Все истории объединяет два этапа: у каждой есть своё начало и свой конец. Если в вашей жизни была история, которую хотели бы узнать любопытные обыватели, то вам, скорее всего, повезло — вы прожили насыщенную жизнь.

Моя история как раз подходила к концу. И пусть она была ошеломительно успешной, сейчас она мало кому интересна. Даже мне. Жаль, что я сам понял это слишком поздно.

Что же, не буду вас утруждать её полным изложением, обойдусь кратким пересказом. Зачем? Вдруг кому-то это всё же будет интересно.

Разрешите представиться: Беликов Виктор Владимирович. Начну с небольшого самовосхваления — в своё время я этим сильно гордился. Про таких говорят: «Талантлив от Бога», и талант мой заключался в умении управлять. Да, вы не ослышались. Компанией, своим временем, людьми. Неважно, как это преподнести, важно то, что я очень эффективный менеджер.

Проявилось это ещё в школе: я легко подчинил себе компанию из своих одноклассников, даже не осознавая этого. В университете так же стал общепризнанным лидером. Люди всегда тянулись ко мне: любимчик у учителей, большинство девушек начинало флиртовать со мной с первых минут общения, парни набивались ко мне в друзья. У всего этого был только один существенный минус: я считал себя каким-то особенным, необычным, лучше других — в общем, слишком много «Я». Но потерпите, осталось немного.

Я долго верил в свою уникальность, избранность, особенность — называйте как хотите. А как же иначе? Все мои начинания были успешными: хорошая учёба, три счастливых брака (для меня счастливых). Головокружительная карьера, шестеро детей, которым я, к своему стыду, уделял слишком мало времени. И это моя самая большая ошибка в распределении приоритетов, но когда пришло осознание, было уже поздно. Сейчас уже ничего не изменить.

О чём это я? Ах да, о карьере. Сейчас, когда я смог взглянуть на это, как бы это сказать… со стороны, это выглядит скучнее, чем представлялось ранее.

Начинал аналитиком в средненькой компании — даже упоминать её название не желаю, настолько стыдно об этом рассказывать. К тридцати годам попал в совет директоров, и тут ждал небывалый успех. Через год женился второй раз (как оказалось, не в последний). За десять лет я вывел компанию на небывалый для неё уровень. Меня называли гением, и я оправдывал это в полной мере. Стоит упомянуть и кое о чём существенном: про себя я не забывал — семьдесят три процента акций компании принадлежали мне. Как этого добился? Хитрые схемы, нужные знакомства и немного коррупции. Через семь лет после моего вхождения в совет директоров ушёл последний директор из первоначального состава; все ключевые должности занимали лояльные мне люди. Да и сама компания полностью зависела от моих связей.

«Хозяин жизни» — так о себе думал не только я; приспешников и подхалимов хватало всегда. К пятидесяти семи (как раз к распаду моего третьего брака), окончательно ослепнув от, казалось, небывалых свершений, я написал книгу о своей жизни: «История успеха». Да, знаю. Пафосное название.

Это был мой первый провал, начало конца; розовые очки, к которым так привык, рассыпались. Книгу встретили, мягко говоря, прохладно — не распродали даже десяти процентов тиража, и то только благодаря подхалимам (в моей компании у каждого сотрудника, занимающего мало-мальски значимую должность, должна быть моя книга — негласное правило компании). С электронной версией обстояло и того хуже. История чужого успеха никого не заинтересовала.

Наследники, которые должны были продолжить дело моей жизни, грызлись между собой за бизнес и растаскивали его по частям. Цели, к которым стоило бы стремиться, закончились. Наверное, это и привело к логическому концу.

Здоровье закончилось так же резко. Я просто лежал дома: встать и немного пройтись уже было подвигом; врачи лишь разводили руками. Никакие деньги не помогают, когда исчезает само желание жить. Не просто существовать, как какой‑нибудь амебе, а жить, выгрызая место под солнцем.

Моя история заканчивалась. То, что ранее для меня было важно, теперь не имело никакого значения: бизнес, уважение, деньги. Всё это волновало чуть меньше, чем выписанные очередные лекарства, которые лишь продлят агонию.

Кстати, о лекарствах: они аккуратно копились — никто не проверял, принимаю я их или нет; как бы неприятно это было признавать — все ждали моей кончины, чтобы перейти к активной фазе раздела пока ещё моего имущества. Засыпая, я каждый раз мечтал лишь о том, чтобы не проснуться и чтобы мои мучения наконец-то закончились.

В последнее время разум начал оставлять моё бренное тело. Мне виделись фрагменты жизни, которых со мной не было и быть не могло: вот я ещё совсем ребёнок играю в ухоженном саду на фоне каменного замка или изучаю историю рода; потом этот же ребёнок учится фехтованию на мечах (жаль, я уже не в состоянии попробовать — нанял бы себе хорошего мастера по фехтованию… эх). Хорошие сны — только почему-то они крепко въедались в мою память: события, даты, имена… даже стойки с мечом.

В какой момент я почувствовал постороннее присутствие в своём сознании? Сложно объяснить… Мы сражались за право существовать. Я побеждал: мысли моего противника становились слабее и слабее, пока не угасли вовсе. Не знаю, как долго это продолжалось — там, где мы бились, время не имело значения. Закончилось всё так же внезапно, как и началось.

Очередное ненавистное пробуждение, все тело привычно болит. Постойте-ка, нет, непривычно. Раньше боль была тупая и безнадежная, теперь же как будто меня просто побили. Понимая, что прекрасное царство Морфея окончательно капитулировало, открыл глаза. Удивление. Восторг. Эйфория. Ожидание подвоха и неверие. Я чуть приподнялся и с неверием оглядел себя. Тело было не мое: маленькие руки и ноги, маленький торс, хорошее зрение. Мир как будто набросился на меня, демонстрируя яркие краски и все то, про что давно было забыто. Сон? Это опять сон?

Встал с кровати, слегка пошатываясь, но не от боли, а скорее от слабости и опасения, что тело не выдержит и рухнет. Прошелся по комнате. Квадратов тридцать, не мои прошлые хоромы, но все же недурно. Безуспешно попытался включить свет, не нашел выключатель. Странно. Нет, я не про выключатель. Странно то, что раньше я не управлял своими действиями во время сна. Сон‑бред всегда был сам по себе.

— Молодой господин, какое счастье, вы очнулись! Мы за вас сильно переживали, — в комнату ворвалась полноватая женщина. Служанка, подсказала мне не совсем моя память. — Пожалуйста, лягте обратно в кровать. Я сейчас сбегаю за лекарем, и он вас осмотрит.

Не дождавшись моего ответа, она скрылась в неизвестном направлении. Примерно через пять минут ко мне в комнату вошел аккуратно выбритый мужчина лет пятидесяти.

— Как вы себя чувствуете? — при этом он начал прощупывать меня в разных местах. Все его действия, кроме измерения пульса, для меня оставались непонятными.

— Лучше, чем было.

— Шутить изволите? Это хорошо. Сегодня можете праздновать свой второй день рождения. Прорыв был тяжелый, но самое сложное позади. Поздравляю! Ваше тело наполнено маной, и, по моим ощущениям, очень плотной. Возможно, вы будущий архимаг.

Ромиан разговаривал со мной как с ребенком. Черт возьми, я же и есть ребенок! Моему телу шесть лет, и я помню, как зовут нашего лекаря. К счастью, вместе с телом унаследовал память и, кажется, некоторые черты характера. Главное — не выдать себя. Не думаю, что местные положительно отреагируют на незваного вторженца.

— Что ж, вашей жизни ничего не угрожает. Пойду доложу эту радостную весть вашему отцу.

Лекарь быстрым шагом покинул комнату, оставив после себя уйму вопросов. Нет, что-то я знаю. Зовут меня теперь Лаймон Крайн, нужно запомнить. Так же память предыдущего владельца тела подсказала, что у меня два брата и пять сестер. Я самый младший, вероятность возглавить род сомнительная, но не равна нулю! Смертность среди благородных отпрысков большая, особенно среди мужского населения. Нет, вы не подумайте, это не из-за войн. В этом мире женщины тоже воюют и зачастую могут дать мужчинам фору. Все дело в прорывах на этап становления магом. Девушкам это дается намного проще, и облегчить этот процесс никак не получается.

Ни один из моих братьев не смог прорваться. Двое остались живы, но магами не стали. Троим повезло меньше: двое из них умерли еще до моего рождения, один — совсем недавно, при третьей попытке. Так себе математика. И это считалось успешной статистикой, ну, если считать вместе с моим прорывом. У сестер все намного лучше: пять прорывов из пяти, но там официальная вероятность — девяносто процентов.

Тут вообще все очень интересно в плане семейных вопросов. У смешанной пары мага и не-мага, вне зависимости от пола, детей быть не могло. А из-за высокой мужской смертности при прорывах девушек на порядок больше. Как итог — очевидная полигамия. У моего отца семь жен, но это еще не все. Вишенка на торте: уже обговорено, наш род наследует старшая сестра, и они впятером найдут себе одного мужа, ну или бесперспективно разбегутся по другим родам. Меня, получается, должны будут отдать в другой род в роли быка-производителя.

Я невольно улыбнулся, пока звучит неплохо. Моему отцу повезло больше: он старший в роду и мог набирать себе жен из разных родов. Заключил выгодные союзы, благодаря чему наш род ни с кем не воюет уже более десяти лет — редкое явление — и имеет хорошие торговые привилегии. Эдмонд Крайн не отличался выдающейся силой или интеллектом, но смог заметно укрепить род путем выгодных браков. Вот в чем сила, оказывается! Да и родом фактически управляла вторая жена, отец был марионеткой, что устраивало в первую очередь его самого. Что особенно приятно: на образовании отпрысков не экономили. У меня оказалась хорошая осведомленность о большинстве родов империи, географии, и я неплохо владел тремя языками, не считая знаний из прошлого мира.

Раздался стук в дверь.

С отбытием Враинов жизнь вернулась в свою колею, спокойная и размеренная. Тренировки и учеба занимали практически все мое время. Гости подобного масштаба к нам больше не заезжали. Брат так и не смог прорваться, но хотя бы остался жив, чему правда и сам не сильно был рад. Он будет вынужден покинуть род, и перейти в немагическое ответвление Кри. Они вели дела рода, занимались торговлей, бюрократией, исполнительная власть тоже была на них, ну и встречали неугодных гостей. Серьезные же решения принимали только магически одаренные, вот такое неравенство, сильные правят, слабые работают и подчиняются. И это еще не самое обидное, фактически он больше не будет являться членом нашей семьи. И это отражается во многом, допустим, если убьют кого-то с даром, то подобное убийство повлечет за собой войну между родами, ну, не считая честных дуэлей, что не редкость. Если же убьют неодаренного, чаще всего род убийцы попросту откупится небольшой контрибуцией в пользу пострадавшего рода.

Прошло два месяца как мы отпраздновали мой пятый год пробуждения, и наша бравая империя вступила в конфликт с островной империей за небольшую колонию. Нашего рода это тоже коснулось, согласно вассальной клятве перед троном империи, мы обязаны предоставить воинов для военных действий. Триста пятьдесят полностью укомплектованных, хорошо обученных человек и три мага: первая, четвертая жены, и самая старшая из моих сестер, Кира — по слухам она отъявленный дуэлянт — и я склонен доверять тем слухам, сестрица как раз недавно выпустилась из академии. Наше войско — серьезная сила в регионе, но в масштабах империи — капля в море. Враины, к примеру, предоставили больше тысячи воинов и семь магов, а общая численность армии империи перевалила за семьдесят тысяч, и более пяти сотен магов. В случае серьезной войны можно было собрать в кратчайшие сроки в три, а то и в четыре раза больше, это я про магов, обычных воинов и того больше. Но все же без ложной скромности могу заявить, что все наши люди имели реальный боевой опыт, а все потому, что земли нашего рода расположены на самой окраине империи, совсем рядом с проклятым лесом, откуда регулярно лезли всякие твари. На границе стандартно дежурили минимум два мага, так что в случае банальных междоусобиц нас это касалось меньше остальных.

Собственно, на мне лично это никак не отобразилось, все те же тренировки и учеба, теперь меня мотивировали подготовкой к поступлению в академию. Прогресс в развитии был колоссальный, помимо огромной плотности маны, мне было подвластно преобразование маны в любую из стихий. И роду пришлось дополнительно раскошелится на учителя водной стихии, у нас, к сожалению, такого не было.

Уроки боевой магии тоже стоили отдельного упоминания, помню, как я с нетерпением ждал первого занятия, а теперь… Скучно. Фактически практиковал простейшие заклинания, выстрел камнем из земли, сокращенно баллиста, простая сосулька, огненный шар, лезвия ветра и так далее. Суть данных заклинаний — создать простейшее плетение на основе стихии и придать ей изначальную инерцию, вернее вытащить ее из астрала под давлением, так наверно будет понятнее, хотя от истины будет дальше.

Наименее любимыми мной были физические тренировки, нет не совсем так, есть несколько видов тренировок. Первые, со средней нагрузкой, обычно это обучение чему-то новому в разделе физического боя. Вторые — практика, там я показывал, чему научился, но в последнее время, практика была на каждой тренировке. И третье, то, что я сильно невзлюбил, смысл был в том, чтобы тело довести до физического предела. Длились они по два часа, но мне те два часа казались вечностью.

И результаты были колоссальными, сейчас в одиннадцать лет, я физически уже как минимум сравнялся с собой из прошлой жизни в пиковой форме силы.

— Доброе утро, молодой господин, — учитель фехтования привычно поприветствовал меня, чем выдернул из размышлений.

Я постоянно удивлялся его движениям: они легки и стремительны. Это было заметно, даже если он просто гулял в нашем саду. Антимаг на заслуженной пенсии — в его деле немногие до неё доживали.

— Привет. Как обычно, пробежка?

— Разумеется. Так же, как леди нуждается в ухаживании, так и тело перед тренировками нуждается в разминке. Понимание и того, и другого приходит с возрастом.

Рой разминался вместе со мной. Только вот к тому моменту, когда я уже дышал с трудом, у него ещё даже не начиналась лёгкая одышка. Уж не занималась ли империя тайными генетическими экспериментами? Мой учитель был значительно сильнее обычного человека. Поставил себе заметку изучить тему антимагов.

После разминки шла отработка базовых атакующих приёмов и защитных манёвров, а под конец — спарринг. Мне ещё ни разу не удавалось победить его, несмотря на то что я использовал всю доступную мне магию. «Золотой ребёнок», «гений Крайнов», «чудо рода» — ни одно из этих прозвищ мне не помогало с ним справиться. Это хорошо отрезвляло, спускало, с небес на землю. Я отдавал себе отчёт, что если бы мы по-настоящему сошлись в поединке, то он бы легко меня убил, и никакие перспективы в будущем мне бы не помогли. Любой бой идёт здесь и сейчас.

— Готовы?

— Готов.

Рой без предупреждения кинулся в атаку, не давая мне шанса воспользоваться магией.

Я резко отпрыгнул назад, и одновременно создал на линии атаки острые льдинки в воздухе — совсем недавно изучил. Рой берёг от них только лицо: его доспехи, к моему великому сожалению, эти снаряды пробить не смогли. Да, одних льдинок для победы мало. Закономерный результат: его клинок оказался у моего горла.

— Уже лучше, молодой господин. Воображение — неотъемлемая часть настоящего мага. Давайте разберём этот бой, — мастер вопросительно посмотрел на меня.

— Лёд не может пробить ваши доспехи.

— Прошу заметить, это лёгкие доспехи.

— Зачарованные, — выдал слабое оправдание я.

— Зачарованные. Но всё же они покрывают не всё тело. Что ещё?

— Гарда на вашей сабле защитила вашу открытую кисть.

— Верно, мой юный ученик! — подобный тон учителя означал, что он мной особенно доволен.

— При битве с магами потеря оружия с высокой долей вероятности повлечёт за собой смерть, если, разумеется, вы не маг. Магу достаточно пары секунд, чтобы убить безоружного человека, а без надежного оружия не дать магу этого времени практически невозможно.

— Я помню, вы об этом постоянно говорите.

— Верно. Несмотря на то, что вы маг с большими перспективами, внезапный удар может стать для вас смертельным. Не забывайте об этом. Это ещё не всё!

— Дыхание? — я проговорил как нерадивый ученик, что, собственно, так и было.

— Верно! Никогда не забывайте правильно дышать. Запомните, молодой господин: первые секунды боя сложно переоценить, но иногда бой затягивается, и тогда если дыхание собьётся… это будет конец.

Рой мне много раз демонстрировал, что бывает в таком случае. Ощущение не из приятных, и конечно же я понимал важность этого, но сосредоточиться сразу на магии и дыхании пока было сложно.

— Спасибо, учитель. Давайте ещё раз. Хочу кое-что попробовать.

— Вы приготовили для меня ещё что-то? Вы меня сегодня балуете! — в голосе учителя прозвучали нотки поощрения.

Уже полгода как мы договорились, что в конце каждой тренировки я ему показываю что-нибудь новенькое. Это хорошо стимулировало мой прогресс, помогало оттачивать не только навыки боя, но и магию.

— Готовы?

— Готов.

Рой всё так же пошёл на сближение с максимальной скоростью.

На этот раз я выждал, чтобы он подбежал достаточно близко, и создал огромную каплю воды, а потом резко её заморозил. Колоссальные затраты маны! Но в результате мы оба с головы до ног были закованы в ледяную тюрьму. Только я этого ожидал и мог себя освободить — тренировался заранее. Вначале я освободил от ледяного плена себя, потом Роя.

Послышались хлопки Маркуса Блая, учителя по магии воды, наблюдавшего за моей тренировкой. К слову, нанятый родом специально для моего обучения маг за свои услуги получал баснословные деньги и не только.

— Поздравляю! к завтрашнему занятию жду полный отчёт по данной схеме и пути её оптимизации. Безграмотные шаманы диких орков и то на подобное потратили бы меньше маны! — последнюю фразу он уже проговорил себе под нос, но я всё равно услышал.

После чего маг водяной стихии сразу же удалился.

— Это случилось… Я думал, смогу тебе ещё год быть спарринг-партнёром. Но нет, не судьба: ты и вправду гений. Подумать только, меня победил одиннадцатилетний пацан!

— Ну это было всего один раз! — попытался я подбодрить учителя.

— Ха-ха-ха! Мы, кажется, поменялись местами. Я не смогу быть полноценным спарринг-партнёром для тебя. Взгляни правде в глаза: разрыв в наших возможностях будет увеличиваться день ото дня. Через месяц ты уже будешь забирать каждый второй бой, а через два-три — каждый первый. Поверь мне, парень, я знаю, что говорю. Я доложу госпоже Сираине Крайн о твоих успехах; какое-то время продолжим, а потом тебе придётся ограничивать магию на моих занятиях.

Информация о моих достижениях распространилась со стремительностью женских сплетен. И если отец лишь скупо похвалил, то Сираина пообещала выделить кого-нибудь из сестёр для спаррингов. Ради интереса я как-то выходил на арену с Виолой (это было полгода назад), но был абсолютно бессилен против неё. Сейчас точно ничего не поменялось. И при этом Виола далеко не самый сильный маг: она скорее «прям девочка-девочка».

Маркус Блай хмурясь читал мои записи по использованному в бою заклинанию.

— Если бы вы были учеником академии, вас бы за такое отчислили! — недовольно высказывал он, — Первая ошибка: ваш учитель по фехтованию — антимаг. У него оружие, заточенное на борьбу против магов; то есть содержит визарий. А какая основная особенность визария?

— Визарий − плохо совместимыйс маной металл, при взаимодействии с ней он искажает её структуру, что мешает либо делает невозможным плетение заклинаний. А при контакте с телом мага блокирует циркуляцию маны! — по памяти проговорил я.

— Правильно! Первая потеря в мане была при формировании воды вследствие того, что она взаимодействовала с визарием… Вы написали, что можно было создать воду в непосредственной близости к визарию, но не касаясь его, а потом её перенести. Но пометка: вы пока так не умеете… А у вас хороший контроль: контролировать подобные объёмы воды ещё и при соприкосновении с визарием… Но вы же маленький гений! Так что будем учиться контролировать воду! — Маркус погладил свою бороду и испытующе посмотрел на меня.

— Когда начнём?

— Похвальное рвение! Но сначала закончим разбирать ошибки… Вторая потеря произошла при заморозке воды… И ваше решение: создать кокон вокруг противника. Вы вначале залили всё водой, а потом заморозили её?

— Да, учитель!

— Вы просто нашли ответ в книге для магов воды? Что не есть плохо… Но в подобной ситуации, если бы против вас стоял маг, не сработало бы; вернее сработало бы, но с такими же потерями маны! А как вы прекрасно знаете, в бою магов чаще всего побеждает тот, у кого последнего закончится мана. Значит, что?

— Постараться не создавать более подобную ситуацию?

— Это очевидно! И её можете создать не только вы…

— Создал бы воздушные потоки, чтобы получить пространство для манёвра и вследствие преимущества…

— Нет-нет-нет! Сразу видно, что вас учили воздушники! — Маркус опять погладил себя по бороде. — Странно: ваш род специализируется на земле… В общем неважно… Запомните: маги воды, в отличие от воздушников, широко используют гравитацию. Просто создайте воду над ним в нескольких сантиметрах от визария — гравитация сама всё сделает за вас… Создайте в пяти метрах над противником шар воды с кубометр объемом — и заморозьте его!

Я незамедлительно выполнил это действие. Лёд с громким звуком упал на полигон и разлетелся осколками, от которых учитель бережно прикрыл нас.

— Вот так-то лучше! Затраты в разы меньше, а убойная мощь больше!

Спорить с этим было сложно. Да и не нужно.

— Итог: ваше плетение не развалилось только благодаря огромным вливаниям маны; но за саму идею хвалю! Помните: используя чужие шаблоны, высот в магии не достичь; да и с предсказуемым соперником драться легче!

− Спасибо, учту…

— И да: пока не забыл — создайте немного воды… Хорошо… Теперь преобразуйте её в лёд…

Едва я проделал то, что учитель от меня требовал, как Маркус с удивлённым видом, как будто ему на обед принесли дохлую кошку, проговорил:

— Молодой человек, вы понижаете температуру ниже нуля? Я же вас учил взаимодействовать напрямую с водой! Холод льда — это следствие, а не причина! Как вообще до такого можно было додуматься? И что ещё важнее: как это у вас вообще получилось в ваши-то годы?

Выполнял требование учителя немного с бунтарскими мыслями: что ж, получить лёд при плюсовой температуре? И как же я сам не догадался? Прощай физика! Придется забыть всё, чему ты меня, родная, учила. Ну вот прям проще простого!

Наконец-то мне удалось превратить воду в лёд, потом в пар, потом обратно, что было особенно тяжело. При переходе из пара обратно в воду я потерял не менее девяноста процентов массы материала, который мне доверили для обучения!

− Это очень хороший результат! — похвалил меня Маркус. — Со временем вы его доведёте до совершенства. Что же, приступим к изучению управления водой в любом её состоянии…

Вечером я, уставший физически и морально, поплёлся к нашему целителю, к Ромиану. Он примерно час колдовал надо мной. Внешне это было похоже на массаж, внутренне же он с помощью магии жизни помогал телу восстановиться и сразу же поправлял, если появлялись какие-либо отклонения или повреждения.

И это ещё не всё. Недавно я рассказывал про тренировки с полной отдачей: так вот, на них целитель тоже присутствовал. И если считал, что моё тело не достигло нужной кондиции, заставлял продолжать заниматься. А когда я падал от усталости, проводил свой массаж, который, к слову, был весьма болезненным, но, стоит признать, чудотворным.

Как будто этого мало: примерно раз в месяц к нам приезжал имперский целитель из рода Фейхарт и проводил надо мной известные крайне немногим манипуляции. И это было очень большое везение: обычно целителя такого уровня выделяли только первенцам. В нашем роде это Кира. Даже не знаю, чем наш род за это заплатил.

Под руководством Индины Крайн, − пятой жены моего отца − я пытался вырастить съедобные плоды, вливая в них свою ману. Только вот получалось у меня плохо. Растение уже не помирало сразу, как только я к нему прикасался, но и плодоносить тем, что мне надо, не спешило. Получалась просто объёмная масса из зелени, большой плотный ком, не способный к продолжению жизни без моей подпитки. Это убожество было далеко от идеала, но условно пригодно в пищу.

— Ещё раз взгляни на схему. Твои ростки формируют питательные элементы так, так и так, а нужно во-от так.

Индина показывала мне пальцами на большую схему, которую нарисовала специально для меня.

Работа с растениями давалась сложнее всего. Я уже не так любил это занятие, как четыре года назад. Мда, уничтожить росток гораздо проще, нежели сотворить что-то путное. Поначалу для меня все плетения казались сложными и непонятными, и я удивлялся: как же это всё работало? А когда вникал в суть заклинаний — сразу всё становилось простым и понятным.

— Может, лучше поработаем напрямую с землёй? — я жалобно посмотрел на пятую.

— Нет. Ты должен понимать, что маг — это скорее ювелир, а не кузнец. При создании по-настоящему сложных заклинаний ошибка может стоить магу жизни.

— Серьёзно? Я о таком раньше не слышал.

— Примеров достаточно. Просто о них не распространяются. Но тебя положено знать. Да, думаю, время пришло — расскажу пару историй.

Я с удовольствием приготовился слушать, что-то вымотала меня эта оранжерейная работа.

— Случилось это почти пятьдесят лет назад: две империи схлестнулись в кровопролитной войне. Это было время героев, и тогда состоялась Битва магов — так её потом прозвали. С каждой стороны участвовали более двух тысяч магов; обычных людей — и вовсе за сотню тысяч. Сражение шло уже два дня.

Индина понизила голос и активно жестикулировала руками, нагоняя жути и пытаясь меня напугать или просто для придания атмосферы.

— Многие маги уже истощили свои резервы маны и вынуждены были покинуть поле боя. Остались самые стойкие, самые сильные — в общем, самые-самые. И тогда первый наследник императора принял решение собрать кольцо из ста двадцати магов. Все участники понимали риски, но выхода не было: либо всё поставить на одно мощное заклинание и победить, либо поражение и смерть.

Кольцо было создано. Заклинание получилось воистину смертоносным. Это был всепожирающий огонь, что сжигал даже металл; ничто не могло существовать в зоне его поражения. Пламя прошло как горячий нож сквозь масло… нет, как Лаймон по сладостям — ничего не оставалось после него.

— Да ну тебя! — ну был за мной такой грешок, но я же растущий организм.

— Всё-всё, больше не буду, — Индина по-доброму улыбнулась, — слушай дальше. Этот огонь прошёл по армии врагов; выжили лишь те, кто побежал заранее. Все же, кто попытался дать отпор, моментально погибли. Но и цена была высока: шестьдесят семь человек из круга упали замертво, тридцать четыре навсегда лишились дара — что для мага даже хуже смерти.

— Бабушка Эльма там потеряла дар?

— Спроси лучше это у неё. И помни: это некорректный вопрос. Но тебе она расскажет.

Индина надолго замолкла, думая о чем‑то своем, и только после моего нетерпеливого ерзания продолжила:

− А сейчас мы подобрались к самому важному. Выжили и сохранили свой дар не те, кто обладал большими запасами магии или предрасположенностью ко всем стихиям, а те, кто был достаточно искусен в тонкой работе с маной, кто умел рационально её использовать. Вот такая история.

Она развела руками. Затем, оценивающе глянув на меня и постучав пальцами по губам, всё же решила добавить:

— Хотя по другой версии наследник просто переоценил свои силы. Вполне вероятно: если бы он доверил главенство в круге более опытному магу, то с нашей стороны не было бы подобных потерь, и на одну империю стало бы меньше. Но об этом лучше помалкивать.

Индина смешно погрозила мне пальцем. Понял, не дурак. Помалкивать, значит, помалкивать.

Война закончилась через десять дней после начала. Ещё через две недели отряд нашего дома вернулся с почётом, не потеряв ни одного человека — ни мёртвыми, ни ранеными. Отец в честь этого закатил большой пир: алкоголь и истории о подвигах лились рекой. Старшая сестра по секрету сказала мне, что они не участвовали ни в одном сражении. Вот это я понимаю успех! И себя показали, и сами не пострадали.

На этом хорошие новости не закончились: наш род, как участников, приглашали во дворец императора на торжества по случаю победы во славу империи и прочее, прочее.

Приглашение пришло на участников, главу рода и на меня отдельно. В письме было указано, что заинтересованные лица хотели бы познакомиться со мной лично. Я уже свыкся с идеей, что я гений и всё такое, но, чтобы мной интересовался императорский род! Не имей я печальный опыт прошлой жизни, когда возгордился больше позволенного, то повторил бы эту ошибку, сейчас же относился к таким авансам более осмотрительно.

Выезд был назначен через три дня. Уйма времени, но так считал только я. Женщины заполошно перебирали свои многочисленные наряды. Как, наверное, во все времена и во всех мирах, сетовали, что им совершенно нечего надеть. Не понимаю, как всего три женщины могли навести такую суету! Мужчины в тысячный раз перепроверяли безопасность маршрута. Он был всего один, так что выбор невелик, и, исходя из этого, организовывали охрану каравана. Мне даже сократили сегодня обучение, вернее, заменили привычные предметы на повторение правил и норм этикета при императорском дворе.

Собрались и даже выехали почти вовремя. Через полдня наш караван остановился на перепутье дорог. Мы дожидались Враинов — они немного задерживались. Ничего критичного, просто лёгкая поломка повозки. Об этом нам сообщили разведчики, о чём я подслушал, пользуясь тем, что на меня не обратили внимания во время доклада.

Я немного волновался: всё же мы с Софии не виделись больше четырёх лет. Не ожидал от себя такого. И вот их караван показался из-за поворота. Он был как минимум в два раза больше нашего. Если так подумать — вся эта куча народа нужна, чтобы обслуживать девять человек — официально приглашенных участников делегации. Маги любят комфорт и охотно его для себя обустраивают. Если финансы позволяют, конечно.

Да, Софии тоже была здесь. Не знаю, как её род выбил для неё приглашение, но разве это важно? Я, как самый обычный пацан, просто был счастлив, что мы проведём ближайшее время вместе. Пропустив мимо ушей все взаимные приветствия взрослых, просто постояв рядом для галочки, мы с подругой убежали в хвостовую часть каравана, чтобы взрослые не мешали нам.

Всё же, несмотря на опыт прошлой жизни, детское тело берёт своё. Оно наполнено энергией, хочется приключений, а всё вокруг наполнено живыми красками. Мне даже становилось грустно от знания о том, что эта детская непосредственность скоро пройдёт.

— Я слышала, что ты универсал, это правда? — начала разговор Софии.

— Да, — нет, вроде бы разумом взрослый мужик, а грудь сама колесом выпячивается. Что уж говорить, приятно. И помнила меня, и даже интересовалась моими успехами.

— Покажи!

Я хвастливо зажёг на пальце небольшой огонёк, создал немного воды, после чего превратил её в лёд. Войдя во вкус, вытащил у неё из кармана небольшой камешек, который как будто бы сам создал. Ну, не совсем создал — тут я сжульничал: камешек был в рукаве. И под конец намагичил слабенький порыв ветра.

— Классно! Я маг огня, ну и ветром немного могу управлять.

— Хорошая комбинация. Это лучше, чем огонь и вода, — поддержал я подругу.

— А то! Я помню про наш договор. У меня лучшие тренеры по всей империи!

— А у моих тренеров — лучший ученик, — и по трёпу тоже лучший, но это уже богатый опыт прошлой жизни.

— Проверим? — не придумав, как достойно ответить на мой словесный финт, Софии пошла в лобовую атаку.

— Давай. Только лекарей позовём.

— Боишься? — с превосходством спросила Софии.

— Нет. За тебя переживаю, − и ведь не соврал почти, запросто могло пойти что‑то не так, всё же мы далеко еще не полноценные маги, а уж с моей дурной силушкой…

Она задумалась, потом решила всё же принять это за комплимент.

— Хорошо. Пойдём за лекарем, — и, не дождавшись моего согласия, убежала.

Когда я её догнал, она уже обо всём договорилась со старшими. Элизабет Враин дала своё согласие при условии, что спарринг будет проходить под надзором взрослых. Мой же отец, уже будучи навеселе, дал своё согласие, не особо задумываясь о последствиях. К счастью, рядом была первая жена, которая одобрительно кивнула, и Кира, которая, казалось, только этого и ждала.

И вот на ближайшей стоянке наше маленькое противостояние собрало огромную публику. С нашей стороны — моя старшая сестра в роли судьи, от них — лекарь, и лекарь весьма неплохой, иначе бы дуэль не одобрили. Ну и вся остальная толпа в роли зрителей. Наслаждаться зрелищем не могли только патрульные.

— Надеть защитные амулеты! — удостоверившись, что мы готовы, моя сестра, вызвавшаяся судить наш бой, дала команду начинать.

Софии не изменила своим привычкам и сразу же создала атакующее плетение. Это был банальный огнемет: без сильных ожогов точно бы не обошлось, попади она по мне. Ха, как же предсказуемо! Я материализовал перед собой ледяную стену, которая легко отразила весь урон. Причём изначально я создал её слегка под уклоном в сторону Софии, и подчиняясь закону гравитации стена начала падать на неё. Еще и придержать пришлось, а то ведь и придавить могло. Она ожидаемо отпрыгнула назад, но споткнулась о невесть откуда взявшийся камень и чуть не упала, едва устояв на ногах. Не давая противнице послаблений, я создал прямо вокруг неё литров двести воды и привычно заморозил её. Мне не хотелось вредить по-настоящему, так что я просто обездвижил мою противницу.

Зря я недооценил упорство девчонки: лёд, так надёжно удерживающий моего учителя по фехтованию, начал таять. Всё вокруг заволокло паром. Софии создала порыв ветра, который разогнал пар и восстановил видимость.

Как же быстро она учла свою ошибку: в мою сторону полетели отдельные шары огня. Они опасно взрывались при соприкосновении с вновь созданной мной стеной. Причём эти шары направлялись с помощью ветра: их хаотичное движение было непредсказуемо. Умная! Наврала мне про слабый контроль воздуха… Ну да ничего: секрет продержался недолго.

Я отступал. Софии обошла мою первую стену, мудро не став запрыгивать на неё — жаль. Мысленно хлопнув себя ладонью по лбу, — Какой же я дурак! — я создал ветер в противоположном направлении. Теперь он дул в сторону Софии, и её же огненные шары дружно полетели в хозяйку. К моему удивлению и возмущению, грозные снаряды не причинили создательнице никакого вреда: она развеивала их перед самым касанием.

Надо было добавить своих! Я же знал, что чужой энергией управлять намного сложнее, а она точно ещё не умеет. Да и пойди в горячке боя разберись, где тут свои, а где чужие. Ладно, задним умом все сильны.

Создав простенький огнемет, который она ловко блокировала огненным щитом (правда, почти полностью перекрыв себе видимость), я, пока Софии воевала с огнём, растопил обе стены — точнее, то, что от них осталось — и направил воду противнице в ноги, заморозив её по колено. Конечно, она сразу же начала растапливать лёд, но кто же ей позволит? Моментально сократив дистанцию, я начал создавать новый лёд вокруг девушки. Она растапливала, а я намораживал новый, она растапливала — я намораживал.

Противостояние стихий: лёд против пламени. И мой лёд выигрывал с хорошим отрывом: запас энергии у меня значительно больше, результат очевиден. Софии быстро поняла бесперспективность этой затеи и, похоже, на остатках маны вложилась в решающую атаку.

Вокруг всё заволокло огнём — прямо инферно на минималках. Тут уж мне пришлось создавать воду в большом количестве, тем самым защитив нас обоих: настоящее инферно мы бы не пережили. Да, Софии выдохлась окончательно и совсем осталась без маны.

Я подошёл к девушке, победно приложил указательный палец к её горлу, продавив щит амулета, и тихо проговорил так, чтобы слышала только она:

— По-видимому, быть мне главой.

Кто-то из старших почти моментально разогнал пар, появившийся при буйстве противоположных стихий. После этого сразу же раздались громкие аплодисменты, заглушая объявление меня победителем. Особенно отличалась чернь: для них подобное зрелище — редкость. Если раз в жизни увидят — считай, повезло. Будет что детям рассказать, а то и внукам.

Злилась моя маленькая подружка недолго: уже через пару минут запросила реванш. Но реванша ей никто позволять не собирался. И наши, и Враины знали, что я сильнее; зачем лишний раз кичиться этим перед могущественным родом?

Дальнейшее путешествие прошло относительно спокойно, если не считать того, что всё, к чему прикасалась Софии, превращалось в сущий хаос. Рядом с этим ходячим бедствием спокойствие могло только сниться.

Ну что сказать, на мой критический взгляд, Велград — это столица нашей империи, названная в честь основателя нашей империи Велгара Эденроя великого. Выглядит столица на порядок лучше нашего городка при поместье. В город нас пустили без вопросов, даже проверять не стали на наличие контрабанды. Ещё бы кто-то попытался!

Улицы достаточно широкие: на центральных магистралях легко могли разъехаться четыре каравана, и ещё бы осталась уйма места для прохожих. Давно я не видел таких городских просторов. Не доезжая сотни метров до ворот дворца, его первого укрепления (не считая стен города, конечно, и вторых стен, что отделяют знать от черни; в общем, многого не считая), нам пришлось выбраться из карет. Дальше — только пешочком. А я уже размечтался, что нас, таких героев, почти до трона довезут. Не положено по статусу, выходит.

Это мой первый визит куда-либо вообще. Я ещё ни разу не покидал пределов владений рода. Меня берегли, как невинность наследной принцессы. Первый раз — и сразу в высший свет. Попал в новый мир, сразу успешный прорыв, закономерное повышение статуса… Тут не до путешествий: учёба, учёба и ещё раз учёба — всё по заветам известного классика. Надо будет обязательно наверстать упущенное. Это в смысле погулять и посмотреть, учился и так много.

Апартаментами нас не обидели, всё в лучшем виде. Помывшись и переодевшись, я побежал осматривать замок. Серьёзно, не каждый день выпадает такая возможность. Но, к сожалению, был остановлен одним из многочисленных лакеев.

— Сэр, разрешите проводить вас к экскурсионной группе.

Похоже, не я один тут такой, решивший проверить, что да как в королевском дворце. Что ж, похоже, одному тут шляться никто не позволит. Вон, целую группу любопытных набрали. Бояться, что разнесём дворец или что кто-нибудь что-нибудь сопрёт? Я вот честно-честно не собирался ничего такого, только посмотреть.

Пока мы шли, многочисленные слуги бегали по своим большим и маленьким делам. Если бы замок был организмом, то они были бы его кровью.

— Прошу вас, ожидайте здесь начала экскурсии, − вежливо, но непреклонно сообщил мне слуга.

Меня завели в детское крыло, и я тут был далеко не первый. Детей (ну как детей — младше меня никого не было; старшему из находившихся — крупному детине с хитрыми бегающими глазками — было не больше четырнадцати) собралось много, человек тридцать. И все одарённые: в этом сомневаться не приходилось, так просто приглашения в императорский дворец не раздают. Парней всего пятеро, остальные — девушки. Очевидный и понятный перевес в сторону последних.

Дети с доступным только детям энтузиазмом обсуждали военные подвиги, совершённые их семьями в успешно завершившемся походе.

— Лаймон, что так долго? — это была, конечно же, Софии. Резко оборвав беседу с неизвестным мне парнем, она направилась ко мне.

— Значит, это о тебе и твоих якобы талантах Софии рассказывала? — ко мне подошёл слащавый парень примерно на год старше меня.

— Надеюсь, только хорошее? — пусть начал он весьма грубо, затевать конфликт я не хотел.

— Не совсем. Она сказала, что лучше уйдёт в твой род, чем в мой, несмотря на то что мой род — первый после трона, — последнее было сказано с таким апломбом, что ему позавидовал бы и опытный церемониймейстер. — И ещё я первый наследник!

— Наверное, ей что-то лично в тебе не понравилось? — я небрежно пропустил последние слова про наследника и решил немного позлить наглеца: — Может, жакет по фасону к обуви не подходит?

Я догадался, кто это. Уроки по генеалогии не прошли напрасно. Скорее всего, это Фольтес Фельман. Неудивительно было его здесь увидеть.

— Что?! — он начал себя придирчиво осматривать. Попался на такой дешевый трюк!

Спохватившись, недобро зыркнул из-под бровей и сквозь зубы проговорил:

— Плохая шутка.

Быстро он сообразил. Ссориться с ним я не собирался, но и просто так проглотить его хамоватые нападки не мог.

— Софии! Всё как ты и рассказывала: наглый аристократишка с окраин, не привыкший к приличному обществу! — заметив интерес окружающих, Фельман приосанился.

— Я такого не говорила! — тут же одёрнула его Софии.

— Соврал?! — Я картинно распахнул глаза. — У нас рядом с границей слово аристократа надёжно: от этого может зависеть жизнь. Но, как вижу, вам в ваших теплицах это ни к чему.

Фольтес аж покраснел: видно было, что он не привык слышать отпор.

— Ты оскорбил мой род! Извинись сейчас же!

— Чем же? В нашем разговоре не был упомянут абсолютно ничей род.

Дело принимало нежелательный и даже опасный оборот. Его род и вправду силён.

— Я не собираюсь объяснять тебе основы! Это упущение твоих учителей!

Почти все собрались вокруг нас с совсем не детским любопытством ожидая, чем всё это закончится.

— В таком случае и я не…

— Уважаемые господа! Спасибо за ожидание. Прошу, следуйте за мной!

Экскурсовод перебил меня, тем самым закончив наш спор. Надеюсь, у этого не будет продолжения.

Мы дружной толпой пошли за ведущим. Тот провёл нас богато украшенными коридорами и остановился перед распахнутыми дверями одного из залов.

— Господа, вы можете лицезреть Зал Императоров. Здесь собраны свидетельства всех значимых сражений нашей великой империи. На табло и картинах вы можете увидеть время сражения, императора, возглавлявшего армию, имена родов, что он призвал под свои знамёна, итог и последствия. Битва при Трёх Холмах, сражение против безумного герцога… — экскурсовод начал перечислять все сражения, при этом обильно восхваляя императоров.

Это было не совсем то, чего нам хотелось, но воспитание у знатных родов на высоте. Никто не позволил себе проявить невнимание или непочтение в подобном месте. Все понимали, какие могут быть последствия.

— А сейчас мы находимся в личном музее Императорской семьи Энгрин, да будет их правление вечно! — наш сопровождающий провёл нас в следующий зал.

— Здесь можно увидеть самые редкие и необычные вещи, собранные со всей империи и за её пределами. Начнём с доспехов императоров. Практически у каждого они были индивидуальными, но бывают и исключения. Иногда удавалось найти или создать что-то столь мощное, что вещь продолжала служить следующему императору. Обратите внимание: оружия тут нет. Оно, как и полагается, захоронено вместе с почившими императорами.

Со вкусом у них всё в порядке. Все доспехи, без исключения, роскошны. Кажется, что каждый — это дело всей жизни лучших мастеров своего времени. Я нутром чуял магию в них, хотя был ещё в этом новичком. И ещё: это только показуха. По-настоящему серьёзные вещи Энгрины не выставляют на всеобщий обзор — они же не идиоты. Но даже этого хватает, чтобы произвести впечатление.

Осмотр и этого зала не занял много времени. Всё же совсем уж неотёсанных дикарей здесь не было: в каждом роду имелись и более убойные, и более интересные магические штуки и артефакты. Наша скучающая толпа, дружно изображая крайнюю степень заинтересованности, прошла дальше.

— Тут вы можете лицезреть лучшие творения изобразительного искусства, скульптуры и иные предметы, имеющие историческую и материальную ценность. Прошу: только ничего не трогайте! Все эти экземпляры уникальны, и потеря даже одного из них будет невосполнимой потерей для всех нас.

По-видимому, так считал только экскурсовод, но всё же мы держали себя в руках, даже Софии.

Картины, статуи, декоративная посуда — всего здесь было в огромном количестве, и как минимум половина несла в себе тематику правящей семьи. Я остановился перед картиной «Чёрный квадрат». О как, и тут есть свой Малевич.

— Вижу, вы заинтересовались данной картиной, — экскурсовод, увидев, что я надолго задержался, подошёл ко мне. — Эта картина знаменательна тем, что какой-то шарлатан хотел выдать это за шедевр, но император Антониан III шутку не оценил и приказал казнить хитреца. Потом выяснилось, что много по-настоящему хороших картин вышло из-под его кисти, и это было решено повесить в музей как вещь, имеющую красивую — хоть и трагичную — историю.

Всё, как и везде, слава нашла своего героя только посмертно.

Заметив кучку о чём-то перешёптывающихся подопечных возле бронированного стенда, он поспешил со своими объяснениями к ним.

— Это — самые ценные экземпляры: короны поверженных либо признавших власть Империи правителей различных королевств. Их тут немало, больше тридцати. Думаю, вы и сами знаете, какие рода решили добровольно влиться в состав империи. Передача короны на хранение Энгринам означает принадлежность вашего рода к Империи, и вы можете пользоваться всеми её благами и преимуществами. На табличке рядом с каждой короной указаны род, присягнувший на верность и дата его присоединения к империи.

Я обратил внимание на корону Фельманов. Я и до этого знал, что они покорены. Грязные языки даже поговаривают, что они были в коалиции против Империи, но предали своих союзников, тем самым подарив Империи лёгкую победу. По слухам, получив за это немало земель побеждённых. Официальная же версия придерживается мнения, что это была всего лишь военная хитрость, но по итогу все сходятся в одном: Фельманы провернули грандиозную аферу, баснословно обогатившись на этом, но нажив себе много врагов. Большинство из которых, к их счастью, не дожили до наших дней. Враги не дожили, но память о неблаговидном поступке осталась.

— На этом экскурсия закончена. Сейчас вы можете отправиться по своим комнатам и подготовиться к предстоящим мероприятиям.

Нас культурно выпроваживали из музея. Экскурсовод не мог сказать нам прямым текстом: «Уходите отсюда» — всё же мы благородные. Но и мы не могли ослушаться его вежливой рекомендации: он — имперский человек.

Я обратил внимание, что мой конфликт был не единственным. Нет, прямых оскорблений не было, и тон никто не повышал, но недвусмысленными намёками перекидывались постоянно. Среди нас были представители не только дружественных родов, да ещё и присущая подростковому возрасту жестокость. А если эти дети-подростки ещё обладают могущественной магией, помноженной на аристократическую безнаказанность, — адская смесь.

— Лаймон, извини. Я не знала, что всё так получится.

Софи выглядела как собака, понимающая, что сделала какую-нибудь пакость, и пришла сдаваться с поличным в надежде на доброту хозяина. После такого злиться на неё было сложно. Она из тех людей, которым прощают почти всё — даже завидно немного.

— Пока ещё ничего не произошло. Надеюсь, Фольтес не будет на этом зацикливаться.

— Надеюсь, но сомневаюсь, — виновато пробурчала девушка, — когда мы приезжали в гости к Фельманам, слуга при нём уронил поднос с едой, и ему немного забрызгало ботинки вином. Он приказал отрубить слуге руку и выбросить его из замка.

Друзьями мы с ним точно не станем, но я об этом тактично промолчал.

— Ты была у него в гостях?! — я изобразил лёгкую ревность.

— Да… — неуверенно проговорила Софи, осознав, что сболтнула лишнего, решила пояснить: — Не то, чтобы я одна была у него в гостях… С родителями, конечно. Сам понимаешь: высокие рода, связи, сотрудничество и всё такое.

Ну да, ну да… Ко мне на смотрины Враины приехали, как только я успешно преодолел прорыв. Не стоит и мечтать, что приглядываются они только ко мне.

Дальше мы шли молча, каждый думал о своём. Лично я сразу же, как вернулся в апартаменты и лёг спать. День выдался тяжёлым; исследовать дворец не получилось. Видимо, хозяева понимают, чего можно ожидать от детей и подростков, и предусмотрительно нашли им развлечение.

Пробуждение вышло легким, так бывает, когда впереди тебя ожидает что-то интересное: открыл глаза — и готов хоть на край света. Как мне было известно, в первой половине дня должен был состояться турнир магов, на вторую запланирован бал. Турнир, конечно, интереснее! Еще бы, это финал! Отборочные проводятся внутри академии, сейчас сражаться будут лучшие из лучших, конечно же, под тщательным присмотром беспристрастных судей и лекарей.

К семи утра завтрак уже был накрыт расторопными слугами. Позже меня пришел только отец, и то из-за похмелья, он любитель праздного образа жизни. За столом текла неспешная беседа. Талия, первая жена, обсуждала с моей старшей сестрой ее будущего мужа, некоего Эрайна Вингомота. Никаких серьезных разговоров, обычный женский щебет. Вполне вероятно, что эта болтовня была заранее спланирована, даже меня предупредили, что здесь у всех стен есть уши.

— Ну что, семья, как настрой?

— А вот и глава семейства. Завтракай скорее, дорогой, скоро начало, только тебя ждем, — ответила за всех Талия.

— Сию минуту, мэм, — отец поддержал игривый тон жены. Долго ждать нам не пришлось, управился он менее чем за пять минут.

Места на трибунах для нас, конечно же, были забронированы заранее. Я едва сдерживал нетерпение. Такое зрелище, да ещё из вип-ложи, тут не только мальчишке, но и взрослому простительно.

Арена была впечатляющих размеров, подозреваю, что без магии при строительстве не обошлось. Даже на Земле, в двадцать первом веке, это сооружение считалось бы сложным как с технической, так и с архитектурной точки зрения. Основной материал арены — идеально отполированный камень. Она выглядела одновременно грубо, как будто говорила, что это не цирк для детей, это Арена, здесь правят кровь и смерть. И в то же время величественно: человек, видевший ее, чувствовал себя ничтожно маленьким и незначительным. Входов было несколько: один для простолюдинов, второй для аристократов, третий для участников. Готов поспорить, что императорский род имеет отдельный вход. Нашей семье полагалась отдельная ложа с хорошей видимостью на происходящее на арене и одновременно высокой защитой от шального заклинания.

Мы пришли к самому началу представления. На специальном возвышении в это время выступали восемь девушек, показывая невероятное фаер-шоу. Взрослых оно особо не заинтересовало, они переговаривались меж собой, женщины исподтишка рассматривали наряды соседей. А вот я протиснулся в первый ряд и уселся максимально близко к перилам, отделяющим зрителей от арены. Помимо физической защиты, ограждения несли в себе и защитную магию: высовываться за них уже опасно, о чём нас заранее предупредили.

На сцене бушевал танец, и огонь был полноценный участник этого танца. Каждое движение выступающих, казалось, отработано по тысяче раз, отточено до совершенства. Столь разрушительная и непредсказуемая стихия, как огонь, была покорна и нежна с танцорами. Со стороны всё казалось таким легким и простым. В какой-то момент девушки закрутили огненный торнадо, что полностью обвил их тела. На самом деле невероятно сложный номер. В теории я знал, как это делается: если огонь сильно насыщен моей маной, то я могу заставить его не обжигать себя. Кого-то другого обезопасить от своего огня на порядок сложнее. А их восемь. Хотя, может быть, ведёт одна девушка, а остальные семь просто подстроились под её ритм маны. Теоретически возможно, практически тоже, но очень сложно. Нужно будет попробовать.

Танцовщицы тем временем успели закончить своё выступление под оглушительные овации толпы, даже из лож раздались снисходительные хлопки. Я тоже искренне аплодировал.

— А сейчас начнётся то, чего мы все так долго ждали, ради чего пришли сюда, бросив все свои дела, невзирая на знойную жару, перехитрив жадных перекупщиков билетов. Дамы и господа, благородные и простые землепашцы, встречайте наших ФИНАЛИСТОВ! — громогласно возвестил появившийся на арене комментатор, разодетый в яркие цвета.

Под ритмичные удары барабанов на арену вышли восемь человек. Сразу с восьми сторон вверх взметнулись мощные струи огня, рассыпавшись в поднебесье снопом шипящих искр. Да это круче родных земных фейерверков! Смотрелось классно. Организаторы знают своё дело, имперский люд более чем избалован зрелищами.

— Посмотрите на этих людей! Это гордость империи, её опора, не побоюсь этого слова, её будущее — восемь самых сильных учащихся академии этого года. Сегодня мы узнаем, кто же из них сильнейший? Кто заберёт с собой главный приз — золотой посох основателя? — копию, конечно же, комментатор про это скромно не упомянул. — А сейчас наши финалисты пожмут друг другу руки, но я даже отсюда ощущаю напряжение между ними. По глазам симпатичной девушки вижу, что она говорит двум парням, участвующим на арене: вы мужчины, конечно, в дефиците, но от меня послаблений не ждите.

Комментатор, или как он здесь правильно называется, продолжал развлекать толпу. Тем временем прошла жеребьёвка, и на арене остались две девушки, остальные ушли на трибуны. К нам забежал служка, как я понял, принимающий ставки. Отец и сестра поставили на блондиночку, остальные воздержались, а у меня просто не было своих денег.

— Поприветствуем первую двойку участников: неподражаемую Викторию Враин и бесподобную Алию Крифон.

Девушки обменялись своими самыми обворожительными улыбками. Показали сопернице все зубы до единого. Судья проверил защитные амулеты и дал знак к началу.

Виктория начала с торнадо, смесь воздуха и огня, ловко закрутив его вокруг соперницы. Предсказуемо, но от этого не менее эффективно — неувядающая и действенная классика. В дополнение пустила рой огненных шаров по спирали, но все они безуспешно разбились об огненный же щит Алии. Девушка стойко держала оборону и спокойно стояла внутри торнадо, тем самым экономя ману. Мы могли только позавидовать ее выдержке. Торнадо утих, по-видимому, Виктория, поняв бесперспективность своих усилий, перестала тратить на него силы. Кто же ожидал от такой пигалицы, что ее не сможет снести целое торнадо?! Виктория продолжила атаковать, на этот раз простым огнеметом. Простой, добрый огнемет. А вот и Алия наконец-то перешла в контратаку и сделала это практически вслепую. На звук, что ли. Прямо под Викторией расступилась земля, почти поглотив ее. Виктория ловко ушла воздушным трамплином, но это было близко. Не припомню ни одного турнира, чтобы хоть кто-нибудь не использовал огнемет. Он слепит противника, заставляет тратить силы и время на щиты, а это сложно переоценить.

Пока я сам себе с умным видом объяснял тактику ведения магического боя, Виктория неудачно приземлилась, кажется, подвернула ногу. Алия не дала ей ни единого шанса прийти в себя, атаковав хаотичной россыпью огненных шаров. Это был только отвлекающий маневр. Настоящая атака не заставила долго ждать — обычная баллиста, простой земляной ком в спину, и щит не выдержал. Вот так, мои друзья: неудачно приземляешься, подворачиваешь ногу, и это приводит к поражению. Обидно? Еще бы! Маленькая ошибка — большие последствия. Но именно ошибки чаще всего определяют исход боя.

Выбежавший на поле медик показал, что с Викторией все в порядке. Прямо от сердца отлегло. Я бы не смог спать, зная, что такая девушка серьезно пострадала. Ставлю дырявый сапог против новенького золотого, так подумала вся мужская часть арены.

Я перестал слушать вещавшего что-то комментатора, анализируя бой. Длился по времени он секунд двадцать. Не думаю, что у Виктории были серьезные шансы, и моя сестра об этом знала лучше меня.

— Поздравляю с выигрышем. Как понимаю, ты ожидала чего-то подобного?

— Ну, конечно, ожидала. Алия — дуэлянт, Виктория же вышла в турнир случайно, — Кира ответила мне, как будто это прописная истина. Может, для студентов академии так и есть, я же повелся на хрупкий внешний вид Алии. Ничего, урок на будущее, на магической арене правят далеко не мышцы.

— И кто по твоему мнению победит в турнире? — задал не сильно интересующий меня вопрос, просто потому что видел по сестре, она сильно хотела об этом поговорить, а тут такие благодарные свободные уши.

— Эбигейл и Гриндан — фавориты, у них по три стихии. Алия, конечно, тоже может, но ей должно сильно повезти. Про остальных я ничего не знаю, значит, они никак не выделялись во время моей учебы. Из этого следует, что они не побеждали в соревнованиях академии, и не думаю, что что-то изменится сейчас, — Кира снисходительно улыбнулась.

− Разве попадание в финал — это еще не выделиться? — задал очевидный вопрос.

− Еще как выделяются, но все же названные мной фавориты выделяются больше. Алия и Гриндан участвуют второй раз, ты пока не понимаешь, как сложно попасть на турнир не на последнем курсе.

Я как раз понимал, ориентируясь на свой прогресс за один год, логика моей сестры имела железное право на существование. Прогресс при интенсивном обучении весьма впечатляющ.

Меньше минуты потребовалось магам уборщикам, интересное словосочетание — маг-уборщик, чтобы привести арену в прежний вид, не самое почетное занятие для мага. Ну так и занимались этим безродные слабосилки, не нашедшие себя на иной стезе. Следом на арене опять появился громогласный комментатор.

− Приветствуем вторую двойку. Обворожительная Агнесса и ее соперник ГРИИИИИНДАН! Безусловно, фаворит этого турнира, напоминаю, что он уже второй раз попадает в финальную восьмерку, в прошлый раз более старшие ученики забрали у него победу. Не переживай, Гриндан, мы все прекрасно осведомлены, какая пропасть лежит между каждым курсом обучения в академии.

Заметив, что вторая пара уже готова начать поединок, я повернулся к арене.

− Агнесса начала первой, парень, как и положено истинному джентльмену, уступает даме. Веер огненных шаров, Гриндан легко отбросил их ветром, и грозные снаряды безрезультатно взорвались в стороне, не причинив ему никакого дискомфорта. Но что мы видим? Девушка пошла с козырей?! И ЭТО ИНФЕРНО! Дамы и господа, вот и первая серьезная магия на турнире. Но как ловко и своевременно Гриндан прикрылся землей, чтобы спастись от этого. Не избегни он атаки, думаю, бой уже закончился бы, и даже защита талисмана не спасла бы его, не хотел бы я иметь это амазонку среди своих недругов, — комментатор был прав, инферно потому так и называют, что сжигает все, что под него попадает, включая землю. — Что мы видим? Девушка трансформировалась, что-то из кошачьих, а я сразу заметил ее грацию кошки. На земле по всюду начали вырастать шипы, это явно Гриндан, Агнесса спасается лишь благодаря своей скорости и в прямом смысле этого слова кошачьей изворотливости. Видно, что соперники прекрасно знают, чего ожидать друг от друга. А вот и наш боец появился вновь.

Даже не обращаясь за консультацией к Кире, понятно, что шансов у девушки нет, если она приблизится к противнику, где будет иметь сомнительное преимущество из-за своей хищной формы, он просто существенно сократит расход маны, да, скорость у нее хорошая, но мысли мага быстрее, про шипы, вырастающие по полю тоже, не стоит забывать, они сильно ограничиваю передвижение. На расстоянии же кошке вообще нечего ловить. Невозможно победить, постоянно убегая.

— Леди тут же бросилась в атаку, едва соперник показался. Вот это я понимаю, агрессивный нрав! Как же она движется, обходя все препоны! Я бы там даже просто пройти не смог, не то, что пробежать на такой скорости, да и вообще на своих двоих. И разогнаться бы так не смог. Да-а, не быть мне дуэлянтом! Но что мы видим? Прямо перед хрупкой девушкой вырастает стена. ВТОРАЯ СЗАДИ! ДВЕ ПО БОКАМ! ВСЁ, КИСКА В КЛЕТКЕ! И скала сверху придавливает пойманную жертву. К ней уже спешат целители. Так, дорогие друзья, ждем. Что-то они долго колдуют над ней. Участницу уносят без сознания. Давайте все дружно пожелаем ей скорейшего выздоровления. Нас редко балуют трансформацией на турнирах. Последний раз подобное было пять лет назад, собственно, с похожим результатом.

И снова на арене моментально был наведен порядок. Комментатор, словно и не он неистово вещал на всю арену всего несколько минут назад, выбежал вновь, свежий и жизнерадостный.

— Вот выходит третья пара бойцов. Обе девушки участвуют впервые. Элиан Блай, она, к слову, сейчас всего лишь на третьем курсе, и попасть в число участников — серьезное достижение. И Лэйла Эденрой, девушка учится на пятом курсе, как и большинство участников турнира восьми. Не буду скрывать, Лэйла — несомненный фаворит этой битвы. Всё же два года разницы — это очень серьезно.

Отец с сестрой опять сделали ставки через паренька. Поставили, насколько мне известно, на Лэйлу.

— ЛЭЙЛА НАЧИНАЕТ С ИНФЕРНО. Да, она не приемлет полумер. Целители уже наготове, но боюсь, после такого спасти соперницу будет сложно. Так, плотность огня поубавилась, и мы видим ледяной кокон. К счастью, девушка жива и, более того, невредима. Кокон взрывается осколками. Один целитель даже попал под раздачу, его немного ударило осколком, а он всего лишь хотел помочь девушке. Лэйла опять атакует. Всего лишь огнемет. Элиан защищается ледяной стеной. В слепых зонах юной Блай появляются многочисленные огненные шары, сразу же летящие в нее. Огнемет был отвлекающим маневром, сильно ограничивающим обзор дуэлянтки. Она повторяет купол изо льда. После инферно эти огненные шарики кажутся детской забавой. Ну, для тех, кто находится на безопасном расстоянии от них. Ха‑ха‑ха. Лэйла вновь использует огнемет, направляя его на лед. Похоже, она решила навязать бой на истощение. Это будет пиррова победа. Истощенная, она и сама не сможет участвовать в следующих поединках. ЧТО МЫ ВИДИМ? Стена льда, которой Элиан защитилась от огнемета, взорвалась. И осколки полетели в пиромантку. Это же телекинез! Да, это точно он. Медики со всех ног спешат к Эденрой, — ведущий трещал без остановки, как заправский комментатор на хоккейном матче.

— Черт, мои деньги! — гневно выкрикнула сестра. Немного посочувствовав ей для вида, я вернул свое внимание на арену.

— Да, раненная участница в относительном порядке. Прямо с носилок поднимает большой палец вверх. Вот он, настоящий бойцовский дух.

— Телекинез — это серьезно, тем более в ее возрасте, — проговорила Талия.

— Я тоже хочу ему научиться.

— Зачем? Это больше хозяйственная магия, в бою ее сложно применять, тем более тебе, ты же универсал, тебе есть куда тратить свое время, — расстроил меня отец.

— И все же я хочу уметь так же.

— Ну ладно, выделим тебе часик, но не в ущерб остальным стихиям, — все же хороший у меня отец, его легко уговорить. Да и вещь действительно полезная.

После того, как победительница покинула арену и поле привели в порядок, опять раздался уже знакомый жизнерадостный голос:

— На арену выходит четвертая пара: Эбигейл Райнхольд, по слухам, она универсал, и Эдмонд Вайдо, еще один юноша на турнире, − вновь возвестил самый неутомимый участник состязаний.

— Бой начался с песчаной бури, я даже не знаю, кто это сделал. Не перехитрил ли сам себя? Буря продолжается уже больше минуты. Судя по тому, что никто ее не развеял, ведь оба участника владеют воздухом, то они решили соревноваться в грубой силе. К сожалению, я просто не вижу, что там происходит, и мне нечего комментировать.

— Как думаешь, кто победит?

— Без понятия, — резко ответила сестра. — Но должна Эбигейл.

— Песок наконец-то улегся. И ЧТО МЫ ВИДИМ? ОНИ ОБА БЕЗ СОЗНАНИЯ. НИЧЬЯ! Такое на моей памяти впервые. Судья, проверь, у них хотя бы щиты пробиты? — раздался смех толпы.

— Скучный бой, — прокомментировал отец, на что сестра с ним согласилась.

— Судьи приняли решение: обоим признать поражение, оба не смогут продолжать участие, тем самым Элиан Блай выходит в финал турнира восьми, − огласил комментатор решение судейской комиссии через некоторое время.

− И вот они, наши главные претенденты на титул чемпиона восьми. Отдадим должное решительности Элиан Блай, но она еще слишком молода, и ей будет сложно противостоять ветеранам этого стадиона.

Участники уже минут пять что-то обсуждали или просто разговаривали о погоде. Начинайте уже, публика скучает. Да они точно о чем-то разговаривали. Сестра предположила, что Алия торгуется с Гринданом за слив боя. Шансы на победу у нее и так скромные, да и Эденрои — семья очень богатая и влиятельная, и у девушки точно найдется, что у них попросить взамен. Гриндан сэкономит ману на следующее сражение.

Едва на арене начали происходить первые действия, как комментатор принялся за свое дело.

— О, наконец-то они начали. Банальный обмен огненными шарами, как будто прощупывают защиту друг друга. Первой это надоедает Алие, она добавляет огнемет. Гриндан использует уже зарекомендовавшую себя земляную стену. И ВЫ ПОГЛЯДИТЕ! Что она делает?! Использует лаву! Адская смесь двух стихий, поток идет вслед за огнеметом. Гриндан, использует воздушные прыжки, и отступает назад, одновременно перед собой создавая новые стены. Это уже какая-то насыпь получается.

— Да это точно договорной бой. Алия слишком сильно потратилась, да и Гриндан начал отпрыгивать заранее. Почувствовать подобную атаку практически невозможно. Огнемет в совокупности со стеной глушат отголоски формирования заклинания лавы, — со знанием дела прокомментировала сестра.

— Гриндан с помощью воздушных потоков по дуге приближается к Алие, старательно избегая участков с лавой. Под девушкой разверзлась пропасть. Да, она попалась! Постойте, что мы видим? Перехват заклинания! Клетка не сжимается, как это было с Агнессой. Гриндан тут же добавляет пылевую бурю. Это может сулить для девушки серьезные проблемы, насколько мне известно, она не владеет воздухом. Посмотрите, она вылетает из бури. Думаю, это была баллиста. Приземляется, пару перекатов, и огненный шар Гриндана — прямое попадание. Щит пробит, и это победа. Алия Крифон больше не может продолжать бой. Мы с вами только что увидели хороший бой…

— Да черта с два он хороший! — возмущалась Кира. — Видно же, что бой подставной.

— Не забывай, дочь, мы ставили на Эденроя хорошие деньги, и позиция нашей семьи — здесь была честная победа! — Талия охладила пыл моей сестры.

— Да, мама.

Честно, если бы мне не сказала сестра, я бы не обратил внимания на эти мелочи и сейчас бы рукоплескал ему, подобно черни и низшей знати, что не смогли в сферу своей компетенции этого заметить. Но стоит отдать парочке должное, представление выдалось красочным.

Едва маги-уборщики выровняли сцену, приведя ее в прежний вид, к слову, на этот раз им пришлось повозиться, на поле тут же выбежали девушки. На этот раз было устроено водное представление. Это был, черт возьми, целый спектакль с огромными фигурами из воды, которые сражались между собой — завораживающее зрелище. Под конец были созданы две огромные фигуры, точь-в-точь похожие на финалистов. Еще я заметил, что вода не разлилась по арене, а аккуратно была отведена в специальные отверстия по краям арены, чтобы не давать преимущества водникам.

По завершении шоу вышли финалисты.

— Приветствуйте наших финалистов! Первый участник — мастер трех стихий, Гриндан Эденрой! Второй участник — юное дарование, что на третьем курсе умудрилась попасть в финал турнира восьми, бесподобная Элиан Блай! — комментатор предусмотрительно исчез с будущего поля боевых действий и продолжил уже из-за силового щита.

— Элиан начинает с ледяных лезвий, направляемых телекинезом. Эта дама шутить не любит. Вот тебе и общая истина, что инициатива всегда на стороне огненных или воздушных магов из-за маневренности и убойной мощи. Расскажите это ей!

— Гриндан пока даже не сдвинулся с места, мужественно принимая атаки на каменный щит. И вот он пошевелился, лениво щелкая пальцами. Шипы окружили девушку. Это так задумано?

— Заморозила землю под собой. Землей по ней не попасть, только по инерции, что в условиях подобного поединка почти нереально, — прокомментировала сестра. Как же ценны были для меня её замечания, я ещё многого не понимал.

— Элиан прикасается к только что выросшим шипам. Она их замораживает. Это же постепенный захват контроля арены. Для тех, кто не понимает, что она делает: девушка напитывает землю влагой и сразу замораживает ее. Гриндан просто не сможет управлять землей, он, к глубокому для него самого сожалению, не владеет водой. Вот так Блай сказала свое твердое «нет» шипам.

— Что за идиота посадили комментировать этот турнир! Он же совсем не разбирается в стихиях. Не только шипы, но и пыль. Защищаться он больше не сможет ни землей, ни огнем. Будет тратить дополнительную энергию на поддержание. Но все же, хоть она и экономит, замораживая все тактильным контактом, маны расходуется много.

Тут я и без сестры сам догадался и даже умел подобное.

— Похоже, Гриндан разозлился. В девушку полетели огненные шары со всех сторон, безрезультатно разбиваясь об ледяную крепость. Сверху на нее падает скала, девушка легко отпрыгивает в сторону. Похоже, хорошо изучила главные атаки противника. И вот он сокращает дистанцию с помощью воздушных прыжков, но соперница отступает так же на воздушных прыжках. Что за красота! Это словно танец, а не жестокий бой финалистов. Гриндан прикасается к скале, которую только что вырвал из земли, и распыляет ее, направляя в сторону Элиан. К сожалению, вся часть арены на её стороне недосягаема для наших взглядов.

Наконец-то пылевая буря начинает оседать. Вы посмотрите, опять лава! На этот раз в исполнении Гриндана. Трамплин, и отважная воительница зависает в воздухе. Она просто уходит с опасного места, виртуозно приземляясь в стороне. Кто бы мог подумать, что третьекурсница сможет проделать такое с помощью телекинеза и воздуха.

— Гриндан ее сильно недооценил, — взволнованно проговорила сестра.

— Как и все, — добавила Талия.

— Немного отдышавшись, противники возобновляют обмен — ха-ха-ха — любезностями. Гриндан огнем, Элиан льдом. Видно, что финалисты устали и запасы маны обоих истощаются. Это невероятно! Теперь уж точно никто не сможет сказать, что девушке случайно повезло с выходом в финал. Кажется, участники удалились на перерыв.

Арена приобрела интересный вид: с одной стороны, лава раскалила почву, и Гриндан там имел преимущество, другую половину Элиан основательно проморозила, и тут уже преимущество было у нее. Это понимали все, кто хоть что-то знал про магию, я, конечно же, в этом числе.

— Мы уже двадцать минут наблюдаем за затянувшимся, если не сказать, замершим действом. А нет, кое-что происходит. Если вы посмотрите на четвертую от меня колонну, прямо возле защитного барьера разлегся кот. Он пытается ловить солнечные блики, которые зеркальцем посылает ему чудный ребенок. Даже кот не видит тут для себя никакой опасности!

Я, как и многие зрители, искренне рассмеялся и невольно нашёл взглядом кота. На арене, и правда, не было ничего интересного.

— Вы посмотрите, как кот лениво пытается их ловить! Он даже не встаёт, только шевелит лапами. Вот она, победа животного над инстинктами! Ещё менее захватывающую ситуацию мы можем наблюдать только на арене.

Тут уже рассмеялся весь стадион, от черни до знати.

По-видимому, это расшевелило или, скорее, разозлило бойцов. Всё же подобное — это урон не только по их авторитету, но и по авторитету родов тоже. Соперники вновь появились, и противостояние возобновилось.

— Судя по всему, наши финалисты приняли решение сражаться холодным оружием. Такое я лично вижу впервые. Вы только вдумайтесь: финал турнира магов без использования магии!

— Думаю, оба на пределе, боятся сжечь источник.

Это я и без сестры прекрасно понимал. Меня под присмотром опытных магов заставляли доводить свой источник до истощения, чтобы я понимал, что это такое, и заодно проверить величину моего резерва. Первое чувство отвратительное: это как если помножить длительную пробежку без подготовки на высокую температуру, примерно под сорок. По словам магов-теоретиков, это из-за того, что организм привык к наличию маны и тяжело переносит её отсутствие. Но это всего лишь официальная теория, есть ещё много неофициальных, и, конечно же, ни одна из них стопроцентно не подтверждена. Правда, стоит признать, мой личный резерв огромен. Двадцать семь минут огнемета без перерыва — это почти в четыре раза больше стандартов для моего возраста.

— Что ж, правила повторно обговорены, и судья даёт второй старт по просьбе участников. Оба используют стандартные лёгкие мечи магов. Пошёл танец клинков, оба — определённо мастера фехтования.

Тут комментатор приукрашивает. Я бы, конечно, не смог с ними справиться, пока не смог, но вот мой учитель бы порезал их на мелкие ленточки одновременно.

— Элиан парирует рубящий удар. Гриндан, пользуясь отведёнными мечами в сторону, толкает её торсом. Девушка падает! Давай! Гриндан медлит. Неужели он решил поиграть в благородство? В таком месте! Что-то не так. Парень хватается за живот.

— Вы посмотрите, у Блай во второй руке кинжал! Кажется, бой окончен. Да, эта девушка полна сюрпризов, и последний поразил Гриндана сильнее всего. Судья остановил бой. Это победа. К парню спешат лекари, он больше не может продолжать бой. Это победа. Победа на третьем курсе! Я не припомню, когда такое было последний раз и было ли вообще.

Шум оваций толпы заглушил слова комментатора. На сцену вышла процессия магов, перед ними сама собой появлялась каменная дорожка. Во главе шел пожилой полностью седой маг, в белых одеяниях. Как мне сказала сестра, это ректор академии, и эту должность он занимает последние четыреста лет. По слухам, его опасается сама императрица и старается особо ему не перечить, как и все венценосные особы до нее.

— Поздравляю тебя с заслуженной победой, юная Блай. Это было необычно, ты своим примером напомнила, что игнорирование уроков фехтования может сыграть злую шутку. С большим удовольствием вручаю тебе этот посох, — ректор с улыбкой на глазах взял посох из рук своего помощника и передал его победительнице.

— Спасибо, господин ректор.

— Надеюсь, вы и впредь будете баловать старика подобными успехами, — взгляд, голос, улыбка, все у ректора располагало к нему, и зачем только притворялся слабым и немощным, все прекрасно знали, что он самый могущественный маг в империи, признанный архимаг, всеми тремя великими академиями трех империй, последний рубеж обороны, и он же гарант мира в империи, впрочем, не только в ней, но и за её пределами.

— Пойдемте, нам нужно подготовиться к балу, — Талия, первая жена, вырвала меня из мечтаний, в которых я представлял, что получаю этот посох, точно не знаю зачем мне это, но хочется. А ещё я отметил про себя, что упражнения со стихиями нужно не только продолжать, но и увеличить.

Бал — странное мероприятие. Все улыбаются, но в то же время, как минимум половина из приглашенных хочет убить друг друга или хотя бы сделать какую‑нибудь гадость. Дуэли на балах, на которых присутствует императрица, запрещены, за исключением тех, что одобрены ею лично, что — небывалая редкость. И даже при столь жестких ограничениях каждый бал собирает в среднем по семь заявок на дуэли, а иногда и родовые войны. Обыватель думает, что бал — это веселье, на деле же прожженные аристократы готовятся к ним, как на войну.

Незаменимая Марта помогала мне одеться на бал. На мой взгляд, костюм со всеми цветными вставками и сверкающими каменьями казался нелепым. Так я себе представлял наряды эпохи возрождения: девушки в пышных роскошных платьях и рядом мужчины, тоже в роскошных платьях. Шучу, просто в роскошных нарядах. Мужчине идет классический костюм: пиджак и брюки, ничего лишнего! А украшать его должна женщина. Классический по меркам Земли. Здесь же другая классика.

— Вы великолепны, господин.

Не помню, как меня довели до моих покоев в императорском дворце, и кто вообще это сделал. К подобному меня жизнь ни готовила. Ни та, прошлая, ни нынешняя. Сейчас, лёжа на кровати, непрерывно смотрел на подаренную императрицей бутылку.

Интересно, а вино в ней может быть отравлено? Да нет, маловероятно. Это тот странный официант… Я ведь заметил его, мог остановить, но не придал этому значения. Думал, что опыт прошлого мира даст мне фору, глупец! Уже стал считать себя сильным мира сего. Наивность и глупость.

Мне порой казалось, что за пять лет меня обучили большему, чем я узнал за всю свою прошлую жизнь. Нелегка она, доля аристократа.

Позже я узнал ещё и о смерти первой жены покойного отца. Ей тоже никто не успел оказать помощь при отравлении. Вот тебе и светлая страница в истории империи! Нанесён огромный ущерб репутации роду Энгрин и императрице лично. Что касается нас, трудно оценить ущерб, когда в него входят чьи-то жизни, особенно если это жизни близких тебе людей.

Домой наш караван двигался быстрыми темпами и в тишине. Враины отложили поездку домой по причине плохого самочувствия Элизабет. Её целители вытащили с того света, как и императрицу. Так что никто не составлял нам компанию.

На стенах замка уже развесили чёрные флаги траура — гонцы успели доложить плохие вести. Главенство в роду перешло второй вдове. Кардиналу придётся выйти из тени. Собственно, тут серьёзных проблем не предвидится: она и раньше вела все дела, только неофициально, но все заинтересованные об этом знали.

Едва мы переступили порог замка, меня схватила в объятия Милана, а старшую сестру утешала Сираина Крайн, нынешняя глава рода. Её мать, к сожалению, больше этого сделать не сможет.

В качестве поддержки к нам приехали члены дружественного рода Роден. Вильгельм Роден — глава рода, и его отец, передавший дела сыну по достижении им сорока лет, Мондрэт Роден, а также первая жена главы рода Инга Роден. По всем дипломатическим канонам это означало наивысшую поддержку. В простом человеческом восприятии отец и брат приехали проститься с родным человеком: Талия и Сираина — выходцы из рода Роден. Детей в эту поездку скорби не привезли, так что моё общение с ними было минимальным, на уровне стандартных фраз вежливости при встрече и за приёмами пищи.

Их род занимался строительством мостов и прокладыванием дорог с использованием магии земли; изредка им перепадали контракты на строительство крепостей. Ещё из важного: они приплачивали нам, чтобы мы не становились их конкурентами. На этом всё: скучный, но так необходимый для экономики империи род.

По истечении трех дней траура и отъезда Роденов жизнь в замке снова начала набирать обороты. Меня начали обучать боевой магии с еще большим усердием, что легко объясняется близкими границами с проклятым лесом И ещё, об этом не говорили вслух, но вполне вероятно, что намечался какой-то конфликт.

Границы с лесом беспокойные, да и поставки ингредиентов, добываемых, с местной живности, нельзя прекращать. Да, нашему горю сочувствуют, но договора нарушать чревато штрафами и репутацией рода.

Итого у нас десять полноценных боевых магов. Меня в этот список пока не включили, Блайзов тоже. Во-первых, защита границ не входит в их прямые обязанности. Во-вторых, как маги они весьма и весьма посредственные. Что-то стоит только сам глава, Ромиан, но он целитель. С ним нам сильно повезло, он не был рожден аристократом. Наш род помог ему с прорывом: ресурсы, сопровождение целителя, немного бюрократии, и ему пожаловали титул нашего вассала с одобрения императрицы, конечно же.

Все его жёны крайне слабы магически, но вполне подходили для продолжения рода магов. Из четырёх дочерей по-настоящему одарённая только одна, и та с нашего позволения ушла в другой, более знатный род (конечно, не просто так: мы за это тоже получили свою долю). Остальные три не представляли серьёзной силы: бытовая магия — их максимум.

Обидно, наверное, когда ты вроде и маг, но в то же время никогда не сможешь добиться чего-то серьёзного просто потому, что у тебя нет таланта. Даже в академию тебя не возьмут, потому что учить тебя нечему: способности к стихиям нет, плотность маны низкая. В общем, то ещё разочарование. Впрочем, я отвлекся. Начал ведь про учебу.

Теория тоже претерпела изменения: пожертвовали многими часами этикета, иностранных языков, ораторства и многого другого в угоду бестиарию проклятого леса, которым меня усердно пискали на протежени едвух лет после трагических событий на балу.

— Итак, повторим. Назови основные пять опасностей проклятого леса, — экзаменовала меня Гвинера как самая незагруженная на данный момент.

— Первое: местная хищная живность, которой там подавляющее большинство. Они претерпели изменения под влиянием энергии леса. Проживают в основном на окраине Леса. Второе: флора. Растения тоже не остались прежними и смогли адаптироваться, за что некоторые из них ценятся на вес золота. Третье: местная мана. Она слишком непредсказуема, далеко не всю можно впитать безвредно для организма, поэтому, прежде чем заходить в подобное место, магу нужно в совершенстве контролировать ману. Четвёртое: природные магические явления. Резкие перепады маны могут вызывать самые непредсказуемые феномены, чаще всего это эффект молнии или спонтанное возгорание. Пятое: в лесу практически невозможно ориентироваться, за исключением проложенных нашим родом и регулярно обновляемых канатов. Изучить данный эффект так и не удалось. И шестое, самое важное: Отродья Леса, созданы из частой маны на основе разных стихий. В самом Лесу отродья нематериальны, и их практически невозможно встретить. Но даже если встретишь, они не агрессивны. При выходе из Леса они приобретают материальную форму на основе одной или нескольких стихий и проявляют агрессию ко всему живому.

— Молодец. Основные правила в лесу?

— Первое: нельзя сходить с тропы, то есть отдаляться от путеводного каната. Второе: нельзя использовать преобладающую магию, — ясам еще знал про это только в теории.

— Как определить, где выход?

— На канате стрелочки указывают на выход, также канаты скручены по часовой стрелке, то есть возвращаться нужно против.

— На, покажи, — Гвинера протянула мне канат в полтора метра.

— В эту сторону выход, — я практически сразу указал направление.

— Правильно. Что входит в обязательный инвентарь мага при походе в лес?

— Измеритель маны, созданный нашим родом.

— Хорошо, — она протянула мне измеритель. — Что ты можешь сказать мне, глядя на него?

— В поместье мана в пределах нормы, использовать магию безопасно, — взяв измеритель, я почти сразу ответил.

— А если уровень был бы вот здесь? — Гвинера указала пальцем на точку на шкале измерителя.

— Это уровень значительно выше среднего, возможность аномалий практически нулевая, но магия может повести себя не так, как обычно.

Беспокойно проспав ночь, я чувствовал себя разбитым, как бывает после болезни. Аппетит тоже был слабый.

— Как самочувствие? — у выхода из палатки меня поджидала Кира.

— Хочу сдохнуть.

— Не забывай, ты Крайн, а Крайны могут преодолеть и не такое.

Ей определенно есть чему поучиться у Виолы, слишком прямолинейная, не понимает даже самого простого сарказма. Объяснять я это ей не стал, не поймет.

Второй день прошел еще хуже первого. Собственно, эта неделя была далеко не самой приятной из обеих моих жизней. Обратно меня везли в повозке, запряженной всё теми же слепцами. Рядом что-то болтала Виола, но я ее не слушал от слова совсем, полностью пребывая в своих мыслях: хочу ли я продолжать? Нет. Буду ли я продолжать? Да. Добился ли я успеха? Не знаю.

— Лаймон, ты меня слушаешь? — Виола бесцеремонно потрясла меня за плечо. — Ты должен концентрироваться на чем-то, это помогает. Сейчас объект твоей концентрации — это я.

— Да, я слушаю, — ну что, ей так трудно найти другую жертву?

— Да, да, знаю же, что врешь. Ладно, начну заново. Ближайшие два месяца ты проведешь в форте на границе и в лагере в самом лесу, чередуя: неделя одно, неделя другое. Мы с Кирой будем тебе помогать… — я, конечно, это и так знал, но честно пытался слушать. — Концентрация — важная черта мага, без нее невозможно сотворить по-настоящему сильную магию. Также это помогает быстрее усваивать информацию, увеличивает продуктивность и положительно сказывается на организме в целом. Вау, ты все еще меня слушаешь.

— Добей меня, — ну не чужие же мы! Должно быть и в Виоле сострадание. Даже если она сама этого не знает.

— Еще чего! Живи и страдай. Не все же тебе должно легко даваться, это в какой-то степени даже хорошо, чтоб не расслаблялся. Источник у тебя огромный, чувствительность к мане тоже отличная, даже голова у тебя работает хорошо. У меня в твоем возрасте голова точно не тем забита была.

— А сейчас?

— Остришь? Это хорошо, значит, отходишь.

К счастью, больше не было моментов, как с лианойцем. По возвращении вновь начались адские тренировки. Если в этот раз и было проще, то я этого не заметил. Собственно, так тянулись три долгих месяца: неделя в лесу, неделя в крепости, с постоянными спаррингами с сестрами. Везде делал успехи. Уже через месяц мой источник относительно привыкло к местной мане, и я постепенно начал заглядывать в астрал в лесу, только пока ничего не мог разобрать там — всё слишком хаотично. Тут сестры меня пытались поддержать, что лишь единицам удается видеть через астрал в проклятом лесу. У нас в роду на такое способна только Грэйна, которая выбиралась из леса на одну неделю раз в два-три месяца, не чаще. Еще Грэйна рассказывала мне много нового про Лес, чего, возможно, не знал больше вообще никто из людей. В основном на тематику выживания и охоты — это была ее страсть. Она вообще немного странная для аристократа: ей абсолютно плевать на политику, на положение в обществе, балами и светской жизнью тоже особо не интересовалась. Для простых бойцов она была своей в доску, а вот в высшем обществе я представить ее не мог.

В спаррингах тоже удалось добиться некоторого успеха. Тут Кира была превосходным учителем, недаром участвовала в турнире восьми. Вдвоем против Киры, мы с Виолой в среднем забирали семь из десяти раундов, один на один я пока все сливал. Сегодня последний день в крепости, потом снова в лес, и я рассчитывал победить Виолу — тактика боя продумана до мелочей. Как победить Киру, пока не мог даже теоретически представить, пока еще она была лучше меня во всем, а отрубить ей полностью доступ к земле никак не мог.

— Готовы?

По инициативе Грэйны и с моего вынужденного согласия, мое пребывание в лесу продлилось с одной недели до двух. Нет, вы не подумайте, я не жалуюсь, мне это даже нравится, но в меру. Представьте себе отдых в горах, вдали от цивилизации, в палатке. Представили? Да, это поначалу классно, но уже через неделю начинаешь скучать по своей уютной кровати, начинаешь вспоминать многочисленные книги, которые хотел прочитать, но откладывал их по разным причинам. А за теплую ванну и вовсе готов душу продать, и это меньшие из причин.

Грэйна, как будто сделала целью своей жизни рассказать мне о Проклятом Лесе всё, что знала, а потом узнать ещё и, наверное, опять рассказать. Надеюсь, к этому времени уже пойдут племянники. Сестрам вроде нашли жениха, а я тут отдувался за всех. Да и раньше Грэйна тратила время на троих, сейчас только на меня.

Пополнение источника мне давалось уже легко. Я показал среднее время привыкания к местной мане. Пару дней назад даже попробовал использовать магию земли во время преобладания аномалии земли в мане, разумеется, под присмотром. Мы с лучшей охотницей рода Крайн предусмотрительно удалились от лагеря, протянув под себя отдельный канат, чтобы не заблудиться, и залезли на Гигадрево. Я поднял небольшой шип земли, вложив минимум маны. Последствия не заставили себя долго ждать, земля вокруг нас пришла в движение. Всего лишь лёгкое землетрясение. Это были только цветочки. Местами начали быстро вырастать холмы из земли и лопаться, раскидывая землю во все стороны.

— Это эффект домино, Лаймон. Своим заклинанием ты задел неустойчивую ману. Достаточно лёгкого толчка, чтобы она пришла в движение. И да, сила заклинания на результат влияет не особо, — сразу после этих слов Грэйна попыталась вырастить столб из уплотнённой земли прямо в центре одного из лопающихся холмов. Рост продолжался до полутора метров, потом столб распался и смешался с пузырём. Если аномалия и усилилась, то я этого не заметил. — Теперь ты попробуй.

— А что это за пузыри? В смысле, как такое происходит?

— А чёрт его знает, я так и не смогла выяснить, но прыгать в них настоятельно не рекомендую, утонешь! Посмотри, кстати, на них через астрал.

— У меня не получается, — после пары неудачных попыток обиженно заявил я.

— Вспомни, чему тебя учили сёстры.

— Что только единицы могут смотреть через астрал в проклятом Лесу.

— Хорошо, забудь, чему тебя учили сестры, — махнув рукой, ответила Грэйна. — Вот тебе еще задание, каждый день по полчаса пытайся смотреть через астрал в лесу, ты точно с этим справишься, я в тебе уверена. А теперь пробуй использовать землю, не отвлекайся.

И я попробовал. Мой столб распался на этапе формирования заклинания, структура просто не хотела держаться.

— Не получается, структура распадается еще до создания заклинания.

Не прошло и десяти минут, как осознание моего отчаянного положения начало накатывать тяжелыми волнами. Я остался один.

Преследователи не побежали за мной — крайне мудрый поступок с их стороны. «В Проклятом Лесу практически невозможно определить направление», — это было известно не только Крайнам. Нужно покинуть лес. И выходить нужно в другом месте. И куда идти? К Фельманам попадать нельзя. Почему нельзя? Они уничтожили мой род, и я хочу им отомстить. На деревьях относительно безопасно, из-за своей универсальности без магии не останусь, положение не так безнадежно как могло бы быть с кем‑либо другим. Мысли постепенно перестали скакать, как взбесившиеся блохи. Все это время не переставал упорно пробиваться сквозь заросли, огибая потенциально опасную растительность, что было непросто: рельеф слишком непредсказуемый, а опасных растений, лично для меня, много.

Темп передвижения падал с каждой минутой, но я все равно продолжал упрямо идти вперед, не обращая внимания на хриплое дыхание и вопящие об усталости мышцы. Когда остатки адреналина окончательно покинул мое тело, я упал на землю, не в силах идти дальше. «Все, больше не могу!» Мозг, в отличие от тела, продолжал активно функционировать. Скорее всего, даже если бы сейчас меня начали пожирать заживо, оказать какое-либо сопротивление у меня бы не вышло. Глаза бы удержать открытыми.

Пока я без сил лежал у гигантского древа, декорации в лесу менялись с невероятной скоростью. Конечно, мне доводилось об этом слышать от родни, но наблюдать подобное воочию — совсем другое. На окраине такого не встречалось, это было удивительно и даже пугающе. «До чего же этот лес странное место!» На мгновение даже почувствовал себя чем-то вечным и незыблемым на фоне быстро растущей и так же быстро угасающей флоры.

Я титаническим усилием воли заставил себя хотя бы сесть. Мысли постепенно успокаивались и возвращались в нужное русло. Заняв более или менее удобное положение, проверил, какая стихия преобладает, отругав себя за то, что не сделал этого сразу. Грэйна бы после такого неделю смотрела на меня с осуждением и придумала бы какое-нибудь жуткое наказание. Как бы я был рад сейчас принять любое наказание!

Измеритель показывал заполнение на семьдесят процентов до критической отметки. Огонь, пока не смертельно, но стихия сменилась совсем недавно, может вырасти. Заметно потеплело. В данный момент было примерно сорок градусов, и это в тени деревьев. Пот лился с меня ручьями.

Так я, полулежа-полусидя, отдохнул еще полчаса, продолжая любоваться лесом. К счастью, местная живность не спешила мной позавтракать или уже пообедать. Собственно, все равно.

— Блин, я же мог воздушными шагами добраться до ветвей! — даже демонстративно ударил себя ладошкой по лбу за беспечность и забывчивость. Грэйна неоднократно говорила мне об этом способе выживания. Усталость определенно неблагоприятно сказывалась на мне.

Закончив ругать себя, поднялся и направился, хм… по моему мнению, на запад. На этот раз не спеша, тщательно оглядываясь вокруг, высматривая хищников, в чей рацион я потенциально мог бы войти.

Думаю, прошло не более двух часов. Температура достигла аномальной жары, ну, для нормальных мест. Мне приходилось избегать редких проплешин, что было несложно, правда, от жары это все равно не спасало. Ветра не было вовсе. Идти было сложнее с каждым шагом. Жара просто убивала. Дышать тяжело, каждый вздох обжигал легкие, губы пересохли.

Я часто создавал воду, чтобы попить и увлажниться, но делать это было сложно. Водная стихия сопротивлялась, как будто говорила мне, что сейчас не ее время, словно день посреди ночи. Вода была горячей, и приходилось ее охлаждать. Как же рад, что изначально магию воды учил неправильно, сейчас это спасло мне жизнь.

Еще заметил, что в разных местах на создание воды нужно было тратить разное количество силы, и что в одном месте с каждым разом выходило всё сложнее, как будто черпаешь кружкой из бачка, а воды там совсем на донышке, и после каждого глотка ее становилось меньше. Это заставляло придерживаться тактики постоянного движения.

Вспомнив слова Грэйны: «Проклятый Лес не очень-то населенное место, и встретить какую-либо живность — это большая удача».

«Какая удача, что я никого не встретил», — не успел додумать эту мысль, как мой взгляд упал на яркое мясистое растение, оно максимально не вписывалось в общий контраст леса.

— Краснолист! — радостно сообщил сам себе.

Я с облегчением выдохнул, когда наконец-то удалось затащить одну тушу на древо. Помимо того, что я боялся остальных членов стаи, ведь они могли вернуться в любую секунду, еще это было чертовски тяжело. О воздушном беге с таким грузом в руках не стоило и мечтать, потому пришлось затаскивать добычу наверх с помощью лиан, привязав ее за шею. Со стороны могло показаться, что я вешаю несчастное животное. Дальше, еще веселее: готовка на дереве — непростое занятие. Отрезав заднюю ногу и освежевав ее без затей, но не без усилий, создал огонь прямо на ладони, держа над ним мясо, медленно покручивая его. Когда поплыл запах, едва удержался, чтобы не начать жрать сырым. Только вбитые в подкорку в прошлой жизни знания про глистов и прочие прелести дичины удержали от этого.

Грэйна рассказывала, что кровь практически всех лесных обитателей является хорошим допингом для мага. Гончих она точно упоминала. На вкус мясо немного походило на краснолист, только куда менее насыщенное и со вкусом мяса. Оно оказалось жестким и, к моему счастью, очень питательным. По моим прикидкам, двести грамм мне вполне хватит на один присест для полного насыщения, да и переедать после длительного голодания нельзя. Не хватало еще, пережив нападение людей, а потом гончих, загнуться от банального заворота кишок. Помня ситуацию с краснолистом, сразу же после трапезы погрузился в медитацию.

Опасения оказались напрасны. Конечно, мясо и кровь несли в себе ману, но в десятки раз меньше, чем краснолист, а усваивались лучше. Мой организм с легкостью мог ее переварить. Не то чтобы я не доверял словам Грэйны, ее авторитет в плане экспертного мнения о Проклятом Лесе непререкаем, но все же убедиться на практике в подобном для меня надежнее. Еще помню, она мне говорила, что мясо гончих значительно улучшает регенерацию. Целую тушу быстро не съесть и я решил сделать запасы. Шедевром моя кулинария не была, но за экзотичность — твердая пятерка. С помощью кинжала отрезая от ноги небольшие куски мяса, прожаривал и после рассовывал их по многочисленным карманам. По-видимому, кто-то из рода Крайн ранее попадал в подобную ситуацию, и это сказалось на дизайне спецодежды для походов в проклятый лес, не универсальная разгрузка, конечно, но очень на нее похоже.

Когда на кости не осталось мяса, я, не задумываясь, сбросил ее с дерева. Не прошло и тридцати секунд, как появились пара гончих, похватали объедки и сразу же скрылись. Мне даже показалось, что кость они успели сожрать быстрее, чем скрыться. Оставлять меня в покое, по всей видимости, не собирались. Самое забавное, что меня это не сильно-то и беспокоило. «Я для них недосягаем, а значит, и практически неуязвим. Так же это мой потенциальный запас пищи. Охотиться я на них умею, ну и, может, другое зверье от меня будут отпугивать», — улыбаясь своим мыслям, продолжал готовку. Мясо, что не удалось держать над огнем на кости, положил на широкую часть лезвия кинжала и просто нагрел его огнем. Получилась вполне себе годная жарка, вышло даже вкуснее, чем цельный кусок на огне. Так прошел практически весь день под отдаленное похохатывание гончих. То, что не съел и не вошло в карманы, аккуратно лежало на ветке, ждало своего часа. Когда освобождалась очередная кость, я сбрасывал ее с дерева. К ней с небольшой задержкой выбегала пара гончих. Подбить удалось только одну, крайне проворные создания.

Я уже собирался ложиться спать, завершив привычную медитацию, как гончие начали жалобно скулить, и этот скулеж отдалялся от меня. Даже мои подачки и своего мертвого соплеменника не доели. Не к добру это. Не тратя времени на раздумья, с помощью воздушной ходьбы побежал вверх, поднялся метров на двадцать, остановился на очередной ветке, посмотрел вниз. Прошло не больше пятнадцати секунд, как из кустов стремительной торпедой вылетел лианоец.

Еще не проснувшись, я почувствовал чье-то присутствие, ярко отсвечивающее из астрала. Открыв глаза, убедился: зверек не покинул меня, он пристроился на ветке рядом с лицом и смотрел, смешно моргая глазками. — Ну и что мне с тобой делать? — Стая, — в голову сразу пришел образ.

Как он меня понимает? Не может же он знать человеческую речь. Увы, ответа не последовало. Зверек продолжал потешно смотреть на меня, я не удержался и погладил его. Шерстка зеленая, на ощупь приятная, зверек даже начал издавать звуки, вроде мурлыканья.

С тех пор как Давиан стал моим бесплотным спутником, мне довелось узнать много нового о магии. Я и до этого не сомневался, что демон хранит великие знания, но даже не представлял их масштаба. Также он мог заранее определять преобладание стихии, а некоторые участки и вовсе рекомендовал обходить по приличной дуге. Вспоминая недавно пережитое, спорить не хотелось.

Вопрос выживания всё ещё остро стоял передо мной, но, признаюсь, с моим новым спутником это стало гораздо проще. Через четыре дня после нашего знакомства на меня ни с того ни с сего напало гигантское дерево, и пережить эту совершенно неожиданный выпад мне удалось только благодаря Давиану. Он каким-то образом прикрыл меня от астральной атаки. Я тоже не растерялся, сумел быстро покинуть опасное место. Вполне вероятно, что мой компаньон и являлся причиной их недовольства. Раньше они меня игнорировали, теперь же уже три дерева, не считая первого, которое вполне могло стать и последним, проявляли агрессию, едва к ним приближался. Их недружественный настрой можно было почувствовать через астрал.

Демон комфортно обосновался в моём кольце, про это он мне сам рассказал. Пояснил, что там созданы идеальные условия для существ без физического носителя, и что мой род использовал кольцо не по назначению.

С кольцом я наловчился работать достаточно быстро. Через три дня уже свободно чувствовал, что находится внутри, включая демона, если он, конечно, не скрывался. Это он умел делать виртуозно, в чем мне не единожды удавалось убедиться.

Провизии в пространственных запасниках кольца оказалось навалом, все исключительно долгого хранения, также там была в достатке простая вода. Манго пристрастился к вяленому мясу, несмотря на свою всеядность. В последнее время он начал привередничать, отдавая предпочтение именно мясу. В еде приходилось его ограничивать. Несмотря на то, что съестных припасов там было не на один год, если считать меня одного, то Манго мог сожрать все за неделю. За день он свободно мог съесть массу, превышающую его самого в десяток раз. Мне оставалось только удивляться и смириться. Ну и намекать, что такой стр‑рашный зверь хаоса может позаботиться о своем пропитании самостоятельно.

За две недели мне наконец-то удалось освоить Яурд. Здесь сильно помогло образование первой жизни и талант второй. Самое сложное было то, что я долго не мог понять, что выучить символ — это не значит его усвоить. К счастью, мне повезло с учителем. Только через две недели удалось почувствовать, что первый символ закрепился на моей душе. Это уже мне объяснил Давиан. Сам я не знал, что астральное тело — это не то же самое, что и душа, и теперь, даже если меня убьют и мне повезет сохранить душу и переродиться, то это знание останется со мной, и со временем я его как бы вспомню.

— Ты неожиданно быстро освоил Яурд, я думал, что на первый символ потребуется куда больше времени. Молодец. Следующий символ, который тебе предстоит узнать — Стилха. Он отражает саму суть укрепления, также обладает способностью узкоспециализированного вместилища для других символов, про них я расскажу тебе позже. Он заточен на сохранение любого объекта, живого, неживого — не важно.

— Твоя тюрьма была сделана на его основе? — высказал догадку я.

— И да, и нет. Боги используют немного другой… диалект алфавита. Некоторые символы совпадают полностью, но и отличий более чем достаточно.

— То есть это как два языка, звучание и письмо разное, но суть одна?

— В точку, с небольшой поправкой, что корни у этого языка общие, отсюда и схожесть. В будущем, если ты планируешь обрести настоящее могущество, тебе нужно будет знать их оба и быть готовым защитить свое право владеть этими знаниями. И что‑то мне подсказывает, что это дело ближайшего будущего.

— У меня могут быть проблемы из-за этих знаний? — с небольшой ноткой обвинения проговорил я.

— Наверняка будут, — равнодушно ответил демон. — Хочешь прекратить обучение? — резко перешел он от равнодушия к сарказму.

— Нет, — поспешно ответил я. Без обучения мне точно не выжить.

Почувствовав мое замешательство, демон продолжил.

Мое нахождение в Проклятом Лесу перестало быть каждодневной борьбой за выживание. Теперь мои фантазии о возвращении домой переходили в цель и даже первые робкие наброски плана. Причем план накидывался и на то, что я буду делать после выхода из Леса. Эта часть была особенно приятной.

Вдруг поток моих мыслей был прерван не самым приятным событием: до Гигантского древа оставалось меньше километра, как преобладание стихии резко изменилось на воздух. Ну и конечно же, в это время я был в воздухе И конечно же, полетел вниз. Падение смягчил с помощью большой массы воды, создав прямо в воздухе литров пятьсот. Едва погрузившись в нее, тут же заморозил, оставив небольшую щелку для дыхания. Несмотря на приличный вес, потревоженная мной стихия с легкостью мотала ледяную каплю в разные стороны, что внутри ощущалось очень неприятно и, судя по многочисленным трещинам, опасно. Кое‑как мне удалось зафиксировать шар со мной и Манго внутри землей и постепенно нарастить поверху более надежную стихию. Там мы и переждали очередное буйство.

Выбравшись из укрытия, с интересом осмотрелся. Все, как и ожидалось: повсюду валялись выдранные с корнем растения — типичные последствия сильного урагана. Стихия к этому времени сильно ослабла, но все равно погода была, мягко сказать, ветреная.

Я успел сделать не больше десяти шагов, как Манго громко залаял и послал мне хаотичный поток мыслей: «Опасность, охотник, еда».

— СЗАДИ! — послышался крик демона в моей голове.

Даже не думая, толкнул себя в сторону с помощью воздуха и только потом осознал свою ошибку. Опять работал с воздухом. Ну как так?! Пришлось повторно формировать вокруг себя сферу воды и морозить ее. Это действие было уже полностью осознанным, и опять повторилось то же самое: мы сидели в укрытии и ждали, когда стихия успокоится.

— Когда все закончится, не спеши сразу выходить наружу. Там есть какой-то зверь, быстрый и крупный. Это первое. Второе: почему ты использовал именно воздух?

— Рефлекс. — Попробовал отшутиться.

— Рефлексы хороши для воина, магу же нужно действовать всегда осознанно. — Демон не поддался и начал отчитывать меня.

Оправдываться мне жутко не хотелось, да и серьезной причины не видел: ну устроил небольшой Армагеддон, ну и что, посижу немного, подожду, и всё пройдет. Можно сказать, потренировался лишний раз.

Сегодня мне особенно не везло: уже седьмое Гигантское древо меня не подпускало к себе. К восьмому подходил осторожно, постоянно переговариваясь с демоном. Он проверял, будет ли оно нас атаковать, и в любую секунду был готов защитить нас. А я по сигналу сразу же должен был удирать куда подальше. Манго, к счастью, было пофиг на астральные атаки, ужасный зверь хаоса к ним был полностью иммунен.

И вдруг, разрушая уже привычную тишину, до меня донеслись уже подзабытые звуки. Они были подобны рычанию зверей: тембр низкий, а издаваемый звук на удивление громкий. Но это были не звери, даже не понимая ни слова, сразу определил, что слышу человеческую речь. Эйфория, охватившая меня, заглушала разум, и я, как мне казалось, соблюдая осторожность, направился в сторону звуков. С текущей фауной повезло: больше всего это похоже на экзотические джунгли. Пробираться через которые — та ещё задачка, но я успешно справлялся. Преобладал воздух.

Каждый осторожный шаг приближал меня к источнику звуков. Те, кажется, даже не пытались скрываться. Что за безответственность?! Увы, я недооценил бдительность отряда или переоценил свою скрытность. Все звуки моментально стихли, меня заметили. На то, чтобы меня окружить, незнакомцам потребовалось не более тридцати секунд.

Я допустил две ошибки: первая — расслабился из-за низкой заселённости Леса; вторая — это была нечеловеческая речь. Огромные гуманоиды, примерно сто пятьдесят килограмм мускулов, цвет — смесь зелёного и грязно-коричневого. Так же в глаза бросалась широкая и мускулистая шея, из-за этого головы у этих существ казались до смешного маленькими. Плюс ко всему — торчащие клыки. Я никогда раньше не видел орков, но сразу узнал, их сложно с кем-то спутать: агрессивная раса, работорговцы и крайне нежелательные соседи. Мысли вихрем пронеслись в моей голове, выдавая всё, что я знаю об орках.

Боя не избежать. Преобладание — слабый воздух… Неужели я на границе леса? Что же, так даже проще. Накинул на себя водяной щит и демонстративно поднял руки, демонстрируя желание переговоров, одновременно показывая, что я не самая лёгкая добыча. Дипломаты из орков так себе: в меня почти сразу полетели стрелы и топоры. И это не самое страшное: мана как будто взбесилась, заклинания творить стало неимоверно сложно, а поддерживать — практически нереально. Щит мгновенно слетел с меня, и в этот момент мой разум, отчаянно цепляясь за жизнь, выдал безумную идею: Кира как‑то говорила про РОК. Так орки вызывают друг друга на бой, что-то вроде дуэли для аристократов. У них отказ от рока считается позором.

— РОК! — громко выкрикнул я.

Помогло, стрелять в меня перестали. Все орки остановились и то ли рычали, то ли разговаривали. Скорее всего, разговаривали, решая, кто будет меня убивать. Только гасилку магии не выключили. Знание о ней входило в мою программу обучения, но вживую вижу её впервые.

Гасилка гасит магию в небольшом радиусе, создаёт помехи. При её работе становится сложнее плести и поддерживать заклинания. Активировать могут только шаманы орков, среди людей крайне редко кто может её использовать. Помню, как по учебнику.

Найти её носителя труда не составило. Создавший её шаман был хилее остальных. Про это мне тоже рассказывала Кира: шаманы орков используют для заклинаний свою жизненную силу, из-за чего этого в большинстве своем живут меньше соплеменников. Но есть исключения, они особенно опасны. Не похоже, что этот — один великих шаманов.

— РОК, — передо мной вышел один из орков, не самый большой, скорее наоборот, меньше него был только шаман.

С трудом, но мне всё же удалось достать меч из кольца. Как мне показалось, демон немного помог, вытолкнув его изнутри. Благодарить буду позже, сейчас нужно сосредоточиться на дуэли, точнее, РОКЕ.

Орк с громким криком: — РО‑О‑ОООК! — побежал на меня. Я резко прыгнул вправо, одновременно создав сосульку. Чёртова гасилка! Если бы не она, я бы уже победил, а так лишь немного ранил в живот. Однако оваций было сложно не услышать: судя по крикам, орки не сильно-то переживают за своего соплеменника. Любят дикари хороший бой и сложных бойцов.

Однако бой не закончился, и передышкой даже не пахло. Рана не сильно замедлила орка, а вот внезапно выросшие шипы из земли очень даже замедляли и сильно уменьшали боевой пыл моего противника. Я провёл удачную комбинацию: сразу же после того, как ушёл вправо, пробежал немного вперёд. Орк погнался за мной. Только я оставил за собой сюрприз: повторно вырастил шипы. И когда противник всей своей массой налетел на них, воспользовавшись его замешательством, я напал на него слева, вонзив меч по самую рукоятку под мышку.

Вынул меч и резко попытался отскочить, но был слишком медлителен. Этот чертов недобиток с размаху ударил меня топором. Благо, плашмя и в плечо, а не в голову, но этого вполне хватило, чтобы я отлетел метра на три. Больно‑то как! Не иначе все кости в труху переломал. В глазах потемнело, с трудом удавалось удержаться в сознании. Крики орков ушли на задний план. Последнее, что заметил, это громкое верещание Манго.

— РОК, РОК, РОК!

Увы, сознание всё же покинуло меня.

Пробуждение было не из приятных: казалось, что болело всё. На этом плохие новости не закончились: я не смог через астрал осмотреть своё тело. Что мешало мне? Это как смотреть мутную лужу — эффективность нулевая.

— Успокойся, переломов нет. Более того, твой ушиб даже обработали, хотя особой нужды и не было. Так что убивать тебя не собираются, — обнадежил меня Давиан. — Теперь плохие новости: на тебя надели антимагические оковы, созданные демоническим писанием. Будь особенно осторожен, если обо мне кто-то узнает, вероятность твоего выживания существенно снизится.

— Учту, — безэмоционально ответил демону.

— Это ещё не всё. Я сокращу своё вмешательство в твою жизнь, чтобы не выдавать себя. Также настоятельно и безальтернативно рекомендую тебе не использовать алфавит демонов, — его тон явно намекал, что собой он рисковать не собирается.

Немного придя в себя, осмотрелся: дешёвый шатёр, лежанка и всё. Меча нет, и что ещё хуже — кольца тоже. Редкий позор для рода — потерять главное кольцо рода! В мою палатку пришёл орк, тот самый дряхлый шаман. Его сопровождал человек, с виду забитый и сломленный. Не знаю, кем он был раньше и что ему довелось пережить, но меня настораживал его внешний вид, точнее то, что со мной может случиться то же самое. Орк что-то сказал, но на своём. После непродолжительной паузы он злобно рявкнул на раба.

— Шаман Драк Туул будет говорить с тобой. Ему понравилось, как мелкий победил орка, хоть и небольшого. Мелкий будет биться на аренах, а Драк Туул будет кормить и защищать мелкого.

Оба уставились на меня: шаман — с превосходством, раб — со страхом, хотя, скорее всего, это его привычное состояние.

— У меня есть выбор?

А нет, я ошибся. Это он ещё не боялся. Мой вопрос он смог только с пятого раза перевести орку, так как сильно заикался. У него даже слёзы проступили.

— Побеждаешь на арене — ешь, живёшь. Проигрываешь — умираешь, — как только несчастный закончил говорить, орк дал ему оплеуху, от чего первый даже упал, но быстро поднялся — видно, привычный к подобному обращению.

— Мне нужен мой меч, фамильное кольцо, обильная кормежка и тренировки.

Думаю, героя строить из себя в данной ситуации неуместно, но проверить размер клетки очень даже нужно.

После того как орку перевели мои, так сказать, требования, он злобно улыбнулся, что-то проговорил рабу и вышел из палатки.

— Теперь я ваш слуга и должен обучать вас большому языку.

— В смысле, орочьему?

— Вернее будет именно большему. У орков маленькое − оскорбление, большое — похвала. Знать язык орков почётно. Те, кто его не знают, не смогут стать по-настоящему большими.

Пробуждение вышло тревожным. Разбудил меня бешеный рев снаружи. Сначала подумал, что на лагерь напали, но, к сожалению, это так орки встречают большую бойню. Внезапно все орки сходят с ума, бросают все дела и начинают кричать друг на друга. Как оказалось, этот феномен имеет вполне логическое объяснение: так они выражают свою поддержку Главному вождю, ну или его конкурентам. И чем громче крик, тем больше поддержка. А еще хорошее время для ставок, орки очень азартны.

Драк Туул вошел в барак без стука и, игнорируя остальных, направился ко мне.

Забавно, обратно нас идет даже больше, чем утром на арену.

— Хороший бой, ты заработал себе весомый авторитет, победив Захра.

Мы с трудом выбрались с трибун, где началась неимоверная давка, и Грас прилагал немалые усилия, чтобы меня не потерять, ну или чтобы никто не раздавил.

— Спасибо.

Очнулся один на каком‑то скользком неприятном месиве. После того как осмотрелся, выяснилось, что нахожусь в яме с отвратительным запахом.

Предлагая бои людей насмерть, я ожидал, что Дарс примет идею, но не ожидал, что он даже поможет с организацией. На помощь он отправил самого Граса, который, в свою очередь, перепоручил это двум бойцам. А они уже перепоручили, даже не знаю кому, двум немолодым оркам, которые явно не пользовались уважением. Да и они ни черта не делали, но меня это более чем устраивало. Розак, узнав о новом развлечении, тоже рассмеялся. А увидев, что меня сопровождают два орка, понял, что это не шутка, и начал смеяться еще громче.

Смейся, смейся, рожа орочья! Человеческие бои — это не только власть над жизнью людей, но и ставки. А там, где ставки, всегда будут должники. А должники — это власть, ну и новые потребители на сивуху, которую я старательно буду заготавливать.

Кольцо приятно вернулось на мой палец.