— Теперь ты принадлежишь ему…

Я смотрю на мою семью и просто не верю. Ведь это бред, ведь такого не может быть.

— Как… Как это понимать? — хрипло произношу я, голос словно разом осип. Я смотрю на родных мне людей, и сейчас они все отводят взгляд, словно меня тут нет.

— У твоей семьи есть долг передо мной, и нет каких-либо средств, чтобы компенсировать убытки, поэтому я в качестве оплаты заберу тебя, — слышу холодный голос.

Поворачиваю голову в сторону говорящего. Клименко Кирилл Александрович, друг моей семьи. Мой брат был вместе с ним всю жизнь. И сейчас он единственный человек, который смотрит на меня. Вот так, не отводя глаз. Но от этого взгляда по моему телу бегут мурашки. Как и всегда при виде этого человека.

— Это… это ведь бред! — сжимаю кулаки, в горле ком, потому что жестокая реальность накрывает с головой. Никто не поднимает глаз. Даже брат, с которым мы были очень близки. Сейчас он тоже не смотрит на меня, а опустил глаза в пол, словно там есть что-то более интересное.

— Я… я никуда не пойду с тобой! Я не чья-либо собственность! — выкрикиваю я, начиная дрожать.

Все. Нервы на пределе, я не хочу знать ответ. Поэтому я быстро бегу, словно за мной гонятся. Мчусь в свою комнату. Там безопасно. Я так думала…

Кирилл приходит через некоторое время. Я узнаю его по походке и по начищенным ботинкам «Том Форд». И по запаху: что-то со специями и его личный аромат, присущий только ему.

— Я никуда не пойду… — хрипло говорю, не глядя на него.

Шаг ко мне, и он остается на месте. А потом протягивает руку и касается моего подбородка, властно сжимая его и откидывая мою голову назад. Ощущение его кожи на моей, даже это небольшое прикосновение, мгновенно заставляет то место гореть. И это очень странно. Его взгляд словно бездна, в которую я все равно провалюсь.

Кирилл смотрит на меня, а потом уголки его губ немного приподнимаются. Он словно хочет улыбнуться, но это больше похоже на хищный оскал, который говорит мне, что я все равно проиграю, что он получит именно то, что хочет, несмотря ни на что.

— Ты станешь моей, Алиса, хочешь ты этого или нет. Потому что твоя семья по уши в долгах, потому что ты любишь их, хотя они этого не достойны, и ты не хочешь видеть, как они будут страдать, потому что не могут выплатить долг, ведь ты… — он наклоняется ближе к моему лицу, оставляя несколько сантиметров, так что я чувствую его дыхание, — хорошая девочка. И будешь делать все, что я скажу. Ты будешь моей.

Его большой палец на моей нижней губе. Надавливает, заставляя приоткрыть рот и ощутить его солоноватую кожу языком. Взгляд мужчины темнеет еще больше, а мое дыхание становится прерывистым. Тело сотрясает дрожь. А потом все быстро прекращается. Он убирает руку и отходит от меня на шаг. Заставляя смотреть на него снизу вверх.

— Я даю тебе полчаса, Алиса. Возьми то, что тебе дорого. Одежду не бери, она тебе не понадобится, — теперь в его голосе сталь. — Попрощайся с родными и выходи из этого дома. Если ты не сделаешь этого, то я буду уже не таким хорошим для тебя. Лучше тебе не испытывать мое терпение. Никогда…

Он уходит, оставляя меня одну.

«То, что тебе дорого…»

«Одежда тебе не понадобится…»

Неужели это не дурной сон?! Но сколько я ни щипала себя, это реальность. И мне приходится встать и оглядеть комнату. Мне дорого многое, но я понимаю, что все унести не смогу.

На сколько это все? На пару дней… неделю… месяц? А может, год?.. Не знаю.

Беру все самое ценное и «дорогое». Родители и брат жду меня внизу. Скорее всего, попрощаться. Но как вообще я теперь могу смотреть им в глаза, когда, по сути, они меня продали? Возможно, я пойму это потом, но сейчас точно нет. Поэтому просто прохожу мимо, не глядя на них. Только в конце, перед тем как переступить порог дома, слышу тихое:

— Прости…

Единственное, что они могут сказать.

Усмехаюсь, словно нить, связывающая нас, прерывается. Возможно, навсегда.

Выхожу. Огромный черный внедорожник уже ждет меня. Затаиваю дыхание. Руки подрагивают, а сердце начинает колотиться как ненормальное. Один из охранников открывает мне дверь. Я не хочу. Вообще, хочется исчезнуть, но я понимаю, что это невозможно. Что меня найдут. Ведь я — в уплату долга.

Сажусь. Меня сразу же окутывает его запах. В машине достаточно прохладно, так что моя кожа покрывается мурашками. Но я не уверена, что это от холода.

— Ты не разочаровала меня, Алиса, — слышу его голос, немного вздрагивая. — Умница…

Я словно послушная собачка, которую хвалит хозяин.

— В особняк, — его новый приказ.

И я последний раз кидаю взгляд на свой дом. Не зная, когда вернусь сюда еще раз…

Не знаю, сколько мы ехали. Ожидание убивает. А еще мне очень страшно. Что будет дальше?

Через несколько минут я вижу, как стальные ворота открываются. И мы въезжаем. Это особняк. Бесспорно. Красивый, в три этажа, словно замок, не иначе. Но тут обитает не принц, а дракон, который везет меня в свое логово. Нервно усмехаюсь, да… уже сказки вспоминаю.

Я снова взглянула на мужчину и увидела, что он наблюдает за мной, его тёмные глаза смотрят на меня, но я не понимаю, что означает этот взгляд.

Я девственница и никогда не общалась с такими опытными и влиятельными мужчинами. Что он сделает? Знает ли он, что у меня никогда не было секса?

Когда машина подъехала к крыльцу и двигатель заглушили, я почувствовала, как у меня сжимается все. Не знаю, чего ожидать, но понимаю, что обратного пути нет. Я согласилась оплатить долг своей семьи.

Мы выходим. Кирилл идет уверенной походкой, а я следую за ним. Сначала холл, огромный, в два этажа. Тут очень красиво, но неуютно, словно я в музее.

— Здравствуйте, хозяин, — слышу голос одной из горничных, она наклоняется и не смотрит на Кирилла.

Хозяин? Мы что, вернулись в прошлое?

— Я буду ужинать тут, подготовьте все, — кидает он девушке.

— Хорошо, — кивает она и все так же не смотрит на него.

Кирилл идет дальше, и мне приходится следовать за ним. Рассматриваю все, так что даже не успеваю затормозить и взрезаюсь в его грудь. Быстро делаю шаг назад.

— Про… — хочу извиниться, но он меня перебивает.

— Это твоя комната, — говорит он, кивая на дверь справа. — Теперь ты будешь жить тут. Недолго.

Недолго? В душе зарождается надежда. Неужели он скоро отпустит меня?

— Ты переедешь в мою комнату, но позже, — добавляет он, и надежды снова рушатся. — Ты поняла меня, Алиса?

«Почему не сейчас?» — хочу спросить, но быстро останавливаю себя, только отвечая:

— Хорошо…

— Сегодня ты ужинаешь со мной, — продолжает он. — Распусти волосы. Надень что-то белое. И главное — никакого белья.

Наверное, на моем лице видно удивление. Потому что он усмехается.

— Привыкай, Алиса, я часто буду просить тебя об этом, — тише произносит он. А у меня горят щеки.

Мужчина касается кончиков моих волос, а потом уходит, оставляя меня одну.

Тяну дверь на себя и захожу в комнату. Тут красиво. Большая мягкая кровать, шкаф, тумбочка и туалетный столик с зеркалом. Красивая тюрьма для меня…

Кирилл хочет, чтобы я поужинала с ним. Но мне кажется, мне даже кусок в горло не полезет. Хотя моего мнения теперь никто не спрашивает. Мне вообще никто не поможет. На глаза наворачиваются слезы. Неужели все будет так? Когда моя семья решила, что я идеально подхожу на роль уплаты долга? Ведь я даже не знала о нем.

Мой отец и брат строили бизнес. Мы всегда жили не слишком богато, но в достатке, но они хотели большего и, наверное, решили взять в долг у Кирилла.

Кирилл… я знаю его с самого детства. Он всегда был с Димой. Они играли вместе, вместе учились. Со мной он был холоден. Сказать честно, я даже боялась его, мы практически не общались.

А после школы он стал редким гостем в нашей семье. От папы я узнала, что его родители погибли и он остался сиротой. К себе его взял дядя, который тоже в скором времени скончался. Передав бизнес племяннику, который приумножил его. У них были дела с отцом и с братом. Я никогда не вникала в это, спокойно училась. Чтобы в один прекрасный день мне сказали, что теперь я принадлежу ему…

Время неумолимо движется к вечеру. И я начинаю собираться. Распускаю волосы так, что они красивой волной ложатся на мои плечи. Подхожу к шкафу, тут много вещей. Дорогих. Интересно, откуда? Достаю одно из платьев, белое, как хотел Кирилл. Красивое, шелковое. Снимаю с себя белье. Возможно, конечно, остаться в нем, ведь Кирилл может и не узнать, что я ослушалась его. Но что-то мне подсказывает, что этого делать не стоит.

Надеваю платье, которое очень приятно ласкает кожу и идеально сидит на мне. Словно сшито на меня. Так странно. Смотрю в зеркало. Красиво, хотя меня смущает, что теперь, без белья, через тонкую ткань выделяются мои соски, словно острые пики. Тянусь к белью, но понимаю, что Кирилл четко сказал мне не надевать его. Хорошо, все можно прикрыть волосами.

Ровно в семь за мной приходит все та же служанка.

— Хозяин ждет вас, — говорит она. — Прошу, следуйте за мной.

Выбора у меня нет, и мне приходится идти за ней. Минуем коридор и проходим в столовую. Тут уже находится Кирилл. Он тоже переоделся. Теперь на нем не солидный костюм, а простая черная хлопковая рубашка. Волосы немного в беспорядке, так что теперь он выглядит моложе.

Мне отодвигают стул. И я сажусь напротив мужчины. Служанка сразу же удаляется. Кирилл смотрит на меня, и по телу опять бегают мурашки, а внизу живота словно скручивается узел.

— Ты прекрасно выглядишь, Алиса, — говорит он. — Ты сделала все, как я велел?

Сначала не понимаю, о чем он. Но потом начинаю краснеть. Он имеет в виду, нет ли на мне белья?! Киваю.

— Умница, — опять похвала.

— Спасибо, — единственное, что говорю я.

Нам подают первое. И я понимаю, что ужасно проголодалась, потому что практически не ела с самого утра.

— Ты плакала? — неожиданно спрашивает мужчина. Смотрю на него.

— Нет, — вру, и он сразу же это понимает.

— Еще одно правило, Алиса: ты не лжешь мне, — холодно произносит он. Я явно разозлила его.

— Хорошо, — соглашаюсь, хотя понимаю, что сомневаюсь, что что-то может от него укрыться.

— У тебя есть вопросы? Ты можешь задать их, — говорит он, когда нам приносят второе.

Вопросы? У меня их много. Но есть один, самый главный.

— Сколько я буду тут находиться? — спрашиваю с волнением.

— В этом доме? Недолго, — отвечает он спокойно. Но этот ответ меня совершенно не устраивает.

— Нет, в твоем… — не могу закончить, сказать это слово.

— Пока мне не надоест, Алиса, — опять смотрит на меня темным взглядом. И по телу проходит дрожь, а соски начинают выделяться еще больше. — Пока я не захочу, чтобы это все прекратилось…

Этот ответ убивает. Подрезает крылья.

— Почему я, Кирилл? — наконец-то спрашиваю, тоже смотрю на него.

— Потому что я хочу тебя, — спокойно произносит он. И меня опять окутывает жар. Значит, это не просто блажь.

Воцаряется молчание. В голове рой мыслей.

— А теперь я хочу свой десерт, — вытягивает он меня из раздумий. Смотрю на него, не понимая. — Иди ко мне, Алиса. Сегодня ты станешь моим десертом…

Что… что он имеет в виду? Я не понимаю. Поэтому так и сижу перед ним.

— Я хочу, чтобы ты подошла ко мне, — требовательно произносит он. А я теряюсь.

— Зачем? — тихо произношу я. Но делаю, как он говорит, словно тело уже не слушается и подчиняется ему.

— Сейчас узнаешь, — усмехается мужчина, а потом отодвигается от стола. Я иду к нему, вставая справа, не приближаясь. — Ближе, Алиса.

Делаю еще один шаг, чувствуя, как меня окутывает жар. Почему именно так? Теперь я стою перед ним.

— Красивая… — хрипло произносит он. — Это платье тебе очень идет.

Момент, и Кирилл встает. Теперь мы находимся очень близко друг к другу. Рукой он убирает мои волосы назад. Моя грудь часто вздымается. Мне страшно, но одновременно меня охватывает волнение от того, что будет дальше.

— Ты совершенна, Алиса, — он склоняется ниже. — И теперь моя!

Прежде чем я успеваю что-то сделать, он уже накрывает мой рот. Жестко, собственнически. Он словно голодный зверь, а я лань, которую он поймал. Наш поцелуй далеко не нежный, наоборот, он властный. Мужчина терзает мои губы, а его язык уже хозяйничает в моем рту, и сопротивляться просто бесполезно.

Я заложила руки за спину. Стол — единственная опора, которая у меня есть в данный момент. Друг брата напирает, и расстояния между нами совершенно нет. Мои соски уже трутся о его грудь, до боли.

Мне страшно от такого напора, но сбежать я не могу.

— Ты очень сладкая девочка, Алиса, — хрипло произносит он, когда отрывается от меня. Мы тяжело дышим. — Мне многое хочется с тобой сделать…

Его рука на моем плече, а потом он тянет платье вниз. Неужели сейчас все произойдет? Тут, на этом столе, или на ковре… Становится страшно. Нет, я не готова. Я не хочу так…

— Я… — хочу признаться, что у меня никогда никого не было, даже если это будет выглядеть унизительно.

— Тш-ш, маленькая Алиса. Я знаю, что у тебя никого не было, — говорит он, а потом склоняется к моему плечу, проходит губами по ключице. — У тебя никого не было, потому что я этого хотел. Ведь ты принадлежишь мне.

Кусает мою ключицу, сильно, а меня опять пронизывает дрожь. О чем он говорит? Что это значит? Мы ведь практически не виделись с ним…

Он ведет губами дальше, и вот платье уже соскальзывает с моих плеч, оставляя мою грудь обнаженной перед его взором.

— Ты так сильно возбуждена, Алиса, твои соски требуют моего внимания, — шепчет он мне на ухо, а потом кусает мочку уха. — Спорим, что внизу ты уже течешь, мм?.. Просишь, чтобы я трахнул тебя.

Не знаю, что сказать. Но его рука уже скользит под ткань платья, добираясь до внутренней части бедра. Вторая рука накрывает грудь, сжимая сосок, доставляя легкую боль, отчего я вскрикиваю. Но это приятная боль, которая пульсирует внизу живота. Он прижимается ко мне, и я чувствую, как выпирают его плоть. Он тоже возбужден. И слишком большой…

— Сегодня я не буду брать тебя, но поиграю, — наконец-то произносит Кирилл, а потом надавливает мне на плечи, заставляя лечь на стол. Я словно распята на этом столе, под его взором, который сейчас темнее ночи.

— Мм, прекрасный вид. Ты подо мной, запомни это, Алиса, так будет всегда.

А дальше он опять завладевает моими губами. Мне остается только принимать это и чувствовать, как тело становится ватным и по нему расползается удовольствие, и чем дальше, тем больше.

Он ведет губами по шее, ниже, очерчивая грудь, беря в рот сосок, прикусывая… И я опять вскрикиваю, от импульса удовольствия.

— Ты когда-нибудь ласкала себя? — спрашивает он, отрываясь от меня, раздвигая широко мои ноги и вставая между ними.

— Нет… — хрипло говорю я. Мой голос разом охрип.

А потом он касается меня там. И я дергаюсь от неожиданности и оттого, что понимаю: я очень влажная.

— Чувствуешь, какая ты мокрая? Ты уже созрела, чтобы трахаться и доставлять мне удовольствие, — он берет меня за шею, притягивая к себе. — Поэтому я ждал, Алиса, не прикасался, чтобы теперь насладиться тобой сполна.

Он рычит, кусая мою нижнюю губу, а я вскрикиваю. Его пальцы уже находят мой клитор, размазывая смазку. И мне уже не хочется ни о чем думать, только чувствовать…

Когда я оказываюсь на пике, он резко убирает руку. А мне впервые хочется попросить его, чтобы он не прекращал. Несмотря на стыд, я готова его молить об этом. Господи, я должна чувствовать себя падшей, если хочу унизиться перед мужчиной, который меня купил. Но сейчас мне совершенно не стыдно.

Он подносит свои пальцы к моим губам.

— Оближи, — приказывает Кирилл, и я делаю, как он говорит, чувствую на его пальцах свой вкус. — Ты сладкая, Алиса. А еще так хорошо облизываешь. Эти губки созданы, чтобы сосать мой член.

Опять он заставляет меня краснеть. Хотя куда больше. Мне кажется, я сейчас словно помидор. А еще мне плевать, если кто-то сюда войдет и увидит нас тут, прямо так…

— Попроси меня, Алиса, попроси трахнуть тебя пальцами, ведь ты хочешь получить свой первый оргазм? — шепчет он. Опять муча меня.

— Да, да… пожалуйста, — молю я, сама не понимая, что делаю.

— Пожалуйста… что, Алиса?! — требовательно произносит он, держа меня на грани.

— Мм… пожалуйста, подари мне… оргазм, — смотрю на него мутным взглядом.

Кто ты, Кирилл? Ведь я о тебе практически ничего не знаю, но сейчас бесстыдно сижу перед тобой почти голая и молю об удовольствии.

— Умница, — шепчет он, а потом притягивает меня за шею и заставляет смотреть на него. — Не закрывай глаза! Хочу увидеть, как ты кончаешь!

А потом его рука опять на моей плоти. Он возобновляет свои движения, так что через несколько минут я чувствую, что внутри меня словно что-то взрывается. Я кричу, и Кирилл глотает мой крик поцелуем.

Внизу все пульсирует, а тело словно в невесомости. Я не думала, что это так… так хорошо.

Кирилл отстраняется и смотрит на меня. Когда я прихожу в себя, осознание того, что произошло, накрывает с головой.

— Не стоит беспокоиться, все это вполне естественно. И скоро ты привыкнешь, — говорит он.

Когда ноги начинают хоть немного слушаться меня, я быстро встаю и надеваю на себя платье. Слава богу, мужчина не запрещает, а только усмехается.

— Завтра вечером мы улетаем, тебе нужно будет собрать вещи, — говорит он, а я чувствую, как все холодеет.

То есть мы не будем жить тут?

— В Ниццу, — продолжает он, уже не глядя на меня.

— Надолго? Ведь у меня учеба…

Но он больше не отвечает мне. Уходит, оставляя меня одну. Все правильно, Алиса, ведь ты только долг, без права голоса. Но ведь у меня еще осталась моя жизнь, или нет?..

— Несмотря на очень насыщенный день, спала я плохо. Мне казалось, что ко мне в комнату может прийти Кирилл, чтобы закончить начатое. Понимаю, что просто банально не готова к этому. Да и разные мысли лезут в голову, одна хуже другой. А еще пугает неизвестность…

Утром ко мне входят служанки. Оказывается, я завтракаю с Кириллом, и это не обсуждается, и мне приходится идти и готовиться. Сегодня Кирилл ничего не сказал о дресс-коде, поэтому решаю на свое усмотрение. Конечно же, надеваю сначала белье. Кстати, оно тут очень красивое и брендовое. И приятно ласкает кожу. Выбираю джинсы и простую футболку. Надеюсь, мы не будем повторять то, что начали вчера. Потому что вчера… даже не знаю, на что это можно списать.

Выхожу. Кирилл уже тут. Теперь он опять солидный бизнесмен, человек, которого я видела вчера, жестокий и властный, готовый поработить этот мир.

— Надеюсь, ты хорошо спала, Алиса? — спрашивает он. Но почему-то при взгляде на него у меня возникает ощущение, что он совершенно не об этом. Щеки начинают гореть от воспоминаний о вчерашнем вечере.

— Хорошо, у тебя красиво, — решила я сказать комплимент. Хотя тут и правда очень красиво, только сон пока мне не идет.

— Я рад, что тебе тут нравится, — довольно произносит он.

Нам приносят завтрак: кашу, омлет, яичницу и много всего другого, словно у нас какой-то праздник. Кирилл больше ничего не говорит, пока я смотрю на него украдкой, надеясь, что он не видит.

— Тебя что-то мучит? Я хочу знать, — словно гром среди ясного неба звучат его слова, и мужчина поднимает на меня взгляд. Он словно читает мои мысли.

— Да… — решаю не врать, потому что этот вопрос правда очень важен для меня. — Моя жизнь, ведь она у меня тоже есть. Университет, родители…

— Я не запрещаю тебе ходить в университет. Наоборот, всячески буду поощрять это, но никто не должен виться около тебя, — смотрит на меня, и я киваю в знак согласия. Да, господи, за год ко мне даже никто не подошел, хотя у моих сверстниц уже было по много парней. — Насчет родителей… я считаю, что эти люди не достойны твоего внимания. Но, если ты хочешь общаться, я не буду против. Главное правило, Алиса: ты не сбегаешь от меня. Даже не делаешь таких попыток, иначе последствия тебе очень не понравятся.

В его голосе сталь, и такая, что я чувствую ее на физическом уровне. Он не шутит, это я понимаю. А побег… я даже не думала о нем. Ведь он не позволит мне сделать это.

— Я поняла…

— Ну вот и хорошо, а теперь мне нужно идти. Дом в полном твоем распоряжении. И напоминаю, что сегодня мы улетаем, надеюсь, ты не забыла.

Нет, не забыла. Но я пропущу учебу, что не есть хорошо.

— Нет, — качаю головой.

— Отлично, — он встает. — И еще кое-что, Алиса. Подойди.

О господи, неужели это произойдет опять?.. Но мне все равно приходится подойти. К нему. Близко. Потому что по-другому он не хочет.

— Я хочу свой поцелуй, Алиса, — говорит он, при этом смотрит на мои губы. — Хочу, чтобы ты сделала это сама.

Мне вспоминается поцелуй, страстный, который он подарил мне вчера. Но я не смогу так. Но все равно привстаю на цыпочки и тянусь к его губам. Невесомо, как могу и умею, надеясь, что он возьмет инициативу в свои руки и сделает это сам. И он берет ее, целует опять так же страстно и порывисто, так что я начинаю задыхаться, а внизу живота уже опять назревает знакомое тепло.

— Так многого хочу сделать с твоими губами… — хрипло произносит он. — До вечера, Алиса…

Кирилл уходит, а я немного прихожу в себя. Надо собраться. Я не знаю, сколько это продлится, но реальность никто не отменял.

Иду к себе в комнату. Надо решить вопрос с учебой, раз мы уезжаем на несколько дней. Надеюсь, не больше чем на неделю. Поэтому пишу своему куратору, и тот высылает мне задание, которое нужно сделать. Вчера мой телефонразрядился, а мне было совсем не до зарядки. И после включения тут же посыпались сообщения. Несколько — от подруг, куча — в чате одногруппников и ничего от семьи. От этого становится обидно вдвойне. Словно они вычеркнули меня из своей жизни. А может, я никогда и не нужна была им. Я уже давно смирилась с тем, что Диму они любят больше, но я ведь тоже их ребенок.

Настроение испортилось еще больше. Поэтому я решила на этом не зацикливаться. А начать собираться. Я была в предвкушении: в Ницце я никогда не была. А хотелось, очень. Мы даже как-то собирались с подружками, но не получилось. А теперь я еду с Кириллом, другом Димы. Никогда бы не подумала. Хотя… я вообще не думала, что это кого-нибудь произойдет и мы будем вместе, вот так…

Вечером мужчина приходит ближе к семи. Вижу, что он устал. Возможно, мы никуда и не поедем. Но нет, уже в девять мы сидим в одном из частных самолетов бизнес-класса. Я никогда не летала на таком. Но, стоит признать, тут очень удобно и красиво. Даже есть отдельная спальня с большой кроватью.

Спать совершенно не хочется. Я смотрю на Кирилла, который берет ноут и начинает работать, даже сейчас. Опять хмурится и что-то быстро печатает, неужели он будет работать всю ночь? Хотя, наверное, это хорошо, ведь спальня только одна…

Тоже решаю что-то поделать, а именно задание, которое прислал мне куратор. Юристом я не хотела становиться, моя мечта была стать логопедом, но родители настояли на своем. «Юристы сейчас нужны, очень». А еще я попала набюджет, тогда как на логопеда пришлось бы учиться платно. А родители сразу сказали, что делать этого не будут. А совмещать учебу и работу я бы не смогла. Поэтому пришлось идти юристом.

И вот я уже сижу над очередной задачей и понимаю, что, скорее всего, придется лезть в интернет в поисках ответа.

— Не делай так, — слышу хриплое совсем рядом. Поднимаю голову. Оказывается, Кирилл смотрит на меня, вернее на мои губы, в которых я держу карандаш. И чем дольше он смотрит, тем темнее его взгляд… Быстро убираю карандаш, краснея.

— Прости.

— Нет, мне нравится, — усмехается он. — Особенно когда это делаешь ты. Чем ты занята?

— Нужно решить несколько задач, это по юриспруденции… — объясняю и вижу, как он встает и идет ко мне. — Не то что я не знаю, просто немного не понимаю…

Почему-то перед ним мне хочется казаться лучше.

— Покажи, — тянет руку к листу с заданием. А потом начинает объяснять, и… я понимаю! Так, что решаю все задания сама, а мужчина лишь подталкивает меня вправильном направлении.

— Спасибо, ты объяснил даже лучше, чем наш преподаватель, — с улыбкой произношу я. — Откуда ты это все знаешь?

— Годы практики, я тоже учился на юриста, но понял, что мне не слишком интересно, — отвечает он, и я понимаю, что практически ничего не знаю о нем.

— Как ты пришел… ко всему этому? — обвожу рукой обстановку. Мне кажется, то, что я знаю о нем, совершенно не так.

— Это долгая история, Алиса, я расскажу тебе, но в следующий раз, а сейчас тебе лучше поспать, через несколько часов мы прилетим.

Он садится опять в свое кресло, и я понимаю, что он отдыхать не собирается.

— А ты?

Сама не понимаю, зачем спрашиваю, но банально беспокоюсь о нем.

— Кровать тут одна, и я не уверен, что мы тогда будем спать… — с усмешкой произносит он, и я опять краснею. Иду в спальню. Несмотря на то что ничего особенного я не делала, засыпаю очень быстро. А через несколько часов Кирилл сам будит меня, говоря, что мы прилетели.

Ницца встречает нас прекрасной ночной прохладой. Мы сразу же садимся в машину и едем прямиком в отель. Я то и дело смотрю по сторонам, восхищенно, хочу тут обязательно все сфотографировать. Даже ночью тут тоже красиво.

Наш отель похож на настоящий замок! И тут нас тоже встречают.

— Здравствуйте, ваш люкс уже готов, месье Клименко, — говорит девушка с ресепшен и передает нам карту-ключ.

Кирилл берет ее, и мы идем дальше. Тут тоже очень красиво: мягкие ковры, светлые с позолотой стены, все сделано под старину, и это правда красиво. Мы заходим в лифт и поднимаемся на последний этаж. Тут очень мало дверей, и мы подходим к одной из них. Мужчина открывает, и вот мы внутри. Тут уже стоят наши вещи.

Тут тоже очень красиво. Большой зал с панорамнымиокнами. Просторная ванная комната, гардеробная и спальня. С одной большой кроватью.

— Что тебя смущает Алиса? — я слышу голос Кирилла совсем рядом со мной. Когда застываю как вкопаннаянапротив комнаты.

— Мы… мы будем спать вместе?..

— Да, ведь тут только одна кровать, — усмехается Кирилл, я чувствую его дыхание, совсем рядом.

— Но ты сказал…

— Сказал, что пока не буду брать тебя, но ты должнапривыкнуть ко мне, и общая постель — самый идеальный способ сделать это, — спокойно говорит он и идет к своему чемодану.

Ладно, опять стараюсь об этом не думать, а вести себя естественно. Хотя переодеваться перед Кириллом не хочу, даже несмотря на то, что он практически все видел. Поэтому, когда он уходит в душ, я быстро переодеваюсь и ложусь. Кирилл приходит позже, и я делаю вид, что сплю. Его шаги… а потом кровать прогибается. У меня колотится сердце. Тишина… и я чувствую его сильные руки на своей талии. Миг — и вот я оказываюсь под ним. Он нависает надо мной, смотря опять тем же жадным взглядом.

— Я знаю, что ты не спишь, лгунишка Алиса, — шепчет он, касаясь дыханием моего лица. А потом его рука начинает задирать сорочку.

— Ты же обещал, — в панике говорю я. Хотя и чувствую, как волна жара окутывает меня.

— Я сказал, что не возьму тебя так, но есть миллион способов сделать это без проникновения, — усмехается он, а потом его рука ложится на мою грудь, начиная играть с соском. — Ты без белья. Правильно, в моей постели оно тебе никогда не понадобится…

Его губы спускаются на мою шею, дрожь опять проходит по всему телу, а внизу живота разгорается пожар.

— Ты же хочешь получить оргазм, Алиса? — спрашивает Кирилл. А я смотрю на него и понимаю… что хочу. — Скажи мне, или я доведу тебя до него и не дам кончить! — рычит он. И, я уверена, что не лжет, он может это сделать.

— Да… я хочу… — приходится согласиться мне, опять краснею. Боже, уже сегодня я сама это прошу.

— Хорошо, — удовлетворенно произносит он. — Но ты сделаешь это сама.

Не понимаю его, поэтому смотрю. На него.

— Пальчики вниз, Алиса, и начинай ласкать себя, — приказывает мужчина. А я не могу, только не при нем. — Ты сделаешь это Алиса, или я сделаю это сам, но оставлю тебя в конце неудовлетворенной. Поэтому не испытывай судьбу.

Я делаю, как он говорит, опускаю руку вниз, при этом глядя на мужчину. Мне очень стыдно, и одновременно это действие возбуждает.

— Чувствуешь, какая ты влажная, Алиса? На самом деле ты та еще шлюха, жаждущая мужского члена, — он наклоняется и говорит мне это, а я от его грязных слов начинаю возбуждаться еще больше. — Чувствуешь, как твоя дырочка пульсирует, выделяя столько соков, что ткань трусиков вся влажная?

— Кирилл, ты не должен…

— Говорить это? Но если это правда, Алиса? — усмехается он. — Твои родители были слишком строги с тобой, но мне это нравится. Ведь только я сделаю тебя грязной. Шлюхой, созданной только для меня.

Он сжимает мою шею. И опять жадно целует. И в этот раз я отвечаю ему, потому, что сама хочу. Потому, что меня заводит. Я немного отпускаю себя, чтобы получить удовольствие, зная, что оно последует, если я сделаю это.

— Теперь начинай ласкать себя, сожми клитор. Чувствуешь, как он набух и требует твоего внимания?..

О боже, он говорит, а я делаю. Мои руки словно живут по его приказу. Внизу все разгорается еще больше. Кирилл кусает мою шею, словно животное, но мне даже нравится эта грубость. Далее идет грудь, чувствительные соски… а потом все словно взрывается. И я опять кричу, а он глотает мой крик, рыча в ответ.

— Блять, смотри, что ты со мной делаешь! — рычит он, а потом берет мою руку и прижимает к своему паху. — И ты поможешь мне с этим, девочка.

Сначала я не понимаю как, но мужчина берет мою руку и кладет себе на член. У основания, сжимая. Я еще не до конца осознаю, что происходит, паря на волнах оргазма.

Через несколько минут он рычит, и я чувствую горячую жидкость на своем животе и на бедрах.

Сперма.

Кирилл тоже кончил, вместе со мной. Он ложится рядом, тяжело дыша, а потом утягивает меня на себя, так что я оказываюсь на его груди.

— А теперь спи.

Да, глаза сами собой начинают закрываться. И о том, что произошло, я обязательно подумаю, завтра…

Утром я просыпаюсь одна. Кирилла рядом нет, но, судя по примятой кровати и теплым простыням, мужчина ушел недавно. Я встаю и в этот момент слышу стук в дверь. Блин, кто это может быть? Быстро заворачиваюсь в одеяло. И через несколько секунд дверь открывается. Сначала появляется тележка, а потом и молодой мужчина в форме.

— Ой, простите, мадемуазель! Я не знал, что вы тут, — чисто говорит он по-английски, хорошо, что я знаю его.

— Нет, ничего страшного, я сама не ответила, — смущаюсь я.

— Это ваш завтрак, мне сказали подать его ровно к восьми, — и он берет за края ткани на тележке и срывает ее. Вижу столик с завтраком. — Люблю делать это. Я словно фокусник!

— Да, у вас хорошо получается, — парень кажется мне милым, поэтому я улыбаюсь ему.

— Да, я хотел поступить на актерское, но маман сказала, что я не слишком перспективный, — со вздохом произносит он, и ему явно грустно от этого. Спешу поддержать его:

— Мне кажется, у вас могло бы хорошо получиться, главное — желание!

— О, вы правда так думаете?! — и столько надежды в его голосе.

— Конечно!

— Так приятно слышать это от красивой… — но он не успевает договорить, дверь открывает, и в номер входит Кирилл.

На нем спортивная футболка и штаны. Мужчина явно после пробежки или зала. Его глаза сначала находят меня, а потом парня. И я вижу, как недобро сверкает его взгляд.

— Доброе утро, месье! — парень старается держать лицо, но видно, что он чувствует себя не в своей тарелке.

— Завтрак должны были принести ровно в восемь, ты опоздал на пять минут, — демонстративно смотрит на часы Кирилл.

— Простите, сэр, просто…

— Меня не волнует, что там было. Если ты любезничаешь так с каждым гостем, то теперь мне понятно, почему ты опоздал, — холодно произносит Кирилл. — Свободен!

Парень решает быстро удалиться. Но напоследок улыбается мне, а потом уходит.

— Любезничаешь с прислугой, Алиса? — как-то недобро говорит мужчина, направляясь ко мне хищной походкой.

— Он просто пожелал мне хорошего дня…

— И ты улыбалась ему, — подходит еще ближе, а потом склоняется ко мне, и опять его горячее дыхание. — Ты только мой долг. Поэтому я не разрешаю тебе любезничать с прислугой, а тем более улыбаться. Ты можешь делать это только со мной. Ты поняла меня?!

Он зол, я понимаю это. Но его слова сделали больно мне. Я думала, что вчера мы начали узнавать друг друга. Что наши отношения потеплели. Хотя теперь я понимаю, что у нас нет никаких отношений. Я просто вещь, определенная сумма, которую должна моя семья. Для него я вещь, которой он будет пользоваться. И от этого становится больно. Невыносимо. Но я глотаю эту горечь, чтобы не показать ему своих эмоций и того, как меня это задело.

— Да, я поняла, больше этого не повторится, — безэмоционально произношу я, глядя в его глаза, а сама просто представляю себя не тут.

— Хорошо, — словно сам себе говорит он. — Сегодня вечером у нас прием. Ты идешь со мной.

Он отходит, а я иду в душ. Попутно думая, что мне нужно отключить чувства. И просто быть послушной куклой. Ведь он хочет именно этого.

Дальше все проходит в тишине. Теперь Ницца не кажется мне такой прекрасной, хотя я и делаю несколько снимков на память.

Вечером мы идем на мероприятие в один из шикарных ресторанов города. Несмотря на то что я стараюсь абстрагироваться от всего этого, как только мы выходим из машины, начинаю заметно нервничать. Но Кирилл быстро берет меня за руку и уверенно ведет дальше.

— Успокойся, Алиса, ты прекрасна, а еще ты со мной, — властно произносит он. — Поэтому наслаждайся и будь рядом.

Будь рядом, словно фарфоровая кукла. До сих пор не могу выкинуть из головы то, что он сказал мне сегодня утром. Хотя и должна смириться и принять это.

Мы входим в зал, тут тоже очень красиво и стильно. Много народу. Мужчины в смокингах, дамы в красивых платьях. К нам подходит одна из пар.

— Кирилл, рад, что ты пришел, — мужчина лет сорока пожимает ему руку.

— Андрей Вячеславович, не знал, что вы будете тут, — Кирилл отвечает на рукопожатие, но я вижу, что он не так уж и рад видеть мужчину. Его спутница намного моложе его. Наверное, как я, а может, немного старше. Но под тонной косметики она выглядит старше. И сейчас он смотрит на меня с нескрываемым презрением. Интересно, почему так?

— Да вот, решил, что нужно возвращаться, жаль твоего дядю, такая странная и нелепая смерть… — произносит мужчина и смотрит на Кирилла выжидающе. Но тот реагирует спокойно.

— Да, но такое часто бывает, — холодно произносит Кирилл. А мне опять становится интересно, что же там произошло.

— Ну да, ну да, а кто это с тобой? Представь, — и теперь все внимание обращается на меня, и мне становится некомфортно.

— Это Алиса, моя…

— Это Алиса — моя женщина, — спокойно произносит Кирилл. Меня удивляет это, но, наверное, просто нельзя сказать, что я кукла, которую он купил. — Это Андрей Вячеславович, давний друг моего дяди…

— Приятно познакомиться с вами, — произносит мужчина, улыбаясь мне, но фальшиво. Возможно, тут так принято.

— И мне… — но я тоже играю эту роль, словно мне интересно.

Дальше вечер проходит скучно. Хотя я и не была на таких мероприятиях, видела только по телевизору, восхищаясь, но, оказывается, восхищаться особо нечем.

— Я пойду, мне нужно в дамскую комнату, — говорю я Кириллу, освобождая свою руку из его захвата. Он не отпускает. Смотрю на него, в глубине его глаз вижу недоверие. Неужели думает, что сбегу? Но потом он справляется с эмоциями и дает мне это сделать.

Туалет находится прямо по коридору, захожу в него. Надо немножко прийти в себя.

— Такая серая мышка, ты его недостойна, — слышу справа. Поворачиваюсь и вижу спутницу Андрея Вячеславовича. Она пудрит нос, не обращая внимания на меня, но говорит со мной.

— Я и не претендую, — безэмоционально произношу.

— А почему тогда крутишься возле?! — она громкозахлопывает пудреницу и с ненавистью смотрит на меня. — Значит, не так уж и не нужен!

Мне становится смешно. Я хочу убежать от него. А кто-то, наоборот, желает быть рядом. Чтобы ему напоминали, что он никто.

— Возможно, ты просто не в его вкусе. Как бы то нибыло, мне жаль тебя, честно, — таким же тоном произношу я, ловя на себе злой взгляд. Здесь, похоже, я не смогу выдохнуть, поэтому разворачиваюсь и иду к выходу.

— Сучка! Еще пожалеешь о своих словах! — кидает девушка мне вслед.

Иду медленно по коридору. Немного выдыхая. А потом опять нахожу Кирилла.

— Когда мы уйдем отсюда? — осмелев, спрашиваю я.

— Тебе совершенно тут не нравится? — в его голосе удивление. Ну да, наверное, все девушки любят такие мероприятия. Но он не учел одного: я не из таких девушек. Я никогда не была на подобных мероприятиях, и они не привлекают меня.

— Нет, я просто устала, — отвечаю, отводя взгляд.

— Хорошо, мне нужно поговорить еще с двумя людьми, и мы можем уходить.

Через полчаса мы выходим из ресторана. С наслаждением вдыхаю свежий набережный воздух. Я бы лучше прогулялась, чем торчать в этом заведении.

— Пойдем, — словно читая мои мысли, Кирилл берет меня за руку, чем удивляет. Неужели мы просто будем гулять?

Мы спускаемся к воде, сегодня тут тихо и спокойно. Я думаю, что все же прекрасно, что я оказалась тут. Не знаю, смогу ли я еще приехать сюда, но вдруг?..

Кирилл тоже молчит, думая о своем. Только в конце притягивает меня к себе. Целует, жадно. Сначала я отвечаю, а потом меня словно опять возвращает в утро, когда он в очередной раз указал мне, где мое место.

— Что происходит?! — вдруг рычит он, разрывая поцелуй. Сначала я не понимаю, о чем он, ведь я делала все, как он хочет. — Ты стала другой, о чем ты подумала?!

— Ни о чем, вспомнила только, почему я здесь, — пожимаю плечами. — Когда мы уедем отсюда?

— Когда я разрешу, — холодно произносит он.

— Больше он ничего не говорит, и я тоже. Вообще не понимаю, чего он добивается, чего хочет. Быть первым? Так пусть возьмет меня. Зачем все это?

В гостиницу возвращаемся в полном молчании. Все же то, что было вначале, было намного теплее, чем происходитсейчас.

Мы опять спим вместе. Только в этот раз Кирилл не берет меня. Он тоже закрылся. Тем лучше, сегодня я точно не смогу выдать какие-либо эмоции.

Утром его опять нет, и я просыпаюсь одна. В этот раз завтрак приносит женщина. Она сдержанно кивает. Пока Кирилла нет, я привожу себя в порядок. Хорошо, что не при нем, а то не знаю, чем бы это закончилось.

Мужчина приходит позже.

— Чем бы ты хотела заняться сегодня? — спрашивает он, глядя на меня. Мы завтракаем вместе на веранде, с которой открывается прекрасный вид.

— Не знаю, не думала об этом, — пожимаю плечами я. Хотя в пару месть мне хотелось бы сходить.

— Тогда тебе стоит подумать, потому что у нас есть один день, мы можем им воспользоваться и провести, как ты хочешь.

Как хочу я? Удивленно смотрю на Кирилла, выискивая подвох, но он абсолютно серьезно смотрит на меня. Значит, его предложение вполне правдивое.

— Хорошо, я бы хотела посмотреть Римский холм, — вспоминаю, что читала о нем. — Говорят, там очень красиво.

— Отлично, тогда через пятнадцать минут за нами заедет машина. Надеюсь, ты успеешь собраться, — говорит мужчина и что-то быстро печатает в телефоне.

Пятнадцати минут мне точно хватит. Я не из тех девочек, которые обожают долго собираться. Хотя красоту я умею наводить, просто быстро.

Мы правда едем туда, куда я говорю. Кирилл не прикасается ко мне. Вообще, сегодня он… другой. Словно и нет в нем того доминанта, который считает, что ему все принадлежит. Мы даже разговариваем, уже не так, как вечером, более свободно. И фотографируемся.

Одна фотография из множества, где мы запечатлены вдвоем, словно впечатывается в сознание.

Вечером у нас самолет. Все тот же частный.

— Моя учеба… — начинаю я, надеясь, что он помнит. — Я хочу вернуться к ней…

— Я помню, Алиса, я же сказал, что не буду препятствовать, — спокойно отвечает он, глядя на меня.

— Хорошо, тогда я вернусь к ней завтра.

— Только никаких мыслей о побеге, Алиса. Надеюсь, ты помнишь об этом, в противном случае я буду не так благосклонен к тебе, — в его голосе сталь.

— Да, я помню, отвечаю тихо.

Побег… слишком хорошая фантазия. От Кирилла не убежишь, и мне никто даже не поможет это сделать.

Утром я собираюсь. Хотя спала я всего ничего, но чувствую себя бодрой и испытываю какой-то мандраж. Кирилл тоже уже встал, даже раньше меня, и мы завтракаем вместе.

— После занятий тебя заберет охранник, — предупреждает он. — И впредь, если тебе куда-то надо и меня нет, ты ездишь с ним.

Словно под конвоем. У нас в семье не было охраны, и я чувствовала себя свободным человеком.

— Хорошо…

Мы едем вместе. Вернее, я в машине Кирилла. Он останавливается у самого входа, поэтому машина не остается незамеченной, я только и вижу эти взгляды в сторону нас. Хорошо, что стекла полностью тонированные.

— Надеюсь на твое благоразумие, Алиса, — смотрит на меня мужчина. Опять напоминает о нашем разговоре.

— Да, я помню…

А потом он берет меня за шею, притягивая к себе. Сегодня он руководит. А я только принимаю. И чувствую, как внизу живота все опять становится горячим.

Через несколько секунд, когда воздуха становится катастрофически мало, он позволяет мне отстраниться и смотрит на мои губы.

— Иди, Алиса, пока я не передумал…

Понимаю, о чем он. Хотя мое тело явно хочет этого, мозг понимает, что я не готова. Поэтому быстро открываю дверцу автомобиля и, не оборачиваясь, иду.

Свежий воздух немного остужает тело. Хотя дыхание ещене восстановилось.

— Алиса! — слышу знакомый голос. Моя подруга, Марго, уже идет ко мне быстрым шагом.

— Привет!

— Быстро говори, кто этот красавчик на такой крутой машине?

— Это… друг, — говорю я, даже не зная, что сказать Марго. Конечно же, правду я ей не скажу.

— Бл… мне бы таких друзей. И вы че, прям друзья? Ну явно же трахаетесь! — желает подробностей Марго. А я начинаю ужасно краснеть. Подруга у меня без комплексов и уже поменяла кучу парней, в отличие от застенчивой меня. Поэтому даже ее откровенность вгоняет меня сейчас в краску.

— Марго, давай я не буду отвечать на этот вопрос. У нас ничего нет того, что ты думаешь, — ну, почти нет, не считая, конечно, что мы практически спим вместе и он касался меня там.

— Ну че, просто живете, что ли? Он к тебе даже не пристает? — не унимается подруга и идет за мной следом, не отставая.

— Нет! — нагло вру я.

— Голубенький тогда, что ли? — хмурится. — Ну, вроде не видно, и если это так, то это очень плохо! Такой экземпляр пропал…

От ее слов становится смешно. Бедный Кирилл, слышал бы он, что о нем теперь думают.

Мы идем на пары. Благо Марго успокаивается и больше не задает вопросов. Ну и я не напоминаю, окунаясь в учебу, которую я пропустила.

Сегодня пара у моего самого любимого преподавателя истории — Романа Андреевича. Обожаю его слушать, потому что он всегда рассказывает все так интересно, что невозможно не понять. Я практически ловлю каждое его слово.

Он нравится многим девочкам, но не как преподаватель, а как привлекательный мужчина, потому что Роман Андреевич довольно молод, а еще у него обеспеченная семья профессоров. Внешность и богатство — это все, что нужно девочкам от объекта вожделения.

— Слушай, тема все-таки сегодня такая сложная, — говорит Марго после пар. — Прям не поняла, — морщится.

— Почему? Все же легко, мы говорили…

— Ну да, да, давай ты сегодня вечером расскажешь, ок? Я к тебе приеду.

— Ну хорошо, — сначала говорю я, а потом понимаю свою ошибку. — Хотя нет, ты не можешь, я же теперь живу у Кирилла…

— Ой, да ладно, думаю, не будет твой друг против, — подмигивает она. — Ты же подруге помогаешь.

— Марго…

— Алиса, можете подойти? — слышу голос Романа Андреевича.

— Ну все, мы договорились, иди, тебя препод наш ждет, — и Марго убегает, даже не дав мне ничего сказать. Ладно, надеюсь, Кирилл ничего не скажет.

— Да, Роман Андреевич, слушаю вас, — подхожу.

— Вы отсутствовали несколько дней, Алиса, что-то случилось? — спрашивает он, глядя на меня. Беспокоится? Думает, не буду успевать?

— Ничего такого, просто семейные проблемы, но не переживайте, я все работы сдам в срок, а еще я взяла дополнительную… — начинаю я, но он перебивает, улыбаясь:

— Я знаю, что вы ответственная студентка, даже не сомневаюсь в вас, в отличие от некоторых ваших одногруппников. Ну хорошо, если все нормально, то можете идти.

Прощаюсь, не понимая, что это было. Но решаю не думать. Мне еще на следующую пару идти, главное — не опоздать.

С Марго я так и не поговорила, чтобы все же отменить встречу или провести ее где-нибудь в другом месте. Да я вообще не сказала даже адреса! Она сама находит его…

— Шикарный, конечно, дом, — говорит она и смотрит на убранство раскрыв рот.

— Да, это дом Кирилла, пошли в комнату, я уже приготовила учебник… — тяну подругу на лестницу, боясь, что Кирилл придет и увидит ее.

— А что, его нет? — интересуется подруга.

— Нет пока, — такой интерес меня немного нервирует. Мы идем в мою комнату. Подруга молчит и все еще смотрит по сторонам. А я начинаю объяснять ей сегодняшний материал.

— Это что, он приехал?! — восклицает подруга и несется к моему окну, облокачиваясь на подоконник. — Да, да, он!

И правда, Кирилл выходит из своего внедорожника. Я даже немного зависаю. И словно чувствуя, что на него смотрят, он вскидывает голову и смотрит на нас. Дергаюсь. Ведь я без разрешения пригласила подругу. Что он скажет?..

— Он смотрит на нас! — визжит подруга. — Бл… он просто красавчик! Хочу срочно с ним познакомиться!

И тут она рванула к двери. Так что я даже не успела схватить ее за руку, чтобы остановить.

— Нет! Марго!

Но она уже несется дальше, вниз. Я только бегу за ней.

— Добрый вечер! Я лучшая подруга Алисы! — громко говорит она, стоя перед мужчиной и улыбаясь. Кирилл смотрит на нее, а потом переводит взгляд на меня. А я в ужасе. Господи, что она натворила!

— Меня Марго зовут, а вас? — продолжает подруга, не понимая, что Кирилл явно не настроен на разговор. Он банально устал.

— Марго, пошли в комнату, нам нужно заниматься, — беру подругу за руку, хочу увести, но она еще шире улыбается хозяину дома, отпихивая мою руку.

— У вас такой красивый дом, очень все такое дорогое… — продолжает она.

И тут Кирилл не выдерживает. Подходит вплотную к ней. Смотря так, словно хочет раздавить, как моль. Для него она моль. Его взгляд устрашает, и улыбка подруги сползает вниз…

— Кто тебя пригласил, девочка? — холодно спрашивает мужчина.

— Алиса, — уже без прежнего энтузиазма отвечает Марго.

— Ты находишься в моем доме! — на последнем слове он делает акцент. — На моей территории. Но я не разрешал это делать. И ты знаешь, что я делаю с теми, кто нарушает мои правила?

— Но Алиса…

— Ей ничего не будет, а вот на тебя я спущу свои верных псов, если через пять минут ты не уберешься из моего дома, — он говорит это так, что я понимаю: не врет. Он и правда это сделает.

— Теперь Марго в ужасе. Она только открывает и закрывает рот, не в силах ничего ответить, жадно хватая воздух.

— Живо вон отсюда! — практически рычит Кирилл. Так что я аж вздрагиваю. А Марго уже бежит прочь отсюда.

— Марго! — понимаю, что она забыла свои вещи. Хочу пойти за ней, но Кирилл быстро останавливает меня, беря за руку, и практически впечатывает в себя.

— А ты никуда не пойдешь!

На меня он тоже зол. Понимаю, что это моя вина. Надо было спросить, прежде чем соглашаться. Ведь это его дом.

— Прости, я должна была спросить тебя сначала, — виновато произношу. — Это больше не повторится.

— Конечно не повторится, Алиса. Потому что больше ты с ней не общаешься!

То есть он будет решать, с кем мне дружить, а с кем нет?! Серьезно?!

— Ну, это уже не тебе решать. Я поняла свою ошибку, и Марго извинится, если ты хочешь, но я не буду ломать нашу дружбу, — поднимаю на него глаза и смотрю, не боясь. Потому что я права.

— Опять сопротивляешься, Алиса, не слушаешься, — рычит он, сжимая мое тело.

Я понимаю, что играю с огнем, но упорно игнорирую красный свет.

— Я не должна тебя слушаться.

— Ты будешь, Алиса, будешь делать все, что я скажу! — выдыхает мне в лицо. — Потому что ты моя!

Больше он не дает мне ничего сказать. Целует жадно, с напором, больно, словно наказывая. Но одновременно так, что внизу живота опять зарождается тепло. И я тоже отвечаю ему, в этот момент хочу стать равной.

Когда воздуха катастрофически не хватает, он отпускает меня. Тяжело дыша, как и я.

— Иди… — хрипло говорит он, хотя держит меня, — пока еще я могу контролировать это…

Я знаю, о чем он говорит. И да, я хочу, чтобы он сорвался, но одновременно боюсь. И страх сильнее.

— Отпусти, — практически одними губами произношу. И он делает это, отпускает, и я бегу, не оглядываясь, чтобы это не повторилось.

Забегаю в свою комнату, прислоняясь к двери, тяжело дыша. Тело потряхивает от пережитого. Взгляд цепляется за учебники. Вот и позанимались…

Следующим утром, мы не завтракаем вместе. Оказывается, Кирилл уехал очень рано, поэтому я трапезничаю в одиночестве. Это хорошо. Потому что я даже не знаю, как смотреть на него после всего пережитого.

Меня отвозит водитель прямо к университету.

— После пар я буду ждать вас тут, — холодно говорит он.

— Хорошо…

Я и не собиралась никуда. Выхожу, иду на пары. Марго сегодня нет. Кирилл запретил мне общаться с ней, но я пишу ей. Вдруг после вчерашнего с ней что-то случилось. Подруга не отвечает, ее вообще не было в сети со вчерашнего дня.

— Алиса? — слышу свое имя, оборачиваюсь.

На меня смотрит парень. По-моему, курсом старше.

— Да… — не понимаю, зачем он подошел.

— Тебя там ждут, на заднем дворе, — говорит он. И указывает кивком на дверь.

— Кто? — не понимаю.

Но он ничего не говорит и вообще уходит, словно не говорил ничего. Странно. Лучше бы мне не идти, но любопытство берет свое. Поэтому я тихонько выхожу, быстро смотря по сторонам. А потом вижу брата…

— Алиса! — кричит он мне и идет навстречу.

— Дима… — я в шоке, потому что не ожидала тут его увидеть.

— Как ты, сестренка? — обнимает он меня, а я стою, словно и не рада… — Что он с тобой делал?! Ты исхудала.

— Дим, что ты здесь делаешь? — все еще не понимаю.

— Алиса, я вытащу тебя, ты сбежишь от него!

— Дима… — не верю в то, что говорит брат.

— Алиса, я вытащу тебя, уже завтра. Тебе нужно прийти сюда же, к этому месту, — начинает он. — Тебя будут тут ждать.

— Нет, — качаю я головой, потому что перед глазами сразу же встает лицо Кирилла, он не позволит, поймает, и тогда…

— В смысле «нет»? — хмурится брат. — Ты не хочешь сбежать? Тебе нравится этот тиран?!

— В смысле «тиран»?! Дима, ты сам предал меня! Да вы просто продали меня! Как… как какую-то вещь! — на глаза наворачиваются слезы, ведь это правда.

— Алис, ну так нужно было, — уже не так громко отвечает он.

— В смысле «нужно было»?! А меня? Меня спросить? Я не какая-то игрушка для вас! Я живой человек! — у меня начинается самая настоящая истерика.

— Поэтому я и спасаю тебя, Алиса! А ты говоришь мне «нет», значит, устраивает тебя все, — в его голосе яд. И я даже не успеваю подумать, как моя рука дает ему звонкую пощечину. Сильную.

Брат в шоке смотрит на меня. В один момент я даже боюсь, что он ответит мне тем же, но он только сжимает кулаки. Смотря на меня с презрением.

— Я понял тебя, сестренка, — уже холодно начинает он. — Но мой человек все равно будет тут завтра. И если ты не придешь, то я пойму, что тебя все устраивает. И что зря ты тут строила из себя невинную.

Больше он ничего не говорит, уходит. А я так и стою, лью слезы, чувствую себя раздавленной. Я устала. Морально устала от всего этого. Мне хочется просто спокойствия. Учиться, радоваться жизни. Быть как все, а не играть в эти грязные игры.

Не знаю, сколько простояла вот так, глотая слезы. Жалея себя. Но реальность все равно ждала меня, и нужно было возвращаться. Что я и сделала.

Пары шли, а я была не в состоянии что-либо слушать.

Выхожу на крыльцо университета, надо найти машину Кирилла.

— Алиса, — вдруг меня окликают. Роман Андреевич стоит передо мной. — Что-то случилось? Вы плакали…

Наверное, он видит мои покрасневшие глаза.

— Нет, ничего, просто… семейные проблемы, — отвечаю я, натянуто улыбаясь.

— Понятно… Кстати, хотел похвалить вашу последнюю работу. Это очень достойно, я даже посоветовал бы вам попробовать опубликовать ее в РИНЦ!

Опять начинаю краснеть. Потому что приятно, когда тебя хвалят, а особенно за ту работу, которую ты делал очень долго и кропотливо.

— Да? Спасибо! Я попробую, конечно!

— Отлично, если что, вы знаете, где меня найти, если буду вопросы. Хотя надеюсь, пропустят вас спокойно, — с улыбкой говорит мне он.

— Да, да, хорошо!

Роману Андреевичу звонят, и он быстро кивает мне и берет телефон. А я, воодушевленная, спускаюсь по ступенькам. Уже намечая план того, как нужно все сделать. Поэтому даже не замечаю, что передо мной возникает машина.

Кирилл. Он открывает дверь и глядит на меня. Он приехал сам лично.

— Садись, — холодно говорит он, так что у меня мурашки по коже.

Что опять?!

Что опять его разозлило?!

Воздух пропитан его запахом, а еще энергетикой. Недоброй.

— Кто это был? — спрашивает он, и я сначала не понимаю.

— Кто?

— Тот, кому ты так мило улыбалась, Алиса, не замечая никого вокруг, — теперь он смотрит на меня, и я вижу в его глазах самый настоящий огонь.

— Мой преподаватель, Роман Андреевич, он сказал, что у меня хорошая работа… — о том, что он выяснял, почему я плакала, не говорю.

— Ты слишком наивна, Алиса, он заинтересован в тебе, поэтому больше ты к нему не подходишь, — приказной тон. И я опять начинаю злиться. Опять эти ограничения!

— И что же мне делать?! Теперь вообще ни с кем не общаться?! Может, ты запрешь меня дома, чтобы я могла общаться только с тобой?! — опять нарываюсь, но уже не останавливаю себя.

Мужчина резко притягивает меня к себе, беря за подбородок. Сжимая. Сильно. Заставляя смотреть только на него.

— Я могу, Алиса… Я могу сделать с тобой все, что захочу, и ты подчинишься! — практически рычит он. — Я купил тебя, забрал за долги семьи, поэтому ты будешь меня слушать!

Я ненавижу его.

Прямо сейчас ненавижу. Если бы можно было всадить ему нож в спину, я бы сделала это не задумываясь!

Кирилл — тиран, Дима был прав. Тиран, который не видит границ. Он подчинит всех, кого захочет.

Сломает.

Как хочет сломать меня.

Гляжу на него, но молчу, не отвечая, чтобы не провоцировать еще больше. Но для себя я уже все решила…

— Улыбалась… — он ведет пальцами по моим губам, нажимая. — Знаешь, я хочу воспользоваться своей покупкой…

После его слов у меня все внутри холодеет. Становится страшно.

— Давно хотел трахнуть этот ротик, — нажимает, заставляя приоткрыть губы. — Ты мне отсосешь, Алиса, и сделаешь это прямо сейчас!

Нет! Он же шутит, да? Я в страхе смотрю на него. Но не вижу и тени улыбки. Хочу отползти от него, забиться в противоположный угол, но он не дает.

— Не вынуждай меня делать это силой! — угрожающе произносит и тянет меня вниз.

Хочется сопротивляться, но тело словно окаменело. По щекам начинают течь слезы.

Пряжка ремня, звон молнии, и вот его член уже перед моим лицом. Хотя все расплывается.

— Возьми его в рот, работай губами, — строго приказывает он, наматывая мои волосы на свой кулак. Впиваюсь в его коленку руками, словно в спасательный круг. Чтобы не упасть. Он сам подталкивает меня. Заставляя почувствовать гладкую солоноватую головку.

«Просто не думай! Просто не думай!» — твержу я про себя, чтобы хоть как-то выдержать это. Пережить. Я сбегу, точно сбегу после такого! Я ни за что больше не останусь с ним!

— Возьми глубже, старайся дышать носом, — подсказывает он мне. Но это совершенно не помогает, по щекам льются слезы. — Блять!

А потом меня с силой насаживают на член. Мужчина все делает сам, а мне нужно просто принимать это и не думать, только не думать.

Не знаю, сколько продолжается эта пытка. Но вот я чувствую, как рот заполняет вязкая солоноватая жидкость.

— Глотай! — хрипло рычит мужчина.

Мне ничего не остается, кроме как сделать это. Смотрю, как он прикрывает глаза. Скорее всего, наслаждается моим унижением. Его заводят мои слезы.

Он наконец-то отпускает меня, и я быстро отползаю. Даже не хочу касаться его.

— Ты чудовище… — все же не удерживаясь, хрипло говорю я. Горло начинает саднить.

— Ты должна была давно это понять, девочка Алиса, — усмехается он и смотрит на меня дьявольским взглядом. — Я не принц, а тебя мне отдали за долги.

Больше мы не разговариваем. Я начинаю дрожать от пережитого. Но стараюсь не показывать этого. Как только мы приезжаем домой, я бегу в душ, мне нужно смыть с себя все это, чтобы хоть немного почувствовать себя лучше.

Больше я не выхожу из спальни, благо Кирилл не зовет меня ужинать с ним. Ужин мне приносят в комнату, но от вида еды меня начинает тошнить.

Ночью я плохо сплю. Мне все кажется, что Кирилл сейчас зайдёт и потребует чего-то еще. Хуже, чем то, что произошло в машине. Но этого не происходит. Завтракаем мы тоже отдельно. А потом меня везут в университет.

Всю пару меня мандражит, я понимаю, что рискую, но больше так жить не могу. Вернее, не смогу.

После пары иду туда, куда направил меня Дима. Там меня уже ждут. Мужчина в темных очках, один, Димы нет.

— Алиса? — спрашивает.

— Да… — меня натуральным образом начинает трясти.

— Пойдемте, нам нужно действовать быстрее, — говорит он и, разворачиваясь, идет первым. Я следую за ним, с опаской озираясь.

Мужчина садится в машину, и я тоже. Но вдруг все меняется…

К нам подбегают люди в черных пиджаках. Они блокируют машину. А я в шоке смотрю на это. А потом слышу голос, словно гром среди ясного неба:

— Хотела убежать, Алиса?! — Кирилл с силой хватает меня за руку и практически рывком разворачивает к себе.

— Я не… — не могу вымолвить ни слова. Мне страшно, потому что его взгляд не предвещает ничего хорошего…

— Ты права, Алиса, я чудовище. Но до вчерашнего дня я не показывал этого, а теперь понимаю, что зря! — рычит он мне в лицо. — Ты нарушила главное правило: никаких мыслей о побеге! И теперь я не пощажу тебя!

Он тянет меня к машине. Уже своей. А мне по-настоящему становится страшно от того, что он может со мной сделать.

— Нет, пожалуйста, я ничего не сделала! — кричу, по щекам уже слезы.

— Да, не успела, я решил остановить, — рычит он. — Думала, я не узнаю?! Запомни, Алиса, без моего ведома даже муха не может проскочить! А твой брат еще получит по заслугам, раз решил добиться своего таким образом!

— Нет, не трогай его!

Хотя именно он виноват в том, что все это вообще случилось, я все равно не хочу, чтобы Дима пострадал. Ведь Кирилл жесток.

— Защищаешь брата? — усмехается. Быстро открывает дверь и толкает меня внутрь, запирая. Я в ловушке, теперь окончательно. Выхода нет. — Нужно было посоветовать ему не лезть куда не следует! Тогда бы тебе не пришлось расплачиваться за его долги!

Он садится рядом. Его пыл не остужается, наоборот, мужчина словно еще сильнее заводится. Мы приезжаем в особняк за короткое время. Я уже просто всхлипываю. Кирилл выходит, чтобы через несколько секунд дверь передо мной открылась.

— Выходи, — строго произносит он. Но хотя бы не тянет меня сам.

Быстро заходим в дом. Теплится надежда, что сейчас он отпустит меня в свою комнату. И я просто не буду выходить оттуда без его приказа. И когда я уже хочу это сделать, Кирилл резко берет меня за локоть, останавливая.

— Не так быстро, Алиса! Думала, что я так просто отпущу тебя? Я же сказал, что ты будешь наказана!

Он ведет меня к себе, и чем ближе мы, тем страшнее. Дверь с грохотом открывается, и я наконец-то вижу его комнату. Тут слишком темно, как по мне. Плотно занавешенные шторы, темная мебель и кровать, огромная кровать, которая сразу же бросается в глаза.

— Чего ты хочешь… — голос дрожит, и я пячусь назад, пока он идет на меня.

— Я хочу взять свое, Алиса! — в его взгляде настоящий огонь. — Раздевайся!

Он хочет, чтобы я разделась, а я еще сильнее кутаюсь в свое пальто.

— Не заставляй меня делать это самому, Алиса! — угрожающе говорит он. — Я не хочу причинять тебе боль, и если ты ослушаешься меня, то это только разозлит меня еще больше!

Я понимаю, что это не шутки. Пальцы не слушаются, но я все же снимаю с себя пальто. Пуговицы на рубашке практически не поддаются, и мне кажется, я даже отрываю одну из них. Но сейчас мне плевать. Сейчас произойдет то, чего я боялась с самого начала. Возможно, я даже была бы рада этому моменту, но не сейчас, когда обстановка так накалена.

Я остаюсь в одном белье. Вижу, как Кирилл с жадностью смотрит на мое тело, а у меня по коже бегут мурашки.

— Дальше… — подталкивает. — Я хочу увидеть тебя полностью.

Дыхание перехватывает, я вся дрожу.

«Просто не думать, просто не думать…» — твержу я себе не переставая.

И вот я перед ними абсолютно голая. Хочется закрыться, но понимаю, что это не поможет, наоборот, разозлит его еще больше.

— Прекрасно, Алиса, — подходит он ближе, касаясь дыханием. — А теперь на кровать! Лицом вниз.

Тело потряхивает, но я разворачиваюсь. Ткань покрывала приятно холодит кожу. Хотя тело горячее, в душе у меня заморозки. Я слышу шуршание, лязг пряжки ремня. Он раздевается. А потом тишина. Я словно улавливаю шаги, но их как будто нет. Не понимаю.

А потом меня резко берут за талию и прижимают к себе. Я дергаюсь от неожиданности.

— Блять, я так много хочу сделать с тобой, Алиса, — слышу рык Кирилла. — Но ты меня очень разочаровала сегодня. Я говорил тебе не убегать!

А потом я чувствую шлепок, увесистый. Вскрикиваю.

Больно, меня никогда не били, даже в детстве. А сейчас Кирилл позволяет себе это сделать.

— Я предупреждал!

Еще шлепок, уже по второй половинке. И из глаз брызжут слезы.

— Ты пошатнула мое доверие к тебе!

Опять шлепки. Мне кажется, моя кожа уже горит.

— И сделаешь это вновь, не правда ли?! — усмехается. Он прав, я хочу убежать. Хотя сейчас я понимаю, что это бесполезно. Он найдет везде.

Кирилл хватает меня за шею и тянет к себе. Вынуждая облокотиться на свою мощную грудь.

— Запомни, Алиса, — хрипло говорит он, прикусывая мочку уха, по телу проходит дрожь, — ты никогда не убежишь от меня. Я найду тебя везде. Потому что. Ты. Моя! Ты поняла меня?!

— Да!

Он спускается к шее, больно кусая, но сразу же зализывая место укуса. Вторая рука сжимает грудь, пощипывая сосок, так, чтобы он покраснел. Мозг не хочет всего этого. А тело откликается. Ему нравится такая грубость.

Его ладонь скользит вниз.

— Ты знаешь, что ты течешь как последняя сука? — усмехается он. — Заводит тебя это. Возможно, с тобой надо было именно так. Нежная девочка на самом деле прирожденная шлюха.

Мужчина ведет рукой дальше, размазывая влагу и останавливаясь у второй дырочки. Дергаюсь.

— Кирилл… — со страхом произношу его имя.

— Мм… мне нравится, как звучит мое имя из твоего ротика, — довольным тоном говорит он. — И да, сюда я тоже войду, я использую все твои дырки, оставляя в них свою сперму. Ты будешь вся заполнена мною.

Он резко вводит палец внутрь, минуя сжимающее кольцо. Вторая рука гладит клитор. Тело напряжено. Мне кажется, я вот-вот кончу. Воздуха не хватает, все горит. Так же резко он отпускает меня. Вытаскивая свои пальцы и хватаясь руками за мои бедра.

— Прогнись! — сам надавливает на мою спину. Я замираю, потому что знаю, что сейчас произойдет.

И Кирилл не медлит. Сначала я чувствую крупную головку, а потом резкую боль. Так что я издаю крик.

Это больно. Меня словно пронзает горячее копье. Что девочки говорили? Нужно дышать, чтобы стало легче? И партнер должен подождать, пока мне станет легче. Но Кирилл не дает мне даже привыкнуть. Он выходит, чтобы в следующий момент опять войти в меня рывком. Совершая очередной толчок.

— В тебе охуенно, Алиса, — ему явно хорошо.

Я сжимаю простыню. Мычу, хочу, чтобы это прекратилось, потому что мне больно. А Кирилл не останавливается, наоборот, наращивает темп. Через некоторое время боль начинает уходить, а на ее место приходит что-то томящее. Приятное. Что нарастает с каждой минутой.

Мужчина наматывает мои волосы на кулак и опять прижимает меня к себе. Берет за подбородок и находит мои губы. Это животный поцелуй, но такой, что в один момент я чувствую, как что-то лопается внутри, а потом мне становится так хорошо. Я стону в его рот, и Кирилл глотает мой стон, продолжая свои толчки. И потом я чувствую, как он кончает во мне.

В глазах немного темнеет. А тело практически не слушается. Если бы он не держал меня, я бы упала.

Мы приходим в себя через несколько минут. Я думаю, что это все, очень хочу в душ. Хочу встать, но мне не дают.

— Я с тобой не закончил!

Не успеваю ничего сказать, как оказываюсь под ним. Рывок, и он уже во мне…

Не знаю, сколько это продолжалось. Кирилл не отпускал меня. Снова и снова брал мое тело.

Я была вымотана до такой степени, что даже не смогла пойти в свою комнату и принять душ. Мы так и легли, вместе…

Но просыпаюсь я одна. Рядом смятая постель, но уже остывшая. Значит, Кирилл ушел давно.

Наверное, это хорошо. Потому что я просто не представляю, как смотреть ему в глаза после вчерашнего.

Встаю. Ужасно хочется в душ. Тело болит, но это приятная боль. Принять душ в ванной комнате Кирилла не решаюсь. Возможно, он еще не уехал и может вернуться.

Заворачиваюсь в простыню и выхожу из комнаты, попутно смотря по сторонам. Благо никто не идет по коридору и мне везет, я прохожу без лишних глаз.

Иду прямиком в душ. Чтобы смыть с себя следы нашей ночи. Мне кажется, я пропахла Кириллом. Беру гель для душа и губку. Аккуратно провожу по внутренней стороне бедра, там, где осталась засохшая сперма. И только сейчас понимаю, что мы не предохранялись! Боже, а ведь мужчина кончал в меня не один раз. Мне нужно срочно в аптеку! Если Кирилл готов к детям, то я — нет.

Да, господи, я вообще не понимаю, что будет дальше, о каких детях может идти речь.

Быстро моюсь и одеваюсь. Спускаюсь, и меня встречает одна из служанок.

— Доброе утро, госпожа Алиса, — учтиво здоровается она.

— Здравствуйте… Кирилл тут? — очень хочется, чтобы его все же не было.

— Нет, он уехал, сказал, чтобы я подготовила завтрак, когда вы проснетесь. Где вы хотите позавтракать?

— Мне ничего не нужно. Мне нужно в город… в аптеку… — смущенно говорю я.

— Мы можем послать человека, если у вас что-то срочное.

— Нет, нет, это личное…

— Я могу позвонить Кириллу Александровичу. Кстати, он еще просил передать, что в двенадцать к вам приедет врач.

— Какой? — хмурюсь я. До двенадцати осталось совсем немного времени.

— Я не знаю. Так где вы будете завтракать?

Я не еду никуда. Завтракаю, а в двенадцать и правда приезжает врач. Женщина-гинеколог осматривает меня. И дает таблетку, чтобы не было последствий после незащищенного секса. Очень культурная и вежливая. И я ловлю себя на мысли, что, наверное, это как раз забота Кирилла.

А потом даю себе мысленный шалбан. Какая забота! Мне кажется, он даже не знает, что это за слово. Он хочет только подчинения, а врача вызвал, просто чтобы не иметь никаких проблем впоследствии.

В университет не иду. Сегодня у меня точно нет настроения, как и сил. Поэтому просто валяюсь и читаю учебники, а вечером… А вечером приходит Кирилл.

— Хозяин ждет вас в кабинете, — сообщает одна из служанок.

В кабинете? Странно. Он не сказал, как одеться, поэтому решаюсь на простой темный свитер и штаны. Иду по коридору. Волнение опять подступает к горлу.

Его кабинет тоже темный, словно склеп. Конечно, все очень богато. Большой письменный стол, массивное кресло, где сейчас и сидит мужчина…

Служанка уходит, оставляя нас одних…

Сначала мы молчим. Я чувствую на себе прожигающий взгляд. И тело опять начинает реагировать…

— Как ты чувствуешь себя, Алиса? — наконец-то разрывает тишину, повисшую над нами.

— Хорошо, и спасибо, что прислал врача, очень милая женщина… — не знаю, зачем говорю это.

Кирилл только кивает.

— Помнишь, ты спросила, сколько продлится… твое заключение тут? — с усмешкой произносит он.

А я замираю после этих слов.

— Так вот, — смотрит на меня, долго, — ты свободна. Долг твоей семьи прощен.

Меня словно холодной водой облили, потому что я просто не верю. Не верю в то, что он сказал.

— Ты… ты отпускаешь меня? — хрипло спрашиваю, голос разом осип.

— Я взял все, что хотел, Алиса, — с усмешкой говорит он. — Ты думала, что ты особенная?

Наверное, так я и думала, раз сейчас не чувствую облегчения. Смотрю на него и не знаю, что ответить, но он сам продолжает:

— Нет, Алиса. Ты просто была игрушкой для меня, — холодно чеканит он. — Я наигрался, теперь мне стало неинтересно. Я отпускаю тебя. Ты свободна…

Свобода. То, чего я так хотела, как только приехала в этот дом… Но почему именно сейчас становится горько?..

Кирилл

«Ты чудовище!» — вспоминаю ее слова. Да, Алиса. Ты совершенно права. Я чудовище, моральный урод. Все, наверное, идет из детства, хотя мои родители были нормальными, если так можно выразиться. Они не били меня, не ругали. Но им было плевать на меня. Я был словно декорация для них, красивая обложка. Я никогда не чувствовал их любви. Поэтому, наверное, няня, которая воспитала меня, было мне намного ближе. А потом родители умерли… И да, мне, молодому пацану, было все равно. Я смотрел на бледные лица и ничего не чувствовал. Только сырость. И ждал, когда мы уже уйдем отсюда.

— Ты хотя бы поплачь для приличия, — говорила мне строгая гувернантка, смотря на меня с недовольством и холодностью. А я просто смотрел на нее, и все.

Потом меня представили моему дяде. Старый хрен был старше моих родителей. У него не было детей, но был бизнес, который надо было продолжать. Он взял компанию родителей, ведь я был несовершеннолетним, а значит, не мог ею управлять. Его преемником должен был стать я, и он тщательно готовил меня.

Когда мне стукнуло восемнадцать, дядя решил передать дела мне и уйти на заслуженный отдых. Но держал все под контролем. Я должен был ему практически каждый день отчитываться. Но он не учел, что его участие в бизнесе в мои планы не входило. О чем я решил заявить через время.

— Ты, сучонок, совсем берега попутал! Я тебя взрастил, тебя бы стервятники съели! — кричал он, призывая к моей совести. Но в том-то и дело, ее у меня тоже не было. А еще я нашел несколько очень интересных документов, подтверждающих, что смерть моих родителей косвенно лежит на плечах дяди. И сказал, что ему лучше молчать и никуда не рыпаться. Если он не хочет остаток своей жизни провести за решеткой. Старик понял и заткнулся, на время. А потом решил все же определить свою судьбу, когда нанял людей, чтобы убить меня. Пришлось отвечать тем же, только мои люди оказались проворнее.

Конечно, экспертиза подтвердила естественную смерть. Даже не прикопаешься. И вот я стал единственным владельцем компании.

Разделяй и властвуй, как говорится. Но мне не хватало кое-чего еще. Девочки Алисы. Сестры друга, которую я знал с самого детства. Следил.

Она была слишком пугливая. И всегда сторонилась меня. Белокурые волосы и пухлые губы… Да они сводили меня с ума уже тогда, в детстве, когда активно хотелось познавать противоположный пол. И я хотел Алису, выбирал девочек, похожих на нее. Но они был совершенно другими, поэтому я быстро терял интерес.

Ее брат был мне другом, пока не начал промышлять темными делишками со своим отцом. Они придумали бизнес-план, который был заведомо провальным. Дима пришел ко мне и попросил денег. Мне было не жалко, но он вел себя слишком дерзко, начиная путать берега. И я отказал ему.

— Не думал, что ты откажешь мне, друг, — тогда кинул он мне.

Я ничего не ответил. Но на одной встрече побывал. И вот она изменила все.

— Какой у тебя будет залог, Димка?

Мы сидим в элитном стриптиз-клубе. Я, Дима и Барон, мутная личность криминального общества. Я стараюсь не вести с ним дела. И пошел сюда с Димой только потому, что он очень просил. Да и хотелось немного расслабиться.

— Ты знаешь мою сестру, Алису? — начинает Дима, и я напрягаюсь. — Видел? Она тебе понравится. Если дело выгорит, можешь забрать ее.

— И что, не жалко сестренку? — усмехается Барон, о пристрастиях которого слышали многие. Некоторых девочек увозят в больницу, а некоторых — сразу в могилу.

— Нет…

Блять. В первый раз мне захотелось втащить другу, да так, чтобы убить сразу, одним ударом, этого уебка, который просто недостоин такой сестры. Да вся их гнилая семейка недостойна Алисы.

Нет, ее я не отдам Барону. И мне похуй, что он будет делать. Она только моя!

— Сделка отменяется! — встаю, тушу сигарету. — Я дам тебе денег, — смотрю на Диму. — А ты мне — свою сестру.

Конечно же, дело не пошло. Да если бы и пошло, я бы сам подсобил, чтобы оно стало провальным. Мысль о том, что я проебываю такой шанс, убивала. Алиса должна быть моей.

И да, она будет. Вот такая, немного напуганная, дезориентированная,.. но теперь моя.

Да, блять, во мне даже включился романтик. Который все хотел сделать красиво. Чтобы она сама захотела. Я старался, чтобы девочка привыкла ко мне. Но недолго. Мои демоны выбрались на свободу, и я не сдержался. Слишком многого хочу и ломаю все одновременно.

Задело то, что она все же попыталась сбежать, к тому же с помощью братца. Не выдержал, понял: а зачем ждать? Она моя за долги, я могу пользоваться ею как хочу! Эта ночь была крышесносной. Я наконец-то дорвался до своего. Хотелось заклеймить ее, брать и брать. И я делал это, наконец-то утолив свой голод.

Только наутро пришло осознание, что я моральный урод и девочка все же не должна страдать. Ей нужно жить. Это я уже попробовал все и пресытился. А она юная девочка, еще смотрящая на этот грязный мир через розовые очки. Еще не разочаровавшаяся в нем. А я… уже давно это сделал.

Я отпустил.

Сломал себя. Сам. Уговаривая себя сделать что-то хорошее для нее. Мне достаточно. Хотя я не знаю, сколько продержусь, не вспоминая эту девочку, прежде чем опять выпустить своего внутреннего зверя.

— Кирилл Александрович, — слышу голос рядом. Я в своем клубе, затягиваюсь сигаретой, смотрю на танцпол. Искусная шлюха стоит на коленях между моими ногами и сосет член. Но удовольствия я не получаю. Хотя она явно в этом мастер, заглатывает практически по самые яйца.

Блять, да меня просто воспоминания о том, как это делала Алиса, которая ничего не умеет, возбуждают больше, чем эта шлюха.

— Слушаю тебя, Олег, — наконец-то отвечаю я. Обычно подчиненные не беспокоят меня по пустякам тут. Значит, что-то случилось.

— Вы просили доложить, если Дмитрий что-то начнет делать.

Да, если я отпустил, то это не значит, что я не слежу. У меня есть специальные люди, которые следят за Димой и охраняют Алису. Но я не требую подробного отчета о том, как они живу. Запретил себе думать об Алисе.

— Он что-то начал? — сучонок все еще не может успокоиться. Хуевый из тебя бизнесмен, Дима. Ну можешь ты наконец-то это признать?! Но нет, он все равно продолжает рыпаться. Идя по мутной схеме. Чтобы выйти сразу на хорошие деньги. Он не любит начинать с низов.

— Он опять был у Барона…

Блять!

— И мои люди говорят, что в качестве залога он предложил сестру. Вернее, Барон заинтересовался ею. Видел.

Блять!

— Вон! — говорю шлюхе и встаю, застегивая ширинку. А вот это плохо, если этот жирдяй положил на нее глаз. — Машину мне, срочно!

Я все же не отпущу тебя, Алиса!

Я вернулась в свой дом. К семье. Как и хотела. Хотя счастья ни капли не ощущаю. Наоборот, из меня словно высосали душу. Не хочется ничего. Ничто не радует.

Господи, наверное, я обманываю саму себя. Наверное, у меня стокгольмский синдром или я просто сошла с ума. По-другому я не могу объяснить, почему страдаю. Почему часто вспоминаю его, особенно по ночам. Ложусь на кровать, а перед глазами — он. Жадный взгляд, проходящий по моему телу. Хочу опять почувствовать его.

Точно сошла с ума. Ведь я так хотела свободы, а ощутив ее, не чувствую радости. Дом угнетает, а родные…

— Алис, тебе какую кашу сварить? — спрашивает мама. И я вижу в ее глазах стыд. Я вижу такой же стыд в глазах отца. Только Дима смотрит на меня по-прежнему. С веселой улыбкой. Но теперь я не верю в нее. Я вообще стараюсь не контактировать с братом. И подумываю переехать. Сейчас занимаюсь поиском работы, чтобы наконец-то осуществить свой план.

Марго вернулась через неделю. Как бы я ни спрашивала, где она была, она молчала.

— Не хочешь говорить — ладно, — начинаю, надеясь, что в этом не замешан Кирилл. — Ты пропустила много тем, давай я тебе объясню. Я вернулась домой, и мы можем спокойно посидеть.

Она удивленно смотрит на меня после этих слов.

— Ты что?! Рассталась с Кириллом? — в шоке спрашивает.

— Мы не встречались с ним, — отвожу взгляд. Да, на романтические встречи это мало походило. — Я же говорю, что просто жила у него какое-то время.

— Ну и дура, что не воспользовалась таким шансом! — заявляет подруга, отчего становится очень неприятно. — Могла бы соблазнить его и залететь. Обеспечена была бы на всю жизнь!

Смотрю на подругу и не верю своим ушам. Как можно опуститься до такого? Но ее, по-моему, эта сторона вопроса не волнует.

— Я не такая, Марго, — сухо говорю.

— Ну да, ну да, у тебя нимб над головой, святая Алиса, знаю, — фыркает. — И заниматься со мной не нужно. Я тогда только ради Кирилла пришла. Познакомиться хотела, соблазнить. Хотя характер у него скверный, ну ладно, зато внешность и многомиллионная компания…

Становится противно еще больше. А ведь Кирилл мне говорил, предупреждал, защищал. А я думала, что он просто хочет, чтобы я ни с кем не общалась.

— Я поняла тебя, Марго, — холодно говорю, вставая. На этом все. Нашей дружбе конец. Хотя была ли она?..

После пар я иду по объявлениям о работе. Без опыта и образования берут мало где. Если рассматривать компании, конечно. А вот в кафе — с удовольствием. Конечно, переживаю, что вряд ли смогу носить подносы, но меня уверяют, что ничего страшного, можно носить по одному блюду. Соглашаюсь.

Домой прихожу поздно вечером, уставшая, но чувствую себя лучше, чем в последние дни. Жизнь потихоньку начинает налаживаться. Вся семья в сборе, и они не одни. В гостях у нас какой-то человек. Мне он сразу не нравится. Толстый, с лысиной, а глаза как у рыбки. Развалился на нашем диване. И его взгляд сразу же прилипает ко мне. Неприятный, скользкий, от такого дрожь берет и хочется быстрее уйти. Я хочу это сделать, но меня быстро останавливают.

— Алиса, познакомься, это Николай Абрамович, — представляет Дима. — А это моя сестра Алиса.

— Здравствуйте… — натянуто улыбаюсь, хочется скорее сбежать.

— Николай Абрамович хочет вложиться в наш с отцом бизнес, — объясняет причину визита мужчины брат.

Боже, Дима, наверное, никогда не успокоится. В последний раз это ни к чему хорошему не привело…

— Да, Дима рассказывал мне о вас, — наконец-то начинает мужчина прокуренным хриплым голосом. — Говорил, что у него очень красивая сестра. Вы прекрасны, Алиса!

Комплимент в мою сторону. Но хочется бежать.

— Спасибо…

— Вы куда-то спешите, Алиса? Посидите с нами, — показывает рукой на стол, где много яств. Наверное, это он принес все.

— Нет, спасибо, я не хочу, и… я устала, хотелось бы пойти к себе…

О том, что я ищу работу, родителям не говорю. Они явно не одобрят. А я не смогу уже как прежде жить с ними.

— Алиса! — произносит с нажимом брат. Мол, сядь быстрее сюда.

— Димочка, ну ты чего это? Сестренка твоя устала, училась, наверное, — заступается за меня мужчина. — Пусть идет. Надеюсь, еще увидимся, Алиса… — и улыбается, обнажив свои желтые зубы.

Ничего не отвечаю. А быстро иду в свою комнату. Запираюсь, даже на замок. Хотя тревога все равно не уходит, а липкий взгляд словно в кожу въелся. Надеюсь, я не увижу больше этого мужчину, слишком противный тип.

Принимаю душ, становится лучше, но клонит в сон. Поэтому не сопротивляюсь и сразу же ложусь спать. На следующее утро брат меня встречает хмуро.

— Алиса, это очень уважаемый гость, нужно было остаться, — напирает на меня.

— Я устала, Дим, — не смотрю на него, делаю себе бутерброд.

— Ну хоть пять минут, мы же семья!

И после именно этих слов я не выдерживаю:

— Ты только сейчас об этом вспомнил?! А когда отдавал меня Кириллу?! Когда вы все отводили взгляд и просто смотрели, тогда тоже была семья? — смотрю на него со злостью. Потому что не имеет он права говорить о таком.

— Алиса, я же для вас стараюсь! Ради нашей семьи мы с отцом вкалываем как проклятые, чтобы вы с мамой хорошо жили! — тоже начинает злиться. Из-за того, что я не понимаю, какую он пользу приносит.

— А мне не нужно это все! Я и сейчас хорошо живу. Но, знаешь, после твоего поступка не чувствую «семьи»! Тогда вы, по сути, меня продали! Поэтому я скоро перееду, со своими гостями будете встречаться сами!

Наконец-то высказываю все. Дима хочет еще что-то сказать, но я не слушаю, убегаю в свою комнату, чтобы собрать сумку. Надо быстрее решить вопрос с жильем и переехать, больше оставаться тут я не смогу. Слишком тяжело, да и ваза семьи давно разбилась.

Спускаюсь. Димы уже нет, как и родителей. Поэтому спокойной иду в университет. Дни проходят относительно спокойно. Я начинаю работать в кофейне, мне даже нравится. У нас хороший коллектив. Бариста — молодой парень — то и дело развлекает меня, так много я не смеялась никогда. Да и начальство хорошее. Определенно, жизнь начинает налаживаться.

А еще наконец-то мою статью опубликовали в РИНЦ. Никого не опубликовали, кроме меня! Конечно, не без помощи Романа Андреевича, но все же я очень рада. Это же моя научная статья, на таком сайте!

— Поздравляю, студентка Алиса, я знал, что вас обязательно примут, — говорит мне мой преподаватель.

— Спасибо, но все же без вас не получилось бы, — с улыбкой отвечаю. Я бы точно не смогла все так красиво оформить по их критериям.

— Предлагаю это отметить, Алиса, — тут же говорит он, а я смотрю на него. Серьезно?

— Мм… а это будет уместно?

— Почему нет? — пожимает он плечами. — Ведь это не в учебное время.

Возможно, и да. Но неспроста мужчина предлагает куда-то пойти. Неужели тогда Кирилл был прав и Роман Андреевич смотрит на меня иначе? Ладно, пойти развеяться немного можно, как раз и смены у меня завтра нет.

— Хорошо, только если ненадолго, — соглашаюсь только на этом условии.

— Конечно, мне как бы тоже рано вставать и вам пару вести, — смеется он и смотрит на меня по-мальчишечьи. И только сейчас я задумываюсь: а сколько ему лет? Наверное, он немного старше Кирилла.

Опять вспоминаю друга брата. Надо выкинуть его из головы. Хотя не так-то просто выкинуть из мыслей того, кто стал твоим первым мужчиной. Но я постараюсь сделать это. Ведь Кириллу я теперь точно не нужна…

Алиса

В сотый раз смотрю на себя в зеркало. Вроде хорошо. Не слишком нарядно, но можно сходить куда-нибудь. Темно-бежевое платье с маленьким вырезом на груди, пояском на талии и расклешенной юбкой ниже середины бедра. Волосы я делаю в два рожка, немного косметики, и вроде ничего.

Блин я, наверное, выгляжу так, словно на свидание собираюсь, но это ведь неправда. Я иду просто отметить удачно опубликованную статью, со своим преподавателем. Хотя это странно, все же, наверное, никто так не ходит.

Теперь я испытываю неловкость. Может, стоило отказаться? Это неправильно, а вдруг нас кто-то увидит? Слухов не оберешься. Хотя девочки с моего курса, наоборот, были бы раду такому шансу. На Романа Андреевича многие поглядывают.

Ладно, я все равно уже согласилась. Да и к тому же мне приходит СМС, что мой преподаватель уже тут.

Выхожу, немного волнуюсь, с опаской смотрю по сторонам. Нужно успокоиться, но не могу. Роман Андреевич сидит в своей машине, но как только видит меня, выходит. Сегодня он и правда не преподаватель, а парень. В простой серой футболке, джинсах и с массивными часами на запястье. Волнистые волосы немного растрепаны.

— Здравствуйте, Роман Андреевич, — говорю, немного смущаясь.

— Роман, Алиса, давай ты будешь называть меня Роман в этот вечер, а то я уже чувствую себя старым, — просит он.

— Да… да, конечно… и вы не старый… — думаю, что я его задела.

— Я знаю, что я не старый, Алиса, мне всего лишь двадцать шесть. Но когда красивая девушка называет меня по имени и отчеству, я чувствую себя на все сорок, — смеется. Я тоже улыбаюсь, но сейчас он точно не похож на преподавателя.

Он открывает мне переднюю пассажирскую дверь, предлагая сесть внутрь.

— Куда мы едем? — спрашиваю я. Так как до сих пор не имею понятия.

— В клуб «Астория», красивое заведение, — отвечает он, уверенно ведя автомобиль. Вспоминаю это место. Да, говорят, оно очень красивое, но и безумно дорогое.

— Не переживай, Алиса, все расходы я беру на себя, — словно читает мои мысли мой спутник.

Мы подъезжаем к красивому фасаду, тут есть немного народу. И я понимаю, что нам придется подождать. Блин, а я даже не взяла с собой теплую куртку. Но каково же мое удивление, когда мы проходим без очереди. Двое охранников только смотрят на нас и кивают Роману Андреевичу, быстро расступаясь.

— А…

— У меня есть свои связи, — опять читает мои мысли преподаватель. — Пойдем.

Он уверенно идет дальше. Похоже, он тут не первый раз. Мы подходим к одному из столиков. Тут и правда красиво, играет тихая музыка, несколько танцовщиц умело извиваются на шестах, но это не выглядит пошло, это правда очень красиво.

— Ты когда-нибудь была в таких местах, Алиса? — спрашивает Роман Андреевич.

— Нет, как-то не приходилось, да и времени нет… — да и возможностей. Хотя я, видимо, просто такая правильная и меня как-то даже не тянуло сходить в клуб ночью.

— А у твоих одногруппников есть, — усмехается мужчина.

— Вы их видели тут? — не понимаю.

— И не один раз, но давай не об этом, предлагаю что-нибудь заказать.

Я открываю меню, сейчас, когда я начала сама зарабатывать, все кажется слишком дорого.

— Тут отменные ребрышки в кисло-сладком соусе.

— Да, хорошо, я доверюсь вашему вкусу!

Роман Андреевич заказывает сам, и я рада этому. Мы немного болтаем, а потом ему звонят, он хмурится, как-то странно смотрит на меня, но отвечает.

— Да, хорошо… — Он поворачивается ко мне: — Алиса, мне нужно срочно отойти.

— Да, конечно.

Мужчина уходит. А я гадаю, что же там произошло. Через пять минут решаю сходить в туалет. Спрашиваю, где он находится, и официант подсказывает. Киваю и иду именно туда. Тут раздельные кабинки. Сделав свои дела, мою руки, не обращая внимания ни на что, а зря, потому что в следующий момент ко мне прижимается сильное тело, а рука обвивает мою талию. Горячее дыхание на шее, и до боли знакомый голос:

— Алиса…

Кирилл

Действую незамедлительно. Барон и правда начал сотрудничать с Димой, даже был у него дома. Когда Алиса была там. Блять, я очень надеюсь, что моя девочка умная и поняла, что лучше вообще не контактировать с такими людьми.

Судя по тому, что она делает, я понял, что с семьей все стало хуже. Девушка нашла работу и планирует переехать. Конечно же, в квартиру, которую я заранее купил. Просто дал иллюзию выбора. А Барон не дремлет. Мои люди говорят, что он начал даже следить за ней. Хорошо, что ничего не предпринимает. Пока я держу ситуацию под контролем, но понимаю, что все может в любой момент измениться. Поэтому активно ищу варианты того, как можно надавить на Барона, чтобы он отстал от моей Алисы. И, похоже, у меня есть зацепка.

А еще на поле активизировался Роман Андреевич, преподаватель Алисы. По мне, так простой преподаватель, который решил подкатить к своей студентке. Но, оказывается, все не так просто. Очень даже. Когда мне принесли на него досье, моему изумлению не было предела. Как говорится, в тихом омуте черти водятся. С ним и правда не стоит воевать, но вот сказать, чтобы даже не смотрел на мою девочку, стоит.

Клуб «Астория» сегодня гудит. Конечно, приехал популярный музыкант. И народ ликует. Мне это не нужно, а вот с хозяином клуба очень хотелось бы встретиться.

Он сидит в ВИП-комнате, спокойно, расслабленно. Ну да, если это твой клуб, ты чувствуешь себя хозяином. На его месте я бы делал то же самое.

Как только он видит, что я поднимаюсь, напрягается. Но не подает виду. Просто смотрит, хищно, но я хищник поопаснее, хотя сейчас я не хочу войны.

— Чем же привлек мой клуб таких людей? — спрашивает он. Не здороваясь. Я присаживаюсь напротив, тоже смотрю.

— Меня не интересует этот клуб. А вот его хозяин… — Хочу покурить. Увы, кальяна нет рядом. — Благородный преподаватель в университете днем, а ночью… Я удивлен. Клуб — это ведь только вершина айсберга. Роман Андреевич, вы, оказывается, не так просты, как кажетесь…

Раскрываю карты. Что знаю пусть не все, но многое. И это может всплыть просто «чисто случайно». И он тоже это понимает, потому что выражение его лица сразу меняется.

— Что тебе нужно?

— А вот это правильный вопрос, — тоже снимаю маску дружелюбия. — Я хочу, чтобы ты даже не смел больше смотреть в сторону Алисы. А еще привел ее ко мне.

— Так, значит, вы расстались? Удивительно, и почему же? — начинает спрашивать.

— А вот это уже не твое дело, ведь я в твои тоже не лезу, а могу, глубоко…

— Хорошо, мы договорились.

Приятно иметь дело с умными людьми.

Он приводит ее. Хотя я могу взять сам, но, боюсь, она не захочет. Но теперь у нее нет выбора. Вот они садятся за столик, он шутит, а она смеется. Блять, она никогда не смеялась так при мне!

Он оставляет ее, теперь должен прийти я, но не успеваю, она идет в сторону туалета, и я за ней. Так даже лучше.

Вот она, не обращая внимания ни на кого, моет руки. А зря, девочка Алиса. Злые волки ходят совсем рядом. И вот я уже прижимаюсь к ней, вдыхая сладкий запах. Член сразу же каменеет, а я понимаю, что и правда больше не отпущу.

— Алиса…

От неожиданности она немного дёргается. А потом быстро поворачивается в моих руках.

— Кирилл? — спрашивает она, словно не верит. А я зависаю на ее губах. Сочные и спелые… блять, я многое хочу с ними сделать. Но пока реализую только одну мечту: впиваюсь в ее рот и наконец-то пробую на вкус.

От моего напора Алиса сразу же сдается, и я пользуюсь моментом и проникаю в ее рот языком. Руки уже живут своей жизнью, сжимая упругую попку, задирая платье. Как же хорошо, что она в платье. Быстро приподнимаю ее и сажаю на раковину. Встаю между ее раздвинутых ног. Она мычит, явно зная, что будет дальше. Проникаю в ее трусики, чтобы убедиться, что она тоже хочет этого.

Да-а, блять. Там уже влажно. Девочка тоже хочет меня. Начинаю размазывать влагу, немного входя внутрь. Прошел уже практически месяц, и я думаю, можно не волноваться о том, что я как-то могу травмировать ее своим напором. Она стонет мне прямо в рот, а я сжимаю тонкую шейку. Все же какая она маленькая! Когда понимаю, что больше уже точно не могу терпеть эту прелюдию, быстро расстегиваю ширинку и спускаю боксеры. Презерватив в кармане тоже есть. Не знаю, пьет ли она таблетки, которые назначил ей врач, поэтому решаю подстраховаться, хотя хочется заполнить ее до краев.

Быстро раскатываю презерватив по члену и сразу вхожу. Глотаю ее вскрик. Да, блять, я дома! Все же ни одна шлюха не заменит ее.

Она там слишком узкая, поэтому сжимает меня как перчатка. Начинаю играть с клитором, а сам совершаю первые толчки. Если не буду двигаться, мне кажется, мои яйца просто лопнут. Я наполнен до краев.

— Кирилл… — вскрикивает Алиса. Глаза затуманенные, губы опухли. Бл… идельная картина, хочу видеть ее постоянно.

— Да, малышка Алиса, ты тоже скучала? — хрипло произношу я. — Представляла меня, лаская себя?

— М-м-м… — только отвечает она, но я хочу конкретный ответ. Сжимаю ее шею, улавливая пульсирующую венку, заставляя смотреть на меня.

— Скажи! — требую.

— Да… да, ах! — выдыхает.

— Умница, — оставляю короткий поцелуй. — Покажешь, как это делала?

А дальше комнату заполняют звуки шлепков, ее стоны и мой рык. К финишу приходим одновременно. И да, это охуенно, так, что в глазах просто темнеет, а мозг отключается. Есть только животные инстинкты. Я делаю финальные толчки и с рыком кончаю, прислоняюсь к ней всем телом. Прихожу в себя, тяжело дышу. А потом чувствую, как она начинает шевелиться и, упираясь руками, старается оттолкнуть меня.

— Отпусти! Отпусти, слышишь!

Немного отодвигаюсь, но так, чтобы просто смотреть на ее лицо.

— Думаешь, вот так просто придешь и… — зло выпаливает она, но договорить не может, краснея.

— И… что? Алиса? — хочу, чтобы договорила. Сам усмехаюсь, ее невинность просто сшибает с ног.

— И вот так возьмешь меня! — договаривает она.

— Ну, по-моему, ты была очень даже не против, — откровенно усмехаюсь.

— Это тело просто, и ты не дал мне шанса! — фыркает. — Все, больше такого не повторится!

— Ну, это мы еще посмотрим, в моей постели ты точно окажешься сегодня.

— И не мечтай! И вообще, у меня свидание! — хочет встать, но я не пускаю. Никуда она, блять, больше не пойдет. — Ты мешаешь мне. Ты вообще выбросил меня! Сказал, что я просто игрушка, больше я не буду ею!

— Игрушка… — усмехаюсь, неужели она не понимает? — Разве к игрушкам приходят вот так? Сгорая от ревности? Да, блять, они не снятся каждую ночь! К ним не тянет снова и снова! — приближаюсь к ее лицу, вдыхая цветочный аромат. — А мне хочется, Алиса, хочется еще. И да, ты точно не игрушка, и никогда не будешь ею.

— А почему тогда? — уже тише произносит она. — Почему тогда ты сказал эти слова?

— Хотел отпустить, чтобы ты нормально жила, — пожимаю плечами. — Я ведь и правда чудовище, монстр, не дам тебе жизни. Но тебе придется привыкнуть, потому что больше не отпущу…

Мы опять целуемся, теперь словно на равных. Опять пьем друг друга, только нежнее. Но понимаем, что этого катастрофически мало. Отрываюсь от нее, немного отходя, но только чтобы взять за руку. Все, тут нам больше нечего делать. Алиса послушно идет за мной. Но вдруг останавливается:

— Подожди, мне нужно сказать Роману Андреевичу… — крутит она головой по сторонам.

— Я уже все сказал ему, — рычу. Даже простое упоминание его имени из ее уст раздражает. — Теперь он к тебе на пушечный выстрел не подойдет.

Тяну ее дальше, к выходу.

— Что… что ты ему сказал?! — со страхом говорит она.

— А что, волнуешься за него? — усмехаюсь, останавливаясь так, что она врезается в меня.

— Нет, просто…

— Все, не зли меня с ним, а то все же вернусь и начищу ему морду. Я и так терпел, пока он тебя касался.

Мы выходим из клуба, машина уже тут, и я открываю дверь перед Алисой. Садимся, но я быстро перетягиваю ее на свои колени, просто не могу удержаться. Теперь мне идеально открывается ее шея, к которой я сразу же припадаю, оставляя свои укусы.

— Кирилл… — с придыханием говорит она. Уже явно возбужденная.

Нахожу грудь, которая идеально ложится в мою руку.

— Кирилл! — все же немного отталкивает меня Алиса, чтобы я посмотрел на нее. — Куда мы едем?!

— Ко мне, — коротко отвечаю я, опять хочу прижать ее к себе, но она не дает, выставляя руки.

— П-подожди… я не могу, — говорит виновато. Блять! — У меня кошка дома, ее покормить надо…

Кошка… Сначала даже не соображаю, а потом… Начинаю смеяться в голос.

— Ну правда, котенок, ему всего три месяца, — объясняет девушка. Ну да, это почти как маленький ребенок.

— Хорошо, — соглашаюсь, а потом говорю водителю: — Дмитрий, на Садовую!

— Что? Откуда ты?.. — но больше не даю ей сказать, затыкая рот поцелуем.

Мы едем быстро, но в то же время долго, возбуждение переходит отметку предела, но тут водитель говорит, что мы приехали. Конечно, я мог бы приказать ему выйти. И трахнуть Алису прямо здесь. Но я же встал на путь исправления. А трахнуть ее в машине и еще во многих интересных местах я успею, и не один раз.

Она сама ведет меня.

— Знаешь, у меня небольшая квартира, простая, не твой дворец, конечно. Но за такую цену самое то. Даже дешево…

Алиса даже не представляет, что все было сделано специально, чтобы она выбрала эту квартиру.

Она открывает дверь. Темно, но Алиса быстро включает свет. Маленькая прихожая в темно-бежевых тонах. Тут уютно и пахнет ей.

— Больше не могу терпеть, — рычу я и прижимаю ее к стене.

— Ай! — только вскрикивает девушка, когда я впиваюсь в ее губы. А через несколько секунд я слышу:

— Мяу! — писк где-то рядом. И я даже останавливаюсь. Отрываясь от девушки, я смотрю на маленький комок шерсти, который, глядя на меня, встает в стойку, но выглядит при этом так смешно.

— Вот, это моя девочка! — говорит Алиса. — Тая! Малышка, ты хочешь кушать?

Опять писк:

— Мяу.

И Алиса уже отталкивает меня и несется наполнять миску маленькому комку. А мне опять становится смешно. Да, теперь мне явно придется подождать. Тут практически ребенок, с которым возится Алиса.

Я пока осматриваю комнату. Тут мало вещей, но почему-то мне кажется, она уютнее, чем мой дом.

— Я все, — говорит Алиса, прикусывая губу. — Извини, я же сказала, что у меня котенок…

— Где ты спишь? — подхожу к ней, провожу по губам, они уже достаточно покраснели и опухли.

— Там кровать…

— Веди!

Она ведет меня в свою комнату. Тут тоже темно, только лунный свет проникает в окна.

— Хочу, чтобы ты разделась, сама, — смотрю на нее. Держусь, чтобы не наброситься прямо так.

Неуверенно, но она делает это, скользит пальчиками по бретелькам. Слежу за каждым движением, словно хищник. Она раздевается, полностью. Зная, что я хочу именно этого. Послушная девочка.

— На кровать, — киваю. Опять неуверенно, но она делает это. Идеальная картина. Лунный свет падает на ее голое тело. Белокурые волосы разметались по простыне. Я просто смотрю на это, пока она ждет. Ее дыхание порывистое.

Расстегиваю пиджак и снимаю рубашку. Подхожу. Девичья грудь часто вздымается. Соски уже напряжены и, как острые пики, торчат, желая, чтобы их поласкали.

— Согни ноги и раздвинь их, — встаю между ее ногами. — Ты говорила, что ласкала себя после.

Она еще больше краснеет, явно стесняясь, а я тем временем прохожусь рукой по внутренней стороне ее бедра. Мягкая кожа покрывается мурашками. Раздвигают ее ноги еще шире, открывая полный обзор на ее прелестные дырочки.

— Отвечай!

— Да… да, — наконец-то произносит она хрипло.

— Как ты делала это? Покажи, — рычу, член вот-вот сделает дырку в моих брюках. — Пальчики вниз.

Она делает, что я говорю. Опуская два пальца, начинает ласкать себя, размазывая уже скопившуюся смазку. Прикрыв глаза, она начинает ловить кайф, но нет, сегодня только со мной.

— Умница, а теперь остановись, — приказываю, и она тут же делает это. — Ты уделяла внимание своей груди, когда ласкала себя?

Она качает головой.

— Плохо Алиса, ведь она тоже хочет ласки.

Девушка смотрит на меня, немного колеблясь, но тянет руки вверх. Пальчики проходят по груди, очерчивая соски, но слишком нежно.

— Сильнее, Алис! Сожми их, чтобы тебе стало больно! — девочка делает так, как я говорю. Сжимая. И вот с ее губ уже слетает первый стон.

— Умница, а теперь перевернись лицом вниз, — расстегиваю ремень. — Ты на таблетках?

— Да… да, с того раза…

Умница, значит, презервативы нам сегодня не понадобятся и я буду чувствовать ее всю.

Алиса делает, как я говорю. Прогибается. Словно кошка.

— Ты знаешь, что сейчас ты охуенная, Алиса? — беру ее за бедра, прижимая теснее к себе, давая почувствовать головку члена. — Эта поза создана для тебя. Она показывает полное подчинение и готовность принять все, что я дам тебе. Иногда ты будешь встречать меня именно так. Чтобы все твои дырочки были готовы принять мой член.

Я слышу сдавленный стон. А смазка еще больше сочится из нее, уже покрывая внутреннюю часть ее бедра.

— Тебя нравится это, Алиса, — сжимаю одну из половинок. — На самом деле ты первоклассная шлюха, жаждущая мужской член. И сейчас ты получишь его!

Толчок, и я в ней. Полностью. Не давая привыкнуть, выхожу, чтобы опять врезаться в нее. Она сжимает меня так, как и в первый раз, словно хочет раздавить мой член. С ее губ слетает стон, с моих — рык.

— Блять, в тебе охуенно, — рычу я, наматываю ее волосы на кулак. Хочу оставить на ней свои следы. Тяну ее к себе, впечатывая в свою грудь, не переставая вколачиваться в нее. Второй рукой сжимаю грудь, тяну соски. И девочка опять сладко стонет. Нахожу шейку, кусаю. Завтра тут обязательно появятся розовые пятна, которые она не сможет скрыть. И я хочу этого, чтобы все знали, кому она принадлежит.

— Ты будешь хотеть только мой член, Алиса, кончать только на нем, — хватаю за шею, немного сжимая, приближая ее еще больше к оргазму. — Ты поняла меня?!

— Да…

Толкаюсь еще сильнее и чувствую, как она начинает сжимать меня, кончая.

— Да!

Нахожу ее губы, выпивая ее оргазм. И сам приближаюсь к своему. Чувствую, что уже темнеет в глазах, а потом тоже ловлю кайф, кончая глубоко в нее.

Мы приходим в себя, тяжело дыша. Выхожу и чувствую, что член опять встает просто от вида того, как моя сперма вытекает из ее дырочки. Ловлю ее пальцам и загоняю внутрь, пусть она будет заполнена мной.

Алиса быстро засыпает, явно уставшая от пережитого. А я решаю дать ей поспать. Потому что самого рубит. Ложусь на спину и подтягиваю девочку к себе. Вот так хорошо. Ловлю себя на мысли, что теперь так хочется всегда.

Утро, и солнце нещадно бьет в лицо, а еще кое-кто хочет убежать. Но нет. Я пожалел ее вчера. Сегодня она этого не дождется. Рефлекторно под ее вскрик тяну девочку назад. И вот она уже подо мной.

Смотрю в еще сонные голубые глаза.

— Хотела сбежать?

— Нет, я… ах! — вскрикивает, потому что я без промедления вхожу в нее до самого конца.

— Вот так ты должна желать мне доброго утра, — хрипло говорю, видя, как она извивается, еще больше насаживаясь на мой член. — Или с моим членом во рту.

О да, хочу получить от нее утренний минет. Когда я чувствую, что она на грани оргазма, то переворачиваю нас, чтобы она была сверху.

— Давай, Алиса, поскачи на моем члене. Пока я буду играть с этими сиськами, — беру ее грудь, сводя соски вместе. Блять, хочу увидеть, как она сжимает их, а мой член между ними, и она с удовольствием дрочит мне.

— Но я… ах, не… умею, — растерянно произносит она.

— Работай бедрами, раскачивайся на нем, ведь ты же хочешь кончить, или останешься без сладкого, — усмехаюсь.

Она закусывает губу. Алиса уже почувствовала, что такое оргазм, и хочет получить его. Немного привставая, она начинает медленно раскачиваться. Закрывая глаза, ловя свой кайф на мне. Но недолго. Не выдержав, сам беру ее за бедра, начиная насаживать ее на себя. И она кончает, сжимаясь.

— Да, давай выдои меня, получи свою порцию спермы, — рычу я, прикусывая ее шейку. И девчонка кончает, снова. Крича, срывая голос. И да, меня самого ведет от этого, и я с рыком изливаюсь в нее, ловя свой кайф.

Мы опять приходим в себя, но недолго. До первого громкого возгласа:

— Мяу!

Маленький комок уже проснулся и требовательно укоризненно смотрит на нас.

— Ее нужно накормить… — лениво говорит Алиса. Похоже, я ее затрахал. — А еще в душ…

Понимаю, что да, дела не ждут, как бы я ни хотел их отложить. Алиса встает.

— Иди первая в душ, а я следом. Думаю, если пойдем вместе, то продолжим, на чем остановились.

Алиса все это прекрасно понимает, быстро вставая, явно не желая продолжения. Она встает абсолютно голая. Не отказываю себе в удовольствии и шлепаю одну из половинок.

— Кирилл, — недовольно говорит девушка, но краснеет при этом.

— Ты заслужила хорошую порку, и я обязательно сделаю это в следующий раз, — тоном, не требующим возражений, заявляю я.

Она убегает, а я тянусь к телефону. Но ловлю на себе взгляд маленьких зеленых глаз.

— Мяу!

Алиса

— Тая, вот еда, сейчас водичку поменяю, — говорю моей кошечке. А сама мысленно не с ней.

Кирилл, он тут, рядом со мной. В моей квартире. Просто не верится. Значит, те слова были неправдой. Но что же дальше? Хочется многое спросить, но я пока держусь, и вообще, вспоминаю нашу ночь… и утро. Ноги до сих пор подкашиваются от пережитого.

Открываю холодильник. Так, нужно что-то приготовить. Но, увы, тут у меня все диетическое. А мужчине, скорее всего, нужно мясо. Беру яйца, молоко и помидоры. Надеюсь, он не откажется от омлета. Тая кушает, пока я ставлю сковородку на плиту.

А через несколько минут я слышу шаги Кирилла. И он входит на кухню. Абсолютно голый. Вернее, на нем только боксеры, и я могу лицезреть его мускулы, которые красиво перекатываются, когда он двигается.

Мужчина подходит к окну, садясь на подоконник, но при этом глядя на меня так, что я опять краснею.

— Нравится тебе тут жить? — спрашивает он, разрывая тишину.

— Да, очень, вариант такой хороший, рядом с университетом. Да и цена приемлемая.

— Как они отпустили тебя? — спрашивает он, не говоря конкретно, кого имеет в виду, но я понимаю без слов.

— Я сама ушла. Больше не смогла жить с ними… после пережитого, — отвожу взгляд.

Мы молчим. Каждый думая о своем. Наверное, не случись ситуации с Кириллом, я бы так и жила в неведении, что у меня за семья.

— За тобой следят, Алиса, — наконец-то говорит он серьезно. — Не только мои люди, но и люди другого человека.

Я поворачиваю голову и смотрю на него. Он ведь шутит, да? Кто может мной заинтересоваться? В смысле «следят»?

— Кирилл, я не понимаю… — мне это совершенно не нравится.

— Алиса, Дима опять продал тебя, только уже не мне, — мужчина встает и направляется ко мне.

Становится дурно. Сразу же вспоминаю «уважаемого» человека, который приходил к нам домой. Наверное, я даже догадываюсь кому. Господи, за что мне это все? Почему я просто не могу теперь жить спокойно? Учиться, встречаться с кем-нибудь…

— Но ты не должна волноваться, — Кирилл подходит ко мне, берет меня за подбородок, заставляя смотреть только на него. — Я защищу тебя.

Его слова уверенные, и он вселяет в меня уверенность. Сама тянусь к его губам. Хочу почувствовать его в себе.

— Блять, Алиса! Что ты делаешь со мной! — рычит он, его руки уже на моих ягодицах. Он подхватывает меня, сажая на столешницу, раздвигая ноги. Мы жадно целуемся, пока он снимает с меня одежду. Хотя, скорее, он рвет ее, потому что я слышу треск ткани моего белья.

Звонок в дверь быстро отрезвляет. Так что я вздрагиваю. Господи! Кто это может быть? Родители?! Очень сомневаюсь. Подруги? Но теперь у меня практически не осталось их.

Догадка осеняет меня слишком поздно. Хозяйка. Да, да, это точно она! Решила без предупреждения проверить меня. А я тут… голая. Да еще и с мужчиной… Что она, вообще, подумает?

— Это хозяйка! Тебе срочно нужно одеться, — шиплю на него я. Сама натягиваю свои вещи, вернее то, что уцелело, но Кирилл не слушает. Спокойной походкой он идет к входной двери. Явно не собираясь останавливаться.

Боже, ну все. Сейчас меня точно выселят. Ведь она строго-настрого запретила сюда водить парней. А сейчас ее встретит мужчина, полуголый. Сначала она, наверное, шокируется, а потом, возможно, будет кричать. Хотя женщина мне очень понравилась. Может, все же не выселит? Скажет, что на первый раз прощает. И больше я Кирилла точно сюда не приведу! Где-нибудь в другом месте будем встречаться.

— Здравствуйте, — слышу мужской голос. И сначала даже не понимаю, кто это. Но не успеваю пройти и посмотреть, как Кирилл сам возвращается ко мне, неся большой пакет с логотипом известного магазина продуктов.

— Это…

— Я заказал доставку. Побольше мяса. И тебе не стоит пренебрегать им, — усмехается Кирилл и ставит все на стол.

Я сначала не понимаю, а потом у меня отлегает от сердца. Все, это не хозяйка! Меня пронесло, но неизвестно, пронесет ли в следующий раз…

— Кирилл, это могла быть хозяйка квартиры, а она строго-настрого запретила мне приводить кого-либо, поэтому… — хочу корректно сказать, чтобы не обидеть его, но он перебивает меня:

— Она не придет, Алиса, без моего разрешения, — спокойно говорит он, раскладывая продукты.

— Что? — не понимаю.

— Это моя квартира, Алиса, — он поворачивается, усмехаясь. — Поэтому она не придет.

— Как твоя?.. — догадка уже маячит в голове, но хочу, чтобы он объяснил сам.

— Ты думала, что я оставлю тебя так, без присмотра? Особенно когда ты решила съехать от своей любимой семьи, — да, к моей семье он питает особую любовь. — Эту квартиру я купил недавно, и нанятый мной риелтор предложил ее тебе.

Да, сам нашел, сам настоял, даже чисто символическую сумму предложил за оплату своего труда. Когда некоторые половину стоимости отдают.

— Так, значит, все это было подстроено?

— Да, я же сказал, что ты под моей защитой, — отвечает он.

— И все? Ты только защищаешь меня? — хочу услышать не только это.

Он поворачивается, уже без улыбки глядя на меня.

— Что еще ты хочешь услышать, Алиса? Я не романтик, у меня практически никогда не было серьезных отношений. Все мои пассии знали, что, кроме секса, мне нечего им предложить. Но ты… скажем так, с тобой я хочу большего. И да, мне будет мало просто секса с тобой. Это я понял, когда сам же тебя и выгнал. Поэтому больше я не отпущу тебя, Алиса…

Кирилл никогда не признается в любви, да он, наверное, и не знает, как это делать. Но я понимаю, что сейчас он уже сделал огромный шаг, сказав, что я важна ему. А это еще круче, чем признание в любви.

— Кирилл, я тоже чувствую себя с тобой как ни с кем, хотя у меня тоже практически не было отношений, — с улыбкой говорю я. — Но знаю, что если парню нравится девушка, то он приглашает ее на свидание.

Темные брови Кирилла взлетают вверх. А мне хочется смеяться от его удивленного лица. Но я держусь из последних сил.

— Мм… это сейчас ты намекаешь на то, что мне нужно это сделать?

— Ну да, ты же практически признался, что я тебе нравлюсь, — скрещиваю руки на груди.

— Алиса… — усмехается он, качая головой. — Хорошо, пойдешь со мной на свидание?

— Мм… — делаю вид, что думаю, хотя уже знаю, что отвечу. — Да, конечно! Куда мы пойдем?

— Даже не знаю, никогда не ходил куда-то бесцельно.

Ладно, придется его многому научить. Но ничего, главное, начало положено.

Дальше я делаю нам завтрак, с мясом, как любит Кирилл. После он хочет продолжить начатое, но я быстро останавливаю его:

— Но-но, у нас, вообще-то, даже свидания не было, вот, может, после него… — закусываю губу, хитро глядя на мужчину.

— Алиса! — угрожающе рычит он, но я смотрю с мольбой. — Я все же отшлепаю тебя, готовь свою прелестную задницу. И да, сегодня вечером у нас свидание, будь готова к семи.

Больше он ничего не говорит. А я улыбаюсь широко. Сегодня у нас свидание. Господи! А сейчас уже обед! Мне срочно нужно подготовиться. Кирилл уходит, а я остаюсь одна. Понимаю, что, скорее всего, домой не вернусь. Поэтому договариваюсь с соседкой, чтобы она покормила Таю. А завтра как можно раньше я постараюсь вернуться домой. Хотя с Кириллом мне явно будет сложно это сделать.

Готовлюсь весь день. Хочется выглядеть очень красиво и достойно рядом с таким мужчиной. Надеваю темное платье, полностью закрытое спереди, а вот сзади, наоборот, открыта вся спина. Не знаю точно, куда мы пойдем, но, если что, надену куртку, и ничего не будет видно. Волосы приходится распустить и немного подкрутить на концах. Потому что кое-кто очень любит мою шею и сейчас там красуется несколько засосов. Тоналка немного спасает, и теперь их не так явно видно.

Время семь. Я в предвкушении. Играю с Таей, чтобы хоть немного успокоить свое волнение. Проходит еще пятнадцать минут, и в душе начинается волнение: а вдруг он не придет? Вдруг забыл? Но мы ведь договорились, он должен прийти. Прикусываю до крови губу.

Нет! Он должен прийти.

Звонок моего телефона разрывает тишину комнаты. Вскакиваю.

«Кирилл», — высвечивается на дисплее.

— Да, я уже готова! — отвечаю я.

Но тут слышу совершенно другой голос:

— Здравствуйте, Алиса. Я Олег, начальник охраны Кирилла. Он в больнице. В него стреляли…

Сначала я просто слушаю и не понимаю, как это может быть правдой. Ведь мы только что были вместе. Я касалась его. А сейчас он в больнице, в него стреляли. Качаю головой, надеясь, что это дурной сон. Этого просто не может быть. Но чем дальше, тем больше я уверяюсь, что это правда.

— Мне… мне можно к нему? — спрашиваю охрипшим голосом,

— Да, конечно, машина приедет за вами, но пока к нему нельзя, — предупреждает мужчина.

— Да, я поняла… но я все равно приеду, — потому что сойду с ума, если этого не сделаю.

За мной приезжает машина уже через несколько минут. Сажусь, руки до сих пор трясутся, а еще скорее хочется увидеть Кирилла.

Больница встречает меня холодом и тишиной. Удивительно, но тут практически нет народу, словно все вымерли. Ко мне подходит мужчина средних лет, и я вспоминаю, что видела его с Кириллом.

— Здравствуйте, — здороваюсь первая.

— Добрый день, все нормально?

— Да, как он? — спрашиваю с замиранием сердца.

— Критический момент прошел, но все равно он в реанимации, — отвечает он. — Вам я тоже советую переехать пока в его дом. Так мы сможем защитить вас.

Понимаю, что он прав. И сейчас нет смысла артачиться.

— Да. Конечно, я перееду, как скажете, — киваю послушно.

— Отлично, вы можете переехать сейчас или мне послать парней? — спрашивает мужчина.

Честно, я даже не представляю, как буду собираться, сейчас моя голова забита только мыслями о Кирилле.

— Я… я сама потом перевезу свои вещи, — растерянно отвечаю. — Пожалуйста, главное, заберите мою кошку Таю, она сейчас у моей соседки. Осталась одна…

— Хорошо, я скажу парням, — кивает мужчина серьезно, словно это тоже для него что-то ценное.

— Спасибо… — мы смотрим одновременно на дверь, где сейчас находится Кирилл. — Скажите, кто это сделал? Кто… стрелял в него?

— Мы точно не знаем, но, скорее всего, это Барон. У них были напряженные отношения в последнее время. Из-за вас особенно. Поэтому он решил действовать грязно. Но не переживайте, он у нас на мушке. Как только Кирилл Александрович даст нам приказ, мы уберем его.

«Уберем его» — это значит «убьем»? Сглатываю, все равно тяжело принять, что жизнь моего мужчины висит на волоске. Дмитрий уходит, и я остаюсь одна. Смотрю в одну точку. Все мысли, конечно, не тут. В белую дверь входят и выходят, и меня словно не замечают. А я жду… Чего — сама не понимаю. Новостей о состоянии Кирилла. Из раздумий меня выводит до боли знакомый голос:

— Алиса…

— Дима?

Передо мной стоит брат, глядя на меня. Я даже не заметила, как он подошел.

— Не думал, что увижу тебя тут, — с усмешкой говорит он. — Думал, будешь бежать от него сломя голову. Ведь это твой шанс, хотя… Теперь понимаю, что жертва влюбилась в своего палача.

Становится мерзко от слов брата. Но где-то он прав, ведь немного раньше я бы обязательно так сделала, убежала бы, а сейчас молюсь, чтобы с Кириллом было все хорошо.

— А ты? — хрипло произношу. — Что делаешь тут ты?

Он молчит, его лицо становится серьезным.

— Не знал, что до такого дойдет, что Кирилл пострадает, — наконец-то отвечает он.

Теперь мне становится смешно, ведь это только из-за него все и началось.

— Мучит совесть, Дима? — теперь язвлю я.

Смотрю на брата и не узнаю в нем того родного человека. Все очень изменилось и вряд ли вернется к своему исходу.

— Я не знал, что так произойдёт, — холодно произносит он, тоже смотря на белую дверь, откуда сейчас вышел врач.

— Но произошло, и сейчас Кирилл борется за жизнь, — говорю я в ответ.

Дима молчит, да и к чему слова? Главное, что, я надеюсь, он понял, что все это началось с него. С его жажды денег. И сейчас из-за него пролилась кровь человека.

Больше ни о чем не говорим. Ко мне подходит охранник Кирилла, уговаривает поехать домой. Не сопротивляюсь, потому что понимаю, что толку от меня тут немного, да я и правда очень устала. Но сразу же заявляю ему, что приеду сюда завтра. Мужчина ничего не отвечает, он все понимает, поэтому мы молча идём к машине.

Меня отвозят в дом Кирилла, но я не иду в свою комнату, где жила раньше, я иду в его. Мне кажется, это правильно и Кириллу бы это понравилось.

Тая уже тут, с удовольствием рассматривает новое владение. Она уже забралась на кровать Кирилла и сейчас точит коготки о его подушку.

— Что ты делаешь, маленькая проказница? — улыбаясь, говорю я. — Если будешь так делать, Кирилл точно тебя выгонит, а ещё меня. Поэтому давай понравимся ему.

Тая словно понимает меня. Она прекращает свое занятие и с умным видом смотрит на меня. Я ложусь на его кровать, беру его подушку. Чувствую запах хозяина и наконец-то спокойно засыпаю.

На следующее утро Тая решает сделать мне сюрприз в виде лужи посреди комнаты.

— Да, хорошо, что тут не было Кирилла, вот после этого он точно бы тебя выкинул, — смотрю строго на котёнка. — Но мы не скажем ему, сейчас быстренько приберёмся тут.

После завтрака я опять еду в больницу, потому что не могу так, не могу пойти спокойно в университет, зная, что мой мужчина в больнице. Сегодня мне говорят, что ему лучше, и я успокаиваюсь. Значит, все будет хорошо. Так проходит практически две недели. Последние дни я даже хожу в университет, а потом сразу еду в больницу. Роман Андреевич смотрит на меня подозрительно, но ничего не говорит. Мужчина вообще делает вид, что не знает меня, относится как и к другим студентам. Это радует, но одновременно становится интересно, что же произошло. И я обязательно узнаю это у Кирилла.

В один из дней мне звонит охранник.

— Он пришел в себя, хочет вас видеть, — и это не просьба, а конкретный приказ. — За вами уже едет машина.

Выхожу, машина и правда уже стоит. Пока едем, чувствую волнение. Что будет? Как он отреагирует на меня? Вдруг он поймёт, что это все из-за меня? Но потом быстро отметаю эти мысли. Кирилл сказал, что защитит меня, значит, так и будет.

В больнице со мной уже здоровается весь коллектив. Запомнили меня, поэтому без проблем пускают внутрь.

Я вхожу в его палату и взглядом сразу же нахожу его. Бледный, осунувшийся, но всё такой же, мой. Подхожу ближе, он спит, я не хочу его будить, поэтому тихонечко сажусь рядом.

Но не проходит и пары минут, как я слышу твёрдое:

— Алиса!

Он открывает глаза, и его взгляд сразу же устремляется на меня. Всё такой же властный, требовательный. Это мой Кирилл.

— Да, я тут, — с улыбкой отвечаю я, наконец-то понимаю, что всё хорошо, что все прошло.

— Прогуливаешь пары? — спрашивает он меня.

— У меня уважительная причина, в больнице лежит мой парень, не могу думать ни о чем, кроме этого.

— Не нужно было сидеть, я бы всё равно выкарабкался.

— Кирилл, — тихо говорю, — я не знаю, что произошло, то есть знаю, но… просто пообещай мне, что больше такого не случится.

Понимаю, что он не может сказать таких слов, но мне важно знать это. Пусть скажет мне, ведь он всегда держит слово.

— Обещаю, Алиса, — твёрдо произносит он, глядя на меня. — Мои люди уже убили Барона, больше он ничего не сможет сделать.

— Хорошо, — выдыхаю я.

Мы молчим.

— Я задолжал своей девушке свидание, — произносит он улыбкой.

— Ничего, я подожду, главное, чтобы ты восстановился.

Но Кирилла такой ответ не устраивает. Хотя он все ещё лежит в кровати, но я даже не успеваю ничего сказать, как он берет меня за руку и тянет на себя. Так что я упираюсь в его грудь.

— Кирилл! — восклицаю, боясь, что могу его травмировать.

— Давай сделаем вид, что мы сходили на свидание, и вспомним о том, что происходит после него, — шепчет он, его рука уже покоится на моем бедре, задирая платье выше, доходя до трусиков.

— Кирилл, тебе же нельзя! — произношу я, а потом уже не так уверенно добавляю: — И в палату могут войти, что же они увидят?..

— Если это вопрос, то я отвечу. Они увидят, что я трахаю свою девушку, — самодовольно говорит он, его рука уже в моих трусиках. — Мм… ты уже течешь, Алиса, — рычит он, кусая мой подбородок.

— Кирилл, мм… сюда и правда могут зайти… — сама уже еложу по его члену. Он возбужден.

— За те деньги, которые я плачу им, они станут слепыми и глухими, — оттягивает мою губу. — Кстати, сегодня тебе придется поработать, поскачешь на мне сегодня.

Одновременно краснею от его слов и возбуждаюсь.

Мы все же делаем это. Прямо в палате. Сливаясь воедино, мы заново заполняемся друг другом.

Через неделю Кирилла выписывают. Он с удовольствием рычит, когда я говорю, что поселилась в его комнате. Про Таю ничего не говорю, не хочу сразу рассказывать ему, что, вообще-то, его место уже занято наглым котенком.

— Ты уже поняла, где твое место, Алиса? Рядом со мной, подо мной… — сам ведет меня в комнату. Открывает дверь и…

— Мяу! — требовательный голос.

— Это что еще?! — смотрит на котенка мужчина.

— Это Тая, ты же ее видел, теперь она живет с нами, — мягко объясняю своему мужчине.

— В смысле «она живет с нами»?! — рычит он, а потом делает шаг назад и… — Блять! Она сделала лужу.

«Тая! Ну ты точно не хочешь понравиться своему хозяину!» — мысленно передаю кошке. А та как ни в чем не бывало смотрит на нас.

— Прости, прости, просто она маленькая, еще не привыкла к новому дому, — закусываю губу. — Я все уберу, и отработаю… ночью…

Теперь он усмехается.

— Будешь отрабатывать все ее косяки? Я согласен, многое хочу с тобой сделать, — а потом тянет меня на себя. — Можешь начать прямо сейчас…

О да, мне придется отрабатывать долго, практически всю жизнь…

Девочка лет двух срывает ромашку, любуется ей, а потом её лицо кривится от боли и она начинает плакать.

— Что, что, моя маленькая? — подбегая к дочке, трогаю её, вдруг она поранилась.

— Укусиль! — плачет она, показывая маленький пухлым пальчиком на свою ладошку. Вижу, как по ней бежит темная букашка, которая, скорее всего, и укусила мою принцессу. Быстренько стряхиваю. Чтобы наша Арина не увидела её. Она боится насекомых, как и я.

— Всё, всё, сейчас все пройдёт у моей малышки. Папа придёт скоро, — успокаиваю её, гладя по спинке.

Дочка слышит слово «папа» и сразу начинает приходить в себя, улыбаясь сквозь слёзы.

— Папа… — тянет она. Арина просто обожает своего папу, у них особая связь, нерушимая. Если даже у неё что-то случилось и мы с Кириллом вместе, она бежит именно к нему.

— Да, папа скоро придёт, поэтому не нужно плакать, а то он тоже расстроится.

Арина и правда перестаёт плакать. И потом уносится во двор, смотря, что ещё можно сорвать. Да, она у нас непоседа и любит все яркое и красивое, но она маленькая девочка. Хотя я запрещаю ей что-то рвать, Кирилл настаивает на своем и позволяет дочке всё, пока меня нет. Маленькая шкода пользуется этим и вьёт верёвки из своего отца.

Смотрю на наш дом. Он стал другим, более уютным. И уже не кажется таким холодным, каким я его запомнила в первый раз. Теперь он наполнен теплом и детским смехом.

Когда через год я забеременела, Кирилл сразу сказал, что теперь мне никуда не деться и я выйду за него замуж. Хотя я много раз отказывалась, но знала, что он добьётся своего и я стану его женой. Добился, теперь у нас два прекрасных малыша, дочка и сын, который сейчас мирно посапывает в своей кроватке. Он ещё маленький, но в нём уже чувствуется характер отца. Такой же требовательный и не терпящий возражений. Добьётся своего, несмотря ни на что.

Я счастлива как никогда и просто не могу представить, что бы было, если бы этого не было. Мы прошли через многое и сейчас наслаждаемся нашим счастьем.

Через несколько минут слышу звук открывающихся ворот.

Кирилл. Он приехал.

Машина заезжает во двор, а через несколько минут ее владелец открывает дверь и смотрит на нас.

Мой муж ни капли не изменился за эти годы, всё такой же подтянутый и сильный. Копна тёмных волос зачёсана назад, но несколько прядей все равно падает на лоб.

Многие хотели заполучить его. Но теперь они знают, что он глубоко женат и его не интересует никто, кроме его семьи.

— Папа! — восклицает наша дочь и уже несётся к нему.

Он видит это, и на его губах расцветает улыбка. Теперь я стала чаще видеть, как он улыбается, и от этого в моем сердце каждый раз разливается тепло.

— Моя красавица! — супруг присаживается на корточки и подхватывает нашу дочь.

— Ты плисол, — произносит она, играя с его рубашкой грязными ручками, но Кирилл этого даже не замечает, его внимание сосредоточено только на дочери.

— Да, конечно, моя принцесса, — отвечает он и целует ее в лобик.

— Укусиль, больно, — жалуется дочка и показывает ладошку.

— Кто укусил мою принцессу? — спрашивает Кирилл.

Арина не может объяснить, потому что ей не хватает слов, но она показывает пальчиком туда, где сорвала цветочек.

— Та!

— Накажу всех, кто обидел тебя, — строго произносит муж.

Дочь, удовлетворённая тем, что будет месть, с радостью опять бежит играть на нашу лужайку. А мой муж идёт ко мне, и я просто любуюсь им, чувствую, как трусики начинают увлажняться.

— Привет, — хрипло произносит он. — Как вы?

Смотрит на сына, который все еще спит.

— Все хорошо, ждали тебя, — отвечаю с улыбкой. Потом он наклоняется ко мне и целует. Вроде нежно, но одновременно страстно, так что бегут мурашки по телу, а внизу живота пожар. Муж тоже чувствует это.

— Хочу тебя… — хрипло произносит он прямо в губы.

— Придется подождать, пока дети не заснут, — усмехаюсь я, хотя сама сгораю от нетерпения отдаться мужу. Конечно, мы могли бы вызвать няню и уединиться, но ожидание распаляет еще больше.

Мы идем ужинать всей семьей. Это традиция, которую мы стараемся не нарушать. А потом… страстная ночь с моим ненасытным мужем.

— Мм… Кирилл, ты просто зверь, — стону я, хотя по телу распространяется приятная нега.

— С тобой хочется еще, — укус-поцелуй в лопатку, и мужчина ложится на спину, утягивая меня на себя.

— Как моя семья, как Дима? — спрашиваю тихо. Я практически не общаюсь с ними, но Кирилла попросила иногда присматривать за ними.

— Твой брат с отцом одумались и начали нормально работать, без всяких махинаций, — отвечает он, и мне радостно от этого.

— Хорошо, наконец-то они поняли…

— Но я даже должен быть благодарен твоему брату за то, что тогда он совершил такой опрометчивый поступок, тогда бы я не смог забрать тебя себе, — усмехается он, беря мое лицо в свои руки.

— Я и так твоя, ты же знаешь…

— Ты принадлежишь мне!