Книга Измена, не для козла мама ягодку растила авторства Дарьи Дятловой рассказывает о жизни Марии, женщины, которая сталкивается с изменой мужа и последующими трудностями. Главная героиня узнаёт, что её муж ведёт двойную жизнь: у него есть беременная любовница, при этом он часто отсутствует и не проявляет заботы. Это становится отправной точкой для развития событий, так как Мария принимает решение не мириться с такой ситуацией и начинает обдумывать дальнейшие шаги.
Сюжет строится на том, как Мария пытается справиться с предательством и пережить эмоциональное потрясение. Она выносит мужа из квартиры, убирает его вещи и решается на развод, хотя официально ещё не подала заявление. В это время в её жизни появляются другие мужчины, один из которых значительно младше её, но показывает серьёзные намерения и заботу. Мария сталкивается с внутренним конфликтом между желанием оставаться сильной и необходимостью приспособиться к новым обстоятельствам.
В процессе развития сюжета героиня возвращается к своим родственникам, особенно к бабушке, с которой она находит поддержку и возможность отдохнуть от сложностей. Она также взаимодействует с родителями, но предпочитает не тревожить их своими проблемами. Помимо личных переживаний, Мария уделяет внимание своим повседневным делам: заботится о собаке, обустраивает сад и строит планы на будущее, стремясь обрести стабильность и спокойствие.
Главные конфликты книги связаны с изменой, семейными отношениями и эмоциональной болью, которую испытывает главная героиня. Мария должна решать, как жить дальше, кому доверять и как строить новые отношения после предательства. Важную роль играют вопросы самооценки, независимости и поиска своего места в жизни.
В финальной части повествования внимание сосредоточено на выборе Марии между прошлым и новым этапом её жизни. Она показывает готовность двигаться вперёд, опираясь на поддержку близких и собственные силы. Книга подчёркивает темы личной ответственности и необходимости принимать сложные решения в трудных ситуациях.
— Лори, стой! — бегу за своей собакой, которая в прямом смысле с поводка сорвалась, как только мы из подъезда вышли. — Лори, вернись!
Заворачиваю за угол соседнего дома и резко останавливаюсь.
Моя Лариска ластится к… Мише⁈
Как к Мише, я же его две недели назад на вахту в Тюмень проводила…
Подхожу поближе, скрываясь за деревьями, а он внимания на собаку нашу не обращает, отпихнул ногой и заскочил в подъезд.
Это вот что сейчас было, а? Он же мне вчера сообщение прислал, что скоро домой приедет…
— Ну да, это жилец и шестьдесят пятой квартиры, — подтверждает консьержка. — Они с женой три месяца назад у нас квартиру купили… пополнения ждут.
С женой⁈ А я тогда кто…
Хотела подняться в шестьдесят пятую квартиру и лично убедиться в словах женщины, но меня остановила Лариска, которая начала скулить и проситься на улицу. Мы из квартиры-то вышли по её собачьим делам.
Плетусь за нею в наш дворик, в голове шум, сообразить ничего не могу…
В голове только одна мысль — у мужа другая женщина, у Мишки есть любовница…
Да ну, не может этого быть! Пять лет живём душа в душу, что ж ругались мы с ним что ли?
Присела на скамейку в парке, ноги не держат. Не каждый же день узнаёшь такую новость.
— Лори! Домой! — та вильнула хвостом и засеменила к подъезду.
Не хочется даже в квартиру возвращаться, опять нытьё свекрови слушать, неужели человеку не надоедает постоянно нудить?
Хорошо ещё, что сидит постоянно в своей комнате, иначе я бы уже умом тронулась.
Зашла в квартиру и тихо закрыла входную дверь, может не услышит, что мы вернулись.
Да куда там!
— Явилась не запылилась! — из комнаты, опираясь на палочку, вышла свекровь, как всегда, с недовольным лицом. — Вот кому хорошо живётся! Мой Мишенька пашет, как проклятый, в Тюмени на морозе трескучем, а эта дома сидит, с собачкой гуляет… неплохо ты моему сыну такой тушей на шею залезла!
Еле сдержалась, чтобы не нагрубить этой карге! Но мне сейчас совершенно не до неё. Мне разобраться надо, как её сыночка Мишенька оказался в соседнем доме с беременной женой, в то время как должен быть в Тюмени на вахте…
Молча прошла на кухню и закрыла за собой дверь… не до вас мне сейчас, мама, ох не до вас!
Села за стол, смотрю в одну точку…
— Ещё и закрывается она! — не унималась свекровь. — Лоботряска! Ладно бы ребёночка родила! Так нет же! Пять лет уже пустая ходит.
И ушла в свою комнату, хлопнув дверью.
И ради чего я вот это всё в своей собственной квартире терплю, а? Может мне кто-то сказать?
Ради мужа любимого, конечно…
— Ну потерпи, малыш, — говорил он мне последний год, как его мама к нам переехала. — Вот соберём на квартиру ей, отселим и заживём как прежде и ребёночка родим!
Собираем! Вернее, последние полгода я собираю, а у Миши не получается отложить, зарплату урезали сильно, по непонятным причинам.
Кажется, я сейчас поняла, что это за причина такая!
Пока я терплю тут эту гарпию, практически постоянно оставаясь с ней одна, наш Мишенька себе квартирку купил, ребёночка заделал, так сказать, нашёл себе тихую гавань…
Неплохо устроился, касатик…
Ну, милый мой, не на ту ты нарвался!
Несу из своей комнаты ноутбук и пишу сообщение своему давнему клиенту, сыскное агентство у него, как раз сейчас я для них налоговую отчётность за квартал готовлю.
Не знаю правда занимаются ли они неверными мужьями, но спросить-то можно.
Спросила. Занимаются. Я, конечно, могла бы и сама возле подъезда покараулить, но считаю это ниже своего достоинства! Да и деньги у меня имеются, могу и детектива себе позволить!
Отправляю фото мужа, адрес фактического проживания и закрываю ноутбук.
Родить не могу… пять лет пустая хожу… всплывают её слова.
Да куда рожать? В этот дурдом, что свекровь каждый день устраивает?
Только сегодня утром сумму подбивала, радовалась ещё, что пару месяцев и на однушку насобираем.
А тут вон какие дела творятся… и что самое интересное, слёз нет у меня, совсем.
Может я уже просто устала от всего этого? Может я где-то в душе и рада немного, что муж загулял? Теперь повод есть от этого ходячего бедлама избавиться…
Ой, я же Лариске лапки после улицы не помыла!
Сразу и накормила её и к себе ушла. Настроения нет что-либо делать.
Борщ на плите, в холодильнике полно еды, кому надо найдёт что поесть.
Растянулась на кровати, в потолок смотрю… неприятно, когда тебя за дурочку держат…
Неприятно и больно. Ну не устраиваю я тебя как жена, как женщина… ну будь ты мужиком, разведись и иди на все четыре стороны!
Так нет же! На «вахту» ездит…
И что самое интересное, квартиру в соседнем доме купил, заморачиваться не стал, зачем?
Хорошо Лариска глаза мне на тебя, милый, открыла, а то так бы и сидела годами дома с твоей мамой, тебя с «вахты» ждала, горемычная.
А я-то не пойму, что он в последнее время во мне стал недостатки находить! То не то готовлю! То располнела, как корова! То рубашки ему не тем порошком постирала!
А оно вона чо! Бабёнку на стороне Мишаня завёл… ну-ну!
— Ты кормить меня собираешься? — стучит свекровь в дверь. — Совсем совесть потеряла! Приедет мой сынок, я всё ему расскажу, пусть гонит тебя к чертям собачим отсюда!
Шаги удаляются в сторону кухни, а я не могу от шока отойти. Так и хочется крикнуть ей наконец-то, это квартира моя! До брака с вашим сыном куплена мне моими родителями! И если кого-то отсюда и надо гнать, то это как раз вас, маменька, вместе с вашим Мишенькой!
Чтобы не сойти с ума от всех этих дум, сажусь за работу, конец квартала на носу, всем срочно нужно сдать отчётность налоговую, поэтому ухожу в работу с головой… мне это сейчас очень нужно, иначе я…
Через три часа приходит сообщение от Алексея… вернее фотографии, много фотографий…
Пролистываю их, и сердце кровью обливается…
Красивая, стройная… молодая, лет двадцати с небольшим… не боишься, Миша, что такая разница в возрасте у вас… тебе-то коню уже тридцать пять годиков стукнуло…
Счастливые, довольные, смеются на фото…
— Ты мыть меня собираешься? — снова стучит свекровь.
Ну всё! Это предел! Это уже конец моему терпению!
Резко открываю дверь, прерывая свекровь на полуслове.
— Сначала пойдём на улицу, прогуляемся немного! — да, и такая функция у меня есть… она ногами плохо ходит, так я её на коляске вниз спускаю, а там кто-нибудь поможет со ступенек спустить.
— Хорошо! — гулять она любит и не грубит, когда мы на улице.
Надеваю на неё лёгкий плащ, шапочку. Пожилым людям всегда прохладно.
Усаживаю на коляску и иду в её спальню собрать сумку с вещами. Кладу самое необходимое и ещё таблетки обязательно. Я хоть и зла сейчас, но не хочу оставлять её без препаратов, которые ей врач прописал.
Кое-как спустила коляску со ступенек, и откуда сила появилась, от злости, наверное, и покатила в сторону соседнего дома по мощёной дорожке.
— Куда это ты меня везёшь? Я в нашем сквере люблю гулять!
— Нас в гости позвали, не волнуйтесь, мама!
Спокойно прошла с коляской в подъезд, поднялась на шестой этаж и нажала на кнопку дверного звонка.
— Минуточку! — слышу за дверью женский голос. — Мишунь, ты кого-то ждёшь?
Только бы рожу ему не расцарапать! Только бы удержаться!
Дверь открывается, на пороге стоит она, та, что на фотографиях.
— Здравствуйте, — спокойно говорит она, поглаживая большой животик. — А вы к кому?
Я когда её живот увидела, чуть не заревела… как давно я малыша хочу, кто бы только знал… но нет, нам же на квартиру для мамы насобирать сначала надо…
— Да вот маму вашу привезла!
Дальше просто пантомима. Она смотрит на меня, свекровь на нас обоих и Мишка, у которого челюсть до пола упала.
— Мама… Маша… а вы что здесь делаете?
Хотела сумкой в него запустить, еле сдержалась.
— Остальные вещи чтобы завтра забрал, иначе я их выкину! — бросила сумку через порог, развернулась и, шагнув в лифт, нажала на кнопку первого этажа.
Получите и распишитесь!
Когда из подъезда вышла, слёзы градом по щекам полились.
Как это подло, как низко было так со мной поступить.
Я же любила тебя, я же ради тебя мамашу твою кобру терпела столько времени, хотя иногда мне хотелось послать её куда подальше.
Я же думала у нас семья, а в семье всё пополам, и радости, и трудности…
Ну ничего! Пусть теперь твою маман эта сыкушка беременная терпит!
А я что… я уж точно не пропаду! Финансово я от тебя никогда не зависела, квартира у меня есть.
Да и денег, как оказалось, теперь баснословно много!
Вытерла слёзы, подняла выше голову и пошла домой, нечего раскисать, надо все следы прибывания Булатова и его мамочки из квартиры вытравить к чёртовой матери! Чтобы даже духу их там не было!
Влетела в квартиру и сразу за дело принялась!
Достала чемодан и стала запихивать туда его вещи, хорошо прибарахлился, гадёныш, пока со мной жил.
А потом думаю… вот эту куртку я ему покупала на свои кровные, вот эти рубашки тоже, этот костюм родители мои подарили… скидываю это всё рядом с кроватью.
Скажите, что я мелочная? Может быть! Я лучше эти вещи нуждающимся отдам, чем эта скотина гулящая их носить будет!
А вещей-то у него и немного оказалось, в один чемодан всё влезло.
Правда обуви столько же вышло, у Мишани пунктик насчёт обуви.
Закрыла чемодан, сумку и утащила ближе к двери.
Таким же образом поступила и с вещами Зои Ивановны!
Какое счастье, что больше не надо её терпеть у себя дома, да ещё и мамой называть!
Как говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло!
В меня как будто кто-то вселился.
Сняла все шторы в квартире, перестирала. Вымыла окна, стены и полы!
Сижу на диване без сил, но зато с таким чувством, что отвязалась от чего-то такого липкого, приставучего…
Иди, любимый, иди… скатертью тебе дорожка!
А Маша не пропадёт! Маша теперь будет жить для себя любимой, и, наконец-то перестанет уже экономить на себе!
Теперь маме квартиру покупать не надо, мама съехала на другой адрес проживания, с чем нас всех и поздравляю!
Вот вроде и устала, а адреналин хлещет из всех щелей!
А пойду-ка я шопинг себе знатный устрою! А то уже и забыла каково это себе новую вещь покупать, мне же нельзя было, жёсткая экономия, маму отселить же нужно было.
Достала из шкафа коробку с деньгами, открыла и улыбнулась… хрен я тебе хоть одну купюру из этой кучи дам!
Завтра же к родителям увезу, спрячу там, а пока оставила себе на покупки, остальное завернула аккуратно в целлофан и засунула в мешок с сахаром, на самое дно.
Мало ли…
А теперь в душ!
Закрыла дверь по привычке и стала раздеваться, разглядывая себя в большое зеркало.
Разожралась как корова? Да чтоб ты понимал в женской красоте? Я ж как яблочко наливное, со всех сторон укусить саму себя хочется!
Ещё вспоминать будешь мои полные тити, когда к плоскодонке своей прижиматься будешь!
Повертелась перед зеркалом туда-сюда… немного животик убрать нужно, а в остальном фигура просто шикарная!
Была бы мужиком мимо такой красоты точно не прошла бы!
Ступила под душ и впервые за последний год получила от этого несказанное удовольствие!
А то только начнёшь мыться, свекровь уже тут как тут под дверью стоит, то много воды не трать, то что так сильно шампунем воняет, наверное, ты всю на себя вылила… иногда доходило до маразма просто.
Сейчас думаю, я что под гипнозом была что ли? Терпеть всё это столько времени! Где уважение к себе? Где мой бойкий характер? Засунула язык в одно место и терплю все эти унижения, как терпила!
Вышла из душа, обтёрлась пушистым полотенцем, накинула шёлковый халат, который лежал в шкафу без надобности уже целый год, видите ли, он обтягивает меня, как ш@лаву, по словам моей любимой свекровушки, чур меня чур… отделалась от неё, слава богу!
Настроение приподнялось, напеваю любимую песенку, сушу волос, делаю макияж… в люди же иду, других посмотреть, себя показать…
Ну всё! Теперь только приодеться и Маша к походу по магазинам готова!
Снова запела весёлый мотивчик, с улыбкой распахиваю настежь дверь ванной и…
— Я смотрю, что ты не сильно и расстроилась, узнав о Нине, — на пороге стоял Миша, скрестив руки на груди и обиженно смотрел на меня. — Песенки поёшь ходишь!
— А ты думал я плакать буду? — а вот о том, что у него ключи от квартиры свои есть, я как-то не подумала… мастера прямо сейчас вызову, как только этого гада из квартиры выгоню. — Скатертью дорога, милый, будь счастлив со своей малолетней кикиморой!
— И ничего не малолетней! — да мне уже какая разница, в душе я уже считаю себя вольной птицей и мне это ох как нравится! — Ей девятнадцать…
— А тебе тридцать пять! — подхватила сумку с вещами Зои Ивановны и поставила рядом с его чемоданом. — Вот все вещи и твои и мамы твоей любимой! Забирай и проваливай и из моей квартиры, и из моей жизни! На развод заявление я уже подала… детей нет, совместного имущества нет, разведут в два счёта!
— Ты зачем маму к нам привезла? — из спальни вылетела Лариска и кинулась к нему, но Мишка на неё не реагирует, а смотрит волком на меня. — У нас квартира-студия, нам негде её поселить!
— Ну это, дорогой, уже не моя проблема! Квартиру ей покупайте или ещё что-нибудь придумайте, мама-то теперь ваша, не моя!
От осознания этого мне захотелось рассмеяться! Квартира-студия… ёбс тудей… представляю как весело вам там жить будет!
— Купим, когда ты деньги отдашь, которые мы ей на квартиру собирали! — у меня челюсть до пола отвалилась… — Это мамины деньги, неси их сюда!
Да где же моя чугунная сковородка?
Возвращаюсь в ванную, смотрю чем бы этого подлого гада огреть и не нахожу глазами ничего, кроме туалетного ёршика!
То, что надо! То, что доктор прописал!
— Мамины деньги? — надвигаюсь на него со своим грозным оружием. — С какого перепугу они мамины?
Тычу ёршиком прямо ему в грудь, а он пятится к двери, а потом спотыкается об сумки и падает на них своей задницей.
— Я в суд на тебя подам! — кричит мне, я даже не знаю, как он любовницу себе завёл, он же мамашей своей затюканный, своего мнения никогда не имел, чувствую, это она его сюда послала.
— Да пожалуйста! Сначала докажи, что они у нас были, ты сам-то помнишь, когда в последний раз полную зарплату домой приносил? А я как раз-таки могу чеки предоставить на лечение твоей мамы, то у неё голова заболит, то задница… то ей снотворное надо, то бады, то лекарства тоннами, вот там все твои деньги и остались, дорогой!
— Ах вот ты какая, да? — вскочил на ноги, подхватил свои баулы и вылетел из квартиры, крича мне. — Говорила мне мама какая ты гадкая, да я её не слушал! Подавись ты этими деньгами! Иди три торта себе купи, может ещё десять килограммов добавишь себе!
Ну это ты зря! Намекать даме на её вес! Как же это неосмотрительно с твоей стороны!
Ну тут уж я ёршиком его куздила, пока двери лифта не закрылись.
Даже ёршик сломался! Стягиваю вместе полы разъехавшегося халата, чтобы прикрыть почти вывалившиеся из него груди, сдуваю чёлку, которая упала на глаза, и с чувством исполненного долга поворачиваюсь в сторону своей двери. Получил? То-то же!
— Браво! — смотрю вниз на лестничный пролёт… парень стоит, в одних шортах, спущенных так низко, что ещё чуть-чуть и видно будет то, что не нужно.
К стене своим мускулистым плечом прислонился и ухмыляется.
— Тоже хочешь? — киваю ему на сломанный ёршик в руках, захожу в квартиру с видом королевы-победительницы и демонстративно хлопаю дверью!
Как же он меня выбесил!
Неси сюда мамины деньги! Ну вы подумайте, а? Это же мы маме на квартиру собирали!
Хотелось снова догнать его и ещё добавить!
Скажи спасибо, что я за загубленные свои нервы с тебя не высчитала!
Ой, дура! Какая же ты Машка доверчивая! Да если бы не Лариска!
Почесала за ушком свою красавицу.
— Я тебе сегодня самого дорого жидкого корма куплю! Заслужила!
Что тут началось! Лариска вокруг меня носится, радуется, как будто всё поняла.
— Ну всё-всё, успокойся! — насыпала ей корм в чашечку и пошла искать в интернете мастера по смене замков… не желаю, чтобы посторонние люди заходили на мою территорию!
В душе конечно же скребёт червячок обиды на своего почти бывшего мужа, кому приятно, что тебе изменяют, да ещё и беременна она!
Но потом сразу же лицо Зои Михайловны перед глазами проплывает и думаешь, хорошо, что ушёл и мамашу свою забрал!
Вот уж действительно с именем родители угадали!
Зоя — змея особо ядовитая!
Мастера по замкам нахожу в домовом чате, знаете же как удобно, свистнул по любому поводу, сто сообщений прилетит с ответом, и все по делу!
Выбираю самого первого, уж очень на него отзывы хорошие пришли, и пишу сообщение, договариваясь о работе.
— Здравствуйте, могу прямо сейчас, — тут же отвечает мне он. — Адрес высылайте, замки у меня свои.
А мне по-другому и не надо! Как будто я знаю, где их покупают!
Пишу полный адрес, номер квартиры и получаю ответ.
— Буду через две минуты! — ничего себе сервис у некоторых! Не так давно сантехника вызывала, так два дня ждала, пока сама уже течь резиной не перетянула… а тут две минуты, приятно!
Почти сразу же раздаётся звонок в дверь.
— Кто там?
— Мастера вызывали? — ну прям чудо чудное какое-то.
Посмотрела на себя в зеркало, поправила халат и открыла дверь.
— Вы? — снова этот качок в шортах стоит, только уже голое тело футболкой обтянуто. — Мастер?
А что мастера такие молодые бывают что ли? Обычно они лысенькие, толстенькие, маслом машинным попахивают.
— Он самый! — со знанием дела раскрыл свой чемоданчик. — Какой замок желаете?
— Самый лучший! — девки, какой от него аромат идёт… там не машинное масло, там Франция, причём дорогущая… уж я-то в этом хорошо разбираюсь, хорошие духи — это моя слабость!
— Тогда вот этот, с тройной защитой, достал коробку и начал распаковывать. — Стул можно?
Так, подождите, а цена?
— А сколько это стоить будет?
— Для вас недорого, красавица! — и так заигрывающе мне улыбнулся… опять котяра мартовский что ли… с некоторых пор я таких терпеть не могу!
По глазам вижу, что гуляка ещё тот.
— Недорого мне не надо, называйте сразу цену, а то другого мастера вызвать придётся!
— Ну тогда четыре тысячи! — ничего себе расценки у некоторых… но потом решила согласиться, замок мне поменять срочно нужно, иначе из дому никуда не выйдешь.
— Хорошо, делайте!
Работа у него скоро делается, рукастый парень сразу видно, через двадцать минут он уже протягивал мне три комплекта новеньких ключей…
— Готово! Принимай, хозяйка, работу!
Приняла, открыла и закрыла несколько раз и с благодарностью протянула ему четыре тысячи.
— А может имя своё назовёте и телефончик дадите, этого достаточно будет!
Да он в открытую клинья ко мне подбивает!
Алло! Я ещё пока замужем вообще-то!
— Лучше деньги возьмите! — не отвечаю на его улыбку, мне сейчас вообще не хочется с мужским полом дела иметь, в душу сильно насрал мне сородич твой. — Спасибо, до свидания!
Выпроводила за дверь, а потом уже губы в улыбке растянула.
Да я ещё ничё! Вон какой экземпляр мне глазки строит!
Через час, наконец-то одевшись в красивый красный сарафан с крупным белым горохом и белые модные сандалии, беру белую сумочку со всем необходимым и спускаюсь вниз, предварительно вызвав такси, которое должно прийти минут через десять.
И снова натыкаюсь на этого парня, только теперь он не в шортах, а в модном светлом костюмчике, вертит ключи на пальце и, увидев меня и окинув оценивающим взглядом, предлагает подвезти.
— Ну это, наверное, судьба! — да что я сегодня на него постоянно натыкаюсь. — Я в центр еду, вас может подвезти?
Не люблю приставучих, может быть поэтому в мужья себе спокойного Мишку выбрала, хотя на деле оказалось, что не настолько он и спокойный, налево-то пошёл!
— Спасибо, я за рулём! — прохожу мимо него и думаю, что я несу!
Думала развернётся и уйдёт, а он стоит и вслед мне смотрит, ну я, недолго думая, подхожу к чёрному джипу, который стоит с включенным мотором, открываю водительскую дверь и усаживаюсь за руль… потом с хозяйкой разберусь, когда она придёт, сейчас главное, чтобы этот прилипала от меня отстал.
Минуту сижу, две, три… потом стук в окошко. Он! Немного спускаю стекло.
— Что надо?
— Да так ничего, просто это моя машина! — и ключами трясёт перед моим носом… ёпть… вот это я опозорилась!
Выскакиваю из неё и, стараясь не смотреть на его смеющееся лицо, обхожу мужчину и двигаю к такси, которое меня уже ожидает.
Ну вообще капец! Маша, ты что творишь-то… такое поведение вообще для меня нетипично.
— Может я всё-таки вас подвезу?
Не стоит, тем более что меня уже машина ожидает.
Отрицательно мотнула головой, сверила с приложением номер машины и уселась на заднее сидение.
— Здравствуйте, в центр!
Представляю себе, что этот красавец обо мне подумал, больная на всю голову!
Смеюсь в кулачок, а то ещё и водитель к этому же мнению придёт.
Кинула взгляд на соседний двор и смех пропал, Мишка в нашу машину девку свою беременную усаживает, и такая злость на меня нашла… машину себе что ли купить… ну и что, что ездить не умею… научусь!
Назло ему научусь!
Всё настроение гад испортил… ещё и додумался же поселиться со своей шамотрой в соседнем доме!
Квартиру он купил… узнать ещё надо на кого она оформлена, а то может половину отсужу ещё, чтобы им жизнь, касатикам, мёдом не казалась.
Машина-то Мишкина, он на ней в наш брак и заехал, больше ничего у него не было.
Кроме хорошей специальности… наладчик пусковых установок он у меня. Профессия хорошая, востребованная. А на севере зарплату больше платили, поэтому и стал он на вахту ездить. Три недели в Тюмени, три недели дома.
Вот так и жили… до недавнего времени, пока Лариска наша хозяина не спалила с потрохами.
Зачем я себе душу травлю этими мыслями? Зачем? Пусть катится к чертям собачим! И без него проживу!
Такси подъехало к городской площади и остановилось возле большого торгового центра.
Прочь уныние, новую жизнь начинаю и первым пунктом идёт обновление гардероба.
Хватит собою жертвовать, тобою уже пожертвовали в пользу беременной Нины.
Сказано — сделано! Накупила себе нарядов на все случаи жизни, и все своих любимых ярких расцветок, унылое буду в старости носить, когда на заслуженную пенсию выйду! А может и не буду.
Иду, нагруженная пакетами к выходу, вот бы где своя машина пригодилась, и такси вызывать не пришлось бы!
Только сначала развестись надо, а потом уже машину покупать, чтобы муж не претендовал на половину!
Кстати, о разводе… до сих пор заявление не подала, а надо бы, что тянуть. Назад я его уже не приму, то, что разбито, не склеишь.
Пойдём теперь каждый своею дорогой, была семья Булатовых, да вся вышла!
Вышла из такси, подхватила пакеты и пошла к себе, как всегда, напевая песенку себе под нос.
Чёрный джип, в который я сегодня села, стоял на своём месте, то ли этот парень в нашем доме живёт, то ли замок кому-то вставляет… одно из двух.
Ну я сегодня отвела душу, столько красоты себе накупила, сейчас домой приду, всё ещё раз примерю!
Помоложе, ещё до замужества, я была такой модницей! Родители меня, как куколку одевали. Замуж вышла и обабилась.
Слишком ярко не одевайся… не красься, у тебя своя красота, природная… волос не стриги…
Вот почему мы себя запускать начинаем кому-то в угоду? Ты же полюбил меня такую? Яркую, ухоженную, а почему, выйдя замуж, я сразу должна перестроиться?
— Здравствуй, Машенька, — тётя Люда из двадцать второй сидит у нас на входе, как сторожевой. Никто мимо неё не пройдёт. — Твой приезжал… с какой-то девушкой, я сказала, что тебя дома нет, он и уехал, даже домой не поднялся! У вас случилось что? Он так кричал, когда с чемоданом давеча бежал.
Отвечать не пришлось, потому что тётя Люда уже переключилась на другого жильца, который вчера дебош в квартире устроил.
Я быстро прошмыгнула в лифт и нажала кнопку своего этажа. Не хочется мне на эту тему разговаривать и распространяться.
Лори встретила меня счастливым лаем, помнит, наверное, что я ей вкусняшку обещала.
— Ты моя хорошая! — выдавливаю пачку паштета собачьего ей в миску и поглаживаю за ушками, одни мы с тобой остались, папа наш другую семью себе завёл. — Ешь, через час на прогулку пойдём.
Оставила её наслаждаться лакомством, а сама понесла пакеты в спальню.
Себе удовольствие покупками доставлять тоже сил много забирает.
Но оно того стоило.
Стягиваю с себя сарафан и облачаюсь в рыжий брючный костюм с белым топом внутри на тонких бретелях. Кручусь перед зеркалом, довольная своим видом. Ну красотка же! Немного животик убрать нужно, а в остальном всё просто класс!
Нет, в спортзал я не хочу, для этого я слишком ленива. Ходила уже по месяцу пару раз, когда уж срочно нужно было в платье любимое влезть. Толк есть, скажу я вам, но в спортзал ходить нужно постоянно. Два-три раза в неделю, как на работу.
Но как только ты его забросил, твой жирок возвращается назад.
Нет, я лучше попробую дофаминовые шаги! В интернете видела… и дома, и по времени недолго, так сказать, не отходя от производства.
Ладно, остальное потом примерю! Развешала всё в шкафу, благо места теперь много.
Оставшиеся вещи мужа в пакет сложила, отдам тёте Люде, она знает, кому они точно пригодятся.
Прошла на кухню, поставила чайник и села за комп, нашла сайт госуслуги и стала заполнять заявление на развод. А что тянуть, с Мишкой покончено раз и навсегда. Хорошо хоть, что сейчас всё узнала, а не когда у меня было бы двое детей и там тоже. Неплохо сучёныш устроился, на две семьи жить хотел, султан Сулейман хренов!
Словно почувствовав, что я его костерю на чём свет стоит, позвонил он.
— Чего тебе? — я вообще с ним разговаривать не хочу, но также и не желаю, чтобы он тут мне скандалы под дверью устраивал.
— Я документы забрать хотел… военный билет и договор трудовой… пустишь?
— Заходи! — пусть забирает и больше сюда никогда не приходит!
Пошла взяла его документы, жду в дверях.
— На, бери, и чтобы я тебя больше здесь не видела!
— Что даже в квартиру не запустишь?
— Нет! На развод подала, делить нам нечего, кроме твоей квартиры-студии, — говорю, а сама на его реакцию смотрю.
— Ну там тебе ничего не обломится, квартира в ипотеке, причём оформлена на Нину, — да и ладно, не очень-то и хотелось. — А ты чего так вырядилась, на свидание собралась что ли?
Осматривает меня, как будто впервые видит.
— Конечно! Ты думаешь ты один такой шустрый? Я тоже время не теряла, пока ты на вахте был, что такой ягодке в одиночестве пропадать!
Бью его по живому его же оружием, пусть ему тоже больно будет.
— Ну ты и сука, Мария! — злится, ноздри раздуваются. — И кто же этот счастливчик, который на такую толстуху позарился?
Спокойно, Маша, спокойно… марку держи.
— Этот счастливчик я! — мне такого труда стоило глаза не выпучить, смотря на того же мужчину, который мне замок врезал.
Поднимается по лестнице и так сладко улыбается, что мне обернуться захотелось, может сзади меня ещё кто-то стоит.
— Привет, любимая, я соскучился, — рядом встал и приобнял за талию… если он меня сейчас ещё и поцелует, я вообще ёхнусь прямо тут.
— Ну вы вообще совесть потеряли! — начал кричать Мишка. — Я пока ещё твой муж!
— Ключевое слово «пока»! — добавляет парень и всё-таки целует меня в губы.
Мишка разворачивается и в лифт.
— Спасибо, конечно, — говорю я «своему парню». — Но этого делать было не обязательно!
Захожу в квартиру и закрываю дверь.
Один кобель на мою голову — это предел, второго я уже не вынесу. Как там говорится, красивый парень — не твой парень. Лучше кого-нибудь пострашнее найти.
Иду на кухню, а саму от нервов подтрясывает… ещё и поцеловал…
Смотрю в окно, как мой муж к машине своей подбежал, где его девчуля эта ждёт, чмокнул её в губы, усадил на переднее сидение и рванул с места.
Воркуете, голубки? Хорошо вам там живётся? На машинке катаетесь… что бы вам сука такого сделать, чтобы вы на ней не катались…
Да знаю я что! Читала в одном женском журнале, как жена блудливого мужа наказала… ждите.
Через час, когда на улице уже стемнело, надела на Лори поводок, прихватила с собой пару яблок разного калибра для предполагаемой мести и вышла из квартиры.
Я обычно ночью на улицу никогда стараюсь не выходить, темнота — друг молодёжи, ещё пристанут какие-нибудь молодые да ранние. Ну а если честно, то ночью я боюсь на улице одна.
Но не сегодня. Оказывается, когда тебя от злости распирает, ты ни темноты не боишься, ни того, что кто-то пристанет.
Повела Лори в парк возле дома, сняла с поводка и дала время ей побегать. А то если сразу на дело идти, скулить начнёт, а мне лишнее внимание ни к чему.
Думаю, минут десять пусть порезвится и в соседний двор пойдём.
Но какое там, именно сегодня Лори без устали бегала за птичками, за кошками, за листиками… как будто чувствовала, что уголовкой пахнет и туда идти не нужно.
Не боись, милая, Маша умная, видимых увечий машине не нанесёт! Но и сразу не найдут, вот так-то.
Наконец-то моя собачка набегалась, подбежала ко мне и легла в ногах, тяжело дыша и высунув длинный язычок.
— Ну наконец-то! — цепляю её на поводок и начинаю прогуливаться по дорожкам, всё ближе приближаясь к соседнему дому.
Завернула за угол и притихла, как Штирлиц…
Мама дорогая! А машин-то сколько! Теперь бы отыскать, куда наш козёл Миша свою малышку ставит.
Машина — это его всё! Он же на неё надышаться не может, наглядеться… как с вахты приедет, целыми днями возле неё крутится.
За деньги общие не очень расстроился, а вот за машину и заплакать может. Нашла я твоё слабое место!
Дёрнула Лариску и быстро перебежала через дорожку. За нею как раз и начинался первый ряд машин.
Слегка пригнулась и прохожу от одной к другой, номер знакомый ищу.
Ещё же и не видно нихрена, сейчас фонарик включу, кто-нибудь из окна или с балкона увидит.
Поэтому без фонарика, чуть-чуть себе телефоном подсвечиваю и иду дальше.
Да где же наша калымага?
На первом ряду нет, перехожу на второй… вдруг слышу какой-то хруст и… волчий вой⁈
— Ауууууу, — у меня на всех частях тела волосики приподнялись.
Страшно просто ужас! Потом оттуда же залаяла собака.
Тьфу ты! А я и думаю откуда в городе могут быть волки!
Выдохнула пару раз, успокаиваясь, оторвала от себя Лариску, которая тоже от страха чуть мне в штанину не залезла и потихоньку двинулась дальше.
Триста девять, пятьсот сорок четыре, девятьсот одиннадцать… от такого количества цифр я сейчас и Мишкин номер забуду. Поэтому меняю тактику и проверяю номера, проговаривая шёпотом номер машины мужа… в смысле экс мужа.
Двести девяносто два, двести девяносто два, двести девяноста два…
Машину нахожу только через двадцать минут в третьем ряду.
Только начала яблоко доставать, машина во двор заехала, мы с Лори сели и прижались к нашей машине… сидим, не дышим, ждём, когда водитель уйдёт.
Заехал, припарковался, ушёл в подъезд.
Дорога открыта!
Подползла на корточках до выхлопной трубы и начала толкать туда яблоко.
Большевато однако…
Обгрызла его слегка и снова попробовала, залазит, но с трудом, ещё чуть-чуть зубами обчесала и яблочко с трудом, но уже легче вошло в трубу, как там и было.
Пошарила по земле рукой, выискивая палку и, найдя её, протолкнула адамов плод чуть глубже, чтобы снаружи видно не было.
На тебе, Миша, кушай с булочкой!
Можешь не благодарить, это вам подарок на начало семейной жизни! Суки!
Отряхнула руки и собралась уже назад таким же Макаром ползти, как услышала рядом.
— Полицию что ли вызвать? — не дышу и не поворачиваюсь, только выпрямилась в полный рост, дёрнула Лори за шнурок и пошла прямо, как будто ничего и не слышала, как будто это и не мне говорили.
Оказывается, когда творишь противоправные действия, страх он рядом сидит, шпарю между машин, таща за собой Лариску, а у самой внутри всё ходуном ходит от ужаса.
Заворачиваю за угол своего дома и на полном ходу врубаюсь в мужчину.
— Так я спрашиваю, полицию вызвать или сама номерок телефона мне продиктуешь свой?
Здесь уже и фонарик включить можно, здесь мой двор. Включаю и свечу в лицо парню… и почему я не удивлена, что именно его сейчас увижу.
— Так это ты там за мной следил что ли? — хохочет, гад!
— Ага! И волком тоже я выл… Ауууу, — и как завоет, Лариска опять мне в брючину тыкается, вход ищет, я от шока не знаю, то ли под дых ему треснуть, то ли тоже рассмеяться…
В общем пересилило второе, смеёмся оба, я Лори на руки подхватила, чтобы у неё от страха пердечный приступ не случился.
— А ты чего это мне на пути постоянно попадаешься? — еле успокоилась. — Заняться что ли нечем?
— Да чисто случайно! Подъехал к дому и как раз увидел, что ты в соседний двор крадёшься, дай думаю посмотрю, куда это моя любимая девушка собралась!
Улыбка ну такая лучезарная! Ну прямо ангелочек!
— С любимой девушкой ты, случайно, не перегнул? — ставлю его на место. — Мы, вроде, даже и не знакомы!
— Так это очень легко исправить! Меня Алексей зовут!
Только Алёши мне ещё для полного счастья не хватало!
Ручищу мне свою протягивает…
— Простите, я с незнакомыми не знакомлюсь!
Развернулась и сделала шаг в сторону подъезда.
— Полиция? — приостанавливаюсь. — Тут девушка нанесла серьёзный ущерб автомобилю…
Разворачиваюсь, а он трубку рукой зажимает и на меня смотрит вопросительно, мол, ну… имя!
— Маша! — ты ещё об этом пожалеешь!
— А, извините, я ошибся! — отключил звонок и подошёл ко мне ближе. — Очень приятно познакомиться, Мария! Не будет ли с моей стороны наглостью, пригласить вас на ужин?
— С собакой? — только и спрашиваю, кивая на Лариску, а та, как будто поняла, что речь о ней, подняла лай.
— Ну куда ж мы без второго участника преступления!
Думаю, может отказаться…
А потом мысль в голове, а что я теряю? Муж объелся груш со своей Ниной, а мне теперь что на себе крест поставить?
А вот пойду и поужинаю с этим красаучиком!
— Мы согласны на ужин! — может он тоже кобель хороший, но как носитель сперматозоида для моего будущего малыша в самый раз! Типаж просто отпадный! Будем брать!
— Боря, я так больше не могу! — я не успел зайти в квартиру с пакетами из магазина, как Нина со слезами бросилась ко мне.
— Что случилось, малыш? — она такая худенькая у меня, такая нежная, а плачет, как ребёнок.
— Твоя мама! Она у нас два дня живёт, а мне уже хочется отсюда убежать!
Странно, Машка почти не жаловалась на мать, изредка только, а чтобы плакать, вообще такого никогда не было.
— Ну успокойся, я с нею поговорю!
— Ну говори! Я слушаю! — кто придумал эти квартиры-студии? Там же спрятаться негде, тут и спальня, тут и столовая, и всё остальное! — Я и тебе в глаза скажу! Лентяйка твоя Нинка! Готовить не умеет! В квартире пыль! А меня так вообще не купает! Как мне теперь мыться? Я же больная, сама не могу!
О, боги! За что мне это всё? Я к Машке возвращаться не хотел, потому что там мама с вечными претензиями!
Я к Нине-то прибился, потому что у неё здесь тишина, покой и гармония…
Не, ну я, конечно, влюбился в неё, как тут без этого, но главной причиной была всё-таки мать. Не знаю, как моя жена её столько терпела, я и в Тюмень начал ездить, чтобы дома реже бывать.
А теперь вот! Сидим втроём на тридцати квадратах! Ни в спальне закрыться, ни телевизор посмотреть, ни помыться нормально!
— Мама, ну я тебя прошу! — поставил продукты на кухонный стол и повернулся к ней. — Нина беременна, ей рожать скоро! Внука тебе родит! Ну пожалуйста перестань её доставать!
— Она тебе дороже, чем мать родная, да? — ну сейчас начнётся одна и та же песня. — Я тебя девять месяцев под сердцем носила! Я тебя родила, ничего для тебя не жалела, а ты вот так с матерью, да?
О, грехи мои тяжкие! Фыркнул на них обоих и в ванной закрылся.
Терпеть не могу скандалы! Мы с Машкой никогда не скандалили, даже из-за того, что мать моя с нами жила. У Нины другой характер, и моей матери лучше об этом узнать.
Набрал в ванную воды, нырнул туда, успокаиваюсь…
Слышу, за дверью страсти накаляются…
— Шалава малолетняя! — мама, ну зачем ты так… — Увела мужика из семьи и радуешься тут, животом своим сверкаешь! Да ещё разобраться надо, моего ли сына это ребёнок!
Что она говорит⁈ И это моя мать? Она что и Машу вот так же третировала? Поэтому та такая довольная ходит, что от нас двоих отвязалась?
— Это я шалава? — я же сказал, что молодёжь сейчас отвечает резко. — А вы сами то, от кого сына родили? Миша сказал, что отца своего в глаза не видел?
Надо срочно выходить, пока там драка не началась…
Даже толком не помывшись, вылезаю из ванны, обтираюсь полотенцем и, достав из сумки с моими вещами первое попавшееся, натягиваю на себя и выхожу к ним.
— Хватит уже ругаться! — гаркнул так, что сам испугался, я вообще-то голос никогда не повышаю. — Успокоились обе!
— А чо она? — Нина сразу слезу пустила опять, гормоны играют, всё-таки срок уже большой. — И вообще, квартира на меня записана и такой грубости я тут терпеть не собираюсь! Или маму устраивай где-нибудь! Или вместе с нею уходи!
— Что? — мать захромала с костылём в её сторону. — На улицу меня выгнать хотите?
— Ну почему же на улицу! Есть места государственные, где таких, как вы приютить смогут!
У меня сейчас голова лопнет!
— Любимая, — обнимаю Нину и к себе прижимаю, я тоже её понять могу, я бы тоже такое терпеть не стал… но делать-то нечего, куда же нам маму деть. — Ну всё хватит! Для малыша это вредно… Мама, ты тоже давай успокойся! А то сейчас такого друг другу наговорим, что утром в глаза стыдно смотреть будет!
Как хорошо у Машки в квартире было! Маман в своей комнате закроется! Я к себе в спальню с женой уйду… и поговорить можно, и секисом заняться…
А тут лежим все в одной комнате… ну думаю, три часа ночи, ну спит уже, только к Нине повернусь, приставать начинаю, а хрен вам, а не секис.
— Миша, воды принеси, сынок.
Я даже и не знаю, что сейчас мне делать, но то, что эти две горгоны в одной квартире не уживутся, это уже факт!
— Я-то успокоюсь, — малышка моя целует меня в щёку, чем вызывает на лице матери отвращение. — Но даю тебе, любимый, два дня, чтобы найти маме жильё! Мою позицию ты знаешь!
Мама бзыкнула и ушла в свой угол.
— Роднуль, ну ты чего?
— Это больше не обсуждается! — закрыла мне пальчиком рот. — Лучше скажи, чем ты нас с малышом кормить будешь? Мы голодные!
А вот это ещё одна проблема в моей новой семье… готовить она совсем не хочет… вот напрочь отказывается!
Еду мы всегда заказываем, но от этих каждодневных суши, пиццы и хот-догов я уже на стену лезу!
Хорошо, Маша через двор жила, у той всегда всё наварено-напарено!
Да я у Нины не часто и оставался, чтобы подозрение у жены не вызвать, а когда квартиру здесь в ипотеку взяли, тут уже я с вахты и ушёл, в городе работу нашёл и жил на два дома, три недели здесь, три недели там… удобно было очень и главное мама у Машки жила… и на квартиру мы ей собирали.
И как эта псина маленькая меня учуяла, не зря я её терпеть не мог!
— Может картошечки поджарить? — предлагаю им.
— Му, терпеть не могу картошку! Пельмени домашние хочу!
Бабы, вы что вообще с дуба рухнули? Где это видано, чтобы мужик пельмени лепил?
— Подкаблучник! — подаёт голос из своего угла мать. — Скоро и трусы ещё ей стирать будешь! Лучше к Машке иди, в ноги ей падай и прощение проси! Так хоть и толстая, а в доме всегда порядок и готовить умеет вкусно!
— Вот видишь! Видишь, чему она тебя учит! Прямо сейчас увози её отсюда!
— А-а-а… — не думал я, что жизнь моя так хреново пойдёт! Думал с двумя спокойно жить буду: с Машкой обстиранный и накормленный, с Ниной обласканный и на любленный…
Схватил ключи от машины, документы и рванул на улицу. Лучше таксовать всю ночь, чем эту бабью ругань слушать!
Сел за руль, крутанул ключ, завелась родимая моя ласточка!
Чих-пых, чих-чих… и заглохла… да что это сегодня, бабий бунт⁈
— Напомни мне, Маша, чтобы я тебя в будущем не злил никогда, — смеётся Алексей, крутя баранку автомобиля. — Если ты своему козлу-мужу яблоко в выхлопную трубу засунула, то я просто преклоняюсь перед тобой, это ж надо такую месть придумать!
А мы с Лариской сидим впереди и не дышим… плохо, что свидетель есть… не порядок.
— А не слишком ли далеко ты заглядываешь, Алёша? — специально имя его переиначила, чтобы позлить. — Мы вообще-то просто поужинать едем!
— Ну да, ну да!
— Вот здесь место неплохое, — показываю ему на кафе, которое мы как раз проезжали, что-то далеко он меня везёт от моего дома… — И вот здесь…
— Нас ждут уже в другом месте!
Ночь, я совершенно с чужим человеком еду куда-то в определённое место… а я даже… пошарила в сумочке осторожно… да нет, на месте он лежит… вытащила и в карман сунула.
Бережливого бог бережёт…
А Лори приняла его уже, как родного и близкого, лижет руку, которой он гладит её мордашку, вообще-то собаки чувствуют хорошего человека, но не буду же я полагаться на мнение Лори!
— Ну, расскажи о себе что ли… Алёша, — не молчать же.
— Да что там рассказывать, Алексей Морозов, двадцать пять лет, — сколько-сколько?
— Двадцать пять? — переспрашиваю, может показалось.
— Двадцать пять! — и как я сразу не заметила, что он меня намного младше.
— Ну тогда лучше сразу меня домой вези, я с малолетками не связываюсь, мне-то тридцать уже стукнуло.
— Да шучу, шучу, — поднимает вверх ладонь, как бы успокаивая меня. — Мне тридцать… два…
— Точно? — взгляд прямо ангельский.
— Эти глаза не могут врать! — балагур к тому же. — Работаю на себя, мастер по замене замка…
— И, видимо, на эту крутую машину ты этим и насобирал? — видно же, что машина крутая, с салона только недавно… да такая машина не у каждого начальника имеется, не по карману, потому что.
— Конечно! Только об этом я тебе за ужином расскажу, мы как раз подъехали.
Свернули на стоянку перед дорогущим рестораном. Я даже растерялась, я знаю, что выгляжу прекрасно, но в такое место я сегодня попасть не рассчитывала, тем более с Лариской.
— Лёш, может попроще место выберем… я как бы не очень одета для такого.
— Да ну перестань, выглядишь ты просто бомбически! — обошёл машину, взял у меня собачку и подал руку.
Ну прям такой галантный кавалер!
— Боюсь, что с Лори сюда точно не пустят.
— Идём, пустят!
Ну смотри, я предупредила…
Взяла его за предложенную руку, поправила на себе костюмчик, причёску.
Не успели пройти и десять шагов, как перед нами нарисовались два парня, воротники подняты, пальцы веером.
— Слышь, паря, закурить не найдётся? — я даже опешила, как будто фильм про перестройку смотрю, сейчас такого уже нигде нет.
— Чо молчишь, язык прикусил? — вступил в разговор второй.
— Не курю вообще-то!
— Слышь, Вован, паря не курит… нтелигент! — ржут оба, да так противно.
— Идите, ребята своей дорогой, не видите, что ли я с девушкой, — Лёшка ещё пытается их успокоить, но куда там.
— Ну если не куришь, то мы кралю твою на абордаж берём!
Дальше всё, как в немом кино…
Эти двое приближаются ко мне, Лёшка задвигает меня себе за спину, суёт при этом мне в руки Лариску и принимает боевую стойку… драться значит собирается.
Парни уже близко, рожи протокольные, улыбки наглые… но они же не знали, что я всегда готова, даже к таким ситуациям.
Перехватываю Лори покрепче, вторую руку сую в карман, нащупываю баллончик, пальцем проверяю в правильную ли сторону струя пойдёт, достаю его и с криком «а вот вам, суки!» распыляю прямо в их хамские рожи.
Что там началось! И эти двое парней и Лёшка закрывают лица руками и орут, на чём свет стоит.
— Блядь, Лёха, что за херня? Мы же так с тобой не договаривались! — глаза от слёз продирает и на меня смотрит, как на привидение. — Ты откуда такое чудо взял?
Потом снова лицо закрывает, глаза трёт… да, перцовый баллончик это вам не прикурить попросить.
— Она что у тебя бешенная что ли? — вопит второй, и плачет, и хохочет, сгибаясь пополам и от боли, и от смеха.
— Заткнитесь оба, — Лёха вообще на корточки сел, шарит руками по земле в поисках чего-то мокрого. — Молчите! Да где мой телефон!
Стоп! Я что-то не поняла… они что друг друга знают?
— Лёш, это что всё подстроено было? — до меня начинает доходить…
Да, не по плану всё пошло… смеюсь над ними, пряча лицо в Ларискиной шее… вот это мальчики поигрались, сидят, глаза трут, да сопли утирают, которые от перцового газа льют не переставая.
— Ну я тогда пошла! — а чего мне здесь делать, эта история не скоро закончится.
— Стоять! — Лёшка хватает меня за руку и крепко прижимает к себе. — Маш, ну ты блин даёшь… откуда это у тебя? С-с-с… глаза жжёт, хоть выколи!
Его друзья просто задницами на асфальт сели и ржут, размазывая слёзы по лицу.
— Ой, не могу! — пихает один другого. — Наконец-то наш Лёха нормальную девушку себе нашёл.
— Спуску ему давать не будет! — смеются… глаза протрут, на нас посмотрят и опят хохочут. — Вот дед обрадуется!
— Да что здесь вообще происходит! — может кому-то и смешно, но у меня в жизни сейчас не очень весёлые дела творятся, поэтому мне не до веселья.
— Я сейчас от смеха сдохну! — опять подаёт голос тот, что Вован. — Или соплями захлебнусь!
— Ой, не говори! Поползли внутрь, срочно промыть мылом надо!
Хохоча, спотыкаясь они поплелись к ресторану, а мы остались стоять, обнявшись посреди большой стоянки.
— Ну рассказывай! — уже просто требую я и Лариска тоже, зажатая между наших тел. — Я жду!
— Машунь, ну прости дурака… хотел тебя защитить перед ними, показать тебе, какой я надёжный и сильный… откуда ж я знал, что ты такие средства защиты в кармане носишь… ой, не могу…
Ржёт где-то у моего плеча.
— Слушай, Морозов! — стучу его слегка по спине. — А тебе точно тридцать два? Судя по твоей выходке, тебе не больше пятнадцати!
В общем никакого ужина у нас не получилось в тот вечер, уехала я на такси домой, ну не сидеть же мне с ним, когда у него слёзы коромыслом и всё остальное.
Я никогда с таким не сталкивалась, но читала где-то, что с последствиями слезоточивого газа так быстро не справиться, поэтому довела его до двери ресторана, вызвала такси и уехала домой.
Мне Лори кормить надо, да и вообще у меня работа горит.
Накормила Лариску, приготовила на скорую руку и себе покушать, потом прибралась на кухне и наконец-то засела за компьютер.
Отчёты в налоговую лучше отправлять ночью, база не так загружена, нормальные люди ночью спят же.
Сама заполняю фактуру, но как вспомню, смех пробивает.
Соберись, Мария! Ещё с ошибкой что-нибудь отправишь!
Стараюсь сосредоточиться, но это выше моих сил. Поэтому делаю перерыв и иду готовить себе кофе.
Зашипела кофемашина, и горячая струйка полилась в мою любимую кружку.
Знаю, что нежелательно на ночь кофе употреблять, но мне сейчас бодрствовать нужно, работы много.
Машина Алексея уже стоит под окнами… я так и не узнала, он тоже в этом доме живёт или как…
Да и какая мне разница, новые отношения меня не интересуют, может быть позже… сейчас бы мне от старых дыхание восстановить.
Всё-таки не один год вместе прожили и вот так сразу забыть, ну не получается, даже если и ненавидишь сейчас его всеми фибрами души.
Возвращаюсь в гостиную и берусь за следующего клиента. Деньги сами в карман ко мне не придут, работать надо!
Через полчаса звонок в дверь… кого это принесло ко мне в двенадцать ночи?
Если Морозов, даже дверь не открою, слишком много его стало как-то в моей жизни. Куда ни глянь, везде его вижу…
Смотрю в глазок и… быть такого не может!
— Зоя Ивановна? — открываю дверь настежь и с удивлением, словно привидение увидела, смотрю на свою «любимую» свекровь. — А вы как тут оказались?
Стоит в халате и домашних тапочках и с костыльком… жалобно на меня смотрит.
— Машенька, я к тебе вернулась! — вот так новость…
— В смысле вернулась… ваш сын здесь больше не живёт как бы… — у меня от шока косноязычие началось. — И кто вас вообще сюда привёл, вы же на коляске только по улице…
— Я сама к тебе пришла… можно я зайду, так устала еле на ногах держусь…
Не дожидаясь моего разрешения, просто проходит мимо меня в квартиру, причём почти не хромая.
— Я сейчас Мишке позвоню, он за вами придёт, — отмираю наконец-то и, схватив телефон, набираю своего почти бывшего. — Твоя мама у меня, забери её!
Молчит, и в трубку дышит, а потом вообще звонок сбросил.
Набираю снова… телефон не в зоне действия сети… вот сволочь, отключил!
Иду на кухню, Зоя Ивановна сидит за столом, как сиротка и жалобным взглядом смотрит на меня.
— Машенька, ну не отдавай меня им, там такая мегера, эта его молодая! Она же мне рот открыть не даёт, постоянно из дома выгоняет, не кормит, не моет… пожалей старуху.
Старуху? Да вам, маменька, ещё и шестидесяти нет. Ну и что, теперь есть с кем невестку сравнить? И куда ваш норов сразу делся? Теперь я уже и Машенькой стала…
Хотела всё сразу высказать, но потом увидела, что она и правда уставшая, столько пройти на больных ногах…
Я же не сволочь последняя, куда я её сейчас так поздно поведу?
Открываю холодильник, достаю колбасу, сыр, сметану… наливаю кружку чая, ставлю перед свекровью и усаживаюсь напротив.
— Зоя Ивановна, мне, конечно, вас очень жаль… но и вы меня поймите, мы с Михаилом разводимся, причём не по моей вине, — начинаю ей объяснять то, что она уже и сама прекрасно знает. — Эта квартира моя собственная и я не могу вас здесь жить оставить.
— Машенька, я тебе мешать не буду! — ну прямо ангелочек, глазками стреляет, сама невинность. — Я тихо буду в своей комнате сидеть, и трогать тебя больше не буду, я и готовить могу, и немного прибираться, а?
— Пейте чай и спать ложитесь, утром я вас отведу к вам домой!
Не нужно мне здесь ни готовить, ни прибираться! Ничего не нужно! Сын нашёл вам новую невестку, скоро ребёнок родится, ничего, стерпится-слюбится! Я же терпела столько лет…
Пошла постелила ей в той спальне, что была её и ушла работать.
Нет, ну как всё просто у некоторых, а? То со свету сживала, каждую минуту скандал готова была устроить, а теперь Машенька чуть ли не солнышко и жить с тобой буду!
Да не надо мне этого! Я может свободно наконец-то вздохнула, избавившись от вашей семейки!
Нет и нет!
Слышу, убирает за собой со стола… заглянула в комнату, вздохнула и пошла к себе.
Ну вот почему я такая, а? Она же меня за человека не считала, всегда старалась унизить и обозвать… а я теперь себя ещё и виноватой чувствую!
Я завтра этому Мише и его молодой мегере всё выскажу! Какая бы она ни была, она его мать! И пусть постарается ей условия создать, если эта молодая из дома выгоняет!
Что-то так эта ситуация меня из колеи выбила… и жалко Зою Ивановну стало… вот так вырастишь сыночка, а потом и не нужная становишься ему… она, конечно, кобра ещё та… но даже ей я такой старости не желаю.
Кое-как сосредоточившись на цифрах, обрабатываю отчёты ещё нескольких клиентов и отправляю в налоговую.
На сегодня, пожалуй, хватит…
Потянулась от души, разминая спину, закрыла комп и поплелась в ванную освежиться перед сном, устала… спать хочу.
Проснулась рано утром от какого-то постороннего шороха. Спросонья не сразу и вспомнила, что у меня сегодня свекровь ночует, напугалась, просто ужас…
Лежу, прислушиваюсь… странно, а что она там делает… звук идёт или из гардеробной, или из кладовки…
Тихо пытаюсь встать с постели, делая это так осторожно, чтобы кровать не заскрипела под моим весом… на цыпочках крадусь в коридор и двигаюсь туда, откуда слышу тихое шуршание.
В гардеробной… тихо заглядываю в приоткрытую дверь.
И что я вижу? Зоя Ивановна роется в моих вещах, подсвечивая себе телефоном, а именно в выдвижных ящиках, где у меня лежат нужные мне бумаги…
— Ну и что вы там ищете? — я порой удивляюсь своему ангельскому спокойствию…
— Маша? — она, конечно, не ожидала, что я проснусь, это было видно по её испуганному лицу. — Ну ты меня и напугала… да вот… ээээ…
— Зоя Ивановна, ну хватит строить из себя такую добренькую, — вот терпеть не могу, когда мне утром доспать не дают, сразу злиться начинаю. — Что вы там ищете, я вас спрашиваю!
И тут лицо её принимает своё постоянное состояние, вытягивается, глаза становятся злые, губы тонкие.
— Отдай мои деньги! — её голос переходит на визг. — Я не могу с ними жить! Это мне на квартиру деньги были! Прокляну в седьмом колене, если не отдашь!
— Ну всё, Зоя Ивановна! Это уже предел всему! Я сейчас полицию вызову и пусть они с вами разбираются!
Хорошо, что деньги спрятала в надёжном месте… хотела же к родителям увезти. И знает же, что я их здесь всегда держала… значит давно в моих вещах копалась. Как же это подло и низко! Тебя жить сюда взяли, а ты вот так подло?
— Ну и звони, а я заявлю, что ты мои деньги украла!
Вывожу её под белы рученьки из своей гардеробной, проверив при этом на месте ли документы на квартиру.
— Это мои деньги, — зачем-то объясняю ей ещё раз. — Ваш сын уже давно ничего туда не вкладывал, а где его деньги вам лучше, наверное, спросить у него.
— Обобрала моего сына и радуешься, не будет тебе счастья. Я уж об этом позабочусь!
Слушайте, ну хватит уже! Хватит пить мою кровь, бывшая маменька! Не были бы вы больная и старая, вышвырнула бы в подъезд!
А так усаживаю её на постель, на которой она спала и закрываю дверь на ключ.
Звоню своему козлу, пусть лучше маму свою забирает, пока с нею ничего не случилось!
На пятый раз трубку всё-таки берёт Миша.
— Маш, ты что там от одиночества на стену лезешь? — сонным голосом говорит мне он. — Ещё шести часов нет, а ты уже трезвонишь.
Стоял бы ты передо мной, я бы тебе рожу расцарапала.
— Твоя мать пыталась меня обокрасть, поэтому, если ты через десять минут её не заберёшь, я полицию вызову и заявление напишу!
В трубке молчание…
— Сейчас буду!
Вот оно мне надо было вот это всё, да ещё ни свет ни срамши? Надо было в двенадцать ночи её назад отправить, как-то дошла же сюда.
И опять же моя доброта и воспитанность… другая бы точно заявление в полицию написала!
Ещё и не успокаивается, кричит из-за двери, оскорбляет.
Потом плакать начала, да так громко, что Лори в такт ей подвывать стала.
Дурдом какой-то…
— Лори, фу! — закрыла её в ванной, как раз и халат там надела банный, чтобы, так сказать, встретить бывшего в презентабельном утреннем виде.
Минут через двадцать наконец-то звонок в дверь…
— Где она? — вместо приветствия хмурый взгляд, как будто это я ещё и виновата, что его с тёплой кроватки вытащили.
Молча отпираю дверь спальни и жду, когда свекровь выйдет.
— Мама, что вы творите? — Мишка подхватывает её под локоть, помогает обуться и ведёт на выход.
— Я за своими деньгами пришла!
— О, Господи! — эту женщину не переделать, и угораздило же его квартиру в соседнем подъезде купить, хоть свою продавай и уезжай в другой конец города! — Маш, прости, больше этого не повторится.
Ну хоть извинился, и на том спасибо!
— Надеюсь! — больше ничего не говорю, мне на них обоих наплевать уже, просто пусть меня не трогают!
Закрываю за ними дверь и слышу…
— Ты на машине за мной приехал? А то ноги болят, сама не дойду!
— Как сюда пришла, так пешочком и пойдёшь! — отвечает ей сынок. — Машина серьёзно сломалась…
Заперла дверь на ключ и заулыбалась… яблоко своё дело сделало, спасибо женщинам за лайфхак!
Даже настроение немного поднялось.
А не надо Машу было обижать!
Смотрю на часы, шесть двадцать… ну какой теперь сон?
Поплелась на кухню чайник поставить…
После этого инцидента неделя прошла. Больше о своём муже, его Нине и маме я ничего не слышала и не видела.
У меня теперь другая проблема появилась… Алексей…
Вот уж у кого энергии, денег и свободного времени!
Да-да, именно так! Каждый день с утра в одно и то же время букет цветов с курьером, коробка конфет приличных и записка с приглашением на ужин.
У меня в квартире уже, как в цветочном салоне! Везде эти букеты стоят…
А всё началось после того, как на следующий день он позвонил в мою дверь весь такой нарядный, и пригласил прогуляться… а я возьми, да и паспорт потребуй, пока не увижу, не пойду!
И что вы думаете? Показал! А там чётко, русским по белому написано, что Лёшке-то двадцать два года!
Двадцать два! Ну и зачем мне эта школота?
В общем, послала я его… подрасти немного! Да, красавчик! Да, фигура — отпад… но что я поделаю, если младше он меня на восемь лет!
Вот и таскает теперь курьер от него цветы каждое утро… а самого парня каждый вечер друзья привозят в невменяемом состоянии… почему знаю? Так он потом ещё полчаса под окнами стоит и орёт, что любит…
Кошмар какой-то… я уже на улицу почти не выхожу, только минут на десять Лариску выгулять, да и то только когда вижу, что машины его под окнами нет.
Вот что мне с мужиками не везёт, а? Один козёл гулящий, у второго ещё молоко на губах не обсохло…
Вот и сейчас букет принесли, да ещё в придачу и с красной бархатной коробочкой… золотом решил меня теперь удивлять…
Настырный такой…
И главное, что я так и не узнала, где он живёт… так бы унесла всё ему и высказала бы всё, что я о нём думаю.
Можно было бы в полицию обратиться… так и сделаю, наверное, если не успокоится… фамилию-то знаю и имя тоже…
Забрала букет, конфеты и коробочку кинула к остальным сладостям… ничего не открываю и не пробую, придёт пусть всё заберёт.
Не успела дойти до кухни, чтобы поставить букет в воду, как снова звонок в дверь… это точно Алексей, больше некому.
Разворачиваюсь и вместе с цветами лечу в прихожую, открываю дверь настежь и сразу натыкаюсь на грозный мужской взгляд… только это не Алексей.
Уставился на меня, сканируя сверху донизу.
— Ну наконец-то я до вас добрался! — ни здравствуйте, ни как дела, как будто мы друг друга сто лет знаем. — Долго вы ещё будете из моего племянника деньги тянуть? Уже цветов вам мало, на золото перешли… А потом что машину запросите?
Я, не ожидавшая такой отповеди, только стояла и хлопала глазами.
— Ну, во-первых, ни с кого я деньги не тяну, — наконец-то отошла я от шока. — А, во-вторых, вы кто такой, чтобы мне тут претензии предъявлять?
— Я его родной дядя и настоятельно тебе, солнышко, рекомендую перестать морочить ему голову!
— А я настоятельно рекомендую мне не тыкать! Я сама знаю, что мне делать и в советах не нуждаюсь!
Вот и хорошо, что хоть кто-то от Алексея появился! Сейчас я тебе, касатик, всё и отгружу!
Сунула ему в руки букет и метнулась в квартиру за остальными, сгребла три, потому что в руки больше не поместилось, и понеслась к двери.
— Вот ещё держите, сейчас ещё столько же принесу! — всучила все, а сверху ещё коробки с конфетами положила и бархатной коробочкой закончила эту пирамиду. — Это ваш племянник пусть уже от меня отстанет!
Когда мне рассказали, что Лёха сохнет по женщине старше него на лет десять, я просто вспылил.
Ну что ей от мальчишки надо, ведь салага ещё совсем. Нет, ну по внешнему виду племяш у меня ого-го! Девчонки штабелями возле него падают, а он в старуху втрескался!
Так мало того ещё, доить его начала… то цветы ей по сто долларов, то золото… так недалеко и до квартирки в уютненьком районе дойти!
Выяснил, где его зазноба живёт и заявился к ней с утра пораньше, может и этого оболтуса там застану, сразу обоим и звездюлей навешу!
Сестра моя там уже панику подняла, как же, её ненаглядный сыночка жениться собрался! А невеста чуть младше матери жениха!
— Игнат, я тебя прошу… только ты помочь можешь, брат, — я вообще не переношу, когда женщины плачут, а когда это ещё и моя сестра, тем более! — Я просто уверена, что она знает, что мы далеко не бедные, вот и хочет моего Лёшеньку на себе женить… помоги, спаси любимого племянника!
И вот я злой, как тысяча чертей, что приходится заниматься таким делом, нажимаю на кнопку звонка её квартиры, ожидая увидеть там молодящуюся тётеньку.
Открывается дверь и вижу я такую сдобную пухляшечку, такую пышную красавицу, что сразу забыл зачем я сюда пришёл.
Стоит вся такая пышная, яркая, с большим букетом в руках…
Вот этот букет и вернул меня к действительности, сразу вспомнил зачем я здесь и что хотел этой особе сказать.
— Ну наконец-то я до вас добрался! — выпалил я на одном дыхании, потому что боялся, что сейчас сам начну к ней клеиться. — Долго вы ещё будете из моего племянника деньги тянуть? Уже цветов вам мало, на золото перешли… А потом что машину запросите?
Я даже опомниться не успел, как она мне в руки все букеты всунула, которые наш влюблённый дурачок ей всю неделю посылал, сверху цветов, прямо у моего лица, сложила конфеты, а коробочку красную чуть в зубы не сунула.
Мне даже показалось, что она меня сейчас к лестнице лицом повернёт и пинка пропишет для скорости.
— Это ваш племянник пусть от меня отстанет! Я с малышами не связываюсь!
И дверь перед моим носом захлопнула!
А я стою, нагруженный, как мул, и смех пробивается изнутри.
Вот это бой-баба! Вот это женщина-огонь! Не зря у племяша в штанах зачесалось… я и сам бы мимо такой не прошёл!
Перехватил покрепче всё, что она мне сунула в руки и тихо пошёл по ступенькам вниз на два этажа, где наш влюблённый страдалец квартиру себе снял.
Дошёл до двери, развернулся и постучал пяткой.
Дверь сразу же открылась, и взволнованная Полинка уставилась на меня вопросительно.
— Ну что она сказала? Отстанет от моего Лёшеньки?
Прошёл, сбросил всё на большой стол и повернулся к «Лёшеньке», который сейчас храпел в своей спальне.
— Отстанет.
Отстанет по той простой причине, что теперь я от неё не отстану! И Лёхе ноги переломаю, если будет её доставать. А, кстати, на этом можно и сыграть!
Улыбнулся своим мыслям и повернулся к сестре.
— Полин, ну не переживай ты так, в твоём положении это опасно, подумай о малышке.
— Да что с нею будет, там всё нормально, Сергей всё контролирует же ты знаешь, какой у меня муж в этом вопросе щепетильный.
Конечно знаю, первый муж Полины погиб, когда Лёшке пятнадцать было, пять лет она у нас в трауре была, всю любовь свою и заботу на сына перекинула, поэтому до сих пор переживает, хотя тому уже не восемнадцать и даже не двадцать.
А два года назад сестра снова замуж вышла, вот сейчас ребёнка ждут… и что самое смешное во всей этой ситуации, это то, что второй муж младше её на пять лет…
— Откуда ты знаешь, что отстанет? — снова начинает нервничать сестра, поглаживая свой большой живот. — Они, эти старухи, знаешь какие ушлые! Тем более, когда узнают, что мальчик денежный.
— Поль, я не думаю, что здесь такая ситуация, она мне показалась очень порядочной…
— Не верю я ни в чью порядочность… теперь ещё больше переживать буду, ведь они в одном доме живут! И домой возвращаться не хочет! Игнат, придумай что-нибудь!
Зять мне голову оторвёт, если узнает, что его любимая беременная жёнушка так переживает и волнуется, поэтому ляпнул первое, что мне в голову пришло.
— Я сам за ней приударю! Переключу, так сказать, её внимание на себя!
— А как же твоя Леночка? — вот любопытная она у меня.
— Леночка на следующей неделе замуж выходит… так что я свободен!
— Ох, Игнат… опять хорошую девушку упустил, так ты никогда не женишься! Сорок два года, а всё бобылём ходишь… ни жены, ни детей! Да ещё и на эту ушлую время тратить будешь…
— Так ты хочешь или нет, чтобы она от сына твоего отстала?
— Ну да хочу… но…
— Никаких «но», предоставь всё остальное мне! — прижал её к себе не сильно, поцеловал в макушку… как же я рад, что она наконец-то счастье своё опять нашла, смогла после смерти Петра себя по кусочкам собрать и научиться опять жить… — Ради тебя я и с матерью-королевой закрутить готов.
— Ну ладно… это же ненадолго, просто Лёшка пусть в ней разочаруется и всё…
— Ну поехали, пусть спит… я позже с ним поговорю.
Полинка выгрузила из пакета, что я помог ей сюда принести, боксы с едой для любимого сыночка, поставила всё это в холодильник, ещё раз зашла в спальню к нему, потрепала по кучерам и, взяв сумочку, пошла на выход… я за нею…
Выехал со стоянки, молчим… каждый о своём думает…
Перед моими глазами стоит пышная красавица с живым огоньком в глазах, так и хотелось засмеяться, когда вспомнил, как она меня загрузила по самую макушку, да боюсь сестру испугать, не поймёт ещё моего веселья.
— Я тебя к Сергею в клинику отвезу, он настоятельно просил.
Зять у меня врач и при любом удобном случае проводит своей жене обследования, переживает, всё-таки под сорок уже…
Передал сестру прямо в руки зятю, крепко пожали мы друг другу руки, хороший он мужик, настоящий, надёжный.
— Ну что там разобрались с зазнобой нашего Лёшки? — смеётся Сергей, прижимая жену к себе. — Не послала она тебя, Игнат, случайно?
Смеюсь, вспоминая, как пончик букеты мне из квартиры таскала.
— Почти угадал, мне показалось, что это она хочет, чтобы Лёшка от неё отстал…
— Замучил своим вниманием бедную девушку? Может его из города отослать на пару месяцев? — Сергей посмотрел на часы. — Поль, идём у тебя к врачу назначено…
— А может и правда Алексея по делу куда-нибудь отправить? — сестра не успокоится, пока своего не добьётся, это у нас в крови, у Ковалёвых. — Милый, ты же можешь это сделать, да?
— Решим! Ты только не волнуйся, если за дело взялись мы с Игнатом, всё будет хорошо.
Смотрю им вслед и завидую… белой завистью завидую, потому что тоже хочу такого счастья, такого всецелого единения в своей жизни найти… не мальчик уже, долг родине отдал сполна, теперь можно и семью строить… только вот с кем, вопрос…
Развернулся и к своей машине… чем же ты живёшь, девочка Маша… сейчас этот вопрос волновал меня больше всего.
То, что Лёха ей нахрен не нужен, было на лице её написано, но вот как это в голову моего племяша вбить, пока ещё не знаю…
Возвращаюсь туда, откуда только что приехал и ставлю машину так, чтобы двери подъезда просматривались. Надеюсь, пока я Полину отвозил, наша девушка никуда не ушла…
Чувствую себя каким-то старым чурбаном, разучился я по девкам ходить, теперь после серьёзного ранения приходится привыкать к мирной жизни, в армию дорога мне закрыта раз и навсегда…
Ну что ж… попробуем применить знания, полученные в строю, в мирных целях, не накосячить бы только.
Примерно через час объект вышел из дома, да не одна, а с небольшой собачкой, которая крутилась вокруг неё, игривая такая, шустрая…
Собак значит любит… твою мать, а где же я себе собаку теперь найду… а надо бы для дела…
Тут только заметил, что Маша в другой руке держит большую тяжёлую сумку… уезжает что ли…
Просто наблюдаю со стороны, а что я могу сейчас сделать, не могу же я просто так подойти к ней, она и послать может далеко… тут повод серьёзный нужен…
И словно в ответ на мои мольбы, шустрая собачка срывается и вместе с поводком несётся через парк в сторону густых кустов.
Девушка за нею!
Выхожу из машины и быстро спешу наперерез, а может и правда мне повезёт поймать эту жучку. Как там у нас говорится, хочешь подоить корову, подружись с её телёнком…
Ну, это я образно говоря, не переходя на личности.
Вижу краем глаза, что пушистый комок с лаем скрылся в густой листве, я туда же…
— Лариса, ко мне! — Лариса⁈ Прикольно!
Минут через десять наткнулся я на эту Ларису, запуталась поводком за корягу, увидела меня, не испугалась, ластится ко мне… это мне сейчас и нужно…
— Хорошая, — тяну руку, чтобы погладить, а она как лизнёт её. — Ты что хулиганка что ли… слышишь хозяйка тебя зовёт, волнуется… ну пойдём со мной, непоседа.
Присел слегка на одно колено, второе-то у меня на металлических пластинах, непослушное, и подхватил собачку на руки.
Выхожу с нею из-за кустов и почти налетаю на её хозяйку.
— Вы не её ищите? — уставилась на меня, явно узнав во мне утреннее недоразумение. — Вот, за корягу зацепилась.
— Опять вы? — но собаку из рук забирает, поставив при этом сумку на пол. — Неожиданно, конечно, но спасибо…
Пытается перехватить Лариску одной рукой, а второй поднять с земли сумку.
— Давайте помогу!
— Да нет, что вы, я сама!
— Сама-сама… а может я хочу вам помочь, чтобы так сказать… извиниться… — подхватил кожаную сумку, оценив то, что не такая уж она и лёгкая для девушки. — Значит это Лори, вы, насколько я знаю, Маша… ну а я Игнат… и мне очень приятно с вами познакомиться.
Смотрит на меня, как на ненормального, а я себя сейчас таким и ощущаю, хрень какую-то несу и заикаюсь, как подросток перед своей первой девочкой.
А потому что от её вида у меня дух снова захватывает, это же не женщина, а мечта… красивая, мягкая, воздушная.
— А давайте я вас подвезу! — веду её под локоток, упирающуюся. — Я на машине и мне совсем не сложно.
— Игнат, да не стоит, мы на автобусе и нам ехать далеко, вам точно с нами не по пути!
А я как тот сенбернар, язык высунул, слюни до пола… мне всегда с вами, девушка, по пути, тем более что других дел у меня сейчас и нет.
— Отказ не принимается, ну и куда вы сейчас с собакой в автобус, да ещё с такой сумкой тяжёлой… ну не отказывайтесь, ну пожалуйста!
— Слышь ты, мужик, — вырвала всё-таки свою руку и повернулась ко мне всем корпусом. — Ты что ко мне пристал, я же сказала, что Алексей мне ваш не нужен! Тебе со мной не по пути, потому что я к родителям еду за город!
Сумку вырвала у меня, развернулась и пружинящей походкой пошла в сторону остановки.
Вот же козочка норовистая! Люблю таких, наверное…
— Это даже не обсуждается! — разворачиваю девушку в сторону своей тачки. — Мне как раз за город и нужно! Прямо в сторону ваших родителей!
— Но…
— Клянусь, приставать не буду! Ну соглашайтесь! Маш, я же не укушу вас…
И что вы думаете, сунула руку в карман рыжего платья и достаёт оттуда маленький баллончик, значение которого мне знакомо очень хорошо.
— У меня вот это есть, понял? Применю, не задумываясь.
И с таким вызовом на меня посмотрела, что мне сразу же захотелось сграбастать её в свои объятия и поцеловать упрямые губы.
Но вместо этого я рассмеялся.
— Это им ты ребят побрызгала возле нашего ресторана? — наслышан об этом эпизоде от самого Лёхи и его друзей.
— Вот именно им, так что советую вести себя прилично! — у меня приличие в штанах прямо зашевелилось… если бы ты, девочка Маша, знала, насколько неприличны сейчас мои мысли о тебе, я бы уже соплями своими захлёбывался.
— Честное пионерское, просто отвезу куда скажете!
Вот же настырный какой, теперь понятно в кого племянничек уродился!
Всё-таки усадил меня на переднее сидение, Лариску устроил на широком заднем сидении, а она, предательница, ещё и хвостом виляет.
— Ну, шеф, показывай дорогу! — я чуть не рассмеялась, так смешно это выглядело.
Показываю дорогу, баллончик в руке зажала, да кто его знает, бережёного бог бережёт.
К родителям ехать чуть больше часа, делать нечего, пришлось иногда вставлять слова в его монолог.
А вообще мужик мне понравился, простой такой, без заморочек, если бы ещё не был бы родным дядей Лёшки, вообще б цены ему не было.
— Вот сейчас поворот направо будет, — уже и поворот в родной посёлок. — У ворот остановитесь и сразу уезжайте, пусть родители думают, что я на такси приехала.
— А, ну хорошо, а когда назад собираешься? — повернулась к нему и вперила возмущённый взгляд. — Ну я просто здесь недалеко буду и заеду за тобой, что вам с Лариской по автобусам страдать? Вот мой номер телефона, я буду сидеть и звонка ждать.
Сунул мне в руку визитку и остановил у дома родителей.
Но номер телефона не понадобился, потому что папа стоял с соседом неподалёку и сразу двинулся к нам.
Обнял меня и повернулся к Игнату, который как раз доставал мою сумку из багажника.
— Я Игнат, хороший знакомый Маши, — тут же представился он.
И отец, кинув мне: «Мужик что надо, не то, что этот слюнтяй», потащил его домой.
А я стою и смотрю, как мой отец, Игнат и сумка вместе с Лори скрываются в доме.
В смысле мужик что надо? Пусть едет отсюда, нечего его в дом заводить!
Да ну конечно! Родители, как будто уже сто лет его знали, развили такую бурную деятельность, что на меня даже внимание перестали обращать, и этот туда же!
— Пойдём, Игнат, я тебе всё у себя на участке покажу, а женщины пусть на стол накрывают! — эй, стопэ!
Знаю я его «покажу на участке», сейчас к пчёлам поведёт, а там и до медовухи рукой подать, а мужику ехать надо! Не останется же он здесь ночевать!
Остался! Мама такой стол накрыла, всё достала, что у неё в закромах было.
— Ну и хорошо, дочка, что слёзы по своему Мишке лить не стала! Вот не нравился мне он совсем! Слащавый какой-то был… да ещё и эта сваха в одном с вами доме… А Игнат нам с отцом понравился, видно, что мужик с большой буквы, вона, как с отцом по участку носится, домовитый видать.
Я и рассказать не могу, что только второй раз за всю жизнь его в глаза вижу, чтобы мама меня за легкомысленную особу не приняла.
И терпеть его в родительском доме не очень-то хочется.
Но спрашивать моего мнения уже никто не собирался.
— Я привезу из города евровагонку, и мы вместе с вами баню обобьём, — с улицы вошли мужчины, уже планируя, что будут делать для улучшения, а я глаза вылупила на этого грамотея, так и хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжёлым, чтобы не смел родителей вводить в заблуждение. — Маш, у тебя такие мировые родители!
Мама с папой расплылись в улыбке и посадили гостя на самое почётное место… парень явно переигрывает, о чём я не преминула ему напомнить, хорошенько пнув под столом, чтобы не забывался.
Уехать Игнат уже не мог, потому что глаза у них с отцом уже были посоловелые, значит медовуху всё-таки уже пригубили.
Хоть я и злилась сильно, но посидели мы очень хорошо, душевно так, по-домашнему…
А когда отец гармошку достал, тут уж и песни попели, наши застольные.
'Ромашки спрятались, поникли лютики
Когда застыла я от горьких слов
Зачем вы девочки красивых любите
Непостоянная у них любовь'
Подпеваю родителям и чувствую на себе его взгляд, ну гад, завтра я с тобой по-взрослому поговорю, схватишь ты у меня.
— А что машину, дочка, покупать собралась, так это отлично, — вот кто меня за язык тянул всё маме раньше времени рассказывать. — Поеду с тобой, помогу выбрать!
— Да что вы напрягаться будете, батя, я сам Машуле машину выберу и ездить научу! — батя⁈
— Да ездить она умеет, правда по колхозу и права есть у неё… — вставляет отец, разливая им ещё медовухи… чувствую я кто-то с непривычки прямо за столом уснёт. — Ей бы в городе несколько уроков у инструктора взять!
— Так я и есть самый лучший в мире инструктор, без проблем проконтролирую! Сначала на своей научу, потом за машиной поедем! — ещё и ручищу свою на спинку моего стула положил, как бы приобнимая… заигрался мужик в семью, останавливать надо, а то так скоро дело и до свадьбы дойдёт!
— Ой, как поздно уже! — картинно зеваю, давая всем понять, что спать уже пора.
— Ну так я вам в гостевой спальне постелю, — мама уже вообще готова меня прямо тут сплавить!
— Ага постелите, мама, — я так его ущипнула за ногу, что подпрыгнул на месте. — Люблю вашу дочь очень!
Медовуха не в то полушарие попала что ли…
— Игнату там постели, мам, а я в своей спальне лягу… — и в глаза ему так посмотрела, чтобы не смел ничего против сказать.
— Скромная она у вас, воспитанная, спасибо вам за дочь! — я чуть не захохотала, как раз вспомнив, как я его чуть с лестницы не спустила вместе с цветами.
— Женщины вы идите спать, а мы ещё посидим, нам есть о чём поговорить! Мы решили с Игнатом новую баню строить!
Я его точно убью, когда мы отсюда домой поедем! Вот же навязался на мою голову…
И главное, смог же родителям в душу влезть, с Мишкой папа никогда так не откровенничал и уж тем более медовухой не угощал!
— Доча, ну до чего мужчина хороший! — утром мы с мамой пораньше поднялись, а мужики ещё в кроватях валялись, заряженные с вечера медовухой. — И деловитый, и надёжный, и красивый тоже.
И так на меня смотрит, словно ждёт, что я ей в чём-то признаюсь.
— Мама, вы его в первый раз видите, а уже так хорошо узнали… а если он притворяется? — пытаюсь вразумить свою родительницу.
— Притворяется после отцовской медовухи? Да это же настоящая сыворотка правды! Твой Мишаня, когда приехал, что сказал после медовухи?
— Что?
— Что не собирается тебя кормить, что жена тоже должна вкладываться в семейный бюджет! — ничего себе… а я об этом и не знала. — А знаешь, что сказал Игнат на эту же тему?
Мне, конечно, не интересно, что он сказал, потому что я не его жена и даже не девушка и не собираюсь ими быть… но любопытство пересилило.
— Что?
— Отцу он сказал, что сам в состоянии обеспечить и тебя и детей, которые у вас будут, что запрещать работать он тебе не будет, но деньги это будут лично твои, вот!
Ну прямо не Игнат, а чудо расчудесное! Сейчас уже таких и не делают… красиво сказал, хоть и соврал.
— Ну… — пытаюсь что-то ответить, потому что маман на меня так смотрит, как будто я не понимаю своего счастья.
— Не упусти его, доча… уведут из-под носа такой экземпляр, пикнуть не успеешь!
— Маму слушаться надо! — я чуть не подпрыгнула от его голоса. — Мама плохого не посоветует! Батя ещё не проснулся?
— Ну вы тут пока чай наливайте, я пойду отца проверю, что-то он вчера на радостях своей медовой воды много выпил…
Как только за мамой закрылась дверь, я сразу набросилась на этого умника-прилипалу.
— Тебе не стыдно пожилых людей в заблуждение вводить? — глазами блымает, как будто не понимает за что я на него кричу. — Я тебя знать не знаю, а ты уже с «батей» баню строить собрался!
— Машуль, ну не надо с утра ругаться, тебе совсем это не идёт, — берёт кружку, наливает чай и ставит передо мной на стол. — Смирись с моим появлением в своей жизни, у меня намерения серьёзные…
— Какие намерения⁈ — повысила я голос ещё сильнее.
— Тихо! Родители идут, не хочешь же ты их расстроить? — и правда, в кухню вошли папа с мамой, а этот лис продолжает, как ни в чём не бывало. — Лори сегодня всю ночь у меня в ногах спала, надо бы её покормить тоже.
Все предатели, вон и Лариска тоже во вражеский стан переметнулась…
— Доброе утро, батя, как спалось? — улыбаются друг другу, как будто сто лет знаются. — Пойдём сейчас замеры делать, ручку и тетрадь надо, всё записать…
И на полном серьёзе рисуют план бани на листке, который мама принесла, что-то обсуждают, спорят…
Мама ещё советы даёт…
— И столик бы небольшой в предбаннике поставить! — вставляет она. — А что, после баньки жаркой и посидеть, и полежать хочется.
Я больше на это безобразие смотреть не смогла, демонстративно вымыла за собой кружку и вышла в сад. Пойду лучше малины поем, да яблочко сорву.
Мне кажется, что я тут лишняя.
Как же хорошо за городом, спокойно так и свежо. Я вот не городской житель, вот прям ни разу и мечтаю в будущем в частном доме жить, пусть в городе, но на окраине, в тихом районе… ну мечта у меня такая. Нет, не мечта, а цель.
Свой сад у меня будет и небольшой огород, где обязательно посажу малину, клубнику и огурцы!
Сижу в саду на лавочке, глаза прикрыла, наслаждаюсь пением птиц…
— Как же хорошо у вас здесь… уезжать не хочется, — Игнат осторожно сел рядом и закурил сигарету. — Тебе дым не мешает?
— Не мешает… да, хорошо здесь, скучаю я по этой тишине и размеренной жизни.
— Я тоже люблю, чтобы дом на земле стоял, скворечники не уважаю!
— Скворечники? — при чём тут скворечники, не поняла я.
— Это я квартиры скворечниками называю, — смеётся. — Вот видишь сколько у нас общего, а ты злишься… в город сегодня поедем?
— Конечно сегодня, а то я чувствую, нас тут уже и переженят! — тоже смеюсь, представляя это. — Ближе к вечеру тронемся, я хочу маме в доме генеральную уборку сделать…
— Отлично! А я тогда бате помогу! И на речку на пару часов мы с ним собирались сходить.
— Смотри медовуху больше не пей, а то я отца знаю! Любит ею гостей потчевать, а тебе вечером за руль садиться!
Уже даже не одёргиваю Игната, когда он говорит батя, бесполезно.
— Ну если что у тебя же права есть! — поворачиваюсь к нему с возмущённым взглядом. — Как раз и экзамен у тебя по вождению приму!
— Только попробуй!
— Машка, ты такая красивая! — подхалим. — А когда злишься, ещё красивши становишься!
И что вы думаете? Хватает в охапку и зажимает мне рот поцелуем.
Мамочки! Что делается! Моё тело отдельно от мозга живёт! Потому что мозг говорит оттолкни его, а губы-предательницы на поцелуй отвечают!
Наконец-то справляюсь с ситуацией и слегка прикусываю его язык, который уже по-хозяйски орудует у меня во рту.
— Ай, ты чего дерёшься?
— Если не прекратишь вот это всё, тогда точно узнаешь, как я драться могу!
Да я вообще официально ещё замужем!
Из огня да в полымя? А мне оно надо?
— Игнат, ну хватит миловаться, идём удочку тебе подберём, ещё успеем утренний клёв поймать! — миловаться… чувствую, как покраснела до кончиков волос. — Не скучайте тут без нас!
Смотрю им вслед и смеяться хочется… наверное, придётся его сюда иногда привозить, чтобы отца не расстраивать, вон как привязался к Игнату, как к родному.
— Что на рыбалку твоего утащил старый? — мама тоже на крыльцо вышла, чтобы посмотреть вслед отъезжающему мотоциклу, за рулём которого сидел отец, а в люльке, согнувшись в три погибели, Игнат. — Пойду тогда курей да уток накормлю, твой отец как на рыбалку едет, про всё забывает!
— А я пойду уборку в доме замучу! — сейчас за час уберусь и ещё с мамулькой поболтать успеем.
Да куда там за час! Через час сижу на кровати в своей комнате, перемерив все свои вещи, в которые ещё влезла, и листаю школьный альбом.
Это как в детство окунуться, как по старым школьным коридорам пройтись…
Эх, где мои семнадцать лет!
— Машунь, ну ты что-то в своей комнате застряла! — мама заглядывает ко мне с улыбкой. — Ну-ка мне покажи… ой, помню я когда это было, тебя ещё отцовская пчела за губу укусила, а через два дня фотограф в школу приехал!
— Я тогда чуть не плакала, а фотографироваться надо, они же редко в школу приезжали…
— Ну давай заканчивай уже тут, скоро мужчины наши с уловом придут, надо на стол накрывать!
Мужчины наши… и так мне это понравилось… к чему бы это…
— Маш, а ты чего тихая такая? — едем в город с Игнатом, я молчу, словно в рот воды набрала, Лариска на руках у меня спит, устала бедная за бабочками в саду бегать. — А ты примерно какую машину хочешь?
Вот же прилипала… не собираюсь я ему ничего говорить, отец мне поможет найти тем более, что я на папу и оформить её пока собираюсь.
— Ну так не интересно! — сам вопрос задаёт, сам на него отвечает… нравится мне этот парень! — Прежде чем машину покупать, надо по городу научиться ездить! Завтра в десять я за тобой заеду, пойдёт? Или сразу может у тебя останусь, ну что туда-сюда мотаться…
— Ну вот ещё!
— А, всё-таки разговаривать можешь, — смеётся. — В десять нормально или другое время тебя интересует?
— Да не хочу я, чтобы ты меня учил, надо будет найму специалиста.
— Ну вот ещё, я бате обещал, а что Игнат обещает, то он обязательно делает!
— Никакой он тебе не батя!
— Какая злючка… а может быть я хочу, чтобы он был моим батей? — вот что за мужик сейчас пошёл… никакой романтики, пришёл, увидел, захотел… а где конфеты, букеты… хотя о чём это я, этого добра мне от его племянника с головой хватило!
— Ну только если усыновит, других вариантов я не вижу!
— А может я лучше на его дочке женюсь? — ох какой шустрый!
— Не получится, дорогой! — придётся мужика останавливать холодным душем.
— А что так? Лицом не понравился или характером не вышел? — я сейчас просто заржу, так он старается моему отцу зятем стать.
— Да нет, и лицом ты вышел и характер у тебя что надо…
— Ну тогда я вообще причин для отказа не вижу! Видишь, я тебе тоже нравлюсь, характер у меня ангельский, мужчина я не бедный… ну всё же сходится!
— Разговор у нас какой-то странный! Я тебя три дня знаю, а ты меня уже замуж зовёшь… давай прекратим это, тем более что это совершенно невозможно! Замужем я, потому что!
— Замужем⁈ А… М… неожиданно… как-то.
В это время мы уже подъехали к моему дому, хорошо, что я уговорила маму сегодня мне соленья-варенья в сумку не класть.
Выскочила из машины с Лори в руках, подождала пока Игнат сумку подаст мне из багажника и двинулась к подъезду, спиной чувствуя, что стоит и мне вслед смотрит… пусть смотрит, не готова я ещё к отношениям, мне ещё с предыдущими закончить надо!
… С батей он собрался баню строить, ну шустрый такой, слов нет!
Игнат.
Замужем? Она замужем⁈ А какого хрена тогда Лёха за ней увивался? Ничего не понимаю…
Ставлю машину ближе к дому и врываюсь в подъезд, как ураган. Мне срочно узнать всё нужно, а поможет мне в этом мой родной племянничек!
Тарабаню в его дверь, потому что на звонок он не отвечает.
— Ну кто там такой нетерпеливый? Игнат?
Наконец-то дверь открывается и из-за неё выглядывает наша семейная надежда и опора во всей своей красе.
Отодвигаю его и прохожу в квартиру.
— А ты чего такой сердитый?
— Да вот разговор к тебе есть… мужской, взрослый…
— Ну так садись, чего стоишь, как будто драться пришёл.
Уселся на высокий стул и уставился на него.
— А скажи-ка мне, Лёха, как тебя угораздило с замужней женщиной связаться? В глаза мне смотреть!
Замялся мой племяш, словно вспоминая какую замужнюю женщину я имею в виду.
— Я про Машу говорю, что на два этажа выше живёт, — подсказываю, а то в его алкоголем забитом мозгу картинки не складываются.
— А Маша… так она разведена… почти, а тебе какое до этого дело?
— Как это разведена почти? — на вопрос его не отвечаю, мне сначала на свой ответ получить надо, а то чувствую без драки не обойдёмся.
А я свою Машулю никому не отдам, вот в душу она мне залезла, я может быть о такой женщине всю жизнь мечтал.
— Муж её на две семьи жил, а Машка узнала и выгнала его из дома, вроде на развод подала, — фух… выдохнул и легче как-то на сердце стало. — Она вам правда понравится, когда я её уговорю со мною быть.
— Слышь сюда, любимый мой племянник… она мне уже нравится, и я эту девушку себе забираю, понял?
— В смысле себе? Да ты же для неё старый!
— А ты молодой! Найдёшь себе ещё, а мне уже некогда такими делами заниматься, я уже её нашёл и начинаю наступление на добродетель.
— Подожди! Я сейчас пойду быстро умоюсь холодной водой, и ты мне ещё раз всё расскажешь, — Полинка права, часто Лёха стал к бутылю прикладываться, надо что-то делать с этим. — Давай ещё раз неспеша!
Стоит передо мной с мокрой головой, капли воды по груди стекают прямо под резинку спортивных штанов и лыбится.
— Я говорю, чтобы ты от Марии моей отстал, иначе подерёмся!
— С чего это она твоя? Я первый её встретил… я ухаживаю за ней!
— Ага, она давеча все твои ухаживания мне в руки сунула, я еле до твоей квартиры донёс! Сказала, чтобы ты от неё отстал…
— Чёрт… — сел в кресло и руками голову зажал. — Ну что во мне не так, а?
— Да всё в тебе так, только эта девушка уже мной занята, нет у тебя шансов, Лёха, просто в сторону отойди и всё!
Сидит молчит…
— Хорошо, уйду… а ты за это свой гелик мне дашь! — я ему сейчас тресну и не посмотрю, что родственник.
— Ты что салага, хочешь, чтобы я у тебя её купил? — соскочил я со стула и рукава рубахи закатываю. — Вообще оборзел что ли?
— Ну чо сразу салага и оборзел, ты у меня девушку, любимую из-под носа, увёл… ну дай хоть на месяц покататься, я же не навсегда прошу, просто чтобы раны на душе от потери залечить…
— Ну и наглый же ты у нас! Ладно, на месяц дам!
— Ура! Мужской ход! — рано радуешься, дам при одном только условии… или двух.
— Как только увижу, что ты неделю трезвый, сразу забирай! Но смотри, хоть раз с душком поймаю, и не приведи Господь за рулём моего гелика… я душу из тебя вытрясу!
— Слово пацана, бросаю я эту заразу!
— Тогда я пошёл.
— А я спать, мне уже очень хочется на твоём танке прокатиться.
Серьёзно глянул на него, подняв бровь, а вышел из квартиры и весело засмеялся.
Вот обожаю я этого поганца!
Поворачиваю в сторону лестницы и шпарю на два этажа выше, откуда меня не так давно с цветами проводили.
Возле её двери отдышался, пригладил волосы и нажал на звонок… не смогу я вот так вокруг да около, не привычный я к этому, я военный, а нам самое главное задачу поставить перед собой и в бой.
— Кто там? — не голос, а отрада для моей души.
— Маш, это я, ты вот это в машине моей забыла… — ну а что мне делать оставалось, по-другому ведь не откроет.
— Что я забыла? — открывается дверь, а там она… в шёлковом домашнем халате… красивая просто звездец!
— Меня ты забыла, красавица моя, — прижимаю свою лапушку к стене и впиваюсь в сладкие губы… блять, я дома…
Только успела переодеться в свой любимый халат и ноги на диване вытянуть, как в дверь позвонили.
— Кто там? — если это Мишаня пришёл или ещё лучше его мамаша, я взорвусь!
— Маш, это я, ты вот это в машине моей забыла… — Игнат? Что я там могла забыть… может мама всё-таки что-то потихоньку сунула, пока я не видела.
— Что я забыла? — раскрыла дверь настежь, стоит весь такой красявый, первый парень на деревне и нагло так улыбается, причём в руках ничего нет.
— Меня ты забыла, красавица моя, — и как прижмёт меня к стене, и как поцелует…
Я, совсем такого поворота не ожидавшая, естественно опешила и раскрыла от изумления рот, чем наш красавчик не преминул воспользоваться, его язык уже орудовал у меня во рту, вызывая в теле такие эмоции, что мне пришлось даже схватиться за его широкие плечи, чтобы не упасть.
— Маш… Машенька, Машуля, — шепчет мне в губы между поцелуями. — Какая же ты сладкая, девочка моя… какая… ух какая… просто тащусь от твоих форм!
А я на поцелуй отвечаю, а что мне молодой да одинокой… но потом понимаю, что не девочка я на одну ночь, не так мама с папой воспитали, вот не могу так и всё тут!
Упёрлась в его плечи руками, пытаясь отпихнуть, да куда там такую махину с места сдвинуть.
— Ну что же ты, сладкая, — снова шепчет мне прямо в губы этот змей-искуситель. — Ну не надо меня отталкивать, я знаешь, как сильно тебя хочу, девочка моя… чувствуешь пацана моего, так он к тебе хочет…
Я, конечно, пацана его чувствую, потому что эта дубина мне жёстко в живот упирается.
Ну что вот тебе стоит ноги раздвинуть и от этого потрясного мужика удовольствие получить?
Так нет же, как там говорится: «спасибо моим родителям: ни в эскорт, ни в любовницы… только своим горбом на жизнь зарабатывать!»
— Я до трёх считаю, потом не обижайся! — с придыханием отвечаю ему, пытаясь успокоить своё дыхание, да разве ж это возможно, когда тебя так целуют!
— Да ладно, девонька, не сердись, лучше скажи дяде Игнату, где у нас тут спаленка, — у него уже и руки в ход пошли, просунул их назад и так мою задницу сжал, что между ног забулькало… ещё пять минут и я уже отбиться не смогу, поэтому мысленно отсчитала три раза и резко подняла колено, метясь прямо в пах.
Но, то ли Игнат немного в сторону сдвинулся, то ли сообразил и ногой своего пацана прикрыть хотел, да только вместо яиц приложилась я в аккурат по его больному колену так, что услышала, как что-то звякнуло.
Твою дивизию! — секунда и меня уже не держат крепкие мужские руки, я вообще его на уровне своих глаз не вижу, потому что дядюшка Игнат согнулся в три погибели и пыхтит что-то там внизу, явно слова не для нежных женских ушек. — А-а-а… м-м-м… скорую вызывай, Маш… сломала, наверное…
И отключился! Реально мужик в обморок упал… ничего себе ночное рандеву.
— Эй, Игнат, ты чего? — я очень испугалась, что убила его.
Нагнулась, пощупала лоб, а он такой холодный и липкий…
Вот это ушатала мужика…
Схватила телефон и быстро набрала скорую.
— Мужчина в обморок упал, наверное, сердце… — адрес свой от волнения еле вспомнила. — Пожалуйста, поторопитесь!
— Бригада уже выехала, а мне нужно уточнить возраст, и фамилию мужчины.
Да откуда же я это всё знаю!
Ну назвала приблизительно, лет сорок ему, может чуть больше… Игнат…
Смотрю на него, присев на колени, а у него ни кровиночки на лице… вот кто меня просил мужика бить, а?
Скорая на удивление приехала очень быстро, как будто за углом нашего дома стояли.
В чувство привели тоже быстро, потом подняли и завели в квартиру… на мою кровать положили, а что делать, на диван в гостиной Игнат бы не влез, маленький у меня диванчик, миниатюрненький.
— Может всё-таки заберём вас в больницу? — спрашивает доктор у него.
Лежит на подушках, комнату мою рассматривает и улыбается…
— Нет, всё нормально, просто упал неудачно, болевой шок, у меня колено после ранения на штифтах.
— Хорошо, обезболивающее мы вам сделали, с сердцем всё у вас в порядке, теперь только покой, старайтесь больную ногу не утруждать, и завтра обязательно своему врачу покажитесь.
— Будет сделано, док! — смотрю игривое настроение к моему ухажёру вернулось, кровушка к лицу прилила. — Завтра в госпиталь съезжу!
— Ну тогда до свидания! Не болейте.
Пошла провожать врача, он мне ещё обезболивающее оставил вместе со шприцем, вдруг боли сильные будут…
Вернулась к себе в спальню, закрыв за скорой дверь на замок, и вижу такую картину…
Игнат уснул с такой блаженной улыбкой на губах, как будто он сейчас именно там, где и хотел давно быть… видимо сильно головой при падении ударился… хоть бы ночью хуже не стало, надо было всё-таки его в больницу отправить!
Выключила свет, принесла ему стакан воды на всякий случай.
Вернулась на кухню, выпила чаю и пошла спать…
Куда? Конечно, в свою спальню!
На диване спать невозможно, в комнате, где свекровь спала, я точно не усну, там после её ядовитого проживания ремонт делать нужно…
Поэтому я тихо устроилась на другой половине большой кровати и закрыла глаза.
Ну и денёк сегодня! Не удивлюсь, если проснусь утром, а Игната и след простыл, поймёт за ночь, что для сохранения своей жизни ему лучше от меня подальше держаться.
Так смеяться захотелось… зажала рот углом одеяла и хохочу, вспоминая, как мой герой-любовник плашмя у моих ног падает.
Анекдот в чистом виде!
— Смешно ей! — чуть не подпрыгнула от его голоса. — Чуть калекой мужика не сделала и хохочет!
Лежу тихо, делая вид, что сплю.
А мужчина вдруг подвинулся ближе, обнял меня со спины и положил подбородок мне на макушку, поцеловав туда перед этим.
— Трогать не буду, только не дерись… мне что-то так хреново… хоть бы операцию снова делать не пришлось…
— Прости ладно? — ещё смеюсь, глупая… человеку вон как плохо, а я ржу!
— Ничего, тебе можно! Только не часто… — и равномерно засопел, снова засыпая, а я дыхание затаила, боясь спугнуть это ощущение простого женского счастья, когда тебя прижимают к себе крепкие мужские руки и рядом бьётся ради тебя его крепкое сердце… хорошо-то как!
Проснулась под утро всё в тех же крепких руках, в которых засыпала, но уже лежим лицом к лицу на одной подушке…
Машка, да ты вообще с ума сошла что ли? Где твоя добродетель? Практически с улицы мужик уже у тебя в постели ночует… а ты ещё и лежишь этому радуешься, дурочка!
У меня сейчас такое чувство, как будто я давно именно Игната ждала, вот бывает же иногда такое ощущение, ну вот оно моё!
Да вы, девушка, гулящая оказывается, при наличии официального мужа на другого заглядываетесь!
— Машуль, проснулась? — слышу где-то над ухом. — Если ты сейчас с меня ножку свою сочную не уберёшь, придётся тебе мне второе колено ломать или я всё-таки на тебя залезу!
Ёпть, и правда, я же ногу на его бедро закинула… стыд-то какой…
Тихо ножку сняла с его ноги и выпрямила, а сама вид делаю, как будто сплю.
— Я тебе вообще-вообще не нравлюсь?
— Нравишься…
— А почему тогда отталкиваешь?
Долго молчу, а потом говорю, как есть.
— Чтобы вместе спать, нужно хотя бы что-то о мужчине знать, я так думаю… а я о тебе кроме того, что ты Игнат и дядя Алексея вообще ничего не знаю!
— Тьфу ты! — смеётся. — Я думал ты целибат на себя наложила после измены мужа.
— А ты, я посмотрю, уже в курсе.
— А то, я же бывший военный! — прижимает меня ещё ближе и чувствую поцелуй в лоб, тёплый такой, интимный. — У тебя ноут есть?
— Есть, — зачем он ему в такую рань понадобился.
— Неси срочно! — делать нечего, несу, может у человека что-то срочное.
Возвращаюсь с ноутбуком, а Игнат уже сидит на кровати, подложив под голову подушку.
Забирает у меня ноут, ставит себе на ноги и открывает, потом похлопывает рукой рядом с собой, приглашая меня снова принять лежачее положение рядом с ним.
Устроилась рядышком, тоже подложив подушку под голову чуть выше, Игнат что-то печатает, а потом разворачивает его ко мне.
— Вот, читай!
— Что это…
— Читай-читай! — читаю вслух…
Ковалёв Игнат Юрьевич, сорок два года, был женат, имеет дочь двенадцати лет…
На этом месте я останавливаюсь, приподнимаюсь на локте и смотрю на него.
— Был, — вопросительно переспрашиваю глазами. — Там же написано был женат, значит разведён!
— А…
И дальше по списку: родился, учился, женился, где служил, какие звания получил… полная информация, так сказать.
— И зачем ты мне всё это показываешь?
— Как зачем, — говорит, а сам у меня ноут забрал, закрыл и на тумбочку поставил. — Ты же сама сказала, что хотела бы всё обо мне знать… теперь знаешь, и уже от нас с пацаном не отвертишься!
Хоп! И я уже придавлена к кровати его мощным телом, и не вырваться мне, так спеленал своими ручищами, да если честно, то мне и не хочется…
— Что нога болеть перестала? — виду я ему не подаю, что согласна на всё, надо же марку держать, чтобы не думал, что я такая доступная, да у меня кроме мужа никого никогда и не было! — Могу повторить!
— Ой, не надо, милая… боль просто адская, — приближает свои губы и целует нежно-нежно. — Позже ещё и в госпиталь съездим… наверное…
— Так я же замужем, могу и паспорт показать, — а сама губы подставляю… хорошо, что два дня назад побрила везде, а то бы неудобно перед мужчиной было, блин, я и правда дурная, о чём думаю в такой ответственный для меня момент… я же сейчас ответные рога своему мужу ставлю… может он об этом и не узнает, но у меня на душе как-то спокойно стало.
— Ну с мужем уже всё понятно, скоро он бывшим станет… но я уже ждать этого момента не буду, такая ягодка спелая передо мной, — зарылся лицом в выемку между грудями, целует… а я уже от одного этого на небушко взлетаю! — Я твоего придурка-мужа не понимаю… как можно было вот это всё бросить? Но спасибо ему при встрече обязательно скажу…
Мамочки!!! А что так бывает, да? Так, когда нет ни слов, ни звуков, просто самые острые ощущения…
Не так, что пять минут и к стенке отвернулся, причём в эти пять минут ещё раздевание входило… нет, я не знала даже, что моим полным телом можно так восхищаться…
Не «Машка ты что-то поднабрала скоро в двери не пройдёшь», а «ты ж моя спелая ягодка, ты ж моё яблочко наливное, булочка моя сладкая».
И целует каждый сантиметр моего тела и гладит, с непривычки мне даже сказать ему хотелось, чтобы уже, ну… того…
— Никогда не вздумай худеть! — выдаёт мне Игнат, наконец-то покрывая меня своим телом, устраиваясь между моих раскинутых ног, прижимается так сильно, что головка его «пацана» уже там, толкается ко мне, вызывая во всём теле такое томление и негу. — Я от тебя просто тащусь, Машуль!
— Ковалёв! — смеюсь ему прямо в губы. — Если ты через секунду «пацана» своего в ход не пустишь, я помру от ожидания, слишком много слов, полковник!
— Слушаюсь генерал Ковалёва! — и одним рывком входит в меня до упора так, что яйца клацнули. — Ох… ффф… какая же ты горяченькая там… какая узкая… Маш, выходи за меня, а?
Ответить не получается, да и до ответа ли мне сейчас, когда тело отдаётся его мощи, его напору… когда хочется раствориться в нём до остатка и любить, любить, любить…
Игнат остановился и прижался лбом к моему лбу, в глаза смотрит, в губы целует…
— У меня такого никогда не было… никогда, — говорю, как есть, потому что в такие интимные моменты скрывать ничего и не хочется…
— Я ещё не закончил, милая, это только начало…
Девочкиии, девочки! Да если бы я знала, что так будет с ним, я бы его ещё по дороге к родителям трахнула!
Потому что это было нечто! Божественно! Нежно! Великолепно!
Мне хотелось плакать… впервые после секса мне хотелось плакать, а не спать!
Какой там спать! После секса было столько милоты… мне даже кофе в постель принесли и пироженку!
Ближе к обеду наконец-то выползла, в прямом смысле этого слова, из кровати и поплелась в ванную.
— Машуль, может тебе спинку потереть? — оборачиваюсь и смотрю на своего полковника… тело натренированное своё по кровати распластал, одна рука под головой, взгляд по моему телу голому блуждает… ну такой, зараза, красивый, что ни в сказке сказать, ни пером описать!
— Полковник, вы генерала сегодня просто заездили, сил моих дамских нет! Десять из десяти!
Ржёт, гад!
Быстро ополоснулась, накинула на голое тело халат свой шёлковый, подумав при этом, что надо бы новое бельё себе прикупить, открыла дверь и сразу же попала к Игнату в объятия.
— Ух ты ж моя куколка!
— Иди уже в душ, я на стол приготовлю…
Сияю вся от переполнявших чувств, как мало женщине надо… мы же ласку любим, и нежность, и уважение…
Поставила чайник на плиту, и давай из холодильника всё на стол вытаскивать, что есть: колбаса, сыр, масло, сметана…
И тут звонок в дверь… кого это…
Смотрю в глазок… Мишка? С чемоданом и мамой своей? Я даже глаза протёрла, чтобы ещё раз глянуть.
Открываю дверь и смотрю на них вопросительно, что опять Зою Ивановну ко мне привёл? Да сколько можно-то?
— Маша, любимая, прости меня идиота тупого, я понял, что лучше тебя женщины нет… я вернулся, Маш! Мы вернулись!
У меня чуть кусок колбаски изо рта не выпал, который я в рот сунула, когда дверь открывать пошла.
— Э… а как же Нина? — первое, что вырвалось у меня.
— Ушёл я от неё, такой гадиной оказалась! — я сейчас от смеха умру!
— Парень её из тюрьмы вернулся, она и беременна от него оказалось, — подала голос свекровь… почти бывшая.
— А…
— Спасибо, любимая, я теперь знаешь, как тебя любить буду! — и мимо меня пройти хочет, хотя я разрешения не давала, да и не дам.
— Машуль, а кто это к нам в гости пожаловал? — настоящий полковник, в одном полотенце на бёдрах, подходит и прижимает к себе, целуя в висок.
Немая сцена… те же и полковник… глаза у прибывших на лбу, особенно у свекрови, когда она смотрит на накачанное тело Игната, по которому бисеринками стекает вода…
Мне хотелось перед носом Мишки и Зои Ивановны дверь закрыть и снова полковника своего в кровать утащить, такой он был сейчас сексуальный!
— А чем это ты здесь, жена, занимаешься с этим мужиком, пока твой законный муж отсутствует? — чего?
Я даже обернулась на этого мудилу посмотреть.
— А я говорила тебе, сынок, что она недостойная, а ты мне не верил! — ещё и его горе-мамаша свои пять копеек добавляет.
— Да ты! — только успела рукава халата засучить, как крепкие руки задвинули меня обратно в квартиру.
— Машуль, спокойно, я сам, — полковник он и на гражданке полковник! — А ты иди нам на стол накрывай, я недолго!
И дверь закрыл с той стороны, оставшись с Мишкой и его маманей в подъезде.
Я в глазок посмотреть, а там ничего не видно, Игнат рукой закрыл, знал, наверное, что я его не послушаюсь и наблюдать буду.
Ну ладно, нет так нет, пойду на кухню, ждать своего настоящего полковника!
Сижу за столом и думаю… а вот приятно же, да? Когда за твою девичью честь мужчина вступился… да ещё какой мужчина!
У мужа моего, конечно, шок… не ожидал он от своей клуши-жены такой прыти.
Я, если честно сказать, тоже от себя такого не ожидала… всегда благочестивой была, за Мишку вышла целомудренной, а тут… это всё Игнат! Он же прёт, как бульдозер! Я же его и вырубить пыталась, всё равно в постель ко мне залез, змей ползучий!
Жалею? Да нисколечко! Даже если ничего у нас не выйдет серьёзного, мужу своему я отомстила его же методом! Хотя честно признаться, я уже и думать о нём забыла, и поспособствовала в этом по большей части его мамуля, дай бог ей здоровья!
Звонок в дверь…
Лечу и открываю замок, впуская в квартиру Игната… Булатовых, мамы с сыном, уже не видно.
— Я надеюсь они живы? — вставляю между поцелуями, потому что он сразу сграбастал меня в объятия, посадил на тумбу, стоящую тут же, в прихожей, и начал, как безумный, целовать.
— Еле сдержался, чтобы пиндюлей ему не выписать, маманя остановила, я же военный и с женщинами не дерусь! А так хотелось нос ему расквасить за то, что обидел тебя, моя котлетка!
— Ты что котлеты любишь? — смеюсь я, крепко обнимая его за шею, чтобы не упасть на пол.
— Обожаю! А что у тебя есть?
— А то! У меня всё есть, я же мамина доча.
— Да, тёща у меня что надо! До сих пор слюнки текут, когда вспоминаю её грибочки маринованные!
— Я тоже маме помогала! — зачем-то вставила я. — Идём, и грибочки у меня имеются, и икра заморская, баклажанная…
— Теперь я понимаю, что твой горемычный припёрся, нет больше на свете такой, как ты! Да только упустил он своё счастье, я теперь тебя никому не отдам! Может сначала опять в спаленку?
— Ну нет уж, меня, знаешь ли, иногда кормить нужно, а то от такого обильного секса и ноги протянуть могу!
Так, смеясь и кидаясь шутками, переместились на кухню, плотно поели и, по многочисленным просьбам, вернулись в спаленку на кроватку!
Так прошло две недели…
Две недели, наполненные таким счастьем, такой нежностью и улётным сексом…
Сегодня Игнат пригласил меня в их семейный ресторан, основанный ещё его отцом, где собирается познакомить меня со своей роднёй, уговорил-таки меня замуж за него согласиться, ну не устояла я перед полковником!
Влюбил, покорил, завоевал!
Через неделю нас с мужем разведут, а через месяц свадьбу играть будем, так Игнат решил.
— Ковалёв, ну какая свадьба? Мне уже тридцать!
— Ковалёва, — смеялся он. — Самая настоящая свадьба с белым подвенечным платьем и фатой и возражения не обсуждаются! Приказ понял, генерал?
— Да понял, понял…
У меня никогда свадьбы не было… и я, как каждая уважающая себя девочка, конечно же хотела бы её!
Ну раз полковник сказал, надо подчиняться!
И вот сейчас кручусь перед зеркалом, в красивом тёмно-синем платье-футляре, чуть выше колен, совсем чуть-чуть, на два пальца и так оно мне идёт, что глаз оторвать не могу от своего изображения в высоком зеркале.
Волосы не стала скручивать, как делала это всегда, Игнату очень нравится, когда мои густые локоны рассыпаются по плечам, поэтому слегка завила концы и скрепила красивым гребнем сзади… красота!
Сейчас он за мной приедет и поедем, а пока жду, пробегаюсь глазами по стенам своей любимой квартиры… так не хочется отсюда уезжать, но у Игната большой дом в хорошем районе, который он строил специально для своей будущей семьи… и мне там очень понравилось, очень.
Всё, как я мечтала: дом на земле, вокруг столько зелени и деревьев, простор и свобода! Мне уже и кабинет для работы предоставлен, хоть Игнат и сказал, что работать мне необязательно, нуждаться мы не будем.
А мне тоже жаль своё детище бросать, столько лет я клиентуру себе нарабатывала, тем более что каждый день за компьютером сидеть не надо, только раз в квартал… так что я решила клиентов своих не бросать, а то с ума от безделья сойду, он мне не перечил, мой любимый мужчина.
Слышу, как в двери открывается замок, приехал… спешу к своему милому и останавливаюсь в изумлении.
Сначала в прихожую вплывает огромная корзина алых роз, а потом уже её даритель.
— Машуль! — и такими влюблёнными глазами на меня смотрит, что я таю и улыбаюсь так, как будто счастливее меня на свете человека нет. — Какая ты! Красивая! Моя!
Мне кажется, что от его комплимента щёки у меня стали под цвет букета, что у него в руках сейчас. Наклонилась, чтобы понюхать большие бутоны, потому что такую огромную корзину я и поднять не смогу, а потом подставила губы для поцелуя.
— На моей поедем или на твоей? — купила же я себе машину, красную, как и хотела, и Игнат по городу меня учил ездить, так что я очень уверенно вожу теперь автомобиль.
— Сегодня на моей, а завтра, когда к родителям твоим поедем, так уж и быть, ты меня повезёшь! — ну не мужчина, а золото!
Поставили букет на стол, я взяла свою сумочку, телефон и мы поехали в ресторан.
— Мои ещё не знают по какому поводу я их сегодня собрал, сюрприз сделаем! — сюрпризы полковник обожает! — Вон уже сестра стоит меня выглядывает, ты иди в ресторан, как будто не со мной, а там я кааак скажу всем!
Ну ладно, мне не сложно! Осторожно вышла из машины, Игнат руку подал и пошла к двери так, чтобы сестра его меня не заметила, а она к Игнату быстро подошла и с благодарностью так говорит.
— Игнат, я специально сюда вышла, чтобы тебя отблагодарить! — я за её спиной стою и всё, конечно же, слышу. — Спасибо, что ты отвадил эту старуху от моего сына! Мальчик совсем про эту Машу забыл! Я бы тебя об этом одолжении и не попросила, просто он же мальчишка совсем, а она даже замужем уже была, спасибо ещё раз!
Так это он не влюбился в меня с первого взгляда, а от «Лёши старуху отваживал?»
Посмотрела прямо в его глаза бесстыжие, шагнула вперёд, вырвала у него ключи из рук, развернулась и к машине, мощный мотор взревел и через секунду я уже летела по дороге в сторону своих родителей, смахивая горючие слёзы и костеря его на чём свет стоит…
Влетаю в посёлок, еле сдерживая эту мощную машину.
Сворачиваю на свою улицу и… проезжаю мимо родительского дома…
Ну что я им сейчас скажу? Игнат меня обидел здоровую кобылу?
Еду туда, где мне всегда рады и где меня всегда ждут. К своей любимой бабуле.
Хоть и поздно уже, на улице темень, но в доме свет горит. Баба у меня рано спать не ложится, сериалы смотрит.
Оставила машину возле калитки, взяла сумочку и телефон и пошла в дом, на ходу проверяя телефон.
Ма! Сколько от Игната пропущенных! А сообщений!
— Милая, ну ты чего?
— Обиделась что ли?
— Я же тогда не знал, какая ты замечательная!
— Приезжай домой, я волнуюсь!
— Ты где?
Дальше читать не стала, просто кинула в сумочку и зашла в калитку.
— Кто там? — тут же послышался любимый голос.
— Ба, это я!
— Маша? — на улице загорелся свет и на пороге появилась мамина мама. — Вот так радость! Проходи же скорее, я как раз чаёк свежий заварила.
Подошла ближе и сразу оказалась в нежных руках своей бабушки.
— Можно я у тебя на ночь останусь, мне тебе рассказать что-то надо… — у бабули опыта жизненного больше, может подскажет что… — родителей не стала беспокоить, ты же знаешь, как начнут переживать да волноваться.
— Да конечно же можно, даже нужно! Совсем про бабушку свою забыла, в этот раз у матери была, не зашла…
И действительно… взрослеем и уже начинаем реже приезжать к своим бабушкам и дедушкам, всё некогда, всё куда-то торопимся, куда-то спешим.
— Да я не одна была, вот и не заехала, прости, а?
— Прощаю, ты же моя любимая внучка, разве ж могу я на тебя долго обижаться? Проходи в горницу.
В детстве смеялась всегда, когда бабушка на старый манер комнату горницей называла… прошла внутрь и оглянулась.
В этом доме, как будто время остановилось: на стене всё так же висел ковёр с оленями, на полах расстелены полосатые половики, а на столе пыхтит пузатый самовар.
— Ой, ну дай я на тебя подивлюсь, — я уже и забыла, что одевалась так тщательно для ресторана. — Ох и красивая же ты у нас, Машка! А что одна приехала, Игнат где? Да не смотри ты на меня так, мать твоя мне уже всё доложила! Жаль, конечно, что с Михаилом разошлась, но осуждать не буду, странный он какой-то был… недоделанный!
— Не напоминай мне ни про одного, ни про второго! — забросила свою сумочку с телефоном на диван, а то вибрирует постоянно, надоел уже! Сегодня меня ни для кого нет!
— А Игнат-то чем не угодил? Мать ему хвалебные речи поёт, отец так вообще сыном называет.
И тут прорвало меня, расплакалась…
И всё-всё бабуле рассказала, ничего не утаила.
— Он, оказывается, и не любил меня, а племянника своего от меня спасал! — вытираю слёзы ладошками, размазывая тушь по щекам. — А говорил, что любит… замуж даже зовёт…
А баба смеётся, обнимает меня, и раскачивает туда-сюда.
— Да ты никак, внучка, влюбилась в этого полковника? Ну признавайся, мне можешь сказать, как есть!
— Влюбилась, ба… сильно… а он!
— И он тебя любит, глупая. Да как же тебя можно не любить?
— Ты думаешь? — отодвинулась и смотрю в родные мудрые глаза.
— Ну конечно! Я просто уверена в этом! Может сначала он и хотел от тебя племянника своего отгородить, а потом, когда понял, какая ты у нас славная, влюбился по уши! Так что ты давай, звони ему скорее, пусть за тобой приезжает, машина же есть у него?
— Есть, — смеюсь сквозь слёзы, представляя, что полковник обо мне подумал, когда я его джип угнала. — Только она за воротами стоит, я на ней к тебе приехала.
— Ну Машка! Как была егоза шустрая, так ею и осталась! Ну тогда хоть успокой его, позвони.
— Утром позвоню, пусть ночь помучается! Чтобы наперёд неповадно было!
— Ну до утра можно… Я когда за твоего деда Василия замуж вышла и при первом семейном скандале к родителям сбежала, так он пришёл и сказал, если утром к восьми часам не вернусь, за косы меня домой притащит, — смеётся, вспоминая любимого мужа. — Так я ровно за пять минут домой вернулась до окончания положенного времени, а то, что нечего командовать!
Как же хорошо рядом с бабушкой, как же спокойно и надёжно… дай бог тебе, бабуля, долгие годы ещё прожить и правнуков своих понянчить.
Долго сидели мы, чаи гоняли, обо всём вспоминали, всех поминали…
А потом спать пошли.
Проснулась наутро я в часов девять, потянулась от удовольствия и встала с постели.
— Доброе утро, милая, а я вот козочку подоила тебе, как в детстве, помнишь же, — ещё бы не помнить. — Опять гудит в твоей сумке, я сначала испугалась, а потом заглянула, телефон это твой, ну посмотри уже кто это!
Смотрю… звонит мама.
— Маша! Хватит там уже у бабули отсиживаться! Тут зять такую деятельность развил! Быстро приезжай!
Отключаю звонок и смотрю на бабулю… у бабули отсиживаться?
— Да я с утра к ним сбегала, предупредила, что ты здесь… — вот тебе и женская солидарность! — Ну давай быстрее собирайся, поедем посмотрим, что там у них творится.
Делать нечего, натягиваю на себя всё то же синее платье-футляр, волосы скручиваю в тугой узел, назло некоторым личностям, сумку в руки и с бабулей едем в дом родителей.
Да он с ума сошёл? Что это?
Что-что… стройматериалы на баню привёз! Вон отец как радуется.
Смотрю на Игната и сердце удар пропускает… меня не видит, что-то отцу объясняет, пока грузчики разгружают машину.
Какой же он красивый у меня, какой харизматичный… и что я вчера так взбрыкнула, даже объяснения его не выслушала… всегда была импульсивной!
Ох и тяжело ему со мной будет! Намучается, бедный.
Словно услышав мои мысли, Игнат оборачивается ко мне, взгляды наши встречаются, стоит, смотрит серьёзно, словно ищет приговор с моих глазах.
Да какой там приговор, если жить я без него не могу, если воздуха мне без него не хватает.
Отец ему что-то говорит, а он, не обращая внимания, идёт ко мне. Подходит вплотную, долго смотрит в глаза, а потом сжимает в объятиях крепко-крепко.
— Никогда больше так не делай, Маш, я чуть не ёбнулся умом за эту ночь, пока тёща не позвонила, что ты здесь… я очень сильно тебя люблю и хочу, чтобы ты никогда в этом не сомневалась… веришь?
— Очень сильно верю, — вдыхаю его такой мужской запах и от счастья, что я там, где хочу быть, закрываю глаза, млея от счастья.
— Так вот он какой наш Игнат! — слышится рядом голос бабули. — Одобряю, внучка! Наш человек!
— Маш, а папа мне кольца свадебные доверил, представляешь? — дочь Игната, Ариша, довольная скачет по комнате, в которой мне косметолог делает последние штрихи. — Ты такая красивая! Вот же папе повезло!
Да это мне повезло и этой милой девчушкой и её отцом, а то, о чём я узнала сегодня утром, сделает нас всех ещё счастливее.
Меня просто распирало от счастья, я так давно малыша хотела, так мечтала…
Ну не может человеку столько счастья в одно время привалить! Оказывается, может…
Сегодня день нашей свадьбы, я в белом подвенечном платье, рядом родные и друзья…
Никогда не верьте, что всё кончилось… конец — это всегда начало чего-то нового и это новое будет обязательно лучше предыдущего! Это я теперь точно знаю!