你微笑时很美

青浼

YOU ARE BEAUTIFUL WHEN YOU SMILE. VOLUME 3

by Qing Mei

Russian Edition rights under license granted by Beijing Jinjiang Original Network Technology Co., Ltd

Иллюстрация на обложке Koko_sin art

Перевод с китайского Александры Родсет

《你微笑时很美》

YOU ARE BEAUTIFUL WHEN YOU SMILE

Author © 青浼 Qīng měi.

Russian Edition copyright © 2026 AST Publishers Ltd

Arranged through JS Agency Co., Ltd.

All rights reserved.

© ООО «Издательство АСТ», 2026

© Родсет Александра, перевод на русский язык, 2026

Колобок

Ну почему я это увидел…

Ну почему я опять это увидел?

В году 365 дней. Из них я просыпаюсь рано от силы раз пять. Ну почему именно в этот день вы решили выесть мои глаза?

Хотя погодите, может, вы КАЖДЫЙ день…

(╯︵╰,)

Я иду в полицию

Телефон в руке Тун Яо продолжал вибрировать. С округлившимися глазами девушка читала сообщения, и каждое было хлеще предыдущего. Наконец она не выдержала, отбросила трубку и отпихнула руку, прижимавшую ее голову.

А Лу Сычэну в это время снилась жуткая женщина-призрак. Своими ледяными пальцами она потянула его за руку, чтобы вместе броситься под поезд… Сердце у него екнуло, он вздрогнул, перехватил холодную руку призрака и в ужасе проснулся. Резко открыв глаза, он первым делом увидел толстого кота, сидевшего на чайном столике и сверлившего его взглядом. А то, что он с силой схватил во сне… оказалось рукой его мидера.

Другой ладонью Тун Яо, наклонившись, опиралась на край дивана. Волосы у девушки были всклокочены так, будто какой-то злодей постарался. Пальцами капитан крепко сжимал ее запястье, и на белоснежной коже алели следы. Тун Яо нависла над ним очень низко…

– …Э-э-эй?!

На его красивом и всегда спокойном лице появилось выражение паники – редкое зрелище. Капитан резко отбросил руку девушки, а сам, подскочив, отпрянул в угол дивана, словно до смерти испугался.

– Ты с ума сошла? Кто вот так подкрадывается к спящему человеку?!

Тун Яо подняла руку, посмотрела на красный «след от когтей» на своем запястье, а потом на капитана, который выглядел так, как будто его только что домогались, и с большим трудом сдержала желание влепить ему пощечину. Затем указала пальцем наверх и сказала:

– Я спустилась посмотреть, жив ли еще мой кот.

Глаза Лу Сычэна недоверчиво сузились.

– Ты о чем? Что это за левая отмазка такая? Нормальный, здоровый кот, с чего ему умирать?

– М-м-м… – Тун Яо поняла, что выразилась не очень удачно. Кивнув, она пояснила: – Я решила проверить, не задушил ли ты моего кота и не смыл ли останки в унитазе.

Лу Сычэн:

– !

– Но оказалось, что ты включил стрим, встал в очередь в ранговый матч, а сам заснул. Зрители весь чат закидали вопросами и уже начали играть в «города». Короче, я все это отключила, а потом испугалась, что ты замерзнешь, и притащила плед. Дура добрая потому что.

Она кивнула на улику на коленях у Лу Сычэна.

– Но пока я тебя укрывала, ты взял и ни с того ни с сего прижал меня лицом к своему животу. Еще и волосы растрепал.

Девушка показала пальцем на свою голову.

– В смысле? Да как такое возможно?!

– Ты меня за Пышку принял.

– Но…

– А потом это еще и Пухляш увидел.

Тун Яо подняла телефон капитана и кинула ему в руки. Лу Сычэн поймал его и заглянул в «Вичат». Выражение растерянности на его лице сменилось удивлением, а потом – привычным бесстрастием. Под серьезным взглядом Тун Яо капитан набрал номер. После пары гудков трубку сняли.

– Алло? Пухлый, ты все не так понял. Да не делали мы ничего! Ну кто в своем уме стал бы заниматься чем-то таким в гостиной? Ты мозги-то включи! Мои, к счастью, при мне.

Он отложил телефон.

– Был бы у тебя еще тон не такой злой, – заметила Тун Яо, – звучало бы, мне кажется, убедительнее. А то даже мне показалось, что ты просто пытаешься отмазаться.

Лу Сычэн хмыкнул:

– А как ты думаешь, чем, по мнению Пухлого, мы тут с тобой занимались?

– !!!

– И что, я все еще отмазываюсь?

Тун Яо опустила голову и притихла, как цыпленок. Парень зевнул и, скинув с себя плед, встал и прошел к холодильнику. Извлек оттуда банку холодной колы, сделал глоток и обернулся: на него все еще сосредоточенно смотрели. Лу Сычэн замер на миг, а потом спросил:

– Так зачем ты меня искала?

– Сегодня вторник.

– М-м-м?

– И нет тренировочного матча.

– И?

Тун Яо неловко убрала прядь волос за ухо. В окно проникал солнечный свет, и с того места, где стоял Лу Сычэн, было видно освещенную половину ее лица – бледную, почти прозрачную. Мочка уха при этом мило розовела. Лу Сычэн отвел взгляд и отпил еще колы. Выступающий кадык заходил вверх-вниз.

После длинной паузы девушка очень медленно, подбирая слова, проговорила:

– Я подумала, раз сегодня выходной… Можно было бы сходить на птичий рынок, я бы купила тебе новую рыбку. Но раз ты сегодня играл всю ночь, то, наверное…

Ее слова были прерваны металлическим звуком – банка из-под колы полетела в мусорку. Лу Сычэн посмотрел на девчонку, которая так и сидела на ковре у дивана, и, чуть помедлив, спокойно ответил:

– Хорошо. Подожди полчаса. Я схожу в душ и переоденусь.

Опустив глаза, он посмотрел на свою руку, потер палец о палец и безжалостно добавил:

– И будь добра, перед выходом вымой голову.

– !!!

Капитан поднялся наверх. Дверь за ним закрылась с тихим щелчком, и лишь тогда Тун Яо вздрогнула и словно очнулась. Мозг отказывался сотрудничать, с трудом переваривая одну-единственную мысль: Лу Сычэн – согласился – пойти – на птичий – рынок… «!!!» Полный крышеснос…

Она даже забыла огрызнуться, что волосы совершенно не жирные и нечего тут придираться. Все мысли в ее голове вытеснила гигантская надпись: «ОН СОГЛАСИЛСЯ ПОЙТИ СО МНОЙ НА ПТИЧИЙ РЫНОК!!!!!!»

Тун Яо встала и, не чуя под собой ног, словно привидение, поплыла вверх по лестнице, как по семицветному облачку счастья[1], на котором, бывало, с небес спускались богини, чтобы стать женой великого героя…

Поднявшись наверх, она приняла душ, вымыла голову, нанесла крем для лица, высушила волосы феном, намазалась лосьоном для тела и накрасилась. Потом открыла шкаф, заглянула внутрь… и в отчаянии захлопнула дверцу обратно, обнаружив там только безразмерные футболки и пацанские шорты. Через пару секунд на девушку снизошло прозрение: в ее гардеробе ничего другого и не водилось. Она снова открыла дверцу и попыталась найти что-нибудь, что было бы не черным и не белым, не с дурацкой надписью на груди, не с уродливой мультяшной рожей, не командной униформой… и вообще не казалось бы чисто мужским. В итоге перед ней оказалась кучка рубашек, слишком унылых даже для школьницы. Глядя на них, Тун Яо погрузилась в раздумья. Вот так захочешь приодеться, а фигушки. Захочешь надеть юбку, но кто б ее купил!

Спихнув ногой всю одежду на пол, Тун Яо с разбега плюхнулась на кровать. Перевернувшись, она схватила телефон, отправила Цзиньян кучу плачущих смайликов и написала:

Я вообще женщина или нет?

Но едва девушка нажала «отправить», как вдруг застыла и просияла.

Кувыркнувшись рыбкой, она вскочила с кровати и, выворачивая наружу все содержимое шкафа, вытащила оттуда чемодан. Распахнув его, Тун Яо с самого дна выудила тонкую офисную рубашку, голубую в белую полоску, и темную плиссированную юбку. Рубашка и юбка шли комплектом, который ей на прошлый день рождения подарила Цзиньян. Оба предмета одежды украшала одна и та же мультяшная медвежья мордочка. Это был своего рода «последний бастион» для Цзиньян, некая уступка, если уж взрослая девушка решила не вылезать из образа школьницы.

Тун Яо моментально натянула на себя одежду, заправив рубашку внутрь. Затем повертелась перед зеркалом: тонкая талия, стройные ножки и плоский животик. Даже впалый, потому что она еще не успела позавтракать…

Довольная своим видом, девушка еще немного полюбовалась собой, потом вспомнила про время, торопливо схватила черную сумочку на цепочке, которую почти никогда не носила, уже собралась выйти, даже почти взялась за дверную ручку… и сделала шаг назад.

Вернувшись к зеркалу, она убедилась, что тушь на ресницах легла ровно, цвет румян гармонирует с тоном кожи, а помада – не кричащая, но и не слишком бледная. Потом схватила со столика масло для волос и пригладила распушившиеся кончики. Легкий аромат коснулся ее носа. Не выпуская из рук сумочки, Тун Яо вытащила из-под кровати новенькую желтую обувную коробку. Внутри лежали черные босоножки на массивной подошве с квадратным носком. По краю шли оборки, ярко-розовые с изнанки, а ремешок сзади изящно обхватывал косточку и выгодно подчеркивал подъем ноги. Эту пару, не выдержав нытья маленькой скряги, подарила ей Цзиньян, когда у Тун Яо порвались ее вьетнамки.

Она наспех натянула одну, посмотрела и осталась довольна: ноги сразу как будто удлинились сантиметров на пять. Для того, кто не умеет носить каблуки, платформа куда удобнее – в такой обуви ходишь и не устаешь. Стянув босоножку, девушка взяла обе в руки, выскользнула за дверь и крадучись побежала к лестнице. Предвкушение встречи кое с кем заставляло сердце Тун Яо стучать как сумасшедшее…

К этому времени еще несколько человек проснулись и спустились вниз. Сяо Жуй, услышав шаги Тун Яо, немедленно схватил Пышку, который наполовину вылез из клетки, запихнул кота обратно и спрятал за спиной банку с кормом… Менеджер открыл рот, собираясь что-то сказать, но увидел, как развевается с каждым прыжком по ступенькам подол ее юбки, приоткрывая белоснежные стройные ноги.

– Не понял… – проговорил он. – С каких это пор у нас на базе завелась девушка?

Тун Яо, ничего не отвечая, замахнулась на Сяо Жуя босоножкой, делая вид, что сейчас кинет ее. Менеджер опешил, разглядев логотип бренда на подошве.

В этот момент открылась дверь комнаты Лу Сычэна. Капитан был в черной футболке и темных джинсах. Его широкие плечи и узкая талия прямо-таки бросались в глаза. Отличный крой джинсов подчеркивал одно из главных преимуществ его фигуры – длинные ноги. Волосы, еще не просохшие после душа, были влажными. Многодневная щетина исчезла, подбородок был выбрит начисто. Облокотившись на перила, парень глянул на стоявшую внизу Тун Яо.

– Долго ждала?

– Только что спустилась.

Поставив перед собой босоножки, девушка наклонилась, чтобы обуться. Тем временем Лу Сычэн спустился. Бросив взгляд на обувь Тун Яо, он обернулся и выудил из шкафа не привычные кроссовки, а весьма цивильные повседневные черные ботинки с желтыми треугольными глазами какого-то монстра…[2]

У Сяо Жуя глаза полезли на лоб. Что происходит-то вообще? Почему они даже обувь вдруг надели одной марки? Менеджер смотрел им вслед с выражением полного недоумения, словно персонаж известного мема, где вокруг головы куча знаков вопроса, провожая взглядом до самого выхода, пока они, обувшись, не ушли вместе. А он так и остался стоять, будто его приложили чем-то тяжелым.

У него за спиной из холодильника торчал зад, обтянутый семейниками с Ультраменом. Его обладатель, почуяв неладное, высунулся:

– Эй? Ты чего завис?

– Куда это намылилась наша огневая мощь? – спросил Сяо Жуй.

– Сказали, что на птичий рынок за рыбками, – ответил Пухляш.

– Не понял?

– Говорю же тебе, за рыбками. На птичий рынок.

– А у нас что, птичий рынок по пути к ЗАГСу? Или ЗАГС по пути к птичьему рынку?

– ???

– Нет, в принципе, все закономерно. Лето, всякая живность рвется в бой. Свидание у них, наивная твоя душа, сви-да-ни-е! Вот же наглые рожи, а? Даже и не скрываются. Нет, формально-то клуб не запрещал, но есть же негласное правило… Мать-перемать… Как же меня это бесит! Ну что за времена! Даже чурбан и младшеклассница нашли друг друга, как разбитая крышка – разбитую кастрюлю… А я? Вот я же нормальный человек! Почему я один как пес?!

Пока менеджер и саппорт обсуждали, куда направились эти двое – за рыбками или решать главный вопрос всей жизни, в машине между Тун Яо и капитаном происходил диалог следующего содержания:

– Брат Чэн… Мне тут сказали, что, когда я ушла спать, ты искал вчера пираний на «Таобао»…

– Да.

Тун Яо немного помолчала.

– И как? Нашел?

– Уж не знаю почему, но в результатах выпала только венерина мухоловка. Я подумал: надо посадить ее возле аквариума. Эффект будет примерно тот же. Вот и купил.

Девушка открыла поисковик и набрала словосочетание «венерина мухоловка». Посмотрела немного на жуткое растение с ощеренной пастью и спросила:

– И какой эффект?

– Кто еще раз полезет к рыбкам – тому она что-нибудь откусит.

Тун Яо с каменным лицом уставилась прямо перед собой. Всю поездку в машине царила почти осязаемая тишина. Капитан сосредоточился на дороге, а у мидера в голове вертелась одна-единственная мысль: «Откусит… у кого, у кота или у меня?»

Наконец они прибыли на место. Тун Яо выпрыгнула из машины и увидела перед собой море народа. Там толпились не только продавцы кошек и собак, а еще и цветов, птиц, рыб и насекомых. Всевозможные звуки сливались в единый гул. Мимо прошел лабрадор. На груди у собаки висела табличка «Ищу с кем спариться. Деньги есть». Тун Яо проводила его уважительным взглядом: «Круто, дядя пес! Даже собаки научились устраивать личную жизнь на птичьем рынке!»

Лу Сычэн припарковал машину и вышел. Глянул на толпу, сливавшуюся в единую массу, потом на девушку рядом. Хотя Тун Яо и надела босоножки на платформе, а все равно оставалась такой крохотной, что кинь ее в это море – и она сразу же там утонет. Помолчав секунду, он холодно проговорил:

– Думаю, надо на тебя сирену повесить. Нажимаешь тревожную кнопку – и она завопит, где бы ты ни была. Не придется волноваться, что потеряешься.

– Какую еще сирену, – пробурчала Тун Яо, – у меня, вообще-то, сотовый есть. Если потеряюсь – позвони.

– Еще чего. – Лу Сычэн смерил ее взглядом. – Просто не отставай.

Его рост и осанка, подчеркнутые одеждой, делали капитана заметным в любой толпе. Он был похож на журавля, оказавшегося среди кур. Люди расступались перед ним, как море перед Моисеем. И Тун Яо, следуя за ним, видела не тесноту вокруг, а одну лишь его спину. А если задрать голову, то еще и сережку в ухе – симпатичное серебряное колечко. Девушка никогда раньше не замечала, чтобы капитан носил нечто подобное, и теперь ее взгляд невольно задерживался на этом предмете.

– Брат Чэн!

– Что?

– А я и не знала, что у тебя уши проколоты. Тебе идет. А почему на базе не носишь?

– А кому мне это показывать на базе?

– А на птичьем рынке кому показывать? Рыбкам?

– Ну ты тоже юбку нацепила. Для кого, для кота?

– А ты еще и новую обувь надел.

– Как будто ты – в старой.

У повисшей неловкой паузы был странный сладковатый привкус. Тун Яо задалась вопросом: они хоть когда-нибудь смогут похвалить друг друга без вечных подколок?.. И тут человек, который шел перед капитаном, внезапно остановился. Лу Сычэн тоже, в свою очередь, резко притормозил, а девушка, засмотревшаяся на сережку, не успела сориентироваться, врезалась носом в его спину и схватила парня за запястье, чтобы не упасть.

Хотя толпа перед ними немного расступилась, Лу Сычэн не сдвинулся с места. Он опустил голову, взглянул на маленькую лапку, уцепившуюся за его запястье, помолчал секунду и произнес:

– Коротышка!

– Что?

– Что-то ты меня сегодня все трогаешь и трогаешь. Решила воспользоваться моментом?

– Да иди ты!

Тун Яо резко отбросила руку капитана и сделала три шага назад, словно говоря: «Я не имею к этому отношения!».

Лу Сычэн тихонько хмыкнул:

– Даже в обуви на платформе не умеешь ходить. И чего взрослую из себя корчить?

С этими словами парень, повернувшись, направился туда, где продавались рыбки. Тун Яо застыла на месте, сердито сверля его спину взглядом. Через пару секунд она наконец опомнилась и кинулась следом.

У павильона с рыбками людей было на удивление немного. Раз уж пиранью Лу Сычэну завести так и не удалось, он решил купить самую дешевую рыбку – обычную золотую. Вдвоем они прошли наугад к одному из прилавков и спросили цену. Тун Яо с маленьким сачком в руках присела на корточки, обхватив колени и разглядывая рыбок, плававших туда-сюда в тазу. Потом спросила, не оборачиваясь:

– Сколько штук берем?

– Без разницы.

– А цвета какого?

– Черных.

– А вон те, золотые и красные, такие красивые. Смотри, у них хвосты – как маленькие зонтики.

– Да? А я хочу черных.

– Красные красивее. У них вид такой праздничный! Глянь, вон та рыбка какая шустрая… Такая бодрая, она и сто лет проживет!

– Та прежняя тоже могла бы прожить сто лет, если б ее не сожрал один жирный кот. Я ведь уже сказал: черных. Опусти сачок. Кто покупает рыбок, я или ты?

Лу Сычэн присел рядом и одним движением выхватил сачок. Девушка сердито цокнула и потянулась, чтобы забрать его, но капитан оказался проворнее и ловко увернулся. Началась перепалка. Сидя перед прилавком, они толкались и спорили, каких рыбок по полтора юаня за штуку купить – красных или черных.

– Мой аквариум, мне и решать.

– Слушай, если тебе так не нравится красный цвет – будь мужиком, не бери красный бафф. Я сама его заберу.

– Только посмей тронуть мой красный бафф, увидишь, что будет.

– Прямо вот такой крутой? Тогда попроси геймдизайнеров, пусть придумают для тебя черный бафф. Скажи, что тебе нравится черный, и точка. Твой лес – тебе и решать. Хозяин – барин!

– Какая же ты болтливая…

Все эти препирательства заняли минут десять, восемь из которых ушло на ожесточенный спор, кому должен принадлежать красный бафф. Милые, хорошо одетые молодые люди несли такую околесицу, что продавец, слушая их, кажется, забыл, как дышать… Наконец он не выдержал. Опасаясь, что парочка так и будет весь день ругаться из-за существа стоимостью в полтора юаня, торговец вмешался:

– Парень, да послушай уже девушку, и дело с концом! Зачем вообще с ней спорить? Когда женщина разозлится, кто будет в пролете? Мы, мужики! Вот так доживешь до следующего месяца, захочешь ее обнять, а она оттолкнет и скажет: «Ага, а ты в прошлом месяце мне рыбку любимого цвета не купил!» Вот тогда пожалеешь, но будет поздно.

Лу Сычэн так и замер с открытым ртом. Тун Яо тут же воспользовалась этим, молниеносным движением выдернув сачок из его рук. Девушка быстро подцепила заветную рыбку и опустила ее в стоявший рядом тазик с чистой водой. Затем, вернув сачок продавцу, она, прищурившись, сказала:

– Шутите, что ли? Мы с ним не…

– А за юань эту рыбку отдадите? – перебил ее Лу Сычэн.

Тун Яо повернула голову и с удивлением посмотрела на внезапно начавшего торговаться парня: «Серьезно? Мужик, который приехал на „мазерати“, решил отжать себе пол-юаня? Совсем совесть потерял?»

Самое странное, что продавец сразу же согласился. Радостно ухмыляясь, он упаковал красную золотую рыбку в пакет и, протягивая Лу Сычэну, сказал:

– У меня девушка – точно такая же капризная. Уж на что я мужик здоровый – и то с ней справиться не могу!

Под это ворчание капитан, не говоря ни слова, взял прозрачный пакет, высоко поднял и посмотрел сквозь него на солнце. Взгляд у него был такой серьезный, такой проникновенный… как у умственно отсталого.

Тун Яо закатила глаза:

– Да вы все неправильно поняли, мы с ним…

Но тут капитан, перебив этот поток откровений, похлопал ее по затылку. Тун Яо подняла голову: Лу Сычэн, секунду назад созерцавший рыбешку, с каменным лицом уставился на девушку:

– Ну, чего смотришь? Плати.

Тун Яо, всем своим видом выражая безысходность, вытащила монетку и вложила в ладонь продавцу.

– Идем, – проговорил Лу Сычэн.

Он холодно скользнул по ней взглядом и развернулся, чтобы уйти. Девушка поспешила было следом, но тут ей наперерез проехал кто-то с тележкой, груженной товаром. Тун Яо пришлось притормозить, а когда тележка проехала, вокруг уже снова сомкнулась толпа.

Девушка приподнялась на цыпочки, пытаясь разглядеть, куда подевался Лу Сычэн, как вдруг чья-то большая рука потянула ее в сторону.

– Пошли уже. Что ты там высматриваешь?

Тун Яо пошатнулась, едва не потеряв равновесие, и шагнула туда, куда ее тащили. Когда до парня оставался шаг, она услышала:

– И зачем ты в такую жару напялила рубашку с длинным рукавом?

На лице Лу Сычэна при этом не было никаких эмоций. Он зашагал вперед. В одной руке капитан держал пакет с плавающей туда-сюда золотой рыбкой, а другой удерживал тонкое запястье девушки, не отпуская его до самого выхода с птичьего рынка. Лишь там, где народу было уже поменьше, парень незаметно разжал пальцы. Потом, нахмурившись, огляделся по сторонам: машины и люди, люди и машины… Внезапно Лу Сычэн понял, что не помнит, где именно оставил свой автомобиль.

– Одна поездка сюда – это минус три года жизни. Если хочешь, чтобы я сдох пораньше, позволь своему коту еще раз сожрать мою рыбку.

Тун Яо уже открыла рот, чтобы ответить, но тут у какого-то торговца заметила котят. Один из них лежал в простенькой картонной коробке и сладко посапывал на солнце. Ну в точности Пышка в том же возрасте – такой же милаха и обжорка, наивный и жизнерадостный… Девушку потянуло к котенку, словно магнитом.

Лу Сычэн, пока не обнаруживший свою машину и оттого раздраженный, обернулся и увидел, что девушки, секунду назад стоявшей рядом, на месте нет. Капитан недовольно дернул бровью, осмотрелся и нашел свою мидершу, в этих ее короткой юбке и блузке, где-то на обочине, перед целым выводком мелких пушистых тварей, и у него даже в висках заломило от такого зрелища.

Он подошел как раз тогда, когда Тун Яо с горящими глазами спрашивала цену, и уже открыл рот, чтобы велеть ей не чудить, как вдруг чей-то нежный голосок у них за спиной воскликнул:

– Ой, какой лапочка!

Протянулась рука, оттеснив Тун Яо и подхватив котенка. Девушка недовольно нахмурилась и зыркнула взглядом тигра, у которого прямо из пасти вытащили добычу, желая сказать, что пришла сюда первая. Однако, подняв голову, она наткнулась взглядом на высокого парня, стоявшего позади своей спутницы. Тот был стильно одет, но на лице у него была маска, скрывавшая половину лица. Виднелись лишь высокая переносица, густые брови и большие выразительные глаза… Ужасно знакомые, надо сказать.

Тун Яо издала неопределенный возглас. Попытка соотнести увиденное с кем-то из знакомых не увенчалась успехом. Внезапно до ее слуха донесся голос Лу Сычэна, приветствующего незнакомца. К удивлению девушки, приветствие прозвучало на корейском языке. И если она правильно расслышала, капитан обращался к тому парню… «хён»?[3] И звали его… Тхэрён?

Тун Яо застыла. До нее не сразу дошло, кто такой Тхэрён, ведь основную мощь «Династии Цин», их джанглера, она знала как Сюй Тайлуня. Она уже хотела вежливо поздороваться, но тут девушка, забравшая котенка, прижалась к Тайлуню и обвила его руку.

– Оппа[4], подари мне этого котика! Он будет со мной, когда тебя нет рядом…

Сцена была как у влюбленных в дораме – такая сладкая нежность, прямо до липкости… На Тун Яо девушка и внимания никакого не обратила, а вот на Лу Сычэна взгляд все же бросила, но потом ее глаза вновь сосредоточились на Сюй Тайлуне.

Парень молчал. Окинув взглядом Лу Сычэна, он перевел взгляд на Тун Яо. В его глазах что-то мелькнуло, но тут же исчезло. Ответного приветствия не последовало. Лу Сычэн подхватил своего мидера и увел, прерывая паузу. В последний момент до Тун Яо долетел тихий вопрос девушки:

– А это был не Чессмен, случайно?

Ответа Тун Яо не услышала. Девица знает, кто такой Чессмен? Тоже, что ли, из киберспортивной тусовки? Но почему тогда она вообще не узнала Тун Яо, да и насчет Лу Сычэна явно сомневалась? Непонятно как-то…

– Эй, куда ты меня тащишь? Это был мой котенок! Я его первая увидела!

Лу Сычэн, все-таки отыскавший машину, открыл дверцу.

– Тебе твоего жирного котяры мало? Хочешь еще одного? Хватит и двоих ходячих раздражителей на базе, не надо мне третьего!

– В смысле «двоих»? – спросила Тун Яо, пока Лу Сычэн, нажав ей на голову, запихивал ее в автомобиль.

Усевшись, но не смирившись, девушка тут же вытянула шею и снова задала этот вопрос. Ответ последовал тут же:

– Ты и твой кот.

– Котенок был такой миленький! Словно Пышкин младший братик! А у меня мало того что котенка отобрали, еще и чужими сюсями-пусями припечатали! Все, я сегодня теперь даже ужинать не смогу!

Она зыркнула на Лу Сычэна, усевшегося на водительское сиденье.

– Какими еще «сюсями-пусями»?

– Да вот этими, между джанглером «Династии Цин» и его девушкой!

– Его девушка ведет соревнования в корейской про-лиге. Сюси-пуси – это то, что они на стриме вчера развели. – Лу Сычэн завел машину. – А вот насчет этой, которая у тебя котенка увела… Я знать не знаю, кто это. Возможно, какая-то фанатка «Династии». Она либо смотрит только матчи «Династии», либо вообще ничего не смотрит, только за игроками гоняется. Вот такие и портят репутацию всех фанаток в комьюнити… Кстати, ты же вроде больше всего ненавидишь именно таких?

– ???

Охренеть… Так он девушке изменяет? С фанатками мутит? Вот козел-то… Впрочем, к бесам девушку, где же тот самый Сюй Тайлунь, где тот самый заботливый, со всеми доброжелательный Ангел?

– Да Хо Тхэрён всегда таким был. А теперь посмотри на себя в зеркало. У тебя на лице плакатными буквами написано: «Ой, как неловко вышло!» Ну как? Ты все еще хочешь, чтобы я поучился у него той самой дружелюбной версии китайского? Ну?

Покраснев, Тун Яо промолчала. Однако, поняв, что Лу Сычэн не сдвинется с места, пока не услышит ответ, она сдалась и, сгорбившись, отрицательно помотала головой. Лу Сычэн удовлетворенно кивнул.

– Вот так. Сперва Ли Хвансок, теперь Хо Тхэрён – ты еще ни разу не раскусила человека с первого взгляда. Так на будущее лучше просто помалкивай.

– Почему ты мне тогда не сказал?

– А если бы я рассказал, ты бы поверила? Начала бы опять, что я человека поливаю грязью без доказательств или просто ревную.

Эх. Иметь капитана, который слишком хорошо тебя понимает, иногда очень утомительно. Он в любой момент может ухватиться за твои слабости и провести воспитательную беседу, а тебе и возразить будет нечего…

С птичьего рынка, с рыбкой в руках, они уехали примерно в полдень. От стресса (еще бы, на ее глазах «заботливый Ангел» превратился в «чудовище, которое спит с фанатками»!) Тун Яо страшно захотелось есть. Но она, стесняясь совершенно по-девчоночьи, помалкивала. Отвернувшись, девушка усердно делала вид, что ее очень интересует пейзаж за окном. Но чем дольше она сдерживалась, тем сильнее протестовал желудок.

База была уже близко, и все, о чем могла думать Тун Яо, – остались ли в холодильнике говядина и овощи, чтобы можно было заварить быстрой лапши. Той самой, «со вкусом трех деликатесов»[5], за полтора юаня пачка… Разбить туда яйцо, добавить ломтик сыра… И все это так ясно рисовалось перед глазами, что у нее едва слюна не потекла.

Но тут произошло нечто непредвиденное. В последний момент Лу Сычэн внезапно свернул не к базе, а в совершенно другую сторону.

– Мы куда?!

Тун Яо отчетливо представилось, что ее бесценная лапша расправляет крылья и уносится прочь. Она занервничала:

– Брат Чэн, база не там! Зачем ты сюда свернул? Ты что, дорогой ошибся?

– Нет.

– В смысле «нет»?

– В смысле не ошибся, – ответил Лу Сычэн. – Сиди спокойно. У тебя там что, иголки в сиденье, что ты ерзаешь все время?

Тун Яо резко откинулась обратно на спинку сиденья.

– Лу Сычэн, так куда ты едешь, в конце концов?

Вот так формально обратилась, по полному имени, без всяких там «братец»… Лу Сычэн усмехнулся, но поправлять не стал, продолжая спокойно рулить. Слышать, как она сквозь зубы зовет его по полному имени, было весьма забавно. Решив подурачиться, капитан расслабленно произнес:

– Да вот, хочу найти какую-нибудь деревню, где можно обменять тебя на винишко…

– Твою налево! Я хочу жрать просто до смерти! Всю дорогу только и думаю, как бы поскорее добраться до базы и навернуть тарелочку горячей лапши! Ни хрена у меня нет настроения на твои дурацкие шутки! Так что, если не хочешь, чтобы я запинала тебя в землю и не устроила тебе месяц без красного баффа (и пофиг мне – матч, не матч!), лучше выражайся по-человечески!

Лу Сычэн покосился на пассажирку как на буйнопомешанную и, убедившись, что она не шутит, а вполне серьезно готова кинуться и вцепиться ему в глотку, помолчал секунду и ответил уже нормально:

– Есть мы едем. Я тоже проголодался. А утром, когда брал колу из холодильника, заметил, что там вообще ничего не оставалось. Ну так что, по-прежнему рвешься на базу, грызть сухую лапшу и кошачьи консервы? И потом, столько усилий: голову помыла, накрасилась – и все ради птичьего рынка? Оно того стоило?

– А, то есть ради рынка не стоило, а чтобы умереть от голода на дороге – стоило?

Голод сделал Тун Яо такой отчаянной и смелой, что это было просто поразительно. Ее раздражало сейчас «все на свете, и даже воздух», как говорили в интернете. Лу Сычэн не стал тратить время на препирательства и просто спросил:

– Что ты хочешь съесть?

– Лапшу.

– А разве девушки не должны любить всякое там японское и тому подобное?

– Девушки? А это кто вообще? Я хочу лапшу. Такую горяченькую, с бульоном, мясом и яйцом. Если есть в мире отдельный пол для тех, кто любит лапшу, то я – именно этого пола.

Наконец Лу Сычэн припарковал машину на площади возле торгового центра неподалеку от их базы. Пластиковый пакет с уже задыхающейся рыбкой он подвесил на зеркало заднего вида и проколол в нем дырку для воздуха, а потом хлопнул по рулю:

– Вылезай. Есть пойдем.

Тун Яо задержала взгляд на пакете.

– А в новостях говорили: нельзя оставлять питомцев одних в машине… Золотая рыбка считается за питомца?

– Ничего не поделаешь, надо накормить другую голодную тварь, – ответил Лу Сычэн. – А то она уже лает и бросается на меня.

Тун Яо насупилась.

– Вот рыбка говорить не умеет, так что она в пролете. Довольна? А тебе совет на будущее: если в чем повезло – молча радуйся и меньше болтай. А теперь вылезай из машины и пойдем уже. Либо оставайся тут, вместе с рыбкой.

Тун Яо надула щеки и что-то досадливо пробормотала. Отстегнув ремень безопасности, она открыла дверь и выпрыгнула наружу. Одновременно с этим Лу Сычэн тоже вышел и громко захлопнул дверцу. Девушка обогнула автомобиль и поплелась за капитаном. Вид у нее был – ну вылитый голодный дух… Через пять минут они уже стояли у дверей какой-то лапшичной.

Народу в будний день было мало. Они выбрали столик в углу. Тун Яо открыла меню и тут же заказала именно такую лапшу, о которой мечтала, а потом с нетерпением уставилась на Лу Сычэна, сверля его взглядом. Наконец он не выдержал, захлопнул книжицу и мрачно сказал:

– Мне то же самое. Пока так. Главное, побыстрее, а то у нас тут кое-кто с голоду умрет.

Тун Яо скорчила в ответ уродливую рожу, а официант, едва сдерживавший смех, записал: «Две лапши». И, уходя, заботливо оставил Лу Сычэну одно меню. Капитан посмотрел на девушку, как бы желая спросить: «Ну что, довольна?» Затем вновь открыл меню и уже без спешки добавил к заказу еще несколько закусок.

Прошло какое-то время, но лапшу так и не принесли. Закуски на столе появились первыми. Лу Сычэн разломил палочки.

– Перекуси пока, червячка заморить. И хватит зыркать на меня как тигр. Тебе кто-то еду не дает?

Тун Яо ничего не ответила, но взгляд, который и правда был каким-то хищным, от Лу Сычэна отвела. Она съела куриное крылышко, голод чуть-чуть отступил, и даже парень, сидевший напротив, уже не бесил так сильно. А уж когда подали лапшу, они и вовсе оба притихли.

С того дня как Тун Яо лишили зарплаты, девушка не могла позволить себе есть столько мяса – разве что кто-то угощал. А потому она сосредоточилась на еде.

Вдруг парень, что-то листавший в телефоне, отложил палочки и спросил:

– Потом чем займемся?

Тун Яо даже не сразу сообразила, что капитан обращается к ней.

– Вернемся на базу…

Она хотела добавить «ранговые матчи играть», но Лу Сычэн перебил:

– На сегодня нет тренировок. Что-то мне влом играть. Давай лучше сходим в кино. «День независимости – 2» недавно вышел. Я еще не смотрел. Давно его ждал. А то Пухляш посмотрит первым и опять все проспойлерит… В этот раз я должен быть первым. Пойдешь со мной.

В смысле? Это что за фигня вообще? Он не спрашивал ее мнения, там были одни утвердительные предложения. Это как?

Тун Яо шумно втянула лапшу в рот, подумав: «Мы – в кино? Вдвоем?»

– Ага… – Лу Сычэн, не поднимая головы, нажал что-то на телефоне. – Тут как раз кинотеатр наверху открыли, как там он называется… «Гранд Кино». Я взял билеты.

– В кино? Мы вдвоем? А что происходит?

– В смысле «что происходит»? В кино люди как ходят? Вдвоем или в компании. А ты что, обычно одна ходишь?

Тун Яо покачала головой и хотела сказать «нет, с подругой», но тут вспомнилось, что «отсталая» Цзиньян никогда не ходила на зарубежные блокбастеры. Когда они, помнится, выбрались на «Трансформеров», Тун Яо терпеливо ей поясняла: «Цветные – хорошие, а черно-белые металлические – плохие. Хорошие и плохие между собой дерутся. Плохих надо выгнать с Земли…»

И девушка кивнула:

– А что, одной ходить в кино хорошо! Не нужно париться о том, чтобы общаться с тем, кто сидит рядом.

Лу Сычэн от такого ответа слегка опешил, а потом усмехнулся:

– Я тебе мешать не буду.

Тун Яо посмотрела на уголки его губ, чуть изогнутых в улыбке, и кивнула.

– Тогда ладно…

Когда она согласилась, капитан отложил телефон. Тун Яо сосредоточилась на лапше. И только через полминуты до девушки дошло, что что-то пошло не так… Ее ведь изначально смущало совершенно не то, что кто-то станет отвлекать от фильма! Тун Яо шумно бросила палочки на стол и возмутилась:

– Опять ты меня провел!

Лу Сычэн издал неопределенный звук, взял телефон со стола, что-то понажимал в нем, попутно уточняя:

– В чем именно?

– Ты меня уговорил пойти с тобой в кино! – обличила она.

Пальцы капитана замерли над экраном телефона.

– А мне требуется уговаривать, чтобы ты пошла со мной в кино? Какие-то серьезные проблемы у тебя. Я прямо-таки расстроен.

– Извини…

Тун Яо сделала длинную паузу.

– Лу Сычэн, я с тобой даже разговаривать больше никогда не хочу!

– А что, это так волнующе – сходить со мной в кино? – с усмешкой спросил Лу Сычэн, подперев рукой подбородок.

Ну, вообще-то, волнующе. Холостой мужчина и незамужняя женщина, отношения чисто товарищеские… и вдруг кино. Да это даже звучит двусмысленно!

– А вдруг нас увидят?

– Ты уже отыграла треть матчей сезона. Неужели еще не привыкла к тому факту, что ты теперь публичная фигура и должна регулярно появляться на людях? – спокойно спросил Лу Сычэн. – В первый раз я тебе позволил спрятаться у меня за спиной, потому что ты тогда только присоединилась к команде. Но теперь никаких поблажек уже не будет…

– Почему?

– Тебе пора со всем этим свыкнуться. Это основы. Для начала надо привыкнуть к тому, что ты теперь известная личность, а потом – научиться не зависеть от мнения толпы.

– А разве не ты говорил: «Веди себя хорошо и меньше лезь в неприятности»? – Палочки Тун Яо замерли в воздухе. – У тебя же раньше был другой педагогический принцип?

– Даже если ты будешь вести себя как ангел, все равно найдутся желающие перемыть тебе косточки. – Лу Сычэн посмотрел на девушку и повел рукой, опуская ее палочки. – В чате стрима, например, все только и говорили, что ты поправилась.

– Правда?! – Тун Яо прикрыла руками перекошенное от ужаса лицо.

– Вот видишь! Вот это и есть «зависеть от мнения толпы». У тебя что, весов нет? Ты сама не знаешь, поправилась ты или нет? Вот когда ты научишься уверенно говорить: «Ничего не поправилась, это у тебя зрение слабое», вот тогда можешь считать, что сдала выпускной экзамен.

– Оу… Но какое отношение все, что ты тут наговорил, имеет к тому, что мы вместе идем в кино?

– А это тренинг. Бесплатный, – совершенно серьезно ответил Лу Сычэн. – Ты наелась? Я взял билет на ближайший сеанс. Не хочу пропустить начало.

Тун Яо подумала, что тренингов стало чересчур много. И так каждый день приходится то практиковаться в добивании крипов, то улучшать тактику на линии, то сражаться в тренировочных матчах, то разрабатывать новые стратегии под новую версию игры… И это все достаточно утомительно. Разок выбралась с базы – так и тут тренинг! Психологический. А скажешь хоть слово не так – еще и зарплату урежут. Полный трындец! И почему быть профи – это один сплошной гемор?

– Что ж так сложно-то все в про-лиге…

– Хочешь носить корону – привыкай к ее тяжести.

– Типа «Не вешай нос – корона упадет – и не рыдай – не весели врагов»?[6]

– Это еще что?

– Так просто, вспомнилось…

– Эти твои «мотивашки» – пустая трата времени. Лучше бы ты вместо них занялась разбором классических матчей. Ну-ка, скажи: в этом году, в весеннем сезоне, в каком именно матче, против какой команды и на какой минуте я сделал пентакилл и переломил ход игры?

– СК!

– Это была «Династия Цин». Вот так вот. Пытаешься угадать. Нам с ними играть на этой неделе, а ты даже матчи весеннего сезона толком не изучила? Что-то ты возомнила о себе…

Нотации капитан ей читал всю дорогу до кинотеатра. Выйдя из лапшичной, они поднялись по эскалатору. Тун Яо глянула на часы. В середине дня в холле было не так много людей, но на душе у девушки все равно было тревожно. И под предлогом, что ей нужно в уборную, Тун Яо немедленно сбежала, рассчитывая войти в зал, когда фильм уже начнется, все рассядутся и погаснет свет.

Вдруг у самых дверей туалета она наткнулась на знакомых. Сюй Тайлунь и его спутница с непонятным статусом тоже стояли у входа, что-то обсуждая и хихикая. В руке он держал билеты – видимо, на тот же самый сеанс, что и у них с Лу Сычэном. Вот же мир-то тесен, а с недругами – особенно, да?

Тун Яо вспомнила догадки Лу Сычэна насчет личности этой девушки, приподняла бровь, нахмурилась и замедлила шаг. Она никак не могла решить, надо ли поздороваться с Сюй Тайлунем. Все-таки первая межгрупповая игра на этой неделе предстояла именно с «Династией Цин», и теперь прикидываться ветошью и делать вид, что они с джанглером «Династии» не знакомы, было как-то неловко.

Пока Тун Яо сомневалась, Сюй Тайлунь поднял голову и заметил ее. Он к тому моменту был уже без маски. Сюй Тайлунь окликнул ее, и когда Тун Яо обернулась, то увидела, как маску поспешно натягивает та девушка… А еще в руке она держала холщовую сумку, которой до этого при ней не было. В сумке что-то шевелилось.

Тун Яо направилась к Сюй Тайлуню, собираясь вежливо поздороваться и пройти мимо, но не успела еще и слова сказать, как девушка вдруг шикнула:

– Мими, сиди тихо!

Тихо пискнул котенок. Тун Яо повернулась и глянула на нее с удивлением.

– Вы котенка сюда принесли?

– Ну…

Девушка с опаской взглянула на Тун Яо, потом перевела глаза на своего спутника. Тот молчал.

– Если мяукать не будет, то его никто не заметит.

– Сейчас же лето, тут кондиционер такой мощный, а он совсем маленький, не заболеет? – сказала Тун Яо, но потом подумала, что лезет не в свое дело. Все-таки это не ее питомец. Замявшись, она добавила чуть мягче: – Вы осторожнее, не простудите его. За больными котятами так сложно ухаживать.

Девушка в маске кивнула. Сюй Тайлунь все это время стоял рядом, смотрел на Тун Яо и многозначительно улыбался. Он так и не сказал ни слова, и девушка решила не тратить больше на них время. Коротко попрощавшись, она ушла в уборную и вышла обратно лишь перед самым началом фильма. С хмурым лицом она вернулась к Лу Сычэну… чтобы обнаружить его возле рекламного постера фильма в окружении фанатов – и парней, и девушек. То, чего она боялась, все-таки произошло.

А Лу Сычэн между тем заметил своего мидера краем глаза – как она показалась вдали, замедлила шаг, остановилась и даже чуть отступила. Рука капитана, раздававшая автографы фанатам, на миг замерла. Он быстро подписал следующий блокнот, отказав в просьбе сфотографироваться вместе:

– Мой спутник пришел. В другой раз сделаем фото, если будет возможность, ладно?

Услышав это, все разом повернулись в ту сторону.

И тут же вытаращили глаза, как будто открыли новый континент: там, неподалеку, кто-то вертелся на одном месте, оглядываясь, словно ища, где бы спрятаться… А разве это не новый мидер ZGDX – Смайлинг?!

Фанаты, окружавшие Лу Сычэна, загалдели наперебой:

– А-а-а! Брат Чэн! У тебя свидание со Смайлинг?

– Что она тут делает? Или вы всей командой пришли?

– А почему она прячется? Смущается, что ли?

– О господи, у вас и правда свидание?! В интернете писали, я этому поначалу не верила…

Тун Яо показалось, что она уже видела эту сцену. Да, точно. В тот день, когда только вступила в команду и ходила покупать тапочки… Вот только теперь у нее уже не было возможности отговориться простым «я сотрудница». Оставалось лишь стиснуть зубы и выйти вперед.

– Привет всем, я мидер ZGDX, Смайлинг…

С этой фразы она обычно начинала свои интервью «самого ценного игрока». Фанаты вокруг покатились со смеху. У Тун Яо заалели уши, и Лу Сычэн с легкой улыбкой произнес:

– Ну хватит вам смеяться. Она у нас стеснительная. Я еле уговорил ее пойти со мной в кино.

Кто-то из фанатов, явно не веря своим ушам, спросил:

– В смысле вдвоем?

– Ну да, – кивнул Лу Сычэн.

– Так, значит, вы и правда… вместе? – поколебавшись, спросила одна из девушек. – Я и на «Тьебе», и в «Вейбо» часто вижу, как вас обсуждают…

– Мы… – начал было Лу Сычэн, но Тун Яо поспешно перебила его:

– Мы просто хорошо ладим как тиммейты. Так случайно совпало, что мы вместе пришли смотреть кино!

Фанатка вздохнула с заметным облегчением, да и сама Тун Яо тоже выдохнула. Она взглянула на Лу Сычэна. Капитан молчал, плотно сжав губы. Несмотря на отчаянные попытки своего мидера жестами и взглядом попросить его развить тему, Лу Сычэн не произнес ни звука.

Уму непостижимо… К счастью, в этот момент прозвучало последнее объявление о начале фильма, и лишь тогда им удалось спастись. Распрощавшись с фанатами, они поспешили к контролеру у входа и протянули свои билеты. Через несколько минут после начала Тун Яо увидела, как в темный зал ощупью входят Сюй Тайлунь и его спутница.

Она дернула Лу Сычэна за рукав:

– Смотри, вон те двое идут там, внизу!

– Кто? – не понял капитан.

– Тот джанглер, ходок по фанаткам!

Парень поднял руку и похлопал ее по голове.

– Не суйся не в свое дело…

Вечером, вернувшись на базу, девушка распласталась на диване, наотрез отказываясь вставать, наблюдая за капитаном, который выпустил золотую рыбку в аквариум, и попутно разговаривая с Пухляшом.

– Где вы были?

– Рыбку покупали.

– Весь день покупали рыбку?

– Угу.

– Ты меня за идиота держишь?

– Если честно, то мы еще сходили на «День независимости – 2». Спойлер хочешь?

Пухляш в ужасе зажал себе уши. Лу Сычэн дернул его за руку и с каменным лицом произнес:

– Ну чего ты, давай…

– Не хочу, не хочу! – заверещал Пухляш. – Отстань, отстань, отстань!

Лу Сычэн, отпустив его, хлопнул в ладоши, бросил: «Нашел с кем связываться» – и горделиво удалился. Только непонятно было, чем именно он гордится. Тун Яо, проводив его взглядом, перевернулась на спину и вытащила телефон. Сегодня Улыбка не стримил, а потому она просто побродила по разным каналам и на одной платформе неожиданно наткнулась на трансляцию Сюй Тайлуня, которая, видимо, только что началась… Тун Яо кликнула по ссылке и зашла на стрим.

И первым же делом ей в глаза бросился котенок, которого у нее отобрали утром. Тот расхаживал перед камерой туда-сюда.

– Да, это котенок, – доброжелательно улыбнулся Хо Тхэрён, отвечая на комментарии. – Фанаты подарили. Очень милый. Спасибо большое. Я буду хорошо о нем заботиться.

Тун Яо прибавила громкость.

– Ты смотришь стрим брата Ангела? – удивился Пухляш.

– Ага. Мы же на этой неделе с ними играем. Надо понять, что у него за стиль.

– А-а-а… – протянул саппорт и, ничего не заподозрив, с головой ушел в свою игру.

А Тун Яо продолжила смотреть, как этот товарищ врет и не краснеет.

– Что? В кино? Сегодня в кино? Нет, я не ходил туда. Ты, наверное, обознался. Я только что с котенком на базу приехал… Ну не ходил же я с котенком в кино? Ты точно обознался…

И все это на голубом глазу!

– А сразу, как вернулся, пошел играть катку на твинке… Не верите – тиммейтов моих спросите, они подтвердят. Что? С девушкой? У меня, вообще-то, уже есть девушка. Как я мог быть в кино с какой-то другой девушкой?

Сказав это все, Сюй Тайлунь повернул камеру в сторону одного из своих китайских тиммейтов. Тот секунду помедлил, хмыкнул и сказал:

– Сто процентов. Он играл сегодня с твинка.

Тун Яо снова закатила глаза. А комментаторы, глядя, как котенок неуверенно ходит туда-сюда, не уставали им восторгаться. Вдруг котенок остановился, чихнул и потряс головой. По экрану полетело всякое восторженное типа «Ну что за милашество», «Боже мой, чихнул!», «Я тоже хочу завести себе котика»… Лишь изредка проскакивало: «А он, случайно, не простудился?» и «В такую погоду очень даже можно простудиться. У вас на базе кондиционер не слишком мощный?».

Тун Яо не выдержала и, нахмурившись, покинула стрим. Спускавшийся по лестнице Лу Сычэн обратил внимание на мидера. Она сидела, поджав ноги, обнимала подушку и выглядела так, будто ей весь мир был противен до тошноты. Капитан подошел и ткнул ее пальцем в лоб.

– Что случилось?

– Да этот Сюй Тайлунь… До чего же мерзкий, – поморщилась она. – Ненавижу его.

– А…

– Да и вообще все парни-профи настолько мерзкие. Совершенно хороших нет! – заявила Тун Яо. – Просто отвратительные!

– Ты умом тронулась? Меня тоже туда запихала?

Девушка как ужаленная подскочила с дивана. Лу Сычэн от неожиданности отшатнулся. Тун Яо резким движением швырнула ему подушку, спрыгнула и, громко топая по ступенькам, понеслась наверх, к себе.

Капитан, задрав голову, проводил ее взглядом. Дверь захлопнулась. Тогда он кинул подушку обратно на диван и, не оборачиваясь, спросил:

– Да что с этой женщиной?

– Не знаю, – пожал плечами Пухляш.

– Только что же все было в порядке! – сказал Лу Сычэн.

– Твой человек, вот сам у нее и спроси.

Капитан отвел взгляд от двери на втором этаже и с раздражением провел рукой по волосам, приглаживая их.

– Ладно-ладно… – проворчал он. – Ни на секунду нельзя оставить без присмотра!

Вбежав в комнату, Тун Яо плашмя рухнула на кровать.

ZGDX, Smiling

С меня хватит. Все. Все они одного поля ягоды, все вороны – одинаково черные. Просто не надо было забывать прошлую боль, когда рана зажила. И конечно, реальность тут же врезала мне по морде. Я сдаюсь. Нет, правда. Влюбляться в профессионального геймера нельзя, просто нельзя. А идеальные пары в киберспорте – это фальшь, фальшь и фальшь. Нет ни одного мужика, который смог бы устоять, когда его соблазняют. Таких просто нет!

Кисулина мама

Это еще что за новости? Что там с тобой такое? Ты сдурела? Тебе капитан изменил? Нет, стоп, как он мог? Вы же еще не вместе. Тогда что он натворил? Он что, спит с фанатками? Или ходит на массаж с «доп. услугами»?

Эмоций и слов было столько, что пришлось записать голосовое. Тун Яо подробно рассказала, как они сегодня встретили Хо Тхэрёна – сперва на птичьем рынке, а потом в кино. И по мере этого рассказа у нее в душе всколыхнулись прежние чувства. Она поняла, что Цзянь Ян водил ее за нос, как обезьянку, и вспомнила, какое омерзение испытала, встретившись с ним после долгой разлуки. Сердце полыхало огнем, потому девушка тараторила, не умолкая и не особо стесняясь в словах.

Но вот уж не думала, что подруга вынесла из этого совсем не то, что ожидалось…

Охренеть! Так ты с братом Чэном гуляла по птичьему рынку, обедала и ходила в кино?!

Ты что, в суть не врубилась, друг?

А разве суть не в том, что вы вместе пошли гулять, есть и смотреть кино? Это же СВИДАНИЕ, друг!

Суть в том, что этот корейский легионер из «Династии Цин» – тот еще лицемер. Корчит из себя «самого верного парня в киберспорте», выставляет напоказ отношения с девушкой, а на самом деле крутит романы с фанатками направо и налево. И еще врет, что ни с кем никуда не ходил, с твинка играл сегодня весь день! Если бы совесть была чиста – зачем бы он стал врать? Но самое подлое, что еще и тиммейт на его стороне! Покрывает его и врет вместе с ним! Ну не больные они люди? По-моему, больные, причем на всю голову!

Послушай, не горячись. Я слышала от Ай Цзя, что этот кореец с ником Дракон – ключевой игрок «Династии Цин», он тащит все матчи и поэтому всем там заправляет… Так что его тиммейты, возможно, не по своей воле так поступают.

Тун Яо, держа телефон в руках, задумалась и припомнила, что, когда Сюй Тайлунь повернул камеру к сокоманднику, гримаса у того и правда была какая-то натянутая, и речь звучала странно… но в тот момент она была в бешенстве и не обратила на это никакого внимания.

Китайский клуб, а командует кореец – нелепость какая-то.

Так ведь мало какие корейские игроки согласны играть и побеждать за Китай. Приходится их ценить. И вообще, остынь. Не надо вот так бить по площадям. Ошибки Цзянь Яна и подлость Сюй Тайлуня не имеют никакого отношения к твоему капитану. Так что не надо вот этого «все вороны одинаково черные». Не надо всех мешать в одну кучу.

Просто ты как в пословице: один раз змея укусила, десять лет от веревок шарахаешься.

Цзянь Ян был моей первой любовью. Он пошлялся по бабам и вернулся довольный, а я от стресса пять кило тогда потеряла! И чем все кончилось? Я еще и с позором сбежала за границу!

Естественно я боюсь! Да, боюсь, и что?!

То есть и капитан тебе уже не нужен?

Не нужен! Не нужен!

Короче, ты в кои-то веки высунула нос из ракушки – и тут же втянулась обратно. Ладно, все. Умываю руки.

Лучший способ не нарваться на измену – это вообще не влюбляться!

Логично. Аргументированно. Убедительно. Ладно, как скажешь. Считай, я поверила в этот бред.

Рекомендую сожрать дерьма и успокоиться.

Помнится мне, кто-то бегал по потолку, орал и собирался бросить парня из-за одной футболки, которую подарила фанатка?.. И кто же это был?

Ну я.

Что-то мне подсказывает, что, если бы Ай Цзя вытворил что-то в духе Цзянь Яна или Сюй Тайлуня, ты бы ему яйца оторвала. Так что чья бы корова-то мычала… Хотя, впрочем, я верю, что твой Ай Цзя – это редкостный чистый ручеек среди всяких отбросов. Он же тебя боится, ему попросту духу не хватит. Цени его!

Отправив это сообщение, Тун Яо почувствовала себя вымотанной. Она смыла макияж, приняла душ, переоделась в пижаму и забралась в постель. Даже желания играть не было. Стоило уснуть, как привиделась череда таких отборных кошмаров, что при пробуждении о них и упоминать не хотелось.

А проснулась она как раз к ночному перекусу. Лу Сычэн сидел за своим компьютером. Обернувшись, капитан окинул взглядом девушку, опустившуюся рядом, ее воронье гнездо на голове и черные круги под глазами и поинтересовался:

– Ты грабить кого-то ходила, что ли? Даже на ужин не явилась.

Тун Яо вяло глянула на него, буркнув что-то невнятное. Помолчав секунду, Лу Сычэн предложил:

– Го в паре сыграем?

Девушка вытянула шею и заглянула в его экран.

– Да ты уже в Алмазе I, какое тебе «в паре»!

– А ты с аккаунта Лу Юэ зайди.

– Да ни за что. Бустерам[7], вообще-то, деньги платят. Он на моем играет – опускает мне рейтинг, а я должна его рейтинг поднимать? Это было бы очень тупо.

С этими словами Тун Яо запустила игру и встала в обычную очередь. Затем отошла к холодильнику за напитком. Лу Сычэн повернулся обратно к своему экрану, краем глаза заметив оторопевшего Кота. Тот беззвучно, одними губами, спросил:

– Это что сейчас было?

На что капитан только головой дернул: мол, тоже не знаю, что это за обострение приключилось… Весь оставшийся вечер Тун Яо была скупа на слова, особенно с Лу Сычэном, как будто у нее внезапно образовалась аллергия на капитана.

Коротая время в ожидании очередной катки, Тун Яо увидела, что слухи о свидании джанглера «Династии Цин» не со своей девушкой успели облететь, кажется, весь интернет. Правда, доказательств – кот наплакал: всего одна мутная фотка со спины…

Некоторые фанаты бросились на его защиту. Они утверждали, что, когда днем Сюй Тайлунь включил стрим, на нем была совершенно другая рубашка, нежели на снимке. Так что на утреннем фото был явно не он!

Поистине безупречен – заметает следы так, что не упрекнуть… Тун Яо, холодно усмехнувшись, тоже запустила стрим. В какой-то момент она взяла сотовый и заглянула на «Тьебу». Листала, листала и наткнулась на пост, где один парень рассказывал, что сегодня, примерно в два часа дня, видел в «Гранд Кино» Смайлинг и Чессмена…

Под этим постом успело развернуться жаркое обсуждение. Нормально или нет, что холостой парень и незамужняя девушка вместе пошли в кино, «да что они, на фиг, делают, какой, к бесам, фильм…». Лишь где-то комментарии на тридцатом кто-то вдруг спросил:

Рука Тун Яо замерла над экраном. Отложив телефон, она вернулась к своему стриму и обнаружила, что комментарии зрителей зациклились на паре тем. Половина фанатов просила растолковать, что к чему, зачем они с Лу Сычэном ходили вдвоем в кино. А другая половина интересовалась, видела ли она там Сюй Тайлуня.

– Мы с братом Чэном ходили за золотой рыбкой, а на обратном пути зашли в кино. Нет ведь такого правила, что фильмы могут смотреть только парочки. Если бы у нас на самом деле были отношения, разве пошли бы мы в кино? Ага, прямо за ручку, чтобы все нас обсуждали, да? А что касается того джанглера, я понятия не имею, смотрел он фильм или нет. Народа в кинотеатре полно, а некоторые еще, знаете, любят прокрасться в зал в темноте, когда фильм уже начался…

Сказав это, Тун Яо загадочно усмехнулась и добавила:

– И если уж вам так любопытно, почему бы не спросить у него самого?

Комментариев от этого стало только больше. Многие упорно интересовались, что это за намеки и ухмылка, неужели она все-таки что-то знает? Но тут началась новая катка, и Тун Яо под предлогом, что не хочет обсуждать этот вопрос, закрыла чат с комментариями, сосредоточившись на игре. Поэтому она не узнала, что активные пользователи дотошно просеяли все ее слова через мелкое ситечко, разобрав так тщательно, как будто на высший балл выпускного экзамена по китайскому языку. А еще произвели подстановки и преобразования, словно для решения математической теоремы, и та самая усмешка в итоге превратилась у них в железобетонное доказательство, что мидер ZGDX обвиняет Сюй Тайлуня в том, что он спит с фанатками. Все это прошло мимо нее… Или, скорее, Тун Яо не было дела, что фанаты говорят про джанглера «Династии».

Прошло четыре дня. Матч с «Династией Цин» был назначен на воскресенье, на три часа пополудни. После того как команда приехала на место проведения турнира и с макияжем было покончено, Тун Яо, расхаживая по коридору, наткнулась на Хо Тхэрёна. Будь это любой другой игрок, она бы, наверное, из вежливости подошла поздороваться. Но в этом случае, хоть изначально у нее и сложилось о Сюй Тайлуне неплохое впечатление, девушка предпочла притвориться слепой и пройти мимо, даже не удостоив его взглядом. А вот он – и Тун Яо это заметила – все же обернулся вслед.

Раунд начался через полчаса.

– Тун Яо, кого сегодня выберешь? – раздался в наушниках голос Великолепного Мина. – Соперники не забанили многих хороших чемпионов для мида… Скитальца Бездны? Маму-с-веером? Лауру? Кейси? Чародейку? Тут, похоже, можно брать любого, все равно ты ими умеешь играть.

– Даже не знаю…

Тун Яо глянула на состав соперников. Вражеский джанглер выбрал Монаха, персонажа, очень сильного в раннем ганке. Сердце у девушки заныло, словно предчувствуя что-то нехорошее, и Тун Яо, помявшись, спросила:

– А может, я возьму Лилу и разыграем «четверо защищают одного»?

– Какая, к демонам, Лилу? Где наша отважная героиня? Разве наш мидер играет от защиты, а не в атаке? В тебя Лу Юэ, что ли, вселился?

– Ай, тогда вообще без разницы…

Тун Яо провела рукой по лицу. «Может, паранойя разгулялась?» Она наугад ткнула в Кейси и еще раз посмотрела на джанглера соперников. Мелькнула мысль, что, даже если он и захочет вдруг что-нибудь учудить, тиммейты же ему не позволят, правда? Но когда началась игра, Тун Яо сразу же отхватила по лбу.

С самого же начала противники без всякой логики, будто в Бронзе, столпились всем коллективом в кустах на миде и затоптали Тун Яо, забрав у нее «первую кровь». Затем Монах просто поселился там. Он, совершенно забыв и про топ, и про ботлейн, ганкал один только мид, за первые десять минут заявившись туда целых четыре раза! Своими «ударами с ноги» он довел героиню Тун Яо практически до состояния овоща. Ей только и оставалось, что дрожать и жаться поближе к башне. Но он и под башню прыгнул, чтобы ее добить.

К двенадцатой минуте уставшей умирать Тун Яо удалось зачистить всего сорок с небольшим крипов, и она на полтора уровня отставала от вражеского мидера. Однако счет по убийствам был 7:5, и ZGDX опережала противника на полторы тысячи золотых. Все потому, что…

Комментатор А:

– Да это же нелогично! Что сегодня с Драконом? Он полностью потерял темп! В глазах один мидлейн! Да что он прицепился к этому мидлейну? Нет, это не та команда, которая взяла бронзу на Весеннем турнире!

Комментатор В:

– Может, они подсмотрели тактику Huawei? В одной из тех редких игр, где удалось обойти ZGDX, те как раз атаковали мид как безумные. Может, они решили бездумно скопировать?

Комментатор А:

– Но это же не сработает! У Huawei игру тащат трое. Если один ушел конкретно на мид, остальные две линии все равно держатся на равных. А на что рассчитывает «Династия Цин»? У них единственный сильный игрок, и тот внезапно засел на мидлейне. А все остальные линии – вообще не соперники для ZGDX! Ну и смысл гонять одну линию? Старина Кей – тот и верх и низ отрабатывает. Да и вообще ZGDX на двух других линиях растоптала соперника в ноль!

Комментатор В:

– Меня не спрашивай, я сам ничего не понимаю! Можно после матча взять интервью у Дракона и спросить его, что он думал на этот счет…

Пока они обсуждали это все, вышеупомянутый Дракон как раз зачистил верхнюю половину леса и снова спрятался в кустах в верхней части реки, собираясь ганкать мид в пятый раз.

Комментатор А:

– Честно скажем, это уже реально перебор.

Комментатор В:

– Я так и слышу, как Смайлинг сейчас кричит про себя: «Да что он ко мне привязался!»

Комментатор А:

– Какая-то у него гиперфиксация приключилась. Честно говоря, это уже даже невежливо. Вообще не понимаю, чего в этой игре добивается «Династия Цин». Десять минут смотрю, а вижу только одно: они просто хотят убить Смайлинг.

Комментатор В:

– Ах-ха-хах! Ты бы поосторожнее со словами, старина. И не говори потом, что я тебя не предупреждал! И даже не спрашивай почему. Позже посмотришь комментарии от фанатов «Династии» на своем аккаунте в «Вейбо» и сам все поймешь.

Короче, в комментаторской будке царило недоумение. Зрители на трибунах были ошарашены не менее.

А Тун Яо в это время была зла уже донельзя. Когда Монах в пятый раз появился на миде, у нее очень кстати разморозился «Флеш», и девушка без колебаний прыгнула под башню. Но Сюй Тайлунь все равно пошел следом. Тун Яо выполнила связку QEWWQR, отбросив Монаха под самую башню, провела полное комбо с максимально возможным уроном и добавила «Воспламенение». Вот только экипировка у нее была все еще слабовата, и урона категорически не хватало… Мысленно прикинув это, Тун Яо похолодела: даже если она отыграет как боженька, то все равно не сможет добить этого придурка. В лучшем случае они умрут оба…

Но именно в этот момент откуда-то снизу в Монаха прилетела огромная ледяная стрела.

Комментатор А:

– А-а-а-а-а!!! Попал, попал! И это под таким углом!!!

Комментатор В:

– Лу Сычэн со своей Ледяной Богиней такой: «Думали, можно все время давить нашего мидера? Забыли, что у нас и ботлейн – тоже ударная сила?!»

Восторги комментаторов всколыхнули и трибуны. Ульт Ледяной Богини на несколько секунд задержал Монаха под башней, и та сбила у него еще немного здоровья. Тун Яо тут же воспользовалась моментом и от себя добавила еще пару автоатак, затем решительно отступила. Когда эффект заморозки закончился, Кейси с оставшейся каплей здоровья уже отошла ко второй башне, а Монах в это время умер под первой от остатков «Воспламенения». Весь зал ахнул и разразился аплодисментами.

Комментатор А:

– Ну что за стрела! Она достойна первого места в номинации «герой спасает красавицу»! И честно скажем, если бы не эта стрела, Смайлинг с Монахом ни за что бы не справилась…

– А я говорила! Лилу надо было брать! – сказала Тун Яо.

Ее персонаж, сделав кружок под второй башней, отправился на базу. Сердце мидера ZGDX прямо-таки пылало от ярости. Уже второй раз на сцене про-лиги она сталкивалась с таргетингом. Но если в первый раз вражеский джанглер играл кое-как и одержал победу скорее за счет неожиданности, то здесь Дракон точно знал, что его тиммейты на остальных линиях не выстоят против ZGDX, и это его все равно не остановило.

Получается, он делал так осознанно и намеренно? Будь это обычная ранговая игра и в ней игрока вот так таргетили, он бы уже забил на все, встал под башней и только орал бы в общий чат что-то вроде: «Эй ты, вражеский джанглер! У тебя что, мать померла и ты хочешь моей кровью окропить ее могилу?»

Но Тун Яо помнила, что за кулисами полно техников, которые записывают матч и синхронизируют реплики из голосового чата с тем, что происходит на экране. И ни материться, ни просто ругаться сейчас было нельзя. Она могла лишь, чуть не лопаясь от ярости, кое-как тянуть эту катку с чудовищным разгромным счетом и еле-еле держаться на плаву, беспомощно наблюдая, как Лу Сычэн с Котом растут на глазах на дороге, проложенной ее кровью…

Благодаря безмозглой стратегии Дракона, окопавшегося на мидлейне, «Династия Цин» утратила всякий контроль над лесом. Верхнюю и нижнюю линии Кот и Лу Сычэн захватили практически полностью. На сороковой минуте игры Тун Яо, имея «милую» статистику в одно убийство, двенадцать смертей и три содействия, с каменным лицом смотрела на очередной черно-белый экран, а ее тиммейты в это время сносили вражескую базу. Главный кристалл взорвался.

Когда заиграла музыка, Тун Яо, сорвав с себя наушники, выругалась матом, отводя душу за все эти сорок минут. С силой ударив по мышке, девушка вскочила и, не оборачиваясь, стремительно зашагала в комнату отдыха.

– Чего вообще добивался брат Ангел? Это не игра была, а фигня какая-то.

– Может, он и правда поверил, что Тун Яо захейтила его на прошлом стриме? И вот так решил отомстить?

– Да ну, вряд ли. Стал бы он так делать прямо на официальном турнире? И все его тиммейты согласились?

– А что? Подумаешь, прошляпили одну игру в групповом этапе. К тому же «Династия Цин» – это как раз «четыре защищают одного». Четыре китайца защищают одного корейца, бу-га-га…

Команда, наперебой обсуждая завершившийся раунд, тоже направилась в зону отдыха. У самого входа Лу Сычэн, который шел впереди и всю дорогу молчал, оглянулся на тиммейтов. Все трое тут же притихли.

В этот момент Тун Яо с силой распахнула дверь комнаты отдыха изнутри.

– Ты куда? – спросил Лу Сычэн.

– В туалет.

– В следующем раунде разыграем «четыре защищают одного».

– Да какая разница. Если он так будет таргетить, то хоть самого толстого танка возьми, собирай только защиту и не вылезай из-под башни – все равно убьют. Если Дракон в следующем раунде опять поселится на миде, лучше киньте после матча репорт на него за грифинг.

Сказав так, Тун Яо с гордо поднятой головой вышла из комнаты отдыха. Четверо тиммейтов молча смотрели ей вслед. Выражения их лиц не поддавались истолкованию.

– Ничего себе, – сказал Пухляш. – Я думал, она сейчас разревется.

– И я, – кивнул Кот.

– Может, у нее замедленная реакция? От злости? – предположил Кей.

– Ну что, войдете наконец? – поинтересовался капитан.

Переговариваясь, команда ввалилась в комнату отдыха.

Тем временем… У входа в женский туалет Тун Яо наткнулась на Сюй Тайлуня, подпиравшего стену. Очень неловкий момент после всех тех искр, которые летали между ними на карте… И если бы ее недавний, а теперь уже бывший краш, их капитан, прямым текстом не запретил своему мидеру драться – как бы она сейчас подпрыгнула да и расцарапала эту песью рожу!

К слову, о крашах… Подражая капитану, Тун Яо приподняла подбородок и расправила плечи, собираясь пройти мимо. Но в этот момент ее резко схватили за запястье и прижали к стене.

Девушка потеряла дар речи: «Охренеть! Меня зажимать?! Вот этот недоделанный таракан?! Даже мой бывший краш не позволял себе такой наглости!»

От Хо Тхэрёна пахло приторным «Ангелом». Просто невыносимо, даже захотелось чихнуть. Тун Яо нахмурилась. Она поклялась бы, что раньше Сюй Тайлунь казался ей довольно милым – весь такой чистенький, ухоженный. А самое главное, он отлично выучил китайский и вообще производил впечатление милого и дружелюбного парня. Даже если не брать в расчет, что Сюй Тайлунь был просто красив, – он так или иначе выглядел «славным мальчиком».

Пока она не увидела его истинное лицо. И все его достоинства были, похоже, лишь хорошо поставленным спектаклем. Даже его «милота» теперь казалась ей отвратительной.

Тун Яо слегка подняла голову и встретилась взглядом с темными глазами.

– Чего надо?

– А просто так уже и подойти нельзя? – с легкой улыбкой спросил Хо Тхэрён.

– Нельзя, – ответила девушка. – Отпусти, пожалуйста.

С этими словами она дернула рукой, пытаясь высвободиться из хватки, но ничего не вышло. Догадавшись, что собирается сделать Тун Яо, парень сжал ее запястье еще сильнее, даже больно стало. Она нахмурилась. А Сюй Тайлунь наклонился ближе. Его голос прозвучал прямо над ее ухом:

– Тогда на стриме… зачем ты наговорила всякого и поставила меня в неловкое положение? Разве нельзя было просто все отрицать? Всем было бы намного проще…

Пытавшаяся вырваться Тун Яо вдруг замерла и слегка повернула голову. Ее сердце, которое до этого бешено колотилось, сразу же успокоилось. Наступила особенная, спокойная ясность, когда внезапно осознаешь, в чем слабость твоего противника. Девушка изогнула уголки губ.

– Что хочу, то и говорю. Тебе повезло еще, что сразу тебя не сдала. А ты мало того что спасибо не сказал, так еще и такой фокус сегодня выкинул во время игры.

– Потому что ты меня вывела!

– Из-за тебя твоя команда проиграла раунд.

– Да плевать. Они мне и слова не скажут. Я и так им уже выиграл кучу матчей. Могу я разок сделать то, что хочется? – Он слегка прищурился. – Я могу даже больше сделать. Могу слить вам следующий раунд, быстро и без проблем. Я не против, если ты дашь обещание держать рот на замке и вести себя как примерная девочка.

Это вообще что?! Он реально предложил слить игру? Типа грязная сделка? От услышанного у Тун Яо по спине побежали мурашки. Она машинально повернулась и посмотрела в конец коридора. Но Хо Тхэрён сжал подбородок девушки и развернул ее голову обратно.

– Кого ты там высматриваешь? Помощь? Лу Сычэна? Даже не надейся. Твои тиммейты сейчас очень заняты – мои дорогие товарищи отвлекают их разговором в комнате отдыха. Сюда никто не придет.

Но не успев договорить, Сюй Тайлунь вскрикнул от боли, ошарашенно глядя на свое запястье. Там отпечатался ровный ряд зубов, а самый глубокий укус пробил кожу, и на поверхности выступили капли крови. Он не успел даже осмыслить эту внезапную атаку, как девушка, которую он только что прижимал к стене, выскользнула прочь.

– А мне помощь не требуется.

На зубах остался привкус крови. Тун Яо провела по ним кончиком языка и дважды с отвращением сплюнула.

– У тебя СПИДа нет, надеюсь? Говорила мне мама: все болячки входят через рот…

Состроив гримасу, она развернулась и вошла в туалет. Но едва она закрыла за собой дверь, вся напускная невозмутимость слетела. Девушка прислонилась к стене. Сердце стучало просто бешено, а подняв глаза, она увидела в зеркале свое бледное лицо. Подойдя к раковине, Тун Яо прополоскала рот и постаралась успокоиться. Прежде чем выйти, она нарочно выждала почти до самого начала следующего раунда. Конечно же, Хо Тхэрён уже ушел. Тун Яо поспешила обратно к своей команде. Шаги были быстрыми, но ноги словно не слушались, а когда она открывала дверь, руки все еще дрожали.

– Ты куда пропала? – спросил Пухляш.

– В туалете была, – глянув на него, спокойно ответила девушка.

Тут они услышали, что снаружи их зовет Сяо Жуй. Приставать с расспросами было уже некогда, команда потянулась к выходу. Тун Яо опустила голову, уверенная, что осталась последней. Она пропустила Пухляша и уже собиралась выйти, но в самый последний момент, когда пальцы коснулись двери, чья-то рука внезапно сомкнулась на ее запястье. От неожиданности и испуга девушка вздрогнула и, резко обернувшись, увидела капитана.

– Что с тобой? – спросил он глухо.

– В смысле? – моргнула Тун Яо.

– В зеркало на себя посмотри. Бледная как призрак.

– Все в порядке. – Тун Яо резко выдернула руку.

Перед вторым раундом, когда игроки рассаживались по местам, все заметили бинт на руке джанглера «Династии Цин». Широкая белая повязка очень бросалась в глаза. Тун Яо отчетливо услышала взволнованные возгласы в рядах фанатов «Династии»… или фанатов Сюй Тайлуня, если говорить точнее. И комментаторы тоже усиленно думали над тем, как это брату Ангелу удалось повредить руку за какие-то десять минут перерыва.

Хо Тхэрён шел неторопливо, последним из своей команды добравшись до кресла. Потом, словно почувствовав враждебный взгляд с другой стороны сцены, он чуть повернул голову и встретился глазами с мидером ZGDX. Лицо Тун Яо было непроницаемым. Брат Ангел улыбнулся, а она закатила глаза и, скривившись, отвернулась.

…И тут же наткнулась на другую маску без эмоций вместо лица.

– Вот это ты называешь «все в порядке»? Это что за переглядывания с вражеским джанглером? Так, сначала матч. Потом мне все объяснишь. Не расскажешь все толком – можешь домой не возвращаться, – проговорил Лу Сычэн, надевая наушники.

Во втором раунде, как и планировал капитан, ZGDX разыграла стратегию «четверо защищают одного». Это означало, что вместо двух ролей, ориентированных на урон, остается всего одна – кэрри, а топер, джанглер, мидер и саппорт берут персонажей, максимально ориентированных на защиту, чтобы кэрри мог держаться как можно дольше и наносить как можно больше урона. Такая тактика требовала высочайшего уровня взаимопонимания внутри команды, первоклассных навыков кэрри и его же психологической устойчивости, потому что судьба всей команды в этом случае ложилась именно на его плечи.

Еще в прошлом году эта стратегия была очень популярна на мировом чемпионате S5. Топлейнеров в те времена в шутку называли «тяжеловозами». Они брали танков – чем больше здоровья, тем лучше, – спокойно фармили, жирели, а потом защищали мидера и кэрри – тех двоих, кто наносил урон. Но потом с очередным обновлением игры все поменялось, и выгоднее стало брать «тяжелых бойцов». Топлейнеры с серьезным уроном стали просто хитом, и стратегию «четверо защищают одного» похоронили на свалке истории. С началом чемпионата S6 уже практически ни одна команда ее не придерживалась.

И примерно на середине стадии бана и выбора до комментаторов дошло, к чему клонит ZGDX…

Комментатор А:

– Смайлинг взяла Лилу, Кот – Большое Дерево, а Кей собирается выбрать… Охотницу?! Что ж, похоже, ZGDX действительно решила разыграть тактику «четверо защищают одного»…

Комментатор В:

– А разве это хорошая идея в нынешней версии игры?

Комментатор А:

– Версии приходят и уходят, а игроки остаются! Честно говоря, мне очень нравится смотреть матчи таких команд, как ZGDX. Они не просто часто побеждают, а еще не боятся пробовать что угодно, брать кого угодно. Вот такие игры – самые интересные!

Комментатор В:

– Ха-ха-ха! Это точно! Я так и вижу: «Что, решили таргетить нашего мидера? А я возьму Лилу, а у Лилу и руки длинные[8], и фарм не страдает, и щит, и блок, и ускорение, а ульт у нее еще и лечит – ну и что вы мне теперь сделаете? Нет, я спрашиваю, что вы мне теперь сделаете?!» И если они снова надумают сфокусироваться на этом сильном в защите мидере, тогда ботлейн у них сразу в полном пролете. Да, «Династии Цин» придется хорошенько подумать над выбором!

Как только матч начался, Сюй Тайлунь, как и ожидалось, снова попытался выйти на мид. Но на этот у Тун Яо была Лилу, очень подвижная, с умениями, полезными как в атаке, так и в защите. Дважды Сюй Тайлунь пытался ее подловить, но ничего не вышло. И у него не осталось выбора, кроме как вернуться в лес и заняться фармом. На ботлейн ZGDX брат Ангел, похоже, и вовсе махнул рукой.

Потратив впустую время на две попытки ганка, он не сумел вовремя развиться, а Старина Кей явно не собирался давать ему возможность исправить это упущение. Пока тот ходил на мид, Кей уже прошелся по его лесу и понаставил там вардов, а по пути вычистил все ресурсы, какие нашел. В результате на седьмой минуте Кей опережал Сюй Тайлуня на целый уровень.

Но это было еще не самое худшее. Полный кошмар заключался в том, что, когда брат Ангел зачистил мобов в нижней части и големов в верхней части своего леса, у него там ничего не осталось и развиваться было не на чем. А значит, разрыв в уровне между ним и Кеем мог теперь только расти.

А тиммейты Сюй Тайлуня на нижней линии страдали, потому что их собственный джанглер так и не пришел им на помощь.

Первый командный бой состоялся на пятнадцатой минуте. Поскольку ZGDX выбрала стратегию «четверо защищают одного», преимущество по фарму и на топе, и на миде было незначительным, развитие и там и там оказалось примерно равным. По-другому дела обстояли на ботлейне: там Лу Сычэн прямо-таки задавил противника. Перевес у него был на сорок крипов, да и по экипировке он опережал на один малый предмет и половину большого. В общем, урон в тимфайте был несравним. Просто разный уровень…

Впереди стояли толстые танки – ни обойти, ни пробить. До кэрри-стрелка, находившегося сзади, врагу было не добраться.

После борьбы за первого элементального ангела, столкнувшись с прекрасно развитыми чемпионами со всех трех лейнов, «Династия Цин» начала понимать, что в этом раунде темп еще хуже, чем в первом. И на этом они сломались психологически.

Как только соперники пали духом, их стало легко добить. Пала первая башня на миде, потом на ботлейне, Лу Сычэн и Пухляш, получив свободу передвижения, тут же вторглись в лес и устроили замес на топе. И очень скоро весы на верхней и средней линиях, до этого момента примерно равные, начали склоняться в сторону ZGDX.

Раунд завершился рано, всего на тридцатой минуте. Где-то за пятьдесят секунд до конца, когда ZGDX разносила базу противника, в чате мелькнуло сообщение:[9]

Когда Тун Яо сняла наушники и встала, в зале все еще слышались отголоски взволнованных обсуждений: правда ли, что Сюй Тайлунь вышел из игры раньше времени, или у него просто отвалился интернет?

Звание «самого ценного игрока» в этом матче получил мидер ZGDX. И когда на экране показали эту информацию, зал взорвался хохотом. Все понимали, что на деле самым эффективным в этом раунде был, конечно же, Лу Сычэн, а Тун Яо эту награду присудили чисто из любопытства, только потому, что у всех накопилось очень много вопросов и желания посплетничать.

Тун Яо, передав Пухляшу сумку для периферии, направилась в зону интервью и увидела, что внизу столпились не только фанаты, но и журналисты. Ведущий протянул ей микрофон. Когда он произнес дежурные вступительные слова, Тун Яо, по обыкновению, приветствовала аудиторию. Затем ведущий сразу же взял быка за рога:

– Как ты? Разозлило ли, что в сегодняшнем матче тебя так бессмысленно таргетили?

– Да, немного. В самом начале. Потом уже нет. Мы выиграли матч – это главное, а кто его затащил – не так важно. В сильной команде каждый должен уметь тащить, когда приходит его очередь. И здорово, что такая возможность появляется на любой позиции.

– Хочешь что-нибудь сказать насчет сегодняшнего матча?

Возникла пауза. Вообще-то, Тун Яо многое хотелось сказать, и первыми пришли в голову варианты, начинающиеся со слов «Да это был полный…» и «Они вконец…», но ясные глаза ведущего подсказывали, что мат – это совсем не то, чего ждут от нее в качестве ответа.

И девушке ничего не оставалось, кроме как мило улыбнуться:

– Ледяная Богиня у брата Чэна – это просто жесть какая-то. Ребята, в следующий раз обязательно баньте!

Зрители покатились со смеху. Лу Сычэн, который в этот момент стоял у компьютера мидера, держа в руках сумку с надписью «Smiling» и складывая туда клавиатуру с мышкой, на мгновение замер и, подняв голову, глянул в ту сторону, где проходило интервью. Он от нее такого ответа явно не ожидал, но все остальные не увидели ничего странного, ведь всем было известно, что мидер ZGDX – «фанатка Чессмена».

– Смайлинг, – спросил ведущий, – а как ты считаешь, та экстремальная тактика, которую применили против тебя… Была ли она эффективной? Хотя бы в самом начале?

Тун Яо, хмыкнув, уверенно ответила:

– Я думаю, что, когда на двух других линиях силы как минимум равны, а то и перевешивают в нашу пользу, фокусироваться на мне – дело бессмысленное. Мои тиммейты – далеко не травоядные. У ZGDX нет одного «ключевого» лейна, у нас они все ключевые, и любой может затащить в поздней стадии игры.

– А ты одобряешь такое поведение в игре?

– Что ж у тебя за вопросы-то сегодня такие пугающие? Кто его знает, о чем он думал… Считаю, что если уж ты ключевой игрок своей команды, то нужно ответственно вести себя по отношению к своим тиммейтам. Это же база!

– Ходят слухи, – сказал ведущий, – что это связано с некой историей про свидание Сюй Тайлуня с фанаткой. Якобы из-за некоторых твоих слов во время стрима многие решили, что это правда. Как думаешь, тут есть связь?

– Слушай, я не знаю, что я такого сказала. Но если бы изначально никакой проблемы не было, то никакие люди и никакие слова не смогли бы раскачать ситуацию, я так считаю. Уверена, что и Сюй Тайлунь это прекрасно понимает…

Тун Яо скользнула взглядом по журналистам, находившимся среди публики. Глядя, как они лихорадочно записывают, девушка замялась. Прикусив губу, она нахмурилась и задумалась, не прозвучало ли это слишком недвусмысленно и не навлечет ли на нее новые неприятности. Тун Яо хотела что-то добавить, но в этот момент Лу Сычэн, подхватив обе их сумки, зашагал к зоне интервью. Фанаты заволновались, да и сама девушка посмотрела с недоумением.

– Ты чего пришел? – шепнула она капитану, вставшему у нее за спиной как храмовый страж.

– Дай микрофон.

С этими словами Лу Сычэн резко выхватил у нее микрофон и обвел взглядом репортеров внизу. Всего один взгляд – а многие из них перестали записывать, подняли головы и уставились на него.

– Сегодня Смайлинг всего лишь отвечала на ваши вопросы. И я искренне надеюсь, что вы передадите ее слова как есть. Чтобы, когда она выйдет за эту дверь, не оказалось, что весь смысл ее слов перевернут с ног на голову. Я понимаю, что вам нужен хайп, нужны кликбейтные[10] заголовки, но сейчас дело касается репутации одного игрока. Подумайте хорошенько, что писать и как писать.

Голос у Лу Сычэна был спокойным и сдержанным, но весь его вид словно намекал на то, что капитан ZGDX не шутит.

Всю дорогу до парковки Тун Яо молчала. Забравшись в автобус, она забилась в дальний угол и сидела, съежившись, пока на соседнее сиденье не опустился кто-то большой. Девушка на секунду застыла, затем подняла голову и встретилась взглядом с темными карими глазами.

– Хочешь мне что-то сказать? – спросил Лу Сычэн.

Тун Яо покачала головой. Капитан не ушел. Тогда Тун Яо кивнула:

– Я хочу знать… я снова ошиблась? Сказала двусмысленную фразу, позволила журналистам самим додумать? Может, опять пойдет волна сплетен о Сюй Тайлуне… Ведь я же могла промолчать, вообще ничего не говорить…

Лу Сычэн помолчал, прежде чем что-то сказать.

– Почему ты об этом думаешь? Я ведь уже говорил тебе. В этой индустрии порой невозможно быть самим собой и поступать по своему усмотрению. Тебе нужно научиться уступать. И все же никто не требует, чтобы ты сломала себя и срезала все свои острые углы.

– ?

– Неужели тебе, при твоем-то выдающемся интеллекте, надо еще проще разжевать?

– Надо.

– Да блин… Это же не ты фанаток трахаешь. Ну так ты-то какого хрена за что-то извиняешься? – Тон Лу Сычэна сменился на язвительный. – Ты же все правильно сказала: если бы изначально проблемы не было, сплетен бы не возникло.

– Оу…

– Так что не знаю, насчет чего ты паришься.

– А ничего, что он мне так дико отомстил?

– И толку? Только сам подставился и катку слил. Тебе что? Выиграли на халяву. Считай, как в отпуск сходили. Плохо, что ли?

– Вот тебя бы так разнесли на боте, ты бы еще не то запел.

– Не факт.

– В смысле?

– Может, я, как человек пожилой, больше всех предвкушаю момент, когда смогу расслабиться, а ты все сделаешь сама?

Тун Яо секунд пять пыталась осмыслить значение этой фразы, а на шестой буркнула: «Опять какие-то двусмысленности несешь…» – и, вся пунцовая, опустила голову. Когда капитан встал и пересел на свое обычное место сзади, она достала телефон и отправила пост в «Вейбо»:

Безалаберная smiling

Берегитесь сладких слов. Кто лезет кур с Новым годом поздравить, тот точно хорек[11].

Буквально через секунду кто-то ответил:

Тут спинку ее сиденья сильно пнули. Тун Яо возмущенно обернулась:

– Эй, ты чего?

– Это было поощрение новому игроку от капитана! Какие еще «сладкие слова»?!

– А ты вроде бы говорил, что «Вейбо» практически не читаешь…

– А если не читаю, значит, там можно всякую чушь про меня молоть?

– В смысле «всякую чушь»? Последний пост вообще был не про тебя!

– Серьезно? А про кого?

– Капитан, ну настолько разжевывать вообще не интересно. И потом, если кому-то требуется что-то разжевывать, то этот «кто-то» выглядит очень тупеньким, правда.

Сказав так, Тун Яо пробормотала: «Что ж так холодно-то… Еще и кондиционер включили», натянула на себя куртку задом наперед и накинула капюшон на лицо, будто всем видом хотела показать: «Я не ухожу от разговора, просто замерзла».

Было слышно, что Лу Сычэн продолжает листать «Вейбо». Тун Яо буквально съежилась под курткой, мелко дрожа. Только когда эти звуки затихли, она смогла выдохнуть с облегчением. Вытащив телефон, девушка глянула: фанаты, перемать их, повинуясь какому-то стадному чувству, один за другим тегали Лу Сычэна. У Тун Яо задергался глаз: «Ну такие все проницательные, такие всезнающие, чтоб их! Просто боги!» Еще немного тайком полистав «Вейбо», она минут через десять задремала и проспала всю дорогу.

На базу вернулись примерно к семи вечера. Все пребывали в приподнятом настроении – как-никак состоялась первая межгрупповая игра, где они с легкостью вынесли бронзового призера прошлого сезона. Все сидели и наперебой обсуждали, что из еды заказать в доставке. Сегодня всех угощал Кей, которому присудили «самого ценного игрока» в первом раунде.

– А ведь наша уважаемая Смайлинг тоже сегодня «самого ценного» взяла, – заметил Кей.

– У уважаемой Смайлинг зарплату урезали на два месяца, – ответила девушка, даже не поднимая головы. – И потом, товарищи, сами знаете – мне дали «самого ценного», только чтобы посплетничать, что там такое произошло между мной и Сюй Тайлунем…

Тун Яо не договорила. Ей вдруг показалось, что что-то не так… Девушка опустила взгляд и посмотрела на диван, на котором сидела, потом подняла голову и глянула на капитана, который расположился напротив. Тот выглядел совершенно спокойным, только одна бровь была приподнята. Встретившись взглядом со своим мидером, он указал большим пальцем за спину, на входную дверь.

– Вспомнила? Тогда давай сама на выход. Не заставляй меня применять силу.

Тун Яо хотела что-то сказать, но потом, послушно отложив телефон, встала. Вся остальная команда вопросительно уставилась на них. Лу Сычэн тоже поднялся.

– Время воспитательных мер…

Недоумение на лицах сменилось сочувствием. Все проводили взглядом мидера и капитана, которые один за другим вышли с базы.

Закрыв за собой дверь, Лу Сычэн оперся на нее спиной, встав в позу «один на страже – и тысячи не прорвутся». Лениво приподняв веки, он глянул на Тун Яо.

– Говори. Но сначала хорошо подумай.

Тун Яо решила последовать этому совету. Вроде ничего страшного в случившемся не было, но серьезный вид капитана заставил ее занервничать. Поэтому, помявшись немного, она честно выложила:

– Во время перерыва у туалета я столкнулась с Сюй Тайлунем. Он спросил, почему, когда мне во время стрима задали про него вопрос, я не стала его оправдывать, а, наоборот, ответила расплывчато и только подлила масла в огонь.

– И что ты ответила?

– Что это мой рот – что хочу, то и говорю.

– Ага. Ну, тут пока ясно.

Лу Сычэн посмотрел на Тун Яо и вдруг припомнил, что во время перерыва к ним заходили игроки из «Династии Цин», задавали какие-то странные вопросы и выражения лиц у них тоже были какие-то непонятные… Он прищурился, во взгляде мелькнуло явное недовольство.

– А дальше?

– Сюй Тайлунь спросил: если они сольют нам матч, буду ли я тогда держать рот на замке?

Лу Сычэн холодно усмехнулся.

– Но если мы честно можем выиграть, зачем я буду просить что-то нам сливать? Так что я ему отказала, потом укусила и убежала.

Лицо капитана застыло. Уголки губ опустились, выражение глаз стало каким-то неуверенным, и он тихо переспросил:

– Что-что ты сделала?

Тун Яо насторожилась, услышав в его голосе нечто неуловимо странное. Девушка шумно сглотнула и повторила:

– Убежала.

– До этого.

– Отказала.

– После этого.

– Укусила… – ответила она и тут же поторопилась объяснить: – Ну ты же сказал: людей бить нельзя. Но кусаться-то можно? Я же не насмерть…

Кажется, Лу Сычэн в это словоизлияние даже вслушиваться не стал, а сразу выхватил самую суть:

– Во втором раунде у Сюй Тайлуня была забинтована рука. Это ты укусила?

– Ну да… Ой!

Тун Яо, получив щелбан, прикрыла лоб рукой и отступила назад. С совершенно ошарашенным видом, она наблюдала, как Лу Сычэн, хмуро бросив: «Постой снаружи», вошел внутрь, захлопнув дверь за собой. Девушка прижала к ней ухо и услышала, как он объявил: «И чтоб никто ей не открывал!» Тун Яо отпрянула, уставилась на дверь неверящим взглядом, а потом снова приложила ухо. Изнутри не доносилось ни звука. Он что, серьезно? Это нормально вообще?

Она подошла к окну и, прильнув к стеклу, попыталась заглянуть внутрь базы. Увидела Пухляша, который сидел недалеко от окна, и, будто хватаясь за спасительную соломинку, постучала по стеклу пальцем. Пухляш повернул голову, увидел девушку и расплылся в глупой улыбке.

«Открой дверь!» – одними губами попросила Тун Яо. Но Пухляш, по-прежнему глупо улыбаясь, показал пальцем на Лу Сычэна, стоявшего спиной к окну, и отрицательно покачал головой.

Тун Яо потеряла дар речи. Некоторое время она смотрела, как там, внутри, туда-сюда снуют люди. Наружный блок кондиционера гудел, выдувая горячий воздух. Казалось, ни одна душа из находившихся на базе не замечает, как девушка стоит у окна и умоляюще глядит на всех. В конце концов ей ничего не осталось, кроме как сесть во дворе, кормя комаров, и открыть в телефоне чужой стрим… стрим Сюй Тайлуня.

– В прошлый раз команда Huawei выиграла таким образом у ZGDX, вот я и решил тоже попробовать. Не ожидал, что на сей раз это не сработает. – Хо Тхэрён сидел перед компьютером и выглядел по-прежнему вежливым, милым, добродушным – золото, а не парень! – Простите, что проиграл этот матч.

Комментарии, разумеется, изобиловали типичными словами поддержки: «Ничего страшного», «В следующем матче уж постарайся», «В другой раз обязательно выиграешь!». Находились, конечно, и те, кто интересовался, не нарочно ли брат Ангел мстил Тун Яо за то, что она не заступилась за него тогда на стриме. На это Сюй Тайлунь ответил так:

– Все эти слухи – неправда. Ничего я плохого с фанатками не делал. И вообще-то, Смайлинг права: кто ничего не делал, тому нечего бояться обвинений. У меня с моей девушкой отличные отношения. Не может такого быть, чтобы я влюбился в кого-нибудь еще. Ей было очень тяжело слышать все эти сплетни обо мне. Я ее долго утешал. Но теперь все в порядке.

Тун Яо скорчила экрану такую рожу, будто ее вот-вот вырвет.

– Мими? Мими заболел, но ничего серьезного. – Сюй Тайлунь сделал паузу, читая новые комментарии. – В каком смысле «игрушка на неделю»? Почему на неделю? Нет, это не так. У него простуда, самая обычная простуда. Я попросил друга сходить с ним в ветклинику.

Девушка припомнила живое существо, которое барахталось в сумке пару дней назад, и ее лицо вновь окаменело.

– Да, что-то мне в последнее время как-то не везет… Второй раунд тоже прошел с плохим темпом. В итоге проиграли. Изначально не стоило пытаться ганкнуть в первые две волны. Мидер подал мне сигнал, я подумал – а вдруг прокатит… Ну и вот. Даже не ожидал… Нет-нет, я не виню тиммейтов! Просто грустно. Не надо меня утешать. Сам не справился. Подарки? Не надо подарков. Я сыграл плохо и подарков не заслужил.

Пока он говорил это все, комментарии полнились всякими видами плачущих эмодзи и словами сочувствия. Но дальше начался полный цирк: сказав «подарков не надо, я их не заслуживаю», Сюй Тайлунь открыл официальный сайт Givenchy и начал просматривать новейшие модели футболок…

Тун Яо была просто в ауте от такой наглости. Но в итоге это ее даже развеселило. Она уселась на каменную скамейку во дворе, подперев подбородок рукой, и с большим интересом смотрела эту пьесу, которую битый час разыгрывал Сюй Тайлунь. Наконец стемнело. Откуда-то донесся звонок электроскутера доставщика.

Тун Яо отложила телефон и вытянула шею. Потом она встала и пошла навстречу курьеру. Тот уже знал девушку в лицо, поэтому, не заподозрив ничего странного, передал ей заказ:

– Жара, комары… Ты что тут одна на улице торчишь?

– Проветриться вышла.

Девушка спокойно забрала пакеты. Когда курьер ушел, Тун Яо, нагруженная провизией на всю компанию, подошла к двери и крикнула:

– Эй! У вас два варианта. Или вы меня впустите, или я тут умру от комаров, а вы там – от голода. Выбирайте сами.

Через минуту дверь открылась. Тун Яо, улыбаясь до ушей, продемонстрировала свою ношу хмурому парню за приоткрытой дверью:

– Это ваш ужин, господин Лу?

Капитан открыл дверь пошире, и тогда девушка, впихнув еду ему в руки, угрем проскользнула внутрь. Запрыгнув на диван, она шустро подхватила на руки спящего там кота и немедленно приняла нахальный вид «хоть убейте – никуда не уйду». Лу Сычэн на это никак не отреагировал, лишь выставил коробки на стол и позвал всех ужинать.

Тун Яо смотрела умоляющими глазами. Через пару минут ее телефон завибрировал.

fhdjwhdb2333

Осознала, что сделала не так?

Тун Яо растерянно подняла голову и глянула в сторону обеденного стола. Капитан сидел к ней боком, закинув ногу на ногу. Одной рукой он подпирал голову, в другой держал телефон. Он холодно и сосредоточенно смотрел вниз, на экран, который подсвечивал его нос.

– Ешь, брат Чэн! – сказал Пухляш.

– Не голоден, – ответил капитан, не поднимая головы.

– Ты же только что есть хотел!

– Расхотел.

– Ты с кем там чатишься? С девушкой?

Пару секунд Лу Сычэн молчал, потом хмыкнул: «Угу». За шумным столом мгновенно воцарилась тишина. Вся команда округлившимися глазами вытаращилась на капитана. Капитан приподнял веки и обвел тиммейтов взглядом.

– Ну что уставились? Я с девушками, по-вашему, переписываться не могу?

Все дружно помотали головами.

ZGDX, smiling

…Осознала! Осознала! Осознала!

fhdjwhdb2333

И как ты в следующий раз поступишь в такой ситуации?

Развернусь и убегу? Позвоню в полицию? Позову на помощь?

Кого позовешь?

Но сегодня бы все равно не получилось. К вам же там вся «Династия Цин» заявилась!

Кого позовешь?

Да все, все, я все поняла!

Кого позовешь?

Тебя.

Тун Яо отбросила телефон, будто обожглась, но взгляд девушки невольно возвращался к нему. Экран погас, но лишь для того, чтобы тут же загореться от нового сообщения.

Ужинать иди.

Девушка потерла ухо и, встав, бросила взгляд в сторону обеденного стола. Капитан уже как ни в чем не бывало отложил телефон, взял палочки и о чем-то оживленно говорил со своим соседом. Выражение лица – преспокойнейшее, на губах – улыбка, настроение, очевидно, отличное, как будто он только что не прижимал к стенке бедную жертву в «Вичате»… Пока она не сказала именно то, что он хотел услышать.

Нехороший он человек. Зверь настоящий в человеческом обличье.

Лу Сычэн обсуждал матч с тиммейтами. Капитан говорил очень ровно, почти без эмоций, озвучивая сухие цифры. Если бы не приятный тембр голоса, это была бы картина «учитель химии в летнюю жару зачитывает формулы». Как вообще можно было слушать это и не уснуть? А все тем не менее внимали ему очень сосредоточенно.

Тун Яо, ковыряя рис, чувствовала, будто попала в какой-то замкнутый круг. Ее взгляд так и норовил прилипнуть к Лу Сычэну. Она понимала, что есть причины, по которым так делать не стоило. Когда девушка еще не была профи, тот Лу Сычэн, которого она знала, был самым крутым игроком, на фото выглядел так, что впору в шоу-бизнес, во время стримов чаще молчал или мог резко ответить фанатам… пока вдруг ее место не оказалось рядом с ним.

Тун Яо видела, как рано поутру он, натянув не то шорты, не то чужие семейники, спускался в гостиную, щурился, почесывая задницу, и открывал холодильник в поисках колы или йогурта. Она видела воронье гнездо у него на голове. Она видела капитана небритым и страшно помятым. Она видела его с жутковатыми кругами под глазами от недосыпа – ну вылитый призрак. Девушка видела его, когда он после того, как всю ночь смотрел и конспектировал чужие матчи, заваливался от усталости прямо на диван и громко храпел. Теперь добрая половина того самого блокнота Тун Яо была занята небрежными, неразборчивыми записями Лу Сычэна. Капитан с серьезным видом зачитывал это все во время совещаний, хотя лично Тун Яо сомневалась, понимает ли он хоть слово из того, что когда-то написал…

Она видела, как капитан прятал сигареты от проницательного взгляда Сяо Жуя. Хотя в последнее время Лу Сычэн редко к ним прикасался, но нарушать правила клуба стало для него чем-то вроде хобби. А как у него могло сорвать крышу во время рангового матча! Брат Чэн начинал костерить свою пати на чем свет стоит, обзывал всех идиотами, после чего злобно уходил в афк и за ночь скатывался из Мастеров в Алмаз II…

Она видела, как капитан, торопясь в туалет, завершал партию стоя, с несколько комично отставленной назад частью тела… Он сделал пентакилл, стремительно закончил катку и пулей умчался в сортир, а потом оттуда донеслось громогласное: «#$%, где бумага? Какая скотина утащила бумагу?!» – после чего выскочил обратно, придерживая штаны…

Но все-таки… Даже когда Тун Яо перестала видеть в капитане кумира, она все равно тянулась к нему. И если уж даже зрелище, когда он, придерживая штаны и матерясь, носился в поисках туалетной бумаги, показалось ей милым… Это уже полный финиш.

Девушка подцепила палочками креветку и отправила в рот, почти не ощутив вкуса. В голове вертелась одна мысль: будь она хоть чуточку умнее, больше не позволила бы Лу Сычэну водить ее за нос…

Вдруг перед ней поставили запотевший от холода стакан с колой. Кусочки льда, сталкиваясь между собой, тихонько потрескивали, а пузырьки на поверхности лопались, поднимая крохотные брызги. Тун Яо оторопела и невольно подняла взгляд. Обладатель темно-карих глаз был предельно спокоен.

– Пить будешь?

Тут девушка задумалась и припомнила, что, когда команда направлялась к парковке после матча, ее прямо-таки расплющило от жары и, забираясь в автобус, она пробормотала себе под нос: «Эх, колы бы сейчас! Холодненькой, со льдом, вот как в KFC…» Он это что, услышал?

Тун Яо взяла стакан и сделала маленький глоток. По языку и горлу прокатилась сладость, сдобренная взрывающимися пузырьками. Она сделала глоток побольше, отставила стакан, с удовольствием рыгнула и заявила:

– Даже не думай, что меня можно подкупить одной колой и что я сразу забуду, как ты выставил меня за дверь кормить комаров!

– Угу, – кивнул Лу Сычэн.

– Я злая до смерти.

Капитан протянул руку и слегка надавил девушке на голову.

– Пей уже…

Тун Яо подняла стакан обеими руками. Его холод как будто уравновешивал жар, шедший от ее ладоней, и отпустить его было совершенно невозможно. Пусть она и знала, что пить колу девушкам вредно – и ледяное не на пользу, и толстеют от нее… «Нельзя же! Она же вредная! И зачем я ее пью вообще!» С этими мыслями Тун Яо запрокинула голову и в один присест осушила оставшееся, прямо вместе с кубиками льда, которые с хрустом разгрызла.

ZGDX, smiling

Вот как отказаться от колы? Говоришь себе: нет, нет, не надо, а тело само хвать стакан – и не отпускает!

Кисулина мама

А так всегда, когда влюбишься: все сразу становится похожим на Него. До этого были фонарный столб с дворняжкой, теперь вот – стакан…

Это в чем же тебе мерещился Ай Цзя?

В жареном водяном шпинате с ферментированным тофу.

…

Тун Яо категорически не одобряла разговоры, похожие на диалог обитателей психушки.

Но вскоре мидеру ZGDX стало не до отвлеченных раздумий – ни о коле, ни о фонарных столбах с дворняжками.

Перед самым сном Сяо Жуй договорился о спарринге с корейской командой «Связисты». Это была традиционно сильная команда в своем регионе, их даже называли «богами трех побед»[12]. Пул персонажей на любой позиции у игроков этой команды можно было описать одним словом: все. Пытаться как-то обойти их на стадии бана и выбора было практически нереально. Бывало, только обрадуешься, что отлично выбрал чемпиона и теперь-то уж точно задушишь врага на линии, как они тут же выставляют другого, о котором ты даже и не подумал, – и этот «другой» отлично способен контрить именно твоего. А тот чемпион, с которым, как тебе представлялось, предстоит сразиться, оказывается вообще в другой позиции. И более того, эта перестановка как будто специально придумана именно затем, чтобы задавить твоего персонажа еще в колыбели. И вот все переворачивается с ног на голову, и они уже не защищаются, а атакуют. Этот трюк, которым «Связисты» пользовались довольно часто, вызывал у всех обычно и шок, и восхищение.

Но больше всего Тун Яо интересовал их мидер, Ким Угван. Это был ветеран, который пришел в клуб еще зеленым трейни и играл за команду уже пять лет, причем четыре последних провел в роли капитана. Публика в шутку прозвала его «посохом, усмиряющим море персонажей»[13]. И все это означало, что, может, он и не был главным, кто тащит игру, но с ним команда будто получала волшебную таблетку уверенности и, даже проигрывая 0 : 2, могла отыграться до 3 : 2. Собственно, прозвище «боги трех побед» они получили главным образом из-за него.

Тренировочных матчей было назначено два: в одном должна была сыграть Тун Яо, в другом – Лу Юэ. Ожидая напряженного противостояния с корейцами на мировом чемпионате этого года, команда активно готовилась, понимая, что гибкая смена состава – это необходимость. Насчет этого ни у Тун Яо, ни у Лу Юэ не было возражений: в том бою, когда отстранили Тун Яо, запасной мидер доказал, что он достойный игрок, способный соответствовать темпу команды. А девушка, ощущая, что ей практически наступают на пятки, тоже ни разу не рискнула пренебречь тренировкой…

Режим «пораньше лечь – пораньше встать», которого она придерживалась, когда только присоединилась к команде, канул в прошлое. Теперь Тун Яо обычно засиживалась до часу ночи, играя в ранговые матчи. Часто, когда девушка вставала из-за компьютера, в голове не было уже ни единой мысли, одни рефлексы – микроконтроль персонажа и добивание крипов. Чтобы не опозориться в среду перед «усмиряющим посохом», Тун Яо решила для себя: если один на один его не вынести, то надо хотя бы постараться сыграть на равных. И с самого воскресенья, как только согласовали дату тренировочных матчей, мидер ZGDX прямо-таки не вставала из-за компьютера.

А попутно ведь можно и часы стрима поднабрать – чем плохо?

Поскольку в июньском обновлении игры в ранге «король» отменили парные матчи, Тун Яо пришлось часто использовать аккаунт Лу Юэ, чтобы отработать связку с Кеем. А Лу Юэ, наоборот, постоянно играл соло с ее «королевского» аккаунта.

Целыми днями на базе теперь никто даже не разговаривал, разве что время от времени кто-то отвлекался поесть или попить воды. Слышались в основном два звука – щелчки мышек и цокот клавиатур. Разве что Кей и Тун Яо время от времени что-то обсуждали вполголоса.

– Ганкать будем на третьем уровне. У противника Скиталец Бездны, позже его будет сложно поймать.

– Дай-ка посмотрю… Я с этим кэрри уже играла. Он прямо обожает пинговать. Если к нему не прийти, он будет пингами всю карту закидывать.

– Да просто забей на него! Не обращай внимания.

– Если ему не ответить, он начнет писать оскорбления в чат.

– Тебе-то какая разница. Ты все равно по-корейски не понимаешь!

Едва начался новый матч, как Тун Яо и Кей зашептались, жалуясь друг другу на то, какие же бестолковые соигроки им попались. В это время Лу Сычэн, у которого только что завершилась катка, отбросил мышку, поднялся, разминая запястье, и встал за спиной у Тун Яо, внимательно наблюдая, как она начинает игру на лейне. Мимоходом он взял со стола свой стакан с водой, отпил глоток и вдруг замер. Быстро поставив стакан обратно, капитан пошел в уборную, прокашлялся несколько раз и начал чистить зубы. Когда он вернулся, от него пахло мятной зубной пастой. Протянув руку, Лу Сычэн постучал по столу своего мидера.

– Смотри, у вражеского джанглера уже аптечка в лесу доступна. Значит, первую пачку лесных крипов он уже зачистил. А ты куда так сильно линию запушила? Ждешь, чтобы ганкнули? Если ты и в среду так сделаешь, а соперник возьмет Пекинеса – он тебе мид разнесет на счет раз!

– Ну забаним Пекинеса.

– Ага. А еще Вдову, Кошмар, Пугало… Может, попросишь разработчика, чтобы можно было банить сразу десять чемпионов?

Тун Яо тут же поспешно отступила назад.

– Что ж вы такие разные-то, мидеры, – вздохнул Кей. – Вам не угодишь, приходится под каждого иметь свою стратегию. Это реально выматывает. Предлагаю мне тоже взять какого-нибудь игрока на замену.

– Первый про-геймер, который сам попросил себе замену… Что случилось? Мечты уже все, да?

По экрану пронеслась целая туча всплывающих комментариев.

– Ты еще и комменты оставила включенными. Выключи! Сосредоточься на тренировке! Зачем читать всякую чепуху?

С этими словами капитан взял свой стакан и приложил к лицу Тун Яо. Вздрогнув от внезапного холода, она испуганно втянула шею. Рука дернулась – и девушка упустила пушечный крип.

– Лу Сычэн! Ты что творишь?! – воскликнула она в отчаянии.

– Вымоешь мой стакан после катки.

– С чего это?

– С того, что я сейчас выпил кошачий волос, – невозмутимо сказал Лу Сычэн. – Лето на дворе. Даже такой бессердечный человек, как я, в курсе, что мелкие твари в это время линяют. Ты можешь уже, наконец, сводить своего кота на груминг?

Тун Яо оттолкнула руку со стаканом.

– Глянь-ка. Ты, значит, осознаешь, что бессердечный?

Лу Сычэн по-прежнему смотрел на экран ее компьютера.

– Да одно то, что я тебя до сих пор не прибил, и так можно считать проявлением безмерной доброты… Противник уже третий левел взял. Кей, ты чего там все фармишь до сих пор? Ганкай иди!

Джанглер и мидер хором выразительно промолчали.

Так девушка и доиграла этот матч под бдительным присмотром Лу Сычэна, а после игры встала и отправилась на поиски своего кота. Тун Яо обыскала всю базу, пока наконец не обнаружила пушистого толстяка под столом. Он сладко дрых, обнимая мужской тапок. Шерсть, которую девушка тщательно расчесала утром, теперь опять топорщилась во все стороны. Она взяла кота на руки, вынесла во дворик, там, сидя на солнышке, опять его слегка повычесывала. Глядя, как шерсть взлетает в воздух и блестит в солнечных лучах, Тун Яо чихнула, решила послушаться Лу Сычэна и завтра же отправиться с Пышкой в ветклинику.

Утром она позвонила в ближайший, записалась и, запихнув недовольного кота в переноску, отправилась туда. Порог салона она перешагнула около десяти утра. В будний день там было практически пусто – всего один посетитель. Тун Яо назвала номер телефона, на который была оформлена запись, и вдруг почувствовала нечто странное. Что-то было явно не так. Запнувшись, она быстро огляделась, и ее взгляд моментально остановился на том самом единственном посетителе. Это была девушка, которая сидела, уткнувшись в телефон. Возле нее на подстилке распластался вялый котенок. Впрочем, его хозяйка тоже выглядела не очень-то бодро.

– Я тебя знаю, – неожиданно сказала она. – Ты же мидер из ZGDX, да? – И добавила с улыбкой: – Мы встречались недавно на птичьем рынке. Я была тогда с братом Сюй Тайлунем.

Именно тогда Тун Яо и вспомнила ее. Правда, не столько из-за нее самой, сколько из-за котенка. Передав Пышку грумеру, она подошла к девушке и спросила:

– Что с малышом?

– Простыл. А еще его брали на базу, там столько народа… Он, наверное, перенервничал… Не надо было тогда тащить его в кинотеатр, – ответила она, вставая. – Брат Сюй Тайлунь не может о нем заботиться, попросил меня сходить с ним к ветеринару… Блин, а мне на работу надо. Уже в офис пора идти, отметиться… Прямо не знаю, что делать. Ты можешь за ним присмотреть пока? Я быстро схожу туда, потом вернусь и заберу.

Тун Яо глянула на котенка, потом на девушку, которая уже почти дошла до двери, дотянулась и пальцем осторожно погладила малыша по голове.

– Если не хочешь заботиться, незачем было и покупать.

Девушка, на мгновение замедлившись, буркнула «угу», после чего устремилась к выходу.

– Ты слышала, кстати, что Сюй Тайлунь говорил во время эфира? – спросила Тун Яо ей в спину.

Девица, уже почти выйдя наружу, вдруг остановилась и обернулась. Посмотрев на Тун Яо, она спокойно произнесла:

– Слышала.

Тун Яо больше ничего не сказала, лишь проводила ее взглядом… и вытащила телефон.

Капитан, если я тайно похищу чужого кота – меня на сколько матчей отстранят?

Ты что там за дичь опять творишь?

Хочу совершить преступление.

Прекрати немедленно. Ты где?

В ветеринарке, а что?

Да ничего. Просто сейчас приеду и вломлю тебе, чтоб в себя пришла, – как тебе идея?

Через десять минут к Тун Яо вышла сотрудница ветклиники:

– Девушка, тут за вами ваш парень приехал на машине… Вы разве его не предупредили, что процедура долгая? Мы же только начали! Куда он так спешит?

Тун Яо посмотрела на котенка, который привалился к ее руке, и подумала, что капитан, вообще-то, не за ней приехал, а чтобы помешать ей украсть чужое животное… А вслух рассеянно сказала:

– Да нет… Это не мой парень, это мой коллега…

Дверь в этот момент распахнулась и вошел Лу Сычэн – как раз чтобы услышать последнюю фразу. Его рука, толкнувшая дверь, на секунду застыла, но Тун Яо смотрела в другую сторону и этого не увидела. А когда подняла голову, капитан уже стер с лица все эмоции и стоял перед ней с лицом каменного идола.

– Ты же сказала, что понесешь Пышку на груминг?

– Ну да.

Она ткнула пальцем себе за спину. Через полупрозрачную перегородку Лу Сычэн увидел, как кот породы рэгдолл сражается с грумером. Выражение лица капитана немного смягчилось. Он перевел взгляд и указал подбородком на короткошерстного американца рядом с Тун Яо.

– А кот Сюй Тайлуня откуда взялся?

– Да я тут случайно наткнулась на… – она замялась, не зная, что сказать, и продолжила: – На девушку, которая его сюда принесла. Кажется, подозревали кошачью чумку, породистые часто бывают слабенькими, но сделали анализ крови – оказалось, что нет. Обычная простуда.

Тун Яо схватила со стола бланк анализа крови. Лу Сычэн глянул мельком, не вчитываясь.

– Так это его ты собиралась укра…

Он не договорил фразу, потому что испуганная Тун Яо зажала ему рот. Капитан опустил глаза и посмотрел на нее. Наткнувшись на равнодушный взгляд, девушка смущенно отдернула руку, потерла ладони друг о друга и неловко произнесла:

– Не кричи так, а то подумают, что я и правда… ну ты знаешь… Я просто хотела сказать, что непонятно, зачем такие, как Сюй Тайлунь, покупают кошку, если заботиться о ней и не хотят, и не умеют. Надо было с самого начала нормально проверить, как у нее со здоровьем, нет ли чумки… А тащить при простуде в ветеринарку… Он же маленький, слабый, и прививок у него нет, а тут сплошные микробы. При легкой простуде всего-то и нужно согреть его и дать синулокс[14]. И что ему врач назначил? То же самое: лечебный корм, синулокс и лизин. Ну и стоило тащить его в клинику? Я спросила у врача, поноса у котенка нет. А они ему тут укол хотели сделать… Он же крохотный совсем, ну какой ему укол?

Лу Сычэн стоял неподвижно, глядя на своего хмурого и очень серьезного мидера, и слушал бубнеж про уход за кошками. Он не перебивал, хотя, честно говоря, вообще не понял, о чем речь, да и плевать ему было с высокой колокольни, как там выращивать этот комок шерсти. Капитан лишь молча ждал, пока девушка не выговорилась и не пожаловалась на все, на что собиралась, и только потом спокойно произнес:

– Но ведь этот кот уже чужой.

Тун Яо, остановившись, снова нахмурилась, и ее голос, до этого монотонный, стал тише:

– Я знаю. Я же не на самом деле собиралась его украсть. Забей.

Лу Сычэн секунду молчал. Потом посмотрел куда-то за спину Тун Яо и слегка неуклюже сменил тему:

– Долго они еще с Пышкой возиться будут?

Тун Яо обернулась взглянуть на своего кота. Тот отбивался так яростно, как будто его не купать собирались, а как минимум утопить. Плотно сдвинутые брови наконец разгладились, девушка посмотрела на часы на стене и ответила:

– Не знаю… Его же потом еще и вычесывать надо. Наверное, больше часа.

– Тогда подожду тебя в машине.

– Что? Зачем? Не надо, я сама доберусь. Ты что, будешь целый час сидеть без дела?

– Записи матчей «Связистов» посмотрю. Время быстро пролетит. – Сказав так, Лу Сычэн направился к выходу, но остановился через пару шагов. – Или со мной пойдешь?

Тун Яо нерешительно глянула на котенка, сидевшего рядом, и уже собиралась отказаться, когда капитан с некоторым раздражением добавил:

– Решай быстрее. Я от их кондиционера задубел уже!

На мгновение растерявшись, девушка снова посмотрела на котенка, спавшего на подстилке. Укрыть его было нечем. Немного подумав, Тун Яо спросила:

– А можно взять его с собой?

Лу Сычэн, который уже распахнул дверь, лишь кинул через плечо: «Как хочешь» – и вышел. Тун Яо, совершенно не ожидавшая, что этот упрямец так легко уступит, не без удивления предупредила сотрудницу ветклиники, что, если хозяйка котенка вернется, пусть ищет синий автомобиль у входа, после чего села к Лу Сычэну, держа котенка на руках.

В машине тоже работал кондиционер, но температура была выставлена не такая низкая. Капитан даже позволил Тун Яо оставить окно приоткрытым, чтобы внутрь лился солнечный свет, прямо на кошачий коврик, который она положила себе на колени. Пригревшись на солнце, котенок несколько раз чихнул и стал дышать чуть ровнее. Тун Яо ласково поглаживала его кончиком пальца, а сама в это время, чуть прищурившись, наклонилась к экрану телефона в руках у парня, сидевшего рядом, и смотрела матч.

Солнце согревало. В машине было тихо. Никаких звуков, кроме голоса комментатора и звуков самой игры. Время от времени Тун Яо принималась обсуждать особенно острые моменты матча или безупречный тайминг мидера «Связистов». Потом Лу Сычэн сказал, что комментатор какой-то чересчур шумный, и убавил громкость… и только тогда Тун Яо заметила, что сидит так близко к капитану, что слышит его дыхание.

– После того как разрабы пересмотрели баланс у Медузы, ни разу не видела, чтобы кто-то выбирал ее в матчах лиги. До чего же все-таки крут этот Ким Угван… В начале играет осторожно, но как набьет третий уровень, когда мана уже не проблема, так сразу идет всех долбить, и так прессует, аж бесит… Даже Трехрукий, топовый в этой сборке, и то с ним ничего сделать не может.

– А ты этим персонажем играть умеешь?

– Ну-у… нет.

– И почему нет?

– Да просто – нет! Не умею, и все. Я что, по-твоему, ходячее море героев? Тем более эта Медуза реально сложная. Ей после ребаланса запретили покупать ботинки, а скорость теперь зависит от уровня, и надо прямо досконально знать, что там меняется и когда, чтобы просчитать, когда можно бить, а когда пора отступать. Малейшая ошибка – и все, ты труп!

– А Ким Угван, значит, умеет?

– Ну так он Ким Угван! Ты меня-то с ним не сравнивай!

– А с кем мне его сравнивать, если не с тобой? Если ты не круче его – как мы тогда выиграем в серии S?

Ну… логично же? Тун Яо притихла. И тут котенок у нее на коленях проснулся, с удовольствием зевнул, потянулся, неуверенно поднялся на лапки и, распахнув свои круглые глазки, уставился на Тун Яо. Она почесала ему подбородок кончиком пальца, и он, склонив голову набок, замурлыкал и начал тереться о ее руку. А Лу Сычэн поставил матч на паузу и, подперев щеку рукой, наблюдал, как кое-кто самым наглым образом отвлекся, играя с котенком. Еще и бормотал себе под нос:

– Ну какой же ты лапочка! Так бы и похитила!

Капитан лишь глаза закатил.

…А потом донеслось цоканье каблуков, и стройная фигура приблизилась к машине. В салон проник легкий аромат духов, а в окне появилось лицо с безупречным макияжем, заслонив солнце.

– Смайлинг, извини! По пути с работы попала в пробку. Спасибо, что присмотрела за ним.

Вот так вновь появилась та девушка, которая настолько бесцеремонно препоручила питомца Тун Яо. Она наклонилась, продолжая извиняться и благодарить, затем осторожно взяла котенка на руки и прижала к себе. По ее бережным движениям и выражению глаз Тун Яо поняла, что все-таки девушке не совсем все равно.

– Ничего страшного! – ответила она.

Смягчившись, девушка повторила все то, что только что рассказывала Лу Сычэну об уходе за котенком. Затем распахнула дверь, выпрыгнула из машины и вернулась в клинику, чтобы забрать Пышку – чистого, ухоженного и с подстриженными когтями.

Когда Тун Яо вышла обратно, той девушки уже не было. Она озиралась по сторонам, пока из своего автомобиля, потеряв терпение, не высунулся Лу Сычэн и не окликнул ее. Только тогда Тун Яо перестала вытягивать шею, прижала к себе переноску с Пышкой и снова села в машину. Устраиваясь на сиденье, Тун Яо задумалась:

– Она же не понесет котенка обратно на базу «Династии»?

– Фанаты Сюй Тайлуня, похоже, его полюбили, – лениво ответил Лу Сычэн. – Поэтому, скорее всего, она его туда и вернет.

Тун Яо нахмурилась.

– Что такое? – прищурился Лу Сычэн. – Подумываешь пробраться к ним на базу и украсть кота?

– Вообще-то, да.

– Думать – можно. Делать – запрещено.

Капитан оказался прав. Вечером, во время трансляции у Сюй Тайлуня, Тун Яо увидела того самого котенка, который еще утром вялой тряпочкой валялся в ветеринарке. Теперь он вроде бы выглядел веселее, расхаживая перед камерой. Фанаты наперебой умилялись тому, какой он славный и как бодро выглядит.

– Да, ему сделали укол. Я днем попросил нашего сотрудника свозить его к врачу.

Тун Яо поморщилась: «Ага, блин. Сотрудника».

– Главное, что ничего страшного. Это не кошачья чумка, – продолжил он пусть не на самом безупречном, но вполне уверенном китайском. – Обычная простуда, правда. Домой принесли – и ему стало лучше. Я хотел сам с ним сходить, но днем был тренировочный матч… Что? Да, матч. Мы выиграли. С кем играли? Не скажу.

Сюй Тайлунь засмеялся, обнажая зубы. Похоже, у него было хорошее настроение. Фанатов тут же накрыло волной обожания: «Ты еще милее, чем кот! Такой лапочка! Крутышечка! 6666666!»

Тун Яо закатила глаза: по ее мнению, этот тип не дотягивал даже до того паршивца, Ли Хвансока. И тут, как раз когда она предавалась негодованию, сзади вдруг появилась чья-то большая рука и выключила стрим.

– Терпеть его не можешь и все равно смотришь. Ты нормальная вообще? – донесся из-за спины сухой голос капитана.

Тун Яо хлопнула его руке, накрывшей ее мышку, и попыталась отвоевать ее обратно.

– Отойди! Не выключай стрим! Да, я терпеть не могу Сюй Тайлуня, но это не мешает мне наслаждаться его актерской игрой! Он только рот откроет – и сразу вылетает вранье. Да он просто уникальный экземпляр! По нему можно учебник писать: «Почему мужики в киберспорте вообще для отношений не годны»!

Лу Сычэн цокнул языком с досадой, по-прежнему придерживая мышку.

– Что за чушь ты несешь?

– Да все вы – дрянь одна, обманщики!

Тун Яо продолжала отдирать его пальцы. Лу Сычэн вцепился в мышку еще сильнее.

– Если ты никого хорошего не встречала, так обобщать-то зачем!

Девушка сменила тактику и начала разгибать его пальцы.

– В смысле, это я «хорошего не встречала»? То есть я и виновата еще? Да назови, мать-перемать, хоть одного нормального мужика в киберспорте?! Чтобы характер был хороший, играл круто, хорошо выглядел, был терпеливым, не гулял налево и не врал?!

– Такие есть. – Лу Сычэн на секунду ослабил сопротивление.

– Кто? – не поднимая головы, спросила Тун Яо и, воспользовавшись моментом, протиснула свои пальцы между мышкой и ладонью капитана.

Секунды три парень молчал.

– Я.

– Что? – переспросила Тун Яо.

Используя свои пальцы как рычаг, девушка сосредоточенно пыталась оторвать его руку от своей мышки.

– Я, говорю же. – Его запястье слегка опустилось. Ладонь парня уверенно прижала пальцы девушки, шевелившиеся под ней. – Хочешь попробовать?

Рука Тун Яо оказалась накрепко зажата. А девушка смотрела на Лу Сычэна с таким выражением, словно увидела призрак. Капитан стоял рядом, слегка наклонившись и опираясь на спинку ее кресла. В тот же миг, словно по невидимому сигналу, все их товарищи по команде, еще секунду назад поглощенные собственными игровыми баталиями, разом повернулись к ним. На лицах каждого застыло одно и то же выражение абсолютного изумления. Пухляш даже свою мышку выронил.

– Что ты сказал? – опять переспросила Тун Яо.

Девушка заглянула в карие глаза, чтобы понять, что в данный момент чувствует капитан, но ничего в них не прочитала. Радужки казались еще темнее обычного, еще глубже, и она не могла заглянуть на такую глубину.

Наконец Лу Сычэн отпустил руку Тун Яо, и тепло, давившее на ее пальцы, исчезло.

– Да ничего, – прохладно ответил капитан. – Просто так сказал. Смотрите, как она перепугалась. Самообладание не найдено как класс.

Тун Яо потеряла дар речи.

– Охренеть шуточки! Ты серьезно думаешь, что можно вот так шутить?

– Можно. – Лу Сычэн отошел к холодильнику, открыл его и, присев, полностью скрылся за дверцей. – Я же шучу – значит, можно.

Девушка сняла тапок и, потрясая им, погрозила капитану. Но чего она никак не могла увидеть, так это того, что, открыв холодильник, он не потянулся за едой или каким-нибудь напитком. Лу Сычэн лишь подпер лоб рукой и так замер на несколько секунд. В его глазах читалась безмерная усталость. Наконец капитан машинально извлек бутылку минералки, открутил крышку и залпом осушил.

– Слушай, капитан…

– Что?

Тун Яо глянула на парня, который сел рядом, все еще держа пустую бутылку.

– Ты так запросто словами разбрасываешься! В древности тебе за такое пришлось бы на мне жениться.

– Угу, – сказал Лу Сычэн, нажимая на кнопку поиска рангового матча. – И что?

Тун Яо пнула его под столом, вскинув брови.

– Ну, женись тогда.

– Ага… – пробормотал капитан.

Девушка снова лягнула его:

– Что, страшно?

Лу Сычэн наконец повернулся к ней и неожиданно спросил:

– Ты готовить умеешь?

– Нет, – без раздумий ответила Тун Яо.

– То есть ты только лопать умеешь? Тогда да. Страшно.

Тун Яо чуть не потеряла дар речи.

– Ты человек вообще? Ты умеешь хоть иногда разговаривать как люди, по-человечески?

– Сама виновата.

– Ах, это еще и я виновата!

– А кто, по-твоему?

Каждый божий день Тун Яо приходилось собирать всю свою волю в кулак и держать себя в руках, чтобы не взять этот чертов системный блок и не врезать им по башке своему соседу! Иногда она нет-нет да и задавалась вопросом: а не фанатки ли, слишком милые и снисходительные, виноваты в том, что парни-геймеры начисто утратили адекватную оценку своей харизмы и значимости? Ведь именно их восторженные «браво» и заставляли ребят нести такую чушь и творить всякие дикости!

Как было бы хорошо, если бы в фандоме нашлась хоть одна Чудо-Женщина, которая вправила бы этим зазнайкам мозг и вернула их с небес на землю! Эта мимолетная фантазия мелькнула у Тун Яо и исчезла.

И каково же было изумление девушки, когда, словно в ответ на ее безмолвную мольбу небесам, менее чем через восемь часов та самая Чудо-Женщина и правда нашлась!

Все началось с главы фан-клуба «Династии Цин», известной в «Вейбо» под ником Нирвана. Она частенько делала нарезки из самых забавных моментов матча, сопровождая их юмористическими текстами, и постепенно сблизилась с персоналом команды. Благодаря этому она узнавала всякие байки об игроках, неведомые широкой публике, и время от времени делилась ими. Вот так с годами она и стала тем, кем стала, – уважаемой главой фандома с двадцатью тысячами собственных подписчиков.

Все знали, что, помимо этого, Нирвана была еще и модератором на стримах Сюй Тайлуня, а также главой его личного фан-клуба. Однако она всегда вела себя скромно, не вступала ни в какие конфликты, избегала скандалов и чуралась всяких групп, созданных, чтобы кого-нибудь травить.

Благодаря этому фанаты очень ценили Нирвану. В их глазах она была кем-то, кто круглые сутки дежурит в стримах Сюй Тайлуня, у кого на это всегда есть свободное время и деньги, кто очень скромен и при этом владеет инсайдерской информацией благодаря связям внутри команды.

Дело было около восьми вечера. Одна из фанаток «Династии Цин» за ужином от нечего делать решила полистать страницу Нирваны в «Вейбо» и посмотреть нарезки забавных моментов матчей, которые еще не видела. Девушка пролистнула ленту вниз раз, другой, и тут от системы пришло уведомление, что пользователь Нирвана поставила множество лайков на посты безвестного аккаунта с ником «Во_имя_тебя». Из чистого любопытства фанатка решила заглянуть, что же это за профиль…

И оказалось, что это очень странная страница. Явно чей-то личный второй аккаунт, у которого всего пара подписчиков – и те боты, добавленные системой. У постов ноль репостов, комментариев и лайков, хотя публиковались они с завидной регулярностью уже примерно полгода, иногда даже по два или три в день.

А как раз полгода назад, между прочим, Хо Тхэрён переехал в Китай и вступил в «Династию Цин»… Ради интереса фанатка начала читать посты. И ее внимание привлек самый последний, с фотографией, на которой был изображен котенок породы американская короткошерстная, вяло лежавший на подстилке на фоне чего-то похожего на ветклинику. А подпись под фото гласила: «Малыш, поправляйся скорее. Это все я виновата. Я так за тебя переживаю🙁». И котенок этот определенно был тем самым Мими, который каждый день расхаживал перед камерой в стримах Сюй Тайлуня!

Однако Сюй Тайлунь, как она помнила, не далее чем сегодня уверенно заявлял, что попросил кого-то из сотрудников сходить с котенком к ветеринару. Эта страница, однако, не была похожа на аккаунт человека из персонала команды. Насколько глубокое чувство потрясения охватило фанатку в этот миг, остается лишь догадываться, но печальнее всего, что это не остановило ее и она продолжила читать.

Накануне Во_имя_тебя разместила еще два поста. Первый:

Поссорились. Очень расстроена. Неужели я старалась недостаточно? Я же столько сил прилагала, неужели я все равно не могу сравниться с ней? Может, я обречена оставаться в тени?

Второй:

Кажется, я не вижу будущего. Как будто для тебя я что есть, что нет.

Еще за день до этого:

Купила, купила, купила!:–D

А на прикрепленном скрине была видна квитанция о зарубежном переводе, с четырехзначной цифрой, где в поле «Товар» значилось: «Рубашка с коротким рукавом, Givenchy, летняя коллекция, артикул ХХХХХХ».

Три дня назад Во_имя_тебя написала:

Хи-хи-хи-хи!

И приложила скриншот из «Вичата», какими обычно хвастаются влюбленные:

А следом парнем был отправлен «красный конверт» на 5,20 юаней, что в китайском созвучно с фразой «я тебя люблю»[15].

Четыре дня назад:

Когда тебе плохо, мне тоже плохо. Надеюсь, тебе станет немного лучше.

И снова скрин из «Вичата»:

Много-много… кто там их считал… дней назад, а именно тогда, когда Сюй Тайлунь впервые показал фанатам своего котенка, Во_имя_тебя запостила:

Были на птичьем рынке, купили это чудо. Я так счастлива! Как будто у нас появилось что-то, что нас связывает, что-то, во что мы оба вложили свои чувства.

…И картинка: тот самый очень знакомый котенок. Только полный олух не догадался бы, о ком идет речь. Но фанатка была не из таких. Поняв, какую золотую жилу откопала, она тут же сохранила ссылку на блог, сделала скриншоты самых важных постов с датами и с этой добычей помчалась на «Тьебу» строчить пост.

Охренеть! Крах иллюзий фанатов «Династии Цин»! Куда же подевался тот милый Сюй Тайлунь, которым он так хорошо прикидывался?

Под этим текстом размещалась целая гора скриншотов из «Вейбо» с неопровержимыми доказательствами. За считаные секунды под постом появились комментарии. В основном такие: «Звездец! Это что вообще такое?!», «Так, это надо в топ», «Молодец, сестра!».

И вот с этого началась настоящая кровавая бойня.

Когда вся эта драма начала разворачиваться, Тун Яо играла ранговые матчи, запустив стрим. Где-то в перерыве, в ожидании своей очереди, она без всякой цели открыла «Вейбо» и увидела, как кто-то сделал репост одной из записей той самой девушки, Во_имя_тебя. И стоило Тун Яо увидеть фотографию котенка, как до нее тут же дошло, что случилось… Выдав нечто непечатное, девушка уже собиралась воздеть руки и заявить, что в кои-то веки скандал затеяла не она, как вдруг Кей, который играл с ней в паре и тоже в этот момент бездельничал, наткнулся на этот пост и раньше, чем Тун Яо смогла его остановить, очень громко выругался:

– Перемать! «Во_имя_тебя» – это кто вообще такая? Джанглер из «Династии» жарит фанаток на досуге? Вот эту конкретную? Зашибись, она ему еще и рубашки от Givenchy покупает… Почему мне фанатки никогда Givenchy не дарят?

Тун Яо закатила глаза.

– Потому что нет у тебя никаких фанаток, – ответил Лу Cычэн.

Проигнорировав реплику капитана, Кей, который продолжал читать пост на «Тьебе», спросил:

– А Нирвана – это кто? Та, которая лайкала посты этой Во_имя_тебя?

– Ты дурак? – уточнил Пухляш. – «Кто она такая?» Да кто еще-то? Естественно, это она сама! Один и тот же человек! Сюй Тайлунь же каждый день только и знал, что рассказывал, какие у него сюси-пуси с этой его девушкой из Кореи. Он во всех соцсетях этим понтовался, ну вот чем-то из этого Нирвану и довел. Нервишки сдали, она провела R-Q[16] и с полного здоровья – хренакс его насмерть. Класс!

– Что ж вы так сплетни-то любите? – спросил Лу Сычэн.

– И правда, что-то вы разговорились, – поддержала капитана Тун Яо. – Вы за языком-то следите, у меня, вообще-то, стрим включен!

– А он всех китайцев оскорбил! – возмутился Кей. – Он сказал, что китайская лига – дно!

– И с чего он решил обобщать? – спросил Пухляш. – Всего на прошлой неделе наша чисто китайская команда уделала его, как нуба. Кей в лесу так прижал, что он там от страха трясся! И вот он нам будет говорить, что китайская лига – дно?

– Не, ну такое терпеть нельзя! – возмутился Кей.

Тун Яо, видя, как парни заводятся все сильнее, подумала, что хоть они и говорят чистую правду, но закончиться все может плохо. Если какие-нибудь недоброжелатели это запишут, грянет еще один скандал. Поэтому, повернувшись к камере, девушка сообщила зрителям, что устала и собирается завершить трансляцию. Но фаны простачками не были…

Несмотря на протесты в чате, Тун Яо все же выключила стрим. А потом и в самом деле открыла «Тьебу» и начала читать сплетни. К этому моменту шум вокруг Сюй Тайлуня уже вышел за рамки обыкновенного «ага-а-а-а, он спит с фанаткой!».

Все вылезло наружу: что он, играя в китайском клубе, костерит своих товарищей, что он делает фото в постели… И это, и прочие непростительные поступки были раскопаны в дневничке Во_имя_тебя. Сначала еще находились люди, пытавшиеся за него заступиться: «Да кто это вообще? В наше время любой ради скандала может завести левый аккаунт и наклепать фейковой переписки!» – пока не всплыло по-настоящему шокирующее фото: Сюй Тайлунь лежит под одеялом, оно натянуто до груди, а в объятиях у него девушка, лица которой не видно… Ну и кто скажет, что они тут просто беседовали?

В результате число желающих защитить джанглера «Династии» все падало и падало, а образ «милого парня, усердно изучающего китайский», «одного из немногих легионеров, которые действительно хотят побеждать» рухнул с грохотом. Время от времени все же проскальзывали единичные комментарии «лишь бы играл хорошо – да и ладно», но на них тут же набрасывались и затаптывали. Как говорится, «когда стена рушится – каждый норовит толкнуть»…

А когда ругать Сюй Тайлуня и заявлять «все, больше не могу быть его фанатом» стало практически мейнстримом, появился некто, представившийся одним из сотрудников «Династии Цин». И началось…

Длинное сообщение от этого самопровозглашенного инсайдера заставило многих задуматься. Фокус наконец-то сместился с обсуждения, спит ли Тайлунь с фанаткой (все сочли это мелочью), на дискуссию о положении дел в китайской про-лиге. Припомнили и наплыв корейских легионеров после S4.

К часу ночи тема на форуме насчитывала уже тысячу страниц. И в этот момент тот аккаунт, Во_имя_тебя, внезапно ожил и начал один за другим удалять посты на «Вейбо». Однако все уже было заскринено, и внезапный демарш с удалением только усилил впечатление, что она пытается замести следы, дополнительно подтвердив, что вся эта история – правда.

В половине второго ночи в блоге Во_имя_тебя не осталось ни одной записи. Через десять минут такая же зачистка началась на аккаунте Нирваны. Без пятнадцати два от контента обоих блогов не осталось ничего, кроме единственной свежей записи у Нирваны: «Все кончено 🙂».

Без десяти минут два Лу Сычэн встал попить. Проходя мимо одного человека, уткнувшегося в телефон, капитан замер, отступил назад и с силой надавил на его затылок.

– Время видела? Ты спать вообще собираешься?

Тун Яо подняла телефон и показала Лу Сычэну тот самый длиннющий пост от «сотрудника».

– Брат Чэн, посмотри! Как правильно все написано!

Гаджет перешел в руки капитана, невнимательный взгляд которого вскоре словно ожил, став заинтересованным. Быстро пробежав глазами пару строк, Лу Сычэн облокотился на спинку кресла и, полностью захваченный содержанием, продолжил читать. Затем вернул телефон девушке, нетерпеливо заглядывавшей ему в лицо.

– Да, это хорошо.

– В смысле «хорошо»?

– В том смысле, что все по делу.

Капитан уже собирался уйти, но Тун Яо резко схватила его за рукав:

– С этого места поподробнее!

Лу Сычэн опустил глаза и посмотрел на пальцы девушки, мертвой хваткой вцепившиеся в его рукав. Тун Яо так сжимала их, что подушечки побелели. Он мог бы легко высвободиться, но не стал этого делать, лишь вздохнул и отвел глаза, позволяя девушке и дальше удерживать его. Потом медленно проговорил:

– Если некоторые отечественные клубы действительно смогут задуматься над всей этой ситуацией с джанглером «Династии Цин» и разберутся с проблемой корейских легионеров, то не так уж плохо, что все это вскрылось и скандал случился. Индустрию давно уже пора основательно чистить.

Тун Яо отпустила Лу Сычэна.

– На самом деле то, о чем написано, многим клубам понятно, только они боялись это признать. Вот и в этот раз нам остается только ждать, сделает ли «Династия» нужные выводы и сможет ли решиться на перемены. Пусть даже клубу после этого придется бороться за выживание, но они обязаны оздоровить атмосферу.

Сказав так, Лу Сычэн повернулся и все же пошел на кухню за кофе. Некоторое время Тун Яо смотрела ему вслед, потом развернулась и плюхнулась обратно в свое кресло. Забравшись в него с ногами, девушка обхватила колени, уставилась в экран и замерла. Так и застал ее вернувшийся на место капитан: глаза широко открыты, выражение подсвеченного экраном лица отрешенное и крайне нелепое…

Лу Сычэн помолчал, потом отвел взгляд и принялся клацать мышкой, рассеянно уставившись в свой монитор и делая вид, что просматривает статистику последних матчей. Через какое-то время он, не отвлекаясь, как бы невзначай спросил:

– Что случилось?

Он не уточнил, к кому именно обращается, но Тун Яо, сидевшая рядом, тут же подняла голову, словно ожидая этого вопроса.

– Просто радуюсь, что оказалась в чисто китайской команде. Не то чтобы все корейские игроки плохие, но все-таки пятеро китайцев – это лучше.

Опустив подбородок между коленями, Тун Яо пробормотала:

– Все говорят, что в «Шторме» соревнуются регионы и клубы, а не страны… Я эту логику понимаю. Но когда я вижу, как соседняя команда из Dota 2, Wings, наши «защитники нации», поднимает флаг Китая на самой престижной сцене… Мне так завидно. Было бы здорово, если бы и у меня настал такой день. – Тун Яо ткнула пальцем в униформу, лежавшую на столе. – Я хочу попасть на S6, хочу победить, хочу взять кубок, хочу доказать себе… всем доказать, что наши, китайские, игроки ничуть не хуже, чем остальные.

Положив подбородок на колени, она повернулась и посмотрела на Лу Сычэна.

– А ты не хочешь?

Его темные глаза, несмотря на усталость, ярко сверкнули.

– Да мне даже снится этот чемпионский скин на Копье Возмездия, – сухо ответил он. – Но ты время вообще видела? Может, спать уже пойдешь, великая мечтательница?

Тун Яо подняла голову, наморщила лоб и с осуждением проговорила:

– Нет у тебя мечты. Не хочешь ты побеждать!

И только стоило девушке договорить, как чья-то куртка шмякнулась ей на лицо. Знакомый запах мгновенно выдал владельца, заставив Тун Яо покраснеть. Пища и барахтаясь, она поспешно начала выбираться наружу, слыша над собой спокойный голос капитана:

– Ерунду не болтай. Если бы у меня не было мечты, я бы два года назад не ушел из корейской лиги и не вступил бы в китайскую. Как думаешь, зачем я это сделал? Чтобы попонтоваться?

Тун Яо наконец стянула наброшенную куртку, и тут же большая ладонь подтолкнула ее сбоку.

– Иди спать уже.

От толчка девушка немного качнулась.

– Не пойду.

– А для чего тебе не спать? Чтобы что? В небо полетишь?

– Нет, в небо не полечу. На тебя буду смотреть. Глядеть на нашего капитана, на пике его харизмы, когда он весь такой, аж звездочки сияют вокруг…

Пухляш заржал в голос:

– Сестренка, с чего это ты к нашему капитану подкатывать надумала?

А Лу Сычэн, помолчав секунду, пробормотал:

– Совсем умом тронулась…

И встал со своего места.

– Ты куда? – уставилась на него Тун Яо, подняв голову.

– Писать, – ответил Лу Сычэн с каменным лицом. – Со мной пойдешь?

Тун Яо не сразу поняла, что именно он сказал, и растерянно уточнила:

– Зачем?

– Да кто ж тебя знает. – Губы капитана изогнулись в саркастичной ухмылке, сразу сделав его физиономию ехидной донельзя. – Руку помощи протянуть?

– Забей на него, – посоветовал Пухляш тоном «уж я своего напарника знаю как облупленного», провожая капитана добродушным взглядом. – Стесняшечка… Капитан в сортир пошел прятаться, чтобы никто не увидел, как он краснеет. Вот смотри, зуб даю, сейчас дверью грохнет…

Он не успел договорить, как… БАХ!!!

Дверью капитан и правда хлопнул знатно.

На следующий день должна была состояться тренировочная игра с командой «Связисты». И пусть это был всего лишь спарринг, но вчерашний эпичный слив с участием «Династии Цин» все-таки подпортил общее настроение. Команде «Связисты», этим корейским мастерам стратегии, можно сказать, попросту не повезло – они попали под горячую руку. ZGDX прямо-таки кипела от желания сразиться. Каждый был в боевой готовности, разминал кисти рук, разогревался… С самого утра все, едва вскочив, помчались гонять ранговые катки, готовясь к бою. Летний турнир к этому времени прошел всего лишь на треть, и до мирового финала серии S было еще далеко. Чтобы дождаться встречи с корейцами в официальном бою, следовало запастись терпением. А до того момента оставалось лишь постараться отстоять честь лиги хотя бы в тренировочном бою. Мысль-то была сама по себе разумная…

Пухляш поутру запостил в «Вейбо» очень трогательный и даже поучительный пост:

А вы видели Шанхай в семь утра?

На эту вдохновляющую запись фанаты из Шанхая отреагировали на удивление единодушно: «Да кто его, кроме тебя, блин, не видел?!»

– А вот Пухляша в семь утра я совершенно точно не видела, – фыркнула Тун Яо.

– Ты вообще молчи. Встала сегодня позже всех! Только в девять спустилась, твой толстый брат к этому времени уже две катки отыграл! Скажи честно, ты вообще хочешь выигрывать? – проворчал Пухляш, не поднимая головы и яростно стуча по клавиатуре. – Эй, ты там, кэрри трусливый! Если боишься нападать – на кой вообще ты вылез? Шел бы змей в лесу фармить! Иди лучше книжку почитай: «Как воспитать в себе кэрри», автор – Лу Сычэн!

Тун Яо обошла его и, наклонившись, нажала клавишу, открывая статистику того самого кэрри: 0 убийств, 4 смерти, 1 содействие. А дело было на двенадцатой минуте матча. Неудивительно, что Пухляш, саппорт этого недоразумения, рвал и метал.

Как раз в этот момент вражеский джанглер снова настиг горе-кэрри с унылой статистикой, отчаянно пушившего лейн, и немедленно убил. Тиммейты с других лейнов буквально взорвались, обвиняя кэрри в намеренном сливе катки.

– Мать твою за ногу! – в сердцах воскликнул Пухляш.

– Ты-то чего так психуешь?

– Да если мы эту игру сольем – я в Алмаз I вылечу!

– Оу…

– И опять – прощай, зарплата!

Услышав это, девушка замолчала и отступила на шаг – подальше от места, где сидел Пухляш. Саппорт обернулся и с грустью посмотрел на нее.

– Изменилась ты, Тун Яо. Когда ты только пришла, то такой не была. Меня поддерживала, в паре играла, катки тащила…

– Ага… – насмешливо фыркнула она. – Пока не увидела твою Механическую Танцовщицу, твоего Восточного Рыцаря, Императора Песков и еще Чародейку на ботлейне. То, что у тебя, саппорта, и у меня, мидера, настолько схожий пул героев – это же прямо жутковато, да?

В этот момент Лу Сычэн как раз вышел из кухни с чашкой в руках. Услышав их разговор, он сделал глоток, поставил чашку и спросил:

– Пухляш, у тебя хватает наглости вспоминать, как ты третировал новичка?

Толстяк недовольно поджал губы и вернулся к своей игре. А капитан сел в свое кресло и коротко бросил:

– Давай.

– Что? – не поняла Тун Яо.

Лу Сычэн повернулся:

– В паре сыграем?

– Так я уже в королях. Меня в парные не пустит.

– Вчера Лу Юэ помог тебе скатиться обратно до мастера, – спокойно пояснил капитан. – Идешь или нет?

Пухляш обернулся:

– Вы совсем двинулись, бойцы? Каждый день в паре играете – это нормально, по-вашему?

– Рейтинг поднимаем, а что? – проговорил Лу Сычэн.

– А бедного саппорта с собой взять слабо? Когда я прошу, что-то никто не в восторге! Честно скажите – вы просто саппортов презираете?!

– Когда захочу слить рейтинг, обязательно тебя позову, – отмахнулся капитан.

Пухляш надулся:

– Теперь понимаю, почему Тун Яо изменилась. Это все ты виноват, брат Чэн. А раньше она была со мной такой дружелюбной!

Реакцией капитана на услышанное стало лишь негромкое «оу…», сопровождаемое машинальным взглядом в сторону того, о ком говорил саппорт. Тун Яо, чуть прищурившись, копалась в это время в списке друзей. Отыскав наконец нужный ник, она нажала галочку. На экране у капитана тут же всплыло приглашение. Лу Сычэн кликнул «принять», кивнул и с удовлетворением сказал:

– Ладно. Виновен.

– Что? – переспросила Тун Яо.

– Ничего.

Девушка недоуменно взглянула на него. В итоге Лу Сычэн и Тун Яо, практически не сговариваясь, решили, что надо идти поднимать рейтинг. Но поскольку ранг у обоих был высокий, подбор противников шел медленно, и к полудню они успели отыграть всего две катки.

После второй Лу Сычэн встал и начал разминать запястье. Тун Яо продолжала сидеть на месте, щелкая мышкой и изучая статистику последнего матча.

– Надо как-нибудь и нам на первое место на корейском сервере замахнуться, – задумчиво пробормотала она, не отрывая взгляда от экрана. – Кстати, на какое время мы договорились со «Связистами»?

– На полпервого, – ответил капитан.

Мышка Тун Яо резко перестала щелкать. Девушка в замешательстве посмотрела на парня:

– А сейчас сколько?

– Как раз сейчас, – невозмутимо произнес тот.

Он хлопнул в ладоши и громко, чтобы услышали все, кто был на первом этаже, велел команде занять свои места и готовиться к бою. Сверху спустился Мин. С собой он нес тот самый блокнот Тун Яо с заметками и планшет для записей. Подоспел и тренер со своими материалами. С дивана поднялся Сяо Жуй с Пышкой на руках. Менеджер здесь был просто за компанию, посмотреть матч…

– Расслабьтесь, – посоветовал он. – Это же «Связисты». Даже если проиграем – ничего страшного. Поражение способствует прогрессу!

…и заодно поупражняться в сарказме. Тун Яо закатила глаза и зашла в игровую комнату, созданную специально для этого поединка. Вскоре она увидела, как соперники один за другим занимают свои места. Обменявшись лишь формальными приветствиями (похоже, обе команды были не слишком настроены на лишние разговоры), они приступили к фазе бана и выбора. И поскольку и у тех и у других пул чемпионов был достаточно широким, баны получились несколько «с потолка». Похоже, сильнее всех обе стороны опасались ботлейна, потому что трое забаненных персонажей относились именно к позиции кэрри: Ледяная Богиня, Кукловод и Тринадцатая Ласточка. Кроме них в бан улетели самые сильные чемпионы текущей версии. И настала стадия выбора…

Самым дерзким оказался первый ход противника: они выбрали Восточного Рыцаря. Тун Яо была поражена в самое сердце. То есть вот этот Ким Угван, у которого огромный пул героев, выбрал именно Рыцаря?

«Ладно, – подумала она, – тогда я буду играть осторожно. На рожон не полезу: главное – не слить мидлейн в ранней игре».

Поэтому, после некоторых раздумий, она выбрала Императора Песков – того самого персонажа, с которым не так давно перестала бояться корейских соперников. И буквально секунд через пять после этого противник забрал себе Каменного Воробья. Тун Яо остолбенела.

– Блин! Воробей! Но он же до этого взял Рыцаря, эй? Его-то куда – на топ? На топ, серьезно? Да кто вообще умеет играть Воробьем, от него же нет толка? Он серьезно его выбрал? Охренеть…

Лу Сычэн неспешно зафиксировал Иаэриэля, чуть скользнул взглядом вбок и сказал:

– Где-то я уже слышал что-то подобное. Когда же это было? А, тут недавно кое-кто восхищался, какая крутая Медуза у Ким Угвана…

Тун Яо вскинула брови:

– Да никто, никто в больших соревнованиях не играет ни за Каменного Воробья, ни за Медузу!

– До того как ты стала играть за Кейси, ее тоже редко выбирали в турнирах. Ты ведь этим до сих пор гордишься, разве нет? Каменный Воробей – очень быстрый за счет пассивных навыков, хорош и в атаке, и в защите линии, он дальнобойный, урон у него высокий. Это отличный выбор против популярного на турнирах Императора Песков. Что значит «нет толка»? Молчала бы лучше.

Лу Юэ, опиравшийся на кресло Тун Яо, ехидно прокомментировал:

– Ну и как ощущения, когда критикуют твой пул героев? Добро пожаловать в мой мир.

– Заткнись, – поморщилась девушка.

После завершения стадии бана и выбора у ZGDX на топе оказался Синий Великан, у джанглера – Потифа, на миде – Император Песков, у кэрри – Иариэль и Буран у саппорта. «Связисты» забрали себе Восточного Рыцаря на топ, Пьяного Мастера для джанглера, Каменного Воробья на мидлейн, Большую Пасть для кэрри и Самоцвет для саппорта.

На базе воцарилась тишина. Все рассматривали причудливый набор, который получился у соперника.

– Восточный Рыцарь, Пьяный Мастер, Воробей, Пасть и Самоцвет, – фыркнул саппорт. – Да они извращенцы!

– Восточный Рыцарь на топе… – сказал Кот. – Вот за это респект.

– И Пьяного Мастера как будто все еще выбирают, – хмыкнул Кей. – Мне точно не снится Весенний турнир?

– Да вы на Воробья посмотрите! – всплеснула руками Тун Яо. – Я его даже в ранговых матчах сто лет не видела, а тут нате, на тренировке!

Все помолчали пару секунд и дружно вздохнули. И только капитан произнес с каменным лицом:

– Послать бы вас в деревню, батат сажать…

В воздухе повисла тишина. Вся команда была просто в шоке от выбора «Связистов». Соперники будто тыкали пальцем в небо, выбирая героев. Из-за этого в самом начале все чувствовали себя как в тумане, не понимая, что вообще происходит. Это было дико странно. Если бы такой расклад выпал в обычной игре, любой бы подумал: «О, халява!» или «Подарок судьбы!». Но как только бой начался, стало ясно: в случае «Связистов» это совсем не подарок…

Да, это не было поражением еще на стадии «бана и выбора», но все же трюком с неожиданной сменой линий (когда Восточного Рыцаря отправили на топ, а не на мид) они изрядно подпортили игру и Коту, и Тун Яо. Ужасно паршивое чувство, когда ты не просто врага убить не можешь, а сам еле-еле на ногах держишься…

Тун Яо фармила Императором Песков до третьего уровня и за это время обнаружила, что противник играет даже основательнее, чем Лу Юэ. Покосившись на Кея, занятого защитой леса, девушка отказалась от идеи устроить какую-нибудь заварушку, телепортировалась на базу и сразу же переключила камеру на ботлейн – единственное место, где у команды еще оставались какие-то шансы на победу. И тут-то она увидела, как вражеская Большая Пасть виляет хвостом ну в точности как собачка.

Девушка почувствовала, как на нее накатывает отчаяние. Дело в том, что у Пасти имелась одна особенность. Высокая скорость игрока позволяла персонажу перемещаться между автоатаками, опережая анимацию. Эта «атака в движении» была базовым навыком топовых кэрри, позволяющим использовать паузы для маневра без прерывания атак. У Пасти это вызывало рассинхронизацию анимаций атаки и движения, что особенно заметно проявлялось в кажущемся вилянии хвоста.

И судя по тому, что Тун Яо видела сейчас на экране, кэрри у противника был из топов про-лиги. С чемпионом, требующим сложных действий и высочайшей скорости рук, он управлялся просто блестяще. Очевидно, что Большую Пасть он взял не наобум – нет, игрок прекрасно знал, что делать и как противостоять Лу Сычэну на линии.

А вот у ZGDX чемпионы подобрались так, что теперь им явно не хватало урона. На поздней стадии в командных боях вообще стоило рассчитывать только на Лу Сычэна, и «Связисты», видимо, просчитали это заранее. В начале игры их джанглер несколько раз наведывался на ботлейн, и, хотя его ганки не имели особого успеха, они все же несколько раз вынудили Лу Сычэна действовать поспешно. В итоге, когда все они достигли шестого уровня, капитан попытался убить соперника под его же башней, но атака провалилась – появился джанглер со своим взрывным умением и подорвал Лу Сычэна, отбросив его ударной волной. Так ZGDX подарили противнику первые две смерти и первую уничтоженную башню.

И чем больше противники фокусировались на нижней линии, тем хуже становился расклад. Первая кровь и первая башня на двадцатой минуте перевели игру из ранней стадии в активную.

– Это моя лажа, – нахмурился Лу Сычэн.

Ответов не последовало. Игра с самого начала шла в тумане, и искать виноватых было некогда. «Потянем еще, может, вытянем», – пробормотал кто-то, и они начали затягивать раунд. Несколько аккуратных ходов на линиях помогли отыграть золото. Так продолжалось до тридцать пятой минуты… Счет по фрагам оставался прежним, 2 : 0.

Мелкие позиционные стычки, контроль карты, контроль, контроль, контроль. Волны крипов, борьба за ресурсы, волны крипов, борьба за ресурсы и опять контроль, контроль. Были даже такие пять минут, когда никто из противников не пересекал границу между лесом и рекой со своей же стороны карты.

К концу матча Тун Яо уже настолько устала, что ее клонило в сон и соображать удавалось с трудом.

Наступил момент истины – решающий тимфайт, который должен был решить судьбу раунда. Но увы, они провалились с треском: Лу Сычэн выступил слишком далеко, а Тун Яо атаковала Большую Пасть и ультом отшвырнула ее прямо в лицо Лу Сычэну. Эта катастрофическая нестыковка стоила им победы… Противники одной волной разнесли им базу и разрушили главный кристалл. Разлетелось гулкое эхо взрыва.

Тун Яо, успевшая взвалить на себя вину за все, в том числе и за безрассудное поведение капитана в начале игры, отбросила мышку и стала нервно грызть пальцы. Лу Сычэн пару секунд смотрел на взорвавшийся главный кристалл, после чего повернулся к девушке.

– Ты на меня за что-то злишься? – не скрывая ехидства, спросил он, явно намекая на этот «блестящий» маневр.

Однако, в отличие от привычной мрачности, которую Лу Сычэн демонстрировал после поражений от корейцев на тренировках, сейчас он выглядел на удивление спокойно. Вероятно, причина крылась в том, что, несмотря на неловкое начало, команде удалось добраться до финальных этапов раунда и даже почти одержать победу. В целом это удовлетворяло капитана. Прежде матчи складывались куда более плачевно: команду просто уничтожали, оставляя лишь чувство безысходности. Теперь же ситуация была куда более обнадеживающей, и в следующий раз, возможно, победа окажется в их руках.

И даже если противник снова соберет какой-нибудь экзотический состав, они-то уже будут морально готовы!

«А еще надо будет по очереди потренироваться играть всеми героями. – Тун Яо мысленно загибала пальцы, анализируя свои ошибки и делая выводы, полные самокритики. – Ну, кроме Восточного Рыцаря».

Она хихикнула, выходя из комнаты матча, чтобы уступить место Лу Юэ. Затем отсела, обняла колени и стала смотреть, как команда готовится начать еще один раунд.

Перерыв длился десять минут. Поскольку дальше играть должен был Лу Юэ, Тун Яо смогла расслабиться и, пока все остальные обсуждали, кого банить, а кого выбирать, достала телефон и заглянула в «Вейбо».

Вообще-то, она просто хотела посмотреть ленту. Но стоило обновить главную страницу, как там обнаружилась суперновость. Официальный аккаунт команды «Династия Цин вымерла сотни лет назад» наконец-то выдал заявление по поводу ситуации с Хо Тхэрёном!

– Офигеть! Слушайте, какая радость: Сюй Тайлуня отстранили!!!

Вопль Тун Яо едва не оглушил всех. У капитана, сидевшего рядом, дрогнула рука, и он случайно забанил Копье Возмездия, которого собирался выбрать. Его лицо тут же потемнело, как дно кастрюли.

– Что ж ты так орешь из-за ерунды? Иди отсюда. Если так хочется орать, к соседям сходи, одолжи у их Дори намордник и надень!

Кличку «Дори» носила собака, аляскинский маламут, которого завел босс «слабаков». Когда Ай Цзя с подругой привезли на базу Кисулю, та стала каждый день запрыгивать маламуту на спину, демонстрируя чисто цирковые фокусы и вызывая жгучую зависть у Пышки. Но не это было важно, а важно то, что…

– Ты серьезно решил надеть на меня собачий намордник?! – возмутилась Тун Яо.

– Нет, – ответил Лу Сычэн, – я хочу надеть их два. Первый – чтобы ты не вопила. А второй – чтобы не сорвала первый.

– !!!

– Ну отстранили у них джанглера, тебе-то какое дело? Мы раунд только что проиграли, а ты прямо сияешь. Могла бы хоть для вида пойти подумать над своим поведением! Раньше ты хотя бы плакала, когда мы проигрывали, а теперь радуешься! Нарочно на нервы действуешь? Довести кого-то хочешь?

– Ой… – Тун Яо отложила телефон.

Весь следующий раунд она просидела тихонечко, как цыпленок. Включив режим одиночной игры, девушка стала разбираться, как играть за Каменного Воробья, успешно изображая снедаемую чувством вины милую девочку, которая ни за что, ни за что не хочет нервировать своего капитана…

Заявление «Династии Цин» потрясло киберспортивные круги. Все понимали, что Сюй Тайлунь – это та самая сила, которая тащит матчи «Династии», тот самый игрок, который задает темп, тот, без кого команда вновь будет балансировать на грани вылета из высшей лиги, а то и вовсе скатится в низшую. Дисквалифицировать такого игрока – это же как ногу себе отрезать!

Поэтому такое решение поразило всех. Особенно тех, кто считал, что китайские клубы всегда ставят свои интересы на первое место. Большинство полагало, что Сюй Тайлуню урежут зарплату, вынесут строгий выговор, обяжут исправиться – словом, наказание будет чисто символическим. Но что корейского легионера отстранят на целый сезон – такого не ожидал никто…

Поначалу это решение встретило горячую поддержку. Пресса наперебой хвалила «Династию», и клуб стал примером для подражания.

Комментарии на «Тьебе» сыпались как из рога изобилия, заполонив всю ленту. Кто-то пускался в пространные рассуждения о китайском киберспорте, а кто-то продолжал копать под Сюй Тайлуня, словно искал там клад. И сколько же всего вылезло вдруг наружу! И с фанатками-то он спал, и тиммейтов оскорблял, и диктатуру в команде устраивал, и шантажировал руководство: «Если не сделаете то-то или то-то, вообще не выйду играть!» И все это не один раз и не два. А просить у фанатов подарки класса люкс вообще вошло у него в привычку![19]

В результате изначальный пост, где поднялась эта волна, превратился в форумный «небоскреб» с пятью тысячами ответов. Дошло уже до того, что народ начал яростно тегать всех его фанатов, какие только попадались на форуме ранее. Некоторые из них откликнулись: «Я была слепа. Все, я больше не его фанатка», «Все это очень больно. Не надо больше меня тегать, спасибо». Кто-то предпочел промолчать.

Вот так Сюй Тайлунь окончательно превратился в самого ненавидимого человека во всей китайской про-лиге.

Телефон, брошенный на кровати в опустевшей комнате, вибрировал не переставая: сообщения, уведомления, упоминания, оповещения о входящих звонках. А единственный человек поблизости, девушка с собранными в пучок волосами, продолжала укладывать вещи в чемодан, будто бы не замечая, как разрывается сотовый.

Вокруг царил беспорядок, словно кто-то очень торопился отсюда съехать. На стенах виднелись пятна, какие остаются после чего-то наклеенного. По следам бумаги можно было догадаться, что когда-то здесь красовались снимки или плакаты. Между ними болталась веревка с прищепками для фотографий – она тоже была пуста. С зеркала над туалетным столиком все еще свисали ленточки с надписью «Вперед, Династия Цин!» и неровными, впопыхах выведенными автографами. Раньше их, видимо, хранили бережно, как нечто ценное…

Девушка закрыла чемодан, выпрямилась и равнодушно обвела взглядом почти пустую комнату, задержавшись на коробке, стоявшей в одном из углов. На самом ее верху лежали внешние жесткие диски с записями стримов игроков «Династии Цин» за последние полгода. Под ними – плотная стопка фотографий, снятых со стены. На снимках – пятеро молодых людей в униформе: вот они смеются, вот обнимаются, вот стоят на краю сцены, кланяются зрителям, сидят за компьютерами, празднуют победы, грустят из-за поражений…

Когда-то это все аккуратно снималось на зеркалку, отбиралось, редактировалось, печаталось, хранилось бережно и с душой – а теперь полетело в мусор, смятое, надорванное, с прилипшими кусками обоев… Телефон на кровати продолжал трезвонить.

Девушка, известная в «Вейбо» под ником Нирвана, подошла к коробке и уже подняла ногу, чтобы придавить на место крышку, как вдруг ее внимание привлек толстый альбом. На мгновение девушка замерла. Затем, наклонившись, взяла альбом и открыла его. На первой странице красовалось фото печально известного киберспортивного изгоя. Он был одет в командную униформу и сиял улыбкой от уха до уха. Брат Ангел тогда только пришел в «Династию Цин» и выиграл первый матч… А внизу было написано маркером на китайском, корейском и английском: «С днем рождения, брат Тайлунь!»

Прошелестело еще несколько страниц. Снимки были подписаны разными людьми: «Хо Тхэрён – лучший!», «Спасибо, что пришел к нам!», «Тайлунь – наш маленький ангел! В летнем сплите тоже постарайся изо всех сил!», «Спасибо, что привел меня в мир „Шторма и порядка“! Мне много разного встречалось в жизни, но я выбираю оставаться с тобой!»

На последней странице было написано: «Что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой. Нирвана». Под этими словами стояла дата: тридцать первое августа этого года. Дата из будущего. Этот альбом был частью подарка, который фанаты готовили ко дню рождения Сюй Тайлуня. Делать его начали еще в феврале, переправляя самыми быстрыми курьерскими службами из города в город больше сорока раз, чтобы фанаты могли оставить в нем свои рукописные пожелания. А потом он вернулся в руки Нирваны – толстый альбом, полный людских ожиданий, что однажды все это передадут в руки их любимому игроку, их кумиру…

И толку теперь от него? Нирвана кинула альбом обратно в коробку.

Телефон снова начал разрываться от входящих сообщений. Девушка остановилась на мгновение, потом все же обернулась и взяла гаджет. Непрочитанных сообщений за последние десять с лишним часов накопилось несколько сотен. Она пролистала их все.

Нирвана, с тобой все в порядке? QAQ

Ты удалила все с «Вейбо». Хочешь уйти из фан-клуба? Не надо! Плак-плак.

«Уйти из фан-клуба? Естественно, я ухожу».

Не понимаю, зачем ты это сделала.

Разве мы не договаривались не выносить ничего наружу? Не ожидала, что в итоге Тайлуня предашь именно ты. Ты и нас тоже всех предала. Предательница!

Сюй Тайлуня отстранили.

Мы больше его никогда не увидим.

Все твоими стараниями.

Что ж ты за тварь-то такая.

Как же так получилось? Любила – и шла за ним, закрыв глаза. Даже узнав его истинное лицо, спокойно приняла. Даже наоборот – защищала, как безумная, помогала скрывать правду. Потому что не хотела признать, каков он в действительности? Или просто не хотела верить, что с самого начала была слепа?

Он подонок. Он ничего этого не стоит. Забей на него, Нирвана. Если бы я с самого начала знала, какой он человек, ни за что бы не стала его фанаткой. Как бы хорошо он ни играл, кумира из него делать не надо.

«А я ведь тоже дрянь. Я влезла в чужие отношения. Дрянь и подонок – мы прямо нашли друг друга, да?»

На этой неделе у него последний матч. Ты придешь?

Нирвана долго смотрела на это сообщение. Потом, словно решившись, зашла в «Вичат» и открыла онлайн-сервис покупки билетов. Пальцы слегка дрожали. Вспомнилось вдруг утро понедельника той недели, когда она впервые решила пойти на игру вживую. Девушка встала очень рано, приняла душ и накрасилась. Они с подругами договорились посидеть в «Старбаксе». И вот она ждала, ждала, с нетерпением ждала, когда же наступит полдень. Прижимая телефон к груди, она буквально отсчитывала секунды. Сердце билось все чаще, и вот, едва на экране показалась цифра 12, девушка, экономя каждый миг, ворвалась в систему продаж, чтобы успеть выхватить билет на первый ряд…

А сегодня была среда. Матч «Династии Цин» с Huawei должен был состояться в четверг, и на него оставались последние билеты, все в самых дальних рядах. Поразмыслив немного, она наугад выбрала место в заднем ряду, нажала «подтвердить», проверила данные и купила. И снова перед глазами всплыл тот день, когда ей удалось взять билет в первый ряд, и она, ликуя, прыгала от радости и обнимала подруг, переполненная неописуемым счастьем, а в голове крутилось бессвязное: «Что же надеть? Надо будет накраситься получше! Даже если он меня не увидит – неважно, все равно хочу быть самой красивой! Сюй Тайлунь, как же я рада! Как же я рада тебя увидеть!»

Наступил четверг, очередной день межгруппового раунда в Летнем турнире про-лиги. У Тун Яо было персональное задание: принять участие в интервью о Сюй Тайлуне и положении корейских легионеров в китайском киберспорте. Поэтому, хоть в этот день у ZGDX не было матча, девушка без жалоб встала пораньше, села в клубный микроавтобус и отправилась на уже хорошо знакомую арену, провожаемая словами Лу Сычэна:

– Это ведь последняя игра Сюй Тайлуня. У его фанатов совсем крышу сорвет. Не боишься, что они тебя там убьют?

– Вот спасибо на добром слове… А ты не хочешь прийти и защитить своего мидера?

– Не хочу, – с непроницаемым лицом ответил парень, держа в руках чашку кофе. – Я очень боюсь умереть.

«Этот престарелый игроман знать не знает, что такое романтика в духе „герой спасает красавицу“!» – Тун Яо закатила глаза.

На площадку она прибыла слишком рано, до интервью еще оставалось некоторое время. Поэтому девушка, надев маску, села в зале, чтобы посмотреть игру между «Династией Цин» и Huawei. И то ли Хо Тхэрён действительно был не в форме, то ли нарочно играл плохо, но Ли Хвансок, оправдав ожидания публики, прямо-таки раскатал его по земле. Матч выглядел так, словно команда-лидер встретилась с аутсайдером. Вся игра – до двух побед – вместе с перерывами уложилась в полтора часа.

После матча в фан-зоне «Династии Цин» повисла тишина. И это была такая леденящая тишина, от которой бегут мурашки по спине. Словно это был не прощальный бой Сюй Тайлуня, а последнее сражение всей команды. В этот момент игроки Huawei как победители подошли к проигравшим пожать им руки, а потом вышли к краю сцены, чтобы поклониться зрителям. Кланяясь, Ли Хвансок, зоркий, как ястреб, увидел в уголке зала Тун Яо, хотя из-под маски виднелись лишь часть носа и глаза девушки, и тут же с простодушной улыбкой глупой косули замахал ей рукой. «Династия Цин» покинула сцену, ничего не сказав.

Тун Яо взглянула на часы: приближалось время интервью, но она так сильно проголодалась, что решила сначала сходить в булочную по соседству. Погода испортилась, шел дождь, и она решила попросить зонт у сотрудника, чтобы не промокнуть.

В перерыве между матчами зрители толпились вокруг арены. Опасаясь, что ее могут узнать, Тун Яо вышла через боковую дверь. До булочной пришлось сделать изрядный крюк. Переулок, по которому она шла, обычно бывал безлюдным. Пробираясь по лужам, Тун Яо обогнула здание с тыльной стороны. Внезапно за углом она едва не споткнулась о какую-то девушку. Та сидела на корточках, сжавшись в комок и обхватив себя обеими руками. В первую секунду Тун Яо от испуга едва не выронила зонт. Лишь подойдя вплотную, она сообразила, что перед ней не просто живой, хоть и промокший до нитки, человек, а еще и знакомый. Остановившись рядом, она наклонила зонт, прикрывая голову девушки, и, чуть помедлив, окликнула:

– Эй… С тобой все в порядке?

Вдруг стало очень тихо, слышался только шум проливного дождя. Прошло какое-то время. Тун Яо подумала, что девушка не ответит, и уже хотела, собравшись с духом, отдать ей зонт. Но девушка вдруг пошевелилась и подняла голову. Ее лицо было совсем мокрым – то ли от дождя, то ли от слез. Девушка прищурилась, глядя на Тун Яо, и после долгого молчания хрипло проговорила:

– Это же я… своими руками все ему разрушила?

– Одной ладонью не хлопнешь[20]. – Тун Яо вложила зонт ей в руки. – Если бы ты знала, что все так закончится, разве стала бы начинать?

Минут десять спустя Тун Яо, вся промокшая, сидела в булочной, жевала булку и листала «Вейбо». Сначала ей просто было любопытно глянуть, что думают фанаты «Династии Цин» об уходе Сюй Тайлуня. Но потом девушка даже перестала жевать…

Тун Яо сама не понимала, что чувствует. На мгновение в сердце разлилась горечь. Любить или ненавидеть кого-то иногда сложнее, чем кажется. Мир не делится на черное и белое…

Как это все началось? От простого восторженного поклонения до падения в пропасть чувств. Желания становились все сильнее, хотелось большего. И в погоне за этим большим в какой-то момент потерялось понимание, для чего это все и что имело значение в самом начале. Ведь изначально хотелось всего лишь видеть, как он сияет на сцене, играя в матчах. Но в какой-то момент это просто забылось – словно закрылись глаза. Она позволила разрастись в себе худшим чувствам, позволила себе превратиться в такого человека, которого сама презирает. И упала в пропасть и потащила его за собой, в ту бездну, из которой невозможно вернуться, и в конце вкусила горькие плоды своих собственных дел.

А потом вспомнила ту прежнюю себя, которая ликовала, увидев издали его, сияющего на сцене… Вот только было уже поздно.

Своими руками, говоришь? Именно так. Своими руками. И ими же пожала горькие плоды. И если бы она знала заранее, что все так закончится, разве стала бы начинать?

Когда Тун Яо вернулась в зал с наполовину съеденной булкой в руках, уже начался следующий матч. Почему-то от вида фанатов, от поднятых ими табличек поддержки на душе у нее стало так тяжко, что пропало все настроение смотреть игру. Хотелось лишь поскорее дать интервью, вернуться на базу и обнять своего кота. И девушка направилась прямиком за кулисы, где неожиданно наткнулась на того, кого никак не ожидала увидеть.

– Капитан? – Тун Яо замерла в дверях. – Ты откуда тут?

– Интервью сделали парным. Пришлось приехать.

Лу Сычэн, оторвавшись от игры в телефоне, взглянул на девушку, стоявшую в дверях. Тун Яо была похожа на мокрую курицу. Одежда промокла до нитки, волосы липли к лицу, и вообще весь вид был такой, будто ее только что вытащили из реки. Капитан отложил сотовый и приподнял бровь.

– Ты как умудрилась? Не могла зонт у кого-нибудь попросить?

– Да я взяла… Просто потом случилось кое-что.

Тун Яо толкнула дверь и вошла. Попав под струю из-под кондиционера, она громко чихнула и шмыгнула носом.

– Пришлось зонт другому человеку отдать.

Лу Сычэн сходил в зону отдыха за пледом, потом выудил откуда-то сухой и теплый носовой платок. Тун Яо, закутавшись в плед, начала вытирать волосы.

– А где ведущий, который будет брать интервью?

– Ждет уже. Я думал, ты будешь вторую игру смотреть, поэтому попросил подождать. – Капитан, опустив голову, взглянул на нее. – Кстати, почему ты матч смотреть не пошла?

Тун Яо замерла. Лу Сычэн приподнял бровь. Девушка поспешно вернулась к прерванному занятию, опустив голову ниже.

– Не хотелось больше смотреть, – пробормотала она. – Такая тоска берет от этих фанатов… Зачем они вообще сюда приходят, что они так упорно ищут? Героя своей мечты? Какой-то образ, который сами себе придумали? На самом-то деле человек, который сидит на сцене, совсем не такой великий, как они себе придумали. Может, он даже хуже, чем они сами…

Стоило только открыть рот, и слова хлынули, словно сами собой, сбивчиво и беспорядочно. Но голос постепенно угасал, а интонация становилась такой потерянной, словно девушка совсем сникла. Вдруг чья-то рука перехватила ее пальцы, бессмысленно теребившие волосы. Тун Яо растерянно подняла голову и встретилась взглядом с парой темно-карих глаз.

– Брат Чэн, ты чего?

– Это мне у тебя надо спросить, – ответил Лу Сычэн с каменным лицом. – Что с тобой происходит?

Тун Яо помолчала немного, потом заговорила:

– Я встретила ту девушку, которая тогда была с Сюй Тайлунем. Она меня раньше так раздражала! А теперь… не то чтобы меньше раздражает, просто мне стало ее жалко. Ну… как фанатку. – Тун Яо опустила руку, но выдергивать ее из ладони Лу Сычэна не стала. – Фанаты всегда слишком идеализируют тех, кого любят: хоть Сюй Тайлуня, хоть нас самих… А те ведь не задумываются о чувствах людей, которые их любят, и делают, что хотят. А потом разоблачение, крах… И вот так смотришь на это и думаешь: а стоит этот наш мир вообще подобной любви? Слишком уж он…

– Все не так плохо, как ты думаешь.

Голос Тун Яо прервался. Она подняла голову.

– По крайней мере, мои тиммейты ведут себя вполне хорошо. Сидят дома, вообще никуда не ходят. Превратили базу в монастырь. Все такие послушные, – с каменным лицом проговорил Лу Сычэн.

С такой интонацией питомца «хорошим мальчиком» называют…

– Несправедливо судить обо всех по одному-двум людям. Я тебя разве об этом не предупреждал? – сказал капитан и с абсолютно серьезным видом добавил: – Я вот хороший человек.

Тун Яо моргнула и в этот же момент почувствовала, что ладонь на ее запястье сжалась сильнее.

– Твое состояние вызывает тревогу, – сказал Лу Сычэн.

– Тревогу?

– Тревожно из-за того, что ты успеешь разочароваться в «нашем мире» раньше, чем я смогу что-то возразить. Вот в этом и проблема.

Лу Сычэн отпустил ее руку, но тут же, почувствовав неладное, взял снова. Он наклонился к застывшему лицу девушки и заглянул в ее растерянные глаза.

– Есть и в нашем кругу хорошие парни: богатые, красивые, отлично играют, не мутят с фанатками, а к базе относятся как к монастырю. Ну разве что сутры по утрам не читают.

– Это кто же?

– Я. Поэтому… – парень слегка сжал губы, а глубокие темно-карие глаза немножко сузились, – спрошу еще раз. Хочешь попробовать?

Тун Яо окончательно перестала соображать. Словно не веря своим ушам, девушка переспросила, повторив его слова:

– Попробовать… что?

– Меня.

Воздух будто сгустился, пропитанный неловкостью. Тун Яо молча глядела на Лу Сычэна, не говоря ни слова. Сейчас девушка была похожа на ледяную статую, такую же хрупкую и прозрачную, замершую от испуга. Казалось, даже сердце перестало биться.

Она пристально смотрела на парня, а потом, после долгой паузы, нервно хихикнула и резко ответила:

– Брат Чэн, ты можешь нормально себя вести? Ну хватит уже, снова и снова, я же вот так не выдержу. Сколько можно использовать один и тот же дурацкий прием? Тебе когда уже надоест? Но я тебе так скажу: на этот раз я не боюсь. Правда! Не боюсь!

Хоть Тун Яо и провозглашала, что не боится, но на самом деле была напугана до такой степени, что с каждой фразой отступала на шаг назад, пока не уперлась спиной в дверь… Прикосновение горячей ладони к холодному металлу дверной ручки немного успокоило. И тут она увидела, как Лу Сычэн, с выражением полного отчаяния на лице, взъерошил волосы, тяжело вздохнул и плюхнулся на стул. Похоже, капитан тоже был в замешательстве, не зная, что делать.

Впрочем, Тун Яо не было сейчас до него никакого дела. Ей хотелось лишь одного: выскочить за дверь, умчаться куда глаза глядят, найти укромный угол и стукнуться головой об стену, чтобы хоть немного прийти в себя и очнуться от этого… кто его знает, чего именно – то ли кошмарного сна, то ли бреда с галлюцинациями. Поэтому девушка тихонечко приоткрыла дверь за спиной. Но в тот миг, когда она наполовину уже выскользнула наружу, из комнаты донеслось властное:

– Куда? А ну вернись!

– Угу…

Три минуты спустя Тун Яо сидела напротив своего капитана и, наклонив голову, таращилась на него с непониманием и страхом, пока тот, раздраженно потерев ухо, не зыркнул на нее испепеляющим взглядом. Девушка вздрогнула всем телом и отпрянула назад, как будто желая забиться в угол дивана, словно перепуганный сурикат.

– Ты чего? – спросил Лу Сычэн. – Да что я такого сказал, что ты… вот так? Я тебя что, прямо здесь в брачные покои тащу?

– А-а-а-ай! – Тун Яо мгновенно залилась краской, завопила и обеими руками зажала уши. – Хватит уже, хватит! Не говори больше ничего! Я тебе одно скажу, Лу Сычэн. Никто на свете таким тоном и с таким лицом не признается в чувствах и не предлагает встречаться. Да даже павлин понимает, что, когда ухаживаешь за самкой, надо распускать хвост! А ты… Ну как ты можешь быть вот таким?!

– Каким?

– Злющим!

– А если я буду нежнее – ты согласишься?

Тун Яо смолкла.

– Смотри-ка… – Лу Сычэн нахмурился и с досадой цокнул языком. – Блин, так и хочется затащить сюда Цзянь Яна и Сюй Тайлуня и как надавать им по морде!

– А они-то тут при чем?

– Возьми зеркало и глянь, какое жуткое у тебя сейчас выражение лица. Вообще-то, я собирался подождать – хотя бы до момента, когда мы возьмем летний кубок. И тогда уже все обсудить. Но по этому выражению понял – так нельзя. Если ждать, то появится еще какой-нибудь козел вроде Сюй Тайлуня и ты еще до конца турнира запишешься в монастырь. В конце концов, в этой тусовке козлов хватает. – Все это Лу Сычэн проговорил быстро, а вот на этом месте замялся, будто осознал, что ляпнул что-то не то, и поспешно, как чинят загон, когда овца уже убежала, добавил: – Но я не козел. Я хороший.

Да что ж он за человек-то… Лицо Тун Яо застыло, и девушка забилась еще глубже в угол дивана.

– Ну вот, давай после кубка и поговорим. Хорошее время, хорошее место, хорошие люди… Тоже думаю, что идея отличная.

Лу Сычэн посмотрел на своего мидера таким взглядом, будто хотел прикинуть, все ли в порядке у нее с головой.

– У тебя вообще какие-то принципы есть? – спросила Тун Яо.

– Я же говорил. Когда ты спрашивала, стал ли я тем неуязвимым, который ничего не боится, я сразу сказал «нет». – Капитан чуть приподнял уголки губ, и холодная усмешка сделала его тон еще более язвительным. – Если мои принципы приведут к тому, что девушка, которая мне нравится, уйдет в монастырь и будет там бить в деревянную колотушку, зачем тогда нужны эти принципы? Что я, сам себе враг?

«Девушка, которая мне нравится…» Глаза у Тун Яо округлились. Она снова обеими руками зажала уши, потом подумала, что это не помогает, и закрыла глаза. Затем резко опустила ладони и с видом человека, испытавшего смертельный шок, пристально уставилась на Лу Сычэна. Тот в ответ лишь скользнул по ней взглядом, и выражение его лица как-то неуловимо изменилось. Тун Яо почувствовала, как в стакан сладкой газировки вдруг бросили кислую сливу.

– Или, может, я себе льщу? И на самом деле я никогда тебе не нравился?

«Нет. Нет, конечно!» Тун Яо уже приоткрыла рот, собираясь по инерции все отрицать, но Лу Сычэн быстро продолжил:

– Тогда почему ты стояла у меня за спиной и тоном брошенного щенка говорила, чтобы я не шел на свидание вслепую?

– Да я не… Блин! Ты что, это слышал?! – Тун Яо схватилась за грудь и вдруг распахнула глаза, как будто до нее только дошло, что к чему. – Да чтоб тебя, опять наушники были не подключены?!

– Пауза была между песнями. Случайно услышал. – Лу Сычэн чуть откинулся назад. – Так это же хорошо?

«Хорошо ему, блин! Ну охренеть теперь!»

Капитан немного помолчал.

– Так ты собираешься мне отказать?

– Я бы не посмела.

У Лу Сычэна дернулся глаз. Парень чуть выпрямился на стуле.

– Значит, ты согласна?

– Тоже вроде нет…

– Ясно, – сказал Лу Сычэн. – Ты просто напрашиваешься, чтобы тебя поколотили.

– Вот видишь! – Тун Яо мгновенно вытянула палец, чуть не ткнув капитана в нос. – Видишь! Вот снова этот тон! Это тон как у капитана, командира, отца – кого угодно! Но не как у бойфренда! Ай, я же не имела в виду «моего бойфренда»! Что ты там ухмыляешься?! А ну, перестань сейчас же!

Она еще не успела договорить, а Лу Сычэн вдруг резко поднялся и, вытянув руку, поймал палец девушки, холодный кончик которого оказался в его теплой ладони. Тун Яо даже ойкнуть не успела, а ее лицо стало красным, как вареная креветка.

– Какой бойфренд из меня получится, не попробуешь – не узнаешь, верно?

Лу Сычэн слегка потянул ее за палец. Тун Яо хмуро уставилась на собственную руку. «Блин, дался тебе мой палец, что ты его дергаешь? И нечего тут мурлыкать, ты же взрослый мужик! Это не по правилам!»

Отпустив ладонь девушки, парень встал и потрепал ее по волосам.

– Думай. Даю тебе два часа на размышления. До девяти вечера.

«Да что за человек! Он даже в любви признается с таким высокомерием!»

– Почему именно до девяти?

– От этого зависит, смогу ли я спокойно поужинать.

С этими словами капитан повернулся и вышел. Ошеломленная Тун Яо осталась в комнате. Через несколько секунд девушка вдруг согнулась пополам и закрыла лицо руками. Потом повалилась на диван и начала кататься по нему с боку на бок, пока мебель от ее метаний не скрипнула и не сдвинулась с места. Лишь тогда Тун Яо остановилась, глубоко вдохнула и велела себе успокоиться.

Хотя как тут успокоиться, когда горы рушатся и земля трещит?!

Перебравшись в комнату отдыха, Тун Яо сидела там какое-то время, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. К моменту начала интервью они с Лу Сычэном вернулись почти одновременно, один за другим, усевшись на разных концах длинного дивана. Не было не то что телесного контакта – они даже взглядами не пересекались.

Капитан сидел слегка развалившись. Откинувшись на спинку дивана, одной рукой он подпирал подбородок и смотрел влево. Тун Яо, наоборот, застыла в позе «послушная дошкольница в ожидании поощрительной красной звездочки», глядя прямо перед собой.

Журналисты переглянулись: все это выглядело так, как будто внутри ZGDX назревал некий внутренний конфликт. Коли так, интервью можно было и не проводить – уже одного этого сюжета хватило бы, чтобы настрочить статейку на три полосы…

– Как вы относитесь к недавним спорам относительно корейских легионеров в китайской про-лиге? – поинтересовался один из репортеров.

– Нельзя судить обо всех одинаково, – ответила Тун Яо. – Среди них есть много хороших. Вот джанглер из Huawei, например… и из YQCB джанглер и кэрри… и еще другие есть.

– Корейские легионеры, – сказал Лу Сычэн, – это лечение симптомов, а не болезни. Это результат стремления к быстрому успеху. Но если мы хотим, чтобы наша лига стала по-настоящему сильной, нам нельзя чрезмерно полагаться на легионеров.

– В последнее время все чаще звучат голоса, призывающие к полному отказу от корейских легионеров. Как вы предлагаете решить этот вопрос? – спросил другой журналист.

– Наверное, нужно усилить контроль, – проговорила Тун Яо. – Все зависит от клубов.

– Все зависит от самодисциплины, – не согласился Лу Сычэн. – Если человек сам себя не контролирует, клуб его не удержит. Необходимо отметить, что это никак не связано с тем, иностранный игрок или нет. Среди китайских игроков такие случаи тоже бывают.

– А каково ваше мнение насчет отношений с фанатками? – задал вопрос кто-то еще. – Нам известно, что Сюй Тайлуня как раз разоблачили в связи с неподобающими отношениями с одной из фанаток…

– Это деликатный момент, – сказал Лу Сычэн. – Нужно сохранять умеренную дистанцию.

– Всем нужно четко понимать свое место, – заявила Тун Яо. – Если кто-то вмешивается в чужие отношения – неважно, мужчина или женщина, – это непростительно. А фанатам стоит более трезво смотреть на вещи и вовремя спросить себя: не смотрят ли они на своего кумира через иррациональный фильтр идеализации, когда простая симпатия и восхищение перерастают в извращенное чувство собственничества. Это очень опасно. И недопустимо.

Один из журналистов рассмеялся:

– Похоже, у Смайлинг на все есть своя, женская точка зрения. По вашим словам выходит, что в киберспортивной среде в той или иной степени все-таки есть проблемы с образом жизни игроков?

– Так ведь игроки – молодые люди, – сказала Тун Яо. – У них и характер, и мировоззрение еще не сформировались. Если слишком рано столкнуться с внешним миром, легко попасть под дурное влияние. Это как в школе – мы тоже частенько бесили учителей. Вот, тот же принцип. С этим ничего не поделаешь. Только надеяться, что все будут немного сдержаннее, да?

– Не знаю, – сказал Лу Сычэн. – Лично у меня с поведением все в порядке. Я хороший, заслуживающий доверия мужчина.

Когда прозвучал этот ровный голос, Тун Яо, до того глядевшая исключительно на журналистов, невольно покосилась в сторону капитана. Репортеры, не заметив никакого скрытого смысла в его ответе, прыснули со смеху. Такие веселые, беззаботные… Тун Яо могла им только позавидовать.

А потом, возможно вдохновившись репликой Лу Сычэна, кто-то из них задал вопрос, показавшийся ей поистине кошмарным:

– Тогда позвольте поинтересоваться… Раз вы знаете все плюсы и минусы киберспортивного сообщества, может, вы рассматривали возможность встречаться с кем-то из этого круга?

Два человека, сидевших на разных концах дивана, не сговариваясь, посмотрели друг на друга.

– Почему бы и нет, – сказал Лу Сычэн.

Тун Яо промолчала, и тогда капитан обратился к ней напрямую:

– А ты не хочешь?

Девушка вцепилась в уголок обшивки дивана.

– Не знаю…

Конца интервью Тун Яо практически не заметила. У нее в голове бесконечно крутилась всего одна фраза: «Не хочешь? Не хочешь? Не хочешь? Не хочешь?» В итоге этот навязчивый рефрен чуть не свел девушку с ума. Тун Яо даже не запомнила, какую именно чепуху несла потом в интервью. Точно врезалось в память лишь одно: как только все закончилось, она подскочила и вылетела оттуда быстрее, чем если бы ей приспичило в туалет.

Добравшись до уборной, девушка умылась и немного пришла в себя. Тщательно отрепетировав выражение лица перед зеркалом, она вышла из здания и залезла в микроавтобус, стоявший на парковке. Собралась с духом, прокашлялась, окинула взглядом салон… и вдруг обнаружила, что Лу Сычэна-то и нет!

– А где капитан? – моргнула она.

– Уехал, – ответил один из сотрудников.

– Куда? – растерялась девушка.

– Да кто его знает. Как интервью закончилось – сразу и умчался. Наверное, встреча какая-то у него. К тому же сюда-то он на своей машине приехал.

– О… – тихо произнесла Тун Яо и опустила взгляд, чтобы посмотреть время.

Было восемь вечера. До девяти оставался час. От арены до базы ехать предстояло минут сорок пять – если, конечно, не будет пробок. Вот так, да? Тот, кто обещал ждать до девяти, просто взял и испарился?

Сбежал… «Лу Сычэн, ты знаешь, как выглядит вечный холостяк? Вот завтра утром загляни в зеркало – и увидишь». Тун Яо кинула сумку на сиденье и плюхнулась рядом, сердито сопя. За сорок с лишним минут обратного пути она успела прожить первый раунд злости и как раз собиралась начать гневаться по второму кругу.

Микроавтобус остановился у ворот без двадцати девять. Тун Яо выпрыгнула из него и помахала сотрудникам. Зайдя на базу, девушка переобулась в домашние тапки, включила компьютер и взяла на руки Пышку. Бросила взгляд на время в правом нижнем углу монитора: без пятнадцати девять. Соседнее место пустовало – Лу Сычэн еще не вернулся.

Девушка достала телефон и посмотрела на экран. Ни сообщений, ни пропущенных вызовов. Обняв кота, она села в свое кресло и затихла. Только тревожно вздрагивала, как маленький вулкан, готовый вот-вот взорваться.

– Тун Яо, ты ела?

– Не хочется.

– Смайлинг, го в паре в катку?

– Не хочу.

– Кота кормила?

– Пусть поголодает. Похудеет немножко.

Без десяти девять снаружи послышался звук мотора – подъехала чья-то машина. Если бы уши Тун Яо умели вставать торчком, они бы сейчас уже топорщились где-то на макушке. Не подавая виду, девушка убрала подбородок с головы Пышки и посмотрела в сторону входа. Минут через пять в дверь постучали. Пухляш сказал:

– Капитан вернулся. Тун Яо, сестренка, откроешь дверь?

Все были чем-то заняты, кроме Тун Яо, которая сидела, уставившись в пустоту.

– Угу, – откликнулась она, пересадила Пышку на кресло Лу Сычэна и встала, чтобы отпереть дверь.

Снаружи все еще лил нескончаемый дождь, и, когда Тун Яо открыла, капитан, стоявший перед ней, был абсолютно мокрым. Похоже, ему пришлось бежать от парковки: расстегнутая наполовину куртка промокла, одна рука сунута в карман… Когда дверь распахнулась, Лу Сычэн посмотрел на девушку, стоявшую за порогом, и спросил:

– Ты почему не переоделась, когда вернулась? Кондиционер холодный – простудишься!

«Тебе-то какое дело? – сердито подумала Тун Яо. – Плачет, блин, кошка по мышке…»

Девушка молча потянула дверь, открывая шире, и отступила в сторону. Однако, к ее удивлению, парень не стал переступать порог. Вместо этого он поднял руку, глянул на часы и сообщил:

– Пекинское время: восемь часов пятьдесят восемь минут тридцать секунд.

Тун Яо ушам не поверила. Он еще так спокойно время объявляет!

– Каков твой ответ?

– Я…

Но прежде, чем девушка что-то сказала, Лу Сычэн перебил ее, заговорив так тихо, что голос практически потерялся за шумом дождя:

– Только смотри, хорошо подумай.

Это окончательно сбило Тун Яо с толку. Неожиданно краем глаза она заметила, что куртка капитана как-то странно топорщится на груди. Тун Яо присмотрелась: выпуклость шевельнулась. Потом еще раз. А потом из полурасстегнутой молнии, сонно помявкивая, высунулся маленький американский короткошерстный котенок. Посмотрел на Тун Яо и снова мяукнул. Девушка так и застыла, глядя на него округлившимися глазами.

– Это же…

– Ага, – кивнул Лу Сычэн. – «Династия Цин», конечно, далековато, но вот, успел съездить, забрал у них заложника.

– !!!

– Пекинское время[21]: восемь часов пятьдесят девять минут тридцать секунд. И если через тридцать секунд я все еще буду холост, то у тебя не будет новой кошки, которая…

Капитан не успел договорить, как вдруг до того стоявшая неподвижно Тун Яо бросилась ему на шею и с трудом, но все-таки ухитрилась обнять парня, который был значительно выше. Голос Лу Сычэна замер на полуслове, когда он почувствовал, что к его груди прижался теплый кончик носа Тун Яо. Капитан слегка прищурился, уголки губ приподнялись.

Тун Яо задрала голову и глянула на его подбородок.

– Эй! А меня почему в ответ не обнимаешь?

– О… – только и успел откликнуться Лу Сычэн.

Ему не дали даже пошевелиться. Объятия капитана вдруг опустели, девушка, которая только что там находилась, резко выхватила у него из-за пазухи то, что он прятал на груди, а самого Лу Сычэна безжалостно оттолкнула.

Резко отступив на три шага, Тун Яо воровато обернулась: все на базе были заняты игрой и в сторону прихожей никто не смотрел. Пунцовая от смущения девушка стояла под теплым светом лампы, прижимая к себе котенка.

Лу Сычэн смотрел на нее, слегка опираясь о дверной косяк.

– Чего вытаращился? – нахмурилась она.

Капитан поднял брови:

– Кошка – моя, женщина – моя, как хочу, так и смотрю.

– Какая еще «твоя женщина»?! Помолчал бы! Кто вообще угрожает людям кошками? Тоже мне, герой…

– На войне все средства хороши. Ты бы видела свое лицо, когда дверь открыла. Если бы не котенок, ты бы меня и внутрь не пустила!

Еще древние знали: сердце человека силой не удержишь… а вот хитростью вполне можно.

На следующий день, когда Чэнь Цзиньян поутру, едва протерев глаза, заглянула в «Вичат», ее там ожидало сообщение, полное восклицательных знаков.

ZGDX, smiling

У Пышечки появился братик!!!!!! Приходи посмотреть!!!

Полусонная Цзиньян, наполовину погребенная под одеялом, с недоумением уставилась на эти строки. Она никак не могла понять, как это Пышечка, который еще вчера был единственным ребенком в семье, сегодня вдруг обзавелся братиком. Зевая, девушка отправила в ответ вопросительный знак, потом поднялась, умылась, накрасилась, оделась и вышла из дома.

Через пару часов они с мидершей ZGDX сидели плечом к плечу на лестнице на базе команды. Обе девушки, подперев ладонями щеки, смотрели туда, где находились две миски с кошачьей едой, три кошачьих лотка… и, собственно, два кота.

Котенок американской короткошерстной породы был размером всего с ладонь, с коротким хвостиком и короткими лапками – вылитый мышонок. Сейчас он, задрав пушистый хвостик, с аппетитом поедал влажный корм для котят. Рядом с ним сидел упитанный кот породы рэгдолл, весом не меньше десяти цзиней[22], и с очень серьезным выражением на морде наблюдал, как котенок ест.

– Ты посмотри, посмотри на Пышечку! Ну точно аристократ! Весь такой благородный и невозмутимый! – Тун Яо прищурилась с довольным видом. – Он и не теряется при виде Лучка, и не обижает его, хотя сам вон какой здоровенный. Очень дружелюбный котик…

И стоило девушке это сказать, как толстый кот, до того момента спокойно смотревший, как котенок чавкает, вдруг поднял лапу и вдавил котенка в миску. Тот, не успев ничего сообразить, поскользнулся и упал мордахой прямо в корм.

Тун Яо потеряла дар речи. Цзиньян хмыкнула:

– О, знаешь анекдот? Жил-был Пышка, аристократ, весь такой благородный и невозмутимый…

– Пышка!!! – взревела Тун Яо.

Не успев даже сунуть ноги в тапки, она подскочила и схватила кота, у которого на мордочке было написано недоумение. Потом, шумно топая, вбежала в гостиную и, не целясь, спихнула кота на колени парню, сидевшему за компьютером. Снаряд прилетел точно в цель: Лу Сычэн дернулся и пропустил пушечного крипа. Капитан поднял голову, собираясь возмутиться, и обнаружил, что в глазах, которые на него смотрели, гнева куда больше, чем в его собственных. Повисла пауза.

– Ты что творишь? – спросил Лу Сычэн.

– Пышка запихнул Лучка с головой в миску! Это не кот, это злобная псина в кошачьей шкуре!

Лу Сычэн фыркнул, протянул руку и погладил кота, который растянулся у него на коленях, явно не собираясь двигаться с места.

– Что ты так орешь из-за пустяка? Взрослому коту, разумеется, любопытно, вот он и потрогал котенка. Это нормально, а ты какую-то трагедию устраиваешь. Знаешь, сколько братьев становятся врагами из-за родителей, похожих на тебя? Не умеющих ко всем детям относиться одинаково?

– Ах вот как… – Тун Яо приподняла одну бровь. – Похоже, твоя злобная котопсина, которая тебе каждый день вонючие ноги вылизывает, как раз с тебя и берет пример!

– Все они просто мелкая пушистая живность. Зачем делить их – кто ниже, выше, благороднее, злее? – Лу Сычэн отпустил Пышку и неторопливо скользнул взглядом по лицу Тун Яо. Потом вернулся к своему экрану, бросив между делом: – Ты не могла бы тапки надеть?

Девушка опустила голову и посмотрела на свои босые ноги. Нога парня дернулась, и из-под стола вылетела пара мужских тапок. Одновременно с этим из колонок донеслось оповещение системы:

– Первая кровь!

Тун Яо подняла голову и увидела, как вражеский кэрри – Большая Пасть – взорвался в анимации смерти. А Лу Сычэн, взяв фраг, продолжил добивать крипов. Затем продвинул линию поближе к башне и начал бить автоатаками. Словом, капитан выглядел предельно сосредоточенным на игре.

Лицо Тун Яо порозовело. Она влезла в шлепанцы, которые были ей велики, быстро развернулась и убежала к лестнице, надела обратно свои собственные тапки, потом наклонилась и подняла шлепанцы Лу Сычэна. Прибежала обратно и аккуратно поставила их возле его ног. Потом, присев на корточки у его кресла, она похлопала его по колену, а парень поднял ступню и невозмутимо пнул свои тапочки обратно под стол. Все это было проделано практически беззвучно.

Кот, сидевший по другую сторону от Лу Сычэна, все же услышал какой-то шорох и с недоумением покосился.

– Что это вы там делаете?

Из-за подлокотника кресла капитана показалась голова Тун Яо. На лице девушки от напряжения застыла каменная маска. А Лу Сычэн совершенно спокойно пояснил:

– Вещь она уронила, ищет. Нашла?

– Нашла, – кивнула та.

Сказав так, Тун Яо вскочила и сломя голову убежала обратно к лестнице. Сев рядом с подругой, она, не дожидаясь вопросов, заговорила первой:

– Я знаю, что ты хочешь спросить, и знаю, что имею право хранить молчание. А все, сказанное мной, может быть использовано против меня в суде. Да, все так и есть: Лучок – это тот самый котенок, которого держали Сюй Тайлунь и его фанатка-любовница. Сюй Тайлуня дисквалифицировали, о котенке он заботиться больше не хочет, поэтому наш капитан забрал его у «Династии Цин». За деньги или нет – понятия не имею. Все случилось вчера вечером. Имя «Лучок» придумала я, потому что это теперь и мой котенок тоже. А теперь вопрос: каким образом у котенка оказалось два хозяина? А ответ такой: между мною и капитаном возникли такие отношения, которые и словами-то не опишешь.

– В смысле? – непонимающе глянула Цзиньян.

– В прямом.

– Да блин… Ты о чем?!

– О том. – Тун Яо стиснула зубы.

– «О том» – это о чем? Это о том, что… What?! You and Chess… – От шока Цзиньян перешла на английский.

Подруга не успела озвучить свои выводы, потому что ей закрыли рот рукой. Глаза у Цзиньян сначала округлились, потом сузились, она обернулась и посмотрела на Тун Яо. Та была напряжена до предела, лицо порозовело, взгляд сверкал. Наклонившись к самому уху подруги, Тун Яо выразительно прошипела:

– Не ори! Никто не в курсе!

Цзиньян ухватилась за маленькую лапку, зажавшую ей рот, и стянула вниз, глубоко вздохнув. Чуть успокоившись, девушка проговорила:

– Ну ты даешь, Мулан. Еще враги в горах не отступили, держава киберспорта не объединилась, а ты, блин, уже уложила в постель генерала Лу!

– Да тише ты! Не спала, не спала я ни с каким генералом! Не успела еще.

– Вот ты зараза-то мелкая! Не успела она, значит?! Еще и жалуется!

– Тс-с-с-с! – Тун Яо втянула шею и вытаращила глаза. – Тише!

– Ага… – Цзиньян кивнула. – И когда ты подаешь документы «в Пекинский или Цинхуа»?

– !!!

– Слышишь, слышишь звук? Это тебе от кармы по лицу прилетело!

Тун Яо протянула руку, чтобы ущипнуть подругу. Цзиньян, хихикая, постаралась увернуться. Девушки, веселясь, устроили возню на лестнице. Вдоволь насмеявшись, Тун Яо наконец отпустила подругу, опасливо огляделась по сторонам и шепотом проговорила:

– Я на самом деле не собиралась… Правда не собиралась! Но просто вчера вдруг как-то речь об этом зашла, а потом он меня еще подловил с этим котенком. Я не удержалась и согласилась. А теперь он знаешь что говорит? Что это испытательный срок. Как это… «Практика – единственный способ проверить истину»[23].

– Какую еще истину?

– Что он – хороший человек, не такой, как Цзянь Ян и остальные…

Тун Яо оборвала фразу на половине, поняв вдруг, как глупо все это звучит, понизила голос, начала теребить пальцы и, помолчав, неловко добавила:

– Ну… что-то вроде того.

– А вы двое вообще можете завести отношения как нормальные люди? Мало того что все держите в тайне, так еще и эксперимент развели! А если не понравится, то что? Товар можно вернуть?

– Три месяца испытательного срока, «пять лет гарантии на территории всей страны»…

– Ладно, ладно! Но ты уж испытательным сроком с умом воспользуйся! – Цзиньян выразительно подчеркнула голосом слово «воспользуйся», одной рукой притянула подругу к себе и, хихикнув, добавила: – Моя капустка-то сама наконец доползла под пятачок свиньи, чтобы ее хорошенько погрызли…

– !

– По крайней мере, свинка выбрана хорошо. Король среди всех свинок! – вздохнула Цзиньян, едва сдерживая смех. – Я же выбрала, не глядя, соседского поросенка. А он только и может, что есть, спать, меня доводить и в грязи валяться.

Цзиньян ушла уже ближе к вечеру. Тун Яо, проводив подругу, подкралась к креслу Лу Сычэна и, привстав на цыпочки, взглянула на экран его компьютера, чтобы посмотреть, как капитан играет. И обнаружила, что он оживленно переписывается с кем-то на корейском – болтает сразу и в игре, и в мессенджере. Тун Яо не понимала по-корейски, но всякие многочисленные смеющиеся или плачущие смайлики опознать была в состоянии. Поэтому девушка, наклонив голову, полюбопытствовала:

– Капитан, а с кем ты там болтаешь?

– С кем обычно.

– То есть?

– С кэрри наших соседей.

«А, с Иерофантом! Ничего себе „обычно“! Может, ты не знаешь, но, когда Иерофант впервые приехал в Китай, фанаты встречали его в аэропорту с твоими табличками – „Чессмен“! Вот это было зрелище!»

– И над чем вы так весело смеетесь?

Лу Сычэн чуть повернул голову и покосился на девушку, повисшую на его кресле как геккон. Тун Яо невольно отпрянула. Капитан снова повернулся к монитору и неторопливо ответил:

– Совсем ты новости читать перестала. С тех пор как вскрылась история с Сюй Тайлунем, да еще после нашего вчерашнего интервью, которое тоже подняло волну обсуждений, общественное мнение теперь считает, что в китайской про-лиге никто своих «друзей» в штанах держать не умеет – ни наши, ни иностранцы. Поэтому многие клубы ужесточили контроль. Я спросил Ли Джунхёка, не хочет ли он развлечься по-старперски – например, сходить выпить. А он ответил, что у них в клубе теперь комендантский час – после десяти вечера выходить запрещено, если только не на официальное мероприятие вместе с менеджерами. Или умирай с голоду, или заказывай доставку.

«Даже так? А это не перебор?» Тун Яо обернулась, посмотрела на Сяо Жуя, который сидел на диване, прямо утопая в счастье: в каждой руке у него было по коту. И пошутила:

– Слышал, брат Жуй? Другие клубы уже принимают меры, а мы отстаем.

– Слышал-слышал. – Менеджер сдвинул тяжелую лапу Пышки с головы Лучка. – Нам-то такие меры не нужны. У нас все сознательные.

– Сознательные? Да твой кэрри только что пытался выманить чужого кэрри вместе напиться! Какая уж тут сознательность…

Тун Яо подняла руку и потыкала пальцем в воздух, указывая сверху на макушку Лу Сычэна. Сама она при этом вытянула шею, пытаясь заглянуть в гостиную. И тут у капитана, полностью, казалось, погрузившегося в игру, словно глаза на темечке выросли. Он отодвинул клавиатуру, вытянул руку и одним движением перехватил запястье девушки, сжав его. Тун Яо вздрогнула от неожиданности и быстро огляделась. Никто ничего не заметил. Девушка попыталась освободиться, но Лу Сычэн держал крепко. А потом парень мягко, но настойчиво раздвинул ее пальцы, просовывая между ними свои, длиннющие.

Их пальцы сплелись, а руки встретились. Теплая сухая ладонь касалась руки Тун Яо, и девушка как-то сразу смягчилась и притихла. Положив подбородок на спинку кресла Лу Сычэна, она смотрела, как опускаются их переплетенные ладони. Парень держал ее руку, мягко перебирая пальцы, словно играл. Потом, без видимых эмоций, тихо отпустил.

А вот сердце Тун Яо никак не желало успокаиваться. Сохраняя в ладони остаток тепла руки капитана, она отстранилась от спинки кресла, прошла в гостиную, села на диван и забрала у менеджера сердитого Пышку, который так и шипел на своего младшего братика. Погладила его пару раз, и тут у нее в кармане звякнул телефон.

fhdjwhdb2333

Почему у тебя руки такие мягкие?

«!!!» Минуту спустя перед парнем, сосредоточенно игравшим матч, зажегся экран телефона.

Кролик с морковкой

Извращенец!

fhdjwhdb2333

Коротышка!

Кролик с морковкой

Ась?

Твой аккаунт опять упал в мастера. Приходи, сыграешь в паре с папочкой.

Завтра, на хрен, пароль поменяю!!! Лу Юэ каждый день лезет в мой аккаунт и все портит! Я на первое место на корейском сервере забраться хочу! Что он опять, блин, творит?!!

Сначала вернись в короли, потом поговорим. Иди сюда.

Лу Сычэн отложил телефон и посмотрел в сторону Тун Яо. Взгляд девушки скользнул поверх экрана сотового и встретился с темно-карими глазами. Она пересадила Пышку на колени Сяо Жую и вернулась на свое место. И вдруг, поддавшись внезапному порыву, попросила:

– Брат Чэн, а можно я у тебя на саппорте сыграю?

– Ты же вроде на первое место в Корее собиралась. Зачем тебе на саппорт? Рейтинг сливать?

– Ну пожалуйста, пожалуйста! Я буду хорошим саппортом!

Лу Сычэн слегка улыбнулся уголком рта:

– Как пожелаешь…

Войдя в свой основной аккаунт, Тун Яо с энтузиазмом приняла от него приглашение в пати, как предпочитаемую позицию указав саппорта, а как запасную – мидера. Вскоре система подобрала им матч. Тун Яо со всей серьезностью выбрала персонажа – Душеприказчика. Пока игра загружалась, Лу Сычэн решил глянуть расширенную статистику Тун Яо… «Количество игр этим чемпионом: 0».

«Ну, предположим, она им играла когда-то раньше – не тут, на китайском сервере…» Он повернул голову и глянул на соседний монитор. Тун Яо, свернув игру, открыла QQ и украдкой выпытывала у Пухляша, какой билд лучше собирать Душеприказчику в этой версии игры… Вдруг, будто почувствовав взгляд Лу Сычэна, девушка ойкнула и, словно пойманный с поличным воришка, сердито буркнула:

– Что ты на меня смотришь? В свой компьютер смотри!

Лу Сычэн поднял глаза к небу, а потом тоном, каким разговаривают с умственно отсталыми, проговорил:

– Ты же знаешь, что, если у Душеприказчика нажать Q, он притягивает противника?

– Да я бог Душеприказчика! Не нуди!

Правда, после входа в игру «бог Душеприказчика» довольно долго возился, выбирая себе стартовый набор предметов. По этим неуклюжим движениям Лу Сычэн сделал вывод, что этот саппорт – уровня максимум Серебра, не выше, и морально приготовился играть на ботлейне в одиночку против троих.

Так и вышло. Обычно он добивал крипов уверенно и спокойно. Но не в этот раз. Ему приходилось следить за вражеским кэрри, чтобы не уступать в темпе, так еще и за собственным саппортом требовался глаз да глаз. Стоило на секунду отвлечься и…

– Да блин… – Лу Сычэн зло цокнул языком и принялся лупить пингами по карте. – Верни моего пушечного крипа!

– Я рефлекторно. – Тун Яо втянула шею. – Увидела еле живого пушечного крипа и не смогла удержаться.

– Да ты нарочно повышаешь мне уровень сложности игры!

– Одного пушечного крипа для меня пожалел…

Лу Сычэн в сердцах схватил ключи от машины, висевшие на ухе «кошки на счастье», и положил перед девушкой.

– Да я машину свою могу отдать! А вот пушечного крипа – нет!

– Ух ты… То есть та выпендрежная «мазерати» теперь носит фамилию Тун?

– Забирай. Но если еще раз тронешь пушечного – ноги тебе, к бесам, переломаю!

– !!!

Так или иначе, но саппорт в лице Тун Яо и кэрри в лице Лу Сычэна совершенно не сработались. Прошло уже пятнадцать минут игры, а мучительная стадия развития линий все еще не закончилась. Да и в том, что они продержались целых пятнадцать минут, была исключительно заслуга Лу Сычэна, который из последних сил держал лейн. Потому что с таким саппортом, как Тун Яо, то и дело уводившим у Лу Сычэна то крипов, то фраги, нижнюю линию давно бы уже снесли.

За эти пятнадцать минут Лу Сычэн трижды предложил Тун Яо свалить куда-нибудь с линии, дважды – закрыть игру на фиг, пусть персонаж просто висит, и один раз попросил Пухляша доиграть за нее эту катку… На двадцатой минуте Лу Сычэн, наклонившись, внимательно посмотрел на сетевой кабель, который шел к компьютеру Тун Яо. Он нешуточно захотел его выдернуть.

Партия длилась сорок минут. В поздней стадии, как только фаза линий закончилась, кэрри больше ни разу не появился рядом со своим саппортом. Куда бы она ни двинулась, он сразу шел на противоположный край карты, бегая от нее, как от чумы.

Игра закончилась предсказуемо – поражением. Лу Сычэн выдержал – за все это время он не начал ни ныть, ни ругаться и даже не вышел из игры. Только в тот момент, когда им рушили базу, он с большим чувством произнес:

– Чтобы я никогда больше не видел тебя в роли саппорта!

– Да просто надоело все время играть на миде! Захотелось что-нибудь разок поменять.

– Меняй. Вали на топ.

Говорят, что есть место, где любовь умирает быстрее, чем в JX Online 3[24], и имя ему – Ущелье Призывателей. И чтобы не потерять парня так сразу, в следующем матче Тун Яо смиренно указала основным выбором позицию мидлейнера.

Во время подбора пати Тун Яо, откинувшись на спинку кресла, возилась с телефоном. Через некоторое время экран мобильника Лу Сычэна засветился.

Кролик с морковкой

Даже одного пушечного крипа не мог мне уступить. Не чувствую никакого тепла от своего парня.

fhdjwhdb2333

Если бы кто-то другой мне вот так саппортил, я бы на пятой минуте ушел на базу и висел там в фонтане, пока все не разнесут. Вот если ты сейчас пойдешь и разгрохаешь ту машину в гараже, меня будет волновать, не ушибла ли ты руку. А пушечный крип – это уже вопрос принципа.

Тогда в следующей игре я возьму Иариэля. Отдай мне красный бафф.

Первое предупреждение. Не наглей. А то ты на грани того, чтобы лишиться парня.

Ладно, ладно, ладно. Виновата.

Нет. У тебя всего лишь проблемы с самооценкой, богиня Душеприказчика. А виноват тут я.

В смысле?

Любовь делает человека слепым.

Тун Яо понять не могла, откуда в Лу Сычэне вдруг взялось столько флирта и даже развязности. Сравнивая это с прежней серьезностью парня, она начинала не на шутку беспокоиться – может, это все в нем копилось, копилось, а теперь рвануло так, что капитан слетел с катушек?

Тем временем Лу Юэ, сидевший позади, вдруг заметил, что Лу Сычэн и Тун Яо доиграли матч и резко перестали общаться. Парень с любопытством обернулся и увидел, что оба уткнулись в свои телефоны. Приподняв бровь, Лу Юэ спросил:

– Что там у вас? Ушла любовь, завяли помидоры?

– Что? – с недоумением переспросила Тун Яо.

А Лу Сычэн даже не посмотрел в его сторону:

– Не мешай. Я занят.

– Чем это ты занят? – ехидно спросил Лу Юэ.

– Жену приручаю, – ответил старший брат.

У Тун Яо дрогнула рука. Телефон шумно шлепнулся на колени. Лу Юэ переменился в лице:

– Ты что, порно-игрушку поставил?

– Извращенец, да? – покосилась Тун Яо.

– Да это он извращенец! – фыркнул Лу Юэ в ответ.

Тем вечером она сыграла в паре с Лу Сычэном еще четыре катки и каким-то непостижимым образом все четыре продула. Да уж, сила любви оказалась куда мощнее, чем она могла представить… Теперь-то Тун Яо наконец поняла, почему их классный руководитель вопил, что нельзя влюбляться слишком рано. Ранняя любовь мешает не только учебе, она еще может вечного короля сместить куда-то в Алмаз I…

В полночь девушка, взглянув на свои очки славы, которые трепетали уже где-то на грани вылета даже из Алмаза I, не выдержала и заявила, что с нее хватит, и пошла наверх умываться. По пути она заглянула в кошачий домик: два кота, большой и маленький, навоевавшись за день, наконец-то угомонились и спали в обнимку, сладко посапывая. Лучок уютно свернулся в мягких лапах Пышки. Ну такие милые – просто до невозможности…

Достав телефон, Тун Яо сделала снимок и отправила его Лу Сычэну, а сама направилась в ванную. Выйдя минут через двадцать, она села на кровать и начала наносить лосьон для тела, краем глаза заметив, что на экране всплывает сообщение от капитана…

Даже кошки живут лучше, чем я.

Рука Тун Яо замерла. Девушка не удержалась от улыбки, глаза сощурились в маленькие полумесяцы. Взяв телефон, она набрала сообщение: «Что такое?» Ответ пришел быстро.

Даже кот может спать, обнимая жену.

Пышка – евнух.

Даже кот-евнух может спать, обнимая жену!

Так Лучок ведь мальчик!

Даже кот-евнух может спать, обнимая жену, которая кошка, мальчик и евнух!

А у тебя только «Шторм и порядок» есть.

…

Тун Яо отложила телефон. Хватит уже этой чепухи. Высушив волосы, она забралась под одеяло, пролистывая сообщения в «Вичате». Странно, но Цзиньян так ничего за сегодня и не написала и даже посплетничать не пришла… Тун Яо отправила ей стикер – маленькую желтую собачку, барабанящую лапками от нетерпения, после чего закрыла мессенджер и решила почитать сплетни на «Тьебе».

И наткнулась на свежачок, имевший хоть и косвенное, но все-таки отношение к их клубу.

Ниже комментаторы в основном писали, что это правильно, что так и надо и так далее и тому подобное. Тун Яо листала это все без особого внимания, пока вдруг не заметила, что кто-то вкинул нечто другое…

…:

А я согласен с Лу Сычэном. Проблема-то не только в корейских легионерах. И корейцы далеко не все устраивают диктатуру у себя в команде, и китайцев немало, которые крутят с фанатками. Этим даже удобнее – без языкового барьера, хе-хе…

После этих комментариев Тун Яо поняла, почему Цзиньян сегодня весь вечер молчала. Эти психи так начали радеть за чистоту, что им теперь в каждом первом игроке виделся разнузданный геймер, который налево-направо спит с фанатками! Вот и до нее уже в своей ярости добрались… Девушка перелогинилась в запасной аккаунт, нашла наудачу какой-то комментарий, где особо одаренная фантазерка расписывала, как бедный Ай Цзя «ест землю и пьет воду из-под крана», только чтобы содержать безработную девицу, и ответила:

В этот момент Цзиньян как раз прислала ответ в «Вичате»:

Меня тут затянуло в волну хейта. Если бы ты увидела, тебя бы на клочки разорвало. Так что советую не ходить на «Тьебу», не лезть в разборки и не опускаться до их уровня.

Тун Яо задумалась. Но так и не нашла что ответить. А потому вернулась на поле боя, «опускаться до их уровня». Ругалась там, ругалась, а потом палец вдруг соскользнул, случайно открыв комментарий…

«!!!»

Тун Яо отложила телефон и убрала волосы за ухо. Поразмыслив, она без сил рухнула обратно в одеяло. Впервые ей пришло в голову, что объявить о своих совершенно нормальных, чистых отношениях будет намного труднее, чем совершить каминг-аут…

Скандал разгорелся в половине первого ночи. Через пятнадцать минут после того комментария, где упомянули Цзиньян, сплетники откопали ее «Вейбо», внимательно изучили и вынесли в люди. А там нашлись ее поездки по миру каждые пару месяцев, туристические фото, разные сумки, туфли, брендовые шмотки, даже чемодан не пощадили! Все это было извлечено и выставлено напоказ.

Некоторые умельцы пошли проверять, не прифотошоплены ли у Цзиньян такие длинные ноги.

Тун Яо дар речи потеряла, читая это все. Это же насколько людям делать нечего! Какая уйма свободного времени! Знали бы они, что добрая треть этих фоток сделана лично Тун Яо, мидером ZGDX… Девушка, разминая пальцы, уже готовилась к бою в триста раундов со своего левого аккаунта, как вдруг наверху экрана всплыло уведомление: «YQCB, Ай Цзя начал стрим».

Он стримит? Посреди ночи? Тун Яо нерешительно нажала на уведомление, вошла в приложение и сразу же услышала жалобный стон соседского мидера:

– Братцы мои, чтоб у вас всех повылазило! Это есть можно что попало – ну максимум помрешь, ничего страшного. А вот болтать что попало – не надо! Вы ляпнули, не думая, чушь какую-то, а невиновный человек раз – и сразу стал холостой. Это грех, ребята, вы вообще понимаете?

Тун Яо подняла глаза к потолку.

– Хватит! Хватит чесать языком! Хватит уже обмусоливать, какую я нашел девушку, что у меня и как. Между прочим, клавиатура, на которой я играю, как раз моей девушкой и подарена!

Поскольку по правилам клуба игроку не разрешалось просто так болтать в эфире, Ай Цзя ничего не оставалось, кроме как открыть игру и встать в очередь на ранговый матч. Но по выражению лица парня было ясно – мысли у него совершенно не об игре. Вид у Ай Цзя был такой, будто дома пожар, а он – невинная рыба в пруду, которая вот-вот сварится ни за что ни про что. Словом, на лице у мидера YQCB отражался вселенский капец.

– Да вы знаете, сколько времени я свою девушку добивался? Да-да-да, это я ее добивался. Подчеркну – важные вещи повторяют по три раза, – это я ее добивался. Это вам, перемать, не с фанатками мутить – вот там не важно, кто за кем бегает! Вы же сами ее много раз уже видели. Ну скажите: она хоть раз смотрела на меня глазами, полными обожания?! Нет, правда, скажите, если было хоть раз! Я тогда пойду, благовония зажгу!

Ай Цзя хлопнул по столу. Его тиммейты начали оборачиваться.

– И что с того, что у меня есть девушка? А вы сами как будто в старшей школе ни с кем не встречались! С ней, без нее – я так или иначе весенний сплит провел на грани вылета. О чем вы вообще, перемать?!

Тун Яо чуть дернула уголками губ. Она еще не успела нажаловаться подруге на Ай Цзя, как увидела в кадре саму Цзиньян собственной персоной. Девушка непринужденно прислонилась к креслу Ай Цзя, держа на руках Кисулю.

– Что ж ты так орешь-то? Как будто тут есть чем гордиться – «весенний сплит провел на грани вылета». Не стыдно тебе? Соседи все, наверное, слышат!

Всплывающие комментарии тут же взорвались: «6666666! Круто-круто-круто! Респект!», «Вот это сестричка прет против ветра!», «А она не стала прятаться! Это мне нравится!», «У нее реально длинные ноги…»

Тун Яо прямо-таки впилась взглядом в маленькое окошко на экране. Ее подруга приближалась к камере, заполняя собой весь кадр.

– Я заметила, что вы мной очень сильно интересуетесь и у вас целая куча претензий. И ваши искренние благословения в комментах на «Вейбо» я тоже все прочла. Во-первых, «Роже Вивье» – не подделка. Я лично, собственными натруженными ручками, принесла каждую пару из бутиков. Во-вторых, что ж вы все в мелочах-то копаетесь? Лучше смотрите вот сюда…

Цзиньян вытащила ключи от «мазерати» и помахала ими перед камерой. Затем она длинными, изящными пальцами поддела подбородок Ай Цзя, развернула голову парня и поцеловала его в щеку.

– Это мне Ай Цзя в прошлом году на 11.11[26] подарил, на годовщину. Ну что, довольны теперь?

Лицо у Ай Цзя аж позеленело. Да и у Тун Яо оно стало того же цвета. Обычно люди избегают хейта, стараясь как-то уйти от него. Но безбашенная подруга Тун Яо, завидев волну, без всяких раздумий бросилась в лобовую атаку. Да еще взвалила на себя важную, серьезную миссию: возглавить скандал!

«Ай да крутышка. Ай да моя девочка». Тун Яо, подперев лоб рукой, наблюдала за этим цирком. А подруга тем временем с довольным видом убрала ключи, махнув в камеру рукой.

– Давайте, развлекайтесь там дальше.

Потом запихнула Кисулю в переноску и удалилась, цокая каблуками. Совершенно потерянный Ай Цзя, оставшись один, отчаянно и тщетно пытался оправдаться:

– Да не слушайте этот бред! Вы знаете, сколько такая машина стоит? Там не то что почку, там надо меня целиком продать, и то не хватит! Я ей только голову свою могу подарить! Да она просто угорала над вами!

Но ничего не помогало. Когда Цзиньян гордо удалилась с базы соседей, Тун Яо открыла «Тьебу» и обнаружила, что и правда нашлись кретины, которые приняли все за чистую монету. Кто-то сделал такой пост:

Толпа в комментариях прямо-таки приплясывала от возбуждения. Лишь немногие осторожно выразили сомнения: «Зарплата среднего игрока в про-лиге – где-то от двадцати до восьмидесяти тысяч в месяц. А ключики были от „Мазерати Гибли“ – это новейшая модель, как у Лу Сычэна. О чем вы, как Ай Цзя смог бы такую себе позволить?» – но эти редкие голоса здравого смысла тонули в море безумного хейта.

Самое дикое, что нашлись даже те, кто начал высмеивать Цзиньян, вроде как такая тупая, сама спалилась, вот же свинья, сама опозорилась и человека подставила…

Тун Яо вздохнула. Что тут можно было сделать? Только пойти и в знак уважения переименовать контакт подруги в «Вичате» в «Почетного тролля».

Тун Яо ворочалась на кровати до часа ночи, но заснуть ей так и не удалось. Голову буквально разрывало то от мыслей про Цзиньян и Ай Цзя, то про них с Лу Сычэном. Ей временами казалось, что она и правда совершила нечто непростительное. Даже хотелось встать перед зеркалом и запустить в саму себя «Авада кедавра». Около половины второго ночи экран ее телефона засветился: тот, кто играл внизу, спрашивал, спит ли она.

Тун Яо, помедлив секунду, отправила ему стикер с маленькой желтой собачкой и добавила: «Нет». Через несколько минут кто-то постучался. Девушка вскочила с кровати, сунула ноги в тапочки и приоткрыла дверь. В щель просунулась мужская рука с бутылкой минералки.

– ???

– Я сказал, что ты попросила воды принести.

Сообщив это, Лу Сычэн и сам протиснулся внутрь. Дверь, однако, не закрыл, лишь понизил голос и спросил у девушки, которая смотрела на него, запрокинув голову:

– Почему ты еще не спишь?

Тун Яо глядела на него округлившимися глазами. Лу Сычэн поднял руку, собираясь прижать к себе этого маленького цыпленка, но в последний момент передумал. Капитан опасался, что напугает девушку, и испытательный срок для него тут же закончится. Поэтому его большая ладонь лишь опустилась Тун Яо на макушку и взъерошила волосы.

– Кто-то заскринил, как вы вечером ворковали с соседским кэрри, и выложил в интернет. – Тун Яо поймала руку капитана обеими ладонями, чтобы перестал трепать ей волосы, но, убрав с головы, не отпустила. – Похоже, теперь все в курсе, что клубы начали «большую чистку». В «Династии», говорят, даже нескольких менеджеров поменяли…

– Оу… – Лу Сычэн расслабленно привалился к дверному косяку, перехватил ладонь девушки и стал слегка сжимать и поглаживать с таким видом, будто подсел на это нехитрое действие. – Разве это не хорошо? – добавил он безразлично.

– Что ж в этом хорошего?

Тун Яо вытянула обратно свою руку, слегка покрасневшую от этих манипуляций.

– А что плохого? – Лу Сычэн ленивым движением поймал ее ладонь снова.

– Да что-то уже перебор, – сердито фыркнула Тун Яо. – Они теперь и в нормальные отношения влезть пытаются. Прикинь, они кричат, что наша Цзиньян живет за счет Ай Цзя! Что она вечно шляется на базу и мешает ему тренироваться! Вот такая роковая женщина…

– А у нее разве не такая же машина, как у меня? – Пальцы Лу Сычэна, гладившие руку Тун Яо, замерли. Он приподнял веки и глянул на девушку. – Да годовой зарплаты Ай Цзя хватит только на техобслуживание и бензин!

– Так они-то не в курсе!

– Они не в курсе, а я в курсе, – с досадой сказал капитан. – На меня-то ты за что фыркаешь?

Чуть поразмыслив, Тун Яо повернулась, схватила с кровати телефон и, приподнявшись на цыпочки, показала Лу Сычэну тот самый комментарий.

Лу Сычэн быстро пробежался взглядом по экрану и понял наконец, о чем переживает стоящая на носочках девчонка. Он на мгновение замер, а потом, прежде чем Тун Яо успела отреагировать, протянул обе руки и одним движением привлек девушку к себе.

Внезапные объятия застали ее врасплох. Продолжая держать телефон в руке, Тун Яо пошатнулась и пискнула, неловко наступив парню на ногу. Кончик носа ударился о твердую грудь. Сильные руки крепко обхватили ее талию.

Тун Яо онемела. Сердце как будто мгновенно остановилось. А через три секунды вновь сильно заколотилось, и вся кровь как будто ринулась от пальцев ног к макушке. Лицо стало красным, уши – горячими. Она чуть приподняла голову и глянула вбок: перед глазами маячила сережка в виде кольца.

– Ты ведь знаешь, что мнение фанатов – это не мое мнение? – Низкий, завораживающий голос прозвучал прямо над ее ухом. – Не очень справедливо обижаться за него на меня… А?

Он нависал над ней, словно небольшая гора. Тун Яо подняла опущенные руки и нерешительно ухватила капитана за подол рубашки. Лу Сычэн, почувствовав это, слегка дернул головой и едва заметно улыбнулся. Но девушка этого не заметила.

– Я понимаю… – тихо проговорила она. – Просто… Та фанатка тоже по-своему права… Возможно, тебе и правда больше подходит образ одинокого волка, который только и знает, что играть в игры.

– Не согласен.

– Тебя прямо спросили, согласен ты или не согласен!

– В худшем случае просто никому не скажем. Оставим все как сейчас.

Лу Сычэн, обнимая девушку, ласково коснулся подбородком ее макушки. Затем длинными пальцами нежно убрал непослушную прядку волос с ее лба.

– Я на тебя давить не буду.

– Правда?

– Правда, – спокойно ответил Лу Сычэн. – Вообще-то это я первым нарушил правила. Если подумать, твоя ситуация такова, что тебе подобная огласка нужна еще меньше.

Тун Яо заглянула в темно-карие глаза. Взгляд девушки дрогнул, а сердце, которое только что парило где-то высоко, словно снова нырнуло на дно глубокого моря. Тун Яо замялась на миг, но прежде, чем успела спросить, что капитан имеет в виду, он добавил:

– Но это вовсе не значит, что я о чем-то жалею. Если тебе нужно кого-то винить, пусть это буду я. – Капитан снова прижал ее к себе, обхватив обеими руками, как Пышка обнимал лапами Лучка. Его рука легла ей на затылок, мягко притягивая к груди. – Раз уж я сам тебя в это втянул, то готов идти до конца и отвечать за все. А ты максимум соучастница.

– Почему это я соучастница?

– Ты хорошо играешь и так серьезно относишься к профессии… Это ужасно мило. Вот это твое поведение меня и провоцирует…

Тун Яо ошеломленно моргнула и подняла голову.

– В смысле? Что за бред?

Парень опустил голову, уткнулся лицом в шею девушки и каким-то хищным, волчьим движением потерся прохладной щекой о горячую мочку ее уха. Потом, чуть помедлив, пояснил:

– Провоцирует на преступление.

– Что?

– Ты ведь совершеннолетняя, нет? Приговор будет мягче…

Не выдержав, Тун Яо приподнялась на цыпочки, накрыла ладонью лицо Лу Сычэна и вытолкала из комнаты этого поехавшего крышей и несущего всякий пошлый бред старого игромана.

На первый этаж Лу Сычэн спустился мрачнее тучи. Пухляш поднял голову:

– Что-то ты долго воду относил.

– Да она написала в «Вичат», а сама заснула. Целую вечность в дверь стучал.

Лу Сычэн сел обратно, пошевелил пальцами, разминая суставы, и снова надел наушники, готовясь начать очередной ранговый матч.

– Ничего себе она обнаглела, – заметил Пухляш. – Просить самого капитана принести ей воду!

– Ага… – Лу Сычэн лениво откинулся в кресле и усмехнулся в знак согласия. – И кто ее так избаловал? В самом деле, обнаглела вкрай…

На следующее утро, едва проснувшись, Тун Яо запустила стрим.

– Всем привет. С вами мидер команды ZGDX, Смайлинг. Сегодня я веду выпуск научного шоу «Хочу все знать», и мы с вами поговорим, что там за история с девушкой Ай Цзя. Учитывая, что вся эта буря в интернете несколько задевает меня лично, я решила поделиться с вами информацией из самых первых рук.

Телефон Тун Яо держала на селфи-палке. Увидев свое лицо в кадре, она чуть не подпрыгнула от ужаса. Круги под глазами были такие, будто она всю ночь кутила по-черному. Но девушка, словно опытная актриса, скрыла свое потрясение и продолжила говорить, не дрогнув:

– В общем, иду сегодня ва-банк. Чэнь Цзиньян, ты мне после этого должна «мазерати».

В чате стрима тут же отозвался модератор:

Тун Яо не ответила. Держа селфи-палку в руках, она прошлась по базе, снимая все, что попадалось на пути, начав с толстяка, свернувшегося в кресле с видом сомнамбулы.

– Это наш саппорт, Пухляш. Он только что проснулся и мучительно пытается осознать, каким образом лучший саппорт про-лиги мог оказаться в Алмазе II на корейском сервере.

Тун Яо направила на него камеру, давая всем возможность разглядеть его лицо. Пухляш поднял голову и безжизненно помахал рукой. Девушка двинулась дальше.

– А это наш топер, Кот, и его драгоценный и неизменный спутник, Старина Кей. Как и следовало ожидать, прямо сейчас они играют в паре. Подробности – в стриме Кота.

– Слышь, зараза, если немедленно не придешь на топ, потеряешь своего драгоценного спутника, – проворчал Кот.

– Да иду, иду, – откликнулся Кей. – Уже за аптечкой сходить нельзя! Что ж ты за паразит-то такой!

Тун Яо навела камеру на кучу-малу, растекшуюся по дивану.

– А это наш запасной мидер, который умудрился пять раз уронить мой аккаунт из королей в мастера. Хотя на турнирах он не такое уж дно! Просто халявщик… Лу Юэ – тарелочница, мужская версия. А рядом с ним две наглые морды, которые без стыда и совести вылизывают друг друга в общественном месте.

Лу Юэ даже голову не повернул, продолжая играть на приставке. А вот Пышка задрал нос и лениво прищурился, когда Лучок лизнул его в морду. Потом котенок встал и, пошатываясь на коротких лапках, влез на спину Пышки, потоптался по нему, а затем наклонился и начал энергично кусать кота за ухо. Тут чат просто взорвался.

От последнего комментария Тун Яо не удержалась и прыснула. Как раз в этот момент она заметила, что по лестнице спускается кое-кто, накануне игравший до глубокой ночи. Волосы у капитана были еще влажные после душа, а на лице отпечатался след векового недосыпа. Невозмутимо шествуя мимо, Лу Сычэн протянул руку и потрепал Тун Яо по голове.

– У меня стрим, – шепнула девушка.

Лу Сычэн никак не отреагировал, лишь сказал: «Оу!» – и удалился на кухню налить себе кофе. Тун Яо хвостиком поплелась за ним. Развернув камеру на себя, она торжественно произнесла:

– А сейчас вы увидите нашего капитана!

С этими словами девушка развернула телефон к Лу Сычэну, который пил кофе, прислонившись к кухонной стойке. Держа одной рукой кружку, вторую он решительно вытянул, закрыв камеру ладонью. Экран потемнел. Зрители услышали только, как низкий мужской голос недовольно проговорил:

– Что ты опять устроила?

И чат снова взорвался:

Тун Яо, хихикнув, отвела в сторону ладонь Лу Сычэна и сама заглянула в камеру. Едва ее лицо заняло весь экран, как восторженные комментарии мигом превратились в хейтерские:

Тун Яо усмехнулась, и ее глаза превратились в полумесяцы. На весь этот шум и гам в комментариях она почти не обращала внимания. Развернувшись, она вышла с базы ZGDX, пересекла двор и постучалась к «слабакам». Дверь открыл Ай Цзя. Увидев Тун Яо, парень заметно напрягся.

– Где она? – спросила девушка, мельком глянув на него.

– Там. – Беспокойно обернувшись, Ай Цзя указал куда-то вглубь базы. – Она завтрак сегодня принесла, я даже есть его не рискнул. Вдруг там крысиный яд…

– Друг, я в прямом эфире…

– !!!

Ай Цзя сперва застыл, а потом отскочил с дороги так быстро, как будто ему к ногам прицепили пружину. А «почетный тролль», переживший вчерашнюю интернет-мясорубку, спокойно сидел на стуле в гостиной «слабаков» и что-то делал в телефоне. Услышав шаги Тун Яо, Цзиньян приподняла веки, но не успела еще ничего сказать, как подруга завопила:

– Ни с места! Наша съемочная группа готова приступить к первому научному эксперименту! Госпожа Чэнь Цзиньян, продемонстрируйте, пожалуйста, ваши ноги!

Услышав это, «почетный тролль» чуть сменил позу: сдвинулся ближе к краю стула, скрестил ноги и слегка подался вперед. Тун Яо взяла у нее из рук телефон, включила на нем камеру и, глядя в экран своего сотового, где шел стрим, сказала:

– Смотрите внимательно! Благодаря великому Джобсу, в айфонах есть встроенная камера и нет никаких фильтров, так что достоверность гарантирована. А теперь я начну снимать.

Продолжая говорить, Тун Яо сунула селфи-палку в руки Ай Цзя, велев продолжать направлять камеру на Цзиньян, а сама присела, чуть наклонив айфон, и прицелилась, делая снимок. Потом повернула экран к зрителям, смотревшим стрим:

– Видели? Кто там возмущался, что ноги прифотошоплены, что чересчур растянуты? У нее от природы такие длинные, спасибо. Что, съели? Уметь правильно пользоваться техникой – это святая обязанность каждого. Но мы тут не просто так, мы научно-исследовательская группа, поэтому, чтобы стало еще убедительнее…

Под мелькающие на экране «6666666» Тун Яо сунула телефон Цзиньян, усевшись на стул в той же самой позе. Подруга сделала снимок. Забрав гаджет, Тун Яо показала фото зрителям:

– Видели? Один и тот же способ съемки – и даже у такой, как я, получается вот так…

– Эй вы там, выражайтесь по-человечески! – Тун Яо посмотрела на свою фотографию. – Да эта малышка – самая длинноногая богиня из всех, кто ростом метр пятьдесят! И только попробуйте сказать что-то против!

Затем, снова забрав свой телефон, она повернулась к Цзиньян.

– Перейдем к следующему вопросу. Где твоя машина?

Подруга указала на парковку команды YQCB. И Тун Яо направилась туда, жестом позвав Цзиньян за собой. Они остановились рядом с «мазерати» той же модели, что у Лу Сычэна, только кричаще-красного цвета. Номера были иногородние. Цзиньян со шлепком положила ключи на капот. Тун Яо, задрав селфи-палку повыше, позволила всем хорошенько рассмотреть машину.

Затем девушка зашагала обратно к себе на базу, остановившись у такой же машины, только ярко-синего цвета, вынула из кармана ключи и тоже шлепнула их на капот.

– Хорошо рассмотрели? Они в точности одинаковые!

И, спрятав ключи, Тун Яо поспешила на базу. Вся команда к этому времени уже сидела на своих местах и сосредоточенно играла. Лишь два кота, растянувшиеся на диване, по-прежнему грелись на солнце.

Тун Яо подошла к Лу Сычэну и повесила ключи на ухо кошачьей фигурки, потом развернула камеру к капитану.

– Брат Чэн, вопрос от лица широких народных масс. Сколько стоит твоя тачка?

– Не тачка, а средство передвижения. Около миллиона примерно, – ответил Лу Сычэн, сосредоточенно добивая крипов. – А что?

– А сколько в среднем зарабатывает профессиональный геймер?

– Откуда у тебя столько вопросов?

– Так сколько же?

– В месяц? Сколько-то десятков тысяч, наверное. В смысле, есть те, кому платят семьдесят-девяносто тысяч, а есть кому двадцать-тридцать…

– Возникает закономерный вопрос. Насколько сильно парень с таким уровнем зарплаты должен любить девушку, чтобы подарить ей роскошную машину стоимостью в миллион?

Персонаж Лу Сычэна на экране чуть замедлился. Капитан поднял голову и взглянул на девушку. И с обыкновенной невозмутимостью задал встречный вопрос:

– Сама-то как думаешь?

«Ну что за дурацкий ответ, – недовольно подумала Тун Яо. – Мог бы и подыграть немножко. Вот что мне теперь сказать?» И пока она ошарашенно пыталась сообразить, ей вдруг вспомнился тот разговор, состоявшийся между ними полдня назад.

– Да я машину свою могу отдать.

– Ух ты. То есть та выпендрежная «мазерати» теперь носит фамилию Тун.

– Забирай.

«Кхм…» К счастью, фронтальная камера на ее телефоне имела не самое высокое разрешение, а потому зрители стрима не заметили, что щеки девушки порозовели…

Тун Яо посмотрела на капитана: тот продолжал играть с каменным лицом. Потом заглянула в комментарии – все они были примерно об одном: «У вашего капитана что, на все одна морда – и та каменная?», «Он умрет, если пару лишних слов скажет?», «Утром, едва проснувшись, капитан особенно красив…», «Моя соседка по комнате перед смертью хочет услышать еще хоть пару слов от брата Чэна!», «Камеру подвинь! Вот в этом ракурсе капитан особенно хорош. Такой нос прямой, тц-тц-тц!».

Тун Яо на мгновение замерла, потом заправила волосы за ухо. Еще раз посмотрела на поток сообщений. Все они были о Лу Сычэне.

«Нет уж. Он мой. Нечего на него пялиться», – подумала она вдруг.

– На этом наш выпуск научно-познавательной передачи «Хочу все знать» окончен. До новых встреч!

Щелк! Поддавшись неожиданному стервозному порыву, девушка одним движением выключила стрим.

Мышка продолжала клацать. Лу Сычэн, не поднимая головы, спросил:

– Почему отключилась?

Тун Яо, сняв телефон с селфи-палки, бросила его на стол и уселась в свое кресло.

– Все, что хотела, уже сказала. Да и они там прямо с ума посходили, все просили тебя показать. Ну что это за фигня?

– А, – небрежно откликнулся Лу Сычэн, – да пусть глянут одним глазком на мой большой блестящий меч. Ты с них донаты за это бери – сразу разбогатеешь.

Девушка рядом как-то сразу притихла, и сначала он не придал этому значения. Но потом краем глаза заметил, что Тун Яо вытянула шею и огляделась, чтобы убедиться, что все заняты и никто их не слушает. Потом девушка втянула шею обратно и шепнула:

– Нет уж. Не покажу.

Мышка перестала клацать. Лу Сычэн приподнял руку над клавиатурой, посмотрел на сидящую рядом девушку и переспросил:

– Что?

– !!!

Капитан усмехнулся, поднял руку, похлопал ее по голове и тоном, каким говорят «вот и вырос ребенок», произнес:

– Даже глупая косуля умеет защищать свой корм.

Тун Яо покраснела:

– Ну чего ты смеешься?

– Ничего. – Рука Лу Сычэна вернулась к клавиатуре. – Будучи кормом, который защищают, я весьма польщен.

На субботу и у ZGDX, и у YQCB были назначены матчи. Соседи играли первыми, в час дня. Когда «слабаки», собрав периферию, садились в автобус, они обнаружили, что и ZGDX тоже собрались во дворе.

– А вы чего так рано? – Ай Цзя поймал Тун Яо за сумку. – Вы разве не после нас играете?

– Решили пойти пораньше, на вас посмотреть, – ответила девушка. – Мы же официально встретимся с вами сразу после Кубка Демасии. Вы теперь наши главные соперники.

– Сразу после? А вы разве не будете участвовать в Кубке?

– Нет, – прозвучал у них за спинами голос Лу Сычэна.

Вытащив из лап Ай Цзя и сумку, и саму Тун Яо, капитан подпихнул девушку к автобусу.

– У ZGDX традиция, что на этот кубок едет второй состав. В этом году будет так же.

Каждый год, когда летний сезон про-лиги добирался примерно до середины второго, группового этапа, в расписании матчей делалась пауза на недельку, и в это время проводился общенациональный турнир под названием «Кубок Демасии». Там принимали участие команды и из высшей лиги, и из низшей. Кубок был одним из немногих крупных официальных соревнований, не считая основного турнира, и поэтому многие команды считали эту награду вполне достойным трофеем, чтобы за него побороться.

У ZGDX, однако, уже давно выработалось правило, что основной состав в этом соревновании не участвует. Вместо него на «Кубок Демасии» отправлялись либо второй состав, либо запасные игроки первого. Для ZGDX этот турнир был вроде продвинутого тренировочного полигона, а также способа оценить кандидатов в основной состав на следующий сезон. Основная же команда ездила на кубок только в качестве зрителей.

Тун Яо заглянула в календарь. Точно, через неделю после «Кубка Демасии» им предстояло столкнуться с YQCB. Но теперь это были совсем не те «слабаки», с которыми ZGDX встретилась в самом первом тренировочном матче. YQCB начисто избавилась от образа команды, которая борется за выживание, и превратилась в серьезного соперника. Поэтому ZGDX и решила поехать сегодня, чтобы посмотреть матч YQCB с Huawei. Сев в автобус, Тун Яо отправила Цзиньян сообщение с вопросом, не собирается ли она приехать на арену. Ответ подруги звучал не просто утвердительно.

Почетный тролль

Конечно пойду! Чего бы мне не пойти? Не только пойду, но еще и сяду в первый ряд, чтобы те, кто еще не видел, насколько у меня длинные ноги, сами убедились!

Полчаса спустя, добравшись до арены, Тун Яо вместе с Цзиньян уселись в фан-секторе YQCB. Так совпало, что и YQCB, и ZGDX сегодня играли с одной стороны – справа, а потому на той же трибуне оказалось немало фанатов ZGDX. Их реакция на появление Тун Яо в первом ряду была вполне предсказуемой. Лица расплылись в улыбках, словно они только что получили известие о крупном выигрыше. Немедленно были извлечены телефоны – ну как же без фоток, а и затем блокноты – для автографа.

Это был второй раз, когда Тун Яо так близко контактировала с фанатами ZGDX в зрительном зале. Но в прошлый раз она еще не была профессиональным геймером, а теперь…

– У нас сегодня матч во втором слоте. Эта площадка – в такой глухомани! Спасибо, что приехали сюда поддержать нас. Я сюда пришла вместе с подругой, ну той самой, которая с Ай Цзя… Есть тут фанаты YQCB, поднимите руку? О, вижу вас – на табличке написано «Иерофант». А рядом табличка брата Чэна… Так, с вами все ясно. Автограф? Да, можно, конечно. Фото вместе? Да, тоже можно. Если будете выкладывать, не забудьте отфотошопить получше… И не смейте фотошопить только себя – это, знаете ли, преступление! Идите сюда. Раз, два, три…

До самого начала игры Тун Яо была окружена фанатами и фанатками. В самый разгар общения с ними девушка вдруг услышала за спиной странно знакомый стук каблуков. Обернувшись, Тун Яо столкнулась взглядом с парой смутно знакомых глаз… Какая-то девушка, чуть наклонившись, пробиралась к своему месту, держа в руках пару флажков с логотипом ZGDX. Судя по всему, она только что обходила трибуны, раздавая эти флажки, а теперь возвращалась.

Девушка на секунду застыла, смутившись. А вот Тун Яо, напротив, в тот же миг осенило – она поняла, кто это, и широко улыбнулась:

– Ой, это ты!

Это была та самая фанатка Великолепного Мина, с которой Тун Яо пересеклась на Весеннем турнире. Тогда девушка обещала покинуть фандом, как только Мин уйдет. Ее нынешнее появление оказалось сюрпризом. В свою очередь, она тоже узнала Тун Яо, застенчиво улыбнулась и показала на свое запястье, на котором красовался браслет с надписью «ZGDX Смайлинг – вперед!».

Это было так неожиданно, что Тун Яо замерла, а ее глаза распахнулись от удивления. Сидевшая позади подруга девушки, с которой Тун Яо тогда перекинулась парой слов, обняла скромницу за плечи и, улыбаясь, наперебой с другими девчонками затараторила:

– Это был такой невероятный сюрприз! Мы никак не ожидали, что рядом с нами сидит новый игрок нашей любимой команды!

– Еще тогда, когда ты заступилась за нас, отбрив тех токсичных парней, которые смотрят на девушек свысока, мы подумали: надо же, какая крутая! Уже тогда чуть не стали твоими фанатками!

– А потом выяснилось, что ты новый мидер! Когда мы увидели твое фото в официальном анонсе – у нас весь чат взорвался! Мы глазам своим не поверили!

Девушка с браслетом, лавируя между подругами, добралась до своего места. Она протянула Тун Яо один флажок и, улыбнувшись, тихо сказала:

– И на этот раз тоже бесплатно…

Тун Яо посмотрела на флажок, взяла его в руки и прикрыла им свою глуповато-смущенную улыбку. Глаза сощурились, превратившись в щелочки, а в голове крутилось всего две мысли: «А-а-а, у меня есть фанаты!» И еще: «Она не бросила это все, не ушла, она все еще любит эту игру!»

– Здорово, что ты осталась, – сказала Тун Яо.

– Да. – Застенчивая девушка опустила голову и улыбнулась. – Появился другой игрок, достойный того, чтобы его любить и за ним следовать, вот и осталась.

Тун Яо, покраснев как помидор, развернулась и плюхнулась на свое место, попытавшись спрятаться за флажком. Цзиньян фыркнула:

– И что это за жалкие ужимки?

Тун Яо, пихнув подругу ногой под сиденьем, вытащила сотовый и отправила сообщение капитану.

Я тут наткнулась на фанатов! Как же их много! И даже есть мои личные! Одна девушка, которая собиралась уйти из кибертусовки, вернулась из-за меня! И у нее на руке был браслет с моим именем! Я с ними сфотографировалась, даже автографы им дала. Флажки летнего сезона у них такие красивые! И там даже имя мое написано!!!

Угу. Я видел.

Врешь ты все. Как ты мог видеть? Ничего ты не видел.

Голову подними.

Пальцы Тун Яо замерли над экраном мобильника. Подняв голову, она машинально посмотрела в сторону сцены. Игроки Huawei и YQCB уже заняли свои места. А за ними, в глубине, у двери, ведущей в служебный коридор, стоял высокий парень, скрестив руки на груди и небрежно прислонившись к дверному косяку. Он лениво поглядывал в зал, а в руке держал телефон, на котором светился экран переписки в «Вичате».

Их взгляды встретились.

– Глянь-ка, – шепнула Цзиньян, наклонившись к ее уху, – твой муженек бдит, как ты тут, в зале. Волнуется! Блин, до чего он заботливый! А мой только и знает, что ржать со своими тиммейтами, как дурак…

Подруга говорила что-то еще, но все ускользнуло от внимания Тун Яо, потому что она увидела, что Лу Сычэн поднял руку и помахал им. Какой же вокруг начался переполох…

– Офигеть! Там братец Чэн! Откуда он взялся?!

– Блин, это что, акция «один купил, второй в подарок»? И Смайлинг рядом с нами сидит, и брат Чэн появился – сколько счастья-то сразу!

– Он нам машет! Вы видели? Видели? У меня волосы не растрепаны? Макияж не размазался?

– Да он с такого расстояния все равно ни черта не увидит. Но подводка у тебя правда поплыла, хочешь поправить?

– Как поплыла? Ой, и правда…

Среди всего этого шума Тун Яо заправила прядь волос за ухо и потеребила внезапно вспыхнувшую мочку.

Вижу тебя.

Так я тебе махал, как ты могла не увидеть? Ты слепая?

За словами следи!

Тун Яо подняла голову и увидела, что Лу Сычэн, допечатывая что-то на ходу, развернулся и исчез в служебном коридоре.

Пошел внутрь. Не ввязывайся там ни во что и не заигрывай там ни с кем, пока я не вижу.

Дверь мягко закрылась за его спиной.

Ни с кем! И с девушками тоже нельзя.

Матч между YQCB и Huawei должен был вот-вот начаться. Ай Цзя сидел на сцене с абсолютно безмятежным видом, а Ли Хвансок время от времени вытягивал шею, посматривая в сектор фанатов команды-соперника. Тун Яо, глядя на Ай Цзя, вдруг с удивлением поняла, что волнуется больше, чем лучшая подруга, которая листала что-то в «Вичате».

– Друг, ты бы как-то сосредоточилась, что ли… Момент же критический. Даже я сижу и переживаю. Ведь если Ай Цзя сейчас облажается, они всех собак на тебя повесят!

Тун Яо пихнула подругу локтем. Та чуть качнулась, но не отвлеклась: поставила кому-то лайк и лишь потом подняла глаза и посмотрела на сцену.

– Так ведь еще ничего не началось? Блин, зачем оператор берет Ай Цзя таким крупным планом? Он и так весь как на иголках, у него на лбу несколько прыщей повыскакивало…

– Началось. Идет фаза бана и выбора, – сказала Тун Яо.

– А, – кивнула Цзиньян с отсутствующим лицом. – Я все равно в этой игре ничего не смыслю.

В этот момент фанат, сидевший по другую сторону от Цзиньян, покосился на нее очень недружелюбно, словно хотел сказать: «А если ты не смыслишь в игре, что ж ты тут расселась тогда?» Но сидела-то она, надо заметить, на так называемых клубных местах. В отличие от обычных билетов, дававших право смотреть все матчи текущего дня, существовали еще «клубные» – на выделенные места на двух первых рядах. Такие билеты были действительны только на матчи определенной команды. Клуб раздавал их фанатам и особым гостям, решая, кто может смотреть игру с первых рядов.

Цзиньян фыркнула:

– Да, я всего лишь Серебро, и что? Чтобы встречаться с профи, надо обязательно прокачаться до Алмаза? Или ты думаешь, что все как Лу Сычэн? «Буду встречаться только с кем-то, кто играет лучше меня!»

– Ну, Алмаза для этого мало, с Алмазом Лу Сычэна не победить, – ответила Тун Яо.

Подруга закатила глаза так, что, наверное, смогла бы рассмотреть изнутри свой затылок, повернулась к ней и одними губами произнесла:

– Да-да, зато ты у нас молодец.

Тун Яо беззвучно хихикнула. Никто этой маленькой сценки не заметил. Могло показаться, что подружки болтают о всяких пустяках. А фаза «бан и выбор» на сцене уже перевалила за середину. Команда YQCB забрала себе Охотницу и Душеприказчика, и сразу стало понятно, что они намерены снова разыграть свою основную в этом сезоне стратегию – связку джанглера и саппорта, которые вместе перемещаются по всей карте.

Обычно саппорт обитал на ботлейне, помогая своему кэрри. Если же в команде царил полный коннект, а кэрри был настоящим профи – и по скиллам, и по пониманию игры, – то саппорт мог спокойно свалить с нижней линии и подключиться к джанглеру с засадами. Так они помогали другим линиям набирать обороты и получать преимущество.

Это совместное «бродяжничество» по карте носило название «парный роуминг». Теперь, когда в составе YQCB появился «Иерофант» Ли Джунхёк – кэрри высочайшего уровня, один из лучших в мире и по навыкам, и по игровому чутью, – эта стратегия для них стала самой что ни на есть подходящей.

И все пошло именно так, как Тун Яо и ожидала. Едва начался раунд, Лян Шэн, саппорт, стал играть крайне агрессивно – ничего общего с прежним стилем весеннего сплита, таким осторожным, если не сказать – трусоватым. Теперь на ботлейне у YQCB словно завелся тигр, а при нем – злая, активная, во всем ему помогающая гончая. Через семь минут пятьдесят секунд от начала, когда кэрри Huawei чуточку высунулся вперед, Иерофант, первым набравший шестой уровень и получивший ульт, неторопливо кликнул пингом по земле, и все увидели, как Душеприказчик Лян Шэна, ни секунды не медля, выскочил при помощи «Флеша» и крюком подцепил вражеского кэрри.

Публика ахнула от неожиданности. Да и сам кэрри команды Huawei, похоже, оторопел, не успев ни отскочить, ни контратаковать. И вот этим секундным промахом YQCB воспользовалась по полной, одним рывком забрав себе первый фраг.

– Первая кровь! – объявила система, и зрительный зал взорвался радостными криками.

После этого саппорт YQCB отправился с ботлейна в вольное плавание. Поставив на всякий случай вард в треугольных кустах, он сходил на базу, а потом присоединился к джанглеру, Xbang'у. Сначала они попытались ганкнуть мид, но не получилось. Потом потопали в лес, чтобы отжать у врага красный бафф, а затем переместились на топ, где, объединившись с топером, втроем зашли под вражескую башню, расправились там с вражеским топером, а саму внешнюю башню снесли. И вся эта цепочка, от первого пинга Иерофанта до двух убийств и сноса, заняла каких-то три минуты.

Зал шумел. Фанаты YQCB были в полном восторге: очевидно же, что такая согласованность, такое мастерство взялись не с потолка, а стали результатом долгой и тщательной шлифовки.

ZGDX, smiling

Вот это сыгранность! По слаженности действий они уже догоняют «Горный туман», который как раз за счет этого и окопался в про-лиге. Только те ребята до такого уровня шли несколько лет, а эти справились за половину сезона!

fhdjwhdb2333

Завидуешь?

Завидую.

У них «дуэт с ботлейна» каждый день в паре играет, тихо-мирно качает себе рейтинг. А наш саппорт только и может, что брать какую-нибудь Рокси и доводить своего кэрри до нервного срыва.

Так что все это на совести Пухляша.

Ты скажи ему, что, если он и дальше будет вот так дурака валять, звание «лучшего саппорта лиги» уплывет к соседям.

Как вернемся – скажу. Боюсь, если я скажу ему прямо сейчас, он нарочно возьмет и устроит нам сладкую жизнь в наказание. Страшно.

Тун Яо, сама не раз пострадавшая в парных матчах от выходок Пухляша, молча убрала телефон. А в это время на сцене красивая связка джанглера с саппортом от YQCB полностью захватила инициативу в ранней стадии игры. В лес к Ли Хвансоку они ходили уже как к себе домой, а продуманно расставленные, хитро припрятанные варды заходили на сторону Huawei все глубже и глубже… Тун Яо смотрела на это все и чувствовала, что исход матча и так уже понятен.

YQCB благополучно забрала победу на сорок второй минуте. При этом Мэн Цяньцун, которым играл Ай Цзя, показал себя очень неплохо, несколько раз запрыгнув в тыл к врагу и начав тимфайт. Тун Яо, сидя в зале, пыталась втолковать подруге, как круто играет ее парень и как он тащит игру. Но та хоть и слушала, но по лицу было видно, что не понимает ни слова. Взгляд стал рассеянным, как будто она хотела спросить: «Что вообще происходит?»

Тун Яо ущипнула ее за щеку:

– Эй, ты можешь собраться?! Это же звездный час твоего парня! Посмотри, как фанаты завелись!

– Подумаешь, звездный час… Ты сама прекрасно знаешь, что, когда мы с ним познакомились, он был обычным придурковатым старшеклассником. Я же с ним не из-за того, что он…

Цзиньян не договорила, потому что кто-то вдруг с силой ударил сзади по спинке ее кресла. Она обернулась и увидела позади длинноволосую девушку, на коленях которой лежала целая охапка растяжек и световых табличек YQCB. Фальшиво улыбнувшись, девушка произнесла:

– Ой, извини. Не удержалась.

Тун Яо подняла брови и уже хотела что-то ответить, но Цзиньян потянула ее за рукав, призывая не обращать внимания, и сама отвернулась. А ведь вокруг них в этот момент в основном находились фанаты, которые получили свои билеты напрямую от клуба YQCB. То есть в большинстве своем они знали, кто такая Цзиньян, многие были на нее подписаны и о недавнем скандале тоже были осведомлены…

И многие присутствующие фанатки были в курсе, что Цзиньян старше Ай Цзя на три года. В детстве ей временами приходилось жить у бабушки, и они с Ай Цзя были соседями. В общем, их отношения развивались по сценарию типичной «романтической истории для девочек», и они были парой еще до того, как Ай Цзя стал киберспортсменом.

В целом фанаты относились к Цзиньян неплохо, но сейчас многие из них оказались не очень-то довольны, увидев, что никому не известная выскочка с фанатским билетом ведет себя таким образом. Но чтобы не накалять атмосферу, никто ничего не сказал…

Кроме тех, кто сидел у них прямо за спиной:

– Ну и что ты творишь?

– Что я творю? Да это что люди творят! Столько сейчас всяких, кто и сам не играет, и в игре не шарит, зато умеют окрутить звездного игрока и еще ходят, выпендриваются…

– Да тише ты! Девушка Ай Цзя – она же не такая…

– А я о ней и не говорила – такая, не такая. Но они как раз и портят репутацию всем фанаткам! Посмотри хотя бы на Сюй Тайлуня и Нирвану. Ну нравятся тебе игроки, так ходи себе на их матчи, а лезть-то к ним зачем? Соблазнять-то их зачем?

И Тун Яо, и Цзиньян прекрасно слышали каждое слово этого разговора. Когда речь зашла о Сюй Тайлуне и Нирване, Тун Яо подумала: «Ни фига себе наезды!» – и уже хотела вскочить да побеседовать с девицами по-серьезному, но тут рука Цзиньян буквально вдавила ее в кресло. Охваченная праведным гневом Тун Яо повернулась к подруге и увидела, что она сидит с абсолютно невозмутимым выражением лица.

– Если уж устраивать скандал, то потом, после матча, – холодно проговорила Цзиньян. – Вон на сцене моя глупая косуля сидит, играет себе, такой радостный… А я, по-твоему, должна в это время под сценой в разборки встревать? И на что это будет похоже?

С этими словами подруга указала подбородком в сторону сцены. Проследив за ее взглядом, Тун Яо обнаружила, что Ай Цзя, севший в кресло после только что закончившегося перерыва, надел наушники и глуповато улыбался Цзиньян.

Тун Яо подняла глаза к небу. Ей невольно вспомнилось собственное прошлое, когда она порвала с Цзянь Яном только потому, что не готова была ничего терпеть и не смогла пережить резкую смену роли с «встречаюсь с обычным старшеклассником» на «встречаюсь с профессиональным киберспортсменом». Внутри всколыхнулась волна тяжелых и неприятных эмоций. Тун Яо легонько похлопала подругу по спине и ничего не ответила.

А второй раунд уже вот-вот должен был начаться. На этот раз вместо тактики «двое бродят по карте» YQCB сделала ставку на стратегию «четверо защищают одного», и этим «одним» был кэрри. Прием давно «вышел из моды» и считался устаревшим. В этом сезоне он никому не приносил хороших результатов. Разве что за кэрри играл кто-то вроде Иерофанта или Лу Сычэна – вот тогда все же имело смысл попробовать.

Тун Яо обратила внимание, что на сей раз Ай Цзя выбрал Лилу, за которую играл не особенно хорошо, и тут же сообразила, что команда решила протестировать новые комбинации чемпионов на таком сильном противнике, как Huawei. В конце концов, это был всего лишь матч в рамках группового этапа, и проиграть, если новый состав персонажей не приведет к успеху, в нем было не так уж страшно. Куда важнее, что у команды не должно быть одной-единственной ключевой тактики, нужно развиваться. И если цель – именно развитие, то один возможный проигрыш – это не такая уж большая жертва. Но…

Сама по себе идея была отличная, вот только реализовать ее оказалось довольно сложно. YQCB, похоже, еще не очень-то освоилась со схемой «четверо защищают одного». К тому же джанглер команды Huawei, Ли Хвансок, тоже был не робкого десятка. Как только он понял их замысел, он тут же принялся бешено давить на нижнюю линию.

Хвансок был из тех игроков, кто мало что может сделать, если весь раунд команда играет, словно против ветра, но вот если ветер попутный и им с самого начала удалось захватить инициативу… О да, тут они начинали играть буквально на мировом уровне и тащили со страшной силой.

Сразу взяв быка за рога, Huawei ганкнули бот, забрали первую кровь и еще один фраг и практически повторили то, что соперник сделал в прошлой игре, – отпустили саппорта и джанглера гулять по карте. Эти двое атаковали мид, вынесли там и мидера, и джанглера YQCB, потом катком погнали на топ, растоптали там топера и забрали малого босса – Воина Бездны. И вот так всего за пять минут они совершили целых пять убийств.

Комментатор А:

– Идет седьмая минута, а оба чемпиона YQCB на ботлейне все еще не набрали шестой уровень! Да, посыпался темп у YQCB в этом раунде, посыпался…

Комментатор B:

– Ну если даже сам Иерофант не тащит, то, честно говоря, не знаю, как они будут играть эту партию. И у них на мидлейне – Лилу, которая вообще урона не наносит. Говоря откровенно, я совершенно не понимаю, зачем они взяли Лилу. Выбрали бы хоть кого-нибудь, кто может урон наносить! Любой другой чемпион был бы лучше, чем это.

Комментатор А:

– Да уж. Все-таки нельзя не учитывать, кто слабый, а кто сильный герой в текущей версии игры…

Тун Яо дернула уголком губ. Очевидно, комментаторы не додумались, что одна из команд всего-навсего экспериментирует с составом. Но хуже всего, что дальше все пошло именно так, как они и сказали. Ай Цзя на лейне никакого преимущества получить не смог, Иерофант тоже не сумел толком раскачаться, поэтому в командных боях все выглядели довольно бледно…

Как только начался тимфайт, то всем показалось, что восемь из десяти секунд YQCB просто бегают туда-сюда. В результате за весь раунд они так ничего толкового не добились…

Матч с неудачным набором героев закончился примерно на тридцатой минуте, когда команда Huawei одним рывком прорвалась к базе и разнесла ее вдребезги. По завершении раунда только у Иерофанта был хмурый и задумчивый вид. Все остальные выглядели вполне нормально.

– Да, похоже, схема «четверо защищают одного» в этом сезоне совершенно не годится, – скривилась Тун Яо. – Даже Иерофант не справился, а ведь они с Чэном – как близнецы-братья. Получается, с этой тактикой хоть кого выбирай, а тебя просто задавят… Хотя нет, не близнецы, – добавила Тун Яо, подумав. – Он даже еще агрессивнее…

– Угу…

– Эй, с тобой все хорошо?

Она легонько толкнула подругу в плечо.

– Да что со мной-то могло случиться? Просто раунд проигран, вот и все. И не то чтобы я такое первый раз увидела… Мы в весеннем сезоне не так уж часто выигрывали. Что ж теперь, еще один проигрыш не переживем? Ерунда это все. И потом, есть еще третий раунд. Отыграемся. Все нормально будет…

Голос Цзиньян звучал нарочито беспечно. А в следующую секунду ей сзади в голову прилетела целая пачка фанатских баннеров. Оторопев на секунду, Цзиньян обернулась и увидела ту самую говорливую фанатку, которая теперь стояла у нее за спиной, вся перекошенная от злости.

– Что значит «ерунда это все»?! Вот из-за таких, как ты, игроки и думают, что можно играть «на отвали». То, как Ай Цзя играл в этом раунде, – это же отстой, дно, хуже просто некуда! Он же во всех тимфайтах просто так приходил, рядом постоять! На фига такой мидер нужен?! Лепишь какие-то тупые отмазки! И еще Смайлинг туда же – конечно, блин, Иерофант во всем виноват! Мы, между прочим, сюда через полгорода ехали, чтобы посмотреть на их победу! Так что, пожалуйста, не надо ничего такого говорить! Слушать тошно!

Голос у девушки оказался что надо. На арене, не такой уж большой, ее было слышно в каждом углу. Наступила оглушительная тишина. Даже комментаторы, которые только что вели беседу о том о сем, синхронно закрыли рты.

Цзиньян нахмурилась. Сама она, конечно, играла неважно, но вот то, что ей вкратце объяснила Тун Яо, звучало разумно, и девушка смутно чувствовала, что проблема в этом раунде заключалась все-таки не в Ай Цзя…

А Тун Яо бросила взгляд на светящуюся табличку с ником «Иерофант» у ног этой девчонки, секунду помедлила и встала, чтобы спокойно, по пунктам, объяснить ей в подробностях, что к чему, чтобы не велась на всякую чушь, которую несут комментаторы. Но не успела она и рта раскрыть, как со сцены донесся встревоженный голос саппорта, по совместительству капитана, команды YQCB:

– Ай Цзя!

В следующую секунду кто-то худой и высокий спрыгнул со сцены и резко схватил Цзиньян за руку. Она опешила, обернулась и наткнулась на очень холодный взгляд темных глаз… Тун Яо впервые увидела подобное выражение на этом обычно милом и дурашливом лице. Даже та девушка, которая только так активно лезла на рожон, внезапно сникла.

– Что ты творишь? – спросила Цзиньян вполголоса и дернулась, пытаясь высвободить руку. Не вышло.

– Идем. – Ай Цзя потянул девушку к себе. – Зачем ты вообще разговариваешь с такими людьми?

– Что? Какими еще «такими»? – возмутилась скандалистка. – Я, вообще-то, ваша фанатка!

– Да! И ты, оказывается, не глухая! – Парень повысил голос. – Так вот, слушай: даже я не позволяю себе сказать своей девушке что-нибудь резкое! А вы-то по какому праву лезете? С хрена ли моя игра – плохо я там играю или хорошо – имеет к ней какое-то отношение? Если у тебя есть ко мне вопросы – так наберись смелости, вот он я, спрашивай! Идем!

И он снова дернул Цзиньян за руку. Та смотрела на него, не двигаясь с места. Ай Цзя выглядел злым, как демон, буквально на грани взрыва, но Цзиньян это, похоже, совсем не пугало. Увидев, что она не реагирует, парень с досадой цокнул языком, а потом у всех на глазах подхватил ее на руки и широким шагом пошел за кулисы, в сторону комнаты отдыха игроков.

Зрительный зал забурлил. Тун Яо оторопела и, кажется, простояла целую вечность, прежде чем как-то отреагировать. Лишь когда Ай Цзя отошел уже достаточно далеко, она поспешно наклонилась, подхватила сумку подруги и, словно какой-то мальчишка-носильщик, запрыгнула на сцену и побежала за ними следом.

В коридоре она наткнулась на Лу Сычэна, во что-то игравшего на телефоне. Когда парень увидел, что Тун Яо как ошпаренная несется с чужой сумкой и никого вокруг не видит, он вытянул руку, схватил ее за воротник и очень спокойно сказал:

– Стой.

Девушка с недоумением повернула голову:

– А ты что тут делаешь? Эй, отпусти меня! Ты даже не представляешь, что там сейчас снаружи творилось! Я должна пойти посмотреть! Ай Цзя, он…

– Я в курсе. Уже вся «Тьеба» гудит. Все говорят, что вышла «корейская дорама, версия 2.0». А «версия 1.0» тогда что?

Тун Яо задумалась и вспомнила широко разлетевшуюся в Сети гифку: Пухляш наступил ей на задник шлепанца, она падает, капитан подхватывает ее на руки… Девушка моментально покраснела. Но вслух сказала, хлопнув Лу Сычэна по руке:

– Неважно! Отпусти! Я должна проверить, как они там…

– Да куда ж ты так несешься…

Лу Сычэн, разжав пальцы, проводил Тун Яо взглядом. Девушка так торопилась, что, отбежав на пару шагов, запнулась правой ногой за левую и едва не упала. Он мгновенно выпрямился, но Тун Яо устояла. Капитан лишь вздохнул. Рука, протянувшаяся, чтобы поймать ее, опустилась. Парень прислонился обратно к стене.

– Помедленнее! Тебя ноги не держат? Мозжечок недоразвит?

Тун Яо бросилась на поиски Ай Цзя. Лу Сычэн же, мало обеспокоенный этой ситуацией, лишь успел крикнуть ей вслед, чтобы она не забыла заглянуть в комнату отдыха перед матчем для обсуждения стратегии, развернулся и ушел.

Минут через десять после начала третьего раунда матча она, однако, не появилась, хотя тиммейты ее ждали. В зрительном зале девушки тоже не оказалось. Как в воздухе растворилась! И капитану ничего не оставалось, кроме как пойти искать своего мидера.

В конце концов он обнаружил Тун Яо, сидящую на корточках у двери комнаты отдыха YQCB, с потерянным и ошеломленным выражением лица.

– Ты что тут делаешь?

Лу Сычэн потянул ее за воротник.

– Решающий раунд, а YQCB Ай Цзя на сцену не выпустила. Замену поставили.

Тун Яо, пошатываясь, встала. Она вроде бы и смотрела на Лу Сычэна, но взгляд был расфокусирован.

– Я видел.

Подобно тому, как человек, однажды укушенный змеей, начинает опасаться даже веревки, Тун Яо была склонна к чрезмерной чувствительности после пережитого. Когда девушка узнала об этой замене, то ей стало не по себе, а ноги словно приросли к полу у двери комнаты YQCB, не позволяя уйти.

Увидев спокойное лицо капитана, Тун Яо со вспыхнувшими глазами схватила его руку, как будто спасительную соломинку.

– Ай Цзя ведь ничего не сделал! Он просто говорил громко! Его же не накажут? Не дисквалифицируют? И Цзиньян же тоже ничего не сделала! Она обычно никогда обиды не терпит, а сегодня ради Ай Цзя все вынесла молча! Разве этого мало? Они ведь просто встречаются, у них просто любовь, откуда же столько грязи, откуда столько сплетен… Кому вообще важно, кто он – звезда, не звезда… Любят же не за сияние…

Речь у Тун Яо была сбивчивой, почти бессвязной. Какое-то время Лу Сычэн слушал ее, но потом понял, что становится только хуже. Несчастная и потерянная девушка бледнела с каждой секундой. Тогда он просто поднял руку и закрыл Тун Яо рот.

И почувствовал, как она еле заметно дрожит.

Когда большая, теплая и сухая ладонь прикоснулась к ее лицу, Тун Яо мгновенно прекратила бормотать. Звукоизоляция в пустом коридоре была не из лучших, сразу стали слышны голоса комментаторов снаружи – там вовсю шел матч. Девушка прислонилась к стене с таким видом, будто это была единственная в ее жизни опора. Моргнув, она подняла руки и, не издав ни звука, обхватила ладонь парня, прижатую к ее губам. Их взгляды встретились. Несколько секунд Тун Яо смотрела в темно-карие глаза, а потом глянула куда-то в сторону, отвела его руку и тихим, почти лишенным эмоций голосом проговорила:

– Профессиональные игроки – они ведь тоже люди, нет? У них может быть кто-то, кто им нравится. Они могут захотеть быть вместе с тем, кто им нравится. Ну что в этом не так? Или такая мысль – это само по себе неправильно?

– А какая должна быть мысль? Если ты публичная фигура, то тебе не принадлежит ни один кусочек твоего тела, ни один клочок твоей кожи. Смысл твоего существования – побеждать в играх, угождать фанатам, служить команде. И все это – любой ценой. Вот такая должна быть мысль? Ты об этом? Ну вообще-то, есть люди, которые так и думают. Но если уж сами игроки начнут так думать, вот тогда точно будет беда…

Голос Лу Сычэна звучал размеренно. Помолчав секунду, он продолжил эту непривычно длинный монолог:

– На мой взгляд, победы и поражения, конечно, важны. Но… кого мы должны больше слушать – крики фанатов или наше, игроков, ощущение от того, что получилось? Если уж говорить прямо, это наше дело и оно касается в первую очередь нас. Мы благодарны фанатам за энтузиазм и поддержку, и все-таки победы и поражения – это не их, а наше дело. Вот это и есть реальный взгляд на вещи.

– Брат Чэн…

– Что?

– Можно я тебя обниму?

– !

Когда Лу Сычэн услышал это от нее, то на секунду потерял дар речи. А Тун Яо, не дожидаясь ответа, раскрыла руки, нырнув в его объятия. Коридор был пуст. Девушка прижалась щекой к его груди, а руки, скользнув под куртку, сомкнулись сзади на его талии.

– Ладно, неважно… – пробормотала Тун Яо. – Сначала обниму тебя, а потом уже что-нибудь решим.

Лу Сычэн взглянул сверху вниз, как она прижимается к нему, пряча голову, словно страус, и едва заметно усмехнулся:

– Ну что за тон такой… Как будто сейчас наступит конец света.

– Да вот как подумаю, что не факт, что завтра эти прекрасные кубики на прессе и эти грудные мышцы будут все еще моими, – Тун Яо потерлась щекой, – и это действительно как конец света.

Лу Сычэн промолчал. После долгой паузы, наполненной лишь звенящей тишиной и долетавшими из зала возгласами комментаторов: «Ай-яй-яй! Ай Цзя бы такую ошибку ни за что не совершил!» – капитан поднял руку и обнял девушку, прильнувшую к его груди.

Это были очень близкие, очень доверительные объятия… Лу Сычэн отчетливо осознал, как выросла сегодня тревога Тун Яо. И капитана очень раздражало, что он не знает, как ей помочь.

Он совершенно не понимал, что делать.

Через десять минут судьба третьего раунда была решена. YQCB проиграла – и на этот раз исключительно потому, что игрок замены совершенно не дотягивал по уровню до всей остальной команды. И тогда многие из тех, кто перед этим орал: «Ай Цзя – дно! Тормоз! Пустое место, а не мидер! Гоните его на хрен – кто угодно играет лучше!» – наконец-то заткнулись. Максимум бурчали, что в сливе прошлого раунда все равно именно он виноват – зачем взял Лилу?

Тун Яо, слушая все это с невозмутимым лицом, думала про себя: «Нет, не он». Девушка не знала, почему Ай Цзя не вышел в третьем раунде – то ли сам обиделся, то ли клуб так решил, но факт оставался фактом: за секунду до начала матча она все еще в панике переписывалась с Цзиньян.

До сих пор вся дрожу. Успела подумать, что все, в моем дурачке дикий зверь проснулся. Я столько лет дрессировала волка, чтобы превратить его в хаски, и что? Какая-то соплячка чуть все не разрушила.

Как он там? Его не накажут? А ты сама как?

Да нормально. Он же ничего той девке не сделал, за что его наказывать? Не могут же игрока дисквалифицировать просто за грубый тон, да? Как бы Лу Сычэн тогда выживал?

Ага, и вот ты опять начала подкалывать нашего капитана – значит, с вами и правда все в порядке. （‵_'）

Так, не переживай, иди спокойно и играй свой матч!

После разговора с Цзиньян Тун Яо немного расслабилась. Она убрала телефон и посмотрела на тиммейтов, уже готовых выйти на сцену. Парни обсуждали, каких чемпионов лучше выбрать на этот раунд. Девушка шла последней. Переступив порог комнаты, она вдруг сказала шепотом:

– А может, мы еще раз попробуем разыграть «четверо защищают одного»?

Лу Сычэн, шедший впереди всех, услышал ее, обернулся и, секунду помолчав, спросил:

– Причина?

Увидев его серьезный взгляд, Тун Яо вдруг осознала, что перед ней сейчас совсем не тот человек, не ее парень, который недавно обнимал ее в коридоре, а капитан ZGDX. Она выпрямила спину, сосредоточилась и, немного нервничая, ответила:

– Особой причины нет. Просто сейчас очень много спорят насчет этой тактики. Многие говорят, что команды, которые в этом сезоне ее придерживаются, ни за что не выиграют… Но ведь в прошлый раз, когда мы играли с Huawei, у нас эта тактика отлично сработала! Так что я хотела бы попробовать… Как там? «Практика – единственный способ проверить истину»?

– Ты хочешь взять Лилу.

Тун Яо смутилась. Ей стало не по себе от того, что в куче ерунды, которую она наговорила, кто-то в точности выцепил самую суть. Слегка покраснев, она опустила голову и уставилась на носки своих кроссовок, не осмеливаясь признать, что, помимо исследовательского интереса, тут имелся и личный…

Но прежде, чем она успела что-то сказать, Лу Сычэн вдруг ответил:

– Да, это может сработать.

Что? Тун Яо на секунду замерла и ошеломленно подняла голову.

– Иерофант – как сковородка с антипригарным покрытием. Никакая гадость к нему не прилипает. Даже если он будет играть как полное дно, ему обязательно найдут оправдание. – Лу Сычэн слегка повел рукой и ровным тоном продолжил: – Вот пусть и посмотрит, как правильно играют «четверо защищают одного». Пара ночей бессонницы ему точно не повредит. Так что я согласен.

Договорив, капитан зашагал в сторону сцены, за ним потянулись саппорт, топер и джанглер. Хоть все и называли ZGDX командой с тремя ядрами – в том смысле, что любая из трех линий у них могла затащить игру, – но обычно основная миссия все же лежала на плечах кэрри и мидера. А для Кота, державшего топ, взять чемпиона-танка было делом обыденным, так что, раз уж Тун Яо сама отказалась быть главной огневой мощью в этом раунде, он не стал возражать.

– Ладно-ладно, – сказал Кей. – Давайте. Я тогда возьму Доброзлого Духа. Будем считать, что нам снится Весенний турнир.

– К демонам версию игры – возьмем самых замшелых героев. К демонам версию игры – возьмем самую замшелую тактику, – съехидничал Пухляш. – Ребята, вы охренеть как зазнались. За что ж мне это, а? Как меня-то к вам, беспредельщикам, занесло?

– Да ты сам тот еще беспредельщик со своей Рокси, – ответил Кот.

– Кот дело говорит, – сказал Лу Сычэн. – Пухляш, бери Рокси и иди на топ саппортить. А я сам справлюсь.

Кот:

– !!!

Вот так, переговариваясь, они и вышли на сцену. Тун Яо села рядом с Лу Сычэном, глубоко вздохнула и надела наушники. Когда внешний шум пропал, она с головой бросилась в омут «бана и выбора» в первом раунде против «Орков Судного дня». В блок улетели шесть персонажей, которые в этой версии считались самыми сильными: Мастер Карт, Кейси, Трехрукий, Чародейка, Милостивый Государь и Лысый Маг. Глядя на этот результат, Тун Яо не удержалась от смеха, а в голосовом чате все разом загомонили.

– Офигеть… Все шестеро – с мида! И Чародейку, и Кейси, и Мастера Карт – никого не пропустили! Ну что, сестренка? Похоже, соперники решили тебя прессовать? – усмехнулся Пухляш.

– Мы тоже троих с мида забанили, – заметил Мин. – Сейчас из годных для мида персонажей мало кто остался, а у «орочьего» мидера пул чемпионов не такой уж большой. Так что еще посмотрим, кто кого будет прессовать…

Тун Яо мельком глянула на противоположную сторону сцены. Как и ожидалось, вражеский мидер хмурился и грыз ногти.

– Ох, представляете, что сейчас творится в комментариях к трансляции?

– Тебя это все еще волнует? – хмыкнул Лу Сычэн.

– Еще как, – ответила Тун Яо.

– Ничего, сейчас чемпиона выберешь, вот тогда там вообще рванет.

Времени поговорить у них было достаточно – соперники делали свой выбор добрых полчаса. Забрали Ледяную Богиню и Маму-с-веером. Ледяная Богиня годилась и для кэрри, и на мид. Маму-с-веером обычно брали на саппорт, но в этой версии и для мидлейна это был вполне приличный вариант. И теперь, когда «Орки» утащили к себе сразу двух топовых мидлейновых персонажей (и еще неизвестно было, кого куда поставят!), стало ясно – они решили обложить Тун Яо со всех сторон, не оставив ей ни единого шанса.

В общем, к бану и выбору «Орки Судного дня» в этот раз подошли продуманно. Но к их несчастью, Тун Яо изначально не собиралась брать обычного персонажа, а потому, когда очередь выбирать и банить дошла до них, Кот зафиксировал для нее Лилу. Тун Яо с тиммейтами не могли слышать реакцию зрительного зала, но если бы они сняли наушники… Это был не гул и не бурление, а рев!

Комментатор A:

– Снова Лилу?! О господи, да что сегодня творится с командами?

Комментатор B:

– Ха-ха-ха, может, на Смайлинг так повлиял матч YQCB? «Что, мол, взял Лилу и облажался? Ну я тебе сейчас покажу, как надо за нее играть!»

Комментатор A:

– Да ну, где тут логика? Это же скорее утилитарный чемпион, пассивный. Смайлинг играет такими намного хуже, чем Ай Цзя. Если бы она и правда рассуждала в таком духе, как ты говоришь, это бы значило, что самомнение у нее раздулось не в меру.

Комментатор B:

– Я просто предположил! Ого-го… Нет, ты глянь! Кот взял себе Синего Великана! С ума сойти, ZGDX тоже собирается разыграть «четыре защищают одного»?

Комментатор A:

– И что не так с этой тактикой?

Комментатор B:

– Да вот только что в матче YQCB разыграли вот эту схему вокруг Иерофанта – и провалились! Ну и сам-то как думаешь, что с этой тактикой не так? Иерофант, между прочим, ничуть не слабее брата Чэна!

Комментатор A:

– Это есть можно что угодно, а за словами надо следить. Ты бы поаккуратнее с такими заявлениями! И не говори потом, что я тебя не предупреждал! Вот заглянешь после матча в свой «Вейбо» и поймешь, о чем я…

Комментатор B:

– !

Стоило «комментатору В» представить, как его страницу штурмуют одновременно фанаты и YQCB, и ZGDX, как ему стало нехорошо, и он, хихикнув, быстренько закруглился. Но и так уже было понятно, что об истинных причинах того, почему Тун Яо взяла Лилу, а YQCB разыграли «четыре защищают одного», комментаторы не имеют ни малейшего представления.

И матч начался.

Ботлейн «Орков Судного дня» не шел ни в какое сравнение с Лу Сычэном и Пухляшом. Капитан со своей Тринадцатой Ласточкой и Пухляш со Жрецом Времени сразу полезли в лобовой размен по ХП и сбили здоровье вражеского Копья Возмездия практически до нуля. Сопернику только и оставалось, что отступать и прятаться. Он даже за крипами особо высунуться не смел и из первой волны упустил четырех из пяти, что ввергло его в невыразимые страдания.

Такое начало, с точки зрения Лу Сычэна, означало лишь одно: для вражеского ботлейна игра в этом матче закончилась.

Первая волна принесла немного опыта, и Лу Сычэн первым взял второй уровень. В этот момент Тун Яо подала пинг: у нее на миде нарисовался джанглер противника. Лу Сычэн решительно зачистил волну и загнал под башню чужого кэрри вместе с саппортом. Им оставалось лишь трусливо подбирать то, что было прямо под башней. Какой уж там ритм! Под постоянными атаками и прессингом об этом и речи не было. Лу Сычэн с Пухляшом буквально размазывали соперников по полу.

Старина Кей в первые десять минут игры действовал строго по стратегии «четверо защищают одного». Как только у него выпадала свободная минутка, он сразу же шел на ботлейн. В итоге вражеский кэрри за все это время нафармил всего-то чуть больше сорока крипов и дважды умер вместе с саппортом – и Лу Сычэн и Кей взяли по два фрага.

В средней стадии игры топер, собравший неплохую защиту своему Мэн Цяньцуну, попытался зайти с тыла и вынести Лу Сычэна, но стоило ему героически ворваться на ботлейн, как Тун Яо кинула заклинание, превратив его в овцу, и лишила возможности что-либо кастовать. Но даже когда ему удавалось подобраться к Лу Сычэну, Тун Яо тут же кидала ульт. И просевшее здоровье кэрри немедленно восполнялось. Противник и вздохнуть не успевал, как в него тут же летели всевозможные умения – так густо, как будто на них и мана не тратилась, и кулдаунов никаких не существовало!

Чемпион Лу Сычэна разжирел так, что прямо лоснился. Через его защиту никакой урон просочиться уже не мог. На двадцать четвертой минуте ZGDX ворвалась на вражескую базу. Завидев Лу Сычэна с десятью убийствами, нулем смертей и двумя содействиями, «Орки» сочли за лучшее перестать сопротивляться, сдать базу и спокойно готовиться к следующему раунду.

Когда Тун Яо снимала наушники, ладони у нее были мокрыми от пота. До нее донеслись голоса комментаторов:

– Ну что ж, честно скажем, Лилу все же не бесполезная, играть можно.

– Я больше скажу: хорошая прямо, играбельная Лилу!

– И тактика «четыре защищают одного» я бы не сказал, что провальная…

– В ней самое главное, чтобы твоя команда называлась ZGDX!

– Ха-ха-ха! А на Ай Цзя-то мы зря наезжали, получается. Нормальный Лилу персонаж, не хуже других. Ну, на самом деле никто и не говорил, что надо брать одних топовых героев текущей сборки, правда? Гораздо важнее, насколько между собой стыкуется весь состав!

Тун Яо встала. На губах девушки играла едва заметная улыбка.

После десятиминутного перерыва начался второй раунд. Чемпионов забанили тех же самых. Снова тактика «четыре защищают одного» и снова Лилу. Поначалу Тун Яо даже удивилась: почему вдруг «Орки» с таким упорством делают все, чтобы противники повторно разыграли ту же стратегию? Но потом оказалось, что включить мозг они на сей раз не забыли…

В этом раунде «Орки» выбрали Охотницу, Обаму и Минотавра, на третьей минуте заявились на бот и с яростью вырезали и Лу Сычэна, и Пухляша. На девятой минуте они сделали это снова, жестко забив Лу Сычэна прямо под башней. На пятнадцатой они еще и топлейнера с собой привели.

К этому моменту статы Лу Сычэна были 0/3/0, по крипам соперник обгонял его примерно на два десятка. Режиссер трансляции вывел на экран сводку по экономике по всем линиям и позициям, и все увидели, что Лу Сычэн отстает от врага на тысячу золотых. Тысяча золотых, стоимость примерно полутора элементов экипировки… И если бы это происходило в обычном ранговом матче, Лу Сычэн бы уже плюнул на все и спокойно ушел покурить.

Разгромили его жестоко, конечно. При таком раскладе Тун Яо, чемпион которой не мог похвастаться нормальным уроном, вела себя примерно так же вяло, как Ай Цзя в предыдущем матче. Она могла лишь тихо фармить, развиваться по золоту и докупать себе новые предметы на увеличение урона, чтобы компенсировать будущий недостаток урона у Лу Сычэна. Но из-за того, что команда с самого начала решила играть «четверо защищают одного», все эти действия особого эффекта не приносили…

Отставание ZGDX по фрагам было сейчас 3:9. А вот Лу Сычэну приходилось в разы хуже, чем всей остальной команде. Это уже было не «против ветра», это практически «тайфун в лицо»!

Глядя, как соперники жестко сосредоточились на капитане, Тун Яо занервничала. Она еще ни разу не видела, чтобы Лу Сычэн настолько драматически отставал. И это сказалось на собственной игре мидера – она стала действовать небрежно, несколько раз упустив крипов под своей башней.

– Спокойно, – раздался в наушниках голос Лу Сычэна. – Еще можем вытянуть. Дайте мне время немного прокачаться.

– Ты сейчас отстаешь от соперника на половину большого предмета.

– Если не полезу к нему напрямую, то он ничего мне не сделает, даже если все шесть больших соберет, – ровным тоном произнес Лу Сычэн. – Народ, потяните время. Сумеете?

– Не уверена, – проговорила Тун Яо. – Но постараюсь по возможности. Пухляш, Кей, подключайтесь.

Зрители трансляции не слышали, конечно, что именно сказал Лу Сычэн. Они думали, что он в этот раз собирается «умереть в канаве». И тут они обнаружили, что ZGDX повела себя в этой ситуации совсем не так, как чуть ранее в аналогичной – YQCB… Те полезли на рожон и начали лобовое столкновение. ZGDX, однако, ничего подобного не сделала. Тун Яо, насобирав предметов, повышающих урон, повела своих джанглера и саппорта прогуляться по лесу. Где-то у ямы с боссами они случайно наткнулись на вражеский «дуэт с ботлейна» и их джанглера в придачу, там-то у них и развернулся небольшой тимфайт.

Поскольку Кей играл Доброзлым Духом, а Пухляш – Жрецом Времени с ультом наготове, эта схватка длилась довольно долго. Бойцы то сходились, то расходились, но в итоге ZGDX все-таки вырвала два фрага у «Орков Судного дня». А пока команда сражалась, Лу Сычэн, главный источник урона, бешено зачищал волны и на топе, и на мидлейне, пытаясь нагнать отставание в развитии.

Все это повторилось несколько раз. То тут, то там случались командные стычки, а Лу Сычэна еще дважды поймали и убили.

А когда матч дошел до тридцать второй минуты, Лу Сычэн, со статистикой 0/5/0, зачищая волну крипов на ботлейне, в одиночку убил вражеского кэрри. Зал содрогнулся. У всех на лице читался немой вопрос: это, блин, как? И только тут зрители обратили внимание, что у кэрри ZGDX, который весь матч провел словно бы невидимкой, уже практически собран билд! И если раньше он отставал на тридцать-сорок крипов, то теперь опережал на столько же! Да как так-то?!

У многих возникло ощущение, что они, кажется, смотрели какой-то не тот матч. Режиссер трансляции тем временем снова переключился на экономику, и зрители с удивлением обнаружили, что Лу Сычэн, раньше отстававший на тысячу золотых, уже сравнялся с соперником, который вел на три фрага! Более того, Лу Сычэн буквально дышал ему в затылок, готовый обойти!

Теперь капитан ZGDX начал подключаться и к тимфайтам. Всего пятнадцать минут назад он был совершенно другим. И вот, когда он наконец собрал полный билд на урон, Тринадцатая Ласточка продемонстрировала свою поистине взрывную мощь. Под прикрытием Лилу, такой вяленькой в начале игры, брат Чэн, словно герой-отшельник, внезапно спустившийся с гор, буквально смел всех противников в двух командных боях подряд, сравнял экономику и из глубокого минуса перевернул весь расклад.

Победа над «Орками» была одержана со счетом 2:0. Когда Тун Яо с тиммейтами после разгрома вражеской базы сняли наушники и встали, у всех были донельзя счастливые лица.

Комментатор А:

– Как думаешь, это не мы случайно сглазили Лилу? Только что обсуждали, какая она нормальная, играбельная, а стоило уйти в минус – и все, от нее не было никакого толку.

Комментатор В:

– В смысле «никакого толку»? А как бы Тринадцатая Ласточка без нее дожила до поздней игры? Пришлось бы еще качаться и качаться, прежде чем участвовать в тимфайтах. Но игра ведь каждую секунду меняется, никто не знает, что может случиться. Так что это не мы ее сглазили. Просто мы с самого начала были неправы. В тактике «четверо защищают одного» так или иначе все упирается в кэрри. Если кэрри не тянет, то и мидер практически бесполезен. Но если кэрри взлетает, то мидер превращается в раковую опухоль для врага…

Комментатор А:

– То есть ты хочешь сказать…

Комментатор В:

– Что по делу Ай Цзя надо вынести оправдательный приговор. С точки зрения здравого смысла в той игре всю ответственность должен был нести не он, а… кхм…

Комментатор А:

– Ясно-понятно. Я смотрю, аккаунт в «Вейбо» тебе совсем не дорог.

Комментатор В:

– !!!

По правде говоря, Тун Яо практически не слышала, о чем болтали комментаторы. Мидер ZGDX знала лишь одно: восторженные крики зрителей сегодня звучали громче обычного. Они гремели, словно гром!

– Последнюю карту вы отыграли просто великолепно, – сказал капитан и по совместительству кэрри «Орков», пожимая руку Лу Сычэну. – Это надо в учебники, глава «Как кэрри выходить из адского минуса», брат Чэн.

– Да нет, – улыбнулся Лу Сычэн. – Просто у нас мидер весь раунд играл за саппорта. Ну как я мог после такого не отфармиться и не вытянуть позднюю игру?

Сказав это, он обернулся и глянул на Тун Яо, шагавшую сзади. Чуть замявшись, капитан убрал улыбку с лица, не удержавшись от подкола:

– Это была не похвала. Незачем краснеть.

Тун Яо, поднявшись на цыпочки, шлепнула его по спине. Но опустить руку не успела. Капитан совершенно неожиданно отвел свою руку назад, перехватив ее пальцы.

По коже Тун Яо пробежали мурашки. Девушка поспешно огляделась по сторонам – не заметил ли кто. К счастью, рукопожатия уже закончились, и «Орки Судного дня» паковали свои клавиатуры, ни на кого не глядя. А ее сокомандники направлялись к краю сцены, чтобы поклониться и поблагодарить зрителей. Так что на них двоих никто внимания не обратил.

Тун Яо с силой попыталась выдернуть свою руку, но безуспешно. Лу Сычэн, добившись малой победы, зашагал дальше и, пользуясь случаем, слегка тряхнул ее кисть. Но тут на пути у них оказалось кресло саппорта «Орков». Пришлось остановиться. И капитан, наклонившись к уху девушки, шепнул:

– Если бы я в этих двух раундах не продемонстрировал, как правильно играть «четверо защищают одного» и держаться против ветра, Ай Цзя бы так и не смог отмыться.

– Угу.

– И как ты намерена меня отблагодарить?

– Упаду на колени и головой об пол побьюсь.

– Нет, так не годится. Опять ты пытаешься от меня отделаться.

– Нет.

– Да.

В этот момент саппорт «Орков», возившийся со своим рюкзаком, заметил, что его кресло мешает пройти, поспешно извинился и отодвинул его в сторону. Лу Сычэн выпрямился как ни в чем не бывало и отпустил руку девушки раньше, чем кто-либо смог заметить все эти их маленькие телодвижения. Впрочем, даже если кто-то и смотрел на них с самого начала, то подумал бы, что они просто шепотом обсуждают матч. В общем, никто ничего не понял.

И все же, когда они подошли к краю сцены, сердце Тун Яо бешено колотилось. Кланяясь, она осторожно повернула голову и украдкой глянула на парня рядом с собой. А капитан, словно почувствовал взгляд девушки, тоже повернулся и расслабленно ей улыбнулся. Над сценой ярко горели прожектора, но глаза Лу Сычэна, казалось, светились сами по себе, и в них отражался ее силуэт.

Любовь, как говорят, – это когда находишь того самого человека, который без колебаний и в любое время готов дать тебе все, что ты хочешь и что ему по силам. Не оглядываясь и не сомневаясь.

По традиции, по окончании матча наступило время группового интервью. В отличие от весеннего сплита, когда интервью брали в неформальной обстановке комнаты отдыха победившей команды, летний сезон ознаменовался переходом к более торжественной атмосфере. Под это дело отвели более официальное помещение – просторный зал с небольшим подиумом и длинным столом, сидя за которым игроки отвечали на вопросы журналистов. Бывало, интервью брали сразу у двух команд, и обычно это были команды-соперницы из одного и того же матча…

Но сегодняшний день стал исключением. За одним столом расположились основные составы ZGDX и YQCB. Лу Сычэн сидел практически в центре. Слева от него разместился Иерофант, а справа уселась Тун Яо.

Журналист:

– Прежде всего хочу поздравить ZGDX с продолжением победной серии. Как говорится, золотая статуя не тускнеет!

Лу Сычэн:

– Спасибо. Не сглазьте.

Журналист:

– А еще мы очень удивлены, что игроки YQCB не уехали после своего матча, чем дали нам возможность провести это необычное групповое интервью.

Саппорт, он же капитан YQCB, Лян Шэн почесал затылок:

– Вообще-то, мы хотели уехать, но тренер не пустил. Буквально запер в комнате отдыха. Очень хотел, чтобы мы посмотрели, как играют «четверо защищают одного». Потому что мы только начали пробовать эту тактику и пока еще не очень хорошо ее отработали.

Журналист:

– Все говорят, что в нынешней версии игры, где ботлейн находится в довольно слабой позиции, эта тактика работает не так уж хорошо. Почему же команда ZGDX после неудачи YQCB все равно решила придерживаться этой стратегии?

Лу Сычэн, на миг запнувшись, слегка откинулся назад и покосился на Иерофанта. Тот в ответ закатил глаза. Коротко усмехнувшись, капитан ZGDX полушутя сказал:

– Да просто наш мидер сказал: «Я тоже хочу „четверо защищают одного“, тоже хочу Лилу!» Ну я и подумал: нормальная идея, заодно покажем другим кэрри, как это делается. Поэтому мы и сыграли так оба раунда.

Все вокруг засмеялись. Иерофант зашипел, видимо догадавшись, что Лу Сычэн сказал про него какую-то гадость, схватил за рукав молоденького переводчика, стоявшего у него за спиной, и потребовал перевести. На лице переводчика отразилось бессилие, но ему ничего не оставалось, кроме как все рассказать. Дослушав, Иерофант стремительно выдал длинную недовольную тираду на корейском.

Интервью продолжалось. Журналисты один за другим задавали вопросы – всякие мелочи о том и о сем относительно прошедшего матча. Отвечали на них в основном Лу Сычэн и Пухляш. Тун Яо сидела на стуле и краем глаза посматривала на Ай Цзя, который сидел на другом конце стола с отсутствующим видом. Пока наконец один репортер не упомянул его лично…

– Сегодня по окончании второго раунда случилось небольшое происшествие, а в третьем игрок Ай Цзя не вышел в стартовом составе. Можно спросить, связано ли это с тем происшествием? Фанаты очень интересуются.

Рассеянный взгляд Ай Цзя наконец сфокусировался. Следом недовольно выпрямилась Тун Яо. Чуть нахмурившись, Ай Цзя забрал микрофон у тиммейта и уже собирался ответить, как вдруг капитан YQCB выхватил его:

– То, что в третьем раунде мы выпустили игрока замены, – это было совместным решением команды и тренерского состава. Я знаю, что кое-кто в интернете сейчас вовсю раздувает тему, что Ай Цзя зазвездился и отказался выходить, но это не так, и я прошу вас остановиться. Просто Ай Цзя в тот момент был в скверном настроении, и мы решили, что выпустить замену будет неплохим решением.

Журналист:

– И почему же это он был в плохом настроении?

Тун Яо неловко заерзала. В этот момент уже не только Ай Цзя, но и ей самой хотелось взять этот стол и опрокинуть его на голову надоедливого журналиста. «„И почему же это он был в плохом настроении?“ Сам-то как думаешь? Ты проигрываешь матч, состояние и так уже не радужное, поворачиваешь голову и видишь, что твоя девушка в зрительном зале огребает от кого-то за то, что ты сейчас отыграл неважно. И мало того что все считают именно ее виноватой, так еще и „любящие“ фанаты костерят ее в лицо почем зря! Ты в такой ситуации что, радовался бы и напевал „Какой чудесный день“?!»

Тун Яо глянула на микрофон в руках журналиста. Так, понятно… Логотип принадлежал одной печально известной в мире киберспорта медиаконторе. Эти люди славились тем, что умели выдирать цитаты из контекста и разгонять безумные волны хейта вокруг игроков. С ними спорили и даже ругались многие клубы и игроки, но они только наспех отделывались извинениями и продолжали в том же духе.

Самым известным случаем с их участием был скандал, когда один игрок сказал: «Я думаю, что больше всего нового корейские легионеры привнесли в китайскую про-лигу, когда впервые в ней появились». А контора из этого сделала заголовок: «Резкое заявление игрока: от корейских легионеров был толк только в самом начале».

Ай Цзя насмешливо дернул уголком губ, явно показывая: он относится к этому вопросу с таким презрением, что брезгует отвечать. В воздухе повисла какая-то странная неловкость. Журналист, не добившись ответа, с очень недовольным видом уселся на свое место. Однако его вопрос, похоже, успел сбить обычное обсуждение матча с накатанных рельс, потому что вскоре и другие репортеры стали озвучивать разные вопросы…

– В последнее время в киберспортивной тусовке то и дело разгоняются какие-то темы, связанные с личной жизнью игроков. Как вы этому относитесь?

Все игроки YQCB синхронно опустили микрофоны. Увидев их реакцию, Тун Яо почувствовала одновременно и раздражение, и некоторое желание рассмеяться.

– Да пусть разгоняются, – сказал Пухляш. – Мы как-то по этому поводу особо не паримся. На самом деле мы целыми днями сидим на базе, людей почти не видим, так что у нас все в основном одинокие волки.

Кот забрал у Пухляша микрофон и добавил:

– Но это не значит, что мы сознательно в монахи записались. Тут важно понять, что просто не получается найти девушку, а не то, что мы не хотим или что нам запрещено.

Журналист:

– И все-таки многие фанаты надеются, что игроки будут серьезно относиться к матчам и постараются как можно лучше выступить на турнирах серии S. И не будут всякими посторонними вещами забивать себе голову. Это сродни тому, как они хотят, чтобы вы во время стримов, когда стоите в очереди в ожидании рангового матча, просматривали статистику или изучали материалы по игре, а не играли во всякие там «три в ряд» и прочую ерунду. На «Тьебе» и других ресурсах регулярно появляются посты об этом. Фанаты ведь всего лишь хотят, чтобы вы сосредоточились на игре и добились наилучших результатов.

Немного подумав, Лу Сычэн потянулся левой рукой за микрофоном, и Тун Яо прямо кожей почувствовала, что капитан что-то задумал. Она бросила на него тревожный взгляд и даже дернула за правую руку под столом, но Лу Сычэн и вида не подал. А далее последовала демонстрация его прекрасной памяти, злого языка и иных талантов.

– Позволь, я перефразирую то, что ты сказал, а ты послушай, нормально звучит или нет. Многие родители надеются, что их дети будут серьезно учиться, как можно лучше сдадут экзамены и поступят в Пекинский или Цинхуа, а всякими посторонними вещами не станут забивать себе голову. Это сродни тому, как они хотят, чтобы даже на переменах дети зазубривали английские слова, а не играли во всякие там «три в ряд» и прочую ерунду. На площадях, где танцуют пожилые тетушки, и в других местах регулярно слышны разговоры об этом. Родители ведь всего лишь хотят, чтобы дети сосредоточились на учебе, добились наилучших результатов и хорошо прожили эту жизнь.

Журналист:

– !!!

Лу Сычэн:

– Нет, в принципе, разумно звучит…

У Пухляша трясся подбородок. Наконец саппорт не выдержал, расхохотался и зааплодировал. Ай Цзя, с абсолютно непроницаемым лицом, последовал его примеру.

– Надо заметить, – продолжил Лу Сычэн, – что многие фанаты, которые выдвигают подобные идеи, скорее всего, по возрасту школьники. Или пусть даже это взрослые, уже работающие люди. И когда они предъявляют подобные требования к игрокам, которые, напомню, самые обычные люди… Оставим в стороне, как они смеются над игроками, что те, мол, не тренируются как следует, все время встречаются с кем-то, играют во всякие посторонние дурацкие игры… и не будем задумываться над тем, что они сами в свой перерыв – а кое-кто даже на лекциях или на работе – отдыхают или зависают на каких-нибудь форумах, на той же «Тьебе». В общем, я лишь надеюсь, что они смогут поставить себя на чужое место и посмотреть на все с другой стороны. Они же все еще молодые, наверняка с каждым бывало – залипнуть на уроке в окно, задремать или засмотреться на самую красивую девочку в классе… – Он прицокнул языком, замолчал на секунду и уточнил: – Хотя я никогда не заглядывался.

Нога, наступившая ему на правую ступню, отодвинулась в сторону.

– Но что-то похожее было, – добавил он. – В общем, если ты про-геймер, это совершенно не значит, что ты отличаешься чем-то особенным. Это не что-то такое необыкновенное и возвышенное, ты не обязан быть идеальным, ты не святой. И цепляться к тому, что сегодня игрок играл в «три в ряд», завтра – в «змейку», а послезавтра начал с кем-то встречаться, и раздувать из этого целую проблему попросту глупо. Большую часть времени мы так или иначе проводим в «Шторме и порядке». Может, даже больше, чем некоторые тратят на учебу. И знаете, хотя многие вчерашние школьники расстаются прямо на выпускном, потому что им завтра придется разъехаться в разные города, но еще больше профессиональных геймеров, которых бросают в самом расцвете их карьеры. А знаете почему?

Ай Цзя поднял микрофон:

– Почему?

– А вы у Бога Солнца из СК интервью возьмите, – посоветовал Пухляш. – Он вам расскажет почему.

Тун Яо хмыкнула. Журналист опустился на свое место с видом человека, которого убедили. Но тут поднялся еще один, на лице которого явно читалось, что слова Лу Сычэна его не убедили.

– А я смотрю, брат Чэн в таких вещах прямо эксперт?

Сяо Жуй, который все это время сидел в стороне, тоже поднялся на ноги, и хоть менеджер и молчал, но на его лице было крупно написано: «Только попробуй что-то устроить, сейчас охрану позову».

Лу Сычэн махнул ему, давая понять, что все в порядке, и спокойно подхватил тему:

– Конечно. Ведь я по меркам про-лиги считаюсь уже возрастным, играю профессионально довольно давно и за это время всякого насмотрелся.

– Чэн, то есть получается, что ты не возражаешь против того, чтобы игроки заводили отношения?

– Если знать меру, то почему нет? Не вижу ничего страшного. Неужели не доводилось слышать историй, как парень с девушкой вместе поступали в Пекинский или Цинхуа?

– И ты тоже мечтаешь о такой истории?

Лу Сычэн на мгновение застыл с микрофоном в руках. Сидящая рядом Тун Яо убрала прядь волос за ухо. Капитан ровным тоном ответил:

– У меня уже есть кое-кто, кто мне нравится.

И как только эти слова прозвучали, зал взорвался. Журналисты яростно заработали ручками, записывая сказанное в свои блокноты, а тиммейты как один повернулись и с абсолютно офигевшим видом уставились на своего капитана.

Тун Яо, опустив руку под скатерть, вцепилась в свои форменные брюки. Ладонь была влажная. Девушке пришлось сделать вид, что она точно так же удивлена, как и все. А в голове билось: «Он ничего не говорил! Ты ничего не слышала! Не красней! Не вздумай краснеть! Дыши ровно! Спокойствие! Только спокойствие!»

– Что ж, – сказал журналист, – возвращаясь к тем фанатам, у которых завышены требования… Чэн, тебе есть что им сказать?

Вопрос еще не отзвучал, а Тун Яо вдруг почувствовала, что большая рука капитана бесшумно скользнула под скатерть и накрыла ее ладонь. Приложив усилие, парень сплел ее пальцы со своими.

В отличие от девушки, которая словно одеревенела, Лу Сычэн расслабленно откинулся на спинку стула.

– Я очень благодарен фанатам за поддержку и любовь. Мы будем хорошо играть и постараемся побеждать. Если будет возможность, чаще приходите на арену, чтобы нас поддержать. И еще… – ровный голос прозвучал прямо у Тун Яо над ухом, – если вам по-настоящему нравится какой-то игрок, держитесь поближе к игровой сцене и подальше от его личной жизни.

Когда запись группового интервью с выступлением Лу Сычэна выложили, оно произвело в фанатских кругах эффект землетрясения. Сначала его продублировали у себя многие игроки и другие люди из киберспортивной индустрии, а потом, очень скоро, оно разошлось десятком тысяч репостов. Реакции были самыми разными: кто-то хвалил, кто-то ругал…

Так звучали комментарии тех, кто согласен. Но находились и несогласные…

Но были еще и другие, кто вообще не уловил суть…

Тун Яо просматривала комментарии по дороге на базу, пролистывая их один за другим. И вдруг наткнулась на один, не из самых популярных, всего-то десяток с небольшим лайков…

Тун Яо втянула холодный воздух. Рука дрогнула, и телефон шлепнулся ей на колени. Обернувшись, девушка бросила взгляд на того, кто недавно чесал языком без умолку. Теперь он лежал на заднем ряду, с головой укрывшись форменной курткой с длинными рукавами, и безмятежно спал.

Девушка поднялась и подошла к нему. Одной рукой упираясь в спинку сиденья над его головой, другой приподняла край куртки с лица… Спящий резко распахнул глаза, но как только он понял, кто его разбудил, то сразу смягчился.

Капитан приподнял голову и огляделся. В автобусе спали все, не считая водителя. Лу Сычэн протянул руку, поправил девушке волосы и тихо спросил:

– Ты чего?

Тун Яо, подняв телефон, убедилась, что там как раз открыт комментарий того самого «киберспортивного Шерлока», и развернула экран к парню. Лу Сычэн пробежал взглядом по строчкам и хмыкнул:

– Вот это да…

«Вот это да»? Это что вообще за реакция?

– Какой наблюдательный человек. Еще немного – и мы бы попались.

Забрав у Тун Яо телефон, капитан небрежно поставил комментарию лайк. Тун Яо, зашипев, отобрала гаджет, стерла его лайк и сердито зыркнула. Лу Сычэн невозмутимо притянул ее к себе и усадил рядом.

– Ты что так разнервничалась?

Тун Яо скрестила ноги, уселась поудобнее и стала вперемешку зачитывать комментарии фанатов. Закончив, она помолчала секунду.

– Понимаешь теперь, почему я не хочу, чтобы кто-то узнал?

– И?

– Когда все узнают, вы, ваше величество, потеряете полцарства.

– Оу… А по-твоему, почему я согласился все это скрывать?

Тун Яо хотела было ответить: «Чтобы не потерять полцарства», но не решилась. У Лу Сычэна было странное выражение лица, как будто он хотел сказать: «Только попробуй такое ляпнуть». Поэтому девушка лишь покачала головой и ответила:

– Не знаю…

– Потому что боюсь, что какие-нибудь отбитые психи будут поливать тебя грязью, – спокойно пояснил капитан. – Начнут говорить: играешь плохо, потому что все мысли только про отношения. Или – да, так мы и знали, женщины только об этом и думают. Будут ставить под сомнение причину твоего прихода в киберспорт…

– Мне без разницы.

– А мне нет, – твердо сказал Лу Сычэн. – Хотя не факт, что так будет, а если и будет – я уверен, мы ткнем им в лицо нашими результатами в матчах. Но даже сама мысль, что так может быть, очень раздражает. Ты ведь как раз из тех, кто любит читать все эти сплетни на форумах, проверять комментарии… На тебя это может сильно повлиять. Я из-за этого и сомневался, стоит ли нам быть вместе. Потому что, если бы вдруг появился какой-то другой игрок и начал к тебе подкатывать, я точно был бы первым, кто стал бы возражать.

Лу Сычэн секунду помолчал и без всяких эмоций добавил:

– И тогда я мог бы холодно сказать тому человеку: не приставай к ней. Она здесь только для того, чтобы играть.

В автобусе было довольно темно, и двое на заднем ряду почти полностью скрывались в тени. Голос парня звучал очень тихо, а его лицо, как могла видеть Тун Яо, по-прежнему оставалось бесстрастным. Девушка подтянула к себе колени, уткнулась в них лицом и едва слышно захихикала, стараясь сдерживаться.

– А потом? – Она подтолкнула его локтем.

– И что смешного?

– Неважно. Не обращай внимания. – Она продолжала подрагивать, а уголки губ так и норовили уползти вверх. – Что было потом?

– Какое еще «потом»? Я и опомниться не успел, а ты уже влетела ко мне в объятия. И даже если бы я тогда пожалел, было уже поздно… Э… Не в том смысле пожалел! – Лу Сычэн вздохнул, поднял руку и дважды надавил на голову девушки, прижимавшейся к нему плечом. – В общем, ты должна играть как следует и выигрывать. Это я виноват, что не сдержался. Тут главный преступник – я.

– Оу…

– Так что не подведи меня, чтобы мне еще и пожизненное не впаяли.

Тун Яо повернула голову и посмотрела на капитана. В тот же самый момент, как будто почувствовав, он сам повернулся к девушке и посмотрел на нее. Их взгляды пересеклись в темноте. Повисла тишина. Парень слегка опустил глаза. Его взгляд скользнул по губам девушки, находившейся так близко… Лу Сычэн чуть кашлянул, отвернулся и натянул капюшон куртки на лицо.

– Собственно, это все, что я хотел сказать, – пробормотал он. – Почти приехали. Сейчас будут просыпаться. Катись на свое место.

– Если ты так будешь грубить, то испытательный срок точно не пройдешь.

– Тогда я прямо сейчас напишу той девчонке, которая гадала, чем мы там занимались под столом, что наблюдательность у нее – просто супер.

Тун Яо встала, в пару шагов добралась до своего места и плюхнулась на него. И убрала телефон.

Она знала, что опасения, которые капитан озвучил, совсем не надуманные. Лу Сычэн боялся, что, если их отношения раскроются, Тун Яо захлестнет волной хейта. И она о своих тоже говорила всерьез: девушке совсем не хотелось, чтобы из-за нее брата Чэна свергли с пьедестала. Вокруг ника «Чессмен» с самого начала не появлялось ничего негативного. Даже отрицательных отзывов не было. Казалось, что он маниакально зациклен на имидже, это выглядело даже смешно… И хотя Лу Сычэн, считая, что совершил непростительную ошибку, отказывался от поддержания идеального образа, Тун Яо упорно продолжала настаивать на своем.

В мире вообще не существует такого правила, что именно мужчина должен защищать женщину. Но есть такое, негласное, но явное, – оба любящих сами по себе, неосознанно, естественным образом прикрывают друг друга. И только.

«И вот так, как сейчас, – уже достаточно хорошо, – сказала себе Тун Яо. – Нельзя требовать большего. Не нужно требовать большего».

Автобус наконец-то приехал на базу. Все проснулись и начали оживленно обсуждать, что бы такое съесть и какую доставку заказать. Тун Яо и Лу Сычэн шли со всеми вместе с таким видом, как будто ничего не произошло.

Только когда все расселись на диване и начали наперебой озвучивать свои пожелания насчет еды, несколько отсутствующий взгляд капитана выдавал, что он все еще возвращается мыслями к сказанному в дороге. Было ясно, что изначально Лу Сычэн тоже стоял за то, чтобы скрывать их связь. Но когда он понял, почему именно Тун Яо не хочет предавать все огласке, на душе у капитана стало неспокойно. У него возникло странное и немного неловкое ощущение, что это она его оберегает.

Все эти тонкие колебания в его чувствах девушка как будто увидела своими глазами. Но ничего не сказала.

Однако не прошло и четверти часа после того, как все поели и Лу Сычэн отправился спать, а Тун Яо, которая сидела, обняв колени, и смотрела какой-то американский сериал, вдруг закатила глаза.

– Блин!

В ответ на вопросительный взгляд Пухляша девушка пояснила:

– Мой пауэрбанк остался в рюкзаке брата Чэна!

– Он же сегодня телефоном почти не пользовался. Зачем он брал твой пауэрбанк? – Пухляш, ничего не заподозрив, посмотрел наверх, в сторону комнат. – Тогда иди, забери быстрее. Он, наверное, еще не заснул…

Тун Яо выпрыгнула из кресла и побежала на второй этаж. Распахнув дверь в комнату капитана, она сразу увидела на кровати подобие холма: капитан, полулежа спиной к двери и укутавшись в одеяло, играл на приставке. Похоже, он только что вышел из душа: волосы были мокрые. Когда Тун Яо вошла, он буркнул, не оборачиваясь:

– Только не гунди! Фен сломался, волосы высушить не смог.

Кажется, он перепутал ее с Пухляшом… Тун Яо тихо подошла сзади и присела, а потом, распахнув руки, со смешком сжала его в объятиях.

– Попался!

Джойстик выскользнул из рук парня, он растерянно обернулся и столкнулся взглядом с улыбающейся девушкой. Спокойно выпрямившись, Лу Сычэн высунул руки из-под одеяла. Одним движением подняв и пересадив Тун Яо на свою кровать, он наклонился к ней.

Тун Яо, все еще смеясь, чуть подалась назад. Капитан продолжал наклоняться вперед. Девушка еще немного отклонилась назад. В воздухе повисла какая-то двусмысленная напряженность. Когда тело Тун Яо накренилось в воздухе под углом в сорок пять градусов, улыбка исчезла с ее лица.

– Капитан, я не настолько гибкая, у меня спина сейчас сломается.

Между их лицами оставалось расстояние примерно в палец. Лу Сычэн замер. Затем ответил ровным голосом:

– И куда ты убегаешь? Сама же залезла к мужчине в кровать.

Мягкая ладонь поднялась и прижалась к неподвижному лицу, отталкивая парня назад.

– Ты опасный… одни пошлые мысли в голове.

Ладонь девушки то ли нарочно, то ли случайно тронула его губы. Лу Сычэн опять застыл, затем легким шлепком отодвинул ее лапку, перехватил запястье и быстро притянул девушку к себе. Лицо Тун Яо уткнулось ему в грудь. Он приподнял одеяло и одним движением укрыл ее, а второй рукой так же естественно обнял за талию.

– Что случилось?

– Мы это именно в такой позе хотим обсудить?

– Можно еще подо мной.

– Старый развратник.

– Так ты скажешь или нет?

Лу Сычэн чуть надавил на ее талию, притворяясь, что собирается опрокинуть девушку на постель.

– Скажу, скажу! – заговорила Тун Яо и, чтобы уж сохранить хотя бы относительно невинную диспозицию, вытянула обе руки и обхватила ими талию парня, как ленивец – ветку дерева. – Просто хотела зайти и сказать тебе спасибо, что сегодня пошел мне навстречу и так здорово разыграл «четверо защищают одного». Прямо живой учебник, как действовать, если ты в минусе! И еще сказать спасибо за то, как ты смело объявил перед всеми, что у тебя уже есть кто-то, кто тебе нравится.

– Ты поэтому ко мне в кровать забралась? Такое «спасибо» я принимаю!

Едва он это сказал, как его ущипнули за руку: не больно, не щекотно, будто кошка царапнула. Лу Сычэн опустил голову и встретился взглядом с парой глаз, блестевших в темноте под одеялом. Девушка в его объятиях с воодушевлением спросила:

– Брат Чэн, ты завтра чем-нибудь занят?

– Ну да, буду ранг поднимать, надо забираться обратно в «короли».

– А кроме этого?

– Больше ничем.

– Давай тогда сходим на свидание? Не в смысле в Ущелье Призывателей, а на обычное, человеческое свидание?

На следующий день, в полдень, Пухляш, склонившись над компьютером и увлеченно поедая лапшу, внезапно услышал, как кто-то, топоча, спускается по лестнице. Он поднял голову с зажатой в губах лапшинкой, и первым, на что упал его взгляд, был тот самый завораживающий просвет между подолом юбки и гольфами выше колен, где видна полоска кожи. Половинка перекушенной лапшинки упала обратно в миску.

– Куда это ты намылилась?

Тун Яо, присев на корточки возле обувной полки, начала с сосредоточенным видом искать босоножки, в которых собиралась пойти. Искала-искала, вытащила какую-то обувную коробку, открыла… Внутри оказались туфли, которых девушка раньше не видела. Размер был ее. Подняла голову, осмотрела шкаф – нет, это точно была ее полка! Тун Яо моргнула:

– А что это за туфли, откуда взялись?

– Ваш общий с соседским мидером спонсор заходил. Это она их сюда принесла. Сказала, у нее уже есть такие же… Так куда ты собралась?

Тун Яо вытащила туфли из коробки. Черные, кожаные, на небольшом каблучке, украшенном несколькими жемчужинами… На носке красовался металлический логотип и фирменная красно-зеленая полоска. Девушка, отставив коробку, сунула ногу в туфлю, примерила – размер подходил идеально. Посмотрев на Пухляша, она ответила:

– Так, за покупками.

– А… – кивнул он, держа миску с лапшой. – Помада у тебя чересчур красная.

– Правда? – пробормотала Тун Яо, ища салфетку.

В этот момент на втором этаже открылась дверь. Пухляш взглянул наверх. На сей раз на лестнице появился их кэрри. На нем были простые базовые вещи (спасибо жаркому лету, модникам негде развернуться!), но это никак не влияло на тот факт, что стоило Лу Сычэну сбрить щетину и вымыть голову, как он тут же становился красивее девяноста пяти процентов мужского населения… Если в оставшиеся пять процентов включить случаи, когда мимо него, слегка задевая плечами, проходят Дэниэл Ву, Канэсиро Такэси и Касивабара Такаси[28].

– Капитан, а капитан? Ты куда? – с любопытством спросил Пухляш.

Лу Сычэн остановился на середине лестницы и, сунув руки в карманы, посмотрел на девушку у обувной полки. Тун Яо замерла на секунду и ровным тоном произнесла:

– Я тут в магазин собираюсь.

Лу Сычэн повернулся к Пухляшу:

– Пойду с ней схожу.

Прежде чем саппорт успел что-либо сказать, из кухни показался Лу Юэ, державший в руках такую же миску лапши. Он прошел мимо, мельком окинув взглядом Тун Яо, а затем брата. Уселся в кресло Лу Сычэна рядом с Пухляшом, запустил игру, кинул саппорту приглашение сыграть в паре, а потом с видом, как будто разоблачает страшную тайну, спросил:

– А почему каждый раз, когда вы собираетесь выйти куда-то вдвоем, вы наряжаетесь так, как будто идете в ЗАГС?

– Я так каждый день выгляжу, – ответил Лу Сычэн.

– Я тоже, – поддакнула Тун Яо.

– Уж ты-то помолчала бы, – возразил Лу Юэ. – «Я тоже»! Да я тебя в последний раз в юбке видел, когда вы с братом на птичий рынок за рыбкой ездили… Даже нет, не «в последний», о чем я? Это был единственный раз!

– Ну да, и что? – насупилась Тун Яо. – Деревенщине надо выбраться в город, поэтому приоделась. И что такого-то?

Лу Юэ пропустил эту реплику мимо ушей, повозил палочками в лапше и спросил:

– И давно вы вместе?

Обувная коробка из рук Тун Яо выпала на пол. Лу Сычэн приподнял бровь. Пухляш так резко хлюпнул горячим бульоном, что обжегся, шумно задышал, забил себя кулаком в грудь, покраснел до ушей и, задыхаясь, выдавил:

– Что, зеленую шапку мне надел?! Я этого кэрри растил, лелеял, выкармливал – чтобы что? Чтобы он к мидеру телепортнулся?!

– Я пошутил, вообще-то, – с каменным лицом сказал Лу Юэ. – Я не готов принять, что сын моего брата вырастет метр пятьдесят, как его мать, и над ним всю жизнь будут насмехаться. Это слишком трагическая судьба. Я к этому не готов.

Тун Яо с трудом подавила в себе порыв запустить тапком в его физиономию, так напоминающую Лу Сычэна, и буркнула:

– Рот закрой.

Лу Сычэн даже не отреагировал на выходку брата, а вместо того потащил Тун Яо к парковке. Девушка оглядывалась через каждые три шага. Наконец он посадил ее в машину и пристегнул ремень безопасности. Тун Яо, все еще кипя от обиды и возмущения, шлепнула себя по колену.

– А почему ты ничего не возразил ему, Лу Сычэн? Может, потому, что тебе показалось, что он прав? Блин, как же меня это бесит! Ай-яй-яй, безупречные гены семьи будут испорчены мной, рост – метр пятьдесят…

– Вперед. Порти.

– !!!

Лу Сычэн завел машину и выехал из гаража.

– Он просто над тобой прикалывался. Моя мама, которая, вообще-то, и его мама тоже, примерно твоего роста. И что, хоть один из нас – метр пятьдесят?

Тун Яо, мрачная как туча, вцепилась в ремень безопасности и ничего не сказала. Капитан протянул ладонь и похлопал девушку по голове.

– А если наш сын будет чаще играть в баскетбол, то вырастет еще выше. Не переживай.

Тун Яо понадобилось секунды три, чтобы осознать, что именно в этих словах не так.

– Какой еще сын?! – выпалила она. – С кем с кем у тебя «наш сын»?

– А если дочь, то достаточно, чтобы она была такой же, как ты. А потом пусть пойдет и похитит чужого высокого сыночка из какой-то другой семьи. Идеально! – Лу Сычэн выехал за пределы жилого комплекса, помолчал и очень серьезно сказал: – И если честно, я больше хотел бы дочку. С пацанами одна морока, слишком шебутные.

Тун Яо с хлопком прикрыла обеими руками пунцовое лицо.

– Лучше заткнись!

– Что, и помечтать нельзя?

– Нет. О чем-нибудь нормальном мечтай!

– Ага…

– По голосу слышно, что ты ржешь!

– Не-а…

– Да.

– Нет, я просто немножко растрогался.

– По поводу? – Тун Яо отняла ладони от лица.

– Да вот подумал: и где я только еще найду такую кавайную малышку, как ты? Если бы ты была трусиками, то в синюю и белую полосочку!

– !!!

Лицо Тун Яо из красного стало белым, потом опять красным. Секунд десять спустя девушка с каменным лицом произнесла:

– Капитан, видишь вон то огромное дерево у обочины?

– Вижу. А что?

– Врежься в него с размаху. «И умерли в один день».

Всю оставшуюся дорогу, как Лу Сычэн ни пытался придумать тему для разговора, Тун Яо не отвечала. Лишь когда они доехали до торгового центра и он аккуратно припарковался, девушка сказала:

– Капитан, твой хваленый имидж разваливается на глазах.

– В смысле? – невозмутимо уточнил Лу Сычэн.

– Чессмен, каким я его помню, сдержанный, невозмутимый, холодный, резкий и проницательный.

Тун Яо отстегнула ремень безопасности, повернулась и выпрыгнула из машины. Затем захлопнула дверь и высунулась из-за автомобиля, чтобы продолжить разговор:

– А в итоге выясняется, что ты наглый, хитрый и бессовестный. Да еще и старый пошляк. Я в печали.

Лу Сычэн тоже вышел из машины, хлопнул дверцей и коротко ответил:

– Слишком много фантазий.

Чтобы не наткнуться на фанатов, они выбрали торговый центр не в центре, а несколько на отшибе. Когда они плечом к плечу выходили с паркинга, Лу Сычэн слегка коснулся руки Тун Яо, и та, словно поняв, что он собирается сделать, тут же шагнула в сторону. Лу Сычэн вздохнул:

– Взываю к твоему здравому смыслу.

– О чем ты? – обернулась Тун Яо.

– Когда мы впервые встретились, я решил, что ты отбитая фанатка, которая явилась ганкнуть базу, и захлопнул дверь прямо перед твоим носом. Что ты тогда подумала?

Тун Яо чуть задумалась, потом покосилась на парня, который шел рядом. Вроде бы спрашивал искренне, не подстраивал ловушку…

– Подумала: «Вот дебил, твою мать».

Лу Сычэн кивнул:

– Уже тогда я был очень далек от того образа, который ты нафантазировала.

– Дебил и пошляк – разные вещи.

– Перед другими девушками – я само благонравие.

– А?

– Так это же прекрасно?

Увидев, что девушка никак не реагирует, а просто молча смотрит куда-то в пустоту, Лу Сычэн воспользовался моментом, схватил ее за руку и притянул ближе к себе.

– Ты можешь в одиночку сколько душе угодно наслаждаться моей истинной внутренней сущностью.

Когда большая ладонь капитана сомкнулась вокруг ее маленькой руки, девушка, кажется, перестала соображать. Тун Яо не могла постичь радости «единоличного и неограниченного наслаждения», но все же, хоть и с трудом, приняла подобную формулировку. Она пыталась примирить в своем сознании образ сурового профессионала, рассуждающего о законах выживания на арене, с человеком, который говорил о сине-белых трусиках.

И где-то внутри зародилось смутное ощущение, что ее снова обвели вокруг пальца.

Но когда она решила продолжить спор, разговор сам собой перешел на другую тему. Они остановились возле кран-машины с игрушками. Лу Сычэн указал на агрегат глазами:

– Помнишь?

Тун Яо взглянула на вислоухого кролика внутри автомата. Этот был без морковки, но из той же серии. Такую мордочку она бы узнала из тысячи и потому кивнула.

У машины вертелась целая стайка девчонок. Они разглядывали призы – «Ой, вон тот лапочка! И этот тоже такая няша!», – но неуклюжие попытки извлечь игрушки оказались безуспешными.

– А-а-ай, что ж у тебя руки-то кривые!

– Опять упала…

– Нет, я больше так не могу. Столько денег просадила! На «Таобао» можно было уже кучу таких купить! Вот куплю как-нибудь десять штук, притащу их сюда, выложу возле автомата и устрою фотосессию всем назло!

Одна из девчонок, бормоча себе под нос, не выдержала и начала яростно листать «Таобао» в поисках таких же игрушек. Когда компания чуть расступилась, Лу Сычэн и Тун Яо наконец протиснулись к автомату. Завидев красавчика, как будто сошедшего с журнальной картинки, девчонки даже ругаться перестали. А он, ни на кого не обращая внимания, спросил у той, кого крепко держал за руку:

– Какого именно хочешь?

Тун Яо тут же почувствовала, как все взгляды скрестились на ней. И на руке, за которую ее держал Лу Сычэн. На лицах девчонок ясно читалось: «Она, наверное, в прошлой жизни целую галактику спасла…» Тун Яо глубоко вдохнула, подумав: «Да-да-да. Спасла. Завидуете?»

Взглянув на игрушки, она повернулась к Лу Сычэну:

– Так у меня ведь уже есть?

– Я знаю, что у тебя уже есть. Сам его и добыл. Еще знаю, что ты поставила его у кровати, на тумбочку. Пусть будет еще несколько штук, устроим им тусовку, – ответил капитан. – Они же все разные. Смотри, вон тот в шапочке.

Тун Яо не была уверена, но ей показалось, что, когда Лу Сычэн сказал про шапочку, в его интонации было что-то одновременно милое и ужасно развязное. Похоже, девчонки вокруг подумали примерно так же. Одна даже не выдержала и фыркнула от смеха.

– Этого кролика очень сложно вытащить, – сказала она. – Мы тут уже целую вечность пытаемся!

Лу Сычэн посмотрел в ее сторону, но ничего не ответил. Вытащив банкноту с дедушкой Мао[29], он попросил Тун Яо разменять ее. Девушка ушла, а когда вернулась с горсткой монет, на кран-машине уже стояли два кролика – один в шапочке, а другой с клубникой.

Тун Яо протянула капитану мелочь и снова поймала на себе взгляды: завистливые – девчонок – и тревожный – владельца автомата у них за спиной. Она взяла двух кроликов, внимательно разглядывая их, потом повернула игрушки к Лу Сычэну.

– И кто милее?

Капитан нажал кнопку. Когда железная клешня надежно ухватила третьего кролика, Лу Сычэн повернулся к Тун Яо, которая задала этот вопрос с серьезнейшим выражением лица, и не менее серьезно ответил:

– Кто милее? Ты.

До обеда было еще далеко, а Тун Яо уже стала обладательницей большой сумки, набитой всевозможными кроликами и врученной ей под завистливыми взглядами девчонок примерно ее возраста. Если представить, как эти кролики выстроятся в рядок у изголовья ее кровати, то это будет даже не тусовка, а настоящий партсъезд!

– Когда в парке развлечений разводили с этими «попади в мишень и выиграй приз», я всегда думала: ничего, вот найду толкового парня, и как вернусь, и как обнесу вас, чтоб вы все закрылись! – сказала Тун Яо.

– У тебя получилось.

– Что?

– Найти толкового парня, – ответил Лу Сычэн. – И что это был за парк развлечений? Давай купим билеты, поедем и разорим его.

– «Диснейленд» в Токио…

– !

Была примерно половина второго. Как проходят нормальные, человеческие свидания? Примерно так: пообедать, посмотреть какой-нибудь фильм, потом попить чая с десертами, поиграть в игровых автоматах, еще раз перекусить, а после изящно разойтись по домам. Учитывая, что эти двое и так уже практически жили вместе без всякой регистрации отношений, последний пункт они могли смело пропустить. Однако сейчас предстояло решить вопрос с обедом.

Тун Яо, с огромной сумкой кроликов, за руку с Лу Сычэном, обошла весь торговый центр. Но чем дольше она выбирала, что именно хочет съесть, тем труднее ей было определиться. Вся в сомнениях, девушка остановилась возле одной кондитерской и, наклонившись, заглянула в меню десертов, выставленное на входе. Но кое-кто попытался оттащить ее обратно:

– Мы пообедать пришли, а не за мороженым. Что ты там рассматриваешь?

– А почему нельзя мороженое на обед?

– Тебе что, три года?

Капитан потянул ее в сторону. Тун Яо уже собиралась высказаться, как вдруг заметила группу смутно знакомых девушек. Приглядевшись, она чуть не выругалась: это были те самые фанатки, что раздавали флажки и таблички на матче несколько дней назад, и теперь они стояли в очереди у корейского ресторанчика с барбекю.

А вон та, самая высокая, и сегодня носила тот браслетик с именем Тун Яо. Стоит сейчас любой из них посмотреть в их сторону… и они сразу увидят, что лучшие ударные силы любимой команды в этот прекрасный день не качают ранг у себя на базе, а гуляют за ручку по торговому центру.

Тун Яо, шумно вдохнув холодный воздух, резко стряхнула руку Лу Сычэна и, не дав ему ни слова сказать, сообщила, что ей требуется в туалет, а он пусть ждет ее в каком-нибудь западном ресторанчике на первом этаже, и спаслась бегством. Влетев в уборную, она довольно долго приводила себя в чувство, а после, выйдя наружу, обнаружила, что Лу Сычэн поступил не так, как она попросила, и не пошел на первый этаж, а вместо этого отправился к аварийному выходу возле лестницы, встал там и закурил. Услышав шаги, он бросил взгляд на Тун Яо, но ничего не сказал, снова опустил голову и затушил сигарету о ближайшую урну.

И в этот момент Тун Яо почувствовала, что сделала что-то очень, очень плохое и что капитан за это на нее ужасно обижен.

Тун Яо, встревожившись, рысью добежала до Лу Сычэна, остановилась перед ним и мельком кинула взгляд на сигарету в урне: похоже, он и пары затяжек не сделал, а уже потушил. Девушка припомнила: Пухляш как-то говорил, что капитан никогда не страдал от никотиновой зависимости и курил редко – только когда на душе было неспокойно или хотелось расслабиться. Правила клуба запрещали курение, а потому, чтобы не мешать другим, Лу Сычэн обычно выходил во двор базы. Если менеджер ловил его и штрафовал, капитан никак на это не реагировал. Ему было все равно.

А после того, как в команде появилась Тун Яо, он и вовсе практически бросил. Хотя прятать сигареты и вести интеллектуальные бои с Сяо Жуем все равно оставалось его любимым хобби.

Когда девушка остановилась перед ним, то не успела ничего сказать, как он выпрямился и, чуть помедлив, произнес:

– Пойдем вниз. Поедим.

И зашагал вперед. На каждый его длинный шаг Тун Яо приходилось делать своих два, чтобы не отставать. Переводя дух, она спросила:

– А почему ты сразу туда не пошел и не подождал меня в ресторане?

Лу Сычэн чуть сбавил скорость, подумал и ответил:

– Не хотелось идти туда одному.

Тун Яо ухватилась за край его футболки. Капитан не обернулся и не запретил, поэтому она, держась вот так, продолжала семенить за ним.

Некоторое время они шли молча. Лицо Лу Сычэна превратилось в каменную маску – очень знакомую, холодную и язвительную. Это был, без сомнения, ее капитан, но точно не ее парень. Девушка отпустила край его футболки, за который держалась, и украдкой попыталась поймать ладонь Лу Сычэна, но у парня на подбородке словно выросли глаза – он как будто невзначай отвел руку в сторону.

Тун Яо вздохнула. Теперь можно было с уверенностью сказать: ее уважаемый капитан и в самом деле чем-то серьезно недоволен. Тун Яо снова и снова пыталась поймать его руку, а он с не меньшим упорством уворачивался. Наконец терпение у девушки лопнуло, и она обеими руками, словно пытаясь поймать кролика, схватилась за его кисть. Он раздраженно цокнул языком и выдернул руку – со всей решительностью человека, который отказывается сотрудничать. Тогда Тун Яо вернулась к прежней тактике: схватилась рукой за край его одежды, а потом еще и покрутила. Теперь у нее из пальцев торчал острый уголок. Лу Сычэн ощутил легкое сопротивление откуда-то сзади, слегка приподнял бровь, обернулся и встретился взглядом с темными глазами, которые сейчас смотрели на него снизу вверх.

– Там, у корейского ресторанчика, – серьезно проговорила Тун Яо, – я заметила наших фанатов. Поэтому в тот момент и стряхнула твою руку.

– Оу, – только и ответил капитан.

Они как раз проходили мимо магазина товаров для дома, и капитан, под полным недоумения взглядом Тун Яо, зашел туда и взял с полки черную маску. Девушка тянулась за ним хвостиком. Лу Сычэн направился к кассе. Когда он расплачивался, Тун Яо, навалившись на край ленты у кассы, вытянула шею и спросила:

– Зачем тебе маска?

Лу Сычэн разорвал упаковку и надел маску. Взгляд у него был спокойным.

– О тебе забочусь. Что поделать, если со мной стыдно показываться людям на глаза…

Кассирша взглянула на них с явным недоумением. В ее глазах явственно читалось: «Девочка, у тебя со зрением все нормально? С чего это с твоим парнем вдруг стыдно показываться на глаза? Не ценишь ты свое счастье!» – и вот под этим сложным взглядом Тун Яо приподнялась на цыпочках, чтобы стянуть с него маску. Но он отклонился уворачиваясь. Взгляд кассирши стал еще более многозначительным. Тун Яо резко схватила Лу Сычэна за руку и, таща его за собой, быстро выбежала из магазина.

Вышло довольно странно. Угадывалась идеальная линия подбородка, над маской сверкала пара темных глаз. Высокий и подтянутый парень, с выправкой – казалось, что это какая-то кинозвезда решила инкогнито выйти «в народ».

Поэтому люди то и дело косились на него, а потом сбивались в кучки и шепотом обсуждали, кто бы это мог быть. Тун Яо шла рядом, и, если бы не цеплялась за руку капитана как ленивец, девушку записали бы, самое большее, в ассистентки, младшую обслугу и прочее в таком духе. Впрочем, Тун Яо понимала, что сама накосячила, и посему терпеливо сносила эту пытку. Без всякого нытья она, смирившись со своей участью, повела Лу Сычэна в тот самый ресторанчик внизу, о котором они говорили.

Однако и там моральная пытка, которую ей устроил капитан, не прекратилась. Он сидел за столом, засунув руки в карманы, и не заказывал никакую еду. Вместо меню он молча смотрел на Тун Яо, сидевшую напротив. Казалось, этот ужасный взгляд мог прожечь в ней дыру. В конце концов она, не выдержав, подняла меню вертикально, чтобы от него заслониться, и опустила, только тщательно изучив.

– Я выбрала. А ты что будешь?

– Я не ем.

– Почему?

– Таких уродов, как я, кормить вообще не положено, – донесся из-за маски чуть глуховатый, низкий, с приятной хрипотцой голос.

Тун Яо невольно посмотрела на официантку. У той на лице тоже читалось полнейшее недоумение. Затем официантка осуждающе посмотрела на Тун Яо. Когда их взгляды встретились, повисла очень неловкая тишина. Девушка быстро изменила заказ, попросив все то же самое, но по две порции, и наконец спровадила официантку, которая так косилась на Лу Сычэна, как будто ожидала, что из-под маски вот-вот покажется лицо, напрочь изуродованное концентрированной серной кислотой.

Девушка протянула руку через стол и одним рывком сорвала с капитана маску.

– Что ты делаешь? – Лу Сычэн цокнул языком.

Тун Яо уже собиралась выругаться, но стоило капитану опять скользнуть по ней тем самым взглядом, как она сразу сдулась.

– Ну ладно, ладно, я виновата! Может, хватит? Лу Сычэн, да перестань уже, а? Там же только что были фанаты! Если они увидят, как мы разгуливаем за ручку, думаешь, все будет нормально? Помнишь, я тебе тогда показывала комментарии от фанатов? Они не готовы принять тот факт, что у тебя может появиться девушка. Не готовы они, понимаешь?

– Да мне абсолютно плевать, – нахмурился Лу Сычэн. И протянул руку. – Верни маску.

Стиснув маску в ладони, девушка отпрянула назад и ловко увернулась. Но толку-то, если его руки были гораздо длиннее? Пальцы Лу Сычэна будто нарочно задевали ее лицо, а потом одним движением ущипнули за кончик носа. Тун Яо так распереживалась, что ей уже хотелось стукнуть по столу.

– Тебе плевать! Зато мне не плевать! И дело не в том, что они будут со мной обращаться как с Цзиньян. И не боюсь, что они начнут говорить, что я, вместо того чтобы нормально играть, закрутила с их «муженьком». Я просто знаю одно: с тех пор как ты начал играть профессионально, про тебя еще никто слова плохого не сказал. Даже на «Тьебе», в тех разделах, где только и делают, что льют грязь, – даже там ничего не было!

Рука Лу Сычэна, на мгновение замерев, отпустила ее нос. Что-то мелькнуло в темно-карих глазах.

– Так, и что?

– Не хочу становиться тем слабым местом, из-за которого на тебя нападут хейтеры.

Лу Сычэн несколько секунд помолчал, а потом спокойно откинулся на спинку стула.

– Говорить об этом уже поздновато, не находишь? Ты уже им стала. У каждого обычного человека есть свое слабое место. Я не бог, поэтому оно есть и у меня. И это ты.

Лу Сычэн помолчал, потом сменил позу.

– Мне не важно, что они говорят. Если они оценивают меня положительно – очень рад. Считаю это за честь. Но я не собираюсь быть моральным заложником этих оценок. Отзывы и репутация – это результат моих действий, а не наоборот. Я не совершаю какие-то действия специально ради отзывов и репутации. Что-то сложно объясняю… Ты вообще понимаешь, о чем я?

На лице Тун Яо отражалось крайнее недоумение. Парень тихо вздохнул.

– Я всего лишь влюбился в одну девчонку. И не сделал вообще ничего плохого. Так почему ты так нервно бросаешься меня защищать?

Недоумение дало трещину. Дело было не в том, что она действительно не поняла Лу Сычэна, а в том, что ее так отметелила эта серия потрясений, что девушка, образно выражаясь, вся в синяках и с разбитым носом, теперь и слова не могла выдавить. Тун Яо совершенно не понимала, что такого сделала и сказала, за какие заслуги ей выпала честь стать «слабым местом» главного небожителя профессиональной лиги «Шторма и порядка». Но именно такое определение прозвучало из его собственных уст, причем тоном «я тут с тобой по-взрослому разговариваю»… И ей оставалось лишь судорожно вспоминать, правда ли она в прошлой жизни спасла галактику.

Тун Яо, не обладая обширным словарным запасом, с трудом находила слова, чтобы объяснить капитану, насколько сильно она нервничает. Девушка очень дорожила им и боялась, что может произойти что-то нехорошее или что он будет хоть немного обижен. Ведь одно то обстоятельство, что они с ним оказались вдруг вместе, само по себе чудо и огромная удача. И сейчас девушка была очень удивлена тем, что Лу Сычэн, судя по всему, думает точно так же… Все это время она была уверена, что в их только-только начавшихся отношениях весы статуса очевидным образом наклонены в сторону Лу Сычэна. А примерно минуту назад осознала, что на самом деле они никогда не были перекошены. Даже на волосок. И потому…

В результате этого разговора раскрасневшаяся Тун Яо запихнула маску Лу Сычэна в его карман и, опустив голову, набросилась на еду. А разговор перешел на безопасную тему: они начали обсуждать будущую поездку в Сямынь на Кубок Демасии. Лу Сычэн, просматривая в телефоне список игроков второго состава, заявленных на Кубок, сказал капитанским тоном:

– Лу Юэ в этот раз едет. Он единственный, кто относится к основному составу, хоть и на замене, и все равно отправится на турнир вместе со вторым. Похоже, клуб рассчитывает, что если даже первое место в этом году не займем, то за тройку точно поборемся.

А Тун Яо открыла в телефоне сайты для путешественников и подборки лучших ресторанов и заговорила тоном заправского туриста:

– Так, а что у нас вкусного в Сямыне? Ананасовое печенье? Вяленая свинина? Ночной рынок с едой? Ух ты! А у нас отель далеко от ночного рынка? Будет обидно, если матч закончится поздно и ночной рынок уже закроется.

Лу Сычэн:

– !

– А какая там погода-то вообще? Жарко сейчас? В чем там ходят, в футболках?

– Тун Яо!

– А?

– Мы туда едем смотреть, как наш второй состав играет на национальных соревнованиях! Мы не туристы.

– Я же не говорила, что не буду за них болеть, – совершенно серьезно заявила Тун Яо, откладывая телефон.

– Ты будешь очень сильно болеть, чтобы они поскорее выиграли матч, а потом ноги в руки – и шататься по ночному рынку, да?

С трудом сохраняя невозмутимость, Тун Яо ткнула пальцем в его тарелку:

– Ешь-ка лучше свою еду!

После обеда очень хотелось погулять где-нибудь, но они стали опасаться, что их и правда спалит кто-нибудь из фанатов. И что тогда делать? Оставалось одно – забраться в темный-претемный кинотеатр, где даже привидение никто не разглядит.

Когда они выходили из ресторана, Лу Сычэн снова нацепил маску.

– Что, поел – и появились силы капризничать? – насупилась Тун Яо.

– Нет. – Лу Сычэн бросил взгляд на свое отражение в ближайшей витрине. – Сначала я хотел тебя проучить, а потом понял, что неплохо в ней смотрюсь.

Тун Яо, идя у него за спиной, закатила глаза.

В кинотеатре на верхнем этаже народу было немало. В очереди они продолжали обсуждать Кубок Демасии, сильные и слабые стороны второго состава. Наконец фильм и сеанс были выбраны. Лу Сычэн потянулся за кошельком, когда вдруг у входа послышался гомон и взрыв смеха. Тун Яо, любопытствуя, обернулась… Шумной стайкой оказались те самые недавние фанатки. Впрочем, сейчас их разделяла целая толпа.

Лу Сычэн и Тун Яо переглянулись. Парень, опустив взгляд, протянул деньги в окошко кассы. В этот момент девушка краем глаза заметила, что фанатки обступили терминал самообслуживания. Тун Яо подняла голову и посмотрела на Лу Сычэна, а тот, видимо решив, что девушка все еще нервничает, поднял ей капюшон толстовки, натягивая на самое лицо.

Вдруг он услышал, что Тун Яо окликнула его, привлекая внимание, а потом неожиданно сказала: «У тебя что-то на лице» – и протянула руку, словно собираясь это убрать. Лу Сычэн, держа в руке кошелек, наклонился и тут же ощутил, как теплая рука скользнула к его уху и стянула маску, а в следующую секунду девушка приподнялась на цыпочки и очень быстро оставила поцелуй у самого края его губ, легкий, как прикосновение перышка.

А потом, хихикая, снова надела на него маску, и на щеках у нее появился нежный румянец – ну в точности глупая косуля, которая только что провернула какую-то грандиозную шалость.

Зажав в руке билеты, Тун Яо быстренько, словно воришка, побежала в зрительный зал, таща за собой Лу Сычэна. Пока они не сели на свои места, капитан ни разу не оказал сопротивления – похоже, тот самый жест со стороны Тун Яо все-таки выбил его из колеи. Или счастье свалилось на него слишком внезапно и он, даже будучи «великим Лу Сычэном», не сумел сразу прийти в себя?

Пока вокруг не опустилась темнота, да такая, что никто не смог бы в этом мраке никого толком разглядеть. В слабом свете экрана Тун Яо краем глаза увидела, что парень, сидевший рядом, снял маску. Чуть поразмыслив, он повернулся к ней и с непроницаемым лицом поинтересовался:

– И что это должно было означать?

– Я снова увидела наших фанаток.

– И?

– И поэтому, рискуя попасться, сделала вот так.

– Почему?

– Хотела доказать, что я тебя не стыжусь. Ты очень хороший и к тому же красивый. – Она загибала пальцы, перечисляя. Почему-то оказалось, что, когда лица не видно, говорить о подобном чуточку легче. – И что я не трусиха и меня тоже посещает великий и романтичный дух авантюры.

Сначала Лу Сычэн никак не показал, доволен ли ее ответом или не очень. Но, чуть подумав, все же произнес:

– Очень хорошо.

Тун Яо подумала про себя: «Вот да, „очень хорошо“ – и ладно, и не мучай меня уже, хватит этих расспросов. Просто, блин, оказалось вдруг, что в маске ты и правда чертовски красив, у меня от этой красоты мозги совершенно отшибло, вот я это и сделала – а какая еще-то тут может быть причина?!»

Сеанс в это время уже начался. Некоторое время Лу Сычэн сидел смирно, добросовестно глядя в экран, но чем дальше, тем кривее становилась его поза, он все заваливался и заваливался в сторону, пока его голова не опустилась на плечо Тун Яо.

Девушка подумала: «Что-то тут не так. Разве это не я должна делать?» Посмотрев на капитана, она обнаружила, что глаза у него закрыты. Тогда девушка пошевелила плечом, чтобы его встряхнуть. Когда Лу Сычэн нехотя поднял веки, она спросила:

– Во сколько ты вчера лег?

– Часа в четыре, – после паузы ответил он.

– А потом опять встал, спустился и пошел ранг набивать?

Капитан зевнул:

– Пухляш рыдал, умолял вытащить его из адского Алмаза II.

– Значит, ты всю ночь тянул за уши своего саппорта, поднимал ему рейтинг, а сегодня со мной, на первом нашем официальном свидании, клюешь носом? Ну молодец, капитан, молодец. – Она снова дернула плечом. – Подъем! Нечего на мне лежать.

– Ты меня уже даже поцеловала, а на плече полежать нельзя?

– Ну поцеловала один раз, и что?

– Ничего…

Когда свет от экрана стал немного ярче, капитан чуть шевельнулся и приподнял голову. Глядя немного снизу вверх своими темно-карими глазами, он спросил:

– Тот «один раз» был слишком быстрый, я не успел среагировать. Повторим?

Его глаза стали очень яркими, и это было заметно даже в темном зале. Вместо ответа девушка приподняла капюшон его куртки и нахлобучила ему на лицо.

Едва ли Тун Яо смогла бы потом вспомнить, что именно они смотрели. Ей врезались в память лишь темнота и то, как парень рядом долго-долго не сводил с нее взгляда, а потом, словно смирившись, вновь уложил голову ей на плечо и задремал…

Он проснулся уже к самому концу. Ничего не сказал, просто через край капюшона, все так же наполовину надвинутого ему на голову, посмотрел на Тун Яо. В это время героиня на экране обнимала большую рыбу, парившую в небе. Стало светлее, и Тун Яо, скосив глаза, наткнулась на взгляд капитана.

Они смотрели друг другу в глаза секунды три. Затем девушка внезапно приподняла капюшон парня, опиравшегося головой на ее плечо, наклонилась вперед и поцеловала его в тонкие губы… Зазвучала финальная музыка. Тун Яо почувствовала, что парень шевельнулся и слегка приподнялся. Кончик его языка скользнул по губам девушки, слегка клюнул их, но как раз в тот момент, когда Лу Сычэн собирался продолжить, Тун Яо выпрямилась.

– Э?

– Что еще за «э»?

– Выражаю разочарование…

В ответ Тун Яо дернула уголком губ и, протянув руку, оттолкнула голову парня, едва не отдавившую ей плечо.

После фильма они собирались сходить куда-нибудь поужинать и только потом вернуться на базу, но стоило выйти из кинотеатра, как вдруг телефон Лу Сычэна бешено завибрировал. Когда капитан ответил, из трубки зазвучал громкий голос Пухляша:

– Алло! Чэн, вы куда делись? Вы за покупками в Вегас поехали и уже расписываетесь? Назад вообще думаете возвращаться? Второй состав сегодня днем переехал вниз, на первый этаж, у них в восемь вечера будет тренировочный матч с «Обсидианом»! Мин велел тебе вернуться и присмотреть за мелкими!

Приложив телефон к уху, Лу Сычэн не удостоил ни один из вопросов ответом, ограничившись кратким:

– Подожди…

Затем посмотрел на Тун Яо. Девушка пожала плечами. Придется ехать назад, куда деваться…

Младшая команда клуба ZGDX, они же «второй состав», состояла из ребят, отобранных из молодежных тренировочных лагерей разных клубов. Обычно они располагались на втором этаже базы и играли тренировочные матчи с командами городской и низшей, то есть полупрофессиональной, лиги. «Мелкие» по возрасту были и правда мелкие, большинству было от пятнадцати до девятнадцати лет, и их считали кадровым резервом ZGDX. И среди этих ребят, естественно, были и такие, как та чешуйка дракона, которую трогать нельзя, а то все взорвется. В обычных школах это были главные бунтари. И как только в таком подростке включался упертый баран, он не желал никого слушать, а потому управляться с мелкими и воспитывать их было куда сложнее, чем обычных игроков. И Мин, и Пухляш, и Кот – все пришли когда-то как раз из второго состава. Теперь Мин был ветераном, которого все уважали. Так что единственные двое, кто мог заставить эту ребятню слушаться, были как раз Великолепный Мин и капитан первого состава, Лу Сычэн. В случае капитана причина была проста: по скиллам он был немерено крут, а когда злился, то становился страшнее любого завуча по воспитательной работе.

Поэтому Сяо Жуй и все остальные торопились вернуть капитана на базу – чтобы ребятки в порыве эмоций не раздолбали там все на свете.

Похоже, задача «вернуться и отыграть смотрителя в обезьяннике» никакого энтузиазма у Лу Сычэна не вызвала. Прикрыв телефон рукой, он сказал Тун Яо:

– В принципе, можно не торопиться… Мин с этими мартышками и сам может справиться.

– Идите лесом, товарищ капитан! Дядя Пухляш, между прочим, все слышит! Ты себя что, в дораме почувствовал? Думал, прикрыл трубку – и все, никому не слышно?

Пришлось завершить разговор и направляться к машине. Пристегиваясь, девушка со смешком заметила:

– Такое чувство, что с кинозвездой встречаюсь. Все время прячемся, убегаем от фанатов, даже поужинать не успели – а уже дернули обратно, как на пожар!

– Расстроилась?

– Да нет. – Тун Яо поспешно замахала рукой. – Еще будет шанс. В другой раз.

У парня за рулем после слов про «шанс» и «другой раз» загорелись глаза. Чуть выпрямившись, он как будто невзначай скользнул взглядом по губам девушки. Тихо пробормотав «угу», капитан завел машину и выехал с парковки.

Когда они вернулись на базу, Тун Яо, еще только разуваясь, увидела, что Пухляш, Кот и Кей втроем втиснулись на один диван. Кот и Кей обнимались с Пышкой и Лучком, а Пухляш смотрел на них с черной завистью в глазах.

Игроки младшей команды, как и ожидалось, уже расселись по местам. Они были очень взбудоражены тем, что им выпал шанс явиться на первый этаж, громко болтали и смеялись. Только кресло Тун Яо оставалось пустым. Проныра Лу Юэ не так давно провернул аферу и все-таки выбил себе персональное место.

Соседнее кресло, место Лу Сычэна, было занято. Там сидел парень с ником Алчный Волк. Волку было всего пятнадцать лет, и он еще не дорос до того возраста, когда можно официально играть в турнирах про-лиги. Однако Тун Яо уже не раз слышала о нем от тиммейтов. Говорили, что у него в столь юном возрасте уже проявляется недюжинный талант, он занимает важную позицию кэрри во втором составе, в матчах играет агрессивно и жестко, умеет ловко маневрировать на линии. У Волка смутно просматривался тот же стиль, что и у Лу Сычэна. Кто-то даже называл его «маленьким Чессменом». Считалось, наверное, что это комплимент, но, по мнению Тун Яо, самому Волку прозвище не слишком-то нравилось – точно так же, как и Лу Сычэну когда-то не нравилась роль «тени» Иерофанта Ли Джунхёка.

Тун Яо подошла, кинула сумку на кресло и поздоровалась с пареньком, который сидел на месте Лу Сычэна.

– Ну что, Волчонок, кем сегодня будешь играть против «Обсидиана»?

Он в этот момент как раз держал кружку с водой. Может, Тун Яо заговорила так неожиданно, что напугала его, только рука у него дернулась. Вода расплескалась, а кружка едва не грохнулась на пол… однако проворная Тун Яо успела подхватить ее на лету. В это время саппорт второй команды, Крушитель, воскликнул:

– Комната создана!

Волк, промокший и немного сконфуженный, встал и поднял глаза на девушку.

– Сестрица Тун Яо, не выберешь за меня чемпиона?

Она махнула рукой: мол, давай быстрее! И парень пулей умчался переодеваться.

В гостиную вошел Лу Сычэн, держа в руках планшет для записей и ручку. Постучав ею по голове человека, сидевшего сейчас на его месте, капитан поинтересовался:

– Что это ты тут мухлюешь? А куда мелкий Волк подевался?

– Воду пролил на себя. Я выберу за него чемпиона. – Тун Яо защелкала мышкой и обратилась к ребятам из второго состава: – Волчонок, кстати, говорил, кем собирался играть?

И едва она это сказала, как сзади тихо, чтобы могла услышать только она, передразнили: «Волчо-о-онок!» – и презрительно фыркнули. Она обернулась и пару секунд смотрела в глаза капитана, лицо которого было абсолютно непроницаемым.

– Не стой за спиной, – прищурилась девушка. – Свет загораживаешь.

Лу Сычэн выразительно промолчал. Остальные три игрока младшей команды посмотрели на Тун Яо с нескрываемой завистью, а их джанглер вытянул шею и спросил у Лу Юэ:

– Люй, скажи, а в первой команде все осмеливаются вот так говорить с братом Чэном?

Лу Юэ закатил глаза:

– Ну ты сам-то посмотри! Похожи Пухляш и все остальные на тех, кому жить надоело, как Смайлинг?

Джанглер покачал головой. Лу Юэ холодно хмыкнул и забрал себе Мэн Цяньцуна.

Так, с мидером разобрались, пора и за кэрри приняться… И тут Тун Яо увидела, что саппорту достался Минотавр, а все самые выгодные для кэрри чемпионы уже были забанены. Девушка повысила голос:

– Волчонок, Копьем Возмездия умеешь играть? – И уже почти зафиксировала выбор, когда из глубины базы донесся голос паренька:

– Не бери!

Рука Тун Яо замерла над мышкой. Они с Лу Сычэном синхронно обернулись и увидели, как Алчный Волк сломя голову несется из туалета.

– Педро возьми, – сказал он, слегка покраснев. – Я в последнее время за Педро тренировался.

– Оу… – произнесла Тун Яо.

Лу Сычэн промолчал. Зафиксировав выбор, девушка уступила место. Волк шепотом поблагодарил и уселся в капитанское кресло. На этом фаза бана и выбора подошла к концу, и тренировочный матч между вторым составом ZGDX и «Обсидианом» начался.

В этом сезоне команда второго состава ZGDX считалась одной из самых сильных в полупрофессиональной лиге. Разве что мидер у них был совсем еще неопытный, но его заменили на Лу Юэ, и боевая мощь команды сразу возросла. Шансы были неплохи не только против команд низшей лиги, но и против некоторых из высшей, не самых лучших по тамошним меркам, вроде «Обсидиана». Так что изначально все были уверены, что «младшие» смогут без проблем выиграть этот матч. Но результат, однако, вышел совершенно другим…

Тун Яо вместе с Мином и Лу Сычэном стояла за спиной игроков, наблюдая игру. Оказалось, что только Лу Юэ был на высоте, держа вражеского мидера в ежовых рукавицах, так что тот и носа не мог высунуть из-под своей башни. А вот уровень ботлейна никуда не годился!

– Отходи! Отходи! Не видишь, что ли, у твоего саппорта вард с приманкой на перезарядке?! Река же вообще никакого обзора не дает, куда ты пушишь так далеко? На ганк нарываешься? Если бы сейчас джанглер пришел, вы бы оба уже умерли. Решили им два фрага на старте подарить?

– А если б вы зашли вдвоем в эту волну, противник уже был бы мертв. Вы с саппортом контактируете вообще?

– Крипа упустил!

– Опять промазал…

– Статистику смотрел? На сколько крипов уже отстаешь?

– Да выдвинься чуть вперед! Что ж ты ссыкло-то такое?! Если ты собирался так трусить, зачем просил Крушителя взять Минотавра? Пусть бы он хила какого-нибудь взял и лечил тебя до потери пульса!

Этот холодный, жесткий, обвиняющий голос принадлежал Лу Сычэну. Собственно, если не считать Крушителя, который раздавал указания по ходу дела, только Лу Сычэна на базе и было слышно. Добился он в итоге лишь того, что все присутствующие, включая обоих котов, стали посматривать на Алчного Волка с сочувствием.

А Волк, зажатый под башней вражеским кэрри, под холодным взглядом Лу Сычэна, сверлившим ему затылок, только и мог, что лупить по крипам. Да и то он почему-то не лучшим образом просчитывал автоатаки Педро и часто промахивался…

Тун Яо легонько дернула Лу Сычэна за рукав. Капитан наклонился к ней, но глаз от экрана Алчного Волка не отвел.

– Ты такой злой, что он уже даже крипов добивать разучился, – шепнула девушка.

Лу Сычэн чуть помолчал и громко, чтобы слышали все, ответил:

– За последние полмесяца он ни в ранговых, ни в тренировочных матчах ни разу не брал Педро. Играть он им не умеет и еще врет, что в последнее время тренировался. Ну и на кого он пытался произвести впечатление, когда его брал?

Рука Волка, бившего по крипам, дрогнула, мышка стукнулась о стол с жалобным щелчком. Тун Яо застыла и отпустила рукав Лу Сычэна, а тот продолжил:

– Ладно, это тренировочный матч, тут неважно, выиграете вы или нет. Но ты и на Кубке Демасии вот так собираешься всех удивлять?

Спина парнишки заметно напряглась. Он чуть выпрямился, а затем, не говоря ни слова, добил волну крипов и ушел на базу. Тун Яо отступила на три шага назад, потом пулей метнулась к дивану и, дрожа от ужаса, присела на корточки возле Пухляша.

– Блин, почему капитан такой злющий?

– Да он всегда такой. – Пухляш скосил на нее глаза. – Я вчера ночью попросил его помочь мне ранг поднять, так он заставил меня всю ночь играть Жрецом Времени! Нет, представляешь?! Всю ночь! Жрецом Времени!

А Жрец Времени в исполнении Пухляша был очень так себе. Он то промахивался ультом, то швырял его в противника, который и так уже еле стоял на ногах… Словом, когда Пухляш играл на подъем собственного рейтинга, он Жреца Времени никогда не брал.

– В общем, если бы вчера брат Чэн не вытаскивал нас к победе и если бы мой аккаунт не был мне назначен владельцами игры, то, думаю, меня вчера бы раз двадцать уже зарепортили и забанили к чертовой матери за «несоответствие уровня игры текущему дивизиону». Ну что, теперь заценила, что, уведя красный бафф у капитана, ты все еще жива? Это, считай, особое отношение, он тебя прямо балует. Словно ты под защитой сияния Будды или как будто знаешь какой-то чит-код!

– Вот не надо, – сказала девушка. – Меня, знаешь, тоже запирали в темном чулане в воспитательных целях.

– Но ты же понимаешь, что капитан это делает ради нашего общего блага? Вот посмотри на Волчонка – он же Копье Возмездия не взял только потому, что это фирменный герой нашего капитана. Он его принципиально не хочет брать, а это плохо. С таким составом чемпионов Копье Возмездия был бы гораздо уместнее. А в матче все остальное не имеет значения. Главное – победа.

Тун Яо серьезно кивнула. В итоге матч был проигран именно из-за плохой игры на ботлейне. Все сразу несколько приуныли, поскольку знали: в высшей лиге считается, что «Обсидиан» – это так, на один зуб. Их потому и выбрали для тренировочного матча, чтобы ребята набрались уверенности. А в итоге они продули.

Как только матч закончился, игроки основного состава встали каждый за своим креслом и по послематчевой статистике начали объяснять «мелким», кто и что сделал не так. Но Волк, не дожидаясь, когда к нему подойдет Лу Сычэн, встал и ушел с базы. Положив на стол планшет с кучей наспех написанных заметок, капитан посмотрел ему в спину и ничего не сказал, лишь нахмурился. Тун Яо придвинулась поближе, любопытствуя: несколько листов были полностью исписаны разбором игры Алчного Волка и советами, как следовало играть в тот или иной момент.

Тун Яо просматривала все это сверху вниз. Похоже, что в начале капитан был очень раздражен, иероглифы выходили размашистыми и едва читались, но, когда место стало заканчиваться, они начали мельчать, а почерк выглядел более послушным. К концу и вовсе съежился чуть ли не до следов от мушиных лапок… И чем дальше, тем заметки становились подробнее. Возникало ощущение, что Лу Сычэн был готов вырвать мышку и играть сам! Гиперопека как она есть…

И пока Тун Яо размышляла над этим, кто-то вдруг подошел и резко выдернул записи у нее из рук. Девушка ойкнула и обернулась, встретившись взглядом с парой темно-карих глаз, в которых не читалось никаких эмоций.

– Ты чего? – моргнула она.

На долю секунды на лице Лу Сычэна мелькнуло какое-то выражение, похожее на отражение внутреннего раздрая, тут же сменившись привычным параличом лицевого нерва.

– Сходи, позови его обратно.

– А?

– Волка позови.

– Так это же ты его так зашугал, что он сбежал!

Лу Сычэн сделал вид, что ничего не услышал, и проворчал, ни к кому не обращаясь:

– Зачем вообще куда-то нестись после матча, если надо игру разбирать? Будет он это слушать или нет – его дело. Не хочет слушать – так я могу выкинуть этот планшет, и все.

Тун Яо какое-то время молча смотрела на него, потом сказала:

– Опять «заботливого айсберга» включил? Ты его шпынял-шпынял всю дорогу, он от тебя и сбежал. А мне теперь предлагаешь за тобой разгребать?

– Понятия не имею, о чем ты, – с совершенно невинным видом ответил капитан. – Ты не занята, Лу Юэ разбор от тебя не требуется, вот сходи и позови Волка обратно. Ты же ему вроде как «сестрица»? Он тебя послушается.

Тун Яо посмотрела в ту сторону, куда убежал Алчный Волк, скорчила Лу Сычэну рожу и, шаркая тапками, поспешила наружу.

Перед тем как выйти, Тун Яо прихватила планшет с записями Лу Сычэна. По пути ей стало немного не по себе. На самом деле они были не то чтобы близко знакомы с Волком – так, перекидывались фразами пару раз. Обычно ребята из второго состава сидели в тренировочном зале, находившемся как раз напротив комнат Тун Яо и остальных, и, помимо плановых спаррингов дважды в неделю, с основной командой практически не общались.

Иногда, если вдруг отключался свет или интернет, Пухляш орал: «Эй, пацаны наверху – у вас тоже отрубилось?» Кроме того, иногда, выходя из своей комнаты, основной игрок мог столкнуться взглядом с кем-то из второго состава, поскольку зал располагался рядом.

Вот, собственно, в этом и заключалось все общение Тун Яо и Волка. Пару раз друг друга приветствовали, улыбнулись, то-се – и уже вроде как знакомы. Ранг на корейском сервере у Волка плавал между мастером и Алмазом I. Иногда Тун Яо натыкалась на него в ранговых матчах. И поэтому девушка была в курсе, что Копьем Возмездия Волк играет очень даже неплохо, просто берет его редко.

Долго искать парнишку не пришлось. Тун Яо наткнулась на него всего через пару шагов. Волк сидел на корточках у входа во двор базы. В нынешнюю жару, сразу после дождя, снаружи было очень душно и сыро, носилась тьма-тьмущая комаров, а он просто уселся там с сигаретой, зажатой в пальцах.

У Тун Яо был младший брат – хоть и ненамного моложе, но все же бунтующего подростка она видела не раз. Девушка подошла, выдернула сигарету у Волка из пальцев и выбросила прочь.

– Вот дрянь всякую детям перенимать не надо!

Паренек опешил и, повернувшись, посмотрел на девушку. Выражения лица в темноте было не разобрать.

– А, это ты…

Было заметно, что у него все еще ломается голос. Тон был немного вальяжный, словно и не Волк покраснел и разлил воду лишь оттого, что с ним поздоровались.

А вот настроение у него было явно паршивое. Тун Яо, зажав планшет под мышкой, присела рядом. Поразмыслив недолго, девушка сказала:

– В тренировочных матчах то выигрывают, то проигрывают, и это нормально. Может, «Обсидиан» и слабая команда, но она все же победила в весеннем сплите в стыковочном матче за сохранение места и осталась в высшей лиге, а не вылетела в низшую. Проиграть им – тоже нормально. Не раскисай.

Парень вздохнул:

– Сегодня перед тренировкой, когда вас с братом Чэном еще не было, Мин сказал, что теперь, когда Люй вышел вместо новичка на мидлейне, наша команда по силе должна быть примерно как середняк высшей лиги. Это именно я плохо сыграл, из-за меня проиграли. Я знаю. Не надо меня утешать. И я понимаю, что, если бы взял Копье Возмездия, мы бы выиграли.

Тун Яо вытащила из-под мышки планшет с записями. Волк нахмурился, и в голосе появилось что-то упрямое:

– Но вот не хочу я его брать, и все.

Девушка передумала отдавать ему записи и зажала планшет между коленями и грудью. Потом обхватила колени руками.

– Я знаю, что тебе не нравится, когда тебя называют «маленьким Чессменом».

Волк промолчал. Она продолжила:

– Это как в те годы, когда брат Чэн только начинал карьеру. Он был трейни в Корее, сидел на замене, и его называли «тенью Иерофанта». А вокруг одни корейцы, и вполне возможно, что в корейском эта «тень Иерофанта» звучит совсем иначе, чем у нас «маленький Чессмен». Ведь у нас, когда так говорят, большинство все же хвалит.

Волк тихо усмехнулся, и в этом смешке проскользнуло что-то пренебрежительное.

– А потом брат Чэн своим собственным трудом добился того, что это прозвище, «тень Иерофанта», стало означать совсем другое: «Смотрите, это тот, кто может стоять с Иерофантом на равных», «Это тень, которая способна затмить свет»… Копье Возмездия – это фирменный герой Иерофанта, но Чэн не стал его из-за этого избегать. Теперь у нашего капитана это тоже лучший чемпион.

Тун Яо вытащила планшет и в тусклом свете фонаря, висевшего у них за спиной, начала зачитывать:

– «11:12 – ошибка в расчете урона от навыка. В этот момент уровень у персонажа – шестой, базовый урон (с учетом рун) – 79; при правильном расчете урона можно было бы развести противника на оба заклинания. 12:13 – пропустил крипа. Фарм крипов освоен не очень хорошо. Следует больше внимания уделить одиночным тренировкам…»

Волк покосился на девушку. Тун Яо передала ему планшет.

– Брат Чэн, конечно, язвительный и вообще очень жесткий, но он, по крайней мере, искренне хочет вырастить из тебя своего преемника. Подумай, к нему-то в Корее вряд ли в те годы относились вот так хорошо!

– Это меня вообще не касается. Я одно знаю: пока он в команде, меня на официальный матч никогда в жизни не пустят.

– Но ты же можешь собственную команду поднять из низшей лиги в высшую!

– Да не получится. Этот наш новый мидер вообще не тянет. Только если Лу Юэ с нами останется или брат Чэн закончит карьеру и меня переведут в основной состав.

Волк забрал у нее записи, цокнул языком и спросил:

– Так когда он там уходит на пенсию?

Продолжая сидеть на корточках, Тун Яо подняла голову:

– Волчонок, а не слишком ли ты торопишься?

Парень наклонил голову и выразительно посмотрел на Тун Яо, но ничего не сказал. Повисла долгая пауза. Волк проговорил:

– С тобой, кстати, хорошо играть. Когда ты в ранговом попадаешься – мы всегда выигрываем.

– А, да? Спа…

Но Волк перебил:

– Я тоже хочу такого сильного мидера, а не этого слабака, который у нас сейчас. Только и умеет, что за счет других выезжать.

Тун Яо встала и пару раз хлопнула по коленям, стряхивая несуществующую пыль. Она не понимала, как будет правильнее отреагировать. По идее, следовало бы радоваться, что ее похвалили, но почему-то совершенно не хотелось этого делать. У Алчного Волка было слишком уж сильное желание выигрывать и пробиваться наверх. В каждом слове, в каждом жесте чувствовалась нетерпеливая нервозность. И эта аура ощущалась слишком уж явственно.

Тун Яо нахмурилась. А Волк ухмыльнулся:

– Я и правда очень завидую брату Чэну. Слава, деньги, классные тиммейты… У него есть все, чего я хочу.

В это время на базе Сяо Жуй, встав коленями на диван и прильнув к окну, смотрел наружу, бубня под нос:

– Знаешь, Чэн, мне вдруг показалось, что мы, наверное, слишком мало внимания уделяем второму составу…

Капитан сидел на диване, пересматривая запись сегодняшнего тренировочного матча. На слова менеджера он никак не отреагировал.

– Смотри, с Тун Яо Волчонок может и болтать, и смеяться… а когда тиммейты с ним разговаривают, он же совсем не такой. И когда начальство к нему обращается – совершенно не такой. Вот почему так?

Лицо Сяо Жуя расплющилось о стекло. После долгих раздумий в голове менеджера родилась мысль, способная, казалось, пробить своим полетом небеса.

– Неужели между ними что-то есть?!

Сначала Лу Сычэн промолчал. Занятый анализом матча, он взял ручку и выписал какие-то заметки по ходу дела. И только потом, когда менеджер уже чуть ли не вылез в окно в попытке разглядеть, что происходит снаружи, спросил, не поднимая головы:

– «Что-то» – это что?

– Комната у Тун Яо как раз напротив его компьютера. Значит, каждый день, когда она выходит, они встречаются глазами. Оба смущенно улыбаются, здороваются… А что, если… Когда вот так живут под одной крышей, то чувства со временем неизбежно углубляются… и начинается тайный роман «юный Волчонок плюс слегка тормознутая девочка постарше»…

Лу Сычэн хмыкнул, продолжая водить ручкой по бумаге.

– А они, в принципе, и внешне друг другу подходят. Волчонок сейчас метр семьдесят, но он еще будет расти. Думаю, где-то до тебя дорастет, – сказал Сяо Жуй. – Ты-то старше. Когда уйдешь из профи, он как раз придет на твое место. Будут они с Тун Яо в паре ударной силой – талантливый парень и красивая девушка…

И секунду спустя продолжил:

– Блин, вот воображение-то у меня понесло… Сам же знаешь, я всем говорю, что у нас в клубе отношения запрещены. Так это же неправда, нет у нас такого правила. Да и откуда оно могло взяться, если у нас одни мужики? А уж если бы мужикам пришло в голову… Как бы я их остановил?

После паузы Сяо Жуй добавил:

– Но ты, как капитан, все же присматривай за этими мелкими. А то увлекутся романтикой – и все, уже не до тренировок. Так можно и результаты загубить!

Капитан, нажав кнопку паузы на планшете, отложил ручку, улыбнулся и ответил:

– Конечно.

Перед тем как ложиться спать, Тун Яо прибралась на своем столе, освобождая место для мидера из второго состава. Он, хоть и не участвовал в матче, тоже потом спустился и сел с остальными. Попрощавшись с «мелкими», девушка убежала вверх по лестнице. Наверху она увидела своих тиммейтов, печально теснившихся в малом тренировочном зале. Подойдя к месту мидера, Тун Яо положила туда свои вещи.

– Эх, сослали нас на второй этаж, – пожаловался Пухляш своим фанатам в стриме. – Вот так вот: нет матчей – нет и прав человека. Тут темнее, да… В смысле «слишком сильная бьюти-камера у меня сегодня»? Это не моя камера, это же место малыша Крушителя. Его идите стебите, я тут ни при чем.

Когда Тун Яо проходила за спиной саппорта, то увидела, что весь экран его компьютера заполнился «233333» и всякими смешливыми рожицами.

– Даже ноги вытянуть некуда, – сказал Кей. – Тесновато тут, на втором.

– Вот уж не думал, – проговорил Кот, – что однажды буду сидеть с тобой настолько близко. – Его кресло и правда стояло впритык. – Такое ощущение, что, пока ты там будешь прятаться в лесу и собирать аптечки, я руку подниму и снесу тебе голову на хрен!

Кей лишь скривился. А Лу Сычэн был занят тем, что менял настройки на компьютере Алчного Волка на привычные и удобные ему самому. Тун Яо положила вещи и посмотрела на часы: было уже почти двенадцать, а потому, помахав капитану, девушка отправилась в свою комнату, собираясь принять душ и лечь спать. Проходя мимо, она краем глаза заметила, что Лу Сычэн выключил игру. Пока девушка шла к выходу, капитан чуть откатился на кресле, а когда Тун Яо добралась до своей комнаты, Лу Сычэн как раз встал.

Девушка закрыла за собой дверь и стояла, не двигаясь, словно знала, что сейчас произойдет. Через полторы минуты дверь снова открыли. Тот, кто вошел в комнату, сначала сунул ей бутылку с водой, а потом, не говоря ни слова, поднял девушку вместе с этой бутылкой на руки и прижал к стене.

– Ты чего? – спросила Тун Яо.

Одной рукой Лу Сычэн обвил ее талию, а другую подложил между стеной и затылком девушки. Капитан наклонился ближе и чуть коснулся прохладными губами ее уха, а когда заговорил, то губы будто невзначай коснулись мочки, а теплое дыхание щекотало шею.

– Сегодня менеджер нашей команды сказал, что, похоже, мидер основного состава вступил в неправильные, выходящие за рамки товарищества отношения с малышом-кэрри из второго состава. – Голос у Лу Сычэна звучал низко и ровно. – Наш менеджер настойчиво рекомендовал мне, как капитану, строго следить за подобными вещами и не позволять вам, мелким засранцам, думать только о романтике и портить результаты.

Когда губы парня без всякого стеснения скользнули к ее шее, Тун Яо показалось, что все тело разом ослабло.

– Фантазия у Сяо Жуя разгулялась дальше некуда…

Девушка почувствовала, что губы капитана, сначала лишь слегка касавшиеся ее кожи, постепенно начали скользить вниз. Дыхание парня становилось все тяжелее и горячее, кончиком языка он коснулся тоненькой голубоватой вены под белой кожей у нее на шее… Тун Яо была полностью прижата к стене. И в какой-то момент она почувствовала, что рука, придерживавшая ее, как бы невзначай начала поглаживать спину. Потом мизинец скользнул ниже, на секунду задержался на талии и приподнял край футболки… Казалось, что в ту секунду, когда кончик пальца коснулся ее кожи, с обеих сторон полыхнуло жаром.

Тун Яо бессознательно затаила дыхание. Вцепившись в предплечье парня, она безуспешно пыталась прийти в себя. На какое-то мгновение ей удалось все же поднять руку, чтобы попытаться оттолкнуть капитана.

– Ну хватит, не хулигань… Этот Волчонок просто слишком одержим духом соперничества… Ай!

Ее неожиданно укусили. Девушка с силой шлепнула по плечу нависшего над ней парня и прижала ладонь к шее.

– Ты что делаешь?!

– Следую наставлениям менеджера: строго слежу за моральным обликом игроков.

Темно-карие глаза из-за неких новых отражавшихся в них эмоций выглядели глубже обычного.

– Это ты вот так следишь?

Лу Сычэн тихо усмехнулся, отвел руку Тун Яо и посмотрел на красный след на ее шее, который сам же и оставил. Затем снова улыбнулся, самодовольно добавив:

– Кто сторожил, тот и украл…

Ей вдруг подумалось, что эта пословица как-то не очень подходит к данным обстоятельствам.

– Ты же сам знаешь, Сяо Жуй мелет всякую ерунду. Зачем ревновать-то без повода? – сказала она тихо. – Волчонок просто недоволен своим нынешним мидером, поэтому очень тебе завидует, что у тебя-то мидер хороший.

И смутилась. Получилось, что она сама себя хвалит…

– У меня не только хороший мидер. – Лу Сычэн многозначительно улыбнулся.

Тун Яо, вспыхнув, хотела уже обозвать капитана бессовестным, но тот не дал ей такого шанса. Наклонившись к ее уху, он тихо произнес: «Эй!» – а когда Тун Яо подняла голову, чтобы спросить, что все это значит, Лу Сычэн поймал ее губы зубами…

Совершенно ничего общего с теми прикосновениями в кинотеатре – легкими, незаметными, как у стрекозы, когда она касается воды. Он мягко втянул в рот ее губы и скользнул по ним влажным кончиком языка. В каждом вдохе Тун Яо чувствовала лишь запах Лу Сычэна, словно этот аромат поглотил ее целиком. Поддаваясь парню, она неловко позволила кончику его языка пробраться между ее губами и зубами, которые не были сомкнуты плотно… Крепость была взята.

Когда спрятанный за аккуратными зубами кончик ее языка коснулся другого, Тун Яо тихонько пискнула, а в голове вдруг словно что-то взорвалось. Девушка приподнялась на цыпочки, словно хотела отпрянуть, но рука капитана держала ее крепко, отступать было некуда. Ей оставалось лишь приподнять голову, принимая поцелуй настойчивого парня.

Мозг опустел. Сердце забилось быстрее. Все тело одеревенело. Дыхание стало сбивчивым…

Тун Яо была крепко зажата между стеной и грудью Лу Сычэна. Его гибкий язык вел наступление у нее во рту, захватывая эту крепость, а девушка то по-детски неумело уворачивалась, то пыталась робко ответить… Но что бы она ни делала, это возбуждало его лишь сильнее, и дыхание капитана становилось все тяжелее. Они оба молчали. Рука парня, теплая, сухая, большая и мозолистая, нежно прижималась к ее спине.

Девушка с приглушенным стоном уперлась обеими руками в его плечи и услышала вздох у самого уха – какой-то неясный, почти животный, то ли удовлетворенный, то ли какой-то еще… Рука капитана с осторожностью, бережно скользила по гладкой и нежной спине девушки. Поначалу – лишь по спине. Но потом, кажется, его это перестало устраивать, и большая ладонь начала двигаться…

– Рука, – невнятно пробормотала Тун Яо. – Рука…

В то же самое время кончик его языка отступил и, словно еще не насытившись, слизнул слюну в уголке ее рта, которую девушка не успела проглотить. По-звериному обжигающе выдохнув, он опустил голову и вновь укусил то место на шее Тун Яо, которое успело покраснеть.

– Ай! – тихонько вскрикнула она.

И поняла, что он внезапно остановился. Чуть приподняв голову, Лу Сычэн посмотрел на девушку взглядом, от которого бежали мурашки, и, понизив голос, шикнул на нее, чтобы она замолчала.

Тун Яо моргнула, не понимая, что он собирается делать, и в этот момент его рука скользнула со спины на талию, а затем вперед, терпеливо и медленно поглаживая низ ее живота.

Так тепло… Длинные, изящные пальцы, всегда такие аккуратные, чистые, с подстриженными ногтями, сейчас находились внизу ее живота. Та самая большая ладонь… которая не раз трепала ее по голове. Которая прикрывала заплаканные глаза. Которая порхала над клавиатурой, так давя противников, чтобы и пикнуть не смели, а потом снося им головы. Которая вела ее к победе.

И еще та, которая… которая держала ее собственную руку.

Спиной Тун Яо упиралась в холодную стену, а ее руки напряженно и растерянно хватались за его плечи. Когда девушка подняла голову и посмотрела на парня взволнованным, трепещущим взглядом, он на миг замер, а потом, словно не в силах больше сдерживаться, наклонил голову и снова глубоко поцеловал ее. Ладонь капитана скользнула вокруг ее пупка – и там тоже загорелось пламя.

Кончики пальцев трогали кожу сначала как будто случайно, но потом словно прилипли с жадностью и не могли оторваться. Парень замер на мгновение, а потом, будто что-то решив, углубил поцелуй. И пока кончик его языка исследовал ее рот, пальцы украдкой поддели жесткий край плотно прилегавшего лифчика.

– Лу Сычэн, подожди…

– Не могу больше ждать.

Голос прозвучал хрипло, казалось, что он еле сдерживается… Без всякого усилия капитан подхватил прижатую к стене девушку и направился к кровати. Тун Яо, застигнутая врасплох, почувствовала, что ноги оторвались от земли, и тихо вскрикнула, но и это не остановило Лу Сычэна. Он так торопился, что не заметил бутылку воды, которую девушка перед тем поставила на пол, случайно задел ее, и та с грохотом покатилась по полу.

В это самое мгновение парень уже вдавил девушку в мягкий матрас, и кончики его пальцев вновь устремились к белой и нежной коже… И тут кто-то громко постучал в дверь.

– Эй, брат Чэн! Тун Яо! У вас там все в порядке?.. – донесся снаружи басовитый голос Пухляша.

Тун Яо едва не задохнулась. Этот оклик напугал ее так, что душа чуть не вылетела из тела. Вытаращив глаза, она с совершенно невинным видом смотрела на того, кто лежал на ней сверху. Сначала его лицо застыло, потом он поморщился:

– Твою мать… – И наклонился к ней.

Девушка закрыла глаза. И услышала, как он звонко чмокнул ее в лоб. А потом ее укрыли одеялом с головой.

Тун Яо свернулась калачиком и почувствовала, что парень встал с кровати. За пару шагов он дошел до двери, открыл и спокойно спросил:

– Чего тебе?

– Да ты что-то долго воду относил, я уж подумал, случилось что. – В голосе Пухляша звучало явное любопытство. – Так что у вас? Где наш мидер? Уснула?

Тун Яо, сжавшись под одеялом, не смела даже пошевелиться. Сердце у нее бешено колотилось, глаза были вытаращены, а в голове раз за разом прокручивалось все то, что только что произошло… Девушка протянула руку и украдкой поправила нижнее белье, вернув все на место. «Спокойно… Мы ведь все… взрослые люди… Спокойно…»

А Лу Сычэн в это время озвучивал какую-то байку, что-то вроде того, что у Тун Яо кровь пошла носом и ему надо было за ней приглядеть. Простодушный Пухляш, ни на секунду не усомнившись в непогрешимости своего капитана, купился и ушел, сказав напоследок:

– Приходи потом, помоги мне ранг прокачать. Я Жреца Времени возьму…

Дверь гулко захлопнулась. Тун Яо рывком сдернула одеяло. Ее обычно белое лицо сейчас было пунцового цвета – то ли от жары, то ли оттого, что она долго сдерживала дыхание. Девушка уставилась на капитана, стоявшего у двери и смотревшего на нее. Кажется, он уже успел успокоиться…

– Что, полицию вызвать собралась? – спросил Лу Сычэн.

– Объясни, что это за хулиганское поведение было сейчас?

Он что-то тихо пробормотал.

– Не слышу, говори громче!

– Ты слишком милая. На кого ни посмотрю – кажется, все на тебя покушаются. Пришлось пометить территорию.

Тун Яо схватила одного из вислоухих кроликов, стоявших в изголовье, и запустила им в парня. Тот хмыкнул, легко поймал его, потянул за ухо и сказал девушке с лицом цвета вареной креветки:

– Пойду Пухляша в ранге подтяну. А ты спи.

И вышел. Тун Яо резко схватила с тумбочки Пикачу, прижала к себе и посмотрела на дверь такими глазами, будто оттуда в любую секунду могла появиться хищная тварь. Секунды через три до нее дошло, что Пикачу – тоже кое-чей подарок…

Руки, обнимавшие игрушку, застыли, и девушка, словно одеревенев, повалилась боком на кровать.

– Извращенец бесстыжий! Животное!

– Шаг один, и два, и три – лезем к рангу, посмотри… Плюс четыре, пять и шесть – ранг поднимем до небес… В бой пойдем спина к спине, чтоб зарплату дали мне… Пусть же сбудется желанье – до последнего юаня! – Пухляш, отклячив пятую точку, повис на перилах второго этажа, напевая все это на мотив детской песенки. – Эй там, внизу! Есть тут кто из проклятых Алмаза I или Алмаза II? Скиньте логин-пароль брату Чэну – он мне ранг поможет поднять!

Через секунду откликнулись все, кто сидел на первом этаже, кроме Алчного Волка, игравшего в наушниках.

– Да я просто с твинка Тун Яо зайду, – сказал Лу Сычэн, пару раз щелкнул мышью, потом взял телефон, немного полистал «Вичат» и зашел с другого аккаунта.

Пока игра загружалась, он, прищурившись, глянул на Пухляша:

– Смотрю, у тебя настроение хорошее?

– У меня? – Тот обернулся. Довольная ухмылка на лице саппорта была шире, чем у хаски. – Да нет. Вообще нет!

Вприпрыжку, почти как в балете, Пухляш добрался до своего места. Наклонившись, он кликнул мышкой, принял заявку в друзья от игрока с ником «Супермен» и пригласил его в парную игру. Усевшись в кресло, Пухляш вдруг заметил, что его сосед как-то странно притих. После паузы капитан вдруг спросил:

– Ты нарочно?

– «Нарочно» что?

Лу Сычэн открыл выбор рун и стал подбирать себе подходящие, на увеличение урона.

– Ничего…

И они начали игру. В первом матче Лу Сычэн выбрал Доброго Палача, хотя и Тринадцатая Ласточка, и Копье Возмездия, и Большая Пасть с Чумой были еще не заняты. Наивный Пухляш решил, что для того, чтобы помочь другу быстрее подняться в ранге, капитан расчехлил какое-то тайное оружие. И только минут через пятнадцать, когда он заглянул в статистику фарма, у него возник вопрос…

– Брат Чэн, а ты хоть когда-нибудь раньше играл Палачом?

Не отрывая взгляда от экрана, Лу Сычэн заблокировал корейца, попавшего с ними в пати и теперь многословно недоумевавшего в чате по поводу происходящего. И спокойным, безразличным тоном ответил:

– Ни разу.

Во второй катке первым выбирать довелось Пухляшу. Увидев, что, едва они зашли в лобби, капитан уже опять наметил к выбору Доброго Палача, Пухляш, не дрогнув ни единым мускулом, отправил Палача в бан. Глядя на вопросительные знаки, всплывающие в чате, он подумал, что противники, если бы могли, тоже бы добавили штук пять…

– Ты зачем моего Палача заблокировал?

– Потому что ты им играть не умеешь! А мне надо ранг поднимать!

Капитан, пожав плечами, взял Вейлуса. И одной левой похоронил надежду Пухляша подняться из Алмаза II в Алмаз I…

В третьей игре Лу Сычэн выбрал Краба. Это был персонаж, сто лет как забытый всеми, включая разработчиков, покрытый пылью и существующий лишь формально. Бог знает, из какого закоулка капитан вообще его откопал… При этом он даже умудрился обосновать свой выбор:

– У противников джанглер – Ли Хвансок. И он наверняка в этой катке поселится на боте. А Крабы ганков не боятся!

– А как ты узнал, что он там? – не понял Пухляш.

Лу Сычэн кликнул по мигающему значку чата в углу: наверху окошка и правда значился ник Ли Хвансока на корейском сервере. В самом чате красовалась огромная простыня на корейском. Пухляш спросил:

– И что он там написал?

– Сначала, как всегда, признавался нашему мидеру в любви, – ответил Лу Сычэн.

– Так там все на корейском же?

– А это я ему потом написал: «Заткнись, это Чессмен».

– А он?

– А он мне устроил допрос с пристрастием: почему это мне позволено заходить с аккаунта нашего мидера?!

– И почему же?

Лу Сычэн лениво, в пару кликов удалил чат с Ли Хвансоком, который продолжал забрасывать его сообщениями, слегка усмехнулся и спросил:

– А сам-то как думаешь?

Пухляш не решился продолжать расспросы, потому что ему показалось, что ухмылка капитана сочится ядом. И не просто ядом, а легендарной смертоносной «алой макушкой журавля»…[30] Эту катку капитан все-таки выиграл – видимо, потому, что шумный приставучий Ли Хвансок бесил Лу Сычэна куда сильнее, чем саппорт. Впрочем, об истинных причинах Пухляш так и не узнал.

Словом, тем вечером толстяк провел несколько незабываемых часов, играя в паре с капитаном и опробовав на себе всех самых непопулярных, самых забытых персонажей для кэрри, какие только существовали в игре. В итоге его рейтинг застыл на «Алмаз II, 0 очков славы». По сравнению с началом, когда он только зазвал капитана, прогресс составил минус сто очков.

Лу Сычэн, бросив мышку, помял запястье и проговорил:

– Что-то не идет сегодня. Плохо очки набираются.

– Набираются? Ты вот это называешь «набираются»? – возмутился Пухляш. – Да это, блин, похороны рейтинга, братская могила, ну да, очень кстати, день поминовения только недавно прошел!

– Три месяца, как прошел…

Лу Сычэн закрыл игру и спокойно добавил:

– Идем спать.

– Ты иди, – ответил Пухляш. – А я тут, похоже, на всю ночь. Боюсь, что если вернусь в комнату слишком рано, то не сдержусь и отправлю тебя подушкой на вечный покой… Алмаз III! Охренеть! Я сейчас до Алмаза III докачусь! Твою мать… Это все. Это тупик. Это конец лучшего саппорта лучшей команды…

– Спокойной ночи.

– Да пошел ты!

На следующий день Сяо Жуй поднял всех пораньше и погнал собирать вещи, чтобы днем сесть на самолет и улететь в Сямынь на Кубок Демасии. Основной состав в этот раз ехал в качестве зрителей, а потому все они воспринимали эту поездку как короткий отпуск и выглядели довольными. Кроме разве что Лу Сычэна, физиономия которого, по обыкновению, была абсолютно непроницаемой. А вот младшие заметно нервничали – у них из головы явно не шел вчерашний бой, где «Обсидиан» разгромил их в пух и прах…

Тун Яо носилась по лестнице то вверх, то вниз. Наконец чемодан был собран, и она потащила было его из комнаты, но ее остановил капитан, державший в руках бутылку воды.

От вида минералки у Тун Яо тут же заныла голова. И все бы ничего, но в этой голове сразу замелькали фантазии из разряда «18+». Возможно, в целом мире она была единственным человеком с такой занимательной реакцией на простую бутылку воды. Девушка покосилась на стоявших внизу лестницы тиммейтов и сказала:

– Ой, капитан, извини, что напрягла опять с этой водой…

– В следующий раз сама бери, – сказал он, направляясь в ее комнату.

Тун Яо пошла за ним, не закрыв за собой дверь, чтобы не вызывать подозрений. Едва переступив порог, она увидела, как Лу Сычэн мимоходом кинул бутылку на покрывало. Два кота, которые уютно лежали там, вылизывая друг друга, испугались, встрепенулись и, мявкая, один за другим выскочили из комнаты. После чего Лу Сычэн подхватил их хозяйку на руки и уложил на кровать.

Первым делом Лу Сычэн наклонился и слегка потерся губами о ее губы, потом небрежным движением приподнял волосы и скользнул взглядом по шее девушки, сначала вскользь, а потом словно залип. И, будто проверяя, отвел волосы с другой стороны…

– Ты чего? – Тун Яо перехватила руку, которая вертела ее голову туда-сюда. – Что ты там выискиваешь?

Лу Сычэн опустил ее волосы и невыразительно спросил:

– А где то, что я вчера оставил? Кажется, здесь… – Он показал пальцем.

– Ты о чем вообще? – не поняла девушка.

Выражение лица у капитана было такое, как будто он отдал Тун Яо любимый красный бафф, а она тут же позволила вражескому кэрри убить себя и отобрать подарок. Девушка подняла руку, потрогав шею, и тут до нее дошло.

– А, это! Замазала консилером. Или, думаешь, должна была оставить, чтобы все спрашивали, что это такое?

– А я как раз ждал, чтобы тебя спросили. – Лу Сычэн сел вплотную к ней. – Посмотреть, как ты покраснеешь и будешь говорить, что тебя укусил комар. Или заклеишь пластырем – ну совершенно без палева…

– Капитан, ты бы поменьше тупых сериалов смотрел, а?

– А что такое «консилер»? – спросил Лу Сычэн.

Спросив, он не удержался и потянулся к ее шее. Стерев слой тонального крема, капитан увидел след от собственного укуса. Убрал палец, полюбовался результатом… Ну маньяк же, вылитый маньяк!

Тун Яо шлепком отогнала его руку, подошла к туалетному столику, взяла тюбик, похожий на помаду, и выдвинула из него маленький стержень телесного цвета.

– Вот это. Им замазывают прыщики, покраснения всякие… Дай-ка на тебе попробую…

Она вернулась к Лу Сычэну, встала перед ним и приподняла его подбородок одной рукой. Видя, что капитан послушно позволяет с собой возиться, девушка слегка улыбнулась. Она занесла консилер, однако так и не нашла, куда его применить…

– Блин! У тебя ни одного прыщика!

Она хотела уже убрать руку, но ее резко поймали и прижали, вынуждая наклониться и принять поцелуй. Солнечный свет проникал в комнату через окно над кроватью и падал на их лица. В отличие от вчерашнего, грубовато-жадного поцелуя, сейчас Лу Сычэн целовал ее, словно ленивый хищник, никуда не торопясь, обводя контур ее губ кончиком языка, лаская, облизывая и этим делая их все более влажными и мягкими… К их дыханию, ставшему общим, примешивался мятный запах его пены для бритья, и этот аромат удивительно подходил к этому утру и солнцу. Тун Яо, слегка прищурившись, чуть-чуть отстранилась и потерлась кончиком носа о его нос.

– Надо же. Нам же на Кубке на сцену не выходить, а ты побрился – сам, добровольно.

– Сяо Жуй велел. – Голос Лу Сычэна звучал низко. Парень поднял руку и стал теребить мочку уха Тун Яо. – Он сказал, что хоть мы на сцену и не выходим, но будем сидеть в зале, а там камеры, можем попасть в кадр.

– А-а-а… – протянула девушка, пропустив его объяснение мимо ушей.

Оглянувшись, она посмотрела в зеркало на свои губы, влажные и порозовевшие, и метнулась к туалетному столику, чтобы накрасить их помадой. Лу Сычэн закинул ногу на ногу и взглянул на ее отражение.

– Ты мажешься этой ерундой специально, чтобы я тебя не целовал?

Рука Тун Яо, наносящая помаду, застыла в воздухе.

– Целуй. Она не ядовитая. Просто чуточку дорогая.

Лу Сычэн спокойно смотрел, как Тун Яо докрашивает губы, а потом заново замазывает консилером красный след на шее, и вдруг выдал:

– Если сейчас спустимся вниз и скажем всем правду, еще сможем в Сямыне жить в одном номере.

Тун Яо вздрогнула, и консилер с силой ткнулся ей в кожу. Девушка повернула голову и посмотрела на капитана.

– Это кто же собирается жить с тобой в одном номере?

– Я так хочу.

– Извращенец!

– Просто тайный роман – это слишком утомительно. Боюсь, если так пойдет, то, когда ты уйдешь из киберспорта, сможешь открыть киоск по продаже минералки.

Тун Яо фыркнула, отвернулась обратно и, продолжая мазаться, проговорила:

– Подумайте о своих фанатах, господин «Лицо киберспорта, ноль скандалов, ноль негатива». Тебе больше фанаты не нужны?

Капитан ненадолго замолчал. Тун Яо с любопытством покосилась на него через зеркало. Он нахмурил брови и серьезно сказал:

– Фанаты мне не нужны. Мне ты нужна.

Тун Яо застыла в сладостном, но неловком замешательстве, потом моргнула и, фыркнув, сказала:

– Совсем дурак? Иди уже вниз!

Лу Сычэн вздохнул, встал и направился к выходу.

– Эй! Прихвати мой чемодан, а?

Почти дойдя до двери, капитан, пятясь, сделал пару шагов обратно, поднял чемодан с выражением безнадежной покорности, вышел и закрыл за собой дверь. В комнате внезапно стало очень тихо. Отложив косметичку, Тун Яо посмотрела на себя в зеркало. Улыбка медленно сползла с лица девушки. Помолчав, она пробормотала:

– Фанаты ему не нужны… Как будто я с этим жить смогу. Вот идиот-то. – Она подняла руку и провела по зеркалу. – Совсем дурак…

Когда Тун Яо спустилась вниз, Пухляш громко возмущался и нес всякую околесицу, жалуясь, что он скоро совсем уже отощает от голода. Присев перед обувным шкафчиком, девушка спросила, не поднимая головы:

– Ну что, Пухляш, брат Чэн вчера тебя вытянул обратно в мастера?

Гробовая тишина была ей ответом. Тун Яо обернулась и увидела, что саппорт показывает на огромные темные круги под глазами.

– Как думаешь, такие грустные синячищи бывают у мастеров?

Тун Яо с удивлением уставилась на него. Потом повернулась к Лу Сычэну – тот заваривал себе кофе на кухне – и спросила:

– Брат Чэн, ты что, обижаешь нашего Пухляшика?

– Нет, – небрежно ответил капитан и, проходя мимо, сунул в руки толстяку растворимую лапшу в упаковке в виде стакана. – В аэропорту попроси, чтобы тебе дали кипятка, и завари себе. И не ной.

Пухляш прижал лапшу к груди. С улицы послышался голос Сяо Жуя: «Автобус приехал! Хорош копаться!» Тун Яо поспешно обулась и потянулась за чемоданом, но Лу Сычэн успел его перехватить.

– Я сама могу…

– Иди давай.

Капитан дернул подбородком в сторону двери. Девушка развернулась, чтобы выйти, но Лу Сычэн дернул ее сзади:

– Не беги. Зайдем последними.

Тун Яо недоуменно обернулась. Когда они наконец вышли, «мелкие» из второй команды уже один за другим забирались в автобус. Следом за ними шли игроки основы, затем – Сяо Жуй, Мин, потом весь обслуживающий персонал. Тун Яо и Лу Сычэн замыкали эту колонну. Впервые, кажется, клубный автобус был заполнен под завязку. Когда Тун Яо вошла в салон, все передние места были заняты, свободным оставался только «личный» задний ряд капитана…

Пухляш и Лу Юэ сидели в первом ряду. Толстяк, широко улыбаясь, сказал:

– Извини, придется тебе потесниться там с нашим капитаном…

Девушка уже открыла рот, чтобы что-нибудь ответить, но сзади ее ткнули пальцем, и она прошла мимо, бросив на ходу:

– А что, твой капитан людей ест?

Добравшись до заднего ряда, она плюхнулась на сиденье. Лу Сычэн опустился рядом, и она, подняв голову, посмотрела на него. Через некоторое время капитан заметил, что Тун Яо вытащила телефон и начала что-то печатать. В мгновение он ощутил вибрацию своего сотового.

Кролик с морковкой

Подвинься немножко! Что ты так прижался?

fhdjwhdb2333

Из кондиционера дует. Холодно.

Так выключи его.

Нет.

В смысле «нет»? Что еще за «нет»? Там свободного места вагон, а ты так прижался – это как вообще называется?

Да никто не смотрит на нас. Голову подними.

Тун Яо выглянула из-за кресел. И действительно, никто не обращал на них никакого внимания. Кто-то играл в игру, кто-то слушал музыку, кто-то спал. Остальные уткнулись в конспекты тренировочного матча… Словом, каждый был занят чем-то своим, а до них никому не было никакого дела.

Тун Яо с облегчением выдохнула и тут же боковым зрением заметила, что ее сосед немного сполз вниз, закинул ногу на ногу, а капюшон натянул так, что закрыл половину лица. Словом, развалился на сиденье, как обычно… Вот только в этот раз он вытянул руку и обнял ее за талию.

Тун Яо поняла, что поторопилась выдохнуть, и вдохнула обратно. Спина немного напряглась, и девушка села прямее. И тут же почувствовала, что ее ущипнули за бок.

– Расслабься, – небрежно прозвучал тихий голос.

«Ну да, блин. Конечно. Расслабься…» Тун Яо попыталась отодвинуть его руку, но не тут-то было. Прохладные пальцы намертво вцепились в ее пояс, и сдвинуть их было невозможно. Лишь когда девушка начала поддевать их один за другим, парень отпустил ее. Но схватил за указательный палец.

– !!!

Лу Сычэн, потянув ее палец, чуть помял его и выдал вердикт:

– Мягкий.

А потом в той же позе, привалившись к девушке, с довольным видом заснул, оставив Тун Яо один на один с ее паническим страхом. А вдруг кто-нибудь, те же Алчный Волк или Крушитель, обернутся и посмотрят в их сторону? Так она и провела все два часа дороги до аэропорта. Когда они наконец приехали, Лу Сычэн, все еще полусонный и разомлевший, поднял голову с человека, которого использовал как подушку. Девушка сидела, вжавшись в угол сиденья, обиженная и несчастная.

Сбросив капюшон, капитан сел и наклонился к ее руке, прячась за спинкой сиденья. Поцеловав пальцы девушки, он бодро произнес:

– Премного благодарен!

Тун Яо, спина которой едва не переломилась от неудобной позы, отдернула руку и, ничуть не растрогавшись его жестом, буркнула:

– Заткнись, лучше заткнись. В жизни с тобой рядом больше не сяду. Уж лучше на пол.

– Эй?

– Что еще за «эй»?

– Выражаю разочарование. Очень хотел сидеть рядом.

Когда двое «мелких» с переднего ряда синхронно обернулись и с ужасом воззрились на них, Тун Яо решила ответить безмолвием на несправедливость этого отвратного мира.

По расписанию, составленному клубом, команда ZGDX должна была прибыть в Сямынь за два дня до начала турнира. Надо сказать, это было очень мудрое решение, потому что стоило им приехать в аэропорт и получить посадочные талоны, как объявили, что рейс задерживается: техническая проблема – и пока непонятно, когда именно удастся ее устранить.

Пассажиры, обступив сотрудников аэропорта, начали возмущаться. Те, в конце концов потеряв терпение, не остались в долгу:

– Самолет сломался. Его чинят. Вы хотите лететь на сломанном самолете? На здоровье!

Притихнув, люди послушно разошлись по своим местам. Команда ZGDX наблюдала за этим из зала ожидания бизнес-класса. Через час Тун Яо надоело сидеть. Девушка встала и, бросив на ходу: «Пойду прогуляюсь», отправилась наружу. Лу Сычэн в тот момент был занят тем, что растолковывал «мелким» некоторые нюансы тактики. Услышав ее голос, он поднял голову и спокойно сказал:

– Не уходи далеко, возьми с собой сотовый и не разговаривай с незнакомцами.

В зале воцарилось молчание. Тун Яо, сунув руки в карманы, без всякого выражения на лице смотрела на Лу Сычэна. Нарушил неловкую тишину Пухляш:

– Капитан, ты ведь в курсе, что наш мидер уже совершеннолетняя?

Тот пристально посмотрел на девушку и кивнул.

– В курсе.

Тун Яо мысленно отнесла этот взгляд к категории «извращенец», зыркнула на парня, развернулась и вышла. Люди в аэропорту занимались своими делами. Выходя, девушка прикинула, что вероятность наткнуться на фанатов киберспорта – меньше пяти процентов, а потому не надела ни маску, ни кепку с низко опущенным козырьком, какими обычно пользуются звезды. И буквально через двадцать минут ее благополучно ганкнул фанат!

Она стояла у витрины, изучая какое-то средство для кожи, как вдруг почувствовала, что кто-то потянул ее за край одежды. И робкий голос спросил:

– Ты… Смайлинг?

Тун Яо обернулась и обнаружила, что сзади стоит мальчишка лет тринадцати-четырнадцати. Когда их взгляды встретились, у пацана загорелись глаза, и он, торопясь и заикаясь, выпалил:

– Это и правда ты! Эй, я-я-я твой фанат! Твой фанат, да! Я всегда смотрел твои стримы, еще до того, как ты стала играть в про-лиге! Я тоже играю на миде! Научился у тебя многим техникам! Я сейчас в Алмазе I на сервере «Храм Святого Духа»… А когда еще поднимусь, смогу, наверное, в ранговых матчах с тобой пересекаться! У меня мечта – сыграть с тобой в одной катке!

Мальчишка тараторил, не останавливаясь, У Тун Яо не было ни малейшего шанса вклиниться в этот поток. Он весь покраснел от смущения и радости, и девушка, не выдержав, тоже засмеялась. Мальчик достал блокнот и ручку, и она оставила автограф, а потом и сфотографировалась с ним под недоумевающие взгляды прохожих, которые явно гадали, кто это перед ними – звезда? Актриса? А где она снималась?

После фото юный фанат, словно ему не хватило, потянул Тун Яо за рукав и спросил тихо:

– Мне сейчас тринадцать, и я в Алмазе I. На летних каникулах, думаю, смогу подняться до мастера. Смайлинг, как ты считаешь, я смогу стать профессионалом?

– В таком юном возрасте – и уже Алмаз I! Если будешь упорно трудиться, то, конечно, сможешь играть профессионально. Только, наверное, все-таки нужно, чтобы семья…

Она не успела договорить, когда сзади к ним торопливо подошла элегантная женщина средних лет и, даже не дожидаясь, пока мальчик обернется, резко дернула его за руку.

– На минуту тебя оставила, а ты уже шляешься неизвестно где! С незнакомыми людьми разговариваешь! Уже посадка начинается, я тебя обыскалась! Ты можешь хоть день вести себя нормально и не заставлять меня волноваться?!

Улыбка моментально исчезла с лица мальчишки. Он бросил взгляд на Тун Яо – похоже, ему было страшно неловко, что его вот так опозорили, отчитывая перед кумиром. Он вяло ответил:

– Я не шляюсь и не разговариваю с незнакомыми. Эта девушка – моя любимая киберспортсменка.

– Какая-какая спортсменка?

– Кибер.

– Это разве спорт? Это игры обычные. – Женщина толкнула мальчишку. – Это зависимость! Подсаживаетесь на эти свои игры, учебу забрасываете и еще оправдания себе ищете: что это спорт, мол, какой-то…

– Ты о чем? Нет у меня никакой зависимости! Киберспорт – это девяносто девятый вид, официально признанный Государственным комитетом по физкультуре и спорту!

– Ага, спорт! Чушь-то всякую не говори! Если это и правда спорт, то где он на Олимпийских играх? Ладно, хватит, пошли быстрее! Посадку уже объявили!

Женщина потащила мальчика за руку. Тун Яо стояла с ошарашенным видом, хотя в целом инцидент показался ей скорее забавным. Когда мальчишку тычками отогнали подальше, он вдруг обернулся и помахал ей рукой.

– Смайлинг! Я тоже хочу играть в про-лиге! И когда-нибудь стану чемпионом! Но в этом мировом финале забери кубок сама! Я на тебя рассчитываю!

Мать влепила ему подзатыльник. Тун Яо на секунду застыла. Но чувство беспомощности быстро рассеялось, и она, прикрыв рот ладонью, рассмеялась. Потом, помахав мальчишке, показала поднятый кулак в жесте «Давай! Удачи!». И провожала его взглядом, пока он не скрылся в толпе…

Неожиданно за ее спиной раздался холодный голос:

– Опять что-то натворила?

Ну разумеется… «папочка» пришел! Тун Яо обернулась:

– А ты тут откуда?

Лу Сычэн посмотрел на часы и с неизменным выражением лица «умри все живое» ответил:

– Ты исчезла полчаса назад. Я уже думал, что тебя похитили.

– Так у меня денег нет. – Тун Яо, смеясь, обхватила парня за талию и прижалась к нему. – Я в про-лиге еще и трех месяцев не играла, при этом за два у меня уже вычли. В общем, я в глубоком минусе, ты же знаешь.

– Так у меня-то есть. Вдруг тебя похитят, чтобы требовать деньги с меня? Потребуют с меня пять миллионов юаней – и что делать? Придется отдать. – Лу Сычэн одним движением обнял девушку, которая к нему прильнула. – Что это был за пацан?

– Да просто фанат, мимо проходил.

Тун Яо, сказав это, вдруг как будто что-то вспомнила и хотела отстраниться, но Лу Сычэн, кажется, угадал ее намерение и прижал голову девушки к своей груди.

– О чем вы говорили?

– Он хотел автограф и фото. Сказал, что хочет стать про-игроком.

Услышав над головой насмешливое фырканье, она шлепнула парня по талии. Смех прекратился, и Тун Яо продолжила:

– Но на пути к профессии его заганкала мама, этакая тетенька в возрасте. Она сказала: если киберспорт – это спорт, то где он на Олимпийских играх?

– А гольф только в этом году включили в программу Олимпиады – что он до этого, спортом не был?

– !!!

– Читать надо больше. Книги, газеты, – сказал Лу Сычэн тем голосом, каким жалеют умственно отсталого. – Но если всяким тетенькам нравится, что ты неуч, можешь остаться тупенькой, я не возражаю.

– О чем ты? Его мамаша сказала, что я задротка и у меня зависимость!

– Так ты и есть задротка с зависимостью… Кстати, я не против.

Сказав это, Лу Сычэн посмотрел на девушку, прижимавшуюся к его груди. Похоже, она все еще боялась, что их заметят, а потому робко прятала покрасневшее лицо. Взгляд капитана чуть дрогнул, и тут Тун Яо подняла голову, встретившись с ним глазами.

– Вопрос задам, – сказал он.

– Какой?

– Я прошел испытательный срок?

Секунды на три стало тихо. Затем Тун Яо потянула парня на себя, побуждая наклониться, а сама поднялась на цыпочки и быстро чмокнула его в губы. После этого поцелуя, легкого, как прикосновение стрекозы к воде, она опустилась обратно и уже собиралась отступить, но капитан удержал ее, собираясь развить успех и запушить волну… и в этот момент девушка почувствовала, что рука на ее талии внезапно застыла.

Она с недоумением подняла голову, посмотрела на Лу Сычэна, а потом обернулась, следуя за его замершим взглядом. И увидела в толпе Пухляша, который застыл со стаканчиком лапши в руке и пластиковой вилкой во рту, глядя них с загадочным, мрачным, совершенно ошарашенным выражением лица…

Теперь у Пухляша на многое открылись глаза. Стало ясно, как это кое-кому удалось выжить после того, как он отнял у Чессмена красный бафф… почему вдруг капитан может бросить ранговый матч только ради того, чтобы отнести кому-то бутылку минералки… почему чей-то кот, съевший рыбку капитана, настолько обнаглел, что трется о ноги хозяина этой рыбки и выпрашивает консервы… почему про машину, цена которой – число с шестью нулями, в разговоре просто так говорят: «Хочешь? Твоя»… Почему в последние два месяца капитана почти не штрафовали за нарушение правил насчет курения…

И почему «отнести бутылку воды» занимает не три секунды, а полчаса.

А ведь Пухляш всего-то вышел заварить себе лапши! И тут высшие силы решили пошутить и без всякой моральной подготовки обрушили на него ответы на все загадки века разом. И пока саппорт команды ZGDX стоял с лапшой в руках, в голове у него, как в чате стрима, проносились всплывающие комментарии, примерно такие…

Пухляш вытащил изо рта пластиковую вилку, которую сжимал в зубах, и сказал: «Вы…» Потом замолчал, решив, что в такой момент молчание красноречивее слов. Вернув вилку в рот, он молча уставился на Лу Сычэна и Тун Яо. Его взгляд медленно пополз вниз, и тут он заметил, что рука капитана по-прежнему лежит на талии девушки.

Лицо Тун Яо залилось краской. Опомнившись, она попыталась убрать руку капитана со своей талии, но ничего не вышло. Упрямая конечность не желала двигаться. Занервничав, девушка подняла голову и одними губами произнесла:

– Отпусти.

Лу Сычэн взглянул в ее округлившиеся от паники глаза, черные и блестящие. Губы капитана изогнулись в легкой улыбке, и он так же беззвучно ответил:

– Не отпущу.

Тун Яо закатила глаза, готовая грохнуться в обморок от злости. Тут Пухляш кашлянул, и эти двое, занятые борьбой за руку, синхронно замерли и посмотрели на него. Саппорт переложил лапшу из одной руки в другую, подавив порыв метнуть в них этот стаканчик, как гранату, и спросил:

– И… давно вы?

– Уже какое-то время, – спокойно ответил Лу Сычэн.

«Уже какое-то время… уже какое-то время, мать вашу…»

– Да… Надо признать, прятались вы на совесть. Еще вчера Сяо Жуй фантазировал и Тун Яо с Волчонком шипперил. И кто первым совершил преступление? – спросил Пухляш. – Кто первым нарушил чистую революционно-товарищескую дружбу?

– Я, – без колебаний признался Лу Сычэн. – Я ее запугал, сказав, что если не согласится – выкину с базы ее кота…

Тун Яо нахмурилась и шлепнула Лу Сычэна по тыльной стороне ладони. Тот не стал сопротивляться, но рука, лежавшая у нее на талии, поднялась к плечу. Он прижал девушку к себе, похлопал по голове и с очень довольным видом добавил:

– И она согласилась.

Пухляш потерял дар речи. Вся простыня комментариев в его голове сменилась одним:

Лу Сычэн смотрел на него совершенно невозмутимо. На лице у него словно было написано: «Ну вот, ты нас застукал, какое совпадение». Пухляш сжимал в ладони лапшу, а в голове саппорта носился табун мыслей, все сплошь матерные, но выговорить Пухляш ничего не мог – его душила обида.

Через пять минут они кое-как нашли три свободных места и уселись. Тун Яо разместилась справа от Лу Сычэна, смущенно теребя пальцы, и на лице у нее явственно читалось что-то вроде: «Простите, это я, Мулан, случайно пролезла в постель к вашему генералу и не смею теперь показаться на глаза старейшинам Цзяндуна…»[31]

Капитан, сидя посередине, по-доброму напомнил Пухляшу:

– У тебя лапша сейчас раскиснет.

Толстяк открыл стаканчик и отхлебнул. И тут перед его глазами некстати всплыла та сцена, свидетелем которой он стал: как порозовевшая Тун Яо привстала на цыпочки, потянула Лу Сычэна за куртку, вынуждая наклониться, и поцеловала в губы… И прекрасная лапша с морепродуктами внезапно стала мерзкой, как собачий корм, испорченная горьким привкусом жизни холостяка.

– Неправильно это все, – со скорбью сообщил Пухляш, опуская лапшу. – Всего одна девчонка у нас в команде. Мы все ее ценим, оберегаем, на руках носим, а ты, капитан, вдруг взял ее – и присвоил…

– А надо было вам сначала уступить? – уточнил Лу Сычэн. – Я капитан, а не Лэй Фэн[32].

Тун Яо закатила глаза к небу. Пухляш почувствовал, что к капитану не подкопаться – Лу Сычэн явно чувствовал себя уверенно и в своем праве. И саппорту ничего не оставалось, кроме как переключиться на съежившуюся от смущения девушку:

– Тун Яо, а ты? Сама же говорила, что хочешь сосредоточиться на игре и ни за что на свете не станешь встречаться с профессиональными игроками, потому что они все уроды? И теперь сама себе влепила пощечину?

Девушка опустила голову так, что подбородок почти исчез в воротнике, и сказала тихо:

– Капитан не такой, как Цзянь Ян. Он не шляется по всяким местам и не обманывает, он вообще только в ранговых играх сидит или записи с соревнований смотрит. И тогда вон, я только чихнула рядом – и он больше вообще не курил…

Чем дальше она говорила, тем тише становился голос и ниже опускалась голова… и тем заметнее становилась улыбка на губах Лу Сычэна. Протянув руку, капитан погладил девушку по голове, и выражение лица у него было до того самодовольное… Сравнимо, наверное, только с тем моментом, когда он, плотно усадив Иерофанта на скамейку запасных, лично забрал кубок корейской про-лиги.

Пухляш почувствовал, как лапша все сильнее источает запах собачьего корма.

– Как это у вас вышло-то вообще? – спросил он.

Тун Яо задумалась, потом ответила:

– Даже не знаю… Он меня все ругал, ругал, ругал… и вот, доругался.

А Лу Сычэн, не задумываясь, ответил предельно серьезно:

– Просто она была очень милая… когда поднималась на цыпочки, чтобы спрятать воду в супермаркете, когда играла в игру… Такая милая, когда А-Тай забуллил ее Чародейкой и она пряталась и плакала, а потом до утра играла Императором Песков. Ужасно милая, когда раздулась от важности после победы и говорила всякие гадости Яну. Особенно милая, когда побила меня в соло и так задрала нос…

Тун Яо закрыла лицо обеими руками. Между пальцами можно было разглядеть, как лицо девушки покраснело так, что еще немного – и закапает кровь.

– Да я просто так спросил, – проговорил Пухляш с каменным лицом.

Лу Сычэн в тон ответил:

– А я еще добавить могу.

– Оставь для священника. Перечислишь, когда пойдете венчаться.

Капитан повернул голову и посмотрел на саппорта как будто с сожалением.

– А ты что, больше слушать не хочешь?

Пухляш снял крышку со стаканчика и поковырял вилкой в окончательно раскисшей лапше. Его лицо кривилось от сдерживаемых эмоций, и, поколебавшись какое-то время, он все-таки задал вопрос, ответ на который сейчас больше всего хотел и боялся узнать:

– Ну и… до какой стадии у вас все дошло?

Лу Сычэн издал тихий смешок. Тун Яо опустила руки, воскликнула «эй!» и пнула капитана, поспешно пояснив:

– Ни до какой! Вот только то, что ты видел!

– А вот если бы ты не орал вчера и не нарывался на экскурсию в Алмаз III, ответ сейчас был бы другим.

Лу Сычэн неспешно повернулся и заправил выбившуюся прядь Тун Яо за ухо. Та, покраснев, шлепнула его по руке; от удара на коже осталось розовое пятно.

– Теперь понимаешь, что твои минус сто очков были очень даже за дело?

– Да вот еще! – возмутился Пухляш.

Лу Сычэн слегка изогнул губы:

– Хочешь еще что-то узнать?

Тун Яо, занервничав, тихо окликнула:

– Брат Чэн…

Пухляш махнул рукой:

– Сейчас я хочу только спокойно доесть свою лапшу. Валите уже куда-нибудь подальше!

Пожав плечами, Лу Сычэн потянул своего мидера за руку и спросил:

– Пока ты там бродила, что-нибудь приглянулось?

Пухляш сунул в рот вилку с лапшой и пробормотал как бы в сторону:

– Я тебе два года саппортил, а ты мне ни разу даже умывалку для лица не купил…

Тун Яо спаслась бегством, утащив за собой Лу Сычэна. А потом среди стоек в косметической лавочке нашла самый дорогой бренд и купила Пухляшу самую дорогую пенку для умывания… Глядя, как девушка со все еще пылающими щеками достает банковскую карту и протягивает продавщице, парень, стоявший у нее за спиной словно храмовый страж, с обычной бесстрастной физиономией заметил:

– Да что ты так распереживалась? Он же просто так ляпнул!

– Он два года с тобой играл! – ответила Тун Яо, расписываясь в чеке. – А ты ему даже тюбик пенки не купил! Жалко его!

Капитан промолчал и даже потом, когда они ушли с покупкой, так и не сообщил Тун Яо, каким странным взглядом проводила ее продавщица после тех слов. Что было совсем на него не похоже…

В итоге они проторчали в аэропорту до девяти вечера. К моменту посадки Тун Яо уже была такой сонной, что мысли путались. Ее место оказалось у окна, и девушка уже понадеялась хорошенько выспаться в дороге, но стоило ей устроиться в кресле, как рядом мелькнула темная фигура. На соседнее место уселся капитан.

Сонливости у Тун Яо сразу же поубавилось вполовину.

– А разве рядом со мной не Пухляш должен был сидеть?

– Он слишком толстый, ему удобнее у прохода, так что мы с ним поменялись. – Лу Сычэн снял куртку и кинул ее девушке. – Спи. Ты уже десять раз зевнула.

Куртка хранила запах капитана и тепло его тела. Прижимая ее к себе, Тун Яо моргнула:

– Так он не против, что мы вместе?

– Ты в своем уме? Ты что, собиралась меня послать, если бы Пухлый оказался против? – Лу Сычэн, протянув руку, надавил на голову девушки и буркнул: – Ему-то какое, блин, дело?

Тун Яо приподняла его куртку, прикрыла ею половину лица и хихикнула:

– Да нет, просто рада, что товарищ по команде за нас. Ну чего ты злишься?

Лу Сычэн выпрямился. Опустил глаза, подумал немного…

– Просто кое-кто сказал сегодня, что я прошел испытательный срок. И отступать я не намерен.

Дурашливая ухмылка застыла на лице Тун Яо.

– Я все запомнил. Я не Цзянь Ян, не буду шляться и обманывать, обычно играю на рейтинг или смотрю видео с матчей. Курить бросил, потому что ты чихнула рядом. Меня Сяо Жуй два года умолял – я игнорил. Ты один раз чихнула – я бросил.

– И… что? – Девушка заметно напряглась, прячась под курткой.

– Ничего такого. – Лу Сычэн повернулся к ней и улыбнулся ясной, открытой улыбкой. Темно-карие глаза сияли необычайно ярко. – Замечательное признание. У меня такое чувство, будто «тучи рассеялись, и вышла луна». Я очень рад. Спасибо.

Тун Яо покраснела. Сердце ухнуло куда-то вниз, а в голове вертелась одна мысль: «О господи, этот старый задрот-игроман всерьез говорит мне спасибо…»

Впрочем, в следующую секунду она чуть-чуть остыла и не позволила себе поддаться на этот сладостный подкат.

– Здравый смысл подсказывает мне, что ты чего-то недоговорил. Выкладывай.

– Да ничего особенного. Просто хотел предупредить. – Улыбка на лице Лу Сычэна немного померкла, он сменил позу на более удобную и продолжил привычным расслабленным тоном: – Если ты изменила мужчину, за это надо нести ответственность.

Помолчав немного, капитан добавил:

– Кстати, согласно тому, что ты обещала ранее нашим фанатам, на открытии Кубка Демасии я выдам тебе рупор, выйдешь и объявишь всем: «Я, Смайлинг, душой и телом принадлежу капитану нашей команды!»

– Тьфу на тебя!

Тун Яо подняла руку и попыталась прижать куртку Лу Сычэна к его лицу. Тот легко отразил ее наступление. В это время сзади донесся голос Сяо Жуя:

– Что вы там устроили возню?

Пересев на пустующее место впереди, менеджер обернулся. Тун Яо потеряла равновесие, но Лу Сычэн успел среагировать и поймал ее.

– Что вы тут делаете? – строго спросил Сяо Жуй. – Вы в детском саду, что ли, у вас энергии много? Капитан, ты руку-то убери с ее пояса! Что за хулиганство… Она что, твоя девушка, что ты вот так руки распускаешь?!

Похоже, Лу Сычэн оказался недоволен этими словами, потому что его рука нарочно с силой провела по месту, которое было скрыто от глаз Сяо Жуя, из-за чего все волоски на спине Тун Яо встали вдруг дыбом, и лишь потом, надавив девушке на голову, усадил ее обратно на место.

А вслух пояснил:

– Я ей дело одно поручил, вот она и обрадовалась.

– Какое еще дело? – зевнул Сяо Жуй.

Капитан с самым серьезным видом ответил:

– Взять мегафон, выйти на сцену и перед всей страной объявить, что она всей душой и телом принадлежит ка…

Пухляш, сидевший у него за спиной, с силой кашлянул.

– …команде ZGDX, – поправился Лу Сычэн.

Сяо Жуй покивал и сделал свой вывод:

– Какая-то чепуха нездоровая. Пора пить таблетки!

– Точно! – подхватила Тун Яо. – Выпей таблетку!

– Я, вообще-то, про вас обоих, – пояснил менеджер.

Девушка надулась.

В Сямынь они прибыли глубокой ночью. Заселились в отель и разошлись спать, каждый в свою комнату. Тун Яо умылась, легла в постель, обменялась с Лу Сычэном парой реплик в «Вичате» и так и уснула с телефоном в обнимку.

Последним, что написал ей Лу Сычэн, было: «Запри дверь получше». В это время у него за спиной как раз прошел Пухляш, который только что принял душ и вытирал голову. Вытянув шею и заглянув капитану через плечо, он поинтересовался:

– От кого запереть – от воров или от тебя?

Лу Сычэн опустил телефон и повернулся к саппорту, который, колыхая пузом, забирался на кровать.

– Тебе не надоело?

– Да как вспомню ту сцену в аэропорту, которая потрясла невинное сердце дяди Пухляша, и прямо душа переворачивается. Только на тебе срываться и остается. – Толстяк подтянул одеяло и уставился в потолок. – Для меня Тун Яо – просто один из наших, товарищ по команде. А тебе лишь бы вдуть.

Лу Сычэн:

– !!!

Пухляш повернулся набок.

– Чэн, ведь она и правда очень хорошая.

Капитан приподнял бровь. Пухляш подпер голову рукой.

– Ты посмотри на Яна, посмотри на А-Гуана, посмотри на Ли Хвансока… Они ее все боготворят. Им даже в матче жалко идти на мидлейн, чтобы ее ганкнуть! И если ты вдруг поведешь себя с ней как козел, то из двенадцати команд высшей лиги как минимум половина джанглеров поселится у нас на ботлейне! То, что ты себя подставишь, – хрен с тобой, но на ботлейне еще и я, весь распрекрасный, сижу! Ты же нас обоих в могилу сведешь!

Лу Сычэн фыркнул и тоже полез под одеяло.

– Ты к чему клонишь?

Пухляш вздохнул:

– К тому, что конкурентов у тебя много. Не надо так понтоваться, как будто ты весь такое неповторимое божество.

Лу Сычэн, залезая под одеяло, на секунду застыл.

– Да я и не понтуюсь. В тот день, когда мы начали встречаться, я сразу хотел официально объявить всему миру, что место моей императрицы занято. Это она не позволила.

– Почему?

– Сначала я тоже считал, что лучше не говорить, что это может сказаться на ее игре. Но потом понял, все уже признали, что она сильный игрок. И если теперь из-за этого кто-то вылезет и скажет, что наш мидер не тянет и тому подобную чепуху, получится, что он сам в себя плюнет. У нас текущая серия без единого поражения в группе – да за всю историю ZGDX еще не было, чтобы у команды были настолько сильные «три ядра». В общем, я ломал голову, как бы получше это все озвучить, и тут случилась та история с Ай Цзя и его девушкой, и мои фанаты тоже табуном пошли на «Тьебу» поглазеть на движуху… Она это увидела.

Лу Сычэн подумал и беспомощно добавил:

– И теперь она говорит, что если я обо всем объявлю, то растеряю фанатов.

Пухляш зафыркал от смеха, уткнувшись в одеяло, и из-за этого звуки стали напоминать другие, менее приличные. Потом саппорт блаженно провел рукой по лицу:

– Любят же девчонки накручивать себя по пустякам…

– Угу, – кивнул Лу Сычэн и с застывшим лицом покосился на соседа. – Умывалка хорошая?

– Что ж ты за собственник-то… Даже из-за умывалки ревнуешь! – Толстяк расплылся в довольной улыбке. – А за что же ты в нее влюбился? Только не надо вот той чепухи, которую произносят у алтаря. Если честно, внешность у нашего мидера самая обычная. А вот среди твоих фанаток столько красоток, что из них целую роту можно составить!

Лу Сычэн выключил свет, и комната погрузилась в темноту. Спустя какое-то время Пухляш услышал, как капитан перевернулся на другой бок. Раздался его голос, с явными нотками усталости:

– Она очень крутой игрок.

– Какая чушь!

– Она такая милая, когда плачет.

– Извращенец… Что-нибудь еще? – поинтересовался Пухляш.

– Да.

– И что?

– «Не ведает любовь, откуда началась, но, если началась, становится все глубже»[33].

Пухляш закатил глаза.

– А вот это ничего. Но так сладенько, что сейчас слипнется!

На следующий день в Сямынь начали съезжаться и другие команды про-лиги. Сяо Жуй с утра пораньше пошел договариваться о тренировочных матчах для младшей команды на ближайшие дни. А тренеры и первого, и второго состава повели подопечных тренироваться в заранее забронированное интернет-кафе неподалеку от отеля. Способ тренировки был прежний, как до этого на базе: игроки старшей команды, стоя за спинами у младших, подсказывали, как лучше справиться с той или иной ситуацией: когда следует применять умения, когда отступать, а когда идти в атаку.

На этот раз Алчному Волку и его команде предстояло сразиться с RMB из низшей лиги. Уже давно говорили, что младшая команда ZGDX среди полупрофи показывает себя на удивление сильно и вот-вот прорвется в про-лигу. Так что матч против RMB, середнячков низшей лиги, не должен был стать проблемой.

– Поставь вард у врага возле красного баффа. Их джанглер секунд десять назад мелькнул на топе, и если он захочет пойти вниз, то сначала в любом случае пойдет за красным баффом. И так у тебя будет обзор. А то кэрри запушит линию слишком сильно и нарвется на ганк от джанглера, – вещал Пухляш за спиной у Крушителя. Тот лишь «угукал» в ответ.

– Следи за ботлейном. Видишь, он уже почти шестого уровня? Проверь статистику по фарму, проверь мини-карту. Если ваш кэрри по фарму ведет, надо заранее рассчитать тайминг. Не надо ждать, пока он позовет тебя на помощь! Ты должен сам найти лучший момент для телепорта. А если на твоего кэрри давят, тогда ты не должен допустить, чтобы вражеский топер телепортнулся первым… – говорил Кот у соседнего кресла, а топлейнер из «младших» кивал.

– Да что там смотреть на ботлейн, – сказал Лу Сычэн ровным голосом. – Там не просто давят, там на той стороне Метеор, и у него Педро. Эту линию не вывезти.

Алчный Волк на это ничего не сказал, лишь стал еще громче кликать мышкой.

Тун Яо покосилась на эту пару кэрри, большого и маленького, которые ладили друг с другом примерно так же хорошо, как вода с огнем, потом повернулась, протянула руку, нажала клавишу на клавиатуре игрока перед ней и под его возмущенное шипение бросила взгляд на табло со статистикой. С начала матча прошло десять минут, а отставание по крипам на боте составляло уже двадцать штук. Ситуация была плачевной. Она ткнула пальцем в спину парня, сидевшего перед ней:

– Метеор – это кто вообще? С чего это твой брат так много знает про какого-то кэрри какой-то второсортной команды из низшей лиги?

Лу Юэ помолчал секунду.

– Тебя только сплетни интересуют? А технических замечаний у тебя вообще нет?

– Есть.

– Какие?

– Совершенно очевидно, что их мидер тебя боится. Но ты-то, блин, точно так же трусишь! Вы что, поклялись каждый обнять свою башню, жить по отдельности и никогда не переходить реку? Я десять минут на вас смотрела, все лайнинг ждала! И где? Я даже не знаю до сих пор, какой у твоего противника скин на Чародейке! Нет, ну так играть – это, конечно, надо уметь…

– Метеор не какой-то там «второсортный», – сказал Лу Юэ. – Пару лет назад, когда мой брат только вернулся в Китай, Метеор был основным кэрри в команде CK – очень сильным, реально сильным, особенно за Педро и Ледяную Богиню. И с моим братом – по крайней мере в то время – он играл примерно на равных.

Тун Яо вытаращила глаза, издав горлом странный звук. Лу Юэ вывел своего чемпиона из-под башни и прошел немного вперед, пока вражеский мидлейнер не высунулся ему навстречу.

– Вот, смотри. Скин у Чародейки – «Лес Старейшин». Увидела? Если увидела – то я пошел ныкаться обратно. Стабильный фарм – это половина успеха! Лучше пока еще посплетничаем. Вот… А потом был тот самый чемпионат S4, где команда CK выступила плохо. Метеора назначили крайним. Он, мол, и в тимфайтах умирал за секунду, и передвигался как пьяный, на лейне его только ленивый не давил, и он вообще никого не мог переиграть. Все были страшно недовольны. Форум тогда чуть в клочья не порвался.

– В смысле?

– Все кричали: «Хватит позориться! Катись обратно домой!» Говорили: «Пусть добирается вплавь – он не стоит денег, потраченных на билеты!»

Лу Юэ поморщился и добавил:

– Некоторые даже желали, чтобы его самолет разбился. Ужас, короче. И когда они вернулись, клуб СК не выдержал давления и поменял кэрри на Бабочку, который у них сейчас. Изначально они хотели оставить Метеора в запасе, но он этого, конечно, не стерпел и просто ушел в команду из низшей лиги…

– А смысл?

– Затаил обиду, конечно. Горел желанием вытащить команду из трясины низшей лиги и показать всем этим хейтерам, где раки зимуют.

– И чем все закончилось?

– Ну чем? Тем, что сейчас даже ты, профессиональный геймер, не в курсе, кто такой Метеор. Да так часто бывает. И дело не всегда в том, что кто-то хочет кому-то что-то доказать, не может смириться с проигрышем или просто гонится за деньгами. Часто бывает, что игрок сам решает спуститься в низшую лигу, потому что думает: «Я же тут главный герой, я сейчас команду вытяну!»

Когда подошла очередная волна крипов, Лу Юэ, убедившись, что вражеский джанглер направился на топ, последовал за крипами и перешел реку. Потом резко свернул к ботлейну, где бросил ульт Императора Песков и из вражеской пары, которая уже хотела сбежать, зацепил саппорта. Он задел бы и кэрри, но Метеор оказался действительно неплохим игроком, сумев все-таки увернуться. Еще дважды Лу Юэ достал саппорта автоатаками и оставил добивание Алчному Волку. А сам развернулся, ушел в кусты и стал кастовать возврат, продолжая говорить:

– Но чаще всего они вот так, на наших глазах, просто исчезают со сцены на пике карьеры. Что поделать, все-таки между низшей и высшей лигой огромный разрыв. И по силе тиммейтов, и по самой атмосфере в команде…

Тун Яо кивнула, хотя и не совсем поняла. Потом подняла голову и с некоторым беспокойством глянула на сидевшего рядом Алчного Волка. Тот выглядел спокойным, полностью сосредоточившись на игре. После первого убийства его золото худо-бедно сравнялось с золотом Метеора. Жить ему стало легче, и парень играл уже не так скованно.

Тун Яо отвела взгляд, практически легла на спинку кресла Лу Юэ и шепнула ему на ухо:

– Ты это для кого сейчас говорил?

Парень на мгновение перестал щелкать мышкой. Обернувшись к ней, он едва заметно улыбнулся и ответил, несколько невпопад:

– Волк довольно сильный. Вот только не знаю, продержится ли он столько, сколько продержался Бабочка из СК.

– А-а… – кивнула Тун Яо. И тут до нее дошло, что что-то не так. – Погоди-ка, это ты сейчас брату пожелал поскорей завершить карьеру?

– Так он ведь уже старый. Он, конечно, очень силен, но для нас, молодых, он уже старикан. Не вписывается. Он уже не из наших.

Тун Яо подняла руку, закатала рукав и с силой надавила Лу Юэ на голову.

Младшая команда, как и ожидалось, выиграла тренировочный матч, и выражения лиц игроков разительно отличались от тех, что были вчера.

Когда все закончилось, настало время разбора полетов и отработки стратегий в ранговых матчах. Тун Яо взглянула на Лу Сычэна и обнаружила, что тот, с кучей записей в руках, проводит с Алчным Волком беседу один на один. Тот опустил голову и сидел, теребя пальцы. Непонятно было, слушает он вообще или нет. Но, судя по всему, разговор им предстоял еще долгий.

Тун Яо взяла телефон и отправила капитану в «Вичат»: «Деточка хочет кушать», потом огляделась. Все вокруг были заняты разбором прошедшего матча с «мелкими». Девушка обернулась и несколько неловких секунд смотрела на Лу Юэ, практически без выражения на лице. Тот так же бесстрастно проговорил:

– У нас разный стиль. Так что не лезь, бесполезно. Ты же знаешь, что я не отреагирую ни на одно твое замечание, да?

– Именно это и хотела сказать, товарищ Замена. – Она откинула прядь волос. – Желаю тебе стремительной победы, едва развернутся знамена. Летний кубок тебе светит только в лучах моей славы, но вот Кубок Демасии, уж будь любезен, сам домой принеси.

Лу Юэ некоторое время пристально смотрел на нее, потом вдруг улыбнулся, слегка толкнул ее локтем и сел играть ранговый матч.

Тун Яо сунула руки в карманы и сделала круг по интернет-кафе. Бросив взгляд в сторону Лу Сычэна, она увидела, что капитан все еще что-то усиленно растолковывал Алчному Волку.

«Ну и трещотка… – мысленно проворчала девушка. – Столько наговорить за десять минут! Мне за целый день и половины не скажет…»

Развернувшись, она уселась на диван и принялась искать в телефоне, где поблизости можно найти вкусного. Некоторое время спустя она кому-то все же понадобилась. И этим кем-то оказался Пухляш. Увидев его, девушка занервничала. Ей вдруг показалось, что сейчас саппорт скажет что-то вроде: «Хоть вы и встречаетесь, но тренировки брату Чэну срывать не смей!» или «Вся команда мечтает проявить себя в мировом турнире! Не вздумайте всех подвести!» или что-то в таком же духе. Тун Яо и так чувствовала себя неуверенно, а услышав такие слова, совершенно точно поджала бы хвост. По правде говоря, она чувствовала бы себя гораздо лучше, если бы ее тиммейты были на ее стороне.

И когда Пухляш позвал ее выйти, девушке стало очень тревожно. В голове крутилось, как заезженная пластинка: «Он ведь вчера не сказал, что не одобряет… Вроде он не выглядит недовольным… Или он притворяется? Блин, а я-то думала, он за нас… А-а-а-а!»

Они вышли наружу, Тун Яо уже приготовилась к разносу, но, к ее удивлению, вместо этого Пухляш лишь вытащил телефон и вложил ей в руку.

– На вот, послушай…

На экране была открыта какая-то аудиозапись. Девушка посмотрела на тиммейта с недоумением и нажала на кнопку воспроизведения.

«А за что же ты в нее влюбился? Только не надо вот той чепухи, которую произносят у алтаря. Если честно, внешность у нашего мидера самая обычная. А вот среди твоих фанаток столько красоток, что из них целую роту можно составить!»

Это был голос самого Пухляша на фоне какого-то шуршания. Тун Яо с недоумением взглянула на саппорта. Тот широко ухмыльнулся и указал на телефон, призывая к вниманию:

– Слушай-слушай. Там дальше такая умора!

«Она очень крутой игрок».

Услышав голос Лу Сычэна, Тун Яо вспыхнула.

«Она такая милая, когда плачет».

Девушка чуть не задохнулась. «Блин, извращенец хренов! Он все это рассказывает Пухляшу?! И еще таким серьезным тоном?!»

В этот момент саппорт в записи спросил: «Что-нибудь еще?» Лу Сычэн молчал. Тун Яо уже подумала, что запись закончилась, как вдруг услышала низкий мужской голос:

«„Не ведает любовь, откуда началась, но, если началась, становится все глубже…“»

Девушка, вцепившись в телефон, покраснела как помидор и, не зная куда деваться, обернулась к Пухляшу. А тот просто умирал со смеху, опираясь на ограждение тротуара – и в грудь себя бил, и ногой притопывал… а потом еле выдавил:

– Как тебе твой мужик? Точно слипнется!

Тун Яо не смогла ничего ответить. У нее язык как будто завязался узлом. Девушка в панике спрятала трубку в карман, но через пару секунд вспомнила, что это телефон Пухляша. Опять залившись румянцем, она вытащила гаджет, чтобы вернуть.

– Прислать тебе копию, а?

От смеха глаза Пухляша стали напоминать щелочки. В этот самый момент дверь интернет-кафе за их спинами открылась, и оттуда появился Лу Сычэн, с обычным бесстрастным выражением лица. Спросив: «Мы идем или нет?» – он замер, оглядывая своих мидера и саппорта. В воздухе между ними висело нечто странное… Задержав взгляд на телефоне Пухляша, который девушка все еще держала в руках, капитан спросил:

– О чем беседуете?

Не успел он это сказать, как Тун Яо целиком впорхнула в его объятия, словно маленькая птичка с трепещущими крылышками. Лу Сычэн поднял обе руки, чтобы ответить на эту внезапную ласку, но все же чуть наклонился, с недоумением глядя на девушку. Тун Яо подняла лицо, окрашенное румянцем:

– Идем, идем скорее есть! Я ужасно голодная! Почему ты так долго?

Лу Сычэн легонько погладил ее по голове. И все-таки что-то показалось ему странным. Капитан со всей серьезностью зыркнул на Пухляша и предупредил:

– Держись от нее подальше. А то вечно тебе всякий дурняк в голову лезет…

Пухляш вытянулся по стойке «смирно»:

– Есть!

«Принял к сведению. Жаль, что уже поздно. Муах-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!»

Лу Сычэн повел Тун Яо обедать. Сначала Пухляш собирался с ними за компанию, но, стоило капитану проверить по карте и объявить, что придется топать пятнадцать минут пешком, толстяк без раздумий скрылся внутри интернет-кафе, сказав на прощанье:

– Мяса хочу. Захватите мне мяса.

Будучи капитаном, Лу Сычэн взял на себя ответственность заказать еду и для всей остальной команды.

Пухляш зашел обратно и плюхнулся на свое место. Сяо Жуй поднял на него взгляд:

– А где капитан и наша «дочь полка»?

Саппорт пошевелил мышкой и безразлично, как заправский актер, ответил:

– Есть ушли.

– Оу… – Менеджер задумался, смутно ощущая какой-то подвох. – Странно. Что-то они зачастили везде ходить вместе. Раньше прямо «лед и пламень», битва насмерть, а теперь у них внезапно гармония?

Толстяк ничего не ответил, а Лу Юэ, сидевший рядом с ним, вдруг спросил, не отвлекаясь от игры:

– Я что, стану дядей?

Сяо Жуй застыл, как громом пораженный.

– В смысле? Ты о чем? Нельзя же забеременеть от простого шопинга!

– Ну ты сам подумай. Какой нормальный человек заинтересуется такой девушкой, как Тун Яо? Она же еще ребенок! А мой брат – та еще скотина и нелюдь!

Не успел он договорить, как весь клуб ZGDX покатился со смеху. На всех словно снизошло какое-то нелепое, детское облегчение: «Капитана нет! Ура! Какое же это, черт возьми, наслаждение – говорить о нем всякое, когда его нет рядом!» И только Мин, не лишенный чувства справедливости, пнул ногой стул Лу Юэ:

– Вообще-то, вы с ней одного возраста.

Услышав это, Лу Юэ наконец поднял голову, смерив Мина взглядом:

– У меня-то больше…

Пухляш от смеха крякнул как утка. Кот лишь покачал головой: «Что за кучка старых пошлых извращенцев…» До Мина секунд пять доходило, что за двусмысленность ляпнул Лу Юэ. Осознав, он взял один из планшетов для записей и стукнул парня по затылку, выправляя наклонившуюся в сторону голову. Затем добавил:

– Штраф из зарплаты…

Интернет-кафе бурлило жизнью и смехом. И только Алчный Волк не принимал участия в общем веселье. Он ютился в уголке, ни во что не играл, лишь постоянно отправлял какие-то сообщения в «Вичате». Отправлял – и сразу стирал.

А в это время Лу Сычэн держал Тун Яо за руку, мыслями возвращаясь к одному и тому же вопросу. Капитан никак не мог понять, что произошло с девушкой за эти полчаса, пока они не виделись. Какая-то странная, неуловимая метаморфоза… По крайней мере, раньше во время их совместных прогулок Тун Яо никогда сама не брала его за руку.

И вдруг ни с того ни с сего девушка сначала нырнула к нему в объятия возле интернет-кафе – а это было людное место, там ходили прохожие! Это уже само по себе стало приятным сюрпризом. А потом, когда они распрощались с Пухляшом и отошли всего на пару шагов, он почувствовал, что его руку сжала маленькая ладонь и мягкие, словно совсем без костей, пальчики переплелись с его пальцами…

Лу Сычэн потерял дар речи, подумав даже, что неправильно ее понял. И уже повернул голову, чтобы спросить: «Чего это ты вдруг?» – но не успел даже рта открыть, как встретился взглядом с парой темных блестящих глаз. И мидер его собственной команды полным надежды голосом тихонько спросила:

– Ты что, не хочешь держаться за руки?

И Лу Сычэн почувствовал, как дыхание перехватило, ноги перестали слушаться, а в голове поселилась одна-единственная мысль… Так и тянуло совершить некое преступление прямо посреди улицы.

Он хотел. Он определенно хотел держаться за руки. Словно тысяча парусов проплыла над затонувшим кораблем![34] Ну или над маленькой лодочкой, утонувшей в сточной канаве…

Его накрыло счастьем прямо посреди дороги, да так, что захотелось плакать, словно ребенку… ростом метр восемьдесят пять. И все-таки ехидная часть натуры дала о себе знать: увидев, что его спутница послушно идет рядом и позволяет держать себя за ладошку, капитан не сдержался:

– Среди бела дня, на улице… и ты вот так держишь меня за руку? Не боишься, что нас увидят?

Тун Яо изо всех сил старалась не отстать от Лу Сычэна. Ей было не до болтовни, но тем не менее девушка подняла голову и уверенно заявила:

– Это же Сямынь, а не Шанхай. Какова вероятность, что нас тут кто-нибудь увидит?

– Все игроки уже приехали и поселились где-то поблизости, – напомнил капитан. – Вся твоя фан-группа джанглеров из высшей лиги…

– А чем это ты так доволен?

Лу Сычэн на секунду опешил и даже потрогал лицо.

– Настолько заметно?

– В зеркало глянь!

Капитан чуть приподнял уголки губ, дернул девушку к себе и вместо того, чтобы идти с ней за руку, просто переложил свою лапу к ней на плечо.

– Ты так медленно идешь!

– Как иду, так и иду, – насупилась Тун Яо. – Мог бы хоть чуточку под меня подстроиться! Нет, несешься вперед своими длинными ножищами! Я за тобой еле успеваю, а ты еще и жалуешься!

Лу Сычэн глянул на свою спутницу и заметил, что щеки девушки порозовели, волосы растрепались и вообще она выглядела так, как будто не гуляла, а занималась спортивной ходьбой… Капитан, на секунду замешкавшись, сбавил шаг.

– А почему ты раньше не сказала?

– Не сказала что?

– Что я иду слишком быстро.

– Каким образом? – Тун Яо недовольно приподняла бровь. – «Ой, братец Чэн, у меня такие коротенькие ножки, ты делаешь шаг, а мне приходится два, сделай милость – иди помедленнее!» Так?

Девушка не успела договорить, как Лу Сычэн притянул ее к себе и поцеловал. Тун Яо, не успев отреагировать, проглотила остаток жалоб и, чуть смутившись, во все глаза уставилась на своего капитана. Вид у нее был необыкновенно милый. Лу Сычэн ущипнул ее за щеку, оставив розоватый след.

По его прикидкам, они должны были уже добраться до ресторана, где собирались поужинать, и он стал оглядываться по сторонам в поисках вывески… Несмотря ни на что, капитан не забыл, что они шли сюда с важной целью – поесть. А вот Тун Яо было сейчас не до еды. Чуть подумав, она встала на цыпочки и ухватила пальцами подбородок парня, повернув его голову к себе.

– То есть вот так ты успокаиваешь женщину в гневе?

Лу Сычэн без возражений позволил мягким пальчикам сжимать свой подбородок. Повинуясь им, он опустил голову.

– Да. Сработало?

Тун Яо смотрела на него секунды три, а потом буркнула:

– Угу. Сработало. Считай, что ты победил.

В ресторане Тун Яо с головой ушла в изучение меню. С улыбкой наблюдая за ней, Лу Сычэн сел рядом и достал телефон.

fhdjwhdb2333

Пухлый, что ты сделал с моей девушкой?

Ответ пришел незамедлительно.

Колобок

В смысле «что сделал»? Это даже как-то пошло звучит…

В ней что-то изменилось по сравнению с тем, что было час назад. Не могу даже сказать, что именно не так… Я занялся разбором полетов у мелких, на минуту ее оставил! А она как будто съела таблетку милоты…

???

В ней точно что-то изменилось. Раньше, когда мы ходили по улице, она не разрешала к себе прикасаться.

Я тут, значит, бьюсь на рейтинг в этом долбаном Алмазе I, в решающий момент отвлекаюсь, потому что от тебя сообщение в «Вичате», и это только ради того, чтобы ты, старый извращенец, выпендривался тут своей приторной любовью?!

– Братец Чэн, возьмем одну запеченную голову лосося? – Тун Яо наполовину высунулась из-за меню.

– Хочешь – закажи. Можешь вообще все заказать и попробовать по кусочку – что не доедим, упакуем с собой. Наши-то как мусорные баки, они все сметут.

Ладно, я не знаю, что ты ей сказал или сделал, но сегодня ты, без всяких сомнений, лучший саппорт про-лиги.

Катись!

Семицветное облако счастья – в Древнем Китае считалось, что появление разноцветных облаков – к большой удаче. Это природное явление вызывается преломлением света через ледяные кристаллы.

Намек на ботинки известной итальянской марки, в 2025 году в Китае они стоили около 7000 юаней.

Хён – в корейском буквально «старший брат», мужской вариант слова, используется мужчинами для обращения к братьям и друзьям, которые старше.

Оппа – в корейском буквально «старший брат», женский вариант слова, используется девушками для обращения к родному брату, другу или своему парню.

Имеется в виду популярная марка очень дешевой лапши быстрого приготовления, бульон для которой делается из свиных ребрышек, морепродуктов и курицы.

Тун Яо цитирует популярную подпись к интернет-мемам.

Бустеры – игроки, играющие на чужом аккаунте за деньги с целью его прокачки. (Здесь и далее с игровой терминологией можно ознакомиться в глоссарии на странице 367.)

Длинные руки – имеется в виду автоатака с увеличенной дальностью.

DQWL – аббревиатура, образованная от полного названия команды «Династия Цин вымерла сотни лет назад».

Кликбейтные – от английского сlick (щелчок) и bait (наживка): в интернете – намеренно провокационные заголовки, чтобы пользователь перешел по ссылке.

Отсылка к китайской пословице «хорек пришел к курице с новогодними поздравлениями» – имеется в виду, что он явно замышляет нечто плохое.

Имеется в виду формат «Best-of–5», она же игра «до трех побед», длится максимум пять раундов. В этом формате проходят финалы киберспортивных турниров в похожих играх.

Отсылка к магическому «посоху, усмиряющему море» Сунь Укуна из «Путешествия на Запад».

Синулокс (англ. Synulox) – ветеринарный антибиотик.

Цифры 520 (кит. 五二零)в китайском звучат как wǔ èr líng, а «я люблю тебя» (我爱你) произносится как wǒ ài nǐ. Китайцы считают, что прямо очень похоже, и используют 520 как кодовое признание в любви.

R-Q – здесь имеется в виду мощное комбо навыков в игре.

Лю Сян (кит. 刘翔) – первый китайский легкоатлет, выигравший золотую медаль на Олимпиаде в Афинах в 2004 г. Признан национальным героем.

Подёнка – род насекомых очень небольшого размера. Взрослая особь живет буквально несколько часов.

«Убить курицу в назидание обезьяне» (кит. 杀鸡儆猴) – идиома, означающая наказание кого-то в назидание другим.

«Одной ладонью не хлопнешь» (кит. 一个巴掌拍不响) – пословица, означающая, что для некоторых дел нужны два участника, а для конфликта – две стороны. Аналогично выражению «танго танцуют двое».

«Пекинское время…» – Китай, несмотря на размер, живет по единому времени, а именно по часовому поясу Пекина.

10 цзиней – около 5 кг.

«Практика – единственный способ проверить истину» (кит. 实践是检验真理的唯一标准) – цитата Дэн Сяопина, государственного деятеля (1904–1997 гг.).

JX Online 3 (она же 剑侠情缘三, дословно «Любовь мечника 3») – популярная китайская MMORPG в жанре уся, известная, в частности, тем, что пары в ней частенько ссорились из-за PvP (боевок между пользователями).

Роже Вивье (фр. Roger Vivier) – французский дизайнер и одноименный бренд обуви.

11.11 – в Китае 11 ноября отмечается День холостяка.

«Сожгу тебе одну на день поминовения…» – здесь имеется в виду китайская традиция передавать подарки усопшим, сжигая изображения разных вещей.

Дэниэл Ву, Канэсиро Такэси и Касивабара Такаси – китайский актер и два японских, считаются исключительными красавцами.

«Банкнота с дедушкой Мао» – купюра в сто юаней.

«Алая макушка журавля» – такое название носит красный мышьяк (он же триоксид мышьяка), ядовитое вещество, известное в Китае еще с древности. По легенде, его добывали из красного хохолка на голове журавля (но на деле это миф, хохолок журавля не токсичен).

Цзяндун (кит. 江东区) – в древности область к югу от реки Янцзы.

Лэй Фэн (кит. 雷鋒) – сирота, живший в 1940–1962 годах, прославлен пропагандой как образец самопожертвования, альтруизма и верности коммунистическим идеалам.

«Не ведает любовь, откуда началась, но, если началась, становится все глубже» – цитата из пьесы «Пионовая беседка» Тан Сяньцзу (1598), по которой поставлена одноименная опера.

«У берега, где судно затонуло, – там парусников тысяча плывет!» – строка из стихотворения Лю Юйси «Ответ на подарок Бо Цзюйи на пиру в Янчжоу». Символизирует упадок старого и бурное развитие нового.