Утро у меня, как обычно, началось с чая, гимнастики и порции разноцветных таблеток. Прямо как в «Матрице». С какой реальности начнем день? Но что поделать, организм довольно крепко потрачен, но хотя бы успешно функционирует. Для моего возраста уже неплохо. Сгибаюсь-разгибаюсь, в штанишки не писаюсь. Протянул день и ладно! Так что пытаюсь вести относительно подвижный для пенсионера образ жизни. Потому «клюшки» то бишь палки от скандинавской ходьбы в зубы и бегом на улицу!

Эх, как знатно подморозило! С удовольствием вдыхаю студёную свежесть городского утра. Подхватившись, спешу к ближайшему скверу. Дорожки, как всегда, не чищены, блестят гладким льдом: мечта Травмопункта! Но у меня для преодоления городского бездорожья подобраны трекинговые ботинки и палки. Немногочисленные прохожие посматривают в мою сторону с толикой зависти. Вот никогда бы не подумал, что буду таскать с собой скандинавскую приблуду. Но оказалось, что викинги, народ прошаренный. Потому Нормандию и отхватили. Невероятно удобно и зимой и летом. Плюс кардионагрузка, побег от инфаркта. Главное — взять пристойный темп и не свалиться в процессе оного наземь. Российская медицина стариков не любит.

В сквере кроме каменного идола почти никого не наблюдается. Утренние бегуны против здоровья суставов уже свалили в офисы, яжмамки с истеричными спиногрызами на вахту еще не явились. А я в последние годы полюбил спокойствие и тишину. Их вечно не хватало в прошлой жизни. Душу лишь грело то, что от потраченных в былые годы нервов остался неплохой достаток и квартира в приличном районе. Вот моим старым сослуживцам не позавидуешь. Нервотрепка в итоге доконала большую их часть. Все болезни от нервов. Мне же выплескивать пар поначалу способствовал реальный мордобой на ринге, а впоследствии схватки в виртуальных батлах. Представьте, но даже пенсионеры рубятся в компьютерные игры! Забуришься в «Танчики», порезвишься там на славу и жить как-то становится веселее.

Вот такой я нестандартный пенс!

Все утро у меня прошло в некоей прострации. Старался хоть как-то осознать случившееся. И самое главное — понять — на фига это мне нужно? Кошмар кошмаром, но если я в жуткой реальности, то инфильтрацию в здешнюю временную ткань проводить все равно необходимо.

«Ха-ха, какими красивыми словесами заговорил. Эх, где наша не пропадала!»

Довольно бодренько поднялся, посетил санузел, где даже смог самостоятельно побриться. Бритва у Ильича хорошая. Это позже его будет брить специальный парикмахер, когда руки начнут трястись. Слегка запутался в выборе парфюма. Это ж сколько у Ильича одеколонов и туалетной воды! Иронично гляжу в зеркало:

— Ну здорова что ли, Бровастый!

Снова навалился страх: что же я творю⁈ Тикать треба, хлопче!

И снова тычок в спину слева: хорошо кочевряжиться! Каждому овощу свой срок. Рука сама тянется к одеколону. Настоящий Ильич во мне действует.

Как известно, первый секретарь отдыхал тогда в Пицунде, когда ему позвонили из Москвы и попросили срочно вылететь на Пленум ЦК КПСС. Хрущев нехотя согласился прервать отпуск и неожиданно для себя услышал от, казалось бы, проверенных товарищей испепеляющую критику: в атаку на него пошли единым фронтом. Никиту Сергеевича обвиняли в фатальных просчетах в экономике и неуёмном хамстве. Недавние соратники выступали поочередно.

Брежнев гневно заметил, что если Хрущев развенчал культ Сталина, когда его уже не было, то они развенчают культ Хрущева еще при его жизни. Оказался неумолим к своему бывшему наставнику и Шелепин. Кидаясь в Перового секретаря рублеными некрасивыми фразами:

— «У вас сосредоточена власть, вы ею стали злоупотреблять! Нетерпимая обстановка создалась. Культ личности полностью сложился. Вера в вас падала и падала все больше. Самомнение непомерное. Характеристика, данная Лениным Сталину полностью относится и к вам. Окружили себя сомнительными людьми. Темп роста за десять лет неуклонно падает. Национальный доход с 11 до 4 процентов скатился. Куда это годится? С империалистами мы должны быть на страже. Отступаете от главной линии. Кубинский кризис — это авантюра, жонглирование судьбами народа. Вы сказали: „Октябрьскую революцию совершили бабы“».

Сразу после завтрака засели с Черненко в кабинете. Поначалу Константин Устинович больше рассказывал, что меня вполне устраивало. Задаю наводящие вопросы, чиркаю в книжке, что сделал «Рабочим блокнотом». Эх, как бы сейчас пригодился «Эксель»! А до изобретения персонального компьютера еще десяток лет. Надо ускорить! Внезапно в голову приходит гениальная идея. Хватаю вторую записную книжку «Для дум» и там уже авторучкой /специально вчера вечером тренировался! / вношу запись. Черненко хмурится, но затем замечает у меня блеск в глазах и успокаивается.

— Не боись! После отключки идеи разные в голову лезут. Вот и хочу их обмозговать, пока текучка не заела.

Константин Устинович тактично замечает:

— Вот и правильно. Придумали, что-нибудь дельное?

Бросаю в его сторону испытывающий взгляд и припоминаю прокаченную вчера информацию о своем будущем неудачливом по времени правления «преемнике». Мозг у меня начал работать, как компьютер. Это и радовал и пугало одновременно. Ну, спасибо, Петя, удружил! Вертись сейчас, как уж на сковородке. Но где наша не пропадала. Нездоровый дух авантюризма толка меня и дальше.

Помощник подошел с новыми бумагами, уже рассортированными для подписи или ознакомления. Поглядывая на него, вспоминаю, что Цуканов занимал ключевую позицию в аппарате Генерального секретаря ЦК КПСС. Через него проходили все материалы Политбюро и большая часть поручений главного партийного начальника. Он как-то вспоминал позднее, что реально выполняется только десятая часть принятых ЦК партии решений. Остальное — впустую. Если будет приниматься в десять раз больше всякого рода постановлений ЦК или Совмина, значит, в десять раз увеличится их невыполнение. А это резон. Зачем плодить бюрократию? Лучше меньше, но с тотальным контролем. Необходим механизм проверки выполнения решений. Хотя у нас вроде есть КПК? Но или там не чешутся, или механизм кривой.

— Давай сразу, что у тебя на подпись, — быстро и размашисто, с некоторым удовольствием работаю ручкой. Еще бы, вершу судьбы мира! Ха-ха.

Все-таки от моторной памяти огромная польза. Сам бы я ни в жизнь чернилами так ловко не чиркал. Обязательно бы зацепил лист и покромсал его. Здесь же надобно, чтобы ручка как бы порхала пером над бумагой. Удовлетворенно киваю, отодвигаю ворох документов и осторожно закидываю удочку.

— Георгий Эммануилович, как ты думаешь, не пора ли нам сбавить темп этой бюрократии? Не могу я физически отсмотреть и уразуметь сколько текучки. Нам нужен фильтр. Некий отдел аналитиков, что будет отбирать для рассмотрения на самом верху важное. Твоя задача — стратегия и контроль за выполнением важнейших постановлений.

Цуканов с удивлением взирает на меня. Но соглашается лишь отчасти.

— У вас уже есть личный секретариат.

— Но ты еще подумай хорошенько. Раздувать кадры не нужно. Стоит лишь привлечь грамотных специалистов и опробовать. И вызови мне, пожалуйста, Черненко.

— Сейчас.

Черненко пришел с толстой кожаной папкой, смотрит на меня внимательно. Видимо, мой цветущий вид ему понравился, он спокоен, настроен по-деловому.

— Константин Устинович, я тут Цуканова озаботил одной идеей, помоги ему, пожалуйста. Я считаю, что ко мне на стол идет слишком много текучки. Здесь, — я обвожу рукой стены Центрального Комитета, — столько народу идейно сознательного по кабинетам сидит. Неужели они часть работы и ответственности на себя взять не могут? Пусть отрабатывают народное доверие и пайки.

Заведующий Общим отделом на миг замирает, обмозговывая очередную прихоть барина, потом кивает:

— Разберемся.

Он смотрит вопрошающе, до меня доходит по какому вопросу:

— С наукой пока обожди. Встречусь со знающими людьми, потом засядем конкретно. Пока все.

Гляжу ему вслед, прикидывая и решаю: «Ничего, справится!»

То ли погода тому виной, то ли не мажорное настроение. Но Москва шестьдесят пятого категорически мне не понравилась. В центре много старья, неуютного и неряшливого. Множество узких проулков, ведуших непонятно куда. К чему жалеть все эти дворянские и купеческие развалины? Они придают замызганный вид столице огромного государства. Оставить лишь ценные исторические памятники, остальное безжалостно под снос! Где же светлая Москва из фильма «Я шагаю по Москве»? Или мне нужно пройтись пешком и с опытным экскурсоводом? Так хрен дадут. Очередной минус всевластия. Хотя Багдадский халиф мог, а я чего? Оставляю идею на потом. Все равно нужно посоветоваться с архитекторами и специалистами. Но однозначно одно — проспекты надо расширять под будущий автотранспортный поток, промзоны уменьшать. Промышленные предприятия — это постоянный приток лимиты. Столица и так задыхается от нуждающихся в жилье, а в будущем превратится в клоаку, сложную для выживания. Все в сад, то есть область. Мини-города будущего, вот на что потом будут равняться регионы. Лезу в карман за записной книжкой, ловлю взгляд начальника охраны и машу рукой:

— Давайте домой!

Но заметно, что автомобильный поток в центре довольно густой. Старомодными автобусами и троллейбусами не обойтись. Нужно сразу планировать развитие транспорта будущего на монорельсах. Чтобы на земле остались лишь пешеходы, велосипедисты и малогабаритные грузовички с развозками для торговли. Пикапы и что-то типа будущей «Газели». Помню, в мою молодость были популярны ГДРовские грузовики. «Мир Полудня!»

Народ, спешащий по делам, одет по погоде тепло, но больше в темных и серых тонах. Как там говорили: Брежнев принял страну, в которой номенклатура еще донашивала старомодные бостоновые костюмы и архаичные габардиновые пальто сталинской эпохи, а сдал преемнику сверхдержаву, где, как сказал герой популярной кинокомедии, «в джинсы уже облачились даже самые отсталые слои населения».

— Ты серьезно настроен, Лёня.

— А куда деваться? Столько работы впереди!

— Уезжаешь?

— Выходные проведу дома. Хотя сначала в Завидово.

Виктория Петровна поджимает губы:

— Опять пьянствовать со своими дружками?

— На лыжах ездить! — вижу недоверие в глазах супруги. — Хочешь, со мной поехали?

— Вот еще!

Оборачиваюсь к Рябенко:

— Нашли мне лыжи?

— А как же? На месте ждут, дожидаются. Но погоду обещают…

Поднимаю руку:

— Не надо песен петь: всякая погода хороша!

Начальник охраны странно на меня глянул. Тьфу ты, я эту фразу пропел, как в том Рязановском фильме. Кстати, что тот снимает сейчас? Помочь бы человеку, позже он жаловался, что его зажимают. Пожалуй, создатели комедий у меня ни в чем нуждаться не будут. Потому что у них сейчас самый лучший возраст для творчества. Потом человек стареет и жутко нуднеет. По себе и друзьям знаю.

Но. В информации из будущего этих «Но» полным-полно. И как тут на самом деле дела обстоят ни фига не поймешь, пока в какашку не влезешь. Теперь посмотрим, насколько Александров-Агентов был профессионален в международных вопросах и насколько эффективны были его советы Брежневу по иностранной проблематике. Долго бытовал миф, что этот помощник внёс неоценимый вклад в дело разрядки в мире. Но так ли это? Вспомнился дневник многолетнего сотрудника Международного отдела ЦК КПСС Анатолия Черняева. Этот функционер не скрывал своей неприязни к Александрову-Агентову, имевшему в партаппарате кличку Воробей. По его словам, Александров-Агентов в 1968 году более других настраивал Брежнева на нашем вооружённом вторжении в Чехословакию.

«Бовин, как и я, знал за несколько дней, — отметил Черняев в дневнике 3 мая 1972 года, — что вторжение в Чехословакию в 1968 г. произойдёт. И написал Андропову о возможных последствиях. Тот послал Брежневу, но до него это не дошло, застряло у Александрова. Уверен я, что в настраивании Брежнева на вооружённое вмешательство Воробей сыграл едва ли не первую роль. Помню, где-то за месяц до 21 августа в его кабинете, когда я вновь поспорил с ним из-за Чехословакии, он мне гнусно пропел: „А что, Анатолий Сергеевич? Может, уже скоро и войска придётся вводить!“. Ну так вот. После вторжения Бовин вновь написал письмо Брежневу. Теперь уже с некоторыми фактами, подтверждающими его прежнюю аргументацию. И снова оно осело у Воробья».

«С Александровым, вернее, под командой Александрова, — писал Бовин, — мне пришлось работать много. Он пришёл в политику из филологии, был специалистом по исландскому языку. Но ещё накануне войны стал работать в Стокгольме под началом А. М. Коллонтай. Потом — хорошая школа МИДа. С 1961 года — помощник Брежнева по внешнеполитическим вопросам. Живой, гибкий ум. Знание нескольких языков. Приличная общекультурная эрудиция. Умение спорить с шефом, отстаивать свои позиции. Всё это было. А ещё были нервный, вибрирующий характер, суетливость, способность взрываться по пустякам, обидчивость. Возможно, некоторая закомплексованность вызывалась чрезвычайной субтильностью фигуры. Не случайно его звали „воробей“. Или — „тире“, просто „тире“. Потому что Александров-Агентов. Он не был догматиком. Но шатания его мысли имели гораздо меньшую амплитуду, чем, скажем, у меня или у Арбатова. И в протокольно-политесных делах он был более строг. Иногда возникали конфликты. Раза два он переставал здороваться со мной. Потом отходил. После Брежнева оставался помощником у Андропова, Черненко и Горбачёва. Перебор, по-моему…»

Пока же ситуация в северном, дружественном нам Вьетнаме складывалась аховая. Как раз американцы дерзнули начать бомбардировки, и советская делегация чуть под них не попала. Потому на нашей встрече сразу создалась необходимая мне предвоенная атмосфера. ПредСовмина с некоторым недоверием поглядывал в сторону Устинова и начальника Генштаба Захарова. Последнего я истребовал с вечера. Чтобы никто меня или его не тормознул. Хотелось услышать мнение от опытнейшего штабиста Великой Отечественной. Одним из результатов его тогдашней работы стали блестящие итоги Ясско-Кишинёвской операции. Матвею Васильевичу было присвоено звание генерала армии, единственному из начальников штабов фронта. Новая победа открывала путь на Будапешт, Белград, Вену. Впереди были победоносные Дебреценская, Будапештская, Венская операции.

А вишенкой на торте его карьеры стал полный разгром Квантунской армии. Через месяц после окончания боевых действий на Дальнем Востоке генерал Матвей Васильевич Захаров был назначен начальником Высшей военной академии. А в начале 1949-го он уже был начальник ГРУ. Для одного из заданий Матвей Васильевич получил удостоверение специального корреспондента газеты «Правда», с которым отправился в Китай. Миссия была совершенно секретной. После успешного ее завершения Захаров получил медаль «Советско-китайская дружба». Позже он был направлен для оказания помощи в управление войсками Корейской народной армии. Об этом стало известно только в 1970-м, когда Матвей Васильевич был удостоен одной из высших наград КНДР. Ким Ир Сен наградил советского военного орденом Государственного знамени первой степени.

То есть генерал не был новичком в тех местах и его советы мне могут здорово помочь.

Для Брежнева было характерно подчёркнутое уважение к нижестоящим работникам, причём чем младше, тем уважительнее он с ними держался. Переводчик Виктор Суходрев вспоминал:

«Если Брежнев, даже будучи уже дряхлым и больным, после окончания официальной беседы с иностранцем, попрощавшись с ним, считал для себя обязательным пожать руку переводчику и поблагодарить его за работу, то Горбачёву это и в голову не приходило. Для него мы были как бы частью обстановки, как столы, стулья, карандаши».

Возможно, это отношение очень помогло Брежневу в достижении высшего поста в государстве. Никита Хрущёв говорил о нём:

«Вот смотрите на Леонида, мало, что он красавец, гроза баб, а как его люди любят. Они же за ним в огонь пойдут и в воду… Леониду не надо бороться за власть, люди сами его толкают. Удивительно обаятельный и милый человек».

Даже многоопытный политик оказался обманут внешним обаянием дедушки Ильича.

Галка, то есть Галина забежала ненадолго. У них с Ильичом нынче разлад на фоне романа с Игорем Кио. Я так же, как и настоящий Брежнев считаю его вздором. Но Галка мне глянулась. Простая, эмоциональная, в чем-то доверчивая. Потому после скорого обеда, в этот раз Виктория Петровна все-таки сготовила «мой» любимый борщ и котлетки из индюшки, я подозвал дщерь к себе и выдал экспромтом:

— Тебе бы, голуба, такую энергию да в нужное русло.

Галина зыркнула на меня неласково. Не любит, когда учу её. Мне же надо уберечь эту своенравную даму тридцати шести лет от гиблых последствий. Да и мне самому слабые места в ближайшем будущем ни к чему.

— Ты о чем, папа?

Последнее слово она произносит с издевкой.

— Дело тебе подыщем. Общественно полезное. Не смотри так. Есть занятия и по твоей натуре. Но неволить не собираюсь. Понравится, работай, помогу.

В глазах дочери Ильича вспыхнул на секунду огонек, но она куда-то торопилась. Ах-ха, сегодня же воскресенье и будет цикловое представление. Но уже в двери она обернулась. Я знаю, чем зацепить женщину. Ха-ха.

Громыко прилюдно объяснял миротворческий курс желанием избежать очередной военной катастрофы. Две мировых войны для одного континента чересчур. Ильич ему постоянно вторил: «Лишь бы не было войны!» Как будто это мы ее форсируем? Здорово подозреваю, что корни «перестроечного» долбоепизма растут уже в здешней почве. С экономистами все как-то понятней. Этим идиотам проще вернуться к простой логике рыночных отношений. Товар-деньги-товар. Искать нечто прорывное в политэкономике страшно, на это решаются лишь гении. Наше родные академические институты оказались наполнены «либеральными» кадрами, тяготеющими к западной экономической мысли. Тем более что успехи самых развитых стран капитала налицо. Ага.

Да этом времени даже половина Европы живет крайне бедно, а «западники» «фапают» на несколько «витрин капитализма» и не желают видеть скрытых противоречий внутри более развитой Западной Европы. И МИД туда же. Мне крайне не нравится то обстоятельство, что наши Министерство иностранных дел занято больше государствами условного «Запада», а международный отдел ЦК КПСС странами социалистического блока и компартиями в странах развитого капитала. Третий мир кое-как поделен между ними. Непорядок! Чую, что с Громыко мы долго не сработаемся. Использую его знания, опыт и связи в начале. Чтобы сдерживать наших и «партнерских» ястребов. Последний в Америке хватает. Именно они в семидесятые снесли с поста Никсона и похерили «Разрядку». Стоит ли ее тогда, вообще, начинать?

Поэтому вчера я взял бедного Кекконена в оборот и подробно выпытывал неизвестные широкому кругу тайны финской экономики. Правда, пришлось с ним слегонца выпить, за что потом прилетело от Виктории Петровны. НО я же опытный перец, сначала пару бутербродов с семгой и масло, без хлеба. А уже потом водочки. Чухонец поначалу держался, но быстро «потух». Громыко лишь неодобрительно покачал головой. Я расторопно разрядил обстановку, сославшись на некие задумки и, зарядив Косыгина заковыристыми задачами в области микроэлектроники. И вот тогда поймал на себе предельно внимательный взгляд Андрея Андреевича. Разгадал, что я не шуткую, а веду некую потаенную игру. Значит, фигуру Премьера точно стоит держать в поле зрения!

Мягко, но лучше бы ругался, спросил Суслова:

— Михаил, что не так? Ты не видишь, какой нам бардак от Никиты достался? Куда ни сунься — везде клин! Людей, чем кормить будем?

Секретарь ЦК некоторое время ловил воздух, затем справился с волнением и осторожно начал:

— Это же прямое потакание частнособственническим инстинктам. Разложение деревни. Опять все займутся личными участками. Колхозники начнут копаться в огородах.

— И что?

— А как же программа построения коммунизма?

Машу рукой:

— Никуда она не денется! Ты не помнишь, что заявлял товарищ Ленин: «Готового рецепта строительства социализма не существует. И перед каждым поколением партийцев будут вставать новые и новые задачи, которые надо будет решать. Но нельзя уклоняться от них», — вижу по глазам, что не понимает. — Ладно, подумай тогда о том, зачем вообще колхозы создавались. В первую очередь для того, чтобы механизировать работу на селе. Накормить страну смогут не одинокие фермеры-единоличники, а мощные индустриальные хозяйства. Экспорт зерна до революции кем осуществлялся? Помещиками, именно они выписывали машины из-за границы, вводили многопольный севооборот, разводили породистый скот, а также использовали наемный труд.

— И это правильно! — разгорячился главный идеолог партии. — А мы отступаем к единоличникам!

Виктория Петровна, видимо, также зарядилась моей утренней энергией.

— Садись кушать, физкультурник. Сегодня у нас творожные сырники. Сметану ведь тебе можно?

— Ну если в меру, то почему бы и нет.

Поглядывая, как я уплетаю приготовленную ею вкуснятину, супруга поинтересовалась:

— Ты что Восьмого марта планируешь, Лёня?

Я, ожидая некий подвох, спросил:

— А что?

— Хочу семейный день организовать. Позвать Галину, Юру, Яков подъедет.

Что больше всего вызывает самый лютый батхерт в сраче об эпохе социализма советского разлива? Правильно: дефицит и отсутствие элементарных товаров на полках магазинов! Поклонникам коммунистического пути обычно и отвечать на такие наезды нечем. Было и было. В различных областях великой страны по-разному, но даже столица не избежала проблем. Мы были первыми в космосе и балете, но не могли предоставить советскому гражданину широкий выбор насущных продуктов и элементарные бытовые мелочи. Во второй половине двадцатого века у нас не было свободного доступа к туалетной бумаге! Это в державе с огромным запасом леса и выработкой электроэнергии. Рекордная выплавка чугуна и алюминия не так волновала обычного обывателя, как наличие копеечных бельевых прищепок и лопат в ближайшем сельхозмаге.

Категория товаров «Б», вообще, притча во языцах промышленности СССР. Именно на товарах широкого потребления огромная махина народного хозяйства второй сверхдержавы мира забуксовала и начала перегреваться. Как утверждали выращенные в академических институтах Союза экономисты, сие обстоятельство есть «родимое пятно» социалистической плановой экономики и избавиться от него можно лишь введением свободного рынка. Так ли это на самом деле, вызывает у меня смутные сомнения. Как говаривал одни персонаж: Надо же думать, что понимать! Каким же надо быть наивным идиотом, чтобы верить в давно устаревшие понятия из девятнадцатого века? Но образованные лошки из страны советов замечали лишь забитые прилавки западных магазинов, а что там творилось за кулисами, видеть не желали. Какой ценой добывалось потребительское изобилие. Наши либералы даже признанному всей планетой палачом Пиночету рукоплескали. Он же ввел «Рынок»!

Математика такая наука, докажет что угодно. Как с хронологией псевдоисторика Фоменко. А мне предстоит разобраться, куда и зачем двигать нашу историю. Но точно не тем путем, на какой мы уже встали. Тот прямиком ведет державу в рыночный тупик. Китайцы во главе с Дэн Сяопином побежали по рельсам построения государственного капитализма, где компартия лишь регулятор между слоями общества. Их красные лозунги только ширма и ничто больше. Так у них испокон веков повелось. Такой путь для нас неприемлем. Но как-то менять положение все равно необходимо. Будет крепкая экономика, станут меньше социальные противоречия, появятся ресурсы для активной внешней политики настоящей сверхдержавы. От этого положения нам уже никуда не деться. Но по мне мерзопакостно помогать абы кому, когда собственный народ живет кое-как. Я честно не понимаю, что двигало советскими вождями, когда эшелоны продовольствия шли в поверженную Германию, а с финнов и румын не взяли репараций ради высокой политики. В это же время лучшая половина страны лежала в руинах, и еще не развеялась копоть от сожжённых заживо людей. Нет и не может быть такой причины, что отбирать у своих в пользу чужаков.

И вот сейчас передо мной сидят люди, имеющие прямое отношения к сталинскому Методу повышения эффективности экономики и двухконтурной системе финансов. К сожалению, для большинства советских людей эти слова ни о чем не говорят. Как так? Нам в школе об этом ничего толкового не рассказывали, а во времена Перестройки откровенно «дули в уши», размазывая тонны лжи поверх правды. Как, кем и какими методами создавалась советская промышленность, и её будущие феноменальные успехи молодому поколению почти неизвестно. К сожалению, один из столпов, создатель плана ГОЭЛРО Глеб Максимилианович Кржижановский уже умер.

С трудом нашлись два человека, еще не так давно рулившие процессами. Бывший Председатель Госплана СССР Сабуров Максим Захарович. В 1957 году Никита Хрущев его сковырнул за поддержку «антипартийной группы». Человек опытный, в Госплане с 1938 года и еще вполне работоспособный. А вот благообразный старик с седой бородой и прямой спиной вызывает невольный трепет. Струмилин Станислав Густавович, экономист и статистик, академик АН СССР, один из авторов пятилетних планов индустриализации СССР. Ему сейчас восемьдесят восемь. До 1951 года член Совета научно-технической экспертизы Госплана СССР, был заведующим сектором истории народного хозяйства Института экономики АН СССР. Несмотря на возраст с горделивой посадкой, он как будто с высоты возраста и житейского опыта ощупывает меня острым взглядом. Сам Кржижановский не зря называл его «Дедом» советской экономики и статистики.

Или удастся договориться с Косыгиным или… или на заседании Президиума ему предстоит такая выволочка, что мало не покажется. Оттуда одна дорога — на покой. Или ко мне в клевреты. Дядька все-таки толковый, можно на внешнюю торговлю поставить. Один из рычагов воздействия на Совмин марксистский ортодокс Суслов. Если его правильно накрутить, то от реформатов лишь перья полетят. Я ведь прямо со стороны Сталина и его МПЭ зайду. Метод повышения эффективности экономики мы поставим во главе угла. А я точно знаю, что Миша в сторону вождя неровно дышит. «Мао жил, Мао жив, Мао будет жить!» Да и остальная номенклатура помнит успехи эпохи индустриализации. Это вам не репрессии обмусоливать в который раз. Кстати, а почему они вообще возникли в таком ужасающем масштабе? Вот в жизнь не поверю, что у нас было внутри страны столько кровных врагов. Фракции в ВКПб имелись, они и нынче существуют. Недоброжелатели, «бывшие» и прочее недобитое кулачье. Но зачем под каток бросать десятки тысяч? Хотя… сколько там лет революционная Франция устаканивалась? Если считать от взятия Бастилии до Ватерлоо, то как раз 26 годков и пройдет.

Качаю головой и откладываю опасное для советской политики расследование на потом. Покамест есть дела поважней. Сдвинуть с места экономические перемены, настроить Совмин и ЦК, затем, наконец, с помощью полученных рычагов и механизмов начать использовать в полной мере послезнание. Ведь в моей умной голове местонахождение огромных месторождений, основные вехи научного развития, а также несколько милых сердцу задумок с финансовыми махинациями. Эх, не подняться тебе вновь Грейт Британ!

Встречаю подошедших товарищей и успеваю перекинуться со всеми парой слов. Суслов, Демичев, Кириленко и Капитонов открыто мне улыбаются. Вальяжны, неспешны, в предвкушении. Они в курсе, что сегодня произойдет. Подгорный подошел с Кулаковым. Тот заведовал сельскохозяйственным отделом ЦК КПСС и должен был также выступить. Еще голос в мою пользу. Шелепин выглядит мрачно, излишне крепко пожимает мою руку. Хочет проверить, что я готов пойти ва-банк? Видимо, подозревает, что над ним сгущаются тучи. А не лез бы ты поперек батьки в пекло?

Устинов деловит и собран, ему не до политических интриг. Прошу его остаться после заседания на разговор. Подошли руководители отделов, люди из Совмина и Министерства сельского хозяйства. Андропов подчёркнуто уважительно поздоровался. Не он ли метит на место председателя КПК? Это власть и немалая. Или ему выгоднее держать в руках нить международных событий. Как он в том мире получил место председателя КГБ? Не помню, сейчас и не узнаешь. Внутри глухо отозвался настоящий Ильич. Что-то наверняка ведает. Но поговорить друг с другом не получится. Он умер, это я понял уже давно. Но что тогда внутри меня осталось? Или память субстанция материальная?

Нынче мы богаче и можем действовать не такими людоедскими методами. Нельзя строить светлое будущее на крови и гневе. И так уже накосячили! У нас умная и образованная молодёжь за прошедшие десятилетия, надо дать ей шанс создать успешную державу. А не задвигать в угол, провоцируя неформальные посиделки антисоветского толка. В ближайшее время в моих планах пересмотреть так называемые «Запрещённые фильмы» и плотно пообщаться с творческой интеллигенцией. Откуда в ней взялась будущая антисоветская направленность? Что движет талантами шестидесятых? Понимаю, что фрондерство у молодежи в крови, но энтузиазм лучше использовать в интересах страны. Наши власть в моем времени не смогли понять и принять это поколение «Оттепели». Пытались крайне убого играть в идеологию, слишком смелых пугать органами. Итог мы знаем. Опасней антисоветчиков было не придумать. Своими же руками создали «Пятую колонну».

Долбанные идиоты!

Какие у нас друзья за рубежом. Ни во что нас не ставят. А сами что могут? Революцию совершить взять большинство в парламенте? Клоака, да и только. Но сразу перекрыть финансовые ручейки «нужным людям» у меня сейчас не получится. Больно уж хитро в сфере бывшего Коминтерна интриги завязаны. И я не уверен, что настоящий Ильич был в курсе больше части делишек бывшего Бюро Информации, наследника деятелей «мировой революции».

Еще декабре 1941 года приехавший в Москву после позорного битья их флота в Перл Харборе Гарри Гопкинс, близкий друг Рузвельта и его личный посланник по особо важным делам, от имени президента поставил перед Сталиным вопрос о роспуске Коминтерна и о примирении с русской православной церковью. По его словам, это необходимо, чтобы снять препятствия со стороны оппозиции в оказании помощи по ленд-лизу и обеспечить политическое сотрудничество с США в годы войны. Эти неофициальные рекомендации были в итоге приняты Сталиным еще в 1943 году и создали дополнительные благоприятные предпосылки для встречи в Тегеране, а затем в Ялте.

Это показало американцам, что со Сталиным можно договориться по самым деликатным вопросам с учетом его интересов. То есть с русскими получится играть в «высокую политику». Кстати, и в моем времени те архивы с переговорами ни одной из сторон так и не открыты. Вопрос — почему? Сколько тайн мировой политики скрыто от общественности за семью печатями? Появившийся вслед Комитет информации некоторое время возглавлял сам Молотов. С 1947 по 1951 год Комитет Информации являлся главным разведорганом, куда стекалась почти вся информация из-за рубежа по военным и политическим вопросам.

Честно признаюсь, попав в тело Ильича, я уже несколько раз поменял свое мнение о нем. Как и каждый правитель сверхдержавы он имел как полезные для лидера качества, так и кучу недостатков. Если первые он много лет пестовал и шлифовал, то со вторыми никак не боролся. Вот они и стали отличительными особенностями, показанными в народных анекдотах. И в итоге страну затащили далеко не в тихую гавань. Но тут, опять же, смотрим на окружение. Брежнев еще после XXV съезда КПСС просил отставку. И здоровье пошатнулось, да и старость приблизилась. Уважили бы человека и прожил больше.

Точно стоит ввести в обиход звание Председателя партии. Пусть новый Генсек рулит, но не забывает, что за ним присматривают. Тогда сколько мне осталось лет рулить? Две пятилетки. Что же, хватит для решительного поворота и назначения на посты своих людей. Даже если присматривать за здоровьем не так, как тот Ильич, то все равно старость неизбежна. А это падение работоспособности, болезни со всеми сопутствующими. А то и вовсе маразм! Нет, пусть лучше меня в этом теле запомнят бодрым и мудрым. Буду появляться на публике как почетный гость и жить где-нибудь в Крыму или под Москвой. В крайнем случае авторитет хватит кулаком по столу стукнуть. Кстати, Брежнев ведь проследил, чтобы Хрущева не трогали и всем обеспечили.

Поворачиваюсь к окну, наслаждаясь видом зимнего леса. Март выдался снежным, с частыми перепадами солнечной и пасмурной погоды. Природа всегда помогала мне успокоиться и настроиться на необходимый лад. Поначалу, честно, оказалось сложно привыкнуть к довольно жесткому режиму работы. Ильич трудился много и с напряжением. Как мог до конца жизни. Если бы не болячки и окружение, то смог бы решить многие проблемы. Опять же, вопросы к свите. И на даче я продолжал работать с документами. Кроме присылаемых с ЦК пошло много информации от ГРУ, из отдела Общей аналитики. Пока у меня не было помощника для составления схемы секретных миссий и кого сюда брать, я не представлял.

Грибанов, начальник создаваемого мной политического сыска под «паленым» названием Информбюро неожиданно чрезвычайно резво взялся за работу. Первым делом он представил мне список лиц, пребывающих на нарах. Советский политический паноптикум не перестает удивлять. Интриги внутри кланов зачастую важнее пользы для страны. Угадайте, кто стоял первым в списке? Знаменитый Судоплатов, что «чалился» сейчас во Владимирской тюрьме. Вообще, странная история с «разоблачением наймитов Берии». Кому-то выгодно было начать разгром советских спецслужб? Ничего, мы этого кого-то откопаем и обязательно зароем. Я улыбнулся собственной кровожадности. Братки из девяностых чем-то напоминали некоторых деятелей из тридцатых. Нельзя подобным упырям давать большой власти. Еще Иоанн Васильевич с опричниками на таком обжегся. Но ничему нас история не учит.

Позавчера здорово удивил Суслов. Наехал на меня за то, что я встрял в телефонной беседе за молодых писателей и поэтов. Мол, зря их так полощет партийная и прочая пресса. Особенно коснулся Василия Аксенова. Талантливый черт, но почему-то его всегда тянуло на антисоветчину. Видимо, детство, связанное с репрессиями, сказывалось. В человеке обычно намешано белое и черное. Первые его светлые образы в произведениях здорово контрастировали с последующей льющейся без края желчью. Где и когда он надломился? И кто-нибудь следил за его творческим состоянием? Или только могут наезжать?

Наша идеологическая машина совершенно не умеет работать с подобными сложными персонажами, отталкивает их еще больше от себя и провоцирует. А уж каким местом там Гэбешники влезли, ума не приложу. Тут явно проблемы с компетентностью их руководства. Второе Главное управление точно стоит потрясти, такой подход следует менять начисто. Шпионов ловите, идиоты! А политический сыск должен заниматься теми, кто на самом деле представляет угрозу строю. Дураки, воры, коррупционеры. Один идиот на высоком посту вреда приносит больше, чем десяток ЦРУшников.

Поругались мы поначалу с Михаилом крепко. Я даже не представлял, что у того иногда проявляется довольно резковатый темперамент. Но вчера он сам зашел ко мне, опередил. Выпили «трубку мира» в виде чая с вкусными вредностями, поговорили. Ильич умеет душевно расположить к себе людей. Тем он разительно отличался от предыдущих «ораторов». Давил Брежнев людей мягко, но до посинения. Мог с легкой улыбочкой уничтожить навсегда. Так что не считайте его добрячком, такие на верхние ступеньки власти не попадают априори. Но издеваться просто так и хамить он себе никогда не позволял. Это уже шаг вперед. К примеру, гадко улыбающийся Горбачев мог скандалить по сущим пустякам. А про Раису Максимовну лучше помолчать. Да и родные первого президента России показали себя в дальнейшем гадко.

Полномасштабное превращение КВЦ в настоящий Центр управления полетами началось только в 1973 году в рамках подготовки к совместному проекту «Союз-Аполлон». Объект стал «открытым», несмотря на сильнейшее противодействие Министерства обороны СССР. Военные поначалу предлагали не рассекречивать подмосковный центр перед американцами, а построить в Москве недорогую «липу» — имитацию центра дальней космической связи для размещения там американской группы управления. Потребовалось вмешательство всесильного куратора оборонного комплекса, секретаря ЦК Дмитрия Устинова, чтобы в программе «Союз-Аполлон» появился ЦУП-М — московский в отличие от Хьюстонского ЦУП-Х. И к 1977 году в ЦУП были переданы все задачи по управлению советскими автоматическими станциями, орбитальными системами и пилотируемыми полетами. Подмосковный Калининград стал главным командным пунктом гражданской космонавтики Советского Союза. С тех пор мы и видим его на телеэкранах страны.

Ну а на повестке Первого секретаря ЦК КПСС сегодня советский космос! Наверху мы пока не толкаемся с другими локтями. Научная фантастика, даже зарубежная до восьмидесятых воспринимала русских в космосе как само собой разумеющееся. В книгах и фильмах то и дело мелькали русские названия звездолетов или колоний, и русские имена астронавтов. Но уже в двадцать первом веке их начали злонамеренно вытеснять. Европейцы, китайцы, лесбиянки или на худой конец истеричные гомики. Кем только не населяли космические станции и корабли авторы и режиссеры. Хотя по факту русское присутствие на орбите Земли и тогда оставалось существенным.

К слову, без опыта космической индустрии СССР осваивать даже ближнюю орбиту было бы невозможно. Кому понадобилось вычеркнуть из истории космонавтики Советский Союз и русские имена Гагарин, Терешкова, Леонов? Зачем вместо крепких и уверенных в себе мужчин и женщин заселять космос ублюдками? Я сделаю все, чтобы этого не произошло. К тому же в этой Вселенной бесплатно никого катать туда не будем. Хотите своего космонавта — сначала вложитесь в развитие советской индустрии. Космос — занятие затратное, его освоение проходит за счет нашего народа. Так что извините, подвиньтесь!

Но все равно, как душа поет! Каких людей я сегодня встречу!

— Прав, ваш китаец. У меня острые проблемы. Но обещают вылечить. Они еще удивились, откуда мне известны болячки. Особенно про опухоль.

Королев был бледен и расстроен. Еще бы, громадье планов не ждет!

— Ничего, Сергей, прорвемся! Вам бы еще гимнастикой заняться.

Я заговорщицки подмигнул и перешел на ты. Вместе анализы сдавали!

— Китайской? — позволил себе улыбнуться Королев.

— Конечно! Я пришлю к тебе того человека. Как только выйдешь из больницы. И ты, если что, звони прямо мне. Космос должен быть советским!

Внутри Кремля много народа, подъезжают машина за машиной. Сегодня я прибавил седых волос свое охране, сам сев за руль «Чайки». До этого обкатал её около дачи. Отличная машина, а я также люблю погонять. В этом мы с Ильичом сходимся. Наверное, поэтому я сразу освоил эту легендарную машину. Автоматическая трансмиссия, оригинальная система управления режимами, при помощи четырёх кнопок, расположенных слева на торпедо. Поражало отсутствие стояночного режима. Рулевое управление — с гидроусилителем, что я это время редкость.

Шикарная ретро приборная панель. Много хрома и удобный бардачок. Большие панорамные окна. И какой широченный передний диван! Да тут можно прижать какую-нибудь дамочку, не испытывая дискомфорта. Педаль газа отзывается на раз. Мощный 8-цилиндровый двигатель рвет подметки! Это не вальяжный ЗИЛ 111.

Хозяевам мой искренний интерес пришелся по нраву. Мне всегда было любопытно раннее Средневековье, когда складывалось будущее нынешней Европы, и потому я приятно удивил местных музейщиков. Вот, наверное, потом поползут слухи об эрудированности советского вождя. А их точно приметят местные спецслужбы и доложат кому следует. Непрост, оказывается, новый лидер СССР. Ох, непрост! За личиной добродушного и простоватого дедушки скрывается нечто иное. Товарищ Брежнев пока для всех большая загадка. Везучий партноменклатурщик, лихо забравшийся на самую вершину второй сверхдержавы мира.

Но пусть их! Венгры для СССР загадка, проблема, но уже не заноза. Странный парадокс, чтобы получить адекватных союзников сначала надо хорошенько дать им трепку. Мало было кровопролитной зимы сорок пятого. Устроив не менее кровавый замес в 1956 году и подавив фашистское, по сути, восстание, советские власти невольно помогли в переформатировании местного социализма. Не зря венгры позже называли собственную республику самым веселым бараком лагеря. Восточноевропейцы так и не смогли простить русским свое поражение и оккупацию.

Но нужны ли они нам на самом деле? Хороший вопрос.

Сейчас Венгрией правит Янош Кадар, одни из самых «долгоиграющих» политиков социалистического блока. Пришел к власти в 1956 и ушел лишь в 1988 году. Такой долгожитель точно достоин того, чтобы его внимательно выслушать. Пытаясь достигнуть общественного успокоения, Янош Кадар в 1961 году выдвинул лозунг «кто не против нас, тот с нами», который предопределил некоторую либерализацию и отсутствие жесткой цензуры. Каким-то звериным чутьем он с чистого листа реализовал новый общественный договор. Затем его повторят собственной методикой восточные немцы. Это уже урок нам, советским. Наши партийцы привыкли давить сверху и бессовестно пользоваться лучшими представителями общества.

Период правления Кадара получил у его противников название gulyásszocializmus «гуляш-коммунизма». С продуктами питания на прилавках в Венгерской Народной Республике было хорошо даже тогда, когда у «старшего брата» в СССР с трудом получалось обеспечить мясом и колбасой одну Москву. То, что в Советском Союзе можно было достать только за бешеные деньги у спекулянтов: жевательную резинку, джинсы, пластинки западных рок-групп, в социалистической Венгрии не было дефицитом. Проиграв восстание, венгры получили больше прав по сравнению с теми соцстранами, которые не бунтовали. В социалистической Венгрии были разрешены мелкий частный бизнес в торговле, сфере услуг, кустарное производство товаров. Официально объяснялось, что это никакой не капитализм, а просто другой, венгерский вариант социализма.

Кстати, ноги реформы Либермана-Косыгина растут отсюда. Только вот жизнь Советского Союза ушли от капитализма намного дальше. Если венграм не надо было ничего особенно менять, то попытки реставрировать часть рыночных механизмов в советскую экономику не могла принести ничего хорошего. Так и получилось в той истории. Обычно говорят о сворачивании реформы, но дело обстояло чуточку не так. И министерства, и Госплан в процессе замечали много странностей и вмешивались для исправления косяков, зачастую не понимая внутренних процессов. Иначе все закончилось бы намного раньше полным крахом «Косыгинщины». Сам же Предсовмина сваливал все собственные ошибки на бюрократию и номенклатуру. Но извини, дорогой, ты сам часть номенклатуры и обязан знать, как её использовать во благо.

Мне пока понять все нити управления тяжело, даже память Ильича не помогает. Он с молодости привык к иным методам. Если вспомним, то Брежнев почти полностью отдал бразды управления экономикой Косыгину и секретарям ЦК. Во внешнюю политику до начала семидесятых особо не вмешивался. Больше занимался текучкой и внутренними разборками. А они уже начались. После успешного для меня мартовского пленума в кругу «обновленцев», так обозвал новых приближенных, пошли разговоры о том, что надо окончательно убрать Шелепина. Но до следующего пленума ЦК сделать этого мы открыто не можем. Так что придется дождаться сентября. И хочется, и колется, но быстрее не получится. Таковы реалии политической жизни огромной страны. Это не в книге про попаданцев. Написал указ, и все побежали. Почитаешь про некоторых особенно прытких. Да таких бы в течение полугода сняли, а то и хуже. Высокая политика в СССР всегда была сопряжена с риском для жизни.

Мы и так выиграли смещение Микояна с поста Председателя Президиума Верховного Совета и на ближайшей её сессии на эту должность изберут Подгорного. Явного конкурента пока удалось увести в сторону, но тот тип прыткий, придется его с головой занять свежими законопроектами. На нашем «совещании» в Завидово я намекнул ему, что у нас слишком много устаревших законов еще с эпохи «вождя», пора что-то с этим делать. Тот задумался и пообещал сразу же начать с них. Ему нужно нарабатывать авторитет, а устроить это проще всего конкретными делами. Видимо, Николай Викторович посчитал, что у нас складывается некий триумвират, как в Древнем Риме. Красс, Помпей, Цезарь — Брежнев, Суслов, Подгорный. Только вот забывает, чем это тогда закончилось. Нет, ребята, образование необходимо!

Под сурдинку поговорили о Комитете защиты женщин, что начала создавать Галина. Крыша Верховного Совета пришлась бы ей кстати. Подгорный дал предварительное согласие. Получается, уже как бы я ему должен. Вот жучара! Нет, ждать 1977 года не буду, свалю тебя раньше. Я уже достаточно влился в хитросплетения интриг местных «небожителей». Это делает жизнь менее пресной. Ведь я настоящий пожил в девяностых и знаю, что при любой возможности надо выходить из «зоны комфорта» и не боятся бить подло. Мою тактику не все пока осознали, нынешняя и сталинская номенклатура привыкла играть по иным правилам. И если вы считаете, что они были более жесткими, то ошибаетесь. Каждый шаг стоило «легендировать» с партией в установленном порядке. То есть сообразно с коммунистической идеей и текущим курсом ВКПб или КПСС. Меня же ничто не сдерживает. Ни мораль, ни «Кодекс строителя коммунизма». Я отлично запомнил цинизм «ЭреФной» машины власти. Тем отъявленным людоедам и сталинские наркомы НКВД позавидуют.

Но вернемся к нашим баранам. Изучение насущного вопроса я решил провести на месте. Потому еще в марте запланировал тур по «Социалистическому содружеству». Именно так я начал называть наш один большой лагерь. «Брацкие» страны требовали неустанного пригляда. Раз уж нам достались, как победителям самой кровавой войны в истории человечества. У меня абсолютно нет никакого сожаления по поводу «оккупации» Восточной Европы. Сталин ввел к концу войны в СССР все атрибуты Новой Империи: погоны; разнообразную форму для служащих, появился почти что табель о рангах; министерства. Оставалось лишь её расширить. Приобретение Восточной Пруссии, возвращение Курил и Южного Сахалина, узаконивание инкорпорации в СССР Прибалтики и Галиции. К полученным по Потсдамскому договору добавились вассалы.

И я не вижу в сем обстоятельстве ничего зазорного. Мир был поделен еще в Ялте, дележ завизирован, между прочим, самыми «демократичными» странами планеты. Англичане в Греции тоже с коммунистами не церемонились. Да и американский вариант репрессий в духе маккартизма не мы спровоцировали. Как и колониальные и полностью несправедливые войны буржуазной Франции во Вьетнаме и Алжире. И мы имеем полное право брать силой оружия причитающееся. Русская кровь за это пролита! Да и не было сие жестокой оккупацией. Коммунисты и социалисты существовали во всех странах Европы. Ну помогли, подтолкнули малость. Без перегибов, как водится, не обошлось. Не так давно абсолютно также поступали контрреволюционеры и всевозможные фашистские режимы. Репрессировали, убивали, третировали.

Забыли уже? Салаши в Венгрии, Румыния с Антонеску, Тисо в Словакии, в Болгарии была установлена монархо-фашистская диктатура царя Бориса, «Независимое государство Хорватия» во главе с Павеличем. Кто по прошествии времени этого может хоть что-то нам предъявить? Другое дело, что спустя двадцать лет после Победы необходимо жить своим умом. А вот тут, кто в лес, кто по дрова. Проблема во всех соцстранах одна — они на самом деле не хотят настоящего коммунизма, не стремятся подниматься выше. Национальные культуры тому виной или евроэгоизм, я пока сказать не могу. На словах их лидеры с нами и за торжество коммунизма во всем мире. На деле каждая республика строит личное буржуазное гнездышко. Наверное, потому как только ослабла хватка «старшего брата» в конце восьмидесятых, они, задрав штаны побежали на благословенный Запад. Повезло не всем.

Вот и стоящий поодаль мадьярский вождь Кадар строит собственную «венгерскую модель». Талантливый управленец смог соблюсти баланс и умиротворить общество. А секрет довольно прост: без рынка СССР и советской помощи никакого бы «Гуляш-коммунизма» не состоялось. Кроме разрешения мелкого бизнеса и свободного ввоза западных товаров весомая причина успеха венгерского коммунистического рая состояла в развитой благодаря сбыту в соцстранах и дешевой нефти СССР экономике. Сельское хозяйство венгров жирело на поставках в СССР еды, консервы Globus знает каждый. Ассорти из фруктов, овощное рагу, лечо, маринованные огурцы и помидоры, перец, фасоль. Зеленый венгерский горошек закидывался в тазики новогоднего оливье. К 1984 году Венгрия вышла на первое место в Европе по производству пшеницы и мяса на душу населения, на второе — по количеству яиц. Бездонный советский рынок, мучающийся от дефицита, забирал всё. Что из этого, скажите на милость, мы не можем производить сами? Опять те же грабли: покупаем за сырье то, что необходимо для развития.

Многие заводы и фабрики венгров построены на советские кредиты и руками советских инженеров. В 1980 году Венгрия стала лидером Восточной Европы по производству лекарств. В автомобильной промышленности, несмотря на устаревшую продукцию, неконкурентную на Западе, венгерские заводы проблем не испытывали никаких. Автобусы «Икарус», грузовики «Раба» устарели уже к 1980 году, но СССР закупал их тысячами, благодаря чему венгерский завод Икарусов стал четвертым по производству в мире! А еще были венгерские телевизоры «Videoton», холодильники «Lehel». Даже венгерское кино расцвело на деньги СССР. Более 100 венгерских фильмов были проданы в СССР и стали хитами у нас, а вовсе не в Венгрии. Например, фильм «Мертвый край». Прокат в СССР в 1973 году: 1,1 млн. зрителей. Прокат в Венгрии: 100 тыс. зрителей. Как говорится — оцените разницу!

Венгрия вдобавок стала местом встречи Запада и Востока. Свободный выезд в Западную Европу и развитие международного туризма приносили стране неплохой доход в чистой валюте. На озеро Балатон каждый год приезжали тысячи немцев ФРГ потусоваться с венгерскими друзьями. При всем своем частичном капитализме, красная Венгрия давала народу все бесплатные блага как в СССР — медицину, образование, пенсии, путевки, профсоюзы. Их промышленность не пострадала от топливного кризиса семидесятых. Чехословакии, кстати, также. И ради этого нам сюда вести за свои же деньги нефтепровод? Поневоле задумаешься: а не найти ли мне более лучший способ траты не бездонных ресурсов?

На остров нас привезли на большом катере, который лихо подрулил к деревянной пристани, спрятанной в неприметной бухте. То есть резиденция не лезла в глаза и была скрыта густой растительностью и пригорками. Хозяин Югославии вышел лично к причалу встречать высокую делегацию. По Тито было сразу заметно, что это человек глыба, олицетворяющий целую эпоху. Таких монстров в будущем не осталось. Его просто так на кривой кобыле не объедешь. Он сразу повел меня в резиденцию, где в освещенном солнце холле без лишних разговоров вручил в руки красивое ружье. Мы сразу перешли на «Ты». Оба воевали, сделали головокружительную карьеру, хотя Тито несколько старше. Я, как лидер более молодой, но зато и страна намного могущественней. Запустить ракету в космос и бахнуть ядерным это вам не хухры-мухры.

— Может, сразу на охоту двинем? Там и опробуешь?

Я сноровисто изучил ружье. Zastava оружје, какая-то местная новинка. Примерил, покрутил. А неплохой карабин! С улыбкой поворачиваюсь к хозяину:

— Такой обязательно стоит опробовать.

Тито усмехнулся и махнул рукой в сторону второго этажа.

— Я позволил себе подготовить кое-что из одежды. Если не возражаешь.

Я пожал плечами:

— В войну мы и ватнику с целыми штанами были рады.

Вот тут Тито я сумел зацепить. Что-то неуловимое промелькнуло в его взгляде, и голос разом потеплел. Ему в партизанах также пришлось несладко. Под немецко-итальянским постоянным прессингом еще надо было умудриться выжить. Это у нас как-никак, но существовала линия фронта. У них же его по существу не было.

В своё время бывший руководитель западногерманской разведки Рейнхард Гелен прямо признавался, что Чехословакия настораживает страны Запада, ибо она уж настолько солидаризируется с Советским Союзом, что становится его младшей сестрой. В 60-е годы в Чехословакии сконцентрировалось большое количество международных организаций. Пресса, близкая к Пентагону прямо, заявляла, что в то время Чехословакия могла стать как шлагбаумом для Запада, так и коридором, который бы быстро привёл вооруженные силы Западных стран к границам Советского Союза. То есть наши «партнеры» ни на миг не прекращали свою деструктивную работу. А чешские товарищи об этом забывали.

С приходом к власти коммунистов в 1948 году из Чехословакии эмиграции практически не было,и все те, кто добровольно участвовал в «Крестовом походе на Восток», остались в стране, жили и работали. Постепенно в партии и обществе усилилось противостояние среди прогрессистов и консерваторов. Начались разногласия в среде интеллигенции. Особенно пагубную роль сыграло огромное число эмигрантов, которые стали стекаться к тому времени в Чехословакию. В этом деле свою лепту вложил, и «Клуб 231», лидеры которого прямо заявляли: «лучший коммунист — мёртвый коммунист». Появилось целое движение за превращение Чехословакии в нейтральную страну, чтобы Чехословакия объявила свой нейтралитет и вышла из варшавского договора.

И где в это время была их компартия? Почему они такое терпят? Я остался крайне недоволен разговором с чешским руководством и не скрывал этого. За этими придурками постоянный пригляд надобен. Чтобы не наворотили дел, как в том шестьдесят восьмом. Вторжение войск в Чехословакию нам тогда огромным боком вышло. Один раскол коммунистического движения в Европе чего стоил. Но сначала требуется щекотливая работа разведки. Кого сюда послать? Сразу всплывает мысль о скорой встрече с Питоврановым. Наверняка у его в Праге есть свои люди. Мутный товарищ. В будущем о нем противоречивые слухи ходят. Но тем более, это повод держать к себе поближе. Используем и… посмотрим. Решение принято!

Обычный советский героический офицер с военным прошлым и пенсионерским возрастом. Правда, успел еще мальцом повоевать в Гражданскую. Столп Советской армии, но и одновременно её проблема. Я все размышляю, как так случилось? Командиры, успешно воевавшие, а Кошевой был успешным — Севастополь брал, в мирной жизни заплыли жирком и потеряли всяческие ориентиры. Или это всеобщая генеральская болезнь? Забить на солдатиков, мыслить лишь глобальными заморочками и решать стратегическими эшелонами. Заниматься не подготовкой к реальной войне, а к красивым маневрам. Что не имеют ничего общего с возможной бойней.

«Три дня до Ла-Манша!»

Байка, как и за три дня Киев.

Вот я в Париже намерен показать, что с теми, кто не держит против нас за пазухой камень, мы сможем к обоюдному согласию договориться. И они получат с этого достаточно нехилый профит. Пусть остальные завидуют! Особенно западные немцы. А что они хотели? Проводить откровенно антисоветскую, русофобскую политику после такой страшной войны и не получать в ответ заветных плюх? Мне честно, было удивительно постоянное стремление Ильича с европейскими мудаками помириться. Или это отголосок его боевого прошлого? Пусть он и не сидел на передовой, но ужасающие последствия сражений наверняка видел. И при освобождении советских территорий наблюдал воочию кошмарные разрушения наших городов, стертые с лица земли села, слышал рассказы об убитых жителя. Это было частью его работы.

Как та жуть повлияла на относительно молодого офицера, я сказать не могу. У меня свой, специфический опыт. И повторения его крайне не хочется. Потому и буду здесь более жестким. Ради будущего. Но западная Германия ни в коем разе не должна получать дешевый русский газ! Не в коня корм. Все равно заплатят черной неблагодарностью.

— Что, Константин Устинович, устал отбиваться?

Тот замахал руками.

— Да как с цепи сорвались! Так что хочешь не хочешь, завтра надо ехать в Завидово. Щербицкий приедет, Устинова и Демичева я пригласил.

— И хорошо! На вторник тогда наметь расширенное заседание Секретариата и Президиума.

Меня встречают, я припозднился. Виктория Петровна не разрешила будить рано. Разминка, туалет, завтрак. Будни съедают без остатка нашу повседневность. Вроде и менять особо нечего, но некая призрачная мечта внутри маленького человека остается с ним до старости и смерти. И на пенсии тебя постоянно нечто гложет изнутри. Вот и здесь: казалось бы, получив такую власть над сверхдержавой, ты должен воспрянуть, закатать рукава и погрузиться в текущую реальность без остатка.

Но спустя некоторое время еще четче начинаешь ощущать отчужденность здешнего бытия от именно твоего. Затем осознаешь, что тебя в этом мире нет и не будет. А я должен уже быть и совершать первые шаги тяжкого познания. Вселенная пользуется нами, как куклами. Человеческое счастье или страдание для нее ничто. Сухая математика чисел и сопряжений.

Тьфу ты, опять хандрю!

И модернизации подвергнется как мой кабинет, так и весь рабочий этаж. Ведь там разместятся не только основные помощники, но и несколько отделов при Первом секретаре. Дьявол, еще столько месяцев терпеть это дурацкое поименование. Делать Никите было нечего! Хотя, наверное, по мнению окружающих я не особо лучше его. Из моего кабинета вылетает столько распоряжений, что помощники постоянно в мыле. Черненко лишь ахает, но зная подноготную, терпит. Остальные секретари ЦК ошеломлены донельзя, но пока помалкивают. Административный ресурс желает застыть в ожидании, но вместо этого носится как наскипидаренный.

Хотя надо отдать должное, что часть ведущих специалистов и начальников отделов горой за меня. Работники обязаны в работу трудиться! И что это за Первый, если не задает тон? Таковы реалии СССР, что от вождя зависит очень многое. Тот Ильич, надо отдать ему должное, смог собрать и сбалансировать заново расхристанную систему. Но затем то ли постарел рано или здоровье не позволило пойти дальше. В итоге налаженная машина с годами захирела и пошла не туда. А рядом не оказалось никого, кто мог бы дать ей хорошего пинка. В итоге слабостью воспользовались разные достойные осуждения людишки. Внезапно посчитав себя гениями от природы. Дальнейшее вы знаете без меня.

Ильич постепенно устранил всех, кто казался ему недостаточно лояльным.

Воронов вспоминал, что однажды перед заседанием Политбюро они пили чай. Обсуждался вопрос о строительстве крупного автомобильного завода. Геннадий Иванович считал, что его нужно возводить в Красноярском крае — в Абакане. Брежнев возражал:

— Я думаю, надо строить этот завод в Набережных Челнах.

Воронов взорвался:

— Как же так, Леонид Ильич. Уже вопрос решен!

Брежнев удивленно ответил:

— Никогда никто на меня так не кричал, как кричит Воронов.

— Я не кричу, это вы орете, — грубо ответил ему Геннадий Иванович.

Излагал Воронов свою точку зрения, не совпадающую с мнением большинства членов Политбюро, и по вопросам строительства КамАЗа, Чебоксарской ГЭС.

Сам он претендовал на более значимую роль в партии и государстве и в узком кругу своих друзей говорил об этом. Вот я его честолюбие ныне сполна и использую. Да и регионы РСФСР мне в ближашее время потребуются. Вернее, их обкомы. Почему-то мы забываем, какая это на самом деле мощь.

Не могу удержаться и с самого утра подпеваю песню, что напишут только через десять лет. Она же тогда стремительно станет знаменем праздника. 9 Мая невозможно представить без этой песни. И я уже здорово сомневаюсь, что ее напишут. Больно уж показательно стала меняться история на моих глазах. Сразу после Первомайских сначала прискакал вице-президент Ранкович. Затем прибыла представительная делегация от немцев. Венгры и чехи также просятся к нам в «Кластеры передового развития». Но деньги давать будем не всем. Это начало хитроумного плана по отнятию у них части суверенитета. Его еще стоит продумать, но у меня история Европейского Союза перед глазами.

В Румынии в руководстве раздрай. И это я туда пока не вмешивался. Видимо, придется принять меры. И наши ракетчики во Вьетнаме уже успели крепко отоварить дефицитными ракетами граждан американцев. Вот что значит несколько грамотных занятий еще дома. Учиться надо не в бою, а на полигоне. Так что придется «День Победы» как-то легендировать в здешнюю эпоху. Смог же я с другой песней. Сегодня она будет исполнена в первый раз. Тоже один из символов нашего восприятия праздника.

Не уверен, что система всесоюзного шефства поможет, но попробовать стоит. Сделаем ео перекрестным, заодно больше привяжем республики друг к другу. Азербайджанцы мастаки в выращивании овощей и фруктов. Пусть посмотрят, что можно сделать в Туркмении. Задания по хлопку им уберем. Никакой воды из канала не хватит. Капельное орошение в теплицах намного эффективнее. Ну и строительство консервных заводов надо поставить на поток. В итоге можно со временем отказаться от импорта из Болгарии и Венгрии. У нас своей земли, хоть жопой жуй!

В Казахстане проживает очень много русских, привяжем его к Уральским и Сибирским регионам. Правда, Узбекистан и Украина лидеры экономического сепаратизма в стране, так что здорово рискую. С другой стороны, УзССР одна из перспективных и сильных среднеазиатских республик, в которой можно апробировать ход «два в одном». Ускоренную урбанизацию, сопровождаемую с тотальной русификацией, с изменением культурного кода населения, называемого в этой среде «советским».

Нет смысла переводить все имеющиеся инструкции, учебные пособия и методички на местные языки. Происходит путаница. Да и многих слов у этих народов для этого нет. Что показали дальнейшие события после развала Союза. Например, украинские попытки перевода получились крайне смешными и неудобоваримыми для практической работы. Сколько там было вариантов «Вертолета»? И мне кажется, что множество прямых связей намного лучше, чем постоянный контроль и гнет свыше. Морковка и кнут. К сожалению, даже построение «Светлого будущего» зачастую шло через жестокость и кровь. Неужели человечество не может иначе? Мрачные мысли лезут в голову, несмотря на чудеснейший вид с обзорной площадки. Охрана постаралась, сейчас здесь безлюдно. Могу я иногда свои привилегии использовать?

Мне никто не мешает созерцанию тихого Киевского вечера, лишь памятник Владимиру Крестителю молчаливо высится позади. Оборачиваюсь в его сторону. А ведь твоя бабка, княже, и основала по существу Русь! Как государство с правилами и законами. Бывшее до этого типическое «Варварское королевство» в виде невнятного княжества, выстроенного с Ладоги до Днепра, почило в бозе с ее мужем и сыном. Последний Святослав лихо наколобродил, сложив голову непонятно за что и далеко от дома. Его до сих пор славят за победу над хазарами. Но стоит ли? Те хоть как-то сдерживали кочевников, что шли непрерывным потоком из-за Волги.

Вот и великого вояку Святослава предательски убили купленные печенеги, что стали впоследствии большой проблемой для Руси. И так продолжалось несколько веков, пока не окрепшая Русь сама пришла в Азию и дошла до пределов. Ольге же надо ставить памятники за то, что она, как мудрая женщина навела порядок в доме. На самом деле неизвестно, была ли она славянкой или скандинавкой знатного происхождения, но ей удалось поладить как с варягами, так и со словенами и прочим пришлым в Киев людом. Теми, кому путь сюда открыл летописный Олег. В истории остались лишь отголоски жестких методов, какими её люди наводили порядок.

Попались как-то на глаза материалы, что на многих входящих в Днепр реках археологи откопали сожжённые как раз в эти времена городища. И нападали на них с воды, как умели делать викинги. Так что старинная и враждебная новым пришельцам родовая знать пошла под нож. Как эта великая женщина сумела договориться со всеми? И ведь даже в Царьград успела смотаться! Если бы не было её, то Русь пошла совсем по иному пути. Пусть к истории не принято относиться сослагательно, но возьмем хотя бы меня? Где-то в параллельном мире наверняка есть линия с иной историей, где России нет. А имеется Великая Хазария и Великий Господин Новгород от Урала до фиордов урманов.

Я уже опробовал идею «цифрового рубля», никогда не догадаетесь, на ком. Товарищ Суслов сначала с некоторым сомнением выслушал мой доклад об успехах советской кибернетики. Но затем, когда я вкратце объяснил смысл «цифрового обращения», отменяющего привычные деньги, до него дошло. Он буквально просиял:

— Так это же самый настоящий прорыв к коммунизму! Деньги исчезают как таковые, остается лишь эквивалент для обмена. Нет оборота капитала, нет прибыли, нет капитализма.

Я малость офигел от скоротечных выводов, но кивком согласился.

— Точно, Михаил! И мы ведь помним, что говорил товарищ Ленин об учете? «Учет и контроль — основа социализма!» Электронно-Вычислительные машины смогут производить его ежесекундно и круглогодично.

Суслов, судя по взгляду, точный контекст ленинской фразы не помнил, но сознаться в этом не мог. Да и не было в его начетническом характере привычки разбираться в классиках марксизма-ленинизма скрупулезно. Есть подходящая фраза и ладно. Я же использовал его неграмотность себе во благо. Наш идеолог и председатель КПК тут же потребовал под ясные очи изобретателя «коммунистической экономики», так что пришлось его тормознуть.

Не так давно ЦСУ СССР силами отдела межотраслевого баланса под руководством М. Р. Эйдельмана разработало за 1959 год первый в мире отчетный межотраслевой баланс в натуральном выражении по 157 продуктам и отчетный межотраслевой баланс в стоимостном выражении по 83 отраслям. Первые плановые межотраслевые балансы в стоимостном и натуральном выражении были построены в 1962 г. Далее работы были распространены на республики и регионы. В 1970—1980-х годах в СССР на основе данных межотраслевых балансов разрабатывались более сложные межотраслевые модели и модельные комплексы, которые, в свою очередь, использовались в прогнозных расчетах и частично входили в технологию народно-хозяйственного планирования. Однако не было случая, чтобы проекты решений, обоснованные этими расчетами, закладывались в план. Причина заключалась в том, что получаемые результаты не укладывались в представления «Старой площади», на которой располагался ЦК КПСС.

Честно, у меня всегда подгорало от такого отношения генералов к победе и цене, которую заплатили советские солдаты. Вы же сами там погибали и видел все? Как так? Поэтому высокие гости не нашли у меня понимания. Генералы не хотят вспоминать поражения и учиться на своих ошибках. Ну что ж, тогда имею полное право армию и особенно её генеральский костяк ломать через колено. Мне не нужна огромная и бестолковая военная машина, перемалывающая в первую очередь собственных сограждан. Одетых в дерьмовое обмундирование, вынужденных использовать не самую лучшую боевую технику и сырые технологии.

Так что будем резать, кроить и переоформлять! Нам нужны профессионалы, новые методы подготовки офицерского состава. Маршал в разговоре всерьез обиделся, когда я посоветовал обратить тщательное внимание на американский метод обучения. И мы чуть не поругались с ним, когда я пообещал к чертям собачьим закрыть Военные академии, рассадник затхлости и косности. Ведь туда зачастую спроваживают самых бестолковых командующих. Чему они могут научить личный состав?

Устинов уже в курсе, что станет следующим министром обороны, потому более тщательно внимает моим рассуждениям. Ивашутин лишь крякает, но глаза задумчивые. Видимо, уже считает в уме, где взять аналитику по всяческим Уэст-Пойнтам и USNA. Заведения достаточно закрытые и ранее в сферу военной разведки не попадали. Но начальник ГРУ с некоторых пор предпочитает мне не перечить. Наверное, считает, что у Леонида Ильича прорезался дар предвидения. Больно уж частенько переданные мною сведения попадают «в кассу». Так это, милый-дорогой, года на два, максимум на три хватит. Дальше сами. Лапками.

Поворачиваюсь к наручникам и замечаю свежие лица, уже отчасти знакомые. Ба! Человек южной внешности разговаривает с Китовым.

— Гляжу, и ленинградские светочи науки к нам пожаловали!

Филипп Георгиевич Старос личность легендарная. По происхождению грек Альфред Сарант вырос в Канаде, получил там коммунистические воззрения. В 1940 году даже стал членом компартии Канады. С 1944года работал на советскую разведку. Летом 1950 года ФБР все-таки добралось до Саранта. Пришлось ему с семьей через Мексику бежать в СССР. Здесь он получает другое имя и фамилию. Второй интересующий нас беглец Джоэл Барр получил имя Йозеф Вениаминович Берг.

Будучи вначале в Праге Филипп Георгиевич Старос возглавил лабораторию в Военно-Техническом Институте. Там он в течение четырёх лет вместе со своим другом Джоэлом Барром разрабатывали первую в восточном блоке систему управления зенитным огнём с помощью аналоговой ЭВМ. Разработанная система прошла успешные испытания и была принята на вооружение. А Старос и Берг переехали в Советский Союз, конкретно в Ленинград, где на Волковской улице для них была при ОКБ-998 Министерства авиационной промышленности создана Специальная лаборатория. Эта лаборатория развивалась как многопрофильная структура, создававшая и элементы, и узлы, и блоки, и управляющие машины, то есть, как вертикально интегрированное предприятие с численностью, быстро выросшей до 200 человек, а впоследствии и вовсе до свыше 1100 человек.

Объединение под единым научным и техническим руководством Ф. Г. Староса и И. В. Берга тогда ещё редких специалистов в области проектирования вычислительных машин с учеными в области электроники, молекулярной физики, химии и ряда других специальностей вскоре дало впечатляющие результаты. Был ещё один фактор, оказавший также решающее влияние на успехи коллектива — кадровая политика в пределах их возможностей делала ставку на молодёжь и не зависела от партийной или национальной принадлежности.

По мне, то доктор прописал! Я хочу сделать ставку именно на такие объединения, которые вырастут со временем в «Города Будущего». Первый из них уже заложен в Зеленограде как раз благодаря стараниям Староса. Его впечатляющие доклады и успехи дали основание Н. С. Хрущёву принять решение о создании «Научного центра» в Зеленограде и подобных ему центров в крупнейших городах Союза, в том числе о строительстве нового здания КБ в Ленинграде. Идея и разработка плана создания советского центра электроники, воплощённая при переориентации строящегося города Зеленограда с текстильной промышленности на микроэлектронику, принадлежит именно Старосу и Бергу.

Такие «Центры» станут настоящими ядрами кристаллизации грядущего, что вырастут прямо в теле Союза. Не нужно выращивать нового человека повсеместно. Так не получится, время уже показало. Сначала следует создавать точки для дальнейшей кристаллизации новой формации, которую затем начинать раскручивать. Информационно-производственные кластеры передовых технологий со временем начнут сами подталкивать остальные отрасли вперед. Потому что им потребуется самое лучшее и современное. И в социальном плане группы увлеченных общей идеей людей невольно станут образцом для подражания у молодежи. Облечь бы это еще в правильную идеологическую обертку. На муденей из ЦК надежды нет, придется передать указание своему отделу «П». Кстати, завтра у меня туда отбор кандидатов. И дьявол, никак не найду время пообщаться с поэтической богемой. Говорят, что на меня обижены, хотя я ни словом… Какая сука распускает слухи о «кровавом диктаторе»?

— Леонид Ильич, — Старос не имеет пиетета пред вышестоящим начальством, он осознает свою значимость. Пусть даже после свержения Хрущева его сняли с поста директора. Без покровителя обладающий ершистым характером ученый оказался на короткое время не у дел, но быстро нашел себе новое занятие и работает сейчас на оборонку, — мы как раз с Анатолием Ивановичем обсуждали его АСУ, что он создает в Минрадиопроме. Это крайне удачное решение. Этот опыт надо обязательно распространить на весь Союз.

Китов подтверждает:

— Глушков согласен с нашей позицией. Мы договорились с ним встретиться в Киеве и обсудить совместные проекты.

— Рад за вас, — я щедро улыбался. Порушив излишнюю секретность и дав понять всем, что Первый лично курирует новую отрасль. — Тогда, о чем спорим?

Старос встрепенулся и кивнул в сторону совминовских:

— Они не понимают всю важность микроэлектроники. Нам нужны новые исследования и мощности. А те говорят, что дорого и несвоевременно!

«Опять двадцать пять!»

Но идея с НЭМом идет пока со скрипом. Например, мы уже столкнулись с настоящим академическим рыночным лобби. Дожили, что приличного экономиста социалистического планирования не так просто найти! Зато рыночников штампуют и пестуют колоннами. Мало кто знает, что идеи реформ советской экономики и её более рыночного наполнения пребывала внутри политической и экономической элиты СССР на протяжении всего советского времени. Даже при Сталине внутри страны существовали квазирыночные экономические формы. Это в первую очередь артельное производство. Во вторую очередь — огромный частный сектор в сельском хозяйстве. Даже единоличники просуществовали до 1950-х.

Внутри СССР было много людей с рыночным мировоззрением. Поэтому по всей стране были специалистов с опытом: кто с дореволюционным, кто с нэповским. Они пытались в сталинских условиях выжить, занимаясь частным предпринимательством. И ждали изменений, прихода настоящего рынка. Даже на персональном уровне можно отследить, как высокопоставленные чиновники, готовящие, например, Косыгинскую реформу, начинали в артели. И сам Косыгин дебютировал как артельщик. Более того, он даже первые шаги делал в американском совместном предприятии, существовавшим в 1920-е в Сибири. Председатель Совета министров на самом деле человек вполне рыночного мышления.

Вот найти противника рыночных отношений намного сложнее. В какой-то момент мне это так надоело, что подключил Питовранова и его группу. Пора чистить гадюшники в виде Экономического факультета МГУ, экономические институты от Академии наук. Надо убрать Гвишиани от кормушки и его сыночка. И еще внимательно присмотреться к старшему: откуда такие барские наклонности? Ну тут чекисты лучше меня разберутся. Но все имеющие глаза и уши должны увидеть, что увлечение рыночностью и конвергенцией властью не одобряются. Скорее даже преследуются. Не будет у нас реформаторов Гайдров и прочих Чубайсов. А Коха и Авена к себе в Израиль заберите.

Поздно и мало, но хоть что-то. Но изменение формата торговли тащит за собой массу проблем. Автоматизация, стандартизация, упаковка. Этому придется учиться и создавать заново целые отрасли. Сами подумайте, сколько необходимо будет холодильников, прилавков, корзин, тележек для развоза, стендов для рекламы. Развитие сети в том будущем шло, откровенно говоря, небыстро. Оказалось, что даже один такой магазин заставляет всю систему распределения работать с максимальным напряжением.

Чтобы наполнить прилавки, приходилось серьезно потрудиться. По опыту того прошлого будущего я знаю, что не справлялись складские базы, автотранспортные хозяйства, товар приходил с опозданием даже с местных предприятий. Проблемой стала и нехватка оборудования. Вот пусть здесь столица с её возможностями и будет первой. Мы сразу увидим узкие места и что нам потребуется на грядущее. Мой хитрый план учитывал будущую переходную трехлетку, когда мы введем в оборот сотни подобных экспериментов по стране. И в первую очередь в сельском хозяйстве.

Гришину я пообещал полное свое содействие и даже отдельное финансирование самых важных проектов. По мне огромные предприятия вроде ЗиЛа в столице лишние, а вот небольшие производства торгового оборудования, мебели, сантехники тут же найдут благодарного покупателя. Можно тогда частично отказаться от приглашения в столицу так называемой «лимиты», и шире маневрировать трудовыми резервами. Всяко производить современную мебель престижней и легче, чем копаться в двигателе. Виктор Васильевич дураком не был и отнесся к предложению со всей серьёзностью момента. На праздничные демонстрации люди ходят пару раз в году, а в магазины ежедневно. И Брежневский лозунг «Непрестанное повышение благосостояние советских людей» только начинает свой разбег. Чему может учить мир страна с полуголодным населением, ютящимся в коммуналках? И тот Ильич этот банальный факт понимал прекрасно.

Этим решением мы сразу отсекаем от кормушки самых взяткодавательных деятелей из номенклатуры. Исключение будет лишь для тех молодых людей, кто учатся в самых престижных вузах техническо-научной направленности. Они и так пойдут на оборонку работать. Ха-ха! Но по вышеозначенной причине осуществить такой проект в настоящий момент я не могу. Нет еще той пробивной мощи и возможностей. Моя деятельность на посту Первого — это постоянное лавирование между различными центрами силы. Иногда достаточно стукнуть по столу, но чаще приходится выслушивать мнение соратников и помощников, затем принимать половинчатые решения.

Наверное, это судьба любого правителя, идти вперед через компромиссы. Потому смешно читать некоторые книги про великих прогрессоров. Туда указ, здесь постановление и все само закрутилось. Послушные чиновники рапортуют о непрестанных успехах. Нет, братцы, так не бывает. Государственная машина и так неповоротлива, а если еще необходимо совершать непривычные ей решения, то вообще может забуксовать. Так что лучше потихоньку, помаленьку, используя для дела опытных бюрократов. Чем попасть впросак и потерять власть. Меня спасает пока то обстоятельство, что я попал в эпоху ожидаемых перемен. Так что мои нестандартные методы зачастую принимали как должное. Отчасти. Но и то хлеб.

Некоторые указания, так или иначе, саботируют. Ракетчики между собой собачатся, авиаторы кляузы пишут. Наступил черед армии. Здесь еще сложнее. Генералов много, и умом они не блещут. Особенно трудно с фронтовиками. Успехи были? Победы были? Так какого рожна вам еще надо? Так и живут, старыми орденами прикрываясь. А на улице, между прочим, Великая Техническая революция. И политический мир со времен сорок пятого и Ялтинских соглашений здорово поменялся. Я лично верен Кодексу джентльмена: Я дал обещание, я его и забрал.

Как бы то ни было, но Малиновский имел в войсках авторитет, и по его начальственному рыку в Минске живо подскочили с мест и забегали, как наскипидаренные тараканы. И дело пусть и со скрипом, но пошло, постепенно раскручивая маховик армейской суеты. Все разрешения оказались разосланы и задокументированы. Бедолаги ротные и комбаты, наконец, получили от вышестоящих подлежащие указания. Колеса пусть и со скрипом, но повезли армию в означенное место предстоящего писеца. И это откровенно радовало. Умение работать в состоянии цейтнота говорит о достаточно крепком костяке наших вооруженных сил. Огребаем, но разгребаем!

Ежу из Генерального штаба понятно, что обычно войны начинаются не с кондачка. Сначала идет серьезное осложнение отношений, затем обострение до талого и ультиматумы. В это время проводится скрытая и нескрытая мобилизация, а также разворачивание войск. Из ПДД они передислоцируются на запасные позиции, полигоны или прячутся посреди лесов и полей. Кадрированные дивизии получают пополнение и свое место в ряду остальных частей и соединений. Со складов доставляются боекомплекты и топливо. Гражданских эвакуируют или прячут в убежища.

Даже в условиях грядущего ядреного Апокалипсиса политики и военные будут действовать по некоему шаблону. А гарантированное взаимное уничтожение всего и вся еще впереди. Это ближе к восьмидесятым. Когда для конца света хватит и ядерного чемоданчика с кнопочками: «С газом и Без газа». Честно не вижу смысла в таком случае двигать войсками и пытаться изобразить маневры на мертвой земле. Бред собачий! Но пока собственную доктрину еще не выработал. Не хочу взваливать на свои плечи. Пусть коллективный разум поработает.

А нынешние маневры… Это проверка на вшивость.

Два дня в Литве и на побережье Балтийского моря хватило, чтобы привести армию в состояние близкое к беспорядку. Нет, хаоса не было. Командиры командовали, сержанты и рядовые исполняли. Колонны, пусть и поредевшие двигались к означенным целям. Но части и подразделения оказались не готовы к постоянно меняющимся вводным и непривычной обстановке. Разведка не умела действовать современно и нестандартно. Зачем тратить бензин и мотаться по дорогам? Ведь работали обычные гражданские радиостанции и приводы на аэродромах. Можно было на крайняк позвонить в какой-то местный совет и узнать, где дорога лучше или отсутствие оной. Неужели по ним нельзя было сориентироваться при дефиците необходимых карт? В случае скоротечных боевых действий вряд ли вся инфраструктура сложилась ежеминутно.

В остальном все ожидаемо. Поломки техники, не больше, чем планировалось, но, как всегда, ломается самое необходимое. Внезапные вводные не всегда быстро обрабатывались руководителями. А колонны останавливались в ожидании приказов. Без прикрытия и боевого дозора. Вечные проблемы нашей армии со связью. Плюс прямо феодальная лестница ступеней принятия решений. Командиры батальонов ждали приказа от комполка, тот от штаба дивизии. Я обычно тут же радировал, чтобы такие колонны «атаковали» с воздуха. Наверное, не раз командир дивизии схватился за голову. Но на войне будет именно так при активном противодействии достаточно сильной авиации противника.

Это еще нет обилия ударных вертолетов. Но через несколько лет израильтяне покажут, что и на танковые колонны есть управа. В октябре 1973 года в истории боевых вертолетов произошло важное событие. Израиль располагал 18 вертолётами UH-1, оборудованными ПТУРами. Все они были брошены на египетскую танковую бригаду. Результаты их применения оказались просто ошеломительными — в течение дня 18 израильских «Хью» перебили 90 танков, практически полностью истребив целую танковую бригаду и при этом, не понесли потерь вообще. Так крайне эффектно вертолёты заявили о себе как о совершенно новой силе на поле боя. Будем считать, что я сейчас немного предвосхитил будущее войны.

Я задумчиво отодвинул последние сводки с полей, что ежедневно представлял заведующий Сельскохозяйственным отделом ЦК Кулаков. «Битва за урожай», «Взят новый рекорд»«, 'Новости житницы». Кричащие заголовки и лозунги. Как будто в стране война идет! Но что поделать, проблемы на селе копились давно. Как бы ни ругали коллективизацию, но она была успешно проведена, и страна накормлена. В село пришли техника, агрономы и современный посевной материал. Перед войной голода не было, но затем случилось, что случилось. Страшный удар военного лихолетья вынесла деревня. Людской урон на селе среди славянских республик был поистине страшен. В некоторых селах не вернулся почти никто из призванных. Ведь крестьян обычно забирали в пехоту, механизаторы шли в танкисты. Первых рвали снаряды, вторые горели заживо в боевых машинах.

Возвращались домой калеки, измотанные бойней мужчины, кому повезло и кого призвали в конце войны. Некоторые после демобилизации в нищую деревню и не вернулись вовсе, зацепившись в городах, где жизнь была на порядок легче. В пятидесятые молодая деревня побежала на целину и заготовки. Под вербовку давали паспорт, и молодежь с села потекла потоком, который не прекращался и до восьмидесятых. Нечерноземье стремительно обезлюживалось. Про технику и говорить нечего. Мало, очень мало для индустриализации аграрного сектора. Никита же не придумал ничего лучшего, как ликвидировать МТС как класс. Сейчас систему Машинно-тракторных станций будем восстанавливать. Ведь пока наши сельские хозяйства прочно не станут на ноги, придется поддерживать их государству. Но не везде. В крепких колхозах и совхозах это без надобности. Они займутся у меня иным. Хрущев вообще наворочал столько, что разгребать придется долго.

На пилотную встречу ГСО были приглашены руководители разведок; контрразведки; министр обороны, маршал Крылов, командующий Ракетными войсками стратегического назначения; начальник Генштаба. От ЦК присутствовал Суслов и курирующий предприятия оборонки Кириленко. От Совета министров Мазуров. МИД представлял сам Громыко. Собрались дисциплинированно, в назначенное время, расселись за столом и дружно уставились на меня. Понятно, формат встречи новый. Я предложил, мне и отвечать.

— Ну что, товарищи, все в сборе, начнем. Сначала хочется заслушать доклады разведок о положении во Вьетнаме. Раз совет у нас по обороне, то следует особое внимание обратить на идущие в мире военные конфликты. Почему? Отвечаю: вьетнамская война — это прежде всего война нового типа. С применением самых современных вооружений с обоих сторон конфликта. А мы обязательно должны держать руку на пульсе идущего в мире технологического скачка. Чтобы понять, в какую сторону должно двигать наше военное строительство. Товарищ Ивашутин, прошу.

Мы уже договорились, что ГРУ будет докладывать о военных вопросах, а КВР, связанные с внешней политикой. В докладе Ивашутина уже явственно заметны изменения по сравнению с моим течением времени. И что странно — в отношении американцев так же. Они вступили в боевые действия более агрессивно и массово. То ли в ответ на наши намерения, то ли их «ястребы» оказались на деле еще злее. Американские консерваторы ведь, по сути, полные придурки. У них в башке адская смесь библейских изречений, протестантских постулатов и чисто еврейская жадность до денег. Как это все умещается в одном месте непонятно. Если бы не более образованные ребята из Госдепа и вменяемые администрации в Белом доме, то мир точно бы не дожил до семидесятых.

Прибывший после кубинцев югославский лидер неожиданно легко согласился на создание советской базы ВМФ. За это я ему пообещал списываемые из флота корабли. Вплоть до крейсера. Тито впечатлился и подтолкнул во время разговора локтем венгерского лидера. Тому также требуется газ. Для электростанций, но больше для производства удобрений и химической промышленности. Что-то они оба хитрят, но югослав обрадовал меня согласием австрийцев на широкое сотрудничество с СССР. Он через своих людей перетер с тамошними банкирами, и они согласны открыть кредитную линию. В октябре у меня как раз запланирован судьбоносный визит во Францию, затем в Швецию. Почему бы на обратном пути не посетить Вену? Опера, Штраус, все дела. Потому нынче по всем дипломатическим и внешнеэкономическим каналам идет кропотливая работа.

Если Де Голля хочется поддержать в его стремлении к самостоятельности, в том числе и выгодным экономическим сотрудничеством. То во Швеции я готовлю знаковое заявление о строительстве в СССР «Социализма с человеческим лицом». Ха-ха, ребята, но опережу вас на пару годиков! Ну и благосклонно разрешу шведским социал-демократам считаться своими. Социалистической державой переходного периода. Похлопаю Таге Фритьофа по плечу. Ох, как некоторые личности в ЦК были недовольны моими тамошними планами. Они по праву считают скандинавских левых ренегатами. Но мне требуется нейтральный северный фланг и экономическое сотрудничество, для поднятия собственного Севера. У шведов и финнов много техники для лесопереработки. И не буду лукавить, поддержка европейских социал-демократов мне остро потребуется в будущей «Битве за Европу». Её надо обязательно оторвать от щупальцев англосаксов!

Так что расстались с союзниками на хорошей волне. Тито увидел прямую выгоду для Югославии. Я не наседал на него с позиции «старшего брата», предложив взаимовыгодные проекты. Кадор получил ништяки, австрийцы начали свой путь в сателлиты первой державы мира.

Три дня беспрерывных совещаний и споров остались позади. Министры и отдел ЦК видели сверху одно, а снизу докладывали совсем иное. То ли я успел получить репутацию «Защитника обиженных», то ли у народа накипело, но в актовом зале местного обкома временами бушевали настоящие страсти. Председатели колхозов, директора сельскохозяйственных предприятий выходили на поклон к «батюшке-государю». И довольно частенько привезенные с собой документы доказывали их правоту. Пачка бумаг на соседнем столе росла, как снежный ком. И чем дальше, тем больше бледнели лица работников сельскохозяйственного отдела ЦК КПСС, а также ряда областных руководителей.

Они бросали осторожные взгляды на мою хмурую физиономию и не смели перечить выступающим. Мне же была невероятно интересна экспертная выборка крепких дядек и немногочисленных женщин, коим пришлось взяться за хозяйствование в лихие послевоенные годы. И ведь выдержали! На них все держится и кормится! Не раз лихом помянешь Никитку. Не умеешь строить, зачем рушишь? Так что в этот и следующий год нас ожидает «ручное управление», так привычное в постсоветском будущем. Пока еще наладится нормальное современное руководство ситуацией. Но командование селом со стороны райкомов и обкомов, пожалуй, стоит упразднить. Зачем подменять соответствующие элементы советской власти? Пусть на местах ситуацию контролируют партийные ячейки. Заодно сократим аппарат. По мне он излишне велик.

Я вовсе не популист. Нам нужны бюрократы, но совсем в других областях. Галина моя, например, обнажила целую пропасть в отношении людей, покалеченных судьбой, с инвалидностью или больных. Как мы можем называться обществом гуманистических идеалов, когда так жестоко обращаемся с людьми, которым не повезло? Я лично такого не понимаю. Разнос был жесточайшим. Даже излишне. Но пусть боятся, бушевал я по делу. Так что дочка и масса общественных деятелей, которых она энергично притянула, сейчас занята устройством того, что я обозвал «Доступной средой». Да и не стоит нам отказываться от лишних рабочих рук. Люди желают трудиться на благо общества. Экая близорукая политика — отказывать им в элементарном!

Еще в Калинках благоразумно пересел на выписанный у «Выстрела» ЛУАЗик. Машина пусть и не самая комфортная, зато невероятно проходимая. Заодно показал министерским и прочим товарищам пользу от оного автомобиля. Пока они тряслись в кузове вездехода ЗиЛ157, пробиваясь через грязь, именуемую на Нечерноземье дорогами, я спокойно двигался впереди. Будущий любимец публики показал себя вполне достойно, проходя через грязевые ванны, большие лужи и промоины. Я уверенно крутил рулем и жал на газ. Люблю водить различные вездеходы. Как только в той жизни появились деньги, то сразу взял «Ниссан-Пэтрол». Потом был «Дефендер» и различные «Крузаки». Последним шикарный GMC «Юкон», в который влезали все ништяки для рыбалки. Чую в этом течении времени Ильич будет собирать внедорожники.

— Дожди прошли надысь, — сокрушался сидящий рядом председатель колхоза имени Октября Герасимов Сергей Афанасьевич. Еще вполне молодой мужик, полный энергии и задора. Я его в обкоме заприметил и напросился в гости.

— Чего дорогу не сделаете?

— Так до центральных Калинок хорошая с области идет. Это на поля вот такая. Тут в основном трактора ездят.

— А это что тогда везут? — указываю на тяжело груженый «Захар» с бидонами. Сзади в кузове сидят на мешках женщины и несколько небритых мужиков, с любопытством взирающих на бровастого начальника в пятнистой форме.

— Молоко с Буртасово. Там у нас молочно-товарная ферма на отшибе.

— Значит, дорога туда нужна. А то взбитые сливки до базы довозите.

Я посмеиваюсь, а председатель лишь горестно вздыхает. Я понимающе киваю. Откуда у колхоза такая пропасть денег? Замечаю мимоходом:

— Пора бы и подумать, стоит ли держать ферму на отшибе?

— А людей куда? Да и выпасы там знатные. У коров надои летом отличные.

Молчу. Потому что мои сомнения крестьянину не понравятся.

Мы с легкостью выруливаем на пригорок, впереди открывается шикарный вид на луга и речку. Останавливаемся, чтобы подождать буксующий грузовик. Герасимов достает папиросу и закуривает, с любопытством оглядывая ЛУАЗик.

— Машинка у вас хорошая, легкая. Такая и по лесу пройдет.

— И плавать умеет!

— О как⁈

Председатель уже иначе, по-хозяйски окидывает салон, закрытый брезентом. Я же прикидываю, сколько нам таких автомобилей понадобится для страны, и вспоминаю австрийские вездеходы компании Steyr-Daimler-Puch. Haflinger уже в серии. Pinzgauer вскоре создадут. Что лучше и где запускать в серию у нас? Если с австрийцами удастся решить вопрос, то будут у нас заводы с хорошими дизелями и внедорожниками. Да и ЛУАЗ запустим в серийное производство. Ему бы другой движок и сделать вариант с зимней кабиной. А ведь у австрийцев есть отличные двигатели компании Rotax. Куда их только не ставили: снегоходы, пожарные помпы, легки самолеты.

Память тут же напряглась. Их вскоре купят канадцы. И в начале 70-х канадская Bombardier, основатель которой Жозеф-Арман Бомбардье лет за десять до того запустил в серию первый настоящий снегоход, привезет в Москву шесть снегоходов Ski-Doo. После презентации советская сторона выкупила три машины, и вскоре на заводе «Рыбинские моторы» начали «воспроизводить» конструкцию. За образец для отечественного аппарата взяли тяжелый «Вальмонт» весом 233 кг, с 640-кубовым мотором Rotax мощностью 40 л. с. Так что берем лицензию и со временем выкупим сами Rotax. Пора начинать производить в СССР хорошие двигатели различных направлений.

Чем пахнет настоящая деревня? Правильно, дерьмом! Но наши партийцы к такому привычны. Тут почти все с села родом. Так что если надо, то пройдут прямо по навозу. Благо, все подготовлены в плане одежды. Пыльники, ватники, простые штаны и резиновые сапоги. Кто-то и вовсе щеголяет кирзой. Самый универсальный сапог двадцатого века. И на войну, и на труд, и на танцы! Армия бегает в них от приполярного Тикси до жарких камней Кушки, от болот Карелии до гор Тянь-шаня. А работяги снимают лишь на праздник или зимой, меняя на валенки. Пожалуй, только галоши популярней на деревне.

— Механизации, значит, нет?

Оглядываю коровник, что находится в Калинках. Вернулись с полей к обеду, сполна надышавшись свежим воздухом. Здание коровника относительно новое, кирпичное. Не совсем колхоз запущенный. Сюда бы финансы вложить, да технику дать — расцветут!

— Капитальные вложения нужны.

Оглядываюсь на секретаря обкома.

— Получайте кредит, ставьте, что требуется. Не дело все руками ворочать. Сергей Афанасьевич, показывай технику.

Идем в сторону гаража и пристроек.

Я был удручен или «испорчен» тотальной механизацией будущего. Трактора с открытыми кабинами, какие там кондиционеры с музыкой? Старые сеялки, пожившие и много повидавшие косилки. Достаточно конных. Но это как раз понятно. Неудобья на стандартных тракторах не скосить. Нужны более универсальные машины. Хотя бы похожие на мотоблоки из будущего. Чтобы цеплять на них разные приспособы. Делю отметку в блокноте. Что о них говорить, когда даже грузовиков не хватает. Вспоминаю усатого председателя с зажиточной Украины. И тебе, вислоусый, еще жалиться мне на жизнь? Поворачиваюсь к заведующему Сельскохозяйственным отделом ЦК КПСС по союзным республикам Кулакову:

— По приезде в Москву готовь совещание по сельскохозяйственной технике. Нужно срочно изменить планы.

Секретарь ЦК меняется в лице:

— Так уже…

Ну да, у Кулакова на самом деле не так много власти.

— Поставлю задачу Кириленко, но ты подготовь необходимые цифры и выкладки. Сам посмотри: люди здесь работящие, непьющие, дадим технику — горы свернут! Мы им задолжали, понимаешь? Если потребуется, частично снимем с хранения армейскую технику. И туда же на совещание следует пригласить инженеров и конструкторов с профильных предприятий и НИИ. Рабочих рук не хватает, их нужно в срочном порядке заменить механизацией. Особенно малой.

Вкратце передаю ему идеи о мотоблоках и навесном оборудовании. Ситуация для аграрного секретаря известная, и он заинтересовался всерьез. А я по ставшей заурядной привычке свалил на него новые задачи. Крот — модель первого советского мотокультиватора была выпущена лишь в 1983 году. Он являлся полным аналогом японского мотокультиватора ISEKI, что создали в 1975 году. В 1985 году цена на Крот составляла 360 рублей. С учетом нынешних реалий, можно сделать её еще ниже и продавать в кредит. Будут брать как колхозники, так и дачники. Да и в свете последних изменений частники. Почему бы военным или северным пенсионерам не давать землю и возможность выращивать продукцию? Они еще люди не старые, но без механизации это станет каторгой. Имея лишние руки, мы получим новые сады, ягодники, огороды и производство молока.

Но выпуск такой техники должен быть невероятно массовым. Где же разместить такие заказы? И тут внезапно вспоминаю, что первую попытку создать мотоблок в Союзе предприняли еще в 1947, создав одноосный садово-огородный трактор или СОТ. Большие по площади поля, конечно, удобнее было обрабатывать с помощью обычных тракторов. Но существовали еще виноградники, ягодники, огороды, плантации чая. Весил СОТ 280 кг, и обращаться с ним было не так просто. Но у него было много приспособлений для различного вида работ. Кстати, эти трактора выпускал завод имени Дзержинского, и находился он в Перми. Но почему-то в большую серию не пошел. Вот там и на Урале, где много заводов, и начнем выпускать.

Хотя в Кутаиси есть уже производство мотоблоков 'Риони-2. Стоп, это же копии американских мотоблоков Гравели тип «L»! Поставлялись они с разными двигателями, к ним разработано огромное количество навесного оборудования. В том числе, адаптеры, превращающие мотоблок в трактор, всевозможные прицепы, копалки-сажалки и прочее. Так что не изобретаем ничего нового — изучаем зарубежный опыт, копируем или воруем. И оснащаем наших бедолаг колхозников до зубов. Тогда освободятся лишние рабочие руки для всякого рода кустарных производств. И молодежь можно притянуть к селу передовой техникой. Одно дело говна вилами кидать, другое — следить за автоматами и механизмами. Тут потребуется специальное образование. Да и глядишь, лет через двадцать можно передать эти функции компьютерам.

— На этой ферме конкретно у нас 282 коровы. Есть в колхозе еще три товарно-молочные фермы, всего на всего на 650 голов. Лошади еще, небольшая пасека.

Герасимов говорил неторопливо, не забывая хлебать суп. Обычные щи на косточке со свежей капустой. Мы видели на полях, что ее еще убирают. Последняя капуста идет на засолку. И сметаны в щи не пожалели, что меня, с диетой не особо радует. Зато как вкусно!

Член Бюро ЦК КПСС по РСФСР Воронов, что сопровождает меня в рабочей поездке, кивает:

— Полей у вас хватает! Можно и больше скота держать.

Я поворачиваюсь к нему и с прищуром интересуюсь:

— А куда им потом молоко девать? Нужно свое производство. У вас же тут по трассе несколько колхозов расположено! Сергей Афанасьевич, а если создать с ними производственный кооператив? Договоритесь с соседями?

Председатель решает быстро, по его хитроватым глазенкам заметно. С такого большого начальства можно много чего попросить. Нам же этот молчаливый крестьянин очень понравился. Себе мужичок на уме, но порядок блюдет. Озимые посажены, поля убраны, чистота наводится. И фермы навозом не заросли. Ему бы механизацию и автоматизацию…

— А чего нет? Творог и сыр делать?

— Хотя бы его.

Герасимов прикидывает.

— Можно в Кострому возить, молочку в магазины сдавать, творог и сыр на рынок или в Потребкооперацию.

— Зачем им? В области создаются крестьянские сбытовые кооперативы. У них будут свой транспорт, склады и торговые помещения. Только на рынке торговать, пожалуй, не стоит. Не всем покупателям, особенно из рабочей среды это удобно.

— А фонды?

— Будут! Костромская область включена в эксперимент. Что сверх плана произвели — все ваше. Только деньги, полученные за излишки, не разбазаривайте!

— Тогда чего не жить? — председатель тут же заблестел глазками и повернулся к раздаче. — Девоньки, второе тащите.

Воронов продолжает интересоваться:

— Что еще выращиваете?

— 150 гектаров — картофель, 900 — зерновые, 750 гектаров — многолетние травы, 2500 на сенокосные угодья

— Широко живете!

— Согласен, — Анисимов с удовольствием уплетает мясо с картошкой. Небось для гостей расстарались, — затем подмигивает. — Может, что на вторую ногу употребить?

Мы с членом Бюро переглядываемся и смеемся.

— С делами управимся и посмотрим.

— Сделаем, товарищ Первый, — твердо обещает начальник Комитета внешней разведки и тут переходит к делу. — У меня как раз имеется свежая информация от Вольфа.

Я протягиваю руку и получаю увесистую кожаную папку. Глава разведки Штази с конца лета буквально взорвался и шлет тонны информации. Ну это понятно. Мы как раз к этому времени закончили проработку законодательных актов и правительственных постановлений, регулирующих работу наших «Совместных предприятий». Вольф все-таки патриот, сначала захотел услышать приказ от «своих». Вальтер Ульбрихт нам уже мозг выел, почуяв выгоду и спасение для ГДР. Но это дорога с двусторонним движением. Немцы и так немало сделали, тщательно подготовившись к приему наших инженеров и рабочих. Им чрезвычайно лестно стать самыми выгодными союзниками для СССР. Я же поначалу и вовсе планировал сливать обе Германии. Но сейчас решил повременить. Непонятно еще, как получится с западными немцами. Но хотелось, чтобы в этой версии истории «Осси» проглатывали «Весси».

28 апреля 1942 года Мурманск покинул конвой QP-11, состоящий из 13 торговых судов. Его охранение осуществляли 12 военных кораблей, включая легкий крейсер «Эдинбург». Корабль нес флаг командующего 18-й эскадры крейсеров контр-адмирала Стюарта Бонэм-Картера. Только старшие офицеры крейсера знали о специальном грузе, принятом на борт в Мурманске: 93 деревянных ящика, в которых содержалось 465 слитков золота общим весом в 5536 кг. В это же время в море находился встречный конвой PQ-15, направлявшийся в Мурманск. Немцы, благодаря данным авиационной разведки, знали о движении этих караванов. 30 апреля, спустя два дня после выхода в море, QP-11 был обнаружен немецкими лодками. В это время в составе эскорта QP-11 произошли некоторые изменения. Бонэм-Картер решил покинуть конвой, так как считал, что «Эдинбург» подвергается большой опасности со стороны вражеских подлодок, сопровождая тихоходные суда. По мнению адмирала, высокая скорость и противолодочный зигзаг являлись лучшей защитой от угрозы из-под воды.

В 16:10 командир немецкий U 456 в очередной раз поднял перископ и увидел крейсер, двигающийся зигзагом в его направлении. Еще восемь минут Тайхерт следил за крейсером, диктуя боцману новые данные для ввода в счетно-решающий прибор. В 16:18 он отдал команду выпустить торпеды, и смертоносные «угри» помчались навстречу «Эдинбургу». Через 80 секунд, что приблизительно соответствовало расстоянию в 1200 метров, на U 456 услышали один за другим два взрыва. Торпеды попали в крейсер, причинив ему тяжелейшие повреждения. Первая оставила большую пробоину в правом борту прямо под мостиком, вторая ударила в корму, нанеся ей серьезные повреждения. Хотя взрывы торпед не повредили машины крейсера, он лишился управления: вторая торпеда разрушила два винта правого борта и разорвала руль. Однако и на U 456 дела шли не самым лучшим образом. Сразу после залпа лодка на короткое время показала свой нос на поверхности, случились и проблемы с перископом. Подводной лодке не получалось добить крейсер, но ее командир послал радиосообщение своему командованию.

Крейсер в это время находился в 187 милях от Мурманска. После того как к нему подошли два британских эсминца, было принято решение попытаться вернуться в советский порт. Однако вскоре появились немецкие эсминцы, намеревавшиеся добить «Эдинбург». В завязавшемся бою был потоплен немецкий эсминец «Герман Шеман». Но «Эдинбург», получивший новые повреждения, окончательно потерял ход. По приказу британского командования экипаж судна перешел на другие корабли, а сам крейсер определили добить. Такое решение было принято для того, чтобы ценный груз не достался гитлеровцам. После того как экипаж сняли британские тральщики и советский сторожевик СКР-28 «Рубин», в 08:52 «Форcайт» выпустил в «Эдинбург» торпеду, и крейсер затонул. Несмотря на различные слухи и созданные после войны мифы, англичане боролись за свой корабль до последней возможности и оставили «Эдинбург» только тогда, когда его положение оказалось действительно безнадежным. Еще одна трагедия в стылых водах Баренцево моря. Сколько их еще в том году разыгралось!

Откуда появилось золото на борту крейсера? Как известно, в первый год Великой Отечественный войны СССР не входил в американскую программу ленд-лиза и был включен в нее лишь 11 июня 1942 года, когда было подписано «Основное соглашение» по данной программе военных поставок. Этот год принято считать временем «пред-ленд-лиза», когда поставки из США были обеспечены предоставленными советской стороне кредитами на закупку вооружений. За этот период США два раза, в октябре 1941 и феврале 1942 годов предоставили СССР кредиты по одному миллиарду долларов каждый. Однако с июня по ноябрь 1941 года СССР уже делал заказы в США и оплачивал их по факту. Однако на начало войны у СССР не было валюты, чтобы покупать у США по формуле «плати и вези». Откуда у советской стороны взялись доллары, чтобы делать закупки?

Как оказалось, СССР выручил Рузвельт. Американский президент в то время не имел возможности предоставить кредит на закупку вооружений без одобрения Конгресса, поэтому он придумал обходной маневр. Правительство США заключило с СССР две торговые сделки: на приобретение стратегических материалов на 100 млн долларов и золота на 40 млн долларов. Министр финансов США Генри Моргентау согласился покупать русское золото по 35 долларов за унцию и 15 августа 1941 года выплатил советской стороне аванс в сумме 10 млн долларов за его будущие поставки.

Таким образом, Рузвельту удалось «убить двух зайцев». Он сделал СССР на короткое время платежеспособным и убедил американское общество, что Сталин самостоятельно финансирует свою программу закупок вооружений у США. Стоит отметить, что вышеупомянутое соглашение о поставках в США стратегических материалов и золота советская сторона соблюдала со всей скрупулезностью. Это может служить одним из объяснений отправки из Мурманска на «Эдинбурге» около 5,5 тонн золота стоимостью около 6,2 млн долларов — этот груз мог быть частью тех 30–40 тонн русского золота, оплаченных американцами еще в 1941 году. Кроме этого, существует еще одно разумное объяснение отправки груза золота на борту британского крейсера — оно могло предназначаться непосредственно англичанам. 16 августа 1941 года между СССР и Великобританией было заключено первое соглашение об английских поставках советской стороне.

Сидящий рядом Медведев роняет:

— Прекрасно выглядите, Леонид Ильич.

Мне показалось, или он прячет усмешку. С этим надо что-то срочно делать, потому глухо ворчу:

— И не только я.

Провокационная фотография получилась. Так, о чем это я подумал перед ответом?

— Наберите мне Голикова, ребята.

И я согласен с ними полностью. Более, чем уверен, что эти монстры сейчас пробьют и совершат все что угодно. Советский энтузиазм при постоянной подпитке творил настоящие чудеса, и не было для него препонов. А тут вам и общение с влиятельными лицами советской власти и правительства. И полный «одобрямс» со стороны ЦК и Первого. Так еще и первоочередное финансирование, и перспективы. И какие люди! Даже немец Герттруп, поначалу скептически настроенный, довольно быстро влился в их коллектив.

Он встретился с Королевым, Келдышем и в итоге ушел в корпорации «Вычислительные машины». Его уже тянуло к программированию и неизвестным возможностям. Космос остался в прошлом. Туда же мы сманили Конрада Цузе, отдав под него целое НПО на правах совместного с голландцами предприятия. С ФРГ дел не веду из принципа. А корпорация 'Вычислительные машины в итоге выходит умопомрачительной! Её название уже гремит по миру. Мне доложили, что некоторые европейские фирмы взяли низкий старт, планируя совместные проекты.

Ох, как поначалу против присутствия иностранцев возражали наши органы! Пришлось кое-кому дать по шапке, а потом добавить по печени. Я еще раз предупредил генерала Цвигуна, чтобы озадачился вопросами излишней секретности. Она нам приносит вреда больше, чем пользы. Как оказалось, все равно советские изобретения утекают через открытую прессу. Надо решать вопросы с патентным правом. Я в нем не особо соображаю. Нужны помощники. Вот один из них как раз сует мне в руки толстенную папку с материалами для Октябрьского пленума. Ошалело листаю страницы. И что — это мне читать? Дать, что ли, кому? Может, пусть Мазуров отдувается. Или Косыгин? Моя кривая ухмылка пугает рядом стоящих сотрудников. Это изощренное издевательство, читать доклад о реформе человеку, готовящему совсем иное. Но с него не убудет. С Риги не вылезает. Тщится доказать нам, что он прав.

Ильич поездил по миру больше моего, но уже с иными целями. И сказать честно, наблюдал Европу настоящую меньше меня. Вот что я вижу сейчас, сидя в дипломатическом лимузине? Проехали Триумфальную арку, но народу по сторонам улицы не убавилось. В доинтернетную эпоху люди ценят любые яркие зрелища. А здесь настоящий лидер коммунистической России приехал! К нашей стране у французов сложные чувства. Ярые враги, захватчики, союзники, братья по оружию. Кто мы для них сейчас? Левые здесь традиционно сильны и также традиционно стоят от нас наособицу. Они забыли свои революционные грехи, но радостно тыкают ими в нас. Где же ваша куртуазность, мусье?

Я скажу больше: готовясь к визиту, в очередной раз убедился, что работу с компартиями Европы ЦК завалил полностью. Жалкие попрошайки или оппортунисты. Какое они имеют право учить нас? Откровенный елей еще хуже. Осерчав, я потребовал на Секретариате снять Бориса Пономарева с должности руководителя международного отдела ЦК КПСС, который тот занимал с 1955 года до конца правления партии. Пономарев, вообще, личность любопытная. Выходец из Коминтерновских, протеже Суслова, имеет мутные связи с теми, кто мне может противостоять. Но здесь и заступничество второго человека в партии не помогло. Мое Информбюро нарыло достаточно материала даже для исключения Пономарева из КПСС. И поедет Борис куда-нибудь подальше послом.

Ничего, будет время, разберусь с оппортунистами! Центральный комитет нуждается в чистке. Но пусть этим занимается Пленум. И лучше после съезда. На нем как раз будем выбирать новых членов ЦК. И внезапно многие не обнаружат себя в списках. Подготовительную работу я уже провожу. Как и тот Ильич почти каждый день несколько часов посвящаю разговорам по телефону. Украина, старые и новые знакомцы. Им льстит, что я с ними разговариваю и не забываю. Это же круто упомянуть вскользь, «мол, сам Ильич звонил намедни!» Разом повышает статус на несколько ступенек. А мне что? Для хорошего человека не жалко! В отличие от мыслителей диванного будущего, не считаю всех хроноаборигенов дураками. Достойных людей здесь много. Приложить бы всех к грамотному делу и цены им не будет!

Зато и с той стороны до меня доносят неожиданные новости. Внезапно элитам промышленных городов востока и центра УССР резко понравилась моя идея об Экономических районах. Хотя чего тут внезапного? Выйти из плотной опеки обкомов и республиканского ЦК. Пусть и частично. Кто о таком не мечтает? Не нужны будут лишние отчеты, более грамотно выстраивается вертикаль, завязываемая на Москву. Но в то же время директорам крупных предприятий развязываются руки. И очень удобно осуществлять внутрирайонную кооперацию и сотрудничество.

Однопрофильные предприятия в разных городах могут в итоге слиться в крупные корпорации. Это уменьшит расходы и даст возможность иметь больше фондов. И еще более важно, маневрировать текущими ресурсами в обход министерств. Ведь Москве критичны конечные показатели, рабочим зарплаты и премии. Горсоветам капитальные вложения в благоустройство. Моя же задумка еще более обширна. Это начало упразднения республиканского управления как такового. И экономисты меня поддерживают. Политическая нарезка регионов крайне неудачна и неудобоварима. Особенно в плане так называемых автономий. Мы теряем кучу ресурсов только на управление ими. А если добавить, что оно еще зачастую бездарно…

А промышленники — это большая сила. Это огромные заводы, рудники, электростанции, тресты, отрасли, министерства. Чуете, сколько людей встанет за меня в республиках? По России я не беспокоюсь. Последние мои инициативы в обкомах РСФСР приняли с благодарностью. Воронов за меня горой, а он, между прочим, член Президиума. С Машеровым все ясно, я белоруса лишний раз не дергаю и вижу, что не меньшие горы свернет для своей республики. И не забываю Среднюю Азию. В Казахстане меня помнят и предложение о более тесном сотрудничестве с Уралом и Сибирью поддерживают.

В разговоре с Рашидовым пообещал ему в ближайшее время пересмотреть планы на хлопок. Я жду отмашки от военных. Сколько им реально необходимо его для производства пороха. У нас уже контракты на большие поставки тканей из-за рубежа, особенно из Индии. Как раз за пару лет возродим льноводство и перезагрузим свою легкую промышленность. Но это значит, что в Узбекистане понадобятся тысячи линий для производства консервации, соков и сухофруктов. И лучше производить их там же, на месте. Рабочие руки есть. И подумать, где взять столько рефрижераторных вагонов? По железке везти дольше, продукция начнет портиться. Придется плотно сесть с министрами и хорошенько подумать. Нет у нас пока автострад и столько грузовиков. А прикинуть заранее потребности уже надо. Потому что мы начинаем решать проблему.

— Показывайте!

Входя в кабинет «Штаба», что расположился в Смольном, я уже в целом знал, что происходит в Москве. Черненко сильно волновался, но успел сообщить, что Центральный комитет поднят по тревоге, Совмин также переведен в «боевой режим». Президиум мы решили собрать по мере развития событий. Если получится, то вечером улечу в Москву и завтра проведем заседание. Хотя первым моим порывом было желание ехать в Киев. Но генерал-лейтенант Рябенко выступил категорически против. Впрочем, как и руководители других силовых структур. Нечего там делать Первому! Без него ответственных лиц хватает. Мое дело сидеть в штабе и оценить обстановку целиком.

Еще по дороге я сделал пару звонков: Грибанову, а также Ивашутину. У меня на подобные случаи имелись запасные заготовки. Правда, не думал, что рванет так скоро. Отдав приказы, я малость успокоился. Люди там опытные, обстрелянные, такие лучше меня знают, что делать. Я лишь дам им карт-бланш.

Сейчас верфи доканчивают постройку начатых кораблей и уходят на ремонт и реконструкцию. Сначала стоит понять какие корабли и сколько нам их надо. А то настроим опять эсминцев серии 57-бис без достаточного ПВО. Смысла в этих корабликах? Чтобы было чем командовать товарищам адмиралам? Американцев нам так и так не догнать. Но свои АУГ, авианосные группировки создавать все равно рано или поздно придется. Огромная глупость использовать эскадры с тяжелыми крейсерами без должного авиационного прикрытия. Как послать смертников на убой. И обязательно разобраться с подводным флотом.

Я выбил кое-какую информацию из Устинова. Подводный ракетоносец по стоимости не особо уступает тяжелому крейсеру или потенциальному авианосцу. Тут придется посчитать его эффективность. Подводная лодка с ядерным арсеналом это скорее жупел, чтобы стращать противника. Она может нанести удар откуда угодно. Например, с района близ Северного полюса. И найти ее раньше очень сложно. Хотя наши «ревущие коровы» американцы видели издалека. Тогда на кой они? Ненадежные, шумные, не оправдывающие надежды. Может, лучше подождать и пустить в серию нечто стоящее?

Все-таки склоняюсь к тому, что выгодней иметь больше ракет на земле. И не только в шахтах. Страшнее для американцев советские БЖРК — Боевой железнодорожный ракетный комплекс. В том мире в Союзе ими начали заниматься лишь в 1969 году. По замыслу разработчиков, БЖРК должен был составлять основу группировки ответного удара, поскольку обладал повышенной живучестью и с большой вероятностью мог уцелеть после нанесения противником первого удара. Но туда требуются твердотопливные ракеты. Нам всем крайне нужны такие ракеты. И пока их не будет в достаточном качестве, строить подводные ракетоносцы массово нет смысла. Или я ошибаюсь?