Я перегнулась через спинку дивана, чтобы достать упавший чип и отчаянно тянула руку, чтобы схватить его с пола, когда услышала низкий, пробирающий до нутра голос дракарианца:

— И кто это у нас здесь?

Дёрнулась, чтобы встать, но сильная рука надавила на поясницу, а толстый хвост обвил бедро, кончиком забираясь выше — к самому краю юбки.

Я ахнула и рвано выдохнула, осознавая, что влипла по полной программе.

— Майя? — удивился Тор.

Меня одним мягким движением развернули и усадили на диван. В кулаке я отчаянно сжимала передатчик, который был мне так нужен.

— Ммм… Как сладко ты пахнешь, — протянул Мэй.

Ну вот опять они говорят про запах! А мне бы только сбежать побыстрее, пока меня и саму не заволокло их странным терпким и сладковатым мужским ароматом…

— Майечка, ты где купила дракарианские феромоны? — усмехнулся Мэй, его голос был бархатным, но со скрытой угрозой. — А главное — зачем?

Его хвост задел мою лодыжку, обвивая её легко, но с намёком на силу, которой лучше не сопротивляться.

Я хотела выскользнуть, но попытка не удалась, так что я только помотала головой, не в силах найти слов.

— Вряд ли. Скорее это волновой чип. — Третий дракарианец, Рай, шагнул вперёд, и его высокий силуэт заслонил свет. Именно в его комнате я находилась, и именно его должна была обокрасть. — И очень сильный чип. Отключи его, — потребовал он, становясь прямо передо мной.

Хотела бы я, чтобы всё было так просто…

Он взял меня за подбородок своими сильными и тёплыми пальцами. И его взгляд прожигал насквозь. Холодный, расчётливый, но наливающийся желанием. И почему они всё время на меня так реагируют?

Моя рука всё ещё сжимала передатчик, словно это могло хоть как-то меня защитить.

— Что у тебя там? — низкий голос Тора, грубый и безапелляционный, заставил моё сердце забиться быстрее.

— Н-ничего! — Я попыталась спрятать устройство за спиной, но их внимательные глаза следили за каждым моим движением.

— Ничего? Тогда покажи. — Этот приказ прозвучал так мягко, но мне показалось, что воздух стал тяжёлым.

Хвост третьего скользнул вокруг моего запястья, вынуждая поднять руку.

— Отдай. — Голос Тора стал строже, хотя в его взгляде не было гнева, в нём плясал огонёк интереса.

Я рванулась, пытаясь выпутаться из хватки и из этой истории, но их хвосты крепко и нежно сжали меня. Мэй наклонился ближе, и его дыхание обожгло мою шею.

— Ах, неженка… Реагируешь на любое движение.

И он был прав.

Моё тело словно отказало мне. Передатчик выпал из моих пальцев и с глухим звуком упал на пол.

Мэй поднял устройство, осмотрев его с мрачным выражением лица.

— Ты даже не представляешь, во что влезла, сладкая. Расскажешь сама или тебе помочь?

И кончик его хвоста скользнул выше — под мою юбку!

— Придержи лифт! — только и успела крикнуть я, когда моя коллега Мара, мутарка со скверным характером и синей кожей, показала мне неприличный знак, нажимая на кнопку закрывания дверей. — Вот же!..

Я выдохнула раздражение и побежала к лестнице. Следующий лифт придёт через двадцать сотых, а мне опаздывать на работу никак нельзя — начальник устроит выговор или даже выпишет штраф.

Придётся подниматься пешком. Опять. Пятый раз за десять дней.

Свет едва пробивался сквозь низкие серые облака, когда я шагала по разбитым ступенькам заброшенной высотки. Ветер вышибал из меня дух и оставшуюся сонливость. Ещё бы — тридцать пролётов лестницы.

Ноги горели, дыхание сбилось, но впереди ожидало нечто более худшее, чем просто ступеньки, хуже даже чем выговор от моего мерзкого начальника или штраф.

Фила. Он был орком. Не на сто процентов конечно, но достаточно орком, чтобы иметь зелёную кожу, клыки, выпирающие из-под верхней губы и совершенно дикий нрав. Шутить с ним было нельзя, шуток Фила не понимал. Да и кто в здравом уме стал бы с ним шутить? Громила был выше меня на три головы! Злопамятный и умный для орка, а ещё он был правой рукой главы криминального синдиката, которому принадлежала та самая высотка, в которой я работала.

Что он здесь забыл?

Я постаралась сохранять спокойствие, когда поднялась выше и оказалась с ним на одном лестничном пролёте.

Фила выдохнул густой сизый дым и выкинул сигарету. О нет-нет-нет, только не подходи.

— Доброе утро, господин, — буркнула я, стараясь проскользнуть мимо, но огромная зелёная рука перекрыла мне ход.

Я не подняла глаз. Просто замерла, покрываясь потом от страха.

— Есть разговор, — пробасил он.

— Меня ждёт директор Латик, уважаемый господин Фило. Вчера поступила партия микросхем, которые нужно перебрать и обезличить для дальнейшей перепродажи… — постаралась звучать уверенно, тем более всё это правда.

— Мордон ждёт внутри.

Фило кивнул на дверь.

Я сглотнула. Ну а главе синдиката-то я зачем понадобилась?

Как бы сильно мне это не нравилось, пришлось идти перед зелёным громилой.

И о Вселенная! Как же мне не понравилось то, что ждало меня внутри…

Когда я вошла, Мордон сидел за массивным столом. Худощавый, со впалыми щеками. Он не сразу обратил на меня внимание, занятый разглядыванием голограммы. А я просто стояла, чувствуя, как Фило замер у меня за спиной, его присутствие словно давило на затылок.

— Присаживайся, Майя, — голос Мордона был низким, почти ленивым, но каждая нота в нём скрывала угрозу.

И имя моё помнит. Ой не к добру.

Я робко шагнула вперёд и опустилась на край стула, стараясь держать дистанцию.

— Интересная у тебя жизнь, — протянул Мордон, наконец подняв на меня глаза. Его взгляд изучал меня, словно я была вещью, которую можно оценить и продать. — Говорят, ты закончила школу с высшими баллами. Даже лучше, чем некоторые мои инженеры из центра.

Я почувствовала, как горло сжалось. Кто-то разболтал. Наверняка Мара. Синяя крыса. Знаю я их центр. Изготавливают всякую нелегальную и дорогостоящую чушь.

— У меня были обычные оценки, господин, — выдавила я, стараясь казаться спокойной, хотя руки дрожали.

— Ага, больше чем обычные. Ты гений. А работаешь здесь, в этой дыре. Не странно? — Мордон улыбнулся, но в его улыбке не было ни капли тепла.

Он встал, обойдя стол, и остановился рядом со мной. Его высокая фигура возвышалась надо мной, заставляя чувствовать себя ещё меньше.

Я не ответила, уставившись в пол. С этим типом шутки плохи… Он убивал и за меньшее, чем неосторожный взгляд.

— О, я знаю, что тебя держит, — продолжил он, прислоняясь к столу так, что его рука оказалась слишком близко. — Сестричка Лара. Лекарства, которые тебе не по карману. И, конечно, деньги. Их никогда не хватает, верно?

— Я справляюсь, — буркнула я, стараясь, чтобы голос звучал не слишком вызывающе.

— Справляешься? — он засмеялся, и этот смех был неестественно громким, словно нарочно, чтобы смутить меня. — Ну, знаешь, я могу помочь. Лечение, деньги… даже проезд в Академию Космофлота. Всё, о чём ты мечтаешь.

Моё сердце дрогнуло. Академия. Возможность вырваться отсюда. Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но его взгляд напомнил мне, что за всё приходится платить.

— Зачем? — спросила я осторожно.

Мордон вдруг протянул руку и коснулся моей подбородка, заставив поднять голову. Его пальцы были жёсткими, холодными, как металл.

— Ты умная девочка. Сама догадайся. За услугу. У одного курсанта в Академии есть кое-что. Передатчик. И я хочу, чтобы ты его мне принесла.

Я резко отстранилась, чувствуя, как по коже прошла волна отвращения. Но не успела я ответить, как за спиной раздался низкий смешок Фило. И вдруг его огромная зелёная рука грубо сжала моё плечо, заставляя опуститься на стул.

— Не дергайся, малышка, — пророкотал он, сжимая пальцы так, что боль прострелила всю руку. — Ты слышала, что сказал босс. Делай, что говорят, и будет тебе и сестричке твоей хорошо.

Я сжала зубы, не позволив ни крику, ни слезе сорваться с губ. Моя грудь тяжело вздымалась от смеси страха и ярости.

— Тебе повезло, Майя, — снова заговорил Мордон, возвращая на себя моё внимание. Его голос был мягче, но от этого ещё опаснее. — Я дам тебе всё, что ты хочешь. Деньги. Много денег. И лечение твоей Лары в лучшей капсуле. Ты сможешь начать новую жизнь.

— А если я откажусь? — спросила я, сжимая кулаки.

Его лицо вдруг стало холодным, жестоким.

— Тогда ты потеряешь всё, милая. Сестру. Работу. И даже свою жалкую свободу. Ты думаешь, у тебя есть выбор, Майя? Подумай дважды.

Я стояла в углу главного зала Имперской Академии Космофлота и восхищалась… всем! Архитектурой, запахами, академической формой, лётчиками с прямыми осанками, инженерами, тихой классической музыкой каких-то древних инструментов.

Как было бы здорово по правде здесь учиться!

Но реальность не идеальна.

Дома на Зайтерии Я закончила школу с высшими баллами, в моём дипломе не было ни одного упущения. Но что толку? Даже если бы я поступила в Академию, я не могла позволить себе оплатить проезд до сюда, не говоря уже о том, чтобы оставить сестру одну. Академия казалась мне далёкой мечтой — чем-то из другого мира, который никогда не станет моим.

И вот я здесь. Жаль, ненадолго.

А я хорошо вписалась бы! На моём запястье красовался новенький гим-браслет, волосы расчёсаны, а сама я вымыта до скрипа! Рядом на магнитной платформе парил чемоданчик с необходимыми для обучения вещами. Всё-таки здорово было бы здесь учиться…

Я тяжело вздохнула и обратила внимание на голограмму с расписанием:

— Осторожнее, — раздался низкий, но мягкий голос прямо над моим ухом.

Я вздрогнула и обернулась. Другой. Не тот, кого я видела в зале, но не менее высокий и не менее опасный.

Моё сердце продолжало грохотать в груди, будто пытаясь пробить себе путь наружу. Его хвост, гладкий и сильный, уверенно обвивал мои рёбра. Словно железный обруч, не позволяя мне сделать ни шагу.

Толпа студентов вокруг уже двинулась дальше, направляясь в столовую, и все обходили нас, бросая заинтересованные взгляды, которые ещё больше выводили меня из равновесия. Я могла думать только о том, как выбраться из этой странной ситуации.

— Спасибо, — выдавила я наконец, пытаясь звучать спокойно.

Его хвост чуть расслабил хватку, но он не спешил меня отпускать. Я чувствовала тепло его взгляда, который скользил по мне, изучая, словно я была каким-то сложным уравнением, которое ему нужно разгадать.

— Какой факультет? — спросил он, приподняв бровь, а на его губах появилась лёгкая обезоруживающая улыбка.

— Космической инженерии и инновационных технологий, — растерянно ответила я, хотя обычно придерживалась принципа «чем меньше обо мне знают, тем лучше». — А у тебя?

Его глаза вспыхнули лёгким весельем, и он, наконец, разжал хвост, позволив мне сделать шаг назад.

— Техник, значит? Я навигатор. Мэйвар, но ты можешь звать меня Мэй.

Не Кардан. Мне нужен только Кардан Райр. И я покину это чудесное место.

Его хвост, освободивший меня, лениво двигался позади, как у довольного хищника, который решил оставить добычу на потом.

— А тебя? — спросил он, приподнимая бровь.

Точно, надо представиться!

— Майя, — сказала я, чувствуя, как от его пристального взгляда начинает гореть лицо.

— Майя, — он повторил моё имя так, будто пробовал его на вкус, и его улыбка стала чуть шире.

Моё лицо снова вспыхнуло, я поправила рубашку и постаралась незаметно выдохнуть и принять обычный вид.

— Ладно, Майя, будь осторожнее, — добавил он кажется даже искренним тоном. — Здесь иногда бывает… тесно.

Его взгляд снова задержался на мне, прежде чем он плавно развернулся и пошёл вперёд, как будто эта странная сцена его ничуть не смутила.

Он шёл против толпы и другие курсанты давали ему пройти, расступаясь и смотря на него с уважением. Кажется, он здесь популярен.

Я выдохнула и поспешила в столовую. Мне нельзя забывать про свою миссию. Я здесь не для учёбы, как бы мне этого ни хотелось, и уж точно не для того, чтобы с кем-то знакомиться.

У меня есть цель: найти Кардана Райра, забрать передатчик, отправить информацию Мордану и покинуть Академию как можно скорее. Чем меньше я привлекаю к себе внимания, тем лучше. Надеюсь, Лара в порядке…

Столовая была огромной, светлой и, как всё здесь, безупречно чистой. Линия раздачи тянулась вдоль одной из стен, над которой парили голографические экраны с меню. Запах горячей еды моментально заставил желудок напомнить о себе громким урчанием.

Я взяла поднос, и застыла, рассматривая меню. Горячие блюда, свежие салаты, хрустящий хлеб… Всё выглядело так аппетитно! И бесплатно. Всё это бесплатно. Неужели можно взять сколько угодно?

Я отошла в сторону, делая вид, что просто выбираю, на деле же я пыталась вернуть себе контроль и не набросится на еду.

Несколько глубоких вдохов и выдохов не помогли. Кажется, у меня даже голова закружилась.

Я сжала поднос в руках и осторожно положила на него миску с дымящимся супом. Сразу же стало ясно, что руки мои дрожат. Постаралась сделать вид, что всё в порядке, добавила какое-то запечённое мясо. Мамочки! Мясо, а не его аналог!

Ещё мягкий кусок хлеба, десерт в маленькой стеклянной баночке… и заметила, что на меня опять смотрят. Обернулась, но рядом никого не было. Тогда я не удержалась и взяла себе ещё порцию чего-то вкусного на вид, даже не знаю, что это было.

С таким количеством еды я, наверное, выглядела как ненормальная, но мне было всё равно. Впервые за долгое время я могла позволить себе не думать, хватит ли мне пайка до конца недели.

Я выбрала место в углу, подальше от общей суеты, и села, крепко держа поднос, будто кто-то мог его у меня отнять.

Наконец, я взяла ложку супа и буднично поднесла её ко рту. Вселенная, как это вкусно! Еда была горячей. Не аналогом. Не химией. Она была настоящей. С каждым кусочком мяса я чувствовала, как всё тело постепенно согревается, а усталость начинает отступать.

Если бы дома было так же…

Я сжала ложку в кулак и перестала есть, хотя в меня бы влезло ещё четыре таких подноса.

Это место — не мой дом. И никогда им не станет.

Мой дом — загнивающий район Зайтерии. Бедный, почти заброшенный мир, где жизнь тяжела, а ресурсы ограничены.

Но я не жалуюсь, я привыкла бороться за выживание. Но как было бы здорово просто остаться здесь… Учиться. Жить так, как живут эти курсанты.

Я обвела взглядом помещение.

Но всё это не для меня.

Еда прогнала голод, но оставила тяжесть на душе.

Я отложила ложку, выдохнула и потянулась за подносом, чтобы унести его к утилизационной машине.

В другой ситуации я бы ни за что не выбросила остатки еды, но здесь надо было вести себя, как все.

И только я поднялась со своего стула, как мне на плечо опустилась чья-то тяжёлая ладонь.

— Куда это ты так спешишь, новенькая? — раздался грубый, насмешливый голос у меня над ухом.

Я обернулась. Двое. Оба с кожей бледно-зелёного оттенка и развитой мускулатурой. Типичные креганцы — представители расы, известной своим сомнительным нравом. Они оба скалились, с явным удовольствием наблюдая за моей реакцией.

А я не знала, как лучше отреагировать. Дома, на Зайтерии, я знала, кому лучше дать отпор сразу, а кого стоит опасаться и сразу опускать взгляд.

Здесь — нет.

— Вы меня с кем-то перепутали, — сказала чётко и уверенно, хотя у самой снова загрохотало сердце. — Мне пора.

Я попыталась сбросить чужую ладонь с плеча, но креганец только надавил сильнее, заставив сесть обратно, а второй расположился напротив.

— Какая грубая самочка, мы же только начали знакомиться!

Один креганец держал меня за плечи, чтобы я не встала, а второй, сел напротив и прижал мои ладони к столу. Его вертикальные зрачки сузились, как у змеи перед броском.

— Мы с тобой ещё не договорили, — сказал тот, что держал плечи. Его голос звучал насмешливо, но в нём читалась угроза. — У нас есть вопросы.

— У вас ошибка, — твёрдо сказала я, снова пытаясь встать, но хватка только усилилась.

— Ошибка? — переспросил тот, что сидел напротив, с фальшивым удивлением. — Ну нет, тут всё правильно, прямо как ответы в твоих экзаменах.

Он наклонился ближе, и я почувствовала его горячее дыхание.

— Видишь ли, мы пробили твой номер, новенькая, — прошептал он, и его голос стал мягче, но от этого ещё страшнее. — У тебя очень высокие баллы за вступительные экзамены.

— Нам такие, как ты, нужны, — добавил второй мне на ухо.

Я напряглась, чувствуя, как в груди поднимается волна паники.

— Для чего? — спросила я резко, стараясь не выдать дрожь в голосе.

Первый креганец засмеялся, бросив взгляд на своего напарника.

— Ты ведь умная, догадайся, — сказал он, ухмыльнувшись так, что обнажил острые зубы. — Домашки, расчёты, схемы. Всё, что нужно. Мы же не будем тратить своё драгоценное время на эти глупости, правда?

— А ты будешь, — подхватил второй. — Или…

— Или что? — выпалила я, хотя внутри всё кричало, что лучше не продолжать этот разговор.

Его рука, удерживающая моё плечо, больно сдавила мышцы.

— Или у тебя начнутся проблемы, — ответил первый, его голос стал ниже и тише. — Здесь ведь важно дружить с нужными людьми.

— А вы — нужные люди? — парировала я, пытаясь держаться уверенно.

— Умная девочка, — усмехнулся второй. — Именно так.

— Я подумаю, — произнесла я.

— Мы не спрашиваем. Мы сообщаем, — прошипел первый, снова наклоняясь ближе.

Моё сердце стучало так громко, что казалось, его могли услышать все вокруг. Я попыталась оглянуться, надеясь, что кто-то обратит внимание на происходящее. Но столовая была заполнена студентами, гулом и весельем, и никто даже не посмотрел в нашу сторону.

— Ладно, хватит, — сказал второй креганец, поднявшись с места. — Не будем её сразу пугать. Это умная малышка, она всё поймёт правильно.

Его напарник наконец, убрал руку с моего плеча.

— Мы ещё поговорим, Майя, — бросил он на прощание. — И помни: не нужно делать глупостей.

Я сделала глубокий вдох и потёрла ноющее плечо, стараясь успокоиться. Только этого всего мне не хватало.

В этот момент мой гим-браслет завибрировал, и я машинально посмотрела на голограммор. Сообщение от системы Академии:

«Ваша регистрация завершена. Жилой блок № 142. Добро пожаловать в Имперскую Академию Космофлота!»

Наконец-то.

Я поднялась со стула, ноги казались ватными, но я заставила себя сделать первый шаг. Поднос с полупустой посудой отправился в утилизационный отсек. В другой ситуации я бы доела всё до крошки, но сейчас аппетит пропал напрочь.

Я вышла из столовой, пробираясь через толпу курсантов, и направилась к жилым блокам. Коридоры Академии были заполнены шумом и суетой. Но гладкие стены с голографическими указателями и металлический блеск дверей будто бы успокаивали меня.

Добравшись до блока № 142, я остановилась, выдохнула и провела браслетом по сенсору.

— Добро пожаловать, курсант, — раздался мягкий механический голос, и дверь плавно открылась.

Я вошла в комнату и тут же услышала чей-то голос:

— О, привет!

Я подняла глаза и увидела девушку. Она сидела на верхней койке двухъярусной кровати и смотрела на меня с интересом. Её длинные, светло-золотистые волосы были собраны в высокий хвост, а на скулах выделялись тонкие золотистые отметины, словно родовые символы.

— Ты моя соседка? — спросила она, широко улыбаясь.

— Похоже на то, — кивнула я, стараясь выглядеть дружелюбной.

Девушка спрыгнула с койки, и я заметила, что она была невысокого роста, но очень подвижная, как кошка.

— Я Ланайя, — представилась она. — С факультета боевой тактики.

— Майя. Инженерия и инновационные технологии, — ответила я, заметив платформу со своей сумкой над нижней кроватью.

— Инженер, значит, — она прищурилась, словно что-то прикидывая в голове. — Ну что ж, если нам предстоит делить комнату, давай сразу договоримся: я не люблю шум, но люблю порядок.

— Хорошо, — сказала я, улыбнувшись краем губ.

Ланайя, казалось, обрадовалась моему ответу.

Её глаза светились золотистым оттенком, словно отражая свет ламп, а в улыбке читалась искренность. Но я всё равно не могла понять, можно ли ей доверять.

— Если что-то понадобится, спрашивай, — добавила Ланайя, указывая на нишевый шкаф в стене. — Это твоя половина.

— Спасибо, — сказала я, и впервые за весь день почувствовала облегчение.

В глубине души я знала, что расслабляться рано. Это место было не таким безопасным, как казалось на первый взгляд.

И очень скоро этому нашлось новое подтверждение…

Ланайя залезла на второй этаж нашей кровати, где валялась небольшая подушка и яркое покрывало с узорами. Она активировала наушники и, видимо, вернулась к тому, чем занималась до моего прихода.

Я осмотрелась внимательнее. На матрасе моей койки лежало свежее постельное бельё: чистое, мягкое, идеально белое. В противоположной стороне комнаты находился рабочий стол с двумя голографическими экранами. Под столом виднелись выдвижные ящики, рядом стояли два удобных кресла с мягкими обивками. Всё выглядело новым, как будто в этой комнате до нас никто не жил.

Я зашла в блок дезинфекции, там всё было минималистично: душевая капсула, раковина и унитаз, нишевый шкафчик для полотенец. Удивительно, но в душевой были встроенные кнопки управления водой, температурой и даже функцией автоматической сушки. Это было в разы роскошнее, чем всё, к чему я привыкла на Зайтерии.

— Нравится? — голос Ланайи заставил меня повернуться. Она сидела на верхней койке, болтая ногами, словно наслаждаясь моим ошеломлением.

— Даже слишком, — призналась я, чувствуя, как неловкость постепенно уходит.

Она рассмеялась, её глаза весело блестели.

— Я выросла в космосе, и первое время была в шоке от количества воды, которое здесь используют, — добавила она с загадочной улыбкой.

На полу у окна, которое занимало почти половину стены, лежал небольшой коврик, а подоконник был оборудован как полка. Вид из окна был потрясающим: за стеклом открывался вид на центральный парк Академии, окружённый корпусами с их сверкающими фасадами. Высокие деревья, которые, казалось, никогда не видели ветра, тянулись вверх к низкому серому небу.

Я села на свою койку, проводя рукой по гладкому покрытию постели. Впервые за долгое время мне захотелось просто сесть и ничего не делать.

— Ты привыкнешь, — добавила Ланайя, улыбаясь. — Тут всё так сделано, чтобы студенты чувствовали себя, как дома.

Я кивнула.

— А ты не первокурсница? — спросила я.

— Нет, — засмеялась она. — Третий.

Я кивнула, стараясь не завидовать. Мне не светит закончить здесь и первый семестр. Ну хорошо, хотя бы побывала в этом чудесном месте. Я закрыла глаза и легла на постель. Возможно, если я постараюсь, мне удастся хотя бы ненадолго почувствовать, что я здесь на своём месте.

— Ты уже знаешь про правила Академии? — спросила меня Ланайя.

— Да, я читала инструкции курсантам.

Всё ещё болтая ногами, она скользнула с верхней койки и ловко приземлилась на пол, облокотилась на край стола и посмотрела на меня с лукавой улыбкой.

— Тебе, наверное, интересно, как тут всё устроено? — спросила соседка.

— Очень, — призналась я, садясь на койке и скрещивая ноги. — Всё здесь такое… идеальное.

— Это только начало, — с весёлой ноткой в голосе протянула она. — Распорядок здесь строгий, но продуманный. Первая половина дня — занятия. Лекции, тренировки, практика… В общем, всё, что нужно, чтобы стать профессионалом. После обеда — блок для самостоятельной работы. У каждого свой темп, своё задание.

— Самостоятельная работа? — уточнила я, подперев подбородок рукой. — Значит, можно заниматься в комнате?

Ланайя рассмеялась, покачав головой.

— Нет, голограмморы в комнатах нельзя использовать для учёбы. Антейя Стоун Дрейг специально озаботилась этим вопросом. Считай это её личной заботой о нас.

— Заботой? — я нахмурилась, не понимая. — Запрет на работу?

— Именно, — Ланайя хитро прищурилась. — Антейя уверена, что студенты должны не только хорошо работать, но и хорошо отдыхать. Она даже говорила об этом на одном из собраний. Жилые блоки предназначены только для отдыха. Учёба — в специальных коворкинговых зонах. Там и оборудование лучше, и атмосфера подходит. А здесь — твоя зона комфорта.

— Это… неожиданно, — пробормотала я, пытаясь представить себе такую философию.

— Вот именно, — подмигнула Ланайя. — Не удивляйся, если однажды встретишь её в коридоре и она спросит, как ты спала. Она здесь как мама всем нам. Но строгая мама. Очень строгая.

— Звучит… странно, — честно призналась я, не зная, что думать.

Ланайя засмеялась и махнула рукой.

— Ничего странного. Ты быстро привыкнешь. Главное — не пытайся учиться здесь, в комнате. Если поймают, будет выговор, а то и штраф.

— Спасибо за предупреждение, — я улыбнулась.

— Не за что, — она махнула рукой и вернулась на койку, устраиваясь с ногами на покрывале. — Кстати, завтра у вас первое тестирование. Это серьёзно. По нему распределяют в тройки и квадры с курсантами с других факультетов, так что постарайся не упасть в обморок от волнения, ладно?

Я проснулась до сигнала подъёма, хотя всю ночь провела в полудрёме. Постель была мягкой и удобной, но мои нервы не позволяли расслабиться.

Тепло лампы заливало комнату мягким светом. Ланайя всё ещё спала наверху, её длинные волосы шоколадного оттенка выбивались из-под покрывала и свисали с кровати, но объявление, данное по внутренней системе Академии разбудило, думаю, всех:

Мы с Ланайей вышли из столовой, и я почувствовала, как с каждым шагом растёт напряжение. По коридорам уже стекались курсанты, направляясь в сторону главного зала, где должно было проходить тестирование. Кто-то болтал, пытаясь разрядить обстановку, кто-то сосредоточенно просматривал конспекты, но большинство выглядели так же напряжённо, как и я.

— Тестирование проходит в три этапа, — пояснила Ланайя, сверяясь с голографической картой, парящей над её запястьем. — Первый — теоретический блок. Система подбрасывает случайные вопросы по базовым знаниям. Второй — моделирование ситуации, в которой тебе нужно быстро принять решение. И третий — практическое испытание. Всё это определяет твои шансы попасть в хорошую квадру. Так что постарайся не облажаться.

Я молча кивнула. Как будто у меня был выбор.

— А что будет, если я наберу низкий балл? — спросила я, пытаясь звучать невозмутимо.

— Ну, тебя не выгонят, если ты об этом, — Ланайя пожала плечами. — Но ты окажешься в слабой квадре, а это может сильно испортить жизнь. Сложно быть тем, кто вытягивает всю команду.

Мне нужен Кардан Райр. Мне нужен доступ к его вещам. А для этого я должна быть в его команде. Надо узнать его баллы до того, как пойду на своё тестирование! Если он слабый, то лучше провалить тест. А если сильный…

Как же я устала от этого обмана. Единственное, чего хотелось — сесть с вышивкой у нас с Ларой в комнатушке. Болтать и есть печенье, которое приготовила мама.

Жаль, мама давно умерла, а Лара в заложниках у Мордона.

Мы свернули за угол, и перед нами открылось огромное помещение с высоким куполообразным потолком. Это был зал для тестирования.

Просторный зал напоминал операционный центр на огромном космическом корабле: приглушённое освещение, перегородки, идущие вдоль стен, ряд за рядом стоящие кабинки для индивидуального тестирования.

В центре зала возвышался гигантский экран, где шли результаты уже прошедших курсантов. Имена, баллы, ранги. Чем выше результат, тем ярче подсвечивалась фамилия.

— Вот и твой список курсантов, — хмыкнула Ланайя. — Добро пожаловать в реальность.

Я замерла, вглядываясь в голограмму. Сотни имён, сотни цифр. И где-то среди них…

Нашла.

Экран мигнул, голограмма обновилась, и на секунду перед глазами потемнело.

Я прикусила губу и медленно подняла взгляд. Гигантская таблица рангов снова заполнила центральную часть экрана. В колонке результатов начали появляться новые фамилии, баллы высчитывались мгновенно.

Я провела пальцами по ладоням, сжимая их в кулаки. Дыши. Просто смотри.

Я глубоко вздохнула, стараясь справиться с тревожным ощущением в груди. Второй этап. Симуляция. Это уже не просто тест на знания, а проверка реакции, логики, умения быстро принимать решения.

Женщина с пепельными волосами, та же, что вызвала меня на первый этап, жестом пригласила следовать за ней. Я кивнула Ланайе и пошла за преподавателем.

Шла по коридору, чувствуя, как гул голосов гаснет позади. Каждый шаг отзывался напряжением в плечах, а сердце стучало гулко и тяжело, но я пыталась себя успокоить.

В любом случае всё нормально. Даже если сейчас всё продую… У меня всё равно будет шанс попасть в квадру Кардана.

И даже если я не попаду в его квадру… найду другой способ, как украсть передатчик!

Я на многое готова пойти ради жизни моей сестры!

Когда впереди показались массивные двери с тёмными стеклопанелями, за которыми скрывался зал симуляций, я почти не волновалась. Ну то есть как… Я не падала в обморок — это уже половина успеха.

На панели управления мигал красный индикатор — кто-то другой сейчас проходил испытание.

Когда мы приблизились, дверь разъехалась в стороны, впуская нас внутрь.

Я шагнула в зал и застыла.

Передо мной раскинулось огромное пространство, больше похожее на ангар космического корабля. Высокие стены, гладкие панели пола, яркие источники света, встроенные в потолок. По краям располагались платформы с капсулами симуляции — в них погружались курсанты, чтобы испытания проходили в полностью контролируемой среде.

Рядом со мной стояли ещё несколько человек — вероятно, те, кто ждал своей очереди. Я уловила на себе несколько быстрых взглядов, но никто не заговорил.

— Курсант Солаис, — раздался голос инструктора.

Я резко посмотрела на него.

Передо мной стоял высокий мужчина в форме Академии, с холодными глазами и металлическим браслетом на запястье. Он кивнул в сторону одной из капсул.

— Ваша очередь. Входите в симулятор.

Я сглотнула и сделала шаг вперёд, ощущая, как к горлу подступает волнение.

Сейчас начнётся испытание, которое покажет, насколько хорошо я умею справляться с неожиданными ситуациями.

И я понятия не имела, что меня ждёт внутри.

Когда я вошла в капсулу, голографический интерфейс передо мной изменился.

Я задержала дыхание, смотря на то, как истекают мои сотые.

5… 4… 3…

Мощный рывок. Всё вокруг залил яркий свет, а корабль резко сменил вектор.

2… 1…

Судно выбросило из гравитационной ловушки, а на экране появилось заветное:

Я поспешила выбраться из капсулы, на ходу осматриваясь. Толпа курсантов, стоявших у входа, моментально разошлась, когда профессор жестом приказал освободить мне дорогу. Я заметила, как кто-то переговаривался, бросая в мою сторону оценивающие взгляды. Наверное, слух о появлении дракарианца в капсуле уже распространился по залу.

Здорово. Мне не хватало только того, чтобы стать объектом всеобщего внимания. Я закусила губу, чувствуя, как в ногах всё ещё вибрируют остатки напряжения.

Меня спасла обновленная табличка с результатами. Но в отличие от первого этапа, здесь не было цифровых оценок. Только зелёные и красные отметки: «Пройдено» или «Не пройдено».

Я прищурилась, быстро пробежав глазами по списку. Моё имя стояло в ряду с зелёной галочкой.

Пройдено.

Я облегчённо выдохнула.

Но мой взгляд тут же зацепился за девушку чуть дальше по коридору. Она стояла, опершись на стену, и тихо всхлипывала, сжав кулаки.

Она не прошла.

Я отвела глаза, чувствуя неприятный ком в горле.

— Майя! — рядом оказалась Ланайя, как всегда энергичная и оживлённая. — Ну что, как тебе второй этап?

— Жестковато, — призналась я, тряхнув головой, чтобы выкинуть из неё мысли о плачущей девушке и о странном дракарианце.

— Ну ещё бы, — хмыкнула Ланайя, облокотившись на перегородку. — Хоть старшекурсникам не надо с этим возиться.

Я нахмурилась.

— У них нет тестирования?

— Только если они хотят поменять состав квадры, — ответила она.

Я резко повернулась к ней, всматриваясь в её лицо.

— Значит, Кардан сам захотел обновить свою группу?

Ланайя фыркнула.

— А, нет, не сам. Им пришлось. Ректор настояла.

— Почему?

— Они раньше были вчетвером, с Рафаэлем. Но он поехал на практику в Дракар, — пояснила она, пожав плечами. — Как и все, кто был с дракарианцами до сих пор.

Я замерла.

Много ли в Академии дракарианцев?

Тот, кто поймал меня хвостом перед столовой…

Вдруг это был Кардан?

Меня передёрнуло от этой мысли. У такого будет сложно что-либо украсть, такому скорее сама отдашь всё, что лежит у тебя в карманах.

— А ты что, тоже хочешь к ним в «золотую квадру»? — усмехнулась Ланайя, покосившись на меня.

Я растерянно моргнула, но ничего не успела сказать.

— Да не стесняйся ты так, — рассмеялась она. — Туда все хотят.

Я перевела дыхание, стараясь не выдать, что эта тема зацепила меня куда сильнее, чем я того желала.

— Пошли, проведу тебе экскурсию по Академии, пока не начался третий этап, — предложила Ланайя, чуть наклонив голову.

— Я не могу уйти, вдруг третий этап начнётся, — я оглянулась в поисках куратора, но преподавательницы нигде не было.

— Ты, кстати, как с боёвкой? — Ланайя подозрительно меня оглядела.

Я молча покачала головой.

— Понятно, жаль, — хмыкнула она. — Ну, с другой стороны, у тебя всё равно не было шансов. Дракарианцы выбирают только парней. Причём очень сильных.

Гарр…

Значит, мой план с самого начала был провальным?

Я уже собиралась ответить, но тут мой гим завибрировал на запястье, вызвав мгновенный прилив адреналина. Не привыкла, что у меня вообще есть гим, да тем более такой навороченный.

Передо мной всплыло сообщение:

Я торопилась к блоку № 3 и никак не могла перестать нервничать.

Я прекрасно понимала, что симуляции — это одно, а реальные испытания — совсем другое. У меня не было тренировок на специальных платформах, я не проходила курсов выживания, как дети из богатых семей, не училась с детства в элитных школах с расширенной физической подготовкой.

Но я… я выжила на Зайтерии. Это что-то да должно значить!

Я сжала пальцы в кулаки, стараясь сосредоточиться на дыхании.

Справлюсь. Надо просто сосредоточиться.

Но вот что отвлекало меня больше всего, так это воспоминание о Торнеке Суорне.

Его высокий, мощный силуэт. Его голос, низкий и чуть хриплый, в котором звучало что-то… странное. Не угроза, не насмешка, а скорее… беспокойство?

Его глаза.

Чёрные, глубокие, проницательные.

Хвост, который плавно двигался из стороны в сторону, пока его хозяин смотрел на меня.

Я резко покачала головой, отгоняя странные мысли.

Какого Гарра я вообще думаю о нём? Тем более в таком ключе. Если и думать о дракарианцах, так только о том, что они могут откуда-то знать, зачем я здесь. Иначе, почему они обратили на меня внимание.

Мне нужно сконцентрироваться на испытании.

Я ускорила шаг, догоняя остальных курсантов.

Блок № 3 оказался ещё больше, чем я ожидала.

Высокий куполообразный зал, освещённый встроенными в стены световыми панелями, напоминал настоящий тренировочный центр. Огромная полоса препятствий растянулась от одной стены до другой: металлические платформы, вертикальные стенки с выступами, тоннели с изменяющейся гравитацией, сетки, которые нужно было преодолеть без помощи рук. Вдалеке я видела финальную часть испытания — длинную беговую дорожку с двигающимися платформами.

Курсанты собирались у стартовой линии, переговариваясь между собой. Некоторые выглядели уверенными, другие — нервничали так же, как и я.

Где-то в стороне я заметила Ланайю, болтающую с кем-то из старших курсантов. Она встретилась со мной взглядом и одобрительно кивнула, поднимая вверх большой палец.

— Внимание, курсанты! — раздался голос инструктора, и это оказался тот самый преподаватель, который наорал на меня в капсуле для тестирования. — Практическое испытание на скорость, ловкость и выносливость начинается через три сотых! Ваша задача — преодолеть полосу препятствий за минимальное время. Нарушение правил ведёт к снятию баллов. Удачи!

Я глубоко вдохнула.

Просто двигайся. Просто не сдавайся.

Когда стартовая панель вспыхнула зелёным, я рванула вперёд, а вместе со мной и другие первокурсники! И это была ошибка. Надо было рассчитать свои силы и двигаться в своём темпе!..

Но испытание началось, и курсанты стали толкать друг друга, желая быть первыми. Я постаралась никого не задевать, но одна девчонка всё-таки ткнула меня локтем в живот!.. Белые волосы только и мелькнули впереди, когда я смогла разогнуться и продолжить свой путь уже в отстающих.

Меня ожидало множество низких барьеров, через которые нужно было перепрыгивать, а также тоннели, через которые приходилось проползать. Ничего сложного. В какой-то момент я даже почувствовала азарт. Кажется, у меня получалось!

Затем начались подъёмы.

Я схватилась за край гладкой стены и, немного подтянувшись, перекинула ногу наверх. Движения были быстрыми, чёткими — тело само знало, что делать. Я не раз убегала от хулиганов, перемахивая через заборы, мне не привыкать!

Я прыгнула вниз, перекатилась, чтобы смягчить удар, и тут же снова рванула вперёд, и сейчас дыхалка у меня уже сдавала.

Следующий этап: тоннель с изменяющейся гравитацией.

Как только я шагнула внутрь, ноги моментально стали легче. Гравитация снизилась, но не исчезла полностью. Нужно было передвигаться быстрыми, точными рывками, иначе можно зависнуть в воздухе и потерять время.

Рядом со мной курсант потерял контроль и завис, отчаянно пытаясь ухватиться за стену. Мне же удалось пройти тоннель достаточно быстро.

Выход.

Я выпрыгнула из тоннеля и снова оказалась в обычной гравитации.

Осталось совсем немного. Осталось совсем немного!

Я ловила дыхание ртом, но я уже видела последнюю секцию испытания — движущиеся платформы. Это был бег по узким дорожкам, которые двигались в хаотичном порядке, иногда меняя направление. Бег… Я точно не смогу.

Спокойно. Рассчитывай движения.

Я прыгнула на первую платформу, затем на следующую, держась в равновесии. А вот на третью…

Удар!

Я не сразу поняла, что произошло. Меня задело сбоку, и я потеряла равновесие.

Моё тело дёрнулось, я попыталась ухватиться за край платформы, но пальцы сорвались.

Я упала.

Удар о мягкое покрытие амортизировал падение, но удар пришёлся на бок, и из лёгких выбило воздух.

Я закашлялась, перекатываясь на спину.

Рядом со мной, на краю платформы, стояла девушка. Та, с белыми волосами. Худощавая и высокая. Она стояла, скрестив руки, с самодовольной ухмылкой.

— Ой, прости, не заметила, — протянула она, даже не скрывая насмешки.

Я стиснула зубы.

Пока я приходила в себя, она перепрыгнула на следующую платформу и скрылась из виду.

Я сжала кулаки.

Гарр.

Гаррский Гарр!

С трудом поднявшись, я встряхнула голову и снова рванула вперёд.

Финишная черта

Боль отдавалась в боку, дыхание сбилось, но я продолжала двигаться.

Прыжок.

Платформа.

Рывок.

Последний барьер.

Я пересекла финишную черту и тут же наклонилась, упираясь руками в колени, пытаясь отдышаться.

Вокруг слышались голоса. Кто-то обсуждал своё время, кто-то ругался, а кто-то радовался, что хорошо справился.

Ланайя подошла ко мне.

— Эй, ты в порядке? Я видела, как эта белобрысая тебя столкнула!

— В норме… — сказала я, восстанавливая дыхание, — а что ты здесь делаешь? Я думала, ты пошла на занятие.

— Это и есть задание. Адмирал Шарх привёл нас рассмотреть ошибки новичков, — весело усмехнулась она.

— Ммм, — уныло протянула я. — По моим ошибкам, должно быть, можно целую диссертацию написать.

Ланайя засмеялась.

— Нет, что ты. Ты нормально справилась. Не так круто, как с первым этапом, но и не провально. Тебя поднатаскать, и будешь отличным курсантом. А вот белобрысая точно получит штрафные за нарушение правил.

— Это радует, — пожала плечами я.

И тут к нам подошёл недовольный профессор.

Я всё ещё пыталась отдышаться, когда к нам решительно направился тот самый преподаватель, который уже успел накричать на меня во время тестирования.

— Курсант Солаис! — его голос прозвучал резко, громко, и заставил меня моментально выпрямиться.

Ланайя тоже напряглась.

— Вы нарушили правила! — продолжил он, сверля меня пристальным взглядом.

Я моргнула, пытаясь понять, о чём он говорит. Неужели он знает, что я задумала воровство? Неужели узнал, что это не я оплатила проезд и одежду? Неужели…

— Какие правила? — осторожно спросила я.

— Вы сорвались с платформы и не завершили испытание корректно. Согласно регламенту, это расценивается как неудачная попытка.

— Что? — я даже шагнула ближе, не веря своим ушам. — Я же дошла до финиша! Разве это не главное?

Преподаватель прищурился.

— Вы допустили падение. Это ошибка. А ошибки в реальных условиях могут стоить жизни.

Майя в душе

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри всё закипает.

— Но меня толкнули! — повторила я, чуть громче, чем собиралась.

Преподаватель не моргнул.

— Где доказательства? — его голос был безразличным, словно всё уже решено.

Я резко обернулась к Ланайе.

— Курсант Ланайя Верн, готова подтвердить факт нарушения правил тестирования курсантом первого курса с пепельно-белыми волосами.

Но этот ужасный препод только покачал головой.

— Без видеозаписи или официального рапорта подтверждение не принимается.

Я вцепилась пальцами в край спортивной куртки. Значит, белобрысой это так просто сойдёт с рук?

— Но тут целая толпа людей, многие видели, что она меня толкнула! — запротестовала я.

— Ещё одно слово без разрешения старшего по званию и вы вообще лишитесь права участвовать в распределении в квадры, — выдавил он.

Я сжала зубы.

— Вы всё равно прошли испытание, — добавил преподаватель, не обращая внимания на моё напряжение. — Но оценка будет соответствующей, приготовьтесь к этому. Ожидайте результатов по трём этапам. Итоговые списки будут объявлены в главном зале.

Я стараясь не показать разочарование.

— Можете идти.

Я ещё раз посмотрела на него, затем развернулась и, с трудом сдержав злость, направилась к выходу.

Ланайя догнала меня через несколько шагов.

— Не злись, Майя. Белобрысая сама себя подставила. Её уже обсуждают. Если ещё раз так сделает — её выкинут.

— Это мне не поможет, — процедила я, чувствуя, как внутри разгорается огонь.

Ланайя засмеялась.

— Ты мне всё больше нравишься. Но пока забудь про неё. Пошли скорее, снимем с тебя спортивную форму. Сейчас все соберутся в общем зале, будем обсуждать новые составы квадр!

— А часто все курсанты собираются в общем зале?

— Только в начале и в конце учебных семестров.

Мне в голову пришла ужасная мысль. Если все будут в зале, я могу уже сейчас попытаться пробраться в комнату Кардана и украсть передатчик…

— Не парься, Майя, — усмехнулась Ланайя, идя рядом. — Этот Шоррен вечно находит, к чему придраться. В прошлом году он снял баллы у парня только потому, что тот неудачно приземлился после прыжка.

Я только покачала головой, всё ещё ощущая лёгкую дрожь в ногах после испытания.

— Ну, отлично, — буркнула я. — Ещё один человек, который меня недолюбливает.

— А ещё один дракарианец, который тобой интересуется, — ухмыльнулась она.

Я резко повернула голову к ней:

— О чём ты?

— Да ну, не прикидывайся! — хихикнула она. — Торнек Суорн, тот самый хвостатый, ворвался к тебе в симуляцию, а теперь следил за испытаниями. Причём очень внимательно.

— Нет… — неуверенно возразила я. — Ты всё придумываешь.

— Ага, конечно, — протянула Ланайя с усмешкой. — Уверена, что если ты попросишь у него частные тренировки, он не откажет.

Она мне хитро улыбнулась.

— Хватит, — отмахнулась я. — Давай лучше доберёмся до комнаты, я хочу смыть с себя пот и переодеться.

Ланайя весело фыркнула, но ничего не ответила.

Мы добрались до жилого блока через несколько сотых. Когда дверь плавно отъехала в сторону, я сразу ощутила уже знакомый уют нашей комнаты. Она всё ещё казалась слишком чистой, слишком просторной по сравнению с тем, к чему я привыкла на Зайтерии, но постепенно это место начинало ощущаться… чем-то близким.

А зря. Больно будет сбегать.

А мне придётся.

Придётся сбежать уже сегодня, если всё сложится удачно.

С этими мыслями я первым делом отправилась в душ. И о Гарр как приятно было расслабится в тёплой воде! Вышла только когда Ланайя позвала в третий раз.

— Лана, иди вперёд, я тебя догоню! — сказала я, и соседка, кажется, согласилась.

Да, так хорошо… Не придётся ничего ей объяснять, когда я исчезну, чтобы попытаться взломать замок жилого блока Кардана…

Белоснежная рубашка, тёмно-синяя юбка — аккуратные, как будто я никогда их не надевала, ожидали меня на полке. Вот это ткань конечно! Технологичная и приятная на ощупь.

Я одевалась нервно. Конечно, не каждый же день идёшь на воровство.

Мышцы протестующе ныли. После тёплого душа хотелось есть и спать. Я потянулась, разминая плечи, и всё-таки постаралась взять себя в руки.

Первым делом я по спец каналу связалась с Мордоном.

— Мне нужен адрес его жилого блока. И как хотя бы примерно выглядит передатчик?

Ответа не пришлось ждать долго. И я разочарованно получила и изображение маленького устройства и этаж и номер комнаты Кардана. А ведь, если бы люди Мордона не прислали это мне, можно было бы сделать вид, что я не виновата, они сами плохо подготовились… Но нет. информация уже у меня, а значит, пора за работу.

Я побросала самые необходимые вещи в сумку, легко превращающуюся в рюкзак. То, что надо, если придётся сбежать. И вышла из комнаты.

В коридорах царило всеобщее оживление, студенты стекались к главному залу. И хорошо. Мне бы главное не попасться на глаза дракарианцам… Этот Тор же явно что-то обо мне знает, раз ходит за мной по пятам.

Что же. Пришло время оправдать его опасения.

Я вздохнула и перешла в нужное крыло корпуса. К местным интерьерам я привыкла, а карты изучила заранее, так что добраться до необходимого блока не составило мне большого труда. На этаже уже никого не было, так что я принялась за работу над замком.

Ух пришлось попотеть. Академия была слишком хорошо защищена, слишком продумана. Любое несанкционированное проникновение сразу фиксировалось системой безопасности. Но мне нужно было это сделать. Ради сестры.

Я глубоко вздохнула и вытащила из кармана миниатюрное устройство — небольшой импульсный разрядник, который я собрала ещё на Зайтерии. Он был рассчитан на короткое подавление сигналов, а если ввести правильный алгоритм — можно было на секунду отключить защитный протокол.

Я подцепила разрядник к нижнему краю панели и активировала подачу энергии. Голографический экран мигнул, но не отключился.

— Чёрт…

Тогда я сделала вторую попытку — вручную набрала серию команд, которые могли бы обойти систему, и ввела базовую комбинацию сброса, которую использовали на Зайтерии для дешёвых систем охраны.

Голограмма замерла.

«Ошибка протокола. Повторите попытку.»

Гарр!

Ладно, нужно быстрее.

Я вытащила второй инструмент — тонкую нано-проволоку, которая при правильном введении могла заставить систему подумать, что я уже внутри, а значит, блокировка снимется сама.

Осторожно вставила её в боковой разъём сенсора, надавила чуть сильнее…

Щелчок.

Дверь мигнула зелёным.

«Доступ подтверждён. Открытие.»

Я сжала губы в довольной усмешке.

Курсант Майя Солаис, ты всё ещё умеешь делать невозможное!

Я не знала, сколько у меня времени, но точно понимала — каждое лишнее мгновение увеличивает риск быть пойманной. Поэтому я быстро оглянулась, чтобы убедиться, что за мной никто не следит, затем глубоко вдохнула и вошла внутрь.

Помещение оказалось больше, чем мой собственный жилой блок. Внутри царил полумрак — свет включался автоматически, но здесь явно кто-то отключил датчики. Лишь тусклый отблеск из-за плотных, тёмных занавесок освещал комнату.

Воздух был другим. В нём витал слабый, но отчётливый терпкий аромат, напоминающий смесь металла, камня и чего-то тёплого. Я застыла, какой же приятный запах… Так, Майя соберись!

Вдоль стены располагался широкий стол, на котором лежало несколько металлических предметов — явно запчасти или оружейные компоненты. Я подошла ближе, бегло осматривая вещи. Металлические детали, инструменты, какие-то электронные платы… Всё, что угодно, но не передатчик.

Чуть дальше я заметила стену с голографическими экранами — кто-то часто просматривал отчёты, возможно, боевые записи или технические данные.

Осмотр блока занял у меня меньше одной сотой, но и этого было слишком много! Передатчик! Где он может быть?

Я старалась двигаться быстро, но осторожно. Любое неверное движение, неосторожный шум — и моя миссия провалена.

Осторожно открыла один из контейнеров на полке. Внутри — сложенные флеш-процессоры, какие-то личные записи. Не то.

Я потянулась к тумбе у кровати, открыла первый ящик и увидела его! Зарядное устройство для такого типа чипов, как передатчик, который я ищу! Это воодушевило меня, значит, передатчик где-то рядом! Я стала судорожно осматривать тумбочку, но больше ничего не находила.

Метнулась к спальному месту, наверняка передатчик могли забыть где-то здесь, и тут я увидела его! На полу за спинкой дивана!

Вот это удача!

Неужели я смогу выполнить задание Мордона⁈

Я перегнулась через спинку дивана, чтобы достать упавший чип и отчаянно тянула руку, чтобы схватить его с пола, когда услышала низкий, пробирающий до нутра голос дракарианца: — И кто это у нас здесь?

Попалась.

Это конец.

Сердце будто захлебнулось, а во рту пересохло. В висках стучало, мысли хаотично метались, пытаясь найти выход, но выхода не было.

Я дёрнулась, но сильная рука надавила на поясницу, заставляя прогнуться вперёд, и в ту же сотую толстый хвост обвил бедро, скользнув кончиком выше, туда, где заканчивалась юбка.

Я вздрогнула, рвано втянула воздух, судорожно пытаясь понять, насколько всё плохо.

Очень плохо.

Сейчас меня отправят в изолятор. А когда разберутся, зачем я здесь… Я даже не спросила у Мордона, зачем ему этот передатчик. А если вдруг эта кража классифицируется как измена Империи? Гарр, тогда мне останется только молиться, чтобы смерть была быстрой.

— Майя… — низкий, пробирающий голос Тора прозвучал слишком близко.

Меня одним плавным, контролируемым движением развернули, усаживая на диван, будто я ничего не весила.

Какой же он привлекательный, этот дракарианец. Воинственный, сильный, красивый… Повезло наверное его избраннице, с таким ничего не страшно.

А я вот тряслась от страха. В руках я до последнего сжимала передатчик, как свою последнюю надежду, но пальцы вспотели, предательски скользя по гладкому корпусу устройства.

Пора врать. Пора спасать свою жизнь и жизнь моей сестры. Мордон же убьёт её, ему это ничего не стоит!

Но язык будто не слушался.

Тор был не один. Сзади него было ещё двое. Тот самый дракарианец, который поймал меня у столовой своим хвостом, и ещё один, хмурый и недовольный, он сложил руки на груди и пристально меня разглядывал.

Всё казалось неправильным — начиная с их напряжённых взглядов, заканчивая воздухом, который стал тяжёлым, терпким… слишком дракарианским.

— Ммм… Как сладко ты пахнешь, — лениво протянул тот самый, который поймал меня у столовой. Его голос был мягким, почти ласковым, но от этого мне стало только страшнее. — Ты был прав, Тор. действительно не оторваться. Где купила дракарианские феромоны, Майечка?

Майечка? Феромоны? Я моргнула. Что?

— А главное — зачем? — он приблизился, и его хвост, который до этого спокойно лежал на полу, легко коснулся моей лодыжки, обвивая её небрежно, но с чётким намёком: я могу крепче.

Меня бросило в жар.

— Я не Майечка, Майя, — испуганно пропищала я.

— А я Мэй, Мэйвар, милая, будем знакомы.

Нет. Нет! Не будем!..

— Вряд ли это феромоны, — раздался третий голос, резкий, авторитетный.

Я почувствовала, как воздух в комнате стал ещё плотнее, напряжённость сгущалась, словно перед грозой.

Я знала, кто это.

Кардан Райр.

Великий и ужасный. Тот, в чью квадру мечтают попасть лучшие курсанты Имперской Академии.

И теперь он стоял прямо передо мной.

— Скорее, это волновой чип, — заключил он. — И очень мощный. Меня тоже кроет от неё.

Что⁈ Что значит «кроет»⁇

Я вскинула голову, глядя на него в полном недоумении. Он думает, что я… каким-то образом влияю на них?

Он шагнул ближе.

— Отключи его, — приказал глухо.

Отключить что?

Я судорожно сглотнула. Он серьёзно? Он… Он думает, что я каким-то образом управляю их реакциями?

Кардан взял меня за подбородок.

Его пальцы были сильными, горячими, и от этого прикосновения у меня резко закружилась голова. Захтелось податься вперёд и… Гарр!.. Кажется, я поняла, что значит «кроет»!

Он изучал меня, словно разбирал по частям, высчитывал каждую эмоцию, каждый вдох, каждый удар сердца, а я таяла…

И мне становилось ещё страшнее.

Я до боли сжала передатчик, будто он мог меня защитить.

— Что у тебя там? — голос Тора был низким, бескомпромиссным.

— Н-ничего!

Отлично, Солаис. Просто браво! Надо было учиться врать лучше!

Но кто же знал, что врать придётся в условиях, когда меня будут окружать такие мужчины⁉ Я сглотнула и рвано выдохнула. Кардан прищурился.

— Ничего, значит? Тогда покажи.

Его хвост скользнул по моему запястью, вынуждая меня разжать кулак и поднять руку.

Гарр.

Спасибо, Вселенная. Это была интересная жизнь! Тяжёлая, несправедливая, но интересная!

— Отдай. — Тор говорил спокойно, но в его тоне слышалась сталь.

Я рванулась, попыталась встать, но их хвосты ловко, уверенно поймали меня, сжимая так, что я застыла.

Кожа к коже.

Тепло.

По позвоночнику пробежал холодный разряд, который через сотую сменился обжигающим жаром.

Ноги ослабли.

Гарр…

Я никогда не чувствовала ничего подобного.

Меня удерживали нежно, но так крепко, что в какой-то момент стало казаться: не физическая сила заставляет меня замереть, а что-то другое.

Я задыхалась.

Голова кружилась.

Мир вокруг сузился до их рук, хвостов и тяжёлого воздуха, в котором теперь не осталось кислорода.

— Ах, неженка… — прошептал Мэй, касаясь дыханием моего уха.

Я вздрогнула.

Моё тело отреагировало.

Передатчик выпал из ослабевших пальцев, глухо стукнувшись о пол.

— Ты даже не представляешь, во что влезла, сладкая, — тихо проговорил Мэй, поднимая устройство.

В его голосе не было злости.

Только опасность и… желание? Они тоже чувствовали это⁈

И его хвост, тёплый, сильный, скользнул выше — под мою юбку, заставляя меня громко ахнуть.

— Расскажешь всё сама или тебе помочь?

Я судорожно сглотнула, не смея пошевелиться.

Хвосты дракарианцев ощущались каждой клеточкой моего тела. Всё оно горело от их прикосновений, воздух не хотел протискиваться в лёгкие, и мне казалось, что я вся пропиталась терпким, обволакивающим ароматом дракарианцев.

Мозг всё ещё работал где-то на фоне этого безумия. Если они сейчас вызовут службу безопасности, то всё — дело закрыто. Мне конец.

Я сделала единственное, что могла.

— Я просто искала… — ГАРР, что я там хотела сказать⁈ —.. специфический учебный материал!

Трое дракарианцев уставились на меня с выражением крайнего скепсиса. Да, самоконтроль у них точно был получше моего!

Тор, который всё ещё сидел слишком близко, чуть прищурился.

— Учебный материал? — его голос звучал так, будто он прямо сейчас пытается удержаться от смеха. — В моей комнате?

— В-вашей? — удивлённо спросила я, поднимая на него взгляд.

Лучше бы я этого не делала.

Торнек Суорн.

Он был… властным. Мне казалось, что пространство вокруг него сжалось, подчиняясь его присутствию.

Чёрные волосы, слегка растрёпанные, но каким-то образом выглядящие идеально. Тёмные глаза, в которых вспыхивали странные искры, будто он всегда находился на грани между ленивой насмешкой и смертельной опасностью. Грубые, резкие черты лица, в которых читалось не только превосходство в силе, но и какая-то звериная проницательность.

Но больше всего меня сбивал его хвост.

Толстый, мощный, он двигался плавно, размеренно, елозя по моей ноге, и в каждом его движении чувствовалась скрытая угроза. Как у хищника, который ещё не решил, стоит ли ему атаковать. Хвост будто выдавал эмоции, которые Тор скрывал с пугающим мастерством.

Я вдруг поняла, что этот дракарианец… он не был просто курсантом. Он был кем-то большим. Опасным. Все они… Во что Мордон впутал меня?

— Так это ваша комната? — спросила я, почти даже не заикаясь, впору гордиться собой.

— Да, милая, я тоже удивился, когда увидел тебя кверху аппетитной задницей на своём диване.

Новый прилив стыда. Кажется, с ними я не перестану краснеть!

Так это не была комната Кардана? Это была комната Тора… И передатчик не тот? Какой ужас…

Кардан нахмурился, Тор усмехнулся, словно наслаждаясь моей растерянностью.

— А в чью комнату ты хотела попасть? — спросил он.

— Ну… мне было без разницы, — ответила я, возвращая себе способность говорить. — Нужна была комната любого старшекурсника! У вас точно есть доступ к более сложным данным! А мне… мне просто очень хотелось подготовиться к занятиям заранее. Я новенькая, а тут такие требования! Вы ведь знаете, как это тяжело!

Я посмотрела на Кардана, надеясь, что он разделяет моё «отчаяние курсанта».

Но он только скрестил руки на груди, глядя на меня сверху вниз, как будто собирался раскусить каждую ложь, слетающую с моих губ.

— Правильно ли я понимаю, что ты взломала замок чужого жилого блока, — холодно сказал он, — чтобы найти… учебные материалы?

— Д-да! — я сделала вид, что возмущена. — А что мне было делать? Не взламывать же учебный сервер! Вы и сами знаете, что у новичков доступ ограниченный!

Я несла какую-то чушь, но что мне ещё оставалось?

— Мэй, ты слышал? — хохотнул Тор, и второй дракарианец тоже засмеялся.

— И что за материалы ты искала? — лениво спросил Мэй, явно развлекаясь ситуацией, а его хвост так и норовил забраться повыше, под юбку моей учебной формы!

— Ну… эээ… — я прикусила губу, пытаясь в этих условиях придумать что-то правдоподобное. — Военную тактику! Боевую стратегию дракарианцев. У меня очень плохо с практическими заданиями, так что решила, что надо учиться у лучших!

Мэй хмыкнул. Меня окутало волной его аромата, и разум на мгновение одурел.

— Флиртуешь, сладкая? — спросил он, и его губы изогнулись в усмешке. — Пытаешься задобрить?

— Что?.. — спросила я вяло, думая о том, какие же у него губы… — Никак нет, курсант М-м-мэй! Я исключительно по учебным причинам!

— Конечно, — протянул он, и его хвост с ленивым движением скользнул по внутренней стороне моего бедра.

Мне казалось, что я задыхаюсь. Ну почему они все такие? Высокие, мощные, давящие одним присутствием! И почему они не могут просто отдать мне этот проклятый передатчик и разойтись?

РАЗОЙТИСЬ!..

Мэй ещё раз шевельнул своим хвостом, и я закусила губу, чтобы не застонать.

— И всё-таки, — Кардан поднял передатчик, рассматривая его в свете лампы. — Это устройство не похоже на студенческое оборудование, а ты за ним полезла даже под диван.

Я максимально искренне округлила глаза.

— А это что такое вообще? — моя лучшая маска невинности была наготове. — Я просто рассмотреть хотела, и уронила, вот и пришлось лезть за диван.

— Кверху твоей замечательной попой, — мечтательно повторил Мэй, заставляя меня жалеть о сказанном.

Кардан не отрывал от меня взгляда, явно раздумывая, раздавить меня психологически или сразу отдать на растерзание охране Академии. Я видела, как напряжённо играют мышцы на его челюсти.

— Она врёт, — сказал он ровно.

— Конечно, врёт, — легко согласился Мэй, а потом приблизился и провёл кончиком носа по моей шее. — Но знаешь, мне очень нравится, как она это делает.

— Слабоумие или смелость? — спросил Тор и погладил меня по щеке.

— Я бы поставил на комбинацию, — ухмыльнулся Мэй и потрогал моё колено.

— А я ставлю на безрассудство, — Кардан медленно приблизился, наклоняясь ко мне. Его взгляд был тяжёлым, оценивающим, каким-то слишком внимательным.

Я затаила дыхание. Ещё немного и упаду в обморок. Стану первой зайтерийкой, умершей от приступа похоти.

— Уверена, что не хочешь рассказать правду? Даю тебе последний шанс, — голос Кардана опустился на низкий регистр, опасный, завораживающий.

И ещё этот запах… Я схожу с ума.

— Я уже сказала правду! — резко выдохнула я, пытаясь очнуться от странного притяжения. — Я хотела учебные материалы! Нашла эту штуку, испугалась, выронила, подняла! Всё!

Гарр. Это худшая ложь в моей жизни. Если бы кто-то ляпнул такое в лицо Мордона, он бы просто рассмеялся и лично отправил его в перерабатывающий цех. И не работать, а как сырьё для переработки!

Я знала, что мне не поверили. Я видела это. Но спустя мучительно долгие сотые Кардан вдруг выпрямился и озвучил свой вердикт…

— Пусть идёт, — сказал Кардан спокойно.

Я резко моргнула.

Мэй весело свистнул, неохотно убирая свой хвост.

— Повезло тебе, сладкая.

Я посмотрела Тору в глаза, он тоже с сожалением убрал хвост. Я ещё секунду сидела в полном ступоре. Это… всё? Они меня не сдадут? Я могу просто уйти? Поверили?

Я медленно поднялась, ноги дрожали, руки тоже, я не была уверена, что смогу унести отсюда ноги. Осторожно обошла Кардана Райра по дуге, словно тот мог передумать в любую сотую. Шаг. Ещё один. Дыхание перехватило, но я заставила себя двигаться.

Не беги.

Не показывай, что боишься.

Двинулась к двери, каждое мгновение ожидая подвоха. Ещё немного. Ещё…

— Извините за беспокойство… — проблеяла, когда дверь разъехалась в стороны, выпуская меня в коридор.

— Это не последняя наша встреча, Майя, — весело хмыкнул Мэй, выделяя моё имя особой интонацией.

Я сделала шаг за порог. Ещё один. Ещё…

Мою спину прожигали три пары глаз. Я чувствовала это спиной, затылком, жжжж… пятой точкой, пока дверь жилого блока Тора не закрылась.

Тишина.

Я стояла в пустом коридоре, одна, в полной невозможности осознать, что только что произошло.

Они меня отпустили.

Отпустили!

Шок ударил по мне волной. Я резко выдохнула, схватилась за стену, чтобы не упасть.

Я жива.

Я не в изоляторе.

Я не в камере.

Я свободна.

Постаралась сосредоточиться только на дыхании.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

И не забывать передвигать ногами!

Сердце стучало так громко, что заглушило всё вокруг, пока я поспешно двигалась в сторону лифта. Я даже не сразу поняла, что он приехал, просто не услышала оповещающего звонка.

Я забежала внутрь, едва не врезавшись в стенку, и схватилась за поручень, только сейчас осознавая, насколько я трясусь. Одна! Двери захлопнулись, кабина понесла меня, взбудораженную и разгорячённую, вниз в сторону общего зала.

Наконец, я выдохнула, не веря своему счастью. Я провела ладонями по лицу, пытаясь успокоиться. Моё тело всё ещё горело от их прикосновений. От их взглядов. От их присутствия.

Гарр, я же едва могла думать!

Но они знали, что я лгу.

Я видела это в их глазах. В каждом движении, каждом слове, каждом взгляде.

Они знали.

И всё же отпустили меня.

Когда мозг немного остыл, я осознала, что теперь у меня была проблема посерьёзнее. Эти трое опасных мужчин, от присутствия которых мой мозг переставал работать в нормальном режиме, прекрасно знали, что я лгу, и всё же они отпустили меня.

Главный вопрос: зачем?

Лифт мягко остановился. Я сделала глубокий вдох и вышла в общий коридор, ведущий к главному залу Академии, где уже опубликованы списки квадр и троек.

Толпа курсантов. Голоса. Жизнь текла обычно, никто даже не догадывался, что я только что чуть не сгорела заживо под чужими взглядами.

В зале уже собралось множество курсантов. Гигантская голограмма дрожала в воздухе, обновляя список имён и баллов.

Я встала на цыпочки, пытаясь разглядеть своё имя.

Кардан Райр — 99,3.

Торнек Суорн — 98,7.

Ларен О'Тео — 98,5.

…

…

…

Майя Солаис — 91,0.

Я сжала губы. Если бы не падение, я могла бы попасть выше.

91,0.

Этого наверняка недостаточно, чтобы попасть в квадру дракарианцев. И хорошо! Мне надо держаться от них подальше! Передатчик надо выкрасть, когда они будут на каком-нибудь выездном задании или… да я не знаю, когда! Но явно, когда их не будет поблизости.

— Майя, а вот и ты! — Ланайя хлопнула меня по плечу. — Да всё в порядке, не золотая квадра, но всё равно в топ-10!

Она поняла моё растерянное состояние по-своему. Я кивнула, но не могла отделаться от странного чувства.

— А вот и твоя подружка, — хмуро сказала Ланайя.

Я обернулась и увидела её. Белобрысую. Она стояла у края толпы и с ухмылкой смотрела на экран. Но стоило ей заметить меня, как выражение её лица изменилось.

Что-то было в её взгляде. Какое-то… недовольство?

Она ожидала, что я вообще не попаду в список?

Я не отвела глаз. Наконец, она хмыкнула и отвернулась.

Ланайя усмехнулась.

— Она явно тебя недооценила.

Я не ответила.

Тут раздался звонкий голос инструктора:

— Внимание, курсанты! В ближайшие сотые вам придут уведомления о распределении в квадры. Следите за своими гим-браслетами!

Мой гим тут же завибрировал.

Я взглянула на экран.

Курсанты столпились в главном зале Академии, переговариваясь в возбуждённом гуле. В воздухе витало волнение — первые учебные дни, новые знакомства, первые назначения в квадры. У кого-то радость, у кого-то злость, у кого-то разочарование.

Я стояла в самом конце зала, сжимая в руках гим-браслет, на голограмме которого всё ещё мерцало это дурацкое сообщение:

Я стояла в центре тренировочного зала, изо всех сил демонстрируя, что мне нисколечки не страшно, и мои колени не готовы предательски задрожать.

Трое дракарианцев пристально наблюдали за мной, будто оценивая товар на торгах. А я в своей белой немного помятой рубашке и тёмно-синей юбке чувствовала себя почти голой.

Торнек Суорн медленно поднял руки, ухватился за края форменной куртки и неторопливо расстегнул её. Движения были размеренными, ленивыми, но в то же время в них сквозила такая уверенность, от которой по коже пробежали мурашки.

Он даже не смотрел на меня в этот момент, но я чувствовала, что он делает это нарочито спокойно, давая мне время осознать каждый момент.

Его хвост медленно двигался за спиной.

— Готова?

Нет.

Мне придётся драться с ним? Я же в юбке…

Не готова.

Но выбора нет.

— Готова, — сказала я, стараясь говорить ровно.

Тор ухмыльнулся.

Когда он скинул куртку, под ней оказалась тонкая облегающая рубашка, подчёркивающая каждый рельефный изгиб его тела, повторяя контуры крепких мышц.

Я сглотнула.

Почему же на нём форма сидит так идеально?

Тор лениво ухватился за край рубашки и потянул её вверх. Вот подлец!

Я отвела глаза, но всем существом чувствовала, как обнажается его тело. Его широкие плечи. Сильные руки, покрытые тонкими боевыми шрамами…

На миг я забыла, как дышать.

Рубашка упала на пол, я прикусила губу и подняла взгляд.

Чёрные, глубокие, как бездонная космическая бездна, его глаза встретились с моими. Он смотрел на меня долго, оценивающе. А потом… ухмыльнулся.

— Всё запомнила, милая? — его голос был низким, тёплым, с той самой ленивой хрипотцой, от которой у меня по коже пробегали мурашки.

Я резко отвела взгляд, чувствуя, как горят щёки.

Гарр, как же он красив.

— Начинай.

Я немного согнула колени и начала плавно двигаться, пытаясь понять, как вообще с ним взаимодействовать. Тор тоже двигался плавно, размеренно, как настоящий хищник. Я не дура, я знала, что у меня нет шансов. Он был выше меня минимум на две головы, сильнее, быстрее и явно опытнее. И он без рубашки! Это отвлекало и сильно. Но отступать было нельзя.

Я попыталась вспомнить всё, что знала о драках. Главное — не дать себя зажать, нужно использовать скорость и ловкость. Точно. Он крупный, я должна быть быстрой.

Тор сделал шаг вперёд.

Я едва успела отскочить, но он не спешил атаковать. Он дразнил меня, словно проверял, как быстро я реагирую.

Я решила, что лучшая защита — это нападение.

Развернувшись на пятке, я быстро сместилась влево и нанесла удар рукой, но он перехватил меня так легко, словно я была пушинкой.

— Не шуми так сильно, Майя, — усмехнулся он. — Ты же не хочешь, чтобы я поймал тебя быстро?

Я стиснула зубы.

Рывком выдернув руку, я развернулась и ударила ногой. Он блокировал, даже не пошатнувшись.

— Хорошо, — одобрительно протянул Мэй, наблюдая из-за спины Кардана.

— Но недостаточно, — добавил Кардан.

Будто я сама не знаю.

Я снова атаковала, используя всё, что знала о драках на улице. Уклоны, удары, даже попыталась поставить подножку, но Тор играл со мной, не спеша отвечать. Без намёка на усталость или даже раздражение. Он просто… смотрел, как я выкладываюсь.

Меня начало злить его снисхождение.

— Если не собираешься бить, может, уже сдашься? — сказала я, запыхавшись.

Тор склонил голову, глаза сверкнули.

— Ты этого хочешь, милая?

И в следующий миг всё перевернулось.

Я не успела даже понять, что произошло, юбка взмыла в воздух, и я уже лежу на спине, а Тор нависает надо мной.

Гарр, какой же он быстрый!

Я попыталась пошевелиться, но его хвост тут же скользнул по моей талии, фиксируя меня. Я замерла, осознавая, как близко он ко мне находится.

— Ты проиграла, — хрипло сказал он, прижимая меня бёдрами к полу.

Я чувствовала жар его тела, мощь его силы, и от этого по мне прокатилось обжигающее волнение.

Я попыталась пошевелиться, но хвост сжал меня крепче.

— Отпусти, — выдохнула я.

Тор не двигался.

— У тебя есть ещё одна попытка, — его голос стал тише, ниже.

Мэй и Кардан не вмешивались, просто наблюдали, внимательно так. Будто боялись пропустить что-то важное. Вглядывались.

Я не могла позволить себе проиграть так позорно.

Сглотнув, я резко изогнулась, пытаясь выскользнуть из хватки, но Тор только сильнее прижал меня к полу.

Майя.

Что за странное имя. Что за странная девушка.

Она была несовместима с нашей квадрой, с нашей системой, с нашими порядками. Слишком хрупкая, нежная, милая. Просто цветочек. И всё же… сейчас она лежала под Тором, растрёпанная, тяжело дышащая, с отблеском этой своей ярости в глазах. И всё во мне откликалось на её взгляд, я злился и терял контроль от осознания, насколько она одновременно и не подходит, и тьма как подходит нам!

Какого черта?

Её дыхание сбилось, губы чуть приоткрылись. Она сопротивлялась и не желала просто подчиниться. Даже понимая, что проиграла.

А Тор не собирался её отпускать. Он наслаждался поединком, затягивая момент, пробуя её на вкус, испытывая её границы. Но сейчас он зашёл слишком далеко.

И дело было даже не в ней.

А в нас.

Я сам еле сдерживался, пока она корчилась под ним, пока её тело напрягалось, пытаясь вырваться, пока её дыхание так сладко сбивалось.

Она выглядела так… вкусно.

Я стиснул зубы.

Я должен был остановить это. Прямо сейчас.

— Довольно.

Голос прозвучал резко, обрывая этот странный поединок.

Тор не двигался. Его хвост был напряжён, мышцы твёрдые, дыхание тяжелое. Он наслаждался этим моментом так же, как и Мэй, который наблюдал за происходящим с хищной улыбкой.

Её волосы, растрёпанные после спарринга, прилипли к вискам, на коже блестели капельки пота. А грудь… Тьма, какая грудь!

Белая ткань её рубашки была слишком тонкой.

А эта юбка.

Тьма её побери, эта юбка…

Вместо того чтобы выглядеть неуместно в бою, её одежда только добавляла остроты всей картине. Такой наряд на ней усиливал эффект. Он не защищал. Он не скрывал. Он выставлял напоказ всё, что должно было оставаться под броней.

Тор тоже это видел. Мэй тем более.

И мы все трое не могли не чувствовать запах Майи.

Её возбуждение, страх, адреналин — всё это смешивалось в таком тонком, таком провоцирующем коктейле, что кровь приливала не в ту часть тела, в которую должна была.

Этот аромат — не просто приятный, он сводил с ума. Он впивался в сознание, разрушая самоконтроль, вызывая в теле совершенно ненужные инстинкты.

Она пахла как…

Нет.

Я захлопнул эту мысль прежде, чем она оформилась в моей голове.

Тьма, это было неправильно, я чувствовал это каждой клеткой своего существа.

Я знал, что если не остановлю Тора сейчас, то он разложит её прямо здесь, на этом полу, в этой проклятой юбке, подрывающей всю нашу самодисциплину.

И я понятия не имел, помешаю ли я ему в этом или помогу.

Мой кулак сжался.

— Солаис, в жилой блок. Немедленно.

Она дёрнулась от моего рыка, её большие глаза расширились, губы дрогнули.

— Чт…

— Выполнять. — Я заставил себя смотреть ей в глаза, а не на её бёдра.

Она сглотнула, затем резко встала, стараясь не смотреть ни на меня, ни на Тора, ни на Мэя. Они оба тяжело дышали.

Мэй стиснул зубы, его хвост чуть подрагивал. Он смотрел на неё так, словно готов был метнуться и поймать её.

Тор вовсе не двигался. Только его зрачки были слишком расширены.

Он тоже чувствовал её запах.

Майя сделала шаг назад, затем ещё один. Её бёдра… Ммм… Я почувствовал, как моё тело сваливается в пропасть, в которую нельзя было падать.

Я должен был напомнить себе, кто она.

Кто мы.

Она развернулась. Дёрнулась, разрывая этот невидимый контакт, и быстрым шагом ушла.

Дверь закрылась.

В зале повисла тишина.

Я разжал кулак и понял, что раскрошил передатчик на мелкие кусочки. Теперь придётся добывать новый…

— Ты заигрался, Тор, — мой голос был ледяным.

Он медленно повернулся ко мне. Его взгляд всё ещё был наполнен звериным голодом.

— Зато какая игра, — хрипло усмехнулся он, но даже не пытаясь скрыть своего состояния.

— В следующий раз сдерживай себя, — прошипел я.

— Ты сам едва сдержался, — бросил Мэй.

Я проигнорировал это.

Мои эмоции не их дело.

Я вздохнул, чтобы очистить мысли.

Мы все трое были в одном состоянии.

На грани.

— В душ, — приказал я, поворачиваясь к выходу.

Иначе это напряжение не спадёт.

Вода обжигала, но даже она не могла полностью убрать этот проклятый притягательный запах. Её запах. Он будто въелся в мои мозги и стал частью меня самого.

Я закрыл глаза, пытаясь очистить голову, чувствуя, как горячая вода спускается по спине, расслабляя мышцы. Но вместо расслабления я видел её.

Растрёпанную. Горячую. Напряжённую.

Она была неправильной.

Она не должна была так пахнуть.

Её запах…

Я чувствовал его повсюду.

Это было ненормально.

Я знал запах женщин, когда они возбуждены.

Но это…

Это было сильнее.

Я провёл рукой по лицу, пытаясь стереть этот грёбаный эффект. Мы должны разобраться с тем, кто она.

Тор вздохнул.

— Думаешь, её кто-то подослал?

— Однозначно, — ответил Мэй, проводя ладонями по мокрым плечам. — Иначе зачем ей передатчик?

— Но кто? — Я снова потёр виски, заставляя себя думать.

— А я бы не стал так торопиться с выводами, — Тор медленно наклонил голову, наблюдая за потоками воды. — Она не похожа на обученного агента.

— Да, слишком невинная, — усмехнулся Мэй. — Но знаешь, что меня больше всего интересует?

Я повернул голову.

— Что?

Мэй медленно провёл хвостом по мокрому кафелю.

— Почему она так пахнет?

Тор глубоко вдохнул.

— Это меня тоже беспокоит.

Мы все чувствовали её.

Так, как будто она была одной из нас.

Как будто…

Нет. Я не допущу этой мысли. Это невозможно.

Я стиснул зубы.

— Завтра начнём её проверять.

Тор кивнул. Не без удовольствия.

— Посмотрим, сколько она продержится.

Мэй усмехнулся, но его глаза выдали больше, чем он хотел показать.

Кто ты, Майя Солаис?

И что, тьма побери, ты с нами делаешь?

Утро встретило меня глухой болью в мышцах и тяжестью в голове.

Я с трудом разлепила глаза и сразу застонала — тело протестовало против любого движения. Каждая клеточка напоминала о вчерашнем спарринге.

Гарр. Как же мне досталось.

Я медленно приподнялась на локтях, морщась от неприятной ломоты в плечах. Занятия с квадрой только начинаются, а я уже едва жива.

Но хуже всего было не это.

Хуже всего был сон.

Я зажмурилась, пытаясь вытеснить из памяти образы — тепло крепкого тела, сильные руки, удерживающие меня, его дыхание над самым ухом, глубокий голос, вкрадчивый, как шелк:

— Ты сдалась?

И клянусь, в том сне я готова была сдаться! Но в реальности — нет, слишком многое стояло на кону. Я выкраду передатчик и привезу его Мордону. А потом мы с Ларой сбежим.

Мир за пределами Зайтерии оказался не таким страшным, как я думала. Нам бы только денег на полёт, а там уж мы что-нибудь придумаем. Найдём, как выжить… Только бы не оставаться в грязи Зайтерии…

Я резко села, заправила волосы за ухо и заставила себя сосредоточиться.

Память обожгло жарким воспоминанием из сна… У него точно был хвост! Моё подсознание играет со мной в жуткие игры. Неужели мне снился кто-то из дракарианцев? И почему мне до сих пор жарко от одного воспоминания об этом?

Нет, я не буду думать о своей квадре. Я здесь не ради личных… увлечений. У меня есть цель.

Я успела принять быстрый душ и переодеться в тренировочную форму Академии. Хоть какой-то плюс: юбка больше не будет мешать двигаться.

Я даже не смотрела в зеркало — боялась увидеть усталое отражение.

Гим-браслет на запястье завибрировал, уведомляя о начале занятий квадры.

Я едва восстановила дыхание. В груди всё ещё колотилось сердце, мышцы болели, а ноги грозились подогнуться, но я держалась.

Тор медленно опустил взгляд на меня. По его челюсти прошёлся едва уловимый спазм, хвост чуть подрагивал за спиной, будто что-то внутри него уже дрожало в нетерпении предстоящего боя.

Я стиснула зубы и выпрямилась.

Кардан развернулся к выходу.

— Следующая локация — комната симуляций.

— Счастье-то какое, — пробормотала я, вытирая ладонью пот со лба.

— Посмотрим, на что вы способны, — фыркнул Мэй, перекидывая полотенце через плечо.

Я вздохнула и собралась последовать за ними, но вдруг ощутила, как к моей ладони прильнула тёплая, сухая рука.

Я вздрогнула.

Тор.

Он без слов обхватил мои пальцы, удерживая их в своей хватке, и слегка потянул меня вперёд.

Я моргнула, пытаясь осознать, что происходит, но не вырвалась. Почему я не вырвалась?

— Пошли, напарница, — его голос был низким, ленивым, но в нём слышалось что-то… тёплое.

Мэй скользнул взглядом по нашим рукам, его хвост лениво описал круг в воздухе.

— Ох, Тор, так и скажи, что хочешь поводить её за руку.

— Просто не хочу, чтобы она опять отстала, — парировал Тор, даже не оборачиваясь.

Я хотела возразить, что ни разу не отставала, но его пальцы чуть сильнее сжали мою ладонь. Внутри меня вспыхнуло странное, приятное ощущение — тепло, сконцентрированное внизу живота. Да что же это со мной?

Я проглотила слова и пошла с ним.

Мы прошли по коридору, где в приглушённом освещении светились голографические панели. Несколько курсантов удивлённо проводили нашу квадру взглядом, заставив меня закусить губу от волнения. Я стала смотреть на названия зон: Симулятор выживания, Боевая тактика, Стратегическое моделирование…

И, наконец, Комната реальных симуляций.

Кардан первым приложил ладонь к сенсору. Дверь с тихим шипением разъехалась, впуская нас в темноту.

Голографические панели стояли в режиме ожидания, готовые преобразовать пространство в любой рельеф. Но сейчас передо мной был лишь ровный тренировочный полигон с защитными барьерами.

Я напряглась.

— Не дрейфь, зайка, — раздался голос Мэя.

— Зайка? — переспросила я.

— Такие маленькие пушистые зверята, — усмехнулся он. — Только не говори, что у вас на Зайтерии не водятся зайки.

Я закатила глаза.

Тор наконец разжал пальцы, но его ладонь скользнула по моей коже, задерживаясь чуть дольше, чем было нужно.

Я посмотрела на него. Он чуть улыбнулся уголком губ.

— Добро пожаловать в твой новый кошмар, Майя.

Мэй фыркнул.

— Да она уже почти привыкла.

Ага. Привыкнешь тут…

Тор лениво разминал запястья, поглядывая на Кардана и Мэя, занявших позиции напротив.

— Цель проста, — ровно проговорил Кардан, сложив руки на груди. — Вы должны продержаться пять сотых, не позволив нам вас победить.

Пять сотых.

Это же не так уж и долго, да?

— Десять скейлов, что она не продержится и двух, — лениво бросил Мэй.

— Двадцать, что я продержусь, — рыкнула я, уже начиная злиться.

Кардан не ответил.

Просто активировал симуляцию.

Всё взорвалось движением.

Кардан сцепился с Тором, а Мэй метнулся ко мне с такой скоростью, что мои инстинкты буквально закричали: прыгай!

Я отпрянула, но слишком медленно — он уже был за моей спиной.

Я услышала свист воздуха и почувствовала, как его хвост скользит по моему боку, готовый обернуться вокруг талии и схватить меня.

Гарр, он играет со мной!

Но прежде чем Мэй успел сомкнуть захват, Тор бросился вперёд и с размаху перехватил его, отбросив в сторону.

Я моргнула.

Он… прикрыл меня?

Но некогда было удивляться — Кардан уже атаковал.

Он был молниеносен.

Я увидела, как его хвост скользнул низко по полу, описывая круг, замахиваясь так, чтобы сбить меня с ног.

Я отпрыгнула назад, но сразу почувствовала резкую боль в плече — это был не хвост, а его рука, быстрый удар, рассчитанный на то, чтобы выбить меня из равновесия.

Тор рявкнул, его хвост хлестнул воздух за моей спиной и остановил моё падение, затем мой напарник отбил атаку Кардана, но тот уже ожидал этого и в следующую секунду ушёл в низкий перекат, чтобы зайти нам за спину.

— Быстрее, Майя! — рявкнул Тор, уворачиваясь от удара Мэя.

Я смещалась, искала возможность для манёвра. И вдруг почувствовала его.

Тора.

Это произошло так быстро… Я вдруг поняла, что заранее знаю, куда он двинется. Почувствовала напряжение его тела, направление его хвоста. Я будто знала, когда сама должна отбиваться, а когда он сможет помочь.

Гарр, что за безумие⁈

Когда Кардан снова рванул ко мне, я уже ощущала, куда шагнёт Тор.

Я сделала манёвр.

Кардан потянулся ко мне, но я в последнюю сотую резко сменила направление и ушла влево.

Прямо под удар Тора, который использовал моё движение, развернулся и нанёс мощный контрудар хвостом.

Кардан отступил.

Мы отбросили Кардана назад⁈

Мэй расхохотался.

— Вот это уже интересно!

Но я видела, как тёмные глаза Кардана сузились. Он почувствовал нашу синхронизацию.

Тор усмехнулся, обхватывая меня за талию и сдвигая за спину.

Кардан удвоил натиск, отвлекая внимание Тора. Я увидела их взгляды. Звериные, напряжённые, несущие вызов.

А потом я сама бросилась в бой. Ну как «бросилась» мои удары больше были хаотичными, чем точными, всё-таки улица не учит хорошей технике. Но я знала, куда двинется Тор! И этого оказалось достаточно, мне стоило только не мешать и иногда помогать…

Когда Кардан прыгнул вверх, хвостом меняя траекторию, я согнулась, а Тор в этот момент ушёл в сторону.

Я перехватила Кардана за середину хвоста, использовала его инерцию… И в следующую сотую Кардан пошатнулся и бешено посмотрел на меня.

Таймер зазвенел.

Бой окончен.

Но его взгляд… его нельзя было трогать за хвост?..

Я бы подумала об этом, но сил не осталось, рухнула на колени, хватая воздух ртом.

Мы продержались.

Пять. Гарровых. Сотых.

Кардан медленно кивнул. Но во взгляде не было удовлетворения. Было раздражение.

Тор шагнул ко мне, наклонился, протягивая руку.

— Давай, Майя. Гроза дракарианцев. Принимай победу стоя.

Я положила свою ладонь в его.

И он потянул меня вверх.

— Восемь сотых на отдых и смена партнёров! — гаркнул Кардан. — И Солаис, ради Великого Космоса, выясни особенности расы своих партнёров!

Мэй хохотнул, но тут же натянул на лицо серьёзную мину.

Я сглотнула. Видимо, всё-таки не стоило дёргать его за хвост…

Я стояла, упираясь руками в колени и стараясь выровнять дыхание. Сердце колотилось так, будто я только что пробежала стомильный марафон, да ещё и с горящей метеоритной кометой на хвосте.

Мэй широко ухмыльнулся, отряхивая пыль с формы — хотя пыль была чистейшей иллюзией от голографической битвы. Он подошёл чуть ближе, окинул меня взглядом сверху вниз и остановил взгляд на моей груди, которая тяжело вздымалась после рывков и ударов.

— Что-то ты разгорячилась, Майя. Может, позвать медика?

— Обойдусь, — сжала зубы я и наконец выпрямилась, заставляя себя смотреть прямо на него. На лице дракарианца по-прежнему плясала кривая, насмешливая улыбка.

— Уверена? — Он слегка наклонил голову, и его хвост качнулся из стороны в сторону. — А вдруг растянула чего?

Я вскинула бровь.

— Если и растянула, переживу.

Мэй издал короткий смешок. Тор, стоявший рядом, хмыкнул с одобрением.

Кардан за это время перевёл дыхание и подошёл ближе, сверля меня пронзительным взглядом. Кажется, он хотел кое-что сказать, но передумал. Наконец, он проговорил ровным тоном:

— Следующий бой проведёшь со мной в одной команде. Тор будет с Мэем. Посмотрим, как быстро ты сможешь приспособиться к новому партнёру.

Мгновенная смена. Только что я вроде как начала дышать в одном ритме с Тором, а теперь надо перекинуться на Кардана. От одной мысли об этом меня пробрал озноб — но не только от страха. Ведь это же Кардан: олицетворение холодной решимости, властный, чуть ли не командир над ними всеми. И всё равно, как бы он ни старался казаться отстранённым, в тех редких моментах, когда наши взгляды встречались, я чувствовала ток, пробегающий по венам. Он не бездушная статуя — он вулкан, сдерживающий лаву. И если эта лава прольётся, лучше не находиться рядом… или наоборот?..

— Поняла, — коротко ответила я и посмотрела в глаза Кардану. Он выдержал мой взгляд, и в чёрных зрачках что-то мелькнуло — то ли любопытство, то ли опасный голод. Сердце моё ёкнуло.

Мои мышцы протестовали при каждом движении: всё-таки эти дракарианцы — настоящие хищники, с которыми не расслабишься ни на миг.

Я рухнула на ближайшую скамью, сунула руку в карман формы и нащупала гим-браслет на запястье. Он дёрнулся лёгкой вибрацией, указывая, что готов к командам.

Я вспомнила, как буквально несколько минут назад Тор и Мэй чуть не «обкрутили» меня своими хвостами, а Кардан сурово напомнил, что дракарианские хвосты — дело серьёзное. Тьма, да я сама это чувствую: прикосновение хвоста явно важнее, чем просто дружеский хлопок по плечу.

Пока никто не видит, загляну-ка в базу Академии, чтобы выяснить это наверняка…

Я притворилась, что смотрю расписание тренировок, но начала грузить «Справочник по дракарианской анатомии и особенностям взаимодействия». Официальная база данных Академии содержала уйму материалов о разных расах, но я почему-то не додумалась изучить это раньше.

На крохотном голографическом экране замигали строчки:

Я кое-как отдохнула, умылась, стирая солёный пот с лица и шеи, и посмотрела в зеркало.

Лихорадочный взгляд. Как же его убрать?

Лёгкая прохлада помогла унять жар в теле, хоть и не до конца — мысли о дракарианцах не давали покоя… какие-то совсем неправильные мысли… о том, как Тор выручал меня в бою, как Мэй подшучивал, и уж тем более как Кардан шептал на ухо.

Но надо взять себя в руки. У меня мало времени. Рано или поздно Мей, Тор и Кардан раскусят, что я пришла в Академию не просто учиться. И если я не раздобуду этот проклятый передатчик, Мордон разозлится и сделает что-нибудь ужасное — мне страшно даже представить, что будет с моей сестрой. Бедная Лара… Пока я тут прохлаждаюсь на тренировке, что происходит с ней?

От одной мысли об этом сердце болезненно сжалось.

Вдруг меня охватило сожаление. В Академии были потрясающие возможности: симуляции, тренировки, тактика и стратегия. Если бы я не была воровкой, если бы всё было иначе, я могла бы многому научиться здесь. Могла бы стать кем-то другим…

Сглотнув ком в горле, я поправила форму и вернулась в комнату симуляций. На этот раз здесь было людно: другие квадры ждали своей очереди, чтобы провести тренировку. Я опустила голову, чувствуя, что, заметив меня, некоторые курсанты зашептались. Но опущенный взгляд это одно, а вот уши я опустить не могла. Я услышала обрывки фраз:

— Это же та самая, что попала в Золотую квадру?

— Серьёзно? Девчонка с Зайтерии?

— Говорят, у неё феноменальные баллы…

— Ну, от зайтерийцев всего можно ожидать, там полно преступников и воров, взломала, наверное, систему…

— Это нереально! Я пробовал…

Я сделала вид, что ничего не слышу. Но неприятный осадок остался. Сжав кулаки, я пошла к своей квадре.

У дальней стены уже стояли Тор и Мэй, погружённые в полушутливый диалог: хвосты обоих лениво помахивали за спиной, словно они обсуждали что-то с усмешками и подтекстом. Увидев меня, Тор слегка кивнул. Я ответила тем же.

— Надеюсь, готова? — поддел Мэй. — В прошлый раз ты удивила нас, неужели сможешь снова?

— Сюрпризы — моя специализация, — неуверенно фыркнула я.

К нам подошёл Кардан. Его лицо оставалось непроницаемым, но, кажется, едва уловимая улыбка промелькнула в уголках губ.

— Симуляцию включат через десяток секунд. Разбиваемся: я с Майей, вы вдвоём. Цель — выбить соперников из «зоны стабильности» и удерживать позицию.

— А мы теперь будем не одни? — напряжённо спросила я, косясь на полный зал.

— Да, идём в четвёртый квадрат, есть проблемы? — Кардан уточнил сухо.

— Никаких проблем, — ответила я чересчур оптимистично, следуя за квадрой на наш участок зала, с которого сразу же все разошлись.

Контуры квадрата засветились розовым неоном на полу. Посередине квадрата засветился таймер отсчитывающий мгновения до начала битвы.

— И не вздумай тянуть меня за хвост, напарница, — тихо проговорил Кардан, становясь рядом. Я покраснела, услышав в его голосе намёк. Но он продолжил, уже громче: — Включаю таймер.

— О да, — насмешливо вставил Мэй, — Хвост у Кардана — особая зона.

— Хочешь лишиться своих рогов, Ксайрек? — процедил Кардан, и Мэй хохотнул, отступая к стартовой позиции.

— У него же нет рогов? — спросила я Кардана, непонимающе.

— Ты точно всё прочитала про наши хвосты? — с усмешкой спросил Мэй.

Улыбка сползла с моего лица, видимо нет, видимо, было что-то ещё…

Таймер вспыхнул красным, пронзительно прозвенел сигнал начала боя, и симуляция моментально запустилась. Вокруг нас вспыхнула причудливая голография: площадка изменилась, превращаясь в узкие каменные мостики, разделённые глубокими трещинами и пропастями. Тёмно-серое, грозовое небо над головой полыхало молниями.

Я едва успела сориентироваться, как Мэй и Тор начали действовать. Слаженно, агрессивно, как настоящие хищники. Они двигались настолько быстро, что воздух вокруг них звенел от напряжения.

Кардан шагнул вперёд, перегораживая мне дорогу и словно говоря: «За моей спиной!». Я моментально встала чуть позади него, ловя ритм его движений.

— Смотри внимательнее, — бросил Кардан резко, — и не дай себя зажать.

Я кивнула, наблюдая, как Мэй, нагнувшись почти до земли, метнулся влево, пытаясь зайти к нам с фланга. Тор в это же время, с хитрой ухмылкой, бросился прямо на Кардана, вынуждая его сместиться и открыть мне обзор. Они работали в тандеме, стараясь рассеять наше внимание.

Я шагнула назад, чувствуя спиной, как вибрирует невидимый голографический барьер. Десятки глаз смотрели на нас, я почти физически ощущала их взгляды. Другие квадры — студенты, которые столпились вдоль границ нашего участка, не скрывая интереса, наблюдали за схваткой. Кто-то тихо переговаривался, комментируя происходящее:

— Они же её уничтожат, она человек!

— Не будь так уверен. Видел её баллы?

Я стиснула зубы, стараясь не обращать внимания на шёпот. Кардан стремительно ушёл влево, отражая атаку Мэя, хвост которого мелькнул в опасной близости от меня. Я мгновенно уловила ритм их движений и уклонилась от резкого выпада Тора, едва не коснувшись его хвоста рукой. В памяти вспыхнуло прочитанное в справочнике, и я поспешно отдёрнула ладонь, словно обжёгшись.

— Осторожнее, Майя, — лениво усмехнулся Тор, отскакивая и снова принимая боевую позицию. — Не стоит касаться того, чего не собираешься использовать до конца.

Несколько курсантов за спиной негромко засмеялись, и у меня мгновенно запылали щёки.

— Не отвлекайся, — холодно приказал Кардан, словно почувствовав моё смущение. Он уже жёстко схватился с Мэем, удерживая его на расстоянии и заставляя противника двигаться по краю пропасти, балансируя хвостом.

Я резко вдохнула и постаралась сосредоточиться на Торе. Его взгляд снова стал серьёзным, оценивающим, почти охотничьим. Мускулы на его руках напряглись, он пригнулся и резко рванул вперёд.

Но на этот раз я была готова. Уклонилась вправо, использовав его же инерцию, и зацепила его локоть, перенаправляя в сторону обрыва.

Тор извернулся почти мгновенно, в последний миг удержав равновесие. Он застыл на краю виртуальной пропасти, медленно обернулся и снова посмотрел на меня. В его глазах была неприкрытая смесь удивления и азарта.

— Вот теперь становится интересно, — пробормотал он и рванул ко мне снова.

Краем глаза я видела, как Кардан выбивает Мэя из равновесия и толкает его за пределы зоны. Тор же продолжал атаковать меня, вынуждая двигаться всё быстрее. Я едва успевала блокировать его нападающий хвост и избегая касаний, которые, как я теперь знала, несли гораздо больше смысла, чем казалось поначалу.

Но вдруг Тор резко остановился, поднял хвост, будто готовясь атаковать, и хитро прищурился. Я замерла, приготовившись к уклонению. А он резко двинулся в сторону и использовал мою собственную инерцию, чтобы выкинуть меня за борт. В следующую секунду я почувствовала, как Кардан хватает меня за талию и резко отталкивает в сторону.

Он перехватил атаку Тора, но не удержал равновесие и начал падать за границу площадки. Я, не думая, схватила его за руку и дёрнула на себя, используя весь свой вес.

Мы оба рухнули на площадку, тяжело дыша, я оказалась почти на груди Кардана. Он смотрел на меня, словно видел впервые.

— Неплохо, — тихо произнёс он.

Вокруг снова раздались негромкие голоса курсантов, кто-то даже захлопал.

Я торопливо села, чувствуя, как горят щёки. Встала на ноги, поправляя форму.

— Симуляция окончена, — прозвучал механический голос.

Тор протянул Кардану руку, помогая ему встать, при этом криво улыбаясь:

— Продержались пять сотых, но ты ей прямо-таки обязан.

— Отстань, — проворчал Кардан, вставая самостоятельно.

Мэй лениво улыбнулся, переглядываясь с Тором:

— Требую отдых! Наша зайка сейчас отлетит в мир иной, если её срочно не отдохнуть.

— И правда, — подтвердил Тор задумчиво.

Я ничего не сказала — всё ещё ловила ртом воздух.

Кардан холодно посмотрел на них обоих:

— Хватит. Тренировка окончена. Все свободны.

Моё сердце колотилось бешено, гордость смешивалась с тревогой.

— Ты продолжаешь удивлять нас, Майя Солаис, — сказал мне Кардан. — Но не забывай, что я сказал. Если что-то скрываешь… лучше скажи сейчас. Когда я выясню это сам, тебе не понравится.

Я сглотнула, глядя прямо ему в глаза:

— Мне нечего скрывать.

Какая наглая ложь…

Кардан помолчал, затем коротко кивнул, но его глаза говорили о другом — он мне не верил. Не до конца.

— Посмотрим, — процедил он и вышел из зала, оставив меня стоять и гадать, сколько времени у меня ещё есть, прежде чем вся моя ложь рухнет.

И что тогда будет со мной и с Ларой…

После той тренировки я никак не могла прийти в себя. Мысли кружились в голове бешеной каруселью, заставляя мучительно метаться между восхищением дракарианцами и тревогой за свою тайную миссию.

Но времени на тревогу было не много — в Академии существовало нерушимое правило: после каждой боевой тренировки все курсанты обязаны были провести хотя бы десять сотых в «зоне релаксации». Я не особо верила в эффективность этой процедуры, но выбора не было — если пренебречь правилом, последует взыскание, а мне точно не нужны были лишние вопросы.

В зоне релаксации были раздельные душевые, а вот бассейн (мамочки как здорово!) и какие-то спецальные кабинки и комнаты для отдыха — совместные.

Я с удовольствием смыла с себя пот и усталость, переоделась в купальник, подобранный из стандартного комплекта, накинула сверху полотенце и, вздохнув, отправилась в зону отдыха.

Было немного страшно выходить в столь открытом наряде, хотя мой купальник и был слитным и закрывал гораздо больше, чем у остальных девушек.

Я с опаской вышла в просторный зал, который был залит мягким светом и паром. Приятно пахло экзотическими цветами.

Я замерла на пороге, словно наткнулась на невидимую стену, потому что первое, что бросилось мне в глаза, были… они.

Дракарианцы стояли у края бассейна, и, о великий космос, они были практически раздеты. На каждом — только короткие плавательные шорты, подчёркивающие сильные, гибкие тела.

Сначала взгляд зацепился за Тора. Без рубашки он выглядел ещё более грозным, почти диким. Его мощная грудь, широкие плечи и рельефный пресс были покрыты капельками воды, видимо он только что вышел из воды. Боевые шрамы, украшавшие его тело, только подчёркивали суровую красоту, заставляя меня невольно сглотнуть.

— Ну же, мы не кусаемся, — сказал он, и мне показалось, что это издёвка.

Мэй, стоявший рядом, хмыкнул.

Я двинулась к ним, отмечая, что его тело было стройнее, чем у Тора, но не менее впечатляющим — идеально очерченные мышцы, длинные и сильные ноги, и эта привычная лениво-хищная грация движений, от которой невозможно было отвести взгляд.

Я опустила глаза, чтобы скрыть своё смущение, и невольно заметила его длинный хвост, что лениво покачивался из стороны в сторону. Его кончик слегка подрагивал, явно выражая его азарт от моей реакции…

Да, Майя, тебе явно надо поучиться самоконтролю. И я даже знаю, с кого надо брать пример.

Я подошла к дракарианцам и упёрлась взглядом в Кардана.

Его тело было олицетворением жёсткого контроля. По влажной коже его пресса медленно скатывались капли воды, заставляя мои щёки вспыхнуть. Хвост был неподвижен, спокойно опущен вниз, подчёркивая полную самодисциплину, но когда я посмотрела в его глаза… эти тёмные, непроницаемые омуты будто прочитали все мои мысли.

— Как себя чувствуешь? — спокойно спросил Кардан.

— Я…

Я проглотила комок в горле и заставила себя начать говорить что-то более связное.

— Нормально!

Тор хохотнул.

— Врать не обязательно. Я тебе даже больше скажу — лучше не ври Кардану.

Интересно, он это сказал, потому что они знают, что я не обычная курсантка, а воровка? Или он это просто…

— Чувствую себя, как будто тренировалась с дракарианцами, — ответила я.

— Бедняжка, — улыбнулся Мэй, глядя на меня сверху вниз, пока я держалась за бортик бассейна. Его взгляд неторопливо, бесстыдно скользнул по моему купальнику, и я едва удержалась от желания прикрыться руками.

— Вода расслабляет, поплавай немного, — Кардан протянул мне руку, чтобы помочь спустится в воду, и я подала ему свою ладонь.

Его пальцы были влажными и тёплыми. Было необычно прикасаться к нему просто вот так.

Вода оказалась тёплой. Очень приятной!

— И правда расслабляет, — сказала я, прикрывая глаза и заходя по грудь.

— Хочешь, я сделаю тебе массаж? — неожиданно спросил Мэй, оказавшийся позади меня.

Я осторожно покосилась на него. Он улыбался невинно, но я сразу почувствовала подвох:

— Спасибо, конечно, но…

— Не отказывайся, Мэй в этом спец! — громко сказал Тор с другой стороны бассейна.

Хвост Мэя грациозно взмахнул над водой, словно подтверждая, что я в безопасности.

Я заколебалась. Но усталость и желание хотя бы немного расслабиться взяли верх:

— Хорошо, но только плечи.

Мэй без колебаний подплыл ближе, и уже в следующую секунду его горячие руки легли мне на плечи, аккуратно разминая напряжённые мышцы. Он был удивительно осторожен, но каждое его движение отзывалось мурашками, скользившими вниз по позвоночнику. Я попыталась расслабиться, но вместо этого внутри начало нарастать жаркое, щекочущее чувство.

Его пальцы умело находили каждую напряжённую мышцу, постепенно спускаясь ниже. Я уже готова была остановить его, чувствуя, что вот-вот потеряю контроль над собой, но тут кое-что случилось.

Я ощутила, как по моей ноге осторожно и одновременно очень чувственно прошёлся… хвост. Хвост Мэя. Медленно, почти нежно обвился вокруг моей ноги, скользнул выше и, едва коснувшись внутренней стороны бедра, замер.

Сердце забилось бешено, дыхание сбилось. Я понимала, что это переходит грань, но сделать ничего не могла. Просто застыла. В шоке от новых ощущений. Слишком приятных, почти опьяняющих.

— Что… ты делаешь?.. — шёпотом спросила я, не в силах повернуться к нему.

— Расслабляю тебя, — так же шёпотом ответил он, чуть наклонившись к моему уху, его дыхание обожгло кожу.

— Это меня не расслабляет, — сказала я, пытаясь убрать его хвост ладонью, но Мэй вдруг так чувственно вздохнул, что я тут же убрала руку.

— Да как же!.. — возмущённо-смущённый возглас сорвался с моих губ. — Я что же, трогать вас не должна, а вы меня можете? — прошипела я, разворачиваясь к Мэю лицом.

— Это Кардан просил не трогать его хвост, — лукаво ответил Мэй, — с моим можешь делать, что хочешь.

Я опешила от столь неприкрытого намёка и тут же отправилась к бортику, чтобы выйти из бассейна.

— Подожди, Майя, — его хвост удержал меня за ногу. — Прости мне мои шутки. Но я серьёзно, у всех дракарианцев разная чувствительность.

Я повернулась к нему. Надо же, в справочнике об этом не было ничего сказано.

— Значит, это не неприлично, касаться кого-то хвостом? — спросила я.

Он чуть сжал моё бедро, мягко, но уверенно.

— Мэй, перестань её смущать, — с ленивым смешком бросил Тор, подплывая.

— Тор, тогда может, ты объяснишь всё про ваши хвосты? Потому что я не до конца понимаю, как это работает, — бодро начала я, но под конец фразы затихла, потому что Тор вынырнул из воды и меня заворожила эта картинка.

— Конечно, пошли в сауну, я всё объясню.

Мэй хохотнул и поплыл, а я пошла за Тором, и когда выходила из воды, чувствовала на себе прожигающие взгляды Кардана и Мэя.

Тьма побери этих дракарианцев! Если так пойдёт дальше, я либо сгорю от стыда, либо окончательно потеряю голову…

Когда мы вошли в небольшое помещение сауны, горячий воздух, пропитанный паром и травяными ароматами, окутал нас мягким облаком. Дверь за нами плотно закрылась, и я невольно ощутила, как по коже пробежали мурашки.

Тор уселся на широкую скамью, расслабленно вытянув ноги и опираясь спиной о стену. В полумраке сауны его фигура казалась ещё более впечатляющей, и я поспешила отвести взгляд, чувствуя, как горят мои щёки.

— Ну, спрашивай, — лениво произнёс он. — Что тебя так беспокоит в наших хвостах?

Я замялась, чувствуя, что зря отправилась за ним.

Ну раз уж пришла… Было ужасно неловко задавать подобные вопросы, но я понимала, что если я не выясню всё прямо сейчас, то так и буду мучиться догадками.

— Просто я не совсем поняла, — пробормотала я, теребя край влажного полотенца, — это вообще… прилично? Трогать кого-то за хвост, использовать его в бою или… ну… так, как сделал это Мэй?

— А как сделал Мэй? — Тор тихо хмыкнул, явно наслаждаясь моим смущением.

— Он… вокруг ноги… эмм, — замямлила я, рукой показывая, что хвост Мэя обвил моё бедро.

Тор наклонился вперёд, чуть ближе ко мне, и внимательно посмотрел мне в глаза:

— Вообще-то, хвост для нас действительно особенная часть тела. Ты права, что это нечто личное. У каждого свои границы допустимого. Но в бою использовать хвост — это нормально. В жизни — всё зависит от обстоятельств.

— То есть, когда Мэй… э-э… — я покраснела ещё больше и опустила глаза.

Тор засмеялся, откинув голову назад. Его грудь при этом красиво приподнялась, и я невольно снова засмотрелась, как капли пота медленно стекали вниз, по рельефным кубикам пресса.

— Ты очень милая, когда так стесняешься, Зайка.

Я сжала кулаки и встала прямее.

— Зачем вы взяли меня в квадру, если никто из вас не воспринимает меня всерьёз? — выпалила в сердцах, и кинулась прочь, но была тут же остановлена могучей рукой самого мощного из дракарианцев.

— В нашей квадре не бывает случайных людей, — сказал он мне на ухо.

Спиной я чувствовала его грудь, а попой… Гарровы печёнки, это что же…

— Мэй любит провоцировать, — лениво сказал Тор, усаживая меня на скамью рядом с собой. — Но вообще, касаться хвостом другого существа — это демонстрация доверия… или особого интереса. Тут уже всё зависит от намерений.

Последние слова он произнёс очень медленно, чуть ли не шёпотом, и у меня вдруг закружилась голова от жара сауны, или от близости с этим огромным, красивым дракарианцем.

Я нервно сглотнула:

— А что за рога?

Тор неожиданно улыбнулся широко, почти по-мальчишески, и чуть склонил голову набок:

— А ты уверена, что хочешь это увидеть?

Я почувствовала, как горят щёки, но любопытство взяло верх над смущением. Я кивнула, затаив дыхание.

— Если это не что-то неприличное. Снова…

Тор слегка приподнялся и повернулся ко мне боком, протягивая хвост вперёд так, чтобы он оказался прямо передо мной. В обычном состоянии хвост выглядел мощным, гладким, покрытым блестящей, тёмной чешуёй. Но в следующую секунду я заметила, как по всей его длине прошла едва заметная дрожь.

— Когда мы возбуждены или испытываем очень сильные эмоции, — тихо произнёс он, почти шёпотом, — на кончике хвоста проявляются вот эти…

Его голос сорвался, и я ахнула, когда увидела, как на самом конце хвоста чешуйки раскрылись, образуя небольшие, но явно выраженные твёрдые отростки — словно небольшие рожки, поблёскивающие в полутьме сауны.

Я не смогла сдержать изумления:

— Это и есть… «рога»?

Тор усмехнулся, глаза его были прикованы ко мне, зрачки слегка расширились, выдавая его собственное волнение.

— Мы называем их шипами, но, в принципе, да. Они проявляются только в моменты очень сильного возбуждения. И, поверь, это не те ощущения, которые можно легко проигнорировать.

Он чуть наклонился вперёд, пристально изучая моё лицо, и я ощутила, как от его близости внутри всё дрогнуло и поплыло.

— И если в этот момент хвост касается кого-то ещё… — Тор помедлил, наслаждаясь моей реакцией, а потом коснулся своим хвостом моей ноги. — Вот так например, это можно считать приглашением к очень тесному контакту. Это очень… откровенный жест.

Я сглотнула, чувствуя, что краснею уже до самых кончиков ушей. Быстро отсела.

— Нуу… спасибо, что всё наглядно продемонстрировал.

В воздухе повисла напряжённая тишина, я слышала только собственное сердцебиение и его неровное дыхание. Тор пожирал меня взглядом.

— Ты спросила — я ответил. Никаких секретов.

В его голосе явно звучала насмешка, но взгляд оставался абсолютно серьёзным, почти гипнотическим. Я едва могла дышать, чувствуя, как с каждой секундой воздух в сауне становится всё более горячим, плотным и невозможным для дыхания.

— Мне… пора идти.

Тор не двинулся с места, только проводил меня долгим взглядом и сказал вслед:

— Майя.

Я обернулась.

— Наши намерения в отношении тебя более, чем серьёзны. Ты теперь с нами.

— Спасибо, что приняли в квадру, это очень ценно, — пролепетала я и не дожидаясь ответа, выскользнула за дверь, чувствуя, как подкашиваются ноги и колотится сердце.

Внутри меня бушевал настоящий пожар. От увиденного, от услышанного и… от осознания того, что теперь, глядя на их хвосты, я точно не смогу спокойно думать ни о чём другом.

Я посмотрела на сотометр. Десять сотых прошло, теперь я могу просто сбежать от этого безумия. О великий космос, моя миссия становилась всё сложнее и сложнее день ото дня!..

После странного разговора с Тором в сауне я чувствовала себя перегруженным реактором — внутри всё кипело, напряжение нарастало, и я была уверена, что вот-вот выйду из строя. Надо было срочно переключиться на что-то более приземлённое, иначе я рисковала просто взорваться от напряжения.

Я переоделась в обычную форму, забросила спортивную в очистительный модуль. Машина тихо загудела, и уже через несколько сотых одежда была идеально чистой и свежей — как будто её только что напечатали на фабрикаторе.

И направилась в столовую, где уже гудели десятки голосов.

Я взяла поднос и двинулась вдоль раздаточных автоматов, внимательно изучая ассортимент. После тренировки мне хотелось чего-то калорийного, сладкого и обязательно вкусного.

Первым делом я схватила хрустящие жареные ломтики лубиана [нечто, похожее на картофель фри], обжаренным в специях. Солёные, с острой корочкой и мягкой сердцевиной, они таяли во рту, вызывая мгновенное блаженство.

Рядом оказался лоток с мясом в соусе — я понятия не имела, какое это было мясо (лучше не вдаваться в детали), но пахло аппетитно, и я положила порцию на тарелку.

Дальше — маленькие сладкие булочки с начинкой из вареной флорини. Эти фрукты чем-то напоминали карамелизированные ягоды, и я точно знала, что они должны были идеально сочетаться с горячим энергетиком.

А ещё… шоколадный десерт. Он выглядел слишком соблазнительно, чтобы его игнорировать.

Я уже почти направилась к столу, но заметила энергетический напиток с мягким розовым оттенком. Он назывался «Эльданская взбучка», и я точно знала, что после него можно пробежать весь курс полосы препятствий без остановки. Что же, надо попробовать!

Только я двинулась к столикам, как заметила Ланайю, а она заметила меня.

— Майя, пошли к нам! — крикнула она на весь столовый блок, заставив меня съёжиться на месте.

С ней было ещё двое парней, имён которых я не запомнила.

— Конечно, — кивнула я, улыбнувшись и направилась за их столик.

— Ну, Майя, рассказывай! — начала Ланайя, внимательно глядя на меня. — Вся Академия обсуждает, как ты выдерживаешь тренировки с дракарианцами. Они же такие… суровые!

— Да вроде нормально, — пожала плечами я, чувствуя, как снова вспыхивают щёки. — Правда, тяжело ужасно, но интересно.

Ланайя обменялась взглядом с парнями, которые активно ели какое-то мясо. Она усмехнулась и наклонилась ко мне поближе, понизив голос:

— А говорят, они ещё и совершенно неконтролируемые, когда дело касается… ну, личных вопросов. Это правда?

— Мне-то откуда знать? — спросила я, уставившись на свой поднос и решая, с чего начну пир.

ну ты же с ними постоянно! — хихикнула девушка. — Ты, наверное, уже знаешь их лучше, чем кто-либо в Академии.

— Что-то я сомневаюсь, что они мне всё о себе рассказывают, — пробормотала я, ковыряя вилкой мясо в соусе.

— Ну, тогда слушай, что говорят остальные, — хитро улыбнулась Ланайя.

Я внутренне напряглась, но сохранила на лице выражение лёгкого любопытства.

— Во-первых, никто в Академии так и не понял, зачем они здесь. Они не похожи на обычных курсантов, да?

Я не могла с этим не согласиться.

— Говорят, их миссия — секретная. Что Дракар не просто так отправил их сюда.

Во-вторых, у дракарианцев совершенно другой взгляд на отношения.

— Ага, — кивнул один из парней, допивая сок. — Им с детства внушают, что у каждого из них должна быть одна-единственная женщина на всю жизнь.

— Но до того, как они её найдут… — подхватила Ланайя, многозначительно приподняв брови.

— Они просто развлекаются, — закончил второй парень, ухмыляясь. — И ты, Майя, должна быть осторожна, если не хочешь стать одной из таких «забав».

Я почувствовала, как внутри всё неприятно сжалось.

— А если уже поздно? — раздался ехидный голос за спиной.

Я медленно подняла голову и встретилась взглядом с белобрысой ведьмой, которая толкнула меня с платформы на первых испытаниях. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с выражением пренебрежения.

— Ты что-то хотела? — ровным голосом спросила я, хотя внутри уже закипала.

— Говорю, удивляюсь, почему тебя до сих пор не выгнали? — высокомерно усмехнулась она, поправляя белокурые волосы. — Ты и близко не заслуживаешь быть здесь, тем более в одной команде с элитой.

— А тебя это волнует потому, что…? — я склонила голову набок, изображая безразличие, хотя внутри всё сжалось.

Она прищурилась, злобно глядя на меня.

— Ты думаешь, дракарианцы всерьёз заинтересовались тобой? Не обольщайся. Им просто любопытно, как долго продержится мелкая преступница с грязной планеты.

Во мне вскипела злость. Я резко вскочила на ноги, сжимая кулаки:

— Ещё раз назовёшь меня преступницей…

— И что тогда? Украдёшь у меня что-нибудь? — презрительно процедила она.

Сердце заколотилось яростно, но прежде чем я успела ответить, за моей спиной раздался низкий, угрожающий голос Кардана:

— Проблемы?

Воздух в столовой вдруг стал… другим.

Плотным. Заряженным.

Белобрысая мгновенно покраснела, побледнела и отступила на шаг назад.

— Нет, конечно нет… — пробормотала она и поспешила уйти.

Я резко развернулась и столкнулась взглядом с Карданом. Он нахмурился и негромко спросил:

— Всё в порядке?

Я вздохнула и опустила взгляд:

— Да, всё нормально.

Я повернулась к еде и потянулась к первому ломтику лубиана…

И тут передо мной появилась рука.

Мужская, сильная, с длинными пальцами. И эта рука сдвинула мой поднос в сторону.

Один из парней внезапно решил, что его еда его больше не интересует, а второй так быстро собрал поднос, что опрокинул стакан.

Я взбешённая подняла голову — Кардан наклонился надо мной. Он стоял так близко, что меня затопило его приятным ароматом. Но смотрел он отнюдь не на меня — на содержимое моей тарелки, а его хвост лениво двигался за спиной, будто выражая молчаливое неодобрение.

— Это нельзя, — спокойно произнёс он, убирая булочки с моего подноса.

— Почему? — возмутилась я, придвигая поднос к себе.

— Слишком много сахара, — безапелляционно ответил он, перекладывая их и лубиан на отдельную тарелку.

— А ломтики чем тебе помешали? — я ткнула пальцем в лубианские ломтики. — В них нет сахара!

— Жареное. Перегружает систему после силовой тренировки.

— Мясо?

— Ты даже не знаешь, что это за вид.

— Но это же… шоколадный десерт! — я почти вскрикнула, когда он забрал последнюю вкусную вещь на моём подносе.

— Тем более.

Я почувствовала, что закипаю, как перегретый реактор.

— Кардан, это МОЙ обед! — прошипела я, сжав кулаки.

— Неправильный обед, — невозмутимо ответил он и поставил передо мной тарелку с белковым пюре и варёными зернами энкары.

Я ошеломлённо уставилась на это безжизненное, скучное блюдо, лишённое радости, счастья и вкуса.

Мэй и Тор сели по обе стороны от меня, а Кардан рядом с Ланайей напротив. Моя соседка будто язык проглотила, сидела в явном шоке.

Рядом тихо прыснул Тор. Мэй хмыкнул и лениво потянулся:

— Привыкай, Майя. Кардан не потерпит, чтобы его подчинённые ели мусор.

— Это не мусор! Это вкусно.

Я почувствовала, как мне хочется кинуть ложку в кого-нибудь из них.

Но пришлось подчиниться.

Я вздохнула и сделала первую ложку безжизненного пюре.

— Ну и мерзость.

Кардан чуть кивнул, наблюдая, как я ем.

— Вот так-то лучше, Солаис.

Гарр. Да за что мне это наказание⁈

Я подавила желание буркнуть что-то резкое в ответ и принялась за еду. К концу тарелки пюре уже не казалось таким мерзким. Даже ничего.

— Хороший аппетит, — сказал Мэй, когда я принялась за зёрна. — И чего ты такая хмурая?

— Я не хмурая, я голодная, — пробурчала я и попробовала зёрна. — Гадость какая!

— Вы всегда такие заботливые? — смущаясь спросила Ланайя.

— Не всегда, — отрезал Кардан.

Я лишь раздражённо ткнула ложкой в тарелку с зёрнами и вздохнула:

— Это невыносимо.

Встала из-за стола и демонстративно спустила оставшиеся очень полезные и очень невкусные зёрна в переработку.

— Спасибо за компанию, — сказала всем. — Мне пора на занятия.

— Я провожу, — легко поднялся следом Мэй.

Я удивлённо подняла глаза, но возражать не стала. Ланайя одобрительно мне подмигнула.

Когда мы вышли в коридор, Мэй чуть наклонился ближе и произнёс почти ласково:

— Не бери в голову то, что сказала эта белобрысая завистница. Поверь, мы точно не станем просто «забавляться» с тобой и бросать.

— Да я и не брала… — тихо пробормотала я, хотя сердце забилось сильнее.

Он усмехнулся, словно читая мои мысли:

— Конечно нет. А теперь иди учиться, первокурсница.

Он мягко подтолкнул меня вперёд, и я поспешила скрыться за дверью аудитории, чувствуя, как горячий взгляд Мэя провожает меня.

Ну а впереди был первый совместный урок с остальными курсантами…

Огромный лекционный зал встретил меня гулом голосов и мерцающим светом от потолочных панелей. Многоярусные ряды кресел постепенно заполнялись курсантами, некоторые уже вовсю обсуждали последние тренировки, кто-то лениво листал материалы на голографических браслетах. Я задержалась у входа буквально на секунду — и услышала:

— Это она, — шёпот слева.

— Из Золотой квадры, — добавил кто-то сзади.

Я сделала вид, что не услышала, и поднялась вверх, выбирая свободное сиденье в середине аудитории. Старалась не смотреть ни направо, ни налево. Мышцы напряглись, как перед битвой. Только в бою теперь со мной плечом к плечу стояли дракарианцы, которые могли уложить любого одним взглядом. Сейчас же… я была одна. Как колонист на недавно открытой планете.

Я опустилась в кресло и выдохнула, но расслабиться не смогла. Чувствовала себя целью на полигоне — не потому что кто-то открыто нападал, а потому что каждый взгляд будто прожигал: зависть, недоверие, недоумение. А в моём случае хватило бы и равнодушия!

Ну, в конце концов, я здесь ненадолго.

Свет в зале потускнел, и на трибуну вышел преподаватель. Высокий, крепкий, в старой потёртой форме космодесанта. Капитан Фарес Крейн.

— Приветствую, первокурсники. — Голос у него был поставленный, хрипловатый, с той самой интонацией, что заставляет слушать даже самых упрямых. — Я Крейн. Лектор по стратегии и межвидовым отношениям. Прежде чем мы начнём, хочу узнать: кто вы и откуда.

Он щёлкнул браслетом, и в воздухе перед ним появилась движущаяся голограмма галактики с отмеченными системами.

— Не стесняйтесь, встаньте и представьтесь.

Один за другим курсанты начали вставать.

— Лианна, с Эритреи.

— Мхал с Луны Мора.

— Зэф, я с Лунары. — Он усмехнулся. — И да, девчонки, язык у лунарцев и правда особенный. Остальное додумайте сами.

По аудитории прошёлся дружный смущённый смешок.

— Я в космосе с трёх лет, — сказала девочка в жёлтом.

Кто-то с Икага́на — планеты, о которой я слышать не хотела. Аукционы, продажа женщин. Тьма побери, да у нас тут четверть зала — контрабанда в форме курсантов. В том числе и я.

— Я — Майя Солаис. С Зайтерии, — прозвучал мой голос.

Пауза. Кто-то хмыкнул. Кто-то зевнул. Один курсант насмешливое «понятно».

Крейн кивнул, будто что-то отметил про себя.

— Что ж, теперь задача. Разбейтесь по парам. Выберите соседа и готовьтесь к практическому обсуждению.

Я встала, надеясь поймать взгляд хоть кого-то. Но в ответ — только отведение глаз. Ни одного дружелюбного жеста. Почти.

— Похоже, ты осталась со мной, — раздался голос справа.

Я повернулась и встретилась взглядом с высоким парнем с тёмными глазами.

— Арен Вэлл, — представился он. — Старший потока. Вынужден сотрудничать. Но не радуйся. Я не фанат случайных гостей, которых приютили в элите.

Что⁈ Да он издевается⁇

— А я не фанат пассивной агрессии. Так что давай просто сделаем задание, — отрезала я.

Он усмехнулся, но глаза у него оставались холодными.

— Дракарианская любимка, и с характером? Интересно. Что, решила, что если спишь в одной капсуле с хвостатым спецназом, можно делать что хочешь?

Я вздохнула, подавляя желание ткнуть его кулаком в нос.

— Не суди по себе. И начинай работать, Арен.

Его бровь приподнялась, но он всё же повернулся к голограмме с заданием. Нужно было разработать тактику эвакуации с враждебной планеты при минимальных ресурсах и ограниченном времени.

Арен сразу начал перечислять стандартные приёмы: маскировка, распределение ролей, форсированная точка выхода. Всё было правильно. И скучно.

— А если не использовать точку выхода? — вмешалась я. — А наоборот, устроить ложную эвакуацию, а в это время скинуть маячок на орбиту, чтобы отвлечь противника?

Арен скривился:

— Слишком рискованно.

— И эффективно, — пожала я плечами.

Время вышло. Крейн подозвал пары.

Арен представил нашу стратегию сухо, как будто я вообще в паре не участвовала. Просто отчитался. Крейн кивнул, но сказал:

— Есть что добавить, Солаис?

Я вышла вперёд.

— У нас есть план «Б». Альтернативная эвакуация: создать ложную точку выхода, направить туда шум, движение, сигналы. А настоящую операцию замаскировать под транспортный сбой. Использовать один ресурс как отвлекающий — и остаться незамеченными.

Пауза.

Крейн хмыкнул.

— Оригинально. Рискованно, но вариант рабочий. Хорошо иметь запасной вариант. Молодцы, засчитано.

Я повернулась — и заметила, что несколько курсантов смотрят на меня с другим выражением. Уже не с недоверием. С интересом. Хорошо, так, возможно, они быстрее про меня забудут.

Капитан Фарес Крейн щёлкнул по голографической панели — и перед каждым дуэтом вспыхнули новые проекционные карточки.

— Следующий этап, — произнёс он с лёгкой хрипотцой, словно всю жизнь провёл на космических ветрах. — На каждой карточке — зафиксированный реальный конфликт между расами. Проанализируете ошибки. И предложите стратегию деэскалации. Не обязательно силовую. Иногда достаточно правильно выбрать… слова.

На нашей карточке с Ареном был конфликт между икага́нцами и эритрейцами. Икага́нцы — вечно голодные кланы с пыльной планеты, вороватые, хитрые, презирающие любые формы власти, кроме силы. Эритрейцы — почти утопическое общество, но с жёсткой иерархией и территориальными ритуалами.

— Жаль не Дракар, ты бы предложила решить вопрос телом, — усмехнулся Арен.

Я промолчала, только зубы сжала от злости.

— Ну и что? — надменно сказал Арен, глядя на карточку. — Эритрейцы бы уничтожили пару кораблей и всё. Простая зачистка.

Я покосилась на него.

— А потом? Икаганцы же начнут мстить. Через кланы. Через провокаторов. Это же очевидная игра в затяжной конфликт. Лучше договориться.

— Ты же Зайтерийка, чего ещё от тебя ждать, — фыркнул он. — У вас ведь всё решается договорённостями… на чёрном рынке.

Я чуть приподняла бровь, но промолчала. Я и правда работала на чёрном рынке. Моего начальника, Мордона, точно не назвать законопослушным гражданином.

Что же, Арен хотел меня задеть — а я не дам ему повода.

Икаган — планета, которая признаёт только силу. Эритрея — практически утопическое общество с великолепно развитой социальной структурой.

Как же их помирить?..

— Если решать конфликт напрямую — столкновение неизбежно, — начала я. — Икаганцы влезли на территорию эритрейцев, собрали ресурсы, проигнорировали ритуалы — а эритрейцы, вместо переговоров, обрубили весь трафик и подали жалобу в Альянс. Официально.

— Я умею читать, — хмуро высказался Арен.

Я перевела дыхание.

— Поэтому… пусть они не договариваются напрямую. Пусть сделают это косвенно. Через третий нейтральный клан икаганцев, у которого есть частичные связи с Альянсом.

Арен поморщился:

— И?

— Этот клан — как бы посредник. Он организует официальную «передачу» спорного участка икаганцам… в обмен на символический дар — например, реликтовые саженцы с Эритреи. В культуре эритрейцев это означает, что сторона принимает ритуальное очищение и обещает уважать границы.

— Типа ритуальное примирение?

— Да. Эритрейцы сохранят лицо: территория возвращена. Икаганцы — получают право на добычу ресурсов, но уже в рамках формального разрешения. Через посредника. А не напрямую, чтобы никто не чувствовал себя слабее.

— Хитро, — буркнул Арен. — Манипуляция, завёрнутая в обряд.

Я пожала плечами:

— Это и есть дипломатия. Разве нет?

Позже Крейн просил нас отыграть дипломатический диалог. Мне выпала роль представителя слабой стороны — маленькой колонии без прав. Арен был верховным советником угнетающей державы. Он начал надменно, даже театрально, словно вжившись в роль. Но я спокойно, без лишних эмоций, зацепила его словами:

— Я думаю, Галактический Альянс будет в восторге, когда узнает, как ваша цивилизация нарушает статьи шестнадцатую и двадцать четвёртую. Особенно учитывая, что три крупных торговых маршрута проходят через нашу систему. Потери в транзите будут… чувствительными.

Крейн хмыкнул.

— Вот это уже интересно, — прокомментировал он. — Угроза экономикой вместо оружия. Засчитывается.

Арен молчал. Но его взгляд изменился. Стал чуть менее презрительным.

Потом мы целых пятьдесят сотых изучали жесты! Это было очень интересно и временами весело, а под конец урока Крейн провёл экспресс-тест: показал несколько голограмм с межвидовыми жестами и спросил, какие из них допустимы.

— Это контактный жест для креганцев, — ответила я на один из слайдов. — Но для жителей Лу́нары он означает вызов.

Кто-то прыснул. Но Крейн кивнул.

— Отлично, Солаис.

Когда занятие закончилось, я вышла из зала медленно, будто из боевой зоны. Я сделала это. Без квадры. Сама. И Гарр побери, это было чертовски трудно.

Я сделала пару шагов в сторону своей следующей локации… и тут браслет завибрировал.

1 входящее. Отправитель: МОРДОН

Я застыла посередине прохода и нажала на «открыть»

Паника и внутренний конфликт разрывали меня изнутри. Слова Мордона крутились в голове, как назойливый сигнал тревоги: «три дня, иначе Лара умрёт». Перед глазами всё плыло, а дыхания не хватало, будто кто-то медленно и неумолимо сжимал мою грудь стальным обручем.

— Майя, ты в порядке? — Голос Тора прорвался сквозь грохот моего сердцебиения.

Я резко подняла взгляд, встретившись с его глубокими, внимательными глазами, и тут же поспешно отвернулась, боясь, что он увидит в них слишком много.

— Всё нормально, — выдавила я улыбку, столь же убедительную, как обещания контрабандиста.

Тор прищурился, явно не покупаясь на мою игру.

— Соврать Кардану было бы проще, — усмехнулся он, подходя ближе. — Но со мной этот номер не прокатит. Что-то случилось, Зайка?

— Просто перенервничала. День тяжёлый.

— Угу, — он кивнул с такой интонацией, будто я только что рассказала ему свежую галактическую сказку про розовых драконов.

Я отвернулась, избегая его пристального взгляда.

— Просто… немного перенервничала. Я справлюсь, правда.

Я закусила губу, отчаянно пытаясь придумать, как отмазаться. Но Тор взял мою руку и мягко сжал пальцы.

— Майя, — его голос стал мягче, почти ласковым, — тебе не нужно справляться со всем одной. Пойдём, сменим обстановку. Может, свежий воздух поможет тебе лучше сочинять отговорки.

Он повёл меня по коридору, и уже через несколько минут мы оказались на террасе, нависающей над вечерним парком Академии. Над нами медленно просыпались звёзды, а вокруг царила блаженная тишина. Воздух был прохладным и прозрачным, почти обжигающим лёгкие.

Тор встал рядом, прислонившись к парапету и глядя на звёзды с задумчивым видом.

— Иногда кажется, что все эти проблемы огромные и непреодолимые, — сказал он тихо, словно размышляя вслух. — Но отсюда они выглядят такими мелкими.

Я бросила на него осторожный взгляд. Обычно насмешливый, ироничный и уверенный Тор сейчас выглядел непривычно серьёзным и почти грустным.

— Ты сейчас явно говоришь не о моих проблемах.

— У каждого из нас есть свои демоны, Майя, — он повернулся ко мне, внимательно посмотрел в глаза и тихо добавил: — Ты не одна такая.

— Даже у тебя? — осторожно уточнила я, чувствуя, как внутри что-то трепещет от его близости.

Он помедлил, словно колеблясь, стоит ли ему говорить, а потом выдохнул и чуть заметно кивнул:

— Я потерял кое-кого на Дракаре. Это случилось потому, что я думал, что справлюсь совсем один. С тех пор многое изменилось, но я усвоил важный урок. Иногда попросить помощи — это и есть проявление силы.

Его голос был тихим, но от этих слов по коже пробежал жар, и сердце болезненно сжалось от неожиданной нежности и сочувствия к этому огромному, грозному дракарианцу, который вдруг открыл передо мной самое сокровенное.

— Ты специально рассказываешь мне это, — я сглотнула ком в горле, — чтобы я перестала молчать?

— Ты можешь ничего не говорить, если не готова. Но если решишься… — он сделал шаг ближе, сокращая расстояние между нами, — я рядом.

Я ощутила, как между нами мгновенно вспыхнул невидимый огонь. Я сама не заметила, как шагнула к нему навстречу, притягиваемая его теплом и силой.

— Тор, я…

Мои губы приоткрылись, и в этот миг его хвост скользнул вокруг моей талии, игриво, мягко, уверенно обнимая меня и притягивая ближе. Я вздрогнула, удивлённо взглянув на него снизу вверх.

— Что… что это значит? — прошептала я, чувствуя, как в щеках начинает пылать огонь.

— Это значит, что я хочу тебя… поддержать, — улыбнулся он так невинно, что ему мог позавидовать любой актёр.

— Поддержать? — я вскинула брови, но не отстранилась, когда хвост аккуратно скользнул под мою рубашку, слегка касаясь кожи. По телу мгновенно пронеслась волна мурашек и сладкого жара. — Твой хвост явно слишком активно меня поддерживает…

— С ним такое бывает, когда он встречает кого-то особенно приятного, — хрипловато ответил Тор. Его дыхание обожгло мою щёку, и я невольно придвинулась ещё ближе.

От этих слов моё сердце забилось ещё быстрее, и я почти физически ощутила, как рушатся последние стены, которые я так долго возводила вокруг себя.

Я подняла глаза, решаясь довериться ему, и уже почти раскрыла губы, чтобы рассказать, когда за спиной неожиданно раздался знакомый низкий голос Кардана:

В этот момент за спиной раздался низкий голос Кардана:

— Надеюсь, мы не помешали вашему… душевному разговору?

Мы резко обернулись. На террасу вышли Кардан и Мэй. Оба внимательно смотрели на нас: Кардан с подозрением и долей неодобрения, а Мэй — с ленивой ухмылкой.

— Нет, конечно, — поспешно ответила я, чувствуя, как щёки вспыхнули ещё сильнее.

Тор не сделал даже попытки отстраниться, только хитро улыбнулся и, не убирая хвоста, спокойно посмотрел на товарищей:

— Присоединяйтесь, мы тут звёзды рассматриваем. Заодно пытаемся успокоить Зайку, а то кто-то сегодня явно испортил ей настроение.

Мэй усмехнулся, подходя ко мне с другой стороны.

— Я тоже люблю звёзды, — заявил он, и прежде чем я успела сообразить, что происходит, его огромная ладонь уверенно легла на мою талию с другой стороны. — Зайка, ты ведь не против немного дополнительной поддержки?

— Я… — неуверенно проблеяла я, теряясь в собственных ощущениях.

Да почему же меня так сильно тянет к ним!

Я вскинула глаза на Тора, но тот лишь ехидно ухмылялся. Кардан, стоя напротив, тяжело вздохнул и произнёс:

— Может, вы двое хоть немного успокоитесь?

— Мы как раз занимаемся успокоением Майи, — невинно заявил Мэй. — Правда, Зайка?

Его рука дерзко скользнула чуть выше, заставляя моё сердце пропустить удар. Не знаю, почему не остановила его! Просто не смогла, застыла, прислушиваясь к собственным ощущениям, которые простоо снесли мою сознательность с ног!

— Прекратите, я… — Я замолчала, потому что почувствовала, как хвост Тора продолжавший медленно гладить мою спину, аккуратно коснулся кожи, выпуская твёрдые маленькие «рожки». Я всхлипнула от удивления и неожиданного удовольствия.

— Тор… ты точно уверен, что это тоже для поддержки? — спросил Мэй.

— Абсолютно, — с наглой улыбкой ответил Тор. — Это новый уровень поддержки.

Я проснулась глубокой ночью, чувствуя, как сердце стучит гулко и тревожно. Воспоминания о прошедшем вечере обрушились на меня лавиной: касание хвоста Тора, жар его ладоней, насмешливые глаза Мэя и неодобрительный взгляд Кардана, будто предупреждающий, что я играю с огнём. Но всё это казалось сейчас мелочью в сравнении с угрозой Мордона, которая словно мрачная тень повисла надо мной, не позволяя дышать свободно.

На самом деле, мы всё поняли ещё вечером. Поведение Майи выдавало её с головой — дрожащий голос, потухший взгляд, попытки не встречаться с нами глазами. Вся её храбрость куда-то испарилась, оставив напуганного и слегка паникующего зверька. Хотя мы и так давно подозревали, что наша Зайка не просто курсантка с окраины, но сегодня она явно дошла до какой-то своей грани.

Кардан первым сказал, что нужно следить за ней. Но мы с Тором тоже были за. Просто потому, что она была нашей. Нашей женщиной, нашей самочкой. Истинной, единственной, хотя она пока сама этого не понимала.

Так что дежурили по очереди, следя, чтобы она не натворила глупостей. И, конечно, именно в мою смену наша девочка решила выкинуть что-нибудь этакое.

Я стоял у стены, прислонившись плечом к прохладной панели и лениво наблюдая за дверью её комнаты. Ночь была скучной, пока дверь не приоткрылась, и из тёмного проёма не выглянула она.

Сердце тут же сбилось с привычного ритма, а хвост напрягся и чуть качнулся от предвкушения. Я замер, наслаждаясь её видом: босоногая, растерянная, слегка сонная и такая невероятно сладкая. Ночные шортики были настолько короткими и тонкими, что едва прикрывали её круглые ягодицы, и так плотно обтягивали аппетитные бёдра, что я едва сдержал тихий стон. Топ и вовсе издевательски мягко облегал её небольшую, но такую манящую грудь, что хотелось немедленно сорвать с неё эту ненужную ткань и припасть к ней губами, пробуя её на вкус.

Майя осторожно огляделась по сторонам, не заметила меня в полутьме коридора и двинулась в сторону складов.

Я позволил ей пройти немного вперёд, наблюдая за тем, как она мягко ступает по полу, как покачиваются её бёдра, как напрягаются мышцы на стройных ножках.

Как же хотелось поймать её прямо здесь, прижать к стене и больше не отпускать, заставить забыть обо всём, кроме моих прикосновений. Но я сдержался — любопытство было слишком сильным, хотелось понять, что она задумала.

Когда она остановилась перед дверью склада и достала какой-то чип для взлома, я уже почти рассмеялся вслух. Наша девочка явно была профессионалкой, хоть и нервничала. Интересно, кто её этому научил?

Майя скрылась за дверью склада, и я бесшумно последовал за ней.

Она не увидела меня сразу. Сделав пару шагов, Зайка присела на корточки перед каким-то ящиком, широко разведя коленки. Мой взгляд невольно скользнул между её ног, и я почувствовал, как по телу разливается жар, а кровь резко приливает к паху. Она была так близко и выглядела так невероятно уязвимо, что я просто не смог больше скрываться.

— Вот уж не ожидал, что у тебя настолько авантюрный стиль ночных прогулок, Зайка, — лениво произнёс я, наслаждаясь её шокированным взглядом.

Она резко вскочила, прижавшись спиной к стеллажу и смотря на меня огромными, полными паники глазами.

— Мэй… что ты здесь делаешь? — её голос задрожал.

Я шагнул ближе, не сводя с неё взгляда и ощущая, как сердце колотится от желания, как хвост становится напряжённым, выдавая мои истинные чувства.

— Это я должен спросить у тебя, сладкая. Ты явно что-то ищешь. И делаешь это очень неумело. Даже немного обидно.

Она вспыхнула так ярко, что даже в полумраке это было видно. Её смущение и страх лишь усиливали моё возбуждение.

— Я просто… не могла заснуть и решила… пройтись.

Глупее отговорки я не слышал.

— По складу? — усмехнулся я. — Среди ночи? Со взломом двери? Знаешь, могло быть и правдоподобнее.

Я подошёл ещё ближе и аккуратно, чтобы не напугать, взял её за подбородок, заставив посмотреть мне в глаза.

— Майя, — тихо произнёс я, жадно желая её доверия, — лучше скажи правду. Мы ведь всё равно её узнаем.

— Я не могу… — прошептала она.

Я усадил её на полку стеллажа. Какая же она миниатюрная…

— Я не стану настаивать на ответах, — тихо сказал я, чувствуя, как моё тело буквально пылает от желания, — Пока.

Я аккуратно развёл её колени в стороны, моё тело пронзило горячее, сводящее с ума желание, а тонкий, манящий аромат её желания окончательно сорвал все мои тормоза.

— Я не должна быть здесь, — прошептала Зайка.

— Нет, — мягко сказал я, надеясь, что не слишком сильно её пугаю. — Ты должна быть здесь.

Она тихо ахнула, когда я жадно накрыл её губы поцелуем. Великий космос! Она была такой мягкой и сладкой, что хотелось просто сожрать её прямо сейчас.

Но я сдерживался, осторожно касался её губ, медленно и нежно, пока не почувствовал, как она расслабляется, открываясь мне навстречу и доверчиво обнимая за шею.

Мои ладони медленно поднялись вверх, накрывая её грудь, и я с трудом подавил желание сорвать с неё этот проклятый топик, разложить прямо здесь на пыльном полу склада и впиться в её кожу, теряясь в аромате и вкусе моей девочки. Но нет — наша истинная заслуживала чего-то лучшего, чем холодный грязный пол.

Её дыхание стало прерывистым, она выгнулась мне навстречу и прошептала, чуть смущённо, но очень уверенно:

— Может… пойдём к тебе в комнату?

Я замер, на секунду отстранившись и внимательно посмотрев ей в глаза. Серьёзно? Сама предложила? Её взгляд был смущённым, но твёрдым и решительным. Она явно знала, что говорит.

Всё пошло по плану! Но вообще не тому плану, который я задумала!!!

Я хотела выманить их из комнаты и поймать в ловушку! Ненадолго! Только чтобы пробраться внутрь, пока там никого не будет!

А в итоге — я сама в ловушке. Самой сладкой ловушке во всём Великом Космосе!

Этот его бесконечно притягательный запах… Этот его бешеный горящий взгляд и… о Гарр, как же ты испытываешь меня на прочность! Пах, который теперь своей твёрдостью упирался мне как раз между ног!..

Я замерла с приоткрытым ртом, а Мэй не растерялся, его губы тут же накрыли мои, лишая меня возможности хоть как-то мыслить, дышать, сопротивляться. Я всхлипнула, когда он углубил поцелуй, обжигая кожу горячими прикосновениями ладоней. Всё моё тело отозвалось мгновенной дрожью, паника смешалась с внезапно пробудившимся желанием, которое горело сильнее любого стыда и страха.

Я же убегу от них.

Мне придётся убежать.

Если сейчас позволю всем этим чувствам прорасти во мне, как потом будет тяжело!

Мне уже будет тяжело без них. Я так привыкла к своим дракарианцам, к своим невероятным воинам, что… как же я буду жить без них, когда доставлю передатчик Мордону⁈

Хвост Мэя тем временем мягко обвился вокруг моей ноги, аккуратно, но твёрдо фиксируя меня на месте, словно подтверждая: теперь я принадлежу ему. С губ сорвался тихий стон, когда хвост коснулся внутренней стороны бедра, разжигая во мне панику и сладкий огонь одновременно.

— Майя… — простонал Мэй мне в губы, отрываясь на секунду. — Ты сводишь меня с ума с самого начала.

Я хотела сказать, что он меня тоже сводит с ума! С того самого момента, как мы встретились в главном зале, когда он сразу же обвил мою талию своим хвостом, а я и не знала, что это практически объявление всем окружающим, что я принадлежу ему!

Я судорожно вдохнула, пытаясь сказать хоть что-то разумное, стараясь вспомнить, зачем всё это было мною задумано. Передатчик! Точно, я должна спасти сестру! Но с губ сорвались совсем другие слова:

— Мэй, я никогда… я не… — едва выдохнула я, чувствуя, как от смущения пылают мои щёки.

Он замер, внимательно посмотрев мне в глаза, а потом едва заметно улыбнулся. В его взгляде появилась странная нежность без привычной хищности.

— Я подозревал, милая. Значит, я буду очень осторожен.

Мэй подхватил меня на руки легко, как будто я ничего не весила, и прижал к себе. Его хвост всё ещё обвивал мою ногу, будто не желая отпускать даже на секунду, а взгляд был голодным и решительным — теперь я точно знала, что назад дороги не будет. С передатчиком или без, но девственницей из его комнаты я вряд ли выйду.

Мы шли по тёмному коридору Академии, и каждый его шаг отдавался у меня внутри раскатами грома. Он держал меня так близко, что я чувствовала каждую вибрацию его тела.

Мысли метались в моей голове. А я готова к тому, что сейчас произойдёт? А я уверена? Конечно я уверена… во всей Вселенной не найти более лучшего партнёра для первого соития, чем Мэй. Нежный, волнующий, уверенный и осторожный.

Судорожный круговорот мыслей в моей голове был прерван — на повороте мы столкнулись… с капитаном Крейном.

— Ну конечно, — процедил он, остановившись прямо перед нами, уперев руки в бока. — Именно этого я ожидал от членов Золотой квадры среди ночи. Патруль в пижамах. Очень стратегически.

Мэй замер, но не опустил меня.

— Капитан, — протянул он вежливо, но без извинений.

Я почувствовала, как сердце уходит в пятки. На мне всё ещё были эти чёртовы шортики, а Мэй… выглядел так, будто готов разорвать любого, кто скажет не то слово.

— Солаис, — обратился ко мне Крейн, прищурившись. — У вас бессонница? Или вы решили начать полевые манёвры в неположенное время?

Я открыла рот, но Мэй опередил меня:

— У неё был приступ паники, — ровно сказал он. — Я вёл её в комнату. Свою. Под присмотр.

Крейн приподнял бровь.

— Под присмотр, значит…

— Да, сэр, — без тени колебания сказал Мэй. — Это лучше, чем оставить её одну в таком состоянии. Вопросы?

Крейн медленно перевёл взгляд с него на меня. Я старалась дышать ровно, но сердце колотилось, как бешеное.

— Завтра жду вас обоих у себя. Утром. И советую быть убедительными, — произнёс он сухо и отошёл в сторону.

Мэй тут же двинулся вперёд.

— У нас проблемы? — спросила я встревоженно.

— Ты в золотой квадре. Забудь о слове «проблемы», просто теперь у нас впереди не только ночь любви, но ещё и официальный выговор утром. — Он усмехнулся. — Тебе нравится добавлять остроты событиям, да, Зайка?

— Ага. Особенно когда мы почти не попались, — пробормотала я, пряча лицо у него на плече.

— Я покажу тебе, что стоит за словом «почти».

Дверь за нами закрылась с тихим щелчком. В комнате стоял полумрак, только мягкое голубоватое свечение от панели на стене вырисовывало силуэт кровати и массивный шкаф — тот самый, где мог быть спрятан передатчик.

Но ни о передатчике, ни о Ларе, ни о Мордоне я сейчас не могла думать.

Мэй осторожно поставил меня на пол.

Я стояла прямо перед ним, запыхавшаяся, пылающая, сбитая с толку. Лишь одно я знала точно.

Даже если я выкраду передатчик. Даже если я улечу из Академии. Даже если я больше никогда не увижу больше Мэя… я хочу, чтобы произошло то, что сейчас произойдёт.

Пусть он останется со мной хотя бы воспоминанием.

— Ты дрожишь, Майя, — тихо сказал он, и его пальцы осторожно коснулись моей щеки. — Боишься?

— Замёрзла, — я попыталась звучать уверенно, но голос сорвался.

— Тогда я тебя согрею, — прошептал он и медленно провёл пальцами по моей руке, вызывая мурашки.

Его ладони плавно легли на мою талию, и он легко, словно я весила не больше пушинки, поднял меня и аккуратно опустил на кровать, нависнув сверху. Я жарко выдохнула, когда он отстранился и оглядел меня с таким восхищением и жаждой, что сердце пропустило удар.

— Какая же ты красивая, Илшари.

— Илшари? — переспросила я почему-то шёпотом, наверное, боясь случайно разрушить ту хрупкую атмосферу, которая сейчас окутывала нас.

Мэй склонился ниже, его горячее дыхание коснулось моей кожи.

— Истинная связь.

Он поцеловал меня в губы, страстно и нежно одновременно, а потом оторвался от меня и продолжил:

— Недостающий пазл, любовь, замыкающее звено…

С каждым словом он спускался поцелуями по моему телу: шея, ключица…

— В разных культурах и у разных рас это называется по-разному, — сказал он, медленно стягивая с меня топик. — В Дракаре мы называем её Илшари.

Я хотела прикрыться, но Мэй медленно отвёл мои руки в стороны и с таким предвкушением посмотрел на мою оголённую грудь, что я практически перестала дышать от смущения и волнения одновременно.

— Ты наша Илшари, — сказал он хрипло.

А потом я уже перестала что-либо понимать, потому что его губы опустились на мой затвердевший сосок, и Мэй втянул его в рот, чуть посасывая, лаская языком и сводя меня с ума этой медленной пыткой. Я тихо простонала, не в силах больше держать себя в руках. Пальцы впились в его плечи, сердце бешено билось, а между ног пульсировало всё сильнее.

Не останавливаясь, он целовал грудь, живот, ребра, опускаясь всё ниже, и я почувствовала, как он медленно потянул мои шортики вниз вместе с тонким бельём.

Моё сердце торопливо трепыхалось в груди, я до крови прикусила губу, до белых костяшек сжала одеяло, Мэй осторожно поднял мои ноги, полностью избавляя меня от одежды, я вздрогнула от нового прилива паники, смешанной со сладким предвкушением.

Теперь я лежала перед ним полностью обнажённая, открытая, беззащитная — и доверяющая ему всё больше с каждой секундой.

— Майя… — хрипло прошептал он, отстраняясь и выпрямляясь передо мной.

Он расстегнул брюки и одним уверенным движением избавился от них. Я задержала дыхание, впервые видя его абсолютно голым.

Он стоял передо мной — абсолютно обнажённый, сильный, дикий, бесстыдно красивый.

И я не могла отвести взгляда.

Мэй не прятался, не смущался. Он двигался спокойно и уверенно, как хищник, которому незачем притворяться ручным. Мощные плечи, рельефный пресс… Его кожа — гладкая, чуть темнее, чем у людей…

Я заметила шрамы — тонкие, серебристые, пересекающие его грудь, бока, бедро. Следы боёв, следы силы. От них внутри меня что-то сжалось. Эти шрамы не делали его менее прекрасным — наоборот, напоминали, что он не просто идеален, он выжил. Боролся. Побеждал.

Ниже… о Гарр.

Я сглотнула, чувствуя, как горит лицо. Его пах был обрамлён тонкими, гладкими полосками тёмной кожи, переходящей в бедра, а хвост начинался чуть выше копчика, мягко покачиваясь — как будто знал, что я на него смотрю.

А его достоинство… Да ведь это даже не слово «большой». Это было… внушительно.

Он заметил, что я смотрю, и — конечно — усмехнулся. Самодовольно. Гордо. И при этом так мягко, будто давал понять: мне можно. Смотреть. Исследовать. Хотеть.

— Всё в порядке, Зайка? — хрипло спросил он, делая шаг ближе.

Я попыталась что-то сказать. В ответ вырвался только смешной, дрожащий вдох.

Он наклонился ближе, не касаясь. Только взглядом, только дыханием.

— Хочешь потрогать?

Я почувствовала, как лицо мгновенно вспыхивает огнём, и едва не отвела взгляд, но Мэй лишь спокойно усмехнулся, заметив моё замешательство.

— Всё хорошо, Майя, — хрипло сказал он, снова подходя ближе, и протянул руку, осторожно беря мою ладонь и поднося к своему напряжённому члену. — Не бойся.

Я замерла, глядя в его глаза, горящие возбуждением и нежностью одновременно, и медленно коснулась пальцами гладкой горячей кожи. Он был твёрдым и шелковистым одновременно, невероятно горячим и таким живым, что я едва не задохнулась от собственных ощущений.

Я держала член Мэя в руках, а его хвост медленно скользил по внутренней стороне моего бедра, оставляя за собой огненный след, от которого я невольно выгнулась, тихо и беспомощно постанывая.

Он двигался, будто пробуя, запоминая, дразня. Его движения были обманчиво лёгкими — едва ощутимыми, как щекочущее прикосновение воздуха, от которого по коже расползались мурашки, а живот сжимался в предвкушании.

Когда он касался меня своей влагой и гладкостью, я сжимала орган Мэя, а когда хвост отступал, я тоже отступала.

Мэй заставлял меня извиваться от безумного напряжения, которое копилось внутри. Его хвост обвил мою ногу, крепче, надёжнее, и стал подниматься выше — к самому краю запретного. Я затаила дыхание, чувствуя, как жар разгорается с новой силой.

Мэй поднял моё лицо и заглянул в глаза, когда его хвост добрался до самого центра моего желания. До пульсирующего и уже мокрого центра. Мягко, но настойчиво коснулся моего клитора и описал свой первый нежный круг.

Дыхание моё сорвалось.

Мэй крепко притянул меня к себе, моя грудь прижалась к его. Он поцеловал. А хвост легко касаясь своей влагой провёл кончиком по моим складочкам, исследуя меня, будто собирая капли возбуждения. Дразня. Проверяя. Он делал это с нечеловеческим терпением, как будто наслаждался каждым миллиметром моей реакции. А я уже не могла себя контролировать. Я стонала ему в губы.

Его хвост начал двигаться, меняя ритм, скользя вверх-вниз, чуть нажимая, а потом отступая, доводя меня до грани и оставляя там.

Он ласкал меня осторожно, едва касаясь, вызывая сладкую агонию, на грани которой моё тело дрожало и выгибалось навстречу его прикосновениям.

— Пожалуйста, Мэй… — сорвался шёпот с моих губ.

Но он лишь улыбнулся, нежно и мягко отводя мои руки назад.

— Тише, Зайка, — прошептал он, склоняясь к моему уху. — Я хочу, чтобы ты была готова. Не только телом, но и душой тоже.

Моё тело уже горело, и я извивалась, не в силах вынести его дразнящую близость.

Он снова наклонился ко мне, окружая нежностью, теплом и заботой. Его губы касались моей кожи — плеч, шеи, груди, оставляя поцелуи, полные обещания. Он дышал со мной в унисон, погружая в какую-то безумную, но такую манящую связь, где уже не было разделения между нами.

Кончик хвоста скользнул внутрь меня и я резко втянула воздух. Тело напряглось в ожидании, и он вошёл в меня хвостом медленно, осторожно, проникая чуть глубже, мягко раскрывая меня.

— Вот так, моя хорошая, — шептал он, целуя моё лицо, шею, плечи, — отпусти всё.

Я выгнулась, не в силах сопротивляться, и в тот момент, когда напряжение достигло пика, Мэй вытащил хвост и вошёл своим толстым членом!

Яркая вспышка удовольствия и боли пронзила меня насквозь. Мой первый оргазм захлестнул меня волной, заставляя вскрикивать его имя и цепляться за него, теряя последние остатки стыда и страха. Мэй замер внутри меня, давая возможность привыкнуть, мягко поглаживая мои волосы и целуя в губы, не торопя.

— Дыши со мной, Майя. Я с тобой, — шептал он, и я почувствовала, как напряжение постепенно уходит, сменяясь новой волной желания.

Мы начали двигаться вместе — мягко, плавно, в совершенном единстве, которое было настолько глубоким, что я перестала понимать, где заканчивается моё тело и начинается его. Его движения ускорялись постепенно, бережно, ведя меня за собой к новой вершине.

— Мэй… — я прошептала его имя, почти потеряв голос от удовольствия и восторга.

— Майя… Илшари… — простонал он, накрывая мои губы поцелуем и ускоряя ритм.

Оргазм был острым, глубоким, неотвратимым — как прилив космической энергии. Я выгнулась, цепляясь за простыни, за его плечи, за всё, что могла найти, пока волны наслаждения прокатывались одна за другой, не отпуская, не давая отдышаться.

Он всё ещё был внутри меня. И всё ещё гладил — нежно, медленно, словно успокаивая, лаская. Он крепко обнял меня, прижимая к своей груди, нежно целуя в лоб, словно обещая, что теперь всё будет хорошо.

— Ты не хочешь рассказать мне, что тебя так беспокоило? — спросил он.

— Не сейчас, — ответила я, лёжа на его груди и прислушиваясь к стуку его сердца.

Но вдруг раздалась вибрация его браслета. Я почувствовала, как он напрягся, прочитав сообщение. Лицо его изменилось, взгляд стал холоднее и жёстче.

Он аккуратно отстранился.

— Мне нужно выйти, Майя. Но я скоро вернусь, обещаю, — он снова мягко коснулся моих губ, не объясняя, и быстро поднялся с кровати. Взял накидку и вышел из комнаты.

Дверь закрылась за ним почти бесшумно, а я осталась одна — обнажённая, разнеженная, с хаосом мыслей.

Я медленно села, обхватывая себя руками и оглядываясь по сторонам. Реальность начала возвращаться. Лара. Мордон. Передатчик. Я не должна была забывать, почему оказалась здесь… Вот он. Мой шанс.

Глубоко вдохнув и собрав остатки сил, я осторожно встала, прикрывшись простынёй, и шагнула к шкафу.

Дрожащей рукой открыла створку, шаря глазами и руками в полумраке. И вдруг увидела его — маленький, знакомый предмет, спрятанный за стопкой вещей на верхней полке. Моё сердце пропустило удар.

Я потянулась за передатчиком и замерла.

Так не хотелось делать то, что было должно…

И в этот момент сзади раздался голос Тора:

— Так-так, Зайка, и что это ты тут делаешь?

— Так-так, Зайка. И что же ты тут делаешь? — его голос звучал низко, чуть хрипло.

Я вздрогнула и обернулась. Пульс мгновенно взлетел, а простыня, которую я удерживала на груди одной рукой, угрожающе приоткрывалась, обнажая всё больше кожи. Будь я сейчас хоть на секунду невнимательна — и останусь совершенно голой под его пронзительным взглядом.

Он стоял у двери — без рубашки, в тёмных штанах, растрёпанный, будто только что проснулся или спешил. В полумраке его тело казалось высеченным из тёмного камня, а в глазах глубокое разочарование. Хвост нервно покачивался, словно хищник, примеривающийся к жертве.

— Я… — слова застряли в горле. — Я просто… хотела найти какую-нибудь одежду.

Выходило жалко и неубедительно; сама слышала фальшь в собственном голосе. Но Тор лишь склонил голову набок, смотря на меня без тени сочувствия, но и без явной ярости. Шагнул вперёд — тяжёлый, размеренный шаг, словно весь воздух вокруг нас стал густым и электрическим.

— Одежду? — переспросил он, продолжая приближаться.

В два счёта он оказался рядом, а я, отступив на шаг, ощутила спиной прохладную поверхность шкафа. Тепло его тела, напротив, обжигало. Затем он протянул руку к полке — точно туда, где лежал передатчик — и безо всяких усилий извлёк его из-за стопки аккуратно сложенной формы.

— Ты искала это?

Сердце моё бешено заколотилось. Простыня чуть соскользнула, обнажая одно плечо, я вцепилась в неё, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства.

— Тор… это не то, что ты думаешь, — я сама слышала, как беспомощно и жалко звучали эти слова.

Он смотрел на меня внимательно, не сводя взгляда. Потом чуть повёл плечами, будто разминая шею после долгой схватки, и подал мне передатчик. Я машинально приняла его, не зная, куда деваться от стыда.

Без одежды. В комнате мужчины. Пойманная с поличным.

— Неужели? — Его голос стал тише, нижние регистры отозвались вибрацией у меня в груди. Под этим тоном я почувствовала, как внутри всё сжимается от страха и непрошеного, болезненного возбуждения.

Я взглянула на его лицо: резкие скулы, напряжённые губы, и в глазах то ли тревога, то ли укор.

— Если ты на кого-то работаешь — скажи, — голос Тора стал ещё более глухим, опасным. — Мы не враги, но нам не нужны тайны. И я не собираюсь держать тебя здесь силой. Но ты должна перестать бежать от нас. Бежать от меня.

От этого «от меня» внутри дрогнуло. Я чувствовала, как к горлу подкатывает ком, и, уже не в силах врать, опустила взгляд на передатчик у себя в ладонях.

— Это… для моего начальника, — прошептала я наконец. — Он шантажирует меня. У него… Лара. Моя сестра. Если я не отдам передатчик в ближайшие три дня… он её убьёт.

Повисла гнетущая тишина. А потом из глубины груди Тора вырвался сдавленный, хищный рык. Он сделал ещё один шаг и прижал меня к шкафу, большим пальцем мягко приподнимая мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Он шантажирует тебя? — повторил он, глядя прямо в душу, — и ты всё это время молчала?

Я судорожно кивнула, чувствуя, как горло перехватывает отчаяние.

— Я не знала, что… я просто…

— Тсс, — оборвал он меня, устало качнув головой. — Этот передатчик — реплика. Настоящий мы уже давно спрятали. Это — приманка. Я знал, что ты придёшь за ней.

— Знал?..

— Мы не идиоты, Майя, — он усмехнулся. — И мы не оставили бы тебя одну с настоящим передатчиком. Но мы позволили тебе добраться до сюда. Чтобы проверить — доверишься ли ты нам в итоге.

Мир качнулся под ногами. Я действительно собиралась предать их, а они… знали.

— Мне жаль, — выдохнула я, чувствуя, как от стыда и облегчения к горлу подступают слёзы.

— Никаких тайн, — повторил он серьёзно, убирая с моего лица прилипшую прядь волос. — С этого момента. Если хочешь доверять — доверься окончательно. И тогда мы поможем тебе. Поможем Ларе.

Я сглотнула, чувствуя, как от этих слов вдруг становится тепло на душе, будто я давно ждала, что кто-то возьмёт мою проблему на себя и разделит мой страх. Просто не решалась довериться…

— Спасибо, — прошептала я, закрывая глаза.

И вдруг хвост Тора, плавно изгибаясь, проник под мою простыню, коснувшись горячей кожи бедра. Я выдохнула, смутившись от этого неожиданного и слишком интимного движения. Но он не отвёл хвост, напротив, продолжал гладить меня под тканью, вызывая жар во всём теле.

— Ты… — ахнула я, когда упругий кончик хвоста чуть приподнял простыню. — Тор…

— Ты в порядке? — спросил он неожиданно мягко, как будто оправдывая свои прикосновения. — Мэй… подлечил тебя?

— Подлечил? — переспросила я в растерянности.

Лицо Тора приблизилось ещё на сантиметр. Теперь он почти касался моего рта своим, хвост продолжал медленное, возбуждающее движение под простынёй, вынуждая меня то напрягаться, то судорожно вздыхать.

— Дракарианская смазка, — пояснил он чуть интимным, низким тоном. — Ускоряет заживление микротрещин, снимает боль. Полезная штука, особенно, если ты впервые…

Лицо вспыхнуло от смущения. Простыня в который раз угрожающе соскользнула, обнажая грудь, а Тор не отвёл взгляда от моих глаз, словно хоте́л, чтобы я понимала: он уважает меня, а не просто видит тело.

Прижимаясь к его широкой груди, я действительно, впервые за долгое время, позволила себе утонуть в ощущении безопасности и покоя.

Уснула! И мысли отступили и дали место благословенной тишине. Как же мне было хорошо!

Просыпалась я медленно, лениво, как кошка, вытянувшаяся на солнечном пятне. Каждая клеточка тела отозвалась тёплой пульсацией, будто эхо ночных ласк всё ещё вибрировало внутри. Кожа сохраняла ощущение прикосновений — ласковых, настойчивых, таких, от которых мир перестаёт существовать. Я улыбнулась, не открывая глаз, позволив себе ещё пару секунд иллюзии, что всё хорошо, всё спокойно.

Но когда я потянулась рукой вбок — кровать оказалась пуста.

Тор ушёл.

Я приподнялась на локте, чувствуя, как простыня сползает вниз по моей груди, и огляделась. Комната выглядела слишком прилично для того, что здесь происходило ночью.

В изножии кровати лежала рубашка Тора. Я накинула её на себя, она пахла им. Свежо. Глубоко. Безопасно. И я глупо уткнулась носом в ворот ткани, когда заметила, что не одна в комнате. Я вздрогнула!

Кардан!

Он сидел в тени, на стуле, словно скала.

И если Тор был пламенем, а Мэй — искрой, то Кардан — лёд. Холодный, неподвижный и пугающе молчаливый. Его взгляд прожигал. Руки скрещены на груди, хвост лежал вдоль ноги — но в этой позе было столько сдержанной власти, что я вжалась в подушки, как провинившийся кадет.

— Доброе утро, Солаис, — произнёс он наконец. Голос был ровным, но тёплого в нём не было ни капли. — Хорошо выспалась… после ночной разведывательной операции?

— Эм… — Я поёжилась и запахнула на себе рубашку… — Скажем так, разведка была… продуктивной.

Он даже не дёрнулся. Только приподнятая бровь выразила его мнение.

— Ммм. Значит, продуктивной.

О, нет. Он определённо был зол. Очень зол. Но зол по-кардановски — без крика, без угроз, без движения. А это было в тысячу раз хуже.

— Я уже получил отчёт от Крейна. — Он поднялся, размеренно. Я снова вжалась в постель. — Ты не только нарушила ночной режим. Ты оказалась в складской зоне. Одна. Без допуска. После полуночи. Зачем?

— Я… — Я осеклась. Боги, и как ему объяснить, что не хотела ничего плохого?

— Ты, Майя, чуть не разрушила всё, — холодно продолжил он. — Меня разбудили на рассвете, чтобы я лично объяснял руководству, почему тебя не нужно исключать из Академии.

— Прости, — прошептала я, опуская взгляд.

— Прости, — передразнил он с ледяной вежливостью. — Это ты Торну скажи. И Мэю. Хотя нет… думаю, они уже простили.

Он шагнул ко мне. Я ощутила, как воздух стал гуще. Его взгляд опустился на мою оголённую ногу, торчащую из-под рубашки, и задержался. Долго. Слишком долго.

Я натянула на себя ткань. Он усмехнулся — уголком губ.

— Как себя чувствуешь? — спросил вдруг, а голос стал мягче, почти интимным.

— Нормально… — тихо ответила я, лицо полыхало, как факел. — Немного… чувствительно.

— Первый раз всегда оставляет следы, — отрезал он. — Надеюсь, Тор был не слишком… груб.

— Тор не… он не…

Я должно быть покраснела и побледнела одновременно.

— Только Мэй? — спросил он безэмоционально.

— Ну…

О Великий Гарр, как я должна объяснить ему, что я имела в виду, что Тор не…. не использовал вчера член! Если я даже мысленно это проговорить не могу!

Он шагнул ближе. Его хвост лениво обвился вокруг моего запястья, и я рвано выдохнула.

Кардан подошёл ближе.

— Я не верю в связи, возникающие от одного взгляда на грудь, — сказал он. — Мне нужно больше.

— Больше? — прохрипела я, стараясь дышать.

— Гораздо больше, — его дыхание коснулось моей шеи, а хвост скользнул по внутренней стороне бедра, не нарушая приличий, но полностью разрушая самообладание.

Он выпрямился и вернулся к прежней холодной маске.

— Ты должна убедить Мордона, что всё по плану. Передача — сегодня. Вопрос твоей сестры решается сейчас. Ошибки недопустимы.

Я кивнула, дыша поверхностно. Не потому что боялась. А потому что этот мужчина был ледяной катастрофой, и я едва сдерживалась, чтобы не утонуть в его буре.

В этот момент дверь открылась, и на пороге возник Мэй — с джинсами, футболкой и дьявольской усмешкой на лице.

— О, так-так. Доброго утра. А я думал, застукаю Тора, а тут вы, капитан строгости, — он подмигнул Кардану. — Ну что, Зайка? Готова к тренировке в полевых условиях?

Я кивнула, опуская взгляд в пол.

— Через десять минут в холле, Солаис. — сказал Кардан и вышел, хлопнув дверью.

Я посмотрела на Мэя:

— Что ж… утро выдалось бодрым.

— О, малышка. А день только начинается.

Я стояла возле кровати, собирая свои немногочисленные вещи в походный рюкзак. Мэй сказал взять самое необходимое, но я боялась, вдруг, не вернусь из этой поездки.

Руки двигались автоматически, голова же была далеко — среди тревожных мыслей, среди надежд и страхов, среди того, что могло случиться, и того, чего мне отчаянно хотелось.

Мне бы хотелось вернуться.

Я вздохнула и медленно провела пальцами по аккуратно сложенной форме. Ощущение ткани под пальцами вдруг стало невероятно острым и реальным. Я отчётливо осознала: возможно, это последний раз, когда я нахожусь в своём жилом блоке

В груди неприятно сжалось.

Не видеть больше эти стены. не чувствовать тепло Мэя, его шутливую нежность и уверенные прикосновения. Не слышать хриплый голос Тора, не чувствовать его неистовую заботу, скрывающуюся за опасной хищностью. И остаться без холодной суровости Кардана, которая заставляла сердце биться сильнее и напоминала мне, что я всё ещё жива и нужна кому-то.

Не чувствовать себя защищённой и желанной. Не видеть звёзды с крыш. Не чувствовать себя частью чего-то большего.

— Ты выглядишь так, словно прощаешься навсегда, — прозвучал знакомый мягкий голос Ланайи.

Я вздрогнула и обернулась. Она только проснулась и стояла, прислонившись плечом к косяку. Её взгляд был серьёзен, чуть печален, и я вдруг ясно поняла, что она догадывается. Догадывается о том, о чём я никому не говорила вслух.

— Мы летим на практику — собираюсь, — попыталась улыбнуться я, но улыбка вышла неубедительной и натянутой.

— Вау как круто! — взбодрилась Ланайя. — Я буду ОЧЕНЬ ждать твоего возвращения! У меня миллион вопросов. Ты не ночевала в блоке, а теперь улетаешь… — она забавно пошевелила бровями. — Сейчас не буду приставать, но когда вернёшься, нам придётся выделить целые выходные на пустую болтовню!

Голос её был таким уверенным, таким мягким и радостным, что я почувствовала, как глаза предательски защипало. Я быстро отвела взгляд, пытаясь скрыть внезапную влагу в уголках глаз.

— Спасибо, Ланайя. Я… хочу вернуться.

— Всмысле? — спросила она. — Ты думаешь, что не вернёшься из практики?

Я срезу попыталась перевести всё в шутку.

— Ну знаешь, на Эритрее столько редких насекомых и хищников, а я уверена, что Кардан захочет проверить все мои страхи на прочность.

Ланайя усмехнулась.

— Обычно практики начинаются со второго семестра, но для золотой квадры, думаю, правила существуют только номинально.

Потом она засунула руку в недра своей полки с одеждой.

— Вот! — она выудила маленький баллончик и подала мне. — Эта штука помогает отпугнуть даже крупных хищников! Держи, тебе может понадобится.

— Спасибо! — Я кивнула, сжимая в руках баллончик.

Застегнула рюкзак. Ну всё, можно идти.

Ланайя подошла ближе, коснулась моего плеча и тихо добавила:

— Возвращайся быстрее, Майя.

На мгновение между нами повисла пауза, а потом мы обе негромко рассмеялись, выпуская накопленное напряжение.

Я ничего не ответила, только тепло улыбнулась и вышла из жилого блока.

Кардан стоял в холле, суровый и неумолимый, и, казалось, сон ему вообще не нужен. Он быстро повёл меня в ангар к кораблям, быстро и чётко инструктируя:

— Летим в сектор 9 на Эритрее. Там густые джунгли. С нами только базовое снаряжение и немного оружия, но местность под наблюдением. Главная задача по легенде для академии — выживание и скрытность. Реальная главная задача — передача передатчика. Всё ясно?

Я хохотнула.

Он нахмурился.

— Я сказал что-то смешное? Или в тебя от Мэя попала смешинка?

Я хотела объяснить, что меня рассмешила «передача передатчика», но после его слов густо покраснела и опустила глаза.

До ангара дошли в молчании.

Когда вошли, я ощутила на себе взгляд Мэя — тёплый, успокаивающий, чуть ироничный, как всегда. Он едва заметно улыбнулся, и я почувствовала себя увереннее. Тор смотрел хищно, внимательно, молчаливо — словно охотник, готовый кинуться в бой по первому сигналу. Кардан же… казался высеченным из гранита, холодным, непроницаемым. Но его взгляд иногда скользил по мне — быстро, едва заметно, и я ощущала этот взгляд буквально кожей.

Пока парни проверяли снаряжение, я набрала сообщение для Мордона, как мы и договорились с дракарианцами:

«Вылетаю на полевую практику. Передатчик у меня. Место встречи — Эритрея, сектор 9. Время — 16:00. Никто не должен пострадать»

Ответ пришёл почти сразу, жёсткий и краткий:

«Как договаривались. Только без глупостей».

Я сглотнула и скрыла экран. Пути назад больше не было.

Майя и…?

В наш сектор мы спустились быстро и тихо, посадив глайдер на крохотной поляне в самой глубине джунглей.

Я смотрела во все глаза, так всё это было странно! Никогда не видела столько зелени! А когда дверь глайдера открылась, и я вдохнула… Невероятно! Воздух здесь был плотный, тяжёлый, пропитанный влагой и незнакомыми запахами. Вокруг кричали невидимые птицы, потрескивали ветки, шумели листья, словно лес с любопытством наблюдал за нами.

Только я вышла, сразу стало жарко. Я будто бы физически ощущала, как белая футболка становится полупрозрачной, а соски начинают просвечивать. Это заставило меня запахнуть куртку получше, а вот дракарианцы наоборот расстегнулись.

Кардан сразу взял командование на себя:

— Тор, защита и разведка территории. Мэй, помоги Майе разбить лагерь. Я займусь периметром.

Мы принялись за дело. Мэй со своей фирменной улыбкой помогал мне устанавливать палатку:

— Ты, Зайка, умеешь делать вид, что знаешь, как это собирать, но держишь её вверх ногами.

Я смущённо хихикнула, а он легонько толкнул меня плечом:

— Не переживай, я прикрою твою репутацию перед нашим суровым командиром.

— Очень на это надеюсь, — я улыбнулась, чувствуя лёгкость впервые за день.

Мне было жарко. Волосы липли к шее. Мэй заметил это и подошёл ближе.

— Мне конечно нравится, когда ты такая горячая, тебя просто сожрать хочется, милая. Но разве не лучше тебе будет снять эту куртку?

Я поджала губы и покачала головой. Мэй усмехнулся.

Когда лагерь был почти готов, Кардан подошёл ко мне и протянул пустую сумку:

— Пойдём. Нужно собрать хворост для костра.

Я молча пошла за ним, уходя чуть дальше в лес. Через несколько минут Кардан остановился и внимательно огляделся.

— Запомни, Майя. Первое, что надо искать на дикой планете — это вода. Второе — возможность развести огонь и укрыться, потом уже можно думать о пропитании… Это главное для выживания.

— Но у нас же есть с собой и еда, и обогреватель на солнечных батареях, — возразила я.

— Случаются ситуации, когда ты остаёшься один на один с природой, особенностей которой не знаешь, потому очень важно, чтобы ты учила теорию на занятиях для первокурсниках. А практикой, по всем фронтам, мы тебя обеспечим.

И звучало это как-то… интимно.

Я кивнула, собирая сухие ветки, чувствуя его напряжённое молчание. Мне всё ещё было жарко. А рядом с ним — как-то ещё жарче!

Кардан всегда заставлял меня нервничать, но сейчас между нами было что-то ещё — необъяснимое притяжение. Мы оба понимали, что оно есть, но не признавали этого…

Я попыталась сломать толстую ветку, но она не поддавалась. Я нахмурилась и напряглась сильнее. Безрезультатно. Вдруг его сильные руки накрыли мои, жилы на его предплечьях натянулись, и он легко сломал ветку за меня. Гарр, какие же у него красивые руки! Я замерла, ощущая тепло его груди у своей спины и прикрыла глаза.

Он не отступил. Стоял слишком близко. Я наклонила голову назад на его грудь. Его дыхание коснулось моей шеи. Тёплые пальцы убрали влажные волосы на одну сторону.

— Майя… — прошептал он, почти гневно, будто я была виновата в том, что он меня хочет.

Его хвост обвил мою ногу и беззастенчиво потянулся к моим складочкам, начал тереться о меня через джинсы, совершенно ясно говоря, что его хозяин на самом деле чувствует.

Я удивлённо ахнула и не сдержала стона, когда кончик хвоста удивительно ощутимо надавил мне между ног, и именно туда, где нужно, чтобы доставить мне удовольствие. Плоть там, где он давил, всё ещё оставалась чувствительной после ночи с Мэем. И с Тором…

Кардан резко развернул меня к себе. Дёрнул за замок куртки, от которой я страдала целый день.

Всё было ещё хуже, чем я думала, да… соски призывно торчали и майка немного просвечивала, и я почувствовала, как взгляд Кардана проходит сквозь ткань…

Он зарычал. Притянул меня к себе, вдохнул запах моих волос, а потом выбил из меня всю оставшуюся осознанность: его хвост юркнул мне под пояс джинс, а его губы жёстко накрыли мои, без вопросов, без промедления, без разрешения.

Кардан целовал так, словно это был его единственный шанс. Я задохнулась, прижимаясь к нему, ощущая силу и огонь, который скрывался под его ледяным внешним видом. А ещё — его хвост, который тут же стал влажным, заползая ко мне в трусики. Сердце билось безумно, и мне хотелось раствориться в его объятиях. Жарких, порывистых и тем не менее осторожных.

Но он отстранился с глухим рыком. Резко и чуть виновато, будто сам удивился своему порыву.

— Извини.

Его хвост ещё был у меня между ног, и я беспомощно посмотрела Кардану в глаза, не в силах вымолвить ничего членораздельного.

Кардан с такой неохотой и с таким неудовольствием заставил свой хвост вылезти из моих штанов!

А я смотрела на его губы. На то, как он сглотнул, на то, как его хвост снова метнулся ко мне, но Кардан его удержал.

— Нам пора обратно, — холодно произнёс он, глядя мне в глаза.

Прочистил горло и пошёл вперёд.

— Не отставай!

Не отставать⁈ Да я сейчас сгорю!

Когда мы вернулись в лагерь, Тор уже готовил что-то на костре, и это «что-то» источало умопомрачительный аромат.

— Хворост, значит, собирали? — ухмыльнулся Мэй, глядя на нас. Я густо покраснела, а Кардан сурово нахмурился и отвернулся, молча приступив к своим делам.

Похолодало. Тонкие язычки пламени плясали в центре поляны. Лес дышал паром и сладковатым ароматом влажной древесины. Мэй, насвистывая, разбирал снаряжение, а Тор колдовал над подвесным котелком, где тихо булькала густая, пряная похлёбка. Кардан снова обходил периметр.

Моя роль свелась к тому, чтобы сидеть у костра и отгонять мошкору. Я пыталась не думать о часах, которые оставались до встречи с человеком Мордона, и сосредоточиться на такой приятной лесной атмосфере. Правда желудок предательски сводило от голода: адреналина за день хватило, калорий — не очень.

Тор снял котелок, дал ему «отдохнуть», как он выразился, потом разлил ужин в глубокие металлические кружки. Одну поднёс мне.

— Держись за ручку, горячо, — буркнул он, а сам присел рядом, опершись локтями о колени. Я только поднесла еду ко рту, как он мягко перехватил кружку. — Всему вас, первокурсниц, учить надо.

Он зачерпнул ложкой, подул — долгий, почти интимный выдох — и поднёс к моим губам. Я открыла рот и почувствовала на языке мягкое мясо, острую приправу, чуть сладковатую зелень. Все вкусы вспыхнули гораздо ярче, чем если бы я ела сама. Глаза мне пришлось закрыть — и от жара ложки, и от того, как внимательно Тор наблюдал.

— Вкусно? — спросил он низко.

Я кивнула, и он отправил в меня вторую ложку, потом третью.

Тор кормил меня, не позволяя сделать это самой, а, Мэй сел напротив и с нарочито ленивой улыбкой очищал ножом какой фрукт. Он смотрел на мои губы и медленно облизал сок с пальца. Мне стало ещё горячее, и я сглотнула. Тор чуть зарычал, но продолжил меня кормить.

С каждой порцией по телу разливалось не только тепло, но и странное, ленивое спокойствие, будто он запечатывал во мне уверенность.

— Тор, я могу сама, — попыталась возразить.

— Знаю, — отозвался он без улыбки, но взгляд его стал мягче.

Кардан, вернувшийся из темноты, остановился у огня, и я совсем стушевалась.

У костра повисло молчание: потрескивание дров, тихие вздохи ветра в кронах, далёкое уханье ночной птицы. Но сердце моё билось громче. Я чувствовала на себе взгляды всех троих дракарианцев.

Тор фыркнул, вытер большим пальцем уголок моих губ — лёгкое касание, но от него по коже пробежали искры сильнее, чем от пламени.

— Мне пора проверить территорию, отдыхай, Майя, и приглядывай за этими двумя, — он кивнул на Кардана и Мэя.

— О нет, у меня тоже есть дела, — сказал Мэй вставая.

О нет-нет-нет, они же не оставят меня наедине с Карданом⁈ С холодным, упрямым и таким непонятным Карданом!..

Костёр потрескивал, словно что-то шепча нам в убаюкивающей тишине джунглей. Мэй ушёл вслед за Тором, бросив на меня весёлый и одновременно сочувствующий взгляд, а я осталась наедине с Карданом, чувствуя себя неловко, как будто меня вызвали на разбор полётов.

Он сел напротив меня. От его взгляда я почему-то затаила дыхание.

— Значит, Мэй и Тор решили устроить тебе вечер развлечений, — начал он спокойно, изучая меня холодными, внимательными глазами.

— Мы просто… ели… — промямлила я, тут же почувствовав себя полной идиоткой. — То есть… Тор меня кормил, а…

— Я заметил, — перебил он сухо, но уголок его губ чуть дёрнулся, выдавая скрытую усмешку. — Если ты оставишь им время и на выполнение поставленных задач, я буду весьма признателен.

Я улыбнулась и расслабилась — немного. Кардан умел иронизировать с таким каменным выражением лица, что я до сих пор не понимала, шутит он или ругает всерьёз.

— Осталось совсем немного, — голос его стал строже. — Как настроение?

Я поёжилась.

— Я справлюсь, — ответила я и добавила, уже честнее: — Наверное.

Кардан медленно поднялся и, сделав пару шагов, опустился рядом со мной. Так близко, намного ближе, чем обычно. Его плечо едва касалось моего, но от тела шло такое жаркое напряжение, что кожа на руках покрылась мурашками.

— Майя, я не буду делать вид, что всё просто, — тихо проговорил он, глядя на огонь. — Мы понятия не имеем, что за человек появится здесь, и насколько он опасен. Поэтому слушай меня очень внимательно.

Я замерла, боясь даже дышать.

— Над лагерем сейчас кружит дрон-разведчик.

Я хотела вскинуть взгляд, но он взял меня за подбородок, чтобы в съёмке сверху казалось, что мы просто разговариваем.

Его пальцы были жёсткими и длинными.

— Это означает, что Мордон тебя проверяет, — сказал Кардан, и по моей спине пробежал холодок. — Ему нужно удостовериться, что ты действительно одна, и мы позволим ему это увидеть.

Он хотел опустить руку, но я как-то по наитию прижалась к его ладони, тут же ругая себя за импульсивность.

Его большой палец очертил мои губы.

— Ты выйдешь к северной границе лагеря и будешь отходить до тех пор, пока не встретишь того, кого Мордон к тебе пришлёт. Ни больше, ни меньше. Мы должны дать им понять, что условия соблюдены. Поняла?

Я сглотнула, чувствуя, как холодок страха вновь скользит по спине.

— Да.

Кардан молчал, напряжённо изучая моё лицо. Он видел насквозь моё притворство.

— Тебе страшно, — не спросил, а констатировал он.

Я снова сглотнула и прошептала, едва слышно:

— Немного…

Кардан чуть нахмурился и вдруг одним решительным движением притянул меня к себе, обнимая за талию. Я замерла, ощущая жёсткость его мышц, его горячее тело, чуть учащённое дыхание.

— Кардан… — начала я, не зная, что именно хотела сказать, но он тихо оборвал меня:

— Так будет убедительно в этой съёмке с дрона. Мы же хотим, чтобы они нам поверили?

И я не сопротивлялась, когда он мягко уложил меня на землю, аккуратно подложив под голову свою куртку.

Я могла отстраниться. Сказать, что мне нужно подумать, что я не готова, что не время. Но, Гарр, как же устала я быть наготове. Я просто… позволила себе довериться.

Я оказалась зажата между его телом и мягкой травой, ощущая каждое его движение. Кардан навис надо мной, его глаза, освещённые пламенем костра, сверкали глубже и опаснее, чем когда-либо.

— Майя, перестань думать о том, что может пойти не так, — прошептал он, касаясь губами моего уха. — Здесь и сейчас, ты под моей защитой.

Его губы мягко, но требовательно нашли мои, и я потерялась в этом поцелуе. Он был одновременно нежным и горячим, медленным и страстным. Я раскрыла рот, впуская его язык, и мир вокруг перестал существовать — только Кардан, только его руки, хвост, который крепко и ласково обвил моё бедро, только его уверенное дыхание и сердцебиение, эхом отдающееся в моей груди.

Его губы были горячими, но сам он будто держал себя на цепи. Я чувствовала это — напряжение в каждом его движении, в том, как он вжимает пальцы в ткань, но не в мою кожу. Как он будто бы хочет большего, но не позволяет себе.

Он целовал меня, пока тревога не отступила, растворяясь в тепле и безопасности его объятий. Наконец, он отстранился, чуть тяжело дыша, пристально глядя мне в глаза.

— Лучше? — спросил он тихо, проводя пальцами по моей щеке.

Я едва улыбнулась, тяжело дыша:

— Намного.

Он осторожно помог мне подняться, не спеша выпуская меня из объятий, и снова сел рядом, уже не отпуская мою ладонь.

— Запомни это чувство, Майя. Оно поможет тебе пройти через всё, что нас ждёт.

Я кивнула, прижавшись плечом к его плечу, чувствуя, как в груди разливается тепло и уверенность.

— Время, — сказал он тихо. — Готова?

Когда я увидела фигуру в тени, даже не удивилась — испугалась, да, но ещё я испытала облегчение. Он стоял неподвижно, лицо скрыто капюшоном. Я остановилась в трёх шагах, опустила сумку на землю и отступила.

— Всё, как договаривались, — сказала я. Голос не дрожал. Почти.

Фигура кивнула, мужчина молча поднял сумку, проверил её содержимое…

— Лара, теперь её отпустят? — спросила я нервно.

Но мужчина в чёрном только взглянул на меня в последний раз и исчез между деревьев. Ни выстрела, ни угрозы. Ни ответа. Только влажный шелест листвы.

Я ещё некоторое время постояла вот так в лесу, вглядываясь в то место, где исчез курьер Мордона. Только когда воздух снова стал неподвижным, я с усилием развернулась в сторону лагеря.

Моя часть сделки выполнена. Мордон ужасный человек, но своё слово он держит. Иначе я бы не согласилась на это всё…

Я стала нагибаться и собирать ветки, которые казались мне более менее сухими, направляясь обратно к лагерю дракарианцев, усиленно делая вид, что действительно просто отошла за хворостом.

Кардан подошёл ко мне первым. Его силуэт вынырнул из тени, и он молча подошёл ближе и забрал у меня из рук хворост.

— Нет нужды притворяться, здесь никого нет, а дрон деактивирован.

Его взгляд был холодно-сосредоточенным, как всегда, но в нём не было ни осуждения, ни вопросов — только ожидание.

— Он забрал передатчик, — сказала я.

— Умница.

Это короткое слово почему-то прошибло меня до костей.

— Он отпустит Лару? — тут же спросила я.

Кардан кивнул в сторону, где горел костёр:

— Пойдём. Обсудим этот вопрос…

Мы подошли ближе к огню, он подложил хворост, и над лагерем взметнулся сладковатый дым. Раньше я не видела вот такого огромного открытого пламени. Не приходилось, поэтому смотрела, как заворожённая.

Кардан активировал свой гим-браслет.

— Нам повезло, агента удалось внедрить довольно быстро.

Его пальцы порхали над голограммой.

На экране открылась запись. Сердце моё ушло в пятки.

Лара.

Она была не просто жива — выглядела так, будто только что вышла из салона красоты, в которых мы сроду не бывали! Такая отдохнувшая, довольная, красивая!

Длинное синее платье, развевающееся под лёгким ветерком, волосы уложены, лицо спокойное. Она сидела на коленях у мужчины, которого я сразу узнала — помощник Мордона, тот самый, что мелькал в его делах и досье. Он что-то говорил ей, а она… улыбалась. Жеманно так. Соблазнительно. Она флиртовала.

И всё происходящее с ней не было похоже ни на плен, ни на шантаж.

Следом — ещё одно короткое видео. Лара смеётся, у неё в руках бокал. Она касается плеча этого мужчины. И никаких цепей или принуждения. И ни следа страха. Только изысканная мягкость окружения и то, как легко она себя там чувствовала.

— Что это… — выдохнула я, не отрываясь от голограммы. Внутри всё перевернулось. — Что это значит?

— Это значит, — хрипло произнёс Кардан, — что Лару не держат в плену.

Он выключил гим и снова посмотрел на меня. Его взгляд был серьёзным, внимательным.

— Ты хочешь сказать… — слова застряли в горле. — Что Лара… с ними добровольно?

— Возможно, — мягко произнёс он. — Возможно, они убедили её, что ты — угроза. Или что она им там нужнее. А может… ей просто нравится быть центром внимания. Тебе виднее, Майя. Она твоя сестра.

Я всё ещё смотрела на его запястье, на котором покоился деактивированный гим-браслет. Сердце сжалось. Всё пошло не так. Всё было не так.

— Ты не думал сказать мне это раньше? — хрипло спросила я.

— Нет, — честно признал Кардан. — Пока ты не отдала передатчик… нельзя было. Ты бы не смогла действовать хладнокровно…

Я сжала кулаки на коленях.

— А теперь, когда ты знаешь… выбор за тобой. Мы по-прежнему готовы идти до конца. Ради тебя.

Молчание повисло между нами, тяжёлое, как густой дым костра.

Я сидела, не шевелясь, чувствуя, как внутри всё горит и ломается. Даже не от злости. От предательства? От шока? От пустоты, которая медленно, но уверенно начала расползаться из груди.

Кардан молчал. Просто сидел рядом. И почему-то это было гораздо лучше, чем любые слова. Он не бросался утешениями. Не говорил: «всё будет хорошо». Он просто… был.

А потом он медленно протянул руку и обнял меня. Осторожно, как будто проверяя, не оттолкну ли. Я не оттолкнула. Наоборот — крепче вжалась в его бок, уткнулась лбом в его плечо.

— Я чувствую себя идиоткой, — прошептала я.

— Ты действовала по совести, — ответил он. Его голос был тише обычного. — Это не ошибка. Это — сила.

— Но всё это время… Она обманывала меня? А может её просто заставили? Может она просто делает это, потому что иначе её поколечат? Мне надо поговорить с Ларой. Мне надо точно знать!..

Кардан заглянул в мои глаза и покачал головой.

— Не вини себя за чужой выбор, — сказал он. — Ты сделала всё, что могла. Ты выбрала любовь, а она, похоже, выбрала игру.

Он сказал это спокойно, почти холодно, но в этом была та самая трезвость, которая сейчас мне была нужна. Я держалась за его голос, как за спасательный круг.

Я молчала. Несколько сотых. Только слушала, как в его груди бьётся сердце. Ровно, мощно. Уверенно. Настоящее.

— Теперь, когда ты знаешь это… Когда Мордону нечем тебя шантажировать, — начал Кардан, и я уловила в его голосе уязвимость. С удивлением я внимательно посмотрела на него. — Захочешь ли ты быть частью «золотой квадры»?

Голос Кардана был таким же уверенным, как обычно, и даже кончик хвоста не двигался беспокойно, как в те моменты, когда он испытывает сильные эмоции. Он застыл, ожидая мой ответ.

Я посмотрела на огонь. Внутри бушевало сразу всё: разочарование, боль, страх, усталость. Но поверх всего этого — было что-то большее. Глубокое, теплое чувство, которое я боялась назвать, но которое с каждым днём только росло.

— Я уже её часть, — тихо сказала я. — Даже если бы не хотела — поздно. Слишком глубоко вы в меня проросли.

Кардан выдохнул. Тихо. Едва слышно, но я уловила этот звук. Он обозначал облегчение. Это был не просто вопрос — это был прыжок в пропасть, на который он решился. А я своим ответом дала ему гравитационную подушку.

Он притянул меня к себе, уже не осторожно, а решительно, целиком. Я не сопротивлялась. Я хотела этого — его силы, его уверенности, его тепла. Его самого.

Кардан склонился ко мне ближе. Я закрыла глаза, ожидая поцелуя. Но вместо этого он прижался лбом к моему, как будто и ему нужен был этот миг близости. Без слов. Без движения.

— Отдохни немного, — прошептал он. — Сегодня ты сделала невозможное.

И в его голосе впервые звучало не только восхищение… но и забота.

— Это было слишком просто — он просто забрал передатчик, и всё.

— Мы следим за передвижениями передатчика, и за дроном, который здесь летал.

— Но как? — я нахмурилась, никакой дополнительной команды я здесь не наблюдала.

Кардан на мгновение посмотрел на огонь, будто решая, стоит ли говорить дальше. Потом медленно выдохнул.

— Мы не просто курсанты, Майя, — сказал он тихо, но с той твёрдостью, от которой внутри сжимается что-то важное. — Квадра называется золотой, потому что за нами — высший допуск, особый статус и вся поддержка дракарианского командования. Мы работаем напрямую с Советом Империалов. У нас свои линии связи, свой доступ к разведданным и, да… к самым продвинутым разработкам наблюдения и перехвата.

Он чуть улыбнулся краем губ.

Я растерянно посмотрела на него.

К нам подошли Мэй и Тор.

Я отстранилась от Кардана и сделала несколько шагов назад. Посмотрела на них троих.

— Кто вы на самом деле?

— Кто вы на самом деле? — спросила я, глядя на троих мужчин, которые стояли напротив костра. Вроде бы те же лица, тот же взгляд, те же знакомые повадки. Но теперь всё казалось чуть иначе. Глубже. Серьёзнее.

Кардан обменялся коротким взглядом с Тором и Мэем. Потом медленно кивнул, будто принял внутреннее решение больше ничего не скрывать.

— Мы не студенты Академии, — начал он просто. — Вернее… не совсем. Мы прикомандированы к Академии как часть внешнего наблюдательного корпуса.

— Мы — действующие оперативники, — продолжил Тор, сухо и спокойно. — Скрытое подразделение Императорской разведки. Работаем в «серой зоне».

Мэй чуть усмехнулся, опускаясь на корточки рядом со мной: — Проще говоря, мы делаем то, что Совет не может поручить открыто. Иногда — грязную работу. Иногда — невозможную.

Я моргнула. Пыталась осознать.

— Но почему вы здесь? В Академии, с нами, среди курсантов?

— Мы приманка, на которую поймалась ты, — сказал Кардан. — Ты оказалась частью уравнения. Не по своей воле, но это помогло нам выловить Мордона. Он тоже часть уравнения, которое ведёт к более крупным игрокам.

— Мы вели операцию по локализации преступника, которому в Дракаре светит смертная казнь, — вставил Тор. — У нас в Дракаре есть кампания — СкайРос, слышала про такую?

Я кивнула, кто же не слышал про «СкайРос». Самые крутые технологии, самые эффективные решения по части пассажирских космических кораблей, глайдеров и гравимобилей для персонального использования…

— Кое-кто сливал информацию конкурентам, и ты помогла выяснить, к кому тянутся ниточки, — мягко сказал Мэй.

Я моргнула. Пыталась осознать.

Сердце гулко стучало где-то в висках. Это розыгрыш? Они надо мной смеются?

— Так значит, всё… всё это было игрой? — я почувствовала, как что-то внутри кольнуло.

Всё было ложью? Или… нет?

Мэй покачал головой и взял мою ладонь:

— Нет. Всё, что случилось между нами — не было игрой. Прикрытие — да. Но чувства?.. — он замолчал, а потом мягко добавил: — Они стали настоящими слишком быстро.

— Мы не планировали, — сказал Кардан. Голос его стал тише. — Ты просто… проросла в нас. Как бы мы ни пытались держать дистанцию.

— Илшари, — добавил Тор и немного виновато отвёл взгляд. — Как бы мы ни хотели оставаться в рамках операции — не вышло.

Я сидела молча. В груди было тесно от слишком многого: шока, облегчения, разочарования, радости.

— Значит, я всё это время была частью чего-то гораздо большего?

— Ты и есть «гораздо большее», Майя, — сказал Кардан, глядя мне прямо в глаза. — Вокруг тебя всё закрутилось. И теперь тебе решать — идти ли дальше с нами или нет.

— Если выберешь «нет» — мы отступим, — добавил Мэй. — Мы покроем твою легенду. Сможем всё стереть, если нужно. Ты сможешь убежать, и Мордон тебя не найдёт. Но если выберешь «да»…

— Тогда мы заберём тебя с собой, — закончил Тор. — Полетим в Дракар. Если ты выберешь будущее с нами.

Я смотрела на них. На свою «золотую квадру». На тех, кто открылся мне в самый сложный момент.

Я не знала, что будет завтра. Я не знала, что станет с Ларой. Но сейчас, под взглядом троих, которые не были просто курсантами, не были просто мужчинами — я вдруг поняла.

Я уже выбрала.

Я просто ещё не сказала это вслух.

— Ты дрожишь, — заметил Кардан и подошёл ближе.

Он взглянул на Мэя и Тора, оба они кивнули и разошлись в разные стороны. Всегда поражалась тому, как они понимают друг друга без слов.

— Просто… обними меня, — прошептала я.

Кардан не сказал ни слова. Подошёл и сел рядом, позволив мне устроиться у него на груди. Его сердце билось ровно.

Я гладила пальцами его кожу. Его хвост чуть вздрогнул, и я почувствовала, как он напрягся.

— Устала… — вдруг сказала я. — Моя жизнь никогда не была сладкой, но с приездом сюда я поняла, что может быть по-другому, что с вами всё по-другому, но…

Он молчал, просто поглаживал меня по волосам и слушал мою исповедь.

— … но надо мной всегда висело это задание — то, зачем Мордон меня сюда отправил. Я никогда ничего не крала, мне было так…

Кардан притянул меня к себе и усадил на колени.

— Теперь всё хорошо, Майя. Теперь всё будет хорошо.

— Но Лара… — я всхлипнула.

— Я обещаю тебе, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы ей помочь, даже если она натворила глупостей.

И так открыто, прямо и честно он это сказал, что я поверила.

— Обними меня крепче? — робко попросила я.

Сама не знаю, как эти слова сорвались с моих губ!

Кардан не улыбался, нет. Его ладони мягко прошлись по моей спине — медленно, но уверенно. Тепло его тела согревало меня.

— Ты под моей защитой, — тихо сказал он. — Под нашей защитой. Ты можешь на нас рассчитывать.

Он уткнулся носом в мои волосы и вдохнул мой аромат.

— Сводишь с ума… — Его голос стал ниже, глубже. От него шел жар — и не только телесный. Я чувствовала его сдержанность, натянутость каждой мышцы. Он держал себя в руках… для меня.

Я почувствовала это.

И именно потому потянулась к его уху и прошептала:

— Не сдерживайся.

Он крепче обнял меня. Его хвост скользнул к моей талии, обвился вокруг неё, сжал меня. Я зажмурилась от удовольствия.

— Кардан… — прошептала я. — Ещё крепче…

Я почувствовала вибрирующий рык из середины его груди, а мне в пах через ткань наших походных костюмов упёрся большой и твёрдый член.

Кончик хвоста забрался под мою майку, коснулся кожи между грудей, оставляя влажную, горячую дорожку. Я вздрогнула. Его прикосновения были одновременно хищными и ласковыми.

Потом — чуть сильнее. Хвост начал раскрываться, как цветок, будто ища, где я самая чувствительная.

— Ты не представляешь, как долго я этого хотел, — сказал он.

Ответить я ничего не успела, потому что Кардан сжал мои ягодицы, и когда из моего рта собирался сорваться стон, его губы накрыли мои…

Его губы накрыли мои — жадно, глубоко, будто кто-то снял блокировку с гипердвигателя, и нас понесло в безудержный полёт без права на торможение.

Меня накрыло этим поцелуем. В нём не было ни капли сдержанности, ни капли сомнения. Только жар. Только признание. Только мы.

Он уверенно и бережно одним движением усадил меня себе на колени, лицом к нему. Я обвила его ногами, вжимаясь ближе, чувствуя, как дыхание становится общим. Хвост, всё ещё обвивавший мою талию, заскользил теперь ниже — медленно, лениво, дразняще — вдоль спины, оставляя за собой трепещущую дорожку жара, будто писал на коже заклинание.

— Ты уверена? — прошептал Кардан прямо мне в губы.

Я кивнула. Просто. Решительно. Слишком долго мы держались на грани. Слишком долго откладывали то, что рвалось наружу.

— Уверена, — прошептала я. — Только не останавливайся.

Он зашипел сквозь зубы, будто мои слова разорвали последние цепи. В одну секунду Кардан поднял меня и пошёл в сторону нашей палатки.

Он нёс меня, будто я была самой хрупкой вещью в его жизни. Палатка осталась в нескольких шагах, но каждый шаг Кардана казался шагом в новое измерение — туда, где не было ни дурацких миссий, ни приказов, ни страха.

Внутри было темно, но я чувствовала Кардана с такой остротой, будто он стоял под прожектором.

Он осторожно опустил меня на постеленный плед, склонился надо мной, не отрывая взгляда. Он будто изучал, запоминал, вбирал каждую черту моего лица, как нечто бесценное.

Я провела ладонью по его щеке, тыльной стороной пальцев — по его ключице. Его кожа была горячей, а его глаза не отрывались от моих.

Его губы снова нашли мои, теперь медленно, сдержанно — будто записывали воспоминания, которое хотели сохранить навсегда. Его руки скользнули вдоль моих рёбер, едва касаясь, вызывая трепет по всей коже.

Всё между нами было — глубже, чем просто желание. Это было доверие, обнажённое до предела.

Я чувствовала, как время замедляется. Как каждое движение Кардана говорит мне больше, чем сотни признаний. Мы не спешили. И, быть может, именно в этой неспешности рождалась настоящая близость — там, где границ уже не было.

Он потянул молнию на моей куртке, медленно, будто раскрывал не одежду, а меня всю. Ласково, без резкости, с уважением к каждой моей неровности, к каждой уязвимости. Его взгляд скользнул вниз — не с вожделением даже, а с благоговением. Он будто видел не тело, а суть. Меня. Ту, что пряталась так долго.

Я вздохнула, когда прохладный воздух коснулся кожи, и тут же ощутила, как его руки медленно стягивают с меня одежду, как они сжимают мою грудь, сгребают остатки неловкости, оставляя меня обнажённой и раскрытой перед ним. Он не бросался на меня, не рвал ткань, не терял контроль. Он сдержанно и медленно распалял меня до состояния, в котором металл плавится! Он был в каждом касании. Здесь. Сейчас. Со мной.

Его хвост, его ладони, его взгляд… — всё в нём было вниманием. Почтением. Желанием не просто прикоснуться, а понять, прочитать меня, как сложную, живую книгу, где каждая строчка важна.

Кардан наклонился и коснулся губами моей шеи. Сначала — едва, осторожно, будто проверял, не испугаюсь ли. Потом — чуть смелее, теплее, мягче. Он прикасался, словно пил с кожи влагу, которую сама ночь оставила специально для него.

Он не торопился. Медленно спустился к ключице, задержался там, проводя языком по чувствительной выемке. Я не сдержала лёгкого вздоха — и почувствовала, как он ответил на него коротким рычанием, будто моё удовольствие отзывалось в нём эхом.

— Я хочу знать каждую точку, где ты замираешь, — прошептал он мне на ухо.

Его губы скользнули ниже — вдоль груди, не сразу добираясь до сосков, будто дразня, будто проверяя, как долго я смогу терпеть. Его ладонь поддерживала меня под лопатками, другая обвивала бедро, приближая нас всё ближе.

Когда он, наконец, взял в рот один из сосков, язык провёл по нему с такой сосредоточенной нежностью, что я выгнулась, сама подставляя себя. А он принял этот жест как вызов — и перешёл ко второму, оставляя влажные следы, тепло, покалывание, дрожь.

Он целовал не как мужчина, который хочет взять, а как тот, кто хочет дарить. И в каждом его движении, в каждом прикосновении чувствовалось, как глубоко он меня чувствует. Не просто тело — меня всю.

Кардан двигался ниже — по животу, вдоль бёдер, мимо тех мест, где я уже пульсировала от желания. Он знал, что делал. Знал, как растянуть мгновение, сделать его вечностью.

Я не могла дышать — так хорошо было. Я была в его власти. Добровольно. С радостью. А он принимал это как дар, как благословение. Нежно массировал мои бока, сжимая их своими сильными и длинными пальцами.

Его хвост вновь обвился вокруг моей талии, сильный, тёплый, как живая верёвка, пульсирующая от желания. Он чувствовал мою дрожь и отвечал на неё без слов.

— Майя, — протянул Кардан.

Он зашипел от желания, прижался ко мне крепче. Мы были как две половинки чего-то давно разделённого. Ладони Кардана ласкали мою грудь, теперь уже жадно — с надрывом, будто он сам не верил, что я действительно здесь, под ним. Я чувствовала, как он сдерживает себя. Как сжимает зубы, чтобы не сорваться. И ещё чувствовала, что скоро он сорвётся, такую страсть сдерживать долго не получится…

Кончик его хвоста дрожал у моих губ, и я приняла его, обхватив мягко, ласково, словно в подтверждение: я здесь, я твоя, я не боюсь тебя.

Кардан закрыл глаза и сглотнул. Лёгкая, почти незаметная судорога прошла по его телу, но я почувствовала её всем своим существом. Его пальцы, зарывшиеся в мои волосы, сжались чуть сильнее, но не чтобы удержать — чтобы удержаться самому.

А я тоже не торопилась. Коснулась гладкого влажного кончика с двумя отростками губами, затем языком, впустила чуть глубже в рот, втянула в себя. Каждое моё движение было признанием. Я нежно, осторожно ласкала его, чувствуя, как он напрягается, сдерживаясь.

— Майя… — Кардан простонал моё имя, так, будто в нём слилось всё: благодарность, восторг, страсть, а я почувствовала, насколько бесконечной властью над ним обладаю.

Он не выдержал. Осторожно, но решительно приподнял меня, снова уложил на плед, навис надо мной, ловя мой взгляд, будто спрашивал разрешение — последнее, перед тем как пересечь ту грань, где кончались слова.

Я ответила без слов. И он принял это как знак. Штаны полетели в сторону. Его губы вновь нашли мои — жадно, горячо, с той самой искренностью, которой не спрячешь.

Он навис надо мной. Его ладонь обвила мою щёку, большой палец ласково провёл по нижней губе.

— Майя… — выдохнул он, будто моё имя было для него заклинанием.

Я закусила губу, Кардан медленно развёл мои ноги в разные стороны и потянул к себе.

Когда он вошёл в меня, всё снаружи исчезло. Не было палатки, не было ночи, не было миссий и угроз, Лары, академии, ничего не было. Только он — горячий, сильный, во мне. Я громко застонала, когда он начал двигаться.

Его движения были точными и полными благоговения, будто он не владел мной, а соединялся со мной. Я ощущала каждое движение не только телом — душой.

Он двигался во мне, будто слушал меня без слов — ловил каждое дыхание, каждый вздох. Не торопясь, позволяя чувствам расти, заполняя собой всё во мне.

Я цеплялась за него — за плечи, за спину, за каждый рычащий выдох. Мы были едины.

Он двигался во мне, не спеша, но с нарастающим напором, и я чувствовала, как с каждой минутой его контроль становится всё тоньше — как натянутая струна. Его хвост, до этого сжимавший меня в талии, соскользнул вниз, лаская бедро — горячей, гладкой лентой. Он будто подстраховывал, поддерживал, удерживал ритм.

А потом — словно не выдержал: прошёлся по внутренней стороне моего бедра, мягко, но настойчиво, вторым касанием, от которого дыхание перехватывало. И скользнул к моим складочкам своими отростками, будто созданными специально для этого, чтобы дарить наслаждение! Он двигался в такт с членом Кардана, усиливая каждую волну удовольствия, как будто чувствовал, где мне нужно больше, глубже, сильнее.

Я просто выдохнула его имя — шепотом, с замиранием, с доверием. И почувствовала, как он замирает во мне.

Сначала мы двигались медленно. Будто танец. Потом — будто молитва. Я не знала, где заканчиваюсь я, и где начинается он. Был только жар, биение сердец, дыхание в унисон. Его руки держали меня крепко, но нежно. Его губы касались моего лба, щёк, век — словно он хотел поцеловать каждый страх и каждый след от боли

Но наш танец ускорялся, набирал интенсивность, концентрировался внизу живота…

Я чувствовала, как его тело дрожит, как он тонет, как вместе с ним тону и я. Но это не было падением — это было полётом.

Он вошёл в меня глубоко. Резко. До конца. И в этот момент я поняла, что всё. Возврата больше нет. Я его.

И мы рухнули в это чувство — вместе, без остатка.

Я сорвалась. Оргазм накрыл меня.

Волна удовольствия поднялась и захватила нас обоих, и я знала: это не было только физическим. Это было что-то большее. Что-то настоящее.

Он прижал меня к себе, зарывшись лицом в мою шею, дрожа вместе со мной, пока мир вокруг растворялся в тишине, в дыхании, в биении сердец. А его хвост тут же крепко обвился вокруг моего бедра, будто ловя мою дрожь, не давая мне рассыпаться на осколки.

В этом мгновении мы были только мы. Без прошлого. Без страхов. Без границ.

Я не закричала. Я только выдохнула. Слеза скатилась по щеке. От освобождения. От полноты. От счастья.

Кардан не отстранился. Остался рядом. Всё ещё во мне. Его лоб коснулся моего. Его дыхание было горячим и неровным, но в нём не было ничего звериного. Только любовь. Чистая, тихая, настоящая.

Мы лежали вот так вдвоём. Кардан шептал мне на ухо фразы на своём родном языке — слова, которые я не понимала, но от которых слёзы наворачивались на глаза. Потому что я слышала в них не смысл, а суть.

Любовь. Илшарийскую связь.

— Майя, ты будешь нашей женой?..

— Ч-что?..

Я лежала, прижавшись щекой к плечу Кардана, ощущая, как его дыхание выравнивается. Внутри было слишком много всего. Слишком жарко, слишком нежно, слишком… по-настоящему. Его рука ласково скользила по моей спине, будто убаюкивая.

— Отдохни, я не требую ответа прямо сейчас, — шепнул он.

Я кивнула, но несмотря на то, что в его объятиях было невероятно уютно, сон не шёл. В голове роились мысли.

О том, что он назвал меня «женой». О том, как это слово звучит на языке дракарианцев — как клятва, как священная связь.

Я никогда не думала, что кто-то вообще предложит мне стать его женой.

Когда-то, в детстве, я мечтала о том, чтобы кто-то сказал это. Чтобы предложил руку, сердце, безопасность. Мечтала о свадьбе. О платье — пусть и не белом, а хотя бы чистом и опрятном. О руках, которые будут держать крепко, но не больно. О том, кто защитит, кто обнимет, когда будет страшно, о том, кто заберёт страх себе, растопчет его и выбросит. О доме, где никто не кричит, не злится. О доме, из которого люди не уходят навсегда, как мой отец когда-то…

Тогда мне казалось, что «жена» — это быть любимой, защищённой, нужной. Но это было до того, как всё развалилось. И до того, как я поняла, что реальность совершенно иная.

На Зайтерии женщины с гордостью говорили о равных правах. Никакой дискриминации. Никаких запретов. Хочешь — поступай в инженерный корпус. Хочешь — летай на грузовиках в астероидные пояса. Хочешь — руководи, приказывай, командуй.

Свобода выбора? Казалось бы, да.

Но никто не говорил вслух, что равные права — ещё не значит равные силы.

Мужчины всё ещё были крепче. Быстрее. Жёстче. И если случалось что-то плохое — помощи женщине никто не обещал. Не было плеча, за которое можно спрятаться. Не было руки, которая прикроет. Только холодное «сама справляйся». А если не справилась — значит, «сама виновата». Как мама. Сколько раз я слышала эту фразу, вылетающую за нашей спиной, как приговор: Сама виновата. Тысячи раз…

Женщинам на Зайтерии разрешали всё. Но в этом узаконенном одиночестве ты всё равно оставалась слабым звеном.

Да, можно было быть дерзкой. Можно было быть умной, злой, бойкой. Но ночью, когда возвращаешься после рабочей смены по тёмным коридорам спального блока, всё равно идёшь быстрее. И сжимаешь в кармане нож или шокер, потому что знаешь: никто не придёт. Если что — ты одна. Если что… сама виновата.

И мечта о замужестве выцвела, потускнела… исчезла.

Я не знаю, как у других. После смерти мамы у меня не было особенных подруг, с кем можно было бы поговорить об этом. Но мне не нужно было это «равенство». Мне не хватало спины. Надёжной, широкой. Той, за которую можно спрятаться, когда рушится мир. Мне не хватало человека, который бы сказал:

— Ты сильная. Ты справишься. Но если не справишься — я поддержу. Я рядом, Майя. И всегда буду рядом.

Надеяться приходилось всегда только на себя. Но надежда это такое болезненное чувство…

— Майя, — позвал Кардан, прижимая меня крепче к себе, словно бы чувствуя, что я волнуюсь.

А у меня по щекам потекли слёзы. Непрошенные, незваные, горячие. Именно так ощущается, когда рушится твой внутренний мир. Только теперь рушится в правильном направлении.

— Майя, всё хорошо, ты больше никогда не будешь одна, слышишь?

Его хвост сжимал моё бедро, а руки оплетали талию. Кажется, он гладил меня по волосам, кажется, стирал мои слёзы.

Когда я встретила их, моих дракарианцев…

Что-то медленно растаяло у меня внутри. Эта броня от мира. Это «Я всё сама».

Неужели им и правда можно довериться? Неужели они не воспользуются моей уязвимостью? Неужели не захотят подчинить, сломать, подстроить?

Мэй, такой чуткий и мягкий. Кардан, такой холодный, но как оказалось, относящийся ко мне чуть ли не с благоговением… Тор. А каким будет он? Он ведь самый мощный среди них, самый необузданный и самый опасный для любой женщины из-за его откровенной силы…

Кардан развернул меня к себе.

Я не могла говорить, просто молчала, вдыхая его запах, впитывая тепло. Но он чувствовал мою тревогу. Мою растерянность. И заговорил первым.

— Для нас… — начал он негромко, перебирая пальцами пряди моих волос. — Илшари — это не просто союз. Не просто «жена». Это связь. На уровне крови. Души. Инстинкта. Это очень серьёзно, поэтому я не хотел поддаваться внутренним ощущениям. Хотел быть уверен, что это то самое, и хотел знать, выберешь ли ты нас. Илшарийская связь это про взаимность, Майя. Если ты нас выбираешь, то и мы тебя. И наоборот.

Я подняла глаза, полные слёз.

— Я знаю, на Зайтерии женщины очень независимые… — начал Кардан, а я зажмурилась от его слов.

Хотелось закричать, что нет, нет, нет! Что не хочу я быть независимой. Но и открыться тебе боюсь.

Кардан снова крепко прижал меня к себе.

— Ну что же ты молчишь, Илшари. Тебя так расстроил мой вопрос? Ты не хочешь быть нашей женой?

Я всхлипнула.

— Не знаю, хочу, но боюсь.

— Чего? — спросил Кардан, хмурясь и заглядывая мне в глаза.

— Что… сломаете.

— Сломаем? — непонимающе переспросил Кардан.

А я кивнула, не находя сил, чтобы говорить.

Как ему объяснить, что для меня мужчина как вид стал опасностью, как только я обрела женственные формы? Как объяснить, что когда не стало мамы, я начала замечать, как мужчины смотрят на меня. Вовсе не как в книгах, не как в сказках. Их взгляды были другими. От них невозможно было укрыться. Они прожигали. Неприятно прожигали. Тогда я начала одеваться так, чтобы меня не замечали. Скрывать фигуру под безразмерными толстовками, о которых пришлось забыть, как только я оказалась в Академии.

Как объяснить, что с тех пор слово «жена» перестало быть для меня безопасной мечтой. Оно стало символом слабости?

И что сейчас я просто пытаюсь осознать, что то, о чём я мечтала будучи совсем маленькой, достижимо. Что вот оно моё счастье. Что мне повезло иметь их троих! Трое настоящих защитников. Настоящих мужчин, с которыми мне не придётся больше бояться.

— Мы будем бережными с тобой, Майя. Невозможно же быть неосторожным с собственной душой.

Кардан так и прижимал меня к себе, пока я не уснула. Я так и чувствовала его поглаживания, его низкий гортанный голос, нашёптывающий что-то приятное. Что-то до боли терпкое, нежное, бережное.

Что-то, что впору было бы назвать любовью — не яркой, не кричащей, а тихой, упрямой, выдыхаемой на ухо шёпотом. Любовью, что не требует слов. Только дыхания. Только присутствия. Только нас.

Майя и Кардан

Нежность, разлитая на холст.

Утро наступило раньше, чем я успела осознать, что заснула. Я открыла глаза и несколько мгновений не могла понять, где нахожусь. Рядом дышал Кардан — ровно и спокойно. Его рука обнимала меня за талию, а хвост мягко прижимал к себе, словно даже во сне он меня защищал.

Грудь затопило нежностью. Как же хорошо было в его объятиях. Так тепло. Так надёжно. Так… сердце сейчас остановится от этого ощущения.

— Как ты себя чувствуешь? — хрипло спросил он, не открывая глаз.

— Очень… — Я сглотнула, не смогла договорить, потому что эмоции перевалили через край.

Мне вдруг стало так страшно, что они могут исчезнуть. Что Не будет больше ни Тора, ни Мэя, ни Кардана, что я останусь одна во всём мире. И если раньше это было нормально, то теперь, ощутив их нежность, любовь, их основательное присутствие в моей жизни, я просто не смогу пережить, если они пропадут.

— Майя, — обеспокоенно произнёс Кардан, поворачивая меня на спину и вглядываясь в мои глаза. — Что же ты плачешь, зайка?

Я попыталась отвернуться, но Кардан не дал мне скрыть свои эмоции.

— Я… — снова всхлипнула. — Боюсь потерять вас. Тебя.

Он долго всматривался в моё лицо, а потом прижал меня к себе.

— Мы никуда не денемся, Майя. Ты больше не будешь всю жизнь вывозить сама. Вообще забудь слово «сама» и «одна», хорошо?

— Хорошо, — ответила я, улыбаясь и вытирая слёзы. — Но некоторые вещи я всё равно должна буду делать сама.

— Да, некоторые. Но если тебе понадобится помощь, ты обязательно позовёшь одного из нас. Пообещай.

— Обещаю.

Кардан поцеловал меня в лоб и поднялся.

— Одевайся, завтрак скоро будет готов.

Кардан застёгивал ремень, и я, не в силах оторвать взгляд, просто смотрела.

Он был почти одет — только что натянул на себя тёмные, плотные джинсы, подчёркивающие каждое движение его сильных бёдер, и теперь стоял, приглаживая волосы рукой. Даже простая одежда не могла спрятать его силу — наоборот, будто акцентировала её. Высокий, с прямой спиной, с чуть взъерошенными тёмными прядями, и этот взгляд… холодный, но при этом такой горячий!

— Если я задержусь здесь хотя бы на сотую, мне придётся раздеться, — сказал он, а я залилась краской и накрылась пледом с головой.

Вдруг почувствовала, что он лёг рядом со мной.

— Ты же хотел… — но я не успела договорить, плед исчез с моего лица, и передо мной предстал Мэй.

— Доброе утро, зайка!

Я даже ответить не успела, как он начал покрывать поцелуями мою грудь.

— Вкусная. Какая же ты вкусная!

Я хохотала, а он всё не останавливался, не давая мне отдышаться. Его губы были горячими, шаловливыми, губительно-нежными. Он то касался легко, как перышком, то втягивал сосок между губ, щекоча языком, и я снова начинала стонать, и снова хохотать, потому что Мэй был таким тёплым, светлым, как звезда, как лето.

— Ты специально, — выдохнула я, когда он дотянулся до моего живота и провёл кончиком языка чуть ниже пупка. — Хочешь, чтобы я не дошла до завтрака.

— Это и есть завтрак, — мурлыкнул он, обвивая хвостом мою лодыжку и подтягивая ногу чуть выше. — Самый вкусный. Самый сладкий. Мой.

Он прижался к бедру щекой, закрыл глаза, как будто заряжался моим теплом, и на секунду стал тише, серьёзнее.

— Моя Майя.

Он приподнялся, коснулся моих губ лёгким поцелуем.

— Мы нашли Лару, — тихо сказал он. — И сегодня ты сможешь с ней поговорить.

Я замерла.

— Правда?

— Да. Сегодня. И… сейчас сеть Мордона разносят по кирпичикам. Наш передатчик стал ключевым звеном, по которому удалось отследить недостающую информацию. Мы с Тором лично вели операцию этой ночью.

— Вы там работали, пока мы… — растерянно произнесла я.

— В нашей квадре все работают чётко, милая. Разве трое мужчин не смогут так распределить дела, чтобы один мог остаться с их Илшари? — спросил он с улыбкой.

Я прикусила губу.

— Одевайся, — сказал он, с трудом вставая и подавая мне моё бельё.

Стыдно-то как. Я глубоко вдохнула, села и начала натягивать бельё и джинсы. Тело приятно ломило после ночи с Карданом.

— Я принёс тебе свою куртку, — сказал Мэй, помогая мне её надеть. — В ней будет тепло.

Я послушно просунула руки в рукава. Куртка была огромной, пахла им, и я невольно улыбнулась ещё шире.

— Спасибо, — пробормотала я.

Я снова ощутила себя не героиней миссии, не воровкой, не объектом чьих-то игр, а просто девушкой. Которую любят. О которой заботятся.

— Пойдём, — мягко сказал он, обнимая меня за плечи и ведя наружу.

Мы подошли к костру. Мэй усадил меня и подал кружку с горячим напитком, пахнущим ягодами и специями.

— Я собираться, наша экспедиция подходит к концу, пора заглянуть в Академию. Пей, сейчас Тор принесёт завтрак.

Было раннее утро, без куртки действительно было бы прохладно… Я сидела у костра, обхватив кружку обеими руками, вдыхая аромат пряного напитка. Мэй ушёл. Остался только треск дров, шелест лёгкого ветра в кронах и… Тор.

Он подошёл бесшумно. Я почувствовала его раньше, чем увидела — по внутреннему напряжению, словно воздух стал тяжелее.

— Всё хорошо? — Его голос был низким, ровным, и в то же время удивительно тёплым.

— Да, напиток чудесный, спасибо.

Он опустился рядом, сел на корточки, заглянул в лицо.

— Тебе нужна моя помощь? Нужно что-нибудь подлечить? — сказал он с хитрецой в голосе, а его хвост игриво потянулся ко мне.

Мои щёки заалели, я покачала головой.

— Ты устала. — Он смотрел как будто бы внутрь меня. — И всё же светишься.

От него исходило спокойствие. Тот самый щит, которого мне всегда не хватало.

Я потянулась рукой к его лицу и коснулась кончиками пальцев его щеки. Жест был простым, но в следующую секунду он накрыл мою ладонь своей, поднёс к губам… и я почувствовала, как внутри всё перевернулось.

— Я очень надеюсь, что ты меня не боишься, — сказал он. — И буду ждать, сколько понадобится, пока ты не привыкнешь ко мне, пока сама не захочешь чего-то большего…

Тронутая его заботой, я едва слышно прошептала:

— Спасибо…

Тор ничего больше не сказал. Просто накрыл мою руку своей. Тёплой, сильной и очень осторожной. С ним мы ещё не… не перешли черту. Он такой огромный… От картинок, которые я представила, мои щёки снова заалели.

Он склонился ко мне и коснулся лба — своим лбом. Горячее дыхание, почти ментальное касание. Не было поцелуя. Не было резких движений. Только тишина.

И мне вдруг захотелось сделать этот шаг к нему. Разрушить тот барьёр который ещё между нами оставался.

Я потянулась к его губам, почти неосознанно. Медленно, как в тягучем сне, где ты боишься спугнуть момент. Желая почувствовать его вкус на языке. Желая оказаться в его объятиях, таких властных и напористых. Стать его глиной, превратить его в скульптора.

Его ладонь, широкая и тяжёлая, коснулась моего лица, он обхватил мои щёки, пальцы прошлись по скулам, по краю челюсти — словно он запоминал изгибы моей решимости.

Но когда я снова потянулась к его губам, он остановил меня.

В его глазах горело пламя.

Он сдерживал себя. Я это чувствовала каждой клеточкой. И, всё же, в его взгляде был чёткий месседж — он знал, чего хотел.

Он наклонился к моему уху и сказал:

— У нас много дел, Майя, — прошептал Тор, наклонившись к самому уху. Его голос был низким, обволакивающим, как тлеющий жар в очаге. — Сначала ты поговоришь с сестрой. Потом мы закроем все вопросы с Академией и правительством. А потом…

Он сглотнул и мурлыкнул ласково:

— А потом, если ты позволишь, мы с тобой останемся наедине в моём жилом блоке. И я возьму тебя. Во всех позах, о которых ты даже не смела мечтать. Буду делать это снова и снова, пока ты не сможешь даже стонать — только дышать моим именем.

Меня опалило жаром от его слов. Опалило, сожгло и возродило заново! Казалось бы, просто слова, даже не поцеловал, но я чувствовала — этот мужчина владеет мной. Уже сейчас.

Его палец медленно провёл по моим губам — тёпло, властно. Потом он отстранился, но я заметила, как его кулак сжимает собственный хвост, не позволяя ему приблизиться. На кончике хвоста уже проступила влага, и два отростка едва заметно дрожали. Он хотел меня. Всем телом. Всей душой. Но ждал. Ждал подходящего момента и моей готовности.

Я сидела на бревне в зарослях джунглей, с растрёпанными волосами в джинсах и огромной куртке Мэя, а на меня смотрел возбуждённый и опасный дракарианец. И я ещё никогда не чувствовала себя настолько желанной!..

Майя

Мы прибыли на планету Вейлар быстро — слишком быстро для моего сердца, возбуждённого переживаниями и догадками. И всё же эти сотые в пути стали для меня неожиданно важными.

Я старалась быть полезной, по-настоящему. Для меня было очень важно не просто оказаться пассажиром под опекой квадры, а стать частью команды. Вклиниться в их слаженную работу и не мешать было сложно, но по-моему, иногда у меня даже получалось.

Во время полёта я выложилась на полную! Следила за показателями в навигационном блоке, сверялась с данными, подгружала обновления. Держала связь с распределительной базой, готовила дешифровку архивов, пока Кардан — собранный и сосредоточенный — проверял маршрут и системно инструктировал каждого из нас. Особенно меня…

— Майя, красный — это режим кодировки, тебе нужен голубой для передачи, — мягко поправил меня Мэй, когда я в спешке почти допустила ошибку.

Я покраснела, кивнула, и он подмигнул, будто сказал: «Всё нормально, мы рядом».

Кардан позже подошёл, сел рядом и спокойно, без раздражения, объяснил, как правильно настраивать фильтры. Он говорил чётко, уверенно, и в его голосе не было ни грамма сомнения в том, что я справлюсь. И это было так ценно для меня! Я слушала, впитывала, запоминала.

Мне было важно. Важно не только быть с ними, но и быть нужной им.

Когда корабль сел, я вдруг поняла, что сейчас увижусь с сестрой. Сестрой, за которую так волновалась всё это время. Сестрой, которая изменилась.

Мы вчетвером спустились с торцевого шлюза, и мне впервые за долгое время стало страшно — по-настоящему. Что я скажу ей? Как посмотрю в глаза? Кого я теперь увижу?

А знала ли я её вообще?

Тор крепко обнял меня, чувствуя моё беспокойство. Я благодарно на него посмотрела. Мы не говорили. Слова были не нужны. Они втроём просто были рядом. И я знала, что защитят, что решат любую мою проблему, что пожертвуют всем, если будет необходимость. И я сама… я сама тоже отдам ради них всё. илшарийская связь… Наверное только сейчас я начала понимать, что это такое.

Мы пересекли охраняемый периметр, свернули с главной дорожки, где уже суетились люди в форме. Военная база «Вейлар-4» была обширной. Много зданий, много оружия, много людей.

И я вдруг заметила, с каким почтением смотрят на нашу квадру здесь. Ладно в Академии, там всё-таки просто курсанты, но здесь уже военные…

Спрашивать было некогда, мы направились к невысокому административному зданию с куполообразной крышей. Всё было тихо, даже чересчур. Пространство пахло металлической пылью и очистителем воздуха. Вошли в небольшую комнату, и именно там я увидела Лару.

Она сидела на диванчике у стены, ноги поджаты, волосы растрёпаны. Худая, уставшая, но живая. Настоящая. Моя сестра.

Я остановилась. Сердце пропустило удар.

— Иди, — шепнул мне Мэй и мягко подтолкнул вперёд. — Мы подождём снаружи.

Я медленно сделала шаг. Потом ещё. И ещё. Лара сидела, не двигаясь, словно не верила в происходящее. Её глаза — потускневшие, тёмные от недосыпа — смотрели прямо на меня.

— Майя… — наконец сказала она, и я кинулась к ней, мы обнялись

— Я… — я запнулась, потому что не знала, с чего начать. — Я так переживала за тебя. Всё это время.

— Я знаю, — тихо сказала она. — Они рассказали.

— Кто?

Я немного отсела, чтобы посмотреть на сестру. В её глазах была какая-то взрослая решимость, которой раньше у неё не было.

— Эти… странные хвостатые.

— Дракарианцы, — пояснила я.

— Да…

— Что произошло? — спросила я.

Она вдруг покраснела.

— Помнишь помощника Мордона? — спросила она.

— Фило? Орк?

Я вспомнила неприятного громилу, который был правой рукой Мордона.

— Что? — непонимающе переспросила Лара. — Нет! Рейн, такой невысокий, незаметный парень. Он появился недавно и быстро поднялся у Мордона.

Я протянула руку, осторожно коснулась её пальцев.

— Он был… добр к тебе? — спросила тут же.

— Да, — кивнула Лара и её взгляд потеплел.

Как я могла подумать, что мы с сестрой не сможем найти общий язык? Это же моя Лара…

— Он хороший. Просто оказался в плохом месте в плохое время. Как и я. Как и ты, наверное. Он… В общем он стал работать на твоих драка…

— Дракарианцев, — подсказала я.

— Да, в общем он помог сдать всю сеть Мордона, Майя. И вывел меня. Не сразу, конечно. Это была длинная дорога. И страшная. Но он не бросил меня там.

На губах дрогнула слабая улыбка.

— Мы теперь… мы улетаем.

Я замерла.

— Куда?

— На планету Фалариус. Маленькая, зелёная, почти без людей. Там можно купить домик. Начать сначала. Они дали нам денег. Много. Я не знаю, почему. Но… может, это награда. Или выкуп. Или благодарность. Я не знаю. Но это мой шанс!

Я кивнула.

— Ты в нём уверена? — спросила я.

— Да, Майя. А ты, что с тобой произошло? Когда тебя отправили в Академию, Мордон запер меня на складе, а потом я узнала, что ты уже там, и что должна что-то украсть…

— Я не справилась с заданием, — ответила я. — Они меня вычислили и… простили.

— И что они взяли взамен? — нахмурилась Лара.

— Наверное, моё сердце, — улыбнулась я. — Но не волнуйся, я забрала целых три.

Лара посмотрела на меня округлившимися глазами.

— Трое?

Мои щёки заалели.

— Да. Трое..

Она засмеялась.

— Моя маленькая тихоня! Надо же, а была такой неженкой!

А потом вдруг потянулась ко мне — и обняла. Так крепко, что мне перехватило дыхание. Как в детстве, когда я пряталась под одеялом во время урагана.

Мы обнимались, делились своими историями. Плакали и всё рассказывали-рассказывали друг другу всё, что приключилось. Пока огонёк над дверью не засветился и в комнату не вошёл Мэй.

— Лара, Рейн ждёт тебя, корабль готов к отправлению.

Мы с Ларой посмотрели друг на друга.

— Ты будешь счастлива? — спросила я почти шёпотом.

Лара кивнула.

— А ты?

— Да, — прошептала я, чувствуя, как с меня, наконец, сползает груз бесконечной тревоги. — Я думаю, да.

Мы снова обнялись. На этот раз спокойно. Без надрыва. Просто как сёстры, которые долго были врозь, но теперь нашли свои дороги.

Когда она вышла вслед за Мэем, я ещё на секунду осталась в комнате одна. Вдохнула. Выдохнула. Прислушалась к себе.

И вдруг почувствовала: внутри стало по-настоящему тихо. Не пусто — а именно тихо. Умиротворённо. Будто в мире, наконец, всё стало на свои места.

Круг замкнулся.

Миссия завершена.

Сестра — в безопасности.

А впереди…

Впереди — моя жизнь.

К площадке подали транспорт. Но это был не просто шаттл или капсула или что бы то ни было… Это был роскошный, сверкающий тёмным металлом корабль с символикой, которую я раньше не видела. Обтекаемый корпус с плавными изгибами, идеально отполированный. Его облик внушал благоговение и… опасения.

Лестница выдвинулась беззвучно, как волна. А потом появились они — люди в форме.

Я обернулась к Кардану, но он был спокоен.

К нам вышло трое мужчин и две женщины в одежде цвета графита. Они молча склонили головы.

— Господа, все приготовления завершены, — произнесла женщина с короткой стрижкой, не поднимая взгляда.

Я стояла в изумлении, пока Кардан сдержанно кивнул, будто это обыденность. Тор молча оглядел охрану. Мэй подмигнул мне.

— Пошли, зайка. Добро пожаловать в другой слой реальности, — прошептал он мне на ухо, и мы поднялись по трапу.

Корабль внутри оказался не менее впечатляющим. Нас провели не на капитанский мостик и даже не в каюту… Это был жилой блок высшего класса. Просторная гостевая зона, мягкие кресла, гравитационные панели в полу….

Тор уселся первым — по-хозяйски, раскинув руки на спинке дивана. Кардан стоял у проекции с навигационными данными, что-то проверяя. Мэй приобнял меня, но я отстранилась.

— Простите, — сказала я, глядя на них по очереди, — но что, Гарр возьми, происходит?

Мэй усмехнулся. Тор поднял бровь. А Кардан оторвался от экрана и посмотрел на меня с непониманием.

— Ты ведь знала, что мы не простые курсанты?

— Эмм… Вы из Дракара, ну ходят слухи, что вы какие-то важные воины… но это… это были слуги? Это ваш личный корабль? Издеваетесь? Это же… это уровень королевских особ!

— Почти, — признал Мэй. — Только не называй нас принцами, пожалуйста. У нас аллергия на этикет.

— Что? — растерянно переспросила я, не понимая, шутит он или нет.

Кардан подошёл ближе и усадил меня рядом с собой на мягкий диван, обняв за плечи.

— Мы часть дракарианской элиты, Майя. Нас называют Серебряной Кровью. Мой отец — Верховный стратег Звёздного фронта. Семья Тора управляет флотом. А Мэй… — он хмыкнул, — у него больше титулов, чем у всех нас вместе взятых.

— Мы — наследники ключевых кланов Дракара, — сказал Тор, присаживаясь рядом со мной с другой стороны.

От его приближения у меня уже поднялись мурашки, но я постаралась включить мозг.

— И ты теперь — не просто курсантка, — сказал Тор, беря меня за руку и переплетая наши пальцы. — Ты — Илшари.

— И что это значит…? — прошептала я.

— Это значит, тебе лучше привыкнуть к тому, что теперь все будут склонять головы, когда ты входишь в комнату, — сказал Мэй и присел передо мной на корточки.

— Как она мило смущается, — хмыкнул Кардан.

— Если вы не придумаете мне дело, я сниму с неё одежду прямо сейчас, — сказал Тор, снова воспламеняя меня.

— Проверь навигацию, — засмеялся Мэй.

— Ага, Зайка, где у тебя навигация? — спросил Тор, проводя своей широкой ладонью по моей талии.

Я задохнулась от смеха, когда он начал меня щекотать.

— Всё-всё, стоп! — взмолилась наконец, и он отпустил.

— Держи, попей, — улыбающийся Кардан протянул мне бутылку с тёплой жидкостью. — Восстановительный состав. Безвкусный, зато полезный.

Я послушно сделала глоток. Он остался рядом, а Тор и Мэй всё-таки пошли проверять навигацию.

— Майя, — Кардан прикоснулся к моему лицу. — Сейчас тебя ждут изменения, но мы постараемся, чтобы ты чувствовала себя комфортно.

Мэй появился с тёплым пледом, пахнущим цитрусом и имбирём.

— Накинь, зайка, — мягко сказал он, аккуратно расправляя ткань у меня на плечах. — Температура может немного прыгать в полёте.

Он не сел — опустился на пол прямо у моих ног и оперевшись о них, открыл навигационную панель. Его хвост обвил мою лодыжку, тепло и лениво поглаживая кожу. Я провела рукой по его волосам. Они были мягкими…

Тор тоже вернулся в комнату. Он держал в руках поднос с фруктами, орешками, чем-то похожим на сыр и сухофрукты.

— Не елa толком с утра. Надо восполнить запасы, — сказал он и поставил поднос рядом, а сам встал за спинкой дивана. Его ладони легли мне на плечи — тёплые, тяжёлые. Он начал медленно разминать мышцы, и я застонала от удовольствия. Почти вслух.

— Не расслабляйся слишком быстро, — проворчал он с нежной насмешкой. — Мы ещё не дома.

— Вы — и есть мой дом, — сказала я, и повисла пауза.

— Милая, мы вообще считаем, что ты слегка запоздала с этим осознанием, — фыркнул Мэй, приподнимаясь и поцеловав мою ладонь…

Мы так и провели этот полёт. Я ела, пила… и дышала ими. Кардан лёг и положил голову мне на колени, просматривая какие-то документы. Мэй проверял сложный навигационный проект. Тор массировал мне плечи и руки. А потом…

— Просыпайся, Зайка. Мы уже на месте. Нас ждёт администрация Академии.

Коридоры Академии встретили нас странным молчанием. Ни криков, ни смеха, ни даже оживлённого гомона, как обычно. Будто сами стены замерли, прислушиваясь к нашей поступи.

Мы шли по главному коридору Академии. Я — между Тором и Карданом, за нами Мэй. И каждый встречный курсант инстинктивно уступал дорогу. Конечно, они и раньше расступались перед дракарианцами, но никогда ещё на Тора, Мэя и Кардана не смотрели с таким восхищением. Некоторые отводили глаза, некоторые — с замиранием сердца следили за каждым нашим шагом.

Возле поворотной лестницы я заметила её.

Белобрысая. Та самая, что врезалась в меня на платформе, сбила на испытании и издевательски усмехалась. Сейчас она стояла рядом с парой креганцев. Да уж, спелась интересная компания. Заметив нас, белобрысая осеклась. Глаза расширились. Она шагнула в сторону, будто хотела спрятаться за колонну, но было уже поздно.

Я смотрела на неё прямо. Без злости. Без страха.

Её губы дрогнули. Она отвела взгляд. А потом… склонила голову, будто извиняясь. Странно, но я не держала на неё зла.

— Смотри-ка, она запомнила урок, — хмыкнул Мэй. Его хвост обвился вокруг моего запястья, поддерживая и оберегая.

Я выдохнула и почувствовала — отпустило. Окончательно.

Мы прошли мимо.

На выходе из административного сектора нас ждал ещё один персонаж из прошлого.

Тот самый преподаватель — сухой, вечно напряжённый, который наорал на меня на первых занятиях и пытался придираться к дракарианцам за малейшие нарушения. Он подошёл и… поклонился.

— Госпожа Илшари, — сдержанно произнёс он. — Прошу прощения за своё поведение. Я… не знал.

— Всё в порядке, профессор, — сказала я.

— Теперь я понимаю, — он посмотрел на всех членов моей квадры, — : вы внесли вклад в дело, которое спасло несколько секторов от дальнейшего распространения звёздного порошка и подпольной продажи незарегистрированной техники. Мой брат умер из-за звёздного порошка…

— Вы действовали согласно интересам Академии, — сказал Кардан мягко, но уверенно и пожал его плечо.

Тор кивнул преподавателю, и мы пошли дальше…

На фоне флагов объединённых секторов, среди преподавателей, адмиралов и курсантов, стояли пятеро — легендарная команда А5. Антейя Стоун-Дрейг и четыре её мужа — суровые, разные, но объединённые внутренней связью.

Один из них сделал шаг вперёд. Говорил он спокойно, без пафоса, но его слова вибрировали в воздухе:

— Золотая квадра. Вы пришли в Академию как курсанты, но уходите как герои.

Тор усмехнулся.

— Мы не даром выбрали эту Академию для подпольной работы, Кириан, — сказал Кардан.

Я удивилась, почему он обратился к нашему преподавателю так панибратски, но тот самый Кириан Дрейг вдруг улыбнулся.

— Мы перестали в этом сомневаться, когда увидели, как слаженно вы работали вместе, — ответил он и пожал руку Кардану… — Будущие лидеры секторов должны знать друг друга в лицо.

Стоп. Что? Они же сказали, что наследники знатных родов на Дракаре… Не-е-ет, не может быть!.. Будущие лидеры сектора?..

Но все мысли вылетели из моей головы, когда А5 и золотая квадра все вместе стали обмениваться рукопожатиями, а Антейя даже крепко обняла меня.

— Ваша операция была дерзкой. Границы дозволенного вы протянули, кажется, на всю галактику, — весело сказала она. — И всё же — вы сработали слаженно, эффективно. Как единый организм. Как… семья.

Она сделал паузу.

— Ваша связь — редкость, как и у нас. Желаю вам сохранить и упрочить её.

Я поблагодарила её от всей нашей квадры. Впервые я говорила не только за себя, но и за нас.

Кириан Дрейг приобнял свою жену за талию и добавил:

— Майя, ты и твои мужья, вы всегда будете желанными гостями в пространстве нашего Сектора. Здесь для вас всегда найдётся место.

Эти слова эхом отдавались в моей голове, когда мы прошли через толпу журналистов, и корабль встретил нас глухим, бархатным гудением.

— Я собираюсь лично следить за стабильностью систем, — заявил Кардан, уже щёлкая панель навигации. — Полёт с Илшари на борту требует особой точности.

— Ты просто хочешь заняться работой, пока Тор будет заниматься Майей, — фыркнул Мэй и исчез в коридоре, смеясь.

— Ты, — сказал Кардан Тору, — проводи Илшари в её блок. И только не сломай ничего, пожалуйста.

— Ничего не обещаю, — хрипло рассмеялся Тор. — У нас далеко идущие планы.

Он подхватил меня на руки, и я, тоже засмеявшись, спряталась лицом в его шею.

— Как же долго я этого ждал, Илшари, — прошептал он у самого моего уха, пока двери отсека мягко закрывались за нами.

Когда двери отсека закрылись за нами, всё остальное будто исчезло. Остался только Тор. И я.

Он нёс меня по коридору уверенно, легко, словно я почти ничего не весила.

— Я держался. Я ждал. Но, Гарр возьми, сейчас ты пойдёшь со мной. И будешь кричать моё имя, пока не сорвёшь голос, Илшари.

Его слова каждым своим звуком прошлись по клеточкам моего тела. Я чувствовала возбуждение. Предвкушение.

Кожа под его пальцами горела. Его рука лежала под моими коленями, вторая — под спиной. Толстый хвост обхватил мою талию и я поглаживала его рукой, прижимаясь к груди Тора. Тёплой. Сильной. Надёжной.

Я чувствовала, как учащённо бьётся его сердце — не медленнее моего.

Он не спешил. Шёл размеренно. Уверенно. Хищник, который наконец получил своё.

Я посмотрела на него снизу вверх. Его взгляд был горячим. Настолько, что кожа у меня покрылась мурашками.

Когда мы вошли в жилой блок, он не поставил меня на пол — опустил сразу на кровать. Но вопреки моим ожиданиям, отошёл.

Высокий, тёмный, опасный. Я лежала и не могла оторвать взгляд от его лица.

— Не смотри так, Илшари. Или я забуду про нежность и возьму тебя так, как никто и никогда не посмеет.

От его слов я воспламенилась. Откуда-то взялась смелость, я села на кровати.

— А может я именно этого и хочу?

Он застыл. На мгновение. В глазах мелькнул дикий огонь.

— Осторожнее, Майя, — голос его стал хриплым, обволакивающим.

Он поставил перед кроватью кресло и сел в него. Я не шелохнулась.

— Раздевайся, — его голос опустился в глухое рычание. — Или я разорву всё сам.

Я встала на колени посреди постели. Он выдохнул с рычанием — низким, животным. Край моей рубашки слегка спадал с плеч, но я не торопилась. Сердце билось слишком громко, чтобы двигаться быстро.

Вдруг неожиданно мне понравилось это ощущение. Вроде бы стоишь на коленях беззащитная перед тем, кто заведомо тебя сильнее. Но знаешь, ты для него центр мира, взгляда, желания. Беззащитная, но полная власти над этим мужчиной.

Я взялась за ворот и стала медленно расстегивать молнию.

Он смотрел на меня, не моргая.

Мои пальцы дрожали, но не от страха — от того, сколько силы было в этом обнажении. Каждое движение — вызов и признание. Застёжка ехала вниз, ткань плавно разошлась. Я стянула рубашку с плеч, позволив ей упасть за спину.

Мой взгляд ни на миг не оторвался от него. Я видела, как напряглись его скулы.

Он не двигался.

Я медленно расстегнула застёжку топа, обнажая грудь

И дыхание Тора стало тяжелее. Его глаза зажглись ярче.

Затем медленно потянулась к поясу брюк. Сначала расстегнула замок. Потом — аккуратно, двигаясь плавно, словно танцуя для него, спустила ткань с бёдер.

— Всё, Майя, — только и сказал Тор, а после резко приблизился ко мне и содрал с меня брюки.

Теперь он был полностью одет, а я оставалась лишь в трусиках.

Его рука обхватила мою шею, не сильно, просто фиксируя. Его взгляд — поглотил меня.

— Ты даже не представляешь, сколько ночей я прокручивал это в голове.

Он уложил меня назад — аккуратно, но властно. Я оказалась на спине. Тор быстро избавился от своей рубашки, развёл мои ноги и подтянул меня к себе.

Он наклонился. Взгляд — пылающий, жадный. Он не просто смотрел — он пил меня глазами.

— Майя, — выдохнул он так, будто моё имя было ключом от всех замков.

А потом он накрыл мои губы своии. И этот поцелуй не был нежным. Он был голодным. Грубым. Полным отчаянной потребности, сдерживаемой слишком долго. Его губы сомкнулись на моих с жаром, властно, будто он хотел доказать, что я теперь его. Без остатка.

Он не дал мне отстраниться, не оставил шанса перевести дыхание — его язык проник внутрь, увлекая за собой, требуя ответного пламени.

Я застонала в губы Тора — и он зарычал. Это не был тихий звук. Это был глухой, дикий отклик мужчины, который больше не собирается себя сдерживать.

Его ладони крепко держали меня за талию, прижимая ближе, будто одной кожи уже недостаточно. Его тело было напряжённым, сильным — я чувствовала, как мышцы дрожат от внутреннего накала.

Он целовал меня так, будто хотел запомнить мой вкус навсегда. Как будто я — его последняя возможность. Упустишь — и всё рассыпется.

Он прервал поцелуй, только чтобы провести горячим дыханием вдоль моей щеки, скользнуть губами по линии подбородка, а затем — к шее. Его поцелуи стали медленнее, но от этого только яростнее. Тор целовал, покусывал, обжигал кожу дыханием, пока я не выгнулась, прижимаясь к нему ближе.

Я задыхалась. И хотела большего.

— Вот так, — прошептал он, и ладонь скользнула к моей груди.

Он обхватил её всей ладонью — властно, жадно, будто хотел запомнить её форму. Его большой палец обвёл сосок, и я застонала, когда он надавил чуть сильнее.

Тор прижимался ко мне всем телом. Между его членом и моей нежной кожей были плотные штаны и тонкие трусики. Он потирался о меня, заставляя стонать от удовольствия, пока его губы и пальцы исследовали каждую клеточку моего тела. Но когда я застонала особенно громко, он вдруг замер — и его хвост скользнул по моей ноге.

— Тор… — произнесла я срывающимся голосом, изнывая от желания и выгибаясь ему навстречу.

Хвост тёплый, гладкий, уверенный. Он огладил мою лодыжку, поднялся по бедру, прошёл по внутренней стороне, до самого края трусиков. Я вскрикнула — и тут же прикусила губу.

— Не стесняйся, Илшари, — сказал Тор, голосом, будто бархатом, натянутым на сталь. — Мне нравится, как ты звучишь. Особенно когда мой хвост срывает с тебя остатки самоконтроля.

Он продолжил ласки — хвостом, не торопясь. Лаская мои бёдра, живот, пока пальцы сжимали грудь, а губы целовали шею. Это было… слишком хорошо. И я не хотела останавливаться, мне хотелось, чтобы между нами не осталось ничего!

Тор словно почувствовал это. Он вдруг обвил хвостом мои запястья — не сильно, просто фиксируя их над головой.

— Скажи, что ты моя, — потребовал он между поцелуями, хвостом забираясь под ткань моих трусиков.

— Я… — произнесла я, захлёбываясь от желания, — твоя!

Его язык вторгся в мой рот. Властный, без стеснения. А я ответила, цепляясь, вгрызаясь в его губы.

— Я не собираюсь быть мягким.

Он не оставил мне времени на ответ.

Губы Тора прижались к моей груди, он обхватил сосок губами, втянул его в рот и слегка прикусил, а кончик его хвоста тем временем толкнулся внутрь меня.

Я вскрикнула от болезненного удовольствия! Мир вокруг исчез. Я выгнулась, прижимаясь к нему, теряя контроль. Хотела опустить руки, но они были зафиксированы наверху, и от этого всё ощущалось ярче во сто крат!

Он посасывал мои соски с жадностью, со зверинной необузданностью, как будто именно этот вкус — то, чего он ждал всю свою жизнь. Я чувствовала его язык — тёплый, влажный, дразнящий. Вторую грудь он всё это время сжимал в ладони, сминая, дразня, вызывая во мне новое, дикое электричество.

А его хвост исследовал меня внутри…

— Гарр… Тор… — простонала я, не в силах удержаться. Он лишь усмехнулся, не отрываясь, и прикусил другой чувствительный сосок — совсем слегка. Но этого хватило, чтобы я задохнулась от ощущений.

— Ты слышишь себя? — прошептал он, поднимая голову. Его зрачки горели. — Я хочу, чтобы ты кричала снова и снова.

Его руки легли на мою талию. Схватили. Зафиксировали

Большие ладони Тора были грубее, чем у других, и это только усиливало ощущение, что я принадлежу ему без остатка. Он гладил меня, разминая, лаская и обжигая.

И он прижался пахом сильнее, двигаясь медленно, вдавливаясь между моих ног, сквозь оставшиеся на нём брюки. Я не могла дышать — от жара, от предвкушения, от звериной мощи его тела, нависающего надо мной.

— Почувствуй, Илшари, — выдохнул он.

Я провела руками по его животу, вниз, к поясу. Хотела коснуться. Хотела сама снять с него одежду.

Он не остановил меня. Только сказал хрипло:

— Если начнёшь — назад пути не будет.

А мне и не нужна была дорога назад.

Я дотянулась до его пояса, расстегнула застёжку и почувствовала, как напряглись мышцы его живота. Его тело — тугое, собранное, готовое. Тор стиснул зубы, пока я медленно стягивала с него брюки, обнажая нижнее бельё, натянутое на его возбуждение. Член был крепким и толстым. Он ощущался грубым. Таким, каким был и сам Тор.

Он стянул брюки до конца и отбросил их, а потом принялся за меня, и вскоре мы оба остались абсолютно обнажёнными.

Я посмотрела ему в глаза, а потом коснулась ладонью его члена. Он был внушительным. Очень, мне даже стало немного не посебе от мысли, как он вообще влезет в меня. Только мои пальцы коснулись бархатной мягкой кожи, как Тор резко втянул воздух. Его рука тут же легла на мою, но не остановила — лишь направила и сжала пальцы сильнее.

Как же это было порочно! Захотелось коснуться его губами… посмотреть, как Тор отреагирует на это, и я потянулась к нему ртом.

— Майя, — голос его сорвался на гортанное рычание, — если ты продолжишь, я не смогу быть нежным.

— А я и не хочу нежности, — прошептала я. — Я хочу тебя. Всего. Такого, какой ты есть.

Мы застыли на мгновение, а потом я всё же сделала то, что хотела.

Он закрыл глаза и запрокинул голову, пока я, обхватив его член пальцами, самозабвенно целовала головку.

А его хвост… Боги Вселенной… Он и его отростки… Влажный, тёплый, тугой… Он начал массировать мой клитор, делая ощущения ещё более нереальными.

Тор застонал, и я тоже, потому что мир вдруг разлетелся на мелкие осколки. Тысячи разрозненных разноцветных пикселей вместо единой картинки. Меня пронзило такое удовольствие, что я громко и протяжно простонала, расслабляя горло, в которое тут же толкнулся огромный член.

Это было порочно, прекрасно и…

Тор резко втянул воздух. Его руки легли на мои плечи, а затем — на талию, сжались.

— Хватит, — единственное, что он сказал, прежде чем потянул меня вверх, разворачивая нас и усаживая меня на себя так легко, словно я весила меньше воздуха.

Я оказалась верхом на нём, колени по обе стороны его бёдер, и передо мной был его член и опасный взгляд.

Тор обхватил мои ягодицы обеими ладонями, разминая их, прижимая к себе сильнее.

— Смотри на меня, Илшари, — прошептал он. — Я хочу видеть твои глаза, когда ты примешь меня.

Его хвост обвился вокруг моей шеи.

Я кивнула.

Да!..

Он чуть приподнял меня за бёдра. Его рука осторожно направила член к моим складочкам, он провёл головкой по моей влажности, заставляя тело содрогнуться от ожидания… и в следующий миг…

Он вошёл в меня.

Тор вошёл в меня резко. Глубоко.

И я вскрикнула — но не от боли, я была такой мокрой и горячей, что он проник в меня мягко и гладко. Я вскрикнула от силы ощущения. Член был слишком большим, слишком плотным, крепким, тугим… Моё тело растягивалось, впуская его, привыкая к нему. С натяжением, с огнём.

Тор зашипел, зарычал и остался внутри, не двигаясь. Его руки держали меня крепко, одна — у основания спины, вторая — на бедре. Его хвост чуть сжал моё горло, и от этого всё стало ещё острее.

— Ты такая тугая… тёплая… Илшари, я сойду с ума.

Он дышал тяжело, замерев и не двигаясь. Я гладила его волосы, плечи, и дышала, адаптируясь. Боль отступала, уступая место разливающемуся жару, сконцентрированному внизу…

— Двигайся, — прошептала я, прикусив губу. — Я готова.

Он поднял голову, глядя в мои глаза. И начал двигаться. Сначала медленно, только немного выходя и погружаясь обратно. Но я всё равно дышала с надрывом, напополам со стонами.

Но вскоре толчки стали резче и глубже. Я задыхалась, выгибалась. Тор сел и прижал меня к своей груди. Угол проникновения изменился и я снова застонала, потому что теперь ещё и его хвост скользнул вниз и начал скользить по моему клитору.

Рот Тора нашёл мой сосок — и в то же мгновение толчки стали жёстче. А хвост будто завибрировал своими отростками.

Это было так прекрасно, что я закричала…

— Тор!..

— Ещё, — приказал он, вколачиваясь в меня снова и снова.

— Тор! — простонала я, сливаясь с ним до последнего атома.

Его руки крепче сжали мою талию, и он ускорился. Каждый толчок был животным, безудержным, безумным. И в этом безумии я растворялась, таяла, теряла себя… чтобы стать его полностью.

В следующую секунду я оказалась на спине, испытывая второй оргазм… Тор излился мне на живот, а потом навалился на меня всем телом. Его губы снова нашли мои.

Его семя было между нами, отчего мы были влажными и скользкими.

Это было похоже на бой, на слияние, на обещание, сделанное самым точным языком, известным в мире — языком тела.

Я обвила его ногами, прижимаясь ближе.

Тор поцеловал меня. Медленно, вдумчиво… А потом я почувствовала его плоть, снова горячую, гладкую, прижимающуюся к моему входу и готовую!. Я задержала дыхание.

— Уже?

— Уже, Майя, — только и сказал он.

И в этот раз мы не торопились. Тор вошёл в меня снова — медленно. Мои стенки растягивались под его натиском. Его руки обхватили мои ладони, пальцы переплелись с моими. Он смотрел в глаза, не отводя взгляда ни на мгновение, будто запоминал каждую искру, каждый дрожащий выдох, каждую эмоцию, что рождалась между нами.

И тогда я тоже начала двигаться. Начала сама вести, а он только помогал.

Я запрокинула голову от удовольствия и снова застонала, когда прочувствовала, как его член внутри меня массирует какую-то особенную точку, как каждое его движение влияет на меня.

— Майя… — прорычал Тор. — Какая же ты чувственная.

Мы двигались вместе, в одном ритме. Мир исчезал, рассыпался звёздной пылью за пределами жилого отсека. Он целовал мои губы, шею, пока я прижималась к нему сильнее. Хотелось впитаться в него, раствориться, стать единым целым.

А потом его хвостик начал массировать мою тугую заднюю дырочку, и я, захлёбываясь стонами, практически сразу кончила, стоило ему только попытаться войти внутрь. И когда кульминация накрыла нас, она была не бурей, а светом. Ярким, всепоглощающим, как дыхание Вселенной.

Мы дышали в унисон. Наши тела отзывались друг на друга как зеркала. Его имя сорвалось с моих губ шёпотом. А он прошептал моё — с такой нежностью, с такой силой, что я точно знала, что всё будет хорошо. Всё теперь будет хорошо.

Я зажмурилась на миг, но потом распахнула глаза. Улыбнулась сквозь слёзы — не боли, не страха, а какой-то пронзительной нежности, от которой сердце сжималось и раскрывалось одновременно.

Я уснула в его объятиях — уставшая, счастливая и наполненная до краёв. Его дыхание было размеренным, грудь — тёплой и надёжной под моей щекой. Всё было правильно. Теперь я чувствовала, что всё на своих местах. Никогда ещё я не спала так сладко!

А проснулась я уже не в одних объятиях. Слева — Кардан, с привычно сосредоточенным лицом даже во сне. Его рука спокойно лежала у меня на талии.

Справа — Мэй. Полуулыбка играла на его губах, будто он успел сказать что-то дерзкое даже во сне.

А Тора рядом не было. Только записка на голограмме, повиснувшей над столом:

Дракар полностью оправдал своё название. Для всей галактики он оставался военной крепостью с непробиваемыми стенами и холодными сердцами, но для меня оказался уютным миром, где пели ночные птицы, а каждое утро начиналось с улыбок и объятий. Планета, наполненная тёплым смехом, приятными ароматами, шутками Мэя, терпеливым взглядом Кардана и тихим ворчанием Тора.

Что касается меня — я стала не просто частью квадры, а советницей Совета Объединённых Родов Дракара. Время от времени я участвовала в переговорах, помогала решать сложные конфликты между расами. Работа была увлекательной, но по-настоящему счастлива я была дома, где меня ждали мужья и их нежные объятия.

Правда наше спокойствие длилось ровно до тех пор, пока в доме не появились дети — две девочки и мальчик. Мои хвостатики были очень милыми и невероятно упрямыми, они вобрали в себя лучшее (и худшее!) от моих любимых адмиралов.

— Мам, скажи честно, а наши звёздные адмиралы правда раньше были страшными?

Я усмехнулась, поправляя одеяло младшей дочери, которая смотрела на меня любопытными глазами, переливающимися золотистым блеском.

— Кто тебе это сказал?

— Элиан сказал, что точно знает!

— Мне надо поговорить с твоим старшим братом!

Наш средний сын, Элиан, был сущим наказанием и моей обожаемой копией Мэя. И внешне, и по характеру. Юркий, озорной и оболтает любого!

— Ну скажи, мам! Правда они были страшными? — продолжала допытывать младшенькая Эйра.

— Жутко страшными! — серьёзно ответила я, притворяясь, что вздрагиваю от воспоминаний. — Особенно Тор.

— Особенно я — что? — раздался глубокий, ленивый голос мужа. Тор прислонился к дверному косяку, скрестив руки на широкой груди. Хвост мерно постукивал по полу — «предупреждающий знак», как любил говорить Мэй.

Я хитро улыбнулась:

— Ты казался мне особенно страшным, когда я только с вами тремя познакомилась.

Он хмыкнул и мгновенно оказался рядом, наклонившись ко мне:

— Не пугай мою сладкую пуговку. Я же совсем ручной стал, и это только твоя вина, зайка.

— И моя! — встряла дочь, с умным видом поправляя хвостик.

— И твоя, — согласился он.

Наша младшенькая, мягкая и спокойная Эйра, и правда стала любимицей Тора. Грозный адмирал превращался в послушного зверя, стоило дочери поднять на него огромные наивные глаза и прошептать: «Пап, а почитаешь?». Он тут же бросал тренировки и планирование боевых операций, ложился с ней в постель и читал, пока малышка не засыпала на его груди.

— Сговорились против меня? — Тор изобразил театральную обиду, и малышка захихикала.

Он чмокнул её в лоб и пожелал доброй ночи, а потом строго посмотрел на меня:

— Элиан и Лайна уже спят, а у нас дела.

Старшая дочь, Лайна, была точной копией Кардана. Серьёзная не по годам, рассудительная и целеустремлённая, она проводила много времени с отцом, засыпая его вопросами о дипломатии и стратегии, от чего Кардан частенько хватался за голову и умолял её хоть немного притормозить с обучением. Но я-то знала, что он гордится ей невероятно.

Я улыбнулась, а Тор приблизился, будто бы целуя в щёку, а сам шепнул мне на ухо:

— Через пятнадцать сотых жду тебя в спальне. Сегодня моя очередь, и я планирую тебе напомнить, каким страшным могу быть.

Я залилась краской. Когда он вышел, дочь шёпотом спросила:

— И правда страшный?

— Ужасно! — тихо подтвердила я. — Но я нашла к нему подход.

— Какой?

Я погладила дочь по волосам.

— Любовь. Она делает страшных адмиралов почти милыми.

Дочь улыбнулась сонно и прошептала, устраиваясь под одеялом поудобнее:

— Тогда хорошо, что ты их полюбила. А то что бы мы делали, если бы они оставались страшными?

Я тихо засмеялась, снова погладила её по волосам и выключила свет, оставив только тусклый мерцающий ночник.

Из соседней комнаты доносился приглушённый голос Кардана, который обсуждал с Мэйем планы на наш предстоящий отпуск: обязательно посетить знаменитые горячие источники Трисаара — древние ритуальные источники, куда традиционно ездят с семьями, и, конечно, заглянуть на Фалариус — зелёную планету, где нас ждала Лара с моими племянниками.

Дом. Тёплый, уютный, наполненный звуками и жизнью.

А в спальне меня уже ждал Тор. И стоило мне только переступить порог — он тут же прижал меня к стене, легко, но без шансов вырваться.

— Наконец-то, — прорычал он низко, глубоко вдыхая мой запах и запуская мириады возбуждённых мурашек по моей коже. — Опоздала, Илшари.

Я хотела возразить, сослаться на детей, на ужин, на тысячу дел… Но он не дал сказать ни слова — его губы накрыли мои — жадно, жёстко, требовательно, и все слова вдруг стали неважными.

Его хвост скользнул по моим бёдрам — ласково, лениво, предвкушающе — забирая у меня стон за стоном.

Что ж.

Своим звёздным адмиралам Илшари сдаётся.