Перевод выполнен группой https://t.me/Librisbooks

Распространение перевода только с отметкой канала!

«Desire» оказался лучше, чем я ожидала. Конечно, мой единственный опыт посещения клубов для любителей нетрадиционного секса ограничивается порнофильмами. Эти видео заставили меня думать, что клуб будет темным подземельем, заполненным веревками, кнутами и цепями. Устрашающим и немного пугающим, но все же странно притягательным для меня. Однако «Desire» совсем не такой.

Его внешний вид гармонично вписывается в городской пейзаж. Вход, окрашенная в черный цвет дверь не привлекает внимания, а внутри меня встречает элегантная стойка регистрации и женщина, одетая как изящная секретарша.

Она регистрирует меня, проверяя, правильно ли я заполнила все документы, а затем дает мне простой резиновый браслет красного цвета, означающий, что я занята. Это значит, что сегодня вечером никто не будет пытаться трахнуть меня, кроме парня, с которым я здесь встречаюсь... Гранта.

В моем телефоне есть карта этого места, на которой показаны пять уровней здания. Каждый из них предлагает свой собственный опыт, и из наших сообщений я знаю, что Грант забронировал нам номер на третьем этаже, этаже бондажа.

От этой мысли по моей спине пробегает дрожь. Я не хочу ничего больше, чем чтобы Грант воплотил в жизнь мои самые смелые мечты. Две ночи назад я часами переписывалась с ним. И когда он сказал мне засунуть пальцы в трусики, я не смогла удержаться. То, как он подбадривал меня, заставило меня почувствовать, что моя фантазия — самая нормальная вещь на свете. Это было слишком хорошо, слишком возбуждающе. Я не смогла удержаться и кончила, читая грязные слова, которые он продолжал мне посылать. Это был самый сильный оргазм в моей жизни.

После этого меня охватило чувство стыда, но Грант не дал ему взять верх. Он успокоил меня, сказав, какая я хорошая девочка, что послушалась его, и что-то в моей голове изменилось, я жаждала этой похвалы. Его похвалы.

Когда он предложил мне встретиться, я согласилась, не успев полностью обдумать это. Нет, не успев полностью позволить своему беспокойству отговорить меня от этого. Потому что, несмотря на то, что говорят социальные нормы, я хочу этого.

Я не собиралась заходить так далеко. Я зашла в приложение просто посмотреть, что это такое. Моя подруга Айви упомянула, что познакомилась с кем-то в «Desire», и я хотела посмотреть, что это такое. Я не собиралась ни с кем встречаться. Но как только я вступила на этот путь с Грантом, я уже не могла отступить.

Сейчас я нахожусь на первом этаже клуба, помещение окутано фиолетовым светом светодиодов, а над баром висит ярко-розовая неоновая вывеска с надписью «Desire» курсивным шрифтом.

Помещение не выглядит откровенно сексуальным. Здесь есть черные кожаные диваны и небольшие столики с мягкими креслами. В центре находится большой бар с блестящей стеклянной столешницей. Ничто не выглядит извращенным, если только не задержаться взглядом на кабинки, расположенные вдоль задней стены. За занавесками, создающими уединенные пространства, я могу только представить, что люди занимаются грязными делами.

Но это часть игры здесь. Здесь всему есть свое место.

Я не должна смотреть, но мои глаза не могут не блуждать по каждому сантиметру клуба. В атмосфере есть что-то магнетическое.

Я тревожно оглядываюсь по клубу, стараясь не скушать помаду и не грызть ногти до крови. Веди себя непринужденно, говорю я себе, как будто встреча с кем-то в секс-клубе, чтобы трахнуться самым грязным образом, — это обычное дело.

Как раз в этот момент я вижу, как он входит через двойные двери. Он достаточно похож на свои фотографии, чтобы я сразу его узнала, но снимки на моем мобильном телефоне не передают всей его красоты.

Когда я смотрю на него, в животе у меня порхают бабочки. Темные волосы на его голове взъерошены, как будто он постоянно проводит по ним руками. Небритая щетина покрывает его острую линию подбородка, что только делает его еще более привлекательным. С руками, засунутыми в карманы черных джинсов, он выглядит уверенным, комфортно чувствуя себя в своей коже, когда подходит ко мне.

— Я не думал, что ты придешь, — голос Гранта такой, как я и ожидала: глубокий и хриплый.

Я облизываю губы, услышав его голос.

— Я не была уверена, что приду, — говорю я ему.

Даже после того, как все было договорено, я два дня раздумывала, не отменить ли встречу. Возбуждение смешалось со страхом и тревогой, и эта смесь эмоций вызывала у меня тошноту.

Он прислонился к бару, и одна сторона его рта поднялась в хитрой улыбке.

— И почему же?

Он улыбается непринужденно, и когда он спрашивает, то кажется искренне любопытным, а не осуждающим. Его энергия притягивает меня к нему, маня, как прохладный ветерок в теплый день.

— Не знаю, — говорю я, пожимая плечами. — Наверное, я просто нервничала.

— Это понятно. — Он пожимает плечами. — Я бы больше беспокоился, если бы ты не нервничала. — Он снова улыбается, обнажая ряд жемчужно-белых зубов, и при этом виде все беспокойство как будто тает. — Мы можем остановиться в любой момент сегодня вечером, Бейли. Я буду действовать медленно, но если станет слишком тяжело, просто скажи стоп слово, и все остановится.

— Банан, — говорю я слово-пароль, которое мы договорились использовать в SMS.

Грант смеется, и этот хриплый звук заставляет меня сжать бедра.

— Хорошо, скажи «банан», и все закончится сегодня вечером. Я помою тебя, и мы сможем провести остаток ночи, делая все, что ты захочешь.

Эта часть меня удивляет. Я думала, что произнесение безопасного слова просто заставит его уйти. В конце концов, он здесь ради секса, верно? Так что, если я уберу это с повестки дня, у него не будет причин оставаться...

— Как насчет того, чтобы сначала выпить бокальчик? — Грант кладет ладонь мне на плечо, вес его руки успокаивает меня и вырывает из моих мыслей.

— Конечно, — киваю я. — Вообще-то, может быть, пять.

Он смеется, махая бармену, и заказывает два фирменных мартини клуба.

После того, как бармен поворачивается, чтобы взять джин, Грант наклоняется ко мне, обнимая меня за талию, и прижимается губами к моему лицу.

— Только один, Бейли, — шепчет он, едва слышным голосом. — Я хочу воплотить твою грязную фантазию в жизнь сегодня вечером, и если ты выпьешь больше, у нас ничего не получится. — Его глубокий голос в сочетании с грязными обещаниями вызывает дрожь возбуждения по моей спине.

— А если я выпью второй? — я поднимаю бровь, задавая вопрос. Может быть, я испытываю его, проверяя его пределы, как это делает непослушный подросток, но мне нужно знать его ответ.

— Тогда я отвезу тебя домой, как джентльмен, и провожу до входной двери, — отвечает он без паузы, не отрывая глаз от моих, как будто ждет, чтобы увидеть, как я отреагирую на его ответ.

— Ты не будешь трахать меня?

— Я даже не прикоснусь к тебе, разве что поддержать тебя, когда ты будешь выходить из двери на этих каблуках.

Его взгляд скользит вниз, на пятисантиметровые каблуки, которые я решила надеть. Оглядываясь назад, можно сказать, что это была плохая идея. Он, наверное, прав, когда говорит, что я буду спотыкаться, выходя отсюда.

Я действительно это делаю? Я действительно собираюсь трахнуться с мужчиной, которого встретила в интернете?

Может, это неправильно. Может, со мной что-то не так, раз я хочу, чтобы Грант отвел меня наверх и сделал со мной все те грязные вещи, которые он обещал, но я ничего не могу с собой поделать. И теперь я не могу отступить.

Я хочу, чтобы он использовал мое тело. Я хочу, чтобы он связал меня и сделал со мной все, что захочет. Грязно, неправильно, плохо, как бы то ни было, я не могу ничего поделать с тем, что мое сердце начинает биться чаще, когда я об этом думаю.

Мне нужно это сделать.

— Хорошо, — улыбаюсь я. — Тогда только один напиток.

— Молодец, девочка, — он практически мурлычет эти слова, и от его комплимента я чувствую, как жар разливается по всему телу.

— Когда мы пойдем наверх? — спрашиваю я, когда официант приносит два мартини и ставит их перед нами вместе со счетом. Грант пишет свое имя внизу чека, прежде чем взять два напитка и протянуть один мне.

— В конце концов. — Уголок его губ поднимается в кривой улыбке. — Давай сначала расслабимся и насладимся нашими напитками.

Он улыбается, как будто знает, насколько я уже возбуждена. Как будто он наслаждается тем, как он меня раздражает.

— Ты делаешь это специально, да? — спрашиваю я, надув губы.

Это только заставляет улыбку Гранта стать еще шире.

— Бейли, — он ругает меня мрачным смехом, который не помогает моему растущему возбуждению. — Я бы никогда.

Я чувствую сарказм в его коварной улыбке. Я хмурюсь, прищуривая глаза.

— Я хочу, чтобы ты... сделал то, что обещал.

— И я сделаю, — уверяет он меня, прежде чем сделать долгий глоток мартини. Я наблюдаю, как его горло поднимается и опускается, когда он глотает алкоголь, прежде чем его глаза снова встречаются с моими. — Но ты должна быть терпеливой, Бейли. Ты сможешь, правда? Ты сможешь быть моей хорошей девочкой?

Когда его голос становится глубже на последней части похвалы, что-то внутри меня успокаивается с незнакомым, но приятным желанием, отчаянно стремясь быть только его хорошей девочкой.

Я неохотно киваю головой.

— Скажи мне, — подталкивает Грант. — Кивать головой сегодня вечером будет недостаточно. Мне нужен твой устный ответ, Бейли.

— Да, — говорю я, и Грант награждает меня еще одной улыбкой, от которой мое тело согревается рядом с ним.

Я помню его фантазию из его профиля. Я не могу ее забыть, вероятно, потому что прочитала ее уже не один раз. На самом деле, больше двух раз. Она так идеально совпадала с моей, как я могла не перечитать историю, которую он изложил.

Но одна вещь привлекла мое внимание. Когда его партнерша по фантазии обращалась к нему, она называла его «сэр».

— Должна ли я... — я замолкаю, мои щеки краснеют под его взглядом.

— Должна что? — Он поднимает одну бровь и продолжает смотреть на меня, ожидая, пока я закончу свой вопрос.

— Должна ли я называть тебя «сэр»? — наконец спрашиваю я.

Глаза Гранта слегка расширились, и я поняла, что это слово произвело на него немедленное впечатление.

— Это почетное обращение, — сказал он через мгновение. — Мне нравится. То есть, мне очень нравится. Но я должен заслужить это звание.

— О.

Честно говоря, я была удивлена его ответом. Я думала, что он потребует, чтобы я называла его «сэр». Я думала, что так обычно устроены отношения такого рода.

— Значит, я должна подождать?

Из его губ вырывается тихое стон, и я не могу понять, это разочарование или я возбудила его так же, как и себя.

— Ты сама выберешь, когда будешь готова называть меня так. Не обязательно делать это сегодня. Когда будешь готова.

— Но ты хочешь, чтобы я это сделала?

Он делает шаг ко мне, вторгаясь в мое личное пространство. Хватая меня за руку, он поворачивает меня так, что моя спина прижимается к его груди.

— Ты чувствуешь это, Бейли? — спрашивает он, прижимая свою твердую эрекцию к моему бедру. — Ты чувствуешь, как сильно я тебя хочу?

Кислород устремляется из моих легких, и я чувствую, что готова застонать от одного только прикосновения его тела к моему. Я хочу большего. Больше его рук на моем теле, меньше одежды между нами, его член, напряженный в джинсах, глубоко во мне. Я хочу всего этого прямо сейчас.

— Пожалуйста, — выдыхаю я.

— Пожалуйста, что? — спрашивает он. — Скажи мне, чего ты хочешь, дорогая.

— Я хочу, чтобы ты отнес меня наверх.

Я практически выдыхаю эти слова, но, несмотря на мое признание, Грант отстраняется от меня.

— Пока нет, — говорит он, поднимая бокал с мартини с барной стойки и снова поднося его к губам.

Мое тело болит, когда его прикосновения покидают меня, я отчаянно желаю, чтобы его руки вернулись на место.

— Почему? — я кривлюсь, задавая вопрос.

— Потому что... — он улыбается над бокалом мартини, затем делает глоток, прежде чем продолжить. — Я хочу не торопиться сегодня вечером. Терпение, дорогая.

Я сдерживаю стон, поднимающийся из горла, и вместо этого делаю глоток своего напитка.

— Так что же мы будем делать в это время? — спрашиваю я, кусая губу и оглядываясь по сторонам.

Улыбка, которая появляется на губах Гранта, вызывает во мне новый дрожь, останавливающуюся между ног.

— Мы будем смотреть, — просто отвечает он. — И я узнаю все мелочи, которые тебя возбуждают.

Мое тело гудит от предвкушения, пока лифт поднимается на третий этаж. Наконец-то.

— Знаешь, — начинает он, проводя большим пальцем по нижней губе, а глазами скользя по всему моему телу.

Я вижу себя в зеркальных стенах лифта, не в силах уйти от стекла, которое показывает мне каждый недостаток. Нервы вновь дают о себе знать при мысли о том, что Грант собирается мне сказать, в ужасе от того, что он может понять, что все это было ошибкой и он на самом деле не хочет трахать меня. Может, поэтому я так тороплю его, чтобы он отвез меня в нашу комнату и покончил с этим.

— Ты выглядишь потрясающе. По-моему, я тебе этого не говорил.

Его слова шокируют меня, и на мгновение я думаю, что у меня произошел сбой в мозгу. Я вижу себя. Я одета во все черное, выгляжу почти как гот, за исключением того места, где мои темные волосы переходят в фиолетовый омбре. Это единственный яркий акцент в моем образе. Черная мини-юбка облегает мою кожу, а в нее заправлен прозрачный блестящий топ, который открывает вид на черный кружевной бралетт, который я ношу под ним. Я хотела выглядеть сексуально, отличаться от обычной себя, которая носит только джинсы и большие футболки с логотипами групп. От той себя, которую я не показываю никому, которая появляется только ночью, когда я укрываюсь одеялом и мои пальцы скользят между бедрами. От той себя, которая живет только в глубине моего сознания.

Грант кладет руки мне на бедра, вставая позади меня. Его дыхание скользит по моему уху, и наши глаза встречаются в зеркале.

— Ты видишь то же, что и я? — спрашивает он низким, хриплым голосом. — Ты видишь, насколько ты потрясающая?

Его глаза прожигают мои, и я отчаянно хочу отвести взгляд, перестать смотреть на него и на себя, но он держит меня на месте.

— Ответь мне, — говорит он. Эти слова — требование, но оно мягкое, даже чувственное, пока он смотрит на меня, его пальцы все еще сжимая мои бедра.

— Нет, — честно говорю я.

Я не вижу того, что видит он. Девушка в зеркале не потрясающая. Она не похожа на богиню секса. Она похожа на пухлую девушку, которая втиснулась в обтягивающую юбку в тщетной попытке выглядеть сексуально.

— Очень жаль, дорогая, — выдыхает Грант, его теплое дыхание скользит по моей шее, вызывая очередной дрожь по моему позвоночнику, которую, кажется, только он способен вызвать. — Если бы я только мог заставить тебя понять, насколько ты красива.

Лифт звенит, достигая третьего этажа, вырывая меня из тумана вожделения, в котором я оказалась. Грант делает шаг назад, когда двери открываются, открывая следующий уровень «Желания». Этот этаж имеет такое же фиолетовое свечение, как и нижний. Я не вижу здесь бара, но стены по обе стороны от нас покрыты стеклянными окнами, через которые можно заглянуть в разные комнаты. В центре помещения стоят несколько роскошных диванов, обтянутых черной кожей.

Повсюду разбросаны люди, женщины в нижнем белье или коже, сидящие на коленях у мужчин. Я чувствую, что меня затянуло в извращенную фантазию. Вся комната кричит о сексе, и в нижней части живота у меня снова появляется тепло. Мой взгляд останавливается на женщине с кошачьими ушами, стоящей на коленях и привязанной к другой женщине поводком, прикрепленным к ошейнику, обернутому вокруг ее шеи.

— Тебе нравится то, что ты видишь? — мурлычет Грант мне на ухо.

Я киваю.

Я хочу увидеть больше. Часть меня хочет подсмотреть за сексуальной жизнью всех остальных людей здесь, хочет знать, что они делают и почему.

— Слова, Бейли, — требует он, слегка шлепнув меня по попе.

— Да, — шепчу я. — Мне нравится.

— Хорошо. — Он обнимает меня за талию. — Начнем с этого.

Грант ведет меня в комнату, видимую за стеклянной стеной. Я не могу отвести взгляд от сцены, разворачивающейся передо мной.

— Что это..., — я замолкаю, облизывая губы и глядя на женщину, которая привязана с красным кляпом во рту.

Это похоже на какую-то скамью для жима с ремнями вверху и внизу, чтобы закрепить ее запястья и лодыжки, оставляя ее фактически на милость своего Дома.

— Это сцена, — говорит мне Грант.

Он снова стоит за моей спиной, его ладони скользят вверх и вниз по моим рукам, вызывая электрический разряд при каждом дразнящем нежном прикосновении.

— В нашей комнате нет окон, правда? — спрашиваю я, с трудом сглатывая слюну.

Я не могу не думать о том, что все остальные комнаты на этом этаже, похоже, выходят на комнату с большим прозрачным стеклянным окном. Я не против смотреть на других, но мысль о том, что они смотрят на меня, делает меня еще более нервной, чем я уже есть.

— Нет, дорогая, — уверяет меня Грант. — Не сегодня. Может быть, однажды, если ты попросишь по-хорошему, я арендую нам одну из этих комнат, чтобы ты могла почувствовать, каково это — трахаться перед комнатой, полной незнакомцев.

Я сглотнула, когда прилив жара пронзил мою киску. Я не могу отрицать, что эта идея возбуждает меня, даже если логическая часть моего мозга знает, что я этого не хочу. По крайней мере, не сейчас. Тем не менее, эти слова крутятся в моей голове, посылая сигналы вожделения прямо по моему позвоночнику и в самое сердце.

— Тебе нравится эта идея? — спрашивает Грант. — Тебя возбуждает мысль о том, что тебя свяжут на глазах у зрителей?

— Да.

Без сомнения, возбуждает. Это кажется грязным и постыдным, но я не могу отрицать, насколько меня возбуждает мысль о том, что я буду девушкой на кровати, полностью связанной и беззащитной, пока толпа смотрит на меня.

Доминатор в сцене подходит к ней. Он держит в руках то, что я видела только в порнофильмах. Кнут, я думаю. Когда он проводит полосками кожи по ладони, связанная подчиненная хнычет за кляпом. Я с изумлением наблюдаю, как он оттягивает руку и позволяет коже ударить по ее обнаженной попе. Она дрожит, когда кнут ударяет ее, и из ее уст едва слышно вырываются тихие крики.

— А это? — спрашивает Грант. Его руки скользят к моим бедрам, прижимая меня к себе, пока он шепчет вопрос мне на ухо. — Тебе нравится идея быть выпоротой?

— Думаю, да, — хнычу я, когда слова вырываются из моих уст. — Это больно?

— Только немного, дорогая, но боль — часть удовольствия.

Я не могу это отрицать, и я бы солгала, если бы сказала, что не думала о том, чтобы кто-то использовал то же самое устройство на мне, пока я ласкала себя.

— Грант, — я шепчу его имя, едва слышно, прижимаясь к нему и терся попкой о его член. — Можем мы пойти в нашу комнату?

— Тебе бы это понравилось, да? — говорит он, его голос становится глубже, его рот прижимается к моему уху. — Ты хочешь, чтобы я отвел тебя в нашу комнату и сделал все те грязные вещи, о которых ты мне писала, да?

Все мое тело горит, болит от неописуемой потребности, отчаянно желая, чтобы Грант выполнил свои обещания.

— Да, — шепчу я, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него. Я звучу нуждающейся, беспокойной. Но я ничего не могу с этим поделать. Я хочу, чтобы он использовал меня всеми восхитительными способами, о которых мы мечтали.

— Еще нет, — говорит он, а затем отступает назад, устраняя трение своего тела о мое. Я вздыхаю, поворачиваясь к нему лицом. — Я хочу, чтобы ты увидела больше. Пойдем. — Он берет мою руку в свою сильную ладонь и тянет меня за собой. — Не скули, Бейли, — говорит он, притягивая меня к себе, чтобы я была единственной, кто слышит его слова. — Ты получишь награду, но сначала должна быть хорошей девочкой. Разве ты не обещала мне это?

— Да.

Я стараюсь не звучать жалко, но не очень хорошо у меня получается, и это только заставляет Гранта усмехнуться.

— Пойдем, дорогая.

Он подводит меня к большому окну, за которым открывается другая сцена. Это еще одна связанная девушка, на ней кожаный ремень, светло-лилового цвета, контрастирующего с ее темной кожей. Она наклонилась, грудью на кровати, щекой прижавшись к простыне, а бедра высоко подняты в воздух. На ее киске лежит вибратор, прикрепленный кожаным ремнем. Ее руки связаны еще одним набором кожаных ремней. В отличие от предыдущей сцены, ей не заткнули рот, поэтому я могу видеть, как она стонет с открытым ртом.

Доминатор в этой сцене подходит к ней сзади. Его член уже вытащен, длинный и твердый. Я наблюдаю, как ее рот формирует идеальное О, когда он входит в нее.

— Это именно та фантазия, которую ты мне описывала? — спрашивает Грант. Его пальцы снова на моем теле, прослеживая изящные узоры по моим рукам, вызывая мурашки на каждом сантиметре моей кожи.

— Да.

— Скажи мне, дорогая, что тебе нравится в этой сцене?

Стыд угрожает подняться, забивая мне горло. Но руки Гранта скользят по моей коже, и он наклоняется, нежно проводя зубами по моему уху.

— Скажи мне, — требует он.

— Мне нравится кожа, — шепчу я.

— Она подходит к твоим волосам, — размышляет Грант. — Тебе нужен набор фиолетовых наручников?

В его словах слышится дразнящий тон, но я также думаю, что если я скажу «да», он сразу же их купит.

— Может быть, — говорю я и чувствую, как его губы изгибаются в улыбке, когда он целует мою шею.

От этого действия по моей спине пробегает дрожь, все мои нервные окончания загораются в ответ, и вдруг я отчаянно хочу еще его поцелуев. Больше ласки. Больше всего, что он может мне предложить.

— Что еще? — подталкивает он.

— Вибратор, — говорю я, гудя, когда его губы скользят по моей коже, вырывая из моей груди тихое стон. — Я хочу попробовать.

— И ты попробуешь. Продолжай, дорогая.

— Мне нравится эта поза. Мне нравится, что он имеет к ней полный доступ.

— Тебе нравится, что она полностью беззащитна, — говорит Грант, читая мои мысли. — Что он может использовать ее как ему вздумается, а она просто должна это принять.

— Да, — шепчу я, что приносит мне еще один долгий поцелуй. На этот раз за ухом, в месте, которое, наверное, может довести меня до оргазма, учитывая, насколько я возбуждена.

Я не знаю, сколько я еще выдержу. Уверена, что в моих трусиках уже есть влажное пятно, просто от того, что я смотрю на эти две сцены.

— Грант, пожалуйста, — я жалобно прошу, но ничего не могу с собой поделать.

Мне нужно, чтобы он отнес меня в нашу комнату и погладил по всему телу. Мне нужно, чтобы его руки спустились ниже. Мне нужно, чтобы он выполнил все свои обещания. Мне нужно все и вся.

— Ты готова, дорогая? — спрашивает он, и в его голосе снова слышится дразнящий тон.

— Да, да, пожалуйста, — стону я снова, еще более настойчиво.

— Хорошо, пойдем в нашу комнату.

Вход в частные комнаты находится в задней части помещения. Грант пропускает свою ключ-карту, и мы попадаем в коридор. Здесь все еще полутемно, освещение обеспечивают только фиолетовые светодиоды. Грант ведет меня по коридору, его пальцы переплетены с моими, пока он не находит нашу комнату.

Я покачиваюсь на каблуках, нервы мешают мне идти ровно, а Грант тянет меня за руку, чтобы завести в комнату. Место симпатичное, как номер в роскошном пятизвездочном отеле. Думаю, я бы и не догадалась, что это место для извращенцев, если бы мы не вошли через клуб. Здесь нет стеклянных окон, выходящих на зал, как и обещал Грант. Вместо этого на дальней стене есть одно окно, закрытое толстой бархатной занавеской.

Грант подходит к комоду, вынимая из карманов ключи и кошелек. Я смотрю, как он начинает закатывать рукава своей рубашки, обнажая мускулистые предплечья. Невольно я сглотнула, представляя, на что способны эти руки.

Когда он поворачивается, его темные глаза встречаются с моими. Его взгляд, скользя по моему телу, пронизан страстью.

— Раздевайся, — приказывает он, и от этих слов по моим венам пробегает жидкий жар.

Я начинаю с рубашки, вытаскивая прозрачную ткань из юбки и снимая ее через голову. Бросив ее на пол рядом с собой, я делаю движение, чтобы снять туфли на каблуках.

— Оставь их, — говорит он, останавливая меня.

Я следую его указанию и демонстративно медленно провожу пальцами по ноге до подола мини-юбки. Я чувствую, как мой живот сжимается, и меня охватывает легкое смущение, но, подняв глаза, я вижу, что взгляд Гранта, устремленный на меня, выражает только желание. Внезапно мне становится все равно, как выглядит мое тело, и я больше забочусь о том, как оно чувствует себя под его пристальным взглядом. Очень горячо.

Расстегнув юбку, я слегка покачиваюсь, и она падает мне к ногам. Я отталкиваю ее ногой, и она присоединяется к куче одежды с моей рубашкой.

Грант медленно приближается ко мне, шаг за шагом. Я не отрываю глаз от его лица, пока он подходит ближе.

— Ты выглядишь потрясающе, — говорит он, и затем его руки ложатся на меня, грубые ладони скользят по обнаженной коже моих рук, опускаются к талии, а затем поднимаются по животу к груди, его пальцы щиплют мои соски через кружевную ткань. Это ощущение в сочетании с его словами похвалы нечестиво.

Я обнажена перед ним, на мне только кружевные трусики и бралет, но Грант смотрит на меня, как будто никогда не видел ничего столь замечательного.

Его руки возвращаются к моим бедрам, пальцы зацепляются за резинку трусиков, и он спускает их по моим бедрам. Искры пробегают по моей коже, и я задерживаю дыхание, пока он работает, чувствуя, как прохладный воздух касается моей влажности. Когда он доходит до низа, я выхожу из трусиков, и он добавляет их к постоянно растущей куче одежды. Затем он берется за мой бюстгальтер, его пальцы погружаются под резинку, и он просит меня поднять руки, чтобы он мог стянуть ткань через мою голову.

Когда он заканчивает, я остаюсь совершенно беззащитной. Ничего на моей коже не скрывает меня от него.

— Мне нравится видеть тебя такой, — размышляет он, обхватывая мои бедра пальцами и прижимая свои губы к моим в жгучем поцелуе. — Обнаженная, естественная, прекрасная. — Он произносит эти слова у моих губ, и снова искры скользят по моей коже, угрожая зажечь меня.

Когда он целует меня сильнее, я отступаю назад, мои плечи ударяются о стену, а его руки находят меня с обеих сторон, прижимая к месту. Я позволяю ему поглотить меня, позволяю его языку проникнуть между моими губами, пока он не подчинит меня своему чару. Его тело прижимается к моему, и я чувствую его твердость, которая только заставляет меня желать его еще сильнее.

— Прикоснись ко мне, — стону я, готовая умолять его двигаться быстрее.

— Полегче, дорогая.

Я чувствую, как уголки его губ поднимаются, когда он улыбается, прижавшись ко мне.

Я чувствую себя обнаженной, пустой без его рук, блуждающих по моему телу, но он не торопится, дразня меня, заставляя отчаянно жаждать его прикосновений. И это работает.

Когда его руки наконец снова находят мои бедра, я почти вскрикиваю от облегчения, и когда они скользят по моей коже легким прикосновением, по мне пробегает дрожь. Я прижимаюсь к нему, мое тело ищет трения везде, где только можно. Я поднимаю ногу, чтобы обхватить его талию, жаждущая прижаться к его бедру. Но прежде чем я успеваю это сделать, его руки отпускают мои бедра, и одна из них поднимается к моим волосам, закручивая фиолетовые пряди вокруг кулака и оттягивая мою голову назад. Это быстрое движение заставляет меня задохнуться, и я широко раскрытыми глазами смотрю на него, ожидая его следующего шага. Другая его рука хватает мою поднятую ногу, удерживая меня на месте и не давая мне получить какое-либо облегчение.

— Ты такая нетерпеливая, детка, — шепчет он, прежде чем прикоснуться губами к моей шее. Он нежно целует меня, опускаясь к ключице, а затем лижет мою шею по прямой линии. Я снова стону, а он кусает мою кожу, говоря мне на ухо: — Я знаю, что ты хочешь сделать все сегодня ночью, но мы будем действовать медленно. Ты сможешь?

Когда я киваю, он сильнее сжимает мои волосы и поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

— Скажи это, детка.

— Да.

— Молодец.

Я смотрю, как его глаза загораются, когда он ищет мой взгляд, и это взгляд усиливает напряжение во мне. Он едва коснулся меня, а я чувствую, что вот-вот взорвусь.

— Я хочу, чтобы ты повернулась. — Его руки снова находят мою талию и поворачивают меня лицом к стене. — Не двигайся.

За моей спиной я слышу, как он подходит к комоду и открывает ящик. Затем раздается легкий звон металла, когда он возвращается ко мне.

— Руки за спину, — говорит он, и мои руки немедленно подчиняются, ложась на поясницу, как он и просил. — Сейчас я надену на тебя наручники, дорогая. Если хочешь, чтобы я остановился, скажи свое безопасное слово. Ты его помнишь?

Я чувствую металл на своей коже, но он еще не застегивает их, а ждет моего ответа.

— Банан, — произношу я.

— Молодец.

И с этими словами он наконец защелкивает наручники. Металл холодный и твердый на коже, и это, кажется, только делает меня еще более влажной в предвкушении.

От этого ощущения по моему телу пробегает дрожь. Я дергаю наручники, но они не сдвигаются с места, и мои запястья остаются крепко зафиксированными. В том, что я не могу себе помочь, есть что-то захватывающее. Но в этой игре есть сила. Одно мое слово останавливает все.

— Теперь, — начинает Грант, обхватывая мои бедра руками и снова поворачивая меня к себе. — Я хочу, чтобы ты встала на колени и обхватила моими губами мой член.

Моя киска сжимается, когда я в ответ гужу, и Грант помогает мне опуститься на колени, сначала положив подушку. Мои глаза прикованы к нему, когда он расстегивает джинсы и медленно спускает их по ногам. Я смотрю с пола, как он поднимает их, не торопясь складывает и кладет на комод, а затем снимает рубашку и добавляет ее к аккуратной стопке. Я не могу не становиться все более жадной, пока жду. Наконец, он сбрасывает боксеры и освобождает свой член.

Он большой. Больше, чем у любого из моих прошлых партнеров, и я обнаруживаю, что мой язык выскакивает, чтобы облизнуть губы при виде этого.

— Жадная, — мурлычет он, сжимая член в кулаке.

— Пожалуйста.

Я наклоняюсь вперед, чтобы подойти поближе, когда он приближается.

— Да, дорогая. Соси мой член.

Как только он встает передо мной, я высовываю язык, облизывая его член по всей длине до основания, а затем скольжу по его яйцам. Странно, что у меня нет рук, чтобы помочь себе. Это усложняет все дело, когда я пытаюсь дразнить его. Его пальцы пробираются сквозь мои волосы, скручивая пряди, пока он не получает хороший захват. Он резко дергает пряди, направляя мой рот к кончику его члена.

— Я сказал сосать, — он наказывает меня. — Открой рот.

Я делаю это. Я расширяю рот и вытягиваю язык, чтобы ему было легче войти.

— Обхвати меня губами, — говорит он, и я снова слушаюсь, сосать губами, пока он проталкивается в мое горло.

Он выходит, глядя мне в глаза, как будто проверяет, могу ли я это выдержать. Я могу. И я хочу большего. Я пытаюсь наклонить голову вперед, чтобы взять его глубже в рот, но он останавливает меня, положив руку мне на волосы.

— Полегче, детка. — Я стону, что заставляет его застонать. — Блядь, — рычит он. — Я люблю, когда ты стонешь на моем члене, детка.

Услышав это, я снова стону, наслаждаясь ощущением, как он заполняет мой рот. Когда он снова входит, на этот раз глубже, он заставляет меня взять его вглубь горла.

Я не могу сдержать рвотный рефлекс, и он делает паузу, позволяя мне на мгновение перевести дух. Но это всего лишь мгновение, которое мне нужно, учитывая, как сильно я его хочу, потому что, как только я успокаиваюсь, он снова начинает. Входит и выходит, а я принимаю все.

— Молодец, девочка.

Светясь от его похвалы, я стону и хнычу вокруг него. Это заставляет меня снова взять его в горло, усердно работая, чтобы угодить ему, пока его рука сжимает мои волосы.

— Стоп.

Он выходит из моего рта, и я почти падаю вперед, но он ловит меня как раз вовремя.

— У меня есть кое-что для тебя, — говорит он мне, возвращаясь к комоду.

Когда он возвращается, в руке у него волшебная палочка. Я не новичок в секс-игрушках, но это то, чего я никогда не пробовала. Я видела это в порно, но мои вибраторы всегда были дешевле. Грант нажимает кнопку, и устройство оживает. Он прикасается к нему рукой и улыбается, чувствуя вибрации. Когда его глаза перемещаются на мои, на его лице появляется дьявольская улыбка.

— Ты готова?

— Да, — шепчу я.

Сейчас, думаю, я согласилась бы на все, о чем попросил бы меня Грант. Мое тело гудит, жаждет его прикосновений, каждого кусочка удовольствия, которое он может мне дать. Подготовка была восхитительной формой пытки, и теперь я хочу почувствовать эту палочку на себе.

Грант устанавливает устройство между моими бедрами, в идеальном положении, чтобы я могла сесть на него, пока он нависает надо мной.

— Потрись об эту палочку, красотка, — приказывает он, лаская мою щеку ладонью, пока я опускаюсь на вибратор.

— Блядь, — шиплю я, запрокидывая голову и закрывая глаза, пока трусь киской о палочку.

— Посмотри на меня.

Я поднимаю голову на его требование и открываю глаза. Грант улыбается, говоря:

— Молодец, девочка.

Когда мои бедра снова выдвигаются вперед, чтобы встретить вибрации. Мне эта фраза нравится больше, чем «хорошая девочка». И это многое значит, поскольку я давно мечтала быть чьей-то хорошей девочкой. Хотя, думаю, мне понравилось бы любое внимание со стороны мужчины, стоящего передо мной.

— Я хочу, чтобы ты сосала мой член, пока трешься о палочку. Думаешь, сможешь? — спрашивает Грант, поднимая одну бровь.

— Да.

Я снова беру его член в рот, медленно сосу его, каждый раз обводя языком его головку. Я не могу насытиться его вкусом. Качая головой вверх-вниз, я открываю глаза, чтобы смотреть на него, чтобы видеть его реакции, которые соответствуют его стонам удовольствия и похвалам. Его губы приоткрыты, взгляд потемнел и сосредоточился на моем, челюсть сжата от сдержанности.

Вскоре я чувствую, как давление внутри меня нарастает. Я двигаю бедрами в лихорадочном темпе, гоняясь за покалыванием и сжимающей эйфорией, пока не достигаю пика. Это взрыв фейерверка изнутри, охватывающий мои конечности неконтролируемым дрожанием, мои руки сжимаются в наручниках за спиной, а плечи сжимаются от силы. С моим ртом, все еще заполненным членом Гранта, мои стоны подавляются, а дыхание ограничивается. Я падаю вперед с последним задыхающимся стоном, мое зрение затуманивается, и я должна несколько раз моргнуть, чтобы все снова стало четким.

— Хорошая работа, красавица, — говорит он снова, его рука все еще гладит мою щеку. — Думаешь, сможешь его не снимать?

Гудение интенсивное, и моя киска все еще чувствительна после оргазма, но Грант тверд как камень во рту, и взгляд в его глазах заставляет меня хотеть сделать все, чтобы угодить ему.

Я киваю.

— Я хочу, чтобы ты заставила меня кончить, Бейли. И как только я обкончаю тебя, я хочу посмотреть, как ты разваливаешься для меня в последний раз, покрытая моей спермой.

С его спермой на мне? Одной только этой мысли достаточно, чтобы боль снова нарастала, заставляя мои бедра кружить вокруг вибратора. Я киваю в знак согласия и вздыхаю, сося с еще большей силой. Стараясь как можно глубже заглотить его, не используя рук. Он одобрительно хрипит над мной, и это все, что мне нужно, чтобы продолжить свою работу. Я беру его и вынимаю, пока не чувствую, как его тело напрягается, ощущаю каждую мышцу, когда он приближается к кульминации.

— Блядь, — стонет он, и мне нравится, что я довела его до такого состояния, что могу доставить ему такое же удовольствие, как он мне.

Он вытаскивает свой член из моих губ перед тем, как кончить, перемещается к своему стволу, поглаживает его, пока горячие струи спермы не попадают мне на лицо, стекая по подбородку.

Грант едва успевает перевести дыхание, как меня накрывает следующий оргазм.

В этой сцене есть что-то греховное: я, покрытая спермой, на коленях, с руками за спиной. И, возможно, именно эта греховная часть заставляет меня кончить еще сильнее, чем в первый раз, моя спина выгибается, и из моих губ вырывается крик. Это звук, который я не узнаю. Плотский и неискаженный.

Мое тело замирает, и мир медленно и смутно возвращается ко мне. Грант снимает наручники, потирает мои запястья и обнимает меня.

— Шшш, — шепчет он и нежно целует меня в висок. — Ты так хорошо справилась, дорогая.

Я прижимаюсь к нему, впитывая похвалу и шепот нежных слов.

Слава Богу, что я открыла это приложение для знакомств.

Когда Грант встает, туман в голове все еще не рассеялся. Он целует меня в последний раз в лоб, а потом я слышу, как он в ванной включает кран и напускает воду.

— Давай, — подгоняет он меня, когда возвращается. — Давай помоемся.

Мои кости кажутся невесомыми, все мое тело все еще слишком блаженно, чтобы двигаться. Когда я не делаю никаких попыток, Грант поднимает меня на руки и несет в сторону звука текущей воды.

— Подожди, — ворчу я. — Я слишком тяжелая для тебя...

— Тихо, — говорит он. — Даже не начинай с этой чепухой.

Его отказ от моих жалоб мне кажется странно привлекательным, и я погружаюсь в его объятия, позволяя ему отнести меня в примыкающую ванную комнату. Звук текущей воды доносится из огромной ванны, и когда он опускает меня, то это в теплую ванну, наполненную роскошными пузырьками. Аромат лаванды сразу же успокаивает меня, и я расслабляюсь.

— Это потрясающе, — стону я.

— Забавно. — Грант наклоняет голову. — Ты только что говорила то же самое про мой член...

Я не могу сдержать смех. Он не ошибается...

Он все еще голый и стоит в свете ванной комнаты. У меня появляется возможность еще раз полюбоваться им. Он крепкий, высокий и стройный, с рельефными мышцами. В моей голове появляется неуверенность, говорящая мне, что это безумие, что такой мужчина, как он, может понравиться такой девушке, как я. Но моя сексуальная туманность отгоняет навязчивую мысль, и я провожу языком по губам, наслаждаясь видом мужчины, который только что трахнул меня.

— Ты присоединишься ко мне? — спрашиваю я, откидываясь назад в мыльные пузыри и наблюдая за Грантом.

— Ты бы хотела?

— Да, пожалуйста.

— Ну, раз ты так мило попросила.

Я сдвигаюсь вперед, и Грант скользит в ванну за мной, слегка приподнимая меня, чтобы я уютно сидела у него на коленях. Я кладу голову ему на плечо, а он обнимает меня и пальцами рисует невидимые узоры на моей коже.

Это божественное ощущение. Я не знала, что все, чего я хотела в жизни, — это быть доминируемой, испытывать множественные оргазмы и принимать лавандовую пенную ванну, но теперь, когда я это получила, я не думаю, что смогу когда-нибудь вернуться к обычному сексу и неловким утрам после.

— Так, расскажи мне, что тебе понравилось, — спрашивает Грант, все еще рисуя пальцами медленные круги на моей коже.

— Мне все понравилось.

Он смеется, глубоким и грубым смехом.

— Расскажи мне больше, Бейли, — настаивает он, его руки плавным движением перемещаются с моих бедер на грудь. — Мне нужно знать все, что тебе нравится и не нравится, если я хочу продолжать доставлять тебе удовольствие.

— Ты будешь продолжать доставлять мне удовольствие?

Он снова смеется.

— Я бы хотел. Если тебе это нравится?

— Мне это нравится.

— Хорошо. — Он целует меня в висок. — Тогда ответь на вопрос, ладно? Что тебе понравилось?

— Наверняка наручники, — говорю я, уже желая повторить это.

— Да?

Опустив руку, он вытаскивает мое запястье из воды, счищая с него пузырьки, чтобы посмотреть на него. На обоих запястьях осталась слабая красная полоска, ничего серьезного, но небольшое напоминание о том, что мы делали.

— Тебе не было больно?

— Немного, — отвечаю я, когда он начинает нежно потирать их. — Но... мне понравилось.

— Хорошо знать. — Я слышу улыбку в его словах. — Что еще?

— Вибратор был невероятным.

Я практически стону, произнося эти слова, и Грант снова смеется.

— Я так и думал.

— Я никогда не испытывала ничего столь... интенсивного.

— Думаю, поэтому его и называют волшебной палочкой.

Мы оба хихикаем, как дети, но он прав, волшебство — единственное слово, которое может это описать. Вибрации в сочетании с его грязными словами и членом в моем рту были совершенно развратными, и ничто никогда не доводило меня до такого сильного оргазма.

— Спасибо, — тихо говорю я, когда наш смех немного утихает.

— Это я должен благодарить тебя.

— Ты сделал всю работу! — практически кричу я.

И это правда, потому что он действительно сделал. Он все спланировал, и это было почти идеальным воплощением моей фантазии.

— Но ты доверилась мне, — говорит он тихо и серьезно. — Я не буду считать это само собой разумеющимся.

Мы сидим в тишине. Единственный звук — это легкое плескание воды и наше дыхание. Я впитываю его слова. Ты доверилась мне. Я не буду считать это само собой разумеющимся.

Стоит сказать несколько слов о том уровне доверия, который потребовался для того, чтобы я позволила Гранту сделать то, что он сделал сегодня вечером. И, может быть, это сводит меня с ума, но я действительно доверяю ему. Он был осторожен и позаботился о том, чтобы мое удовольствие было главным приоритетом. Он был лучше на одном свидании, чем любой из моих предыдущих парней.

— Давай, — Грант вырывает меня из моих мыслей. — Еда скоро будет готова. Давай высушим тебя.

— Еда?

Как раз в этот момент мой желудок заурчал.

— Да. — Грант смеется. — Ты только что потрудилась, дорогая. Тебе нужно поесть. А потом я позволю тебе выбрать программу, и мы просто посмотрим телевизор.

— Ущипни меня» ж, — прошу я, протягивая руку.

— Зачем?

— Это не может быть правдой. Секс, ванна с пеной, еда, дурацкое телевидение? Я не верю.

— Ладно, ну, я не думаю, что я говорил про дурацкое телевидение… — Он смеется.

— Ты сказал, что я могу выбрать!

Грант громко смеется.

— Да, сказал. — Он слегка щиплет меня за руку, но потом поглаживает это место большим пальцем. Как будто для него естественно уравновешивать боль удовольствием. — Вот. Теперь ты веришь, что это реально?

— Нет, — говорю я. — Но я больше не буду это подвергать сомнению. Что ты заказал?

— Как ты относишься к пицце?

— Это моя любимая еда.

Я улыбаюсь.

— Хорошо, потому что я заказал ее и хлебные палочки. Пойдем.

Он выходит первым, берет полотенце и вытирается, а затем берет новое для меня. Когда я выхожу из ванны, он обертывает меня полотенцем и вытирает меня, проводя руками по моему телу. Когда он удовлетворен, он бросает полотенце и снимает с спинки двери большой пушистый белый халат, протягивая его мне, чтобы я просунула в него руки.

Как только он надевает халат, мы возвращаемся в спальню.

Мне кажется, я умерла и попала в рай.

Нет, постойте.

Я знаю, что так и есть.

Потому что Грант не может быть реальным.

Но, черт возьми, как мне это нравится.

Я позволяю себе погрузиться в кровать, свернувшись калачиком в мягком халате, пока Грант заказывает пиццу в номер.

Похоже, моя фантазия только что немного расширилась.

Я не могу перестать думать о Гранте.

О клубе. О том, что он со мной сделал в гостиничном номере. А еще о пицце... потому что она была удивительно вкусной для обслуживания номеров в секс-клубе. Я не буду задавать вопросов.

На моем телефоне меня ждет сообщение, которое я не прочитала, потому что слишком нервничаю, чтобы открыть его. Я хочу увидеть его снова. Я хочу стоять на коленях, полностью беззащитная, пока он мной пользуется. И что-то в этом меня пугает. На самом деле, ужасает.

Но я любила каждое мгновение. Я не могу это отрицать.

Тем не менее, что-то тянет меня, заставляя задуматься, не неправильно ли это. Есть ли что-то не так со мной, если я хочу всего этого? Если я люблю ощущение наручников, впивающихся в мою кожу, наслаждаюсь чувством полной уязвимости, находясь на милости мужчины, стоящего передо мной. Я хотела, чтобы меня использовали, чтобы меня заставляли. Однако Грант на самом деле не заставлял меня. Он проверял каждый мой шаг, убеждаясь, что весь опыт был для меня приятным.

Я достаю телефон, игнорируя сообщение от Гранта, и вместо этого набираю номер своей подруги Айви. Она отвечает на третий звонок, приветствуя меня своим веселым голосом.

— Мне нужен твой совет, — наконец говорю я после обмена любезностями. Как ты? Чем занимаешься? Как жизнь?

— Конечно. В чем дело?

— Я сделала кое-что..., — говорю я, устраиваясь на диване.

— Хорошо, рассказывай.

Я представляю, как она откидывает свои рыжие волосы за плечо, ожидая, пока я раскрою ей свои секреты.

— Я последовала твоему совету. Зарегистрировалась в том приложении, о котором ты мне рассказывала. И я встретила одного человека.

— О боже! Да! Это же здорово! Ты собираешься с ним встретиться?

— Ну, вот в чем дело... Я уже встретилась.

— И ты мне не сказала! — кричит Айви.

— Прости, я не знаю. Мне было как-то неловко.

— Заткнись. Я рассказала тебе все грязные подробности о себе. Выкладывай, подруга.

— Это было потрясающе. Он был чудесным. Я даже не могу это описать. — Я свернулась в углу дивана, признаваясь подруге в правде, а живот сжимался при одной только мысли о Гранте.

— Я понимаю. Хороший секс — это нечто неземное.

— Именно.

— Так когда ты снова с ним встретишься? — спрашивает она, и я слышу улыбку в ее голосе.

— Уф, не знаю, — стону я. — Сейчас я игнорирую его последнее сообщение…

— Бейли! Да что с тобой?

В ее словах слышится смех, но также и намек на то, что она готова ударить меня за такую глупость.

— Не знаю. — Я прижимаю подушку к груди. — Я волнуюсь.

— О чем?

— Это странно? Просто продолжать встречаться с незнакомцем?

— Незнакомцем, который общается с тобой, удовлетворяет твои потребности и дарит тебе потрясающие оргазмы? — спрашивает она, но не ждет моего ответа, а продолжает. — Нет. В этом нет ничего плохого. Я понимаю, знаешь. Сначала я тоже думала, что это странно. Или что со мной что-то не так, потому что я хочу того, чего хочу. Но это не так. Ты же знаешь, правда? Ты абсолютно, на 100 % нормальная.

От ее слов у меня сжимается грудь. Я знаю это. Логически я точно знаю, что нет ничего плохого в том, что я хочу того, чего хочу.

И все же... эмоционально что-то в моем подсознании кричит на меня. Называет меня шлюхой, проституткой, всеми словами из словаря.

— Он тебе нравится? — спрашивает она.

— Думаю, да.

— Он уважал твои границы?

— Слишком. — Я немного смеюсь. — Он хотел не торопиться, а я была готова продолжать.

Она смеется.

— Тогда он кажется отличным партнером. Послушай, Бей, тебе не нужно выходить за него замуж. Ты просто спишь с ним. А хороший секс — это весело. Наслаждайся. И не мучай себя из-за этого.

— Ты права.

Она права. Я должна просто заниматься сексом и наслаждаться. Нет причин продолжать ненужно осуждать себя, особенно когда, похоже, я нашла человека, который может помочь мне исследовать свои извращения таким образом.

— Хорошо, — говорю я Айви. — Я отвечу ему.

— Да! — восклицает она. — Ответь ему прямо сейчас, а когда закончишь, я хочу услышать все пикантные подробности.

— Хорошо, я делаю это! — говорю я, отводя телефон от уха, чтобы наконец прочитать его сообщение.

Во второй раз, когда я прихожу в «Desire», я не так нервничаю. Клуб остался прежним: он окутан неоновым фиолетовым светом и наполнен гулкой музыкой. Я снова жду Гранта у бара, поправляя облегающее фиолетовое платье, которое я надела с кожаным ремнем, заказанным в Интернете.

Часть меня чувствует себя неловко в этом облегающем наряде, но другая часть замечает все пристальные взгляды, восхищающиеся платьем и тем, как выглядят мои ноги в высоких каблуках.

Я хорошо выгляжу. Даже несмотря на то, что мой мозг сопротивляется этому.

Я чувствую его взгляд в тот момент, когда Грант меня видит. Его глаза обжигают каждый сантиметр моей кожи. Восхищаются моими ногами, попкой, грудью. Когда он наконец доходит до меня, его руки лежат на моем теле, сжимая мои бедра, пока он наклоняется, чтобы прижать мои губы к своим.

— Ты выглядишь потрясающе, дорогая. — Его руки лежат по обе стороны от бара, окружая меня, пока он делает мне комплименты. — И восхитительно пахнешь. — Он наклоняет голову, вдыхая запах моей шеи, и щекотка его щетины вызывает у меня мурашки.

Я обнимаю его за талию и притягиваю к себе.

— Спасибо.

Я хочу большего. Больше сладких слов, больше поцелуев, больше его рук на моем теле. Я уже чувствую себя развратной, а он здесь всего минуту. Я хочу всего, что он предлагает.

— Можем пойти наверх?

Он щелкает языком по небу.

— Всегда такая нетерпеливая.

— Это твоя вина, — обвиняю я его. — Если бы ты не был так добр ко мне, я бы не нуждалась так в тебе.

Из его горла вырывается глубокий смех.

— Да? Ты хочешь, чтобы я относился к тебе хуже?

— Нет! — быстро отступаю я. — Нет, продолжай быть добрым ко мне.

— Ага. — Он улыбается. — Буду честен. Я хочу показать тебе клуб, но я также очень хочу отвести тебя наверх и снять с тебя это сексуальное платье… — Его руки скользят по моим бедрам, когда он произносит эти слова.

— Тебе следует выбрать второй вариант. — Мои губы скривились в хитрой улыбке.

Грант улыбается.

— И что я должен делать с тобой, когда доберусь до тебя, а?

— Заставь меня кончить. Много раз.

Он смеется, глубоким, бурным смехом.

— Ты так думаешь?

— Да, пожалуйста.

— А что, если я не буду, милая девочка? Что, если я отведу тебя наверх, сниму с тебя это милое платье, свяжу тебя и просто буду использовать для своего удовольствия? А? Что бы ты сделала? Стала бы плакать и ныть, или приняла бы это как хорошая девочка?

Я надуваю губы.

— Я бы приняла это...

— Нет, не приняла бы. — Грант смеется. — Ты бы ныла.

Он прав.

— Я хочу...

— Кончить. Я знаю, детка. — Он целует меня в лоб. — Не волнуйся, я тебя не подведу.

Когда он наклоняется ближе, я чувствую, как его твердость давит на мое бедро, напрягаясь под джинсами.

— Ты сейчас заберешь меня наверх?

— Да, — шепчет он. — И как только мы останемся наедине, тебе лучше начать раздеваться.

Я едва сдерживаю свое возбуждение, когда мы направляемся к лифту. Как только Грант нажимает кнопку третьего этажа, его губы с рыком прижимаются к моим, прижимая меня к зеркальной стене, пока он ласкает меня своим жадным поцелуем. Я стону в его рот, поднимая ногу, обхватывая его талию и ища любое трение, которое я могу получить. Любое облегчение.

Когда лифт звенит и двери открываются, Грант отстраняется от меня. Пространство заставляет меня надуться, но он хватает меня за руки и вытаскивает из лифта быстрыми шагами. Мы проходим мимо всех комнат со стеклянными окнами, даже не останавливаясь, чтобы заглянуть внутрь, ни один из нас не может ждать ни секунды, чтобы остаться наедине. Мои глаза краем глаза регистрируют различные сексуальные сцены: девушки в веревках и кожаных связках, а их партнеры берут на себя контроль. Мне хочется остановиться и посмотреть на каждую из них, но я хочу Гранта больше.

Когда дверь за мной закрывается, мои руки уже на кожаных ремнях, расстегивая застежки моего ремня.

— Ты так чертовски сексуальна в этом, — шепчет Грант, его руки опускаются на мою талию и скользят вверх по моему телу.

— Если ты будешь продолжать так меня трогать, я не смогу сосредоточиться на расстегивании, — стону я, мои руки дрожат все сильнее с каждой застежкой.

Грант тихо смеется.

— Что, это тебя отвлекает? — дразнит он, проводя руками по моим грудям.

Ощутив мое возбуждение, он отвечает на мой стон, опуская рот к изгибу моей шеи и касаясь зубами моего ушного мочка.

— Грант, — хнычу я.

— О, я обожаю, когда ты так произносишь мое имя.

Его пальцы сжимают мою грудь, берут ее в ладонь, как раз в тот момент, когда я расстегиваю последнюю застежку и ремни падают на пол. Я поднимаю подол платья, и Грант отступает настолько, чтобы я могла стянуть его через голову.

— Блядь, — выдыхает он, когда видит, что на мне под платьем, — черное цельное платье на бретельках, сделанное из прозрачного кружева.

Его пальцы добираются до места, где ткань заканчивается на моей попе, открывая слишком много. Он подтягивает платье, почти задирая его, и стонет от удовольствия.

— Мне нравится это белье, дорогая.

— Я выбрала его специально для вас, сэр.

Его глаза загораются, когда я использую почетную форму обращения, и я вижу возбуждение, застывшее в его взгляде.

— Ммм. — Он покрывает поцелуями мое плечо, и его нежное прикосновение заставляет мою кожу загореться. — Мне нравится, как это звучит, — говорит он, прижимаясь к моей шее. — Ты так хорошо поступила, детка. Думаешь, я должен тебя вознаградить?

— Да, пожалуйста, — стону я, когда его пальцы снова скользят по моим грудям, потягивая твердые соски.

— Ты была такой хорошей девочкой, правда?

— Да.

— А теперь я хочу, чтобы ты сделала следующее, — начинает он, целуя мое плечо, прежде чем продолжить. — Я хочу, чтобы ты легла на кровать на живот, сложив руки за спиной. Поняла?

— Да.

Его руки останавливают меня, прежде чем я успеваю уйти.

— Да, кто?

Ему не нужно много времени, чтобы потребовать, чтобы я называла его «сэр», и этот приказ пронзает меня до глубины души.

— Да, сэр.

Каждая клеточка моего тела словно наполняется электричеством, жидкое тепло собирается в моем животе, когда я принимаю требуемую им позу.

Я чувствую себя обнаженной и уязвимой, лежа на одеяле и вытягивая руки за спину, пока мои пальцы не сцепляются на нижней части спины.

Я слышу шуршание, прежде чем Грант обходит кровать и останавливается передо мной. Он приседает, чтобы мы оказались на одном уровне.

— Я собираюсь использовать это, чтобы связать тебя.

Я улыбаюсь, когда он поднимает набор кожаных ремней, лавандового цвета, таких же, как те, что я видела на девушке в одной из комнат для подглядывания, когда мы были здесь в последний раз.

— Тебе это понравится? — спрашивает Грант, а я провожу языком по губам.

— Да.

— Бейли. — Грант щелкает языком.

— Да, сэр, — исправляюсь я.

Я бы солгала, если бы сказала, что мне не нравится, как он произносит мое имя укоризненным тоном, напоминая мне о моем месте рядом с ним.

— Какое у тебя стоп слово?

— Банан.

— Молодец, девочка.

Тепло разливается по моему телу, когда я снова слышу эту фразу. Грант встает, обходит кровать и снова оказывается прямо за моей спиной.

— Это похоже на связывание свиньи, — объясняет он. — Когда-нибудь мы перейдем к веревкам, но пока будем использовать это.

Я чувствую его руки на своих лодыжках, когда он застегивает кожаные ремни вокруг каждой из них, а затем сгибает их, пока мои ноги не касаются моей попы. Он берет одно из моих запястий в руку, прежде чем обернуть его кожаным ремнем. Затем он делает то же самое с другим запястьем, пока оба не оказываются привязанными к моим лодыжкам кожаными ремнями.

Связывающие ремни крепко удерживают меня в положении, моя спина выгибается, когда мои запястья и лодыжки стягиваются вместе. Я дергаю ремни, замечая, что они почти не прогибаются.

— Ты так хорошо выглядишь, дорогая.

Похвала Гранта согревает мою кожу. Его руки скользят по моей попе, по изгибам бедер, по ляжкам.

— Так чертовски сексуально, — стонет он. — Вот что я собираюсь сделать...

Все мое тело болит, жаждет того, что он приготовил. Я на грани, жду, когда он перестанет дразнить меня своими словами и воплотит мою фантазию в реальность.

— Я хочу, чтобы ты кончила первой, детка, — говорит он, продолжая дразнить меня легкими ласками.

— Пожалуйста.

Я умоляю, а мы едва начали. Руки и слова Гранта довели меня до неимоверного возбуждения.

— Жадная девочка. — Он проводит руками по внутренней стороне моих бедер, раздвигая их настолько, насколько позволяют ограничители. — Я хочу, чтобы ты была готова, детка, потому что сегодня ночью я буду трахать тебя.

— Пожалуйста, — стону я.

Грант смеется.

— Еще не время, детка. Будь терпеливой.

Я надуваю губы, чего он не может видеть, но это не имеет значения, потому что он скользит пальцем по моей щели, собирая мою влагу и перенося ее к моему клитору. Мое лицо расслабляется от облегчения, мои губы размыкаются, а глаза закрываются.

Он быстро потирает мой клитор круговыми движениями, вызывая стон из глубины моей груди от нарастающего возбуждения. Кожаные ремни тянут мои запястья, не больно, но достаточно, чтобы вызвать раздражение. Каждое движение, каждое прикосновение его пальца погружает меня все глубже в этот момент, унося прочь от реального мира, позволяя всем повседневным заботам и стрессам растаять. Остается только здесь и сейчас. Ощущение его пальцев на мне и ремни, разрывающие меня на части.

— Черт, Грант! — я снова стону, его имя соскальзывает с моих губ.

Я дергаюсь, пытаясь вырваться из пут, мои лодыжки тянутся друг к другу, не давая мне никуда уйти. Фрустрация смешивается с удовольствием, и из моих губ вырываются тихие стоны. Сейчас я нуждаюсь в этом, как никогда раньше.

— Ты такая влажная, — восхищается он. — Ты такая хорошая шлюшка для меня, ты знаешь об этом? Всегда готовая.

Он присоединяет вторую руку, вставляя палец в меня и сгибая его. Ощущение интенсивное, и впервые я думаю, что понимаю, что такое точка G.

— О Боже, — стону я.

— Не Бог, — поправляет меня Грант. — Скажи мне, кто заставляет тебя стонать, детка.

— Ты, только ты.

— Правильно, милая девочка.

Он добавляет еще один палец, и я думаю, что сейчас взорвусь. Медленно он движет ими во мне, касаясь нужного места, а другой палец танцует над моим клитором. Я раскачиваюсь, стараясь двигаться вместе с ним, но отсутствие свободы не позволяет мне никуда продвинуться.

— Грант, — кричу я. — Боже мой, это так хорошо.

Я думаю, что в любой момент могу упасть с обрыва и никогда не вернуться.

— Пожалуйста, — умоляю я. — Пожалуйста, заставь меня кончить.

— Да, детка? Ты хочешь кончить на мои пальцы, пока ты вся связана? Это тебя возбуждает, милая девочка?

Его слова пронзают мой позвоночник еще одной молнией, заставляя меня еще больше жаждать оргазма.

— Да, — стону я, — Пожалуйста!

Мои мольбы — отчаянные крики, умоляющие об освобождении.

— Давай, детка, — говорит он. — Кончи для меня. Покажи мне, какая ты хорошая маленькая шлюшка.

Его слова разрывают меня на части. Мой оргазм разрывает меня на тысячи мелких кусочков. Я чувствую, как мои мысли ошеломлены моими криками. Я толкаюсь против связывания, пока мое тело становится невесомым.

Прежде чем я успеваю вернуться на поверхность, Грант снова проводит пальцем по моему клитору и закручивает другой внутри меня.

— Пожалуйста, — говорю я снова, но на этот раз это отчаянная просьба о перерыве, о мгновении передышки.

— Ты так хорошв для меня, дорогая. Я хочу увидеть, как ты кончишь снова. Еще один раз, и потом я тебя трахну.

Давление моего последнего оргазма едва ослабло, как уже нарастает следующий. И очень быстро. Я извиваюсь в объятиях Гранта, едва осознавая звуки, вырывающиеся из моего рта, когда я умоляю о следующем освобождении, о том, чтобы Грант трахнул меня, и обо всем, что между этим.

— Вот так, детка, ты можешь это выдержать, — хвалит Грант. — Покажи мне, какая ты идеальная, милая.

Мой следующий оргазм накрывает меня без предупреждения, мое тело содрогается под его прикосновениями. Меня наполняет жар, от головы до ног, я громко кричу его имя, прежде чем превращаюсь в рыдающую развалину.

— Пожалуйста, — умоляю я, нуждаясь в передышке. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Молодец, девочка, — говорит Грант, медленно вынимая из меня пальцы.

Я вдыхаю воздух, стараясь как можно сильнее замедлить дыхание, пока Грант покрывает мою кожу поцелуями.

— Такая хорошая девочка, — говорит он глубоким, обожающим голосом, и я сияю от его похвалы.

Грант отстегивает ремни вокруг моих лодыжек, потирая руками болезненные места, прежде чем согнуть мои колени, чтобы они оказались под мной, а моя попка была приподнята в воздухе.

— Ты готова, детка? — спрашивает Грант, и дразнящий тон, который был у него раньше, исчезает, когда он проверяет, как я себя чувствую.

— Да.

Я слышу, как он расстегивает ширинку и разрывает фольгу презерватива, прежде чем его руки возвращаются к моему телу. Они скользят по моей попе, и я чувствую головку его члена у входа. Он скользит по моей щели, смазывая головку моей влагой, прежде чем войти в меня.

Давление интенсивное, и он начинает медленно, каждый раз оттягиваясь и продвигаясь немного дальше. Я дышу в матрас, кожа сдавливает мои запястья, заставляя меня стонать, когда он наконец входит в меня глубоко.

— Вот так, — говорит он. — Возьми меня полностью, детка.

Его член словно создан для меня, идеально вписываясь во мне. Я задерживаю дыхание, когда он ускоряет темп, вытаскиваясь и входя с силой. Его член так отличается от его пальцев, он больше и шире и достигает точек, которых я никогда раньше не испытывала. Мои стоны безумного удовольствия вырываются из моих губ один за другим, приглушенные матрасом, пока Грант не хватает меня за волосы, подтягивая, чтобы слегка приподнять мою грудь и голову.

— Я хочу слышать тебя, — говорит он мне. На этот раз, когда я стону, звук громкий, без тканевой преграды, которая его заглушает. — Вот так, — поощряет он. — Ты так хороша, детка. Мне нравится, как твоя киска обхватывает мой член. Ты так хорошо меня принимаешь.

Я борюсь с путами, вдруг желая, чтобы их не было, чтобы я могла руками ощущать его тело. Но я не могу отрицать покалывающее тепло, которое пронизывает меня, зная, что я в его власти. Что он может использовать меня, и я не могу его остановить.

— Блядь.

Мое тело напрягается от его следующего толчка, тепло скапливается в моем животе. Я никогда раньше не могла кончать несколько раз, ни сама, ни с партнером, но Грант доводит меня до третьего оргазма за эту ночь.

— Я хочу слышать, как ты кричишь мое имя, когда кончаешь на моем члене.

— Пожалуйста, — стону я. — Пожалуйста, сэр.

— Да, милая девочка. Кончи для меня еще раз.

Я чувствую, как он ускоряет темп, входя в меня длинными, мощными толчками, от которых я извиваюсь под ним. Каждый раз, когда он нажимает вперед, он трется о мой клитор, даря мне дразнящий момент трения, угол которого зажигает меня изнутри.

— Грант! — кричу я его имя, глядя ему в глаза, когда оргазм накрывает меня. Вид его над собой усиливает интенсивность моего освобождения, и я перехожу к следующему, пока он продолжает толкаться.

— Блядь, — стонет он, его бедра дрожат. — Да, Бейли, блядь, да.

Он стонет, когда кончает, не отрывая глаз от моих, а его тело наклоняется вперед, прижимая меня к матрасу.

Мы падаем в потном беспорядке, оба тяжело дыша друг на друга. Поднимаясь, Грант нежно целует меня в губы, затем быстро снимает наручники и снимает презерватив со своего члена. Затем он берет меня в свои объятия и тянет нас на верхнюю часть кровати, пока мы пытаемся отдышаться. Мое тело прижимается к его, моя нога обхватывает его талию, а голова упирается в его грудь.

— Блядь, — повторяет он, прижимая меня к себе еще сильнее. — Это, может, и была твоя фантазия, но мне, блядь, это очень понравилось.

— Подожди секунду, дорогая. Не засыпай.

Мои глаза уже закрываются, когда Грант целует меня в голову. Я слышу, как он встает с кровати, берет свой телефон и идет в ванную. Он нажимает на экран телефона, затем поворачивает ручку душа и включает воду.

— Давай, — подгоняет он меня, когда возвращается. — Сначала нужно пописать, а потом мы примем душ.

Я стону, когда он вытаскивает меня из постели и ведет в ванную. После того, как я пописала, он затягивает меня в душ. Набирает гель для душа на мочалку, вспенивает его и начинает натирать мою кожу. Я прислоняюсь к телу Гранта, пока ароматы лаванды и ромашки наполняют пар, и закрываю глаза, пока он заботится обо мне.

— Спасибо, — бормочет он между нежными поцелуями.

— За что?

— За то, что ты такая чертовски потрясающая.

Я не могу сдержать легкий смех, который вырывается из моих губ.

— Опять же, всю работу сделал ты.

— Бейли. — Он берет меня за руки и поворачивает, чтобы я смотрела ему в глаза. — Еще раз, — повторяет он мои слова. — Ты доверилась мне. Это то, что я никогда не буду считать само собой разумеющимся.

Мое сердце согревается от его искренности.

— Ну..., — улыбаюсь я, наблюдая, как его губы изгибаются в ответ. — Мое доверие приносит мне много оргазмов, так что, кажется, оно того стоит.

Он поднимает бровь, а затем шлепает меня по попе. Я вдыхаю, но это превращается в стон, когда он потирает место удара, сжимая мою кожу сильным захватом.

— Непослушная.

Держа меня за подбородок, он целует меня, на этот раз более намеренно. Я чувствую его желание ко мне с каждым прикосновением его губ. Одного поцелуя достаточно, чтобы я заскулила, прося еще.

— Как насчет еще одного, детка? Думаешь, ты сможешь это выдержать?

— Грант, — я скулю его имя, но он уже прижимает мою спину к кафельной стене душа. Он опускается на колени, поднимая одну из моих ног на свое плечо и обнажая мой пол перед ним.

— Позволь мне показать тебе, как хорошие девочки получают награду, мм?

Я запрокидываю голову, когда рот Гранта полностью покрывает мою киску. Его язык раздвигает мои губы, облизывает меня по всей длине и щекочет мой клитор. Мои пальцы находят его волосы, пока он ласкает меня, ногти царапают его голову с каждым присасыванием его губ и вращением его языка.

— Блядь, — стону я.

Грант не останавливается, не поднимая головы, чтобы вдохнуть воздух. Его язык ласкает мой клитор, описывая медленные круги, сосредоточиваясь исключительно на чувствительном бутоне, пока мои стоны становятся все громче. Сжимая мою попку, он прикладывает одну руку к моей киске, вводя в меня один палец и заставляя меня вскрикнуть.

Я извиваюсь от удовольствия, когда он снова и снова ласкает мою точку G, прижимая мою киску к его лицу и стоная без стеснения.

— Я хочу, чтобы ты еще раз кончила для меня, — говорит он, отстраняясь настолько, чтобы высказать свое требование.

Ему не нужно просить дважды. Вскоре после того, как его язык возвращается к моему клитору, мой оргазм накрывает меня с неожиданной силой, вызывая тихий крик из моей груди, от которого у меня кружится голова, и мое тело падает на стену ванной. Грант поддерживает меня, когда я падаю, ослабленная последующими толчками, все еще лаская мой клитор, каждый лизком вызывая дополнительные волны удовольствия по всему моему телу.

Когда он наконец отстраняется, я задыхаюсь и чувствую себя изможденной во второй раз за этот вечер.

— Молодец, девочка, — хвалит он, и тепло разливается по моему телу.

Он вытирает меня полотенцем и надевает на меня пушистый халат. Я слышу стук в дверь.

— Ты снова заказал еду?

Грант смеется.

— Ты сказала, что тебе очень понравилась эта пицца.

— О боже, — восклицаю я взволнованно. — Ты просто нереальный.

Вторая волна энергии накрывает меня, когда Грант идет заказывать еду в номер.

— Знаешь, — говорит он, когда мы устраиваемся на кровати в толстых халатах с кусочком пиццы в руках. — Если мы будем продолжать так, думаю, мне придется пригласить тебя на настоящий ужин.

Я смеюсь.

— Можешь начать с завтрака утром.

— Это не настоящее свидание, Бейли.

Звук моего имени на его губах в этой интимной обстановке вызывает у меня трепет.

— Нет, но мне не нужно ничего особенного.

— Может, тебе и не нужно, — говорит Грант, прерывая еду, чтобы посмотреть на меня. — Но ты это заслуживаешь.

Все слова, которые я могла бы сказать, застряли у меня в горле.

Неделю назад я не решалась создать профиль в приложении для знакомств, а сейчас я сижу здесь, только что приняв душ, наслаждаюсь пиццей в постели после лучшего секса в моей жизни.

«Desire», пожалуй, мое любимое приложение из всех, что когда-либо существовали.