Автор идеи, креативный и генеральный продюсер – Алексей Лебедев.

Персонажи из мультипликационного сериала «Приключения Пети и Волка», 2019–2022 гг., режиссер: А. Лебедев, автор сценария: А. Лебедев.

По лицензии ООО «Союзмультфильм»

© ООО «Издательство АСТ», 2026

За несколько часов до рассвета, пока все Тридевятое царство досматривало последние сны, в доме Яги кипела бурная деятельность.

На небольшом кухонном столе были рассыпаны порошки, сушеные листья, птичьи перья, мышиные хвосты и прочие ингредиенты. Ведьма бойко перебирала страницы древней колдовской книги. «От бабушки досталась», – всегда с любовью говорила Яга о семейной реликвии. Размешивая половником кипящую зеленую жидкость, старая ведьма шептала себе под нос заклинания. Потом вдруг спохватилась и заметалась по кухне.

– Да где же эта банка? А ты что молчишь, избушка, страх потеряла? Для тебя, между прочим, стараюсь. С самого вечера зелье варю. Уже сил никаких нет! Ни поесть, ни отдохнуть ни разу не присела!

– Что говоришь? Стройнее стану? Ха-ха! А как помру, кому ты нужна-то будешь?

Яга рассмеялась трескучим смехом и принялась хлопать кухонными дверцами. Схватив с полки несколько потертых коричневых склянок, ведьма поспешила к котлу. Вытащив пробку, она высыпала содержимое одной склянки и положила ее в карман передника, затем стала открывать другую. Густая зеленая пена поднималась по стенкам котла. Старуха схватила половник и быстрым движением размешала зелье, потом бросила щепотку, взятую из второй склянки.

– Для тебя стараюсь, неблагодарная! – причитала Яга.

Избушка громко закудахтала.

Яга сменила гнев на милость и поставила самовар. Мысли об отдыхе и завтраке, пусть даже позднем, грели душу. Достав из погреба маринованные мухоморы, Яга выложила их в любимую стеклянную вазочку. Самовар закипел, и, отложив на несколько минут все дела, старуха поудобнее устроилась на лавке. Аромат чая из вереска и можжевельника наполнил кухню избушки. Мухоморы, словно клубничное варенье, блестели алым пламенем. Яга довольным взглядом окинула стол и удовлетворенно вздохнула. Старуха щелкнула пальцами, и огонь под котлом уменьшился. Наступили несколько минут благоговейной тишины, которую ни одно существо не способно нарушить безнаказанно. Яга поправила платок и налила в пиалу душистый чай. От ощущения собственной правоты и превосходства утро стало особенно приятным. Все приготовления и хлопоты казались ненапрасными. Яга с самого детства не любила трудиться просто так, без нужды. Это всегда давалось ей тяжело, а вот если есть цель и смысл, то любое колдовство при наличии мастерства – сущий пустяк.

А если делаешь что-то без желания, то испортишь и самый выверенный рецепт.

Яга, как и многие, следила за новостями: что происходит в соседних царствах, о чем говорят люди, что нового открыли и изобрели. Хозяйственная ведьма не пропустит полезное и нужное. А как иначе? Вот живешь, к примеру, триста лет, так и учись столько же!

Несколько дней назад Яга как раз прочитала в газете Тривосьмого царства о том, что разбушевался птичий грипп. Пострадало много птицы, и дикой, и домашней. А в Трипятнадцатом царстве уже давно на этот грипп управу нашли, вакцина называется. Яга расстроилась, что такую новость упустила, но что уж поделать. Главное теперь за подпиской следить, чтобы новости не утекали мимо. Яга без колебаний заказала вакцину с доставкой, но когда ее получила, столкнулась с категорическим отказом избушки прививаться. Старая долго уговаривала свою избушку, потом решила пойти на хитрость и сварить успокоительное зелье, ради чего и развела беспорядок в своем жилище.

– Ничего ты не понимаешь, трухлявый твой чердак! Говорю тебе сотый раз! По миру грипп птичий ходит, надо и нам привиться. Чего ты ерепенишься?

Избушка задергала массивными ногами. Стол скрипнул под весом тяжелого самовара.

– А ну-ка цыц! – прикрикнула Яга.

Избушка топнула своей куриной ногой. Самовар упал и придавил Яге пальцы. Старуха взвыла от боли.

– Прекрати, окаянная! Что на тебя нашло?

Избушка закудахтала и сделала резкий рывок другой ногой. Вазочка с мухоморами ударилась об стену и разлетелась, оставив за собой скользкие красные пятна и кучку блестящего зеленого стекла.

– Сдурела совсем? Ну, я тебе покажу, злодейка!

Избушка бросилась бежать, грохоча всем своим содержимым под завывания и проклятья хозяйки.

Лес мелькал то справа, то слева. Мысль о том, что ее будут вакцинировать, гнала избушку прочь. Она неслась куда глаза глядят, лишь бы не останавливаться. А там будь что будет. Может, Яга успокоится и передумает, а может, все зелье через половицы утечет. В любом случае избушка предпочла бегство и неведение.

Утреннее солнце коснулось зеленых лугов Тридевятого царства, озаряя новый день. Тихие трели птиц оживляли лес. Облака пушистой розовой ватой висели в небе, радуя глаз теплыми весенними красками. С наступлением утра в сказочном мире пробуждалась жизнь. Волк переместился через портал в Тридевятое царство и вышел из расщелины огромного старого дуба. Все царство было как на ладони. А погода не могла не вдохновлять. Никто так тонко не чувствует природу, как звери, особенно сказочные. «Может, на рыбалку сходить? А то работаешь как волк, и никакого тебе отдыха не предусмотрено. Надо будет предложить Пете», – подумал Волк, мысленно представив, как вздрагивает и опускается в воду прозрачная леска, как переливается блесна в лучах предрассветного солнца, как в камышах едва слышно шелестят крылья стрекоз.

Волк, как обычно, прогуливался по мирам и оказался в Тридевятом царстве ранним утром. Это было его любимое время дня: когда в первых лучах солнца, в легком весеннем ветерке, пении ранних пташек и журчании прохладного ручейка улавливаешь пробуждение природы.

Волк осторожно ступал по мягкой земле, наслаждаясь нетронутой гармонией.

– Неужели все спокойно? – вслух удивился он и решил на всякий случай пробежаться по округе с проверкой.

Над полянкой порхали разноцветные бабочки и жужжали пчелы, замок Кощея стоял на своем месте. Кромка леса привычно очерчивала горизонт. Солнце светило по-весеннему тепло и приветливо, как и полагается перед началом лета. Но Волка не покидало ощущение тревоги сродни предчувствию грозы, когда еще нет даже раскатов грома. За долгие годы, что Волк странствовал по разным местам, спокойствие чаще всего оказывалось обманчивым, и чего только не приключалось с ним в этих самых местах. Волк привык к суете, происшествиям и ко встречам с теми, кто нуждался в его помощи. Самые странные и неожиданные повороты судьбы его совершенно не пугали. Взять хотя бы недавнее знакомство с Золотым Драконом, который убежал от мамы в другой мир и потерялся. Ох и наделал же этот дракон шуму! Тогда они с Петей попали в невероятную и запутанную историю. Волк не сомневался: приключения всегда ждут за поворотом, а вместе с Петей – веселее. С тех пор как они познакомились, Волк не представлял себе, как можно не поделиться с другом самым-самым: и плохим, и хорошим. Ему можно рассказать обо всем. Друг есть друг.

Обогнув замок Кощея, Волк побежал в сторону дома Змея Горыныча проверить, не случилось ли чего. Внезапно мимо пронеслась избушка Яги на курьих ножках, набирая немыслимую для себя скорость и ловко перепрыгивая камни, кусты, пни и другие препятствия.

– Ничего не понимаю. – Волк почесал в загривке и прибавил шаг. Тревога нарастала снежным комом, но гнаться за скоростной избушкой не было никакого смысла.

Навстречу пролетел черный ворон и громко каркнул:

– С ума все посходили! Кар-р!

Волк обернулся вслед испуганной птице.

– Ничего себе!

На мгновение Волк остановился и прислушался. Ни слух, ни чутье его не подвели: со стороны лесного озера доносился тихий плач. Волк поспешил на помощь. Чем ближе он подходил, к воде, тем громче раздавался звук. В камышах что-то шевелилось. Волк осторожно, стараясь не шуметь, сквозь заросли присмотрелся к озеру.

На мелководье три русалки обнимали друг друга и плакали. Огромные слезы, капая в воду, оставляли на поверхности расходящиеся круги. Плечи русалок дрожали, волосы намокли от слез и тины, а их горестный вид напугал Волка. Он осторожно приблизился и опустился неподалеку:

– Вы чего? Беда какая стряслась? Обидел вас кто или с Водяным повздорили?

– А-а-а-а-а, – завыли русалки в унисон.

– Мы плавать не умеем, – заревела одна из них.

– А если поплывем, то обязательно утонем! – захныкала вторая.

– Вот дела! – почесал затылок Волк. – Как это утонете? Вы же русалки!

На дерево рядом с озером приземлился взъерошенный ворон:

– Ты еще про остальных не знаешь! Кар-р!

Среднего роста человек кутался в бежевый плащ, прикрывая им белый лабораторный халат. Длинная прямая борода делала его похожим на строгого и ответственного гражданина. Он легко смешивался с толпой прохожих, спешивших в метро. Единственным ярким пятном в его неприметном облике был желтый чемоданчик.

Проскочив через турникет и неловко зацепив чемоданом старушку, мужчина быстрым шагом направился к перрону. Старушка неразборчиво прокричала что-то вслед обидчику. Время от времени он оборачивался, как будто боялся погони. Человек с чемоданом заметно спешил. Оказавшись на платформе, он устроился на скамье в ожидании поезда. Человек не хотел привлекать к себе внимание, но вдруг торопливо закопошился: открыл желтый чемоданчик и переложил все его содержимое в карманы плаща.

От страха у него стучало в висках, но странный человек был твердо уверен, что все не зря. Нужно лишь запутать следы, как в классическом детективе. Читать он любил с детства, книги всегда казались ему интереснее многих людей. Страницы не умели врать или предавать. Они могли лишь делиться тем, что на них написано.

Вагон со скрипом приближался. Человек в бежевом плаще в нетерпении сделал шаг навстречу вагону.

– Никто и ничто не сорвет мои планы. Я проделал слишком трудный путь к успеху, – с гордостью проговорил он себе под нос.

Какая-то старушка в голубом берете удивленно посмотрела в его сторону. Еще одна старушка с недовольством рассматривала его и еле слышно шептала.

«Куда все эти старушки ездят по утрам? – подумал человек в бежевом плаще. – Обязательно когда-нибудь выясню их секрет. Вдруг однажды с компанией таких загадочных старушек захвачу весь мир?»

Двери вагона открылись, и человек, на всякий случай пропустив вперед обеих пожилых незнакомок, зашел в вагон. Старушки переглянулись и сели по бокам от него. Поезд тронулся.

Когда человек в бежевом плаще вышел из метро на нужной станции, город уже окрасился в утренние серо-сизые краски. Проспект шумел: машины рычали, пешеходы топали и шуршали одеждой, уличные музыканты играли и пели. Он отошел в сторону, достал карманную карту Санкт-Петербурга, пробежался по ней взглядом и пробурчал что-то себе под нос. В большом городе не так уж просто определить по карте расстояние. Вот вроде бы идешь по улице, и тебе надо перейти на другую сторону, но оказывается, что для этого нужно пересечь несколько полос дороги, да еще и в правильном месте, чтобы не попасть под машину в бурном автомобильном потоке.

Человек прикинул, как соотносятся его силы и возможности, и глубоко вздохнул. Он понимал, что время в запасе у него есть, а вот терпения придется поднабраться.

Погода и впрямь радовала: дождя не было, а значит, можно надеяться, что задуманный эксперимент удастся, да и ходить по сухим улицам приятнее. А потом, когда он разузнает все что нужно, можно будет приступить ко второй части глобального плана.

Человек в бежевом плаще в нетерпении потер вспотевшие от спешки и волнения ладони, аккуратно похлопал себя по карманам, чтобы удостовериться, что конфеты не растерялись по дороге, и, довольный собой, продолжил путь.

– Надо было прихватить с собой телефон с навигатором, – пробормотал он себе под нос.

– Вы что-то сказали? – раздалось у него за спиной. – Молодой человек, я спрашиваю, вы что-то сказали? Я плохо слышу. Говорите громче, – потребовал скрипучий голос.

– Ничего, – отмахнулся человек в бежевом плаще.

– Как это ничего?! Я точно слышала, только не разобрала слова, – настаивал кто-то сзади.

Человек в бежевом плаще сдался: он оглянулся и увидел долговязую старушку. За ней топталась еще одна, совершенно такая же, только в красном берете. Они его что, преследуют? И как у них только сил хватает везде ездить?

– Я говорю, вы что-то сказали. Повторите, – не унималась старушка.

– Вот неугомонная, – прошептал человек.

– Держи его! – донесся из-за плеча трескучий возглас. На плечо человеку в бежевом плаще резко опустилась увесистая сумка. Он повалился набок и испуганно пополз в сторону подземного перехода.

Этих старушек мужчина сразу узнал: одну из них он задел чемоданом и даже не извинился. «Какая злопамятная, – с восхищением подумал он, прикрываясь рукой от очередного удара сумкой. – Надо набрать себе армию таких старушек. Их ничто не остановит».

– Извините, я не специально, – почти прокричал он.

– То-то же, – сказала долговязая старушка, закинув увесистую сумку обратно на плечо, и пошла своей дорогой.

Старушка в красном берете помогла человеку подняться. Он встал, отряхнулся и устало процедил:

– Спасибо.

– Вы что-то искали? Может, заблудились?

Человек в бежевом плаще развернул карту и показал на ней нужное ему место.

– Понятно. Я вас провожу, только карту уберите. Свой город я знаю лучше любой карты и новомодного навигатора, – улыбнувшись, сказала старушка.

Майская погода радовала теплом. Серые тучи уплыли с небосклона, уступив место нежно-голубому небу. Птицы чирикали и трепыхали крылышками, весело прыгая по карнизу. Петя читал учебник по истории и делал пометки в блокноте, изредка поглядывая в раскрытое окно. «Сейчас бы погулять», – думал мальчик, но от уроков никуда не денешься. К тому же до каникул осталось совсем немного. Надо постараться над оценками в последней четверти, чтобы отдыхать со спокойной совестью. Чем ближе был конец учебного года, тем чаще родители заглядывали в дневник. Попасть в немилость не хотелось, поэтому Петя решил быть внимательным, усидчивым, а еще трудолюбивым и прилежным. Последние два пункта давались ему особенно тяжело.

За спиной у мальчика что-то приглушенно грохнуло, и из двери шкафа появился Волк:

– Привет, Петь, тут такое дело…

– Нет, Волк, давай сегодня как-нибудь без меня – мне уроки нужно выучить. Марья Ивановна каждому дала персональное задание, и мне нужно написать доклад о необычных фактах из истории родного города. К понедельнику, между прочим, а это уже завтра. Придется сходить в краеведческий музей. – Петя вздохнул и уткнулся в учебник.

– А в интернете нельзя что-нибудь найти? – спросил Волк.

– В интернете много информации, но самого интересного там не найдешь, – объяснил другу Петя.

– Подумаешь, музей! Давай быстренько через шкаф туда и обратно, а потом моим делом займемся, – предложил Волк, усаживаясь рядом с Петей. – Ты даже не представляешь, что в Тридевятом царстве стряслось!

– Быстренько не получится, Волк. В музее камеры видеонаблюдения висят. Увидят, как мы появились из ниоткуда, – шуму потом будет, – отмахнулся Петя.

– Ну так мы в какую-нибудь подсобку переместимся или в туалет. – Волк не желал отставать.

– Да нельзя в музей без билета! Это неприлично. Мы что, по-твоему, преступники какие-нибудь? – Петя покачал головой и закрылся от друга книгой. – А вообще, решай свою проблему без меня. Позови, если совсем туго станет, – предложил Петя.

– Да уже туго, Петь! – запричитал Волк, забравшись на подоконник рядом с письменным столом.

Мальчик вздохнул, отвернулся от назойливого Волка и продолжил читать учебник. Любопытство начинало бурлить, как закипающая вода в чайнике. Петя представил гневный взгляд отца, когда тот в очередной раз попросит дневник, и попробовал себя успокоить: если бы все было безнадежно, Волк не стал бы тратить время на уговоры, а уже тащил бы друга к порталу.

– Ну давай в этот твой музей пешком пойдем, как нормальные люди, а по дороге я тебе расскажу, что стряслось, – предложил Волк компромисс.

На том и порешили. Петя сложил в рюкзак учебник по истории, блокнот для заметок и ручку. Друзья вышли из квартиры. Лифта дожидаться не стали. Волк побежал вниз по лестнице, как бойкая собака, спешащая на прогулку.

У подъезда было пусто, и Волк начал рассказывать.

– Так вот, представляешь, иду я утром по лесу, а там плачет кто-то. Я на звук бегу, а там русалки в камышах сидят, – шептал он. – Я их, значит, спрашиваю, что да как, а они мне говорят, что утонуть боятся.

– В смысле, боятся? Они ведь плавают с рождения! – удивился Петя.

– Вот я им так и сказал, а они ревут: утонем да утонем.

– М-да, странно это все, – согласился Петя, сворачивая на проспект в сторону метро.

– А потом прилетел Ворон и сказал, что богатыри на подвиги не ходят, боятся меч в руки брать, – продолжал Волк.

– Меч брать боятся, интересно…

– Я Ворону не поверил сначала, сам побежал к богатырям. – Волк вздохнул. – Но оказалось, что так и есть: пораниться боятся. Говорят, что мечи острые. Лежат себе под деревцем, венки из ромашек плетут, представляешь? Чертовщина какая-то. Домовые, Петь, совсем с ума сошли: в домах все грязью заросло, а они из-за печки выйти боятся. Не домовые, а грязевые какие-то, – хмыкнул Волк. – Я один не справлюсь, нужна твоя помощь.

Петя попробовал вообразить все, о чем рассказал ему Волк, и понять, почему сказочные существа вдруг начали так странно себя вести. «У всех появились непонятно откуда взявшиеся глупые страхи… И куда это все заведет?» – подумал мальчик и решил, что обязательно поможет Волку.

– Что ж, закончим с музеем, отправимся в Тридевятое, выясним, с чего у них там все началось. Должна же быть какая-то причина. – Петя приложил школьный проездной к турникету и пропустил Волка вперед.

– Ох, не нравятся мне все эти ваши транспорты, Петь. Мне как-то шкаф привычнее будет, – прошептал с досадой Волк.

– Потерпи, скоро приедем. Держись рядом и не прислоняйся, пожалуйста, к дверям, – дал строгие указания Петя.

Поезд ехал быстро, пассажиры в вагоне сменяли друг друга. Волк зажмурился и прижался ближе к Пете, иногда рискуя приоткрыть один глаз и бросить любопытный взгляд на окружающих.

– Смотри, там какой-то странный человек, – вдруг проговорил Волк, показывая лапой на невысокий темный силуэт, мерцающий в свете ламп. – Кажется, я его уже где-то видел.

– Не показывай лапой, собаки так себя не ведут, – одернул Волка Петя, прижимая к себе.

– Вон там, с желтым чемоданом стоит, – как будто не услышав замечание, продолжал Волк.

На секунду погас свет. Вагон остановился, толпа пассажиров сдвинулась к дверям.

– Ой, – пискнул Волк. – Человека нет, а чемодан стоит. Давай глянем, что внутри.

– Стой! Не трогай! – крикнул Петя, не пуская Волка к чемодану. – Вот выйдем и сообщим сотруднику о забытом чемодане.

– Да зачем нам сотрудник? Мы и сами можем открыть и посмотреть, – отмахнулся от Пети Волк.

– Не можем и не будем! Нельзя трогать забытые вещи. – Петя всерьез разозлился и подтолкнул Волка к двери.

Но тот, словно зачарованный, не мог оторвать взгляд от желтого чемоданчика.

– Почему?

– По технике безопасности.

Друзья решили выйти на этой же станции. Волк тихо сердился на Петю. А тот нашел сотрудника охраны метро и рассказал, где видел забытый чемодан.

Волк разочарованно посмотрел вслед уходившему охраннику, проводил взглядом уезжающий поезд и с досадой взглянул на Петю.

– А там могло быть что угодно, между прочим!

Петя молча подтолкнул Волка к выходу из метро.

– Пошли пешком. Тут до музея недалеко, через парк срежем, – предложил Петя, не обращая внимания на то, что у Волка испортилось настроение.

Друзья вышли на улицу. Проспект блестел в теплых солнечных лучах, пестрея оставшимися от майских праздников флагами. Волк плелся за Петей маленькой сердитой серой тучкой. Люди сидели на лавочках и кормили голубей. Дети, радуясь теплу, бегали туда-сюда и пускали мыльные пузыри. Распустившиеся тюльпаны цветастым одеялом устилали каменные клумбы. Повсюду пахло сиренью. Петя любил майские праздники с их особенной атмосферой и ароматами. К тому же они предвещали скорое начало летних каникул и потому были особенно приятны.

– Понимаешь, Волк, в нашем мире все по-другому. Мы не в сказке. Иногда встречаются злые люди, которые могут навредить другим. Общество придумало правила, и мы их соблюдаем, – терпеливо поучал Петя.

– Извини, я был неправ, – отозвался Волк.

– Извинения принимаются. Мы же давно договорились: я соблюдаю правила всех миров, куда с тобой попадаю, а ты – моего, – сказал Петя, протягивая Волку руку.

Метрах в десяти от друзей вдруг разом вспорхнула голубиная стая, потом еще одна. Петя и Волк остановились. Маленький, неуклюжего вида человек в явном отчаянии метался между дорожками, расходящимися из сквера, оглядываясь по сторонам, словно выискивал кого-то, и то и дело поправлял сползающие на нос очки. Незнакомец пыхтел, нервничал и разговаривал о чем-то сам с собой. В своем белом халате и шапочке он был похож на врача, а кудрявая голова и очки делали образ несколько нелепым. Запыхавшийся незнакомец наконец остановился и обратил внимание на Петю и Волка.

– Простите, вы случайно не видели кого-нибудь с чемоданчиком? Он небольшого размера, примерно с вашу собаку, ярко-желтый и с черными ручками, – спросил чудной врач с раскрасневшимся, испуганным лицом. Петя задумчиво почесал в затылке и вспомнил, что как раз такой чемоданчик кто-то забыл в вагоне метро.

– А что было в том чемодане? – спросил Волк.

Человек в костюме врача от удивления отпрыгнул в сторону.

– Говорящая собака? – спросил он, тыча пальцем в странное животное.

– Вообще-то волк. А показывать пальцем некрасиво, – сказал Волк. Он до жути боялся уколов и прочих медицинских манипуляций, поэтому решил держаться подальше от незнакомца и поближе к Пете.

– Животные не разговаривают! Да и вообще, кто вы такие? – незнакомец начал заикаться от волнения.

– Я Петя, а это Волк, он из сказочного мира. Успокойтесь, пожалуйста, – сказал Петя, присаживаясь на скамейку.

Разглядывая Волка, незнакомец часто дышал и протирал стекла очков, будто не совсем верил своим глазам.

– Кажется, мы видели ваш чемодан в метро, – сказал Петя.

– О-о-о, и как же мне теперь быть? Вы… вы… не… – Доктор затрясся и стал оседать на землю. Петя подхватил его под руки и помог усесться на скамейку.

– А что в том чемодане? – еще раз попытал счастья Волк.

– В нем были лекарства от всего: от плохого настроения, от зависти, от грусти, от страха… – Незнакомец схватился за голову. – Да как же так!

– Не волнуйтесь, мы вернем ваш чемодан, – успокоил его Петя.

– Вы не понимаете! Я – волшебник, и если мой чемодан попадет в злые руки, то и моим лекарствам найдут вредное применение. – Незнакомец так разволновался, что у него перехватывало дыхание.

– Значит, волшебник? – удивленно воскликнул Волк. – Ну я как чувствовал, Петь! А откуда вы к нам? Как сюда попали?

Незнакомец вытер потный лоб, поправил очки на круглом раскрасневшемся лице и снял шапочку с кудрявых волос. Обмахиваясь ей, он поудобнее уселся рядом с Петей и, отдышавшись, заговорил:

– Эх, волшебник, конечно, сильно сказано. Я профессор, ученый, фармаколог, создаю лекарства. Мне удалось изобрести средства, которые изменяют человеческие чувства и настроение. Я называю их волшебными конфетами. Конечно, медицина пока не нашла лекарство от всех болезней, – незнакомец вздохнул, – но я хотел помочь больным детям. Некоторые маленькие пациенты лечатся далеко от дома и грустят. Я решил хоть ненадолго сделать их счастливее. Я путешествую по стране, навещаю больных детей, потом заезжаю в научно-исследовательский институт, делаю новые конфеты и еду дальше. Дети прозвали меня волшебником, и мне это ужасно понравилось.

Петя и Волк внимательно слушали. Человек перед ними выглядел обеспокоенным и несчастным. Они привыкли, что таким нужно помогать.

– Утром я прибыл на вокзал в Санкт-Петербурге, вышел на перрон, поставил чемодан, отлучился ненадолго, а потом он исчез. Я паниковал, спрашивал людей, но никто ничего не видел. Тогда я бросился бегом: понадеялся высмотреть вора и догнать его. – Ученый замолчал и тяжело вздохнул.

– И что? – спросил Волк.

– И ничего. Нужно срочно вернуть мой чемодан! Вы мне поможете?

– А умеете ли вы, профессор, перемещаться по другим мирам? – нетерпеливо спросил Волк. Раз ученый изобрел конфеты от страха, может, они-то и помогут жителям Тридевятого царства? А может, если туда успел проникнуть вор-злоумышленник, какие-нибудь лекарства как раз и свели с ума жителей сказочного царства?

– По другим мирам? – удивился профессор. – А сколько их? Какие они? И как туда попасть?

На лице профессора отразился ужас. Он вдруг осознал, что если вор знает путь в другие миры, то и бед натворит немалых.

– Да, полно! Но вы уж простите, всего я вам рассказать не могу – не положено. Но в одном соседнем мире проблемы со страхом. Если это козни вашего вора, надо бы все исправить. – Волк почесал за ухом.

– Ладно. Куда успел добраться вор, нам еще предстоит выяснить, а пока предлагаю отправиться в метро и забрать чемодан, – предложил Петя.

– Обратите внимание, мы приближаемся к знаменитому Тридевятинскому дубу.

– А где Кот Ученый? – раздалось из толпы.

Василиса окинула взглядом стайку туристов, а затем сам дуб. Она уже давно водила экскурсии, привлекала туристов местными достопримечательностями и налаживала экономические связи Тридевятого царства. И все у нее шло гладко.

– Одну минутку, господа, по всей видимости, возникли маленькие технические неполадки. Вы можете осмотреться, погулять по изумительному ромашковому полю в двадцати пяти метрах налево от нас. – Василиса Васильевна была превосходным гидом, но не могла не разволноваться, заметив, что Кота Ученого нет на своем месте. Девушка изучила дуб. Цепь на месте. Следов борьбы нет: ни клочков шерсти, ни царапин от когтей.

– Кот? – шепотом позвала Василиса, – Ко-о-от?

Ответа не последовало. Ее сердце забилось от волнения.

– Василиса Васильевна, что-то случилось? – раздалось у нее за спиной.

– Нет, нет, ничего, – отозвалась она, обернувшись к щуплому парнишке, который задавал вопрос.

– Федор, – протянул руку мальчик, – из Тридесятого. Всегда рад помочь, если нужно.

– А знаешь, Федор, как раз нужно, – обрадовалась Василиса.

Кто-то звал ее Прекрасной. Кто-то – Премудрой. Василиса уже в детстве отличалась ясной головой и пытливым умом. Вот и сейчас она понимала, что впадать в панику бессмысленно. Рюкзак Федора пришелся как нельзя кстати: мальчик любезно предложил его в качестве подставки. Василиса наступила на рюкзак, ловко взобралась на дерево и заглянула в дупло.

– Кот, ты тут? – шепотом спросила Василиса.

– Чего тебе? – послышался недовольный голос.

– Ты почему не на цепи? Ну, в смысле, не на работе? – спросила Василиса, которая перестала тревожиться, но потихоньку раздражалась. – У меня тут туристы, а тебя нет.

– Ага, как же! Цепь ржавая – а вдруг мне лапу прищемит? Мне ее что, отгрызать потом?

– Откуда такие мысли?

– А если дождь пойдет или ураган налетит? Или море выйдет из берегов и все затопит, а я на цепи останусь и утону? – продолжал Кот.

– Кот, ты что? Какой ураган? Погода превосходная. – Василиса лихорадочно думала, как успокоить пушистого ученого.

– А что, если эти туристы с насморком придут, я подхвачу от них простуду и заболею? Кто меня лечить будет?

– Да что с тобой? – Василиса не знала, что и думать. Таким она Кота никогда еще не видела. Он всегда рассудительный, спокойный. Ну, одним словом – ученый. Кот был чем-то похож по характеру на Василису – тоже любил читать и узнавать все новое. Когда Василиса предложила устраивать экскурсии для гостей Тридевятого царства, Кот первым ее поддержал. «Это для развития туризма и укрепления экономических и политических связей», – уверял он царя. Таким мудрым речам и не возразишь.

– Кот, ну правда, вылезай! Все будет хорошо, – уговаривала Василиса.

– А если на меня яблоко, например, свалится, как на Ньютона? Я, между прочим, под деревом без головного убора хожу! Хожу, а никому и дела нет! – Кот фыркал и все сильнее вжимался в стенки дупла.

– Какое яблоко? Это же дуб!

– Ну, не яблоко, так желудь! А что, если дикие кабаны за желудями придут, и тут я на цепи! Чем не еда? – Зеленые кошачьи глаза расширились от ужаса.

– А если… – Василисе в голову пришла одна идея, но ее пришлось пока отбросить. Девушка спустилась на землю. «Нет, так не пойдет, одна я не справлюсь», – подумала про себя Василиса.

– Что делать-то будем? – спросил Федор.

Василиса окинула мальчика взглядом, размышляя, можно ли доверить ему секреты Тридевятого царства, но потом решила, что одна голова – хорошо, а две – лучше.

Она расправила складки сарафана и кивнула Федору.

– Идем.

Василиса Васильевна была опытным гидом. Она знала, что если слишком долго уговаривать Кота показаться туристам, они заскучают. А если заскучают, то полезут, куда их не просят, потом еще жалобу царю накатают и в газетах понапишут всякого-разного.

– Дорогие гости нашего царства, у нас появились некоторые изменения в маршруте. Сейчас мы отправимся к колодцу желаний. Заглянем в соседнюю деревню, где вы увидите Емелину печку. Там у нас будет небольшой перерыв. Вы сможете отведать пирожки из волшебной печи, кисель из молочной речки и, конечно же, приобрести варенье из молодильных яблок. А на обратном пути мы обязательно зайдем к Коту Ученому и услышим парочку сказок, – Василиса говорила спокойно и твердо, уверенно осматривая своих подопечных.

Федор возглавил толпу и двинулся по указанному Василисой маршруту. Дуб с несчастным Котом остался позади. В стороне бело-желтым покрывалом переливалось ромашковое поле, а за кромкой леса намечалась золотистая полоса морского берега.

– Каков план? – заговорщически шепнул Федор, поравнявшись с Василисой.

– Идем в деревню к Ивану-дураку, он что-нибудь дельное придумает, – ответила Василиса.

– К Ивану-дураку? Серьезно? – Федор рассмеялся.

– Его называют дураком, но он вовсе не глуп. На царской дочке, между прочим, женился. – Василиса слегка обиделась на недоверие.

– А это еще как посмотреть. Может, царь специально дурака присмотрел, чтобы властью не делиться. С другой стороны, Иван уж точно не промах, если дураком прикидывается, а на деле не дурак, – размышлял Федор.

Василиса спорить не стала. Нужно было сохранять спокойствие и здравый рассудок.

– Итак, мы с вами, дорогие гости, проходим знаменитым, можно сказать, Аленинским маршрутом. По легенде, Аленушка и ее братец Иванушка однажды остались одни. Девочка заигралась, не уследила за своим братцем, и его унесли дикие лебеди.

– А сколько весил Иванушка? И как у лебедей получилось его поднять? Уж с их-то перепончатыми лапами? – спросила любознательная девочка из толпы.

Василиса мысленно улыбнулась, вспоминая себя в детстве. На любой ответ у нее сразу же находился десяток новых вопросов. Когда у родителей закончились силы, они отвели ее во дворец к царю и попросили найти их дочке место при библиотеке. Там она познакомилась с Котом Ученым и всевозможной научной и ненаучной литературой. Потом Василиса открыла несколько школ и в свободное время стала проводить межгосударственные экскурсии.

– Спасибо за вопрос, – отозвалась Василиса. – Это были дикие лебеди-гибриды. Я и сама когда-то этому удивлялась. Так вот, тех лебедей модифицировала Баба-яга для использования в поисковых целях. На вид это были обычные лебеди, но лапы у них были ястребиные. Навигация им досталась от голубей, и они безошибочно определяли путь. Что же касается веса Иванушки, то дети четырех-пяти лет обычно весят около пятнадцати-шестнадцати килограммов. Орел может поднять добычу весом около десяти-двенадцати килограммов, так что двум лебедям-мутантам вполне по силам унести одного мальчика.

Девочка довольно закивала и записала что-то в блокнот.

– Так вот, Аленушка выбежала во двор и, не увидев брата, бросилась в погоню за лебедями, которых заметила в небе. Лебеди скрылись в лесном массиве. Аленушка поспешила следом.

– А как она ориентировалась на местности? У нее был компас или хотя бы фонарик? – спросила все та же девочка.

– Вполне возможно, что был. В оригинальной истории упоминания о фонарике не было. Но фольклор, он и в Тридвадцатом царстве фольклор, некоторые детали со временем теряются.

– А дальше что было? – торопливо спросил Федор, пока девочка снова не встряла с вопросами.

– Аленушка бежала в сторону леса, в направлении полета лебедей, и заметила раскидистую яблоню. Ее ветки клонились к земле под тяжестью плодов. Дерево тихо похрустывало, а потом заговорило. Яблоня попросила девочку о помощи. Аленушка очень спешила, но она была доброй девочкой, и поэтому остановилась и помогла дереву.

– Погодите, Василиса Васильевна, а что в лесу делала говорящая яблоня? А яблоки у нее были обычные или волшебные? А сорт какой?

– Говорящие деревья описываются в литературе разных народов мира. Некоторые деревья способны не только говорить, но и хранить богатства вековых знаний, которые передают людям. К деревьям часто обращались за советами. Даже ритуал с хороводом – это не просто так, а целое таинство связи человека и древних духов, живущих в деревьях. – Василиса Васильевна довольно оглядела свою экскурсионную группу. Туристы замерли, ожидая продолжения рассказа. Она всегда мечтала придумывать или читать захватывающие истории обо всем на свете, а потом делиться ими. Для Василисы Васильевны это было призвание. Она продолжила:

– Что же касается нашей яблони, специально ее никто не сажал. Я побывала в архивном хранилище Тридевятого царства и выяснила, откуда она взялась. Давным-давно по здешним местам проезжал колдун-чужестранец. Он случайно обронил волшебные семена, и они проросли.

– А как же древняя душа заселилась в яблоню? Она была в семенах? – спросила неуемная девочка.

– Нет, дерево выросло говорящее и волшебное, но это все-таки дерево, а не старый мудрый дух, – терпеливо ответила Василиса и продолжила: – Аленушка собрала тяжелые яблоки с веток и сложила в подол своего сарафана. Яблоне стало легче, а девочке было чем перекусить по пути. За лесом текла молочная река с кисельными берегами…

– О! А как молочная река впадала в обычную? Почему жители деревни, в которой жила Аленушка, не знали про эту реку и не использовали в своих хозяйственных нуждах? Или использовали? Об этом нигде ничего не пишут, – пожаловалась девочка.

– Кое-что об этом я нашла в библиотеке царя. Река и правда была молочная, а берега кисельные. Почему ее никто не видел? Вот что говорилось в одном источнике. Задолго до истории об Аленушке и ее брате, а может, еще до появления в этих местах говорящей яблони, проезжал по этим местам волшебник. Этот волшебник был мудрый и старый, и он любил поучить людей уму-разуму, особенно злых и жадных. Он и наколдовал эту необычную реку. Волшебник наложил заклинание, чтобы на другой берег мог перейти только тот, у кого доброе сердце. А злые люди тонули. Так гласит легенда. Сейчас мы с вами видим только пересохшее русло. И нам остается лишь гадать, как было на самом деле. Но есть версия, – Василиса сделала паузу и оглядела подопечных проницательным взглядом, – что берега были не из киселя, а из плоти утонувших путников.

Кто-то в толпе икнул от испуга. Василиса подозвала Федора и шепнула ему в ухо:

– Идите по высохшему руслу, через пятьдесят метров справа будет колодец желаний. Там побросайте в него камни минут пятнадцать-двадцать и направляйтесь в сторону деревни, пока не увидите указатель «Чудо-печка». Там пирожки с пылу с жару. А я пока сбегаю в деревню к Ивану, спрошу совета. Встретимся у печки.

– Будет сделано, – ответил Федор, но Василисы уже и след простыл: она вытащила из наплечной сумочки сапоги-скороходы и побежала в сторону деревни.

Тем временем жители Тридевятого царства уже проснулись и начали браться за свои привычные дела. Женщины пекли к завтраку пироги, царь принимал водные процедуры, птицы разносили вести сказочного мира, а богатыри собрались на тренировочной военной Тридевятинской базе. Воевода вышел из терема и поспешил на утреннюю разминку. На поле его уже ждали богатыри, молодые, крепкие, румяные. Воевода гордился своими подопечными и считал, что они талантливы и могучи. Дисциплина и тренировки – вот что важно для воина, а все прочее – дело наживное.

– На зарядку ста-но-вись! – прокричал богатырский воевода, выходя на тренировочное поле и разминая большие сильные руки.

Утро стояло маняще теплое и свежее. Трава колыхалась, птицы пели, ручей журчал. Самое прекрасное время для того, чтобы окончательно проснуться и начать новый день бодрым и здоровым.

Воевода потянулся, покрутил плечами, поправил шлем и обратился к подопечным.

– Ну что? Как настроеньице? Все готовы к труду и обороне? – звонко пронеслось над полем.

– Как-то ветрено сегодня, – поеживаясь, отозвался один из богатырей.

– Ага. А красиво-то как, поглядите, – сказал другой, обводя рукой ромашковое поле.

Воевода смерил богатырей недобрым взглядом, заглянул им за спины, а потом обошел тренировочное поле. «Померещилось», – подумал воевода, вернувшись на место.

– Может, к ручью сходим или под деревцем полежим, на небушко пушистое полюбуемся? Облака! Смотрите, какие они забавные! – предложил еще один богатырь и показал пальцем куда-то вверх.

Воевода не поверил своим ушам и на всякий случай тряхнул головой.

– Да, красивые! Вон то на лошадку похоже, а то, подальше, на подушку.

– Так! Прекратили разговоры, разобрали мечи и щиты и выстроились по двое! – скомандовал воевода, самый старший и самый ответственный из богатырей.

– Ну зачем сразу оружие? Об него можно пораниться, – возразил богатырь, наклоняясь, чтобы сорвать ромашку.

– Ага, и напарника поранить. Другое дело – наслаждаться красотой! – поддержал товарища еще один богатырь.

– Что значит «можно ранить»? Богатыри всегда охраняли эти земли – и мы, и наши отцы, и деды. Нам надо регулярно тренироваться и поддерживать свое богатырское здоровье. Это что за бардак? Зачем дисциплину нарушаете?

– К оружию, знаете, душа как-то не лежит, – ответил один из богатырей, укладываясь на мягкую зеленую траву.

– Так-так-так. Вы это бросьте! А ну-ка встали по двое! – прогремел воевода. – Устроили тут не пойми что!

– А что?

– А зачем?

– Да ну его!

Спор затянулся, но в итоге ромашковое поле было оккупировано и оборвано. Некоторые богатыри принялись плести венки. Некоторые мастерили из веток сачки для ловли бабочек. И только командир безнадежно пытался призвать бравых молодцев к порядку.

– Вот, смотрите, какая она прекрасная! – Богатырь подошел к начальнику и протянул ему ромашку. – А пахнет как!

Не успев увернуться от злополучной ромашки, воевода вдохнул пыльцу, отшатнулся от бывшего собрата по оружию и споткнулся о брошенный на траву меч. Приземлившись на спину, он в ужасе отполз от тяжелого холодного меча.

– Уберите это! Сложите мечи под то большое дерево! А то поранится еще кто-нибудь!

– А как их взять-то? Руками голыми, что ли? – растерянно спросил богатырь.

– Ну, не знаю. Брали же мы их как-то?

– А как?

– Не знаю, – пожал плечами еще один.

– Отставить панику! Не можете руками, значит, ногами пинайте. Только осторожно! Несильно, по траве, да не пораньтесь! – раздал указания воевода.

– Постараемся, – вздохнул богатырь. Деваться некуда. Не оставлять же опасное оружие посреди поля? Общими усилиями богатыри оттащили мечи и щиты под ближайший дуб. Потом сняли кольчуги и пустились бегать по полю. Под теплыми лучами солнца они грели спины и бока, плели друг другу венки из ромашек и луговых трав. Что-то в Тридевятом царстве едва уловимо изменилось.

В метро кипела воскресная жизнь. Люди выходили и заходили. Волк прижимался к Пете, стараясь не забывать вести себя как собака. Профессор торопливо шел за мальчиком и говорящим волком.

– Надо купить тебе намордник в целях конспирации, – пошутил Петя.

Волк бросил на него сердитый взгляд.

В охранном пункте вокзала по заявлению Семена Григорьевича – так по документам звали профессора – ему вернули желтый чемоданчик. Профессор тут же его открыл.

– О нет! Только не это! – воскликнул он.

Волк с любопытством заглянул через плечо.

– Он совершенно пустой! – продолжал сокрушаться профессор. – Это конец! Я все испортил! Ах, какой же я нерасторопный! Мне бы пригодились таблетки от забывчивости.

– Без паники, – успокоил его Петя, – Вот выйдем отсюда и обдумаем план действий. А вам, профессор, надо взять себя в руки. Не то спасать нам придется уже вас.

Волку тоже хотелось поделиться мыслями, но он терпеливо притворялся собакой Пети и даже время от времени вилял хвостом для убедительности. Он понимал, что настораживает людей тем, что у него нет ни намордника, ни поводка, которые положено носить собакам в общественных местах.

– Город большой! – восклицал профессор. – Ах, как долго придется искать!

– Спокойствие, – сказал Петя и, поблагодарив охрану, поторопил всех к выходу.

– Можем прыгать через порталы, пока не выйдем на след вора, – осторожно шепнул Волк, оглядываясь по сторонам.

– Мы так до Нового года искать будем, – отмел идею Петя.

Григорий Семенович нервно вздыхал. Он боялся выбиться из графика посещения больниц и не успеть порадовать больных детишек своими сладостями. Конфеты он делал из полезных ингредиентов, вкладывая в них светлые чувства, которые так нужны в трудные минуты. Профессору было не по себе оттого, что кто-то выкрал сладости и нарушил все его планы.

Троица выбралась из метро и направилась в ближайший сквер.

– Может, поедем к вам в институт? Сделаете еще конфет. А эти… Ну, что поделаешь? Их все равно уже не вернуть, – предложил Волк. Ему было жаль профессора, но гораздо больше он боялся за Тридевятое царство.

– Конфеты не так быстро приготовить, но хуже всего другое. Я всегда дарил конфеты с добром и не знаю, какой от них будет эффект, если подарить их со злым умыслом. Мы в институте такой сценарий даже не рассматривали! – схватился за голову профессор.

– Искать ваши конфеты – все равно что иголку в стоге сена, – продолжал настаивать Волк.

– Кажется, у меня есть идея, – прервал спор Петя.

Они разместились на скамейке, и Петя достал мобильный телефон.

– Если где-нибудь происходит что-то странное, об этом обязательно напишут в новостях.

– Логично, – согласился профессор.

Пока Петя изучал новостную ленту, профессор и Волк поддерживали светскую беседу.

– А сколько парков в Санкт-Петербурге? – спросил волшебник.

– Не знаю. Петя как-то говорил, что семьдесят или даже больше, – с видом эксперта ответил Волк.

– Невозможно обойти их все, – поник профессор.

– А почему сразу парки? Может, наш вор в цирк пойдет или на площадь? Ну, или в музей? Мест, что ли, в городе мало? – не унимался Волк, не замечая, как профессор все больше впадает в панику.

– Тот, кто украл мой чемоданчик, захочет проверить действие волшебных конфет. Ему нужны добровольцы. А кто, по-вашему, любит конфеты больше всего? Конечно, дети! Ох, – взволнованно проговорил профессор и хлюпнул носом. – Надеюсь, что мы успеем, пока этот негодяй не натворил бед.

– Да ладно, чемодан нашли, и вора найдем, – ободрил профессора Волк, от скуки и нетерпения заглядывая Пете в телефон.

– Вот, кажется, нашел. Один блогер пишет, что в парке в трех кварталах от нас беспричинно расплакались дети, – сказал Петя, нажимая на кнопку «проложить маршрут».

– Маршрут построен, – ответил навигатор.

Иван колол дрова во дворе. Царевна в беседке распивала утренний ароматный кофе. Двухэтажный бревенчатый дом больше напоминал загородный коттедж, чем царский терем.

– Утро доброе, Вань. Здравствуй, царевна. Я за советом. – Василиса в знак приветствия кивнула царевне и подошла к царскому зятю.

– О, Василиса, здравствуй! Ты к нам в такую рань? Стряслось что или просто в гости? – Иван расплылся в дружелюбной улыбке.

– Беда у нас, Вань. Кот Ученый заболел, в дупло залез и сидит, носа не показывает, – торопливо рассказывала Василиса.

– То есть как заболел? Чем?

– Страхом, Вань, представляешь? Страхом. Цепь, говорит, заржавеет и лапу ему прищемит.

– М-да, вот так задачка. Даже не знаю, чем помочь. – Иван тяжело вздохнул.

– Думай, Вань, думай. Кота спасать нужно, а то эта хворь по всему царству расползется. Если уже не… Ой! – Василиса прикрыла ладошкой рот и огляделась по сторонам. С виду Иван как Иван, царевна как царевна. А что, если все изменится в одну секунду? А если туристы заболеют, это же международный скандал! Не видать ей больше ни поездок в другие царства, ни подписок на иностранные газеты и журналы, ни собственной рубрики на Тридевятинском радио. Василиса так старалась наладить туризм в своем царстве! Случись что – и царь свернет всю ее программу.

Василиса зажмурилась от страха. У нее перехватило дыхание.

Царевна поглядывала из беседки и внимательно слушала разговор. Потом она встала и подошла к Ивану и Василисе.

– Так, успокойтесь-ка и дышите через нос, – скомандовала царевна, залпом допила кофе и поставила на крыльцо пустую кружку. – Ты, Василиса, возвращайся к туристической группе. Ты, Иван, проверь, что еще приключилось в деревне. А я схожу в библиотеку, поищу в книгах, чем нашего Кота полечить. И без паники, пожалуйста. Работаем четко и по существу.

Василиса сделала глубокий вдох и, развернувшись на сапогах-скороходах, выбежала из двора царской парочки.

Федор вместе с туристами дожидался в оговоренном месте. Василиса Васильевна спрятала сапоги и нацепила привычные походные сандалии.

– Итак, мы находимся у знаменитой печки. Надеюсь, все успели угоститься вкусными свежими сапогами. Тьфу, пирогами, – голос Василисы дрогнул.

– Следующая точка нашего маршрута – волшебный колодец, – сказала экскурсовод и сделала глубокий вдох. Не хватало еще, чтобы и она страхом заразилась.

– А почему он так называется? – спросила уже знакомая любознательная девочка. – Не помню, чтобы в истории про Аленушку был волшебный колодец.

– Колодца в этой истории и правда не было, но нам по дороге. Дальше мы отправимся по пути Колобка и увидим место, где росла знаменитая репка, – объяснила Василиса Васильевна, вытирая капельки пота со лба. Эх, только бы Иван с царевной не подвели.

Ароматный чай был разлит в три пиалы. Вазочка с вареньем и блины с пылу с жару ждали на столе. Змей Горыныч удобно расположился напротив окна. На горизонте промелькнул силуэт бегущей избушки. Горыныч удивленно выглянул в окно всеми тремя головами и протер лапами глаза.

– Померещилось, видать, – сказала первая голова.

– Не думаю. По-моему, это все-таки была избушка, – сказала вторая голова.

– А чем это так пахнет? Как будто ветром надуло, – спросила третья, принюхиваясь.

– Не знаю. Мерещится вам всякое! Давайте лучше чай пить! – предложила первая голова.

– Ну чего ты заводишься? Вдруг что стряслось, а мы и не знаем, – возразила вторая голова.

– Давайте позавтракаем и полетим на разведку, – сказала третья.

– Тебе надо, ты и лети. Лично у меня другие планы, – сказала первая голова.

– Это какие? – ехидным тоном спросила вторая.

– Не твое дело. – Первая голова обиженно отвернулась.

– Как думаешь, она догадывается, что мы за ней подглядываем? – спросила вторая голова третью.

– Тише ты! Вдруг она еще узнает, что у нас общее туловище! – зашептала третья. Обе головы раскатисто засмеялись.

– Да ну вас! Глупые! – крикнула первая голова и с досады залпом выпила целую пиалу горячего чая.

– Не торопись, а то опять икота начнется, – запричитала вторая голова.

– Ага, придется к Яге за лекарствами лететь, а избушка, вон, куда-то убежала, – ворчливо заметила третья голова.

– Да с чего вы взяли, что это была избушка? – возмущенно спросила первая голова и громко икнула. На скатерти, там, где стояла пиала, вспыхнул огонь.

– А-а-а-а! Пожар! Тушите скорее! – закричала вторая голова.

– Сама туши! Он же горячий! – ответила третья.

– Бежим! – предложила первая.

Змей Горыныч выскочил из дома, сбив дверь с петель. Мысль об огне вызывала ужас, от которого не было спасенья. От страха Змей Горыныч даже забыл, что умеет летать.

– Помогите! Гори-и-им! – закричали головы в панике, пока тело набирало немыслимую для веса Горыныча скорость.

Добежав до берега озера, Горыныч с громким плеском погрузился в воду.

– Уф… – послышался булькающе-клокочущий звук.

– Тут точно не сгорим, – сказала вторая голова.

– Кажись, не горим. Пронесло, – отозвалась третья голова.

– Все, решено: в доме опасно, так что будем жить здесь, – заявила первая.

– Это как же? Прямо здесь? – удивилась вторая голова.

– Найдем подходящую заводь, укроемся водорослями и останемся тут, – рассуждала первая голова.

– А водоросли нам зачем? Они ж невкусные, – спросила вторая голова.

– Вот ты глупый! Водоросли не горят, а значит, и нас защитят от огня.

– А где огню взяться, если мы в воде?

– Вот именно! Поэтому здесь мы и поселимся. А чтобы никто нас отсюда не спровадил, замаскируемся водорослями.

На том головы и порешили. Змей Горыныч нашел тихую заводь под раскидистой ивой, облепился водорослями и притворился большим зеленым валуном – только глаза туда-сюда хлопают.

Идти пришлось далеко, но добираться на метро с растерянным профессором и пугливым Волком, по расчетам Пети, было бы еще дольше. А музеи все-таки не круглосуточные. Да и с Тридевятым царством разобраться надо. Петя иногда вспоминал свою обычную размеренную жизнь до знакомства с Волком и всегда приходил к выводу, что сейчас гораздо веселее.

К удивлению Пети, никто из его спутников не выражал недовольства, и компания быстро преодолевала намеченный путь. Когда они шли по мосту, Волк осмотрелся по сторонам и воскликнул:

– Вот это красота! Сюда бы русалок!

– Кстати, ты еще не все достопримечательности в моем городе видел, – заметил Петя.

– Так мы только и делаем, что прыгаем из шкафа в сундук, из сундука еще куда-нибудь.

– Надо бы тебе экскурсию устроить! – воодушевленно проговорил Петя, по лицу которого прыгали теплые лучи редкого питерского солнца.

– Ага. А я бы тебя на рыбалку взял. Знаешь, какие места на свете есть? Залюбуешься! – подхватил Волк.

– Кхе-кхе, – прервал беседу профессор. – Давайте не забывать о главном. Сначала надо спасти мои конфеты. Мало ли кто и что с ними сделает!

– Через двести метров поверните налево, – сказал навигатор.

Петя посмотрел на экран телефона, а потом убрал его в карман.

– Почти на месте.

За большой кованой аркой раскинулся парк. Зеленые кроны деревьев блестели под солнечным светом. Казалось, жители города в такой день не могли усидеть дома и все разом высыпали на улицу. Дети, коляски, велосипеды, собаки, воздушные шарики и сладкая вата наполнили питерский парк шумом и красками. Волк окинул людей взглядом и подумал, что в такой толпе ошейник и поводок – не такая уж и плохая идея. С ними он хотя бы не потеряется.

Петя пробирался вперед, стараясь не терять Волка и профессора из виду. Вдалеке послышался детский плач. Троица ускорила шаг. За беседкой у фонтана плакали двое маленьких ребятишек.

– Отдай! – кричал один.

– Мое! – отвечал другой и тут же снова начинал плакать.

К детям подбежала сердитая мама и увела обоих.

– Ложный след, – покачал головой профессор. – Масштаб бедствия мелковат.

– Нужно обыскать весь парк. В новостях писали, что именно здесь необычно много плачущих детей, а причин никаких. Предлагаю разделиться – так мы быстрее обойдем весь парк.

– А как мы потом найдем друг друга? – спросил Волк. – Я свой мобильник забыл. Да и вообще, у меня лапки.

Петя почесал затылок.

– Есть идея. Ждите здесь.

Через несколько минут мальчик вернулся с тремя воздушными шариками – красным, синим и зеленым.

– Если заметите что-то странное, отпускайте воздушный шарик. Так остальные двое поймут в какую часть парка бежать. Тебе, Волк, – синий, профессору – зеленый, а мне красный. – Петя раздал шары.

– Отличная идея, молодой человек! С вашим мышлением вам бы в науку, – похвалил его Григорий Семенович.

– Спасибо, я подумаю, – сказал Петя. – Не будем терять время.

В это время в Тридевятом царстве Кощей разгуливал по саду и радовался прекрасной погоде. На душе у него было спокойно и как-то буднично. Вдруг подул сильный ветер, сорвал несколько листьев с деревьев и бросил их на газон.

– Апчхи! – сказал Кощей и замер от неожиданности. – Неужто я простудился на старости лет?!

От этой мысли Кощею стало смешно. Но его настроение тут же изменилось.

Кощей внимательно осмотрел свои руки и ногти, потом побежал в замок и встал перед ростовым зеркалом.

– Кожа у меня какая-то бледная, синие круги под глазами. Совсем не здоровый вид. Точно – заболел! Вот и смерть моя не за горами.

И такое отчаяние его взяло! Кощей закружился по комнате, потом перебежал в другую, все время охая и причитая.

– Помру! Точно помру! Это все плохая экология и нехватка витаминов! А может, сглазили меня? Но кто?

Кощей с каждой минутой волновался все больше. Он бросился в тронный зал и, не находя себе места от тревоги, стал ходить взад-вперед и с подозрением смотреть по сторонам, будто высматривая опасность.

– Эй, слуги мои верные! – крикнул Кощей после длительных раздумий.

– Чего изволите, вашество? – ответили хором слуги.

– Почему меня завтракать не сажают? Не потчуют? И где моя одежда? – спросил Кощей.

– Одежда на вас, а завтрак уже остывает. Извольте в трапезную пройти.

– Мне нужна теплая одежда. Весна нынче обманчива. Вдруг спину застужу или насморк подхвачу? – Кощей поплотнее закутался в плащ. – А ну живо принесите мне теплую одежду и тапочки на меху!

– Какие тапочки, вашество? У вас их отродясь не было.

– Если нет, свяжите, сшейте, купите! Мне нужно держать ноги в тепле!

Кощей прищурился, выпрямился и пошел завтракать, поправляя складки плаща. Потом резко остановился и пропустил слуг вперед. «А вдруг они меня с лестницы столкнут, я упаду и шею себе сломаю?» – подумал Кощей и от ужаса прикрыл рот руками.

Слуги послушно прошли вперед. Кощей двинулся следом, внимательно оглядывая каждую ступеньку и держась подальше от слуг.

Усевшись за стол, он разложил на коленях салфетку и взял со стола приборы.

«Я руки забыл помыть! Вдруг микробы в организм попадут и желудок заболит? Или что пострашнее…» – подумал Кощей и молнией бросился мыть руки.

Когда Кощей вернулся к столу, он был еще мрачнее. Что, если, пока его не было, слуги отравили еду или напитки?

– Не буду я есть, – сказал Кощей и отодвинул в сторону тарелку с кашей.

«Ну, теперь, кажется, обошлось», – подумал он. Но следующая его мысль оказалась даже страшнее: «А если не буду есть, исхудаю и тоже умру. От бессилия».

Кощей запаниковал еще больше и бросился метаться по замку. Он искал, где бы спрятаться от слуг, от себя, от страха смерти. А теплое весеннее солнце висело в беззаботном голубом небе и даже не подозревало, что вокруг разворачивается настоящая драма.

Петя быстро шагал, разглядывая встречных прохожих. Взрослые пытались успокоить детей. Дети размазывали по щекам слезы, бросали на землю сладкую вату и плакали так горько, будто у них забрали любимую игрушку или щенка.

Вот оно! Петя отпустил воздушный шарик.

Мимо Пети проходили люди. Толпа становилась все гуще, а мальчик как будто всем телом почувствовал человеческую скорбь и горе. «Неужели конфеты на них так подействовали?» Плач усиливался, со всех сторон раздавались громкие всхлипывания. Малыши дрались из-за игрушек и сладостей, как гладиаторы на арене, со злостью и мрачной решимостью одержать победу. Некоторые бухнулись прямо на землю и плакали так, будто готовы затопить слезами весь парк. А некоторые скакали по лужам, но не радостно, а в отчаянии, как будто им больно наступать в воду.

На скамейке вполоборота сидел человек в бежевом плаще и бросал плачущей и кричащей толпе конфеты. Родители детей поддались общему настроению: они ругались друг с другом, а некоторые снимали всю эту картину на телефон и спешили выложить в интернет.

Петя притаился за фонарным столбом. Он надеялся рассмотреть человека с конфетами, но вид загородили люди, увлеченные спором. Петя задумался, стоит наброситься на преступника одному или все-таки дождаться Волка с профессором.

Минуты шли, но ни Волка, ни профессора рядом не наблюдалось. Петя взглянув на небо и увидел синий шар.

– Да как так-то?! – крикнул Петя. – Вор-то здесь, рядом со мной! Неужели злодей не один, а с сообщниками?

Петя выглянул из-за фонарного столба и увидел, что скамейка опустела, а человек в бежевом плаще стремительно удаляется.

Мальчик бросился в погоню. Незнакомец ускорил шаг и смешался с толпой. Петя старался не отставать. Но вот показался Волк.

– Ты чего? Я видел твой шарик! Где злоумышленник?

– В бежевом плаще, убежал, – раздосадованно ответил Петя. – Но теперь у нас хотя бы есть какая-то примета. И вряд ли он далеко ушел, – взбодрился мальчик и снова двинулся вперед. Волк юркнул в кусты – вдруг так окажется быстрее.

Петя никогда особенно не любил физкультуру, да и спорт в целом. Волк был гораздо проворнее, но меньше, и поэтому его обзору мешали кусты и скамейки.

Пробежав довольно много, Петя остановился и посмотрел по сторонам. Никого в бежевом плаще.

– Упустили, – печально сообщил мальчик, завидев профессора.

Семен Григорьевич, казалось, совсем поник. Петя почесал затылок и улыбнулся: ему в голову вдруг пришла интересная мысль.

– Как насчет прокатиться с ветерком?

Уже через минуту Петя и профессор мчались на самокатах в разные концы парка, высматривая бежевый плащ и Волка. Волк принюхивался – пытался взять след.

Человек в бежевом плаще остановился отдышаться и оглядеться в поисках преследователей, но никого не увидел. Он успокоился и замедлил шаг, а чтобы окончательно затеряться среди гуляющих, снял плащ и небрежно бросил его на скамейку.

– Вы?! Что вы здесь делаете? – спросил кудрявый профессор, притормаживая самокат. – Петя! Волк! Скорее сюда!

– Как, и эти двое тут? – хмыкнул преступник и попытался отобрать у профессора самокат.

Вдруг ему в спину резко влетел Петя, а Волк выпрыгнул из кустов прямо злодею под ноги. Преступник упал на землю, и Волк ловко вцепился ему в бороду. Петя навалился сверху.

– Чем бы его зафиксировать? – спросил мальчик.

Профессор порылся в карманах и выудил провод от зарядного устройства:

– Вот, возьмите. Ничего другого нет.

Петя связал злодею руки за спиной и перевернул его лицом вверх.

– Вы! Не может быть! – воскликнул Петя.

– Как ты сюда попал? Ты же был… был, ну, в этом… как его… Мы тебя в последний раз видели, когда Георгия навещали, – не менее удивленно проговорил Волк. – То-то я думаю, запах знакомый, а сразу и не признал.

– Николай Иванович! Что все это значит? – спросил профессор.

– Вы что, знакомы? – удивился Петя.

– Тащите его сюда, на скамейку. У меня ужасно болят ноги, друзья, простите. Я не привык к таким марафонам, – виновато сказал профессор.

Коловерде – а это был именно он – скривил рот и демонстративно отвернулся. Так нелепо попасться в его планы не входило.

– Николай Иванович – научный сотрудник института, в котором я работаю. Он пришел к нам совсем недавно, но проявил себя очень старательным и серьезным исследователем, – ответил Семен Григорьевич, потирая лоб. – Поверить не могу, что вы украли мой чемодан, коллега!

– Надеюсь, больше он ничего не успел украсть, – сказал Волк, сделав театральную паузу. – Перед вами настоящий злодей, который хорошо притворялся.

– Не представляю, зачем красть чужие идеи. Если вам так нужны были мои конфеты, вы могли бы их просто попросить, коллега, – вздохнул профессор, раскрасневшись от возмущения.

При слове «попросить» Коловерде презрительно дернул головой.

– Ну уж нет, дорогой Николай Иванович! Так дело не пойдет! Сейчас ты нам все расскажешь. И как ты сюда попал, и что собирался делать, – сказал Волк, растягивая каждое слово.

– Вот еще! Не доросли, – буркнул Коловерде.

– Ах так?! – крикнул Волк. – Ничего, сейчас ты у нас поговоришь! Засунем тебя куда-нибудь похуже, чем в прошлый раз. Например, на крайний-крайний Север.

– Ага! Или в пустыню, чтоб точно не выбрался, – добавил Петя.

– Заморозим для безопасности, до лучших времен? – предложил Волк.

– Вам меня не напугать. И тем более не понять всего величия моего замысла! – ответил Коловерде и отвернулся.

– А может, и не было у тебя никакого плана! Так, очередная провальная идея, – сказал Петя. – Ты и в прошлый раз ничего не добился, и с живой водой, и с драконом! А тут и вовсе украл конфеты, чтобы детишек пугать!

– Ничего вы не понимаете! Я вам еще покажу! – разозлился Коловерде, но, как он ни старался грозно топнуть ногой, лежа на земле, так и не смог.

Иван по настоянию супруги обошел всю царскую деревню и направился во дворец. Нужно было убедиться, что с царем все порядке и ничего необычного не происходит. Иван осмотрел забор, окинул взглядом улицы. Все выкрашено, вычищено, люди заняты делами. Вдруг порыв ветра сдул с Ивана шапку. Что-то странное на секунду почудилось ему в этом ветре. Иван остановился, поднял шапку, водрузил ее на голову, поднялся на крыльцо и понял, что совершенно забыл, зачем пришел во дворец.

– Здравствуй, Иван-царевич, – хором приветствовала его охрана Берендеева.

– Здравствуйте. А царь у себя? – спросил Иван.

– У себя, завтракает, – ответила охрана, пропуская гостя в покои его величества.

– Здравствуй, Иван. А дочь моя где? – спросил царь, тепло обнимая зятя. – Чаю выпьешь?

– Да какой там чай! – воскликнул Иван. – Если я тут, то, значит, жена моя там!

– Ну, вот я и спрашиваю, чего ты без дочки моей пришел. – Царь рассмеялся. – Странный ты все-таки у меня, чудаковатый. Но, главное, дочери моей нравишься. А я ради ее счастья на все согласен.

– Если я здесь, значит, не с ней. А если не с ней, значит, она может попасть в беду, – бурчал сам себе под нос Иван, не обращая внимания на царя.

– В какую еще беду? – испугался царь. – А ну рассказывай, чего пришел и что за беда! Это приказ!

Царь хлопнул ладонью по столу и для солидности нахмурился, но Иван как будто его и не видел.

– Одна! В беде! А я тут! – запричитал он и выбежал из дворца как ошпаренный. От мысли о том, что царевна осталась без присмотра, ему становилось страшно. Иван даже забыл о поручении, о Василисе и о том, что бросил царя Берендея бояться за любимую дочь в одиночестве.

Василиса долго, с полчаса, уговаривала Щуку показаться из волшебного колодца, пока Федор развлекал туристов шутками про Колобка и репку.

– Ну что ты, дорогая, все же хорошо, – шептала Василиса, склонившись над колодцем. – Одно-два желания, и мы уйдем. Я тебя умоляю!

– Да не могу я, Вась, прости, – упиралась Щука. – Я боюсь, вдруг у меня не получится, вдруг я не такая уж могущественная, как раньше.

– Да почему?! Ты волшебница, каких поискать! – не отставала Василиса. Это был самый трудный рабочий день на ее памяти. Раз или два куда-то укатился Колобок – вот и все сложности. Но чтобы все сказочные жители как будто объявили забастовку… Такое могло ей присниться только в кошмарном сне. Не видать ей журналистской карьеры. От этой мысли Василисе стало и страшно, и грустно. По ее щеке скатилась крошечная слезинка и упала в колодец.

– Ты чего? – спросил Федор.

– А ничего! Она… она не хочет колдовать, а я… Я самый худший экскурсовод в Тридевятом царстве, – призналась Василиса и всхлипнула.

– Ясно. А реветь-то чего? – спросил Федор.

– Ну как же? – возмутилась Василиса. – Не стать мне журналистом и министром по связям с общественностью.

– Так, отставить слезы. Тебя никто не назначал на должность, а значит, и снять с нее не может. Возьми себя в руки и возвращайся к экскурсии. Тебя люди ждут, – твердо сказал Федор, не оставляя Василисе выбора. – А что до тебя, Щука, так у меня отец рыбак. Я знаю сто рецептов ухи. Хочешь опробовать их на себе?

– Я, пожалуй, попробую исполнить какое-нибудь простенькое желаньице, если вы не возражаете, – согласилась Щука и испуганно завиляла хвостом.

– Вот, другое дело! Подходите. Два добровольца на исполнение желаний! – Федор помахал экскурсионной группе.

Василиса облегченно вздохнула. Повезло ей с помощником. Но, вспомнив оставшиеся точки маршрута, она сделала неутешительные выводы.

– Знаешь, Федор, одного не могу в толк взять. Почему на меня страх напал, а на тебя нет? И туристы в порядке. Почему кто-то поддается, а кто-то нет? – спросила Василиса.

– Может, ты к Коту слишком близко подобралась. Или эмоциональная – не то что я. Не знаю. Давай лучше придумаем, как это остановить.

– Мне кажется, сами мы не справимся. Нам бы позвать кого-нибудь на помощь, – сказала Василиса.

– Есть идеи? – с готовностью спросил Федор.

– Да как вы смеете сомневаться в моем величии? Я маг! Пусть меня и незаконно лишили силы, никто не отберет мой интеллект! – сказал Николай Иванович. – Что ж, ладно, слушайте мой гениальный план и жалейте, что не вы его придумали!

– Сейчас, только за попкорном сбегаю, – съязвил Волк. – Есть хочется ужасно. Петь, дай денег.

Мальчик порылся в кармане и протянул банковскую карточку, но потом спохватился и отругал Волка:

– Ну что ты меня отвлекаешь? Как ты представляешь себе эту картину: подходит, значит, к киоску собака, протягивает карту и просит попкорн или сладкую вату? Хочешь, чтобы нас разоблачили?

Волк стукнул себя лапой по лбу:

– Извини. В парке столько всяких запахов, с ума сойти можно!

– Обещаю, перекусим позже.

Коловерде откашлялся:

– Если вы договорили, я готов начинать рассказ.

– Да, конечно, – согласился Семен Григорьевич, поправляя очки. Он понемногу приходил в себя после водоворота событий. Сначала у него пропал бесценный чемоданчик, потом он познакомился с мальчиком, у которого есть говорящий волк, а потом узнал, что, оказывается, существуют другие миры. И все это приключилось в самом обыкновенном российском городе. «Хотя нет, Санкт-Петербург все-таки место загадочное», – решил про себя профессор.

Коловерде заговорил:

– Волшебники закинули меня в земли королей и драконов. Там было не так плохо, как я поначалу себе представлял. Конечно, захватить огненную девочку и дракона у меня не вышло. Но я никогда не опускаю руки. Ждать и планировать я умею. Вот однажды там пробегал Волк. Я прыгнул за ним в портал. Где меня только не носило! Но он никогда – ну или почти никогда – не закрывает за собой «дверь».

Петя с укором посмотрел на друга. Волк отвел глаза. Если б мог, он наверняка покраснел бы.

– Продолжайте, пожалуйста, – сказал Петя. Ругаться и угрожать не было смысла. Если Коловерде сам решил рассказать всю правду, оно и к лучшему.

– Я посетил несколько весьма любопытных мест, но решил не спешить и тщательно продумать план. Учесть всевозможные ошибки.

Волк хмыкнул.

– Почти получилось. Во всяком случае, я был в этом уверен до тех пор, пока вы не вмешались, – продолжал рассказ Николай Иванович.

Волк чувствовал себя виноватым: его небрежность с порталами открыла злодею путь в другие миры, – а потому решил держаться с напускной строгостью и серьезностью.

– Я путешествовал за Волком и в конце концов попал в ваш мир. Пристанище для меня нашлось в местном научно-исследовательском институте, где для меня как ученого было все привычно. Мне удалось втереться в доверие к коллегам и затаиться. А потом я узнал, что в другом НИИ ученый изобрел удивительные конфеты. Мне захотелось узнать подробности. Я собрал необходимые документы и перевелся в тот институт. С Семеном Григорьевичем мы работали в разных отделах, но я пристально за ним наблюдал. Я долго осваивал новые технологии, но раздобыть рецепт волшебных конфет так и не смог. А потом у меня созрел план: украсть конфеты и посмотреть, на что они способны.

– И для чего все это? Опять хотите захватить мир? – взорвался Петя. Его раздражали речи Коловерде. Как можно быть настолько уверенным в своей правоте и безупречности? Для любого человека сомневаться – это нормально.

– Тебе не понять! Ты не творец, как я. – Коловерде обиделся и снова отвернулся.

– Надо ему бороду отрезать, у него сразу солидности поубавится, – предложил Волк.

– Не надо, я все расскажу, – торопливо проговорил Николай Иванович.

Петя довольно кивнул и подмигнул Волку.

– Я планировал вернуться в НИИ, усовершенствовать рецептуру и влиять на эмоции людей. Ну или просто сделал бы всех одинаково несчастными, – договорил Коловерде.

– И что тебе с того? – в негодовании спросил профессор. – Ты хоть понимаешь, что оставил больных детей без радости и улыбок? Новые конфеты будут готовы еще нескоро.

– Для чего мне их улыбки? Я мыслю глобально. Люди всегда несчастны – надо им только об этом напомнить. А потом я бы повел их за собой, – размышлял Коловерде вслух. – Хотя нет, зачем кого-то куда-то вести? Я бы выдавал им радость порционно, раз в год, например, и за это они бы сделали для меня что угодно!

Коловерде рассмеялся, а Петя, Волк и профессор поняли, что он безнадежен и безумен.

– Что будем с ним делать, Петь? – спросил Волк.

– Не знаю, но закидывать его в другой мир бесполезно, раз уж ты порталы за собой не закрываешь, – подколол друга Петя.

– Ну хватит мне это припоминать, – буркнул Волк, виновато отводя взгляд.

– Давайте отвезем его в НИИ. Там я буду за ним присматривать. Пожалуй, опробую на нем новый рецепт своих конфет. Обещаю вам, мы с коллегами глаз с него не спустим. А там кто знает? Вдруг мы сделаем его добрым и порядочным? Есть у меня кое-какие наработки, – предложил Семен Григорьевич.

– Еще чего! – огрызнулся Коловерде. – Никуда я не поеду! Я вам не подопытный кролик!

– Кролик или хомячок, это пусть ученые умы решают, – ответил Волк.

– Будете кроликом, если придется. Разве может ученый отвергнуть жертву ради науки? – добавил Петя.

Мальчик вызвал такси, и они с Волком отправили Семена Григорьевича с Коловерде в НИИ. Профессору надо было готовить новые конфеты, а Коловерде требовался надежный присмотр. Семен Григорьевич обещал звонить Пете и рассказывать об успехах в перевоспитании злодея.

На прощание профессор подарил Пете завалявшуюся в кармане сладость.

– Это конфета удачи. Пусть будет у тебя. У меня просто нет слов, как я вам за все благодарен, – сказал профессор.

– И вам удачи. Не забывайте сообщать нам новости! – добавил Волк, подмигивая Коловерде, который корчил недовольные гримасы.

Домой добрались быстро. Волк проверил, закрыл ли портал в шкафу, и уселся на диван в ожидании друга. Петя заглянул на кухню и сделал им в дорогу бутербродов. Гонка за Коловерде сильно вымотала друзей, а ведь им еще предстояло путешествие в Тридевятое царство. «Еда никогда не бывает лишней», – подумал Петя и прихватил термос с чаем.

Снарядившись в дорогу, друзья решительно шагнули в шкаф.

Вылезли они из сундука в замке Кощея.

– Думаю, нужно начать отсюда. Если эта напасть добралась до Бессмертного, то дела плохи, – сказал Волк, помогая Пете выбраться из сундука. В замке было тихо. Сундуки, открытые и закрытые, блестели в свете факелов. Волк закрыл крышку и выбежал из сокровищницы. Кощея в покоях не оказалось. Пришлось обыскать каждую комнату – ничего.

– Как сквозь землю провалился, – растерянно сказал Петя.

– Идем дальше. Может, он во дворе или в саду.

Но и там Кощея не оказалось.

– Пойдем к русалкам, они-то точно на месте.

В Тридевятом стояла отличная погода и царило зловещее спокойствие.

– Вымерли все, что ли? – удивился Петя.

Мимо пролетел Ворон и громко каркнул:

– Ага, от страха, кар-р-р.

– Да что ты такое говоришь, глупая птица? Как можно вымереть от страха? – Погрозив Ворону кулаком, Волк поспешил к озеру. Петя не отставал.

Чем ближе они подходили к озеру, тем отчетливее слышался плач.

– Стой, – сказал Волк, останавливая Петю.

– Что такое?

– Кажется, утром, когда я уходил, озеро было меньше, – задумчиво сказал Волк, – они что, столько наплакали?

– Наплакать озеро они могут, а плавать нет? – хмыкнул Петя. – Странно.

– Они ж так всю экологию Тридевятого царства испортят! А это непременно приведет к катастрофе!

– Давай не поддаваться страху, – успокаивал друга Петя, который и сам начинал все больше волноваться.

Мальчик тряхнул головой и уверенно двинулся к берегу. Не хватало еще, чтобы они с Волком заразились страхом.

Петя снял кроссовки и потрогал воду ногой.

– Прохладная.

– Ну не ждать же нам, когда она нагреется.

Петя вздохнул, скинул одежду и нырнул в озеро. Он изо всех сил пытался не терять спокойствия и делать скучающий вид. Русалки затихли.

– Водица потрясающая, чего не плаваете? – спросил Петя.

– Мы утонем!

– Рыбы плавают?

– Плавают.

– И не тонут?

– Не тонут, – хором, уже чуть более спокойно ответили русалки.

– Вот и я плаваю и не тону. А я не рыба и не русалка. Оп! – Петя нырнул и скрылся под водой, взбивая ногами волны.

Петя вынырнул и затаился в камышах. Русалки успокоились и принялись потихоньку двигаться в воде. Петя воодушевился и поплыл в сторону русалок, то и дело меняя стиль гребли.

– Правой, левой, – подбадривал себя Петя так, чтобы его было хорошо слышно.

Русалки снова задрожали от страха.

– Ну, вот, опять, – расстроился Петя, – Волк, помогай!

Волк помахал ему с берега:

– Я? А что я могу? Я так себе пловец.

– Неважно. Забирайся на дерево и прыгай в воду. Пусть видят, что даже ты не боишься.

– Петь, у меня точно не получится, – разнервничался Волк.

– Ты хочешь спасти Тридевятое царство или нет?

– Хочу.

– Тогда прыгай.

Волк забрался на дерево, прошел по самой толстой ветке и закрыл глаза.

– Кар-р-р! – крикнул Ворон.

От неожиданности Волк свалился в воду и начал грести лапами.

Петя бросился на подстраховку. Русалки прекратили плакать и с любопытством наблюдали за друзьями.

– Помогите! Тону! – закричал Волк, и одна из русалок поплыла к нему.

– Кажется, работает, – шепнул Петя.

Наконец все русалки собрались вокруг Волка и Пети.

– А плавать весело! – заметила одна из них и звонко рассмеялась.

– И совсем несложно, – поддержала другая.

– И мокро, – хмыкнул Волк.

Петя, довольно ухмыльнувшись, поплыл к берегу.

Там он присел на большой камень.

История с русалками изрядно его озадачила. Когда друзья подкрепились горячим чаем с бутербродами, Петя предложил отправляться дальше и продолжить спасательный марафон по Тридевятому царству. Может быть, если они поторопятся, то еще успеют в музей.

– С русалками было терпимо. Кто там дальше? Домовые или богатыри? – одеваясь, спросил Петя.

– Ага, терпимо. Я, между прочим, промок.

– Ну а как ты хотел? Когда нам в нашем деле хоть раз было легко? Взять хотя бы историю с котом Баюном, – возразил Петя.

– Ты прав. Ладно, давай сначала к богатырям, а то пока нет настроения прибираться, – ответил Волк.

На тренировочном поле у богатырей дело было еще хуже, чем у русалок. Одни сидели по колено в траве и плели венки из цветов. Другие поставили мольберты и рисовали тех, кто плел венки. Третьи бегали по полю с сачками и ловили бабочек. Четвертые лежали на земле и, закусив колосок, мурлыкали под нос народные песни. Сражаться они не хотели, а заняться больше было нечем.

– Смотри, как тихо и спокойно. Ни лязга мечей, ни звона доспехов. Пацифисты какие-то, – сказал Петя.

– А если Тридевятому царству понадобятся защитники? Что тогда? Цветами закидают или ленты в косы вплетут? Они же богатыри! Бесстрашные и непобедимые! – возмущался Волк.

– Ну да, прости, не подумал. Может, Кощей тоже заболел и прячется где-нибудь от смерти?

– Может быть. Но давай разбираться по порядку, – согласился Волк.

Друзья подошли ближе и поприветствовали богатырей.

– Мир вам, – ответил тот, что бегал с сачком.

– А где ваши мечи и доспехи? – спросил Петя.

– Оружие опасно, им можно пораниться, – сказал второй богатырь, примеряя на Волка венок.

– Не-не-не, – отмахнулся тот. – Вы богатыри, ваше дело – защищать Тридевятое царство.

– От кого?

– Неважно. Главное – чтобы вы были в форме, – пояснил Петя.

– Мы не хотим сражаться! Оружие острое и тяжелое, – протянул богатырь.

– А если враг лютый нападет, что делать будем? – не унимался Волк.

– Спрячемся, – предложил богатырь.

– Или попробуем договориться, – добавил другой, не теряя надежды водрузить на голову Волка венок из полевых цветов.

У Пети кончалось терпение, у Волка – аргументы. Богатыри расслаблялись среди цветов.

Петя подошел к куче оружия и взялся за меч.

– Не могу поднять, слишком тяжело, – обреченно констатировал он.

– Ну конечно, это же богатырский меч, – хмыкнул Волк и решил помочь другу. Меч не сдвинулся с места.

– Ничего не получается, – сказал Петя, предприняв еще одну неудачную попытку.

Затем он принялся ходить кругами, обдумывая новый план. Волк жевал последний бутерброд в надежде, что перекус придаст ему хоть немного сил.

– Есть идея, – шепнул Волку Петя. – Подыграй мне.

Петя подобрал с земли палку и замахнулся на Волка. Волк бросился бежать, уворачиваясь от притворных ударов. Богатыри отложили дела и уставились на своих гостей.

– Помогите! Спасите! Убивают! – кричал Волк, падая на землю и закрывая морду лапами.

– Желание защищать слабых обязательно должно победить страх. Они все-таки герои, – проговорил Петя, снова замахиваясь палкой.

– Ай-ай-ай! У-би-ва-ют! – скулил Волк.

Кто-то постучал Петю по плечу:

– Нельзя маленьких обижать. Нехорошо это.

– Ты что делаешь? Он безоружен! – крикнул другой богатырь, откладывая в сторону сачок.

Петя замахнулся на богатыря. Тот увернулся. Остальные гурьбой бросились к оружию и погнались за Петей.

– Не все сразу! Теперь я маленький и беззащитный! – кричал на бегу Петя. Волк выдохнул и поспешил выручать друга. Пробежав несколько кругов по тренировочному полю, богатыри остановились, и Волк наконец объяснил им, что с ними произошло. Когда все прояснилось, в знак примирения компания распила оставшийся в термосе чай.

– Вы, это, заходите на огонек. Вам бы поднабраться силы и выносливости, – предложил воевода на прощание.

– Здоровый организм – лучше всего. Он тебя и убережет, и защитит, – добавил один из богатырей.

– Спасибо, – поблагодарил Петя, убирая в рюкзак термос.

– Обязательно придем на тренировку, – добавил Волк.

Лес становился гуще. Туристы с аппетитом жевали яблоки, заранее припасенные Федором.

От колодца Щуки экскурсия двинулась в сторону деревни и знаменитой Чудо-печки. Пирожками пахло за версту.

– А здесь мы сделаем небольшую остановку и увидим живописное болото, в котором некогда жила Царевна-лягушка, – продолжала экскурсию Василиса.

– Это дочь Кощеева? – спросила неугомонная девочка.

– Достоверной информации о кровном родстве между Царевной-лягушкой и Кощеем нет. Это пустые домыслы, а вот болото самое что ни на есть настоящее, – ответила Василиса.

– Каков план? – шепнул Федор.

– Отвлеки группу, а я к Лешему сбегаю. Он мудрый, знает и видит все, что в лесу творится. Вдруг подскажет, как быть с Котом, – сказала Василиса и направилась к лесу.

В чаще было зловеще тихо. Василиса огляделась по сторонам: ни животных, ни птиц.

– Дедушка Леший! Дедушка Леший! – шепотом позвала она. – Ты здесь?

В кустах еле слышно хрустнуло. Василиса Васильевна подкралась ближе. Что бы это ни было, в родном Тридевятинском лесу она ничего не боялась.

– Бу! – сказала кустам Василиса, и они затряслись.

Вдруг среди веток высунулась косматая зеленая голова:

– Чего шумишь? Всех распугаешь! – буркнул Леший.

– Кого всех? И отчего ты сам-то прячешься? Ты ведь хозяин леса! – растерянно спросила Василиса.

– Чудище в моем лесу завелось, страшное, большое! Всех сожрет, моргнуть не успеешь! И что с лесом моим будет? Я велел всем спрятаться и сам схоронился! А ты иди, не мешай мне. Беду накличешь!

– Да что за день сегодня? – Василиса всплеснула руками. – Все как с ума посходили! Наверное, это какой-то вирус. Я об этом читала.

Пока девушка рассуждала вслух, над ней нависла громадная тень.

– Ой, мамочки! – закричал Леший и попятился в кусты.

– А кто лес защищать будет, если не ты? – не сдавалась Василиса.

– А меня кто защитит? – огрызнулся Леший.

Василиса обернулась к тени – никого. Она вытерла пот со лба и поворотилась обратно к Лешему, но он уже исчез.

Василиса больше не боялась ни за планы по развитию туризма, ни за свою жизнь. У нее осталось только разочарование и крошечный огонек надежды, что все еще можно исправить. Василиса решила идти к замку Кощея. Вот уж кто точно ничего не боится. А туристов стоит отправить подальше от зараженного страхом леса.

Федор был отличным помощником. Вместе с группой они бодро обогнули лес, дошли до огорода и посмотрели макет знаменитой репки. За следующим поворотом начиналась дорога к замку Кощея. Мимо пробежала избушка Яги. Василиса нервно икнула.

– Это уже совсем нехорошо, – шепнула она Федору. – Найди, пожалуйста, какую-нибудь птицу, лучше Ворона, и скажи позвать на помощь Волка и Петю.

– Какого еще Волка и Петю? – спросил Федор.

– У нас, в Тридевятом, их все знают. Ты, главное, передай послание, а уж дальше они сами разберутся, – уверенно сказала Василиса.

Федор поспешил на поиски птицы. Василиса повела туристов к Чудо-печке, делая вид, что все идет по плану.

– Обратите внимание, слева от вас большое озеро. Считается, что его сформировали слезы Аленушки. Другой Аленушки, разумеется, – той, у которой братец козленочком стал, – пояснила Василиса.

– А что у вас тут все Аленушки да Аленушки? Других имен совсем нет? – спросила самая внимательная девочка-туристка.

– Почему же, есть. У нас есть Марья Искусница, Варвара-Краса, Василиса-Лягушка и другие колоритные героини и герои, – гордо ответила Василиса Васильевна.

– Вот именно, героини. А герои у вас кто?

– Богатыри у нас есть, самые настоящие. Сильные и смелые. Мы к ним мы обязательно заглянем. Сначала пирожками подкрепимся, а потом – на тренировочное поле. Еще у нас есть витязи морские, у них прекрасный предводитель. Черномором зовут. На обратном пути, когда пойдем к Коту Ученому, обязательно заглянем к нему на берег морской, – говорила Василиса, убеждая и туристов, и саму себя.

Главное, чтобы Волк и Петя успели на подмогу. Василиса улыбнулась и повела туристическую группу дальше.

От бега у Пети гудели ноги. Он останавливался и потирал уставшие лодыжки. Волк смотрел на мальчика с сочувствием. Он гордился таким самоотверженным другом, как Петя. Без него приключения были бы скучными и завели бы его неизвестно куда. Волк понимал, что не каждому так везет с друзьями.

– Хорошо, что хоть не больно досталось. Сильные всегда добрые, потому что знают, как легко навредить и как сложно уберечь, – размышлял по дороге Волк.

– Интересно, что там у домовых творится. Я не люблю пыль, да и от уборки, честно говоря, не в восторге, – жаловался Петя. – Хорошо, что мы решили оставить домовых напоследок.

– Что значит напоследок? А Кощей? Яга? Мы их еще не видели. Да и мало ли что еще приключилось! Надо было сразу сюда идти! Тогда не пришлось бы спускаться в жуткое метро, искать желтый чемодан и странного профессора. Мы на него полдня потратили! А тут такое! – Волк начинал впадать в панику.

– Волк, я понимаю, как ты переживаешь за Тридевятое царство и его обитателей. Но мы сделали доброе дело! Да еще и преступника обезвредили! – Сначала Петя рассердился, но потом вдруг заметил, что Волка трясет от неясного, таинственного страха.

– Ладно, извини. Идем к домовым или грязевым, только успокойся.

– А что, если Леший тоже боится? А если он перестанет смотреть за лесом, природа погибнет! Это будет уже совсем не Тридевятое царство, – тревожился Волк.

«Надо спешить, пока и меня не накрыло паникой», – с ужасом подумал Петя, и, поймав себя на мысли, что ему становится страшно, ускорил шаг.

Друзья молчали всю дорогу, пока не вышли в Тридевятинскую деревеньку. До них донесся шум. Было ясно, что ругаются несколько женщин.

– Это твой мусор!

– Нет, твой!

– Твой дом весь пылью зарос, неряха!

– На себя посмотри! Домового-то своего ни молоком, ни медом не угощаешь, вот и грязь у тебя кругом! – не унималась спорщица.

– Да кого ж кормить, если я своего домового выманить ничем не могу? Забился в угол, только зубами стучит. Я ему и пироги пекла, и чай с малинкой заваривала, ни в какую!

– Что? И твой не выходит? – спросила соседка.

– Ну-ка, ну-ка, поподробнее, дамы, – вклинился в разговор Петя.

– А что подробнее? Грязью все зарастает, как дом ни вычищай. Домовые наши разленились, ничего не делают.

– Напугал их кто? – спросил Волк.

– Да нам почем знать? С самого утра такая чертовщина, – сказала женщина, растерянно обмахиваясь платком.

– На контакт не идут? Ничего не говорят? – продолжал расспрашивать Волк.

– Нет, совсем. – У женщины на глазах выступили слезы.

– Дело серьезное. Будем разбираться, – сказал Петя, направляясь к дому.

– Вы нас тут подождите, – попросил женщин Волк.

В доме царил беспорядок. На полу был слой пыли, за печкой скопились паутина и зола. Казалось, что дом забросили много лет назад.

– Ничего себе. Я и не думал, что домовые так много всего делают: и чистоту поддерживают, и уют, – удивился Петя.

– Конечно. Они хранители дома, без них все приходит в запустенье, не успеешь оглянуться, – объяснил Волк.

– Как думаешь, в квартирах живут домовые? – спросил Петя.

– Живут. Если бы их не было, ты бы заметил. Думаешь, кто тебе носки по парам укладывает, пока ты спишь?

– Мама, – не задумываясь, ответил Петя.

– Нет. Мама, конечно, у тебя замечательная. Но всякие незаметные мелочи – все-таки дело рук домовых. Или квартировых? Неважно, мысль ты понял.

Волк принялся осматривать каждый угол. Петя заглянул сначала за печку, потом под кровать и в шкаф.

– Может, они вообще из дома ушли? – предположил мальчик.

– Нет, это невозможно. Домовые без жилища погибают, понимаешь?

– Как вирусы, если они в окружающей среде, а не в организме человека, – сказал Петя.

– Ну и сравнение, – фыркнул Волк. – Домовые, в отличие от вирусов, полезные.

– Ну, от вирусов тоже есть польза. Все время, которое эволюционировал человек, вирусы заставляли наш организм развиваться и приспосабливаться. Если бы не вирусы, у нас не появилось бы множество черт, которые помогают нам выживать. Я тебе как-нибудь расскажу. Мы на биологии проходили. Мой мир тоже очень интересный.

Волк кивнул и залез головой в кухонную тумбу.

– И здесь нет. Как сквозь землю провалились!

– А такое бывает?

– Не знаю, Петь. Но не нравится мне все это. Тревожно. Понимаешь?

– Понимаю. Главное, нам самим в панику не впадать, – напомнил Волку Петя.

Поиски домового не дали результата. Спустя четверть часа Волк нервно теребил Петю за рукав.

– А вдруг Ворон прав и они умерли от страха?

– Не думаю, – сказал Петя. – Есть у меня одна мыслишка.

Мальчик отыскал на кухне черный молотый перец и предложил Волку рассыпать его по углам. План сработал: за печкой кто-то чихнул.

– Выходи! Мы тебя слышим! – сказал Волк.

Домовой откашлялся и вышел – сутулый бородатый человечек, покрытый пылью и грязью.

– Ты что устроил? Почему за домом не следишь? – отругал его Волк.

– Б-б-боюсь, – заикаясь, ответил домовой.

– Чего боишься? – спросил Петя.

– Пыль такая… такая липкая, – ответил домовой и попятился.

– Вот что, Волк. Тащи ведро и тряпку.

Волк поначалу сделал несколько шагов назад вместе с домовым, но, заметив грозный взгляд Пети, взял себя в руки. Мальчик раздал перчатки и моющие средства и объяснил, что пыль совсем не обязательно вытирать голыми руками. Вскоре все трое уже убирали дом. Окна и полы натирались до блеска, посуда мылась, сохла и складывалась на полки. Из духовки вкусно пахло пирогом. Довольная хозяйка усадила всех за стол и поставила самовар.

Угостившись пирогом, Петя и Волк вышли из дома и оглядели фронт работ.

– Не-не-не, по остальным домам мы не пойдем! – Волк замотал головой. – Даже за пироги!

– А что нам остается? Будем следовать отработанной схеме, – предложил Петя.

В следующем доме друзья, не мешкая, сразу взялись за перец и выманили домового. Потом – ведро, тряпка, чистая вода. Через час Петя чувствовал себя настоящим Мойдодыром.

– Надо будет и в твоей комнате такую чистоту навести, – предложил Волк.

– Вот уж мама счастлива будет, – с усмешкой добавил Петя.

– Может, и пирогов нам напечет, – облизнулся в предвкушении Волк.

– Ага, вот поставит мне Марья Ивановна двойку, и вместо маминых пирогов меня будет ждать папина отповедь, – пошутил Петя, хотя в глубине души ему было совсем не весело. Родители никогда не наказывали его слишком строго, но за плохие оценки ему грозил долгий серьезный разговор, да еще и с Волком запретят разговаривать.

– Давай лучше быстрее все закончим, а то не видать мне музея, как и хорошей оценки за домашнюю работу, – сказал Петя, подгоняя друга.

– Ты дурак, что ли? – кричала царевна, – Выпусти меня отсюда! С ума сошел, Вань?

– Нет, не сошел. Это меры предосторожности. Ты все неправильно понимаешь. Так я буду знать, что тебе ничего не угрожает. И мне спокойнее, пока вокруг творится непонятно что, – объяснял Иван.

– А что творится-то, Вань? Все хорошо! Ну заболело животное, а я-то почему страдать должна? – возмущалась царевна.

– А при чем тут Кот Ученый? Я тебе совсем о другом говорю, а ты меня не слышишь! – настаивал Иван-дурак.

– Да что со мной случится? Я у себя дома. Да и в Тридевятом царстве всегда все хорошо. Не понимаю, что на тебя нашло! – царевна изо всех сил старалась рассуждать логически.

– Да мало ли что! Наводнение, враги или хворь какая! Вот пойду я помогать Василисе, а думать буду только о тебе! Как ты тут, не случилось ли чего. А так мне спокойнее будет, – отвечал супруге Иван.

– Я не могу сидеть взаперти! И вообще это нарушение моих гражданских прав! Ну или царевнинских, если хочешь!

Все уговоры и угрозы были напрасны. Царевна даже в самом страшном сне не могла представить, что ее любимая резная беседка когда-нибудь станет для нее тюрьмой. Оставалось только сесть на скамейку и горько заплакать.

Василиса привела туристов к белобокой говорящей Чудо-печке и глубоко вздохнула. Вроде бы все тихо. Туристы выстроились в очередь за ароматными пирожками, а экскурсовод продолжила:

– Пробегая мимо Печки, Аленушка угостилась пирожком и сказала волшебное слово «спасибо». Впоследствии это знаковое событие сыграло немалую роль в судьбе девочки и ее брата. Скрываясь от погони диких гусей-лебедей и самой Яги, дети спрятались именно в этой Печке, что позволило им выиграть драгоценное время.

– А Печка их не подпекла? Ожогов не было? И гуси не догадались, где они прячутся? – любопытная девочка продолжала сыпать вопросами.

– Нет, все обошлось. А что касается интеллекта гусей-лебедей, то вряд ли они способны на такие сложные рассуждения. Они умеют выполнять задачи, но самостоятельный мыслительный процесс – это сложновато для пернатых. Что ж, угощайтесь, пожалуйста, пирожками, а я подожду вас на том холме. – Василиса улыбнулась и поспешила взобраться повыше, чтобы посмотреть, не появились ли на горизонте Петя, Волк или Федор.

– По-мо-ги-те! – До Василисы донесся еле слышный зов.

– Это еще что?! – Премудрая девица натянула сапоги-скороходы и бросилась в деревню. Голос раздавался из двора царевны. Вокруг него стоял наспех сколоченный забор, а беседка теперь больше походила на деревянную коробку без окон и дверей.

– Царевна! – позвала Василиса.

– Вася! Я здесь, в беседке! Меня Иван заколотил, говорит, боится за меня! В книгах ничего полезного не нашла, – сквозь слезы проговорила царевна.

– Плохо дело. Ты здесь побудь, а я мигом, – сказала Василиса.

– А я? Выпусти меня! – взмолилась царевна.

– А какой в этом смысл? Если Иван увидит, что ты выбралась, еще дальше тебя спрячет – в подвал какой или колодец. Как тебя потом искать? Отогну-ка я тебе деревяшечку. Если что, выберешься сама. Но осторожно! Так, чтобы Иван не заметил, – строго сказала Василиса.

– Эх, хорошо. Береги себя! И Ивана моего вылечи, а то мне страшно, что он и правда дураком станет. – Царевна захлюпала носом.

– Ох, ну хоть ты не реви! – фыркнула Василиса Васильевна и поспешила обратно к туристам.

Накормив экскурсантов пирожками, Василиса решила вести группу к замку Кощея. Будучи единственным безоговорочно бессмертным жителем Тридевятого Царства, он не мог бояться совершенно ничего. Эта мысль успокаивала. Только бы Федор нашел Ворона, а Ворон Волка и Петю. С Кощеем Василиса была знакома очень давно. Так уж повелось, что жители Тридевятого царства старались не ссориться и находить общие интересы. Жить в мире и согласии лучше, чем строить друг другу козни. Василиса, как и другие жители царства, выписывала прессу из других миров и знала, что иногда там рассказывают об ужасных вещах. Поэтому однажды она пришла к царю и предложила наладить взаимоотношения с соседскими землями. Василиса и богатырям всякие новости заграничные приносила, что там у других и как. А Черномор, морской воевода, модернизировал свое войско, выпросил у царя денег и построил флот. Про все это Василиса туристам не рассказывала, но она очень гордилась своим Царством и его жителями. Ей хотелось показать родину с самой лучшей стороны. Поэтому она и предложила Кощею устроить экскурсии по замку. Василиса даже разрешила ему всех пугать, если вдруг захочется. Она обещала, что Кощей преумножит свои богатства, но он отказался, и все заработки было решено направить в царскую казну.

Профессор добрался до исследовательского института и рассказал коллегам о своих невероятных утренних приключениях. Семен Григорьевич, конечно, как и обещал Волку, ничего не говорил о путешествиях между другими мирами и о своих необычных спасителях. Профессора внимательно выслушали, выдали ему новый халат и предложили любую помощь. Младший сотрудник НИИ рассказал о своем секретном проекте, который мог ускорить изготовление конфет. А с некоторыми научными разработками, о которых рассказали профессору, можно было получать ингредиенты в огромном количестве. Семен Григорьевич несказанно обрадовался.

Коловерде, как опасного рецидивиста, поместили в небольшую комнатку при лаборатории под неусыпное наблюдение. Он не сопротивлялся, а просто тихо сидел и смотрел на коллег с обидой и своим обычным высокомерием.

Теперь у профессора было все что нужно для изготовления новой партии конфет.

С ускорителем времени и благодаря слаженной работе коллектива дело пошло быстро. Семен Григорьевич решил безотлагательно испытать конфету добра на злодее. Злодей был этому не рад: Коловерде пинался, бегал по комнате и даже попытался залезть под стол. Но силы были неравны. Проглотив конфету, Коловерде успокоился и сел на предложенный стул. Семен Григорьевич был уверен, что конфета сработала, потому что притворяться добрым Николай Иванович по своей природе не умел.

– Это прорыв, коллеги! – сказал один из ученых. – Давайте сыграем с ним в шахматы и опросим по анкете.

– Давайте, – согласился Семен Григорьевич.

– Засеките время. Надо определить, сколько длится эффект.

Семен Григорьевич принес еще один стул, сел рядом с Николаем Ивановичем и стал расспрашивать его о жизни, детстве и отношении к людям. Коловерде расцвел и разоткровенничался. Ему было непривычно не испытывать злобы и зависти. Коловерде хотелось сладких леденцов и качаться на качелях. Люди больше не приводили его в ярость: он с удовольствием разговаривал с ними и даже шутил. Глядя на него, профессор и впрямь почувствовал себя настоящим волшебником. Он закрыл глаза и размечтался о том, что в будущем не только принесет радость детям, но и сделает добрее все общество. Ученые годами исследуют болезни и неустанно ищут способы лечения, но им предстоит еще столько работы! Любые, даже самые маленькие достижения в медицине Семен Григорьевич всегда воспринимал как чудо, потому что считал, что любое открытие – важно.

Коллега Семена Григорьевича принес в лабораторию чай с печеньем и присел рядом. Хотя конфеты добра ел только Коловерде, каждому ученому вдруг захотелось перенестись в беззаботное детство, есть сладости, бегать по лужам, разглядывать пушистые облака в небе и думать, на что они похожи.

Надо же! Удивительные конфеты Семена Григорьевича как будто действовали даже на тех, кто их не пробовал, дарили воодушевление. А вдруг с этого и начнет меняться мир?

Опрос продолжался, и преступник даже начал предлагать идеи по благоустройству нового мира.

Все были заняты разговором и ароматным чаем. Только младший лаборант Васечкин стоял в дверях и фиксировал основные тезисы, делал пометки о жестах и словах Коловерде, записывал в протокол самое важное. Никто не обращал на него никакого внимания.

Но вот Николай Иванович вдруг плюнул в чай, едва не опрокинул вазочку с печеньем и отвернулся, всем своим видом демонстрируя презрение.

– Три часа одиннадцать минут, – сказал Васечкин, нажав кнопку секундомера.

Коловерде дали еще одну конфету и заперли его в комнате. Лаборант остался наблюдать, а остальные ученые вернулись к работе над сладостями.

Лаборант присоединился к ним примерно через час.

– Один час семь минут.

– Как же так? – удивился Семен Григорьевич. – Неужели конфета порченая?

– Думаю, дело в том, что если добро подпитывать, эффект сохраняется дольше. А если оставить злодея наедине с собой и ему не с кем будет поделиться, конфета работает меньше, – выдвинул предположение младший лаборант Васечкин.

– Неплохо, но есть еще над чем работать. Будем улучшать рецептуру, – сказал Семен Григорьевич.

Лес пестрел сочными красками, солнце опускалось к верхушкам деревьев, а друзья устало брели по тропинке в сторону Кощеева замка.

– Ну и денек выдался! – проговорил Волк.

– Ага. Еще одно невероятное приключение, – согласился Петя.

– Все-таки, Петь, с тобой веселее путешествовать. Спасибо тебе. Только в музей мы не попадем.

– Придумаю что-нибудь, – раздраженно отмахнулся Петя. Если родители запретят ему видеться с Волком из-за плохих отметок, это будет худшее лето в его жизни.

Волку все еще было стыдно. Если бы он не забыл закрыть портал, Коловерде не сбежал бы. Тогда Петя успел бы в музей, а волшебник не потерял бы свой чемодан. Волк в задумчивости семенил рядом с Петей, нервно подрагивая ушами. Петя слишком хорошо знал друга и понимал, что ему очень стыдно.

– Ладно, прорвемся. Главное, чтобы ты извлек из этой истории урок.

– Как думаешь, где искать Кощея? – спросил Волк. – Мы сразу весь замок обошли, а его нет как нет.

– Это не считается. Может, он вернулся? Поиски нужно начать с самого начала, – решительно проговорил Петя.

– Тогда разделимся, – предложил Волк.

– Воздушных шариков у меня больше нет, – сказал мальчик.

– Кстати, хотелось бы напомнить, что кое-кто обещал кое-кому сладкую вату и попкорн. – Волк погладил лапой урчащий живот.

– Мы и бутерброды съели, и пирогами перекусили, – хмуро отозвался Петя. – Интересно, нет ли у профессора конфеты от жадности…

Волк покачал головой.

– Тебе бы мой волчий голод, Петенька, я бы на тебя посмотрел.

Друзья приблизились к замку Кощея и огляделись. Стояла тишина. Вокруг не было ни души.

– Давай на этот раз начнем с сокровищницы, – предложил Петя.

Волк согласно кивнул.

– Вот только есть одна проблема, – сказал Петя, указывая на закрытые ворота. – Давай разделимся и обойдем его с разных сторон.

Так они и сделали: Волк побежал в одну сторону, Петя в другую. Но ни один не сумел найти открытого окошка или двери.

Отдышавшись, Петя вдруг вспомнил, что в первый раз они попали в замок через сундук.

– Надо найти что-нибудь подходящее для портала.

– Отличная идея! – согласился Волк. – Только вот что?

Друзей вдруг придавила усталость. Петя напряженно думал, как проникнуть в замок Кощея. Волк взялся искать шкаф или сундук. Казалось, они в тупике. Но вдруг раздалось звонкое «кар-р».

– Да чтоб тебя! – фыркнул Волк, а потом вдруг спохватился. – Извини, друг, ты молодец! Петя! В большом дубе есть дупло! Через него-то мы и попадем в замок Кощея.

– Я уж думал, что придется делать подкоп или того хуже, забираться на крышу. Я бы испугался высоты, поддался страху, а тебе бы пришлось еще и меня спасать. Тогда мы бы еще надолго здесь застряли, – рассуждал Петя, отгоняя от себя мысли о краях крыши и свистящем ветре в ушах.

Волк и Петя шагнули в дупло дуба и оказались в сокровищнице Кощея. Они осмотрели несколько десятков сундуков с серебром, золотом и жемчугом.

– Вот зачем ему столько, как думаешь? – спросил Волк, открывая очередной сундук.

– Чтобы над златом чахнуть, конечно. Зачем же еще? – не задумываясь, ответил Петя.

– Вот так, чтобы прям чахнуть? Зачем? – спросил Волк.

– Можем у Кощея спросить, когда найдем его, – предложил Петя, не отвлекаясь от поисков.

Когда все сундуки были открыты и осмотрены, герои пришли к неутешительному выводу: Кощея нигде не было.

– Если бы ты был бессмертным, но вдруг стал бояться смерти, где бы ты спрятался? – спросил Волка Петя.

– А ты уверен, что Кощей боится именно смерти? Вдруг он испугался потерять сокровища? – предложил Волк.

– Ну, тогда бы он сидел здесь и охранял свои богатства.

– Логично.

– Пока мы сами не зачахли, предлагаю все-таки разделиться и еще раз внимательно осмотреть замок, – сказал Петя, снимая со стены два факела и протягивая один из них Волку.

Василиса остановила группу в двадцати метрах от замка под большим раскидистым дубом. Тишина вокруг настораживала.

– Итак, дорогие гости, можете осмотреть окрестности. Самостоятельно в замок не заходим. Я уточню, пустят ли нас внутрь. Это жилой замок, поэтому нам нужно письменное или устное разрешение хозяина. Об этом говорилось в ваших туристических брошюрах под сноской.

Василиса Васильевна подходила к любимому делу со всей тщательностью и щепетильностью, поэтому не забыла внести в брошюры пункт «при согласии владельца». Вдруг метрах в десяти за спинами туристов пробежала избушка. Василиса нервно потерла виски и мысленно вычеркнула посещение владений именитой Тридевятинской Яги из предстоящего маршрута. Кот подвел, Леший прячется. Если еще и с Кощеем выйдет накладка, то даже Василисе будет сложно выпутаться из кризисной ситуации. Хорошо хоть на Печь всегда можно было положиться. А на сытый желудок любые невзгоды переносятся лучше. Живот Василисы предательски заурчал. Всех накормила, а про себя забыла. Ничего, так, наверное, даже лучше.

Девушка еще раз огляделась: ни Ворона, ни Федора, ни Волка с Петей.

– Что ж, будем справляться своими силами, – подбодрила сама себя Василиса и двинулась к воротам. Нащупав дверной звонок, она нажала несколько раз, но ей не открыли.

– Куда все подевались? Тихо, как в могиле! – вслух удивилась Василиса и еще раз нажала на кнопку. Звонок Кощею провели совсем недавно в качестве подарка ко дню рождения. Василиса прочитала об этой занятной вещице в газете Тривосьмого царства. В Тридевятом умельцев, чтобы ее смастерить, не нашлось, поэтому заказали у Щуки. Иван-дурак обещал разузнать, как же все-таки устроен этот звонок. Так или иначе, Василисе этот аппарат казался чудовищно забавным.

– Может, звонок сломался? – предположила она и толкнула дверь. Та с натяжкой поддалась. Оказавшись в полной темноте, Василиса стала звать Кощея, слуг, хоть кого-нибудь. К ней подкрался страх темноты. Взобрался по спине мурашками, поселился в стуке зубов. Василиса забилась спиной в угол и затаилась.

Русалки весело плескались в озере, играя в водное поло кувшинкой. Брызги сверкали в солнечных лучах. Лягушки заняли места болельщиков среди камышей. Не хватало только Водяного.

– Целый день его не видно! – подбрасывая кувшинку над головой, сказала первая русалка.

– Кого его? – спросила вторая русалка, отбивая удар хвостом.

– Водяного, конечно, – вступила в разговор третья.

– Да, и правда. Может, поищем его? Вдруг с ним какая беда? – предложила первая русалка.

– Ага, может, он, как и мы, плавать разучился.

– Девочки, ну мало ли что! – настояла третья русалка. – Может, стоит его поискать?

– Давайте партию доиграем. Вдруг он сам явится?! – предложила первая русалка.

– Мы только недавно от страха воды избавились. А ты предлагаешь опять бояться – теперь за Водяного? – недовольно заворчала вторая русалка.

– Да уж, девочки, страх – это скверно, – согласилась первая русалка.

– А Водяной не маленький! Сам себя найдет и приплывет. Он о нас не больно-то беспокоился! Если бы не этот мальчик Петя, так бы мы и сидели, как лягушки в камышах! – поддержала вторая русалка.

Зрителей разочаровывать нельзя, да и прерывать веселье не хочется, – так решили русалки и продолжили играть в водное поло. Лягушки дружелюбно квакали, камыш посвистывал в такт игре. Первая русалка подбросила над головой кувшинку и уже собралась отбить ее хвостом, как вдруг что-то проплыло внизу и лишило ее равновесия.

Подруги рассмеялись, а потом обеспокоенно подплыли к бедняжке.

– Что такое?

– Меня что-то… Что-то сбило, – неуверенно ответила она. – Как волной, только из глубины.

Русалки нырнули под воду. Несколько длинных рыбьих косяков бросились врассыпную. Что-то потревожило подводный мир. Его обитательницам, которые едва избавились от страха, стало не по себе.

Одна из русалок вынырнула на поверхность и огляделась. Ничего необычного. Лягушки на своем месте, на земле никакой суеты.

– Странно, – сказала она вслух и вдруг заметила, как мимо озера бежит избушка на курьих ножках.

– Кар-р-р, – крикнул с ветки Ворон.

– Ворон, найди и приведи Петю. У нас опять что-то странное творится, – попросила русалка.

– Я вам что, почтовый голубь? Кар-р-р, – ответил Ворон.

– Пожалуйста! Это ведь наше родное Тридевятое царство, а значит, любая беда касается всех, – взмолилась русалка. Добраться по суше к Пете и Волку сама она не могла.

– Ладно, уговор-р-ри-ла. Кар-р-р. – Черная птица вспорхнула с насиженного места и скрылась за кронами деревьев.

Водный мир затаился в ожидании неведомого.

– Кому говорю, стой, окаянная! – кричала растрепанная Яга, обеими руками вцепившись в оконную раму.

Казалось, избушка неслась быстрее истребителя, нещадно ломая ветки, распугивая птиц и насекомых. Яга то и дело бралась читать заклинания, но в сумасшедшей тряске постоянно запиналась, и ей приходилось начинать сначала.

Колдовство – дело тонкое и не терпит спешки. Яга мысленно призывала мудрость всего своего колдовского рода, но при каждой кочке билась то рукой, то головой и тут же теряла нить спасительной мысли. Поведение избушки не объяснялось ни болезнью, ни заклятием. Это была исключительная черта характера волшебного жилища, что невероятно раздражало старую ведьму.

– Ты хоть гляди, куда бежишь! Споткнешься и крышу себе снесешь! А мне тебя чинить потом с больной спиной! Эгоистка! – причитала Яга, стараясь не впадать в панику и мыслить сообразно ситуации.

Пробегая мимо замка Кощея, Яга заметила рыжую голову Пети и хотела привлечь его внимание. Но мальчик увлеченно осматривал замок Бессмертного. Если бы не многовековой опыт и природная выдержка, Яга уже плакала бы от бессилия.

– Когда-нибудь ты устанешь. И уж тогда, будь уверена, я задам тебе хорошую трепку! – крикнула Яга, но изба уверенно бежала в сторону озера и болот.

Ближе к болотам лес становился темнее, хотя до заката было еще далеко. Яга сдалась. Она поудобнее устроилась в углу, подальше от битой посуды и шкафов, и даже нашла коробочку с сушеными волчьими ягодами.

С ягодами было слаще, чем без них. Избушка не вписалась в очередной поворот, и ее занесло в болото. Через щели в дом Яги потекла тягучая зеленая жижа.

– Ну что, добегалась, родимая? – фыркнула ведьма, забираясь на крышу, – А я тебе говорила! Ты своими страхами нас сюда завела.

Избушка перестала сопротивляться и медленно, но неминуемо пошла на дно, иногда дергая лапами. Яга сидела на крыше и листала семейную книгу в поисках нужного заклинания.

Избушка кудахтала и тряслась, все больше увязая в болоте. Ей уже было не страшно делать прививку от птичьего гриппа, лишь бы выбраться целой и невредимой. А уж крутой нрав хозяйки она стерпит.

Петя бежал по очередному бесконечному коридору, который было не отличить от других. Временами он останавливался и осматривал каждую щель и угол, заглядывал в декоративные вазы и даже рыцарские доспехи, которые украшали старинный замок. Но Кощей как сквозь землю провалился.

– Апчхи! – раздалось из темного угла. Петя замер.

– Волк? Это ты? – спросил мальчик. Ответа не последовало. Петя выставил перед собой факел и пошел в темноту.

– Ты кто?

– Ва-ва-ва-силиса, – заикаясь, ответили из темноты.

– Выходи, чего ты там сидишь! Там темно и страшно.

– Петь, что там у тебя? Нашел Кощея? Здравствуй, Василиса. А ты тут что забыла? – спросил Волк, выглядывая из-за Пети.

– Я ту-тут посижу, – дрожащим голосом ответила Василиса.

– Ну опять начинается! А ну выходи, – не терпящим возражения тоном скомандовал Волк.

– Понимаете, Василиса Васильевна, вы, конечно, можете сидеть здесь. Но все Тридевятое царство в опасности, и помочь нам его спасти можете только вы, – отчеканил Петя. – Вставайте. Мы идем искать Кощея.

– Конечно, конечно. – Страх Василисы отступил так же внезапно, как и появился.

Волк удивленно глянул на Петю.

– Потом объясню, – сказал мальчик. – Думаю, надо искать в самом неприступном месте.

– В сокровищнице? Мы с нее и начали, – с досадой проговорил Волк.

– В Тридевятом царстве возможны любые чудеса. И уж тем более я не удивлюсь, если мы пропустили Кощея.

– Чудеса чудесами, а Кощей хоть и бессмертный, но не невидимый.

– Давай опросим свидетелей, – предложил Петя. – Кощеевых слуг. Вдруг они что-то видели или знают.

– А ведь мы в замке еще никого не встретили, – задумчиво проговорил Волк.

– Значит, они тоже боятся и прячутся. Идем.

Петя резво побежал вниз по ступеням, ведущим к замковой кухне. Как и предполагалось, слуги прятались в шкафах, под столами – словом, везде, где мог поместиться человек. О Кощее единого мнения не было. Одни говорили, что не видели его. Другие – что он спит и велел не беспокоить. Но Петя твердо намеревался узнать правду. Он выстроил всех слуг в шеренгу и задал им несколько коротких и четких вопросов. Выяснилось, что Кощей боялся болезни и смерти. Один слуга рассказал, что хозяин отказался от еды, чтобы его не отравили. Другой передал Пете записку: «Требуется лекарь в замок. С проживанием. Полный пансион».

– Вот в чем дело, – сказал Петя. Он попросил слуг переодеть их с Волком в мантии и отвести к Кощею под видом лекарей. Василиса вместе со слугами осталась ждать сигнала о подмоге.

– Думаешь, сработает? – спросил шепотом Волк.

– А что нам остается? Надо хотя бы попробовать, – ответил Петя.

– А перец не поможет? – шепнул Волк, – Ну, с домовыми же получилось.

– Кощей – не домовой. Нужен другой подход.

Две фигуры в плащах с капюшонами поднимались все выше и выше, пока не уперлись в потолок. Слуги щелкнули замками и открыли потайной лаз на крышу.

– Чердак! Ну конечно! Как же я не догадался?! – воскликнул Волк и с досады шлепнул себя лапой по лбу.

– Тише, не выдай нас раньше времени, – одернул друга Петя.

– Вашество, лекари прибыли по объявлению, – доложил слуга и удалился.

Кощей сидел на стуле, закутавшись в толстый вязаный плед. Бегло оглядев лекарей, хозяин замка откашлялся и сказал:

– Будете жить при моем замке и следить за моим здоровьем. Проверять пищу и питье, которое приносят слуги. Витамины мне какие-нибудь пропишите для укрепления здоровья.

– Послушайте, уважаемый Кощей, вы – существо бессмертное, и вам не грозит никакая болезнь. Это у вас нервы расшалились, – аккуратно начал Петя, стараясь говорить грубым голосом.

– Да? А утром я чихал в саду, и каша на завтрак была премерзкая. Я, наверное, заболел и потому не ощущаю вкуса пищи, – настаивал Кощей.

– Вам это дорого обойдется, – сказал Волк, подыгрывая Пете. – Велите привести счетовода, и пусть захватит список всего, что есть в вашей сокровищнице.

– Это еще зачем? – возмутился Кощей.

– Ну как зачем? Вы же бессмертный, значит, и контракт с вами будет бессрочный, – объяснял Волк, расхаживая вдоль стены. – Кстати, неплохой у вас замок. Придется переписать его на нас.

– Что? Замок? И мои сокровища? – Кощей встал, скидывая с себя плед. – А куда я жить пойду? На улицу?

– Да хотя бы и на улицу. Можете поселиться в саду. Там воздух чистый, для здоровья самое то.

Кощей изменился в лице и выпрямился.

– Так и думал, что вокруг одни шарлатаны!

Петя отвернулся и подмигнул Волку, продолжая вслух подсчитывать все, что Кощею придется отдать лекарям.

Бессмертный взбодрился от мысли о собственном богатстве и величии. Страх болезней отступил.

На чердак поднялись слуги вместе с Василисой. Петя снял капюшон и поведал Кощею истории, которые приключились с другими обитателями Тридевятого царства.

В саду накрыли небольшой стол. Слуги принесли чай, сладости и фрукты.

– А для здоровья вам все-таки нужно правильно питаться, спать и занимать голову разными полезными мыслями, – посоветовал Петя.

– Спасибо вам, мои хорошие, – ответил Кощей. – Заглядывайте к старику хоть иногда.

– Кстати об этом, – вмешалась Василиса. – У меня под вашим замком целая группа туристов. Можно привести их на часок? Походим, посмотрим, руками ничего трогать не будем.

– Самого великого Кощея иностранцам показать! Это не печка с пирожками, хотя и вкусно, конечно, – поддержал Василису Волк.

– Ну не знаю, у меня тут не убрано, – замялся Кощей.

– Да чем страшнее, тем лучше! Это ж туристы! И мы вообще-то договаривались. – Василиса обиженно надула губы.

– А это запрещенный прием! – Кощей цыкнул и расплылся в улыбке. – Ладно, пусть заходят. Я в сокровищнице сидеть буду, если что.

Гости допили чай и, попрощавшись с Кощеем, вышли через ворота замка.

– А почему не через сундук? – спросил Петя. – Это разве еще не все? Я думал, мы ко мне, уроки делать.

– А Яга, Петь? Чую, мы не все проверили. А уж моему чутью можно верить.

– Ой, – спохватилась Василиса. – Я вам про Кота Ученого не рассказала, и про Ивана-дурака, и про Щуку, и про Лешего.

Петя устало хлопнул себя ладошкой по лбу: друзьям предстояло еще несколько часов срочных спасательных операций. Последняя надежда на музей лопнула, словно мыльный пузырь.

Будто в подтверждение его слов с небес спикировал запыхавшийся Ворон.

– Весь лес облетал, как голубь тупоголовый. Кар-р-р, – отдышавшись, сказал он.

– Что стряслось? – спросил Петя.

– Там у русалок беда. Кар-р-р.

– У русалок мы уже были. Они теперь плавают, так что это не новости. – Петя рассмеялся с нервным облегчением.

– Ну это как сказать. У них завелось подводное чудовище, а Водяной пропал. Может, оно его слопало и плавает там себе. Никто не знает. Кар-р-р.

– Не было печали, – удрученно проговорил Волк.

Подводные озерные жители трепетали. Вся окрестная рыба сбилась в тревожную стаю. Русалки держались в стороне.

– В случае нападения будем использовать рыбу вместо кувшинки, – сказала первая русалка.

– Только бы Ворон нашел Петю, – прошептала вторая русалка.

– Смотрите, оно приближается!

По дну озера мягко скользила большая округлая тень, похожая на подводную лодку.

– Она нас сожрет! – закричала третья русалка и бросилась вплавь. Половина рыбьей стаи последовала за русалкой, остальная часть замерла на месте.

– Все! Я больше не могу попусту ждать. Нужно срочно найти Водяного.

Две русалки двинулись к берегу, намереваясь обойти пузатую тень по краю водоема. Инстинкты подсказывали им убираться куда подальше. Косяки рыб не отставали от русалок, стараясь укрыться за их мощными хвостами.

А тем временем большая неопознанная тень неумолимо надвигалась. Прорезая волны огромным зеленым телом, плыло безголовое чудовище. Мощные лапы махали, как ласты, а большой чешуйчатый хвост служил рулевым управлением.

Русалки в испуге закрыли глаза, прижимаясь друг к другу.

– Мы, конечно, не утонем, но это не значит, что нас не съедят, – прошептала одна из русалок.

– А где его пасть? И, собственно, голова? – спросила другая русалка.

Третья русалка, та, что отбилась от своих сестер, огибала зеленую тушу чудовища и вдруг заметила тень ворона на воде. Забыв обо всех страхах и сомнениях, она вынырнула на поверхность. Как же она удивилась, когда нос к носу столкнулось с трехголовым чудовищем!

– Горыныч? А ты здесь что забыл? – спросила испуганная русалка.

– Сгореть боимся, – ответила первая голова.

– Ага, а в воде безопаснее и спокойнее, – объяснила вторая.

– Горыныч, ты – огнедышащий летающий змей с чешуйчатой термостойкой кожей! – напомнила русалка.

– Да? Правда? – удивленно спросила третья голова.

Русалка взмахнула хвостом и поманила чудище за собой. Они проплыли по озеру и остановились в тихой заводи.

– А теперь посмотри внимательно на свое отражение.

Горыныч выбрался на берег, отряхнулся от воды и уставился на водную гладь.

– Смотри, какой ты большой и сильный! А теперь попробуй выпустить пламя, – сказала русалка, отплывая в сторону.

– Что? Пламя? Ты в своем уме? Сгорим тут все, и моргнуть не успеем! – возмутилась первая голова.

– А ты попробуй. Если что-то пойдет не по плану, просто нырнешь в воду, – предложила русалка.

Ворон наблюдал за этой картиной с ветки и тихо посмеивался.

– А где Петя с Волком? – с надеждой в голосе спросила русалка.

– Я им все передал. Хватит меня туда-сюда гонять! – ответил Ворон, нервно каркнув.

Русалка показала Ворону сжатый кулак и продолжила разговор с Горынычем.

Огнедышащий змей топтался на берегу, любуясь своим отражением.

– Давай на три, все головы вместе. Раз! Два! Три! Гори! – крикнула русалка. Тем временем к ней подплыли ее подруги и рыбы разных мастей и окрасов.

Петя бежал по лесу, оглядываясь на Волка.

– Чую что-то неладное, Петь. Давай к озеру еще раз заглянем. Оттуда несет то ли водорослями, то ли страхом, не пойму, – на бегу уговаривал друга Волк.

– Опять страх? Вроде бы с русалками разобрались. Что еще там может быть?

Петя уже очень торопился домой в Санкт-Петербург.

За кустами раздавалось дружное и громкое:

– Раз! Два! Три! Гори!

– Да что ж такое-то! – крикнул Волк, выпрыгивая из-за камышей. Горыныч повернулся, и камыши вспыхнули ярким пламенем. Русалки утащили Волка в воду. Петя замахал руками, надеясь жестами остановить Горыныча.

Одна из голов проглотила пламя и закашлялась.

– Что тут за огненное шоу? – взволнованно спросил Петя.

– Горыныч стал бояться огня. Мы его лечим, как ты нас учил, – хором ответили русалки.

Волка вытащили из воды и бережно передали Пете. Горыныч извинился за случайный поджог.

Петя смотрел на сказочных существ и лихорадочно думал, кто мог заразить их страхом, да не просто страхом, а особенным – своим для каждого.

– Надо бы навестить Ягу, – наконец сказал он.

Горыныч, обуреваемый чувством вины, вызвался сопровождать Петю и Волка. Это было очень кстати: верхом на летающем змее быстрее, чем пешком.

– Раз так, давай сначала к Лешему заглянем. Это по пути, – предложил Волк.

– Можно. Они, кажется, соседи, – ответила одна из голов Горыныча.

С высоты птичьего полета Тридевятое царство в весеннем убранстве казалось еще прекраснее. Петя завороженно любовался окрестностями, борясь с искушением ущипнуть облака, совсем как в детских мечтах. Волк не очень любил перелеты и жался к Пете.

Горыныч летал превосходно. Он плавно опустился на лужайку в болотистой части леса.

– Это неподалеку. Дальше придется пешком: во-первых, я дорогу не разберу, а во-вторых, все ненароком поломаю, – сказал средняя голова Горыныча.

Волк одобрительно кивнул, встал во главе процессии и двинулся вглубь зеленых зарослей.

– Леший! Леший! – безнадежно звал Волк.

– Тут хитрость нужна, – смекнул Петя. – Горыныч, подожги какой-нибудь кустик. Только чуть-чуть.

– Огонь в лесу? Да ты с ума сошел! – возразила одна голова.

– Петя дело говорит. Давай, – поддержал друга Волк.

Горыныч аккуратно пыхнул огнем. Верхушка куста загорелась.

– Ай-ай-ай! Вы чего! Вредители! – откуда ни возьмись с криками выбежал Леший и быстро потушил горящий куст. – Ему ведь больно!

– Вот именно! А ты прячешься и за лесом не следишь! – крикнул в ответ Волк. – Ты же хра-ни-тель! А хранители трусливыми не бывают. За свое сокровище они жизнь отдадут!

Леший изменился в лице. Его взгляд вдруг прояснился.

– И правда, что это я? – Он покачал головой.

– Ты Ягу, случаем, не видел? – спросил Петя.

– Не видел. – Леший пожал плечами.

– Тогда идемте ее искать. Вдруг вернулась, – предложил Горыныч.

Все четверо направились к старой ведьме. Выйдя на полянку, Горыныч огляделся с высоты своих голов.

– Странно. Место вроде бы то, а дома нет. Это как так? – изумленно сказала первая голова.

– Трава примята, следы от куриных лап есть. Вот и ступа здесь, под кустом, – сказала другая. – Тут она и живет. Что же это получается? Яга теперь бездомная или в другое царство мигрировала?

– Вы что, совсем ослепли? Избушка-то уже полдня по лесу бегает, – добавила третья голова.

– Тогда пойдем по следам, – обреченно сказал Волк, разминая уставшие лапы.

– Может, опять на мне? – спросила первая голова.

– Нет уж, – запротестовал Волк. – Розыск – дело тонкое и серьезное.

– Да, мы сегодня и детективы, и спасатели, и лекари. – Петя устало вздохнул. – Вот только от двойки меня это все не спасет.

– Да ладно тебе, Петь. Мы ведь не развлекаемся. Тут дело государственной важности! В опасности целое царство, а ты все про школу, – возмутился Волк. – Я вот, может быть, на рыбалку хочу. Отдохнуть, не спешить никуда, не суетиться. А оно видишь как, не получается.

– Интересно, интересно, – сказала вторая голова Горыныча. – Ну, раз вы следопыты со стажем, тогда командуйте.

– Мы больше по приключениям, но и тут некий опыт имеется. – Волк вскинул голову и двинулся вперед, гордо перебирая лапками. Он шел на запах избушки, примечая сломанные ветки и примятую траву.

След петлял вокруг замка Кощея, леса, озера, выводил к дому Горыныча, а потом опять сворачивал в лес. Петя тащился за Волком, из последних сил сопротивляясь панике и разочарованию. Избушки нигде не было.

– Надо было на Горыныче лететь, – тоскливо сказал Петя.

– Ага, чтоб он еще что-нибудь поджег, – заворчал Леший.

– Как сквозь землю провалилась, – высказала общее мнение голова Горыныча.

– Тише, – сказал Волк, прислушиваясь. В лесной глуши что-то булькало и раздавались древнеславянские заклинания.

– Яга! – воскликнул Петя и поспешил за Волком.

Из болотной трясины торчала избушка. Яга сидела на крыше и вслух перебирала волшебные строки.

– Держи ее! – закричал Леший и бросился искать, чем бы вытащить избушку.

Горыныч поздоровался и бросился на помощь Лешему. Волк и Петя осмотрелись.

– Водоросли! Давайте из них канат сделаем. Леший, сможешь? – спросил Петя.

– Попробую, – согласился тот и щелкнул деревянными пальцами. Водоросли ловко сплелись в канат и закинулись избушке на дымоход.

– Ух ты! – воскликнул Петя.

– Леший, между прочим, тоже древний волшебник, – шепнул Волк.

Хранитель леса схватился за другой конец веревки, но у него ничего не вышло: избушка была слишком тяжелая, а трясина слишком зыбучая.

Тогда за канат схватился Горыныч. Помогая себе крыльями, он подтянул избушку к берегу.

– Ох, спасибо, дорогие мои! – Старуха расплылась в благодарной улыбке. – Что так долго? Я тебя, Петь, еще у Кощеева замка заприметила, когда моя окаянная кругами носилась.

– А что у вас стряслось? К марафону атлетическому готовитесь? – спросил Петя.

– Нет. Собралась я вакцинироваться от птичьего гриппа, а она не хочет, боится. Ну я и сварила зелье, чтобы избавить ее от страха, а эта дуреха и пить не стала, и все зелье мне попортила, – пожаловалась Яга.

– Что значит попортила? – спросил Волк.

– То и значит! А потом пустилась наутек.

– Это получается, зелье, которое избавляет от страха, заразило им все Тридевятое царство? – спросил Петя.

– Как это заразило? – спросила Яга, отряхиваясь от болотной грязи, – Никого я ничем не заражала!

– Все жители Тридевятого царства, мимо которых пробегала избушка, начали странно себя вести. Богатыри испугались мечей, домовые – грязи, русалки – воды, Горыныч – огня, – объяснил Петя.

– Ничего себе! Я это… не со зла. Я зелье утром для избушки варила, чтобы ее подлечить. Привить хочу от гриппа птичьего, – смущенно залепетала Яга, – Я, наверное, сослепу ингредиенты перепутала, и вместо зелья смелости зелье страха получилось. А когда избушка понеслась по лесу, волшебство по ветру разлетелось.

– Внимательнее надо! А то натворишь бед! – возмутился Горыныч, – Мы, волшебные существа, должны быть ответственнее.

– Сейчас все поправим, я мигом, – затараторила Яга.

– Да мы и так уже все поправили, – сказал Петя, – Вы лучше порядок наведите и избушку вакцинируйте.

– И от бешенства заодно, – добавил Волк.

– Постойте, а Кот Ученый? А Иван-дурак? – спохватился Петя.

– Эх, совсем из головы вылетело, – расстроился Волк. Яга поглядела на избушку, оценила ущерб от побитого имущества и вздохнула.

– Зелье сварить я точно не успею, но есть у меня один порошочек. Он поможет. Сейчас найду, – сказала Яга и вошла в избу.

Избушка закудахтала и насупилась.

– Будет тебе, глупая, и себя чуть не утопила, и других бояться заставила, – пробухтел Леший и погрозил деревянным пальцем.

– Эх, я тебе потом задам за разгром, – пригрозила ведьма своей избе. – Сама не рада будешь!

– Что ж, если это поможет, мы подождем, – сказал Петя, усаживаясь на пенек.

– Леший, ты, наверно, ступай, а я с ребятами подожду и транспортом поработаю, – сказала первая голова Горыныча.

– Чтобы быстрее было. Не в ступе же им лететь, тесно все-таки, – согласилась вторая.

– Да и Кота лет сто как не видел. Проведаю, как он там, – поддержала третья.

Петя благодарно кивнул. Делать еще несколько кругов по Тридевятому царству совсем не хотелось, пусть даже это целый день, насыщенный общением и приключениями.

Яга вернулась с маленьким холщовым мешочком, подробно проинструктировала Петю и Волка и помогла им вскарабкаться на Горыныча.

– Ну, летите, мои хорошие! Еще раз спасибо! И простите, что так вышло. – Яга помахала вслед друзьям и бросила недовольный взгляд на свою избушку.

– Да уж, не завидую я курьим ножкам, – сказал Петя.

– Разозлилась Яга, – согласился Волк.

– А впрочем, избушка сама виновата. Благоразумнее быть надо, когда с ведьмой живешь, – отозвалась первая голова Горыныча.

– Ты не отвлекайся, у нас тут пассажиры, – одернула ее вторая.

– Профессионалы, они и в Триседьмом профессионалы, – сказала третья голова, и Горыныч спикировал к большому раскидистому дубу.

Кот Ученый ходил по цепи и разговаривал сам с собой, не обращая внимания на Горыныча.

– Ученый я или трус? Трус я или кот?

– Привет! – сказал Петя. – Ты сам вылечился?

– В каком таком смысле? Я не болел! – возразил пушистый. – С чего ты это взял?

– Василиса сказала, что тебя с самого утра беспокоит ненадежность твоей цепи, – поспешил объяснить Волк.

– Меня? Смущает? Я ученый. Я долго размышлял, а потом решил проверить научным путем, – возмущенно проговорил Кот.

– Прекрасно! Тогда остался только Иван. – Волк радостно хлопнул лапами.

– Ага, если только вся царская деревня не заболела, – проговорил Петя.

– Это что, нам на каждого порошком сыпать? – возмутился Горыныч.

– Ну зачем же на каждого? Можно сделать все по науке, – подмигнул довольный своей смекалкой Кот Ученый.

Распрощавшись с жителями Тридевятого царства, герои направились к дубу, размышляя каждый о своем. Петя оглянулся на бескрайние просторы героически спасенного сказочного царства, и его бросило в дрожь.

– А ловко этот пушистый придумал, да? – проговорил Волк. – Это ж надо было поручить Горынычу распылить порошок над деревней! Ну и Кот!

– Да, не зря много книжек читает, а вот я… уже ничего прочитать не успею. Да если бы и успел, от усталости точно ничего бы не запомнил. – Петя зевнул.

В Петиной комнате открылась дверь шкафа. Уставшие спасители Тридевятого царства вернулись в Санкт-Петербург. Все, чего хотелось мальчику, это оказаться в кровати. При виде мягкой горизонтальной поверхности, накрытой пушистым одеялом, и воздушной, как облако, подушки, Петя мигом забыл о музее, о школе и о титаническом подвиге во имя спасения обитателей сказочного мира. Даже уберечь избушку Яги и других пернатых существ Тридевятого царства от эпидемии птичьего гриппа казалось не так важно, как поспать. Волк поблагодарил сонного Петю и обещал проведать его в самое ближайшее время.

– Ага, не пропадай, – отозвался мальчик.

– И прости за музей, ладно? – донесся из шкафа шепот Волка. Но Петя его не услышал – слишком целеустремленно двигался в сторону кровати.

– Стоять! – раздался голос папы за спиной.

Петя замер. Уставшие ноги болели, но от волнения сонливость внезапно прошла.

– Где это ты так долго был, молодой человек? Варя! Ставь чайник, твой сын домой пришел. – Виктор Семенков демонстративно громко затопал на кухню.

Петя расправил поникшие плечи и направился за отцом.

На родителей мальчик никогда не жаловался. Он рос в дружной и понимающей семье. Когда все узнали про Волка, жить стало значительно легче. Врать Петя не любил и не был приучен. Но к его учебе родители относились очень серьезно. Петя мысленно готовился рассказывать всю правду и о музее, и о приключениях с Волком. Он надеялся, что, если ему запретят общаться с Волком, его поддержит хотя бы дедушка. Наверное, деду и самому хотелось невероятных приключений.

Петя выключил чайник и сел за стол. На кухню вплыла Варвара Николаевна, плотнее запахивая теплый халат.

– Как твои успехи в школе, сын? – спросил отец.

– Нормально, – только смог выдавить Петя.

Варвара Николаевна поставила кружки и налила свежезаваренный чай.

– Ты ел сегодня? Я к тебе четыре раза заходила, – голос мамы звучал обеспокоенно.

– Опять весь день гулял с Волком? – спросил отец.

Варвара Николаевна взглянула на уставшего сына и достала из холодильника ужин.

– Петя, я не против Волка, но у тебя на носу конец четверти! Ты это понимаешь? Ты обещал исправиться.

– Я помню. – Петя сделал паузу. – И сдержу свое слово.

– Вить, ну ты чего? Петя сказал, значит, сделает, – заступилась за него мама.

Варвара Николаевна разогрела ужин и села за стол.

– Учеба прежде всего! Знания – это залог твоего будущего! Запомни, сын: главного никто не сделает за тебя.

– Я знаю, пап. Спасибо. – Петя положил на тарелку бутерброд. Мысли о походе в школу без домашнего задания не давали ему покоя. Переживания вернулись с новой силой, как будто из Тридевятого царства за ним увязался страх. А что, если он победит и Петя потеряет уверенность в себе? И дальше станет только хуже? Петя тряхнул головой, отгоняя тоску.

– Хватит наседать на ребенка. Он взрослый и ответственный. Покормили, убедились, что жив-здоров, и будет с вас. – На кухне появился главный Петин защитник, Николай Семенович. – Что вы сына мучаете? Не видите, как он устал? Сами давно мир спасали?

– Да мы это… – Витя замолчал и сосредоточился на ужине, только чтобы не спорить с тестем.

– Ну вот и замечательно! Всем спокойной ночи! – сказал Николай Семенович.

Петя допил чай и отправился в свою комнату. Гора упала с плеч, и все благодаря своевременному вмешательству дедушки. Если и придется сообщать родителям о плохой отметке в школе, то это будет только завтра. А к тому времени можно все хорошенько обдумать. Но Петя крепко уснул, едва коснувшись подушки, и ниточки его мыслей оборвались, как паутина.

Петя ворочался всю ночь. Во сне он то гонялся за Волком с палкой, то плавал с русалками, а потом картинки и вовсе смешались в бессвязном наборе: там были колобок, лиса, репка, царь. Все чего-то требовали от Пети, а он всего лишь мечтал добраться до музея. Музей. Ухватившись за эту мысль, Петя проснулся. Зазвенел будильник, отгоняя остатки изорванного сна, и оповестил, что пора прощаться с теплым одеялом и идти навстречу беспощадному утру понедельника.

С завтраком мальчик расправился так быстро, что даже не разобрал вкуса еды. Оставшееся время Петя оставил на угрызения совести. Он знал, что идет в школу без домашнего задания, но жалеть и оправдывать себя не собирался.

Петя медленно поднялся по школьным ступенькам, поздоровался с охранником и свернул в коридор, ведущий к его классу. Каждый шаг давался с трудом и вторил удару сердца. В кармане лежала конфета удачи, которую на прощание подарил Семен Григорьевич. Мальчик осторожно нащупал ее пальцами, размышляя, схитрить ему или нет. Прозвенел звонок. Петя подошел к двери класса. В коридоре показалась Марья Ивановна.

– Семенков, доброе утро! Почему ты еще не за партой?

– Доброе утро. Я хотел кое-что вам сказать, – проговорил Петя, разглядывая шнурки на своих кроссовках.

– Ну говори, если это так важно и не может подождать до конца урока.

– Я не выполнил домашнее задание, – сказал Петя. – И мне очень стыдно.

– Хорошо, что ты признался. Опять вместе с Волком спасали мир? – спросила Марья Ивановна. Однажды ей и самой пришлось стать Снегурочкой, чтобы спасти Новый год.

– Можно сказать и так, – взволнованно ответил Петя и посмотрел учительнице в глаза.

– За правду наказывать не буду. Но ты все выучишь и сдашь отдельно. А теперь иди в класс.

Петя забежал в дверь и уселся за парту. От сердца отлегло, потому что честность ценнее золота. А конфета удачи еще может пригодиться в более серьезной ситуации. Петя посмотрел в окно. Солнце светило ярко, день обещал быть теплым. А там и до лета рукой подать.

– Здравствуйте, дети! Погода сегодня просто великолепная, – сказала Марья Ивановна, будто прочитав мысли Пети. – А не устроить ли нам открытый урок? Пойдемте, например, в музей!

– Ура! – радостно заголосил класс.

– Тогда собираем портфели и за мной, – скомандовала Марья Ивановна и, проходя мимо Пети, шепнула: – Не забудь рассказать, что у вас там с Волком стряслось.