Этот мир тонет в крови и безумии Темного века, где на обломках великого прошлого сходятся армии сошедших с ума богов. Тайны технологий и магии потеряны, а жизнь ничего не стоит. Оказавшись в теле крысолюда, Сергей Ордынцев готов показать этому миру, почему разумный с жаждой знаний и упорством может оказаться куда опаснее, чем кто-либо мог подумать.
Annotation
Этот мир тонет в крови и безумии Темного века, где на обломках великого прошлого сходятся армии сошедших с ума богов. Тайны технологий и магии потеряны, а жизнь ничего не стоит.
Оказавшись в теле крысолюда, Сергей Ордынцев готов показать этому миру, почему разумный с жаждой знаний и упорством может оказаться куда опаснее, чем кто-либо мог подумать.
Повелитель крыс — 1
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Nota bene
Повелитель крыс — 1
Глава 1
— Шансы на ядерную войну откровенно ничтожные… кха-кха! — идущий в противогазе и старом, потрёпанном ОЗК мужчина надсадно закашлялся. — Не о чем беспокоится, всё идёт по плану… как же.
Воющий в разбитых стеклах окружающих домов радиационный ветер с готовностью подхватил слова мужчины, а пошедший следом небольшой кислотный дождь решительно поставил точку.
Сильный кашель окончательно скрутил Сергея Ордынцева, чуть не заставив того выронить судорожно сжимаемый пистолет Макарова. Иронично, но именно тщательно смазанный ПМ выглядел самым «здоровым» среди всех вещей Сергея, включая его самого.
Тот же ОЗК Сергею повезло найти ещё в самом начале, в подвале возле морга его места работы, Московской Городской клинической больницы номер 31. Именно благодаря этой старой вещи он сумел прожить так долго.
Но хуже кровавого кашля Ордынцева больше всего беспокоила нога. Шастать по радиационным пригородам Москвы вообще опасное дело, но когда еда подходит к концу, то выбора не остаётся вовсе.
Около недели назад прилетевшая откуда-то сбоку пуля впилась прямо в ногу, благо, минуя кость. В тот момент Сергей даже и не думал пытаться отстреливаться, понимая, что сейчас редко кто ходит в одиночку. Прошлая же группа Ордынцева распалась, и вот, он теперь остался совсем один.
Убежав на адреналине и почти не чувствуя боли, ему чудом повезло спастись. Воспользовавшись же навыками, оставшимися после работы патологоанатомом и воя от боли, у Сергея получилось обработать сквозную рану.
К несчастью, то ли он плохо её обработал, то ли подхватил излишки радиации, но рана загноилась. Искать медикаменты? Все ближайшие магазины и аптеки были давным-давно обнесены.
Ощущая себя всё хуже и хуже, Сергей, хромая, рухнул на ближайшую лавочку. Он безошибочно почувствовал, как его разум начал постепенно плыть, а тело слабело всё сильнее.
Зная своё состояние, он прекрасно понимал, к чему всё идёт. Но чувствовал ли он страх смерти?
Ха!
Сумев каким-то чудом выжить целый год после начала общемировой ядерной войны, Сергей видел столь многое, что сумело бы выбить из колеи даже человека его профессии. Так что он давно уже потерял всякий страх перед подступающим концом.
Система ПВО Москвы сработала поистине превосходно, почти защитив всё, что находилось внутри МКАД-а. Всему же, что располагалось «за» повезло куда меньше.
А теперь главный вопрос — что будут делать миллионы жителей центра, запертые в Москве без поступлений продуктов питания и наличия работающей инфраструктуры?
— За Москвой жизни нет! — хохотнул, захлёбываясь кровью, Сергей, вспомнив старую шутку. — Теперь это в буквальном смысле…
Израсходовав последние силы на этот смех, Ордынцев глухо уронил голову на грудь. Пистолет тихо звякнул, выпав из ослабевших пальцев.
На этом земная часть жизни Сергея Ордынцева изволила подойти к концу, но у Судьбы были на него другие планы.
Его душа покинула Землю и погрузилась в Хаос, бесконечное и бескрайнее пространство между мирами, из которого когда-то и родились все миры.
Следуя заведенному порядку, душа Сергея устремилась прямиком к Колесу Перерождения, или, как его ещё называют, Колесу Сансары.
Именно в этом непостижимом вселенском устройстве душа Сергея должна была быть очищена от его земной памяти и всего лишнего, оставив лишь бессмертную искру творения, после чего направлена на новое перерождение.
Будучи вселенской «константой», Колесо Сансары являлось чем-то, что не решались трогать самые могущественные и ужасные существа.
Даже гордые драконы или штормовые великаны и те не видели смысла рисковать своей долгой жизнью ради чего-то столь эфемерного.
Но вселенная достаточно велика, чтобы в ней нашлись безумцы, дерзнувшие бросить вызов естественному порядку вещей.
«Мрачноземье» — именно такое гнетущее название получил мир, пользовавшийся зловещей славой даже на фоне дьявольских миров.
Обычные миры Порядка способны лишь плыть в пустоте Хаоса, однако Мрачноземье был необычным миром.
Обладая способностью атаковать, а главное, поглощать другие миры, Мрачноземье быстро обзавелось разумными, с готовностью бросившимися захватывать и аннексировать всех, кто имел несчастье оказаться неподалеку.
Каждая новая жертва позволяла миру-захватчику расширяться, давая его хозяевам невероятные силы, благодаря чему Мрачноземье очень быстро вступило в свой золотой век.
Магия, технологии и ресурсы разных поглощенных миров давали такие безумные возможности, что очень скоро многие из развитых и могучих рас начали настороженно смотреть на Мрачноземье.
Ужас существования Мрачноземья распространился, заставляя даже крупные миры в страхе беспокоиться о своём существовании.
Казалось, конфликт между правителями вселенной и Мрачноземьем неминуем, но внезапно… Мрачноземье просто застыло, оборвав всякую связь.
Любые попытки приблизиться или связаться с ним получали самые жестокие мировые атаки. Те же, кому всё же удалось проскользнуть сквозь мировую защиту, уже никогда не возвращались, чтобы поведать об увиденном.
Прошли десятилетия, столетия, а затем и тысячелетия. Мрачноземье, дрейфовав в сторону опасных разломов Хаоса, постепенно стало мрачной легендой, о которой знали и предпочли забыть лишь самые старые существа вселенной.
Всем казалось, что Мрачноземье давно мертво, растворившись в Хаосе, но это было далеко не так.
Древние и непостижимые техно-магические устройства Золотого века Мрачноземья с трудом, но продолжали свою работу, даже лишившись контроля своих создателей.
Одним из таких устройств была технология поиска и отсева могущественных душ. Великим техномагам Мрачноземья пришла гениальная идея — зачем отдавать шанс получения сильных бойцов или слуг на случай, если можно заранее собирать по всей вселенной сильные души?
Очищая у душ воспоминания, но оставляя остатки ауры, подобные новорождённые с самого начала обладали бы превосходным потенциалом!
Этика? Мораль? В бесконечной и наполненной войной вселенной лишь сильные имели право на подобные излишества.
Другие цивилизации подобный подход мог бы ужаснуть, ведь такое многообразие, в потенциале, чрезвычайно опасных воинов и магов могли бы пошатнуть стабильность любого режима. Однако Мрачноземье достигло такого уровня, когда их подобные опасности уже не беспокоили.
Формируя одну армию воинов-рабов за другой и захватывая новые миры, боги Мрачноземья становились бы сильнее быстрее, чем их рабы могли развиваться сами.
Именно одно из этих древних устройств, в своё время вогнавших вселенную в страх, случайно сбросило свою долгую дрему. Искорёженные, проржавевшие магические линии вновь ощутили текущую по ним магию.
Поисковой массив устройства немедленно зафиксировался на появившейся в Хаосе сильной душе. Сложный комплекс алгоритмов определил потенциал этой души как высокий, после чего захватил её, начав перемещение.
Вот только почти сразу устройство столкнулось с первой трудностью. Потеря обслуживания во время Темного века не прошла даром. Та часть, что отвечала за стирание личности кандидата, полностью провалилась.
В обычной ситуации судьбу Сергея решала бы холодная воля оператора, но кости последнего уже сотни лет как лежали в пыли или стали чьей-то закуской.
Не получив ответа, устройство продолжило выполнять алгоритм, ведь потенциал души был достаточно высоким, чтобы об отказе от неё не шло и речи.
Но дышащее на ладан устройство вновь ударилось о следующую преграду. Если бы эта древняя машина могла бы говорить или хотя бы мыслить, она бы отчаянно и возмущенно искрила, выплёскивая своё недовольство.
На этот раз проблемой оказался тот простой факт, что все попытки связаться с родильными капсулами преторианцев провалились. Возможно, какие-то из капсул ещё работали, но связи с ними у устройства не было.
Судорожно перебирая имеющиеся подключения, очень скоро машина определила удручающую вещь. Единственная хоть сколько-то работоспособная капсула, сумевшая кое-как, но отправить подтверждение, принадлежала даже не воинам или воинам-рабам, а низшим слугам.
Отправлять душу такого потенциала в столь неказистое вместилище было настоящим преступлением, однако выбора не было.
Машина холодно отметила, что её время работы подходит к концу. Прямо сейчас этот магический всплеск уничтожал её последние работающие компоненты, а значит, хранить эту душу она была не в состоянии. Устройство немедленно отправило приказ начать процедуру подготовки тела.
Но, в отличие от устройства переноса душ, родильная капсула находилась в ещё более плачевном состоянии. Лишь каким-то чудом она ещё функционировала, сохранив остатки материалов и энергии.
Тем не менее, получив приказ, родильная капсула с абсолютной решимостью приняла на себя задачу. Её огромное стальное тело дрожало и искрило от напряжения. То и дело загорались какие-то боковые устройства и отваливались старые детали, но искусственный разум перенаправлял энергию, упорно продолжая формировать тело.
Получив спецификацию души, родильная капсула, естественно, оценила чрезвычайно высокий потенциал души. В обычное время такая душа никогда бы не оказалась в этой родильной капсуле, но машина не знала слов «если».
Немедленно новорожденному был предоставлен самый высокий из возможных для низших слуг приоритет на материалы при создании тела.
Образцом для этого тела оказался запрос одной бессмертной аристократки, пожелавшей получить «хоть сколько-то долгоживущего и прочного слугу».
Естественно, эта капсула создавала слуг, а не воинов, и уж тем более преторианцев, но даже так она сделала всё возможное.
Эти усилия, значительные даже тысячу лет назад, стали последним гвоздем в крышку гроба усердной машины.
Внутренние пожары разгорались всё сильнее, и это был самый настоящий бег со смертью.
Но вот тело оказалось сформировано, а душа успешно имплантирована. Теперь дело осталось за самыми основными знаниями. К несчастью, времени было слишком мало, чтобы передать весь необходимый базис знаний, требующийся для столь высокопоставленного слуги.
Впрочем, капсула клонирования была достаточно продвинута, чтобы проанализировать и отсеять те пакеты, которые, по её мнению, можно было изучить самостоятельно.
Также для тщательного закрепления полученных знаний требовалось время на адаптацию, которого не было, поэтому знания могли бы активироваться исключительно в тот момент, когда он столкнулся бы с указанными вещами.
Тем не менее некоторые основные вещи всё ещё оказались полностью имплантированы, а именно встроенный в само тело «общий язык». Полученное от истинных драконов умение познавать любую речь было украдено Мрачноземьем и использовано для всех рабов и слуг, ведь в составе мира-пожирателя было слишком много разных миров.
Конечно, «общий язык» не давал умения читать, и поэтому Сергей получил его отдельно.
В тот момент, когда последний пакет знаний был успешно передан, родильная капсула испустила свой «последний вздох». Огни начали выключаться, а сотрясающие устройство вибрации затухали.
Последним усилием капсула активировала открытие замков дверей и возвращение объекта в сознание, после чего она выключилась теперь уже навсегда.
Жестокой насмешкой был тот факт, что на Земле мать Ордынцева погибла, рожая его. В своей же второй жизни он вновь стал причиной смерти своей второй «механической матери».
Впрочем, в некотором роде Сергей сумел превзойти прошлого себя, ведь теперь он захватил ещё и «механического отца».
Однако всего этого Сергей, естественно, не знал.
Ордынцеву снилось, что он летит по бескрайнему разноцветному морю, со всех сторон которого на него смотрят бесчисленные злые и жадные глаза. Внезапно он вздрогнул, просыпаясь, чтобы внезапно обнаружить, что его челюсти широко раскрыты, а в глотке застряла толстая трубка, мешающая ему дышать!
По бокам от него в стенах были встроены несколько световых белых панелей, позволяющих неплохо оценить его бедственное положение.
Содрогнувшись всем телом, Сергей яростно схватил этот проклятый шланг и изо всех сил его потянул. Спиной он чувствовал, что под ним хлюпает какая-то желеобразная жидкость, чей уровень, правда, быстро уменьшался, стекая неизвестно куда.
Хлоп! — на удивление, трубка довольно легко покинула внутренности Ордынцева. Вот только радости это ему не принесло.
— Это что за хрень? — чуть помолчав, медленно спросил он сам у себя. Дурная привычка, заработанная во время долгих скитаний по радиационным городским пустошам.
Причиной недоверия Сергея оказались его руки, а точнее уже лапы, всё ещё сжимающие ту злополучную трубку. Да, они имели все пять пальцев, вот только вместо человеческих ногтей каждый из пальцев был увенчан впечатляющим острым когтем! И словно этого было мало, самой кожи было почти не видно из-за густо покрывающей её пронзительно чёрной шерсти!
В следующую секунду Сергей заметил следующую странность, а именно тот факт, что его нос как-то слишком уж далеко расположен от его глаз!
Застилающая разум пелена после пробуждения отступала, и он всё сильнее понимал, что что-то очень сильно неправильно.
«Это… морда животного? Что вообще случилось?» — Ордынцев напряг память, пытаясь вспомнить, как именно он здесь оказался, но в ответ пришла лишь пустота. Лишь затем, словно нехотя, пришло воспоминание из прошлой, теперь такой уже далекой, мирной жизни.
— Чёрт возьми, только не говорите, что те книженции были правы. — Сергей криво улыбнулся, дёргая длинными усиками на носу, пока ирония его положения обрушилась на него во всей красе.
«То есть я, чудовищными усилиями, умудрился протянуть целый год в той адской дыре, которой стала Земля, чтобы затем… получить чёртово перерождение? Так, может быть, мне с самого начала надо было сказать о подобной возможности? Чтобы я не тратил целый год, отбиваясь от бандитов или каннибалов, поедая всякую дрянь и мучаясь от лучевой болезни⁈»
Как бы то ни было, спокойный, или, скорее, ледяной характер Сергея вновь дал о себе знать, заставив успокоиться. С завидным хладнокровием он принялся вертеться в той тесной камере, в которой проснулся, пытаясь как можно точнее себя осмотреть.
И чем больше он наблюдал, тем мрачнее становился.
Вероятно, стоит первым упомянуть чрезвычайно длинный, с него самого, голый хвост. Стоило о нём подумать, как последний немедленно сократился. Сергей поднял бровь, отметив, что каким-то образом этот новый придаток чувствовался совершенно знакомым, словно он прожил с ним значительную часть жизни. Ещё одна странность к целому вороху имеющихся.
Само же тело… Учась в медицинском университете, Сергей был членом научного кружка, где ему довелось вскрыть и препарировать далеко не одну мышку или крысу, после тестирования различных фармакологических препаратов.
Так что Ордынцев ещё не сошёл с ума достаточно, чтобы не узнать эти характерные детали.
«Карма-карма, какая же ты тварь», — холодный смешок, смешанный с писком, вновь отразился от холодных стен его «камеры»: «Кажется, я теперь знаю, кем именно после смерти становятся вивисекторы». Присущий Сергею юмор патологоанатома с успехом осуществил межмировой переход.
Ощупав голову, оценив более вытянутую форму морды и вновь посмотрев на довольно длинный хвост, Сергей пришел к ещё одному, сравнительно хорошему выводу.
«Судя по всем отличиям, я крысолюд, а не мышелюд, или как их там называют. Насколько мне известно, крысы живут заметно дольше мышей, так что, если эта закономерность верна и для моего нового вида, то мне немного повезло».
Но Сергей не привык игнорировать проблемы. Подспудно он прекрасно знал, что продолжительность жизни крыс чрезвычайно низка относительно человека, и что-то ему подсказывало, что это верно и для крысолюда!
Так или иначе, этим вопросом он собирался заняться позднее, ведь разобравшись с самим собой, он обратил внимание на тот простой факт, что огни его стального «гроба» медленно, но верно затухали. Хуже того, Сергей совершенно не чувствовал поступлений свежего воздуха!
Возможно, это место действовало по неизвестным Ордынцеву технологиям, но спёртый воздух вокруг настоятельно подсказывал, что это, скорее всего, не так. И учитывая небольшой размер камеры, Сергей уже предчувствовал свою будущую судьбу.
— Ну хотя бы не гроб, — хмыкнул Сергей, немедленно двинувшись осматривать и ощупывать стены. — Искать «Билла» мне совершено не хочется. Хотя с моими новыми когтями было бы сравнительно легко процарапать древесину.
Нажав на очередную стальную панель, Сергей тут же почувствовал, как она немного поддалась. Воодушевившись, он немедленно начал прикладывать ещё больше усилий, вскоре найдя вторую панель.
Как оказалось, они обе двигались не совсем вперёд, а действовали подобно дверям автобуса или поезда, выдвигаясь чуть вперёд, а затем сдвигаясь вбок. Несмотря на то, что тело было совершенно новым и нечеловеческим, Сергей вновь удивился той лёгкостью, с которой он им управлял.
Вскоре Ордынцев понял, как же ему повезло. Потребовалась масса усилий, чтобы суметь протолкнуть дверь, ведь впереди что-то ей мешало. И когда створки наконец разошлись, стало ясно, что было причиной.
— Что это за грязь? — Сергей с неприятием оглядел землисто-черную, рыхлую субстанцию, преградившую ему путь. К счастью, запаха от неё не было. — Проклятье. — Ордынцев вздохнул, смирившись со своей судьбой.
Воздуха оставалось не так уж и много, а свет позади почти потух. Если он хотел понять, как вообще здесь очутился и что вокруг происходило, то следовало поднажать.
Острые когти с лёгкостью впились в чёрную землю, быстро начав рыть туннель. Дело усложнялось рыхлостью осыпающегося материала, однако, судя по давлению на спину, наверху было всего несколько метров препятствия.
Именно поэтому Сергей резко изменил направление на диагональное, начав подкоп вперёд и вверх!
Хоть он и набрал заранее воздуха в грудь, но последний неотвратимо уменьшался, а новому взяться было неоткуда, ведь туннель позади уже обвалился. Удушье нарастало, заставляя Сергея ещё яростнее полосовать когтями землю перед собой.
«Я слишком многое прошёл, чтобы умереть, только-только получив новую жизнь. Я не умру!» — именно эти мысли стали той основой, позволившей Ордынцеву, уже теряя сознание, ощутить, как его лапы пронзили пустое пространство наверху.
С яростным шипением и глубоким вдохом он выстрелил вверх. В тот момент хлынувший в его лёгкие воздух показался ему самым сладким, что он когда-либо чувствовал.
Но эйфория не продлилась долго, ведь его слух резко атаковал нескончаемый и совершенно сумасшедший писк и гвалт!
Открыв глаза, Сергей пораженно взглянул на открывшуюся перед ним картину. Всюду, куда хватало глаз, по гигантскому, изрядно грязному стальному ангару бегали в полной панике сотни, а может быть и тысячи небольших серых и редко попадающихся чёрных крысолюдов.
Среди них метались куда более крупные и злые взрослые крысы, яростно стегающие мелочь своими длинными хвостами или небольшими плетками.
Впрочем, стоило отметить, что и сами взрослые крысы тоже были в изрядной панике, и их «попытки навести порядок» несли скорее жажду выплеснуть желание насилия, чем заботу об окружающих.
Откуда-то поднимался густой чёрный дым, стелющийся прямо по потолку ангара, а воздух сотрясала визгливая сирена и звон сразу нескольких примитивных колоколов.
Сергей не мог этого знать, но пробуждение и взрыв родильной капсулы серьезно затронул святая святых этого крысиного клана — родильные ямы и ясли. Именно здесь рождались, выкармливались и обучались языку и основным навыкам самые молодые крысы.
Произошедшее породило полнейший хаос, где часть крыс кричала о нападении вражеского клана, другая пыталась что-то тайком украсть, третья спрятаться, а четвертая и вовсе, под шумок, напасть на своих врагов!
Никто толком даже не пытался тушить пожар или делать что-то полезное, все были заняты чрезвычайно ответственной игрой: подставь другого, пока кто-то уже подставляет тебя!
От автора: ну, с почином.) Главы будут выходить раз в 2 дня в 10.00 по Москве.)
Глава 2
Творившийся перед Сергеем хаос был впечатляющим примером некомпетентности. Ордынцев не знал, кто именно заведует этим местом, но одно можно было сказать точно — он явно будет не обрадован, когда увидит, что здесь творилось.
Но, как известно, один из основных законов вселенной гласит: если у кого-то убыло, значит, у кого-то другого прибыло!
Проблемы одних создали для Сергея столь нужную ему возможность. Видя небольшой размер бегающих вокруг крыс и хлеставших их взрослых особей, было легко догадаться, что, скорее всего, это их воспитатели или наставники.
Будь всё спокойно, то появление Сергея неминуемо привлекло бы лишнее внимание. И, видя то ожесточение, с которым некоторые из крыс вцепились друг другу в глотки, Ордынцев догадывался, что его новая раса относится к далеко не самому доброму виду.
А значит, следовало перестать тратить время, стоя на насыпи, и присоединиться к этой бессмысленной своре, затерявшись среди таких же, как и он, крыс.
Прыгнув вниз и начав скатываться по склону, Сергей уже отметил, что большинство из молодых крысолюдов были примерно с него самого размером. Жёсткая шерсть на спине вполне неплохо блокировала острые края камешков, предотвращая порезы.
В тот момент, когда его импульс замедлился, а склон закончился, Сергей почти нос к носу столкнулся с вылетевшей прямо на него молодой крысой.
— Ш-ш-ш! — от испуга серая шерсть крысолюда немедленно встала дыбом, а сам растопырил когти и оскалил длинные передние резцы. — Убью-прикончу! Не подходи!
В отличие от приготовившейся к битве на смерть крысы, Сергей чувствовал лишь любопытство. Он нашёл чрезвычайно неожиданным тот факт, что слова этой твари, хоть и несли неприятный акцент, всё ещё были вполне себе различимы.
Вот только любая попытка сосредоточить внимание на самих словах несла образы, которые Ордынцев нашёл совершенно чуждыми.
«Кажется, тот стальной гроб дал мне не только новое тело. Интересно, что он ещё мне предоставил?»
Видя отсутствие реакции Сергея, страх его оппонента начал стремительно убывать, после чего на его место немедленно пришёл гнев, а затем и злоба!
«Как он посмел напугать меня!» — мысленно кричал у себя в голове молодой крысолюд: «Наверное, это он сам застыл от страха! Тогда он трус и добыча! Добыча!»
Хоть Сергей лишь недавно обзавёлся этим телом, но он в полной мере проследил ту странную цепочку эмоций, что продемонстрировал этот серошерстный зверёк. Страх сменился на злость, а последняя стала жаждой крови.
— Отдай! Всё отдай! — ещё сильнее надувшись, крыс рванул прямо вперёд, выставив вперёд когти, пока в его глазах горела жестокость. — Трус! Грязь! Отдай все свои блестяшки!
В голове крысолюда уже пронеслась прекрасная картина, как его когти полосуют эту ненавистную черную шкуру, а ноги топчут склонившегося перед ним соперника, пока чужие блестяшки становятся его собственными, вот только он явно был не готов к тому, что последовало дальше.
Вместо того, чтобы склониться и признать его величие, эта застывшая жертва спокойно шагнула навстречу, полностью проигнорировав его страшные когти! Мало того, эта чёрная крыса буднично сжала кулак, после чего, вложив всю свою невеликую массу, чётким джебом зарядила прямиком в его нежный, прекрасный нос!
Хруст! — ослепительная боль вспыхнула в голове крысы, заставив её полностью застыть и, шатаясь, попытаться отступить. Кровь капала из ноздрей, а боль была столь сильна, что зрение потемнело, как и прошлая картина доминации.
Нарочитая уверенность вновь сменилась диким страхом, а в голове вспыхнула ужасная мысль: «Засада! Подлая засада! Этот чёрный крыс специально притворился слабаком, чтобы затем стать охотником! Неужели я стал целью этого ужасающего гения⁈»
Мысли о собственной глупости и слабости, если и имелись, были немедленно отброшены прочь, сменившись уверенностью в опасности врага. Это не я жалкий! Просто мой враг слишком велик, да-да!
Теперь крысолюд думал исключительно о побеге, но кто сказал, что ему это позволят?
Словно ядовитая змея бледный, длинный хвост ударил вперёд, ловко обернувшись прямо вокруг одной из лап серого крыса.
— А? — успел лишь пропищать последний, как мощная сила выдернула его же лапу из-под него, заставив потерять равновесие и жестко удариться об пол затылком!
Словно этого было мало, чьё-то тяжелое тело приземлилось ему прямо на грудь, выбив весь воздух, а затем перекинуло сверху вниз, схватив и зафиксировав передние лапы.
— А вот теперь мы можем и пообщаться. — довольно заметил Сергей, поудобнее усаживаясь прямо на спину пытающегося прийти в себя крысолюда.
Ближайшие крысы, увидев бедственное положение своего «товарища», не только не пришли на помощь, а наоборот, начали останавливаться и кровожадно подёргивать длинными носами. Их глаза жадно впитывали текущую из носа серого крыса кровь, а застывшая на его морде боль была самой вкусной приправой.
Их уже не заботил творящийся вокруг хаос, стелящийся по потолку дым и надрывный звон колоколов, всё их внимание теперь было сосредоточено на чужих страданиях.
— Укуси-загрызи его! Сделай ему больно! Оторви усы! Тыкни когтём в глаз! — молодые крысы накапливались и напирали. Предложения о пытках, издевательствах и измывательствах шли непрерывным потоком.
Немного очухавшийся серый крыс в ужасе сжался, мечтая найти какую-нибудь незаметную трещинку, чтобы немедленно там спрятаться! В обществе детей «Многохвостой матери» любое проявление слабости было смертным приговором. Дави других, чтобы не задавили тебя — вот единственное правило жизни!
Однако небольшая толпа явно просчиталась, ведь сегодня она имела дело не с обычной крысой.
Злой щелчок кончика хвоста пришёлся прямо на морду самой нетерпеливой молодой крысы. Болезненно заверещавший крысолюд заставил толпу испуганно отхлынуть прочь, оставив поигрывающего хвостом чёрного крыса, сидевшего на спине своей застывшей жертвы.
— Это моя добыча! — хоть Сергей всё понимал, но произносить слова было всё ещё трудно, поэтому он медленно, чётко произносил каждый звук. — Любой, кто приблизится… — мрачная улыбка показала длинные резцы и идущий позади частокол острых клыков. Возможно, основой для крысолюдей были крысы, но они явно являлись куда более жестокими и опасными существами. — Присоединится к мясу!
Чёрная лапа властно похлопала по черепу серого крыса, чуть не заставив последнего потерять контроль над своим мочевым пузырём.
«Что он имел в виду, говоря о мясе⁈»
Столь явная провокация заставила окружающих зло оскалиться и зашипеть, однако прошла одна секунда, другая, но никто так и не сделал первого шага.
Каждая из этих крыс трусливо переглядывалась, ища того глупца-храбреца, что посмел бы принять на себя первый удар. Но, как и ожидалось, никто не хотел жертвовать собой ради коллектива.
Более того, вид распластанного серого крыса остужал даже самые горячие головы, намекая, что Сергей далеко не слабак.
Раздраженно дёргая хвостами, крысы начали расползаться во все стороны, не желая стать примером, с которого бы начал этот сумасшедший чёрный крысолюд.
Пытающийся прикинуться ветошью серый крыс вздрогнул всем телом, когда холодный взгляд словно светящихся изнутри красных глаз сосредоточился прямо на нём.
— О могучий и славный лидер! Прошу меня простить-помиловать, что я не сразу увидел ваше величие! — давясь словами, торопливо запричитал серый крыс, старательно спасая свою жизнь. Лесть лилась привычно и легко.
«Забавная особенность речи. Когда они нервничают или, наоборот, злятся, то непроизвольно, торопясь, повторяют и переиначивают свои же собственные слова», — отметил у себя в памяти важную деталь Ордынцев, однако сбор интересующей его информации не мог помешать допросу хитрой крысы.
— Вот как? «Тогда почему же ты напал на меня?» — игриво спросил Ордынцев, но его собеседник не был обманут этим добродушным тоном, ведь в глазах черного крысолюда была ледяная пустота, лишенная любого намёка на веселье.
— Меня подставили! — мгновенно сориентировался серый крыс. — Мне сказали, что здесь скрывается слабая жертва, которую можно легко распотрошить! Кто же знал, что здесь окажетесь вы, хозяин⁈ Это происки моих врагов-злодеев!..
— Заткнись. Допустим, что я тебе поверил, — острые когти легли на череп лежавшей крысы, после чего приложили силы, пустив кровь из пяти маленьких ранок. — Но сейчас же ты готов делать всё, что я тебе скажу?
— Конечно-абсолютно! Только скажите, и я сделаю всё-всё! — даже если бы Сергей сказал серому крысолюду вернуть его на Землю, то крыс спросил бы лишь, как быстро это сделать.
— Превосходно. Тогда моё тебе первое задание — правдиво ответь на вопросы. За любую ложь последует наказание, — коготь легонько царапнул веко серого крыса, заставив кишки последнего судорожно сжаться. — С одним глазом же можно жить, не так ли?
— К-к-как скажете, великий хозяин. — пропищал серый крыс.
— Впрочем, я должен упомянуть, что если твои ответы мне понравятся, то кроме наказания присутствует и награда. — небрежно упомянул Сергей, и это стало настоящим «взрывом» для его собеседника.
— Награда? Какая награда?
— Разве отсутствие наказания не лучшая награда? — спросил Ордынцев, наблюдая, как жадность в глазах крысолюда сменяется недоверчивой пустотой. — Но достаточно юмора. Первый вопрос: кто ты такой?
— Я? Я никто-никто, которого зовут Крайс!
Крайс думал, что этого будет достаточно, но острые когти продолжали сжимать его череп, а уже знакомый вопрос прозвучал вновь.
— Кто именно ты, Крайс?
«Чего это безумец хочет⁈» — в ужасе думал серый крысолюд, отчаянно пытаясь убежать, как вдруг озарение вспыхнуло в его разуме.
— Я Крайс, хозяин, член гордого клана Рипчит, правителей Десятой технической палубы! — быстро сказав это, Крайс почувствовал, как когти немного отодвигаются. Обрадованный, он с готовностью продолжил болтать. — Наставника нашего выводка зовут Ичик Плеть!
Сергей довольно кивал, слушая этот поток мыслей. Из-за нежелания раскрывать своё незнание местных особенностей, ему пришлось стимулировать Крайса, чтобы он сам решил пролить свет на местное устройство.
И уже сейчас он получил невероятно ценную информацию. Десятая техническая палуба — означало ли это, что существовало ещё девять или больше подобных ангаров? Что это вообще было за место? Окружающие крысы не выглядели теми, кто мог построить нечто столь масштабное.
Второй же вещью являлось существование наставников и выводков. Это значительно усложняло дело. Каждый наставник контролировал свою часть молодых крыс, а значит, скорее всего, знал их.
Суметь незамеченным проскользнуть в один из выводков было бы очень сложной задачей… если бы это была какая-то другая раса.
Сергей повернулся и с насмешкой посмотрел на рвущих друг друга взрослых крыс. Пользующиеся неразберихой и хаосом, эти крысолюди сводили друг с дружкой счёты, почти даже не скрываясь.
Только во время разговора с Крайсом на глазах Ордынцева голова одного из наставников оказалась пробита тяжёлым молотком, а его тело оказалось разорвано и пожрано роем голодных мелких крыс.
Если число жертв среди наставников станет достаточно велико, то у Сергея появится шанс затеряться среди лишившихся наставников хаотических потоков молодых крыс.
— Превосходно. А теперь, Крайс Рипчит, скажи мне, почему вокруг поднялась такая паника? — хоть у Сергея были подозрения, но он хотел получить точный ответ.
— А разве вы не зна… — Крайс быстро подавился своими словами, почувствовав, как хвост чёрной крысы начинает скользить к его горлу. — Вон та огромная древняя машина внезапно начала гудеть, потом гореть, а затем взрываться! Её обломки подожгли жилища и склады!
«То есть моё рождение привело к этому маленькому филиалу апокалипсиса? Но что именно случилось в этом месте? Почему я вообще родился в этой капсуле, а само устройство взорвалось после моего рождения?» — Сергей чувствовал, что в этом месте что-то очень серьёзно не так, но у него было недостаточно знаний, чтобы дать окончательный ответ. В голове раздавался странный шум, словно готовый прорваться, но раз за разом отступающий прочь.
— А ты знаешь, что это за машина? — небрежно спросил Сергей, однако он получил именно тот ответ, которого и ожидал.
— Нет, хозяин, не знаю. Да никто не знает! — оправдываясь, добавил Крайс. — Но я знаю, что Великая машина спать-спать, а когда она просыпается, мы петь ей колыбельную, чтобы у неё были сладкие сны! Так говорит наставник! Один удар великого колокола, сдвинь рычаг! Два удара великого колокола — толкни тележку! Три удара — вознеси молитву Многохвостой матери и Великой машине!
— Великой машине, а? — Сергей никак не показал своей реакции на всю эту услышанную чушь, представляющую смесь какой-то религиозной мути и технических терминов.
«Многохвостая мать — это, вероятнее всего, какое-то местное поверье. Опять же, учитывая всё происходящее, стоит с осторожностью относиться к любым упоминаниям богов. Старина Лавкрафт прекрасно объяснил, почему далеко не о всех богах стоит знать. Великая же машина… кажется, это место куда сложнее, чем просто какой-то заброшенный ангар с паразитами».
Разум Сергея методично раскладывал полученную информацию по полочкам, предоставляя теории и сам же их опровергая или подтверждая.
Было до боли очевидно, что какой-то жизненно важной информации от Крайса получить не выйдет. Он был даже не взрослым представителем своей расы.
Прежде чем Сергей успел задать Крайсу следующие вопросы, по хаотической сцене перед ними прошли «волны». Словно от упавшего в воду камня, мечущиеся крысы постепенно успокаивались, позволяя всё отчетливее слышать чей-то безумный от бешенства рёв.
— Уроды! Сволочи! Паршивые крысы! Что тут происходит⁈ Почему пожары ещё не потушены⁈ Почему выводки повсюду носятся⁈ Чья содранная заживо шкура будет сегодня моим ковром⁈
— О Многохвостая мать, спаси своих детей! — если раньше Крайс просто боялся, то теперь от страха все силы его разом покинули. — Главный наставник Скраб вернулся! Нам всем конец-смерть!
В обществе крыс, судя по увиденному Сергеем, работал один простой закон: все ненавидели всех, но тех, кто стоял выше, ненавидели и боялись ещё сильнее!
Если же кто-то стоял над теми, кого-то они боялись и ненавидели, то их личности были бы настолько ужасными, что молодые крысы даже не отваживались думать.
— Надо бежать-спасаться! — в панике заметался Крайс, но, получив мощную затрещину, он растерянно уставился на спокойного черного крысолюда.
Учитывая то, как все молодые крысы вокруг кричали от страха, жуткая безмятежность этого незнакомца заставила его казаться совершенно непостижимым.
— Хватит трястись, — хладнокровно заявил Сергей, вставая с тела Крайса, возвращая ему свободу. — Если этот Скраб убьёт нас всех, сможет ли он и дальше называться Главным наставником без тех, кого бы он мог «наставлять»?
Извращенная логика Ордынцева заставила Крайса потерять дар речи, но одновременно принесла ту «надежность», которой ему так не хватало.
Крайс угодливо склонился, юркнув за спину Сергею, всем видом изображая верного слугу и последователя.
— Ваша мудрость, господин, превозносит вас над нами всеми!
Краешки губ Сергея дёрнулись, а хвост вновь стегнул, словно плеть, заставив Крайса болезненно подпрыгнуть и неловко встать впереди.
Позволить буквальной крысе стоять у себя за спиной? Не в этой жизни!
Но мысли о предательской стороне Крайса недолго беспокоили Сергея. Взгляд его кроваво-красных глаз уставился далеко вперёд, где в окружении плотных рядов вооружённой охраны неуклонно приближалось нечто очень массивное, явно куда более крупное, чем могла быть даже самая большая крыса.
Глава 3
Вскоре стало ясно, что же именно приближалось. Это оказалась кошмарная платформа, сделанная из жуткой смеси ржавого металла и деревянных обломков, выглядевшая как сооружение, способное рухнуть в любой момент.
Тем не менее, вопреки всякой логике, эта конструкция продолжала движение, хоть и издавала мучительные стоны и скрипы.
Основу платформы составлял грубо сваренный каркас из старых труб и металлических пластин, придающий ей устрашающий вид. Металл был покрыт толстым слоем ржавчины, а некоторые участки удерживались лишь проволокой и остатками грязных тряпок.
Платформа была оснащена массивными колесами-шестернями, выдранными из какого-то куда более сложного устройства. Каждое колесо было украшено шипами и зубьями, которые медленно крутились.
Весь этот страшный сон инженера приводился в движение сотней рабов-крысолюдов, одетых лишь в набедренные повязки и цепи. Их тела были украшены исполосованными спинами от плети нескольких «возниц», стоявших на нижних уровнях платформы.
На вершине этого кошмарного механизма были установлены несколько грязных флагов, на которых можно было увидеть резкого рода символы и знаки. Как подозревал Сергей, один из этих символов и был знаком клана Рипчитов.
На самой же высокой точке помоста, в окружении нескольких трофеев и черепов, сидел чрезвычайно уродливый и старый, сгорбленный серый крысолюд. На его голове был закреплен механический полушлем, где в глазницах были вставлены зелёные стекляшки.
Одна из передних лап главного наставника Скраба отсутствовала, и на её месте был установлен массивный и чрезвычайно грубый механический протез, оканчивающийся четырьмя острыми стальными когтями.
Другая же лапа удерживала длинный стальной предмет, чем-то похожий на посох. Именно им Скраб остервенело колотил сжавшихся у его ног слуг-крыс. Последние же, несмотря на мощные удары и треск костей, даже и не думали бежать, лишь вопя и корчась.
Однако жестокость Скраба заставила Сергея почувствовать лишь презрение, которое мгновенно оказалось сметено последующим шоком.
Стоило Ордынцеву приглядеться к «посоху», как в его голове подобно вспышке пронеслись совершенно чуждые воспоминания, давшие мужчине понимание, что это была уж точно не какая-то палка!
«Портативный диагностический сканер, предназначенный для анализа и определения глубинного уровня истощения металла». — холодные строчки, как и способ использования этого инструмента, появились в разуме Сергея.
Но, судя по висящим на анализаторе черепкам крыс и помятости прибора, его использовали исключительно как дубину!
— Как любопытно… — тихо прошипел Сергей. — Всё становится куда интереснее…
— Что-что, хозяин? — Крайс угодливо наклонился, тайком пытаясь услышать слова чёрного крыса, но быстрый тычок кончика хвоста в его глаз заставил его поспешно ретироваться.
Однако, хоть технический регресс увиденного им общества и сулил массу новых открытий, внимание Сергея привлекла другая деталь, а именно лежавшие и висящие на кольях Скраба черепа-трофеи.
Если мелкие, средние и даже огромные крысиные черепа не удостоились даже второго взгляда, то вот несколько иных черепов были осмотрены во всех подробностях.
Если бы наступил тот день, когда Сергей не узнал человеческий череп, то он предпочёл бы разбить себе голову. Это означало, что в этом мире тоже были люди, и они явно не находились в дружеских отношениях с его новой расой.
Второй же череп тоже принадлежал гуманоиду, однако имел заметно более выраженные надбровные дуги, тяжелую челюсть и общую массивность.
«Неужели это гномы?» — как бывший врач, Ордынцев искренне заинтересовался внутренним строением и отличиями «вымышленных» гномов от людей. Впрочем, это было не к спеху, ведь Сергей ещё не закончил вскрытие своей новой расы…
От долгого взгляда своего «господина» стоявший рядом Крайс почувствовал холодный пот, выдавив в ответ жалкую улыбку.
«Эх, нет инструментов, лаборатории и заметок для конспектирования». — с сожалением подумал Сергей, отворачиваясь. В отличие от многих разумных, Ордынцев искренне любил свою работу. Даже работая патологоанатомом, он не прекращал свою научную деятельность.
Тем временем главный наставник окончательно доехал до творящегося бедлама и начал надсадно визжать и угрожать.
— Наставники! Если вам ещё дороги свои шкуры, быстро-спешно приползли сюда! — как оказалось, авторитет Скраба оказался на высоте, ведь со всех сторон и впрямь начали стягиваться взрослые крысолюды.
Следующей командой, что логично, оказался приказ успокоить и так порядком успокоившиеся порядки молодых крыс.
Жаждущие продемонстрировать свою послушность наставники с пеной у рта кинулись бить и пинать своих подопечных, выстраивая их перед платформой Скраба. Как и подозревал Сергей, каждый наставник выискивал свой выводок, однако братоубийственные стычки учителей не прошли даром, из-за чего значительная часть молодых крыс нервно переминалась чётко по центру, не принятая ни одной из групп.
Ордынцев благоразумно не стал дожидаться массажа дубинками и плётками, самостоятельно устремившись к этой разобщённой группе, в то время как Крайс, чуть помедлив, неохотно последовал за ним.
Серый крыс хотел бы по-тихому свалить, но, к своему разочарованию, он понял, что его собственного наставника совершенно не видно.
Прошло не меньше десяти минут, прежде все молодые крысы в полной тишине низко опустили головы, страшась взглянуть на чрезвычайно злого главного наставника, перед которым было очищено пустое пространство, где выстроились десятки наставников, их слуг и воинов.
Вокруг платформы стояла плотная охрана самого Скраба. Большинство были одетые в разнокалиберную, дрянного качества броню серые крысы, но среди них благодаря росту и телосложению выгодно выделялись черношерстые собратья.
Обычный рост взрослой серой крысы был где-то от 1.2 до 1.5 метров, видимо, в зависимости от питания, однако самые рослые чёрные крысы достигали уже 1.6 и даже 1.7 метров. Учитывая же тот факт, что Сергей имел чёрную шерсть, он посчитал этот факт немаловажным.
— Глупые-тупые твари! Как вы посмели всё испортить, пока я, великий Скраб, уходил докладывать главе клана⁈ Всё испорчено-украдено! Кто виноват⁈ — серый крысолюд взволнованно ходил перед своим троном, пока его механическая конечность с визгом сжималась, высекая когтями искры.
Никто, естественно, не был так глуп, чтобы заговорить и привлечь к себе внимание, но Скрабу это и не требовалось. Взгляд его красных глаз-бусинок прочно зафиксировался на рослой чёрной крысе, вокруг которой собралось немало воинов и даже других наставников.
— Прач! Ты ответственный в моё отсутствие! Что скажешь в своё оправдание! Это из-за тебя всё разрушено-уничтожено! — обвинение явно не оставило Прача равнодушным.
— Главный наставник, в произошедшем я не виноват… — начал было пытаться объяснить крысолюд, однако он явно недооценил бесстыдство своего начальника.
— Заткнись, меня не интересуют твои жалкие оправдания! — презрительно оскалился Скраб. — Очевидно-понятно, ты жаждешь моего места и поэтому, воспользовавшись моим отсутствием, совершил диверсию, подорвав основу нашего клана! Сдай своё оружие и послушно проследуй на суд главы клана!
Даже самым глупым было понятно, что это наглая подстава и попытка переложить ответственность. Скраба совершенно не интересовала правда о случившемся, он заботился лишь о том, как прикрыть свою хвостатую жопу.
Вот только Прач явно не собирался послушно идти на эшафот. А обвинения Скраба в предательских мыслях явно имели под собой все основания.
Вежливое выражение морды Прача мгновенно сменилось оскалом гнева, а по его знаку тихо стоявшие воины и слуги заученно вытащили оружие и странного вида круглые предметы, после чего запустили их прямиком в боевые порядки охраны главного наставника!
Повсюду расцвели зелёные вспышки взрывов, когда ошмётки бронированных крыс Скраба разлетелись во все стороны, марая своей красной кровью и так грязный пол ангара.
Только-только успокоившиеся молодые крысы вновь впали в панику, правда, на этот раз все предпочли просто рухнуть на пол, прикрывая головы, ведь если бежать, то существовал немалый риск попасть «под раздачу».
Сергей тоже почувствовал бегущий по его венам адреналин, но в отличие от молодых крыс, он не потерял голову, хоть витавший в воздухе запах крови и пьянил.
— Как же ты меня злишь-бесишь! — кричал Прач, хватая протянутый слугой арбалет. — Столько лет я слушал твои глупости! Но сегодня твоё время кончилось, старик! Именно ты ответишь главе клана о том, что же здесь случилось!
— Жалкий предатель! — заскрипел передними резцами Скраб. — Что вы стоите, идиоты⁈ Убейте его! — опомнившаяся охрана на платформе достала арбалеты, а воины внизу с угрожающими писками опустили копья и паршивого качества клинки.
Хоть Сергей и лежал, как все остальные молодые крысы, но он внимательно следил за происходящим, поэтому от него не укрылся тот момент, когда на одной из собранных из мусора башен загорелся яркий зелёный свет, после чего оттуда выстрелила длинная изумрудная молния, пронёсшаяся прямиком к трону Скраба!
На морде Прача появилось выражение ликования, когда он уже праздновал победу, ведь хоть тайно купленный им излучатель и был мусором, способным лишь на один выстрел, но его мощности более чем хватило бы, чтобы испарить старого крысюка.
К несчастью, Прач явно недооценил опыт старости. Глупый и недальновидный крысолюд никогда бы не дожил до столь преклонных лет.
Вокруг платформы прямо из воздуха возник сферообразный прозрачный зелёный энергетический щит, о который молния с грохотом и разбилась.
Изначально наблюдавший за всем этим ярким представлением Сергей думал, что видит какую-то высокоразвитую технологию, но скоро он понял, что всё не так просто.
В тот момент, когда щит заблокировал молнию, из платформы выстрелили прозрачные зелёные щупальца, молниеносно погрузившиеся в тела около двух десятков тащивших платформу крыс, после чего те начали надрывно выть и корчиться на полу. Шерсть с их тел спадала целыми клоками, пока кожа и внутренности засыхали, оставив по итогу лишь усохшие мумии.
«Магия! Глазам не верю, это чертова магия!» — в этот момент глаза Сергея горели невероятно ярким и нездоровым светом. Ему потребовалось невероятное усилие воли, чтобы обуздать инстинктивную реакцию броситься вперёд к этим трупам и постепенно рассеивающемуся барьеру, чтобы внимательнее их изучить.
Прожив на этом свете более тридцати лет, Сергей давно сформировал у себя понятную и предсказуемую картину мира. Она была скучна и беспощадна, лишая себя всяких иллюзий и веры в чудеса.
Но появление самой настоящей магии было той искрой, что сожгла годами окутывающие его серость и безразличие. В этот самый момент, лежа голым на грязном полу в окружении дрожащих крысиных тушек, Сергей чувствовал себя лучше, чем за всю жизнь на Земле. Ощущая настолько сильный душевный подъем, которого он не чувствовал многие и многие годы.
Как человек, лишённый цели, в этот самый момент он с кристальной ясностью понял, что, невзирая на сложность, он должен стать тем, кто получит в свои новые лапы эту магическую власть!
Тем временем же события принимали совсем не тот оборот, которого ждал Прач.
— Ой-ой-ой, кажется, ты провалился-проиграл! — зелёные окуляры шлема Скраба горели нездоровым светом. — А теперь познай же отчаяние!
Скрытые люки платформы резко открылись, и наружу показались угловатые металлические вилы, вокруг которых потрескивали зелёные молнии.
С грохотом эти магические орудия выстрелили, превратив сразу десятки вражеских воинов в пепел и оставив на месте попаданий небольшие оплавленные воронки.
Повсюду свистели арбалетные болты или камни пращей, а трупы крысолюдей-воинов стремительно накапливались. Несколько упали даже среди дрожащих молодых крыс, заставив тех испуганно отползти прочь.
И словно этого было мало, позади платформы послышался звериный рёв, когда перед испуганными предателями показались пять гигантских крысиных туш. Изначально это, скорее всего, были обычные мелкие неразумные крысы, но каким-то образом крысолюди смогли превратить их в огромных мутировавших чудовищ, чей рост в холке достигал ужасающих двух метров.
Позади этого чудовищного подкрепления шли полностью окутанные в тряпки крысы, вооруженные длинными шипастыми шестами и кнутами. Именно эти погонщики корректировали наступление своих кошмарных питомцев.
Но даже так полностью управлять этими мутировавшими сознаниями не получалось. Прямо на глазах Сергея одна из крыс продвинулась слишком далеко, захватив краем лежавших молодых крыс.
С остервенением гигантская крыса обрушила свои когти и клыки на нежные тушки, разрывая плоть и тут же глотая её жадными укусами.
Лишь усилиями нескольких погонщиков она неохотно повернулась в сторону рушащихся вражеских рядов, оставив кровавое пиршество.
Пользуясь тем, что всё внимание ближайших крысолюдов сосредоточено на этой мутировавшей крысе, Сергей как можно незаметнее подполз к ближайшему мёртвому телу. Было довольно сложно определить, к какой фракции он принадлежал, но, впрочем, Ордынцева это не сильно волновало.
Ловкие крысиные пальцы принялись стягивать с воина набедренную повязку, ведь Сергея уже тошнило от своего радикального нудизма. Да, плотная шерсть скрывала все эротические подробности, но Ордынцев отказывался уподобляться примитивным тварям!
Остальную одежду пришлось оставить нетронутой, ведь он не видел ни у одной молодой крысы рубашки или чего-то похожего. Оружие тоже осталось, ведь его некуда было спрятать.
Заодно Сергей был приятно удивлён, когда заметил, что с внутренней, передней стороны набедренной повязки был тайно пришит небольшой мешочек, где Ордынцев нашёл две мелких монетки.
Времени разглядывать их не было, поэтому он быстро положил их туда, откуда взял, после чего тихо отполз на старое место, заодно оглядевшись, подтвердив, что за ним никто не следил.
Сердце бешено бухало от раздающихся в воздухе криков и звона стали, но новое тело словно было рождено для чего-то подобного.
Правда тот же Крайс вообще уткнулся мордой в землю, закрыл глаза и тихо пищал от страха. Сравнивая размер серого крыса с взрослыми крысолюдями, Сергей пришёл к выводу, что Крайс был довольно молод.
В тот момент, когда очередной выстрел платформы Скраба уничтожил верхушку башни Прача, и так колеблющаяся мораль предателей окончательно рухнула.
Очень скоро изрядно избитого Прача подтащили несколько воинов прямо к радующемуся Скрабу.
— Ха-ха-ха! Посмотрите, кто это у нас тут! Дурак-глупец! — Скраб протянул вперёд протез и ухватился им прямо за основание хвоста Прача. — Ну раз ты всё равно долго не проживёшь, то эта штука тебе больше не понадобится!
С жужжанием шестерёнки протеза закрутились, и острые когти резко сжались, нарезая хвост сразу на несколько кровоточащих кусков!
— И-и-и! — дикий болезненный визг вырвался из пасти Прача, когда он закатил глаза и почти потерял создание от боли.
Но страдания бывшего заместителя лишь ещё сильнее порадовали Скраба.
«Какая жалость». — подумал главный наставник, сокрушаясь о том, что ему придётся сдать Прача на суд живьём и более-менее в одном куске. С каким бы удовольствием он бы ещё поиграл с этим предателем.
Потребовался целый час, пока оставшихся сторонников Прача перебили или пленили.
Вскоре же старая картина вновь повторилась, но на этот раз стоявшее перед платформой Скраба число воспитателей, воинов и слуг заметно поредело.
— Так-так-так, кажется, мы разрешили-справились с этим недоразумением! — раздался вкрадчивый голос Скраба, чьё настроение после кровавой резни заметно подобрело. — А теперь дайте отчёт, кто ещё не сдох-жив и готов продолжать работать на благо клана Рипчит!
Только этого и дожидавшись, из нижней части платформы выскочило несколько мелких крыс-писарей. Они смешно ковыляли под грузом сложенных у них за спиной в деревянных ящичках выделанных крысиных шкурок, играющих роль примитивной бумаги. Позади них шло несколько рабов, согнувшимися из-за огромного количества шкур.
Инвентаризация не заняла много времени. Пока же она шла, можно было заметить, как пожары позади потихоньку подавляются. Кажется, перед приходом сюда Скрап организовал других крыс на тушение пожаров.
Благодаря тому, что Сергей одним из первых двинулся к главному наставнику, его место находилось почти в первых рядах, что позволяло краем уха слышать некоторые из отчётов писцов, докладывающих Скрапу.
Оглядев других крыс, Ордынцев пришёл к выводу, что они явно ничего не слышали. Означало ли это, что чувства его тела были лучше?
— Хозяин, беда-проблема! — прибежавший откуда-то из зоны пожаров писец испуганно пищал. — Склады с едой сильно пострадали! Еды мало! На всех крысят не хватит! Надо ли отправлять запрос клану?
— К чему беспокоить важных крыс такими несущественными делами-вещами? — Сергею совершенно не понравился порочный оскал главного наставника. — Лучше нам придумать что-то, чтобы хватило на всех… выживших.
Глава 4
Сергей почувствовал, как его сердце резко упало. Нетрудно было понять, что Скраб совсем не горит желанием выносить «на люди» весь масштаб ущерба вверенного ему предприятия.
Выдав «предателя» и закрыв вопрос диверсией, Скраб жаждал как можно скорее поправить свою пошатнувшуюся репутацию. Мольба же о припасах других ещё сильнее заставила шататься его трон.
Но сложность была в том, что у Ордынцева были чрезвычайно нехорошие подозрения о том, как именно главный воспитатель собирался «исправлять» нехватку еды. Ещё до появления Скраба Сергей прекрасно видел, что происходило с мёртвыми крысами.
Их тела были безжалостно разорваны и пожраны молодыми крысами, что означало, что даже в лучшие годы еды явно не хватало на всех.
Прожив несколько месяцев впроголодь, Сергей был решительно возмущен, что и в новом мире его ждала точно такая же судьба! Почему, когда в книгах герои оказываются в других мирах, их ждут прекрасные девы, верные королевства и эпические миссии, в то время как он должен идти непонятно куда в окружении нескольких сотен грязных крыс⁈
Где его собственная миска риса и, на худой конец, хвостатая крысо-жена?
Скраб же не стал церемониться и просто распределил свободных молодых крыс по оставшимся наставникам. Из-за этого «выводки» оказались чрезвычайно раздуты, и учителя явно с трудом представляли, как управлять этими огромными толпами.
Хуже того, некоторые сводные группы имели в своих рядах уже существующие и спаянные банды, что не обещало ничего хорошего. Конечно, когда писари Скрапа распределяли молодых крыс, то они действовали полностью случайно, но даже так шанс на попадание в один выводок всё ещё присутствовал.
— Ой-ой-ой, как же плохо! — причитал жмущийся к Сергею Крайс. По чудесному стечению обстоятельств эта трусливая крыса умудрилась попасть в тот же выводок, что и Ордынцев. Но если раньше Крайс неосознанно демонстрировал жажду бросить своего «хозяина» и скрыться, то теперь он чуть ли не вприпрыжку кинулся под защиту этой грозной, как ему казалось, чёрной крысы.
И Крайс предпочёл напрочь игнорировать тот небольшой факт, что Сергей был точно такого же размера, что и он сам.
— Мы совсем одни-одни! Спаси Многохвостая матерь, нас всего двое! Мы совсем пропали-мертвы!
Сергей лишь бросил косой взгляд на этого предприимчивого крыса, который уже объединил их обоих в «нас». Впрочем, Ордынцев не стал поправлять Крайса, ведь этот жалкий трус дал вполне себе разумное замечание.
Из того, что видел Сергей, общество детей Многохвостой матери большое внимание отдавало связям и клановости. Один крысолюд, лишенный поддержки группы, был законной целью даже для небольшой группы, не говоря уже о крупных бандах.
Даже сейчас, неторопливо тащась в сторону их будущего жилища под проклятия слуг и воинов, крысы старательно узнавали, кто из знакомых тоже оказался рядом с ними. Если кто-то появлялся, то они немедленно объединялись, после чего их поведение мгновенно менялось.
Страх и скованность тут же менялись на презрение и жажду издевательств. Не раз и не два прямо на глазах Ордынцева крысы из более-менее крупных банд ставили подножки или толкали одиночек, которым не повезло идти рядом с ними.
Очень скоро вокруг нескольких из таких групп образовалось пустое пространство, прекрасно позволяющее посчитать число банд. В конкретно их выводе оказалось целых три различных банды.
В первой, самой крупной, большую часть крысолюдов составляли серые крысы. Они хищно поводили длинными носами и скалили острые клыки на вторую группу, чуть меньшую банду. Вот только в отличие от первой, во второй кроме серых крыс было ещё и несколько крупных чёрных крысолюдов, компенсирующих качеством разницу в численности.
Последняя и самая немногочисленная банда была сформирована исключительно из чёрных крыс. Будучи крупнее других крысолюдов, их компания представляла собой впечатляющее зрелище. К несчастью, их было слишком мало.
Если в первой было около двадцати серых крыс, во второй девять серых и три чёрных, то третья имела всего шесть чёрных крыс.
Казалось, что присоединение к третьей группе могло быть для Сергея самым лучшим выбором, но реальность была иной.
Первое, что не понравилось Ордынцеву, это вожак чёрных. Им оказался здоровенный крыс, возвышающийся над Сергеем на целых две головы. Любой чёрный крысолюд, осмелившийся поравняться с вожаком или даже просто выбиться из строя, немедленно получал жестокий удар, однако никто не осмелился даже огрызнуться.
По сравнению со всеми остальными чёрными Сергей выглядел откровенно мелким. Видимо, та гигантская машина создала его ещё совсем ребёнком, в то время как другие крысы уже успели порядком вырасти.
Правда, этот момент не сильно беспокоил Ордынцева. Если он только родился и уже был таким крупным, то какого же размера он достигнет, когда начнёт расти?
Проблема в присоединении заключалась в том, что ни одна из групп отнюдь не спешила начинать «вербовочную кампанию». Будучи молодыми крысами, они с трудом, но доверяли только тем, с кем вместе выросли. Все же остальные крысолюды? В их глазах они были врагами или добычей.
Попытка присоединиться к любой из групп немедленно привела бы к недоверию и закономерной атаке.
«Нет, пока что этот вариант отпадает. Возможно, чуть позже, когда эти группы столкнутся и начнут набор новых членов, то у меня будет шанс. Однако даже так я всё равно буду лишь пушечным мясом».
Всего крыс было около трёх сотен, что открывало широкий простор для работы.
А раз все варианты присоединения отдавали гнильцой, то оставался лишь один вариант — создать свою собственную группу. И в этом плане наличие почти бесполезного Крайса внезапно становилось настоящим преимуществом.
— Эй, Крайс! — серый крыс подпрыгнул от неожиданности, когда Сергей привлёк его внимание, легонько хлопнув по плечу. — Скажи, ты хочешь страшно и жестоко погибнуть, став пищей для других крыс, или желаешь жить долго и сыто?
— Второе, господин! Только второе, никак не первое! — удивительно, но Крайс не очень долго думал над этими двумя вариантами своей судьбы.
— Тогда у меня есть способ, как избавиться от первого варианта. Хочешь узнать? — вкрадчивый голос чёрного крыса стал для Крайса самыми приятными словами, что он слышал за всю свою жизнь, кроме, разве что, «идите жрать»!
— Если ты не хочешь стать мясом для одной из тех банд, нам нужна своя банда. — принялся шептать Сергей, посвящая своего первого последователя в тайный план.
— Своя банда⁈ — ахнул Крайс, за что тут же получил затрещину.
— Не ори! Да и сделай вид, что мы не вместе. Если другие узнают, то можешь сам нарезать свой хвост, чтобы другим было его удобно жрать. — ледяной взгляд чёрного крысолюда заставил Крайса сжаться, но жажда выживания была сильнее.
— Я понял, хозяин, понял. Так какая схема-план?
— Схема-план следующий… Тьфу ты! Уже сам начинаю заговариваться. Просто так за нами никто не пойдёт, а значит, надо казаться чем-то большим, чем мы есть на самом деле. А для этого мы вот что сделаем… Но вначале расскажи-ка мне, знаешь ли ты, какая группа, клан или профессия вызывает больше всего страха?
Как и ожидалось, Крайс знал не так уж и многое, но слухи на то и слухи, что бродят даже в самых гнилых ямах разных миров.
Нужная Сергею информация была получена, и план окончательно был сформирован. Но прежде чем Ордынцев успел начать реализовывать его в реальности, смущённый Крайс его остановил.
— Что такое? Времени мало, если не успеем до прибытия, то сам знаешь последствия. — Сергей даже не злился, а был скорее удивлён инициативой серого крыса завязать разговор.
— Босс… — решив, во всяком случае сейчас, следовать за Сергеем, Крайс изменил форму обращения. — Я понял план и готов его придерживаться…
— Тогда что ещё?
— Эм… а как вас зовут? — между ними повисла неловкая тишина. И чем дольше чёрный крыс молчал, тем сильнее нервничал Крайс, думая, что разозлил своего нового вожака их мини-стаи.
Но на самом деле же Сергей просто потерял дар речи, осознав, что за всё это время так и не представился. Формируя весь свой грандиозный замысел, он даже не удосужился сказать своё имя.
В любом случае подобные мелочи не могли надолго выбить Ордынцева из колеи. Однако сразу же Сергей столкнулся со второй проблемой — как именно ему лучше было представляться?
Об использовании своего старого имени или фамилии не шло и речи, они слишком отличались от принятого у крысолюдов стиля наименования.
Придумать же имя сходу, с которым Сергей должен был жить, как минимум, ближайшие месяцы, если не годы, было далеко не просто.
Имея распространенную проблему неумения придумывать имена, Ордынцев решил пойти по самому простому пути.
— Меня зовут Скарс, — в кои-то веки знания иностранного языка помогли. И хоть у Сергея пока не было ни единого шрама, для шипящего и щёлкающего языка крыс это имя должно было подойти идеально. — А теперь вперёд, искать наших новых членов банды!
— Слушаюсь, Босс! — обрадованно кивнул Крайс, тут же затерявшись в толпе.
Сам же новоявленный Скарс принялся незаметно изучать идущих со всех сторон крысолюдов, выискивая нужную ему цель. И очень скоро его взгляд остановился на двух спорящих друг с другом фигурах, чёрной и серой. И последний крысолюд больше всего заинтересовал Ордынцева.
«Да начнётся представление». — подумал Сергей, начав плавно пробираться к парочке, где серый крыс, у которого из головы росли самые настоящие маленькие рожки, яростно что-то пытался доказать огромному и уже явно раздраженному черному здоровяку, большому даже по меркам чёрных крыс.
Глава 5
Обладая ветвящимися назад рогами, Трасч был достаточно умён, чтобы осознать, когда же Многохвостая мать его хорошенько поимела.
Вероятно, даже сами гигантские матери, разжиревшие, лишившиеся лап и сошедшие с ума комки жира, не переставая рожающие всё новые и новые поколения детей Многохвостой матери вплоть до самой смерти, не получали столько «траха», сколько предоставила ему бессердечная Судьба!
Стоит понимать, что судьба многих и многих крысолюдов с рогами намного лучше, чем подавляющего большинства разумных крыс. Там, где обычные крысы живут не более двадцати лет, рогатые крысы способны жить как минимум сорок, а то и все пятьдесят лет.
Причиной столь впечатляющей разницы в продолжительности жизни было нечто, чего жаждут все разумные существа во вселённой. Энергия, способная вознести даже самое жалкое существо на вершину мироздания или сбросить могучих драконов на земную твердь. Имя этой причины — магия.
С самого своего рождения рогатые крысы имели в несколько раз больше шансов стать магами, чем безрогие крысолюды. Те же рогатые крысы, чей магический источник оказывался сильнее других, с лёгкостью мог жить в несколько раз дольше, чем самые долгоживущие обычные маги.
Конечно, иногда магами становились и обычные крысы, но это считалось скорее исключением, чем правилом. Возможно, причина была ещё в том, что рогатых крыс было намного легче выявить среди бесчисленных толп молодых крыс, а значит и проверить на магический потенциал.
Именно поэтому даже в жестоком и деспотичном обществе разумных крыс рогатые крысы пользовались уважением и страхом. Единственные, кто мог стоять на равных или даже превосходить рогатых крыс по уровню зависти, были многохвостые крысы.
Последние, родившись с несколькими хвостами, считались идеальными сосудами, чтобы стать верными, насколько может крыса, жрецами и паладинами Многохвостой матери, кошмарного божества всей расы крысолюдов.
Паладины матери пользовались отвратительной славой даже по меркам крыс, ведь они воплощали и преувеличивали все самые отрицательные и мерзкие стороны крысиного общества. Но мало кто рисковал прямо бросить им вызов, ведь вызов жрецам и паладинам Матери значит вызов и ей самой.
А в Мрачноземье, где обезумевшие Боги и рождённые от них полубоги ходили по земле, бросать вызов божествам был один из самых быстрых путей прямо в раннюю могилу.
Но, как не удивительно, с самого своего рождения Трасч считал себя удивительно удачным крысом. Родившись маленькой рогатой крыской, он с самого начала был замечен кастрированными работниками Родильной ямы.
Именно поэтому, хоть он и был довольно хилым по меркам остальных крыс, работники специальными палками отгоняли других крыс, спасая его от растерзания и позволяя самым первым лакомиться сладким молоком из сотен сосков его грузной матери.
Когда он подрос и сумел стоять на задних лапах, начав познавать мир, слуги и воспитатели были только рады учить его и рассказывать вещи, о которых другие крысы могли только мечтать.
Благодаря чрезвычайной обучаемости, присущей всем детям «Вечно голодной матери», Трасч старательно тренировался, пытаясь ощутить свой магический источник. Осознание, что без магии он присоединиться к остальным, бесправным крысам, было лучшим мотиватором из всех возможных!
Подстегивали ещё и злые, завистливые взгляды «братьев». Учитывая жуткую мстительность, присущую всей расе крыс и превышающую даже мстительность такой расы, как драконы, Трасч очень не хотел оказаться в лапах родственников.
И у него получилось! Как оказалось, талант Трасча оказался и впрямь неплох. Возможно, он не был легендарной белой рогатой крысой, способной магичить сразу после рождения, но даже так его уровень таланта явно был высок, ведь он почувствовал магию даже без учителя.
Именно поэтому, когда Трасч достиг возраста двух лет, он был совершенно готов к стандартной процедуре поиска магов. Всего выращивание и обучение молодых крыс длилось три года, после чего они достигали полной зрелости и отправлялись на прочие, ещё более опасные и тяжелые работы. Впрочем, было бы глупостью считать, что крысолюды не стали бы использовать опасный детский труд.
Всего с верхних уровней на десятый ярус клана Рипчит спустилось всего лишь три мага. Почему всего? Потому что кроме Рипчит на десятом уровне существовало ещё несколько крупных и множество мелких кланов. Исследовать все из них было монументальной задачей.
Был даже шанс, что маг и вовсе не дойдёт до родильной ямы Трасча! Но, «к счастью», его опасения не оправдались.
В тот момент, когда Трасч встал перед рогатым магом, одетым в чёрный плащ, подвязанный ремнём с пряжкой из маленького крысиного черепа, молодой крыс тут же почувствовал поисковую магию.
Выражение мага изменилось, и Трасч понял, что его дни в этой выгребной яме скоро закончатся. Как же он этому радовался!
Его радость продлилась ровно до того момента, когда маг отправил посланника, и скоро прибыл доверенный офицер Скраба, главного наставника. Трасч не слышал, что сказал офицер, но зато он видел, как офицер передал магу блёкло светящийся зелёный камень.
А затем наступил кошмар. Повернувшийся маг посмотрел на Трасча, после цыкнул и с безразличием заявил: «Видимо, показалось», после чего начал уходить.
Ошеломленный и испуганный Трасч попытался догнать и объясниться, как мощный удар офицера отбросил его обратно.
Это была полная катастрофа!
Возвращаясь к своему выводу, Трасч был полон уверенности, что его разорвут на куски, но какого же было удивление, когда слуги и воспитатели продолжили его защищать и кормить.
Именно тогда Трасч наконец понял, что именно случилось. Эта грязная крыса, главный воспитатель, решил оставить его при себе, а не отдавать Кругу магов, и поэтому он подкупил того проверяющего!
Единственное, что юный крыс не мог понять, почему Скраб всё ещё оставил его в этой помойке, но, возможно, в ближнем кругу главного воспитателя было слишком много шпионов, заметивших бы молодую рогатую крысу.
Но планы далеко не всегда идут как по маслу. Внезапные взрывы, пожары и предательство привели предприятие Скраба на грань уничтожения, из-за чего главному воспитателю резко стало не до своего будущего актива.
Так Трасча распределили от его привычного выводка и знающих его слуг, поместив к совершенно незнакомым стаям крыс и явной нехватке защищающих его воспитателей!
И хоть Трасч не заметил среди окружающих бывших членов своего выводка, это не сильно облегчало его положение, ведь рогатых крыс не любили везде.
Единственным светлым пятнышком на всей этой куче дерьма оказался его личный слуга-приспешник. Видя привилегированное положение Трасча, одна предприимчивая крыса была готова унижаться и служить ему, надеясь, что Трасч возьмёт его с собой в будущем.
Когда писцы Скраба делили всех на выводки, то этот бесполезный слуга прижался к его ноге и так был распределен вместе с ним. К сожалению, полагаться на Куса стал бы лишь полный дурак, ведь его физическая форма была лишь немного лучше Трасча, а хилый рогатый крыс явно не являлся образцом физической мощи.
Таким образом, раз за разом получая толчки в медленно двигающейся к баракам крысиной реке, Трасч мгновенно понял, что если ему дорог хвост, то надо что-то срочно предпринять.
Как жаль, что хоть Трасч и сумел почувствовать магию, его так и не научил ею управлять.
Ему нужен был защитник! Кто-то достаточно мощный и достаточно тупой, чтобы решить его защищать, и при этом ещё не присоединившийся ни к какой фракции. И вскоре подобный экземпляр был найден.
Это был поистине гигант, возвышающийся даже над другими чёрными крысами почти на целую голову. Идя среди других мелких крысолюдов, он казался легендарным крысоогром. Тупое же выражение морды и расходящиеся вокруг него прочие крысы сделали великана поистине прекрасным в глазах Трасча.
Пинком напомнив Кусу следовать за собой, Трасч решительно двинулся к великану и попытался завязать с ним разговор. Но очень быстро Трасч осознал фатальный недостаток — этот гигант был достаточно умным, чтобы понять его слова, но недостаточно тупым, чтобы в них поверить!
Теперь, раздраженный его постоянными попытками убедить его, Грум, а именно так звали гиганта, уже начал тихо рычать и сжимать свои огромные кулаки. Чувствуя накатывающее отчаяние, Трасч уже собирался ретироваться, как чей-то мягкий голос раздался прямо у них всех за спиной.
— Кажется, друзья мои, у вас намечается несовпадение мнений? Тогда позвольте мне вам помочь.
От неожиданности вздрогнули и подпрыгнули все трое, резко повернув головы назад, чтобы увидеть… небольшую черную крысу?
«Недавно были новые поступления молодняка из родильных ям? Или почему он такой невысокий?» — мелькнула первая мысль Трасча, а затем он заметил первую странность.
Этот крыс был невероятно… чистым? Ухоженным? Благодаря помощи слуг и воспитателей жизнь Трасча была невероятно безопасной по меркам молодых крыс, но другие крысолюди? Их жизнь была адом.
Стычки, схватки за еду, предательства и грызня. Всё это оставляло вырванные клоки шерсти, шрамы и уродства.
И если вы бы увидели какую-то крысу без всего этого, то эта крыса была «любимой» слугой кого-то влиятельного, или она была настолько опасной, что сумела выжить, так и не получив ни единого серьезного шрама.
И стоявший позади них крысолюд явно был не из первой категории, ведь как бы Трасч не вглядывался, он не видел ни следа страха или неуверенности. Даже его запах, хоть и трудно было различить на фоне сотен других крыс, совершенно отличался.
Наоборот, этот незнакомец был до пугающего спокоен. Учитывая все случившееся за последнее время, аномальное поведение чёрного крыса било в голове Трасча в колокола опасности.
Странность незнакомца была замечена даже Грумом, из-за чего этот гигант отошёл чуть вбок, ни на секунду не сводя взгляда с чёрной крысы.
О Кусе и вовсе говорить не стоит. Трусливый слуга уже бегал глазами, явно прикидывая, куда бежать в случае опасности, чтобы бросить своего прошлого благодетеля.
— Кто ты? — прорычал Грум. — Чё надо⁈
— Я рад, что мы сразу переходим к делу, — на морде чёрного крыса появилась неприятная улыбка. — Вначале я хотел бы представиться. Меня зовут Скарс, и я выбрал вас как членов своего отряда.
— Не интересует! — отрезал Грум, напрягшись, ожидая нападения, однако столь резкий отказ ничуть не обеспокоил Скарса. Пока же Трасч чувствовал злорадство из-за того, что другой «соискатель» тоже провалился, следующие слова Скарса чуть было не заставили их всех застыть от страха.
— Клану Ратт не отказывают. — многозначительно прошептал Скарс достаточно слышно, чтобы его услышали лишь они трое.
«Клан Ратт!» — это имя взорвалось в голове Трасча, словно бомба Хаоса!
Даже самая жалкая крыса слышала это внушающее ужас имя. Тайный клан верхних уровней. Клан, состоящий исключительно из высококлассных убийц. Клан, чьи шпионы оплели своей паутиной все тринадцать технических уровней!
Имя клана Ратт было настолько ужасающим, что даже Грум и тот побледнел и вздыбил шерсть!
— Не смей болтать о том, что не понимаешь! — почти истерически простонал Трасч, испуганно оглядываясь вокруг. — Если ты не ценишь свою жизнь-шкуру, то не втягивай нас тоже! Ты относишься к клану Ратт⁈ Иди поищи других дураков-глупцов!
— Ха-ха-ха, забавно наблюдать, как вы почти обмочились лишь от одного имени тех, кто стоит за мной, — мрачный смех был ответом Трасчу. — И ты прав. Я слишком жалок и ничтожен, чтобы клан Ратт обратил на меня внимание. Но задумывались ли вы, как именно клан Ратт ищет себе новобранцев? Никто же не слышал о том, что они владеют каким-то уровнем, не так ли?
«Он слишком хорошо говорит! Он не похож на кого-то из этих глупых крыс!» — Трасч чувствовал, как его шерсть становится мокрой от пота. Всё в нём говорило, что этот Скарс полный лжец, но в чёрном крысолюде было слишком много странностей!
Если он обычный лживый крыс, откуда такая холёная шерсть? Отсутствие шрамов? Правильная речь? Только Трасч, получивший хоть какое-то образование, мог подмечать все эти зловещие звоночки.
— Вижу, мои слова заставили вас задуматься, — знающая улыбка, будто он видит тебя насквозь, вновь появилась на морде пронзительно смотрящего чёрного крыса. — Позвольте мне вам раскрыть истинную скрытую правду. В каждом клане и каждых «яслях» есть специальные наблюдатели, выискивающие потенциальных новобранцев. И когда они их находят, то предлагают испытания. Если ты проходишь, то… у тебя есть шанс. А может быть, с тобой больше никогда не свяжутся, ведь решаем не мы. Так что, теперь вас интересуют мои слова?
Трасч отчаянно взглянул на Куса, а затем и на Грума и почувствовал удушающее безысходность. Отношение чёрного гиганта полностью изменилось. Эта живая машина уничтожения теперь смотрел на маленького чёрного крысолюда с ужасом, будто перед ним стояло само воплощение Многохвостой матери. Кус же и вовсе трясся, что почти падал во время ходьбы.
Следовало хоть что-то предпринять, чтобы помешать этому искусному лжецу запудрить всем мозги!
— Если… если ты и впрямь тот, кем называешься… — Трасч потерял голос от нервов и ему пришлось хорошенько прокашляться, чтобы продолжить. — Тогда где твои другие последователи⁈ Или ты хочешь сказать, что ты, весь такой важный, лишь один⁈
Трасч шёл, сжавшись, с полным ожиданием, что этот Скарс, если его и впрямь так зовут, взорвётся от ярости, но в ответ он получил лишь тот же самый жуткий смех и немигающий взгляд.
— По большому счёту, мне нет нужды доказывать кому-то вроде тебя хоть что-то, ведь я выбрал его, — он посмотрел на Грума. — а не вас двоих, — мягко заметил чёрный крыс. — Но правда иногда и впрямь требует небольших доказательств.
Скарс опустил руку к набедренной повязке и вытащил из вшитого кармашка небольшую красно-коричневую монетку, на которой Трасч заметил вырезанный крест.
— В отличие от всех них, — продолжил неторопливо говорить Скарс, кивая в сторону трёх банд. — Мы, претенденты тех, о ком не говорят, не привыкли ходить на свету. Но в случае необходимости мы должны уметь друг друга отличать. Мы скрытые клинки в темноте, невидимые до самого последнего момента.
Скарс принялся оглядывать окружающих, кого-то выискивая, после чего на его морде появилось довольное выражение.
— Вы можете никогда не узнать, что рядом с вами работал кто-то среди нас. Или тот, кого вы знали с самого рождения, уже кто-то иной.
Грум, Трасч и Кус проследили за взглядом Скарса, после чего заметили идущего сбоку ничем не примечательного крысолюда, совершенно неотличимого от сотен других.
Взгляд стольких крыс разом мгновенно насторожил и привлёк внимание этого незнакомого крысолюда, после чего он подозрительно посмотрел на них.
В то же время, Скарс, не меняясь в морде, еле видимым жестом продемонстрировал ту самую монету, видимую лишь им четырём, после чего тут же её спрятал.
Внезапно всякая агрессия пропала из неизвестного крыса, и он под застывшими взглядами Трасча и остальных полез подмышку и тихо показал точно такую же монету!
В этот самый момент Трасч чувствовал лишь, как он стремительно погружается в ледяную пучину, из которой нет выхода. Теперь ему казалось, что за каждым случайным взглядом окружающих крыс скрываются понимающие взгляды таинственных наблюдателей и их агентов.
Привычный мир разбился, а тем временем незнакомый крыс поравнялся с ними и уважительно склонил голову перед Скарсом.
— Босс, какие приказы?
— Обстоятельства изменились, Крайс. Теперь я должен сформировать свою группу, и ты поступаешь под мой контроль.
— Слушаюсь, босс. — спокойно заявил Крайс, вставая рядом и идя так, будто ничего странного не происходило. — А они? — он посмотрел на вздрогнувшую троицу.
— Они-и-и? — протянул Скарс и улыбнулся. — Что они?
— Я готов! — быстро закивал Грум, что с его размерами смотрелось довольно забавно. Он нервно пытался высмотреть в глазах непроницаемого Скарса, правильно ли он ответил, и не последует ли какое-то мучительное наказание.
— И я! И я! — Кус даже не посмотрел на своего номинального хозяина, тут же согласившись.
— Я тоже согласен. — сказал дрожащими губами Трасч, чувствуя, как невидимые оковы смыкаются на его лапах. Если раньше у него были сомнения, то теперь он совершенно не знал, во что верить.
— Превосходно. Я знал, что не ошибся в вас, — довольно кивнул Скарс, заканчивая инструктаж. — И напоследок, раз уж вы теперь тоже часть чего-то великого. Если вам нужна будет помощь, и вы уверены, что ваш собеседник один из нас, то вы должны выучить кодовую фразу, по которой станет ясно их степень вовлеченности.
— Какая фраза? — осторожно спросил Трасч, на что чёрный крыс вдруг усмехнулся чему-то, понятному только ему одному. В глазах вспыхнул след воспоминаний и ностальгии.
— Гидра Доминатус. — темное веселье звучало в каждом слове этого таинственного клича.
Глава 6
— А что это за монета? — осторожно спросил Трасч, рогатый невысокий крысолюд, когда Сергей уже узнал имена каждой из троих новых крыс.
Надо признать, что план был достаточно рискованным и имел в своей основе сразу несколько неконтролируемых переменных, вроде недоверчивости собеседников или того факта, что они могли заранее видеть разговор Скарса с Крайсом.
К счастью, удача в этот раз была на стороне храбрых, и теперь Сергей шёл вперёд в окружении целых четырёх обступивших его крыс. Учитывая, что самая крупная банда насчитывала лишь двадцать крыс, новое формирование Скарса, аж из пяти крысолюдов, уже заставило окружающих детей Многохвостой матери пугливо отступать и давать им место.
Видя изменившееся отношение окружающих, подчинённые Скарса немедленно выпрямились и начали поглядывать на других, как на каких-то слуг, почти забыв, как несколько минут назад они сами были точно такими же.
Особенно в этом плане выделялся Кус. Будучи самым бестолковым и жалким из них всех, в его действиях было больше всего злобы. Он уже несколько раз пытался сделать подножки своим хвостом идущим вокруг обычным крысам.
Сергей отметил в памяти провести с Кусом «беседу», напомнив, что его статус не позволяет ему вести себя, как он хочет.
Но заданный Трасчем вопрос все ещё висел в воздухе, поэтому Ордынцев спокойно ответил.
— Эта монета была выдана тем агентам, которые действуют в одиночку. Чтобы не привлекать ничьё внимание, стоит лишь показать этот знак, чтобы агент понял, что я требую от него работу. Я же, как босс, получил информацию о многих владельцах монет, в то время как они обо мне не знают.
Слушатели сильно задумались, пытаясь обработать столь секретную систему.
В то же время Сергей незаметно усмехнулся краешком губ. Создавая эту легенду, он старался обрезать любые нити, которые могли привести настоящих членов клана убийц к ним.
Если же о них узнали бы, то что? Кто-то создал некие ячейки? Просим прощения, но больше они с нами не связывались, а лишь оставили инструкции. Но мы, как соискатели в ваши ряды, готовы выполнять ваши приказы!
— А что значит эта странная кодовая фраза? Гидра… Доминатус? — вновь заговорил Трасч, и теперь уже на него удивлённо посмотрели все остальные крысы.
Нет, не из-за того, что они знали ответ, а так как раздражать и привлекать к себе внимание вожака в обществе крыс было чрезвычайно глупым решением. А Трасч сделал это уже целых два раза подряд.
Кажется, осознав свою поспешность, Трасч уже собирался начать извиняться и забрать назад свой вопрос, когда столкнулся с довольным выражением морды их нового босса.
— Не смотри на меня так, Трасч. Я никогда не был сторонником наказания за любознательность. Наша жизнь слишком жестока и мрачна, чтобы отказывать себе в любопытстве. Касательно же твоего вопроса, то я сам не знаю. Мне не объясняли его значение. — легко соврал Сергей.
Ведь объяснение Трасчу всех подробностей своего иномирного происхождения могло привести прямиком на хирургический стол какого-то крысолюдского мага или учёного.
В памяти Сергея мелькнули далёкие и приятные воспоминания об изучении им книжной серии книг «Warhammer». Тогда ещё не нужно было беспокоиться о радиации или насколько можно растянуть последнюю банку консервов.
Внезапно Ордынцев почувствовал лёгкую грусть. Хоть Земля и покатилась прямиком в ад, а все, кого он там знал, скорее всего, были давно мертвы, но это всё ещё была его родина, которую он, скорее всего, больше никогда не увидит.
Но эта меланхолия так же быстро рассеялась, как и пришла, ведь Сергей не был человеком, любящим лишние душевные метания.
Кроме того, сгоревшие, деревянные районы показали свой конец, и впереди наконец появились целые, длинные бараки.
Чтобы распахнуть тяжелые двери, пришлось работать целым шестерым крысам, засов был достаточно тяжёлым, чтобы играть роль небольшого средневекового тарана.
Когда же их наконец запустили внутрь, первым, что встретило Ордынцева, это отвратительнейший запах свалявшейся шерсти, мочи, пота и… крови.
Получив это новое тело, Сергей уже заметил свои аномальные чувства, вроде слуха, но тот же великолепный нюх явно был преимуществом всей расы крыс. И сейчас это было настоящим проклятьем.
Хуже всего было то пренебрежение, с которым молодые крысолюды заходили внутрь. Это означало, что они давно привыкли к подобным условиям. А может, считали их даже неплохими?
Внутри бараки оказались достаточно отвратительными, чтобы соответствовать запаху. Кровати? Может быть, хотя бы самые примитивные шконки? Ха! О подобных излишествах молодые крысы могли только мечтать.
Бараки были возведены прямо на стальном, неровном полу, где в паре мест остались следы выступов для рельсов или чего-то подобного.
Чтобы хоть как-то утеплить пол, использовались всякие остатки ветоши, грязь и мусор. Настоящим же люксом считались раскиданные по бараку толстые деревянные поддоны, на которых могло поместиться сразу несколько крыс.
Свет подавался благодаря четырём монструозным плафонам, чья броня могла бы поспорить с танком. Каждый из этих фонарей испускал слабый из-за толщины стекла, рассеянный зелёный свет, который кое-как разгонял удушливый мрак.
Туалетом оказалась здоровенная дыра в земле, в которую, если быть неосторожным, можно и упасть, исчезнув навсегда.
Именно в этот момент пролилась первая кровь. Увидевшие немногочисленные поддоны крысы, словно сумасшедшие, кинулись к этим деревянным, божественным «тронам». Отталкивая, оскорбляя и кусая друг друга, крысы яростно пищали, пытаясь взгромоздить свои тощие, истощенные тела.
Но претендентов было так много, что счастливчиков просто выдавливало, из-за чего они падали на холодный пол и безжалостно затаптывались спешащими следом крысолюдами.
Кровь, гной и осколки зубов щедро усеивали этот грязный пол, пока чёрно-серое море шкур колыхалось то в одну, то в другую сторону. Несколько неудачников оказались сдвинуты к туалетной дыре и отброшены прямо туда. Их затихающий визг быстро стих, а прочие крысы, как ошпаренные, отошли прочь, со страхом взирая на чёрную, покрытую отвратительным налётом пропасть.
Безумие всего происходящего было столь заразительным, что даже подчинённые Скарса начали пробираться вперёд, но перед ними внезапно встал Сергей.
— Э-э-э, босс? — глаза гиганта Грума немного прочистились, но он всё равно нервно смотрел на занимаемые поддоны. — Займут же! Надо взять-хватать место!
— Не торопись, мой красноречивый друг. — глаза Скарса жутко светились в темноте кроваво-красным светом. — К чему спешка, наоборот, подожди, ведь сейчас начинается самое интересное!
Вошедшие последними крысиные банды сразу поняли, что происходит, и это им совсем не понравилось.
— Кви-и-и-и! — первым взревел одноглазый вождь серых, самых многочисленных крыс. Его хвост был настоящей аномалией, обладая толщиной и длиной, превращающей его в смертельное оружие.
Повинуясь боевому кличу своего вожака, серая банда с озлобленностью ударила в спины обычных крысолюдов, кусая и полосуя их шкуры, вызывая дикие крики агонии.
Следом ударила смешанная и чёрная банды. Неорганизованные крысолюди могли лишь пытаться прикрыть головы лапами от нескончаемых ударов.
Но, как и подозревал Сергей, творившееся безумие не могло продлиться слишком долго. Нехватка еды и голод быстро истощили силы всех сторон, и побоище начало постепенно затихать.
А это означало, что пришло время тех, кто действовал с умом.
— А вот и наше время. — слова Скарса мгновенно оживили его маленький отряд. Сергей сделал шаг вперёд и тут же отдёрнул голову, когда рядом с его шеей щёлкнули чьи-то клыки.
Обезумевшая от кровопролития серая крыса издала сумасшедший крик, готовясь к ещё одной попытке нападения, после чего этим же криком и подавилась, когда мощный удар кулаком заставил её шататься. В тот же момент, когда хвост Сергея привычно сделал подсечку, стоявший сбоку Крайс инстинктивно поморщился, потрогав зубы.
Но вскоре Крайс понял, насколько же ему повезло.
Склонившись над копошащимся и дёргающимся крысом, Сергей кивнул Груму, предложив тому удержать того. Несмотря на недостаток интеллекта, Грум сразу понял, что от него требовалось, прижав атакующего к земле.
Довольно кивнув, Сергей схватил голову пытающегося укусить крысолюда, после чего положил его переднюю часть с длинными острыми резцами на выступающий из пола выступ.
Полюбовавшись секунду своей работой, Ордынцев резко встал, после чего с силой опустил стопу, наступив прямо на голову крысы.
Хруст! — жуткий треск огласил барак, когда передние зубцы крысолюда с брызгами крови отлетели в сторону.
Наклонившись, Ордынцев придирчиво оглядел свой новый инструмент, после чего неохотно одобрил. Длина была всё ещё недостаточной, но вот острота и прочность оказались неплохими.
За всем происходящим с жадным любопытством смотрели остальные крысы. Вид чужих пыток был развлечением, от которого не смог бы отказаться никакой крысолюд.
— Что смотрим? Пора бы уже поработать! — Скарс перехватил свои импровизированные «заточки» в две лапы. — Грум, хватай оружие! — здоровяк вначале не понял, но затем в его маленьких глазках вспыхнуло радостное осознание.
С рычащим смехом он подхватил за ногу тщедушное на его фоне тело нападавшего, после чего экспериментально взмахнул им. Кровь капала с морды безвольно висевшего крыса, но это лишь сильнее развлекало Грума.
— Наша цель! — Сергей небрежно указал ближайший к ним, но самый дальний от уже захваченных другими бандами поддонов. — Вперёд, парни!
Благодаря тому, что Ордынцев терпеливо ждал, к этому моменту все уже изрядно выдохлись и действовали лишь на остатках упорства.
Когда за их спинами раздался оглушительный рёв Грума и идущие бок о бок с ним державшиеся вместе крысы, это стало неприятным сюрпризом для всех.
Бум! — с мощным рыком Грум замахнулся телом несостоявшегося убийцы Сергея, вбивая его сразу в несколько крысиных шкур.
Кажется, в последний момент атакующий успел прийти в себя, чтобы затем так же быстро вновь улететь на тот свет.
Хруст костей, крики агонии вновь расцвели в затхлом, вонючем воздухе.
Идущий чуть позади Грума, чтобы не попасть под горячую лапу, Сергей методично втыкал и резал своими «клинками». Получалось паршиво, но результативность была всё равно выше, чем удары когтями.
Получившие раны крысы, визжа, дёргались и бежали прочь, ведь любая рана без лекарств могла стать смертным приговором.
Кус и Трасч тоже не скучали, пусть они и были не столь эффективны. Главной их задачей было создавать массовку, и с этим они справлялись отлично, шипя сразу за десять крыс.
Получившие столь неожиданную атаку в спину уставшие крысы были вынуждены, поджав хвосты, бежать прочь, отдав победителям их отвоёванный поддон.
— Ах, плоды гордой победы, — Сергей с кривой улыбкой откинулся на то, ради чего они проливали кровь. Дерево откровенно воняло, но это всё равно было в миллион раз лучше, чем спать на полу. — Грум, не выкидывай пока. — Ордынцев приказал гиганту положить ныне мёртвое тело «оружия» неподалёку.
— Мы победили-выиграли! Всех разорвали-погрызли! — глаза Куса и Крайса чуть не выпали из глазниц, когда они взволнованно подпрыгивали. При этом хоть Трасч и пытался держать себя в руках, но дёргающиеся губы, пытающиеся сложиться в широкую улыбку, его явно выдавали. Грум же и вовсе сжимал и разжимал кулаки, от радости не зная, что сказать.
Примеру Скарса решили последовать и остальные, с наслаждением усевшись и ложась на деревянные доски. За этим наслаждением роскоши наблюдали десятки ненавидящих глаз, но ни одна обычная крыса не осмелилась действовать.
Но Сергей знал, что настоящие трудности лишь начинаются. И он был прав.
Стоило крупным бандам откинуть обычных крысолюдов от поддонов, как в сторону Скарса и остальных с вальяжной угрозой двинулось около десятка серых крыс.
— Подъем, парни, — холодно улыбнулся Сергей, вставая и потягиваясь. Тягучие капли кажущейся черной крови капали с костяных «ножей» на пол. — Кажется, с нами хотят поговорить.
От автора: товарищ Зиг снова с нами!
Глава 7
— Да что такое⁈ Им что, нечем больше заняться-лениться⁈ — истерично зашипел рогатый Трасч, нервно дёргая хвостом. Для бедного недо-мага за сегодняшний день было слишком много неприятных впечатлений.
— Что делать-решать⁈ Их намного больше-много, чем нас! — но хоть Трасч и нервничал, он всё ещё держал себя в руках. Не в пример ему, Кус совершенно себя не контролировал. Если бы не угрожающие взгляды отступивших крыс, которых они избили ранее, Кус уже бы давно дезертировал.
Естественно, эта абсолютная ненадежность от Куса не укрылась от Сергея, чем заставила его мысленно поморщиться. Чем больше Ордынцев изучал расу, в которой ему повезло родиться, тем сильнее он чувствовал окутывающее его разочарование.
Слабые, трусливые, жадные, злобные и предательские — лишь те немногие негативные качества, с которыми он столкнулся за прошедшие несколько часов. И что-то подсказывало Сергею, что это далеко не полный список.
Это означало, что если Сергей планировал создать свой центр власти, то ему бы пришлось куда больше думать не о внешнем расширении, а о внутренних проблемах и ударах в спину.
А создавать что-то пришлось бы, ведь власть одного существа ограничена. И в особенности это было критично для исследователя и первооткрывателя, которым Сергей себя считал.
Без чужой помощи, поставляющей ценные реагенты, следящей за работой примитивных химических реакций и контролирующей технологические процессы, можно было бы забыть о сложных открытиях.
Но если Кус и Трасч откровенно паниковали, то отношение Грума Сергею понравилось намного больше. Да, откровенно говоря, Грум был далеко не самым острым инструментом в «сарае». Если быть до конца честным, возможно, он был одним из самых тупых.
Но обладая не самой высокой сообразительностью, Грум зато имел по-настоящему звериную интуицию, позволившей дожить ему аж до двух лет. Впрочем, в этом деле нельзя недооценивать и его пудовые кулаки, внушающие страх одним своим видом.
В тот момент, когда десять вражеских серых крыс начали приближаться, Грум первым делом бросил вопросительный взгляд на своего босса. Решив за ним следовать, в глазах Грума Скарс уже был равен или даже сильнее его по силам.
И увиденное заставило Грума мгновенно воодушевиться. В то время как Кус и Трасч дёргались, Скарс спокойно сидел на поддоне, свесив ноги вниз. Его длинный хвост лениво лежал на коленях, и чёрный крыс мягко его гладил.
Никакой паники или лишних движений. Несмотря на расклад два к одному, их босс выглядел так, что полностью контролирует ситуацию.
И этого было более чем достаточно для Грума. Если тот, кто должен думать, был спокоен, то и Грум не должен был волноваться!
Грум сжал кулаки и наклонился поближе к трупу «оружия». В случае необходимости он сразу бы пустил его в ход.
Острый взгляд Скарса стремительно охватил всю десятку серых крыс, сразу же выхватив из них главаря.
«Хорошо, Одноглазый не решился действовать сам, а значит, всё куда веселее». — Сергей мысленно отметил эту деталь, где лидер банды мудро решил отправить своего заместителя.
Сам заместитель явно питался куда лучше своих бойцов, ведь вымахал аж на полголовы выше остальных. Каких-то особых деталей на нём было выявить сложно, кроме наличия рваной жилетки, которой могли похвастаться лишь самые сильные или хитрые крысолюди.
«Чем больше одежды, тем выше статус», — сделал себе памятку Сергей.
Ордынцев посмотрел назад и тут же переглянулся с Одноглазым. Две хитрых и беспощадных крысы обменялись взглядами, после чего Сергей, усмехнувшись, легонько кивнул сузившему глаз главарю.
Он понял, что происходит, но осталось сыграть свою роль до конца.
— Эй ты, бесхвостый, чё скалишься, лишними клыками обзавёлся⁈ — как и ожидалось, ведущий крыс сразу начал с оскорблений, стремясь сходу продавить и запугать собеседника. — А ну свалил с нашего поддона и скрылся-спрятался! Хотя нет! — на морде главаря появилась подлая усмешка. — Я, Крук, сегодня добрый-весёлый, поэтому ещё отдайте всё, что на вас есть. И тогда, так и быть, целенькими останетесь!
Обступившие по кругу серые крысы с готовностью шипяще рассмеялись, сверкая жадными, светящимися в полумраке красными глазёнками.
Даже если бы за этой сценой можно было наблюдать со стороны, она всё равно показалась бы ужасающей!
Однако ожидаемой Круком сцены униженной покорности так и не произошло.
— Меня зовут Скарс, и я отказываюсь, — небрежно ответил Сергей, специально давая всем услышать своё имя. — А раз так, то ты можешь взять своих лакеев и уйти, перестав своей вонью мешать нам отдыхать.
Мгновенно в бараке образовалась зловещая тишина, пока Крук распахнул пасть, в неверии смотря на посмевшую бросить ему вызов дерзкую крысу.
— Ч-чё⁈ Да ты знаешь, кто я⁈ И что я с тобой сделаю-сотворю, бесхвостая мразь-гниль⁈
— Что? Заставишь меня продолжать нюхать твою вонь? — лукаво уточнил Скарс, ничуть не обеспокоенный накаляющейся обстановкой. — Тогда мне уже почти жаль тех крыс вокруг тебя. Им приходится мириться с этим каждый день.
Раздавшийся из тьмы одинокий смешок, где скучковались все остальные бесправные крысы, прозвучал особенно громко, заставив Крука почувствовать, будто его хвост засунули в мясорубку и несколько раз ту провернули.
— Ты мразь! Я тебя заставлю дерьмо жрать!.. — от душащей его ярости Крук не сразу придумал ещё одну угрозу. Угроза же смертью в чрезвычайно мрачном и кровопролитном обществе крыс хоть и была действенной, но уже работала не так хорошо, как старые добрые пытки.
Тем не менее, несмотря на всю свою ярость, Крук так и не отважился кинуться драться. Рассчитывая победить с наскоку, он явно не планировал проливать свою собственную кровь. Столкнувшись же с кем-то вроде Скарса, демонстрирующего отнюдь не крысолюдскую манеру поведения, он просто не знал, что делать.
Также было очевидно, что красноречие не было сильной стороной этой бандитской крысы, поэтому Сергею наскучил их «диалог». Кроме того, своей цели он уже добился, начав создавать репутацию. Теперь Крук был для него бесполезен.
— Ладно, ты мне надоел, — всякая лёгкость мгновенно пропала из голоса Сергея, и их сменила абсолютная холодность и отсутствие каких-либо эмоций. — Давай я сэкономлю время нас обоих и перечислю всё, что ты ещё можешь сказать, и могу сказать тебя в ответ я.
Словно по волшебству в ловких крысиных пальцах появился первый, всё ещё покрытый кровью резец.
— Наверное, тебе кажется, что стоявшие за тобой десять крыс — это аргумент, способный заставить нас тебя бояться, ведь десять больше пяти? Тогда ты не прав, — Скарс медленно покачал головой и повернулся к Груму, который с рыком ударил по поддону, заставив тот издать резкий треск. — Может нас и меньше, но каждый будет драться до последнего, что заставит вас потерять своих. Выжившие же будут изранены и усталы.
— Но тебе настанет конец-смерть! — закричал Крук, бешено слюной.
— Возможно, но вот беда, — Скарс демонстративно перевёл взгляд чуть дальше, поглядев на две оставшиеся внимательно следящие бандитские группировки. — Сейчас вы с другими бандами на равных, но что будет, когда вы станете слабыми после битвы с нами?
Этот вопрос вновь образовал неудобную тишину, где выражение морды Крука окончательно изменилось. Разве он не знал, что любая ошибка и потеря будет вычтена из него самого?
— Мы это так просто-легко не оставим! Ты ещё пожалеешь! — когда прозвучали эти клишированные слова, Сергей мог окончательно подтвердить, что эта победа осталась полностью за ними.
Бросив эти бесполезные угрозы, Крук развернулся и, пытаясь сохранить хоть какое-то достоинство, начал отступать. Растерянно переглядывающиеся крысы тоже пошли следом.
— Фух! Ха-ха, мы опять живы-целы! — эти слова Куса могли описать эмоции всей банды Скарса. Они явно всё ещё не могли поверить, что их непостижимый босс вновь умудрился как-то выскочить из петли и вытащить заодно их.
— Советую посмотреть вон туда, или пропустите важный урок, — Сергей указал когтем на вернувшегося к своей группе Крука. — Это представление покажет вам, что далеко не всё, что выглядит опасно, и впрямь им является.
Сидевшие на поддоне крысы явно ничего не поняли, но скоро на их вопросы был дан ответ. Из-за большого расстояния и шума других крыс трудно было понять, о чём так идёт разговор. Однако характерные эмоциональные жесты никак нельзя было скрыть.
Вставший на середину поддона Одноглазый что-то зло выговаривал пытающемуся оправдаться Круку, и, кажется, у того получалось из рук вон плохо.
Бац! — незаметно подошедшая со спины одна из крыс нанесла Круку мощный удар по затылку, заставив того рухнуть. Тут же со всех сторон на пытающегося встать помощника главаря накинулись несколько крыс и начали жадно его избивать.
За всем этим бесстрастно наблюдал Одноглазый. Когда же Крук перестал пытаться отбиваться, Одноглазый вытащил где-то спрятанный небольшой стальной осколок.
Безжалостный удар, и кончик хвоста, где-то сантиметров десять, Крука, дёргаясь, отлетел прочь. После этого избитого Крука выкинули на самый край поддона, где несколько ближайших крыс с наслаждением принялись плевать и толкать его, насмехаясь. Судя по всему, это не было полным отказом от Крука, но восстановить свой упавший статус тот вряд ли сможет.
Одноглазый бросил на кивнувшего ему Сергея последний взгляд, после чего равнодушно отвернулся.
— Ты знал? — первым осознал намёк Сергея именно Трасч, недоверчиво смотря на Скарса. — Но как⁈
— Что? — Грум и Кус явно ничего не понимали, и Трасч, не отрывая взгляда от лёгшего обратно на поддон босса, решил объяснить.
— Тот одноглазый крысолюд заранее знал, что у Крука ничего не выйдет-получится. Именно поэтому он отправил своего заместителя с нами разобраться. Ведь его провал-неудача позволил бы ему наказать слишком много о себе возомнившего Крука и убрать опасную для его положения переменную.
— Но, а если бы у Крука получилось бы, и он забрал наш поддон? — пискнул Кус.
— Тогда он бы всё равно остался в выигрыше, идиот-дурак! — отрезал Трасч, пока на его морде легко можно было прочитать трепет по отношению к этому, казалось бы, небольшому чёрному крысу.
Да, понять эту небольшую интригу могло показаться не очень сложно, но если вспомнить, что времени на анализ практически не было, а решение следовало принять за считанные секунды, давало куда лучше осознать, насколько же Скарс родился в правильной расе.
— Всё так, мой дорогой советник, — с улыбкой кивнул Сергей, закинув руки за спину, чтобы удобнее было лежать. — В конце концов, когда тот Одноглазый хмырь отдал приказ Круку, то за последним, даже не спросив Одноглазого, сразу же последовали десять крыс. Теперь же все двадцать полнохвостых… ха! Девятнадцать бойцов полностью во власти главаря.
Внезапно Сергей резко встал, и его немигающий взгляд на этот раз сосредоточился на застывшем Трасче.
— Кстати, мой умный друг Трасч. Не пришло ли нам время поговорить? — Ордынцев ещё не сошёл с ума, чтобы не заметить, насколько же речь Трасча отличалась от речи других крыс. Одним умом подобную разницу в словарном запасе и дедукции никак нельзя было объяснить. Добавить сюда необычные рожки на голове, и Сергей был полон решимости выдоить этот удачный источник информации досуха.
Вот только сразу же появлялась главная проблема. Любой прямой вопрос легко мог затронуть очевидные истины, тем самым выдавая чужеродность Скарса.
Благо, Сергей уже имел опыт в способе частичного обхода этой проблемы.
— Что вы хотите узнать, босс? — Трасч тут же принял «стойку» «слушаюсь и повинуюсь, господин». — Только скажите, и я найду-узнаю всё, что вы хотите!
— Не беспокойся так, я от тебя хочу сущие мелочи. К примеру, — Сергей демонстративно задумался, а затем улыбнулся. — Скажи, кто ты такой?
— Э-э-э, я Трасч, босс!
— Превосходно. Ты и впрямь готов к сотрудничеству! — одобрительно закивал Скарс, чем заставил Трасча немного расслабиться, как стало видно дальше, очень зря. — Тогда второй вопрос: кто ты такой, Трасч?
Сидевший неподалеку Крайс показал чрезвычайно болезненное выражение и дежавю. Пройдя нечто подобное, этот самый первый присоединившийся к боссу крыс с болезненным удовольствием принялся следить за паническим непониманием Трасча.
Но к раздражению Крайса Трасч куда быстрее осознал, что же хочет Скарс. И видя, как Трасч даёт те же самые ответы, что и он когда-то, вроде принадлежности к клану Рипчит, Крайс с готовностью «сделал подножку».
— Эй, Трасч, а что ты молчишь-заткнулся про свои рога? Все знают, что время магической проверки уже прошло. Так что, ты тот жалкий-бесполезный неудачник, что, несмотря на наличие рогов, так и не получил магии?
— Нет! У меня была ма… — инстинктивно выпаливший в гневе Трасч осёкся, но уже было поздно.
— Ух ты, как интересно, — Босс издал тихий смешок, но для Трасча он был страшнее крика. — Неужто маленькая рогатая крыска хотела от меня что-то скрыть?
— Нет, нет, нет, Босс! Как вы могли о подобном подумать⁈ Просто я собирался-решил рассказать об этом дальше, а эта вшивая крыса меня опередила!
— Эй, кто тут вшивая крыса, сволочь-тварь⁈ — Крайс благодаря ранее отыгранной сценке чувствовал свою значимость, и любая попытка поколебать его авторитет в их маленьком коллективе воспринималась им максимально болезненно.
В его глазах даже гигант Грум и тот стоял ниже, ведь только он, Крайс, был правым когтем в лапе их Босса!
— А ну оба заткнули пасти, — всё так же улыбаясь, посоветовал Сергей, но оба крысолюда сочли мудрым последовать его «просьбе». — А вот теперь, Трасч, начинай. С чувством, толком и расстановкой. Не торопись и говори, будто от этого зависит твоя жизнь. Никакого давления, но если я почувствую сейчас или найду потом ложь, то как долго крыса может прожить с заживо оторванным языком?
«Будь проклят Крайс и этот жуткий босс». — с безысходностью подумал Трасч, но всё же решил не врать и честно рассказать свою печальную историю жизни. Под конец он даже увлёкся, искренне проклиная главного наставника, продажный Круг магов и всех, кто был виноват в его несчастьях.
— Получается, ты маг? — Ордынцев невероятным усилием воли заставил себя сидеть неподвижно и никак не показать обуревающие его эмоции. Лишь в глубине кроваво-красных глаз Сергея вспыхнул пылающий огонёк бесконечного голода. — И что из магического ты уже умеешь?
— Честно говоря, почти ничего, — с тяжелым вздохом признался Трасч, и тут же поспешно добавил, увидев многозначительный взгляд босса. — Это правда-истина, ведь меня толком никто и не учил! Я сам научился чувствовать-ощущать своё магическое ядро и выпускать магию из него наружу, но я не умею её формировать. Да и, как мне говорили, это очень опасно делать без наставника. Ещё я умею, пусть и очень плохо, чувствовать магию вокруг. Если неподалеку, около десятка шагов, окажется какой-то магический артефакт, я могу на него указать.
Чем больше Трасч говорил, тем грустнее он становился. Ни один из этих навыков толком не мог помочь ему выжить. Даже поиск артефактов был бесполезен, ведь кто в своём уме будет выбрасывать столь ценные вещи⁈
Однако, к его удивлению, у Скарса были свои мысли на этот счёт.
— Получается, из твоих слов, если ты умеешь чувствовать магию, то способен ощутить, есть ли возле тебя маг?
— Ну, наверное. Нет, если подумать… — Трасч явно впервые столкнулся с подобным вопросом и явно был не готов. Он сильно нахмурился. — Те маги, которых я видел, способны почувствовать магию в других даже на расстоянии, но я так не умею. Мне придётся коснуться чужого тела, чтобы ощутить, если в нём магия.
— Тогда, Трасч, просто из любопытства, я хотел бы, чтобы ты проверил нас всех. Вдруг у кого-то, кроме тебя, есть магия, а? — когда Скарс говорил, он даже засмеялся, чем заставил заулыбаться и Куса, Крайса и Грума. Начал было смеяться и Трасч, но смех сразу же застрял у него в глотке, когда он увидел глаза Скарса.
Босс был абсолютно серьёзен, из-за Трасчу хотелось плакать. Он явно был не готов к гневу Скарса, когда тот осознает, что он не один из невероятно узкого круга везунчиков.
Сергей же был абсолютно спокоен. Он осознавал, что в этой проверке могут быть неизвестные риски, но ради магии он был готов пойти и на большие безумства. Но сначала нужно было определить, если магия вообще.
Но выбора, как всегда, не наблюдалось.
Словно идя на казнь, Трасч как мог откладывал неизбежное, начав проверку со всех, кроме Скарса, но последний и не думал торопить рогатого крысолюда, дожидаясь своей очереди.
— Нет, нет и… нет. — Крайс, Кус и Грум явно ожидали подобного ответа, после чего с интересом принялись наблюдать за разворачивающейся трагедией.
Глубоко вздохнув, Трасч набрался решимости и твёрдо пошёл на «эшафот». Скарс даже весело похлопал по груди, показав, где лучше прикладывать ладонь.
И вот развернулась уже привычная сцена. Трасч закрыл глаза и глубоко сконцентрировался. Невидимые ни для кого, кроме него самого, быстро рассеивающиеся пары магии неловко пошли вперёд и коснулись тела Скарса.
Теперь наступил самый сложный момент. Из-за неумения Трасчем концентрировать свою магию, проникновение магии внутрь было чрезвычайно тяжело, но благодаря трём другим испытуемым у него это получилось даже быстрее.
Когда же Трасч наконец коснулся ауры Скарса…
— Углх! — полузадушенный, булькающий сип вырвался из глотки рогатого крыса, когда он, закатив глаза, рухнул на поддон.
Сергей думал, что Трасч полностью потерял сознание, но последний быстро очнулся и широко распахнул глаза, с бескрайним ужасом смотря на Скарса, будто увидел нечто чудовищное.
— Б-босс, во имя «Многохвостой матери», что ты за монстр⁈ — с надрывом спросил Трасч.
Глава 8
После всех потрясений Трасч, теоретически, должен был уже привыкнуть раз за разом собирать свою разлетевшуюся картину мира, однако в действительности же рогатый серый крысолюд был всё так же беспомощен, как и в первый раз.
То, что Трасч почувствовал внутри Скарса, совершенно выбило его из колеи и заставило сомневаться в себе на самом глубоком уровне. Дошло даже до того, что он даже не контролировал свой лепет, тупо смотря на склонившегося над ним босса.
— Это нечестно… Просто неправильно-ложно! — обиженно бормотал он. — Так быть не должно! Я не верю… Должна быть какая-то ошибка! Многохвостая мать, почему ты так беспощадна к своим детям⁈
— Друг мой, в любой другой момент твои метания и стенания могли меня здорово развлечь и поднять настроение, — лапа Скарса схватила Трасча за рог и зафиксировала его голову, чтобы он смотрел точно в недружелюбные глаза босса. — Но сейчас совсем иной случай. Мне просто безумно интересно, что же ты такое увидел. И чем дольше ты молчишь, тем сильнее я начинаю злиться. Смекаешь, к чему я веду?
— Да, — громко сглотнул Трасч, после чего натянуто улыбнулся. — Я скажу-скажу, но можно, пожалуйста, отпустить мой рог?
— Конечно, друг, если тебе это понравится, — улыбнулся Скарс, отступая и давая Трасчу немного личного пространства, чтобы подняться и сесть. — Итак?
— Я почувствовал-ощутил вашу магию, босс. — мёртвым тоном заговорил Трасч.
— И что же такого странного ты там увидел, что тебя так сильно это удивило? Не ори! — шикнул на него Сергей, стоило ему заметить, как глубоко Трасч надувает грудь.
Рогатый крыс с сипом выпустил набранный воздух, словно сдувающийся воздушный шарик.
— Потому что у вас безумно много магии! — кричащим шёпотом, акцентируя каждое слово, произнёс Трасч. — Слишком много! Так много, что я на мгновение ослеп!
— Так это же прекрасные новости, мой рогатый друг! — Сергей не сумел удержать широченную улыбку. В этот момент он был поистине счастлив и готов расцеловать этого уродливого крыса. К счастью для Трасча, Ордынцев сумел погасить этот порыв, иначе рогатый крысолюд имел неплохие шансы получить инфаркт в молодом возрасте.
— Но так быть не должно! — вновь сорвался Трасч, не замечая тот факт, что ближайшие крысы начали от него незаметно отползать. Даже не самый сообразительный Грум и тот знал, что слова Трасча звучат довольно опасно. — Я всю жизнь пытался ощутить магию, когда же я её всё же почувствовал-узнал, то провёл больше года на то, чтобы выпускать её наружу, чтобы увеличить количество!
Трасч горестно покачал головой.
— Но вы, босс, даже не знали, есть ли у вас магия. Тем не менее, без всяких тренировок вы намного сильнее меня!
— Жизнь несправедливая штука, Трасч. К примеру, большинство крыс не могли и мечтать о том отношении, которое получил ты, — философски заметил Скарс, и Трасч наконец опомнился. Возможно, жизнь была несправедливая, но к кому-то она была ещё большей «сукой». — В отличие от тебя, мы не получали дополнительного питания, как и обучения.
Сергей щедро причислил себя к пострадавшей группе, хоть и присоединился к ней лишь сегодня. Крайс и Грум мрачно кивнули словам босса, пристально смотря на Трасча.
— Босс, но если вы такой сильный, как вас не нашли? — Кус явно был мастером «лизнуть» в нужный момент. Своим вопросом он не только умело польстил, но и поднял важную тему.
— Кто знает, — демонстративно безразлично пожал плечами Сергей, продолжая формировать свою легенду. — Может быть, как и с Трасчем, это была чья-то интрига. А не видел я магов, так как они не хотели, чтобы я знал о своих способностях. Или, может, просто какая-то крыса оказалась слишком ленива и не дошла до нашего выводка. Теперь мы уже не узнаем правды.
Трасч задумчиво согласился, ведь это вполне укладывалось в его логику. Если с ним несправедливо обошлись, то почему так же не могли поступить и с кем-то другим?
— Но достаточно этих неопределенных разговоров, — Сергей решительно сменил тему. — Куда больше меня интересует, насколько я силён по сравнению с настоящими магами?
— Я не знаю, ведь чтобы их почувствовать, мне нужно было коснуться, в то время как они чувствовали меня на расстоянии, — беспомощно ответил Трасч. — Но если сравнивать вас со мной, то вы где-то в восемь раз сильнее.
Восемь раз! — эти слова мгновенно поразили всех. Никто из окружающих не знал, что собой вообще представляет магическая сила, но тот факт, что у Скарса её было аж в восемь раз больше, никого не оставил равнодушным.
— И это только сейчас, — горько добавил Трасч. — Как только вы начнёте тренироваться, то она сразу же начнёт расти. Поначалу это будет особенно быстро, но постепенно рост замедлится вплоть до стабильного увеличения. Какой ваша магическая сила станет после этого периода быстрого роста, я даже не берусь сказать…
— Великолепно, — Сергей был полон решимости ковать железо, пока горячо. — Тогда как именно ощутить эту самую магию и начать её тренировать?
На мгновение у Трасча мелькнула мысль попытаться набить себе цену и заставить этого чёрного крысолюда называть себя «учителем», но рогатый крыс быстро выкинул её из головы. Он очень хотел жить, и, главное, одним куском.
— В этом нет ничего очень сложного, босс. Я бы разделил всё на три простых шага, — терпеливо начал объяснять Трасч. — Вы должны закрыть глаза, чтобы вас ничего не отвлекало, после чего сосредоточить всю свою волю и внимание внутри себя. Магия уже внутри, от вас нужно её всего лишь ощутить-почувствовать. Как только вы этого добьетесь, то дальше всё станет ещё проще. Следующим шагом вы должны протянуть свое сознание внутрь и коснуться своего магического ядра, словно новой, третьей лапой.
— А третий шаг? — пока что Сергей и впрямь не нашёл в этом ничего сложного.
— Третий шаг несколько сложнее, и именно на нём я пока что и остановился. Вы должны схватить спящую внутри вас магию и заставить её покинуть ваше тело. Поначалу это будет очень сложно, но чем больше практики, тем легче-проще это пойдет. Вот и всё.
— Хм, тогда почему бы не попробовать прямо сейчас? — не стал откладывать эксперимент в долгий ящик Ордынцев. Прикрыв глаза, он полностью сосредоточился.
Когда-то на Земле Сергей пытался освоить медитацию, чтобы успокоить свои мысли, но так ничего и не добился. Может быть, после перемещения в новый мир его ждал приятный сюрприз?
Как оказалось, он слишком много думал. Возможно, его количество магии было впечатляющим, но чтобы её найти, надо было потрудиться.
Спустя час Сергей раздраженно открыл глаза, так ничего и не добившись.
Затаивший дыхание и не отрывающий всё это время взгляда от Скарса Трасч с облегчением выдохнул, после чего тут же заработал, мягко говоря, недружелюбный взгляд Сергея.
— Босс, это абсолютно нормально, что у вас не получилось с первого раза! Ведь если бы это было иначе, то я подумал бы, что вы перевоплотившийся дракон! — тут же начал спасать свой хвост Трасч.
— Дракон? — гнев Сергея чуть утих и он не мог заинтересоваться этой любопытной деталью. — Кто такие драконы?
— Драконы… — Трасч неловко промямлил. — Если честно, то я и сам не так уж и много о них знаю. Тот слуга, что мне о них рассказывал, тоже услышал краем уха.
— Мне всё равно интересно, даже если сведения будут не совсем полными или будут нести какие‑то ошибки. — заверил Трасча Сергей.
— Хм‑м‑м, — рогатый крыс напряг память. — Ну, я помню, что, по словам того слуги, драконы — это невероятно могущественные существа. Столь огромные и сильные, что все другие расы боятся одного их присутствия… — Трасч вдруг замолчал, и стало понятно, что в этом коротком предложении он уже потратил все свои знания о драконах. — Подождите! — Трасч встрепенулся. — Я знаю! Они обладают чешуёй, огромными клыками, восемью головами, шестью хвостами и двумя лапами с крыльями! Последнее позволяет им не только ходить, но и летать!
— Летать? Как те гигантские летучие мыше‑твари? — осторожно спросил Кус.
— Да, прямо как те мыше‑твари. — гордо согласился Трасч, довольный, что вспомнил такие важные детали.
— Летучие мыши едят крыс! — Кус затрясся. — Старшие говорили, что, когда они были молоды, на их выводок напала стая. Нескольких молодых крыс унесли! Драконы тоже едят крыс⁈
— Наверное, я точно не знаю. — Трасч был явно не уверен, но последующий вопрос Сергея отвлёк его от этой дилеммы.
— Восемь голов? — в сомнении уточнил Ордынцев.
— Да! И каждая способна плюнуть ядом, от которого шкура отслаивается от костей!
— И шесть хвостов?
— Да. Многохвостая мать им явно благоволила!
«Это что, какая‑то местная версия мутировавшего Змея Горыныча? И причём тут божество крыс и драконы? Тут явно всё очень мутно», — подумал Сергей.
— Также ты сказал, что у драконов лишь две лапы и два крыла? Разве это не виверны? — Слово «виверна» было в его «словаре», и оно по значению сильно отличалось от «дракона».
Сергею даже показалось, что тот, кто составлял для него этот словарь, чувствовал явное презрение к слову «виверна».
— Нет‑нет, это настоящие драконы! — помотал головой Трасч. — Слуга говорил, что на верхних уровнях существует целое королевство драконов, и оно ведёт непримиримую войну с ложными драконами. Но о последних я совершенно ничего не знаю, — пригорюнился рогатый крыс, но, к его удивлению, не последовало привычного удара или оскорбления; наоборот, этот ужасающий Скарс лишь ободряюще хлопнул его по плечу.
— Жажда узнать что‑то новое — это по‑настоящему прекрасно. Уверен, у нас ещё будет возможность раскрыть тайны настоящих и ложных драконов.
В этих словах было столько уверенности, что Трасч не нашёл в себе сил возразить. Более того, на мгновение он даже поверил, что полуголая чёрная крыса каким‑то образом сумеет вырваться мимо пожизненных работ в шахтах или прочих тяжёлых работ и добраться до верхних уровней.
Однако у Трасча было кое‑что, о чём он очень неохотно должен был рассказать.
— Босс, вы должны знать: я об этом уже как‑то упоминал. Ваша магическая сила огромна, и я не сомневаюсь, что, обладай вы рогами, то ваш путь в Круге магов был бы легендарным. Но… у вас нет рогов, — Трасч аккуратно подбирал слова. — Даже я знаю, что хоть магов без рогов и принимают в Круг, но отношение к ним совершенно иное. Предпочтение и выбор всегда отдаётся обладателям рогов, в то время как безрогие вынуждены довольствоваться лишь объедками.
— Ты слишком рано беспокоишься об этом, — покачал головой Сергей. — Разговоры о магии, верхних уровнях и Круге магов хороши, но они не наполнят наши животы и не найдут выход из того положения, в котором мы оказались. Так что будем беспокоиться о дискриминации по рогам, когда мы столкнёмся с Кругом магов.
— Как скажете, прикажите! — Трасч был рад, что этот тяжёлый и выматывающий разговор подошёл к концу. — Эх, но, Босс, вы правы, уже хочется есть, жрать! Когда уже эти проклятые слуги принесут жратву?
— Грум голоден. — внушительно поддержал эту мысль гигант. Кус ничего не сказал, но бурчание живота было очень красноречивым.
Сергей промолчал, хоть он уже догадывался, что их ждёт. Благодаря аномально развитым чувствам он слышал, как Главный наставник планировал нечто совершенно нехорошее по отношению к молодым крысам.
И несмотря на то, что они провели в стенах этого барака не один час, еды так и не поступило.
Взгляд Сергея медленно дрейфовал, пока не остановился на неподвижном теле убитой Грумом крысы. Кровь уже перестала течь, и тело начало постепенно «дубеть», однако опыт Ордынцева позволял ему работать и не при таких условиях.
Поднявшись с поддона под недоумёнными взглядами подчинённых, Сергей пошёл прямо к валяющемуся на стальном полу телу.
Первичный осмотр выявил, что смерть образца наступила вследствие перелома шеи, после чего Грум продолжал размахивать уже мёртвым телом.
Дальнейший осмотр нашёл около пяти глубоких, но заросших повреждений шкуры. Судя по форме ран, получены они были от когтей или примитивных атакующих инструментов. Эта карта шрамов прекрасно иллюстрировала всю опасность жизни обычной, ничем не примечательной серой крысы.
Побои, голод, оскорбления и глубокая, всеобъемлющая ненависть — эта беспросветная жизнь с самого рождения формировала общество крысолюдов, делая из них настоящих монстров. Так мог ли корень проблемы лежать в этих самых «яслях»? Или крысы с самого рождения несли проклятье некоего прирождённого зла? Что было бы, позволь молодым крысам родиться и прожить первые годы в куда более щадящих условиях?
Как жаль, что Сергей был лишён возможности это проверить!
Но осмотр подошёл к концу, и наступила очередь самого интересного — вскрытия!
Под шокированными взглядами подчинённых и других крыс, Скарс деловито достал отломанные резцы и принялся умело рвать ими кожу на животе мёртвой крысы. Почему рвать? Потому что «скальпель», если его можно так назвать, работал чрезвычайно плохо, из-за чего Сергею приходилось помогать себе когтями.
После того, когда шкура мёртвой крысы на груди и животе была разрезана, Сергей принялся резать её поперек, чтобы сформировать загибающиеся в четыре стороны «лепестки цветка».
Увиденное зверство стало последней каплей для наблюдающих серых крыс. Многие из них с паническими писками начали отступать как можно дальше от этого сумасшедшего черного крысолюда.
Чтобы же понимать, почему занимающихся каннибализмом крыс так напугали действия Скарса, стоит немного остановиться на отношении детей Многохвостой матери к мёртвым телам.
Из-за вечной нехватки еды, случаи поедания мёртвых собратьев не были чем-то удивительным. Но в каждом из таких случаев участвовали именно отбросы и крысы из самых низших «каст». Более того, сам процесс поедания был чрезвычайно быстрым и позорным, из-за чего каннибалы старались сожрать свою «добычу» как можно быстрее, чтобы заполненностью живота стереть стыдливый и унизительный опыт.
Умелые, а главное спокойные действия Скарса напрочь рвали этот шаблон, давая каждому из наблюдателей понять, что он делал это отнюдь не ради еды. А значит, вывод мог быть только один — он был опасным сумасшедшим, психопатом и мясником, получающим удовольствие от вскрытия чужих тел и лицезрения их внутреностей. Если же вспомнить, что располосованное перед ним тело было ранее убито одним из его парней…
Жуткая и бесчеловечная репутация Скарса в этот день сделала свой первый уверенный шаг.
Однако все попытки Сергея закрепить лоскуты кожи потерпели полный провал. Без специальных зажимов, позволяющих полностью открыть вскрытую брюшину для осмотра, ничего не получалось.
Нужны были ассистенты, и вот удача, Сергей как раз обладал парочкой подходящих для этого кандидатов.
— Эй, Трасч, Кус идите-ка сюда.
— З-зачем, босс?
— Подойдите, и узнаете. Или ты хочешь, чтобы я вас звал дальше?
Трасч и Кус переглянулись — они хотели плакать, но у них не было для этого слёз.
Спустя минуту, они представляли собой две застывших статуи, пока их лапы судорожно сжимали уже холодные лоскуты разрезанной шкуры.
— Почему такие выражения морд, будто вы уже стоите перед Многохвостой матерью? Неужели вам не интересно, как устроен внутренний мир этого добровольца?
— Добровольца? — выдавил Трасч. — Извините, Босс, но я не помню, когда он соглашался, на это…
— Конечно, добровольца, ведь когда он решил напасть на меня, то должен был знать заранее, чем именно всё кончится. Вынужденный доброволец, — Сергей покатал это выражение на языке. — А звучит.
Но шутки шутками, а настоящая наука не терпит отвлечения.
Как медик, Сергей прекрасно понимал, что лезть голыми лапами, без перчаток, внутрь мёртвого тела это отнюдь не самый мудрый путь, но логика подсказывала, что медицинских перчаток он может не увидеть ещё очень и очень долго.
Так означало ли это, что Ордынцев будет лишён возможности утолить своё любопытство? Как бы не так! Как великие первооткрыватели прошлого, Сергей готов был идти на оправданный риск, если это позволит ему открывать новые тайны.
И увиденное в мёртвом теле заставило Сергея заинтересованно поднять бровь.
Глава 9
— Как любопытно… — уголки губ Сергея неудержимо поползли вверх, когда он уставился на представший перед ним чужой «внутренний мир». Однако мягкая и расслабленная улыбка Скарса была для окружающих даже страшнее яростного оскала.
Особенно же им стало не по себе, когда чёрный крыс со всё той же улыбкой опустил лапы глубоко в распоротый живот мертвеца и с силой потянул оттуда его кишки.
Толстые и сизые, покрытые склизкой плёнкой и холодной кровью, они напоминали порядком загнивших и распухших освежеванных змей.
Любого нормального человека немедленно вырвало бы, притронься он к ним хоть на секунду, однако Сергей, смотря на них, радовался, словно ребёнок, которому на полгода раньше сказали, что Новый год наступил уже сейчас.
«Как замечательно! Строение кишок крысолюдов отличается от обычных крыс, почти полностью копируя человеческий кишечник. У крыс прямая кишка не образует изгибов и не имеет выраженной ампулы, поэтому деятельность пищеварительной системы не задерживается внутри». Благодаря научной работе Сергей вскрыл далеко не одну крысу, поэтому отсутствие выраженного аппендикса вновь разожгло его интерес.
Потеряв интерес, Сергей отбросил кишки в сторону и с энтузиазмом закопался поглубже.
«Ха! Желчный пузырь присутствует, но он небольшой относительно указанного размера тела. Означает ли это, что хоть тело крысолюдов имеет крысиные черты анатомии, оно в то же время ориентировано более на более сложное, человеческое строение?»
Следующим важным открытием стали лёгкие. В отличие от людей у крыс лёгкие имеют ассиметричную природу, или, проще говоря, правое лёгкое у них больше, разделенное аж на четыре доли, в то время как левое имеет лишь одну.
Здесь же Сергей наблюдал именно крысиный вариант, пусть и несколько модифицированный.
Последними двумя интересными особенностями, которые Сергей сумел определить в этих варварских условиях, это отсутствие сосков и чрезвычайно странный и пугающий набор клыков, зубов и резцов. Крысолюды были всеядными, в этом не было сомнений, но какая эволюционная причина стояла за столь необычными расположением клыков?
Как бы Сергей не рассматривал, то приходил к выводу, что кроме того, чтобы выглядеть угрожающе и странно, эти клыки никак не могли сформироваться таким образом.
Чем больше Ордынцев пытался анализировать полученные результаты вскрытия, тем сильнее он приходил к поразительному выводу: тела крысолюдов были сформированы искусственно.
Сергей словно талантливый третьекурсник художественной школы смотрел на невероятно сложную работу истинного мастера-скульптора.
— Скульптор плоти… — тихо пробормотал Сергей.
«Но вот вопрос, кто был исходным образцом?» — этот вопрос нёс в себе невероятно жестокую логику.
Была ли обычная крыса вознесена на пьедестал разумного существа… или некие человеческие существа претерпели ужасающие эксперименты, итогом которых стало превращение в совершенно иной вид?
Сергей многое бы отдал, чтобы получить ответы на свои вопросы. Получить же знания тех неизвестных скульпторов плоти было за гранью его мечтаний.
Впрочем, сейчас у него были другие заботы. Застывший и глубоко задумавшийся Скарс беспокоил Трасча и Куса всё сильнее, но они не рисковали даже переминаться с ноги на ногу. В тот же момент, когда Сергей глубоко вздохнул, эти два крысолюда подпрыгнули так высоко, что выпустили полоски кожи, заставив те неприятно хлюпнуть.
— Поаккуратнее, — осуждающе посмотрел на них Скарс. — А то вдруг решит пожаловаться?
Увидев пустые глаза своей «аудитории», Сергей почувствовал, что его талант юмориста пропадает зазря. Правда, ещё на Земле почти никто из коллег не смеялся над его шутками, но Ордынцев был твёрдо уверен, что проблема кроется уж точно не в нём.
— Босс, вы… всё? — выпотрошенное тело «добровольца» явно беспокоило бойцов Скарса, поэтому они явно надеялись на положительный ответ.
Но как опытный врач, обучивший один поток интернов, Сергей любил развеивать наивные надежды своих подчинённых.
— С вскрытием всё! — но прежде чем Кус и Трасч успели выдохнуть, Сергей их «обрадовал». — А вот с ампутацией мы только начинаем. — острые когти быстро нанесли небольшие надрезы четко в районе голеностопного, коленного сустава и таза. — Используйте всё, что хотите, когти или свои клыки, но кости в этих местах должны быть отделены как можно быстрее. Эй, Грум, Крайс! А вы что сидите? Ваша сила тоже пригодится!
Сергей уже хотел было двинуться к поддону, но, взглянув на свои лапы, что-то вспомнил.
Сделав шаг, он принялся вытирать покрытые кровью и прочими жидкостями лапы о шерсть потерявшего дар речи Куса.
— Босс, почему я⁈ — вырвался крик души крысолюда.
— Хм? Ты прав, — под возмущенным взглядом Трасча, Скарс перестал вытирать лапы о Куса и начал делать это о шерсть рогатого крыса.
«Кус, ублюдок!» — Трасч почти задохнулся от гнева. Злиться на босса он не осмелился, а вот предавший его слуга получил полную порцию ненависти.
Не ожидавший подобного исхода Кус мог лишь сжаться под интенсивным взглядом бывшего мастера. Сам же Сергей с чувством выполненного долга оглядел вспыхнувшую между подчинёнными вражду.
Чем более злобно эти не заслуживающие доверия ублюдки будут друг друга ненавидеть, тем спокойнее Сергей будет спать по ночам.
Что? Доверие и взаимопонимание в коллективе? Ха!
Пройдя обучение и на врача и поработав в больнице, Сергей давно избавился от иллюзий о человеческой природе.
Теперь же он с наслаждением присел, принявшись с высоты поддона командовать пыхтящей четверкой крыс, чтобы они резали именно там, где он наметил.
Так как возможности отсчитывать время не было, Сергей предположил бы, что прошло около часа, прежде чем он с улыбкой взял бедренную кость с оставшимися ошметками мяса.
Тренировочный взмах с силой рассёк воздух, заставив тайно наблюдающих за ним крыс резко изменить выражения своих морд. Если до этой они смотрели на него, как на какого-то странного маньяка, то теперь в их глазах вспыхнула вспышка осознания.
Главари банд и их подчинённые резко повернули головы в сторону серой, копошащейся массы обычных крыс, заставив шерсть последних встать дыбом.
Вот только, может быть, по отдельности эти крысолюды и были слабы, но, почувствовав общую опасность, они инстинктивно объединились, дружно зашипев на этих «сильных мира», вызвав у последних головную боль.
Если раньше они могли легко вырвать нужную им жертву, то после демонстрации Скарса это было бы несколько сложнее, пусть и не невозможно.
Подчинённые же Скарса, вновь усевшись на поддон, явно не знали, что чувствовать. Их лапы всё ещё были покрыты высохшей кровью, но приятная тяжесть импровизированных «дубинок» наполняла их сердца теплом и уверенностью.
Тем же, кто был недоволен, оказался Кус. Длинные кости ног закончились, и остались лишь передние лапы, но они явно были куда тоньше.
Эти крысы играли со своими новыми «игрушками», словно дети, взмахивая ими и тыкая, будто мечами. Учитывая окружающую кошмарную картину, это было одновременно странно мило и ужасающе.
Сергей больше не пытался отдавать команд своей банде, ведь он видел, что психологическое здоровье бойцов уже на пределе. Если он продолжит давить, то у кого-то из них могут сдать нервы.
Ощущая подступающую сонливость и видя, как другие крысы начинают позевывать, ему стало ясно, что незаметно подошло время сна.
Если учесть напряжение банд, наличие часовых было бы в тему, но отсутствие возможности отсчитывать время усложняло задачу. Поэтому, скрепя сердце, Сергей вынужден был принять риск засыпания вместе со всеми.
Всё, что он мог, это занять место в центре поддона, расположив остальных прямо со всех сторон, рассчитывая, что если их начнут резать, то хрип или вопль импровизированного «часового» даст ему достаточно времени, чтобы среагировать.
Неожиданным фактором оказался подступающий со всех сторон холод. Видимо, что-то подогревало этот стальной ангар, но оно выключалось во время ночи.
Из-за этого Сергей вдруг обнаружил себя в самом центре клубка, когда все жались друг к другу, чтобы сохранить хоть немного тепла.
«Какая бессмыслица. Я, сертифицированный врач, сдох после ядерной войны, чтобы очнуться в другом мире в теле гуманоидной крысы. Наверное, если бы кто-то в Японии придумывал название для очередного мультика, то именно такое название они бы и выбрали». — это была последняя мысль Сергея, прежде чем сон мягким покрывалом окутал его разум, погрузив в непроницаемую темноту.
— У-у-у, я так хочу есть-жрать! Когда нам принесут еду⁈ — эти и многие похожие вопросы встали в полный рост после первой проведенной ночи.
— Все хотят есть, Грум, — лениво ответил Сергей. — Но ты видишь, как я постоянно плачу об этом и мешаю всем отдыхать?
— Нет, босс. — пригорюнился гигант. — Но я правда хочу есть…
— Как думаешь, Грум, если вырезать тебе живот, ты перестанешь чувствовать голод?
Даже не самый умный Грум сумел понять этот невинный намёк и счёл разумным заткнуться.
Проснувшись и придя в себя, молодые крысы очень скоро ощутили подбирающееся к ним чувство голода. Учитывая же ускоренный обмен веществ их тел, то эта проблема очень скоро должна была выйти из-под контроля.
Единственным хорошим моментом во всей этой куче нечистот оказались «фонтанчики» с постоянно текущей водой. Выглядели они как длинные стальные писсуары в пивных барах, заставляя жаждущих напиться буквально собирать тонкую струйку воды.
И чем дальше от самого источника жидкости ты находился, тем меньше до тебя доходило воды, ведь её раньше выпивали те, кто стоял в самом начале.
Чувствуя жажду, Сергей сразу организовал выход их банды, одним своим видом оттеснив толпящуюся у одного из фонтанчиков толпу. Серые и немногочисленные чёрные крысы могли лишь скалить клыки, но не рисковать что-либо сказать, пока Скарс и остальные подошли к самому источнику.
Напившись, они так же дружно отошли обратно к поддону. Сжимаемые ими кости были достаточно внушительными, чтобы никто не осмелился преградить им путь.
Но если поход Сергея и остальных прошёл без эксцессов, то далеко не всем так везло. Не раз и не два вспыхивали драки, пусть и не заканчивающиеся смертями.
Три другие группировки тоже пока не рисковали враждовать, лишь многообещающе посматривая на оппонентов. Никто ещё не понимал, что будет дальше, и предпринимать шаги первыми никто не собирался.
Желая хоть чем-то себя занять, Сергей продолжал раз за разом медитировать, чтобы почувствовать свою магию. И это принесло свои плоды. Ко второму дню он уже начал смутно ощущать некое присутствие, которое он раньше не замечал.
По словам Трасча это уже было невероятно быстро, но Сергей все равно жаждал прикоснуться к магии уже сейчас.
Также, кроме медитации, он тихо шлифовал когтями выпирающую головку бедренной кости, намереваясь превратить её в острый шип, способный вонзиться в чей-то череп.
Процесс шёл медленно, но отлично отвлекал от усиливающихся мук голода. Последнее ощущение не было чем-то новым для Ордынцева, ведь он уже прочувствовал его на Земле, но радости это ему не принесло.
Труп «добровольного» донора начал пованивать, из-за чего Груму пришлось тащить его к отходной дыре и сбрасывать тело вниз.
От Сергея не укрылись жадные взгляды других крыс, что заставило нахмуриться даже его.
Понимая, что если еда так и не появится, то придётся прибегнуть к поеданию плоти других крыс, Сергей чувствовал себя отвратительно. Даже в худшее время на Земле никто из его группы даже не подумал идти на этот ужасный шаг.
И хоть эти крысолюды не были людьми, они всё ещё были разумными существами. Вот почему Сергей готов был терпеть до самого последнего момента, но оттягивать момент нарушения своих принципов.
Так прошёл второй день, в недоверии и паранойе.
Третий день стал днём, когда начались первые крупные беспорядки.
— Босс, смотри, там что-то неладное-неправильное! — привлёк внимание отдыхающего Скарса Кус.
И этот трусливый крысолюд явно подметил что-то крупное.
Доведённый до ручки чувством голода лидер смешанной стаи крыс по имени Крос, здоровенный серый крыс, не придумал ничего умнее, чем напрямую атаковать сбившуюся и неорганизованную стаю обычных крысолюдов.
Вероятно, его план предусматривал выхватывание всего одной или двух крыс, после чего использования их для пиршества всей своей банды. Вот только, к его удивлению, в ответ ударила вся масса бесправных, но очень напуганных крысолюдов.
— Босс, как думаете, кто победит? — с интересом спросил Трасч. — Я думаю, всё же Крос. Гляньте, как те чёрные крысы под ним сражаются.
— Уже в тот момент, когда началась свара, там не было победителей. — фыркнул Скарс, и очень скоро Трасч понял, почему его босс был прав.
После хаотичной битвы на поле боя осталось около шести мёртвых тел, где двое принадлежали банде Кроса. Вскоре же они все оказались разорваны озверевшими собратьями.
Эта демонстрация «власти народа» сильно обеспокоила лидеров банд. Они внезапно поняли, что их сила довольно незначительна перед массой сотен крыс. И то немногое, что их сдерживало, было отсутствие лидера.
— Босс, а что нам делать? — увиденное явно обеспокоило подчинённых Сергея, и они с надеждой взглянули на Скарса. Всё это время их жуткий босс находил выход, может быть, у него он был и теперь. — Если мы попытаемся напасть, то нас разорвут!
— Ждём, — просто ответил Сергей, сузив глаза и вызывая разочарование у остальных. Он не стал объяснять свои размышления и догадки о том, что Главный воспитатель, скорее всего, не стал бы их убивать, а значит, еда всё же пришла бы.
Но проблема оставалась. Созданное родильной капсулой тело было сильным и выносливым, однако ему позарез нужны были питательные ресурсы.
Четвёртый день Сергей неохотно выбрал крайним, после которого ему пришлось бы сделать трудный выбор. Но судьба вновь решила ему улыбнуться, пусть её улыбка больше напоминала хищный оскал.
За пределами барака послышался нарастающий шум, заставивший всех молодых крыс разом замолкнуть и прислушаться. Пронзительный скрип ржавых петель дверей барака был самым ожидаемым звуком во вселенной.
Первыми внутрь ворвались вооруженные дрянными щитами и копьями слуги и воины. Они сформировали оцепление, оттеснив молодых крыс, и лишь затем внутрь вошёл взрослый воспитатель, презрительно оглядевший пятна крови на полу и обрывки шкур.
— Вижу, вы уже начали избавляться от лишних ртов-пастей, — с презрительным оскалом протянул он. — Главный воспитатель повелел, чтобы на работы допускались лишь самые эффективные работники. Калеки, слабаки и дураки не достойны еды и жизни!
Он сделал паузу, наслаждаясь своими словами и почтительной тишиной.
— Хорошо! Меня зовут Ичик Плеть, один из воспитателей, которым не повезло оставить свои выводки и заботиться о вас, сброде без наставников. Можете мне поверить, я совершенно этому не рад-счастлив! И скоро вы почувствуете то же самое чувство!
«Ичик Плеть, я уже слышал это имя», — Сергей никогда не жаловался на память, поэтому он сразу узнал этого воспитателя: «Крайс как-то говорил, что он был его наставником. Уверен, он сумеет поделиться важными сведениями о его характере».
— А теперь пошли вон из барака! Снаружи вас ждёт еда-помои и много-много работы! Если я замечу-унюхаю, как кто-то создает неприятности, то отдам его жалкую шкуру гигантским крысам Великого наставника! Они явно не откажутся от добавки к своей еде!
«Конечно, не много-много вкусной еды-жратвы и немало-немало приятного отдыха». — с насмешкой подумал Сергей, спрятав своё костяное оружие в щель поддона: «Интересно, что же представляет собой работа, для которой могут понадобиться ничего не умеющие молодые крысы?»
Благо, Ичик не соврал, и на выходе слуги начали палками выстраивать крыс в длинные очереди, где каждому выдавали глубокую ржавую «миску» чего-то, напоминающего серую кашу. Банда Сергея быстро выстроилась за своим боссом, чтобы вместе двигаться к вожделенной еде.
От автора: Немного позитива от Зиг-а.)
Глава 10
Палки слуг явно были эффективным средством убеждения, поэтому крысы послушно следовали процедуре выдачи еды. Вот только никто не сказал, что они не могут проявлять свою крысиную натуру.
Стоя друг за дружкой, они в буквальном смысле стояли за спинами впереди идущих крыс, что сильно будоражило их воображение. Подножки, отдавленные хвосты, незаметные тычки в спины — этого добра было так много, что очереди колебались и пульсировали, словно живые существа.
Бродящие вокруг слуги, только и мечтающие о применении дубинок, с усмешками взирали на эту подковерную игру. Они даже не мешали, наказывая лишь тех, кто терял самоконтроль и устраивал безобразные драки.
В этом плане маленькая банда Скарса была островком спокойствия, ведь даже в других бандах некоторые крысолюды устраивали неприятности. Что-то подобное началось было и у Сергея, когда Трасч хорошенько наступил на хвост Кусу за прошлое предательство с вытиранием крови о шерсть, но хватило всего лишь одного взгляда Скарса за спину, чтобы рогатый крыс и остальные мгновенно преисполнились послушности.
Крыс было много, но и очередей было несколько, из-за чего процессия двигалась довольно споро. В конце каждой процессии находилось несколько тележек, на одной из которых стоял тяжелый котёл, а на других лежали грязные миски.
Когда подошла очередь Сергея получить сероватое варево, он с огромным интересом взял протянутую одним из слуг уродливую, погнутую миску, пока второй, с намотанной на голове беловато-серой банданой, делающей его похожим на самурая, щедро зачерпнул половником серую массу и хлюпнул его в протянутую миску.
— Следующий! — визгливо приказал повар, после чего, раздраженный тем, что идущий следом Грум, как ему показалось, был слишком медленным, хлопнул черпак с варевом в миску, громко закхекал и смачно харкнул прямо туда же.
— Чё зыришь-смотришь? — осклабился повар. — Ещё добавки хочешь? Так попроси, я ещё харкну-плюну! Ха, пошёл, не задерживай очередь! — крысолюд весело запищал, явно довольный своей шуткой, и его поддержал выдающий слуга.
Вот только если повар рассчитывал, что Грум, «утершись», просто сбежит, то он явно не угадал.
Огромный чёрный крысолюд словно стал ещё больше, когда его мышцы опухли от ярости. Из горла послышалось угрожающее рычание, а сам он уже приготовился ринуться вперёд, чтобы вырвать своему обидчику горло.
Повар, даром что дурак, всё ещё обладал чутьем на опасность, поэтому уже собрался бежать и звать ходящую вдали охрану, как почувствовал внезапно лёгшую ему на плечо небольшую, но удивительно сильную черную лапу и ласково кольнувший чуть ниже груди острый осколок небольшой кости.
Сергей, специально связавший у себя на теле из шерсти небольшой тайный кармашек для острой кости, незаметно подобрался к отвлекшемуся повару, после чего резко сократил между ними расстояние.
С небольшой паузой сбоку от слуги появилась фигура Крайса. В отличие от безмятежного и даже немного веселого Скарса, Крайс нервничал несоизмеримо сильнее, постоянно со страхом оглядываясь на охрану, но он всё же последовал за своим вожаком.
А вот удерживающие всунутую миску Сергея Трасч и Кус показали себя явно хуже, растерянно и напугано стоя в начале очереди. Грум же, не получив команды, тупо стоял, не зная, что ему теперь делать, нападать или уже нет.
— Не кричи, — ласково попросил Сергей повара, чуть потыкав его во вжавшееся пузо заточкой. — Когда охрана сюда доберётся, ты уже подсолишь и подкрасишь ту серую бурду под нами своей кровью.
— Чё-чё ты хочешь⁈ — визгливо спросил повар, боясь даже глубоко вдохнуть.
— Лишь то, что нам полагается, мой друг, — широко улыбнулся. — Пусть твой товарищ возьмёт новую миску, и ты дашь вот тому чёрному здоровяку его… Если честно, я даже не знаю, что это.
— Да-да, конечно, я всё сделаю! — быстро заверил повар, но Сергей с почти отеческой заботой увидел в глазах крысолюда мстительный блеск. Ордынцев ставил секунды на три-четыре, прежде чем повар начнёт звать охранников, чтобы немедленно свершить месть.
— Как тебя зовут? — внезапный вопрос сбил повара с толку, но он всё же ответил.
— Гипрс…
— И да, напоследок, — Сергей сделал вид, будто вспомнил о чём-то в последнюю секунду и почти убрал заточку. — Если у тебя, друг мой, есть невероятная мысль позвать охрану и сдать нас, то знай, что в свои последние минуты жизни я буду отчаянно кричать о том, что повар по имени Гипрс явно всё ещё верен ныне покойному Прачу.
Сердце Гипрса резко заглохло, а он сам вытаращился на Скарса.
— Эт-т-то ложь! Ты тоже будешь труп-мертвец!
— Конечно буду, — Сергей демонстративно принюхался к обильно потеющему от страха повару, после чего похлопал его по щеке, отступая. — Но тебя должно больше заботить не наша смерть, а будут ли твои товарищи готовить мясо из твоей убитой тушки. Судя по запаху, из тебя бы получилось бы неплохое жаркое. Ты и сам понимаешь, что никто не станет заботиться, правдивы ли наши слова или нет.
Сказав всё, что хотел, Сергей со стороны с улыбкой смотрел, как Гипрс, еле скрывая ненависть, со страхом насыпает куда более обильную порцию растерянному Груму.
Был ли риск, что Гипрс может создать в будущем некую опасность? Конечно. Сергей давно понял, что любые планы могут пойти не так, а человеческая, хоть в данном случае крысиная глупость бесконечна.
Но поступил бы Сергей иначе? Естественно, нет.
— Босс… — подошедший Грум явно чувствовал себя неуютно и неловко. — Спасибо… за помощь.
— Что глупость ты несешь? — фыркнул Ордынцев, раздраженно глядя на мнущегося гиганта. — Ты мой боец, а значит только я могу над тобой издеваться. К тому же, если ты поблагодарил меня, то тоже должен сказать спасибо и Крайсу, он вполне неплохо запугал того слугу.
— Эм-м-м, спасибо. — послушно поблагодарил Грум и Крайса.
Учитывая низкий интеллект Грума, Сергей считал его самым перспективным из набора «персонала». Именно на его примере Ордынцев собирался формировать модель будущей вербовки.
Кроме того, как можно ожидать чьей-то беспрекословной верности, если ты не готов встать на его защиту?
— Я делал это не для тебя. Просто мне приказал босс. — Сергей с клиническим любопытством наблюдал за «цундере»-версией подлого крысолюда, слишком смущенного неожиданной благодарностью. Крайсу было явно не по себе.
— А вот вы сработали так себе, — пристальный взгляд Сергея остановился на Трасче и Кусе. — Когда член нашей банды в опасности, во имя Многохвостой матери, почему вы ничего не делали?
— Да, засунули хвосты в свои задницы, пока мы с боссом делали всю тяжелую работу! — тут же поддержал раздухарившийся Крайс, но сдулся под пристальным взглядом Скарса.
— Я вас не прощаю, а рассчитываю, что в следующий раз вы будете в два раза активнее. Это понятно?
— Да, босс! — с облегчением закивали, словно болванчики, двое крыс.
— А теперь хватит бесполезных разговоров и слезливых благодарностей. Быстро жрите и готовьтесь. Что-то мне подсказывает, что дальше будет нелегко.
Чтобы показать пример, Сергей первым раскрыл пасть и укусил сероватую массу. Никаких столовых приборов, естественно, не было, поэтому есть приходилось напрямую. Благо, вытянутая форма морды этому способствовала, как и длинный язык.
Вкус серой субстанции оказался… не таким паршивым, как опасался Сергей. Да, в нём не было ни сладости, солёности или даже горечи, но в то же время не было и неприятных вкусовых ощущений.
Больше всего эта серая бурда напоминала слипшуюся манную кашу, которой придали вкус речного песка, смешанного с активированным углём.
После того, как Сергей покончил со своей порцией, он с удивлением обнаружил, что варево достаточно сытное, чтобы дать результат уже спустя несколько минут.
Как и ожидал Ордынцев, им не долго дали наслаждаться «завтрако-обед-ужином».
— Что расселись, слуго-твари⁈ — рёв Ичика Плети вновь огласил воздух. — Подымайтесь и стройтесь! Время работать-дохнуть! Кто опоздает, получит палок! Вперёд!
Выстроившись в три колонны во главе с Ичиком и воинами, молодые крысы двинулись к будущей работе.
Ордынцев же посчитал, что сейчас лучшее время, чтобы обсудить с Трасчем один интересующий его вопрос.
— Трасч, ты знаешь, что именно собой представляет эта сероватая муть, которую мы только что ели?
— Я не знаю, босс, — вынужден был признать бесполезность Трасч. — Нас несколько раз кормили этой штукой, но я не знаю, откуда она берётся.
— Я знаю! — внезапные слова Куса привлекли внимание всех, чем он оказался невероятно доволен. — Я как-то подслушал разговор двух слуг. Они говорили, что серая жратва-помои — это кровь самой Великой машины. Что если огромные стальные трубы трескаются, то иногда из них может течь-капать серая жратва-помои. Это считается большой удачей-успехом для любого клана, если рядом с ними есть такая лопнувшая труба.
— Вот как? — Сергей откладывал этот момент до последнего, но сейчас был идеальный момент, чтобы развеять его невежество об этом мире. — А кто-нибудь вообще знает, откуда берутся эти трубы и что они вообще собой представляют?
И кроме Трасча никто, к несчастью, ничего не смог сказать.
— Я слышал, — Трасч сглотнул. — Что наши уровни были частью чего-то более великого, поэтому мы называем всё вокруг Великой машиной, потому что мы внутри неё.
Жаль, что Трасч был слишком слаб, чтобы разбираться в настоящих скрытых тайнах этого мира. Сергей не сомневался, что тот же Круг магов, расположенный на верхних уровнях, имел куда больше ценной информации.
Впрочем, скоро внимание Ордынцева привлекла новая деталь.
Покинув бараки и миновав открытое пространство главного ангара, они попали в длинные и широкие туннели, по бокам которых тихо гудели десятки толстенных труб. Некоторые из последних раскалились настолько сильно, что покраснели. Проходить мимо подобных мест было настоящей пыткой, из-за чего шерсть на их телах начинала потихоньку дымиться.
Миновав один из таких коридоров, они попали в большой перекресток, где на самом верху каждый из проходов был пронумерован и имел надпись. Обычно стены были чем-то безбожно засраны, но в этот раз удача позволила Сергею полностью прочитать неизвестного языка.
«47-й технический туннель 10 уровня». — вот куда двигалась их процессия.
— Это что? Трасч проследил за взглядом Скарса, после чего морда рогатого крыса осветилась почтением.
— Это древние руны потерянного прошлого, ещё до Темного века. Лишь немногие способны читать некоторые из них. Лишь самые опытные маги и учёные хранят о них тайны.
«Как любопытно». — Сергей мысленно улыбнулся: «Та древняя машина, что создала это тело. Оказала мне серьезную услугу, дав знание древнего языка. В эту эпоху, когда многие знания потеряны, умение читать древние тексты это бесценный дар».
Правда, улыбка Ордынцева вскоре немного поблекла, ведь увидев написанные крысолюдами знаки и надписи, он понял, что способен понять лишь часть написанного. Было очевидно, что вскоре ему придётся учить новый язык.
Тем временем же они наконец дошли до цели их сегодняшнего путешествия. Тесный туннель вновь сменился на огромное открытое пространство. И увиденное не смогло оставить равнодушным даже Сергея, не говоря уже о сотнях молодых крыс.
Гигантский ангар был заставлен величественными механическими устройствами неизвестного назначения. Каждое из них возвышалось на десятки метров, состоя из толстых пружин, маховиков и шестерёнок. Больше всего Сергею увиденное напомнило фото двигательного отсека гигантского океанического корабля, только увеличенного в десятки раз.
Когда-то, должно быть, этот зал представлял собой поистине великолепное зрелище, но теперь он стал символом краха и упадка. Больше половины из древних машин были разрушены и покрыты следами пожара. На многих из них были установлены примитивные тотемы и даже молельные алтари.
Те же из машин, что продолжали свою работу, делали это поистине варварским способом.
Под болезненными ударами хлыстов тысячи слуг и рабов крысолюдов налегали на лямки и верёвки, механическим способом крутя заржавевшие шестерни, чей вес достигал сотен тонн, а размер исчислялся десятками метров.
Вырывающийся из смертельно повреждённых, но насильно запущенных устройств пар и смог толстыми клубами поднимался вверх к потолку, но часть из него оседала пеплом на шерсти рабочих, делая их шкуру чёрно-серой.
Вдруг сбоку из лопнувшей толстенной трубы одной из гигантских машин вырвался поток разрушительного раскалённого пара. Попавшие под него три десятка крыс успели лишь издать последний вопль, как затихли.
Спустя минуту пар закончился, и специальные слуги принялись выбрасывать мёртвые, расползающиеся из-за высокой температуры тела, чтобы на их место встали новые крысы.
— Добро пожаловать туда, где большая часть из вас сдохнет-умрёт! — злорадный голос Ичика сбросил оцепенение молодых крыс. — Скоро Великая машина отдаст приказ на работу, и каждый из вас внесёт всё, что у вас есть, на благо великого клана Рипчит!
Глава 11
Молодые крысы с ужасом смотрели на возвышающиеся над ними пышущие жаром исполинские машины. Однако Сергею и остальным не долго дали наслаждаться невероятным видом.
К их толпе уже спешили опытные надсмотрщики, принявшиеся грубо делить крыс на несколько меньших групп. Остаться всем вместе не составило труда, ведь можно было заранее увидеть, куда именно идут вооруженные кнутами и дубинками надсмотрщики.
— Если не хотите остаться одни, держитесь вместе, — приказал Сергей, и его парни послушно двинулись за ним, когда он сдвинулся чуть в сторону, чтобы гарантированно оказаться именно с той группой, с которой хотел.
Возможно, бойцы Скарса боялись своего лидера и считали, что у него в голове явно не всё дома, но возможности остаться без его защиты они боялись больше.
— Что встали, отбросо-твари⁈ Вперёд, сигнал уже почти прозвучал! — взревел надсмотрщик, взмахнув узловатым коротким хлыстом. Каждый из узелков на хвосте прекрасно проникал сквозь шерсть и добирался до плоти.
Один из ударов вскользь прошёлся даже по шкуре Сергея, заставив Ордынцева с интересом поглядеть на покалывающее плечо. Прожив всю жизнь в человеческом теле, он прекрасно знал, как ощущается боль. Таким образом, для него стало открытием, что болевой порог крысолюдей оказался заметно выше.
Но это же означало чрезвычайно забавный факт — хоть крысолюди и получали меньше боли, но их психологический порог был настолько слаб, что даже небольшое количество страданий заставляло их кричать и паниковать.
«Кто бы мог подумать, что существование человеком способно давать столь неожиданные бонусы». — с весельем оценил Сергей.
Тем временем их надзиратель вёл их мимо огромных машин, куч мусора и ржавого металлолома. Достигнув же нужного им участка, пришлось забираться на шатающиеся деревянные леса и ползти по этим грубым лестницам до более основательным насыпным платформам.
— Надевайте! — хлыст надсмотрщика указал на сотни верёвок и лямок, привязанных к лежащей горизонтально гигантской шестерне. Последняя была от и до расписана какими-то религиозными символами и украшена знаками крысиных черепов. — И Многохвостая матерь вас упаси, если кто-то осмелится тянуться без приказа!
Впрочем, эта угроза была явно лишняя, ведь окружающие крысы явно не демонстрировали желания стать «стахановцами», перевыполнив пятилетний крысиный план за год.
Кроме, собственно, молодых крыс, в лямки уже были запряжены сотни взрослых собратьев.
— Как необычно, — Сергей с небольшой ухмылкой взял лямки бичевы и надел себе на плечи. — Эх, «Широка Волга…». Кто бы мог подумать, что в другом мире мне придётся поработать бурлаком? Или если толкаемый предмет стоит на месте, то это нельзя назвать бурлачеством?
— Босс? О чём вы? — стоявший сбоку Грум неуверенно почесал голову, явно поняв лишь междометия.
— Не засоряй свою голову лишними знаниями, Грум, — похлопал его по могучему плечу Сергей. — Ты и так хорошо справляешься.
— О, спасибо, босс! — обрадовался Грум нежданной «похвале».
— Кстати, Грум-Грум-Грум. Мне, честно говоря, не нравится твоё имя. Оно тебе никак не подходит, — Сергей оценивающе оглядел его стать. — Тебе, скорее, подойдёт что-то вроде… Гром. Да, Гром!
— Гром? Что это, босс?
— Гром — значит, очень сильный! Большой и сильный. Тебе идеально подходит.
— Спасибо, босс! Тогда я Гром! — Грум, или теперь уже Гром, повернул голову к стоявшему в следующей линии «бурлаков» Трасчу и высокомерно похвастался. — У меня теперь новое имя, Гром! Не то, что у тебя!
Все эти дни Грума раздражало, что всё внимание босса было сконцентрировано на расспрашивании этого рогатого сморчка. Неужели босс не видел, что лишь они двое были чёрными крысами? Неужели болтовня с этим слабаком того стоила?
Но теперь Гром был спокоен — из них всех лишь он получил такое уникальное имя от босса. Он был самым сильным правым когтем их стаи!
Скривившийся, словно съевший лимон Трасч очень хотел сказать, что он никогда не слышал о слове «Гром» и оно, может, вообще ничего не значит, но не решился. Если эта чёрная скотина сошла бы с ума, он даже убежать бы не успел.
— Эй, вы, жалкий скот! Слушайте меня! — крик надсмотрщика вновь прозвучал, когда он сам залез на специальную деревянную башенку, с которой открывался прекрасный вид на всех запряженных крыс. — Когда увидите, как вон та панель загорается зелёным, — он указал на расположенную прямо у высокого потолка висящую на проводах панель. — И услышите сигнал, то тяните-толкайте свои верёвки, что есть было мочи! И отпускайте, пока панель не загорится красным и вы услышите два коротких сигнала! Скоро будет сигнал!
Ожидаемый сигнал и впрямь прозвучал довольно скоро. Изумрудный свет осветил точно нужную гигантскую шестерню.
— Тян-и-ините! — пронзительный писк главного надзирателя и его помощников совпал с продолжительным машинным гудком, заставившим вибрировать сами кости.
Сотни когтистых лапок уперлись в свои верёвки и гигантская шестерня медленно, но верно начала проворачиваться. Тут же пришли в движение и связанные с ней шестерёнки, размером всего-то в несколько метров. Покрытые грязью неизвестные индикаторы загорелись, а древняя машина, словно на мгновение сбросила с себя пелену смерти.
Но какой ценой?
Следом пришел пронзительный визг несмазанных деталей, стук сломанных и покореженных деталей и стон слишком давно необслуживаемого металла.
Будучи медиком, у Сергея возникло ощущение, что они насильно заставили ожить гниющий труп человека, и теперь этот воняющий кадавр корчится на операционном столе и мучительно просит его убить.
Но по вине чьего-то бессердечного разума в смерти ему было отказано.
Спустя полчаса работы красный свет осветил машину и крысы смогли остановиться, чтобы отдышаться. Никто и не думал их выпускать, заставляя стоять там же.
Когда зелёная панель вспыхнула, тело Сергея толкало вперёд, но разум думал о совсем другом.
Кто контролирует эти зелёные панели? Из косвенных деталей и оговорок Ордынцев чувствовал, что контроль был отнюдь не у крыс. Скорее, им кто-то выдавал задания, и крысолюди выполняли их по меркам своих сил.
Учитывая же общую разрушенность и изношенность окружающего мира, означало ли это, что в прошлом крысы совсем иначе следили за механизмами?
Из уст Трасча прозвучал важный термин: «Тёмный век». Немного разбираясь в истории Земли, Сергей примерно догадывался, как проходило похожее событие в его родном мире.
Потеря знаний, разрушение развитой инфраструктуры и общая деградация. Всё это идеально ложилось на происходящее.
Сергей уже видел, как в далёком прошлом куда более развитые и образованные крысолюди умело следили и чинили эти гигантские машины. Новые крысы, скорее всего, рождались с помощью родильных машин, вроде той, что создала самого Сергея.
Ни о каких родильных ямах не шло и речи. Возможно, учитывая сложность и качество окружающих руин, это было выверенное и развитое общество, где у каждого была своя задача.
Но что-то случилось. Какая-то катастрофа? Гражданская война? Трасч упоминал Войну богов. Почему боги этого мира решили дружно начать «выпивать» друг друга? Из-за жажды власти? Или были другие причины?
Работа продолжалась уже четыре долгих часа, когда этот мир вновь продемонстрировал, насколько же он непостоянен.
Мощный, даже для хаотических машин крысолюдей, взрыв прогремел в дальнем конце машинного отделения, заставив значительный кусок стальной обшивки треснуть и рухнуть, подняв целые облака ржавой пыли.
Следом посыпались неустойчивые отсеки труб, круша и давя бегающих в панике крыс. Грохот стоял такой, что надзиратели полностью забыли о своей работе, раскрыв пасти, смотря на внезапную катастрофу. Остановились, естественно, и рабочие, вытягивая шеи, пытаясь увидеть, что же там произошло.
Машина Сергея и его банды располагалась в первой трети от рухнувшей стены, что позволяло в красках рассмотреть все кровавые подробности.
Скоро гнетущая тишина опустилась на этот многокилометровый зал, чтобы в следующую секунду треснуть от долгого и раскатистого воя, столь жуткого, что его явно не могло издавать нормальное существо.
— Технотвари прорвали-и-и-ись! — чей-то до безумия напуганный голос одной из старших крыс дал наконец понять, что же именно случилось. — Беги-и-и!
Мгновенно поднялась паника. Молодые крысы попытались вскочить и сбросить верёвки, но им наперерез тут же бросились надзиратели.
— Куда⁈ Стоять! — с громким треском череп самой быстрой крысы смялся, брызнув мозгами от обитой сталью дубинки. — С вторжением разберётся охрана, а вы продолжайте работу! Зелёная панель ещё не погасла!
Чувствуя нарастающий абсурд, Сергей всё продолжил толкать. Тем не менее благодаря удачному ракурсу он сумел в полной мере увидеть тех самых «технотварей», о которых кричали.
Пока рабочие продолжали работу, к пролому уже стекались все имеющиеся охранники. Также пришли в движение и высокие стальные башенки, украшенные уже знакомыми магическими излучателями, увиденными у главного наставника.
Ближайшие орудия сразу же повернулись к пролому, пока десятки и даже сотни копий и арбалетов солдат оказались направлены в медленно опускающуюся пыль после обрушения.
Момент, когда из тьмы атаковал враг, Сергей безбожно пропустил. Вот всё спокойно, а в следующую секунду уродливая и покрытая сталью крыса отрывает голову одному из солдат, попутно насаживая на металлический хвост сразу двоих соседних бойцов.
Только убив меньше чем за секунду троих крыс, это порождение мрака подняло голову и издало знакомый пронзительный вопль, после которого из тьмы повалил настоящий поток изуродованных существ.
«Это явно когда-то была крыса». — холодно отметил Сергей, запоминая облик остановившегося монстра: «Правда, когда-то очень давно».
Обычный крысиный рост увеличился почти в два раза, сделав существо очень похожим по размеру на гигантскую крысу. Но там, где огромная крыса ходила на четырёх лапах, это существо двигалось на двух, что делало его несравнимо выше.
Также, вместо привычной плоти, большая часть тела монстра была заменена металлическими трубками и проводами, каким-то образом выполняющими роль мышц. Но это явно были не импланты, а буквально выросшие на плоти детали, решившие заменить собой реальное мясо, кости и кожу.
Тот же череп, с висящими обрывками кожи и шерсти, имел как кость, так и нарощенную на неё сталь. Из-за расстояния Сергей не видел глаз существа, но не сомневался, что там нет и следа разума.
Конечности «киборга» заканчивались сложной массой лезвий и тяжёлых нашлепок неизвестного предназначения. Словно главный герой фильма «Руки-ножницы» продолжил тяжёлую мутацию, решив сделать свои руки страшнее и опаснее в несколько раз.
Поток изменённых чудовищ и не думал уменьшаться, и единственной причиной, почему охрана зала была способна их сдерживать, было малое количество полностью покрытых сталью монстров.
Зачастую это были крысы, имевшие на голове несколько выросших антенн и шлемов, странных стальных наростов на спинах или модифицированных передних лап, превратившихся в клинки.
Не боясь смерти, они бросались прямо на копья и ловили грудью арбалетные болты. Какое-то время они ещё бились, но, потеряв достаточно крови, бессильно падали вниз.
Очень помогали и башни-излучатели, взрывая изумрудными молниями самые большие скопления монстров.
Несколько раз башни пытались сбить вожака техномонстров, но они смогли только убить окружающих его крыс, ведь сам вожак обладал невероятной скоростью и чувством опасности.
Сергей покачал головой от творившегося вокруг абсурда. Вдалеке вёлся бой не на жизнь, а на смерть, а они здесь вращали древнюю, полуразрушенную шестерню под щелчки хлыстов надзирателей.
— Эй, Трасч, ты знаешь, что такое технотвари? — тихо спросил он у рогатого крыса, надеясь получить полезную информацию.
Но ответ пришёлся совершенно с другого направления.
— Хочешь знать о технотварях или той, что их породила? Техночуме? — идущий чуть впереди взрослый крыс повернул голову, и его глаза горели безумием. — Тогда старый Грут расскажет-говорит тебе, да-да! Крысолюд рассмеялся, пока его взгляд смотрел на что-то, видное только ему. — Техночума — это проклятье! Да, страшное проклятье за святотатство!
— Что за святотатство? — окружающие крысы прислушались, и даже идущий рядом надсмотрщик чуть опустил хлыст, ведь крысолюди всё ещё работали, а ему и самому было интересно.
— Убийство бога! Пожирание бога! Надругательство над телом бога, хи-хи-хи! — Безумное хихиканье закончилось тяжелым дыханием. — Бог изобретений, знаний и технологий пал, а его тело было осквернено! И расползлась Техночума на всех, кто знал и думал! Их тела покрыла сталь, а разумом овладело безумие!
После этих слов старый крыс окончательно потерял остатки здравомыслия и стал нести какой-то бред.
«Бог технологий и знаний? Интересно, кто же смог убить буквального бога? И что они сделали с его телом, раз бог так обиделся, что сумел отомстить даже из могилы?»
Пока же сумасшедший рассказчик вещал свои «пророчества», шестерня закончила свой полный оборот, дав Сергею вновь полный вид на пролом, а там дела понемногу стабилизировались.
С множеством жертв, но войска крыс всё же сумели медленно отталкивать чудовищ обратно к пролому, пока туда же спешили сотни крыс со строительными материалами, явно собираясь заделать пролом.
Казалось, что кризис уже почти закончен, но вырвавшийся из пролома небольшой огненный шар показал, что это далеко не так.
Маленькая, всего с полуметр диаметром сфера попала прямиком в центр построения солдат и резко расширилась, образовав огненный шар диаметром в полсотни метров.
Только от самого попадания погибли десятки, а последующий взрыв унёс жизни сотен. Ударная же волна заставила упасть крыс за сотни метров от места взрыва.
— Аха-ха-ха! Добро пожаловать, мальчики и девочки! — Разнёсшийся из пролома сумасшедший смех был настолько громкий, что донёсся даже до присевшего к земле Сергея. — Почему никто должным образом меня не встречает⁈
Поток изуродованных техночумой крыс расступился, обтекая неторопливо идущую вперёд высокую фигуру. Даже по самым скромным расчётам, рост этого мужчины составлял около трёх метров. Когда же он окончательно вышел на свет, стали видны его острые, эльфийские уши.
Но если это и когда-то был прекрасный и утончённый эльф, то теперь он стал чем-то иным.
У него не было признаков техночумы или стальных имплантов. Наоборот, его кожа была совершенно чистой и белоснежной, или, точнее, та кожа, что осталась.
Немалая часть кожи этого эльфа была насильно снята, демонстрируя открытые мышцы, и закреплена прямо на нём, щипцами и крючьями. Более того, из живота, груди и даже лба торчало вражеское оружие, но это никак не мешало эльфу двигаться.
Его лицо постоянно менялось, то улыбаясь, то корча выражение страданий, затем сменяясь плачем и торжеством.
Не иначе как случайно, один из арбалетных болтов попал прямо в его грудь, сумев пробить кожу и немного углубиться внутрь. В ту же секунду плоть забурлила и вытолкнула болт наружу, мгновенно восстановив кожу, будто никакой раны и не было.
— Бессмертный… бессмертный господин спустился! — С ужасом зашептал тот самый старик, что знал о техночуме. — Неужели техночумы было мало⁈
— О? Слуги? Хи-хи. Почему нет достойного меня приветствия? Повелеваю, умрите ради меня! Ха-ха-ха, или нет, лучше стойте на месте и позвольте мне вас убить! — Руки эльфа сжимали два длинных, чрезвычайно тонких серебристых меча, нёсших на себе сколы и повреждения.
Сергей огляделся и подтвердил своё подозрение.
Никто из окружающих крыс не понимал слов этого «Бессмертного», ведь он говорил на том древнем языке, который был имплантирован родильной капсулой.
А это значило, что кем бы ни был эльф, но он жил аж с времён, предшествующих Темному веку.
И вот теперь точно пришло время сваливать.
Глава 12
— Дорогая, прикажи накрывать на стол, ведь у нас праздник! — по лицу сошедшего с ума эльфа текли слёзы, но его выражение сменилось на нежность. — Дочка, почему ты так оделась? Быстро переоденься, ведь сегодня на Элизиум приезжает аж сам бог Рагдан! Наша семья должна выглядеть великолепно!
Продолжая нести непонятный бред, безумец, тем не менее, отнюдь не стоял на месте. Кружась в понятном одному ему танце, трёхметровый эльф поднял поломанные и искривлённые древние серебристые клинки.
Миг, и его скорость взлетела до сотки километров в час. Даже «Формуле один» требуется, как минимум, полторы секунды на разгон, но эльф не заботился о подобных мелочах.
Всё, что стояло на пути безумца, превращалось в вихрь обломков дешёвой стали и перемешанной плоти. С силой эльфа иногда даже не нужно было бить клинками, ведь даже простого столкновения с его телом хватало, чтобы расплёскивать панически пищавших крыс.
Виднеющаяся на горизонте победа крыс в мгновение ока стала так же далека, как мечты Сергея о горячей ванне и мыле.
Хаотично двигающийся и танцующий эльф насквозь прорезал себе путь и так через повреждённый огненным шаром строй крыс. И сквозь невольную прореху тут же хлынули порождения техночумы.
Словно при рухнувшей плотине, отчаянные попытки вожаков крысолюдей удержать своих солдат от бегства ни к чему не привели. И так не самые храбрые бойцы, получив столь тяжёлый удар, крысолюди окончательно побежали.
— Вот теперь мы в дерьме. — коротко подытожил Сергей их общее положение. Он чувствовал, что его рот полностью высох. Даже ему самому было не по себе от наблюдения за чистой эффективностью «Бессмертного господина».
— Надо бежать-прятаться! — закричал Кус, но Трасч издевательски на него посмотрел.
— Куда, дурак-идиот⁈ Эти монстры-твари везде!
Находясь в каком-то одному только ему видимом мире и двигаясь полностью по наитию, этот эльф был чем-то, что по-настоящему пугало. Было что-то неестественное в его бессмертии, в том, как эльф брал отсутствующую биомассу буквально из ничего.
Прямо на глазах Сергея одна из вышек сумела попасть изумрудной молнией из излучателя прямо в спину эльфу. От удара магией кожа и где-то два-три миллиметра мяса прямо испарились.
В ту же секунду удачливый стрелок превратился в плазму от влетевшего прямо в него огненного шара. Эльф же как ни в чём не бывало регенерировал свою рану за считанные секунды.
Даже хуже, так как на спине было несколько кусков сорванной кожи, висящих на крючьях, то после зелёной молнии кожа вновь вернулась на место.
Надзиратели не пропустили прорыв обороны и тоже запаниковали, но, как верно сказал Трасч, бежать было некуда. Поток технотварей бежал по промежуткам между огромными махинами машин. Стоя на верхних платформах, прямо сейчас они были в большей безопасности, чем внизу.
Однако не все крысолюды могли здраво рассматривать ситуацию. В полной панике они напирали на и так редкие ряды солдат и надсмотрщиков, толкая их и сбивая с ног.
Молодые крысы, взрослые или старые — все смешались в круговерти серой шерсти и выпученных глаз.
— Они ползут снизу! Сбивайте их, если хотите жить! — гневный крик одного из командиров надзирателей заставил некоторых крыс прийти в себя и бросить взгляд вниз.
Увиденное вынудило их почувствовать, как холод охватывает сердца. Перебирая деревянные перекрытия, некоторые из технотварей, привлечённые шумом наверху, упорно стремились добраться до живой плоти.
Утихший было страх вспыхнул с новой силой.
Сергей чувствовал, как пробегающие со всех сторон крысы то и дело толкают его. Надо было срочно перейти куда-нибудь в более спокойное и безопасное место.
Ордынцев повернулся к Грому, собираясь приказать ему идти следом, но именно это действие и спасло ему жизнь.
Что-то с огромной скоростью неслось прямо ему в голову!
Вжух! — до рези напрягая все свои мускулы, Сергей чудом успел отодвинуть голову, позволив тяжелой окованной дубинке пролететь мимо. Поток воздуха даже заставил длинные уши трепетать, так близко навершие пронеслось мимо головы Сергея.
«Кто⁈» — быстрая, словно вспышка, мысль появилась в разуме Ордынцева, когда он посмотрел на того, кто его почти убил: «Крос⁈»
Сергей мгновенно узнал убийцу, да и как его было не узнать, если это был один из трёх лидеров их барака, не считая его самого? Крос — вожак смешанной банды, потерпевшей неудачу в попытке атаковать неорганизованных крыс.
Теперь этот здоровенный серый крыс, взявший дубинку одного из мёртвых надзирателей, был полон решимости воспользоваться хаосом и уменьшить число банд в их бараке, устранив одного из вражеских лидеров.
Ни один из них ничего не говорил, ведь всё было понятно и так. Возможность для разговора и дипломатии умерла, даже не родившись. Убей или будешь убит — суровая правда варварского века была в этом мире актуальна как никогда.
Взгляд по бокам подтвердил суровую правду. Гром и остальные физически не могли ему помочь. Крос был не один, а привёл своих доверенных бойцов. Единственным хорошим моментом было, что по-настоящему верных Кросу крыс оказалось заметно меньше, чем число его банды, но даже так Грому пришлось иметь дело аж с тремя чёрными крысами, пока Трасч и Крайс в ужасе пытались отмахнуться от целых шестерых серых крыс, методично зажимающих их в клещи.
Про Куса Сергей даже не вспомнил.
Острая костяная заточка, как влитая, оказалась в чёрной лапе Скарса, тут же приковав взгляд Кроса. Оскал белых клыков против оскала, сила против силы, дубинка против заточки.
Очередной взмах!
Сергей вновь сумел увернуться, отступив назад, а вот пробегающей мимо крысе повезло меньше. Край дубинки пришёлся ей по рёбрам, разбив их с треском. Плачущее и корчащееся тело прямо упало на пол и было быстро затоптано другими крысами. Проблемы неудачника никого не беспокоили.
Сейчас! — воспользовавшись тем, что дубинка всё же была тяжеловата для Кроса, Сергей рванул вперёд, намереваясь сократить дистанцию до упора, где маленькая заточка имела бы полное преимущество.
Но Крос стал лидером не за красивые глазки. Мышцы под серой шерстью вспучились, и мощным усилием вожак смешанной стаи перенаправил дубинку, на этот сделав взмах снизу вверх, отогнав Ордынцева прочь.
Глаза Сергея, не мигая, следили за ногами Кроса, ожидая, когда последний сделает свой ход, вот почему, когда его левое плечо взорвалось от боли, это было то, что Ордынцев меньше всего ожидал.
Дёрнувшись вбок, Сергей слепо махнул заточкой назад, зацепив чьё-то серое тело.
— Ай! — отшатнувшийся назад слуга Трасча, Кус, болезненно схватился за лапу с заточкой, которую он только что воткнул в тело Сергея, но выражение боли быстро сменилось лихорадочным торжеством. — Господин Крос! Я помогу-поддержу вас! Давайте убьём его вместе, и я перейду в вашу банду!
— Грязная крыса! — сквозь клыки процедил Сергей, чувствуя, как по коже течет кровь. К счастью, Кус был всё так же бесполезен, и поэтому заточка слабо проникла внутрь, повредив только кожу и не задев вен. Попади он в шею, и Сергею, возможно, пришлось бы привыкать к новому телу в другом мире. — Почему⁈
— Мне надоело, что вы считаете меня за говно-грязь! Я лучше-умнее вас, а ты сдохнешь! Вы все сдохнете!.. — плюясь слюной от душившей его ненависти закричал Кус, но его великая речь была прервана раньше, чем началась.
— Хватит болтать! — оборвал его Крос, в его голосе без труда чувствовалось пренебрежение. — Убьём его, и ты станешь членом моей банды.
Кус мрачно замолчал, прекрасно ощутив отношение своего нового босса. Даже в жестоком крысином обществе отношение к предателям было отнюдь не самое лучшее.
Да, все предавали, но если тебя за этим поймали, то кто будет тебе хоть сколько-то доверять?
Положение Сергея внезапно стало почти в два раза хуже. Спереди шёл Крос, а сбоку подбирался Кус. Ордынцев понимал: малейшая ошибка, и его песенка спета.
Но страха, как ни удивительно, страха почти не было. Бушевавший в крови адреналин туманил голову, а картина вокруг обрела невероятную четкость, навсегда отпечатываясь в его разуме.
Отступая и уворачиваясь от клещей своих врагов, Сергей вынужден был смещаться к краю площадки. Там из последних сил сражались выжившие солдаты и надзиратели. Благодаря возможности бить сверху вниз, они сбивали одну технотварь за другой, но даже одного промаха хватало, чтобы умереть.
Ордынцеву требовалась возможность. Хотя бы самая маленькая, чтобы нарушить нерушимый тандем его врагов. И эта возможность пришла от того, от кого Сергей не ждал.
Сражающийся внизу эльф вновь использовал свою огненную магию, но вместо огромного огненной сферы, как вначале, на этот раз он применил целую россыпь мелких огненных шариков, хлынувших повсюду, подобно адскому ливню.
Касаясь деревянных подмостков, они слабо взрывались, но прекрасно поджигали старую, трухлявую древесину.
Несколько таких пылающих шариков достигли и площадки с Сергеем.
Бум! — россыпь взрывов осветила их поле боя, а несколько крыс дымились и катались по полу, пытаясь сбить охватившее их пламя. Древесина вокруг нещадно дымила и чадила, разгораясь.
Именно в этой отчаянной ситуации проявилась разница между беспощадными бойцами уровня Сергея или Кроса и жалкого Куса.
Осыпаемые жгучими искрами от взрыва, Сергей и Крос даже не моргнули, в то время как Кус принялся испуганно сбивать со своей шерсти искры.
Именно эта небольшая ошибка — всё, что требовалось Сергею. Он буквально распластался в воздухе, кинувшись на Куса, как кошка на забывшуюся мышь.
В ужасе Кус инстинктивно выкинул навстречу Сергею свою заточку, но этого было недостаточно, чтобы остановить чёрное тело. Костяное остриё распороло кожу Скарса и проскрежетало по его рёбрам, заточка же Ордынцева подобно точному скальпелю вошла, как влитая, в шею забулькавшего от хлынувшей крови Куса.
Холодные и безразличные глаза Сергея встретились с затухающими глазками Куса. В последние свои мгновения Кус с отчаянием сумел понять, что Скарс забыл о его существовании, даже раньше, чем он успел испустить свой последний вздох.
Но конец Куса хоть и был приятным, но создал другую проблему — Крос не собирался терпеливо ждать, пока его оппонент спокойно прикончит его помощника.
Пока нож Сергея проткнул горло предателя, Крос стремительно сократил расстояние, замахнувшись своей покрытой кровью дубиной. Возможности отступить не было, и поэтому Ордынцев принял невероятное в своей безысходности решение.
Ухватившись за талию сползающего тела Куса, он сделал танцевальное круговое движение, будто ведя свою партнёршу прямиком навстречу уже летевшей по горизонтали дубине.
Треск! Затылок вставшего на пути удара Куса буквально лопнул, разбросав своё содержимое прямиком в раскрытую пасть Скарса.
Кровь и кусочки мозга предателя — это далеко не то, чем хотел бы пообедать Сергей, но у судьбы было жестокое чувство юмора.
Хуже был тот факт, что, осознав неудачу удара, Крос воспользовался своей инерцией и со всей силой протаранил неустойчивого Сергея, заставив последнего рухнуть вниз вместе с лежащим прямо на нём Кусом.
«Даже в смерти ты всё равно мне мешаешь!» — в сердцах подумал Сергей, отчаянно пытаясь столкнуть лежавшего на нём изуродорванного Куса: «Так ещё и на вкус ты полное дерьмо! Хотя, учитывая, что за мусор у тебя был в голове, то в этом нет ничего удивительного!»
Оправившийся от столкновения Крос уже собирался броситься к почти выбравшемуся Скарсу, но они оба забыли, что надзиратели уже почти провалились в противостоянии с технотварями.
— Ро-а-ар! Рёв поднявшегося на платформу монстра, выглядевшего как крыса, отрастившая ещё две металлических конечности, отвлёк Кроса, побудив его поспешно отступать, чтобы не привлечь внимание крысиной версии «Горо».
Но прежде чем Сергей успел облегчённо выдохнуть, он услышал нарастающее рычание прямо над его головой.
— Да вы шутите… — успел сказать лишь Ордынцев, после чего поспешно выбросил вперёд левую лапу, чтобы заблокировать клыки второй технотвари, целившейся ему прямо в горло!
Ослепительная боль вспыхнула в предплечье, когда покрытые сталью зубы модифицированной крысы принялись терзать его многострадальную плоть. Блёклые глаза из покрытых сталью надбровных дуг сверлили добычу пустым взглядом, словно Сергей дрался с ожившим мертвецом.
Тем не менее правая лапа Сергея всё ещё сжимала заточку, но ему нужна была гарантированная возможность, ведь кость была слишком хрупкой, особенно против противника, почти наполовину покрытого сталью.
— А-а-а! — с силой отведя левую конечность в сторону, из-за чего клыки ещё глубже в неё вошли, Сергей наконец сумел увидеть бок головы монстра. Часть черепа была покрыта металлом, но ушные раковины всё ещё были живыми!
Ловкие пальцы патологоанатома, даже не смотря на новое тело, умело крутанули, повернув нож, после чего Ордынцев точно вогнал клинок точнехонько в ушную раковину!
Тело монстра тут же застыло и спустя ещё два удара полностью расслабилось, опав.
«Спасибо старине Ромеро. Его правило — всегда целься в мозг, работает без осечек». — Сергей обессиленно уронил голову на деревянный пол. Прямо сейчас он мог посоревноваться с Гимли, ведь на его ногах лежал мёртвый Кус, а рука застряла в пасти сдохшей технотвари.
Тело так же болело нещадно. Ныло ранее раненное Кусом плечо и погрызенное предплечье. Однако пришедшее следом ощущение заставило уставшего Сергея резко распахнуть глаза и рывком выдернуть руку из пасти, уже не обращая внимания на возможные повреждения.
Недоверчиво Ордынцев смотрел, как месиво из плоти и кусочков стали с клыков технотвари приходит в движение и начинает восстанавливаться! И главная проблема была в том, что куски зараженных техночумой кусков металлов скользнули прямо ему под кожу!
В ту же секунду Сергей впервые сделал то, чего он не мог добиться все последние дни, ощутив свой магический источник, ведь именно из него тёк нескончаемый поток магии, впитывающийся в его раненную лапу.
«Неужели я превращаюсь в одного из этих монстров?» — мелькнула у Сергея мысль, но она быстро исчезла, ведь как бы он ни пытался «прислушаться», никаких странных побуждений у него не было.
Когда же рука полностью регенерировала, то и поток магии начал потихоньку затихать, оставив у Сергея около четверти всего запаса.
Толчком отбросив тело Куса, Ордынцев встал, после чего на пробу сжал кулак левой лапы. Последняя работала без каких-либо изменений, однако Сергей не был бы собой, если так просто это отпустил.
Уже успев почувствовать свою магию, а главное, тот самый поток, он последовал наставлениям Трасча и пожелал, чтобы остатки его магии хлынули в левую лапу. И, о чудо, магия, словно верный пёс, двинулась точно туда, куда желал её хозяин.
Рука Сергея зажглась болью, а затем под его зачарованным взглядом плоть расступилась и наружу вылез длинный, острый стальной шип.
С каким-то наитием Ордынцев ухватился за это неожиданное продолжение своего тела.
Треск! — шип с хрустом отломился от вернувшегося под кожу рыхлого основания, пока последняя под воздействием остатков магии принялась восстанавливаться.
Пять секунд, и в руках Сергея остался вполне себе пятнадцатисантиметровый экспериментальный кинжал.
Почувствовав чужой взгляд, Сергей поднял голову и увидел в шоке смотрящего на него Кроса.
Желающий разобраться со Скарсом Крос сумел в красках разглядеть процесс «выращивания», и увиденное полностью выбило его из колеи.
Выставив перед собой дубину, он уже совершенно не желал драться, а думал только об отступлении. В его глазах Скарс из обычной крысы превратился в жуткого инфицированного, от которого надо было держаться как можно дальше.
Он был в ужасе от одной лишь мысли, что одна единственная рана и он тоже превратится в технотварь.
Но кто сказал, что Ордынцев ему бы позволил сбежать?
Видя молниеносно приближающегося к нему Скарса, потерявший боевой настрой и отступающий Крос в панике взмахнул дубиной, пытаясь отогнать вражеского лидера, но это оказалось бесполезно.
Хоть он и удерживал Сергея на расстоянии, но у него не получалось одновременно отступать и следить за своей спиной. В тот момент, когда он случайно споткнулся о чьё-то лежавшее мёртвое тело, то его судьба была решена.
Ухватившись за дубину и не дав Кросу сделать очередной замах, Сергей глубоко вонзил шип прямо тому в живот. Прочность шипа была ужасной, поэтому Ордынцев не пытался попасть в сердце.
Хрипя, Крос попытался укусить Сергея, но ещё два удара окончательно подорвали способность Кроса сопротивляться.
Рывок, и дубина оказалась в лапах Сергея, а его враг застыл навечно.
Прямо сейчас Ордынцеву больше всего хотелось пойти куда-нибудь и полежать, ведь рана на левом плече и не думала зарастать, но вначале следовало проверить, как там Гром, Трасч и Крайс. Он слышал, что бой внизу постепенно начал затихать, а рёв технотварей слышался всё слабее. И хоть крики эльфа были ещё слышны, вторжение явно стало тише.
Разгорающееся на заднем фоне пламя осветило чёрную фигуру, вооружённую обитой сталью дубиной и пробирающуюся сквозь дерущихся и бегущих крыс. Обломанный же шип так и остался торчать в мёртвом теле слишком амбициозного лидера смешанной банды крыс.
Глава 13
От автора: 1.5 главы, как и обещал)
Глава 13.
Внушительная тяжесть двуручной, окованной сталью дубины приятно лежала прямо в руках склонившегося над мёртвым телом надсмотрщика Сергея.
Перед тем, как искать своих «обмороков», Ордынцев внезапно осознал, насколько же пустое у него брюхо. Та серая дрянь, которой их угостили перед трудовыми буднями, уже давно рассосалась, заставив молодой и растущий организм требовать ещё.
Так что, игнорируя хлюпающую под голыми лапами кровь и выбитые клыки, Сергей деловито принялся обыскивать попадающиеся на его пути тела. Благословенное крысиными богами мародёрство очень скоро принесло Ордынцеву несколько довольно вкусных грибов и пару полосок сушёного мяса.
Закинув всё это в пасть и удобно не думая о происхождении мяса, Сергей ловко снял броню одного из надсмотрщиков и надел ту прямо на себя. Последняя оказалась несколько больше, чем требовалось, но Ордынцев мудро рассудил, что он «приобрёл» её на вырост.
Заодно к двуручной дубине Сергей обзавёлся кожаным поясом и дрянными ножнами с десятисантиметровым настоящим ножом. Наличие настоящего ножа было несравнимо с тем обломком кости, которым Сергей орудовал раньше.
Что касается его неожиданно открытой способности выращивать из своей левой руки костяно-стальной шип, то Ордынцев предпочёл бы на время о ней забыть, пока не убедился, что она достаточно безопасна и вокруг нет лишних глаз.
Реакция Кроса недвусмысленно намекнула на реакцию окружающих, если они заметят «магию» Скарса.
Но почему же наш герой столь уверенно осмелился мародёрствовать и раздевать одного из надзирателей? Причина была столь же прозаична, как предательство крысы: крысолюди оказались неважными бойцами.
Склонившись и осторожно выглянув через край, Сергей сумел понять, почему шум боя постепенно затихал. Жуткий эльфийский аристократ словно паровой каток прошёл через все импровизированные баррикады и попытки крыс его остановить.
На данный момент спина эльфа мелькнула уже в самом дальнем конце гигантского ангара, а всюду, куда хватало глаз, виднелись спины бегущих крыс, которых планомерно преследовали технотвари.
Многие из порождений Металлической чумы уже бежали в другие отсеки и ангары сквозь десятки других проходов. Сергей не сомневался, что хаос, произошедший здесь, очень скоро развернётся и в других местах.
Но это была проблема Главного наставника, сам же Сергей, набив желудок и переодевшись, успел подхватить в охапку уже четвёртую дубинку от мёртвых надзирателей и третий доспех. Их же всё ещё живые товарищи скучковались в дальнем конце платформы, осаждаемые немногочисленными технотварями.
Будь вооружённые крысы хоть немножечко храбрее, технотвари были бы быстро уничтожены, но даже так Сергей понял, что конец монстров предрешён. А раз так, то и ему следует поспешить.
Однако перед этим, вытаскивая нож, он не забыл навестить тела Куса и Кроса. Кто сказал, что мертвецы абсолютно бесполезны? Уж точно не патологоанатомы!
Повернув за одну из деревянных перегородок, мимо которой они пробежали с Кросом, он наконец увидел своих «курят», как ласково называли на работе слишком лёгкие трупы.
Как и подозревал Сергей, Крос не просто так атаковал его лично, оставив своих бойцов удерживать прочих крыс. План Кроса подразумевал насильное рейдерство живой силы, из-за чего никто и не пытался убить бойцов Сергея.
После смерти Скарса Крос планировал присоединить его войска себе.
Судя по просто стоявшим Трасчу и Крайсу, они это уже поняли, поэтому игнорировали своих шестерых «тюремщиков», а вот Гром продолжал борьбу. Надсадно дыша и шатаясь, он всё ещё пытался надвигаться на трёх столь же хреново выглядевших черных крыс. Очевидно, хоть их и было в три раза больше, но борьба с огромным Громом была для них отнюдь не лёгким делом.
«Это мой „пездюк“». — Сергей невольно почувствовал себя тронутым, заметив тупую, но очевидную преданность Грома. Даже если его усилия ни к чему не привели, а потраченные силы были потеряны зря, Ордынцев всё равно оценил стоявшую за этим верность.
В этом убогом, лишённом света звёзд стальном лабиринте, это завидное проявление преданности было настоящим лучиком солнца, ощутимо повысившим настроение Сергея.
На фоне Грома, Крайс и Трасч удостоились куда более пренебрежительных взглядов. С облегченным вздохом бросив тяжеленную охапку набранных дубинок и доспехов под ноги, Сергей глубоко набрал в грудь воздуха.
— Эй, бесхвостые ублюдки! Хватит тратить силы и посмотрели на меня! — громкий призыв Сергея тут же заставил Грома обрадованно повернуться и броситься прямо к вожаку.
— Босс! Ты живой-целый! — трое черных крыс было двинулись ему помешать, но устало сдались и неуверенно замялись, не зная, что делать дальше.
Радость появилась и на мордах Крайса и Трасча, а вот стоявшие рядом с ними шесть серых крыс и трое черных опасливо переглянулись.
— Фу-фу, здоровая ты махина! — искренне улыбнулся Сергей, хлопая по здоровенной груди изображающего щенка здоровяка. — Я живой, а мои враги умерли в страшных корчах. Всё, как и должно быть. Кстати насчёт врагов.
Сергей опустил руку к поясу, и только теперь все заметили страшный «сувенир», висевший на поясе Скарса. Воспользовавшись ножом, Ордынцев отпилил головы своих врагов, выколол им глаза и вделал в глазницы верёвку для переноски своих ужасных трофеев.
Голова Куса выглядела хуже всего, ведь у нее не хватало значительной части.
Ухватив обе головы за центральную верёвку, Сергей высоко поднял головы, давая всем их хорошенько рассмотреть. Правда, он быстро немного поменял хват, ведь капли крови чуть было ещё сильнее не залили его новенькую одежду и броню.
— Так вот где потерялся Кус… — тихо прошептал Трасч, зачарованно смотря на поврежденную голову своего бывшего слуги.
Последние дни немного приучили Крайса и Трасча к обществу Скарса, заставив тех немного успокоиться, но, глядя на отрезанную голову того, с кем он прожил не один месяц, Трасч чувствовал, как в его сердце вновь возвращается ледяной ужас.
Что уж говорить о бойцах Кроса. Их и так плохой моральный дух рухнул ещё ниже.
— Вижу, все здесь узнают наших общих друзей, — с многозначной улыбкой Сергей похлопал голову Куса, лишённую всего затылка. — Эта подлая крыса решила, что она самая умная и достойна того, чтобы попытаться меня убить. Как мы видим, она жестоко ошибалась.
На этот удостоилась хлопков голова Кроса, с широко раскрытой пастью.
— А этот друг решил, что он достоин того, чтобы стать самым важным, а главное, единственным вожаком. И вновь, как мы видим-смотрим… — Сергей осёкся, осознав, что проклятая присказка местных крысолюдов невольно сорвалась с его языка. Это ему совершенно не понравилось, из-за чего благодушное настроение изрядно обледенело. — Он тоже жестоко ошибался. А теперь самый главный вопрос: кто назовёт меня своим вожаком, а кто умрёт очень страшной и мучительной смертью? Не спешите, подумайте, ведь выбор сложный!
— Босс, ты наш босс! — тут выразили свою верность Трасч и Крайс, Гром взбудораженно ударил кулаком по ладони.
На мгновение у крыс Кроса мелькнули сомнения, но стоило Сергею сделать к ним шаг, примериваясь взмахнув дубиной, как они, перебивая друг друга, кинулись выражать свою преданность.
— Я знал, что вы сделаете правильный выбор, — довольно кивнул Сергей, а затем взревел так, что все подпрыгнули. — А теперь какого чёрта вы все здесь тупо стоите⁈ Ждёте, когда нас всех сожрут технотвари⁈ Быстро обыскивайте трупы и тащите всё ценное сюда, в особенности жратву! Как закончите, мы сваливаем из этого гадюшника!
Услышав, что у их нового босса есть самый настоящий план, это здорово замотивировало выживших. Крысы поспешно забегали, и к ним уже собирались присоединиться и Гром, Крайс и Трасч, но поднятая дубинка Скарса преградила им путь.
— А вы куда собрались? Нет, на вас у меня другие планы, — Сергей одобрительно кивнул Грому. — Гром, выражаю тебе благодарность за образцовое поведение в условиях крайней опасности! Даже не видя шансов на победу, ты продолжил бой! Хорошо дрался, молодец, — последнюю часть Ордынцев добавил, закатив глаза, когда увидел пустой взгляд гиганта.
— Спасибо, босс! — рявкнул Гром, осознав, что его хвалят.
— Бери две дубины и следи за теми тремя чёрными крысами, пусть они тоже найдут себе оружие, — чуть ли не по слогам приказал ему Сергей, кивнув на переворачивающих один из трупов чёрных крысолюдей. — Теперь ты их главарь. Они должны слушаться тебя и меня, а ты слушаться меня. Если они будут просто глупить, стукни их немного дубиной, но не сильно. Мне они нужны живыми. Если будут глупить сильно, то стукни очень сильно. И даже не один раз!
— Слушаюсь, босс! Я главный! Они будут слушаться! — глаза Грома загорелись, и он, словно игрушки, подхватил двуручные дубины в обе руки.
Сергей на всякий случай проследил, что Гром будет делать, но, видя, как гигант пинком ноги сначала сбил самую большую черную крысу, а затем показал им дубины, сделав очень послушными, Ордынцев заметно успокоился.
— А теперь вы… — Сергей медленно повернулся к еле дышащим и обильно потеющим двум серым крысам. — Когда-то давно от слуг я услышал забавную легенду о великом и несокрушимом легионе крыс, столь могучем, что их боялись даже драконы. В этом легионе все войска были разделены на десятки, сотни и тысячи. И если в десятке крыс во время боя бежала одна крыса, то после боя смерть ждала весь их десяток. Если бежал десяток, то умерщвлялась вся сотня.
Сергей не чувствовал стыда из-за плагиата историй о Чингисхане и порядках в его армии. Но, стоит отметить, что ранее упомянутая система наказаний за трусость всегда немного смущала Ордынцева своим безумием, подсказывая, что в реальности всё могло быть не так однозначно.
Смутила она Трасча с Крайсом, явно осознавшим, куда дует ветер.
— Босс, смилуйтесь! Это абсолютно невозможно, иначе мы уже мертвы! — в панике закричали они. — Обязательно найдётся какой-то трус, который побежит!
— Да, я знаю, что вы не великий древний легион, и поэтому к вам будет облегченный подход, — эти слова здорово успокоили двоицу, но радовались они рановато. — Если из ваших крыс хоть одна покажет намёк на моё предательство, то кроме их голов, — Сергей похлопал по головам Куса и Кроса. — Висеть будут и ваши головы, это понятно?
— ДА! ДА!
— Ну тогда вон те трое крыс отходят тебе, Крайс, а вон те трое тебе, Трасч. Берите дубинки и не подведите меня.
— Слушаемся, босс! — мотивированные новоявленные командиры с решимостью побежали к своим новым подчинённым.
Прямо сейчас у них было преимущество наличия оружия, но скоро оно появится у всех, однако страх… страх останется с ними. И задачей Сергея сделать так, чтобы этот страх остался с ними навсегда.
Постепенно рядом с Сергеем росла горка еды, хоть Ордынцев не сомневался, что крысы тайно сумели сожрать кое-что. Связав их неприкосновенный запас еды в чью-то одежду, получилась пара мешков, только ожидающих чьих-то спин.
Очень скоро чуть больше десятка вооруженных крыс ищуще смотрели на своего босса, ожидая его дальнейших приказов.
— Спускаемся! — резко приказал Сергей. — Если начнётся бой, убивайте всех! За бег — смерть! За невыполнение приказов — смерть!
Конечно, спускаться вниз, на залитые кровью улицы, было опасно, но и оставаться на медленно разгорающейся платформе тоже было смертью. На данный момент их спасала лишь влажность древесины, но вдалеке несколько платформ у других гигантских машин уже превратились в великолепные погребальные костры.
Второй уровень платформы оказался заметно более населён. Здесь надзиратели сумели выбить технотварей, пусть их и осталось всего пара крыс.
Надсмотрщики недоверчиво вылупились на вооруженных молодых крыс. По их мордам было видно, что у них масса вопросов, но они мудро оставили их при себе. Хоть они и были взрослыми крысами, но сражаться против тринадцати вооруженных молодых крыс было самоубийством.
Но Сергей почти не обращал на них внимания. Взгляд Ордынцева мгновенно заперся на четырёх десятках молодых крыс, хаотично разбросанных по этажу. К сожалению, черных крыс было всего семь штук, но, учитывая их сильную нехватку продовольствия, это было допустимо.
— Гром, Крайс, Трасч!
— Да, босс! — десятники тут же показали, что они слушают.
— Разделите это мясо и распределите его по своим десяткам! Калек, слабаков и дураков отбросьте прочь! Нам нужны лучшие! Также объясните им мои правила!
«Ах, делегирование — это то, на чём ошибается большинство молодого начальства», — Сергей встал и двинулся прямо к настороженно на него смотрящим надзирателям: «Недоверие и сомнение в способности своих подчиненных приводит к решению самолично делать всю работу, что приводит к порочному замкнутому кругу. Опять же, излишняя вера в других людей — это другая крайность, что заставляет начальника в какой-то момент узнать, что всё, что он им приказал, совершенно не сделано».
Со стороны могло показаться, что Сергей оказывал Трасчу и Крайсу высокий уровень доверия, но по факту он всегда был готов к тому, что эти двое могут провалиться.
Самое же главное и сильное подразделение было доверено Грому. Благодаря верности, а самое главное, недостатку интеллекта, настоящим командиром черных крыс был бы сам Ордынцев.
С поддержкой лично гвардии он мог бы спокойно подавить любой из двух расширившихся серых десятков.
— Добрый день, господа, — спокойно кивнул Сергей напряженным надзирателям, косившимся на две висевшие у него на поясе головы. Ордынцев вел себя так, будто ничего странного совершенно не происходит. — Какой напряженный сегодня день, а? Даже не успели доработать, как столько неприятностей.
— Что тебе надо? — хмуро спросил старший из крысолюдов. — И ты понимаешь-осознаешь, что за взятие-кражу этого снаряжения будут последствия?
— Ой, вы хотите сразу перейти к делу? Касательно же снаряжения не беспокойтесь, мы его взяли исключительно для того, чтобы оно не было испорчено технотварями. Забота об имущества клана Рипчит, понимаете.
— Понимаем, — ни на секунду не поверил словам этого чёрного молодняка старый крысолюд. — Но тогда чего ты хочешь-желаешь?
— Я бы хотел услышать, что вокруг нас находится, — наконец перешёл к главному Сергей. — Давайте начнём с вон того прохода, — он указал на самый дальний. — И начнём идти в эту сторону.
Старый крыс посмотрел, как в их сторону шёл настоящий чёрный гигант в окружении ещё десяти чёрных крыс, и в поражении вздохнул. Как бы он не хотел пройтись кнутом по этому наглому молодняку, но жить он хотел больше.
Невольно старый надсмотрщик мысленно посокрушался. Воистину, при главном наставнике Скрабе этот уровень стабильно катился в ад. С каждым циклом жизнь становилась хуже, а теперь уже и молодые крысы осмеливаются на равных разговаривать со старшими. Воистину, конец света уже близко!
Сергей благоразумно не стал акцентировать внимание на том, что именно он хотел, но из окольных опросов он узнавал главные темы: где производится или хранится еда, где склад оружия, где больше всего солдат и, наконец, как и где можно переходить между разными уровнями.
Заодно стало известно, что произошло и почему стена рухнула, открыв проход неизвестно куда.
С удивлением Сергей узнал, что разрушение той самой родильной машины породило цепную реакцию разрушений, нарушившей целостность всего уровня.
Сами же тринадцать подчинённых народу крыс уровней были окружены неизвестными техническими туннелями и отсеками, заражённых и населённых разнообразными ужасами.
Впрочем, из-за этих же опасностей, те неисследованные туннели скрывали в себе артефакты и тайны невероятной ценности.
Однако Крысиным советом, главным управляющим органом всех кланов, было твёрдо запрещено свободное исследование по причинам, очевидным для всех, ведь любая случайная попытка могла впустить различные мерзости на территорию крыс.
Все исследовательские экспедиции и открытые входы-выходы были контролируемы настоящими армиями и гильдиями исследователей.
Последняя часть больше всего заинтересовала Сергея, но, к сожалению, оба взрослых крыса никогда не покидали этот уровень и поэтому ничего не знали.
Но даже той небольшой информации, что они дали, было достаточно, чтобы понять скрытый потенциал для Сергея. С его знанием древнего языка, он был уверен, что сумеет открыть и воспользоваться древними тайнами, скрытыми в потерянных отсеках!
От одной лишь мысли найти те древние знания у Сергея кружилась голова. Воистину, даже превращение в уродливого крысолюда стоило того, чтобы открыть для себя все эти невероятные тайны.
Диалог, а если быть точнее, допрос надсмотрщиков закончился с прибытием увеличившегося войска крыс. У большинства из них не было оружия, но те, у кого оно было, с ухмылками смотрели на надзирателей.
К их разочарованию, Сергей просто повёл их прочь, так и не тронув расслабившихся надсмотрщиков. Причина была проста — если бы Ордынцеву пришлось договариваться с властью, то убийство надзирателей могло бы всё испортить. И Сергей не сомневался, что его «подчинённые» с радостью сдадут его при первой же возможности.
Предпоследний уровень платформы ознаменовался для Сергея неожиданной встречей со знакомыми.
Окруженный десятками раздевающих мёртвых надзирателей крыс, Одноглазый сурово следил за своими бойцами. В тот момент, когда крысы Скарса начали спускаться с лестниц, их уже ждали.
Сергей и Одноглазый легко оценили силы друг друга. У Ордынцева было больше оружия и доспехов, в то время как у Одноглазого было больше крыс.
И вновь, как и прежде, оба лидера решили, что в разговоре нет смысла.
Повинуясь команде Одноглазого, его крысолюди разошлись, открыв проход, а сам Сергей с улыбкой кивнул своему оппоненту, воспользовавшись предоставленной возможностью.
— Босс, вы уверены? Мы могли его взять-победить. — залихватски заявил Крайс, возбужденно помахивая дубинкой. Кажется, наличие оружия добавило ему храбрости.
— Не слушайте его, босс! — спешно вмешался Трасч. — Он говорит глупости! Мы бы все только пострадали!
— Трус! Один хороший удар-пинок и они бы все присоединились к нам. — презрительно фыркнул Крайс.
— Высокомерный дурак! — не остался в долгу Трасч.
— А ну скажи мне это в лицо! — начал было надвигаться Крайс, но упёрся в бойцов Трасча, когда рогатый крыс ловко скользнул за спины своих крыс.
— Заткнулись оба, или обоих скормлю технотварям! — демонстративно нахмурился Сергей, но на самом деле он был доволен. Лишь поддерживая раздробленность среди своих командиров, он мог быть уверен, что они не сговорятся у него за спиной. — Кроме того, хватит спорить, отправьте перед нами разведчиков. Если впереди опасность, мы должны её обойти.
К моменту, когда десятки крыс Сергея достигли поверхности, бой уже давно закончился. Повсюду лежали мёртвые тела, как обычных крыс, так и повреждённых техночумой. Где-то вдалеке ещё раздавался рёв и панические крики, но они тоже затихали, сменяясь мёртвой тишиной.
Волна техномонстров покатилась дальше, оставив после себя разрушения и… ресурсы. Солдаты Скарса прекрасно знали, чего желал их пугающий босс.
Монеты, оружие, одежда, еда — каждая из этих категорий аккуратно приносились, сортировались и складывались в мешки крысам-грузчикам. К несчастью, именно последнего было меньше всего.
Сергей вёл свою банду в сторону небольших боковых туннелей, где, по словам надзирателей, была расположена сеть складов и жилых крысиных нор. По расчётам Ордынцева, то место идеально подошло бы для долгого проживания и изучения заразившей его тело техночумы.
Из слов надзирателей он уже убедился, что продемонстрированные им симптомы, вроде умения выращивать по своей воле шип или заращивать раны, совершенно не характерны для обычных зараженных.
В обычном случае далеко не все раны, даже серьёзные, могли привести к заражению. И если это всё же происходило, то процесс занимал некоторое время, постепенно захватывая сталью поврежденную область, после чего доходя до нервов и мозга.
Была ли причина в магии? Или виной стало нестандартное тело Сергея? Или, может быть, дело было в его разуме и духе?
Он не знал, но ему очень хотелось это сделать.
Лишь один раз по пути им всем не повезло наткнуться на двух отставших технотварей. Одной перебили позвоночник, и она пыталась передвигаться на передних лапах. Этого монстра забили без всяких проблем.
А вот неожиданное нападение второго из засады стоило жизни уже двум серым крысам. Впрочем, их снаряжение было подобрано, а значит, потеря не была сколько-то серьезной в глазах Сергея.
Когда до виднеющегося впереди прохода оставались какие-то жалкие несколько сотен метров, Сергей позволил себе облегченно выдохнуть. У них всё же получилось вырваться из этой смертельной ловушки.
— Мы сделали это! Мы в безопасности! — с облегчением заявил один из чёрных крыс, чем заставил Сергея мгновенно напрячься.
— Замолчи! Не искушай судь… — Ордынцев не успел даже договорить, как сбоку послышался жутко знакомый тихий смех и скрип скользящих по металлу клинков.
Медленно повернув голову, Сергей с каким-то лёгким фатализмом увидел обманчиво мирно идущего мимо них трёхметрового эльфа, с головы до ног залитого уже начавшей подсыхать кровью. на нём не было ни единой раны, а ранее содранная кожа вновь вернулась на свои места.
Сам эльф словно был погружён в свой внутренний мир, однако его путь подозрительно пересекался с их группой.
Могло показаться, что если остановиться и пропустить его, то опасность пройдет мимо, но Сергей не любил отдавать свою жизнь на волю случая. Да и не верил он в такие совпадения.
Глубоко вздохнув, Ордынцев решительно двинулся прямо наперерез безумному эльфу под шокированными взглядами других крыс.
Оставалось лишь надеяться, что эта сумасшедшая «шинковочная» машина сразу не бросит в его сторону огненный шар.
Глава 14
— Нам надо бежать срочно-быстро! — панические разговоры, словно плесень, распространились по рыхлому строю крыс, стоило их боссу отойти на каких-то жалких пару десятков метров. — Иначе нас убьют-разрубят! Бежать-спасаться!
— Да-да! — трусливо закивала другая крыса, оглядываясь на других в поисках поддержки. — Босс и сам справится! Так зачем мы будем ему мешать?
Эти невероятные предательские и абсолютно лживые слова были именно тем оправданием, которое искали остальные крысы. Их острые носы и усики мгновенно встопорщились надеждой и огнём праведности.
Взбодрённый общественной поддержкой серый крыс с новой энергией принялся вещать.
— Посмотрите на нашего великого вожака, как он уверенно идёт к той ушасто-твари! У него явно есть план! Но вдруг своим присутствием мы ему как-то помешаем⁈ Наоборот, нам нужно отступить-сбежать и не мешать…
Почувствовавший себя оратором крыс явно собирался сказать что-то ещё, но, к его сожалению, прямо перед ним появился весомый аргумент, заставивший пересмотреть свою позицию.
С огромной силой влетевшая в его морду дубина Грома выбила около десятка клыков, заставив их весело подпрыгивать по стальному, грязному полу. Брызги крови испачкали шерсть рядом стоявших крыс, заставив их панически расползтись.
К своему несчастью, крысолюди были достаточно живучими, чтобы пережить столь сокрушительный удар, однако опустившийся следом второй удар дубиной окончательно положил конец его судорогам.
— Босс сказал стоять! — внушительно прорычал Гром, до хруста стискивая своё оружие. — Тот, кто побежит, умрёт-сдохнет! — бескомпромиссность заявления чёрного гиганта, как и его решительность, заставила почти всех крыс хранить абсолютную тишину.
Почти, но не всех.
— Гром, ублюдок ты этакий! — чуть ли не вспенился от ярости Трасч, лишившийся своего бойца. — Во имя Матери, что ты творишь-делаешь, убивая моего бойца⁈ Только я могу их убивать и наш босс!
У Трасча не было выбора, ведь не вступись он за своих, то его репутация как командира умерла бы толком даже не родившись. Поэтому, как бы ему было не по себе от капающей крови с дубин этой тупой машины смерти, но он должен был бросить ему вызов.
Кроме того, Трасч не был слепым и видел откровенный фаворитизм, оказываемый этой глупой горе мышц. Их боссу явно нравилась верность и он был готов её поддерживать, даже если её давали полные дебилы и дегенераты.
Подобная несправедливость наполняла Трасча завистью и он был полон решимости показать их боссу, что это он, Трасч, достоин настоящего доверия. Но, как ему казалось, удобной ситуации так и не представилось.
— Он трус и предатель! — однако в ответ на претензию Трасча ответил не Гром, а Крайс. — И если что, все мы видели, что ты просто молчал и даже не возражал на его слова.
— Я просто не успел! — защищался Трасч. — И разве ты лучше⁈ Среди твоих крыс тоже болтали, но ты стоял так же, как и я! Когда босс вернётся, я скажу-доложу о тебе!
Эти слова явно не понравились Крайсу, заставив двух командиров яростно спорить друг с другом, напрочь забыв, что буквально в паре сотне метров идёт смертельная опасность. Чёрные крысы мрачно скучковались за Громом, решив делать то, что скажет их лидер. Решительность Грома им явно понравилась.
В конце концов, хоть серые и чёрные крысы росли в одних и тех же грязных ямах, но очень скоро чёрные крысы узнавали о своей судьбе, где с куда большей вероятностью их бы распределили как воинов или надзирателей.
Но идущего к безумному эльфу Сергея не сильно заботил раздающийся у него крысиный шум. Прямо сейчас Ордынцев четко формулировал у себя в голове речь, которую он должен был безошибочно сказать.
Услышав речь эльфа и понимая его древний язык, Сергей собирался использовать именно этот козырь, чтобы изменить свою судьбу. Впрочем, всегда был риск, что эта махина всё равно в мгновение ока разрубит его на несколько кусков.
«Опять же, существование разумной крысы — это далеко не та вещь, которую стоит бояться потерять». — с насмешкой подумал Сергей, видя, как эльф показал, что заметил его и начал танцующими движениями двигаться навстречу.
— Добро пожаловать, господин! Я так рад вас здесь встретить! — когда до эльфа оставалось около пяти десятков метров, Сергей счёл, что медлить дальше невозможно. Слова древней речи лились совершенно естественно. — Торжество уже запланировано, но вокруг ничего не готово!
Сергей моргнул и вдруг замер, смотря прямо в голый пупок появившегося прямо перед ним эльфа. Скорость безумца и бесшумность его шага была такова, что это в восприятии Ордынцева было похоже на телепортацию.
Медленно и стараясь не делать резких движений, Сергей поднял голову и встретился взглядом с опустившим лицо эльфом. Невозможно концентрированный запах старой и новой крови ошеломлял, но в то же время во всём этом присутствовал приятный и неуловимый цветочный аромат.
При столь близком разглядывании эльфа становилось понятно, насколько же он нечеловечески, совершенно ужасающе красив. Его лицо и тело не выглядели чем-то природным. Нет, они были подобны произведению искусства, выточенному самыми умелыми скульпторами, после чего оживлённого неизвестной магией.
Казалось, в следующую секунду ужасающие клинки опустятся вниз, но это оказалось иллюзией.
— Наконец-то у кого-то здесь есть хоть капелька смысла! — раздражённо заявил эльф, театрально прикрывая глаза ладонью. — Все вокруг потеряли способность изъясняться на нормальном языке. Неужели богиня шуток, Сикария, вновь решила хорошенько пошутить над своим братом Рагданом и нами, теми, кто организовывает торжество?
«Это сработало!» — билась в голове Сергея мысль: «А теперь, во что бы то ни стало, надо развивать успех! Он явно сошёл с ума, но всё ещё способен к какой-то мыслительной деятельности в рамках своего безумия».
На курсах психологии им твёрдо вбили ряд правил общения с тяжело психически больными, где твёрдо запрещалось разрушать их иллюзии, если, конечно, вы не были их лечащими психиатрами.
— Но это странно, — взгляд эльфа стал пронзительным. — Почему низший слуга вроде тебя осмеливается обращаться ко мне? Подожди, — гигант присмотрелся к чему-то, видному только ему, и его глаза чуть расширились. — Низший слуга высшего качества? Как это вообще возможно? В чём смысл?
«Значит, родильная капсула оставила мне куда больше, чем модную черную шерсть и голодное брюхо», — холодно отметил Сергей: «Могут ли эти древние видеть своего рода цифровой паспорт?»
— Это была ошибка родильной машины, — ложь лилась совершенно естественно. — Но чтобы компенсировать лишние затраченные материалы, мне была доверена важная роль общения с другими, куда более важными слугами.
— Вот как? Отвратительно, как Элизиум способен работать с таким обслуживанием⁈ Но хорошо, пусть будет так. Тогда я дозволяю тебе обращаться ко мне по вопросам твоей работы, — повелительно приказал эльф, но затем вновь нахмурился. — Ты сказал что-то о неготовности торжества?
— Так и есть, господин! Прочие слуги совершенно обленились и потеряли разум! Они делают всё, что угодно, но не выполняют свои прямые обязанности! Посмотри, что стало с коридорами и этажом!
— Что стало?.. — эльф вдруг показал неуверенность. Гигант поднял лицо и оглядел окружающую его действительность.
Заросшие грязью стены и пол, изуродованные древние машины и валяющиеся повсюду кучи мусора.
Сергей видел, как на лице эльфа вспыхнуло выражение осознания, а затем нарастающего ужаса. Его лицо перекосилось, а глаза так сильно вытаращились, что из них потекли кровавые слёзы.
Он пошатнулся, словно медленно падал в бездну, но уже в следующую секунду его глаза потеряли фокус, выражение ужаса исчезло, и он игриво засмеялся.
— Ох, ну и напугала ты меня, доченька. И привидится же, — с этими словами эльф поднял клинок к своей голове и неторопливо принялся отпиливать ухо. Хлынула аж парящая от высокой температуры кровь, стекающая по обнажённой груди и капающая на пол. Окончательно отпилив себе ухо, эльф ласково протянул его Сергею. — Вот тебе конфета, дочка. Давай, кушай, пока мама не увидела.
— Спасибо, отец. — с застывшей улыбкой поблагодарил Сергей, взяв протянутое ухо.
— Нет-нет, скушай здесь, чтобы мама не увидела. — пожурил Ордынцева эльф, увидев, как тот собирается убрать ухо.
— Конечно, папа. — послушно сказал Сергей, откусывая от уха кусок, ведь оно оказалось слишком большим. На языке принялась распространяться солоновато, но в то же время жгучее ощущение.
— Ох, о чём это мы? — глаза эльфа вновь потеряли фокус.
— О том, что низшие слуги совершенно не работают, отец. — повторил Сергей, чем тут же заработал взгляд полного отвращения.
— Как ты смеешь обращаться ко мне, как к отцу, существо⁈
— Вы для нас настоящий светоч и абсолютное существо, почти создатель, господин. Простите, что мой язык и моё уважение оказалось быстрее разума. — плавно ответил, даже не сбившись, Сергей. Он подобно малюсенькой лодке скакал с одной волны десятибального шторма на другую.
— Больше не смей так говорить! — чуть смягчился от лести эльф. — И что за слуги осмелились восстать⁈ Где они⁈
— Дальше по этому коридору, на главной развилке повернуть… — Сергей четко принялся указывать правильный путь, и, вот совпадение, этот путь вёл прямиком к главной крепости Главного наставника Скраба. За всё время инцидента боевая платформа Скраба так и не появилась, а значит главный наставник упорно скрывался у себя в убежище.
Глаза Сергея мстительно поблёскивали, ведь он не забыл, благодаря чьим приказам чуть было не взялся за каннибализм. Теперь у него появилась возможность вернуть должок. Кроме того, разве не обязанностью Скраба была забота об этом уровне? Тогда долгом Сергея, как верного члена клана Рипчит, помочь главному наставнику заняться своими прямыми обязанностями.
Ордынцев был готов даже отказаться от благодарности Скраба, ведь он действовал исключительно по чистосердечному велению души.
— Я понял, тогда немедленно найду этих бунтовщиков! — резко заявил эльф. — А ты иди за мной! Укажешь на другие ячейки мятежников!
А вот это явно не входило в план.
— Простите, о великий господин, но я должен предупредить других важных господ о случившемся! Праздник не должен провалиться, ведь приезжает аж сам Бог Рагдан!
— Хм… Да, встреча бога важнее. Пусть будет так! — кольцо на пальце эльфа немного засветилось, и у него в руке появилась небольшая, дорого выглядящая золотая пластинка, которую он бросил прямо Сергею. — Когда закончишь отчитываться о происшествии, свяжешься со мной и отчитаешься!
— А… что это… — инстинктивно сказал Сергей, но в следующую секунду он замер, когда чуждые воспоминания начали всплывать.
«Дорогой амулет связи. Дальность связи ограничена. Устройство неизвестно». — переданные родильной капсулой знания включали в себя подобные артефакты, но версия эльфа была слишком развита и поэтому неизвестна.
— Это амулет связи, низший, — закатил глаза в презрении эльф. — Работает исключительно в пределах Элизиума, но для тебя это бесполезная информация. Ты должен лишь знать, что если приложишь палец к центру и произнесёшь моё имя, Велинир Джарласк, то я получу твой звонок на свой амулет.
— Я всё понял, господин! — поклонился Сергей, глядя на уходящего эльфа, направляющегося именно туда, куда указал Ордынцев.
«Жаль, что я не увижу битву между Велиниром и Скрабом», — немного опечалился Сергей. «Но кто бы ни победил, проигравший явно заплатит цену. А значит, у меня будет намного больше времени, чтобы прийти в себя и адаптироваться к своей магии, техночуме и вообще к этому проклятому миру».
Правда, не стоило совсем расслабляться. Даже если всё пойдет по лучшему пути и обе проблемы успешно изничтожат друг друга, Сергей очень сомневался, что верхние уровни и соседние отсеки будут вечно не обращать внимания на дыру в их обороне.
А значит, в какой-то момент можно будет ждать чужие войска. И к тому моменту лучше бы Сергею обзавестись каким-никаким планом.
Напоследок Сергей взглянул и на амулет связи. «Подарок» эльфа был невероятно ценным, дав Ордынцеву полностью рабочий артефакт, однако вместе с ним пришли и риски. Шансы того, что в амулете могла быть какая-то магия слежения, отнюдь не равнялись нулю.
Но что с того? Сергей предпочёл бы умереть, чем расстаться с чем-то столь ценным, позволившим бы ему куда лучше понять магию и вложенные в него знания.
Когда Сергей вернулся к своим «войскам», то на него смотрели, словно на бога или, хотя бы, полубога самой Многохвостой матери.
— Босс, что произошло? Как у вас получилось⁈ Вы с ним говорили⁈ — из-за расстояния никто из них ничего не слышал, поэтому они буквально сгорали от любопытства.
Однако Сергей не собирался потворствовать им.
— Кто вам сказал эту чушь про разговор⁈ — фыркнул Сергей. — Он просто удивился тому, что я подошел к нему, а не убегал или атаковал, после чего пошёл по своим делам.
— … — объяснение Скарса заставило всех крысолюдов дружно поразиться абсурдности подобного развития событий.
«А так можно было?» — именно эта мысль дружно всплыла в их пушистых головах.
— Босс, но он вроде вам что-то дал? — неуверенно спросил ещё один крыс, на что Сергей раздраженно махнул хвостом.
— Бросил какой-то мусор, наверное, за мою невероятную храбрость…
— … Или полное безумие. — закончили мысленно крысы.
— … выкину его где-нибудь по пути, — закончил Сергей и обратил внимание на труп. — А этот крыс как сдох?
— Это мой боец и он осмелился сомневаться в вашем плане, босс! — резко вышел вперёд, опередив открывшего пасть Грома, Трасч. — Но мы позаботились о нём!
— Да? Хм, молодец! Сдох и сдох, — незаинтересованно кивнул Сергей, пока Гром наливался дурной кровью. — А теперь хватит стоять здесь, привлекая всех тварей. Пора идти к нашему новому дому и еде.
Упоминание о жратве вновь сыграло чудеса мотивации, взбодрив разношерстное, в буквальном смысле, войско Сергея.
Чувствуя на спине подозрительный взгляд Трасча, Сергей отдавал отчёт, что не все полностью поверили его объяснению, но ему было всё равно, ведь у них сейчас были более важные дела. А там, кто вообще вспомнит об этом?
От Автора: небольшой комикс от Zig-а.)
Глава 15
«Кто виноват? Кто виноват⁈ На кого можно сбросить ответственность, и кто возьмёт на себя вину⁈» — именно эти мысли больше всего сейчас заботили главного наставника Скраба, мечущегося по своему личному кабинету.
Единственной хорошей новостью была его полная безопасность, ведь стоило прийти первым донесениям о прорыве стен ангара и нашествии технотварей, то Скраб первым же делом спрятался внутри своей самой защищенной и боеспособной крепости.
Сотни торчавших во все стороны магических излучателей, три тысячи верных, насколько это возможно, опытных солдат и даже техно-магических пилотируемых големов.
Поэтому, когда со всех сторон уровня Скрабу приходили донесения о творившемся вокруг хаосе, он чувствовал себя относительно спокойно.
Тем не менее, хоть его жизни прямо сейчас и ничего не угрожало, но всё ещё оставалась проблема отчёта главе клана Рипчитов! На кого можно было возложить вину, чтобы спасти свой собственный хвост⁈
Эти мысли не давали Скрабу покоя ровно до того момента, когда взмыленный офицер испуганно не сообщил о неожиданной угрозе.
Всё это время арбалеты и орудия крепости вполне успешно расстреливали любые волны технотварей, пытающихся проникнуть внутрь. Звуки их боя даже привлекли прочих монстров, что невольно спасло жизнь других крыс за пределами крепости, что, правда, не было целью Скраба.
Когда же главный наставник выбежал на стены крепости, то он чуть было не рухнул, в последнюю секунду ухватившись стальной лапой за зубцы стены.
— Что-что он здесь делает⁈ Почему он пришёл именно сюда⁈ — в неверии закричал Скраб, в шоке смотря на приближающегося прямо к ним полуголого гигантского эльфа. — Что стоите, дураки-идиоты⁈ Стреляйте же, стреляйте по ушасто-твари!
Десятки орудий немедленно начали медленный поворот, пока рабы-крысы с силой двигали лафеты. Но вот все острые концы излучателей оказались направлены на эльфа.
Десятки изумрудных молний превратили территорию вокруг Велинира в лунный пейзаж, когда взрывы гремели не переставая.
Несколько молний попали прямо в тело эльфа, однако максимум, чего они достигли, это заставили гиганта сбить свой шаг. Даже когда одна из молний сумела испарить его голову, безголовое тело всё равно неустанно шло вперёд, наводя истинный ужас на обороняющихся.
— Кажется, теперь моя очередь. — сам себе сказал эльф, после чего его тело окуталось огненными щитами.
Под застывшими взглядами крыс взлетевшая в воздух огненная комета в форме гуманоида выстрелила прямо в их сторону. Появившийся прямо на её пути магический крепостной щит он словно не заметил, прожигая его насквозь.
Бум! — фундамент крепости вздрогнул и покрылся трещинами, когда Велинир приземлился прямо в её центре. Плохо построенные здания крыс рушились и вспыхивали пламенем, заставляя неудачливых рабов или солдат метаться среди стен огня.
Вставший эльф огляделся и улыбнулся. Кажется, тот необычный слуга не соврал, и здесь и впрямь скрывались опасные мятежники, ведь ему навстречу шли тяжелые пятиметровые двуногие големы-строители.
В прошлом подобные машины использовались опытными техниками крысами для перетаскивания тяжелых грузов или работы в опасных средах, но теперь установленное на них оружие показывало совсем другую картину.
Одиннадцать пятиметровых стальных монстров неуклонно шагали к эльфу, сотрясая каждым шагом землю. Сидящие в них крысы возбужденно хлопали по рычагам, уже предвкушая резню.
Как жаль, что ожидаемая ими резня произошла совсем не так, как они ожидали.
Очень скоро главный наставник Скраб испытает целую массу сожалений, даже не подозревая, что виновником всех его горестей станет одна небольшая, но очень мстительная чёрная крыса.
— Это место намного больше, чем я ожидал… — тихо пробормотал Сергей, в неверии оглядывая проносящиеся мимо них залы и ангары. — Как что-то подобное могло опуститься до столь жалкого уровня?
С момента своего рождения в этом мире, Сергей видел не так уж и много «достопримечательностей». В основном это были большие стальные ангары, связанные друг с другом коридорами или техническими лазами.
Хоть сколько-то по-настоящему большим оказался зал с гигантскими машинами с шестерёнками, которые они и крутили.
Но теперь, двигаясь к складским и жилым ангарам, Сергею и его бойцам повезло насладиться истинной красотой Элизиума, даже несмотря на тот факт, что большая часть величия давно потеряла свой лоск.
Так, Сергея поразил очередной гигантский ангар, в котором рос самый настоящий… лес?
Теперь становилось куда понятнее, откуда крысы брали древесину.
И что же это был за лес. Заросшие и перекошенные, мутировавшие и рухнувшие древесные стволы простирались вверх на десятки метров, пока в их корнях пульсировали древние трубы подачи жидкостей и полезных удобрений.
Несмотря на тяжелые повреждения всей системы, она всё равно продолжала свою работу, поддерживая этот экологический уголок.
И это место явно не было мертво! Ордынцев и его бойцы не раз поднимали оружие, слыша из леса крики неизвестных животных и даже звуки сражений.
Двигаясь по краю этого вышедшего из-под контроля «сада», Сергей не мог не задуматься. Какой изначальной цели служило это место.
Было ли оно создано для поддержания психологического здоровья местной популяции техников-крыс? Или у него была другая цель, вроде выращивания ценной древесины и деликатесов, чтобы затем доставить всё это на верхние уровни?
Ответов не было, но уже сами вопросы будоражили воображение.
Также по пути стали видны другие остатки прошлой эпохи. Обрушившиеся башни наблюдения, покосившиеся краны и тяжелые вагоны. Идущие за Сергеем крысы пустыми глазами смотрели на это великолепие, но сам Ордынцев чувствовал лёгкую грусть.
Сам он не знал, каким это был мир в своём наивысшем состоянии, но Сергей хотел бы хоть раз увидеть его в те далёкие времена.
Продвигаясь вперёд, скоро их маленькая группа столкнулась с прочими беженцами, которых оказалось предостаточно. Раненные, лишённые средств к существованию, эти крысы были в разы опаснее, но наличие оружия у их группы и численность отпугивали подобных мародёров.
Тем не менее Сергей не расслаблялся, ведь чем ближе они приближались к жилым кварталам, тем многочисленнее становились группы беженцев.
Вскоре же, когда они миновали самую настоящую кислотную реку из-за лопнувшей промышленной трубы и перешли «мост», представляющий собой рухнувшую многоэтажную башню, перед ними открылся вид на «Крейзен», крупнейшие на этом уровне жилые кварталы крыс.
Сам «город» выглядел как пронизанная тысячами отверстий и ходов гигантская свалка отходов, на которую стянули весь имеющийся металлолом и древесный мусор. Изредка из этих куч мусора выбивались острые лезвия и шпили чьих-то «особняков», всем видом намекающие, что с их владельцами лучше не связываться.
Всего куч мусора было около семи, соединённых между собой крупными мостами-артериями и мелкими мостиками. Только из этого вида становилась видна стандартная для крысолюдов раздробленность.
Формально относясь к клану Рипчит, Крейзен на самом деле был, скорее, аналогом Свободного города из земного Средневековья. Другими словами, хоть этот «город» и платил Рипчиту дань, он тем не менее вполне свободно работал и с другими кланами крыс, предоставляя им живую силу, рабочих и солдат.
В этих условиях единственным главным условием кланов было отсутствие у Крейзена крупных вооруженных соединений, ведь в ином случае жилые кварталы могли очень быстро стать единственным гегемоном на уровне.
И, присев за одной из куч мусора, чтобы оценить обстановку, Сергей видел, какую злую шутку сыграла с Крейзеном эта политика.
Да, у жилых кварталов имелись бойцы, раскиданные по сотням различных банд и организаций, но когда случилась беда и их атаковала волна техно-тварей, они совершенно не смогли договориться, из-за чего оборона рухнула.
Если бы не сравнительное небольшое число монстров, то у Крейзена были бы настоящие проблемы, а так основной поток тварей должен был бы скоро закончиться, и банды всё равно смогли бы навести порядок.
Точнее, всё именно так бы и развивалось, если не полноводный поток беженцев, принявшихся грабить и атаковать всё на своём пути в поисках еды или нового жилья. Не обременённые такой глупостью, как мораль, беженцы отлично понимали, что их в Крейзене не ждут.
Следовательно, все они решили воспользоваться хаосом, чтобы успеть «подняться», пока есть возможность.
И Сергей ничем не отличался от тысяч других крыс, так же имея свои собственные планы.
Но в отличие от обычных крыс, чьи мысли были заняты только грабежами, Ордынцев понимал, что большинство из них очень скоро начнут массово подыхать. Кланы и банды Крейзена имели годы, чтобы накопить оружие и магические артефакты, в то время как у беженцев было лишь их отчаяние.
Когда первый накал пройдёт, банды быстро снесут слабое сопротивление.
Если Ордынцев не хотел быть среди последних, то ему требовалась мощная поддержка. Проще говоря, Сергей с лёгким раздражением понял, что ему придётся искать, к кому присоединиться.
Идти к бандам сразу было плохой идеей, ведь для них Сергей и его молодняк стали бы гарантированным пушечным мясом. А вот с беженцами всё было интереснее, ведь у них ещё не устаканилась вертикаль власти.
Решив для себя дальнейший план действий, Сергей приказал своим удивлённым бойцам засесть в засаду буквально у входа в Крейзен. Не все были довольны подобным раскладом, но никто не осмелился возражать.
Главной проблемой был недостаток провизии, ведь воду нашли у одной из подтекающих старых труб. Чтобы компенсировать отсутствие еды, Сергей принялся за активную вербовку.
Любая одинокая крыса или малая группа немедленно становились целью Скарса. Оказавшись во внезапном окружении выпрыгнувших повсюду вооруженных крысолюдов, мало кто из беженцев осмелился быть наглым.
Сама вербовка была чрезвычайно простой.
— Имя? — Сергей деловито смотрел на мнущегося перед ним взрослого серого крыса. Судя по резцам, ему было около пяти-шести лет.
— Губс, господин. — пискнул крыс, затравленно оглядываясь на обступивших его и ещё двоих крыс бойцов Скарса. Просто заточенное деревянное копьё в его руках смотрелось откровенно нелепо на фоне полноценных стальных дубин.
Чуть ранее первые две крысы уже прошли «собеседование» и теперь настала очередь последнего. Что примечательно, стоявшие вдалеке две крысы, что ранее были в одном отряде, теперь подозрительно смотрели друг на друга, стараясь держаться порознь.
— Гу-у-убс, — протянул Сергей, уверенно кивнув. — Чем ты занимался, Губс, до всего этого? — второй вопрос дал крысу чуть больше уверенности.
— Охотился на крысиных вредителей-тварей, господин! Этим мелким тварям только дай возможность, всё прогрызут и испортят! Я их ловил и сдавал на кухню!
— То есть ты знаешь ловушки? Да ещё и сам ловок? Так ты ценный боец, Губс, — похвала Скраба явно была самым приятным, что Губс слышал за всю свою жизнь. — Я бы с радостью взял тебя в наш отряд, но… — Сергей изобразил сожаление.
— Что такое, господин⁈ — нервно уточнил крыс, сильно беспокоясь о своей дальнейшей судьбе. Сам того не видя, он уже мысленно присоединился к этой группе, где лидер его так ценил! И даже мысль о том, что всё рухнет, наполняла его паникой.
— Признаюсь тебе честно, ты мне нравишься, Губс. В тебе виден талант, некий стержень, — проникновенно заговорил Ордынцев. — Вот только… эх, не знаю, говорить ли тебе. Ты точно сможешь сохранить это в тайне?
— Клянусь, господин! Я буду нем, как могила-смерть!
— Твои товарищи, Губс, — Сергей неловко почесал висок. — Когда я сказал им, что у нас мало мест, они сказали о тебе пару не самых хороших вещей. Нет, видя тебя теперь, я понимаю, что они, скорее всего, врали…
Глаза Губса резко расширились, узнав «правду», а затем он буквально взбесился.
— Они грязные лжецы-вруны! Их слова воняют, как отхожая яма! Господин, не позволяйте им себя обмануть! — после этого Сергею лишь оставалось с участием слушать отборный поток оскорблений и прегрешений «предателей».
— Ты прав, Губс. Было бы настоящим упущением тебя не взять, — твёрдо заключал Сергей под конец. — Касательно же тех двоих… просто не обращай внимания, ведь я не потерплю конфликтов, это понятно?
Обрадованный и чувствующий невероятное облегчение крыс готов был согласиться и не на столь мягкие требования. Вернувшийся же к своим бывшим товарищам новый член банды смотрел бы на них уже с большой подозрительностью.
Зная же недоверчивость и паранойю большинства крыс, можно было быть уверенным, что они ни за что бы не договорились, что исключало бы опасность объединения взрослых крыс и свержение «правления» самого Сергея.
Еда подобных групп немедленно поглощалась всем коллективом, чего всё равно сильно не хватало.
Кроме банды Сергея в окрестностях действовало ещё несколько падальщиков, но среди них работало негласное правило, не связываться друг с другом, ведь всегда была добыча слабее.
Но уже спустя пять дней ожидания становилось понятно, что долго так продолжаться не может.
Группа Сергея разрослась уже до тридцати одной крысы, где четырнадцать были взрослыми крысолюдьми, а ещё четыре новеньких были молодыми крысами, так же сбежавших из бараков и родильных ям.
Из их сбивчивых рассказов становилось понятно, что Главный наставник Скраб, скорее всего, выжил, но при этом его крепость перестала существовать, как и большая часть его войск. Остатки личной охраны Скраба были вынуждены бежать прочь, пока его крепость самоподорвалась, унеся с собой эльфа куда-то ещё ниже сквозь гигантскую дыру в полу.
Естественно, Скраб забыл предупредить всё ещё сражающиеся войска о самоуничтожении, что ещё сильнее разбило его и так плохую репутацию среди жителей уровня.
Поступали ещё смутные сведения о том, что сквозь образовавшееся после взрыва отверстие уже пролезли какие-то новые, особо хищные твари, но точно сказать никто о них не смог, ведь выживших не было.
Больше увеличивать свою группу Сергей не рискнул, ведь слишком большой процент взрослых крыс мог спровоцировать гражданскую войну. Уже сейчас некоторых из взрослых сдерживало лишь отсутствие тяжёлого оружия и доспехов.
За эти пять дней он сумел немного изучить свой «подарок». Проращивание техночумы всё так же затрачивало магию, но с каждым разом было чувство, что меньше. После нескольких попыток примерно замерить свой уровень магической энергии, Сергей это подтвердил.
Кроме того, приятной неожиданностью стали правдивые слова Трасча об ускоренном росте магии в первое время. Сливая почти весь свой магический резерв на эксперименты, Сергей рос неплохими темпами.
Уже всего за пять дней он получил половину резерва Трасча. И да, уже на четвёртый у Сергея получилось использовать навык Трасча и почувствовать магический резерв рогатого младшего командира.
В этот момент лицо Трасча представляло собой тот ещё вид, когда он изо всех сил пытался не показывать свою зависть, но с треском провалился.
Последним и самым опасным или спорным открытием стал тот факт, что техночума продолжала распространяться. Изначально возможность выращивать магические шипы демонстрировало лишь предплечье, но скоро эта способность перешла и к локтю.
Учитывая, что Ордынцев до сих пор не чувствовал никаких позывов есть сырую плоть или отращивать стальные конечности, то по какой-то причине техночума вела себя очень нестандартно.
Помня рассказанную историю о происхождении техночумы, Сергей подозревал, что он каким-то образом был связан с ныне мёртвым и осквернённым богом.
Не самая радостная вещь, но возможность быстрее освоить магию сильно облегчала ситуацию.
Таким образом, к пятому дню, обладая группой из тридцати крыс и куда лучше освоенной чумой, Сергей наконец-то увидел достаточно большую и хорошо организованную группу беженцев, к которой он был готов присоединиться.
За последние дни он видел слишком много некомпетентных дураков, поэтому даже тень адекватности выделялась, словно яркий свет в ночи.
Однако больше всего Сергея привлекло наличие старого знакомого.
Эта банда беженцев состояла аж из нескольких сотен крыс, но все они были разделены на различные группы, и Сергей безошибочно увидел молодых крыс, возглавляемых Одноглазым.
«Ха, этот подлый крысюк не сдох! Молодые крысы всё ещё при нём, и он часть группы. Кажется, пора поприветствовать старого знакомого и навести новые связи…»
Глава 16
Скарс решительно встал и пошёл к приближающемуся к мосту Крейзена каравану беженцев. За ним неуверенно поднялись и его бойцы.
Вид сотен чужих крыс изрядно нервировал крысолюдов Сергея, тем не менее они всё ещё шли, ведь за эти дни они успели оценить плюсы присоединения к группе Ордынцева. В отличие от других боссов, стремящихся принизить или оскорбить своих подчинённых, Скарс был намного более спокоен, что, впрочем, отнюдь не означало его слабость.
Среди крыс уже распространились жуткие истории о прошлых достижениях их босса, а лишившиеся мяса, благодаря варке в котле, черепа Кроса Куса отлично сдерживали любые глупые мысли.
— Босс, ты уверен? — идущий рядом Трасч тихо спросил, стараясь делать это так, чтобы услышал лишь Сергей, однако навострившие уши Крайс и Гром были тут как тут. — Их больше и они сильнее. Что, если они нападут?
Сергей пристально на него покосился, оценивая, после чего кивнул. За последние дни Трасч неплохо себя показал. Любой приказ Сергея исполнялся мгновенно, а исполнительность была на высоте. Именно поэтому Ордынцев решил дать ему шанс, проявив доверие.
— Трасч, скажи, тебе не надоело жить, как крысе?.. То есть, как те мелкие твари, копошащиеся в мусоре и лишённые права на какое-либо будущее?
Вопрос Сергея заставил Трасча немедленно изменить выражение морды.
— То-то и оно. Я больше не хочу бродить вокруг, как бродяга, без логова и дома. Опять же, плевать на логово, что насчёт магии? Неужели ты думаешь, что такие бродяги, как мы, сумеют её получить?
Трасч покрепче сжал дубинку и его взгляд закалился.
— За это ты мне и нравишься, Трасч, — в глазах Скарса мелькнуло холодное одобрение. — Ты сразу понимаешь, о чём я. Эти беженцы станут для нас прекрасной основой, на которой расцветет наше будущее. Касательно же твоих опасений про нападение… Посмотри на них внимательнее, разве они так едины, как кажется?
Трасч послушно прищурился и скоро он осознано кивнул.
— У них целых… четыре различных раздробленных групп? Численностью где-то по пятьдесят-семьдесят пять крыс.
— Точно, если они не кинутся все разом, то не кинутся и вовсе. А нам надо лишь сделать так, чтобы наша ценность и опасность была выше, чем выгода от нашего убийства.
Трасч серьезно кивнул и отошёл к своему десятку, принявшись заставлять своих бойцов храбро выпрямить грудь и поднять повыше дубинки и прочее мусорное оружие, чтобы всякий их видел.
Неожиданное появление «дружины» Сергея не прошло бесследно, и караван впал в панику. Совершенно неорганизованные, первые ряды крыс в панике кинулись назад, пока другие крысолюди судорожно пытались повернуть тачки и телеги от возможной угрозы.
Однако появление предполагаемого вожака быстро навело порядок. Раздавая удары направо и налево и осыпая всех отборной бранью, он проталкивался вперёд. За ним следовали и командиры каждого из «под-отрядов».
Сергей не упустил узнавание Одноглазого, когда он тоже проталкивался вперёд. Не считая главного вожака и Одноглазого, было ещё двое младших главарей.
Один чёрный крыс носил модный длинный шип на хвосте и был вооружен самым настоящим изогнутым мечом, кописом, высокого качества. Это лезвие смотрелось невероятно чуждо в его грубых лапах.
Последний же вожак был необычен благодаря чёрно-серой шерсти. Это было редкое исключение, когда крысолюд рождался, перенимая все лучшие стороны обеих «родословных». Тем не менее среди крыс подобные представители не пользовались уважением, а считались вестниками проклятий.
Словно одной шерсти было мало, Сергей с удивлением встретился взглядом с разноцветными, но умными глазами, одним привычно красным, а другим непривычно голубым.
Как и вооруженный хвостошипом вожак, гетерохромированный крыс владел великолепным двуручным молотом. Даже мельком Сергей увидел тончайшую золотую резьбу на навершии. Это явно не была работа крыс.
— Побери меня глубокие демоны, кто ты, мать его, такой⁈ — громко взревел главный вожак. Выглядел он, надо сказать, примечательно. Обилие ярких обломков дорогих доспехов и обрывков качественной ткани напоминало Сергею Землю, а точнее, цыганских баронов.
— Тот, кто услышал о вашем великом караване! — улыбка Сергея была настолько широкой, что можно было посчитать все его клыки. — Безопасном и могучем союзе крыс, перед которыми дрожат все остальные беженцы! Услышав о вас, я, Скарс, тут же понял, что должен к вам присоединиться.
— И какого демона мне, Гасулу, тебя приглашать? — взгляд вожака с безошибочной жадностью устремился на его оружие и снаряжение.
— Потому что я способен лечить, — с улыбкой сказал Сергей, кивнув на виднеющихся в самом конце раненных крыс. — Наша жизнь — опасная штука. Никогда не знаешь, когда получишь рану. И в таком случае будет совершенно не лишним иметь кого-то, кто мог бы тебя спасти.
— Ты маг⁈ — жадность мгновенно сменилась опаской.
— Нет, я был лишь помощником мага-лекаря, — Сергей не обращал внимания на странные взгляды его товарищей. Очевидно, новость о новых талантах их вожака стала для них сюрпризом.
Опасение Гасула чуть рассеялось, и на его место пришёл так ожидаемый Сергеем расчёт. У этого вожака могли быть разные крысы, но вот медики… их никогда не бывает много.
И чтобы разбить окончательное сопротивление, Сергей посмотрел прямо на Одноглазого.
— Друг Одноглазый! Рад тебя снова видеть! Уважаемый Гасул, Одноглазый — мой старый друг, он может за меня поручиться.
Все взгляды тут же сошлись на владельце одного глаза.
— Конечно, я знаю Скарса. Если он к нам присоединиться, то принесёт много пользы. Кроме того, в Крейзене нам понадобятся все, кто умеет держать оружие. — вежливо заявил Одноглазый, единственный серый крыс среди всех вожаков.
Сергей подавил улыбку, когда его расчёт сработал. Хоть у Одноглазого и было целых пять десятков бойцов, но большинство из них были молодыми крысами, на которых с презрением смотрели все остальные группы.
С появлением Сергея и его молодых крыс, Одноглазый увидел возможность создать союз, что обезопасил тылы обеих групп.
Судя по нахмуренным бровям Гасула, вся эта политика не укрылась от него. Глупые крысы редко становились вожаками крупных крысиных стай, не говоря уже о том, чтобы долго ими править.
— Хорошо, лекарь, для тебя найдётся место под моей рукой. — повелительно согласился Гасул, и Сергей почтительно ему кивнул.
— Уверен, следование за вами, уважаемый Гасул, наполнит наши животы едой, а карманы блестяшками.
— Ха, хорошо сказал! — велеречивость Сергея явно пришлась по душе главному вожаку. — Ладно, хватит тратить наше время! Иди к общей толпе! Крейзен слишком долго ждал своего короля! И как сказал этот лекаришко, когда мы убьём всех тех высокомерных засранцев, то все их самки, еда и блестяшки будут нашими!
— Да-а-а-а! — звериный рёв поднялся над рядами крыс, и красные глазки зажглись кровожадным светом.
За мостом немногочисленные банды мусорщиков копались в мёртвых останках и пытались найти хоть что-то ценное. Появление столь большой армии Гасула явно стало для них неприятным сюрпризом. Они немедленно впали в панику и побежали, преследуемые и убиваемые.
Однако не все были столь неосторожны. Вперёд обычно рвались самые бедные и отчаявшиеся крысы, пока гвардия каждого из главарей осторожно шла следом, попутно охраняя свои припасы и телеги.
Среди них был и Сергей, тоже не торопившийся играть роль наживки. Именно тогда он и услышал неожиданно раздавшийся сбоку рёв.
— Эй вы, поганые крысы! А ну развяжите меня, чтобы я показал вам, как сражается и умирает кто-то, кто у кого есть настоящие яйца! Эй вы, уродливые и вонючие уродцы, я с вами говорю!
Сначала Сергей не понял, что его так удивило в этих криках, и лишь спустя пару секунд он понял, что говоривший явно использовал совершенно отличный от крысиного или древнего языка!
Резко повернувшись в сторону криков, Сергей, проталкиваясь мимо обоза, как можно быстрее кинулся прямо туда. Его охрана в лице Грома и чёрных крыс поспешила следом.
Открывшаяся Ордынцеву картина была достойна комедии. Ранее связанный самый настоящий бородатый гном сумел каким-то образом частично развязаться и снять кляп.
Видя небольшой рост и характерную форму головы, Сергей был на сто процентов уверен, что этот череп он уже видел на платформе Скраба.
Ноги гнома были всё ещё связаны, но руки он освободил. Пудовые кулаки так и работали, раскидывая и сбивая с телеги пытающихся опутать его крыс. При этом гном потешно прыгал на связанных ногах и отмахивался от летящих со всех сторон верёвок.
Самые храбрые или глупые крысы уже получили кулаком по морде и легли отдыхать или собирать по земле собственные клыки. Даже в столь неловком положении было видно поистине чудовищную силу гнома.
Однако долго это продолжаться не могло, очередная верёвка затянула гному шею и уронила на спину, после чего тело коротышки было погребено серым ковром из шкурок.
— Вижу, мой пленник тебя заинтересовал-понравился? — Сергей медленно повернулся и в упор посмотрел на тихо подошедшего чёрно-серого главаря. — Меня зовут Дрич, и этот молот, — разные глаза Дрича с любовью осмотрели его новое оружие. — Пришёл от этой бородо-твари.
— Меня зовут Скарс. Где ты его нашёл? — Сергей не видел смысла скрывать любопытство.
— Повезло, — ухмыльнулся Дрич. — Их отряд разведчиков был уничтожен сильными-мощными воинами. Он остался один, раненный. Я приказал схватить-пленить.
— Зачем?
— Развлечение-товар, — пожал плечами Дрич, и его глазки сверкнули хитрым светом. — И вижу, возможный покупатель меня уже нашёл.
Сергей хмыкнул. Было трудно преуменьшить, насколько же он хотел получить этого гнома. Только от одной мысли, сколько этот коротышка может знать, Ордынцеву становилось плохо.
Жил ли он на верхних уровнях? Воевали ли они с крысами? Были ли другие расы? Видел ли он драконов, о которых упоминали ранее?
— И что ты за него хочешь? — предварительно спросил Сергей.
Но ответ его разочаровал.
— Я пока не решил, — Дрич ухмыльнулся. — Сейчас мы бедные-жалкие, но скоро награбим вдоволь. Тогда и скажу цену.
Сергей проследил за таинственно ушедшим Дричем. Морда Скарса не показала никаких эмоций, но уже немного знающий своего босса Трасч с пониманием посмотрел вслед Дричу.
Если этот разноглазый крыс продолжит тянуть крысу за хвост, то его участь будет предрешена.
Наступление Гасула оказалось чрезвычайно успешно. Вербуя прочие попадающиеся на пути мелкие банды, разодетый крыс, воспользовавшись ситуацией, ударил в спины как беженцам, так и старым бандам, сумев оторвать целую одну из куч мусора.
Разломав или заблокировав часть путей и мостов, Гасула мудро принялся укреплять оборону, понимая, что о дальнейшем завоевании с «наскока» можно даже не мечтать.
Учитывая же, что Гасула теперь контролировал один из трёх крупнейших входов в Крейзен, рост его влияния был гарантирован.
Однако Сергея вся эта крысиная политика совершенно не волновала. Возможно, кому-то хотелось бы почувствовать себя крысиной версией Чингисхана, но перед красотой и потенциалом магии Сергей, не задумываясь, отверг этот путь.
Воспользовавшись репутацией лекаря, Ордынцев не стал пытаться играть рейдера или великого воина. Первым, что он сделал, это захватил один из центральных домов, больше похожий на небольшую крепость.
Вокруг дома был стальной забор и несколько башенок для арбалетчиков, позволяющих даже при численном перевесе сдерживать нападающих.
Имея целых три этажа и десятки комнат, этот дом прекрасно справился с проживанием всех крыс Скарса.
Закончив с размещением, по приказу Сергея его крысы, пыхтя и надрываясь, вывесили огромную вывеску, где примитивными знаками крысиного языка было написано: «Лекарь». Для тех же, кто не умел читать, на большей части вывески красовался вид замотанной в бинты улыбающейся крысы.
Правда, ни Сергей, ни остальные не были великими художниками, поэтому выражение крысы напоминало Ордынцеву те безумные средневековые полотна Европы, где кому-то в задний проход засунули дудку.
Но, видимо, раненные крысы не были придирчивыми критиками искусства, и поэтому очень скоро на пороге «больницы» появились первые пациенты.
К тому моменту из всех лекарств у Сергея был скальпель в виде острого ножа, костёр для дезинфекции этого самого ножа и закругленные хирургические иглы, выкованные на заказ у ближайшего кузнеца, вместе с мотком тонкой верёвки.
Делай Сергей операции на Земле, то смертность была бы ошеломительной, однако местные крысы были сделаны из куда более крепкого теста.
Может быть, его новая раса и была физически слабой, но вот чего у неё было не отнять, так это живучести.
К Сергею не раз приходили раненные члены банд, ладонями зажимая вываливающиеся из пуза кишки. И после операции эти крысы ещё и умудрялись выживать, уходя на своих двоих!
Надо ли говорить, что услуги доктора были отнюдь не дешёвыми?
Фактически, большая часть крысолюдов никак не могли позволить себе услуги Сергея, и лишь богатые воины или главари банд имели достаточно средств, чтобы раскошелиться.
Конечно, мало кто хотел платить, и многие даже угрожали, но союз с Одноглазым и поддержка главного босса, Гасула, для которого лечение было бесплатным, делали все их угрозы полностью пустыми.
Поэтому, скрипя клыками, главари и их гвардия неохотно отдавали оружие, монеты или найденные артефакты. Тем не менее им всё ещё приходилось улыбаться и благодарить Скарса за его навыки, ведь его мастерство было неоспоримо.
Прооперированных больных располагали на нижних этажах под охраной крыс Скарса, чтобы их враги не сумели воспользоваться ситуацией и прирезать раненных. Сергей гарантировал, что убьёт любого, кто поведётся на плату и убьёт одного из его пациентов внутри стен клиники.
Но когда поток пациентов иссякал и наступала вторая половина дня, наступала пора магии и экспериментов.
Трасч и Сергей, с горящими от жажды знаний глазами, поднимались на верхние, запретные для всех остальных этажи и исследовали магическую энергию и её влияние на плоть, техночуму и найденные артефакты.
От автора: вот мы и дошли до экспериментов и тайн магии.)
Глава 17
— Господин Трасч! — на входе в лабораторию Скарса порой было больше охранников, чем во всей клинике. Прямо сейчас каждый патруль стражников быстро кланялся, стараясь не встречаться взглядом с ассистентом их ужасающего лидера.
Видя глубокий страх, скрытый в глазах каждого из чёрных крыс, чей размер был чуть ли не в полтора раза больше его самого, Трасч почувствовал искреннее удовлетворение. Но самое главное, он ощутил безопасность.
Мог ли он догадываться год назад, что решение следовать за необычной чёрной крысой приведёт их к столь уникальному положению в крупнейшем городе на тринадцатом техническом уровне Элизиума?
Если раньше он совершенно не контролировал свою судьбу, лишь от отчаяния постоянно тренируя свою магию по самому жалкому и простому способу тренировки, то теперь в его пушистых лапах наконец-то была реальная власть!
Идущий по коридору к верхним этажам лабораторий Трасч привычно удержал себя от того, чтобы посмотреть вниз, на свой пояс. Вместо этого он включил свою магическую чувствительность и протянул её прямиком к специальному стальному кубику в поясной сумке.
Повинуясь воле мага, стальной кубик неохотно выплыл наружу и завис прямо над поднятой ладонью Трасча. Рогатый крыс прилагал все усилия, чтобы одновременно идти и контролировать маленький стальной куб, заставляя последний крутить в воздухе замысловатые траектории.
Бытие одним из самых эффективных немагических докторов Крейзена, а в особенности одной из семи гигантских куч мусора, носящей название «Ржавой», приносило вполне себе солидную прибыль.
Так, достигнув за первые месяцы первых успехов и распространив рекламу, их босс сразу заявил, что те, кто получит хоть какие-то знания о магии или наставления о её тренировке, немедленно получат лучший сервис и подписку лечения на ближайшие несколько лет.
И хоть пришлось ждать ещё целых два месяца, но в один из дней на пороге клиники появился замотанный в тряпки раненный незнакомец, пожелавший остаться полностью неизвестным. Единственное, что он дал, это тайный код на случай необходимости срочного лечения.
Но хоть незнакомый крыс и таился, а во время операции его голова была полностью замотана, Трасч подозревал, что это был беглый ученик Круга магов. Как и его босс, Трасч очень интересовался магией, и он узнал пугающие слухи о порядках, царивших в Академии Круга магов.
Если коротко, то фраза «Выживают сильнейшие» описывала их идеально. Так что слабые или неуспевающие ученики выбирали побег, чтобы не стать добычей более сильных учеников или профессоров.
Этот недоучка заплатил всего тремя базовыми магическими знаниями, но почти каждый из них того стоил. «Почти», так как третьей вещью стала уже знакомая тренировка магического резерва. Оказалось, простых крыс в Академии учили именно ей, в то время как элитные ученики получали куда более качественные знания.
— Этим вещам учат в первый год Академии, — тихо шептал бывший ученик двум склонившимся рядом с ним крысолюдам. Скарс и Трасч выделили незнакомцу самую защищенную палату, непосредственно рядом с их собственными комнатами. — Первое заклинание, щит. Тот, кто не может освоить даже его, очень быстро умирает…
Замотанная крыса вздрогнула от ужасных воспоминаний, но заставила себя продолжать. Наложенные Сергеем швы болели, но живучая физиология крыс прекрасно справлялась с восстановлением.
— Второе заклинание позволяет двигать предметы на расстоянии магией. Оно очень слабое поначалу, и поэтому его дают только простым магам, не имеющим высоких покровителей или кланов…
Видя внезапное молчание Скарса, ученик испугался, что заклинание не нравится лекарю, и поспешил добавить. Учитывая, что та же тренировка магического резерва уже была известна этим двум лекарям, то ученик сильно беспокоился за свою жизнь.
— … Но я слышал, что если маг продолжает тренировки, то заклинание телекинеза способно достичь невероятных высот!..
— Спокойно, я полностью доволен тем, чем ты собираешься расплатиться, — глаза Скарса в тот момент горели знакомым светом, который Трасч уже выучил за последние месяцы. — Можно сказать, это заклинание для нас идеально!
В тот момент Трасч не понял слов босса. Разве было бы не лучше научиться знаменитой изумрудной молнии, способной плавить сталь и пробивать магические щиты? Даже одного такого заклинания было бы достаточно, чтобы стать силой в жестоком обществе крыс.
Но позже Скарс объяснил, почему заклинание телекинеза было для него ценнее.
— Это заклинание идеально для того, чтобы отточить наш магический контроль, мой друг Трасч, — выразительно улыбнулся Скарс. — Если бы мы получили нечто слишком мощное, то даже если бы его освоили, то не факт, что это пошло бы нам на пользу. Тот ученик достаточно раз упомянул учеников, чьи щиты были слишком слабы и рассеяны, чтобы соперничать с атакующими заклинаниями клановых. Так что пока лучше знать меньше заклинаний, но владеть ими идеально!
Именно из-под когтя Скарса родились эти необычные тренировки телекинеза, которыми они оба должны были заниматься весь день напролет. Так как магии они тратили не очень много, то хватало на всё время.
Правда, не обошлось без ложки дерьма в котле с мясом. Телекинез оказался невероятно разносторонним заклинанием, открывавшим великое множество тактических ходов в бою и обычной жизни.
Однако были у телекинеза и ограничения. Из-за наличия у каждого живого организма своей собственной ауры, сложность сжатия, к примеру, сердца врага телекинезом росла с огромной скоростью.
Да, опытный и сильный маг мог бы убить таким образом обычного крысолюда, но за те же затраты магии он мог бы с таким же успехом уронить на него десятитонную каменную плиту. Ну или разогнать до бешеной скорости маленький камушек, выбив тому мозги.
Второе ограничение плавно вытекало из первого — поднятие себя телекинезом хоть и было немного проще, но тоже оставалось очень трудной задачей.
Его босс довольно быстро нашёл выход, собрав у себя за спиной стальную конструкцию, отходящую от тела достаточно далеко, чтобы телекинез действовал, однако одновременное управление собой и чем-то другим было слишком сложным. Не говоря уже о том, что магия тратилась слишком быстро.
Кроме того, во время испытаний конструкция разломалась, и один из добровольных «испытателей» шмякнулся, пораскинув вокруг мозгами.
Однако неудача не ошеломила Скарса, и он явно был готов улучшить своё лётное устройство. Сам же Трасч благодарил Многохвостую мать, что когда его босс предложил надеть «сбрую» ему, он успел заикнуться о других испытателях.
Многочисленные опыты и испытания, которые они провели вместе, дали Трасчу лучшее понимание их лидера. Скарс был поистине талантлив, и огромный магический резерв был лишь малой его частью.
Там, где Трасч потратил на освоение телекинезом поднятия килограммового груза месяц, Скарс справился за неделю.
Но, несмотря на весь его талант и воображение, существовала одна существенная проблема — Скарс был совершенно безумен, готовый ради интересного эксперимента обрушить весь этот мир прямо в бездну!
Именно поэтому, чем ближе Трасч подходил к святая святых, лабораторным помещениям, тем более неуверенно он себя чувствовал. И, судя по мордам охранников, они разделяли его опасения, сжимая копья и алебарды до хруста суставов.
Жуткий грохот впереди заставил сердце Трасча застыть. Именно этого он и боялся!
— Держи его, Трасч! — крик Скарса не улучшил положения. — Не дай ему сбежать!
Звон разбиваемых дверей и запоров становился всё ближе и ближе, пока не взорвалась дверь прямо перед самим Трасчем, открыв вид на жуткого монстра.
Когда-то это явно был крысолюд, но затем кому-то сумасшедшему пришла «гениальная идея» пришить к нему части тела «ползуна», мясистой четырёхногой твари, похожей на здоровенного хэдкраба, поедающей грибы и выполняющей роль свиней. Но и как кабаны прошлого, ползуны в случае необходимости могли показать, что они отнюдь не мирные твари.
И словно этого мало, тот, кто сшил этот ужас, заразил получившееся существо техночумой, сделав его ещё опаснее.
Мерзость дико орала и бежала прямо на испуганных охранников, выставивших свои дрожащие копья, однако любому становилось очевидно, что ещё немного, и они побегут.
В этой ситуации Трасч понял, что если он хочет выжить, то придётся полагаться только на себя.
Кружившийся стальной кубик выстрелил прямо вперёд, разгоняясь всё быстрее с каждым пройденным метром.
Треск!
Стальной куб с хрустом врезался в переднюю лапу монстра, заставив того споткнуться и кубарем покатиться вперёд, чтобы по инерции подъехать почти к самому Трасчу. Но это всё ещё была удача, ведь чем ближе, тем лучше работал телекинез.
Трасч отчаянно зарычал и, схватив лапами воздух, резко дёрнул вниз, вырвав верхние стальные листы потолка и ударив ими прямо по пытающейся встать твари.
Сотни килограмм металла, ускоренные телекинезом, с силой вбили мерзость обратно вниз, но она явно не успокаивалась. Обливающийся потом и удерживающий её стальными листами Трасч кое-как повернулся к охранникам.
— Что вы стоите⁈ Ждёте, пока она освободится и сожрёт нас⁈ Рубите-режьте её, скорее!
Стражников дважды упрашивать не пришлось. Десятки крыс хлынули вперёд и принялись яростно втыкать свои алебарды прямо в морду и шею монстра. За последние месяцы это был не первый инцидент, и они уже хорошо выучили, как правильно разбираться с последствиями экспериментов их босса.
— А-а-а! — Трасч закричал от напряжения, стремительно расходуя все свои силы.
Монстр сопротивлялся отчаянно, истощая магические резервы шатающегося от нагрузки Трасча, но его тело было слишком плохо собрано. Швы от удара стальных плит разошлись, а алебарды завершили «разборку».
Когда их босс наконец подоспел, монстр испустил дух. Сам Скарс был одет в шипованный шлем и чёрную броню, поверх которой был натянут длинный белый халат, пола которого почти касались пола.
Трасч так и не понял одержимость его боссом этой странной одежды. Несмотря на то, что она легко пачкалась кровью и грязью, он упорно придерживался именно этого цвета, сводя с ума прачек.
— Ах, какая жалость, — Скарс с искренним огорчением взглянул на мёртвую тварь. Взмах ладонью, и те плиты, которые Трасч с трудом обрушил, мягко поднялись и встали обратно на свои места на потолке. Если кто-то пригляделся, то заметил, что Скарс даже согнул металл обратно, чтобы они прочно встали в пазы. — Такой хороший образец пропал. Трасч, ты не мог быть поаккуратнее?
Тяжело дышащий и схватившийся за сердце Трасч в очередной раз потерял дар речи. Он пустым взглядом смотрел на своего босса, а затем на свой магический резерв, где магии осталось, максимум, ещё на один магический щит. Ещё немного, и его боссу пришлось бы искать нового помощника!
— Нет, босс, — сухо, как пески пустыни, заявил Трасч. — Не мог.
— Нужно лучше тренироваться, — пожурил его Скарс. — В следующий раз постарайся сохранить жизнь.
— В следующий раз⁈ — хотел закричать Трасч, но Скарс уже потерял интерес к трупу. В его глаза горел огонь новой одержимости. — Эй, кто-нибудь, перетащите этот труп в прозекторскую. А ты, Трасч, бегом за мной! Этот сбежавший образец меня немного отвлёк, но я явно на пороге нового, великого открытия, которое изменит буквально всё!
— Босс, ты говорил-обещал что-то подобное в последний раз, — мрачно заметил Трасч, плетясь следом за своим почти подпрыгивающим лидером. В отличие от Скарса, Трасч, мягко говоря, не очень хотел туда идти. — И после этого я чуть было не искупался в облаке техночумы.
Ну кто мог знать, что техночума способна испаряться и так долго удерживать свою форму внутри трупов? Кроме того, это было невероятное открытие, в перспективе позволяющее создать целую серию различного газового вооружения!..
Трасч угрюмо промолчал, понимая, что дальнейший спор ни к чему не приведёт.
В какой-то момент обычные стальные, ржавые и деревянные стены сменились рядами тесных камер, имеющих, впрочем, чрезвычайно качественные и прочные решётки. Внутри этих камер были прикованы к толстым стальным пластинам различные ужасные твари или просто уродцы.
Среди них были как неудачные эксперименты, так и просто те образцы, которые Скарс хотел пока что сохранить.
Заметив живых существ, эти монстры подняли дикий вой и крик. Некоторые яростно бились в оковах, пытаясь вырваться, но кузнецы поработали на славу.
На потолке коридора были установлены уже знакомые лампы, которые раньше были в бараках. Эти слабые, но надёжные устройства давали света ровно столько, чтобы еле-еле освещать коридор. На тюремные камеры же света не хватало.
Из-за этого Трасч каждый раз чувствовал, что они идут прямиком в ад, пока тьма вокруг сжимается с каждым шагом. Не улучшало дело, что они лишь поднимались вверх, ведь лаборатории были созданы на верхних этажах, в то время как клиника и палаты больных, наоборот, располагались внизу, под максимальной защитой.
Но наконец коридор с мутировавшими тварями подошёл к концу, показалась лестница, и Трасч смог немного выдохнуть. Теперь оставалось лишь пережить их новый эксперимент.
В самой лаборатории уже всё было готово. Все соседние операционные столы были отодвинуты к стенам, оставив по центру лишь главный прозекторский стол с толстыми креплениями для рук и ног.
Судя по толщине металла, это устройство предназначалось для поистине сильных тварей, но сейчас в ней был закреплён обычный на вид серый крысолюд.
Крыс в ужасе дёргался, пытаясь сбежать, но это было совершенно бесполезно, ведь даже его хвост был прочно зафиксирован. Голова крыса покоилась в сложном механическом устройстве, не позволяющем сдвинуться черепу даже на миллиметр.
— Г-господин Скарс, пощадите! — тут же заголосил серый крыс, бешено вращая глазами. — Я всё отдам! Клянусь своей жизнью, всё отдам!
— Это кто? — нахмурился Трасч, чувствуя, что этот крыс кажется знакомым.
— Один из мелких заместителей Дрича, отвечает за выбивание долгов из торговцев, — безразлично ответил босс, двинувшись к другому столу, где были разложены хирургические инструменты. — Этот вынужденный доброволец посчитал, что он достаточно важен, чтобы получить лечение, но отказаться за него платить. Он даже угрожал «проблемами» нашей клинике и предлагал ему за это заплатить…
— Я ошибся! Я заплачу! Всё выплачу! Нет, ещё и доплачу-отдам! — зачастил крыс, но Скарс его не особо слушал. —
— Конечно, заплатишь. Если быть точным, ты прямо сейчас это и делаешь. Трасч, заткни, пожалуйста, ему пасть. Всё равно ничего стоящего мы от него уже не услышим.
— Босс, ты уверен, что от Дрича не будет проблем-неприятностей? — Трасч умело вставил затычку, когда младший заместитель открыл пасть для нового крика.
Подойдя к стене, Трасч тоже надел белый халат и закрыл длинную мордочку грубым противогазом. После того опыта с газообразной техночумой он потратил немало блестяшек, чтобы купить на рынке противогаз престижного клана Шайз, известных своими дорогими, но мощными техническими изобретениями.
Те же пилотируемые големы главного наставника Скраба пришли прямиком из кузниц клана Шайз.
— Даже если и будут, Дричу невыгодно вступать в активный конфликт ещё и с нами. Наш великий лидер Гасул и Крутс, его правая лапа, постоянно подозрительно приглядываются к постоянно растущему числу бойцов Дрича. Так что им всем есть чем заняться, не считая окруживших нас врагов из других Мусорных куч.
— Как скажешь, босс. Но что за эксперимент мы сегодня собираемся провести-сделать? — любопытство Трасча осторожно подняло голову. Хоть он и опасался идей Скарса, но нельзя было не отметить, что за последний год он узнал столько, сколько не знал за почти всю свою жизнь.
— Я рад, что ты спросил, — губы Сергея сложились в широкую улыбку. — Если всё пройдёт по плану, то наши дни нехватки средств окажутся далеко позади! Больше никаких трудных выборов, начать тот или иной эксперимент. После этого мы сможем выбрать их сразу все! Эта крохотная лаборатория слишком мала для нас!
От автора: в следующей главе путь самого Сергея и важный эксперимент.)
А пока товарищ Zig вновь нас радует.)
Глава 18
Сергей посмотрел на готовящего лабораторию к эксперименту Трасча и мысленно покачал головой. За прошедший год он уже понял, что Трасч достаточно надёжен, чтобы следовать логике и не творить совсем уж глупых поступков. Тем не менее компетентность его лучшего помощника мешала Трасчу превратиться в нечто большее, чем просто ассистента.
Трасч прекрасно справлялся с тем, чтобы выполнять команды, но когда от него требовался полет мысли или небольшая нотка безумия исследователя, он начинал трястись и молиться Многохвостой матери.
Впрочем, Сергей был уверен, что рано или поздно он сумеет укрепить уверенность своего помощника и тот перестанет бояться. И если в процессе он немного поседеет, то этот цвет пойдёт ему даже лучше.
Также, если изначально в глазах Сергея раса крысолюдов казалась чем-то подлым и глупо-злым, то спустя столько месяцев он мог сказать… что они именно такими и были! Но всплыли нюансы, заставляющие взглянуть на его новых соотечественников под немного другим углом.
Большинство глупых предательств и ненадёжности крыс рождались из-за их ужасного образования и молодости. Так как лишь в исключительной редкости крысы доживали до глубокой старости и уж тем более умирали от неё, то виной их глупости была молодость и присущие ей ошибки.
В этом плане те крысы, что сумели прожить первые три года своей жизни, становились куда умнее и приспособленнее. Они бы всё равно ударили в спину, представься им такая возможность, но если риск оказался бы слишком велик, то они, скорее всего, струсили бы.
В этом плане Трасч представлял собой следующий уровень развития крысолюда, после молодняка и обычного крыса. Благодаря своему разуму, Трасч предпочёл отложить любые мысли о независимости и предательстве, пока он не станет достаточно сильным и влиятельным.
Репутация и клиника Скарса были идеальным убежищем, дающим Трасчу недостающее время для развития.
Так что пока Сергей был сильнее и умнее своего верного помощника, то Трасч оставался бы одним из самых надёжных последователей.
А за прошедший год кого Сергей только не видел из желающих присоединиться и воспользоваться молодым, но чрезвычайно перспективным доктором Ржавой мусорной кучи.
Стремительный взлёт Скарса привёл к вниманию многих опасных и могущественных крыс, но неразбериха от дележки власти позволила Сергею закрепиться.
Если изначально он пришёл в Крейзен, имея за спиной всего около трёх десятков кое-как вооруженных молодых и взрослых крыс, то постепенно это число росло.
Правда, даже сейчас число бойцов Скарса всё ещё сильно отставало от численности любой из трёх других группировок, даже Одноглазого. Причина была проста — Сергей отдавал предпочтение в большинстве своём именно чёрным крысам.
А так как по сравнению с серыми крысолюдами их было меньше, то и армия Ордынцева отдавала приоритет качеству, а не количеству.
В связи с этим бойцы Грома, чья численность на данный момент достигла двухсот двадцати крыс, поголовно носили цельный стальной нагрудник, вытянутый шлем с ирокезом из шипов, наплечники, наручи и поножи.
С вооружением же Сергей долго ломал голову, пытаясь придумать, как выгодно реализовать свои «иномирные» знания. Немного узнавая у самых опытных главарей о существующих тактических «изысках», стало ясно, что всё очень плохо.
Обычно вожаки просто бросали одну стенку мяса против другой, попутно пытаясь воспользоваться различными тайными козырями, вроде магии, удара в спину или арбалетов с артефактами. Ни о какой тактической сложности и сложном манипулировании не шло и речи.
Проблема была в том, что Сергей и сам не был воином, а его познания земной древней истории тоже были ограничены.
Как итог, после напряженного мозгового штурма родилась… фаланга! А точнее, странная помесь раннего и позднего, римского варианта.
Если греческая фаланга подразумевала строй щитов и многослойный лес копий, то от последнего Сергей вынужден был отказаться, так как из-за постоянной необходимости сражений в помещениях или тесных туннелях копья были бы слишком неловкими.
По этой же причине Ордынцев отказался и от позднего римского варианта построения, ведь манипулярный строй требовал обширного пространства для тактических ходов, что трудно было реализовать в хаотичной и тесной застройке крыс. Кроме того, Сергей прекрасно понимал, что из него и из Грома вместе взятых не получится даже половина Юлия Цезаря.
То есть после всех усечений осталось лишь несколько вещей. Первой была стена щитов, где каждая из крыс старалась боковой стенкой щита помогать удерживать щит товарища, пока то же самое делали уже с другой стороны. Со спины же их поддерживали щиты стоявших сзади товарищей.
В тесных коридорах подобный строй тяжелобронированных крыс должен был стать неприятным сюрпризом даже для опытных бойцов.
Для тесного боя в строю Сергей заказал несколько сотен коротких мечей, которые было бы удобно втыкать в тела врагов. Ордынцев смутно помнил вид гладиусов, да и цена на однотипные мечи очень уж кусалась, поэтому форма мечей зачастую была очень своеобразной.
Ну и последним «ноу-хау», привнесённым из Земли, были старые добрые «пилумы», тяжелые метательные копья, запускаемые бойцами прямо в ряды наступающей пехоты.
Благодаря своей тяжести и форме, чем-то похожей на гарпун, даже если бы пилумы и не убили или не поранили, то, застряв в щите, они бы всё равно заставили противника избавиться от щита, оставшись без защиты.
К несчастью, как оказалось, вооружение своей армии — чертовски дорогой процесс, поэтому после всех трат пилумов набралось лишь на сотню крыс.
И словно этого было мало, тренировки с ними нет-нет, но приводили к уничтожению «инвентаря», заставляя сердце Скарса обливаться кровью.
Именно поэтому за последний год Сергей бросил все ресурсы на то, чтобы найти проект «дойной коровы», который можно было продать самым щедрым покупателям на свете — военным.
Но не стоило забывать о последнем из младших вожаков клиники Скарса, Крайсе. Именно этому везучему крысу было поручено командовать ещё ста пятьюдесятью, но уже серых крыс. Пройдя путь от ничего не значащего полу-раба до вожака, Крайс был совершенно потерян во вкусе власти.
Так как за грубую силу отвечал Гром, то крысы Крайса получили в свои лапы пару десятков арбалетов и пращей. Они также были лишены тяжелой брони и имели лишь легкие шлемы.
Комбинация из воинов Грома и Крайса постоянно патрулировала подходы к клинике и охраняла её коридоры и склады.
За внутренних же слуг и работников отвечал уже сам Трасч. Именно он вместе со Скарсом отвечали за ведение бухгалтерии и подсчёт продовольствия.
Тем не менее Сергей часто доверял Трасчу вести дела одному, так как большая часть сил Ордынцева уходила на эксперименты и познание столь любимой им магии.
Одной из первых вещей, что проверил Сергей, достигнув хоть какого-то спокойствия, это узнал точку плавления создаваемой им «техно-стали».
Разжигая горн и засунув туда созданный из руки длинный шип, Сергей очень быстро определил, что техно-сталь в изначальном состоянии намного уступает настоящей, пусть даже плохого качества стали.
После ещё нескольких проверок стало ясно, что прочность этого материала соответствует обычному необработанному железу.
Однако что-то всё ещё было странным. Этот материал на тех же технотварях вполне успешно сопротивлялся оружию крыс. Так в чём же было дело?
Последующие опыты довольно быстро открыли ответ — когда Сергей засунул шип в горн, не отделяя от своего тела, и подал магию, то прочность шипа росла линейно с количеством поданной магии.
Означало ли это, что тела технотварей каким-то образом научились производить магическую энергию, чтобы укреплять себя? Ведь Сергей очень сомневался, что все убитые ими монстры поголовно были магами.
Одно это открытие уже взрывало мозг, и Сергей с жадностью, словно почуявшая добычу гончая, устремился ещё глубже.
Немедленно каждый из лидеров Ржавой горы узнал новые расценки. Вместо того, чтобы платить дорогими монетами или блестяшками, куда лучше было пригнать пленных вражеских крыс.
Почему пленных? Потому что Сергей сразу отказался от принятия «материала» из самой горы. Дело было даже не в морали, а в том факте, что он собирался тут жить, а быть ненавидимым всеми слоями населения было слишком опасно.
Будучи бессимптомным носителем техночумы, одной из первых вещей, которые он узнал, это оставалась ли «болезнь» всё ещё заразной?
Ответ был прост — да. Стоило техночуме покинуть его организм и погрузиться внутрь другого, как немедленно запускался процесс захвата.
Десять насильно заражённых крыс дали Сергею понимание, как именно работает вирус. И да, Сергей решил на данный момент придерживаться теории, что это именно вирус, ведь без носителя техновирус не был способен ни развиваться, ни даже просто существовать.
Тонкие нити техностали немедленно начинали распространение, двигаясь четко в сторону нервов, спинного мозга и, наконец, головного мозга. В момент, когда все три предыдущих цели оказывались заражены, вирус начинал укрепление костей и мышц.
Благодаря подаче магии, упомянутый ранее процесс мог развиваться со взрывной скоростью, позволяющей в реальном времени наблюдать все этапы.
Одно лишь наблюдение за вскрытым, но ещё живым объектом полностью сводило Сергея с ума. Процесс заражения был слишком выверенным и чётким, чтобы быть случайным. За всем этим явно стояло что-то ещё.
Была ли техночума именно проклятьем? Или чем-то иным? Почему она так стремилась усилить своего владельца? Или это было сделано исключительно для создания опасных монстров?
Словно ужасающий, магический кордицепс, этот вирус таким образом научился распространению?
Ах, сколько интересных, увлекательных вопросов дало Сергею это открытие!
Следующая интересная находка вскрылась спустя пять с половиной месяцев исследований. К тому моменту Сергей как раз уже получил заклинания того беглого «школяра» и даже добился в их освоении первых успехов.
Видимо, увеличившийся магический контроль дал Сергею повышенную чувствительность, которой он ранее был лишён.
В очередной раз отломав выращенный шип, Сергей вдруг понял, что всё ещё чувствует в нём свою, пусть и утекающую магию!
По наитию, сосредоточившись на шипе и сформировав магический канал, как в заклинании телекинеза, Ордынцев с восторгом почувствовал, как канал укрепляется и больше не требует мысленного контроля для поддержания.
Передавая же по каналу магию, Сергей мог не только укреплять шип, но и заставлять его расти и разветвляться. Обладая этой информацией, Ордынцев теперь уже сознательно начал контролировать распространение вируса на подопытных, напрочь убирая те «побеги», что двигались в сторону нервов и мозга.
Первое, что получилось полностью укрепить и оставить подопытный материал в живых и своем разуме, это кости. Благодаря толстому слою магической техностали вес образца заметно увеличился, а прочность его костей вышла на совершенно новый уровень.
Но сразу же появилась новая проблема. Стоило Сергею отпустить контроль, как техночума немедленно подключалась к энергетике нового реципиента и быстро захватывала его разум.
Выход нашёлся спустя неделю, когда у Сергея после нескольких выматывающих попыток получилось постепенно уменьшать подачу магии, заставляя вирус постепенно засыпать, пока и вовсе не исчезать, умирая.
В итоге оставалась причудливая смесь живых костей и техностали, полностью лишённые магии. Да, в таком случае прочность костей резко повышалась, но Сергей вновь столкнулся со следующей трудностью.
Прочность конечностей выросла, но в случае перелома мёртвая техносталь была лишена способности регенерировать, а оставшейся живой кости мешали остатки техностали.
Вот здесь Сергей упёрся в стену на целый месяц, ведь любая попытка оставить даже немного магии приводила к заражению.
За все эти месяцы попытка глубже погрузиться в тайны техночумы лишь показывала всё новые и новые секреты, создавая чувство настоящей бесконечной бездны.
И всё же благодаря неожиданному предложению Трасча выход был найден.
— Босс, ты же ведь хорошо контролируешь техночуму? Почему бы не попытаться оставить в ней долгосрочные команды? Которые будут работать даже после того, как ты потеряешь с ней связь?
Пытающийся полностью переписать техночуму Сергей внезапно пришёл в себя. Пока он пытался создать «код» с нуля, почему бы не воспользоваться более простым решением и играть на уже созданных правилах?
— Ты гений, Трасч! — похвала Скарса явно заставила нос Трасча смущенно задёргаться. — Вот именно поэтому ты и мой главный помощник!
— Я твой единственный помощник… — тихо пробормотал Трасч, но Сергей уже не обращал внимания.
Вновь погрузившись в эксперименты, на этот раз Ордынцев не пытался полностью переписать «желания» техночумы потреблять. Вместо этого он полностью обманул техночуму, заставив её поверить в то, что нервы и головной мозг цели… просто отсутствуют!
А так как нечего было захватывать, то техночума впала в состояние ожидания, создавая магию для своего укрепления и при этом не распространяясь дальше.
Это был грандиозный успех, ведь влияние техночумы не ограничивалось костями. Затронувшие мышцы техноволокна давали заметную прибавку к силам.
Единственным ограничением стало количество техностали, ведь если её концентрация в мышцах превышала определённый процент, то ограничения Сергея начинали трещать по швам и заражение вновь неконтролируемо распространялось.
Оставался последний вопрос: опасности долгосрочного влияния такого количества техностали в организме.
После ещё двух месяцев подтверждений и экспериментов Сергей получил совершенно сбивающий с толку вывод: каким-то образом техночума не просто улучшала организм, она чудовищно повышала иммунитет и регенерацию, борясь с любыми болезнями и повреждениями их носителя.
Техночума оказалась чрезвычайно собственнической «девушкой», не терпящей у своего владельца никаких других конкуренток.
После небольшого колебания Сергей всё же решился начать предлагать эти улучшения своим собственным войскам. Хоть на поверхности их клиника и правление Гасула казались чем-то незыблемым, но Ордынцев прекрасно понимал, насколько шаток фундамент, на котором они все стояли.
Сергею срочно нужна была настоящая боевая мощь, способная удивить даже могущественные кланы верхних уровней, вроде Ратт и Шайз. И без риска этого достичь было невозможно.
Первыми на улучшение пошли обычные чёрные крысы, но очень скоро в лабораторию Сергея ворвался обиженный и напуганный Гром.
— Босс, не заменяйте-бросайте меня! — с ходу взревел он в ужасе. Учитывая его нависающую над Скарсом фигуру, это было довольно иронично. — Я стану умнее и сильнее-мощнее!
Устало вздохнув, отложив инструменты и сняв заляпанную кровью белую маску, Сергей терпеливо узнал, что так напугало его верного командира.
Ответ был столь же примитивен, как и логика Грома.
Узнав, что его подчинённые стали намного сильнее и крупнее благодаря расширившимся мышцам, а сам он ничего не получил, Гром решил, что полностью потерял доверие босса и его скоро заменят.
— Гром, ты уверен? Если что-то пойдёт не так, ты умрёшь и превратишься в одного из техномонстров. — попытался донести до него суть Сергей, но вопрос Грома полностью выбил из него желание спорить.
— Босс, а вы сами получили улучшение?
Как мог Сергей отказаться от чего-то, что многократно могло повысить его шанс выжить от предательского удара из тени? К примеру, та же усиленная техносталью грудная клетка уже могла выдержать удар окованной сталью дубины, если в неё закачать побольше магии.
Правда, если такой же удар пришёлся бы в голову, то мозгу мало бы не показалось, но череп всё равно остался бы цел.
Узнав, что босс пошёл на это, у Грома не было и тени сомнений. Однако настоящим сюрпризом стало согласие Трасча и Крайса. Особенно Трасча, ведь рогатый крыс в подробностях видел, что с ним случилось бы, если техночума вышла бы из-под контроля.
В тот день Сергей узнал новый факт: раса крыс при всей своей трусости, на уровне инстинктов совершенно не боялась улучшения своих тел. Было ли это тайным «бэкдором», оставленным их создателем?
Казалось, что эта жуткая технология усмирения техночумы была именно тем, что могло принести Скарсу море ресурсов, знаний и технологий. Но Сергей не был дураком, отдавая в чужие руки один из своих главных козырей.
Сделав операцию «суперкрысы», Ордынцев полностью был бы лишён контроля над чумой. Что, если бы другие вожаки натравили бы на него его же собственные творения?
Сергей не горел желанием стать сапожником, задушенным собственными сапогами.
Технология «чумных суперкрыс» на данном этапе должна была оставаться исключительно в его лапах. В будущем это могло измениться, но пока что ему требовалось другое, более контролируемое открытие.
За последние месяцы шпионы Сергея методично следили за пленным гномом Дрича. Сам гном, несмотря на целый год плена, всё ещё отчаянно ругался и упорствовал, но толстые цепи лишили его даже тени шанса на побег.
Сам же Дрич использовал гнома как уникальное развлечение во время своих пиров, благодаря чему за гномом хорошо заботились.
Но Сергей понимал, что это отношение могло в любой момент измениться. Гном должен был оказаться в его лапах, однако Дрич раз за разом отказывался его продавать.
К счастью, закончив с проектом «Суперкрыс», Сергей уже имел почти готовый путь для нового проекта: «технобезумие».
Построенный на основе всего, что Сергей ранее исследовал и узнал, его суть заключалась в развитии того контроля над телом, что получала в свои стальные корешки техночума.
И прямо сейчас зафиксированный перед Скарсом и Трасчем подопытный должен был стать недобровольным первопроходцем в новой науке: техно-маго-нейробиологии!
Аккуратно вскрыв верхнюю часть черепа подопытного материала, чтобы во всех подробностях наблюдать за распространением техночумы, не полагаясь только на магическую чувствительность, Сергей почувствовал себя капельку сентиментальным.
Спустя все эти десятилетия его мечта наконец-то исполнилась: он стал настоящим учёным, который открыл новое направление медицины!
И его совершенно не заботило, что в древности какие-то местные сумасшедшие боги биологии уже создавали целые расы, ведь из землян он здесь был один!
Глава 19
Чума неторопливо распространялась по телу подопытного главаря крыс, и так как Сергей подавал минимальное количество магии, то процесс был чрезвычайно неторопливым.
Ордынцев не хотел, чтобы что-то пошло не так, и поэтому пристально наблюдал за заражением.
И именно в этот увлекательный момент его ошеломил неожиданный вопрос Трасча.
— Босс, я не хочу мешать, но должен напомнить, что ты пропустил уже третий приём пищи. В прошлый раз ты дал чёткий приказ, чтобы я точно об этом напомнил. — с безупречной невозмутимостью заметил Трасч, получив недоверие Скарса.
— Трасч, а тебя ничего не смущает⁈ — Сергей указал на вскрытый череп всё ещё живого подопытного. — У нас тут важнейший эксперимент на кону, а ты хочешь позавтракать⁈ Научись расставлять приоритеты!
— Уже пообедать, а не позавтракать, босс. И не я, а ты, — с достоинством поправил Трасч. — И смею напомнить, что в прошлый раз, когда ты чуть не упал от голодного обморока, то дал мне приказ заставить тебя поесть несмотря ни на что. Как ты выразился: «Даже если тот здоровенный эльф вновь найдёт путь на наш уровень и будет громить Крейзен, я хочу, чтобы ты заставил меня поесть».
Сергей вновь не сразу нашёл, что ответить, но затем раздраженно нахмурился.
— Ну да, я тогда что-то подобное сказал, но я не могу бросить этот эксперимент! Это слишком важно! — ворчливо добавил он. — Мы с тобой слишком долго его готовили!
— Я знал, что ты, босс, скажешь что-то подобное, поэтому уже подготовился.
Трасч хлопнул в ладоши, и тяжелые стальные створки лаборатории раскрылись, пропуская внутрь двух невероятно нервных элитных черных воинов-крыс. Эти обычно злющие крысолюды, прошедшие усиление техночумой, со страхом оглядывались на покрытые кровью лабораторные столы и висящие на крюках острые лезвия и пилы.
В руках же у стражей были аккуратно сервированы глиняные тарелки с вкусно пахнущим жаренным мясом ползунов и грибами. Из-за обилия металла, именно керамические изделия пользовались популярностью среди богатых слоев населения.
Быстро поставив еду на тот же стол, где был закреплен распятый подопытный, они тут же ретировались прочь, закрыв за собой ворота.
— Проклятье, Трасч, это уже никуда не годится! — недовольно покачал головой Сергей, тем не менее, вопреки своим собственным словам, чуть сдвинув маску, он взял с передвижного небольшого столика хирургический скальпель и зажим, после чего принялся с аппетитом поедать еду.
В этот момент Сергей не мог не подумать о том, как он идёт вопреки всем нормам и правилам медицины, кушая буквально во время операции. Если бы его увидели в это время коллеги, они бы сошли с ума.
«Как жаль, что большая часть из них, скорее всего, умерла в первые же месяцы после начала апокалипсиса». — лёгкое чувство не присущей Сергею меланхолии поселилось у него в груди, но было быстро забыто.
— Трасч, ты что там стоишь? Присоединяйся, или еда отравлена?
— Босс, не стоит шутить такими вещами, — вздохнул Трасч, но всё же подошел и тоже ухватил ближайший к нему кусочек мяса. — Цена на продовольствие вновь поднялись, так как война между Серой и Высокой мусорными кучами заблокировала сразу несколько торговых караванов. Если так будет продолжаться и дальше, мы не сможем позволить себе кормить такое количество бойцов.
Сергей в понимании кивнул. Нижние уровни Элизиума не были местом, где еду можно было легко получить.
Да, существовали древние лопнувшие трубопроводы, изливающие из себя поток съедобной жижи, но каждый из таких ресурсных источников был под контролем мощных группировок, а то и крупных кланов.
Обычные богатые крысы могли лишь высаживать бесконечные плантации грибов и разводить скот-ползунов. Тем не менее для заботы о двух последних источниках пищи требовалось огромное количество рабов, что опять же стоило своей цены, ведь их надо было защищать от чужих рейдов.
Клиника Сергея сумела так неплохо развиться из-за хаоса в Крейзене и разгоревшейся войны Мусорных куч. Пострадавшие бойцы других главарей, как и они сами, требовали профессионального ухода, в то время как магов-лекарей было мало и на конкретно Ржавой мусорной куче их просто не было.
Вследствие этой возможности, Сергей уже обучил около десятка серых «медбратьев», способных соорудить простейшую шину для фиксации переломов и даже зашить несложную рану.
Они так же выучили предназначение и производство простейших местных медикаментов из трав. Иронично, что их учитель выучил эти же знания немногим раньше их самих.
Наличие этих младших помощников сильно облегчило нагрузку Сергея. Заодно каждый из помощников был окружен охраной, не столько для их защиты, сколько для предотвращения побега.
Переданные Сергеем знания были бесценны на покрытых кровью стальных улицах Крейзена, и Ордынцев не собирался плодить себе конкурентов.
Но весь этот рост был довольно шатким, ведь клиника не имела доступа к выращиванию своих собственных продуктов питания. Значительная часть полученных от других банд денег, оружия и блестяшек отдавалась жадным торговым караванам, курсирующим между всеми тринадцатью техническими уровнями Элизиума.
Центр Крейзена — находившийся внизу рынок, была свободной от банд территорией, ведь там правили торговые кланы.
Однако разговор о подобных мелочах не заставил Сергея отвлечься от главной цели их сегодняшнего собрания.
— Наконец-то почти готово! — Скарс склонился над головой затихшего подопытного, видя, как стальные нити заканчивают осваивать последние остатки нужных участков плоти. Глаза крысолюда потеряли блеск разума, и это означало, что он уже был на полпути в превращении в плотоядного монстра.
— Босс, теперь-то ты уже можешь сказать, что именно мы делаем? — Трасч с любопытством усилил свою магическую чувствительность и принялся исследовать тело подопытного. Так как в данном случае образец был заражен чистейшим штаммом техночумы, никакого риска чужеродной магии не было.
— Хорошо, что ты спросил, — довольно кивнул Сергей, оживленно принявшись рассказывать. — С самого начала наших с тобой исследований я заметил, что техновирус каждый раз двигается по одним и тем же мозговым путям, захватывая различные области мозга, но оставляя другие без изменений.
Для наглядности Сергей специально указал маленьким стилусом, выросшим из пальца, на те самые области.
— Было очевидно, что различные области мозга нашего вида отвечают за те или иные отделы поведения или двигательные функции, в которых больше всего нуждается техновирус. В то же время другие области, такие как память и область мышления, совершенно не задействованы.
На губах Сергея мелькнула жуткая улыбка, к которой Трасч, впрочем, давно привык.
— Используя один экспериментальный материал за другим, я кропотливо ограничивал техночуму, давая ей захватить лишь некоторые из участков, или заставлял её захватывать мозг по совершенно иному пути, чем было заложено командой. И это дало великолепные результаты!
— Ты имеешь в виду тех крыс, что забыли о своём прошлом или забыли, как дышать?
— Не только это, но и те крысы, способные внезапно порвать сдерживающие их цепи, даже если последствия включали разрушение каждой кости в их телах. Даже слабо заражённые техночумой оказались заметно сильнее, чем обычные крысы, причина в той самой стимуляции вирусом, снимающей любые врождённые ограничения тел.
Вдруг тело подопытного вздрогнуло, и из его груди раздалось нарастающее рычание. Кажется, обращение подошло к концу, и техновирус полностью взял на себя управление.
— Но все эти эксперименты позволили мне достичь главного! Коснуться краешка тех принципов, по которым техновирус контролирует своих марионеток. И разобравшись в этом, я подготовил специальный артефакт, который, в перспективе, способен и сам имитировать некоторые из этих воздействий.
Сергей бережно открыл стоявшую рядом деревянную коробку и достал оттуда небольшой прут, выращенный из его собственной техностали и больше напоминающий кристалл из-за всех дополнительных нарощенных участков на нём.
— Это специально созданный мной контрольный артефакт, в который я вложил все нужные команды, — Сергей расположил кристалл над головой дёргающегося обращенного, после чего медленно опустил его в заранее проделанное в черепе отверстие.
Размер отверстия и форма кристалла идеально подошли, поэтому «прут» даже не шатался.
И как только кристалл вошёл в «паз», всякое рычание и движение монстра полностью исчезло. Под ошеломлённым взглядом Трасча технотварь полностью расслабилась и замерла, пока глаза, не мигая, смотрели прямо в потолок.
— Получилось!.. — прошептал Сергей, словно громкая речь могла разрушить этот момент. — А теперь следующий шаг…
Палец Ордынцева мягко коснулся верхушки кристалла и подал на него активатор уже заранее прописанной внутри команды.
Крохотная волна магии прошла по кристаллу и коснулась чёрных линий вируса, и в ту же секунду монстр проснулся и вновь принялся дёргаться в путах в жажде резни.
— Босс, у тебя получилось контролировать этих тварей⁈ Это же изменит всё, что наша раса знает о них! — глаза Трасча горели огнём амбиций. Кажется, он уже подсчитывал барыши от использования этого проекта.
— Ты слишком спешишь, — с косой улыбкой осадил его Сергей. — На данный момент мой «контроль» очень и очень ограничен. — Как ты видишь, на данный момент я способен точно управлять лишь двумя командами: «Включение» и «Выключение». Теперь осталось протестировать третью и последнюю из них.
Очередное касание и новая команда, но на этот раз технотварь повела себя ещё более необычно. Она не перестала порыкивать от недовольства, но громкость снизилась в несколько раз, как и ожесточенность рывков. Более того, глаза монстра оторвались от Скарса и Трасча и начали бездумно вращаться, оглядывая потолок.
— Третья команда, — с безошибочной гордостью заявил Сергей. — Заставляет технотварь видеть во всех, кто её окружает, своих соотечественников. Технотвари не нападают друг на друга без причины. Так что сейчас ему не нравится наше присутствие, но он не видит в нас угрозы.
— Тогда нам следует добавить выборочный фильтр, — сразу начал думать Трасч. — Чтобы это оружие могло различать врагов и союзников. Но как решить проблему с определением и активацией? Магов достаточно трудно найти, чтобы наши будущие покупатели могли воспользоваться этим оружием.
— Ты недооцениваешь меня, Трасч. Я уже давно подумал об этом! — ещё одно касание кристалла, и монстр вновь начал громко рычать, несмотря на кляп. Однако уже спустя пару секунд Сергей достал небольшой деревянный жезл с прикреплённым на нём уже знакомым кристаллом.
И как только технотварь увидела этот жезл, то немедленно отвела взгляд и сконцентрировалась на стоявшем по другую сторону стола Трасче.
Сделав жест: «Подойди ко мне», Сергей позвал своего помощника, и стоило ему встать возле жезла, как монстр полностью успокоился. Очевидно, любой, кто находился у кристалла, игнорировался.
— А зарядка жезла? Я чувствую, ты поместил туда немало магии, но она рано или поздно себя исчерпает.
— Продумано, — с торжествующей ухмылкой Сергей отошёл и вернулся с клеткой с небольшой неразумной крысой. Удар, и острие жезла пронзило тело крысы, после чего кристалл впитал достаточно магии, чтобы работать несколько минут. — Если использовать более крупное существо, то заряда хватит на несколько дней.
— А что насчёт активации этих тварей на расстоянии? Или заказчик должен будет вручную запускать каждого из техносолдат? На сколько сложна имплантация управляющего кристалла?
— Вот здесь я пока ещё работаю, — признался Сергей, однако он не выглядел огорчённым, и скоро стало ясно, почему. — Помнишь амулет связи, который я получил от того эльфа?
Сергей в какой-то момент продемонстрировал Трасчу амулет связи, ведь они оба пытались его изучать.
— Конечно, у тебя, босс, получилось разобрать написанные в нём руны?
— Лучше! — широко оскалился Сергей. — У меня наконец-то получилось его активировать и связаться с кем-то ещё!
— Случайно не с тем эльфом? — подозрительно спросил Трасч.
— Нет. Судя по той информации, что я уже собрал, моя собеседница находится на самых верхних уровнях Элизиума! Правда, по её словам, вот уже которое столетие она заперта в своих собственных покоях, и, судя по состоянию города, нет никого в своём уме, кто может её оттуда вытащить.
От автора: гном, амулет связи и продажа техно-биооружия, у Сергея начинаются активные будни.)
И подарок нам всем от Товарища Zig-а)
Глава 20
— В верхнем городе⁈ — поразился Трасч. И его удивление было оправдано. Верхний город был чем-то полулегендарным, ведь он находился выше тринадцати технических уровней и был абсолютно запретной зоной. — Она знает, как пройти через Зону смерти-гибели⁈
По полученным Сергеем слухам выше первого технического уровня в прошлом начинались жилые уровни персонала более высокого статуса. В тех местах имелось невероятное количество высококлассных технологий и артефактов, но сошедшие с ума големы и бывшие жители Элизиума превратили ту территорию в настоящий ад.
И лишь благодаря воле неизвестной Великой машины, весь этот ужас удерживался на верхних этажах, а не стекал вниз. Тот же Велинир Джарласк был скорее исключением, чем правилом.
Ещё же одной вкусной деталью, стоящей упоминания, была лживая природа крыс, назвавших все тринадцать технических этажей своими землями. Вот только неловкая правда была такова, что на самом деле крысы контролировали лишь часть, пусть и самую большую, технических уровней.
Кроме самих крыс имелись анклавы ещё нескольких рас, которые вполне успешно забивали крысам клыки в глотки, отстаивая свою независимость.
Одной из таких известных рас были гномы, а второй… драконы. Да-да, как оказалось, те слухи об огромных, многохвостых и многоголовых чудовищах верхних уровней, о которых краем уха слышали рабы и слуги, были по большей части лживы.
Это были лишь здоровенные чешуйчатые разумные твари, способные выдыхать огонь или яд и населяющие всего лишь часть трёх первых уровней.
По словам торговцев, которые с ними вполне себе несколько раз торговали, у виверн не было ни нескольких хвостов, или голов. Они выглядели похожими на драконов, но вместо общепринятого вида четырёх лап и крыльев на спине, их крылья являлись частью передних лап.
Сергей напряг память и припомнил, что подобный вид драконьих существ на Земле было принято называть вивернами, но в этом месте они упорно называли себя драконами.
Возвращаясь же к амулету связи и их таинственной собеседнице, волнение Трасча было понятно, ведь Верхний город для всех живущих внизу был подобен Клондайку, скрывающему богатства за пределами мечтаний.
— Успокойся, хоть мы и пообщались, но всё не так просто, как хотелось бы, — криво улыбнулся Сергей. — Поначалу наш разговор шёл неплохо, но очень быстро вышел из-под контроля…
Тот день был ничем не примечателен. График Сергея был очень плотным, где был распланирован каждый час. В этом мире тьмы и стали можно было судить о дне и ночи лишь по тому, как плафоны гигантских магических светильников на потолках ангаров понижали яркость.
Прямо сейчас дело шло к ночи, и большинство самых сложных и ответственных экспериментов были закончены. Так что теперь Сергей возился с дополнительным проектом в виде амулета связи.
После пристального обследования со всех сторон было определено, что амулет состоял сразу из нескольких различных материалов, похожих на сталь, золото, серебро и драгоценные камни, вроде бриллиантов и рубинов.
Тонкие дорожки золота были похожи на самые настоящие компьютерные платы, и, словно в насмешку, заканчивались они неизвестными рунами, выглядящими точь-в-точь как какие-то конденсаторы и резисторы.
Почему в насмешку? Всё просто, потому что Сергей практически ничего не знал о программировании. Во время его обучения был дополнительный курс, связанный с программированием, но Ордынцев не особо обращал на него внимания, не понимая, как он может пригодится.
Теперь же, упершись взглядом в сложный магический артефакт, Сергей проклинал свою лень и приоритеты самыми последними словами.
Но даже находясь в столь неловком положении, он всё ещё направлял свою магическую чувствительность, по крохам переписывая и анализируя получаемые магические схемы.
Найти способ активации артефакта было самым лёгким способом, ведь кнопка по центру и связанная с ней маги сразу на это намекали. Благодаря ним же Сергей выучил руну активации.
Сейчас же он бился над целым комплексом рун, находившихся прямо возле рун активации связи. И чем больше Ордынцев наблюдал, тем яснее понимал, что они очень похожи на какую-то… базу данных?
«Телефонная книга!» — вспышка осознания была именно тем, что он так долго искал: «Я нашёл место, где артефакт хранит все прошлые контакты!»
Дальше от Сергея требовалась невероятная осторожность. Найдя руны, отвечающие за принятие команд устной речи, Сергей приложил все усилия, тонко перекрыв магические дорожки от базы данных, и произнёс имя того здоровенного эльфа.
С очарованием Ордынцев видел, как активировались руны связи, связавшись с базой данных, и как одна из «баз данных» отправила подтверждение, после чего выслала команду на активацию артефакта. Но благодаря блокирующей магии Сергея сигнал незаметно затих, не активировав сам звонок.
— Фух! — с облегчением выдохнул Сергей. Теперь он знал, какую часть рунной базы данных он не должен трогать ни в коем случае. Ордынцев совершенно не желал повторной встречи с жутким эльфом.
Теперь же оставалось нечто довольно сложное, но всё ещё в пределах разумного. Увидев весь процесс работы базы данных и сигналов активаторов, Сергей методично принялся повторять тот же сигнал подтверждения, но уже сам тыкал в нужные участки базы данных, «прозванивая» телефонную книгу.
«Ха, а если подумать, я, как служащий Орифлейм, незаконно получил чьи-то номера и теперь обзваниваю их, чтобы втюхать какую-то совершенно ненужную фигню». — с юмором подумал Сергей, от чего довольно монотонное и скучное дело стало заметно веселее.
Четверть, половина и уже три четверти телефонной книги показали конец, а ответа так и не последовало. Это удручало. Неужели все другие владельцы подобных устройств сошли с ума или погибли?
И когда Сергей подбирался к самым последним записям, артефакт впервые показал иную реакцию.
Серебряные линии на его корпусе мягко засветились и начали неторопливо переливаться. Звука не последовало, но нетрудно было понятно, что происходит.
Это был контроль посыла вызова или, проще говоря, длинные гудки телефона. Связь с неизвестным устройством была установлена, но абонент не взял трубку.
Долго ждать не пришлось, ведь владелец устройства явно был неподалеку.
— ЗДЕСЬ ЕЩЁ ЕСТЬ КТО-ТО ЖИВОЙ⁈ — оглушительный крик заставил Сергея резко откинуться от устройства и чуть было не выронить его. Инстинктивно подкинутый амулет был в панике еле пойман, и Ордынцев с трудом перевёл дух. Логика подсказывала, что подобный артефакт был куда прочнее, чем выглядел, но что, если он всё же сломается⁈ — ПОВЕРИТЬ НЕ МОГУ! СТОЙ! ЭТО ЖЕ НАСТОЯЩИЙ ЗВОНОК⁈
— Хватит орать! — рявкнул огорчённый сверх меры Сергей. Его сердце учащенно колотилось в груди. В этот момент он напугался больше, чем когда «солировал» в битве с Кросом. — Я прекрасно слышу!
На другом конце амулета связи образовалась тишина, после чего собеседница ощутимо снизила громкость.
— Если ваш голос резко не изменился, то это явно не Велинир Джарласк, не так ли? — голос собеседницы был немного необычным. Окончания слов несли в себе лёгкие, еле заметные шипящие и рычащие оттенки. Однако загруженная «база данных» языков немедленно акцентировала на этой детали внимание. Почему?
— Вы правы, я не Велинир, — не стал спорить Сергей.
— Тогда позвольте мне узнать, мёртв ли Джарласк?
— Насколько я знаю, нет. — припомнил отчёты ордынцев, где сообщалось о раздающихся звуках разрушения глубоко внизу.
— Но его дела хотя бы плохи? — с надеждой вновь спросила неизвестная.
— Определённо, да. — на этот раз обрадовал собеседницу Сергей.
— Приятно слышать, — неизвестная явно была очень рада это услышать. — Тогда с кем я сейчас веду диалог?
— А с кем я его веду? — тут перенаправил его Сергей.
— Вежливые разумные сначала представляются первыми, ведь это вы позвонили мне. — не осталась в долгу неизвестная.
— А культурные разумные, спрашивая чужое имя, сначала называют своё. — отбил «подачу» обратно Сергей.
Между собеседниками образовалась неудобная тишина, пока они оба подозрительно смотрели на амулеты связи.
— Хорошо, меня зовут Лартания Ярость песков. — собеседница замолчала, словно давая Сергею признать её, однако в ответ пришла лишь неудобная тишина.
— Скарс. — коротко ответил Сергей.
«Ярость песков», — попутно размышлял он: «Какое любопытное прозвище. Повелевает ли она песками или, наоборот, сражалась среди песков? Или пески вовсе имеют метафорический смысл, вроде песков времени?»
— Ты меня не узнаешь? — подозрительно спросила Лартания. — И почему у тебя такое короткое имя?
— Нет, а должен? — демонстративно провокационно хмыкнул Сергей, отметив куда менее вежливый тон.
— Если бы ты был из высших каст, то, конечно, — фыркнула Лартания, но её голос быстро смягчился. — Но, впрочем, для меня это не имеет смысла. Я не из Мрачноземья, так что ваши кастовые заморочки меня не касаются.
«Мрачноземье? Что это? Страна? Континент?» — Сергей нутром чувствовал, что это название невероятно важное: «Судя по всему, Элизиум находится на территории Мрачноземья и эта Лартания чужестранка, которая приехала сюда… зачем?»
— Это всё не важно, — слова Лартании стали безотлагательными. — Куда важнее, где именно ты находишься? Тебе очень далеко до шпилей Верхнего города?
«Говорить или не говорить?» — вспыхнула мысль, но от скрытия этой информации не было толку. Да и, судя по всему, сама Лартания была на другом конце Элизиума.
— Я на тринадцатом техническом уровне Элизиума. — честно ответил он, на что получил угрюмую тишину.
— Проклятье! Во имя Олдвинга, как я могла очутиться в таком положении⁈ Будь проклят Гройбакс, толкнувший меня в делегацию для переговоров с Мрачноземьем! — слова собеседницы были наполнены нескрываемой горечью. — И единственный собеседник, которого я смогла получить за сотни лет в этих проклятых апартаментах, это какой-то вшивый слуга, нашедший амулет связи! Я даже точно не могу сказать, сколько времени прошло с моего здесь пленения! Сотни? Тысячи⁈
— Кхм, я рекомендую быть вежливее. — холодно напомнил Сергей, которому не понравилось проявленное высокомерие.
— А тебе что, прислужник⁈ Разве ты не видишь, что я занята сомнениями в своём жизненном пути⁈ — огрызнулась Лартания.
— Вижу, но меня это не сильно волнует, — хмыкнул Ордынцев. — В конце концов, из нас двоих именно ты сейчас заперта, в то время как я, хоть и в самом низу Элизиума, но всё ещё свободен. И если ты сумеешь меня заинтересовать, то я готов рассмотреть возможность тебе помочь.
— Помочь⁈ Ты не сумеешь добраться даже до верхнего города! — раздраженно заявила Лартания, после чего связь оборвалась и амулет перестал светиться. В ту же секунду я заметил, как рассеянная в воздухе магия начала стягиваться к артефакту. Было удачно, что эта вещь имела функцию подзарядки.
«Она ни разу не повторила свои слова. Да и язык отличается от крысиного и гномьего». — подметил Сергей: «Кто же она?»
— Как-то так, — закончил рассказ Сергей. — Пока что я не стал ей больше звонить. Думаю, она сама рано или поздно свяжется.
— Это невероятная возможность, босс. А ты попробовал связаться с кем-то ещё? — кажется, Трасч вошёл во вкус.
— Естественно, но больше ни один из контактов не отвечал. — разочаровал его Скарс.
— Один лучше, чем вообще ничего. — вздохнул он, а затем о чём-то вспомнил. — Но босс, зачем тогда в управляющем техносолдатами артефакте вы установили пополнение энергии через жертву, если вы нашли руны поглощения магии из окружения?
— То, что я их нашёл, не означает, что я понял, как их создать! — закатил глаза Сергей. — Или ты думаешь, это так просто⁈ Я пока над этим работаю. А ты пока подними наши связи и точно установи, кому именно мы можем продать наш будущий товар. Заодно проработай план встречи главных и самых первых покупателей. Среди них точно должны быть Гасул, Крутс, Одноглазый и Дрич. — перечислил всех главных вожаков Сергей.
— Ты планируешь подключать торговцев? — поднял важный момент Трасч. — Наши разработки могут привлечь внимание крупных кланов.
— Они всё равно привлекут внимание, ведь мы не будем довольствоваться крохами, — оскалился Скарс. — Но если мы станем трястись и ограничивать себя, то когда наступит время противостоять их загребущим лапам, то у нас будет слишком мало сил. Поэтому план диаметрально противоположный, мы будем расти так быстро, как только сможем! И когда они решат нас уничтожить или поглотить, мы сделаем это с ними сами!
— Некоторые старые кланы намного могущественнее, чем даже весь Крейзен. — Трасч осторожно выразил сомнения, но в отличие от тупых вожаков, убивающих за любое слово поперек их мнения, Сергей и впрямь старался слушать критику.
— Шаг за шагом, мой друг. А теперь хватит тратить время, Пинки! Мир сам себя не захватит!
— Пинки? Что это означает? Босс?
Сергей был прав, ведь на этот раз звонок на его амулет связи произошел уже на второй день после первого звонка. В этот момент Сергей переписывал часть из исследуемых им рун, поэтому принял звонок сразу же.
— Доброе время суток, Лартания, — мягко поприветствовал собеседницу Ордынцев. — Как у тебя дела?
— Оставляет желать лучшего, так как я всё ещё там, где я есть. — мрачно заявила Лартания. Очевидно, она не очень горела желанием звонить, но у неё просто не было другого выбора. Видимо, одиночество стало куда тяжелее, когда появилась возможность с кем-то поговорить.
— Тебе виднее, — безразлично пожал плечами Сергей, вновь склоняясь над амулетом, чтобы понаблюдать за потоками магии во время его работы. — Но хочу предупредить, если ты хочешь продолжить продуктивное общение, то следует сначала хотя бы узнать друг друга получше. Кто ты?
— Я говорила в прошлый раз. В этот раз ты! — Сергей аж остановился от подобного «детского» поведения.
— Хм, может, ты и права. Как я уже сказал, меня зовут Скарс, и я владелец небольшой клиники, лечащей крысолюдов.
— Подожди-подожди, ты тоже один из тех низших крыс⁈ — ошеломленно спросила Лартания. — Но вы же полностью деградировали! Вы, наверное, даже не знаете, что такое Элизиум! Откуда ты можешь знать этот язык⁈
— Это уже другой вопрос, — улыбнулся Сергей. — Теперь я хотел бы получить взаимность.
В ответ послышалось презрительное фырканье, но Лартания всё же сдержала своё слово.
— Я Лартания Ярость песков, синяя цветная старая драконица, хоть теперь, наверное, могу называться и древней. А теперь, когда ты знаешь, кто я, то изволь обращаться ко мне соответственно! Я не потерплю панибратства от прислужников и слуг!
— Подожди, если ты древняя драконица, то как не умерла с голоду? Насколько я знаю, вы вырастаете до очень больших размеров, а ты заперта. — не обратил никакого внимания на её угрозы Сергей.
— Это не твоё дело. И что ты имеешь в виду под «знаешь»? — Лартания вдруг насторожилась.
— Тебе неизвестно? — удивился уже Сергей. — На самых первых технических этажах вполне себе живут твои соотечественники.
— Здесь есть другие драконы⁈ Да ещё и много⁈ — Лартания явно испытала искренний шок. — Но что они делают на этой помойке⁈ Почему я их никогда не видела в верхнем городе? Не может же быть, что они не сумели пролететь наверх?
— Наверное, им не хватает сил? — предположил Сергей. — Вроде им пришлось даже заключить союз с гномами, чтобы противостоять нам, крысам.
— Союз с гномами? Что? — растерянность Лартании вдруг сменилась тяжелыми подозрениями. — Ты сказал, драконы? А как они выглядят?
— Чешуя, здоровенная пасть, длинная шея… — слова Скарса заметно успокоили собеседницу вплоть до следующих слов. — две задних лапы и две передних с крыльями. Дышат огнём и кислотой. — честно ответил Ордынцев. Что-то почувствовав, он отодвинулся от амулета, и это было мудрым решением, ведь раздавшийся из него рёв буквально оглушал.
— БЕССТЫДНЫЕ ВИВЕРНЫ! Как они смеют называть себя истинными драконами⁈ Если бы о них узнали титанические повелители неба, то всё это проклятое Мрачноземье уже горело бы огнём!
«Кажется, я был прав, и это всё же именно виверны, а не драконы». — хмыкнул Сергей, слушая подпрыгивающий от звуков ярости амулет. Очевидно, пока Лартания не успокоится, диалога с ней не получится.
От автора: благодарю-спасибо всем, кто поддерживает моё творчество. Крысо-жена и миска корма всем!)
И комикс для самых преданных читателей)
Глава 21
— Чёртовы твари! — бушевала Лартания. — Нам, драконам, давно пора было очистить вселенную от всего этого мусора! Дракониды, виверны и прочие недоящеры, осмелившиеся претендовать на родство с великими нами! Но даже так никто из них не осмеливался называться настоящими драконами!
— Значит, они не драконы? — с наслаждением уточнил Сергей, на что получил новую порцию брани. Слушать, как столь высокомерное существо, как дракон, истекает злобой, было довольно забавно.
— Я ещё больше хочу покинуть свои проклятые апартаменты… — угрюмо заявила под конец Лартания, и Сергей понял, что стоит ковать железо, пока оно горячо.
— За весь разговор с тобой меня не покидает два вопроса, на которые я никак не могу найти ответ, — спокойно заговорил Сергей. — Во‑первых, как ты можешь так хорошо знать, что происходит на нижних уровнях Элизиума? А во‑вторых, если ты аж старая драконица, ну или уже древняя, то почему ты не можешь покинуть какие‑то там комнаты? И чем ты всё это время питалась? Сомневаюсь, что вы, драконы, научились питаться своим раздутым самомнением.
— Я не хочу и не буду отвечать на второй вопрос, — после длительного молчания сухо ответила Лартания. Но даже её молчание уже давало пищу для размышлений. Было очевидно, что гордая драконица отнюдь не так сильна, как хотела бы показать. Или что‑то её удерживало или ограничивало?
— И да, можешь зарыться в тот мусор, который ты называешь домом. Мы, драконы, — вершина этой вселенной, так что нет ничего странного в признании этого. Насчёт же знания… — раздался невесёлый смешок. — За то долгое время, что я была заперта в своих комнатах, у меня получилось достать доступ к местной глобальной магической сети и даже выбить в ней небольшие права. Сумев же подключиться к магическим наблюдателям, я следила за тем, как Элизиум с каждым столетием катился всё глубже в ад.
Лартания саркастично фыркнула.
— Признаюсь, я получала искреннее удовольствие, наблюдая за тем, как всё, что построили Боги Мрачноземья, рушится вместе с ними, но это было весело лишь первое время. Когда всё окончательно рухнуло, а последующие поколения начали забывать, кто они и что вокруг происходит, то это оказалось уже не так забавно. Последние же столетия… — Лартания замолчала, но всё было понятно и так.
— Подожди, если ты прибыла в это место до так называемых Тёмных веков, значит, ты знаешь, что такое Элизиум? Почему началось Падение и что вообще происходит? — глаза Сергея вспыхнули, когда он понял, что наконец‑то пелена незнания и слепого брождения по этому мрачному миру готова окончательно рухнуть.
Однако, увлёкшись своим любопытством, Сергей забыл, с кем именно ведёт диалог.
— Ха, и с чего мне бы это тебе говорить, жалкий слуга? Созданный богами Мрачноземья прислужник, единственная цель которого — служить и умирать ради хотелок своих хозяев? — бесцеремонно заявила драконица. — Уже тот факт, что я разговариваю с тобой, делает тебе честь, которой ты не заслуживаешь!
Но хоть её слова и сочились ядом, Сергей без труда чувствовал почти не скрываемую боль и отчаяние. Получив внезапный звонок, Лартания обрела слабую, но надежду. И когда она осознала, что её новый знакомый — обычный слуга, не способный ей помочь, то отчаяние почти сломило её.
На губах Сергея появилась небольшая улыбка, которую мог видеть только он сам. Ордынцев знал, что такое отчаяние. Даже несмотря на то, что его характер всегда несколько отличался от обычных людей, он всё ещё знал моменты, когда мир видится местом, в котором больше нет надежды и света.
И кому, как не ему, знать, что если кто‑то предложит даже маленький лучик солнца, то ты будешь готов вцепиться в него и никогда не отпускать?
Для Сергея истерика драконицы была подобна мольбе о шансе на спасение, и Ордынцев всегда был щедр на обещания.
— Вижу, ты неплохо знаешь, к какой расе я принадлежу, но открою тебе любопытную деталь. Это тело у меня далеко не первое. Более того, оно сильно отличается от обычных представителей своей расы, — Сергей не боялся говорить об этом. Только у него была связь с Лартанией, что сохраняло секретность. Если же когда‑то он и дойдёт до неё, пробившись через все тринадцать технических уровней, жилых уровней и верхний город, то его сила позволит ему создать свою собственную фракцию. — Моя магическая сила уже достаточна, чтобы легко стать сильнейшим учеником в местной Магической академии. И это лишь сейчас, пока у меня нет доступа к настоящим знаниям.
Чётко выверенная речь Сергея заставила Лартанию полностью замолчать и внимательно слушать.
— Будь на моём месте обычная крыса, твой скептицизм был бы оправдан. Вот только я не обычный крысолюд, у меня есть интересные преимущества, и шансы твоего спасения отнюдь не так безнадёжны, как кажутся на первый взгляд.
— Твою душу призвали машины Мрачноземья, не так ли? — вдруг спросила драконица. — Мы всегда подозревали, что боги этого жуткого мира заигрывают с вещами слишком опасными, чтобы их стоило трогать. По слухам, ошибки в работе Колеса Сансары, отвечающего за обработку душ этой части вселенной, появились именно из‑за безумия Мрачноземья. Но у нас никогда не было доказательств, чтобы спустить на них не только Благой комитет, но и другие фракции. По отдельности же с ними никто не рисковал связываться, так как их сила была слишком велика.
— Да, скорее всего, меня так и призвали, после чего засунули в это тело.
— Но раз ты так свободно можешь об этом говорить, то что‑то явно пошло не так, — принялась размышлять Лартания. — Все другие разы, когда мы ловили таких, как ты, то ничего так и не получили.
— Кажется, мои слова сумели тебя заинтересовать, и ты уже перестала плакаться, — ухмыльнулся Сергей, чувствуя, как его слова раздражают собеседницу. — Тогда начнём по порядку. Ты сказала «мы». Кто это? И если Мрачноземье было вашими врагами, то как ты оказалась здесь?
— Ты же понимаешь, что если я не хочу, то ты ничего не узнаешь? — неохотно прорычала драконица.
— Конечно, ведь ты великая драконица, а я всего лишь особо умная крыса. — Сергей знал, когда отступить, чтобы сохранить остатки чьей‑то гордости.
— «Мы», о которых я говорила, тебе ничего не скажут. Касательно же моего здесь нахождения… Это потому, что один невероятно тупой синий дракон по имени Раганрод с чего‑то решил, что сможет заключить союз с Мрачноземьем. Сюрприз: это было совершенно не так! Я была в составе дипломатической миссии, когда Боги решили показать Раганроду его место. Кого‑то убили сразу, а кого‑то, вроде меня, поймали, а затем… — Лартания замолчала, после глухо сказала: — Я не хочу говорить об этом.
Лартания, словно пытаясь убежать от неприятных воспоминаний, продолжила говорить без дополнительных «понуканий».
— Скажу сразу, я не знаю, что случилось и как произошло Падение. Только подозреваю, что вина лежит не на внешних силах, а принадлежит исключительно самим Богам Мрачноземья. Эти сумасшедшие ублюдки считали себя неприкосновенными и непогрешимыми, заигрывая с силами, которые никто не мог контролировать. Они творили такое, что не снилось даже каким‑то дьяволам. Так странно ли, что в конце концов они громко обосрались, утащив с собой и всё вокруг? Скорее я удивлена, что сам Элизиум ещё не рухнул, а продолжает гнить.
— Вот об этом я и хочу наконец узнать. Как покинуть Элизиум? Не знаю, как ты, но мне чертовски надоели эти стальные переборки и отсутствие неба, — позволил проявить немного своих истинных чувств Сергей.
— А думаешь, я не хочу расправить крылья? Уже сотни лет я не рассекала небеса, — тоже ворчливо вздохнула Лартания, но потом вдруг осеклась. Её голос ощутимо изменился, и в него добавилась насмешка. — Подожди‑подожди. Ты же ведь совершенно не знаешь, что такое Элизиум, а? Аха‑ха‑ха!
Драконица громко рассмеялась, а затем сквозь смех выдавила:
— Уйти из Элизиума? Удачи тебе, ведь сам Элизиум висит на высоте сотен километров от Гернеи — планеты, что раньше была частью поглощённого Мрачными землями мира! Элизиум — это космическая станция, висящая в космическом пространстве Мрачноземья!
Сергей с ничего не выражающей мордой слушал объяснения Лартании, изредка прерываемые её смешками.
Оказалось, что этот мир, частью которого являлся Элизиум, имел чрезвычайно поганую репутацию во всей вселенной, специализируясь на пожирании других миров.
Мрачноземье, плывя по морю Хаоса и направляемое своими Богами, выискивало подходящих жертв, после чего уничтожало границы их миров и крало обитаемые планеты внутри них.
По путаным объяснениям Лартании стало очевидно, что большинство «миров» не имели космического пространства вовсе. За пределами их атмосферы имелась лишь плёнка мирового щита, защищающего жителей мира от Хаоса.
Мрачноземье же, поглотившее десятки планет и миров, было подобно гигантской «сверхклетке», рыщущей и охотившейся по всей известной вселенной.
В своей высшей точке развития Мрачноземье и впрямь добилось пугающих успехов. Тот же «Элизиум» являлся вершиной их достижений, став сверхдорогим курортом для элиты Мрачноземья и даже самих богов. Сюда приезжали, чтобы развеяться и отдохнуть.
Но когда случилась неизвестная катастрофа, об Элизиуме забыли, как и о его обитателях. Скорее всего, все, кто мог покинуть станцию, сделали это сотни лет назад, оставив внутри тех, кому не хватило «кораблей» и «спасательных шлюпок».
Но неожиданно Лартания отнюдь не горела желанием покидать станцию, хоть и провела внутри неё столько лет.
— Если меня спустя столько лет никто не спас, а я не видела никаких охотников за древностями, межмировых мусорщиков, готовых обшарить любой вселенский угол, или грабителей могил, то Мрачноземье всё ещё смертельно опасно. Подозреваю, что если покинуть станцию, то можно привлечь внимание чего‑то, с чем не стоит встречаться даже мне.
— Об этом мы будем беспокоиться потом, — легко согласился Сергей. — Сейчас у нас на повестке дня — достижение верхнего города и получение достаточной власти, чтобы спасти тебя и не умереть по пути. Есть возражения?
— Я удивлена, что слуга вроде тебя сумел так чётко сформулировать мои собственные мысли, — едко согласилась Лартания.
— Рад, что мы всё же пришли к соглашению. Тогда, раз ты сумела получить доступ к магической сети, то у тебя есть какие‑то знания о рунах и принципах их работы? — Сергей поднял жезл управления техносолдатами и улыбнулся. — Тогда у меня есть вопросы, что приблизят нас к выполнению наших общих целей.
Глава 22
Что вы представляете себе, когда думаете о драконах? Естественно, из-за огромного количества легенд о драконах их облик может меняться совершенно неожиданно. Где-то это длинные, похожие на глистов ящеры с короткими лапками, где-то это порождения зла с множеством голов, а где-то любители выдохнуть потоки огня на чьи-то города.
Но даже при всём многообразии их видов, есть черты характера, общие для всех их них — жадность, гордость и высокомерие. Даже не встречаясь с Лартанией лично, Сергей очень быстро узнал, насколько хрупким может быть эго синих дракониц.
Не привыкший просто так сносить оскорбления, Ордынцев отнюдь не стеснялся отвечать насмешками на издевательства, из-за чего споры и ссоры между ними не затихали ни на секунду.
Казалось бы, при характере Лартании она должна была оборвать связь ещё при первых спорах, где у неё не получилось заткнуть «крысу». И именно подобного исхода и ожидал Сергей, которому требовались исключительно магические знания Лартании, но он здорово просчитался, недооценив то, насколько истосковалась драконица по общению.
Лартания игнорировала всякую неловкость и смущение и продолжала названивать, делая это почти в любой час дня и ночи. Сергей же, скрипя зубами, был вынужден с этим мириться, ведь Лартания отказывалась делиться знаниями, если он сбрасывал её вызовы. Кроме того, неохотно Ордынцев признавал, что ценность драконицы не ограничивается её знаниями.
Прямо сейчас сидящий за рабочим столом Сергей с мрачным лицом копался в россыпи рун, пытаясь соединить их так, чтобы они работали должным образом. Сложность была в том, что магическое искусство начертания рун требовало от заклинателя не только правильного расположения рун, но и чрезвычайно высокой точности их начертания.
И чтобы понимать всю трудность, стоит знать, что руны имели трёхмерную структуру, образуя сложное «звёздное пространство», где магия постоянно двигалась и текла, ни на секунду не застаиваясь на месте.
Очевидно, столь требовательная задача нуждалась в абсолютной концентрации, однако Сергей явно не мог похвастаться этим.
— Эй, прислужник, сколько ты уже будешь молчать⁈ Я позвонила тебе не для того, чтобы слушать тишину в амулете! — насмешливый голос Лартании заставил Сергея неосознанно слишком сильно сжать поделку из техностали и нарушить связи между рунами. С печальным «пух» недоделанный артефакт развалился в неприятно пахнущую черную кучку неизвестного вещества. — И вообще, когда ты уже доделаешь артефакт голосвязи?
— А думаешь, чем я занимался до того, как ты меня отвлекла⁈ — рявкнул Ордынцев. Его кроваво-красные глаза ещё сильнее побагровели от прилившей в них крови. — Чем больше ты звонишь, тем медленнее я разбираюсь в переданных тобой данных, чем медленнее идёт моё обучение, тем дольше ты будешь сидеть в своих комнатах!..
Упомянутый Лартанией голографический артефакт стал их первой совместной разработкой. Изначально Сергей жаждал лишь получить знания для добавления в свой управляющий жезл функции активации на расстоянии.
И, к его радости, у Лартании и впрямь была эта информация. Вот только они сходу столкнулись с большой проблемой — передать все тонкости трёхмерной связи между рунами было настолько сложно, что далеко бы они с этим не уехали.
Именно поэтому сначала им нужно было расширить общение, получив возможность передавать хотя бы статичные изображения с примером нанесенных на них рун.
По словам Лартании, когда её засунули в эти апартаменты-тюрьму, то там был голоартефакт, специальное устройство, подключенное к глобальной магической сети Мрачноземья, позволяющее смотреть различные видео и новости.
Когда всё рухнуло, Лартании понадобилось немало времени, чтобы бережно разобрать имеющиеся у неё устройства и затем проанализировать их. Когда она это рассказывала, Лартания призналась, что ей потребовалась аж сотня лет. Услышав эту историю, Сергею пришлось приложить значительные усилия, чтобы не рассказать драконице о теореме «Бессконечных обезьян».
Суть сей теоремы гласила, что если обезьяне за пишущей машинкой дать бесконечное количество времени, то в конечном итоге она напишет все произведения Уильяма Шекспира.
— Да ладно тебе, не злись, — примирительно заговорила Лартания, чувствуя, что Скарс уже готов оборвать звонок. — Подумаешь, одна неудача. Я когда начала изучать артефакторику Мрачноземья, то вообще почти ничего не понимала. Мы, цветные драконы, не особо уважаем всю эту внешнюю магию, ведь истинная сила всегда принадлежит тебе самому.
Слушая новую информацию Лартании о драконах, Сергей легко сменил гнев на интерес.
— Ты сказала «цветные» драконы. То есть синие драконы цветные? А какие ещё есть драконы?
— Ох, их слишком много, чтобы я хотела перечислять их всех, — утомлённо вздохнула драконица, словно ей совершенно не хотелось говорить, но Сергей уже достаточно её понял, чтобы знать, когда она лукавила. — Но если ты настаиваешь, то я расскажу о самых важных.
Сергей тихо начал создавать новый артефакт, пока на заднем плане драконица живо начала расписывать славу своей расы. В этот момент Ордынцев почувствовал, будто он вновь вернулся на Землю и теперь занимается своими делами, слушая стрим.
— Драконьих стай много, но выделяются несколько, каждая из которых пошла по своему собственному пути. Сначала относительно немногочисленные природные драконы. Эти ханжи вечно трясутся за свои ненаглядные океаны, горы, джунгли и прочую «природу».
Вторыми по скуке — это небесные драконы, получившие свою силу от райской энергии добра. Лицемеры страшные. Их никто не любит, так как они обожают давать всем советы, как правильно жить.
Адские драконы — вечные противники небесных. Неплохие бойцы и наёмники, но если ты заключишь с ними контракт, не удивляйся, когда почувствуешь их бур в своём заднем отверстии, а дополнительный пункт контракта заставит тебя ещё этому и улыбаться. Сотрудничают с расой дьяволов, что, как понимаешь… Ах да, ты же туземец, так что ничего не понимаешь.
Последними из мелких стай, наверное, стоит вспомнить драконов Порядка и Хаоса. Если увидишь, что первых, что вторых, вали так быстро, как только можешь. Служение этим двум великим стихиям окончательно испортило им мозги, так что истинные драконы предпочитают вспоминать о них как можно реже.
Сергей мысленно хмыкнул. Предоставленные Лартанией характеристики других видов драконов отлично давали понять, что среди повелителей неба нет никакого единства. И хоть Ордынцев отдавал себе отчёт о сомнительной правдивости драконицы, но в её словах всё ещё попадались кусочки правды.
— Короче, есть ещё довольно много совершенно редких видов драконов, вроде мистических, но даже я за свою долгую жизнь видела их всего несколько раз. Теперь же мы перейдём к истинным правителям вселенной, то есть нам, цветным, и жалким подражателям, никак не осознающим горькую правду, металлическим драконам.
Металлические состоят из пяти цветов: золотого, серебряного, медного, бронзового и латунного. Если бы я хотела коротко описать каждого из них по списку, то это было бы что-то вроде: тупые ханжи, подлые твари, болтливые шутники, наивные, но более-менее приемлемые бойцы и разговорчивые идиоты.
— Я вижу, ты не особо любишь металлических, — поднял одну бровь Сергей, хоть его никто не видел. — В твоих описаниях чувствуется… опыт.
— Мы, цветные, постоянно сталкиваемся с металлическими. Когда я работала на этого ублюдка Раганрода, то он не раз отправлял нас сражаться с металлическими. Из них лишь золотые и бронзовые хоть сколько-то нормальные, готовые сражаться честно, — голос Лартании исказился от охватившего её возмущения.
— Те же серебряные немедленно вызывают всю свою родню на помощь, медные сведут тебя с ума шутками, подставами и ловушками, а латунные задолбают магией и ложными отступлениями. Короче, полная трата нашей драконьей родословной!
«Если бы это и впрямь было так, металлические не смогли бы занять прочное место ваших главных соперников». — тайно улыбнулся Сергей: «И если отсеять весь мусор, то выходит, что металлические куда дружнее вас и лучше разбираются в магии».
— Теперь у меня есть какое-то понимание, — не стал развенчивать ложь Лартании Сергей, продолжая доить из неё информацию. — Но что тогда насчёт цветных драконов?
— К сожалению, не так хорошо, как хотелось бы, — эти слова Лартания произнесла с искренней печалью. — У нас также пять цветов: синий, красный, зелёный, чёрный и белый. Нетрудно понять, кто из нас настоящий мозг всего вида, и это именно мы, синие драконы. Если бы не наш интеллект, то эти четыре вида варваров не знали бы, как махать своими крыльями.
Лартания презрительно фыркнула.
Красные самые крупные среди нас, но и почти самые тупые. Эти горы мышц ошибочно думают, что именно они всем руководят, но на самом деле мы лишь позволяем им так думать. Тупее красных лишь белые драконы, но они просто разочарование нашей расы. Некоторые даже голосовали за их исключение из рядов цветных драконов.
Следом идут зелёные повелители неба, и это пример, когда амбиции не способны скрыть даже жалкий фасад. Они считают себя самыми хитрыми и умными, но все их хитрости — это нарушения слов и низменная подлость.
Ну и чёрные драконы, мстительные уроды, сидящие в своих болотах и трясущиеся за свои шкуры.
— Как я вижу, если бы не вы, синие, то судьба цветных драконов была бы печальной? — сухо съязвил Сергей, однако Лартания на полном серьезе согласилась.
— Так и есть. После исчезновения Олдвинга лишь мы позволили нашей цветной стае остаться в живых. Но хватит о нас, прислужник, кем был ты в прошлом теле?
— И с чего бы тебя интересует жизнь какого-то там смертного? — не очень дружелюбно спросил Сергей, но Лартании было всё равно.
— В отличие от некоторых, я очень бережно относилась к своим прислужникам, — поучительно заговорила она. — Я не тратила их жизни зазря и даже следила за их питанием и разведением. Когда они умирали от старости, их потомки продолжали службу мне и всё были счастливы.
— Тогда я очень рад за них, — криво усмехнулся Ордынцев. — Касательно же меня, то я был лекарем, лечил членов своей прошлой расы. — Полностью рассказывать о своём прошлом он не собирался.
— Значит, не великий воин, — грустно вздохнула драконица. — Но ничего, я уверена, у тебя всё получится, и ты благополучно доберешься до верхнего города.
— Такое чувство, что ты убеждаешь сама себя. — Съязвил Сергей.
— Можешь ли ты меня за это осуждать! — Рыкнула на него Лартания. — И как ты умер? Отравился своим собственным лекарством? Или как вы там, смертные умираете?
— Можно сказать, умер от очень мощного заклинания, уничтожившего всю жизнь на нашей планете. — Переиначил на понятный манер Сергей, но, к его удивлению, Лартания не оказалась впечатлена.
— Тебе это может показаться чем-то значимым, но в большой вселенной есть бесчисленное количество мёртвых, разрушенных миров. Какие-то из них пали перед Хаосом, другие оказались уничтожены в столкновении двух могущественных сил, третьи же, как у вас, стали мертвы из-за глупости своих обитателей. Если так подумать, куда труднее найти здоровые и крепкие миры, имеющие хорошую оборону и города.
— Судя по всему, за пределами Мрачноземья жизнь ненамного лучше? — Проверил «воду» Сергей.
— Зависит от того, кто смотрит? — Философски ответила Лартания. — Если ты достаточно силён, чтобы освоить межмировые путешествия, то вселенная для тебя бесконечное поле возможностей. Путешествуй, сражайся, строй империю или будь разрушителем — пока у тебя есть сила, ты сам решаешь, насколько мир к тебе добр. Но если ты слабак, то вселенная покажется тебе ужасным местом.
— И кто ты по этой шкале? — серьезно, без всякой насмешки спросил Сергей.
Лартания тоже не сразу ответила, храня долгую тишину.
— Столетия назад я думала, что из сильных. Я была синим драконом. Той, чьи предки правили этой вселенной. Но теперь… после всех этих лет я уже не уверена. Забавно, — она печально рассмеялась. — Когда я получила твой звонок, я мечтала о том, чтобы покинуть эту проклятую комнату, но теперь я уже в этом не уверена.
— Почему? — нахмурился Сергей. — Из того, что ты рассказывала о драконах, вы же становитесь сильнее, чем дольше живёте? Ты прожила так долго в тех апартаментах, значит, твои силы должны были серьезно вырасти. Или это как-то связано с тем, что ты не способна покинуть комнаты?
— Связано, — коротко ответила Лартания. — Очевидно, я не смогу это скрывать, поэтому скоро ты получишь ответы на свои вопросы.
Сергей не стал давить. «Надстройка голосвязи» для амулета уже была почти готова, а значит, ждать ответов не придётся долго.
Но кроме подготовки к «видеоконференции» и окончательной доработки жезла управления, у Ордынцева была ещё одна задача, которую он не мог игнорировать.
Два идущих по стальному полу крысолюда были чрезвычайно взволнованны, но если один, огромный, чёрный, никак этого не выражал, то куда более мелкий, серый, всем видом показывал, насколько ему не по себе.
— Я тебе точно говорю, что-то не так! — лихорадочно шептал Крайс, подозрительно оглядываясь по сторонам. — Почти нас обоих так внезапно вызвали-позвали в лабораторию босса⁈
— Потому что боссу есть что нам сказать-передать. — прорычал сквозь толстый, чёрный шлем Гром. Сам он был закован в тяжелую, шипастую броню с желтыми полосками ткани для узнавания их принадлежности к войску Гасула, главы Ржавой мусорной горы.
— Но раньше босс просто передавал нам свои приказы гонцами-курьерами, ну или вызывал нас сам-сам! — Крайс затравленно посмотрел на двух стоявших у стен молчаливо стражей. — Я так и знал! Во всём виноват тот подлый-гнилой рогатый урод!
— Чё? — в непонимании нахмурил брови Гром и посмотрел на Крайса.
— Ты что, не видишь, это только солдаты-бойцы Трасча! Он явно что-то сказал боссу, и теперь нас ведут на смерть! Надо валить-бежать, а затем убедить босса, что мы его не предавали-подставляли! — однако, прежде чем развернувшийся Крайс успел убежать, его ухватила крепкая лапа и повернула назад.
— Босс сказал идти. Мы идём. — веско заметил Гром, «помогая» Крайсу двигаться рядом.
— Дурак-идиот, тебя тоже убьют! Неужели ты не понимаешь⁈ Проклятье, Трасч нас всех уже предал-сдал! — Крайс в этот момент сожалел о своей жизни. В отличие от Грома и этого предателя Трасча, он сам до сих пор не мог поверить в то, что его нынешняя жизнь не сон.
Будучи обычной крысой, он всеми силами пытался заставить окружающих поверить в собственную исключительность, но чем больше он старался, тем сильнее рос синдром самозванца.
Гром нахмурился ещё сильнее. Может быть, он и был глуп, но без звериного чутья невозможно выжить среди сотен молодых крыс, сражающихся за сиську гигантской матери в родильных ямах. Те, кто был совсем туп и нерасторопен, стали дополнительным кормом для более удачных товарищей.
Тем не менее именно это понимание заставляло Грома двигаться вперёд. Он слишком хорошо знал, что если он предаст и не выполнит приказ, то у любого другого главаря он не проживёт хоть сколько-то долго.
Если твоя единственная сила — это верность, то предательство перестаёт быть вариантом.
Появление последних стальных ворот лаборатории и стоявшей возле них охраны Крайс воспринял как похоронную процессию.
Когда же ворота за их спинами с лязгом закрылись, даже Гром еле сдержал желание вздрогнуть.
Лаборатория была слабо освещена, ведь свет ламп был принудительно ослаблен. Лишь два стула по центру были хорошо освещены, а стоявшая в темноте фигура Скарса и Трасча были видны очень плохо.
— Босс, я не знаю, что сказал-сблевал Трасч, но всё это ложь! — с ходу закричал Крайс. — Мы верны тебе!..
— Сидеть! — хлёсткий приказ заставил Крайса осечься и, сгорбившись, послушно проковылять к стулу. Гром пошёл и вовсе молча.
— Итак, до меня дошли неприятные слухи, — Скарс принялся неспеша ходить из стороны в сторону под напуганными взглядами своих командиров. — Что вы двое совершенно не выполняете моих приказов.
— Это неправда-ложь! Это Трасч так сказал-соврал⁈ — тут же вновь вскинулся Крайс, но его беспокоила насмешка, которая горела в глазах рогатого крыса. Неужели он уже считал, что победил⁈
— Вот как? — Скарс вышел из тени и встал прямо напротив Крайса. — Тогда почему я узнаю, что вы совершенно не учитесь читать и писать⁈
— Что? — двое командиров подумали, что ослышались. Они явно ждали что угодно, но не это. — Босс, о чём вы?..
— Не так давно я издал приказ начать обучение всех сержантов и командиров простейшим навыкам чтения и счёта для ведения отчётности и упрощения отдачи приказов, — Сергей говорил резко, словно вбивая гвозди. — Но если младшие командиры слушают уроки нанятых писцов, то вы двое это игнорируете!
Скарс оскалился, после чего, отойдя в сторону, поднял доску с нацарапанными на ней символами.
— И раз уже вы двое не справляетесь, то я, как ваш босс, помогу вам сделать первые шаги. Но так как я учитель нетерпеливый, то не справляющиеся будут помогать мне в экспериментах… как подопытный материал! Впрочем, можете не беспокоиться, вы не умрёте!
Недоверчиво слушающий Гром резко покачнулся, а на его морде появилось выражение отчаяния. В этот момент он пожелал, чтобы босс собрал их из-за настоящего предательства!
Прошёл ещё месяц, прежде чем переданная на словах через амулет связи рунная цепочка голосвязи наконец заработала.
Сам получившийся «кадавр» выглядел откровенно забавно. Если изначальный амулет связи был небольшой золотистой пластинкой, то прикрепленный к нему стальной серый квадратный голо-артефакт по высоте был с самого Сергея.
Так как цель стояла в надежности, то Ордынцев совершенно не пытался уменьшить устройство. Каждая из рунных цепочек внутри была выполнена крупной и очевидной, чтобы легко было найти неисправность.
«Считывающая» часть артефакта чем-то напоминала древние, самые первые фотоаппараты, где на фиксацию одного единственного изображения требовались часы. Выглядела она как зафиксированная пластина, обращённая чётко вперёд. Именно на ней требовалось рисовать, чтобы передать изображение на другую сторону.
Впрочем, куда больше энергии Сергей сконцентрировал на «выводящем» элементе. Так как именно он должен был получать от Лартании высококачественные изображения и 3D-голограммы, то рунные цепочки на этой части машины были в несколько раз тоньше и сложнее.
И вот, легендарный момент. Сегодня он должен был увидеть, стоили все эти дни бессонных ночей и усилий.
Сергей, затаив дыхание, ждал ответа Лартании.
До этого он просидел целый час неподвижно, чтобы «считыватель» сумел худо-бедно зафиксировать его облик и отправить к верхнему городу по тонкой линии связи. Получилось откровенно паршиво, но кое-как угадывался общий силуэт крысолюда.
Сейчас же он должен был получить облик самой Лартании.
И вот голографический проектор замерцал, а над ним начала проявляться какая-то картинка. Потребовалось около пяти минут, прежде чем изображение окончательно зафиксировалось и застыло.
Сергей видел очертания комнаты, чьи когда-то богатые стены оказались покрыты сотнями, а может и тысячами длинных царапин. Пол был завален обломками металла и каким-то неопознаваемым мусором.
Но всё это меркло по сравнению с самой хозяйкой помещения. Сергей ожидал и готовился ко многому. Всё это время он подозревал, что Лартания может оказаться сильно ранена или и вовсе недееспособна.
Вот только он всё равно оказался не готов.
Вместо обычной чешуи его встретила сталь, вместо жизни — смерть. Прямо перед поражённым Сергеем плыла голографическая картинка с искусно выполненной статуей рогатой драконицы.
Правда, после более пристального взгляда становились видны сложные суставы и прорехи, что открывало новую шокирующую правду.
Драконица, с которой всё это время общался Ордынцев, была големом, а её размеры, если верны были пропорции ближайших обломков, не превышали и полуметра вместе с длинной шеей! Фактически, она была скорее крупной фигуркой, чем полноценным существом!
— Как ты видишь, предательство Мрачноземья стоило мне дорого, — глухо заговорила Лартания, когда передача закончилась и канал освободился для «аудио». — Рагдан, Бог знаний и технологий, я не знаю, что с тобой случилось, но надеюсь, твои мучения продолжаются до сих пор!
Глава 23
— Не думал, что на самом деле ты такая маленькая, — это были первые слова, которые сказал Сергей после шокирующей правды облика Лартании. — Все ли истинные драконы на самом деле такие крохотные?
Вопрос Ордынцева породил ужасающую тишину, после которой драконица взорвалась потоками оскорблений и гнева, заставляя артефакт вибрировать.
— Не смей смеяться надо мной, ты, жалкий крысёнок! Даже в этом виде металл одного моего когтя дороже всей твоей мясной шкуры!
— Тише-тише, почему ты так ярко реагируешь? — Сергей даже не пытался скрыть насмешку. — Любой на моем месте удивился бы, увидев тебя, после всех тех великих слов о драконах и вашей расе.
— Как будто я поверю твоей лжи, смертный, — фыркнула в презрении Лартания. — Может ты и ублюдок, но не дурак. Ты уже явно понял, что это не моё настоящее тело, а марионетка, в которую засунули мою изначальную душу.
— Благодарю за неожиданную похвалу, — поднял бровь Сергей, но затем нахмурился. — Я прав, предполагая, что операция по перемещению живой души в неживую оболочку — это отнюдь не распространённая практика?
— Ещё как не распространённая! — подтвердила его опасения драконица. — Тем более душу истинного дракона. Я о подобном даже не слышала и не поверила бы, если Рагдан не сделал бы этого со мной…
Лартания угрюмо замолчала, явно предаваясь невеселым воспоминаниям. Как жаль, что Ордынцеву было плевать на её прошлые страдания и он продолжил вопросы.
— Но в чём смысл? Если это было так трудно сделать, почему он не убил тебя, а поместил в это тело? Которое, хочу заметить, выполнено чрезвычайно качественно.
— Потому что Рагдан был перфекционистом, — в поражении вздохнула Лартания. — Будучи богом изобретательства и технологий он считал, что любое его творение должно быть идеальным. Даже не просто идеальным, а бросающим вызов здравому смыслу. С ресурсами же десятков разграбленных миров я стала, как он сказал, одной из его лучших работ, — драконица горько процедила. — Это тело создано из одних из самых драгоценных и прочных металлов и сплавов. За право обладать даже килограммом меня во вселенной сражались бы целые миры. Самовосстанавливающиеся же руны зачарованы таким количеством магии, которые не смогут за раз собрать и несколько архимагов. Я не удивлюсь, если обладаю объемом магии превышающим самых старших из драконьих предков!
Лартания громко и истерично рассмеялась. Все эти столетия копившаяся ненависть наконец прорвалась.
— Теперь я могу прыгнуть прямо в центр настоящей звезды и какое-то время плавать прямо в её плазме! То, на что могут отважиться лишь самые могущественные титанические драконы, теперь мне позволено! Магия смерти? Магия душ? Магия гравитации или пространства? Наверное, только легендарная магия времени может мне что-то сделать, и то я не уверена!
Все остальные самые смертоносные виды магии теперь мне не страшны, пока в моём теле есть магическая энергия. А она будет, ведь во мне скрыты чудовищной силы кристаллические батареи, способные высасывать магию из чего угодно и откуда угодно! Даже если бросить меня в полностью безмагический мир, встроенные экстракторы начнут пассивное поглощение почвы и переработки её в магическую энергию!
Голос Лартании постепенно опускался, отбросив крик и сменившись шёпотом поражения.
— Даже моя душа. То, что я есть. Он изменил её, насильно привязав к этому телу. Он смеялся, когда объяснял, что если я попытаюсь перенести свою душу, то умру, а моя душа рассеется без права на перерождение, будто я одна из этих жалких некромантов и личей…
— Хватит! — внезапно приказал Сергей. Всё это время он внимательно слушал, но постепенно улыбка пропала с его морды, и он начал хмуриться. — Ты драконица или кто⁈ Все эти дни я слушал, как ты высокомерно рассказывала о величии своей расы. Как драконы прошлого правили почти всей вселенной, и Империя Олдвинга Великого стояла в шаге от того, чтобы завоевать весь видимый мир. Но что насчёт сейчас?
— Неужели ты так ничего не понял⁈ Потому что я больше не могу называться драконом! — с искренней болью закричала Лартания. — Где моё прекрасное тело⁈ Кто я теперь⁈ Рагдан прекрасно знал, что он со мной сделал! Хоть я теперь бессмертна и почти неразрушима, я совершенно бессильна! Моя магия почти ушла, а тело слабо и ничтожно! Но самое страшное… — она захныкала, словно маленький ребёнок. — Мои чувства! Мои проклятые чувства! Когда я говорю о сокровищах, то почти не чувствую этой прекрасной тяги. Это чувство осталось, но оно подобно воспоминанию, ведь его помнит лишь моя душа! Но что из этого реально, а что было оставлено этим божественным чудовищем⁈
— Отставить панику! — вновь рявкнул Ордынцев, прерывая истерику. Его копящее раздражение тоже прорвалось. — Ой, какие мы бедные и несчастные, а? Бессмертное тело, за которое, уверен, готовы убить девяносто девять и больше процентов населения всех других миров. Магия ослабла, но она всё ещё есть? Многие смертные как-то справляются всю свою жизнь и без неё! Привязана душа? Тогда какого-то чёрта ты тут тратишь моё ценное время на свои сопли? Анализируй и исследуй себя! Зачем? Чтобы, когда я тебя освободил, ты знала, что именно стоит изучать в первую очередь и какие именно заклинания душевной магии надо исследовать с самого начала!
Взрыв обычного спокойного и уравновешенного собеседника настолько поразил, что Лартания даже забыла о своих горестях. Ярость и убежденность в словах Скарса была такова, что она потеряла дар речи, на мгновение забыв, что говорит смертный, а не её собрат-дракон.
— В отличие от такой несчастной тебя, я переродился в теле сраного крысолюда. Мои первые часы прошли в мусоре, говне и крови. В первый же день я чуть не стал каннибалом, а кровь собрата-крысолюда окропила мои лапы. Но опустил ли я голову? Стал ли я плакаться на плохую и жестокую судьбу, распределившей меня в этот ад? Нет! Я сжал клыки и пошёл вперёд, выгрызая себе путь в этой жестокой и непростой жизни.
Так какого чёрта я слушаю твои жалобы, когда твоё положение вполне себе исправимо и мы буквально работаем над этим? Ты перестала быть каким-то там цветным драконом? Так стань новым видом механических драконов! Где твои драконьи амбиции, чёрт тебя подери⁈
Сергей в сердцах схватил было новую артефактную поделку, но вовремя одумался и осторожно опустил её обратно.
— Какой же ты ублюдок, — в чистом восхищении заявила Лартания, чувствуя лёгкий трепет. Депрессия, которая мучила её столетиями, хоть и не исчезла, но трусливо отступила обратно в тень. Впервые за столько времени она сумела вздохнуть своими ненастоящими лёгкими и смело посмотреть на саму себя. — Мне всё больше интересно, каким же был твой прошлый мир, способный породить кого-то вроде тебя.
— И ты ничего о нём так и не узнаешь, потому что я ничего тебе не расскажу, — отмахнулся от неё Сергей. — И вообще, я так и не понял, зачем тому богу так измываться над тобой. Судя по тому описанию затраченных материалов, он потратил на тебя ресурсов стоимостью с какой-то мир или типа того. Я всё ещё не очень понял распределение стоимости в большой вселенной.
— Потому что до своего становления богом он принадлежал расе штормовых великанов, наших исконных врагов, — пояснила Лартания. — Когда Мрачноземье ещё было обычным миром с единственной планетой, на ней жило немало рас, но именно люди, эльфы и великаны получили от мира стать первыми богами. Рагдан был одним из самых первых, впрочем, ему всегда было плевать на свою расу, его заботил только он сам.
— Тем не менее что-то с богами случилось, — задумчиво отметил Сергей. — Интересно, где сейчас другие боги?
— Я подозреваю, что Рагдан всё ещё на Элизиуме. — слова Лартании заставили Сергея резко остановиться.
— Почему ты так считаешь? — он стал полностью серьёзен.
— Техночума — это, несомненно, проявление его силы. Также, когда глобальная магическая сеть в моём номере ещё работала, я видела сообщения о том, как другие боги сходят с ума. Илкания, эльфийка и богиня жизни, породила Жадный плющ, паразитическое сверхрастение, охотящееся на разумных существ и включающее их в своё единое сознание. Все, кто попали в его сети, невольно передают весь свой опыт и знания безумной богини, посчитавшей, что лишь так можно добиться мира и понимания между разумными.
Если бы не удар планетарными заклинаниями всё ещё действующей на тот момент армии Мрачноземья, то все другие планеты уже стали бы членами этой растительной сети. Но даже так последние сообщения гласили, что остатки Жадного плюща всё ещё выжили.
— Это какое-то дерьмо уровня Мадары Учиха… — недоверчиво пробормотал Сергей, однако Лартания и не думала останавливаться.
— А богиня шуток, смеха и веселья Сикария? Одна из немногих неплохих богов Мрачноземья, самая младшая из богинь. Болезнь шутника — её творение. Заразившийся сходит с ума и не способен перестать смеяться. В этом состоянии всякие моральные ограничения исчезают, как и страх смерти и боли. Эти безумцы самолично свежевали себя с улыбками и смехом. Последние сообщения Сети гласили, что болезнь шутника была зарегистрирована на половине планет. Насколько она распространилась теперь, можно лишь гадать. И это только два из богов, о деяниях которых мне более-менее точно известно.
— Подожди, а ты знаешь о следующих симптомах. — Сергей принялся перечислять бессмертие трёхметрового эльфа и запутанность его разума.
— Дай угадаю, это Велинир Джарласк, у которого ты и получил этот амулет? — Лартания прекрасно показала, что она отнюдь не глупа. — Ведь если бы это был кто-то другой, то ты, скорее всего, со мной не разговаривал бы. И да, я знаю похожие симптомы. Ты помнишь, когда я рассказывала, что боги Мрачноземья были очень тесно связаны со своим миром, получая от него силы? Тогда, очевидно, они сумели передать и какую-то ничтожную часть связи и высшим руководителям. После той неизвестной катастрофы они тоже получили свою часть безумия богов.
— Но что именно они хотели сделать? Хотя это не важно, всё равно мы не угадаем, — отвлёкся Сергей, но сразу же пришёл в себя. — Бог технологий здесь?
— Ага, должна была произойти какая-то грандиозная церемония, ведь весь Элизиум — ещё один проект этого бессмертного ублюдка. И когда случилось Падение, он сошёл с ума именно здесь. И раз уж я за все эти годы о нём не слышала, то ему явно здесь поплохело!
— То есть где-то на станции лежит мёртвое или сильно раненное тело безумного бога, чья скверна отравляет это место? Как увлекательно! — Сергей не мог не улыбаться, как сумасшедший, представляя, чего он может достичь с плотью самого настоящего бога.
Конечно, был риск мгновенно превратиться в технозомби или вовсе расплавиться в какую-нибудь бесформенную дрянь, но риск того явно стоил!
— Если ты и впрямь серьёзен насчёт моего освобождения, то какие шаги будут прямо сейчас? — Лартания перевела тему на что-то практичное.
— Всё просто. Благодаря голосвязи ты теперь можешь отправить мне четкие схемы рун для помощи в доработке жезла.
— Чтобы ты без меня делал. — самодовольно хмыкнула Лартания, к которой вернулась часть присущего её роду духа. Ну или она просто старательно его изображала, отчаянно пытаясь сохранить хотя бы часть прежней себя.
— Не переоценивай свою полезность. Может быть, без тебя жезл был бы куда-то более слабый, и мне пришлось бы затратить больше времени, но он всё ещё бы работал. Но сейчас куда важнее, как именно его представить, чтобы потенциальные покупатели хорошенько оценили всю пользу.
Ведь, как известно, мало придумать гениальный продукт, надо ещё уметь его правильно подать и затем продать!
От автора: следующая глава: «Тони Старк и ракета Иерихон» ;)
Глава 24
— Наконец-то у меня получилось! — Сергей с невероятной радостью держал в руках плод усилий всех своих последних месяцев. Если изначально жезл должен был контролировать техносолдат в достаточно ограниченных пределах, то чем дольше Ордынцев работал над техновирусом, тем больше он начинал понимать.
Заменяющая нервы техносталь всё плавнее слушалась команд своего мастера, а Ордынцев чувствовал, что на пороге какого-то великого открытия.
Теперь же Трасч испытывал итоговый продукт. Причина выбора именно Трасча была в проверке жезла у кого-то, кроме самого создателя.
— Активироваться! — жесткая команда, и лежащий на операционном столе крысолюд в толстом стальном шлеме резко подскочил на ноги. Из его груди слышался нестихающий рык, а лапы тряслись, словно у эпилептика, но он всё равно продолжил стоять на месте.
— Атака! — миг, и стальные когти принялись терзать связанного ползуна. Во все стороны полетела кровь и куски шкуры.
— Стоп! — монстр резко замер, застыв в том же самом движении, в каком он атаковал, лишь ноги инстинктивно поменяли положение, чтобы оставить тело вертикальным.
— Вернуться! — с недовольным рыком тварь пробежала обратно к небольшому колышку из техностали.
На этот раз проводящий финальный опыт Трасч облегченно выдохнул. Защитная часть жезла отлично работала, и монстр ни разу не попытался броситься в его сторону. И хоть его босс в любой момент готов был прийти на помощь, Трасч отлично помнил, когда его чуть было не доставали из гигантской пасти «Объекта 66», как ласково назвал его Скарс.
— Ну что, как там? Всё получилось⁈ Я уже сколько говорила, что надо улучшить разрешение, ничего же ведь не видно! — жадно спросил амулет связи, ну или то, чем он теперь стал. За прошедшие месяцы обычная дорогая безделушка претерпела невероятные изменения.
Дав амулету улучшение в виде фотографической голосвязи, Сергей невольно заинтересовался пропускной способностью магической связи. И после некоторого изучения оказалось, что максимальная скорость передачи данных достаточно высока, чтобы подключить к амулету ещё парочку новых функций.
Изначально, когда создавалась голосвязь, Ордынцев старался впихнуть в изображение как можно больше полигонов, чтобы итоговая картинка была максимально четкой и полной. Из-за этого на отправку одного единственного изображения уходило несколько секунд.
Но что если ограничить, снизить разрешение до минимума? Из этой мысли родился новый голопроектор и голокамера, способные передавать картинку с 5–6 кадрами в секунду.
Для запертой в своих апартаментах Лартании увидеть что-то кроме изученных до мельчайших деталей стен было настоящим подарком небес.
— Ха-ха-ха, поверни камеру вон туда! Да не туда, левее! Это же окно! — двигающий камеру по лаборатории Сергей не мог не смеяться над энтузиазмом Лартании, когда она смотрела на что-то новое.
— Слушай, ты же и так могла видеть через камеры? — не мог не засомневаться Сергей. — И там разрешение магических камер куда лучше, чем у нашей поделки.
— Да, у меня это получалось, — согласилась драконица, и её голос наполнился максимальной серьезностью. — Но тогда я не могла решать, куда именно смотреть. Все камеры уже были зафиксированы, а те, что могли двигаться, к ним у меня не было доступа, но сейчас я сама решаю, куда смотреть.
Превращенному в самодвижущуюся камеру Сергею не очень понравился подобный подход, поэтому Ордынцев поставил новую цель — создать способ Лартании двигаться самостоятельно.
Самой главной трудностью было найти руны, отвечающие за создание движения, но Лартания уже справилась с этим, когда разбирала камеры в своих апартаментах. Скорее всего, Рагдан получал удовольствие, наблюдая через них за страданиями своей дорогой игрушки.
Дракон и крыса с жаром взялись за новую задачу. Магомоторчики были слабенькие, достаточные лишь для перемещения чего-то очень небольшого, но им и не требовалось много веса.
Так как они оба неплохо натренировались на создании голосвязи, то первая самодвижущаяся конструкция появилась уже спустя неделю. Из-за нехватки пропускной способности Лартании приходилось или ехать, смотря вперёд, или болтать.
Но эти мелочи ничуть не останавливали юркую магомашинку с драконьим водителем, с хихиканьем катающейся по всей лаборатории. Из-за секретности Лартанию не выпустили наружу, но лабораторный этаж был большим, и посмотреть было на что.
Но вскоре драконица заметила неладное. Машинка была невысокой, из-за этого Трасч и Скарс, когда разговаривали с ней, всегда смотрели покровительственно сверху вниз!
Один скандал спустя ругающийся сквозь клыки Сергей модифицировал агрегат, сделав его ростом с обычного крысолюда. Дальнейшие просьбы Лартании сделать его ещё выше он мудро проигнорировал, вследствие чего драконице пришлось смириться с указанным размером.
Итоговая передвижная видеоплатформа стала немного медленнее, но зато куда крепче. Из-за тумбообразной, обтекаемой формы Сергей в мыслях стал ласково звать Лартанию: «R2-D2». Впрочем, в живую он не стал ей этого говорить, дабы затем не выслушивать от ездящей тумбочки миллион оскорблений и претензий.
Прямо же сейчас «R2» пытался приспособить подслеповатую камеру, чтобы в полной мере зафиксировать все этапы эксперимента.
— Не мешай. — отмахнулся от неё Сергей, отпихнув голема в сторону.
— Неуважение! Да как ты смеешь! — возмущенно ахнула Лартания. — Познай боль!
Сергей еле успел воздвигнуть телекинетический щит, остановивший разогнавшегося голема, вытянувшего маленькую стальную ручку, оканчивающуюся мини клешневым манипулятором.
— Это что ещё за нововведение? Я его тебе не устанавливал! — поразился Ордынцев, но затем резко повернулся к Трасчу.
— Она очень просила-умоляла… — неловко почесал шерсть на голове Трасч.
— Хватит стелиться перед этим тираном! — презрительно фыркнула драконица, недовольная трусливостью своего ассистента. — Имей хоть немного гордости!
«Тебе легко говорить, находясь черт-те где. А я прямо возле него!» — с обидой подумал Трасч.
— Но выходной мощности недостаточно… — принялся магией обалдевать механическое тело Сергей. — Подожди, ты добавил внешний источник питания⁈ — сразу догадался он.
— Да, босс. Встроенного кристалла должно хватить на несколько часов работы манипулятора, а затем он будет подзаряжаться от амулета, если голем не станет двигаться и говорить.
— Молодец, — одобрительно кивнул Ордынцев. — Я сам планировал развивать это направление, но ты меня опередил.
— Без твоего видения, босс, это всё было бы невозможно. — не упустил возможности подольститься Трасч, но даже так в его голосе чувствовалось искреннее восхищение.
— Ну так что, может уже прекратите нализывать друг другу жопы и приступим к чему-то и впрямь полезному? — грубо вмешалась Лартания. — К примеру, планированию сцены для впечатления тех уродов, которым ты хочешь впихнуть этих убогих техносолдат?
— … - Скарс молча толкнул стоявшего рядом голема Лартании, заставив его с лязгом рухнуть камерой вниз на пол. После этого он спокойно пошёл в другой зал, а Трасч послушно двинулся следом.
— Эй! А ну подними меня! Не смей останавливать меня тут одну! — ругалась позади Лартания, неловко пытаясь подняться одним манипулятором, но он был слишком коротким. — Ладно, хорошо. Посмеялись и хватит, подними меня быстро!
На морде Скарс появилась искренняя улыбка.
Какой была репутация Скарса? Зависит от того, кому вы задали бы этот вопрос. Если бы первыми ответили главы банд, то это было бы что-то вроде: «Полезный, но опасный». Эти крысы готовы были неохотно платить за лечение, но покажи Скарс хотя бы намёк на слабость, они немедленно бы ударили.
Но если бы тот же самый вопрос был задан обычным крысам, то ответ не имел бы смысла, ведь всё бы сказало одно лишь прозвище — Скарс Безумный.
Жадность, с которой Сергей искал подопытных и прочие биологические материалы, превратила его и так не самую лучшую репутацию в откровенно негативную. Страх цеплялся за его имя, словно вонь разлагающегося мяса за недельный труп.
Десятки и сотни бродяг, рабов и бандитов были пойманы и отвезены в чёрные клетки, чтобы никогда больше не покинуть стальных стен клиники.
Ужасная репутация клиники дошла до столь высокого уровня, что многие низовые крысы начали бежать прочь из Ржавой мусорной горы, считая, что где угодно лучше, чем здесь.
Если бы не непреклонное отношение Скарса к своим войскам, где Сергей никогда не использовал своих крыс для промежуточных экспериментов, то многие бы из его солдат уже дезертировали, сбежав от страха прочь.
А так, витавший вокруг Скарса ужас частично трансформировался в трепетное уважение, как у древних людей, скармливающих своих стариков гигантскому льву-людоеду, ведь они пока не могут его убить.
В этом и была проблема — в вечно меняющемся и непостоянном обществе крыс, где союзы и предательства сменяли друг друга с огромной скоростью, спокойная и неторопливая жизнь Скарса трещала по швам.
Война между бандами начинала затихать, а значит, и поток раненных тоже бы уменьшился. Следовательно, доходы клиники упали бы, а без собственных источников еды всё, что построил Ордынцев за эти полтора года, рухнуло бы, подобно колоссу на глиняных ногах.
Вкусив же сладость богатых на эксперименты лет, Сергей готов был сражаться насмерть, чтобы его жизнь оставалась прежней или лишь улучшалась. Трасч и Гром решительно поддерживали своего вожака, ведь в следования за Скарсом они видели своё светлое будущее. Крайс же просто следовал за течением, особо не думая, что было иронично, ведь даже у Грома было больше мыслей.
Видя заканчивающуюся войну, Гасул, лидер и главный вожак союза бывших беженцев, становился всё более авторитарным, затягивая гайки и принуждая остальных подчиняться его воле. Благодаря самой крупной банде и умелому стравливанию своих подчинённых, Гасул имел уверенность рано или поздно остаться единственным настоящим правителем Ржавой горы.
И если бы это случилось, то многое из богатств Сергея было бы безжалостно украдено Гасулом.
Было очевидно, что в интересах Скарса, чтобы война между бандами не только продолжалась, но и усиливала свою интенсивность, чтобы Гасул был вынужден вновь вернуться к внешним угрозам.
И это было вполне реализуемо, ведь многие были недовольны почти сложившимся статусом кво. Им не хватало только неожиданного «козыря».
Когда главари банд Ржавой мусорной горы получили сообщение Скарса Безумного с призывом понаблюдать за его рекламной кампанией, многие заинтересовались.
Приглашения были высланы не только всем влиятельным лицам Ржавой горы, вроде Гасула, Крутса, Дрича и Одноглазого, но и двум лидерам крупных торговых караванов, способных путешествовать по всем тринадцати техническим этажам.
Обладающие богатством и властью, эти крысы были достаточно сильны, чтобы крупные кланы не осмеливались слишком сильно связываться с их Торговой гильдией. Конечно, кланы вроде Рипчита и Шайза старались и сами снаряжать подобные караваны, но из-за кланового противостояния их рано или поздно уничтожали, в то время как независимая Торговая гильдия продолжала действовать.
Сергей не сомневался, что немалая часть караванов крупных игроков была уничтожена самой Торговой гильдией, дабы удержать столь сладкую для любого капиталиста монополию.
Местом действия были выбраны «Нижние пустоши», так называли пространство между крупными Мусорными горами. Тут обитали те, кому не хватило места наверху, а именно беглые рабы, отпетые преступники, чудовища, звери и мутанты.
Для каждого из гостей были построены сидящие места, расположенные на достаточном отдалении друг от друга, ведь предательство могло прийти откуда угодно.
Каждый из гостей настороженно появился в окружении крупной охраны.
От автора: Без паники. Сегодня вечером выйдет оставшийся кусок главы.)
Глава 25
Первыми пришли разведчики. Поводя острыми носами и хитро принюхиваясь, они трусливо пытались определить, если тут засада и могут ли они вовремя сбежать.
Каждый из таких шпионов с огромным подозрением смотрел на других членов своей «профессии». Сергей не раз слышал, как где-то за небольшими кучками мусора раздавался отчаянный писк и звуки, с которыми короткие клинки впиваются в мягкую плоть.
Кровь, крики и предательства — это была симфония жизни крысолюдов, и только что заиграла увертюра, пока основная часть была впереди.
Убедившись, что предательства не ожидается, а пути отступления вполне себе присутствует, шпионы поспешили доложить своим мерзким повелителям. И теперь наступила очередь следующего этапа — демонстрации того, насколько же страшным и опасным являлся тот или иной крыс.
Не доверяя никому и ничего, каждый вождь крыс стремился сформировать вокруг себя такой плотный образ власти, чтобы ни один раб или солдат даже не подумал о предательстве. Во всяком случае, пока их господин был силён и здоров.
Первой прибыла кавалькада Гасула. Как самый признанный лидер, Гасулу была выделена самая почетная, центральная зона, с лучшим видом на раскинувшееся внизу плато у кислотной реки.
Мутная, тяжелая кислота медленно текла по чёрным, искорёженным ржавыми стальными берегам. Изредка на поверхности появлялись болезненные, маслянистые пузыри, лопающиеся с ядовитым брызгом, оставляющим на стали вьющиеся вверх белесые струйки дыма.
Гасул, беспокоясь за свою безопасность, взял самую настоящую небольшую армию. Сам он возлежал на огромной стальной повозке, в которой Сергей с удивлением узнал младшего брата той платформы, на которой ездил неизвестно куда пропавший главный наставник Скраб.
Повозку же окружили плотные ряды бронированных чёрных крыс, вооруженных щитами, копьями и алебардами.
Достигнув выделенной для него зоны, Гасул приподнялся с трона, посмотрев на стоявшего внизу Скарса. Сам Сергей тоже не был одинок. Вокруг него спешили слуги и воины, заканчивающие подготовку к зрелищу. Впрочем, основная тяжесть ложилась на Трасча и Крайса, чьей задачей было указать правильный путь для каждого из гостей.
— Скарс, надеюсь, ты потратил моё время не зря! — богато, но безвкусно одетый Гасул сузил свои маленькие глазки. Из-за обилия еды последних лет он начал набирать вес, из-за чего изрядно прибавил в размерах. — У меня много важных задач, и бессмысленно нюхать кислотные туманы Пустошей — это не то, чем я собирался заниматься в это время!
«Знаю я твои важные дела, жирная свинья», — улыбнулся лидеру ордынцев. «Слышал, в твоём гареме появилась ещё одна самка. Среди крысолюдов уже ходят раззговоры, что твои увлечения идут во вред рождаемости крыс».
— Не беспокойтесь, вождь. Я приготовил для вас такое выступление, которое оставит впечатлений на всю оставшуюся жизнь!
— Хм, посмотрим. — неоднозначно хмыкнул Гасул, но Сергей не упустил, что лидер после этого посмотрел на стоявшую возле него, казалось бы, обычную крысу, плотно закутанную в толстый плащ.
Но хоть плащ и не давал увидеть его обладателя, Ордынцев сразу же отметил дорого выделанную кожу. Кем бы ни оказался этот незнакомец, он явно был непрост.
Следующими одновременно пришли Крутс и Дритч, и, как это полагается, сразу же начали создавать проблемы на ровном месте.
Так как дорога к их местам была у них общая, то ни один из них даже не подумал останавливаться, намереваясь первыми успеть и проскочить.
Крутс, чёрный крыс с шипованным в прошлом хвостом и повадками матерого клептомана, теперь прибыл с помпой, с наслаждением лежа на гигантской жирной самке крысолюда. Размер самки был столь огромным, что она больше напоминала здоровенный диван, чем саму крысу.
Накачанная различными веществами и лоботомированная, она смотрела вперёд пустым взглядом и пускала слюни. Её атрофированные лапы особо жутко смотрелись на раздувшемся шарообразном туловище.
В отличие от Гасула деревянную платформу Крутса несли отдувающиеся из-за веса десятки серых крыс-носильщиков. Каждый из них был кастрирован, чтобы у них не возникло даже мысли позариться на «сокровище» Крутса.
В противовес ему Дритч Молотобоец, получивший прозвище благодаря дорогущему гномьему молоту, шёл пешком, однако впереди него несли огромную стальную клетку с яростно бьющимся в ней гномом. Сам коротышка протягивал толстенные руки, пытаясь ухватить хоть кого-то, но наученные горьким опытом крысы старались держаться от него подальше, лишь с насмешками бросая в клетку грязь и мусор.
Но даже бросаясь, все внимательно следили, чтобы в брошенных предметах не было ничего ценного, чтобы ловкий гном в очередной раз не собрал отмычку. Впрочем, теперь об этом можно было не беспокоиться, ведь на этот раз в новой клетке вообще не было выхода.
В тот момент, когда платформа Крутса поравнялась с клеткой Дритча, на грязном, покрытом нечистотами лице гнома появилась жуткая усмешка. Отойдя к самому дальнему концу клетки, гном упёрся всем телом в прутья. Его мышцы страшно вспучились, показав, насколько же ужасная сила была скрыта в этом обманчиво невысоком теле, а затем он буквально выстрелил вперёд.
Удар! — всей своей массой он протаранил противоположную сторону, направленную прямо к приближающейся платформе Крутса.
Не ожидавшие столь резкого толчка носильщики не справились с изменившимся импульсом. Клетка начала стремительно смещаться в сторону распахнувшего глаза от неожиданности Крутса.
Бум! — угол клетки врезался в платформу с самкой, из-за чего несколько крыс-носильщиков оказались погребены под упавшими носилками. Тяжёлое дерево перебило им спины или раздавило конечности, заставляя серых крыс в агонии пищать.
— Ха-ха-ха-ха! — громовой хохот гнома, аж запрокинувшего голову назад, разносился повсюду.
Его смех поддержал даже сам Дрич, наслаждающийся страданиями обычных крыс и веселящийся от «шутки», исполненной его игрушкой.
А вот другому главарю, Крутсу, было не до смеха. Из-за удара самка пришла в панику и начала бурно дёргаться и визжать, тем самым сбросив своего «наездника». Упавший вниз и извалявшийся в пыли Крутс явно был в бешенстве и начал стягивать вокруг себя солдат.
— Дрич! Как ты смеешь таранить меня⁈ — владельца самки аж трясло от гнева. — Иди сюда, чтобы я мог вспороть-разорвать тебе брюхо!
— Единственное, что ты можешь разорвать, это свою морду, когда возьмёшь-проглотишь в пасть мой!.. — не остался в долгу Дрич, поудобнее перехватив молот.
— Господа-господа! — вперёд выбежал взмыленный Трасч. — Пожалуйста, не ругайтесь! Во всём виноват эта проклятая бородо-тварь! Если бы не она, ничего бы этого не было! И если вы продолжите ругаться, то пропустите выступление! Кроме того, господа торговцы уже почти прибыли!
Если изначально оба главаря презрительно слушали слова Трасча, то упоминание могущественных торговцев заставило их задуматься.
— Ладно, живи пока. — фыркнул Крутс, залезая обратно на самку.
— Сегодня твой счастливый день. — Дрич рассмеялся вместе со своей бронированной гвардией.
Трасч же облегчённо выдохнул, сумев предотвратить кровавую баню. Тем не менее ему ещё пришлось разместить обоих по разные стороны от Гасула, чтобы не дать им ругаться и дальше.
Последним из важных лиц Ржавой горы прибыл Одноглазый. Как и Дрич, он не стал заморачиваться паланкином. Правда, причиной была его откровенная бедность по сравнению с тремя другими главарями.
Не имея навыков Скарса, Одноглазый мог быть лишь падальщиком, выхватывая остатки добычи у более крупных хищников и поджимая хвост, если кому-то переходил дорогу.
Из-за этого его войска хоть и были многочисленными, но в основном состояли из плохо вооруженных серых крыс.
Тем не менее Трасч выразил Одноглазому такое же уважение, разместив его рядом с Крутсом.
Был отдельный павильон для небольших торговцев, владельцев кузниц и прочих заведений. Они тоже вполне могли купить парочку техносолдат, поэтому Сергей не забыл о выходе на розничный рынок.
Эти крысы были молчаливы и осторожны. Они держались вместе, понимая, что лишь их общая сила способна противостоять власти банд.
И наконец дошла очередь до торговцев.
Всего их было двое, и они шли, тихо о чём-то общаясь. Их одежда чем-то напоминала халаты, с бронированием на груди и лапах. На головах же сидела странная конструкция из ткани и железа, похожая на тюрбан.
Оба умели привлечь к себе внимание. Их свита, как и охрана, была немногочисленной, но полностью состояла из элиты.
У каждого из торговцев были охранники-маги и увешанные артефактами с ног до головы воины. Однако даже Сергей поразился, когда увидел две высокие, двухметровые фигуры гуманоидных кошек, тоже одетых в серые халаты с длинными, разделенными на две части полами.
Бугрящиеся мускулами тела явно обладали взрывной силой, а постоянно движущиеся ушки сканировали территорию, выискивая возможные опасности.
Оба котолюда были одеты в лёгкие доспехи и владели двумя магическими саблями. То, как они двигались и смотрели вокруг, заставляло окружающих крыс испуганно дрожать и инстинктивно опускать глаза и убираться в стороны.
«Ещё одна раса, о которой я даже не слышал». — Сергей с жадностью взглянул на тела кошек: «Получить в руки хотя бы одну. И любопытно, как кошки пришли к тому, чтобы работать наёмниками для крыс?»
Изначально Трасч хотел расположить торговцев по флангам, но они попросили посадить их обоих рядом с Дричем.
Таким образом рассадка завершилась, обернувшись всего несколькими десятками трупов. Теперь настала очередь главного представления.
Глава 26
Повсюду раздавались визги крыс, звон металла брони и оружия. Между разными группами охраны то и дело вспыхивали конфликты, да и между друг другом у крысолюдов не было мира.
Подножки, плевки в спину, бросок комков грязи или экскрементов — в ход всё шло. От красных крысиных глазок рябило в глазах, а мельтешащие голые хвосты могли за секунду свести с ума мусофоба.
Обычные солдаты со злобой смотрели на сержантов, сержанты с яростью поглядывали на сотников, а сотники косились на своих главарей. Главари же смотрели, как на говно, на всех, включая других главарей.
Единение злобы и подлости было столь всеобъемлющим, что если бы раса крыс была распространена по вселенной так же плотно, как люди, то миры уже давно растаяли в бесконечных хаотических бурях.
Подпитываемый их эмоциями Хаос чем-то стал всеобъемлющим, что конец света наступил бы гораздо раньше. К счастью, крысолюды Мрачноземья были поистине уникальной ветвью крысиного рода, практически не распространённой по вселенной.
В некотором роде крысы могли бы гордиться собой, ведь несмотря на все ужасы и кошмары бесконечной Вселенной, их подлость и низость достигли уровня, которому могли бы позавидовать даже демоны и дьяволы.
Если бы Сергей немного помечтал, то он уже видел открывающиеся в адских мирах «курсы повышения квалификации», где важно шевелящие усами крысы преподают сидящим за партами дьяволам тонкости коварства и низменных интриг.
Однако это состояние враждебного хаоса было абсолютной нормой для непостоянного общества крыс. Именно поэтому главари не особенно обращали на творившийся вокруг гвалт. Всё их внимание было сосредоточено на виновнике сегодняшнего сбора.
— Ну, Скарс? Мы все здесь собрались. Когда ты уже начнёшь? — задал всеобщий вопрос Гасул. — Я слышал, ты решил пойти по пути клана Бубнос? — говоря это, он и остальные покосились в сторону причудливой вытянутой конструкции из дерева, занимающую собой всю дальнюю сторону напротив их трибун.
Клан Бубнос — ещё один могущественный клан, который, впрочем, уступал по силе Великим кланам сверхрелигиозных Асид и техномастеров Шайз. Если их и нужно было с кем-то сравнивать, то клан Ратт, специализирующийся на тайных делах, и клан Рипчит, занятый выращиванием пищи, был бы им под стать.
Именно Бубнос наводил страх с помощью биологических творений, вроде крысиных огров, гигантских крыс и прочих мутировавших ужасов, выращенных с помощью мутагенных чанов и резервуаров.
Для Сергея, выбравшего путь возвышения через живую плоть, существование Бубноса было похоже на кладезь бесценных знаний, которые ты никак не можешь получить.
От одной лишь мысли, сколько полезной информации он мог бы получить, Ордынцеву становилось дурно. Но проблема подобных кланов была в том, что они редко принимали в свои ряды чужаков. Если же кому-то и везло, они могли забыть о продвижении на высокие посты и получении доступа к ценным знаниям.
Чтобы понимать примерный расклад, на тринадцати технических уровнях было всего три Великих клана. Число же средних кланов постоянно менялось, ведь кто-то терпел сильные убытки и откатывался в «рейтинге», но обычно число варьировалось около четырёх.
Проблема была и в том, что в отличие от прошлого мира, где Сергей имел доступ к интернету, здесь любая информация поступала исключительно со слов каких-нибудь торговцев, беженцев или путешественников. Эти же разумные могли заблуждаться, врать или вовсе не знать.
— Вы мне льстите, босс, — Сергей скромно покачал головой на слова Гасула. Однако никого его кротость не обманула. Скромный крысолюд никогда не устроил бы такую грандиозную сцену для чего-то посредственного. — Между мной и мастерами Бубноса огромная пропасть. Я могу лишь делать поделки, отдаленно похожие на их труды. И нет спешки, — Ордынцев посмотрел в сторону кислотного речного тумана. — Нам стоит дождаться основных помощников представления.
— Господин, вы уверены? Почему этот безумный-проклятый Скарс так настаивал на том, чтобы позвать вас? — Грак, главный советник и помощник Притекса, одетый в зелёный плащ, нервно нюхал кислотный воздух и тут же морщился. Кислота обжигала носоглотку и глушила любые другие запахи. Для крысолюда, способного ориентироваться лишь по запаху, это было чрезвычайно неудобно.
Притекс, полный серый крысолюд, разъезжающий на небольшой гигантской крысе, презрительно посмотрел на своего помощника, а затем тыкнул в его сторону плетью.
— Хватит трусить-бояться, Грак! Я один из самых крупных поставщиков продовольствия Ржавой горы! На мои грибные фермы облизываются все, но никто-никто не смеет их получить! Скарс всего лишь понял, что со мной стоит дружить! Или ты считаешь, что я не достоин его выступления⁈
— Нет-нет, господин! Ни в коем случае! Но это всё же странно, что нас повели столь окольным путём… — Грак исподлобья посмотрел на идущих вперед крысолюдов в рваных тряпках. — Вам не кажется, что это как-то подозрительно?
— Ты и сам знаешь, что всех остальных тоже так позвали и привели крысы Скарса, чтобы не было столкновений и засад, — закатил глаза Притекс. — Кроме того, я не предусмотрительный-умный! Вместе со своей обычной охраной я нанял ещё наёмников! — он посмотрел на сотню суровых чёрных крысолюдов, показывающих неплохую выучку на фоне двух сотен обычных серых солдат. — У Скарса всего около двух сотен бойцов. Он не рискнёт ничего сделать, ведь иначе, даже в случае успеха, потом его сожрут другие!
— Вы совершенно-абсолютно правы, господин, но всё я всё равно чувствую, что что-то не сходится! — Грак засунул руку под плащ и выловил из шерсти блоху. Щелчок, и блоха лопнула во рту. Мясо, даже столь маленькое, всё ещё было мясом. — Но вы помните, как отказались платить Скарсу за лечение? А затем, когда он вам угрожал, вы перестали продавать ему еду? Из-за этого он вынужден был заказывать продовольствие у торговцев, что стоило ему дороже?
— Так и было, Грак, но он умный крыс и понял, что враждовать со мной ему невыгодно, так что сегодняшний день лучшее этому подтверждение. Он позвал меня, чтобы извиниться, и я дам ему возможность закупаться у меня по ценам лишь немного выше среднерыночной.
— Ваша мудрость не имеет равных. — вздохнул Грак, сдаваясь.
— И вообще, хватит паниковать, слуга! Я уже вижу собравшихся, во имя Многохвостой матери, кажется, мы прибыли последними! — благодаря высокой крысе, сидящий в седле Притекс увидел трибуны поверх стелящегося тумана. — Эй, ленивые твари, быстрее-спешите! Я не хочу всё пропустить!
Грак тоже обрадовался, ведь, судя по всему, его опасения не оправдались, и на них так никто и не напал. Кроме того, путь был довольно долгим, и он, непривычный к длинным переходам, порядком устал.
Но чем ближе они подходили к собравшимся вдалеке крысам, тем всё более нервным становился Грак. Чувство стягивающейся петли вокруг шеи усиливалось с каждым шагом. В какой-то момент это чувство стало столь чрезмерным, что ноги перестали его слушаться, и он остановился, позволяя Прритексу пройти вперёд, а солдатам обходить его.
Несколько раз Граку по хребту прилетали «случайные» удары обухом копья, но это меньше всего его сейчас беспокоило.
— Ну и что я тебе говорил, Грак? — Притекс, не замечая, что его помощника нет, продолжал с ним говорить. — Сколько всего собралось крыс, а? И все должны ждать только меня, да-да! Подожди, слуга, где ты⁈ И что это там происходит?
Когда до трибун осталось всего несколько сотен метров, Притекс наконец заметил странности, а именно тот факт, что необычное деревянное строение перегораживало ему проход, перекрыв весь проход.
Что это вообще было? Не похоже, что там кто-то должен был сидеть. И словно в ответ на вопрос Притекса, Элизиум решил дать ему ответ.
— Наши подопытные наконец прибыли! — радостный голос Скарса был слышен даже отсюда, и Притекс вдруг почувствовал, как холод стремительно катится от его сердца к ногам. — Эти добровольные помощники продемонстрируют вам всё великолепие моего нового продукта! Трасч, запуск!
— Нет-нет-нет, — в панике зашептал Притекс. — Всё должно было пойти не так! Как ты смеешь⁈ — но слова крысиного предпринимателя никак не влияли на реальность.
По команде Скарса деревянные стены, словно куча домино, начали падать вниз, увлекая за собой соседние куски дерева, пока вся конструкция не рассыпалась, открыв вид на то, что было скрыто внутри.
Главари банд с жадностью уставились на сотню абсолютно неподвижных крысолюдов, выстроившихся в два ряда с идеальным расстоянием между каждым крысом. Учитывая непоседливую природу крыс, их неподвижность была глубоко беспокоящей. Даже во время сна крысы дёргались или скребли лапами, а в обычной жизни водили носами и елозили лапками.
Но здесь эти крысы больше напоминали трупы, и тот факт, что они стояли, заставил сотни крыс замолчать, затаив дыхание. Головы крыс оказались прикрыты толстыми шлемами, заодно скрывающими кристаллы, а к лапам техносолдат Скарса были намертво имплантированы грубые стальные когти, охватывающие весь кулак. Благодаря техночуме сталь оружия срослась с костями, поэтому проще было выдернуть лапу, чем отобрать оружие. Пока же голова не была повреждена, эти «зомби» могли атаковать, даже если бы лишились половины тела.
Насладившись получившейся сценой, Скарс поднял руку с жезлом.
— Представляю вашему вниманию проект «техносолдат»! Бесстрашные, живучие, заменяемые, сильные! Эти боевые единицы способны атаковать даже в самых отчаянных ситуациях! Они не побегут, и они не знают смерти! Отдайте приказ, укажите цель и наблюдайте, как ваши враги умирают!
Скарс повернулся обратно к Притексу, и последнего словно прострелило электричеством от жуткой улыбки безумного крысолюда, видной даже отсюда.
— Я должен бежать! — Притекс принялся отчаянно дёргать поводья своей ездовой крысы, но последняя никогда не участвовала в бою и явно не привыкла к столь хаотичным командам. Тоже осознавшие неладное наёмники и солдаты волновались и смотрели на своего господина, спрашивая глазами: «Что им делать⁈»
— Кажется, один из наших испытуемых решил покинуть зону представления! Очень самонадеянно с его стороны! Жезл управления, активация! — хоть жезлу и не требовались звуковые команды, но для наглядности Скарс произнёс их вслух.
В ту же секунду неподвижные статуи в форме крыс впервые сдвинулись. Их тела резко опустили головы, а ноги сделали неуверенный шаг вперёд. В тот момент, когда их ноги плотно коснулись пола, каждый из них выстрелил, словно снаряд, вперёд!
Никаких сомнений или колебаний. Ровно сотня усиленных техносталью и броней живых трупов с огромной скоростью понеслись на паникующие ряды крысолюдов. Благодаря полному отсутствию беспокойства за их тела, выдаваемая ими скорость была чрезвычайно высока, соревнуясь с земными легкоатлетами.
Три сотни, две неорганизованных и одна обученная, против всего лишь сотни оживших марионеток? Каковы шансы?
Наёмники, осознав, что шансы убежать ничтожны, повернулись в сторону угрозы и выставили лес копий и алебард. Их щиты немного подрагивали, но никто не паниковал.
В противовес им две сотни обычных солдат явно были в ужасе. Они пытались сформировать строй, но на получившийся результат нельзя было смотреть без смеха. Тем не менее даже так они были уже лучше восьмидесяти процентов необученных крысолюдов.
Все затаили дыхание, и те несколько сотен метров оказались сокращены за считанные десятки секунд.
В момент перед ударом из-под глухих шлемов послышалось рычание, а затем они протаранили прямо сквозь сотни копий! Наёмники умело ударили вперёд, чтобы с шоком осознать, как копья бессильно звякали о покрытые сталью грудные клетки или всё же пробивали их, но уходили внутрь на жалкие несколько сантиметров.
Но что они не учитывали, так это значительно увеличившуюся массу техносолдат из-за всей стали, что была встроена в их тела. Помножив скорость на массу, получился импульс был чем-то чудовищным.
Подобно разогнавшимся гоночным болидам тела техносолдат отбрасывали и разбивали о себя всякого, кто попадался им на пути. Копья трескались и ломались, разлетаясь на куски. Распылившаяся по шерсти кровь, обломки клыков и хруст костей.
В отличие от обычных технотварей, где заражение шло случайно, Сергей лично вёл вирус, заражая и укрепляя именно те участки, которые он хотел. Благодаря чему техновирус не наносил лишнего вреда телу и не запечатывал суставы, делая из солдат скорчившихся инвалидов.
Тем не менее благодаря отчаянным усилиям наёмников импульс техносолдат угас где-то на третьем ряду, разметав первые два во все стороны. Притекс, сидевший на крысе в середине четвертого ряда, в страхе смотрел на остановившихся чуть ли не перед ним монстров.
Но вот у обычных крыс дела шли намного хуже. Бегущие техносолдаты почти не останавливались, рубя руками-клинками во все стороны. Кровь брызгала во все стороны, а тела комкались, превращаясь в нечто неузнаваемое.
Зрители на трибунах ошеломлённо смотрели, как три сотни крыс практически ничего не могли поделать с одной сотней техносолдат.
Единственный успех был у наёмников. Невероятным усилием они всё же сумели проткнуть пятерых тварей десятками копий, словно подушку иголками, а затем отрезать головы. Но пока они возились с этими несколькими монстрами, остальные не прекращали собирать свою жатву.
Из-за бесчисленных ударов копий, ножей и палиц шерсть и кожа техносолдат была соскоблена до костей, но получившийся результат лишь усилил отчаяние обороняющихся, ведь им открылся вид кошмарный на блестевшие сталью кости.
«…И восстали машины из пепла ядерного огня…». — с ухмылкой подумал Сергей: «И ведь не поспоришь. Я, как их создатель, вполне себе надышался ядерного пепла…»
Трасч широкими глазами смотрел на творения их лаборатории. Он и раньше подозревал, что эти существа опасны, но лишь теперь перед ним открылся весь масштаб этого открытия.
И он был одним из тех, кто помогал создавать эти творения! Да, управлять техночумой мог лишь босс, но благодаря ему создавались рунные цепочки на жезлах и формировались алгоритмы передачи команд.
И это было только начало их пути. Каких высот они достигнут, когда решат проблему нехватки средств?
Тем временем, словно голос прямиком из ада, Скарс продолжал свой рекламный монолог.
— … Также стоит упомянуть, что они неприхотливы в использовании и почти не требуют питания! Их раны заживают сами, а со временем они способны даже стать сильнее! Если вы купите сегодня десять, то ещё один пойдет в подарок! Подготовка одного техновоина занимает…
— Будь ты проклят!.. — визжал Притекс, колышась на гигантской крысе, словно куль с навозом. Возможно, его скакун провёл последние годы без сражений, но его вывели именно для боя, поэтому инстинкты пробудились во всей красе.
Взревев, гигантская крыса всей массой ударила одного из техновоинов, сбив его вниз, после чего вцепилась огромной пастью в плечо и принялась трепать во все стороны. И, несмотря на стальные кости, куски плоти и конечностей разлетались во все стороны.
Но, занявшись одним воином, крыса упустила других, атаковавших её по бокам.
Когти техновоинов вошли, словно раскалённые ножи в масло, прорезая шкуру и выпуская наружу поток скрученных кишок.
Ослепительная боль окончательно довела гигантскую крысу до бешенства, издав долгий вопль, она принялась кататься и крушить всё на своём пути, не обращая внимания на волочащиеся за ней внутренности и то, что она сломала и так шатающийся порядок наёмников.
Естественно, у Притекса не было и шанса удержаться на спине. Потеряв весь свой лоск, он упал прямо в грязь из скрученных и раздавленных тел. Издав хныкающий звук, он попытался встать, но поскальзывающиеся на крови лапы никак не могли найти упора.
А затем его это и вовсе перестало беспокоить, когда стальной коготь одного из техновоинов, казалось бы, пронёсся мимо него, но почему-то на грудь хлынуло что-то тёплое.
Недоверчиво подняв руки и ощупав свою морду, Притекс понял, что этот удар только что оторвал ему нижнюю челюсть. Но прежде, чем он успел издать душераздирающий крик, второй удар размозжил ему голову.
Потерявший же интерес к трупу техновоин кинулся за следующим противником.
Теперь, когда гигантская крыса рухнула в стороне, а строй наёмников сломался, осталась лишь резня.
Зрители весело свистели, поддерживая техновоинов, преследующих и догоняющих солдат охраны одного за другим. В отличие от обычных живых мертвецов из фильмов, технозомби соображали достаточно, чтобы атаковать именно тех, кто убегал, чтобы затем расправиться с оставшимися.
Словно волки, ворвавшиеся в овечье стадо, они планомерно вели счёт, доводя число убийств до ровных трёхсот. Их же собственные потери так и остались на двенадцати, чуть меньше половины которых достались гигантской крысе.
Но не все были заняты просмотром за представлением. Гром, как глава личной гвардии, неусыпно охранял своего босса, придирчиво осматривая своих бойцов и подозрительно чужих крыс.
Стоило какому-то из чёрных крыс под его командованием отвлечься и засмотреться на бой, как немедленно следовала тяжелая затрещина. Их задачей было следить за угрозами, а не наслаждаться жизнью!
Ухватив очередного проштрафившегося бойца за загривок, Гром собирался отчитать его, как краем глаза он заметил что-то странное. Повернув голову, командир гвардии замер, видя, как, словно в замедленной съемке, скрытые панели платформы Гасула открываются и наружу выглядывают стволы магических излучателей. И их цель была точнехонько на гвардии Скарса!
— Трасч, щит! — что есть было мочи взревел Гром именно ту фразу, которой его научили на случай именно подобного развития событий.
Услышав крик Грома, Трасч растерялся лишь на мгновение, а затем действовал по инструкции. Откинув ветошь со стоящего прямо перед ним неприметного ящика, он со всей силы ударил руну активации здоровенного артефакта.
Бз-з-з! — из артефакта вырвался поток зеленоватой энергии, сформировавшей сферический щит.
На покупку этого артефакта были потрачены немалые средства. Изначально у того торговца был ещё и излучатель, вроде тех, которыми отбивался главный наставник Скраб, но цена оказалась слишком высока, поэтому Ордынцев выбрал щит.
В обществе подлости возможность защититься от внезапной атаки была куда ценнее сильной атаки, и сегодняшний день подтвердил правильность выбранного решения.
Жаль, но попытки анализа рун стационарного щита ни к чему не привели. Нет, Сергей частично понял принцип работы, но у него просто не было тех здоровенных кристаллических накопителей, без которых руны были бы полностью бесполезны.
Щит накрыл стоявшего на небольшой платформе Скарса и всю его элитную гвардию, но часть из обычных крыс и слуг осталась снаружи, что оказалось фатально.
Две изумрудных молнии врезались прямо в щит и сдетонировали, развязав вокруг себя ад. Попавшие под взрывы крысы разлетались кровавой шрапнелью, заляпывая собой всё вокруг. И так как магический щит блокировал лишь магические атаки и быстро летящие предметы, то падающий сверху красный дождь игнорировался.
Чувствуя омывающий его кровавый ливень, Сергей инстинктивно облизнулся, собирая с шерсти солоноватую влагу. Явно готовящиеся к этому моменту войска главарей банд перестали притворяться и начали замыкать кольцо. Те крысы, что не были посвящены в план, теперь в панике старались как можно быстрее убраться прочь.
Ещё два выстрела растеклись по щиту, пока гвардия под рёв Грома выстраивалась в «черепаху», готовая отбивать атаки со всех сторон.
Если, ведя выступление, Сергей буквально горел эмоциями, то теперь, стоя под кровавым дождём, он, наоборот, был абсолютно спокоен и холоден.
Взгляд Ордынцева безошибочно проследил направление огня излучателей.
«Они целятся в мои войска, но никогда не в меня. Кажется, мои проекты оказались даже ценнее, чем я думал изначально. Они явно хотят взять меня в плен».
— Во имя сисек Многохвостой матери! — выругался Гасул, видя, как огонь излучателей полностью бесполезен. Энергии стационарного щита должно было хватить на все заряды излучателей. — Шпионы не говорили, что он купил что-то подобное!..
— Тебе повезло, что я не из Великого клана Асид, иначе ты бы уже умолял о быстрой смерти. Они очень трепетно относятся к любому упоминанию их любимого божества, — буднично заметила фигура в плаще, мгновенно заставив Гасула осечься. — Мда, именно это и происходит, когда поручаешь-доверяешь важную задачу некомпетентным бандитам.
Неизвестный единым движением сбросил капюшон, показав умные красные глазки и ветвящиеся назад белые скрученные рога.
Пока же окружение войска Скарса подходило к концу, взгляды Сергея и неизвестного рогатого крыса встретились.
Вынужденное подчинение обычно высокомерного Гасула, единое предательство всех остальных главарей и появление рогатого крыса — у Сергея появилась догадка, и он не стал долго тянуть, чтобы её подтвердить.
— Должен ли я быть горд, что сумел привлечь внимание одного из Великих кланов? — громкий вопрос Сергея заставил многих крыс инстинктивно притихнуть.
— Великолепно, господин Скарс. Вы так же умны, как и говорили наши агенты, — на морде рогатого крысолюда появилось выражение приятного удивления. — Тогда следующий вопрос будет стоять иначе: умны ли вы достаточно, чтобы правильно понять ваше нынешнее положение?
Глава 27
Мерцание энергетического щита, чёрная броня улучшенной чумой гвардии Скарса Безумного и целое море колышущейся крысиной орды, окружившей этот островок стабильности со всех сторон.
Для любого эта сцена стала бы олицетворением отчаяния и конца, но даже в столь невыгодном положении Сергей и не думал паниковать. Его взгляд холодно встретится с рогатым крысолюдом из неизвестного великого клана.
В отличие от обычных крыс мелких кланов, этот крыс был заметно спокойнее и умел себя вести, не дёргаясь по любому поводу. Впрочем, крысиная натура всё равно давала о себе знать, из-за чего тонкий красный язык то и дело скользил по тонким губам, когда рогатый крыс наслаждался своим доминированием и контролем.
— И что же это за положение, неизвестный господин? — поднял бровь Сергей, после чего демонстративно оглянулся на окружившие его войска и щит. — Как по мне, у меня дела не так уж и плохи. Этот щит прекрасно справится с магическими атаками, а мои гвардейцы не чета тому мусору, которое собрали вы. И да, для меня было бы честью узнать имя того, кого великие кланы избрали для моей поимки.
Слышавшие похвалу босса гвардейцы заметно приободрились. Было видно, что им не по себе, но месяцы жесткой муштры и тренировок не прошли для них даром. Добавляли им уверенности и проведенные технобиологические улучшения их тел.
Сергей обратил внимание, что двое торговцев не присоединились к засаде, а спокойно пошли прочь в окружении охраны. Ордынцев был рад это видеть, ведь если бы торговцы пострадали, то это могло нести долгоиграющие последствия.
— А вы большой затейник, чем я слышал-знал, — довольно рассмеялся рогатый крыс, которому тоже пришлись по душе слова Скарса. Прямо сейчас он чувствовал себя кошкой, лениво играющей с мышками, и поэтому не видел больших проблем, чтобы чуть-чуть растянуть удовольствие разговором. — Меня зовут Ксатик, и я представитель клана Бубнос, о котором так неосторожно упомянул этот идиот-дурак…
Гасул изо всех сил стиснул кулаки от гнева, из-за чего когти глубоко ушли в ладони, но он позорно промолчал, ведь слишком боялся гнева клана Бубнос. Последний же хоть и уступал великим кланам, но всё ещё был несоизмеримо сильнее мелких кланов.
— Касательно же вас, разве вас не беспокоит, что вы заперты в сделанной нами ловушке и единственное, что не даёт вам проиграть-сдохнуть, это жалкий щит? Или вы решили поселиться прямо здесь на всю оставшуюся жизнь?
Глупая шутка Ксатика тем не менее вызвала целый вал подобострастного смеха. Если что крысиная раса и любила, так это наблюдать за тем, как великие падают в ту же грязь, в которой копошились и они сами.
— Значит, Бубнос, — понимающе кивнул Сергей. Он повернул голову и многозначительно посмотрел на трясущегося рядом Крайса. Судя по тому, что он был здесь, Крайс, скорее всего, не был предателем. — Я подозревал это с самого начала. Но чем именно я так выделился на фоне многих других исследователей? Сомневаюсь, что лишь я один пытаюсь продвигать магическую науку вперёд.
— Уже одна лишь ваша речь заставляет задуматься, молодой крыс-тварь, — хищно оскалился Ксатик. — Мы внимательно изучили ваше прошлое, и очень многое не сходится. После того, как вы окажетесь у нас, мы с вами долго и плодотворно поговорим, да-да. Насчёт же интереса, всё просто! Ваши исследования чрезвычайно необычные-опасные. Играть с техночумой и добиться успеха, это большое нет-нет! Но вы всё равно добились успеха!
Вдруг всякая улыбка пропала с лица Ксатика, и от него повеяло могильным холодом.
— Кроме того, всякому видны ваши амбиции-желания, которым слишком тесно в Крейзене. Вы жаждете большего, молодой крыс-тварь, и ради своих планов готовы расшатать устои, которые старше вас. Это не позволено никому, и кто-то это прекрасно понимает-осознает и поэтому будет жить, в то время как ваша судьба будет не столь завидной…
— Так и есть! Я сразу понял, что ты предатель-гад! — Гасул не смог молчать и яростно начал насмехаться, прервав Ксатика. — Накапливаешь солдат⁈ Раздуваешь обо мне позорные слухи⁈ Говоришь оскорбления за моей спиной⁈ — настоящие и выдуманные причины лились подобно нечистотам из опустошаемого септика. — Я глава Ржавой мусорной кучи! Я тут всё решаю, а не ты… А-а-а!
Гасул издал дикий крик и рухнул на платформу, корчась от невыносимых страданий, когда зелёный туман потёк из руки нахмурившегося Ксатика и начал втекать во все отверстия тела Гасула.
— Не стоит меня больше перебивать, мерзость-грязь, — Ксатик наклонился, и на его когте указательного пальца загорелось темное пламя. Почти ласково он погрузил палец прямо в глазницу Гасула, заживо кипятя его глазное яблоко. — Думаю, это научит тебя страху.
— И-и-и! — на этот раз Гасул издал что-то наподобие визга забиваемой свиньи, после чего потерял сознание. Ксатик же, словно ничего и не было, повернулся обратно к Сергею. Другие войска в мёртвой тишине наблюдали, как их предполагаемый глава был запытан прямо перед ними, но ни одна крыса даже и не подумала вступиться за своего «лидера».
— Так, на чём мы остановились? — вежливая улыбка вновь вернулась к Ксатику. — Кажется, на ваших амбициях, угрожающих всем заинтересованным сторонам. Крейзен не нужна армия и не нужны сильные правители-вожаки. Поэтому будьте добры сдаться и добровольно проследовать-идти за мной. Могу обещать, что если нас удовлетворят-понравятся ваши таланты, то отнюдь не невозможно ваше становление моим коллегой.
«Конечно-конечно, верить словам и обещаниям крысы. Что может пойти не так?» — насмешливо подумал Сергей, но его молчание здорово напрягло гвардию и верных сторонников. Они прекрасно понимали, что если Скарса заберут, то их смерть будет предрешена.
— Босс, вы же не думаете?.. — осторожно заговорил дрожащий Крайс.
— Скарс, он врёт… — тут же поддержал его Трасч.
Бах! Бах! — две синхронных затрещины, одна магическая, другая физическая, заставили их подавиться собственными словами.
— Хватит считать меня идиотом-придурком, — цыкнул на них Сергей и тут же осёкся, осознав, что снова «поскользнулся». — Проклятье! — тихо выругался он, проклиная окружающее его общество, навязывающее ему отвратительные языковые привычки. — Я обдумал ваше предложение. И я решительно отказываюсь!
— Как прискорбно, — кажется, ответ Скарса не так уж и разочаровал Ксатика. Скорее, рогатый маг чувствовал скуку. — Мы могли бы сэкономить немало времени. Опять же, — притворная воспитанность сползла с Ксатика, как лопнувшая гнилая кожа с раздувшегося от воды трупа. — Ваша поимка может устроить неплохую резню-бойню. И кроме того, никто не сказал, что вы должны вернуться со мной полным куском. Вполне достаточно будет вашего тела и головы-башки!
— Тогда я должен разочаровать вас ещё больше, — Сергей тоже отказался от своего спокойного отношения, и его настоящая суть начала проявляться. Возможно, он мог говорить, как нормальный человек, и вести себя так же, но годы выживания в закончившемся мире ни для кого не проходили даром. — Ведь было бы настоящим упущением, если вся моя подготовка к этому представлению была сделана зря!
Стоило словам Скарса отзвучать, как Ксатик резко насторожился. Будучи настоящим магом, его аура и магическая чувствительность расходились далеко в разные стороны, чтобы заранее почувствовать засаду.
И прямо сейчас его чувства поймали край надвигающейся катастрофы. Спустя пару секунд тишины, пока тысячи вражеских крыс в непонимании ждали команды атаковать, морда Ксатика исказилась ужасом, когда он поднял нос вверх, а затем резко посмотрел на Скарса.
— Ты… ты… сумасшедший! Полный безумец! О чём ты думаешь⁈ — паника Ксатика была искренней, но затем трансформировалась в ослепительный гнев. — Так ты так хочешь играть⁈ Эй, твари, что смотрите⁈ Атакуйте его! Убейте его слуг! А его поймайте! Отгрызите-съешьте его руки и ноги, но оставьте в живых!
— Ра-а-а-а! — громовой рёв тысяч кровожадных крыс заставил воздух содрогнуться. Получившие команду банды, роясь, бросились на стену щита. Последний же никак не помешал им пройти, останавливая лишь полёт болтов, стрел и камней из пращей.
Вот только эти потерявшие голову от бешенства крысы упустили тот момент, что гвардия Скарса отнюдь не растеряла своё оружие.
Тяжёлые стальные алебарды, приводимые в движение усиленными чумой руками и телами, с рвущим воздух свистом достигли первых рядов оскаленных морд, дрянной брони и зазубренного оружия.
Удары были страшны. Обычный рост средней крысы достигал 1.5 — 1.6 метра, в то время как чёрные крысы имели преимущество сантиметров в десять, тем самым имея рост в 1.6 — 1.7 метра. Конечно, имелись исключения, вроде того же Грома, достигшего уже сейчас роста в 1.85 метров.
Гвардия Скарса набирала лишь самых крупных и опытных чёрных крыс, из-за чего практически все они были выше 1.7 метра. Благодаря операции усиления они были подобны взрослым среди кучи детей.
Первый же слитный удар алебард поднял настоящий туман из крови, кусков черепов и выломанных клыков. Ближайшие ряды вражеских бандитских крыс полегли практически полностью.
Но хоть столь жестокая сцена и заставила следующих крыс немного очистить голову и попытаться затормозить, однако следующие ряды продолжали напирать.
Впервые сражающаяся в столь масштабном бою гвардия была шокирована собственными силами. Да, они тренировались и дрались и раньше, но одно дело — бой между несколькими или десятками крыс, и другое — участие в бою такого масштаба.
Воодушевлённые собственной смертоносностью, они развязали настоящую бурю стали, заставляя трупы стремительно накапливаться перед ними.
В то же время Сергей взмахнул жезлом управления, дав команду оставшимся техносолдатам прекратить рвать остатки охраны ныне уже мёртвого Притекса. Последних осталось не так уж и много.
Грак, бывший советник Притекса, почувствовав опасность, первым попытался бежать, но скорость техносолдат была слишком высока. Обливаясь потом, он уже чувствовал, как их клинки впиваются в его тело, когда Грак услышал, как преследование стихло.
Обернувшись, он тупо смотрел, как монстры потеряли к нему интерес и теперь повернулись назад. С истерическим смехом он обессиленно рухнул там, где стоял, ведь сил у него совершенно не осталось.
В этом диком шуме никто сразу не заметил странного звука, который с каждой секундой лишь усиливался. Нарастающий треск, звон скручивающегося металла и катящийся вниз вал мусора, всё ускоряющийся и ускоряющийся.
Когда же звук стал достаточно громким, чтобы его услышали даже сражающиеся, то стало уже поздно.
Планируя эти «дружеские посиделки», Сергей прекрасно понимал всю подлость деловых партнёров, с которыми он собирался вести дела. В связи с будущей опасностью, Ордынцев подготовил несколько планов на случай чрезвычайных ситуаций. И только что он активировал один из них.
Сергей никому не сказал, но удерживаемый им жезл контролировал не только тех техновоинов, что были у всех на виду. Куда важнее были скрытые технозомби, чьи тела были расположены в специальных нишах в глубине расположенных вокруг мусорных гор.
Выбранное Ордынцевым место встречи располагалось в самом низу гигантских мусорных куч. Эти горы стального лома нависали над всеми ними и казались бесконечными.
Последние несколько месяцев Сергей с Трасчем тайно исследовали своей магией слабые места краёв мусорных гор, после чего подпиливали их и располагали в найденных слабых местах заранее созданные подпорки. Благодаря наличию телекинеза их работа здорово облегчалась, что позволило её сделать всего двум крысам.
Когда Сергей только рассказал свой план, Трасч был в ужасе. Ведь хоть Скарс и запланировал их собственное местоположение точно в центре, равноудалённое от всех мусорных куч, но горы мусора были слишком большими, из-за чего был риск погибнуть под каким-то случайным многотонным куском стали.
Осознав всю опасность плана Скарса, Трасч сделал всё, чтобы переубедить своего босса, но, к его отчаянию, он забыл, что у Скарса Безумного был один критический недостаток — он очень слабо ценил свою жизнь.
Если этот выверенный риск помог бы Сергею получить неограниченное финансирование, то Ордынцев ни секунды бы не сомневался.
Возвращаясь же к тайно замурованным технозомби, получив приказ, эти мёртвые, напичканные техносталью крысы слитно начали выбивать подпорки, расшатывая и ломая всю конструкцию.
С треском «кельи» этих зомби были раздавлены, когда поток стали начал неуклонно опускаться, но процесс обрушения на этом не остановился, а лишь продолжал ускорение.
Ставший нестерпимым шум спуска стальной лавины заставил тысячи острых мордочек подняться, чтобы затем испустить слитный вой ужаса.
Прямо им на головы падали неизвестные куски стали, копящиеся в этом месте сотни лет. Нынешние владельцы «Крейзена» уже даже не помнили, кто и когда привёз и складировал сюда все эти сломанные детали.
Сначала падали мелкие детали и мусор, тем не менее даже небольшой стальной «чушки» хватало, чтобы расколоть кому-то голову или раздробить кости. Но затем пришли куда более большие куски мусора.
Каждый из таких огромных снарядов мог, при удаче, накрыть сразу несколько из паникующих и носящихся повсюду крыс. После таких попаданий внизу оставался лишь тонкий паштет, равномерно размазанный по всей плоскости.
От тяжелых ударов и столкновений стальной пол ангара жутко сотрясался и вибрировал, издавая мучительные, потусторонние стоны. Для тех, кому не повезло оказаться здесь, казалось, что наступил конец света.
Была лишь пара относительно спокойных мест — это зона Скарса и Ксатика. Когда началась настоящая лавина, Сергей приказал Трасчу активировать защитный артефакт на полную, не заботясь о слишком высоком расходе энергии и порче энергетических кристаллов.
Включенный форсаж значительно сократил время работы и долговечность щита, но зато, когда по щиту барабанил стальной град, он всё ещё продолжал держаться. Конечно, если бы на них приземлился один из тех обломков, чей диаметр исчислялся десятками метров, то всё бы закончилось печально, но удача была на стороне Сергея, как и удаленность их позиции от стен.
Впрочем, наличие щита не сильно успокаивало находящихся под ним бойцов. Каждое столкновение с магическим барьером заставляло их судорожно вздрагивать, а Трасч и вовсе закрыл глаза и начал молиться Многохвостой матери.
Взглянувший на него невозмутимый Сергей лишь покачал головой. Кажется, его главному помощнику всё ещё требовались тренировки на невозмутимость и храбрость.
Второй же более-менее спокойной зоной оказалась платформа Гасула из-за Ксатика, развернувшего мощный магический щит прямо над ними. По этому щиту то и дело прилетали тяжелые удары, но стиснувший клыки Ксатик упорно держался. Валявшийся же бессознательным Гасул даже не знал, что его жизнь спасена тем, кто только что отобрал у него глаз.
Пока же шёл стальной град, техносолдаты, достигшие позиции бандитов, и не думали отступать или выжидать. Не обращая на падающую повсюду смерть, они принялись нести разорение и разрушение всем, кто попадался им на пути.
Однако не для всех творившийся хаос был злом.
Упавший сверху стальной кусок приземлился прямо на крышу клетки гнома, покорёжив её и заставив вновь упасть, передавив брызнувших в стороны носильщиков. Сам гном, покачав головой из стороны в сторону, чтобы прийти в себя, тут же кинулся к ближайшим самым расшатанным прутьям, пытаясь их отломать.
Постепенно грохот лавины начал затихать, ведь целью Сергея всегда было нанести вред, а не похоронить их всех разом. И как только хаос начал затихать, взбешенный Ксатик вновь указал им цель.
К этому моменту из всех главарей не повезло больше всего Крутсу. Когда разразился стальной град, Крутс яростно пытался заставить самку сдвинуться с места и покинуть брошенную носильщиками платформу, расположенную слишком близко к мусорным стенам.
Упавший многотонный кусок древнего ковша экскаватора раздавил их обоих, положив конец этому извращённому подобию «любви».
Однако хоть Крутсу пришёл конец, остальные главари всё ещё были живы и горели пламенем мести. Бешено махая молотом, раненный в голову и перевязанный Дрич собирал разрозненные отряды и бросал их один за другим на позиции Скарса.
— Убейте-разорвите его! — ревел он. — Сожрите и не оставьте от него и косточки!
Но у кого-то нашлись возражения.
— Не сметь убивать! Он нужен живым! — Ксатик выглядел уставшим. Даже несмотря на его магическую мощь, ему пришлось сильно напрячься, чтобы выжить.
— Кто ты вообще такой⁈ — на эмоциях закричал Дрич. Его голова раскалывалась от боли и почти не соображала, а вся эта ситуация безумно злила. — Он нас почти убил-прикончил! И ты хочешь, чтобы он жил⁈
— Я важный член клана Бубнос! И если ты не хочешь сдохнуть, то будешь выполнять-делать мои приказы!
— А не пойти ли тебе в… — ругательства уже были на языке Дрича, когда он подавился ими и недоверчиво посмотрел себе на грудь, где появился глубоко ушедший внутрь арбалетный болт. Не помогла даже броня, ведь от болта поднимался подозрительный дымок.
Сделав вперёд неуверенный шаг, Дрич бессильно рухнул на пол. Гномий молот звякнул о сталь.
Ксатик подобного тоже не ожидал и посмотрел в ту сторону, откуда пришёлся выстрел. Свободно стоявший Одноглазый и не думал прятать арбалет. Судя по его позе, он был опытным стрелком.
— Прошу простить его за неуважение, господин-повелитель! — крысы Одноглазого начали надвигаться на разобщённых смертью лидера бойцов Дрича, а сам их вожак льстиво поклонился магу Бубноса. — Я наказал его за то, как он с вами говорил! Мы схватим и доставим вам Скарса в целостности и сохранности!
Видя, как крысы Одноглазого постепенно интегрируют и заставляют сражаться бойцов из двух других банд, Ксатик благосклонно кивнул. Ему было плевать, сколько главарей банд тут умрёт, если он все же выполнит миссию и получит этого проклятого Скарса!
Барьер вокруг Скарса и остальных, мигнув, окончательно погас. Теперь они не были защищены от магии Ксатика, но, израсходовав немало энергии, рогатый маг предпочел завалить свою цель мясом.
И даже при всех потерях и усилиях черной гвардии врагов всё ещё было слишком много. Ксатик же точными магическими ударами уничтожал выживших техновоинов, всё ещё продолжающих сражаться.
В этой отчаянно ситуации нужно было что-то делать, и у Сергея остался последний козырь.
Еле успев поднять телекинезом стальной лист, чтобы заблокировать молнию Ксатика, Сергей увернулся от капель расплавленного металла и вновь активировал свою магию, отдав второй приказ.
Глава 28
Стоя в центре чёрной стены брони и щитов, порванная и прожжённая каплями металла накидка Сергея яростно развевалась у него за спиной. Перед ним плыл оплавленный металлический лист, принимающий на себя одну изумрудную молнию за другой от вытянувшего в его сторону руки рогатого мага.
Магический стационарный щит окончательно израсходовал свою магию, и поэтому ничто не могло сдержать силу Ксатика.
Маг Бубноса явно знал магию и мощнее, но необходимость сохранить жизнь Скарсу вынуждала его выбирать менее разрушительные заклинания.
Тем не менее даже так положение Скарса и его крыс было «аховое». Сотни вражеских крыс были раздавлены падением мусорных куч, но тысячи всё ещё были живы и яростно накатывали на последние рубежи чёрной гвардии.
Сотня техносолдат тоже несла потери, ведь теперь против них были брошены элитные силы всех главарей. Толстая, умело выкованная броня с искрами сталкивалась с имплантированными когтями. Непроницаемый шлемы чумных зомби сминались во что-то неузнаваемое под слитными ударами тяжёлых молотов и палиц. И даже несмотря на повреждения и льющуюся из глазниц вязкую кровь, техносолдаты всё равно продолжали сражаться.
Вот только Ксатик уже праздновал победу. Его шпионы прекрасно изучили устройство лаборатории и клиники Скарса. Это был превосходный образчик организационного идеала, но главной проблемой была жуткая нехватка средств.
По донесениям шпионов, всё, что Скарс выдвинул в бой, уже было его максимумом. Ловушка с обрушением мусорных гор заставила Ксатика испытать мимолётную панику, но всё уже закончилось.
Скоро всё должно было закончиться.
Но, к несчастью для Ксатика, в своих расчётах он упустил один важный и критический момент. Да, целых и удачно произведённых техносолдат было сто штук. Однако кто сказал, что неудачные результаты будут полностью бесполезны?
В клинику Сергея привозили сотни пленных, бандитов, бродяг и просто невезучих крыс, оказавшихся не в то время, не в том месте. Всех их ждал ужасный конец и, как её называли, Жадная яма, куда Скарс выкидывал отработанную плоть.
По какой-то причине босс терпеть не мог каннибализм, поэтому мертвецов под жалостливые взгляды крыс просто выкидывали. Но мало кто знал, что это было лишь фикцией, призванной обмануть всех.
В самый низ Жадной ямы вёл небольшой туннель, о котором знали лишь двое: Скарс и Трасч. Именно там, в абсолютной тьме, разбавляемой лишь светом самодельных факелов и люмен-ламп, и творились самые ужасающие эксперименты, после которых Трасч выходил глубоко усталым и глазами, словно посыпанными пеплом.
Когда Сергей выбрал день представления, то самой трудной задачей было определения места выставки. Сложность была в том, чтобы найти пустые пространства под «сценой», ведь хоть в большинстве мест ангаров толщина стали достигала десятков метров, были участки, приспособленные под технические туннели.
И в конце концов такое место было найдено. Именно там Сергей и спрятал «подарочек», который всё это время терпеливо ждали.
Бум! Пол под ногами сражающихся крыс содрогнулся, заставив десятки существ с визгом падать на пол.
Все в непонимании посмотрели вверх, ожидая новой волны падающего мусора, но на этот раз опасность пришла с другой стороны.
Сила следующего удара была настолько чудовищной, что целая секция стальных плит оказалась поднята на несколько метров вверх, чтобы затем неуклонно упасть вниз. Десятки крыс с влажным шлепком брызнули во все стороны кровью из лопнувших, словно гнилые помидоры тел.
Первой из чёрного прохода показалось нечто, смутно напоминающее лапу, если её можно было собрать из десятков тел, конечностей и продолжающих щёлкать челюстями голов.
Пальцы, сделанные сразу из нескольких спаянных и сшитых вместе ног, со скрежетом ухватились за край, чтобы затем поднять из беспросветной тьмы хтонический ужас, порождённый воспалённым разумом Ордынцева.
Изначально, когда Сергей создавал это порождение чистого безумия, он пытался породить существо, отдаленно напоминающее крысиных огров, только больше. Для этого к основанию огромного ползуна он пришивал всё новые и новые куски мёртвых тел.
Однако в процессе создания стало ясно, что техночума куда более чудодейственна, чем он её считал. Сколько бы Ордынцев не добавлял новых конечностей, голов или тел, техночума с готовностью принимала и абсорбировала всё это.
Нити техностали текли по мышцам и гнилому мясу, останавливая разложение и, самое главное, подключаясь к мускулам. С почти религиозным восторгом Сергей видел, как техночума каким-то образом не только способна одновременно управлять сотнями различных конечностей, но и делать это синхронно и вовремя.
Да, поначалу процесс шёл медленно, но когда Сергей дал твари время на адаптацию, то все эти конечности начали двигаться всё плавнее.
Следующим опасением Ордынцева был контроль. Ему казалось, что одной головы и мозга может оказаться недостаточно, чтобы управлять увеличившимся телом, но практика показала, что хоть мозг и играл важную роль, техночума нуждалась в нём скорее как в резонаторе, чем в центре принятия решений.
Тем не менее Сергей всё равно добавил ещё несколько пронзённых кристаллами голов внутри тела, чтобы эта конструкция получила дополнительную степень жесткости. Каждую из таких голов он окружил прочной капсулой из техностали.
В торчавших же из тел других головах он удалил мозг и сделал их, скорее, для устрашения или укусов тех, кто попытался бы десантироваться на его творение.
Но не будем забывать о самом первом открытии — техночума могла контролировать управлять почти неограниченным числом «биологических устройств», словно какой-то спятивший биологомагический искусственный интеллект.
И Сергей был только рад добавить дровишек в топку своего идеального творения.
Так, в какой-то момент от огроподобной формы тела пришлось отказаться, и вместо ног добавилось длинное червеобразное основание, сшитое из десятков освежеванных туловищ без рук и голов, сделав монстра похожим на кентавра. Но руки и ноги не пропали даром, вырастая на всей протяженности нового тела. Головы же были установлены на одинаковом расстоянии, играя роль датчиков, позволяя лапам с имплантированными грубыми стальными когтями видеть цель.
Конец червеобразного мегатуловища оканчивался толстенным хвостом, сшитым из множества мелких хвостов.
Но самой ужасной была верхняя часть биотитана. Именно там располагалась морда твари, единственная задача которой была вносить ужас. Словно какой-то опасный, заразный грибок, на плечах и шее монстра проросли десятки скалившихся, лишённых кожи голов. Они щёлкали челюстями, создавая непрерывный треск.
И поверх этих мелких голов Сергей установил свою гордость — собранный вручную из кусочков мегачереп, отдаленно даже похожий на череп крысы. Именно из этого черепа вниз, словно дреды, свисали оставшиеся хвосты.
Последним, что надо было указать, это вплавленные по всей плоти куски нагрудников или просто стальных плит. Больше всего последних было на груди и спине монстра, делая его чрезвычайно бронированным, хоть и немного снизив его скорость.
— Давай, Ангроша, порадуй своего создателя! — с широким оскалом приказал Скарс, указав главной целью монстра стоявшего вдалеке Ксатика. Сергей нашёл невероятно забавным дать своему чудовищному творению именно это имя.
Но первой задачей биотитана под кодовым именем «Ангрон» было ослабить давление на чёрную гвардию.
И Ангрон, если бы мог чувствовать радость, был готов услужить.
Верхняя часть биотитана начала стремительно расширяться. «Ангрону», как и технозомби, не требовалось дыхание, но они тем не менее по какой-то причине всё равно его имитировали.
Для этого Сергей собрал сразу десять лёгких и связал их в толстый пучок, подключенный к главной голове.
— РА-А-А-А!!! — вой, больше похожий на тот, что может издавать корабль, чем живое существо, исторгся вокруг, создавая в воздухе еле видимую волну. Громкость была так высока, что ближайшие крысы оглушено шатались, зажимая уши и головы.
Десятки глазок Ангрона остановились на пытающихся отступить от него крыс, а затем ноги нижней части туловища, словно у многоножки, начали быстро перебирать, бросив пятиметровую гору плоти прямо вперёд.
Удар левой лапы биотитана разбросал пятерых крыс, второй удар шёл от другой гигантской лапы, где Сергей установил тяжелое лезвие от древнего вентилятора. Заточив его телекинезом, эта длинная лопасть со свистом пожинала тех несчастных, кому не повезло оказаться ближе всего к Ангрону.
А ведь боковые конечности и не думали простаивать. Всякая крыса, выжившая в ударах лопастью или гигантским кулаком, рисковала получить колющий или режущий удар со стороны проносящегося мимо червеобразного тела.
Словно этого мало, из прорванной биотитаном дыры принялись вылезать новые мерзости. Конечно, они были несравнимо меньше, чем Ангрон, но зато их было куда больше. В основном это были трупы животных, соединённых в противоестественных комбинациях с крысами. Из-за общей абсурдности их строения эффективность не была на высоте, но она и не требовалась, ведь их главной задачей было навести страх божий.
И они прекрасно с этим справлялись, ударив следом за Ангроном и окончательно заставив ближайших крыс побежать.
— Как это возможно⁈ — возмущенно крикнул Ксатик. Его трясло от гнева. Прямо сейчас рогатый крыс чувствовал, как его восприятие мира с треском рухнуло. — Как такой неуч и необразованный мошенник-плут, как ты, может создать нечто подобное⁈ Без образования? Без магического обучения-знаний! Ка-а-а-к⁈
Но Ксатик не долго сумел насладиться возможностью кричать. Закончив разрушать порядок армий банд и ослабив давление на черную гвардию, биотитан повернулся в сторону резко замолчавшего Ксатика.
И глядя на ужасную морду Ангрона, Ксатик вновь почувствовал, как смерть дышит ему в затылок, что привело его в ещё большую ярость. Если раньше он не мог использовать самую разрушительную магию, чтобы не задеть Скарса, то теперь его это не сдерживало!
Над рогатым крысолюдом начало скапливать огромное количество магической энергии, формирующей пульсирующей зеленью сферу. Даже на таком расстоянии Сергей почувствовал впечатляющее количество затраченной магии.
Может быть, это была причина, почему Ксатик отважился пойти сюда один, без охраны. Он просто не верил, что кто-то способен представлять для него опасность.
Ордынцев не был воином, но он прекрасно понимал правду жизни — в обороне войны редко выигрывают. Да, если Ксатик погибнет, то велик шанс, что все крысы разбегутся в панике, но что, если нет? Магической энергии оставалось ещё достаточно, но она была конечна.
— Слушай команду! — крик Скарса привлёк внимание гвардии. — Прорыв вперёд, за тем огромным чудовищем! Трасч, мы с тобой прикрываем тыл!
— Впе-е-ерёд! — взревел Гром, ни секунды не сомневаясь в приказах. Подняв огромную двуручную секиру, которую он использовал как одноручное оружие, и прикрываясь тяжелым ростовым щитом, он ринулся в атаку.
Воодушевленные смелостью Грома, следом за ним понеслись и остальные.
Увидев, как стена рассыпается, стоявшие позади крысы почувствовали внезапный прилив храбрости. Завывая и потрясая оружием, они с радостью кинулись на беззащитные спины, чтобы тут же рухнуть на пол, с ужасом смотря на брызжущие кровью пеньки на месте ног.
Прямо под ними Сергей и Трасч, управляя телекинезом, яростно крутили довольно необычное устройство.
Больше всего это напоминало расположенный горизонтально винт самолета, где вверх торчала втулка, за которую и держался магической силой Скарс. Трасч же отвечал за максимальное ускорение самого винта.
Чтобы удержать и тем более двигать это адское устройство требовалась вся сила Сергея, из-за этого его бережно нёс один из бойцов. Трасч был перенесён рядом, ведь ему приходилось постоянно раскручивать лопасти винта.
Как итог, этот боевой вентилятор, словно сошедшая с ума юла, разбрасывал или разрывал всякого, кто смел к нему приблизиться. Любой удар немедленно бы вырвал оружие и сломал руку.
Конечно, винт быстро приходил в негодность, но даже так он выполнял свою главную, сдерживающую задачу.
Но уничтожая крыс, Сергей ни на секунду не забывал про Ксатика, и не зря. Мощное заклинание рогатого крысы подошло к своему завершению.
Миг, и зелёная сфера выстрелила вперёд с такой скоростью, что неповоротливый Ангрон даже не успел поднять перед стальную лопасть.
Удар пришёлся прямо ему в живот. Не было взрыва или какой-то вспышки. Просто всё в месте удара позеленело, а затем начало растворяться и течь, словно какая-то жидкость.
С хлюпаньем верхняя часть биотитана упала вниз, а червеобразное тело споткнулось и с гулом поджало разом все конечности.
Находящийся в ужасе вражеские крысы тут же почувствовали нарастающий боевой дух, но радовались они слишком рано.
Вылетевшая вперёд лапа сжала ближайшего крысолюда и выдавила его, словно тюбик с красной пастой. Словно ничего не случилось, верхняя часть Ангрона поднялась на двух огромных передних лапах и маленьких боковых.
И в ту же секунду в себя пришла и нижняя часть, каждая из конечностей вновь активизировалась, и теперь уже гусеница встала во весь рост, грозно поводя разрезанной частью.
— Поверить не могу, что это работает. — тихо пробормотал Трасч, но Сергей услышал.
— Видимо, не зря я поместил столько мозгов в разные части его тела. Даже если Ксатик разрубит его на десять кусков, каждый из них всё равно будет жаждать его убийства!
— Но я всё равно говорю, что это было слишком рискованно, — упорно возражал Трасч. — Мы так и не поняли, как именно конструкт выбирает главный мозг. Более того, мы заметили, что с увеличением количества подчинённых мозгов у конструкта наблюдаются подозрительное сопротивление приказам! Риск потери контроля слишком велик!
— Ты чрезвычайно осторожен, Трасч, — закатил глаза Сергей. — Как можно совершать великие открытия, если ты перестраховываешься на каждом шагу? Если слишком сильно тормозить науку, то она может проехать прямо по тебе!
— А если сильно спешить, то эта самая наука может сожрать возницу! — отрезал Трасч, понимая всю его великую ответственность. Без него босс уже давно бы взорвал бы их или заразил всю станцию какой-то новой техночумой!
— Кажется, я слишком тебя разбаловал, — сделал серьёзный вид Сергей. — Как ты смеешь так разговаривать со своим боссом⁈
— Прошу меня простить, но вы сами мне приказали. — мёртвым тоном напомнил Трасч.
— Да? — Сергей напряг память, но затем отмахнулся. — Ну тогда ладно, продолжай. Учитывая то, что мы ещё живы, даёт понять, что, кажется, ты делаешь неплохую работу.
— … — Трасч угрюмо промолчал. Ещё не поздно было эмигрировать в какой-то другой клан, возможно, великий?
— Что это за мерзость⁈ — недоверчиво воскликнул Ксатик, смотря, как уже два монстра атакуют его войска. Хуже того, за ними он видел приближающегося Скарса с явно недружелюбными намерениями.
На этот раз от Ксатика выстрелило два заклинания. Горящие ядовито-зелёным светом, они попали прямо под ноги двум половинкам биотитана. В ту же секунду сталь под ними поплыла и превратилась в едкое, невероятно вязкое болото.
— Нет! Ангрон! — Сергей болезненно прикрыл глаза, чтобы не видеть, как верхняя половинка его творения бессильно хлопает лапами по ставшей болотистой стали. В момент же, когда Ангрон опустился больше чем на половину, заклинание перестало действовать, замуровав биотитана во вновь ставшей прочной стали.
— Мы ещё можем его достать. Если выживем. — куда спокойнее заметил Трасч, видя, что даже в таком положении Ангрон продолжает дёргаться, пытаясь освободиться.
Но вот второй половинке повезло заметно больше. Благодаря вытянутой форме, получившийся червь, корчась, скользил по поверхности. Вот почему, когда сталь затвердела, застрявшими оказались всего несколько лап и рук. Рывок, и все они остались в полу, а нижняя половина всё равно продолжила атаку.
Кстатик почувствовал, что ситуация окончательно выходит из-под его контроля. Половина изуродованной мерзости уже почти до него добралась, а за ней следовал ненавистный Скарс.
Страх прочно ухватился за сердце Ксатика, заставив его мобилизовать всю свою мощь. Больше его не заботило наказание от клана. Теперь он собирался прикончить Скарса на месте, и будь прокляты последствия!
От автора: Я опять выстрелил себе в ногу, зачитавшись допоздна. Но остаток главы сегодня всё равно выйдет, только вечером по Москве.
Глава 29
От Ксатика ударила могучая волна власти. Магия изливалась из его тела, заставляя плащ трепетать, а глаза вспыхивать изумрудными молниями. Магия гнили и разложения окутала рогатого крыса, словно самые прочные доспехи.
Лапы же Ксатика уже плели разрушительное волшебство, чьей задачей было раз и навсегда покончить с его врагами. Сергей тоже не упустил изменившееся отношение Ксатика. Шутки ушли в сторону, теперь Ксатик дрался бы, как загнанная в угол крыса.
Видя плотные потоки магии, окружающие Ксатика, мысль, словно молния, прострелила Сергея — если отправить свою гвардию вперёд, то все они будут не более чем трупами. Даже если каким-то образом они успеют добежать до рогатого крыса, к тому моменту их будут считанные единицы.
А что потом? Сила в числах была железным правилом на технических туннелях Элизиума. Крыса без клана или банды — это была мёртвая или порабощённая крыса.
Так что, если Сергей не хотел бежать с Ржавой мусорной горы после победы, ему надо было выиграть, не теряя своих верных бойцов. Но это было проще сказать, чем сделать!
— Гром, отводи крыс! Не дай посторонним помешать нашей с Ксатиком дуэли! Трасч, на тебе помощь Грому! Сохрани как можно больше моих крыс!
— Босс⁈ — в панике воскликнул Гром, жалобно смотря на Скарса. — Я с вами! Не бросайте нас! Мы умрём вместе с вами!
— А ну заткнулся, чёрт тебя подери! — искренне возмутился Ордынцев. — Хватит «каркать» и говорить так, будто я собираюсь там сдохнуть! Я ещё вас всех переживу! И я дал тебе приказ, Гром!
— Босс, ты уверен? — Трасч откровенно дрожал, как лист, но всё же заставлял себя стоять прямо. — С нами шансы на победу выше.
— Мне ещё рано умирать. — с кривой ухмылкой заявил Сергей, чувствуя себя одновременно круто и глупо. Не каждый день представляется возможность сыграть героя боевиков девяностых годов.
Гром неохотно отвернулся и повёл войска назад, стремясь изолировать территорию и не допустить других крыс к будущему столкновению двух магов. Впрочем, стоявшие позади Ксатика крысы и не думали присоединяться к битве, жмясь как можно дальше.
Сам Сергей был одет лишь в лёгкую броню и чёрную, теперь уже рваную накидку. И когда он со всех ног бросился прямо к рогатому магу, ткань у него за спиной развивалась, словно небольшие чёрные крылья.
— Сдохните! — завизжал Ксатик, направив одну лапу на Скарса, а другую на червеобразного монстра.
Если в Сергея ударил уже знакомый, но чрезвычайно усиленный поток молний, то вот половинке Ангрона досталась мощная ударная волна, заставившая его сначала остановиться, а затем пришло зелёное облако, наполненное маленькими молниями, действующими подобно рубящим всё вокруг гильотинам.
Куски плоти, ноги и лапы полетели во все стороны в потоках густой чёрной крови, когда магия Ксатика полосовала червя, оставляя на его теле тошнотворные раны. Но, несмотря на внешние повреждения, Ангрон продолжал жутко переваливаться, упорно приближаясь.
Сергею в этом плане было не лучше. Если раньше молнии пытались лишь оглушить или разрушить барьер, то теперь каждая из них смертельную опасность. Но, глядя на приближающуюся смерть, Сергей и не думал паниковать.
Его разум раскрылся в полной мере, подхватывая ближайшие мёртвые тела, куски доспехов, щиты или оружие. Всё это закрутилось в стальную бурю, блокирующую и отражающую почти каждый из болтов молний.
Молний были многие десятки. Каждое попадание освещало поле боя яркой вспышкой и взрывом. Осколки брони и кипящая кровь испаряющихся от магии гнили мертвецов стучала по шлему и доспехам Сергея, однако он упорно продолжал бежать вперёд, не обращая внимания, как его шерсть скручивается от жара, а глаза почти ничего не видят от заливающих их света.
Некоторые из особо мощных молний он не пытался блокировать, а просто пропускал мимо, даже если те проходили мимо него в считанных десятках сантиметров.
— Что⁈ Как этот недоучка способен контролировать столько предметов разом⁈ Да ещё с такой точностью⁈ — тратя большую часть внимания на уничтожение биотитана, Ксатик был уверен, что заклинание «гнева молний» будет более чем достаточно, чтобы прикончить Скарса.
Вот только этот проклятый чёрный крыс демонстрировал почти невозможную степень контроля, оперируя на высокой скорости одновременно десятками предметов. Более того, когда Ксатик прислушался к своим магическим чувствам, он и вовсе потерял дар речи, когда понял, что резерв магии Скарса не так уж и далёко от его собственного!
Что это было за природное чудовище, способное без образования и наставников достичь подобного уровня⁈
Чего Ксатик не знал, что невероятный контроль Сергея был достигнут не только из-за его души, предоставившей огромный магический резерв, но и из-за высокого качества тела.
Хоть родильная камера и не смогла создать другое, не крысиное тело, но она вложила в него все оставшиеся ресурсы и технологии, породив нечто качественное. Тот же мозг Ордынцева был способен обрабатывать информацию с заметно более высокой скоростью, а многозадачность была доведена до впечатляющего уровня.
С того момента, как Сергей оказался в этом мире, он ни на день не прекращал раскрывать потенциал этого тела, и теперь его усилия полностью себя оправдали.
Словно этого мало, Ксатик дёрнулся, когда в его магический щит влетело несколько поднятых телекинезом клинков. Конечно, они растворились в зелёной гнили, но контратака взбесила рогатого мага окончательно.
— Хорошо! Ты сам меня на это вынудил! — глядя на почти приблизившихся к нему Скарса и биотитана, Ксатик использовал заклинание, которое он совершенно не планировал трогать.
Шерсть Сергея встала дыбом, когда он почувствовал количество потраченной магии. Зеленый туман вокруг Ксатика начал собираться и концентрироваться вокруг него в виде пульсирующей сферы.
— Босс, осторожно! — даже стоявший вдалеке Трасч почувствовал неладное, но было уже слишком поздно. Скарс не успевал покинуть зону самодетонации Ксатика.
Взрыв! — ударная волна из магии гнили охватила всю территорию вокруг Ксатика на сотню метров, захватив как биотитана, так и Сергея. Те крысы, что не успели убежать, мгновенно превратились в пыль.
Даже стальной пол под ними получил невероятные повреждения, потеряв около полуметра толщины стали, оставив лишь тяжело дышащего Ксатика, стоявшего в кратере.
Удивительно, но биотитан частично уцелел. Точнее, все его конечности сгорели, а тело медленно таяло, но оно всё ещё существовало.
— Бо-о-ос! — горестный крик Грома разорвал воздух. Даже Трасч потерял всякий самоконтроль, в неверии смотря на то место, где ранее стоял Скарс.
Как всё могло так закончиться⁈
Ксатик еле стоял на ногах и устало ухмыльнулся. Использованное им заклинание почти полностью выжало его магию, но зато прекрасно справилось с уничтожением проклятого выскочки.
Однако улыбка недолго играла на морде Ксатика. Тело червя вдруг немного задрожало, и под всеобщими поражёнными взглядами, из окровавленной, оплавленной дыры, где ранее крепилась талия верхней части Ангрона, показались две руки.
С мерзким хлюпаньем Сергей вытащил своё тело наружу из холодной плоти и упал на дымящуюся гладкую сталь.
В момент, когда магия Ксатика должна была его уничтожить, он бросил себя магией прямо внутрь червя через огромную дыру внутри него. Яростно пробравшись как можно глубже, он всей кожей чувствовал, как снаружи бушует враждебная магия.
— Нет, нет, нет! — панически закричал Ксатик, оборачиваясь и делая неуверенные шаги прочь. Его магии было мало, но её хватило бы, чтобы сбежать.
Он должен был срочно отступить, а затем прийти сюда вместе с армией клана, и тогда Скарс был бы гарантированно раздавлен!
Видя, как враг уходит, Сергей мобилизовал последние ресурсы тела. Он должен был прикончить Ксатика во что бы то ни стало…
Ксатик взвизгнул от страха, когда в его тело вонзилось около десятка арбалетных болтов. Правда, все эти снаряды слабо отскочили, однако пара амулетов на теле рогатого мага лопнули и осыпались вниз.
Рогатый маг успел облегчённо выдохнуть, как вдруг ослепительная боль расцвела у него в груди, а затем чернота заволокла сознание. Он уже не видел воткнувшийся в спину и пронзивший сердце зачарованный арбалетный болт. Тело Ксатика скомкалось, разом растеряв весь тот ужасающий ореол, что он внушал всем вокруг. Теперь он был всего лишь очередным мёртвым мясом, которого вокруг было предостаточно.
Сергей медленно повернул голову и встретился взглядом со своим старым знакомым. Одноглазый с любовью похлопал по арбалету, пока другие арбалетчики перезаряжали своё оружие.
Не ожидавшие подобного поворота крысы обеспокоенно переглядывались, но многие из них уже встали на сторону Одноглазого, как единственного выжившего командира. Тот же Гасул превратился в пыль после площадного заклинания Ксатика.
С визгом лопнувшей стали верхняя часть Ангрона вырвалась из плена. Часть плоти так и осталась внизу, но он всё ещё готов был сражаться. Тем не менее, повинуясь команде Скарса, биотитан послушно застыл.
Два лидера, как и год назад, с прищуром рассматривали друг друга, оценивая риски, а затем одновременно радостно улыбнулись, раскрывая объятия и идя навстречу. Кому-то со стороны могло показаться, что это были два родных брата, наконец-то встретившихся после многих лет разлуки.
От автора: и вишенкой на торте, работа Zig-а)
Глава 30
— Босс, вы живы! — стоило гвардии Сергея удостовериться, что это не галлюцинация, и их живучий господин умудрился выжить там, где сдохли даже микробы, как их мгновенно охватила радость. Они сразу же дружно побежали в сторону идущего к Одноглазому Скарса.
Хоть большинство крыс служили Скарсу Безумному ради выгоды, вроде его улучшений их тел и стабильной зарплаты, но многие уже прекрасно распробовали удовольствие работать на начальство, не пытающееся каждую секунду вас подставить или обмануть.
Жалование выплачивалось точно в срок, продовольствие и снаряжение тоже приходило вовремя.
Это спокойствие и уверенность в завтрашнем дне была той роскошью, которой были лишены практически вся раса крыс. Даже самые верховные вожаки иногда не могли спать, подозревая, что их охрана уже больше им не верна.
Возможно, единственные, кто более-менее чувствовали спокойствие, были жрецами Многохвостой матери, но и у них были свои особенности.
Именно поэтому вид смерти Скарса так опечалил этих крыс. «Наши стабильные зарплаты, не-е-ет!» — мысленно кричали они.
Но их босс вновь обманул смерть, спрятавшись внутри половинки биотитана. И теперь Сергей с лёгкой улыбкой наблюдал, как к нему самым первым бежал чуть не сошедший с ума от радости Гром.
Правда, Ордынцеву пришлось собрать оставшиеся крохи магии и нанести Грому телекинетический удар в грудь, чтобы остановить его слишком разогнавшийся импульс.
— Стоять, здоровяк! Пру-у-у! Не сметь обнимать! Радуйся на расстоянии! — Сергей бессердечно проигнорировал большие и умоляющие глаза Грома. Учитывая строение вытянутой морды, в таком виде он стал напоминать отчаянно машущего хвостом пса.
— Босс, простите, но я думал, ты гарантированный труп-мертвец. — вместе с остальной гвардией прибежал и Трасч. Рогатый крыс незаметно попытался тыкнуть своего босса когтем, чтобы убедиться, что тот не призрак, но получил пощечину, отбросившую лапу прочь.
— Не трогать, восхищаться со стороны. — отрезал идущий Сергей. — Какие потери?
— Двадцать три погибших-сдохших. — сразу ответил Трасч, опередив Грома.
Сергей поморщился. Хоть потери могли показаться незначительными по сравнению с сотнями погибших вражеских крыс, но у него было слишком мало солдат, чтобы терпеть даже такие потери.
— Готовьтесь. Если будет сигнал, идём на прорыв. А сейчас я иду один. Стойте здесь. — дал он последние указания и уже в одиночку продолжил движение к приближающемуся Одноглазому.
Последний тоже что-то сказал своим подчинённым, и они остановились.
Оба лидера встретились в пустом пространстве между двумя армиями, что было довольно условно, ведь из-за численности, ассимилировавшей отряды других вожаков, армия Одноглазого почти окружила немногочисленное воинство Скарса.
Ситуацию выправлял стоявший в стороне Ангрон. Ужасный биотитан одним своим видом заставлял дрожать всех крыс, которым становилось дурно от мысли драться с чем-то подобным.
— Рад, что ты выжил, друг! — с улыбкой заявил Сергей, будто и не было никакого кровопролитного боя. — Признаться честно, я за тебя волновался! Если бы тебя задавил тот старый стальной бак, это была бы трагедия!
— Ох, не стоило беспокоиться, друг-товарищ, — отзеркалил бесстыдную улыбку Одноглазый. Сергей вновь оглядел своего старого знакомого и отметил, что этот вожак явно следил за собой и не упускал тренировки. Его тело было мускулистым и поджарым на пике формы. — Тот последний взрыв был чем-то, а? Наверное, внутри твари-мерзости нестерпимо воняло? — Одноглазый невинно посмотрел на всё ещё свисающий с плеча Скарса неизвестный кусок грязной плоти.
Очевидно, Одноглазый завуалированно издевался над грязным видом Скарса, пока сам вожак выглядел чистеньким и богатым.
Улыбка Сергея умерла, и он потерял всё желание к пикировке.
— Хорошо, с вежливой частью покончили. Теперь давай поговорим серьезно.
— Буду только рад. — Одноглазый вновь стал тем, кого Ордынцев прекрасно знал, холодным и осторожным крысолюдом, никогда не поступающим безрассудно. И в связи с этим у Сергея наклёвывался ключевой вопрос.
— Почему ты убил Ксатика? Ты прекрасно знаешь, чем это может тебе грозить. Клан Бубнос это так просто не оставит. Что ты планируешь? — Сергей не стал юлить и сразу спросил то, что его сильнее всего беспокоило.
— Ты знаешь, что Крейзен довольно уникален-необычен? — словно не впопад спросил Одноглазый, но Сергей его не торопил, понимая, что это риторический вопрос. — Крупные кланы редко умудряются о чём-то договориться миром и тем более поддерживать эту договоренность-соглашение так долго.
Одноглазый поправил повязку на голове и повернулся в сторону медленно текущей вдалеке кислотной реки. Было видно, что он стал заметно злее.
— Крейзен — это место краха амбиций-надежд. Любой, кто пытается стать чем-то большим или обрести немного власти-силы, тут же устраняется. Гасул уже достиг местной вершины. Если бы он сумел устранить-убить меня, Дрича, тебя и Крутса и объединить гору, то за ним бы вскоре тоже пришли. И хоть он и стал жирной тварью, но он прекрасно понимал-осознавал, что стоит делать, а что нет.
— Если Гасул осознавал, то должен осознавать и ты, — многозначительно заметил Сергей. — Теперь, за исключением меня, остался только ты. Ржавая гора станет твоей, и этим ты подпишешь себе смертный приговор. Кроме того, тебе не простят убийство Ксатика. Почему ты мне помог?
— Потому что я увидел в тебе потенциал, заставивший бояться даже те сильные кланы! — с жаром сказал Одноглазый, удивив Сергея эмоциональностью. Его глаз горел пламенем неприкрытых амбиций. — Этот дурак-идиот, Гасул, готов был смириться с ролью слуги-ничтожества. Даже когда судьба давала ему величие, он выбрал поводок-руку хозяина! Но я не был ослеплен чувством ложной безопасности. Твои навыки могут изменить войну между кланами, и я хочу быть первым, кто получит-заработает от этого выгоду!
— Боюсь, ни тебе, ни мне не хватит времени, — безжалостно разрушил его мечты Сергей. — Даже если я восстановлю и увеличу «Мёртвый легион», его всё равно не хватит, чтобы противостоять неминуемой контратаке кланов.
— Так и есть, — легко согласился вожак, но в его единственном глазу горела крысиная хитрость. — Но кто сказал, что мы будем послушно, словно жертвы-мясо, ждать их здесь?
— Уже мы? — насмешливо спросил Ордынцев.
— Ты и сам видишь, что я твой лучший союзник-друг, делом заслуживший долю доверия. — безразлично отмахнулся Одноглазый, словно говоря о уже решенном деле. — Без тебя я всё равно мёртв, а без меня и моих крыс-парней, как далеко ты сможешь уйти?
— Предположим, — засмеялся Сергей, которому понравилась храбрость собеседника и его ум. Одноглазый уже догадался, что Скарс не собирается сидеть на месте и ждать смерти. — Тогда мы двое и мои техносолдаты захватим часть города, а затем?..
— А кто сказал, что надо ограничиваться частью? — с ухмылкой поправил Одноглазый. Его глаз пламенем резни. — У нас есть время, так как крупные кланы любят действовать осторожно. Они сначала узнают, что случилось, а лишь затем начнут действовать. За это время моими ресурсами и твоими навыками мы должны взять всё, что может предложить Крейзен, а затем уйти!
— Куда? Хотя нет, подожди, кажется, я знаю ответ, — задумался Сергей, а затем сразу остановил вожака. — Пятый технический уровень, не так ли?
— Приятно говорить с умным собеседником, — довольно кивнул Одноглазый. — Крупный клан Роддек проиграл свою войну и рухнул, оставив массу территорий и городов. Сейчас за его богатства схлестнулось множество кланов и даже два королевства гномов и одно драконов.
— Это опасно. Если мы неправильно будем действовать, то окажемся между молотом и наковальней, — сомнения Сергея были оправданы. — Да и дорога туда опасна.
— Но если нам повезёт, то на твои изобретения найдётся целая масса покупателей. А если зарекомендовать себя между всеми, то другие кланы не позволят нас захватить…
— Как Крейзен. — закончил Ордынцев.
Вдруг со стороны послышался шум и громкие ругательства. Повернувшись и при этом на всякий случай контролируя Одноглазого, Сергей с приятным удивлением увидел, как крысы вожака тащат спелёнатого верёвками отчаянно бранящегося гнома.
У здоровенного коротышки на лице пестрел наливающийся синевой синяк, но он совершенно не потерял своего скверного характера. Кажется, его попытка по-тихому сбежать не увенчалась успехом.
— Договорились, — решительно согласился Сергей, но весь его вид был серьёзен. — Но предупреждаю сразу. Это равноправное партнёрство. Если я увижу, что ты пытаешься меня подчинить, не удивляйся, если утром проснёшься в окружении парочки здоровяков, вроде вон того. — Ордынцев указал на Ангрона.
— Не беспокойся, я уже вижу, как это партнёрство становится легендарным. — подло улыбнулся Одноглазый, разом перечеркнув всю веру в свои слова. Или улыбка любого крысолюда выглядела подло?
— Но у меня есть условие, — Сергей кивнул на гнома. — Я хочу его.
В ответ Скарс заработал шокированный взгляд Одноглазого. Вначале Сергей не понял, но затем проследил туда, куда смотрел вожак, и заметил лапы раздавленной гигантской «любовницы» Крутса. В этот момент Ордынцеву нестерпимо захотелось ударить Одноглазого телекинезом.
— Меня интересуют его знания. — сквозь зубы процедил Сергей, будучи в ярости, что ему вообще нужно это объяснять.
— А… — Одноглазый тоже немного смутился, впервые показав, что даже по крысиным меркам он только-только вошёл в период взрослой жизни. — Забирай, он мне всё равно не нужен. Но если узнаешь что-то ценное, то я тоже хочу это знать.
— Без проблем. — легко согласился Сергей, но потом что-то вспомнил. — Кстати, коль мы так хорошо общаемся. Ответь, где ты потерял свой глаз?
Но ответа он так и не дождался, ведь Одноглазый лишь молча пошёл прочь.
«Я должен узнать ответ!» — подозрительно смотрел на вожака Сергей: «За этим явно стоит какая-то унизительная или смешная история!»
Одноглазый ушёл к своим крысам, а затем все они начинают разбирать оставшиеся после сражения обломки и уносить их с собой. Слушаясь повеления Ордынцева, тем же самым занялись и его подчинённые.
Жалко, но платформа Гасула была уничтожена взрывом Ксатика, из-за чего оба излучателя были аннигилированы на месте.
«Судьба — интересная штука. Кто мог знать, что крыс, с которым мы когда-то почти сражались за объедки, будет союзником в плане захвата и мародёрстве целого города?» — с весельем подумал Ордынцев.
Оба вожака уже договорились, что предметно обсудят сотрудничество по возвращению. Пока же Сергей прикидывал, как забрать валяющиеся повсюду мёртвые тела и оставшуюся часть Ангрона.
Возможно, нужно будет соорудить сани и впрячь в них верхнюю половину биотитана? Или…
Вдруг на морде Скарса появилось взволнованное выражение. Кто сказал, что гора трупов не может сама себя перенести?
Не затягивая в долгий угол, Сергей сразу принялся отдавать приказы гвардии, чтобы они начали стаскивать все тела в единую кучу. Предстояло много работы, но даже в этом состоянии Ордынцев никак не мог выбросить витающую в подсознании мысль.
В то время, когда он отчаянно залез в нижнюю половинку биотитана, его рука, чьё заражение уже дошло аж до плеча, вдруг сама собой соединилась с сетью техночумы Ангрона.
И когда это произошло, разум Сергея был утянут в какую-то бесконечную и чрезвычайно сложную сеть. Тогда Ордынцев почувствовал, будто на мгновение на него был брошен какой-то невероятно древний взгляд.
Это удушающее чувство длилось очень мало, ведь затем последовал взрыв и биотитан был разбит. Но даже столь короткого слияния было достаточно, чтобы Сергей ощутил, будто конечности червя стали его собственными.
И это было чертовски притягательным чувством!
Конец первой книги.
От автора: большое спасибо всем старым и новым читателям за поддержку этой серии! В «Повелителе крыс» я хотел описать предательское и саморазрушительное общество крысолюдов, и пока получается. Впереди ещё больше разрушений, техночумы и ужасов Элизиума.)
Следующая книга выйдет 20.07.2026, подписывайтесь, чтобы не пропустить.)
Ну и чтобы не ждать зря, можете оценить другие мои серии:
1. История происхождения того самого Широ Змея. Гг целитель и пользователь запретных техник, который интригами и силой пробивается в мире похожем на магическую феодальную Японию. — https://author.today/reader/112580/938000
2. Алекс Вульфс — Гг чернокнижник и маг хаоса . Жестокий и яростный гг в темном магическом средневековье. — https://author.today/reader/64238
3. Этот герой в цикле дракона не появлялся. Гг некромант (магический зомби-апокалипсис) — https://author.today/reader/36549/279381
4. Гг пират с магическими способностями (морские путешествия и сражения, сбор пиратской команды) — https://author.today/work/183597
5. Гг попаданец в Сянься (китайское фэнтези с практиками) — https://author.today/reader/265122/2389523
Nota bene
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: