— Повторяю последний раз, назовитесь, кто вы и что тут делаете, или через мгновение вся Академия узнает о вашем вторжении!

Стараясь, чтобы голос не дрожал, я смотрела на вальяжно развалившегося на обеденной скамье незнакомца в упор, ловя каждое незаметное движение и чувствуя, как во мне готова выплеснуться накопившаяся магическая энергия… Но он ничего не предпринимал и только рассматривал меня в ответ с расслабленным видом, что напрягало ещё больше. В отблесках светильника, висевшего у меня на поясе, мужчина выглядел совсем молодо. Темные, вьющиеся волосы, правильные, благородные черты лица, хитрый прищур глаз… Незнакомец был красив, и если бы не ситуация, можно было бы переглядываться дальше.

Но! На дворе глубокая ночь, после отбоя разгуливать по Академии нельзя было никому, кроме преподавателей, а тут сидит неизвестно кто как у себя дома, молча и в абсолютной темноте. И одет был необычно для Академии — тёмный, расстёгнутый камзол, из-под него выглядывала черная рубашка, и по отблеску ткани — явно шелковая, из тех, что хочется потрогать, и страшно замарать своим прикосновением. Дорого, красиво, и очень ему шло, надо заметить.

Я поджала губы — что за мысли лезли мне сейчас в голову? Сдув с глаз непослушную прядь волос, я призвала свой дар и подняла левый кулак, боковым зрением замечая окутывающее его золотое сияние.

Мужчина выпрямился, а я напряглась, пытаясь предугадать его дальнейшее действие.

— Приятно встретить такую бдительность. Алронд Вэйл, — глубокий баритон звучал мягко, словно пытался успокоить. — Бывший преподаватель практической магии, вчера вернулся, снова буду наставлять неокрепшие умы, — он вдруг обезоруживающе улыбнулся, видя моё замешательство. — Можете позвать самого ректора Каэла хоть прямо сейчас, но думаю, он не будет в восторге ни от раннего пробуждения, ни оттого, что вы здесь. Думаю, теперь ваша очередь?

Мой воинственный вид струйкой пота стёк у меня по спине. Как же “повезло” — нарваться на нового преподавателя в столовой после комендантского часа! Я чуть не застонала в голос. Ректор ведь предупреждал, что в Академии будут новые лица с начала этого года.

В Академии я и так была белой вороной, что среди студентов, что среди преподавателей. Но наживать себе нового недруга не входило в мои планы. Поэтому я постаралась принять самый раскаивающийся вид и кротко села на скамью, сложив руки на коленях.

— Простите, мастер. Я — Эльдреда Амон, последний курс. Но встретить незнакомца посреди ночи в Академии после отбоя, сейчас, когда происходят эти нападения… Может взволновать кого угодно.

Лицо мужчины вытянулось, словно от удивления, черты заострились, но лишь на миг. Он усмехнулся.

— Понимаю. Но что вы здесь делаете, адептка Амон? На последнем курсе комендантский час не отменяли.

Я не знала, что ответить. Не очень хотелось объяснять малознакомому человеку, на что способна моя магия, которая не укладывалась в известные наукам рамки, за что обитатели Академии меня недолюбливали и побаивались. Что я и охранные чары Академии обуздать могу, и энергетический отпечаток умею прятать, поэтому не попадаюсь так глупо… И много ещё других фокусов знаю, которые не под силу рядовому магу. И, раз уж мне не спится, могу лишний раз в библиотеке посидеть, а тут некстати чаю с пирожками захотелось…

— В защите есть бреши, — вздохнула я, раскрывая часть правды. — Тот, кто её ставил, не всё учёл, и сейчас она тем более требует обновления.

Мужчина нахмурился, подался вперёд.

— Не всё учёл? От преподавателей я слышал, что в Академии можно королевскую сокровищницу хранить. Или у вас другое мнение?

Похоже, ему было искренне интересно, что я об этом думала.

— Не хотелось бы оспаривать слова преподавателей, — я пожала плечами. — Но защита всегда может быть улучшена, особенно когда сталкивается с чем-то новым.

Я не стала продолжать, не уверенная, насколько хорошо был осведомлен этот мастер Вэйл. Если он не знает о ситуации, и сейчас действительно приехал по приглашению ректора, пусть ректор ему всё сам и рассказывает.

Но он кивнул, соглашаясь, а я была рада, что его внимание заострилось на проблемах в защите, а не на том, как я её обошла.

— Звучит разумно, адептка Амон. Действительно, всё указывает на то, что в магических измерениях появилось что-то неизвестное. Не исключаю и новые измерения, которую мы не предусмотрели ранее…

Он продолжал рассуждать, а меня словно обухом огрело. Я же не видела его, когда просматривала энергетически помещения Академии, чтобы налить себе посреди ночи чай! Пошла так смело в кухню только потому, что никого в обеденном зале не было! Не-бы-ло!

Молча хлопая глазами, будто внимательно его слушая, я постаралась сделать рукой незаметное движение, творя заклинание поиска человеческой энергии. Оно мне ничего не дало, словно рядом со мной сидела иллюзия… Или не человек.

После второй попытки с чарами поиска я наткнулась на взгляд Алронда Вэйла, кем бы он ни был. Уголки его губ поползли вверх, очевидно уже какое-то время он наблюдал за мной.

— Я знаю эти чары, сам ими часто пользуюсь. Но, видя удивление на вашем лице, отвечу сразу — да, они на мне не срабатывают, — я пораженно уставилась на него, а он пожал плечами, как будто извинялся за это недоразумение. — Видимо, пока мы с вами останемся при своих секретах.

Я уже собиралась спросить, почему, но мастер Вэйл приложил палец к губам, склонив голову набок.

— В нашу сторону кто-то идет. Надо спешить, если не хотите попасться.

Мой непонимающий взгляд сказал лучше любых слов, и он добавил:

— Не очень хочу снова отвечать на неудобные вопросы. Если вы мне не доверяете, можете попытаться задержать, и тогда нас точно услышат. Но если завтра вместо занятий вы будете отрабатывать наказание, уверен, будете долго жалеть, что не согласились уйти со мной.

Мысль на первый взгляд показалась здравой, и я кивнула. Он резко встал, оказавшись слишком близко, и я почувствовала необъяснимый аромат, исходящий от него. В голове возник образ хвойного леса после дождя. И еще мастер Вэйл был горяч. Во всех смыслах — помимо высокого роста, явно подтянутого торса и широких плеч, от него исходил жар, как от камина. Это приятное тепло расходилось по всему телу, заставляло хотеть прикоснуться к его источнику. Я подняла глаза, и поняла, что мастер Вэйл с прищуром заглядывал куда-то в глубину выреза моей рубашки. Спустя мгновение, до меня дошло, что он рассматривал мой амулет, показавшийся наружу, и я инстинктивным движением запрятала его обратно. Почудилось, будто металл потеплел, а мужчина, едва морща нос, словно принюхиваясь, выпрямился. Мгновение, и его лицо разгладилось, а мне стало немного не по себе. Что он там унюхал? В купальне я была сегодня утром…

Пока я об этом думала, он вдруг бесцеремонно схватил меня за запястье, и тут что-то произошло. Амулет, ни разу за четыре года меня не беспокоивший, вдруг словно раскалился на коже. Я резко втянула носом воздух и невольно схватила свободной рукой цепочку, отодвигая его от тела, но он остыл так же резко, как нагрелся. Я подняла взгляд на мастера Вэйла. Он испытующе смотрел на свою руку, которой мгновение назад держал меня.

— А это интересно… — пробормотал он, медленно переведя взгляд на амулет, который я опять убрала обратно. — Попробуем еще раз.

Он будто набрал в грудь воздуха и снова без разрешения дотронулся до меня. Мне стало интересно, как себя поведет амулет в этот раз, поэтому я не отстранилась и тем более не возмутилась. Но теперь он просто немного потеплел. Вэйл кивнул, будто решив что-то для себя, и вдруг двинулся в сторону выхода из зала, потащив меня за собой. Никогда не умеющая быстро реагировать, я совершенно безучастно смотрела на свою руку, которую крепко держали мужские пальцы. Мысли путались. Неужели всё-таки поведет докладывать о моем нарушении…

— Я знаю тут один проход, — мы неожиданно остановились. Мастер Вэйл отпустил меня и отогнул тяжелую, пыльную ткань гобелена, украшенного охотничьими и пиршественными сценами, которые покрывали каменные стены обеденного зала. Ладонью он нажал на один из камней, и в ответ послышался щелчок и тихий скрежет. Обеими руками Вэйл надавил на участок стены, и тот вдруг провалился внутрь, в свете фонаря обретая форму дверного проема. Легко и бесшумно, словно его каждую ночь смазывали, проход отъехал в сторону, открывая путь.

Мы ступили внутрь — моя нога поехала куда-то вниз, и я, пискнув, покатилась бы по крутой темной лестнице, если бы Вэйл не обхватил меня сзади.

— Адептка Амон, — услышала я у своего уха, отчего мурашки побежали по шее, — Я сейчас закрою проход, и лучше возьмитесь за меня покрепче.

Закрыв проем, он протянул ладонь. Поколебавшись, я с опаской взяла ее, но амулет молчал, и мы начали спускаться вниз. Лестница, оказавшаяся не такой уж длинной, привела в простиравшийся с двух сторон каменный коридор — холодный, узкий и неосвещенный, но сухой и достаточной чистый, насколько я могла разглядеть со светильником. Практически прямой, он иногда зиял чернотой ответвлений, возможно, в разные залы, а то и этажи. В голове мелькнула досадная мысль, что за почти шесть лет учебы в Академии, я только сейчас узнала о существовании в ней потайных ходов.

Мы могли бы уже отпустить руки, ведь лестница закончилась, а пол был ровным, но никто из нас этого не сделал. Я продолжала держать шершавую мужскую ладонь, и меня охватывало странное, но приятное чувство спокойствия. Его прикосновение будто придавало уверенности и согревало в темноте. Может, какая-то легкая ментальная успокаивающая магия?

Наконец, мы добрались до прохода, который вёл по лестнице, но теперь вверх. Пройдя вперед, Вэйл проделал со стеной те же манипуляции, что и в обеденном зале. Проём открылся, и мы вышли в коридор общежития, совсем рядом с моей комнатой. Вэйл быстро оглядел коридор и повернулся ко мне.

— Здесь мы с вами распрощаемся. Доброй ночи, адептка Амон.

Моя рука выскользнула из его, и я замерла, отчаянно желая продлить эту странную ночную встречу. Подняла глаза, Вэйл с ожиданием смотрел на меня. Вдруг на ум пришел вопрос, и я уже набрала воздуха, чтобы его задать, как вдруг:

— Алронд! — сзади воскликнул женский голос, и я повернулась к его обладательнице. Темноволосая стройная девушка в длинном ночном халате, подняла светильник повыше, разглядывая нас с недоумением, — Дорогой, что ты тут делаешь?

Девушка застыла, ожидая ответ на свой вопрос. При этом она окинула меня таким взглядом, будто я была слизняком, прилипшим к одежде мастера Вэйла.

— Ирия, — он, казалось, был удивлен не меньше меня. — А что ты здесь делаешь? Ты не спишь?

— Нет, — она повела плечом, отчего ткань халата чуть сползла, — Я хотела обсудить с тобой будущее собрание, но в твоей комнате тебя не было, и я вернулась обратно. Меня разместили тут, в общежитии старших адептов…

— Мы можем обсудить его сейчас, если у тебя есть силы. Спать мне еще не хочется.

Ответ воодушевил эту Ирию, и она с жаром закивала, уже собираясь что-то ответить, но мастер Вэйл перебил ее:

— Только сначала я провожу адептку в ее комнату.

— Как?.. — она вперилась взглядом в меня, словно разом осознавая, что я еще нахожусь тут и имею некую роль в этой сцене. — А что она делает в коридорах Академии посреди ночи?

Тут уже у меня внутри начало подгорать, как выражались сейчас Фениксы. Даже несмотря на то, что речь шла обо мне, она задала этот вопрос мастеру Вэйлу, явно меня игнорируя. Весь ее вызывающий внешний вид и этот тон — сюсюкающий по отношению к мастеру Вэйлу, и при этом высокомерный в отношении меня, вызывали самое неприятное впечатление. Я впервые ее видела — поистине, ночь была богата на незнакомцев, но даже если это еще одна преподавательница, все говорило об одном — мы с ней не сработаемся.

— То же, что и все тут присутствующие — не спит, — я вложила весь яд в этот ответ, и, выдержав паузу, уже спокойнее добавила, — мастер Вэйл, не нужно меня провожать, комната совсем рядом. Доброй ночи.

Не дожидаясь реакции, я развернулась и быстро пошла к левому крылу. Моя комната действительно находилась близко с тем проемом откуда мы только что вышли. Интересно, эта Ирия следила за нами, или подошла уже после того, как мастер Вэйл закрыл проем? Никто и не догадался просмотреть коридор, вдруг там кто-то уже был? Или это я не догадалась, а мастер Вэйл сотворил чары и всё видел? За этими размышлениями я подошла к своей двери. Уже собиралась закрыть её за собой, но вдруг услышала быстрые нагоняющие шаги, и, подняв глаза, увидела мастера Вэйла. Он молча смотрел на меня глубокими темными глазами.

— Я же пожелала доброй ночи, — я взялась за дверную ручку, подняв одну бровь и стараясь выглядеть невозмутимой. — Вот моя комната, не стоило беспокоиться…

— Это Ирия Ларси, моя коллега, — перебил меня мастер Вэйл. — Приехала вчера вместе со мной. У нее довольно редкий вид магии, она тоже будет преподавать и помогать мне… в решении некоторых вопросов.

Я застыла в дверном проеме, пытаясь понять, зачем он это объясняет, и как мне реагировать. Да и мне хотелось поскорее добраться до кровати — видимо, ночные приключения, наконец, дали о себе знать. Многовато впечатлений для обыкновенного вечера я получила всего за… один час? Казалось, он вместил в себя целый день.

И в то же время где-то в глубине сознания билось иррациональное желание поговорить с Вэйлом подольше. Он молчал, словно ожидая мою реакцию, а я не знала, что ответить, во рту всё онемело.

— Хорошо. Спасибо, что выручили и показали проход, — промямлила я, втайне довольная собой, что хоть слово выдавила.

— Вы очень необычная адептка, — тихо сказал мастер Вэйл, подходя ближе. Мне снова показалось, будто он принюхивается, хотя в темноте коридора сложно было сказать однозначно. Амулет будто снова потеплел. Стало неловко, потому что я продолжала пялиться на него, а он — на меня.

— Вы… тоже не совсем обычный преподаватель, мастер.

Щеки вспыхнули, и я понадеялась, что ему это не было видно. Уж лучше было промолчать, чем такую чушь говорить.

Мужчина неожиданно серьезно кивнул, и, бросив короткое “Доброй ночи”, быстро пошёл по коридору обратно.

Заперев дверь комнаты, я, с тяжелым вздохом, оперлась на нее спиной, переваривая произошедшее. В голове всплыло “решение вопросов”, упомянутое мастером в адрес этой Ирии. Раздраженно фыркнув, я против воли в красках представила, какими вопросами могут заниматься посреди ночи два взрослых привлекательных человека.

Усталость, наконец, взяла свое, и я решила не напрягать и без того утомленную голову пустыми размышлениями. Завтра всё должно было стать яснее. Стащив туфли, я, как есть, одетая, легла прямо на застеленную кровать, свернувшись калачиком среди валяющихся на ней книг, и моментально заснула.

— Эль, вставай! — в дверь забарабанили, наверное, через секунду после того, как я провалилась в сон. Недовольно промычав, я накрыла голову подушкой. Грохот продолжился, но уже очень глухо, что меня вполне устроило. Потом до меня смутно дошло, что я не настраивала будильник. И что вряд ли Дэрек будет кричать посреди ночи на весь коридор.

— Эльдреда, мы опоздаем!

Осознание накрыло лавиной. Как ужаленная, я подскочила с кровати, случайно сбросив книги на пол, и подбежала к зеркалу. Скривилась от своего вида — растрепанные из косы русые волосы напоминали птичье гнездо, синяки под глазами оттеняли их и выглядели, будто нарисованные. Я наскоро оправила мятую рубашку, пальцами зачесала за уши выбившиеся пряди, схватила сумку и открыла дверь, чуть не сбив стоявшего за ней Дэрека. Судя по ошарашенному виду, он едва не получил наотмашь по носу.

— Привет, — сконфуженно улыбнулась я, похлопав друга по плечу, и мы вместе почти бегом двинулись в зал собраний. — Который час? Я даже в окно не успела выглянуть.

— Собрание через… — недовольно цыкнув, Дэрек на ходу достал висящие на цепочке часы. Я едва поспевала за ним, своими длинными ногами он делал шаг, а мне приходилось делать, минимум, пять. — Меньше, чем через три минуты. Ну ты даешь! Там уже все расселись, ждут ректора. Так и знал, что ты опоздаешь, но все равно стоял там и до последнего ждал, как дурак. Надеюсь, Джиа с Зейном держат места.

— Они там? — я зевнула, поправляя съехавшую от быстрого шага сумку. — Пойдем тогда помедленнее…

— Говорю тебе, все уже там! Если бы ты не спала, как сурок, после своих похождений, — друг покосился на меня, улыбнувшись на скорченную в ответ мину. — Мы бы не бежали, словно за нами Падший гонится. Не отставай!

Я уже хотела сказать, что так медленно от Падшего, не бегают. Слишком уж неуважительно по отношению к древнему темному магу. Но, решив поберечь дыхание, промолчала. Коридоры Академии были пусты, все, видимо, уже собрались в зале, и наши шаги гулким эхом отдавались от каменных стен.

— Тихо, — настороженно заметил Дэрек, подходя к залу. У него даже дыхание не сбилось, в отличие от меня — наверное, я выглядела сейчас еще хуже, чем после пробуждения, — Похоже, все началось раньше. Нам конец.

Дэрек прижался ухом к высокой двери зала собраний, и я тоже смогла различить голос ректора, произносящий, скорее всего, приветственную речь. Друг потянулся к ручке. — Может нам дождаться, когда он договорит, и не прерывать на полуслове? — прошептала я. — Да, а потом он будет рассказывать действительно важные вещи, и мы войдем как раз в этот момент! — скривился Дэрек. — Нет уж, идем. Дверь открылась бесшумно, мы проскользнули внутрь круглого зала тише мышей, но орлиный взгляд ректора, стоявшего в центре на высокой кафедре, тут же остановился на нас. Он молчал, сверля нас голубыми, как небо, глазами, глубоко засевшими под седыми бровями. Старшие адепты, сидящие на верхних рядах, обернулись рассмотреть нас, кто-то с возмущением нахмурился, кто-то насмешливо улыбнулся. Мы с Дэреком замерли, почтительно склонив головы. — Адепты Амон и Брайс. Где-то в зале раздалось негромкое “Ну кто же еще!”, суровый взгляд переместился туда, и негодование тут же стихло. — Надеюсь, я не отвлек вас своими пустяками от важных дел? Проходите. В звенящей тишине, все также сопровождаемые пристальными взорами, мы оглядели зал, наткнулись на повёрнутые к нам головы Джии и Зейна, которые выглядели очень сконфуженно, потому что места рядом с ними уже были заняты их однокурсниками из группы Фениксов. Нам ничего другого не оставалось, кроме как, встать у колонн рядом со входом — с этого места мы видели только ближайшие три ряда и самого́ ректора. — Продолжим, — ректор окинул взглядом зал. — Меня радует видеть в этом году знакомые лица, лояльные нашей Академии, но я не могу не упомянуть тех, кто по разным причинам не смог присоединиться к нам сегодня. Некоторые из ваших товарищей и моих коллег решили покинуть нас, чтобы помочь защитить нашу страну, свою семью или саму магию. Мы должны уважать их решение. По залу пролетел шёпот. Я, не обращая внимания на слова ректора, вытянула шею в любопытстве, пытаясь разглядеть преподавательский ряд. Мне очень хотелось убедиться, что ночное приключение мне не приснилось — или, чего хуже — я не проворонила чужаков, пробравшихся в Академию и наплётших мне небылицы про себя. Но мастера сидели в самом низу перед кафедрой ректора, и я едва увидела только пару знакомых мне макушек. — Ваше решение остаться здесь — это не только выражение преданности нашим идеалам, но и залог того, что вы готовы принять на себя ответственность за своё будущее и будущее нашего мира. Помните, что магия — это не только сила, но и ответственность… — Необычное начало, про ушедших, — прошептал Дэрек, толкая меня локтем. Зал зашелестел шепотками, по-видимому, тоже обсуждая речь, — Хотя понятное, учитывая времена… кстати, ты слышала, что вчера из сиротского дома в портовом районе Арнстада похитили детей? Я покачала головой, внешне оставаясь спокойной, хотя внутри у меня всё похолодело. Сироты… всегда самые уязвимые… Окунуться в эти мысли с головой я не успела. — Также я хочу представить вам новых преподавателей, — ректор повысил голос, и все снова смолкли. — Взамен покинувшего нас мастера Хойса учить защитной магии вас будет мастер Алронд Вэйл, выпускник нашей Академии. Я резко протиснулась между впереди стоящих сидений, задев двух девушек из группы Кракенов, которые были этим не очень-то довольны. Обе зашипели на меня в унисон, ругаясь на мою бесцеремонность. Но мне очень хотелось увидеть воочию подтверждение словам ректора. Алронд Вэйл поднялся, лёгким кивком здороваясь с другими преподавателями. На нём был строгий тёмный камзол и чёрная рубашка с закатанными до локтей рукавами, обнажавшими натренированные сильные руки. Закончив приветствовать коллег, он медленно обвёл взглядом адептов, прищурившись, словно искал кого-то. Чуть задержавшись взглядом на том месте, где я стояла, он легко улыбнулся и вернулся на сиденье. Сердце у меня пропустило удар, к щекам прилила кровь. Конечно, мне это могло и почудиться, а судя по восторженному писку Кракенов у моих ушей, они приняли это и вовсе на свой счёт, предположив, что внимание досталось им. — Видели, какой красавчик? — блондинка, кажется её звали Мия, повернулась к своей подружке, втягивая и меня в разговор. — Защитка теперь будет моим любимым предметом! — подмигнула её подруга. Я криво улыбнулась, больше из вежливости, но промолчала и уже собиралась отодвинуться, как ректор продолжил: — И представляю мистрис Ирию Ларси, она возьмёт на себя труд по преподаванию рунологии. Два свежих молодых лица в составе Академии в наше непростое время радуют меня. Давайте поприветствуем наших новых коллег и наставников! Каэл хлопнул в ладоши, и весь зал присоединился к нему аплодисментами. Я мрачно разглядывала Ирию Ларси, она мило улыбалась всей аудитории своими пухлыми губами, вызывая фурор теперь среди мужской части Академии. Дэрек одобрительно хмыкнул сзади, а Кракены рядом со мной даже чуть приуныли. Длинные чёрные волосы Ирии рассыпались по плечам, строгий, но элегантный тёмно-красный камзол облегал стройную фигурку — конечно, она притягивала взгляды, но я не могла отделаться от мысли, что это просто ядовитая змея под красивой чешуёй. Но как бы то ни было, мне ещё предстояло работать с рунологами, поэтому мои эмоции нужно было задвинуть в самый дальний угол. — На этом собрание окончено, — донёсся до меня голос ректора. — Все свободны, возвращайтесь к своему расписанию. Зал зашумел, адепты и преподаватели начали вставать со мест, и чудом среди этой возни я услышала: — Адептка Амон, останьтесь и подойдите ко мне.

Чтобы попасть к ректору, я ждала, пока поток адептов, выходящих из зала, пройдёт мимо. Дэрек пообещал ждать меня в обеденном зале — перед первым предметом мы должны были успеть позавтракать, и я, чувствуя, как схватывает от голода желудок, искренне надеялась, что ректор не задержит меня надолго, и я успею перехватить хоть кусок хлеба.

Странно, но ни Ларси, ни Вэйла я среди покидающих зал не увидела. Чтобы занять руки и успокоиться, поправила волосы и разгладила рубашку.

Ректор и Ларси с Вэйлом действительно стояли рядом с кафедрой, негромко переговариваясь. Я торопливо спустилась и застыла чуть поодаль, ожидая, когда они закончат обсуждение. Наконец, ректор заметил меня и, вопреки моим опасениям, что сейчас меня будут прилюдно ругать, широко улыбнулся.

— Эльдреда, мастер Вэйл и мистрис Ларси будут в числе преподавателей, с которыми тебе выпала честь плотно поработать в этом году, — он протянул руку и, когда я подошла ближе, покровительственно положил её на моё плечо. — Мастер Вэйл — умелый менталист, он не так давно выпустился из Академии, и я могу по пальцам сосчитать магов с такими способностями в создании барьеров! А мистрис Ларси, великолепный рунолог, получила наилучшие рекомендации от Академии Когис. Господа, это Эльдреда Амон, шестой курс, из группы Грифонов. Вот, опоздала сегодня на собрание. Одарённый ребёнок, но никакой дисциплины!

Я слегка покраснела, разглядывая мраморный узор на полу. Распекать, словно маленького ребенка, ректор Каэл умел как никто.

— Да, мы заметили, — донёсся до меня холодный тон Ирии. Я тихо вздохнула, сдерживая иррациональное желание снова ей нагрубить.

— Дар Эльдреды не поддаётся классификации, — ректор понизил голос, сократив с ними дистанцию, продолжая держать меня, как на аркане, так что мне тоже пришлось приблизиться. — Однако за те шесть лет, что она учится здесь, мы с кругом преподавателей смогли более-менее описать его. Что-то от ментализма, что-то от барьерной магии, элементализм тоже присутствует. Такое ощущение, будто дух самой Эльдреды не смог определиться, пожадничал и взял себе самое лучшее от всех видов магии. Она сильнее любого из нас. Но, к сожалению, она на каждые чары тратит вдвое больше окружающей энергии и сил своего разума, чем остальные…

Я стояла с невозмутимым видом. Уже настолько привыкла, что я кто-то вроде подопытной зверюшки в Академии, которую сперва препарируют и исследуют, а потом заставляют прыгать через горящее кольцо… Несмотря на это, я знала, как относится ко мне ректор, что он хочет помочь и мне, и окружающим, поэтому ничего из того, что он говорил, не попирало мою гордость. Я даже знала, какие вопросы обычно вызывает рассказ о моих способностях. Она союзник или враг? Она опасна? А можно ли её как-то использовать?

— Как интересно, — задумчиво глядя на меня протянул Вэйл, подкрепляя мои предположения, — Подобные таланты нужны королевству, вы не думали служить среди гвардейских магов или законников? Ректор Каэл наверняка даст вам лучшие рекомендации.

— Я хочу преподавать, — тихо, но твёрдо ответила я. — Преподавать здесь.

— Но ваш дар может серьёзно подкрепить оборону королевства…

— Мастер Вэйл, Эльдреда ещё учится и как сирота находится под опекой Кадарата. И — клянусь Скрытым — пока в ней ещё столько неизведанного, самую большую пользу она принесёт в этих стенах, — поднял вверх палец ректор, сжимая моё плечо сильнее. — Лучшие умы королевства изучают этот феномен, благодаря ей было сделано не одно открытие. И ведь мы не знаем, одиночная это аномалия, или такие маги будут появляться и дальше? Преподавание в стенах академии — лучшее применение её силе, я с этим полностью согласен.

За что я всегда была благодарна — за то, как он меня защищал. Но, судя по лицу Вэйла, препираться с ректором он не собирался, лишь с задумчивым интересом смотрел на меня. Ирия наклонила голову, прищурившись:

— Но, мастер-ректор, разве не опасно, что неизвестная сила находится рядом с большим количеством адептов и преподавателей? Неконтролируемые вспышки магии могут быть у всех, но большая часть студентов хотя бы понимает их природу!

Я посмотрела ей прямо в глаза. С одной стороны, я чувствовала внутри себя полное неприятие её вопросов и требований. Ну что делать, если я с первого взгляда её невзлюбила? С другой стороны, мне сейчас нужно было умерить свою гордость. Какое бы ни было у меня к ней отношение, она была преподавателем и имела полное право знать, с кем будет работать.

Медленно, держа за цепочку, я вытащила из-под ворота рубашки медальон. Отполированное серебро сверкнуло в лучах солнца, пронизывающих стеклянный купол зала.

— Это работа нашей мистрис-артефактолога Ларассы, — показала я, с нежностью проводя пальцем по граням рун на ободе. Медальон потеплел, словно отвечая на моё прикосновение — Он уравнивает мой дар с остальными студентами. Тут заложены чары успокоения, стабильности, защитные барьеры… Я ношу его уже больше шести лет, и с ним у меня ещё не было проблем.

Ирия, не отрывая взгляда от медальона, подошла ближе и протянула руку. Я сжала его в кулаке, отодвигаясь. Не разрешала никому, кроме ректора и артефактолога касаться его. Ирия, видимо, расценила это по-своему, и, снова встав рядом с Вэйлом, ядовито улыбнулась.

— Что — то вроде строгого собачьего ошейника, да? — у меня внутри всё начало закипать от этого сравнения, она это заметила, но перевела взгляд на ректора, неуловимо нахмурившегося, — И всё же — медальон можно снять, неужели правильно оставлять ей полный доступ к единственному ограничителю своей силы? Эту сдерживающую магию нужно… я не знаю… сделать в форме неснимаемого браслета, может, выжечь руны на коже… возможно, даже на голове, мы же говорим об ограничениях силы разума, верно? Такой свободный подход слишком опасен…

Я смотрела на неё в упор. Она серьёзно? Внутри мелким червячком завозился страх. А что, если другие преподаватели согласятся с ней? Такое уже предлагали, когда я только попала в Кадарат. Посадить меня в клетку, запереть в самой высокой башне, изолировать на необитаемом острове в магической тюрьме, в конце концов убить, чтобы не произошло чего… Но ректор заступился за меня, а другие преподаватели быстро убедились, что я могу себя контролировать и никому не желала зла, не тёмная же я какая-нибудь…

— Ирия, — успокаивающим тоном сказал Вэйл, не отрывая от меня взгляда. — Думаю, нам нужно поближе познакомиться с адепткой Амон, посмотреть её магию в реальности. Тогда мы сможем делать свои выводы и спланировать наши дальнейшие действия.

Я не до конца понимала, что он имеет в виду, но почувствовала, как пальцы ректора Каэла сжались на моём плече.

— Именно, мастер Вэйл! Тем более, что вы ещё не в курсе, что...

На лестнице послышались торопливые шаги, и к нам сбежал секретарь ректора, молодой маг-защитник Калеб. Переводя дух, он пару мгновений настороженно осматривал нашу компанию, словно удивляясь, что нас всех тут собрало, и обратился к ректору.

— Простите за беспокойство, мастер-ректор, но нам нужно ваше внимание в южном крыле. Там произошло что-то странное.

Ректор нахмурился, отпуская моё плечо.

— Мы продолжим наш разговор позже. Эльдреда, иди на завтрак и подготовься к занятиям. Алронд и Ирия, останьтесь.

Слегка поклонившись, я практически взлетела вверх по лестнице. Голову давило от напряжения. Когда я открыла дверь в коридор, то услышала голос Калеба:

— Мастер-ректор, всё указывает на тёмную…

В коридоре громко рассмеялась одна из адепток, заглушив окончание фразы. Я напряжённо вслушивалась, но внизу Калеб, видимо, перешёл на шёпот, поэтому мне пришлось закрыть дверь.

В обеденный зал я практически влетела, желая, наконец, позавтракать и заодно рассказать друзьям о моём разговоре с ректором и Алрондом с Ирией. Разглядев белую макушку Дэрека и чёрные кудри Джии в углу зала, я сперва рванула сначала к буфету, схватила пирожки и кофе, и только потом пролавировала между столами к ребятам. Адепты других курсов провожали меня безразличными взглядами, не отрываясь от разговоров или остатков завтрака. С начала года я видела всех вместе впервые, не считая зала собраний, и смогла лишь мимолётом оценить количество отсутствующих. Не так уж и много ушло. На душе стало чуть легче. Но всё равно даже мне это было неприятно видеть — странные происшествия взволновали адептов и их семьи настолько, что люди решали держаться вместе в своих домах, а то и бежать в соседнее королевство Нарсир.

— Отчитали тебя? — доедая пирожок спросил Дэрек. Я быстро запихивала в себя булочки, качая головой. Дэрек молча кивнул, зная, что пока я не съем всё — не расскажу.

— Как можно было опоздать на первое собрание семестра? — Джиа закатила глаза, когда я посмотрела на неё. — Если бы ректор не относился к тебе так хорошо, драили бы вы сейчас вместе уборные.

— Готов поспорить, даже если Эль эти собрания будет игнорировать, ей ничего не сделают. Какие там собрания, если она ночью гуляет по Академии, — усмехнулся Зейн, проводя ладонью по короткому ёжику тёмных волос. — Она же наша любимая звёздочка.

Я вздохнула, что было проблематично с набитым ртом. Уже привыкла к иногда занудному наставничеству Джии и вечно ехидному, порой колючему Зейну. Привыкла настолько, что их реакции и замечания стали неотъемлемой частью моего существования. В конце-концов, Зейн, Джиа и Дэрек, были единственными людьми во всём мире, которых я могла бы назвать друзьями. Дэрек был мне ближе, но Джиа и Зейн, общавшиеся с ним, приняли меня в свою компанию. Остальные адепты избегали меня — кто из-за моей силы, кто из-за безродного происхождения, поэтому я ценила эту дружбу.

— Ладно, дайте ей доесть, — махнул рукой Дэрек, — Всё равно, пока всё со стола не сметёт, не ответит.

— Кстати, у нас в расписании сегодня уже будет эта Ирия Ларси… — начал Зейн.

— Не “эта Ирия Ларси”, а мистрис Ларси, или мистрис-рунолог, — покачала головой Джиа, отчего её тугие чёрные кудряшки зашевелились, словно маленькие змейки. — Её отец — Аргон Ларси, выдающийся учёный-целитель. Столичный госпиталь назван в честь его деда, так что это их родовая профессия. Странно, что мистрис Ларси пошла в рунологии, да ещё и преподавать…

Она запнулась, наткнувшись на мой прищуренный взгляд.

— Нет, я не имею в виду ничего плохого про преподавание, но согласитесь, что перспективы работать в семейном деле лучше, чем начинать всё с нуля в Академии? — затараторила подруга. Зейн выпрямился.

— Как я понял, она уже преподавала в Академии Когиса. Но там же совершенная дыра, это граница с Шатзией, а в Шатзии всегда творится неизвестно что.

— Дыра-дырой, но пограничная Академия всегда больше специализируется в защитной магии, — серьёзно добавил Дэрек. — Так что эта мистрис Ирия Ларси… — он бросил лукавый взгляд на надувшуюся Джию, — Может оказаться нам ценным подспорьем. А ещё на неё приятно посмотреть.

— И ты туда же, — шикнула Джи. — Вот услышит она тебя…

— И накажет? — подхватил Зейн. — Я не против!

Они с Дэреком загоготали. Я уже доела и молча наблюдала за ребятами. И больше мне хотелось услышать не про Ирию, а про ее загадочного коллегу. Но показывать свой интерес казалось чем-то стыдным, поэтому я про себя надеялась, что разговор сам свернёт в это русло. И тут Дэрек повернулся ко мне:

— Так что тебе сказал ректор?

— Ничего, — ответила я, против воли передёрнув плечами, вспоминая, как со мной говорила Ирия. — Просто познакомил с Вэйлом и Ларси. Я буду с ними работать тоже.

Джиа прищурилась.

— И это всё? Эль, в чём дело? Ты что-то не договариваешь.

Я решила долго не тянуть и вывалила им историю моей встречи с Алрондом и Ирией вчерашней ночью. Умолчала только о том, как мы держались за руки, о странной реакции амулета на него. Закончила коротким пересказом обсуждения разговора с ректором и появлением его ассистента. У ребят и без этого брови поползли наверх от удивления, и взволновала их, конечно, последняя часть.

— Ты уверена, что правильно расслышала Калеба? — нахмурился Дэрек.

Я покачала головой.

— В коридоре было шумно, так что я, наверное, ошиблась. Но он выглядел беспокойно.

Друзья переглянулись, обдумывая сказанное мной.

— Так что “эта Ларси” у меня никаких восторгов не вызывает, — продолжила я, нарушая тягостное молчание. — Будь она хоть трижды придворным магом.

— А может, у неё с мастером Вэйлом действительно есть какие-то отношения, — Глаза Джи загорелись интересом заядлой сплетницы. — Интересно, будут ли они это афишировать в стенах Академии…

Настроение у меня тут же испортилось. Несмотря на то что сама я подумала так же, мне не хотелось слышать подтверждение своих мыслей от проницательной подруги. Против воли я резко перебила её.

— Ну то, что они приехали вместе и работают вместе, ещё ничего не значит.

— Я слышу недовольство в твоём голосе? — игриво спросил Зейн.

— Ты смеешься что ли? — фыркнула я, отчаянно стараясь не краснеть. — Да, он красив, но я его впервые вчера увидела, и он мэтр. Между нами ничего не может быть, тем более, если они действительно в отношениях...

Как нарочно в этот момент в обеденный зал вошли Алронд и Ирия, и я замолкла на полуслове. Они шли так близко, что касались друг друга боками, о чём-то со смехом переговариваясь. Алронд на мгновение отвлёкся, поднял голову, и мы встретились глазами. Я не успела отвернуться, чтобы не таращиться. Окинув быстрым взглядом нашу компанию, он, продолжая говорить с Ирией, направился к преподавательскому столу. Его губы были растянуты в улыбке, но в глазах мелькнуло что-то, что я не успела разглядеть.

В первые дни после каникул Академия всегда напоминала рассерженный пчелиный улей. Обычно коридоры были заполнены снующими адептами и преподавателями, которые обсуждали предметы, последние новости и сплетни, шуршали свитками, спорили о магических трактатах так же страстно, как и о том, в какую из двух таверн соседнего Амлиса пойти сегодня вечером. Но сейчас на слуху у всех было совсем другое. Обеспокоенные семьи адептов через письма разносили новости со всех уголков королевства Кронадан. В нескольких районах, славившихся своими полями, одновременно сгнили посевы и сгорели запасы сена. Из лесов выходили звери с явными признаками бешенства, нападавшие на людей. В столице Арнстаде, средь бела дня обрушился мост над рекой Хальфал, соединявший две части города. Количество пострадавших бургомистр не назвал. Не объяснялись и причины происходящего. Это вызывало волнение среди адептов, шепотки по углам, нарастающий гомон недовольства и страха перед происходящим. Но Академия будто была выше этих мирских проблем, и внешне ничего не изменилось. Против наших ожиданий боевые и защитные тренировки сократили, как и было всегда на последних курсах. Адепты ожидали, что мэтры разъяснят ситуацию, но ни преподаватели, ни ректор не делали никаких дополнительных объявлений, советуя сосредоточиться на учебе и подготовке к экзаменам. У нашего курса грядели выпускные, и в расписании у большинства групп преобладали неактивные магические предметы. В первом семестре намечалось три недельные выездные практики, и ещё две недели отводили на обучение первокурсников. Эта часть меня особенно волновала. На занятиях сидел член Совета Мэтров, дававший впоследствии оценки и рекомендации о назначении нового преподавателя. У моей группы Грифонов в середине первой учебной недели было первое занятие у Ларси. Я шла на него с дурным предчувствием. И моя интуиция меня не подвела. Ирия, прямая как стрела, смотря на всех сверху вниз, стояла у доски в полукруглом, хорошо освещённом зале рунологии. Сперва она жёстко отчитала Дэрека, опоздавшего из-за помощи с уборкой аудитории мистрис-алхимика. Никакие оправдания ее не интересовали. Потом она вызвала его к доске, чтобы он начертил защитную руну. По ее словам, он должен был показать умения отделения Грифонов, полученных к концу обучения, и специализирующихся на защитной магии. — Недопустимо, — процедила Ирия, когда Дэрек сделал шаг в сторону. — Любая неточность может привести к сбою магии. Линии такие кривые, будто их рисовал пьяница. Адептка Амон, подойдите к доске и покажите, как это делается правильно. Внутри меня закипело возмущение от того, как она осадила Дэрека, противопоставив ему меня. За такую руну, как у него, бывший мастер-рунолог Алтон его даже похвалил бы. Я взяла мел, чувствуя взгляды одногруппников на себе. Аккуратно повторила символ, стараясь не думать о пристальном взгляде Ирии. Как только руна была завершена, я отошла от доски. — Хорошо, — произнесла Ирия, но в её тоне не было ни капли похвалы. — Для простого использования этого достаточно. Видите, как надо было сделать, адепт Брайс? Но я ожидала большей изобретательности и мастерства от последнего курса такой известной Академии, как Кадарат. Адептка Амон, садитесь. Я вернулась на свое место, и мы с Дэреком мрачно переглянулись. — Изучали ли вы смешанные руны? Только один семестр? В Академии Когис этому учат с самых младших курсов и не менее трёх лет. Мы с другими адептами переглянулись. Никто не понимал, чувствовать злость за порицание родной Академии или недовольство тем, что важные знания прошли мимо нас. — Итак, — она энергично стёрла мою руну и начала рисовать новую, — Вы должны знать о рунах защиты, специализируемых на одном из элементов. Руну от огня ставят, чтобы защитить от пожара, водную — от потопа, воздушную — чтобы избежать ураганов, земляную — от оползней и землетрясений. Я следила за чёткими, ровными линиями, возникающими на доске и понимала, что такую руну ещё в жизни не видела. — Но иногда, — продолжила Ирия, не отрываясь от доски, — возникает необходимость в защите сразу от нескольких угроз. Например, когда требуется обезопасить территорию от земли и воды одновременно. В таких случаях используют смешанные руны. Видите, как элементы гармонично переплетаются? Её движения были точными и уверенными, когда она рисовала сложные символы. Я заметила, как мои одногруппники внимают каждому её слову. Саранна, казалось, была особенно сосредоточенной, её пальцы нервно играли с пером. Савион записывал каждое слово, а Йолика сидела с нахмуренными бровями, явно пытаясь осмыслить услышанное. — Адептка Амон, подойдите ещё раз к доске. Уверена, вы сможете помочь мне донести информацию до ваших друзей. Я тихо вздохнула, ловя ехидство в её тоне. Из друзей в аудитории у меня был только Дэрек, который не отрывал взгляда от доски. Сосредоточившись, начала выводить символы, стараясь копировать каждую линию и изгиб с максимальной точностью. — Не забывайте о синхронности элементов, — произнесла Ирия, наблюдая за моими действиями. — Малейшая ошибка может привести к нестабильности руны. Когда я закончила, Ирия внимательно осмотрела мою работу. — Не так, — наконец раздражённо сказала она, — Видите эту линию? Она должна быть немного длиннее. В этот момент дверь аудитории открылась, и внутрь вошёл мастер Вэйл. Он быстро подошёл к Ирии и, склонившись, что-то прошептал ей на ухо. Даже стоя совсем рядом, я не смогла разобрать ни слова. Ирия серьёзно кивнула ему. Отойдя на пару шагов, мастер Вэйл окинул взглядом доску и меня заодно. — Прекрасная Гидротерра, адептка Амон. Но, если позволите, — он подошёл ко мне, взяв у меня из рук мел, слегка коснувшись моих пальцев. Меня обдало жаром, и амулет чуть потеплел. Я едва заметила это, постаравшись сосредоточиться на действиях Вэйла, — На мой взгляд, тут есть неточность. При неправильном использовании руна может нанести вред вместо защиты. Мистрис Ларси? Он стёр одну линию и дорисовал другую, совсем не ту, про которую говорила Ирия. Ирия подошла к нам. Пару мгновений она нахмуренно созерцала доску, но потом ослепительно улыбнулась Вэйлу. — Ваше замечание как нельзя кстати, мастер Вэйл. Адептка Амон делает большие успехи, но к идеалу ещё нужно стремиться. — Не всегда, иногда достаточно и того, чтобы просто было правильно, — он мягко улыбнулся в ответ. — Извините, не хотел прервать ваш урок. Защитная магия — моя специализация, но у вас всегда есть чему поучиться. Не возражаете, если я останусь? У меня как раз свободное время. Во взгляде Ирии что-то мелькнуло, но в следующее мгновение она кокетливо склонила голову. — Конечно, мастер Вэйл, ваше присутствие только обогатит наш урок. Он отошёл к стене и прислонился к ней. Я повернулась к Ирии, спиной чувствуя его взгляд. Остаток занятия он молча наблюдал за нами, и сразу после окончания быстро покинул зал. Ирия неожиданно задержала Дэрека, чтобы обсудить дополнительные занятия. Я не дождалась его и отправилась на обед. Когда Дэрек не появился и на ужине, я пошла к его комнате и, после тщетных попыток достучаться, вспомнила про место, где он любил оставаться один и куда мог пойти сейчас. Оранжерея и магический зоопарк размещались за Академией и представляли из себя огромное отдельное здание с круглым стеклянным куполом. Я вошла через двойные двери, ощутив энергию магического барьера, который был создан, чтобы не выпускать зверей. Мой амулет всё равно потеплел, среагировав на эту магию. Под ноги мне тут же шмыгнули две арассы, мурлыкая и потираясь худыми, костлявыми тельцами с жёсткой чешуёй. Почесав их за мягкими ушами, я пошла по тропинке, отодвигая с пути свисающие лианы. Неожиданно земля содрогнулась, и меня оглушило безумным звериным рыком.

От страха я пригнулась и замерла, разобрав, что звук шёл спереди. Вдруг до меня донёсся выкрик Дэрека с той же стороны. Слов я не разобрала, и со всех ног побежала к источнику шума. Выбежала к огромному пруду с кувшинками в центре оранжереи и резко затормозила от неожиданности. Возле пруда стоял Дэрек, успокаивающе протягивая руку к огромной мантикоре. Мантикору звали Мими, и обычно они с Дэреком обожали друг друга, чему были очень рады смотрители магического зоопарка. Дэрек регулярно навещал её, она позволяла ему единственному себя вычёсывать и даже один раз прокатила верхом. Объяснить эту связь между обычным адептом и свирепым зверем не удавалось никому. Но сегодняшним вечером что-то пошло не по плану. От яростного рычания вибрировала земля. В свете магических фонарей я видела, что шерсть огромной кошки стоит дыбом, а её скорпионий хвост с гигантским жалом, раскачиваясь, целится на моего друга. — Мими! Нельзя! Назад! — строго приказывал Дэрек. Тут он вдруг заметил меня, его глаза округлились в ужасе, и он едва помотал головой, стараясь не привлекать ко мне внимание. Но Мими, как и все мантикоры, была сообразительной. Почуяв неладное, а, может, и меня, она повернула косматую львиную голову. Кошачьи глаза сверкнули в тусклом свете. Она медленно, крадучись направилась ко мне, глухо рыча. Я замерла, даже не пытаясь бежать. В этом не было никакого смысла. В мыслях у меня уже плелись сильные успокаивающие чары. Мими изготовилась к прыжку, чуть припав на передние лапы. Я почувствовала дрожь возбуждения, энергия была готова выплеснуться В следующий момент мантикора вдруг закатила глаза и обмякла. Медленно завалившись, она потеряла сознание, напрочь смяв под собой какие — то редкие кустарники.

Дэрек обошёл её, тяжело дыша и вытирая пот со лба. Мы с ним применили чары по мантикоре одновременно, но и для нас двоих это было испытанием. Такая серьёзная магия успокоения даром для энергии не давалась. Особенно когда её применяли к сильному магическому существу. — Ты в порядке? — я подошла к нему, положив руку между лопаток и делясь энергией, которая у меня была более стабильной. Дэрек перевёл растерянный взгляд от Мими ко мне и помотал головой. — Я не понимаю, что это было… — он опустился рядом с ней, проводя рукой по длинной шерсти песочного цвета. — Собирался проведать её, открыл клетку. Она выскочила, вроде была рада меня видеть, всё как обычно. И в следующий момент… Он с сочувственным видом ласково почесал спящую мантикору между глаз. — Может, её кусил кто-то? Ну, знаешь, как лошадь может брыкнуть, если её овод ужалит… — я осеклась, наткнувшись на укоризненный взгляд друга. Тут вдруг укоризненность сменилась недоумением. — А ты что тут делаешь? — Тебя ищу. — Просто ты пришла буквально через пару мгновений после того, как Мими взбесилась… — Дэрек нахмурился с подозрением, но потом пожал плечами, — Может, она испугалась чужака. Я кивнула, соглашаясь с теорией. — Так почему ты исчез? Дэрек выпрямился и отвернулся на мгновение. — Ларси задержала меня, — он прокашлялся и беспечно улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу, — Заставила рисовать защитную руну, пока линии не были идеально ровными. Не думал, что она такая требовательная. — Дэрек, — серьёзно произнесла я, — Ты не хочешь ничем со мной поделиться? Она тебе что-то сказала? Как-то обидела? Он помотал головой, повернувшись боком. — Ничего, Эль, всё в порядке. У нас с ней будут дополнительные занятия. Давай лучше позовём мистрис-зоолога. Мими может очнуться в любой момент, а я уверен, что её нужно осмотреть. Дэрек сложил ладони лодочкой и нахмурился. Я поняла, что он хочет отправить информационного светлячка, прервала его, чтобы не тратил энергию, и создала его сама. Маленький шарик света с лёгким хлопком растворился в воздухе. Меня беспокоило состояние друга. И ещё больше беспокоило то, что он явно мне врал. Со страшной силой захотелось как-то отомстить Ирии. Я мысленно наказала себе не забыть поговорить с ректором Каэлом о её поведении. Надеялась, что он меня выслушает, и, может, как-то осадит её. Вскоре прибыла мистрис-зоолог Милани, и Дэрек начал объяснять ей ситуацию. Я стояла рядом, прислушиваясь к их разговору, но вдруг моё внимание привлекло нечто странное. В тени деревьев, едва освещённых фонарём, я заметила движение. Это была фигура, похожая на силуэт человека, который отступил, растворяясь в сумраке. Я, не раздумывая, пошла за ним, стараясь не шуметь. Фигура мелькнула впереди, словно тень, быстро двигаясь между деревьями оранжереи. Я ускорила шаг, ветка хлестнула меня по лицу, но я не обратила на это внимания. Тень метнулась вглубь зоопарка, петляя между вольерами с магическими существами. Я мчалась за ней, чувствуя, как амулет на моей шее нагревается. Фигура вела меня всё дальше, в самые тёмные уголки зоопарка, где фонари едва освещали тропинки. Неизвестный двигался быстро, но я применила заклинание ускорения, чтобы сократить расстояние между нами. Сердце билось в бешеном ритме, адреналин заполнил моё тело. — Стой! — крикнула я. Фигура метнулась влево, скрываясь за высокой изгородью. Я остановилась, вскинула руки, направив их в сторону предполагаемого укрытия. Моя магия взвилась, осветив тёмный угол парка, но там никого не было. Почувствовав лёгкий холодок по спине, я провела рукой по амулету на своей шее, который внезапно показался мне тяжелее. Уже развернулась, чтобы пойти назад к Дэреку и мистрис Милани, и буквально врезалась всем телом в кого-то высокого.

На нервах и от неожиданности я взвизгнула, дёрнувшись в сторону. Но сильные руки схватили меня за плечи, и я подняла голову. Передо мной стоял Алронд Вэйл, его тёмная, высокая фигура, казалось, была соткана из самой тени. Мой амулет резко нагрелся, и я, вырвавшись из рук Вэйла, потянула за цепочку. Амулет тут же остыл.

Встретившись взглядом с мастером Вэйлом, я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее. Его близость и тепло заставили меня замереть на мгновение, прежде чем он тихо произнёс:

— Адептка Амон, что вы здесь делаете так поздно?

— Я… Я видела что-то странное. Кто-то был здесь, в тени.

Мастер Вэйл нахмурился, его взгляд стал более сосредоточенным.

— В тени? Кто?

Я судорожно вздохнула, пытаясь унять бьющееся сердце и собраться с мыслями. Он терпеливо ждал, пока я скажу хоть слово.

— Я не знаю, — прошептала я, не глядя на него. Мне было до слёз обидно, что я даже не успела разглядеть чужака.

— У вас под глазом ссадина, — он разглядывал меня со странным блеском в тёмных глазах, — Что произошло?

— Говорю, я не знаю! Мантикора взбесилась, а потом это! Что-то происходит…

— Эльдреда, — мягко произнёс Вэйл, приблизившись. — Всё в порядке, тут никого нет, только я.

Он шагнул ближе и потянулся ко мне, будто хотел обнять. Но я, не совсем понимая, что делаю, резко отошла назад, инстинктивно взявшись за цепочку амулета. Мне снова показалось, что он начал нагреваться, и я уже заранее хотела обезопасить себя от ожога и боли. Вэйл заметил это, застыл и больше не приближался. Я сделала глубокий вдох и набралась смелости.

— Мастер Вэйл, а что вы тут делаете? — и посмотрела прямо на него. Это напомнило мне нашу первую встречу.

Он легко улыбнулся, но тёмные глаза оставались серьёзными.

— Я пришёл с мистрис-зоологом. Ей нужен был кто-то для помощи с защитными чарами. И, по счастливой случайности, я попался ей в коридоре Академии.

— Да уж, действительно счастливая случайность, — тихо, но твёрдо сказала я.

Его взгляд блеснул в темноте, и он мягко произнёс:

— Не волнуйтесь, адептка Амон. Вы должны вернуться в Академию, уже поздно. Скоро комендантский час. Я всё улажу.

Вэйл подмигнул и скрылся в глубине оранжереи.

Я осталась на месте, чувствуя, как у меня чуть кружится голова. Неожиданно в саду пронзительно запели фениксы. На ум вдруг пришло проверить энергетические отпечатки, и я отругала себя, что растерялась, и вспомнила об этом только сейчас.

Сотворив чары, я на миг замерла. Два человека. Один стоял чуть дальше в глубине оранжереи, а второй шёл в моём направлении. Никаких резких движений, бега и погони. А, если верить Вэйлу, то людей должно быть минимум трое — Дэрек, мистрис Милани, и он сам. И где-то ещё ведь неизвестный чужак! Но отпечатков было двое! Опять вспомнилась ночь, когда я встретила Вэйла впервые. Тогда мои чары тоже его не распознавали.

Злясь на всё на свете — и на мантикору, и на непонятную тень, и на таинственность Вэйла, я медленно пошла в сторону главной оранжерейной дорожки, туда, где видела энергетический отпечаток. Пройдя немного дальше по тропинке, я встретила Дэрека, озиравшегося по сторонам.

— Эль, что случилось? Где ты была? Мы слышали шум.

Его беспокойный тон смягчил меня.

— Кто-то был в тени, посторонний. Я пошла за ним, но он скрылся. Зато я встретила мастера Вэйла, который сказал мне, что шёл за мистрис Милани. Ты его видел?

— Вэйла? — переспросил Дэрек, — Нет, Вэйла я не встречал. Мистрис отправила меня обратно в Академию. Заверила, что разберётся дальше без моей помощи. Даже не ругалась. Я пошёл искать тебя.

Я нахмурилась, обдумывая сказанное Вэйлом. Что за тайны и загадки?

— Эль, кто тут был? Что ты имеешь в виду? У тебя на щеке кровь, — беспокоился Дэрек, заглядывая мне в глаза.

Я быстро пересказала ему произошедшее, опустив подробности встречи с Вэйлом.

Друг недоумённо смотрел на меня.

— Я ничего не заметил… Но я был занят с мистрис Милани, она обезопасила Мими, проверила её состояние… Никаких отклонений и аномалий нет, она полностью здорова. Даже пришлось убедительно объяснять, что мы с тобой это не придумали. Но это стало ясно после того, как мистрис Милани заметила, что Мими упала на малиалию подвенечную… Боюсь, что если бы тут была мистрис-ботаник, она упала бы в обморок вместе с Мими. Но, думаю, у неё будет завтра эта возможность.

Мы одновременно прыснули от смеха, и усталые от пережитых впечатлений побрели в общежитие. На следующее утро я первым делом отправилась к ректору Каэлу.

Он сразу впустил меня и указал на кресло, взявшись за перо.

— Доброе утро, Эльдреда, — ректор склонился над бумагами, подписывая какие-то свитки и письма. — Тебя что-то беспокоит?

— Да, ректор, — я перешла сразу к делу, — Вчера я с Дэреком Брайсом была в магическом зоопарке, и на нас напала мантикора.

— Я так полагаю, вы с ней справились? — не отрываясь от бумаг спросил мэтр Каэл. Это было произнесено таким будничным тоном, будто я жаловалась на комара.

— Да, мы лишили её сознания на какое-то время и позвали мистрис-зоолога, — я немного растерялась, и мой рассказ сразу потерял весь смысл в моих глазах. Но всё равно набралась решимости продолжить, — Потом я видела фигуру человека, кого-то постороннего. Он следил за нами и спрятался в глубине оранжереи. Я побежала за ним, но не успела догнать. Он как растворился.

— Ты проверила энергию места?

— Никого не показало, — сразу ответила я и задумалась, не зная, как правильно сформулировать мои мысли насчёт мастера Вэйла.

Ректор, уловив моё молчание, наконец, поднял на меня взгляд с немым вопросом. Голубые глаза смотрели устало, что меня обеспокоило.

— Может, тебе почудилось? Отбиваться от мантикоры — занятие не из лёгких, у тебя ссадина под глазом из-за неё? Нет? И все же — ты могла переутомиться после учебного дня.

— Нет, мастер-ректор, — я боялась этого вопроса, поэтому ответила резче, чем хотела, — Мне никто не показался, там кто-то был, просто я его не догнала. Но потом я встретила мастера Вэйла…

— Алронда? Что он там делал? — ректор выглядел удивлённо.

— Его позвала мистрис Милани… По его словам, — осеклась я, — И он сказал, что разберётся с этим сам.

Мэтр откинулся в кресле, чуть прикрыв глаза и сложив руки на животе. Солнечный свет, проходящий через витражные окна, играл цветными бликами на стенах, и освещал серебристые волосы ректора. Отблеск одного из стёкол окрасил красным висок мэтра Каэла, напоминая кровавое пятно. У меня по спине пробежал холодок.

— Ну, если Алронд сказал, что разберётся, то поверь мне, девочка моя, так оно и будет, — улыбнулся ректор, выпрямившись обратно и снисходительно посмотрев на меня.

Я замолчала, немного разочарованная его реакцией. Или своими ожиданиями от его реакции. Было ощущение, будто ректор не воспринял всерьёз ни одно моё слово. Он никогда не относился пренебрежительно к тому, что я говорю, и мне не была понятна перемена в его поведении.

Я поклонилась и встала, собираясь уходить. Вряд ли я смогла бы добиться новых ответов от него. Но вдруг практически против воли у меня вырвалось:

— Мастер-ректор, почему мы не реагируем на то, что происходит в королевстве? Адепты волнуются, а мы даже сократили боевые и защитные занятия…

Ректор перестал улыбаться, и я замолчала, поразившись тому, как резко он осунулся.

— Эльдреда, если Академии будет угрожать опасность, мы предпримем меры. Пока что тебе не о чем беспокоиться. Иди на занятия.

Он взял перо и вернулся к свиткам, давая понять, что разговор окончен.

Встреча с Вэйлом посреди оранжереи не выходила у меня из головы. Но судьба словно разводила нас по разным концам Академии. После той ночи я едва ли пару раз встретила его в коридорах. В обеденном зале он тоже практически не появлялся в то время, что я там бывала. Однако расписание Академии было сильнее судьбы — через несколько дней состоялся первый урок по защитной магии.

Занятия по активным чарам обычно проходили на свежем воздухе, вне зависимости от погоды. А погода в нашей части королевства была дамой капризной. Вот и сейчас, именно в начале первого занятия с Алрондом Вэйлом, пошёл дождь, несмотря на то что всю неделю стояла летняя жара. Да такой силы, что те студенты, кто не успевал поставить барьер, вымокали до нитки, как только делали шаг на тренировочную площадку.

Мастер Вэйл смотрел на наше построение бесстрастно, сцепив руки за прямой спиной. Под барьером, окружавшим его словно большой купол, даже трава была сухой, словно и не лило ничего. Адепты тоже с интересом оценивали его, так же, как и он нас, оглядывая каждого с ног до головы. На меня он будто старался не смотреть, но и без его взгляда я почувствовала, как у меня сковало плечи от напряжения. Это лёгкие для меня чары, так чего же я переживаю? В голову пришло, что не хочу подводить ректора Каэла, который с такой надеждой и гордостью расписывал мои магические умения новым преподавателям. Но противный внутренний голос ехидно подметил, что я боялась опозориться конкретно перед Алрондом Вэйлом.

— Шестой курс, группа Грифонов — все тут? — спросил он, продолжая стоять, как статуя. — Хочу опробовать ваши способности. Начнём по порядку. Эльдреда Амон, выйдите вперёд. Остальные — разбейтесь на пары.

Я с опаской вышла на одну линию с ним. Кто знает, какие у него методы, и к чему надо быть готовой. Он сейчас может с одинаковой вероятностью кинуть в меня огненный шар или применить ментальный удар.

Я во все глаза смотрела за каждым его движением. Он отвёл взгляд в сторону, будто не замечая меня, но я была полностью сосредоточена на происходящем. Подозреваю, ребята из моей группы тоже замерли, наблюдая за нами. Дождь лился не переставая. Наоборот, даже усилился, когда мы встали друг напротив друга. Я готовилась укрепить свой барьер в любую секунду. Адреналин и нервозность переполняли меня, кончики пальцев подрагивали от волнения.

Мастер Вэйл стоял с неизменным выражением лица. Внезапно, вокруг меня разразилась буря. В мой барьер с оглушительным грохотом ударила молния, по его поверхности голубыми змейками ползли разряды. Я вздрогнула, удерживая барьер, но продолжала следить за мастером Вэйлом. Молнии били неистово, словно у природных явлений появилась вполне осознанная цель меня уничтожить.

Со стороны других адептов донёсся резкий вскрик. Я повернула голову — Йолика, упав на колени, дрожала от ужаса. Её барьер слетел, и она, сидя в луже, озиралась, смотря на танцующие вокруг неё молнии. Дело принимало неприятный оборот. Прежде, чем Джорек, бывший с ней в паре, кинулся к ней на помощь, я лёгким усилием мысли сама возвела вокруг неё защитный купол, чувствуя, как на него утекает энергия.

— Хорошая реакция, адептка Амон. Но подумайте, правильно ли вы оцениваете ситуацию? — сквозь бурю я услышала крик.

Я медленно повернулась к Алронду. Он вдруг улыбнулся. Он мог сказать это, чтобы я отвлеклась на размышления, но что-то в его словах меня насторожило.

— Действительно ли то, что вы видите перед собой, является тем, что вы видите?

Нахмурившись я огляделась, на всякий случай укрепив свой барьер, барьер Йолики и поставив тонкий, практически незаметный — над всеми остальными адептами. Это не укрылось от мастера Вэйла, он одобрительно прокричал:

— Вы недоверчивы, мне это нравится! Но иногда нужно расслабиться, довериться своей интуиции и посмотреть на ситуацию под другим углом!

Его слова начали пробираться в мои мысли. Я попыталась сосредоточиться на ощущениях вокруг. Что-то было не так. Я подняла голову на небо, серое, затянутое тучами. Посмотрела на своих одногруппников, взбудораженных происходящим.

Повернулась обратно. Вэйл не сводил с меня глаз, и я заметила в его взгляде что-то, что дало мне понять — это испытание.

Внезапно, как молния, меня осенила догадка. Я сосредоточилась на настоящем моменте. Закрыла глаза и глубоко вдохнула разреженный воздух. Вокруг не было дождя и молний. Только тишина и лёгкое покалывание магии.

— Иллюзия, — прошептала я, прежде чем ударить по чужеродной магии лёгким и сильным, словно точный удар молотка, развеивательным заклинанием.

Чары Вэйла оказались настолько сильными, что смешение двух магий на миг ослепило меня. Окружающий мир заволокло белым сиянием, плотным, словно молоко и ярким, как солнце. Я зажмурилась.

Мой амулет разогрелся, как сковорода, к чему я уже была мысленно готова. Прежде, чем жар достиг того пика, после которого я отодвинула цепочку от шеи, я услышала тихий голос Вэйла:

— Только доверяя своим чувствам, можно найти истинный путь.

Я резко открыла глаза, часто моргая. После того как зрение постепенно вернулось ко мне, сняла свой барьер. Он был настолько плотным, что я через него практически ничего не видела. Амулет покоился на груди, едва тёплый. Видимо, мне это почудилось вместе с иллюзией. С удивлённой усмешкой я оглядела внутренний двор.

Над тренировочной площадкой простиралось безоблачное голубое небо, озарённое ярким солнцем. Погода была такой же стабильной и ясной, как и на протяжении всей недели. Трава, не увлажнённая ни каплей дождя, начинала желтеть после продолжительной жары. Ливня не было и в помине.

Мои одногруппники тоже озирались, кто открыв рты, кто улыбаясь. А я в недоумении смотрела на плотный, непроницаемый барьер вокруг них. В особенности вокруг Йолики, неожиданно со смехом помахавшей мне рукой.

— Этот дождь, молнии… — начал Дэрек.

— Иллюзия.

Я повернулась на его голос. Алронд Вэйл стоял в некотором отдалении от меня, сложив руки на груди, как и всё время до этого.

— Это?.. — я ткнула в барьер пальцем, не в силах произнести ни слова.

— Да, Амон, эти барьеры — ваша работа.

Он продолжал серьёзно глядеть на меня, но его тёмные глаза улыбались. Слова об истинном пути эхом отдавались у меня в голове. Перед снятием его чар, я слышала его голос совсем близко. Он подошёл ко мне в иллюзии или в реальности? Сколько иллюзорных слоёв он смог создать? И как ему удалось воздействовать не только на меня — на всю мою группу? Так тонко, незаметно?

— Очень сильный барьер, — продолжал Вэйл, — И инстинктивно ваша магия пыталась развеять мою. Вы работали и на защиту, и на атаку одновременно. Замечательно.

Несмелая улыбка сама появилась на моём лице.

— Но с распознаванием иллюзий всё равно нужно поработать. И — главное — сразу, в любой непонятной ситуации, ставить ментальный барьер. Этого не сделал ни один из вас, — он обернулся к остальным. — Я обсужу с ректором количество ваших занятий. Думаю, на ближайший семестр мы их удвоим, а может, и утроим.

Одногруппники переглянулись. Общее недоумение выразила Саранна:

— Мастер Вэйл, но мы на последнем курсе! У нас много практики, дипломные работы, обучение младших...

— Я уже ознакомился с вашим расписанием. Ваши дни не полностью загружены. Добавить ещё пары не должно стать проблемой.

— То есть, не справилась Амон, а отдуваться теперь всем? Вы же не видели умения каждого! Это несправедливо... — Джорек начал возмущаться, но замолк под взглядом Вэйла. Я не видела его выражения со своего места, но все адепты сразу притихли, многие опустили глаза.

— Адептка Амон справилась прекрасно, — от его тихого, слегка рычащего голоса у меня побежали мурашки по спине. — Речь идёт о подготовке не только к выпускным экзаменам, но и к реальной жизни. Там не будет отдыха и справедливости. Теперь — перетасуйте свои пары. Вы — со мной.

Джорек неохотно пошёл к моему месту. Я стала напротив Саранны, которая не выглядела довольной этим фактом.

— Остаток урока мы будем тренировать вашу реакцию. Отрабатываем скорость постановки ментального барьера. Один студент отправляет лёгкую ментальную волну, другой — защищается. Помните о контроле энергии. Если замечу, что черпаете её из эфира — штраф. После каждого раунда я развеиваю ваши чары. Если развеяли сами — штраф. Это учебная дуэль, не переборщите с силой. Начали!

Под конец урока мы вымотались, словно после физической тренировки. Мастер Вэйл не давал нам передышки, но внимательно следил за уровнем наших сил. Он отводил более слабых, вроде Йолики, сторону, контролируя каждое их движение, и одновременно успевал наблюдать за остальными. Мне он один раз указал на неправильную стойку, из-за которой я теряла не только магическую энергию, но и физическую, так как быстрее уставала. Мы должны были удерживать барьер, пока Вэйл не снимет его сам, а он замерял магический отпечаток, что-то помечая в блокноте. Не всем удавалось держать барьер так долго — пот катился по лбу Дэрека, всегда бывшего середнячком, и даже у Саранны появился утомлённый вид.

Мой амулет, ощущая нестабильность, сильно нагревался, сдерживая мою магию. После таких интенсивных упражнений с даром, я всегда чувствовала скованность и напряжение во всём теле. Энергия, сидевшая во мне, требовала выхода, которого я не могла ей дать, словно у меня были обрезаны крылья. Но я не жаловалась — лучше быть с таким амулетом, чем вообще без магии.

Мастер Вэйл, развеявший последние чары, проходил мимо нашей уставшей шеренги, внимательно оглядывая каждого. Он не выглядел уставшим. Обычно преподаватели активных видов магии — защитники, менталисты и элементалисты — выглядели после занятий лишь чуть лучше своих студентов. Вэйл же выглядел так, будто провёл с нами пикник, а не изнурительный учебный час.

Когда мы закончили, Вэйл окликнул меня. Я махнула рукой Дэреку и подошла к мастеру, провожавшему взглядом уходящих с площадки адептов. Он стоял ко мне полубоком, и я почувствовала облегчение, так как не ощущала то странное давящее чувство, когда он смотрел мне в глаза.

— Помогите мне восстановить защиту.

Это была частая просьба преподавателей — после магических упражнений, барьеры на площадках выглядели, как старые дырявые занавески. Я скинула сумку с плеча на траву и встала рядом с ним. Подняла руки повыше, как делала всегда, приготовившись пустить энергию на залатывание брешей.

— Нет, не так, — я повернулась на голос Вэйла, внимательно разглядывавшего меня. — Я уже сегодня поправлял вашу стойку.

Я опустила руки. Он подошёл ко мне так близко, что я могла рассмотреть золотистые крапинки в его карих глазах. Против воли перевела взгляд на чёткую линию губ. Поспешно снова посмотрела в глаза, запрокидывая голову. Как он высок! Вэйл не шевелился. Молчание затягивалось, я поняла, что перестала дышать. В голову лезла дурацкая мысль, что если он снова вздумает принюхиваться, то я определённо вспотела после занятия. Но отодвинуться от него не было сил. Амулет начал разогреваться.

Вэйл протянул свои руки к моим. На мгновение я напряглась. Иррациональная мысль, что амулет снова обожжёт меня, не давала покоя. Вэйл мягко приказал:

— Расслабьтесь, Эльдреда.

Он с осторожностью взял меня за запястья и поднял мои руки вверх. Удерживая их на весу, он смотрел мне в глаза. Медальон стал горячим, но я терпела, не в состоянии разорвать этот контакт.

— Не напрягайте предплечья и шею, ощутите воздух в руках. Почувствуйте крылья.

Несмотря на жжение и нарастающее головокружение, я постаралась выполнить его указания. И ощутила какую-то новую лёгкость, как будто воспарила в облаках. Всё тело налилось силой. Заворожённая этим ощущением я улыбнулась и отметила, как глаза Вэйла вдруг стали цвета расплавленного золота. Прежде, чем я успела удивиться, мой медальон обжёг меня, и в следующий момент сила, похожая на взрывную волну, отбросила нас друг от друга.

Удар о землю вышиб из меня весь воздух. Судорожно пытаясь вздохнуть, я ощутила онемение во всём теле, и в следующее мгновение перед глазами всё потемнело.

Очнувшись, я не увидела перед собой ничего кроме серой пелены. Сердце гулко стукнуло в груди, но руки сами потянулись к лицу и нащупали какую-то влажную тряпку. Я резко сдёрнула полотенце, по запаху пропитанное настоями успокаивающих трав, и поняла, что лежу на койке в целительском крыле. Судорожно нащупав амулет, попыталась сесть, но голову сдавило болью, а туловище казалось неповоротливым и тяжёлым, как камень. Я со стоном откинулась обратно на жёсткую койку. Большие окна были занавешены, но через карнизы пробивались косые солнечные лучи. Похоже на закат. Сколько я лежу? Который сейчас час? В палате никого не было, и я медленно предприняла новую попытку сесть. Голова снова заболела, но я сжала зубы и огляделась. На тумбочке рядом стояла кружка, по запаху в ней была простая вода. Я хотела магически проверить содержимое кружки и подтвердить свою догадку, но, прислушавшись к ощущениям, поняла, что этого делать не стоит. Моя энергия была ниже плинтуса. В конце концов, выпила кружку залпом и легла обратно, снова закрыв полотенцем лицо. Приятный запах трав умиротворял, но вопросы всё равно роились в моей голове. Что я тут делаю? Что произошло на тренировке? Почему у меня так упал энергетический уровень? Кто меня принёс? Где мастер Вэйл? Последнее, что я помнила — как нас раскидало в стороны от какой-то магической аномалии. Он учил меня правильно стоять при сотворении большого барьера. И был так близко… Когда я вспомнила его прикосновения, такие нежные и властные одновременно, меня бросило в жар. И тут на ум пришла ещё одна вещь, которая как раз не должна была так сильно нагреваться. Что происходит с моим амулетом? Никаких ответов в голову не приходило, и магическое опустошение давало о себе знать. Я попыталась заснуть, но сон не шёл, вдобавок от голода начало сводить желудок. Из-за двери послышались торопливые шаги, я сняла полотенце, и через мгновение в палату зашла ассистентка мастера-целителя Кейла. Пухленькая рыжая адептка была из группы Единорогов, специализирующихся на магии лечения. Она тоже училась на последнем курсе и была одной из немногих адептов, общавшихся со мной. — Эльдреда, ты очнулась! — она всплеснула руками, явно переняв этот жест от своего наставника, и затараторила. — Давненько тебя сюда не заносило. Не говорю, что это плохо, наоборот — замечательно! Но а сейчас-то что случилось? Как тебя так угораздило? Тебе же вредно перенапрягаться с магией! Не в первый раз! Я тебя уже немного подпитала. Но у тебя вообще не было энергии… Она сновала туда-сюда, перекладывая чистые простыни и сматывая бинты, но я зацепилась за сказанное. Она даже влила в меня немного сил, а у меня их всё равно сейчас нет? Как такое возможно? — Кейла, что случилось? — я еле ворочала языком, — Как я сюда попала? — Тебя принесли двое старших адептов из Фениксов. У них была тренировка по менталистике, и они нашли тебя на площадке. Ты была без сознания и не реагировала на лёгкую целительную магию, поэтому они сразу пришли с тобой сюда. Но ты и после моих манипуляций признаки жизни не подавала… — Я чувствую, что у меня всё равно очень низкий уровень, — я говорила тихо, надеясь, что она не станет меня перебивать, и мне не придётся повторять. Кейла остановилась, хлопая огромными голубыми глазами. — У меня такого никогда не было. По крайней мере — не после того, как я надела амулет… Целительница подошла ко мне и вытянула ладонь, медленно проводя её параллельно моему телу, проверяя моё состояние. — Хм. Да, странно, — медленно протянула она, но потом снова переключилась на свой щебет, — Но ты не переживай! Это случается, если маг творит заклинание, которое сильнее его. Как говорят, откусил кусок, который не смог проглотить, — Кейла подмигнула, как будто добродушно намекая, что и я не всесильна. Я и сама знала, что не всесильна. Я была проводником сильной магии, но взамен магия забирала у меня всю энергию. Единственная вещь, которая спасала меня от перегрузки — амулет. Мне не хотелось доказывать Кейле, что я творила обычные барьерные чары, которые тренирую практически каждый день, потому что это точно прозвучало бы, как оправдание. И делиться о том, как мы с Алрондом Вэйлом практически держались за руки, желания тоже не было. Даже если эта деталь была критически важна для того, чтобы понять, почему я сейчас была в таком состоянии, Кейле я об этом точно не расскажу. Но всё же… — А где мастер Вэйл? — Мастер-защитник? — Кейла протянула мне чашку с каким-то отваром, и я осторожно приподнялась, чтобы отпить. — Понятия не имею, а что? Я замерла с чашкой у рта. У меня были предположения, что этот магический всплеск ударил по мне сильнее, и Вэйл уже ушёл из целительского крыла, пока я ещё валялась без сознания. Но выходит, что он в крыле вообще не появлялся? Как это так? Его же тоже отбросило! Это последнее, что я помнила. Он ведь пострадал. Решил не обращаться к целителям? — Ничего. Просто последний урок, где я была, как раз проходил у него. Кто-то сюда вообще приходил? От отвара мне стало чуть полегче. — Джиа Карони была не так давно. Сейчас уже вечер, время ужина, она сказала, что зайдёт с Дэреком Брайсом попозже, принесёт тебе пирожков. Я слабо улыбнулась, на душе потеплело. Но мерзким червячком завозилось неприятное разочарование от ожидания, что и Вэйл обязательно должен был проведать меня. Но я всё равно захотела найти его, после того как разберусь с амулетом. Он задолжал мне кое-какие ответы.

Когда я съела целую корзинку принесённых обеспокоенными друзьями пирожков, мне стало гораздо легче. Магическая энергия будто всё равно была на нуле, но общее состояние стало бодрее, в голове прояснилось. Чуть позже в палату пришёл мастер-целитель. Осмотрел меня, прописал приходить за отваром каждый день утром и вечером в течение недели и на такой же срок запретил использовать магию. — Но мастер Герр… — Амон! — Он всплеснул руками, с напускной серьёзностью хмуря брови, — У тебя сильнейшее магическое истощение! Ты с магией переборщила! Какие “но” я должен сейчас выслушивать? Физические тренировки — тоже с особой осторожностью. Как только почувствуешь себя неладно — сразу отдых. И никакой магии! Сиди читай книжки, переписывай свитки — но не используй дар. Ни в быту, ни на занятиях. Если кому-то из преподавателей будет недостаточно твоего слова, придёшь за освобождением от меня. Иди спать, отдыхай. Видеть тебя больше здесь не хочу! Последняя фраза была обычным напутствием мастера-целителя для всех, кто к нему когда-либо приходил. Мы уже привыкли к этим словам, а у младших мастер Герр, очень высокий и худой, всегда вызывал священный трепет своим внешним видом и манерой общения. Для меня же он был вторым человеком после ректора, которому я могла довериться и который скорее искренне сочувствовал моему сильному дару, понимая, сколько неудобств он может мне доставлять. Теперь мне нужно было пойти к ещё одному преподавателю, который знал обо всех моих проблемах с даром, и выяснить, наконец, что происходит. Распрощавшись с Джией и Дэреком, я направилась вниз по лестнице. Логовом мистрис Ларассы было подвальное помещение Академии, одно из самых укреплённых мест во всём замке. Как и алхимия, чей зал также находился ниже прочих кабинетов, артефактология была самой опасной из всех неактивных магических наук. Артефакты напитывались магической энергией при создании, и малейшая ошибка могла привести к разрушительным последствиям. Зал был запечатан рунами и барьерами изнутри и снаружи, а при работе адепты носили специальные защитные костюмы. И всё равно целительское крыло регулярно пополнялось учащимися, пришедшими или принесёнными с уроков артефактологии. Худенькая фигурка мистрис Ларассы склонилась над освещённым магическими фонарями рабочим столом, разглядывая что-то под огромным увеличительным стеклом. Я поздоровалась, и она в ответ махнула рукой, подзывая меня поближе. — Эль, посмотри сюда. Что ты видишь? Услышав привычные взбудораженные нотки в тоне артефактолога, я с опаской подошла к столу. На железной подложке лежала тонкая деревянная шпилька. Такой женщины обычно убирают волосы, сооружая сложные причёски. Я заплетала косу сколько себя помню, поэтому слабо представляла, как пользоваться такой штукой. — Заколка для волос? — Не-е-ет. По крайней мере, не только. Посмотри на утолщение, — она практически пихнула меня на своё место, и я разглядела через стекло изящную рунную вязь, — Видишь что-то знакомое? Я прищурилась, пытаясь разобраться в тонких линиях узора. Постепенно я начала различать отдельные символы. — Это руна иллюзии, — сказала я, узнавая несколько знаков. — А вот этот узор в центре. Похоже на... — Руну очарования, — закончила за меня мистрис Ларасса. — А рядом — руна желания. Не самые частые руны для изучения в обычной Академии. Эта вещица может подчинять волю. Я отшатнулась, чувствуя, как по спине бежит холодок. — Это может быть связано с тёмной магией? Мистрис-артефактолог рассмеялась, встряхнув короткими светлыми волосами. — О, Скрытый, вот уж вряд ли! Я, наверное, сгустила краски. Нет, это всего лишь безделушка, чтобы быть более привлекательной. Закадрить самого неприступного старшекурсника, например. Иллюзия улучшит внешность, а очарование с желанием распалят в голове жертвы огонь страсти. Такие часто носят куртизанки, но иногда на них и среди знати есть спрос. Особенно, если муженёк неверен, ну или когда нужно поднять, — она хихикнула, — что-то неподъёмное. Я усмехнулась, рассеянно наблюдая, как она аккуратно кладёт шпильку в футляр и убирает на один из стеллажей. Мне такие ухищрения были не нужны. Не было никаких старшекурсников, ни мужа на горизонте, да и надежды, что кто-то вдруг появится, после постоянного одиночества — тоже. Я привыкла чувствовать себя никому не нужной и уже вполне смирилась с этим фактом. И добиваться чьего-то расположения с помощью артефактов или, как некоторые девушки, любовных зелий в мои планы не входило. — Но ладно, Эль, ты же не просто с визитом ко мне? Что стряслось? — мистрис — артефактолог стянула перчатки, расшитые защитными рунами, и уселась на краешек стола. — Мой амулет начал странно себя вести, — начала я и осеклась. Как продолжить? Говорить ли, что мне кажется, будто это происходит, когда я рядом с Алрондом Вэйлом? Когда мы каким-то образом касаемся друг друга? Или даже, когда он просто стоит слишком близко? Мне казалось это самой важной деталью. Но что может подумать мистрис? Наверняка это всё прозвучит так, будто я неровно дышу к преподавателю. Я решила дать этой ситуации последний шанс самой разрешиться, не затрагивая Вэйла. — Он нагревается до такой степени, что мне становится больно. Я бы хотела, чтобы вы взглянули на него. — Конечно. Снимай, — приказала мистрис Ларасса, надевая обратно перчатки и приглашая меня к рабочему столу, — Медленно, не торопясь. Вдохни и выдохни, расслабься. Тут ты под контролем, не о чем беспокоиться. — Я сейчас могу делать это без опаски — во мне практически не осталось энергии, — сказала я, снимая цепочку через голову, — Как раз во время последнего занятия что-то произошло, и у меня был такой мощный магический всплеск, что я попала в целительское крыло. И осталась без магии на ближайшую неделю, потому что энергии у меня нет. Мистрис-артефактолог заинтересованно хмыкнула, с осторожностью принимая у меня амулет. Она положила его на ту же железную подложку, на которой ещё недавно лежала шпилька, и придвинула увеличительное стекло. Хмыкнула снова, уже обеспокоенно. Долго рассматривала лежащий перед ней серебряный диск, потом взяла свои инструменты — серебряные ножички, молоточки, маленькое долото и принялась что-то равномерно простукивать, подкручивать и выпиливать. Амулет вспыхнул золотистым огнём, подсветив руны. Мистрис нахмурилась, видимо, ещё не до конца довольная результатом. Повторила свои манипуляции. Потом ещё и ещё. Я любила наблюдать за работой артефактолога, чувствуя вибрирующую магию, которая исходила от исследуемых предметов. — Ну вот, готово! — наконец, она протянула мне цепочку. Надев её, я вздохнула полной грудью, наслаждаясь приятной прохладой серебряного диска. Без амулета я ощущала себя голой, привыкнув к его тяжести и чувству спокойствия, которое он дарил. Я пару раз приходила к мистрис Ларассе на проверку амулета, и после её поправок, надевать обновлённый амулет казалось так же приятно, как ложиться на свежее постельное бельё. Мистрис Ларасса облокотилась на стол, внимательно рассматривая меня. — Твой амулет пережил воздействие мощной магии. Большинство барьеров уничтожены, я поставила их заново. И руны пришлось обновить. Что-то очень сильное пробивалось через твою защиту. Такие чары мне незнакомы. Если бы я тебя не знала, — она хохотнула, — то подумала бы, что ты балуешься тёмной магией. Она часто оборачивается против своего носителя. У меня внутри всё оборвалось. Не могла спокойно реагировать, когда меня подозревали в тёмных чарах. Слишком силен был страх снова почувствовать себя изгоем, как когда моя магия проявилась и напугала всех окружающих. Но Ларасса, казалось, не замечала моего немого ужаса, и спокойно продолжила: — Потому что принцип воздействия похож на неё. Тёмная магия не видит преград. И та сила, которая атаковала твой амулет — тоже.

Мысли в голове метались от волнения. Меня атаковали тёмной магией? В Академии? В самом безопасном месте королевства, как его называл ректор Каэл? Но в последнее время я засомневалась в объективности и трезвости суждений ректора. Казалось, будто его не волнуют проблемы королевства. Самым главным вопросом, заботящим его, была стабильность Кадарата. Но все вокруг понимали, что без внешнего спокойствия стабильности не будет. Значит, нужно было готовиться к любому исходу событий. Защита Академии была хоть и очень прочной, но всё же однотипной и старомодной. Старые защитные и барьерные заклинания, используемые веками, всё ещё действовали. Но магия менялась постоянно. Это живой материал, отзывчивый к новым идеям того, кто её творит. Использование магии всегда зависело от фантазии мага. Известные чары или руны на то и были известными — их стабильность уже хорошо себя зарекомендовала. Маг знал, что ожидать от простой огненной руны — она взорвётся и опалит того, кто к ней близко подойдёт. Энергию на чары исцеления маг брал из себя или специальных артефактов. Но тёмная магия была изобретательной. Потому она и была тёмной — у неё не было этических запретов. Для энергии годилось абсолютно все и всё. Тёмные могли создать руну, которая впитывала в себя жизненные силы всего, что её окружало. Вместо привычного взрыва огненная руна начала бы медленно пожирать всё вокруг себя, высасывая энергию из любого живого существа, попавшего в её поле действия. И отдавала бы её тому, кто её создал. Тёмная магия была вне Кодекса, а значит — вне законов цивилизованных государств. Её презирали и боялись. Как презирали и боялись тех, кто её использовал. Поэтому, как любой нормальный человек, слыша о тёмной магии, я испытывала нешуточное беспокойство. Особенно когда вдруг выяснилось, что меня, возможно, атаковали ею. Исподтишка — иначе бы я, наверное, догадалась о чём-то, но тёмная магия умела действовать скрытно. — Мистрис Ларасса, — медленно начала я, стараясь не смотреть в испытующий взгляд артефактолога, — Есть ли способ отследить, откуда было воздействие? — Нет, источника я не увидела. Как я сказала, это была мощная магия, и она похожа по своей сущности на тёмную. Но я не вижу в ней желания навредить или чего-то опасного, — она замолчала, и я несмело повернулась к ней, — Эта магия — что-то похожее на ребёнка, ловящего бабочку. Стремления познать новое в нём больше, чем понятия о силе. И, когда бабочка оказывается в руке… — Ларасса повернулась и резко сжала пальцы прямо перед моим носом, — Увы, её хрупкая жизнь не выдерживает этого желания. Так же и эта магия. Она не тёмная. Она просто другая. Она смяла защиту амулета не потому, что хотела тебе навредить — её что-то интересует в тебе. Тебе нужно наблюдать за этим и быть осторожной, но большего я тебе сейчас рассказать не смогу. Я распрощалась с мистрис Ларассой и рассеянно побрела по коридору. На меня воздействует какая-то странная магия, от которой меня не защищает амулет. Он призван оберегать с обеих сторон — как окружающих от моего дара, так и меня от чужого. При этом магия не пытается мне навредить. И что нужно тому, кто её творит — непонятно. От объяснения артефактолога яснее не стало. Она посоветовала мне обязательно доложить обо всём ректору Каэлу. Я понимала, что это нужно сделать, но сомнения одолевали. Вдруг он снова не воспримет мои слова всерьёз? Я дала себе день на обдумывание. В конце концов, сейчас мой амулет снова с обновлёнными барьерами, и ничего страшного со мной не должно случиться. По крайней мере, когда эта магия пыталась пробиться через защиту, я это чувствовала. Амулет нагревался, причём достаточно ощутимо. Что ж, сначала надо попробовать пообщаться с тем, кто может быть в курсе дел, касающихся защиты. Оставалось совсем чуть-чуть до комендантского часа, но я захотела рискнуть и попытаться выяснить всё прямо сейчас. Решительным шагом я пошла по опустевшим коридорам в сторону кабинета защитной магии, а внутри у меня всё дрожало от волнения. Пока шла, сочиняла речь, репетировала в голове вопросы. У самой двери я ещё потопталась, хмурясь на золотую табличку, гласящую “мастер Алронд Вэйл”. Наконец, с резким выдохом постучалась в дверь. Мне ответил голос, который я меньше всего ожидала и желала сейчас услышать. — Войдите, — крикнула Ирия Ларси. Я даже невольно снова посмотрела на табличку. Отступать было некуда, да и не хотелось. Я с силой толкнула дверь. Ирия сидела в высоком преподавательском кресле, с таким видом, будто это был её кабинет. И смотрела на меня с недоумением, словно я ошиблась дверью. — Мистрис Ларси? — Адептка Амон? — она вскинула чёрную изящную бровь. — Я ищу мастера Вэйла, — я старалась, чтобы мой голос звучал по-деловому, но во рту пересохло от волнения. — Зачем? — с невинным видом спросила Ларси. Я старалась сохранять спокойствие. — Мне необходимо обсудить с ним кое-какие вопросы. — Какие у вас с ним могут быть вопросы? Я сдержалась, чтобы не рыкнуть в ответ на её издевательский тон, но ответила предельно спокойно: — Личные. И я ничего такого не имела в виду. Но её вдруг перекосило. Она подалась вперёд и раздражённо отчеканила: — Адептка Амон, мастер Вэйл уехал из Академии. У меня внутри словно всё оборвалось. — Как? Насовсем? — спросила я севшим голосом. — Нет. Однако ему требуется время решить некоторые вопросы вне стен Академии. — Но… — я запнулась на полуслове. Что я могла ей сказать? Я подозреваю Алронда Вэйла в… чём? Я не хотела бросаться обвинениями. Моей первой задачей было выяснить, что он по этому поводу думает. Я хотела осторожно поспрашивать его о происходящем, посмотреть на реакцию. Может, мне стало бы понятнее, что творится и в Академии, и со мной. Может, я бы сразу после разговора пошла к ректору Каэлу, а может, Вэйл, наоборот разубедил бы меня в моих подозрениях. — Вы хотели с ним поговорить? — спросила она вкрадчиво, скрестив руки в замок, и улыбнулась. — Можете говорить со мной. Ближе меня у него тут никого нет. Меня как ударило от этой фразы. Против воли вырвалось: — Что значит — ближе вас? Ирия с триумфальным видом откинулась в кресле. — О, а я смотрю, вас это очень волнует? Ну так это не ваше дело. Я сомневаюсь, что он будет докладывать каждой встречной, где он и надолго ли отлучился. И раз вы не знаете о ситуации, мои сомнения только подтвердились. Я пробормотала извинения и попятилась к выходу, провожаемая цепким, злым взглядом Ларси. Закрыв дверь, сморгнула подступившие от обиды слёзы. В очередной раз Ирия окунула меня в помои, вполне справедливо в этот раз намекнув, что Алронд Вэйл передо мной отчитываться не должен. Но меня не покидало ощущение, что между мной и им есть какая-то общая тайна. Я вытерла глаза рукавом. Идти в свою комнату не хотелось, мне хотелось на свежий воздух. Я едва не применила чары поиска энергии, как делала обычно при комендантском часе. В последний момент вспомнила, что творить магию мне сейчас нельзя. Да и энергии может не хватить. Поняла, что и выход на улицу мне запрещён — охранные заклинания могли сработать, а сил их успокоить, у меня не было. Бродить ночью по Академии было не впервой. Но чтобы гарантированно побыть в одиночестве, оставался один путь — крыша. Слабо разбирая дорогу от пелены слёз, побежала по лестнице вниз. В Академии существовал потайной ход, ведущий на крышу, о котором знали лишь немногие посвящённые. Я попала туда случайно пару лет назад, исследуя ночью Академию. Он начинался в одном из заброшенных коридоров на нижнем этаже. Чтобы попасть туда, нужно было найти незаметную дверь, замаскированную под каменную кладку стены. За этой дверью начиналась узкая винтовая лестница, ведущая вверх. Подъём занимал около пяти минут, но казался бесконечным из-за темноты и тесноты прохода. Я успела успокоиться, запыхаться и пожалеть о своём решении, но упрямство подстёгивало меня, обещая спокойствие и умиротворённость, когда я достигну цели. Наверху лестница упиралась в ещё одну дверь, на этот раз деревянную. Открыв её, я вышла на обширную плоскую площадку, окружённую зубчатыми стенами. Мне всегда было интересно, зачем на крыше столько пространства — неужели, нельзя было использовать пустое место? Но спрашивать никого не решалась, ведь тогда я могла бы выдать свою осведомлённость об этом месте. Вдохнув полной грудью тёплый ночной воздух, напоенный ароматом парившей от жары земли, я широко улыбнулась. Мой маленький триумф — свобода и ночное небо, искрящее звёздами. И никакая Ирия меня тут не достанет. Я подошла к краю крыши и оперлась о стену, вглядываясь в лес, черневший за северной частью Академии. Подступая к подножию гор Аррос, он сливался в однородное тёмное покрывало. Я перевела взгляд на верхушки гор, освещаемые луной, и залюбовалась их мягким сиянием. Неожиданно стая птиц с криками выпорхнула из плотных крон, привлекая моё внимание. Следом за ними из деревьев с треском вырвалось что-то огромное. Я видела, как силуэт, подсвеченный луной, мощно взмахивал крыльями, набирая высоту. Дыхание перехватило от страха, и я замерла на месте, не в силах даже пошевелиться. Казалось, что время замедлилось, пока я наблюдала, как тёмный дракон воспарил в воздухе и лениво полетел в мою сторону. Мои инстинкты кричали об опасности, но я продолжала стоять, словно парализованная. В конце концов, если тебя заметил дракон, а магии у тебя сейчас нет, вариантов немного. Только смириться и ждать неизбежного.

Дракон брал надо мной верх. Я боролся с ним, но это была борьба с собственной тенью. Как можно победить самого себя? Дракон ощущал это, чуял мою слабость. И мягко, но уверенно вытеснял меня из моего сознания. Я не помнил, как оказался в его теле, что было до превращения, где я был. Единственное, что мне было известно — я человек-дракон, меня зовут Алронд Вэйл, и вроде я преподавал в какой-то Академии. Постепенно я терял самого себя. У меня не хватало воли победить. “Тебя здесь ничего не держит. Ты можешь исчезнуть” Дракон говорил со мной мысленно, только когда главенствовал над своей ипостасью. Я чётко ощущал его эмоции внутри себя, потому что они стали моими. И лениво паря над горной грядой, мог лишь наблюдать его глазами за пейзажем или чувствовать азарт при охоте на оленей и кабанов. Слава Творцу, что дракону не вздумалось кормиться в деревнях, он их разумно избегал, хотя мне уже стало всё равно, чем он питался. Мне передавались все ощущения от полёта, и это было прекрасное чувство. Сильные, выносливые крылья ловили потоки ветра и могли унести меня, куда захочу. Точнее, захочет дракон. Я был просто зрителем. Мысли путались, словно перед сном. Я чувствовал, что начинаю терять свой разум. Может, не такая уж это и плохая жизнь? Мне всё равно не попасть в своё измерение, к своим собратьям. Я такой один. Зачем нужны эти заботы? Какая-то Академия с её проблемами и людишками, вечно что-то делящими и доказывающими… Дракон одобрительно фыркнул на отголоски моих мыслей, заложив крутой вираж к лесу. “Вот именно. Нечего тебе там делать. О тебе даже никто не вспомнит” Но тут я чувствовал, что он был неправ. Мысль о “людишках” натолкнула меня на обрывки воспоминаний. Вот я говорю с седовласым мужчиной. У него яркие голубые глаза, он сидит за столом в окружении пыльных старых артефактов. Я отношусь к нему с уважением. Мы обсуждаем барьеры. Спорим о чём-то. “Алронд, Ирия, никому не говорите о произошедшем в южном крыле!” Что произошло в южном крыле, я не знал. Но зацепился за имя “Ирия”. Ирия — друг. У неё характер хуже, чем у дракона. Но она поддерживала меня в самые трудные времена. Однако она стала нападать на человека, который за этот месяц вдруг стал мне дорог, и ни я, ни дракон, этого не потерпим. Высокая, стройная фигурка. Длинные каштановые волосы, заплетённые в толстую косу. Лицо в форме сердечка, большие карие глаза и пухлые губы. На щеках и тонком носике пробиваются веснушки. Эльдреда Амон. На душе будто стало теплее. Дракон же почему-то разозлился. Сложив крылья, он камнем начал падать вниз. Я смотрел на приближающиеся верхушки деревьев, которые скоро должны были встретиться с моей мордой. “Ты ничего не добился! — бесновался дракон, в самый последний момент распахнув крылья и взмыв вверх. — Она могла стать твоей в первую же ночь! И мы бы всегда были вместе, хотя бы в твоём теле” “Почему тебя это так беспокоит?” — слабо спросил я. “Потому что она — наша истинная!” “Что это такое?” “Связь душ, магий, энергий. Твоя вторая половина, как это любят говорить люди. Ты же у нас мэтр, почитай об этом в библиотеке, напиши трактат”. Я усмехнулся: “Ты унёс меня от цивилизации и библиотек” “Потому что толку нет от твоего слабого человеческого тельца. Хорошо, что случился этот выброс энергии, и ты с ним не справился. Наконец, я чую под крыльями воздух, а не сижу, запертый в голове неудачника” Я замолчал, не желая спорить, ослабленный этим разговором. Но в то же время он вернул мне часть воспоминаний, которые моё сознание начало потихоньку обрабатывать. Магический всплеск на тренировке с Эльдредой, после которого я обратился. Как она? Надеюсь, не пострадала? Смогу ли я ещё увидеть её? В голове возник образ медальона. Простой серебряный диск был достаточно большим, чтобы вместить в себя бесчётное количество рун. И он реагировал на меня. На моё присутствие, но больше — на прикосновения. Особенно когда это происходило внезапно для нас обоих. Но я вспомнил приятное томление, которое испытывал, когда касался Эльдреды. Дракон, уловив мои мысли, одобрительно заворчал. И неожиданно рявкнул: “Сорвать бы эту дрянь с её шеи!” “Нельзя”, - это было известно, как аксиома. “Она делает ей больно!” “Без медальона она навредит окружающим или погибнет. В ней слишком много энергии” Дракон обиженно фыркнул, выпустив облако пара. Он снизился к поляне в лесу и приземлился, по инерции пробежав ещё несколько шагов. Направился к месту, где спал. “Из-за него мы не можем её касаться” “Не переживай, мы что-нибудь придумаем” Пока дракон, как кошка, сворачивался в клубок ближе к деревьям, я задумался. А хотела ли она этого? И вспомнил то приятное ощущение, когда мы смотрели друг на друга через весь обеденный зал. Когда она, наверное, сама того не замечая, невзначай кидала на меня смущённые взгляды. Когда краснела, и у неё сбивалось дыхание, как только я оказывался рядом. Когда мы случайно касались друг друга, и я слышал частые удары её сердца. Думаю, что всё-таки хотела. Как и хотел я. Но тут мои мысли свернули в противоположную сторону. А что, если это всё — просто какая-то магия? И никаких чувств нет? “Глупец, — проворчал дракон, и я почувствовал, как веки у него слипаются. — Иногда поражаюсь человеческой слепоте. Вы любовь у себя перед носом не увидите, даже если она по нему стукнет”. “Про любовь, наверное, ещё рано говорить, — поправил я его. — Ведь мы с ней едва знакомы” “Ну так узнай её поближе” Я усмехнулся этому тону скучающего старшего брата. И, наконец, нащупал свой шанс. “Но каким образом? Если ты решил взять надо мной верх и избавиться от меня? Мы ничего не сможем сделать” Дракон зевнул, но открыл глаза. “Ты точно глупец. Я никогда не смогу от тебя избавиться, ты часть меня. Магия дала всплеск, и мне пришлось спасать тебя от перегрузки. Но ты никуда не денешься. Просто тебе легче сдаться” Он выпрямился и сел, словно его сон как рукой сняло. Принюхавшись, он что-то ощутил. И я тоже. Это был запах, который я теперь узнаю из тысячи тысяч. “Почему мы с тобой так редко разговариваем?” — спросил я. Дракон тем временем взмыл вверх, мощно набирая крыльями высоту. “Потому что ты вечно занят проблемами других. И на себя у тебя не остаётся времени. А я часть тебя, забыл? Если бы ты оборачивался чаще, может, я бы делился с тобой мудростью. А так только расхлёбываю последствия… Вон твоя истинная. Не упусти” “Мы не должны показывать ей раньше времени, кто я на самом деле. Это оттолкнёт её”, — быстро предупреждал я, наблюдая, как дракон летит к одинокой фигурке на крыше Академии. “Оттолкнёт или нет, — ехидно усмехнулся дракон, — От истинности всё равно не сбежишь, вернётся” “Но мы же хотели сначала узнать друг друга поближе!” — возмутился я. “Ах, да. Ну что ж, тогда пусть пока полюбуется на твою самую красивую сущность!” С этими словами дракон приземлился перед замершей напуганной Эльдредой, и, распахнув крылья, изогнул шею.

Дракон смотрел на меня сверху вниз, щуря золотые глаза. Я стояла, не шевелясь, и с обречённостью ожидала свою участь. Амулет едва подрагивал на шее, то разогреваясь, то остывая, но сейчас было не до него. Не думаю, что он справился бы с магией такого мощного существа, если бы дракон вдруг захотел мне навредить. Но он не двигался, лишь сложил крылья после приземления и наблюдал за мной. Словно оценивал. Я впервые видела это существо. Да и, наверняка, я была единственной, кто его видел спустя три сотни лет. После того, как драконы, сдавшись магам при поражении в Великой Войне, отступили в другое измерение, их существование стало не более, чем легендой. Многие сомневались, что они выжили при переходе в свой мир. Теперь легенда смотрела на меня то одним, то другим глазом, иногда поворачивая голову. В темноте мне казалось, что чешуя была кроваво-красной. Огромную голову венчали рога, когти и зубы размером сравнились бы с кинжалами. Наконец, гигантская морда опустилась на один уровень со мной и принюхалась, сильно втягивая воздух. Меня обдало тёплым дыханием. Дракон зажмурился, из груди раздался рокот, больше похожий на кошачье мурлыканье, чем на грозное рычание. Моё сердце замерло, внутри всё сжалось. Я совершенно не понимала, чего мне ожидать. Неожиданно он ткнулся кончиком носа в мою безвольно повисшую руку. Я вскрикнула и отдёрнула её, но дракон не отреагировал, продолжая подныривать под мою ладонь. Как будто напрашивался на ласку… В этот момент мой амулет раскалился так, как никогда прежде. Стараясь не делать резких движений, я отодвинула его от кожи. Сморгнула подступившие от боли слёзы и продолжила стоять, подняв руку с зажатой в ней цепочкой. Свободной рукой потёрла обожжённое место, забывшись, попыталась исцелить себя магией. Но отсутствие энергии тут же отозвалось резкой и сильной, до темноты в глазах, мигренью. Дракон отпрянул, словно сам испугался, зрачки в золотых глазах сузились. Он заворчал, беспокойно переминаясь с лапы на лапу, шипастый кончик хвоста подрагивал, как у большого кота. Потом резко выдохнул, чуть не сбив меня сильным порывом ветра, и, подняв голову, зло зарычал. Обнажились огромные клыки, блестя в свете луны. Я попятилась, упираясь в зубчатую стену. Но дракон, обернувшись и недовольно рыкнув напоследок, пошёл к противоположному краю стены. Чуть зацепившись когтями за стену, он оттолкнулся задними ногами и спрыгнул вниз. Мгновение спустя, я наблюдала, как мощные кожистые крылья несут его обратно к лесу, где он вскоре исчез, по-видимому, приземлившись. Едва он скрылся, я почувствовала, как у меня дрожит всё тело, и сползла, опираясь на стену спиной. Обняв себя, я глубоко дышала и просидела так немного времени. Поняла, что успокоилась, только когда почувствовала, насколько холодным был каменный пол. Подумав, что хватит на сегодня приключений, я спустилась вниз так быстро, как могла на негнущихся ногах. Закрыв потайную дверь, обернулась, и тут меня ослепил резко зажёгшийся у моего носа магический охранный светлячок. Я успела только крепко выругаться, перед тем, как ночную тишину Академии пронзил высокий противный звук. Я зажала уши руками, оставшись стоять на месте, понимая, что любое лишнее движение сейчас только усугубит ситуацию. Наконец, звук прекратился, свечение погасло, и я открыла глаза. Передо мной стояли тяжело дышавшие мистрис-элементалистка Казали и ассистент ректора Калеб, оба с фонарями, на свет которых было даже приятно смотреть после яркого, как солнце, светлячка. — Вот вы и попались, адептка Амон, — со злорадством сказала мистрис Казали. С ней у меня давно были натянутые отношения, ей всегда казалось, что я необучаемая, мало стараюсь и слишком много о себе думаю. И, видимо, сейчас ей попались все карты в руки наконец меня проучить. — Адептка Амон, вы совершили серьёзный проступок. Нарушение комендантского часа недопустимо. Ректор будет разбираться с вами лично, и я приложу все усилия, чтобы вас наказали по всей строгости. — Мистрис Казали, — горячо заговорила я, даже радуясь, что встретила кого-то в коридорах, — Я видела дракона на крыше! Понимаете, он… — Вы ещё и на крышу поднимались? Откуда вы вообще знаете этот проход? — брови элементалистки поползли вверх, но она быстро спохватилась, — Неважно. Вам будет вменяться ещё и самовольное проникновение в запретные зоны Академии. У меня чуть челюсть от удивления не упала. Я сказала про дракона, но её волнует только нарушение правил? Неожиданно спохватился Калеб: — Подождите, вы сказали, что видели дракона? — вкрадчиво спросил он, заглядывая мне в глаза. Ещё бы температуру померил. — Да! Он вылетел из леса… — Вы, видимо, нас за дураков держите? — взорвалась Казали, — Драконы не появлялись тут уже сотни лет! Что только не придумают адепты, лишь бы отговорить от наказания! Со мной такой фокус не пройдёт. Идите в свою комнату. Я отправляю с вами магического светлячка, и если, не дай Скрытый, вы хоть на сантиметр отклонитесь с пути, он снова поднимет шум, и вам будет несдобровать. Ваша дверь будет опечатана до разбирательства у ректора. — Но дракон… — Ни слова больше про дракона, адептка Амон, не то я отправлю вас в целительское крыло и попрошу мастера Герра проверить ваш рассудок! Калеб, помогите мне опечатать этот проход, чтобы больше ни один адепт не смог его открыть. Я тяжело вздохнула и опустила взгляд. Калеб, казалось, хотел что-то возразить, но промолчал отвернувшись. Я поняла, что он не встанет на мою защиту. Оставалось только понуро следовать за ярким светлячком. Пока шла через коридоры, из дверей высовывались взъерошенные головы преподавателей, неодобрительно поджавших губы из-за шума, вызванного светлячком, а значит, и мной. Я старалась на них не смотреть, краснея под провожавшими меня молчаливыми взглядами. Зайдя в свою комнату, скинула обувь и рухнула лицом в кровать, наконец, дав волю слезам. Единственная мысль, которая мелькнула у меня перед тем, как я, успокоившись, провалилась в сон — что мистрис Казали и Калеб очень быстро пришли на моего светлячка и, несмотря на ночное время, были полностью по-дорожному одеты.

В своей комнате я просидела до обеда, практически не слезая с кровати. Старалась готовиться к диплому, но сосредоточиться не получалось. Я перечитывала одну и ту же строчку по несколько раз, пока, наконец, не плюнула и не отложила тетради. Пару раз подходила к окну, чтобы развеять скуку, наблюдала за физкультурой и тренировками в элементалистике. Глядя на мистрис Казали, муштрующей младших адептов, не испытывала ничего, кроме раздражения. Но, ради справедливости понимала, что наказание заслужено. Мне достаточно долго удавалось успешно нарушать правила Академии — быть там, где не надо, тогда, когда не следует. Положа руку на сердце, я не считала их важными для себя. Ведь я не пыталась использовать их во вред. Сбегать по ночам мне было нужно, как воздух. Чувствовать себя единственной хозяйкой Академии, узнавать каждый её уголок казалось мне поначалу безумно интересным. Потом я стала использовать это время, чтобы успешно учиться, а то, что я могла при этом побыть в одиночестве — очень приятное дополнение.

Но то, что я пыталась вчера донести до преподавательницы, пожалуй, важнейшую новость за последнее время, а меня проигнорировали, выбивало из колеи. Я ждала, когда меня вызовут к ректору, моей последней надеждой был он, и в этот раз я собиралась добиться того, чтобы меня выслушали. Дракон рядом с Академией. Дракон! А меня обвинили во лжи, галлюцинациях и ещё Падший знает в чём.

Я записывала всё, что помнила из вчерашней ночи. Дракон вылетел из леса у Арросских гор, подлетел к Академии… Приземлился на площадку рядом со мной… Вёл себя спокойно, я бы сказала, дружелюбно, что было удивительно. Изучая историю Великой Войны, адепты всегда поражались и ужасались как физической мощи, так и магическим способностям крылатых. И они не скрывали радости от факта, что в нашем измерении их больше нет. Драконы считались негласными древними властителями магических существ. Огромные, сильные и разумные, они не обладали развитой человеческой речью, но опытные менталисты могли при должной тренировке научиться распознавать их мыслеобразы. Были записи, что пока действовал Союз, драконы и маги сотрудничали, создавая альянсы и объединяя силы. Людям было позволено летать на драконах. Я могла только представить, как это, наверное, было прекрасно.

Я не очень старательно вникала в древние легенды о них, изучая только то, что помогало сдавать историю. Но теперь я горела желанием перечитать абсолютно всё, что есть в библиотеке, даже с единственным упоминанием драконов.

Вернувшись к своим записям, я поняла, что забыла отметить внешний вид ночного визитёра. Чешуя была, скорее всего, красной, но точно сказать при ночном освещении я не могла. Золотые, светящиеся в темноте глаза. Золотые когти и “кисточка” на хвосте. На голове росли острые шипы, напоминающие рога. Обрамляя драконью голову, они выглядели как корона. По росту и длине он был… вероятно, как четыре сложенные мантикоры Мими. Я погрызла кончик пера. Знать бы ещё, какого она размера…

Я усмехнулась своим заметкам. Будто вообразила себя подопечной мистрис-зоолога. Но решила продолжить — мне лишь нужен был тот, кто выслушает и поверит мне, а значит, воспримет эту новость серьёзно. И для оценки угрозы нужна была любая деталь.

Каждое кожистое крыло было в длину как сам дракон целиком без хвоста. В распахнутом виде я видела их, только когда он подлетал к Академии…

Меня как подбросило с кровати, и все листочки полетели вниз. Только сейчас, анализируя ситуацию со спокойной головой, я поняла, что дракона не остановил магический барьер Академии.

Я расхаживала взад вперёд по комнате. Он влетел в защитное поле и вылетел из него, как будто его и не существовало. Барьеры настолько ослабли? Их кто-то снял? Мысли вернулись к мистрис Казали и Калебу. Что они делали в коридорах посреди ночи? Почему выглядели так, будто только вернулись с дороги? Или они, наоборот, куда-то отправлялись?

Меня остановил стук в дверь.

— Эль, ты тут? — это была Джиа. — Это мы. Тебя ещё не отпустили?

— Нет, — будучи ещё на взводе, я вплотную прижалась к двери, — После того, как вы утром заходили, мне принесли завтрак, но с тех пор — ничего. Что-то слышно?

— Ни намёка на дракона, — ответил Дэрек, — Занятия, перемены — всё как всегда.

— Мастер Вэйл появился?

— В расписании на неделю он вычеркнут красными чернилами. Но раз замену не поставили, вряд ли он совсем ушёл.

Я горячо закивала, забыв, что друзья меня не видят.

— Хорошо! Если вдруг вы увидите его, сможете мне сообщить?

— Мы скажем! Зачем он тебе?

Хороший вопрос. У меня их к нему столько накопилось… Но первыми в голову пришли те, что не давали мне сейчас покоя больше всего. Куда он пропал после магического взрыва? Почему не помог мне? Неужели его срочные дела были важнее?

Я поняла, что сжимала кулаки так, что ногти почти до крови впились в ладони.

— Он мастер-защитник, мне нужно обсудить с ним дракона, ведь он…

— Эль, — неожиданно перебил меня Зейн, — Ты уверена, что тебе не почудилось вчера?

У меня дар речи пропал. Я надеялась, что услышу, как кто-то из друзей одёрнет его, скажет, что я в порядке, и что верит мне. Но я ждала, а молчание никто не нарушал.

— Вы правда так думаете? — сипло проговорила я, — Что у меня помутился рассудок?

— Эльдреда, мы ничего не хотим такого сказать, — затараторила Джи, — Но пойми, ты же после своего обморока, вчера у тебя было плохое состояние! Мастер Герр отправил тебя спать, а ты почему-то не послушала его и пошла сначала к мистрис Ларассе, а потом ещё и на крышу… Тебе нужно было отдыхать, а не гулять снова ночью по Академии. При твоём самочувствии и сбоях в амулете это неудивительно…

Она замолчала.

— Неудивительно что? Что мне чудятся драконы? — убитым голосом закончила за неё я, — Можете не продолжать. Спасибо за поддержку.

Я вернулась на диван, забравшись на него с ногами, и постаралась не обращать внимания на стук в дверь и возгласы ребят. Через какое-то время всё стихло. Они ушли, оставив меня одну.

Уставившись в одну точку, я просидела так, наверное, целый час. В голове было пусто. Я старалась не думать о произошедшем, чтобы сохранить ясность ума. Не хватало ещё при разбирательствах у ректора устроить истерику. Вдруг дверь комнаты открылась, заставив меня вздрогнуть. — Адептка Амон, — в проёме появилась голова Калеба, — Ректор Каэл вас ждёт, я сопровожу. Я кивнула ему, взяла свои записи и пошла за ним в полной тишине, которую никто из нас не нарушал. Занятия ещё не закончились, и я радовалась, что коридоры были пусты. Никто не пялился на меня, не шептался за моей спиной. Вся Академия теперь казалась змеиным гнездом. Уж если единственные друзья сомневаются в моих словах, что я должна была ожидать от остальных? Едва мы повернули в коридор, ведущий к кабинету, навстречу нам вышла Ирия. Она сдержанно кивнула нам с Калебом в ответ на наше приветствие, и прошла мимо. Проводив до кабинета, Калеб впустил меня и ушёл. Ректор Каэл стоял у окна, сцепив руки за сгорбленной спиной. Он не обернулся, и я осталась у входа. — Мастер-ректор, — поприветствовала я твёрдо спустя какое-то время. Он откликнулся лишь через пару мгновений, пригласив меня сесть. Подойдя к столу, он рассеянно погладил своё большое письменное перо и устало сел. Его мысли будто блуждали где-то далеко, и когда он, наконец, посмотрел на меня, взгляд нельзя было назвать полностью осмысленным. Я впервые за всё время поняла, что не знаю, сколько ректору на самом деле лет. Ходили слухи, что ему от семидесяти до семисот, а я никогда его прямо не спрашивала. Но его внешний вид говорил, что почтенный возраст, видимо, брал своё. — Эльдреда, — начал он ровным голосом, отведя взгляд, — Ты же знаешь, что правила Академии распространяются на всех. — Да, мастер-ректор, — ответила я тихо. — Теперь, когда о твоём нарушении знают все, я не могу оставить это без внимания, как раньше. Он на мгновение замолчал, словно взвешивал каждое слово. Рука потянулась к перу и обхватила его, немного помяв. — Ты заслуживаешь наказания… — ректор помедлил, будто борясь сам с собой, — Но Эльдреда, ты мне как дочь. Внутри всё сжалось от надрыва, с которым были произнесены эти слова. Но краем глаза я заметила, как его рука сжала перо крепче, едва не переломив. Моё сердце застучало быстрее: что-то было не так. — Но ты понимаешь, — продолжил он, голос стал жёстче, будто не принадлежал ему, — Я обязан следовать указу… Указу Академии. Ректор Каэл откашлялся, и неожиданно холодный цепкий взгляд уставился на меня. — Нарушив Указы, ты подвела не только Академию, ты подвела меня лично. Я отменяю твоё участие в предстоящем конкурсе на преподавание. Твоя недисциплинированность ставит под сомнение твою пригодность к таким обязанностям. Я разочарован. Я смотрела на него, не веря своим ушам. — Мастер-ректор?.. — Мне нечего тебе больше сказать. Можешь возвращаться на занятия. Следить и сопровождать тебя никто не будет. Он тяжело поднялся с кресла и, не глядя на меня, снова подошёл к окну. — Мастер-ректор, вчера ночью я видела дракона, — сказала я дрожащим голосом, — Он пролетел через барьеры и сел на крышу рядом со мной. Вёл себя не агрессивно, дружелюбно… Тёмно-красный… Я случайно смяла свои листочки с записями, заметив, как на них расползались мокрые пятна слёз, смешивая чернила. Мастер Каэл тяжело вздохнул, рассеянно глядя в окно. — Мы с преподавателями займёмся этим вопросом. А сейчас иди. Выйдя из кабинета, я скомкала листки и выкинула в ближайшую мусорную корзину. Занятия только закончились, и коридор постепенно наполнялся гомоном и топотом выходящих адептов. Утерев нос, я отправилась в свою комнату, стараясь смотреть только под ноги перед собой. В комнате сверилась с расписанием. Последний день перед выходными — учёба у моей группы уже закончились. Вытащив из тумбы кошелёк, пихнула его в сумку. Схватив маленькие магические часы, поставила будильник, кинула их к кошельку и вылетела из комнаты. Я шла стремительно, лавируя между медленными, радующимися выходным адептами. Меня кто-то пару раз окликнул, но я, не видя ничего перед собой и не отвлекаясь, продолжала идти. Наконец, когда я уже вышла на улицу, моя цель показалась впереди — кованая ограда и большие железные ворота, увенчанные огромными буквами “Академия Кадарат”. Защита Академии начиналась именно отсюда: с высокого ограждения, выполненного в виде гигантской рунической вязи. Барьер вокруг был таким плотным, что выглядел как пузырь. Адепты, у которых тоже закончились занятия, собираясь в стайки, проходили через ворота, направляясь по мощёной дороге мимо аллеи вниз. Мы все шли в одном направлении — маленький студенческий городок Амлис располагался у подножия холма, на котором стояла Академия. Это было живое и шумное место. Живописные каменные домики, украшенные цветами на подоконниках, большая рыночная площадь с магазинами и лавками, в центре которой бил фонтан в виде дракона, храм, несколько постоялых дворов и две таверны. Амлис, благодаря соседству с Академией, процветал. Адепты сбегали сюда отвлечься от учёбы, поесть что-то, кроме еды из академической столовой, купить перья, книги, свитки, новую одежду и магические инструменты для артефактов. Здесь можно было отправить письма или встретиться с родными, навещавшими учащихся. Вечерами тёплый жёлтый свет из окон таверн заливал мостовые, приглашая прохожих заглянуть внутрь. В лавках алхимиков продавались редкие ингредиенты, привезённые из дальних краёв. Большой, богато украшенный храм, расположенный на площади, был особенно популярен перед экзаменами. В воздухе витал запах свежего хлеба, трав и магии, и я любила этот город, дающий ощущение свободы, но сейчас мне было совершенно не до его очарования. Единственным желанием было заглушить эту звенящую пустоту внутри. И я направилась в место, которое, как мне казалось, должно было в этом помочь.

В таверне я устроилась в самом дальнем углу, положив часы рядом с собой. Тусклый свет едва доходил сюда, что меня вполне устраивало. Всё внутри сжималось от отчаяния. Каждый глоток крепкого эля, который я заказывала снова и снова, казался единственным спасением от нарастающей боли. Окружающий шум и смех студентов, привычные запахи жареного мяса и пряностей — всё это словно размывалось в какой-то невнятный фон. Слова ректора, звеневшие в моей голове, хлестали как кнутом. С каждым глотком я лишь больше погружалась в темноту своих мыслей. В какой-то момент моя затея показалась мне ужасно глупой, и я захихикала. Понимая, что завтра моё пьянство не принесёт мне ничего, кроме похмелья, я уже собиралась уйти, как какая-то тень подсела ко мне, грубо пихнув локтём и обдав запахом крепкого алкоголя. Я повернулась к мужчине, его небритое лицо расплывалось перед глазами. — Что же такая красивая адептка делает здесь одна? — спросил он, наклоняясь ближе. Его голос был тихим и вкрадчивым, он придвинулся ко мне почти вплотную. Я отвернулась, надеясь, что он отстанет. В тавернах обычно следили, чтобы посетители не донимали адептов, но, видимо, сегодня хозяева были заняты наплывом гостей. Незнакомец не собирался отступать. Его рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, но в следующую секунду почувствовала прилив ярости и оттолкнула его, так резко, что тот едва не упал. — Оставь меня! — мой голос дрожал от гнева. Мужик, ошарашенный моим сопротивлением, нахмурился и грубо схватил меня за запястье, больно стиснув, но прежде чем он успел что-то сказать, я, схватив свободной рукой сумку, вырвалась и выбежала из таверны. Меня потряхивало. Тёплый ливень хлестнул по лицу отрезвляя. Из-за дождя площадь пустовала. Вспышка молнии осветила тёмное небо, раздался раскат грома. Дверь за спиной распахнулась, едва не ударив меня. — Ах ты стерва! — мужик медленно надвигался на меня, — Надо научить тебя хорошим манерам. Я попятилась назад, и, не удержав равновесие упала на скользкие мощеные булыжники. Ноги разъезжались, встать не удавалось, и я могла только нелепо отмахиваться. Изловчившись, мужик схватил меня за руку и вывернул. Я закричала от резкой боли. Лицо с мерзкой ухмылочкой приблизилось к моему. Я почувствовала смрад, исходивший от него. Отчаяние захлестнуло с головой. Надо было оставаться в таверне, там хоть кто-то мог мне помочь. Амулет начал нагреваться.

— Ну как, нравится такое обращение? — просипел мужик мне в лицо. — Не будешь больше так себя вести? От страха я забыла, как дышать. Встать и побежать я бы не смогла. Слишком скользкая мостовая, слишком неудобное положение. Неестественно вывернутую руку резало болью. Я замерла, лишь бы её не тревожить, смогла только отвернуться, чтобы не видеть лица мучителя. Как я могла так сглупить? Зачем я пошла в Амлис вечером одна, да ещё и пить? Как назло, никого не было рядом… Все попрятались от дождя по домам, и слабой надеждой было, что кто-то вдруг от скуки посмотрит на площадь в окно. Или вдруг выйдет из-за угла ночной патруль. Или… Тут в голову закралась страшная идея. Страшная, но, учитывая ситуацию, она показалась мне единственной, которая могла меня спасти. Размышлять об этике времени не было. Либо я, либо меня. Я почувствовала тепло человеческой руки, которая держала мою. Почувствовала дыхание негодяя на своей щеке. И потянула энергию из этих ощущений. Закрыв глаза, я будто видела, как нить чужой жизненной силы вплеталась в меня. Вливаясь в моё тело, она равномерно расползалась по нему тёплым бальзамом и дарила необычную сладостную истому. Наполняла силой. Амулет на моей груди, и без того потеплевший, заметно потяжелел, неприятно врезаясь в кожу на шее. Мужик резко дёрнулся, зашипел от боли и отпустил меня. Тяжело дыша, я посмотрела на него, он тряс рукой, словно ошпаренной, дёргая при этом головой. — Что ты сделала?! — он наклонился, потянувшись ко мне другой рукой. Его закачало, и он чуть не упал, в последнее мгновение восстановив равновесие. Пока он мешкал, я смогла потратить вытянутую из него энергию на слабенький барьер. Как только мучитель снова полез ко мне, пытаясь схватить, барьер резко отбросил его руку, и по инерции он снова едва не упал. Я даже удивилась. Обычные барьеры просто не пропускали через себя физическое тело, становясь непроницаемым, а этот смог отразить… Тем временем барьер исчез, и мужик с бешеным видом потянулся ко мне снова. Я смогла лишь закрыться руками. И в следующий момент он с треском влетел в стену таверны, отброшенный сильнейшей ментальной волной. Но это была не я! Я не успела даже вскрикнуть от неожиданности, как из-за моей спины вылетела фигура в тёмном плаще и прижала моего мучителя к стене. Едва услышала тихий знакомый, похожий на рычание голос, от которого у меня по телу побежали мурашки. Незнакомец выпрямился, а мужик, что-то бормоча и придерживая предплечье, поковылял прочь от таверны, кидая на меня испуганные взгляды. Наконец, мой спаситель повернулся ко мне, отбросив со лба тёмные прилипшие из-за дождя волосы. Я, сидя на земле и щурясь от стекающих в глаза капель, снизу вверх смотрела на Алронда Вэйла, который быстро подошёл и протянул руку. Каким-то шестым чувством я подозревала, что брать её не стоит. Но мастер Вэйл не стал дожидаться, когда я отреагирую, и, зайдя мне за спину, быстрым, сильным движением, поддерживая за талию, поставил меня на ноги. Следом вручил упавшую, промокшую насквозь сумку. Амулет потеплел, но не обжигал. Я рассеянно придержала его, стараясь не трясти рукой от дрожи, резко охватившей всё тело. — Эльдреда, — он снова стоял передо мной, заглядывая в лицо, — Ты в порядке? Беспокойство слишком явно звучало в его голосе, и я поспешила ответить, лязгая зубами: — Д-да, мастер. Спасибо, что вст-т-тупились. Тёмные глаза сверкнули, и он, придерживая меня за плечо, повёл обратно в таверну. Внутри было всё так же шумно, никто не обратил никакого внимания на преподавателя Академии и мокрую адептку. В конце концов, кого и в каком только состоянии не увидишь в “Мэтре под столом”. Я, с испугом вспомнив про часы, повела нас к месту, где сидела. Стол пустовал, и я, возблагодарив Скрытого, дезактивировала будильник, который должен был зазвонить с мгновения на мгновение. Мастер Вэйл не спускал с меня серьёзного взгляда, следя за каждым движением. — Скоро к-комендантский час, м-мне нужно возвращаться в Ак-кадемию, — едва слышно прошептала я, ёжась и трясясь. Он молча окинул меня медленным взглядом. Я, понимая, что, должно быть, стало видно через мокрую тонкую рубашку, облегающую тело, покраснела и сложила руки на груди. Он протянул руки в мою сторону ладонями вверх, и я почувствовала, как одежда на мне высыхает, обдавая теплом. Но дрожать я от этого не перестала. В голове проносились вспышки воспоминаний. Боль в руке. Злые глаза и смрадное дыхание совсем рядом. И потрясающее ощущение от поглощения чужой энергии… — Адептка Амон, идёмте, — неожиданно строго сказал мастер Вэйл. Я подчинилась. Мы снова вышли под дождь, но теперь над нами возник защитный купол. Вместе с нами на улицу стали выходить и другие адепты. Я старалась не глазеть по сторонам, чтобы меня не узнали, и, похоже, что мастеру Вэйлу тоже не нужно было лишнее внимание. Он быстро свернул в проулок мимо таверны. Я следовала за ним, не имея ни малейшего представления, куда мы идём, но мы быстро остановились. — Сократим путь, — пробормотал Вэйл, рисуя рукой большой полукруг. За его движениями воздух замерцал, превращая пространство в портал. Это была сильная магия, которая редко кому удавалась, и я в очередной раз удивилась умениям мастера. Не дожидаясь, пока я приду в себя, он схватил меня за предплечье и утянул за собой. Амулет нагрелся, но ощущения от него нивелировались ощущениями от портала. Неприятный холод пронизывал до костей, хоть и исчезал сразу же, стоило выйти наружу. Мы попали в лес, окружавший Академию, совсем рядом с воротами, и поспешили за барьер, через который уже проходили обратно стайки весёлых, подвыпивших адептов. Впервые на моей памяти я почувствовала, как прохожу через защиту Академии. Ощущение, будто я шагаю в толще воды. Оно длилось быстро, но было заметным. Сердце забилось в панике. Барьер, настроенный на энергетические отпечатки, не сразу узнал меня? Неужели это из-за того, что я сделала на площади? Мастер покосился на меня, словно прочитал мысли, и мне почудился укор в его взгляде. Я отвела глаза, продолжая смотреть себе под ноги. Мы молча проследовали до главного входа, и Вэйл сразу направился в сторону комнат адептов. Я, сбитая с толку, молча шагала за ним, но он и не думал останавливаться. Оставалось молиться, чтобы у тех, кто видел нас сейчас вместе, не появились вопросы. Но нам повезло, и в коридорах общежития мы застали только страстно целующуюся парочку, которой было явно не до нас. Вэйл стремительно прошёл мимо них, словно не заметив, я едва за ним поспевала. Дойдя до моей комнаты, он повернулся. — Открывайте. Нам нужно поговорить.

Мастер Вэйл сам закрыл дверь, как только мы вошли. И поставил сверху звуконепроницаемые чары. Мне стало неловко. В моей спальне всегда царил хаос, я устраивала генеральную уборку раз в неделю на выходных. И сейчас приходилось быстро убирать висящую на стуле сменную форму да разгребать кровать от кучи книг и листов. Чтобы потянуть время и успокоиться, я предложила своему незванному гостю стул, зажгла светильники и села на кровать напротив. Находиться в моей маленькой комнате с Алрондом Вэйлом, который, казалось, занимал собой всё свободное пространство, было очень непривычно. Он воспользовался предложением, снял плащ, повесил его на ручку двери, потом развернул стул и оседлал его задом наперёд, оперевшись на спинку. Я вдруг почуяла природный запах, который шёл от Вэйла. Для этого мне не нужно было даже принюхиваться. Понимала, что разговор предстоит серьёзный, но сосредоточиться стало сложно — запах опьянял не хуже эля. — Эльдреда, — Вэйл вернул меня в реальность. Точнее, попытался, потому мозг, видимо, уставший от потрясений, отказывался думать о каких-то злых людях, наказаниях, тёмной магии и других плохих вещах. Я смотрела на мастера, а воображение подкидывало новые и неожиданные для меня картины. Мышцы рук бугрятся, напрягаясь, когда он опирается на спинку стула и ловким движением перекидывая ногу, встаёт. Стремительно подходит ко мне, я, пытаясь из приличия сохранить дистанцию, откидываюсь на кровати, опираясь на руки. Но ему будто это и надо, он медленно наклоняется ко мне, глядя в глаза, одной рукой обхватывая шею… — Адептка Амон, вы где-то не здесь, — голос Вэйла прозвучал резко, словно обухом по голове. Он пристально смотрел на меня, склонив голову набок. Я моментально выпрямилась, чувствуя, как огонь разгорается в груди и спускается вниз живота. От его взгляда было сложно скрыться, и я поняла, что краснею. Хотя в глубине души радовалась, что менталисты не читают мысли, потому что сейчас я представляла его в совсем другом свете. — Простите, мастер, — ответила я, пытаясь унять дрожь в голосе. Вэйл хмыкнул, но на его лице не было ни капли веселья. В его глазах читалась сталь и что-то странное. Опасное. Мне стало не по себе. Я вдруг вспомнила все свои подозрения насчёт него. Он прищурился, будто чуя мой страх, и резко спросил: — Что вы делали в таверне одна? — Проводила время, завтра выходной. — Проводили время? То есть, пили? Я чувствую запах эля даже отсюда, — его голос стал холодным, и Вэйл встал со стула, приблизившись ко мне. Комната будто съёжилась. Даже свет от ламп стал тусклее. — А что, это тоже запрещено? — попыталась я защититься, но голос прозвучал резче, чем я хотела. Его ноздри хищно раздулись, и он почти прошипел: — Это не запрещено, если знать меру. И уж точно не сидеть в одиночестве в таверне, когда город, хоть и рядом с Академией, не защищён её стенами. Его слова били в точку. Я знала, что он прав. — Я… мне нужно было отвлечься, — призналась я, пытаясь избежать его взгляда, но он наклонился ближе, заставив меня снова посмотреть ему в глаза. — Отвлечься? Адептка Амон, вы видите, к чему это привело? — Я просто… — начала я, но он перебил меня: — Просто не смейте так поступать больше. Вы важны, и не только для себя. Вы это понимаете? — помимо резкости, я услышала сдержанное беспокойство, прорывающееся сквозь холодный тон. Моё сердце сжалось от его слов, и я кивнула, чувствуя, как в горле застрял ком. Алронд продолжал смотреть на меня, но теперь во взгляде появилось что-то новое — настороженность, смешанная с тревогой. Он стиснул челюсти и медленно выдохнул, словно сдерживась от того, чтобы не сказать что-то слишком резкое. — Эльдреда, — его голос стал ещё ниже и напряжённее. Я уже уловила, что когда он волновался, то звал меня менее формально, и замерла, — Ты знаешь, что я видел на площади. Я сглотнула, во рту резко пересохло. Он помедлил, будто подбирая слова. — Ты использовала тёмную магию. Я понимаю, что ты защищалась, но это не оправдание. Эта магия запрещена, и ты прекрасно это знаешь. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Сердце, которое только что бешено колотилось от страха перед его строгим тоном, теперь практически остановилось. Я боялась, что он заметит это. — Это было необходимо, — прошептала я, пытаясь найти оправдание. — Он был опасен, и я... я не думала, что… — Ты не думала, — голос стал суровее. — А если бы тебя увидели другие? Если бы они донесли ректору? Или страже? Знаешь, что было бы тогда? Я молчала. Каждый его вопрос бил по моим нервам, как плеть, заставляя всё сильнее осознавать тяжесть содеянного. — Тёмная магия, даже для защиты, может уничтожить твою жизнь здесь. И не только здесь, — Алронд приблизился, взгляд стал жёстче, но в нём всё ещё читалась тревога. — Я понимаю, что ты сделала это, чтобы защитить себя. Но последствия могут быть катастрофическими. Надо надеяться, что никто, кроме меня, этого не заметил. Я кивнула, чувствуя, как слёзы начинают подступать к глазам. Он был прав. Я понимала это, но в тот момент не могла остановиться. Словно что-то внутри меня сломалось, и тьма выплеснулась наружу. — Я не хотела, — прошептала я, голос дрожал. — Не смей больше этого делать. Ты слышишь? Я помогу тебе, чем смогу, но тёмная магия — это не выход, — Алронд неожиданно обхватил меня за плечи, заставив взглянуть прямо в его глаза. Амулет обжёг меня, я вскрикнула от неожиданности. Мастер отпустил меня и отступил на шаг, невольно глядя на свои руки. — Тебя не было рядом! — прорычала я сквозь слёзы, чувствуя внутри взрыв эмоций, — Простите, вас… Никого не было! — вытащила амулет из-за пазухи, думая, что он перестанет гореть, но теперь он обжигал мне руки, и слёзы обиды смешались со слезами боли, — От меня все отвернулись! Ректор, друзья… А вы? Где вы были? Что случилось тогда на тренировке? Мастер скрестил руки на груди, взгляд стал стальным. — Это был магический сбой, — процедил он. — Сбой? Нас расшвыряло, у меня пропала энергия — и всё, что вы можете сказать — это был сбой? — У тебя пропала энергия? — эхом повторил Вэйл. — Да, — зло ответила я, понемногу отпуская амулет, который как будто стал прохладнее, успокаиваясь вместе со мной и Вэйлом, — Если бы она у меня оставалась, я в жизни бы не прибегла к… к тёмной… Даже произносить это было выше моих сил. Я обхватила себя руками. От оправданий стало ещё горше. В том, что я полезла на ту сторону дара, была только моя вина. А ещё на мастере сорвалась... — Эльдреда, — он опустился на корточки, оказываясь со мной на одном уровне, — Мне очень жаль, что так вышло. Мне жаль, что я не был рядом и косвенно подверг тебя опасности. Я понимал, что твоя магия слишком нестабильна, но не знал, что наша тренировка и наше… взаимодействие так повлияет на тебя. Не знал, что это приведёт к такому… Я услышала какие-то странные нотки в его голосе. Неужели он намекает, что я к нему что-то чувствую, и потому его присутствие так влияет на мою магию? — Мой амулет, — перебила я его, выкладывая свой козырь, — В последнее время с ним что-то происходит. Он странно себя ведёт, и… это происходит, когда вы рядом. Вэйл прищурился. Тёмные глаза сверкнули в отблесках светильников. Я затаила дыхание, ожидая его реакцию. — Артефактология — не мой конёк, — заявил он, слегка отстранившись, — Может, тебе нужно сходить с этим к мистрис Ларассе? Я вздохнула, понимая, что ответа, видимо, не получу. — Она сказала, что на амулет воздействовала странная магия. И я ощущаю это воздействие, но только рядом с вами. И… — я вдруг вспомнила, ошарашенная своей мыслью, — И ещё вчера, когда я видела дракона… — Дракона? — изогнул бровь Вэйл. Я искоса взглянула на него. Ну вот, сейчас он тоже воспримет мои слова, как бред переутомлённой девушки. Но вместо этого он задумчиво проговорил: — Как интересно… Драконы вроде как исчезли сотни лет назад. Вы сообщили об этом кому-то? — Конечно! — с жаром воскликнула я. — Ректору Каэлу, моим друзьям, Калебу, мистрис-элементалистке Казали. Но… Мои слова будто не восприняли всерьёз… — Ох, адептка Амон, — неожиданно по-доброму усмехнулся он, — Мне жаль. Увы, людям иногда проще делать вид, что ничего не происходит. Но я обязательно подниму с ректором этот вопрос. Я вам верю. Вэйл поймал мой взгляд, и я несмело закусила губу. От этих слов всё внутри потеплело. — Нам с вами надо потренировать вашу ментальную защиту. Всему курсу надо, но учитывая ваше состояние, вам бы я назначил индивидуальные занятия. Я обсужу ваше расписание с руководством. Моё сердце пустилось в пляс, но я лишь серьёзно кивнула. Заниматься наедине с Алрондом Вэйлом? Да о таком наверняка мечтает каждая адептка в Академии. Он встал, забирая плащ, и потянулся к ручке двери. — Вам надо отдохнуть. Да и мне тоже. Слишком много всего за последние трое суток. Доброй ночи. — Мастер Вэйл? — окликнула я напоследок, — Я пока без магических тренировок. После того… всплеска мне нужно восстановление. — Конечно, я понимаю, — тихо ответил он. — Возвращайтесь к занятиям, когда будете готовы. Когда он закрыл дверь, я разобрала кровать, и, умывшись, легла. В голове вертелось две вещи. Во-первых, мастер-защитник Вэйл явно ещё и мастер увиливаний от ответов. Во-вторых, хотелось мне в это верить, или это было лишь игрой света, но ему, как и мне, будто стало немного жаль, что индивидуальных занятий пока не будет?

На следующий день я еле сползла с кровати. Голова гудела, словно на ней висела кастрюля, по которой попеременно били, а тело казалось ватным и двигалось только волевым усилием. Умывшись и немного придя в себя, я вспомнила, что сегодня выходной, и с радостью поняла, что проснулась достаточно рано, чтобы успеть в столовую к самому открытию. Мне не хотелось пересекаться с друзьями, да и вообще с кем-либо. Ещё со стыдом вспомнила, что из-за наказания и его последствий, не заходила вчера в целительское крыло за восстанавливающим отваром. Поэтому, забежав сначала к мастеру Герру, я поспешила вниз. Набрав пирожков и налив кружку чая, позавтракала у себя в комнате. Потом занялась уборкой. Рассортировала записи, сняла для замены постельное бельё, перебрала шкаф, вытащив тёплые вещи для начавшей холодать погоды. Рутинные дела занимали руки, но не голову. Вспоминая за разборкой подробности вчерашнего дня, я чувствовала жгучую обиду. Сначала друзья. Я до сих пор не могла поверить, что они усомнились в моих словах. Где взять силы на постоянное отстаивание своей правоты? Да и нужно ли это делать? Может, думала я, ожесточенно протирая подоконник от пыли, действительно легче жить, засунув голову в песок? Нет никаких проблем, никаких странных магических сбоев, никаких драконов… Ведь если с ситуацией вне Академии адепты действительно мало что могли поделать — только надеяться, что в её стенах будет безопасно — то что сделать с тем, что происходит уже на её территории? Дракон преодолел барьер Академии. Значит барьеры не сдерживают магию такой силы? От барьеров и дракона мысли скакнули к ректору. Я не верила, что из-за моей недисциплинированности он мог перечеркнуть мои планы на жизнь. Если бы мои ночные прогулки беспокоили его, он бы об этом сказал. А так сразу, без предупреждения, снять меня с конкурса, куда он и сам хотел, чтобы я пошла… Эта мысль поглощала чёрным омутом, как только я погружалась в её осознание. Что мне делать? Я думала, что моё будущее предопределено. Я собиралась остаться в родной Академии, дарить знания адептам, объяснять, в том числе, на своём примере, что такое магия и энергия, и какую ответственность мы несём при её использовании. Куда мне идти теперь? Я понадеялась, что, возможно, городская практика подкинет пищу для размышлений о моей будущей карьере. Или… как предложил в начале года Алронд Вэйл — пойти в гвардейские маги или законники? Служить королевству напрямую? Я так и застыла рядом со шкафом, сжимая в руке утеплённую куртку. Перспективы будущего пугали до дрожи в коленках. Я практически ничего не видела в жизни, кроме сиротского дома, Академии и Амлиса. Гвардейские маги живут в крупных городах — и к какому из них тебя припишут, ты не знаешь до самого назначения. А законники, следящие за магическим порядком, и вовсе не сидят на одном месте… Огромный мир и его возможности приглашающе распахивали свои двери. Я потрясла головой, вешая куртку в шкаф. С моей магией мне не дадут спокойно жить. Здесь, в стенах Академии, мне хотя бы можно быстро помочь с обновлением защитных чар амулета. А как только я выйду за её пределы, меня везде будет ждать та же реакция, что у Ирии Ларси недавно. Запереть, лишить энергии… А если магический сбой? Если я как-то наврежу окружающим? Что со мной сделают? Сложив постельное бельё в корзину, я направилась вниз в хозяйские помещения, расположенные под общежитиями. В выходные Академия напоминала ленивое болото. Некоторые адепты разъезжались по королевству, но большая часть оставалась, отдыхая, подготавливаясь к занятиям и экзаменам, проводя время в Амлисе. Никто никуда не спешил, не перечитывал судорожно конспекты, не носился, опаздывая, по коридорам. И сейчас меня ещё больше, чем обычно, устраивала эта безлюдность. Перед прачечной я направилась в душевую. Воистину, в некоторых вещах, быть магом и учиться среди скопления магов очень удобно. Где ещё можно получить горячую воду в лейке, благодаря постоянно работающим рунам на трубах, если не в магической Академии? В женском отделении было пусто. Раздевшись, встала под душ. Собираясь быстро помыться и юркнуть обратно в свою комнату, я в итога застряла под обжигающими струями, не в силах двинуться с места. Вода будто смывала мою усталость и накопившиеся проблемы. Я растирала и вдыхала ароматное, пахнущее травами мыло, и потихоньку расслаблялась. Неожиданно из холла донёсся женский смех. Мне пришлось очнуться от своей неги и изобразить бурную деятельность. — Эль! — донёсся из-за спины голос Джии. Я обернулась, вглядываясь через толщу горячего пара. Она стояла в халате у входа, неловко улыбаясь. За ней я с удивлением заметила Мию Джейерс, блондинку из Кракенов. Симпатичная шестикурсница, богатая наследница семьи артефактологов, которой пророчили успешное будущее при королевском дворе, общалась только со своей стайкой фавориток, среди которых не числились ни я, ни Джиа. Сейчас она рассматривала меня с каким-то странным выражением лица, — Я не видела тебя со вчерашнего дня. Всё хорошо? В голосе Джии сквозили пополам смущение и забота, но я ответила только: — Да, — и отвернулась обратно к лейке. Не обсуждать же при Мие всё то, что произошло за вчерашний день! Да и без Мии желания никакого не было, вдруг Джиа снова скажет, что я переутомилась, и тёмная магия мне приснилась... — Эльдреда, — неожиданно донёсся до меня голос Мии. Я даже не знала, что она помнит, как меня зовут, — Мастер Вэйл ведь уже вернулся? Я, озадаченная её вопросом, снова повернулась к ней. В глазах у неё сквозило странное любопытство. — Ну да, — уклончиво ответила я, — Почему ты меня спрашиваешь? Мия лукаво прищурилась, оценивающе разглядывая меня. — Да просто ходят слухи, что вас видели вчера вместе. Так что решила узнать из первых уст. В расписание его пока обратно не поставили. Я старалась сохранять внешнее спокойствие. Какие ещё слухи ходят про вчерашний день? Где конкретно нас видели? Джиа переводила непонимающий взгляд с меня на Мию и обратно. — Мы с ним случайно встретились в Амлисе, — непринуждённо добавила я, чувствуя, как колотится сердце. Лучше сказать хоть что-то, чем уйти от ответа или промолчать и дать Мие волю для фантазий и сплетен, — И он проводил меня до общежития. — А. Ну, конечно, — покосилась Мия на меня. — Здорово, что он снова в Академии, да? Не будет перерыва в занятиях. Я с жаром согласилась, выключила вентиль лейки и обернулась полотенцем. Джиа, снимая халат, кинула мне красноречивый взгляд, который я прекрасно изучила за годы дружбы. Ей нестерпимо хотелось обсудить всё, что произошло. У меня самой зудело поговорить с ней и спросить, с чего вдруг Мия Джейерс ходит с ней, будто они лучшие подружки. Но я, заплетя косу, попрощалась и, переодевшись в холле, пошла в прачечную. Поменяв бельё у кастеллянши, я отправилась в свою комнату. Заканчивая уборку, я решила всё-таки дойти до библиотеки и поискать там всё, что есть про драконов. Поприветствовав старенького мэтра рунологии Ольво, который ушёл с поста мастера, но захотел остаться в Академии библиотекарем, я направилась к дальним полкам. За те годы, что я училась в Академии, мне удалось изучить расположение книг на полках так, что я могла с закрытыми глазами переписать их в каталог. Но то, что касалось мифов и легенд, даже с историческими подтверждениями, плохо задерживалось в моей памяти. Поэтому пришлось поплутать, и я, только услышав свой урчащий живот, заметила, что пропустила время обеда. Собрав стопку — от новых свежих изданий, то полуразвалившихся свитков — я направилась к выходу, собираясь попросить у мэтра Ольво забрать их в комнату до начала новой недели. Вдруг почувствовала на себе взгляд и обернулась. Сердце пропустило удар. За столом, мимо которого я только что прошла, сидел мастер Вэйл. Тёмная рубашка расстёгнута больше обычного, на столе распахнута какая-то тонкая книжка, взгляд не отрывался от меня. Он коротко кивнул мне, и я, натянуто улыбаясь, остановилась, опустив свою стопку на стол напротив. — Исследуете что-то конкретное? — Вэйл кивнул на неё. — Хочу почитать про драконов. Как оказалось, я совсем немного о них знаю. Мастер выпрямился, сощуренным взглядом пробежался по корешкам моих книг. — Да, это малоизученная тема, — протянул он, — Увы, многие исследования не дожили до наших дней. — Вы интересовались драконами? — полюбопытствовала я. — Только по долгу службы, — он улыбнулся уголками губ и опустил взгляд в свою книгу. Я, понимая, что разговор он продолжать не намерен, уже собиралась идти, но моё внимание коротко привлекла огромная буквица “И”, выделявшаяся красным в книге перед его глазами. — А что вы читаете? Вэйл захлопнул книжку поспешным движением и попытался поймать мой взгляд. — Тоже кое-что необходимое для работы. Вы вроде собрались изучать свои фолианты в комнате? Теперь я, не прячась, могла прочитать часть названия на обложке: “Все доступные сведения об и…” — но тут его рука будто невзначай скользнула вверх, перекрывая написанное. — Как ваше самочувствие, кстати? — с едва заметной иронией спросил Вэйл. Я, делая вид, что не понимая, о чём он, с улыбкой кивнула. — Всё прекрасно, мастер. Благодарю за беспокойство. Взяв свои книги, я, отпросившись у мастера Ольво, которому, как мне показалось, не было дела, вынеси я даже всю библиотеку сразу, пошла в общежитие. Я запомнила обложку книги, которую читал Вэйл. Я её не знала — наверное, это тоже было что-то из мифов и легенд. Но надеялась, что по её внешнему виду — тонкая, мятного цвета с золотистым корешком — быстро найду её в этом отсеке. Перед моей комнатой мне пришлось опустить на пол стопку книг, которая мешала открыть дверь. И как только я наклонилась, то увидела кусочек бумаги, торчащий в проёме. Отперев комнату, я взяла листочек, и у меня похолодело внутри. На нём большими печатными буквами было написано: “Я ВСЁ ЗНАЮ”.

Сгрузив подрагивающими руками книги на стол, я под светильником ещё раз осмотрела записку. Я бы с удовольствием проверила у записки энергетический отпечаток, но чувствовала, что энергии слишком мало. Да и отпечаток мог уже исчезнуть. На первый взгляд же в ней не было ничего особенного. Белый лист бумаги, как из рабочих студенческих тетрадей. Печатные буквы не давали даже намёка на почерк. Но меня больше заботила не форма, а содержание. В голове билась единственная мысль: всё-таки кто-то видел, как я использовала тёмную магию на площади. Мне конец. Меня не просто выгонят из Академии, меня посадят в Чёрную Башню, где я буду гнить в карцере до конца своих дней. Я села на диван, глядя перед собой. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, усилием воли проталкивая воздух в сжавшееся от страха тело. В голове немного прояснилось. Что хочет от меня автор записки? Шантаж? Тогда, вероятно, я должна была знать, кто меня шантажирует и что хочет взамен. Тут же всё было анонимно. Значит, запугивание? С какой целью? Чтобы я каждую минуту своего пребывания в Академии оглядывалась и думала про разоблачение? А может, это какая-то шутка? Ну, что ж, она крайне несмешная. Я положила записку на край стола, потом на всякий случай убрала её в тумбу и заперла на ключ. Допив давно остывший чай, принялась за изучение добытых книг, чтобы как-то отвлечься и провести остаток дня до ужина с пользой. Среди уже известных мне фактов о драконах, а также пересказов Великой Войны от разных участников событий, я нашла лишь одно необычное для себя упоминание. В маленькой, тоненькой книжке рассказывалось о существовании клана, в котором у его членов уживались две сущности — и дракона, и человека. Якобы какой-то артефакт так воздействовал на Крылатых, которыми называли альянс всадников и драконов, что объединил дракона и человека в одно целое. По желанию они могли оборачиваться друг в друга, их магия была сильнее, чем у остальных, это вызывало страхи и недовольства, и вскоре клан был разгромлен. Автор монографии был убеждён, что нескольким представителям клана удалось спастись, они скрылись и продолжают мирно существовать где-то в иных измерениях. Но, поискав упоминание учёного у других мэтров, я увидела столько критики в его адрес с обвинениями в больном рассудке, что захлопнула книгу и удручённо вздохнула. Кинув взгляд на часы, поняла, что ещё немного и останусь без ужина. Порадовало только то, что завтрашний день был тоже выходным, и я, при желании, смогу уделить больше времени изучению драконов. Хотя, после того, как я перелистала кучу книг, у меня появилось неприятное ощущение, что я не смогу ответить на вопрос, зачем трачу на это время, которое могу использовать на подготовку к реальным экзаменам. Я спустилась в обеденный зал, из которого уже все потихоньку выходили. Только один стол был полностью занят, и, едва я посмотрела в его сторону, мне замахали, привлекая внимание. Набрав себе огромную тарелку овощного рагу и два сочных куска жареной свинины с хрустящей корочкой, я прошла мимо Дэрека, Джии и Зейна. — Эльдреда, постой! — окликнул меня Дэрек. Я остановилась и повернулась к ним. — Мы ждали тебя с самого начала ужина. Решили, что не уйдём отсюда, пока не увидим тебя и не поговорим, — Джиа поймала мой взгляд. Я чуть резко опустила поднос, приборы зазвенели. — Ну, давайте поговорим. Мне было действительно страшно, — мой голос дрожал, но становился всё тверже с каждым словом. — Я видела, наверное, самую опасную вещь в мире. И когда я пришла к вам за поддержкой, за пониманием… — я сделала паузу, пытаясь найти правильные слова, — вы списали это на усталость. Просто проигнорировали то, что я сказала, как будто мои слова ничего не значат. Ребята обменялись растерянными взглядами. — Эль, — попытался вмешаться Дэрек, — мы правда не хотели тебя обидеть, мы просто… — Просто не поверили мне, — я перебила его. — Я доверилась вам, рассказала о том, что видела, и вы не восприняли это всерьёз. Зейн, до этого молчавший, вздохнул и сказал: — Это действительно было не по-дружески. Нам жаль. Но я всегда думал, что дракона можно увидеть только спьяну! Я смотрела на друзей, чувствуя, как смягчаюсь, хотя горечь всё ещё оставалась. — Я просто хочу, чтобы в следующий раз, когда я приду к вам с чем-то важным, вы хотя бы попытались понять меня, — мой голос звучал устало. Дэрек кивнул, опустив голову. — Мы обещаем, — ответила Джиа, подвигая стул ближе ко мне, — Давай забудем об этом и просто поужинаем вместе? Я вздохнула, затем кивнула, садясь за стол. Всё-таки долго злиться на них я не могла. — Если честно, спьяну я натворила дел вчера. Но вот дракона увидела кристально трезвой! Хоть и уставшей, признаю. Ребята, переглядываясь, кивнули, не понимая, шучу я или нет. Я кратко рассказала им о произошедшем. О драконе, о мистрис-элементалистке и Калебе. О внезапном решении ректора. О записке. Но не упомянула про тёмную магию. Просто не смогла. Этот секрет я решила унести с собой в могилу. Ну или в карцер Чёрной Башни… — Всё это очень странно, — подытожила Джиа, закусив губу. — Что ты теперь будешь делать, раз с преподаванием не получается? — Пойдём в гвардейцы? — подмигнул мне Зейн. — Надо дождаться практики. Посмотрим ещё, куда нас там распределят. В гвардейцы я всегда успею, — с серьёзным видом нахмурился Дэрек. — Ничего интересного в нашей практике не бывает. Ну, куда могут распределить Грифонов? В защиту, как всегда. Может, две недели проведёте у военных, если повезёт. А может, пойдёте в обыкновенную охрану торговой лавки. Вот нас с Джией наверняка отправят в дипломатическое представительство. Мы же фениксы, лучшие менталисты, воздействуем на разум... — кривляясь, зевнул Зейн. — Если бы ты делал какие-то успехи в самой менталистике, тебя бы, может, и отправили, — кольнула его Джи. — А так — пойдёшь в лечебницу, буйных усмирять. Или детишек в театре веселить иллюзиями. Зейн показал ей язык. Мы вяло обсудили последние сплетни, но ничего интересного никто не слышал и рассказать не мог. Я полюбопытствовала, что делала Мия Джейерс в душевой вместе с Джи, но та заверила, что они просто встретились в коридоре общежития и пошли вместе. Про мою загадочную записку никто ничего путного тоже не смог предположить. Мы распрощались до завтра, договорившись встретиться на тренировочном поле и поупражняться в боевой элементалистике. Пусть я пока берегла свою едва начавшую накапливаться энергию, понаблюдать за тренировками со стороны было всегда полезно. Возвращаясь из целительского крыла с отваром, я шла по тёмному коридору общежития, когда вдруг услышала звуки, которые приличные маги обычно приглушают чарами. Но тут, видимо, парочка была настолько занята друг другом, что в пылу страсти забыла это сделать. Усмехнувшись, я прибавила шаг, но вскоре осознание догнало меня, и замерла у двери, из-за которой как раз доносились громкие стоны и вздохи. Сжав кружку так, что пальцы заболели, я снова повернулась и решительно направилась к своей комнате, прочь от покоев Ирии Ларси. Что за бесстыдная женщина! Как следует поколотив тощую подушку, больше для выхода злости, чем чтобы взбить перья, я закрыла ей голову. Томные стоны звучали в ушах, хотя я понимала, что это невозможно. Наши комнаты находились слишком далеко друг от друга. Но охи и вздохи словно проникли мне в голову, потому что я представляла только одного человека, который мог оказаться сейчас в постели с Ирией Ларси. Чувствуя, как подушка намокает от слёз, я строго-настрого запретила себе впредь думать о мастере Вэйле как-либо, кроме как о преподавателе.

Дождь, внезапно зарядивший с самого утра, не убил в ребятах желание упражняться в элементалистике на улице. Я тоже решила присоединиться к ним, но без магии могла только бегать по периметру площадки. И это меня устроило. Мне необходимо было спустить куда-то свою физическую энергию, фонтанирующую от эмоций. Подумала, что если не хватит бега — то пойду в тренировочный зал с оружием бить соломенные чучела.

Но сейчас я под удивлённые взгляды друзей не садилась на трибуны с козырьком, а выходила с ними на поле в тренировочной форме. Немного помедлила, перед тем как переступить порог и выйти на скользкую грязь. Уж больно это напоминало наше дождливое занятие с Вэйлом, оказавшееся иллюзией. Ребята, не желая тратить энергию на защитные купола, выходили прямо под дождь.

— Отлично, может побудешь у нас живой бегающей мишенью? Потренируем и защитные заодно. Один атакует, другой ставит на тебя барьер… — предложил Зейн, за что получил от Джии весомый подзатыльник. Правда, для этого ей пришлось подпрыгнуть.

— Ты с ума сошёл? Она же не сможет защититься!

— А почему нет? — с азартом спросила я, разминая суставы. Дождь мгновенно вымочил меня до нитки, но было абсолютно всё равно, — Мы — последний курс, надо повышать ставки.

— Эль, ты головой ударилась? — Джиа, подвязав кудряшки платком, с подозрением смотрела на меня, — А если что-то пойдёт не так?

— Мы не будем бить в полную силу, просто безобидные огненные и ледяные шарики. Главное, чтобы щит отразил удар, — Дэреку идея, похоже, тоже пришлась по вкусу и Джи сдалась, — И будем страховать друг друга.

Я побежала. Ботинки чавкали в грязи, скорость из-за этого замедлялась. Да и не хотелось поскользнуться и полететь носом вперёд. Но этой скорости мне казалось мало, тело требовало ещё.

— Начали! — услышала я крик Джии, а значит, в меня в любой момент мог попасть элементальный удар. Рефлекторно я ускорилась, чувствуя прилив адреналина. На грязь стало наплевать. Огненный шар пролетел мимо, но за ним следовал ледяной шип, отражённый щитом. У меня волосы на затылке стали дыбом, а по спине бегали мурашки. Казалось, каждый следующий снаряд обязательно должен достичь своей цели. Я старалась сосредоточиться на беге и не смотреть в сторону друзей, чтобы лишний раз не нервничать.

Спустя несколько минут, краем глаза я увидела, как на площадку стали выходить другие адепты. Видимо, наша тренировка привлекла внимание тех, кто в выходной день любит посмотреть в окно. Ручеек адептов разделялся, вспыхивали защитные куполы. Большая часть пошла на трибуны, но несколько отделились от толпы, тоже в тренировочной форме, и подошли к Дэреку. Я поняла, что они договариваются принять участие в нашей импровизации.

— Эль, ты ещё не устала? — крикнула Джи, сложив руки у рта.

Я помахала рукой, что всё в порядке. Дыхание ещё не сбилось, хотя я начала чувствовать мышцы ног. Но ещё несколько кругов без остановки я точно смогу пробежать.

Я не знала, как договорились друзья с другими адептами, но тренировка стала явно интенсивнее. Поле заполнилось криками, вспышками магии и звуками ударов снарядов о защитные барьеры. Я кинула взгляд на заполненные трибуны, на которых тоже царило оживление. Наверняка там уже принимали ставки.

Тренировка напоминала танец — ритмичный, напряжённый и с каждым шагом всё более трудный. Я, без возможности пользоваться магией, была лишь мишенью, и даже в этом была своя сложность. Кто-то отточенным движением запустил водяной поток, Зейн мгновенно создал барьер, отразивший атаку. Вдруг воздух сверху затрещал и на меня посыпался дождь из ледяных игл. Я успела лишь пискнуть и закрыть голову руками, но в следующее мгновение кто-то поставил щит, и они превратились обратно в безвредные капельки воды. От облегчения я звонко рассмеялась, чувствуя, как горячится кровь.

Иногда снаряды пролетали мимо, утыкаясь в барьер тренировочной площадки, иногда — не долетали. Но ощущения от происходящего захлёстывали меня с головой. Было что-то дикое и первобытное в том, чтобы не полагаться на магию. Просто бежать вперед, не оглядываясь, и чувствовать, как замирает сердце от каждого нового удара о щит.

Наконец, я почувствовала, что мои силы на исходе. Казалось, ещё немного, и я упаду прямо в грязь. Пора было закругляться. Я замедлилась, и боковым зрением увидела огромный, размером с тележное колесо, огненный шар, несущийся в мою сторону.

До меня донеслись встревоженные крики. Пятясь, я видела чужие щиты, встающие на его пути. Адепты пытались остановить его, но шар даже не померк, пролетая насквозь через призрачные преграды. Я из последних сил рванула вперёд, разбрызгивая грязь и молясь не упасть. Стало ясно, что он следует за мной, точно наведённый. Перемахнув через низкую ограду и проскользив, я взмахнула руками, восстанавливая равновесие, и понеслась к границе тренировочной площадки. Оставалась надежда только на барьер, окружающий её. Но шар догонял, и я уже чувствовала исходящий от него горячий воздух. Добежать я точно не успею.

Позади раздался мощный хлопок, словно молния ударила в поле. Я пробежала ещё немного по инерции, затем резко остановилась, тяжело дыша, и обернулась назад. Всё вокруг замерло. Адепты, потрясённые, устремили взгляд на трибуны, где застыла высокая фигура в тёмном плаще. Вздохнув обречённо, я сразу узнала её. Внутри смешались сразу несколько чувств — облегчения, радости и предвкушения. Предвкушения проблем. Только преподавателей нам сейчас и не хватало.

Алронд Вэйл, с магическим куполом, защищающим его от дождя, уверенно шагал к тренировочному полю. Я же медленно брела с другого конца, еле передвигая ноги. Совсем не собиралась спешить — наверняка мастер сейчас будет отчитывать виновника этого огненного шара. Однако голос его не повышался, и я, как могла, ускорила шаг, пробираясь к месту разбирательства. К моему удивлению, перед Вэйлом стояла Мия Джейерс, с небрежной ухмылкой на лице, словно всё это было для неё какой-то забавой. Но тон Вэйла, возвышавшегося над ней, как грозовая туча, хоть и был угрожающе спокоен, обмануть меня не дал.

–...Техника, может, и хорошая, но отсутствие контроля недопустимо. Я непременно отмечу это перед мистрис-элементалисткой. Она оценит как ваши достижения, так и опасные промахи. Однако...

Я остановилась, как вкопанная, и упёрлась руками в колени, силясь отдышаться. Пот стекал с меня вместе с дождём, смешиваясь с грязью, прилипшей к моим сапогам. Несмотря на опасные нотки в голосе мастера, меня повергли в шок его слова. Он что, её ещё и хвалит?

— Достижения?! — выдохнула я, подняв голову. Вэйл, друзья и сама Мия повернулись ко мне. На лице Джии ясно читалось: «Я же говорила!», а Вэйл прищурил глаза, его взор прожигал меня насквозь, как будто готовился отправить ещё один шар, но уже направленный именно в меня. Я всё ещё не могла отдышаться, но внутри закипало возмущение. — Меня тут чуть не убило!

— Амон, дайте мне закончить, — Вэйл прозвучал резко, строгий взгляд не отпускал меня. — Адептка Джейерс продемонстрировала мастерство, и я не могу это не отметить... — его голос зазвенел сталью, когда он взглянул на Мию, будто прожигая её насквозь. Она с лёгкостью отбросила свои длинные светлые волосы назад, словно не чувствуя и капли вины, — Но ваше общее отсутствие базовой безопасности подводит всех, — продолжил он, холодно оглядывая нашу группу, — Я не собираюсь ругать только одну адептку Джейерс. За последние дни я несколько раз усомнился в вашем здравомыслии, которое при изучении магии должно стоять на первом месте.

Мои глаза невольно опустились вниз, воспоминания о прошедших днях тяжёлым грузом легли на плечи. Я была уверена, что эта фраза предназначалась мне.

На трибунах уже начали собираться другие адепты, очевидно, желающие увидеть, как Вэйл будет разносить нарушителей.

— Тренировка может быть приближена к реальным условиям, и это гораздо полезнее, чем атаки-пустышки, — Вэйл подчеркнул каждое слово, будто желая вбить их нам в головы. — Но то, что вы, — он окинул тёмным взглядом нашу четвёрку и Мию, — не обеспечили должную защиту человека без магии, которым в данном случае была ваша сокурсница, и подвергли её такому риску — вот это уже недопустимо. А вы, Амон, тоже хороши — участвовать в таком без магической защиты. Все пойдёте на отработку. Наказание я определю после завтрашнего урока. Восстановите барьер и расходитесь.

Его суровый взгляд, задержавшись на мне на мгновение дольше, чем на остальных, заставил меня внутренне сжаться, а затем он, не оборачиваясь, направился к зданию. Мия, пожав плечами, пробормотала что-то, что должно было быть извинением, и отвернулась. Её странное безразличие лишь усугубило моё состояние.

— Если ректор узнает, что произошло, меня точно отчислят, — уныло пробормотала я в спину мастеру под хмурые взгляды друзей.

Казалось, Вэйл на мгновение замедлил шаг, словно услышав мои слова, но не обернулся.

— Мастер, как здорово, что вы вернулись! Вы — герой дня! Спасли нашу Эльдреду! — раздался звонкий голос Йолики. С улыбкой она подскочила к Вэйлу, буквально нырнув под его защитный купол. Я, не скрывая недовольства, исподлобья посмотрела на неё. Было очевидно, что до меня ей нет никакого дела, а весь её восторг направлен на то, чтобы выслужиться перед преподавателем. — Вы так здорово управляете защитной магией. Наверняка раньше учились в группе Грифонов?

— Нет, адептка Корри, — бросил Вэйл через плечо, продолжая идти дальше, — Я всегда был Драконом.

Новую неделю я начала с безумно болящих ног и упаднического настроения. С большим трудом поднявшись с кровати, пошла на завтрак. Вяло поковыряла омлет, перебросилась с друзьями парой фраз. Они всё ещё чувствовали вину за то, что подвергли меня такой опасности на вчерашней тренировке. Но я была слишком измотана, чтобы снова выяснять отношения или ссориться. И я не перекладывала на них ответственность. Я сама согласилась и поддержала эту идею, на эмоциях не понимая, какой идиотской она была. Как же мне повезло, что на площадке оказался Вэйл! Что он там делал — одному Скрытому известно, но если бы не он, я бы, наверное, действительно погибла. Даже едва заметное ощущение возвращающейся магической энергии не приносило мне утешение — так глупо я себя чувствовала. После тренировки я ожидала вызова к ректору каждую минуту, убеждённая, что мэтр Каэл вот-вот отчислит меня. Но, несмотря на нашу неразумную выходку, о которой, казалось, знала, уже вся Академия, никто не устраивал нам выговор. Мы с трепетом ждали урок защитной магии, намечашийся перед ужином, ведь от Алронда Вэйла нам точно грозила отработка. Мия Джейерс, сталкиваясь со мной в коридорах, даже не удосуживалась поздороваться, будто не замечая меня. Похоже, её вообще не тронули вчерашние события. Странное удушающее чувство охватывало меня каждый раз, когда она проходила мимо. Но я списывала это на моё разочарование. И никак не могла понять: её магический выброс в меня был просто глупым случайным инцидентом или в этом было что-то личное? А если и личное, то что? Пусть у меня не сложилась дружба ни с кем, кроме Дэрека, Джии и Зейна, но мне никто так откровенно не желал зла. Были насмешки, был страх из-за моей силы, но покушения?.. Могла поздравить себя с оглушительным успехом на последнем курсе. Ощущение было такое, будто весь этот год тестирует меня на прочность. Казалось, ничто не могло вернуть мне бодрость духа, но когда перед обедом я увидела объявление о практике, то немного оживилась. Сегодня должны объявить наши распределения, и уже через две недели мы отправимся в большой мир. Теперь оставалось понять, куда нас назначили, а это будет известно только после обеда. После занятия по алхимии, мы направились к доске объявлений в холле, чтобы посмотреть списки старших курсов. Из-за толпы подойти ближе можно было только по очереди, вдвоём или втроём. Я быстро пробежала глазами список, затем вернулась к своему имени. Протёрла глаза и перечитала ещё раз. “Амон, Эльдреда. Индивидуальная практика под руководством мастера-защитника Алронда Вэйла и мистрис-рунолога Ирии Ларси, куратор — мастер-ректор Артемизий Каэл” — Да вы издеваетесь! — выдохнула я. Никаких пояснений, никакой конкретики, никаких шансов проявить себя в другом месте. И ещё больше общения с Ларси — просто "счастье" в полном объёме. Это что, всё ещё моё наказание за ночные прогулки? Дэрек, стоявший позади, видел всё над моей головой. — Охрана лавки в Амлисе, — бесцветным голосом проговорил он, и я, поражённая, перевела взгляд на его имя, — Зейн как в воду глядел. У Джи дипломатический корпус, у Зейна — законники… А у тебя? Не вижу никакого распределения. — У меня индивидуальная практика. Есть догадки, что это может значить? Дэрек покачал головой, поджал губы и снова уставился на своё имя в списке. Я постаралась не расстраиваться раньше времени из-за своей грядущей практики. Но ожидала, что друг точно будет возмущён, ведь наши одногруппники получили назначения в столице — в гвардейские и боевые отряды. Саранна, стоя рядом, ликовала, попав в личную охрану придворного мага. Дэрек, хоть и не показывал выдающихся результатов, заслуживал чего-то лучшего. Как и я. Но, к моему изумлению, он не выглядел ни рассерженным, ни удивлённым. — Возможно, твоя лавка окажется реальной возможностью быстро получить работу, а не эти боевые отряды, — я похлопала его по плечу, пытаясь неуклюже приободрить. Мы медленно пошли в сторону тренировочной площадки — скоро должно было начаться занятие по защитной магии. — Вполне возможно, Эль, — грустно усмехнулся Дэрек, не глядя на меня, — Только, боюсь, это будет мой карьерный потолок. — Почему ты так думаешь? — его слова прозвучали настолько обречённо, что я едва не остановилась. Но он ничего не ответил, только опять покачал головой. Я решила не настаивать, надеясь, что он сам расскажет, когда будет готов. На площадке нас встретил густой туман. Зная изобретательность мастера-защитника, я попросила Дэрека проверить, не иллюзия ли это. Но нет — погода действительно была сырой и промозглой, видимость — почти нулевая. Я направилась на трибуны, закутавшись плотнее в куртку. Из тумана вышел Алронд Вэйл. Даже со своего места я чувствовала, как серьёзен его настрой. Его взгляд, проникающий и холодный, на мгновение задержался на мне, и я почувствовала себя беспомощной, как мышь перед ястребом. Вэйл отвернулся и начал раздавать указания по ходу занятия. Мне было поручено конспектировать с трибуны ход занятия. Он разделил адептов на две группы и создал иллюзорный лабиринт, в котором нужно было отрабатывать барьеры в условиях сложной местности. Мы их давно не тренировали, поэтому многие выдохлись уже к середине занятия. Я тем временем вжалась в холодное сиденье, пытаясь сохранить тепло, спрятав ледяной нос за воротом куртки. Из-за холода мысли затухали, став неясными и тягучими. В какой-то момент я поймала себя на том, что наблюдаю не столько за ходом урока, сколько за высокой фигурой мастера, уверенно движущейся по полю. Испуганно глянула в тетрадь — нет, всё-таки мои заметки касаются занятия, а не только того, кто их вёл. Вэйл был полностью сосредоточен на действиях адептов, отдавая чёткие распоряжения, и я могла украдкой полюбоваться на него. На то, как он легко убирал со лба упавшую тёмную прядь. На уверенные движения, когда он взмахивал рукой, плетя сложную иллюзорную магию. Он был олицетворением решительности и силы. Казалось, сама земля вибрировала под ним. Когда он поворачивался в мою сторону, я замирала, боясь, что он заметит мой восторженный взгляд. Но, когда ход занятия начал замедляться, я поняла, что снова потеряла нить реальности. Опять размечталась, вместо того, чтобы сосредоточиться. Что он говорил мне после того, как я применила тёмную магию? Что он будет рядом? Защитит? И где была вчера его защита, если он практически похвалил Мию за то, что она сделала? Эта несправедливость жгла внутри, но я понимала, что есть куда более веские причины держаться от него подальше. У него явно какие-то отношения с Ирией — я не могла выкинуть из головы то, что слышала, проходя мимо её комнаты. Он старше и опытнее. Он, в конце концов, мой преподаватель. Даже мой амулет почему-то не даёт нам коснуться друг друга. — Адепты, занятие окончено! — голос Вэйла прервал мои размышления, когда он широким полукругом разом стёр все иллюзии, — Брайс и Амон, подойдите ко мне. Амон, дайте свой конспект. Я, помедлив, отдала тетрадь. В голове забилась тревожная мысль, что там всё-таки написано исключительно про широкие плечи преподавателя. Но Вэйл лишь быстро пробежал их глазами, хмыкнул и вернул мне мои записи. — Из группы Грифонов только вы вчера были? Адептам Карони, Джейерс и Тераму я уже дал задания. Пора обсудить вашу отработку.

Мы встали рядом с Вэйлом. Дэрек, разгорячённый после тренировки, начал ёжиться от пронизывающего холода, я тоже переминалась с ноги на ногу. Мастеру, казалось, погода не мешала, но он заметил наше состояние и предложил продолжить разговор в кабинете. Это был мой второй визит сюда, но только сейчас я обратила внимание на убранство. Кабинеты преподавателей в Академии были похожи друг на друга, но каждый отражал личность своего хозяина. У Вэйла здесь был стол из тёмного дерева, строгий и лаконичный, за исключением серебряной рамки, стоящей на краю обратной стороной к нам. У стола — простое чёрное кожаное кресло. На полках, простых и без изысков, размещались книги и свитки, мерцающие барьерными щитами — явно от любопытных рук. На стене висела карта мира, а напротив скрывалась едва заметная дверь, ведущая, вероятно, в спальню. Комната казалась пустой, но поражала не убранством. Каждый уголок кабинета был испещрён рунами. Никогда не видела столько чар, собранных в одном крохотном помещении. Руны украшали стены, проступали на мебели, даже люстра под потолком была выкована в виде руны. Мелькнула мысль, что со всем руноплётством ему наверняка помогала Ирия. Я настороженно ждала, что при таком обилии чужих чар мне будет не по себе, и амулет среагирует, но обычного давящего ощущения не возникало. Даже, наоборот, в кабинете оказалось неожиданно уютно. Пока я разглядывала руны, мастер Вэйл повесил плащ на спинку кресла, оставшись в рубашке, и сел, сцепив руки в замок. Кажется, будто в комнате разом стало темнее. Он сел против света, и его лицо было трудно разглядеть. — Я хочу ещё раз напомнить, насколько важно при использовании магии думать головой. Осознавать ответственность и последствия своих действий. Если вы не можете просчитать все исходы, лучше не занимайтесь чарами вообще. Я видел много магов как юных, так и зрелых, которые, возомнив себя выше других и пренебрегая нормами, заходили слишком далеко. Это приводило к катастрофам. Он серьёзно посмотрел на меня, и я снова почувствовала, что речь идёт обо мне. — Вы ответственны не только за свои жизни, но и за тех, кто вас окружает. Если вы владеете магией и придерживаетесь Кодекса, то становитесь частью сообщества, — Вэйл продолжал, очерчивая ладонями круг, — Сообщество разделяет ответственность за последствия, особенно если это касается воздействия на немагический мир. Поэтому наказание не может быть только для одного, оно касается всех участвующих — в назидание. В то же время сообщество защищает своих, сильные поддерживают слабых. Но это возможно только со взаимопомощью... Внутри меня начало нарастать возмущение. Положения Кодекса я и так знала, но тут не смогла сдержаться: — Если это так, почему Мия Джейерс запустила в меня смертоносный шар? — я краем глаза заметила, как Дэрек повернулся ко мне, и, наверняка, был удивлён моей неожиданно бурной реакции, — Это, по-вашему, взаимопомощь и поддержка? Я ничего ей не сделала! Против света я скорее почувствовала, чем увидела, как Вэйл пронзил меня взглядом. — С адепткой Джейерс мы уже разбираемся. Её наказание полностью соответствует проступку. Но давайте перейдём к вашей отработке, потому что, если бы вы не придумали такую опасную тренировку, мне не пришлось бы разбираться с этим инцидентом. Дэрек тяжело вздохнул рядом. Я закусила губу, стараясь сдержать рвущееся наружу возмущение. Никакой солидарности с Кодексом у меня сейчас не было. — Адепт Брайс, на этой неделе вы будете проводить индивидуальные занятия с несколькими отстающими адептами второго курса. Челюсть Дэрека едва не упала от удивления. Вэйл продолжил: — Им не нужно объяснять основы или гонять по тренировочному полю. Ваша задача — помочь им разобраться в теории и донести, насколько важен ответственный подход к магии. Все занятия должны конспектироваться. — Мастер… — замялся Дэрек. — Преподаватель из меня неважный. Может, лучше Эльдреда?.. Я невольно поморщилась, осознавая, что Дэрек допустил ошибку. Он бросил на меня виноватый взгляд, но Вэйл не дал ему шанса продолжить: — Отработка не обсуждается, — сказал он сухо, не глядя на меня, — А у Амон ещё будет шанс проявить себя в преподавании. Я тихо вздохнула, ощущая, как в груди болезненно сжалось. По всей видимости, Вэйл не в курсе того, что произошло. — Ректор отстранил меня от конкурса. Преподавания не будет, — тихо произнесла я. Вэйл резко выпрямился. — Что? Почему? — его голос прозвучал резко, почти приказным тоном. Он ненадолго переключил внимание на Дэрека, — Адепт Брайс, вам указания даны, завтра с утра зайдите ко мне, я составлю ваше расписание. Вы свободны. Я хочу поговорить с адепткой Амон наедине.

Когда дверь за Дэреком закрылась, Вэйл медленно подошёл ко мне, и опёрся бедром о край стола. — Объясните, — тихо, но настойчиво потребовал он. — В ночь, когда я встретила дракона… — я отвела взгляд, чувствуя, как внутри меня начинается буря, — Магическая защита Академии сработала на мне. У меня тогда не было энергии, чтобы зачаровать светлячков, и они подняли тревогу. Меня поймали мистрис Казали и ассистент ректора Калеб. После этого ректор сказал, что я не гожусь в преподаватели, и снял мою кандидатуру с конкурса. Он считает, что я не справлюсь с этим, что я… ненадёжна. И, возможно, он прав, но... Я не смогла продолжить. Взгляд Вэйла будто проникал в самую душу. — И это произошло между нашим занятием и… нашей встречей в Амлисе у таверны? — Да, — хлюпнув носом, я обняла себя руками и кивнула, чувствуя, как дрожь пробегает по телу, — У меня правда был тогда тяжёлый день… Вэйл вдруг изменился в лице, словно в нём боролись противоречивые чувства. Резко вдохнул и медленно протянул руку. Я замерла, не зная, чего ожидать. Он шагнул ко мне ближе, его взгляд смягчился. — Эльдреда, — прошептал он. И обнял меня, медленно, осторожно, будто боялся причинить боль. Прикосновение было мягким и тёплым, почти невесомым. Моё сердце пропустило удар. Все страхи и переживания на миг отступили, растворились в этом тепле. Но его рука скользнула по моей спине, медленно и нежно, и я ощутила, как он прижимает меня сильнее. Моя кожа горела там, где он меня касался. Я уткнулась носом ему в грудь и уловила дыхание у своей макушки. Пьянея, вдыхала аромат его тела. Чувствовала, как бешено в унисон стучат наши сердца. Вэйл резко отстранился, и я в растерянности замерла. Амулет, словно вспомнивший о своих обязанностях, сильно нагрелся, и я, чуть дёрнувшись, дотронулась до него. Боясь поднимать глаза на мастера, я стояла, ощущая, как краска заливает мне лицо. Он скрестил руки на груди, словно отгораживаясь от меня, и я увидела, как он напряжён. Наконец, подняла голову и утонула в золотой радужке глаз.

— Ваши глаза… — прошептала я дрожащим от неожиданности голосом. Моё сердце ёкнуло. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Такие глаза у него я уже видела, когда у нас была тренировка. После неё случился тот магический всплеск... Что это — какая-то специфическая магия? Вэйл резко отвернулся, шагнул к столу и опёрся на него обеими руками. Я видела, как его спина вздымалась и опускалась от тяжёлого дыхания. Несколько мгновений спустя он выпрямился, повернулся ко мне, и его глаза снова были обычного, тепло-карего цвета. Но взгляд метался, словно пытаясь найти опору. Будто за этой внешней уверенностью скрывалась буря эмоций, которую он не хотел показывать. Почему? И что заставило его так быстро взять себя в руки? Словно решив вернуть привычную дистанцию, Вэйл сел за стол, сложив руки перед собой и подперев подбородок сцепленными пальцами. Он выглядел сосредоточенным. Я чувствовала, что между нами словно повисло напряжение, но не понимала, как к этому относиться. Хотелось спросить, что же это было на самом деле, но я не решилась. — Давай-ка вернёмся к твоей отработке, — его голос прозвучал спокойнее, чем я ожидала. Более того, меня удивило, что он окончательно перешёл со мной на "ты", но я решила не заострять на этом внимание. — Поручаю тебе написать краткое содержание теоретических трудов по магической этике. Это именно та наука, которую тебе нужно освежить. — Всех? — в шоке произнесла я. — Нет. Скажем… сколько великих магов Кронадана принимало участие в обороне северных границ при нападении тёмных во время битвы в Арском ущелье? — он вопросительно приподнял бровь. Я подсчитывала на пальцах, вспоминая знаменитые имена. — Девять? — Правильно. Так что до начала практики ты должна написать девять изложений. Труды по этике обычно немаленькие, будет, чем заняться. Раз тебе так нравится проводить время в библиотеке… и ночами тоже, — его взгляд скользнул по мне, слегка прищурившись. — Ночи я теперь точно не буду там проводить, — скривилась я, — Ректор пригрозил не только отстранением от конкурса, но и отчислением, если я продолжу себя неподобающе вести. Он на мгновение отвёл взгляд к серебряной рамке на столе и тихо вздохнул. — Эльдреда, мне жаль, что так вышло с твоей мечтой. Наказание кажется несправедливым. Но, если говорить прямо, тебе просто везло, что ты не попадалась все эти годы. — У меня была магия, с которой я обходила охрану, а не везение, — возразила я. — Значит, не стоило рисковать в тот вечер, когда магии не было. Я кивнула, едва сдерживаясь, чтобы не ответить резко. Спасибо за совет, только хороша ложка к обеду. Его слова резонировали с моим собственным чувством вины. — Что ты вообще делала на крыше? — он слегка склонил голову, и закатное солнце позолотило его волосы. На мгновение я задержала взгляд, залюбовавшись, и ответила не сразу: — Настроение было не очень, хотелось побыть одной и подышать свежим воздухом. — Ну что ж, хотя бы ты не всегда бежишь в таверну или используешь тёмную магию, когда день не задался, — хитро прищурившись, он выгнул бровь. Его голос стал мягче, но в глазах появилось нечто лукавое. Я еле удержалась от саркастичного ответа. Долго ещё он будет издеваться? Ну, хотя бы больше не буравит меня строгим хищным взглядом. Сейчас в его глазах проскользнула тень сожаления: — Но всё равно последствия оказались довольно болезненные. Я попробую тебе помочь. — Вы? Каким образом? — вырвалось у меня. — Заступлюсь за тебя перед ректором. Мастер Каэл когда-то поверил в меня, хотя я в своё время наломал дров, — он опустил взгляд на свои руки и тихо, словно сам себе, добавил, — Видимо, придётся вмешиваться сейчас. Я ожидала, что мастер продолжит, но его мысли явно витали далеко, и повисло молчание. Мне стало безумно любопытно, что он тогда натворил. Только сейчас мне пришла в голову мысль, что несмотря на своё озорство и нарушение дисциплины и субординации, он всё равно стал преподавателем. Значит, ректор смог разглядеть в нём потенциал? — А почему ты тогда хотела побыть одна? — в голосе Вэйла звучал искренний интерес. Я решила не юлить. — Сначала после магического всплеска, я валялась в целительском крыле, — начала загибать пальцы, — Потом была у артефактолога, которая сказала, что мой амулет был атакован странной магией, очень похожей на тёмную… Затем пошла к вам в кабинет, а там наткнулась на Ир… на мистрис Ларси, — загнула третий, — И мы с ней немного… разошлись во мнениях. Он расцепил руки. — Та-а-а-к, — в голосе едва слышно проступило рычание, — Туман неведения рассеивается. Я поёжилась от его изменившегося тона. Мелькнула странная мысль: может, он недоволен тем, как я говорила с Ларси? Как бы я к ней ни относилась, она преподаватель. Или, может, я не должна была видеть её в его кабинете. Да и надо учитывать их отношения, про которые я удачно забыла в его объятиях… — Зачем ты шла ко мне? Хотела обсудить амулет? — отвлёк меня Вэйл своим внезапным вопросом. — Кстати, он не изменился после того, что случилось в Амлисе? Может, ты заметила что-то необычное? Медленно вытащив серебряный диск из-под ворота рубахи, я поднесла его к глазам. Я даже не смотрела на него, после того, как использовала тёмную магию. Боялась увидеть то, что увидела сейчас. Чуть не ахнула. Действительно, руны, которые прежде выглядели как простая гравировка, теперь были будто запачканы чем-то, словно их специально чернили. Я крепко сжала амулет в разом вспотевшей руке и зажмурилась. Сможет ли он теперь действовать по назначению? Мысль о том, что придётся показывать его мистрис Ларассе, наполнила меня паникой. Если раньше она не могла точно понять, что происходит с амулетом, то теперь сразу определит тёмную магию.

— Можно? — Вэйл снова оказался рядом, протягивая руку. Я сжала амулет сильнее, интуитивно ощущая страх перед тем, что он может обнаружить. Как будто этот серебряный диск был последней защитой, за которую я могла уцепиться. Хотя это было бессмысленно, потому что магии у меня не было, но он столько лет был моим невидимым щитом... — Я не хочу его сейчас снимать, — просто ответила я, покачав головой. — В последнее время с ним что-то не так. Вэйл понимающе кивнул, и я почувствовала облегчение от того, что он не стал настаивать. Но когда он наклонился ближе, я ощутила, как моё сердце начало биться быстрее. Он сосредоточенно вглядывался в амулет, а я в этот момент не могла отвести взгляд от его лица, пытаясь понять, что он думает. — Руны потемнели…? — проговорил он, всматриваясь в рисунок на амулете. Я смогла только кивнуть. Нервозность перешла в тихое отчаяние. Что если это действительно что-то серьёзное? Что если всё гораздо хуже, чем я думала? Что если он расскажет кому-то? Вэйл нахмурился, и на мгновение мне показалось, что он разгадывает загадку, ответ на которую мог бы решить всё. Его взгляд стал тяжелее, я практически ощущала его физически. — Никому об этом не говори. Я поизучаю этот вопрос и придумаю, что можно сделать. И держи его подальше от чужих глаз. А то ваша форма с этим вырезом, — он сделал неопределённый жест рукой, — Надо его как-то запахнуть… Чтобы амулет не было видно. Я удивлённо заглянула в своё декольте, не понимая, что с ним не так. Меня смутило его замечание, и я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Наша форма была максимально приспособлена для того, чтобы движения ничем не сковывались, поэтому и рубаху и штаны шили из мягкой ткани и свободным покроем. Почему он обратил на это внимание? Когда подняла глаза, заметила, что его взгляд тоже задержался на том же месте. Он резко отвернулся, и я заметила, как напряглись его скулы. Сердце пропустило удар, но я постаралась не выдать своего волнения. Неожиданно в дверь постучали. Я в панике быстро спрятала амулет под воротом рубашки. От Вэйла это не ускользнуло, но он молча наблюдал за мной, пока в его голосе не прозвучал уверенный приказ: — Войдите! В кабинет медленной изящной походкой вплыла Мия Джейерс. Она выглядела так, будто шла не к преподавателю, а на свидание. Мия явно знала, как выгодно подчеркнуть свою и без того яркую внешность. Её декольте, будто специально спущенное ниже обычного, привлекало даже моё внимание, а шея, открытая из-за высоко поднятых в причёске волос, только усиливала её привлекательность. В руках она прижимала к груди учебную тетрадь, но всё её внимание было сосредоточено на Вэйле. Коротко окинув меня холодным, недовольным взглядом, Мия, словно нехотя, кивком поприветствовала меня, и, облизнув губы, повернулась к Вэйлу с ослепительной улыбкой. — Мастер Вэйл, я бы хотела обсудить с вами моё наказание. Если можно, наедине. Я перевела взгляд на Вэйла, внезапно чувствуя, как досада и ревность переплетаются внутри меня в тягостный ком. Что она собирается ему сказать? Он стоял, всё так же опираясь о рабочий стол, но что-то в его позе неуловимо изменилось. Взгляд потемнел под нахмуренными бровями, крылья носа напряглись, словно он что-то почуял. Это заставило меня ещё больше напрячься. Как бы я хотела остаться и узнать, что произойдёт дальше... — Амон, можете идти, — бросил он, не сводя с Мии взгляда. Меня словно холодом обдало. Всё внутри протестовало против того, чтобы просто выйти и оставить их наедине. Но я не могла ослушаться. Стараясь держать голову высоко, я шагнула к двери, но у самого порога ещё раз обернулась, надеясь уловить хоть малейшую реакцию Вэйла. Его взгляд, однако, был полностью поглощён Мией. С тяжёлым сердцем я вышла, закрыв за собой дверь, чувствуя, как внутри поднимается волна разочарования и тревоги. Но сдержаться я не смогла. Уж очень хотелось узнать, что будет говорить Мия о своем наказании, про которое я не знала ни единой детали. Убедившись, что в коридоре пусто, прижалась ухом к двери, мысленно умоляя, чтобы они не поставили звукоподавляющие чары. Мне улыбнулась удача — сквозь дверь доносились приглушённые голоса. Еле-еле, но я различала обрывки разговора. — Мастер… — с томным придыханием говорила Мия, — Я… вас… позвольте… вам… У меня запульсировало в висках. Так она действительно соблазнять его пришла? В моей голове промелькнуло тысяча мыслей, но я заставила себя дослушать. — Джейерс… — голос Вэйла звучал глубоко и раскатисто, как далёкий гром, — Лучше… хочу… Моё сердце упало. Я уже действительно собиралась отступить, как вдруг Мия пронзительно завизжала. Тут я едва не отлетела от двери, потому что за ней раздался мощный хлопок, ударивший меня по барабанным перепонкам, а следом глухой грохот. Не совсем отдавая себе отчет, в том, что делаю, я рванула дверь на себя. На полу лежала Мия без сознания, с расстёгнутой до пупка рубашкой, а над ней склонился Алронд Вэйл. Его глаза встретились с моими, и я едва не отшатнулась. — Никогда не был так рад подслушиванию, да ещё и твоему, — его голос был натянутым, словно струна, готовая лопнуть, — Войди, закрой дверь. И помоги перенести её в спальню. Она под чарами.

— Её зачаровали? Кто? — я почувствовала, как внутри поднялась волна тревоги, смешанной с подозрением. Поневоле шагнула назад, вглядываясь в лицо Вэйла. Мысли вихрем пронеслись в голове: он ли это сделал? Но ведь даже предположить такое было безумием… не так ли?

Он, казалось, уловил моё состояние, бросив короткий, но твёрдый взгляд.

— Эльдреда, я представляю, как это выглядит, но всё не так, как ты думаешь, — его голос прозвучал успокаивающе, несмотря на всю сложность ситуации. — Я сам не сразу понял, что она под влиянием чужой магии. Нужно ей помочь, иначе она может навредить — и не только себе. Ну же, помоги мне, закрой эту дверь, пока не пришёл кто-то ещё.

Вся помощь Вэйлу заключалась в том, что я открыла проход в спальню — Мию он перенёс сам, перед этим деликатно запахнув рубашку у неё на груди. Она болталась на его руках, как тряпичная кукла и практически растеклась на большой двуспальной кровати. Волосы рассыпались по подушке, она выглядела безмятежно, словно просто погрузилась в глубокий сон. Несмотря на произошедшее на тренировке, мне сейчас было её даже жаль.

Я не смогла не окинуть взглядом эту небольшую комнату. В личных покоях преподавателей мне ещё бывать не доводилось, а тот факт, что я сейчас нахожусь в спальне Алронда Вэйла, невольно заставлял сердце биться быстрее. Тут царил полумрак, длинные тяжёлые шторы были приспущены, оставляя лишь полоски света. Кровать с тёмным деревянным изголовьем венчалась лёгким полупрозрачным балдахином, мягко касавшимся пола. В углу комнаты из-за ширмы выглядывал умывальник, над которым висело зеркало. У стены стоял простой одежной шкаф, к нему прислонялась сабля в ножнах. Интересно, он где-то служил?..

Вернув своё внимание к кровати, я увидела, что Вэйл проводил над Мией рукой, сосредоточенно всматриваясь в её лицо.

— Что произошло? — спросила я.

— Она стала вести себя, скажем так, неподобающе. И категорически не приняла мой отказ, — ответил он, не отрывая взгляда от Мии, его тон был ровным, но в нём слышалась некоторая усталость.

— Может, это всего лишь... сила страсти? А не магии? — выдавила я с нервным хихиканьем, тут же ощущая, как кровь приливает к щекам.

Вэйл кинул на меня взгляд, в котором одновременно читались и укоризна и ирония.

— Очень смешно. Я всё объясню, но сначала скажи, чувствуешь ли ты сейчас что-то через амулет?

Я прислушалась к своим ощущениям. И осознала, что он, как будто, слегка потяжелел, а я это даже не сразу заметила. Я вспомнила, что чувствовала что-то похожее, когда использовала тёмную магию. Тот вечер мне было не стереть из памяти никогда.

— Да. То же самое ощущение, что было в Амлисе, — я серьёзно кивнула, и тут меня осенило, — И когда мы с Мией пересекались в коридорах! Я каждый раз чувствовала что-то странное, находясь рядом с ней! На неё всё это время воздействовали магией? Давно?

— Слава Творцу, нет. Да и судя по тому, что я поверхностно вижу, это тот тип магии, который усиливает уже имеющиеся чувства. Как приправа усиливает вкус блюда…

— То есть, кто-то решил сыграть на том, — я сглотнула, выдавливая из себя слова, — что вы нравитесь адептке Джейерс? И подослал её к вам? Кто?

— Есть у меня пара версий, — он слегка поморщился.

— И я, конечно, их не узнаю? — от напряжения горло сдавило ещё сильнее.

Услышав настороженность в моём тоне, Вэйл грустно улыбнулся.

— Пока не время. Для твоей же безопасности.

Он отвернулся к лежащей Мие и закатал рукава, обнажая сильные руки.

От этой фразы у меня непроизвольно сжались кулаки. Как долго он ещё будет уходить от ответов? Академия погружается в хаос, но всё, что я слышу от него — «объясню позже». Это не может продолжаться вечно. Как выглядит ситуация со стороны? Он неизменно оказывается в центре каждого странного происшествия, и всё, что у меня остаётся — это догадки и растущее недоверие.

— Мастер, — я сделала шаг к нему, для смелости набрав в лёгкие побольше воздуха, — Вы же понимаете, что все ваши недомолвки не играют вам на руку? Их уже слишком много. Мне ничего не стоит пойти к ректору прямо сейчас и рассказать о своих подозрениях. Пусть он назначит новое наказание или вообще выгонит меня. Но вы понятия не имеете, сколько значит для меня Кадарат и его благополучие! Почему я должна всё время искать объяснения вашим поступкам?

Его спина напряглась, он выпрямился, и я застыла, как испуганный кролик, чувствуя, как краска заливает лицо. Мои же слова сейчас могли обернуться против меня. Я находилась с ним в его спальне одна, не считая бессознательной, зачарованной неизвестно кем Мии. Даже будь у меня магия, я бы, наверное, не справилась с ним. И если я попала в цель, за закрытыми дверьми своего кабинета ему не составит никакого труда заставить меня замолчать.

Вэйл медленно обернулся. Его глаза странно сверкнули в полумраке. — Ты можешь пойти к ректору прямо сейчас, это правда, — сказал он спокойно, — Это твой выбор, я его понимаю и не стану тебя задерживать. А у меня сейчас на кровати пострадавшая девушка, не виноватая ни в чём, кроме того, что её влечением ко мне воспользовались тёмные. Поэтому, какое бы решение ты не приняла, я сначала попробую помочь адептке Джейерс, а потом буду развеивать твои подозрения.

Я продолжала краснеть, открывая и закрывая рот, как вытащенная на воздух рыба. Мастер, не дожидаясь моего ответа, снова повернулся к Мие. Мне стало стыдно, как никогда в жизни. Повисло молчание, во время которого Вэйл снова начал магически ощупывать ауру Джейерс. — Я могу чем-то помочь? — тихо спросила я. — Если ты поймёшь, что со мной происходит что-то не то… — он с досадой вздохнул, — Ты сама сейчас без магии и ничего не сможешь сделать. Лучше позови кого-нибудь на помощь. Кому ты можешь доверять? — Друзьям… мистрис Ларассе… — пробормотала я. — Хм. Хорошо, — нахмурившись перебил он, — А теперь — отойди подальше, а лучше выйди в мой кабинет и закрой дверь. Я не хочу, чтобы эта магия задела тебя. Могу не успеть защитить. Когда я закончу, выйду к тебе сам. Я подчинилась, ошеломлённая услышанным. Несмотря на мои обвинения, он включил меня в этот процесс, дав роль наблюдателя. Помощника. Меня охватило странное чувство — это был не просто приказ, это был акт доверия. А я всё время подозреваю его во всех грехах… Закрыв дверь спальни, я снова не удержалась, и прижалась к ней ухом, пытаясь понять, что происходит внутри. Но там было тихо. Да и от беспокойства сердце стучало, как сумасшедшее, мешая слушать. Ощущать свою беспомощность было хуже всего. Тех крох магии, которые сейчас у меня накопились, хватило только, чтобы зажечь люстру под потолком. Когда вспыхнули её свечи, руна засветилась золотым огнем. Я, не представляя, сколько ещё мне придётся стоять, села прямо на пол, запрокинув голову. Руна на люстре была сложной, смешанной, и какое-то время я рассеянно разглядывала её, пытаясь отгадать, какие свойства в ней сплетены. Увидела защитную, нейтрализующую… Время тянулось, как текущий из банки мед. Глядя в окно на закатившееся в долину солнце, я понимала, что ужин, видимо, пропущу. Но сейчас не время было горевать о пустом желудке. То, что происходило за дверью спальни Вэйла, я надеялась, должно приоткрыть завесу тайны на странные события, случившиеся в последнее время. Мне не терпелось расспросить Мию обо всем. Дверь спальни распахнулась, я вздрогнула от неожиданности. Из проёма на меня сверху вниз смотрел смертельно уставший Вэйл. По его виду я узнала результат еще до того, как он сказал: — Не выходит. Она ещё без сознания, но я не могу снять с неё чары. Хотел сохранить это в тайне, но, видимо, придётся звать на помощь мастера-лекаря. Я поднялась, всматриваясь в его измождённое лицо. Бисеринки пота проступили на лбу, на шее, терялись в вырезе рубашки. Я смущённо перевела взгляд на Мию, всё так же мирно лежавшую на кровати. — Что это? — вдруг возле прикроватной тумбочки я увидела маленький тускло сверкнувший предмет, который раньше не заметила. Я протиснулась мимо Вэйла и наклонилась. Это была заколка для волос, деревянная шпилька. Видимо, она выпала из причёски Мии, но странно, что до этого момента никто из нас ее не увидел. Я потянулась к ней, чтобы взять. Ровно за мгновение до того, как мои пальцы подняли ее с пола, я вспомнила, где видела такую. И, когда уже взяла в руки, поняла, что дотрагиваться до нее, учитывая, что Мия пришла с ней, не нужно. Но мое тело было быстрее, чем мои размышления. — Не трогай! — раздался сзади крик и Вэйл оказался за моей спиной, хватая меня за руку. Поздно.

Как только его пальцы сжали моё запястье, через меня словно ток прошел. На задворках сознания мелькнула мысль «амулет!», но она была быстро вытеснена кружащим голову ощущением его близости. Падший с ним, с амулетом... И мне было мало — внутри разгоралась буря, тепло разливалось по низу живота, охватывая меня целиком. Дыхание сбилось, а каждый вдох был пропитан его запахом, окутывающим, как крепкое вино, туманя сознание. Хотелось еще. Воздух вокруг нас загудел, комнату заволокло пеленой, скрывающей всё, кроме лица Вэйла с золотыми глазами, застывшими в опасной близости. Его руки медленно скользнули по моей спине, опускаясь от лопаток к бедрам и мягко сжимая их. Я открыла рот, чтобы вдохнуть глубже, и чужие губы, воспользовавшись моментом, с жадностью накрыли мои. Его язык сразу властно проник мне в рот, перекрывая доступ к воздуху, позволяя вздохнуть только в коротких перерывах, когда мы отрывались друг от друга. Я обвила его шею рукой — ноги меня больше не держали. Внизу живота будто запульсировало второе сердце. Он подхватил меня за ягодицы, усаживая на прикроватную тумбу, его руки скользнули в мои волосы, оттягивая их назад. Голову охватила острая, но приятная боль, и я запрокинула её, поддаваясь этому ощущению. Он смотрел на меня, его золотые глаза словно прожигали кожу. Я облизнула губы, и он снова жадно прижался к ним. Обхватив его бедра ногами, я резко притянула его ближе. Он издал глухой рык, оторвался от губ и продолжил путь поцелуев вдоль моей шеи к ключицам. Прикосновения обжигали, а жар его тела грозил сжечь меня дотла. Я впилась руками в его спину, в исступлении стягивая рубашку, и заколка, которую я до сих пор сжимала, с тихим звуком упала на пол.

И тут амулет, будто проснувшись, подарил мне такую сильную боль, что я закричала, отталкивая Вэйла. Она раскалёнными иглами врезалась в каждую часть моего тела, заполняла голову жидким стеклом. Я скатилась с тумбочки на пол, обхватила колени. И боль милосердно освободила меня, отпустив в небытие.

Когда я очнулась, первой мыслью было, что я попала в Чертоги Творца и плыву по небу на облаке — так мягко и уютно мне было в нём лежать. Только после того, как я решила его потрогать — всегда было интересно, какие облака на ощупь — стало ясно, что я ошиблась. Облака вряд ли обтягивают в гладкие пододеяльники. Так где же я? Чья-то тёплая рука нежно коснулась моей щеки. Амулет начал нагреваться, я поморщилась и открыла глаза. — Прости, — услышала шёпот Вэйла совсем рядом. Я повернула к нему голову, но перед глазами стояла темнота. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы проморгаться и привыкнуть к ней. Наконец, я разглядела перед собой очертания сидящего на краю кровати Вэйла. Потихоньку вспышками возвращались последние воспоминания. И вспомнив самое главное, я подскочила, как ужаленная. Нащупала рукой на шее амулет, сердце забилось, как сумасшедшее. — Не спеши, дай себе привыкнуть, — сказал он тихо. Осмотрела кровать, она была пуста. Я лежала на застеленном покрывале. И, слава Творцу, была полностью одета. — Где Джейерс? — хрипло спросила я первое, что пришло в голову. — В целительском крыле. Я отнёс её туда, вскоре после того, как… хм. Как тебе стало нехорошо. Нехорошо… Вэйл произнёс это ровным голосом, а я едва не рассмеялась от нервов. О нет, мне как раз было очень хорошо, пока мы с ним целовались так, словно завтра никогда не наступит. Только вот потом что-то пошло не по плану. Я не видела выражения его лица в темноте, и была этому очень рада, надеясь, что и он не видит, как я покраснела. Села на кровати, подогнув под себя ноги. Что это было между нами? Потихоньку, продираясь через воспоминания, ощущая пополам стыд и тлеющее желание, у меня перед мысленным взором встала деревянная шпилька. Та злосчастная заколка, которую я видела в помещении артефактологии. Мистрис Ларасса говорила, что она с рунами обольщения, похоти и ещё Падший знает чего. — А куда делась шпилька? — я заозиралась, вдруг представив, что она осталась рядом, и сейчас выпрыгнет на меня из-под кровати, как ядовитый паук. — Обезврежена и изолирована, — донёсся спокойный ответ. Кровать скрипнула, он встал и, отодвинув полупрозрачный балдахин, растворился в полумраке спальни. Я слышала только тихие медленные шаги, — Как ты себя чувствуешь? Я прислушалась к своим ощущениям. — Прекрасно. Сказала это и сама удивилась. Я была полна энергии. Во всех смыслах! — У меня вернулась магия! — воскликнула я и зажгла столько магических светлячков, что они осветили каждый угол. Оглядев комнату, я увидела Вэйла, стоящего у окна. Он смотрел на меня, облокотившись на раму. Одним движением указательного пальца он погасил всех светлячков, кроме одного, парящего между нами.* Он осветил его измождённое лицо. — Не переусердствуй. Я не смогу вытащить тебя дважды за вечер. Я закивала, переполненная радости. Как мне не хватало этого ощущения, когда магическая энергия бьёт через край! Только как вышло, что она вдруг так резко вернулась? Неужели из-за… Покраснела, снова вспоминая наш сумасшедший поцелуй. Но странно, что не было магического всплеска, как после тренировки. Может, это из-за амулета и его потемнения? А вдруг я вытянула энергию, как тогда в Амлисе? Только сейчас это было не специально… — Спасибо, — сказала я, теряясь в догадках, — А ты? Не пострадал? Мне было странно тыкать ему, но и то, что произошло между нами, нормальным не было. — Нет. Только немного устал, — признался он, и это было слышно по голосу. Но хотя бы не обвинил, что я на нём применила тёмные чары — и то хорошо, — Сейчас глубокая ночь, ты пропустила ужин. Я принёс еды, она вместе с водой стоит на тумбочке. Переключившись на свой ноющий от голода желудок, я перелезла через кровать и взяла тарелку. Совсем не хотелось слезать с мягкой постели, я на таких ещё не лежала. С жёсткого тощего матраса сиротского дома я шесть лет назад переехала на чуть менее тощий матрас академической кровати. Никогда не жаловалась, но сейчас понимала разницу, и хотелось растянуть это наслаждение. Я поблагодарила Вэйла и взяла холодную куриную ножку. Когда вонзила зубы в остывшее мясо, вспомнила, что теперь могу подогреть его магией, и с удовольствием это сделала. Пусть это израсходует немного моей энергии, но я так долго была совсем без неё, что не смогла отказать себе в маленькой прихоти. Ела я в абсолютной тишине, и это смущало. Искоса взглянув на Вэйла, я увидела, что он, отодвинув штору, отвернулся к окну. Как будто не хотел встречаться со мной взглядом. Даже со своего места мне было отчётливо видно, что он чем-то удручён. Неужели так устал? А может — тут у меня всё сжалось внутри — жалеет о случившемся? От этой мысли у меня пропал аппетит, я отложила тарелку с недоеденной курицей. Этим вечером я впервые за свои двадцать лет почувствовала себя желанной. Алронд целовал меня со страстью и исступлением, обнимал меня, дотрагивался так, как никто в жизни. Я хотела этого, он хотел этого. Это было очевидно! И, мне всегда казалось, что после такого мужчина и женщина должны стать ближе друг к другу. А между нами повисло молчание. Ещё не хватает только сделать вид, будто ничего не произошло. И я поняла, что не хочу больше гадать, что у него в голове. Не хочу больше ставить перед собой мириады вопросов и самой придумывать на них ответы. — Алронд, — я старалсь звучать мягко, но из-за нервов выходило не очень, — Что это было? Ты знаешь, о чём я говорю. Это не было случайностью. Вэйл продолжал стоять у окна, не поворачивая головы, словно надеясь, что этот разговор можно будет отложить, как и многие другие. Я, почти физически почувствовав его внутреннюю борьбу, собрала всю свою решимость. — Я устала от тайн. Устала от догадок. И если это был просто эффект артефакта... — я остановилась, чувствуя себя так, словно собираюсь нырнуть в ледяную воду, — Скажи мне прямо. Если это всего лишь магия, если мы просто стали её жертвами... Тогда я хочу знать. Я заслуживаю правды.

Он оставался молчаливым ещё несколько долгих мгновений, затем, тяжело вздохнув, наконец повернулся ко мне. Светлячок, зависший между ними, бросил мягкий свет на его красивое лицо, подчеркнув усталые черты и беспокойство в глазах. — Да, это чары, — глухо ответил он. Хоть я внутренне была готова к этому, но эти слова прозвучали для меня, как пощечина. — А как же твои слова, что эта магия — как приправа?.. — голос у меня дрожал. — У нас это не приправа, а жгучий перец, насыпанный чьей-то щедрой рукой. Чары усилили то, что уже было. Они не создавали чувства из ничего, — признал он, с трудом выдавливая слова, — Но это не должно было так произойти. Я замерла, пытаясь осмыслить его ответ. Сердце то замирало, то ускоряло свой бег. Несмотря на то, что Вэйл практически признал, что испытывает ко мне что-то, он также сказал, что без артефакта, мы бы не поддались этой искре безумия. Для него это было просто магией. Иллюзия, в которой он, по иронии, был хорош. Это я была недостаточно хороша для реальной страсти между нами. В конце концов, кто я? Просто неопытная девчонка, обычная адептка, которых тут сотня. На что я вообще рассчитывала в случае с ним?

Он молчал, снова отвернувшись, а я подбирала внутри себя слова. Звучали они криво. — И ты... — продолжила тихо, уже заранее пожалев о том, что хочу сказать, — ты хотел бы избежать этого? Вэйл на мгновение замер, и его взгляд потяжелел. — Я не хочу, чтобы ты пострадала, — его голос звучал низко, едва слышно. — Всё, что сейчас происходит, слишком опасно для тебя, Эль. Я не могу допустить, чтобы ты оказалась в ещё большей беде... из-за меня. То, что произошло — моя вина. Не нужно было мне возвращаться в Кадарат. Внутри меня росла смесь боли и разочарования. Я только постоянно доставляю какие-то лишние проблемы. А ему это всё было не нужно. — Я поняла, — проглотила комок, вставший в горле.

В конце концов, я сама в это вляпалась. Меня тянуло к нему с первой встречи тогда ночью в обеденном зале. Я искала его глазами всякий раз, как он оказывался поблизости. Каждый его взгляд заставлял моё сердце трепетать. А мимолётные прикосновения, неловкие объятия вызывали неизвестные мне бури чувств… Плевать на амулет, который странно реагировал — если бы меня заботила эта боль, я бы не дала и приблизиться к себе. Я бы призналась в этом мистрис Ларассе. Я бы пошла к ректору и рассказала ему всё с самого начала. Но нет, мне просто хотелось ещё… И моё эгоистичное желание всегда стояло выше здравого смысла. И, когда я себе в этом призналась, в голове вдруг прояснилось. На меня накатила волна уверенности, которой раньше не было. Я сделала глубокий вдох, отложила тарелку и встала с кровати. — Что ж, — мой голос был полон наигранной бодрости, — Простите, мастер. Не буду дальше надоедать вам своим присутствием. Нам с вами и мистрис Ларси ещё практику проходить. Я бы не хотела, чтобы между нами оставались недоразумения. Давайте сделаем вид, что ничего не было. Он поднял на меня недоумённый взгляд. Я ответила на него со всей решимостью, на которую была сейчас способна. — Спасибо за ужин, я пойду. — Эльдреда, — окликнул он меня, когда я уже была у двери и быстро приблизился, перекрывая мне выход, — Ты всё не так поняла. Внутри у меня всё задрожало. Нестерпимо захотелось спросить, что же тогда он имел в виду, но я сдержалась. Что я услышу? Новые недомолвки и обрывки правды? — Наверное, это и к лучшему, — бросила я, пытаясь пройти мимо него в кабинет, чтобы выйти. Но он не двигался, и я подняла голову вверх, чувствуя исходящий от него жар. В груди предательски заныло. Разозлившись, я в сердцах пихнула его, но с таким же успехом я могла толкать кусок скалы. Только руку чуть не отбила. Вэйл стоял на месте, вглядываясь в меня, но чуть отодвинулся, и я протиснулась в образовавшийся проход. Подойдя к двери, услышала: — И ты можешь остаться… — моё сердце замерло. Вот зачем он это говорит? — Чтобы не попасться опять на комендантский час. — Вы забыли, я же снова с магией, — обернувшись, я улыбнулась ему, стараясь, чтобы губы не дрожали, и применила магию поиска чужой энергии. Кто-то шёл по коридору, но не в нашу сторону, и я поняла, что если и бежать к себе, то прямо сейчас. На всякий случай коротко обернулась туда, где стоял Вэйл. Как и в прошлый раз, его моя магия не засекла. Он стоял, освещенный светлячком, пристально глядя на меня. Ну и Скрытый с ним и с его тайнами.

Перед дверью я сложила ладони перед собой и закрыла глаза, прислушиваясь к магии, защищающей Академию. Внутренним взором я видела её так, словно она была нарисована в воздухе светящимися линиями. Вот руна, действующая в определённом коридоре. Вот невидимые обычному глазу зоны действия светлячков, пересекая которые, поднимаешь их на ноги. Вот барьеры и нити охранных заклинаний. Зная Академию и путь до своей спальни, который я могла бы пройти с закрытыми глазами, я сонастраивала чужие чары на свою энергию. Таким образом, они не замечали колебаний, становясь будто слепыми относительно меня и не фокусируясь на моей энергии. Я не показывала ни единой живой душе, как использую эту магию. Возможно, это было не сенсационное изобретение, но я придумала её самостоятельно. Она, хоть и не была тёмной, но и Указы Академии обходила, что не поощрялось. У преподавателей всегда была магическая руна, которую распознавали защитные чары, у меня — только моя смекалка. Вэйл стал первым и единственным, кто видел мою разработку. Как опытный маг, он мог заметить, какие чары я сейчас творю. Но меня это сейчас не заботило. Он и так знал обо мне слишком много. Будь его желание, уже давно мог сдать меня ректору.

Не прощаясь, я выскочила в коридор. Я старалась не воскрешать в памяти то, что произошло, но оно само лезло мне в голову. Особенно его слова. “Это магия”, “не нужно было мне возвращаться в Кадарат”. Но, хоть я и не собиралась его оправдывать, в ушах у меня звучало “Ты всё не так поняла”... Что я не так поняла?! Так и не найдя ответа, я насильно успокоив себя магией, провалилась в глубокий сон.

— Прекрасный результат, Амон, видно, что вы хорошо слушали на лекциях. Я держала в руке лист с промежуточным тестом по общей истории и улыбалась, глядя на “отлично”, выведенное красными чернилами. Несмотря на усталость, я почувствовала лёгкую гордость за себя — не зря же всё-таки я снова начала сидеть ночами за учебниками. Правда теперь приходилось брать их из библиотеки в свою комнату, но пока библиотекарь был не против, я пользовалась его добротой. На неделе перед практикой некоторые преподаватели, видимо, сговорившись, решили без предупреждения провести контрольные, не давая никому времени на подготовку. После двух внезапных тестов подряд, никто уже не мог предугадать, пройдёт ли занятие как обычно, или нужно будет вытаскивать из подкорки все свои знания. Такие проверки уже были на алхимии, где нам пришлось готовить на время различные вещества: яд, зелье, нейтрализатор или бомбу — в зависимости от набора ингредиентов. Мне попалось зелье ясности, которое хорошо помогает развеивать иллюзии у людей без дара. Для адептов же оно усиливало концентрацию. Мне разрешили оставить его себе, и я посматривала на пузырёк с мыслью, что он может мне пригодиться. На элементалистике, в качестве теста, был смешанный урок с группой Драконов, и я выиграла в дуэли с одним из них, адептом Керханом — симпатичным темноволосым парнем. Он обрушил на меня шквал огненных шаров, которые я отбивала стенами льда, потоками воды и даже создавая вокруг себя выросшие из земли огромные сталагмиты. Победа досталась нелегко, мистрис Казали сдержанно похвалила меня. Но адепт потом подошёл, пожал мне руку и даже похлопал по плечу. И хотя это было простым знаком уважения к сопернику, я смутилась от неожиданного внимания, а Дэрек тут же начал подначивать, что только усилило смущение. Единственный предмет, где я получила “хорошо” вместо “отлично”, была рунология. Ларси, казалось, с удовольствием поставила бы мне и “удовлетворительно”, если бы могла. Я не спорила — во время рисования рун на доске я действительно допустила небольшую ошибку. Просто в этот момент в кабинет неожиданно вошёл Вэйл. Я обернулась, и рука слегка дрогнула, добавив руне лишний крючок. Ошибка не повлияла на её свойства, но для Ирии это было не важно — для неё главное, что результат не был идеальным. Вэйл остался на уроке до конца, сел за заднюю парту, не вмешиваясь в ход занятия. Но я отчётливо чувствовала его взгляд на себе. Мысли спутались, и я так напряглась, что каждое слово Ирии казалось отдалённым. Я чувствовала, как медленно краснею, злясь на себя за то, что не могла сосредоточиться. Попытки не думать о Вэйле оборачивались полным провалом. Когда урок закончился, и я выходила из аудитории, стараясь не встретиться с ним взглядом, он неожиданно окликнул меня. — Амон, останьтесь, пожалуйста. Я замерла, повернувшись к нему. Он коротко кивнул в сторону Ирии, которая перебирала бумаги. — Давайте обсудим вашу практику, — сказал он, скрестив руки на груди. Его просьба застала меня врасплох. Я знала, что практическое задание приближается, но не имела ни малейшего представления, что меня ждёт. И, в общем, старалась лишний раз не думать о грядущем тесном взаимодействии с Вэйлом. Мы подошли к преподавательскому столу. Ирия посмотрела на меня поверх бумаг, её лицо не выражало явного недовольства, но холодная отстранённость была ощутима. Она быстро убрала лишние листы, чтобы освободить место для обсуждения. — Я перейду сразу к делу. Ректор Каэл дал нам с мистрис Ларси указания по поводу предстоящего задания, — начал Вэйл ровным голосом, — Мы с мистрис Ларси будем курировать восстановление древнего рунического комплекса под Академией. Я моргнула, удивлённо посмотрев на него. Восстановление древнего комплекса? Под Академией есть какие-то постройки? Почему я об этом ничего не знала? Я посмотрела на Ирию, но её лицо оставалось непроницаемым. — Это важное задание, — продолжил Вэйл, — направленное на укрепление Академии. Комплекс раньше служил источником энергии, стабилизируя потоки магии и усиливая магическую защиту вокруг здания. Сейчас эти барьеры слабеют. Задача сложная, требует точности и большой силы. Вы под нашим руководством будете участвовать в расчистке и восстановлении рун. Компанию нам составит Калеб Эртон, ассистент ректора. Я напряглась, чувствуя, как сердце учащённо забилось. Задание звучало внушительно и крайне ответственно. Я искоса взглянула на Ирию, которая всё это время молчала, но её взгляд — холодный, изучающий — словно говорил: "Ты не достойна этого задания". И это ощущение только усиливало мою неуверенность. — Почему ректор выбрал… меня? — тихо спросила я, переведя взгляд на Вэйла. Ирия хмыкнула, подтверждая мои ощущения. — Потому что он верит в вас. У вас большие способности в магии, — сказал он, его голос смягчился, — И ваша сила нужна нам для этого задания. — Восстановление рун — это непростая работа, — вмешалась, наконец, Ирия, и в её голосе прозвучало высокомерие. — Мы не можем рисковать. Одна ошибка — и защита Академии ослабеет. Я стиснула зубы, почувствовав, как внутри всё сжимается. Ирия всегда пыталась найти способ показать, что я недостаточно хороша. Чтобы работать с ней на практике, мне нужно было спрятать всю свою гордость и чувство собственного достоинства. Я уже предвидела новые нападки. — Я понимаю, — коротко и твёрдо ответила я, стараясь не выдать своих эмоций. В конце концов, пока она не сказала ничего в мой адрес, — Я сделаю всё, что в моих силах. Вэйл, заметив напряжение, бросил на Ирию короткий взгляд, словно пытаясь её успокоить. Затем он снова повернулся ко мне. — До начала мы соберёмся вместе ещё минимум один раз, обговорим условия. Пока что я бы посоветовал обновить ваши знания о барьерах и рунах. Нас с вами и так ждут дополнительные индивидуальные занятия, мы с вами ещё обсудим всё наедине. Советую так же получить дополнительные уроки у мистрис Ларси. — У адептки Амон нет проблем в рунологии, — бросила нехотя Ирия, — Но одно занятие я бы посоветовала провести. Я кивнула. В тайне я надеялась, что Вэйл забыл про свои обещанные индивидуальные занятия, и мне не придётся контактировать с ним больше, чем того требует текущее расписание. Я не представляла, как буду стоять с ним снова в его кабинете, после всего того, что там произошло. На фоне этого, занятия наедине с Ирией казались каким-то пустяком. Вэйл ещё остался в кабинете, а я перед ужином направилась в библиотеку. За неполную неделю я написала четыре изложения по заданию отработки. И несмотря на то что уже в глаза не могла видеть труды по магической этике, а текущая учебная нагрузка и без того испытывала нас на прочность, я не могла сдаться. Не хотела показывать слабину перед Вэйлом. Мэтр Ольво, встрепенувшись в своём кресле, неожиданно взглянул на меня очень ясным и строгим взглядом. — Адептка… как там тебя! Ты давеча брала тут десять книг про драконов! — я похолодела, вспоминая, что они так и остались у меня на столе, забытые от всех событий, — Живо принеси их все назад! — А могу я?.. — Не можешь! Если сейчас же не вернёшь книги, больше ничего не дам к себе относить. Мне пришлось повиноваться неожиданно строгому тону библиотекаря. Когда я проходила по коридору, дверь комнаты Ирии Ларси неожиданно раскрылась и оттуда вышел темноволосый адепт-шестикурсник Керхан, мой недавний оппонент на элементалистике. Я замерла. Закрыв за собой дверь, он остановился, с немым вопросом глядя на меня. Застыв в ступоре, я глядела на него в ответ. — Амон? — спросил он. Я кивнула. — Ты что-то хотела? — Что ты делал в этой комнате? Тут же… — выпалила я, не в силах закончить. — Я живу тут, — он пожал плечами. У меня во рту пересохло. — Давно? А Ларси? — Какая Ларси? А, мистрис-рунолог? Её в начале года перевели в комнаты преподавателей. На моём лице сама собой начала расползаться улыбка. Керхан, наверное, думал, что я радуюсь новости, что его прошлую комнату начали ремонтировать, а его самого переселили сюда, а тут даже лучше, а ремонт не заканчивается, но я слушала его вполуха. Хоть я и не задумывалась больше о звуках, которые слышала не так давно за этой дверью, у меня будто груз с плеч упал. — В следующий раз ставь звукоподавляющие чары, — хлопнула я Керхана по плечу и, оставив его в полном недоумении, быстро пошла в свою комнату, едва не пританцовывая на ходу.

В приподнятом настроении я забрала из комнаты книги и направилась обратно в библиотеку. Огромная стопка угрожающе раскачивалась из стороны в сторону, и мне пришлось придерживать верхушку подбородком. — Дай помогу, — услышала я рядом голос Джии. Я не успела ничего ответить, как она взяла у меня половину книг, мельком просмотрев корешки. — Ты забрала в библиотеке всё, что было о драконах? Всё ещё изучаешь их? Я чуть напряглась от этого вопроса, но в голосе подруги звучал искренний интерес. — Уже нет. Времени не хватает, да и мэтр Ольво внезапно вспомнил, что я их не вернула. Пойдём потом на ужин? Джи покачала головой и вдруг сильно покраснела. — Я… нет, сегодня я иду в Амлис. Меня пригласили в “Золотого фазана”. Я присвистнула. В отличие от “Мэтра под столом”, "Фазан" был заведением для знати, я там в жизни не была. — Ого! — я не смогла скрыть восторга, — Это свидание? Кто? — Один парень… — она засмущалась, — Ты его знаешь. — Ты не скажешь, кто это? — Я хочу сначала сходить с ним и сама разобраться… Не хочу пока ни с кем делиться, прости! Я всё тебе потом обязательно расскажу, обещаю! Это прозвучало немного странно, потому что Джи обычно делилась подобным со мной. Я начала перебирать всех знакомых адептов, даже успела подумать о Дэреке и Зейне, но ничего подходящего на ум не приходило. Никто из нашей компании не проявлял явного интереса друг к другу. Всё это заставило меня задуматься, но лезть ей в душу я не стала. Однако от вопроса не удержалась: — И если бы я сейчас не спросила тебя про ужин, то и не узнала бы о твоём свидании? — я посмотрела на неё с лёгким укором, пытаясь скрыть неловкость за шутливым тоном. На самом деле я почувствовала вину. Со всеми событиями, которые захватили меня в последнее время, я с головой ушла в учёбу и совсем забросила друзей с их проблемами. Дэрек и его назначение на практику, Джиа с вдруг нарисовавшейся личной жизнью. У одного Зейна, казалось, ничего не происходит — и то наверняка я просто была не в курсе. Но Джи так бесхитростно улыбнулась мне в ответ, что моё внутреннее напряжение исчезло. — Извини. Я так давно никуда ни с кем не ходила, что жутко волнуюсь. Позже мы обязательно поболтаем, мне уже не терпится! — она рассмеялась, но потом серьёзно взглянула на меня, — Дэрек сказал, что тебя задержали мистрис Ларси и мастер Вэйл? Что на этот раз? Я закусила губу, перехватывая книги поудобнее. Мне ещё днём хотелось найти тихий уголок, чтобы всё обдумать. Но отработка буквально наступала на пятки, и чтобы не терять время, я побежала доделывать задание. Сейчас же, когда Джиа задала прямой вопрос, уйти от ответа не получилось бы. Да и вряд ли моя практика была такой уж тайной, чтобы о ней нельзя было рассказать. Коридоры пустели, большая часть адептов ушла на ужин, и, пока мы шли, я вкратце обрисовала ей то, что узнала от Ларси и Вэйла. — Руины под Академией? — мы замедлили шаг, а Джиа понизила голос, глядя на меня с неподдельным интересом, — Кажется, я видела упоминания в старых книгах, но, мне казалось, они погребены под завалами, и о них никто не вспоминает… Ничего себе! — Тем страннее, что их решили откопать сейчас, да ещё и меня для этого пригласили. — Радуйся, Эль! — с энтузиазмом возразила Джиа, и её глаза блестели, — То, что ректор вдруг доверил тебе такое ответственное дело, значит, что он не поставил на тебе крест! Может, он понял, что погорячился с тем, что отстранил тебя от преподавания… Я закусила губу, вспоминая обещание Вэйла поговорить с ректором. Но ведь решение о назначении на практику было объявлено раньше, чем я ему пожаловалась… Да и вряд ли Вэйл после всего произошедшего станет вмешиваться в мои мелкие проблемы. Но Джия так искренне радовалась за меня, что я не решилась развеять её радость. — В любом случае это очень интересное задание! — не унималась она, — Тренировка чар, помощь Академии… И ты будешь работать с двумя, нет, тремя сильными магами! Кто знает, какие рекомендации от мастера Вэйла и мистрис Ларси ты получишь после этой практики! А Калеб вообще с ректором работает, он наверняка представит тебя перед ним в самом лучшем свете… Я вздохнула, подавив желание рассмеяться. Ларси скорее удавится, чем похвалит меня, Калебу на меня точно было всё равно, а Вэйл… Мне пришла в голову мысль, что удивительно даже само его желание проходить со мной индивидуальную практику, да ещё и такого серьёзного масштаба. На его месте я бы спихнула меня другому мэтру, чтобы не скомпрометировать себя даже перед той же Ирией. Что их связывает, для меня оставалось загадкой, о которой я не хотела больше задумываться. Мы дошли до библиотеки. Джи, взглянув на огромные часы над входом, вдруг ахнула. — О нет, мне же ещё нужно привести себя в порядок! — воскликнула она. — Я с тобой заболталась, а мой ужин через час! — и, попрощавшись на бегу, скрылась в конце коридора. Я проводила её взглядом и, собравшись с мыслями, направилась к столу мастера Ольво. После того как я сдала книги и получила дежурное напоминание о сроках возврата, отправилась в секцию мифов и легенд. Перебирая книги на полках и ставя на место возвращённые тома, я вдруг вспомнила о небольшой книге, которую видела у Вэйла. Как же она выглядела? Мятная обложка с золотистым корешком... Я долго бродила между стеллажами, и уже была готова сдаться, как вдруг увидела её на самом видном месте. Точно уже несколько раз проходила мимо и просматривала эту полку, а тут книжка сама бросилась мне в глаза. Я быстро схватила её, будто она могла убежать, и прочитала название. “Все доступные сведения об истинности”

Что это ещё такое? Открыв оглавление, пробежалась глазами. Нахмурилась. Природа и сущность истинной связи, как проявляется связь: физические и ментальные эффекты, последствия разрыва истинной связи… Я открыла на “признаках” истинной связи, и, чем больше вчитывалась, тем больше мне хотелось присесть. “Наиболее очевидные признаки истинной связи — это необъяснимое притяжение и усиление магии в присутствии друг друга. Зачастую маги ощущают некий магический дискомфорт при попытке разорвать или подавить контакт. Спонтанные всплески магической энергии также могут свидетельствовать о наличии связи, особенно если они случаются в эмоционально напряжённые моменты. Одним из ключевых признаков истинной связи является не только магическое притяжение, но и сильнейшая эмоциональная привязанность. Связанные маги начинают испытывать чувство, что кроме их партнёра никто больше не имеет для них значения. Мир вокруг начинает меркнуть, и все эмоции концентрируются на одном человеке”. Я села за стол, ноги не держали. Полистала дальше. “Истинная связь многократно усиливает любые эмоциональные реакции магов. Чувства, такие как привязанность, симпатия или влечение, могут возрасти до такой степени, что связанный маг теряет способность здраво оценивать ситуацию.” У меня перехватило дыхание, как будто воздух внезапно исчез из комнаты. В висках пульсировало, и каждый удар сердца отдавался эхом в ушах. Я судорожно перелистывала страницы, едва не разрывая их, жадно впитывая каждое слово. “Некоторые артефакты и амулеты могут усиливать или ослаблять истинную связь. Например, амулеты подавления магии могут вызывать физическую боль у связанных магов при прикосновении друг к другу, так как они мешают естественному магическому обмену. Другие артефакты, наоборот, могут усилить эмоциональную и магическую связь, делая её более стабильной, но они также могут иметь непредсказуемые последствия.”

Неосознанно я сжала свой амулет в руке так, что, не будь магическим, он точно бы погнулся. Захлопнула книжку и завертела её в руках. — Мастер Ольво! — от моего крика задремавший библиотекарь вздрогнул и заозирался, а несколько читающих адептов возмущённо зашикали. Я вскочила и едва ли не бегом поспешила к мэтру, — Кто автор этой книги? Мастер поправил тонкие очки на переносице и, взяв у меня книжку, начал её разглядывать. Нахмурившись, пробормотал: — Нет автора. И книгу я не узнаю. Впервые её вижу. Я сложила руки в умоляющем жесте. — Можно я возьму её с собой на пару дней? — Конечно, нет! — буркнул библиотекарь, — Ты хочешь мне тут бардак устроить? Мне нужно проверить её в архивах и каталогах, а если и там её не окажется, я должен буду занести её. Я тихо застонала сквозь сжатые зубы. Это растянется минимум на неделю…

Тут позади меня окликнул голос, который я совсем не ожидала сейчас услышать.

— Эльдреда! — на меня с любопытством смотрела мистрис Ларасса. Без защитного костюма, в простых брюках и рубашке она выглядела непривычно, — Что ты тут делаешь? Почему не на ужине? Мэтр Ольво цыкнул на неё за шум, и она, скорчив гримасу, поманила меня к выходу. Я взглянула на часы поверх её головы. Выдохнула с облегчением: до конца ужина ещё было время. С этой книжкой я просидела уйму времени, едва не пропустила ужин и вдобавок не написала ни строчки в отработке. Но то, что там было рассказано про “истинность”, не давало мне покоя. А теперь, отдав её в руки библиотекарю, я могла попрощаться с ней на несколько дней. У меня зачесались руки выхватить её у мэтра Ольво и убежать, наслав на всех присутствующих какой-нибудь морок. При полном запасе энергии я могла это сделать без особых усилий. И тут же устыдилась своих мыслей. Вот уж точно тёмная магия меня изменила, не иначе! Я поспешила выйти вслед за артефактологом. — Мастер Вэйл назначил мне довольно объёмную отработку, — сказала я, закрывая за собой дверь. — Это после того, как вы заигрались, и вылетел тот огненный шар? Ох, тогда всё ясно. Кому уж, как не Вэйлу, муштровать всех за подобное… — она многозначительно затихла и вдруг отвела взгляд. Я посмотрела на неё с плохо скрываемым интересом. Её тон и пауза выдали больше, чем она, возможно, хотела сказать. Моё любопытство вспыхнуло мгновенно. Вопросы вертелись на языке, но как правильно их задать, я не знала. Однако промолчать я просто не могла и потому пошла напрямик: — Простите, а что произошло? — начала я, не в силах сдержать интерес. Ларасса, будто ожидая именно этого, замедлила шаг. Однако она не спешила отвечать. Вместо этого поправила очки, словно обдумывая, стоит ли вообще продолжать этот разговор. — Ох, Эльдреда, это старая история. Я даже не знаю, могу ли рассказывать такое о коллегах. Но ты девочка смышлёная и вряд ли будешь распространяться. А мне хочется тебя предупредить, раз вы с мастером Вэйлом так близко… работаете. Я едва не хихикнула. Мы медленно прошли в глубь коридора. В голове у меня было только одно: Вэйл. — И всё же, только между нами… Было это несколько лет назад, когда Алронд ещё работал в Кадарате. Ты же в курсе, что он сразу после выпуска начал преподавать тут менталистику? Ему тогда едва исполнился двадцать один год. Ректор Каэл буквально настаивал, чтобы его приняли на преподавательскую должность. Он был лучшим студентом курса. Вэйлу же очень нравилось экспериментировать с магией. И, хотя в это наверняка сложно поверить, Алронд тогда был… хм, скажем так, не самым дисциплинированным молодым человеком. Она посмотрела на меня искоса, словно ожидая мою реакцию. Я невольно приблизилась к ней. — Так вот, — продолжила она, чуть понизив голос, — Однажды в своих исследованиях он зашёл так далеко, что начал проводить эксперименты на адептах. Адепты, надо признаться, были добровольцами. Мастер Вэйл харизматичен и умеет произвести впечатление, — в глазах её зажёгся странный огонёк, и я сделала глубокий вдох, чтобы не покраснеть, — Якобы они изучали ментальные защиты. Всё шло гладко, пока он не допустил одну... маленькую ошибку. Как он говорил — не учёл силу магического отклика. Но как по мне, просто позволил своим амбициям захлестнуть осторожность. Итог был катастрофический. Ментальный всплеск такой силы, что затронул не только участников, но и всю территорию. Я замерла на месте. Вся Академия? Как такое могло произойти? — Говорят, — Ларасса наклонилась ближе, словно раскрывая заговор, — Что даже некоторые преподаватели потеряли свои магические способности на несколько часов. Адепты же пострадали ещё сильнее. Целители были вынуждены вмешаться. Это был настоящий скандал. Сам Вэйл не пострадал, но его вскрывшиеся эксперименты вызвали сильный резонанс. Со стороны всё выглядело, как тёмная магия. Конечно, преподавать он больше не мог. Она замолчала, давая мне время переварить услышанное. Мой разум лихорадочно пытался соединить всё в одно целое. Вэйл, всегда такой спокойный, расчётливый и ответственный, допустил такую ошибку? Да ещё и ставил опыты на других магах? — И... его уволили? — осторожно спросила я. — Официально — нет, — Ларасса слегка приподняла брови, — Академия не могла позволить, чтобы подобный скандал стал достоянием общественности. Родители адептов и так бушевали, хотя даже им не раскрывали все подробности. Но в общем-то, всё закончилось достаточно мирно. Никаких последствий для здоровья или магии у адептов не было. Восстановились все через пару дней и буря быстро улеглась. Поэтому ему предложили уйти по-тихому, чтобы сохранить его и нашу репутацию. Мастер Вэйл не был доволен, но в итоге, конечно, согласился, понимая, что последствия могут быть куда хуже.. Я кивнула, всё ещё пытаясь осознать услышанное. Но Ларасса явно не хотела останавливать свой поток сплетен. Казалось, она наслаждалась тем, что, наконец, могла мне про это рассказать. Я почувствовала лёгкий озноб. — Я, разумеется, рассказала тебе не всё, потому что и сама не всё знаю, — добавила она, словно между прочим. — Остальное слишком тщательно скрыто, чтобы его прошлые ошибки вышли наружу. — А как он вернулся? — спросила я, не в силах удержаться. Ларасса жестоко усмехнулась. — А вот это уже совсем другая история, — она наклонилась ко мне, — Долгие годы исправления ошибок, восстановление репутации, ну и... не обошлось без его связей с ректором. Ректор Каэл, как ты знаешь, человек упрямый, но второй шанс он даёт. Только вопрос: заслужил ли Вэйл свой? Если спросить меня, я бы не доверяла Алронду адептов. Кто знает, какую ещё магию он захочет испытать? Но, — она выставила перед собой руки, словно защищаясь, — Кто я, чтобы критиковать решения ректора? Тем более что остальные преподаватели были не против его возвращения. Что это, его природное очарование, или снова магия — для меня загадка. Она хихикнула и вдруг резко посерьёзнела. — Ты помнишь, что я сказала, да? Лучше об этом никому не говорить. А с тобой я поделилась, чтобы ты была с ним начеку. У вас же скоро практика? На месте ректора Каэла я бы не отдавала мастеру Вэйлу под крыло свою любимую ученицу. Кстати, как твой амулет?

Этот вопрос застал меня врасплох. — Всё хорошо, барьеры держатся, — ответила я, глядя ей в глаза и некстати вспоминая слова Вэйла “не говорить никому про потемневшие руны”. Ларасса будто прищурилась, её взгляд скользнул в вырез моей рубашки, но она была ниже меня на целую голову, и точно не могла его увидеть. Несколько долгих мгновений мы молчали, в этот момент у меня внутри всё холодело от страха. И тут в голову пришёл вопрос, который я и так хотела ей задать: — Мистрис Ларасса, а что с той заколкой с рунами? Обольщение, похоть… — меня слегка передёрнуло от этих слов, — С ней что-то прояснилось? Кто мог дать её Мие Джейерс? — Нет, никаких следов ничьей магии, — артефактолог покачала головой, — И пока Мия сама не сумеет вспомнить, мы будем блуждать в потёмках. Бедная девочка… Хорошо хоть, что она быстро пришла в себя! Ох, Эльдреда, время-то бежит… — она достала часы из кармана, — И я побегу. А ты, если что надо подкрутить, заглядывай в любое время! Увидимся на занятиях! — она подмигнула и ушла обратно в библиотеку. Украдкой я перевела дух. Сказанное ей не укладывалось в моей голове. Слишком сильный был контраст между тем, каким я знала Вэйла и каким она сейчас описала его в этой жуткой истории. Магические эксперименты на добровольцах? И после этого он не захотел уходить? А теперь преподаёт защитную магию, причём снова нестандартную, а потом ещё отчитывает адептов за безрассудство? Рассуждая внутри себя, покачала головой и отправилась в обеденный зал. Самое дурацкое, что мне было не узнать подробности из первых уст. Не у Вэйла же я буду спрашивать? А к ректору в последнее время я боялась даже близко подходить, мне всё время казалось, что он буравит меня неодобрительным взглядом. Может, Джиа что-то знает, а я до сих пор её не расспросила? Я решила не выкидывать эту мысль из головы и держать в уме то, что сказала артефактолог. Но, с другой стороны, Вэйл ни разу не причинил мне зла. Не сделал ничего такого, за что лично я должна была бы опасаться его. Наоборот, как будто пытался мне помочь.

До практики оставалась неделя. Мне действительно пора раз и навсегда решить для себя, готова ли я ему доверять и спускаться с ним в какие-то Падшим забытые руины?

На следующий день после обеда у нас было свободное время, и я снова отправилась в библиотеку, продолжать мучить тома магической этики и себя заодно. После долгих часов чтения, когда буквы начали сливаться в неясные пятна, я потёрла уставшие глаза. В этот момент услышала, как дверь библиотеки открылась и закрылась. Вошёл Вэйл. Коротко оглядел зал, нашёл глазами меня, кивнул. Я смотрела на него в упор, поэтому притворяться, что я его не заметила, было поздно. Тоже кивнула в ответ. Внутри меня всё замерло. Он поздоровался с мэтром Ольво и скрылся в стеллажах отдела мифов и легенд. У меня было подозрение, что он хотел там найти, но я постаралась обратить всё своё внимание на отработку. Сделав над собой усилие, я уткнулась носом в другую книгу. Шрифт у неё был поприятнее, тема изложена легче, и я быстрее сосредоточилась на тезисах. Мы зазубривали основные положения магического Кодекса с первых курсов, но одно дело — знать главные правила, а другое — сидеть и переписывать до мелочей мысли каждого мэтра, которому захотелось высказаться по этому поводу. "Магия, как сама жизнь, не знает границ, но именно эти границы мы, маги, обязаны устанавливать сами. Этический кодекс — это не цепи, сковывающие нашу силу, а якорь, который удерживает нас от поглощения собственным могуществом. В мире, где магия может исцелить или уничтожить одним движением мысли, моральные ориентиры становятся важнее заклинаний. Мы не только творцы силы, но и её хранители, и именно осознание этой ответственности делает нас не просто магами, а теми, кто по-настоящему понимает природу силы…" — Пишешь отработку? — прямо над ухом раздался шёпот. Я вздрогнула от неожиданности, и мурашки побежали вниз по моей шее. Даже не поворачиваясь, я знала, кто это. Я резко выпрямилась, стараясь выглядеть спокойной. — Правильно делаешь, — продолжил он, и я почти физически ощутила его присутствие, — Практика скоро. Если не успеешь закончить, придётся придумывать тебе новое наказание. Что-то в том, как он это сказал, заставило мои щёки покраснеть. — Как успехи? — Вэйл приподнял два тома, которые я уже переписала, и, хмыкнув, ответил сам себе, — Знаю лично этого мастера менталистики, тот ещё зануда. Но я не против, если ты прочитаешь ещё нескольких таких зануд. Сейчас для меня главное, чтобы в твоей голове закрепилось то, как важна ответственность за нашу силу. Я промолчала, хотя нестерпимо хотелось спросить, что он сам думал про ответственность в момент, когда проводил над адептами опасные эксперименты, будучи даже старше меня. Но вместо этого я с невинным видом улыбнулась: — Конечно, мастер Вэйл. Вы пришли что-то почитать? — Да, — он обошёл меня, и его взгляд поднялся поверх моей головы и рассеянно осмотрел зал, будто искал что-то, — Но нужную мне книгу не нашёл, обращусь за помощью к мастеру Ольво. Это подтвердило мои догадки, и я решила рискнуть. — “Все сведения об истинности”? — спросила я прямо, сжимая перо. Если я не права, просто скажу, что ошиблась. Вэйл чуть дёрнулся и замер с каменным лицом. — Прошу прощения? — Ну, эта книжка. Без авторства, — я пожала плечом со всей небрежностью, на которую была способна в данный момент. — Да, её я ищу, — он подошёл ближе, опёрся о стол и склонился надо мной так близко, что я различила медовые крапинки в его тёмных глазах. Я на секунду задержала дыхание, — Только не говори, что ты взяла её почитать. Его маска спокойного и рассудительного показалась мне невероятно хрупкой. И, о Падший, я поняла, что мне нравилось её разбивать. Это был мой личный блеф. Я почувствовала себя мышью, которая вдруг смогла напугать хищную птицу. — А даже если взяла? — прошептала я, — То что? Вэйл смотрел на меня, гипнотизируя своим взглядом. Я чувствовала жар, исходящий от него, чувствовала его запах. Нестерпимо вдруг захотелось его поцеловать, ощутить снова всё то же, что было в его комнате. Его взгляд опустился на мои губы, и я вдруг отчётливо поняла, что он думает то же самое. Он резко выпрямился. Его голос шелестел, словно осенние листья. — Эльдреда, скажи правду. Ты её читала? — Да, — просипела я. — И ты хочешь её обсудить? — он вдруг хитро улыбнулся, и моё сердце затрепетало. Я кивнула, потому что во рту у меня пересохло. Не то чтобы я рассчитывала сразу добиться от Вэйла ответов, но раз он сам предлагает… — Тогда я жду тебя в своём кабинете после ужина. Я кивнула. Он тоже кивнул, не сводя с меня глаз, резко развернулся и вышел из библиотеки. Я отложила перо и зарылась руками в волосы, растрепав косу. На губах у меня сама собой расцветала улыбка до ушей. Перед ужином я уже вернула себе способность трезво мыслить, даже успела прочитать половину седьмого из девяти заданных к отработке томов. На ужине подсела к Джие, которую не видела целый день. Та коротко улыбнулась и уткнулась в свою тарелку. — Джи, как прошло свидание? — шёпотом спросила я, не уверенная, в курсе ли о нём Дэрек и Зейн. Она взяла кружку с соком и долго пила его, словно специально тянула время. — Паршиво, если честно. Больше я с ним никуда не пойду. — Почему? — протянула я. Когда я смотрела на Джи, в голове всегда возникал вопрос, как такая красивая и умная девушка из хорошей семьи может до сих пор быть одна? И каждый раз, когда у неё не ладилось с очередным ухажёром, я расстраивалась едва ли не больше неё. И сейчас, даже не зная, с кем она ходила, я заранее думала, что бедняге не повезло упустить такую, как Джи. — Потому что не очень приятно, когда тебя зовут на свидание и пол вечера потом обсуждают другую, — она скривилась. — В смысле? — я фыркнула, — Кого вы могли обсуждать? Джи отвела взгляд и тихо сказала: — Тебя.

Я даже не сразу поняла, правильно ли разобрала её слова. Но когда стало ясно, что мне не послышалось, я всё же переспросила: — Вы обсуждали меня?! — Ага, — по бурной жестикуляции я видела, как её нервирует этот разговор, — Он всё восхищался твоей магией. По-моему, меня вытащили гулять только чтобы послушать о твоих успехах в учёбе. Мы еле-еле переключились на что-то другое, типа хобби и того, что нам нравится делать в свободное время, но потом опять началось. Ох, Падший, что за придурок… Мне было так неловко… — Может ты уже расскажешь, кто это? — внутри себя я начала закипать из-за непонимания, что происходит. Джиа вздохнула. — Калеб Эртон. — Ассистент ректора Каэла?! — из меня вырвался такой громкий возглас, что рядом сидящие адепты обернулись. Даже Зейн, полностью поглощённый едой, наконец, заметил, что я присоединилась к ним за столом и поприветствовал меня. Джи закатила глаза и раздражённо шикнула, наклонившись ко мне. — А ты знаешь других Калебов Эртонов в Академии? — И вправду придурок, — я понизила голос, — Он же будет на моей практике. Что за интерес к моей персоне? — Понятия не имею. Может, тебе самой сходить с ним на свидание? Узнаешь всё из первых уст. Меня передёрнуло от одной мысли. Калеб был старше нас на пару лет, долговязый и невзрачный внешне, но блиставший в учёбе. Как только он выпустился, ректор Каэл сразу пригласил его к себе помощником, и, насколько я знала, пока что он успешно справлялся. Я никогда не видела его с девушками, и, если честно, даже не обращала на него внимания. Так почему вдруг нужно было обсуждать меня с моей подругой? Неужели — пронзила меня мысль, — я ему нравлюсь, а пригласил он Джию только для того, чтобы узнать обо мне больше до практики? — Джи, мне очень жаль, что так вышло. Поверь, я понятия не имею, почему… — Да не беспокойся, — Джиа махнула рукой, — Мне, конечно, неприятно, но ты тут точно не причем. Я одно не понимаю, неужели так сложно было подойти к тебе напрямую? Тем более скоро вы будете вместе работать. Нужно было обязательно вести себя как полный кретин и обижать другую девушку? Ты меня извини, если вдруг ты имела на него какие-то виды, — она усмехнулась, и я поняла, что она действительно не злится на меня, — Но я буду отговаривать тебя от такого кавалера! Хмыкнув, я с жаром согласилась, а потом тихо вздохнула с облегчением. Мы продолжили ужин. Радовало, что эта ситуация не вызвала у Джи какое-то недопонимание на мой счёт. Похоже, что на практике я буду в наилучшей компании, которую можно себе представить. Ирия, которая меня ненавидит, загадочный Вэйл, с которым у меня был поцелуй, проблемы с амулетом и постоянные магические всплески, а теперь ещё ассистент ректора… Меня даже озноб пробрал. Я заозиралась по обеденному залу, но не увидела его среди очереди в буфете и на своём месте у преподавательского стола. Место Вэйла тоже пустовало, да и Ирию я не видела. В голову снова пришла мысль о предстоящем разговоре у Вэйла. От осознания, что сегодня он ответит на мои вопросы, которые появились после этой книжки, я ощущала трепет внутри.

Погрузиться в размышления мне не дала Мия Джейерс, внезапно появившаяся передо мной. — Эльдреда, мы можем поговорить? — обратилась она ко мне, словно вокруг не было никого. За её спиной стояла одна из её подруг, скучающе скрестив руки на груди. — Давай, — ответила я, осторожно кивая. Мы с Мией избегали друг друга с того момента, как она оказалась в целительском крыле. Я до сих пор не знала, как себя вести рядом с ней. Что сказать? Внутри меня роились вопросы, но ни одного я не решалась задать. — Не здесь, — она чуть свысока оглядела наш стол. — Я подожду тебя у выхода. Ничего не говоря, Мия направилась к выходу. Я задержалась лишь на миг, чтобы убрать посуду, и пошла за ней. Она стояла у арки, ведущей в коридор, нервно глядя в сторону. Я взглянула на часы — времени оставалось не так много, если я хотела успеть поговорить с Вэйлом до комендантского часа. — Может, пойдём во двор? — предложила она немного нервнозно. Мы вышли на улицу. Холодный осенний воздух тут же заставил меня сжаться, и я обхватила себя руками, стараясь сохранить тепло. Мия, заметив моё замешательство, лишь слегка улыбнулась. — Холодно? Я кивнула, а Мия, беззаботно пожав плечами, ответила: — Моя семья из Нарсира, там холодно большую часть года. Я привыкла. Не волнуйся, долго не задержу. Она свернула в сад. Мы прошли по дорожке мимо скамеек и обвитых лианами беседок. Тишину нарушали только наши шаги по хрустящим под ногами листьям. Как раз когда мы приблизились к одной из беседок, оттуда раздались странные звуки, и через секунду перед нами появилась парочка растрёпанных третьекурсников. Мия закатила глаза, а я почувствовала неловкость. Пока мы шли дальше, между нами нависло тяжёлое молчание. Я ждала, когда она начнёт разговор, и, наконец, она решилась: — Эльдреда, то, что произошло… — начала она, обнимая себя руками. — Я хочу, чтобы ты поняла, это была магия. Я не хотела этого. — Ты про огненный шар? — я нахмурилась, не понимая, что именно она имеет в виду. Мия посмотрела на меня так, словно ожидала другого ответа. — Про что же ещё? — её глаза сузились, словно она пыталась уловить мои мысли. Я напряглась, осознавая, что она, возможно, говорит о той ночи в кабинете Вэйла. Но... она правда ничего не помнит? — А что ты имеешь в виду? — осторожно спросила я, следя за её реакцией. Мия нахмурилась, её лицо напряглось в попытке восстановить что-то в памяти. — Я очень плохо помню последние несколько недель, — призналась она, глядя мне в глаза, — Всё размыто. Какие-то обрывки, но всё как в тумане. Сначала тренировки, потом вдруг эти странные ощущения... А потом я... я просто потеряла контроль. Что-то случилось со мной, Эльдреда. Я была в таком состоянии, что могла сделать всё, что угодно. Моя грудь сжалась от неожиданного беспокойства. Заколка… Но Мия ничего не вспоминает? — Ты правда ничего не помнишь о заколке? — осторожно продолжила я. — О той, которую ты нашла. Мия остановилась и оглянулась на меня, её глаза снова сузились. — Заколка? Нет… — она на мгновение задумалась, затем помотала головой, — Я... не помню, чтобы находила что-то подобное. Что ты имеешь в виду? Ты про тот вечер, когда я была у мастера Вэйла? Ты что-то знаешь? Я закусила губу, колеблясь, стоит ли ей рассказать. Заколка, которую я обнаружила тогда, могла быть ключом ко всему, но сейчас передо мной стояла девушка, которая не могла ничего вспомнить. — Мия, это не просто магия. Кто-то воздействовал на тебя... через артефакт. Мия остановилась, её глаза расширились, затем она нахмурилась: — Что? Кто мог такое сделать? Ты уверена? — Да, — мой голос стал твёрже, — В той ночи был задействован артефакт. Она судорожно вздохнула, и её лицо исказилось от тревоги. — Эль, я... я не знаю, что делать. Мои родители считают, что Академия больше не безопасна. Они уже написали ректору, хотят забрать меня домой, — её голос дрожал, в глазах блеснул страх, — Я знаю, что они винят во всём ректора. Они боятся за меня! А я так хочу спокойно доучиться... Её страх резанул меня по сердцу. Мия больше не была той уверенной в себе девушкой, которую я знала. Сейчас она выглядела напуганной и растерянной. — Мия, я попробую тебе помочь. Я тоже хочу разобраться в происходящем. Она кивнула, как мне показалось, с благодарностью. — Но я не могу решать за тебя или отговаривать и утверждать, что всё хорошо. Я думаю, что тебя просто использовали. Ты никому не переходила дорогу последнее время? У тебя есть явные враги? Мия встряхнула волосами. — Я? — воскликнула она, задирая подбородок, — У меня со всеми прекрасные отношения, что за глупости! Моей семье и мне завидуют, но разве это может быть причиной так поступать?.. Я хмыкнула, слыша прежнюю Мию. Как быстро она умела преображаться! — В общем, Эльдреда, — она резко повернула к Академии, и я, понимая, что окончательно замёрзла, поспешила за ней, — Спасибо, что выслушала. Я надеюсь, между нами не осталось недопониманий. И, да, — она потупилась, будто смущённо, хотя зная её, я уже ни в чём не могла быть уверена, — То, что я ещё почему-то хорошо помню… И то, что я не хотела бы держать в себе. Это я подкинула записку тебе под дверь. Не знаю, может, это тебя задело или напугало, но сегодня я решила быть честной с тобой. Так что, это была я. Это недостойный меня поступок, и я им не горжусь. У меня челюсть чуть не упала, когда я её слушала. Записка — её рук дело? — Мия, только один вопрос: что ты имела в виду? — выпалила я, забыв про осторожность. Но если я её не спрошу, то буду мучиться дальше. — Как что? — воскликнула она так, словно я спрашиваю, сколько будет два плюс два, — Я видела, как мастер Вэйл однажды выходил от тебя после комендантского часа! Крался, как кот… Между вами ведь есть что-то? Этот вопрос застал меня врасплох, и пока я пыталась выдавить из себя слово “нет”, Мия уже всё для себя решила. — Ну конечно! Не бойся, я никому не скажу. Но ты молодец, отхватила такого красавчика, да ещё и преподавателя! Я тебе даже чуть завидую. Но мешать не буду. Должно же и тебе когда-нибудь повезти! Может, у него есть симпатичные друзья-преподаватели? Она подмигнула, а мы тем временем уже достигли входа в Академию. Я настолько опешила от её речи, что не смогла сказать ничего вразумительного. А может, просто настолько закоченела. Облегчение, как и тёплый воздух внутри Академии, волнами накатывали на меня. Всё-таки это не было связано с тем, что я сотворила тёмную магию.

Мия коротко попрощалась со мной, и побежала в коридоры общежития. Я чуть задержалась внизу, переводя дух, но вскоре поспешила за ней. Мне хотелось привести себя в порядок перед тем, как я пойду к Вэйлу.

Я переплела косу, наверное, раза три, прежде чем удовлетворённо кивнула своему отражению. Лицо и руки тщательно вымыла в тазу — времени на душевую не оставалось, хотя, будь возможность, я бы обязательно туда побежала. Сняв старую рубашку, я надела чистую, а затем, копаясь в тумбочке, нашла подарок Джии — крохотный флакон с духами, который пылился там с того самого дня, когда она мне его вручила на день рождения. Меня трясло сильнее, чем перед экзаменами. От одной мысли, что сейчас я приду в кабинет к Вэйлу, и мы с ним поговорим о том, что меня волнует, кружилась голова. Как я удивилась, когда он не юлил, а сразу согласился встретиться! Тоненький противный голосок подсознания спросил, чего вдруг я так прихорашиваюсь, если собираюсь просто “поговорить”? Отчего так трясутся руки, на губах сама собой расцветает улыбка, а внутри словно бушует ураган? Разве я так готовлюсь, когда иду к мастеру менталистики? Или к мастеру-целителю? Ведь сама себе признавалась и утверждала, что пора перестать воспринимать Вэйла, как нечто большее. Ему ведь всё равно, а всё, что было между нами — магия. Магия? Но какая? Заклинания обольщения, как наложенные через шпильку на Мию, или эта странная "истинность", о которой я начала читать?

Я заставила себя собраться. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Ведь как раз эту истинность я и хочу обсудить с Вэйлом. Мне нужна трезвая голова, иначе он снова заговорит меня, и я уйду ни с чем. Я сжала амулет, надеясь на его успокаивающие чары. Вынула его из-за ворота рубахи, начала разглядывать. Протёрла рукавом. Рунная гравировка всё ещё была тёмной, но будто не так сильно, как раньше. Неужели амулет впитал эту магию? Вот ещё один вопрос, который мне захотелось поднять при разговоре с Вэйлом. Он обещал помочь разобраться с амулетом, настаивал, чтобы я никому не рассказывала о его состоянии. Так пусть держит своё слово. Пусть это и странно — напоминать преподавателю о его обещаниях, но мне было всё равно. С момента нашего поцелуя я чувствовала в себе смелость и дерзость, которых раньше не знала. Взглянув на своё отражение в последний раз, я выскочила в коридор, быстрым шагом направляясь в основное здание. Быстрая ходьба немного сняла напряжение, которое преследовало меня с утра. Но, когда я остановилась перед дверью Вэйла, волнение вернулось: дыхание сбилось, сердце стучало слишком быстро, и мне пришлось ненадолго замереть, чтобы прийти в себя. Поправила волосы, разгладила складки на рубашке и тихо постучала. Тишина. Я постучала ещё раз, на этот раз чуть громче, пытаясь подавить поднимающуюся панику. Что, если он забыл? Почему дверь закрыта? Мысль о том, что Вэйл забыл или просто ушёл, казалась мне унизительной. Но тут, сквозь тишину раздался его приглушённый, но чёткий голос: “Войдите!” Я мягко открыла дверь и скользнула внутрь. Атмосфера кабинета сразу окутала меня: мягкий свет магических рун, тёплый полумрак и лёгкое потрескивание огня в камине создавали почти интимную атмосферу. Всё вокруг казалось таким умиротворяющим, но внутри меня бушевал хаос. Вэйл стоял посреди комнаты, глядя на меня с прищуром. — Эльдреда, — его голос прозвучал немного тише, чем обычно, но в нём мелькнул лукавый оттенок, — Как я подозреваю, книжку ты не принесла? — Я разве не сказала? Она у мастера Ольво, — виновато улыбнулась я, — Он обнаружил, что её нет в каталоге, и оставил у себя, чтобы занести. Я всего лишь хотела узнать, кто автор, но моей ошибкой было, что я вообще дала её ему в руки. Теперь выцепить её обратно будет непросто. Вэйл усмехнулся. — Да, иногда мэтр Ольво очень скрупулёзно и въедливо относится к своей работе. Мастеру рунологии, пусть даже бывшему, это должно быть свойственно. Но это сейчас неважно. Он замолчал и, пройдя к окну, бросил в черноту короткий взгляд. Потом вернулся к столу. Его что-то терзало изнутри — это было видно. Я сделала шаг вперёд. — Что это за книга? — спросила я, закусив губу, понимая, что не могу больше ждать, — Что такое “истинная связь”? Его глаза задержались на мне дольше, чем обычно. — Объяснить на словах тебе сможет и книга, — глухо ответил он, — Но я понял, как смогу показать тебе. Мы пойдём в уединённое место, в пределах Академии. Возможно, тебе приходилось бывать в нём, но ты могла не заметить его истинную природу. Там мы сможем обсудить всё без посторонних глаз и ушей. Моё волнение нарастало, но я кивнула. — Сейчас я хочу кое-что попробовать, — Вэйл подошёл на расстоянии вытянутой руки, — Я хочу применить на нас обоих иллюзию, чтобы мы смогли пройти по коридору до ближайшего хода. Но, как ты знаешь, в случае со светлой магией, я могу сделать это только с твоего согласия. Иначе мне бы понадобилась тёмная магия, но, — он резко втянул носом воздух, — Это не мой стиль. Поэтому нужно твоё разрешение. И — что важно — тебе нужно самой подавить силы своего амулета. Он замер, ожидая моего ответа. Мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы справиться с волной эмоций. Я всегда знала, что могу доверять ему, но его волнение, так тщательно скрываемое, теперь стало ощутимым. Казалось, что ему нужно это не меньше, чем мне. — Хорошо, — кивнула я, чувствуя, как едва дрожат пальцы. Осторожно дотронулась до амулета, приглушая его силу. Сначала почувствовала непривычное сопротивление, как будто пыталась пробить невидимую стену. Закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Но внезапно магия поддалась, и меня охватила странная лёгкость, словно тяжёлый груз сполз с плеч. Как будто я, наконец, смогла дышать свободно. Вэйл, внимательно наблюдавший за мной, кивнул, закрыл глаза и протянул ко мне руки, коснувшись моего плеча. Это прикосновение было таким нежным, что у меня по телу пробежали мурашки. Я воспользовалась моментом, пока он не видел меня, чтобы украдкой полюбоваться его лицом: его нос с лёгкой горбинкой, чёткие губы, которые иногда сдерживали улыбку. Едва уловимое покалывание прошло по моему телу, когда его магия коснулась моей. Это ощущение было приятно и волнующе. Я почувствовала, как что-то внутри меня пробуждается, откликаясь на его силу. В этот момент Вэйл открыл глаза и встретил мой взгляд. Его тёмные глаза задержались на мне чуть дольше, чем нужно. — Готово. Идём. Он мягко взял меня за руку. Чуть задержал на ней взгляд и перевёл его на меня с немым вопросом. Я с удивлением осознала, что не испытываю уже привычного жжения амулета. Это осознание заставило меня вздрогнуть, но в этот момент я почувствовала не страх, а странное облегчение. И сжала руку Алронда сильнее, надеясь, что он не заметит, как быстро бьётся моё сердце. Мы вышли из кабинета, прикрыв дверь, и он уверенно повёл меня вглубь коридора. Вскоре мы стояли перед очередной невзрачной панелью на стене, которую Алронд с лёгкостью отодвинул. Сначала недолго спускались, потом шли по прямому коридору, освещаемому только светлячком Алронда. Всё это время мы молчали, но наши руки оставались сцепленными, словно были связаны чем-то больше, чем просто физическим контактом. Я чувствовала его магию, её ритм как собственное дыхание. Наконец, мы дошли до нового ответвления, которое вело наверх и оканчивалось лестницей и люком. — Что там? — Сейчас увидишь, — Алронд уже поднимал крышку. Потом с лёгкостью поднялся, поманив меня следом. Когда я выбралась на поверхность, звёзды ярко сияли над головой. Я огляделась и сразу узнала место — это был старый, закрытый несколько лет назад, академический сад для трав. Место, казалось, забытое всеми, но не природой. В центре сада возвышалось старое раскидистое дерево, его ветви двигались под лёгким дуновением ветра, освещённые только тусклым светом светлячка. Дорожки сада заросли по пояс, а фонтан в виде дракона, давно неработающий, смотрел на нас пустыми глазами. Его раскрытая пасть, когда-то выплёскивавшая воду, теперь выглядела зловеще в лунном свете. Я невольно вспомнила того дракона, которого встретила на крыше, и поняла, что эта скульптура была создана с натуры. Я слегка поёжилась, чувствуя, как прохладный вечерний воздух пронизывает меня до костей. Алронд заметил это движение, и, прежде чем я успела возразить, он начал расстёгивать свой камзол. Я не успела ничего возразить, как он накинул его мне на плечи, оставаясь в одной рубашке. Тёплая ткань камзола была пропитана его запахом, и я украдкой вдохнула этот аромат. Мы продолжили идти по одной из заросших дорожек, и вскоре он указал на мраморную скамейку, покрытую опавшими листьями и пылью. Лёгким движением руки он с помощью магии смахнул с неё всю грязь, и я села. Он последовал моему примеру, присаживаясь рядом. Сидя здесь, в тишине ночи, среди забытого сада, казалось, что весь мир замер. Магия витала в воздухе, но не от фонтанов или рун — она исходила от нас. Наши руки едва касались друг друга, и это прикосновение стало ещё более ощутимым, словно вокруг не было ничего, что отвлекало бы внимание. — Здесь мы можем поговорить, — наконец тихо сказал Алронд, его голос был низким и мягким, словно он боялся разрушить магию этого момента, — Но сначала я хочу показать тебе кое-что. Пожалуйста, доверься мне. Сними амулет.

Я замерла, поражённая его неожиданной просьбой. Снять амулет... Эти слова всегда вызывали во мне страх. Амулет был моей защитой, сдерживающей силу, которую я не могла контролировать. Без него моя магия могла вырваться наружу, как это уже происходило раньше. Я чувствовала себя беспомощной перед её мощью. Когда я попала в Академию, моя магия была дикой, пугающей всех вокруг. Ректор, едва я прибыла, отвёл меня к целителям. Это не был привычный осмотр, как в сиротском доме. Я была довольно здоровым ребёнком, и на меня не обращали внимания. Там никто не смотрел мне уши, нос и глаза, не проверял горло и не стучал по коленкам, как это было у мастера Герра. Мастер-целитель без стеснения задавал странные и неудобные вопросы, вроде того, насколько близко я общалась с мальчиками, или когда пошла моя первая кровь. Когда мастер Герр положил меня на кушетку и занёс надо мной руки для проверки магией, мои нервы не выдержали. Магия во мне взбунтовалась, пытаясь защитить свою хозяйку, и взорвалась. Буквально. Серьёзно никто не пострадал — мэтр Каэл, присутствующий при осмотре, успел поставить магический щит, закрывший людей, но само целительское крыло, не укреплённое барьерами, разрушилось наполовину. Ни у кого из адептов и преподавателей не бывало всплесков такой силы. Меня пытались изолировать, но магия прорывалась из меня хаотично, как молнии из грозовых туч, и ко мне стало опасно приближаться. Меня поместили в кабинет артефактологии, огородив магическими барьерами моё спальное место. Я не выходила из него, избегала других адептов, ведь моя магия могла вырваться в любой момент. Этот инцидент вызвал волну страха в магическом мире. Некоторые предложили ограничить мои способности жёсткими методами — изолировать навсегда или выжечь руны на коже, а кто-то предлагал не церемониться и вообще избавиться от меня. Среди преподавателей только мастер Герр относился ко мне с сочувствием. А Ларасса была единственным человеком, у которого мой дар вызвал восторг. Она тогда предложила наложить магические ограничения, используя артефакт, но не могла придумать, как именно это сделать. Ректор тоже был моим спасением. Он встал на мою защиту и не относился ко мне, как к чудовищу. Мы беседовали, он учил меня основам магии, просто приходя в кабинет артефактологии и садясь на стул перед моей кроватью. Он уверял остальных, что я могу научиться контролировать свои силы, что во мне есть потенциал для чего-то большего. Его вера в меня была единственной поддержкой в это мрачное время. Но пока ректор и преподаватели решали мою судьбу, моя жизнь стала похожа на заточение. Меня изолировали от всех — не физически, но эмоционально и магически. Меня изучали, словно экспериментальный объект. Преподаватели и учёные по очереди приходили, исследуя мою магию, ставя всё новые и новые тесты. Они не говорили со мной, они говорили обо мне, обсуждая меня так, словно я была не человеком, а просто магическим феноменом. Я была объектом их исследований, их страхов. Они боялись, что со своей силой, которую я научусь контролировать, я стану полностью неуправляемой. И перейду на сторону тёмных магов. Мне было ужасно одиноко. Каждый день я просыпалась с мыслью, что больше не выдержу. Что моя магия снова взорвётся, и они окончательно решат избавиться от меня. Я жила как на вулкане, не зная, когда он извергнется. Мне даже хотелось сбежать обратно в сиротский дом. Но ректор продолжал бороться за меня, убеждая всех, что я заслуживаю шанс. Наконец, Ларасса создала амулет, который сдерживал мою магию. Когда она надела его на меня, я впервые за долгое время смогла вздохнуть спокойно. Хотя моя сила даже с амулетом была несоизмеримо больше, чем у других, я спрятала её глубоко внутри. И только тем, что прилежно училась и вела себя так же, как остальные адепты, я заслужила слабое доверие преподавателей и сокурсников. А теперь Алронд просил меня снять амулет. И это был не осмотр Ларассы для обновления рун и чар, а просто желание что-то показать мне. Что им двигало? Любопытство? Хочет доказать какую-то теорию? После того, что я услышала от Ларассы про его прошлое… — Я не могу, — покачала головой и отвернулась, — Я боюсь того, что могу сделать без амулета. — Но я рядом, — сказал Вэйл, — Моей магии хватит, чтобы защитить тебя. — Как ты защитил адептов, над которыми ставил эксперименты? — слова сорвались с губ, прежде чем я смогла их остановить. Он замер, будто от удара. Чуть отодвинулся, опуская голову. Тишина повисла между нами. — Да, — наконец, тихо сказал он, — Я признаю, были ошибки. Были моменты, когда я сам не знал границ. Моя сила, моя вера в себя и амбиции заслоняли здравый смысл. Я не стану отрицать этого, Эль. Я живу с этим грузом каждый день. И поверь мне, я меньше всего на свете хочу, чтобы ты когда-либо пострадала от моих ошибок. Он поднял глаза, а у меня мелькнула короткая мысль, как прекрасно звучит из его уст моё сокращённое имя. — Но сейчас не тот случай. Я прошу тебя довериться мне не потому, что хочу снова рискнуть. А потому что знаю, что смогу защитить тебя. Ты не должна вечно жить в страхе, спрятав свою силу. Ты сильнее, чем думаешь. И я хочу, чтобы ты убедилась в этом.

Я колебалась. Его слова резонировали с тем, что я чувствовала, но сомнения были сильны. — Мне страшно не за себя. Я могу навредить окружающим. Моя магия уже выплёскивалась раньше. Я не могу контролировать её без амулета. — Я смогу остановить это, — сказал он твёрдо. В его глазах горела уверенность, — Я не допущу, чтобы что-то случилось. Не сейчас, не здесь. — Но ведь ты совсем рядом, — прошептала я, пытаясь объяснить, — Что если я наврежу тебе? — Эль, — его голос стал ещё тише, вторя моему, — Ты никогда не станешь опасной для меня. Сними его. Доверься мне. Доверься себе. Я вздрогнула, чувствуя, как моё сердце бьётся всё быстрее. Амулет вдруг начал нагреваться, словно отражая мои сомнения. — Если ты этого не сделаешь сейчас, то будешь бояться всю жизнь. А магия не любит страх, Эль. Она нуждается в свободе, в том, чтобы быть частью тебя, а не тюрьмой.

Дрожащими пальцами я потянулась к цепочке на шее. Амулет раскалился, как будто сопротивляясь. Я почувствовала, как по моей спине пробежали мурашки. Сердце колотилось, но я не могла больше отступать. Застёжка раскрылась с тихим щелчком, и я почувствовала, как волна магии прошла через меня, освободив то, что я так долго сдерживала. От нахлынувших чувств из меня вырвался удивлённый вздох. Я положила амулет в карман. — Позволь мне показать тебе истинную связь, — сказал Алронд. Я только кивнула. Он наклонился чуть ближе, его лицо озарилось мягким светом светлячка, и я почувствовала, как его магия начинает медленно вплетаться в мою. Это было как тонкое прикосновение, почти невесомое, но я мгновенно ощутила отклик внутри меня самой. Наши энергии, как две реки, начали сливаться, пульсируя в унисон. — Чувствуешь? — его голос был едва слышен, но в нём было что-то, что заставляло меня задержать дыхание. Тёплый поток магии, проникающий глубоко в моё существо, словно обнял меня изнутри. Я прикрыла глаза, ощущая восторг. Это не было похоже ни на что, что я испытывала раньше. Мои ладони непроизвольно потянулись к его руке, и в тот момент, когда наши пальцы вновь соприкоснулись, весь мир вокруг словно исчез. — Посмотри вокруг, — тихо сказал Алронд через пару мгновений. Я повернула голову и ахнула. Дракон-фонтан изрыгал воду, быстро наполняя бассейн. Чистые мраморные дорожки сияли в лунном свете. Розы распускались у меня на глазах. Дерево, до этого казавшееся мёртвым, расцветало.

Ощущение нереальности происходящего захлестнуло меня с головой. Я вскочила, сделала несколько шагов. Нутром я чуяла, что ни один из нас сейчас не творил чары. Моя энергия была нетронута. Что-то произошло между нами, и это повлияло на окружающий мир. А главное — я чувствовала себя спокойно. Моя магия была под моим контролем, но поддержка Алронда была практически осязаемой. Я вдохнула полной грудью. — Это и есть истинная связь, — прошептал он совсем рядом. Он тихо стоял сзади, повернувшись к нему, я утонула в его глазах, мерцающих золотыми бликами, — Это магия, что объединяет не только силы. Но и души. Неразрывно. Ты не одна. У меня было столько вопросов! Но я нутром чувствовала его ликование, и оно передавалось мне. Он сделал шаг и, медленно протянув руку, дотронулся до моей щеки. Моё тело и разум тянулись к нему.

Я не знаю, кто из нас сделал первый шаг, но через мгновение наши губы робко соприкоснулись. Алронд медленно провёл пальцами по моей щеке, запустил ладонь в мои волосы. Его прикосновение было мягким, нежным. Я чувствовала тепло его дыхания на своих губах, моё сердце колотилось. Он отстранился, замер на мгновение, а потом наклонился ближе, углубляя поцелуй. Его руки нежно обвились вокруг моей талии, притягивая ближе, а мои пальцы сами нашли путь к его плечам, скользнув по его шее, погружаясь в густые пряди его волос. Всё в мире перестало существовать — только его губы, дыхание, тепло. Я растворялась в этом моменте, чувствуя, как каждая клеточка моего тела отзывалась на его близость. Магия вокруг нас закружилась, словно вихрь, обволакивая в кокон. Неожиданно Алронд отстранился, и я увидела золотые глаза. Он замер, а затем, выпустив меня из объятий, вдруг быстро направился в середину сада. — Что случилось? — я стояла на месте, в растерянности опустив руки. Он не ответил, но повернулся ко мне, и вдруг его скрыло золотое сияние. Я прикрыла глаза от яркости, а когда открыла, передо мной сидел тёмно-красный дракон, тот же самый, что и в ту ночь на крыше. Он расправил крылья, потянулся и повернул ко мне огромную голову с золотыми глазами. Неожиданно для себя я не почувствовала страха перед ним. Доверившись ощущениям внутри себя, я понимала, что передо мной стоит... — Вэйл! Вздрогнув, я обернулась. На нас, сверкая свирепым взглядом, шла разъярённая Ирия. Полы её плаща развевались. Она смотрела на дракона в упор. — Какого Падшего ты тут устроил?!

Ирия прошла мимо меня, словно я была пустым местом. Она не сводила глаз с дракона. Я стояла, в полном шоке, переводя взгляд с неё на Алронда, который не мог ответить ей по-человечески, зато в теле ящера оскалился.

— Оборачивайся назад, немедленно! — крикнула Ирия, задрав голову, стоя перед мощными лапами с длинными когтями.

Алронд, величественный и грозный, не шевелился. Он только сел, по-кошачьи обвив себя хвостом. Его золотые глаза пристально следили за Ирией, кипевшей от ярости. Затем он мельком глянул на меня, и в его взгляде читалась тревога, но он быстро повернулся к Ирии.

Она резко обернулась ко мне, её лицо перекосилось от гнева, а в глазах горели болезненная ревность и раздражение, которые она больше не скрывала.

— А ты что стоишь? Какого Падшего он обернулся прямо перед тобой? Ты хоть понимаешь, что произошло? — она выплюнула эти слова с такой ядовитой интонацией, что я невольно отступила назад, — Когда магический выброс такой силы происходит рядом с ним, его драконья сущность может взять верх. Он уже не в состоянии сдерживать это! Такой поток энергии слишком силён для человека, и дракон становится защитой для него самого. Это не просто случайность, это инстинкт самосохранения!

Ирия шагнула ко мне ближе, её глаза горели злостью.

— Ты понимаешь, сколько это забирает у него сил? Он не сможет снова стать человеком в ближайшее время! А сюда может прийти преподаватель! Ты подвергла его огромной опасности! И всё это из-за твоего неконтролируемого выброса магии. Почему ты без своего амулета? Ты хоть представляешь, что ты наделала?

— Я не… — начала я, но её это не волновало.

— Как это вообще могло случиться? Алронд? — обратилась она к дракону, раздувавшему ноздри, — Как ты это допустил? Ты же умеешь работать с магией. Что за сила на тебя повлияла? Или это не просто сила... Неужели всё-таки она…?

Ирия оборвала себя на полуслове, снова повернулась ко мне и, прищурившись, сделала шаг в мою сторону.

— А ведь это правда. Я не хотела верить, но это правда! — она истерически расхохоталась, — Такая серая мышка. И завоевала сердце могущественного дракона.

Ирия ходила кругами вокруг меня. Я смотрела на Алронда, а он, не отрываясь, следил за ней с прищуром.

— Ты понятия не имеешь, с чем столкнулась, верно? — её голос звенел, — Это не просто дракон, адептка. Он не просто маг, он из другого мира! Слышала истории о Крылатых, которые могли оборачиваться в драконов и людей? Таких, как он, почти всех уничтожили из страха перед их силой. Вэйл — последний из рода.

Я перевела на него взгляд. Золотые глаза, казалось, чуть потухли, а сам он словно сгорбился. Ирия тем временем продолжала приколачивать меня жестокой правдой:

— Все драконы ушли в другое измерение. Ты хоть представляешь, что случится, если кто-то увидит его сейчас? На него начнётся охота, его будут преследовать, как преследовали и почти уничтожили весь его род. Его убьют, как чудовище, и никто даже не попытается разобраться.

Мои руки сжались в кулаки, её слова пробирали до глубины души. Магия внутри меня плескалась, словно в спокойном океане начинался шторм. Я смотрела на Алронда и понимала, что она права — драконов в этом мире больше нет. Ни обычных, ни, тем более, из рода Крылатых. Если его раскроют, охота начнётся немедленно. Драконы представляли слишком большую опасность для сильных мира сего. История научила нас их бояться. И что я могла сделать, если его природу обнаружат?

Алронд, по-прежнему сидя неподвижно, сделал движение мне навстречу, слегка подняв одно крыло, будто приготовившись защитить меня. Его золотые глаза блестели яростью, и я услышала отчётливое рычание. Но Ирия, ослеплённая своими эмоциями, не замечала этого.

— Ты не сможешь защитить его, Амон, — продолжала Ирия с кривой усмешкой, заметив моё колебание, — Ты даже сама себя едва контролируешь. Из-за тебя он сейчас в этом состоянии, и ты ничего не можешь сделать, — её голос сочился презрением, — Ты слишком слаба. Ему рядом нужен кто-то сильный, умеющий взять ситуацию в свои руки. Тот, кто удержит его от превращения и спасёт от беды.

Я хотела доказать, что она не права. Я должна была доказать это! Но её голос звучал так уверенно, что внутри меня начала закипать злость. Алронд, сидящий рядом, сдвинул своё крыло ближе ко мне, как бы закрывая от Ирии, но она этого даже не заметила.

— А ты не справишься, — продолжила она, шипя от злости. — Он погибнет из-за тебя.

Алронд клацнул зубами и взревел, вторя моим эмоциям. Это было слишком. Её слова разожгли во мне огонь, и моя магия вырвалась наружу, неконтролируемая и яростная. Я ощутила, как мощный поток энергии заполнил меня, поглощая всё вокруг, и на мгновение перед глазами всё потемнело.

Воздух вокруг нас загустел и наэлектризовался. Алронд дёрнулся, его крылья расправились, и он обернулся ко мне, готовый защитить. Драконьи золотые глаза смотрели на меня с тревогой и мольбой, словно он знал, что я вот-вот взорвусь. Он будто пытался меня сдержать, не отпуская меня в этот вихрь магии, но было уже поздно.

Лицо Ирии вытянулось, переводя взгляд с дракона на меня, она начала отступать назад.

— Я… смогу, — прошептала я, но тут почувствовала, как магия, смешиваясь с яростью, начала резонировать с его силой. Алронд закрыл меня крылом, и только это спасло Ирию от неминуемой гибели. Драконья природная магия была достаточно мощной, чтобы создать щит от взрыва. Я едва не оглохла от шума, в ушах звенело. Магические всполохи хаотично вылетали из меня.

“Успокойся” — вдруг услышала я голос Алронда. Он звучал в моей голове громко, но мягко. Я сразу поняла, что дракон общается со мной мысленно, — “Я рядом”

Это осознание воздействовало умиротворяюще. Волны магической энергии шли ко мне через нашу связь, тушили разгоревшийся внутри меня огонь. Ощущение поддержки и заботы убаюкивало. Я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, представляя, будто моё сознание становится пустым, и из него вылетают в воздух все плохие мысли и эмоции.

Всполохи магии затухали. Помедлив, я с грустью вытащила амулет из кармана и надела его обратно, тут же ощутив жжение на коже.

Дракон поднял крыло, открывая мне обзор, и медленно, с глухим ворчанием, отодвинулся. Я огляделась, и из меня вырвался судорожный вздох. Разрушений не было, но окружающий нас пейзаж быстро увядал. Белые цветы облетали с дерева на мраморные дорожки. Розы сохли на моих глазах. Это моя хаотичная магия, или это случилось из-за того, что амулет прервал нашу связь?

Ирия стояла чуть поодаль, закрытая магическим щитом. Увидев, что я успокоилась, она быстро приблизилась к нам. Тяжело дыша, она смотрела на нас, и, сглотнув, хрипло сказала:

— Алронд, мои сигнальные руны предупреждают, что кто-то сейчас придёт сюда. Тебе надо улетать.

Дракон тихо зарычал, глядя на Ирию. Та покачала головой.

— Я знаю, что ты хочешь сказать. Я видела достаточно и не сделаю ей ничего плохого. Скорее, прячься!

Рык оборвался. Дракон приблизил свою морду к Ирии, не отрывая прищуренного взгляда. Даже без мысленной связи мне стало ясно, что он предупреждал её о последствиях, если она не сдержит слово.

Потом он повернулся ко мне, жалобно заурчал, и бросив прощальный взгляд, направился к стене Академии, окружавшей сад. Ему пришлось залезть на неё, цепляясь когтями за камни. Я не понимала, каким образом, но он не сделал ни единой царапины. Оставалось только запоздало молиться, что в южном крыле Академии, которое было уже давно заброшено, за стенами никого нет и никто не выглянет в окно посмотреть, что за шум.

Оттолкнувшись от стены, он в прыжке расправил крылья и тяжело замахал ими, пытаясь набрать высоту. Обдуваемая сильными порывами ветра, я нервно поглядывала по сторонам, накладывая барьеры и иллюзии, которые скрыли бы его от посторонних глаз. Ирия, как мне казалось, делала рядом то же самое. На несколько мгновений это должно было нас спасти.

Едва силуэт дракона скрылся, я услышала шаги. Мы с Ирией синхронно сняли наши чары прежде, чем кто-то наткнулся на них. Я попыталась почистить пространство от следов магии дракона, и напустила на себя при этом самый невинный вид.

— Адептка Амон, это вы? — к нам, взволнованно подпрыгивая, бежал мастер менталистики Тион. Он окинул меня странным взглядом, и я только сейчас поняла, что на мне до сих пор висел камзол Вэйла, — Я услышал шум и почувствовал сильную волну магии, что тут происходит? Мистрис Ларси?

Ирия подбоченилась и уставилась на него с недовольством.

— В чём дело, мастер Тион? Мы с адепткой Амон проводим подготовку к практике.

— Ночью? В закрытом саду?

— А где и когда ещё нам этим заниматься? Тут самые благоприятные условия! — тон Ирии, вечно нападающий, был сейчас как нельзя кстати.

— Я обязательно доложу об этом ректору! — возразил мастер Тион. В длинной ночной сорочке, прикрытой полуразвязанным халатом, он выглядел нелепо.

— Докладывайте хоть сразу магическому суду! Только ректор Каэл в курсе о нашей подготовке, и вряд ли обрадуется вашему рвению.

Мастер Тион только хватал ртом воздух в ответ. По всей видимости, желания скандалить с Ларси у него не возникло. Фыркнув, он запахнул халат и быстро ушёл прочь. Ирия, на прощание окинув цепким взглядом сад, пошла за ним. Мне пришлось последовать её примеру. Она вошла в Академию не через фонтан, а через ветхие деревянные двери в стене. В её руке зажёгся магический светлячок.

— За мной, Амон. Не отставай ни на шаг, — процедила она, — Иначе ты снова нарушишь комендантский час.

Я следовала за ней по тёмным коридорам. Мы не обменялись ни словом за весь путь, чему я была несказанно рада. Внутри меня плясали разные мысли и чувства, дрожь пробирала всё тело.

Ирия довела меня до комнаты. Едва я зашла за порог и приготовилась закрыть дверь, услышала тихое:

— Ты его не заслуживаешь, — она смотрела на меня со злостью. В уголках её глаз блестели слёзы, — Я тебя сейчас выгородила только ради него.

С этими словами она резко развернулась, погасила светлячка и скрылась в темноте коридора.

Следующие пару дней прошли у меня словно в тумане. Я бесконечно возвращалась мыслями к произошедшему. Один вопрос бился у меня в голове с невыносимой настойчивостью: где Алронд? Что с ним? Ночами я не могла уснуть. Несколько раз поднималась на крышу Академии, надеясь снова увидеть его там, где встретила впервые в облике дракона. Всматривалась в густую лесную чащу на северной стороне, пока не начинали болеть глаза, но так никого и не увидела. Он исчез. Куда он мог улететь? Как долго ему предстоит оставаться драконом, прежде чем он сможет снова стать человеком? Почему эта магия так на него влияет? Мой разум метался в неясном страхе. Из-за бессонных ночей я умудрилась заснуть на теоретической лекции по элементалистике. Мистрис Казали это заметила, и я была на грани получения ещё одной отработки. Но даже угрозы отработок и вздохи раздражённых преподавателей не могли заставить меня сосредоточиться на учёбе. Весь мир стал казаться бессмысленным фоном, на котором остались лишь незавершённые мысли и тревожные вопросы. Ирия. Её слова застряли у меня в голове ядовитыми шипами. "Ты его не заслуживаешь." Она была так уверена в это... А что, если она права? Я всего лишь адептка. Да, с сильной магией, но без какого-то выдающегося опыта. И он... Преподаватель. Сильный маг. И не просто маг — дракон! Из другого измерения. Эта мысль раз за разом вызывала во мне трепет и смятение. Как я могу хоть на мгновение думать, что могу быть рядом с таким, как он? После Великой Войны порталы в другие измерения закрылись. Большинство магических существ вернулось домой, оставив людей править своим миром. Здесь остались лишь те, кто был заперт в клетках магических зоопарков, диковинные существа, выставленные напоказ. Но Алронд — дракон. Что будет, если его истинная сущность раскроется? Если его поймают? Ему грозит участь не лучше той, что у животных в клетках, или хуже — его могут уничтожить как угрозу. Каждая мысль об этом холодила мне кровь. Руки дрожали, когда я пыталась уснуть. Иногда я бессмысленно пялилась в окно, в надежде увидеть хоть какой-то знак его возвращения. Когда он вернётся? Вернётся ли вообще?

И тут же, противный внутренний голос, который вдруг приобрёл интонации Ирии, ехидно прошептал: "Да и что, если он вернётся? Он преподаватель, а ты всего лишь адептка." Даже по уставу Академии нам нельзя быть вместе. Да и не было уверенности, что у нас вообще есть что-то серьёзное, кроме магической связи. Да, мы целовались, и в тот момент всё казалось таким настоящим, таким близким... Но что дальше? Я вспомнила строки из книги об истинной связи, которые мне удалось прочитать: её невозможно разорвать без последствий. Мне нестерпимо хотелось ещё раз добраться до книжки и заучить её наизусть. Похоже, что Алронд тоже хотел прочитать её. Значит ли это, что он тоже не знает свойств истинности. Но меня пугало другое. Ведь это означало, что наша связь снова — магия. Только магия, без чувств? Которая свяжет нас, как цепь? Несмотря на произошедшее в саду, на поцелуй и чувства, я ощущала себя неуверенно, и не в последнюю очередь из-за истинности. У нас с Алрондом не было возможности поговорить. Да, он должен был исчезнуть в тот вечер в саду внезапно для нас обоих. Улететь, чтобы никто не увидел дракона. Но что это теперь значило для нас? Я была готова ждать его. Но чего, Падший меня забери, я вообще жду? У нас есть хоть малейшая надежда на будущее? Слова Ирии раз за разом всплывали в голове: "Ты не сможешь его спасти." И что если она права? Как я смогу защитить его, если я едва справляюсь с собственной магией? Ирия говорила правду: я действительно не контролирую себя в моменты вспышек. Но она, видимо, не поняла, что послужило причиной вспышки. Это была не моя магия, по крайней мере, не только она. Это была истинность между нами. Похоже, что именно она послужила катализатором того, что Алронд обернулся в дракона. И как же теперь быть? Каждый раз, когда мы будем близки, магия будет резонировать, и ему придётся превращаться и спасаться? Как мы сможем быть вместе, если одна только наша связь ставит под угрозу его жизнь? Моё сердце сжалось от этой мысли, а в груди поселилось отчаяние. Я думала о нём днём и ночью, перебирая одни и те же вопросы, на которые не могла найти ответов. Что он чувствует? Что будет дальше? И, главное, где он сейчас? Без Алронда Вэйла ответы мне было не получить.

Прошло уже три дня с того момента, как он улетел. Друзья только сочувственно качали головами моему полуживому виду, уверенные, что я вовсю готовлюсь к практике, диплому и всем на свете занятиям. Я так и не рассказала им о произошедшем. Пока это было слишком личное и касалось в Академии не только меня. Огласка могла рано или поздно навредить Алронду. С Ирией я старалась даже глазами лишний раз не встречаться на уроках или в коридорах. Да и она выглядела… подавленной. Я понимала, что она влюблена в Алронда, а тут на её пути встала я. И будет хорошо, если она сумеет с этим смириться. Ведь, пусть я вряд ли стану её коллегой, у меня ещё полгода должна была длиться учёба. Я не представляла, как она может мне напакостить. Вариантов было много. И завалить меня на экзамене был самым безобидным. Рунология — тот вид магии, который способен ударить исподтишка, когда ты расслаблен и не ожидаешь подвох. Поставил руну, активировал и ждёшь, когда жертва сама попадёт в ловушку, как муха в паутину. Мне оставалось лишь уповать на её гордость и уважение к Вэйлу. И вообще, мне совершенно не хотелось, чтобы в моих первых серьёзных отношениях сразу была какая-то третья сторона, да ещё и такая опасная. Хотя, нужно признаться — то, что такой мужчина, как Алронд, предпочёл эффектной жгучей Ирии меня, очень мне льстило. И теперь, несмотря на то, что из-за переживаний я плохо спала и мало ела, мне вдруг захотелось приодеться, заплести по-новому волосы, благоухать вкусным парфюмом. Я не знала, когда Алронд вернётся, поэтому старалась каждый день быть готовой встретить его в лучшем виде.

В конце концов, в один из дней, когда у нас рано заканчивались лекции, я уговорила Джию сходить со мной в Амлис за покупками. Подруга выглядела удивлённой моей просьбой, но ничего не сказала и сразу согласилась. Мы дошли до ворот Академии, и я чувствовала, как напряжение спадает, стоило только уйти от её стен. Беспокойство и тревога, терзавшие меня последние дни, понемногу отступали. — Ты точно в порядке? — наконец спросила Джия, склонив голову набок и внимательно глядя на меня, — Выглядишь, честно говоря, неважно. Неужели сидишь ночами за книгами? — Да, учёба меня совсем поглотила, — ответила я, пытаясь выглядеть расслабленно, пока мы шли по дороге вдоль леса. Осеннее солнце ощутимо пригревало, но не спасало от холодного ветра, и я застегнула куртку. Хотелось бы, чтобы ветер выдул из меня все тяжёлые мысли так же, как он сдувал листву с дороги. Мы шли по узким улицам города, останавливаясь то в одной лавке, то в другой. Несмотря на то что моей целью было купить себе что-то симпатичное, я ничего не смогла выбрать. Всё было либо дорого для меня и моего сиротского пособия, либо безвкусно. Подруга щебетала рядом, что-то рассказывала и, сама того не зная, отвлекала меня. Я узнала, что Зейн, кажется, начал встречаться с пятикурсницей из Единорогов, мистрис Милани сломала ногу и лежит в целительском крыле, а Мию Джейерс застукали за страстными поцелуями с тем красавчиком-Драконом, Эшем Керханом. Я отвечала заторможенно и иногда невпопад, но Джию это не волновало. И тут, среди звуков рыночной площади, я вдруг услышала знакомый голос, отвлёкший меня от мыслей. Удивлённо обернулась и заметила среди лавок ассистента ректора. Калеб Эртон стоял рядом с продавщицей зелий и о чём-то оживлённо говорил. — Что там? — Джиа с любопытством проследила за моим взглядом и простонала, — О боже, он тоже тут. Давай куда-нибудь уйдём и спрячемся... Но было поздно. Калеб случайно взглянул в мою сторону, встретился со мной глазами, и его лицо мгновенно изменилось. Я напряжённо наблюдала, как он тут же попрощался с торговцем и стремительно направился к нам. — Привет, Джиа, — он остановился перед нами, теребя край плаща. Джи сдержанно кивнула, и он перевёл серьёзный взгляд на меня, — Эльдреда, мы можем поговорить?

Ночь, обволакивающая лес, потихоньку отступала. Мои мысли никак не давали мне покоя. Дракон утихал, но я всё ещё ощущал его присутствие, как дремлющую силу, готовую пробудиться в любой момент. Я полностью контролировал его. Но сколько это продлится? Как долго я смогу удерживать его, если всплески магии начнутся снова? И как нам с Эль быть?

"Ты слишком много думаешь," — проговорил дракон с раздражением, — "Истинная магия связала вас. Это гораздо большее, чем вы оба можете осознать."

"Может, и так," — ответил я, но в душе возникло ощущение тревоги. "Но что, если она не примет это? Что, если она не захочет быть частью этого?"

Дракон усмехнулся, и я почувствовал его уверенность: "Она уже часть этого, даже если сама не осознаёт. Ты знаешь это так же, как и я."

Я вздохнул, глядя на меркнущие в рассвете звёзды сквозь редкие просветы между кронами деревьев. Он прав. Истинная магия — это не просто выбор, не просто связь, которую можно разорвать по желанию. Она связывает нас на уровне, который трудно понять обычным людям. Но Эльдреда... Она могла испугаться. Она могла не захотеть идти по этому пути.

"Если она не примет это сейчас, рано или поздно придётся." — сказал дракон, — "Истинная магия не спрашивает разрешения."

Получается, я не мог дать ей выбор — признавать связь или нет. Тут был только один исход событий. Но я никогда не пойду на принуждение. Это было против моих принципов. Да и я не мог так с ней поступить. Она действительно стала мне очень дорога. Но как же тогда быть?

Моё беспокойство росло с каждым шагом. Дракон тоже нервничал, это чувствовалось в каждой клетке моего существа. Он не привык к сомнениям, но я-то был человеком. А люди всегда сомневаются, особенно когда речь идёт о таких вещах, как любовь и судьба.

Я остановился, прислонившись к ближайшему дереву, чувствуя, как тревога сжимает грудь. "Но что будет со мной, если её магия будет вызывать мою трансформацию каждый раз? Что, если каждый её всплеск заставит меня превращаться в дракона?"

Ответ не последовал сразу. Дракон молчал, словно обдумывая мои слова, что само по себе было странным. Наконец, его голос раздался снова, тихий и задумчивый.

"Это не должно происходить всегда," — сказал он. "Но твоя магия и её магия слишком переплелись. Вы на грани. Если ты сможешь удерживать контроль, если научишься управлять этими всплесками, всё будет иначе. Но если нет…"

Я почувствовал его беспокойство. Впервые за долгое время дракон не был уверен в своём ответе. Это не добавляло мне уверенности.

"А если нет?" — повторил я, чувствуя, как холод пронизывает моё тело.

"Тогда... тогда ты будешь вынужден всегда быть в этой форме рядом с ней," — наконец ответил он, его голос стал серьёзным. "Тебе придётся принять себя таким, каким ты становишься рядом с ней. Ты не сможешь постоянно быть человеком."

Эти слова ударили сильнее, чем я ожидал. Я был готов защищать Эльдреду, оберегать её от любых опасностей, но что, если её собственная магия станет той самой опасностью для нас обоих? Что, если она не сможет контролировать себя, а я каждый раз буду превращаться в дракона?

"Я не хочу её пугать," — прошептал я. "Она не готова к такому. Она уже боится собственной силы, а теперь должна смириться с тем, что её магия влияет на меня? Что она делает меня драконом каждый раз, когда не может себя сдержать?"

"Она сильнее, чем ты думаешь," — сказал дракон. "И ты это знаешь. Она просто ещё не научилась понимать свою силу. Она боится того, что не может контролировать." Да, Эль действительно была сильной. Но её магическая сила была непредсказуемой, и это пугало её. Как я могу помочь ей, если каждый раз, когда её магия выходит из-под контроля, я вынужден становиться драконом? Я бы отдал всё, чтобы дать ей спокойствие, которое она заслуживает. "А ещё этот амулет, который отучил её следить за своей силой. Она полагается только на эту железку на груди. А железку контролирует другой человек. Ты должен выяснить, в чём истинные свойства амулета." "И ты говоришь мне это только сейчас?!" "Мне всё стало ясно, как только она по твоей просьбе сняла амулет."

Дракон рыкнул. Я закрыл глаза, стараясь подавить волну эмоций. Ларасса. Вот как она решила отомстить мне спустя семь лет… Она считала, что я тогда отнял у неё проект, и теперь отнимала моё сердце. Я никак не думал, что её амбиции зайдут так далеко. Но происходящее в Академии только подтверждало мои подозрения. И дело, конечно, не только во мне, дело в силе Эль.

"Ты должен принять её силу такой, какая она есть," — продолжал дракон рассуждения, — "Так же, как она должна принять тебя. Истинная магия не создаёт идеальные пары. Она создаёт тех, кто сможет справиться с любой силой, даже если она их разрушает."

Разрушает. Это слово отозвалось во мне гулом. Если бы я понял раньше, что происходит вокруг её амулета, я бы сразу заставил его снять. Но моя самоуверенность даже сейчас заставила меня горько усмехнуться. Кто бы мне поверил? Эльдреда? Для неё я был тёмной лошадкой. Ректор? Он сам под влиянием артефакта, и я не могу придумать способ развеять чары так, чтобы тёмные силы ничего не заподозрили. Ирия утратила моё доверие, как только мы пришли в Кадарат. А сейчас я мог только уповать на то, что она сдержит слово и не навредит Эль.

"Она чувствует опасность," — продолжал дракон, и я ощущал его напряжение, — "Она понимает, что Эльдреда сильна. Что ваши чувства сильны. Она пытается уничтожить её веру в себя, чтобы разрушить вас обоих."

Я вздохнул, чувствуя тяжесть на плечах. Ирия была как яркий всполох. Её магия, её сила, её непоколебимая воля. Но она слишком завязла в своих амбициях и ревности, чтобы видеть, что происходит вокруг. Я никогда не давал её повод думать о нас больше, чем о коллегах. И до происшествия в саду, я в упор не видел её скрываемых чувств. А теперь Эльдреда была препятствием на её пути.

"Но Ларасса опаснее... Ларасса гораздо умнее," — прошептал дракон, его голос эхом отдавался в моей голове, — "Она наблюдает за всеми, видит слабости, знает, где и как ударить. Амулет Эль... Он работает на Ларассу. Она играет в свою игру, но ты не видишь всей доски."

"Я вижу достаточно," — стиснув зубы, прошептал я, — "И меня волнует одно — как это касается Эльдреды."

"Она не понимает, что находится под ударом," — дракон урчал, не скрывая своего раздражения, — "Её используют, как пешку. И если ты продолжишь медлить, она станет жертвой."

Мои пальцы сжались в кулаки. Эльдреда не заслуживала того, чтобы стать чьей-то жертвой. Она была чистым светом, но её свет притягивал тьму. Я не мог позволить Ларассе или Ирии навредить ей ещё больше. Но как это сделать, если они играют свою партию слишком осторожно, слишком тонко?

"Ты слишком слаб," — пробормотал дракон, — "Ты должен действовать решительно, если хочешь спасти её. Ты не можешь оставаться в стороне."

"Я не буду," — огрызнулся я, — "Но мне нужно сделать это так, чтобы не навредить Эль. Ларасса... Она слишком осторожна. Ирия — импульсивна, но не настолько глупа. Я должен понять их слабые места, прежде чем действовать."

Мой взгляд помрачнел. Я знал, что не смогу долго прятаться. Академия уже почувствовала всплеск моей магии. Тион, мастер менталистики, скорее всего, уже выслал своих помощников на поиски причины. Оставаться в лесу было небезопасно.

"Ты должен вернуться к ней," — сказал дракон, его голос стал более настойчивым, — "Она ждёт тебя."

Я чувствовал это. Ощущал её беспокойство. Её мысли тянулись ко мне через расстояние как слабый зов. Она волновалась за меня. И эти чувства, её страх за меня, смешанный с её собственными сомнениями, делали её ещё ближе.

Что, если она не примет меня? Что, если она решит, что я слишком большая опасность для неё? Или что ещё хуже, что она — опасность для меня?

"Ты узнаешь только тогда, когда вернёшься," — сказал дракон, — "Так что не тяни время."

С тяжёлым вздохом я посмотрел на Академию, чьи башни едва виднелись вдали. Лес вокруг меня был тихим, но в голове бушевали мысли. Дракон был прав. Я не мог больше ждать. Нужно было вернуться и выяснить всё прямо. Слишком многое теперь зависело от того, что произойдёт дальше.

Магия вновь скользнула по моему телу, возвращая мне привычную форму. Спина затрещала, когда крылья исчезли, чешуя сжалась в кожу. Магический оборот не рвал мою одежду в клочья так, как это было у природных оборотней. Она всё ещё была на мне. Но я вспомнил, что мой камзол оставался у Эльдреды, когда почувствовал холодный воздух на руках. Это было почти странно — снова быть человеком. Но я знал, что эта форма ненадолго. Если мы не справимся с тем, что нас ждёт, дракон будет возвращаться снова и снова. Я смог добраться до Академии только к вечеру. И, как только вошёл в здание, почуял запах Эль. А ещё — эмоции. Она была раздражена. Я осторожно проследовал за запахом, не представляя ещё, куда он меня приведёт. И, неожиданно, понял, что она направлялась прямо в кабинет ректора. Мне в голову не могло прийти ни одной причины, зачем она собралась к нему так поздно вечером. Я поспешил к ней.

Перед дверью я проверила кабинет чарами поиска энергии и убедилась, что ректор внутри. Постучала, точнее, побарабанила в дверь ради приличия и сразу же резко распахнула её.

В кабинете было душно, стоял затхлый воздух, словно комнату давно не проветривали. Горели лишь пара свечей, едва дающих свет и отбрасывающих на стены причудливые тени. Ректор сидел в кресле и, как мне сперва показалось, дремал, положив голову на сцепленные руки. Но, как только я сделала решительный шаг внутрь кабинета, он поднял на меня уставшие глаза.

— Эльдреда? Что ты тут делаешь так поздно?

Я подошла к столу, глядя ректору прямо в глаза.

— Мастер, ваш ассистент сказал мне, что на время практики мне дадут ещё один артефакт, сдерживающий мою силу. Это правда?

— Что?.. — он помотал головой, будто пытаясь согнать остатки сна, — Ассистент? А, Калеб… Да, мы с Верой… то есть, с мистрис Ларассой так решили. Это будет сложное задание в тяжёлых условиях. Если что-то пойдёт не так, под угрозой можешь оказаться не только ты, но и вся Академия.

Его глаза блеснули, но не живо, как обычно, а как-то лихорадочно. Он заговорил ровнее и жёстче.

— Артефакт необходим тебе, Эльдреда. Если твоя магия срезонирует с защитной магией Академии, беды не миновать. Мы не можем так рисковать.

— Мастер, в последнее время я не давала повода усомниться в своём контроле над магией, — я тоже отвечала ему достаточно резко, вкладывая в эти слова всё своё желание убедить его, — Если это действительно практика, мне нужно показать свои силы. Проявить себя. Пусть это будет демонстрация перед Эртоном, мистрис Ларси или мастером Вэйлом, которые и так знакомы со мной. Но в первую очередь, это будет демонстрация для меня самой. Я буду находиться среди опытных, сильных преподавателей и вашего ассистента. Если что-то пойдёт не так, они подстрахуют меня.

— Нет, — отрезал мэтр Каэл. Он положил руку на перо, словно ощущение его придавало ему сил и решимости.

Проследив за его взглядом, я обратила внимание на перо. Длинное, серое с золотыми крапинками, явно от какой-то лесной птицы. На толстом, укреплённом серебром стержне, были выгравированы руны. Со своего места я не видела, какие, но они едва заметно загорались, как только мастер проводил по ним пальцем.

— Решение о новом артефакте окончательное. Мистрис Ларасса завтра представит тебе его. До конца практики ты должна будешь носить его не снимая.

Я застыла, услышав слова ректора. Его голос, всегда полный уверенности и спокойной мудрости, сейчас был хриплым и натянутым, как струна.

— Мастер Каэл, я не понимаю… Чем было вызвано такое недоверие? — мой голос дрожал, но не от страха, а от негодования, — Вы были тем, кто когда-то защищал меня, кто верил, что я справлюсь. Почему я вдруг стала угрозой?

Ректор молчал, его глаза были устремлены на перо в его руках. В комнате стояла тягостная тишина. Мои мысли метались, и одна из них пронзила меня, как острый нож. Всплеск моей магии... Ирия.

— Это связано с Ирией Ларси? — тихо спросила я, едва осмеливаясь произнести это вслух. Слова казались слишком тяжёлыми.

Каэл не ответил, но тишина, повисшая в воздухе, словно сгустилась. Внутри меня всё похолодело. Ирия рассказала ему? О том, как я сняла амулет? О всплеске магии, который почти погубил нас обоих? А вдруг… о драконе тоже? Возможно, она посчитала меня слишком опасной. Но многое в этой картине не складывалось. В первую очередь это был не тот ректор, который когда-то заступился за меня, защитив от всех нападок.

— Эльдреда, в Академии все знают, что ты не можешь контролировать магию без амулета, — отчеканил мастер Каэл так, словно повторял заученную фразу.

И это мне говорил человек, поверивший в меня шесть лет назад? Защищавший от нападок других преподавателей? Что случилось с ним за последние пару месяцев?

— Мастер Каэл… — я сделала ещё один шаг к столу, стараясь удержать в руках собственную магию, которая рвалась наружу от волнения, — Что с вами происходит?

Он не отвечал. Его глаза, всегда полные мудрости и понимания, были затуманены. Казалось, он смотрел сквозь меня, его рука всё сильнее сжимала перо, словно оно удерживало его на грани между реальностью и бездной. Подозрение, давно сидевшее в моей голове, наконец, всплыло наружу.

— Мастер, это не вы. Вы не можете верить в это, — я проглотила комок в горле, стараясь дышать глубже. Подошла ближе, — Пожалуйста, отпустите перо. Это магия.

Но ректор не слушал меня. Он медленно поднял глаза, полные боли и бессилия, и вдруг что-то сверкнуло в его взгляде. Это был момент настоящего осознания, момент, когда он на мгновение вернулся к самому себе, как человек, просыпающийся от кошмара. Я схватилась за этот проблеск отчаяния и взмолилась:

— Мастер, вы спасли меня тогда. Я знаю, что можете спасти и себя! Отпустите его! Перо не должно управлять вами!

Но как только мои слова коснулись его сознания, руны на перьях вспыхнули ещё ярче, и вся его фигура снова застыла, словно под гнётом чар. Я почувствовала, как внутри меня сжалось сердце. Что-то ужасное происходило с ним. Словно вся его воля медленно утекала в этот проклятый артефакт.

— Эльдреда, — проговорил он медленно, — Ты не понимаешь. Я пытаюсь тебя защитить.

— Защитить от кого? — я почти выкрикнула, чувствуя, как дрожь усиливается, а тревога сжимает меня железной хваткой.

Моя магия вспыхнула, будто пытаясь пробить холод страха. Я чувствовала её, бурлящую внутри меня, но знала, что если дам ей волю, это только всё усложнит. Как же мне помочь ему?

Я уже заносила руку, чтобы уничтожить перо, даже если мне придётся для этого поранить ректора, когда дверь кабинета вдруг распахнулась, и вошёл Алронд. Я не сдержала удивлённого вздоха.

— Вэйл! В чём дело? Почему вы врываетесь в мой кабинет? — ректор взвился, его голос снова стал резким и непривычно грубым, но я увидела, как его пальцы судорожно сжимаются на пере. Влияние артефакта развивалось стремительно. Он терял контроль над собой.

Но Алронд, даже не обратив внимания на его возмущение, молча посмотрел на меня. Его глаза осматривали меня с ног до головы, словно проверяя, всё ли со мной в порядке. Этот взгляд… я почувствовала, как внутри меня поднялась волна тепла и облегчения. Алронд либо услышал мой крик, либо всё понял без слов. Я ощутила его уверенность и мне стало спокойнее. Сделала шаг назад, чтобы дать ему пространство.

Алронд подошёл к столу, его движения были грациозными и одновременно полными скрытой силы. Я непроизвольно сравнила его с драконьей ипостасью. Что-то звериное, непокорное и дикое прорывалось в его человеческом облике.

— Мастер-ректор, что тут происходит? — почти прорычал он, переводя взгляд попеременно с лица ректора на перо. Ректор нехотя выпустил его и вцепился в подлокотники кресла.

— Мастер Вэйл, это наш личный разговор с адепткой Амон, — скрипучим голосом произнёс он. Я видела, как тяжело ему даётся каждое слово. Невольно сделала шаг ближе к столу, — Немедленно покиньте мой кабинет.

Алронд, оставив его реплику без ответа, подошёл к нему вплотную. От напряжения у меня пересохло в горле. Ректор вжался в кресло, затравленно глядя на нависавшего над ним Алронда. Его рука снова нашарила перо на столе, и он вцепился в него с исступлением. Алронд хищно проследил за его движением.

— Мэтр Каэл, — он произнёс это с властной ноткой, которая заставила ректора вздрогнуть, а меня замереть, — Вы под влиянием чужой магии. Отпустите артефакт.

Каэл замер, его рука снова на мгновение напряглась, но затем он посмотрел на Алронда. Руны вспыхнули.

— Ты не понимаешь... — его голос звучал глухо, в нём было отчаяние и страх, — Я пытался... защитить её.

— От кого? — холодно спросил Алронд, его глаза горели, как золото. Мне бы тоже хотелось это знать, ведь ректор уже второй раз произнёс эту фразу.

Я с ужасом смотрела, как пальцы ректора вцепились в перо ещё сильнее, его глаза были полны лихорадочной решимости. Внутри меня всё замерло. Что бы ни происходило сейчас, это было плохо. Очень плохо.

— Защитить… от кого? — повторил Алронд, его голос был ледяным, но я уловила в нём едва скрытую ярость.

Ректор молчал. Его тело словно сжималось в напряжении, как натянутая струна. Я видела, как он борется с собой. Как в нём что-то противостоит этой тёмной силе, но она держала его слишком крепко.

— Это… это… — он снова попытался заговорить, но его голос сорвался.

Моё сердце билось в груди, как барабан. Я сделала шаг вперёд, но Алронд тихо остановил меня, положив руку на плечо. Его глаза вспыхнули решимостью, и я поняла, что он уже знает, что делать.

— Вы не защитите её с помощью тёмной магии, — произнёс Алронд. Его голос наполнился такой силой, что я невольно отшатнулась, чувствуя, как моя магия отзывается на его слова, — Вы должны вернуться.

Ректор вздрогнул, словно в замешательстве. Но его рука продолжала судорожно сжимать перо, словно это был единственный якорь, который удерживал его на плаву. Руны вспыхивали ярче и ярче, будто чувствуя опасность.

— Я… не могу… — прошептал он, и в этот момент я увидела в его глазах ужас и страдание. Он был в ловушке. Тёмная магия порабощала его, словно держала на цепи, не позволяя думать ясно.

Алронд сделал ещё один шаг вперёд, и я почувствовала, как воздух стал густым и тяжёлым от напряжения. Его присутствие подавляло, но одновременно в нём была успокаивающая. Он не допустит, чтобы произошло что-то плохое. Он всегда защищал меня, и я знала, что он сделает это снова.

— Отпустите перо, Артемизий, — тихо, но властно сказал Алронд. Он протянул руку к ректору, и тот на мгновение замер, его взгляд метался от Алронда к артефакту. — Оно контролирует вас. Вы должны освободиться от него.

Ректор закрыл глаза, его лицо исказилось от внутренней борьбы. Я видела, как его руки дрожали. И на мгновение мне показалось, что он действительно собирается отпустить перо.

Но в тот же момент руны на нём вспыхнули ослепительным светом, словно защищаясь. Ректор снова сжал перо, и я почувствовала, как по комнате пронёсся мощный магический всплеск.

— Нет! — закричала я, чувствуя, как моя собственная магия вырывается наружу.

Но прежде чем я успела что-то сделать, Алронд бросился вперёд с молниеносной скоростью. Его рука взлетела, и в следующий миг он с невероятной силой вырвал перо из руки ректора. Я увидела, как его руны начали гаснуть под его хваткой.

Ректор вскрикнул, схватившись за стол, но Алронд не отступил. В его глазах пылала решимость, и я понимала, что он не остановится, пока не уничтожит этот артефакт.

Он поднял перо, и я увидела, как по его телу пробежали магические искры. Его лицо на мгновение исказилось от боли, но он продолжал держать артефакт, сжимая его всё сильнее. Перо дрожало в его руках, словно сопротивлялось, но Алронд не сдавался. Он зарычал, глаза стали золотыми.

— Алронд! — закричала я, понимая, что происходит. Ещё немного, и он обернётся в дракона. Не думая о последствиях, я сильным рывком сорвала с шеи цепочку амулета. Схватила Алронда за другую сжатую в кулак руку, пытаясь одновременно успокоиться самой и сотворить стабилизирующие чары для него. Его тело дрожало, и я инстинктивно обняла его сзади, уткнувшись лбом ему в плечо.

— Спокойно… спокойно… — повторяла я, как молитву, надеясь, что и он, и его дракон меня слышат.

И вдруг в его руке вспыхнул яркий золотой свет. Магия, исходившая от артефакта, начала распадаться, исходя мягким сиянием. Я увидела, как руны на перьях гаснут одна за другой, и наконец, перо рассыпалось в его ладонях, оставив лишь горстку чёрной пыли. С брезгливостью он стряхнул её на пол. Его тело расслабилось, и он мягко сжал мои руки. Мы простояли так всего мгновение, и я высвободила его из своих объятий.

Тишина опустилась на кабинет. Алронд молча обернулся ко мне, его глаза были широко распахнуты от восхищения.

Я судорожно перевела дыхание, чувствуя, как напряжение покидает моё тело. Положила амулет в карман — не хотелось бы его потерять. Мои ноги подкашивались, и я едва не рухнула на пол. Но я с тревогой повернулась к ректору.

Он сидел в кресле, его дыхание было прерывистым, но в глазах я увидела… свободу и облегчение.

— Эльдреда… Алронд… — тихо произнёс он, — Как вам удалось? Что это было?

— Истинная связь, — без промедления ответила я. Алронд встал рядом и ободряюще сжал мою руку. Лицо ректора удивлённо вытянулось, и я спросила, — Вы знаете, что это такое?

— Да… Помогите мне встать.

Я удивилась и хотела уже засыпать ректора вопросами, но спохватилась, что сейчас не до того. Вместе с Алрондом мы отвели ректора в его покои. Дверь в спальню так же, как и в кабинете Алронда, находилась в неприметном проёме в стене. Шторы были задёрнуты, в комнате царил мрак. Не сговариваясь, мы одновременно зажгли свет — Алронд зажёг все свечи, а я вызвала с десяток светлячков, которых тут же погасила, чтобы не тратить на них энергию. Мы помогли ректору дойти до кровати, после чего я отдёрнула шторы и впустила в комнату свежий воздух.

Похоже, что тут не наводили порядок уже несколько месяцев. На всех горизонтальных поверхностях и артефактах лежал толстый слой пыли, она клубками собралась у стен и завихрялась от каждого нашего движения. Магически я собрала её всю в большой клубок и выкинула в урну, иначе мы все грозились расчихаться.

— Надо убедиться, что в комнате безопасно, — осторожно оглянулся Алронд, глазами ощупывая каждый сантиметр стен, пола и потолка. Я прислушалась к своему ощущению, но ничего определённого сказать не смогла — комната ректора была наполнена всевозможными артефактами, о назначении которых я даже и догадаться не могла. Алронд двумя раскрытыми ладонями проверял комнату, а я сразу подошла к большой ректорской кровати. Взявшись за стойку балдахина, отдала через руку энергию, чтобы она подсветила все руны. Никаких следов тёмной магии. Пока мы проверяли комнату, ректор с тяжёлым вздохом откинулся на подушки.

— Надо вызвать кастеляна… тут давно не убирались, — слабо сказал он.

— Это мы сделаем позже, мэтр, — сказал Алронд, подсвечивая светлячком внутренности большого одёжного шкафа, — Пока что расскажите, кто и когда подарил вам перо для письма?

Я отвлеклась от ползания по полу в поисках опасных рун и артефактов под кроватью и обратила всё внимание на ректора. Который с видом растерянного ребёнка слабо произнёс:

— Я не знаю, не помню…

Он закашлялся и сел на кровати.

— У меня есть подозреваемые, — сказал он, как только смог нормально вздохнуть, — Я думаю, что и у вас они должны быть. Алронд?

— Да, — то ли откликнулся, то ли подтвердил он.

Я переводила взгляд с одного на другого, потому что у меня чётких подозреваемых не было. Я надеялась, что меня посвятят в эти вопросы. Ректор, несмотря на слабое состояние, сейчас выглядел собраннее, чем в те разы, что я тут бывала.

— Значит, мы должны держать ухо востро. Но нельзя давать им повод усомниться, что их план не сработает.

Алронд кивнул в ответ на его слова. Мэтр Каэл с тяжёлым вздохом взглянул на меня: — Эльдреда… Пожалуйста, сходи за мастером Герром. Только за ним. — Ректор, давайте я отправлю за ним магически… — мне совершенно не хотелось уходить из покоев ректора в разгар обсуждения. — Нет, дорогая. Чары могут перехватить. Мы тут можем доверять только друг другу. И мастеру Герру. Постарайся, чтобы тебя не задержали, и возвращайся с целителем сюда. Кивнув, я выбежала за дверь. Но стоило мне сделать несколько шагов, как из-за поворота в коридоре показался взволнованный Калеб. — Эльдреда! — окликнул он меня, едва завидев Стало интересно, он искал меня или направлялся в кабинет ректора? — Калеб, я спешу, — бросила я ему на ходу, пытаясь бочком протиснуться мимо него, но он преградил мне путь. — Эль, — моё короткое имя очень непривычно звучало из его уст, и мне это звучание не понравилось. Он приближался ко мне, — Ты так быстро убежала сегодня, я не хотел тебя обидеть… — Всё в порядке, никаких обид, — расстояние между нами сокращалось, и я попыталась увернуться, — Я просто была удивлена решением ректора о дополнительном артефакте и хотела обсудить это с ним. — И что сказал ректор? — Калеб встал, полностью перегородив мне путь. Я на мгновение замолчала и приняла удручённый вид. — Ректор подтвердил твои слова. Прости, что я засомневалась и нагрубила тебе. Калеб отвёл взгляд и затеребил полы плаща. — Я… ничего, Эль. Ты правильно сделала, что переспросила у ректора. Я бы на твоём месте повёл себя точно так же. Это, наверное, очень обидно, когда в тебе постоянно сомневаются. — Очень обидно, — эхом произнесла я и набралась решимости, — Слушай, мне правда надо спешить… — А где твой амулет? — вдруг с тревогой спросил Калеб. Я едва не бросилась от него бежать. Какое ему вообще дело? Тут дверь в комнату ректора за моей спиной распахнулась, и оттуда вылезла голова Алронда. Он настороженно смотрел в нашу сторону. Калеб вдруг занервничал. — Мастер Вэйл! Вы?.. — Ассистент Эртон, — низким тоном сказал Вэйл, не сводя с него немигающего взгляда, — Не могли бы вы подойти в кабинет? У адептки Амон есть задание, её ждут в другом месте. — Да, я и так собирался, — промямлил Калеб. Воспользовавшись тем, что он отвлёкся на Вэйла, я протиснулась мимо него и поспешила по коридору. Скоро должен был начаться комендантский час, и я надеялась, что мастер Герр ещё не лёг спать. Мастер-целитель, на моё счастье, бодрствовал. Внимательно и серьёзно меня выслушав, он прихватил чемоданчик, и, не медля ни мгновения, мы припустили обратно. Когда мы пришли к кабинету, я сразу без стука открыла дверь и застала удивительную картину: — И ты рассказываешь мне об этом только сейчас?! — ректор стукнул кулаком по столу. Я с открытым ртом смотрела, как он сидит за столом один, с таким пышущим здоровьем видом, словно ничего не произошло. И перо… то злосчастное перо лежало перед ним на столе! Вэйл стоял у стены, со скрещёнными руками разглядывая Калеба. — Мэтр, поймите, я сам только что узнал! Боюсь, всё гораздо хуже, чем мы могли предполагать. Король требует вашей немедленной реакции… — Он его получит. Завтра с самого утра жду вас на совещании. Сейчас идите, мне необходимо подумать, — ректор с раздражением махнул рукой. Мастер Герр коротко кивнул выходящему из кабинета Калебу, но тот прошёл мимо, и его будто не заметил. С недоумением целитель перевёл взгляд с ректора на меня. — Мастер-ректор, — обратился к нему целитель, — Ваша подопечная попросила меня срочно прийти, потому что вы подверглись воздействию мощной магии, слабы, лежите в постели, и… Пока он говорил, ректор сидел, будто застывший, смотрел в одну точку. Первой тревожной мыслью у меня было, что артефакт как-то восстановился, и снова поработил его. А как же тогда Вэйл? Но потом мне пришла в голову мысль… я прислушалась к своим ощущениям. С лёгким хлопком ректор и перо исчезли со своих мест. Алронд одобрительно улыбнулся мне, и я, гордая собой, просияла в ответ. — Интересно, мастер Вэйл, — мастер Герр чуть склонил голову, — Я так понимаю, дело совсем серьёзное, если вы прибегли к полной иллюзии? Ректор в сознании? — В сознании, Луис, я сам сейчас разговаривал. Через иллюзию, но сам, — из покоев донёсся недовольный голос, — Хотя лучше бы так и находился в этом тумане. Что тут происходило без меня… Мастер целитель вошёл в комнату вместе со мной. Ректор полусидел на кровати на подушках и тяжело вздыхал. — Я начинаю подозревать, что Калеб тоже замешан во всём этом, — он утёр пот со лба, — Или же я глубоко в нём ошибся и взял в помощники полного дурня. Академия сейчас практически без защиты. Мы с начала лета не обновляли барьеры. Армия тёмных может прийти сюда, как к себе домой. И в столице творится Падший знает что… Мастер Герр сел на край кровати и, раскрыв чемоданчик, начал доставать оттуда разные инструменты. — Мэтр, сейчас ответьте на мои вопросы. О судьбе Академии и королевства мы с вами подумаем, когда поставим вас на ноги. — Это невозможно, Луис. Мне нужно вернуть контроль над ситуацией, даже если я буду это делать лёжа в кровати в ночном колпаке. Услышав, как ректор шутит в своей привычной манере, я невольно улыбнулась. — Пойдём, — поманил меня Алронд, пока мэтры были заняты общением. Но то, как мы прокрались к выходу, не осталось незамеченным. — Эльдреда, возьми из того комода у стены артефакт. Он понадобится тебе, чтобы избегать охранных светлячков. Думаю, ты не раз им воспользуешься. Даже если он тебе не нужен, и ты справляешься сама, — глаза ректора недобро сверкнули, — он будет знаком для других преподавателей, в случае, если тебя вдруг найдут в неположенном месте в неположенное время. Алронд по-мальчишески прыснул рядом со мной, а я покраснела, но артефакт взяла. Едва мы закрыли дверь, Алронд притянул меня к себе и обнял. Моё сердце забарабанило в грудной клетке, но самой мне было уютно и хорошо. Я закрыла глаза. Моя магия потянулась ему навстречу, и на несколько мгновений наши энергии слились. Это ощущение было гораздо интимнее самого объятия. И сейчас, когда на душе у меня царило спокойствие, я хотела посмеяться над своими страхами. Что может пойти не так с моей магией, если его объятия ощущались именно тем местом, где я должна быть? И сейчас, и всегда? Запоздало я вспомнила, что мы стоим в коридоре Академии, где может появиться кто угодно. Видимо, Алронд подумал о том же. Когда он отпустил меня, я быстро оглядела его и спохватилась. — Я должна вернуть камзол, пойдём ко мне, — сказала я, взяв его за руку и потянув за собой, мимолётно осознавая, как двусмысленно это прозвучало. Но по правде говоря, меня это не волновало. Сейчас мне хотелось лишь одного — провести с ним как можно больше времени. — Нет, — ответил Алронд мягко, но руку не убрал. Напротив, его пальцы лишь сильнее сжали мои, — Мы с тобой сейчас отправимся спать. Каждый в свою комнату. Впереди у нас нелёгкие дни, и мне нужно, чтобы ты была отдохнувшая. — Но… — я замерла, поражённая его словами, — Но я так хотела тебя обо всём расспросить! Где ты был? Как проходит трансформация? Что значит, что ты из другого измерения?.. — Эль, мы обо всём поговорим, — мягко сказал он, с тёплой улыбкой на губах. Во мне поднялся иррациональный страх. Он снова гонит меня от себя. Я постоянно должна ждать, чтобы просто поговорить с ним. И он сразу отмёл идею пойти ко мне, даже чтобы забрать свою одежду... Как будто ему не хотелось побыть со мной ещё немного...

Моя магия начала бурлить во мне в ответ на моё волнение. Мне пришлось закрыть глаза, нащупать амулет в кармане, и сосчитать до десяти. Но ощущение бушующего моря не пропадало. Открыв глаза, я увидела, что Алронд с тревогой сделал мне навстречу несколько шагов, и я выставила руку перед собой. — Извини, — прошептала я с горечью, — Рядом с тобой мне сложно себя контролировать. Едкое ощущение поселилось у меня в груди. Хотела посмеяться над своими страхами? И как, теперь смешно? Я без амулета, мою силу ничто не контролирует. Видимо, причиной для всплеска могла стать какая-то простейшая эмоция. Мне даже Ирия была не нужна, чтобы вывести меня из себя. Я понимала, что мои мысли сейчас были нелогичны. Мои обычные страхи, которые брали верх над моей жизнью. Но теперь от них зависела не только моя жизнь. Что может отозваться, срезонировать в следующий раз — я не знала. Алронд смотрел на меня тяжёлым взглядом, но я понимала, что он обеспокоен моим состоянием. — Завтра утром я пойду к Ларассе, — едва слышно сказала я, — Она должна починить цепочку от амулета. Алронд сперва будто хотел возразить, но потом, нахмурившись, кивнул и приблизился ко мне. — Спокойной ночи, Эль, — прошептал он, всё же рискнув и коснувшись моей щеки. Я прижалась к его руке, но всего на мгновение. Чтобы не рисковать. Магия успокаивалась во мне, и я пыталась зафиксировать это ощущение. Потом лишь улыбнулась и, развернувшись, пошла в свою комнату. Его тепло всё ещё ощущалось на моей коже, и мне не хотелось терять это чувство. Казалось, что в этот момент его забота окутывала меня, словно щит. Но где-то глубоко внутри я понимала — совсем скоро мне понадобится это ощущение поддержки. Всё самое светлое, что есть вокруг, должно будет помочь мне справиться с тем, что грядёт.

Я проснулась от ощущения, будто меня кто-то пытается растолкать, зовя по имени. Полоска неба над горизонтом едва начала розоветь. Я села на кровати и зажгла светлячка, и тут снова почувствовала “толчок”. Меня будто кто-то тряс за плечо. Раздался тихий стук. Широко зевая, я надела халат и осторожно подошла к двери.

— Эль, это я, — услышала я тихий голос Алронда по ту сторону.

Я быстро открыла дверь. Он стоял за ней, взъерошенный, с тёмными кругами под глазами. Окинул меня долгим взглядом, заставившим сердце забиться быстрее, а щёки покраснеть. Магия чуть плеснулась внутри, но я постаралась утихомирить её.

— Не бойся, всё в порядке, — сказал он, проходя в комнату, — Ты почувствовала, как я зову тебя?

Я кивнула, и он улыбнулся.

— Это наша связь. Мы можем ощущать друг друга на расстоянии.

Я робко улыбнулась в ответ. Утро было слишком ранним, и сознание ещё словно застилало тяжёлое одеяло сна. Но, похоже, что слова были не нужны. Однако Алронд вдруг посерьёзнел, отстранился и начал мерять комнату шагами. Сев на кровать, я какое-то время наблюдала за этим, наконец, не выдержала:

— Если всё в порядке, зачем ты пришёл?

— Я не мог уснуть, всё думал о том, что ты утром пойдёшь к Ларассе. Мне нужно было успеть сначала поговорить с тобой. Я боялся, что подвергну тебя опасности, и поэтому так долго тянул с этим…

Я напряглась, но больше от его хаотичных метаний и напряжёного лица. Как и всегда, если обычно спокойный Алронд так себя вёл, значит, происходит что-то серьёзное. Наконец, он остановился у окна, глядя на занимающийся рассвет.

— Эль, тебе нужно быть с ней очень осторожной. Я почти уверен, что она работает на тёмных магов. Происшествие с ректором лишь подтвердило мои подозрения.

— Что? — перебила я.

— Вера Ларасса — агент тёмных. И я допускаю, что артефакт, который она собирается тебе дать, может подорвать всю защиту Академии изнутри.

Сердце тревожно забилось.

— Что ты хочешь сказать? Что значит — агент тёмных магов? Каким образом ты узнал об этом?

Алронд сел на кровать со мной рядом, согревая меня своим теплом. Прежде чем продолжить, он тяжело вздохнул.

— Я понимаю, что в это трудно поверить. Здесь слишком много всего. То, что ты в курсе о моём прошлом в Кадарате — её ведь рук дело? Она тебе рассказала?

Я кивнула.

— Разве не мог рассказать кто-то другой?

— Конечно мог, хотя часть преподавателей того времени уже ушли, а адепты выпустились. Но ей нужно было додавить меня, лишить твоей поддержки. Своеобразная месть, — Алронд смотрел в одну точку, — Когда я закончил Академию, мэтр по защите собирался уйти на покой. Все ждали, кто займёт его место. В Кадарате ведь своя система — здесь распределяют должности не по силе, а по пониманию магии, по склонности к ней. Ларасса отлично разбиралась в защитной магии и претендовала на эту должность, но ректор выбрал меня. Я был молод, амбициозен, стремился не просто обучать, а заниматься исследованиями. Мой проект был направлен на усиление защиты адептов без дополнительного расхода энергии. Ларасса поддержала меня, предложив использовать артефакты, которые, по её словам, могли раскрыть потенциал учеников.

Он встал и начал ходить по комнате, его шаги были напряжёнными, движения резкими.

— Я был ослеплён жаждой успеха. Мои адепты были увлечены новаторскими идеями не меньше моего. Их было немного, но на эксперименты они соглашались добровольно. Однако работа с артефактами на людях — это не то же самое, что чистая магия. Я не хотел работать с живыми людьми в таких условиях, но Ларасса убеждала, что всё получится. Она давила, и мне не хватило решимости сразу отказаться. Я использовал её артефакты, и только в процессе понял, что они содержат тёмную магию. Тогда всё и вышло из-под контроля.

— Тот всплеск магии…

— Да, — горько произнёс он, — Ректор был вне себя. Он и Ларасса единственные знали об экспериментах. А теперь о них узнала почти все. И многие начали сомневаться и в авторитете самого Каэла… Я подвёл его. Ларасса же сразу открестилась от меня, выкрутив всё так, что это была полностью моя идея и ответственность. И я сам попросил её о помощи. Понимая, что она отчасти права, я не захотел доказывать свою версию остальным. Поэтому ушел. Тогда мне казалось это правильным и благородным, сейчас я вижу, что это было просто глупо. Одно порадовало — Ларасса так и не получила место менталистки, мастер Хойс занял его.

— Но как ты вернулся? — спросила я охрипшим от переживания голосом.

— Ректор, Ирия и ты — единственные, кто знает, что я… могу быть драконом, — Алронд встал и отошёл к окну, силуэт его фигуры резко выделялся на фоне утреннего света, который начал пробиваться сквозь горизонт, — Мэтр Каэл смог сдержать моё превращение после того магического всплеска, когда артефакты Ларассы срезонировали. Он — один из самых сильных магов, которых я знаю. И моя вторая ипостась, вызвала у него не страх, а интерес. Он связался со мной через пару лет после моего ухода. Уже тогда предлагал вернуться — хотя бы в качестве ассистента. Но я отказался. Не хотел встречаться с осуждающими взглядами коллег. Однако в прошлом году ректор засёк сильные волнения тёмной магии. Он понимал, что Академия может быть под угрозой. Само существование Академий для идеологии тёмных — насмешка, ведь мы учим, как контролировать магию.

Алронд повернулся ко мне. Светлячок озарил его хмурое лицо, он впился в меня взглядом.

— А ещё ректор часто говорил о тебе, — продолжил он, — У него большие надежды на тебя, он переживает за тебя, как за родную дочь. Но твоя магия... Она непонятна и неизведанна. А такая магия может стать угрозой, если её не направить правильно. Ректор решил, что Академии нужен сильный защитник. А я, с моей магией дракона, почти живой щит. Дракону тяжело причинить вред магией. Да и физически мы выносливее и сильнее большинства существ.

Он снова сел рядом, совсем близко. Совсем легко коснулся моей руки, поглаживая её большим пальцем. Мурашки побежали у меня по всему телу, а моя магия внутри начала бурлить. Я усилием воли подавила её, но, чтобы не потерять контроль, отодвинулась от Алронда. Он заметил это и помрачнел.

— Но когда я пришёл сюда, то понял, что ты — что-то необычайное. Меня тянет к тебе, а мой дракон внутри сходит с ума. Такого со мной в жизни не происходило. Ларасса, увидев, что я вернулся, да ещё и снова на должность мастера-защитника, не обрадовалась. Но на тебе — артефакт Ларассы, ты невероятно сильна и совершенно нестабильна. И происходят эти всплески, когда мы оказываемся чуть ближе, чем дозволено преподавателю и адептке.

Я с трудом сглотнула, в горле пересохло.

— О магии истинности мне было ничего не известно, но неожиданно в библиотеке нашлась целая монография на эту тему, — он нахмурился, — Эта книжка из нашего измерения, и как она оказалась в Кадарате, я так и не узнал. Но она попалась вовремя — только прочитав её, я сумел понять, что между нами происходит. И что артефакт — твой амулет — блокировал нашу связь. Это нормальная реакция для таких артефактов, они должны защищать хозяев. Но, помимо этого, амулет разучил тебя контролировать свою магию. Без него ты как пороховая бочка, готовая взорваться в любой момент.

— И это влияет на тебя тоже, — прошептала я, чуть подрагивая и запахивая халат потуже, чтобы успокоиться.

— Не тревожься об этом, — мягко улыбнулся он, — Если ты научишься контролировать свою магию без амулета, всплески прекратятся. А чтобы мне навредить, потребуется намного больше усилий, чем ты думаешь. Но меня беспокоит другое — зачем на тебя надели такой артефакт? Что за этим скрывается? И когда я начал сопоставлять странные события в Академии, связанные с артефактами, понял, что они не случайны… Помнишь, когда мы встретились вечером в зоопарке?

Я живо представила сначала разъярённую мантикору, а затем, как я лихо гналась за какой-то неясной тёмной фигурой. Тогда я встретила Алронда и была уверена, что он был в этом всём как-то замешан.

— Возле клетки мантикоры лежал артефакт — маленький камушек с рунами, который затуманивал её сознание. Его цель — увеличить агрессию зверя, чтобы она достигла пика, когда рядом окажется сильный источник магии. Может, рассчитывали на какой-нибудь магический всплеск, но этим источником выступила ты. И как только ты вошла в зоопарк, мантикора взбесилась. Такие камушки лежали возле ещё нескольких вольеров.

Я прикрыла рот в ужасе. Магия внутри меня снова подняла голову, откликаясь на мои сильные эмоции. Я закрыла глаза и сосчитала до десяти, а когда открыла, Алронд смотрел на меня с улыбкой. Он продолжил:

— Но когда я пришёл с этим к ректору, он практически не отреагировал. Я не понял тогда, что он уже был зачарован. Лишь после происшествия с заколкой до меня дошло. Но как снять чары и не вызвать подозрений? Я не знал. Поэтому просто наблюдал, стараясь быть начеку.

— Я видела заколку у мистрис Ларассы, — пробормотала я, — И даже частично рассказала мне о её свойствах.

Алронд задумался, затем посмотрел на меня более серьёзно.

— Скорее всего, она хотела проверить твою реакцию. Понять, насколько серьёзно ты отреагируешь на артефакт. Хотела увидеть, заметишь ли ты что-то большее за этой заколкой, чем просто магический предмет. Ей важно было узнать, как ты осведомлена о её планах или опасна ли ты для неё. А если бы всё сработало так, как должно, я был бы запятнан уже связью с адепткой. Мия Джейерс наверняка разнесла бы эту новость — или сама, как сплетню, или под воздействием артефакта… И меня бы вышвырнули снова, а ректор лишился бы своего союзника.

Я покраснела, чувствуя себя неловко и странно от его слов. Мне бы не хотелось ни с кем сплетничать, о том, что между нами с Алрондом что-то есть.

— Эль, — сказал он тихо, но твёрдо, — Я не обвиняю Ларассу напрямую в том, что происходит. Ещё не могу. Но очень многие ниточки тянутся к ней. Она — мощнейший артефактолог, у неё прекрасные знания в рунологии и менталистике. Однако я уверен, что она не действует одна. И если мы сейчас бросим на неё все обвинения, а окажется, что за этим стоит кто-то другой, мы рискуем проиграть. Твой амулет — её создание. Только она знает его истинные свойства. Мы не можем лишить её иллюзии, что ты полностью зависишь от него. Но я прошу тебя, будь настороже.

Его голос был полон беспокойства, и я серьёзно кивнула.

— Давай обсудим, — продолжил он, — Что ты скажешь, если она начнёт задавать вопросы. Мы должны подготовиться.

После ухода Алронда я наскоро переоделась и поспешила в кабинет артефактологии. Сердце колотилось, но я старалась дышать ровно и отвлекаться на обстановку Академии. Солнце еле-еле пробивалось через облака, давая через узкие окна рассеянный свет в коридорах. В коридорах было холодно, гулял сквозняк, и я подумала, что хорошо бы начали включать руны обогрева. Младшие адепты, у которых занятия начинались раньше, потихоньку выползали из своих комнат. Заспанные и взъерошенные, они маленькими стайками шагали на завтрак. Я шла среди них в толпе, но чем ниже я спускалась, тем сложнее стало думать о чём-то другом, кроме того, что я скажу Ларассе. Ложь, которую мы с Алрондом сочинили, должна сработать, но для этого нужно было в неё поверить.

Наконец, я встала перед кабинетом и постучала. Никто не отвечал, и я даже проверила через чары, в кабинете ли преподаватель. Наконец, дверь открылась, и передо мной появилась мистрис Ларасса в простой одежде. Короткие светлые волосы взъерошены больше, чем обычно, вид был усталый, словно она тоже не спала пол ночи.

— А, Эльдреда, заходи, — она словно встрепенулась и открыла дверь шире.

— Спасибо, — я вошла, стараясь держаться спокойно.

— Что случилось, почему ты так рано? Что-то с амулетом? — её взгляд сразу упал на вырез моей рубашки. Она нахмурилась.

Я кивнула и вытащила амулет, стараясь выглядеть спокойно, хотя внутри меня всё было напряжено, как натянутая тетива.

— Да, у меня порвалась цепочка, — я протянула ей амулет.

Ларасса замерла, её глаза расширились, как будто я протянула ей живого скорпиона, а не защитный артефакт.

— Как это произошло? И ты сейчас без защиты? Как долго? — она взяла с рабочего стола щипцы и с осторожностью подцепила амулет.

— Со вчерашнего вечера, — ответила я, постаравшись, чтобы голос звучал безразлично.

— Ты должна была сразу бежать ко мне! — её голос стал резким, и если бы не разговор с Алрондом, я была бы уверена, что из-за беспокойства за меня, но теперь… — Как это произошло?

— Случайно, — пожала я плечами, хотя сердце билось так, что, казалось, можно было увидеть, как оно колотится. Но Ларасса склонилась над увеличительным стеклом, осматривая звенья, — В душевой дёрнула.

Ларасса подняла на меня недоверчивый взгляд.

— Цепочка магически усилена, её практически невозможно порвать голыми руками, — медленно проговорила она, глядя на меня, словно размышляя вслух. Я сглотнула ком в горле, чувствуя, как внутри всё холодеет. Ларасса поправила очки на переносице, — Как ты умудрилась?

— У меня был тяжёлый день, эмоции накопились, вылились в магию… Это просто случилось, когда я уже не могла сдержаться. Я сама не знаю, как это произошло… У меня с амулетом такое впервые… — лепетала я.

Казалось, мой ответ её убедил, и её взгляд смягчился. Она снова склонилась над амулетом.

— А ты что-то ощущаешь? Уровень энергии изменился? — она соединила концы цепочки с помощью щипцов и взяла инструменты.

— Немного, — я приняла расстроенный и утомлённый вид, — Но я стараюсь держать себя под контролем. И первым делом отправилась к вам.

Она кивнула, удовлетворённая моим ответом, и, не поднимая головы, задала вопрос:

— Ты же в курсе, что я приготовила тебе ещё один артефакт для практики? Ректор считает его необходимым. Он практически готов, осталась лишь пара штрихов.

Я вчера не успела задать ректору вопрос об артефакте. Точнее, задать вопрос тому ректору, который предстал передо мной после уничтожения зачарованного пера. Но мне было любопытно, что мне хотела сказать Ларасса.

— Что это будет за вещь?

— Браслет, — Ларасса сковала звенья цепочки и поднесла их ближе к свету, — На нём будут дополнительные руны стабилизации и барьеры. Они сработают как кокон, если вдруг твоя магия выйдет из-под контроля. Если всплеск случится, кокон изолирует тебя и возможные последствия… О, а что это у нас?

И тут она, наконец, сделала то, чего я боялась — начала рассматривать амулет. Её настороженный тон почти выбил меня из колеи. Руны на амулете всё ещё выглядели темнее обычного, хотя я уже начала привыкать к их виду. Они высветлялись с каждым днём, но всё же не до конца очистились… Я напряглась, пытливо всматриваясь в её лицо, пока она вертела амулет с разных сторон.

— А, нет, показалось, — Ларасса заметно расслабилась. Я едва не застонала от облегчения. Алронд предложил использовать на амулете иллюзию, вернуть ему на время обычный вид. Её могла поставить только я и Ларасса. Моей текущей силы хватило на это с лихвой, я даже боялась, что перестараюсь. Амулет блестел, как будто его только что создали. Иллюзия, которую я наложила на артефакт, была довольно сильной, но поддерживать её, находясь в непосредственной близости к опытному артефактологу, оказалось непростым делом. К тому же зачарованные очки Ларассы усиливали её способность видеть магию, и я не была уверена, сколько ещё смогу её одурачивать.

— Что-то не так? — пискнула я для правдоподобия.

— Как будто снова увидела воздействие магии… Тебе нужно быть более осторожной с ним, — она строго взглянула на меня, — Этот артефакт поддерживает твою силу в стабильном состоянии. Иначе может случиться что угодно. Надеюсь, ты понимаешь это и будешь более аккуратна.

— Да, мистрис, — продолжала лепетать я, чувствуя, что краснею. Мне было стыдно, что приходилось ей врать, я не любила ложь. Но ещё сильнее я боялась того, что Ларасса узнает правду, — Я очень испугалась, что магический всплеск мог повредить его… вы знаете, как он мне необходим.

Она кивнула, но в её взгляде мелькнуло что-то настороженное. Это заставило меня ещё сильнее напрячься. Она могла догадаться о чём-то, я это чувствовала. Мои ладони вспотели, и сердце стучало в горле.

— Ничего, дорогая, — неожиданно мягко проговорила она, повернувшись к своему столу и не глядя на меня, — С браслетом ты будешь в полной безопасности. Никаких магических всплесков больше не будет.

Я несмело кивнула.

— Как проходит подготовка к практике? — её вопрос застал меня врасплох, и я ненадолго задумалась. Обсуждение с Ларассой других дел мы с Алрондом не отрепетировали.

— Всё н-нормально, — замялась я, — Мы с мистрис Ларси и мастером Вэйлом должны будем провести подготовительные занятия. После выходных мы спускаемся вниз…

Эти слова даже у меня самой вызвали нервную дрожь. Я всё ещё плохо представляла, чего ожидать от этих руин, но, как сказал Алронд, дни перед практикой мы полностью посвятим обсуждению наших планов. В последнее время, как я со стыдом отметила, у меня едва оставалось время на то, чтобы подумать даже об учёбе. По-хорошему нужно было бы подготовиться к практике. Но происходящее с Алрондом и ректором так поглотило меня, что всё остальное отошло на второй, а то и третий план.

— Будь внимательна, Эльдреда, — Ларасса отдала мне амулет, и я надела его, щёлкнув застёжкой, — И я сейчас говорю не про сами руины. Мастер Вэйл опытный маг, однако… он бывает непредсказуемым. Помни, что я тебе говорила. Но… мы с тобой ещё увидимся до начала практики.

Я кивнула, быстро пряча амулет под рубашку, и почувствовала лёгкий холодок на коже от металла.

— Спасибо, мистрис Ларасса, — проговорила я с натянутой улыбкой. Неожиданно в дверь постучали, и Ларасса, проворчав, что останется без завтрака, пригласила войти.

— Мистрис Ларасса, я пришла обсудить… — начала Ирия, входя в кабинет, но остановилась, увидев меня. Поджав губы, она коротко кивнула на моё приветствие, и резким тоном спросила: — Мы можем поговорить наедине?

Я поспешила раскланяться, чтобы не задерживаться перед завтраком, и не видеть дольше необходимого недовольный вид Ирии. Сегодня я и так должна буду встретиться с ней на рунологии, и её лицо уже не предвещало ничего хорошего.

Никаких изменений от амулета я не почувствовала, но всё равно после Ларассы забежала к Алронду и попросила его проверить артефакт. Наклонившись, он внимательно вглядывался в него, но, по его словам, всё было как обычно. Я рассказала о том, что говорила Ларасса и как в последнюю минуту зашла Ирия. Он нахмурился и договорился встретиться со мной после обеда у ректора. Ирия должна была прийти туда же, и мы обсудим последние приготовления к практике.

На рунологии, как ни странно, всё было тихо и спокойно. Ирия раздала всем листочки с заданиями для каждого нарисовать руны. Сама она ушла после начала урока, предупредив, что узнает, если мы списывали друг у друга или из учебника. Её угрозу восприняли достаточно серьёзно, и даже обычной в таких случаях болтовни не было. Мне достались те руны, которые я хорошо знала, поэтому остаток занятия я провела за подготовкой к другим предметам.

Ирия до конца урока так и не вернулась, поэтому мы положили ей на стол наши ответы. Я зашла в библиотеку, чтобы оставить несколько книг и только потом направилась на обед. Атмосфера в коридорах вдруг резко изменилась. Было неожиданно шумно, в воздухе висела тревожность. Адепты шушукались с напуганными лицами, и я почувствовала, что упускаю какую-то важную новость.

— Дэрек, что-то случилось? Отчего такой шум? — я дёрнула за рукав друга, стоящего передо мной в очереди к буфету.

— Ты не в курсе? — он обернулся с тревогой во взгляде, — На востоке пропали жители нескольких деревень. Во время урока элементалистики у Фениксов гонец передал письмо одной девочке… Оказалось, у неё в тех краях была семья… Король собирает магов со всей страны.

Я ахнула, и теперь обрывки разговоров, доносившихся до меня, обрели смысл.

“Я отправлюсь к своим на выходные”

“Мой старик не владеет магией, надо хотя бы усилить стены рунами…”

“Запишусь в гвардейские. Да плевать мне на учёбу!”

“Интересно, что скажет ректор? Кстати, где он?”

Я тоже подумала об этом и перевела взгляд на преподавательский стол. Среди присутствующих ректора не было. Но это было понятно — после произошедшего с артефактом, даже такому сильному магу нужно было восстановиться. Я лишь надеялась, что мастер Герр охраняет его, как верный пёс и заботится о нём.

Но адептам нужен был ректор, нужно было видеть его спокойное, обрамлённое седыми волосами лицо. Я только сейчас, ощущая нарастающую панику, поняла, как важно было делать вид, что всё под контролем. Не ровён час и большая часть адептов просто уйдёт из Академии. Драконы пойдут в боевые отделения, Грифоны на защиту границ, Фениксы — в разведку, Кракены — готовить зелья и артефакты, а Единороги — лечить.

Но кто останется для защиты самой Академии? Ректор всё это время говорил, что всё в порядке и Академия безопасна. Но он был так безмятежен из-за артефакта. Интересно, какие действия он предпримет сейчас?

За общим столом с ребятами мы обсуждали то же самое, что и все.

— Если бы не практика, ноги бы моей тут уже не было… — Зейн, глядя в одну точку, едва не согнул пополам железную ложку. Молчаливая рыжая Люси, его девушка, сидевшая вместе с нами, схватила его за предплечье, словно в поиске защиты.

— Успокойся, — веско сказала Джиа, хотя у самой глаза были встревоженные, — Я думаю, наша практика как раз пойдёт всем на пользу. Наверное, меня представят разведчикам. Надеюсь, буду им полезна. Ты пойдёшь к законникам — я думаю, у них будет сильный недобор из-за… ситуации. Даже Дэрек…

— Даже Дэрек, — скривившись, передразнил её обсуждаемый, — Думаю, моя охрана лавки будет сейчас самой востребованной. Хотя, если мы говорим о пропаже людей, а не артефактов… А с лавочником что делать, запереть в подвале, что ли?

— Что с ними делают? — спросила я, ковыряя еду, — С теми, кто пропал? Как думаете? Жертвоприношения? Ритуалы?

— Эль! — шикнула на меня в ужасе Джиа, — Тут же ребята… И ты так спокойно об этом говоришь?

Я пожала плечами, стараясь выглядеть виноватой. Хотя больше меня интересовал действительный расклад вещей, а не размышления моих однокурсников о том, как они могут пригодиться королевству. Хотелось понять, как сильно пострадали люди — не ради любопытства, а ради понимания масштаба ситуации. Что за магия использована? Перенесли их куда-то против воли или же зачаровали иллюзией и менталистикой так, что они ушли сами?

Это бы дало понимание, насколько далеко всё зашло. Если и дальше будут происходить такие вещи, то поднимется серьёзная паника. И как много студентов уйдёт из Академии, в то время, пока она уязвима, и в ней самой уже творится тёмная магия.

Остаток обеда я тактично молчала, а после него поспешила к ректору.

Дверь мне открыл Калеб, сразу пригласив войти. Ректор сидел за своим столом, вокруг него, склонившись, стояли Ирия и Алронд, рассматривая какие-то схемы. Алронд поднял голову и коротко кивнул мне, снова склонившись над свитками. Я на секунду проверила отпечаток энергии и поняла, что за столом сидит не иллюзия, а действительно сам ректор, и выглядит он при этом вполне сносно, хоть и немного утомлённо.

— Ещё раз, — резким тоном доказывала что-то Ирия, — Если повреждена эта барьерная руна, нам нужно начинать не с этого коридора. Нас просто вышвырнет оттуда, что тут непонятного?

Острым лакированным ногтём она едва не проткнула карту.

— Нам нужно заходить отсюда.

— Ирия, — мягко, но настойчиво сказал Алронд, — Повреждение одной руны барьеру ничего не сделает.

— Ты хочешь со мной поспорить? — зашипела она, — Может, тогда пойдёте без меня?

Только сейчас я заметила, какое напряжение висит в воздухе. Ирия стояла от Алронда как можно дальше и не смотрела на него во время разговора, даже когда обращалась к нему. Мне стало неуютно. Да пройдёт вообще эта практика, как надо?

— Коллеги, — ректор громко постучал ладонью по столу, — Давайте попробуем услышать мнения друг друга. Алронд, ты сможешь стабилизировать барьер в случае его неисправности?

— Думаю, да.

— Ирия, насколько опасен барьер с нестабильной руной?

— Очень опасен, мэтр. Я так понимаю, их давно не обслуживали и даже не осматривали. Не известно, в каком они состоянии. Пока есть возможность зайти с другой стороны руин, пусть и потеряв на этом больше времени, я не стану рисковать.

— Сколько времени займёт крюк до другого коридора? — спросил Калеб.

— Полдня, не меньше. Тот коридор находится с другой стороны Академии, он погребён под завалами. Нам нужно будет их расчистить и восполнить энергию. Придётся ночевать там, брать провиант и палатки… — поморщился Алронд.

— Иди один, если хочешь, — взъярилась Ирия и скосила взгляд на меня, — Тебе снова хочется экспериментов? Вперёд. А, нет, ты наверняка пойдёшь с ней. И там её магия сработает на нестабильной руне. Вся Академия рухнет от взрыва. Красота!

Ректор устало вздохнул и потёр переносицу. Алронд задумчиво почесал подбородок, я заметила, как напряглась его челюсть.

— Хорошо. Если ты считаешь, что это настолько опасно…

— Ага, как только зашла речь о её безопасности, ты сразу поменял мнение. Ну конечно…

— Ирия! — повысил голос Алронд, сурово глядя на неё. Калеб вертел головой, явно не понимая, что происходит, а я стояла красная, как помидор.

Одного этого окрика хватило, чтобы она вся сникла. Я будто видела, как её кипучая злость вылетала из неё, словно пар из открытой кастрюли.

— Мэтр, я своё мнение сказала, позвольте, я пойду, завтра перед тем, как уйти, мы сможем возобновить обсуждение, — тихо сказала она и ушла, не дожидаясь ответа.

Ректор снова только устало вздохнул, а Калеб проводил её недоумённым взглядом. Как только дверь за ней закрылась, он спросил:

— Мэтр, мистрис Ларси сможет пойти с нами? Она выглядит… ещё более нестабильно, чем эта повреждённая руна, — я едва не прыснула от такого сравнения.

— Да, Эртон… Мистрис Ларси немного на взводе из-за происходящего вокруг, но, надеюсь, она сможет взять себя в руки. Вэйл, — ректор строго взглянул на него, словно это он был виноват в происходящем, — Я думаю, ты сможешь найти к мистрис Ларси подход. Вы друг друга давно знаете.

Алронд мрачно кивнул. Мы ещё какое-то время обсуждали руины — точнее, теперь в обсуждение включился Калеб, который просто соглашался с каждым словом ректора и Алронда и обещал, что всё будет сделано. Я старалась слушать, но в основном разглядывала схемы, пытаясь в голове запомнить план. Однако, чем дольше я вглядывалась в запутанные линии, тем сильнее они напоминали мне лабиринт.

Наконец, когда все уже устали и тёрли глаза, ректор сказал:

— Давайте на сегодня закончим. Завтра утром и днём мы ещё соберёмся с вами и обговорим последние детали. Надеюсь, что мистрис Ларси присоединится к нам. Алронд, — ректор посмотрел на него, — Найди её и поговори с ней. Она единственный наш рунолог. Или вам придётся взять из библиотеки старого мэтра Ольво.

Я уже повернулась к выходу вслед за Калебом и Алрондом, но ректор окликнул меня:

— Эльдреда, останься, пожалуйста. Я хотел бы с тобой поговорить.

Я поджала губы, глядя на Алронда, уходящего с Калебом, но делать было нечего, пришлось вернуться к столу ректора. Мэтр указал на кресло напротив себя и, дождавшись, когда двери закроются, перевёл взгляд на меня. Молча долго смотрел на меня, потом на свои сцепленные на столе руки. Я выжидала, не нарушая это молчание. Похоже, что ректор собирался с мыслями. Наконец, он начал говорить, и как мне показалось, каждое слово давалось ему очень тяжело: — Эльдреда, я хочу извиниться перед тобой. Я опешила. — За что, ректор?! Он отвёл взгляд. — Я подвёл тебя. Подвёл всю Академию. Мой затуманенный магией разум едва не привёл к краху всё, что я пытался сберечь эти годы. И, как ни горько это признавать, чары артефакта всего лишь усугубили настоящее… Я молча кивнула, скорее сама себе, чем ректору. Как и в случае с заколкой, магия дала прорасти зерну, уже посаженному в плодородную почву. — Я всегда был уверен в Академии. Мы заботились о ней все эти годы, поддерживали её неизменное состояние. Существование Кадарата с его особенностями — то, чем я могу гордиться. Но я настолько боялся поменять что-то в Академии, что не обращал внимания на то, как преобразился мир вокруг. Моё ректорство выпало на достаточно спокойные времена, и я хотел сохранить это ощущение для адептов… И меня сильно подкосило уже то, что преподаватели и адепты ушли из Академии в начале года. Я долго воспринимал их, как предателей. Сейчас мне начинает казаться, что главным предателем был я. Наше обучение не занималось воспитанием бойцов. Теперь же, когда тёмная магия так сильно угрожает королевству, я понимаю, что это была ошибка. Он замолчал и прикрыл глаза. Либо его изнурил рабочий день, либо же этот разговор добил и без того слабое состояние ректора, но он выглядел опустошённым. Из него будто выпили всю силу — и магическую, и физическую. Подождав его реакцию, я поняла, что он ничего не скажет, и несмело заговорила: — Мэтр Каэл… Если позволите… Вы к себе несправедливы. Вы столько сделали для Академии, без вас это место уже давно разрушилось бы. Если бы не воздействие артефакта… Но кто мог подозревать… — Я. Я подозревал и должен был принять меры. Я знал, что моя личность, как главы Академии, под угрозой. И ничего не делал. Ректор говорил строго, чеканя каждое слово, но я понимала, что строг он сейчас только по отношению к себе. — Ты, Вэйл, Герр, другие преподаватели и адепты, которые сохранили верность Академии — вот настоящие герои, благодаря которым Кадарат ещё стоит. Я уже списан со счетов… — он поморщился и посмотрел на меня, — Но это не значит, что я оставлю всё на волю судьбы. Ситуация сложная, да, но я всё ещё могу её контролировать. Некоторые решения я пока держу в тайне, чтобы не вызвать преждевременных действий со стороны тех, кто хочет нам зла. Я нахмурилась, пытаясь понять, о чём он говорит, но ректор не стал углубляться в детали. — Сейчас мне снова нужно принимать тяжёлые решения. Мы не можем позволить себе больше ошибок. Мэтр тяжело вздохнул, словно эта речь окончательно утомила его. Я хотела спросить, что за решения, но ждала, пока он сам продолжит. Наконец, он поднял на меня усталые, но горящие решительным огнём глаза:: — Эльдреда, мне сказали, что я лишил тебя возможности стать преподавателем. Я прошу прощения… От моего имени действовали злые силы. Скорее всего, хотели подкосить тебя тоже. Я возвращаю тебя в отбор. После зимних каникул ты проведёшь несколько уроков у младших адептов. Я замолчала, не зная, что сказать. Всё происходящее в последнее время, превратившее порядок в хаос, уже выгнало из моей головы мысли о преподавании. Я пока не понимала, куда ещё я могла бы пойти, но желание преподавать у меня тоже ушло, что я заметила только сейчас, когда ректор снова предложил мне пройти конкурс. — Спасибо, — пробормотала я, отводя взгляд. — Давай мы продолжим завтра, — сказал ректор тихо, и я поняла, что он уже хочет отдохнуть. Я поспешно закивала, предложив ему помощь добраться до кровати, но мэтр тактично отклонил мою помощь, попросив позвать мастера Герра. Выйдя в коридор и взглянув на часы, я поняла, что если потороплюсь в целительское крыло, ещё успею на ужин. В голове билась мысль: если ректор принял решение об отстранении меня от участия в конкурсе под влиянием чар — кто мог так сильно желать, чтобы я не стала преподавателем? За этими мыслями я не заметила, как добралась до целительского крыла. Выполнив поручение ректора, отправилась в обеденный зал. Мои мысли вернулись к Алронду. Я гадала, где он сейчас, и очень надеялась найти его за ужином. Однако за преподавательским столом его не оказалось. Хотя он и так был там редким гостем, но именно сейчас у меня вдруг закралась ревнивая мысль, что он, видимо, до сих пор разговаривает с Ирией… Убеждает её… Успокаивает… Я сидела с ребятами, но не слушала, о чём они говорят. Аппетит у меня пропал. Наскоро и практически силой запихав в себя остаток рагу, я решила пойти в кабинет Алронда. Мне не требовались оправдания для кого-либо — у меня с ним послезавтра практика, так что это было вполне понятное желание ещё раз переговорить с преподавателем. Постучав в дверь, я не получила ответа. Подёргала ручку — заперто. Простояв у кабинета ещё какое-то время, поняла, что либо Алронда там действительно нет, либо он там и не один, а на кабинет наложены звукоподавляющие чары. В голове сразу развились картины его кровати с балдахином, и что на ней может происходить… Зарычав на себя от злости, я пошла в направление библиотеки. Там могла хоть немного отвлечься. Что за глупые мысли вдруг возникли в моей голове? Но ведь мы так и не поговорили толком с Алрондом, запищал противный голосок в моей голове. Кто знает, что он решил, когда был в драконьем облике? Неожиданно в тёмном коридоре я наткнулась на мастера-менталиста, Тиона. — Амон, это вы? — он подслеповато прищурился в полумраке, зажигая светлячка, — Всё ещё готовитесь к практике? — Да, мастер, — ответила я, остановившись и немного переведя дух с этим безобидным разговором. — Будьте осторожны там, внизу. Последний раз туда спускались аж три года назад. Недопустимо давно для таких мощных чар. Когда в этом году я предложил ректору спуститься за обновлением барьеров, он отказал мне и другим преподавателям. А теперь почему-то отправляет туда молодёжь, вроде вас с Эртоном... У меня по спине пробежал холодок, а мастер продолжал, не замечая моё состояние. Я незаметно поставила на себя ментальный барьер, опасаясь, что он может влиять на меня магией. В текущей ситуации я начала подозревать всех, везде искала двойное дно, как последний параноик. — Хорошо, что мистрис Ларси пойдёт с вами. Она сильный рунолог, знает своё дело. Но… — мастер задумался на мгновение, — Вам всем нужно быть начеку. Следите друг за другом и поддерживайте. Если мага что-то отвлекает, если он нервничает, особенно в такой нестабильной обстановке, как древние руины, это может довести до беды. Я навострила уши. — Что вы имеете в виду? Кого что отвлекает? Что-то не так с мистрис Ларси? — Я не хочу обсуждать с вами коллег, Амон, — строго сказал Тион. — Может, вы тогда выскажете свои предположения мэтру Каэлу? — я была настойчива, но мастер как-то странно повёл плечом. — Ректор в последнее время не настроен слушать тех, кто говорит неудобную правду, — в бликах светлячка я увидела, как он скривился. Спохватившись, я поняла, что никто толком не разговаривал с ректором после того, как он освободился от чар. Я начала подозревать, что многие лояльные Кадарату преподаватели сами из последних сил пытаются поддерживать состояние Академии — в обход ректора, не учитывающего ничьи мнения. Но во мне росла злость на менталиста. — Если вы что-то знаете и скрываете, а мы отправляемся прямо в опасность… — я даже сделала шаг ближе к нему, — Если что-то случится, потому что вы промолчали, ректор узнает об этом. Даже в свете магического шарика, я увидела, как Тион побледнел. — Адептка Амон! Вы мне угрожаете? — после его разъярённого тона я засомневалась, что он побледнел от страха. Я мрачно, но молча уставилась на него, — Я дал вам совет — будьте начеку! Древние руины — это опасное место! Вот уж, действительно, протяни палец — откусят руку… С этими словами и каким-то неразборчивым бурчанием мэтр ушёл. Мне оставалось только гадать, что имел в виду Тион — или кого…

В библиотеку я всё равно пошла, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. Тишина и спокойствие книжного царства обычно действовали на меня умиротворяюще, но сейчас, несмотря на это, я никак не могла избавиться от тревоги. Библиотека была набита адептами, которые готовились к завтрашним практикам. Даже в столь поздний час многие сидели, погружённые в книги и записи, словно забыв обо всём на свете.

Я взяла несколько книг по защитным рунам и механике работы древних барьеров, бездумно перелистывая страницы. Вглядываясь в строки, я пыталась запомнить чертежи и магические символы. Но они казались пустыми... Я понимала, что это как готовиться к экзамену по предмету, который вроде бы знаешь, но в глубине души боишься, что попадутся такие вопросы, к которым не подготовился.

Мыслями я снова возвращалась к разговору с мастером Тионом. Его слова, такие простые на первый взгляд, засели в голове, подрывая моё внутреннее спокойствие. «Будьте осторожны…» — в этом было что-то большее, чем просто напутствие перед практикой. Неясные намёки не давали сосредоточиться. Я злилась на него за это, но ещё больше — на себя за то, что его слова так легко пустили корни в моей голове. Ведь я знала, что ректор не позволил бы нам подвергнуться ненужному риску. Тогда почему тревога не оставляла меня?

Нам предстояло спуститься в руины, где никто не бывал уже несколько лет. Место, напитанное древней, непредсказуемой магией. И кто мы? Я, адептка, чья магия периодически выходит из-под контроля; ассистент ректора, проявляющий ко мне странно повышенное внимание; Алронд, с которым моя магия может вступить в резонанс и заставить его превратиться в дракона в самый неподходящий момент; и Ирия — рунолог с характером, от которого хочется держаться подальше.

Что за чудесная компания для ремонта магического фона Академии...

В животе неприятно заныло от этих мыслей. Ситуация внушала больше страха, чем я готова была признать, но отступать было некуда. Ректор выбрал нас для этой задачи, даже после того, как его разум очистился от воздействия артефакта. Значит, я должна довериться его решению.

Я посмотрела на часы, библиотека скоро должна была закрываться. Где бы сейчас ни был Алронд, о котором я старалась лишний раз не думать, чтобы не расстраиваться, он найдёт меня. Хотелось бы верить, что он придёт, что нам удастся поговорить до завтрашнего дня, но я быстро осекла себя, погрузившись обратно в книги.

На всякий случай я перерисовала несколько рун на маленькие бумажки и спрятала их в карман, чтобы они были под рукой. Лишняя предосторожность не помешает, особенно перед тем, что нас ждёт.

Когда я вернулась в свою комнату, моё беспокойство никуда не ушло. Я начала собирать вещи, раскладывая их по рюкзаку, стараясь предусмотреть всё. По плану мы отправлялись завтра днём и спускались в руины. Там предстояло разобрать завалы и к ночи достичь нужного коридора. Мы должны были провести ночь в этих руинах, а на следующий день заниматься починкой барьеров. Но у меня было странное предчувствие, что нам потребуется больше времени, чем планировалось. Поэтому я положила себе сменное белье и ещё пару вещей на случай, если нам придётся задержаться.

Часы перевалили за полночь, и я всё ещё надеялась, что Алронд постучит в дверь. Ворочалась в постели, прислушивалась к каждому звуку. Но в комнате было тихо. Усталость наконец взяла верх. Сжав в руке амулет, я медленно погрузилась в беспокойный сон.

Следующим утром на завтраке я заранее попрощалась с ребятами. В отличие от моей, их практика должна была длиться минимум неделю. По их лицам я понимала, что им кажется, будто мне повезло — всего полтора дня и я свободна. Я не стала их разубеждать, мне и самой хотелось заразиться этим лёгким настроем.

Алронда за завтраком так и не было, но я решила не ждать его. Направилась прямо к ректору, как мы договаривались накануне. Академия была пустынной: почти все адепты были на занятиях, но меня тишина коридоров нервировала.

Поэтому когда вдруг из стены вылезла рука и резко утянула меня в сторону, я вскрикнула от страха и неожиданности. Меня прижало к стене в узком проёме, и сердце бешено колотилось от произошедшего… до тех пор, пока я не увидела Алронда.

Страх моментально улетучился, уступив место чему-то совсем другому. Меня охватил вихрь непонятных эмоций — злость на него за долгое отсутствие, радость, что он здесь, и… влечение, от которого меня бросило в жар. Я тут же отпрянула, едва не потеряв равновесие на лестнице, ведущей во тьму потайного хода. Алронд успел схватить меня за талию, удерживая на месте, но от его прикосновения амулет привычно обжёг кожу, как будто отзываясь на близость.

— Ты в порядке? — спросил он, отпуская меня, как только я вновь обрела устойчивость. В его голосе прозвучала искренняя забота.

Я не знала, спрашивает ли он о моём состоянии сейчас или в более общем смысле, но отвечать, что у меня болит от злости и амулета, не хотелось.

— Да, — отрезала я резко, не сумев удержаться от едкого тона, — Как там Ирия?

Его глаза чуть блеснули, и я уловила иронию, но в его выдохе чувствовалась усталость.

— Мы всё обсудили, — ответил он, сдержанно кивая, — Тебе не стоит беспокоиться. Она будет держать себя в руках.

— Это она так сказала? — я с вызовом подняла бровь, не отпуская темы. Он отвёл глаза, и я продолжила, настаивая: — Пойми, дело не в ваших с ней отношениях и даже не в нас. Мы идём в место, где магия сильнее, чем где-либо. Если там будет кто-то нестабильный… Пострадать может вся Академия.

— Эль, я обещаю тебе, всё будет хорошо. Ты просто не переживай об этом. Я разберусь с Ирией.

— Ты говоришь это потому, что знаешь, что она ревнует, и не хочешь, чтобы я переживала об этом, — я не сдержалась, и горечь прозвучала в моих словах. Он схватил меня за плечи, силясь удержать мой взгляд на себе, но я снова отшатнулась.

— Мы должны уладить всё и друг с другом тоже, — сказал он тихо, — Чтобы наша истинная связь работала, а не усиливала проблемы. Мы должны быть на одной волне.

— То есть, я не могу теперь испытывать никаких эмоций, потому что моя магия нестабильна, твой внутренний дракон — тоже, и истинная связь из-за этого даёт сбой? — мой голос едва не сорвался на крик.

Алронд долго молчал, глядя на меня, и я не понимала, он не находит ответа или не желает его говорить. Я совершенно запуталась в своих чувствах — мне захотелось и отодвинуться от него и, наоборот, прижаться к нему. Он, словно видя мои метания, сделал глубокий вдох, и его взгляд смягчился.

— Эль, ты можешь испытывать любые эмоции. Никто не вправе лишить тебя этого. Но дело не в том, чтобы отказываться от своих чувств ради контроля над магией. Истинная связь — это не про подавление, не про удержание в себе всего. Наоборот, она сильна тогда, когда мы искренни друг с другом, когда мы понимаем и поддерживаем друг друга, — он на мгновение остановился, а затем продолжил, тихо и уверенно, — Я не прошу тебя быть идеальной. И я точно не прошу тебя быть спокойной, когда это невозможно. Все, что нам нужно — научиться принимать друг друга такими, какие мы есть.

Он улыбнулся.

— Мы с тобой не враги, и твоя магия — не враг мне. Мой дракон не борется с тобой. Он защищает. И я здесь не для того, чтобы сдерживать тебя, а чтобы помочь, как и ты помогаешь мне, даже если сама этого не осознаёшь.

Я почувствовала, как его слова пробрались сквозь пелену моей тревоги, наполнив тёплой волной.

— Я разберусь с Ирией, и я разберусь с собой, — продолжил он. — Но мы не должны друг от друга отдаляться. Мы сильны, когда вместе.

Мы вместе вышли из проёма и направились в кабинет ректора. Там нас уже ждали. Я украдкой взглянула на Ирию, она действительно выглядела спокойно, даже отрешённо.

— О, Алронд, Эльдреда, мы ждали вас, — махнул рукой мэтр Каэл. Он выглядел бодрее, чем вчера, но на его столе вновь лежало перо. Я сдержала тревогу и проверила его чарами. Убедившись, что это всего лишь иллюзия, вздохнула с облегчением. Очевидно, ректор решил оставить иллюзию, чтобы запутать злоумышленников. Чары были мощные — далеко не каждый маг смог бы распознать обман, — Итак, я решил, что на расчистку завалов отправлю с вами Эмию Казали и парочку старшекурсников из Драконов. Так дело пойдёт быстрее. А сейчас мы ждём…

Не успел он договорить, как в дверь постучали. Вошла Ларасса, держа маленькую шкатулку. Она сдержанно кивнула присутствующим. Краем глаза я заметила, как все неуловимо напряглись.

— Мэтр, я с артефактом, — её вечно бодрый и жизнерадостный тон прозвучал резко в повисшей тишине.

— Да, Вера, проходите. Эльдреда как раз тут, — ректор говорил спокойно, даже с каким-то умиротворением.

Ларасса подошла к столу, где были разложены схемы подземелий, и, мельком окинув их взглядом, плавно положила на них шкатулку. Открыла крышку, и в тишине комнаты я увидела серебряный браслет, который лежал внутри. Холодок пробежал по моему телу. Этот момент, казалось, тянулся в бесконечности.

— Эльдреда, дай руку. Какую хочешь, — попросила она с мягкой улыбкой.

Я протянула левую руку, чувствуя, как дрожь охватывает меня всё сильнее. Ларасса надела защитные кожаные перчатки, испещрённые магическими рунами, и аккуратно взяла браслет, держа его, словно что-то священное. Он тихо звякнул, когда она расстегнула его замок.

Мгновение — и он уже был на моей руке.

— Эльдреда? Можно взглянуть?

Я обернулась к Алронду. Он смотрел на меня со странно-пытливым выражением лица. Брови нахмурены, губы поджаты. Протянув мне руку, он ждал, пока я вложу в неё свою.

— Мастер Вэйл, — заговорила за моей спиной Ларасса, в её голосе проскальзывало беспокойство и недовольство, — Артефакт, предназначенный для другого человека, нельзя трогать без специальных инструментов. Это может сбить его настройку на энергетический отпечаток. Я думала, вы должны знать такие очевидные вещи.

Алронд впился в неё взглядом поверх моей головы.

— Мистрис Ларасса, базовые знания артефактологии у меня есть, — тихо проговорил он, — Но сейчас мне, как мастеру-защитнику, нужно проверить артефакт, с которым мы собираемся отправиться в достаточно опасное место.

— Поверьте мне, мастер Вэйл, — я обернулась на резкий тон Ларассы, она сделала шаг вперёд, с вызовом глядя на Алронда, — Я ответственно подхожу к своей работе и представляю условия, в которых вам придётся оказаться. Мои артефакты сбоев не дают.

— О, тут вы правы. Ваши творения работают так, как надо.

Алронд хищно улыбнулся, и тут я встала между ними.

— Мастер Вэйл, — сказала я, глядя ему в глаза, — У меня нет причин сомневаться в искусстве мистрис Ларассы. Она многие годы спасала меня от беды. Если бы не амулет, моя магия уже могла бы натворить дел. Уверена, этот браслет будет действовать только во благо. Поэтому лучше никому не вмешиваться в его магию.

Он озадаченно посмотрел на меня, я видела беспокойство в его глазах. Усилием воли я обернулась к Ларассе, выглядевшей победительницей в этом споре.

— Спасибо, Эльдреда! Я рада, что в тебе столько здравого смысла. Ректор, вы можете гордиться своей протеже.

Я посмотрела на мэтра Каэла, с расслабленным видом наблюдавшего за нами. Он кивнул, вертя в пальцах перо, и я в который раз одёрнула себя, что это иллюзия. Я почувствовала ещё один взгляд, направленный на меня, и поймала Калеба. Он тут же отвернулся к схемам на столе.

— Благодарю тебя, Вера, — безмятежно сказал ректор, — Согласен с тобой. И уверен, что с твоими артефактами наша небольшая экспедиция придёт к успеху.

Артефактолог легко поклонилась и, кивнув остальным, выскользнула за дверь.

— Итак, дорогие мои, — сказал ректор, хлопнув в ладоши, — Последние напутствия: Ирия, сходи, пожалуйста, к мастеру-целителю за успокаивающими зельями и заживляющими мазями. Также нужно зайти на кухню за съестным и водой — это я поручаю Калебу. Эльдреду отправляю к кастелляну за необходимым снаряжением в походе. А Вэйл возьмёт в оружейной холодное оружие — на всякий случай. Думаю, кинжалы подойдут всем, в конце концов, именно с ними адепты занимаются на физических тренировках. Также каждому даю свой комплект схем и карт руин. Эльдреда и Вэйл останутся со мной на разговор, остальных, если нет вопросов, я отпускаю. После обеда все встречаемся в холле.

Когда остальные ушли, ректор перевёл сосредоточенный взгляд на меня и поманил пальцем без слов.

— Эльдреда, ты… — настороженно шагнул вперёд Алронд. Я приложила палец к губам и покачала головой. Он остановился, глядя на меня с непониманием.

Я подошла к ректору и протянула руку с браслетом. Он некоторое время водил раскрытой ладонью над артефактом.

— Что-то с ним не так. Но подслушивающих или следящих чар не чувствую. Иллюзий тоже никаких нет. Эльдреда, — он перевёл взгляд на меня, — ты замечательно справилась! Всего одного твоего вмешательства хватило, чтобы ничего не вызывало подозрений. Теперь она думает сразу две нужные нам вещи. Первое — что ты всё-таки не доверяешь Вэйлу. Второе — что не дашь никому вмешиваться в работу артефакта, ведь он для тебя необходим.

— Так ты… соврала Ларассе? Что я не должен касаться браслета, что её артефакты тебе очень полезны…

Я обернулась и с торжествующим видом кивнула Алронду. Похоже, он был ошеломлён.

— Я уже перепугался, что это снова какие-то чары, что я всё-таки подверг тебя опасности, — выдохнул он, — Ты удивительная.

— А то! — с отеческой гордостью хмыкнул ректор, — А ты знаешь, как лихо она обходит охранные чары Академии? Несмотря на то, что план этого похода был написан силами тёмных, я всё же рад, что Эль идёт туда. Именно её способности смогут привести в порядок защитные барьеры. Тебе, Вэйл, ещё надо у неё уроки брать.

Я покраснела и против воли улыбнулась. Ректор посмотрел на свой стол и щёлкнул пальцами. Перо растворилось в воздухе.

— Какая гадость, — поморщился он, встряхивая кистью, — Эта вещица будет преследовать меня в кошмарах до конца дней.

— Вы молодец, мэтр, иллюзия была сильной, никто ничего не заподозрил, — ободряюще сказал Алронд, но ректор снова посмотрел на меня.

Я легко улыбнулась, хотя внутри чувствовала, как начинаю дрожать. Нервное напряжение потихоньку отпускало. Я без разрешения опустилась в кресло, ощущая слабость в ногах.

— Давай теперь мы взглянем на него более пристально.

Ректор достал из ящика стола очки и надвинул их на нос, становясь похожим на седую сову. Он взял мою протянутую руку. Браслет был литой, дугой окружая мою руку тонкой серебряной полоской. На его широкой стороне виднелись начертанные руны — такие же, как амулет, стабильные и.

— Снять его можешь?

Я попыталась подцепить замок.

— Нет.

— Так я и думал. Но, что ж, в случае чего, это не должно быть проблемой. Ты ведь поможешь ей, Алронд?

Тот кивнул и ободряюще посмотрел на меня.

— Моя сила дракона сможет избавить тебя от браслета и амулета, если что-то пойдёт не так. Простые артефакты надо мной не властны.

— Верно. Но пока что вы спускаетесь с ним и все работы проводите тоже с ним. Алронд, ты держишь Эльдреду в поле зрения постоянно. Вы будете спать в одной палатке.

— Мэтр, мне кажется, это может вызвать подозрения… во многих вещах, — я потупила взгляд, — Всё-таки я не единственная женщина в команде. Логично, если я буду ночевать с Ир… мистрис Ларси. И… думаю, это создаст ненужное напряжение между нами.

Ректор почесал подбородок.

— Согласен. Увы. Тогда, Алронд, не спускай глаз с отряда. Я негласно назначаю тебя старшим.

Алронд кивнул, и оба мага продолжили изучать браслет на моей руке. Они аккуратно накладывали на артефакт разные чары, советуясь между собой. Я не чувствовала никаких изменений, кроме того, что у меня затекла рука, а мужчины, сгорбившись, едва не покрылись испариной от напряжения.

Когда все приготовления были завершены, мы отправились выполнять поручения ректора. В коридорах Академии царила суета: адепты и преподаватели сновали туда-сюда, а звуки шагов и приглушённые голоса эхом разносились по стенам. Но я, впервые за долгое время, ощущала спокойствие. Наконец-то я почувствовала за спиной настоящую поддержку — и Алронда, и ректора. Эта уверенность словно освободила меня от тревог, и я, словно впервые за многие дни, смогла вздохнуть полной грудью. Я верила, что они смогут защитить меня.

Забрав у кастелляна наше снаряжение — сумки с одеялами, мешочки с руническими камнями, создающими защитные купола вместо палаток, и набор посуды для воды и еды — я направилась в свою комнату.

Там я неспешно перебрала рюкзак, проверяя, всё ли взяла. Убедившись, что всё на месте, я решила навести порядок. Разобрала стол, выкинула ненужные бумаги, отсортировала записи. В одном из ящиков нашла флакон с зельем ясности, которое сделала на тесте по алхимии. Старая, но надёжная вещь, которая может пригодиться. Решив, что лишним не будет, я осторожно положила его в рюкзак.

После обеда, где мы ещё раз разобнимались с Дэреком, Джией и Зейном, я пришла в холл, где уже стоял, прислонившись к стене, Калеб. Рядом с ним лежал огромный рюкзак — вероятно, с нашей провизией. Кивнула ему и попыталась бодро улыбнуться. Разговаривать с ним лишний раз не хотелось, хотя я чувствовала, будто он собирается с духом что-то мне сказать. Я сделала вид, что очень увлечена доской объявлений, где всё ещё висели направления на практику.

— Слышала, что снова было нападение тёмных, в столице? — Калеб так неслышно подошёл сзади, что я вздрогнула.

— Да, ребята на обеде рассказали, — я мрачно поджала губы. Внезапная драка в оживлённой таверне в центре города, повлёкшая за собой много раненых и несколько жертв. Законники быстро поняли, что дело в тёмных чарах, — Надеюсь, что скоро это всё закончится.

— Я тоже, — тихо сказал Калеб.

Позади раздался голос, окликая нас. Я обернулась и увидела Алронда и Ирию, стоящих в дорожной одежде, с такими же большими вещевыми мешками, как у нас. Рядом с ними находился ректор, и его присутствие, словно само по себе, заставляло всех вокруг замолкнуть.

Другие адепты, проходившие мимо, замедляли шаг, ошеломлённые: ректор, которого они так давно не видели, теперь стоял в коридоре среди нас. Их удивлённые лица и раскрытые от изумления рты казались особенно контрастными на фоне нашего отряда, готового к отправлению.

— Дорогие мои, желаю вам удачного похода, — произнёс ректор с тёплой, но чуть уставшей улыбкой, однако взгляд его оставался серьёзным, — То, что вы делаете, окажет Академии неоценимую помощь. А ты, Эльдреда, сможешь показать себя на практике и доказать свои способности.

Он задержал на мне взгляд, будто хотел сказать что-то ещё, но лишь кивнул, как знак поддержки. Я почувствовала ком в горле и отвела взгляд. Внутри смешались тревога, ожидание и благодарность за его поддержку. Но сейчас не время для сентиментальности.

Вскоре к нам присоединились мистрис-элементалистка и два старшекурсника из Драконов. Мы на их фоне выглядели нагруженными лошадьми.

— Ну что, готовы? — спросил Алронд, оглядывая нашу группу.

Мы переглянулись, каждый настраивая себя на серьёзный лад, и, последний раз взглянув на холл Академии, вышли.

Обогнув Академию, мы сверились с картой.

— Этот вход должен быть недалеко, — подала голос Ирия, вглядываясь в пергамент, — Похоже, что от угла главного корпуса нам надо свернуть влево и пройти ещё несколько шагов.

Я переводила взгляд с карты на окружающий пейзаж, пытаясь догадаться, где конкретно находилось место, обозначаемое красным крестиком. На копии древней карты вход был нарисован значком, похожим на ворота или арку. Мы вглядывались в задний двор Академии, в котором торчали только кусты и старые деревья. Ничего напоминающего творение человека.

— Подождите, я чую что-то, — вдруг сказал Вэйл.

Он с прищуром разглядывал здание Академии. Мы повернулись, и он быстрым шагом направился по узкой тропинке к заднему двору. Там стояла какая-то старая пристройка, явно давно не используемая и заросшая дикими растениями. Заросли плюща и кустарника закрывали каменную стену, а там, где не рос плющ — камни покрывал мох.

Когда мы подошли ближе, Алронд вдруг поднял руку, останавливая нас.

— Хэйл, Викс, помогите развеять иллюзию, — попросил он, и парни встали по обе стороны от него.

Плющ начал медленно расползаться, обнажая ветхую дверь, обрамлённую каменной аркой. Её украшали старые рунные символы, почти незаметные на первый взгляд, испещрённые трещинами. Рядом с аркой я смогла разглядеть герб Академии — солнце и перо — вырезанный на камне, покрытый пылью и паутиной.

На двери тоже были заметны руны. Они тускло засветились, едва проявляясь под воздействием магии Алронда и других адептов.

Ирия подошла к двери, вглядываясь в руны.

— Тут ничего особенного, простые барьерные и защитные, — через какое-то время сказала она.

Алронд, Ирия и мистрис Казали достали рунические камни, позволяющие проходить через барьеры Академии в любое время. Мой, полученный от ректора после снятия с него чар, лежал в рюкзаке, и я не хотела показывать кому-то, кроме Алронда, что он у меня есть. Преподаватели активировали свои артефакты, и те засветились голубым, как и руны на двери. Наконец, руны потускнели и погасли, исчезнув, словно их никогда не было.

— Великолепно, — сказала мистрис Казали, — Теперь мы можем открыть вход.

— Стойте! — позвал Калеб, — Нужно проверить пространство за дверью, хотя бы попытаться. Давайте все вместе.

— Умно, — заметил Алронд, и все попытались магическим зрением осмотреть, что творилось за этой старой аркой. Эти чары были похожи на те, что я использовала, когда проверяла энергетические отпечатки людей. На всякий случай пока все были заняты, я тихонько “ощупала” каждого присутствующего. Никто не вызывал подозрений, кроме, как обычно, Алронда, чью энергию я не нашла. Я предположила, что это побочный эффект от второй ипостаси дракона — ну или того, что он пришёл из другого измерения. Но оставила себе мысленный крестик обсудить с ним эту аномалию, да и расспросить, наконец, про его мир.

— Похоже, что всё чисто, — Алронд потянул дверь на себя, и она поддалась, скрипя петлями.

Из темноты проёма дохнуло спёртым воздухом, сыростью и пылью. Он зажёг светлячка и осторожно заглянул внутрь. Тяжело вздохнул.

— Мистрис Казали, похоже, это работёнка для вас. Поможете нам вместе с адептами?

— Да, мастер Вэйл. Думаю, вам понадобится ваша энергия там внизу, так что пока можете отдохнуть и понаблюдать за работой.

Я быстро глянула внутрь. Проём уходил вниз, но был завален камнями и песком. Я не стала говорить, что смогла бы расчистить завал и без помощи мистрис элементалистки, поняла, что разумно было бы поберечь силы.

Драконы сбросили куртки и закатали рукава. Мистрис Казали специализировалась на стихии воздуха, и её помощь сейчас была как нельзя кстати. Она умело поднимала в воздух тяжёлые камни, отодвигая их с пути, а парни, в основном, работали мускулами, подбирая то, что пропустила преподавательница. Ожидая, мы сбросили рюкзаки и уселись прямо на землю.

Солнце уже касалось верхушек деревьев, когда из прохода показались наши уставшие помощники.

— Мы сделали что могли, — сказала мистрис Казали, утирая пот со лба грязной перчаткой и оставляя разводы на лбу, — Там идёт разветвление коридоров, и у всех — рунные арки, наподобие этой. Вы со своими картами справитесь там лучше, но и завалов я больше не видела. Подземелье выглядит достаточно крепким. У вас есть факелы?

— Да, мы взяли парочку на всякий случай, — Алронд озабоченно склонил голову на бок, — Но светлячки…

— Там что-то не так с магией, — перебила его мистрис Казали, — Ну или мы были слишком вымотаны, чтобы зажигать светлячков. Но они еле горели там внизу.

Мы все посмотрели на Алронда, он закусил губу, но в следующий момент расслабленно улыбнулся.

— Ничего, мы справимся. Спасибо вам за помощь.

Казали с Драконами кивнули ему и пошли обратно в Академию. Элементалистка по пути остановилась и обернулась, посмотрев на нас очень внимательно.

— Я сообщу ректору об увиденном. И да, будьте осторожны. Однажды ночью, я услышала тут шум. Моя комната ведь находится в этой части Академии, прямо над постройкой. Грохот стоял ужасный. Это, кстати, была та ночь, когда я поймала адептку Амон за нарушением комендантского часа, — она посмотрела на меня с недовольством.

У меня это воспоминание тоже не вызывало приятных чувств. Но это была ночь, когда я впервые увидела Алронда в облике дракона.

— Мы с ассистентом Эртоном проверили тут всё, но я не знала о потайном входе, — продолжила Казали, — Судя по состоянию стен, обрушение было как раз тогда. Будьте наготове: если почувствуете что-то неладное, выходите немедленно. Лучше отправиться сюда большей экспедицией с большей магической поддержкой.

— Нет, это невозможно, — резко сказала Ирия, — Из-за обилия защитной магии и рун, большое количество участников-магов вызовет сильный резонанс. Мы уже и так рискуем, даже вчетвером, учитывая, что у нас есть маг с сильным даром.

На секунду я даже задумалась, кого она имеет в виду — меня или Алронда?

— Что ж, мистрис Ларси, подозреваю, вам виднее, — с этими словами Казали коротко поклонилась и ушла вслед за адептами-Драконами.

— Все готовы? — обернулся Алронд к нам, задержав на мне долгий взгляд.

Все кивнули и зажгли по светлячку. Алронд первым шагнул в мрачный проход. Густой воздух подземелья обрушился на нас, как плотное покрывало. Стены древнего коридора, покрытые рунами, едва уловимо подсвечивались. Ирия и Алронд шли впереди, настороженно переводя взгляд с одной руны на другую. Идя следом, я почувствовала, как магия пронизывает меня, будто дышала под поверхностью каменных плит. От этой чуждой энергии возникало беспокойство, которое я старалась заглушить, сжимая амулет, который едва заметно светился.

Все присутствующие настороженно осматривали коридоры, выискивая малейшие изменения в окружении. Я прислушивалась к каждому шороху. Несмотря на то, что тут уже прошли мистрис Казали и два старших адепта, расслабиться мне не удавалось. Калеб, замыкавший наш строй, тоже всматривался в полутёмные стены, его взгляд то и дело возвращался к Алронду и Ирии, словно ища у них подтверждения того, что путь безопасен.

Наконец, мы вышли к тому разветвлению, о котором говорила элементалистка. Алронд достал карту и, едва взглянув в неё, уверенно указал на левый коридор.

— Нам туда.

Едва мы вошли в него, наши светлячки погасли, погрузив нас в полную темноту.

Я, как, наверное, и все остальные, в темноте стала судорожно пытаться зажечь светлячка. Сделала усилие, и, наконец, удалось. Тусклый, слабый свет словно цеплялся за магию вокруг, но поддерживать его было невероятно тяжело — моя энергия вытекала, как вода сквозь пальцы. Остальные с удивлением обернулись на свечение, но Алронд покачал головой.

— Эльдреда, не стоит, — его голос прозвучал мягко, но твёрдо. Я погасила светлячка, — Все будьте спокойны.

В темноте я услышала звук его шагов и возню в мешке. Вдруг какие-то шаги отдалились, и я невольно замерла. Сердце у меня заколотилось сильнее, я безуспешно пыталась разглядеть хоть что-то вокруг.

— Калеб, не уходи никуда, пожалуйста, — спокойно, но предостерегающе сказал Алронд, и это "пожалуйста" прозвучало почти как приказ.

Послышался испуганный вздох, и Калеб пробормотал с напряжением:

— Да, мастер Вэйл. Я… не нарочно.

Шорох мешка прекратился, и в тишине чиркнуло. Алронд зажёг факел, и его огонь внезапно осветил странные, мрачные тени на стенах. В его руках полыхал тусклый, чуть мерцающий свет, отблески которого тревожно прыгали по нашим лицам. Он раздал факелы нам троим, а от своего отказался.

— Мы пойдём рядом друг с другом, — пояснил он, и я сразу поняла, что говорит он это специально для Калеба, — Мне достаточно ваших факелов, а так один останется в запасе.

Калеб, напряжённо всматриваясь в темноту, наконец выдохнул и огляделся, стараясь оставаться поближе к остальным.

— Мне показалось, будто кто-то прошёл сзади, до развилки коридора. Я хотел проверить…

Ирия закатила глаза, прошипев с раздражением:

— Давайте, наконец, закончим и будем осматривать коридор. Нам нужно вернуть нашу магию. Здесь, в начале прохода, должна быть подавляющая руна. Надеюсь, все знают, как она выглядит.

Калеб нервно оглянулся, его взгляд бегал от стен к аркам, словно он и сам искал ответы.

— А если это не из-за руны? — спросил он, глядя на Ирию, и я заметила, как его пальцы сжались на древке факела. В его голосе прозвучали опасения, которые, как я поняла, разделяли и остальные.

Ирия обернулась к нему с явным раздражением:

— Если не найдём руну, будем думать про другие варианты, — отрезала она, не скрывая досады, и отправилась вперёд.

Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить всё, что знала о рунах подавления, и, сосредоточившись, восстановила в памяти нужные детали. В этот момент тишину коридора нарушало лишь слабое эхо шагов. Подняв факел повыше, я вглядывалась в стены, которые были так странно чисты и гладки. Камень выглядел нетронутым временем, не было ни следа влаги, ни щепотки мха. Даже воздух казался сухим и неподвижным.

Через несколько минут напряжённых поисков Ирия резко остановилась и с воодушевлением произнесла:

— Есть! — и мы поспешили к ней.

Там в самом углу арки, скрывалась едва заметная, выцветшая от времени руна. Нацарапанный круг с множеством треугольников внутри был почти неразличим, но от него исходила смутная энергия.

— Кто мог её нарисовать? И главное… зачем подавлять магию прямо здесь, у самого входа? — прошептала я.

Ирия окинула меня пристальным взглядом.

— Этот символ… — она слегка нахмурилась, затем осторожно коснулась руны, — его конструкция выглядит… экспериментально. Он словно был наложен в спешке. Возможно, кто-то пытался изолировать магию не для защиты, а для того, чтобы скрыть её.

Алронд подошёл ближе, его тёмные глаза блеснули в свете факела.

— Это объясняет, почему светлячки не зажглись, — он провёл рукой над руной, и я заметила, как его пальцы на мгновение покрылись синеватым свечением, — Руна, конечно, подавляет магию. Но сама по себе выглядит слабой и старой. Не удивлюсь, если она скоро и вовсе разрушится.

— Вопрос в том, что она здесь скрывала, — добавил Калеб, подходя ближе и всматриваясь в руну.

Я осторожно отвела руку от руны, пытаясь избавиться от странного чувства, поселившегося в глубине моего сознания с момента, как мы вошли в подземелье.

— Думаете, её могли поставить специально, чтобы удерживать магию? — я оглянулась на Алронда.

— Не исключено, — он хмуро кивнул, — Сюда, в эти руины, давно никто не спускался. Такая магия требует постоянной поддержки и обновления. И если за это время чары изменились, нестабильность могла разрушить что угодно. Возможно, она ставится специально, после того как работы в руинах закончены.

Ирия, кажется, была настроена решительно. Она провела рукой над руной, пробормотала несколько слов, и свет факелов будто задрожал, словно какая-то сила поглотила его на долю секунды.

— Готово. Мы теперь можем пройти дальше, — сдержанно сказал она.

Осторожно пройдя мимо руны, мы углубились в коридор, оставляя позади подавляющее напряжение у входа. Но стоило нам выйти из коридора в новую развилку, как позади послышался странный звук, будто бы каменные стены сами пришли в движение.

— Что это? — вырвалось у Калеба, и он с опаской обернулся, сжимая факел.

Мы все замерли и прислушались, но коридоры вновь окутала тишина.

— Может вернуться и проверить?

Алронд лишь покачал головой. Я видела его напряжённый взгляд.

— Не стоит, — тихо велел он, — Нам предстоит ещё много работы.

Мы продолжали продвигаться вперёд, вглядываясь в тени коридоров и прислушиваясь к каждому звуку. Я чувствовала, как амулет на моей шее немного нагрелся, но постаралась не придавать этому значения. Алронд шёл впереди, освещая путь факелом, Ирия следовала за ним с сосредоточенным выражением, её взгляд перемещался между стенами и полом. Калеб замыкал нашу группу.

— Здесь магия по-прежнему нестабильна, — тихо сказала Ирия, сверившись с картой, — Нужно укрепить барьеры перед тем, как продвигаться глубже.

Алронд кивнул, задумчиво проводя рукой по стене.

— Давайте разделимся, чтобы быстрее укрепить чары. Эльдреда, тебе предстоит поддерживать энергию на этом участке, пока я с Ирией наложу основной барьер.

Я подняла руку и ощутила, как от браслета исходит лёгкое покалывание. Казалось, что под его воздействием моя магия становилась более отзывчивой, но мне сложно было удерживать её в балансе. Пытаясь не показывать этого, я сосредоточилась на своей задаче.

— Калеб, — продолжил Алронд, — Тебе нужно выставить магические камни стабилизации по периметру коридора, особенно вокруг поворотов. Их свет должен создать первичный барьер.

— Понял, мастер Вэйл.

Я, удерживая магию на уровне, смотрела, как Ирия и Алронд чертят сложные руны на камнях стены. Магия струилась из их рук, отзываясь на древние символы.

— Если это всё, что нужно, то почему руины настолько нестабильны? — тихо пробормотала я, чувствуя, как от браслета идёт тепло.

— Давайте каждый сосредоточится на текущей задаче, — холодно заметила Ирия, не отрываясь от магического рисунка, — И позволит тем, кто разбирается, заниматься своей работой.

От её слов внутри у меня внезапно вспыхнул гнев, но я сдержалась и продолжила сосредотачиваться на потоке магии. Алронд мельком взглянул на меня, его взгляд был тёплым, но сосредоточенным. Мне казалось, что он чувствует моё напряжение, но не хотел отвлекать меня от работы.

— Эльдреда прекрасно справляется, — спокойно произнёс он, обращаясь к Ирии, — Но позже нам действительно нужно будет подумать о причинах происходящего.

Через какое-то время, закончив работу на этом участке, мы двинулись дальше. Каждый из нас был напряжён; даже обычный звук наших шагов казался громким в тишине коридора. Алронд велел нам пристально следить за стенами: мы потихоньку подбирались к тому коридору, где магия может быть особенно нестабильной.

Вскоре мы дошли до опасного участка. Плиты под ногами были покрыты странными, почти стёртыми знаками, а стены едва заметно мерцали. Потолок тут был значительно выше, чем в остальных коридорах.

Я задумалась о прошлом назначении этих подземелий — руинами их язык не поворачивался назвать. Всё было сухо и чисто. Хотя, возможно, этому способствовали руны и артефакты. Но что тут было раньше? Чем тут занимались и почему помещения заброшены?

— Это и есть тот зал, от которого дальше ведёт коридор с нестабильной барьерной сеткой, — сказала Ирия, осматривая стены критическим взглядом, — Я займусь нейтрализацией изношенных рун. Алронд, тебе нужно будет подготовить заготовку новой чаросвязи. Калеб, сосредоточь энергию на северной стене, стабилизируя её.

— А мне что делать? — спросила я, оглядывая стены.

— Ты будешь активировать защитные камни, как только я закончу с основными символами, — ответила Ирия, не глядя в мою сторону, — Пока что держись подальше.

Калеб ушёл вглубь зала, готовясь выполнить указания. Я между тем прошла к сваленным у дальней стены вещевым мешкам. Прислушалась к своей энергии. Казалось, будто магия гудит в воздухе. Я чувствовала слабое подрагивание, не понимая, от нервов это или от большого скопления энергии. Амулет на шее словно тихонько тянул вниз, становясь всё тяжелее. Я тяжело вздохнула.

— Эльдреда? — Алронд с тревогой посмотрел на меня, заметив напряжение на моём лице.

Я кивнула, пытаясь показать, что всё в порядке. Ирия шикнула на него за то, что он отвлёкся. Алронд прищурился, но не стал спорить и продолжил укрепление барьера. Вдруг послышался негромкий треск. Ирия, вытянув руку, произнесла заклинание стабилизации, но в этот момент рунные линии на стенах засияли неестественно ярким светом.

— Ирия, подожди! — Алронд шагнул вперёд, но было поздно.

Магический поток рванулся вперёд ко мне, словно соскучившийся по хозяину пёс. Стены коридора задрожали, и я почувствовала, как странное, тяжёлое давление проходит по моему телу, словно меня накачивают чем-то. Пол вдруг затрясся. Стены задрожали, посыпалась пыль.

— Эльдреда! — Алронд подскочил ко мне и схватил за руку, стараясь вывести из потока магии, завихрившегося вокруг меня, но его отбросил барьер, который я не создавала.

— Не могу… Я… Не контролирую это! — выдохнула я, осознавая, что сила рун будто бы резонировала со мной. Алронд отошёл от меня, тяжело дыша, его глаза начали загораться золотым.

Ирия окинула меня сердитым взглядом, в её глазах мелькнула тень беспокойства.

— Остановись! Сосредоточься! — требовательно выкрикнула она, — Ты знаешь, чем это может грозить!

И именно её просьба возымела эффект. Я знала, что в опасности не только я, Ирия или Калеб. Алронд в любой момент мог превратиться, и это могло вести к невероятным последствиям. Я сосредоточилась на своих внутренних ощущениях. И как будто увидела потоки магии, вливавшиеся в мою энергию от древних стен. Я закрыла глаза. И приказала магии успокоиться.

Когда я открыла их, то увидела, что всё стихло. Руны на стенах погасли. Моя магия была абсолютно спокойна, я чувствовала себя прекрасно, полной энергии, как будто проснулась после долгого отдыха. Только амулет немного потеплел, но это меня даже не удивило.

— Ты в порядке? — Алронд подошёл ко мне, беря за руку. Я кивнула, — Ты правда не пострадала?

— Со мной всё хорошо. Может, это мои артефакты так срезонировали… Но если они будут так собирать всю энергию вокруг меня, не причиняя никому вреда, я даже не против.

— Как ни странно, но сейчас это место будто вообще без магии, — донёсся до меня голос Ирии.

Она, не смотря на нас и не слушая, что я говорю, с удивлением оглядывала зал. Но когда повернулась к нам, нахмурилась.

— А где Калеб? Мы втроём заозирались, будто Калеб мог внезапно материализоваться из тени в каком-то углу, а мы бы просто его не заметили. Полутёмный зал, освещаемый лишь светлячками, и до этого казался мрачным, но теперь его густая тишина навевала настоящий ужас.

Алронд попросил нас с Ирией оставаться на месте, а сам поспешил обратно в коридор, откуда мы пришли. Его голос, зовущий Калеба, эхом разносился по пустым каменным сводам, сливаясь с каждым ответом молчания. Спустя несколько минут он вернулся, и, хотя лицо его было сосредоточенным, в глазах пряталась тень беспокойства.

— Наш путь назад… закрыт, — произнёс он сдержанно.

— Как закрыт? — ахнула я, чувствуя, как страх проскользнул в голосе.

— На середине коридора появилась стена, как будто из камня самого коридора. И это не иллюзия, — в его тоне не было сомнений.

Я ощущала, как паника подбирается к сердцу, и напряжённо посмотрела на Алронда.

— И как мы теперь выберемся?

Алронд выдержал мой взгляд, затем, чуть спокойнее, чем можно было бы ожидать, ответил:

— Когда стабилизируем остальные коридоры, мы сможем выйти через фундамент в основной части Академии. Один из выходов расположен в подвальной секции, рядом с алхимическим и артефактологическим кабинетами.

Я настороженно приподняла бровь, и Алронд, похоже, прочитал мои мысли. Ведь если Ларасса действительно замешана в чём-то тёмном, не будет ли проще для неё просто закрыть этот единственный проход?

— Будем надеяться, что с тем выходом всё в порядке, — он попытался ободряюще улыбнуться, но взгляд его снова стал мрачным, — Правда, Ирия?

Ирия, казалось, задумчиво изучала погасшие руны на стене, почти не слушая нас. Услышав своё имя, она оторвалась от созерцания стены и небрежно бросила:

— Конечно.

— Как ты думаешь, проход у кабинета артефактологии будет открыт? — напряжённо уточнила я, чувствуя, как тревога вновь закрутилась внутри.

На этот раз Ирия не ответила сразу. Она вытянула руку и осторожно коснулась одной из старых рун на стене, застыв в странной позе, будто чувствовала какой-то неуловимый отклик от её поверхности. Наконец, медленно проговаривая слова, она обронила:

— Хотелось бы верить… Если только этот проход тоже не завалило. Но давайте не будем паниковать раньше времени. Нам нужно понять, куда пропал Калеб. Если этот растяпа начнёт метаться по коридорам и собьёт барьеры, на которые мы потратили время…

— Так ты действительно не знаешь, куда он мог исчезнуть? — Алронд сделал несколько шагов вперёд, медленно приближаясь к Ирии, и его голос приобрёл требовательную нотку.

Ирия резко повернулась, удивлённо встретив его взгляд, явно не ожидая такого тона:

— Нет, конечно. Алронд, на что ты намекаешь?

Я наблюдала за ними, затаив дыхание. Ирия всем корпусом повернулась к Алронду, скрестив руки на груди, а он застыл в нескольких шагах от неё. Я видела, как на его лице сменяются сразу множество чувств — от явного раздражения и гнева до смирения и спокойствия. Наконец, он разжал кулаки и произнёс:

— Никаких намёков. Просто я обеспокоен пропажей одного из наших коллег. И, думаю, что ты тоже. Нам надо держаться вместе.

Ирия прищурилась, но ничего не сказала. Алронд отошёл к стене, где лежали рюкзаки.

— Вещи его тут, как и вся провизия… Возможно, из-за паники он побежал в коридор впереди.

— Но там же ещё не стабилизированы чары, — у меня всё внутри похолодело.

Неужели Калеб действительно так испугался происходящего? Я понимаю, что сила моей магии во время пика — наверняка зрелище не для слабых духом. Но и Калеб — не первокурсник, он должен был взять себя в руки и помочь остальным.

Если только он не ушёл по какой-то другой причине…

Своим раздражённым вздохом Ирия оторвала меня от невесёлых мыслей.

— Ну, надеюсь, мы не будем собирать его по кусочкам.

Я увидела, как Алронд бросил на неё острый взгляд. Мне вдруг стало как день ясно, что для него эта маленькая экспедиция — своеобразный способ загладить вину перед Академией за то, что произошло тогда, перед тем, как его попросили уйти. И каждая неудача, вкупе с выпадами и злым сарказмом Ирии, были для него болезненны. Кажется, она заметила то, как он на неё смотрел, и смягчила тон:

— В любом случае, нам надо закончить работу здесь и идти дальше. Без Калеба это будет занимать чуть больше времени, но… — она поймала взгляд Алронда, — Ничего не поделаешь. Потом мы займёмся его поисками. Иначе мы напрасно спустились сюда.

— А что с тем проходом позади нас? — спросила я, — Говоришь, как будто стены сомкнулись?

Алронд кивнул.

— Да, и это совсем не похоже на обрушение, которое разгребала Казали с ребятами.

— Давай честно, Алронд, — скривилась Ирия и огляделась, будто проверяла, не подслушивали ли их, — У меня большие подозрения, что своими прыжками по стенам Академии в драконьей ипостаси, ты обрушил не один старый потолок.

Алронд только лукаво улыбнулся в ответ.

— Но это не меняет того, что руины будто живут своей жизнью, — добавила я, — Ощущение такое, что сюда не спускались гораздо дольше, чем три года. Возможно, магия мутировала так, что

— Амон, у меня нет никакого желания тут дальше стоять, — Ирия скрестила руки на груди, — Если хочешь — оставайся и раздумывай над тем, кто и когда сюда в последний раз спускался. А нам надо работать.

Теперь я не удержалась от раздражённого вздоха. Складывалось ощущение, будто ей абсолютно наплевать на судьбу Калеба, на опасность, которую нас окружает… Краем глаза увидела, как Алронд послал ей тяжёлый взгляд, но Ирия даже не обратила на него внимание и продолжила:

— Давайте закончим с этим залом и отправимся дальше. Это всего лишь одна из множества точек, которые нам ещё нужно пройти, а мы уже потеряли тут уйму времени. Амон, лучше дождись где-нибудь, пока мы всё проверим. Для верности уйди в соседний коридор.

Мне не нравилась эта идея — мысль о том, чтобы остаться одной в этом навевающем ужас месте, заставляла холодеть от страха — но она была здравой. Алронд кивнул мне, и я, взяв свой рюкзак, чтобы было на чём сидеть, ушла. Прислонившись к стене, я сползла по ней. Слушала, как в соседнем зале Алронд с Ирией негромко переговариваются, и пыталась успокоить себя, чувствуя нарастающую тревогу. Вот они, рядом. А Калеб… Я зажмурилась, а воображение рисовало мне кровожадные картины. Или же он всё-таки что-то задумал? Но как ему поможет то, что он сбежал? И главное — куда? Закрытый проход — его рук дело? Знал ли он что-то о том, что ждёт нас впереди, чего не знаем мы? Или же эти руины в подземельях опасны так, как ректор и представить не мог?..

Наконец, меня позвали, и когда я вошла, руны на стенах снова мерцали голубым. Я остановилась, с немым вопросом глядя на Алронда, но Ирия, закатив глаза, заверила меня, что это безопасно, и я могу проходить. Мы расставили стабилизирующие камни по периметру зала, удовлетворённо наблюдая, как потоки магии снова выстраивают упорядоченную сеть.

— По-хорошему, надо обойти всё подземелье, все коридоры, — хмурился Алронд. Он закинул свой мешок на одно плечо, взвалив на другое вещи Калеба.

Я была с ним отчасти согласна, но другая моя часть желала поскорее убраться отсюда и если и вернуться снова, то гораздо лучше подготовившись.

Мы взяли рюкзаки и отправились дальше в зал, где по плану нам предстояло заночевать. Стоило нам войти в него, как сзади раздался громкий скрежет.

Обернувшись мы в ужасе смотрели, как на месте коридора выросла стена.

Я сделала несколько вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, потому что моя магия начинала бурлить от нарастающих эмоций. Браслет нагревался, как и амулет, словно я находилась под воздействием очень мощной магии. Но казалось, будто никакие браслеты и амулеты не помогут сохранить магию под контролем, если я не успокоюсь самостоятельно.

Поэтому я сосредоточилась на своих ощущениях. Пусть сейчас что-то происходит вокруг меня, но пока нет прямой угрозы — мне нужно оставаться спокойной.

— На карте есть ещё несколько выходов… — до меня, словно издалека, донёсся голос Алронда.

Он звучал ровно, дракону тоже требовалось держать эмоции в узде. Я вдруг задумалась, что же держит его в спокойствии — собственная выдержка или ответственность за нас и перед ректором? Наверное, и то и другое. Сосредоточившись, я попробовала подражать его настроению. Как и в зале с нестабильной руной, меня охладило осознание, сколько всего зависит от меня.

Мы пришли сюда, чтобы восстановить защитные барьеры Академии. Если миссия провалится… Тёмные силы наверняка только и ждут, что мы не справимся. Может, уже готовы планы вторжения, ведь защита так нестабильна… Да и, спускаясь сюда, я даже и не подозревала, что это пропитанное магией место, уже живёт своей жизнью, не подчиняясь никому.

И получается, что все, кто сейчас находится в Академии, в опасности. Моё воображение невольно нарисовало разрушенные стены, магические поля, поглощающие всё живое, взрывы, проносящиеся по коридорам, и лица друзей и наставников, которые наверху даже не догадываются о том, что угроза находится под ними. Академия, которую я так люблю, это место, ставшее домом для нас всех, может быть уничтожена, если мы не справимся.

— Ты понимаешь, что они могут закрыться перед нашим носом?! — истерично воскликнула Ирия.

— Пока мы не проверим — не узнаем. Если что-то произойдёт, мы будем разбираться с последствиями.

— Это всё из-за вас двоих, — голос Ирии опустился до шипения, и я открыла, наконец, глаза.

Они стояли друг напротив друга недалеко от свежезапечатанного прохода. Взгляд Ирии метал молнии, Алронд, скрестив руки на груди, напротив, олицетворял собой спокойствие и умиротворение.

— Что ты хочешь сказать?

Я хранила молчание, чувствуя, как напряжение среди нас нарастает до предела. Стены зала, словно поджидая этого момента, казались более тесными, а тени — более живыми, пока Ирия отчитывала нас ледяным голосом. От её слов, пропитанных презрением и скрытой горечью, зал едва ли не резонировал, отражая и усиливая её ярость.

— Я не понимаю, зачем отправили вас вдвоём. Ваша мощная магия, ваша истинная связь, — она выплюнула последнее слово, словно оно было чем-то мерзким, — Этот старый дурак, что, не мог просчитать, к чему это приведёт? Зачем он послал вас сюда?

Что-то внутри меня вспыхнуло ярче факелов в наших руках, и я шагнула вперёд, сжав кулаки.

— Не смейте так говорить про ректора Каэла, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Ирия повернулась ко мне, в её глазах застыл шок, а рот открылся так, что губы сложились в идеальную букву О.

— Что? Как ты со мной разговариваешь?!

Я подошла к ней почти вплотную, не отрывая взгляда от её ярких голубых глаз, и повторила:

— Я сказала, не смейте так говорить про ректора Каэла. Сейчас наибольшую опасность здесь представляете именно вы со своими истериками. Если мы все не будем сохранять спокойствие, отсюда не выйдет никто. Мы и так уже лишились Калеба. Поэтому давайте держать себя в руках.

Ирия чуть не задохнулась от возмущения, её грудь то поднималась, то опадала, но её взгляд сказал всё — ярость, злоба, уязвлённая гордость. Я почувствовала неожиданное, мощное волнение внутри себя, словно сила самого зала проникла в меня. Это было как внутренний поток — древняя, густая энергия, едва ли не сама магия этого места. Моя магия, казалось, замерцала в унисон с этой силой. Но мне пришлось снова напомнить себе, что на мне лежит ответственность не только за мою безопасность, но и за безопасность остальных. Наше задание приобретало совершенно иной масштаб, и я должна была держать себя в руках.

Отвернувшись, я начала осторожно осматривать зал. Он был огромен, настолько, что верхний край стен исчезал в густой, неподвижной темноте, где не видно было ни потолка, ни единой поддерживающей балки. Стены были гладкими, словно вырубленными магией, и от их ровных, холодных поверхностей веяло древней мощью. И хотя я не ощущала непосредственной угрозы, магия здесь была напряжённой, как тетива, готовая выпустить стрелу. Я понимала, что, прежде чем активировать барьеры, нужно удостовериться, что моя магия не вступит с этим местом в опасный резонанс.

— Ирия, она… права. Нам надо работать дальше и подумать, как отсюда выбраться. Пожалуйста, давай отложим эмоции на потом, — спокойно вмешался Алронд. Я услышала в его голосе и приказ и мольбу одновременно.

Ирия, заметив его взгляд, заскрежетала зубами, но, похоже, была вынуждена признать правоту его слов. Её глаза потемнели, она с силой сцепила руки перед собой, словно это помогало ей сдерживаться, и бесцветным голосом проговорила:

— Осмотрим зал. Держите барьеры наготове, но не активируйте их преждевременно, чтобы не вызвать новый всплеск.

Мы начали обследовать каждый угол, выискивая скрытые магические аномалии или ловушки. Я прощупала пространство вокруг себя, пытаясь уловить магическую энергию, но никакие всполохи силы не нарушали мрачной пустоты зала. Тем не менее напряжение не отпускало, и где-то на подсознательном уровне я ощущала слабую дрожь страха — чувство, что на нас может обрушиться что-то невидимое.

Когда мы осмотрели каждый угол зала и восстановили старые руны, создавая устойчивую барьерную сеть, Алронд, сдержанно кивнув, предложил сделать привал. Нужно было подпитать запасы нашей энергии — и физической, и магической. Помимо напряжённых событий последнего дня, само присутствие в месте, полном старой и неясной магии, забирало последние силы.

— Здесь, под землёй, трудно понять, сколько времени прошло. Но мои часы показывают, что уже практически время ужина. А мы не обедали, — проговорил Алронд, обводя нас серьёзным взглядом, и мы, осознавая, что он прав, опустились на холодный каменный пол.

Сразу после того, как Алронд объявил привал, мы приступили к магической подготовке лагеря. Обстановка была напряжённой, и каждый из нас, казалось, ощущал, как тени в глубине зала становятся всё гуще и ближе. Чтобы создать ощущение безопасности, требовалось больше, чем просто опереться на стены.

Мы с Ирией начали с защиты периметра. Пока я расставляла по периметру магические камни, Ирия аккуратно начертила рунный круг прямо на полу, сопровождая это тихим, сосредоточенным шёпотом заклинаний, усиливающих защиту. В конце она поставила несколько мелких магических ловушек, срабатывающих на движение. Алронд, поставил дополнительный барьер, усиливающий наши руны. Едва уловимая энергия барьера мягко колыхалась в воздухе, словно магический щит обнял нас со всех сторон, оставляя ощущение безопасности.

Пока они с Ирией закрепляли защитные чары, я вытащила из своего рюкзака необходимые вещи: несколько небольших пологов, одеяла, и маленький горшок для костра. Алронд отыскал щепотку порошка для поддержания пламени без дыма и едва заметно улыбнулся, глядя, как я обустраиваю лагерь. Он разжёг костёр, и его мягкий свет заполнил зал, придавая этому мрачному месту хоть какое-то подобие уюта.

Мы сели вокруг костерка и принялись за еду. В этой атмосфере каждый звук был почти осязаем, и даже тихий треск костра, казалось, отдавался эхом от стен. Ужин был скромным — порции хлеба, сушёного мяса и воды из походных фляг.

Закончив трапезу, я разложила спальные места вокруг костра. Мы договорились поочерёдно дежурить, чтобы кто-то всегда следил за обстановкой, пока остальные будут отдыхать. На первом дежурстве остался Алронд, и, благодарно кивнув ему, мы с Ирией устроились спать. Уложившись под одеяло, я почувствовала, как сон медленно захватывает моё сознание.

Посреди ночи я внезапно проснулась, как будто какая-то неясная тревога выдернула меня из сна. Приподнявшись, я поняла, что слышу шёпот — это Ирия говорила с Алрондом. Они сидели на некотором расстоянии от костра, и её голос был глухим, но в нём звучала отчётливая напряжённость.

— Ей опасно продолжать продвигаться, — тихо говорила Ирия, глядя на Алронда, — Следующие коридоры ничем не безопаснее этих, а ты видел, как они реагируют на её магию. Если мы пойдём с ней дальше…

— В этом зале ничего не произошло. Давай надеяться, что всё так и останется. Она сильная, она справится. И я рядом.

Ирия тяжело вздохнула, будто понимая, что спорить бесполезно.

— Дело ведь не только в ней… Но, раз ты главный, решать тебе. Я вас больше не побеспокою.

У меня слипались глаза и, несмотря на странный тон разговора, я не дослушала даже до ответа Алронда — уснула.

Буквально через мгновение я проснулась от лёгкого толчка, и лицо дракона было первым, что я увидела. Он мягко улыбнулся мне, и я заметила, что под его глазами залегли тени.

— Я бы не будил тебя, но просто засыпаю, — прошептал он. Я скосила взгляд и увидела, что Ирия лежит на боку на своём месте. Спала она или нет — сказать было нельзя.

— Всё в порядке, — зевнула я, садясь на корточки, — Тебе нужно отдохнуть. Я уже выспалась.

— Твой браслет. Он не беспокоит тебя? — ни с того ни с сего спросил Алронд.

Удивлённо покачала головой. Алронд мягко взял мою руку и осмотрел его. Мой амулет, как ни странно, на него не реагировал.

— Всё в порядке, — повторила я, — У тебя какие-то сомнения?

— Будь настороже, Эль, и… Если почувствуешь что-то неладное, сразу скажи мне. Хорошего дежурства.

Я благодарно сжала его руку. Моя магия словно отозвалась на это касание, мягко протянувшись к нему, переплетаясь с его аурой. Мы оба затаили дыхание, глядя друг на друга, и я видела, что Алронд чувствует то же самое.

— Как бы я хотел очутиться с тобой где-нибудь вдвоём… далеко отсюда, — пробормотал он едва слышно.

Я покраснела от его слов. На ум пришли какие-то глупости, заставившие моё сердце забиться чаще, и я, сглотнув скопившуюся слюну, кивнула и встала.

Он даже не стал разворачивать свой спальник — лёг прямо на моё место. Едва заметно прикоснулся носом к моей подушке, потянул её — мой оставшийся — запах и, блаженно улыбнувшись, моментально заснул. Думаю, он даже сам не подозревал, как мило и беззащитно выглядел в этот момент. Мои губы сами собой растянулись в улыбке.

Я подошла ближе к костру. Угли тлели, излучая мягкий, гипнотический свет, переливаясь то ярко-оранжевым, то багрово-красным, словно дышали под слоем пепла. Жар от них согревал, наполняя меня странным спокойствием. Я взяла свой почти пустой рюкзак, села на него и надолго застыла, заворожённая этим зрелищем: танцующие тени всполохов на стенах были единственным движением в этой каменной глуши. В этом пламени мне мерещилось нечто живое, что поддерживало иллюзию тепла и уюта на фоне древних мрачных стен.

Когда шея затекла от долгого наблюдения за костром, я приподняла голову и ощутила, как по спине пробежал холодок. Взгляд невольно притянуло к верхнему уровню зала, к сводам, теряющимся во тьме. Свет костра не доставал до потолка, и эта беспросветная тьма казалась живой, шевелящейся. Сердце забилось быстрее — было ли это просто отблеском углей, или наваждением от нашего неуютного окружения, но мне вдруг почудилось, что в тенях на потолке что-то двинулось, что-то огромное.

Внутреннее беспокойство усилилось. Поддавшись внезапному порыву проверить, как далеко уходят эти своды, я рискнула. Зажгла светлячка и отправила его вверх. Он мягко оторвался от моей ладони и устремился в тёмный простор над головой, разгоняя мрак. Я следила за ним, задержав дыхание: он поднялся до того уровня, где я ожидала увидеть потолок… и продолжил подниматься.

Светлячок летел всё выше, становился крошечной искоркой в бесконечном пространстве над нами и, наконец, затух, исчезнув в полной темноте. Я осталась сидеть, ошеломлённо глядя вверх. Что это за место? Как высоко простирается этот зал? Как такое вообще возможно?

Будто желая ощутить поддержку, вспомнить, что я не одна, я повернулась к спящим позади Алронду и Ирии.

Алронд был на своём месте, спал спокойно, только чуть нахмурившись, но… Ирии не было. Я с трудом подавила испуганный вздох, срываясь на ноги и озираясь вокруг. Её спальник, рюкзак, все её вещи — всё осталось на месте, словно она просто испарилась.

«Это иллюзия», — была моя первая мысль. Но ни одно развеивающее заклинание не подействовало. Алронд, почувствовав моё движение, вздрогнул и открыл глаза.

— Эль? Что случилось? — прошептал он, оглядываясь в темноте.

— Ирия... Она исчезла, — выдавила я, чувствуя, как страх оседает внутри ледяным комом, — Я просто думала, что это иллюзия, пыталась развеять, но…

Алронд нахмурился и вскочил на ноги, быстро оглядев её оставленные вещи. Он присел на корточки и коснулся её рюкзака, словно одно только касание должно было что-то ему сказать.

— Ирия! — громко крикнул он.

“Ирия, Ирия, Ирия…” — ответило ему эхо, ударяясь о своды зала.

— Это точно не обычная иллюзия, — тихо сказал он, задумчиво глядя в темноту, — Но… она оставила здесь всё. Вряд ли это было добровольно.

— Или это для отвода глаз. Алронд, всё это слишком странно…

Я вздохнула с судорожным всхлипом. И неожиданно очутилась в объятиях Алронда. Его тепло обволакивало меня, и я зарылась лицом в его рубашку, прислоняясь щекой к горячей груди.

— Мы вместе. Всё будет хорошо, — он гладил меня по волосам, прижавшись к моей макушке. Я чувствовала, как его дыхание шевелит волосы на моей голове, — Нам надо выбираться отсюда.

Его близость дарила мне спокойствие, но, понимая, что так мы только ещё дольше задерживаемся в этом странном месте, я высвободилась из его объятий.

Встала, уперев руки в бока, вдохнула и выдохнула, пытаясь сосредоточиться. Всё внутри меня бурлило, и я, чтобы успокоиться, начала рыться в рюкзаке, проверяя, что у нас осталось. Нашла зелье ясности и выпила его залпом под удивлённым взглядом Алронда.

Как ни странно, но оно действительно помогло сосредоточиться, а ещё — согнало остатки сна. Алронд, чуть задержав на мне взгляд, полез в мешок Калеба проверять припасы. Я боялась потерять его из поля зрения, поэтому пошла за ним, тоже заглядывая в рюкзак. Воды и еды было достаточно на ещё один день, то есть, их никто не трогал. Зелья и заживляющие мази лежали нетронутыми в мешке у Ирии. Я судорожно искала, к чему можно было бы прицепиться, но все её вещи стояли тут, как немое напоминание о её отсутствии.

Встретившись взглядом с Алрондом, я почувствовала, как его спокойствие и уверенность передаются мне. Развернув карту, он достал маленький карандаш и сделал отметки в тех коридорах и залах, где мы уже были, рисуя дополнительно какие-то точечки, линии и треугольнички.

— Нужно двигаться дальше. Я нашёл кратчайший путь на поверхность, — наконец сказал он, осторожно взяв меня за руку, — Что-то явно выводит нас из строя, и лучше долго нигде не задерживаться. Идём, попробуем выйти отсюда. Главное — не переживай. Я рядом.

Мы взвалили на себя мешки — и свои, и чужие — и тронулись дальше. Так, рука об руку, мы дошли до одного из выходов зала, спрятанного во тьме. Мы зажгли факелы и подкрепили их тёплый свет мягким сиянием светлячков. Я чувствовала тёплую руку Алронда в своей, и его уверенность передавалась мне.

Этот коридор оказался гораздо шире и выше предыдущих. У меня снова возникли вопросы, как же использовали это место ранее? Почему об этом никто не узнал или не догадался спросить? Выглядело всё так же чисто и сухо, как в остальных, но прежде чем сделать первый шаг в эту вытянутую каменную темноту, мы, посветив внутрь факелом, осторожно проверили магией окружение. Иллюзии, ловушки, какие-то нестабильные руны — ничего не среагировало, значит, на первый взгляд было в порядке.

Мы сделали первый, второй шаг, и стены сзади уже знакомо заскрежетали. Тут же погасли наши магические светлячки.

— Спокойно, — тихо сказал Алронд, — Факелы будут держаться долго.

Вдруг из темноты до нас донёсся какой-то перестук, похожий на топот множества лёгких ног. Если бы я не знала, где нахожусь, то подумала бы, что к нам бежит толпа маленьких детей…

Алронд, расширив глаза, вдруг отпустив мою руку, быстро полез в свой вытянутый мешок, доставая оттуда саблю, которую я уже видела в его спальне и длинный кинжал.

— Надеюсь, ты помнишь, как с ним обращаться, — он вручил кинжал мне в одну руку, а оба факела — в другую и встал передо мной, — Но держись сзади.

Я сжала кинжал так, что кисть заболела, отчаянно вглядываясь в темноту. Шум оттуда нарастал, и, наконец, я увидела в отблесках факелов двух огромных, размером с собаку, пауков, щёлкающих жвалами и бегущих на нас. Я стояла, словно парализованная, а Алронд не медля ни секунды, встал в боевую стойку, заслоняя меня своей спиной. Монстры приближались, не оставляя никаких сомнений в своей кровожадности.

Но страшно мне не было. Я внезапно кое-что вспомнила.

Я не боялась пауков. В сиротском доме их было предостаточно, особенно в подвале, куда любили запирать детей в качестве наказания. А меня запирали довольно часто. И тогда, в детстве, ещё не понимая свои магические способности, я научилась влезать в их маленькие многоглазые головы. Сломать преграду слабого сознания было так же легко, как согнуть травинку. Не прилагая никаких усилий, я начинала смотреть глазами паука, и темнота подвала больше не казалась такой страшной.

Я глядела на приближающихся огромных пауков как будто через заклинание замедления. Мне вдруг стало понятно, каким образом я захватывала сознание их маленьких собратьев.

Это была та магия, которую обычная руна подавления вряд ли могла бы заглушить. По крайней мере, нужно было попробовать.

Не выходя из-за спины Алронда, я потянулась к энергии пауков, вытягивая её часть для магии. Потом влезла в сознание пауков, вспоминая давно забытый навык. Маленькие, большие — разницы не было. Да и я выросла с тех пор. Представив, будто часть меня отделяется и летит в голову к одному из пауков, с лёгким усилием, я влилась в его сознание. Паук задёргался, ощущения, видимо, были не из приятных.

Теперь мне было доступно одновременно два вида — на обоих чудовищ и на себя со стороны. Я видела, как Алронд обернулся на меня с настороженным видом, но я знала, что с ним буду объясняться потом, когда опасность минует. Один из пауков вдруг резко затормозил, словно передумал на нас нападать. Его собрат толкал его в спину, не понимая, в чём причина задержки. С чуть большим напряжением я вторглась в сознание второго паука.

Они оба встали, раскачиваясь на своих длинных волосатых ногах. Я прикрыла глаза, смотря теперь только зрением пауков. Мир начал плавиться, расширяться и сжиматься, открывая мне их зрение — сразу двойное. Всё вокруг стало выглядеть неестественно, в серых тонах, словно я смотрела через прозрачную вуаль. Сосредоточившись, позволила своей магии текучим потоком распространиться от кончиков пальцев и мягким рывком потянула энергию пауков к себе, будто забирая их сознание. Тёмная магия охотно вплелась в поток, и её вязкая, бархатная сила оказалась знакомой, как старый, забытый друг. Ощущение одновременно лёгкости и силы окутало меня, как тогда, когда я отмахивалась от пьяного насильника в Амлисе.

Лёгким усилием я заставила пауков повернуть обратно, погнала их прочь по длинному коридору. Они сопротивлялись слабо, моя магия была сильнее, и, словно тени, они растворились в глуби мрака, топоча своими лапками. Я провела их к одной из боковых нор следующего зала и вселила в них ощущение ужаса, перед тем, как отпустить. И когда последний из них исчез, коридор снова наполнила тишина.

Алронд, опуская саблю, медленно повернулся ко мне. Его глаза поблёскивали.

— Что это было? — тихо спросил он.

Я отвела взгляд, всё ещё чувствуя отголоски чужого сознания у себя в голове. Плечи мои расслабились, но тьма, с которой я только что играла, пульсировала в моих руках, и это было почти приятно.

— Просто старый трюк, — выдохнула я.

— Трюк? Тёмная магия — трюк?

— Лучше, если бы мы погибли тут? — я упрямо не поднимала на него глаза, вглядываясь в стену и судорожно сжимая факел. Слишком пугала мысль, что в его взгляде будет только разочарование, — Пусть мы оказались в этом месте по чьей-то воле, но оставаться здесь навсегда я точно не собираюсь. Можешь презирать меня за то, что я сделала, но, по-моему, это только что спасло нам жизнь.

— Эльдреда, — его голос был тёплым, но настойчивым, — Посмотри на меня.

Я подчинилась этому приказу, готовая встретить осуждение, а может, и дать ему отпор… Но в его взгляде не было ни тени укора. Наоборот — его глаза светились чем-то тёплым, почти грустным. Прежде чем я успела понять, его рука мягко коснулась моей щеки, поглаживая её. И только тогда я поняла, насколько всё это время была напряжена.

— Я не хочу, чтобы ты спасала нас ценой своей души, — прошептал он, делая шаг ближе. Его голос, едва слышный, отдавался теплом в груди, — Пожалуйста, доверься мне в следующий раз. Вместе мы справимся со всем.

Он заключил меня в объятия, и внутри меня что-то надломилось. Я судорожно вздохнула, словно всё напряжение, которое скопилось во мне, растворилось, и, обхватив его обеими руками, прижалась к нему так крепко, будто он был для меня единственной опорой. Я чувствовала его сердце, которое отбивало спокойный ритм, его тепло — всё это словно возвращало мне силы.

— Эль… ты так подпалишь мне волосы, — его мягкий смех пощекотал мне ухо тёплым выдохом.

Я ойкнула, тут же отпустив его, и придирчиво осмотрела, но он только усмехнулся, явно не находя в этом никакой проблемы.

— Всё обсудим с тобой позже, — сказал он мягко, аккуратно забирая кинжал и один из факелов. Его рука задержалась на моей, ещё раз ободряюще сжав её, — А теперь пойдём.

Мы не задерживались для поиска подавляющей руны, просто двинулись вперёд, и, наконец, вышли из коридора в следующий зал. Он поразил нас своими размерами — настолько просторный, что звук наших шагов терялся в его тёмных углах. Теперь я увидела эти "норы", в которые увела пауков. Это напоминало мне пчелиные соты — в стенах зала были вырезаны гигантские проёмы, которые, как мы увидели, вели в глухие тупики, похожие на огромные комнаты… или камеры.

— Посмотри, — прошептала я, посветив факелом, — В полу как будто были гигантские решётки. Видишь круглые отверстия? Тут что, раньше был магический зоопарк? Кого здесь держали?

Алронд пробормотал что-то неразборчивое, вглядываясь во тьму, и неожиданно сильно сжал мою руку. Сверившись с картой, мы пошли к одному из огромных проходов — в нём должен был быть коридор, ведущий в Академию.

Продвигаясь по этому залу, я чувствовала, как тёмная энергия с каждым шагом, постепенно уходит из меня, словно впитывается прямо в гладкие камни зала. Странно, что ни браслет, ни амулет не реагировали на её присутствие. Может, странная аура всего подземелья сломала их? Но я не ощущала какой-то критичной разницы…

Вдруг мне показалось, будто в противоположном конце зала что-то зашевелилось. Мы уже достигли середины зала, но, памятуя о пауках и не решаясь двигаться дальше, я остановилась. Света факела, конечно, было недостаточно, а использовать снова тёмную магию...

Неожиданно рука Алронда вдруг обмякла в моей и поехала вниз.

— Мне… нехорошо…

Он опустился на пол, едва не потянув меня за собой. Мешки свалились вокруг, а Алронд вдруг схватился за голову, словно от сильной боли, и зарычал сквозь сжатые зубы.

— Что с тобой? — я опустилась с ним, боясь прикоснуться к нему.

Неужели это я? Может, это тёмная магия так действует из-за истинной связи?!

— Великолепно, — раздался вдруг голос откуда-то сверху.

Неожиданно вокруг нас зажглось несколько светлячков.

Интуиция не подвела меня. Точнее, моего дракона, заметавшегося в ужасе внутри меня, как только мы подошли к входу в огромный круглый зал. Нарастающее ощущение неправильности происходящего сделало кульминацию в середине зала. Боль, резко обрушившаяся на меня, пронзила, словно в голову воткнули что-то острое. И теперь крутили, крутили, крутили…

Тянуло распахнуть несуществующие крылья. Ощущение запертости в своём маленьком человеческом теле сводило с ума. Дракон рвался наружу, желая спастись из ловушки, чувствовал опасность. Но у меня не было ни сил, ни возможностей его выпустить.

Я больше не чувствовал, не слышал и не видел так, как дракон, он будто ревел внутри меня от ярости, но все было бесполезно. И наша с Эль истинная связь словно тоже была приглушена. Но одно ощущение осталось — тонкие холодные пальцы Эльдреды, крепко державшие меня за руку. От боли еле сумев распахнуть веки, я увидел её прямую спину. Она застыла, глядя куда-то вверх.

— Великолепно, — донёсся до меня холодный голос Ларассы.

Она смотрела на нас сверху вниз, опираясь на перила каменного балкона, вырезанного прямо в стене.

— Что происходит? — в отчаянии крикнула Эль, стискивая мою руку.

— А ты ещё не догадалась? Я хочу приручить твоего дракона.

Эти слова прозвучали насмешливо, вызвав во мне желание стереть эту ухмылку с её лица. Мои мышцы свело от боли, и я с трудом удерживался, чтобы не лечь на камни, оставаясь в сидячем положении.

Но стоило мне перевести взгляд на Эльдреду, на её тонкую, но несгибаемую фигуру, как инстинкты дракона отступили, уступив место острому осознанию: она тоже в опасности. И сейчас мне нужно следить за тем, что Ларасса не навредила и ей.

— Приручить? — Эль, казалось, не понимала до конца, что происходит, — Что значит — приручить?

— Ваша магия… Если бы она была во благо. Но настоящая сила никогда не достается без определенных жертв. Впрочем, тратить время на объяснения я не собираюсь.

Мне объяснять было не нужно. Я уже понял, что Ларасса знала об истинной связи.

— Вы не получите его! — голос Эль прозвучал с отчаянной храбростью. Моя смелая девочка, готовая защитить то, что ей дорого.

Ларасса усмехнулась, её тонкие пальцы опустились на перила, белая кожа и короткие светлые волосы резко выделялась на фоне потемневшего камня.

— О, дорогая, ты даже не представляешь, как крепко он попал здесь в мои сети, — её голос стал снисходительным, как у учителя, разговаривающего с недалёким учеником. Её острый взгляд перешёл на меня, — Ты ведь чувствуешь это, верно, Алронд? Силы покидают тебя, а эта комната, — она жестом обвела зал, — заберёт твою магию дракона до последней капли, пока ты не станешь пустой человеческой оболочкой. После этого дракон полностью перейдет в мое подчинение.

Повинуясь движению ее руки, под нами начала светиться огромная, выщербленная в полу руна. Я стиснул зубы, понимая, что гнев, который кипел в моей груди, ничем мне не поможет. Ларасса не просто заманила нас сюда; она знала, как воспользоваться древними чарами подземелья. Это было место заточения, специально созданное для таких, как я, для магов-драконов. И Ларасса не случайно выбрала этот зал для своей ловушки. — Что вы делаете?! — выкрикнула Эль, её голос звенел гневом. — Я? Я просто забираю то, что по праву должно принадлежать тем, кто умеет этим пользоваться

— Как?.. Почему? — Эль крутилась вокруг меня, с ужасом глядя на руну.

Я и без ментальных связей понимал, о чем она думает. Каким образом нас завели сюда? Знал ли ректор об этом?

— Зачем это всё? — голос Эль вдруг стал резким и гневным, приобретая нотки, которые я раньше не слышал. Оправившись от шока, она стояла между нами и Ларассой, защищая меня, прямая, полная решимости.

— Потому что дракон, — ответила Ларасса, и её глаза сверкнули странным, безумным блеском, — очень силён. И он может быть полезен для моего господина, куда больше, чем вы оба себе представляете. Но твоя связь с ним, такая неуверенная и неустойчивая, — она бросила на Эльдреду почти снисходительный взгляд, — лишь делает его слабее. А значит, я смогу подчинить его.

Эти слова, полные надменности, вызвали во мне клокочущую ярость. Я чувствовал, как Эльдреда крепче сжала мою руку. Не в силах ни шевельнуться, ни защитить её, я сосредоточился на этом ощущении, стараясь зацепиться за остатки магии. Попытался позвать дракона, но с ужасом ощущал только пустоту.

— Кто ваш господин? — голос Эль был пронзительным. Она дрожала от ярости, но не отступала. — Ты не достойна знать его имени, — усмехнулась Ларасса. — Но ты будешь частью его силы. — Думаете, мы позволим вам это? — Эль не отступала, не обращая внимания на её насмешку, — Мы справимся с вами.

Ларасса рассмеялась, и в этом смехе было что-то неестественное.

— Хочешь попробовать? — Ларасса повела рукой, и я почувствовал, как с потолка, из самой темноты начали опускаться магические цепи. Тонкие, словно живые змеи, они светились голубоватым светом. Секунда — и одна из цепей уже охватила меня за грудь, сдавливая ребра и лишая сил.

Эль вскрикнула, вероятно, случайно дотронувшись до цепи. Я зарычал, дернувшись ей навстречу, но меня сковало, а боль и парализующий холод не давали пошевелиться. Вторая цепь захватила ноги и приподняла меня над землей. Я мог чувствовать, как магия подземелья — старая, затхлая и мощная — впивается в меня, отбирая последние крупицы энергии.

Эль сделала шаг назад, хватаясь за свой амулет, который едва заметно засветился. Я видел, как ее лицо сосредоточилось, она пыталась чарами освободить меня. Но то ли руны и цепи, обвившие моё тело, то ли ее собственные артефакты — что-то впитывало её магию, поглощая её без следа. Ларасса наблюдала за нашими попытками с холодной насмешкой, её лицо оставалось безмятежным.

— Даже не пытайся, Эльдреда, — голос Ларассы звучал приторно, — Твоя магия здесь так же бесполезна, как и его. Я об этом позаботилась. Все случилось, как нельзя лучше.

Мне хотелось выть от бессилия. Как и в случае с экспериментами семь лет назад, я был ослеплен своей силой, своими знаниями, которые считал достаточными, чтобы распознать и предотвратить угрозу. Я был уверен, что смогу защитить Эль, что мы с ректором сможем наложить на нее столько защитных чар, сколько потребуется для стабилизации артефактов.

У нас был запасной план, что если артефакт окажется неразрушимым, я превращусь в дракона. И что теперь? Я предвидел все угрозы для Эль, кроме того, что буду пленен и подвержен опасности сам.

— Ты думаешь, это только моя работа? Мои коллеги мне очень помогли, — небрежно добавила Ларасса.

— Коллеги? Кто?.. — Эль буквально остолбенела. Похоже, что она до конца верила в то, что происходящее — дело рук одной Ларассы, — Да даже если вам кто-то помогает… Как только ректор узнает об этом — вы заплатите за содеянное! Ларасса вдруг расхохоталась, и её высокий смех резким эхом загулял по залу.

— О, бедная девочка... Считаешь, он пребывает в неведении? — отсмеявшись, ласково произнесла она, — Надеешься, что он не знал, куда вы идете, и что тут должно произойти?

Свет вокруг нас вдруг изменился, будто бы воздух стал плотнее, и из темноты проступила фигура. Ирия. Так она всё время была тут?

Её лицо казалось ещё бледнее, чем обычно. Она нервно переводила взгляд с Ларассы на меня и Эльдреду.

— Зачем вам это? — почти прошептала Эль Ирии, — Вы же… Вы же любите его!

— Именно. Ирия очень хотела избавить вас от вашего бремени. Ваших навязанных магией чувств, — с самодовольством вещала Ларасса.

Я заметил, как взгляд Ирии в ужасе метнулся к ней наверх.

— Мы поняли, что связь основана на сущности дракона. Изначальные драконы, являясь существами с непревзойдённой магической силой, как ни странно… однолюбы. У Крылатых это трансформировалось в очень больной и извращённый, как по мне, вид магии. Который влияет не только на самого дракона, но и на его пару… Я считаю это противоестественным, впрочем, как и самих Крылатых, — Ларасса скривилась, — Как только мы заберём дракона, связь исчезнет.

— Вера! — крикнула Ирия, её голос дрожал, — Прекрати… Замолчи!

У меня внутри всё оборвалось. Еле слышно я прошептал:

— Ирия… ты пошла на это… из ревности?..

Ирия повернулась ко мне. Я видел, как у неё задрожали губы, и она сделала несколько шагов в мою сторону.

— Стой! Если попадёшь туда — тоже лишишься магии, и я не буду тебя спасать, — резко выкрикнула Ларасса, и Ирия, опустив голову, заметила светящийся край руны, над которым уже занесла ногу. Она сделала несколько шагов назад, молча глядя на меня со слезами.

Эль внезапно дёрнула на себе амулет, пытаясь разорвать цепочку. Она схватилась за браслет, словно надеялась стянуть его, но тот лишь сильнее впился в её запястье, оставляя болезненные красные полосы.

— Бесполезно, дорогая, — Ларасса тихо усмехнулась. — Артефакты уже настроены. А то, что ты использовала тёмную магию, напитало их энергией. Ты — ключ к завершению ритуала. Все испытания подземелья шли по плану.

Она взмахнула рукой и цепи начали сжимать меня сильнее. Я чувствовал, как силы покидают меня, утекая через звенья. Эль, заметив это, подбежала и схватилась за них. Застонав от боли, она попыталась их разжать, но цепи только ещё туже обвили меня, сжимая до хруста. В глазах потемнело, и я закричал, почти провалившись в небытие.

Когда боль чуть отступила, я увидел, как Эль пытается выйти за рунный круг, но он был окружён барьером, в который она напрасно билась кулаками.

— Калеб! — вскрикнула вдруг Эль, вглядываясь в темнеющий проход. Там, в полумраке, показалась ещё одна фигура. Калеб. Его одежда была покрыта пылью. На лице отражалась странная смесь смятения и внутренней борьбы. Он застыл в проходе, словно разрываясь между решением войти и остаться в тени.

— Ты тоже? — прошептала Эль, и в её голосе я уловил не только гнев, но и что-то более глубокое — боль.

Калеб молчал, стиснув челюсти.

— Да, Калеб у нас контролировал, чтобы всё шло по плану, — мягко произнесла Ларасса, но в её голосе чувствовалась сталь, — Но продолжим. Я чувствовал, как мои силы утекают, но мог только смотреть на её искажённое безумием лицо.

— Калеб! — голос Эль был полон отчаяния, но я видел — она не сдастся. Её глаза блеснули гневом, — Помоги нам! Ты же не такой!

— Никто не знает, какой я, — вдруг тихо сказал он, — Разве кто-то видит во мне больше, чем тень ректора?

— Конечно, — прошептала Эльдреда, — Не совершай ошибку, мы должны поговорить…

Его взгляд метался между Эльдредой и Ларассой. Он открыл рот, но не произнёс ни слова.

— Калеб, — голос Эль прозвучал мягче, словно она хотела достучаться до его разума, — Ты ведь понимаешь, что она тебя использует? Она всех обманула! Ты всегда защищал Академию, защищал нас. Почему сейчас ты на её стороне?

Эль резко вскрикнула, потянулась к шее, вцепляясь в цепочку, и рухнула на колени. Я видел, как она судорожно пыталась вдохнуть, а Ларасса, улыбаясь, будто сжимала рукой в воздухе что-то невидимое.

Я зарычал и задёргался, снова получив щедрую порцию боли… Но недостаточную, чтобы отключиться.

— Эль! — взревел я из последних сил, глядя, как она ложится на спину, царапая шею руками. Я метался и внутри и снаружи, не обращая внимания на боль, понимая, что могу потерять сознание в любую минуту. Но не мог смотреть на страдающую Эльдреду. Я кричал её имя, оглушая сам себя.

— Ларасса! — услышал крик Калеба, — Условие было, что все останутся живы!

— Ты слишком много сомневаешься, Калеб, — с раздражением перебила Ларасса, — Меня не волнуют жертвы. Только их сила.

Я сделал пару осторожных шагов к Эль, отвлечённой на пауков. Я боялся не за себя, хотя дракон бесновался внутри, готовый вырваться наружу при любом подозрении на опасность. Мне было страшно, что Эль, испугавшись, навредит сама себе.

Хотя, похоже, я недооценивал её тёмную силу. Ещё чуть-чуть, и первый паук доберётся до Ларассы. Та закрыла глаза, смиряясь со своей судьбой.

— Эльдреда! Остановись! — раздался громогласный голос.

Казалось, сам воздух замер от этого крика.

Я обернулся и увидел в одном из проёмов ректора Каэла. Он тяжело опирался на посох и устало смотрел на Эль.

Внутри меня разыграли борьбу два чувства. Первое, продиктованное драконом, приказывало вонзиться в глотку ректору. Дракон рвал и метал, остро переживая предательство наставника. Второе — сдерживало это чувство, заставляя его затаиться, словно пантеру на охоте. Не здесь, не сейчас. Не при Эльдреде. Сначала нужно спасти её.

Эль заторможенно повернулась к ректору, в удивлении чуть приоткрыв рот. Пауки, уже облепившие барьер Ларассы и царапавшие его тонкими ногами, тоже замерли, словно растерявшись.

— Не делай этого. Пути назад не будет.

Эль застыла, её руки ослабли, и всполохи тьмы вокруг неё начали рассеиваться. Её взгляд, полный боли, скользнул по ректору.

— Пути назад? — её голос дрогнул, — Назад к чему? К обману? Вы предали нас, мэтр Каэл. Вы предали Алронда. Вы предали меня.

— Эльдреда, ты ошибаешься, — напряжённо сказал ректор, — Я… я хотел только защитить Академию. Всех нас.

Она горько рассмеялась. Это был смех человека, потерявшего все иллюзии.

— Вы называете это защитой? Использовать его магию, его сущность, чтобы укрепить стены, чтобы сохранить ваш идеальный мир? А что потом, мэтр? Кто станет следующей жертвой? Или вы думали, что на этом можно будет остановиться?

— Ты думаешь, мне это легко? — его голос дрогнул, и он сжал посох так сильно, что его костяшки побелели, — Ты думаешь, я хотел этого? Я пытался найти другой выход. Но времени не было! Тёмная магия угрожала всем нам. Я видел, как рушатся границы, как враги приближаются. Академия — это всё, что у нас осталось. Если бы я не принял её предложение, всё было бы потеряно.

Эль сделала шаг вперёд. Её лицо оставалось нарочито спокойным, но в глазах вспыхнуло что-то новое, тёмное.

— Её предложение? — сказала она со злостью, — Вы о Ларассе? Вы знали, кем она была? Что она планировала?

Ректор с трудом выдержал её взгляд.

— Я думал… — его голос сорвался. — Я думал, что смогу контролировать её. Её знания были необходимы нам. Артефакты, которые она принесла, должны были защитить нас. Но я не подозревал, как далеко это могло зайти.

В этот момент Ларасса, до сих пор стоявшая за барьером, разразилась пронзительным смехом. Её лицо, исказившееся в полубезумной гримасе, сияло от злорадства.

— О, Каэл, как трогательно ты оправдываешься перед ней, — её голос сочился ядом, — Ты всегда был слабаком, неспособным пойти на крайние меры. Но теперь, благодаря мне, крайние меры решают всё. И что дальше? Ты станешь умолять свою девочку простить тебя? Как мило.

Эль вздрогнула, но не обернулась. Тьма вокруг неё начала подниматься, как грозовые облака.

— Вы не знали, или вам было всё равно? — её голос стал холодным, как зимний ветер, — Вы позволили ей использовать Алронда. Вы позволили ей манипулировать вами, как марионеткой. И всё ради чего? Ради власти?

Ректор шагнул вперёд, его глаза загорелись огнём.

— Не ради власти! Ради Академии! Ради всех, кто здесь учится, кто верит, что мы — их защита, их дом. Ты ничего не понимаешь, Эльдреда. Это была единственная возможность! Единственный шанс!

Лицо Эль стало бесстрастным. Она шагнула ещё ближе к ректору, её глаза вспыхнули.

— Какая чушь. Мы могли объединить усилия. Если бы вы ничего не скрывали, мы нашли бы выход. Но вы отняли у нас выбор. Вы отняли у меня веру. А теперь хотите, чтобы я смирилась? Вся моя жизнь была построена на лжи.

Ректор замер, его взгляд дрогнул.

— Эльдреда, прошу. Не делай этого. Ты сильнее этого… этой тьмы.

— Сильнее? — она горько усмехнулась. — Разве я могу быть сильнее? Даже вы позволили ей управлять вами. Вы были мне, как отец. Я доверяла вам. И для чего? Чтобы стать жертвой во имя Академии? Да провались он к Падшему, ваш Кадарат. Я покажу вам, мэтр Каэл, что это значит — быть сильной.

Магия в зале сгустилась, и воздух потяжелел. Я почувствовал, как дракон внутри меня напрягся, ощутив нечто знакомое, близкое к тому, что происходило раньше. Ректор побледнел. Краем глаза я увидел, как Калеб удирает через проход, из которого вышел ректор. Тот кинул на него рассерженный взгляд, но сразу же снова посмотрел на меня. А я повернулся к Эль.

Тьма вокруг неё завихрилась, словно отвечая на её гнев. В этот момент зал содрогнулся, пауки, до сих пор замершие в тенях, разделились и с оглушительным треском бросились к ректору и Ларассе.

Наверное, это было чудо, что мой дракон не взял надо мной верх в тот же момент. А может, он понимал, что стоит на кону, и не торопился спасать меня. Он знал, что я смогу помочь, только будучи человеком…

Пауки обтекали меня, повинуясь напряжённому взгляду Эльдреды. Магия, которую она собирала, взвилась вокруг неё, как чёрное штормовое море. Она глядела на чёрных бестий, которые бились в барьеры ректора, Ларассы и начинали скрестись к Ирии.

Вдруг что-то внутри меня словно надорвалось. Я почувствовал, как связь между нами исчезала, затухала, словно тлеющий уголёк.

Нет, я не мог её потерять.

— Эль! — мой голос сорвался, и я через силу шагнул к ней, в этот вихрь, прикрываясь рукой. Магия, скапливающаяся вокруг неё, обжигала даже воздух, — Посмотри на меня. Посмотри, что ты делаешь. Это не ты.

Она обернулась, её бездонные чёрные глаза, полные стальной решимости, сверкнули.

— Алронд, уйди. Ты не понимаешь. Я должна это сделать.

— Ты не должна. Не одна, — я сделал ещё один шаг, несмотря на жар, исходящий от её магии, и остановился рядом, — Я знаю, каково это, когда всё кажется потерянным. Когда внутри только боль и желание кричать. Но ты… ты моя светлая звезда, Эльдреда. Ты — больше, чем эта тьма.

Её губы дрогнули, но взгляд снова ожесточился.

— Светлая звезда? Я? Всем плевать на меня. Все предали меня. Ты тоже скрывал от меня правду. Всё это время!

— Да, я был глупцом. И это правда, что я не сказал тебе всего. Но я никогда не предавал тебя, — я продолжил, наклоняясь ближе. — Эль, если ты уничтожишь себя этой магией, ты не отомстишь им. Ты только потеряешь себя. А я не могу позволить тебе потеряться. Не позволю потерять нас.

— Тебе важна только магия истинности… — прошептала она, словно через силу, — Тебе не важна я.

Я ощутил, как её слова словно пронзили меня насквозь. Это была не просто боль — это был крик её души, полный страха быть недолюбленной, быть ничем, кроме инструмента.

— Ты ошибаешься, — мой голос стал низким, дрожащим от сдерживаемых эмоций, — Ты — больше, чем связь. Ты — больше, чем магия. Ты — это ты. Твоя решимость, твоя сила, твоё упрямство… Ты важна для меня, Эльдреда. Не как моя истинная. Не как маг. А как человек, которого я люблю.

Моя рука потянулась к ней, медленно, каждое движение через эту магию давалось с трудом. Я ощутил, как дракон внутри меня раскрыл крылья, будто протягивая их к её душе.

— Ты моя истинная, но это не определяет всего. Ты — моё всё. Я нуждаюсь в тебе, как человек, как мужчина, — я шагнул ближе, мои пальцы обхватили её ладонь, ледяную от магической энергии, — Почувствуй это. Почувствуй меня.

Её глаза затуманились, но дрожь в её теле чуть утихла, словно мои слова нашли отклик.

Тьма вокруг начала слабеть. Эль смотрела на меня, её губы приоткрылись, как будто она хотела что-то сказать, но в этот момент её магия взорвалась.

Меня пошатнуло, я едва не упал, в последнюю секунду выставляя барьер.

Я увидел, как ректор взмахнул посохом.

Раздался грохот, ослепительная вспышка заставила меня зажмуриться. Я рванулся вперёд, сбивая Эль с ног, и закрыл её своим телом. Громкий противный щёлкающий и шипящий звук, а затем дробный топот разбегавшихся пауков эхом разлетелся по залу.

Когда свечение спало, я открыл глаза, но всё, что увидел, — это копну растрёпанных волос Эль, в которой я лежал, зарывшись лицом. Она не двигалась, но дышала, хоть и тяжело. Наша связь поблёкла, казалась почти неуловимой.

Я перевернул её, но её тело было словно обмякшим, руки безвольно упали на камень.

В этот момент весь мир будто сжался до её лица — бледного, испачканного, но всё ещё прекрасного. Каждая линия, каждый изгиб казались мне такими родными...

Но её глаза, обычно полные жизни, теперь были пустыми, затуманенными магией, которая не принадлежала ей.

— Эль… — мой голос дрожал от напряжения, как струна, готовая лопнуть, — Это я. Почувствуй меня, пожалуйста.

Я наклонился ближе, держа её холодную ладонь в своей. Внутри затрепетало едва уловимое чувство — слабое, как только проснувшийся после зимы мотылёк. Истинная связь, почти оборвавшаяся, но всё ещё живая.

— Ты стала моим светом, — продолжил я, пытаясь достучаться до её души, до этого мотылька, — С тех самых пор, как мы встретились. Даже когда я молчал, даже когда ты злилась на меня… Ты была моей единственной.

Её губы дрогнули, а глаза, кажется, сфокусировались на мне, словно пробуждаясь от кошмара. Я чувствовал, как тьма вокруг неё колеблется, борется с чем-то сильным, неукротимым.

— Ты — моя сила, Эль. Мой якорь. Ты — всё, что делает меня… человеком, — у меня перехватило дыхание, я ощущал растущую внутри силу, — И драконом тоже. Без тебя я ничто.

Моя рука скользнула к её щеке, обжигая её прохладу своим теплом. Я смотрел ей в глаза, умоляя её увидеть меня, почувствовать то, что нас связывает.

— Наша связь — это не просто магия. Это мы сами. Мы слишком похожи. Мы не подходим этому миру. Но теперь мы есть друг у друга. Ты чувствуешь это, Эль. И эта правда сильнее любой тьмы. Ты можешь вернуться ко мне. Ты должна вернуться ко мне.

Я почувствовал, как дракон внутри меня взревел, но этот рык не был гневным. Это был призыв, мощный и древний, как сама магия, что связывала нас. Её глаза расширились, и я увидел, как слёзы струятся по её щекам.

— Алронд… — прошептала она, её голос был слабым, но в нём уже не было того звенящего холода. Это была она. Моя Эль, — Я… слышу его. Слышу дракона...

Её рука поднялась и коснулась моей, наши пальцы сплелись, и в этот момент наша связь ожила. Я почувствовал, как тьма, обволакивавшая её, отступает, растворяется. Свет пробивался сквозь её магию, как первые лучи солнца после долгой ночи.

— Я здесь, — сказал я тихо, сжимая её руку, — И я никогда тебя не отпущу.

Она улыбнулась мне, нежно, словно это было именно то, что ей нужно было услышать. Тут последние силы покинули её, и она потеряла сознание. Но она вернулась. И это было самым важным.

Неожиданно зал задрожал, как будто вся его основа пришла в движение. Каменные стены потрескивали, с потолка посыпались обломки. Воздух наполнился тяжёлым гулом. Я заозирался, пытаясь понять, что происходит.

Ирия, стоявшая позади ректора, закричала от боли и упала на колени. Я посмотрел на Ларассу — стоя на остатках балкона, она протянула руку к Ирии, явно вытягивая из неё силу для тёмной магии. Её ухмылка была дикой, глаза светились мрачным восторгом.

— Ларасса! — ректор резко вскинул голову, его лицо побледнело. — Что ты делаешь?!

— Останавливаю этот фарс, — с издёвкой протянула она, её голос эхом отразился от стен. Она вскинула вторую руку, и магия, тёмная и густая, хлынула из неё, словно поток, — Всё это бесполезно. Академия, твои барьеры, все эти жалкие магические правила, ограничивающие реальную силу — всё должно закончиться здесь!

Её магия ударила в центр зала, и стены затрещали сильнее. Огромная щель змеёй поползла по полу, разрывая руны.

— Остановись! — ректор, охваченный гневом, стукнул посохом о камни, выпустив светящуюся волну энергии. Барьер вокруг руны на мгновение стабилизировался, но трещины продолжали ползти, всё быстрее и быстрее. Тёмная магия всегда была сильнее обычной, а ректор был слаб.

Ларасса, видимо заметив это, расхохоталась, её смех был диким, почти безумным.

— Нет, дорогой ректор, — прошипела она, её голос звенел от ликования, — Это место — моя победа! Неужели ты думал, что я просто сдамся? Господин не потерпит моего провала… но вы умрёте вместе со мной!

Она взмахнула рукой, и те же тёмные клубы, что колдовала недавно Эль, обрушились на стены ещё сильнее, вызывая новый обвал. Её взгляд встретился с моим, и я почувствовал, как холодная злоба, переплетённая с фанатичной решимостью, пронзила меня насквозь.

— Замолчи! — ректор снова ударил посохом о пол, посылая волну света, которая временно стабилизировала барьер, — Ты даже не представляешь, что ты натворила!

Но Ларасса лишь снова рассмеялась, её голос разнёсся эхом по залу, пока очередной обломок камня не заставил её отшатнуться.

Её тёмная связь с Ирией оборвалась. Я видел, как Ирия села, тяжело дыша, как до того Эль, и потрясла головой.

— Ларси, уходи отсюда! Я тебя прикрою! — крикнул ей мэтр Каэл, возводя над ней барьер.

Ирия, пошатываясь, встала. Кинув на меня последний взгляд, она нетвёрдой походкой пошла к выходу и вскоре исчезла в нём.

Ректор шагнул вперёд, его сияющий посох создавал повсюду новые защитные купола, который заслоняли нас от падающих обломков. Камни рассыпались, едва коснувшись защиты. Однако я видел, что его собственный барьер едва мерцал, словно на него ему не хватало энергии.

— Алронд! — крикнул ректор, перекрывая грохот, — Уводи её. Сейчас же! Я разберусь с этим.

Я не стал спорить — слишком высока была ставка у моего промедления. Магия дракона бурлила во мне, требуя действия. Тут уж хрупким человеческим телом я Эльдреду не защищу.

Одно мгновение — и я выпустил её наружу трансформируясь.

И впервые за долгое время, наше с драконом воссоединение было подчинено общей цели — спасти Эль. Поэтому никто не сражался за первенство, как это обычно бывало в последнее время.

Крылья с громким хлопком распахнулись, когти впились в каменный пол, и я осторожно поднял Эльдреду, зажимая её в передних лапах. Она была слаба и беспомощна. Её лицо, бледное и испуганное, заставляло моё сердце сжиматься, но слабая магия внутри неё давала надежду.

Ректор коротко кивнул мне, его взгляд был полон решимости.

— Спасайтесь, — произнёс он твёрдо.

Я видел, как он устал. Едва стоя на ногах, он опирался на посох.

— Ну уж нет! — взвизгнула Ларасса и послала чёрную магическую стрелу прямо в мэтра Каэла.

Я хотел было дёрнуться, но замер — в моих когтях была хрупкая Эль. И лишь взревел, но было слишком поздно.

Стрела вонзилась в его грудь, проходя сквозь слабый барьер. Посох ректора выскользнул из рук, а сам он осел на колени. Его глаза широко раскрылись, но на лице застыло странное спокойствие.

Все защитные купола, которые он выставил, слабели и мерцали, обломки стали пролетать в образовавшиеся дыры.

— Артемизий! — выкрикнул я, забываясь, что уже не в человеческой ипостаси. Раздался только громкий, тоскливый рык. В этот момент потолок треснул.

Ларасса, хохотнув, сделала шаг вперёд, не замечая, как огромный обломок камня откололся прямо над её головой. Смех оборвался, когда она посмотрела наверх.

— Нет! — раздался её последний крик.

Облако пыли окутало её силуэт, а затем всё исчезло в завале из каменных глыб.

Закрываясь крыльями и рыча, когда камни задевали тонкую кожу перепонок, я медленно подошёл к ректору. Мэтр Каэл лежал неподвижно, магический свет его посоха угасал.

— Алронд… — шепнул он, глядя мутнеющими голубыми глазами мне прямо в душу, его голос был еле слышен, — Простите меня…

Он закрыл глаза.

Но я не мог позволить себе терять время. Взмахнув крыльями, я взлетел, устремляясь к свету, пробивающемуся через огромный проём в потолке. Осколки и обломки осыпались вокруг, но я не обращал на это внимания. Сквозь густую пыль я увидел проём в потолке, ведущий в оранжерею, через который пробивались лучи света

Собрав всю силу, я прорвался сквозь рушащиеся обломки и вылетел в оранжерею. Звук разбивающегося стекла прокатился эхом, но его осколки мягко упали на защитный барьер, который сдерживал их. Внизу я увидел свет зелёных растений и тихое сияние магии.

Я приземлился, бережно опустив Эльдреду на мягкий мох. Её дыхание было слабым, но я знал — она жива. И сейчас только это имело значение.

Открыв глаза, я увидела бревенчатый потолок. Мягкий дневной свет просачивался через неплотно зашторенное окно, очерчивая тонкие пылинки в воздухе. В комнате пахло сыростью, хвоей и немного дымом, словно от затухшего костра, но при этом мне было достаточно тепло, чтобы лежать в простой академической рубашке, забыв, что за окном почти начало зимы.

Я прислушалась к своим ощущениям. Ничего не болело, но я чувствовала странную тяжесть, как после очень изматывающей магической тренировки. Вставать с лежанки не было совершенно никакого желания.

При этом в голове стояла звенящая пустота. Попытки осознать, что я здесь делаю и что я помню последним, успеха не дали.

В попытках оглядеться, я повернула голову, и моё сердце пропустило удар.

Рядом со мной на старом одеяле лежал Алронд. Его широкая грудь мерно поднималась и опускалась, но даже во сне он казался напряжённым. Тени под глазами были глубокими, как будто он не спал несколько дней подряд. Его каштановые волосы растрепались, одна прядь упала на лоб, и это придавало ему мальчишеский вид.

Я невольно задержала дыхание, боясь потревожить его. Но в то же время не могла отвести глаз. Я задержала дыхание, всматриваясь в его черты. Это лицо я знала до мельчайших деталей: сильный профиль, мягкие линии, которые я раньше никогда не замечала. Сердце вдруг защемило от такой сильной нежности, что я закусила губу и сжала кулаки, чтобы не разбудить его со своим желанием выразить чувства.

Моё внимание привлекла его рука, крепко сжимающая край одеяла, как будто он цеплялся за что-то. На запястье я заметила лёгкие покраснения, по рисунку похожие на звенья.

У меня сжалось горло. Я опустила глаза на свои собственные ладони и увидела следы на коже, словно от ожога. Пошевелила пальцами, боли не было.

Но что… что произошло?

Почему мы не в Академии?

Почему мы в одной кровати?

— Алронд, — хрипло позвала я, но он не пошевелился, только глубже вдохнул, будто на грани пробуждения, — Пожалуйста, проснись!

Осторожно коснулась его щеки, и он, вздрогнув, открыл глаза. Они были золотыми. Я тут же отдёрнула руку.

— Эль… — выдохнул он мягко, — Как ты? Что ты чувствуешь?

Я облегчённо вздохнула, но вместо ответа, приподнялась на локте, переводя взгляд с Алронда на обстановку хижины.

— Где мы?

— Охотничья хижина, не так далеко от Академии, — он тоже присел, не сводя с меня внимательного взгляда, который я старалась избегать, увлечённо осматривая скудную мебель.

Почему-то у меня было стойкое ощущение, что мне не стоит сейчас копаться в себе.

— Что мы здесь делаем?

— Прячемся.

— Почему? Ты в порядке?

— Да. Почти восстановился. Ты не ответила на мой вопрос, — с тихой настороженностью сказал Алронд.

Он нежно, но настойчиво сжал мою руку, вынуждая посмотреть на него. Что я и сделала, достаточно выразительно подняв бровь.

— Алронд, мы находимся в каком-то странном месте, в одной кровати… По-моему, у меня больше причин спрашивать о происходящем.

— Эль, тогда я задам только один вопрос, после которого отвечу на твои.

Я кивнула.

— Что последнее ты помнишь? Не торопись, подумай внимательно. И ничего не бойся. Я рядом.

Меня уже насторожил тот успокаивающий тон, с которым он мне это говорил. Будто пытался подобраться к бешеному зверю и не знал, с какой стороны это лучше сделать. Но я глубоко вздохнула и дотронулась до…

Амулета не было…

Я судорожно схватилась за ворот рубашки. Воззвала к магии внутри себя.

И с ужасом поняла, что её… нет.

Так же, как после того всплеска на уроке с Алрондом.

Я была словно пустой сосуд.

“Она вернётся. Тебе нужен покой и отдых”

Это. Я с недоверием посмотрела на Алронда, он коротко улыбнулся и пожал плечами.

— Дракон теперь слышит тебя и твои мысли, а ты слышишь его, — просто сказал он.

— Как? — прошептала я.

— Наша истинная связь… Она прошла свои испытания, — в его тоне смешались гордость и тихая грусть.

Дракон во мне успокаивающе заурчал, вторя ему.

— Где мой амулет? — я выпалила это, сжимая руку Алронда.

Он спрятал мою руку в своих ладонях.

— Его больше нет, Эль. И он тебе не нужен. Ты должна это понять.

— Но…

— Пожалуйста, попытайся вспомнить последние события.

Он сел напротив меня поудобнее, словно приготовившись внимательно слушать то, что я скажу.

Я закрыла глаза, пытаясь ухватиться за обрывки памяти. Сначала я ничего не ощущала, только пустоту и слабую боль в висках. Но потом что-то щёлкнуло, словно в моей голове открылась потайная дверца. Это чувство было странным, пугающим, но в то же время... захватывающим.

Вспышка — и я ощущаю, как внутри меня вспыхивает новая магия, энергия, с которой я никогда раньше не сталкивалась. Она была сильной, плотной, почти живой. Она не была просто инструментом — она была частью меня.

Что это было? Отсутствие амулета? Истинная связь с Алрондом? Или нечто другое? Я не знала, но эта магия пульсировала внутри, словно ожидая, когда я, наконец, пойму, как её контролировать.

Образы всплывали перед моими глазами, как фрагменты из чужой жизни. Вот я сижу у костра в круглом зале, рядом со спальниками. Я сосредоточилась на ощущениях, и вдруг всё словно перешло в другое измерение. Я больше не смотрела своими глазами — я видела себя со стороны. Это было, как театр, где я одновременно была зрителем и главной актрисой.

Вот Ирия исчезает, её фигура меркнет, как размытая акварель. Только сейчас я осознала, что она использовала мощную руну иллюзии, настолько искусно созданную, что я, даже со своим даром, не смогла её увидеть.

В другой картине Алронд просыпается. Мы выходим в коридор, и пауки — сотни, тысячи пауков — движутся к нам. Но теперь я видела их истинную природу: иллюзии. Это были не настоящие существа, а магические конструкции, сотканные из тьмы. Слишком реалистичные и слишком мощные, чтобы не сомневаться в их существовании.

И тут во мне — той мне, за которой я наблюдала — что-то надломилось. Я видела, как моя магия: новая, необузданная отражает их натиск. Тёмные нити магии, которыми они были связаны, подчинялись моим командам. Пауки не сопротивлялись — они просто повиновались, как послушные марионетки, и растворялись в воздухе, стоило им пропасть из нашего поля зрения.

Следующий образ — круглый зал, огромный, как древний амфитеатр. На полу — гигантская руна подавления магии. Завитки, линии, узоры — их смысл был мне, не специализирующейся в рунологии, непонятен. Но я чувствовала, как она затягивает силу, словно ловушка.

Вот Алронд. Его лицо становится бледным, тело оседает на пол. Сейчас я ощущала его боль так остро, будто она была моей собственной. Дракон внутри него кричал, но я не могла ему помочь.

И, наконец, Ларасса. Её фигура, освещённая десятками светлячков, на балконе, сверху вниз наблюдающая за нами. Её взгляд полон триумфа, её слова разрывают тишину, а внутри меня зреет нечто новое — гнев, сила, и… страх.

Воспоминания обрушивались на меня лавиной, размытые и рваные, но каждое из них пронзало меня насквозь. Тот зал для пыток драконов. Ларасса с её победоносным взглядом. Ирия, чья ревность зашла слишком далеко. Калеб и его борьба за свою самодостаточность, которая закончилась уходом во тьму.

Ректор… Ректор, относившийся ко мне, как отец. Наша опора, наш наставник, наш лидер.

Предавший нас.

Погибший, чтобы мы выжили.

В груди разрывался вихрь эмоций: боль от утраты, ярость, что нас использовали, и глухая, едкая пустота. Всё это мешалось с чувством вины, которая, казалось, сверлила меня изнутри. Что, если бы я не применила тёмную магию?

Остались бы мы живы? Или Ларасса ликовала бы, стоя над нашими телами?

— Эль… — голос Алронда пробился сквозь этот хаос. Он звучал мягко, но настойчиво, — Эль, открой глаза, пожалуйста.

Почувствовав, как он усилил прикосновение, я, наконец, подняла взгляд. Его лицо было таким родным, таким успокаивающим. Он улыбнулся, нежно и бережно, и протянул руку, чтобы смахнуть слезу, скользнувшую по моей щеке.

— Я чувствую твою боль, — прошептал он с теплотой.

Его слова коснулись чего-то глубокого во мне, словно заверение, что, несмотря на всё, я не одна. Его тёплая и сильная ладонь обхватила мою.

— Ты был драконом. Ты спас меня. Но… тебя ведь наверняка увидели…

Он усмехнулся.

— Да, наш побег из магического зоопарка не остался незамеченным. Нас ищут. Мы скрыты защитными чарами и иллюзиями, но нас скоро найдут, поэтому рано или поздно нужно будет уходить.

Я ахнула. Он истратил столько магических сил и до сих пор умудрялся оберегать нас. Я потянулась к нему. Он обнял меня и легко поцеловал в макушку. Вдохнув его запах, я немного успокоилась.

— Но мы будем здесь до тех пор, пока ты не будешь готова уходить. Ничего не бойся. Мы найдём ответы. Вместе, — его голос звучал с такой твёрдостью, что мне захотелось верить ему.

Моя душа, растерзанная и уставшая, искала этот якорь, за который можно зацепиться, и нашла его в нём.

Я отстранилась и глубоко вдохнула, как человек, который только что вынырнул из ледяной воды. Мои мысли начали проясняться, а страх отступать.

— Мне нужно вернуться в Академию, — произнесла я, удивившись твёрдости своего голоса.

Я чувствовала магическую силу внутри себя.

— Ты уверена?

— Да.

Алронд приподнял бровь, но не возразил.

— Но я пойду одна.

Кадарат уже не был прежним.

Подойдя ближе, я увидела, как на кованой ограде вспыхнули новые руны охраны, которых раньше не было. Врата, обычно раскрытые, теперь были заперты на массивный замок, а у входа дежурили несколько человек. Знакомых среди них я не видела, а сделав ещё пару шагов, разглядела форму гвардейских магов.

— Назовитесь, кто вы и что тут делаете? Откройте лицо, стойте смирно.

Я сняла капюшон и замерла. Гвардеец выставил ладони вперёд, проверяя мою ауру.

— Адептка шестого курса группы Грифонов, Эльдреда Амон, — ответила негромко, но гвардеец услышал,

Нахмурившись, он наклонился к напарнику. Что он сказал, разобрать было невозможно, но и по движению губ стало ясно.

“Это она”

По бокам от меня тут же встали двое.

— Адептка Амон, проследуйте с нами.

Не подчиниться было невозможно. Мы неторопливо шли к большим воротам. Я снова накинула капюшон и огляделась.

Ни адептов, ни преподавателей — лишь несколько незнакомых лиц в гвардейской униформе. Видела даже двух законников с большими собаками — знаменитыми стражными псами, уткнувшимися носами в землю.

— Из — за недавнего происшествия большая часть животных, обитающих в магическом зоопарке, сбежала, — прокомментировал один из гвардейцев мой любопытный взгляд, — Руководству Академии пришлось задействовать стражных псов для ликвидации последствий.

Мне потребовалась пара мгновений, чтобы продраться через этот непонятный бюрократический язык.

Я вгляделась в здание магического зоопарка — торчащий купол оранжереи зиял сверкающей на солнце стеклянной скорлупой. Разбитой на самом верху.

Как только я поняла, что разбил её Алронд, когда сбежал со мной, у меня в голове что — то щёлкнуло.

— Руководство Академии?.. — я искоса взглянула на разговорчивого гвардейца.

Тот кивнул.

— Конечно. Вы сейчас сами всё увидите.

Наблюдая за тем, как встреченные нами гвардейцы и законники провожают меня настороженными взглядами, а кто — то даже присоединяется к нашей процессии, я начала жалеть, что Алронда нет рядом. Но после того как оставшаяся половина Академии, привлечённая и испуганная шумом, увидела дракона, унёсшего меня с собой, а сбежавшие Ирия и Калеб знали о превращении, мы решили не рисковать.

“Если что — то пойдёт не так, я это почувствую и прилечу на помощь. Никакой барьер меня не остановит”, сказал он, накладывая на себя мощнейшую иллюзию, перед тем, как создал портал к воротам Академии для меня.

Я верила ему. Я сама его чувствовала — истинная связь пульсировала между нами, словно золотая прядильная нить, стоило только закрыть глаза и сосредоточиться. Сейчас он был спокоен, значит, ничто ему не угрожало. По крайней мере, я надеялась на это, потому что сейчас сама скрывала от него свои эмоции.

Я также постаралась успокоиться. Но следовать этому старанию было нелегко.

Мы вошли в холл, и первое, что я вспомнила — прощание с ректором перед нашей… практикой.

Слёзы выступили у меня на глазах, но внутри себя я почувствовала гнев.

Мы сразу же прошествовали в преподавательское крыло. Коридоры были пустынны. Наше испытание в подземельях Академии заняло два дня, да и в домике с Алрондом я лежала без сознания примерно столько же — большая часть адептов ещё не вернулась с практик. Я гадала, встречу ли хоть одно знакомое лицо. Но пока что видела лишь снующих туда-сюда гвардейцев и изредка — преподавателей. Обеспокоенных и измождённых, не обращающих на нашу уже изрядно выросшую процессию никакого внимания.

Студентов я не заметила, но по плану сейчас шли занятия. Я надеялась, что ещё шли.

Академия больше не казалась домом. Она выглядела как крепость, готовая встретить врага. Только кто теперь враг? Я… или те, кто ждал моего возвращения?

Наконец, мы оказались у двери к ректору. Золотая табличка с именем была не снята — вырвана из стены с корнем, оставив после себя неровную дыру. У меня защемило сердце. Словно это был последний знак, что всё, что я вспомнила, произошло взаправду.

Один из гвардейцев постучал и тут же распахнул дверь.

— Мистрис и мастер, адептка Амон.

Я с удивлением смотрела на мастера Тиона, стоявшего у кресла ректора и мистрис Казали, сидевшей в нём вытянувшись, как струна. Они же с напряжённым видом глядели на меня в ответ.

— Эльдреда! Ты в порядке! Тебе удалось вырваться? — вдруг изменившись в лице воскликнула Казали, — Мы верили в тебя! И ждали. Присаживайся.

Я села в кресло, привычно стоящее на своём месте напротив стола. Несмотря на неприятное ощущение, что позади меня кто-то стоит, осмотрела кабинет, примечая необычный для него порядок. Бумаги на столе были аккуратно сложены в стопки, свитки лежали в коробках. Большая часть артефактов, наполнявшая полки, исчезла.

— Мы рады, что ты цела и невредима, Эльдреда, — первой заговорила Казали, вперившись в меня сочувственным взглядом, — Мы так беспокоились за тебя!

Я ничего не ответила. Фальшь в её голосе чувствовалась за версту.

— И мы рады, что ты пришла сама, — добавил Тион, за что получил от Казали острый взгляд.

— Всё это ужасно, — перебила она его, заламывая руки, — В самом сердце Академии мы пригрели целый клубок змей. Больше не понимаешь, кому вообще можно доверять.

Я кивнула, полностью соглашаясь.

— Произошедшее бросило тень на всю Академию, — поддакнул мастер Тион, — и снова в этом виноват Алронд Вэйл.

Меня бросило одновременно и в жар, и в холод. Голову сдавило, словно тисками. Даже мелькнула мысль, не проверяют ли меня ментально? Нельзя забывать, в какой области мастер Тион специалист.

На всякий случай я поставила несколько защит — это получилось легко. Магия внутри меня теперь напоминала гигантский водопад. Она бурлила всегда, давая мне столько энергии, сколько я потребую.

Но ощущение тревоги не ушло. Тогда я поняла, что это мои страхи, а не влияние извне.

Наша связь осторожно позвала меня. Я почувствовала, что Алронд заволновался, уловив мои эмоции.

Насилу успокоилась.

— Эльдреда? Тебе нехорошо? — я подняла голову и поймала настороженный взгляд мистрис Казали. Гвардейские маги, как по команде, приблизились ко мне.

— Всё в порядке, — выдавливая из себя дежурную улыбку, я снова проверила кабинет на наличие другой магии. Ничего. — Причём тут Алронд Вэйл?

— Ну как же, — поджал губы мастер Тион, — Ты же была там, Амон. Или тоже попала под его влияние?

Я невольно сжала подлокотники кресла.

— Что значит «попала под его влияние»?

— Он под видом преподавателя просочился в нашу Академию, — медленно, отчеканивая каждое слово, продолжил Тион. — Растлевал юные умы. Подчинил своей воле мэтра Каэла, да примет его Творец в своих Чертогах… Наверняка не без помощи тёмной магии!

— Какая чушь… — вырвалось у меня.

— Разве? — Казали покачала головой, словно сокрушаясь. — Всё так удачно складывается. Как только ректор распознал в нём дракона… Вэйл, наконец, показал свою истинную сущность. Он начал убивать.

Я сидела, как громом поражённая. Сглотнув комок в горле, произнесла:

— А какую роль в этом всём играла Вера Ларасса? Или Калеб Эртон? Я уже не говорю про Ирию Ларси…

— О, ассистента Эртона ищут, — тон Казали был холоден, — Ему удалось сбежать, но следы он заметать не умеет, мы быстро найдём его… Его халатное отношение к своим обязанностям ассистента довело до гибели мэтра. А мистрис Ларси и Ларасса… — Казали сочувственно кивнула, — Несчастные женщины, попавшие под очарование молодого, импозантного мужчины. Бедняжка Вера заплатила за это своей жизнью. Ирию забрали в лечебницу её родители. Надеюсь, она оклемается, она явно повредилась умом…

— Всё было не так! — вспыхнула я.

— Тогда что случилось? — Тион склонил голову, и его голос стал мягче, почти дружелюбнее. — В подземельях мы нашли следы боя, магические всплески ужасающей силы, наконец, тела! А ты пропала. Мы ведь могли начать подозревать и тебя тоже…

В этой фразе звенела плохо скрытая угроза.

— Мне нужно было прийти в себя! — воскликнула я.

— После похищения? — Казали наклонилась ко мне ближе.

Я подалась вперёд.

— После того как Ларасса, ректор, Калеб и Ирия напали на нас!

Воцарилось гробовое молчание.

— Амон, ты не в себе… — в голосе Тиона сквозило напряжение.

— Тион, будь мягче, — Казали нарочито громко вздохнула и повернулась к нему, — Я ведь говорила, Амон тоже пострадала. Он всем запудрил мозги. Я даже боюсь представить, что он мог нашептать адептам и другим преподавателям. Мы это уже с ним проходили.

— Эльдреда, — продолжил Тион, наклонившись ближе, словно раскрывал мне страшную тайну. — Ты даже не осознаёшь, насколько ты была близка к гибели из-за Вэйла. Нам повезло, что ты жива. Но кто знает, что он задумал теперь? Ты же понимаешь, что он не просто так тебя не убил? Он использует тебя, Амон. Использовал с самого начала.

— Он ни в чём не виноват! — твёрдо заявила я, стиснув кулаки.

— Он убил ректора и Ларассу! — выпалила Казали, — На их телах — следы воздействия драконьей магии!

— Потому что Ларасса высасывала его энергию! Весь этот зал, вся эта практика — было прикрытием… — мой голос осел, я осознала, что ничего не докажу.

Казали покачала головой, её лицо выражало сочувствие, но в глазах скользнуло что-то холодное.

— Мы понимаем, что ты так думаешь. Магия драконов… Ты же изучала её на занятиях. Она сильная. И коварная. Она влияет на сознание, на восприятие, на чувства. Он мог заставить тебя поверить в то, что он — твой единственный. Что ты особенная. Ты ещё молода и наивна. Ты всегда держалась особняком. Тебе легко вскружить голову. Разве ты не задумывалась, почему твои воспоминания такие… путаные?

Я вспыхнула. Мне надоел этот театр, сдерживаться уже не было сил.

— Давайте устроим магический суд. Я расскажу всё то же самое. Вы можете проверить мои слова, вру я или нет.

Тион усмехнулся.

— А вот тут проблема. Откуда нам знать, что ты говоришь правду, а не находишься под влиянием его магии? Ты могла даже не заметить, как он вложил тебе нужные мысли. Едва не начал убивать твоими руками!

— Но если вы боитесь, что я под его влиянием, тем более проведите проверку! Вам же нужно знать правду, а не выдвигать обвинения без доказательств.

Мэтры переглянулись.

— Хорошо, — наконец сказала Казали, ободряюще улыбнувшись мне. Улыбка вышла кривая, — Ты права. Мы хотим знать правду.

Большей лжи в своей жизни я ещё не слышала.

— В таком случае, — добавил Тион, складывая руки на груди, — Мы обеспечим тебе защиту, пока готовим процесс.

У меня мелькнула мысль, что чтобы выйти на Алронда, они отпустят меня. Чтобы привела к нему… Но Казали перебила мои мысли.

— Но только в Кадарате. Здесь ты в безопасности. Мы всего лишь хотим тебе помочь. Господа, сопроводите адептку в её комнату.

Я кивнула, принимая обречённый и поникший вид. Но внутри холодно и ясно просчитывала шаги.

Я пришла за правдой. Надеялась, что получу ответы. Что меня услышат. С гибелью ректора я думала, что найду здесь поддержку. Но получилось ровно наоборот.

Пришло время покинуть Кадарат.

Сидя у окна, я смотрела, как солнце, окрашивая алым небо, закатывается за верхушки деревьев.

Хотелось занять чем-то руки, поэтому я аккуратно сложила в самодельный узел остатки вещей из шкафа и пару книг. На всякий случай, надела на себя все рубашки разом, становясь похожей на капусту — но так хотя бы был шанс, что я дотяну до торговца одеждой и не загнусь от холода.

Мой походный рюкзак остался в подземельях Академии. Запасная тёплая одежда и полезные артефакты лежали там внизу в руинах, посреди этого проклятого круглого зала… Это всё пригодилось бы мне в будущем путешествии, но теперь это было безвозвратно утеряно.

А в том, что мне предстоит путешествие, я не сомневалась. Хотя заглядывать в своё будущее даже на день вперёд казалось невозможным. Слишком много неизвестных факторов, которые я не могла предугадать.

Это было похоже на прыжок в бездну.

Но я должна была это сделать. У меня не осталось больше веры в Кадарат. Сейчас казались смешными мои желания остаться здесь после выпуска и преподавать. Своё истинное лицо Академия уже показала.

Осталось только сбежать отсюда… Но теперь я знала свою магию, и знала, что теперь никто не сможет меня задержать.

Ещё недавно я пережила серьёзную битву. И воспользовалась тёмной стороной своей души. После предательства близких даже самые светлые души могут потеряться в бездне. Я не оправдывала себя. Я ещё даже до конца не осознала, что произошло. Но Алронд вытащил меня из этого небытия.

И у меня больше не было сдерживающих артефактов, ограничивающих мою силу. Наша истинная связь оказалась тем якорем, который стабилизировал мою магию и был мне так нужен. Я чувствовала уверенность и поддержку. Я была не одна.

Поэтому такая мелочь, как охрана за дверью и барьеры вокруг моей комнаты меня не беспокоили. Я легко могла их преодолеть, но знала: нужно дождаться ночи.

Весь день меня держали взаперти. В туалет сопровождали двое гвардейцев, а обед принесли прямо в комнату. Видимо, не желали, чтобы я контактировала с другими адептами или преподавателями.

Но у нас с Алрондом был план.

Если к закату я не вернусь, он должен быть начеку и готовиться к быстрому отъезду. Однако без крайней необходимости он не должен выдавать своего присутствия.

Ночью всегда больше шансов улизнуть незамеченными. Поднимать шумиху мне не хотелось.

Внезапно за дверью послышались возбуждённые голоса. Гвардейцы какое-то время о чём-то спорили, но потом затихли. Вскоре я услышала быстрый топот.

Неожиданно в дверь постучали. Я присмотрелась к энергетическим отпечаткам. Странно, только один человек.

— Да? — откликнулась, приложив ухо к двери.

— Эль, это я!

Дэрек! Я едва не завопила от удивления.

— Что ты тут делаешь?

— Нет времени объяснять! Ты можешь открыть дверь?

Я могла. Всё это время могла. Мне лишь нужно было убедить своих надзирателей в беспомощности и полном подчинении.

Раз Дэрек тут, значит, охраны нет. Как он смог сюда прийти, как его пропустили? Я сгорала от любопытства и волнения.

Отошла от двери на шаг и, направив силу на барьеры, растворила их и отперла замок.

Друг стоял за дверью, тяжело дыша, взъерошенный и взволнованный. Казалось, будто я не видела его тысячу лет, поэтому в первую очередь крепко обняла.

— Ты в порядке? — он взял меня за плечи и строго осмотрел.

— Да, — выдохнула я, — Как ты тут оказался? Ты один?

Дэрек замер, будто прислушиваясь.

— Эль, нам надо идти.

— А гвардейцы?..

— Они сейчас… заняты, — уклончиво ответил Дэрек.

— Что ты имеешь в виду?

— Увидишь.

Он вошёл в мою комнату и вытащил из кармана два рунных артефакта — точные копии того, который дал мне ректор, чтобы обходить ночную охрану Академии. Один Дэрек передал мне.

— Откуда он у тебя?! — воскликнула я, сжимая в кулаке нагревающийся камешек.

Дэрек вздохнул, по моему взгляду понимая, что без ответов я никуда не пойду.

— Их дал мне мастер Вэйл. Он нашёл меня в Амлисе и вкратце рассказал, что произошло.

Я застыла.

— Что он тебе рассказал?

— Что на вашей практике всё пошло не по плану. О Ларассе, о ректоре… — Дэрек скривился, — Это просто невероятно. Весь Амлис уже знает о магическом зоопарке и мэтре Каэле. Люди видели дракона! Говорили даже, что он унёс тебя. Эль, как ты выбралась оттуда?

Сердце бешено заколотилось, но Дэрек выглядел на удивление собранно и спокойно. Он знает об Алронде?..

— Алронд… мастер Вэйл помог мне. Мы сбежали и скрывались.

— Главное, что ты жива. Я пытался вернуться в Академию, но гвардейцы никого не впускают, даже старших адептов. Тут идёт расследование, и, хотя его пытаются держать в секрете, слухи всё равно расползаются. Все понимают, что произошло что-то страшное: тёмная магия, захват Академии… Но зачем ты вернулась? Почему тебя пропустили?

— Дэрек… Я хотела решить всё мирно. Ты знаешь, что они обвиняют во всём Алронда? И меня заодно?

— Слышал про Вэйла, правда без подробностей… — он нахмурился, и я выдохнула от облегчения, — Но я не удивляюсь каким-то слухам. Ларси же замешана в этом.

— Ларси? — я удивилась тому, с какой злостью в голосе Дэрек произнёс её имя, — Да, но причём тут она?

— О, — ядовито протянул друг, — Это благодаря ей меня отправили охранять простую лавку, хотя я мог попасть в столицу на более высокую должность. Помнишь, она оставила меня после занятия? Ей очень хотелось узнать о тебе побольше. Выпытывала всё, что я о тебе знаю. С кем ты общаешься, есть ли у тебя с кем-то любовь, почему ты одна... Я вообще не понимал, что она от меня хочет. Умасливала меня, как могла, предлагала мне хорошее место в Арнстаде в лечебнице своих родителей, если я буду рассказывать о тебе последние сплетни... Это всё выглядело слишком странно, и я достаточно грубо отказался.

— И она…

— Да. Сразу предупредила, что с практикой мне не повезёт. Видимо, она что-то наплела, и меня действительно отправили в Амлис. Да и к чёрту её! Теперь, зная, что она участвовала в засаде на вас, погубив заодно ректора, мне её ничуть не жаль.

Я стояла потрясённая, понимая, что у Дэрека в этой истории есть свой главный злодей. Он резко выдохнул и потянул меня за руку в коридор. Я едва схватила собранные вещи. Несмотря на то, что у меня осталось ещё миллион вопросов, я пошла за ним.

— Кошмар, конечно, — понизил он голос, зажигая светлячка, пока я на ходу проверяла энергетические отпечатки, — Полгода последнего курса, а всё какие-то странные интриги, тайны, ректор умер, да и Академия уже почти развалилась. Ты знаешь, что из магического зоопарка сбежала половина животных? Это якобы одна из причин, почему никого не впускают и не выпускают.

— Ты так спокойно обо всём говоришь, — прошептала я.

— Думать, что делать дальше, буду потом. Практика ещё не закончена. Большая часть адептов до сих пор на выезде. Тут только совсем малыши остались. Но учёбу хотелось бы завершить, получить диплом. Формально Академия не закрыта… Поспешим. Гвардейцы могут вернуться. Пока Зейн их отвлекает…

— Зейн?! Он тоже тут?

— О, да. Он попал к законникам, а у него там кузен. Узнал о случившемся раньше меня. По счастливой случайности его отправили неподалёку от Амлиса. Мы чуть не разминулись, когда бежали тебя спасать. Его пустили без проблем, как законника. Сейчас они с кузеном делают вид, что заметили что-то подозрительное у Академии… Не знаю, увидишься ли ты с ним, но тебе нужно уходить. Надеюсь, в этом коридоре никого нет…

Я успела только подумать, что, значит, к счастью, не все представители власти думают про произошедшее одинаково… Но ставить на это предположение было опасно. То, что два законника, один из которых адепт, помогут нам, ничего не решит.

И, как только я увидела, как нервничает Дэрек, выдумывая, что сделать, чтобы нам пройти незаметно, у меня родилась странная идея. Я затормозила, и он удивлённо обернулся.

— Я знаю короткие пути. Куда мы должны попасть?

— Тренировочная площадка… Эль, куда ты?

Я остановилась и мысленно позвала одного из охранных светлячков. Я никогда этого не делала и не знала, сработает ли мой план... Но светлячок материализовался передо мной, окутывая сиянием и завис на уровне глаз. Дэрек ахнул, но я постаралась сосредоточиться.

Прикрыв глаза, я вложила в светлячка команду: отвести нас к площадке. Миг спустя он рванул вперёд, зависая у определённого участка стены, и его свет стал ярче.

— Что ты с ним делаешь? Как тебе удаётся? — Дэрек смотрел на меня с беспокойством.

Я повернулась к нему, понимая, что теперь друг не сдвинется с места, не получив ответы.

— Моя магия… она не такая, как у всех, ты знаешь. И раньше я носила амулет…

— Амулета больше нет?

— Нет, он… потерялся в подземельях.

— И при этом ты в порядке?

Я нервно вздохнула, не понимая, тревожится он или боится… меня.

— Да, я полностью себя контролирую. Надеюсь, так и останется впредь. Но главное, что сейчас на моей силе нет ограничений. И она… выросла. И моя странная магия — одна из причин произошедшего в подземельях, Дэрек. Мою силу и силу Алронда хотели украсть, и я не позволила им это сделать.

Он молчал, его глаза блестели в полутьме. Не дождавшись его ответа, я продолжила:

— Реши для себя, будешь ли ты мне доверять и помогать. Я не могу тебя заставлять и не хочу, чтобы ты делал это, не зная ситуации. Я не останусь в Академии. Мы с Алрондом уйдём отсюда, как только сможем.

— Ты зовёшь его Алрондом? Вы вместе что ли? — Дэрек усмехнулся, — Я как будто что-то такое чуял!

— Дэрек, ты, по-моему, не услышал основное, — я нахмурилась.

Он хохотнул, но сразу нахмурился.

— Эль, давай мы всё обсудим, когда выберемся. Не будем тут рассуждать, стоя в коридорах, когда мы с тобой и Зейном рискуем не только быть отчисленными, а, наверняка, что-то похуже.

Я против воли широко улыбнулась. Дэрек просто проигнорировал всю возможную опасность и без сомнений ринулся мне на помощь. Вот и сейчас он невозмутимо подошёл к стене, где скрывался вход. Светлячок, всё ещё пульсируя мягким светом, завис возле участка стены, указывая нужный камень. Дэрек вопросительно взглянул на меня, а я попросила его надавить на камень, как это делал в своё время Алронд.

Друг, едва не упав по инерции вперёд, отодвинул стену и удивлённо хмыкнул.

Мы спустились вниз и последовали за огоньком. Несмотря на то, что коридор встретил нас холодом и тишиной, у меня на душе потеплело от воспоминаний, как мы с Алрондом проходили по нему. Шаги эхом отдавались в мраке, а я периодически проверяла энергетические отпечатки, отвлекаясь на восхищённую болтовню Дэрека.

Наконец, светлячок свернул на лестницу наверх. От предвкушения скорой встречи с Алрондом замирало сердце.

Наконец, мы упёрлись в дверь. Дэрек с усилием открыл её, и мы попали на улицу. Светлячок погас, погружая нас в полную темноту.

Внезапно рядом раздался гулкий лай стражных собак.

Мы с Дэреком пригнулись. Я быстро сотворила иллюзию, делающую нас невидимыми.

— Эль, нет! Гаси её! Никакой магии! — шикнул Дэрек, но было поздно.

О, Падший! Ведь как раз псы сейчас подтянутся на запах магии… Сначала светлячок, потом моя иллюзия. Впопыхах я забыла об этом!

Какая разница, насколько сильная твоя магия, если ты не можешь держать разум в холоде и мыслить трезво?..

— Бежим! — шикнула я, и мы, пригнувшись, поспешили вдоль стены.

Но это было бы слишком просто. Собачий лай приближался.

Гвардейцы с факелами появились из темноты и сомкнули круг, перекрывая все пути отхода. Их силуэты вспыхнули, плетя защитные заклинания, и в наступившей тишине было слышно лишь хриплое напряжённое дыхание собравшихся.

— Стоять! — приказал один из гвардейцев, поднимая руку, — Без резких движений!

Я стиснула зубы. Это не входило в план.

Я могла ускользнуть — без проблем, без колебаний, но одно движение, один всплеск магии, и всё может закончиться печально уже для Дэрека. Они обязательно обвинят его или нападут, как на сообщника, и я не могла этого допустить.

Из темноты шагнули ещё двое. Я едва узнала Зейна в кожаной форме законников, выглядевшего растерянным, если не испуганным. Он переводил взгляд с меня на Дэрека, выразительно округляя глаза, словно пытаясь нам что-то сказать. Рядом с ним шёл мужина, держа на поводке большого чёрного, как ночь, пса. Пёс тянулся к нам, возбуждённо клацая челюстью. Его ноздри раздувались, улавливая следы магии.

— У меня приказ доставить их к академикам, — напряжённо произнёс гвардеец, обращаясь к старшему законнику, — А что вы здесь делаете, Крам? Вам же поручено ловить зверей.

Видимо, это и есть кузен Зейна. И судя по тому, как в воздухе повисло напряжение, он был не просто законником, а человеком, чьё слово действительно что-то значило.

— Есть подозрения, что они контактировали со сбежавшим опасным магическим существом и могут знать его местонахождение, — ответил мужчина с непроницаемым выражением лица, — Мы забираем их на допрос.

Я замерла. Какой допрос? О чём он? Или о ком?

Магическое существо — Алронд?

У меня сердце ушло в пятки.

Сердце ушло в пятки. Я вопросительно посмотрела на Зейна, поймав мой взгляд, он едва заметно кивнул. Я не знала, что и думать — он меня предаёт? Но он-то откуда знает про Алронда?.. Или это попытка нас вытащить?

Кузен Зейна был явно важной фигурой среди законников. Возможно, он просто пытался забрать нас под свою юрисдикцию, чтобы не передавать Казали и Тиону.

— Это бред! — возмутился гвардеец, — Эти двое — адепты Академии! Давайте вы, законники, будете заниматься своими делами, а мы — своими!

Остальные сузили круг, наступая на нас.

— По закону, любой, кто мешает поимке магического существа, попадает под юрисдикцию законников, — парировал кузен Зейна, натягивая поводок. Пёс потянул носом в сторону гвардейцев и тихо зарычал, словно улавливая настроение хозяина, — Я лично отвечаю за их задержание. Мы ведём их в Амлис. Вы хотите поспорить?

Повисло тяжёлое молчание. Гвардейцы колебались — судя по их выражениям, они не были уверены, насколько далеко готовы зайти.

Я заметила, как Дэрек переминается с ноги на ногу, нервничая не меньше моего. Мы мало что ожидали от нашего побега, но, похоже, и законники, и гвардейцы по-разному воспринимали происходящее. Оставалась лишь слабая надежда, что у Зейна и Крама действительно был план нас вытащить, а не просто передать другим "хозяевам".

Начальник гвардейцев раздражённо выдохнул, но, после долгой паузы, отступил, позволяя нам выйти из их круга. Я чувствовала, как напряжение нарастает — любой неверный шаг, и ситуация снова выйдет из-под контроля.

— Мы сейчас же доложим академикам о том, что происходит, — пригрозил он, делая знак рукой.

Двое из его отряда побежали в сторону ворот Академии. Однако оттуда к нам уже быстро шли Казали, Тион и ещё пара преподавателей.

Падший…

— Амон, — Казали шагнула ближе, её голос был ровным, но в нём слышалась твёрдость, — Всё это зашло слишком далеко. Мы собирались защитить тебя, но ты сделала свой выбор. И втянула в это других адептов.

Я обернулась. Теперь нас окружали остальные гвардейцы, подтягиваясь со всех концов территории Академии. Магия заворачивалась в воздухе спиралями напряжения. У меня задрожали руки, но я сжала кулаки.

— Вы боитесь его, потому что не понимаете, — я говорила чётко, без колебаний, — Но он не ваш враг. Настоящие виновники мертвы. Ларасса манипулировала вами! Всё, что случилось — её заслуга!

Лицо Тиона стало непроницаемо холодным.

— Ларасса мертва, — продребезжал он, — И это удобно, правда? Проще обвинить того, кого больше нет, чем смотреть на того, кто остался. Разрушенные барьеры, смерть ректора, всплески магии — и всё это совпало с появлением Вэйла. Ты утверждаешь, что Ларасса манипулировала нами? А кто манипулировал тобой? — он пристально посмотрел мне в глаза, — Ты защищаешь его, но понимаешь ли ты, кого защищаешь?

Я ощутила на себе недоуменный взгляд Дэрека и стиснула зубы.

— Он — дракон. Существо, вид которого был уничтожен, потому что угрожал человечеству. Мы не знаем, почему он здесь, какие у него мотивы, но каждый раз, когда он рядом, следуют разрушения. А Вэйл, вместо того чтобы объяснить, просто сбежал. Так скажи мне, Амон, ты всё ещё уверена, что он не опасен?

Повисла тишина.

— Дракон? Мастер Вэйл? Серьёзно? Эль, они серьёзно? — пробормотал Дэрек, пронзительно глядя на меня, — Тот самый дракон?

Я обернулась. Зейн тоже выглядел растерянным и, нахмурившись, переводил взгляд с меня на преподавателей. Его кузен, напротив, как и остальные стражники, не выглядел ошеломлённым этой новостью.

— Ты не знал, Брайс? Амон не рассказала тебе, во что втягивает? — Казали оскалилась, смотря на Дэрека и завладевая его вниманием, — У тебя есть выбор. Ты можешь сдаться и не мешать. Спокойно закончить Академию. Или стать преступником вместе с Амон и Вэйлом. Ну? Отойди от неё!

Я видела его колебания, как будто написанные на лбу.

— Дэрек, — прошептала я, — Уйди. Ты хотел закончить Академию. Уйди от меня. Я справлюсь…

Он неожиданно строго взглянул на меня.

— Я помню, как ты рассказывала, что видела дракона, а я не поверил, — его рука неожиданно крепко сжала моё плечо, — И оказалось, что дракон существует. Ты сказала, что вашу с мастером Вэйлом силу хотели украсть…

Он медленно обернулся к Казали. В его взгляде больше не было растерянности и страха.

— Брайс, ты с ней заодно? — прошипела элементалистка, медленно поднимая руку.

Я готовилась ставить барьеры, но мне нужно было, чтобы первый удар нанесла не я.

— Вы знали, — Он говорил медленно, нахмурившись, словно наконец сложил все куски мозаики, — Вы знали, кто он, всё это время. Это не новость для вас, да? Практика Эль тоже ведь не в тайне проходила.

Он перевёл взгляд с Казали на Тиона, качая головой.

— Всё уже решено. Вы сразу знали, что скажете, кого обвините. Даже не задумались, что тут может быть что-то ещё. Всё уже разложили по полочкам, да? Вэйл — монстр, Эль — его помощница, а вы — великие защитники Академии. Удобно же, когда не надо сомневаться?

Казали не ответила, белея от его прямоты.

— Вас ведь не правда интересует, — продолжил Дэрек, раздражённо выдохнув, — Вам главное, чтобы всё выглядело красиво. Чтоб никто не задавал лишних вопросов. А если кто-то задаст — лучше сразу заткнуть, пока не поздно, да?

— Ты ничего не понимаешь, — Казали едва сдерживала крик, — Ты не знаешь, чем всё это может обернуться.

— Зато вижу, как вы нервничаете, — фыркнул Дэрек. — И явно не из-за Вэйла. Вы боитесь не его. А того, что всё окажется не так, как вам удобно.

Неожиданно раздался мощный рык. Звук был низкий, гортанный, пробирающий до костей. Пёс Крама залился лаем, дёрнулся, едва не вырвавшись с поводка. Гвардейцы резко обернулись, кто-то выругался, ставя щиты, но в конце-концов часть отряда не выдержала, отбегая на несколько шагов и освобождая проход.

В темноте на нас крадучись двигалось нечто массивное, грациозное и хищное, сверкнули огромные жёлтые глаза.

Дэрек ахнул, вслед за ним я.

— Мими! Маленькая, что ты тут делаешь?

Мантикора вышла в свет факелов. Когти царапали брусчатку, хвост с жалом нервно дёргался. Она подошла к Дэреку, тщательно обнюхала его и, повернувшись к Казали и Тиону, зарычала. Уши прижались к голове, шерсть вздыбилась, она явно приготовилась к прыжку.

— Силы Небесные… — пробормотала Казали, — Гвардейцы! Законники! Уничтожьте зверя!

— Никаких уничтожений, — дал голос Крам, его перебил Дэрек.

— Что? Нет! Мы должны усыпить её чарами! — он вышёл вперёд, загораживая Мими, хлеставшую хвостом, от которого уворачивались подошедшие слишком близко гвардейцы.

— Довольно бреда! Взять их! — крикнула Казали, поднимая руку. В её кулаке материализовался огненный хлыст, потянувшийся к нам. Тион махнул рукой, и нам с Дэреком на мгновение показалось, будто Мими обратилась против нас и сейчас с рыком прыгнет.

Дэрек дёрнулся, едва не упав, а я поставила барьер, закрывающий нас троих. Он тут же развеял иллюзию Тиона. Оказалось, что Мими была поглощена тем, что пыталась лапой достать до ближайшего гвардейца. Мы на секунду выдохнули. Через мой барьер магия Казали не пробилась бы.

Краем глаза я заметила, как Зейн и его кузен уводят подальше рвущегося к мантикоре пса. Но гвардейцы, напротив, сжимали круг, поднимая руки, плетя сковывающие чары. Их было уже многовато для одной меня. Да и мы стояли внутри барьера вместе с разъярённой от страха трёхметровой мантикорой.

Всё происходило слишком быстро. Я чувствовала, что начинаю теряться в происходящем. Моя магия взвилась внутри, будто вставая на дыбы, как дикая лошадь. Рядом раздавались хлопки заклинаний и вспышки. Я попыталась успокоиться, но осознавала, что в суматохе не успею это сделать.

Вдруг моё сердце затрепетало. Умиротворение и гармония снизошли на меня.

Гвардейцы, как по команде посмотрели за наши с Дэреком спины. Казали опустила руку, её хлыст затух.

Тишина стала ощутимой.

Я повернулась и выдохнула, встречаясь взглядом с золотыми глазами.

Алронд.

Он шагнул из портала и устремился к нам. Его волосы были всклокочены ветром, дорожный плащ развевался за спиной.

Впервые я ощущала силу Алронда так явно. Наша связь мерцала, искрилась. Мы подпитывали друг друга.

Он двигался медленно, но в этом было что-то неотвратимое. Он не нападал, не угрожал, но один его взгляд заставил гвардейцев сжать оружие крепче. Они чувствовали, кто перед ними. Мощь. Власть.

Дракон.

— Отпустите их, — это прозвучало приказом.

— С какой стати, Вэйл? — визгливо крикнул Тион, его голос дрожал, — Они арестованы так же, как и ты.

— Никто тут не арестован, — произнёс Алронд, его голос был спокоен, но каждый слог отдавался вибрацией в воздухе, — Я не угроза. Единственная угроза здесь — ваш страх.

— Вэйл, ты не уйдёшь отсюда так просто, — Тион поднял руку, остальные преподаватели присоединились к нему, — Ты ответишь за свои преступления. Ты — из рода Крылатых. Как ты пробрался к нам, змей? Как очаровал всех? Посмотри, что теперь творится из-за тебя!

— А что творится, Тион? — Алронд строго посмотрел на Тиона, в голосе звенел лёд, — Академия ослабла? Магические барьеры пали? Люди боятся друг друга? А теперь спроси себя: это произошло из-за меня? Или из-за тех, кто управлял этим местом?

Казали сжала кулаки.

— Это манипуляция фактами. Ты даже не пытаешься оправдаться!

Алронд усмехнулся.

— Потому что не вижу смысла. Вы уже всё решили. Я виноват, потому что я дракон. Не потому, что есть доказательства, а потому что вам проще во всём обвинить Крылатого, чем признать, что ошибки были вашими.

Казали пошатнулась, но быстро взяла себя в руки.

— Ты опасен! — она указала на него дрожащим пальцем, — История уже показала, что драконы несут хаос и разрушение! Вы неуправляемы! И всегда уничтожаете тот порядок, к которому прикасаетесь!

Алронд посмотрел на неё с тенью сочувствия.

— Вы боитесь не меня. Вы боитесь правды. Потому что её нельзя контролировать.

Тион резко выдохнул, но не ответил.

В воздухе повисла тишина.

Алронд обвёл взглядом собравшихся. Гвардейцы колебались. Я видела, как некоторые из них напряжённо хмурились, кто-то сжал кулаки, но никто не двинулся, чтобы напасть. Они слушали.

И тут над нашими головами разверзлось небо.

Земля содрогнулась, будто сама ткань реальности не выдержала напора магии. Над башнями Академии, высоко в воздухе, разверзся огромный портал — бездна, переливающаяся воронкой золотого и серебряного сияния. Воздух наполнился гулким низким звуком, словно что-то древнее наконец прорвалось наружу.

Алронд в одно мгновение оказался рядом, прикрывая меня своим телом. Мантикора пригнулась, жалобно замяукала, её хвост нервно дёрнулся, а уши прижались к голове. Дэрек выругался и отшатнулся назад, прижимаясь к ней.

— Что… это? — выдохнул кто-то из гвардейцев.

Из портала один за другим начали вылетать драконы. Огромные, разных цветов, их фигуры прорезали ночное небо, а взмахи крыльев поднимали вихри пыли и магических всполохов. Их присутствие ощущалось на уровне самой сути, будто само мироздание сместилось, подстраиваясь под их приход.

Когда три из них — золотой, зелёный и синий — спустились ниже и приземлились на площадке, земля содрогнулась, а деревья закачались, словно кланяясь их мощи.

Казали и Тион выглядели ошеломлёнными. Гвардейцы попятились, их магия дрожала, теряя стабильность. Никто не знал, что делать. Даже те, кто привык командовать.

— Это… драконы? — неверяще спросил чей-то восхищённый голос, — Они прекрасны!

Алронд медленно выпрямился и взял меня за руку.

Вдруг зелёный дракон, казавшийся тоньше и изящнее остальных, сделал шаг вперёд. Пространство вокруг него исказилось, вспыхнуло, и его тело начало меняться. Воздух загустел, вибрации магии прокатились по коже, словно призрачное касание.

Очертания начали плавиться, сияние окутало дракона, пока перед всеми не предстала высокая женщина в строгом богатом платье с длинными тёмными волосами, в которых серебрились ниточки седины. Она шла вперёд с достоинством, но, когда приблизилась, я увидела слёзы в её глазах.

Алронд застыл, сжал сильнее мою руку. Его глаза расширились, дыхание сбилось.

Женщина неотрывно смотрела на него, её губы едва заметно дрожали. А затем она дотронулась до его щеки.

— Алронд… — тихо, едва слышно прошептала она.

Он не двинулся. Даже не вздохнул. Я впервые видела его таким. Будто реальность вокруг него больше не существовала. Будто он снова был тем маленьким мальчиком, который когда-то потерял всё.

Затем женщина перевела взгляд на меня. Её золотые глаза вспыхнули мягким светом, и… она поклонилась.

Я застыла.

В груди сдавило. Почему? Почему она кланяется мне?

Она сделала ещё несколько шагов вперёд. За её спиной драконы приблизились, но двигались осторожно, как будто не хотели нарушать этот момент.

— Мы наконец услышали зов, — произнесла женщина, обращаясь ко всем сразу.

Её голос был мягким, но неотвратимым, будто эхо древней клятвы, отголосок внеземной силы.

— Как?.. — прошептал Алронд, неотрывно глядя на неё.

— Мы смогли прорваться, потому что твой зов стал слышен, — она тепло улыбнулась мне, а затем снова посмотрела на Алронда. В её глазах не было ни вопросов, ни сомнений — только любовь.

— Ты звал нас, даже если сам не осознавал этого. Но только сила истинной связи, наконец, пробудила твою магию, спавшую так долго. И мы смогли прорваться в это измерение. Мы просим вас, — она повернулась к остальным, — Дайте нам уйти. Род Крылатых не несёт угрозы этому миру. Никогда не нёс. Но я предлагаю не испытывать наши мирные намерения.

Воцарилась тишина, нарушаемая только хлопаньем летающих над Академией драконов.

Гвардейцы, преподаватели — никто не произнёс ни слова. Наверное, поняли, что не смогут тягаться с такой мощью. Даже ветер стих, словно не осмеливаясь нарушить момент.

— Мы пришли за тобой. И твоей истинной. Возвращайся домой, сын, — прошептала она и повернулась спиной.

Она отошла назад на площадку, на ходу обращаясь обратно. Зелёная драконица расправила крылья и подняла голову, вопросительно глядя на нас.

— Мы ждём тебя, — раздался её голос у меня в голове.

Я услышала, как Алронд судорожно вдохнул. Он посмотрел на меня, золотые глаза сияли.

— Эль, — его голос дрожал, как натянутая струна, — Я без тебя никуда. Одно твоё слово, и мы останемся тут.

Я уже собиралась открыть рот, но перевела взгляд на Дэрека и Зейна. Из-за меня они попали в эту заварушку. Что же теперь делать?

— Амон, если ты сейчас уйдёшь отсюда… — прошипела Казали, с опаской глядя на драконов.

Я поражалась тому, как она продолжала держать лицо и гнуть свою линию даже сейчас. Оглядев собравшихся, я видела разное — страх, смятение, растерянность, но прежде чем мои мысли успели сформироваться, их перебил командир гвардейцев.

— И что вы сделаете? — рявкнул он на поперхнувшуюся воздухом Казали, — Угомонитесь! Пока что больше угроз и истерик тут исходит именно от вас! Если вы не заметили, тёмная магия угрожает стране. А вы, в поисках удобного виновника, хотите втянуть нас ещё и в войну с драконами?!

Он сердито сплюнул себе под ноги и резко обернулся к нам. Я невольно напряглась, но во взгляде гвардейца не было враждебности.

— Вы Алронд Вэйл? Позволите нам проверить вашу ауру и магический след?

Драконы позади нас загудели, переступая с лапы на лапу, но Алронд лишь коротко кивнул. Трое гвардейцев вышли вперёд, подняли руки, и воздух дрогнул от всплеска магии. Я чувствовала вибрацию заклинания, тонкое, почти неуловимое проникновение в энергетический след Алронда. Он закрыл глаза, его лицо оставалось безмятежным, будто происходящее не имело к нему никакого отношения.

Закончив, гвардейцы мрачно переглянулись.

— Как я и думал, — тихо, но уверенно проговорил их главный, — Пора инициировать расследование против преподавателей Кадарата. Следы магии, которые мы здесь обнаружили, не принадлежат Вэйлу.

Он быстро посмотрел на меня, и мне на мгновение показалось, будто он подозрительно прищурился. Но, словно ничего не было, его внимание переключилось на товарищей. Гвардейцы одобрительно загудели, поддерживая его решение.

Я обернулась к друзьям, ища их глазами. Зейн замахал руками, его кузен поднял большой палец вверх. Дэрек, слегка усмехаясь, успокаивающе поглаживал мантикору, которая, видимо, присмирела от страха перед драконами. Её уши нервно подрагивали, а хвост медленно раскачивался из стороны в сторону.

— Что ты стоишь? — шикнул на меня Дэрек с широкой улыбкой, — Мы справимся, уходите! Присылай весточки из другого измерения!

Я закусила губу, сердце бешено колотилось. Я не могла поверить, что это действительно происходит. Я посмотрела на Алронда, и он, словно только этого и ждал, поймал мой взгляд. В его глазах застыл немой вопрос, ожидание, надежда.

Я кивнула.

Алронд не раздумывал ни секунды. В порыве чувств он подхватил меня на руки, его губы накрыли мои в крепком, требовательном поцелуе. Мир вокруг словно исчез, растворился в ярком вихре эмоций, в этом последнем мгновении, когда всё, что было позади, переставало иметь значение.

Когда он отстранился, его пальцы ещё крепче сжали мою руку, словно боясь, что я передумаю.

Я не передумаю.

Алронд развернулся и повёл меня к драконам. Ветер закружил вокруг нас, и я в последний раз оглянулась назад.

Академия оставалась позади.

А впереди нас ждал другой мир.

— …Поэтому истинная связь — это не просто магическая аномалия, а естественный процесс, позволяющий двум магам не только усиливать друг друга, но и делить между собой энергию, — я медленно шагала между рядами, наблюдая за реакцией учеников.

Передо мной сидели самые младшие адепты Академии Ветрокрыл — кто-то с широко распахнутыми глазами, впитывая каждое слово, кто-то лениво подпирал голову рукой, а кто-то украдкой ковырял угол стола, явно потеряв нить урока.

Я привыкла к этому.

За год преподавания я научилась находить подход к разным ученикам. Особенно к малышам, которые смотрели на магию не как на структуру знаний, науку и упорядоченное течение энергий, а как на чудо, возникающее само по себе.

— Мистрис Вэйл, а эта связь похожа на волшебную верёвочку? — спросила крохотная эльфиечка с огромными любопытными глазами, сжав кулачки на парте.

Я улыбнулась. Если к ней в голову пришла такая простая ассоциация, значит, она поняла.

— В каком-то смысле, да. Только эта "верёвочка" невидимая, и она создаётся не нашими руками, а самой магией, — я подняла ладонь, и в воздухе перед ними появился мягкий светящийся узор — два переплетающихся потока, сходящиеся в одной точке.

Дети сразу подняли глаза, жадно вглядываясь в моё представление, а у меня, как назло, снова закружилась голова — какой-то странный недуг, преследовавший меня последние дни.

Я глубоко вздохнула и сосредоточилась, продолжая нехитрую демонстрацию.

— Истинная связь — это две энергии, которые встретились, как две реки, и теперь текут вместе.

Малыш-орк нахмурился, сдвинув густые кустистые брови, глядя на мерцающие линии.

— А если один из магов слабее другого? Связь всё равно будет работать?

Я одобрительно кивнула.

— Конечно. Но тогда сильный маг будет отдавать часть своей энергии, помогая тому, кто слабее. В этом и есть смысл истинной связи — не только усиливать друг друга, но и поддерживать.

Маленькая гномиха с переднего ряда покачала головой:

— Значит, если один из них в беде, второй почувствует это?

Я улыбнулась и провела рукой над иллюзией, заставляя линии мягко дрожать, словно передавая сигнал.

— Именно так. Они чувствуют друг друга даже на расстоянии, потому что их магия становится общей.

Эльфиечка задумчиво прикусила губу и, наконец, спросила:

— Маги, которые связаны, могут чувствовать друг друга, даже если не видят?

Я слабо улыбнулась.

— Иногда даже сильнее, чем если бы они были рядом. Главное — не сопротивляться этой силе.

В этот момент я ощутила знакомую волну магии, разлившуюся в моём теле. Она отозвалась толчком и внезапным теплом внизу живота. Алронд идёт сюда.

Девочка мечтательно вздохнула, её острые ушки дрогнули.

— У тебя так никогда не получится, — толкнул её мальчик-дракон на первой парте.

— Неправда! — эльфиечка надула губки, — Мои родители — истинные друг друга! Значит и у меня будет истинная любовь!

— Ты глупая. Глупых никто не любит!

— Адепты... — я попыталась успокоить парочку, глядя, как у эльфиечки на глазах выступают слёзы, но моя попытка прервалась сама по себе.

Алронд появился в дверном проёме, его взгляд тут же нашёл меня. Я улыбнулась ему, он ответил мне тем же, но в его улыбке я увидела какое-то предвкушение, будто он спешил сообщить мне радостную новость.

Дети сразу присмирели, завозились, кто-то зашептался. У эльфиечки слёзы высохли, и она с раскрытым ртом смотрела на высокого, статного дракона.

— Мастер Вэйл! — радостно воскликнул один из ребят, — А вы тоже знаете про истинность?

— Конечно, дурак, мистрис Вэйл — его истинная, — толкнул его локтём сосед.

Алронд сделал вид, что не слышал эту перепалку, усмехнулся и посмотрел на меня.

— Можно сказать, у меня есть личный опыт.

Я закатила глаза и хлопнула в ладони.

— Ладно, на сегодня достаточно! Перечитайте конспекты, а на следующем занятии мы подробнее поговорим о том, как истинная связь влияет на магические способности.

Дети нехотя начали собираться, но я заметила, как Алронд не сводит с меня взгляда.

Когда класс опустел, он подошёл ближе и наклонился ко мне.

— Ты выглядишь уставшей, — сказал он тихо.

Я вздохнула, потирая виски.

— Просто… последнее время я чувствую себя странно. Голова кружится. И ощущение… Словно магия во мне изменилась.

Я ожидала, что он спросит, что именно я имею в виду. Но он лишь странно смотрел на меня. Уголки губ едва подрагивали, будто он изо всех сил сдерживал желание улыбнуться.

— Что? — нахмурилась я.

Его пальцы мягко коснулись моей талии, нежно спустились к низу живота, а затем он с благоговейным шёпотом произнёс:

— Эль… Ты сейчас источник самой сильной магии, что есть у этого мира. У всех миров, — он заглянул мне в глаза, они лучились счастьем и переливались золотым цветом.

Сначала я надула губы. Какая ещё магия? Что за странные иносказания? Вечно Вэйл юлит и не может сказать прямо! Ничего не поменялось за те два года, что мы были женаты. Но потом я вгляделась в его лицо…

Меня медленно накрывало осознание и, глядя на мой ошеломлённый вид, он кивнул и добавил:

— Мне сказал дракон. У них есть чутьё на такие вещи.

Я посмотрела на свой плоский живот. Положила вниз руку и ощутила чёткий магический импульс. В груди что-то дрогнуло, теплом растекаясь внутри. Я подняла на Алронда глаза. Он смотрел на меня, и в его взгляде было всё: радость, нежность, уверенность.

— Подожди, так ты знал и молчал?! — ахнула я.

Алронд рассмеялся.

— Он сам только что мне сказал! Я сразу прилетел к тебе.

Я сжала его руку, и улыбка сама сорвалась с губ — лёгкая, удивлённая, счастливая.

— Мы справимся? — прошептала я.

Алронд обнял меня и выдохнул в ухо:

— Мы справимся.