разве не наниматель должен командовать и говорить, как и что будет?

– Я еще и помощник, – отозвался Ксандр, оглянувшись к ней. – В моем контракте есть пункт о принятии решений, которые будут способствовать улучшению жизни и здоровья нанимателя. Все во благо.

– Кому? – уточнила Майя, сидевшая рядом с Ксандром, хмуро наблюдая за Марухом.

– Нам! – припечатал Ксандр. Дождался, когда страдалец сядет в мобиль и строго предупредил: – Больше никаких остановок до самых озер! Ехать осталось недолго, крепитесь!

Никогда еще сорок минут не казались Майе настолько долгими! Когда крепиться не осталось сил, они наконец подъехали к лесу и, обогнув опушку, свернули к широкой, хорошо утоптанной тропе, ведущей через прогалину прямо к озерам.

Тогда же умолк Марух. Он придвинулся к окну, опасливо высматривая место парковки для двухдневного проживания. Вскоре деревья закончились и притихшей компании открылся вид на узкую береговую линию и широченную водную гладь самого большого, главного, озера. Противоположный берег терялся на горизонте. Еще два озера раскинулись правее и, насколько знала Майя, где-то был заброшенный туристический лагерь. Слева тянулся лес.

– Это что такое? – недоуменно спросил Марух, выйдя из мобиля и сделав пару шагов по береговой линии, поросшей высокой травой, а кое-где – и кустарником.

Бедняга смотрел на мир таким взглядом, будто уснул в своей постели, а проснулся на другом конце света. И продолжал вопрошать всех сразу:

– Неужели мы останемся под открытым небом? Вдали от элементарных благ цивилизации?

– Да, здесь только то, что мы привезли, – ответила Кира, следующая за ним.

– А другие отдыхающие?

– Никого, – улыбнулась Майя. – Тихо и спокойно. А как дышится! Просто вдохните.

Марух уставился на нее, явно не разделяя восторга:

– Я и так дышу. Пока что. Но, судя по окружающей грязи и опасным бактериям, буквально кишащим вокруг, мне осталось недолго мучиться. Как и вам, господа путешественники.

– Прекратите разводить трагедию, – вежливо попросила Майя. – Сходите к озеру. Полюбуйтесь пейзажем. Поверьте, закат здесь особенно прекрасен!

– Потому что последний, – обреченно кивнул Марух, после чего демонстративно вернулся в мобиль и хлопнул дверью.

– Девушки, оставьте его в покое, – посоветовал Ксандр, разминая широкие плечи размашистыми движениями. – Пусть привыкает к новой территории обитания, освоится и все такое.

– Он же не питомец, – покачала головой Майя. – Что за рассуждения?

– Очень логичные, – согласилась с Ксандром Кира. – Мне тоже здесь понравилось не сразу. Вспомни, после третьей поездки я привыкла, а потом и полюбила это место. С годами.

– Ну, столько времени у нас нет, – вздохнул Ксандр. – Надеюсь, Марух полюбит это место быстрее. Желательно – к моменту установки палатки.

– Ерунда, – улыбнулась Майя. – Мы сами ее разобьем. Сначала нужно выбрать место, где именно устроим лагерь. И давайте сразу разожжем костер. Дорога была неблизкой, все проголодались.

– Я буду выгружать оснащение и продукты, а вы выбирайте, где поставим палатку, – согласился Ксандр.

Майя кивнула, переглянулась с Кирой и, подхватив ту под локоть, потянула вдоль берега, совершенно безлюдного и поросшего травой.

– Раньше сюда много народа из Гарюста и округи приезжало, – припомнила Кира. – А теперь совсем никого почему-то.

Майя тоже это отметила. Не было характерных прогалин, выдававших туристические лагеря. Это удручало. И все же она была рада снова оказаться здесь. Спустя столько лет оживить образы прошлого.

– Помнишь, папа сразу вынимал удочки и садился в лодку? – спросила Майя.

– Мне нравилось следить за поплавком и сразу подсекать, когда рыба клевала, – кивнула сестра. – Будто весь мир замирал и сосредотачивался вокруг маленькой пробки, торчавшей из воды.

Майя широко улыбнулась, глядя на озеро. В ее воображении там снова плыла небольшая лодка. И спиной к берегу сидел отец в темно-зеленом плотном костюме и такого же цвета кепке. С озера папа всегда возвращался с обгоревшим на солнце лицом и шеей, и мама каждый раз пеняла ему за неосмотрительность…

Из воспоминаний Майю вырвал грохот.

Резко обернувшись, она увидела Ксандра, поднимающего упавшие казаны. Рядом с ним громоздились сумки и коробки.

– Нужно ему помочь, – вздохнула Майя.

– И побыстрее разбить палатки, – ответила Кира, глядя в небо. – Дождь собирается.

Увы, погода не радовала туристов. Когда они наконец собрали первую палатку, промокли до нитки. Майя злилась. Не потому что промокла, она не боялась дождя – на службе постоянно приходилось работать в непогоду, а иногда отмываться и от кое-чего похуже. Сегодня она злилась на Ксандра. Он что называется мешался под ногами и еще больше удивлял сестер незнанием элементарных вещей. В том числе, что палатки разбивают, а не собирают.

Нет, Ксандр Прах очень старался и схватывал детали на лету, но… постоянно тормозил процесс. Майя решила, что он слишком привык полагаться исключительно на различные магические артефакты. Сперва ворчал, называя предметы туристической экипировки доисторическим примитивизмом и искал – вы только подумайте! – пульт управления палаткой. И не сразу поверил, что ее следует самим, вручную сначала растянуть на земле, затем вставить дуги в специальные петли, которые крепятся к земле колышками. Их обычно приходилось строгать ножом из деревяшек. Но им и так повезло: металлические колышки шли в комплекте к новенькой палатке.

Да, все пришлось делать своими руками. Нет, волшебной кнопки, после нажатия которой все будет сделано быстро и само собой, как в сказке, не существует!

Затем, когда пришло время зафиксировать палатку в углах, из мобиля вышел Марух – страдалец, каких не видел свет. Но вышел не помочь с палаткой, а чтобы положить на землю некий прибор, сияющий загадочным светом. И преспокойно вернулся в тепло салона.

– Что это? – сразу заинтересовалась Кира, бросив возиться с палаткой.

– Марух решил проверить состав осадков, – ответил Ксандр, с сожалением глядя на бросившую руководить сборкой младшую сестру.

В это время Майя забивала колышки, припомнив, что они должны стоять под углом. Она не была профессионалом в этом деле, но снова ощутила себя единственным взрослым в их компании и хотя бы примерно понимала, что и как надо делать.

Ксандр решил ей помочь, но отвлекся, услышав раската грома. Точнее, визг Киры, метнувшейся к мобилю. В результате саданул молотком себе по пальцу.

Майя на мгновение растерялась, что делать в первую очередь: рвануть за аптечкой или побыстрее закончить с палаткой, когда небеса разверзлись ливнем. Пришлось срочно командовать Ксандру, чтобы помог натянуть и застегнуть внешний тент, а затем отрегулировать веревки для устойчивости конструкции. И все это под шквалом воды, вдвоем.

Закончив, уже никуда не спеша, Майя задрала голову и уставилась на серое небо. Ей хотелось домой. Природа больше не радовала, как и спутники. А надежды на спасение от горе-отдыха не осталось. И вдруг у нее над головой раскрылся зонт, алый, как искры в глазах Ксандра Праха. По плотной ткани нещадно били упругие капли, но до Майи они больше не доставали.

– Прости, – попросил заботливый мужчина, как только она на него посмотрела. – Давно не ощущал себя настолько безнадежным и безруким.

Мокрые каштановые кудри облепили его смуглое лицо, на длинных черных ресницах повисли капельки дождя. Будто этот сильный, наверняка всегда смеявшийся в лицо опасностям мужчина, плакал. Было странно и глупо даже предполагать подобное, но почему-то именно этот мужчина невероятно тронул Майю за живое. Она улыбнулась ему и неожиданно, даже для себя самой, стерла с его щеки капельки дождя. И ласково пошутила:

– Не плачьте, господин телохранитель. Вам просто нужно больше опыта в подобных поездках. Все непременно наладится.

Она ждала, что он рассмеется или почувствует себя неловко. Но Ксандр перехватил ее ладонь и, прижав к своему лицу, поведал:

– Марух недавно советовал мне попробовать быть жалким, чтобы ты расчувствовалась и взяла меня под опеку. Он знает о моем желании… дружить с тобой, вот и почитал какие-то книги на тему душевного сближения. А я его высмеял. Выходит, зря? Что будет, если я случайно поскользнусь и буду требовать обезболивающих манипуляций в пострадавших местах?

Майя весело рассмеялась:

– Судя по жалобам пострадавшего, сейчас у тебя проблемы с головой, а там, – она постучала пальцем по его лбу, – мазью не мажут.

– Ну хоть подуй? – подмигнул он, вернувшись к своей привычной манере весельчака и вечного оптимиста.

Майя вытащила из его ладони свою и, погрозив пальцем, вышла из-под зонта, напоминая:

– Нам еще вторую палатку разбивать. К счастью, дождь почти закончился. Пойдем, мой верный помощник! Ты у меня один остался, остальные сбежали с тонущего корабля.

Дальше дело пошло быстрее. Ксандр как верный помощник, потренировавшийся на первой палатке, вторую – взял на себя. И надо признать, быстро и без недовольства справился с задачей, даже пошутил:

– Теперь я понял, почему именно разбить палатку, а не установить или собрать. Потому что, когда ее ставишь, хочется разбить голову тому, кто ее изобрел. Или потому что непременно разобьешь себе пальцы.

Затем Ксандр ловко установил небольшой раскладной мангал, а вот дальше засомневался:

– Собрать я его собрал, но готовить на нем не возьмусь. Может, ну его, это мясо? Я взял с собой и готовые продукты.

– С ума сошел? – поразилась Майя. – Зачем, по-твоему, я мариновала мясо?! А грибочки? А овощи с мангала, картошка с салом?! Нет. Ночевка в палатке у озера без шашлыка – это упущенное удовольствие! Глупость несусветная. Уж с готовкой я справлюсь. Неси угли и все остальное. Дождь совсем закончился – самое время приниматься за ужин. Скажи Кире, что дождь прошел, пусть вылезает из мобиля. Наверняка захочет поплавать. Сейчас вода в озере будет особенно бодрящей.

– В каком смысле? – не понял Ксандр. – Кира полезет в воду? Холодно же.

– Самое то, – не согласилась Майя. – Сезон купания открыт две недели назад. Можешь и сам поплавать. Вода отлично снимает напряжение.

– Да, напряжение я бы снял, – задумчиво сказал Ксандр, скосив глаза на фигуру Майи, облепленную мокрым сарафаном.

– Где уголь? – топнула она ногой и отвела мокрую прядь волос с лица.

– Бегу! – опомнился Ксандр. И предупредил: – Ты соберись с силами. Марух наверняка тоже выйдет на разведку. Дай ему время привыкнуть.

Майя только закатила глаза, заранее представляя «восторг» писателя, увидевшего простенькую палатку, в которой ему придется ночевать. И не ошиблась. Пока Ксандр помогал Майе нанизывать мясо на шампуры в ожидании готовности углей, Марух вышел из своего убежища и склонился к прибору для изучения дождевой воды. Кира проявила небывалую заботу – принесла ему небольшой раскладной столик и осталась рядом следить за работой. Интересно же! Затем поделилась наблюдениями с Майей:

– В атмосферных осадках все чисто!

Воодушевленно понаблюдав за шкворчавшим и восхитительно пахнущим мясом в мангале, Кира сглотнула слюну и по-детски спросила:

– А мы есть скоро будем?

– Сядем за стол минут через сорок, – ответила Майя. – Как раз успею сделать пару салатов, пока жарится первая порция мяса с перчиком и помидорами. Там свинина, маринованная в кефире с луком и зеленью; следующая партия – в соевом маринаде с медом, имбирем и чесноком. Потом быстренько запечем картошку, разрезанную пополам с салом внутри, ну и заполируем грибочками. Они в простом лимонно-чесночном соусе с перчиком. Пирог погреем в конце, когда все будет готово.

– Чем я могу помочь? – удивленно спросил Ксандр после оглашения весьма разнообразного меню.

– Тем, что не будете лезть под руку, – попросила Майя, принимаясь нарезать овощи для салата.

Кира пояснила:

– Готовить – Майкино любимое дело. Поэтому не советую лезть ей под руку, пожалеете. А куда пошел господин Марух?

Майя тоже поискала взглядом проблемного писателя. Он как раз подошел к воде, присел на корточки и снова разложил свой сияющий потусторонним светом прибор. Его телохранитель подтвердил уже очевидное:

– Проверяет воду в озере. Ему тоже лучше не мешать. У него свои способы адаптации к новым условиям.

– Ладно, – сказала Кира, а затем без зазрения совести уточнила: – Господин Прах, скажите, когда он продаст нам свой артефакт? Мне хочется получить его как можно скорее.

На этом моменте Майя прекратила прислушиваться к их разговору и полностью отдалась любимому делу. А Кира, через некоторое время заскучав в компании Ксандра и не смея подойти к Маруху, решила искупаться. Поэтому залезла в палатку переодеться в купальник.

После гибели родителей врач рекомендовал ей плавать хотя бы два раза в неделю. И Кира ходила в бассейн. Сначала боялась множества посторонних людей, нервничала и старалась избегать навязанного занятия. Но Майя настаивала на регулярном плавании и даже поначалу составляла ей компанию. Потом прекратила – работа и заботы отнимали слишком много времени.

А вот Кира втянулась. Она плавала по часу туда и обратно, пока мышцы не начинали ныть от приятной усталости. И именно в это время в голове ненадолго наступал штиль. Никаких проектов, замыслов и расчетов – все словно растворялось в воде, дававшей возможность отдохнуть и расслабиться.

Тренер, занимавшийся с детьми в бассейне и регулярно наблюдавший за Кирой, сказал, что она могла бы попробовать себя в этом спорте, и он был готов заниматься с ней бесплатно. Конечно, она отказалась. Превращать удовольствие в соревнование показалось ей ужасно нелепым. Тренер настаивал. Кира сменила время, чтобы больше не сталкиваться с ним. Ей не нравилось общаться с посторонними, особенно назойливыми. А из близких у нее осталась только Майя. До недавнего времени.

Выйдя из палатки, Кира подошла к сидящему на берегу спиной к ней Маруху. Он уже не занимался исследованиями со своим странным прибором, в который ей очень хотелось заглянуть, но мешать было нельзя. Теперь, когда он, закончив дела, сидел, глядя на воду, Кира посчитала возможным пообщаться с ним:

– Как вода?

– Я убедился, что озера не могут назвать желтыми просто так, – отозвался Марух. – Степень бактериального загрязнения и токсичных примесей допустимая, но я бы не стал даже ноги мочить. В жизни полно других способов подхватить болезни.

– Тогда вам лучше отойти подальше, – предупредила Кира, отступая назад, чтобы разбежаться. – Могу забрызгать.

И ворвалась в воду, прекрасную, ледяную, манящую! Сперва показалось, что окунулась в кипяток. Киру всегда завораживала эта парадоксальная реакция тела, обманывающая мозг. Рассмеявшись, она взвизгнула, нырнула и немного проплыла вперед под водой. Затем вынырнула с громким «Ух!» и собралась плыть дальше. Но не успела!

Точнее, ей не дали. Сначала Кира даже не поняла, что произошло. Затем повисла над водой вниз головой, уткнувшись носом в узкую белую поясницу над серыми мокрыми брюками. В следующее мгновение до нее дошло, что Марух каким-то образом успел избавиться от рубашки, прежде чем бросился зачем-то вытаскивать ее из воды.

Кира настолько поразилась, что даже не стала кричать, просто молча рассматривала поясницу и воду под собой. И держалась за мужчину, у которого оказался удивительно хорошо развитый мышечный каркас. Словно каменный.

Вместо Киры возмутилась Майя:

– Ты что творишь?! Немедленно поставь мою сестру! Она тебе не мешок картошки! И прекрати держать ее за… за…

– Просто поставь ее, – попросил Ксандр.

Тут до Киры дошло, что Марух действительно придерживал ее. За бедра. Осторожно, но крепко. Нес ее, как варвар добычу, на правом плече и молчал, пока Майя ругалась. А Кира спокойно ждала, что будет дальше. И прислушивалась к удивительным реакциям своего тела и разума. Ей понравилось происходящее. Никогда еще Кира не чувствовала себя комфортно при столь близком и неординарном взаимодействии с посторонним. Что доказывает ее предположение – Марух неожиданно оказался в числе близких ей людей. Как и когда? Об этом стоит поразмышлять на досуге.

Тем временем Марух вышел на берег, прошел подальше от воды и осторожно поставил Киру рядом. Внимательно посмотрел на нее и спросил:

– Что именно тебе не понятно из моего предупреждения об опасности местной воды?

– Все понятно, – призналась Кира с интересом рассматривая совершенно мокрого блондина без рубашки. – Степень ее загрязнения вполне допустимая для купания.

– Ты хоть представляешь, сколько там бактерий? – сверкнул он синими глазами, таким образом выразив степень своего недовольства ее выходкой. – Ради чего ты рисковала? Если хочешь плавать, скажи. Мы найдем приличный бассейн. Ну или купим его и установим в ближайшее время. Я ведь почти начал привыкать к этому рассаднику патогенов, но ты решила на корню уничтожить мои попытки полюбить природу. Вместо созерцания умиротворяющей картины воды и горизонта, появилась смерть на длинных ногах!

– Почему смерть? – не поняла Кира.

– Ноги у нее действительно длинные, – подтвердил Ксандр.

– Нечего было за ней бегать! – продолжала злиться Майя. – И нечего отводить взгляд от горизонта на ноги моей сестры. Кира, быстро оденься! И давайте все вместе накроем стол. Лучше уж вы будете под моим присмотром. А то после такого отдыха мне нужен будет еще один, в психушке…

– Сначала мы примем лекарство, – предупредил Марух и поманил Киру в свою палатку. – Во избежание эксцессов. Не хотелось бы сгинуть здесь, из-за этих грязных озер раньше, чем вырастут мои дети.

– У тебя есть дети? – заинтересовалась Кира.

– В том-то и дело, что пока нет, – ответил Марух, пропустив ее вперед. – Поэтому прекрати рисковать моей жизнью ради сиюминутных удовольствий. И положи мой… артефакт.

– Ты продашь его мне? – услышала Майя голос Киры из палатки.

Дальше ее отвлек Ксандр, подхватив за локоть и осторожно направив в сторону мангала:

– Я помогу накрывать на стол. Не переживай. Слово чести, Марух никогда не причинит вреда твоей сестре. Он перестраховщик, а не враг.

Майя с трудом поборола желание последовать за сестрой.

– Ты видел, как Марух бросился за ней? – не унималась она. – Будто время ускорилось. Сидел спокойно – и вдруг в сторону полетела рубашка, а он уже в воде. Как такое может быть?

– Инстинкты, – пожал плечами Ксандр. – Я вот тоже одарен. У меня чудо-обоняние, и я чувствую, что пригорают грибы.

– О, нет! – заполошно воскликнула Майя и кинулась к брошенной на углях еде, чтобы спасти хотя бы ее часть.

Ксандр тем временем отнес раскладной стол на ровную площадку рядом с палатками и накрыл его белой скатертью.

– Как в ресторане, – сказал он, желая приободрить грустную хозяюшку, и принялся расставлять фарфоровые тарелки с приборами. Заметив удивленный взгляд Майи, принесшей к столу миску с мясом, Ксандр пояснил: – Марух отверг вашу деревянную и металлическую посуду для туристов.

– Нашу? – не поняла Майя.

– Формусовскую, – кивнул он, широко улыбаясь и предлагая ей резной бокал. – Лимонада?

Через четверть часа компания наконец собралась за накрытым столом. Марух и Кира переоделись в сухое и пожаловались, что «ну очень голодные». Ксандр был с ними солидарен. Вскоре Майя с огромным удовольствием наблюдала, как едоки буквально молотили все подряд, и смущенно принимала бесконечную похвалу от мужчин.

Теплая, душевная обстановка располагала к разговорам о работе и жизни в целом. Майя не заметила, как увлекла благодарных слушателей рассказами о нечисти, которые слышала во время обучения на боевого мага, и потом на практике узнавала, где выдумки, а где нет и даже пострашнее.

Ксандр живо реагировал на описываемые Майей события, то замирая в напряжении, то хмурясь, то улыбаясь, и ей льстило его пристальное внимание. Марух с Кирой зябко повели плечами и пересели поближе к костру. И там обсуждали ее новую задумку. Он давал советы, и Майя видела, как восторженно блестели глаза у сестры, прежде равнодушной к посторонним.

Когда пришло время расходиться, все дружно убрали со стола и, попрощавшись до утра, разошлись по своим палаткам и спальникам. Тогда же Майя поймала себя на мысли, что эта поездка на озера стала лучшей. Нет, она не затмила прекрасных приключений с отцом – тогда все было идеально. Но то время прошло. И теперь, во взрослой жизни, у Майи появятся новые воспоминания, тоже дорогие сердцу. И хоть совместная поездка началась и проходила не так, как было задумано, общее впечатление совершенно не испортилось. Даже наоборот. Вспоминая тот или иной казусный момент, Майя тепло улыбалась и была благодарна каждому участнику своей компании. Наверное, она здесь душой отогрелась, которая, как оказалось, успела замерзнуть…

Утро выдалось пасмурным.

Возможно, из-за ночной грозы. Или из-за неудобного спальника, спать в котором Майя давно отвыкла. Ночевать в палатке подростком – это веселое приключение, а для взрослой женщины – скорее мука. И хотя Майя постоянно мирилась с неудобствами на работе, на отдыхе ей хотелось хоть немного побыть Марухом, предпочитающим комфорт.

Одним словом, утром Майя поняла писателя, как никогда. Кое-как размяв затекшую поясницу, она осторожно, чтобы не разбудить сестру, вылезла из палатки. Кира спала, закопавшись в спальник с головой и уютно сопела.

Ночь выдалась дождливой и прохладной, и Майя озаботилась самочувствием всех участников турпохода к озерам. Как выяснилось, «восстала» она не первой. Снаружи уже горел костер, над ним на закрепленной на рогатках палке под присмотром Ксандра грелся чайник.

– Доброе утро, – обернулся он к Майе с улыбкой. – Как насчет горячего чая?

Мужчина, позаботившийся вместо нее о завтраке, выглядел заспанным и… милым. Большие зеленые глаза сонно щурились, волосы всклокочены, рубашка непривычно мятая. Зато в голосе Ксандра, чуть хрипловатом, «урчали» некие особые тона, неожиданно вызвав у Майи мурашки удовольствия.

Она с улыбкой кивнула и попыталась пригладить свои волосы, наверняка тоже лохматые. Хотя на ночь Майя убрала их в косу, но вряд ли после ночевки в спальнике на голове не образовалось воронье гнездо.

– Замерзла? – спросил Ксандр чуть щурясь. Подошел и положил ей на плечи лежавший на раскладном стуле плед. – Ночка выдалась та еще.

Затем, недолго думая, укутал ее в плед, слегка коснувшись ее открытой шеи. Перед внутренним взором Майи всплыло короткое воспоминание: она наконец-то сносно устроилась в спальнике и задремала, а Ксандр, склонившись над ней, плотнее укутал ее, при этом бормоча что-то об отсталой планете. Вопрос у Майи вырвался прежде, чем она успела подумать:

– Ты приходил ночью в нашу палатку?

Ксандр замер, глядя ей в глаза. Затем пожал плечами, сообщая как само собой разумеющееся:

– Несколько раз. Волновался, как ты.

– Мы, – поправила его Майя. – С Кирой.

– Конечно, – он невозмутимо кивнул. – Очень переживал за вас обеих.

Майя усмехнулась, покачала головой и, вспомнив о писателе, уточнила:

– Как господин Марух? Наверняка проклинает день, когда мы решили сюда поехать.

– Спит как младенец, – улыбнулся Ксандр. – На самом деле он отлично приспосабливается к любым условиям. Выживает где угодно, но сначала попьет всем крови в процессе освоения места обитания. Как пиявка.

– Про него не скажешь, что привык приспосабливаться, – не поверила Майя.

– Это обманчивое впечатление, – уверял Ксандр. – У Маруха запредельное чутье на неприятности. Он очень не любит сюрпризы, потому что знает: большинство из них – неприятные. Тем не менее, если вам понадобится отправиться в пекло, к вулканам, в джунгли или в непроходимые болота, он станет лучшим проводником и поможет выйти оттуда, где другие погибнут.

– Прямо-таки погибнут? – улыбнулась Майя.

– Это я утрирую, – отмахнулся Ксандр.

Взял заляпанное полотенце, обернул им руку и снял закипевший чайник с огня. Разлил кипяток по четырем чашкам и не забыл заварить чай в пятой. После чего предложил:

– Давай греться. Пока так.

– Пока? – отозвалась Майя, пристально посмотрев на лукаво улыбающегося мужчину.

– Когда тучи окончательно рассеются, нас согреет солнце, – подмигнул он. – Кстати, хотя тебе очень идет красный нос, не думаю, что стоит задерживаться здесь на вторые сутки. Как-то мы не угадали с погодой. Или хочешь остаться?

Майя невольно пощупала свой нос, действительно заложенный, и грустно вздохнула:

– Ты прав. Лучше уехать, пока все не разболелись.

– Мне жаль, что отдых получился настолько плохим, – признался Ксандр. – Я думал сделать как лучше.

– А мне понравилось! Вышло замечательно! – ни капли не лукавя отозвалась Майя, наливая в свою кружку заварку. – С нюансами, конечно, но в этом есть своя прелесть. И еще… – Она потянулась к кружке Ксандра налить заварки. – Я поняла, что нам с Кирой действительно не хватало такого отдыха. Смены обстановки. Без работы, тревог и вечного бега по замкнутому кругу. Спасибо тебе за это.

– Пожалуйста, – тихо отозвался Ксандр и протянул ей кусочек вчерашнего пирога.

Майя заметила красные искры в его глазах. И еще ей стало тепло, словно уже выпила чай и согрелась.

– Майя, ты… – начал было Ксандр, потянувшись к ней.

– И мне налейте, – прервал его Марух и окинул их обвиняющим взглядом. Получив свою кружку, он постановил: – Этот отдых должен оплачиваться отдельной премией. Я замерз. Устал. Не выспался. И ходил – прошу прощения – по нужде в темные кусты, на ощупь.

– С фонариком, – ехидно напомнил Ксандр.

– Если бы моя душевная организация была более трепетной и нежной, получил бы психологическую или моральную травму, – не сдавался страдалец. – А может – и все вместе! Поэтому требую дополнительной оплаты.

– У своего подчиненного? – удивилась Майя, наслаждавшаяся горячим чаем.

Марух задумался, прежде чем обосновал требование:

– Не одному же ему получать премии, правильно? Вычту из его в свой счет. Мне будет очень приятно. Деньги вообще делают меня добрее и счастливее.

– Звучит на редкость меркантильно, – фыркнула Майя. – Все знают, что счастье не в деньгах.

– Не только в них, – вступил в дискуссию Марух. – Есть, разумеется, и другие интересные вещи, делающие жизнь лучше. Кстати, об интересном: когда вы, наконец, насладитесь экстремальным отдыхом и разрешите мне вернуться в цивилизацию?

– Сегодня, – ответила Майя и несколько раз чихнула.

– Сразу после завтрака, – хмуро добавил Ксандр. – Соберемся и поедем. Насладились уже.

В подтверждение его слов раздался громкий чих из палатки. Надо думать, Кира проснулась тоже не в лучшей форме.

– Кошмар! – прокомментировал общее состояние Марух.

А Майя невольно хихикнула: с этого слова начался их поход, им же и завершается.

Коварный план Ксандра использовать приятные воспоминания избранницы об отдыхе с отцом на озерах в своих целях провалился. Сестры подхватили легкую простуду, а Ксандр – сильное чувство вины. Он думал, что прежние положительные эмоции поспособствуют созданию и усилению новых, уже к нему самому. В итоге все обернулось провалом.

Я был против, но мое мнение он проигнорировал. Теперь имею право повторять: «Я же говорил!» язвительным тоном. Мне нравится, я вхожу во вкус эмоциональной жизни. Особенно в части демонстрации их проявлений. Отметил, что это способствует лучшему пониманию собеседниками моих претензий, советов и рекомендаций.

У меня странная реакция на Киру: она излишне часто становится объектом моего пристального внимания. Когда Кира рядом, я изучаю ее взглядом, а когда далеко – возвращаюсь к ней мысленно. Видимо, мне нравится ее заинтересованность. Она признает мои советы полезными, слушает молча и внимательно, схватывает все идеи на лету. Девушка, несомненно, красивая, эмоционально сдержанная и очень одаренная – идеал.

Поразительный факт – оракул указывал Ксандру на ее сестру. От мысли, что именно Кира может быть избранницей Ксандра, у меня учащается пульс, я испытываю сильное недовольство.

Продолжаю наблюдения.

– Что-то случилось? – спросил Ксандр Прах, сонно щурясь на пороге своей квартиры.

Майя кивнула и про себя подумала, что такой «домашний» Ксандр смотрится еще привлекательней, чем «собранный как на парад». И невольно любуюсь соседом в самой обычной белой футболке и серых свободных штанах, сообщила:

– Нам поручили очередное задание.

До зуда в ладонях ей хотелось коснуться его взъерошенных кудрявых волос, обычно слегка небрежно причесанных. Но этим утром им точно не помешала бы расческа или Майина рука. И не просто протянуть руку и осторожно поправить, а запустить в густую мужскую шевелюру всю пятерню, чтобы…

– Майя? – Ксандр сделал шаг вперед и слегка склонился к ней. – С тобой все в порядке?

– Да, – уверенно солгала она.

– Тогда почему не отвечаешь? – прищурился Ксандр. – Что за поручение? Очень срочное?

Поручение! Как она вообще могла забыть?!

– Очень! Нам нужно выехать немедленно, – всполошилась Майя. – Сегодня будем добираться на вашем мобиле. Я покажу дорогу.

– Одеваюсь, – кивнул Ксандр и быстро ушел, оставив Майю в прихожей.

В ту же минуту к ней вышел Марух, при костюме, тщательно причесанный, с саквояжем.

– Как вы быстро! – поразилась Майя. – Думала, будете собираться не меньше четверти часа.

– Я рано встал, – ответил он, проходя мимо нее к обувнице, и достал кожаные черные туфли, безупречно чистые и слегка поблескивавшие, как если бы их недавно вычистили.

– Там, куда мы поедем, будет грязно, – предупредила Майя, сочувственно качнув головой.

– Постарайтесь не пачкаться, – преспокойно посоветовал Марух, обуваясь. Затем взял зонт-трость с вешалки – и вышел.

– Но… – Майя выскочила за ним. – Куда вы?

– По делам, – ответил этот несносный иностранец, сворачивая к лестнице. – Нужно уладить кое-какие вопросы.

– А как же помощь полисмагам? – растерялась Майя.

Марух не ответил.

Девушка попятилась в квартиру и чуть не налетела на обувающегося Ксандра. Не придумав ничего лучше, она не то пожаловалась, не то доложила:

– Ваш начальник сбежал!

– У него дела, – кивнул Ксандр. – Не волнуйся, я целиком твой. Куда едем?

– В западную часть города. Но… господин Марух наверняка воспользовался вашим мобилем. Придется идти пешком до отделения и брать там служебный. А времени мало.

– Значит, стоит поторопиться, – улыбнулся Ксандр, выходя за дверь. – Заодно расскажешь по дороге, чем еще я могу помочь этому прекрасному месту.

Майя заметила иронию в голосе Праха. Он явно и сам осознавал, что сделал для города больше, чем достаточно, но почему-то продолжал помогать. И следовал за Майей по первому ее зову. Но не раскрывался. Вопросов относительно писателя и его телохранителя с каждым днем становилось только больше. К тому же появилось еще одно очень напрягающее обстоятельство – отношение Майи к соседям-иностранцам менялось в лучшую сторону. Причем вне всякой логики!

То есть, полисмаг Тисс понимала, что туристы странно себя вели и действовали ровно так, как считали нужным. Им никто не указ, их замыслы могут быть самыми невероятными. Но все это ни капли не мешало Майе наслаждаться обществом загадочных иностранцев, и одного из них – в особенности. Ее откровенно тянуло к Ксандру Праху. Нравилось говорить с ним, наблюдать за ним и просто быть рядом. С ним Майя ощущала удивительное внутреннее спокойствие, чего не было очень давно. Рядом с Ксандром тревоги отступали, как и нечисть. Казалось, все темное и негативное бежало от него прочь.

– Расскажешь, куда мы сегодня? – напомнил о себе Ксандр, отвлекая Майю от размышлений.

– Судя по расчетам наших специалистов, на западе, в одном старом районе, скоро будет горячо, – сообщила она, подумала и добавила: – Мы пока только учимся просчитывать такие события, так что, может быть, ничего не произойдет. И все же…

– Стоит проверить, – понятливо кивнул он. – А как твоя простуда?

– Ночь в тепле, витамины и горячий чай с вареньем творят чудеса, – улыбнулась Майя. – Кира тоже в порядке. Спасибо тебе за вылазку на природу!

Он скривился и отвернулся.

Майя удивленно вскинула брови и повторила:

– Правда, спасибо!

– Это было совсем не так, как я планировал, – неожиданно признался Ксандр.

– И не так, как планировала я, – кивнула Майя. После чего добавила, тихо рассмеявшись: – Отлично вышло. Будет что вспомнить.

– Ты серьезно? – поразился Ксандр.

– Конечно! – отозвалась Майя. И решила капельку пооткровенничать: – Когда мы с Кирой вернулись домой, еще около часа сидели на кухне и говорили о поездке. Перебирали по кусочкам, радовались и смеялись. Даже моя сестра. Представляешь?

– Она тоже редко смеется? – склонив голову спросил Ксандр.

– Почему тоже? – не поняла Майя. Затем до нее дошло, что Прах имел в виду ее. Она нахмурилась и деловито пояснила: – Мы почти незнакомы, поэтому странно делать обо мне такие выводы. На самом деле, в свободное время я умею отлично веселиться.

Ксандр кивнул с самым серьезным выражением лица.

– Умею! – чуть громче, чем стоило, напористо повторила Майя.

– Разве я спорил? – Ксандр выставил вперед открытые ладони.

– Ты смотришь так, будто не веришь, – обиженно буркнула Майя.

– Прости за мой взгляд, – тут же покаялся ее собеседник. – Я обещаю лучше себя контролировать.

Майя подозрительно фыркнула. Остаток пути до третьего отделения они прошли молча. При этом Ксандр выглядел расслабленным и очень довольным собой, а Майя невольно заводилась, пытаясь припомнить, когда в последний раз смеялась от души. Ей хотелось ткнуть Ксандра носом в факты. Вот только где их взять? Майя действительно очень давно не веселилась. Работа полисмага и забота о своей маленькой, но проблемной семье отнимала все время и силы, не оставляя времени на простые радости. Отчего Майя опечалилась.

А Ксандр, конечно же заметив состояние девушки, решил ее подбодрить очень провокационным замечанием:

– Зато у тебя, как и у Маруха, не будет морщин вокруг глаз.

Майя строго посмотрела на остряка, тыкающего указательным пальцем во внешний уголок своего глаза, где собираются мимические морщинки – верные спутники весельчаков.

Заметив ее взгляд, Ксандр сделал вид, что у него просто глаз зачесался и спешно перевел тему, предложив поторопиться к месту предполагаемого происшествия.

Майя сидела в мобиле, как велел Ксандр. Конечно, она не собиралась подчиняться, но он надавил, напомнив о своей силе и нежелании беспокоиться еще и за нее, пока будет разбираться с нечистью.

И теперь полисмаг Тисс, заслуженно считавшая себя профессионалом, чувствовала себя до обидного глупо. Бесполезной. Ей нестерпимо хотелось рвануть из мобиля, обогнуть заброшенное здание старой фабрики и помочь Праху. Ведь он не обязан бороться с городскими, вернее, формусовскими проблемами в одиночку. Да что там, он вообще ничего им не должен!

Майя высидела около трех минут, но, как только небо налилось сиреневым, дернула за дверную ручку. И в этот момент ее артефакт связи ожил. На связь вышел сам магран Остерс. Услышав его, Майя доложила о происходящем, ожидая разноса за «просиживание штанов, пока другие в пекле». Однако начальник лишь одобрительно посмеялся:

– Молоде-ец… Растешь, Тисс! Я уж думал никогда не отучу тебя бросаться в гущу событий и рисковать собой. Пусть иностранец сам там со всем разберется, а потом доложи, что к чему.

– А если он погибнет? – потрясенно спросила Майя.

– Нежелательно, конечно, – отозвался магран. – Сначала хотелось бы выведать все их секреты. Кстати, жду от тебя отчета об уже разведанном. Желательно – с прилагающимися артефактами и инструкцией к ним. Сама понимаешь, пока мы тут работаем, ты там прохлаждаешься за казенный счет. Тисс, не разочаровывай меня.

– Есть, – глухо ответила Майя.

– Работай, Тисс, работай! – раздалось с той стороны, прежде чем связь прервалась.

Майя моментально открыла мобиль и побежала к зданию. Только по пути увидела, что небо уже просветлело, словно его и не затягивало красками, сулившими большую опасность. И чуть не налетела на Ксандра, вышедшего из-за угла: руки в карманах, волосы в беспорядке, на лице кривая улыбка.

Майя замерла, обеспокоенно его осмотрев:

– Ты как?!

– Голоден, – признался Ксандр, приблизившись и сверкая глазами, в которых переливались красные искры. – А ты? Почему не дождалась в мобиле?

Майя нахмурилась:

– Потому что это неправильно! Я не должна была там сидеть, пока ты здесь… еще и в одиночку. Это моя обязанность – защищать Гарюст, а не твоя. И прости, что раз за разом вовлекаю тебя в очередные проблемы.

– Та-ак… – протянул Ксандр, выражение его лица стало предельно серьезным. – Что случилось, пока меня не было? На тебя кто-то напал?

– Нет.

– Ты получила дурные известия о Кире?

– Нет! Ты что такое говоришь…

– Тогда объясни, почему в твоих глазах столько страха и раскаяния? Кто тебя напугал?

Майя отвернулась, но, тяжело вздохнув, призналась:

– Со мной связывался магран Остерс. И он…

– Угрожал тебе? – с нетерпением и нотками злости спросил Ксандр.

– Нет, – Майя передернула плечами. – Он приказал ждать, пока ты не закончишь с нечистью. А потом доложить ему.

– Ну и хорошо, одобряю приказ твоего начальника! – похвалил Ксандр. – Так чего ты нас не слушаешь? Если уже двое попросили оставаться в мобиле в безопасности…

Майя гневно ткнула себя в грудь:

– Я – боевой маг! Безопасность этого города и его жителей – моя работа! И если твоя бравада связана с непониманием масштабов опасности, то мой начальник…

Майя сбилась, подбирая слова.

И Ксандр помог ей, широко улыбнувшись:

– Твой начальник без зазрения совести пользуется моими дармовыми услугами, не желая рисковать ценными кадрами. Я его понимаю.

На миг закатив глаза от досады и раздражения, Майя спросила:

– Что там было?

– Пустяки, – беззаботно отозвался Ксандр. – Доложи маграну, что в этой части города все в порядке. Мы предотвратили безобразие в зародыше. И предлагаю поесть. Срочно. Где здесь вкусно кормят?

– У меня дома, – пожала плечами Майя. – Хочешь я?..

– С удовольствием, – обрадовался Прах. – Ты прекрасно готовишь!

– Обыкновенно, – как можно спокойнее отозвалась Майя, в душе ликуя от столь щедрой похвалы. – Сейчас проверю здесь обстановку и поедем. Для доклада важно…

– Конечно, проверь, – подмигнул Ксандр. – Но, умоляю, поторопись. Я остался без завтрака, не хочу лишиться и обеда. Эдак похудею, костюмы будут плохо сидеть, а хороших портных здесь еще нужно поискать.

– Ты и в простом готовом костюме из магазина будешь отлично смотреться, – отмахнулась Майя. Но, отметив победное выражение на его лице, добавила из вредности: – Даже лучше, чем сейчас.

Ксандр Прах заломил бровь, демонстрируя непонимание, а Майя поспешила проверить место уничтожения нечисти, пряча стыд за свою ложь. Обычно она никому не врала про внешность или характер. Говорила спокойно об очевидном и могла искренне сделать комплимент, если человек того заслужил. И Ксандр точно заслужил! Но Майя отчего-то стеснялась выказать ему симпатию. Может быть, потому что он выказывал ей свою слишком откровенно?

Полисмаг Тисс обследовала место происшествия и нашла его чистым. Если нечисть и пыталась прорваться, то от нее не осталось ни следа, ни мокрого места. Ксандр, как всегда, был безупречен. Но хвалить его Майя снова не стала. Отчиталась по связи, что они задание выполнили, оба живы-здоровы, ситуацию нейтрализовали и нуждаются в передышке из-за перерасхода энергии.

Магран поблагодарил их за проявленную отвагу, пожелал хорошо отдохнуть и даже отдельно – громко и велеречиво – похвалил Ксандра. Лицемерие начальства задело Майю: Остерс представлялся ей только в хорошем свете, а тут вдруг поняла, что не все так замечательно, как казалось. Собственно, ее магран тоже отправил с туристами, даже не удосужившись проверить, насколько такое сотрудничество безопасно. Все эти неприятные открытия пришли в голову девушки-полисмага по пути домой. Ехали они с внештатным напарником молча. Прах тоже размышлял о чем-то, сильно хмурясь и периодически потирая слегка заросший щетиной подбородок.

Когда Майя припарковалась у дома, Ксандр встряхнулся, улыбнулся ей и предложил:

– Давай после обеда посмотрим, какие еще есть варианты отдыха в вашем городе. Или рядом с ним. Только не в палатках.

– Смотреть не запрещено, – отозвалась Майя, – но магран может воспротивиться. Слишком часто я отсутствую на работе.

– С этим разберемся, – подмигнул ей Ксандр, выйдя из мобиля. – Но сначала накорми меня, чтобы лучше думалось.

Майя поднималась в квартиру, уже мысленно накрывая на стол и удивляя своего подопечного всевозможными блюдами.

Киры дома не оказалось. Майя обошла квартиру, затем поднялась на мансарду – и удивленно замерла на пороге значительно расширившегося Кириного обиталища, ошеломленно выдохнув:

– Вот это да!

Беседовавшие до этого, склонившись над длинной железякой с тремя цветными нашлепками, Марух с Кирой обернулись к Майе.

Кира довольно раскинула руки:

– Смотри, сколько места! Теперь будет гораздо удобнее.

– Кому? – засомневалась Майя.

– Нам, – отозвалась Кира, кивнув на компаньона. – Маруху тоже мало пространства внизу.

– Сегодня я завершил оформление перепланировки, – деловито пояснил Марух. – А пока подписывал документы, здесь снесли перегородку и уже заменили полы. Сейчас рабочие отдыхают, но скоро продолжат обновлять стены. Через пару часов привезут мебель и часть моего нового оборудования. Я нанял сразу три бригады, чтобы как можно быстрее устранить неудобства. Думаю, это вопрос трех-четырех часов максимум. А потом…

– Что в нашей кухне делает толпа разнорабочих?! – раздался голос Ксандра с другого конца мансарды.

Там было темно, поэтому казалось, что его голос взялся из ниоткуда.

– У них перерыв на обед, – пояснил Марух, словно родитель маленькому ребенку. – Съедят все, что принесли с собой, и вернутся к работе.

– Мы попросили их уйти с мансарды, чтобы исключить появление запахов и мусора от еды, заодно разогреют и посудой воспользуются, – пояснила тем же тоном Кира. – Чтобы не отвлекали нас и не мешали работать.

– Нарушение стерильности, снижает эффективность и влечет возникновение лагов, – добавил Марух.

– Марух, это не твоя лаборатория. Забыл? – начал было Ксандр.

Но Майя прервала его:

– Господин Прах! – позвала она. – Идемте со мной. Я накормлю вас обедом. А потом и этих двоих трудоголиков. На сытый желудок легче думается. И принимается…

– Мы уже ели, – отозвалась Кира. – И не уйдем отсюда, пока все не доделаем.

– Рабочие могут повредить ее изобретение, не разобравшись что это и зачем, – пояснил Марух. – Мы спустимся позже, когда все доделают.

Майя пожала плечами и обернулась в сторону хмурого Ксандра.

– Чужие в доме – это небезопасно, – глядя Маруху в глаза, ровно произнес Ксандр.

– Это всего лишь рабочие, – неуверенно улыбнулась Майя.

– Понимаю твой негатив к возникшим неудобствам, – бесстрастно ответил Марух Ксандру. – Однако это обоснованная необходимость. Здесь слишком тесно, сумрачно и небезопасно для Киры. Можно выкупить квартиры снизу, но это лишние сложности, внимание и потеря времени. Просчитав возможные варианты, я выбрал наиболее безопасный. И… присматриваю за чужими.

Майя в некотором недоумении переводила взгляд с одного мужчины на другого: они говорили о чем-то исключительно своем, понятном лишь им двоим.

– Если я верно запомнила, господин Марух – твой начальник?

– Запомнила верно, – усмехнулся Ксандр.

Посчитав ответ двояким, Майя, поджав губы, сказала:

– Тогда пусть делает, что считает нужным. Ведь это может пригодиться для его книги?

– Обязательно пригодится, – донеслось от Маруха.

Хмыкнув, Ксандр позволил Майе увести его из мансарды.

Спускаясь оттуда в квартиру, Майя обратила внимание, что он не успел переодеться, хотя собирался освежиться после стычки с нечистью. Она достала из комода чистое полотенце и протянула ему, указывая на дверь ванной комнаты:

– Пока я подогрею обед, можешь…

– Чувствовать себя как дома? – улыбнулся Ксандр и вдруг так на Майю посмотрел, что у нее слова застряли в горле, а по телу пробежала волна тепла.

Девушка, не доверяя своему голосу, просто пожала плечами, делая вид, будто ей все равно. Ксандр взял полотенце и подмигнул ей:

– Тогда приму ванну, с твоего позволения.

И скрылся за дверью. А Майя бегом отправилась хозяйничать в кухню, где пораженно замерла, заглянув в хладник: там почти не осталось готовой еды. Видимо, Кира скормила все прожорливому Маруху! Майя еще у озер заметила, что блондин, несмотря на худощавое телосложение, ест как не в себя!

– Не писатель, а проглот, – пробормотала Майя, отправляя мясо в кухонный размораживатель авторства Киры.

Пока техника гудела, а духовка грелась, она успела нарезать помидоры, натереть сыр и тонко нашинковать остатки грибов. Затем быстро отбила стейки, положила их на смазанный противень, сверху – кружки помидоров, щедрый слой смеси из горчицы и майонеза и сыр. Мясо под сырной шапкой отправила запекаться.

Следом хозяюшка расправилась с тремя картофелинами: очистила, нарезала крупными дольками, промыла, просушила и, сбрызнув маслом, присыпала солью и смесью специй собственного приготовления. Картофельные дольки аккуратно положила на свободную часть противня. Осталось только заварить чай.

Через пятнадцать минут в кухню вошел Ксандр: распаренный, с мокрыми кудрями и чуть порозовевшим лицом. В тех же брюках и рубашке, но босиком – расслабленный и уже совершенно довольный жизнью. Увидев накрытый стол и потянув носом, он посмотрел на Майю с таким красноречивым восторгом, что и слов не надо.

Впрочем, молчать он не собирался:

– Когда ты все успела?! М-м-м… запах просто нереальный. Майя, ты точно занимаешься не своим делом. Бросай службу в полисмагии – открывай ресторан.

– Для ресторана мне еще учиться и учиться, – польщенно улыбнулась Майя. – Я готовлю больше для души.

– Моей душе очень нравится, что ты уже умеешь, – возразил Ксандр и на полном серьезе повторил: – Бросай опасную деятельность.

– Кто же мне позволит? – рассмеялась Майя. – Ты ведь знаешь, все маги в нашей республике обязаны служить на благо мира. – И указала на блюдо: – Угощайся.

– А ты?

– Я тоже буду, – кивнула Майя, стянув передник, – только переоденусь в домашнее платье. Очень жарко.

– Очень, – согласился Ксандр, глянув на нее с так, будто собрался съесть вместо обеда.

Смутившись, Майя сбежала в свою комнату и надела самое приличное платье – красное, со скромным вырезом, рукавами по локоть и длиной чуть ниже колена. Дабы гость не думал, что его пытаются соблазнить! Потому что он будто только и ждал повода так подумать, а потом поддаться искушению…

Несмотря на переживания Майи, общими стараниями обстановка за обедом была теплой и милой. Ксандр нахваливал ее кулинарные способности, заметил, что ей очень идет красное и вовремя перешел на более нейтральные темы, из тех, что о том о сем: о городе, о Формусе и ее законах. Между делом он успел напроситься еще и на совместный ужин, посетовав:

– Я не представляю, что мы с Марухом будем есть вечером. Рабочие наверняка все разнесли, намусорили. В любом случае после такого количества народа в жилище придется нанимать уборщицу. Пока квартиру снова не отмоют, Марух не сможет там находиться без нытья. Иногда с ним приходится очень сложно.

– Понимаю, – с улыбкой отозвалась Майя, вспоминая сестру и впервые в жизни ощущая настоящее единение с человеком, действительно сталкивающимся с похожей проблемой из-за близкого человека. – Кира тоже часто вляпывается из-за своих логичных решений, желания говорить всем правду и некоего эгоцентризма. Она не со зла, но…

– Но иногда нужно время, чтобы прийти в себя после очередного их выверта, – с понимающей улыбкой продолжил Ксандр.

Майя кивнула и пригласила:

– Приходите с Марухом к шести. Я сделаю что-нибудь вкусное на всех. Как насчет фаршированных перцев? Или запеченной курицы с яблоком и картошкой? А может… быть плов?..

– Майя, давай я тебе помогу? – неожиданно предложил Ксандр. – Не сомневаюсь, что ты готовишь с удовольствием и одна, но я мог бы что-то нарезать, вымыть… подать соль?

Она рассмеялась и пожала плечами:

– Тогда приходи к четырем?

И сама поразилась своей сговорчивости, притом, что терпеть не могла помощников на кухне. Но почему-то образ Ксандра отлично вписывался и сюда, не нарушая ее очень личное пространство.

– Отлично! Тогда сейчас вымою посуду и сбегу, – обрадовался Ксандр. – С нас десерт. Я знаю, где у вас отличная кофейня со свежими пирожными. Добуду лучшие.

– Было бы чудесно! – весело согласилась Майя.

Следующий час пролетел практически незаметно. Хотя звуки ремонта сверху все же иногда отвлекали Майю. Ни Кира, ни Марух в квартиру не спускались – надо полагать, руководили процессом преображения мансарды на месте. Чем смешили Майю. Тем не менее ей понравилось, что сестра нашла компаньона, на которого хотела равняться. Который понял ее, потому что и сам такой же по складу характера и технарь. Хотя была и мрачная мысль: как долго Ксандр с другом пробудут в Гарюсте? Иностранные туристы появились очень внезапно и могли так же внезапно исчезнуть. И тогда одиночество навалится на обеих девушек с новой силой.

Пожалуй, о себе Майя волновалась меньше, чем о сестре, размышляя на тему пребывания в Гарюсте новых соседей. Она немного прибралась в квартире и села в любимое кресло почитать легкий, незатейливый роман. Но отвлеклась на неразобранную почту. Среди счетов и газет лежали три письма для Киры. Первые два вызвали у Майи легкую грусть – это были предложения об учебе из местных академий. А вот третье – ввело девушку в ступор: с реквизитами столичной академии и штампом «СРОЧНОЕ».

Внутри оказалось отнюдь не приглашение на учебу. Не реклама учебного заведения для одаренной девушки. Нет. Совершеннолетнюю Киру Тисс уведомили, что она зачислена в столичную академию магии на факультет артефакторов. Мысленно Майя продолжила: «С последующей пожизненной службой на благо республики».

Перечитав уведомление несколько раз, Майя отложила его и, закрыв лицо руками, всхлипнула. Слез не было. В минуты наивысшего отчаяния Майя не плакала и не паниковала – слезами горю не поможешь. Нет. Майя Тисс начинала генерировать идеи и выстраивать план действий для спасения, предотвращения и помощи. В этот раз было также. Сидя в кресле и шумно дыша, Майя намечала пути решения новой задачи от Мироздания. В голову пришло три варианта, Майя воспользовалась самым очевидным: связалась с маграном Остерсом.

– Ну, дорогая моя, это предсказуемо и неизбежно, – дослушав ее сбивчивую речь, ответил начальник. – Кира весьма одарена, и все это знают. Конечно, я пытался оставить ее здесь, при нас, но есть намного более важные люди, и не мне оспаривать их решения.

– Но ведь вы говорили, что поможете. Обещали мне. И я поверила…

– Майя, выслушай меня, пожалуйста, – перебил ее магран. – Ты ведь разумная девушка. Прежде чем по-детски обижаться, вспомни, в каком мире живешь. Я и без того много делаю для вас с сестрой. Взял ее в отдел на работу…

– Потому что она одна выполняет работу целого технического отдела, а попутно создает уникальные артефакты, с помощью которых спасает жизни ваших подчиненных! – парировала Майя.

– Тебе нужно успокоиться, – заявил магран. – Приди в себя, смени тон и приходи в отделение. Поговорим не только о твоей сестре, но и о деле. По-моему, ты забыла, из-за чего тебе разрешили отдохнуть от службы без потери денежного довольствия. Жду от тебя отчет о выполнении порученного задания.

– Есть, – холодно ответила Майя.

– Вот и хорошо! – Магран отключился первым.

А Майя какое-то время сверлила противоположную стену яростным взглядом, сжимая кулаки от бессилия. Пока не услышала знакомое тихое покашливание со стороны двери. Майя резко обернулась на Ксандра, стоящего на пороге гостиной, опершись плечом о косяк и даже не пытавшегося сделать вид, будто только вошел.

– Неприятности? – поинтересовался он нейтрально.

Майя не хотела говорить. Ни с ним, ни с кем-то другим в этом мире. Ее переполняли гнев и обида. И острое понимание, насколько они с сестрой беззащитны. Но Ксандру хамить не хотелось. Потому Майя протянула своему гостю уведомление. А он протянул ей картонную коробку из знаменитой кондитерской, в которой красовались эклеры и пирожные-корзиночки с разными видами крема.

Майя унесла это роскошество в кухню и, присев, принялась размышлять, что делать дальше.

Ксандр пришел следом, осмотрелся и пропал из поля ее зрения. Потом появился с кастрюлей.

– Буду готовить! – объявил он. – А ты руководи. Потому что я не большой специалист в кулинарии.

Майя на всякий случай поинтересовалась:

– Если оценивать твои умения по шкале от одного до десяти, сколько себе дашь?

– Три? – с вопросительной интонацией ответил он.

Майя поднялась и предложила:

– Давай я буду делать, а ты – помогать? – Получив утвердительный кивок, она указала на хладник: – Тогда вынимай все, что там есть, и раскладывай на столе. Потом почисти перцы. Сможешь?

– Это как потрошить сторкоча́н, но отрезать нужно только шапочку, – кивнул Ксандр, деловито вынимая все подряд.

– Что такое сторкач? – заинтересовалась Майя.

– М-м-м… похож на ваши кабачки или огурцы, но еще больше и с семенами внутри почти как у перца. А мякоть по вкусу напоминает дыню.

– Ничего себе! – поразилась Майя. – Никогда не слышала ни о чем подобном. Какой-то новый гибрид?

– Какой-то новый гибрид, – согласился Ксандр, широко улыбнувшись. – Он растет очень далеко от вашей страны. Но однажды, если ты захочешь, я приготовлю тебе сторкочан на гриле. Пальчики оближешь!

– Гриле? – Майя как раз собрала мясорубку и прикрутила ее к столу, чтобы крутить фарш. – Ты интересно рассказываешь о неведомых мне занятных вещах и событиях. Без превосходства. Слушаю тебя и понимаю, как здорово путешествовать по миру.

– То есть, тебе хотелось бы отправиться с нами? – внимательно посмотрел на нее Ксандр.

– Какая разница, чего бы мне хотелось, – пожала плечами Майя. – Не я решаю, как распоряжаться своей жизнью и талантами.

– Но если бы могла решать?.. – не унимался Ксандр. В его глазах снова вспыхнули красные искры.

– К чему этот разговор? – вздохнула Майя. – Лучше почисть лук. Побольше. А потом берись за морковь и перец. Ты обещал помогать, а не ума пытать.

– Прости, исправлюсь! – кивнул он и… превратил несчастную луковицу в горку мякоти.

– Умеешь ты обращаться с ножом, – натянуто улыбнулась Майя.

– Что-то не так? – недоуменно уточнил Ксандр.

Не желая его расстраивать, тяжело вздохнув, Майя выдала:

– Нет-нет, все нормально.

Дальше она с сочувствием к овощам, наблюдала за процессом нарезания лука и моркови. Ксандр ловко орудовал ножом, но так, словно расправлялся с нечистью. Перемолол все в труху. Зато к перцам отнесся со всей осторожностью и чистил их так аккуратно и тщательно, что Майя за это время успела приготовить все остальные необходимые ингредиенты.

Следом они вместе резали салаты. Ругались и отстаивали собственные границы. Первое делала Майя, второе – Ксандр. Он, видишь ли, нарезал огурчики спиралью специально, потому что так вкуснее. Из вареных яиц Прах потихоньку съел почти весь желток, так что пришлось варить дополнительно. И пока Майя отчитывала прожорливого «поваренка», явственно слышала за спиной хруст маринованных огурцов…

В общем, готовить с Ксандром оказалось нелегко. Зато весело. Он все время о чем-то спрашивал, затем слушал с невероятным вниманием. Показывал фокусы в процессе шинковки овощей и накормил Майю пирожными под видом снятия пробы. Затем они вместе накрыли в кухне стол, благо его размеры позволяли. Ксандр ушел звать Маруха с Кирой, впервые за несколько часов оставив хозяйку квартиры одну. И только тогда она вспомнила о письме и спрятала его ящик стола, чтобы не расстраивать сестру раньше времени.

Спустя десять минут все собрались на ужин. Кира выглядела необычайно воодушевленной и не сводила глаз со своего нового друга. Марух, в свою очередь, очень ее хвалил и одобрил обновленную мансарду, где теперь могло хватить места им обоим.

Ксандр сразу принялся за еду, не забыв тоже похвастать, что помогал готовить. Выглядел он очень гордым собой, так что Майя посмеивалась про себя, умолчав, что сама бы справилась в два раза быстрее. Или не справилась бы совсем… Потому что после получения уведомления ее настроение скатилось в черную бездонную бездну, и только Ксандру удалось вернуть Майе присутствие духа. Хотя, наверное, на время.

Ужин прошел в теплой, почти семейной атмосфере. Кира с Марухом говорили о новом оборудовании, которое поставили час назад и как будут его использовать. Ксандр нахваливал еду и смотрел на Майю с непередаваемым восторгом. Гостеприимная хозяйка всем улыбалась, поддерживала разговор и старательно не замечала, как щемило сердце от понимания зыбкости новообретенного счастья. Вот бы остановить мгновение и остаться в нем, но, увы… время безжалостно летело вперед. Поздним вечером им пришлось попрощаться с гостями. Кира тоже упорхнула к себе.

Майя, закончив с уборкой, присела за стол на опустевшей кухне и осмотрелась, представляя свое скорое будущее, одинокое и серое. Без смеха, без голосов близких, без ценных моментов счастья. По ее щеке скатилась слеза. Будущее больше не виделось ей туманным, оно приобретало вполне осязаемые черты в серых мрачных тонах. Нет, Майя не злилась, она все понимала. Знала, почему рискует жизнью на службе, а Кире придется безвылазно сидеть в четырех стенах, занимаясь лишь новыми разработками с перерывами на еду и сон.

Ниар опасен и нуждается в помощи. И сестры Тисс, будучи одаренными, готовы помогать и спасать. Но им не позволят личного счастья, если только урывками. Маги и особенно одаренные артефакторы Ниара служат на благо других, более удачливых людей. Меньшинством жертвуют ради большинства, не считаясь даже с их минимальными потребностями…

Когда Майя отправилась спать, часы показывали почти полночь. Потому стук в дверь сильно удивил. Впрочем, девушка сразу поняла, кто пришел. Еще до того, как открыла. Чувство близкого присутствия Ксандра пришло гораздо раньше, чем она осознала, по сути, только-только.

Ксандр стоял на пороге в футболке, домашних брюках и черных кожаных тапочках. Взгляд у него был внимательный и суровый.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Майя.

– Подумал, вряд ли ты спишь, – сказал он. – Я хотел сказать, что вам не нужно бояться. Я помогу.

– Поможешь? – Майя невольно улыбнулась. – Чем?

– Пока секрет, – поздний гость подмигнул. – Но ты, пожалуйста, поверь мне. Я не оставлю вас с Кирой в беде. И Марух не бросит. Вы теперь не одни.

Майя едва не разрыдалась. Он настолько точно попал в точку ее главной и единственной боли, что впервые за многие годы ей захотелось сползти по стене на пол и поплакать вволю, хоть разочек. Но Майя лишь грустно улыбнулась, осторожно поведя плечами, опасалась, что голос подведет и раскроет ее слабости.

– Ты устала, – сделал вывод Ксандр. Затем решительно переступил порог и, сжав ее ладонь в своей, повторил: – Ни о чем не беспокойся, у меня есть идея. Тебе понравится. Хорошо?

Майя кивнула.

Он ушел, опять подмигнув ей.

Майя дождалась, когда он закроет дверь своей квартиры и пошла спать. В постели накрылась с головой, чтобы все-таки немного поплакать, но… уснула, так и не успев пустить слезу.

Утро ворвалось в квартиру сестер Тисс трелью дверного звонка. Звук был требовательным и жизнерадостным, словно тот, кто стоял по ту сторону, был абсолютно уверен, что ему обязательно откроют и будут рады.

Накинув поверх пижамы легкий халат, Майя на ходу заплела золотистую копну волос в небрежную косу и раздраженно распахнула дверь. Перед ней стоял сиявший как начищенный чайник Ксандр. Медно-рыжие волосы взлохмачены, в зеленых глазах сверкали красные искры. От него пахло истинно мужским, мятно-терпким, приятным парфюмом и чем-то еще, неуловимо чуждым, что Майя отнесла на влияние его темной магии. Легкий, неизменно стильный костюм сидел на его поджарой фигуре с небрежным изяществом.

– Доброе утро, прекрасная Майя! – поприветствовал ранний гость, игнорируя ее сонное недовольство. – «Нет» от тебя не приму, так и знай.

И скользнул мимо нее в квартиру. Майе пришлось возмущаться ему в спину:

– Господин Прах, еще нет и восьми, а у меня сегодня выходной. Какое «нет», о чем вы?

Он прошел в кухню, залитую мягким утренним светом, и бегло осмотрел ее. От внимательного взгляда Ксандра не укрылась ни одна деталь, особенно кружка с недопитым чаем и недоеденный бутерброд на тарелке, возле которой лежал исчерканный цифрами лист бумаги.

Значит, Кира уже встала. Или еще не ложилась!

Обернувшись к хмурой, недовольной его неожиданным приходом Майе, Ксандр театрально развел руки и провозгласил:

– Вам с сестрой необходим отпуск! Минимум неделя!

– Отпуск на неделю? – с иронией уточнила Майя, а потом, качнув головой, снисходительно пояснила: – Боюсь, меня никто не отпустит. У нас некомплект боевых магов.

– Я договорился с маграном Остерсом, – усмехнулся Ксандр и, лукаво подмигнув, многозначительно добавил: – Оказалось, третьему отделу очень нужны новые артефакты. Мне передали внушительный перечень необходимого, который был незамедлительно заказан и оплачен. Считай, бюрократический вопрос улажен.

Майя сжала пальцами кончик косы. Заявление Праха было настолько безапелляционным и нахальным, что она на несколько мгновений потеряла дар речи. А когда обрела, рассерженно прошипела:

– Ты не мог просто так взять и опять купить меня!

– Я купил тебе отпуск, – поправил он, выделив «тебе».

– У меня три ночные смены на следующей неделе! – не сдавалась Майя.

Но непрошибаемый Ксандр лишь шире улыбнулся:

– Уже нет. Вашего Рунеро благополучно выписали, ему в напарники приставили для подстраховки еще одного мага, Трагера, если я не ошибаюсь. Так что у Остерса все под контролем. Оказывается, незаменимых в вашем отделе нет.

– За Рунеро я рада. Но про «незаменимых нет» слушать неприятно, даже обидно, – Майя сложила руки на груди и сурово уставилась на непрошенного благодетеля.

– Прости, я исправлюсь. Конечно, твой начальник не хотел тебя отпускать, но не смог устоять перед соблазном новых приобретений для отдела. Зато ты, наконец, сможешь действительно отдохнуть. Обещаю, в этот раз будет лучше, чем на озерах.

– Все равно это неправильно. Действовать таким образом, – глухо выдавила Майя, пытаясь переварить тот факт, что ее опять продали.

Магран менял ее как какую-то вещь на артефакты. В сторону начальника росло все больше негатива и раздражения.

Ксандр шагнул к ней, слегка стиснул плечи и мягко, но веско напомнил:

– Ты сама знаешь, что ваш мир слишком жесток к магам. Одаренным приходится жертвовать всем. Что если этот отпуск – последний шанс устроить что-то грандиозное, незабываемое до того, как Кира с головой уйдет в учебу? А потом – в работу. Ей нужно набраться приятных воспоминаний.

– Вряд ли она согласится на очередное сомнительное путешествие… – вздохнула Майя, но вырываться из рук Ксандра не стала. Тепло его ладоней на ее плечах приятной волной растекалось по всему телу.

В этот момент на пороге кухни появилась Кира в ярком желто-коричневом комбинезоне. Скользнув по ней быстрым взглядом, Ксандр подумал, что младшая сестра – словно отражение старшей, но более бледных тонов: та же стройность, те же длинные волосы, но не цвета расплавленного золота, а сдержанного серебра. Ее большие голубые глаза не искрили яркими эмоциями, как у Майи, а смотрели на мир с холодной цепкостью расчетливого аналитика.

В руках Кира держала свой неизменный блокнот и обгрызенный карандаш. Спокойно окинув замершую вплотную друг к другу парочку, не здороваясь, она привычно меланхолично произнесла:

– Статистически, переходный период между окончанием домашнего обучения и началом академического является наиболее травматичным для лиц, не склонных к спонтанной социализации. Вероятность эмоционального выгорания в первые полгода возрастает на сорок три процента, если не была проведена качественная психологическая подготовка. Предложение Ксандра о необходимости получения мной достаточного количества позитивных впечатлений и эмоций не лишена смысла. Я согласна.

Майя ошеломленно уставилась на сестру. Во-первых, это была самая длинная речь, которую она слышала от Киры за последние несколько месяцев. Во-вторых…

– Кошмар, Марух заразил тебя любовью к статистике, – уныло вздохнула Майя.

– Господин Марух расширяет горизонты моего мышления и глубину восприятия информации, – чуть нахмурила брови Кира, таким образом выразив категорическое несогласие и возмущение мнением сестры.

Майя хмыкнула, мысленно сдаваясь. И тихо уточнила у Киры:

– Уверена, что хочешь поехать с ними?

Кира подняла на нее серьезные глаза, вздохнула и резко кивнула. Это был тот редкий жест, который выражал у нее глубокую, почти отчаянную просьбу.

Ксандр сразу довольно потер ладони:

– Отлично! Я все спланировал. Посетим три локации в соседнем регионе: Серебряные водопады, Пещеры теней и Поющие скалы. Идеальный маршрут для мобиля. При этом до них одинаковое расстояния от живописного местечка, курортного городка Далиш, где мы обоснуемся в комфортной гостинице на несколько дней. Девушки, выезжаем завтра на рассвете.

Майя перевела взгляд с довольного Ксандра на Киру, напряженно ожидающую ее решения. «Ладно, – подумала она, чувствуя, как внутри поднимается волна авантюризма вперемешку с тревогой. – Все равно мой отпуск уже куплен и распланирован».

– Хорошо, уговорили, – неуверенно улыбнулась Майя, а потом добавила ехидно: – Тогда я пошла спать дальше, копить силы. Ведь их понадобится очень много, чтобы пережить очередное путешествие с вами.

– В этот раз точно все будет отлично! – заверил Ксандр.

Рассвет следующего дня маленькая компания путешественников встретила у парадной. Новенькое детище маго-инженерной мысли хищно поблескивало лакированными боками черного цвета и тихо гудело магическим аккумулятором, вызывая у Майи восхищенный трепет.

По мнению Майи, которое она, конечно, оставила при себе, в этот раз Марух превзошел самого себя: несмотря на жару, поверх привычного серого костюма накинул дорожный пыльник. Он ждал спутниц возле мобиля, уткнувшись в очередной загадочный артефакт – тонкую светящуюся пластину, которую назвал коммуникатором. Его пальцы порхали над ней, будто из неведомых глубин заставляя всплывать на поверхность колонки цифр и схем, непонятных девушкам.

– Я подсчитал вероятность, что поездка окажется комфортной, – произнес он вместо приветствия, не отрывая взгляда от экрана, пока Ксандр укладывал чемоданы девушек в багажный отсек. Голос Маруха звучал монотонно и бесстрастно, на его лице, бледном, лишенным всякого выражения не отразилось ни одной эмоции, когда он продолжил: – Вероятность – менее двенадцати процентов. На дорогах регионального значения, согласно данным муниципалитетов, ям на тридцать процентов больше, чем на городских. Примитивная подвеска нашего транспортного средства будет транслировать каждый камешек прямо в наш позвоночник. Нас ожидает тряска, пыль и полное отсутствие санитарно-гигиенических условий. Я не понимаю, зачем добровольно менять уже обустроенное, чистое жилье с заново оборудованной мансардой на непредсказуемый хаос сомнительных гостиниц и, прости Создатель, якобы природных красот.

Кира, сразу севшая на заднее сиденье, оторвалась от книги по продвинутой инженерии магических потоков в артефакторике и внимательно посмотрела на Маруха, который с тяжким вздохом сел рядом с ней. В ее взгляде не было осуждения, скорее, исследовательский интерес и чуть-чуть понимания и сочувствия.

Ксандр, сев за руль, хлопнул дверью и с улыбкой заявил:

– Напоминаю, мой бесчувственный начальник! Ты же пишешь книгу! Бестселлер, от одного названия которого у читателей побегут мурашки. А для этого нужны впечатления. Настоящие, грубые, потные и пыльные ощущения примитивной жизни. К тому же необходимо выполнять предписания врача, который посоветовал разбавить твою холодную отстраненность живыми эмоциями. Так вот тебе и терапия. И впечатления. По полной программе.

Марух медленно поднял взгляд на подчиненного, в статусе которого Майя все больше и больше сомневалась. В его глазах промелькнуло нечто… похожее на вселенскую скорбь.

– Предупреждаю: достойно я этого не переживу, – уведомил Марух.

Майя, севшая рядом с Ксандром, поймала себя на том, что улыбается. Эти странные иностранцы, вели себя настолько нелепо и в то же время умудрялись быть обаятельными, что тревога последних дней начала понемногу отступать.

Мобиль плавно тронулся с места, унося их прочь из утреннего города.

Дорога, как и предсказывал Марух, оказалась ухабистой. Жара стояла невыносимая, и даже встречный ветер, бьющий в открытые окна, не приносил облегчения, лишь обдавал лица пассажиров горячим пыльным воздухом. Спустя несколько часов Ксандр свернул на приметную, утоптанную площадку у кромки леса и скомандовал:

– Привал! Ноги разомнем и перекусим. Кто со мной?

Девушки выбрались из мобиля и потоптались, разминая затекшие конечности. Затем Майя с присущей ей педантичностью расстелила на траве клетчатый плед для пикника.

Марух стоял в стороне, всем своим видом демонстрируя, что не является участником «приема пищи на природе» сославшись на «непредсказуемые и небезопасные последствия».

Майя, мысленно махнув на него рукой, осторожно наблюдала за довольным, расслабленным Ксандром. Он прекрасно выглядел на фоне зеленого, летнего леса. Уверенный, сильный, надежный… красивый. Ох, елки, да он на фоне чего угодно всегда выглядит так, что глаз не отвести, хоть в футболке и тапках. Но стоило ему повернуться к ней, она тут же отвела глаза. И заметила на рукаве безупречного пыльника Маруха крупного, отливающего изумрудной зеленью жука, деловито карабкающегося вверх.

– Марух, – предупредила она, указывая взглядом. – У вас на рукаве…

Писатель опустил глаза. На его лице не отразилось ни отвращения, ни страха, лишь холодное, расчетливое намерение. Он аккуратно, двумя пальцами, вытащил из кармана белоснежную салфетку и занес ее над насекомым, явно собираясь уничтожить «опасную фауну».

– Не смей! – резкий, неожиданно звонкий окрик Киры заставил замереть всю компанию.

Кира стремительно подскочила к Маруху и под его неожиданно изумленным взглядом ловко сняла жука с рукава. Она бережно держала его на ладони, восторженно рассматривая. Жук, наверное, с перепугу, не пытался улететь.

– Это жужелица изумрудная из рода твердокрылых карабусов, – пояснила Кира, и голос ее, обычно бесцветный, наполнился теплом и увлеченностью. – Энтомофаг. Очень полезное насекомое, между прочим. Уничтожает гусениц, слизней и прочих вредителей. У него мощные жвалы для захватывания, разгрызания и размельчения пищи, но для людей он не представляет опасности. Жужелица – показатель здоровой экосистемы. Смотрите, как красиво переливается надкрылье…

Майя, несколько напряженно наблюдавшая за своими спутниками, отметила, что Марух, всегда похожий на ледяную глыбу, слушал Киру с выражением глубокого, почти болезненного внимания. Его не интересовал жук. Он смотрел на Киру. Его взгляд скользил по ее пепельной, растрепанной ветром макушке, открытому лбу, азартно блестевшим, обычно серьезным глазам и едва заметной улыбке. В его суровом лице что-то дрогнуло, жесткая линия рта смягчилась. Майю до глубины души тронуло восхищение, с которым этот невероятно умный и чрезвычайно сдержанный мужчина любовался ее сестрой.

Марух больше не пытался уничтожить жука, которого воспринимал досадной помехой, а внимал словам Киры о его полезности, словно об эликсире бессмертия.

Кира закончила маленькую лекцию, подняла ладонь – и жук вместе с ее «Лети!», расправив радужные крылья, с низким гудением улетел в кусты. Кира подняла взгляд на Маруха. Все эмоции на его лице мгновенно испарились, но момент был прожит. И Майя стала тому свидетелем.

– Пора ехать, – отрывисто бросил Марух и помог Майе собрать остатки пикника.

К вечеру компания добралась до гостиницы, представляющей из себя несколько симпатичных одноэтажных домиков, утопающих в зелени цветущих акаций, разделенных лужайками и нарядными клумбами. Отчего воздух был густым и сладким, а тишину нарушало лишь стрекотание цикад и жужжание пчел.

Идиллия, однако, была обманчива. Встретивший их портье, пожилой мужчина с усталыми глазами, протягивая ключи, виновато предупредил:

– Только, господа, у нас тут иногда бывает шумно. Соседний домик сняла компания из пятерых молодых джентльменов… Отмечают что-то. Мы предупреждали, чтобы не шумели, но…

– Ничего страшного, – в унисон ответили Ксандр и Марух, один – с беспечной улыбкой, другой – с ледяным безразличием.

Им предоставили четыре отдельных комнаты, две в одной половине домика, две – в другой, с разными крылечками-террасами. Приличия были соблюдены. Багаж им доставили в чистые, светлые комнаты, но лишенные той стерильности, к которой привык Марух. Едва Майя с Кирой выдохнули с дороги и приняли душ, из соседнего домика, метрах в тридцати, донеслась пьяная ругань, перемежаемая взрывами гогота и звоном разбитого стекла. К звукам пирушки вскоре добавились громкие нестройные голоса мужчин, певших под музыку, издаваемую примитивным музыкальным артефактом.

Переодевшись в легкие брючки и блузку, Майя вышла на крыльцо. На соседнем лениво потягивался Ксандр, разминая плечи. Она на миг залюбовалась его поджарой, мускулистой фигурой. Через минуту к ним присоединился Марух и внимательно осмотрелся. Пьянка в соседнем домике набирала обороты. К непотребным ругательствам добавился женский визг.

– Пойду пообщаюсь, – коротко бросил Ксандр и направился к источнику шума.

Майя с тревогой наблюдала, как Ксандр без стука вошел в домик с пьяной, распоясавшейся компанией. Там что-то грохнуло, послышался поток грязной брани в его адрес, и дверь захлопнулась. Сердце Майи сжалось.

Один против пятерых, а может, и больше? Это же неправильно!

– Их там много! Вдруг они вооружены чем-нибудь. Нужно ему помочь, – забеспокоилась она.

Однако на лице Маруха не появилось ни тени волнения. Зло зыркнув на этого так себе друга, Майя дернулась было на помощь Ксандру, но ей на плечо легла неожиданно тяжелая ладонь Маруха.

– Не нужно. Хозяин сам все уладит, – произнес он невыносимо бесстрастно и вновь уткнулся в свой артефакт, видимо, потеряв к происходящему всякий интерес.

Майя остолбенела: «Хозяин?»

В этот момент дверь соседнего бунгало распахнулась, и на порог вышел Ксандр: целый и невредимый, в безупречном костюме, с широкой улыбкой, словно ходил поздороваться. А за его спиной царила гробовая тишина. И в этот момент Майя увидела, на мгновение, буквально на долю секунды, что его руки до самых локтей обволокла темная, поглощающая свет тьма. Не тень и не обман зрения – это было нечто запредельное, что сложно назвать обычной магией.

Ксандр пару раз обмолвился иным понятием. Энергия. Да, это слово лучше всего подошло материи или сущности, стремительно впитавшейся ему обратно под кожу, не оставив и следа. Точно так же, как в первую встречу у театра, когда он легко и просто уничтожил смертельно опасных тварей.

– Вот и все, – удовлетворенно сказал Ксандр, подходя к ним и потирая ладони. – Мы договорились соблюдать правила комфортного совместного проживания. Парни оказались очень понятливыми.

– Похоже, ты быстро находишь полное взаимопонимание с окружающими, – с иронией хмыкнула Майя.

– Что поделать, не буду отрицать, я умею расположить к себе, – глаза миротворца искрили весельем.

Всю ночь в гостинице стояла тишина. Ни криков, ни музыки, ни звона. Только стрекотали цикады. Или пели? Кира сказала, что у них брачный сезон. Но Майю одолевали собственные мысли, которые не давали уснуть. Она лежала в кровати, уставившись в потолок, прокручивая в голове ситуацию усмирения шумных соседей снова и снова.

«Хозяин… – звучал в ее ушах голос Маруха. – Он назвал его хозяином».

А ведь при знакомстве Ксандр представился телохранителем эксцентричного богача. Однако, похоже, было наоборот. Они играли роли, но периодически подсознание и привычки обоих выдавали реальное положение дел. В этой паре главный – Ксандр.

Еще занимала мысли тьма, проявившаяся на его руках. И Марух, который не беспокоился о своем «хозяине» в драке, потому что знал: нечего бояться. Их невероятные артефакты. Оброненные невзначай фразы о примитивности этого мира.

Кто же они такие? Вначале Майя как боевой маг и служащий полисмагии предполагала, что под видом туристов прибыли шпионы из соседней или другой страны и охотятся за каким-нибудь гением наподобие Киры или другими секретами Республики Формус. Но теперь она окончательно запуталась.

Этих иностранцев интересовала не лаборатория или разработки Киры, у них своих артефактов хоть завались. Они проявляли житейский интерес к ним, сестрам Тисс. Причем, Ксандра интересовала старшая, Майя. Она отчетливо вспомнила его горящие неприкрытым восхищением зеленые глаза с красными искорками, его смех, его объятия, в которых она чувствовала себя в безопасности, несмотря ни на что.

А Марух… его забота, такая же холодная и рациональная, как и он сам, касалась исключительно Киры. Он заботился о ее комфорте и безопасности, внимал каждому ее слову, даже о жуках, которые ему сто лет без надобности.

Факты, как в любом деле, которое она вела, складывались в замысловатую картину: неправильную, пугающую и прекрасную одновременно. Майя уткнулась лицом в подушку, чувствуя как сердце заходится в сладкой и тревожной истоме. Даже не зная, кто они, эти более чем необычные мужчины, она влюбилась. По сути Майя доверилась незнакомцу, одаренному вполне реальной тьмой. И ее сестра, похоже, тоже нашла себе неординарного поклонника.

«Завтра будет новый день, новая дорога и новые вопросы, на которые у пока нет ответов, – наконец прошептала Майя, – а пока время спать».

В конце концов ее отпуск, пока наполненный приятными впечатлениями, только начался. И ей очень интересно посмотреть: что же будет дальше?

Летняя веранда маленького ресторанчика при Далишской гостинице утопает в цветах, источающих приторно-сладкий аромат, перебивающийся вкусным запахом свежей выпечки и кофе. Круглые столики с четырьмя плетеными креслами сервированы с особой, чуть старомодной тщательностью, какую поддерживают только небольшие заведения подобного рода, дорожащие каждым гостем. Далиш – маленький городок, где люди зарабатывают за счет туристического потока, к сожалению, редеющего с каждым годом из-за роста энергетической дестабилизации.

Марух аккуратно промокнул губы салфеткой и вернул ее на стол. Ему явно здесь понравилось, ведь на дополнительную очистку своих столовых приборов он потратил всего лишь минутку. Это многое сказало о высоком качестве местной кухни и обслуживания.

Сегодня Марух прилично удивил сестер внешним видом. Его светлые, почти белоснежные волосы трепал теплый ветерок, а вместо строгого костюма надел брюки и легкую рубашку с длинными рукавами, конечно же, скрывающими артефакты на запястьях, и расстегнутую аж на три верхние пуговицы, приоткрыв крепкую шею, валики мышц над ключицами и грудью. Кира несколько минут любовалась им, не таясь и не мигая.

Зато сам Марух сверлил холодным взглядом ее тарелку, в которой лежали нетронутыми тонкие кружевные блинчики. Наконец не выдержав, он произнес ровным тоном:

– Согласно статистике заведений общественного питания, подобных этому, семьдесят три процента посетителей, пренебрегающих утренним приемом пищи, испытывают снижение когнитивных функций к полудню на четырнадцать процентов. Рекомендую восполнить энергетический баланс.

Сначала реакцией Киры на это замечание была вздернутая бровь, затем она спокойно пояснила, почему не приступила к утреннему приему пищи:

– Меда нет.

Ксандр, сидевший напротив нее, откинулся на спинку кресла и небрежно закинул ногу на ногу. Его медные вьющиеся волосы слегка закрывали зеленые глаза, в которых плясали красные искорки сдерживаемого веселья. Манжеты своей рубашки он расстегнул и небрежно закатал до локтей, обнажив крепкие предплечья. На запястье поблескивал широкий браслет. Майя уже поняла, что это артефакт-глушилка, который сдерживает негативное влияние его тьмы на окружающих. И ее любопытный взгляд нет-нет, да устремлялся к нему… а может, и к очень мужественному, широкому запястью Ксандра.

– И так, о месте нашего первого посещения. Это сказочной красоты Серебряные водопады, – голос Ксандра зазвучал мягко, обволакивающе, с той особой интонацией, что заставляет прислушиваться помимо воли. – Представьте, как кристальной чистоты вода падает с высоты шестидесяти метров. Благодаря серому кварцу в горной породе вода будто светится изнутри и меняет цвет в зависимости от времени дня. В гостиничном проспекте написано, что ровно час в сутки, перед закатом, водопад светится серебряными искрами. Если в это время загадать желание, оно непременно сбудется.

Майя улыбнулась, рассеянно помешивая ложечкой в чашке. Ее золотистые волосы, собранные в незамысловатый высокий хвост, переливались в солнечных лучах. Этим утром она поймала себя на том, что оделась привычно, в удобный брючный костюм, даже свой хлыст закрепила на поясе, будто на службу собиралась. Однако в номере его не оставила и переодеваться в более женственный наряд не стала. Жизнь научила, что лучше быть готовой ко всему.

– Судя по вашему красочному описанию местных красот, господин Прах, вы не в первый раз здесь. Неужели, чтобы загадать желание? – мягко усмехнулась она.

Ксандр склонил голову чуть набок, и тень загадочной улыбки тронула его губы:

– Поверь, Майя, некоторые желания стоят того, чтобы возвращаться к ним снова и снова.

Марух издал короткий, едва слышный звук – нечто среднее между вздохом и покашливанием. Однако его ледяные глаза остались бесстрастными.

– Меда нет, – повторила Кира более настойчиво и требовательно.

Словно по сигналу у их стола материализовался официант – юный паренек в тщательно выглаженной форме. Напряженно стрельнув взглядом в Ксандра, он виновато развел руками:

– Прошу прощения, господа. К сожалению, мед закончился, а следующую поставку нам задержали. Могу предложить ягодный джем, черничный или малиновый, великолепного качества.

Майя обратилась к сестре:

– Один раз можно обойтись без меда. Попробуй с джемом, черничный – просто изумительный.

Кира сложила приборы и спокойно ответила:

– Я не люблю джем. Мы вчера проезжали мимо площади, там целый ряд торговых лавок. Я схожу. Одна нога здесь, другая там.

– Кира, мы не знаем город, и гулять здесь в одиночестве – плохая идея, – возразил Марух.

Но Кира уже поднялась и сказала:

– Хочу пройтись и подумать над новым проектом. Мне нужно побыть одной.

И ушла, не оборачиваясь, лавируя между обвитыми плющом колоннами веранды. Ее шаги – легкие, почти неслышные – затихли на гравийной дорожке.

Майя вздохнула, провожая ее взглядом, и потянулась к чашке с остывшим чаем, пробормотав:

– Иногда сестра просто невыносима. Если что-то решила, с места не сдвинешь. Как с этим медом… Для Киры он наравне с ее артефактами, безусловная любовь.

– Когда мир вокруг хаотичен и пугает, предсказуемость хотя бы в собственной тарелке помогает сохранить контроль над эмоциями, – заметил Марух.

Чем вызвал благодарное тепло в душе Майи. Она все больше убеждалась в том, как несказанно повезло сестре встретить столь понимающего ее друга.

Следующие несколько минут прошли в разговорах о местной погоде, природе и еде. Майя поддерживала беседу, наслаждалась творожной запеканкой и поглядывала на дорожку, по которой ушла сестра, уговаривая себя, что Кира уже взрослая и тотальная опека ей не нужна.

Ксандр любовался своей избранницей, радуясь, что проводит время рядом с ней, и восхищался их новым местом пребывания.

Марух напоминал ледяную статую. И тоже следил за входом на веранду. Пальцами правой руки он тихонько выбивал по подлокотнику кресла тревожный ритм, что безусловно выдавало его напряжение.

Майя хотела ему сказать, чтобы не беспокоился, заодно подбодрить тем самым и себя, но тут ощутила покалывание в кончиках пальцев. Легкая тревога проникла в сердце. Затем – давление в висках, знакомое каждому боевому магу Ниара. Она резко вскинула голову и увидела, как над черепичными крышами города и шпилем муниципалитета разливается сиреневое марево. Оно заполняло небо, оседало на город, медленно, но неумолимо сгущая энергетическое напряжение в пространстве.

– Дестабилизация! – напряженно выдохнула Майя, а потом испуганно добавила: – Кира!

Ксандр и Марух встали из-за стола одновременно с ней: Ксандр – гибким, пружинистым движением, а Марух – как-то странно, слишком плавно и почти неуловимо. Майя подняла на него взгляд – и обмерла: перед ней стоял совершенно другой человек.

Нет, черты лица Маруха были те же – аристократически правильные. Но его выражение изменилось, оно стало жестким, резким, хищным. В глазах не было холодного равнодушия – они полыхали синим пламенем, отчего по спине Майи пробежал озноб. Пальцы Маруха прошлись по запястьям и под его рубашкой что-то засветилось, подтвердив Майину догадку, что под одеждой скрыты артефакты.

– Я за ней, – сказал он, в его голосе неожиданно проскрежетал металл.

Марух стремительно сорвался с места. Майя едва успела заметить, как его фигура смазалась, размылась в пространстве, оставив за собой воздушный след, как после пронесшегося мобиля, да колыхались ветки цветущих кустов. Это была нечеловеческая скорость. Ни один из магов, а Майя знала многих, не способен так быстро передвигаться.

Последовав за Марухом, Майя на бегу спросила у Ксандра:

– Как он…

– Сейчас не до разговоров! – оборвал он.

– С момента возникновения марева, до появления нечисти обычно проходит несколько минут, – напомнила Майя, хотя как маг Ксандр должен был и так знать.

За ним она тоже едва успевала, при этом четко понимала: только потому, что он не хочет ее оставить одну. Вряд ли он как телохранитель бегает хуже своего объекта.

Ксандр на миг обернулся к Майе, его глаза полыхнули красным. Еще она заметила, как он сжал правое запястье, похоже, деактивировал глушилку своей магии. Затем приказал:

– Не в этот раз. Сегодня все будет быстрее и жарче. Поэтому не отходи от меня. Ни на шаг! И не лезь в драку!

Майя не собиралась выполнять его приказы, но на всякий случай спросила:

– Откуда ты знаешь?

– Я темный, Майя. Поверь, я абсолютно точно могу определить уровень вашей дестабилизации, – ответил он и неожиданно подмигнул.

– Вашей? – уточнила Майя.

Он усмехнулся на бегу:

– Местной. В каждом регионе Ниара она по-разному проявляется.

Продолжить разговор Майя не успела. Из проулка с криками ужаса выскочило несколько горожан, кто с питомцами под мышками, кто с детьми в охапку. За ними из тени цветущих кустов буквально выстреливали склизкие, колышущиеся щупальца, отливающие болотной зеленью.

– Какое интригующее дополнение к милому городскому пейзажу этим солнечным утром, – пробормотал Ксандр и спалил своей тьмой кусты вместе с огромной тварью, которая скрывалась за ними.

– Ночная дестабилизация гораздо хуже дневной. Сейчас лучше видно нечисть, да и нервы целее. При свете монстров легче воспринимать… психологически, – неожиданно для себя призналась Майя.

Выбежав на перекресток двух центральных улиц, Ксандр с Майей вынужденно остановились. Перед ними двое отчаянных местных полисмагов с помощью артефактов остервенело бились с порождениями энергетической дестабилизации, чтобы дать возможность застигнутым на улице гражданским укрыться в защищенных рунами домах.

А в это время, посреди солнечного утра, окрашенного опасным сиреневым светом, прямо из щелей брусчатки просачивались костлявые фигуры с длинными тощими руками, с когтями до земли, будто сотканные из клочьев тумана и чьих-то кошмарных снов.

Майя напряженно выдохнула, опознав эту жуткую разновидность нечисти:

– Урвасы! Ксандр, не подпускай их близко, у них ядовитые когти и клыки!

Майя сняла с пояса хлыст и стремительно развернула его, одновременно активируя. Ее верный друг и защитник вспыхнул золотистым светом, руны на кнутовище, привычно лежащем в ладони, будто вибрировали.

Но Ксандр не позволил девушке вступить в бой – рыкнул, стоило ей дернуться:

– Держись за мной!

И резким движением задвинул ее себе за спину – широкую, надежную, от которой вдруг повеяло холодом, не имеющим ничего общего с утренней свежестью. Похоже, так проявилась его магия тьмы. Правда, Майя удивилась, что только сейчас ее почувствовала, а ведь другие ощущали даже ее легкие эманации.

Ксандр потер ладони, словно они озябли, затем развел их в стороны – и из его рук буквально хлынула Тьма. Она свилась в тугие черные зловещие жгуты. Затем уже плетьми взметнулась и ударила по первой волне нечисти с хлестким, выворачивающим внутренности звуком.

Ближайший урвас, попытавшийся было прорваться слева, рассыпался пеплом. Второй, вылезавший из щели в брусчатке, будучи рассеченным надвое, истаял с мерзким воем. Ксандр без лишних движений и малейших эмоций зачищал территорию. Его магические плети мелькали так быстро, разрезая воздух и уничтожая кошмарных тварей, что создалось впечатление, будто вокруг него расползается сама тьма. Голодная и беспощадная.

Майя на мгновение замерла, потрясенная этим зрелищем. Она – маг из магического контроля с трехлетним боевым стажем, чувствовала себя бесполезной, стоя за спиной этого человека.

Только человека ли? Сейчас Ксандр Прах выглядел и действовал опаснее нечисти.

У стены соседнего дома ошеломленно замерли местные законники. Майя подумала, что еще бы рты разинули, наблюдая за Ксандром, уже полностью окутанным тьмой, черные щупы которой не давали нечисти ни единого шанса поживиться людьми.

Майю кольнуло стыдом, ведь она тоже заворожена, восхищена и потрясена мастерством, силой, нет, мощью Ксандра в бою с нечистью. Шикнула на себя: «Не стой столбом!» и вскинула руку, активируя артефакт связи со своим отделом.

Служебный браслет на запястье отозвался коротким магическим импульсом и полисмаг доложила:

– Говорит Майя Тисс из третьего отдела магического контроля Гарюста. В Далише дестабилизация пятой категории. Прошу срочной поддержки! Внимание, вызывает Далиш…

Спустя минуту, сквозь помехи она услышала удивленный голос маграна Остерса:

– Тисс? Ты же в отпуск с туристами укатила…

– Недалеко, магран! Как видите, работа меня везде найдет! – проворчала Майя. – В Далише мощнейший дестабилизирующий шторм, нам нужна срочная помощь.

Мгновение задумчивой тишины, а потом она услышала ответ начальника:

– Слушай, Тисс, тут такое дело… Пик дестабилизации локальный, затронул только ваш регион. И… скажем так, у нас сейчас нет свободных единиц для переброски. Каждый боевой маг на счету. Тем более, до вас добираться несколько часов, пока доедем, все как-нибудь само рассосется…

– Что?! – Майя едва не выронила хлыст. – Здесь гражданские! Моя сестра!

– С тобой же эти двое, из благотворителей, – в голосе Остерса отчетливо прозвучало удовлетворение, вот уж чего Майя меньше всего ожидала услышать сейчас… – Мы обо всем уже знаем. Они же сильные маги, верно? Причем, судя по сумме пожертвований, еще и весьма благородные и отзывчивые. Вот пусть и покажут себя. Снова… А ты не лезь им под руку. У нас и так некомплект магов в отделе. Лучше побереги себя. Приказ ясен, Тисс?

– Да куда уж яснее! – прошипела Майя, но послать лесом начальство не посмела.

Вызов прервался. А она зарычала от бессильной ярости, и в этот момент монстр – склизкая, булькающая тварь с десятком мутных глаз – допустил роковую ошибку, приблизившись к ней на расстояние удара.

Майя выплеснула гнев в одном-единственном движении, вложив в удар всю мощь своего магического резерва и эмоций: хлыст взвился, рассек воздух золотой дугой и обрушился на тварь. Вспышка. Хлопок. Облачко зловонного дыма.

– Этот был последний. Ты просто великолепна, настоящая воительница! – восхитился Ксандр, широко улыбаясь, одновременно его темные плети начали втягиваться обратно в ладони и впитываться в кожу. – Ну что, здесь чисто. Теперь нам нужно найти Маруха и твою сестру.

– Площадь, – выдохнула Майя, срываясь на бег. – Она говорила про лавки там!

Площадь перед муниципалитетом Далиша походила на поле боя. Вся брусчатка усеяна останками нечисти – дымящимися фрагментами темных сущностей, еще недавно представлявших угрозу. Насмерть перепуганные горожане жались к стенам. А в центре этого хаоса стояли двое, женщина и мужчина.

Кира – спокойная, отрешенная, как будто вокруг не битва, а скучная лекция в магической академии, – держала в руках коммуникатор Маруха, с которым он до этого не расставался. Мало того, она с любопытством исследователя сосредоточено изучала вожделенный артефакт.

Рядом с ней, защищая от всего мира, стоял Марух.

Нет, не тот озабоченный недостаточным сервисом путешественник, завтракавший с ними десять минут назад – флегматичный, педантичный, сыплющий нудными статистическими данными. Этот мужчина оказался воином, вооруженным клинками из чистой, ослепительно-белой энергии. И подобно Ксандру двигался в смертоносном танце, которому позавидовал бы любой мастер боевых искусств, – экономно, быстро, невероятно точно. Каждый взмах – и очередной монстр распадался на части. Ни одного лишнего движения. И без эмоций.

Майя шумно вздохнула, когда Марух в полуобороте отсек щупальце, тянувшееся к Кире слева, и тут же – почти не глядя – метнул правый клинок в тварь, пытавшуюся зайти со спины. Сияющий клинок пробил нечисть насквозь, пригвоздил к стене, а затем рассыпался снопом искр… чтобы через мгновение вновь материализоваться в ладони воина. А тот уже смотрел налево, к стремящемся к своей погибели двум тварям. Шаг вперед. Прыжок. Клинки описывают дугу – и снова ошметки и пепел.

– Писатель, значит, – прошептала Майя. – Ничего себе писатель!

И тут она увидела нечто, отчего у нее сбилось дыхание. Обернувшись к Кире всего на долю секунды проверить, не ранена ли та, – Марух улыбнулся. Не привычно, но узнаваемо улыбнулся: дернулся краешек губ, и в холодных глазах мелькнуло что-то совершенно несвойственное боевой обстановке – тепло!

И пока Майя переваривала эту неожиданную улыбку, стоявший рядом с ней Ксандр хмыкнул:

– Кажется, наш статистик наконец-то нашел переменную, которая не укладывается ни в одну из его формул.

– Кто вы такие? – выдохнула Майя, не сводя глаз с Маруха, методично истребляющего остатки нечисти.

– Друзья, – ответил Ксандр, и в его голосе прозвучала та самая, обволакивающая интонация, которая заставляла Майю верить ему вопреки всякой логике.

Он отвлекся от Майи, теперь двое мужчин – свет и тьма – работали слаженно, явно тренировались и сражались вместе не один год. Через несколько минут бой закончился. Последняя нечисть истаяла с протяжным, затихающим стоном. Сиреневое марево над городом начало бледнеть и таять.

Марух опустил руки. Клинки погасли, остались на виду два цилиндра, которые он заткнул в чехлы на поясе. Повернувшись к Кире, он произнес почти обычным голосом, лишь самую малость более низким и хриплым:

– Вероятность твоего ранения составляла менее ноль целых трех десятых процента. Тем не менее, рекомендую в следующий раз воздержаться от самостоятельных одиночных прогулок во время магической нестабильности.

Кира подняла на него глаза и впервые за долгое время ее губы дрогнули в скупой улыбке. Очень похожей на ту, что недавно мелькнула у Маруха.

– Вы уронили коммуникатор, – ровно отозвалась Кира. – Я подобрала. Там интересные символы. И вообще интересный артефакт.

– Благодарю, – Марух вежливо забрал у нее свой несомненно интересный артефакт.

Он снова выглядел прежним – холодным и бесстрастным. Только в глазах еще тлело тепло, пока он смотрел на Киру.

Майя попыталась определиться: радоваться или бояться этого проявления чувств в глазах неоднозначного мужчины.

Город медленно приходил в себя. Горожане, еще недавно жавшиеся к стенам или прятавшиеся по домам, начали робко выбираться из укрытий. Кто-то плакал. Кто-то нервно, истерически смеялся. Откуда-то доносился запах гари, видимо, успел заняться пожар.

Четверо путешественников из Гарюста, оставив данные о себе местным полисмагам, вернулись в гостиницу. Веранда, к счастью, почти не пострадала, лишь несколько горшков с цветами опрокинулись, да плетеное кресло, в котором до нашествия сидел Ксандр, было разодрано в клочья шальной тварью.

Официант, бледный как полотно, тем не менее принес свежий кофе и графин с ледяной водой. Руки у него дрожали с перепугу. Еще бы, и твари постарались, и тьма Ксандра, на которую окружающие всегда остро и негативно реагировали.

Все четверо некоторое время сидели молча. Кира как ни в чем не бывало ела блинчики. С медом. Вожделенную баночку она все-таки успела купить до начала дестабилизации, и теперь, казалось, это обстоятельство занимало ее куда больше, чем нашествие нечисти. Майя смотрела на сестру и не знала: то ли злиться, то ли восхищаться ее невозмутимостью. А их спутники, просматривающие меню, переговаривались о том, что лучше заказать на ужин.

Через час после того, как сиреневое марево окончательно растаяло в небе, на веранду, где неспеша завтракала компания, отстоявшая город, поднялся седовласый господин в темно-синем костюме с золотым значком городского главы на груди и двое его помощников – крепких, но явно не военных и не магов, законников, которые в крошечном Далише осуществляли магический контроль за неимением магически одаренных кадров.

Представители местной городской власти нервно ежились под влиянием магии Ксандра, втягивали голову в плечи, но долг прежде всего. Глава города чуть поклонился, его спутники последовали примеру, и обратился к отважным путешественникам:

– Господа, позвольте мне как главе города выразить вам глубочайшую признательность от имени всех жителей Далиша. Если бы не вы… У нас нет боевых магов, управление полисмагии нам их не присылает, да и среди немагов текучка кадров. Эта дестабилизация стала бы для нас настоящей катастрофой.

Ксандр вежливо поднялся и коротко кивнул:

– Не стоит благодарности, господин глава. Любой на нашем месте поступил бы так же.

– Однако же никто, кроме вас, этого не сделал, – глава города развел руками. – В любом случае мы не будем вам более докучать. Отдыхайте, наслаждайтесь здешней кухней. Если от меня что-то понадобится – обращайтесь. Чем смогу…

Глава вежливо кивнул сразу всем и удалился вместе с сопровождающими, не оглядываясь. Когда на гравийной дорожке стихли шаги местной власти, Майя весело заметила:

– Кажется, городская администрация благоразумно решила, что мы с вами проблема, которую лучше не замечать.

Марух вернулся на круги своя – вещал с привычно бесстрастным выражением лица и занудным голосом, каким объявляют расписание на вокзалах и станциях:

– Статистически, – в восьмидесяти двух процентах случаев муниципальные власти малых поселений всего Ниара предпочитают минимизировать контакты с представителями внешних магических структур во избежание бюрократических осложнений. Их поведение полностью предсказуемо.

– Предсказуемо… – эхом отозвалась Майя и вдруг почувствовала, как напряжение последнего часа наконец отпустило. Она посмотрела на Ксандра, потом на Маруха. И иронично заметила: – Значит, ты писатель? И специалист по статистике. А еще вы оба – благотворители из соседней страны.

Ксандр улыбнулся открыто, обаятельно:

– Специалист у нас один. Как и писатель. А я просто друг.

Но в глубине его зеленых глаз мелькнуло что-то, чему Майя не могла подобрать названия. Она открыла было рот задать следующий вопрос, который вертелся на языке с той минуты как увидела Маруха с сияющими клинками, но неожиданно подала голос Кира:

– Чай остыл.

И почему-то именно эта будничная фраза, произнесенная все тем же бесцветным, меланхоличным тоном, заставила всех замолчать. А потом – рассмеяться. Сначала, запрокинув голову, расхохотался Ксандр, затем – Майя, сама не ожидавшая от себя такого. Даже Марух издал короткий, сухой звук, который при большом желании можно было принять за смешок.

Кира вскинула брови, не понимая, что вызвало такую реакцию, и это рассмешило ее компанию еще больше.

Тем временем официант, по-прежнему бледный, начал приходить в себя – принялся поднимать опрокинутые горшки.

– Ладно, пора на экскурсию. День обещает быть интересным, – напомнил Ксандр.

– Не пугай меня. Еще больше интересного моя психика вряд ли выдержит, – пошутила Майя.

– Любой твой каприз для меня приказ, – подыграл Ксандр, взяв девушку за руку и увлекая прочь с веранды.

Марух с Кирой последовали за ними.

Эмоции – причина хаоса в мозгах и вредят делу! Чувства – зло и потеря контроля! Эту истину я понял только встретив Киру! Вернемся домой, надо будет тщательно проверить своего лечащего врача. Похоже, он работает на конкурентов Ксандра Праха и намерен устранить меня, его самого преданного помощника. Иначе почему в качестве терапии посоветовал мне раздвинуть границы эмоционального диапазона? Теперь придется найти способ, как их обратно задвинуть.

Ксандр окончательно сошел с ума от любви! Как выражаются на Ниаре, спятил. Чтобы покрасоваться перед избранницей потратил на восемьдесят девять процентов больше времени, чем требовалось, чтобы зачистить территорию от тварей.

Под конец боя поймал себя на схожей примитивной демонстрации своих достоинств. Немного жаль, что Киру в тот момент больше интересовал мой коммуникатор, чем мои боевые способности.

ПЫСЫ: необходимо подарить Кире личный коммуникатор.

Экскурсию в горы, как выяснилось, проводить будет проводник на специализированном транспорте, сильно потрепанным жизнью, увидев который, Марух дал заднюю:

– Господа, у меня дела. Я вспомнил, что всегда хотел изучить последствия дестабилизации. И вот мой шанс. Сами понимаете, во имя науки и прогресса. А так я бы очень хотел…

– Я тоже за прогресс, – присоединилась к нему Кира. – И тоже не хочу никуда ехать на этом ржавом мобиле. Нас укачает.

Ксандр тяжело вздохнул и собрался было уговорить двоих предателей, решивших соскочить с прогулки к Серебряным водопадам. Но Майя вмешалась, не дав ему сказать ни слова:

– Оставайтесь. Дестабилизацию действительно важно изучать.

– Вот именно! – Марух победно сверкнул глазами в сторону Ксандра и, поманив за собой Киру, быстро пошел назад, как если бы опасался, что у Ксандра свое мнение на счет прогулки или дестабилизации.

Майя с облегчением наблюдала, как сестра рванула следом за ним, и тихо добавила:

– Пусть остаются. В конце концов, скоро свобода закончится. И кто знает, будет ли у них время пообщаться снова?

– Разумеется, будет, – спокойно ответил Ксандр, приобняв ее за плечи и направляя к мобилю. – Я согласен с тобой, пусть остаются. Нытья Маруха с нас уже достаточно. Поторопимся, проводник заждался.

Последний – коренастый невысокий мужчина в светло-бежевом летнем костюме – встрепенулся и натянуто любезно улыбнулся экскурсантам:

– За индивидуальные экскурсии для двоих сумма будет не меньше, чем за четверых.

– А если нам все понравится, то и больше, – кивнул ему Ксандр, открыв перед Майей дверь в мобиль. Сел рядом с ней на заднем сиденье и тихо, но веско добавил, блеснув красными искрами в глазах: – Девушка любит красивые виды с историей, вы уж постарайтесь ее не разочаровать.

Вскоре мобиль, явно приспособленный для езды по бездорожью, довольно бодро тронулся в путь.

Ксандр покрутил браслет на запястье, чтобы до минимума снизить воздействие своей темной энергии на проводника во избежание неприятностей.

Проводник, представившийся Михаилом, предупредил их, что в багажнике есть вода и шерстяные накидки на случай, если вдруг похолодает.

Дорога была ухабистой, но вполне терпимой. Особенно без нытья Маруха. Сперва пришиблено поглядывавший на Ксандра проводник, вскоре расслабился и начал рассказывать о местных красотах, нравах, жителях, образе жизни и легендах, передающихся из поколения в поколение. Майя улыбалась, но слушала вполуха – смотрела в окно на действительно красивую местность и… кожей ощущала близкое присутствие Ксандра. Он сидел рядом – расслабленный, сильный, красивый. Касался ее колена своим. Думал о чем-то, иногда смотрел на Майю, что она подмечала краем глаза.

Когда Ксандр в очередной раз повернулся к ней, Майя тоже посмотрела ему в глаза – в темноте его зрачков заискрило красным. Ксандр протянул ей руку, дождался, пока она вложит в его ладонь свою и, чуть сжав тонкие, но сильные девичьи пальцы, наконец расслабился. Улыбнулся легко и непринужденно, разбивая напряженную тишину между ними. А Майя вновь отвернулась к окну, чувствуя, как щеки заливает румянец.

Михаил все говорил и говорил, наверное, не подозревая о происходящем сзади. Впрочем, даже если бы он смотрел на своих пассажиров-экскурсантов в упор, вряд ли понял, что между ними творилось. Майя и сама пока не отдавала себе отчета в происходящем. Она понимала, что Ксандр к ней неравнодушен. Как и она к нему. Но к чему это приведет? Это ей неведомо…

Дорога к водопадам заняла не больше получаса, минут пятнадцать из которых ехали вверх, по горному серпантину. Их трясло и качало, Майе приходилось держаться за дверную ручку, но в какой-то особо ухабистый момент «прилетела» к Ксандру. Обняв ее за плечи и прижав к себе, он шепнул, коснувшись губами ее виска:

– Посиди так. Это безопаснее.

И Майя сидела так, затаив дыхание, прислушиваясь к себе и ощущая толпы разбегающихся по коже приятных мурашек. Потом, опомнившись, наконец вдохнула, и Прах прижал ее еще крепче. А когда мобиль остановился и проводник объявил, что они прибыли к водопадам, Майя едва скрыла разочарование. Она готова была трястись в этом мобиле годы и десятилетия, лишь бы вот так. С Ксандром в обнимку. Чувствуя его совсем близко и не думая о том, что будет дальше. Жаль, чудесные мгновения закончились.

Ксандр вышел из мобиля, открыл перед ней дверь и, протянув руку помочь выйти, попросил:

– Закрой глаза. Будет гораздо интереснее, если ты увидишь водопады сразу с близкого расстояния.

Майя послушно зажмурилась, ожидая что Ксандр проведет ее за руку. Но вместо этого он подхватил ее на руки, предупредив:

– Не подглядывай! Иначе сама себе испортишь впечатление.

Она зажмурилась сильнее, улыбнулась и кивнула. Проводник продолжил рассказывать, надо думать, Ксандру, откуда откроется наиболее зрелищный вид. А Майя, с удовольствием путешествующая на руках у замечательного мужчины, прислушивалась к его дыханию, биению сердца и запаху.

– Вот здесь вашей невесте очень понравится! – услышала Майя и не осмелилась открыть глаза, чтобы не пришлось смотреть на Ксандра в этот момент.

Характерный рокот воды приблизился, и она ощутила свежий, бодрящий воздушный поток. Ксандр помог ей встать на ноги там, где посоветовал проводник для лучшего обзора и прошептал на ухо:

– Смотри!

Открыв глаза, она обнаружила себя на… краю скалы, нависающей над бездной. Посмотрев вниз, Майя удивленно нахмурилась: казалось, дно пропасти заполнено жидким металлом. С противоположной скалы срывался неистово бурлящий водный поток, похожий на расплавленное серебро, и с ревом несся вниз. Сонм парящих в воздухе капель создавал настоящую искрящуюся феерию, в которой отражалось солнце, усиливая сияние. Ослепляя.

Залюбовавшись этим чудом природы, Майя невольно вцепилась в руку Ксандра, не в силах справиться с волнением, настолько величие стихии пугало и одновременно манило. Мельчайшая водяная смесь оседала на их ресницах, лице и волосах, затем скатывалась сверкающими каплями.

– Хочешь уйти? – громко спросил Ксандр, и Майя только тогда поняла, как он напряжен.

Она отрицательно помотала головой и с шальной улыбкой попыталась заглушить рев водопада:

– Ни за что! Это потрясающе!

– Серебряные водопады – наша гордость! – так же прокричал проводник, стоящий в шаге у них за спиной. – Существует легенда…

– Потом! – попросила Майя, махнув ему рукой.

Ксандр тоже добавил:

– Прогуляйтесь по гордости! Мы позовем, как только насладимся… видами!

Михаил понятливо отступил.

Ксандр, проводив его взглядом, предложил Майе:

– Хочешь отойдем подальше?!

Мотнув головой, она вновь глянула вниз с шальной улыбкой: если бы не Ксандр, она бы не решилась подойти к обрыву так близко. Тем более стоять у самого края пропасти. А рядом с Ксандром она ничего не боялась. И никого. Как это произошло? Когда началось? Она не помнила. Просто приняла, что этот мужчина стал важен для нее, подарил чувство защищенности, чего, оказывается, ей очень не хватало долгие годы. Их взгляды столкнулись и Майя внутренне дрогнула, ей почему-то показалось, что он все-все про нее понял. Про ее мысли, чувства, страхи…

– Спасибо, Ксандр! – громко сказала Майя, глядя ему в глаза.

Он качнулся к ней, обхватил ее мокрое лицо руками и коснулся губами губ. Нежно, осторожно, почти невесомо. Проверял, не оттолкнет ли она?

Майя привстала на цыпочки и обняла его за шею. Ей и в голову не пришло отстраниться. О, нет! И как только Прах понял это, его поцелуй стал напористей, ярче, жарче. Шум воды смешался с усиленным биением их сердец, восторженных от столь желанного сближения. Жаль, что вскоре послышалось чрезвычайно громкое покашливание. Снова и снова…

Майя отстранилась от Ксандра и неловко улыбнулась:

– Кажется, наш проводник намекнул, что пора идти дальше!

– Надо дать ему самый действенный и горький сироп от кашля, – проворчал Ксандр, не сводя с Майи глаз, полных жадного восхищения и желания продолжить целоваться немедленно.

Смущенно хихикнув, она бросила последний взгляд на сверкающий водопад и повела Ксандра за собой к мобилю. Михаил, уже порядком раскрасневшийся от вынужденного кашля, сам открыл им двери с заискивающей улыбкой, наверное, чтобы не передумали:

– Усаживайтесь поудобнее. Впереди у нас Поющие скалы. И… Пещеры теней, если пожелаете. Но сегодня ветер усиливается и там, скорее всего, будет холодно.

– Долго ехать к скалам? – спросила Майя, старательно не глядя на Ксандра. – Там будет кафе для перекуса?

– Ехать примерно час. И там… – начал было отвечать гид.

– Сюрприз, – перебил его Ксандр. – И голодными нас точно не оставят.

– Отлично! – Майя села в мобиль и сразу отвернулась к окну, не представляя, как теперь разговаривать с Прахом. Как себя с ним вести?

У водопада все было естественно и понятно, а в мобиле вернулась реальная жизнь, где они толком не знали друг друга.

Но Ксандру, как выяснилось, не нужны были слова. Он сел ближе к Майе, притянул ее к себе и, поцеловав в макушку, спросил:

– Тебе так удобно?

– Идеально! – радостно прошептала она, прижимаясь к мощному мужскому плечу и широко улыбаясь, не в силах удержать эмоции внутри.

Проводник, заняв свое место впереди, вспомнил о своих обязанностях и принялся рассказывать об уникальной породе горных козлов, которых нашли именно здесь, и больше таких нигде нет.

Майя слушала, прикрыв глаза, представляя наглых коричневых козлов, быстро перебирающих копытами по склонам местных гор, и… не заметила, как задремала. Разбудил ее нежный поцелуй и шепот:

– Мы приехали, соня. Ты пропустила столько интригующих легенд…

Майя тихо рассмеялась и неискренне покаялась:

– Мне ужасно жаль.

Ксандр прищурился, рассматривая ее заспанное лицо, затем тяжело вздохнул и попросил:

– Давай выходить. Пока я… не прекратил интересную экскурсию раньше времени.

Поющие скалы оказались примерно с пятиэтажный дом и высились на берегу все той же реки Эхи́ры. Этакие молчаливые стражи с расщелинами и несколькими арочными проходами создавали тень и окутывали прохладой среди яркого солнечного дня.

– Когда дует сильный ветер, из-за расщелин в скалах создается эффект голосов, песен или стонов, – пояснил проводник, глядя на восторженно замершую Майю. – Иногда эти звуки чарующие, но чаще – пугающие. Каждый слышит что-то свое.

Прислушавшись, Майя ответила:

– Сейчас только легкие завывания.

– Ветра практически нет, – пояснил Михаил, – но он может налететь в любой момент, ваш спутник взял покрывала. Накиньте. Мы пройдем у подножья скал, и я расскажу вам о них легенду.

Ксандр встряхнул накидку, прежде чем укрыл ею Майю. А сам не воспользовался второй. Михаил, тоже утеплившись, шел впереди и вещал нечто романтическое о споре луны и солнца из-за самого сладкоголосого певца: каждое небесное светило хотело заполучить его себе, чтобы он творил только в их время. Но так и не смогли договориться. В итоге певца превратили в местный дух и, заточив среди скал, обязали петь, как только ветер, посланец светил, передаст пожелание.

Майя слушала длинную драматическую историю и удивлялась неиссякаемой фантазии местных жителей, сочинивших множество сказок про тропы, горы или даже козлов. Казалось, для всего вокруг местные сложили волнующие истории, трогающие туриста за живое, да еще глядя на окружающие красоты.

Ксандр молча шел рядом с Майей, держал ее за руку и размышлял на гораздо более важную тему. Еще в самом начале миссии Марух ознакомился с местным фольклором и заверил, что совсем недавно ниарские мужчины просто забрасывали понравившуюся женщину на плечо и уносили к себе. Дикари, безусловно. Но как же Ксандр оказался близок к ним, прогуливаясь с любимой женщиной. Теперь, когда он понял, что Майю влечет к нему не меньше, хотелось схватить ее, прижать к себе и унести. Не только из Поющих скал, Далиша и Гарюста, вообще с этой планеты. К себе домой, где они будут наконец счастливы и по-настоящему близки.

Но Майя с таким вниманием слушала говорливого Михаила и смотрела на скалы, что Ксандру пришлось отложить осуществление мечты об общем будущем еще ненадолго, убедив себя, что необходимо потерпеть и закрепить достигнутый успех в развитии их доверительных отношений. Он жаждал ее любви, а не только тела.

Вскоре они вышли на небольшое плато у реки. Поднялся обещанный ветер и Ксандр вздрогнул, услышав тихую, нежную мелодию, с таким переливом звуков и тонов, что неожиданно удивился.

Майя же замерла на вдохе. И смотрела на скалы, будто увидела впервые, даже слезы навернулись.

– Так они поют, – тихо сказал гид.

– Потрясающе! – шепнула Майя, прижимаясь к плечу Ксандра. – Будто в горе действительно заключен несчастный дух, сотни лет мечтающий о свободной жизни.

Ксандр озабоченно посмотрел на Майю, размышляя: говорит ли она о легенде или сопоставляет с собой – магом, у которого нет права выбора, а есть только обязательства перед Республикой и Ниаром?

Приобняв Майю, Ксандр преувеличенно бодро напомнил:

– У нас впереди ужин, насколько помню.

– Да, конечно! – довольно улыбнулся проводник. – Обещанный сюрприз для вашей невесты. Нам нужно обогнуть крайнюю скалу. Там небольшая едальня, госпожа Тисс. Кухня простая, но блюда очень вкусные. А после ужина вы с веранды можете понаблюдать закат. Здесь они изумительные. С видом на реку и горы…

Михаил говорил и говорил, Майя шла, прижимаясь к горячему боку Ксандра и думала, что еще никогда не было в ее взрослой жизни дня счастливее, чем этот. И это замечательное ощущение крепло с каждым шагом.

Они вышли к небольшой площадке, на которой притулилась обещанная едальня. Совсем небольшая, но словно сошедшая с нарядной сказочной картинки. С одной стороны – Поющие скалы и река. С другой – зеленые горы. Одноэтажный беленый деревянный домик с огромной верандой и окнами с красивыми наличниками под старину. Вполне возможно, что он прятался здесь с давних пор и раньше был фортом или жилищем горца.

Внутри было светло и тепло, и пахло так, что Майя сразу ощутила, что проголодалась. Михаил оставил их, пообещав вернуться через пару часов. Майю с Ксандром посадили за стол у окна. К удивлению девушки, здесь ужинало еще несколько пар и выглядели лучше, чем они с Ксандром – туристы в несколько измятой в поездке одежде, растрепанными ветром волосами и припыленной обуви.

– К нам часто приезжают местные, – пояснила улыбчивая официантка, проследив за взглядом гостьи. – Особенно в выходные дни. В будни наплыв не такой большой. Вы после экскурсии?

– Да, – кивнула Майя, взяв протянутый листочек меню, написанный от руки. – И очень устали. Что бы вы посоветовали?

Официантка, кстати, одетая на манер горянок, любезно рассказала о нескольких, самых интересных, на ее взгляд, блюдах. Да так, что Майя сглотнула слюну. Ксандр заказал все перечисленное, аргументировав тем, что хочет попробовать каждое блюдо. Майя, конечно, не возражала, она, по ощущениям, и целого барана бы съела.

Они сидели за столиком, накрытым накрахмаленной, кипенно-белой скатертью. Неловкость не успела прокрасться в их ряды, потому что Ксандр, принялся обсуждать с Майей все увиденное и услышанное за прошедшие несколько часов. Оказывается, он весьма внимательно слушал, и теперь с удовольствием делился своим мнением о местных легендах. Майя слушала его, вставляла замечания, а вскоре принялась с неменьшим энтузиазмом высказывать собственные предположения о здешнем фольклоре.

Блюда, восхитительно пахнувшие и не менее восхитительно выглядевшие на расписных блюдах, они пробовали вместе. Сначала пополам, затем Майя справлялась с третьей частью, а Ксандр – с остальным. И все было действительно вкусно! Но из пятой тарелки Майя попробовала пару ложек, а к седьмой, заключительной, не притронулась. Сыто откинулась на спинку стула, хихикнув:

– Мне больше некуда!

– Впереди десерт, – напомнил ей Ксандр, с тоской глядя на последнее блюдо.

– Заберем с собой? – сочувствующе предложила Майя, даже не собираясь отказываться от той вкусноты на десерт, о которой читала в меню. – В конце концов, угостим наших исследователей дестабилизации.

Он обаятельно хмыкнул и кивнул:

– Давай. А пока предлагаю прогуляться.

Официантка показала влюбленной парочке тропу для прогулки перед закатом. И напомнила, что через час их ждут на веранде, откуда откроется прекрасный вид. Влюбленные, в чем она, повидавшая немало гостей, не сомневалась, душевно поблагодарили и обещали непременно вернуться.

– Без проводника даже странно, – сказала Майя спустя какое-то время, следуя за Ксандром по узкой тропке.

– Хочешь, я расскажу тебе романтическую легенду об этом месте? – Он обернулся и подмигнул с самым шкодным видом.

– Уже мечтаю! – засмеялась она.

Тропа как раз стала шире, так что Ксандр взял Майю за руку и шел рядом, рассказывая:

– В этих краях жила одна прекрасная девушка, красивая, умная и талантливая, но очень одинокая.

– Несостыковка, – заметила Майя, – если она была такой, где женихи?

– Я тоже не понимаю, – неожиданно кивнул Ксандр. – Но, похоже, девушка сама их отпугивала грозным взглядом. Она умела та-ак посмотреть… Да, ты правильно показываешь.

Майя снова рассмеялась, качая головой:

– Ты не умеешь придумывать романтические легенды. Зато смешно.

– Ну, во мне должны быть хоть какие-то недостатки, – развел он руками. – Теперь ты знаешь о них. Но это касается только легенд! В реальной жизни я очень романтичный и готов на все ради любви.

– Вот как? – Майя остановилась, глядя на Ксандра и, набравшись решимости, спросила: – И многое ты уже сделал? В смысле, ты уже был женат?

– Никогда, – тут же ответил он. И добавил с прищуром: – Но собираюсь это исправить в скором времени.

У Майи екнуло сердце. Захотелось отвернуться и сбежать от этого неудобного разговора, слишком личного и откровенного. Но больше, чем неудобные разговоры, Майя не любила только недосказанность и ложь. Потому, сжав кулаки, задала следующий вопрос:

– Хочешь сказать, ты уже встретил кого-то, с кем готов провести время до конца жизни?

– Да, – кивнул Ксандр.

Он совсем ей не помогал! Нисколько! Только дразнил в привычной манере. Но если раньше это было мило, то сегодня, сейчас показалось Майе почти издевкой. Она сжала кулаки и взяла серьезный тон:

– Ксандр, ты можешь говорить со мной честно и открыто? Я прошу тебя, потому что это очень важно. По поводу чувств…

– Если хочешь знать, в кого я влюблен, – тут же отозвался он, – то это вполне очевидно. В тебя, Майя! С первой встречи. Ты поделила мою жизнь на «до» и «после». И только от тебя зависит, что будет дальше.

– Зависит от меня? – повторила она, пытаясь осознать, что любима.

В нее, самую обыкновенную Майю, хоть и одаренную, влюбился очень необыкновенный мужчина. И да, конечно, судя по его действиям, отношению к ней – все это не просто так. Но ей важно было услышать это от Ксандра. И теперь, она поняла насколько. Отчего ей хотелось прыгать от счастья, и почему-то – кричать. И кружиться!

Но Майя стояла и лишь широко улыбалась, глядя на мужчину, в глазах которого все ярче разгоралось красное пламя. Он тоже смотрел. А потом потянулся к ней и поцеловал. Совсем не так, как целовал у водопада. Иначе. Этот поцелуй был трепетным и томительным. Он напоминал прелюдию к чему-то большему. Как обещание настоящей близости, к которой стремились двое и больше не видели препятствий. И Майя, растворяясь в огне своего желания, таяла, не в силах мыслить ни о чем другом.

А дальше… в следующий час они словно потерялись во времени. Гуляли по берегу реки, рассматривали величественные горы вдали, останавливались для жарких объятий и снова шли дальше, говоря о всяких незначительных вещах, смеясь над глупостями и глядя друг на друга с той жадностью, с какой смотрят в легендах драконы на свои сокровища.

Опомнились, лишь когда начало темнеть. Ксандр повел Майю назад, на веранду, с которой она мечтала увидеть обещанный неповторимый закат. И увидела. Это действительно было незабываемое зрелище: алое зарево, горы, легкий ветер и объятия мужчины, с которым хотелось остановить время! Следом наступила ночь с его дыханием совсем рядом с ее. И мириады звезд в потемневшем небе светились только для двоих. И слеза на щеке, потому что счастье желало литься через край…

Проводник, отдыхавший несколько часов во внутреннем дворике, благополучно задремавший и чуть опоздавший к назначенному времени отбытия, нашел свою парочку туристов на веранде ресторана. Он принялся извиняться и каяться, но вскоре понял, что мужчина и девушка его не слышат. Кивали, следовали за ним, любезно взявшимся донести их последнее блюдо и десерты, но выглядели слишком блаженными и отрешенными. В мобиле они сидели тихо. Девушка прижималась к жениху, и тот, совершенно утратив прежний суровый вид, гладил ее по голове, нашептывая какие-то милые глупости.

Дорога назад заняла больше времени по причине необычайно темной ночи. Тени стелились всюду, вызывая дрожь и неведомый до этого страх в душе проводника. Ему часто приходилось снижать скорость и присматриваться к окружающей обстановке в ожидании неприятностей. Так что к концу пути Михаил, обеспокоился, как туристы отреагируют на такую медленную езду назад. Но парочка не жаловалась. Девушка мирно дремала на плече мужчины. А тот молча смотрел в окно, словно что-то мог видеть в сгустившейся тьме.

Доставив туристов в гостиницу, проводник получил чаевые и на радостях пожелал им веселой свадьбы, чем почему-то смутил невесту. И убрался восвояси почему-то с ощущением необъяснимой жгучей тревоги.

Майя, разомлевшая и кажется еще больше уставшая после недолгого сна в мобиле, с восторгом отнеслась к предложению Ксандра «еще немного посидеть на свежем воздухе». И хотя оба нуждались в горизонтальном отдыхе после столь бурной прогулки, в обществе друг друга они нуждались еще больше.

Посиделки в ближайшей беседке вылились в поцелуи и тихий смех. После чего Майя вдруг вспомнила, что сама так и не призналась Ксандру в чувствах. Просто ей было неловко сказать о своей любви. Она подалась вперед и шепнула Ксандру на ухо:

– Расскажешь?

Он вздернул бровь:

– О чем?

– Нет, о ком, – поправила Майя. – О себе, конечно. Думаю, теперь-то я заслуживаю знать, откуда ты? И чем занимаешься на самом деле?

– Я сопровождаю писателя, – ответил Ксандр, подмигнув, – забыла?

Майя перестала улыбаться и чуть отстранилась, всматриваясь в лицо, которое (теперь она точно знала) никогда не забудет. И заговорила с новыми интонациями, не игривыми, а вполне серьезными:

– Ксандр, прошу, поговори со мной нормально. Я обещаю, что это останется между нами. Если ты думаешь, что я раскрою твои секреты начальству…

– Не думаю, – перебил он.

– Тогда что тебе мешает? – настаивала Майя.

– На данный момент мне мешает отсутствие магазина с мороженым, – ответил Ксандр. – Я бы купил себе шоколадное. А тебе – клубничное.

– Ты хорошо меня изучил, – кивнула Майя, опустив руки. – Многое обо мне узнал. А о себе рассказать не хочешь?

– Разве ты мало обо мне знаешь? – любимый мужчина снова сделал вид, что удивлен.

– Я работаю в полисмагии, – напомнила Майя, чувствуя, как счастье внутри начинает отчаянно замерзать, грозя обернуться глыбой льда. – Знаешь, сколько девушек регулярно поступают в отделение из-за того, что связываются с парнями, обещавшими им звезды с небес?

– Полагаю, много, – ответил Ксандр, прищурившись, и напомнил: – Но я никогда не даю пустых обещаний. И всегда готов прийти на помощь. Или ты считаешь иначе?

– Я считаю, что ты скрываешь от меня свое прошлое и свою суть, – холодно сказала Майя, поднимаясь. – И повторяю: мне важно знать, кто ты. Зачем ты и твой друг приехали в наш город? Почему так упорно добивались общения с нами?

Ксандр тоже поднялся со скамьи и, склонив голову, попытался свернуть тему:

– Ты устала сегодня и слишком раздражена, чтобы продолжать разговор. Потому предлагаю перенести, когда ты отдохнешь, и я…

– И ты снова солжешь мне? – прервала его Майя, чувствуя, как внутри закипает злость.

– Разве я хоть раз тебе лгал? – Ксандр прищурился, и в его глазах вновь проявились красные искры.

– Молчание и отговорки в ответ на четко поставленный вопрос также неприемлемы, как и обман, – сказала Майя. – Для меня это фактически синонимы. А для тебя – образ жизни?

Мужчина, спокойно смотревший ей в глаза, стал совершенно серьезным. На скулах у него заходили желваки, черты лица слегка заострились. И рядом мигом появились темные тени. Сразу несколько. Раньше Майя отнесла бы это на воображение, но не теперь. Она видела их уже не раз и четко осознавала, кто их создал.

Ксандр, заметив ее внимание к тьме, передернул плечами и мягким низким голосом попросил:

– Вернемся к этому разговору завтра. Я провожу тебя к домику.

Она кивнула.

Тени исчезли, словно их не бывало, заодно с Майиным романтическим наваждением. В ее голову, теперь занятую логическими и рациональными рассуждениями, полезли гораздо более важные вопросы. Она думала о будущем рядом с человеком, скрывающем о себе слишком много. О безопасности сестры. О собственной глупости и доверчивости…

К домику Майи они дошли быстро и попрощались весьма скомкано. Ксандр выглядел тревожно-задумчивым. А Майя… О, она злилась на себя. И, стоило ей войти в дом, бушующие эмоции захватили сознание полностью.

Майя сама не поняла, как собрала вещи и в гневе написала письмо Ксандру. Что-то о нежелании больше его видеть и тем более – слышать его вечные отговорки. О прощании. Даже пожелала всего самого хорошего с другой, более доверчивой дурочкой.

Точных формулировок Майя не помнила, но Кира, которую она разбудила спустя четверть часа, прочитав письмо, тихо присвистнула:

– Это не слишком?

– Это еще мало! – прошипела Майя, пакуя вещи Киры и сообщая, как данность: – Мы уезжаем. Я уже вызвала такси. Очень дорогое. Придется потратить сбережения, и в этом тоже виноват этот врун! Понимаешь?

Кира снова кивнула и принялась натягивать сарафан.

Через десять минут девушки тихонько вышли из домика. Майя, взявшаяся нести оба чемодана, велела сестре отнести письмо к двери наглого красавчика и оставить там. А сама ринулась к такси. Вскоре Кира догнала Майю.

Какое-то время сестры ехали в молчании. Затем Майя принялась объяснять ни о чем не спрашивающей Кире, почему злится. Ей банально хотелось выплеснуть остаток бурлящих внутри эмоций. И получить хоть какую-то поддержку от единственного в жизни близкого человека. Однако Кира, дослушав сестру, пожала плечами и невозмутимо произнесла:

– Твое поведение не логично. Мы тратим на такси деньги из сбережений, чтобы уехать от тех, кто живет с нами на одной лестничной площадке. Я впервые вижу, как ты совершаешь столько поведенческих ошибок одновременно. И меня это настораживает. Возможно, за финансовые траты в будущем лучше отвечать мне?

Майя не ответила, сказать было нечего. Теперь, спустя час пути, она и сама осознала, как глупо поступила под влиянием собственных эмоций. И чего добилась? Разбудила сестру ночью, посадила в дорогущее такси, стоящее треть месячного содержания, позорно истерила, написала дурацкое письмо человеку, с которым действительно живет на одной лестничной клетке!

Рвано вздохнув, Майя прижала ледяные руки к горящим щекам и остаток пути молчала, грустно размышляя над тем, что натворила. За окнами занимался рассвет. И если закат Майя встречала самым счастливым человеком на свете, то теперь ощущала себя самой несчастной. Кто мешал ей просто лечь спать?! Кто мешал дождаться утра и спокойно завершить беседу с Ксандром?

Однако, стоило ей представить их якобы спокойный разговор, как в душе поднялось такое буйство эмоций, что не продохнуть. Никогда раньше Майя не испытывала ничего подобного ни к одному другому мужчине. Не любила и не доверяла. И потому не боялась предательства. А теперь…

– Я закатила в письме истерику, – тихо признала Майя, глядя на их дом, к которому они подъехали.

– Это все стрессы на работе, – Кира неожиданно похлопала сестру по плечу. – И чрезмерная ответственность за меня. Надеюсь, дальше тебе будет легче, ведь скоро мне предстоит отбыть на учебу и перейти к более самостоятельной жизни.

– Да уж, – прошептала Майя, осознавая и эту предстоящую проблему, вновь придавившую каменной глыбой.

Из такси они вышли одновременно. Водитель достал из багажника чемоданы, принял оплату и уехал. Майя проводила мобиль взглядом и собралась уже подхватить чемоданы, когда рядом остановился до боли знакомый транспорт.

– Наконец-то они нас догнали! – торжественно сказала Кира.

– Наконец-то? – недоуменно повторила Майя. – Ты знала, что они ехали за нами?

– Разумеется, – ответил ей Марух, встав с переднего пассажирского сиденья. – Кира передала мне твое письмо перед вашим отъездом.

Майя перевела ошеломленный взгляд на сестру, а та спокойно напомнила:

– Ты сама меня попросила отнести письмо к двери наглого красавчика и оставить там. Поэтому я передала его Маруху. Он не спал и встретил меня у двери.

Марух удивленно вскинул брови:

– Почему я наглый?

– Это мнение моей сестры, – пожала плечами Кира. – Спросите у нее.

– Письмо предназначалось Ксандру! – с досадой ответила Майя.

– Очень жаль, что это недоразумение лишило меня нескольких часов плодотворной работы, вынудив анализировать свое поведение, чтобы выявить, где я проявил наглость, – укоризненно произнес Марух, глядя на Майю. Подхватил чемоданы и направился к парадной, попросив Киру: – Идем со мной.

Майя на миг закатила глаза, с иронией отметив, что Маруха неприятно зацепил только «наглый», а не «красавчик». А красавчик, которому адресовалось письмо, стоял в двух шагах от нее. Все это время она чувствовала его присутствие кожей, но трусила посмотреть на него. В итоге Майю, стоявшую спиной к нему, хватило только на вопрос:

– Зачем вы помчались в такую рань?

– Волновались за вашу безопасность в дороге, хотели убедиться, что вы благополучно доберетесь домой, – чуть хрипло ответил Ксандр, шагнув к Майе.

– Как мило, – буркнула она, по-прежнему не оборачиваясь.

– Еще Марух очень хотел выяснить, почему ты сочла его наглым? – с мягкой иронией добавил Ксандр.

– Он выяснил, – хмыкнула Майя.

– Марух умеет достигать поставленных целей, – согласился Ксандр, осторожно обняв ее за плечи.

Майя знала, что правильнее было бы уйти. Раз уж она решила мыслить и действовать рационально. Ведь ответов на ее вопросы как не было, так и нет. И она по-прежнему обижена на Ксандра Праха за молчание.

Но отстраниться не смогла. Замерла, дышала чаще и, повернув к нему голову, призналась:

– Я впервые в жизни так сильно разозлилась на кого-то.

– Прости за мое молчание и эту нервную встряску. Пока ехал, было время подумать. Поэтому давай поговорим предельно откровенно.

– Правда? – Майя наконец-то обернулась, с неудовольствием отмечая краем сознания, что снова забыла и про логику, и про гордость.

– Честное слово, – улыбнулся он, осторожно убирая локоны с ее лица. – Но у меня будет одна просьба. Майя, дорогая моя, ненаглядная, вспыльчивая моя…

Она ощутила, как загорелись щеки.

– Пожалуйста, – продолжил он, немного вымученно улыбаясь, – дай мне и себе несколько часов для здорового, крепкого сна. Обещай в это время никуда не сбегать и не писать мне поэтичных писем на витиеватом, эмоциональном языке. И я все-все расскажу. И покажу. Даже разрешу потрогать.

Почти оттаявшая Майя, прищурилась, оценив двусмысленность, и строго ответила:

– Обещаю не сбегать. Но извиняться не собираюсь. Потому что…

– Сам сглупил, – покаянно отозвался Ксандр. – И обещаю впредь помнить об этом. Будет мне уроком.

Что еще оставалось Майе после такого обещания? Только поверить ему. Снова.

Ксандр совершил финансово неоправданные траты для получения избранницы с очень нестабильной нервной системой. Прогнозирую проблемы в их будущем из-за ее абсолютной непредсказуемости. В итоге ему уже пришлось мчаться за ней несколько часов ночью, чтобы… извиняться.

Для себя я сделал три вывода.

Первый. Мне очень повезло: мышление моей Киры отличается от мышления избранницы Ксандра в лучшую сторону.

Второй. Хозяин пока не осознал, какой подарок сделал мне, побывав у оракула. Он добыл драгоценную информацию для себя, но осчастливил и меня.

Третий. Нужно поговорить с Майей и максимально доступно изложить свою позицию в отношении ее сестры, чтобы потом неожиданно не получить от нее корреспонденцию с таким количеством нелицеприятных речевых оборотов, что впору заказывать переводчика из местных оторванцев.

Примечание для служебного пользования: оторванец – локальный неологизм, описывающий субъекта с неприемлемыми нормами поведения в обществе.

Из опасений: наблюдая за поведением эмоционально развитых людей и набираясь от них собственного эмоционального опыта, я обоснованно опасаюсь деградации своих ментальных способностей. Однако присутствие Киры рядом нивелирует эти опасения. Об этом тоже следует поразмышлять в свободное время.

Проснувшись ближе к вечеру и приняв душ, Майя поймала себя на том, что тишина в квартире впервые в жизни не тяготит. Больше того, Кира тоже вела себя не как обычно: впервые на памяти сестры она не поднялась сразу же в лабораторию, а возилась в комнате.

Вскоре в воздухе поплыл уютный аромат творожной запеканки и свежесваренного кофе. И обе сестры в молчании сели ужинать.

За окном неистовствовала летняя гроза: вспышки молний на мгновение освещали квартиру голубоватым светом. Эта феерия только сгущала темные краски, воцарившиеся в душе Майи. Она вынужденно призналась себе, что с отчаянным нетерпением и одновременно страхом ждала появления Ксандра.

А если он не придет? Ей будет больно из-за разбившихся иллюзий.

А если придет, но опять начнет игру в «угадайку»? Тоже ничего хорошего.

Однако, когда раздалась требовательная, нетерпеливая трель звонка, Майя не сдержала облегченного выдоха. У двери встречала гостей Кира. Майя окинула их строгим взглядом полисмага, сидя на диване в комнате сестры. Вид у обоих мужчин был такой, какой бывает у нашкодивших, но ни капли не раскаявшихся котов. Ксандр, с его копной рыжеватых кудрей и обезоруживающей улыбкой, выглядел воплощением обаяния. Если бы не зловещие красные искры в глазах, которые делали его похожим на порождение нечисти.

Марух, напротив, привычно походил на ледяную статую: беловолосый, бесстрастный, с горящими жутковатым синим пламенем глазами. Причем, горели они отчего-то особенно ярко. Кира плюхнулась рядом с сестрой на диван, а гости остались стоять.

– Отдохнули? Готовы к искренним разговорам? – широко улыбнулся Ксандр, игнорируя настрой девушки-полисмага.

– Отдохнули, – бросила она и демонстративно зловеще усмехнулась, – и готовы выяснить, зачем загадочные иностранные туристы прибыли в Гарюст издалека. Еще и завалили третий участок артефактами… Этакие святые ниарцы, благотворители и писатели.

– Мы действительно издалека, – голос Ксандра звучал спокойно и уверенно, без смешливых ноток. – Просто наш дом находится чуть дальше, чем ты можешь вообразить, Майя. Мы не обманывали вас. И я не лгал…

– Лгал, – невозмутимо парировала Кира. – Целенаправленное умалчивание ключевых фактов есть форма деформации истины. А значит, это ложь.

Майя заинтересованно посмотрела на сестру, поддержки от которой совсем не ждала.

Ксандр с досадой сжал губы, потом тяжко вздохнул и на миг обернулся к Маруху, взглядом предлагая этому любителю статистики опровергнуть слова Киры. Но блондин продолжил изображать глухонемой объект.

Ксандр недовольно сверкнул на него глазами и вернул внимание сестрам с более чем серьезным видом, ведь решится его будущее:

– Ну что ж, если откровенно, я не люблю пустых слов и тем более оправдываться за то, что считаю правильным. Уверен, вам нужны не просто пояснения, но и доказательства.

– Очень верно подмечено, – коротко кивнула Майя.

– Тогда прямо сейчас приглашаем вас на прогулку. В место, увидев которое своими глазами, вы решите, верить нам или нет.

Майя внутренне подобралась. Предложение пахло очередной авантюрой. Однако в открытом взгляде Ксандра не было ни тени хитрости.

– Не волнуйся, пока мы просто приглашаем вас в гости. Ненадолго, – чуть мягче и настойчивей повторил Ксандр.

– Пока? – Майя выделила главное.

– Дальше все будет зависеть от вас, – ровно ответил он.

– Куда мы отправимся в этот раз? – уточнила Майя.

– Увидишь, – Ксандр протянул ей руку.

Помедлив всего пару секунд, Майя взяла ее и поднялась навстречу.

Тем временем Марух принялся раскладывать на полу четыре металлических диска. Кира подошла к нему и принялась с любопытством наблюдать за построением большого квадрата в свободной части комнаты.

– Это координаты для стационарного телепорта на корабле. Это безопасно, волноваться не о чем, – пояснил ей Марух.

– Что вы опять задумали? – спросила Майя, начиная нервничать, наблюдая за приготовлением к чему-то неизвестному.

– Не бойся, – Кира подняла на сестру горящие жгучим исследовательским любопытством глаза. – Я не чувствую от них угрозы. Тем более, они инвестировали в нас слишком много ресурсов, чтобы каким-либо образом уничтожить. Это было бы нерационально. К тому же… мне дико интересно увидеть, что будет дальше.

– Кира! – удрученно выдохнула Майя.

– Она права, – усмехнулся Ксандр.

Кира шагнула к Маруху в квадрат, затем он что-то сделал на своем планшете, все четыре диска ослепительно вспыхнули, заставив сестер зажмуриться, а воздух в комнате словно завибрировал.

Приоткрыв глаза, Майя выругалась сквозь зубы: Кира с Марухом исчезли в сияющем зареве. Не осталось ни следа! Не раздумывая, Майя шагнула в неизвестность – бросить сестру она не смогла бы даже под угрозой смерти. А дальше…

До сего момента она еще пыталась убедить себя, что все случившееся ранее можно уложить в рамки хоть какого-то здравого смысла. Да, у Ксандра с Марухом очень непривычные технологии, необычные артефакты и слишком сильная магия со странным влиянием на окружающих. Ведь эти двое – не местные, а иностранцы: богатые, эксцентричные, возможно, из какой-нибудь закрытой страны с недоступными для обычных ниарцев разработками. Иное объяснение всем их загадкам она дать не могла. Или… боялась даже предполагать.

Однако, нырнув в сияющий свет и оказавшись в просторном большом помещении, Майя растерянно замерла, стоя в квадрате, схожем с тем, что создал Марух у них в квартире. Только теперь она оказалась в закрытом пространстве без окон и дверей, а свет, казалось, испускали стены. Майя тревожно сглотнула, смачивая пересохшее горло.

А Кира спокойно осматривалась в нескольких шагах от старшей сестры, изучая странное пространство, тем самым позволив ей немного успокоиться.

Обняв Майю за плечи, Ксандр, следовавший за ней по пятам, осторожно вывел ее из квадрата, который Марух назвал телепортом. Она тут же вывернулась из-под руки Ксандра и с подозрением, настороженно посмотрела на него. Впору было испугаться, если бы не Кира, которая, задрав голову, с всепоглощающим интересом рассматривала высокий свод, плавные линии светящихся стен и необычный пол. Быстро оценив обстановку, младшая Тисс выразила свое мнение:

– Ваш современный дом выглядит как промышленная лаборатория для создания артефактов. Наши родители в такой работали. Когда-то. Своеобразный вкус, конечно, но мне нравится здесь.

Майя отметила потеплевший взгляд Маруха на Киру.

Ксандр же усмехнулся:

– Идемте, проведем для вас экскурсию.

Всего одно слово напомнило Майе, как они с Ксандром ездили к водопадам и целовались. Ее щеки загорелись от смущения, затем – еще и стыда, потому что она поймала понятливый взгляд Ксандра, вспыхнувший красными довольными искрами.

Оказалось, лаборатория была лишь малой частью здания. Дальше компания «гуляла» по длинным переходам, где не было ни привычных дверных косяков, ни выключателей, ни мебели в обычном понимании. Свет загорался сам, стоило им приблизиться к очередному участку, прозрачные перегородки бесшумно расходились в стороны, под ногами пружинил плотный гладкий пол.

Глаза Киры все ярче разгорались фанатичным восторгом ученого. А вот Майя с каждой минутой больше мрачнела. Наконец она спросила:

– У вас в стране все дома такие?

Ксандр с явным трудом удержался от улыбки, дипломатично ответив:

– Не совсем.

Они миновали помещение, похожее на гостиную, но слишком просторную, обставленную, по словам Маруха, самым необходимым, вызвав у Майи вопрос: для чего все это предназначено? Затем они осмотрели зал, где вдоль стен мерцали ниши и панели. Потом – еще одно белоснежное помещение, и следующее, с непонятными штуками, похожими на клешни морского краба.

Кира остановилась у стены, под прозрачной поверхностью которой вспыхивали тонкие линии. И буквально высказала мысли вслух:

– Это не отделка… – Она трепетно коснулась стены пальцами, но они словно сквозь нее провалились, а по ее запястью побежали светящиеся символы. – Неужели вся комната – это артефакт?

– Нет, – лаконично ответил Марух. – Это интерактивные экраны для управления жизнеобеспечением.

– Странный дом… – задумчиво отозвалась Майя и уверенности в ее голосе поубавилось.

– Потерпите до рубки, там все увидите, – заверил ее Ксандр, поманив всех дальше.

Эта самая рубка открылась автоматическими дверьми и встретила гостей полумраком, в котором парили многочисленные интерактивные экраны. Они висели в воздухе под разными углами. Одни показывали бесконечные ряды данных, другие – схемы, графики, непонятные символы и меняющиеся карты. Но центральный, самый большой экран немедленно приковал к себе внимание обеих сестер.

На нем плыла в космосе планета с очертаниями континентов, клубящимися облаками, синевой океанов и морей – все это было видно целиком. Такое живое и очень четкое.

Соседний экран транслировал другую картинку: вытянутый серебристый силуэт необычного мобиля с хищно изогнутыми линиями корпуса и россыпью огней на обшивке. Тоже на фоне бескрайнего черного космоса и огромного шара планеты внизу.

Несколько секунд все молчали. Кира первой подошла ближе, почти вплотную к экрану. На ее лице появилось особое выражение, как всякий раз, когда привычная картина мира трещала по швам, но разум уже начинал жадно собирать новую.

Майя медленно перевела взгляд с планеты на второе изображение, потом на темноту за ним, затем снова на планету и хрипло спросила:

– Это изображение… оно нарисовано?

Ксандр качнул головой:

– Нет.

Он подошел к ней и четко, спокойно пояснил:

– Это место – не дом в вашем понимании, а космический корабль. Очень большой, усовершенствованный мобиль для путешествия на дальние расстояния. Очень дальние. Сейчас мы внутри него. – Он указал на серебристый силуэт на втором экране. – Ты видишь изображение благодаря ближайшему сторожевому дрону. Это такой исследовательский миниатюрный механизм. Мы запустили целую сеть таких, чтобы собрать информацию о вашем мире. И сейчас дрон показывает нам, что видит.

– О нашем… – сипло повторила Майя, вцепившись пальцами в спинку ближайшего кресла до побелевших костяшек.

– Этот шар внизу – ваша планета, – указал Ксандр, не сводя с любимой взгляда. – Ваш Ниар.

– Мы видим мир со стороны… – прошептала Майя, пытаясь объять разумом необъятное. – Ниар там…

– А вы здесь, – снова кивнул Ксандр. – И это безопасно, клянусь тебе.

– Как выглядит ваш мир? – спросила Кира, шагнув к сестре.

Ксандр вывел на дополнительные экраны изображения сияющих под чужими небесами городов, кораблей над незнакомыми мирами, огромных космических станций, невообразимых спиральных галактик, достижений цивилизаций, которых не существовало в мире сестер Тисс. Во время демонстрации он комментировал, постоянно поглядывая на Майю. А она слушала и все больше проникалась масштабом происходящего.

Как только Ксандр замолчал, Майя посмотрела на него и сделала заключение:

– Значит, вы не иностранцы.

Реальность оказалась ошеломляющей! Между тем Майя, считавшая себя профессионалом на своей должности, ругала себя, что не доверилась интуиции и чутью полисмага раньше. Ведь подозревала же неладное!

– Мы пришельцы из другого мира, – подтвердил Ксандр. – Даже из другой галактики, если быть точным. Это наш корабль, способный пересекать невероятные расстояния и путешествовать по вселенной.

– Зачем вы прибыли сюда? – Майя заглянула в непривычно серьезные глаза Ксандра.

Ответа она боялась. Но отступать было некуда.

– Чтобы найти тебя, Майя, – глухо ответил пришелец.

Тишина стала почти осязаемой.

Кира не отрывала взгляда от экранов. В ее глазах не было страха – только потрясение, перемешанное с восторгом ученого. Наверное, она даже не слушала дальнейший разговор. Ее полностью захватил новый большой мир, прекрасный и высокотехнологичный.

Марух стоял спокойно и наблюдал за сестрами, вполне достойно ведущими себя в экстремальной ситуации.

– Зачем я тебе? – наконец спросила Майя. – Кто ты?

– Можно сказать, я ученый и воин. Еще я торговец… и тот, кто владеет мирами, – с легкой горчинкой ответил Ксандр. – У меня есть все, кроме самого важного. Речь о тебе, Майя. Ты – моя избранница, единственная во всех обитаемых мирах. Шанс найти тебя обычным путем был один на триллион, но звезды проявили милость. Оракул дал мне координаты и подсказку, где и как тебя отыскать. И не обманул. Я тебя нашел.

Он замолчал, позволив Майе прочувствовать значимость своих слов. Масштаб!

– Оракул? – нахмурилась Майя.

– Это своего рода провидец, – кивнул Ксандр. – Весьма таинственная личность, на прием к которой почти невозможно попасть. Но я попал.

– И нашел избранницу, – глухо повторила Майя. – Для чего?

– Чтобы обрести семью, детей, любовь, – хрипотца проступила в голосе Ксандра. – Для меня это возможно только с тобой.

– Почему? – не унималась Майя.

Ей требовалось больше информации. И ответов. Чем больше Ксандр Прах говорил, тем больше вопросов роилось в ее голове. И поняв это, он принялся пояснять:

– Я с планеты Прадан, Майя. Это очень-очень далеко отсюда. Соседи по галактике зовут нас, праданцев, темными, потому что мы управляем специфической энергией. Из-за нее, как и мои соплеменники, я способен создать семейную связь только с идеально подходящей мне избранницей. Наша энергия, как бы это сказать, своевольная и разумная. И позволит сформировать праданцу полноценную парную связь только с идеально подходящей парой. И возможность зачать детей появится только с избранницей. Соответственно, получить потомство.

– Что значит идеальная? – Кира задала вопрос, который вертелся и на языке ошеломленной Майи. – Есть какие-то параметры тела? Специальные характеристики?

– Нет, – улыбнулся Ксандр. – Речь о той, кого примет моя темная энергия, кто зажжет в моем сердце огонь любви и которую я приму разумом как равную себе.

– Равную тебе? Обладателю миров? – с иронией выдавила Майя.

– Ты идеальна для меня, – без тени улыбки произнес Ксандр. – И я прошу вас с Кирой отправиться со мной. В мой мир.

– Уехать с вами на вашем звездном корабле? – переспросила Майя, нервно озираясь.

– Улететь, – поправил ее Марух. Но, заметив два одинаково назидательно-осуждающих взгляда, исправился: – Впрочем, какая разница? Смысл в том, что с Ниаром придется попрощаться.

– На какое время? – деловито спросила Кира.

– Навсегда, – ответил ей Ксандр. – Мы заберем вас с собой навсегда. В другой мир, где у вас будет все необходимое. Я обещаю. И прошу. Летим с нами.

– Ты просишь нас бросить Ниар в такой сложный момент? – нахмурилась Майя. – Ты же знаешь, как обстоят дела с нападениями и магами!

– Майя, я тебе наглядно продемонстрировал, что незаменимых в вашем отделе и мире нет, – парировал Ксандр. – Ниар справится без вас. Марух, что там по статистике?

– Согласно прогнозам наших ученых, дестабилизация на Ниаре продлится еще максимум тридцать лет, – доложил зануда-всезнайка. – Затем ваша планета станет похожей на сотни других, немагических миров. И продолжит свое развитие в направлении научно-технического прогресса, что позволит перевести ее в разряд доступных для открытия и всестороннего взаимодействия. Если захотите, со временем сможете ненадолго вернуться на Ниар. В гости!

– Осталось всего ничего – пережить тридцать лет, – нервно рассмеялась Майя. – Вы серьезно, господа пришельцы?

Ксандр строго напомнил:

– Все долги перед обществом ты с процентами выплатила своей кровью и службой в полисмагии, Майя. А Кира – созданием множества мощных артефактов, которые сохранили жизни как магам, так и гражданским. Подумай, что вас здесь ждет дальше? Монстры, вечная работа, смерть и отказ в праве на личное счастье? Как долго вы продержитесь в таком режиме? И что будет с Кирой, если ты погибнешь во время очередной дестабилизации? В моем мире все иначе. Вас ждет будущее без границ…

– Красиво звучит, но…

– Не надо, Майя, – Ксандр взял ее за руку и чуть сжал холодные пальцы. – Повторяю, вы больше никому ничего не должны! Не прячься за надуманными «но». И не надо меня бояться. Клянусь, я не подведу тебя! И прошу только об одном: дать мне шанс. И надежду, что когда-нибудь по-настоящему полюбишь меня.

Майя набрала в грудь воздуха, чтобы высказать еще с десяток «но», однако Кира смела ее планы и страхи одной фразой:

– Она уже любит.

– Кира! – Майя вспыхнула до корней волос.

– Ваш спор затянулся, – невозмутимо ответила сестра.

– Это не значит, что нужно говорить о своих догадках вот так! – проворчала Майя.

– Это не догадки, – Кира слегка нахмурилась, тем самым выдав свое возмущение. – А доказанный эмпирическим путем факт. Твои последние эмоциональные всплески и неадекватное поведение рядом с господином Прахом не предполагают иной интерпретации твоих чувств. Уверена, господин Марух сделал схожие выводы и поделился ими со своим начальником.

– Сделал, но оставил при себе, – признал Марух. – Так как адекватность Ксандра после встречи с избранницей тоже под большим вопросом. Я не решился дополнительно ее дестабилизировать своими умозаключениями.

Скрипнув зубами, Ксандр обернулся к замершей с сжатыми кулаками Майе.

– То есть ты с первой нашей встречи понял, кто я? – спросила она напряженно. – Знал, что именно я тебе нужна? И… полюбил?

– Да.

– И молчал.

– Да.

Майя шумно вдохнула-выдохнула, отвела взгляд и снова посмотрела на планету на экране. Такой, оказывается, прекрасный и такой далекий в этот момент родной Ниар, хотя еще утром она ходила по его улицам и считала единственным миром на всем свете.

В наступившей напряженной тишине Марух бесшумно шагнул к Кире и что-то шепнул ей на ухо. Девушка моргнула, кивнула, затем они вместе вышли из рубки. Майя машинально отметила, что Марух взял Киру за руку. Но не успела напомнить ему о приличиях, не бежать же за ними.

Когда они с Ксандром остались вдвоем, Майя, скрестив руки на груди, обвинительно процедила:

– Ты постоянно мне врал!

– Я не врал, – спокойно парировал он. – Просто не говорил всей правды.

– Это одно и то же.

– Не совсем. Скажи я тебе сразу: здравствуй, я пришелец из другой галактики, а это мой звездолет, садись, полетели, ты бы мне поверила?

Майя открыла рот, чтобы возразить, и закрыла.

– Нет, – признала она. – Я бы вызвала тебе мобиль скорой помощи и держалась подальше.

– Вот именно. Ты бы решила, что я сумасшедший. Или мошенник. Или и то и другое вместе.

– Вообще-то, – буркнула Майя, – я и сейчас не до конца исключаю последний вариант.

Ксандр рассмеялся. Он смотрел на нее с такой нескрываемой нежностью и отчаянной надеждой, что все колкие слова, которые Майя собиралась ему высказать, вдруг показались неуместными, ненужными и глупыми. Она не могла понять почему и как, ведь всегда отличалась повышенной подозрительностью и недоверчивостью. Но всему показанному и услышанному безоговорочно поверила, несмотря фантастическую нереальность. Или реальность?

– Вообще-то, нормальные мужчины объясняются женщинам о своих чувствах без демонстрации космических кораблей с орбиты чужого мира, – с улыбкой проворчала Майя. – Если откровенно, ты больше похож на мошенника, чем на ученого и обладателя миров.

Усмехнувшись, Ксандр шагнул к ней и притянул к себе со словами:

– Слышала же, Марух подтвердил, что я сошел с ума от любви к тебе? Так что скажи спасибо, что ограничил свои признания только орбитой Ниара. Мог бы молчком сразу увезти на другой край вселенной, а потом уже раскрывать свои мотивы и тайны. Кстати, такой вариант тоже рассматривался.

– Ну, спасибо…

Дальше все слова оказались бессмысленными. Их поцелуй был долгим и жарким, с привкусом счастливого облегчения. Еще Майя ощутила невероятную легкость в душе, осознав, что получила больше, чем могла мечтать: Ксандра и свободу для сестры.

Когда они наконец оторвались друг от друга, Майя театрально вздохнула:

– Ну хорошо. Так и быть. Полечу с тобой. В конце концов, каждая девушка заслуживает личного счастья, даже если ее жених – не загадочный иностранец, а инопланетный прохиндей.

Ксандр рассмеялся и, вновь притянув любимую к себе, покрыл ее короткими поцелуями. Затем они пошли в кают-компанию, оказавшуюся очень уютным, хорошо и с комфортом обставленным помещением вроде гостиной. Вскоре Майя с искренним восхищением разглядывала кофемашину, выдавшую ей чашку божественно пахнущего напитка.

– Знаешь, – она сделала первый глоток и зажмурилась от удовольствия, – если бы ты начал наше знакомство с этой кофемашины, сэкономил бы массу времени. За такой напиток я бы рассмотрела все твои достоинства гораздо раньше.

Ксандр рассмеялся:

– Так и запишу в бортовом журнале: путь к сердцу женщины гораздо короче, если облегчить ее жизнь удобной техникой.

– Ты хотел сказать, соблазнить…

В этот момент в каюту, держась за руки, вошли Марух с Кирой.

Майя мгновенно преобразилась, включив режим «старшая сестра – гроза всех проходимцев».

– Так, – она поставила чашку, – я вижу неправильный блеск в твоих глазах, Марух. Кире еще нет девятнадцати. Даже не думай о чем-то серьезном, пока ей не исполнится двадцать. У вас есть год. Потратите его на проверку чувств. Предупреждаю: с должной дистанцией и соблюдением приличий. Понял?

Марух застыл. Затем кивнул и ушел. Майя взяла чашку, борясь с чувством, что незаслуженно его обидела. А Кира, проводив его нечитаемым взглядом, попросила научить ее обращаться с новой, неизвестной штукой. Уже через несколько секунд она восторженно смотрела на восхитительно пахнущий кофе в своей чашке. Кира не успела выпить его, когда вернулся Марух с двумя мерцающими пластинами с текстом и протянул их Майе, с непривычными вкрадчивыми нотками в голосе:

– Вот. Это контракт. Официальное соглашение о намерениях. Обязуюсь соблюдать должную дистанцию до достижения Кирой Тисс двадцатилетнего возраста по ниарскому летоисчислению. Со своей стороны гарантирую выполнение следующих пунктов. Прочти все и подпиши согласие как законный опекун.

Майя, опешив от инопланетной бюрократической прыти, тщательно прочитала безупречно составленный с юридической точки зрения документ. Немало удивилась включенным в договор многочисленным обязательствам со стороны Маруха достойно содержать Киру, обеспечивать ее всестороннюю безопасность, обучение и многое другое весь период ожидания. Причем, без гарантии последующего согласия со стороны Киры вступить с ним в брак. Все обещанные плюшки были исключительно за право ухаживать за Кирой с целью подвигнуть ее на брачный союз.

Еще раз все перечитав, Майя посмотрела на Киру:

– Ты согласна на ухаживания Маруха?

– Да, – кивнула Кира и даже слегка улыбнулась, что многое сказало Майе о ее чувствах и отношении к ухажеру.

Поэтому Майя спокойно подписала договор. Марух с видом победителя спрятал свой экземпляр, затем увел довольную Киру в лабораторию, сказав:

– Я подготовил для тебя подарок, персональный коммуникатор.

– Как у тебя?

– Проще, для новичка. Зато будет не жалко, когда ты его разберешь на запчасти.

Ответа Киры Майя не услышала, за рациональной парочкой закрылись двери.

Ксандр расхохотался:

Ты хоть понимаешь, что сделала? У расы аурос, к которой относится Марух, такие соглашения ждут годами. А период «проверки чувств» длится от пяти до пятнадцати лет. Ты же согласилась всего на год! Теперь ты для него – самый уважаемый и обожаемый человек в нашей звездной системе.

Поглазев на Ксандра, Майя поджала губы и возмущенно выдала:

– Ах вы хитрые инопланетные лисы!

– Зато очень-очень любящие и обожающие своих половинок! – улыбнулся Ксандр. – Лучше меня ты во всей вселенной не найдешь. Гарантирую!

– И скромнее тоже, – хмыкнула Майя.

Он поиграл бровями и ласково поцеловал ее. Их поцелуи имели все шансы затянуться, но Майя вспомнила об очень важном обстоятельстве и отстранилась. Со всей серьезностью посмотрев в глаза Ксандру, она уточнила:

– Как долго вы пробудете… в нашем мире?

Ксандр посверлил ее напряженным взглядом, прежде чем ответил:

– У меня слишком большое предприятие, чтобы надолго оставлять его без присмотра.

– Хотела бы сказать, что могу представить, – кивнула Майя. – Судя по тону, ты и так порядком задержался?

– Чем быстрее мы вернемся домой, тем лучше, – признался он. – Хотелось бы оказаться в Гарюсте сегодня, чтобы вы с Кирой собрали самые необходимые и любимые вещи. И попрощались с домом.

– Ясно, – кивнула Майя, необычайно радуясь его откровенности.

Несколько минут она грелась душой и телом в надежных объятиях Ксандра, решаясь на самый важный шаг в жизни. Наконец Майя выпрямилась и тихо, с улыбкой сказала:

– Тогда возвращаемся. Наверняка Кире потребуется много времени, чтобы собрать все ее самые необходимые и любимые вещи.

– Ей с удовольствием и со всем усердием поможет Марух, – с облегчением улыбнулся праданец.

Спустя час компания вернулась в старый дом, прячущийся в конце Тенистой улицы. Мужчины собрали свои пожитки очень быстро – на Ниаре они располагали минимальным набором инопланетных вещей.

А вот Майя с Кирой бродили по квартире без спешки, тщательно разбирая свои пожитки, чтобы не пропустить что-то важное. Все, что останется на родине, сестры аккуратно складывали в коробки и ставили их возле стен.

Майя вспомнила, как несколько лет назад они с Кирой точно так же собирали вещи, покидая родительский дом. Сердце стиснула грусть и горечь неизбывной потери.

Кира периодически косилась на сестру, невольно хмуря брови. Как эмпат она ощущала, что у Майи в душе полный раздрай.

– У нас все будет хорошо, Майя! Поверь! – вдруг произнесла Кира, с непривычки немного неловко обняв сестру.

Растроганная Майя, сжав ее в объятиях, выдохнула:

– Да, ведь мы вместе.

– И у нас теперь есть Ксандр и Марух! – добавила Кира и с привычным, флегматичный видом отправилась в мансарду заняться своими делами.

Чтобы не говорил Ксандр, сборы, даже с мужской помощью, заняли всю ночь. Марух неоднократно пытался убедить Киру, что ее артефакты в мире технологий – примитив, но она стояла на своем, снисходительно заявив:

– Посмотрим!

Уговоры сестры и попытки Маруха быть мягким и дипломатичным неожиданно самым благотворным образом сказались на Майе. Посмеиваясь, она внимательно осматривала свой теперь уже бывший дом, чтобы ничего не забыть. Затем написала для тех, кто будет их искать, письмо. В нем говорилось, чтобы о них не волновались. Сестры попросту отправились путешествовать вдвоем, ведь скоро учеба, работа, и они хотят немного отдохнуть и посмотреть мир. Потом вернутся. Когда-нибудь!

– Я не оракул, но предсказываю, прочитав твое письмо, магран Остерс обвинит нас в похищении талантливых девиц: боевого мага и артефактора. Будет считать, что мы увезли вас в свою страну, соблазнив или обманув.

– Что, по большому счету, правда, – согласилась Майя.

– Про талантливых девиц или соблазненных? – ухмыльнулся Ксандр.

– Во всем пунктам! – рассмеялась Майя.

На рассвете они покинули уютную квартиру и Ниар, переместившись на корабль. Однако, ступая в слепящий свет телепорта, Майя грустила лишь чуть-чуть, ведь ее за руку держал любимый и любящий мужчина. Кира тоже была рядом, в безопасности.

Когда корабль покидал орбиту Ниара, девушки с горящими глазами любовались своей планетой, прощаясь. Но в душе их грела надежда, когда-нибудь они смогут вернуться, чтобы удостовериться, что с их любимым миром все хорошо.

– Мы летим на Прадан? – тяжко вздохнув, спросила Майя, обернувшись к Ксандру.

– Нет. Нам придется сделать небольшой крюк, ненадолго заскочить в соседний квадрат системы Лари́ш-ган-Да́ван.

– Заскочить? – иронично хмыкнула Майя, предположив какое немыслимое расстояние им придется преодолеть. – Зачем?

– Забрать с одной из планет ответ на отправленное мной сообщение.

– Ты в свободное время посыльным подрабатываешь? – Майя поиграла бровями.

– Самым дорогим в галактике, – засмеялся Ксандр. – Но чего не сделаешь ради друга, у которого обожаемая жена скоро родит, а он хочет сделать ей очень дорогой ее сердцу подарок.

– В таком случае мы обязаны помочь! – улыбнулась Майя.

Вынужден изменить мнение об избраннице Ксандра в гораздо лучшую сторону. Она умна, рациональна и прагматична. Ведь быстро поняла, что мой будущий союз с Кирой имеет высочайшую степень вероятности в успешности по всем возможным показателям. Также я высоко оценил степень доверия ко мне Майи с учетом согласованного с ней всего одного года проверки чувств. Придется приложить максимальные усилия, чтобы его оправдать и сделать ее сестру самой счастливой во вселенной.

ПЫСЫ: поймал себя на мысли, что страдаю примитивной азартностью. Ведь собираюсь конкурировать с Ксандром: кто быстрее сделает свою пару счастливой.

ПЫСЫ 2: неожиданно осознал, что люблю Киру. Иначе как еще объяснить, что лишь сейчас, на полпути к дому, вспомнил, что оракул взял с Праха за свои услуги два квазидариона. И с Ниара мы забрали не одну, а двух избранниц. Надеюсь, Ксандр не понял, что заплатил за обоих и сэкономил мне космическую сумму.

– Затемнить окна! – сказала Майя и улыбнулась своему просительному тону.

Она прилетела на Прадан несколько дней назад, но пока не привыкла, что весь быт здесь обеспечивается разумными технологиями и роботами. Майя до сих пор вздрагивала, увидев простейшего андроида. То ли дело Кира. Вот она безгранично счастлива в новом мире, получив возможность изучать, исследовать и творить с учетом новых знаний и открывшихся безграничных возможностей.

Комната погрузилась в мягкие, комфортные для Майиного зрения сумерки, отчего перестала щурить слезившиеся глаза. Легла на прохладные простыни огромной кровати и прикрыла глаза, наслаждаясь тенью, тишиной и пейзажем за затемненным окном.

Прадан ошеломил Майю, ведь на него, с разной интенсивностью влияли сразу две звезды. Главная – Дайне дарила тепло, свет и жизнь на Прадане, создавая благоприятный для разнообразной флоры и фауны климат почти на всей планете.

Когда Майя ступила на землю Прадана, ее потрясли невообразимо яркие, насыщенные краски нового мира. Деревья оказались несоизмеримо выше, кроны – гуще, листья – крупнее, чем на Ниаре. При этом огромный континент походит на разноцветное лоскутное одеяло, изрезанное множеством полноводных рек. Моря и океаны, какими их запомнила Майя, отсутствуют.

По дороге сюда Майя узнала, что истинных праданцев остается все меньше и меньше из-за присущей им специфической энергии, поэтому их социум так же сильно отличается от привычного девушке с Ниара. По сути, здесь нет городов, преобладают небольшие, отлично организованные и устроенные поселения с преобладанием малоэтажного жилого фонда. Здания выше трех этажей заняты научными, промышленными, государственными или муниципальными службами.

Майя с первого взгляда влюбилась в Прадан, просторный, светлый мир без лишних нагромождений. В их с Ксандром дом Майя прибыла уже супругой, а не невестой. Брак они заключили прямо по видеосвязи с местной властью. И Майю сразу внесли во все государственные реестры.

Кроме того, чтобы любимая женщина, видевшая много грязи и лжи будучи боевым магом и следователем полисмагии, была абсолютно уверенной в супруге и своем будущем, Ксандр официально разделил с ней все принадлежащее ему имущество. Таким образом наделив ее равными с ним правами на собственность, чем шокировал Майю. И в то же время она окончательно убедилась, что подозрительный, дотошный и очень прагматичный Ксандр, ее не просто любит. Он видит свою жизнь только с ней в паре и полностью доверяет. В общем, не вдаваясь в подробности, теперь Майя стала полноправной госпожой Прах, отчего здорово веселилась.

В ее покоях царила приятная прохлада, а за окном дрожал раскаленный воздух, как бывает на Прадане в период дисолно. Он наступает раз в году, когда планета, обычно освещаемая одним светилом, достигает точки своей орбиты, где попадает под гравитационное влияние и свет второй звезды. И чуть больше месяца на Прадане круглые сутки светло, жарко, а еще случаются специфические магнитные бури разной интенсивности. И окна затемняют во всем доме, чтобы свет не слепил домочадцев.

В голове у Майи подобный факт уложился с огромным трудом.

Когда они только покинули Ниар, Марух с Ксандром предложили девушкам пройти ускоренную программу обучения с помощью специализированного устройства, имеющегося на корабле. Девушкам пообещали, что просто мягко погрузят в сон, во время которого в них вложат самую необходимую информацию для человека, оказавшегося в невероятном мире высоких технологий.

Кира немедленно согласилась и первой прошла эту процедуру. Правда, Марух не раз пожалел, что устроил этот процесс в полете, а не по прибытии на твердую землю. Потому что дальнейший полет он денно и нощно караулил свою будущую невесту, чтобы она не сунула нос в сложнейшие агрегаты корабля и не попыталась разобрать их на винтики ради любопытства.

Что и говорить, если Кира не только Маруха до ручки довела, но и искину корабля чуть не вынесла мозг, закидав его логически противопоставленными друг другу фактами. Тем не менее, Марух от Киры теперь в еще большем восторге. Майя даже тайком опасалась за жениха: ее младшая сестра того и гляди скоро его в подкаблучника превратит.

А вот Майя решилась на процедуру обучения через неделю после Киры. Как боевой маг и следователь, который ко всему относился с настороженностью и недоверием в силу жизненных обстоятельств, не соглашалась пустить в свои мозги нечто непонятное для внедрения и вовсе неизвестно чего. Жуть!

Но когда их корабль покинул закрытую Хранителями галактик систему, где расположен Ниар и еще один магический мир, куда они ненадолго заскочили забрать послание для супруги друга Ксандра, оказавшейся родом оттуда, Майя решилась. К тому же что сестры узнали о возможностях глобальной виртуальной сети, где столько всего интересного, что можно сидеть в ней днями и ночами: читать, смотреть и общаться. А вот без знания языка и чужих правил жизни, сложно понять что к чему.

С каждым днем Майя все сильнее влюблялась в Ксандра, терпеливого, понимающего причины ее страхов, уважительно относящегося к ней и не скрывающего свои чувства. Он был честен, не давил и советовался по всем вопросам, касающимся их дальнейшей жизни вместе.

И вот теперь, спустя месяц после отлета с родной планеты, она жила в новом доме. И готовилась пройти брачный ритуал единения с уже законным мужем. Они специально отложили свое первое единение, ведь этот ритуал праданцы проводят исключительно во время дисолно – период, когда на планету влияют сразу две звезды, максимально увеличивая энергетическую составляющую. Особенно это важно для пар, в которых один из будущих супругов другой расы. Благодаря дисолно слияние и обмен энергиями в паре проходило гораздо полнее и легче, а рожденные после него дети ни в чем не уступали истинным праданцам.

Майя остановила взгляд на фотопортрет сестры на столе и улыбнулась с нежностью. Они с Ксандром прилетели бы на Прадан раньше, если бы по пути Марух не упросил ее разрешить им с Кирой побывать на Ауросе, родном мире, увы, несостоявшегося писателя. Чтобы представить Киру семье Маруха.

– Эх, не быть мне героиней бестселлера, – рассмеялась Майя, нарушив тишину комнаты.

Сперва она очень переживала и боялась расстаться с сестрой. Но, наблюдая за отношением Маруха к Кире во время полета, Майя немного успокоилась. Будущий жених четко обеспечивал чрезвычайно любопытной будущей невесте безопасный полет, комфорт и, как говорили на родине, все, что душе угодно.

Когда они высадись на Ауросе, Майя увидела, как семья Маруха встретила Киру. Все ауросы оказались с таким же хладнокровным и мало эмоциональным характером, что и Кира. Если бы Майя не привыкла к особенностям характера сестры и не познакомилась до этого с Марухом, решила бы, что его семья – холодные, бездушные люди, недовольные их визитом. Что было бы в корне неверным суждением.

Марух сразу уведомил родных, что подписал соглашение о намерениях сроком один год и несколько месяцев с опекуном своей будущей невесты. По скудной мимике его родичей, Майя поняла, что они потрясены и более чем счастливы.

Особенно его мама, госпожа Сарта – высокая светловолосая и синеглазая женщина с железным характером, ведь у нее три сына-воина. И все с трудными характерами. Марух – средний сын. Супруг госпожи Сарты был вечно занят на службе, так что она всю жизнь мечтала о дочери, с которой могла бы иметь больше общих интересов.

Последние шесть лет внимание мамы Сарты было целиком приковано к судьбе старшего сына, заключившего соглашение о намерениях сроком на десять лет. Ждать осталось каких-то четыре года. Надежда, что ее первенец сможет жениться, разгоралась все ярче. Хотя, конечно, вероятность обратного тоже была. Но женщина верила в лучшее и строила планы. Ей мечталось, что лет через десять она все же получит первых внуков.

Госпожа Сарта умела ждать и считала себя весьма сдержанной и терпеливой особой. Пока Марух не привез Киру, в договоре с которой всего год ухаживаний! Кроме того, эта великодушная и замечательная девушка согласилась жить в имении рода. Дальше еще больше, судя по обмолвкам, она, по сути, уже присвоила ее среднего сына и уверена, что они поженятся, как только ей исполнится двадцать лет.

У госпожи Сарты от открывшихся перспектив в разы сократить сроки ожидания внуков периодически сбивалось дыхание и учащался пульс. Она даже решила, что неожиданно расширила свой эмоциональный диапазон, как и средний сын.

Теперь с Киры сдували пылинки, ею любовалась вся семья. Особенно после того, как Кира в свойственной ей невозмутимой манере делегировала будущей свекрови свои обязанности по устройству быта и поиску места учебы. Счастью госпожи Сарты не было предела, ведь у нее появилась дочь, намоленная годами обращений к мирозданию, которая ей доверилась с первой встречи.

Майя в это время лишь мысленно ехидничала, прекрасно зная, что сестре просто нет дела до этих мелочей. Ее интересовали только исследования и наука. Ну, еще и Марух. Так что Кира нашла идеального будущего мужа с идеальной семьей, где ее всегда поймут и поддержат.

Теперь Кире подбирают место учебы в непосредственной близости от службы Маруха, а то, не дай Создатель, уведут его прелесть соперники. Заодно озаботились удобным и респектабельным стилем в одежде для нового члена семьи. И, конечно, скупают все гаджеты, о каких она просит.

Майя наблюдала за семьей Маруха всего неделю, чего ей хватило, чтобы убедиться: Киру она передала в самые надежные руки. Впервые после смерти отца и матери Кира снова получила родительское тепло, которого рано лишилась. Майя много старалась, но заменить мать с отцом была не в силах. Кроме того, у Киры теперь есть мужчина, не сводящий глаз с нее, любимой, помогающий во всем, направляющий и беспредельно восхищенный.

Можно ли было мечтать о большем для сестры? Вряд ли.

Что касается самой Майи, у нее от счастья до сих пор кружится голова и часто приходится уверять себя, что все происходит на самом деле. И складывается как нельзя лучше.

Во время перелета Ксандр связался со своей семьей и представил им невесту. Его отец и мать были очень далеко, решая рабочие вопросы. Они невероятно обрадовались новости и тепло приветствовали Майю. Тогда же Ксандр попросил отца сделать для сестер Тисс новые документы. Девушек эта просьба возмутила, ведь они ни от кого не скрывались и всегда вели благопристойный образ жизни.

Тогда Марух им пояснил, что те же праданцы, которых осталось очень мало, узнав о Ниаре и расе, которая легко принимает энергию тьмы, захотят немедленно получить пару для себя. Ведь с учетом негативного влияния энергии праданцев на окружающих, чужаки их сторонятся. И вдруг такое счастье – новый мир с красивыми подходящими женщинами!

Таким образом, раскрывать тайну происхождения Майи и Киры пока никак нельзя. Ведь Ниар – планета закрытого типа на ближайшие тридцать лет. А Майю с Кирой вывезли тайно, нарушив закон. Потому девушкам придется скрывать происхождение, как и похитителям – факт хищения.

В результате сестры получили новые документы со своими именами.

Осталась еще одна формальность, долгожданная. Вспомнив о ней, Майя открыла глаза и, посмотрев на часы, выдохнула:

– Пора!

Встала, накинула шелковый черный халат в пол и перед зеркалом собрала волосы в аккуратную ракушку. К месту встречи с Ксандром она направилась босиком. Остановившись перед дверью на заднюю террасу их особняка, Майя нервно поправила пояс халата. Пару раз вдохнув-выдохнув для храбрости, она кивнула себе и вышла на необычайно яркий свет. Прищурилась, привыкая к освещению, но Ксандр нетерпеливо подхватил ее на руки с тихим полустоном:

– Еле дождался!

– Я все делаю как ты сказал, – промурлыкала Майя, быстро окинув мужа жадным взглядом.

Как же он хорош, полуобнаженный, в шелковых черных штанах – традиционном наряде для брачного ритуала единения. И действительно, что можно надеть, когда Прадан круглосуточно жарят сразу две звезды? Поэтому ритуал проводят в специальных беседках или, как Майя с Ксандром, на террасе на заднем дворе своего поместья.

А пока они уселись друг напротив друга в тени раскидистого куста, на толстом покрывале, вышитом ритуальным рисунком.

– Скоро уже? – смущенно спросила Майя.

– Неужели я вижу нетерпение слиться со мной в одно целое? – улыбнулся довольный Ксандр.

– Я уже целый месяц жду, когда наконец стану твоей женой. Это важная… формальность, – наигранно проворчала Майя и стыдливо покраснела в предвкушении.

Ксандр хрипло пообещал, нежно лаская ее лицо:

– Через минуту начнется рассвет, и я окончательно тебя присвою.

– А я – тебя, – мягко улыбнулась Майя.

– Я уже твой, – неожиданно серьезно сказал Ксандр. – С первого взгляда. С первой встречи, там, у театра. Я люблю тебя, Майя. До конца своих дней.

– И я тебя люблю, Ксандр Прах. До донышка своей души, – призналась Майя, ощущая, как по коже, словно от электрических разрядов, разбежались толпы мурашек.

– Начинается… – выдохнул Ксандр.

Горячий воздух дрожал уже не от жары, вернее, не только от жары. Воздух ощутимо завибрировал, вызывая во всем теле волну невероятных ощущений – реакция на усиливающуюся энергию и влияние соперничающих гравитаций двух звезд на планету. Небо и всю округу начал заливать голубоватый свет Дракавы – второй звезды Прадана, с которым они сталкивались раз в году на несколько недель.

Под действием энергетического возмущения в небе возникали красивые цветные переливы.

– Какое чудо!.. – ошеломленно прошептала Майя, глядя на потрясающие воображение небеса.

– Это миражи. Драакава. Так называют это явление. Каждый раз в небе разворачиваются новые картины, сказочно прекрасные, не подвластные разуму или воображению. Их можно увидеть только на Прадане и они никогда не повторяются, – тихо просветил Ксандр.

Майя, забыв обо всем, увлеклась феерией красок, пока Ксандр осторожно не привлек ее к себе, шепнув:

– Повторяй за мной слова клятвы.

Это событие, украшенное самим мирозданием, станет для них важнейшим, дату которого они будут чтить до конца своих дней. День их истинного единения!

Последние слова клятвы отзвучали. Майя гадала, чего они ждут, пока по покрывалу не скользнули тени, окутав ее с головы до ног и подарив ощущение освежающей прохлады. Затем Ксандр взял жену за руки, по ним прокатилась мощная энергетическая волна, заставив ее сердце биться быстрее.

Майя зажмурилась, часто дышала, ее распирало от эмоций. А когда открыла глаза, встретилась с потемневшим взглядом мужа, искрившим красным. Окружающий свет при этом медленно меркнул, становился все более приглушенным и в какой-то миг окончательно померк. Тьма не пугала. Майя ощущала тепло и счастье. И объятия… Словно ее окончательно приняли в семью, в которой не будет предательства и боли.

Муж…

Она улыбнулась, чувствуя, как муж укладывает ее на покрывало, затем накрыл ее губы своими…

Их первое единение можно было описать одним словом – нежность. Обоюдная, всепоглощающая, щемящая нежность. Майя никогда не думала, что могла настолько любить и быть любимой.

Прадан – планета миражей, света и самых невероятных теней – подарила ей новый дом, новый мир и… новые события. Сначала она стала счастливой женой. И уже к следующему дисолно – счастливой матерью. Ксандр, как всегда, был рядом. Хотя и пребывал в некотором шоке, получив сразу двух дочерей с золотыми волосами и красными искорками в глазах. И заодно – незыблемую уверенность в том, что ему всегда будет чем заняться завтра…

Три года спустя

За столом расположились четверо. Ксандр Прах тихо, неспешно беседовал с другом – Даэроном Марсаером. Синеглазый брюнет то и дело отвлекался на супругу – прекрасную красноволосую Каэль, сидящую напротив него, положив руки на сильно округлившийся живот. Чета Марсаеров ждала второго ребенка! Рядом с Каэль сидела Майя, обожаемая жена Ксандра. Девушки разговаривали более эмоционально, чем их мужчины, то и дело повышая голос и смеясь.

Вокруг сновали официанты диолы – гуманоиды, похожие на людей, но с красной кожей и шестью руками. За соседними столиками общались другие приглашенные на благотворительный вечер лица. Костюмы и аксессуары многих из них стоили, пожалуй, дороже континента, на котором все собрались.

Прием устроил известный ювелирный магнат и его шестая супруга – начинающая актриса, мнящая себя будущей звездой галактического масштаба. Ослепительно красивая в сиянии многочисленных роскошных украшений. Ее супруг наслаждался общением с сильными дружественных миров. Звучала прекрасная музыка, в воздухе плыл сладкий аромат цветов, которыми декорировали стены.

Ксандр с Даэроном решили посетить прием ради дружеской посиделки. Их жены, давно познакомившиеся друг с другом, получили возможность встретиться вживую и теперь не могли наговориться.

– Думал, вы все-таки не придете, – сказал Даэрон, услышав очередной взрыв хохота их жен, и улыбнулся. – Рад, что вам удалось вырваться. Каэль мечтала повидаться перед родами. Очень скоро ей снова придется погрузиться в заботы о младенце, и времени на визиты станет еще меньше.

– Майя так и сказала, – кивнул Ксандр. – Ее сестра недавно родила, и мы гостили у них с Марухом. Там все крутятся вокруг пеленок и режима. Стоит повысить голос, тебя выгоняют из дома!

Даэрон рассмеялся, явственно расслышав обиду в голосе великого и могучего… Выгоняли, похоже, чаще всего именно его.

– У них ведь сын? – припомнил Даэрон. – На кого похож?

– Вылитый Марух, – ответил Ксандр. – По характеру тоже. Ну хотя бы с даром эмпата от Киры. Я пытался рассказать ему сказку, а он так смотрел, будто просил проветрить комнату от моей душноты.

– Родню не выбирают, – с сочувствием заметил Даэрон, хлопнув друга по плечу. – Представляю, каким этот малыш вырастет. Хотя, вы и сами дали жару со своими близнецами.

Ксандр тепло улыбнулся:

– Да, наши дочери – чудо. Но с их появлением выбираться куда-то стало намного сложнее. Тем более теперь, когда Майя открывает детский сад. Как раз идет завершающая стадия бюрократического оформления этого социального новшества на Прадане. Но помня о нашей встрече, Майя бросила все на помощников, расцеловала дочерей, поручила их моей маме и нянькам на неделю и велела быстрее ее увозить, пока быт снова не захватил в плен.

– Зачем ей этот сад? – покачал головой Даэрон. – Разве мало своих двоих детей для воспитания?

– У Майи талант, – улыбнулся Ксандр. – Она так вышколила наших девочек, что те уже к двум годам научились неплохо контролировать свои тени и энергию. У них очень сильный дар, и мои родители, вспоминая меня в этом возрасте, заранее готовились к небольшим, но постоянным проделкам. Однако Майя словно заранее чувствует, где разразится очередная девчачья авантюра и виртуозно предотвращает ее. У моей жены изначально сильный магический дар. После нашего единения на Прадане он увеличился, слившись с частью моей силы. Сначала ей самой пришлось учиться управляться со всем этим богатством. Зато теперь… Если бы ты видел, как замечательно она общается с малышами. Мягко объясняет, как работать с энергиями, куда перенаправить потоки, чтобы не случилось беды, и все такое. Я понятия не имею, как у нее хватает сил, тепла и понимания.

– Сколько у нее сейчас воспитанников? – спросил Даэрон.

– Восемь, – припомнил Ксандр. – И это только те, от кого вообще никак не удалось отделаться. Кроме них, у нее целый список родителей, причем малознакомых, кто разными путями пытается пристроить в ее детский садик своих отпрысков. Они желают, чтобы Майя и их детям помогла стать умелыми магами. Представляешь, сначала парочка семей просто уговаривала ее, потом умоляла, затем в ход пошел мелкий шантаж.

Настойчивых родителей, кажется, совсем не пугает, кто у Майи супруг. Меня просто обошли и продолжили уговоры. Пожалуй, в тот момент я окончательно осознал талант жены и перспективы ее самореализации. А то она расстраивалась, что не знала, чем в новом мире заняться помимо семьи. А вышло вот как… удачно. Так что скоро у Майи будет целая сеть детских садов. Она пока разрабатывает специальную программу обучения и ищет подходящих помощников.

– Какой же ты ушлый, Ксандр, – рассмеялся Даэрон. – Теперь твоя любимая при деле, с детьми и в полной безопасности.

– Я бы на тебя посмотрел, если бы Каэль сообщила, что собирается на службу в местный орган правопорядка, чтобы ловить всяких разумных монстров, – проворчал Ксандр, бросив короткий взгляд на жену проверить, не слышит ли она его откровения.

– Я бы поседел. А потом что-нибудь придумал бы, как помешать… – Даэрон сбился, осознав, что напротив наступила давящая тишина.

На Марсаера пристально смотрели две пары глаз. Зеленые – излучали любовь и легкий укор. А голубые с едва заметными красными искорками – смотрели так, что ему захотелось встать, извиниться и убраться на другой край галактики. И он предпринял попытку выкрутиться:

– Ты прав, Ксандр, работа с детьми – это вечный стресс и невероятная ответственность. Сложно представить что-то более важное, чем обучение будущего поколения.

Майя чуть прищурилась, Каэль рассмеялась.

– В общем, был неправ! – поднял ладони Даэрон. – Кстати! – Он быстро перевел взгляд влево, куда уже посматривал несколько раз. – Вы заметили, что сюда прибыл один нехороший тип на букву Д?

Все скосили глаза в указанном направлении. И если дамы означенного типа узнать не могли, так как никогда его не видели и не слышали о нем, то Ксандр холодно кивнул. Он и сам давно приметил господина Добжера Эрго, продающего услуги таинственного оракула за грандиозные деньги.

Сегодня этот «грабитель», имя которого Ксандр и Даэрон мысленно произносили с неизменным оттенком досады, держался особняком, с почти вызывающей отстраненностью, за которой угадывалась въевшаяся в кровь осторожность. Обычно рядом с ним маячили телохранители, молчаливые и внимательные, со специфическим отсутствием выражения на лицах, свойственное профессионалам.

Несколько минут назад к Эрго присоединился собеседник. Адам Грэйдис. На первый взгляд в нем не было ничего примечательного. Высокий, жилистый, русоволосый, с карими глазами и невыразительным лицом, которое забывается почти сразу, едва отвернешься. Он всегда одевался так, как того требовали обстоятельства, будто не имел собственных пристрастий, вкуса, любимого цвета. Вот и сегодня на нем дорогой костюм без единой лишней детали; прическа – волосок к волоску, щеки гладко выбриты. Он выглядел именно как персона, не желающая привлекать к себе внимание, но привыкшая вращаться среди тех, кто платит за безупречность.

И все же одна черта не позволяет назвать его заурядным. Шрам. Тонкий, рваный след кровавого события начинается у левого глаза и уходит к губам, ломая симметрию лица и придавая его случайной полуулыбке жесткий, даже зловещий оттенок. Этот след не похож на дефект, скорее – на предупреждение.

Мало кто решится прямо спросить его о происхождении этой отметины. Адам Грэйдис не любил лишних вопросов. Официальная сторона его жизни чиста и прозрачна: владелец охранного предприятия с безупречной репутацией и солидным капиталом. Но в узких кругах, там, где решались вопросы жизни и смерти, его знали как главу гильдии наемников, непревзойденных спецов во многих областях. И, по слухам, он знал о чужих секретах больше, чем их владельцы сами успевали о них пожалеть.

– Что могло свести этих двоих? – задумался Даэрон.

– Хороший вопрос, – ответил Ксандр, припоминая, что слышал о собеседнике Эрго.

Адам Грэйдис был известен тем, что всегда держал слово, избегал публичности и работал исключительно по профилю: охрана, спасение заложников, возвращение похищенных и тому подобное. И вдруг приехал для встречи с мерзавцем Эрго?

Ксандр и Даэрон переглянулись, оба испытали нехорошее предчувствие…

От авторов: сами понимаете, предчувствие наших героев непременно оправдается, ждите третью историю, в которой раскроется главная тайна всех трех книг! С любовью, Ольга и Ника.