Мир Поднебесья пытается переварить начинающего мага. Маркус оказался в шаге от смерти из-за предательства Вальца. Вербовщики клана Оуш начинают беспокоиться из-за пропажи элитной группы своих бойцов.
Однако мир Поднебесья уже пришёл в движение. Третья сила ломает все планы! Свои, чужие и даже членов ополчения.
Начало утра я банально проспал и очнулся только тогда, когда Сати аккуратно толкнула меня в плечо.
— Ваш кофе готов, господин, — пискнула служанка, ставя кружку на скамейку. — Кажется, вы куда-то собирались.
Я встрепенулся, вспоминая, где именно заснул. С трудом соображая, заметил Номер Семь, делающую зарядку прямо во дворе.
— Доброе утро, Маркус! — девица радостно замахала рукой. — Только давай сегодня в доме не драться. Я твою служанку добрых полчаса успокаивала. Она всё разбудить тебя хотела.
Прошло секунд десять…
И только после этого до меня дошёл смысл, спрятанный между строк. Вивьен сказала Сати, что это МЫ устроили в доме драку. Потому и разбиты в хлам столовая, коридор и стена на втором этаже.
— Сати, это Вивьен! Мы с ней из одного мира. Теперь она будет жить с нами, — зеваю, никого не стесняясь. — Потом всё объясню. Хм? А я ведь и впрямь куда-то торопился.
Взяв кружку с кофе, я поднялся и попытался вспомнить, куда именно хотел пойти утром.
Однако солнце уже в зените. На часах одиннадцать. Мне надо через весь город бежать в крепость Лорда. Выхлебав залпом кофе, я запоздало включил чувство боли.
— Ауч, жжётся… И щиплет! — меня скрутило от накативших ощущений.
О себе напомнили отбитые рёбра, изрезанные руки и ноги. Пилюля исцеления ускорила регенерацию раз в десять. За неполную ночь я восстановился процентов на восемьдесят, однако мозг этого ещё не понял.
Покопавшись в сумке, я кинул Сати четыре золотых.
— Купите продуктов. На этот раз с учётом того, что Вивьен теперь живёт с нами…
Служанка недовольно запыхтела, явно ожидая более развёрнутого ответа. Кухня в хлам, столовая тоже.
— … Не сейчас! — говорю прислуге и сразу поворачиваюсь к Номеру Семь. — Сходи с Сати на рынок. Её местные девицы обижают. Могут по дороге отобрать деньги или продукты.
— О, это мы любим! — Вивьен довольно потёрла руки. — Нужна жвачка, цветные краски и запас ехидства.
Попрощавшись с девушками, я помчался через весь город.
…
До крепости Лорда добрался за двадцать минут. В какой-то момент едва не перешёл на бег по крышам, но вовремя остановил себя.
По пути успел забежать в Штаб Ополчения. Там, заплатив на кассе двадцать золотых монет, сменил свой белый жетон ополченца на медный. Дамочка, приняв оплату, равнодушно произнесла:
— Добро… пожаловать… в круги ветеранов ополчения. Теперь вам разрешено покидать город и маркграфство Валентайн. Также вы можете посещать банк, павильон Гильдии Торговцев…
— Прошу прощения, — схватив новый жетон, я рванул на выход. — Меня в крепости ждут!
Во дворе крепости собрались не только люди, но и представители других рас. Парочка зверолюдей с собачьими головами стояла у входа в главное здание. Гном в кузнечном фартуке таскал какие-то вещи из арсенала.
Нашлось немало знакомых лиц, которые тоже здесь чего-то ждали. Вербовщиков от Секты Голубого Неба и Огнецвета я видел ещё в Центре Получения Гражданства.
Помимо них, во дворе крепости находилось несколько весьма могущественных адептов. Клан Оуш представлял совсем уж дряхлый старик в халате с золотой вышивкой.
От клана Малатхара пришёл темнокожий парень лет двадцати. Понятия не имею КАК, но он УЖЕ достиг середины стадии Заложения Основ [2−2].
Клан Давинчи представляла дама в деловом костюме. В Ностромо мне такой фасон ещё не приходилось видеть. Брюки, жилетка, волосы, убранные в пучок — эдакая первая бизнес-леди Поднебесья. Каждый предмет одежды фонит духовными частицами, намекая на то, что это артефакты, сделанные из ткани.
Встав со стороны представителей гарнизона, я кивнул заместителю Обенелю. Старик ответил мне кивком, но не узнал. Кристоф Вальц нацепил парадный костюм — на груди целая россыпь орденов.
Наконец на площадь внутри крепости вышел сам Лорд Пакур Валентайн. Тигролюд выглядел как прирождённый воин. Широкие плечи, мускулистые ручищи, истинно звериный взгляд.
Только завидев Лорда, дознаватель подошёл ко мне и вручил пару талисманов.
— Это для телепортации на место проведения дуэли, — пояснил Вальц, тщательно контролируя эмоции. — Первый переносит туда. Второй для возвращения обратно в Ностромо. Не перепутай.
— Зачем они мне? — в недоумении смотрю на талисманы. — Какая ещё телепортация?
Кристоф закатил глаза.
— Ты когда-нибудь видел сражение адептов стадии Золотого Ядра?
Если бой начнётся в Ностромо, город превратится в руины. Поэтому дуэли проводятся вдали от поселений. Конкретно это сражение пройдёт в Долине Семи Водопадов на окраине маркграфства. Туда ехать пять дней на лошади и столько же обратно.
Хмуро смотрю на талисман.
— Так, уважаемый! А я-то здесь зачем?
— Считай присутствие на дуэли Лорда моим личным подарком. Ведь это ты помог найти убийцу Лебедона и скупщика новичков от Скреббы.
Последнее Кристоф произнёс нарочито громко. Члены кланов тут же навострили уши.
— Спасибо, — осторожно поглядываю по сторонам. — Когда отправляемся?
Ответил не Кристоф. Вместо него Лорд сам всем отдал команду.
— Сейчас! — Пакур влил ауру в свой талисман.
Все присутствующие принялись активировать талисманы переноса. Вальц показал, как это делается, и сам исчез во вспышке. Влив немного духовных частиц в свой, я сразу ощутил изменения. На расстоянии вытянутой руки появилась дыра в пространстве, ведущая чёрт знает куда.
Блык.
Меня стало тащить сквозь узкий тоннель. Духовное Чутьё сжалось, ощущая только бесконечно длинный коридор.
Десять секунд…
Двадцать…
Тридцать…
Прошла целая минута, а я даже вздохнуть не могу. Наконец Духовное Чутьё нащупало быстро приближающийся конец тоннеля.
Блык!
Я очутился у края вершины плоскогорья. Внизу простиралась огромная долина, в которую со всех сторон водопадами впадали реки. Из-за огромного количества висящей в воздухе воды появилось сразу несколько радуг. Под облаками пара виднелся дикий лес и животные, бегающие между ручьями.
Включая меня, Вальца и лорда Валентайна, на дуэль прибыло одиннадцать человек. Три адепта Золотого Ядра [3+], шестеро — Заложения Основ [2+] и мы с Вальцем на стадии Очищения [1+].
Народ сразу разбился на кучки. Клановые аристократы собрались в группу и недовольно поглядывали на вербовщиков сект. Представители гарнизона в лице Вальца и Обенеля встали чуть в сторонке. Меня талисман перенёс как раз к их группе.
Лорд Пакур Валентайн носил на поясе пару ножен со шпагами.
Каждый элемент брони Лорда фонил энергией. По венам тигролюда бежала даже не духовная сила, а её жидкий аналог. Получалась этакая естественная защита от лёгких атак.
Валентайн взмыл в воздух и полетел к центру долины. То же самое сделали адепты с противоположной стороны. Выкрутив в «Мохреше» зрение на максимум, я разглядел десять адептов в похожей одежде.
Заместитель Обенель вдруг повёл носом. Раз, другой, а потом повернулся ко мне.
— Адепт, ты ранен?
— Пустяки. Пришлось кое с кем подраться, — отмахнувшись, я зевнул. — Раны уже почти зажили. Не обращайте внимания.
— Ты пахнешь свежей кровью, — прищурился старик. — Значит, бой случился ночью…
Запустив сканирующую волну, заместитель Лорда прошёлся по моей фигуре взглядом.
— Адепт без Ядра… Ран столько, что впору удивляться, что ты вообще выжил.
— Повезло, наверное, — пожимаю плечами. — Может, сегодня Небо на моей стороне. Или, наоборот, Небо спало, и поэтому моим противникам не повезло.
Оценив шутку, Обенель по-стариковски улыбнулся.
— Смотри внимательно за тем, как сражается наш Лорд! Его соперник — боевой старейшина Гехукар, преодолевший три ступени стадии Золотого Ядра [3−3]. Молодым адептам такой опыт поможет преодолеть узкий момент в их личном развитии.
Тем временем Лорд и его соперник замерли над центром долины.
Мне впервые довелось увидеть летающих адептов. Круто! За минуту они преодолели довольно большое расстояние, встретившись в центре долины.
Бац!
Дуэль началась неожиданно. Резко выхватив обе шпаги, Лорд пустил их в ход. Каждый взмах оружия создавал силовые лезвия, сотканные из духовных частиц. Земля в долине стала стремительно покрываться бороздами. Атаки Валентайна перепахивали лес вдоль и поперёк.
Гехукар взял в руки два щита с лезвиями по кругу. Старейшина парировал или блокировал атаки, но не уклонялся. Стоило Валентайну чуть расслабиться, как противник ударил сверху огромной ладонью, созданной из воды.
Бабах!
В центре долины раздался мощнейший взрыв. Валентайна вмяло в почву, однако Лорд ни на секунду не замедлился. Тигролюд рванул за пределы места взрыва, за мгновение оказавшись в лесу. Там сразу взмыл в небо. Между тем вода в воронке, оставшейся от огроменной ладони, снова взорвалась.
— Вложенная атака, — кивнул Обенель, видимо, обращаясь ко мне. — Гехукар из числа боевых старейшин. Если видишь одну его атаку, значит, на деле он провёл две или три.
Вальц бросил на Обенеля недовольный взгляд. Старик лишь хмыкнул. Я покосился на обоих подручных Валентайна.
Тем временем Валентайн стал давить на противника. Основной стихией Лорда оказались молнии. Каждый взмах меча тигролюда порождал силовые волны. Лес разрушался всё сильнее. Доставалось и скалам, окружавшим долину.
Лезвия из сжатых до предела духовных частиц раз за разом полосовали два щита, которыми прикрывался Гехукар. Старейшина продолжал уклоняться, избегая боя лицом к лицу.
Стоило Валентайну на секунду замедлиться, как Гехукар по полной воспользовался преимуществами выбранного места боя. Название Долина Семи Водопадов говорило само за себя — воды здесь с избытком. А эта стихия подчинялась старейшине Скреббы куда охотнее остальных.
Лорд сменил тактику. Взмахнув рукой, Валентайн создал три воздушных вихря и запустил их по кольцу друг за другом. Целые куски леса взмыли в небо. Воздух затрещал от копящихся в нём разрядов.
Валентайн создал ещё четыре вихря. Потеряв свободный доступ к воде, Гехукар стал действовать куда осторожнее.
Выкладываясь до предела, Пакур стал теснить старейшину. В какой-то момент у Гехукара взорвался один из щитов-артефактов. Тот, не моргнув глазом, достал из пространственного кольца ещё один щит.
Старейшина явно тянул время. Судя по тому, как напрягся Обенель, не я один это понял.
— Хочет взять измором, — заместитель нахмурился. — Вот только наш Лорд прошёл через сотни сражений. Сейчас его Ядро наполнено духовной энергией до предела. Он хоть целый день может так сражаться и всё равно не устанет.
Прошло пятнадцать минут.
Тридцать.
Минул целый час. Долина изменилась до неузнаваемости. Текущие по ней реки успели раз пять поменять русла. Гехукар продолжал защищаться, нанося удары лишь в те мгновения, когда Валентайн пытался перевести дух.
Пока шла дуэль, я раз за разом ловил себя на одной и той же мысли:
Валентайн и Гехукар применяют вложенные атаки, тактику давления, разные стихийные приёмы. У них обоих есть чему поучиться.
Однако чем дольше длился бой, тем сильнее хмурился Обенель. Вальц тоже перестал отводить взгляд от сражения.
На исходе второго часа у всех свидетелей со стороны Лорда вдруг разом завибрировали артефакты связи. Я сначала не понял, в чём дело. Неужто одна из сторон объявила о поражении?
Схватившись за артефакт связи, заместитель Лорда прослушал сообщение и ругнулся.
— Отродья Бездны!
Старейшины и представители кланов Ностромо собрались в кучку, разом забыв о дуэли. Представители Скреббы с противоположной стороны долины, напротив, не суетились. Только двое из них взяли медальоны.
Аристократы стали молча поглядывать на Обенеля. Видимо, в отсутствие Лорда именно он принимает все важные решения.
— Четверть часа, — старик кивнул аристократам. — Потом разрешаю уходить.
Видя, что все на нервах, я решил сам спросить:
— Что случилось?
Обенель несколько секунд напряжённо молчал.
— На ближних подступах к Ностромо замечена большая рейдовая группа орков. Южная стена уже пробита их ударной группой из адептов. В квартале ополченцев идут бои. Основные войска противника скоро войдут в город. Там минимум три тысячи тварей. Адепты-сканеры засекли минимум десять орков, находящихся на стадии Золотого Ядра [3+].
Картина в моей голове сразу же сложилась. Орки появились неслучайно. Секта Скребба подсказала им нужное время. Лорд Валентайн находится чёрт знает где и не может покинуть дуэль без последствий.
Подтверждая мои самые мрачные мысли, к нам подлетел один из старейшин Скреббы.
Мужчина лет тридцати пяти в дорогом халате довольно улыбался. Старейшина завис в пяти метрах от нас с Вальцем.
— Слышали новости? — произнёс незваный гость, глядя почему-то на представителей кланов, а не Обенеля. — Говорят, на Ностромо напали! Орков столько, что городу не устоять. Первый удар взяли на себя ополченцы, но так, глядишь, скоро и до других жилых кварталов дойдут…
Старейшина Скреббы повернулся к хмурящемуся Обенелю.
— … В знак НЕКОГДА хороших отношений с маркграфством наша Секта готова оказать Ностромо помощь. У нас здесь десять старейшин и все Золотого Ядра [3+]…
Незваный гость указал на противоположную сторону долины.
— Сами справимся, — буркнул Обенель.
— Правда⁈ — мужчина хитро усмехнулся. — Ваш Лорд занят дуэлью и не может покинуть поле боя. Мне видится, что у вас всего два выбора. Либо вы принимаете нашу помощь… Либо ваш Лорд сдаётся…
Представитель Скреббы демонстративно зевнул.
— … Какая жалость! Правитель маркграфства занят делом чести, а не защитой своего народа. Что же подумает император Колоссус?
На поле боя Гехукар вдруг громко захохотал.
Тут даже до меня, далёкого от политики адепта, дошла суть плана Скреббы. Их старейшины будут тянуть дуэль до последнего. Если Валентайн отступит — это автоматически означает победу Скреббы. Если Валентайн будет биться до конца — Ностромо может пасть, и тогда Пакура снимут с должности Лорда.
Однако тигролюд повёл себя как истинный аристократ. Подняв руку, он произнёс:
— Сегодня я вынужден отступить! Если у вас есть хоть капля чести… я готов принять повторный вызов на дуэль хоть через неделю… Хоть через месяц. Прошу понять мой уход. Я нужен своему народу.
Сказав это, Валентайн активировал талисман телепортации и исчез. Следом пропал Обенель. Члены кланов исчезли ещё в тот момент, когда Лорд поднял руку. Наконец с загадочной улыбкой растворился Кристоф Вальц.
Оглядевшись, я понял, что на поле боя остались только я и старейшины секты Скреббы. Наглый гость в мою сторону даже не смотрел.
Сунув руку в карман, я активировал второй талисман телепортации от Вальца.
Блык.
Пролетев через пространственный тоннель, я вдруг оказался в камере со стенами, обшитыми толстыми листами металла. До меня сразу дошло, что это НЕ ошибка. Вальц подсунул мне талисман, настроенный на перенос в ловушку.
— Ах ты змеюка ядовитая! — земля под ногами задрожала.
Единственного Кристоф не учёл, так это нападения орков на Ностромо. Ни Лорд, ни кланы, ни вербовщики Сект — никто не думал, что Скребба пойдёт на столь радикальный шаг.
Запустив Сферу Восприятия, я стал искать способ выбраться из ловушки. Земля под ногами начала дрожать ещё сильнее.
Для Брандея день начался довольно рано. Алхимик засветло пришёл домой к знакомому цирюльнику и вручил золотую монету. Сонный мастер неуверенно глянул на протянутые деньги. Целых пять секунд ушло на то, чтобы оценить блеск благородного металла…
Подобострастно улыбнувшись, парикмахер спросил:
— Чего изволите, господин?
— Стрижку! — нагло произнёс алхимик и шагнул в распахнутую дверь. — Ещё побрить меня так, чтобы перед аристократами не стыдно было появиться.
К семи часам утра Брандея отмыли и подстригли так, что он больше не напоминал пропойцу из Нижнего Города. Принятая на ночь Пилюля Очищения вывела из тела алхимика токсины, накопившиеся от работы рядом с алхимическим котлом.
Сходив в дорогую купальню, Брандей смыл с тела последний налёт грязи Нижнего Города. Если день пройдёт как надо, эта веха его жизни навсегда останется в прошлом.
К девяти часам Брандей стоял у входа в ателье «Руки откуда надо». Пару дней назад алхимик наконец смог себе позволить заказать дорогой деловой костюм. Опять же
Пришлось поработать манекеном, чтобы мастер идеально подогнал длину рукавов и штанин. Любой адепт, родившийся в клане, за секунду сможет отличить
В перерывах между примерками Брандей сидел на скамейке внутри ателье.
Алхимик боялся лишний раз пошевелиться.
Боялся повернуть голову и увидеть Маркуса, который всё поймёт.
Боялся узнать от посыльного, приставленного к лавке Меродина, что толстяк переманил Скабре, взяв того в ученики.
Вчера днём Брандей отправил курьером бутылёк «Пилюль Восстановления» высокого качества родне из клана Рокко. Не как извинение, а с просьбой принять его обратно. Расчёт прост и очевиден, как само Небо.
Десять лет назад тогда ещё молодой Брандей называл себя гением. Фривольные девицы придумали ему прозвище «Восходящая Звезда». Алхимик вёл себя по-хамски со старейшинами клана Рокко. Пытался и так и эдак навязывать свои условия работы. ЕГО должны ценить! Ведь это ОН приносит деньги Рокко, а не клан ему.
В итоге пять лет назад Брандея изгнали. Попытка найти ответы на дне бутылки закончилась плачевно. Сначала пропали накопления, затем репутация и клиенты. Последним шагом стал оставленный в залог личный алхимический котёл.
Лишившись фамилии и членства в Гильдии, алхимик стал лучше понимать, насколько сильно клан Рокко поддерживал его всё это время. Защита, деньги, связи, доступ к рецептам и трудно добываемым ингредиентам.
Наконец сейчас у Брандея появился повод вернуться в клан с гордо поднятой головой.
Брандей понимал: Маркуса запрут в какой-нибудь золотой клетке и заставят работать сутки напролёт. Такая судьба всяко лучше, чем помереть от отравленного копья гоблина или укуса пещерного жука. По сути, Брандей оказывает ему услугу.
Завтра парня заберут из Ностромо. Старейшины выплатят те двадцать золотых, что Скабре должен гарнизону. И всё. Прощай, жизнь добровольца ополчения!
Брандей сейчас пойдёт в Аукционный Дом, где заберёт деньги, «Пилюли Исцеления Энергоканалов», талисманы. Всё это станет «маленькой компенсацией» за то, что алхимик помог Скабре найти дорогу в лучшую жизнь.
Наконец, портной вынес полностью готовый деловой костюм. На часах — два часа дня. Надев нормальную одежду, Брандей почувствовал, как к нему потихоньку возвращается ощущение прежней жизни. Походка незаметно стала расслабленнее, взгляд — наглее.
Ровно в два часа Брандей пришёл в Аукционный Дом и потребовал отдать ему товары, которые ОН просил в оплату за размещённые лоты.
— Да, конечно…
Девица оказалась той же, что и четыре дня назад. Заметив, что Маркуса рядом нет, она вдруг спросила:
— А где же ваш ученик? Я думала, вы ему поручили забрать все полученные лоты.
— Работает, — Брандей недовольно фыркнул и протянул свой жетон-идентификатор.
Получив удостоверение, работники Аукциона сразу засуетились. Сначала принесли сорок, а не двадцать «Талисманов Стабилизации Энергоканалов». Секта Голубого Неба расщедрилась во время торгов. Ведущий аукциона выбрал их как покупателя товара.
Целых три «Пилюли Исцеления Энергоканалов» удалось получить от секты Огнецвета. Им кровь из носу не хватало препаратов для очищения Ядра. А Скабре… Точнее, «Брандей и его ученик» смогли предоставить старейшинам товар «идеального» качества.
За оставшиеся лоты удалось выручить много золота и кристаллов духовной энергии. Трясущимися руками Брандей сгрёб всё это в пространственную сумку и расплылся в улыбке. В глазах алхимика читалась алчность. Даже будучи гением по прозвищу «Восходящая Звезда», он ни разу в жизни не держал в руках таких богатств!
Направляясь к выходу из Аукционного Дома, алхимик стал нервно оглядываться по сторонам. Скабре мог заявиться сюда в любую минуту.
Сзади вдруг раздался крик сотрудницы рецепции.
— Стойте, господин!
От накатившего страха Брандей сжался и резко рванул к двери. Девица сзади продолжала что-то кричать.
Вылетев из Аукционного Дома, алхимик заозирался по сторонам. Всюду бежали люди. Кто-то кричал. По приграничному городку разносились мощные волны духовной энергии.
Вшух!
Толпу горожан рассекло, залив кровью всю площадь перед Аукционным Домом.
— Орки! — алхимик увидел зеленокожего бугая, бегущего прямо на него. — Откуда, чёрт возьми, здесь взялись орки⁈
Испуганно сглотнув, Брандей попятился к двери… Не успел. Последним, что алхимик увидел в своей жизни, оказалось силовое лезвие из духовных частиц.
Разрубленное пополам тело ввалилось внутрь вспыхнувшего щита формации. Аукционный Дом города Ностромо перешёл на осадное положение.
Из-за дверей аккуратно выглянул охранник. Тот самый адепт восьмого уровня Очищения [1–8].
— О небо! Чуть-чуть не успел, — тихо ругнувшись, боец схватил остатки тела клиента и втащил их внутрь. — Начальство точно ругаться будет. Опять премии лишат
Сфера Восприятия показала, что талисман телепортации, выданный Вальцем, перенёс меня в наглухо запертую комнатушку. Стены обшиты листами металла толщиной десять сантиметров. Причём не из стали, а из сверхпрочного метеоритного железа.
Едва заметный гул в Духовном Море давил на сознание. Из-за него моё Духовное Чутьё сбоит. Аура не желала подчиняться, но пассивный режим Сферы Восприятия всё ещё работает.
Буквально за минуту я сумел просканировать все ближайшие помещения. Затем «Мохреш» соотнёс данные, взятые из Визуального Буфера, с картой города.
Место мне знакомое. Я проходил рядом пару раз, но до нижних этажей сканирование не добивало. Комнатка, куда меня перенесло, служила своего рода тамбуром. Одна бронированная дверь вела в коридор подвала, где находились камеры с заключёнными. Проход охраняли два мордоворота на пике стадии Очищения [1–9].
Картина событий начала проясняться. Видимо, в тамбур-ловушку Вальц переносит тех, кого надо задержать, а потом сразу тащит на допросы. Зачем везти преступника через весь город? У адептов полно козырей, способных помочь им сбежать. Лучше сразу сюда переправлять.
Сфера Восприятия подсветила в стенах энергоканалы элементов управления. Нащупав кнопку внутри допросной, я нажал на неё.
Крц!
Тяжеленная металлическая дверь открылась, давая мне войти внутрь комнаты. Ну что сказать… Хренов Вальц оказался тем ещё извращенцем. У него тут две дыбы, два стула с оковами, два разделочных стола для пыток… И ещё куча всяких мест, от которых пахнет свежей кровью.
В соседних камерах сидят люди, жившие в том самом здании с подземным тоннелем. Видимо, это сторонники Секты Скреббы.
Бум!
Земля под ногами задрожала ещё сильнее. Снаружи вовсю шёл бой гарнизона Ностромо против орков.
Не трогая пыточных инструментов, я прошёлся вдоль стен, ощупывая их Сферой Восприятия. За пределами тамбура-ловушки Духовное Чутьё стало работать как обычно.
За шипастым саркофагом и стеной за ним находилась большая полость. Остановившись, я направил туда сканирующую волну.
Взз…
За полуметровой каменной кладкой начинался аккуратный тоннель. Он шёл на север, в сторону крепости Лорда. Это явно не стандартный путь, а тайный чёрный ход. Никаких замочных скважин или нажимных плит. Скорее всего, проход открывается каким-то артефактом.
Используя вторичный Телекинез, я нажал на рычаг, находящийся по ту сторону преграды.
Крц.
Кусок стены отполз вглубь тоннеля и там ушёл вбок в заготовленную нишу.
Пройдя по тайному проходу, заметил справа шкафы. Внутри хранились наборы одежды, гасящей ауру. Костюм стражника, торговца и даже весьма тучной ночной бабочки. Три десятка полностью готовых комплектов.
На эту мысль указывало то, что размеры у всех комплектов одинаковые. Женские наряды — и те великоваты.
Тоннель выходил в стекольную лавку и оживлённый переулок. По нему сейчас то и дело пробегали люди. Пришлось подождать.
Ненадолго вернувшись в допросную, я огляделся. Нельзя отсюда так просто взять и уйти. Надо проучить Вальца! В идеале — сделать так, чтобы дознавателю стало не до меня.
Минуту спустя на ум пришла идея. Причём такая, которую можно провернуть только здесь и сейчас.
Проспав положенное время, я уходил из дома второпях. Потому в пространственной сумке собралось много того, чего в ней никак не должно находиться.
Достав из сумки первый труп наёмника клана Оуш, я усадил его в кресло для допросов. Затем аккуратно зафиксировал наручниками. Потом проделал то же самое с тремя другими. Они ещё свежие. Всё же померли только этой ночью. Всю действительно ценную экипировку я с них давно снял.
Пока раскладывал трупы по местам, заметил, как в Сфере Восприятия наметилось движение. В коридор с камерами для заключённых сверху спустился стражник. Два амбала-охранника продолжали торчать на своих постах.
Пришедший к ним стражник рявкнул. Чтение по губам «Мохреша» с трудом смогло разобрать слова:
— Все наверх! От стены к центру города идут основные силы орков. Здание корпуса вот-вот атакуют. Капитан Моралле приказал делать баррикады на соседних улицах, чтобы твари пошли прямо на нас.
Парочка амбалов-охранников переглянулись. Один из них буркнул:
— У нас приказ.
— Вы, придурки, работаете на город, а не на Вальца. Так что оба марш наверх!
Амбалы нехотя пошли к лестнице. Видя это, я довольно потёр руки.
— Вот и валите отсюда! Не мешайте хорошим людям работать.
Вскоре амбалы покинули подвал. Я тихо открыл дверь, ведущую из тамбура-ловушки в коридор. Затем направился к камерам, где держали пособников Секты Скреббы. Народ сразу засуетился. Через окошки в дверях они слышали слова стражника. Да и сложно не заметить, как земля под ногами дрожит.
— А ну, все тихо! — рыкнул я. — Сейчас я вас всех выпущу и вытащу наружу.
С этими словами я стал открывать двери камер, используя Телекинез вместо ключа. Механизм довольно сложный. Замок и вовсе артефактный. Однако если знать, куда надавить, то всё получалось довольно просто.
Раз, два, три…
Через пару минут в коридоре собралось пятнадцать человек. Среди них выделялась крупная низкорослая дамочка, владеющая той самой прачечной, под которой начинался тоннель Скреббы.
— Мадам Мо, — киваю даме.
— Ты ещё кто? — рыкнула она недовольно.
— Я тот, кого сделали крайним из-за вашей поимки. Меня зовут Маркус Скабре, ополченец-новичок.
— Крайним? — дамочка пустила в мою сторону слабенькую сканирующую волну. — Да ты ж нулёвка! Даже не первого уровня.
— Вот! — показываю пальцем вверх. — А теперь представьте, что МЕНЯ привели в крепость и сказали при представителях кланов: «Спасибо, что помог нам поймать сторонников Секты Скреббы». Потом талисманом телепортации закинули в комнату для допросов. Сами знаете, чем там всё заканчивается. Дознаватель решил все концы в воду опустить.
Народ сразу притих, однако недоверие ко мне только усилилось.
— Да в Бездну ваше недоверие! — ругнулся я. — Если хотите помереть, то можете оставаться здесь. Или поднимитесь наверх и сдайтесь страже. На город напали орки! Пока там идёт бой, у нас появился уникальный шанс выбраться отсюда.
С этими словами я задрал рукав и снял слой бинтов, показав свою изрезанную руку. Показываю шрамы мадам Мо.
— Мне надо говорить, откуда у меня эти порезы?
Народ переглянулся. Кто-то буркнул:
— Свежие. Меньше суток.
Мадам кивнула:
— Нулёвку пытали, как и нас… Возможно… А может, он дурит нас всех! У секты полно врагов в Ностромо.
Открыв почти все камеры, я остановился у двух последних. Там содержали девицу-убийцу и здоровяка, скупавшего адептов-новичков.
— Их нельзя, — сказал я мадам.
— Почему? — набычилась она.
— Как вас поймали? — задал я риторический вопрос. Потом сам объяснил, указав на запертые камеры: — За этой парочкой следили. У Вальца есть что-то вроде особой техники для слежки. Куда бы ни пошла девица и её любовник, их найдут. К тому же они оба неходячие, так что…
Я покачал головой:
— Спасти вас я ещё могу, а за них браться не буду.
Про себя уже добавил:
[На этой парочке столько грехов, что меток ставить негде. За их поимку Небо на зарядку Уробороса отсыпало столько кармы, что хватит на двадцать банд. Так что спасать их я не буду ни в коем случае. Мне и этих пятнадцати бедолаг хватит с головой.]
— Идём, — произнёс я и пошёл в сторону допросной.
Однако в паре метров от двери, ведущей в тамбур-ловушку, народ встал как вкопанный.
— О Небо! Да нет там никого, — я закатил глаза. — Сами гляньте. В стене есть тайный проход, через который Вальц собирался сбежать в случае проблем. Мы сейчас им воспользуемся, пока снаружи орки и страже не до нас.
— Ты много знаешь, парень! — мадам Мо глянула на меня с недоверием. — Ещё и камеры без ключа открыл. А он есть только у той парочки амбалов.
Порывшись в своей сумке, я достал пару кинжалов и кинул их дамочке.
— Держите. Если что, можете меня убить. У вас шестой уровень, а у меня нулевой. Думаю, справитесь. Пойдёмте уже. Охранники могут вернуться в любой момент.
С некоторой опаской мадам всё же шагнула за мной. За ней пошли и оставшиеся четырнадцать сторонников Секты Скреббы.
Зайдя в допросную, они снова встали как вкопанные.
— Это ещё что? — произнёс один из заключённых, указывая на трупы.
У меня в голове зародилась хитрая мысль:
— Элита клана Оуш. Кто-то из них — адепт-сканер, помогавший Вальцу следить за вами поочерёдно. Они же смогли проследить ваш тайный подземный путь вплоть до той деревушки, что к северу от города.
На лице мадам Мо так и читалось: «Ты слишком много знаешь».
Тут я уже вскинул руки:
— Да, я слишком много знаю! Поэтому оказался в допросной Вальца. Хватит уже. Если хотите сказать мне спасибо… Хм?.. Например, можете использовать инструменты в этой комнате на членах клана Оуш. Будем считать, что мы квиты. С недавних пор я выходцев из квартала знати на дух не переношу.
Один из заключённых часто задышал и, не выдержав, схватился за молоток с полки.
— Чёртовы аристократы!
Мужик вбил инструмент по самую рукоять в тело трупа. Тут дальше началась какая-то цепная реакция. Вымещая злость за пережитые пытки, народ стал месить членов клана Оуш всем, что есть.
Я же зевнул в очередной раз от недосыпа.
— ХВАТИТ! — рыкнула мадам, видя, как один из её подчинённых облил трупы водой. — Наша задача — выжить во имя Секты. Маркус, куда нам дальше идти?
— Вон в тот коридор. Я пойду с вами. — Вспомнив о важном нюансе, я щёлкнул пальцами: — Кстати! Тоннель, ведущий от прачечной к деревеньке за северной стеной, обвалился в трёх местах. Однако в местах завалов можно проползти. Сейчас это ваш единственный надёжный способ покинуть Ностромо. Крепость Валентайна наверняка переведут на осадное положение.
Очередной недовольный зырк мадам в мою сторону.
— Да говорю же! — стучу пальцем по виску. — Я знаю слишком много. Меня… Эмм… Сделали курьером для передачи сообщений от Вальца членам клана Оуш… Потом сделали козлом отпущения, чтобы втихую здесь убить. Если бы не нападение орков… Ай, да чёрт с вами!
— Теперь верю, — мадам нехотя кивнула. — Ты совсем зелёный новичок и ни черта не знаешь о нравах Поднебесья. В руках аристократов ты всё равно что разменная монета, которую не жалко выбросить. Это в духе Лордов. Что нынешнего, что прошлого… Кланы сменяют друг друга, в Гильдии старики сменяют других стариков. Все они одинаковые, и только Секты вечны!
Мадам Мо сказала одно, а её мимика — другое. Она мне до сих пор не доверяет. Я в очередной раз вздохнул.
— Знаете… Мне наплевать, верите вы мне или нет. Я помог вам выбраться из камер. Показал тайный путь наружу, — указываю на шкафы, стоящие в тоннеле. — Тут есть одежда, которая поможет скрыть вашу ауру. Давайте закончим начатое и свалим уже отсюда. Потом каждый пойдёт своей дорогой.
Народ продолжал медлить, стоя в пыточной. Мадам Мо всё никак не могла определиться. Подойдя к шкафу, я взял одежду стражника и стал натягивать на себя. Выбор неслучаен. Идущий в комплекте шлем полностью скрывает моё лицо.
Когда я в таком виде появился в допросной, меня не узнали.
— Да чего вы телитесь? Марш переодеваться!
— Ты! — буркнул мужик, первым накинувшийся на труп Оуш. — Реально ты… Ауры вообще не чувствую. Говоришь, там есть ещё такая одежда?
Именно он первым бросился в тайный коридор. Вслед за ним потянулись другие. Народ перестал слушать увещевания мадам Мо, отчего она полностью утратила контроль над ситуацией.
Из-за этого мелкого инцидента мне в очередной раз достался её недовольный взгляд.
— Один грёбаный раз в жизни, — поднимаю указательный палец, — поверьте, что вам повезло нарваться на нормального человека, который хочет вам помочь. Я здесь всего месяц и уже хлебнул «добра» от всех, кого только можно. От гильдий, от кланов, от грёбаного помощника Валентайна. Не хватало мне ещё и Секту Скреббы записать во враги. Теперь верите?
Последние слова я уже буквально выкрикнул.
— Верю! — это слово мадам Мо будто плюнула.
В этот раз я ощутил, что она реально поверила в услышанное. Тем временем бывшие заключённые торопливо переодевались. Все они понимали: времени осталось совсем чуть-чуть.
Я на всякий случай сбегал в допросную и прикрыл дверь, ведущую в коридор. Если надавить, она откроется. Главное, что нас теперь снаружи быстро не засекут.
Народ тем временем полностью собрался. Обойдя их, я опять метнулся в дальний конец тайного прохода и там нажал на пару потайных кнопок.
Созданная карта подсказала, что тоннель выходил в опустевшую лавку стекольщика. В мирах Пограничной Зоны это место назвали бы иначе, но такое название красовалось сейчас на вывеске.
На полках и прилавке стояли бутылки, банки и прочая тварь из разноцветного стекла. Хрустальная сова с табличкой «знаток Вальдемар Друзь’Дь» занимала почти половину витрины.
Снаружи за витринами пробежала очередная группа людей. Судя по одежде — это частная охрана из квартала гильдий. Их бойцы выдвинулись на передовую. Аналогичные компании стягивались к зданию корпуса стражи со всего района. Где-то слева от нас, в метрах ста, сейчас спешно собиралась баррикада.
— Чего мы ждём? — буркнула мадам, держа в руках два кинжала.
— Рано.
Снаружи пробежала ещё одна группа людей. В этот раз гражданские в сопровождении пары адептов двигались в сторону крепости. Видимо, задержались, собирая свои пожитки.
Выйдя на улицу первым, я указал мадам Мо на дорогу, ведущую на восток.
— Вам туда. Все основные дороги перекрыты стражей. Они выигрывают время для эвакуации гражданских. Идите по параллельной дороге до рынка и там поворачивайте к прачечной. Проход в вашем подвале до сих пор открыт. Через него вы сможете покинуть город.
— А ты? — зыркнула на меня мадам.
— Попытаюсь выкрутиться, — я постучал по шлему стражника, одетому на мою голову. — Если Небо позволит, мы ещё свидимся.
Покопавшись в кармане, я достал почти сотню золотых.
Мадам взвесила в руках четыре увесистых мешочка с золотом и зыркнула на меня:
— До этого момента я считала, что милость Неба покинула меня. Нас сначала арестовали люди Вальца. Потом пытали почти два дня, а теперь заявляешься ты и пытаешься помочь. С чего вдруг такая щедрость?
— У нас общие враги, — я протянул мадам руку. — Как минимум одна изворотливая змеюка по фамилии Вальц. Может так случиться, что, упустив вас, он, боясь мести, подожмёт хвост и свалит. Тогда жизнь в Ностромо станет лучше.
Мадам нехотя пожала руку.
— Храни тебя Небо, Скабре! Если выживу, расскажу членам Секты, как именно ты нам помог. Про клан Оуш тоже расскажу.
Я невольно встрепенулся, ощутив сразу несколько групп, движущихся в нашу сторону. Всё же от стекольной лавки до здания корпуса стражи всего пара домов. Частная охрана, личная армия кланов, наёмники, ополченцы и члены гарнизона продолжают стягиваться к этому месту.
— Уходите прямо сейчас, — указываю на восток. — Скоро появится группа ополченцев. Попробую их отвлечь.
Сказав это, я рванул к перекрёстку на западе. Очередная группа, подсвеченная «Мохрешем», сильно отличалась от других. Пару дней назад, сканируя квартал аристократов, я запомнил всех замеченных там членов клана Оуш. Потом специально под них создал папку и автоматическое предупреждение, «если кто-то из них появится рядом со мной».
Пока я передавал Мо деньги, у меня появилось одно такое сообщение. Это дало понять, что приближается группа бойцов от клана Оуш.
Выскочив из-за перекрёстка, я нос к носу столкнулся с дюжиной людей в доспехах. Пара адептов-бойцов сопровождала одиннадцать солдат из числа простых смертных.
— Стоять! — рыкнул я, поднимая руку. Расчёт шёл на мою одежду стражника и глухой шлем, скрывающий лицо. — Вы ведь из клана Оуш?
— Откуда же ещё⁈ — ответил мне адепт седьмого уровня с золотыми зубами. — Ты же из пешек Моралле⁈ Должен знать, что в случае нападения на Ностромо клан Оуш прикрывает этот узел обороны.
Качнув головой, указываю за угол.
— Разговор есть. Я знаю, откуда вы. Поэтому и ждал тут.
— Парень! Времени нет. Нас твой капитан с потрохами съест, если мы задержимся ещё немного.
— Речь о делах ВАШЕГО клана. Могу уйти, и всем вам тогда станет худо.
Адепты переглянулись и нехотя пошли со мной за угол.
— У тебя минута. Моралле и так нас вызвал чёрт знает когда.
— Старики из вашего клана неплохо мне доплачивают, — указываю на стекольную лавку. — Там за стеллажами есть тайный проход в здание корпуса стражи. Ночью четверых ваших из клана Оуш привезли в камеру для допросов. Кристоф Вальц с ними возился до самого утра. Одного звали Вайсардо, а другого, кажется, Камарини⁈ Двое других находились уже без сознания. Их в таком виде привезли, что краше в гроб кладут. Мол, они оказали сопротивление при задержании. Мне потом пришлось всю лестницу от крови оттирать…
Адепты переглянулись. Как минимум одно из имён им показалось знакомым.
— … Так вот! Их в камере для допроса продержали до самого утра… Сейчас в тюремном блоке никого нет. Я покажу, как их забрать, пока никто не видит.
— Странно всё это, — один из бойцов Оуш нахмурился. — Камарини сказал, что они должны были пойти на юг города.
— Значит, их где-то там и повязали, — буркнул золотозубый и повернулся ко мне. — Куда идти?
Ведя бойцов Оуш к тайному проходу, я мысленно себе поаплодировал: «Не зря я ночью послушал рассказ Номер Семь. Подсказки от духов неожиданно пригодились».
Указав на тайный лаз в полу, я пояснил:
— Отсюда до допросной по прямой пятьдесят метров. Вальц хотел его использовать для личной эвакуации.
— Жди здесь, — буркнул золотозубый и нырнул в проход.
Его коллега остался со мной ждать снаружи. Он зыркал на меня, принюхивался, сканировал, пытаясь определить уровень, но явно ничего не понял. Одежда хорошо экранировала ауру, а шлем скрывал лицо.
Вскоре вернулся золотозубый:
— Их там… того. Прямо на дыбе и столе для пыток. — Тряхнув головой, он обратился к коллеге: — Зови наших. Заберём тела, пока стража занята.
Пока напарник бегал звать своих, золотозубый открыл своё пространственное кольцо и кинул мне мешочек с парой сотен золотых.
— Оуш всегда платит по счетам. Тебя как звать?
— Никак. — Убираю деньги в карман. — Вы же знаете правила в таких делах? Никто ничего не видел, имён не называл. К примеру, я уже не помню, что встретил вас на улице.
Отсалютовав бойцам Оуш, я покинул стекольную лавку. Затем, обогнув весь квартал по кругу, остановился у баррикады, ведущей на площадь перед зданием корпуса стражи. Рядом пробежали горожане, таща в руках тюки и сумки со своим добром. Земля под ногами дрожала. Где-то у южной стены шла битва сразу нескольких адептов стадии Золотого Ядра [3+]. Поднявшийся из-под земли купол силовой защиты защищал город от полного разрушения.
Дав бойцам Оуш утащить тела наёмников из допросной, я перемахнул через баррикаду. Затем, оглядевшись, побежал к зданию корпуса стражи.
На площади защитники выстроились в три линии. В первый ряд, у шипов, поставили копейщиков и мечников. Туда же отправили адептов, специализирующихся на ближнем бое. Затем лучников, арбалетчиков и адептов-стрелков. В третьем ряду поставили баллисты. Их разместили на наспех возведённых каменных постаментах.
На площади собрались члены гарнизона, стража Ностромо, бойцы кланов, ополчение и много кто ещё.
Я сразу понял, кто из присутствующих капитан Моралле. Здоровенный усатый дядька без жалости орал на всех представителей стражи Ностромо. Он довольно ловко разбивал их на группы, не смешивая с представителями других защитников города.
Минуя испепеляющий взгляд капитана, я рванул к входу в здание корпуса стражи. У дверей дежурила пара амбалов, раньше охранявшая коридор в подвале.
К ним я и подбежал:
— Т-там это! — имитируя заику, указываю на соседнее здание. — Т-тайный люк в ст-текольной лавке. С-сейчас адепты к-клана Оуш кого-то выводят из допросной!
— Чего мелешь? Ты вообще кто такой? — буркнул один из амбалов. — Какой ещё клан Оуш? Какая стекольная лавка?
— Г-говорю же! Там т-тайный лаз г-господина Вальца. Оуш п-помогают сбежать сторонникам С-секты Скреббы! Ч-через него.
— ЧТО-О-О?
Оба адепта взъярились и рванули в здание корпуса стражи, покинув свои посты. Капитан Моралле, заметив это, заорал так, что у меня уши заложило.
Пока не поздно, я сам побежал вокруг здания. Сзади Моралле продолжал что-то орать. Оно и понятно. Я ведь сам одет в костюм стражника.
Найдя укромное местечко, снимаю с себя всю лишнюю одежду. Пора снова стать Маркусом Скабре.
Из ловушки сбежал. Чек!
Подарил свободу сторонникам Скреббы, чтобы они стали костью в горле Вальца. Заодно подставил клан Оуш. Чек!
Заработал на членах клана Оуш, попутно стравив их с Вальцем. Чек!
Повторно подставил членов клана Оуш, указав на них корпусу стражи. Чек!
И как вишенка на торте… Заряд Уробороса скакнул до ста пятидесяти семи процентов. Не знаю, как талант теперь сработает, но факт налицо — целую серию «добрых поступков» Небо зачло за хорошую карму.
Перемахнув второй раз через ту же самую баррикаду, я снова вышел на площадь. Здесь вот-вот появятся орки, а значит, на сцену пора выйти Маркусу Скабре — ополченцу с медным жетоном. Здесь как раз появился капитан Густаво, отвечающий за этот тип войск в Ностромо.
Идя к нему, я никак не мог отделаться от чувства дежавю. Продать воздух одним врагам, заработать на других, затем подставить их обоих и выйти в жирный плюс.
Во время работы на Прошку и гнома Глыбу я неоднократно слышал про капитана Густаво по прозвищу «Гусар». Адепт девятого уровня Очищения давно перерос службу в ополчении, но не желал переходить в штат гарнизона Ностромо. Вместо этого усатый, поджарый мужик взялся за обучение ветеранов ополчения, формируя из них сплочённую команду. Если кто-то из ветеранов погибает за южной стеной, они всегда могут дать объявление о поиске нового члена группы в трактире Густаво.
Сейчас Гусар командовал ополченцами, каким-то чудом оказавшимися в центре города, а не у южной стены. Показав Густаво свой медный жетон, я сразу получил в ответ взгляд, полный недоверия.
— Маркус Скабре, недавнее пополнение.
— Не видел тебя раньше, — Густаво продолжил буравить меня взглядом. — В моём трактире о тебе точно никто не говорил. У меня абсолютная память на имена.
— Адепт без Ядра, появился в начале января…
Густаво усмехнулся и тут же рявкнул командирским голосом на бойцов неподалёку:
— Куда вы, придурки, с луками лезете в первый ряд! Марш во вторую линию. Вы сейчас часть ополчения, а не самостоятельная группа на охоте за стеной…
Гусар повернулся ко мне и спокойным тоном продолжил:
— … Не стану спрашивать, откуда у новичка пространственное кольцо и сумка. Всё просто, Скабре. Мне не нужны тёмные лошадки в первых рядах. Есть Ядро или жетон, неважно. Встань на крайний левый фланг в первом ряду. Если кто-то ещё подойдёт, сдвинься дальше и снова займи крайнюю позицию.
— Сэр, я стрелок. Правда, лук и стрелы дома забыл. У вас не найдётся?
Густаво хлопнул ладонью по одной из сумок на своём поясе и вытащил оттуда слабенький короткий лук.
— Сэр, — морщась, смотрю на это убожество. — Мне в орков стрелять или на кроликов охотиться? Может, у вас найдётся лук для адептов? У меня закалка третьего уровня.
— Тебе ауры и запаса частиц не хватит.
— Хватит, хватит! — я похлопал по своей сумке. — Я меньше чем за месяц пробился в ветераны ополчения. Поверьте, мне есть чем орков удивить.
Капитан взглянул на меня по-новому. Затем, кивнув каким-то своим мыслям, Гусар достал из личной сумки лук, сделанный из двух длинных рогов:
— Держи. Это Лунострел, серийный лук одного умельца из ополчения. Оружие рассчитано на адептов шестого уровня Очищения и выше [1−6+]. Если сможешь сделать хотя бы пару усиленных выстрелов, считай, что я поверил в бред про жетон и отсутствие Ядра…
Гусар вдруг мрачно глянул на меня.
— … Ты же умеешь вливать ауру в стрелы?
— Умею. Главное, чтобы сам Лунострел выдержал нагрузку.
Густаво достал из другой сумки колчан артефактных стрел и протянул мне. Я же, не торопясь брать его в руки, проверил, как натягивается лук. Тетива в порядке. Рога с тихим гудением выгибаются, стоит влить в них ауру. Получается двойное усиление — самого оружия и снаряда.
Видя, с какой лёгкостью я орудую луком для адептов шестого уровня, Гусар нахмурился и снова хлопнул по сумке. В руке Густаво появился второй колчан для стрел.
— Спасибо. — Перекидываю оба колчана через шею.
— У меня что-то типа чутья, Скабре. — Хмурясь, капитан оглянулся, проверяя, не слышат ли нас посторонние. — Я так долго продержался в ополчении Ностромо, потому что умею сразу оценивать потенциал людей. Твой, мягко говоря, странный. От ноля до десятки скачет, как Небо на душу положит. Может, у тебя Лунострел в руках взорвётся, а может, ты кого-то из орков успеешь положить… Я не просто так отдаю тебе стрелы. Они у меня все под запись. Считай это моим личным вложением в то, чтобы мы оба смогли пережить эту битву. Шансы у нас не очень велики. Пока командир узла защиты не даст добро, нас барьер второй формации не пропустит. Лорду важнее защитить город, чем бойцов, которые тут собрались.
— Я тоже делаю ставку на вас, капитан. — Шёпотом добавляю: — Приберегите для меня артефактные стрелы.
Бум!
На площадь перед корпусом Стражи вели три прохода. До левого и правого примерно по восемьдесят метров. До центрального — около ста двадцати. Сейчас через него, пробив баррикады, попёрли орки.
Клыкастые зеленокожие монстры выглядели ровно так, как их описывал Глыба. В ближнем бою у обычного человека против них нет ни единого шанса выжить. Развитая мускулатура, широкие прочные кости, рост от двух до двух с половиной метров. Взрослый орк порвёт человека-адепта пятого уровня в ближнем бою одной только грубой физической силой.
Один такой орк-командир как раз остановился у выхода на площадь. Короткими звериными рыками в духе чви-чве-чва он сдерживал других орков, не давая им высунуться под стрелы.
Я оценил дистанцию. В проходе собралось уже двадцать голов орков. Подняв лук повыше, вношу поправку на ветер.
Вшух!
Стрела, заряженная Усиленным Ударом, со свистом пересекла всю площадь и пробила голову командира орков.
В тот же миг бойцы на нашей передовой заорали:
— Да-а-а-а!
Телекинезом подхватив ещё три стрелы, я стал выпускать их одну за другой. Без командира орки снова превратились в плохо управляемую толпу.
Шух, шух, шух.
Тетива Лунострела тихо гудела после каждого выстрела. Через Духовное Чутьё я ощутил, что основа лука из рогов начала ветшать.
Ещё три стрелы, и три попадания. Когда речь доходит до луков или метательного оружия, я редко промахиваюсь.
Шух-шух…
Не обращая внимания на потери, орки бросились в атаку. Броня из толстых шкур, листов металла и досок не спасала от стрел, заряженных аурой.
Шух-шух-шух…
Рука потянулась за стрелой, нащупав пустоту вместо оперения. Пришлось на ходу перенастраивать Телекинез, чтобы тот подавал стрелы из второго колчана, выданного Гусаром.
БАБАХ!
По площади пронеслась ударная волна, заряженная духовными частицами. Крыши ближайших домов снесло. С неба посыпался дождь из черепицы. Прикрывшись вторичным Телекинезом, я продолжил стрелять по оркам. Монстры, впав в боевой раж, бежали, не считаясь с потерями. Мои выстрелы здорово проредили их ряды.
БАБАХ!
Ещё один удар от адепта Золотого Ядра [3+], прилетевший издалека, снёс одно из ближайших зданий.
Бряк.
Рядом со мной на землю упало ещё три колчана артефактных стрел. Пока солдаты прикрывали головы от дождя из обломков, ко мне подошёл Гусар.
— Скабре! Если выживем, напомни мне потом сказать, насколько ты дьявольски хорош! — Капитан быстро оглядел поле боя. — Расклад такой… До нас стали доставать ударные волны от места битвы обладателей Золотого Ядра. Значит, первый уровень обороны вот-вот будет пробит. В защитной формации закончилась энергия. Сейчас Лорд, представители Сект и главы кланов сдерживают самых сильных орков. А вот их пехота прёт на нас.
Оправив ещё одну стрелу в полёт, я задал давно назревший вопрос:
— Как монстры незаметно подошли к Ностромо? Я видел за южной стеной сигнальную формацию. Плюс куча ополченцев каждый день выходит на охоту. А тут целая армия вдруг взялась из ниоткуда.
Поглядывая одним глазом на поле боя, Густаво фыркнул:
— Это рейдовая группа, а не армия орков. Их задача — награбить и свалить. Будь здесь армия клыкастых, оборону Ностромо смяли бы максимум за час. Если у орков среди сильнейших адептов будет много потерь, они быстро отступят. Если нет, то вытащат из города всё мало-мальски ценное и потом свалят до прихода подкрепления от Сект и Империи. Что же до вопроса «как незаметно подошли»? Ну-у-у, парень… Есть способы. Думаю, клыкастикам в этот раз кто-то сильно помог…
Хлопнув меня по плечу, Гусар указал на запад.
— Оставь недобитков на пехоту и переключайся на левый фланг. Наш адепт-сканер говорит, что сейчас там сломают баррикаду. Кстати, как там твой запас частиц?
— Нормально. Я съел горсть «Пилюль Восполнения» перед боем.
— Да ты псих, Скабре! — Гусар аж глаза вытаращил от удивления. — Ты же через час помрёшь от токсинов…
— Или от орков.
Где-то рядом заорал раненый ополченец. Капитан собрался мне ответить, но вместо этого побежал к подранку.
— Выживи. Тогда и поговорим.
Густаво вернулся к управлению ополченцами. На деле я не применял никаких пилюль. Вместо этого я раскрутил слабую версию Защитной Сферы, поглощая через неё духовные частицы со всей округи. Пока притока энергии хватает на то, чтобы делать Усиленные Выстрелы без остановки.
Шух-шух-шух…
Я начал выцеливать орков на левом фланге. Там и впрямь какой-то орк-здоровяк таранным ударом снёс баррикаду. Краснокожий, весь в татуировках! Вот он повернулся к своим и что-то рыкнул…
Шух!
Стрела, заряженная Усиленным Ударом, пронзила его сердце. Секунды спустя досталось и смельчаку, который первым рванул сквозь пролом в баррикаде.
Шух-шух…
Ещё до появления «Мохреша» я хорошо стрелял. Теперь, став адептом с развитым Духовным Чутьём, это умение вышло на совершенно новый уровень.
Шух-шух…
Телекинез достал последние стрелы из четвёртого колчана. Видя, с какой ужасающей результативностью я орудую луком, на меня стали поглядывать солдаты из гарнизона и ополченцы.
Ко мне вдруг подбежал раненый солдат и молча бросил на землю ещё два колчана артефактных стрел.
— Ка-ка-капитан Моралле сказал: «Это последние та-та-такие стрелы». — Мужика трясло от страха и кровопотери. — Д-д-другие уже раздали бойцам. О-о-остались только арбалетные болты и дротики.
— Дротики неси.
Хрясь!
Лунострел сломался прямо в моих руках. Раненый солдат удивил, выдав сразу новый — один в один предыдущий лук.
— … Пэ-пэ-просили передать за-за-замену заранее. Я па-па-пабегу. С-с-страшно тут стоять.
Последние слова раненый солдат произносил, уже убегая.
Бабах!
Очередная атака от обладателя Золотого Ядра [3+] прошла чуть выше уровня второго этажа, снеся крыши всех ближайших зданий. Огромные куски домов подпрыгнули и, чуть сместившись, стали падать, вызывая обрушения.
Бабах!
Ещё одна атака Золотого Ядра перекроила площадь пополам и с грохотом взорвалась где-то позади. Прямо за зданием корпуса Стражи вспыхнула вторая защитная формация.
Продолжая орудовать луком, я добавил в имплант настройку «предупреждать о сильных атаках, направленных в мою сторону».
Бабах!
Баррикады теперь уже и на правом фланге прорвали. Оттуда вылетел заместитель Обенель, сражающийся сразу с тремя противниками. Двое орков на пике стадии Очищения [1–9] пытались пробить брешь в защите старика. Третий орк находился на стадии Заложения Основ [2+]. Орудуя массивным двуручным мечом, он давил на заместителя Лорда мощными ударами, не давая тому и доли секунды на отдых. Обенель крутился как мог, орудуя парой сабель.
Резко переведя Лунострел в сторону заместителя, я на секунду замер. Поймать в прицел одного из орков, находящихся на пике стадии Очищения [1–9], оказалось той ещё морокой.
Один из орков нанёс Обенелю удар в спину, пока тот защищался от удара тяжёлого меча. «Доспех духа» спас старика, а хитрый клыкастик отпрыгнул назад. Во время этого манёвра он потерял точку опоры, и траектория стала предсказуемой. Я подгадал момент, нацелившись на место его приземления, и выпустил стрелу.
Дзыньк!
Артефактный снаряд с тихим звоном разлетелся о «доспех духа» орка. Адепт на секунду потерял реакцию, но Обенель не успел этим воспользоваться. Второй орк-девятка подоспел на помощь.
Перестав моргать, я сосредоточил весь свой фокус внимания на битве Обенеля. Если орки одолеют старика, все, кто сейчас находятся на площади, погибнут. Против адепта стадии Заложения Основ [2+] здесь все бессильны.
Что-то кричат стражники. Не слышу.
Мимо пролетела крыша дома. Опять ударная волна от битвы адептов Золотого Ядра?
Через Фильтр Восприятия отключаю вкус, обоняние и осязание. Голод, здравый смысл… Убираю последовательно всё то, что прямо сейчас не важно.
Бам-бам-бам!
Ударные волны из плотно сжатых духовных частиц раз за разом разносятся от Обенеля. «Доспех духа» старика держится на последнем издыхании. Моё зрение наконец начало поспевать за ходом безумной схватки.
Дзыньк, дзыньк, дзыньк!
Ещё три стрелы попали в того же орка-девятку, окончательно сбив с него защиту. Обенель в этот раз не медлил. Пропустив удар двуручником по «доспеху духа», старик резко развернулся и саблей рассёк орка-девятку пополам.
В тот же миг пара оставшихся зеленокожих накинулись на Обенеля с удвоенной силой. Орк на стадии Заложения Основ взревел. Выплеснувшаяся наружу энергия накрыла собой всю площадь, на миг парализовав защитников Ностромо.
Обенель кое-как справляется, но сил у старика оставалось немного. Выцелив второго орка-девятку, я начал выпускать стрелы одну за другой.
Дзинь!
Из-за огромной скорости движения попадал через раз. Когда колчан практически опустел, очередная стрела пробила «доспех духа» монстра. Орк-девятка мгновенно отреагировал, повернув голову ко мне.
Дзыньк!
С поистине невероятной реакцией девятка сумел прикрыться своей лапищей, обернув её защитной аурой. Стрела, заряженная Усиленным Ударом, пронзила ведущую руку монстра. Клыкастый, замешкавшись на секунду, выронил оружие и сбился с ритма.
Обенель и в этот раз не сплоховал. Скрестив сабли, старик заблокировал атаку двуручником и отступил на шаг. Там с разворота пнул в грудь девятку. Тот пробил телом стену ближайшего дома, но остался жив.
Шух-шух-шух!
Не давая подранку снова вступить в бой, я бил точно по нему. Проявляя поистине фантастическую реакцию, орк умудрился поймать все три стрелы той же самой раненой рукой. Не покрой он её плотной аурой, конечность давно бы оторвало.
Снова взвожу Лунострел в боевую позицию. Противник выбрался из руин дома и кувырком ушёл вбок. Его глаза ни на секунду не теряют меня из вида.
Взз…
Лук дрожит от напряжения. Ещё чуть-чуть, и он сломается. По поверхности основания поползли трещины.
Дзинь!
Лук издал отчётливый хруст. Стрела, заряженная Усиленным Ударом, со свистом пробила руку девятки и попала точно в глаз.
У заместителя Лорда остался только один противник.
Быдыщ!
Из руин недавно снесённого дома к Обенелю рванул второй орк на стадии Заложения Основ [2+]. Он нёсся с невообразимой скоростью, двигаясь по ломаной траектории. Старику резко стало худо. Новый противник для него оказался минимум вдвое опаснее предыдущего. Первый орк орудовал тяжёлым двуручником, а новый — полуторником и применял сверхскоростной стиль боя.
Дзыньк!
Моя стрела чудом угодила в орка-спринтера, сбив тому ритм и вынудив прервать серию движений. Монстр собирался атаковать Обенеля со спины. Старик всё это время блокировал тяжёлые удары от клыкача с двуручником.
Через Сферу Восприятия я заметил, что новый противник постоянно разбрасывает вокруг себя нечто вроде щупалец из ауры. Затем в момент рывка резко подтягивает себя к одному из них.
Дзыньк-дзыньк!
Заблокировав очередной тяжёлый удар, одна из сабель Обенеля сломалась. Старик уклонился от следующего удара, однако лезвие чиркнуло по его «доспеху духа». Сил у заместителя Лорда практически не осталось. Лицо побледнело, но он продолжал цепляться за жизнь.
Используя вторичный Телекинез, я вытащил из сумок все запасы трофейных талисманов Паралича. Семнадцать штук. Немного, но и немало для такой чудовищно сложной битвы. Сократив дистанцию до сорока метров, я начал выцеливать сверхскоростного орка.
«Мохреш» выявил у него необычный паттерн поведения. Орк разбрасывает щупальца из ауры во все стороны, но перемещается отнюдь не по случайным точкам. В смысле, половина щупалец — это обманки.
Щупальца — это траектории для будущего рывка. Плюс клыкастый наклоняется в момент перемещения. Это выдаёт направление, в котором он будет переноситься.
Дзыньк, дзыньк, дзынь, дзынь!
Четыре попадания подряд выбили орка-спринтера из колеи. Оставив Обенеля на орка-тяжеловеса, клыкастый рванул в мою сторону.
Я выставил перед собой все доступные талисманы Паралича, держа их Телекинезом. В момент, когда противник рванул ко мне, я Потоком снёс направленные ко мне щупальца из ауры. Дистанция рывка резко сократилась.
В итоге орк-спринтер появился на два метра дальше от меня, чем рассчитывал.
Бабах!
Смертельный удар его меча рассёк брусчатку, уйдя на полметра в землю. В тот же миг активированные талисманы Паралича разрядились о его «доспех духа».
Вз-вз-вз-вз…
Десять из семнадцати талисманов достигли спринтера, а от остальных он умудрился увернуться. «Доспех» до сих пор цел!
Я резко отпрыгнул в сторону, подтолкнув себя серией Импульсов. Рядом со мной тут же появились три щупальца из ауры. Неважно, по какой именно траектории орк-спринтер переместится. Судя по стойке, он собирается сделать круговой удар.
Импульс!
В последний миг буквально вжимаю себя в землю!
Вшух!
Лезвие меча пролетело над головой. Рядом раздались крики защитников Ностромо.
Бум, бум, бум!
Семь оставшихся амулетов разрядились в орка-спринтера сзади, однако «доспех духа» противника сдержал и эту серию атак.
Козырей не осталось. В ближнем бою орк на стадии Заложения Основ [2+] порвёт меня голыми руками. Вариантов для атаки и отступления тоже нет. Завершив круговое движение мечом, противник занёс оружие над головой для следующей атаки.
Действуя на одних инстинктах, я вытряхнул из сумки здоровенный ком земли, пропитанный кровью наёмников клана Оуш. Эта махина появилась прямо передо мной.
Бум!
Заряженное аурой лезвие меча прошило ком земли насквозь. Кончик лезвия рассёк мне плечо.
Дзыньк, дзыньк, дзыньк!
По орку вдруг хлестнул целый веер стрел, выпущенных другими защитниками Ностромо. Одна из них ударила мне в бедро.
— Да куда ж вы стреляете! — рыкнул я.
Орк-спринтер опять занёс меч, собираясь совершить круговую атаку. Растянувшись в длинном прыжке, я в последний миг успел коснуться ноги противника.
Вссс!
Татуировка Уробороса на руке зашипела.
Бабах!
Орк-спринтер шибанул круговой атакой. Весь правый фланг защитников Ностромо выкосило. Клыкастый резко выбросил щупальца назад, спиной отступая к Обенелю и коллеге с тяжёлым мечом.
Вот только…
На полпути орк-спринтер вдруг споткнулся пяткой о выступающий из брусчатки камень. В любой другой ситуации он бы эту мелочь даже не заметил — но сейчас, перемещаясь в спешке, клыкастый кувыркнулся по земле и со всей дури врезался головой в остатки размётанной баррикады. В тот же миг его «доспех духа» моргнул в последний раз.
Морщась от боли в раненом плече, я направил лук на орка-спринтера и выстрелил в ногу.
Хрясь!
Стрела вонзилась в колено клыкача, войдя всего на палец. Тот дёрнул щекой и зарычал воинственно. Рывком поднялся на ноги и снова поставил «доспех духа».
— Да что ж ты за неубиваемый такой! — заорал я в голос.
Орк-спринтер вдруг покачнулся и рухнул лицом вперёд. В спине у него торчал обломок сабли, брошенный Обенелем.
— РА-А-А! — старик вдруг выпустил мощную ауру раза в три плотнее, чем обычно.
Применив какую-то технику, Обенель одним ударом пробил защиту орка-тяжеловеса. Вторая атака перерубила противника пополам вместе с тремя зданиями за его спиной. Остатки баррикады смело ко всем чертям.
Расправившись с противником, Обенель вдруг мелко задрожал и стал оседать на землю. Старику не хватало сил, и его «доспех духа» схлопнулся сам собой.
Морщась от боли в раненой ноге, я бросился к заместителю Лорда и подставил плечо. Потом потащил старика к третьей линии обороны.
— Сэр, слушайте мой голос! Вам нельзя отключаться.
— С-сам знаю. Если я отключусь, мы тут все поляжем. — Постоянно кашляя, Обенель с трудом перебирал ногами. — Кхе… Крепкий мне гад попался. Четыре артефактных сабли сломал своей ковырялкой. А ты хорош, новичок! Как тебя там?
— Скабре… Маркус Скабре.
Сажаю старика на опустевший сундук со стрелами.
— Почему вы вдруг резко ослабли⁈ — прохожусь сканирующим взглядом по телу старика. — Хм? Вижу. У вас духовных частиц почти не осталось.
Обенель зашёлся в кровавом кашле.
— Кхе! — заместитель Лорда прикрыл рот рукавом одежды, чтобы защитники Ностромо не увидели, как ему плохо. — Забудь о том, что видел. «Пилюли Долголетия» мне уже почти не помогают. Максимум пара лет, и я отправлюсь на встречу с предками… Против того гада с тяжёлым мечом пришлось пустить в ход запретную технику. Я поставил всё на одну атаку… А ударить пришлось дважды. Эти подонки будто специально знали, кого и где искать. Ещё этот бегунок выскочил из ниоткуда. Если бы не ты, Скабре, меня бы уже…
— Много слов. — я бестактно прервал старика. — Берегите силы. Пилюли есть? Кристаллы? Вы же сейчас еле на ногах стоите. Ваше тело ветшает прямо на глазах.
Старик покачал головой.
— Кхе… Новик! Я шёл на дуэль моего Лорда, а не против рейдовой группы орков. Кто же знал, что Секта Скреббы пойдёт на столь подлый шаг.
Выражение лица Обенеля говорило о том, что он готов сделать свой сегодняшний день последним. Ему всё равно, где и как умереть. Главное, что он до последнего оставался верен Валентайну.
Запустив несколько сканирующих волн, я наспех проверил ближайшие кварталы. Грабя дома, орки постепенно продвигались ко второй линии обороны, находящейся сейчас за нашими спинами. Вдали продолжали свою битву обладатели Золотого Ядра [3+].
Покопавшись в сумке, я достал пять малых кристаллов духовных частиц и флакон с десятью «Пилюлями Восполнения» для адептов средних уровней Очищения [1−6+].
Видя скепсис на лице старика, я вручил ему всё это. Тот к флакону с пилюлями даже не притронулся, взяв только кристаллы.
— Потом сочтёмся, новик. Я этого не забуду.
— Пилюли тоже берите! Они идеального качества. Мне их учитель дал на самый крайний случай. Пусть вы и на стадии Заложения Основ [2+], эффект всё равно будет.
Продолжая кашлять кровью в рукав, Обенель умудрился при этом ещё и улыбнуться.
— А толку? Твои пилюли хороши только при медитации. Будь я внутри формации, запитанной духовными частицами под завязку, в них ещё имелся бы смысл. Моё Ядро раз в сто больше твоего.
Бабах!
Бабах!
Ещё две атаки адептов Золотого Ядра [3+] едва не снесли всю площадь и собравшихся на ней защитников Ностромо. Через Сферу Восприятия я видел, что максимум через минут пять до нас доберутся другие отряды орков, возглавляемые адептами Заложения Основ [2+]. Если солдаты отступят без приказа, их потом казнят за дезертирство. А если не отступят, нас всё равно сметут рейдовые войска.
Времени на раздумья почти не осталось. Заглянув в глаза старику, я подождал, пока тот поймёт всю серьёзность ситуации.
— Надеюсь, воинская честь для вас не пустой звук, мистер Обенель… Пусть то, что случится дальше, останется между нами. Если что, говорите, что пустили в ход одноразовый артефакт.
Заместитель Лорда нахмурился.
— Новик! Ты, конечно, спас мне жизнь, но…
Старик затих, видя, как вокруг нас с ним начинает на полную мощность работать моя Защитная Сфера. Крутясь всё быстрее и быстрее, она стала втягивать в себя все духовные частицы со всей разгромленной площади. Два метра, три метра, четыре метра и, наконец, пять метров.
Надо мной и Обенелем появилась видимая глазом полусфера из плотно сжатых духовных частиц.
— О Небо!
— Пилюли Восполнения, — протягиваю флакон удивлённому старику. — Повторяю, мистер Обенель! Надеюсь, слова о воинской чести для вас не пустой звук. Ради Лорда и собравшихся здесь защитников Ностромо постарайтесь прожить подольше. Взамен в бою и во время медитации я прикрою вашу спину.
Моя жизнь в Поднебесье только началась. Если Обенель погибнет, мы тут все поляжем. Пора немного раскрыть свои карты.
Обенель заметил, как вокруг него закручиваются духовные частицы. Поначалу старик решил, что рядом наспех возвели малую формацию трансформации «Сбор энергии» первого ранга. Такое вполне по силам адепту, едва достигшему шестого уровня Очищения [1–6]. Однако перед заместителем Лорда стоял адепт без Ядра и корней стихии.
Скабре демонстративно отступил за границу пятиметровой зоны, оставив внутри квази-формации только одну ногу. Обенель находился в самом её центре. Со стороны выглядело так, будто заместитель Лорда задействовал некий артефакт и создал себе область для быстрого восстановления сил.
Вертя головой по сторонам, Маркус раскрошил одну из своих пилюль и стал втирать в порез на плече. Затем парень, поморщившись, вытащил стрелу из правого бедра и незаметно вложил в рану ещё одну пилюлю. Такой метод применения препаратов для заживления считался наиболее эффективным. Особенно на поле боя.
Обенель прошёлся взглядом по границе квази-формации.
Такие секреты кому попало не раскрывают. Не окажись Обенель со Скабре в одной стремительно тонущей лодке, и парень не стал бы раскрывать свой козырь.
Обенель проглотил все десять «Пилюль Восполнения» разом. Едва пройдя по горлу, они вступили во взаимодействие с духовным телом старика.
Вззз!
Поистине взрывной эффект от препарата привёл к тому, что тело адепта стадии Заложения Основ [2−2] начало гудеть. Духовная энергия забегала по энергоканалам с удвоенной силой. Глаза старика широко раскрылись, а сознание мгновенно переключилось в режим медитации. Глубоко вздохнув, Обенель стал впитывать частицы из квази-формации.
Пять малых кристаллов в руках старика стали стремительно таять. Вытянутая из них энергия заструилась по энергоканалам и потекла к Ядру. Духовные частицы всё вливались и вливались, заставляя тело Обенеля работать на пределе сил.
Заместитель Лорда торопился, ожидая, что энергия в квази-формации вот-вот подойдёт к концу. Всё же он адепт второй стадии, и его Ядро раз в сто более ёмкое, чем у новичков, едва прибывших из Пограничной Зоны.
Прошла минута. Пять кристаллов, одолженных у Скабре, истаяли, словно лёд. Десяток проглоченных «Пилюль Восполнения» превратили тело старика в ненасытную чёрную дыру, поглощающую все доступные духовные частицы.
Тело заместителя Лорда налилось силой, мышцы вздулись. Несмотря на медитацию, Обенель дышал, как загнанная лошадь. На коже выступили токсины, скопившиеся в организме.
Обенель ощутил мощнейший приток энергии, поступающей не только через лёгкие, но и через поры кожи. Он будто варился в энергии, которой в квази-формации становилось с каждой секундой только больше.
С каждым вздохом Обенель чувствовал себя всё лучше. Те тонкие энергоканалы, которые он прежде едва ощущал, тоже пробудились и начали впитывать силу.
Не прошло и пяти минут, как Обенель ощутил нечто невероятное. Его Ядро вдруг оказалось полным. Энергия внутри него начала уплотняться. Даже находясь в формации, созданной специально для адепта стадии Заложения Основ, старик не смог бы достичь такого эффекта столь же быстро. А здесь — четыре с половиной минуты.
В голове Обенеля мелькнула идея, которую ещё год назад он счёл бы безумной. Однако сейчас орки уже в городе, а Лорд в опасности.
— Моралле! — заорал старик, подзывая капитана стражи.
Когда тот подбежал, Обенель кинул ему жетон управления второй защитной формацией Ностромо.
— На минуту деактивируй формацию и отведи за неё наших людей. Тот же приказ ополченцам, солдатам гарнизона и добровольцам от кланов и гильдий…
Лучась энергией, заместитель Лорда указал на Скабре. Тот снова взял лук в руки и завертел головой по сторонам.
— … Парнишка остаётся со мной. Пусть прикроет спину.
— Да, господин заместитель! — брякнул Моралле, мельком покосившись на Скабре. — Надеюсь, Небо тебя не оставит, парень!
Технически вторая линия обороны Ностромо делилась на три участка. За первый отвечал Обенель как правая рука Лорда. За второй участок — Кристоф Вальц, специалист по дознанию и устранению врагов маркграфства. За третий отвечал глава городской стражи.
Приказ у всех одинаковый — стоять до последнего. Логику столь жёсткого решения простым смертным не понять. На деле всё просто. Получив сильный отпор, орки отступят. Если же солдаты отойдут за вторую защитную формацию, клыкастые будут грабить город до последнего. Таковы орки и их повадки. Лорд Валентайн это прекрасно знал.
Однако сейчас ситуация на участке Обенеля радикально изменилась. Старик каким-то чудом справился с двумя орками на стадии Заложения Основ и парочкой их помощников. Не сам, конечно, а с помощью Скабре.
Буквально за минуту площадь опустела. Подхватив раненых, защитники Ностромо отступили за вторую формацию и скрылись за зданиями.
Внутри квази-формации остались только Обенель и Скабре, стоявший в ней одной ногой.
— Вы что, умереть собрались? — парень нахмурился. — Гробы одноместные! Меня с собой тащить не надо. Через несколько минут сюда подойдут орки на стадии Заложения Основ. Один слева, дистанция сто пятьдесят. Второй идёт прямо, дистанция — триста. Они пока заняты разграблением домов.
— Так ты ещё и сканер? — Обенель нервно хохотнул. — Нет, новик. Мне рано отправляться на встречу с предками. Я поставлю всё на свой прорыв. Сможешь уплотнить свою квази-формацию? Это повысит мои шансы.
— Смогу.
— Вот и отлично. — Старик сделал глубокий вдох, переводя духовное тело в режим форсажа. — Я п-прошёл через серьёзный бой, зачерпнул жизненной силы, оказался на грани смерти. Здесь и сейчас мой единственный шанс прорваться на следующую ступень.
Скабре нахмурился… и молча кивнул. Квази-формация сжалась втрое.
Теперь Обенель буквально варился в духовных частицах. Одежда стала тлеть. Сделав глубокий вдох, старик напряг все силы. Энергоканалы в его теле загудели, а Ядро начало сжиматься. Энергия в нём из полужидкой начала постепенно твердеть. Это и означало переход со стадии Заложения Основ к Золотому Ядру.
Взззз…
Тело Обенеля загудело. Духовная энергия становилась всё более вязкой.
Старик почувствовал, как энергоканалы в его теле напряжённо загудели. Ещё немного — и случится разрыв. Если таких разрывов разом будет два, Обенель помрёт, а его тело взорвётся, не справившись с нагрузкой. Это уже четвёртая попытка заместителя Лорда прорваться на третью ступень Заложения Основ. Только такой шаг мог дать старику ещё несколько десятков лет жизни.
Обенель ощутил две ладони, лёгшие ему на спину.
— Я помогу, — произнёс Скабре предельно спокойно. — Уже делал такое другу.
Маркус каким-то чудом стабилизировал поток духовной энергии, текущий по энергоканалам Обенеля.
— Мой отец любит говорить, — Скабре сладко зевнул, — «Тело человека — малая копия мира. А сознание — это храм его мыслей». Думайте о том, зачем вам эта сила, мистер Обенель. Мною, например, всегда движет любопытство. У моего брата — любовь к сцене. У другого старшего брата — желание помочь семье. Сестра хочет сиять на балах, а не быть украшением мужа. Смысл в том, что этими мыслями мы наполняем храм внутри нашего тела.
Перед мысленным взором старика пролетели почти два века его жизни. Обенель всегда сражался за того, кого звал Лордом. Сначала за деда Пакура, потом за отца, а теперь за самого тигролюда. Эта верность стала той путеводной нитью, за которую Обенель держался до последнего. Вот и сейчас, ощутив, как теплеет в груди при мысли о службе господину, сознание старика прояснилось. Сомнения исчезли.
Скабре снова что-то сделал — и энергоканалы перестали гудеть так напряжённо. Энергия внутри квази-формации стала разрушать одежду парня. Из-за нагрузки едва зажившие раны вновь открылись.
Сделав глубокий вдох, Обенель направил всю свою волю внутрь Ядра, заставляя находящуюся в нём энергию сжаться. Энергия загудела и неохотно подчинилась.
Врам!
Первый оборот — Ядро закрутилось быстрее.
Врам!
Второй — тело старика завибрировало, духовные частицы в энергоканалах стали уплотняться.
Врам!
Третий — энергия в духовном теле начала густеть.
ВРАМММММ!
Плотная волна остаточной энергии разошлась от Обенеля во все стороны. Скабре едва не снесло.
— Да чтоб вас! — ругнувшись, парень снова положил руки на спину старика. — Держите фокус! А то разорвёт, как хомячка от счастья.
Продолжая качать энергию из квази-формации, старик снова начал наполнять Ядро. Его ёмкость увеличилась ровно в два раза, но и её стало вскоре не хватать. Энергия в Ядре начала сжиматься. «Пилюли Восполнения» растворились до последней капли.
— Эй, эй, эй! — заволновался Скабре. — Вы же не собираетесь?..
— Собираюсь! — произнёс старик, не узнавая собственного голоса. — Я рискну всем, что у меня есть, ради моего Лорда.
С этими словами Обенель снова стал уплотнять Ядро. Энергоканалы в любой другой ситуации не выдержали бы такой нагрузки. Однако и в этот раз Скабре каким-то образом не дал им разорваться.
Обенель прекрасно понимал: его изношенное тело не готово к ещё одному прорыву. Оно в первый раз было не готово. Однако здесь и сейчас, пройдя через бой на грани и оказавшись в условиях, которых не мог даже вообразить, старик решил рискнуть… Снова.
Энергия в теле Обенеля загудела ещё сильнее.
— Поторопитесь, — произнёс Скабре безэмоциональным голосом. — У вас максимум две минуты. Орки вот-вот окажутся на площади.
Обенель не мог ответить. Всё внимание старика до последней мысли уходило на сгущение духовной энергии в Ядре. Оно начало постепенно твердеть, превращаясь из густого киселя в полутвёрдый шар… точнее, Ядро… Третья стадия развития у адептов потому и называлась Золотое Ядро. Переход на четвёртую ступень Заложения Основ предполагает создание Ядра, которому остаётся всего шаг до полного затвердевания.
Обенель вдыхал духовные частицы из квази-формации, с трудом справляясь с входящим потоком. Казалось, ещё чуть-чуть, и старика разорвёт из-за перегрузки.
Ядро закрутилось! Затем загудело.
Перед мысленным взором старика пролетели десятки лет, проведённых на поле боя. Все шрамы на теле, все сломанные мечи… И то, как Обенель служил опорой для своего Лорда.
Сегодня! Здесь, в Ностромо, Обенель мог стать той фигурой, которая подарит Валентайну шанс победить в этой заведомо проигрышной схватке.
— Мой лорд, — прохрипел старик.
В ту же секунду Ядро сжалось, вмиг став полутвёрдым. Входящая извне энергия стала ещё гуще. Обенель поглощал её из квази-формации… Не осознавая, что изменилась не среда, а ЕГО способность к поглощению духовных частиц. Она выросла сразу на порядок.
Вззз…
Энергоканалы гудели. Скабре с большим трудом компенсировал перегрузку. Обенель оказался не готов к прорыву на четвёртый этап Заложения Основ [2–4].
Старик инстинктивно понял:
Бабах!
Ударная волна, вышедшая из тела Обенеля, оказалась в десять раз мощнее предыдущей. Скабре откинуло куда-то назад. Там стояли наспех сооружённые баррикады третьей линии обороны.
Старик поднялся на ноги. Обенель плохо понимал, где он и что вокруг творится. С разных сторон к нему бежали орки. Парочка из них — и вовсе адепты на стадии Заложения Основ.
— Мой лорд! — полный силы голос разнёсся по площади. — Я иду к вам.
Обенель выхватил две сабли и бросился в атаку. Орки больше не казались такими же сильными, как раньше. Первый же удар разрубил пополам зеленокожего адепта на стадии Заложения Основ… А вместе с ним и многострадальную площадь перед зданием корпуса стражи.
Бабах!
Дичайший переизбыток энергии из-за двойного прорыва вырвался наружу. Вторая атака сделала то же самое со второй группой орков. Старик напоминал надутый до предела воздушный шар, пытающийся атаками сбросить излишнее давление.
Где-то на краю сознания Обенеля брезжили две мысли. Первая: уменьшить поголовье орков, чтобы те начали отступать и Лорд вернулся. Вторая мысль… Находясь в шоке, старик не мог её вспомнить. Всё остальное казалось не таким уж важным.
— Юго-восток, дистанция сто двадцать метров, — сзади раздался голос Скабре. — Два обладателя Заложения Основ движутся в нашу сторону.
— Мой лорд! — снова прошептал Обенель и рванул в указанную сторону.
Прихрамывая, Скабре побежал следом. Рана на ноге продолжала кровоточить. Порез на плече тоже снова открылся.
Парень оказался прав. На указанном перекрёстке нашёлся отряд орков. Обенель стал носиться по городу, следуя подсветке целей от Скабре. Тот каким-то непонятным образом находил группы орков в самых разных местах. Ещё и снайперской стрельбой из лука помогал, не давая оркам окружить старика и взять измором.
За полчаса полегло почти три десятка зеленокожих обладателей Заложения Основ и по меньшей мере три сотни рядовых орков. А это минимум десятая часть от всей их рейдовой группы.
В какой-то момент Обенель почувствовал, что сознание начинает угасать.
Скабре замахал руками:
— Налево. Нам нужно двигаться на восток! Там защитная формация, и туда тоже идут орки.
— М-м-мой лорд в другом месте, — произнёс Обенель, крутя головой. Из-за спутанности мыслей старик не понимал, где находится. — Я д-д-должен вернуться к нему.
…
После прорыва на новую стадию Обенель стал странно себя вести. Насколько я понял, во время прорыва сознание заместителя Лорда впало в шок. Старик непрестанно лепетал «мой лорд, мой лорд» и метался туда-сюда, как раненый зверь. Он и сам не мог определиться, что ему делать: бить орков или бежать искать Валентайна.
Прорыв Обенеля всё поменял. Ещё недавно дико патовая ситуация с нулевыми шансами на выживание резко стала прямо противоположной. Потому я и указывал старику направление, заодно уменьшая поголовье орков.
В какой-то момент Обенель начал выдыхаться. Видимо, иссяк запас психологических сил. Между тем в Ностромо ещё полным-полно орков. Настало время делать выбор: либо мы идём на поле боя адептов Золотого Ядра… Либо отступаем ко второй линии обороны.
На поле боя адептов Золотого Ядра старик не выживет. Он не знает нужных техник, тактик и много чего ещё. Став свидетелем дуэли Лорда в Долине, я понял, насколько большая пропасть разделяет стадии развития. В нынешнем состоянии Обенель там не протянет и минуты.
Даже не смотря на два прорыва и достигнутый пик стадии Заложения Основ [2–4], старик НА ПОРЯДОК слабее, чем любой адепт с Золотым Ядром [3+].
Наша главная задача — заставить орков отступить. Потому я решил направить заместителя Валентайна ко второй линии обороны.
— Нам туда, — указываю на место, где находится второй узел обороны.
— М-м-мой Лорд не там, — произнёс Обенель, вертя головой. — Я не чувствую его запаха.
Тут до меня дошло, что старик тоже зверолюд. Скорее всего, какой-то полукровка.
— Там есть орки, — показываю руками здоровенную зеленокожую зверюгу. — Убив их, вы поможете Лорду. Подумайте сами⁈ В этом ведь и состоял план защиты города.
Секунду помедлив, Обенель бросился в указанном направлении. Я кое-как поковылял за ним. Рана от стрелы на бедре давала о себе знать всё сильнее. Снаряд я давно вытащил и вложил в рану «Пилюлю Заживления». В Центре Получения Гражданства нас учили, что это лучшая помощь на поле боя.
Вскоре мы добрались до второго узла обороны. Воинственно заорав, старик сразу вступил в схватку с тремя адептами стадии Заложения Основ [2+]. Теперь уже он их рубил, не считаясь с сопутствующим уроном. Здесь находилось второе здание корпуса стражи, отвечающей за центр города. Рядом под независимым защитным куполом стоял Аукционный Дом. Я как мог помогал, отстреливая орков. В ход пошли обычные стрелы, дротики и талисманы, найденные по дороге.
[Когда меч ломается, придётся драться тем, что есть.]
К моменту, когда мы добрались до второго узла обороны, почти все защитники Ностромо оказались убиты.
Я почуял рядом знакомую фигуру. Умело скрывая свою ауру и само чувство присутствия, Кристоф Вальц прятался среди руин.
— Господин Обенель! Вон там, за ящиками, какая-то крыса прячется.
Старик бросился к указанному месту. Услышав про ящики, Кристоф сам выпрыгнул оттуда.
— СТОЯТЬ! Что ты себе позволяешь!.. Скабре?
— Ой, надо же, — произнёс я, удивлённо хлопая глазами. — Какая большая крыса. Пардон! Это же вы, мистер Вальц. Вы прям чудом выжили, не иначе. Наверное, героически прикрывали собой отступление защитников Ностромо?
— Арестовать его! — рявкнул Кристоф, находясь в шоке. — Я сказал арестовать!
Вот только рядом не нашлось ни стражи, ни членов гарнизона… Ни вообще хоть кого-то, кто желал бы подчиняться Вальцу. Вокруг нас лежали сотни трупов.
Обенель резко остановился рядом со мной и поднял шпагу.
— Никаких арестов! Он со мной.
— Я сказал… — Кристофа затрясло от злости.
— Нет, — жёстко повторил старик, глядя на дознавателя. — Скабре спас мне жизнь дважды. Возможно, и весь город. Поэтому здесь и сейчас я говорю тебе нет. Тронешь его, и я лично приду за твоей головой, Кристоф.
— Да как ты… — Вальц гневно задышал. — Предатель. Вы оба предатели! Я лично сообщу об этом Лорду.
Обенель не шелохнулся. Плюнув старику под ноги, дознаватель подошёл к защитному барьеру и прошёл сквозь него.
Не надо быть мудрецом, чтобы понять, как эта подлая змеюка оказалась единственным выжившим на втором узле обороны.
До Обенеля тоже дошёл смысл услышанного — старика начало мелко трясти.
— Ч-что между вами двумя случилось?
— Вальц хочет пустить меня в расход, — пожимаю плечами. — Можно сказать, у нас личная вражда.
— Теперь её не будет, — старик произнёс это как уже свершившийся факт. — Я должен вернуться к моему Лорду…
Обенель замолчал, а я понял, что ему с каждой минутой становится всё хуже. Тяжело вздохнув, я указал на Аукционный Дом.
— Оставьте меня здесь. Потом я скажу, где именно сейчас Лорд Валентайн.
Сжав сабли, старик секунду думал, а затем кивнул. Здание Аукционного Дома накрывал сплошной купол защитной формации. Барьер такой толстый, что выдержит осаду похлеще нынешней.
Из-за двери выглянул знакомый охранник. Завидев залитого кровью Обенеля, он побледнел.
— Впустить, — старик указал саблей на меня.
— Господин заместитель! У нас режим осады. У меня нет возможности кого-либо впустить.
— Хм. Логично. — Старик порылся в кармане и кинул мне белую каменную бляху. — Это знак моего личного представителя. В пределах Ностромо он открывает двери куда угодно… Вернёшь потом. Я дал слово чести и держу его.
Развернувшись к южной стене, Обенель спросил:
— … Г-г-где мой лорд?
Преодолевая усталость, я запустил несколько сканирующих волн в режиме луча. Валентайн сражался на земле сразу с парой орков. Плотность частиц в Духовном Море оказалась недостаточной для полёта.
— Бегите по крышам прямо на юг. Лорд Валентайн сражается у левого края южной стены. Орки его теснят, чтобы их пехота могла… Тьфу ты!
Не дослушав меня, Обенель на полном ходу бросился в указанном направлении. Махнув на него рукой, я направился к зданию Аукционного Дома. Ощутив импульс энергии от белой каменной бляхи, формация чуть приоткрылась, впуская меня внутрь.
На поясе висело аж пять пространственных сумок, доверху набитых всевозможными трофеями.
У южной стены Ностромо шла битва адептов Золотого Ядра [3+]. Саму стену снесли уже раз десять. Ударные волны и выбросы силы разных стихий перемололи ближайшие кварталы. Последний кусок первой защитной формации смело, отчего половина города теперь лежала в руинах.
Лорда Валентайна в этой битве поддерживали главы гильдий и кланы Малатхар, Оуш, ДаВинчи. В общей сложности собралось одиннадцать адептов Золотого Ядра [3+] против пятнадцати таковых со стороны орков.
У дикарей путь адепта максимально грязный. Очищение Ядра и тела проходит, дай Небо, каждый пятый. Будь ситуация иной, и численный перевес в этой битве сыграл бы решающее значение.
Однако сейчас сложилась патовая ситуация. К тому же защитники Ностромо оборонялись, отчего имели в сражении более выгодную позицию.
Не выйди Валентайн из дуэли сразу, и для Ностромо всё могло закончиться плачевно. Пала бы первая линия защиты, потом вторая… Тогда император Колоссус точно лишил бы Пакура титула маркграфа и права на управление землями.
За время схватки Валентайн краем глаза видел, что вторая линия защиты города ещё держится.
— Ухайн-кики! — над городом пронёсся воинственный рёв.
Глава рейдовой группы орков — матёрый краснокожий вождь по имени Каблан — отдал войскам команду об отступлении. Пару минут спустя монстры начали отходить к Диким Землям, таща из разрушенного города всё награбленное.
Орки на стадии Золотого Ядра стали их прикрывать. Пакур как мог бил по мародёрам, но его сдерживали сразу двое противников того же ранга.
— Рааа!
Каблан взревел! Его кожа стала цвета крови, а защитный барьер стал вдвое толще. Войдя в режим берсерка, вождь сцепился с главами трёх главных кланов Ностромо. Остальные орки на стадии Золотого Ядра выстроились в клин, создавая безопасный путь для отступления пехоты по земле.
— МОЙ ЛО-О-О-РД! — вдруг раздалось со стороны руин города.
Валентайн сразу узнал голос Обенеля.
Отведя в небо атаку, способную снести целую гору, Валентайн краем глаза глянул на своего заместителя. Тот, орудуя двумя саблями, вцепился в отступающую пехоту орков. Закалённый боями вояка походил на машину смерти. Каждая его атака несла в себе минимум трёхкратную норму духовных частиц.
Монстрам на стадии Заложения Основ [2+] пришлось отступить в хвост колонны, чтобы прикрыть своих. Однако и их появление не остановило Обенеля. Старик сражался так, будто в него вселился дух бога войны, одарив одновременно бесконечным запасом сил и бессмертным телом.
Появление Обенеля стало последней каплей. Видя стремительно растущие потери, глава орков скомандовал перестроение и стал лично отводить войска назад в Дикие Земли. Наткнувшись на заместителя Лорда, часть ЕГО пехоты не успела выйти из осаждённого города. Перейдя в режим защиты, старик стал костью в горле для отступающих.
Видя, с какой самоотверженностью сражается подчинённый, Валентайн пустил в ход набор козырей. Он берёг их на случай дуэли со старейшиной Гехукаром.
— РАААА!
Переведя тело в боевой режим, тигролюд резко ускорился и накинулся на одного из двух своих соперников.
Две сабли в руках Валентайна засветились от огромного объёма влитых в них духовных частиц. Сдвоенная атака обрушилась на орка с массивной алебардой. В этот краткий миг оружие монстра сломалось. Следом не выдержал и «доспех духа». Пара сияющих росчерков рассекла тело противника Пакура, а вместе с ним и часть леса, прилегающего к Ностромо.
Пока адепты Золотого Ядра прикрывали отход, Валентайн видел, что не меньше двух третей орков так и осталось в Ностромо… по большей части в виде трупов. Обенель стал своего рода пробкой, не давшей им вовремя отступить.
В течение следующих пяти минут Каблан отводил свои войска от руин Ностромо. Встав на границе Леса Абадона, монстры почему-то решили не уходить окончательно.
…
Главы кланов и гильдий остались держать первую линию обороны. Валентайн, резко развернувшись, рванул к своему подчинённому. Обенель топтался на границе поля боя адептов Золотого Ядра, не смея идти дальше.
— Что ты здесь делаешь, старый недоумок?
— М-м-мой лорд, — прохрипел Обенель, с трудом стоя на ногах.
Только сейчас Валентайн заметил, что аура Обенеля уплотнилась. Причём настолько, что это нельзя списать на один прорыв.
Обенель едва держался на ногах, упрямо глядя на своего Лорда.
— Старый! Глупый! Старик…
С этими словами Пакур вытащил из сумки талисман «Гармония» и прицепил его прямо на лоб Обенелю. Потом взял второй, третий и продолжал клеить один за другим.
— … Зачем ты сунулся на поле боя? Я доверил тебе узел обороны, а ты…
— М-мой лорд, — с запозданием отозвался Обенель, уже не в силах сказать что-то ещё.
— Прорвался сквозь две ступени развития! А потом приполз ко мне, как раненая собака, — продолжал ворчать Пакур, не прекращая клеить талисманы. В словах Валентайна имелся скрытый смысл. Обенель только наполовину зверолюд. Его отец происходит от псоглавов и, в частности, зверолюдов-доберманов. Соратников вернее, чем они, ни одному правителю не найти. Преданы до смерти! А долг чести и служения заменяет им смысл жизни.
— … Ну, подожди! — продолжал орать Валентайн. — Как доберёмся до крепости, получишь от меня по полной программе. Все соки из тебя выжму! Заставлю по сантиметру изучать возможности своего тела.
Говорил Пакур одно, а сам с трудом сдерживал радостную улыбку за успехи подчинённого. Даже один прорыв для адепта стадии Заложения Основ уже большое достижение. А Обенель умудрился дважды прыгнуть выше головы.
За довольно долгую жизнь старик четыре раза получал разрывы энергоканалов при попытке прорваться. Сначала при деде Пакура. Потом и при отце. Целители уже после второго случая говорили, что следующая попытка для старика может привести к мгновенной смерти.
Однако верный заместитель рискнул всем и каким-то чудом выжил.
Обессилевший старик сразу покачнулся и погрузился в сон.
Не дав телу заместителя упасть, Пакур аккуратно взял того за шкирку. Обернувшись, Лорд отыскал взглядом Патрицию — главу клана Малатхар. Заметив взгляд Валентайна, немолодая женщина отделилась от линии обороны и подошла к тигролюду.
— Что с моим подчинённым? — произнёс Валентайн, указав на потерявшего сознание Обенеля.
Все в Ностромо знают: Патриция Малатхар — своего рода боевой целитель и эксперт по травмам. Ощупав старика своей мягкой аурой, она затем пальчиками приподняла ему веко.
— Реакция на свет есть, — холодно произнесла дама. — Внешних травм нет. Свежих внутренних тоже. Вижу сильное ментальное истощение. Не знаю, что именно с ним приключилось, но прорыв на позднюю стадию Заложения Основ сильно повлиял на разум. Потребуется немало времени, чтобы ваш заместитель смог прийти в себя. Его разум в буквальном смысле борется с новоприобретённой силой.
— Сколько? — спокойно уточнил Пакур.
В ответ Патриция неуверенно покачала головой.
— Мой Лорд, ваш заместитель си-и-льно переоценил свои возможности. День, два, а может, и целый месяц. Точнее не могу сказать. Рекомендую не будить. Он как старый талисман. Может взорваться от любого выброса духовных сил.
Валентайн тихо зарычал.
У Валентайна появилось множество вопросов, а главный ответчик и свидетель вдруг выбыл. Ещё и орки почему-то не уходят.
…
Следующий час Лорд вместе с другими сильнейшими адептами Ностромо стерёг южную стену. Требовалось убедиться в том, что орки и впрямь отступили, а не готовят очередной коварный удар.
Первые часы охраны южного периметра взяли на себя главы гильдий. Лидерам кланов требовалось время, чтобы привести свои дела в городе в порядок. Половина Ностромо в руинах. Не активируйся вовремя защитная формация, и число погибших оказалось бы огромным. Барьер сдержал первичный натиск, дав время на эвакуацию населения.
Валентайн то и дело поглядывал на Обенеля, ожидая, что тот по старой привычке всхрапнёт и очнётся как ни в чём не бывало. Однако нынешний случай явно отличался от обычной дрёмы старика.
На четвёртый час от лагеря орков к защитникам Ностромо выдвинулся парламентёр. Верхом на здоровенном волке ехал сам вождь Каблан. Рядом с ним на таких же скакунах двигались его подручные.
…
Оказавшись внутри Аукционного Дома, я решил включить чувство боли в Фильтр Восприятия. Сознанию требуется обратная связь от тела, чтобы правильно запускать процессы восстановления.
Включил боль и… сразу пожалел об этом. Накатила такая волна неприятных ощущений, что я едва не потерял сознание. Всё тело прошиб озноб. Пришлось торопливо лезть в сумку за ещё одной парой «Пилюль Заживления».
Видя, что я еле стою на ногах, ко мне подбежала знакомая девушка-администратор. Та самая, что обслуживала нас с Брандеем.
— Вы ранены⁈ Что там снаружи происходит? — увидев моё лицо, она вдруг отпрянула. — Ой! Вы же тот самый помощник мастера-алхимика… Сожалею.
— О чём?
— О вашем мастере. Того…
Девушка почему-то посмотрела мне под ноги. Там по полу тянулся след от крови. Он шёл от входной двери и терялся где-то в служебных помещениях Аукционного Дома. Путь туда перегораживал знакомый охранник-девятка [1–9].
Проследив за кровавым следом через Сферу Восприятия, я увидел, что в закутке за дверью лежит разрубленное пополам тело. Сфера сначала не опознала труп. Только когда я пригляделся и сопоставил детали, понял, кто это.
— Погодите, — я резко обернулся к девушке. — Мой мастер… В смысле, мистер Брандей… Он сюда приходил?
— Да, пришёл недавно, — сотрудница печально вздохнула. — Забрал все покупки и собирался уйти. А тут монстры на город напали. Я его окликнула, а он к двери вдруг побежал… Стоило вашему мастеру выйти наружу, как его убили. Наш охранник не успел его остановить. А почему вы спрашиваете? Я думала, вы снаружи всё это время стояли.
Я стоял, как громом поражённый, наконец понимая, какую именно пакость задумал Брандей. Вчера, когда я сказал ему, что «буду занят», эта сволочь УЖЕ собиралась меня кинуть. Алхимик побрился, оделся во всё красивое и явился сюда, намереваясь забрать все МОИ покупки.
За пилюли идеального качества Секты наверняка заплатили нам столько, что Брандей мог начать новую жизнь… Аррр! Как же он бесит даже в мёртвом виде.
Я хотел спросить насчёт полученных товаров, как девушка меня опередила:
— Следуя правилам аукционного дома, — она взглядом указала на закуток, куда оттащили труп, — мы свяжемся с родственниками погибшего. Все вещи, находившиеся на нём при смерти, будут переданы близким.
— Логично, — киваю своим мыслям. — Я всё же его ученик, а не партнёр по бизнесу.
Намёк понятен. К вещам, которые УЖЕ забрал Брандей, меня не допустят. Чёртов мошенник даже после своей смерти продолжает вставлять мне палки в колёса.
Оглядевшись, я понял, что всё здание Аукционного Дома оцеплено. Стены гудят из-за активированной защитной формации. Лестница, ведущая на второй этаж, перекрыта двумя охранниками. Сотрудник в гардеробной, и тот стоит в броне, держа в руках бирки для сдаваемых вещей. Вход в подсобку для работников перекрыт адептом-девяткой.
— Где я могу присесть? И желательно переодеться.
Сообразив, что я весь в крови, девушка с рецепции попросила пропустить меня в туалет для сотрудников на первом этаже Аукционного Дома. Он находился под лестницей, ведущей наверх.
Зайдя туда, я аккуратно прикрыл за собой дверь. Затем снял с себя все пять сумок с добытыми трофеями и перепаковал их так, чтобы находки уместились в три пространственных сумки. Монеты и кристаллы духовных частиц переложил в отдельное кольцо-хранилище. Заодно сменил разодранную и перепачканную кровью одежду на комплект одежды пекаря. Ничего другого, подходящего размера, так сразу не нашлось.
Пока смывал с себя следы крови, заглянул в интерфейс Поднебесья. Взгляд сразу зацепился за заряд татуировки Уробороса.
Талант сработал на орке-спринтере, хотя тот и находился на стадии Заложения Основ. Однако эффект оказался слабее, чем в случае с сержантом Гонзалесом. Тот гад сам себя на кинжал насадил. В этот раз монстр неудачно споткнулся, ударился об острые обломки баррикад и так потерял
После нашей с Обенелем совместной охоты заряд Уробороса достиг рекордных восьмисот пятидесяти семи процентов. Мы положили целую пачку сильных орков, защитив Ностромо и его жителей.
Переодевшись и смыв с себя кровь, я не торопился выходить в холл. Здесь и сейчас, у меня единственный шанс забрать то, что МОЁ по праву!
Прикрыв глаза, я отключил почти все чувства и охватил Сферой Восприятия ближайшие помещения Аукционного Дома. Сигнализации, ловушки, защитные барьеры, охранники — все они предстали перед моим мысленным взором.
Нащупав место, где лежит труп Брандея, я вторичным телекинезом стащил с его пальцев три пространственных кольца. Затем пошарил в карманах и достал четвёртое.
Четыре кольца зависли в воздухе над трупом. Охранник-девятка, карауливший подсобку, оказался матёрым профессионалом. Он ни на секунду не оставлял свой пост, спиной прикрывая дверь. Его глаза постоянно мониторили обстановку в холле Аукционного Дома на первом этаже.
Воспользовавшись чрезмерной бдительностью охранника, я сдвинул на сантиметр здоровенную вазу, стоящую на полу. Причём сдвинул по направлению к двери.
Хрм.
Адепт мгновенно повернул голову на подозрительный шум и направил туда сканирующую волну. Затем вторую и третью. Как полагается сотруднику охраны, он проверил, нет ли рядом посторонних. Прошло секунд десять, а он так и не отошёл со своего поста.
Хрм.
Ваза сдвинулась ещё на сантиметр.
Хрм.
И ещё!
Нахмурившись, охранник всё же покинул пост. Он пошёл проверять вазу, собирающуюся сбежать из Аукционного Дома.
В тот же миг за его спиной, под дверью, пролетели четыре пространственных кольца. Паря вдоль плинтусов, они добрались до стены лестницы, ведущей на второй этаж. Пришлось направить их вверх и протащить в тени одной из ступенек, чтобы охранники сверху не заметили ничего подозрительного.
Адепт, стоявший у вазы, нахмурившись, стал запускать сканирующие импульсы во все стороны. Ещё чуть-чуть, и мои фокусы с кольцами заметят.
Хрм.
Ваза толкнула охранника сзади. У адепта сработали рефлексы. Резко развернувшись, он рубящим ударом ладони вдребезги разнёс бедный предмет интерьера.
Аккурат в этот момент я открыл дверь туалета, забрал четыре кольца и сразу же её закрыл.
Направив немного духовных частиц в артефакты, заглянул в их хранилища. Как и говорила девушка со стойки рецепции, Брандей забрал все мои покупки. Сорок «Талисманов Стабилизации», три «Пилюли Исцеления Энергоканалов», плюс куча золота и духовных кристаллов…
Среди вещей алхимика нашёлся лист с подробным описанием «ученика».
Судя по содержанию текста, Брандей собирался меня кому-то продать. В неотправленном послании алхимик кропотливо расписал все наши эксперименты и достигнутые результаты. Ещё и акцент на неправильном рецепте сделал, описав его во всех деталях.
Закрыв первое кольцо, я перешёл ко второму — там лежали деньги и книга рецептов самого Брандея с кучей заметок, вносимых им в течение всей жизни.
Закрыв сборник рецептов, я улыбнулся:
— Будем считать, что мы в расчёте, мистер БЫВШИЙ учитель.
«Талисманы Стабилизации» и «Пилюли Исцеления Энергоканалов» напомнили о том, как я помогал Обенелю с прорывом. Исходящее от старика звучание силы походило на то, что мне показывал мистер Глыба в своей лавке.
Используя тот опыт за основу, я помог заместителю Лорда стабилизировать выходящую из-под контроля духовную силу. Затем вторичным Телекинезом удерживал изношенные энергоканалы, не давая им разорваться. В момент прорыва давление в духовном теле резко подскочило. Не окажись я рядом, тело Обенеля разорвало бы на куски.
Вывод первый. Я могу стабилизировать энергоканалы так же, как делал это для детектива Крауча, когда нас обоих превратности судьбы закинули в алхимический котёл. Содействие адепту на пике стадии Заложения Основ [2–4] — мой нынешний предел.
Ради помощи Обенелю я отключил все чувства и только так смог стабилизировать ситуацию.
Во время прорыва я видел, что энергоканалы Обенеля пока не приспособлены к тому обилию и плотности энергии, которая сейчас проходит через его духовное тело.
С энергоканалами старика то же самое. Сила есть, а управлять ею Обенель пока толком не умеет.
Вывод второй. Я понял, что в теории могу делать то же самое для себя. То есть без «Талисманов Стабилизации» удержать энергоканалы от разрыва. При выращивании Ядра этот опыт может мне пригодиться.
Третий вывод и одновременно опыт. Я от начала до конца видел переход адепта между двумя разными этапами стадии Заложения Основ [2+].
Тут подходит аналогия с облаками. У меня по энергоканалам течёт разряженная духовная энергия, больше похожая на газ. По плотности она раза в два выше, чем в Духовном Море, наблюдаемом в Ностромо. То бишь местном астрале.
У адептов, шагнувших на пятый уровень Очищения [1–5], плотность энергии в духовном теле сравнима с лёгкими облаками.
У адептов-семёрок [1–7] — уже с грозовыми облаками.
У адептов-девяток [1–9] — сопоставима с тяжёлыми тучами, готовыми вот-вот разразиться дождём.
Так вот! У заместителя Лорда [2−2] плотность в духовном теле оказалась сопоставима с водой. Густая, мощная, желающая разрушать всё и вся на своём пути! При переходе на третий этап Заложения Основ [2–3] она стала густой, как кисель. Потом и вовсе стала полутвёрдой, как смола деревьев [2–4].
…
Закончив с сортировкой трофеев и приведением себя в порядок, я вышел из туалетной комнаты. В холле Аукционного Дома царило оживление.
— Что-то не так? — спросил я у девушки на рецепции.
— Орки отступили, — сотрудница шумно выдохнула. — Хорошо, что наш ежемесячный Аукцион уже прошёл. Наверняка найдутся мародёры, которые через нас попытаются продать свои трофеи. Ну ничего! Уверена, наш мудрый Лорд наведёт порядок.
— Тоже так думаю.
И про себя добавляю:
Тут на втором этаже появился незнакомый мне дядька в дорогом фраке. Хлопнув в ладоши, он привлёк к себе внимание всех сотрудников Аукционного Дома.
— Господа! Пришло сообщение из крепости Лорда. Режим осады отключат через четыре часа. Скоро начнётся зачистка наиболее пострадавшей части города от спрятавшихся там орков. Им некуда отступать. Поэтому они будут биться до последнего. Через час отряды господина Вальца и главы гарнизона погонят их от второй защитной формации к южной стене… Говорю для не особо умных! На улицу не выходить, а то попадёте под горячую руку солдат из гарнизона.
От услышанной новости у меня по спине потёк холодный пот. Перед глазами сразу предстала сцена, где Вальц обозвал предателями меня и Обенеля. И, как назло, старика сейчас нет рядом.
Попрощавшись с сотрудницей Аукционного Дома, я направился к входной двери. Потянул одну из створок, как вдруг услышал со спины:
— Стойте, — от того самого охранника-девятки.
Прибавив ходу, бегу к барьеру, накрывающему всё здание. Почуяв импульс от жетона «представителя Обенеля», формация выпустила меня наружу. А вот нёсшийся за мной охранник со всего размаху впечатался в барьер и отлетел назад.
Понимая, что времени осталось мало, я включил в Сфере Восприятия режим «Поиск» и представил себе Номер Семь и Сати.
Взз…
Вззз…
Вззз…
Серия моих сканирующих импульсов накрыла всю округу. Девушек рядом не оказалось, а вот орки и впрямь рылись по домам. То ли искали укрытие, то ли другой способ сбежать из города.
Заранее замечая их группы, я бежал в сторону рынка. Сати и Номер Семь собирались туда пойти утром. Сейчас уже обед, и девушки могли оказаться в квартале ополченцев — то есть в самом пекле.
Взз!
Получив отклик от очередного сканирующего импульса, я резко остановился. Сати, Номер Семь и гном Глыба вдруг нашлись в одном месте! Они все вместе прятались в подвале под мясной лавкой мистера Хруста.
Добежав дотуда, я создал разом два десятка Телекинетических рук. Затем поднял кусок стены здания, приваливший спуск в подвал. Взялся за ручку двери и собрался уже открыть дверь, как остановился.
В Сфере Восприятия нарисовалась картина того, как на меня нацелены четыре боевых талисмана. Стоит двери открыться, как прячущиеся там люди швырнут их в меня.
— Свои! — кричу так, чтобы меня услышали. — Сати! Убери этот чёртов талисман. Номер Семь! Если швырнёшь в меня эту бумажку, лишу обедов до конца месяца.
Служанка что-то пискнула. Затем секунду из подвала доносилась тишина.
— Так сегодня конец месяца! — гордо отозвалась Номер Семь. — Давай спускайся, Маркус! Хочу опробовать на тебе талисман.
— Дай сюда, — Глыба вырвал из рук девицы магический свиток и убрал в свой подсумок. — Заходи, Скабре. Я эту бестию вроде как обезвредил.
Открыв двери, я на всякий случай сделал шаг в сторону. К счастью, в меня ничем опасным не швырнули. Спустившись в подвал, я вкратце объяснил, что атаку орков удалось отбить, и вот-вот начнётся зачистка.
Решил не рассказывать про то, как сбежал из подземелья Вальца и про бой у здания корпуса стражи.
— Надо поговорить, — киваю девушкам на выход и сразу обращаюсь к мяснику: — Кстати! Завалить дверь и спрятаться под магазином, полным мяса… Это ход, достойный похвалы. Если бы специально не искал подруг, ни за что бы вас тут не заметил.
Мистер Хруст довольно хмыкнул. Под пышной бородой мясника выступила довольная улыбка.
— Спасибо, новик. На моём веку это уже третий раз, когда со стороны Диких Земель в Ностромо приходят монстры. Конкретно это убежище я получил вместе с магазином от прежнего владельца. Это он придумал так прятаться от монстров.
Глыба хмыкнул, оглядев меня с ног до головы.
— Надо же! Сам нулёвка, а как-то выжил. Тоже спрятался в подвале?
— Вроде того. Меня в него силой запихнули.
— А нас как нашёл? — гном пригляделся ко мне получше. — Хотя… Можешь не говорить. Как пить дать! Дело в твоём заоблачно развитом духовном чутье… Держи свои секреты при себе, парень. Я о них не хочу знать.
Выйдя с девушками наружу, я активировал слабую версию Защитной Сферы, чтобы нас случайно не подслушали обитатели подвала.
— Дамы! Есть высокая вероятность, что по мою душу скоро придёт дознаватель Кристоф Вальц.
— Змеемордый? — Номер Семь кивнула. — Видела эту образину. Странный тип, но он вроде работает на Лорда. С чего бы ему тебя искать?
— Да чёрт его знает! — пожимаю плечами. — Считай, что мы с ним территорию не поделили. Сейчас речь не обо мне, а о вас.
Я рассказал девушкам, что в нашем доме в квартале ополчения хранятся ценные для меня вещи. Медальон мамы, пакет-поглотитель маны, кукри, талисманы и Пилюли из Центра Получения Гражданства… Из всех этих вещей реальную ценность представляет только медальон мамы. Именно его я и попросил забрать Номер Семь и спрятать.
— И второе! — указываю пальцем вверх. — Наш дом наверняка смело во время битвы адептов Золотого Ядра. Если постараетесь, найдёте остатки стола из моей комнаты на втором этаже.
В его ящиках хранилось одних только пространственных сумок десять штук. Куча колец и артефактов попроще. Про деньги я вообще молчу! Задача девушек — отыскать эти вещи первыми и спрятать так глубоко, чтобы их никто не смог найти. Себе им ничего оставлять нельзя! Солдаты из гарнизона всё отберут. У рядового ополченца таких богатств не может быть по умолчанию.
— … Себе оставьте только десять золотых. На месяц тихой жизни должно хватить.
Сати хмуро глянула на Номер Семь, а потом на меня.
— А как же вы, господин?
— У меня тот же вопрос, — Вивьен ткнула в меня пальцем. — Не буду спрашивать, откуда вещи. После увиденного ночью… В общем, у меня нет вопросов.
Пожимаю плечами
— Спрячусь ненадолго.
Если Вальц объявит меня в розыск, обращусь к заместителю Лорда. За стариком должок. Он прикроет. Сейчас главное — пережить зачистку руин Ностромо.
…
Оставив девушек в районе разрушенного рынка, я рванул обратно к защитному барьеру второй линии обороны. Вальц не знает, что у меня есть жетон Обенеля, открывающий путь сквозь любую формацию в Ностромо. Значит, надо спрятаться там, где он точно искать не будет. А это обязательно случится! Эта изворотливая змея не успокоится, пока не сдохнет.
По дороге к барьеру я то и дело натыкался на отступающих орков. Несмотря на всю патовость ситуации, они продолжали проверять подряд все дома. Причём не всегда ради грабежа.
Сфера Восприятия подсветила момент, когда зеленокожий монстр-девятка [1–9] разнёс витрину ювелирной лавки. Хлипкая защитная формация не смогла сдержать его тяжёлые удары. Хозяин прятался внутри вместе с сотрудниками.
Орк сначала их всех проверил… Затем убил… И только после всего этого стал собирать слабенькие артефакты, лежащие на витрине. Украшения из золота монстра не интересовали.
Забыв об этой странности, я направился ко второй защитной формации. Зачистка начнётся меньше, чем через четверть часа. Надо успеть пройти за барьер до того, как стража и гарнизон Ностромо перейдут в атаку.
Выскочив на очередную площадь, я оказался в двух шагах от цели. До барьера каких-то шестьдесят метров. Тут и там валяются трупы людей и орков… Однако именно здесь я остановился как вкопанный… Сфера Восприятия вдруг начала сбоить, подсвечивая участок впереди, как размытое пятно.
Ориентируясь не столько на зрение, сколько на ощущение духовных частиц, я заметил впереди аномалию. Участок, похожий на выпуклую десятиметровую линзу, отличался от остальных. Плотность энергии выше нормы и стелется вдоль земли примерно на метровой высоте. Из-за этой странности Сфера Восприятия не видит ни трупов, ни сгустка эссенций. Только границы самой аномалии.
Достав из сумки Лунострел, я натянул тетиву и направил её на аномалию. Ещё две стрелы держатся в воздухе за счёт Телекинеза. Работая в пассивном режиме, Сфера Восприятия начала постепенно пробиваться сквозь выставленную кем-то маскировку. А в том, что это она, я ни на секунду не сомневался.
Прошла минута, и аномалия вдруг стала сжиматься. Один из якобы павших стражников Ностромо поднялся на ноги. Поставив ногу на ближайший труп, он демонстративно снял с пояса ножны с мечом и отбросил их на землю. Затем сделал то же самое со своей пространственной сумкой.
Подняв руки над собой, неизвестный стал идти спиной назад к барьеру. Лица не видно из-за шлема, но Сфера Восприятия дала понять, что передо мной девушка в мужском доспехе.
Вот она чуть не споткнулась о труп орка. Чуть покосилась на него, не выпуская меня из области обзора. Затем перешагнула и так же случайно задела ногу павшего ополченца. Остановившись у самого барьера, она продолжала держать руки над собой… И, видимо, ожидала, когда я подойду.
Иду к девице по дуге, а не по прямой. Когда нас стало разделять двадцать метров, я ощутил, как быстро забилось её сердце. Оно и понятно! ТАКОЙ ловушки ни один здравомыслящий человек ожидать не станет.
Направив Лунострел на первый задетый труп, я выпустил заряженную аурой стрелу.
БАБАХ!
Тело мёртвого орка взорвалось, как маленькая бомба, окатив и меня, и девицу кровью. Вот только она и не думала шевелиться, так как видела… Лунострел всё ещё направлен на неё. Кровавый пекарь против залитого кровью стражника Ностромо.
Воздух на площади сгустился от напряжения. Понимая, что её трюк с созданием взрывающихся трупов раскрыт, девица приняла стойку кулачного бойца.
— Ты ведь работаешь на них, да⁈ Очередной агент Скреббы? — вдруг прозвучало из-под шлема. — Даже если Небо рухнет, я не вернусь ни в плен к оркам, ни в лапы того Лорда, что правит этими землями!
Всё та же площадь, заваленная трупами орков и защитников Ностромо. Девица, натянувшая на себя доспех стражника, приняла стойку кулачного бойца. А я держу её на прицеле, зарядив ауру в стрелу и сам Лунострел. Нас обоих окатило кровью от взорвавшегося трупа.
— Ты ведь работаешь на них, да⁈ Очередной агент Скреббы? — вдруг прозвучало из-под шлема. — Даже если Небо рухнет, я не вернусь ни в плен к оркам, ни в лапы того Лорда, что правит этими землями!
Услышав вопрос девицы, я пять секунд пытался понять его смысл.
Мысли путались. Потом я вспомнил, что запертые в городе орки вели себя довольно странно. Они проверяли дома так, словно кого-то искали. Грабёж для монстров стоял на втором месте.
— Сейчас я опущу лук, а ты снимешь шлем и повторишь то же самое, — осторожно убираю стрелу с тетивы и опускаю Лунострел. — Я умею читать по лицам. Если сказанное тобой правда, мы разойдёмся миром. Если нет, всё равно разойдёмся миром. У меня есть причины не попадаться на глаза ни оркам, ни местной страже.
Секунду подумав, девушка стянула с себя шлем.
— Я не вернусь ни в лапы орков, ни в лапы того лорда, что правит этими землями, — взгляд незнакомки стал вмиг суровым. — Если ты не агент Скреббы, отступи. Я лучше взорву своё Ядро, чем снова дам себя пленить.
Перейдя в режим сканирования, я глянул на девицу. Она и впрямь начала накачивать Ядро.
— Не перенапрягись, — морщусь от увиденной картины. — Я вроде как неплохой доктор. Вижу, что у тебя половина уже открытых энергоканалов на грани разрыва. Токсинов в теле столько, что… даже не знаю. Ты что, ингредиенты целиком съедала, чтобы добиться такого состояния организма?
В ответ девица добрых пять секунд буравила меня недовольным взглядом.
— Может, и так. Тебе-то какое дело?
— Никакого, — демонстративно убираю оружие в кольцо-хранилище и указываю на барьер за спиной девицы. — Скоро оттуда пойдут группы стражников и солдат из гарнизона Ностромо. У них приказ зачистить разрушенную часть города от орков. Предположим, ты сможешь просочиться сквозь их патрули. Дальше какие у тебя планы? Вторую защитную формацию отключат в лучшем случае ближе к ночи. Всё это время тебе придётся прятаться в руинах.
— Главное — выбраться отсюда, — девица осторожно огляделась. — Потом я уйду далеко на север… Это ведь империя Колоссус? Ты говоришь на языке этих имперцев.
— Верно. Мы на юге Империи Колоссус, — я удивлённо присвистнул. — Погоди. Так ты, выходит, не местная?
— Нет… Я… С севера.
— Так куда тебе потом?
— Мне… Далеко на север, — девица запнулась, явно собираясь сказать другое. — Надо добраться до массива перемещения. Он откроет портал. В столице вашей империи должно быть посольство моей страны.
Алхимия, талисманы и артефакторика — три столпа мира адептов… В свою очередь, профессии создателя формаций и массивов перемещения считаются чрезвычайно редкими.
Если формации — это стационарные магические печати, то массивы перемещения — это система парных порталов. Они выглядят как каменные арки, сложенные из больших прямоугольных булыжников. Один массив строго привязан к другой такой паре, находящейся в другой части мира.
— Насколько мне известно, в городе нет массивов перемещения, — я повертел головой и указал на север. — Если отсюда идти по прямой, то сначала будут кварталы ремесленных мастерских. Потом квартал знати. За ним начнётся крепость Лорда Валентайна, защищённая ещё одним слоем формации. Там проходит последняя линия обороны. Врата крепости — это плюс-минус единственный выход из города.
Девица мельком глянула себе через плечо. Я же продолжил объяснять:
— … Если продолжить идти на север, то примерно через пятьсот метров от крепости есть крохотное придорожное поселение и довольно оживлённый перекрёсток. Так вот! За ним находится поляна, где стоят каменные арки. Скорее всего, именно их ты и ищешь…Чтобы оказаться там, тебе придётся пройти сквозь два барьера… Скажем так. У тебя мало шансов туда добраться.
Чем больше я объяснял, тем сильнее напрягалась незнакомка.
— Главное — выжить. С остальным как-нибудь разберусь.
Глядя на храбрую девицу, я тихо рассмеялся.
— Я сказала что-то смешное, новик?.. Ты же новик! Иначе знал бы, как подобает вести себя в присутствии аристократа.
— Про своё происхождение ты не говорила, — с трудом сдерживаю улыбку. — Я смеялся не над вами, леди. Не хочу хвастаться, но скажем так… Фортуна любит поворачиваться ко мне спиной. Посреди рейда, скрываясь от стражи Ностромо, я встречаю ту, кого ищут орки… Это явно не случайность. Мы как два утопающих, столкнувшихся в бурном течении реки. Я могу попытаться один сбежать отсюда. Тогда течение подкинет мне других проблем… Или пойти против судьбы и сдаться в руки стражи.
Девушка нахмурилась:
— Что же ты выберешь, новик?
Пожимаю плечами.
— Оседлать гребень волны. «Если судьба подкидывает тебе лимоны — делай лимонад». Я помогу тебе сбежать из города. Вполне возможно, что сейчас я единственный человек во всём Ностромо, который знает, где и как это можно сделать. Довериться мне или сбежать одной? Тебе самой надо сделать выбор.
Сказав это, я демонстративно обошёл девушку и подошёл к барьеру второй формации. Как и раньше, стоило мне приблизиться на метр, как в нём появилась брешь диаметром в метр. Встав прямо в дыре, я обернулся к незнакомке.
— У меня есть особый пропуск, — показываю девице каменную бляху Обенеля. — Иди со мной, если и впрямь хочешь выжить. Разрешаю взять в руки оружие. Имя спрашивать не буду. Чем меньше мы друг о друге знаем, тем меньше наши судьбы будут влиять друг на друга.
Подумав секунду, девица подняла с земли первый попавшийся меч. Взмахнула им, привыкая к весу, и прошла сквозь проход в барьере.
Барьер за нами закрылся. Оглядевшись, я указал рукой на ближайшие здания.
— Выбери любой дом поблизости.
Девушка опять нахмурилась:
— Зачем?
— Тебе надо переодеться, — указываю на её залитый кровью доспех. — Здесь скоро появятся стражники. Ты не должна выглядеть, как они.
Незнакомка нахмурилась ещё сильнее:
— Это же хорошая маскировка. Пусть местные думают, что я ранена.
— Я же говорил! Скоро начнётся зачистка, — тяжело вздыхаю. — Если будешь одета, как стражник, тебя припашут к делу. Выбери любой дом! Я дам тебе одежду. Переоденешься в то, что есть.
Девица указала мечом на самое дальнее здание. Видимо, опасалась, что я заманю её в засаду. Убедившись, что внутри никого нет, я открыл дверь и зашёл первым. Затем дал зайти незнакомке.
Та, встав на пороге, вдруг спросила:
— Так как тебя зовут?
— Обойдёмся без имён, — качаю головой.
— И ты не спросишь, как я оказалась в городе? Или почему орки меня ищут?
— Нет. Зачем мне это? — пожимаю плечами. — Судя по тому, что ты сказала ранее, Секта Скреббы использовала тебя, чтобы направить рейдовую группу орков в Ностромо. Остальное мне знать не важно. Я в этом городе тоже не собираюсь задерживаться. Поэтому, чем раньше мы оба отсюда уйдём, тем лучше для нас обоих.
Немного поколебавшись, девушка переступила порог дома. Покопавшись в своих пространственных сумках, я дал ей костюм торговца со свободными штанами, рубахой и жилеткой. Всё лучше, чем громоздкая броня и кольчуга стражника. В комплекте шёл уже завязанный тюрбан.
Глянув на головной убор, девица секунд пять не могла понять, что это такое. Пришлось объяснить.
— Мы в Ностромо! То есть на юге континента Крыла. Несмотря на конец января, здесь бывает жарко. Такая одежда нужна местным, чтобы спасаться от палящего солнца.
— Хм. Сделаю вид, что верю.
Через пять минут мы были готовы выдвигаться. Я тоже переоделся в одежду торговца, но на всякий случай разорвал её на рукавах и штанинах. А грудь испачкал в крови.
Выйдя из комнаты, девица продолжала держать в руке меч. Меня это начало напрягать. Достав одно из пространственных колец, я положил его на стол и указал девице:
— Возьми. Спрячь в хранилище всё, что может вызывать подозрения. Оружие, например.
Девушка взглянула на кольцо, потом на меч… И приняла весьма странное решение. Она положила меч на пол, но к кольцу так и не притронулась.
— Дело твоё, — подобрав кольцо, убираю его обратно в сумку.
Около барьера начали собираться группы стражников, готовящихся к проведению зачистки. Нам пришлось выйти в переулок через окно. Только так удалось обойти патрули.
Слившись с толпой беженцев из разрушенных районов, мы кое-как добрались до прачечной «Чистюли Мо». Спасшиеся из плена сторонники Секты Скреббы давно сбежали. Дверь в нужное здание оказалась заперта изнутри и подпёрта стулом.
Открыв дверь Телекинезом, я дал девице спуститься вслед за мной в подвал. Там отодвинул шкафчик с вещами и указал на проход в подземный тоннель.
— Та-дам! — произнёс я, улыбаясь. — Вот наш путь за пределы Ностромо.
Девица нахмурилась:
— Я не говорила, что пойду с тобой.
— Ну так оставайся здесь! — пожимаю плечами. — Только дай мне за собой дверку задвинуть, а сама сходи погуляй на улицу. Уверен, рано или поздно стражники сюда заглянут.
Недовольно фыркнув, девица вошла в подземный тоннель первой. Закрыв за нами проход, я обогнал незнакомку.
Мадам Мо и её коллеги определённо проходили здесь. На земле остались свежие следы от разных ног. Причём эти умники где-то раздобыли артефакты и слабенькие боевые зелья, оставив за собой растяжки.
Четыре раза я останавливал незнакомку, чтобы она не наступила, куда не следует. В месте, где произошёл обвал, пришлось лечь на землю и пролезть сквозь узкий лаз.
В какой-то момент девушка резко остановилась:
— Над нами формация.
— Ну да! — тоже смотрю вверх. — Я же говорил. Здесь проходит третья линия защиты крепости Лорда. Над нами стена, которая с ней связана. Этим путём пользовались сторонники Секты Скреббы.
В ответ от девушки мне достался взгляд, полный подозрения.
— Долго объяснять, — я махнул рукой. — Потом скажешь,
— Примерно это и собиралась. Ты… самый странный новик, которого я когда-либо видела. Аура такая ровная, словно Ядро и сердцебиение не дают никаких колебаний. Откуда у тебя закалка? Может, из Школы адептов-телесников? Ещё ты проходишь сквозь защитные формации местного Лорда едва ли не со скукой… И знаешь тайные ходы сторонников Секты.
— Зато у тебя есть маскировка и умение взрывать трупы. Кстати! Не научишь?
— Хм! — девица в ответ гордо вздёрнула носик. — Знал бы, кто я такая, не стал бы задавать таких глупых вопросов.
— Надо же! — делаю вид, словно глубоко задумался. — Оказывается, существуют техники, завязанные на имя и размер гордыни… На всякий случай отойду от тебя подальше. Мало ли! Вдруг это ещё и заразно.
Зарычав, девица собралась в меня вцепиться, но вовремя вспомнила: мы временные союзники, а не враги или друзья.
— Фух! Видимо, это и впрямь заразно, — шутливо делаю шаг в сторону. — Надеюсь, лекарство существует.
…
Мы выбрались из того же домика, где не так давно хозяйничали люди Кристофа Вальца. Следы группы мадам Мо вели отсюда на запад. Запустив в ту сторону сканирующую волну, я стал свидетелем крайне необычной сцены.
Спасённые из темницы пленники встретились с парой адептов девятого уровня. Те вдруг начали нападать на людей, пришедших с Мо. За считаные секунды от пятнадцати спасённых в живых оставили только семерых. Через «Мохреша» я успел прочитать по их губам:
— Ничего себе! — произнёс я, глядя в окно.
Завертев головой, девица ничего не увидела.
— Что не так? — она моментально потянулась к подсвечнику, собираясь использовать его как оружие. — Где враг? Какова численность и уровни?
— Я вроде как неплохой сканер. Тут неподалёку случилась странная ситуация. Сбежавшие из города сторонники Секты Скреббы пришли к своим. Те половину из них убили… Нет, подожди! Теперь уже две трети. Только пятерых оставили в живых.
Перепугавшись, девица запустила сканирующие волны во все стороны, но ничего не заметила.
— Я не чую рядом ни одного адепта.
— Пятьсот метров на восток, — указываю направление. — Пардон, пятьсот шестьдесят.
Девица вытаращилась на меня:
— Да ты врёшь! Такая область сканирования может быть только у адепта на стадии Заложения Основ [2+].
— Ну-у-у, — пожимаю плечами. — Либо так, либо я и впрямь хороший сканер. Скажу только, что нам лучше отсюда уйти. Чистильщики Секты Скреббы идут сюда… Погоди… Ах ты ж, блин!
От группы мадам Мо осталось только три человека, прятавшихся неподалёку. Сама хозяйка прачечной с парой коллег издали наблюдала за тем, как два адепта-девятки из Скреббы избавляются от выживших. Судя по тому, как она прикрыла рот ладошкой, ТАКАЯ встреча с покровителями не входила в её планы.
Покинув дом с тайным ходом, мы рванули на восток. Так мы стали постепенно удаляться от чистильщиков Скреббы и вскоре оказались на перекрёстке. Здесь, среди полей и деревушек, проходил имперский торговый тракт. По нему четыре раза в год проходит караван.
Сейчас я издали заметил довольно большую группу повозок. Десятки двух- и трёхэтажных домов на колёсах тащили за собой необычного вида животные. Ящеры, огромные кони и нечто вроде бизонов-переростков. Часть из них уже встала на стоянку недалеко от Ностромо, а остальные только подъезжали.
Проследив за моим взглядом, незнакомка нахмурилась:
— Караван? Да, точно он! Слышала, такие ходят вдоль границы империи по малообжитым территориям. Во внутренних землях они не выдерживают конкуренции. «Пилюли Восстановления Энергоканалов», услуги оракулов и бригады адептов-строителей. Чего у них только нет, но и цены в разы выше нормы, установленной гильдиями.
— Может, и так, — приглядываюсь к перекрёстку. — Понятно. Они сегодня подошли к Ностромо. А город закрыт из-за рейда орков. Поэтому они и встали тут, а не прямо около стен.
Обойдя стоянку каравана, мы направились дальше на север. Миновав засеянное пшеницей поле, вскоре вышли к крайне необычной поляне. Её целиком накрывал купол ещё одной защитной формации.
Стоунхендж! Один в один, как в Великобритании у нас в Галадре. Десятки каменных арок выстроены одним сплошным кольцом с кучей проходов, ведущих в разные стороны. В центре пять каменных арок побольше имели разное направление. Три смотрели на север под разными углами. Одна — на восток и одна — на запад.
Подойдя к барьеру защитной формации, я сначала прошёл сам. Затем провёл за собой незнакомку. Каменный жетон представителя Обенеля и тут сработал без осечек.
Девушка повертела головой, пытаясь что-то понять. Потом вдруг с удивлением произнесла:
— Знаешь… Как там тебя⁈.. Я не ожидала, что ты и впрямь приведёшь к массивам для перемещений. Думала, в лучшем случае окажусь тут через месяц. Хотела спрятаться где-нибудь в руинах и привести себя в порядок. Ну или тут за городом.
— Мне в последнее время часто говорят, «что не ожидали». Куда дальше? — указываю на каменные арки. — Как их активировать?
Обойдя опору самого большого массива, девушка указала на квадратную нишу сбоку.
— Видишь? Сюда кладутся кристаллы с духовными частицами. Когда их будет достаточно, арка активируется и свяжется с другой такой же, находящейся где-то далеко. Судя по расположению других арок, эта ведёт в Илемеон, столицу империи Колоссус. Четыре других ведут к ближайшим городам. Такой стандарт для массивов перемещений принят во всех странах континента.
— Так тебе ещё и кристаллы нужны? — я удивлённо присвистнул. — Провести сквозь защитные формации, вытащить из города, показать поляну с массивами… Это я ещё могу понять. Но вот кристаллы! Они же кучу денег стоят.
Тяжело вздохнув, незнакомка с тоской взглянула на арку, ведущую в столицу.
— Говорила же. Я не ожидала, что и впрямь смогу сюда добраться. Учитывая расстояние, думаю, нужно около сорока малых кристаллов, чтобы открыть портал в Илемеон. Там есть посольство Тетрархии Кобо и люди, готовые мне…
Резко осёкшись, девица напряжённо уставилась на меня. На всякий случай, оглянувшись, я спросил:
— Что? Я должен удивиться? Ты когда-нибудь слышала о Соединённых Штатах Америки? Или о городе-государстве Фриджмонт? Хорош уже считать себя пупом земли! Чхать я хотел на «Тетрархии как-то там».
— Тетрархия Кобо! — девица стала ещё более напряжённой. — Как можно жить на материке Крыла и не знать о… Впрочем, так даже лучше.
Прикидываю в уме варианты. Если оставить всё, как есть, девицу скоро найдут. День, два или неделя — срок не важен. Смысл в том, что её точно будут искать — как орки, так и люди Валентайна, желающие поскорее отделаться от монстров.
Подойдя к нише в основании арки, я открыл свою пространственную сумку. Достав первый кристалл, кладу его в приёмник. Духовные частицы мгновенно впитались в массив для переноса.
— Ты что делаешь⁈ — завопила вдруг девица. — Хочешь узнать, как работает? Так знай! Кристаллы назад не вернуть.
— Что делаю? Довожу дело до конца, — кладу ещё десяток кристаллов в нишу. — За последние сутки меня пытались схватить или убить наёмники клана Оуш…
Кладу в нишу ещё пять драгоценных кристаллов.
— … Потом меня обманом Талисманом Телепортации заманили в камеру для пыток.
Ещё три кристалла растаяли, а массив переноса стал тихо гудеть.
— … Мне чудом удалось сбежать из пыточной. Затем пришлось сражаться с толпой орков, которые тебя искали…
Пять кристаллов растаяли, и в арке появилась мутная пелена искажённого пространства.
— … Ещё я узнал, что мой учитель по алхимии решил меня продать и присвоить себе все МОИ деньги. Кстати! Часть кристаллов как раз с тех сделок. Надеюсь, черти играют с ним в аду в «Белоснежку и семь гномов»!
Сердце сжалось при виде того, как в нише массива переноса растворяются ещё пять кристаллов. А это пятьсот золотых! В ход пошли трофеи, взятые с орков.
— … Ещё и главный дознаватель Ностромо ждёт, когда я снова окажусь в его комнате для пыток. В общем, мне хватает своих проблем… Не хочу, чтобы другие люди проходили через те же трудности, что и я. Возвращайся в свою Тетрархию и постарайся больше не попадаться оркам. И сюда тоже не возвращайся! Ищи себе приключения в других местах. Этот город уже мной занят.
Поглотив тридцать пять малых кристаллов духовных частиц, массив перемещения гулко завибрировал. Земля под ногами тоже задрожала. Ведущий в столицу империи Колоссус портал наконец-то заработал. Возникшая в арке пелена стала походить на движущуюся картинку.
Широко распахнув глаза, девица смотрела то на портал, то на меня.
— Я не думала, что смогу так быстро…
— А ты «не думай», — сняв с пальца кольцо-кошелёк, протягиваю его девушке. — Здесь ещё кристаллы и золотые монеты империи Колоссус. Возвращайся в то место, где есть люди, которые тебя ждут.
Девушка напряжённо смотрела на портал.
— Ты ведь можешь пойти со мной? Сопроводить прямо до посольства Тетрархии Кобо в столице. Там я верну тебе каждый потраченный кристалл в десятикратном размере.
— Не могу, — качаю головой. — Я жду весточки от родителей. Иди давай! Здесь тебе делать нечего.
Приняв от меня кольцо-кошелёк, девушка сжала его в руке и вдруг произнесла:
— Я, Лилиан Манимарко, клянусь Небом, что однажды отдам этот долг жизни!
Где-то над нами в облаках гулко громыхнуло. Да, так сильно, что звук прошёл сквозь защитный купол над поляной.
— Как тебя зовут, новик? — с упрямством во взгляде Лилиан посмотрела мне в глаза. — Я должна знать, кому должна… Иначе Небо не примет клятву.
— Маркус Скабре, — поглядываю в небо над поляной. — Иди давай! А то сейчас молнию вместе со мной поймаешь.
Грм!
В небе и впрямь засверкало так, что девица, не раздумывая, прыгнула в портал.
Бабах!
Мощнейший разряд молнии угодил в защитный барьер, возведённый над поляной. С грохотом пробив щит, остаточный разряд ударил в активированную каменную арку. Слабые искры попытались рвануть вслед за девицей, но портал уже потратил свой заряд.
Бабах!
Ударная волна разошлась кольцом, прибив к земле колосья пшеницы на ближайших полях.
Мне тоже досталось. Приняв разряд от Малой Небесной Кары, закалённое тело со скрипом выдержало нагрузку. Мышцы вздулись! Воздух выбило из лёгких. Казалось, по энергоканалам теперь бегают крошечные молнии.
Только после этого лёгкие наконец наполняются воздухом. Пропустив удар, сердце снова начинает биться.
Кое-как переставляя ноги, я побежал прочь с поляны. Время — вечер! Такую Малую Небесную Кару сложно не заметить. Скоро и за пределами Ностромо поднимется шумиха.
Лорд Пакур Валентайн направился к парламентёрам от рейдовой группы орков. Встреча должна пройти на нейтральной территории недалеко от разрушенной южной стены Ностромо.
Вождь Каблан «Костолом» слез со своего волка и встал перед парой своих охранников.
Пакур демонстративно вышел на переговоры в одиночку. Он Лорд! А ещё зверолюд, охраняющий доверенные ему императором владения.
— Валентайн, — хрипло произнёс орк и недовольно фыркнул, — животное, поставленное императором людей на охрану юга.
— Ух ты! Эта хреновина разговаривает, — отозвался Пакур, указывая на орка. — А что-нибудь умное скажешь? Или сразу вцепимся друг другу в глотки?
Последние слова тигролюд уже прорычал, довольно скалясь.
— Орки не разговаривают со слабыми, — Каблан «Костолом» ответил такой же довольной улыбкой. — Мы оба воины! И оба готовы устроить битву, где победителем может стать только один из нас. Ты вождь! Я вождь! Мы можем понять друг друга…
Каблан махнул рукой, указывая на разрушенный город:
— … Я пришёл сюда забрать то, что принадлежит мне по праву силы.
— Да ты что! — Валентайн удивлённо вскинул бровь. — Влез в мои владения только потому, что там находится НЕЧТО, что принадлежит тебе?
— Не нечто, а некто, — вождь покачал головой. — Шпион от Секты Скреббы похитил моего самого ценного пленника, а затем притащил сюда. Он оставил нам проход в формациях прямо до стен твоего города. Мне нет дела до Ностромо, Валентайн! Я заберу пленника и уйду. Если понадобится, сюда придёт вся армия моего Конклава.
— Угрожаешь? — Пакур с хрустом размял плечи. — Ты ведь знаешь, что мы уже отправили запрос о помощи Сектам и в столицу? Если хочешь войны, то пожалуйста… Кстати, а что за пленник? С чего вдруг такая важная шишка, как Каблан «Костолом», сам пошёл его искать? Даже я, житель центральных земель империи Колоссус, слышал о тебе! Ты ведь промышлял где-то на севере материка.
— Пленник — дева. Она человек по расе, — вождь довольно оскалился. — Си-и-и-ильная! Она из рода Манимарко.
Ничего не поняв, Пакур захохотал. Всё сказанное наглым орком звучало как откровенный бред. Костолом, видимо, искал оправдание для нападения Конклава на пограничный город.
Видя реакцию Валентайна, вождь почему-то кивнул и произнёс абсолютно спокойно:
— Та самая Манимарко. Память тебя не подводит, зверолюд. Я орудовал на севере и ушёл на юг в поисках… Хм… Специалиста по изучению людей.
Вот тут-то Пакура и прошиб холодный пот.
— Манимарко? В смысле, из Тетрархии Кобо? Только там есть аристократы с такой редкой фамилией. Погоди…
Чем больше Валентайн осознавал смысл услышанного, тем хуже ему становилось. В Тетрархии Кобо правят одновременно четыре короля: король войны, король религии, король секты и король людей. Раз в пять лет они сменяют друг друга на должности верховного правителя.
Каждый из королей Тетрархии настолько силён, что трудно поддаётся описанию. Манимарко — фамилия короля войны. В своей стране и за её пределами он уже пятьсот лет известен как «Король Червей». Про его род в народе говорят:
Потомки Короля Червей взрывают трупы, создают из крови яд и проклятья. Они специалисты по уничтожению всего живого и неживого.
Сам факт того, что у Конклава Орков Юга… этих чёртовых дикарей, ВДРУГ оказался кто-то из Манимарко… Новость подобна бреду. Однако Каблан «Костолом» не станет использовать эту фамилию, не осознавая возможных последствий.
— Как вам это удалось? — спросил Валентайн и тут же усмехнулся. — Хотя нет! Ты же орк. А значит, слишком туп и упрям, чтобы рассказать такие сведения… В любом случае, если пленница из Манимарко здесь, я вам её не отдам.
Каблан расхохотался:
— Зверолюд! Я знал, что ты своей выгоды не упустишь! Поэтому уже отправил весточку в Конклав. Большое войско орков уже собирается в дорогу. Через неделю оно будет здесь. Тогда от твоего Ностромо не останется и следа.
Сказав это, вождь развернулся и вскоре забрался на своего волка.
— У тебя неделя, Валентайн. — Каблан с охраной направился к границе леса Абадон. — Орки уйдут отсюда, только получив своё.
Лорд глухо зарычал, глядя на удаляющуюся фигуру вождя. Старики из Секты Скреббы сделали ход конём, выкрав пленницу Костолома. Если Пакур отдаст им девицу из Манимарко… Его самого убьют слуги Короля Червей.
Оставить пленницу себе, чтобы передать Тетрархии? Зачем? Никто не разрешит адептам Секты Кобо действовать на территории Империи Колоссус. А миром с орками этот пограничный конфликт точно не закончится. Получается, только Пакур понесёт убытки и урон репутации.
Пленить девицу, чтобы вызнать секреты могущества Короля Червей? Тогда Каблан первым заложит Пакура шпионам Тетрархии.
Сейчас Валентайн не видел ни одного приемлемого выхода из сложившейся ситуации.
…
Удар Малой Кары Неба не прошёл бесследно. Главная арка массива перемещения продолжала искриться. Остаточные разряды приняли форму шаровых молний, заполонив всё вокруг.
Пригнувшись, я Потоком отогнал от себя несколько искрящихся шаров. Затем добрался до зарослей пшеницы. Здесь, к северу от Ностромо, выращивают зерновые культуры для адептов. Оттого количество духовных частиц у земли собирается в разы выше нормы.
Взз…
Первый сканирующий импульс пришёл со стороны стоящего на перекрёстке каравана.
Вззз…
Вторая волна от другого перекрёстка. Видимо, патруль внешней стражи пытается найти посторонних, находящихся около поляны.
Взз-вззз…
Ещё по меньшей мере десять сканирующих импульсов пришло с разных сторон. Адепты Ностромо пытались разобраться в том, что тут творится.
На лекциях в Центре Получения Гражданства нам говорили, что в колосьях пшеницы собираются духовные частицы. Это и делает зерно полезным для начинающих адептов.
Сейчас колосья, возвышающиеся НАД землёй, формируют нечто вроде «дна», поверх которого и проходят сканирующие импульсы. Моя крайне слабая аура слилась с ним, практически не выделяясь на общем фоне.
Кое-как проковыляв пару сотен метров, я вышел на дорогу, пролегающую между двух фермерских поселений.
Со стороны каравана к поляне с порталами бежала толпа адептов. Видимо, охрана торговцев всполошилась, увидев Кару Неба. Меня в очередной раз отсканировали. Недовольно фыркнув, бойцы побежали дальше.
Только когда они скрылись за поворотом, я позволил себе выдохнуть. В тот же миг тело пронзило волной боли. Казалось, молнии впитались в кости, мышцы, кожу!
Найдя лежащий на обочине булыжник, я сел на него. Ноги продолжали подрагивать, выбивая неконтролируемую чечётку. Пятка стучала о землю, не переставая.
Пока пытался разобраться с необычной реакцией тела, по дороге пробежали ещё две группы бойцов. Одной из них оказалась пара патрульных, дежуривших за пределами Ностромо. Как и в прошлый раз, на меня никто не обратил внимания.
Проводив взглядом патрульных, я на всякий случай заглянул в интерфейс жителя Поднебесья. Мало ли⁈
Имя: Маркус Скабре (стадия: очищение [0], стадия Очищения. Итоговая оценка [1–0]).
Запас частиц: 80 ед. / 80 ед.
Ядро: 0 ед. / 0 ед.
Корни (стихии): молния (обычное).
Тело адепта: закалка плоти — 3 ур. (альтернативная, завершена закалка сухожилий).
Среда: обычная плотность.
Подтверждённые сигнатуры: нет отметок.
Таланты: змей пустоты (заряд 388%)
…
Дополнительная информация об адепте:
— Гражданство: империя Колоссус (Первый Пояс).
— Уровень лояльности: 2-й.
— Рейтинг полезности: 2-й.
От увиденного аж дыхание перехватило!
Во время нашей последней встречи Белый Дьявол упоминал, что
На эту догадку меня натолкнуло изменившееся название таланта. Раньше в интерфейсе Поднебесья он назывался «Змей Неудачи», а теперь — «Змей Пустоты». Выскочившее окошко с подсказкой частично подтвердило предположение.
«Змей Пустоты (талант) — кармически перезаряжаемый навык адепта. Ваша карма навсегда впечатана в татуировку Уробороса — зме́я, пожирающего самого себя… У начала нет начала… У Пустоты нет Пустоты… Она наполняет себя тем, что получает извне. В момент прямого касания существа, желающего вас убить, вы накладываете на него неудачу. Требуется полный заряд для активации».
Насколько я понял, талант Уробороса частично поглотил свойства Кары Неба, и я так открыл корень стихии молний. Звучит… Невероятно! Сомневаюсь, что получится таким же образом получить доступ к другим стихиям, но попробовать однозначно стоит.
Запас энергии таланта Уробороса упал с 857 процентов до 388. Видимо, после спасения Лилиан Небо всё же добавило мне кармы. Однако её стало настолько много, что талант… эмм… эволюционировал⁈ Поэтому заряд и упал почти на пятьсот пунктов.
Другие записи в интерфейсе Поднебесья практически не изменились. За переход в ветераны ополчения мне накинули пару пунктов к рейтингам полезности и лояльности.
Разобравшись с изменениями, я попытался подняться с камня. Настроение отличное. Наконец-то появились понятные перспективы к тому, чтобы стать полноценным магом-адептом.
Однако…
Силы в теле вдруг резко закончились, и я плюхнулся обратно на камень.
Активировав Сферу Восприятия, я просканировал самого себя. Нет ни кровотечений, ни переломов, ни травмы головы. Только приглядевшись, я увидел, как тончайшие корни стихии молнии стали прорастать внутри меня. Они шли от основания живота, уходя в руки, ноги и голову.
Скатившись с камня, я на четвереньках стал двигаться вглубь поля с пшеницей. Движения становились всё более медленными, а глаза стали слипаться. По дороге неподалёку то и дело пробегали группы адептов.
Поглотив весь доступный запас духовных частиц, организм начал тянуть их из окружающего фона. Слава богам магии! Я сейчас на поле, где их намного больше, чем в Ностромо.
Углубившись в центр поля, я провалился в дрёму. Сознание зависло на грани сна и яви, а внимание расфокусировалось. Я ощущал во всех деталях, как в моём духовном теле происходят изменения.
Сначала сияющие линии корней стихии появились вдоль двадцати главных энергоканалов. Целители Поднебесья ещё называют их двенадцатью основными и восемью «чудесными» меридианами.
Затем отростки от корней пошли во вторичные каналы, проходящие вдоль узора вен физического тела.
Следом тончайшие корни стихии молний стали ветвиться. Едва уловимый узор из них начал интегрироваться в третичные энергоканалы.
Минул остаток дня…
Затем вечер и ночь…
Когда полей коснулись первые лучи восходящего солнца, моё тело наконец завершило трансформацию. Только после этого я смог погрузиться в полноценный сон.
…
Проснувшись на рассвете, я кое-как пошевелился. Из-за появившегося доступа к стихии молнии тело продолжало знобить. Однако теперь это скорее фантомные ощущения, а не судороги, как вчера.
Перепачкав грязью обожжённые места на одежде, я прикинулся крестьянином, присматривающим за полями. Затем, выйдя на дорогу, направился в сторону каравана.
Остановившись недалеко от каравана, я сел на скамейку около загона для животных. Достал из сумки флягу, вяленое мясо и запечённый на углях набор овощей. Со вчерашнего утра я только и делал, что бегал и решал проблемы разного рода. Пора нормально позавтракать.
Делая вид, что ем, я включил Сферу Восприятия, чтение по губам и стал «слушать», о чём болтают люди. Рядом с загонами для животных много кто ходит: стражники Ностромо, крестьяне и торговцы.
Оба защитных барьера внутри Ностромо до сих пор активны. Город перешёл на якобы карантин из-за
Для купцов, пришедших с караваном, это плохие новости. Точнее, ОЧЕНЬ плохие. Жители Ностромо не могут купить ИХ товары, а слуги — пополнить запасы провианта. Погонщики отказываются приобретать здесь корм для тягловых животных.
Из-за карантина вечером караван снимется со стоянки и продолжит путь. В самом Ностромо идут массовые проверки населения на предмет неизвестной заразы.
От этих новостей у меня холодок пробежался по спине. Один раз я уже видел нечто похожее во Фриджмонте. Второй раз я на такое уже не клюну!
Пользуясь тем, что клиентов у торговцев мало, я стал распродавать трофеи с орков. Оружие, доспехи, сушёное мясо и прочий хлам. Как и ожидалось, больше всего мне платили за пространственные сумки и кольца. Этот товар у адептов всегда в ходу. Плюс его легко хранить на складе.
В лавке алхимика, странствующего вместе с караваном, я приобрёл полный цикл «Фармакопеи континента Крыла». Речь о целом сборнике из десяти здоровенных энциклопедий с описанием всех трав, минералов и частей животных, используемых в алхимии на материке.
В той же лавке я приобрёл алхимический котёл новичка, три бутыля с жидким огнём и кучу ингредиентов. Брал только те, что уже знаю и могу использовать для изготовления Пилюль первого ранга.
Пока жду письма от родителей, можно потренироваться в алхимии и изучении новых рецептов. Карантин… Если это и впрямь он!.. За день-два и даже неделю не закончится.
Я по полной воспользовался тем, что у торговцев в караване нет клиентов! Купив запасы провианта у одного нечистого на руку фермера, я обменял его на красивые тряпки… Попросив большу-у-ю скидку!
Потом я перепродал тряпки стражникам, которые втихую промышляли контрабандой из закрытого на карантин Ностромо.
Повторил торговую операцию…
Потом ещё раз повторил…
В итоге вместо пяти сумок первого ранга и кучи колец у меня осталось только две сумки второго ранга и одно кольцо-кошелёк.
К вечеру того же дня владелец алхимической лавки смотрел на меня покрасневшими от напряжения глазами. Ему пришлось вернуть мне МОИ пять духовных кристаллов и отдать целую гору скоропортящегося товара! Сам он не успеет переработать их в Пилюли, а хранить базовые ингредиенты в свитках-хранилищах слишком дорого.
— Чтоб я тебя здесь больше не видел, чёртов мошенник! — дверь за моей спиной хлопнула.
— Эй, ну чего сразу дверью хлопать! Я, вообще-то, ещё жидкого огня хотел купить.
Картинка в Сфере Восприятия показала, как лицо купца скривилось. Он продал мне скоропортящиеся ингредиенты по цене чуть более низкой, чем купец их сам брал.
Так, к моменту отъезда каравана у меня появилась одежда для охоты, скрывающая мою ауру. По сути, полный аналог экипировки наёмников, занимающихся похищением новичков.
В той же лавке я приобрёл охотничий лук Козерог для адептов седьмого уровня Очищения [1–7]. В комплекте к нему шла куча артефактных стрел. Половину я отбраковал, объяснив мастеру-лучнику, где именно он пытается меня надуть.
Торговля с заезжими купцами оказалась настолько важной, что себя показали контрабандисты от кланов Ностромо. Им плевать на «карантин». Через Сферу Восприятия я видел, как тележки, гружённые товаром, гоняют туда-сюда по второму подземному тоннелю. ТОЛЬКО из-за них крупные дельцы, заправлявшие всем караваном, и задержались на сутки у стен осаждённого города.
Наконец, наступила полночь. Закрыв последние походные лавки, длинная вереница из повозок отправилась в путь. Я со знатно потяжелевшими сумками пошёл искать место под новую алхимическую лабораторию.
До начала Турнира Континента осталось сорок восемь дней.
С момента, когда Конклав Южных Орков объявил ультиматум, прошло пять дней.
Всё это время Валентайн искал девицу из рода Манимарко. Ни возраст, ни характерные приметы, ни уровень развития — Костолом не рассказал о ней ничего. Вождь предположил, что система жетонов-идентификаторов поможет Пакуру быстро найти беглянку.
Стража и войска гарнизона Ностромо трижды прочесали руины в разрушенной части города. Кристоф поднял все связи с контрабандистами. Как и подозревал Пакур, у аристократов имелся свой тайный путь из города. Через него они втихую торговали с караванами, но чужих к этому секрету никогда не подпускали.
Тайный лаз сторонников Секты Скреббы оказался разрушен в нескольких местах. Без адепта на стадии Заложения Основ со стихией земли его не откопать. Найденные там следы только усилили подозрения Пакура.
В деревушке за стеной нашли тринадцать трупов. Согласно донесению от Вальца, убитые оказались сбежавшими сторонниками Секты Скреббы. Слепки, снятые с их обуви, дали понять, что минимум двое пленников Вальца до сих пор на свободе.
Широкополосное сканирование Ностромо и его окрестностей не выявило присутствия посторонних — только обладателей вполне обычных жетонов.
В таких постоянных поисках прошло пять дней. За это время в маркграфство Валентайн прибыли адепты от Сект-союзников и подкрепление из столицы империи Колоссус. Однако всё это уступало огромной армии орков, собиравшейся в Лесу Абадона.
Орки ждали.
Орки охотились на зверьё, изучая поле грядущей битвы.
Орки продолжали прибывать с разных уголков Диких Земель.
Раз в день Каблан и Валентайн встречались на том же самом месте.
— Твоей пленницы нет в моём городе, Костолом! — Пакур недовольно рыкнул. — Можешь мне не верить, но я трижды проверил все свои земли.
В ответ вождь довольно оскалился. Он спиной чувствовал незримую поддержку армии Конклава Племён Юга. Несмотря на то, что переговоры проходили на нейтральной территории, Каблан ощущал себя полноправным хозяином ситуации.
— Ты не понял, зверолюд, — Костолом довольно захохотал. — Я не спрашиваю,
Всс…
В этот миг случилось то, чего никто не ожидал. Прямо посреди поля, где встречались парламентёры, вдруг появилась ещё одна фигура. Дряхлый старик с аурой настолько незаметной, что поначалу её никто не ощущал.
И только потом до Валентайна дошло:
Неизвестный адепт давно находился на поле. Всё это время прислушивался к разговору двух вождей, никак себя не проявляя.
Адепт, появившийся в пяти метрах от Лорда, оказался по расе человеком… Вот только с аурой настолько могущественной и жестокой, что Пакур невольно отвёл от него взгляд. Резко проснувшиеся инстинкты зверолюда завопили:
Взбрыкнувший Костолом успел произнести всего одно «чви», прежде чем рука, сотканная из кровавой ауры, заткнула вождю рот.
— Я услышал достаточно. Побереги свои голосовые связки, орк, — хриплым голосом произнёс старик…
Грх!
В тот же миг явное дневное небо над Ностромо вдруг загрохотало.
— … Я приготовил для тебя целый парк кровавых аттракционов, — старик сжал руку из ауры, ломая кости в теле орка. — Как ощущения? Ты ведь именно за такой фокус получил своё прозвище?.. Выкрал мою дочь, сбежал на юг материка, думая, что я никогда не явлюсь в эти места?..
Каблан зарычал, перешёл в режим берсерка и выпустил наружу всю ауру… В этот миг его личное могущество достигло пика стадии Золотого Ядра!
Только всё это оказалось тщетным.
Дряхлый старик подавил ауру могучего вождя, не проявив и тени намёка на напряжение.
— И не мечтай, орк! — каркающий смех разнёсся над полем боя. — Я не дам тебе достойной смерти, которой ты ищешь… Пойдём! Поговорим с твоими сторонниками. Сегодня я убью только тех, кто причастен к похищению Лилиан… И всех, кто окажет мне сопротивление.
Пакур всё это время стоял, отведя глаза и боясь пошевелиться.
В Дикие Земли рядом с Ностромо явился далеко не сам Король Войны, а один из его внуков. Однако даже такой фигуры из Тетрархии Кобо хватило для того, чтобы перевернуть с ног на голову переговоры.
— Живи, имперец! — произнёс всё тот же каркающий голос. — Возрадуйся тому, что Небо не дало тебе времени найти мою дочурку. Иначе ты мог оказаться на месте этого живого мертвеца. Кстати!
Пакур ощутил кожей, как взгляд старика остановился на его шее. Шерсть сразу встала дыбом!
— …
Последние слова старик произнёс с угрозой. Валентайн не знал, что ответить. Хоть он и Лорд Ностромо, но понятия не имеет ни о какой Лилиан. Как не знал и о том, что кто-то из жителей города помог девице добраться до посольства.
В голове Пакура вдруг всплыло донесение от дня, когда орки напали на Ностромо. Капитан внешней стражи докладывал, что Кара Неба ударила в поляну, где стоят массивы перемещений. На месте происшествия никого так и не нашли.
Пакур хотел зарычать от гнева, но из-за удушающей ауры Манимарко даже дышать оказалось тяжело.
Давление вдруг резко исчезло. Неизвестный адепт исчез вместе с «Костоломом».
А-А-А-А-А-А!
В тот же миг в Лесу Абадон, где собралась армия орков, поднялся истошный вой. Небо загрохотало, посылая слабые разряды в самые высокие деревья.
Крик тысяч гибнущих разом орков слился в какофонию безумия. У Пакура на всём теле шерсть встала дыбом! А у солдат, стоявших на наспех возведённой стене, по коже пробежал холодок.
— Их плоть — оружие, — произнёс Лорд, глядя на целое облако кровавых брызг, поднимающихся над лесом. — Их дух — оружие. Само их присутствие на поле боя — это тоже оружие. Таковы истинные Манимарко.
Старик в одиночку вырезал армию Конклава. Монстры бросились врассыпную, но это его не остановило. Тела орков взрывались одно за другим, а он просто шёл за ними… Брызги крови, становящиеся ядом, запускали цепную реакцию.
Появившемуся в Диких Землях старику оказалось плевать на разницу в уровнях и численности противников. Сама аура Манимарко настолько сокрушительное оружие, что никто из присутствующих не мог ему противостоять.
Появление отца похищенной девицы оказалось той переменной, которой ни орки, ни Секта Скреббы, ни Валентайн не ожидали.
За четверть часа старик стёр армию Конклава Южных Племён орков. Вскоре крики прекратились. Тогда Валентайн понял: старик ушёл. Немногие оставшиеся в живых монстры бросились прочь из Леса Абадон. Скоро они разнесут по югу весть о том, что Манимарко нашли их даже здесь.
…
После бойни, устроенной Манимарко, в Ностромо наконец-то отменили карантин. За минувшую неделю адепты-геоманты проложили заново дороги по разрушенным районам. Из столицы порталом прибыли архитекторы, которые составят смету для восстановления разрушенной части Ностромо.
Треть расходов возьмут на себя Секты Голубого Неба, Водоворота и Огнецвета. Ещё одну треть покроет императорская семья Колоссус. Оставшаяся часть трат придётся на Пакура Валентайна — владельца пострадавших земель.
Император Колоссус, ожидаемо, остался недоволен инцидентом. Монарху нет дела ни до махинаций Секты Скреббы, ни до орков, ни до непонятно откуда взявшегося адепта Манимарко. В глазах правителя всё случившееся выглядит так, словно
Вдобавок к нападению орков у Пакура болела голова от других проблем. Обенель, правая рука и самый преданный работник Валентайна, до сих пор не пришёл в себя. А ведь прошла уже целая неделя! Старика пока подменяет капитан Моралле — адепт, отвечающий за всю городскую стражу в Ностромо.
Ещё и у Кристофа Вальца начались проблемы. Клан Оуш выставил официальную претензию Лорду о том, что
Сражавшихся с орками патриарх Оуш тактично намекнул Пакуру:
Пять дней ничего не происходило, а затем Вальцу домой прислали весточку. Кто-то подбросил к дверям его дома мешок с двенадцатью сердцами диких животных. Это уже сторонники Секты Скреббы дали знать, что нацелились на дознавателя.
Сам Вальц с покрасневшими от напряжения глазами упорно искал некоего Скабре.
Пакур отдал приказ капитану Моралле проверить отчёты. Адепт-новик с такой фамилией значился в списке прибывших в Центр Получения Гражданства с начала года. В день дуэли со старейшиной Скреббы он получил жетон ветерана-ополчения. Других записей о нём почему-то не нашлось.
Придя с этим докладом к Лорду, капитан почему-то неуверенно замялся. Моралле собирался что-то сказать, но сомневался в том, стоит ли это делать.
— Говори, — зверолюд недовольно фыркнул. — В подчинённых я ценю решительность и исполнительность. Второе у вас уже есть, капитан. Над первым ещё стоит работать.
— Скабре… Точнее, Маркус Скабре. — Капитан стражи невольно поправил воротник рубашки. — Если это тот самый Скабре, то в отчёты закралась какая-то ошибка.
Пакур хмуро глянул на нового подчинённого.
— Какого рода «ошибка»? Сводку по нему составила служба безопасности Ностромо. А они собирают данные от стражи, гарнизона, ополчения и даже банка.
Видя, что Пакур недоволен, капитан тяжело вздохнул.
— Не хочу влезать в ваши внутренние дела, мой Лорд, но весь этот отчёт — сплошная чушь. Я лично видел, как Маркус Скабре убил по меньшей мере сотню орков. Я и «Гусар»… В смысле, капитан ополчения Густаво отдал парню все артефактные стрелы…
Видя, что Лорд закипает, капитан торопливо добавил:
— … За всю свою жизнь я не видел лучника более умелого и смертоносного, чем Скабре! Это он вмешался в бой господина Обенеля с парой орков-девяток [1–9] и здоровяком с двуручником [2+]. Потом ещё и орка-спринтера [2+] на себя отвлёк. В том бою такое творилось, что я никогда увиденного не забуду…
— Р-Р-Р!
Тяжёлая, всёподавляющая аура Пакура Валентайна накрыла собой весь кабинет. Капитан Моралле схватился за горло от чудовищного давления, обрушившегося на его плечи.
— Говори! — прорычал Лорд, снижая силу давления на нового подчинённого. — Что ещё касающееся Скабре, не попало в мои отчёты? Почему я об этом узнаю только сейчас?
— Н-у-у… Я не знаю всех деталей, — Моррале опасливо отвёл глаза от Лорда. — Господин Обенель после того боя едва на ногах стоял. Я видел, как Скабре отдал ему свои кристаллы и пилюли. Потом около вашего заместителя появилось нечто вроде малой формации. Господин Обенель отдал мне ключ-жетон и велел отвести войска за второй барьер, а Скабре оставил около себя. Парень и впрямь хорошо ему спину прикрывал…
Гнев Пакура оказался настолько силен, что стул под ним и стол начали дымиться. Вырывающиеся из тела Лорда крохотные молнии выжигали древесину. Ощущая отголоски силы, рвущейся наружу, Моралле замолчал… Он боялся ляпнуть нечто такое, за что Валентайн его убьёт на месте.
— Даю тебе последний шанс, — прорычал Пакур, смотря на подчинённого испепеляющим взглядом. — Говори всё, что знаешь о Скабре! НУ-У-У! Я же вижу, что ты не всё сказал.
Моралле сглотнул, чувствуя, как сама смерть тянет к нему свои руки.
— С-скабре видели за стеной, в день п-прихода каравана. Мо… Мои подчинённые там кое-что продавали из своих вещей, а Маркус их перекупал. П-понятия не имею, как парень там оказался. Я тогда не обратил внимание на это, а сейчас вот вспомнил… Думал, мистер Вальц из-за этого инцидента объявил Скабре в розыск.
— Что? — глаза Валентайна расширились от удивления. — Какой ещё розыск?
В эту самую секунду в голове Лорда, привыкшего к постоянным интригам, сложилась ранее неуловимая картина событий.
Скабре!
Неизвестный ополченец, помогший Вальцу найти убийцу Лебедона и сторонников Секты Скреббы. Он же безымянный адепт-новик, которого Кристоф хотел по-тихому устранить.
Стрелок, прикрывавший Обенеля и видевший старика последним на прежнем ранге.
Ветеран ополчения, внезапно оказавшийся за стеной Ностромо, когда Кара Неба ударила в поляну с порталами. Предположительно, тогда же, когда Лилиан Манимарко покинула пределы маркграфства.
Пакур мгновенно понял, куда делся жетон личного представителя Обенеля.
— ВАА-А-АЛЬЦ! — от могучего рёва Лорда из окон кабинета повылетали все стёкла.
…
Прошло шесть суток с того дня, как я хорошенько поторговал с купцами в караване. Расспросив у работников ферм за городом про алхимическую лабораторию, я получил сразу три ответа… И все три указывали в одном и том же направлении.
Иного мастера этой профессии в округе нет. Другие специалисты либо связаны с кланами и не сдают лаборатории в аренду, либо живут в Ностромо.
Придя в деревеньку, я сразу нашёл алхимика.
Работники с полей не зря предупреждали:
Мастера звали Гаммадур Малабрис. Или просто Гамма.
Прибыв из Пограничной Зоны почти век назад, он многого добился на пути адепта-алхимика. Затем, не выдержав конкуренции в столице Илемеон, рванул на границу империи Колоссус. Прежний Лорд маркграфства дал землю алхимику бесплатно. Так Гамма перетащил сюда весь свой род и построил деревеньку.
Приложив огромные усилия, Гамма смог получить жетон мастера-алхимика четвёртого ранга. Однако дальше старик упёрся в свой предел — пик ранга Заложения Основ [2–4].
При попытке прорыва на стадию Золотого Ядра у алхимика случилось отклонение: Ядро разрушилось, а избыток духовной энергии вызвал разрушение четырнадцати из двадцати энергоканалов. Старик Гамма чудом выжил, но как адепт прекратил свой путь… Ещё и ноги отказали.
Тело старого алхимика до сих пор совместимо с духовными частицами. Как и я, он адепт без источника, но с парой корней стихий.
Так, восемь лет назад от некогда могущественного адепта [2–4] осталась только оболочка. Потеряв опору в лице мастера-алхимика, родня вернулась в столицу империи Колоссус. А старый Гамма остался здесь. Все знакомые целители отказались браться за его лечение.
Последние шесть лет алхимик живёт за счёт сдачи в аренду своей некогда шикарной лаборатории. Правда… родня уже утащила всё, что не прибито. Осталось здание, шкафы, две формации и личный котёл-печь, который Гамма всегда держит при себе.
Так, позабытый роднёй и коллегами, алхимик доживал свой век… попутно вымещая раздражение на паре оставшихся слуг и клиентах. И тех и других с каждым годом становилось всё меньше.
…
Моя просьба «позаимствовать алхимическую лабораторию» вызвала сначала бурный смех.
— Вали отсюда, бездарь! Чтобы я больше тебя не видел. Мне даже прикасаться к тебе не надо, чтобы понять… Ты и на первый уровень Очищения ещё не прорвался… Я скорее от голода сдохну, чем разрешу такому, как ты, заходить в МОЮ лабораторию!
— Эх, жалко! — зеваю и не думая уходить. — Хотел у вас ещё уроки взять.
— Я не даю уроков, — взбрыкнул старик.
— Тем более жалко, — продолжаю зевать, стоя на месте. — У меня куча ингредиентов и новых рецептов. А я пока не до конца понимаю, как с некоторыми из них работать. Думал, вы, как опытный алхимик, мне что-нибудь посоветуете.
— Ха! Так, значит, в Ностромо завёлся алхимик-теоретик? — старик фыркнул. — Пошёл отсюда! Я тебе эти ингредиенты в такое место засуну, что они там прорастать начнут!
— О, правда, что ли? — демонстративно разглядываю инвалидное кресло, в котором катается старик Гамма. — А догнать сможете? Я быстро бегаю. Или попросите о форе? Могу закрыть глаза и прыгать на одной ноге. Это хоть и не полностью, но уравняет шансы.
Старик пыхтел, ворчал, сопротивлялся, но всё же сдал мне лабораторию. Сошлись на оплате золотом, плюс я потрачу два духовных кристалла на перезарядку двух формаций — защиты и звукопоглощения.
Стоило мне перезарядить защитную формацию, как я сразу ощутил отразившийся от барьера мощный сканирующий импульс. Идя от Ностромо, он прошёлся по всей округе. Формация весьма вовремя скрыла моё присутствие.
Заметив мою реакцию на сканирующую волну, Гамма что-то понял, но вопросов задавать не стал.
— Давай показывай! — рявкнул старик, указывая на алхимический котёл. — Чего ты там умеешь, тео-ре-тик? Небось варил в железном котелке какую-нибудь бурду и теперь называешь себя алхимиком.
Я задумался.
— Прежде чем мы начнём, мистер Гамма… Можем ли мы подписать какое-нибудь соглашение, согласно которому вы не распродадите и не выдадите моих секретов?
— Клянусь Небом! — рявкнул Гамма, и в тот же миг в облаках над нами загрохотало. — Пока ты мой клиент, Скабре, и будешь чему-то здесь учиться… Ни один твой секрет не уйдёт наружу. Я также даю слово, что не использую полученную информацию во вред тебе… Ни во время обучения, ни после завершения сделки! Я, Гаммадур Малабрис, всё ещё мастер-алхимик четвёртого ранга… Пусть Гильдия и считает иначе. Репутация и верность данному слову для меня — не пустой звук!
— Вау! — хлопая глазами, смотрю на старика. — Какая милая клятва! Смотрю, Небо вас всё ещё слышит. Выходит, ваш рейтинг полезности до сих пор выше десяти. Не всё потеряно, да⁈
Про этот нюанс мне рассказали в караване, когда я чуть не отказался проводить большую сделку. Тот самый торговец ингредиентами дал клятву Небу, что
Сейчас сидящий в инвалидном кресле старик побагровел лицом:
— Какой же ты засранец, Скабре!
— О боги магии! — в театральном жесте хватаюсь за сердце. — Давно мне таких комплиментов не говорили. А можете что-нибудь ещё сказать?
Гамма довольно оскалился:
— … Я буду ждать тебя в самых глубоких частях ада! Если там и впрямь есть демонический котёл, я лично буду пережигать в нём твою душу! А теперь показывай, чего ты там умеешь?
Кто-то может сказать, что издеваться над калекой — последнее дело. Я же видел перед собой по-прежнему могущественного адепта.
Мне плевать на то, что старик исходит ядом! Плевать на его злость и желание избить меня чем-нибудь тяжёлым. Плевать на то, что Небо до сих пор реагирует на его клятвы.
Я вижу перед собой не калеку, а пациента, на котором можно опробовать методику выращивания Ядра.
Как учитель, старик Гамма оказался на порядок лучше, чем Брандей. Причём не метафорически, а в прямом смысле. Альтернативные рецепты популярных препаратов, способы улучшения уже имеющихся корней стихий… Ага! Оказывается, и такое можно сделать… Плюс секреты из запретных областей профессии. Жизненный опыт и понимание профессии у алхимика четвёртого ранга оказались куда обширнее.
— Последние десять лет я шёл к пятому рангу, — видя, что его слушают, Гамма рассказывал всё больше. — Поэтому смотрю на мир совсем не так, как те сосунки из Гильдии, которые застревают на первом-втором ранге… Тебя твой предыдущий мастер, как его там…
— Неважно, — отмахнулся я.
— Да и Бездна с ним! — фыркнул старик. — Он тебе небось твердил, что всё сводится к тому, что берёшь алхимический ингредиент и очищаешь его огнём. Затем оставшуюся эссенцию забиваешь в какой-нибудь кармашек внутри котла, и всё?
— Примерно так.
— Неуч! И он, и ты. Впрочем, первые шаги в профессии лучше проходить, не забивая себе голову лишним.
Вытянув левую руку в сторону, Гамма слабеньким Телекинезом поднял корешок размером с ладонь. Я же через Сферу Восприятия увидел состояние духовного тела старика.
Оставшиеся четырнадцать меридиан… Как их порой называют в Поднебесье… В теле Гаммы выглядят как куча лопнувших, скукожившихся каналов. Энергия по ним едва-едва струится, и это скорее плохо, чем хорошо. Циркуляция духовных частиц приводит к тому, что вместе с ними в тело снаружи проникают и токсины. Очищать себя от них старик уже не может. Вот и получается, что отравление прогрессирует годами.
— … Огонь внутри котла создаёт рабочую среду для алхимика, — продолжал обучение старик. — Дальше вступают разные нюансы. Чем больше у алхимика корней, тем лучше для работы. Стихией земли можно придать форму трудноуловимым эссенциям.
— Зачем?
— Представь, что их один процент от объёма всего ингредиента? Так, если Духовного Чутья хватает, получится из одного ингредиента сразу две эссенции. Гроссмейстеры алхимии могут добывать до четырёх эссенций из одного корешка! Слышал и про пять, но это уже на уровне мифов. В Первом Поясе так уж точно.
Я нахмурился.
— При чём тут Первый Пояс?
Держа в руках притянутый Телекинезом корешок, старик захохотал:
— Парень! Ты ни черта не знаешь о мире Поднебесья. Например, у нас на континенте Крыла верхний предел силы ограничен Золотым Ядром [3+]. Если появляется адепт, добравшийся до стадии Зарождения Души [4+], на любой его чих с проявлением силы Небо швыряет молнии. Само существование такого адепта в Первом Поясе противоречит законам Поднебесья. Это ограничение вынуждает слишком сильных из них уходить во Второй Пояс. Там действуют аналогичные ограничения, но планка допустимой силы повыше.
Со слов старика Гаммы, вырисовывалась довольно необычная картина. Момент с количеством добываемых эссенций из одного ингредиента Брандей и впрямь упростил до безобразия. А купленное у каравана «Полное собрание томов Фармакопеи», наоборот, подтверждало слова старика.
В свою очередь, алхимики третьего ранга и выше добывают из ингредиента две эссенции и больше. Рецепт обработки усложняется в разы, но открывается доступ к весьма редким видам, формам и соединениям эссенций.
Тем временем старик продолжал погружать меня в профессию.
— … Для того чтобы добыть две эссенции из одного ингредиента, требуется уже не только огонь, но и доступ к другим стихиям. Вода для охлаждения или гидролизации. Корень стихии земли, чтобы придать выделенной эссенции на время твёрдую форму.
Секунд пять я пытался представить себе описанную алхимиком картину. Получалось нечто противоречивое.
— Разве нельзя добиться того результата с выделением второй эссенции через её отделение Духовным Чутьём и переносом в другую температурную зону внутри котла?
— Можно, — старик закатил глаза. — Я всё думал, спросишь или нет. Молодец, новик. Спросил. Этот приём называется «Сито» и доступен алхимикам четвёртого ранга и выше. Без запредельно сильного Духовного Чутья второй компонент не выделится. Другие корни стихий… Они как вторые руки. Помогают сделать то, что в естественных условиях кажется практически невозможным.
Проводя аналогию с приготовлением еды, можно сказать, что для алхимика корень стихии огня — это топливо, без которого ничего не выйдет. Другие стихии — это специализированные инструменты. В теории обойтись можно, но это усложняет процесс изготовления высокоранговых пилюль.
Мы находились в алхимической лаборатории. За счёт принесённых мной бутылей с жидким огнём печь-котёл постепенно прогревалась.
— Такой вопрос. Что даёт алхимику доступ к стихии молний? — спросил я, тихо гордясь своим недавним приобретением. — Может, какие-то необычные приёмы?
— Молний? — Гамма с прищуром глянул на меня. — В теории ничего. Уж точно не для алхимика-теоретика в начале пути адепта. Будь ты хотя бы на стадии Заложения Основ [2+]… Не удивляйся так! В столице империи Колоссус с адептами Очищения [1+] никто не считается. Так вот! На стадии Заложения Основ [2+] можно применять «Полюс». Этот приём помогает выделять эссенцию Жизни даже из останков монстров. Минералы можно «Полюсом» на раз-два обрабатывать, притягивая тяжёлые фракции эссенций.
Используя уже знакомые «Пилюли Парного Чутья», я дал одну старику Гамме. Вторую съел сам и стал делать в разогретом котле-печи самые обычные «Пилюли Сбора» — самый популярный препарат для адептов начальных уровней [1–5]. Попутно показывая на деле, чему научился у Брандея, не называя имя мастера.
Температура обработки, время, доля токсинов в заготовках — за базой знаний шли уже мои комментарии по приготовлению пилюль.
Сидя в своём инвалидном кресле, старик молча за мной наблюдал. Затем в какой-то момент Гамма начал что-то черкать в своём блокноте.
Стандартный шестичасовой цикл приготовления «Пилюль Сбора» я сократил до трёх с половиной. Затем показал тот же фокус, что и Брандей — в последний момент открыл крышку и дал парам впитаться в затвердевшую оболочку пилюли. В тот же миг по комнате разнёсся приятный травяной аромат.
Бабах!
Молния Малой Кары Неба ударила точно в крышку котла, но я специально не отпускал её из руки. Хотел проверить, как тело отреагирует на разряд.
Бабах!
Вторая молния влетела внутрь котла-печи. Я предусмотрительно прижал тяжеленный инструмент ногой к полу, не давая ему сорваться с места. Светящийся разряд бешено вращался в остатках пламени.
Бам-бам-бам-бам!
Искры сыпались из-под снятой крышки котла. Десять секунд спустя молния Малой Кары Неба вдруг превратилась в ярко светящуюся шаровую молнию. Повисела так немного в центре и с тихим хлопком взорвалась.
Видя это, Гамма фыркнул и сделал в блокноте ещё одну пометку:
— Готов к критике, Скабре?
— Готов.
— Тэкс! Для алхимика-теоретика у тебя руки слишком правильно растут. Причём ровно из того места, из которого должны. Дальше молния за идеальное качество «Пилюль Сбора»… Я такое в последний раз видел десять лет назад в этой самой лаборатории. Ты либо крайне везучий засранец… Либо гений с настолько большими проблемами и тайнами, что готов учиться даже у такого огрызка алхимика, как я. Ставлю на второе. И наконец, третье… Твой придурок-учитель сказал что-то в духе:
— Так и есть.
— Пф! Дешёвые трюки, — старик махнул рукой. — Для алхимиков третьего ранга и выше это считается нормой. Только слабаки, не способные достичь этого уровня мастерства, называют ЭТО дополнительным этапом.
— Понимаю, — кивнул я, думая о своём. — Так что я сделал не так? Вы говорили про критику.
Гамма вытаращился на меня:
— Парень! Я не знаю, что ты вообще сделал. Моего Духовного Чутья не хватает, чтобы понять, КАК ты это творишь. А я ведь к пятому рангу шёл!..
Старик указал на потрескивающий разрядами котёл-печь.
— … Ты идеально очистил компоненты, взяв из них только по одной эссенции. Вторую эссенцию из материала ты не выделил, и это норма. Я только на третьем ранге начал с ними работать. Талант определённо есть… Ты ведь пришёл, чтобы научиться у меня альтернативным рецептам? Например, делать те же «Пилюли Сбора», но из того, что под руку попадётся⁈
— Так и есть. Ещё тем приёмам, которые вы упоминали. «Сито» и «Полюс», — загибаю два пальца. — Ещё мне не хватает знаний других рецептов, правил создания алхимической лаборатории и так далее. Молнии в меня бьют довольно часто. Хочу понять, что с этим можно сделать.
Гамма довольно захохотал. Старик опытный! Он сразу понял, почему я искал алхимическую лабораторию за пределами Ностромо. Тут нет любопытных глаз и можно работать сутки напролёт, не опасаясь слежки от других адептов.
— Уф, уморил! Любой алхимик удавился бы от зависти, услышав, что у тебя проблемы с часто бьющими с неба молниями…
Прикрыв глаза, старик замер в своём кресле на добрых полминуты.
— … Хм-м-м, — открыв глаза, Гамма с прищуром глянул на меня. — Во-первых, я о тебе раньше не слышал. Значит, ты новик из недавнего пополнения Ностромо. Рядом нет других крупных городов. Во-вторых, ты пришёл ко мне, получив первоначальное обучение у другого мастера… Сложив первое со вторым, предположу, что его уже нет в живых.
— Погиб от рук орков, — пожимаю плечами. — Впрочем, будь он жив, я бы первым свернул ему шею. Поверьте на слово, есть за что. Причём дело не только в моих тайнах.
Гамма кивнул, не сводя с меня глаз.
— Верю. Твои секреты, Скабре, стоят того, чтобы за них убить. Я говорю это как адепт, целый век живущий в Поднебесье. Если в будущем случится нечто похожее, вспомни этот совет… И наконец, третий момент. Раз ты открылся мне, показав приготовление «идеальных» пилюль, значит, зачем-то проверяешь. А твои настоящие секреты в разы опаснее тех, что ты мне уже раскрыл… Можешь меня прямо тут убить… Отвечу так. Я дал клятву Небу и намерен её сдержать.
Ещё до начала приготовления пилюль я перевёл Центр Управления Сознанием в режим «коммуникации». Мне надо понять, где и в чём алхимик пытается соврать. Так вот! Гамма пока ни разу не соврал.
— И всё? Вас сдерживает только клятва?
— Нет, конечно! — старик недовольно фыркнул. — Ты… Как природный алмаз, желающий стать бриллиантом… Я про алхимию, если что. Любой достойный мастер-алхимик мечтает воспитать ученика, который превзойдёт его личные пределы. Так наследуется и улучшается мастерство нашей профессии…
Старик с тоской глянул на пустую лабораторию и остывающий печь-котёл.
— … Я прожил долго, но так и не встретил мелкого засранца, который бы меня уделал. Сейчас я никто. Адепт без Ядра, которого даже родня забыла. Нет больше Гаммадура Малабриса, алхимика четвёртого ранга. Никому не сдались мои рецепты, освоенные приёмы и я сам… А тут ты! Весь такой талантливый и язвительный, что хочется удавить тебя голыми руками.
Прикрыв на секунду глаза, Гамма посмотрел на круглое отверстие в потолке лаборатории.
— … Нужна крыша над головой? Можешь оставаться у меня сколько хочешь. Хочешь учиться алхимии? Я буду делиться знаниями, как твой учитель… Рецепты, приёмы, а может, и свой котёл тебе оставлю. Его изготовили в столице по спецзаказу. Хочешь спрятаться от кого-то из Ностромо внутри моей защитной формации? Хорошо. Я не стану ничего спрашивать.
—
— Да ты… Ты! — старик аж покраснел от злости. — Засранец! Я тебе тут, вообще-то, душу изливаю.
— В том-то и проблема. Вы на себе крест поставили, но не я, — подойдя к алхимику в инвалидном кресле, протягиваю ему руку. — Даже если вы окажетесь на грани смерти из-за усталости, я заставлю вас оставаться в рядах живых и продолжать моё обучение! Вызнаю все ваши секреты мастерства! Выпытаю ехидством все алхимические приёмы! А затем… Живого, богатого, здорового, с девкой в постели… Заставлю сожалеть о том, что ученик вас превзошёл.
Услышав мои угрозы, Гамма резко вцепился в мою руку. Хватка у старика оказалась невероятно крепкой.
— Тогда будь готов к максимально тяжёлому обучению, мелкий засранец! — в глазах алхимика загорелся огонёк безумия. — Я вобью в твою голову всё, что Небо разрешило мне знать об алхимии.
…
Первая встреча с Гаммой случилась тридцать первого января. Следующие шесть дней я работал сутки напролёт и заодно приглядывался к старику, думая, что с ним делать. Тот сначала не понимал, почему я на него поглядываю, а потом вдруг произнёс:
— Хорош пялиться! Я твой наставник по алхимии, а не ночная бабочка в переулке! Не думай, что мне можно помочь. Моя жизнь как адепта подходит к своему концу. Ядра нет, энергоканалы разрушены… Мне осталось от года до двух. Скорее уж до года. В последнее время кажется, что ночи становятся холоднее. Так что учись быстрее и постарайся меня превзойти.
— А если вырастить новое Ядро?
Алхимик захохотал:
— Как бы тебе сказать без мата… Ублюдки из Секты Кровавого Бога предлагали мне пересадку Ядра, но тогда мой предел развития будет ограничен тем, что я уже имею. Нельзя в адепта Заложения Основ [2+] пересадить Ядро кого-то посильнее. Духовное тело попросту взорвётся. Если всё же пересадить себе чужое Ядро, Небо будет гневаться на каждый чих.
— Речь именно о выращивании Ядра, — покачал я головой. — Не хотите попробовать?
Гамма тяжело вздохнул:
— Ты про те древние легенды о том, что можно надуть один из энергоканалов и при этом не дать ему взорваться?
— Да.
Старик покачал головой.
— Когда деньги ещё водились, я нанимал сыщика узнать детали. Как минимум в империи Колоссус нет ни одного пациента, вылеченного таким способом. Тот же специалист сходил в Гильдию Целителей. С их слов, это настолько сложная операция, что её могут провести только адепты-целители на стадии Зарождения Души [4+]. То есть НЕ в Первом Поясе! Забудь обо мне, Скабре… Я принял свою судьбу.
Не говоря ни слова, я стал выкладывать на стол «Талисманы Стабилизации». Затем три «Пилюли Исцеления Энергоканалов».
— У меня нет Ядра. Думаю, вы это уже знаете…
Алхимик в ответ молча кивнул, не отрывая взгляд от талисманов.
— … Ещё живя в мире Пограничной Зоны, я заключил сделку с Посредником. От него я узнал о наиболее рабочей методике выращивания Ядра. Сейчас у меня есть всё необходимое, чтобы попробовать провести одну такую операцию…
Сказав это, я создал вокруг себя малую Защитную Сферу, собрав в ней все духовные частицы, находящиеся внутри формации.
— … Я также довольно хорошо ощущаю ВСЕ ваши энергоканалы, — указываю на алхимика. — Не только ещё целые в левой руке, груди и голове… Но и те, что разорвались. Если очистить ваше тело от токсинов, их вполне можно исцелить. То же касается и Ядра. У вас… Скажем так… Уже есть «узел» в энергосистеме, который можно раздуть до нужных размеров, превратив в новое Ядро.
Гамма с сомнением глянул на меня, а потом вдруг усмехнулся:
— Вот оно что. Решил вырастить себе Ядро, но перед этим провести эксперимент на мне?
— Не «эксперимент», — качаю головой. — Раз Небо передало эти знания через Посредника, значит, это рабочая методика. Я хочу понять, кем ВЫ в итоге станете… Сейчас мы оба «адепты без Ядра, но с доступом к стихии». Однако, в отличие от меня, вы ПОМНИТЕ, как жили раньше. Как управляли силой, не давая ей разорвать своё тело и разум. Взглянем на ситуацию иначе. Что вы теряете, если согласитесь на операцию?
— Всё, — сухо произнёс Гамма.
— Всё⁈ — вскинув бровь, смотрю на старика в инвалидном кресле. — Вы про ещё один год жизни в кресле? Или про алхимическую лабораторию, которую вам не на кого оставить? Ваша родня и так уже сбежала в столицу. Что в вашем понимании «всё»?
Старик грустно покачал головой:
— Ты ничего не понял, Скабре. Я уже потерял всё. Если ты хочешь стать жнецом смерти, который проводит меня на тот свет… То я согласен.
Тут уже я удивился.
— Вот так просто?
— Мне нечего терять, парень. Если ты передашь мне эти три Пилюли и исцелишь хотя бы один энергоканал… Это добавит мне лет десять жизни. Возможно, даже ходить снова смогу. О, небо! Я уже забыл, каково это… Чувствовать ногами землю. Пойми и другое… Жизнь с доступом к духовной силе и без неё… Это всё равно что и не жить вовсе. Я толком не чувствую ни пилюль, ни твоего Духовного Чутья. Глаза до сих пор видят ауру, и на том спасибо.
Сжав подлокотники кресла, старик Гаммадур уставился на меня. В его глазах читалось чистое упрямство. Казалось, что годы жизни после потери Ядра он держался, только чтобы потом посильнее насолить Небу.
— … Лучше умереть в попытке вернуть себе Ядро, чем ТАК закончить свою жизнь. В тишине, холодной постели и будучи всеми забытым… Где мне кровью расписаться, Скабре… Чтобы ты уже наконец взялся за лечение?
Лечение старика Гаммы я разделил на три этапа. Первый — очищение тела от токсинов. Из-за десяти лет нахождения в инвалидном кресле в теле алхимика накопилось столько яда, что комары и мухи на подлёте мрут.
Второй этап — выправление разрушенных энергоканалов. Раз энергия по ним всё ещё струится, значит, сама
И, наконец, третий этап — восстановление Ядра. Именно «восстановление», а не выращивание с нуля. Я видел остатки крупного узла энергосистемы чуть ниже пупка. По функционалу они напоминали бочку с отсутствующим куском стенки. Вроде всё на месте, но хранить в себе энергию разрушенное Ядро уже не может.
Взз…
Очередной сканирующий импульс достиг защитной формации алхимической лаборатории и ушёл дальше.
Пока я вертел головой по сторонам, старик внимательно следил за моей реакцией. Он прекрасно понял, на что я отреагировал.
— Не переживай, парень. Пока ты внутри защитной формации, тебя никто не обнаружит.
— Учту на будущее. Вам эта защита тоже скоро пригодится, — произнёс я и стал закатывать рукава.
Гамма удивлённо глянул на меня:
— Ты что удумал?
— Как что? Лечение. Или вы думали, что я это дело буду на целый год оттягивать? Перед тем как взяться за ваше восстановление, надо провести очистку организма.
Выйдя из алхимической лаборатории, я остановился около скамейки у стены. Она находилась аккурат около двери.
Вытащив Телекинезом старика из кресла, я аккуратно усадил его на скамейку.
— Бездна! Мог бы и так сказать. Я и без твоей помощи могу сесть, — закряхтел Гамма, явно чувствуя свою беспомощность.
— Начнём с «чистки», — фиксирую тело старика Телекинезом. — Будет щипать.
По опыту Сати уместнее будет сказать: «Дайте знать, когда боль станет нестерпимой». Чем меньше пациент знает, тем легче всё пройдёт.
Я направил Поток внутрь тела старика и стал осторожно выводить токсины наружу. Часть из них пришлось собрать в лёгких.
— Кха! — Гамма сразу зашёлся тяжёлым кашлем.
Не прошло и минуты, как чёрный пот стал покрывать тело старика. В какой-то момент грязи набралось настолько много, что она начала отравлять пациента. Пришлось звать служанку, чтобы срочно помыла Гамму.
— Хосподин! Вы ещё живы? — запричитала кухарка.
Сидя на скамейке, старик обмяк и не мог выдавить из себя ни слова. Прислуга… Роста метр с кепкой, но кряжистая! Тот случай, когда и кость широкая, и коня в узел завязать может. А если конь голый, то вообще прекрасно!
Вот и сейчас… Кухарка молча зашла в барьер, закинула тело старика на плечо и потащила в баню. Причём несла его как мокрое полотенце, а не как могущественного адепта.
— Фух, хосподин! Помыть вас надо, — служанка аж покачнулась, вдохнув запах от благоухающего старика.
— Не смей! — просипел Гамма и попытался стучать кулаками по спине служанке, но той хоть бы хны.
Она добрых полчаса мыла старика, затем вернув его с раскрасневшейся кожей на ту же скамейку. Гамма смотрел на прислугу как на врага народа!
—
Отдышавшись, Гамма глянул на кухарку:
— Свободна, — рыкнул он и погрозил ей трясущейся рукой. — Ух! Я тебя…
Кухарка закатила глазки:
— Пфе! Хосподин… Может, я только рада буду такому наказанию?
…
Через полчаса Гамме пришлось снова звать кухарку. Тётка вошла за барьер, молча подняла старика в грязном тряпье и внимательно зыркнула на меня.
— Особые пилюли, — произнёс я, тряся стеклянным флаконом. — Я обещал мастеру Гаммадуру почистить его тело от токсинов в обмен на обучение.
— Ох, Небо! Так он тогда кряхтеть меньше будет? — держа старика на плече, кухарка бодро рванула в баню. — Сейчас мы его почистим. Вы, хосподин, токмо далеко не уходите.
…
К третьему заходу Гамма сидел уже с полузакрытыми глазами. Сил в теле старика не осталось, но работы ещё много. Скормив старику «Пилюлю Бодрости», я выиграл немного времени.
Сразу после начала действия «Пилюли Бодрости» я приступил к третьей части чистки. За ней потребовалась четвёртая, а следом — и финальная пятая.
Бегающая туда-сюда служанка в очередной раз притащила старика из бани. Тот, красный как рак, сев на скамейку, умудрился заснуть в позе мудреца.
Причём с открытыми глазами!
Точным воздействием вторичного Телекинеза и Потока я растворял затвердевшие токсины в организме старика. Речь о кропотливой и крайне болезненной для пациента процедуре.
Методично, шаг за шагом, я выводил всю гадость, накопившуюся в теле Гаммы через кожу. Сложность оказалась настолько высокой, что я сам покрылся холодным потом.
Финальный этап очистки растянулся аж на двенадцать часов. Кожа старика стала красной от крови из множества крохотных ранок. Рядом со скамейкой собралась горсть чёрного как смоль песка. Токсины… Токсины и ещё раз токсины… Уровень отравления ими старого алхимика оказался едва ли не смертельным. Любой другой адепт давно бы помер от такого объёма загрязнений.
К моменту завершения очистки я весь обливался потом. Но вот… Последний кусочек затвердевших токсинов в районе позвоночника удалось расщепить и вывести через кожу.
Кряхтя, я разогнулся, разминая затёкшую спину. А когда обернулся, увидел кухарку с тарелкой каши на подносе.
— Хорошая «пилюля», — произнесла служака с неким намёком и улыбнулась. — Я вас, хосподин… Поди уже третий час тут стою жду. А вы всё корпите и корпите. Старик-то уже того! Третий раз сознание потерял. И это токмо пока я тут смотрю.
— Процедура болезненная, но вашему хозяину она необходима…
Кивком указываю на старика. Тот умудрялся храпеть, сидя в позе мудреца.
— … Точнее, «уже помогло». Надо его помыть, напоить водой, накормить и дать вволю поспать, — сам зеваю от всей души. — Раньше, чем через сутки… Ням-ням… Мастер Гамма не проснётся.
— Поня-я-ятно, — кухарка кивнула, приглядываясь к чёрному песку под скамейкой. — Давно я этой хадости не видела. Почитай, с того дня, как мастер Ядрышко своё потерял… Тогда этот чёрный мусор из лаборатории приходилось веником убирать.
Подхватив лёгонькое тело старика, кухарка потащила его на последнюю помывку. Проследив за тем, чтобы служанка ненароком не прибила алхимика, я и сам пошёл отсыпаться внутри алхимической лаборатории.
…
Следующие восемнадцать часов я спал как убитый. Пару раз меня будил «Мохреш», сообщая, что служанка оставила поднос с едой у входной двери, но дальше заходить не стала.
Я полностью проснулся только на исходе четвёртых суток от начала лечения Гаммы. Во всём теле ощущалась ломота. Только в этот момент я осознал, что побил собственный рекорд по количеству задействованных ментальных усилий.
Добравшись до двери, за пару минут смолотил еду, оставленную кухаркой.
Вззз…
Сфера Восприятия уловила очередной мощный сканирующий импульс. Только в этот раз он пришёл со стороны ближайших деревень, а не Ностромо.
Сегодня девятое февраля. Значит, с нападения орков на Ностромо прошло десять суток.
…
Пока я завтракал, в жилом домике поблизости мелькнул знакомый силуэт. Это кухарка заметила, что гость проснулся.
Прошла ещё пара минут, и служанка вытащила старого алхимика из дома. Затем аккуратно поставила его на ноги у границы барьера.
— Бездна! Уже забыл, как их переставлять…
Кое-как держась на подгибающихся ногах, алхимик смог сделать три шага. Затем, тяжело дыша, рухнул на уже очищенную скамейку. Я же, зевнув, принялся за вторую порцию каши.
— Парень, — произнёс Гамма, пытаясь отдышаться. — Я свои ноги чувствую!
— Фаставелые токсины дафили на нервы в вайоне поясницы, — отвечаю с набитым ртом. — Пфишлось пофстараться, фтобы их офистить… Кхем… Именно они мешали вам ходить. Вы ешьте, ешьте!..
С этими словами я указал на поднос с едой, который кухарка поставила рядом с алхимиком. Гамма глянул на тарелку. Затем на кухарку, скрывшуюся за барьером.
Затем вдруг тихо произнёс:
— Я, как проснулся, схватил её за задницу… Сам не знаю, что на меня накатило.
Даже я перестал жевать.
— Наставник! У вас что, переходный возраст начался?
— Да ты… да ты… — густо покраснел алхимик, завертевшись на месте, ища предмет, который можно в меня кинуть.
— Букет цветов ищете? — произнёс я, продолжая есть кашу. — Раз начали реагировать на женщин, значит, с вами всё в порядке.
Принеся воды, кухарка застала раскрасневшегося старика. Хмыкнув, она молча поставила стакан и пошла обратно в дом. При этом ТАК виляя бёдрами, что только слепой не понял бы намёка.
…
После завтрака мы сразу приступили ко второму этапу лечения. Дождавшись очередного сканирующего импульса, я вышел за пределы защитной формации и остановился недалеко от жилого дома.
Оглядевшись и не заметив лишних глаз, раскрутил Защитную Сферу, собирая духовные частицы со всей округи.
Второй этап лечения Гаммы требовал наличия Защитной Сферы. Надо создать сильное внешнее давление на духовное тело старика, чтобы запустить циркуляцию энергии в разрушенных меридианах.
Не входя внутрь Защитной Сферы, кухарка осторожно отпустила алхимика и сразу же метнулась в дом. От высокой концентрации духовной энергии ей, простой жительнице Поднебесья, становилось дурно.
Сделав несколько шагов на подгибающихся ногах, Гамма рухнул на землю и кое-как принял позу лотоса. Сев позади него, я положил ладони на спину алхимика.
— Физическое тело готово, — произнёс я безэмоциональным голосом.
Большую часть органов ощущений пришлось отключить через Фильтр Восприятия. Для предстоящей операции лучше выделить максимум Духовного Чутья.
— Принимайте сразу, — протягиваю старику «Пилюлю Исцеления Энергоканалов».
Гамма молча проглотил пилюлю. Я же стал брать под контроль циркуляцию энергии в его духовном теле.
— Начинаем! — говорю всё тем же безэмоциональным голосом. — Сосредоточьтесь только на технике медитации. Я стабилизирую поток энергии, текущий по вашим меридианам.
Пришлось сначала синхронизировать шесть имеющихся энергоканалов старого алхимика. Затем частично подключить один за другим четырнадцать повреждённых меридианов.
Почувствовав, что поток духовной энергии стабилизировался, спина старика сразу выпрямилась. Дыхание стало ровным.
Старый алхимик начал с техники медитации «Дыхание Черепахи», доступной адептам на стадии Очищения [1+]. Для этого старик осторожно задействовал только два главных энергоканала — сердечный и лёгочный.
Я внимательно наблюдал за процессом через Сферу Восприятия и сразу уловил изменения. Поняв, что энергия циркулирует без признаков отклонений, Гамма сразу перешёл к технике медитаций «Малого Небесного Круга».
Вррр…
К процессу циркуляции энергии подключились все двенадцать энергоканалов, доступных адептам, находящимся на пике стадии Очищения [1–9].
Поняв, что и с нынешней нагрузкой нет отклонений, Гамма запустил технику «Полный Небесный Круг» — она доступна только адептам на пике стадии Заложения Основ [2–4] и включает в циркуляцию все двадцать энергоканалов в теле адепта.
— Пилюля н-начала действовать, — старик поморщился.
— Вижу. Не отвлекайтесь. Сосредоточьтесь на технике «Полный Небесный Круг».
Энергия из «Пилюли Исцеления Энергоканалов» стала стремительно растекаться по меридианам старика, по пути восстанавливая микротравмы. Затем из-за запущенного процесса циркуляции целебная сила стала сосредотачиваться на местах с наибольшим количеством повреждений. То есть в восстанавливаемых мной энергоканалах.
Снова пришлось пустить в ход Поток и вторичный Телекинез. Я точечными движениями выправлял повреждённые стенки энергоканалов, давая целебной силе из пилюли залатать дыры.
— Ых! — нахлынувший поток ощущений едва не скрутил Гамму в узел.
— Держитесь, мастер! — говорю и сам не слышу в своём голосе эмоций. — Вспомните, как вы желали прорваться на стадию Золотого Ядра! Как о вас забыли все! Родня, коллеги по Гильдии, знакомые…
— Бездна! Лучше бы не напоминал, — спина старика в тот же миг стала ровной. — Если переживу сегодняшний день, подарю каждому из них по месту на кладбище… Как знак того, что я всех их ещё переживу!
Так прошёл целый час. Я продолжал стабилизировать циркуляцию энергии внутри тела старого алхимика.
…
Настало время перейти к операции по реконструкции Ядра.
Молча вкладываю в руку старика вторую «Пилюлю Исцеления Энергоканалов».
— Принимайте сейчас, — мой голос всё так же сух на эмоции.
Схватив трясущейся рукой пилюлю, Гамма сразу её проглотил. Появившаяся в его теле целебная энергия закрепила полученный эффект от лечения энергоканалов. Затем перешла к месту, которому я раньше намеренно не давал срастаться.
Целебная энергия, как строительный раствор, скрепила стенки ранее разрушенного сосуда. Его первоначальный размер уменьшился вдвое, но мы ещё не приступали к главной части лечения.
Вшш…
Эффект второй пилюли практически целиком ушёл на реконструкцию Ядра. Живот старого алхимика стал красным из-за обилия скапливающейся там целебной силы. Она скрепляла куски разрушенного узла энергосистемы — а я придавал ему форму правильной сферы.
Ещё один час спустя реконструкция Ядра подошла к концу.
— Переходим к третьему этапу.
— М-может, передохнём? — сиплым голосом произнёс Гамма, с трудом держа спину ровно. — У меня т-такое ощущение, что я сейчас на тот свет отправлюсь. Мерещится, б-будто какая-то дама в чёрном п-передаёт тебе п-ривет…
— Скажите ей, что моё сердце уже занято. А что до перерыва… Уверены, что сами этого хотите? Не знаю, что там у вас сейчас написано в интерфейсе Поднебесья, но визуально Ядро после реконструкции сжалось раза в два.
Старик прикусил губу. В тот же миг энергия в его теле стала циркулировать в два раза быстрее.
— Делай, ученик! — произнёс Гамма куда более уверенным голосом. — Сейчас в интерфейсе цифра такая, что мне её стыдно вслух произносить. Если помру, унесу этот стыд с собой.
Достав «Талисманы Стабилизации», я стал один за другим крепить их на восстановленные энергоканалы. Единственным незафиксированным узлом оставалось Ядро.
Резко сжав пятиметровую Защитную Сферу до купола диаметром полтора метра, я почувствовал, как одежда на нас начала рассыпаться. Пришлось Телекинезом выкинуть наружу все мои сумки и пространственные кольца. Плотность духовной энергии стала такой, что артефакты не выдерживали нагрузки.
Гамма задышал чаще, привыкая к запредельной плотности энергии снаружи.
— Начинайте медитировать, мастер, — отдаю старику последнюю команду. — Используйте «Полный Небесный Круг». Надо сделать так, чтобы духовные частицы циркулировали по всем энергоканалам сразу. Как по старым, так и по восстановленным. Я помогу распределить нагрузку. Накачивайте Ядро так, будто готовитесь к прорыву. Остальное оставьте на меня.
С этими словами я сфокусировал всё своё внимание на распухающем узле энергосистемы.
Старик стал втягивать в себя море энергии, собираемой в моей Защитной Сфере. Алхимик задействовал одновременно все двадцать меридиан, лёгкие и особый приём адептов стадии Заложения Основ [2+] — втягивание духовных частиц через поверхность кожи. Таким образом, всё тело становилось приёмником для энергии, поступающей снаружи.
Из-за высокого давления снаружи и внутри энергосистема Гаммадура стала идти вразнос.
Едва восстановившиеся меридианы старика хотели взорваться от дичайшей перегрузки, но… «Талисманы Стабилизации» не давали им этого сделать. Энергии в духовном теле становилось всё больше и больше.
Пробудились дремлющие вторичные энергоканалы…
Проклюнулись крохотные зачатки третичных…
Как и говорилось в знаниях, полученных от Белого Дьявола, духовная энергия нашла «слабый узел». Таковым у Гаммы стало реконструированное Ядро. Только его одного не удерживали от разрыва задействованные талисманы.
Бух!
Ядро начало резко увеличиваться от нагрузки.
Врам…
Оно резко надувалось, но давление на стенки распределилось неравномерно. Пришлось мне Потоком и вторичным Телекинезом создать снаружи «внешнюю оболочку» и за счёт неё контролировать процесс растягивания Ядра.
Врам…
Очередной толчок, и форма растягиваемого Ядра перекосилась. Пришлось в срочном порядке менять форму «внешней оболочки» и перераспределять давление.
Врам…
Врам…
Я давил то так, то эдак, не давая раздуваемому Ядру взорваться. Попутно с этим делал заметки в «Мохреше». Шла запись операции «реконструкция Ядра» через Визуальный Буфер во встроенную память импланта.
С большим трудом мне удалось равномерно распределить раздувание узла, сохранив изначальную сферическую форму.
Открыв Телекинезом лежащую снаружи сумку, я достал последнюю — третью — «Пилюлю Исцеления Энергоканалов» и вложил её в ладонь алхимика.
Гамма без лишних вопросов сразу её проглотил. Минуту спустя целебная энергия потекла по всем двадцати энергоканалам. Девяносто процентов лечебного эффекта сосредоточилось в Ядре.
Я наблюдал через Сферу Восприятия за тем, как целебная сила стала восстанавливать микротравмы в стенках Ядра. Они появились из-за растяжения узла.
Если оставить всё как есть, организм пациента скорее сожмёт раздутое Ядро до прежнего размера… И только после этого залечит значительно уменьшившиеся трещины в стенках узла. Другими словами — Ядро сдуется, и вся процедура пройдёт зря.
Ту-дум!
Пульсируя в такт сердцебиению старика, Ядро понемногу раздувалось. В появившиеся трещины в тот же миг устремлялась целебная энергия, восстанавливая их.
Ту-дум!
Ещё один удар сердца — и снова микротрещина. И снова целебная сила из Пилюли восстанавливает микротравмы.
Открыв заметки в «Мохреше», я добавил ещё одну важную пометку:
Когда целебный эффект от третьей пилюли подошёл к концу, я стал постепенно развеивать Защитную Сферу. Давление духовной энергии снаружи начало уменьшаться.
Старик всё прекрасно понял и начал медленно выводить излишки энергии наружу.
Врум!
Очередной удар сердца Гаммы вызвал небольшой скачок давления. В этот раз никаких микротрещин в Ядре уже не появилось.
Излишки духовной силы покинули тело старика, и тот стал заваливаться набок, потеряв сознание.
— Вот так, — аккуратно придерживаю алхимика. — Вы молодец, дорогой пациент. Теперь главное — не пытаться раньше времени прыгать выше головы.
Дойдя до служанки, я вручил ей тело старика.
— Помыть, побрить и не трогать ближайшие сутки. Он будет спать… — произнёс я и сам зевнул. — День, может, даже два…Или всю неделю. Меня тоже не трогать.
Подхватив с земли свои вещи, я вернулся в защитную формацию, возведённую вокруг лаборатории.
Врум!
Очередной мощный сканирующий импульс накрыл деревеньку, где жил Гамма со своей служанкой.
— Да сколько можно! — смотрю по сторонам. — Чего власти в Ностромо так всполошились? Или это не они?
Вернувшись в алхимическую лабораторию, я не сразу пошёл спать. Проведённое лечение показало, что все мои опасения оказались верными.
Пока лечил Гамму, выявилось много деталей, НЕ описанных в методике, полученной от Белого Дьявола.
Основа плана сработала как надо. «Талисманы Стабилизации» помогли правильно распределить нагрузку. Внешнее давление обеспечило пациента притоком энергии и заодно не дало взорваться духовному сосуду.
Сработало контролируемое расширение Ядра. В моём случае будет точно так же, только точкой воздействия станет обычный узел энергосистемы, а не реконструированное Ядро.
Если я хочу создать действительно хорошее Ядро, нужно минимум две «Пилюли Исцеления Энергоканалов». К тому же есть предел тому, сколько времени я могу находиться в этом форсированном режиме работы сознания. Усталость накапливается довольно быстро.
Кое-как добравшись до своего спального мешка, я рухнул без сил.
…
Проснувшись спустя двое суток, я сразу по привычке запустил сканирующий импульс во все стороны. К моему удивлению, стол из жилого дома Гаммы стоял теперь внутри защитной формации. Туда же алхимик перетащил плиту и часть кухонной утвари.
Служанка вертелась у плиты, а старик… Скажем так. Его руки оказались заняты ухаживанием за дамой.
— Я всё вижу! — кричу из лаборатории.
Смутившись, кухарка хлопнула старика по рукам. Гамма в ответ шлёпнул служанку по попке и довольно уверенно сел за стол. Сил у алхимика определённо стало больше.
— Раз всё видишь, выходи! Еда почти готова. Хотели тебя запахами разбудить.
Ели молча. Старик изучал меня, размышляя о чём-то своём. Я смотрел на него. Мы как два шпиона, которые вычислили друг друга и теперь думали, что с этим делать.
Алхимик первым нарушил тишину. Он проснулся на шесть часов раньше меня и сразу заглянул в интерфейс Поднебесья. У него сейчас шестой уровень Очищения [1–6], но размер Ядра такой же, какой в прошлом был на девятом уровне Очищения [1–9].
— У меня прошёл идеальный переход с уровня на уровень. Я проверил своё тело, — продолжил Гамма. — Никаких токсинов и признаков отклонений циркуляции энергии. Готов хоть сейчас прорываться на седьмой уровень Очищения [1–7].
Теперь уже мне пришлось объяснить наставнику, где именно он допустил промашку в своих расчётах.
— Значит, моё Ядро стабильно, но пока не готово к росту? — подумав секунду, Гамма усмехнулся. — Раз сами Небеса против моего быстрого возвращения в строй, я, так и быть, приму их волю… Я обещал тебя обучить всему, что знаю об алхимии. Пора сдержать слово!
— Всё верно, — киваю, внимательно глядя на наставника. — Песочек из вас уже сыплется. Я лично проверял! Вы, главное, не перенапрягайтесь. А то пупок может развязаться… В вашем случае это даже шуткой не назвать.
Старик гневно засопел! Секундой позже в меня полетела тарелка с кашей, а затем и ложка.
Алхимик четвёртого ранга Гаммадур Малабрис тихо побаивался своего нового ученика.
Ни словом, ни делом, ни мыслью Гаммадур не показывал своих сомнений. Скабре сделал невозможное: очистил тело алхимика от токсинов. Затем восстановил сразу четырнадцать разорванных энергоканалов и увеличил восстановленное Ядро.
В первый день полноценного обучения Скабре освоил приём «Сито» — выделил из одного ингредиента сразу два разных вида эссенций. Ученик будто помнил все двенадцать томов «Фармакопеи» наизусть. Он на деле показывал, как обрабатывать ингредиенты, которые ни разу в жизни не мог видеть.
Гаммадур видел, как ученик семимильными шагами нагоняет его в вопросах мастерства. Алхимик всего раз объяснил Маркусу, как использовать «Полюс» и стихию молнии для работы внутри котла… Кто же знал, что даже таких крупиц знаний хватит для того, чтобы парень уловил суть и начал её применять на деле.
Пилюли третьего ранга по-прежнему оставались недоступны. Алхимику и его ученику не хватало плотности духовной энергии для правильной обработки ингредиентов.
Шли дни. Старого алхимика потихоньку начала подъедать совесть. Ученик дал ему в разы больше, чем он мог представить.
На шестой день обучения алхимик начал ощущать тяжесть созданной кармы. Ушёл спокойный сон, пропала тяга к приключениям…
Немного подумав, алхимик отмёл идею о браке. Адепту-гению не составит труда найти себе спутницу по любви, а не по расчёту. К тому же такой ход выгоден только роду Малабрис.
Долг кармы продолжал давить. Ещё и облака над Ностромо с каждым днём становились всё гуще. Порой Гаммадуру казалось, что вот-вот разразится буря или что похуже. Алхимик связывал всё это со своей судьбой.
В один из дней, вспомнив о мотивах Скабре к проведению операции, Гаммадур вдруг сообразил.
— Тебе нужны «Пилюли Исцеления Меридиан»? — произнёс алхимик как бы между делом. — Прости, ученик. Это то немногое, с чем я не могу тебе помочь. Прямо сейчас у меня нет ни нужных ингредиентов, ни денег.
— Знаю, — Скабре спокойно пожал плечами. — Пилюли мне и впрямь нужны. Три штуки, а лучше пять. Хорошо, если все будут «идеального» качества.
От ТАКОЙ наглости ученика алхимик по привычке потянулся к ближайшей вещи. Хотелось кинуть в Маркуса чем-нибудь тяжёлым. С трудом удержавшись, Гаммадур взревел:
— Ты хоть понимаешь, о чём просишь⁈ Эти Пилюли в сто раз дороже золота того же веса. Их почти не бывает в свободной продаже. Понятия не имею, где ты достанешь целых три… Разве что на Аукционе.
Маркус в очередной раз зевнул из-за недосыпа.
— Там я их и получил. Кстати! Хотел вас попросить об одолжении. Раз уж вы алхимик четвёртого ранга… Пусть и без членства в Гильдии… У вас наверняка высокий уровень гражданства⁈ Выставите от своего имени на аукционе в Ностромо мои пилюли? Качество от «высшего» и до «идеального». Мы их с вами готовили последние две недели. «Талисманы Стабилизации» у меня ещё есть, а пилюль, необходимых для выращивания Ядра, не осталось.
— Кхем. Дай мне немного времени, ученик.
Гаммадур крепко задумался. Если он прямо сейчас появится в Ностромо, о нём могут вспомнить старые враги. Тот факт, что он восстановил Ядро, — а не помер, как все ожидали, — точно наделает переполоха.
— Завтра съезжу. Ты, главное, из защитной формации не выходи. — Малабрис сразу поднялся и направился к выходу из алхимической лаборатории. — Ученик! Как так получилось, что у тебя, у адепта со столь выдающимся талантом, до сих пор нет ни покровителя, ни высокого уровня гражданства?
Немного подумав, Маркус стал загибать пальцы.
— Пункт первый. Я не состою ни в одной из Гильдий, клане или секте. Пункт второй. Не хочу работать на местного Лорда. Один из его приближённых собирается меня убить. Причём не фигурально. Мы с ним поцапались непонятно из-за чего.
Услышав слова ученика, алхимик расхохотался.
— Вальц? — видя, что Скабре напрягся, старик махнул рукой. — Его все в городе не любят. Будь у тебя с ним хорошие отношения, я бы сказал, что
…
Заказав конный экипаж, Малабрис сначала тайно купил себе новый дорогой наряд. Без хорошей одежды его даже на порог Аукционного Дома не пустят. Затем побрился и приобрёл через служанку парфюм и пару аксессуаров.
Наконец, почистив пёрышки, Гаммадур Малабрис поехал в Аукционный Дом.
…
В одном из самых престижных заведений Ностромо старого алхимика приняли довольно странно. При упоминании утраченного членства в профильной Гильдии никто и бровью не повёл. Все сотрудники приняли этот момент спокойно. А вот пилюли «высшего» и «идеального» качества вызвали неподдельный интерес.
— Видите ли, господин Малабрис, — смущаясь, произнесла девушка на рецепции. — Не так давно прямо на пороге нашего заведения погиб Брандей, мастер-алхимик третьего ранга. По неподтвержденной информации, он был одним из немногих, кто в Ностромо продавал такие пилюли. Его ученик без вести пропал во время недавнего нападения орков. Вы случайно…
Скрытый смысл таился между строк. Рассвирепев, Гаммадур выпустил ауру и навис над девицей.
— Ещё раз услышу такое завуалированное оскорбление МОЕГО мастерства… И убью на месте! Никто в этом городе меня за это не осудит. Это МОИ пилюли! Я сам их сделал. Если надо… ПРОВЕДИТЕ ЭКСПЕРТИЗУ.
Алхимик со всей дури ударил об стол стеклянной бутылочкой с пилюлями.
— Ну же! — рявкнул Гаммадур так, чтобы его слышали все, включая охранников Аукционного Дома. — Десять лет здесь не появлялся! А вы, я вижу, совсем страх потеряли! Как мастер-алхимик четвёртого ранга, я ТРЕБУЮ экспертной оценки качества моих пилюль.
Малабрис специально раздул до скандала слова, сказанные девицей. Он профессионал, десятки лет оттачивавший своё мастерство. Во всём Ностромо есть только два специалиста, имеющих право бросаться ТАКИМИ обвинениями.
Не прошло и трёх часов, как слова Малабриса через экспертизу подтвердили специалисты Аукционного Дома. Оно и понятно: Скабре проводил очистку ингредиентов и делал заготовки под пилюли. Печать мастера на готовую продукцию ставил уже Гаммадур.
Стоило сотрудникам Аукционного Дома принять почти сотню лотов на продажу… как Гаммадура зачем-то пригласили в вип-комнату. Там нервно потеющий толстячок стал объяснять суть происходящего.
— Видите ли, господин Малабрис. Я купил у почившего мастера Брандея бутыль с десятью Пилюлями Сбора «идеального» качества. Оба моих чада прорвались на следующий уровень. Я хотел узнать…
— Достаточно, — холода в голосе Гаммадура хватило бы на то, чтобы океан замёрз. — Вы только из-за своей дерзости пригласили меня сюда? Если да, то я больше НИКОГДА не воспользуюсь услугами вашего Аукционного Дома… Или попрошу вас уволить, чтобы не позорить репутацию столь серьёзного и уважаемого заведения.
Власть! Такое сладкое и почти забытое слово… Сейчас она пропитывает каждое слово, сказанное Гаммадуром. Он алхимик четвёртого ранга. Живое сокровище Ностромо! Никто… И тем более какой-то там вшивый клерк из Аукционного Дома… Не смеет распоряжаться ЕГО временем.
— П-прощу прощения, — испуганно проблеял толстячок, наконец осознав, с кем говорит. — Просьба исключительно моя… Я пригласил вас в вип-комнату, чтобы объяснить один… Эм-м-м… Нестандартный казус. Видите ли…
Услышав объяснения клерка, Гаммадур поубавил градус гнева. Во время аукциона, прошедшего две недели назад, на торгах оказались выставлены около ста лотов с пилюлями «высшего» и «идеального» качества. Они наделали среди Сект много шума.
Из-за приближающегося Турнира Континента все пилюли Скабре скупили по высоким ценам. Сам Брандей погиб ещё в начале рейда орков. Его тело уже забрали люди из Рокко и похоронили на клановом кладбище.
Дальше началось самое интересное. Секты и кое-кто из кланов Ностромо оставили предзаказы на пилюли для адептов стадии Очищения [1+]. Причём ТОЛЬКО «высшего» и «идеального» качества.
Сейчас, когда Гаммадура пригласили в вип-комнату, пилюли Скабре уже разъезжались по покупателям. Секты, кланы — скоро все они получат подтверждения, что гений-алхимик не погиб и до сих пор находится в Ностромо.
Видя, что алхимик вот-вот взорвётся от гнева, клерк дал команду «принести оплату». Слуги Аукционного Дома стали вносить в вип-комнату десятки флаконов с пилюлями, духовными кристаллами и золотом, которое попросил Скабре.
…
Пока экипаж ехал от крепости Валентайна в сторону фермерских полей, алхимик не мог найти себе места. Карета экранирована от сканирующих импульсов, но кто знает…
Вернувшись домой, Гаммадур чуть ли не вприпрыжку помчался к алхимической лаборатории. Скабре, выслушав рассказ о предзаказах, тоже напрягся.
— А вот это уже плохо! — Маркус сразу заозирался. — Возможно, меня искали не только люди Лорда, но и представители Сект. Это объясняет, почему сканирующие импульсы приходили из разных частей маркграфства.
— Пока ты в моей лаборатории, тебя так просто не найдут, — качнув головой, Гаммадур указал на защитную формацию. — Признаться, ученик, я недооценил могущество людей, которые будут тебя искать.
— Значит, мне надо будет стать другим человеком.
Взяв бутылёк с «Пилюлями Исцеления Энергоканалов», Скабре посмотрел на них и так и эдак. Затем вдруг произнёс:
— Всё готово. Раз пилюли есть, можно приступать к выращиванию Ядра. Пожалуй, завтра этим и займусь.
…
В городской ратуше Ностромо шло совещание. Помимо Лорда, на нём присутствовали ведущие специалисты и главы города. За счёт помощи Сект и императорской семьи разрушенные кварталы восстанавливались прямо на глазах. Появилась централизованная система водоснабжения и канализация. В каком-то смысле нападение орков пошло поселению на пользу.
Пока Пакур думал, как сделать свой город ещё лучше, в зал совещания ворвался служка — парнишка лет двадцати в форме сотрудника Информационного Бюро. Ощутив гнев адепта Золотого Ядра [3+], курьер сразу рухнул на колени. Пол под ним прогнулся, затрещали доски. Удушающая сила Пакура Валентайна стремительно расползалась по кабинету.
— М-мой Лорд! — под давлением ауры просипел курьер. — С-срочное сообщение от Бюро Катастроф…
Пребывая в ярости, Валентайн чуть сбавил давление.
— И что с того? Донесение не могло подождать до конца совещания? — Пакур и не думал прощать подчинённого. — Этикет и стук в дверь придумали как раз для таких наглецов, как ты.
— Не могли… Подождать, — курьер с трудом выдавил из себя слова. — Катастрофа… Приближается… Завтра будет здесь. Туман…
Потеряв сознание, курьер рухнул на пол. Недовольно рыкнув, Пакур обратился к замершим главам города:
— Чего застыли? Как будто это первая катастрофа, которая обрушивается на Ностромо. Бегом на свои посты! Предупредите людей, чтобы завтра снова собрались в крепости.
Вспомнив о формациях, которые ещё не успели восстановить, Валентайн поморщился, как от зубной боли.
…
В то же время в трёх километрах от Ностромо в алхимической лаборатории громко чихнул Маркус Скабре.
Небо услышало о намерении создать Ядро. В Духовном Море появились первые признаки надвигающейся на Ностромо катастрофы.
Курьера, привезшего сообщение от Бюро Катастроф, оттащили в коридор. Собрание по вопросам управления Ностромо тоже подошло к концу. Валентайн едва успел выйти из здания, как к нему подбежал личный слуга.
— Лорд! Ваш заместитель… Господин Обенель пришёл в себя!
— Наконец-то, — довольно прорычал зверолюд и сел верхом на Призрачную Лошадь.
Личный скакун Валентайна являлся редким видом духовных животных. Конь поглощал духовные частицы только того адепта, которого признал своим владельцем, и развивался вместе с ним. Чем сильнее всадник, тем сильнее становился скакун. При передвижении по земле Призрачная Лошадь развивала скорость, которая другим и не снилась.
Трое клерков Валентайна выполняли роль мобильного штаба. Один отвечал за сообщения из крепости и других поселений маркграфства. Второй следил за обороной города и присматривал за тем, как капитан Моралле осваивается на новом месте. Третий клерк брал на себя вопросы, связанные с управлением городом.
Трое клерков пять дней в неделю всюду сопровождали Лорда. В оставшиеся два Валентайн либо отдыхал, либо занимался вопросами, не связанными напрямую с маркграфством.
Сейчас, оставив клерков далеко позади, Пакур помчался в свою крепость. Пока Обенель находился без сознания, его поместили внутрь защитной формации, куда имели доступ только сам Лорд, целители и пара верных слуг.
Прибыв в крепость, Пакур ощутил, что к нему кто-то бежит, но не обратил на это внимания. За спиной Лорда остался один барьер защитной формации, затем второй. Пройдя сквозь третий и наиболее сильный, Валентайн очутился в лазарете.
Пакур создал это место как своего рода берлогу, куда он сам мог приползти и зализывать раны.
Если кто-то из действительно ценных подчинённых получит ранение, его принесут сюда. В личном лазарете Лорда есть всё необходимое для быстрого восстановления: редкие пилюли, пара целителей, а также поддержка от двух формаций.
Раненый получал заботу, о которой другие адепты могут лишь мечтать. Даже трещину в Ядре здесь можно залатать.
К моменту, когда Лорд вошёл в палату, Обенель уже сидел за столом. Старик под присмотром целителя ел специально приготовленную еду.
— Всем выйти! — властно рявкнул тигролюд и указал на дверь.
Пара целителей и личный слуга Обенеля рванули к выходу. Все знали: Пакур скор и резок на расправу с теми, кто ему перечит. Обенель попытался подняться со стула, но Валентайн сразу усадил его обратно.
— Сядь. Негоже моему заместителю после ранения вести себя, как остальным, — Пакур развалился на стуле, стоящем по другую сторону стола. — Старик! Ты хоть помнишь, как прибежал ко мне на поле боя?
— Плохо… Помню, — несколько заторможенно произнёс Обенель. — Прорыв… Прошёл… Нештатно.
От нахлынувшего гнева Пакур хотел треснуть Обенеля по голове, но понял… что тот до сих пор в шоке от прорыва.
Умом Пакур понимал: заторможенность Обенеля — по-своему хороший знак. Раз старик очнулся в своём уме и может отвечать, значит, его дух и разум всё же совладали с обретённой силой.
Пик стадии Заложения Основ [2–4]!
Добраться до этой вершины в плане личного развития суждено в лучшем случае одному адепту на миллион жителей Империи Колоссус.
Видя, что заместитель вот-вот снова впадёт в апатию, Пакур перешёл в наступление.
— Тебе ведь помог Скабре?
Заместитель на секунду замялся.
— Ополченец? Да, хороший стрелок, — медленно произнёс старик.
— Не прикидывайся идиотом! — Пакур глухо зарычал. — Скабре, или как его там? Он последний, с кем тебя видели до прорыва на следующий этап Заложения Основ. Затем ты вдруг появляешься в разных частях города и разносишь группы орков. Это ОН тебе помог прорваться? Что за квази-формация? И что за пилюли он тебе дал?
Сам того не замечая, Валентайн начал выпускать ауру адепта Золотого Ядра [3−2]. Инстинкты зверолюда медленно, но верно брали верх над поведением Лорда.
Однако Обенель, опустив глаза, вдруг замолчал.
— Старик… — Пакур недовольно прорычал.
— Мне нечего добавить, мой Лорд.
— Ты-ы-ы… — Пакур резко осёкся и вдруг нахмурился. — Вот оно что. Ты дал ему слово, старый дурак? Так ведь?
Ничто другое не могло удержать Обенеля от того, чтобы рассказать Лорду о случившемся всю правду. Этот нюанс Пакур понял сразу.
Валентайн ни секунды не сомневался в верности заместителя. Только данное кому-то слово может удерживать Обенеля от исполнения приказа Лорда.
Видя, что заместитель начинает отключаться, Пакур сам решил всё объяснить.
— Расскажу то, чего ты не помнишь, — Валентайн помассировал пальцами переносицу. — Твой временный протеже, некий капитан Моралле, собрал на Скабре наскоро небольшое досье… Вальц, облезлая змеюка, много о чём умолчал… Мне нет дела до того, как и зачем парень снял себе дом в квартале ополченцев и завёл служанку…
Пакур махнул рукой. Такие мелочи Лорда и впрямь не интересовали. Чего стоят мелкие тайны адептов-новиков на фоне взяток и махинаций аристократов?
— … Как нет дела и до двух торговцев, на которых Скабре якобы работал. Тот новик сам по себе и действует ТОЛЬКО так, как сам хочет. За это его Вальц и невзлюбил. На имя Скабре пришла пара сообщений в Информационное Бюро. Одно он уже получил и даже ответил. Второе наверняка жаждет прочитать, но в городе пока не появлялся.
Обенель молчал… Это было то самое молчание, которое Пакур прекрасно знал. Старый слуга по-прежнему не хочет ничего говорить о Скабре, но и не оправдывает парня. Нейтральная реакция дала понять Пакуру, что старик снюхался с новиком не так давно. Иначе бы перелопатил всю его подноготную.
— Продолжу, — произнёс Пакур. — Это Скабре помог найти убийцу капитана Лебедона в Центре. Он же нашёл тоннель, которым шавки Секты Скреббы тайно выводили за пределы города своих людей. Наш с тобой горячо любимый Кристоф притащил Скабре на МОЮ дуэль, желая потом «Талисманом Телепортации» перетащить в допросную. И тогда, и сейчас мне плевать на причины такого поступка.
Нахмурившись, Обенель глянул на Валентайна.
— О, пошла реакция! — Тигролюд довольно оскалился. — Может, ещё свои клыки мне покажешь?
— Воздержусь, мой Лорд, — Обенель отвёл глаза.
— Так вот. На город напали орки. Скабре умудрился улизнуть из допросной. Вместе с ним оттуда же сбежали сторонники Секты Скреббы. На Вальца вдруг наехали члены Клана Оуш. Кристоф понятия не имеет, откуда адепты Оуш в мёртвом виде появились в ЕГО допросной. Но это дела уже давно минувших дней. Затем Скабре вышел на площадь около здания корпуса стражи и стал отстреливаться от орков. Следом появился ты.
— Он мне помог, — Обенель вдруг посмел перебить Лорда.
У Пакура зачесались руки начистить рожу старику, но… Пока он в лазарете, этого лучше не делать. Зря, что ли, лечили⁈
Обенель продолжил.
— Скабре сильно мне помог. Не окажись он на той площади, и я бы гарантированно погиб. Меня зажал сквад… Два орка-девятки и таран на середине Заложения Основ. Потом ещё бегун примчался. Пришлось вложить свою жизненную силу в запретную технику, чтобы нанести решающий удар. Скабре орудовал луком так, будто само Небо приглядывает за ним… Мой Лорд! Я полжизни провёл на поле боя и не видел стрелка лучше, чем этот новик.
Валентайну уже в который раз хотелось гневно зарычать или выпустить ауру, дабы надавить на Обенеля… Но Лорд сдержался. Десятки лет верной службы и абсолютная преданность старика давали ему некоторые поблажки.
— После получения жетона ТВОЕГО представителя, — когтистым пальцем Пакур указал на слугу, — парнишка зашёл в Аукционный Дом. Затем высунулся наружу и каким-то чудом нашёл свою прислугу на разрушенном рынке. Потом нашёл Лилиан Манимарко.
От услышанной фамилии глаза Обенеля резко распахнулись.
— Да-а-а, старик. Та самая Манимарко. Орки взяли её в плен, а Секта Скреббы вытащила и использовала как приманку для нападения рейда на Ностромо. Скабре нашёл Манимарко и провёл через вторую защитную формацию, воспользовавшись твоим жетоном. Затем по секретному тоннелю сторонников Секты Скреббы вывел за город…
Видя, как у старика глаза лезут на лоб, Лорд начал потихоньку расслабляться. Раз Обенель удивлён, значит, непричастен ко всему, что случилось с Лилиан. Плюс пробудившиеся эмоции помогают разуму брать контроль над обретённой силой.
— … Понятия не имею как, но Скабре активировал массив и порталом отправил девицу в столицу, — продолжал Пакур. — Всё это случилось ещё до того, как Каблан «Костолом» заявил на переговорах, что в Ностромо сбежала его пленница.
Валентайн в двух словах рассказал, как именно закончилось противостояние с орками и насколько большую роль во всём этом сыграл Скабре.
— Помогшего тебе парня до сих пор не могут найти, — глухо прорычал Валентайн. — Новиком заинтересовались кланы и Секты. Адепт без Ядра и корней стихии, о котором до рейда орков никто не слышал. А тут вдруг все всполошились.
У Обенеля едва заметно дёрнулись щёки, но старик тут же взял эмоции под контроль. Однако Пакур давно знал своего слугу как облупленного. Старик хотел улыбнуться, поддерживая решение и смекалку парня. Он явно знал, в чём истинная ценность Скабре, но не мог рассказать из-за данного обещания.
— Поправляйся, старик. Место моего личного заместителя я, так и быть, придержу для тебя, — властно произнёс Пакур, поднимаясь из-за стола. — Со Скабре мне захотелось лично переговорить. Вальцу и страже я дал приказ его не трогать. Рано или поздно парень снова даст о себе знать. Если он действительно чего-то стоит, возьму его под своё крыло. Тогда ни Секта, ни кланы не посмеют тянуть к нему свои руки.
— Благодарю, мой Лорд, — сидя за столом, Обенель с трудом поклонился правителю Ностромо. — Уверяю, вы не пожалеете об этом.
Выйдя за пределы палаты, Пакур вскоре прошёл через второй барьер защитной формации, затем — через третий. За последним его ждал тот же самый слуга из Информационного Бюро, который не так давно потерял сознание.
Едва завидев Лорда, паренёк рухнул на одно колено. Следуя этикету, служка дал понять, что ждёт возможности задать вопрос.
— Говори, — властным голосом произнёс Пакур.
— Прошу прощения, мой Лорд! Я не успел вам всё рассказать, — произнёс парнишка. — Бюро Катастроф прислало сведения о том, что на Ностромо надвигается не одна катастрофа, а сразу две. Прибудут они почти одновременно. Их линии движения по Поднебесью пересекаются точно над городом.
От осознания услышанного шерсть Валентайна медленно начала вставать дыбом.
ДВЕ катастрофы для города, ещё не оправившегося от нападения орков… это уже явный перебор.
…
Мы с наставником всё ещё находились в алхимической лаборатории, прикрытой куполом защитной формации.
— Чёртовы аристократы! — недовольно бухтел Гамма, направляясь отдыхать в свой дом. — Если старые враги прознают, что я вернул себе Ядро… Жди беды.
— Прорвёмся, — я махнул рукой. — Если ваши враги придут сюда, будем считать, что это уже их проблема. На грядках вашей кухарки определённо не хватает удобрений! Да и приманка для охоты на монстров тоже не будет лишней.
— Хватит! — Гамма недовольно запыхтел. — За тобой никогда не охотились…
— Охотились.
— Не посылали группу, чтобы выкрасть.
— Посылали, — киваю мастеру. — Четыре адепта из клана Оуш. До этого ещё парочка адептов седьмого уровня [1–7] приходила, но по глупости повисла на шипах. Говорю же! Если придут сюда, это будут уже их проблемы.
Понятия не имею, кого наставник так боится. Сейчас тот случай, когда его надо поддержать, не задавая лишних вопросов.
Теперь понятно, откуда столько сканирующих импульсов около Ностромо. В кланах аристократов полно адептов на стадии Заложения Основ [2+]. Добавив эту деталь в общую картину, я придумал план на ближайшие месяцы.
Сотрудники Центра Получения Гражданства упоминали, что имя в интерфейсе можно сменить при переезде в другую страну или в столице за большие деньги. Учитывая, что моя семья живёт на другом конце материка Крыла… Тут сами боги магии велели готовиться к переезду.
…
Наступала ночь. Оставаясь в алхимической лаборатории, я стал готовиться к завтрашнему дню.
Первым делом очистил тело от токсинов. Затем убедился, что энергия циркулирует стабильно и нет микроразрывов и намёков на будущие травмы.
Третьим этапом подготовки шло создание трёхмерной проекции моего тела в «Мохреше». Просканировав себя Сферой Восприятия, я через Визуальный Буфер перегнал данные в память импланта.
Финальный этап. Используя заметки, составленные в ходе лечения наставника, я составил план своей операции. Всё же наши с Гаммой случаи отсутствия Ядра имеют ряд различий.
…
После полуночи Гаммадур отправился спать. Я же приступил ко второй части подготовки к операции.
Оставив все лишние вещи в алхимической лаборатории, надеваю маскирующий костюм охотника. Тот самый, который купил у купцов в караване. Штаны, обувь, маска для лица и охотничий комбинезон полностью поглощали мою ауру.
Выйдя так за пределы защитной формации, я позволил нескольким сканирующим импульсам пройтись по мне.
Прошло десять минут…
Двадцать…
Затем полчаса. Пришёл ещё один сканирующий импульс, но по мою душу никто так и не явился.
Закончив с проверкой действия костюма, я раскинул руки в стороны и стал создавать Защитную Сферу. Закрутившийся Поток начал собирать духовные частицы со всей округи.
Через пару минут около меня собралась пятиметровая полусфера из духовных частиц. Сжав её до полутораметрового диаметра, я подошёл к барьеру алхимической лаборатории. Открыл в нём проход жетоном Гаммадура и через дыру перегнал внутрь формации собранные духовные частицы.
Закрыв проход, я отошёл от деревеньки чуть подальше и снова собрал Защитной Сферой духовные частицы. Затем снова накачал ими формацию алхимической лаборатории.
По сути, я использовал пространство внутри формации как хранилище для собираемых духовных частиц. Операция — дело крайне сложное. Чем меньше моего внимания будет уходить на поддержание Защитной Сферы, тем больше я уделю его процессу выращивания Ядра.
На десятый такой заход я с трудом запихнул внутрь барьера последнюю порцию энергии. Формация тихо гудела, но пока держалась.
Утром, позавтракав вместе с Гаммадуром, я попросил старика понаблюдать за операцией со стороны.
— Вам я доверяю, наставник. Если потеряю сознание, вы единственный сможете мне помочь.
— Можешь не объяснять, — алхимик тяжело вздохнул. — Знаешь, ученик… Мне неприятно оттого, что я никак не могу тебе помочь. Если что-то пойдёт не так, ты навлечёшь на себя ту судьбу… от которой спас меня не так давно. У меня сердце кровью обливается.
— Но-но-но! — грожу пальцем старику. — Я не дам плакаться в свою жилетку! А если серьёзно, хватит уже волнений в духе «А что если?». Я сам хозяин своей судьбы и в руки Неба её отдавать не собираюсь. Пусть встанет в очередь за теми, кто хочет мне свои правила жизни навязать.
Хмыкнув и тихо улыбнувшись, алхимик произнёс:
— Каждый раз, когда мне кажется, будто я тебя понял… Ты вдруг находишь, чем снова удивить. Удачи, мой дорогой ученик! Если Небо отвернётся от тебя, я буду рад встретить тебя в загробной жизни.
Ровно в полдень мы с наставником заперлись внутри алхимической лаборатории. Заняв место под круглым окошком в потолке, я первым делом запустил циркуляцию духовных частиц по всем двадцати энергоканалам.
Убедившись, что в циркуляции духовных частиц нет отклонений, я произнёс:
— Начинаем.
Находясь внутри формации алхимической лаборатории, создаю вокруг себя Защитную Сферу. И без того высокая плотность духовных частиц выросла сразу на порядок.
Тяжело вздохнув, Гамма стал цеплять на меня «Талисманы Стабилизации». Один, второй, третий, пятый… И наконец, двадцатый.
Стоило активированному талисману прикрепиться к коже, как они сразу сгорали. Эффект наложенной магической печати проникал внутрь тела и фиксировал тот или иной энергоканал.
Запечатав практически все энергоканалы, я оставил незапечатанной только точку пересечения в нижней части живота. То самое место, где у адептов находится Ядро.
Начав втягивать в себя энергию из Защитной Сферы, постепенно накачиваю меридианы духовными частицами до верхнего предела.
Тело загудело от начавшейся перегрузки. В отличие от Гаммы и даже Обенеля, мой организм привык пропускать через себя огромные объёмы энергии. Пришлось напрячь все силы, чтобы принудительно вызвать перегрузку в нужном слабом месте.
Вшум!
Незафиксированный узел энергосистемы резко распух. Я торопливо создал вокруг него «внешнюю оболочку», как на операции Гаммы, и стал отслеживать изменения.
Пришлось разделить внимание сразу на три фронта. Первый удерживал Сферу Защиты, создавая вокруг меня высокое давление духовных частиц. Вторая часть сознания отвечала за постоянную циркуляцию энергии по меридианам. Третий удерживал «внешнюю оболочку» вокруг будущего Ядра.
Врум-врум!
Узел резко распух. Всё шло, как и в случае с операцией Гаммы. Приходится с ювелирной точностью управлять тем, как будут растягиваться стенки формируемого Ядра. Из-за постоянной работы с большими объёмами энергии они оказались раза в три прочнее, чем у наставника. Оттого Ядро всё раздувалось и раздувалось.
В какой-то момент перед моим мысленным взором всплыло сообщение из интерфейса Поднебесья:
Не хватало времени разобраться в том, что ещё за стихия Пустоты. Всё моё внимание уходило на контролирование процесса операции. Узел в основании живота походил на хорошо побитого боксёра. Ещё держится, но первые синяки уже появились.
Врум!
Начался ещё один цикл раздувания узла. Вызванная перегрузка раздувала Ядро в разные стороны. Оно увеличивалось то сзади, то снизу, то спереди.
Двадцать минут спустя второй раунд подошёл к концу. За счёт «внешней оболочки» мне снова удалось придать узлу форму правильной сферы.
У энергоканала ещё остался запас прочности, и я решил рискнуть, поставив всё на третий раунд. Хук слева, хук справа, апперкот… Затем череда быстрых джебов придала раздувающемуся Ядру правильную форму.
Прошёл час с начала операции. Стало очевидно, что если попытаюсь раздуть Ядро ещё сильнее — оно взорвётся. Ничего не говоря, я раскрыл ладонь. В тот же миг наставник вложил в неё сразу три
Вскоре целебный эффект от принятых пилюль разнёсся по энергоканалам и стал скапливаться в созданном Ядре. Как и в случае с операцией Гаммы, в стенках моего Ядра появилось огромное количество трещин.
Сейчас трещины стремительно зарастали, формируя оболочку нового Ядра. Объём растяжений и травм оказался огромен. Не дай мне Гамма сразу три пилюли, могло бы и не хватить.
При лечении наставника я растягивал реконструированное Ядро. А в своём — с нуля надувал подходящий узел. Потому эффективность оказалась разной.
Врум!
Из-за высокого давления снаружи тела и «внешней оболочки» духовные частицы внутри Ядра резко сжались. По энергоканалам потёк уже куда более плотный поток энергии.
Почти все мои органы чувств отключены. Однако я в какой-то момент ощутил, что пол подо мной задрожал. Ещё и внутри формации алхимической лаборатории по Духовному Морю пошли волны.
Кажется, Гамма что-то кричал. Я же изо всех сил удерживал контроль над расшалившимся Ядром.
Пот стал стекать по вискам, напряжение резко возросло.
Врум.
Энергия в Ядре резко сжалась. Теперь я уже физически ощутил, как земля под ногами дрожит. Раз, другой, третий. Кажется, наставник удержал моё тело на месте, но потом сразу убрал руку. Весь мир накренился, а я пытался не дать Ядру взорваться.
Врум.
Давление энергии внутри Защитной Сферы вдруг резко пошло на убыль. В Ядре появились новые трещины, но целебный эффект пилюль их сразу зарастил.
Пытаясь понять, что происходит, я на секунду расширил Сферу Восприятия до пределов здания. Наставник стоял рядом и смотрел куда-то в сторону Ностромо… Ещё я отчётливо уловил момент, когда защитная формация вокруг алхимической лаборатории с хлопком взорвалась. Оттого собранная мной энергия рванула наружу. Это и привело к тому, что давление духовной энергии внутри Защитной Сферы резко уменьшилось.
Пришлось ещё сильнее сжать Защитную Сферу, чтобы удержать вокруг себя высокое давление. Попытка стабилизировать процесс привела к тому, что энергия в моём Ядре снова уплотнилась.
Врум.
По энергоканалам теперь тёк не «газ», а скорее туман из маленьких капель духовной энергии.
Вшшш!
Талисманы Стабилизации один за другим почему-то стали выходить из строя.
Я сжал ещё сильнее Защитную Сферу — кожу начало щипать. Напряжение такое, что того и гляди сердце из груди выпрыгнет. Едва выступивший на коже пот сразу испарялся.
Врум.
Импульс какой-то непонятной фантомной боли пронзил всё тело. Казалось, что скребёт коготком по моему разуму. В тот же миг я ощутил, что Ядро снова уплотнилось.
Казалось, весь мир вокруг пришёл в движение. Меня качнуло сначала влево, потом вправо… Сфера Восприятия показала, что это пол вздыбился, но Гаммадур смог аккуратно удержать меня от падения. А потом ещё и потолок над нами вдруг пошёл трещинами.
Снаружи творилось что-то непонятное. Земля подо мной дрожала так, что даже стоящий рядом старик кое-как стоял на ногах. Наставник отбивал руками падающие сверху куски рушащегося потолка.
Начав уменьшать давление в Защитной Сфере, я вдруг ощутил на плече руку наставника. Он будто предупреждал меня этого не делать.
Врум.
Энергия в моём Ядре снова сжалась, став похожей на плотный туман, бегущий по всему телу.
Этот переход поглотил в себя всю энергию, оставшуюся в Защитной Сфере.
Наставник потащил меня прочь из разрушающейся лаборатории. Перед глазами вдруг всплыло окошко от «Мохреша».
Перехватив меня спереди в районе живота, Гаммадур побежал в сторону жилого дома. Где-то вдалеке кухарка уже запрягла телегу, и та стала разгоняться.
Открыв глаза, я увидел, как за нашими спинами рушится алхимическая лаборатория. Плотный, словно вата, туман стремительно поглощал оставшиеся духовные частицы… мимоходом снося стены здания.
Где-то на границе Сферы Восприятия в тумане бегали монстры… МНОГО монстров! Они упаковывали скот со всей деревеньки в подобие коконов из слизи.
Куда ни глянь, везде туман! Он сплошной стеной, высотой больше километра, надвигался прямо на нас. Проход между скал, в котором находился Ностромо, уже утопал в тумане. Вместо крепости Лорда видно только верхушку купола активированной формации защиты.
Прямо над городом, примерно на высоте пары километров, находился портал циклопических размеров. Это из него валил туман! А ещё оттуда торчали десятки огроменных белых колонн, по которым к земле спускались монстры. Твари бегали туда-сюда с пока ещё живой добычей.
Хрум-хрум-хрум…
Сразу несколько колонн пришли в движение, сменив своё местоположение. Портал в небе сдвинулся вслед за ними.
Бабах!
Грохот невообразимой силы разнёсся среди почти невидимых облаков. Раз, другой, десятый… Небо швыряло молнии Кары совсем уж невообразимых размеров. Они входили в портал со стороны, которую с земли не разглядеть. До нас доносились только звуки попаданий.
Хрум-хрум-хрум…
Десятки колонн снова сместились, и портал в небе сдвинулся в нашу сторону. Только в этот момент дошло, что это не колонны, а НОГИ твари, которая не может целиком пролезть в мир Поднебесья.
Держа меня, старик бежал вслед за служанкой.
— Наставник, что происходит? — только и смог произнести я.
Внезапно начала накатывать усталость. Несмотря на стресс от увиденного, глаза начали слипаться.
— Мгла, — мрачно произнёс Гаммадур, сажая меня в повозку. — Одно из худших Бедствий Поднебесья вдруг появилось над Ностромо. Ты держись, ученик! Надо держаться от тумана как можно дальше. Тогда ещё есть шанс выжить.
Догнав телегу кухарки, старик закинул меня на сено, а сам прыгнул на козлы и погнал вперёд.
Бюро Катастроф — одна из самых закрытых организаций Поднебесья. Она действует во всех Семи Поясах, на всех крупных материках. Бюро работает в первую очередь в интересах людских цивилизаций.
Как правило, в таких организациях состоят адепты с талантами, которые можно охарактеризовать как «провидение». Одни люди, смотря на облака, предсказывали погоду.
Другие адепты из Бюро читают судьбы людей по линиям на руках и по лицам. Третьи следят за колебаниями ауры у толп самых обычных жителей Поднебесья.
Астрологи, гадалки, чтецы будущего отдельно взятых личностей — среди членов Бюро кого только нет.
Испокон веков Бюро Катастроф методично собирает людей с даром провидения, а затем проверяет все их прогнозы. Не один-два, а вообще все. Если из десяти предсказаний сбываются хотя бы пять — можно стать внешним агентом Бюро.
За восемь из десяти и выше сбывшихся предсказаний адепт получает право вступить в одну из самых закрытых организаций Поднебесья.
Предсказания от агентов собираются на ежедневной основе через Информационное Бюро. Затем аналитики проводят оценку ситуации, проверяя частоту замеченных аномальных явлений.
Когда в отношении города Ностромо маркграфства Валентайн посыпались сообщения от агентов, Бюро сразу напряглось. Начался второй этап проверки предсказаний.
Подключились специалисты по чтению колебаний волн в Духовном Море.
Находящиеся в разных частях материка могущественные адепты на стадии Зарождения Души [4+] направили своё Духовное Чутьё в сторону Ностромо. Шла своего рода триангуляция сигнала от колебаний в Духовном Море. Если два соседа слышат одинаковые шумы с одной и той же стороны, значит, ветер судьбы скоро принесёт оттуда проблемы.
Так Бюро улавливает отголоски грядущей Катастрофы. В случае Ностромо им удалось это сделать практически сразу.
Сигнал удалось опознать как Вторжение Инферно по характерным частицам. Заходя на цель, правители Царства Демонов создавали сотни небольших дыр в пространстве, через которые в Поднебесье проникали твари послабее.
Во время вылазки демоны забирают всё, что есть: людей, скот, земные и небесные сокровища типа кристаллов духовных частиц. Потом их аномалия в Духовном Море снимается с якоря и отползает обратно в Дикие Земли.
По сути, их аномалия — это область пространства, из которой периодически можно создавать проходы между Царством Демонов и Поднебесьем.
Так вот! Демоны, эти вечно голодные до крови твари, двигались прямо на Ностромо. Их владыки почуяли, что город ослаб после рейда орков. Бюро Катастроф из века в век не могло точно предсказать время и место их появления. Вот и в этот раз Катастрофу удалось заметить всего за сутки. А точно идентифицировать — за двенадцать часов до появления над городом.
Далее случилось то, чего никто не ожидал.
Все оракулы Бюро вдруг взвыли в один голос: ВТОРАЯ катастрофа вдруг появилась из ниоткуда и шла практически наперерез демонам. Казалось, она сама урчит от голода.
«Крейсер», порождённый Инферно, почуял, что перешёл дорогу эдакому «линкору». Причём они пересекутся аккурат в Ностромо, и тогда ещё вопрос: кто на кого будет охотиться.
Потратив огромное количество кристаллов с духовной энергией, Вторжение Инферно резко изменило траекторию движения своей аномалии и рвануло обратно в Дикие Земли. Демоны сделали всё, лишь бы не пересекаться со второй Катастрофой.
Расхождение траекторий удалось обнаружить только за три часа до прибытия Катастрофы в Ностромо. Примерно тогда же адептам Зарождения Души [4+] удалось опознать и идентифицировать новую угрозу.
Мгла!
Огромный подвижный портал в Царство Проклятий, удерживаемый монстром под кодовым названием Фираксис. Этот живой биом с парой сотен массивных ног сам по себе служил транспортной системой, связывающей два мира — Царство Проклятий и Поднебесье.
Каждая конечность Фираксиса по размеру как небоскрёб, а сам он являлся существом на стадии Зарождения Души [4+]. За счёт колоссального объёма духовных частиц этот мегамонстр являлся своего рода королём тварей. В него постоянно били молнии от Кары Неба, реагируя на каждый чих с выбросом силы.
Поступки созданий, приходящих из Царства Проклятий, сложно понять, прислушиваясь к голосу разума. Голод? Жадность? Быть может, извращённая жажда к саморазвитию через эволюцию с катализатором в виде эссенции проклятий⁈
Мгла настолько сильно отличалась от других Катастроф, что с ней предпочитали не связываться даже обитатели других Царств.
Портал в Царство Проклятий завис за городом, и мгла окутала Ностромо. Хлынувшие по ногам Фираксиса твари стали собирать добычу. Монстры, похожие на жуков, забирали скот, деревья, а вместе с ними и людей, отказавшихся эвакуироваться в крепость. Многие горожане думали, что смогут переждать Катастрофу, сидя в подвалах домов.
Затем случилось то, чего даже Бюро Катастроф не смогло предсказать.
Стоило мегамонстру оказаться над городом, как и так уже бьющая Кара Неба переросла в полноценное Треволнение Небес. Молнии запредельной силы били точно в портал вместе с Мглой.
Грохот стоял такой, что его слышали за сотни километров. Десятки огромных ног Фираксиса сломались и попадали на город. Треволнение Небес пробило его сверхпрочный доспех духа!
Молнии продолжали бить одна за другой, а тварь пошла на хитрость — чуть опустила портал ниже и использовала соседние скалы для заземления разрядов.
Точнее, так показалось на первый взгляд. На деле же раненый Фираксис не мог ни закрыть портал, ни сменить своё местоположение. Впервые за много веков Кара Неба нанесла ему настолько большой урон, что он искал способ восстановиться. Для этого требовалась еда! МНОГО еды. И город, находящийся в осаде, выглядел лакомой добычей.
…
После создания Ядра и появления непонятной Мглы я в полудрёме вспомнил слова Белого Дьявола:
Затем вспомнилось, как Мгла появилась над Ностромо.
Сознание отключилось. Я долгое время висел в темноте, не чувствуя ни тела, ни энергии, ни потока мыслей.
Затем я ощутил сердцебиение…
Чувство времени…
Запоздало вспомнил про всё ещё работающий Фильтр Ощущений. Открыв его, стал включать органы чувств один за другим.
Однако время шло, а контроль над телом всё никак не возвращался. В какой-то момент я открыл глаза и сам не понял, что очнулся. Секунда, вторая, третья, пятая.
Рядом раздался грозный голос Гаммадура. Чуть приподнявшись, я заметил стоящего в дверях алхимика и его кухарку:
— Не выходи! — говорил он ей. — Снаружи хаос. Полно сброда из соседних деревень, сбежавших от тумана. В лучшем случае у тебя заберут всё что есть. В худшем — убьют и не заметят. Из-за Мглы во всём маркграфстве хаос.
— Хосподин… Я хоть одним глазком на люд посмотрю. Поди уже неделю сижу в четырёх стенах. Скоро вон… С тенью своею говорить начну.
Тяжело вздохнув, алхимик открыл дверь, выпуская прислугу погулять. Заметив, что я на него смотрю, Гаммадур подошёл к моей постели.
— Жив, курилка. Ты меня слышишь?
— Слышу. — В теле ощущалась одновременно слабость и обилие энергии. — Давно я тут?
— Семь полных суток. Восьмые начались шесть часов назад. — Наставник замялся на секунду. — Как я тебя в телегу бросил, так ты и отключился.
— Где мы? Что там снаружи происходит? Я слышу много голосов.
Алхимик, чуть прищурившись, прошёлся по моей фигуре, затем сосредоточил внимание только на глазах.
— Мы в Гольце. Это поселение на имперском тракте. Точнее, в трактире на его окраине. Отсюда до Ностромо пятнадцать километров. Здесь начинается объездная дорога… Ай, ладно. Тебе это знать сейчас ни к чему. Сейчас здесь хаос. Из-за Мглы, накрывшей Ностромо, жизнь в маркграфстве практически парализовало. Так эта зараза ещё и не уходит, как другие Катастрофы! Наоборот, расползается по всей округе.
— Погодите. Что ещё за Мгла? — хмуро смотрю на старика. — Напомню. Я всего месяц в Поднебесье.
Алхимик хотел было поворчать, но вместо этого ответил совсем другое:
— Ученик, ты что-нибудь знаешь о Царствах?
Со слов наставника выяснилось, что Поднебесье само по себе — это огромный мегамир. Никто точно не скажет, какой у него размер. Вполне возможно, что он больше какой-нибудь звезды.
Бывает так, что в некоторых мирах Пограничной Зоны сами законы мироздания и жизни отличаются от Поднебесья. Адепты ходят туда за редкими ресурсами, которые нигде больше не достать.
К примеру, есть места, где жизнь кипит, бурлит, меняется и постоянно перерождается — это Царство Хаоса. В Царстве Тьмы не бывает света. У многих его обитателей нет глаз, а порой и физического тела.
Группа похожих миров образует своего рода кластер со взаимосвязанными порталами. Их и зовут Царствами.
Так вот! Мгла относится к Царству Проклятий. Периодически ОНА пробивает порталы в Поднебесье и вот такими чудищами с кучей ног устраивает рейд в поисках ресурсов.
Здоровенный монстр, создающий Мглу, зовётся Фираксис. Чем дольше живёт это создание, тем больше у него ног и больше размеры тела. Он удерживает портал и в то же время служит мостом для спуска других монстров на земли Поднебесья.
Фираксис вдыхает на землю сквозь портал туман своего Царства. Эта гадость не только ядовита из-за эссенции проклятий, но и оказывает давление на разумы адептов Поднебесья.
Тут я присвистнул.
Туман также мешает ориентироваться на местности — в нём ни черта не видно. Духовное Чутьё у адептов сбоит из-за потоков ядовитого тумана. Туман и само присутствие Фираксиса не даёт работать порталам. С дальней связью то же самое. Мегамонстр, как ходячее цунами, создаёт огромные волны в Духовном Море.
Перемещаться по пропитанному проклятиями туману — то ещё удовольствие. Так мало того! В нём ещё монстры бегают. Абсолютное большинство из них — трутни, представляющие для адептов угрозу только за счёт большого числа.
Есть особи посильнее, похожие на жуков, — аналоги адептов Поднебесья. Среди них встречаются твари на стадии Заложения Основ и даже Золотого Ядра. Они защищают ноги Фираксиса, пока тот удерживает портал. По сути, каждый такой монстр отвечает за свой транспортный канал по снабжению этой мегатвари.
Однако в этот раз что-то пошло не по плану. Точнее, СИЛЬНО не по плану.
Разведчики успели заметить, что шестнадцать из двухсот ног Фираксиса оказались уничтожены. Молнии от Кары Неба грохотали так, что облака разметало над всем маркграфством. Разряды влетали в портал с другой стороны. В итоге Фираксис получил серьёзные ранения и в буквальном смысле завис над Ностромо.
Город вот уже восьмые сутки находится в блокаде. Твари рыщут по округе в поисках еды. Крепость Валентайна под осадой. Из-за тумана оттуда могут быстро выбраться разве что адепты Заложения Основ [2+] и Золотого Ядра [3+]. Только благодаря им жители Империи знают, что город ещё держится.
По сути, возникла патовая ситуация. Фираксис замер на месте, пытаясь восстановиться, и не может сам атаковать Ностромо. Из-за высокой личной силы Небо в него и так швыряет молнии, не переставая. В Первом Поясе не место таким сильным тварям. Если он применит хотя бы одну сильную атаку, очередная мощная Кара Неба может его уничтожить. Оттого Фираксису приходится обходиться теми силами, что есть.
Трутни ищут еду в городе и по всей округе. Монстры посильнее ждут, пока энергия защитной формации крепости Лорда подойдёт к концу. Когда у одной из сторон закончатся ресурсы — день, неделя, месяц — никто не знает. Падёт либо Ностромо, либо Фираксис… Что маловероятно.
Выслушав наставника, я взглянул на ситуацию под чуть иным углом. После нападения орков на город Лорд Валентайн наверняка сильно поиздержался и долгую осаду не потянет. Раз монстры всё ещё рыщут по городу, значит, ещё не все жители ушли.
Сидя на краю моей кровати, Гаммадур покачал головой.
— Не забивай себе этим голову, ученик. Дай трём Сектам и правителю Империи Колоссус разобраться с этой Катастрофой.
— А как насчёт портала? — напрямую спросил я. — Должен же быть у Лорда портал для эвакуации населения на такой случай? Или подземный тоннель?
— Дело во Мгле, — алхимик указал на окно и туман, видимый на горизонте. — Это не просто туман, а кусочек Царства Проклятий. При попытке использовать Талисман Телепортации адепт может оказаться где угодно, но точно не выйдет за его пределы. Насчёт тоннеля не скажу. Не доводилось мне бывать в той части крепости нынешнего Лорда.
У меня вдруг ни с того ни с сего начали закрываться глаза. Спать хотелось неимоверно. Заметив это, Гаммадур стал махать руками перед моим лицом.
— Эй, эй, эй, Маркус! Да чтоб тебя…
Не понимая до конца, что происходит, я снова провалился в глубокий сон.
Прошло полтора месяца с момента, когда Декстер Крауч оказался в Поднебесье. Получив всю возможную поддержку от Центра Получения Гражданства, детектив прибыл в Секту Ледяных Цветов адептом уже четвёртого уровня Очищения [1–4]. Здесь его сразу взял под своё крыло старейшина Оуян, отвечающий за внутреннюю безопасность и порядок среди учеников.
Слово «ученик» не могло в полной мере выразить статус члена Секты. По сути — это огромная армия из адептов с семьями, состоящими исключительно из таких же адептов. У Ледяных Цветов есть свои шахты по добыче кристаллов духовных частиц. Свои мастерские по изготовлению артефактов и талисманов. У Сект вообще есть всё, включая потомственных слуг.
Кражи, заказные убийства, махинации — старейшина Оуян делал так, чтобы порядок и соблюдение правил оставались главной силой внутри Секты.
Декстер Крауч с его двадцатилетним опытом и стажем детектива оказался как нельзя кстати. Он стал одновременно подчинённым и личным учеником старейшины Оуяна.
Так Декстер получил отдельный дом и вместе с этим право забрать тройняшек из квартала Внешних Слуг. Вместе с ними Крауч прихватил Ан Минхо и её парня Хван Джуна. Эта парочка, каким-то чудом знакомая с Гринчем, защищала жён Декса, пока он сам не прибыл в Секту.
Две недели жизни в квартале Внешних Слуг здорово сплотили девушек. Дружба тройняшек с Ан Минхо стала для них чем-то вроде нормы… Но в то же время разница в статусе между одарёнными и неодарёнными с каждым днём проявлялась всё сильнее.
Каждый божий день Ан Минхо медитировала и выполняла задания внутри Секты, чтобы получить пилюли и кристаллы с духовной энергией. Девушка изо всех сил старалась собрать ресурсы, чтобы поскорее прорваться на новый уровень.
Хван Джун тоже трудился до седьмого пота. Жизнь в квартале Внешних Слуг отнюдь не сахар.
Так прошли первые полтора месяца с переноса в Поднебесье. Детектив искренне радовался тому, что его жёны живы и он снова вместе с ними. Талант «Поцелованного Небом» давал детективу защиту от врагов внутри секты. Он стал своего рода «живым сокровищем». Его талант к развитию на пути адепта приравнивался к элите Внутренних Учеников.
В один из вечеров, прямо за семейным ужином, Декстер заметил, что тройняшки вдруг заснули прямо за столом. Детектив в ту же секунду запустил сканирующую волну. Это едва ли не самый первый приём, которому научил его старейшина Оуян.
Сканирование ничего не показало, но Крауч, вскочив со стула, уставился на коридор первого этажа. Детектив и сам не мог объяснить, что не так. Однако чуйка шептала: в доме посторонний и сейчас где-то в той стороне. Ни ауры, ни дуновения силы, ни давления от чужого присутствия. Как бы ни старался Декс, он никак не мог ощутить неизвестного гостя… Хотя тот вроде как стоит прямо перед ним.
— Кто ты? — рявкнул детектив. — Предупреждаю! Я работаю на службу безопасности Секты. Само твоё нахождение здесь — это прямое нарушение правил.
В ответ прямо перед Дексом стал проявляться силуэт мужчины в белом дорогом халате.
— Правильнее сказать, маленький адепт… что ты работаешь на старейшину порядка. Впрочем, ты дикарь из Пограничной Зоны, и тебе такое простительно… Пока.
Декс зарычал от гнева. Он считал себя довольно сильным, но, как ни старался, вообще не мог ощутить силу адепта перед собой. К тому же незваному гостю хватило наглости заявиться к нему в дом и незаметно усыпить тройняшек.
— Кто ты⁈ И что тебе нужно?
— Для начала, послушания, — произнёс незнакомец, едва заметно улыбнувшись.
Декстер хотел что-то ответить, но голос пропал. Звуки перестали выходить из его горла. Гость обладал не просто подавляющей силой, а находился в царстве силы, до которого Крауч не мог даже дотянуться. Ни умом, ни телом.
Тем временем незнакомец беззвучно переместился за спину Крауча и взглянул на гостиную.
— Привычки дикарей, — произнёс он, глядя на уснувших тройняшек. — Вы следуете правилам из прошлой жизни… Старые понятия о дружбе, старое отношение к смертным. Со временем ты поймёшь, насколько сильно отличаешься от тех, кому Небом отведено не так много лет жизни.
— Что ты… — Декс вдруг понял, что снова может говорить. — Какого чёрта тебе нужно? И кто ты вообще такой?
Детектив зарычал и хотел потянуться к медальону связи, отвечающему за сигнал страже Секты, но тот куда-то пропал.
— Не шуми, — произнёс гость и махнул рукой. Декстер опять потерял возможность говорить. — Я пришёл убедиться в том, что ты нам НЕ подходишь.
Декстер попытался закричать:
— Вальпургий, — гость едва заметно качнул головой, изобразив кивок. — Основатель Секты Ледяных Цветов. Впрочем, сейчас ты говоришь с одним из моих автономных духовных клонов… Я сам давно покинул Первый Пояс. А тут вдруг главный старейшина Секты заявляет, что нашёл адепта с талантом «Поцелованного Небесами». Мне захотелось взглянуть на такую диковинку собственными глазами. И что я вижу?..
Незнакомец шагнул и вдруг оказался в коридоре дома.
— … Дикаря, держащегося за осколки прошлой жизни. Ты как золотая шестерёнка в часах, созданных из прочнейшей стали. Как только появится сильная нагрузка… Скажем, нападение другой Секты или внутренний конфликт Ледяных Цветов… Старейшины попытаются использовать тебя, а ты им не подходишь.
Гость махнул рукой, и Декс снова получил возможность говорить.
— Что значит «не подхожу»?
— То и значит. Ты не подходишь МОЕЙ Секте. Твой талант сможет расцвести в какой-нибудь Империи смертных, но никак не в Секте… Ты ведь и сам должен был это понять, маленький адепт…
Изобразив улыбку, гость постучал пальцем по виску.
— …
Задумавшись, Основатель покачал головой.
— Жители империй с их мелкими интригами тебе подходят больше. Я предупрежу главного старейшину Секты. Тебе и твоим близким дадут возможность уйти, когда ты сам будешь к этому готов. Таково моё слово… И моя воля.
Качнув головой, Вальпургий указал на тройняшек. Девушки мирно спали.
— Считай право уйти маленьким жестом моей доброй воли… Старейшины МОЕЙ Секты… Эти маленькие интриганы… Скорее всего, они сдержат слово и отдадут тебе пилюли для пробуждения корней… Быть может, через пять лет или через десять… Тогда разница между тобой и твоими избранницами будет походить на непреодолимую пропасть. Я говорю тебе это из лучших побуждений, маленький адепт…
Переместившись в коридор, Основатель тихо произнёс:
— С этого момента ты должен думать своей головой. Когда будешь готов, уходи и не оглядывайся. Помни, какую милость тебе оказала моя Секта.
Силуэт Основателя практически исчез, но вдруг остановился и снова возник рядом с Дексом. Причём в этот раз он улыбнулся, как маньяк, одержимый целью.
— ТОЧНО! Турнир Континента… Вот где твой талант может расцвести. Если ты и впрямь работал так усердно на благо МОЕЙ Секты, как сам думаешь… Возможно, там ты сможешь получить награду для своих жён. Иди же, маленький адепт. Испытай свою удачу!
Человек, добравшийся до вершины мира адептов, по умолчанию не может быть нормальным. В этот миг Декстер увидел истинную… Откровенно кровожадную натуру Основателя Секты Ледяных Цветов.
Опыт подсказывал детективу, что Вальпургий не соврал. Ему самому придётся найти пилюли пробуждения корней для тройняшек.
…
В очередной раз я проснулся только через сутки.
— Хосподин, он очнулся!
Кухарка хлопотала, бегая по комнате. Лежавший на соседней койке Гаммадур сразу вскочил и подошёл ко мне.
— Не суетись, Скабре. На тебе твой маскировочный костюм, — наставник оглядел меня с ног до головы. — Обе твои пространственные сумки под подушкой. Кольца с жетонами ополченца Ностромо там же. Одежду для маскировки не снимай. Здесь сейчас небезопасно. Особенно с твоим статусом ветерана ополчения.
— Какой сегодня день? — произношу и сразу чувствую сильную сухость в горле.
— Двадцать шестое февраля, восьмые сутки от блокады Ностромо, — мрачно произнёс наставник. — Всё ждал, когда ты очнёшься. Из-за хаоса тут собралось… Слишком много знакомых лиц. Съезжу в соседний город. Перед этим уточню… У тебя ведь с Ядром и стихийные корни появились?
— Да, — произнёс я, с трудом узнавая свой голос. — Какой-то корень Пустоты.
Наклонившись надо мной, Гаммадур тихо произнёс:
— Бездна!.. Теперь понятно, почему твоя аура стала такой незаметной. Никому об этом не говори. Пусть все думают, что у тебя только стихия молнии…
Алхимик прошёлся по мне хмурым взглядом.
— … Ты уже больше недели прийти в себя не можешь. Мне надо съездить в Информационное Бюро. Поищу информацию про твой корень. Если я прав, то он из числа мифических.
— Каких? — произнёс я и сразу ощутил, как заболела голова.
— Вот-вот! — наставник понимающе улыбнулся. — Про это я и говорю, Скабре…
По сознанию царапнуло то, как Гаммадур стал ко мне обращаться. После восстановления Ядра он стал называть меня «учеником». Когда я первый раз очнулся, всё было в порядке. А теперь вдруг снова «Скабре».
Пока я думал о своём, алхимик продолжил:
— … Не торопись. После получения Ядра твой разум пока не справляется с тем, что ты получил. То же касается и тела. Из-за резкого перехода с нулевого сразу на шестой уровень Очищения [1–6] меридианы с трудом выдерживают нагрузку.
Гаммадур тихо хохотнул:
— … До потери Ядра я полвека тренировался, чтобы выдерживать такие объёмы духовной силы. Поэтому и проспал всего пару суток после операции. Твой случай другой. Аккуратно медитируй, принимай Пилюли Лечения. Если травма будет серьёзной, используй запас «Пилюль Исцеления Энергоканалов». Их там пять штук осталось… Думаю, ещё день-два… Эй-эй-эй! Да чтоб тебя, Скабре…
Это стало последним, что я услышал от Гаммадура, прежде чем снова погрузиться в сон.
…
Я очнулся только через трое суток, лёжа во всё той же комнате трактира. Наставник как раз вернулся из соседнего города и оказался отчего-то весел.
— Очнулся⁈ Вот и отлично, — отправив служанку в магазин, алхимик сел на краешек кровати. — Я обращался в Информационное Бюро. Запросил у них сведения про обычные и редкие корни, а также полный список так называемых мифических корней.
Сказав это, Гаммадур вложил в мою ладонь кристалл. Не с духовными частицами, а какой-то другой. Такой в Ностромо мне ещё не приходилось видеть.
— Ты читай, читай, — алхимик указал на кристалл. — Влей в него свою ауру и направь внутрь Духовное Чутьё. Это что-то вроде книги, записанной на кристалл в трёхмерном виде. Такие только в Информационном Бюро делают. В Сектах их используют, чтобы наставник мог передать ученику понимание той или иной боевой техники.
Влив ауру в кристалл Информационного Бюро, я и впрямь получил своего рода подключение к внешнему источнику данных.
К классическим стихиям Поднебесья относились всего пять: земля, огонь, вода, воздух и дерево. Эта классическая пятёрка в разных вариациях встречается у восьми из десяти адептов Поднебесья.
Более редкие стихии — корни яда, жизни, молний, проклятий, чистого льда, металла. К ним же относятся стихии света, тьмы, крови.
Чрезвычайно редкие корни стихий — это пространство, звук, иллюзия и смерть. Секты их взращивают как своего рода козырь. Те же массивы переноса, — проще говоря порталы, — делают как раз таки адепты со стихийными корнями пространства.
Наконец, мифические корни стихий.
К мифическим корням относятся стихии Времени, Хаоса, Пустоты, Изначальная и даже Дао — прямой взаимосвязи с законами мироздания Поднебесья. Обладатели таких корней настолько редки и уникальны, что названия их стихий пишут везде с большой буквы, дабы ни с чем другим не перепутать.
Суть в том, что для адептов со стихией Пустоты нет ни профильных гильдий, ни наставника, ни Секты.
Согласно сводке Информационного Бюро, Пустота — это скорее свойство пространства, а не отдельно взятая стихия. Адепт с таким корнем сам по себе становится этаким белым пятном. Он вроде есть, но обычным сканированием его не засечь. Известные техники носят скорее оборонительный или вспомогательный характер, чем атакующий.
Пустотой можно разрушить технику другого адепта или выкачать энергию из барьера.
Ещё Пустота дарует своего рода иммунитет к наведённым иллюзиям и воздействию на разум.
Пустота — это отсутствие чего-либо в пространстве. Мой Поток — это своего рода «течение внутри этой Пустоты».
Ещё со времён Ледяного Мира я пропускал энергию сквозь себя, а именно это и делает Пустота. Она пропускает и вбирает в себя всё, без исключения.
Итого…
Если покажу стихию Пустоты среди обычных адептов, меня силком к себе затащит какая-нибудь могущественная Секта. В худшем случае — преступная организация. Если всё же решу использовать стихию Пустоты на людях, надо соблюдать меры безопасности.
…
Операция по выращиванию Ядра на долгих две недели выбила меня из колеи. Наконец, я вернулся к жизни адепта и Поднебесья… И надо сказать, что моя жизнь радикально изменилась.
Дело отнюдь не в куче беженцев, бегущих от пригорода Ностромо и расползающейся Мглы. И даже не в армейском посту Империи Колоссус, собирающем солдат, добровольцев и ополченцев для зачистки. Они прямо тут в Гольце обосновались и проверяют всех, кто сюда приходит.
Дело в стихии! Корни Пустоты изменили моё мироощущение. Кажется, будто моё тело стало кусочком изолированного пространства, перемещающимся внутри аквариума из других энергий. Это как… быть наполовину пустым стаканом в том самом аквариуме. Или чувствовать постоянный голод, который ничем не утолить.
На фоне постоянно ощущаемой Пустоты воспоминания о семье стали чем-то вроде сокровищ.
А ещё есть моя Нерея. Слава богам магии и «Мохрешу»! Я сделал набросок любимой в памяти импланта, и теперь частичка моей прошлой жизни всегда со мной.
С пробуждением корня стихии Пустоты изменилось отношение других адептов. На меня стали меньше обращать внимание. Реакция вполне понятна.
Пока мы с Гаммадуром и кухаркой оставались в трактире Гольца, жизнь в маркграфстве била ключом… Возможно, гаечным… Возможно, по голове.
Прошло две недели с начала осады. В Ностромо творилось чёрт знает что. Видимо, Фираксис сильно пострадал и теперь пытался восполнить силы. Тумана рядом с городом становилось всё больше.
Мгла охватила не только поселение, но и ближайшие десять километров округи. Странные монстры тащили сквозь портал всё живое, до чего могли дотянуться. Дошло до того, что ВЕСЬ урожай зерна с духовными частицами оказался собран… Вот только не людьми, а тварями из Мглы.
Между тем в самом городе тоже начались проблемы. Никто в Ностромо не ожидал, что осада продлится настолько долго. Уже давно нет вестей от жителей, пытавшихся пережить осаду, сидя дома. Трутни в поисках пищи раз за разом обыскивали кварталы.
Используя комбинацию Сферы Восприятия и чтения по губам, я слушал новости, не выходя из номера трактира. Время от времени к Гольцу выходили посыльные из Ностромо и рассказывали, что творится в крепости. Их конечной целью являлись представители Сект и армии империи Колоссус. И те и другие сейчас концентрировали войска в посёлке.
Доставив послание из крепости, курьер, как правило, возвращался обратно во Мглу. По моим приблизительным подсчётам, до крепости Валентайна добирался только каждый четвёртый такой посыльный.
…
Из-за резкого скачка в личной силе пришлось на время прервать уроки алхимии. Мои энергоканалы с трудом выдерживали самую обычную нагрузку.
Последние пять дней я чуть ли не сутки напролёт практиковал разминочный комплекс из цигуна. Доводя организм до изнеможения, я затем поглощал одну за другой «Пилюли Лечения». Накапливался такой объём микротравм энергоканалов, что любого другого адепта скрутило бы от боли.
Пару раз переборщил, и тогда выручали «Пилюли Исцеления Энергоканалов». Ощущения от разрывания меридиана оказались настолько яркими, что пробивались даже сквозь Фильтр Ощущений. Брр!
Так запас «Пилюль Исцеления Энергоканалов» сократился до трёх штук. Понятия не имею, где их теперь достать. В Аукционный Дом лучше не соваться. Старика Гамму всего корёжит от воспоминаний о походе в это заведение.
Сегодня наставник пришёл в нашу комнату мрачнее тучи. Отправив кухарку погулять, старик сел за стол, за которым я обедал.
— Ну что, Скабре? Пришёл в себя?
— Примерно на семьдесят процентов, — пожимаю плечами. — Если не придётся биться насмерть или неделю бежать от монстра, могу спокойно жить.
— Понятно. Потом долечишься, — алхимик нервно оглянулся на входную дверь. — Маскирующий костюм не снимай. Трактирщик уже раз десять намекал, не прячу ли я в комнате дезертира. Его самого кошмарят люди с армейского поста. Вот он и стучит на всех своих клиентов.
— А как же вы? — смотрю на старика. — Почему вас вербовщики с армейского поста не трогают?
Наставник, фыркнув, показал пальцами кавычки.
— «Носитель ценной профессии». Меня хоть и исключили из Гильдии Алхимиков, но в интерфейсе в списке навыков
Ещё раз глянув на дверь, алхимик замер. Оно и понятно. Находящийся в коридоре работник трактира приложил ухо к двери, собираясь подслушать наш разговор. Парнишка лет двадцати. Хобб, кажется⁈
Меня это взбесило, и я решил проучить наглеца.
— Как насчёт того, чтобы сделать «Кровавую Пилюлю» из Хобба? — говорю нарочито громко. — Паренёк упитанный. Крови в нём много. Надо только подловить его, когда он к нашей двери в следующий раз подойдёт. Труп потом в сумку спрячем.
Гаммадор выпучил глаза от удивления. Затем поняв, зачем я это говорю, решил подыграть.
— Зачем ждать Хобба у нас под дверью? Поймаем его ночью, когда он по нужде пойдёт… Там за трактиром есть удобное место, чтобы тело закопать.
Ответом нам стал топот, донёсшийся из коридора. Алхимик хмыкнул.
— Идиоты! Почему-то прислуга всё время думает, что их никто не замечает. Пусть теперь попробует доказать, что услышал наш разговор, не подслушивая под дверью.
— Хобба послал хозяин трактира, — видя удивление на лице алхимика, я пожал плечами. — Я сам их подслушиваю, чтобы понимать, не угрожает ли мне опасность. Вербовщики платят им обоим по серебряной монете за каждого найденного бойца.
Алхимик с ещё большей настороженностью глянул на дверь.
— Понятно… В общем, я поговорил со своими старыми знакомыми. Алхимики, торговцы, должники из армейского корпуса. Дела настолько плохи, что об этом стараются лишний раз вслух не говорить… Скорее всего, Фираксис не сдвинется с места, пока не сожрёт всё население Ностромо.
Со слов армейских знакомых Гаммадура, выходила откровенно пугающая картина. Умники из Гильдии Торговцев придерживаются того же мнения. Сейчас мегамонстру не хватает сил, чтобы восстановиться. Дабы прокормить Фираксиса, трутни и собирали урожай с полей Ностромо.
В штабе империи Колоссус это тоже понимают и в любой другой ситуации, не смогли бы ничего сделать Фираксису. Однако сейчас, когда мегамонстр ранен и замер на одном месте, появился шанс его уничтожить.
Генеральный штаб империи Колоссус вместе с сильнейшими адептами Сект Голубого Неба, Огнецвета и ЛедоВластия собирают силы для атаки на Фираксиса.
— Я такое уже видел, Скабре, — почти шёпотом произнёс Гаммадур, оглядываясь на дверь. — Шестьдесят лет назад на другом конце Империи Колоссус произошёл похожий инцидент. Тогда осаждённый город использовали как наживку для того, чтобы выманить раненого архидемона. Когда тот вылез из портала в Инферно, его атаковали всем что есть. Готов дать руку на отсечение, что в этот раз император и Секты поступят так же.
— Откуда такая уверенность?
— Из-за вербовщиков, — алхимик поморщился, продолжая смотреть на дверь. — Их капитаны собирают бойцов для зачистки территории маркграфства от трутней. В штабе понимают, что ЕСЛИ портал над Ностромо закроется, монстрам будет некуда бежать. Лучше их встретить здесь, у Гольца, чем потом вылавливать по лесам и деревням. Впрочем, они без Мглы быстро дохнут. Воздух Поднебесья им плохо подходит для дыхания.
После этих новостей я наконец увидел целиком картину событий последних дней. Дело не в вербовщиках, подкупленном работнике, трактире и беженцах. Всё куда масштабней.
Они ждут, когда барьер над крепостью Валентайна схлопнется. Тогда Фираксис опустится ещё ниже, чтобы полакомиться добычей… Ровно в этот момент Секты ударят всем, что есть. Им плевать на людей, спрятавшихся в городе.
В ходе предстоящей битвы весь Ностромо при любом раскладе сровняют с землёй. А если не сровняют, то упавший с неба труп Фираксиса всё равно погребёт под собой крепость.
Видя, что до меня дошла суть сложившейся ситуации, наставник коротко кивнул.
— Посиди пока тут, Скабре. Мне надо съездить в соседний город. Ах да! Секунду.
Встав из-за стола, алхимик подошёл к моей кровати и сунул руку под подушку. Там вот уже три недели как лежали две моих пространственные сумки и кольцо-кошелёк.
Через Сферу Восприятия я прекрасно видел: Гаммадур ничего из этого не взял. Старик, наоборот, оставил под подушкой записку и информационный кристалл. Затем спокойно убрал руку.
— Видимо, не здесь оставил, — алхимик направился к двери, сказав напоследок: — Вернусь нескоро. Кухарку отправлю в соседнюю деревню. У неё там родня живёт. Она от скуки уже на стены лезет.
Дверь за спиной наставника с хлопком закрылась.
После ухода наставника я спокойно доел свой завтрак. На всякий случай ещё раз проверил настройки «Мохреша». Если в коридоре появится кто-то подозрительный или начнёт подслушивать под дверью — имплант сразу поднимет тревогу.
После завтрака я снова принялся за разминку.
После получения Ядра пришлось модифицировать разминочный комплекс. Теперь я создаю менее плотный ком духовных частиц и гоняю его по энергоканалам.
За счёт того, что ком энергии имеет менее плотную форму, она рассеивается, проходя по меридианам. Таким образом идёт стимулирование развития вторичных и третичных энергоканалов.
Насколько понял, гармоничное развитие первичных, вторичных и третичных меридиан отвечает за моё экстремально развитое Духовное Чутьё. Потому, даже получив Ядро, я ни на секунду не забывал о развитии «периферии».
Ледяной Мир, Фриджмонт, побег из допросной Вальца. Именно чутьё помогало мне выживать там, где сотни других адептов встречали свою смерть.
Через четверть часа разминка подошла к концу.
После пробуждения и появления интерфейса Поднебесья моё тело вмещало в себя восемьдесят единиц духовной энергии. Теперь больше девятисот. Оттого период адаптации к новым силам затянулся на три недели.
…
Пока я завтракал и делал разминку, Гаммадур нашёл на улице кухарку и потащил её к телеге. Та вместе с лошадьми давно стояла на границе поселения. Сев вдвоём на козлы, они покатили куда-то на север от Гольца. В той стороне находился ближайший к нам крупный город. За ним проходила граница маркграфства.
Кристалл оказался, что называется, «запаролен» и требовал ввести какое-то слово для открытия. Довольно длинная записка начиналась с фразы: «Слово-ключ» — и дальше шёл прочерк.
Именно на это и указывал прочерк. Пароль подошёл, и информационный кристалл открыл доступ к своему содержимому. Направив внутрь Духовное Чутьё, я увидел своего рода «самоучитель по алхимии», составленный Гаммадуром Малабрисом, алхимиком четвёртого ранга.
В архиве знаний хранились все известные мастеру пилюли, приёмы, методы построения лаборатории и работы в поле. Вся информация аккуратно разбита на разделы. Гаммадур явно брал за основу какой-то реально существующий учебник.
Отложив кристалл, я снова вернулся к записке.
Нахмурившись, я убрал записку и взглянул в ту сторону, куда уехал старик с кухаркой. Теперь Гаммадур Малабрис для меня очередной алхимик, а не наставник.
С переходом на шестой ранг Очищения [1–6] размер Сферы Восприятия в круговом режиме вырос с трёхсот метров до шестисот. Переключив её в режим направленного сканирования, я увидел аж на два километра вперёд.
В полутора километрах от Гольца старик высадил кухарку на перекрёстке имперского тракта. Отдал ей мешочек денег и сам поехал к границе маркграфства. Видимо, и впрямь собрался начать новую жизнь.
Чувство Пустоты в груди стало настолько всеобъемлющим и невыносимым, что я невольно провалился в воспоминания о семье. Мама, папа, братья, сестрёнка, которая вечно ходила, задрав свой красивый носик.
Прежде чем это станет возможным, надо получить от отца хоть какую-то весточку. Он наверняка прислал ответ в Информационное Бюро. А я почти месяц провалялся в этой чёртовой кровати.
Ещё надо найти медальон мамы. Раз она аристократка, то он представляет некую ценность. Будь это безделушкой, родители не стали бы прятать его в тайнике под деревом.
Вот только о том, где сейчас хранится медальон, знают только Номер Семь и Сати. Покидая Ностромо, я попросил девушек перепрятать сокровища из моего тайника. Понятия не имею, куда именно они его убрали.
Если не найду желаемого в офисе Информационного Бюро, сам съезжу в соседний город и оттуда пошлю письмо отцу.
В голове нарисовал план действий на ближайшие дни. Проверив сумки и кольцо-кошелёк, заметил, что пропала половина моего золота, пилюль и кристаллов духовных частиц.
— Ах ты старый гнилой пень! — заорал я в голос.
Снова запустив сканирующую волну, я не засёк Гаммадура. Он отдалился от трактира больше чем на два километра. Это точно он стащил у меня деньги! Причём ровно половину. Кухарка бы не отважилась пойти на такую подлость.
Начиная собирать свои вещи в комнате, я снова взялся за записку. На обороте обнаружилась ещё пара строчек:
Ещё раз прочитав записку, я отсканировал её и внёс в «Мохреш». Затем поднёс к свече, сжёг и растоптал пепел. Если опасения старика верны, то любое упоминание корня Пустоты несёт с собой смертельную опасность.
Собрав вещи, заметил, что у меня почти не осталось еды. Подождав, пока прислуга будет проходить мимо двери, я рявкнул:
— Эй, Хобб! — произнёс я нарочито громко. — Не вздумай убегать. Я знаю, что ты вчера подслушивал и не держу на тебя зла за это. Мне нужна еда и вода на две недели.
Молча просунув пару золотых монет под дверью, я продолжил:
— Неси всё, что есть, и получишь столько же.
— Д-да, господин! — произнёс парнишка и, подняв монеты, рванул на кухню.
Хобб вернулся только через двадцать минут, таща пару доверху набитых мешков еды. Оставив покупки под дверью, парнишка отошёл подальше. Я приоткрыл дверь. Повинуясь Телекинезу, мешки с едой влетели ко мне. На их месте по полу зазвенела пара золотых монет.
Убрав еду в пространственную сумку, я открыл окно и стал ждать начала сумерек.
В ночь на десятое марта я покинул трактир в Гольце и направился в Ностромо.
…
С ученика — точнее, со Скабре — алхимик взял двойную оплату за информационный кристалл. Пилюля Ран парню точно пригодится. Мало кто в Гильдии Алхимиков о ней вообще знает.
Перед уходом Гаммадур забрал у Скабре половину его золота, пилюль и кристаллов. Не просто так, а за кристалл с рецептами. Сейчас, когда в маркграфстве хаос, эти знания почти ничего не стоят. Маркус — один из немногих, кто может в полной мере понять их ценность.
Повозка скрипела, а Гаммадур строил планы на будущее. Добравшись до соседнего герцогства, старик начнёт новую жизнь. Сначала изменит имя и постарается забыть о прошлом. Теперь у него снова есть Ядро, полувековой опыт в алхимии и понимание, что в этом мире есть люди, делающие невозможное возможным.
Старик мысленно представил себе цифру в тысячу единиц Кармы. За шесть дней полноценного обучения Гаммадур стёр один нолик.
За уход в течение трёх недель после выращивания Ядра срезал второй нолик.
За сохранение тайны невероятного таланта ученика алхимик щедро стёр третий нолик с долга Кармы.
Наконец за то, что уехал и никому не рассказал про корень Пустоты, Гаммадур обнулил ту единичку, что стояла в начале долга Кармы.
Теперь весь кармический долг выплачен… Во всяком случае, так думал Гаммадур. Однако Небо имело на этот счёт совсем другие планы. Огромный кармический долг никуда не делся. Единственный, кого мог обмануть алхимик, — это самого себя.
Вшух!
Внезапно прилетевший издалека арбалетный болт ударил точно в сердце старика. Всё ещё не веря в происходящее, алхимик стал заваливаться на козлы телеги.
Из ближайших оврагов на дорогу высыпал десяток разбойников. Все как один в военной форме Ностромо и с лицами, покрытыми многодневной щетиной. Дезертиры из маркграфства решили заработать на жизнь грабежом на имперском тракте.
Грязная военная форма стала последним, что Гаммадур увидел в своей жизни. Его обыскали и вскоре нашли кольцо-кошелёк с вещами, стащенными у Скабре.
— Живём! — присвистнули разбойники. — Нам какой-то богач попался. У него тут золото, кристаллы и какие-то пилюли. Ого! Кажись, это алхимик. В сумке лежит печь-котёл… Там сбоку шильдик с надписью Гамм… Гаммадур Малабрис.
…
Счастье разбойников продлилось недолго. Четверть часа спустя их повязал разведотряд. Причём не абы какой, а шедший впереди колонны солдат армии империи Колоссус.
Проведя короткий допрос, следователи выяснили, где разбойники бросили труп старика. По алхимическому котлу, кристаллам и пилюлям, армейцы сразу смекнули: перед ними тело некогда большой шишки в маркграфстве. Вояки тщательно задокументировали происшествие и все найденные вещи, а дезертиров казнили.
Днём позже новость о смерти Гаммадура Малабриса разошлась по двум соседним герцогствам. Уже там филиалы Сект получили крайне неожиданное известие. ИХ пилюли, оставленные в качестве оплаты в Аукционном Доме, обнаружились у погибшего алхимика четвёртого ранга.
Тот самый Гаммадур Малабрис каким-то образом восстановил себе Ядро. До самой его смерти об этом никто не знал. Сложив в уме факт восстановления Ядра и неожиданное появление хороших пилюль в Ностромо… представители Сект пришли к выводу, что именно Гаммадур их делал.
— Вот зачем старик просил в оплату «Пилюли Исцеления Энергоканалов». Он продолжал лечение своего Ядра.
След, ведущий к таинственному мастеру-алхимику, снова прервался.
…
Добравшись до границы Мглы, я не стал сразу в неё заходить. Во-первых, ближайшие подступы контролировались солдатами, выставившими оцепление перед стеной тумана. Пришлось отойти на пару километров в сторону и там просочиться через никем не замеченную пещеру, ведущую вглубь Мглы.
Во-вторых, лезть на территорию неизвестного противника тоже глупо. Надо сначала разобраться в повадках монстров.
Если зрение у монстров Мглы и впрямь настолько плохое, как говорил старый пень, значит, развиты другие органы чувств.
Зайдя во Мглу через пещеру, я вскоре нашёл выход на поверхность. Поняв, что рядом нет монстров, отошёл примерно на триста метров и развёл небольшой костёр.
Вернувшись к пещере, я стал ждать. Не прошло и пары минут, как у костра появились три трутня. Жуки размером с крупный бочонок походили на бодро бегающих крабов. Перемещаются по прямой, нижняя часть туловища защищена хитиновой бронёй. Верхние открытые участки мясистого тела покрыты плотным слоем слизи.
Выйдя из пещеры, я швырнул в просвет между деревьями стеклянную бутылку. Пролетев почти две сотни метров, она со звоном разбилась о камень. Твари сразу ломанулись на звук.
Вскоре я понял, что у трутней работает комбинация из трёх основных органов чувств: обоняние, слух и умение чувствовать чужеродные эссенции внутри Мглы. Туман и впрямь оказался ядовит. Эссенция проклятий быстро пропитывала мою экипировку.
Пользуясь тем, что твари относительно далеко, я достал из сумки Козерог — новый лук, купленный у караванщиков. Направив оружие в сторону тварей, стал вливать ауру в стрелу, уже наложенную на тетиву.
Взз!
Стрела тихо загудела. В тот же миг твари отреагировали. Причём с довольно большого расстояния.
Вшух!
Стрела пробила голову одного из трутней. Однако монстра это не остановило. Он с коллегами рванул точно в мою сторону. Пришлось сразу выпускать вторую стрелу. Затем третью и четвёртую.
Вшу-вшу-вшу!
Утыканный стрелами монстр продолжал бежать по прямой. Все четыре попадания пришлись на голову, а твари хоть бы хны.
Сжав Сферу Восприятия до сканирующего луча, я просветил бегущих тварей и только тогда заметил, что у них НЕТ мозга. Три крупных нервных узла находились в основании головы, груди и середине спины.
Вшух!
Ещё одна стрела пробила нервный узел в основании головы раненого трутня. Тварь в тот же миг замерла.
Вшу-вшу!
Две другие стрелы угодили в нервные центры оставшейся парочки трутней. Бил туда же, не зная, являются ли другие центры на их теле уязвимыми точками.
Вскоре вся троица трутней валялась на земле.
Короткая стычка показала, что против трутней лучше использовать обычные стрелы. Эти твари способны почуять колебания духовных частиц с сотни метров.
Снова разведя костёр, я подождал, пока подойдёт новая группа трутней. В этот раз я сам пошёл к ним, проверяя, смогут ли они почуять меня, мою ауру или колебания духовных частиц.
На дистанции до тридцати метров всё было в порядке. На дистанции двадцати метров жуки начали вертеть головами туда-сюда.
Используя бесшумный вариант Импульсной Походки, я сделал несколько шагов назад и стал смотреть, заметят ли меня.
Не заметили!
Хитрость в том, что для Импульсной Походки я беру энергию снаружи. Затем пропускаю сквозь себя и выпускаю её же в виде импульса. Таким образом, в туман НЕ попадает чужеродная эссенция. Поэтому жуки и не чуют ничего странного.
Отойдя от трутней и костра на полсотни метров, я запустил сканирующую волну. Сначала в режиме кругового сканирования, затем в виде луча.
В обоих случаях твари поворачивали голову в мою сторону, но не более того. Видимо, сами пользуются похожим способом ориентирования на местности.
Получив примерное представление о том, чего стоит ожидать от трутней, я провёл похожий эксперимент с тварью на пятом уровне Очищения [1–5].
Судя по развитым передним конечностям, мне попался жук-воин. Одна здоровенная плоская клешня-щит служила для обороны. Другая, похожая на пару игл, — для атаки.
Я начал сканирование со ста метров. Жук-воин не отреагировал.
Стоило мне влить энергию в лук Козерог, как тварь засуетилась. Пришлось резко втянуть энергию обратно и сменить положение. Монстр мгновенно вычислил, где я примерно нахожусь, и ломанулся сквозь деревья.
Дождавшись, пока жук остановится, я снова натянул Козерог. В этот раз специально не вливал ауру ни в оружие, ни в стрелу.
Вшух!
Стрела пробила нервный узел в основании спины жука-охотника, и тот сразу же затих.
…
Так, проводя различные эксперименты, я постепенно узнавал монстров, обитающих в тумане. Наиболее массовый вид монстров — это трутни. Они ходят группами по трое или пять особей.
Затем охотники, рыщущие в одиночку. В пару и более они редко собираются. Их клешня с парой игл служит своего рода антенной для улавливания малейших колебаний духовных частиц. Клешня-щит используется для обороны от дальних атак.
Далее шли Прыгуны — жуки-сенсоры, находящиеся на шестом уровне Очищения [1–6] и способные совершать прыжки на шестьдесят и больше метров. Этих тварей легко издали опознать по массивным задним лапам.
У обитателей Мглы они выступают сканерами. Прыгуны первыми поднимают тревогу, используя систему команд в виде непонятных щелчков. Если такого монстра сразу не убить, он призовёт к себе Охотников и трутней со всей округи.
Двигаясь к Ностромо, я заметил, что сеть из Прыгунов становится плотнее. Очевидно, Фираксис нуждался во всё большем количестве ресурсов и распространял свои охотничьи угодья за пределы города.
В какой-то момент жуков стало настолько много, что мне пришлось пойти на хитрость. Тремя точными выстрелами я снял Прыгунов. Эти твари любят сидеть на возвышенности. Затем намеренно ранил, а не убил четвёртого, чтобы тот поднял тревогу.
В череде разносившихся по округе щелчков отчётливо угадывался мат. Нечто в духе:
Бегающие по земле жуки сразу всполошились и рванули к раненому генералу Прыгуну. Так в патрульной сети порождений Мглы появилась брешь, и я смог просочиться дальше.
…
За пару часов мне удалось добраться до окраины Ностромо. Тут-то реальный масштаб проблем проявил себя в полный рост. Сканирование показало по-своему пугающую картину. Подступы к крепости Валентайн и обе стены по её бокам плотно контролируются жуками. Там не то что мышь не проскочит! Птица, пролетая мимо, предпочтёт сжать булки и рванёт отсюда дальше. Всё лучше, чем нарваться на огромные проблемы.
Зависнув над городом, Фираксис растянулся эдаким блюдцем, перенеся большую часть своих ног-колонн ЗА стены. Видимо, в самом Ностромо еды уже не осталось, и мегамонстр направил трутней искать пропитание в пригород.
Выходило так, что ВНУТРИ города сейчас безопаснее, чем снаружи. Сканирование показало, что концентрация монстров в Ностромо на порядок меньше, чем в деревеньках и полях за стенами.
Тоннель, которым пользовалась Секта Скреббы, оказался разрушен в нескольких местах. Пройти или проползти там уже нереально.
То же касалось и тоннеля контрабандистов, который вёл в квартал аристократов. Он рухнул прямо ПОД стеной. Сразу после места обвала стояло несколько вооружённых до зубов адептов.
Оставался ещё третий, полностью затопленный тоннель. Просканировав этот путь и так и этак, я понял, что проплыть по нему вполне реально. В трёх местах, где потолок обрушен, течение воды уже давно проделало проходы.
Как я и подозревал, под крепостью Лорда имелись свои тоннели. Всего три штуки, и все на разной глубине. Два давно обрушены, и нет ни единого шанса на восстановление.
Третий тоннель взорвали не так давно. На это указывали ещё работающие светильники в изолированных частях прохода. Судя по тому, как прямо сейчас солдаты разбирают завалы, это сделано НЕ по приказу Валентайна.
Ещё раз перепроверив результаты сканирования, я понял, что попасть в Ностромо реально только через затопленный тоннель.
Добравшись по поверхности до другого его конца, я вышел к самой обычной мельнице. Лопасти ещё целы, а вот мешки с зерном из амбара куда-то делись.
Строение находилось аж в двух километрах от стен осаждённого города. Найдя лестницу, ведущую в подвал, я запер за собой дверь, сунув в щели обрывки ткани из своих запасов.
Спустившись в подвал, я несколькими ударами разрушил стену из каменных блоков. За ней начинался спуск в затопленный тоннель.
Приняв «Пилюлю Водного Дыхания», я на час снизил потребность организма в кислороде до самого минимума. Набрав воздух в лёгкие, ныряю в тёмный зев тоннеля.
Войдя в воду, я снова использовал Поток и понёсся вперёд, как торпеда. По пути обнаружил пару интересных мест. В первом нашлась сгнившая решётка, перегораживающая проход. Пришлось её сломать.
Во втором — вода в тоннеле оказалась чуть ниже, чем в других местах. Оттого у потока появился воздушный карман. Вынырнув там, делаю осторожный вдох.
Запустив сканирование, сразу нашёл место, где карстовые породы вымывались слабеньким ручейком. Именно тут вода уходила в подземную реку, и уровень воды в тоннеле падал.
Направив Поток в эту же самую карстовую породу, я стал размывать её ещё сильнее. Затем подключил вторичный Телекинез. Бил им и так и эдак и, наконец, создал дыру диаметром в метр. Залез в неё и стал орудовать лопатой, лежащей в пространственной сумке.
Чем шире становилась дыра, тем сильнее вода из тоннеля давила мне в спину. За час я смог расширить проход до пары метров. Ноги начали скользить от усиливающегося напора.
Отойдя от дыры в стене на два десятка метров, я чуть подпрыгнул и забрался в нишу, выточенную потоком воды у самого потолка.
Три часа спустя воды в тоннеле стало по шею взрослому человеку. Ещё через три — ниже уровня пояса.
…
Через четверть часа, идя по колено в воде по тёмному тоннелю, я добрался до первого места обрушения. Поток давно промыл себе проход. Мне оставалось только чуть пригнуться и пройти под рухнувшей балкой.
Ещё пара встреченных похожих повреждений в стенах и потолке дала понять, что они возникли не случайно. Давным-давно кто-то специально так сделал, чтобы спасти эвакуирующихся из города людей.
Затопленный тоннель выходил на поверхность примерно в трёхстах метрах ЗА стеной. То есть прямо в жилых кварталах Ностромо.
Лестницу, ведущую наверх, замуровали пятиметровым слоем камня, песка и бог знает чем ещё. Сверившись с ранее составленной картой города, я понял, что нахожусь под зданием восточного корпуса стражи.
Обдумав всё так и этак, я понял, что бесшумно пробить проход в пятиметровой толще камня практически нереально.
Запустив Сферу Восприятия в режим максимально мощного сканирования, я стал идти по тоннелю в обратном направлении.
Вернувшись почти на сотню метров, я нашёл несколько валяющихся на земле каменных блоков. Судя по тому, как ровно они лежали друг на друге, сработала некая магическая заготовка, находившаяся на стыке стены и потолка.
Проход, оставленный выпавшими каменными блоками, вёл наверх — в карстовый карман, из которого сейчас обильно лилась вода. К нему прилегал большой колодец, выходящий другим концом во двор жилого дома.
Вбив в стену несколько металлических дротиков, я забрался по стене в дыру, из которой до сих пор текла вода.
Оказавшись в карстовом кармане, я парой аккуратных ударов пробил дыру в стене колодца.
Оказавшись в колодце, сразу запускаю сканирование. Убедившись, что рядом нет порождений Мглы, я стал вбивать метательные дротики в стыки между каменными блоками. Будет глупо плюхнуться в воду и наделать шум. Так что лучше медленно, но тихо выбраться наружу.
Спустя десять минут я, перемахнув через край колодца, наконец оказался в городе.
Снова запустив сканирующие волны во все стороны, увидел довольно неожиданную картину. Да, монстров раз в двадцать меньше, чем за стенами… Но вот их состав совсем не тот, что в пригороде.
За жилыми кварталами Ностромо следили Прыгуны, сидящие на крышах самых высоких домов. Живая сигнальная сеть равномерно охватывала почти всю округу. Несколько спящих групп по два-три жука-охотника прятались во дворах.
Недолго думая, я стал отстреливать Прыгунов, не трогая охотников. Если сильно не шуметь, они не проснутся.
Шух, шух, шух!
Стрелы полетели одна за другой. Чем слабее будет сигнальная сеть порождений Мглы, тем выше мои шансы остаться незамеченным.
Три выстрела — три попадания… Но тут вдруг один из убитых Прыгунов, покачнувшись, полетел с крыши вниз к земле. Его падение наделало немало шума. Пришлось бежать к нему и торопливо убирать труп жука в пространственную сумку. Оставшиеся на земле следы зелёной крови собрал Телекинезом вместе с грунтом и засунул в ту же сумку.
На шум сонно отреагировала спящая группа жуков-охотников. Один из них поднял клешню-антенну. Постоял так пару минут и снова её опустил, впав в спячку.
После тоннеля и пути через колодец вся моя одежда оказалась мокрой и грязной. Понимая, что жуки могут почуять меня по запаху тины, я переоделся в набор доспехов стражника. Тот же, что я использовал при побеге из допросной Вальца.
Пока переодевался, Сфера Восприятия работала на полную. Через Визуальный Буфер и «Мохреша» заново простраивалась карта Ностромо. Снова взяв лук в руки, я начал свою тайную охоту на Прыгунов. Путь от колодца до Информационного Бюро неблизкий. Надо убедиться, что в случае погони на моём пути не останется жуков.
…
Шух-шух!
В области сканирования оставалось всё меньше Прыгунов, а я мысленно просчитывал маршруты для пути назад. Надо тихо проникнуть в Информационное Бюро и потом покинуть город.
Бзз!
В Сфере Восприятия начали высвечиваться силуэты людей. Два, три, пять, один… Они прятались в подвалах домов, тут и там. «Мохреш» насчитал более сорока человек, среди которых нашлись и дети.
Я собрался продолжить свой путь к Информационному Бюро, но вдруг остановился.
Снова взявшись за лук, я стал бесшумно отстреливать вообще всех жуков в округе. Пришлось, помимо Прыгунов, ещё и спящих охотников по-быстрому устранять. Эти твари с клешнями-антеннами в два счёта почуют людей, если те выйдут на улицу.
Так, за пару часов все окрестности колодца оказались зачищены от монстров. Убедившись, что тревогу пока никто не поднял, я бесшумно зашёл в один из домов. Там спустился в подвал и постучал в дверь.
— Эй, дети подземелья! Вас там шесть человек, включая ребятню. Выходите давайте. Монстров рядом нет. Это ваш последний шанс сбежать из города.
Секунд десять из-за двери доносилась только тишина.
— Кто там? — раздался мужской голос.
— Городская стража.
Из-за двери послышался приглушённый шёпот.
— А как докажешь? — спросил всё тот же мужчина.
— Никак, — пожимаю плечами. — Оставлю вас тут. Голодайте дальше. Всех монстров в округе я уже перебил. Через час-другой их кто-нибудь хватится. Придут жуки посильнее, и ваши шансы на спасение приблизятся к нулю. Поэтому у нас не так много времени.
Ещё через минуту дверь в подвал открылась и оттуда высунулось осунувшееся мужское лицо.
— Кажись, и впрямь стражник. Токмо почему ты один⁈
— А ты наружу выйди и жуков спроси, — указываю на лестницу. — Почти весь гарнизон сейчас в крепости Лорда. Собирайтесь уже. Я пока людей из соседних домов предупрежу, чтобы тоже по-тихому выходили.
Двадцать минут спустя, собрав всех выживших в одну группу, я проводил их до колодца. Тут-то и пригодились тянущиеся верёвки, которые я взял трофеями с наёмников клана Оуш. Вешая на них малышню, я напитывал артефакт аурой. Тот, удлиняясь, опускал детвору на дно колодца.
Отдав выжившим светящиеся камни-фонари, я отправил их ждать в тоннеле. Запасы моей еды сразу разошлись по рукам. Ещё бы! Народ почти месяц жил в подвалах.
Так я сопроводил одну группу людей до колодца. Затем обошёл ещё десяток улиц, собрал выживших и отвёл их к тому же месту. Понимал, что рано или поздно жуки почуют неладное, но не мог поступить по-другому.
Видимо, сегодня Небо решило закрыть глаза на происходящее. От полудня и до поздней ночи я только и делал, что водил людей к колодцу. Нашлись добровольцы, которые помогали спускать обессилевших горожан в тоннель.
Взрослым я в двух словах объяснил, что тоннель ведёт за город к мельнице, но выходить оттуда сейчас нельзя. Монстры могут почуять выживших. Так что пусть ждут, пока я закончу дела в Ностромо. Тогда и проведу их дальше.
…
Кармы за поиск выживших накапливалось довольно бодро. За каждого спасённого и доведённого до колодца человека Уроборос заряжался сразу на один-два процента. К моменту, когда я оказался около Информационного Бюро, её накопилось уже больше девятисот процентов.
К моему удивлению, в здании Информационного Бюро находилось двое выживших. Сфера Восприятия показала, что один из них без сознания, а второй еле живой и сидит у стены в той же комнате.
Вскрыв запертую дверь вторичным Телекинезом, я тихо вошёл внутрь. Затем так же бесшумно добрался до помещения, где прятались выжившие всё это время.
Открываю дверь и сразу говорю, не снимая шлема:
— Тихо! Рядом нет монстров.
— Кто ты? — с трудом произнёс мужчина, сидящий у стены.
— Стражник. По мне не видно⁈
Мужчина грустно усмехнулся.
— Связи с внешним миром нет. Света и еды тоже. Мы здесь уже считай, что месяц. И тут вдруг ты! Вот я думаю, что на стражника не тянешь.
— Ти-хо, — произношу я с нажимом. — Потом будете жаловаться на жизнь. Я пришёл сюда только из-за того, что хочу получить давно отправленное сообщение. Оно наверняка хранится здесь, в офисе Информационного Бюро. Взамен я вытащу вас обоих отсюда и доведу до тоннеля, ведущего за пределы города.
Мужик вдруг занервничал и облизнул пересохшие губы.
— Рад бы помочь, но я вроде как курьер… А моего коллегу Венчика уже не спасти. У него голодная кома. Он сам себя в неё погрузил, чтобы нам еды хватило. Он один знал, где хранятся входящие сообщения Бюро.
Поняв, что «Венчик» — это лежащий на полу человек, я тихо присвистнул:
Подойдя к лежащему на полу парню, я чуть приподнял его. Затем, покопавшись в своей сумке, закинул в рот Венчика пару «Пилюль Насыщения» и одну «Пилюлю Бодрствования». Первые утоляют голод, а последняя даёт сил примерно на восемь часов.
Прошло буквально пару минут, и парень, выйдя из комы, резко открыл глаза.
— Вот и отлично! — я обратился к коллеге Венчика. — Вас как зовут, уважаемый?
— Ситц, — просипел тот и облизнулся, глядя на мою сумку. — Слушай, страж… Может, я сам тебе это сообщение найду?
В это время Венчик поднялся с пола и вдруг со всей дури ударил Ситца в голову. Тот сразу потерял сознание.
— Ах ты, сволочь! Скормил мне какую-то гадость, чтобы я в кому провалился.
Недолго думая, Венчик свернул шею Ситцу, а потом обратился ко мне:
— Спасибо! Без твоих Пилюль я бы, наверное, уже никогда не проснулся. — парень указал на свежий труп. — Я Венчик ДеНуло, дежурный сотрудник Информационного Бюро. Пустил этого урода в здание, чтобы жуки не сожрали, а он меня… Ну, ты понял. Н-небо! И откуда только берутся такие гады.
Резко замолкнув, парень пробежался по мне взглядом. Остановился на ботинках и снова глазами поднялся до глухого шлема.
— Стражник, да⁈ Экипировка надета так, будто ты её в магазине для взрослых покупал. Сразу понятно, что ты не из гарнизона. Просто доспех с чужого плеча напялил… Я знаю цену своей жизни и лишнего спрашивать не буду. Раз ты пришёл СЮДА и вытащил меня из комы, значит, за мной должок.
— Уау! А ты сам-то точно местный работник?
— Точно, — Венчик хмыкнул. — Тебе жетон показать или сразу счёт за телеграмму выставить⁈ Могу ещё выгнать из здания за нарушение комендантского часа.
— Просто… Не ожидал встретить в ТАКОМ месте и в ТАКОЕ время столь рассудительного человека. — Пытаюсь почесать голову, но шлем мешает. — В общем… Я пришёл получить сообщение от родни. Если бы никого не нашёл, перебрал бы вообще все письма.
Всё ещё шатаясь от усталости, Венчик вдруг нахмурился и уставился на меня. Прошла секунда, вторая, третья.
— Маркус Скабре? — видя, что я дёрнулся, парень усмехнулся. — Ага! Значит, и впрямь ты. Капитан Моралле просил предупредить, если ты придёшь… Говорил, что от тебя можно ожидать чего угодно. Но связи нет, и за мной должок. Сделаю вид, что тебя здесь не было. Пойдём! Покажу, где лежит сообщение на твоё имя.
С трудом дойдя до холла Информационного Бюро, парень чуть присел и достал из-под прилавка конверт.
— Вот держи! — Венчик протянул мне письмо. — Тебе написал какой-то Раддо Каэрмон из империи Кингдомс. Это вроде как другой конец материка.
Так, весточка, посланная отцом, наконец достигла адресата.
Мы находились всё в том же холле Информационного Бюро. Аккуратно взяв письмо из рук Венчика, я провёл кончиком пальца по маркам в левом верхнем углу. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке.
Нашёл!
Тем временем Венчик, шатаясь, дошёл до ближайшего стула.
— Уф! Я пока тут посижу. Две недели на полу валялся. Вроде просто хожу, а ноги от напряжения трясутся. До сих пор не верится, что вообще очнулся, — парень перевёл взгляд на меня. — Ты это… Учти! Связи с внешним миром нет. Послать ответ этому Раддо из империи Кингдомс не выйдет. Надеюсь, Лорд сможет что-то сделать с Мглой в ближайшее время.
— Ты не понимаешь, — аккуратно переворачиваю письмо. — Для меня это больше чем письмо. Где-то там есть люди, которым я до сих пор дорог.
Раньше я не понимал смысла этих строк, а вот теперь… Пробравшись в осаждённый город только ради письма от отца, понял, как сильно мне не хватает близких.
Сев за пустой столик для посетителей, я достал из сумки кристалл-фонарь и влил в него немного своей ауры. Комнату залил мягкий свет. С непривычки Венчик поморщился и отвернулся.
Аккуратно вскрыв конверт, я достал записку с сообщением от отца.
Разгладив листок с письмом в свете кристалла, я быстро подсчитал, что в сообщении сто тридцать два слова.
В груди разлилось тепло. Между, казалось бы, простых строчек сообщения таилась целая бездна смысла.
Мой старший брат Баки и сестрица Эвелин, видимо, пробудились как адепты. А средний брат Хьюго всё ещё живёт жизнью смертного.
С переправкой меня в империю Кингдомс, видимо, есть какие-то сложности. Подняв кристалл-фонарь, я подсветил карту материка, висящую в холле Информационного Бюро.
— Понятно. Земли нелюдей.
Империя Колоссус находится на юге материка Крыла. Затем идут обширные Эльфийские Леса и Драконий Хребет. Эта полоса земель нелюдей отделяет южные человеческие страны от центральных.
В середине находятся некие Директорат Морду, Тетрархия Кобо и десяток человеческих стран поменьше. Дальше к северу от них начинаются Прерии Зверолюдей и гномий Металлград, Болота Сильфов и… куча местечковых резерваций для малочисленных рас Поднебесья.
Север материка Крыла контролировался группой человеческих стран, воюющих с Дуатом — государством двух рас нелюдей.
Первые — это крысолюды. Плодятся так быстро, что кролики обзавидуются. Когда их становится слишком много, в дело вмешивается вторая раса — таинственные сурды. Они направляют орды крысолюдей на человеческие страны. Оттого север материка живёт в состоянии постоянной войны.
Суть в том, что перебраться из империи Колоссус в срединные людские страны — это дорогая, но более-менее решаемая задача. А вот дальше на север путь закрыт. В большую часть стран нелюдей НЕ ведут общедоступные порталы.
Оставшаяся часть письма отца оставила двоякое впечатление. Насколько понял, у моей семьи есть деньги, но их всё равно пока не хватает. Оно и понятно. Баки и Эвелин пробудились. Для дальнейшего развития им постоянно нужны пилюли, доступ к формациям и кристаллы с духовной энергией.
Несколько смутила фраза
Глаза сместились на конец письма. Там чётко написано:
На моём лице сама собой появилась улыбка, а сердце забилось чаще. Осталось найти медальон мамы. Потом буду думать, как и когда покидать империю Колоссус.
Аккуратно сложив письмо, убираю его в пространственную сумку.
Поднявшись из-за стола, я подошёл к Венчику.
— Я держу своё слово, — протягиваю парню руку. — Пойдём. Покажу, как выбраться из города.
…
Следующие сутки я продержался только за счёт «Пилюль Бодрости». Дотащив обессилевшего Венчика до колодца, я по пути подобрал ещё два десятка выживших. К этому моменту, как я и опасался, жуки зашевелились.
Когда мы скрылись в колодце, по округе разнеслось гневное щёлканье на все лады. Жуки на стадии Заложения Основ [2+] слетали с ног-колонн Фираксиса, выпуская мощные сканирующие импульсы.
В последний момент я успел спустить спасённых горожан внутрь колодца. Пока держал верёвку, сканирующие импульсы жуков раз за разом гасли в моей ауре Пустоты. Не испытывая судьбу и дальше, я разрушил стенки колодца сверху.
Разрушив верхние стенки колодца, я сам прыгнул вниз и приземлился на обломки. Забрался в проход и следующие пять минут потратил на то, чтобы Телекинетическими руками поставить на дне заплатку.
К этому моменту в полузатопленном тоннеле собралось сто двадцать семь человек. За счёт воды и МОИХ припасов народ более-менее пришёл в себя. Доведя выживших до мельницы, я отобрал группу мужчин и велел им нести детей.
На то, чтобы довести первую группу через туман до Гольца, ушло шесть часов.
Во второй раз я повёл вдвое большую группу — женщины, оголодавшие подростки, старики. Месяц, проведённый в подвалах, никому из них не пошёл на пользу.
Трижды мы оказывались на грани. Я с трудом успевал отстреливать жуков-охотников до того, как те поднимут тревогу.
Третьим заходом, окончательно выбившись из сил, я вывел из тумана последних жителей Ностромо. Точнее, довёл до границы, где начал ощущать сильные сканирующие сигналы со стороны Гольца.
За стеной тумана лагерем стояло больше двух тысяч солдат империи Колоссус. Тех, кого я уже вывел, они уже приняли и сейчас проводили опросы. Причём меня караулил не патруль… Эти не особо умные бойцы спокойно дежурили на своих местах. У края лагеря притаилась разведгруппа, возглавляемая адептом на стадии Заложения Основ [2+]. Мужик с мордой матёрого бульдога смотрел сквозь туман точно в мою сторону.
Среди последней группы выживших шёл Венчик. Пока народ ждал меня на мельнице, парень успел оклематься.
— Пришли, — указываю Венчику на путь до разведотряда. — Веди народ по прямой. Там стоит мужик с мордой вечно голодного бульдога. Судя по снаряжению, это имперский разведотряд. Скажи им, чтобы сейчас в туман не совались. По нашим следам идут жуки. Минут через десять они будут здесь.
Услышав о порождениях Мглы, парень резко обернулся.
— Слушай, Ска…
— Без имён.
— М-может, ты сам разведке это скажешь? Я этих типов знаю. Они сначала всю душу вытрясут, чтобы получить ответы. Потом включат кристалл-фонарь и с ним залезут туда, где света не бывает. У меня здоровья не хватит, чтобы пережить такой допрос.
Молча указываю Венчику, куда идти. Другие выжившие, услышав о жуках, сами побежали к солдатам. Парень, чертыхаясь, пристроился в хвост колонны.
— Да иду я, иду! Уже и поворчать нельзя… ЭЙ, МУЖИКИ! Не стреляйте. Свои идут.
Окрик Венчика оказался весьма своевременным. Отреагировав на треск ломаемых веток, солдаты из разведотряда ощетинились арбалетами.
…
Обратный путь до мельницы занял почти шесть часов. Там, где прошло сто двадцать семь человек, не могли не остаться следы. Почуяв запах добычи, жуки затеяли погоню. К ним присоединилась парочка летунов на стадии Заложения Основ [2+]. Именно из-за них я сделал большой крюк.
Вернулся к мельнице только к концу суток. Уставший, в насквозь мокрой одежде и без стрел. Последних встреченных Прыгунов пришлось убивать метательными дротиками. Эдакое мини-копьё длиной в пол-локтя — снаряд максимально неудобный против подвижной цели. Приходилось пользоваться тем, что есть.
Поспав восемь часов в подвале мельницы, я убедился, что жуки не нашли этот путь в город.
Пройдя по полузатопленному тоннелю до разрушенного колодца, я тихо разгрёб обломки. Затем, не вылезая, запустил несколько сканирующих волн.
Недалеко от колодца на крышах сидели три страшных, как отрыжка Бездны, жука с крыльями. Тела распухшие, морды наглые, ещё и глаза на месте! Все на стадии Заложения Основ [2+]. Твари заняли место сбитых мной Прыгунов. Последних рядом нигде не было видно.
Судя по расстоянию, разделяющему летунов, теперь ОНИ выступают в роли живых сенсоров в этой части Ностромо. Та же живая сигнальная сеть, только на один-два порядка мощнее, чем раньше.
Двигаясь как черепаха, я выбрался из зоны сканирования ближайшего летуна. Обойдя опасную область по кругу, отметил на карте место, где надо вести себя осторожно.
Первые же результаты сканирования показали, что город неуловимо изменился. Горожане, прячущиеся по подвалам, ещё есть. Однако их концентрация на квартал резко уменьшилась.
Раз за разом запуская сенсорную сканирующую волну, я обновлял уже составленную карту Ностромо. Теперь в ней появились отметки о расположении Прыгунов, лёжек Охотников и опасных областей с Летунами.
Пока пытался найти Сати или Номер Семь, перед глазами вдруг всплыло сообщение в интерфейсе «Мохреша».
В тот же момент мне почудилось, что Духовное Восприятие сузилось так, словно слева и справа появились стены.
Не понимая, что происходит, я замер и прислушался к ощущениям в теле. Минуту спустя Духовное Чутьё вернулось в норму. Никаких сообщений от «Мохреша» больше не появилось.
Придя в себя, я перевёл Сферу Восприятия в режим направленного сканирования. Потом стал потихоньку проверять вообще все кварталы города. Искал девушек, но находил совсем не их.
Выжившие люди…
Жуки…
Какие-то солдаты, выбравшиеся в город из подземного тоннеля…
Взз!
Режим поиска вдруг высветил Номер Семь.
Наложив данные на карту «Мохреша», я понял, что она в подвале дома Глыбы. Рядом с девушкой сейчас гном и его жена. Все трое обессилены, но пока живы.
Продолжая проводить сканирование и так и этак, я в итоге обшарил весь Ностромо, но Сати так и не нашёл. Сам не знаю почему, но вдруг появилось плохое предчувствие.
Как и земли кланов в квартале знати, крепость до сих пор накрывал мощнейший барьер. Мои сканирующие волны не пробивались внутрь. Надо подойти поближе. Тогда Сфера Восприятия, работая в пассивном режиме, покажет, что творится внутри защитной формации.
Действуя максимально тихо, я за час добрался до дома Глыбы. Из-за прихода Мглы магазин скупщика минералов почти не пострадал. Витрина, дверь и стёкла в окнах до сих пор целы. Всё ценное хозяин лавки предусмотрительно убрал подальше.
Пройдя в заднюю часть дома, я тихо отодвинул комод. Он перегораживал путь к двери в подвал. Спустившись вниз, нашёл в стене рычаг. Он отпирал потайную дверь, ведущую на второй уровень подвала. В свете тускло светящегося кристалла-фонаря на меня уставилось три пары перепуганных глаз.
— Привет голодающим!
— С-скабре? — прищурившись, гном уставился на меня. — Чтоб тебе черти-камнееды во все щели…
Не дав договорить, супруга гнома отвесила мужу подзатыльник.
— Йоу! — Номер Семь с трудом подняла руку. — Маркус, это точно ты⁈ Твоя тушка как-то слишком аппетитно выглядит для приведения… Если б не этот помятый костюм стражника и голос, я бы тебя не узнала.
— Я в таких местах бывал… Ай ладно! Ты мне всё равно не поверишь. Кто-то голоден? — я потряс своей сумкой. — У меня ещё еда осталась.
— Т-ты… Ты издеваешься? — гном вытаращил на меня глаза. — Отдавай всё, что есть! И чего нет тоже.
Супруга Глыбы снова отвесила мужу подзатыльник. Потом, улыбаясь, подошла ко мне и трясущимися руками забрала сумку с провиантом.
Пока дама хлопотала у плиты, я в двух словах описал гному и Номеру Семь свою жизнь за пределами стен Ностромо. Рассказал про тоннель Скреббы, уроки у алхимика и что сейчас творится в Гольце.
— То есть ты «учился» где-то в изолированном месте? — гном недоверчиво хмыкнул. — И про приказ Лорда о призыве ополченцев ничего не слышал?
— Нет. Что ещё за приказ Лорда? — удивлённо смотрю на гнома. — Глыба, я знаю, что меня в Ностромо кто-то искал, но про призыв ополченцев впервые слышу. Из-за травмы я почти три недели в койке провалялся.
Полное сомнений «хм» гнома сказало больше, чем слова.
— Пусть будет так, Скабре. Учти! Тебя Гусар… Тот, который капитан ополченцев… Он активнее всех искал. Ему кто-то в крепости Лорда шею намылил. Тебя объявили в розыск, но потом плакаты сняли… Будь готов к тому, что если Мглу переживём, к тебе будет много вопросов. Кста-а-ати! Ты как в Ностромо вернулся⁈
Как раз подоспела еда. Я в двух словах объяснил, где находится спуск в полузатопленный тоннель.
Глыба переглянулся с супругой.
— Хм, то есть путь наружу охраняют жуки на стадии Заложения Основ? — гном нахмурился, что-то подсчитывая в уме. — Таких монстров проблематично обойти. У них чутьё такое, что людям и не снилось. Однако у меня есть подходящая приманка. Если ты и впрямь стреляешь так же хорошо, как говорили ополченцы, то есть все шансы добраться до колодца.
Как выяснилось, капитан Густаво — тот самый «Гусар» — рассказывал обо мне в своём трактире для ополченцев. Потом слухи дополнили солдаты из гарнизона.
Слава богам магии! До какого-нибудь «прозвища в народе» дело не дошло. После рейда орков меня никто не видел. По неофициальным данным, я числюсь как без вести пропавший.
Поняв, что ничего важного не услышу, я снова обратился к Номеру Семь:
— Мне нужна моя сумка. Та, что хранилась в тайнике в полу гостиной.
Отложив еду, девушка поднялась из-за стола и достала из-под кровати гнома пару моих пространственных сумок.
— Держи, пропащий. Мы с Сати обломки дома три раза обыскали, чтобы твоё барахло в одну кучу собрать. Едва успели дотащить всё до дома Глыбы. Потом появились солдаты и начали всех обыскивать. К счастью, у этого хорька…
Номер Семь указала на Глыбу, нависшего над тарелкой.
— … Двухуровневый подвал. Про это место он никому не говорил. Мы с Сати здесь до следующего дня сидели.
Найдя в ворохе добычи медальон мамы, я переложил его в своё кольцо-кошелёк. Так надёжнее. Мало ли⁈ Вдруг Ностромо и впрямь сметут во время боя с Фираксисом.
Остальные вещи раскидал по паре уже имеющихся пространственных сумок.
— А где Сати? — я огляделся, ища хоть какие-то подсказки. — В городе мне не удалось её найти.
Тяжело вздохнув, Номер Семь отодвинула от себя тарелки.
— Месяц назад, сразу после рейда, за тобой кое-кто приходил. — Видя, что я не понимаю, девушка почти шёпотом добавила: — Змеемордый… Тебя дома не нашли. Меня в тот день Гусар на выволочку вызывал. Я же весь рейд орков в подвале просидела. А Стрыга меня к тебе в особняк не успела записать… Дальше объяснять?
Из глубин моей души поднялась такая ярость, что аура Пустоты начала вырываться наружу. Еда в тарелке попросту исчезла, растворившись.
Мы находились в подвале магазина Глыбы. Номер Семь торопливо натянула рукава, но я успел увидеть следы от подзаживших шрамов.
— Змеемордый забрал Сати. Потом пришли какие-то уроды из Клана Оуш. Они тоже тебя искали. Меня как раз Стрыга прописала в твой номер… Ещё бы она не прописала!..
Недовольно произнесла девица и отвернулась, не давая разглядеть своё лицо.
— … Я ей денег принесла, а эту халупу для нас ещё только должны построить. От квартала ополчения осталось одно название. Гады из клана Оуш меня, конечно, помяли, но жить буду. Я о них потом больше ничего не слышала.
Чем больше девушка говорила, тем сильнее закипала во мне ярость.
— Подождите здесь, — произнёс я и направился к двери.
— Маркус, ты же ещё не поел! — Глыба вскочил из-за стола. — И что насчёт пути до тоннеля?
— ПОДОЖДИТЕ. ЗДЕСЬ! — повторил я с нажимом. — Надо закончить пару дел.
Выбравшись из подвала дома на улицу, я немного отдышался. Во мне клокотала ярость! Причём такая, которую не унять фразой «Успокойся. Всё в порядке». Я боялся сейчас случайно кого-нибудь убить или ранить аурой Пустоты.
Зайдя в первую встреченную лавку, я выгреб оттуда все имеющиеся стрелы.
Идя прямо через центр города, я собирал продукты, вещи, валяющееся там оружие. Иногда попадались идентификационные жетоны людей, валяющихся прямо на дороге. Их я тоже подбирал. Может, их владельцы погибли? А может, вещь просто потерялась…
Впереди показался рынок, где не так давно Сати учила меня покупать продукты. Тут я резко замер. Сфера Восприятия среагировала на что-то, не показав точного местоположения.
Стараясь не делать резких движений, я посмотрел налево и сместил фокус восприятия в ту сторону. Странное, но отчего-то знакомое ощущение снова возникло.
При попытке посмотреть налево и вперёд ощущение никуда не пропадало. Задрав голову наверх, откуда шёл туман, я решил проверить свою догадку. Мгла валила сверху так, что казалось, будто само небо падает на землю.
Фираксис! Этот мегамонстр находился сейчас прямо надо мной, и концентрация эссенции в воздухе оказалась запредельной.
Спрятавшись в одном из полуразрушенных домов, я через Фильтр Ощущений отключил практически все органы чувств. Мир сразу окрасился всеми оттенками серебра из-за вездесущей духовной энергии. Сфера Восприятия начала скачком расширяться, охватывая всё новые районы города.
Разрушенный дом, земля под ногами, зачахнувшие цветы на подоконнике — всё вокруг приобрело цвета эссенций тех стихий, что в них содержались.
Отключив почти все чувства, я наконец увидел Двойника. Полупрозрачная фигура сейчас стояла на крыше ближайшего здания и смотрела точно на меня.
Как и раньше, Двойник не ответил. Белый Дьявол называл это создание Диким Божеством. Сила стихии, сконцентрировавшись в одном месте, стала своего рода зеркалом для моего до предела обострившегося восприятия. Только в таких местах Двойник давал себя увидеть.
Как и в прошлый раз, стоило мне сфокусировать на чём-нибудь внимание, как там появлялась полупрозрачная фигура Двойника. В этот раз он целиком соткан из эссенции воды. Теперь-то я точно знал, какая именно стихия даёт такой оттенок.
— Неожиданно, — я помахал рукой старому знакомому. — Я думал, раз это Царство Проклятий, значит, и твоя эссенция будет такой же. Видимо, дело в тумане. Он ведь не просто так держится на месте и не исчезает. Вот почему здесь ты…
Я не успел договорить. Меня вдруг снова накрыло туннельным эффектом от включения со-процессора.
Сколько бы я ни тряс головой, туннельный эффект никуда не девался. Я посмотрел на Двойника и в тот же миг почувствовал, как САМ отражаюсь в его глазах. На секунду показалось, что образ, созданный из чистой силы стихии, не столько обрёл разум… Сколько перенял крохотную частичку МОЕГО сознания.
Я взмахнул рукой.
Двойник — нет. Он продолжил стоять и смотреть на меня.
Даю мысленную команду, чтобы Двойник поднял руки, а сам не двигаюсь. Вместо того чтобы выполнить команду, Двойник наклонил голову набок. Теперь он смотрел на меня так, словно говорил:
— Понимаю, — на моих губах сама собой расцвела улыбка. — Ты часть меня. А мне самому скучно выполнять чьи-то там приказы… Ладно, старый друг! Тогда давай повеселимся. Раз уж ты аватар божества воды, я научу тебя Потоку.
Представив себя этаким мудрым старцем, я чуть изменил голос и обратился к Двойнику:
— Итак, дружок! Представь, что весь мир вокруг принадлежит тебе. Возьми воду из окружающего нас тумана. Представь реку и создай внутри неё своё течение. Давай! Взмахни руками и направь туман по улице. Сейчас мы можем…
ВЖУУУУХ!
Договорить я не успел. Двойник взмахнул руками, создав Поток.
— Да чтоб тебя! — перестав дурачиться, я рванул прочь от разрушенного дома.
Поток!
Двойник одним движением руки создал такой ПОТОК тумана, что весь мусор в округе сдуло ко всем чертям. Шум, грохот, перевёрнутые бочки, тонны мусора поднялись в воздух. Улицу не подмело, а смело ко всем чертям!
На поднявшееся «туманное цунами» отреагировали жуки со всей округи. Заметив впереди Прыгунов, я рванул в переулок.
Десяток жуков пронёсся мимо. Охотники, непонятно откуда взявшиеся трутни и даже пара летунов.
У такого вот Дикого Божества связь со стихией раз в десять сильнее, чем могла бы быть у меня. Ещё и запас сил плюс-минус бесконечный. Так мало того! Ему НЕ нужны духовные частицы для обращения к стихии…
Спиной ощущая десятки сканирующих волн, я на всех парах бежал как можно дальше от сметённого Потоком рынка.
Судя по силе сканирующих волн, некоторые из прибывших жуков находились на стадии Золотого Ядра [3+]. Фокус Двойника привлёк к себе едва ли не самых сильных обитателей Мглы. Без ауры Пустоты меня бы давно заметили.
Успокоившись, я остановился только в километре от рынка. Подождав пять минут, убедился, что по моим следам никто не идёт. Только после этого снова просканировал всю округу и отправился в квартал знати.
Как я и подозревал, только три крупных клана — Оуш, Малатхар и ДаВинчи — имели защитные формации над своими территориями. Часть малых кланов на время Катастрофы перебралась в крепость Лорда. Те, кто так не поступил, погибли. На это указывал характер разрушений в разных частях квартала.
В одном месте все здания пострадали в ходе битвы. В другом — ничего не тронуто и адептов нет. Люди успели эвакуироваться, а для жуков дом без добычи не представляет интереса.
Обойдя через туман территорию кланов ДаВинчи и Малатхар, я направился к сияющей полусфере Оуш. Когда я подошёл, барьер неожиданно раскрылся, пропуская меня внутрь.
Подняв воротник, я снял с себя цепочку с жетоном официального представителя Обенеля. Носил его так, на случай если снова захочу зайти в Аукционный Дом.
Помнится, заместитель Лорда говорил:
Отойдя от барьера на десяток метров в туман, я положил жетон Обенеля под камень. Пусть пока тут полежит. Я хочу уничтожить клан Оуш, а не тайно к ним пробраться. Плевать на то, сколько кармы мне за это снимут!
Придя сюда сейчас… Когда Мгла всё ещё царствует в Ностромо… Я хотел не только мести, но и проверить, как действует аура Пустоты на защитные формации.
В той информации, что дал мне Гамма, писалось, что
— Вот и проверим, — встав около барьера, я положил на него руки.
Тот задрожал от физического давления, но не более того.
Прикрыв глаза, я обратился к эссенции, хранящейся в моём Ядре и духовном теле. Затем направил её вперёд, через руки. Ладони резко потеплели! Кожу под перчатками стало ощутимо припекать.
Сила Пустоты, касаясь защитной формации, выгрызала из неё духовную энергию, и та сразу переходила в МОЁ духовное тело. По сути, одновременно шло разрушение барьера и восполнение МОЕЙ энергии.
Без большой ёмкости тела и Ядра за такое дело лучше не браться. Не хватит либо эссенции Пустоты для разрушения барьера. Либо вместимости духовного тела, чтобы всю её поглотить.
ВЗЗЗЗЗ!
Глухо завибрировал контур формации, находящийся на метровой глубине. Земля начала дрожать всё сильнее. Из-за резкого перетекания духовных частиц возник неожиданный побочный эффект — барьер рядом со мной ярко засиял.
Сила Пустоты буквально выедала духовные частицы. Энергоканалы в моём теле затрещали от стремительно возрастающей нагрузки.
Используя Поток, я создал за своей спиной аналог клапана сброса давления.
ВСПЫХ!
Десятки тысяч единиц духовной энергии стали выбрасываться наружу на каждом вздохе.
Народ внутри барьера клана Оуш засуетился. На все лады зазвучала тревога. Ещё и жуки спохватились, ощутив мощнейший выброс духовных частиц. Я же продолжал давить на барьер всё сильнее и сильнее, мысленно обращаясь к силе Пустоты.
Моя аура сначала потемнела.
Затем стала чёрной как смола.
Барьер завибрировал, а земля под ногами заходила ходуном.
Вибрации оказались настолько сильными, что начали вылезать камни из брусчатки. Стоящее рядом дерево — наоборот, постепенно погружаться в почву. Вырывающийся из-за моей спины ураган энергии стал походить на дыхание дракона.
Вззз!
Прошло меньше минуты, прежде чем в воздухе внутри барьера над крышами зависли десять силуэтов. Адепты стадии Заложения Основ и Золотого Ядра из клана Оуш оглядывались, ища, с какой стороны и кто именно их атакует.
Видя, что барьер светится только с одной стороны, они сразу засекли моё местоположение. Из-за разбушевавшейся силы Пустоты я сам не видел контуров своего тела. Доспех стражника стал стремительно приходить в негодность.
Взз!
Сфера Восприятия высветила изменения на тактической карте. На огромные выбросы силы отреагировали порождения Мглы. Сейчас сразу десяток тварей на стадии Заложения Основ [2+] летели в сторону квартала знати.
Десять секунд!
В небо под куполом взмыл патриарх клана Оуш. Тот самый дряхлый старик, которого я видел на дуэли Лорда. Оглядевшись, он сразу рванул в мою сторону.
Пять секунд! Где-то недалеко за моей спиной почудилось сразу три ауры мощных жуков.
Увидев, как я в костюме стражника выкачиваю энергию из формации, старик замешкался. В этот самый миг барьер с хлопком взорвался.
БАБАХ!
Выброс сжатой до предела силы ударил в грудь. Доспех в этом месте смяло. Обветшавшая кольчуга порвалась в нескольких местах. Меня протащило по земле, подбросило и швырнуло в какие-то кусты. Пролетев сквозь них, я снёс кусок каменного забора и потом со звоном бьющегося стекла влетел в окно жилого дома.
И тут началось! Снаружи послышались звуки боя, затем крики и стрекотание жуков.
Я лежал и толком не мог пошевелиться. От дичайшей перегрузки меридианы ощущались так, будто по ним сейчас тёк расплавленный металл. С трудом дотянувшись до чудом уцелевшей сумки, я достал «Пилюлю Исцеления Энергоканалов».
Проглотив пилюлю, я не пытался куда-то бежать. Снаружи творилось чёрт-те что. А через меня за последние пять минут пронёсся настоящий ураган энергии.
Последний выброс силы дал понять, что я перегрузил формацию, а не выкачал из неё всю энергию. Поэтому барьер взорвался, отправив меня в полёт через всю улицу.
Бабах!
Ревущая волна огня прошла в паре метров над землёй. У дома, в котором я находился, снесло крышу и второй этаж. С неба посыпались обломки снесённого забора. Между тем Сфера Восприятия показала, что на поле боя появились новые жуки на стадии Золотого Ядра [3+]. Они прилетали не из других районов, а спускались с ног-колонн Фираксиса. То есть в буквальном смысле падали с неба.
Запустив сканирующую волну, я с большим трудом нашёл жетон Обенеля. Ударные волны продолжали его перекидывать туда-сюда. Сейчас он находился в шестидесяти метрах от меня.
Пришлось немного проползти вперёд и спрятаться за огрызком снесённого забора. Затем вторичным Телекинезом подтащить медальон к себе и спрятать в кольцо-хранилище.
И тут меня осенило.
Убедившись, что ничего не забыл, я стал потихоньку выбираться из квартала знати. Между тем бой становился всё ожесточённее. Оуш смогли активировать ещё один барьер. В этот раз — защищающий только главное здание клана. Затем организованно отступить в него. Жуков это знатно взбесило. Они всей толпой набросились на последнюю преграду.
К моменту, когда я оказался на границе квартала, бои практически затихли.
БАБАХ!
Вдруг позади раздался громкий взрыв. Пришедшая следом ударная волна сотрясла всю округу. В ярчайшей вспышке света исчезли жуки и последние остатки клана Оуш.
Взрыв привёл к тому, что в сторону квартала знати рванули порождения Мглы вообще со всех уголков Ностромо. Мне пришлось забраться в один из пустующих домов, чтобы нос к носу не столкнуться с толпой жуков-охотников. Над ними по крышам мчались Прыгуны.
Снова выходить на улицу прямо сейчас опасно. Забравшись в крохотную ванную, я следующий час лечил травмы энергоканалов.
Меридианы пульсировали от обилия микротравм. Ещё и Небо, видимо, проснулось. За уничтожение клана Оуш заряд Уробороса снизился сразу на пятьсот процентов.
За спасение всех горожан и вывод их из Ностромо мне накинули только двести пятьдесят очков кармы. А тут из-за каких-то уродов… Арр! Какая-то откровенная несправедливость на мой счёт.
— Ладно, — сняв потрёпанный шлем, я протёр вспотевшее лицо руками. — Будем считать, что это не траты кармы, а инвестиции в мой спокойный сон. Одним врагом меньше.
Немного отдохнув, я снова запустил сканирование округи. В этот раз меня не особо волновали жуки, собравшиеся в квартале знати. Я искал Кристофа Вальца, его телохранителей и тех амбалов, что караулили комнату для допросов.
Однако Змеемордый не нашёлся. Видимо, засел в крепости Лорда.
Переведя Сферу Восприятия в режим направленного сканирования, я просветил здание центрального корпуса стражи. В нём находится допросная, куда Вальц недавно заманил меня, выдав Талисман Телепортации.
В камерах подвала лежали люди. Точнее, тела людей.
Один, два, три, пять, десять…
Судя по степени истощения, большинство погибли от голода. Месяц назад Вальц бросил их в камерах, а сам спрятался в крепости. В парочке этих бедолаг ещё теплилась жизнь.
В одной из камер я заметил настолько сильно исхудавшую девушку, что Сфера Восприятия не смогла её сразу опознать.
Через четверть часа я добрался до корпуса стражи. Несмотря на то, что служанка до сих пор внизу, я первым делом вскрыл арсенал и забрал все стрелы. Без них в осаждённом городе лучше не перемещаться. Хотел пойти к лестнице в подвал, как…
Хрусть!
Обе мои пространственные сумки разорвало, и наружу высыпались все хранящиеся в них вещи.
Быдащ-бам-хрясь…
Как по команде, с треском разлетелось кольцо-кошелёк… Представляя, что вот-вот случится, я резко выпустил ауру наружу и Телекинезом поймал целую гору летящих к полу монет. Медяки, серебро, золото, медальон мамы.
Грохот выпадающих из сумок вещей — это мелочь по сравнению со звоном стучащих о пол денег.
Задействовав Сферу Восприятия, я замер, оценивая обстановку. Вещи продолжали высыпаться из разорвавшихся сумок.
Видимо, Небо снова уснуло. Ничем другим я не могу объяснить то, что на ТАКОЙ грохот не пришёл ни один жук.
Причины произошедшего понятны. Аура Пустоты! Когда я выпустил её наружу, выкачивая энергию из барьера, под раздачу попала и моя экипировка. Маскировка с потрёпанного жизнью доспеха стража тоже спала. Нагрудник, шлем, кольчуга — всё на выброс.
К счастью, среди хранящихся в моих сумках вещей имелись и другие сумки. Так что я переложил всё в них. Кольцу-кошельку тоже нашлась замена.
Не отходя далеко от арсенала, сменил потрёпанный доспех стража на новый. В шкафах нашлось много полезного, но… Пожалуй, хватит. Мало ли? Вдруг мне ещё больше карму срежут.
Убрав за собой, я аккуратно прикрыл двери на склад и арсенал. Затем спустился в подвал, где и находилась камера Сати.
Служанка отреагировала на тихий скрип двери. Я в доспехе стражника. Лица не видно. Кристалл-фонарь специально не достаю, чтобы случайно не ослепить девушку ярким светом.
Сати лежала на соломенной подстилке в углу крохотной комнатушки.
— Я вам всё уже сказала, — произнесла девушка, едва не плача.
В этот самый миг я снял шлем. Узнав меня, Сати сразу зарыдала:
— Господин! Мне так жаль…
— Всё в порядке, — подойдя к девушке, я приподнял её за плечи. — Я здесь. Можешь больше ни о чём не беспокоиться.
— Мне правда очень жаль, господин! — Сати продолжала рыдать. — Мистер Вальц пришёл за вами. Потом притащил меня сюда и показал пыточные инструменты. Я, как увидела трупы на соседних столах, сильно испугалась. Сама ему всё-всё о вас рассказала.
— Я знаю, — сказав это, я достал несколько пилюль из сумки. — Съешь. Первая даст силы уму, а вторая притупит голод.
— Господин! — продолжала девушка, рыдая. — Этот нелюдь… Он всё спрашивал и спрашивал. Что вы можете, какой у вас уровень. Я говорила, а он щипцами прямо у меня перед носом щёлкал. Ещё и ноготь вырвал… Я сознание от боли потеряла. Он про какую-то квази-формацию говорил… А я… Я не знала, что ответить. Правда! Только про то, как вы очищали меня, выводя токсины наружу. А он всё-всё записывал. Потом снова спрашивал, и так по кругу. Сказал, что я должна тут сидеть и ждать, пока вы придёте.
— Всё хорошо, — я погладил девушку по голове. — Тебя больше никто никогда не тронет. Смотри! Ноготь уже почти вырос.
Пока девушка отвлеклась, я закинул ей в рот ещё одну пилюлю и сразу прижал ладонь к её губам.
— Глотай! Это «Пилюля Исцеления». Тебе она сейчас нужнее, чем мне.
Проглотив в итоге сразу три пилюли, Сати потеряла сознание. Получив энергию и минимальное лечение, организм сразу пошёл на перезагрузку. Здоровью служанки больше ничего не угрожало.
Ненадолго вернув девушку на соломенную подстилку, я заглянул в соседнюю камеру. Там в похожих условиях содержали какого-то бедолагу. Адепта-новичка, судя по совсем хлипкой ауре.
Из-за месяца голодовки мозг пленника погиб. Приди я в корпус стражи завтра, и здесь осталась бы только Сати. Судя по объёму накопившихся токсинов, девушка выжила только благодаря пяти корням стихий и постоянным медитациям.
Пришлось потратить четверть часа на то, чтобы переодеть служанку в мой охотничий костюм. Это последний комплект вещей из моих запасов, способный скрывать ауру владельца.
Заглянув в комнату для допросов, я прихватил со стола щипцы.
…
Через час с Сати на руках я спустился в подвал Глыбы. Супружеская пара гномов собирала вещи, готовясь отправиться в полузатопленный тоннель. Сидевшая за столом Номер Семь при моём появлении сразу вскочила на ноги.
— Ох ты ж! — выпучив глаза, шаманка уставилась на тело в моих руках. — Это же она, да⁈
Настроение у меня так себе. Так что я сразу обратился к гномам, навострившим уши:
— Это Сати, моя служанка. Позаботьтесь о ней, пока меня не будет. Надо ещё с одним делом разобраться…
Передав Номеру Семь спасённую из плена девушку, я достал из сумки бутыльки с «Пилюлями Насыщения» и «Пилюлями Бодрости».
— … Обогрейте её и дайте прийти в себя.
Гном с Номером Семь переглянулись.
— Маркус, что там снаружи взорвалось?
— Да кто его знает⁈ — пожимаю плечами. — Жуки на стадии Золотого Ядра с кем-то сцепились. Может, заметили разведчиков Лорда? Ещё я не так давно видел солдат, ищущих в домах припасы.
— Ага, — усмехнувшись, Глыба топнул ногой по каменному полу. — Парень, я, вообще-то, гном. Мы вибрации земли чувствуем за километр. Даже не вылезая из подвала, могу сказать, что рвануло где-то в районе квартала аристократов.
— Правда? — невинно хлопаю глазами. — При всём уважении к вашему любопытству и нашей дружбе… Мистер Глыба… Я был занят спасением служанки. Даже если весь квартал аристократов взлетит на воздух, мне не будет до этого никакого дела.
Глыба хотел ещё что-то спросить, но его весьма вовремя одёрнула супруга.
— Ладно, Скабре, — произнёс гном, внимательно глядя на меня. — Если кто-то спросит, я ничего не видел и не слышал.
…
Покинув дом Глыбы, я направился к крепости Лорда. После боя в квартале знати среди порождений Мглы опять случилась перестановка. На свои посты так и не вернулись жуки на стадии Заложения Основ и Золотого Ядра. За счёт того, что их сигнальная сеть стала более слабой, мне всего за час удалось добраться до последнего оплота людской жизни в Ностромо.
Барьер, раз в сто более мощный, чем у клана Оуш! Он накрывал собой крепость Лорда и часть скал слева и справа от неё. Причём защитная формация уходила на десятки метров вниз. Сделав подкоп, внутрь не попаду. Под слоем грунта начинается сплошная горная порода.
Близко к барьеру тоже не подойти.
Орда щёлкающих зубами и жвалами порождений Мглы окружила крепость Валентайна. Они стояли так плотно, что по земле и по воздуху к барьеру не подобраться.
Я смог издали разглядеть, что на стенах крепости полно солдат. На дозорных башнях тоже не протолкнуться. Скорее всего, Валентайн готовится к финальной битве.
Снова перейдя на режим сканирования, заметил фрагменты человеческих аур, пробегающих где-то под землёй.
Вскоре удалось найти один из старых забитых мусором ливневых стоков. Внутри жёлоба, шириной почти в метр, находился песок, земля, ветки и бог знает что ещё. Плюс нахождение на двухметровой глубине.
Забравшись в старый ливневый сток, я стал Потоком и вторичным Телекинезом прокапывать себе проход. Мешающую ползти вперёд землю складывал в очередную пространственную сумку.
Спустя три часа мучений мне удалось добраться до барьера крепости. Тут снова выручил жетон Обенеля, открывающий путь куда угодно.
Попав внутрь защитной формации, я вскоре перебрался из системы старых ливневых стоков в ныне действующие. Не знаю, повезло ли мне или, наоборот, «Небо злится»… Но ровно в этот момент пошёл проливной дождь.
Пока искал место, где можно незаметно выбраться наружу, вода заполнила весь ливневый сток. Набрав воздуха в лёгкие, я упрямо полз вперёд.
Тем временем народ в крепости радостно орал.
— Вода! Скорее несите вёдра. Собирайте её во всё, что есть.
— Небо, спасибо тебе! Наконец-то можно помыться.
Доползя до закутка в районе опустевших стойл, я поднял каменную решётку и тихо отодвинул её вбок. Затем сам выбрался наружу и прикрыл за собой проход.
Пока жители Ностромо радовались внезапно обрушившемуся ливню, я очищал себя Потоком от всевозможной грязи. Ползание по ливневым коллекторам — приключение не для слабонервных. Чего только стоит пара найденных черепов.
Приведя свой внешний вид в порядок, я запустил сканирование на полную. По меркам Поднебесья, крепость Лорда — весьма впечатляющее строение. Пять этажей, четыре дозорных башни.
Помимо внешних стен, есть ещё и внутренние, образующие защищённый форт. Часть дополнительных помещений уходит в скалы, между которыми и находится сама крепость Валентайна.
В наиболее защищённые помещения внутри скал мои сканирующие волны не проникают. Куда ни глянь, везде артефактное усиление стен, фундамента и бог знает чего ещё.
При строительстве крепость готовили к осаде, а не к мирному существованию. Решётки, перекрывающие проходы, и те усилены духовными частицами.
Рядовым жителям Ностромо ничего не видно из этих приготовлений. Они лишь чувствуют, что рядом полным-полно духовных частиц.
Запустив режим поиска знакомых лиц, я случайно заметил Тирея — того самого богатого азиата из Центра Получения Гражданства. Судя по цветам халата, его приняли младшим слугой в клан Малатхар. Здесь же, во дворе крепости, нашлась и Канра — подручная Тирея.
Сканирующие волны подсветили Лорда Валентайна. Правитель Ностромо и всего маркграфства сидел в своём кабинете на самом верхнем этаже форта. В соседнем помещении находился Обенель. Старик перекладывал бумажки, но стоило мне сосредоточить на нём взгляд, как он схватился за рукоять сабли.
Не найдя Кристофа сразу, я переключил Сферу Восприятия в режим сканирования сектора и направил в помещения внутри скал. Больше ему негде скрыться.
Взум!
Пройдя сквозь десять метров камня и слабенький барьер, волна сканирования высветила знакомый силуэт.
— Ва-а-альц!
Ноги сами понесли меня в нужном направлении. Змеемордый шёл по коридору вглубь скалы. Сразу несколько уровней защитных формаций перекрывали путь, но… Наплевав на всё, я направился прямиком к нему. Аура Пустоты буквально сходила с ума от желания поскорее вцепиться в глотку этого урода.
— Ты ещё кто? — буркнул мне ближайший стражник.
Я молча показал жетон заместителя Обенеля. Вояка буркнул что-то невразумительное и отвернулся. Ни мой жетон, ни личность, прячущуюся под шлемом, он так и не проверил. Чужих в осаждённой крепости по умолчанию быть не может.
Около входа в скалу охранники снова задали мне тот же самый вопрос. Пришлось опять показать белый каменный жетон и спокойно идти дальше. Я ни на секунду не выпускал из вида маячивший впереди силуэт Вальца.
За моей спиной остались двери, прикрывающие вход в скалу. Затем мелькнул первый барьер, и начались тесные казармы солдат гарнизона. Затем второй барьер — и комнатушки прислуги. Знакомый гном, выдавший оружие Лорду в день дуэли, сейчас дрых на одной из коек.
Блык.
Позади остался третий барьер. За ним шли куда более крупные комнаты с одной общей кухней.
В помещении, находящемся в самом дальнем конце коридора, ощущались четыре адепта с весьма необычными аурами.
В том же помещении находились койки, занятые ранеными солдатами. Двоих из них я опознал. Это их я видел, когда второй раз выбрался из колодца и пошёл к дому Глыбы.
Лазарет от спален отделял ещё один барьер. Не защитный, а для шумоподавления. Время приближалось к полудню. Сейчас в этой части крепости практически никого не осталось. Только целители, Вальц и пациенты.
Змеемордый зашёл в крохотную комнатушку. Что-то сунув в тумбу, дознаватель снял верхнюю одежду и направился в туалет. Он тут один на все комнаты — пять кабинок, раковины, писсуары и даже пол, покрытый кафелем. Уровень благ цивилизации, который в других частях Ностромо мне ещё не приходилось видеть.
Дойдя до туалета, дознаватель как ни в чём не бывало открыл кран и стал мыть руки. Я зашёл вслед за ним и прикрыл за собой дверь.
— Ты ещё кто? — смотря на меня через зеркало, дознаватель продолжал мыть руки. — Сюда разрешено входить только самым проверенным подчинённым Лорда.
Я молча шагнул к дознавателю. Не видя моего лица и ауры, Вальц ничего не заподозрил. И зря! Оказавшись рядом, я вложил все силы в удар ногой в его колено. Раздался хруст костей. Дознаватель хотел было заорать от боли, но не успел. Мой следующий удар ребром ладони пришёлся на гортань.
Вместо крика изо рта Вальца послышался лишь глухой хрип.
Схватив дознавателя сзади, я со всей дури впечатал его мордой в пол. Снова послышался глухой хруст. Под моей рукой полыхнул и сразу же погас выставленный «доспех духа». Я же выпустил наружу ауру и стал охватывать ею трепыхающуюся змеюку. Крик «тревога», всё же сорвавшийся с уст Вальца, бесследно растаял в Пустоте.
Вальц задействовал какой-то артефакт, но и тот, сверкнув, сработал вхолостую. Ещё один, второй, третий… Пустота поглотила заряды, вышедшие из разных артефактов.
Прижимая Вальца мордой к полу, я схватил его руку и, заведя за спину… скрутил до хруста! Очередной крик боли истаял в Пустоте.
— Так кричали и твои жертвы, дознаватель, — произнёс я, не слыша в собственном голосе эмоций.
Проявляя невероятную гибкость, Змеемордый попытался вывернуться из захвата, но я перехватил его и снова впечатал мордой в пол. Держа в захвате здоровую руку, второй взял гада за шкирку и потащил к сортиру. Окунув Вальца туда мордой, нажал на слив Телекинезом и стал держать, топя урода.
— Только такой смерти ты и заслуживаешь.
Я от всей души наступил на его сломанную ногу. Крик дознавателя перерос в бульканье в воде. Прошла минута, вторая, третья. Я нажал на слив ещё несколько раз, давая Вальцу на прощание напиться.
Наконец бульканье стихло, и сердце гада перестало биться. Не веря такому счастью, я достал щипцы, прихваченные из допросной. Те самые, которыми Змеемордый выдрал у Сати ноготь… И со всей дури вогнал их в сердце Вальца, нанеся удар со спины.
Смотря на труп поверженного врага, я немного отдышался. Затем проверил через Сферу Восприятия, не поднята ли в крепости тревога. Пока всё тихо.
Нагнувшись, я подтащил ноги трупа и спрятал его внутри туалетной кабинки. Прикрыв за ним дверцу, стёр с пола следы крови и убрал тряпку в свою пространственную сумку.
В этот момент один из целителей покинул лазарет. Ничего не заметив, он направился по коридору в сторону крепости. Я же, встав у раковины, провернул оба крана и сделал воду тёплой. Затем спокойно снял шлем и умылся.
Из зеркала на меня смотрел не Маркус Скабре… А Маркус Гринч из Нью-Йорка, год назад заключивший сделку с Белым Дьяволом. Парень, желавший вернуть себе возможность творить магию.
— Ну что сказать? — прикрыв глаза на секунду, я как ни в чём не бывало улыбнулся. — С днём рождения, Маркус. Сегодня ты стал взрослее.
Сидя в своём кабинете, Лорд Валентайн чувствовал, что его жизнь катится под откос. Проблемы последних месяцев не шли ни в какое сравнение с тем, чего он ожидал, получая титул маркграфа.
Сначала чёртова Секта Скреббы провернула диверсию, натравив на город орков. Затем из ниоткуда взялась одна Катастрофа, отпугнувшая другую.
Когда стало ясно, что Фираксиса ранило непонятно откуда взявшееся Треволнение Небес, у Пакура зародились нехорошие подозрения. Не о своей удаче, а насчёт того, как именно генштаб империи Колоссус отреагирует на такую угрозу.
Мгла — одна из самых опасных Катастроф. Уничтожить хотя бы одного Фираксиса, портящего жизнь всем на континенте, — дорогого стоит.
Валентайн отправлял курьеров в Голец и другие поселения в надежде получить от генштаба информацию о планах.
Примерно каждый четвёртый курьер, отправленный наружу, возвращался с ответным сообщением. В них не было ни намёка на то, что генштаб собирается уничтожить Фираксиса ДО ТОГО, как у Валентайна закончатся кристаллы для формации. Генералы писали об отрядах зачистки, выставленном заслоне, пойманных дезертирах… Но не о дате штурма.
Валентайн понял:
Вину за массовую гибель жителей империи повесят на «не справившегося» маркграфа. То есть на него, Пакура Валентайна.
Эти мысли появились ещё в середине февраля. Затем генштаб переиграл Пакура, передав весточку кому-то из работников мобильного штаба Лорда — той самой верной троице клерков, что его всегда сопровождала.
Шпион активировал функцию самоподрыва в тоннеле, вырытом специально для эвакуации населения далеко за город. Так пропала последняя возможность отступить. Крепость Валентайна превратилась для всех в ловушку.
Пакур был в ярости, но сразу сделать ничего не мог. У всех троих клерков имелось алиби и по несколько свидетелей. Однако Валентайн был уверен: один из них работает на генштаб, а не на него, Лорда, правящего Ностромо.
В один из дней, когда жизнь казалась тоскливее некуда, вернувшийся из Мглы курьер принёс крайне необычное донесение.
Некий «стражник» вывел в Голец сто тридцать человек. Причём собрал их из самых разных кварталов осаждённого Ностромо. Затем через полузатопленный тоннель и Мглу довёл точно до стоянки войск Империи Колоссус.
Прочтя донесение, Пакур нахмурился:
О нём ни Лорд, ни его подручные не знали. Поднявшие архивы крепости строители подтвердили, что тоннель есть, но уже целый век считается затопленным и обрушенным. Пройти через него попросту нереально.
Однако некий «стражник» нашёл там проход. Причём сделал это настолько тихо, что жуки спохватились только через сутки.
На следующий день события понеслись вскачь. Дозорные заметили мощный взрыв в квартале знати. Судя по исчезнувшему барьеру, клан Оуш всем своим составом отошёл в мир иной.
Лорд гневался на единственного мастера формаций во всём маркграфстве. Олень никому не подчинялся и помогал Валентайну, только если сам того хотел.
Днём начался ливень, и это стало хоть каким-то облегчением. Запасы пресной воды в крепости начинали подходить к концу.
В обед пришло донесение. Причём не от охраны, а от целителей, находящихся в лазарете:
Прибыв одним из первых на место преступления, Пакур не знал, что сказать. Судя по расколотому кафелю, Кристофа пару раз впечатали мордой в пол. Затем оттащили к унитазу, утопили, а вдобавок вонзили в спину щипцы из набора дознавателя.
Дело даже не в самом убийстве дознавателя, а в том, что преступник смог тихо устранить одного из самых верных подчинённых Лорда. Причём тот находился в САМОЙ защищённой части крепости. Сюда имели допуск всего пять человек: сам Пакур, Обенель, Вальц и пара целителей. Вторая парочка «свободных лекарей» взята на поруки подручными Валентайна. У них нет жетона для того, чтобы пройти через формацию.
То, что это месть, не вызывало сомнений. Щипцы для пыток, вогнанные в сердце, говорили сами за себя. С собой Вальц их не носил.
Короткий допрос охраны крепости показал, что во внутреннее помещение входил «стражник». Ни голоса, ни ранга, ни его лица никто не видел. Показанный им белый жетон никто так и не удосужился проверить.
Из-за месяца нахождения в осаде люди морально устали. Бдительность упала до нуля. Стражи думали, что раз человек в шлеме и доспехах стражи — значит, свой.
Прямо на месте преступления Валентайн устроил подчинённым форменный разнос. Орал так, что зеркала в туалете потрескались. Парочку охранников с остановкой сердца целители утащили в лазарет. Видеть Лорда-зверолюда в ТАКОМ гневе им ещё не приходилось.
— Как убийца мог проникнуть СЮДА? — орал Пакур, давя аурой на подчинённых. — Есть что сказать в своё оправдание?
Лорд взглядом надавил на капитана Моралле, отвечавшего за стражу.
— Чего ты молчишь? Представь, что убийца зашёл бы в лазарет и нацелился на раненых, а не на Вальца.
— Скабре, — тихо произнёс капитан Моралле.
— Какой ещё Скабре? — гнев в душе Валентайна стал закипать с новой силой. — Тот самый ополченец-нулёвка?.. МОРАЛЛЕ! Если ты сейчас сморозишь какую-то чушь в духе того, что
Капитан отвёл глаза, отчего Лорд стал ещё сильнее злиться.
— Говори! КАК ты додумался до ТАКОЙ глупости? Если я правильно помню ТВОИ донесения, — коготь тигролюда ткнул в грудь капитану, — то Скабре уже полтора месяца никто живым не видел. Я ни за что не поверю, что новик-нулёвка всё это время скрывался в моей крепости и оставался незамеченным.
— Я тоже так думаю, мой Лорд, — капитан кивнул.
— Бездна! Тогда откуда эта безумная догадка? — Валентайн зарычал.
— Вы помните спасённых из Гольца? — Лорд не ответил, а Моралле продолжил. — Среди них был мой подчинённый, Венчик ДеНуво. Смышлёный парень, работавший в Информационном Бюро. Я читал то донесение из Гольца. Почти все остальные выжившие относятся к другим районам Ностромо. Выглядело так, что неизвестный «стражник» нашёл всех, кого мог, пока двигался от колодца к Информационному Бюро. Я почти уверен, что если спрошу у Венчика про письмо Скабре, он скажет, что оно пропало… Либо так, либо наш таинственный «стражник» сам его забрал.
Капитан дал знак Лорду, что не хочет говорить при посторонних.
— Всем выйти! — рявкнул Валентайн.
Тот самый туалет, где был убит Вальц, опустел буквально за полминуты. Потянувшись к поясу, Моралле задействовал один из своих личных артефактов-глушилок. Такими пользовались все, кто связан с контрабандой.
— Это лишь догадка, мой Лорд, — быстро произнёс капитан, поглядывая на дверь. — У Скабре… Скажем так… Был конфликт с кланом Оуш. Мистер Вальц об этом знал.
При этих словах Пакур внешне резко успокоился… Это было настолько обманчивым ощущением, что Моралле хотел было продолжить, но вдруг ощутил накатывающий страх.
Всем в империи Колоссус известна одна особенность зверолюдей. Доходя до пика ярости, они становятся вдруг неестественно спокойными. В такие моменты их лучше не трогать. Именно это Моралле и ощутил и потому боялся смотреть в глаза Лорду.
— Ты хочешь сказать, — спокойно произнёс Пакур, — что Скабре вывел людей из Ностромо в Голец. Потом вернулся в город, как-то взломал барьер Оуш и натравил жуков. Затем пришёл СЮДА и убил Вальца. Причём провернул всё так, что его лица никто нигде не видел?
Моралле промолчал, боясь смотреть в глаза Лорду.
— Р-р-р! Никогда, — прорычал Валентайн, глядя на капитана. — Слышишь⁈ НИКОГДА ни в каких документах не смей об этом писать. Аристократы убьют либо тебя…
Коготь зверолюда снова ткнул в грудь Моралле.
— … За то, что пытаешься обвинить во всём без вести пропавшего новичка… Либо Обенеля, чьим пропуском Скабре ЯКОБЫ пользовался всё это время.
— Я всё понял, мой Лорд, — капитан кивнул. — Господина Вальца убил кто-то из стражников. Мотивом стала месть. Другой версии в ответах не будет.
Валентайн вспомнил слова Кристофа о том, что тот хотел подготовить какое-то секретное донесение. Дознаватель упоминал, что это
Проверяя свои догадки, Валентайн покинул туалетную комнату и зашёл в спальню Кристофа. Рядом с койкой стояла прикроватная тумба. На стуле висел пиджак дознавателя. Открыв верхний ящик тумбы, Пакур не нашёл в нём ни блокнота, ни кольца-хранилища. В них Вальц хранил все свои рабочие заметки.
Не имея никаких прямых улик, Валентайн был уверен: за убийством Вальца стоит без вести пропавший адепт-нулёвка.
…
Последние два с половиной месяца Белый Дьявол методично нарабатывал себе новую базу клиентов. Смертные приходили к нему со стандартным набором просьб. Одни хотели омолодиться, другие — обрести богатство. Третьи — пробудиться и начать свою жизнь адепта. Как посредник Неба, Белый Дьявол предлагал им разные варианты.
И Небо ему будет свидетелем! В своём деле посредник оказался действительно хорош.
Параллельно с этим Белый Дьявол искал информацию о Маркусе Гринче. Посредник через подставных людей подал запрос в Гильдию Наёмников, в Информационное Бюро. Однако в филиалах обеих организаций Директората не нашлось никаких полезных записей. Это наводило на мысль, что Гринч взял другое имя и фамилию. Иначе хоть какие-то крохи информации о нём сразу бы нашлись.
Сегодняшний день пошёл не по плану. Вместо очередного клиента за столик посредника сел адепт на стадии Заложения Основ [2−2]. В руке он держал голову клиента Белого Дьявола.
— Вот ты и попался, посредник! — произнёс адепт. — Можешь больше не прятаться. Я вижу глазами того смертного, что стал твоим клиентом.
Оглядевшись, Белый Дьявол заметил поблизости от кафе ещё сотню сильных аур. Почти все на стадии Заложения Основ [2+]. Четвёрка адептов так и вовсе на стадии Золотого Ядра [3+].
— Секта, значит? — прищурившись, Белый Дьявол увидел всё происходящее снаружи сквозь стены зданий. — Точнее, сразу три Секты.
Посредник со скукой взглянул на человека перед собой — темноволосого, самодовольного, ещё и с глазами разного цвета… Один — голубого, другой — красного.
— Я Юн Ши! Старейшина правосудия из Секты Алмазной Тропы, — представился незнакомец, улыбаясь и кивая. — Волею попечителей Директората Морду я отвечаю либо за твоё уничтожение, либо за выдворение из страны.
— Какое МНЕ до вас дело? — со скукой протянул Белый Дьявол. — И тем более ВАМ до меня, Юань… как тебя там…
— Юн Ши! — улыбка гостя чуть померкла. — Выбирай слова, посредник! Ибо они могут стать последним, что ты произнесёшь в этой жизни.
Белый Дьявол удивлённо глянул на гостя, потом кивнул:
— Я это запомню. Хорошо сказано. Так чего тебе нужно, щенок Секты?
Видя, что посредник не проявляет и тени беспокойства, Юн Ши напрягся.
— Посредник! Само твоё присутствие в Директорате Морду нарушает баланс, за которым мы, Секты, следим веками. Нам не нужны ни заново выращенные Ядра… Ни адепты, которые вдруг улучшили качество своих стихийных корней от мусорно-жёлтых до небесных.
Юн Ши в порыве чувств ударил себя кулаком в грудь.
— МЫ за этим следим! Не тебе, посредник, вмешиваться…
— Прибереги руку, — спокойно произнёс Белый Дьявол. — У меня на неё появились планы. Ах, да! Продолжай. Что ты скулил, щенок Секты?
Глаза старейшины порядка налились кровью.
— МЫ столпы всех людских стран, посредник! МЫ ТЕ, кто защищает континент Крыла. Если кому-то из учеников разрушили Ядро и выгнали из Секты, то это наша милость, а не наказание. Так что мы даём тебе выбор.
Сидя за столиком в кафе, Белый Дьявол захлопал в ладоши.
— Дай угадаю! Это то, о чём ты говорил в начале?
— Именно! — произнёс Юн Ши.
В тот же миг Белый Дьявол исчез… Появившись позади Юн Ши, он одним движением оторвал ему руку. Ту самую, которой старейшина порядка бил себя в грудь. Это произошло настолько быстро, что Юн Ши не успел испугаться.
— Сиди тут, — грозно произнёс Белый Дьявол. — Вот тебе маленький урок, щенок из Секты. Это умение зовётся «Территория». Вы все давно находитесь внутри неё.
Посредник исчез из облюбованного им кафе. Официанты, случайные прохожие — все они упали на пол без чувств, потеряв сознание.
— А-А-А-А!
Секундой позже с улицы послышались крики. Карательный отряд, собранный силами трёх Сект, стал быстро сокращаться. Белый Дьявол оказался сегодня «слегка не в духе».
Голова одного из старейшин Секты Чернотопья отделилась от тела и сплющилась. Висящее в небе тело продолжало фонтанировать кровью. Его коллега из Секты Белого Лотоса попросту взорвался. Стоящего рядом с ним адепта вывернуло наизнанку.
Перепугавшись до смерти, Юн Ши попытался встать, но Белый Дьявол вдруг снова возник за его спиной. Схватив старейшину порядка за плечи, посредник буквально вдавил того в сиденье. Под стальной хваткой захрустели кости.
— Ещё раз встанешь, щенок… И я заберу не только руку.
Белый Дьявол снова исчез из кафе. Крики снаружи вспыхнули с новой силой. Старейшины на стадии Золотого Ядра попытались применить боевые техники… Однако ни «Огненный Змей», ни «Дыхание Ада» так и не появились.
Дьявол вырвал у одного старейшины Ядро. Из другого попросту вытащил все кости… Это выглядело настолько пугающе, что Юн Ши закрыл глаза. Ему стало страшно.
Мысленно Юн Ши проклинал тот день, когда ученики предложили ему найти и убрать ОЧЕРЕДНОГО посредника, посланного Небом в Директорат. Два десятка его предшественников Секты успешно изгоняли из года в год.
Прошла всего минута, и посредник вернулся в кафе. Подойдя к Юн Ши, он как ни в чём не бывало стал вытирать руки о его одежду.
— Давненько я не разминался, — вытянув ладонь в сторону так, будто собирается кого-то схватить… посредник резко дёрнул её на себя. — Попался!
Рука Белого Дьявола держала за шкирку одного из боевых старейшин Белого Лотоса. Тот болтал ногами в воздухе, пытаясь убежать от кого-то по земле. Взгляд у адепта оказался полностью безумный!
— Сидеть. — Посредник с силой вдавил старейшину в пол. — Раз пришёл сюда, уйдёшь, когда разрешат.
Снова вытянув руку, Белый Дьявол поймал тем же фокусом одного из карателей Секты Чернотопья. Появившись в кафе, тот сразу вжал голову в плечи и перестал дёргаться.
— Надо же⁈ Какой смышлёный.
Сказав это, посредник отпустил на пол пойманного адепта. Потом сам сел за свой столик в кафе и как ни в чём не бывало отпил кофе из кружки.
Могущественные адепты из Сект Белого Лотоса, Чернотопья и сам Юн Ши из Алмазной Тропы не смели и пикнуть. Им во всей красе продемонстрировали подавляющее превосходство в силе.
— Сейчас я вас отпущу, — держа кружку в руках, посредник улыбнулся. — Более того! Милостиво доставлю прямо до границы Секты. Однако…
Белый Дьявол постучал пальцем по столу.
— … В течение суток главный старейшина вашей Секты должен появиться за этим самым столиком. Если нет… Что же… Тогда я сам приду за вами. Только в этот раз перебью всех… Ну, пусть будет «старейшин».
Дьявол с лёгкой улыбкой глянул на Юн Ши.
— … Ученики Сект пока ни в чём не виноваты. На место убранных старейшин обязательно найдётся замена. Только более сговорчивая и лучше подходящая на эту должность. Итак! Время пошло.
Посредник щёлкнул пальцами, и старейшина Белого Лотоса исчез. Ещё один щелчок пальцами, и пропал каратель из Чернотопья.
Юн Ши сглотнул. Он никогда не слышал о посреднике, который мог бы с ТАКОЙ лёгкостью перемещать кого-то.
Прищурившись, Белый Дьявол остановил свой взгляд на Юн Ши.
— Изменим правила. Иначе урок не будет усвоен. Если ТВОЙ главный старейшина придёт последним, я лично тебя убью… Щенок!
Ещё один щелчок пальцами, и Юн Ши исчез.
…
Ожидая гостей, Белый Дьявол слегка прибрался. С улицы исчезли трупы и следы крови. Только после этого официантка и прохожие стали приходить в себя.
Ему ни к чему слухи о массовой бойне, случившейся в этом районе. Это могло ударить по репутации и напугать будущих клиентов.
Три часа спустя в кафе первым прибыл Юн Ши вместе с главным старейшиной Секты Алмазной Тропы.
— Сходи к целителям. — Белый Дьявол кинул карателю оторванную руку. — Если повезёт, они исправят допущенную тобой ошибку.
Щелчок пальцами, и Юн Ши исчез, вернувшись обратно в Секту.
— Жди, — произнёс Белый Дьявол, обращаясь к гостю.
Часом позже появились главные старейшины Сект Белого Лотоса и Чернотопья. Оба несли с собой по сумке с подарками.
— Уважаемый посредник! — седовласый старец из Белого Лотоса достал дорого украшенную шкатулку. — Дабы загладить неприятный осадок от случившегося недоразумения…
— Оставь себе свои подарки, — Белый Дьявол махнул рукой. — Возьми стул и сядь рядом…
Посредник перевёл взгляд на главного старейшину Чернотопья.
— Тебя это тоже касается.
Усадив перед собой глав трёх Сект, он спокойно продолжил:
— Не приди вы лично, я бы си-и-ильно разозлился. День, знаете ли, выдался «паршивым»… Если устранить верхушку трёх Сект, на материке Крыла начнётся хаос. Тогда у нас, посредников, появится возможность неплохо заработать. На ваше счастье, я преследую несколько ИНЫЕ цели.
Обведя взглядом трёх притихших старейшин, Белый Дьявол кивнул.
— Приму молчание как готовность к дальнейшему МИРНОМУ сотрудничеству. Мне не нужно «разрешения» кого-либо для продолжения своей работы в Директорате… Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем. Взамен я не лезу в дела Сект в этой крохотной стране.
На этих словах главные старейшины шумно выдохнули. Пожелай Белый Дьявол объединить их Секты, подчинив себе… И они не смогли бы отказать. В истории материка Крыла уже случались похожие инциденты.
Видя, что гости созрели, Белый Дьявол с улыбкой продолжил:
— Есть крайне неприятный факт! Вы. На меня. Напали. Дабы загладить этот неприятный инцидент, ОТ ВАС потребуется небольшая услуга.
Понимая, что начинается главная часть встречи, главный старейшина Алмазной Тропы отреагировал первым. Сложив руку перед собой в знаке почитания, он произнёс:
— Чем моя Секта может быть вам полезна, уважаемый Белый Дьявол?
— Сущая мелочь. Я ищу троих адептов-новичков. Все трое прибыли на материк Крыла в первые две недели января этого года из Пограничной Зоны.
Люди — существа социальные и держатся друг друга. Вместе с Маркусом Гринчем в Поднебесье в те же даты перенеслись ещё два адепта.
Если удастся найти Вивьен Тадлер по прозвищу «Номер Семь» или «везунчика» Декстера Крауча, то они наверняка подскажут, где сейчас Маркус Гринч.
≡≡≡≡≡≡≡≡=
Читайте продолжение в Ученике Белого Дьявола — 5
https://author.today/reader/619259/5917288
≡≡≡≡≡≡≡≡=
Над книгой работали (помимо автора)
1. Anna M. — День сменяет ночь. Весна сменяется летом. Месяцы превращаются в годы… А она всё мило воет на Золотое Яблоко на небе. Любительница красивого, а не практичного. Мастер очаровательной техники «я ничего не успеваю». Спасибо за то, что разделяешь со мной эту жизнь.
2. Ирина Стародумова — принимает комплименты литрами бензина. Ловит сигнал интернета взглядом. Слог автора может выразить в длинной матерной фразе. Ться-тся! Спасибо, что вы всё ещё с нами.
3. Books Fun — невидимый наблюдатель и знаток Метро-2. Читает между строк, стреляет комментариями между глав. Или глаз? Видит те ошибки, которые все пропускают.
4. Тимофей Тудачков — такой же легендарный бета-ридер, как сам Скайрим. Моложе Марио Бразерс, круче самих Бразерс и находчивее, чем Шерлок. Спасибо, что ты с нами))
5. Костя Никитин — незримый судья Неба, следящий за судьбами всех жителей Поднебесья. Когда читатель слышит эхо собственного смеха в пустой квартире… Так вот, это не эхо. Гы-гы-гы.
6. Gleb Nikiforov — он был, он есть, он будет. Небесный демон пунктуации и орфографии.
7. Владимир Доля — спасибо, что вернулся к нам.
8. Михаил Фрольцов — носитель кольца всевластия. Читает между строк, за строками и иногда вместо строк. Там, кстати, было самое интересное (На помощь!).
9. Slava Estorskii — первый среди равных. Как много смысла в этих словах. Спасибо, что ты с нами.
10. Антон Сокольский — всевидящее око Саурона. Видит то, чего нет, что есть, и то, что грядёт… Барабаны! Барабаны звучат из глубины пещер. Автор пишет проду!
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: