– Раздевайся! – властный голос выводит из забытья.

Испуганно вздрагиваю. Что случилось? Смотрю по сторонам. Где я?

Богато обставленная комната. Кровать с балдахином бордового цвета, я лежу поперек кровати.

Ко мне подходит полуобнажённый брюнет. Капельки воды стекают с его мокрых черных волос, падают на загорелые плечи и грудь. Скользят вниз по торсу. Мой взгляд опускается ниже. Темные брюки натянуты в области ширинки так, что возникает впечатление, что они сейчас лопнут. Мне так и хочется потрогать, чтобы удостовериться, это точно то, о чем я думаю, или он туда напихал скрученных носовых платков.

Сновидение настолько реально, что пытаюсь протереть глаза. И привычным движением поправляю очки. Но очков на мне не оказывается. Странно, но и без них вижу великолепно, несмотря на свой возраст. Ах да, это же сон.

Мужчина начинает расстёгивать ремень. Я поднимаю бровь.

Эх, давно мне не снилось таких хороших снов. С тех пор, как я вышла на пенсию. Ложусь поудобнее, думая только о том, как бы не спугнуть нечаянное видение и полуголого случайно забредшего в мои грёзы мужика. Но во сне я, к счастью юная и стройная. Не знаю, как насчёт лица. Но если мужик до сих пор не убежал, то, наверное, все нормально и его устраивает.

Мужчина же тем временем вытаскивает свой ремень и щелкает им, словно кнутом.

– Я научу тебя покорности! – он сводит брови, хмурится и выглядит очень брутально.

– Научи, научи, – с энтузиазмом приподнимаюсь на локтях и с интересом слежу за ним.

Ох, ну и сон… Аж мурашки по коже. Меня хватают, переворачивают на живот и задирают вверх пышное длинное платье, которое на мне надето. Сдергивают панталоны, в нетерпении разрывая их. Мои колени оказываются внизу на полу. Горячая ладонь жёстко надавливает на поясницу, заставляя прогнуться. Мои руки грубо заводят за спину и крепко держат запястья.

– Ты будешь только моей! Ты будешь слушаться меня и сегодня же понесешь.

– Что понесешь? – удивляюсь я. – И куда?

– Шутить вздумала?! Я тебе покажу!

Ремень, как хлыст, со свистящим звуком разрезает воздух и приземляется на мою пятую точку, горячо обжигая кожу.

Ну, это уже перебор. Вечер перестает быть томным, сон перестает быть хорошим. Боль ощущается, как самая настоящая. Реальная.

– Ты охренел?! – кричу, вырываясь из его рук. – Скотина сутулая! Паразит проклятый!

Пытаюсь проснуться, но не получается. У мужика на лице непередаваемая гамма эмоций.

– Откуда ты набралась таких выражений?

– От верблюда!

– Кто это такой?! Твой любовник?!

Мама дорогая, как всё запущено.

Отпрыгиваю от мужика как можно дальше. Пятая точка, огретая ремнем, горит, словно на сковородке. А сердце требует отмщения. Это мой сон, бляха муха! И я тут хозяйка!

Выхватываю ремень из рук охреневшего мужика, замахиваюсь и со всей силы луплю его, где Бог пошлет и куда достану.

Мое тело гибкое, как лиана, ловкое, стройное. Вместо старческого – дряблого, как дрызга, с лишним весом. Силы в новом теле немерено.

Тяжелая пряжка бьёт мужика прямо в лоб, отпечатываясь и оставляя след в виде красного прямоугольника.

– Так тебе, козел драный! – кричу в запале.

Он бежит на меня, словно голодный носорог. И я понимаю, что пора просыпаться, хватит смотреть этот совершенно безумный сон с эротическим уклоном на старости лет. Права моя шестидесятилетняя дочь, пора уже лечиться от маразма и показаться психиатру. Зря я на нее накануне клюкой замахивалась.

Но проснуться не могу. Не получается никак, хоть ты тресни. При этом шестое чувство подсказывает, что ни за что нельзя попадаться в лапы этому мужику.

В голове вспыхивает идея. Кажется, я знаю способ, как выйти из этого сна. Словно резвая лань, отскакиваю к окну, распахиваю створки, лезу на подоконник.

– Стой! Если ты умрёшь, я тебя убью! – мужик орет какие-то совершенно нелогичные вещи.

Пытается броситься ко мне, но зря он снимал ремень и спускал штаны. Теперь запутывается в них, как стреноженная лошадь, и падает на пушистый ковер.

Какое-то откуда ни возьмись возникшее ребячество заставляет меня показать ему на прощание язык.

И я прыгаю вниз. Читать на Литрес книгу Ники Астры!

Запах тела моей истинной пьянил меня и кружил голову. Наконец-то я ее нашел. Теперь она будет моей. Я заставлю ее покориться. Я – дракон, а она – человечка.

Дух оракула предсказал, что моей истинной окажется не обычная девушка, но я даже не подозревал, насколько.

Принцесса человеческого королевства. К счастью, ненаследная. Даже не хочу вспоминать, сколько золота пришлось выгрести из своей сокровищницы, чтобы её мне отдали. Но теперь она принадлежит мне.

Правда, почему-то ведёт себя очень странно.

Ну да, по драконьим обычаям у нас нет свадеб. Может быть, ей не понравилось, что вместо церемонии, ее доставили прямиком на брачное ложе?

Истинную пару мы находим по запаху, так что невозможно ошибиться. После того, как дракон овладеет своей истинной и посеет в ней свое семя, на коже девушки расцветёт брачная метка.

Моя истинная пахла просто одуряюще. Мой член мгновенно встал колом, когда я сразу после купальни вошёл в покои.

Девушка лежала поперек кровати, и в ее взгляде было что-то необычное. Мне в полумраке даже почудилось, что будто зовущее.

Моя плохая девочка. Надеюсь, она девственница. Должна быть, надеюсь, принцессы себя берегут.

Только была проблема. Она была до сих пор одета. Почему не разделась?

– Раздевайся! – велел ей я, но девушка и бровью не повела.

Что?

У меня и так сносило крышу, надеюсь, после того, как овладею ей и сделаю ей ребенка, мои драконьи истинкты успокоятся. Но ее непослушание добавляло перца, и я поймал себя на том, что мне это очень нравится.

В глазах моей истинной плясали огоньки, грудь в корсете высоко вздымалась при каждом вдохе. Полные губы приоткрыты. На мгновение мне кажется, что она себя не сберегла до свадьбы, и это меня ужасно злит. Девушка выглядит слишком развратно, словно не боится моих действий, а предвкушает их.

– Научи… – шепчут манящие губы.

Дальше все как в тумане.

Помню только как стаскиваю с ее округлых бедер кружевные панталончики. А потом в какой-то момент мне по лицу прилетает что-то отрезвляющее. Кажется, это пряжка моего собственного ремня.

Моя истинная, как безголовая курица, несётся к окну и выпрыгивает из него, а я не успеваю ее остановить.

– Нет!

Дура! Идиотка!

Кое-как подтянув штаны, добираюсь до окна и выглядываю вниз. Я даже не предполагал, что надо было ставить решетки! Знал бы, сразу посадил свою истинную в клетку ради ее же собственной безопасности! А теперь ни истинной, ни наследников, ни лучших сокровищ, которые отданы ее отцу в уплату за эту дуру.

Темно, но драконье зрение способно различить многое. Внизу – ущелье с острыми камнями. Мой замок вырублен в одной из самых высоких и отвесных скал.

Сердце гулко стучит в груди. Я одновременно борюсь с собой. Но окровавленного тела истинной нигде не видно. И не окровавленного тоже. Ее вообще нигде нет. Куда же она делась? Ее магия запечатана.

Лихорадочно пытаюсь вспомнить, а какая же у нее магия? Кажется, ее отец меня о чем-то предупреждал. Но о чем? Я пропустил это мимо ушей, не посчитав важным.

Кажется, вспомнил!

Я схватился за голову.

– Ты должен найти ее, живую или нет. Пока не стало слишком поздно. Драконий дух-оракул, к которому я обратился, пожертвовав на алтарь ровно тринадцать капель крови, непривычно категоричен.

– Я найду ее, – мой голос звучит твердо.

– Принцесса опасна, – вещает потусторонний голос. – Если ее истинная сила вырвется на свободу раньше, чем на ее запястье появится брачная метка, всему живому придет конец.

– Какая сила скрывается в ней? – сколько же неприятных открытий с этой ужасной истинной.

И это ещё ее отец не знает, что я упустил его единственную дочурку.

– Великая, – так звучит ответ на мой вопрос.

– Где ее искать?

– Везде и нигде.

Какой замечательный ответ.

– Как ее найти?

– Ты уже задал три вопроса.

Руны, выбитые на камне алтаря, гаснут. Мне больше никто не отвечает.

Широкими шагами выхожу из святилища. Я знаю способ. Есть ритуал поиска. Но для него нужна очень личная вещь. И тут меня осеняет неожиданной мыслью! А ведь в покоях, из которых сбежала моя невеста, остались ее панталоны.

Да, разорванный в порыве страсти нательный предмет одежды валяется там же, где мы его оставили. Хватаю кружевную тряпку. Непроизвольно подношу к лицу и втягиваю аромат.

Ну держись, принцесса.

Теперь я тебя найду, где бы ты ни была.

Я думала, что проснусь сразу же, как выпрыгну из окна. Ведь оно так и должно во снах происходить. Вроде бы.

Но что-то пошло не так. С огромной скоростью я лечу вниз, и острые камни всё ближе и ближе. А проснуться не получается.

Нет! Неужели это все по-настоящему? Неужели моя земная жизнь всё? Ладно, дети выросли и сами уже являются бабушками и дедушками. Но кто же знал, что загробный мир окажется именно таким!

С накаченным мужиком, у которого просто огромный… Балдахин.

Падаю, и перед глазами пролетает вовсе не жизнь, прошлая или настоящая, а внушительное достоинство неадекватного лорда. Неужели это будет мое последнее воспоминание перед бесславной гибелью? Ну уж нет! Я на такое не согласна! Ни за что!

Я хочу жить! Я же только-только в молодое тело попала в качестве компенсации за недополученную пенсию.

Острым лучом в голове сверкает неясное воспоминание новой жизни. Повинуясь какому-то наитию, выставляю руки перед собой и думаю только о том, как оказаться подальше отсюда.

Внезапно прямо передо мной открывается светящийся портал, и я, не успев испугаться, ныряю прямо в него.

Падаю на что-то довольно костлявое, но гораздо более мягкое, чем камни в ущелье. Оно мгновенно начинает визжать, будто его режут. С трудом поднимаюсь и обнаруживаю себя в движущемся транспорте. Вокруг помещение больше всего напоминает купе в поезде. На меня смотрит вытаращенная пара глаз.

Статный красавчик в форме, похожей на ученическую, шокировано взирает на меня. Он же и оказывается источником визга. Продолжает истошно вопить, но внезапно спохватывается и мгновенно замолкает, будто его заткнули пробкой.

Я всё ещё в шоке от новых перемен в своей жизни.

– Тебя как зовут? – спрашиваю.

– Милок, – отвечает он. – А тебя?

По возрасту этот милок выглядит не старше одной из моих правнучек. Лет двадцать пять на вид, юный совсем. Что-то замыкает в моей голове, и я решаю, что с ним надо общаться по-молодежному. Чтобы точно не понял, кто я такая. На всякий случай.

– Хз ваще, – отвечаю я не своим голосом, потому что до сих пор в ушах стоит звон.

Потому что в целом хз, что вообще со мной происходит. Где я? В каком-то другом мире? В чужом теле или собственной реинкарнации? Или померла, и это такой ад, где на выбор предоставляются либо неадекватные мужики, либо вопящие малолетки?

– Хе Зэ? – удивляется он. – Хезер что ли?

Пытаюсь вспомнить свое местное имечко, но ничего не выходит. Ну не называться же ему ВалентинИванной?

– Да, – киваю.

Парень воровато осматривается по сторонам и спрашивает:

– А ты тоже едешь в академию?

Ну, видимо. Я же в поезде, если он едет в сторону какой-то там академии, то логично, что меня сейчас везут в том же направлении.

– Портальщица? – Милок чуть ли не потирает руки.

И тут же сам себе отвечает:

– Ну, естественно, портальщица. И очень четкая. Кто же ещё мог проникнуть в движущийся транспорт, чтобы бесплатно поехать в академию. Давай дружить?

Я фыркаю. Тоже мне товарищ нашелся. Комсомолец бравый. А потом думаю – я одна в чужом мире, ни денег, ни документов, только-только чудом спаслась от бешеного чудовища. Вообще ничего здесь не знаю. Чем питаться, где жить? А это какой-никакой гид. А может, и правда, отправиться в академию? Только документы нужны, наверное.

– А давай, – соглашаюсь, как с барского плеча, и не подаю виду, что от безысходности. – Только какая мне от тебя польза.

– Очень большая, – парень щелкает пальцами, и вместо красавчика передо мной предстает тощее прыщавое недоразумение.

– Я маг иллюзий, – гордым и таинственным тоном заявляет он. – Это очень редкий дар. Такой же редкий, как твои порталы. Мы должны держаться вместе и никому не выдавать свою тайну. За такими, как мы, ведётся настоящая охота. Нашу магию запечатывают с самого первого ее проявления. Держись со мной, и я спасу тебя от всех.

И как этот иллюзионист дожил до своих, пусть и пока ещё довольно юных, лет? Загадка. Так и хочется сказать ему: "Болтун – находка для шпиона".

Это ещё кому кого спасать придется.

Смотрю на это горе луковое и вздыхаю.

– Ладно, – говорю. – Так и быть, будем с тобой товарищами.

Так и хочется добавить "по несчастью", но не делаю этого.

Парнишка щелкает пальцами, и передо мной снова сидит бравый взрослый красавчик.

– Ну, рассказывай что-нибудь интересное, – произносит он своим родным тонким голосом, который совершенно не вяжется с широкоплечей иллюзией.

Мне рассказывать нечего. Вряд ли ему понравится слушать про мой любимый сериал про Роксолану.

Тут поезд резко останавливается, будто нажали стоп-кран.

Мы с моим странным попутчиком едва успеваем схватиться за поручни. Внезапно распахивается дверь купе, и к нам вваливаются громадные мужики с нашивками на рукавах.

– Ни с места! Проверка поезда! Мы ищем опасных преступников!

Что ещё за сказочный патруль?

Я вздрагиваю. Неужели это меня ищут? Я же не помню предыстории этого тела. Вдруг моя предшественница успела что-то натворить? Может, ее на самом деле отдали в наказание тому красавчику-брюнету. И кто знает, как тут отслеживают магические следы. Вдруг меня нашли?

Слишком мало информации. Иллюзионист прав, мне просто необходимо попасть в академию за знаниями.

Милок в это время спокойно подаёт мужчинам какие-то бумаги.

– Лорд Андруканс Пипяо? – амбалы вытягиваются по струнке. – Просим прощения за то, что потревожили вас.

Милок благосклонно кивает им, но ни звука не подаёт. Понимает, что на голос его иллюзии не распространяются. А голос у него, мягко говоря, совершенно не подходит образу.

Мужики мнутся и поглядывают на меня.

Милок барским движением подаёт им другие бумаги.

Мне видно, что это абсолютно чистые листы, но мужчинам, очевидно, кажется, что там что-то написано.

– Хезер Воще? Никогда не слышал такой фамилии, – удивляется главный.

– Мой род не стремится к известности, – скромно отвечаю я.

Милок делает вид, будто его ужасно утомило присутствие стражей порядка. Он делает скучающее лицо и манерно машет на них рукой.

Мужики понимающе переглядываются и выходят, аккуратно закрывая за собой дверь.

Мы слышим их негромкие голоса.

– Наверное, это любовница лорда. Он славится неразборчивостью в связях… – говорит один из них.

На него тут же шикают, и он замолкает.

Слышны удаляющиеся шаги, стражи уходят проверять другие купе.

– Лорд Пипяо? – переспрашиваю я. – Хезер Воще?

Милок пожимает плечами.

– Да этому лорду все равно, кто носит его личину, он и не узнает, – беззаботно отвечает он. – Тем более, ближе к академии можно её и поменять.

В недоумении кручу в руках пустые  листы.

Милок забирает их у меня и прячет в карман.

– Не переживай, это очень простая магия, она почти не расходует мой резерв, – говорит он мне, а потом спохватывается. – Ох, прости, я нечаянно выдал им твое настоящее имя и фамилию!

Он что решил, что меня и правда так зовут?

– Ладно, я не обижаюсь, – отвечаю ему.

А сама думаю, пусть так и называет меня, мне не жалко.

Неожиданно вокруг словно гаснет свет.

Не чувствую своего тела, будто меня выдернули из него. Словно бесплотный дух, зависаю над столом, вокруг которого горят свечи. Подо мой какая-то знакомая кружевная тряпка, напоминающая собственные недавно утерянные панталоны.

Натыкаюсь на взгляд пары ярких зелёных глаз. Они светятся в полумраке, как два фонаря. А во лбу звезда горит – ещё пока не сошел прямоугольный след от пряжки.

– Ты сейчас где? – властно спрашивает он.

Хочется ответить в рифму. Дёргаюсь, но не могу вырваться за пределы огненного круга. Очень пугает то, что так запросто можно вытащить человека из тела. Вот скотина! Хотя и красавчик. Какой пресс, какие бицепсы.

Он словно слышит мои мысли.

– Ты моя истинная – заявляет это чудовище. – Наши души неразрывно связаны, а я очень сильный дракон, поэтому смог притянуть тебя. Ты будешь моей, хочешь того или нет. Тебе не вырваться. Я тебя найду! Запру! И буду делать с тобой всё, что хочу! Ты – моя собственность.

Его зрачки вертикально сужаются, и это пугает.

– Пошел ты в жопу, рептилоид проклятый, – ругаюсь я, мгновенно переставая думать о его мускулистости (где только так натренировался) и жалея лишь о том, что под рукой для самообороны нет любимой клюшки. – Сгинь, нечистый!

– Я чистый! – негодует мужик. – Я недавно из купальни!

И правда, волосы до сих пор влажные. Получается, он почти сразу бросился проводить ритуал.

Странно то, что там, где ехал поезд, был ранний вечер, а здесь, где я прыгала из окна – темная ночь.

Я что, умудрилась преодолеть несколько часовых поясов?

– Я иду тебя искать. И найду, – зловеще заявляет мужчина и начинает бормотать заклинание на непонятном языке.

Он что, чернокнижник? Становится не по себе.

– Чур меня! – рявкаю я, и о чудо!

Это неожиданно срабатывает, наконец-то вырываюсь на свободу из астрального плена.

И резко глотаю воздух, приходя в себя в купе. Надо мной обеспокоенное лицо Милка. Реальное лицо – полудетское прыщавое. Не иллюзия. Больше всего паренек мне сейчас напоминает повзрослевших беспризорников из фильмов наподобие "Оливера Твиста".

– Что с тобой случилось? Припадок? – испуганно спрашивает он.

– Да нет, – успокаивающе хлопаю его по руке, не желая волновать. – Просто решила немного подремать. Поезда такие убаюкивающие.

Дракон

Дух-оракул не помог мне в поисках, лишь дал намек, поэтому действую сам. Ритуал призыва и поиска прост до невозможности, но не каждому подвластен. Справится только тот, кто, как я, обладает настолько же большим резервом. Хочу лично убедиться в том, что моя истинная жива, а заодно показать ей, что она от меня не скроется никогда и нигде.

Ее панталоны – личная нательная вещь – имеют первостепенное значение в ритуале. В последний раз прижимаю их к лицу и вдыхаю всё ещё сохранившийся на них запах тела моей истинной. Он уже едва уловимый, но до сих пор пьянит и заставляет плоть напрягаться.

Ты будешь моей. Нет, ты уже моя, просто не догадываешься об этом.

Собираю всё необходимое для ритуала, вливаю чистую силу в огненный круг. Свечи резко вспыхивают, ровно над панталонами возникает призванное родством душ астральное тело моей принцессы.

Да, она точно моя истинная, иначе бы не откликнулась на призыв так быстро. Значит ли это, что в глубине души она уже готова подчиняться?

Образ девушки предстает в полупрозрачной сорочке. Ах ты, плохая девочка. Решила подразнить меня, поэтому так явилась? Ведь известно, что каждый сам выбирает, в каком образе будет. Сквозь полупрозрачную ткань отчётливо вижу темнеющие, как спелые вишни, вершинки грудей. Так и хочется попробовать языком, а потом легонько прикусить. В памяти сразу же всплывает вид упругих ягодиц, на которые я любовался до того, как моя истинная сбежала. В штанах мгновенно становится тесно. Я хочу ее даже полупрозрачную.

Принцесса мечется в круге, будто это не юная леди, а демон, призванный из преисподней. И ругается, как сапожник. При встрече обязательно проучу ее, чтобы знала свое место.

Девушка пока не знает, что моя сила уже неразрывно оплетает ее. Шепчу заклинание. Ритуал почти завершён. Капля воска с одной из свечей падает на карту. Именно здесь, где она упала, в данный момент и находится истинная.

Ухмыляюсь. Скоро ты станешь моей не только душой, но и телом.

Но принцесса смеет сопротивляться. Выкривает непонятное "Чур меня!", и все нити силы, которые шли к ее духу, в тот же миг словно обрубаются топором. Истинная исчезает из круга.

Что? Как такое возможно? Неужели принцесса вдобавок к порталам владеет магией Слова Древних. Великая сила в руках и устах своенравной избалованной девчонки?

Оракул-дух прав, необходимо срочно найти мою проблемную истинную, пока она не уничтожила весь мир.

Смотрю на карту. Принцесса смогла переместиться невероятно далеко. Что она там забыла? Это даже не земли ее отца. На моих крыльях полет займет не менее трех суток, не считая остановки. Хорошо, что мой темный горный замок в мое отсутствие не пустит никого чужого. Истинную надо немедленно вернуть. И я сделаю это лично. Если хочешь, чтобы что-то получилось, сделай это сам.

Взлетаю по лестнице на плоский участок крыши и оборачиваюсь в дракона. Как обычно при обороте тело разрывает жгучая боль. Взмахиваю огромными крыльями и черной тенью лечу над скалами к горизонту. Туда, где уже занимается рассвет.

Я тебя найду. Я тебя верну. Ты – моя. Хочешь того или нет.

Стража обходит все вагоны, но преступников, видимо, найти им так и не удается.

Даже не удивляюсь этому. Если уж они без суда и следствия приняли меня за чью-то любовницу, то явно не блещут мозгами. Может, им вообще что-то померещилось. Ну, или начальство выдало неправильные ориентировки и приказало искать.

Пассажиры терпеливо ждут. Во всяком случае, в вагоне не слышно никаких возмущений. Какие все законопослушные.

Мы с моим неожиданным попутчиком одни в этом, видимо, довольно элитном, купе. Сидим друг напротив друга, посматриваем в окно.

Стражи порядка наконец-то сходят с поезда. Потихоньку трогаемся, поезд постепенно набирает ход.

Повисает неловкая пауза. Милок таращится на меня. Он снова стал самим собой. Наверное, поддержание чужой личины требует определенных затрат магии. Поэтому, когда рядом нет посторонних, он предпочитает не тратить силы впустую.

– Что так на меня смотришь? – спрашиваю.

– Слежу как бы ты снова в обморок не грохнулась, – отвечает он. – Ну и напугала же ты меня! Ты не дышала! И стражи порядка тут ещё бродили. Я уж думал – всё, сейчас снова найдут меня рядом с трупом. Точно повяжут.

– Снова? – вскидываю бровь.

Какой-то Милок "мутный", как сказал бы мой младший внук.

Но парнишка даже не собирается ничего уточнять, машет на меня, как на назойливую муху.

Я не выспрашиваю подробности, но решаю держать с ним ухо востро. На всякий случай.

Поезд мчится с огромной скоростью. То место, где была внеплановая остановка и где меня выдергивал из тела мой козлинушка, гордо именующий себя женихом, остаётся далеко позади.

– Мы въезжаем в столицу! – радуется Милок. – Ну что, сразу отправимся в академию?

– Послушай, – задумываюсь я о насущном. – А ты можешь сделать мне документы? А то я, падая в портал, совершенно забыла их захватить.

– Не вопрос! – мой попутчик вынимает из кармана слегка помятые листы, бросает на столик. А потом кладет ладонь сверху на них. Около минуты он сидит, не шелохнувшись. А потом резко выдыхает.

Беру бумаги и не верю своим глазам. Всё как положено – имя, фамилия, магический движущийся снимок, печати и подписи. Смотрю на свет – даже водные знаки!

Наверное, на моем лице отражается настоящее изумление.

Потому что Милок весьма скромно произносит:

– Это всего лишь простейшая магически зафиксированная иллюзия. Я и для себя сделал наподобие.  Времени действия вполне хватит, чтобы поступить в академию. А потом они нам будут и не нужны. Если вдруг понадобятся, сделаю новые.

– Ну и ну! – восклицаю я.

Понимаю, почему "иллюзионисты" вне закона.

Мальчишка горделиво хмыкает.

– Я и не такое умею, – хвастается он.

Достает потрёпанный замызганный мешочек. Трясет его и высыпает на столик горсть увесистых золотых монет.

Мне на ум приходят ассоциации с Буратино. Тот тоже хвастался направо и налево своими деньгами, а потом остался с носом. В прямом смысле.

Да, точно надо брать шефство над этим сорванцом, пока он не напоролся на настоящих преступников.

– Ты бы деньги припрятал, – советую ему.

– Да было бы что прятать, – смеётся.

Кратковременная иллюзия пропадает, мальчишка ловко сгребает в свой кошель медные грошовые монетки.

Мне действительно просто необходимо научиться управлять своими порталами. Я чувствую, что это умение мне точно пригодится. И, возможно, не раз.

– Мы прибыли! – Милок снова принимает вид лорда Андруканса и манерно подаёт мне руку. – Леди Хезер, – кивает он. – Добро пожаловать в столицу. Не будем же терять времени. Я уверен, Академии магии не хватает именно нас.

В тронном зале короля Ричарда Великолепного срочное неотложное собрание.

– Ваше Величество, – докладывает придворный маг, запинаясь от волнения, – Темный Дракон, бесцеремонно потребовавший вашу дочь по праву истинности, зачем-то отправил принцессу Велейну Иветту Анастейшу в королевство наших злейших врагов!

Король хмурится. Ему изначально совершенно не нравилась вся эта история.

А ещё он терпеть не мог драконов. Скрипя зубами он подписывал это треклятое соглашение. Даже несмотря на золото, которое дракон щедро отсыпал за принцессу.

Нет, здесь дело было совершенно в другом. Королю пришлось повиноваться, и это ему совсем не понравилось. По древнему закону дракон может прилететь в любой дом (и даже во дворец) и потребовать свою истинную, кем бы она ни была. Так повелось с незапамятных времён.

Но Велейна обладала запретной магией, запечатанной в ещё глубоком детстве. Из-за этого ее рассудок повредился, и она навсегда осталась умом  на уровне двухлетнего ребенка.

Это была строжайшая семейная тайна. Все, кто контактировал с принцессой, приносили магические клятвы.

Каким-то чудом удавалось хранить этот секрет, как и наличие в королевской семье запрещённой магии. Принцессу отослали в далёкий монастырь и растили там.

А потом явился этот дракон. И бесцеремонно потребовал девушку, не вникая в детали.

Король лично пытался намекнуть, что принцесса может оказаться слегка необычной. А потом махнул рукой и смирился. И даже постарался увидеть плюсы в этой нестандартной ситуации.

Ладно, может быть, дракон, ослеплённый идеей наследников, не сразу поймет, что с его истинной что-то не так. А когда поймет, уже будет поздно. А "безутешный" отец пустит в народные массы слух, что именно дракон довел до сумасшествия несчастную девушку.

Но что произошло? Неужели Темный Дракон Дрейк Даркнесс всё понял и таким образом избавился от неугодной истинной? Какие цели он преследует? Неужели хочет организовать заговор? Очевидно, бедная девушка всего лишь пешка в его жестоких играх.

– Найти принцессу! – рявкает король. – И проследить за драконом! Пока не стало слишком поздно.

Хезер

Проблемы начинаются уже у входа в академию. Очередь поступающих настолько огромная, что я всерьез начинаю беспокоиться, что нас не возьмут. Кстати, нам ведь надо будет сдавать какие-то экзамены? Вдруг не сдадим. Надеюсь, здесь принимают не по ЕГЭ.

Делюсь своими опасениями с попутчиком.

– Не обращай внимания, они все, скорее всего, на бытовой факультет, – тихо говорит мне Милок. – Туда берут всех подряд даже почти без магии.

Я не успеваю уточнить, как могут брать людей почти без магии в академию этой самой магии, как на шею Милока бросается какая-то худосочная рыжая девушка.

– Андруканс! – пронзительно верещит она.

И повисает на нем, прижимаясь к парню прямо при всем честном народе.

Милок испуганно вытаращивает глаза. Он явно не ожидал, что здесь окажется кто-то из знакомых лорда, которым он притворяется. Смотрит на меня и взглядом просит помощи.

– Девушка, – вежливо похлопываю рыжулю по плечу. – Отпустите, пожалуйста, лорда. Видите, он в шоке.

Девчонка отлипает от своей обалдевшей жертвы. И недовольно смеривает меня взглядом с головы до ног и обратно.

– А это кто такая? – визгливо спрашивает Милока. – Андруканс, отвечай! Почему рядом с моим женихом ошивается какая-то уродина?

Я, конечно, новую себя в зеркале ещё ни разу не видела, но за обзывательство очень обидно. Особенно от такой сикухи. К тому же, например, мужчина, от которого я накануне сбежала, выпрыгнув в окно, явно демонстрировал, что я очень даже ничего.

Стойте. Она сказала "женихом"? Похоже, Милок выбрал не самую удачную личину. Может быть, догадается поменять где-нибудь за углом, пока не поздно? А с этой дурочкой мы даже связываться не будем. Надо бы ему намекнуть.

– Андруканс, – с нажимом произношу я. – Разберись со своей невестой, а я пойду прогуляюсь.

Киваю в сторону улицы. Надеюсь, поймет.

У "лорда" на лице настоящая паника.

– Хезер, не оставляй меня!

– Что? – негодует девчонка. – Андруканс, что с твоим голосом? Ты простыл? И самое главное – ты мне изменяешь? С этим чучелом? Признавайся!

Милок блеет что-то невразумительное. Внештатная ситуация выбила его из колеи.

Хватаю его за рукав и тащу в сторону, пока нас окончательно не рассекретили.

– Никто не смеет покушаться на моего жениха! – кричит она.

В ее руках загорается настоящий огонь. Пылающий шар срывается с ладоней девчонки и летит в мою сторону стремительной кометой.

Всеми силами желаю оказаться в безопасности. Я совершенно не готова сражаться с неадекватной огнеметчицей. Вот коза, напала на беззащитную бабушку. Ещё и приревновала. У меня, между прочим, правнуки старше, чем она.

Ах да, я же в этом мире являюсь юной девой. Возможно, даже симпатичной.

Сама не понимаю, каким образом под шокированным Милоком и мной открывается портал. Я пока не умею управлять ими. Наверное, всё происходит на инстинктах. А точнее, на одном инстинкте самосохранения. Жить-то хочется, как ни крути.

Заодно обнаруживаю, что перемещаться могу не только одна, но и с "пассажиром". Ведь Милока продолжаю держать за рукав.

Проваливаясь в портал, напоследок слышу дикие крики вокруг:

– Преступница хотела проникнуть в академию!

– Она околдовала и похитила лорда!

Портал закрывается, схлопываясь над нашими головами. Мы больше не слышим вопли. Стремительно падаем ещё примерно метр вниз. Пятая точка ударяется обо что-то твердое и горячее. И очень большое.

И оно движется!

Крепко держусь за обалдевшего попутчика, который от шока забывает убрать личину лорда.

Вокруг и по бокам – небо и облака. Далеко внизу – острые пики скал. Мы с парнишкой распластываемся на чем-то черном, неровном, горячем. Что это? Летающий крылатый островок? Или бесхозный ковер-самолет? Но оно явно живое. Оно дышит и машет гигантскими темными крыльями.

Видимо, "островок" внезапно догадывается о наличии на его спине незваных седоков. Но в полете не может повернуть голову, чтобы нас рассмотреть.

– Что это за чудовище? – в ужасе спрашиваю я, изо всех сил пытаясь удержаться на крупной гладкой чешуе, чтобы не свалиться с нашего неожиданного транспорта.

– Дра-дра-дра… – Милока бьёт крупная дрожь.

– Драндулет? – у меня от пережитого стресса все перемешивается в голове, и я теряю способность рационального мыслить.

– Дракон, – сдавленно шепчет мой товарищ.

Внизу под нами в глубине драконьего чрева слышится то ли рычание, то ли клокотание. Я догадываюсь, что скорее всего, это урчание желудка гигантского хищника.

Вот так мы попали – из огня да в полымя.

Дракон, видимо, о чем-то догадывается и, очевидно, обрадовавшись возможному обеду, который сам упал к нему на спину, начинает плавно спускаться, держа курс в сторону одной из горных долин.

Мы с Милоком в ловушке, сидим,  словно яблочки на спине у очень голодного ёжика. Без возможности спастись.

А все потому что я в итоге так и не дошла до академии и теперь не знаю, как управлять порталами.

Дрейк Даркнесс

Я могу очень долго и без устали лететь вперед. Я сильный дракон с большим магическим резервом. Мне почти не нужны перерывы.

Взмахиваю крыльями, держу курс именно туда, куда на карту упала капля ритуального воска. Свежий воздух прочищает мне голову. И теперь, когда я способен мыслить более трезво, приходит осознание – моя нареченная сейчас в опасности.

То ли между нами уже крепнет невидимая нить истинной связи, позволяющая чувствовать друг друга на расстоянии. То ли я просто в какой-то момент понимаю, что юная невинная девушка, попавшая без денег и документов в дальнее королевство, может стать отличной мишенью для всяких мошенников и проходимцев. Стараюсь не думать о том, что будет, если ее соблазнит какой-нибудь жулик. Или, того хуже, возьмёт насильно.

И даже то, что это может, по словам духа-оракула, может привести к разрушению мира, отходит на второй план.

Ускоряюсь, чтобы лететь быстрее. Надо срочно спасти мою любимую.

Да, на первом плане то, что это моя хрупкая и невинная невеста. Она принадлежит мне. Никто кроме меня даже не смеет к ней прикасаться! Только со мной она будет в полной безопасности. Я укрою ее своим сильным крылом от всех забот. Осыплю драгоценностями, которые хранятся в моей сокровищнице. И возьму то, что принадлежит мне по праву.

В облике дракона все инстинкты обострены до невозможности.

В красках представляю, как буду брать мою истинную. Ах, какая у нее нежная кожа. Я даже начинаю как будто чувствовать ее запах.

Он пьянит и дурманит прямо в полете.

Одновременно с этим чувствую, как на моей спине что-то копошится. Какая-то смелая птичка решила прокатиться на драконе?

Птичка по весу довольно крупная, словно упитанная индюшка. Что же там такое? Пытаюсь повернуть голову и рассмотреть, но не получается. Зато запах истинной бьёт по моим инстинктам с такой силой, будто моя принцесса рядом.

Чувствую, что ещё немного и начну терять высоту. Решаю ненадолго приземлиться. Надо хотя бы на несколько мгновений превратиться в человека, чтобы сбросить нахлынувшее наваждение. А заодно и обнаглевшую птичку.

Дракон опускается на покрытую свежим инеем траву. Мы с Милоком замираем от страха. И изо всех сил вцепляемся в чешую. Потому что дракон внезапно начинает вести себя как настоящая собака!

Он принимается отряхиваться, словно пёс, который только что выпрыгнул из речки. Только стряхнуть он пытается не капли воды, а двух нечаянных пассажиров, которые невольно прокатились зайцами на его спине. Неужели он из-за этого так рассердился? Хотя понимаю его, сама не люблю халявщиков. Конечно, кому же понравится, что на нем бесплатно летят чужие люди.

Какое-то время идёт противостояние. Дракон уже трясется, как припадочный, в бесплодных попытках добыть нас на обед в уплату поездки, но мы с моим товарищем очень хотим жить. Поэтому держимся крепко.

И тут происходит то, чего я не ожидала от слова "совсем".

Дракон начинает уменьшаться в размерах, а его чешуя быстро втягиваться в кожу, буквально выскальзывая из моих рук. В последний момент хватаюсь за его шею, повисая на спине, словно рюкзачок.

Бедняга Милок, находящийся все ещё в облике лорда, скатывается с драконьей спины. Или уже не драконьей. Повинуясь каким-то непонятным рефлексам, пришпориваю своего неожиданного "коня".

Ну и ну. Дракон превратился в мужика. Как такое возможно-то. Я думала, такое только в книжках бывает. Лишь бы козлом не стал, а то мало ли какие в нем сюрпризы скрываются. А то на козлах я пока ещё не каталась.

Лица мужчины я не вижу, но голос его кажется подозрительно знакомым.

– Кто ты такой?! – рявкает он на беднягу Милока. – Любовник моей истинной?

И одновременно расцепляет мои пальцы, которыми я держалась за его шею.

Он разжал мои руки, но я не собираюсь сдаваться и падать. В последний момент на каких-то неведомых рефлексах зацепляюсь за длинные черные волосы мужчины.  Брюнет ругается нехорошими словами. А затем изворачивается и хватает меня за запястья, отрывая от себя, словно клеща.

Держит крепко и пристально смотрит прямо в глаза.

– Я тебя поймал, – жёстко произносит он. – Теперь тебе не скрыться.

Ну, чисто технически, это мы поймали его. Кто же знал, что я обладаю настолько снайперской точностью.

Как оказалось, мужчина, от которого я пыталась сбежать – настоящий зверь. В прямом смысле. Птеродактиль.

– Твой любовник? – он подбородком показывает на беднягу Милока.

Из того любовник, как из клячи Пегас.

Но меня очень злит отношение ко мне, как к вещи.

– Ты мне никто! – заявляю дракону. – Немедленно отпусти меня. Я свободная личность.

– Нет, теперь ты принадлежишь мне, – заявляет это чудовище. – Я заберу тебя в свой замок, надену на твои запястья новые антимагические браслеты, а на твою шею – антимагический обруч. И ты от меня никуда не денешься.

Описанные перспективы не вдохновляют. Ошейник вздумал на меня нацепить?! Да с чего он ко мне вообще привязался! В этом мире что, других девок что ли нет? Около академии их целая куча была. Хотя, кажется, он совершенно не умеет обращаться с женским полом. Понятно, почему до сих пор не женат.

Кстати, академия! Что если попробовать туда вернуться?

Болтаюсь в руках мужчины, словно куль. Но в какой-то момент ловко изворачиваюсь и, словно сорвавшаяся с крючка рыбка, выскальзываю из его хватки.

Дракон пытается меня схватить, но я отпрыгиваю.

Изо всех сил представляю один из переулков рядом с академией, чтобы нечаянно не телепортироваться в гущу толпы. Но ничего не получается.

Милок шокировано таращится на нас.

– Если ты откажешься, я убью твоего ухажёра! – заявляет дракон.

Милок икает от ужаса. Я бросаюсь к нему. Ну же, портал, открывайся, ты мне сейчас так нужен!

Никак.

И тут Милок просто пропадает. Растворяется в воздухе. Что случилось? Дракон испепелил его взглядом?

Смотрю на свои руки и не вижу их. Почему я стала невидимой?

Меня кто-то осторожно берет за рукав. Вздрагиваю от неожиданности, но потом вспоминаю. Иллюзии!

Если вас съели, у вас есть два выхода. А пока не съели – выходов бесчисленное множество.

– Делай скорее портал, пока мы выиграли пару мгновений! – шепчет невидимый, но трясущийся Милок.

Дракон же в это время обескуражено крутит головой, не видя нас. А потом принюхивается, и на его губах расплывается хищная улыбка.

Дракон медленно, словно уверенный в себе охотник, движется в нашу сторону.

– Хезер, скорее, – Милок хватается за меня, как утопающий за соломинку. – Сделай же что-нибудь! Это чудовище нас сейчас схватит.

– Кем является этот маг? – спрашивает дракон. – Какое заклинание он использует? Если он скажет формулу заклинания невидимости, то так и быть, сохраню ему жизнь.

Загвоздка в том, что Милок не использует никаких заклинаний. Но не выдавать же его секрет. Иллюзии вне закона, как и мои порталы.

Дракон делает резкий выпад, пытаясь нас схватить.

Его внезапное движение для меня имеет эффект неожиданности, схожий с малобюджетными фильмами ужасов.

Это вызывает у меня кратковременный испуг. Причем в достаточной степени для активации моей личной портальной магии. Спасибо тебе большое, дракон! Видимо, мне не хватало именно этого импульса.

На этот раз круг, похожий на силовое поле, колеблющееся маревом, не под нами, а рядом. Мы с Милоком отшатываемся и ныряем прямо в него.

– Нет! – кричит брюнет, пытаясь поймать воздух.

Он не видит нас, но острым зрением замечает портал. Пытается нырнуть в него за нами, но тот, к счастью,    вовремя схлопывается.

Мы снова оказываемся на площади.

– Не снимай пока невидимость, – прошу Милока.

– Я не смогу ее держать достаточно долго, – панически шепчет он.

Да, есть о чем беспокоиться. Пространство около академии оцеплено. Стражи порядка стоят кольцом вокруг того места, где до этого была очередь абитуриентов.

– Когда возобновится прием в академию? – возмущаются будущие адепты.

– Ждём магов из специальной службы! – прикрикивают стражи на недовольных. – Он будет искать следы преступницы, похитившей лорда.

Надо скорее уходить отсюда, а то вдруг маг найдет не только следы, но и саму "похитительницу" собственной персоной. Боюсь представить, что может произойти. Что здесь делают с теми, кто обладает запретной магией? Казнят?

– Милок, – шепчу товарищу. – Бежим!

Лавируя сквозь толпу, мы держим курс к ближайшему узкому переулку.

Нечаянно зацепляюсь платьем за застежку чьей-то сумки.

– Воры! – над ухом звучит ужасно громкий вопль.

– Воры? – рядом спокойно произносит бархатный голос, от которого почему-то кровь стынет в жилах. – Я думал, меня вызвали для поиска преступника, похитившего человека.

На губах незнакомца играет усмешка. Он смотрит прямо на то место, где находимся я и вцепившийся в меня паникующий Милок. В этот момент мне начинает казаться, что маг чувствует, что рядом есть два невидимых и трясущихся, как осиновые листы, нарушителя.

Ну, как нарушителя. На самом-то деле мы не похищали никаких лордов. Но наши виды магии запрещены. Мало ли что с нами могут сделать. Вдруг отдадут на опыты.

Внимательный взгляд темных глаз незнакомца меня пугает даже больше, чем поведение моего неадекватного жениха. Хоть тот и способен превращаться в огнедышащую громадину. Бойся не ту собаку, которая лает, а ту, которая молчит.

– Господин маг! – в нашу сторону несётся толстяк в богатом костюме. – Около стен моей академии произошло чрезвычайное происшествие!

Маг отвлекается на него, я резко дергаю подол платья, зацепившийся за чужую сумку. Крак! Треск ткани. Небольшой лоскуток остаётся на застежке, а я наконец-то свободна.

Мы с Милоком несёмся прочь, как два испуганных зайца. Выдыхаем лишь тогда, когда ныряем в проулок.

Что-то в последний миг заставляет меня оглянуться.

Маг с нечитаемым выражением лица держит в руке лоскут моего платья. Затем быстро убирает его в карман и как ни в чем не бывало обращается к толстяку:

– Господин ректор, я решу все ваши проблемы. Будьте добры, расскажите все подробности того, что здесь произошло.

Милок тянет меня вглубь переулка. Обнаруживаю, что мы перестали быть невидимыми. Мальчишка дышит довольно тяжело. Он снова выглядит собой – прыщавым подростком.

– Ты как? – спрашиваю его.

– На чистой силе очень трудно долго поддерживать иллюзии, – жалуется он. – Придется ждать, когда резерв восстановится.

Нам действительно надо отдохнуть. Я тоже чувствую себя измотанной.

– Ничего, – мальчишка пытается меня ободрить. – Найдем трактир, перекусим. И снова попытаем счастья с поступлением. Но на этот раз нам нужны новые лица. Кто же знал, что здесь окажется невеста Пипяо! – досадует он.

– Милок, – спрашиваю его. – А зачем тебе нужно именно в эту академию? Неужели нет других?

– Здесь очень хорошая библиотека, – фальшиво произносит он. – Да и преподают неплохо. Это лучшая академия нашего королевства.

У меня возникает подозрение, что у мальчишки есть какой-то секрет, который он явно не намерен раскрывать. Но какой?

– Ладно, – соглашаюсь. – Пойдем перекусим. Мы ведь сегодня так и не позавтракали. А денёк выдался слегка суматошный.

У предусмотрительного мальчишки зачарованные деньги пока ещё не "разрядились". Мне жутко совестно, что оплачивая наш обед фальшивыми деньгами, мы фактически жульничаем и обворовываем хозяина трактира. Специально заказываю самый дешёвый суп и делаю мысленную пометку – как только удастся заработать, снова приду сюда и оставлю соразмерные чаевые. Милок – растущий организм, он заказал огромную отбивную. Теперь ест, глотая большими кусками, практически не жуя. Настолько он голоден.

Но как заработать?

Магия-то точно востребована, но мои порталы вне закона. А так могла бы выучиться ими управлять и потом подрабатывать "мгновенным таксистом". Но, судя по реакции местных жителей на мой портал, этот мир пока не готов к такому стремительному прогрессу.

Я пока не имею никакого понятия о том, что востребовано в этом мире. И какие навыки из прошлой жизни можно здесь приспособить. Я умею и шить, и вязать, и готовить, и уколы делать. Даже тем, кто сопротивляется. Не зря же всю жизнь проработала медсестрой.

В какой-то момент я опять сомневаюсь – не сон ли это сейчас? И не деменция случайно?

Под удивлённым взглядом мальчишки решаю ущипнуть себя. Ай, больно. Да и ненормальный дракон тогда меня тоже огрел вполне себе чувствительно. Так что всё здесь более чем реально.

– Милок, – я тихо задаю вопрос, которой уже давно крутился у меня на языке, но в суете я так до сих пор и не успела его озвучить. – А почему порталы и иллюзии запрещены? Зачем на таких, как мы, надевают ограничители? Могли бы нас официально обучать, а магию использовать на пользу общества.

– Ну, ты как будто с дракона свалилась и башкой ударилась, – мальчишка чешет затылок. – Это же закон! Знаешь, чем мы опасны?Портальщики могут беспрепятственно проникнуть в любой дом. И обворовать. А маги иллюзий способны притвориться кем угодно. Это тебе не какие-нибудь безобидные стихийники, – он пригнулся поближе ко мне и таинственно прошептал, – мы наводим страх.

По-моему, некоторые стихийники тоже очень опасны. Например, та неадекватная девчонка-огневичка. А вообще, по моему мнению, нельзя исключительно по виду магии разделять людей на опасных и хороших. Важно не то, с какой магией ты родился, важно то, какой ты человек.

Я, к примеру, даже не собираюсь вламываться в чужие дома. Зачем?

Внезапно меня осеняет мыслью, как можно пристроить к делу свой дар. Я ведь могу подрабатывать курьером! У меня же будет самая быстрая доставка. Мгновенная. А потом можно к делу пристроить и другие свои навыки из прошлой жизни. Только обучиться надо. Прав мой товарищ. Эх, жаль, на законных основаниях нам в академию путь закрыт. Но у Милока вроде есть план.

Я посмотрела в тарелку на свой суп, больше похожий на жижу. Даже и кухаркой могу устроиться. Потому что прекрасно помню множество рецептов. И готовила всегда замечательно. Внуки, когда мне их привозили на дачу на всё лето, мою стряпню всегда съедали до последней крошки. Правда, я им каждый раз говорила, что пока всё не съедят, не выпущу на улицу. А правнуков пугала уже тем, что отключу интернет. Да, я умела адаптироваться и находить подход к детям. Даже к собственным выросшим. Этих я держала на коротком поводке, каждый раз переписывая завещание на квартиру на того, кто начинал меня чаще навещать.

Мысленно улетев в свои ностальгические воспоминания о прошлом перестаю обращать внимание на происходящее. В реальность возвращает дикий крик трактирщика:

– Обманули! Эти монеты фальшивые!

Милок вжимает голову в плечи:

– Надо было скорее есть и драпать, пока иллюзии на деньгах не развеялись, – с досадой бормочет он.

Кажется, мне не нужно было так долго предаваться воспоминаниям.

– Воры! Стража! – надрывается трактирщик.

– Не переживай! Сейчас мы удерем от них! – мальчишка быстро запихивает в рот остатки отбивной и щелкает пальцами.

Мы становимся невидимыми. Примерно на пять секунд.

– Кажется, резерв не успел восстановиться! – у Милока, проявившегося в пространстве, очень растерянный вид.

– Хватайте этих двоих! Это преступники-иллюзионисты!

В трактир врываются стражи порядка,  слегка пугая немногочисленных посетителей. И просто до ужаса пугая Милока. Меня хватают, больно заламывая руки за спиной, а я ничего не могу сделать. Иллюзии Милока не работают, хотя по нему видно, что он пыжится изо всех сил. Видимо, слова об ограниченном резерве и правда не являются пустым звуком.

Мои порталы тоже не срабатывают. Но это и ожидаемо. Если они будут работать при сильном испуге, то у меня скоро выработается устойчивость к этому делу. И как тогда? Надо срочно овладевать нужными знаниями и работать над навыками.

– Попались, воришки! – над ухом звучит грубый голос.

– Это фальшивомонетчики! – докладывает хозяин трактира.

– А ещё у них, наверное, краденые артефакты невидимости! – говорит один из стражников.

– Ага, расхитители артефактов!

Нас с Милоком куда-то волокут. Мы попали, как куры в ощип. Из разговора стражников я выхватываю то, что в столице завелся вор, который крадёт артефакты. Вор неуловим. Но теперь стражи порядка точно получат премию, ведь они поймали вора. Точнее, сразу организованную группировку, за которую размер премии будет в два раза больше.

Как я понимаю, на нас хотят спихнуть очередной "висяк".

Вот так, не успела приехать в город, как стала и похитительницей лордов и расхитительницей артефактов.

– Вы обалдели? – возмущаюсь, не оставляя попыток вырваться.

Хотя это и не очень сподручно, особенно когда тебя, маленькую и худенькую, тащат вперёд два бугая. Тощего и мелкого Милока тоже несут два таких же шкафа. Зажатый мальчишка лишён возможности даже дёргаться. Но он этого и не делает. Это незаметно со стороны, но, возможно, он копит резерв.

– Молчи! По тебе сразу видно, что ты воровка! Или вор – мальчишка, твой пособник? А ты тогда кто, ночная бабочка?

Не могу понять, с какого перепуга я ночная бабочка? Я не бабочка, а бабушка. И не ночная, а круглосуточная.

Но все равно очень обидно. Да, мое платье из-за последних событий помялось, порвалось и потеряло презентабельный вид. И волосы основательно растрепались, пока мы катались на драконе. Но это не повод обзываться.

– Стойте! – властный голос останавливает стражников.

Поднимаю голову, и кровь стынет в жилах от уже знакомого взгляда темных глаз. Он как будто проникает под одежду, следом под кожу и заглядывает в самую душу.

– Отдайте мне эту леди, – приказывает маг, но стражники мнутся.

Лицо мага непроницаемо. В какой-то момент я думаю, что лучше бы стражники без приключений доволокли нас до участка, Милок поднабрал резерва и провернул там какую-нибудь хитрость. И мы бы с ним спокойно отправились в академию, как и хотели. Тем более маг, судя по всему, перестал около нее рыскать. Может, и приемная комиссия возобновила свою работу. Не опоздать бы, кстати.

– Я жду! – с нажимом повторяет маг.

– Господин Хантер, – несмело произносит один из стражников. – Мы схватили опасных грабителей. Они наши. Мы не можем их вам отдать.  Может быть, вы не будете отбирать их у нас, а пойдете и поймаете своих собственных?

"Опасные грабители" в нашем с Милоком лице явно становятся камнем преткновения. И яблоком раздора.

Начинаю опасаться, как бы нас не додумались "поделить" и разлучить. Особенно, учитывая, что маг потребовал только меня.

– Имейте в виду, – влезаю. – Не имеет значение, что именно вы нам хотите "пришить", но мы поставляемся только комплектом.

Брови мага взлетают вверх.

Мы с магом встречаемся взглядом.  Что-то в глубине его таинственных глаз неуловимо меняется. Всего лишь одна эмоция, которую так и не удается поймать. Настолько быстро она промелькнула.

Он смотрит на меня так, будто знает, кто я.

– Немедленно отпустить обоих! – властно приказывает стражникам.

Те продолжают недовольно сопеть.

– Идиоты! Это не те, кто крадёт артефакты!

Главный стражник недовольно бурчит себе в бороду:

– Нам лучше знать. И мы не идиоты.

Правда, уверенности в его голосе явно поубавилось. Возможно, в глубине души он понимает, что тот прав. И насчёт артефактов, и насчёт идиотов.

– Считаю до трёх, – цедит маг, складывая пальцы так, будто собирается щёлкнуть ими. – Раз. Два…

Стражники синхронно разжимают руки и одновременно делают шаг назад. Мы с Милоком валимся на мостовую, как кульки с песком. Больно ударяюсь коленками.

– Леди, – с неожиданной галантностью маг подаёт мне руку и помогает подняться. – Позвольте. Вы не ушиблись?

На Милока он не обращает ровным счётом никакого внимания, будто тот пустое место.

Кто же в здравом уме примет всерьез прыщавого юнца?

– Должно быть, вас очень напугали эти неотёсанные чурбаны, – продолжает он. – Но не волнуйтесь. Со мной вы в надёжных руках.

Похоже, даже слишком надёжных.

Обращаю внимание на то, что маг уже крепко держит меня и за талию и за предплечье. Словно опасается того, что я могу внезапно исчезнуть.

Он мягко, ненавязчиво, но при этом довольно уверенно тащит меня куда-то прочь.

Прихожу в себя после первого шока и начинаю упираться ногами.

– Можно и "спасибо" сказать за то, что я вас освободил, – шипит маг.

– Спасибо, конечно, но… – собираюсь высказаться я.

И натыкаюсь на его улыбку, в которой мне видится нечто зловещее.

– Что же, ты произнесла "спасибо", а значит, согласна с получением услуги, – шепчет он мне на ухо. – Я освободил тебя и даже твоего слугу, и теперь накладываю долговое обязательство.

Он произносит несколько слов на непонятном языке, и в том месте, где его ладонь соприкасается с моим предплечьем, возникает кратковременное свечение. После того, как оно пропадает, маг отодвигает мой рукав. И удовлетворенно хмыкает.

Вытаращиваю глаза. На моей коже медленно проявляется татуировка в виде печати. Она витиеватая, сложной формы. Меня проштамповали, как бланк справки в поликлинике.

– Ах ты, гад! – я возмущена до предела.

Он прикладывает палец к моим губам.

– Не злись, тебе это не идёт. Но помни, теперь за тобой должок, принцесса.

Последнее слово он выделяет особым тоном.

Какая ещё нафиг принцесса? Или я правда в теле какой-то там принцессы? Но почему в таком случае меня никто не узнал, кроме этого мага. Ни Милок, ни стражники. Да и дракон ко мне явно не обращался "ваше Высочество". Он больше ремнем махал направо-налево. Разве так обращаются с принцессами?

– Принцесса Велейна, рекомендую пойти со мной, – жёстко произносит маг и добавляет. – Уж я о вас позабочусь.

Он намного больше и сильнее меня. Мои тщетные попытки вырваться ему до лампочки.

– Не стоит сопротивляться, – ухмыляется он.

Внезапно раздается самый настоящий взрыв! И нас накрывает непроглядная тьма. Что ещё за ночь среди бела дня?

От неожиданного затмения хватка мага ослабевает. Нет, он не отпускает меня, лишь слегка разжимает руки. На долю секунды. Но мне этого вполне достаточно.

Со всей силы наступаю каблуком ему на ногу. И вырываюсь. Меня саму немного тревожит происходящее вокруг, но мужчина, поставивший на моей коже неведомую метку, пугает намного больше.

Кто-то в этой темноте хватает меня за руку. Отшатываюсь и слышу быстрый шепот:

– Хезер, это я, Милок. Бежим быстрее, пока иллюзия тьмы не развеялась!

Мы куда-то несёмся, не разбирая дороги. Позади слышны непечатные ругательства мага. Но они отдаляются.

Темнота на поверку оказывается локальным шаром диаметром метров сто. Она окружает то место, где мы стояли с магом. Милок ориентируется в ней превосходно, словно его глаза ничем не застилало. Ах да, это же его собственная иллюзия. Конечно же, он может видеть, будто ее и нет.

Мы скрываемся в лабиринте улиц.

– Нам надо срочно в академию, – Милок никак не может отдышаться.

– Да что ты так зациклился на академии! – нервничаю я. – Нам нужно вообще уносить ноги из этого города! Кажется, тот ищейка догадался, кто мы такие! Кстати!

Отодвигаю рукав и демонстрирую ему печать.

Мальчишка внимательно рассматривает ее и аж присвистывает.

– Всё очень плохо? – спрашиваю. – Этот Хантер теперь отследит меня, где угодно?

– Нет, – отвечает Милок. – Отследить не сможет. Это другая печать. Она означает, что фактически в любой момент он может загадать у тебя любое желание. И ты будешь обязана его выполнить. Конечно, это не долг жизни… Но все равно.

Я просто в шоке от наглости того мага. Вот козел драный! Огреть бы его чугунной сковородкой по наглой морде.

– Есть хорошая новость, – продолжает Милок. – Загадать желание он сможет только лично, осмысленно обращаясь к тебе. Если он тебя не найдет или не угадает, то и долг стребовать не сможет. Ну, пошли поступать в академию. А то как бы не опоздать.

– Милок, – говорю строго. – Академия отменяется. В этой столице нас преследуют сплошные проблемы. Сейчас мы с тобой идем на вокзал, покупаем билеты и едем куда глаза глядят. Подальше от мага, стражников с их ворами артефактов и прочих приключений.

Мальчишке мое предложение явно не нравится.

– Ну и езжай! – психует он. – А я в академию!

– Да что такое тебе там нужно! – не выдерживаю я. – Пока четко и внятно не объяснишь, никуда я с тобой не пойду. И меня не устраивает версия "научиться управлять даром"! Ты прекрасно справляешься со своими иллюзиями! И даже про магические печати знаешь. Говори правду!

Его глаза темнеют.

– Хочешь правду?! – произносит он с надрывом. – Будет тебе правда!

– Хочешь знать, почему я так хорошо разбираюсь в магических печатях?! – наступает на меня мальчишка. – Да потому что одну такую наложили на моего брата! Ограничивающую!

Внезапно он садится прямо на землю и закрывает лицо руками. Его худенькие острые плечи дрожат в беззвучных рыданиях.

У меня в голове крутится что-то знакомое. Точно. Тот неадекватный драконище после удара пряжкой по лбу прямо дословно сказал мне: "Тебе никогда не снимут ограничивающую печать".

В целом, неудивительно. Портальщики и иллюзионисты под запретом. Другие маги вполне могли придумать этот достаточно гуманный инструмент контроля.

Но так ли все это страшно? Я же, получается, уже два раза проштампованная, и ничего, чувствую себя как огурчик. Даже магией могу пользоваться. Хотя пока и криво. Почему же Милок считает это такой трагедией?

Присаживаюсь на корточки рядом с ним, подбирая уже видавший виды подол своего платья.

С материнской заботой обнимаю подростка за плечи.

– Милок, расскажи, пожалуйста, что произошло, – вкладываю в эту фразу всё тепло, которое могу.

Милок поднимает на меня покрасневшие от слез глаза.

– Хезер, разве ты не знаешь, что ребенок, на которого наложили подобную печать, навсегда останется  в том возрасте, в котором ее поставили? Физически он будет расти и стареть. Но разум перестанет развиваться.  Поставят в младенческом возрасте – навсегда будет младенцем. И навыки у него всю жизнь будут как у младенца. Представь взрослого человека, который не умеет ходить и говорить? Да, со стороны будет выглядеть именно так. Как будто он слабоумный. Поставят ребенку лет пяти – он тоже навсегда останется в этом возрасте.

Понятно, почему дракон, несмотря на печать, не был удивлен тому, что я умею ходить, говорить и даже обороняться. Наверное, его невесте, в теле которой я нахожусь, печать поставили совсем недавно. Бедная девушка.

Горе Милока я воспринимала как своё. Это же надо придумать такое издевательство над детьми. Ну и что, что ребенок с неугодной магией. Надо учить и воспитывать. Не знаю даже, что хуже – лишить жизни совсем, или то, что придумали эти маги.

– Милок, расскажи о своём брате? Где он сейчас?

– Мы жили с родителями. Они обычные фермеры. Не знаю, откуда в нас с братом взялась магия. Возможно, имелась у кого-то в роду. Брат совсем маленький, ему пока нет и пяти лет.  Родители нас прятали, как могли, мы жили на дальнем хуторе, меня мать учила на дому. Я не знаю, как о нас стало известно. Но однажды пришли люди в форме. На брата наложили печать и забрали с собой. Отца посадили в тюрьму за укрывательство носителей запрещённой магии. Мать… Она дома, но я не знаю, как она сейчас. Мне удалось скрыться. Когда появились ищейки, я был на дальнем пастбище. Пас коров. Когда вернулся, мать велела мне бежать, прятаться и не появляться.

– Когда это произошло?

– В этом году. Все это время мне удавалось успешно скрываться, переезжая из города в город. Я искал, где сейчас мой брат. И нашел. Он в закрытом приюте для таких же детей. Я могу подделать и лицо, и документы. С голосом только пока промашки выходят. Слишком он высокий у меня. Поэтому частенько приходилось притворяться дамами. Но он уже начал меняться. Поэтому для академии и выбрал личину этого Пипяо. Видел его настоящие документы и точно знаю, что он маг. Боюсь, что академия может проверять адептов на предмет реального существования. Я же не могу постоянно поддерживать невидимость, ты сама видишь, как это жрет резерв.

– Но для чего тебе именно в эту академию?

– Найти, как сломать печать. Надо сделать это как можно скорее, чтобы последствия не успели стать необратимыми… Лишь в этой академии есть соответствующий факультет. Следовательно, должна быть вся нужная информация об этих треклятых печатях. Я узна́ю, как разрушить их, украду брата из приюта и спасу его. Поэтому я и обрадовался, когда ты мне попалась в поезде. Твой дар порталов помог бы забрать брата, освободить отца, потом мать… И сбежать отсюда как можно дальше, туда, где нас никто не знает.

Под конец его рассказа я и сама чуть не плакала. Ууу, маги! Додумались же разрушить жизнь семьи! Милок сказал, там целый приют таких детей?

– Милок! – решительно встала я. – Идём поступать в академию! Не знаю, как мы это провернем, но мы сделаем это вместе!

Может быть, заодно найду, как сломать и мои печати, а то на мне их уже целых две, и мне это не нравится. И пойму, как управлять порталами.

– Ладно, не будем терять времени! – я была готова идти прямо сейчас, но Милок остановил меня.

– Постой, – забеспокоился он. – Ты уже не можешь заявиться туда как есть. Тебя успели запомнить как похитительницу этого дурацкого Пипяо! Да и маг-ищейка, будь он неладен, знает, как ты выглядишь. Тебе надо сменить внешность. Да и мне тоже. Жаль, лорда Андруканса больше не получится использовать. Будет очень странно, если он, похищенный, заявится в академию, как ни в чем не бывало.

– Верно, – согласилась я и в задумчивости потерла подбородок. – Но я не вижу проблемы. Накидывай на нас любые личины и пойдем.

– Не все так просто, – вздохнул мальчишка. – Мне будет тяжело поддерживать сразу две личины одновременно. Свою ещё ничего, а с чужой магия вытекает, как через решето. Резерв быстро иссякнет. И ещё я боюсь, что они за сомневаются в том, что мы "реальные". Надо бы скопировать кого-то, кто действительно является магом. Я не хочу придумывать несуществующую внешность! Вдруг нас проверят.

Насчет несуществующей внешности я даже не собиралась переживать. И объяснила Милоку свою точку зрения. Если даже и соберутся проверить, вряд ли сделают это быстро. Да и с чего нас проверять, если мы не будем нарываться. И вообще надолго не собираемся там задерживаться. Мы же не учиться туда идём, а собирать информацию. Так что найдем все нужное и покинем это место.

А вот с резервом Милока да, есть проблема. Себе-то он лицо сделает, а мне?

– Слушай, а есть какие-нибудь зелья, чтобы умылся ими, и лицо у тебя сразу другое стало? – спросила я.

Милок вытаращил глаза.

– Если и есть, то они наверняка запрещены, – неуверенно произнес он.

А потом, почесав голову, вдруг хлопнул себя по лбу:

– Вообще-то есть такое зелье. Стоит баснословных денег, конечно. Но я зачарую монеты в золото. Главное, это зелье продается легально и внешность меняет достаточно сильно.

– Отлично! – обрадовалась я. – Пойдем скорее за ним.

– Пойдем, – согласился мальчишка.

А потом взял и снова принял вид Андруканса Пипяо.

– У меня этот лорд лучше всего получается, – пояснил он. – И расходует меньше всего резерва. Да и в салон красоты его точно пустят. Быстренько куплю то, что надо, и избавлюсь от личины.

Салон красоты?

Видя недоумение на моем лице, Милок произнес:

– Есть только одно средство, которое может изменить внешность до неузнаваемости. Это Шармагия. Зелье очарования.

***

Покупка зелья произошла на удивление спокойно. Неужели черная полоса активных приключений отступила и нам наконец-то начало везти?

И маг нас не поймал, потому что ему вряд ли пришло в голову проводить поиски в салоне красоты.

При салоне был магазинчик с уходовыми средствами. Как аптека при поликлинике.

Туда-то мы и заглянули.

– Шармагию для моей невесты, пожалуйста, – произнес Милок, стараясь, чтобы его голос звучал пониже. – Пять флаконов.

– Давай сразу десять, – предложила я.

На лице продавца мигом появилась услужливая улыбка.

– Сколько угодно Шармагии для прекрасной леди.

Он метнулся к стеллажам за товаром. А мой взгляд упал на пузырек за одной из витрин.

"Молочко дракона" – так было написано на этикетке. Я мигом вспомнила своего жениха. Интересно взглянуть на смельчака, которому удалось подоить подобную махину. И есть ли вообще у драконов вымя? Если когда-нибудь встречу своего недожениха, надо проверить.

– Прекрасная леди заинтересовалась этим средством? – обрадовался продавец, сгружая флаконы на прилавок. – Очень рекомендую. Это средство для роста волос. Красивая шевелюра обеспечена. Но нужно использовать крайне осторожно. Волосы могут вырасти в любом месте, куда попадет зелье. Кстати, вы, наверное, уже знаете, но у Шармагии тоже есть побочные эффекты. В принципе, как и у любых других средств. Ее строго запрещено смешивать с едой.

– Это как? – не поняла я, представив, как кто-то добавляет в зелье суп.

Но нет, оказалось по-другому.

– Умывшись зельем, не принимайте пищу, иначе оно поменяет свой эффект на противоположный. То есть, если собираетесь на званый обед, лучше это средство не использовать. Иначе есть риск прямо за столом стать, мягко говоря, не красавицей. Я специально предупреждаю. Были прецеденты. Имейте в виду, салон за это ответственности не несёт. На этикетках есть инструкция. Если случится подобный конфуз, смойте зелье с лица, и ваша настоящая внешность к вам вернётся.

Драконье молоко мы тоже взяли. Хотя мне и не нужны были волосы в неожиданных местах, но Милок зачем-то купил его. Хочет вырастить усы для конспирации?

Мы гордо расплатились зачарованными золотыми монетами, я прицыкнула на свою совесть и мы скорее ретировались, пока деньги не "разрядились".

Теперь мы готовы поступать в академию!

– Ну, давай, – торопит меня Милок, уже "надевший" новую личину.

Теперь иллюзионист выглядит, как деревенский увалень. Для себя он документы уже переделал и теперь ждёт, чтобы увидеть, что получится у меня.

– Это реальное лицо? Или ты его придумал? – спрашиваю.

– Реальное, – сознается мальчишка. – Неподалеку от нашего хутора был поселок. Меня туда брал отец, когда ездил в базарные дни. Однажды я познакомился там с этим рыжим, чье лицо сейчас "надел". Думаю, он не обидится на то, что немного "побудет" адептом академии. А ты давай скорее умывайся зельем красоты.

Но я пока в раздумьях. В голове вертится смелая идея.

– Сначала купим булочку у лоточницы, – говорю ему.

– Зачем?

Но я беру у него монетку и догоняю прошедшую мимо женщину.

– Одну маленькую булочку, пожалуйста.

После обеда в трактире я не голодна, но побочный эффект зелья интересует меня гораздо больше, чем основной.

Я не хочу становиться красавицей.

В укромном переулке умываюсь зельем. Милок, наблюдавший за моими перевоплощениями, придирчиво выглядывается в меня.

– Если честно,я ожидал большего, – вздыхает он. – Ты все ещё слишком сильно похожа на саму себя. У тебя и так слишком миловидная внешность. Наверное, степень действия зелья зависит от изначального вида.

Конечно, лестно слышать, что я вроде бы ничего, но оценить степень перевоплощения не могу. У меня же нет зеркала. Запихиваю в рот булочку, жую.

У Милока неожиданно дёргается глаз.

– Я все ещё похожа на себя? – уточняю.

– Уже нет, – сдавленно произносит он.

– Отлично, – радуюсь я.

Милок заново зачаровывает документы. Видимо, он настолько шокирован моим новым обликом, что забывает поменять мне имя. Но я и не настаиваю. Уже привыкла быть Хезер Воще.

Любуюсь на магическое изображение на бумагах. И ничего такого ужасного в нем нет. Просто обычная Баба-Яга в юности.

Но мне нравится. Красоткой быть хуже. Во-первых, ты сразу становишься целью неадекватых озабоченных мужиков. И если не умеешь или не хочешь ими крутить, то тебе хана.

Во-вторых, тебя могут перестать принимать всерьез.

Ну и в-третьих, мне же этот облик придется поддерживать постоянно. И что теперь, не есть что ли? А вдруг я проголодаюсь?

Нет уж, лучше приму превентивные меры. К тому же, так я, по мнению Милока, более неузнаваема.

***

К академии мы подходим с некоторой опаской. Шпили красивых башенок на фоне закатного неба и стены из серого шероховатого камня выглядят совершенно сказочно. Но что ждёт нас внутри?

Толпу адептов, которая здесь была утром, уже давно разогнали. Около дверей начинаю сомневаться, не узна́ют ли нас.

Внезапно двери распахиваются, и из академии выходит уже знакомый маг. Он взбешен. Решил искать меня здесь? Скользит по мне взглядом, словно понял, кто я. Замираю. Чувствую холодок страха. Маг кивает каким-то своим мыслям, с отвращением морщится.

И проходит мимо. Проверял академию? Ведь он наверняка соотнес то, что первый раз меня обнаружили именно в очереди абитуриентов.

Маг скрывается из виду за углом.

– Хезер, тебе незачем рисковать, – вдруг произносит Милок. – Я могу и один попробовать добыть нужную информацию.

– Нет уж, вместе так вместе, – заявляю я. – К тому же, самое лучшее место, чтобы спрятаться – это то, которое враг уже проверил.

В нашей с Милоком жизни началась полоса удачи.

Маг нас не узнал. В академии к документам никто не придрался. Основная масса адептов, видимо, схлынула ещё днём. Так что нам даже не пришлось стоять в очереди.

Я переживала, что будут какие-нибудь  сложные вступительные экзамены, но нет. Перво-наперво нас подвели к большому, в человеческий рост, камню-артефакту и велели по очереди приложить к нему ладонь. Милок прикладывал руку первым. Камень сразу ярко засветился. Экзаменаторы, поначалу относившиеся свысока к нам, непрезентабельно выглядевшим адептам, переглянулись и мгновенно сменили тон на более радушный.

– Измеритель уровня силы показал результат намного выше среднего, – с довольным видом констатировал один из них, седовласый благообразный старик с длинной бородой.

– Профессор, – произнес тот, который был помоложе, – это же просто замечательно! Теперь нам есть, кого отправить на ежегодный турнир в королевство драконов! Думаю, юноше можно предложить на выбор несколько сильных факультетов.

Ну конечно, по одежке встречают, по уровню магии провожают. Но с турнирами пусть сами разбираются, а мы с Милоком сделаем свое дело и сбежим.

– А теперь вы, юная леди, – меня пригласили к камню уже более добродушно.

Я приложила руку. В ладонь сразу будто воткнулась тысяча мелких иголочек.

Некоторое время ничего не происходило.

Профессора нахмурились.

– Леди, вынуждены отказать вам в поступлении. Вы не ма… Мамочки!

Артефакт внезапно озарился яркой вспышкой, зазвенел и задрожал.

– Убирайте, убирайте! – всполошились мужчины. – Пока артефакт не разрушился!

Я отдернула руку. Камень тут же успокоился.

– Максимальный уровень силы… – шокированно пробормотал седой профессор.

Милок же стоял рядом с таким видом, будто он меньшего и не ожидал от меня.

– Леди Хезер Воще, вы приняты на боевой факультет! Первое место на турнире у нашей академии в кармане! Мы покажем другим академиям и даже драконам, что у нас учатся лучшие!

Надеюсь, мы найдем нужную информацию раньше, чем нас отправят на этот драконовый турнир. Что нам там делать? У нас свои дела. Пусть вон невесту Пипяо туда командируют.

Как оказалось, академия помимо образования предоставляет своим адептам и общежитие, и бесплатное питание в столовой. Я чуть не прослезилась от ностальгии. Всё прямо как в моем пионерском детстве. Милок тоже был приятно удивлён. Нам теперь не придется расплачиваться фальшивыми деньгами, чтобы поесть и иметь крышу над головой.

Мы перекусили в столовой и отправились к коменданту за ключами.

Общежитие делилось на женское и мужское крыло. Получается, мы с Милоком будем проживать довольно далеко друг от друга.

Выделенная мне комната оказалась одноместной. Маленькой и узкой, но довольно уютной. Здесь было всё необходимое – кровать, шкаф, стол со стулом у окна. Рациональный минимализм.

А вот своей ванной не было. Я чувствовала, что неплохо бы искупаться, прежде чем ложиться на простое, но чистое постельное белье.

Но внезапно почувствовала себя очень уставшей.

Меня вымотал этот день, полный каких-то забегов и игр в кошки-мышки то с драконом, то с магом. Я присела на жесткий стул, чтобы отдохнуть хотя бы пару минут.

За окном стремительно темнело. В желудке после ужина чувствовалась приятная сытость.

И я не заметила, как задремала за столом, уронив голову на руки.

Но жизнь, она как зебра – темная полоса, светлая полоса, темная, светлая. А потом опа.

***

– Вот ты где! – за спиной раздается властный голос.

Вздрагиваю и вскакиваю с места.  Протираю глаза и осматриваюсь. Вокруг не моя комнатка в академии, а богато обставленные покои.

Позади меня кто-то находится. Я по необъяснимой причине не решаюсь обернуться.

Горячие ладони обхватывают за талию и притягивают к твердому телу. Жаркое дыхание опаляет шею. Бедром чувствую мужское возбуждение.

– Ты моя и только моя, – мое ушко обжигает хищный шепот.

Словно огромный хищный зверь он хватает меня в охапку и бросает поперек уже знакомой кровати. Задирает юбки и раздвигает мои ноги, даже не пытаясь снять с меня одежду. Опомнившись, начинаю вырываться.

– Нет, ты принадлежишь мне! – рычит он, наваливаясь на меня всем телом.

Крепкие руки держат меня, словно в тисках. Он понимает, что мне уже никуда не деться. И я тоже понимаю это.

Внезапно он решает поиграть со мной, как кот с маленькой мышкой.

– Ну что, моя непокорная, думала, что сбежишь от меня? – от его бархатистого голоса по телу бегут предательские мурашки.

Он не утруждает себя расшнуровыванием моего корсета, с силой рвет его. Слышится треск разрываемой ткани.

Горячая ладонь скользит по моей обнаженной спине вниз. Жар его тела передается мне. Каждая клеточка тела сходит с ума, словно прикосновения мужчины пробуждают давно забытые инстинкты.

Его пальцы уже между моих ног. – Да ты уже вся влажная, моя плохая девочка. Он проводит пальцами, слегка проникая внутрь.

Непроизвольно ахнув, оборачиваюсь.

Мой жених выглядит разгоряченным. Он полуобнажен, на нем нет рубашки. Рельефный пресс, мускулистый торс. Закусив губу, наблюдаю за брюнетом.

Его взгляд скользит по моему телу снизу вверх. Доходит до лица.

Узкие зрачки дракона расширяются.

И происходит нечто совершенно невероятное – он отшатывается и хрипит:

– Что ты такое?

Дрейк

После того, как моя невеста ускользнула от меня со своим любовником, я просто вне себя. Если бы она не оказалась моей истинной, ни за что не связался бы с принцессой. И если я раньше думал, что принцессы – это милые ласковые цветочки, но на поверку оказалось, что это не цветочек, а какой-то сорняк. В прямом смысле.

Но мне надо спасти мир, ведь эта вертихвостка даже не подозревает о том, что является угрозой для всего живого.

Я уже пролетел бо́льшую часть пути, когда мне на спину приземлилась моя невеста.

Зачем-то с любовником – на вид хлыщом и прощелыгой. Но я успел запомнить его лицо. И теперь всегда смогу узнать. Особенно по этим странным усикам.

Ведь никто не смеет покушаться на то, что принадлежит мне. А тот, кто попробует – обязательно должен быть наказан.

Наверное, она решила подразнить меня. И унизить. Потому что все знают, что дракон – не ездовая собака. И не конь. Такое сакральное взаимодействие, как совместный полет, у нашей расы только для истинных. А эта девчонка-портальщица вздумала посадить мне на спину своего любовника! Похвастаться решила перед ним? Ненавижу!

Но, с другой стороны, если пока не произошло никаких бедствий, предрекаемых духом-оракулом, получается, моя невеста всё ещё невинна. А значит, есть шанс. Нельзя опускать руки. Надо лететь и ловить её.

Дерзкая девчонка может перемещаться куда угодно, поэтому я решаю не возвращаться в свой замок, чтобы по новой провести ритуал поиска. Зачем терять время впустую. Она же, как стрекоза, запросто сменит место пребывания.

Единственный на данный момент ориентир – то место, которое показал мне ритуал.

Направляюсь туда. Возможно, там выясню у окружающих, видевших ее, планы и личность того хлыща.

Ведь, может быть, этот любовник запросто обманул мою наивную принцессу? И втянул в неведомые интриги.

Продолжаю лететь вплоть до самой ночи. К сожалению, я не могу бодрствовать круглосуточно. Внизу вижу озеро. Решаю опуститься рядом с ним, чтобы попить и хотя бы немного охладиться. Уже стемнело.

Меня ужасно клонит в сон. Нужно поспать хотя бы недолго, чтобы с новыми силами продолжить полет, не уснуть и не упасть в воздухе.

Стоит только прикрыть глаза, как я вижу чудесный сон.

Он такой, будто всё происходит наяву.

Я снова в покоях в своем замке. А передо мной Она.

Моя невеста сидит за столом спиной ко мне.

Сон настолько реален, что я чувствую запах моей истинной. Он сводит меня с ума. И если наяву я ещё пытался сдерживаться, чтобы не слишком ее пугать, то здесь я волен делать всё, что хочу. Это мой сон, демоны его побери!

Хватаю свою любимую. Она сопротивляется, прямо как в прошлый раз. Но я непреклонен. Хотя бы здесь я буду обладать тобой, моя строптивая невеста!

Но тут девушка оборачивается.

Сон мгновенно перестает быть приятным. Передо мной самый настоящий монстр. Я чуть не овладел чудовищем. Отшатываюсь.

– А почему ты прекратил? Мне вообще-то понравилось.

Голос её похож на голос моей невесты, как две капли воды. Усиленно пытаюсь проснуться, но у меня, как это обычно происходит в страшных снах, не получается.

Монстр, проникший в сознание и притворяющийся моей невестой, поднимается с постели и говорит:

– Если уж это всего лишь сон, то можешь поцеловать меня. Меня давно никто не целовал. Хочу вспомнить эти очучения.

Она так и говорит "очучения". А я чувствую, что "очучился" в кошмаре.

Дрейк

Монстр движется ко мне, ее движения плавные и соблазнительные. Но я не соблазняюсь.

Однако, что-то словно приковывает меня к месту.

Лицо у моего пугающего и в то же время притягательного ужаса чужое и страшное. Но тело так и манит к себе, а запах пьянит и сводит с ума.

В голове проносится недостойная мысль – вот бы надеть ей на голову картонную коробку. Или развернуть спиной и закончить начатое.

Корсет на ней уже разорван, грудь под полупрозрачной тканью сорочки высоко вздымается при каждом вдохе.

Руки сами так и тянутся потрогать ее.

– Эх, касатик, как же ты всё-таки хорош, – вздыхает чудовище и проводит по моей щеке нежными пальцами. – Жалко, что неадекватный. Но можешь поцеловать меня, пока я добрая. Это ведь всего лишь сон…

Да, это сон. И видимо, в него проник какой-то паразит. Вытащил из подсознания образ невесты и теперь хочет высосать энергию.

– Что, чудовище, хочешь из меня что-то высосать? – хрипло спрашиваю я.

Внезапно паразит обижается и отвечает:

– Хам!

Неожиданно вспоминаю древнее заклинание, которое развеет любую магию наваждений. Его я, по иронии судьбы, услышал именно от своей принцессы.

– Чур меня, – шепчу.

Комната тут же растворяется в воздухе, превращаясь в разноцветный дым.

А я резко просыпаюсь на земле около озера, рядом с которым приземлился и задремал.

Ополаскиваю лицо и шею холодной водой. Надо прийти в себя.

Потому что дело очень серьезное.

Существует особый вид астральных паразитов. Я о таких слышал и читал, но сам, к счастью, не сталкивался. До сегодняшнего дня. Они присасываются к сильному существу, от которого можно кормиться энергией. Могут входить во сны и принимать вид того, что для тебя желанно.

Становится не по себе.

Но страшно мне не за себя. Паразит явно вытащил у меня из мыслей образ моей принцессы. И вполне может отправиться за ней.

Надо скорее ее спасать. Столько опасностей подстерегает мою бедную овечку в этом жестоком мире – любовники, паразиты… Тем не менее я уже чувствую себя отдохнувшим. Оборачиваюсь в дракона и продолжаю свой путь, не дожидаясь восхода солнца.

Любимая, я тебя спасу.

Хезер

Прихожу в себя так резко, словно на меня вылили ушат холодной воды. Некоторое время сижу там же на стуле, невидящим взором уставившись в темный прямоугольник окна, за которым поздняя ночь.

Ну и сон.

Эх, какого же красавчика нарисовало мое воображение. Может быть оно и польстило моему жениху, немало его приукрасив, но все же. Волевой подбородок, орлиный взгляд из-под сведённых бровей. Голос, от которого по коже бегут мурашки. Поджарое тело. Конечно, он сколько тренируется, пока летает туда-сюда.

Всё-таки хорошо, что это был всего лишь сон. Конечно, он очень сильно по Фрейду. Может быть, мое юное тело требует? Вот и приснилась всякая срамота.

Все ещё никак не могу прийти в себя. Пульс стучит, сердце колотится, в голове туман.

Надо бы помыться. Все равно я пыльная после всех приключений. Заодно и разум освежу.

В шкафу обнаруживаю минимальный набор адепта – полотенца и простые предметы гигиены. И даже комплект формы. Настоящий социализм. Какая хорошая академия. Может, у них тут и путевки в санаторий бесплатные? И материальную помощь можно выписать простому адепту? Надо разузнать.

Беру форму, но сомневаюсь, что они могли угадать размер. "Универсально-магический" – написано на этикетке. Ладно, чем богаты, тем и рады. В любом случае, хотя бы будет во что переодеться после купания.

Беру форму, полотенце и мыло, выхожу в коридор. Купальни в моей комнате нет, очевидно она общая на этаже, либо где-то ещё.

У кого бы спросить?

Захожу за угол и неожиданно вижу девушку. Она крадётся по коридору. Меня не замечает.

– Уважаемая! – кричу ей. – Подскажите, где здесь душ?

Девчонка вздрагивает и оборачивается. На ней очки, ее рыжие волосы заплетены в две тугие косички. В глазах – ужас, а потом негодование.

– Нельзя же так пугать людей! – напускается она на меня, но потом смягчается. – Эх, не повезло тебе с внешностью, как и мне. А душ здесь между женским и мужским крылом. Иди прямо, не заблудишься.

Я после своего сна все ещё чувствую себя несколько заторможенно. Поэтому просто иду вперёд.

Душ действительно есть. Два входа – для парней и для девушек. Несколько кабинок. Сейчас уже поздно, поэтому здесь никого, кроме меня.

Раздеваюсь и подставляю лицо и тело под теплые струи воды. Ах, как всё-таки приятно искупаться! Казённое мыло ничем не пахнет, но тем не менее после него ощущение свежести.

Вытираюсь полотенцем. Мне уже не хочется надевать пыльное платье. Облачаюсь в форму. Спать сегодня, видимо, придется без одежды. Завтра спрошу Милока, можем ли мы купить мне ночную рубашку.

Самое удивительное, что форма сама магически подстраивается под мой размер, стоит ее только надеть.

Собираюсь постирать свое платье в общем умывальнике. Оно не громоздкое и не тяжёлое. Так что это не так уж сложно. Пусть оно и слегка рваное, но другой сменной одежды у меня пока что нет. В кармане натыкаюсь на флакон с зельем.

Вот же память дырявая! Совсем забыла о конспирации! Предыдущее зелье ведь смылось с лица во время купания!

Быстро намазываюсь зельем. Стоп. А где мой второй "ингредиент"? С ужасом осознаю, что пирожок я давно доела, а новой еды у меня нет, чтобы снова стать некрасивой.

Без энтузиазма достирываю платье. В затуманенной после сна голове нет совершенно никаких идей, как быть дальше.

Смыть зелье красоты и светить настоящим лицом? Ага, чтобы во мне сразу узнали похитительницу Пипяо. Или походить красивой до завтрака? Уверена, Милок добудет мне еды для преображения. Может, даже не придется выходить из комнаты…

Отжимаю платье и спиной чувствую на себе чей-то взгляд.

Оборачиваюсь.

Вижу высокого светловолосого парня. Он только что вышел из мужского душа. Из одежды на нем лишь полотенце, обмотанное вокруг узких бедер. Он придерживает его, чтобы не упало. По рельефной груди катятся капельки воды.

Он смотрит на меня во все глаза, открыв рот.

– Ты настоящая? – спрашивает невпопад и завороженно тянется ко мне рукой, отпуская свое полотенце.

Полотенце с блондина стремительно сползает. Но, к счастью, сеанс полного и бескомпромиссного эксгибиционизма временно откладывается – оно повисает между ног парня, словно на крюке.

У меня пропадает дар речи.

– Ох, – он краснеет и, спохватившись, ловит свое полотенце, прижимая его к причинному месту. – Прости меня за этот конфуз! Я не напугал тебя? Кто ты, прекрасное видение?

Вот так. Для карьерного роста от монстра и чудовища до прекрасного видения иногда достаточно просто помыться.

А ещё намазаться зельем красоты, а после него не есть.

Стою в ступоре, не зная, как реагировать. В руках у меня мокрое платье, которое я как раз отжала и расправила, собираясь вытрясти, а в голове – пустота. Одно дело, когда мужчины демонстрируют свое торчащее настроение только в моем сне, а совсем другое – перед самым носом!

И кстати, судя по очертаниям, которые просматриваются под полотенцем, у моего дракона побольше. Я же хорошо запомнила. Это, можно сказать, было первым, что я увидела, попав в новый мир.

Может, быть, такие отличительные особенности драконьей расы?

Пока я мысленно сравниваю мага с драконом и думаю обо всех их сходствах и различиях, блондин делает шаг ко мне.

– Ты такая красивая, – шепчет он каким-то одурманенным тоном.

Глаза его словно заволакиваются дымкой.

И тут мне становится по-настоящему страшно.

Ночь. Пустой коридор и душевые. Вокруг никого. Передо мной голый мужчина с очень явными торчащими намерениями. И, по всей видимости, с полным отсутствием самоконтроля. А я даже порталами своими не умею управлять.

Смотрю на него, как кролик на удава. Он делает ещё один шаг в мою сторону.

И тут у меня наконец-то включается инстинкт самосохранения.

Резко набрасываю ему на голову свое мокрое платье. Блондин, не ожидавший, от меня такой прыти, тут же запутывается в нем, словно в парусе. Полотенце падает с него окончательно, и он топчется по нему, как бегемот в палатке.

Я не собираюсь ждать, когда он выпутается, лёгким ветром несусь по коридорам, благо, прекрасно помню, где моя комната.

И только захлопнув дверь и закрыв ее на замок, позволяю себе немного отдышаться.

Почему каждая встреча с очередным красавчиком заканчивается для меня каким-то уроном? Маг по имени Хантер поставил на меня печать, из-за блондина я лишилась платья. А дракон? Я попыталась вспомнить, какие из-за него понесла убытки. Точно! У него же остались мои панталоны! Он их вообще порвал.

Последних трусов лишили, ироды проклятые. Никаких от них доходов, расходы одни.

Хорошо ещё, пузырек с зельем вытащила перед стиркой платья и убрала в карман формы. А то и так мною оставлено слишком много улик.

Спать я ложилась очень растроенная. И втайне надеялась, что мне приснится дракон. Пусть и неадекватный, но что-то в нем уже чувствовалось родное, деревенское.

Но дракон мне больше так и не приснился.

Новый день начинается с громкого стука в дверь. Спросонок аж подскакиваю на кровати. Всё-таки мои нервы не железные, и они, видимо, успели слегка расшататься.

– Кто там? – в моем вопросе звучит испуг, не успеваю спрятать эту внезапную эмоцию.

– Это я, – знакомый голос Милока позволяет мне выдохнуть.

– У тебя есть с собой что-то из еды? – чуть приоткрываю дверь и выглядываю в щелку.

Милок прекрасно держит личину упитанного увальня. Он уже вжился в новую роль.

– Нет, – парнишка разводит руками. – Я как раз пришел разбудить тебя, чтобы мы не опоздали на завтрак.

– Пожалуйста, сходи в столовую и принеси мне что-то поесть, – прошу я. – Срочно.

– А почему ты сама… Ох ты, ешки-вошки!

Милоку не удается закончить свой вопрос из-за того, что я открываю дверь немного больше и высовываюсь на пару мгновений, чтобы показать лицо.

– Ну и ну, я и не знал, что у этого зелья есть накопительный эффект, – растерянно бормочет он.

– Все так плохо?

Это риторический вопрос. И так понятно, что всё действительно плохо.

– Срочно неси мне каких-нибудь пирожков, иначе мы в первый же день раскроем свое инкогнито или, ещё хуже, опоздаем на занятия! Я же не могу пойти в таком виде! А нам надо хотя бы на первую лекцию сходить, а то если мы сразу начнем прогуливать, нас тут же выгонят, и тогда плакал наш доступ в библиотеку!

Милок спохватывается, кивает и бодро уносится вдаль.

Закрываю дверь и приваливаюсь к ней спиной. Эх, жаль здесь нет зеркала, чтобы самой оценить масштабы катастрофы.

Пока жду Милока, одеваюсь в форму. Вдруг в коридоре слышу шум и возбужденные голоса, но из комнаты даже не рискую высовываться.

Наконец приходит Милок. На самом деле он прибегает довольно скоро. Заметно, что спешил. Быстро впускаю его в комнату и засовываю принесенный пирожок в рот. Жую.

Преображения внешности я не чувствую, поэтому спрашиваю:

– Теперь как?

– Нормально, – отвечает он. – Снова страшная.

Ну вот, теперь можно спокойно пойти и перекусить как следует. Не надо на сухомятке сидеть. Тем более, мы вроде бы успеваем.

Выходим в коридор. Там полно народу. Кто-то неодобрительно косится на нас.

– Смотри, какой позор, – слышу, как одна девчонка говорит другой, показывая на нас. – У этих деревенщин нет совершенно никакого достоинства и понятий о репутации. Парень ночевал у девки, и они даже не таятся!

– Сплетницы, между прочим, тоже не образец достоинства, – я просто не могу стерпеть такого хамства.

Девчонки поворачиваются и уже собираются что-то мне высказать, но не успевают. Их прерывает громкий голос:

– Внимание! Лорд Фильдельбред ищет свою невесту!

Какой-то шпингалет влезает на подоконник и кричит на весь коридор.

– Какую невесту? У него есть невеста?  – недоуменно переглядываются девчонки, мгновенно забывая обо мне. – Зачем Филя прислал своего слугу в наше общежитие? Для чего нам эта информация?

– Раньше не было, но теперь есть невеста! Вчера он встретил прекрасную девушку, но не запомнил ее лица!

– Опять что ли наклюкался спиртосодержащих зелий? – строит догадки одна из девчонок. – Да так, что всё забыл? Он точно поехавший.

– Тссс! – шипит на нее вторая. – Молчи! Он же сын верховного мага! И самый богатый парень в нашей академии. И за что его отец отправил сюда?

– На перевоспитание? – пытается предположить ее подружка.

– Счастливица, кому придется впору платье, которое она забыла у него ночью, станет его женой! – объявляет слуга лорда.

И мальчишка, словно фокусник, достает откуда-то мое платье. Оно уже высохло. И очень сильно село.

Из последней фразы слуги всем сразу, конечно же, становится ясно, что ветреный, но богатый и влиятельный лорд провел ночь с неизвестной девушкой, которая явно удрала от него голой.

На лицах многих девчонок появляется такое выражение, что они бы и не отказались замуж за лорда. Только как влезть в это платье? Выглядит оно так, что придется впору только девушке с крайней степенью анорексии. Мне его даже и отбирать назад уже бессмысленно. Носить я его точно не смогу. Да и не буду.

– Пойдем поедим, – говорю Милоку. – Надо позавтракать.

Позавтракать получается довольно быстро. В столовой никто на нас не обращает внимание. Все адепты заняты обсасыванием последней сплетни насчёт сбежавшей невесты лорда Фили. Кстати, самого лорда здесь не видно. И хорошо. А то Милок и так нервничает.

– То платье тебе случайно не знакомо? – вдруг спрашивает он.

– Знакомо, – киваю.

Не вижу смысла скрывать очевидное. Честно говоря, меня в том платье видели экзаменаторы. А ещё маг. И невеста Пипяо. Но вряд ли она запомнила. Тем более, наряд деформировался. Будем надеяться на лучшее, что никто не вспомнит и не соотнесет. Да и не угадает в покореженной тряпке мой наряд. Но от Милока у меня секретов нет.

– Да это мое платье, – честно говорю ему.

И тут же поясняю:

– Тот неадекватный лорд хотел напасть на меня ночью во время стирки. Платье пришлось использовать для самозащиты. Больше ничего у меня не было.

Я умолчала о том, что у лорда тоже ничего не было, кроме полотенца, так что силы наши в какой-то степени были равны. Но платье победило.

***

На занятие мы приходим вовремя. И сразу понимаем наш некоторый просчет.

Мы с Милоком забыли о том, что для лекций нужны ручки и тетради. Точнее, перья и свитки. Вернее, это я забыла, потому что закончила институт примерно лет семьдесят назад. А Милок никогда в академиях и не учился, поэтому он вообще о таких тонкостях не знал.

– Не переживай, – похлопываю нервничающего напарника по руке. – Сходим после занятий и купим. А то, может так оказаться, что эта замечательная академия выдает всё необходимое малоимущим адептам.

Рассаживаемся за столами вместе с другими адептами и ждём преподавателя. С нами в аудитории некстати оказывается невеста Пипяо. Но она нас не узнаёт. Только морщит свой маленький носик, от чего тот сразу похож на поросячий пятачок.

Внезапно дверь в аудиторию распахивается и входит маг Хантер. За ним семенит старичок-преподаватель.

– Это и есть ваши первокурсники? – грозно спрашивает маг.

Его цепкий взгляд скользит по аудитории. И почему-то задерживается на мне. У меня все холодеет внутри. Если бы на мне сейчас было то платье, в котором меня видел маг, то у него точно не осталось никаких сомнений.

Какое-то время маг смотрит на меня, а потом морщится. Но ничего не говорит.

Догадываюсь, что его взгляд просто зацепился за приметную внешность. Напряжение, нахлынувшее волной, немного проходит. Ведь в самом деле страшные лица порой привлекают не меньше внимания, чем очень красивые. Выделяются из массы, так сказать.

– Что вам угодно, господин Хантер? – лебезит перед магом преподаватель.

– Я пришел, чтобы задать вопросы первокурсникам, ставшим свидетелями бесчеловечного преступления.

– Какого преступления? – у старичка-преподавателя даже монокль выпрыгивает, так он удивлен. – Преступление? В нашей академии?

– Рядом с академией, – говорит маг, внимательно рассматривая каждого адепта по очереди. – Похищение уважаемого лорда Пипяо – скандал в магическом обществе. Газетчики чудом до сих пор не добрались до этой новости. Но, возможно, завтра уже будет в прессе.

– Вы все ещё не нашли моего жениха? – раздается противный капризный голос. – Господин Хантер, когда вы найдете ту ужасную преступницу, которая околдовала моего нареченного? Вы вообще собираетесь раскрывать это преступление?

Все оборачиваются на ненормальную огневичку, которая, вообще-то (хотя это никто кроме меня и Милока не знает), и стала непосредственной причиной нечаянного "похищения".

– Леди, – звучит низкий голос мага. – Пройдёмте со мной в отдельный кабинет. Мне нужно каждому из присутствующих задать несколько вопросов. Наедине, – добавляет он.

Невеста Пипяо возмущена до предела.

– Наедине? С мужчиной? А как же моя репутация?!

Маг сцепляет зубы. Кажется, он очень не любит юных взбалмошных девушек.

Но преподаватель разруливает ситуацию.

– Можно ли мне присутствовать, когда вы будете опрашивать юных девиц? Чтобы они не волновались за свою репутацию.

Маг нехотя кивает.

Они втроём уходят, закрывая за собой дверь.

Мы с Милоком переглядываемся.

– Пока ещё не поздно сбежать, – говорит мой напарник ещё более тонким голосом, чем обычно.

– Нет, – шепчу ему на ухо. – Представь, что мы с тобой сейчас сбежим, чтобы не отвечать на вопросы мага. Что будет дальше? Снова поступать в академию под другими лицами? Насколько будет подозрительно выглядеть, если экзаменационный артефакт обнаружит двух новых сильных магов взамен точно таких же сбежавших накануне? Как ты сам думаешь? Нам ведь правда очень надо здесь задержаться. Нужно найти способ снять печать с твоего брата. Поэтому давай попробуем выйти с честью из этого испытания.

Преподаватель возвращается в аудиторию один и подзывает следующую адептку. Видимо, по принципу "дамы вперёд".

Через несколько минут он приходит снова. Адепток забирают, а обратно они не возвращаются, и это совершенно не внушает оптимизма. Вдруг маг их там ест, как крокодил?

Наконец, доходит очередь и до меня.

Милок трясётся, как осиновый лист.

– Успокойся, – говорю ему на ухо. – Когда нервничаешь, больше заметно, что ты что-то скрываешь.

Милок послушно кивает, но трястись не перестает.

Иду за преподавателем. Он заводит меня в небольшую аудиторию рядом с лекционным залом. Здесь совсем немного места. Это помещение, видимо, для практических работ в малых группах. Вокруг открытые шкафы, на полках которых котлы, колбы, мензурки. Кабинет алхимии?

Маг сидит в плаще за преподавательским столом, словно нахохлившаяся летучая мышь.

Взглядом он показывает, чтобы я села перед ним.

Сажусь и смотрю на мага, словно кролик на удава. Маг сверлит меня испытующим взглядом, будто то ли раздевает, то ли препарирует.

Сцепляю руки на коленях, чтобы унять дрожь.

– Ты знаешь, кто я такой? – грозно спрашивает меня маг.

Это он уже начал допрос или пока только запугивает?

Внезапно раздается стук в дверь и к нам заглядывает незнакомый старшекурсник.

– Магистр! – восклицает он, обращаясь к нашему преподавателю, который скромно сидит в уголке, как гарант девичьей чести.

– Магистр, я едва вас нашел! Вас срочно вызывает ректор! Безотлагательно!

Старичок-преподаватель начинает беспокоиться. Я прям вижу, с каким трудом он принимает решение.

– Юная леди, господин Хантер – очень правильный и высокоморальный молодой человек, – торопливо говорит он. – Я не думаю, что он покусится на чью-то честь. Особенно, учитывая вашу ситуацию.

Магистр делает неопределенное движение рукой вокруг своего лица, намекая, видимо, на то, что я недостаточно красива для того, чтобы кто-то на меня позарился. Мда, очень тактично.

И уносится прочь.

Мы с магом остаёмся наедине, и я готовлюсь много и бессовестно врать.

Но судьба подкидывает очередные препятствия.

Маг достает откуда-то серый булыжник.

– Это камень истины. Он покажет, говоришь ли ты правду.

Надеюсь, что на спорные вопросы смогу ответить завуалировано.

– Отвечать будешь только "да" или "нет", касаясь моего камня, если это будет правда, он будет светиться зелёным, – маг жёстко обрубает все планы, словно прочитав мысли. – Поняла?! Если солжешь , то почувствуешь жуткую боль. Если произнесешь что-то другое – тоже.

Мы с ним абсолютно одни. В полной тишине. Он сидит напротив меня. Пугающий и хладнокровный.

– Поняла?! – повторяет он вопрос.

– Да, – не узнаю свой севший голос.

– Прикоснись к камню, – приказывает он.

Нерешительно дотрагиваюсь до холодного булыжника кончиками пальцев. Руку аж до запястья пронзает лютый холод. Рефлекторно отдергиваю назад, но пальцы словно приклеились или примагнитились.

– Не убирай, – аура мага давит на меня. – Отвечай. Ты знаешь, кто я такой?

– Да, – киваю.

Камень ярко вспыхивает зеленым.

Ну да, я и правда знаю, что это маг, которого зовут Хантер. Ищейка. Больше, честно говоря, не знаю о нем ничего. Но мне лично и этого хватает. Век бы вообще не знать этого любителя ставить печати направо и налево.

Маг некоторое время молчит и смотрит на меня. Задумываюсь. Собственно говоря, а почему я его боюсь? Не удивлюсь, если он как-то магически усиливает свои воздействия.

Но сейчас маг замер. Его взгляд скользит по моему телу, плотно запакованному в форму академии. На мгновение начинает казаться, что магу словно известно о том, что на мне нет панталон.

Их и не было с тех пор, как удалось сбежать от маньячного дракона. Но как-то не обращала внимание. А что, хорошо, ветерок освежает. Но под взглядом мага слегка некомфортно. Хочется надеть сразу трое панталон. А сверху железный пояс верности на кодовом замке.

Взгляд мага перемещается мне на лицо, задерживается на губах.

Мою руку неожиданно начинает сводить от холода. Эти ощущения окончательно перебивают страх. Забываю, что нельзя говорить ничего, кроме да и нет. Открываю рот, чтобы начать возмущаться, но маг меня опережает.

– Ты девственница?

Непроизвольно икаю, услышав вопрос. Что-то по-моему это не маг, а маньяк. В целом, слова похожи. Даже в рифму.

Ещё и преподаватель смылся, как на грех.

Сцепляю зубы и молчу. Я же имею право хранить молчание. Наверное. И твердо знаю свои личные границы. Знаю, что маг не имеет никаких прав лезть ко мне в трусы. Пусть даже фигурально.

И не важно, что на мне их вообще нет. На столь интимный вопрос я отвечать не намерена. Как моя предполагаемая девственность связана с "похищением" лорда Пипяо? Маг Хантер что, у каждой адептки это спрашивал? Или только у страшненьких интересуется. И с какой вообще целью? Очень подозрительно.

– Отвечай сейчас же! – в голосе мага лёд.

Чувствую давящую тягучую магию, которая исходит от него. Но с каждым разом все лучше могу противостоять наваждению и наведенным чарам.

– Да пошел ты на х… – договорить мне не удаётся, всё тело пронзает невероятная боль.

Забыла, что можно говорить только "да" и "нет".

– Ты девственница? – маг повышает голос. – Отвечай немедленно!

Обнаруживаю себя сидящей на полу, куда сползла со стула в приступе боли.

Сволочь! Скотина! Ненавижу!

И ведь всё, что отвечу, не будет правдой на сто процентов. Какая ещё девственница, если у меня четверо детей, куча внуков и правнуков? Психологически из меня девственница, как из чайника динозавр. А вот насчет физического аспекта вообще всё под вопросом. Вдруг дракон уже успел свою невесту оприходовать до того, как я угодила в ее тело и его постель. Или не успел? Кстати, если вдруг снова встречу дракона, надо у него уточнить этот момент, а то мало ли. Никогда не знаешь, где пригодится такая информация. В академии, к примеру, этим фактом поинтересовались в первый же учебный день.

– Ты будешь отвечать правду на вопрос или нет?! – злится маг.

– Нет, – спокойно говорю я.

О, чудо. Никакой боли. А та, что была, мгновенно проходит. Возвращаюсь на стул. Камень же, пока была в беспамятстве от боли, нечаянно схватила всей ладонью. И теперь прилипла к нему, как к золотому гусю. Никак не отцепиться.

Оценивающе смотрю на мага. Так и хочется треснуть его этим булыжником по наглой башке.

И тут меня осеняет. Внезапно понимаю, что это не я приклеена к камню, а он ко мне.

Ну, и какого лешего в таком случае я тут до сих пор сижу и терплю эти измывательства? К жизни с печатью приспособилась, приспособлюсь и новым неудобствам. В одной из сказок, которую я когда-то читала своим внукам, была принцесса Несмеяна. А я буду принцесса Молчаляна.

Кстати, этим же камнем можно при необходимости обороняться от всяких ненормальных вроде лорда Фили. Оружие, которое всегда под рукой. А точнее, в руке.

Молча встаю и под изумлённым взглядом мага вместе с камнем невозмутимо иду к выходу.

– Тебя никто не отпускал! – меня хватают за запястье. – Немедленно верни артефакт!

– Нет, – уверенно отвечаю.

Кажется, я уже почти приспособилась к этому небольшому неудобству. Главное, никогда не сомневаться в своем твердом "нет".

Свободной ладонью берусь за дверную ручку.

Нет, конечно же, я не собиралась бить мага камнем. Зачем? А то ещё посадят за нападение на сотрудника. Я просто не хочу находиться с ним наедине. Он же явно ненормальный.

Дёргаю руку, чтобы высвободить запястье. Но маг держит крепко. В довершение начинает что-то шептать. Чернокнижник что ли?

А, нет. Он просто хочет забрать у меня камешек. Наверное, понял свою ошибку.

Чувствую, как артефакт покидает насиженное место, отклеиваясь от кожи. Чпок! Камень летит на пол.

Маг делает просто невероятный выпад и ловит его, присаживаясь на корточки.

Наверное, у него подозреваемые часто пытались сбежать с этим артефактом, вот и наловчился.

– Ты! Озабоченный псих! – почувствовав свободу, напускаюсь на него. – Совсем у тебя котелок не варит?

– Нет! – рявкает маг, и тут же корчится от боли, оказываясь лежащим на полу.

Камень-то у него в руках.

Даже не пытаюсь интерпретировать ответ мага относительно котелков и прочего, собираюсь по-тихому сбежать.

Но маг очень быстро приходит в себя и хватает меня за щиколотку.

И дёргает.

Пытаюсь удержать равновесие, но всё-таки падаю рядом. Но все равно я не намерена сдаваться. Отбиваюсь от мага. Каким-то образом, возможно, совершенно нечаянно, с силой попадаю ему пяткой свободной ноги прямо в лоб. Маг шипит, но молчит. Камень ведь все ещё при нем.

И тут открывается дверь и на пороге появляется преподаватель. Ну наконец-то ты пришел, родимый. Позади него маячит ректор собственной персоной. На лицах обоих мужчин настоящий шок.

– Спасите! – кричу.

– Что здесь происходит? – ректор хватается за голову.

Это не вопрос на который можно ответить "да" или "нет". Так что маг на него пока сказать ничего не может. Слышу как он шепчет заклинание, чтобы отклеить камень.

Надо спешить, пока он не закончил шептать и не обвинил меня. Правда, в панике и спешке не совсем соображаю, что сказать:

– Насилуют! И грабят!

– Господин Хантер… – судя по растерянному тону, ректор не верит своим глазам.

Маг всё-таки отпускает мою ногу. Резво отползаю и наблюдаю с мрачным удовлетворением, как на лбу этого маньяка понемногу набухает шишка. Теперь у него прямо как в сказке "во лбу звезда горит".

Преподаватель, кряхтя, помогает мне подняться.

– Он задавал мне неприличные вопросы, а потом повалил на пол, – начинаю действовать сразу, пока маг не очухался после удара в лоб и не отлепился от своего дурацкого артефакта.

Ведь, судя по жизненному опыту, кто первый успел нажаловаться, тот всегда и прав.

– Господин Хантер, неужели это правда? – ректор в шоке.

– Нет! – в ужасе восклицает маг, прерывая своё заклинание.

И тут же скрючивается в приступе боли.

Так тебе, собака сутулая!

– Это камень истины, – на всякий случай поясняю я.

– Да, мы видим, – блеет преподаватель.

Кажется, он и сам не рад, что оставил нас здесь одних. Но кто же мог спрогнозировать последствия?

Надо отдать магу должное, он берет себя в руки достаточно быстро.

Но заклинание ему приходится читать заново.

– Как вас зовут, адептка? – обращается ко мне ректор, пока маг занят бормотанием.

– Хезер Воще.

Ректор и преподаватель переглядываются.

– Это случайно не та самая девушка, показавшая максимальный уровень силы?

– Да, приемная комиссия оставила особые пометки рядом с именем Хезер Воще. Очень лестные.

Маг всё-таки отлепился от своего камня. И теперь пытается обелить своё имя:

– Вы все не так подумали!

А мне становится ясно, как избежать дальнейшего допроса, а заодно избавить от него Милока. Ну, и всех оставшихся адептов за компанию.

Куй железо, пока горячо, как говорится.

– Этот маг неадекватен, – выступаю с обличительной речью. – Он напал на меня! Его нельзя подпускать к академии и адептам! А ещё надо наказать.

На ректора жалко смотреть.

Маг похож на закипающий чайник.

– Эх, господин Хантер, репутация этой леди, самой сильной адептки нашей академии за последние сто лет, теперь под угрозой из-за вас, – вздыхает старичок-преподаватель. – В мое время в таких ситуациях был только один выход – жениться на пострадавшей девице.

Что-то по-моему это не то наказание, которое нам подходит.

– Самая сильная магия? – маг внезапно успокаивается и прищуривается, бросая на меня острый взгляд. – Я согласен жениться на адептке Хезер Воще.

Я стою и хлопаю глазами. Что ещё за внезапный поворот в моей судьбе? Я этого не заказывала.

Ректор задумывается:

– Господин Хантер, вы ведь отпустите свою молодую супругу на Большой Турнир между академиями? Мы очень рассчитываем на нее.

– Я подумаю, – хмурится маг. – Но моей жене ни к чему крутить хвостом на турнирах.

После заявления о том, что он готов на мне жениться, все обвинения в непотребном поведении волшебным образом аннулируются. Просто растворяются на глазах. Маг ведёт себя так, будто я уже его собственность.

Мне это очень не нравится. И совершенно не подходит. Но я настолько поражена, что стою неподвижно, как столб. Только глаз дёргается.

Маг подходит ко мне. На его лице такое же выражение, как у кота, обожравшегося сметаной.

– Дорогая Хезер, надеюсь, ты простишь мне эту нечаянную вольность, – мурчаще произносит он. – Я просто не сдержался, ты покорила меня в первого взгляда. Смею верить, что мы с тобой станем не просто мужем и женой, но и добрыми друзьями.

Икнув, делаю шаг назад.

– Таких друзей за шкирку и в музей! – отвечаю магу.

Пусть теперь не у меня, а у него глаз дёргается.

И обращаюсь к ректору:

– В вашей академии произошло превышение полномочий. Дознаватель по имени Хантер использовал служебное положение и с помощью сомнительного артефакта домогался меня, адептки вверенного вам учреждения.

– Как именно он домогался? – спрашивает преподаватель.

– Он задал мне вопрос, относящийся не к делу, а к телу!

– Это какой? – у мужчин глаза лезут на лоб.

– Девственница ли я!

Маг грубо хватает меня за руку.

– Это был вопрос, напрямую относящийся к делу! – рявкает он. – Носительница запретной магии, похитившая Пипяо, может быть только девственницей! Это очень опасная преступница, которую надо немедленно найти, пока она не уничтожила мир!

На занятия я возвращаюсь в раздрае. От мага удалось отбиться только с помощью магистра, который буквально выдрал меня из цепкой хватки дознавателя.

– У нас занятие, – мягко, но настойчиво напирал он. – Понятно, что вы могли запросто влюбиться и потерять голову от девушки, но давайте всё-таки сердечные дела решать во внеучебное время? Как это не хотите пускать ее на турнир? А вдруг это ее заветная мечта? Дайте же нашей Хезер самой сделать выбор между замужеством и свободой! Если меня кто-то спросит, поругана ли ее честь и надо ли прикрыть грех, я буду всё отрицать! Ничего не видел и ничего не знаю! Юные леди должны иметь право выбора!

Ректор скорее увел Хантера, по всей видимости обалдевшего от такой прочувственной речи.

– Господин Хантер, я бы хотел кое-что обсудить с вами наедине в моем кабинете, – произнес он. – Первым делом важные вопросы, ну а девушки потом.

Таким образом, опрос остальных адептов, среди которых был в том числе Милок, отложился на неопределенное время.

Пока мы шли по коридору, я пригляделась к магистру. А хорош ведь. В молодости, наверное, вообще красавцем был. Да и не так уж он и стар, точно помладше меня будет. Не лысый, хоть и седой. Стройный, жилистый. И смелый. Спас свою адептку. Правда, боюсь, после занятий, дознаватель может подкараулить меня… Он так оживился, когда услышал про мой уровень магии. Прямо чуть не облизывался. Я почему-то почувствовала себя куском мяса, от которого хотят откусить все, кому не лень. Но зачем жениться? С какой целью? Возможно, у них есть специальные ритуалы, позволяющие выкачивать магию из жены? Вдруг Хантер, как Синяя Борода, специально женится на юных магичках, чтобы забрать их силу. Он меня и тогда, когда решил что я какая-то там принцесса, хотел к себе увести. С какой, интересно, целью? Вряд ли с благородной. Может, он присасывается к чужой силе, как паразит? Я ведь пока ещё не знаю тонкостей магического мира.

Мне нужен кто-то, кто защитит меня. Кто-то благородный, добрый, но при этом достаточно влиятельный. Магистр идёт впереди. Смелая мысль мелькает внезапно.

– Магистр, а вы женаты? – спрашиваю я.

Взял бы меня в жены этот порядочный человек. Хотя бы фиктивно. И я бы мгновенно оказалась в безопасности от всех посягательств – дракона, лорда Фили и, самое главное, Хантера.

Старик спотыкается.

– К чему такой вопрос, юная леди? Конечно же, я женат!

– Просто так, – отвечаю я. – Просто так.

У меня есть свои принципы, чужого мужа я отбивать не собираюсь.

– Кстати, Хезер, – говорит преподаватель, – я решил отпустить со своего занятия всех девушек, которых допрашивал дознаватель. Всё-таки, допрос с применением артефакта определения истины – большая нагрузка для юного организма. Даже если это организм, наделенный магической силой.

Значит, получается всех девушек допрашивали с помощью артефакта. Но я думаю, пока Хантер не оставался с ними наедине, все было нормально. Это только мне так не повезло. Но в чем причина? Неужели он и правда маньяк?

– Хезер, – продолжает магистр, – вы, если хотите, можете пойти отдохнуть. Другие адептки с радостью воспользовались этим предложением. Прогул засчитан не будет, домашнее задание возьмёте у однокурсников.

Ну что за замечательный мужчина. И не важно, что старый. Зато очень добрый. Жаль только, что женат.

Я бы и рада воспользоваться его предложением, но не могу. В аудитории остался Милок, и я не хочу, чтобы он был в неведении и волновался.

– Магистр, я чувствую в себе достаточно сил, чтобы присутствовать на занятии.

– Похвально, очень похвально, – говорит преподаватель. – Хезер, ваша фамилия Воще, верно? Не слышал ее раньше, вы, наверное, из небогатой семьи?

Ну, в целом да. Я из обычной советской семьи, отец был инженером, а мать учительницей. Неважно, что Хантер называл меня принцессой. Ему и померещиться что-то могло. Он же странный. Никто же кроме него во мне никакую принцессу не узнал. Даже Милок. И дракон со мной обращался точно не как с принцессой.

– Да, я из простой семьи, – говорю магистру в ответ.

И зачем-то добавляю, с тоской вспоминая свое пионерское детство и вздыхая:

– Сирота.

Ну а что, мало у кого в девяносто лет всё ещё живы родители… Не знаю, что на меня нашло, но магистр выглядит таким добрым, а я так уже успела настрадаться в этом новом мире, что мне очень хочется, чтобы кто-то пожалел и взял хотя бы на фигуральные "ручки".

– Эх, дитя, – магистр качает головой. – Но ты не сдавайся, я и сам, честно говоря, начинал с низов. Ничего, Хезер, вот отправим тебя на международный турнир между академиями, ты возьмёшь там Первый Кубок, и тогда для тебя будет открыта любая дверь.

Тактично молчу, что Турнир мне нужен, как корове седло. Но киваю. Тем более, мы как раз подходим к аудитории.

– Хезер! – Милок даже встрепенулся, увидев меня.

Заметно, что он переживал.

Сажусь рядом.

– Как ты? – шепчет мне мой напарник.

– Да нормально, – решаю не вдаваться в подробности при других адептах. – Расскажу потом, попозже.

Думаю, что нечего держать Милока в неведении. Он должен знать о преступных намерениях дознавателя. Нам обоим следует держаться вместе, быть во всеоружии и подготовленными к любым препятствиям. Но сейчас на лекции обсуждать при свидетелях это всё совершенно ни к чему. Позже, когда нас никто не сможет подслушать.

Магистр начинает рассказывать лекционный материал, желая использовать оставшееся время с максимальной пользой для адептов. Я сижу и внимательно слушаю. Это вводная тема, поэтому преподаватель в основном перечисляет фамилии и имена великих магов прошлого, которые что-то когда-то изобрели или открыли и тем самым внесли большой вклад в развитие магической науки.

Пытаюсь слушать и запоминать, но мысль ускользает от меня. Наверное, сказываются последствия того самого воздействия камня истины. Магистр предупреждал о них и даже хотел отпустить меня. Но я не желала, чтобы Милок переживал.

Я не сплю, просто медленно моргаю.

В какой-то момент, в очередной раз "медленно моргнув", открываю глаза и вижу, что уже нахожусь не в аудитории.

В первое мгновение меня прошибает холодный пот. Я каким-то образом снова телепортировалась куда-то? Прямо с лекции при куче народа? Даже вздрагиваю при этой мысли.

Надо было срочно идти в библиотеку и искать материал по контролю перемещений! Вместо того, чтобы тратить время на этого дурацкого Хантера.

Но потом смотрю вниз и вижу на себе вместо академической формы летящее платье поросячье-розового цвета. Мне не нравится этот цвет, меня он очень раздражает. Хочу другое! Миг, и цвет платья меняется на небесно-голубой. Так-то лучше.

Понимаю, что это снова сон. Только другой. Осознанный.

Осматриваюсь. Вокруг меня прекрасный сад, но дальняя его часть скрыта в туманной дымке.

Обхватываю себя за плечи.

Вдруг магистр сочтет неуважением то, что я уснула на первой же лекции? Пытаюсь проснуться, но не получается. Как же отсюда выйти? Даже дорожки никакой не видно.

Внезапно, словно по заказу, стоило только о ней подумать, среди вьющихся вокруг колючих стеблей роз появляется тропинка. Она ведёт куда-то вперёд. Осторожно ступаю на нее.

Это какой-то другой сон, видение более высокого уровня, чем в прошлый раз. Я могу им управлять.

Надеюсь, эта дорожка выведет меня.

Иду по ней. И вроде бы бояться совершенно нечего, но внутри зреет непонятная тревога.

Дотрагиваюсь до своего лица. На нем вуаль, как у восточных девушек. Наверное, мое подсознание создало ее, ведь в прошлом сне меня называли монстром, внутренние комплексы и вышли наружу таким причудливым образом. После того случая мне не хочется показывать свое лицо случайным персонажам из своих странных видений.

Стоит только вспомнить дракона, как я натыкаюсь на лежащее на тропинке тело мужчины.

Он лежит на боку спиной ко мне, и его широкоплечая фигура мне очень знакома.

Присаживаюсь, чтобы откинуть с его лица черные, как смоль, волосы.

Переворачиваю мужчину на спину. И с ужасом наблюдаю, как из раны в его груди сочится алая кровь, пропитывая белоснежную рубашку.

На лбу мужчины проступает испарина, пряди черных, как смоль, волос прилипают к вискам. Губы его бледные, сухие и растрескавшиеся.

Я никогда не боялась вида крови, но всё происходящее кажется мне абсолютно неправильным. Чувствую, что должна срочно исправить это. Но как?

Ах да, это же мой управляемый сон. Долой любые ограничения! Я здесь хозяйка! Я здесь могу всё! Если этот дракоша намылился внезапно помереть, то это произойдет не сегодня и точно не в моем сне!

Действую по наитию. Аккуратно расстегиваю рубашку на нем, стараясь не потревожить рану. Какой же у него рельефный пресс и мышцы груди. По коже проходит волна абсолютно непрошенных мурашек, совершенно не соответствующих ситуации.

Моя младшая внучка называет такие рельефные мышцы накачанными. Но это же дракон. Он летает, крыльями машет – так что у него тренировки получше, чем в любом спортзале.

Кто же тебя ранил? Или это просто странные выверты моего воображения?

Если второе – тем лучше!

Какая разница, что я портальщица, зачем вообще нужны какие-либо ограничения в магии? Сейчас я больше всего желаю, чтобы эта рана пропала, чтобы дракон очнулся. Накрываю рану ладонью. И ощущаю, что внутри под ней есть что-то неправильное. Там в глубине бьётся какой-то темный сгусток. Моя рука становится полупрозрачной, и я, не отдавая отчёта в своих действиях, запускаю ее прямо в рану. Нащупываю внутри нечто злое, как будто комок некой темной энергии. Этот сгусток пытается ускользнуть из-под моих пальцев, но меня не проведешь! Исхитряюсь и хватаю его. Он словно присосался внутри, но у меня получается отделить и вытащить его из тела моего жениха.

Рана тут же начинает затягиваться самостоятельно.

А я с отвращением смотрю на бьющийся в моей руке комок. Он похож на объёмную чернильную кляксу. И жутко воняет.

Не знаю, что делать с ним, поэтому просто крепко держу.

Дракон открывает глаза. Взгляд его затуманен.

– Велейна… – хрипит он.

Рана почти затянулась, на ее месте остаётся только шрам. Как будто комок черной магии мешал дракону регенерировать.

– Брось его! Брось! – внезапно рявкает мужчина, почти полностью приходя в себя.

Довольно быстро он оклемался.

Перевожу взгляд на свою руку. Комок отрастил щупальца и уже вовсю опутывает мое предплечье.

Сон становится жутким. Пытаюсь проснуться, но никак. Дракон вскакивает на ноги, хватает мою руку и резко отрывает приклеившиеся щупальца. На коже, в месте их соприкосновения остаются ярко красные следы. Мужчина бросает комок на землю и с силой наступает на него сапогом. Раздается звук, как от взорвавшейся хлопушки. Вокруг распространяется дурной запах. Моя вуаль совершенно не спасает от него. Закрываю нос второй ладонью.

Дракон медленно оборачивается ко мне. Вижу вены на его сильных руках. Широкий разворот загорелой спины.

– Хезер! – неожиданно звенит в ушах. – Хезер!

Меня толкают в плечо.

Моргаю и открываю глаза уже в академии. Непонимающе осматриваюсь.

В носу до сих пор стоит тот самый запах.

– Магистр видел, что ты уснула на лекции, но не стал ругаться, – тараторит Милок. – Но занятие закончилось, все уже ушли, надо и нам идти. Расскажешь, как прошел допрос мага? Ох, что это с твоей рукой?

– Что с ней? – сипло спрашиваю я.

Перевожу взгляд. На коже медленно проявляются красные следы.

Дрейк

Я узнал ее даже несмотря на то, что лицо спрятано под вуалью.

Это она. Моя принцесса, моя любовь, моя истинная пара.

А ещё мое проклятье и слабое место. И угроза всего нашего мира, которую я обязан найти и обезвредить, лишив девственности, пока безграничная магия не вырвалась из хрупкого девичьего тела и не уничтожила всё живое и ее саму.

После того ужасного сна, который приснился мне накануне на берегу озера, я сам не свой. В тревоге за мою невесту, в чье сознание из-за меня и моей неосторожности мог проникнуть астральный паразит, потерял бдительность. Кто бы знал, как я винил себя из-за того, что выдергивал принцессу из ее тела для ритуала поиска. Ведь теперь ее магические каналы какое-то время будут нестабильны и расширены. Получается, я своими руками сделал ее более восприимчивой, а значит и более уязвимой для любых астральных вмешательств.

Поэтому надо спешить с удвоенной силой.

Всю дальнейшую ночь я летел без сна и отдыха, держа курс в ту точку, которую мне указал ритуал ещё тогда, в моем замке. Я понимал, что принцесса может быть сейчас где угодно, но это единственная зацепка. В этом месте она точно находилась в момент призыва.

Я даже не надеялся на удачу и на то, что Велейна окажется всё ещё на том же самом месте. Не настолько наивен.

Попробуй удержать портальщицу!

***

Точка, на которую указал ритуал, обнаружилась в чистом поле на железной дороге. Вот уж не знал, что сильные портальщицы, в прямом смысле катающие своих любовников на спине законного жениха, предпочитают общественный транспорт.

Неподалеку ещё в полете заметил городок. Вот его я и решил обследовать в первую очередь, а заодно и опросить местных жителей, вдруг кто-то видел мою невесту.

Превратился в человека, чтобы никого не пугать размахом драконьих крыльев и направился в город.

Дракон – самый сильный хищник в нашем мире. Но оказалось, что и на такого как я может найтись свой охотник. Я не знаю, кто это был. Но, очевидно, довольно сильный маг.

Просто почувствовал удар в спину совершенно неожиданный, но на первый взгляд безболезненный. Словно какой-то шутник бросил сзади небольшой камень. И попал. И ведь даже не слышно шагов, как подкрался? Кто это? Колдунишка, мечтающий добыть драконьей крови?

Дракон только в человеческой ипостаси может быть немного уязвим. Но и то частично и весьма относительно. Раны нам не страшны даже в этом облике благодаря усиленной регенерации.

Пытаюсь превратиться в дракона, чтобы обнаружить и наказать наглеца, посмевшего позариться на драконью магию.

Но не получается.

Более того, чувствую, как что-то внутри не просто мешает мне превратиться, но и словно затормаживает скорость реакции. Я будто прорываюсь через густой туман. Уши заложены. А в области солнечного сплетения прорастает тьма.

Я смог бы справиться с проклятьем колдуна и отразить его магическую атаку, но…

Только откуда неизвестный охотник узнал мою тайну, чтобы использовать именно этот единственный способ, которым можно меня остановить? Кто он такой? Кто попало не сможет использовать заклинание первородной тьмы. Пусть всего лишь и мелкий ее комок, но обычному колдуну и это не должно быть подвластно.

Он уже не таясь подходит ко мне, и вонзает ритуальный клинок. Затуманенным взглядом различаю узоры на рукояти. Но нечётко. Не могу понять, чей он.

Падаю на землю.

Убийца даже не собирается сцеживать ценную драконью кровь. Он шел не за этим. С его пальцев срывается полог невидимости, которым он укрывает истекающего кровью дракона.

Проваливаюсь в забытье, слыша только слова:

– Мир должен быть очищен от таких как ты. Вы угроза. Девчонка следующая.

Прости Велейна, я не смог тебя спасти.

***

Вместо темноты забвения, положенной таким как я, вопреки логике и магии, неожиданно открываю глаза. Всё вокруг размыто, а надо мной склоняется Она. На ее лице вуаль, а в глазах тревога.

Все вокруг выглядит нереально.

Но это именно она, моя невеста. Хотя и не вижу четко ее лицо, но уверен полностью. Инстинкты после произошедшего обострены до предела. И чувствую себя уже лучше.

Замечаю в руке Велейны сгусток первородной тьмы. Она… вытащила его из моего тела? Но как?

Щупальца сгустка уже оплетают ее предплечье.

Хорошо, что комок мелкий. Выхватываю его и уничтожаю.

Моя маленькая девочка, ты спасла меня. Ты переместилась ко мне с помощью своего портала? Но каким образом узнала о произошедшем? Ты не пострадала?

Не успеваю задать ей ни одного вопроса, как она просто растворяется в воздухе.

Неужели я перестал различать сны и реальность? Или это было последнее видение перед гибелью, и подсознание решило дать желаемый мираж – одновременно и спасение, и образ любимой, совместив их в одном.

Но я не из тех, кто трусливо растягивает мгновения. От судьбы не скрыться.

– Чур меня, – грустно шепчу заклинание, которому меня научила моя любимая, готовясь навечно уйти за грань.

И неожиданно для себя делаю резкий глубокий вдох.

Я лежу на обочине дороги, где меня бросил тот колдун.

Он не стал добивать истекающего кровью дракона, и я могу только догадываться о причинах, почему он не сделал этого.

Моя рубашка снята и валяется рядом на траве.

Смотрю на свой торс. Раны уже нет, остался только шрам.

Хезер

Какое-то время молча смотрю на красные следы на коже своего предплечья.

Я не хотела иметь никаких тайн от Милока, но сейчас чувствую, что о своем сне мне следует умолчать. Это слишком личное. Да и не имеет отношения к нашему делу. И вообще, скорее всего нереальное.

Правда, откуда следы? Психосоматика что ли?

– Наверное, это аллергия, – говорю.

– Аллер… Что?

– Само пройдет! – вкладываю в свой тон столько беззаботности, сколько могу. – Забудь, не стоит внимания! Меня это нисколько не беспокоит! Даже не чешется. Лучше давай тебе расскажу, как прошел допрос мага. Там было такое…

– Как он прошел? Что там произошло ? – Милок сразу переключается, ведь эта тема его очень волнует.

Но я до сих пор не восстановилась физически после воздействия артефакта Хантера. Даже несмотря на то, что сейчас немного поспала. Всё-таки тот камень истины вытянул из меня немало сил. Или дело в том, что мой сон на лекции можно назвать здоровым только с огромной натяжкой?

До следующего занятия ещё есть немного времени, и мы решаем дойти до моей комнаты, чтобы спокойно обсудить допрос без лишних ушей. Всё-таки в коридорах академии далеко не безлюдно. Все куда-то спешат – и адепты, и преподаватели.

На подходе к крылу академии, где располагаются комнаты нашего своеобразного общежития, видим, как в коридоре снуют какие-то странные личности. Они подходят ко всем проходящим мимо девушкам и проводят рядом с ними предметами, которые очень сильно напоминают металлоискатели. Девушки ругаются, отгоняют их. Но предъявить ничего не могут. Их же никто не касается и не трогает.

У меня по коже бегут предательские мурашки какого-то животного страха. Неужели это подчинённые Хантера здесь рыщут?

Стайка девушек стоит неподалеку и шушукается.

Решаюсь подойти к ним.

– Вы не знаете, что здесь происходит? – с опаской спрашиваю их. – Это связано с похищением Пипяо и работой дознавателя?

– Да какого дознавателя! – отзываются девчонки. – Это лорд Фильдельбред ищет свою невесту!

– А разве ещё не нашлась та счастливица, которой пришлось впору  прекрасное платье? – удивляюсь я.

Ага, счастливица-скелет. Но, может, девчонки умеют ужимать свои размеры с помощью магии?

Утром в коридоре во время объявления вроде были те, кто хочет замуж за Филю. Неужели никто не влез в мой севший наряд?

– Лорду кто-то объяснил, что платье очень сильно село, – поясняют девчонки. – Вот он и нанял специалистов с артефактами, которые уже определили истинный размер и теперь сверяют с полученными параметрами всех девушек в академии.

– А вас уже проверили? – спрашиваю у девчонок.

– Да, – кивают они. – К счастью, никто из нас им не подошёл.

– Почему "к счастью"? – уточняю на всякий случай, хотя и догадываюсь.

Помню я этого белобрысого маньячишку, склонного к спонтанному эксгибиционизму. Даже несмотря на его титул и смазливую мордашку, замуж за него почему-то хотят не все.

Нет, есть, видимо, и охотницы за деньгами. Утром же многие имели такой вид, что явно не прочь втиснуться в платье.

Но магички, очевидно, в общей своей массе сильные и независимые девушки, уверенные в себе и в том, что сами смогут обеспечить себе будущее.

Девчонки не успевают мне ответить. Потому что в нашу сторону движутся мужчины, вооруженные своими "металлоискателями". То есть, "невестоискателями", конечно же.

Рассмотрев мое лицо, слишком близко ко мне подходить они всё же не решаются.

Слышу, как мужчины негромко переговариваются друг с другом.

– Как думаешь, надо ее проверить? – сомневается один.

– Лорд Фильдельбред заплатил нам и заказал, чтобы проверили всех, – возражает другой.

– Но она же страшная! – восклицает первый так громко, что девчонки даже перестают шушукаться, а мне становится очень неприятно. – Представь, – продолжает он. – Вдруг по закону подлости именно она окажется с подходящими параметрами? Что мы тогда будем делать? Как объясним это лорду? Это ведь будет скандал!

– Не окажется, – уверенно говорит второй. – Но заказ есть заказ. Проверяем всех.

Совершенно ничего не смущаясь он идёт ко мне, направляя в мою сторону свой "невестоискатель".

Почему-то чувствую себя бесправным куском мяса. Нет уж! Хватит это терпеть!

– Стоять! – громко говорю и выставляю руку вперёд. – Я запрещаю!

Мужчина от неожиданности замирает на месте. Но потом кивает каким-то своим мыслям.

– Жалко тебе, что ли? – он поудобнее перехватывает свой артефакт и продолжает свой путь. – Проверим тебя для "галочки" и отчётности и свободна.

– Никаких вам от меня ни галочек, ни палочек! – рявкаю я и хватаю Милока за рукав. – Бежим, – шепчу ему. – Потом вернёмся сюда, когда эти рассосутся.

Мы с моим послушным товарищем драпаем из этого коридора.

Маг с артефактом спохватывается и несётся за нами.

– Да отстань от этой ненормальной страхолюдины, – кричит ему вслед его товарищ. – Какая из нее невеста? Лорд сказал, что его невеста писаная красавица!

Но для его коллеги, наверное, уже становится делом чести изловить меня.

У него есть преимущество – более длинные ноги и бесконтактный артефакт.

Маг преследует нас с азартом Шарика из Простоквашино, которому наконец-то подарили фоторужье.

Прямо в погоне он направляет эту свою приблуду на меня, стараясь поймать в движении.

Милок пытается загородить собой. Но, кажется, поздно…

– Ага! – раздается победный вопль нашего преследователя.

Мы с Милоком продолжаем бежать по коридору. Ловлю себя на том, что мы почему-то несёмся ровненько в сторону столовой.

А наш преследователь замирает на месте.

Мой чуткий слух улавливает где-то уже далеко за спиной его сдавленное: "Ой".

– Фух, вроде оторвались от этого ненормального, – говорит мне запыхавшийся Милок, утирая пот со лба.

Мы с ним завернули за угол и оказались в столовой.

Завтрак был уже давно, а обед ещё не скоро, поэтому здесь нет других адептов. Только голоса поваров и звон посуды доносится из кухни, примыкающей к столовой.

Милок уже с самого утра без перерыва поддерживает свою иллюзорную личину, а это требует определенных затрат энергии.

А тут ещё и пришлось совершить неожиданный внеплановый забег по коридорам.

– Эх, из-за этих магов ты так и не рассказала, что случилось на допросе, который устраивал тот жуткий маг. Я боюсь его. Вдруг он узнает про мои иллюзии и наложит на меня печать? – переживает Милок.

Он говорит, а я замечаю, что его личина начинает как будто бы сбоить. Мальчишка говорит, а рот у него при этом открывается невпопад, словно картинка запаздывает за звуком. И я понимаю, почему. Он очень сильно перенервничал сегодня. И устал накануне.

Вот магия и сбоит.

И это на самом деле большая проблема. Ведь нас могут раскрыть.

Разговор о том, как прошел допрос, откладывается на неопределенный срок. К тому же мы не можем прямо сейчас вернуться в мою комнату из-за тех магов, которые пытались нас поймать.

Кстати, маги, кажется, пришли в себя. В коридоре неподалеку от столовой слышен топот бегущих ног.

Личина паникующего Милока идёт рябью.

Я и сама в панике, не знаю, что нам делать. Хрен с ним, с Филей. Да и с его нанятыми ищейками, вооруженными детекторами невест. Но реальное лицо Милока показывать нельзя никому ни в коем случае! Это вызовет слишком много вопросов. На которые, возможно, придется давать ответы.

А тут в академии очень некстати ошивается Хантер со своим дурацким камнем истинности. Так что ответы придется давать правдивые.

А учитывая, что Хантер мог запомнить настоящее лицо Милока, когда видел нас на улице и отбивал у стражей, то я не сомневаюсь, что он способен соотнести два и два. И понять, что я и есть та самая "принцесса", на которую он уже нашлепнул какую-то печать.

Мы с Милоком мечемся в пустой столовой, как львы в клетке. Помимо кухонной двери внезапно замечаю ещё одну неприметную дверку. Что это? Кладовка?

Шаги всё ближе.

Дёргаю ручку дверки. Слава Богу, незаперто!

– Сюда!

Хватаю дезориентированного Милока, словно за шкирку, за воротник рубашки и втаскиваю его внутрь. И прикрываю дверь.

Внутри кладовки прохладно и темно. И очень вкусно пахнет колбасами и копченостями.

Снаружи доносятся шаги и голоса.

– Идиот! – слышен голос мага, который был против того, чтобы меня проверяли "невестоискателем". – Что мы теперь скажем лорду Фильдельбреду? Мало того, что прибор определил, что подходящие параметры принадлежат какой-то уродине вместо красавицы, о которой нам говорил лорд Филя. Так мы ещё и потеряли ее и не можем привести к  нему.

– Но мы ведь не знаем вкусов лорда, – оправдывается второй. – На вкус и цвет все девушки разные. Может, это нам с тобой она кажется страшной, а лорд любит именно таких? Или это просто совпадение, ведь в академии вполне может оказаться ещё одна девушка с точно такой же фигурой.

– Очень сомневаюсь, – отвечает первый. – В любом случае, надо найти и эту. Если мы никого не приведем к лорду, то останемся только с авансом и не получим полную оплату. И куда она провалилась?

Шаги слышны прямо около дверки. Я замираю.

В темноте не видно, но, судя по уменьшению объема Милока, которого я до сих пор держу, личина с мальчишки уже слетела.

И ему ни в коем случае нельзя никому показываться.

– Кто вы такие и что здесь делаете! – рявкает незнакомый голос так, что мы с Милоком дёргаемся.

Я нечаянно задеваю какую-то подвешенную связку сарделек, та срывается с крюка и падает мне прямо в руки.

К счастью, оказывается, рявкают не на нас.

– Мы – маги-поисковики! – слышно за дверью. – А ты кто такой?

– Я главный повар! И здесь запрещено находиться посторонним! Кто вас сюда впустил? Да ещё и с артефактами?!

Ага, то-то мне казалось неправильным, что эти маги ошиваются тут, как у себя дома. Думала, не академия, а проходной двор. Может, это блатной Филя, которому, видимо, закон не писан, нелегально притащил их сюда.

– Мы ищем невесту лорда Фильдельбреда!

– Где? В холодильной комнате?! – расхохотался повар. – Не смешите меня! – добавил он жёстко. – Знаю я вас, прохиндеев, что угодно готовы наплести, даже всякую ерунду про невесту и лорда, лишь бы добраться до моей колбасы. Вон отсюда! Пока я не доложил о вас ректору!

– Мы ещё вернёмся за невестой, – негромко говорит один из магов.

Но повар всё-таки побеждает.

– Вон! – ругается он на них.

Слышен свист воздуха и вопль магов. Повар – воздушник?

– Проверить что ли, не спёрли они колбасу? – задумчиво произносит повар себе под нос, но мы его прекрасно слышим.

И также прекрасно слышим шаги, которые всё ближе и ближе к нашему колбасному убежищу.

Помимо этого снаружи доносится такой звук, будто кто-то точит нож об нож. И вроде не сказать, что я чувствую себя сильно испуганной, нет. Но только что произошедшая погоня, панически цепляющийся за мой локоть трясущийся Милок, лишившийся своей личины, допрос неадекватного Хантера, недавний сон с участием окровавленного дракона и та черная штука, оставившая на моей коже странные следы – всего этого слишком много для моей и так перегруженной психики.

Я уж молчу о том, что все это на меня свалилось сегодня в один день с утра пораньше. И это ещё день не закончился! Что же ещё будет дальше? Порежут на колбасу для полной радости?

Или обвинят в похищении сарделек и выгонят из академии?

Дверь холодильной кладовки начинает медленно со скрипом отворяться, образуя полоску яркого света. Прямо как в фильмах ужасов. Вот сейчас нас и обнаружат. В области солнечного сплетения закручивается воронка страха.

Хоп!

Никакого скрипа, никаких полосок. Вокруг непроглядная темнота. Запах сарделек, которые все ещё крепко держу в руках, смешивается с запахом затхлости и сырости.

Хорошо ещё, что Милок до сих пор крепко держится за меня.

– Хезер? – ещё более тонким, чем обычно, голосом произносит он. – Где мы? Мы снова переместились?

– Кажется, да, – растерянно отвечаю я.

– А куда?

Сама не знаю. Точно не на спину дракона, уже хорошо.

Глаза никак не могут привыкнуть к темноте. Протягиваю руку в сторону и натыкаюсь на шершавый камень. Слегка осклизлый. Какая гадость.

Вот так. Но никто и не обещал, что из колбасной кладовки мы попадем не в Нарнию, а в ловушку. Пожалуй, перед поваром можно было проморгаться и как-то объяснить ситуацию. Слишком уж радикально решилась наша колбасная проблема.

Дурацкая магия! Как же ей управлять?

– Что же нам делать? – чуть не плачет Милок.

– На вот, держи, – задумчиво всовываю ему в руки сардельки.

А сама, невзирая на то, что дотрагиваться до стен не очень приятно, обеими руками начинаю ощупывать их.

Глаза постепенно привыкают. И я понимаю, что мы находимся в каком-то темном узком коридоре. Причем таком, которым, по всей видимости, давно никто не пользовался.

Забытый тайный ход? В любом случае, надо попытаться выбраться отсюда. Погибать тут я не намерена.

Пусть мы и маги, но на одной колбасной связочке долго не протянешь.

– Милок, у нас с тобой только 2 пути, какой выберем?

Мы с Милоком идём наугад. Причем, довольно продолжительное время. В какой-то момент появляется ощущение, будто мы поднимаемся. Видимо, коридор под уклоном вверх. Глаза к темноте привыкают окончательно, да и дышится здесь уже легче. Правда, постоянно приходится смахивать с лица паутину.

Именно это внушает мне надежду! Ведь если здесь живут пауки, то они чем-то питаются! А значит, каким-то образом сюда попадают мухи. Получается, рано или поздно мы найдем выход.

– Интересно, куда же мы попали? – спрашивает меня Милок.

Он уже перестал трястись. Это в первые мгновения он, наверное, был шокирован. Ещё и повара боялся. К тому же, в тот момент у него и магия иссякла. А теперь, сжевав сардельку, мальчишка сразу пришел в себя. К тому же, без необходимости поддерживать личину он быстро восстанавливал свой резерв.

– Очевидно же, мы в какой-то забытом тайном ходе, – говорю со знанием дела.

Будто только и делаю, как прогуливаюсь по таким ходам каждые выходные.

– А почему "забытый"?

– Да потому что если он был часто посещаемый или хотя бы такой, за которым следят, то в нем не развелось бы столько паутины, – отвечаю я.

Мы идём, осторожно веду кончиками пальцев по стене, хотя она и неприятная. Потому что вдруг будет развилка. Не хотелось бы заблудиться окончательно.

В какой-то момент вместо осклизлого камня мои пальцы касаются шершавых  деревянных досок.

– Тихо! – почему-то шепотом говорю я Милоку, хотя он и так шел молча.

– Что такое? – забеспокоился он.

– Здесь что-то есть! Возможно, дверь!

Вдоль и поперек ощупываю большой деревянный прямоугольник.

– Это правда дверь? – тихо радуется Милок. – Мы нашли выход?

Дверь ровная и гладкая. На ней нет ни засова, ни замка́, ни ручки.

Может, попробовать ее выбить?

Мы с Милоком пытаемся подналечь на нее вдвоем.

И замираем, услышав голоса снаружи.

Я уже собираюсь закричать: "Спасите! Мы здесь замурованы!" Но случайно расслышанная фраза останавливает меня. Прислушиваюсь.

– Принцессу нужно уничтожить, – произносит мужской голос.

– Нет, – резко произносит второй. – Она должна остаться в живых. Хозяин сказал, что…

Фразу он заканчивает шепотом. Я пытаюсь разобрать то, что он произносит, но дверь заглушает звуки.

Возможно, только то, что я в некотором роде магичка, и помогает слышать хоть что-то, о чем говорят неизвестные. Скорее всего, обычный человек не смог бы и этого.

Маг замолкает.

– Не важно, что он сказал! – раздражается его оппонент. – Он сам не понимает всей катастрофы, не знает, чего хочет, но я уверен, что в конечном итоге будет только рад, если мы уничтожим ее. Она очень опасна. Может, всё-таки следует убить тем способом, о котором я говорил ранее? – не сдается первый.

– Нет. Наша задача найти ее. И вернуть. Поэтому мы здесь, в академии. И как вообще сюда попала и пробралась эта ненормальная? А главное, зачем? Жаль только, артефакт определения силы, который здесь используется, создаёт невыносимые помехи, именно из-за него мы не можем обнаружить ее точное местоположение.

– В любом случае, теперь мы точно знаем, что она в академии. И стоит ей выйти за пределы здания, как мы сразу поймаем ее. Мышка попадется в клетку.

Слышатся удаляющиеся шаги. Неизвестные злоумышленники уходят. А я понимаю две важные вещи. Во-первых, мы с Милоком, по всей видимости, все ещё в академии. На этот раз мы переместились рядом. А во вторых, мне следует срочно разобраться с порталами.

Слишком много совпадений. Хантер называл меня принцессой. И эти мужчины тоже ищут принцессу. Очень не по себе из-за этого всего. Кто я в этом мире? Почему от меня хотят избавиться?

Неужели мне теперь из академии нельзя выйти без риска быть пойманной?

А как же спасти маленького братика Милока и помочь его родителям? Надо срочно искать материалы и осваивать информацию насчёт порталов. Ведь, если я смогу делать точные "прыжки" куда угодно и быстро возвращаться обратно в академию, меня не смогут обнаружить.

Надеюсь.

Но сначала надо выбраться из тайного хода.

Мужчин уже не слышно. Очевидно, они ушли.

– Милок, – деловито говорю я. – Срочно съешь сардельки.

Не таскаться же с ними потом по всей академии. Вдруг кто-то заметит, доложит повару. Нам сейчас совершенно ни к чему лишние проблемы.

– Зачем? – удивляется Милок.

Но по голосу он явно не против моего предложения.

– Потому что это улики, – поясняю я.

– Улитки? – переспрашивает Милок. – Какие улитки? Где?

Его фраза заставляет меня вздохнуть.

– Пожалуйста, – говорю, возобновляя изучение двери и кирпичной кладки возле нее. – Не спрашивай ничего. Просто съешь. Чтобы, когда мы выберемся, никто не видел нас с ними в руках. Да и тебе хорошо бы перекусить, чтобы в нужный момент были силы для поддержания личины и иллюзий.

И хотя голосов снаружи уже не слышно, и ничто не мешает покинуть тайный ход и выбраться на свободу, у нас не получается это сделать.

Всячески ощупываю гладкую дверь. Изучаю буквально каждую дощечку на предмет секретного механизма. Нажимаю на все кирпичи рядом с ней.

Милок, которому я объяснила, что ищу возможный механизм, чтобы открыть дверь, подключается к поискам.

Довольно долго мы не оставляем попыток. Но всё безуспешно и безрезультатно. Выбить плечом тоже не выходит.

В досаде бью ладонью по дверному косяку.

Если бы я умела управлять даром, мы бы уже давно выбрались.

Милок хочет пить после соленого.

– Идём дальше! – принимаю решение. – Хватит терять время. Эта дверь, которая нам не поддается, находится не в торце хода, а сбоку. Я уверена, что она здесь не одна.

Милок уже настолько вымотан, что не сопротивляется и не возражает.

Я без страха и уже без отвращения веду ладонью вдоль стены, стараясь идти быстрее. Свободной рукой веду Милока. У меня есть цель. В темноте мы лишены возможности вести счёт времени.

Новое деревянное полотно ощущается под пальцами тогда, когда надежда на чудо почти потеряна, а мы оба уже окончательно вымотались.

Без особого энтузиазма провожу рукой по новой двери, не особо рассчитывая на то, что на ней будет хоть какая-то зацепка. История повторяется. Нажатие на кирпичи тоже ничего не даёт.

– Неужели нигде нет этого дурацкого механизма! – злюсь я.

– Пить… хочу, – шепчет Милок.

Он обессиленно опускается, приваливаясь к противоположной стене.

И мы неожиданно слышим долгожданный скрип несмазанных петель.

Лунный свет, упавший на лицо, после непроглядного коридора кажется ярче, чем солнечный. А свежий воздух незамкнутого помещения, который невольно вдыхаю полной грудью, заставляет закашляться. Делаю пару шагов вперёд, выходя в комнату освещённую лишь светом луны.

– Где мы? – Милок подаётся вперёд следом за мной.

Но выйти не успевает. Механизм, который он до этого, видимо, держал спиной, возвращается в предыдущее положение.

Как и "дверь", с этой стороны замаскированная под старый портрет.

Стараясь не поддаваться эмоциям, приникаю почти вплотную к портрету, закрывающему тайный ход, и говорю, надеясь, что здесь тоже нормальная слышимость, как и около предыдущего выхода:

– Милок!

В ответ ничего нет. Видимо, тайный ход как-то хитро звукоизолирован. Здесь, снаружи, не понять, что в стене вообще есть полость.

Тут портрет приходит в движение и со скрипом отъезжает вверх. С трудом разбираю очертания мальчишки около того места, где был нечаянно обнаружен механизм.

– Хезер, – грустно говорит Милок. – Я ведь не смогу выйти. Стоит мне отойти от стены, как дверь закроется.

– Может, успеешь быстро прошмыгнуть? – пытаюсь предложить.

Милок делает шаг ко мне. Но механизм на этот раз срабатывает уже намного быстрее. Портрет, закрывающий вход, буквально шлёпается перед моим носом. И поднимается снова. Милок опять нажал, не желая оставаться там в темноте в одиночестве.

– Погоди, – говорю ему. – Сейчас придумаем что-нибудь.

Помещение, где я оказалась, очень похоже на библиотеку. Стеллажи простираются вверх стройными рядами. Корешки книг поблескивают в белом свете луны. На стенах можно различить портреты. Видимо, они принадлежат великим магам прошлого. За одним из них наш ход. На противоположной стороне – большие панорамные окна.

Также здесь есть столы и стулья.

Беру один из стульев и смело захожу обратно к Милоку.

Внимательно изучаю часть стены, нажатие на которую приводит механизм в движение. И устанавливаю стул под углом, чтобы он упирался спинкой в нужное место.

Мы с Милоком спокойно выходим через вновь образовавшийся проем.

– Слушай, – волнуется мальчишка. – Нельзя оставлять его открытым.

Он абсолютно прав. Лучше закрыть тайный ход, который, очевидно, проходит внутри широких стен академии. И не из-за того, что кто-то ещё, кроме нас его может обнаружить. Просто это все для того, чтобы нас точно не могли связать с ним. Мало ли кого мы можем ночью встретить в коридорах академии, возвращаясь в свои комнаты. Наткнулась ведь я вчера на лорда Филю, хотя ничего и не предвещало.

А учитывая, что мы сегодня ещё и занятия прогуляли… Как бы нам не влетело от преподавателей.

Да и неплохо бы иметь возможность попасть в библиотеку. Потому что вряд ли мы сможем свободно, не вызывая подозрения библиотекаря, брать нужную нам литературу о порталах и печатях.

Только как прямо сейчас опустить портрет на место?

И есть ли возможность открывать ходы снаружи?

Пока я раздумываю об этом, Милок берет с полки одну из книг и метким броском сбивает стул. Тот падает на бок, переставая подпирать нужные кирпичи-"кнопки". Портрет мгновенно съезжает вниз.

– Не буду думать об этом сейчас, – бормочу себе под нос. – Подумаю об этом завтра.

– Пойдем скорее найдем, где попить, – говорит мальчишка. – Эти дурацкие сардельки были просто голая соль.

– Я знаю, где можно попить, – говорю ему. – В умывальной комнате между женским и мужским крылом общежития. Только для начала нужно выбраться из библиотеки.

Потихоньку, стараясь не шуметь, идём между стеллажами. Вокруг тишина, в которой звуки наших шагов раздаются, на мой взгляд, слишком гулко, несмотря на то, что мы крадётся как мыши.

Внезапно, когда мы заворачиваем за очередной стеллаж, в лицо бьёт слепящий свет фонаря.

– Кто вы такие и что делаете в запретной секции? – произносит рассерженный скрипучий голос.

Ничего не успеваю ответить, как оклемавшийся и вновь начавший соображать Милок быстро делает нас с ним невидимыми.

Видимо, парнишка попросту страдает клаустрофобией. Поэтому он и паниковал в колбасной кладовке и затхлом тайном ходе и не мог действовать без лишних эмоций. Но на свежем воздухе в просторном помещении он вновь начал мыслить более четко.

Да, сразу надо было стать невидимыми. Но кто же знал, что нам кто-то попадется по пути.

– Где вы, паршивцы?!

Свет фонаря падает на лицо худого старика, одетого в темную хламиду. Кто это? Сторож? Смотритель библиотеки?

Милок хватает меня за руку и мы с ним несёмся вдоль стеллажей в поисках выхода.

Опешивший смотритель пытается последовать за нами, но быстро отстаёт.

– Стоять! – доносится вслед.

Ага, нашел дураков.

К счастью, нам везёт. На входную дверь мы натыкаемся совершенно неожиданно.

Выскочив в коридор, мы не сбавляем ходу. И несёмся по лабиринтам полутемных коридоров, освещенных приглушённым светом магических ламп.

– Фух, вроде бы оторвались, – Милок прислоняется к одной из стен и пытается отдышаться.

Мы с ним вновь видимые. Я помню, что ему тяжело слишком долго поддерживать эту иллюзию.

– Оторваться-то оторвались, – киваю я. – Только вот где мы сейчас? И как добраться до общежития?

За углом раздаются тихие голоса. Милок мигом накладывает невидимость вновь. В коридоре показываются двое мужчин. Идут они неспеша. В одном из них я узнаю ректора.

Мы с Милоком вжимаемся в стену и стараемся не пыхтеть. Да и дышим через раз, чтобы не выдать себя.

– Лавиний, – негромко говорит ректор своему собеседнику. – Меня очень беспокоит кое-что. Точнее, кое-кто.

– Кто же, Корнелиус?

– Дознаватель Хантер. Он расследует похищение какого-то провинциального лорда. И был сегодня утром в академии. Мы с ним имели занимательную беседу. И мне показалось, что он немного не в себе. Ведет он себя крайне странно.

– Хантер – весьма уважаемый маг, – покачал головой второй мужчина. – Лучший дознаватель столицы. Если он ведёт себя странно, значит, на это есть веские причины, которых нам, возможно, не понять.

– Возможно, ты прав, Лавиний, – соглашается ректор. – Но должен сказать тебе, что он сегодня утром набросился на одну из адепток. Первокурсницу.

Второй маг хмурится.

– Может быть, он почуял в ней преступницу? – выдвигает он предположение. – У Хантера буквально нюх на них.

– Хуже, – вздыхает ректор в ответ. – Он словно обезумел. Повалил бедняжку на пол так, что у нее аж юбки задрались. А потом объявил, что хочет на ней жениться.

– Действительно, непохоже на Хантера. Может быть, там невероятная красотка? Хе-хе… Нам ведь с тобой, Корнелиус, некоторые поступки молодежи уже не понять в силу своего возраста…

Маги проходят мимо нас. Широкая мантия одного из них задевает мои ноги. Мы замираем не дыша.

Маги следуют дальше по коридору. Но их голоса пока ещё можно разобрать.

– Нет, Лавиний, – доносятся слова ректора. – Девочка далеко не красавица. Скорее, даже наоборот. Конечно, у каждого свой вкус, но я не верю, что у дознавателя он настолько испорчен. У девицы, правда, довольно сильный магический потенциал, она в нашем предварительном списке первая среди кандидатов на Турнир. Но Хантер и сам сильный маг. Зачем она ему? Нет, здесь что-то другое.

Он переходит на шепот.

Маги уже удалились достаточно далеко, и я не могу разобрать, что он говорит.

– Неужели? – громко ахает его собеседник. – Вы думаете, что у Хантера они были в роду?! И теперь он почувствовал в девушке свою…

– Тише, тише! – перебивает его ректор. – О таком не говорят вслух в нашем королевстве. Это всего лишь мое предположение. И слишком серьезное обвинение. Мы не имеем права никого бездоказательно обвинять. Особенно, если этот кто-то дознаватель.

Навстречу мужчинам выбегает смотритель библиотеки.

– Ректор! – восклицает он. – Как хорошо, что я вас встретил!

– Что случилось?

– Нарушители в запретной секции!

Маги переглядываются.

– Только этого не хватало, – в голосе ректора слышится усталость. – Надо проверить.

Мужчины скрываются за поворотом коридора, а мы с Милоком выдыхаем.

– Ну что, – шепотом говорю ему. – Пойдем потихоньку искать наши комнаты. Утро вечера мудренее.

По пустынным коридорам ночной академии мы плутаем достаточно долго.

Мы решили не расходовать силы Милока на поддержание постоянной невидимости. Поэтому просто осторожно идём. Грязные и помятые после наших приключений. А у меня кроме академической формы и вещей-то больше нет. Последнее платье и то у Фили.

Умывальник находим неожиданно. Но не тот, который находится около крыла, отданного под общежития, а другой.

Милок жадно пьет.

А я, забывшись и зачерпнув немного воды, провожу рукой по лицу, чтобы хоть немного освежиться.

– Хезер, – тихо произносит Милок, вдоволь напившись и подняв голову. – Хезер, а у нас больше нет сарделек?

– Ты снова проголодался? – с материнской заботой спрашиваю его.

– Нет, чтобы ты могла что-то съесть и вновь изменить внешность.

И тут я понимаю, что от усталости и навалившихся впечатлений напрочь забыла о самом важном.

Ладно, придется идти по академии красивой. Сую руку в карман за флаконом с зельем, но не обнаруживаю его. Неужели потеряла?

Хорошо ещё, что мы купили про запас.  Но запас этот в комнате.

Дальше иду в самом мрачном настроении. Милок накидывает на нас невидимость каждый раз при малейшем шорохе.

До знакомых коридоров мы добираемся каким-то чудом. Сначала выходим к аудиториям, потом уже оттуда находим путь к комнатам. Милок провожает меня до самых дверей.

– Не волнуйся, – мнется он. – С утра занесу тебе что-нибудь с завтрака. Просто не выходи из комнаты до утра.

Я настолько устала от всех этих приключений, что меня хватает лишь на то, чтобы раздеться и лечь в кровать.

Проваливаюсь в сон мгновенно, едва коснувшись подушки головой. День был слишком насыщенным.

Но на этот раз во сне я словно в прекрасном саду. Вокруг ночь, но лунный свет позволяет рассмотреть, где нахожусь.

Снова видение кажется таким же реальным, как будто нахожусь наяву. Но все равно понимаю, что это опять какое-то навязанное наваждение. И не понимаю, как проснуться.

Не зная, как быть, иду по дорожке среди вьющихся роз.

Место мне знакомо. В прошлый раз оно было окутано туманом, но сейчас он рассеялся. Именно здесь я и видела раненого дракона.

Беседка встаёт передо мной настолько внезапно, что я пугаюсь. Но на самом деле, просто задумалась, улетела в своих мыслях, поэтому не заметила ее.

Может быть, здесь найду ответы на свои вопросы. Что это за странные сны? Что происходит со мной?

– Любимая, ты пришла, – произносит знакомый мужской голос за моей спиной.

Сильные руки властно, но при этом нежно обнимают меня за талию. Он склоняется ко мне и зарывается в волосы, с наслаждением вдыхая их запах.

Его дыхание горячее и сбивчивое.

– Ты моя любовь и мое проклятье, – шепчет он.

Наши тела соприкасаются. Внезапно с неистовой силой он притягивает меня к себе.

– Я схожу с ума по тебе, но ты каждый раз ускользаешь от меня. Почему ты так жестока? Но хотя бы здесь, в моем сне, ты наконец-то будешь моей!

Жаркие поцелуи покрывают мою шею,  мужчина хочет меня, я чувствую его возбуждение сквозь ткань одежды.

Что значит, в его сне? Это вроде бы мой сон.

Поворачиваюсь к нему, чтобы сказать об этом.

Слишком поздно. Ловлю взгляд сверкающих глаз, смелый и решительный. Он погружается в самую мою суть, лишая способности сопротивляться. Жёсткие губы дракона сливаются с моими губами во властном поцелуе, который вызывает сладкую дрожь во всем теле. Беспомощно ударяю мужчину кулачками в широкую грудь, пытаюсь сопротивляться, оттолкнуть, отстраниться.

Но он сжимает меня в объятиях ещё крепче, его поцелуй становится ещё более страстным. А я… Замечаю со смешанными чувствами, что больше не хочу сопротивляться.

Вокруг нас закручивается вихрь магии, и мы в его центре. Отдаемся без остатка нашему нечаянному поцелую.

Рядом с этим мужчиной забываю все свои страхи и втайне хотела бы навсегда остаться около него.

Чувствую, что он расшнуровывает мой корсет, но ведь это всего лишь сон. А во сне можно всё.

– Я никогда не смогу забыть вкус твоих губ, твою красоту, твое тело, которое сейчас держу в объятиях, – шепчет мужчина, приникая губами к коже над моей ключицей. Его поцелуи спускаются всё ниже.

– Мое сокровище, самое дорогое и желанное.

У меня кружится голова. Хочу вырваться из плена этого вкрадчиво-обольстительного голоса, властного, уверенного.

Хочу спрятаться от обжигающего дыхания, от опытного рта, приникшего к моей груди и ласково покусывающего сосок.

Властная рука скользит вверх по бедру, отодвигая ткань платья, а сильное колено уверенно располагается между моих ног.

– Сегодня ты наконец-то станешь моей!

Внезапно сон начинает казаться мне слишком реальным.

– Постой, – шепчу. – Это ведь все по-настоящему?

– Нет, – прерывается он. – Это всего лишь сон. Мой самый сладкий сон. Хотя бы здесь ты станешь моей, Велейна.

Его властный рот вновь накрывает мои губы.

Я напрочь забываю о том, что нужно сопротивляться. Тело, привыкшее к ласкам дракона, расслабляется в ожидании удовольствия. Мужчина проводит руками по моей груди, животу и спускается к бедрам. Я чувствую жаркую волну в своем теле. Она поднимается от низа живота и следует выше, захватывая меня в сладкий плен.

Оказавшись во власти чувств, я мечтаю только о том, чтобы удовольствие не заканчивалось.

Мужчина обхватывает меня, крепко прижимает к себе и яростно целует. Его губы сминают мои, а напор такой, что даже если бы я и хотела, то не смогла бы сопротивляться. Его язык захватывает мой рот, дракон беззастенчиво покусывает мою нижнюю губу.

Сердце бьётся, как сумасшедшее. Тело плавится в умелых руках.

Прижавшись ко мне всем своим сильным телом, мужчина так жарко целует меня в шею, словно не может насытиться мной.

Если бы все это было в реальности, то наверняка на моей нежной коже остались бы следы его жадных поцелуев.

Руки мужчины по-хозяйски проходятся по моим бедрам и останавливаются.

Новая жаркая волна накрывает меня,  я невольно выгибаюсь, еще больше вжимаясь в сильное тело. Между нами уже не остается ни миллиметра свободного пространства.

Мужчина целует меня, спускается ниже, вырывая из моей груди громкие стоны. Еще никогда мне не было так хорошо, даже в моих снах.

Его пальцы вот-вот собираются проникнуть внутрь, бесцеремонно играя у входа во влагалище. Они надавливают, гладят, вырывая стоны из моих губ, а затем скользят внутрь, в самое сокровенное место моего тела. И уверенно двигаются там.

– Велейна, я чувствую, какая ты влажная. Ты ведь тоже хочешь меня, не смей отрицать это.

Моё тело плавится в его руках. И я всецело отдаюсь этим давно забытым чувствам. Дракон не спешит мной овладеть, он умело ласкает меня, заставляя стонать. Действует уверенно, играет со мной, словно кот с мышкой. Будто я уже принадлежу ему, и он твердо знает, что мне уже никуда от него не деться.

– Вот так, хорошая девочка, – шепчет он. – Покорная и послушная.

Кровь в висках стучит набатом. Дышу часто, при каждом выдохе непроизвольно вырывается стон.

Сердце бьётся, словно сумасшедшее.

Тук. Тук. Тук-тук. Тук-тук-тук.

Неожиданно чувствую, как что-то обвивается вокруг моей щиколотки, хватает и резко дёргает, прерывая прекрасный сон.

Встречаюсь взглядом с драконом. Его темные глаза, в которых горит огонь страсти, распахиваются в удивлении.

– Велейна!

Он пытается схватить меня, удержать, но его пальцы проходят сквозь. С недоумением смотрю на свою ладонь, ставшую полупрозрачной.

И тут меня снова дёргают за ногу.

– Попалась! – произносит чужой мужской голос.

В ночной темноте не успеваю рассмотреть наглеца, посмевшего меня разбудить. Мне в рот оперативно суют кляп так резво, что чуть не давлюсь, а на голову быстро нахлобучивают вонючий мешок, пропахший плесенью.

Пытаюсь кричать, но не получается. Удается изобразить только мычание, как у буренки на лугу. Отбиваться тоже не выходит. Меня ловко скручивают веревками две пары рук.  Злоумышленников двое, и у меня практически нет шансов, чтобы с ними справиться.

Одеяло, под которым я так сладко спала, оказывается где-то в неизвестности, меня обдает холодом, остужая после горячего сна. Это все мне кажется жестоким и жутко несправедливым.

– Слушай, а она ведь без одежды, – растерянно произносит голос, который кажется мне смутно знакомым. – Лорд, наверное, будет ругаться за то, что мы смотрели на его голую бабу, то есть девку… То есть невесту, конечно же.

– Да какая разница, главное, что мы наконец-то доставим ему то, за что он заплатил, – раздраженно отвечает второй, – весь день рыскали по академии, на всякий случай проверили артефактом всех оставшихся адепток. Рисковали своей шкурой. Расходовали магию на то, чтобы скрываться от сотрудников академии, чтобы нас не выставили раньше, чем мы найдем. А она, единственная, на кого артефакт хоть как-то среагировал, как сквозь землю провалилась! Надо бы эту леди подмарафетить, как думаешь? Вдруг лорд не примет страшную?

– Сдадим ее ему в мешке, – подумав, выдает второй. – И не будем его снимать до тех пор, пока лорд магией не подтвердит принятие заказа и не отдаст остаток денег.

Понимаю, откуда знаю их.

Это те самые супчики, заведовавшие невестоискателем и загнавшие нас с Милоком в колбасный плен, а затем в тайный ход. Скотины. Сколько нервов из-за них мы израсходовали. И занятия прогуляли.

Исхитряюсь вырваться и даже каким-то чудом лягнуть одного из них. Надеюсь, что того, который за нами гнался.

Мне, тихо ругаясь, опутывают ноги. И довольно крепко. Прямо чувствую, как веревки с силой врезаются в кожу. Лорд извращенец и заказал невесту связанной? Где-то мне встречалось такое. Повзрослевший внук, гостивший на моей даче, забыл однажды закрыть вкладку на своем ноутбуке, и мне пришлось нечаянно просветиться новой информацией. Только слово не помню. Вроде как "швабра". Или нет?

Пока я грустно думаю о швабрах, их связи с эротическим связыванием и о том, какие извращенцы лорды в целом и маги в частности, мои похитители переговариваются.

– А фигурка-то хороша у этой страшилы, – раздается хохоток. – Мы смеялись над богатеньким сынком верховного, а он, похоже, совсем не дурак. На лицо она, конечно, уродина, но посмотри, какие сиськи. И девочка, видно, без комплексов, голышом спит.

Слышу тихие ругательства его напарника, а потом меня начинают неумело одевать.

И если с юбкой проблем не возникает,  то рубашку на меня надевают так, что рукава оказываются пустыми. Руки ведь уже плотно прикручены к телу веревками.

Надо отдать магам должное. Меня не лапают. Но оставшиеся свободными рукава завязывают как на смирительной рубашке.

А потом берут вдвоем, как бревно и выносят из комнаты.

Извиваюсь и мычу изо всех сил, чтобы вырваться или хотя бы привлечь внимание соседей.

Безрезультатно.

– Ты обновил наш артефакт отвода глаз? – интересуется один из похитителей, едва удерживая меня.

– Обновил, – пыхтит второй.

Ему достались мои ноги, и эта сволочь держит их крепко.

– Девушка, – устало обращается он ко мне. – Пожалуйста, не сопротивляйтесь. Мы несём вас навстречу вашему счастью.

"Несёт меня лиса за темные леса", – почему-то проносится в моей голове. Продолжаю безуспешно сопротивляться. Что за наглость! Я буду жаловаться!

Но больше всего меня тревожит то, что меня куда-то тащат, а лицо у меня сейчас свое! Я ведь нечаянно умылась тогда, когда Милок пил водичку по пути в общагу. А зельем красоты не стала намазываться. А смысл-то, ведь сардельки кончились. А дальше мы с Милоком крались по ночным коридорам, накидывая периодически невидимость. Так что в этих "косметическо-шпионских" мероприятиях уже не было необходимости.

Намазаться зельем я планировала с утречка пораньше, когда Милок принесет мне чего-нибудь с завтрака. Поспать решила для разнообразия в собственном облике. И дверь я, кстати, запирала. И даже проверила. Но негодяи ее, видимо, вскрыли. Не учла я, что неожиданно могут нагрянуть эти воры, похитители честных адепток! Думала, их за прошедший день все же вытурили из академии.

Но маги оказались хуже тараканов. Каким-то образом они не выгнались, а теперь вот выползли ночью.

В комнате было темно, да и мешок на меня нахлобучили, очевидно, не особо вглядываясь. Поэтому мою физиономию они, похоже, и не рассмотрели. К счастью.

Так что у меня в данный момент свое лицо.

Собственное! Настоящее. Не совсем мое, конечно. Моё родное осталось дома на Земле. И лучше бы сейчас это было оно. Думаю, всякие Фили с Хантерами мигом поумерили бы свой пыл и тут же отказались от матримониальных планов, узрев перед собой бабулю.

Драконьи объятия только жалко терять. Вряд ли этот красавчик позарился бы на старушку. Или всё-таки да? Он ведь слегка неадекватный. Прожив на Земле девяносто лет, я поняла одну важную вещь. Мужик – это такое существо, от которого можно ожидать вообще чего угодно.

Дракон же утверждал, что я его истинная. Может, у него бы и на бабушку с лёгкостью настроение поднялось? Тем более, эти два нанятых Филей полудурка так и не дали нам закончить начатое. Сволочи.

Интересно, именно я истинная дракона или принцесса Велейна? Он что-то говорил о связи душ. Может ли быть так, что Велейна – это моя реинкарнация в другом мире?

А потом я с грустью вспоминаю, что дракон всё равно только во сне меня и домогался. Так что это всё лишь плод моего воображения скорее всего. Сам он поди ни сном, ни духом.

В любом случае, думать сейчас надо не о драконьих ласках, а о том, как выпутаться из всего этого. Потому что ситуация, мягко говоря, не очень.

Меня связанную, с душным мешком на голове успешно волокут дальше. Вырваться так и не удается. Лёгкий скрип очередной открываемой двери, затем какая-то возня.

Меня непочтительно сгружают прямо на пол. Чувствую под собой мягкий пушистый ковер.

И слышу полный облегчения возглас одного из похитителей.

– Лорд Фильдельбред, простите за то, что будим вас среди ночи, но мы наконец-то выловили вашу невесту. То есть, нашли.

Сквозь мешок слышу невнятное ответное сопение лорда Фили. Ну а чье же ещё. Если это точно его комната.

– Невеста доставлена, – повторяет один из магов чуть громче.

– Чья? – растерянный сонный голос Фили вводит в ступор не только меня, но и моих похитителей.

– Ваша, – в один голос недоуменно произносят они.

– Что? – очень удивляется лорд.

– Невеста, которую вы заказали, – терпеливо отвечает один из них.

– Я заказал невесту? – Филя явно невероятно удивлен. – Когда?

– Да, и мы бы хотели получить остаток денег, – говорит второй маг, который понаглее.

– Каких ещё денег?

Чувствуя, что маги деморализованы таким приемом, и меня уже никто не держит, решаю воспользоваться нечаянным шансом. Резво ползу в сторону, сама не знаю куда, но, очень надеюсь, что к свободе. Пока они отвлеклись и про меня вроде бы забыли. Может, мне повезет, и окажется, что Филя вообще передумал искать красотку из умывальника и решил таким изящным способом слиться с этой темы.

Какой нормальный мужик захочет жениться на первой встречной?

А может, Филе запретили родители, узнав, к примеру, от его слуги о том, какой безрассудный поступок собирается учудить их отпрыск?

Но все мои предположения оказываются неверными, а надежды рушатся.

Кажется, лорд просто спросонок туго соображает. Но жениться хочет до сих пор.

– Вы отыскали мою красавицу? – кричит он, слегка очухавшись. – Где же она?!

– Вот рядом валяется, – выдохнув, отвечают маги.

– Где?

Раздается хлопок, и я даже через плотный мешок понимаю, что зажёгся свет магического светильника.

– Где же моя любимая? – с лёгким надрывом произносит лорд.

– Вот же она. А ну, вернись!

Видимо, далеко отползти мне не удалось. Меня непочтительно хватают за ногу и возвращают на место.

– Что вы сделали с будущей леди Фильдельбред? – Филя возмущен до предела. – Почему она связана? Немедленно снимите с нее этот ужасный мешок!

Я даже проникаюсь к нему тёплыми чувствами. Всё-таки не он выбрал такие дикие методы обращения с девушкой. Это была целиком и полностью инициатива нанятых им магов.

– Лорд, – устало произносит один из них. – Сначала деньги, а потом снятие мешка.

Зря я сомневалась в способностях Фили. Потому что слышу, как он с подозрением спрашивает:

– А это точно моя невеста?

Начинаю с новой силой мычать и извиваться, чтобы он понял, что ему принесли не то, что надо.

– Точно-точно, – заверяют его маги. – Это она, можете не переживать. Вот смотрите! Артефакт определения размера тела по соотношению с предоставленным платьем, из всей академии выбрал лишь ее. Так что будьте спокойны.

Чувствую, как надо мной проводят "невестоискателем".

– Видите? Артефакт не даст соврать.

– Но зачем на ней мешок? – продолжает недоумевать Филя, но тут же сам отвечает на свой же вопрос, – наверное, чтобы сберечь ее красоту для одного меня? – наивно предполагает он.

Маги почему-то оставляют эту фразу без ответа.

– Давайте скорее оплату, – требуют они. – Мы и так нелегально задержались в академии. Для нас это риск.

Слышен звон монет.

Похитители быстренько уходят. Дверь хлопает, закрываясь за ними.

– Любимая, ты в порядке? – шепчет Филя и начинает дрожащими пальцами развязывать мешок.

– Му-му-му, – отвечаю ему через кляп.

– Ты лишилась дара речи? – с тревогой спрашивает он.

Угу, сразу же, как только меня разбудили ночью. А точнее, с самого того момента, когда в рот воткнули кляп. Ситуация – хуже некуда. С одной стороны, сейчас Филя освободит меня от мешка. С другой – увидит мое настоящее лицо. И поймет, что я – та самая преступница-портальщица, "укравшая" среди белого дня некоего Пипяо и теперь активно разыскиваемая за это преступление. Хотя… Филя старшекурсник, его не было среди абитуриентов. Может, пронесёт?

Худо-бедно лорд освобождает меня от мешка.

И недоуменно вглядывается в мое лицо.

– Девушка, – возмущённо произносит он. – Вы не моя невеста! Как вам не стыдно? Вы специально подкупили магов, чтобы они вас ко мне принесли?

Я специально подкупила магов, чтобы они меня связали, запихнули в мешок и подсунули в качестве невесты этому кудрявому блондинчику со взглядом наивного оленёнка?

Обалдев от такого предположения и поворота событий, даже перестаю мычать. А ещё у меня невольно дёргается глаз.

Уму непостижимо, как Филя мог додуматься до такого.

Лорд кипит праведным гневом.

– Моя невеста – самая красивая девушка в мире! В отличие от тебя! Что за птичье гнездо у тебя на голове? Вы сговорились? Решили, что можно меня держать за круглого дурака и идиота? Ты – не она! У нее золотые волнистые волосы, сияющие небесные глаза, губы цветом как лепестки нежнейших роз!

Ага, а ещё месяц под косой блестит, и во лбу звезда горит. Зелье красоты, по всей видимости, творит реальные чудеса. Не зря по цене, как чугунный мост.

С одной стороны, очень хорошо, что Филя не признал во мне тогдашнюю красотку. С другой же, мог бы чисто по-человечески и развязать. Видит же, что девушке неудобно валяться на полу, увязанной наподобие докторской колбасы.

– Что ты можешь сказать в свое оправдание, мошенница? – патетически восклицает лордик, вскакивая и размахивая руками. Широкие рукава его расписного ночного халата, подвязанного одним лишь шелковым поясом, развеваются при этом, как крылья очумевшей птички.

– Му-му, – мычу грустно и обереченно, словно недоенная буренка на лугу.

Всё равно других слов, подходящих к этому безумию, я бы не подобрала даже будучи на свободе.

– Почему меня все хотят обмануть? – Филя переходит на фальцет. – Почему все девушки видят во мне лишь деньги и статус моей семьи?

При очередном взмахе и заламывании рук полы его халата слегка распахиваются, и я невольно обнаруживаю, что блондин является любителем проветривать свои интимные места. Хотя об этом я знаю ещё с того памятного случая в умывальнике. Но если тогда это могло быть случайностью, то теперь уже явная закономерность.

Что ж, коль скоро развязывать и вынимать кляп этот мамкин эксгибиционист не собирается, то "спасибо этому дому, пойдем к другому". Благо, меня уже никто не держит.

Эх, придется прыгать через весь коридор в таком виде. Остаётся только надеяться, что никому из проживающих в общежитии адептов не приспичит ночью выйти в туалет, и меня никто не увидит.

В мужское крыло к Милоку я не пойду. Но до своей комнаты уж как-нибудь допрыгаю. Где же наша не пропадала! Не бывает безвыходных ситуаций. А напарник мой придет утром и развяжет меня. Если уж лорд не догадался это сделать. Только обвинять горазд.

Кое-как удается сесть. Подняться на ноги пока не получается, но мне так сильно хочется покинуть комнату Фили, истерично причитающего о своей незавидной доле богатого жениха, что каким-то невероятным образом относительно быстро ползу на пятой точке в сторону двери. Может, удастся каким-нибудь образом опереться о дверной косяк и встать?

– Эй, ты куда? – вспоминает обо мне лорд. – Я тебя пока ещё не отпускал!

Он хватается за мою рубашку, которую маги повязали наподобие смирительной.

Крайне укоризненно смотрю на него.

Кажется, у меня это получается настолько хорошо, что Филя проникается.

– Ты можешь что-то сказать в свое оправдание? – смягчившись, спрашивает он.

Вообще-то не могу, пока у меня во рту находится этот дурацкий кляп.

Но в целом мне есть, что высказать, поэтому киваю.

Руки Фили уже не дрожат. До этого он, наверное, нервничал, думая, что перед ним окажется красотка из его мечты. Поняв, что это обычная девушка, он перестал волноваться. От кляпа он освобождает меня быстро и аккуратно.

А потом требует:

– Говори!

– Лорд Фильдельбред, – добавляю в свой голос как можно больше строгости. – Для начала развяжите мне руки и дайте попить. Вы не представляете, что я пережила. Я спокойно спала в своей комнате, как вдруг ко мне вломились неизвестные личности, скрутили, связали и куда-то потащили. Я не собиралась ни за кого замуж, в том числе за вас – это во-первых. А во-вторых, из разговора магов, услышанного, пока меня несли по коридору, я поняла следующее – они так и не нашли ту девушку (если вообще ее искали). И решили схватить первую встречную и подсунуть ее вам. Так и обсуждали, прямо дословно: "Сначала заберём деньги, а мешок с головы снимать не будем, чтобы лорд не понял, кого ему принесли", – и добавляю. – Наверное, специально дожидались ночи, чтобы не было свидетелей их вопиющего преступления.

Немного, самую малость, привираю. Но про мешок и то, что вломились ко мне среди ночи, прервав мой сон – чистая правда.

Филя выглядит растерянным.

– Но как же… И артефакт показал… Кстати, а ведь артефакт-то точно не мог солгать.

Он смотрит на меня, прищурившись. И мне очень не нравится сомнение, которое скользит в его взгляде.

– Может, ты на самом деле и есть моя невеста? – спрашивает он.

– Ты ошибаешься, Филя, – устало говорю я.

– Что, – лорд аж начинает закипать и краснеет от гнева, – как ты меня назвала?!

Ой, я так привыкла, что его все называют Филей, что забыла о том, что это не имя, а прозвище, производное от фамилии. Конфуз, да.

Но это не мешает мне сердиться.

– Простите, лорд, – говорю с некоторой долей сарказма. – Вы забыли представиться по имени. А нанятые вами маги, которых вы, видимо, считаете весьма компетентными, называли вас именно так и тем самым ввели меня в заблуждение. Будьте добры, скажите, как вас зовут?

– Эдуард! – гордо заявляет он. – Лорд Эдуард Фильдельбред. А что, маги меня так непочтительно называли? – доходит наконец-то до него.

– Эдик, значит, – тихо резюмирую я, совершенно некстати вспоминая очень подходящую рифму. – Да, они были абсолютно непочтительны. Тебе следует это знать. Ладно, лорд Эдуард, а ты не думал, что маги могли каким-то образом зачаровать свой артефакт, чтобы он подтвердил их слова? Они же запросто могли сфальсифицировать результаты, чтобы срубить с тебя денег. Вот скажи, та девушка, она хоть чуть-чуть похожа на меня?

– Нет, – нерешительно произнес лордик.

Похоже, я поняла, как с ним надо обращаться – со всей строгостью, с уверенностью в голосе, а не из просящей заискивающей позиции. По заветам Булгакова: "Ничего не просите, сами предложат и сами всё дадут".

– Давай ты меня сейчас аккуратно развяжешь и отпустишь. Развяжи мне веревки на ногах и рукава на рубашке, но под нее не лезь, понял? Дальше я сама смогу освободиться. Ты, возможно, не понимаешь, но маги тебя очень сильно подставили, – продолжаю я открывать Филе глаза. – Посмотри на ситуацию с такой точки зрения. В твоей комнате ночью находится полуголая девица. Ты же при этом не знаешь, из какого я рода. Вдруг мои родственники, узнав об этой ситуации, заставят нас пожениться, чтобы не было пятна на моей репутации и девичьей чести. Ты об этом не подумал? И тогда ты уже точно не сможешь связать судьбу с той красоткой, о которой мечтал.

Думаю, мой тон звучит убедительно. Потому что у Фили вытягивается лицо.

На самом деле я сейчас невероятно зла. И на магов, которые без суда и следствия приволокли меня сюда. И на этого идиота Филю, который ошалел от безнаказанности. Знаем мы таких избалованных сынков богатых родителей. Мужик должен с детства расти мужиком. А то из него вырастет вот такое чудо-юдо в расписном халате с причиндалами наружу.

На самом деле я могу данную ситуацию не принимать близко к сердцу. У меня здесь несколько имён, несколько лиц. И прожив достаточно долгую жизнь, в которой случалось …хм… всякое, начинаешь по-другому смотреть на многие вещи. И относиться проще.

Хотя это и не отменяет того, что прекрасно осознаю многие вещи, но, к примеру, побыв в свое время дочерью "врага народа", я уже не боюсь того, что ночные посиделки с Филей испортят мою репутацию в академии. Тем более, мы с Милоком здесь не задержимся. Нам здесь нужно только выяснить о печатях и порталах, чтобы спасти его братика. Больше нас ничего здесь не держит.

Но что, если бы на моем месте сейчас оказалась другая девушка, для которой ее репутация по-настоящему важна? Ночью в комнате наедине с мужчиной – даже шум не поднимешь, народ сбежится и… всё. А Филя не выглядит как парень, готовый тут же благородно жениться на первой встречной, чтобы защитить ее честь. Только если родственники девушки достаточно влиятельны и смогут его заставить.

– А из какого ты рода? – внезапно интересуется он.

– Это секрет. Здесь я учусь инкогнито, – отвечаю чистую правду.

Хантер меня вообще принцессой называл. И я тут действительно под личиной.

Вздохнув, Филя распутывает веревки на моих ногах и развязывает рукава рубашки. Ко мне он не лезет, неприличных намеков не делает.

– Я просто хотел найти девушку, в которую влюбился, – попутно жалуется он мне. – Почему меня все хотят обмануть, чтобы получить от меня денег? Я так устал от этого.

– Ты обязательно встретишь девушку, которая полюбит именно тебя, – разминаю затёкшие стопы и машинально говорю ему ободряющие слова. – Кстати, в другой раз, прежде чем нанимать магов, которые будут портить жизнь девушкам, сначала поинтересуйся, нет ли у понравившеймя девушки жениха или мужа. А то совсем некрасивая ситуация может получиться.

– А у тебя есть жених? – спрашивает  лорд. Почему-то с надеждой.

– Есть, – киваю и успеваю заметить лёгкую грусть, промелькнувшую на его лице.

Эй, а как же его великая любовь к красотке, потерявшей платье?

– Ну, ладно, пока, Эдуард, – поправляю форму и собираюсь уходить.

– Не скажешь "спасибо" за то, что развязал? – спрашивает он.

Только открываю рот, чтобы поблагодарить, но внезапно вспоминаю, как ловко Хантер навесил на меня обязательство.

– Лучше бы ты мне это сказал. За то, что не стала поднимать шум.

– Мы ещё встретимся? – в его глазах отражается что-то, совершенно непонятное. – Мы могли бы дружить.

– Знаешь, – говорю ему. – Ты неплохой парень. Но мой жених этого точно не одобрит.

И ухожу, оставляя Филю наедине с его мыслями. Надеюсь, он сделает правильные выводы.

Путь к комнате нахожу быстро и без приключений.

Некоторое время любуюсь на вырванный "с мясом" замо́к. Это маги выдрали его, чтобы похитить меня. Боком захожу и наконец-то распутываюсь окончательно.

И как мне теперь здесь спать?

Тихий шорох за дверью раздается неожиданно. А следом за ним слышу звук, как будто в дверь кто-то скребётся. Это заставляет меня вздрогнуть.

Надо ли говорить, что я за ночь больше не сомкнула глаз? Теперь я не чувствовала себя в безопасности в этой комнате. Наоборот, ощущала что-то зловещее. Словно какое-то событие зреет, как гнойный прыщ на лбу – это предчувствие никак не хотело оставлять меня.

Возможно, просто мои нервы расшаталась из-за всех этих приключений. Сталкиваясь несколько раз в день в подобными событиями, и не такое начнёшь подозревать.

Естественно, я уже не смогла уснуть. Какое там! Разгулялась, как иногда говорят в таких ситуациях.

Здесь было трудно не разгуляться – разбудили, связали, отволокли невесть куда. У кого угодно нервы расшатаются.

До сих пор трясет. Было бы в своем теле, давно бы давление подпрыгнуло, наверное. Но пока ничего, держусь.

Однако от шороха всё же вздрагиваю.

Я одета в свой единственный комплект формы. Кстати, уже довольно помятый. У меня не запирается дверь (как выяснилось, даже запертая не остановила злоумышленников). А ещё у меня сейчас своё родное лицо, с которым я "похищала" Пипяо. И которое отлично известно неадекватному Хантеру, поставившему на меня печать.

Хорошо ещё, что Филя – полный придурок и вроде бы неопасен. И не видел мое лицо раньше, чтобы узнать.

Внезапно вспоминается, как Филя клянчил "спасибо", а потом, осознав, что я не повелась на это, сразу поменял тему. Даже пальцы холодеют от нового предположения. Хотя, может, это происходит и от того, что у меня нет более теплой одежды.

Но факт напрашивается сам – Филя далеко не идиот, каким активно старается казаться. Он хотел наложить на меня очередную печать и навесить обязательство. Одно маленькое "спасибо", и всё. Я бы оказалась ему должна.

Видимо, не зря "спасибо", "пожалуйста" и подобные им слова называются волшебными. Здесь они волшебные в прямом смысле. Магические, позволяющие имитировать что-то вроде клятвы.

Как же мало знаний! Мы как слепые котята в этом мире магии. Надо быть крайне осторожными.

Дверь со скрипом приоткрывается. Я стою, готовая биться до последнего с ночным визитером.

– Хезер, – голос Милока звучит обескураженно. – А почему у тебя незаперто?

Зажигается свет магического светильника. Милок в недоумении осматривается в моей комнате, где я не успела пока убрать следы борьбы.

Чувствую исходящий от напарника запах колбасы. Он такой яркий, что невольно текут слюнки. Я же не ела с самого утра.

Наверное, Милок пропах колбасами, когда мы с ним стояли в кладовой. Или это потому что он съел сардельки, а зубы не чистил.

– Так и думал, что ты не спишь! – на лице мальчишки, который сейчас не стал надевать никакую личину, очень деловое выражение лица. – Я тоже пока ещё не ложился. Точнее, лег. Но уснуть не получилось. Ну,я накинул иллюзию невидимости. И решил побродить по коридорам. И ноги меня сами понесли в сторону той самой запретной секции, – сознался он.

– Что? – моему изумлению нет предела.

– Да меня никто не видел и не слышал, – пожимает он плечами. – Так что всё нормально.

Устало опускаюсь на единственный стул.

– А ты больше не хочешь спать и не собираешься? – уточняет Милок.

– Нет, – уж точно нет. Не усну.

– Отлично! – неизвестно чему радуется мальчишка.

А потом, словно фокусник, достает из-за пазухи сардельки.

– Где ты их взял? – удивляюсь.

– Не спрашивай, – уклончиво отвечает он. – Позаимствовал в столовой. Та кладовка на ночь, как оказалось, запирается на совсем уж хлипкий замок.

Да тут в академии, похоже, все замки хлипкие!

– Мажься своим зельем, – продолжает он. – И ешь сардельку. Если ты уже успела выспаться и выглядишь бодрой, то мы можем пойти в библиотеку прямо сейчас. В запретную секцию. Пока ты тут дрыхла без задних ног, я стянул у смотрителя ключи.

Сквозь огромные панорамные окна в библиотеку проникают предрассветные лучи. Керосиновый фонарь, который сорванец Милок стянул у смотрителя вместе с комплектом ключей от библиотеки, уже давно потушен за ненадобностью.

Да, мы тайком пробрались в ту самую запретную секцию.

– Ну а где же ещё искать самую секретную информацию? – пожал Милок плечами и оставил меня наедине с книгами, а сам поскакал ровнехонько к тому приметному портрету, за которым был вход в потайной коридор, где мы скитались накануне.

– Как же эта скотина открывается? – обшаривал Милок стены вокруг него, надеясь найти рычаг.

Я только вздохнула. Дети всегда любят такие штуки. Особенно мальчишки. Но у нас ведь есть более важное дело.

Я не стала помогать Милоку в поисках рычага. По-моему, важнее было найти хоть что-то о печатях. Но почему-то в запретной секции оказались книги исключительно о темной магии. Наверное, их попросту убрали под замо́к из общего пользования, чтобы не смущать неокрепшие умы адептов. Действительно, ну а где ещё хранить такие книги? Уничтожать их тоже не следует, потому что в каждой из них к абсолютно каждому темному ритуалу было описано то, как ему противостоять.

Может быть, старшекурсникам сюда и дают доступ. Но совсем уж зелёную молодежь и правда лучше не пускать.

Меня немного беспокоил подслушанный накануне разговор о том, что другие двое неизвестных ищут в академии девушку. И планируют избавиться от нее. Более того, стоит девушке покинуть академию, как ее сразу могут поймать. И хотя это и звучало бы слишком эгоистично, но мне почему-то казалось, что они имеют в виду меня.

Роясь на полках стеллажей запретной секции, я трясу головой, выбрасывая из нее дурацкие мысли. Ну какая ерунда! Мир же не крутится вокруг меня одной! Но что тогда делать? Как помочь той несчастной незнакомке? Может быть, предупредить ректора? Он производит впечатление вполне адекватного человека.

Растроенный Милок, которому так и не удалось открыть ход, подходит ко мне, когда я стою на высокой стремянке и рыскаю на верхних полках.

– Хезер, уже светает. Скоро смотритель проснется. Мне надо успеть подбросить ему ключи до того, как он обнаружит пропажу. У тебя получилось что-то найти?

И тут я, измученная бесплодными поисками и перелистыванием бесполезных книг о темной магии, которые мне постоянно попадались, всё-таки не выдержала:

– Милок, у тебя совесть есть вообще? Или нет? Знаешь ведь, что время ограничено! Почему я одна рыскаю по этим однотипным книгам?! Ты хочешь помочь своему брату или нет?

– Я искал, как открыть тайный ход! – обиженно отвечает мальчишка.

Сейчас он без личины. Зато я после зелья и сардельки снова в образе страшилы Хезер.

– Да кому он нужен, этот ход! – психую. – Тебе что, наплевать на своего брата? Почему я одна должна искать, как снять печать, если это надо именно тебе?! В то время, пока ты играешься. Зачем тебе этот тайный ход? Беспрепятственно обчищать колбасные кладовки?

Пристыженный мальчишка дерзко вскидывает голову.

– Так это и тебе тоже надо, – заявляет он. – На тебя Хантер навесил печать! Думаешь, я поверю, что ты стараешься для моего брата? Ты в первую очередь делаешь это для себя! И я не вор! Я не краду, а… беру взаймы! Думаешь, я не могу позаимствовать что-то без этого хода? Очень даже могу! Кстати, краденую колбасу ты тоже преспокойно ела!

При прикосновении к корешку очередной книги, у меня внезапно кружится голова, и я теряю равновесие.

Со стремянки сваливаюсь с грацией мешка картошки. Несмотря на наш конфликт, Милок в последний момент бросается, чтобы меня поймать. Но не успевает. Больно шлепаюсь на пол.

– Хезер, прости меня, пожалуйста! Ты в порядке?

В области лодыжки острая боль. Она простреливает всю ногу при первой же попытке подняться. Книга выпадает из моих ослабевших пальце и открывается на странице с каким-то явно темным ритуалом. И тут, стоило этой конкретной книге открыться, по ушам бьёт резкий звук, напоминающий сирену. И тут же за стеллажами слышен топот сапог.

Милок пытается накинуть на нас иллюзию невидимости, но у него ничего не выходит. Что ещё за сбой? Он же недавно подкрепился сардельками. Он пытается помочь мне встать, но боль мешает подняться. Сирена просто оглушает. Милок соображает, что источником звука является раскрывшаяся книга, и с силой захлопывает ее.

– Господин ректор, – фраза смотрителя раздается совсем рядом. – Нарушитель здесь! Мне это не показалось! Ночью в запретной секции действительно кто-то был! Хотя и не удалось никого обнаружить.

– И этот кто-то охотится за книгами по темной магии, – ректор отвечает убитым голосом. – Именно на самых темнейших установлены магические звуковые силки…

– А вы мне отказывались верить!

– Но мы же ночью здесь всё проверили. И никого не обнаружили. Да и как бы неизвестные проникли сюда? Без сопровождения магия пропустит в это помещение только того, кто уже был здесь. Вы же сами давали доступ нескольким старшекурскикам, кто обучается на специальности "Защита от Тьмы". Но они вряд ли полезут ночью. Только не говорите мне, что кто-то просто взял и из воздуха материализовался в запретной секции!

Мы-то с Милоком "материализовались" здесь в первый раз из тайного хода.

– Но преступница-портальщица была на днях замечена возле академии! – не сдается смотритель. – Вдруг ее целью были именно наши книги?! К тому же, у меня ночью пропал комплект основных ключей.

У меня кровь холодеет в жилах. Я не способна сдвинуться с места. Шаги всё ближе. Милок дёргает меня и так, и эдак, пытаясь оттащить в сторону. Опасная книжка, валявшаяся рядом, как ненужный хлам, отлетает куда-то под стеллажи от случайного удара ногой.

В последний момент Милоку удается помочь мне. Мы с ним едва-едва успевает отковылять, затаиться под библиотечным столиком и дёрнуть вниз скатерть на нем, как ректор, смотритель и ещё несколько преподавателей, судя по их виду в спешном порядке поднятых с постелей, оказываются на том самом месте, где мы только что были.

Мы молчим и стараемся не дышать.

– Здесь точно кто-то только что был, – говорит один из преподавателей, оглядывая покосившуюся стремянку.

– Не нравится мне всё это, – вздыхает ректор. – В нашей академии преступник. Вчера повар жаловался на пропажу продуктов. Сегодня у смотрителя пропали ключи. А теперь звук, сопровождающий открывание темнейших книг…

Преподаватель помоложе взбирается по стремянке.

– Ректор, – произносит он срывающимся голосом. – Корактор пропал.

На лицах мужчин настоящий шок. Смотритель хватается за голову.

Первым в себя приходит ректор.

– Опечатать помещение! – кричит он. – Эта книга ни в коем случае не должна покинуть стены запретной секции! Найти преступника! Он не мог далеко уйти!

Преподаватели разбегаются.

– Ректор, – произносит недоуменно молодой преподаватель, не успевший спуститься с лестницы. – Но вы же сами говорили, что здесь может оказаться портальщица. Вдруг она уже сбежала?

– Не сбежит, – неожиданно вместо ректора отвечает смотритель и ухмыляется. – Я ещё ночью включил особый прибор, который создаёт помехи для любой неартефакторной магии в этом помещении. Так что ищите и найдете.

Вот почему Милоку не удалось сделать нас невидимыми. Нам приглушили магию. Милок был прав. Вот чем надо было заниматься! Искать, как открыть потайной ход. Потому что теперь я не представляю, как нам сбежать. Тяжёлые шаги уже рядом с нашим хлипким убежищем. Сердце бьётся, как у загнанного зверя. Смотритель резко откидывает скатерть со столика, словно чувствует, где нас искать. Его ухмылку, с которой он нас нашел, я буду помнить очень долго.

– Хезер? – на ректора жалко смотреть. – Как ты могла? Ты привела в академию постороннего? Мальчик, откуда ты здесь взялся?

И тут происходит невероятное. Милок выхватывает ножик и приставляет к моему горлу, хватая меня за волосы.

– Ещё одно слово, и моей заложнице не жить! – истошно кричит он.

Он выволакивает меня из-под стола.

Я открываю рот, чтобы спросить, что он вообще делает, но Милок довольно чувствительно пихает меня в бок кулачком. Неужели он и правда не шутит?

Преподаватели сбегаются на шум, но сделать ничего не могут, их магия тоже заглушена артефактом, который включил смотритель.

Милок громко смеётся самым настоящим злодейским смехом, который заставляет всех отшатнуться.  Даже меня прошибает холодный пот. Хотя, это, скорее всего, лихорадит из-за сломанной ноги.

– Да! Я проник сюда специально, чтобы украсть ваш Корактор! – вопит Милок совсем уж по-сумасшедшему и толкает абсолютно невероятную "злодейскую" речь. – Я взял заложницу и сломал ей ногу, чтобы она не могла сбежать! А теперь я убью ее, если сейчас же не будет включена возможность пользоваться магией. Даже у меня дёргается глаз. Все эти события меня точно доконают. Наверное, я выгляжу достаточно бледной и испуганной, чтобы сойти за невинную жертву. Боль в ноге не способствует румяному цвету лица и радостному выражению на нем.

Ректор смотрит на меня и слабым голосом говорит смотрителю:

– Сделайте то, что он просит.

– Но ректор, неужели мы позволим преступнику уйти с ценной книгой?

– Жизнь нашей адептки намного ценнее, – произносит этот поистине мудрый человек. – К тому же, он не уйдет, запретная секция опечатана. Здесь самые сильные маги академии. Мы поймаем его.

Преподаватели осторожно окружают нас, явно намереваясь схватить Милока.

– Считаю до трёх и перерезаю ей горло! – орет мальчишка. – Раз! Два!

Он что, и правда собирается это сделать? Наверное, в моем взгляде отражается неподдельный страх. Потому что в следующее мгновение магию всё-таки включают. Я продолжаю ощущать, что Милок рядом, но иллюзия, которую он запускает, очень реалистична. Иллюзия портала, в который он якобы отправляется, выглядит точно также, как моя собственная магия. Портал не отличить. Хлоп, и будто бы никого нет. Невидимый Милок, который естественно никуда не переместился и находится здесь, резко толкает меня вперёд, и я падаю. Сам он мигом скрывается, пользуясь поднявшейся суматохой.

– Это же портальщик! – шокированно произносит кто-то из преподавателей.

– А что делать с адепткой?

– Пока что к целителю, но глаз с нее тоже не спускать…

Последнее, что я слышу, прежде чем потерять сознание от болевого шока:

– Зовите Хантера, – приказывает ректор. – Только он сможет выследить портальщика и вернуть похищенную книгу.

Хантер

Хитрый, как лис. Жестокий, словно палач. И невероятно одаренный одним из видов запретной магии. Он годами успешно хранил свой темный секрет, словно зеницу Ока. Если бы кто-то только мог догадаться, кто именно является главным дознавателем столицы их королевства.

Никто никогда не узнает. Никто не раскроет его. Жалкие людишки. Он смотрел на них свысока. Тупая чернь. Даром, что маги. Даже ректор академии вызывал у Хантера лишь брезгливость и желание поморщиться. А простых людей он вообще считал муравьями, пылью на сапогах.

Он мог бы стать королем. Но на заре своей карьеры, будучи наивным юнцом, принес своему монарху и его роду клятву верности. И получил печать на предплечье. Будь она неладна! Она не доставляла совершенно никаких хлопот. Кроме того, что с того самого момента он не мог причинить вреда своему королю.

Но ему неожиданно выпал шанс.

Велейна. Это имя не выходило из его головы. Но не из-за внезапно вспыхнувшей любви, а по другой причине. Принцесса. Дочь короля вражеского государства. И на ней долговое обязательство Хантера.

Маг усмехнулся.

Она не сможет прятаться вечно. Однажды он найдет ее и потребует вернуть долг. Время работает на него. Чем дольше принцесса прячется и не возвращает должок, тем больше Хантер в результате сможет с нее потребовать. И ей придется подчиниться и исполнить его волю, хочет она того или нет.

Глупый дракон упустил ее. Но Хантеру это только на руку. А теперь и дракон не станет помехой. Всё складывается как нельзя лучше. Нет дракона, нет и проблемы. Чешуйчатая скотина из тех, кого давно пора истребить, как зверьё, подохла в придорожной канаве. Проклятье разъест драконью плоть в прах, который развеет ветер, и никто не поймет и не догадается. Да, пришлось постараться, чтобы подготовить оружие против Дрейка Даркнесса. И выследить черного дракона, наконец-то покинувшего свой неприступный замок.

Нет, Хантер не был из тех маньяков, кто наслаждается мучениями жертвы. Его всегда вел только трезвый холодный расчет. Дракона он воспринимал лишь как препятствие, которое следует устранить. Очень досадное препятствие.

Но теперь об этом незачем беспокоиться. Проклятье, которое было наложено на клинок, уже давно должно было подействовать.

Остаётся найти принцессу. И сделать это раньше тех идиотов, которых нанял ее отец.

А для этого нужна магия. Очень много.  И, кажется, он нашел, у кого ее можно выкачать.

Письмо ректора, присланное по магической почте, разбудило и застало врасплох. И что нужно этому полоумному старику в такую рань?

Пробегая глазами по строчкам, Хантер чувствовал, как магия, которую он ночью забрал у одной наивной, но одаренной деревенской дурочки-сироты, приехавшей поступать в академию, но клюнувшей на незамысловатое ухаживание знаменитого городского мага, покалывает в кончиках пальцев.

Но в самой академии его ждала рыбка покрупнее.

"Порталы… Пострадавшая адептка… Похищен Корактор…"

Дрейк Даркнесс

– Сегодня какой-то день невест, – загадочно произнес ректор академии, почесал лысину и добавил, – просто ужасный день.

Сначала меня не хотели пускать в эту треклятую академию. Более того, кричали "нищим не подаём" и пытались отогнать магией. Пришлось превратиться в дракона прямо на площади перед главным входом. В процессе превращения подпалились несколько клумб и погнулись кованые ворота с частью забора.

Ну, в целом магов понять можно. После моего долгого путешествия и некоторых произошедших в пути "приключений" (к примеру, покушение на убийство), в человеческом облике я, скорее всего, выглядел несколько потрепанно.

Но стоило показать дракона, как все мигом стали невероятно сговорчивыми. Надо было с этого и начинать.

Единственный светлый момент этого путешествия – мой сон ночью. Кратковременная, но такая сладкая греза. Которая прервалась раньше, чем я успел обладать моей любимой.

Даже во сне она каждый раз сбегает от меня, растворяясь прямо в руках словно дым.

Но теперь я ее найду. После сна инстинкты обострились. Как будто моя невеста была не грезой, а действительно присутствовала рядом. И я отчетливо почувствовал, в какую сторону мне нужно лететь.

Жаль, магический эффект продлился недолго, и теперь мои внутренние инстинкты уже не ведут меня к невесте, словно компас. Но они успели указать на академию, а это уже немало. Решила поступить и выучиться на магичку? Ну, ну, дорогая. Девушки не должны получать образование. Их дело сидеть в башне, рожать детей и ублажать мужа.

После того, как я заберу ее девственность по-настоящему, я смогу чувствовать мою истинную везде, где бы она ни была. Драконы – собственники. А истинная – главное сокровище любого дракона. А за главным сокровищем нужен тотальный контроль. Особенно, если она сразу же понесет наследника. Сегодня я ее найду, и она уже никогда никуда не сбежит.

– Но у нас нет никаких принцесс, – блеет ректор несчастным голосом. – Ни одной девушки по имени Велейна среди адепток тоже нет.

Он выглядит невыспавшимся, уставшим и измученным, но мне нет до него дела.

Надеюсь, в моем голосе достаточно железа, чтобы никто даже не думал мне перечить.

– Всех девушек и женщин ко мне! – командую. – Или я сейчас сам пойду по комнатам. А потом превращусь в дракона и разнесу эту академию! Камня на камне не оставлю!

Ректор смотрит на меня очень грустным взглядом и бормочет себе под нос:

– Да, только дракона нам сегодня и не хватало…

А потом громко говорит:

– Да, конечно, господин дракон, не смею вам препятствовать. Ищите здесь что хотите – хоть невесту, хоть серого козла. Никто не будет вам мешать.

И промакивает лоб платочком.

Никто не отказывает дракону. Ни король, ни ректор.

Усмехаюсь.

Уж свою-то невесту я обязательно узнаю. Даже если она станет невидимой, как в прошлый раз, отыщу по запаху. Она точно в академии. Я в этом уверен.

Она станет моей, хочет того или нет.